Торн Алесса

Сет

«СЕТ»

Серия: «Боги Дуата — 1»

Алесса Торн

◈ Автор: Алесса Торн

◈ Книга: «Сет»

◈ Серия: «Боги Дуата — 1»

◈ Содержание: Пролог + 27 глав + Эпилог

◈ Переводчик: Иришка К.

◈ Редактор: Настёна

◈ Обложка: Wolf A.

Переведено для группы «Золочевская Ирина и её друзья»

Внимание!

Текст переведен исключительно с целью ознакомления, не для получения материальной выгоды. Создатели перевода не несут ответственности за его распространение в сети. Любое коммерческое или иное использование, кроме ознакомительного чтения, запрещено.

Приятного прочтения!

Пролог

Давным-давно в мире царили пустота и хаос. Из бурлящей массы тёмных и диких вод Нун поднялся бог Атум. И стал делать то, что у него получалось лучше всего, он начал творить.

Со временем и с немалыми усилиями детей Атума Шу и Тефнут бурные воды отступили. Геб, изначальная земля, и Нут, небо, разделились. Ра, солнце, наконец-то нашло место для отдыха, и вокруг стало теплеть.

Так родился мир вместе с четырьмя новыми богами: Сетом, Осирисом, Нефтидой и Исидой.

После жизнь стала очень сложной…

Глава 1

Когда-то он был богом пустынь, с бурями и огненно-красными песками в жилах. Он был диким псом, зверем хитрости, силы и защиты, уничтожения и разрушения.

Каждую ночь он сражался с Апепом, демоническим змеем Дуата (прим. Дуат — в мифологии Древнего Египта загробный мир), чтобы спасти миры и мелких богов, которые ими управляли.

Сет был войной с ветром и жгучей похотью между простынями. Ему поклонялись, почитали и боялись.

Теперь его обычный день сводился к охране группы наркоторговцев, которые вывозили кокаин из Каира.

«Как, чёрт возьми, пали сильные мира сего», — размышлял он, гася сигарету на жаркой песчаной улице.

Мир изменился; истории превратились в мифы, и даже они были более запутанными, чем водные пути Нила. Сет столько раз видел, как Египет менялся на протяжении столетий, что сбился со счёта.

В настоящее время почти каждым городом, номом или районом в Египте управляла отдельная правительственная партия, и большинство из них были марионетками гангстеров или полевых командиров. Он никогда не удосуживался следить за текущими изменениями власти, если только они не затрагивали его напрямую.

Единственное, что время никогда не меняло — это людей. Сильные охотились на слабых, богатые на бедных, и, казалось, только сила всегда имела значение.

Сет знал всё о силе, потому что он был самым сильным из всех. Людям, с которыми он работал, не нужно было об этом знать. В эти дни он имел тенденцию вести себя сдержанно.

Только его босс, Кадер Аяд, знал о его божественном статусе, но он был достаточно умён, чтобы держать рот на замке.

— Эй, он хочет видеть тебя сейчас, — сказал тюремный охранник из своей будки перед каирской тюрьмой.

Сет нырнул под шлагбаум и прошёл через охрану. Они позволили ему оставить свой телефон, потому что он был хорошо известен, и они знали, что лучше не пытаться отобрать его у него. Он отказался от двух своих пистолетов и древнего хопешского меча, висевшего у него на спине.

Сет был рад видеть, что мечи стали использоваться чаще. Пули были дорогими, а лезвия можно было использовать снова и снова. Ему нравился его меч, и его спина ощущалась обнажённой без его веса.

Охранник сопровождал Сета, несмотря на то, что он знал дорогу в лабиринте камер. Это всё было для шоу; все они были готовы притворяться, будто Кадер Аяд не заправляет всем.

Сам Кадер был хорошо сложенным мужчиной лет пятидесяти. Его камера была больше, чем у всех остальных, украшена коврами и настоящей кроватью. У него был письменный стол с аккуратными тетрадями, сложенными в углу.

— Ах, Сет, моё старое сердце радо тебя видеть, — поприветствовал Кадер, когда охранник открыл дверь камеры, чтобы впустить Сета.

— Почему бы тебе уже не купить себе приличный дом? — спросил его Сет, прислоняясь к прохладной железной решётке. Он убедился, что охранники ушли, и у них была хоть какая-то конфиденциальность.

Кадер усмехнулся.

— Ты не хуже меня знаешь, что это самое безопасное место для меня.

Сет знал. Он был единственным из людей Кадера, кто действительно поддерживал его отправку в тюрьму. Его конкурентам было намного сложнее добраться до самого богатого человека в Египте, если он находился за решёткой. Это сдерживало убийства в Каире, и это было хорошо для бизнеса.

Кадер владел тюрьмой, как и судьёй, вынесшим ему приговор. Кадер чувствовал себя комфортно, и его бизнес работал так эффективно, как никогда раньше.

— Скажи мне, что у тебя на уме, босс? — спросил Сет.

Кадер почесал свою седеющую щетину.

— У меня проблема, и я не доверяю её решение никому, кроме тебя.

— Звучит серьёзно. — Он заставлял Кадера отдавать ему приказы отряда смерти с большим энтузиазмом.

— Это так. Сегодня утром я получил известие, что Мусса Омар… нашёл мою дочь.

Сет склонил голову набок.

— Какую дочь?

Сет редко удивлялся. Он думал, что Кадер больше не может сказать ничего, что могло бы его шокировать.

— Мою дочь, Айлу, которую я прятал последние тридцать лет. Не знаю, как это мерзкое дерьмо узнало о ней.

— Она знает, кто ты?

— Конечно, нет! Я ублюдок, Сет, но я бы никогда не сделал ничего, что могло бы поставить под угрозу её безопасность или её мать, Амару. Я любил их, поэтому я ушёл от них и скрывал их существование. — Кадер провёл рукой по волосам. Сет никогда не видел его таким потрясённым.

— Я присматривал за ней все эти годы, следил за тем, чтобы у неё было достаточно денег на учёбу и тому подобное. Я никогда не вступал с ней в контакт, даже после смерти её матери. Никогда не хотел рисковать.

— Откуда ты знаешь, что Гадюка охотится за ней? — спросил Сет.

Мусса Омар был лидером их конкурирующего синдиката в течение последних пяти лет. У них было непростое перемирие с Гадюкой и его змеями, но это не помешало обоим мужчинам кружить друг вокруг друга и истощать бизнес друг друга.

Они были в нескольких шагах от стычки, и, если Мусса убьёт члена семьи, это будет тотальная война.

— Абаси получил информацию от одного из наших шпионов, которые прокладывают себе путь через ряды Гадюки. Мусса хвастался, что он свергнет нашу семью, как только у него будет Айла. Они собираются за ней сегодня вечером. — Кадер тяжело опустился на стул. — Именно поэтому я держал её в секрете, чтобы её не использовали в качестве козыря.

— Похоже, в наших рядах тоже есть их люди, если они узнали. Лучше пусть Абаси заткнёт эту утечку, — проговорил Сет.

Абаси, вероятно, был единственным человеком, которому Кадер безоговорочно доверял. Его заместитель был для него настоящим сыном и умел получать информацию от людей. Кадер любил говорить, что Сет был его молотом, а Абаси — его скальпелем.

— Куда я направляюсь и какую информацию ты можешь мне предоставить? — спросил Сет.

Кадер открыл одну из своих книг и вытащил конверт. Он прошёл мимо Сета с фотографией женщины в белом врачебном халате и с лёгкой улыбкой на лице. Её длинные вьющиеся каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, а руки обнимали группу смеющихся детей. Сет сфотографировал её на свой телефон и вернул фотографию.

— Красивая. Должно быть, она похожа на свою мать, — подразнил он. Старик сумел улыбнуться.

— Да. Она врач из Панацеи. Это своего рода организация «Врачи без границ», работающая на благотворительное финансирование. Она работает по всему Египту и Африке, но в настоящее время занимается вспышкой малярии к северу от Асуана, — сказал Кадер с гордостью в его голосе. Выражение его лица омрачилось. — Они сказали, что собираются похитить её сегодня вечером. Мне нужно, чтобы ты взял вертолёт и прилетел туда первым.

— Как ты думаешь, насколько грязно это будет? — спросил Сет, мысленно перебирая своё оружие.

— Я хотел бы, чтобы ты схватил её и убрался из Асуана, прежде чем они смогут добраться до неё и вызвать суматоху. Панацея важна для неё, и я хочу, чтобы потери среди гражданского населения были равны нулю, если это возможно. — Отцовское выражение лица Кадера исчезло, сменившись на холодного босса мафии. — Если вы столкнётесь с людьми Муссы, ты можешь быть настолько грязным, насколько тебе нравится. Он должен знать, что есть некоторые черты, которые он не может пересечь без последствий.

— Понятно. Что я должен сказать девушке?

— Правду, если придётся. Вытащи её оттуда. Меня не волнует, чего это будет стоит, — ответил Кадер. — Когда всё уляжется, я её где-нибудь устрою. А до тех пор она под твоей ответственностью.

— Ты говорил, что это будет спасение, а не чёртова работа по присмотру за детьми.

— Просто сделай, что тебе говорят, Сет, — рявкнул Кадер. Он вздрогнул от своего тона и добавил извиняющимся тоном: — Пожалуйста, сделай мне одолжение. — Услуга имела большое значение в их мире, поэтому Сет кивнул.

— Хорошо. Я дам тебе знать, когда все будет готово.

Сет направился к выходу из тюрьмы и вздохнул с облегчением, повесив меч на спину.

Он проверил фотографию на своём телефоне, доктор улыбалась ему. Он не знал её, но был уверен, что она не заслуживает того дерьма, которое вот-вот обрушится на неё.

Сет забрался на свой мотоцикл и направился к аэродрому, где Кадер хранил свой вертолёт и отличную коллекцию оружия.

Он ухмыльнулся полуденному небу. Он знал, когда близится хороший бой, и почти ощущал вкус крови в воздухе.

Мусса не нанимал идиотов. По крайней мере, он не стал бы использовать идиотов для такой важной работы. Сет войдёт и выйдет, прежде чем они узнают, что он там.

Что касается доктора, сколько хлопот она может доставить?

Глава 2

Доктор Айла Нейлос пыталась справиться с бесконечным количеством бумажной работы и в сотый раз пожалела, что они не могут нанять медицинского администратора.

Только в те дни, когда ситуация выходила из-под контроля, Айла пропускала частную практику, в которой работала в Александрии.

По крайней мере, с Панацеей она чувствовала, что имеет значение, и это того стоило. Неважно, работала она в сборно-разборных зданиях и палатках без кондиционеров. Даже моменты полнейшей скуки казались более-менее терпимыми.

Оказывать помощь людям, которые действительно в ней нуждались, и видеть хороший результат своей работы, стоило мучительной бумажной волокиты и оправдывало каждый потраченный фунт.

Айла отложила ручку и потёрла уставшие глаза. Ей понадобится больше чая, если она собирается закончить работу до полуночи.

Айла работала к северу от Асуана в течение последнего месяца, когда в Нагаа Аль-Хаджар вспыхнул странный случай малярии. Если повезёт, она и её босс Пьер Абрас скоро закончат проект вакцинации, и она сможет на несколько месяцев вернуться домой в Александрию.

У Айлы не было отпуска в течение многих лет, и она была истощена эмоционально и физически. Она избегала возвращаться домой с тех пор, как её мать умерла от рака груди.

Квартира казалась слишком пустой без неё, и только когда она была там, Айла чувствовала себя по-настоящему одинокой.

Невозможно бежать от этого вечно.

Может, и нет, но до сих пор она делала чертовски хорошую работу.

Снаружи садилось солнце, окрашивая реку Нил красными и золотыми полосами света. Айла остановилась, чтобы полюбоваться им несколько мгновений, так что она не видела, как мужчина подобрался к ней через небольшие разборные постройки.

— Вы Айла Нейлос? — спросил голос позади неё.

— Да? — сказала она, оборачиваясь. Не успела она закричать, как её ударили по лицу, а на голову надели чёрный мешок. Грубые руки толкнули её в грязь, сжав руки вместе. Айла извивалась, пока что-то холодное не прижалось к её затылку.

— Расслабься, мышонок. Я действительно не хочу стрелять в тебя, — сказал мужчина. Пластиковые стяжки плотно обхватили её запястья. — Твоему отцу следовало лучше прятать тебя.

Её отец?

— Вы ошиблись. Мой отец мёртв!

Мужчина только рассмеялся, когда кто-то схватил её за ноги и руки. Её бросили в фургон, снаружи раздавались крики, пока они уезжали.

Айла пыталась сохранить ровное дыхание под плотной тканью мешка, её щека пульсировала в агонии.

У неё была некоторая подготовка по самообороне и обращению с оружием; это было обязательным условием для работы в истерзанных войной местах, куда отправлялась Панацея. Она была человеком, чьё отсутствие будет замечено, и, если нападавшие хотели выкупа, Панацея заплатила бы его.

Всё, что нужно было сделать Айле, это сохранять спокойствие и ждать возможности. По крайней мере, так она говорила себе снова и снова.

Поездка была недолгой. Шум машин был громким, а запах города, доносившийся из открытых окон, подсказал ей, что она, вероятно, в Асуане.

— Если ты издашь хоть звук, я пущу в тебя пулю. Поняла? — спросил кто-то, ткнув её пистолетом в рёбра.

— Да, — ответила она. Он поднял её и вытащил из фургона. Наступила ночь, и сквозь ткань мешка Айла могла разглядеть блики уличных фонарей. Дверь открылась, и её повели вверх по лестнице.

— Так это и есть потерянная принцесса? — усмехнулся новый голос, и с её головы сорвали мешок. Перед ней стоял мужчина, одну чёрную щеку которого пересекал шрам и исчезал под кепкой. Белыми чернилами на его шее была вытатуирована змея. — Ах, будет стыдно портить такое красивое лицо.

— Что тебе от меня нужно? У меня есть деньги. Моя компания заплатит тебе. Просто отпусти меня, — сказала Айла, облизывая пересохшие губы.

— Дело не в деньгах. Дело в уважении, которое твой отец должен нам оказать.

— Говорю же вам, мой отец мёртв. Посмотрите, медальон у меня на шее. — Айла повернула голову, чтобы они могли видеть серебряную цепочку. — Там фотография моего отца. Он погиб в автокатастрофе, когда я была ребёнком.

Мужчина вытащил ожерелье, и Айла вздрогнула, когда его пальцы коснулись её груди, чтобы вытащить медальон. Он открыл его и начал смеяться.

— Это не твой отец, и ты это знаешь. Расскажи-ка нам, как он доставляет свой кокаин в Каир, — потребовал он.

— Я не вру… — мужчина сильно и быстро ударил её по рёбрам и животу, и Айла упала на грязный пол, хрипя.

— Заприте её в комнате. — Он смотрел на неё безжалостными глазами. — У тебя есть час, а потом, если ты не начнёшь говорить, я займусь творчеством.

Айлу затащили в комнату без окон. Человек, схвативший её, усадил её на деревянный стул и привязал к нему руки.

— Не делайте это сложнее, чем должно быть, доктор, — сказал он, захлопывая за собой дверь.

Глаза Айлы наполнились слезами, когда она извивалась и тянула свои оковы. Она проглотила свой страх и попыталась думать.

Айла мало знала о своём отце, только то, что он был врачом и умер, когда она была ребёнком. Вот что её мать всегда говорила ей. Она так и не вышла замуж повторно, и когда Айла стала старше, она перестала задавать вопросы, которые только огорчали её мать. Если он жив, что невозможно, зачем её матери лгать об этом?

Айла ничего не знала о человеке, которым его считали эти люди. Ей пришлось подумать о том, что ещё она могла бы предложить им в обмен на пощаду, потому что она не знала о кокаине в Каире.

— Ты в глубокой заднице, — прошептал тихий голос, и Айла начала паниковать.

***

Через час дверь открылась, и Айлу вместе со стулом потащили в другую комнату.

На неё смотрели пятеро мужчин, тяжело вооружённых и отмеченных одинаковыми татуировками в виде змей на шеях.

— Вы уже готовы говорить, доктор? — спросил один из них. Он вытащил из-за пояса нож, и Айла дёрнулась на стуле. Тяжёлые руки опустились на её плечи и откинули голову назад.

— Говорю вам, я ничего не знаю ни о кокаине, ни о человеке, которого вы считаете моим отцом. Я не могу дать вам то, чего у меня нет, — ответила она. Прохладная плоскость лезвия была прижата к её щеке.

— Какая жалость. Это лицо такое красивое, — прошипел мужчина.

Раздался тяжёлый стук в дверь, и все пятеро напряглись. Айла вздохнула, когда лезвие отняли от её лица.

— Никто не знает, что мы здесь, босс, — проговорил один мужчина, нервно глядя на дверь.

— Проверь, кто это.

Нервный мужчина вытащил пистолет и приоткрыл дверь. Оружие выпало из его рук, когда ему под подбородок прижали нож. Он попятился, и ещё один мужчина шагнул в помещение, пинком захлопнув дверь за собой.

— Господа, вы действительно облажались сегодня вечером. — Незнакомец был высок и крепко сложен, с аккуратно подстриженной бородой и длинными волосами, собранными сзади. Одетый в чёрное и тяжело вооружённый, его золотой взгляд остановился на Айле, и мир замер.

От него исходила сила, и Айла вдруг поняла, что он настоящий хищник. Остальные только играли.

Казалось, из комнаты, выкачали весь кислород, когда их взгляды встретились в долгом, напряжённом моменте. Волосы на затылке Айлы встали дыбом, когда он увидел синяки на её лице и нахмурился. Он перевёл свои золотые глаза с неё на мужчину рядом с ней.

— Вы, идиоты, знаете, кто я? — спросил он глубоким рычанием.

— Ты — Сет Ахом, — ответил более смелый человек. — Я думал, ты миф. — Это, казалось, позабавило Сета, который сверкнул кривой улыбкой.

— Хорошо, значит, ты знаешь, что я с тобой сделаю, если ты не отдашь мне доктора.

Лидер группы подошёл к Айле сзади и приставил нож к её горлу.

— Этого не произойдёт, пёс. Мне всё равно, кем ты себя считаешь. Мусса получит свою награду и заберёт себе Каир.

— Мусса глуп, если думает, что сможет выиграть войну с Кадером, и ты это знаешь.

Айла похолодела, когда край лезвия вонзился ей в кожу, а по шее потекла влага. Глаза Сета светились, как у дикого животного. Раздался выстрел, и нож, что впивался в её шею исчез.

— Вниз! — Сет закричал, и Айла с силой бросила своё тело влево, опрокинув стул и сильно ударившись об пол. Горячая кровь, которая не была её собственной, брызнула на неё, и она крепко зажмурилась.

Люди кричали, грохотали выстрелы. Потом всё вокруг в миг смолкло.

— Всё кончено, — сказал рядом с ней Сет. Он освободил ей руки и поднял её на ноги.

Резня была единственным словом, пришедшим в голову Айле, когда она увидела то, что осталось от её похитителей. Желчь подступила к её горлу, и сильные пальцы сжали её подбородок, привлекая её взгляд к забрызганному кровью мужчине перед ней.

— Не смотри. Ты можешь идти? — спросил Сет. Айла смущённо кивнула. — Хорошо, нам нужно вытащить тебя отсюда, пока не прибыли остальные.

— Кто ты, чёрт возьми, такой? — спросила она.

Когда он взял её за руку, на его тёмном лице снова мелькнула эта кривая ухмылка.

— Разве не очевидно? Я твой рыцарь в сияющих доспехах.

Глава 3

Сет ни разу за свою долгую жизнь не был рыцарем в сияющих доспехах. Он не был героем, но ему нужно было успокоить доктора, чтобы она ему доверяла.

Это совсем не то, что тебе нужно делать.

Он был удивлён, что хотел, чтобы она чувствовала себя в безопасности рядом с ним.

Сет опоздал всего на несколько минут. К тому времени, когда он прибыл, в лагере доктора царил переполох, а Айлы уже не было.

Ему не потребовалось много времени, чтобы выследить их до дерьмового района в Асуане. Он ожидал большего от людей Муссы. Он планировал предотвратить войну, не убивая их… но потом он впервые внимательно посмотрел на доктора.

Фотография не воздала должное Айле Нейлос. Даже грязная и потная, с синяком на одной щеке, она была очаровательна. Изображение не передало интенсивности взгляда её больших карих глаз, которые, казалось, физически схватили его за внутренности и сильно сжали.

Судьба уже давно не сбивала с ног Сета, но он понял это, в тот самый миг как это произошло. Он был богом защиты перед тем как стать богом войны, и эта женщина, с висящим над головой смертным приговором и полными, совершенно соблазнительными, губами должна была стать его приоритетом номер один. Она просто этого ещё не знала.

Чёрт возьми, не сейчас. Не она.

Сет боролся с собой до тех пор, пока ублюдок, удерживающий Айлу, не заставил её истекать кровью. Внезапно он перестал заботиться о том, чтобы избежать войны и быть дипломатичным, чтобы Каир не стал полем битвы. Одна капля крови, стекающая по её горлу, разбудила спящего внутри него монстра.

Теперь вся отстойная квартира выглядела как скотобойня.

Блять, соберись. Ты ещё не вышел.

— Позволь мне помочь, — сказал Сет. Он поднял Айлу, пронёс её через окровавленную груду мужчин к входной двери и поставил на чистое место. — Держись рядом и позади меня.

Сет взял её маленькую руку в свою, и она кивнула. Женщина выглядела бледной, но ещё не впала в шок, что было неожиданностью.

В этой части Асуана люди научились отводить взгляд, когда окровавленные люди вываливаются из здания.

Сет вёл их по переулкам, сканируя глазами проезжающие мимо автомобили, людей на пешеходных дорожках, постоянно выискивая кого-нибудь, кого Мусса мог бы послать в качестве подкрепления. Вскоре они найдут беспорядок в квартире и будут охотиться за ними обоими.

Пусть приходят.

Он был более чем готов и достаточно взвинчен, чтобы действительно нанести ущерб.

— Куда мы идём? — прошептала Айла, подавляя его пламенную жажду крови.

— В конспиративную квартиру, тогда я смогу придумать, как доставить тебя в Каир целой и невредимой, — ответил Сет. Он остановился у рыночного прилавка, чтобы купить ей шарф, и бросил его ей. — Вот, прикрой эту кровь на своей рубашке.

Он знал, что любой вокруг с радостью расскажет змеям Муссы о большом наёмнике и окровавленной женщине.

Лишь горстка людей Кадера знала о квартире в Асуане. По всему Египту были разбросаны убежища, которые его люди могли использовать для любых дел, которые у них были в этом районе. Сет знал, что у Айлы осталось совсем немного времени, прежде чем ночной стресс настигнет её.

Она доктор. Может, она к этому привыкла.

— Мы почти у цели, — проговорил он, хрипло пытаясь успокоить её. На её всё более бледном лице выступили капли пота.

Сет снова проверил адрес на своём телефоне, и через три улицы они нашли нужное здание.

Внутри узкая винтовая лестница была усеяна окурками и пахла едой. Сет открыл дверь и положил руку на поясницу Айлы, мягко толкая её внутрь.

— Позволь мне проверить комнаты, — сказал он, запирая за ними дверь. Он быстро осмотрел каждую комнату, но щелчок дверной ручки заставил его отступить в холл. — Ты не хочешь этого делать, доктор, — произнёс Сет. Рука Айлы замерла на засове.

— Ты не имеешь права держать меня здесь, — ответила она, и в её карих глазах мелькнула искра огня. Гнев был лучше, чем паника.

— Пока что это в твоих интересах. Ты не думаешь, что у Муссы есть люди, наблюдающие за твоим лагерем? Или за квартирой, которую ты снимаешь, пока ты здесь? Не уходи отсюда, — ответил Сет, скрестив руки на груди.

— А что делает меня с тобой в большей безопасности? Я тебя не знаю! Ты убил всех этих людей!

— Потому что я не хочу, чтобы ты умерла, Айла. Я буду защищать тебя, и тебе может не нравиться оставаться здесь со мной, но тебе гораздо меньше понравится, когда тебя будут пытать, насиловать и убивать.

Айла повернулась к нему спиной, прислонилась головой к двери и зарыдала. Сет скорее столкнётся с армией в одиночку, чем будет иметь дело с женскими слезами.

— Почему это происходит? — прошептала она.

— Из-за твоего отца.

Айла издала сдавленный смешок.

— Боже, только не ты. Мой отец умер.

— Нет, это не так. — У Сета возник тревожный порыв заключить её в свои объятия и утешить.

Айла повернулась, по её грязному лицу текли слёзы.

— У тебя есть способ доказать это?

— Да, есть.

— Хорошо?

— Я скажу тебе, но только после того, как ты примешь душ и поешь. Ты почувствуешь себя спокойнее, как только смоешь кровь, — сказал Сет, указывая на дверь ванной. — Я найду тебе одежду. Вещи будут мужскими, но чистыми.

Айла вытерла щеки и посмотрела ему прямо в глаза. Сет снова почувствовал, как сжимается и тянет его Ка, говоря ему, что она важна и нуждается в его защите. (прим. перев. — Ка — это жизненная сила, черты характера или судьба человека. Можно сказать, душа. Ка после смерти человека покидает его тело, бродит по земле и вновь возвращается, но живёт в скульптурном изображении в гробнице и питается подношениями, проходя в сердаб через «ложную дверь»).

— Ты можешь пообещать мне, что я выберусь отсюда живой? — спросила она.

— Да, если ты останешься со мной.

— Ты такой же убийца, как и те другие мужчины.

Сет рассмеялся.

— Нет, я намного хуже. Вот почему ты должна радоваться, что я на твоей стороне.

— Я должна быть рада? — рявкнула Айла, охваченная гневом. — Меня только что похитили, избили и чуть не убили из-за мужчины, которого я даже не знаю!

— Но этого не произошло благодаря мне. Слово, которое ты ищешь — это «спасибо», доктор.

Айла уставилась на него, и, чёрт возьми, ему не нравился этот яростный вызов в её глазах. Она вошла в ванную и захлопнула за собой дверь.

— Новое мыло в верхнем ящике, — крикнул Сет, усмехнувшись, когда она назвала его крайне грязным словом.

Поддерживай этот огонь, доктор. Тебе он понадобится.

При обыске в квартире была обнаружена чистая футболка и пара джинсов, которые Сет положил у двери ванной. Окно там было слишком маленькое, чтобы кто-нибудь мог пролезть через него, поэтому он предоставил Айле уединение.

Сет смыл кровь с рук и лица в кухонной раковине. Ему нужно было отправить сообщение Кадеру, чтобы заверить его, что Айла у него. На первый взгляд в ней не было ничего похожего на отца, но он увидел в её глазах такой же гнев.

Когда у Кадера появлялся этот взгляд, Сет понимал, что тот убьёт много людей. Гнев Кадера вызывал жажду крови. Огненный взгляд Айлы задел в нём… что-то ещё.

Дерьмо. Ты не имеешь права так думать о дочери босса. Особенно о нежной целительнице, которая плачет.

У Сета была неестественная слабость к запретным вещам, а эта женщина определённо была такой. Он мог только надеяться, что она из тех людей, которые отвечают на угрозу своей жизни бессмысленным сексом с ближайшим мужчиной, но он очень сомневался в этом. Он не нуждался в таком отвлечении в своей жизни.

Сет снова плеснул себе в лицо водой и пошёл посмотреть, что у них есть из еды. Может быть, если он поест, это успокоит то, что она пробудила в нём, и снова сможет ясно мыслить.

Глава 4

Айла ожидала, что конспиративная квартира будет грязной, как и место, где её держали, поэтому она была удивлена, обнаружив, что всё аккуратно организовано и относительно чисто. Она заперла за собой дверь ванной и попыталась успокоить сердцебиение.

Жестокий мужчина в соседней комнате, вероятно, мог бы сломать его, но наличие замка заставило её почувствовать себя лучше.

Айла медленно сняла свою испорченную одежду и врачебным взглядом осмотрела свои раны. Синяки цвели пурпурными цветами вдоль её рёбер, а плечо болело от удара об пол.

На голове была кровоточащая рана, её щека распухла, а на запястьях были красные и синие полосы из-за того, что они были связаны.

Кроме того, были и другие травмы, психологические. В зеркале над раковиной её глаза видели опустошённое и выражающее скорбь лицо.

Мой отец жив. Сет сказал, что может доказать это, и, похоже, он был готов убедить её. Кто был её настоящим отцом, если не мужчина на снимке в её медальоне?

Не это причиняло ей боль больше всего. Её мать, единственный человек, которого она по-настоящему любила и которому доверяла, лгала ей все тридцать два года её жизни.

Было ли это потому, что её настоящий отец был каким-то торговцем наркотиками? Это был последний тип людей, с которыми она представляла себе связь своей добродушной матери.

Едва ли это первый раз, когда она солгала тебе о чём-то, не так ли? Айла понизила голос. Она могла справиться только с одним эмоциональным кризисом за раз.

Айла обыскала шкафы и нашла запечатанные упаковки с мылом, шампунем и другими туалетными принадлежностями. Потребовалось некоторое время, чтобы пошла горячая вода, и когда это произошло, было похоже на рай.

Айла обняла себя, потирая руки, пытаясь согреться, когда шок, который она сдерживала, наконец ударил по ней. Слёзы хлынули из глаз, и она оперлась о прохладные кафельные стены, чтобы удержаться на ногах.

Она ненавидела чувствовать себя такой беспомощной. Вся подготовка, которую она прошла на случай, если её схватят во время работы в зоне боевых действий, абсолютно ничего не значила, когда она столкнулась с реальной ситуацией. Ей не дали возможности дать отпор, использовать всё, чему она научилась.

Если бы не Сет… она не хотела об этом думать. От него исходила сильная, мощная энергетика, и как бы Сет ни пугал её, она не чувствовала, что он представляет для неё угрозу.

Рыцарь в сияющих доспехах, на мою задницу.

Она встречала солдат с комплексами героев, и он определённо не был одним из них. Сет был не просто наёмником. Он был убийцей.

Айла подумала о грудах тел, которые они оставили после себя. Затем она вспомнила тёплую руку, которая мягко отвела её лицо от зрелища резни, прежде чем он взял её на руки, чтобы она не испачкала кровью свои туфли. Замешательство не давало ей описать ночь или мужчину, который сейчас защищал её.

Когда она, наконец, почувствовала, что снова пришла в себя, Айла вытерлась и приоткрыла дверь. Она схватила оставленную для неё одежду и снова быстро заперлась.

Постирав лифчик и нижнее бельё в раковине, Айла повесила их на вешалку для полотенец и надеялась, что к утру они высохнут. Ей не особенно нравилась идея не носить их или чтобы Сет видел, как они сохнут, но у неё не было выбора. Она оделась в одолженную одежду, которая оказалась ей велика.

«Ты сможешь пройти через это», — сказала себе Айла. Она расчесала свои мокрые кудри и открыла дверь ванной.

Сет была на кухне, готовил что-то настолько приятно пахнущее, что её желудок заурчал.

— Я сделал чай, если хочешь, — сказал он, не оборачиваясь.

— Спасибо, — ответила она и налила себе дымящуюся чашку. Она скользнула на стул у маленького столика и сделала глоток. Напиток был мятным и имел приятный вкус, наполнил теплом её тело. Она не знала, с чего начать, поэтому ничего не сказала, просто смотрела, как он двигается.

Убийца, который готовит.

Может ли ночь стать ещё более странной?

— Не лучший мой кошари, но мне пришлось готовить из того, что у нас было, — проговорил Сет, ставя перед ней дымящуюся миску. Он налил ей чаю, прежде чем присоединиться к ней (прим. — Кошари, также называемая кушари, кошери — египетское национальное блюдо, которое готовится из риса, макарон и чечевицы, смешиваемых, а затем приправляемых томатно-уксусным соусом. Иногда в блюдо добавляют короткие кусочки спагетти, нут и обжаренный до хрустящей корочки репчатый лук).

— Я не умею готовить, поэтому любая еда будет хороша, — ответила Айла, прежде чем съесть ложку. — Определённо лучше, чем то, что я приготовила бы сама.

Сет улыбнулся.

— Сойдёт. Если мы выберемся отсюда живыми, однажды вечером я приготовлю для тебя еду как полагается.

— Если ты вытащишь меня из этого живой, я могу просто согласиться на это, — ответила она, удивив себя. Айла явно была более травмирована, чем думала.

— Это сделка, — ответил Сет. Он потягивал чай, наблюдая за ней сквозь пар своими хищными золотыми глазами.

— Ты спокойнее, чем я думал, — признал он через некоторое время.

— У меня был срыв наедине. — Айла разложила немного риса по тарелке. — И ты прав. Я как бы застряла с тобой, пока всё происходящее не прекратится. Я хотела бы знать, что происходит. Я приняла душ и поела, так что скажи мне правду.

— Твоего отца зовут Кадер Аяд. Он руководит крупной операцией из Каира, — без колебаний сказал Сет.

— Операция. Я предполагаю, что она незаконна. Эти люди спрашивали меня о его кокаине.

— «Незаконный» в Египте довольно относительный термин, и ты это знаешь. Он называет себя бизнесменом, но он гангстер, за неимением лучшего слова. Его соперником является человек по имени Мусса Омар. Он каким-то образом узнал о тебе и хочет использовать, чтобы заставить Кадера передать ему Каир.

Айла медленно покачала головой.

— Это смешно. Кадер даже не знает меня. Если он преступник, я сомневаюсь, что он отдал бы что-нибудь за женщину, которую он никогда не видел.

— Однако он знает. — Сет положил телефон перед ней. На экране была её фотография с группой детей, сделанная прошлой зимой в Судане.

— Где он её достал? — спросила Айла.

Сет пожал большими плечами.

— Понятия не имею. Кадер держал тебя в секрете от меня и всех остальных.

— Откуда тогда Мусса узнал обо мне?

— Отличный вопрос. Я хочу знать ответ на него, — произнёс Сет, выражение его лица сменилось на выражение холодной ярости. Айла отвела взгляд и заметила, что из-под его рукава капает кровь.

— Сет, ты ранен, — сказала она, и перешла в режим врача. — Позволь мне взглянуть.

Не обращая внимания на его протесты, Айла обыскала кухонные шкафы, достала аптечку и намочила чистую тряпку.

— Пустяки. Я быстро выздоравливаю, — настаивал Сет.

— Засучи рукав. Мне решать, пустяк это или нет, — упрямо сказала она.

Сет весело посмотрел на неё, прежде чем закатать свой чёрный рукав. Он обернул клочок ткани вокруг раны. Айла развязала его, чтобы открыть всё ещё кровоточащую рану.

— Я же сказал тебе, что это пустяк.

Айла проигнорировала его, обернув руку мокрым полотенцем.

— Надеюсь, ты не истёк кровью в тот кошари, который я только что ела.

— Вот поэтому он такой вкусный, — поддразнил Сет.

— Думаю, можно обойтись без швов, — сказала она, осматривая порез. — Не похоже, что в нём что-то есть.

— Я его промыл. Ничего страшного, но, если ты хочешь поиграть в доктора, я тебе позволю. — В его тоне было достаточно намёков, чтобы Айла закатила глаза.

— Как будто я не слышала этого раньше, — проговорила она, снова прижимая полотенце к порезу. — Я ведь не могу позволить, чтобы мой рыцарь в сияющих доспехах истекал кровью, не так ли?

Сет приподнял бровь.

— Я думаю, мы оба знаем, что я не рыцарь.

— Не говори так, — сказала она. Когда кровотечение остановилось, Айла намазала порез антисептическим кремом, наложила стерильный пластырь и замотала повязкой.

— Ты собираешься поцеловать его, чтобы стало ещё лучше? — спросил он с обнадёживающей улыбкой.

— Ты мне не настолько нравишься. — Айла выбросила окровавленную тряпку и вымыла руки.

Сет наблюдал за ней, его золотые глаза оценивали, как будто он пытался понять её. Айла вытерла руки и посмотрела в ответ, отказываясь пугаться.

Он был большим и грубым, но с его густыми чёрными волосами, выбившимися из хвоста и спадавшими на плечи, его сильные черты смягчились до грубой красоты. Не тот тип мужчин, на которых обычно обращала внимание Айла, но было в нём что-то такое, что делало его присутствие… захватывающим.

— Спасибо. В этом не было необходимости, но спасибо, — сказал он, когда она снова села.

— Спасибо, что спас меня сегодня вечером, — ответила Айла, беря ложку. — Даже если тебе заплатили за это, я никогда не перестану быть благодарной. Какой он? Мой отец.

Сет задумался.

— Безжалостный. Хитрый. Страшно умный. Он заботится о немногих людях, но хорошо относится к своим друзьям.

— Ты его друг?

— Ему нравится так думать. Он хороший босс, если говорить о гангстерах, и хорошо платит.

Айла кивнула.

— У него есть семья?

— Нет. По-видимому, только ты. Жены нет.

— Ты знаешь, почему он не удосужился представиться мне лично?

— Разве это не очевидно? Он не хотел, чтобы ты была рядом с этим дерьмом. Вот почему он послал меня защитить тебя. Чтобы ты выбралась из этого как можно легче, а я верну тебе нормальную жизнь.

— Он верит, что ты можешь это сделать, так что же делает тебя таким особенным? — она спросила.

Ответная улыбка Сета затронула что-то глубоко внутри неё.

— Оставайся в живых достаточно долго, доктор, и ты сможешь просто узнать это.

Глава 5

Сет проверил замки на окнах и оглядел улицы внизу. Айла свернулась калачиком на продавленном диване, на неё был наброшен спальный мешок. Во сне она выглядела меньше и уязвимее.

По крайней мере, она спит.

Это говорило ему о том, что она чувствовала себя достаточно безопасно рядом с ним, чтобы ослабить бдительность. Он не знал, почему от этого ему стало так хорошо.

Защитник.

Это был титул, который он не носил так давно, что забыл о чувстве долга, которое ему сопутствовало.

Сет пошёл на кухню, чтобы связаться с Кадером. Ему пришлось проделать обычную процедуру, соединяясь с тюремными телефонными операторами, но, наконец, тот ответил.

— Я подумал, что ты, возможно, захочешь знать, что она у меня, и что она в безопасности, — произнёс Сет.

— Хорошая работа. Когда ты сказал, что люди Муссы опередили тебя, я опасался худшего, — ответил Кадер. — Она ранена?

— Несколько царапин и синяков, но ничего, от чего она не оправилась бы. — Сет посмотрел через квартиру на женщину, лежавшую на диване. — Она крутая. Не кричала и не поднимала шума. Она подлатала меня.

— Судя по всему, у неё сострадательное сердце. Именно поэтому она такой хороший врач. — Последовала долгая пауза. — На кого она похожа?

Она такая забавная и красивая, и пахнет миндальным маслом и миррой. У неё большие глаза и пухлые губы, и они сочетаются с её гладким круглым лицом с кожей, как мягкая…

— Интересно, что на своего отца, — быстро ответил Сет, отключив все мысли в своей голове. — Люди Муссы спрашивали её о кокаине, поэтому, если ты надеялся, что она не узнает о твоём бизнесе — это провал.

Кадер выругался.

— Что ж, постарайся не рассказывать ей слишком много. Чем больше она будет знать, тем опаснее будет для неё. Каков твой план?

— Я дам ей немного поспать, а затем попытаюсь доставить её на аэродром. Если повезёт, завтра в это же время она будет в Каире и вне досягаемости Муссы, — ответил Сет. Он постучал пальцами по рукоятке ножа на поясе. — Абаси уже понял, где утечка?

— Он должен отчитаться передо мной сегодня вечером, но ты его знаешь. Абаси не останавливается, когда что-то замышляет.

— Хорошо. Я напортачил с людьми, которые её забрали. Я пытался заставить их отдать её, вёл переговоры, чтобы избежать кровопролития.

— Ты? Избегал кровопролития? Я точно говорю с Сетом?

— Я не хотел, чтобы она это видела.

Смех Кадера стих.

— Это было предусмотрительно с твоей стороны.

— Они приставили нож к её горлу, и я… слишком остро отреагировал. Мне жаль, если у этого будут последствия, — ответил Сет, потирая рукой затылок.

Голос Кадера был смертельно холодным.

— Мусса забрал мою дочь и заставил её истекать кровью. Тебе не нужно извиняться за развязание войны, когда именно Мусса объявил её. Как только Айла будет в безопасности, я намерен спустить тебя на них всех.

— Давай сначала сосредоточимся на том, чтобы доставить её в Каир. С Муссой я разберусь позже. Скоро увидимся, босс.

— Сет? Постарайся не напугать её слишком сильно.

Он тихо рассмеялся.

— Что-то мне подсказывает, что её не так просто напугать.

Сет повесил трубку и вернулся в гостиную, чтобы присматривать за доктором. Магия настойчиво тянула его Ка, и он отталкивал её.

У него была сила следовать этому позыву своей души и понимать, что именно Шаи, бог судьбы и участи, пытался сказать ему. Сет веками не использовал свои божественные силы. Без них было легче притворяться человеком, и он не хотел пытаться использовать их сейчас. Это слишком отвлечёт его, что ему не нужно.

— Что в тебе такого, что так волнует моё Ка? — пробормотал Сет над спящей женщиной. У него был легион любовниц на протяжении веков. Он не мог вспомнить никаких своих чувств к ним, кроме потребности в освобождении.

Сет остановил свою руку, прежде чем убрал тёмные кудри с лица Айлы. Нежность не была в его характере, но именно это она заставляла его чувствовать, и ему это не нравилось.

Его рука легла на повязку на руке, прежде чем быстро отпустить её. Чары, которые он использовал, чтобы выглядеть человеком, сделали ихор (прим. — кровь богов) в его ране похожим на кровь, так что она понятия не имела, что омывала раны бога. Он мог залечить рану силой мысли, но Айла была так полна решимости позаботиться о нём, и он был достаточно удивлён, чтобы позволить ей это сделать.

Глупым и тупым, вот кем она сделает тебя, если ты не дистанцируешься.

Сет подошёл к окну и выглянул наружу. Чем скорее он сможет доставить её в Каир и убрать со своей орбиты, тем лучше. Она сделала его божественную сторону беспокойной, и последнее, что было нужно Египту, — это бог войны и хаоса, неистовствующий из-за женщины.

Рассвет как раз давал о себе знать, когда внимание Сета привлекло движение. Двое мужчин находились на крыше здания напротив их дома, отблеск первого света осветил меч, который был у одного из них на боку.

Низкое рычание вырвалось из горла Сета. Мусса нашёл их быстрее, чем он предполагал. У Сета не было времени задаваться вопросом как. Он задёрнул шторы и присел рядом с доктором.

— Айла, проснись, — прошептал Сет, положив руку ей на плечо.

— Хм, — пробормотала Айла. Она открыла один глаз и сонно улыбнулась ему. — Тебе пора идти, моя смена скоро начнётся, и мне не нужен отвлекающий меня красивый мужчина.

Сет весело ухмыльнулся.

— Я польщён, но я не один из твоих подельников, доктор. Просыпайся, люди Муссы нашли нас. — Сету было почти грустно видеть, как смутное желание остывает, когда реальность настигает Айлу. Она резко села.

— Мне нужен мой бюстгальтер.

— Тебе больше нужны сапоги.

— Я не смогу бежать без него.

Сет собирался возразить, но она уже, спотыкаясь, шла в ванную. Менее чем через тридцать секунд она появилась снова, изо всех сил пытаясь вытащить руки из-под футболки, которая была на ней. Было жаль; он предпочёл бы наслаждаться тем, как подскакивают её груди.

На вас собираются напасть. Перестань думать о груди.

Айла засунула ноги в сапоги и зашнуровала их.

— Как они нас нашли? Я думала, что это безопасное место.

— Не знаю, да это и неважно. Я даю им ещё около минуты, прежде чем они атакуют нас. Ты умеешь обращаться с оружием? — спросил он.

— Да, но я бы предпочла этого не делать.

— Тогда оставайся позади меня и делай, как я говорю. — Сет вытащил нож. Он не хотел, чтобы выстрелы из пушек разбудили остальную часть здания. Во всяком случае, пока нет.

Дверь грюкнула, и Сет прижал Айлу к стене.

— Оставайся рядом.

Раздался ещё один скрежет, когда кто-то взломал замок, и дверь приоткрылась. Первым вошёл ствол штурмовой винтовки, и Сет схватил его, втянув мужчину внутрь и вонзив ему кинжал под подбородок. Он закашлялся кровью, когда Сет бесшумно опустил его на пол и убрал с дороги.

Он подождал минуту, прежде чем толкнуть дверь сапогом и рискнул осмотреть её. На лестнице стояли двое мужчин. Спрятав лицо, он дал им знак пройти.

Они поняли ловушку слишком поздно. Сет перерезал горло первому хорошо отработанным движением запястья и толкнул его во второго, выведя того из равновесия и заставив пустить большую очередь пуль. Нож Сета дважды ударил его по рёбрам, и он рухнул на землю, хрипя.

Айла была бледна, но всё равно последовала за ним, когда Сет взял её за руку.

— Держись низко и позади меня. Я выживу, если поймаю несколько пуль, а ты нет, — сказал он.

— Звучит оптимистично, — ответила Айла.

Сет открыл пожарную дверь, убедившись, что никто не поднимается, прежде чем повёл её в кромешную тьму и спустился на два лестничных пролёта.

— Как ты вообще можешь видеть, куда идёшь? — спросила Айла. Сет поймал её, когда она нащупывала ступеньку.

— Много практики. Ты уверена, что не хочешь пистолет?

— Я бы, наверное, тебя случайно пристрелила.

Сет притянул её к себе и прошептал ей на ухо:

— Мы выйдем за дверь и пойдём по переулку налево. Не останавливайся и держи голову опущенной и позади меня.

— Поняла.

Автомобили и мотоциклы уже мчались по улицам, когда первые пассажиры направлялись на работу. Сет вытащил пистолет, открыл дверь и убедился, что поблизости никого нет. Айла подпрыгнула, когда он сделал два быстрых выстрела, и с крыши дома напротив упали люди.

— Двигайся. — Сет побежал трусцой. Ему нужно было найти машину или что-то, что могло бы дать Айле хоть какое-то прикрытие. Он немного прошёл вперёд прежде чем повернуть направо и потянул Айлу вниз, когда по ним открылась стрельба. Он двигался медленно, прикрывая её, когда вёл за припаркованную машину.

— Я собираюсь открыть ответный огонь и прикрыть тебя. Мне нужно, чтобы ты побежала по этой улице и спряталась за синим грузовиком. Оставайся там, пока я не приду и не заберу тебя, — приказал он. Айлу сильно трясло, но она кивнула. Своим сверхъестественным слухом он насчитал ещё два выстрела из первого орудия и три из второго.

— Беги! — крикнул он и открыл огонь по нападавшим. Он не повернулся, чтобы посмотреть, послушалась ли его Айла, просто сосредоточился на двух мужчинах, которые их прижали. Он убил первого человека выстрелом в голову. Второму он прострелил обе руки. Крича, мужчина корчился на земле, когда Сет встал над ним.

— Как ты узнал, где нас найти? — спросил он.

— Гори в аду! Эта шлюха будет… — Сет выстрелил в него как раз в тот момент, когда с соседней улицы донеслись крики. Он выбежал за угол и увидел, как двое мужчин в полицейской форме вытаскивают Айлу из-под грузовика.

— Сет! — кричала она, пока её заталкивали в заднюю часть полицейской машины. Она стучала в заднее стекло, когда он рванул за ней. Автомобильные шины завизжали, и они уехали прежде, чем он успел до неё добраться.

Горячая сила, словно расплавленное золото, хлынула в него, сметая любое подобие человечности. Монстр заревел, и никто в Асуане теперь не был в безопасности.

***

Руки Айлы были в царапинах, и всё заднее сиденье седана было в крови. Она пряталась, как велел ей Сет, молясь богу, в которого она не была уверена, что всё ещё верит, что с ним всё в порядке.

Когда двое полицейских подошли к ней, она подумала, что её спасли. Ровно до тех пор, пока один не схватил её и не толкнул на грязную дорогу.

— Это та, за кем охотится Мусса. Лучше мы отдадим её и получим награду, чем кто-либо другой, — проговорил он.

— Нет! — Айла пнула его, ударив по колену, забираясь под грузовик. Они схватили её за ноги и вытащили наружу.

Теперь она снова была грязной и в крови. Она не сомневалась, что Сет придёт за ней… по крайней мере, она на это надеялась. Насколько она знала, его могли застрелить на улице.

— Вы совершаете большую ошибку, — сказала Айла, пытаясь придумать, что им предложить или чем напугать. — Вы хоть знаете, кто я?

— Ты врач, которого все хотят, и это всё, что меня волнует.

— А вы знаете, почему они хотят меня? — мужчины не ответили, так что Айла надеялась на их невежество и продолжила. — Я дочь Кадера Аяда. Ты знаешь его, не так ли?

Водитель выругался и переглянулся со своим напарником.

— Ты это знал?

— Нет, я только знал, что они хотят её.

— Правильно, вы, два идиота, сейчас в беде. Тот парень, с которым я была, Сет Ахом.

— Ты грёбаный идиот! Ты подписал нам смертный приговор! — начал кричать мужчина на пассажирском сиденье.

— Не выпрыгивай из трусов. Сет Ахом — это миф, который придумали люди Аяда, чтобы напугать его соперников. Он обычный человек. Она пытается тебя наебать, — ответил водитель.

— Осторожно! — закричал его напарник, когда перед ними на дорогу приземлился горящий мотоцикл. Айлу отбросило, когда машину занесло.

Она обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сет спрыгнул с другого мотоцикла и нёсся к ним по воздуху. Его золотые глаза вспыхнули, как огонь, когда огромный хопеш (прим. — хопе́ш, кхопе́ш — разновидность холодного оружия, применявшаяся в Древнем Египте), который мгновение назад был в его руках, он швырнул на крышу полицейской машины.

Айла закричала, когда лезвие пронзило металл и оказалось всего в нескольких дюймах, чуть не задев её. Сет тяжело приземлился на багажник автомобиля, под металлический скрежет и всеобщий крик, водитель боролся за то, чтобы сохранить управление.

Лезвие вырвалось на свободу и снова опустилось, его золотая мощь прорезала пассажирскую дверь поперёк обоих копов и вышла с другой стороны.

Айла врезалась в металлическую решётку как раз перед тем, как машина развалилась на две части, а переднюю её часть отбросило. Сет вырвал заднюю пассажирскую дверь.

Айла была слишком напугана, чтобы пошевелиться, вцепившись руками в края сломанного кресла. Сет светился мерцающим золотым светом, его глаза сверкали злобой.

— Доктор, простите, что заставил вас ждать, — сказал он, протягивая ей руку. — Ты ранена?

— Что ты, чёрт возьми, такое? — требовательно спросила Айла, страх и адреналин сковывали её.

— Мы можем обсудить это позже. Придут ещё люди, — рявкнул Сет, протянув руку и вытащив её из-под обломков. Машины тормозили и гудели, когда съезжали с дороги.

— Куда мы идём? — спросила Айла, следуя за ним спотыкаясь на трясущихся ногах. Сет всё ещё светился, вибрируя силой, которую она не понимала, но чувствовала, словно от него исходит волна тепла.

— К реке. Нам нужна лодка. Я не доверяю дорогам, и если за наградой гонится и полиция, то на аэродроме пиздец, — ответил Сет. Он поднял нос к воздуху, принюхиваясь, как собака. — Нил близко.

Тело Айлы не выдержало, и она осела рядом со стеной, её ребра и спина болели, пока она тряслась.

— В чём дело? — спросил он, обращая на неё пылающие глаза.

— Я не могу… ты…

— Да, я бог, и нам все ещё нужно двигаться, — прорычал он.

Теперь её охватила паническая атака, хотя Айла знала, что боги существуют. Аид (Гадес) и его Двор (Court) достаточно часто появлялись в новостях, чтобы быть такими же, как и другие знаменитости. Она никогда не думала, что может встретить такое существо.

«О Боже, он видел моё нижнее бельё», — случайно подумала Айла и рассмеялась.

— Извини, это реакция на стресс, — пробормотала она, но не могла остановиться. — Сет, прости… о, чёрт. Сет. Ты… — она не успела договорить, потому что он взял её лицо в свои руки и поцеловал.

Шок сменил панику, когда горячие губы Сета впились в её губы. Это было жестоко и жаждуще, почти на грани того, чтобы укусить её, лишив её чувств. Айла схватилась за его грудь, её руки нуждались в чём-то, для поддержки, когда её перестало трясти, и её конечности превратились в жидкую массу. Сет отстранился, руки опустились на бёдра, чтобы поддержать её.

— Теперь, когда ты снова успокоилась, мне нужно, чтобы ты двигала своей задницей. Думаешь, ты можешь сделать это для меня, доктор? — спросил Сет. Айла кивнула, лицо её залилось жаром. — Хорошо. Мы направляемся к реке.

Глава 6

Сет стиснул зубы и заставил поток своей силы вернуться в клетку. Он мог бы лучше справиться с полицией. Он мог бы последовать за ними и уничтожить их, как только они остановились бы.

Но нет. Айла взывала к нему, чтобы он спас её, и он распрощался с многовековым самообладанием.

Она опасна для тебя.

Её проклятые богами губы были такими, это уж точно.

Сет поцеловал её не подумав. Она впадала в отчаяние, а он был не из тех, кто трясёт женщину, так что поцелуй казался лучшим вариантом.

Сет всё ещё ощущал её вкус на своём языке и хотел знать, будут ли остальные её части такими же восхитительными. Даже покрытая уличной грязью и кровью, она пахла медовой миррой, сладкий и священный её аромат сжимал его внутренности. Это заставляло его хотеть сделать больше, чем просто поцеловать.

Сет встряхнулся и снова сосредоточился. Ещё будет время, когда они не будут в опасности, и он сможет сосредоточить всё своё внимание на соблазнении, но не сейчас.

Они прошли мимо школы и кофейни, а когда свернули на следующую улицу, Сет заметил доки. Ряды фелюг (прим. — небольшое парусное судно) были готовы отвезти туристов на острова, люди выстраивались в очередь, а капитаны торговались между собою за большую скидку. Он заметил один из них с каютой и направился прямо к капитану.

— Вы владелец этого судна? — спросил он.

— Да, сэр, не могли бы вы…

— Сколько вы хотите за неё?

— Простите? Лодка не продаётся!

— Она необходима Кадеру Айяду, добрый господин, — возразил Сет. Выражение лица мужчины изменилось. — Послушайте, мне просто нужно отплыть в Каир. Я прослежу, чтобы он вернул её целой, или я заменю её. — Сет вынул толстую пачку банкнот и протянул ему.

— Ты умеешь ею управлять? Или тебе нужны мои услуги?

— Со мной всё будет в порядке. Иди и хорошо отдохни. Твоя лодка скоро вернётся, — сказал Сет. Он взял ключи от лодки и номер телефона мужчины. Капитан был достаточно мудр, чтобы взять свои деньги и уйти.

— Все дают тебе то, что ты хочешь, как так? — спросила Айла.

— Они знают, лучше не перечить твоему отцу. — Сет поднял её и посадил в лодку. — Или мне, если уж на то пошло.

— Кроме Муссы.

— Мусса получит по заслугам, это я тебе обещаю.

Сет быстро проверил паруса и резервный двигатель. Он хорошо знал Нил и был доволен, что капитан заботился о своей лодке.

Там была небольшая каюта с крошечной ванной, холодильником и кухонными принадлежностями. Она была подготовлена для однодневных поездок и вполне им подходила. Сет отвязал лодку и удостоверился, что они быстро маневрируют в потоке других суден.

— Я не вижу никого, кто бы нас искал, — произнесла Айла, глядя на доки и витрины магазинов.

— Держись подальше от глаз, на всякий случай. Если они решат, что мы прячемся в городе, у нас будет несколько дней, чтобы добраться до Каира. — Сет выругался себе под нос. — Какой занозой в заднице вы оказались, доктор. Это должно было быть в лучшем случае однодневной работой.

— Можно подумать, богу войны понравится вызов, — ответила Айла, сидя на палубе лодки. — Вот кто ты, не так ли? Сет, бог войны и хаоса?

— Среди прочего, — сказал Сет через плечо.

— Например? — спросила Айла. — Давай. Мне нужно отвлечься, и не каждый день ты можешь встретить бога. Или быть спасённой дважды одним. Или поцелованной им.

— Я должен был каким-то образом заставить тебя перестать нервничать, — ответил Сет.

Айла заправила растрёпанные кудри за уши.

— Это было дико неуместно.

Сет улыбнулся.

— Поверь мне, ты поймёшь, когда я решу вести себя с тобой крайне неуместно, Айла.

— Не беспокойся. Ты не в моём вкусе, — фыркнула она.

— Знаешь, в Верхнем Египте моё имя использовали для любовных заклинаний и вырезали амулеты.

— Что ты имеешь в виду?

Сет одарил её долгим взглядом, от которого на её щеках вспыхнул румянец.

— Я такой, как все. Когда я соблазню тебя, я стану единственным типом, которого ты когда-либо захочешь.

— Ты имеешь в виду, если тебе удастся соблазнить меня, — поправила Айла.

— Когда, — повторил Сет. Одного поцелуя было достаточно, чтобы сделать соблазнение несомненным.

Не имело значения, что она была дочерью Кадера. Что большая часть Египта попытается убить её за награду. Доктор заставила ихор в его венах гореть, и он узнает, почему именно.

Айла бросила на него равнодушный взгляд.

— Если ты так говоришь. Теперь я собираюсь сходить с ума в уединении и посмотреть, есть ли у этого капитана кофе. Когда меня подстреливают, это не то, как я люблю начинать свой день.

— Лучше вари на двоих. Я совсем не спал прошлой ночью, — сказал Сет.

— Вот вам и легендарная выносливость богов. — Айла оказалась под палубой прежде, чем он успел остроумно ответить на эту колкость.

— Вот это вызов, который я с радостью приму, — произнёс Сет себе под нос.

***

После вчерашнего вечера Айла не думала, что у неё хватит сил на срыв.

Внезапно разбудили, обстреляли, похитили и поцеловали, и всё это за одно утро. А ты беспокоились, что жизнь становится утомительной.

Она никогда больше не собиралась жаловаться на обыденность бумажной волокиты.

Айла прошлась по каюте и нашла чистую галлебая (прим. Галлебая — это свободный длинный халат с длинными рукавами.), которую она могла надеть как платье и стянула с себя плохо сидящие штаны и рубашку. Она изо всех сил старалась заплести свои спутанные локоны и смыть грязь с лица. Её руки начали трястись, поэтому она сжала их в кулаки.

— Нет. Ты можешь пройти через это. — Она работала в зонах боевых действий, где всю ночь слышались звуки выстрелов. Раньше ни одно из этих орудий не было направлено на неё, но она не собиралась позволять страху сломить её.

Если её руки будут заняты, это поможет ей успокоиться. Она сварила кофе и поискала запасы еды, которую капитан должен был раздавать туристам, которых он планировал вывезти в тот день.

Айла не могла вспомнить, когда в последний раз плыла на лодке по Нилу. С богом.

Она была от природы любопытна, и, если она собиралась застрять с Сетом в непредвиденном будущем, она намеревалась получить ответы на все свои вопросы.

Он определённо целуется как бог.

Её губы покалывало при воспоминании о щетине и жаре. Её давно не целовали. Не таким образом.

«Никогда», — беспомощно поправило её подсознание.

Отбросив все неприятные мысли, Айла приготовила кофейник горячего кофе и поднос с фруктами, свежими лепёшками, оливками и хумусом.

На палубе Сет смотрел на воду и отправлял сообщения на своём телефон. Айла подумала, не отцу ли. Что бы она сказала ему, если бы они встретились?

Айла поставила поднос на ровную площадку, уставленную подушками для обычных туристов лодки. Она взяла одну из чашек с кофе и подошла, чтобы подать её Сету.

— Вот ты где, — сказала она.

— Милый наряд. — Сет взял кофе, грубые пальцы слегка коснулись её. — Ты выглядишь нормально после утренних волнений.

— Просто пытаюсь успокоиться.

— Ты меня не боишься? — спросил он.

Айла села на подушку.

— Потому что ты убийца, гангстер или бог?

— Выбери одно. — Сет убрал телефон и устроился напротив неё поудобнее.

— Ты сказал, что мне нечего тебя бояться.

— Ты не веришь. Это не значит, что твой человеческий разум верит в это.

— То, как ты разрезал машину пополам хопешем — это то, что я не забуду в ближайшее время. — Айла разломила лепёшку и предложила ему кусочек. — Я могу поверить, в то что ты бог из-за этого, и не то чтобы люди не знали, что боги ходят среди нас. Я могу транслировать каналы Медузы со своего ноутбука, когда захочу, и Аид никогда не скрывал, кто он такой.

Губы Сета скривились в усмешке.

— Эти ищущие внимания греки — дети по сравнению со мной.

— Они открыто живут с тем, кто они есть. Почему нет? — спросила Айла.

— Потому что я не хочу, чтобы меня беспокоили, и я не заинтересован в том, чтобы снова строить империю. Слишком много работы. — Сет вытянулся на боку. — Кадер знает, кто я, но он умеет хранить секреты. Ты только посмотри на себя.

— Я начинаю думать, что было бы лучше думать, что я сирота. Я могу это понять.

— Позволить тебе поверить, что он мёртв — это, вероятно, лучшее, что когда-либо делал человек. Возможно, ты этого не понимаешь или тебе это не нравится, но это правда.

— Моя мать Амара и я были брошены им. Она болела почти всю мою жизнь и нуждалась в поддержке, а не в каком-то бездельнике, который ни разу не удосужился помочь, — с горечью ответила Айла.

— Я думаю, если ты копнёшь достаточно глубоко, ты обнаружишь, что он помогал, когда мог и когда это было безопасно. Возможно, это было не идеально, но ты выросла нормальной и в безопасности. А если бы он забрал тебя. Последние двадцать четыре часа были твоим обычным днём, — ответил Сет.

Айла жевала виноградину, ненавидя правоту мужчины. Логически она знала это, но эмоционально она была как раненый ребёнок, потому что её бросил отец.

— Будем надеяться, что скоро сможем вернуть тебя к прежней жизни, — продолжил Сет. — А пока наслаждайся свободным временем.

Айла рассмеялась.

— Вроде как отпуск. Как ты думаешь, сколько времени нам понадобится, чтобы добраться до Каира?

Он одарил её ленивой улыбкой.

— Несколько дней, если мы притворимся туристами, любующимися Нилом во всей его красе. Не стесняйся загорать голышом, чтобы поддержать историю.

— Ты первый, — со смехом сказала Айла. Она подавилась оливкой, когда он сел и снял рубашку и ботинки. — Подожди! Стоп, я беру свои слова обратно.

Сет лежал на спине на солнце, заложив руки за голову.

— Ты такая дразнящая, Док.

Айла смотрела так долго, что Сет спросил:

— Нравится то, что ты видишь?

— Извини. — Айла встряхнулась. — Я не знала, что у богов могут оставаться шрамы, вот и всё.

Смуглая кожа Сета была покрыта отметинами всех форм и размеров. На его груди сиял золотой анк (прим. — Анх, коптский крест — символ, ведущий своё происхождение из Древнего Египта. Известен как египетский иероглиф ☥, а также как один из наиболее значимых символов древних египтян. Также известен как «ключ жизни», «ключ Нила», «бант жизни», «узел жизни», «крест с петлёй», «египетский крест», «крукс ансата»).

— Как ты объясняешь это людям?

— Причудливая татуировка, которую я сделал в Сингапуре, — ответил Сет, не открывая глаз. — Люди обычно не задают лишних вопросов.

— Тогда они глупы. Она что-то делает?

— Нажми и узнай.

— Я серьёзно. Ты первый бог, которого я когда-либо встречала. Я собираюсь задавать тебе вопросы. Смирись с этим.

Сет болезненно вздохнул.

— Они были у всех богов как знак их божественности. Это представление нашей власти над жизнью и смертью. Это также ключ к входу в земли Дуата.

Дуат — земля суда и тьмы в загробной жизни. Айла нервно рассмеялась:

— Дуат действительно существует.

— Конечно, да. — Сет перевернулся и хлопнул себя по правому плечу в том месте, где на его коже был круглый шрам размером с кулак Айлы. — Видишь? Этот шрам от того, что Апоп однажды задел меня своим клыком.

Айле всегда нравилась история о том, как Ра каждую ночь плывёт на своей барже по Дуату. Другие боги были с ним, каждый по очереди проплыл через двенадцать врат кишащего демонами подземного мира.

Когда вся их сила была на минимуме, Апоп, демонический змей и пожиратель душ, нападал. Сет, самый ненавистный и страшный из богов, был единственным достаточно сильным, чтобы спасти их от клыков Апопа. Они будут сражаться до тех пор, пока Дуат не окажется позади, и они вернутся в мир людей, чтобы Ра, солнце, взошло на следующий день.

— Истории о том, как вы с ним сражались, тоже правда? — спросила Айла, сопротивляясь желанию прикоснуться к шраму.

Сет перевернулся.

— Некоторые из них. Большинство историй обо мне — это просто… истории.

Айла нахмурилась, пока её разум фильтровал воспоминания. Её мать любила мифы и легенды со всего мира. Айла выросла на рассказах историй, и когда Аид вернулся в Грецию, Амара торжествующе сжала её и сказала:

— Видишь? Я же говорила тебе, что боги реальны.

Айла не могла представить, что её мать подумала бы о злодее Сете, который в настоящее время загорает рядом с ней, как большой кот.

— А как насчёт истории о том, как вы с Гором сражались за Египет?

— Мы сражались после того, как Осирис был привязан к Дуату, но история, которую они рассказывают сейчас, совершенно неверна. Нейт, а не Исида, решила вопрос о правлении для начала.

— Значит, ты не соблазнял Гора и не съел салат, покрытый его спермой? — спросила Айла. Это была та часть истории, которая всегда заставляла Айлу съёживаться.

Сет открыл большой золотой глаз.

— Ты давно пробовала сперму? Это не совсем то, что можно принять за заправку для салата и продолжать есть.

Айла снова рассмеялась, и напряжение в её теле немного спало.

— Не могу с этим поспорить. Знаешь, я думаю, ты бы понравился моей матери.

— Матери меня не любят.

— Не сомневаюсь. — Айла вспомнила озорную сторону Амары. — Вероятно, поэтому ты ей и понравился бы. Она была так взволнована, когда боги вернулись, несмотря на то, что она была восточно-православной христианкой. Она была гречанкой из Мегары, поэтому она гордилась тем, что Аид вмешался, чтобы спасти её страну.

— Если она была гречанкой, что привело её в Египет? — спросил Сет, подперев голову рукой.

— Раньше она говорила, что её кровь была греческой, но её сердце было египетским. Она проследила своих предков до Александрии, и то, как она об этом говорила, было похоже на возвращение домой. — Горе заставило сердце Айлы сжаться. — Она сказала, что осталась в Египте, чтобы быть ближе к памяти моего отца. Я полагаю, это была очередная ложь.

— А может быть, и правда. Любовь — это странная сила, которая заставляет людей делать сумасшедшие вещи. Ты не знаешь, Кадер мог видеть её всякий раз, когда это было возможно. Он частный человек, и я точно знаю, что он путешествовал в Александрию задолго до того, как попал в тюрьму.

Айла попыталась представить, что у её матери более тридцати лет был тайный роман с гангстером.

— Я завтракаю с богом, так что, полагаю, всё возможно.

— Если они это сделали, это более романтично, чем я думал, на что способен Кадер.

— Высокая похвала от бога, которого люди призывали для своих любовных заклинаний, — ответила Айла, снова пытаясь поднять настроение. — Хотя мне непонятно, почему кто-то может просить бога войны помочь в их любовной жизни.

Сет ухмыльнулся.

— Я стал известен как бог войны только в Новом Королевстве, Доктор. До этого я также был богом-героем защиты и любви.

— Тогда как ты превратился в бога войны? Это полная противоположность любви.

Смех Сета был достаточно шелковистым, чтобы внутри неё вспыхнуло тепло.

— Если ты в это веришь, Айла, значит, ты никогда не была влюблена.

Глава 7

Они медленно плыли вверх по Нилу до конца дня. Сет бросил якорь на коротком пути от Эдфу.

Сет пока не хотел связываться с городом, и, если бы кто-нибудь наблюдал за лодками в течение дня, они бы выглядели как туристы, которых они и изображали.

Какая-то часть его хотела, как можно скорее отправить Айлу в Каир ради её же безопасности. Она не была предназначена для такой жестокой, опасной жизни.

Если бы Сет попытался поехать на машине, на их пути, несомненно, были бы блокпосты и люди снова стреляли бы в них в мгновение ока.

Он не только хотел сохранить ей жизнь. Он старался, чтобы она чувствовала себя в безопасности. Он мог бы побыть капитаном несколько дней, а плыть по Нилу с красивой женщиной было приятной сменой обстановки. Даже если эта женщина была запретной во всех смыслах.

Сет взглянул в сторону Айлы. Она сидела на носу лодки и смотрела на мир с потрёпанной книгой в мягкой обложке, которую нашла в каюте.

Девушка была не только красивой; она также была блестящей, заманчивое сочетание, которого он старался избегать в женщинах, с которыми спал, чтобы избежать осложнений.

Останови это. Она не из тех женщин, которые будут спать с кем-то, кого она не знает, и она определённо слишком умна, чтобы возиться с такими, как ты.

Сет провёл руками по волосам и завязал их в узел. То, что он начал сомневаться в своей самооценке, было тревожным сигналом о том, что доктор ему уже слишком нравилась. Его никогда не волновало, что о нём думают боги или люди. Когда он находил то, что хотел — он брал это.

Телефон Сета зазвонил, чтобы сообщить ему, что появилась связь. Он вытащил его, проверил пропущенный звонок от Абаси и быстро перезвонил ему.

— Масаа аль-хайр, Сет, ещё жив? — Абаси ответил своим ровным культурным тембром. Выросший в богатой семье и получивший вместе с этим образование, Абаси обладал голосом, подходящим для залов заседаний, а не для закоулков.

— Извини, что разочаровываю. Пожалуйста, скажи мне, что знаешь, кто этот шпион, и хочешь, чтобы я его убил, — с надеждой сказал Сет.

— К сожалению, мы ещё не поймали этого человека. Кадер попросил меня узнать, где вы находитесь. Я никогда не видел его таким взволнованным.

— Айла в порядке, — ответил Сет, ещё раз взглянув в её сторону. Она зажигала фонари на палубе лодки, тёплый свет заходящего солнца придавал ей золотистое сияние.

— Она такая же красивая, как на фото? — спросил Абаси. Сет подавил раздражение.

— Слишком хороша для таких, как мы.

Абаси рассмеялся.

— Значит, она ещё красивее. Лучше держи своё очаровательное «я» под замком, Сет.

— Невозможно запереть свою естественную личность.

Это заставило Абаси расхохотаться ещё сильнее.

— Если ты так говоришь. Где вы?

— За пределами Эдфу. Завтра я пойду в город, возьму кое-какие припасы и продолжу движение в сторону Каира.

— На лодке? Это будет медленно.

— Я знаю, но пока ты не узнаешь, кто наш предатель, у нас нет выбора.

Абаси хмыкнул.

— У нас есть ещё одна проблема. Информация об Айле стала широко известна, и все, кто злится на Кадера, будут её искать, а не только Мусса.

— Блядь, Абаси! Я думал, ты должен держать ситуацию под контролем, — прорычал Сет, щипая себя за переносицу.

— Вряд ли меня можно винить в информировании людей Муссы. Это было неизбежно. Мне нужно послать вам подкрепление…

— Нет. Большее количество людей привлечёт к ней внимание. Позволь мне провезти её контрабандой.

Теперь Айла смотрела на него, и между её бровей появилась тревожная морщинка.

— Медля, ты рискуешь её жизнью.

— Я не говорю тебе, как делать твою работу, так что не говори мне, как делать мою. Я не позволю, чтобы с Айлой что-то случилось. Ты должен мне доверять.

Абаси разочарованно вздохнул.

— Ладно, хорошо. Но я говорю тебе, если ты затянешь это ещё на двадцать четыре часа, уже весь Египет будет искать её. Ты не сможешь защитить её, если будешь мёртв, Сет.

Сет ухмыльнулся.

— Ты удивишься.

— Отметьтесь завтра. Кадер — развалина, и ты знаешь, как трудно его урезонить, когда он становится таким.

— Хорошо. Сосредоточься на поиске этого крота, Абаси. Я хочу, чтобы его кровь была на моём клинке к концу недели.

— Вот Сет, которого я знаю. Береги себя, брат.

— Ага. — Сет повесил трубку, развернулся и чуть не врезался в Айлу.

— О чём был разговор? — спросила она.

— Не о чем беспокоиться…

Айла подняла руку.

— Нет. Стоп. Не делай этого. Скажи мне правду.

— Я не хочу беспокоить тебя тем, что не имеет значения, — ответил Сет. Полные губы Айлы сжались в упрямую линию.

— Ах, глупой маленькой девочке не нужно беспокоиться об этом, потому что обо всём позаботятся мужчины, — возразила она. — Это моя жизнь, Сет! Скажи мне, что, чёрт возьми, происходит, или я…

— Что ты, принцесса? — спросил Сет, выходя вперёд. Обычно это был намёк, но Айла просто сильно ткнула его в грудь.

— Я столкну тебя за борт и скормлю крокодилам, — фыркнула она.

— Дети Себека не хотят есть таких, как я. Кроме того, я умею менять форму, и они не станут нападать на хищника больше, чем они, — заметил Сет. Его улыбка ещё больше взбесила её, щеки вспыхнули от гнева.

— Может быть, ты сможешь превратиться в кого-то, кто не будет мудаком.

— Ты не первая, кто так шутит.

Айла положила руку ему на грудь.

— Пожалуйста, Сет. Просто скажи мне, я не хочу ссориться с тобой.

Сердце Сета начало колотиться, всё его внимание было сосредоточено на тепле её ладони.

— Ты играешь грязно.

Большие карие глаза невинно моргнули, глядя на него.

— Я ни во что не играю. Просто скажи мне.

Сет внутренне поёжился.

— Абаси думает, что весть о тебе распространилась по всему Египту. Теперь за тобой будут охотиться не только люди Муссы.

Айла кивнула.

— Я так и думала. Ты всё ещё думаешь, что сможешь защитить меня?

Сет подумал о целых армиях, которые он уничтожил в одиночку, о крови, которая пропитала и запятнала его Ка.

— Без сомнения. — Сет положил руки ей на плечи, потому что это казалось самым безопасным местом. — Это может быть грязно, но ты справишься.

— Хорошо, что ты бог. — Рука Айлы сжала его рубашку. — Если подумать в это время суток, больше всего меня беспокоила работа с документами. Такое волнение случалось и с другими людьми.

— Держись меня, доктор, и волнение никогда не прекратится. — Это вызвало у него нерешительный смех.

— Я не знаю, сколько ещё волнений может выдержать моё тело, — вздохнула Айла.

— Смотря какого волнения, — автоматически ответил Сет. Его руки сами собой скользнули по мягкой коже её рук. Он быстро уронил их, и Айла убрала руку с его груди. Она была всё ещё слишком близко, воздух гудел между ними.

— Я пойду заварю чай, — проговорила она, обогнув его и спустившись в каюту.

— Блядь, — пробормотал Сет себе под нос. Он смотрел на темнеющие воды Нила и размышлял, не окажется ли хорошей идеей броситься на съедение крокодилам.

***

Через некоторое время появилась Айла с едой и чаем. Она поставила всё на столик в каюте.

— Иди и съешь что-нибудь. Ингредиентов хватило на салат с кускусом. От твоего сердитого взгляда у меня голова болит.

— Не сердитого, наблюдающего. — Сет присоединился к ней, и она передала ему тарелку. — Я думал, ты сказала, что не умеешь готовить.

— Салат — это не приготовление пищи. Это объединение ингредиентов в миске.

— Достаточно честно. Спасибо, — добавил Сет.

— Похоже, это меньшее, что я могу сделать. Я напугана и напряжена, но я ценю твою помощь. Даже если тебе за это платят, — быстро сказала Айла.

— Ты хороший человек, Айла. Это стоит того, чтобы защищать тебя, — ответил Сет, слегка пожав плечами. — Ты красивее наркоторговцев, с которыми я обычно работаю.

— Ты можешь мне об этом рассказывать? — спросила она, поднеся вилку ко рту.

— Наверное, нет. Ничего не могу поделать. С тобой легко разговаривать. — Это была правда. Сет не говорил о своём прошлом и не признавал свою божественность веками. Кадер знал, кто он такой, но Сет никогда не отвечал на заданные им вопросы. Сет обнаружил, что рассказывать об этом Айле не больно, как обычно.

— Могу я спросить, почему ты это делаешь? Ты бог, Сет. Разве ты не мог бы заняться чем-нибудь получше?

— Когда жизнь — это бесконечная череда скучной вечности, нужно найти, чем себя занять, — честно ответил он.

— Звучит мрачно.

— Хорошо, если бы ты была бессмертной, что бы ты сделала?

Айле даже не пришлось об этом думать.

— Я бы помогала людям.

— Бог войны, помнишь?

— Ты продолжаешь говорить мне, что это не всё, что ты есть. Ты также Бог защиты, верно? Ты мог бы использовать это с пользой, если бы захотел.

Сет терпеливо посмотрел на неё.

— Перестань думать, что я лучше, чем я есть, Айла. Я вижу, тебе нравится верить в лучшее в людях, но я такой, какой я есть. И меня это устраивает.

— Разве? Мне кажется, тебе скучно, одиноко и надоело.

Сет почувствовал, что точность этой оценки ударила его прямо по яйцам.

— Так ли это? И ты поняла это всего по дню, который мы провели вместе.

Айла налила ему чаю.

— Я ошибаюсь?

Лги.

Сет покачал головой, его язык отказывался подчиняться.

— Ты не ошибаешься, но убивать людей — это то, в чём я хорош.

— Конечно, но это не всё, в чём ты хорош, — сказала Айла, и на её губах появилась лёгкая улыбка.

— Всё ещё думаешь о том поцелуе, да? — Сет не мог не спросить.

— Каком поцелуе? — ответила Айла, лопнув своё эго, как воздушный шарик. — Ах, это. Нет. Я говорила о плавании и кулинарии. Возможно, тебе стоит остаться на лодке.

Сет рассмеялся.

— Боже, нет. Моя терпимость к людям слишком низка для туризма.

— Хорошо, но к концу этого приключения у меня будет список лучших вариантов карьеры для тебя, чем охрана наркоторговцев.

— Почему тебя вообще это волнует?

— Не знаю, — слишком быстро ответила Айла. — У меня мало талантов, Сет, и один из них раскрывать потенциал, когда я его вижу. Ты, мой друг, пропадаешь впустую, как торговец наркотиками.

Мой друг…

Чёрт. Как давно у него не было друга? Он даже не считал Кадера своим другом.

— Я опустошён как Бог. Просто спроси у любого из них, — ответил он, а затем добавил. — Тех, кто всё равно ушёл.

— В Египте всё ещё есть Боги? Кто? — спросила Айла, просияв от такой перспективы.

— Тот в Александрии и он, вероятно, так же безумен, как и всегда. Анубис в Египте; ему не нравится покидать страну. Может быть, Себек, хотя я не видел его тысячу лет. Дуат. — Сет пожал плечами. — Могут быть и другие, но я давно не видел ни одного. Мы всегда стремились держаться подальше друг от друга. Я слышал, что Исиду видели в Турции несколько лет назад, но я не могу утверждать, что это правда.

— Ты шутишь? — сказала она, её улыбка стала шире.

— Не смотри так удивлённо, Айла. Богов трудно убить. В основном мы сходим с ума от времени и убиваем себя сами. Другие пантеоны такие же. Посмотри на греков. Римляне пошли тем же путём, хотя я не раз пересекался с Беллоной, их богиней войны. Адская женщина в драке.

— На кого она похожа? — Айла не удержалась от вопроса. Сет долго думал об этом.

— Подумай о женщине, которая выглядит как более мускулистая Анита Экберг, но которая может убить тебя восемнадцатью способами с помощью зубочистки, — ответил он наконец. — Это Беллона.

Айла покачала головой.

— Могу ли я вообще спрашивать, что происходит, когда встречаются два бога войны?

— В нашем случае это было пари и много плохого вина, — со смехом вспоминал Сет. — В то время мы были где-то в Месопотамии. Она, конечно, поддерживала римлян, а я работал на Парфию. Надрал ей задницу так сильно, что каждый раз, когда мы пересекались с тех пор, она бросала мне вызов и проигрывала, мы были в Бейруте, и на следующий день ей пришлось драться голой.

— Я знаю тебя всего несколько дней, но меня ничего в этой истории не удивляет, — ответила Айла с широкой улыбкой. — Ты правда больше ни с кем не общаешься? Разве не бывает группы поддержки или воссоединения египетских богов каждые сто лет?

— Нет. Можешь себе представить? Мы все перебили бы друг друга из-за пренебрежительного отношения пятитысячелетней давности, — рассмеялся Сет.

— Ты всё ещё держишь в себе старые обиды?

Сет долго думал об этом.

— Только против Осириса. Я достаточно хорошо лажу с другими.

— Правда? Могу я спросить, почему? — настаивала Айла.

Сытый и довольный, Сет лёг на спину и стал смотреть на звёзды.

— Я расскажу тебе в другой раз. Сегодня прекрасная ночь, и я не хочу портить настроение разговорами о гигантской бездне, коей является Осирис. Почему бы тебе не рассказать мне, почему ты захотела стать врачом?

— Вначале я просто хотела быть похожей на моего отца. Я думала, что это поможет лучше понять его, — призналась Айла, ложась рядом с ним, но сохраняя безопасную дистанцию. — Затем, поскольку рак груди моей матери продолжал возвращаться, я сделала это, потому что хотела иметь возможность помогать таким людям, как она.

— Теперь ты подвергаешь себя опасности, чтобы продолжать помогать людям. Это так?

— Довольно точно. Всем иногда нужна помощь, и я думаю, что добрые дела возвращаются к тебе.

Сет повернул голову, чтобы посмотреть на неё.

— Если это правда, я хочу знать, что плохого ты сделала, чтобы заполучить весь Египет.

— Ты имеешь в виду то, что сделал Кадер. Я думаю, мои добрые дела гарантировали мне твою защиту, — ответила Айла.

Сет застонал.

— Ещё раз перестань пытаться выставить меня лучше, чем я есть, доктор.

— Нет. Может, ты и не «хороший», но прямо сейчас ты делаешь хорошее дело. И нет, не пытайся спорить. Ты не изменишь моего мнения.

Сет знал, что она была неправа, но это не остановило улыбку на его лице.

— О, Айла, время позаботится об этом для меня.

Глава 8

Эдфу был городом, через который Айла всегда проезжала, и у неё никогда не было времени остановиться и исследовать его. С их причала на реке она могла разглядеть высокие колонны Храма Гора, который ранним утром уже заполнялся туристами.

— Мы пробудем здесь несколько часов и соберём кое-какие припасы. И нам лучше найти тебе подходящую одежду, — сказал Сет, привязывая лодку и помогая ей сойти на пристань.

— Почему? Тебе не нравится мой супермодный ансамбль из галлебая и сапог? — спросила она.

— Мне нравится, насколько он прозрачен, когда солнце падает на него определённым образом, — с улыбкой ответил Сет.

Айла в ужасе уставилась на него.

— Это не так, правда ведь?

— Не в этом свете.

— И подумать только, что ты начинаешь мне нравиться. Отведи меня в магазин одежды прямо сейчас, — потребовала Айла.

— Властная маленькая птичка, когда твои перья взъерошены? — Сет вёл её по оживлённым улицам, пока они не приблизились к храму и не подошли к рынку. Сет наклонился и прошептал: — Не забывай следить за всеми подозрительными.

Айла окинула его долгим взглядом, от его сапог до полностью чёрной одежды и мягко ухмыляющегося рта.

— Ты самый подозрительный мужчина в этом месте.

— С этим не поспоришь. — Сет указал на прилавок с одеждой и дал ей пачку банкнот. — Иди и купи что-нибудь из одежды. Возьми и мне несколько чистых рубашек. Я иду в тот продуктовый киоск и вернусь в пять. Не уходи отсюда, Айла

Она взмахнула ресницами, глядя на него.

— Ты мне не доверяешь?

— Если бы я тебе не доверял, ты была бы привязана к лодке, — ответил Сет. — На самом деле, эта идея заслуживает внимания. — Его золотые глаза вспыхнули жаром, и волнение пробежало по её спине.

— Увидимся в пять, — ответила Айла, отворачиваясь от него и направляясь в пропахшие пачули палатки. У неё было достаточно проблем, кроме того, что он так смотрел на неё.

Айла была более чем удивлена, обнаружив, что Сет был интересной и лёгкой компанией. Иногда ей было сложно расслабляться среди людей, а говорить о себе ещё труднее, но с ним она делала и то, и другое. То, что он предпочитал ходить без рубашки, было приятным бонусом.

Слишком приятным.

Айлу не волновали мужчины с тех пор, как два года назад она рассталась со своим последним бойфрендом. Он был ещё одним врачом в частной практике, в которой она работала. Он был милым, безопасным и скучным, как и её бойфренд до него.

Она думала, что это её тип, поэтому для неё было шоком узнать, что её привлекает кто-то, кто был полной противоположностью.

Это просто стресс от того, что в тебя стреляют. Ты очарована тем, что он бог.

Айла просматривала предлагаемую одежду, которая, как правило, имела уклон в сторону западной моды с подделками под бренды и бесполезные туристические рубашками из Египта. Она ухмыльнулась. Если она собиралась играть в туристку, она сделает это стильно.

Пять минут спустя она вышла в новых джинсах и с двумя сумками с одеждой.

Сет ждал её, куря сигарету и с подозрением наблюдая за толпой. Он взглянул на её рубашку с танцующими мультяшными фараонами и мумиями и расхохотался.

— Какой ужас, — сказал он, задыхаясь от дыма. — Мне это нравится.

— Я рада, потому что у меня есть такая и для тебя, — ответила Айла, протягивая ему сумку. — В чёрном цвете, конечно же.

— Да, я не ношу подобное. — Он выудил тёмно-красную футболку и поменял её с той, что была на нём.

— Тебе идёт этот цвет, — сказала Айла.

— Она немного маловата, — пожаловался Сет, одёргивая её вниз там, где она цеплялась за каждую выпуклость и впадину его впечатляющей груди.

— Это? — Айла ответила невинно. Сет поймал улыбку, которую она не могла сдержать, и поднял бровь. — Что? Это не специально.

— Как скажешь. — Сет заправил несколько выбившихся прядей волос за ухо. — Только на тебе ужасная футболка может выглядеть мило.

— Это подарок, — ответила она, борясь с желанием взглянуть на свои сапоги. — Так какой у нас план?

— Мне нужно сделать несколько звонков, но я подумал, что смогу сделать это, пока ты будешь смотреть на храм. Ты ведь туристка и всё такое.

— Мне бы этого хотелось. Я думала, что ты не захочешь, потому что это Храм Гора, — сказала Айла, пока они шли.

— Почему это должно меня беспокоить? Он мёртв, а я всё ещё жив. Кроме того, у меня больше, чем у него. Я имею в виду храм, — поправил Сет.

— Это правда? — Айла постаралась не захихикать, когда он обернулся, и на спине его рубашки блестела большая золотая надпись: «Я ЛЮБЛЮ ЕГИПЕТ». Она задавалась вопросом, сколько времени ему потребуется, чтобы обнаружить её.

***

Храм оказался более обширным, чем думала Айла. Он был посвящён как Гору, так и Хатор, богине неба, солнца и секса.

Айла была в восторге от резных рельефов и статуй, восхищаясь мастерством и изобретательностью, которые потребовались при их строительстве.

Сет дал ей пространство для исследования, но не терял её из поля зрения, пока говорил по телефону. Айла знала, что по крайней мере один из этих звонков был её отцу.

Она пыталась игнорировать смесь любопытства, боли и тоски, когда дело касалось Кадера. Она понятия не имела, что она сказала бы ему, если бы они когда-нибудь встретились. Сет сказал ей, что он был гостем каирской тюрьмы, и, возможно, это было хорошо для спокойствия её сердца.

Айла взглянула на столб и заметила мужчину, наблюдающего за ней. Он вёл себя не так, как другие туристы, и, казалось, его совсем не интересовали памятники вокруг них. Его тёмные глаза метнулись к телефону в руке. Волосы на её затылке встали дыбом, интуиция предупреждала её.

Айла попыталась найти Сета, но он оказался не там, где она ожидала.

Чёрт.

Её тело напряглось, готовясь к бою. Она двигалась сквозь толпу, стараясь держать таинственного мужчину в поле зрения, не глядя прямо на него. Теперь он говорил по телефону, следя за ней.

Куда, чёрт возьми, делся Сет? Его было нетрудно не заметить даже в толпе.

На её плечо опустилась рука.

— Айла Нейлос?

Айла развернулась, отбивая руку мужчины от себя и вонзая ладонь в его грудину. Он задохнулся, потянувшись к ней, когда она сильно ударила его ботинком по колену. Она не стала ждать, упадёт ли он, просто повернулась и побежала.

Туристы ахнули, уступая ей дорогу, пока она протискивалась сквозь группы, пытаясь выбраться наружу.

— Айла! — Сет крикнул ей, и она заметила его за большой колонной. На земле лежал мужчина с окровавленным лицом. — Ты в порядке?

— Есть ещё один, я его довольно сильно ударила, но это не задержит его надолго, — сказала она, взяв его за протянутую руку.

— Время нашего визита в Эдфу подошло к концу. Мне очень жаль, что нам придётся сократить наш визит. — Сет вывел её обратно на улицу.

— Мы идём к лодке? — спросила Айла.

— Нет, если они знают, что мы здесь, то они знают и о лодке. Нам придётся найти машину. Обойти её невозможно. Чёрт, их ещё больше. — Люди целенаправленно двигались к ним с оружием наготове.

— Они ведь не станут открывать огонь на глазах у толпы, не так ли?

— Да. Держись рядом. Они захотят, чтобы мы разделились.

— Сет, нам нужно уйти от всех этих людей. Я не хочу, чтобы кто-то пострадал из-за меня, — произнесла Айла.

— Если эти придурки откроют огонь, то не по тебе, Айла. По ним. — Сет ускорил темп, пока она не побежала трусцой, чтобы не отставать. Они пошли по пустынному переулку, и Сет остановился, когда несколько человек перегородили им путь. Они обернулись и увидели ещё четверых, стоящих позади, на пути, по которому они пришли. Сет придвинул Айлу спиной к стене здания.

— Когда я скажу «падай», ты падаешь на землю, — прошептал он, передавая ей купленный пакет с едой. Он повернулся к приближающимся к ним мужчинам. — Ребята, вы не хотите этого делать. Разворачивайтесь и уходите.

— Сет Ахом, отдай женщину, и можешь уйти. Мы не хотим драки с тобой, но она идёт с нами, — сказал один мужчина, направив на них ружьё.

Сет рассмеялся, от этого леденящего смеха живот Айлы покрылся льдом.

— Ты наставил на неё пистолет, а значит, ты нацелен на драку.

— Ты в меньшинстве. Ты не сможешь убить нас всех.

От Сета стал исходить жар, золотой свет начал мерцать вокруг его рук. Ему не нужно было говорить Айле, чтобы она падала на землю. Она почувствовала, как его сила поднялась и ударила о землю, свернулась в клубок и положила руки на голову.

Разразился хаос. Сквозь пальцы Айла смотрела, как Сет разрывает мужчин, словно бумажных кукол.

Вооружённый только кинжалом, он пригибался и петлял, уворачиваясь от пуль и кулаков. Каждый удар, который он наносил, попадал в цель, убивая людей с криками. Сет превратился в дрожащее пятно, за которым тянулась золотая магия и горячие алые брызги.

— Айла, вставай, — скомандовал он, и её ноги повиновались. Она схватила сумку с земли и последовала за ним.

Сет открыл дверь белого транзитного фургона, и она побежала к пассажирскому сиденью. Он обыскал машину в поисках ключей, прежде чем выругаться и приложить два пальца к замку зажигания. Магия вспыхнула золотом, и машина завелась.

— Пристегни ремень безопасности, — хрипло велел Сет. Они выехали с улицы в оживлённый поток машин. — Ты ранена?

— Нет, а ты? — спросила Айла тихим голосом.

— Нет. — Сет выругался и обогнул грузовик. — Я не знаю, как они выследили нас здесь. Мы были на берегу всего час.

— Абаси сказал, что награду за меня объявили все, верно? Может быть, нас случайно заметили.

— Довольно впечатляющий шанс. — Переключая передачи, проверяя зеркала и машины по обе стороны от них. Он разочарованно зарычал. — Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть. Я не хочу, чтобы из-за меня тебе снились кошмары.

— Ты их предупреждал, — ответила Айла. Сет был жестоким и великолепным одновременно. Он был богом войны, и он убил их всех, чтобы защитить её. Сердечный ритм Айлы медленно возвращался к норме, адреналин, пульсирующий в её венах, ослабевал.

— Что мы теперь будем делать? — спросила она.

— Я увезу тебя туда, где тебя никто никогда не найдёт, — ответил он, не отрывая своих золотых глаз от дороги.

— По крайней мере, на этот раз у меня был шанс дать отпор. — Айла не знала почему, но от этого ей стало лучше.

— Тебе вообще не стоило драться. — Сет выглядел разъярённым, но Айла не могла понять на кого он злился, на их врагов или на себя самого.

Собравшись с духом, она накрыла его руку своей и быстро сжала её. Когда он ничего не сказал, она попыталась отодвинуться, но его рука мягко извернулась, чтобы схватить её пальцы и осталась в таком положении.

***

Сет не любил сюрпризы. Он не верил, что за Айлой в Эдфу появились люди случайно. Неужели Кадер или Абаси сказали что-то не тому человеку? Им нужно было найти проклятого крота, чтобы Сет мог пронзить его своим клинком.

Лёгкая улыбка, которая появилась у Айлы тем утром, теперь исчезла, и за это Сет с радостью будет убивать этих ублюдков снова и снова.

Она не боялась его, даже после того, что видела. Это сделало её поистине уникальной женщиной.

Как будто мне нужно больше доказательств этого.

Сет возмущался, что не может плыть с ней до конца Нила. Он наслаждался этим. Он сердито посмотрел на пустыню, что окружала их со всех сторон. Это было противоположно тому, как он видел их день.

Было достаточно желающих забрать у него Айлу, так что он везёт её домой в Накаду. Он уже несколько месяцев жил в своей квартире в Каире, но никто не знал, где его настоящий дом. Это был секрет, который он защищал больше, чем свой статус бога.

Там Айле будет безопаснее, чем где бы то ни было в Египте. Он мог бы оставить её там, пока будет охотиться на всех ублюдков, которые охотятся за ней. Он не мог быть монстром, когда она рядом, а монстр изо всех сил старался вырваться и обрушить гнев на своих врагов.

Поездка из Эдфу в Накаду, которая обычно занимала три часа, заняла целый день, потому что Сет ехал по всем возможным просёлочным дорогам. Он не верил, что на главных дорогах нет разведчиков, и хотел максимально оградить Айлу от опасностей. Она отреагировала спокойно, и Сет не знал, хороший ли это знак.

Был уже поздний вечер, когда Айла свернулась калачиком на сиденье и заснула, положив голову ему на колени.

Так доверчиво. Его рука сама собой опустилась вниз, чтобы нежно погладить её волосы. Уродливая футболка, которая была на ней, заставила его улыбнуться, несмотря на поистине катастрофическое утро.

Это не закончиться ничем хорошим. Он знал это, и всё же его рука запуталась в её кудрях.

Глава 9

Айла проснулась от тепла и покачивающего движения. Она открыла глаза и увидела золотые каменные стены с вырезанными на них иероглифами. Её лицо упиралось в сильную, мускулистую грудь Сета, пока он нёс её через гробницу.

От него слабо пахло пряностями, кардамоном или корицей, и Айла уткнулась носом в его рубашку.

«Я сплю», — сонно подумала она. На самом деле они не были в гробнице. Она ещё сильнее прижалась к нему и снова заснула.

Когда снова проснулась, она лежала в незнакомой постели, луна освещала сад и реку за окном. Айла откинула волосы с лица и села, пытаясь сориентироваться.

«Сет сказал, что отвезёт тебя домой. Может быть, ты спала глубже, чем думала».

Золотые глаза наблюдали за ней из тени колонны. В темноте она разглядела очертания огромной сторожевой собаки, которая вышла вперёд.

— Надеюсь, ты дружелюбный, — прошептала она, протягивая к нему руку. Он наклонил голову к ней, прежде чем прижаться мордой к её ладони. Она почесала ему ухо. — Хороший мальчик.

Он вскочил на край кровати и свернулся калачиком. Айла была слишком сонная, чтобы спорить.

— Ладно, только не говори отцу.

***

К тому времени, когда Айла проснулась, липкая от пота, солнце было высоко и жарило. Над кроватью с балдахином, на которой она лежала, висел балдахин из прозрачной белой ткани, защищавший её от комаров. Её мозгу потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать происходящее.

Эдфу, атака, езда на машине.

«Я в доме Сета».

Она села, поморщившись, когда синяки на её рёбрах и плече завыли от боли. Ей нужен был душ и чистая одежда.

Айла нашла ванную, примыкающую к спальне, и восхитилась роскошью вокруг себя. Она не знала почему, но не думала, что это станет поводом для беспокойства бога войны. Она никогда не была счастливее из-за того, что ошибалась.

В то время как большой душ с несколькими душевыми головками выглядел гостеприимно, она выбрала элегантную глубокую ванну. У неё болело всё тело и ей было просто необходимо отмокнуть. В белых банках было много разных солей, и она выбрала ту, что пахла франжипани и лимоном, прежде чем опрокинуть её в парующую ванну.

Айла разделась, забралась в мутную воду и издала стон. Её голова прислонилась к краю ванны, и она закрыла глаза.

— Чувствуешь себя как дома, я вижу.

Айла вздрогнула, её колени автоматически подтянулись к груди. Сет стоял у двери ванной с весёлой улыбкой на лице. Он выглядел расслабленным и непринуждённым в свободных льняных брюках и майке.

— Не волнуйся, я ничего не вижу, — заверил он её. — Какая жалость.

— Не в этом дело! Убирайся, — потребовала Айла с пылающим лицом.

— Так и сделаю. Я просто подумал, что ты можешь быть голодна. Я не ожидал найти тебя здесь. — Сет поставил чашку чёрного кофе на край ванны и маленькую тарелку нарезанного манго. — Наслаждайтесь купанием. — Улыбнувшись, он снова ушёл.

Унижение Айлы длилось до тех пор, пока она не сделала свой первый глоток кофе. Он был крепким и хорошим, очищая туман в её разуме.

Впервые за несколько дней она почувствовала себя в полной безопасности. От этого осознания на глаза навернулись слёзы.

Как её жизнь превратилась в такой кошмар? Ей нужно было как-то связаться со своим боссом Пьером, чтобы он не волновался.

Когда всё закончится, Айле понадобится много времени со своим психотерапевтом. Мать годами лгала ей об отце.

Айла не думала, что что-то может быть более болезненным, чем смерть её матери, когда она была на другом конце Африки. Она ошибалась и в этом.

Амара скрыла, насколько серьёзен рак, и отправила Айлу в новое приключение с Панацеей. Она весело болтала с ней, пока была там. А потом Айле позвонили и сказали, что её мать умерла. Просто так.

Она была так зла всю дорогу обратно в Александрию. Она узнала от незнакомцев, что Амара не хотела, чтобы она сдерживала свою мечту. Она не хотела, чтобы Айла видела её страдания. Она умерла в одиночестве, как и хотела.

Знал ли Кадер? Говорила ли с ним Амара, делала ли вид, что всё в порядке? Ему было всё равно?

Айла скользнула под воду и кричала, пока не запыхалась. Ей понадобилось время, чтобы снова успокоиться. Замешательство и боль уменьшились, когда она откусила манго, и её желудок успокоился.

— Ты можешь пройти через это, как прошла через всё остальное, — говорила она себе снова и снова.

По крайней мере, она застряла с телохранителем, который ей нравился. Даже если он не умел стучать. Сет привёл её в свой дом, и Айла сомневалась, что он делал это со многими людьми.

— Ты не можешь прятаться здесь вечно, — пробормотала Айла. Она боролась с желанием налить в ванну ещё горячей воды, но вместо этого помыла голову и вышла.

Айла вернулась в спальню, завернувшись в полотенце, и заметила сумку с одеждой, которую купила в Эдфу. Она выбрала пурпурное макси-платье, которое купила, и надела его. День был уже тёплый, и через час она знала, что ей будет душно во всём, что было плотнее.

Накануне вечером Айла думала, что она в гробнице, но, когда вышла из спальни и отправилась на поиски Сета, ей пришлось переоценить обстановку. Стены были каменными и украшены иероглифами, статуями и местами современной живописью. Дом был открытым, с каменными колоннами и большими дверными проёмами с видом на реку.

Айла застала Сета потягивающим кофе на современной кухне и читающим газету. Она никогда раньше не видела его таким непринуждённым. Майка, которая была на нём, демонстрировала размер его мышц таким образом, что Айла была слишком отвлечена, чтобы думать о чём-то другом.

— Хей, у тебя есть ещё кофе? — спросила Айла, сжимая пустую чашку и тарелку. Запах пекущегося хлеба наполнил воздух, и её желудок заурчал.

— Конечно, на плите, — ответил Сет, указывая на металлический заварник. — Как ванна?

— Заоблачная, несмотря на то, что меня прервали. — Айла снова наполнила свою чашку, прежде чем сесть за стол напротив него. — Это то самое место. Оно кажется… старым и новым одновременно. — Она изо всех сил пыталась найти точные слова.

— Это мой старый храм. Накада раньше был одним из моих духовных центров, — объяснил Сет, пододвигая к ней тарелки с нарезанными фруктами, а также свежий хлеб, сбрызнутый мёдом. — Я преобразовал храм, когда он пришёл в упадок, и сделал его своей базой.

— Ах, это всё объясняет. Я думала, что я была в гробнице, сначала.

Сет рассмеялся.

— На нижних уровнях их довольно много.

— Надо же куда-то прятать тела, — проговорила Айла.

— Что-то вроде того. — Золотые глаза Сета стали серьёзными, когда он заметил синяки на её плече. — Как ты себя чувствуешь?

— Немного болит, но жить буду. Что-то выяснилось насчёт того, как они нашли нас в Эдфу? — спросила Айла, ковыряя фрукт.

— Пока нет. Я связался с Кадером, рассказал ему, что произошло. Он в бешенстве, что я никому не говорю, где ты. Даже ему. Только так я знаю, что ты будешь в безопасности. Вся эта ситуация раздражает меня. — Сет провёл рукой по своим распущенным чёрным волосам, и она захотела узнать, так ли они шелковисты на ощупь, как выглядят.

— Извини за неудобства, — сказала она и быстро положила хлеб в рот.

— Нет, ты не раздражаешь. Ты… — Сет выглядел ещё более расстроенным. — Проблема не в тебе. Проблема в этом дерьме с Муссой. Я подумываю оставить тебя здесь на несколько дней и отправиться в Каир, чтобы разобраться с этой неразберихой.

Желудок Айлы сжался при мысли о том, что он оставит её здесь одну и уязвимую.

— Ты уверен, что это хорошая идея? Я думала, Абаси ищет крота.

— Он пытается говорить об этом тихо и дипломатично. Мой путь будет более запутанным, но более быстрым. Ты не должна быть вовлечена ни во что из этого.

Сет посмотрел на свою тарелку.

— Как тебе мёд? Мои пчелы сделали его.

— Очень вкусный. Знаешь, это чертовски глупо, когда ты весело говоришь об убийстве Муссы и его людей, а потом спрашиваешь меня, нравится ли мне твой мёд, — сказала Айла, качая головой.

Сет только улыбнулась, и снова она почувствовала это тёплое потягивание в животе.

— Я получаю удовольствие от многих вещей, Айла. В том числе от крови и мёда.

Айла не успела ответить, как вошли мужчина и женщина. Сет моментально поднялся, чтобы поприветствовать их.

— Надеюсь, мы не помешали, — произнесла сногсшибательная чернокожая женщина, глядя на Айлу яркими карими глазами. На вид ей было чуть за сорок, и её волосы были заплетены в множество длинных косичек. Её улыбка стала ярче, когда она перевела взгляд с Айлы на Сета.

— Вовсе нет. Я рад вас видеть. Айла, это Исоба, местный коптский священник, и его жена Мирьям. Они управляют этим местом.

— Зачем ты лжёшь, — упрекнула его Мириам. — Мы все заботимся друг о друге, и ты это знаешь.

— Приятно встретить одного из друзей Сета. Я уже начал думать, что я такой один, — сказал Исоба с улыбкой. — Мне интересно узнать, как ты связалась с таким извергом, не говоря уже о том, чтобы стать его девушкой.

— Я не его девушка! Меня пытаются убить, и Сет был достаточно любезен сделать так, чтобы этого не произошло, — ответила Айла слишком быстро, ощущая, как горит её шея. Священник поднял чёрную бровь, глядя на Сета, который пожал плечами.

— Я временно вернулся в охранный бизнес.

— Я не думала, что ты его оставлял, — ответила Мириам.

— Не слушай их, доктор. Им нравится выставлять меня в лучшем свете, — сказал Сет.

— Ты врач? Зачем кому-то хотеть тебя убить? — с интересом спросила Мириам. Сет одарил Айлу предупреждающим взглядом.

— Как я недавно узнала, у меня плохой отец, — ответила Айла. У неё не было привычки лгать священникам.

— Как насчёт того, чтобы взять Айлу посмотреть на деревню, Мириам, а мы с Сетом наверстаем упущенное, — предложил Исоба.

— Я бы хотела этого. Последние несколько дней у меня не было возможности погулять, — сказала Айла, вставая на ноги. — Я просто найду обувь и накидку.

Мириам последовала за ней в её комнаты, легко болтая с ней о её работе в Панацее.

— Я действительно была удивлена, обнаружив женщину в доме Сета. Когда один из детей сказал, что заметил Сета, возвращавшегося прошлой ночью с компанией, я отругала его за ложь. Мы не видели Сета несколько месяцев.

— Это так необычно? — спросила Айла, надевая купленные сандалии.

— Обычно он заходит раз в месяц, это нормально. Он говорит, что не нуждается в защите, но это то, что делает это место, — ответила Мириам. — А теперь он привёл нам доктора.

— Я не думаю, что он планировал это таким образом, — промолвила Айла. Она обернула лёгкий шарф вокруг плеч и груди, чтобы защитить себя от солнца. — Почему? Вам нужен доктор?

— Мы — небольшой отдалённый посёлок. Нам всегда нужен врач, так как больница закрылась пять лет назад. — Мириам покачала головой. — Когда станет известно, люди выстроятся в очередь, чтобы увидеть вас.

— Я помогу, если нужно, — искренне сказала Айла. Мириам изучала её широко раскрытыми карими глазами.

— Ты ведь знаешь, кто он, не так ли?

— Часть о том, что он наёмник или бог?

— Я полагаю, да. Он никому не доверяется легко, но он доверяет тебе. Иначе он никогда бы не привёл тебя сюда.

Айла улыбнулась на это.

— На данный момент мы должны доверять друг другу. Могу я спросить, как вы относитесь к богу, живущему в вашем районе, поскольку ты коптская христианка?

— Сет присматривал за этим местом очень долгое время. Он никогда не возражал против чьих-либо убеждений, так что никого не волнует, кто он такой, — ответила Мириам, когда они направились к парадным дверям.

— Он полон решимости заставить меня поверить, что он ужасный человек, — сказала Айла.

Мириам громко рассмеялась и показала Айле тропинку вдоль реки.

— Ну, он не совсем хороший, но, как ты видишь, он не так ужасен, как думает.

Глава 10

Сет стоял босиком посреди своего сада и дышал тёплым полуденным воздухом. Было приятно оказаться дома, и последние месяцы кровопролития и скуки свалились с его плеч.

Исоба прочитал ему мягкую лекцию о том, что его не было слишком долго, и он был прав.

Именно это чувство спокойствия было причиной того, что Сет никогда никому не рассказывал, где он живёт. Он не хотел, чтобы его грязная внешняя жизнь заразила это место спокойствия.

Он беспокоился, что, приведя сюда Айлу, нарушит баланс его дома, но обнаружил, что всё как раз наоборот. Ему не нравилось, насколько естественно было то как она пила кофе в ванне или смотреть, как она завтракает. Её улыбка заставила его жаждать того, чего он никогда не думал, что сможет снова получить.

«Опасная, опасная женщина», — подумал Сет, срывая сухие листья с лозы маракуйи.

Сердце Сета почти остановилось, когда он увидел, как она тем утром вошла на кухню с расслабленной улыбкой на лице и пахла тёплой женщиной и цветами франжипани. Сарафан, который был на ней, подчёркивал изгибы тела, скрытые до этого мешковатыми футболками и джинсами.

Он сосредоточил своё внимание на трёх маленьких родинках, разбросанных треугольником на её правом плече, направленных, словно стрела, на её прекрасную грудь. Весь день он фантазировал о том, как целует дорожку от этой стрелы в сторону куда указывают точки.

«Она абсолютно запрещена, помнишь?»

Кадер, вероятно, убил бы Сета из принципа, если бы узнал о похотливых мыслях Сета о его дочери. И они были более чем развратны. Они превратились в огонь в его животе, с которым он изо всех сил пытался бороться, и высвобожденная им божественная сила не помогала.

Вмешательство Исобы и Мириам в то утро было благословением, потому что Сет хотел затащить Айлу к себе на колени и бездумно поцеловать её, стянуть тонкие бретельки её платья и узнать, так ли хороша на вкус её грудь, как выглядит.

Сет выругался себе под нос. Этим вечером ему придётся измениться и пойти на ещё одну пробежку, просто чтобы выплеснуть часть накопившейся энергии.

Потому что это хорошо сработало прошлой ночью.

В облике дикой собаки он бегал по периметру городка. Как и многие небольшие города Египта, за годы он снова превратился в деревню, поскольку засуха и потребность в работе вынудили людей перебраться в более крупные города. Это по-прежнему был его дом, и он знал каждый его дюйм. Всё это было его собственностью, чтобы гарантировать, что здесь будет тихо и безопасно для его жителей.

Вместо того, чтобы отправиться на охоту, как следовало бы, Сет сразу же вернулся, чтобы убедиться, что Айла в безопасности. Не в силах держаться подальше, он позволил ей погладить себя, как обыкновенную дворнягу, потому что ничего не мог с собой поделать. Ощущение её рук, прижавшихся к нему, гарантировало, что этой ночью он не уснёт.

— Она всего лишь женщина. Возьми себя в руки, — пробормотал он, бросая гнилой кочан салата в компост. — Она скоро уедет, и ты сможешь продолжать жить так, как это было всегда.

К счастью, Айла всё ещё была в деревне с Мириам. Сет знал, что они поладят. Обе были сообразительны и любили людей. Он не сомневался, что они заставят Айлу применить на практике свои навыки врача. Возможно, это именно то, что ей нужно, чтобы забыть о награде за её голову, даже если это было лишь временно.

Сет выдернул сорняки, скопившиеся вокруг его томатов, и попытался сосредоточиться на проблемах в Каире и на том, что ему нужно с ними делать. Чем скорее он это сделает, тем лучше. Айла могла бы вернуться к своей прежней жизни, как она того заслуживала, а он мог бы перейти к другой наёмной работе. Он закончил работать на Кадера Аяда.

«Возможно, тебе нужно было на время выбраться из Египта».

Сет знал, что Беллона устроит его где-нибудь на работу, если он попросит. Итальянская богиня знала, где самое лучшее действие. Может быть, ему повезёт, и его отправят куда-нибудь далеко-далеко. Например, в Сибирь.

Таким образом, он не будет тосковать по женщине, к которой не может прикоснуться. С девушкой остаются только герои, а он уже очень давно не был таковым.

— Так вот где ты прячешься, — произнесла Айла, пробираясь сквозь ряды растений, чтобы добраться до него. Она была босиком, с загорелыми щеками и лёгкой улыбкой.

«О, дорогой Геб (бог земли), пожалуйста, проглоти меня целиком, чтобы я не влюбился в эту женщину».

— Я не прятался, — ответил Сет, чувствуя себя глупо отвлечённым её босыми ногами на чёрной земле. — Как прошёл день?

— Хорошо. Мириам показала мне деревню, и вдруг я начала консультировать. Я пообещала помогать, чем смогу, пока я здесь.

— Мириам хорошо умеет делегировать такие полномочия. Если она узнает, что у тебя есть секретный навык, она заставит тебя использовать его.

Сет присел, чтобы сорвать ещё одну травинку, и замер, когда Айла положила руку ему на плечо. Это был простой, небрежный жест, который он сомневался, что она осознала. Айла смотрела на сад с озадаченным выражением лица.

— Ты действительно всё это вырастил?

— Конечно, да. Мириам и ещё несколько человек присматривают за ним, пока меня нет. Каждый может прийти и собрать урожай, если прежде выдернет несколько сорняков. Я не могу быть здесь постоянно, чтобы содержать это место самостоятельно.

— Тот фрукт, который я съела сегодня утром, ты его вырастил?

— Да, — ответил он, внезапно почувствовав глупую гордость за себя. Сет указал на ряд банановых деревьев. — Фруктовый сад там.

— Ты мне покажешь?

— Конечно. Я как раз направлялся туда. — Сет встал, и Айла опустила руку. Он не рискнул взять её в свою грязную и повёл её к деревьям. — Надеюсь, жители деревни не слишком тебя беспокоили. Я привёл тебя сюда не работать.

Айла отмахнулась от его беспокойства.

— Нет, всё хорошо. Они все милые люди, а я не привыкла бездельничать, когда могу помочь. Я не могу сидеть и ничего не делать, поэтому, если им понадобится врач, я помогу. Я сегодня общалась со многими людьми и могу рассказать о тебе интересные вещи.

Сет застонал.

— Ложь, без сомнения.

— Ложь, что ты оборудовал всю Накаду солнечными батареями? Потому что я самолично видела панели в каждом доме.

— Ну, это правда. Я не собирался обнародовать эту информацию, — проворчал Сет, потирая затылок.

— И ты не используешь свои божественные силы, чтобы поддерживать эту часть Нила в чистоте питьевой воды и от нападений животных? — губы Айлы дёрнулись, и он быстро отвернулся, прежде чем поцеловать её.

— Я не хочу драться с бегемотом каждый раз, когда хочу искупаться, — утверждал он, мысленно напоминая себе о необходимости проверить свои защитные барьеры, которые не позволяют животным попасть туда, где дети любят плавать и играть.

— Ну, конечно. — Айла закатила на него глаза. — А что насчёт того, когда я прокомментировала, как удивлена тем, что ни один бандит не смог украсть все солнечные батареи, Мириам сказала, что ты использовал охранные чары вокруг деревни, чтобы отпугнуть их.

— Я не хочу, чтобы кто-то грабил мой храм, вот почему. Они живут поблизости. Я ничего не могу с этим поделать, если моя защитная магия уже не та, что была раньше, и она также защищает их.

Айла нежно толкнула его плечом.

— Ты ведь знаешь, что делать для людей что-то хорошее — это не преступление.

Сет упрямо скрестил руки на груди.

— Я бог войны, Айла. Я ни с кем не любезничаю.

— Ах, да. Говори, что хочешь.

— Ты снова делаешь то же самое, когда пытаешься выставить меня хорошим человеком. Богом. Кем бы то ни было. Прекрати, серьёзно. Я не твой проект искупления или…

Айла поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку.

— Прекрати, Сет. А теперь покажи мне свой фруктовый сад. — Она прошла мимо него к деревьям, оставив его смотреть ей вслед, его щека покалывала, а сердце колотилось.

Айла провела рукой по широкому листу бананового дерева.

— Я удивлена, что здесь растёт так много видов деревьев.

— Немногие вещи не вырастут на богатой нильской почве, если её правильно орошать и удобрять. Путешествуя, я обычно беру с собой семена, чтобы посадить их здесь. У меня есть персики из Франции, сицилийские красные апельсины, инжир из Каламаты, — указал Сет, пока они шли.

— Потрясающе. Я знаю, что подарить тебе после того, как всё это закончится, — сказала Айла, и он схватил её за руку, чтобы остановить.

— Ты не должна мне подарков за то, что я тебя защитил, — ответил Сет. — Кадер мне платит за это. — Он хотел взять свои слова обратно, но они по-прежнему были правдой. Айла только закатила глаза в ответ на это.

— Может быть, я хочу подарить тебе что-нибудь просто так? Хотя, если ты будешь продолжать вести себя так сварливо, это будет что-то вроде кучки отвратительных садовых гномов, играющих в крокет, — произнесла она, игриво пожав ему руку. — Серьёзно, расслабься. Как ты можешь быть таким угрюмым в таком хорошем месте?

Сет прикусил язык настолько сильно, что почувствовал вкус ихора.

«Потому что я не могу к тебе привязаться, но каждый раз, когда ты мне улыбаешься, моё желание держаться на расстоянии немного ослабевает».

— Я не могу забыть о том, что ты — это работа, Айла. Что ты не мой друг и не моя гостья, — пробормотал он, сжимая грудь.

— Разве я не могу быть всеми тремя?

— Почему ты этого хочешь? — возразил он, чувствуя, что быстро проигрывает спор, о начале которого даже не подозревал.

Айла лишь терпеливо посмотрела на него.

— Может быть, потому, что ты мне нравишься, а когда мне кто-то нравится, я решаю подружиться с ним. Ты ведь знаешь, как работает дружба, не так ли?

— И тот факт, что я бог войны и злодей практически каждой истории египетской мифологии, не отпугивает тебя? Я не могу изменить свою сущность, даже если попытаюсь.

— Ну, очевидно, что можешь, потому что ты сам говорил, что превратился из героя-защитника в бога войны. — Айла скрестила руки на груди. Сет в отчаянии провёл руками по лицу.

— Если ты продолжишь так упрямиться, мне придётся поцеловать тебя, Айла, так что хватит. — Она осмелилась рассмеяться и снисходительно похлопать его по плечу.

— Мы ещё не такие уж хорошие друзья, бог войны, — пропела она ему, прежде чем оставить его под деревьями, глядя вслед своей обнажённой коричневой спине и покачивающим бёдрам, продолжая идти к дому.

— Мне конец, — пожаловался Сет себе под нос.

Глава 11

Идя через сад к дому, Айла не могла сдержать улыбку. Она была удивлена тем, что помнит, как флиртовать, и что ей легко это делать с Сетом. Казалось, это выходило за пределы её смелости пытаться сделать это с кем-то вроде него.

За последние несколько дней в неё стреляли, и она была напугана сильнее, чем когда-либо в своей жизни. Флирт уже не казался таким пугающим.

Сет привык контролировать каждую ситуацию и взаимодействие, поэтому её ответный флирт, казалось, вывел его из равновесия. Айла улыбнулась, потому что ей понравилось видеть его взволнованным.

Сет был ходячим противоречием, и время, проведённое ею в тот день в деревне, только сделало это ещё более очевидным. Каждый человек, с которым она разговаривала, очень им восхищался.

Похоже, только Исоба и Мириям точно знали, кто он такой, но остальные были рады относиться к нему как к своему местному наёмнику и благодетелю.

Айла не любила сложностей, и он определённо была такой. И всё же она не могла не попытаться подружиться с самим дьяволом. Сама идея этого, казалось, смутила его, что отчасти порадовало её.

— Ужин на закате, — крикнул ей вслед Сет, и её улыбка стала шире.

Сады, как и сам дом, были красивыми и мирными. Чем больше времени Айла проводила в Накаде, тем больше она понимала, что это не просто дом, а убежище.

Айла вернулась в свою спальню, стараясь не занести грязь в дом. Он казался огромным, и Сет намекнул, что под ним есть склепы. Ей от природы было любопытно, но она не была настолько азартной, чтобы отправиться на исследование без его разрешения.

Вероятно, он заминировал всё это место. Айла ухмыльнулась. Она определённо могла себе представить, как Сет это делает.

Айла приняла долгий душ и заплела волосы, заколов их в корону вокруг головы. Ночь обещала быть тёплой, поэтому она надела ещё одно хлопчатобумажное платье, чтобы не вспотеть. Она была не из тех, кто сидит и бездельничает, поэтому решила пойти и помочь Сету готовить.

Айла открыла дверь как раз в тот момент, когда Сет поднял руку, чтобы постучать. Он принял душ и переоделся в темно-бордовую футболку. Айла не знала, что такого в этом цвете, благодаря которому он выглядел так чертовски хорошо.

«Это цвет крови», — бесполезно подсказало её подсознание.

— Планируешь снова ворваться ко мне? — спросила она.

Сет протянул ей высокий стакан.

— Я принёс тебе это. Если бы ты была в ванне, это было бы только приятным бонусом.

— Знаешь, я не думаю, что когда-либо кто-то суетился надо мной так сильно, как ты, — прокомментировала Айла, беря матовый стакан и отпивая. Это было холодное пиво, но лучшее, что она когда-либо пробовала.

— Это не суета. Это признак хорошего хозяина.

— Но ты сказал, что я не твоя гостья.

— Возможно, я передумал, — ответил он. — Ты шла ко мне?

— Я собиралась предложить помощь.

Сет рассмеялся.

— После того, как ты рассказала мне, как плохо ты готовишь, я думаю, что согласен на твою компанию, пока я это делаю.

— Я могу это сделать. Это пиво… я не знаю, как его описать. Я чувствую вкус мёда и думаю, что фиников? Обычно, мне не нравится пиво, — сказала Айла, делая ещё один глоток, пока они шли.

— Я приму это как комплимент.

— Ты его сварил? Что я говорю? Конечно, это сделал ты.

Улыбка Сета стала немного застенчивой.

— У меня было время, чтобы добиться в этом успеха, Айла. Если ты не будешь продолжать учиться новому, ты просто сойдёшь с ума от количества прошедшего времени.

— Хорошо, но, если ты скажешь мне, что ещё и вяжешь крючком, ты испортишь свою репутацию сурового наёмника, — поддразнила Айла.

— Спокойно. Я не умею вязать крючком. — Сет выдвинул для неё барный стул у кухонной стойки. — Мне нравятся вещи более практичного применения. Я выращиваю сад, потому что люблю готовить, и готовлю, потому что люблю поесть. Обычно я не готовлю для других, но я обещал тебе приличную еду, когда мы были вместе в Асуане.

— Да, это так, — ответила Айла. — Ты слышал что-нибудь сегодня от Абаси?

— Нет, и я серьёзно начинаю сомневаться в эффективности его действий, — проговорил Сет, начав ходить по кухне. — Как я сказал сегодня утром, мне не нравится идея оставлять тебя здесь, но, возможно, мне придётся это сделать.

— Что ты планируешь делать? — Айла знала ответ, но всё равно чувствовала необходимость спросить.

— Найду Муссу и сам спрошу его, кто, чёрт возьми, сообщил ему о твоём существовании. Я хочу услышать это из его уст, а не из чьих-либо ещё. У меня плохое предчувствие по поводу всего этого беспорядка. Что-то было не так с самого начала.

— Ты не доверяешь Абаси?

— Я никому не доверяю, когда дело касается тебя, — ответил Сет, его глаза сверкали золотой силой. — Когда бог защищает, это образует связь до тех пор, пока человек не будет в безопасности. Я обеспечу тебе в безопасность, Айла, даже если мне придётся сжечь Каир дотла.

Пиво неприятно перевернулось в желудке Айлы.

— Будем надеяться, что до этого не дойдёт. Мне не следовало поднимать этот вопрос и портить тебе настроение.

— Ты ничего не испортила, Айла. Я констатировал факт. Ты можешь спрашивать меня, о чём угодно.

— Хорошо, почему ты так ненавидишь Осириса?

Сет вздрогнул.

— Ты попала прямо в яблочко, ты это знаешь?

— Ты сказал…

— Ага, я знаю, — Сет налил себе ещё красноватого пива и осушил полстакана. — Мне понадобится ещё как минимум шесть штук, прежде чем я расскажу о нём.

— Ну, тогда пей.

— Почему ты так сильно хочешь это знать?

Айла издала тихий звук разочарования.

— Сет, ты настоящий бог. Мы сидим в древнем храме, посвящённом тебе. Я выросла на историях о тебе. Конечно, я собираюсь спросить, какие из них настоящие, а какие нет.

— Большинство историй — чушь.

— Тогда почему бы не использовать возможность их исправить? — ласково сказала Айла.

Сет поднял бровь, прежде чем его плечи опустились.

— Чёрт, ненавижу, что не могу отказать тебе, когда ты так на меня смотришь. Сначала я поем.

— Я могу подождать.

— Но, если я расскажу тебе ужасную историю, ты должна рассказать и мне такую. Доверие действует в обе стороны. — Сет наполнила свой стакан. — Сначала ты.

— Ты играешь грязно.

— Я бог-обманщик, — ответил Сет, подмигнув ей.

Айла очень не любила делиться личным, но он был прав. Доверие исходило с обеих сторон. Она глубоко вздохнула и для храбрости сделала ещё один глоток пива.

— Моя мать знала, что она умирает, и не сказала мне, — быстро произнесла она, срывая её, как пластырь. Сет не ответил, просто начал готовить кускус и нарезать овощи.

Айла рассказала ему, как получила работу в Панацее, как её мать отослала её и притворилась, что у неё ремиссия. Как они болтали, как будто ничего не случилось, и всё это время Амара находилась в паллиативном лечении, подключённая к машинам, которые следили за её медленной, мучительной смертью.

— Я никогда и подумать не могла, что она будет мне лгать, — призналась Айла. — Мы единственные, кто когда-либо был друг у друга, и для меня это ощущалось как худшее предательство. Вместо того, чтобы горевать по ней, всё, что я могла делать, это злиться. Я до сих пор злюсь. Я не была дома в Александрии с тех пор, как похоронила её, потому что я боюсь, что окажись там, я просто начну кричать.

— Может быть, тебе это и нужно. Нет ничего плохого в том, чтобы время от времени выкричаться, — сказал Сет. Он положил рыбу в кастрюлю. — Горе похоже на любовь. У каждого оно разное. Раньше существовали ритуалы, помогающие не только мёртвым, но и живым. Скорби уделялось должное уважение, когда родных хоронят. Легко не бывает. Ты имеешь право злиться.

— Бессмысленно злиться на мёртвых, — сказала Айла, глядя на мокрые кольца, которые оставлял её стакан.

Тёплая рука легла на её поясницу, и она посмотрела на понимающее лицо Сета.

— Это не бессмысленно. Ты имеешь право чувствовать по этому поводу всё, что хочешь. Ты любила её, и её последний поступок причинил тебе боль, хотя она и думала, что поступает правильно, — проговорил он.

Айла проглотила комок в горле.

— Как будто держать меня в неведении насчёт Кадера было правильным решением? Даже несмотря на то, что она знала, что я останусь одна, когда она меня покинет?

— Удержать тебя в неведении касательно Кадера, наверное, было лучшим решением, что она когда-либо принимала. Это защищало тебя, даже если тебе было больно. Я знаю тебя меньше недели, и даже я хочу защитить тебя от него.

Айла боролась с желанием прижаться к его тёплому телу, обнять его и выплакаться.

— Если ты так относишься к нему, почему ты на него работаешь?

Сет заправил упавшие на лицо волосы за ухо.

— После этого задания я больше не буду работать на Кадера.

— Действительно, почему?

Сет отошёл от неё и пошёл переворачивать жареную рыбу.

— Потому что ты сказала, что собираешься придумать для меня альтернативную профессию, помнишь?

Айла подавила смех.

— Да, я так говорила. Думаю, мне пора над этим подумать.

— Тебе лучше сделать это, Док. Я рассчитываю на тебя.

***

Они ели на улице, у реки. У Сета был низкий столик и подушки для сидения, расставленные рядом с широкой лестницей, ведущей к чистому Нилу. Айла ела ароматный кускус с пряностями, жареную рыбу, салаты и фрукты до тех пор, пока чуть не лопнула.

— Ты можешь готовить для меня, когда захочешь, — счастливо простонала она, лёжа на подушках.

— Тебе легко угодить.

— Правильно, просто покорми меня и скажи, что я симпатичная, — пошутила Айла.

— Ты красивая, а не симпатичная, — ответил Сет, и она повернула голову, чтобы улыбнуться ему.

— Это очень мило, но ты не сможешь увильнуть от того, чтобы рассказать мне, почему ты ненавидишь Осириса.

Сет застонал, стянул с волос ленту и провёл по ним руками. Айла была настолько навеселе, что открыто смотрела на изгиб его мускулистых бицепсов. Она даже не отвела взгляд, когда он поймал её взгляд.

— Знаешь, я могу придумать как минимум ещё четыре вещи, которые мы могли бы сделать прямо сейчас, кроме разговоров об Осирисе, — хрипло сказал он.

— Не используй на мне свой сексуальный голос. Это не сработает, — упрямо ответила Айла, откровенно обманывая.

Тепло покинуло золотые глаза Сета.

— Я ненавижу Осириса, потому что он соблазнил мою жену.

— Я думала, что Нефтида приняла лик Исиды, чтобы попытаться соблазнить Осириса.

— Она, конечно, сыграла свою роль, но никакой маскировки не было. — Сет наклонился вперёд, положив локти на стол и прижимая к себе пиво.

— Он всегда возмущался, что я был создан раньше него и что я сильнее его. Я знаю, что в историях говорится, что мы все были братьями и сёстрами, но на самом деле это было не так. Мы были созданы из эфира и силы; у нас не было общей утробы. Вначале нас было всего четверо. Я был первым, поэтому чувствовал ответственность за всех нас. Мы все были такими разными, созданными, чтобы уравновешивать друг друга. Но я всегда был самым сильным, призванным защищать других. Осирису это не нравилось. Он хотел всего, что было у меня. В том числе и Нефтиду. Не имело значения, что я любил её, что именно она успокаивала мою бурю и сохраняла равновесие. Он хотел её, вот и всё.

Айла села, её игривое настроение исчезло от искренней боли в голосе Сета. Она хотела дотянуться до него, но не осмелилась.

— Осирис начал навещать её, когда меня не было рядом, — продолжил Сет. — Одно повлекло за собой другое, и я поймал их вместе. Я вышел из себя и убил его. Я всегда был лучшим бойцом, и, возможно, он думал, что я позволю его поступку сойти с рук, как я позволял сойти с рук всему остальному. Я слетел с катушек. Я отрубил ему голову одним ударом. Нефтида сбежала во время той кровавой бойни, и это была удача, потому что я, вероятно, убил бы и её. Я сбросил части его тела в реку крокодилам. — Сет допил пиво и снова наполнил оба стакана.

— Исида узнала, что произошло, и вместо того, чтобы злиться, она захотела вернуть этого ублюдка-изменника. Вот почему она собрала его обратно и использовала свою силу, чтобы восстановить его Ка и магию. Единственное хорошее, что вышло из всего этого, это то, что Осирис теперь застрял в Дуате и.… и родился Анубис.

Айла осторожно сделала глоток напитка.

— Значит, он действительно был бастардом Осириса?

— Да. Нефтида не хотела его, поэтому Исида позаботилась о нём. Я бы не убил ребёнка, как бы ни злился. Но они всё равно держали его подальше от меня. — Сет устало вздохнул. — Я не видел Анубиса столетия. Хотя он мне нравится. Он редко выходит из себя и успокаивает всех, кто находится рядом с ним. В этом ты напоминаешь мне его.

Айла улыбнулась.

— Я не думаю, что меня обвиняли в том, что я кого-то успокаиваю.

— Мне легко находиться с тобой рядом. Разговаривать. Это опасно. — Айла подняла бровь, но Сет не дразнился. Он серьёзно считал, что она представляет для него опасность. Айла провела своей рукой по его с тыльной стороны.

— Я никогда никому не расскажу твои секреты, Сет. Для меня большая честь, что ты вообще мне рассказал это.

— Ну, ты тоже рассказала мне некоторые из своих секретов. Это казалось справедливым. — Уголок его рта приподнялся в лёгкой улыбке. Это была не та ослепительная, очаровательная улыбка, которую он показывал, когда флиртовал с ней. Эта была искренней, и ей захотелось наклониться вперёд и поцеловать его.

Сет поднялся на ноги, разрушая эту магию.

— Хочешь пойти искупаться?

— Что? Прямо сейчас?

— Да, прямо сейчас. Жарко, и в ясную ночь приятно купаться. — Он подошёл к ступенькам и снял футболку, отбросив её в сторону. Айла тяжело сглотнула.

— А как насчёт крокодилов?

— Я защищу тебя. — Он потянулся к своим штанам, и Айла быстро опустила взгляд, яростно краснея. Раздался всплеск воды, и она рискнула взглянуть вверх. Сет уже был по плечи в воде и смотрел на неё блестящими глазами.

— Давай, Айла. Обещаю, я не буду смотреть, как ты раздеваешься.

Айла собралась с духом и поднялась на ноги.

— Хорошо, но, если я увижу хотя бы одного крокодила, я использую тебя как приманку.

Глава 12

Сет не думал, что она действительно это сделает. Айла нахмурилась и указала на него пальцем.

— Отвернитесь, пожалуйста, — сказала она.

Удивлённый, Сет сделал, как ему было сказано, глядя на ночное небо и стараясь не улыбаться. Он услышал, как её платье с шелковистым шорохом упало на каменную лестницу, и в его сознании начали возникать бесполезные образы.

«У тебя такие проблемы».

Сет любил неприятности, особенно когда они приходили в такой упаковке, как Айла.

— Хорошо, можешь развернуться, — сказала она, расплёскивая воду во время плавания.

— Зависит от того, как ты определяешь безопасность, — пробормотал Сет. Она была в нескольких метрах от него, ступая по воде, и он заметил тёмную бретельку бюстгальтера.

Жалость.

— Видишь? Никаких крокодилов.

— Это над водой, — проговорила она. Айла откинула голову назад. — Луна прекрасна. Это была хорошая идея. Спасибо, Сет.

— За что?

— За это. Я не ожидала, что почувствую себя такой расслабленной, так… в безопасности. Я наконец-то чувствую, что мой уровень адреналина стал нормальным, впервые за несколько дней. — Айла посмотрела на него, её кожа блестела в лунном свете. Её улыбка была подобна тёплому медовому свету, льющемуся в холодное тёмное место внутри него.

— Я рад, что ты так думаешь, особенно по отношению ко мне, — ответил он. Прошло очень много времени с тех пор, как он хотел, чтобы кто-то чувствовал то же самое. — Это означает, что я хорошо выполняю свою работу, — быстро добавил он. Айла только покачала головой, как будто знала, что он полон дерьма.

— Дело не только в работе. Мы ладим. Не волнуйся, Сет. Меня это тоже удивляет, — сказала Айла. Момент нежности исчез, когда улыбка Айлы сменилась ужасом, и она издала тихий визг, прыгнув в его объятия. — Что-то коснулось моей ноги! Что-то коснулось моей ноги! Ты сказал, что нас ничто не побеспокоит!

— Наверное, это была просто рыба, — ответил Сет, и в нём прокатился смех. Её руки обвили его шею, поэтому он положил руки ей на спину, чтобы помочь удержать в воде. — Ты в порядке, Айла. Ничто не причинит тебе вреда, когда ты со мной.

— Хватит надо мной смеяться! — жаловалась она, обрызгивая его. Потом она тоже засмеялась, её тело дрожало от этого.

Сет не мог вспомнить, когда он в последний раз слышал такой беззаботный звук. Айла посмотрела на него, смех затих, словно она только осознала, где находится. Его пальцы на её коже согнулись, удерживая её немного крепче.

Связь с ней крепко сжала Ка Сета, тянув его сильно и настойчиво. Её взгляд скользнул по его губам, и она поцеловала его. Это было пробное касание губ, прежде чем её порыв стих.

— Про… — успела сказать Айла, прежде чем он ответил на поцелуй, притянул её к себе и смял её мягкие губы. Её руки сжались вокруг него, отдаваясь поцелую, её тёплая грудь прижалась к его.

Это не было похоже на спонтанные, гневные объятия, которые они разделили в Асуане. В этом поцелуе он не торопился, чтобы изучить форму её полных губ напротив своих, позволяя ей сделать то же самое.

Все мысли о том, чтобы быть осторожным и держаться от неё на расстоянии, исчезли.

Ноги Айлы обвили его за талию, руки Сета ласкали её позвоночник и рёбра. Её сердце быстро колотилось под его прикосновениями, отдаваясь эхом его собственного. Айла запустила пальцы в его волосы, сжимая их ещё настойчивее.

— Сет, прикоснись ко мне, — прошептала Айла, и он чуть не уронил её от удивления.

— Где?

— Где хочешь. Как хочешь, — ответила она. Он отодвинул свой рот от неё. Её голова наклонилась, позволяя ему поцеловать её мягкую шею. Она издала тихий стон, когда он обхватил её грудь. Этот звук нужды почти уничтожил его. Он хотел затащить её на лестницу и погрузиться в неё, но сопротивлялся, желая, чтобы она диктовала, как далеко хочет зайти.

Сет поднял её, его рука расстегнула переднюю часть её бюстгальтера, освобождая её полную грудь. Его рот нашёл её сосок, и Айла сильнее сжала его волосы.

— Такая мягкая, такая совершенная, — пробормотал он ей в лицо. Айла подняла его голову, чтобы крепко поцеловать его, её язык настойчиво прижался к его языку. Другая рука Сета опустилась на изгиб её задницы, пальцы играли с краем её нижнего белья. Она издала нетерпеливый звук и переместила его руку так, чтобы та оказалась между её бёдрами.

— Я сказала тебе прикоснуться ко мне, — промолвила Айла, её губы покусывали его и посылали жар через него.

Сет тихо рассмеялся.

— Вы полны сюрпризов, доктор. — И, чёрт возьми, он собирался дать ей всё, о чём она, чёрт возьми, попросит.

Сет скользнул рукой под её нижнее бельё, и Айла слегка раздвинула ноги, чтобы обеспечить ему лучший доступ. Он изучал её, тихие звуки, которые она издавала, побуждали его скользить пальцами по ней.

Она поцеловала его шею, провела руками по его груди, ногти впились в него, когда Сет сильнее прижался к нежному пучку нервов.

— Больше, — выдохнула она. Он осторожно ввёл в неё палец, и она выгнулась ему навстречу.

Сет взял её грудь в рот, скользнул языком по её коричневому соску, пока его рука ласкала её. Айла крепко схватила его за волосы, прижимаясь к нему бёдрами. Она издала сдавленный крик, её тело тряслось, когда она испытала сильный и горячий оргазм. Она выругалась, ошеломлённая, обмякнув напротив него.

Глаза Сета сверкнули, притягивая её к себе.

— Больше?

— Да, — ответила она, грубо его поцеловав.

Сет схватил её за бёдра, вынес её из воды наверх по лестнице и уложил на подушки. Он сходил с ума, пока снимал лифчик с её рук, а Айла извивалась, чтобы избавиться от нижнего белья.

Сет был на ней, руки бродили по её высыхающей коже, ему хотелось прикоснуться и попробовать на вкус каждую её часть.

Ногти Айлы скользнули по его спине и плечам. Его губы ласкали изгибы её живота и бёдер. Её ноги обнимали его, когда он двинулся между ними и лизнул её.

Бёдра Айлы дёрнулись, но его тяжёлая рука прижала её, когда он снова провёл языком вверх по её центру. Она прошипела проклятие, когда он достиг вершины и сильно пососал.

Её пальцы впились в его волосы, потянув сильнее, когда он проник в неё языком. Она снова задрожала, её кульминация наступила быстро.

Сет лизал её, пристрастившись к её вкусу и звукам, исходящим из её рта. Он никогда не видел ничего более совершенного, чем удовольствие, заливающее щёки и тело Айлы.

— Так чертовски красиво. — Сет поцеловал её бедро, его тело кричало о собственном освобождении, пока он наблюдал, как поднимается и опускается её грудь. Чёрт, он мог смотреть на неё в таком виде часами.

— Ещё? — снова спросил он, проведя пальцами по её бёдрам. Айла потащила его вверх, обхватив ногами его бёдра.

— Да, больше. Всего этого, — потребовала она. Удивлённый смех вырвался у него из-за её энтузиазма.

— Если женщина просит, — ответил Сет, его рука приподняла её бёдра, и он направил головку своего члена в её влажное тепло. Он пытался быть нежным, но рука Айлы схватила его за задницу, притягивая ближе.

— Я не хочу причинять тебе боль, — произнёс он, его тело тряслось от необходимости ворваться в неё.

— Не причинишь, — заверила она его, слегка поглаживая пальцами его щеку. Её бёдра подались вперёд, увлекая его глубже в себя. Она сцеловала стон с его губ, удовлетворённый вздох вырвался у неё, когда он полностью вошёл в неё. Её тело было идеально создано для него.

Сет входил и выходил из неё, наслаждаясь каждым звуком, который Айла издавала. Её бёдра приподнялись, чтобы встретиться с его, рука Сета поддержала её поясницу, когда она выгнулась. Карие глаза Айлы затуманились от удовольствия, когда она прижалась к нему, шепча его имя, словно молитву или проклятие.

Сет прижал её к себе, раскачиваясь вперёд-назад, пока она не оседлала его. Их руки и рты были повсюду, оба безрассудно отчаянно нуждались и желали. Зубы Айлы впились в его нижнюю губу.

— Кончи со мной, Сет, — попросила она, её тело уже начало дрожать. Сет потерял способность говорить, думать, но его тело подчинялось ей. Он крепко держал её, его крик заглушался изгибом её шеи В конце концов они оказались переплетёнными и тяжело дышащими на подушках, Айла наполовину растянулась на нём.

— Это было…

— Да, это было, — ответил он, всё его тело всё ещё тряслось.

— Неудивительно, что они вырезали твоё имя на любовных талисманах, — задыхалась Айла мягким от удивления голосом.

Сет рассмеялся, не в силах сдержаться. Он не знал, хочет ли она чего-то большего, чем секса. Если она встанет и уйдёт от него, его мир расколется пополам.

«Женщины будут хотеть от тебя только одного», — прошептал злобный голос в его голове.

Но Айла заставила этот голос замолчать, проведя рукой по золотому анкху на его груди и прижавшись всем телом к его боку.

Сет знал, что позже это причинит ему ещё большую боль, но он всё равно обнял её и притянул ближе.

Глава 13

Айла проснулась, свернувшись калачиком в своей кровати с двумя подушками, положенными по бокам. Её тело приятно болело, напоминая ей о том, чего она даже не представляла себе прошлым вечером.

Ты, Айла Нейлос, занималась сексом с Богом Войны.

И впервые после знакомства у неё не было ни капли сожаления.

— Сет? — позвала она сонно. Айла села, натягивая халат, оставленный на краю кровати.

«Пожалуйста, пусть он заваривает кофе, пожалуйста, пусть заваривает кофе», — подумала она, направляясь на кухню. Там было пусто, и беспокойство начало оседать в её груди.

Айла повернулась и заметила на столе вазу с цветами лотоса и записку рядом с ней. Она открыла записку, её желудок перевернулся.

Айла, я пошёл разобраться с нашей проблемой со змеями. Передвигаться по храму безопасно, но не покидай Накаду.

Сет.

— Чёрт, — пробормотала Айла, откладывая записку. Может, он ушёл потому, что вёл себя странно прошлой ночью? Айла сомневалась, что богу, к которому обращались с просьбами о привороте, будет неловко на следующее утро.

Может быть, Абаси что-то рассказал о Муссе?

Айла провела рукой по спутанным волосам и выдохнула. Она будет в безопасности, если останется в деревне, и сомневалась, что Сет оставит её надолго.

«С таким же успехом ты могла бы насладиться отдыхом», — сказала она себе, играя медальоном на шее. Айла сварила кофе, обыскала холодильник и съела немного хлеба, который Сет испёк накануне.

Размышления об отдыхе заставили её задуматься о своей работе и о стрессе, который придётся пережить её боссу Пьеру из-за её исчезновения. Она взглянула на гладкий белый телефон, висевший на стене кухни.

Сет не говорил, что ты не можешь никому звонить.

Прежде чем струсить, Айла подошла к телефону и набрала номер мобильного телефона Пьера. Он постоянно терял трубку, поэтому она звонила долгое время.

— Привет? — Пьер, кажется, задыхался, без сомнения, от того, что в спешке искал, откуда звонит его телефон.

— Привет, это Айла.

— Айла! Где ты, ради святого Бога? С тобой всё в порядке? Тебе нужны деньги?

Айла громко рассмеялась.

— Нет, со мной всё хорошо. Ну, вроде того. Меня похитили, но спасли. Это долгая история.

— У меня здесь были люди, которые спрашивали о тебе. Полиция тоже. Где ты?

Айла закусила губу.

— Я не могу тебе сказать. Я просто хотела, чтобы ты знал, что я в безопасности и вернусь как можно скорее. Это может занять некоторое время, но я вернусь.

— Айла, во что ты ввязалась? Это наркотики?

— Нет! Ничего подобного. Ты меня знаешь, Пьер. Неужели я похожа на человека, который нарочно общается с плохими людьми? — перед её глазами внезапно возникло изображение Сета, обнажённого и потного. Ладно, возможно, последнее было ложью.

— Почему они хотят тебя? — потребовал Пьер.

— Что-то связанное с моим настоящим отцом. Слушай, мне пора идти. Мне жаль, что меня нет рядом, чтобы помочь. Я не могу сказать тебе, когда вернусь.

Пьер тихо выругался по-французски.

— Эта место всегда будет твоим, мой друг. Просто будь осторожна. Люди, которые были здесь, опасны.

Не так опасны, как тот, с которым я сейчас.

— Я скоро вернусь, обещаю. Береги себя, мой друг. — Айла повесила трубку, часть её чувства вины утихла, когда она узнала, что с ним всё хорошо. Она вернётся и снова будет работать в «Панацее». Неважно, сколько времени это займёт.

Айла снова поймала себя на том, что играет медальоном на цепочке. Она открыла его и посмотрела на прекрасное улыбающееся лицо матери. Айла нахмурилась, глядя на фотографию своего фальшивого отца. С раздражённым шипением она сняла ожерелье.

Кончиком ножа она вытащила фотографию мужчины, скомкала её и выбросила в мусор. Айле не хотелось смотреть на мать. Она снова разозлилась на неё, потому что та отказалась сказать ей правду и потому что у неё не хватило сил остаться с Кадером.

Она пыталась защитить тебя. Возможно, ради этого она пожертвовала своим сердцем.

Из-за этого Айле очень захотелось потребовать ответов от Кадера. Например, почему он не сделал предложение её матери, как только узнал, что она беременна.

«Просто ещё один непутёвый папаша», — подумала Айла и сунула медальон в карман брюк. Сегодня она не собиралась думать о своих родителях. Ей нужно было исследовать храм.

Айла от природы не была любопытным человеком, но теперь, когда она знала, что храм не заминирован, она планировала исследовать и выяснить всё, что можно, о своём загадочном… она возилась, пытаясь найти подходящее название. Друг? Возлюбленный? Защитник? Всё было правдой, но и ни одно из них, казалось, не подходило.

— Почему это вообще имеет значение? — спросила она вслух, одеваясь и расчёсывая волосы.

Айле нравилось знать, на какую полочку аккуратно поместить всех в её жизни, но Сет не поддавался категоризации. Это было проблематично, но ничего нельзя было поделать, пока он не вернётся, и она не узнает, что он думает по этому поводу.

Наверное, ничего, потому что ты слишком много об этом думаешь, как и обо всём в своей жизни.

Айла открыла первую попавшуюся дверь и увидела большую кровать с тёмно-красным постельным бельём, воздух в комнате пах лосьоном после бритья Сета. Она снова закрыла дверь, жар разлился по её телу.

Она, возможно, и хотела бы узнать о нём, но не собиралась входить в его спальню без приглашения. Определённые части её тела сжались от волнения при этой мысли.

Легкомысленная девушка. Это не значит, что у тебя раньше не было секса.

Секс с Сетом был почти религиозным опытом, насколько Айла когда-либо имела.

И разве он не был бы самодовольным, если бы ты ему об этом сказала?

Ухмыляясь, Айла продолжила прогулку, мерцая тёплым светом, когда она вошла в библиотеку.

Ряды тёмных деревянных полок были сложены стопками, до отказа забиты книгами и свитками.

Большой пустой рабочий стол и стул стояли посередине, где, казалось, сходились все полки. Кроме светильников, никакой другой мебели здесь не было. Некоторые папирусы и книги выглядели древними.

Айла задавалась вопросом, что это за система, если она вообще здесь есть. Она нашла целый раздел книг, написанных на греческом языке, и просмотрела названия. Некоторые из них были пьесами, рассказами, историей, но затем её внимание привлекло имя Гиппократес хо Кос. Это имя Айла хорошо знала. Гиппократ был греком и отцом медицины.

— Конечно, нет, — прошептала Айла, её сердце колотилось, когда она вытащила книгу в кожаном переплёте из того места, где та была зажата. Она положила её на стол, размотала потрескавшуюся полоску кожи, скрепляющую её, и открыла обложку. Внутри были греческие каракули и рисунки.

— Бог на небесах, — пробормотала она. Частично это был трактат по медицине, частично список целебных растений, записи пациентов и способы лечения их недугов. Айла не знала, сколько лет записям, и предположила, что это, скорее всего, копия записей великого врача. Это не имело значения. Будучи врачом и наполовину гречанкой, она знала, какое сокровище держит в руках.

Понимая, что чтение затянется, Айла закрыла книгу и сунула её под мышку. Она продолжила идти по библиотеке, её внимание привлёк тёмный дверной проём в дальнем конце.

Как и в библиотеке, датчики включили освещение, когда Айла вошла в дверь и спустилась по стёртым каменным ступеням. Чем дальше она шла, тем прохладнее становилось, не зная, насколько глубоко она находится под землёй.

В одной комнате она нашла оружие, сотни мечей, щитов и копий разных периодов.

Затем она обнаружила сокровища Сета: золотые статуи, груды монет, блеск драгоценных камней, драгоценности и декоративные кинжалы. Она могла себе представить, какой сердечный приступ вызовет у археолога такое великолепие.

Она продолжала идти, слишком нервничая, чтобы к чему-либо прикоснуться. Она пошла глубже и на следующем уровне обнаружила ряды саркофагов.

Один выглядел величественнее остальных. Сухие цветы и благовония стояли в маленьких золотых чашах у подножия самого большого саркофага.

На вершине было вырезано изображение потрясающе красивой женщины. Иероглифы и резьба вокруг неё были инкрустированы золотом и драгоценными камнями.

— Интересно, кто ты? — спросила она женщину. Должно быть, она была кем-то, о ком Сет заботился или очень любил, раз устроил ей такие пышные похороны. Айла изучала символы, различая деревья и крылатые солнца, грифонов и кольца шен.

Волосы на затылке Айлы встали дыбом, когда она посмотрела на количество саркофагов в зале.

Сет был знаком и потерял их всех. Айла за свою жизнь потеряла только одного человека, и горе почти разрушило её. Ей вдруг стало ужасно грустно за Сета, людей, которых у него больше не было, но он всё ещё сохранял их места упокоения.

Почувствовав, что она вторглась туда, где ей быть не следовало, Айла поспешила из зала мёртвых, шлёпая ногами по холодному камню. Вернувшись на первый этаж, Айла успокоила дыхание, и жестокая печаль медленно освободила её.

Сжимая в руках дневник с записями Гиппократа, Айла отправилась на поиски солнечного света, где можно было бы посидеть и забыть о мертвецах под её ногами. Ей было о чём подумать, учитывая удары по ней и клочья, в которых оказалась её жизнь.

Вдобавок ко всему, Сета всё ещё не было, и она понятия не имела, когда он вернётся. Без него храм окружающий её казался слишком большим и пустым, поэтому Айла пошла в сад, нашла стул с видом на реку и начала читать.

Глава 14

«Отойди к чёрту от Айлы, прежде чем причинишь ей боль», — была первая мысль, которая пришла в голову Сету, когда он проснулся ещё тёмным утром. Он свернулся вокруг неё, её запах мёда и мирры наполнил его чувства. Осторожно, чтобы не разбудить её, он выбрался из её кровати.

Айла выглядела совершенно непринуждённой и такой красивой, что ему хотелось поцеловать её, чтобы она могла ещё раз взглянуть на него своими добрыми карими глазами. Ему хотелось смотреть, как они затуманиваются желанием и тлеют от удовольствия.

Его тело отреагировало при мысли об этом, и он направился в свою комнату, прежде чем действовать.

«Единственный способ спасти её — это раз и навсегда положить конец планам Муссы», — подумал он.

Айла будет в безопасности в Накаде, и он сможет быстро справиться с угрозой для её жизни, зная, что она не находится под чьим-либо прицелом.

В том числе и твоим.

Он чувствовал неладное, а это всегда было опасно для смертного, который привлёк внимание бога.

Сету потребовалась большая часть дня, чтобы добраться из Накады в Банху. Он не остановился в Каире; не рискнул. Если бы он увидел Кадера или Абаси в его нынешнем состоянии, он, вероятно, убил бы их обоих за то, что они подвергли опасности Айлу. Не говоря уже о том, чтобы найти того, кто сливал информацию.

После сегодняшнего вечера это не имело бы значения. Сет позаботится об этом.

Территория Муссы простиралась от севера Каира до города Банья, где было поселение на берегу Нила. Он думал, что это защитит его.

Сет наблюдал в бинокль со своей выгодной позиции, как люди входили и выходили через ворота в высоких каменных стенах. Охранники патрулировали их вершины, и Сет не сомневался, что внутри будет ещё больше людей.

Солнце уже почти скрылось, пришли ночные охранники, а дневные ушли отдыхать в помещения. Если у него не было для них работы в разных городах, Мусса предпочитал держать свою «семью» рядом. Сет знал, что Мусса устроил всё таким образом, чтобы он мог использовать своих охранников и спрятаться, если кто-нибудь решит напасть на него.

Чёртов трус.

Было почти обидно, что никакие тщательные приготовления не смогут его спасти.

Горячая ярость и золотая сила заставили вены Сета расплавиться, когда он снял хопеш со спины. Он повернул шею и плечи, поток его божественной магии всё ещё был диким с тех пор, как Айла выпустила его в Асуане. Это освобождение вдали от неё было приятным.

Сет двигался быстро, сила ревела в нём, когда он ворвался в ворота комплекса, превратив двух охранников в сплошное месиво.

Оружие начало стрелять, когда он вскочил на каменную стену, убивая охранников на их постах прежде, чем они успели понять, что происходит.

Одним прыжком он прыгнул на крышу барака. Сет сильно ударил кулаком по плите, и она разрушилась под ним. Он приземлился на стол посреди столовой, комната взорвалась выстрелами.

Смеясь, Сет взмахнул мечом, прорубая себе путь сквозь людей, которые считали себя равными ему. Время размылось, его мир сузился до меча в руке и пыла битвы. Мужчины кричали, молились, умоляли. Сет сразил их, и горячая кровь полилась на него.

Главный особняк был полон криков, сигналов тревоги и суетящихся людей, зовущих стражу, которая так и не пришла. Сет схватил мужчину за горло, подняв его с ног.

— Мусса, — прорычал он.

Дрожа, мужчина указал в сторону стальной двери. Сет отшвырнул его, не сказав больше ни слова.

Одним мощным ударом стальная дверь полетела внутрь. Мусса присел возле полупустого сейфа, куда он раскладывал деньги по мешкам. Он направил серебряный револьвер на Сета.

— Зачем ты это делаешь? Ты наёмник! Я заплачу тебе больше, чем Кадер, просто… — сказал он. Губы Сета скривились, когда он поднял Муссу и швырнул его на стол.

— Айла, — прорычал Сет, в его голосе не осталось ничего человеческого.

— Чёртова девчонка! — смех Муссы был истерическим. — Ты убьёшь всех моих людей и меня, начнёшь войну за территорию в Каире ради девушки? — Мусса закричал, когда Сет сломал ему руку. — Ты чёртов дурак. Твои враги так близко, что ты их даже не видишь, — выплюнул Мусса прямо перед тем, как меч Сета опустился и отрубил ему голову.

Голова Сета повернулась, когда из задней двери офиса донёсся царапающий всхлип. Он пнул её и обнаружил на полу трёх женщин, прижавшихся друг к другу.

Сет подавил свою жажду крови и ярость, уставший отстаивать свою точку зрения. Он протянул к ним окровавленную, но нежную руку, как если бы имел дело с бедствующим животным.

— Спокойно, я не причиню вам вреда, — сумел прохрипеть он.

Одним ударом Сет разрубил удерживавшие их цепи. Он бросил им ключи от машины.

— Подождите, пока я уйду, а затем возьмите деньги из офиса. За воротами вы можете взять чёрную машину. Никто вас не остановит. Если доберётесь до Накады, будете там в безопасности и вам будут рады. — сказал он, оставив их плакать друг с другом.

Снаружи на территории комплекса воцарилась жуткая тишина. Горячий ветер из пустыни пронёсся по городу, и люди заперлись внутри.

Сет привлёк к себе хаотичную силу ветров, позволил им обернуться вокруг него, и во взрыве обжигающего жара и песка он поддался безумию и исчез.

***

В Накаде Айла сидела на подушках снаружи и смотрела на реку. Она уронила чашку, которую держала в руках, когда над водой пронёсся внезапный горячий ветерок. Она поднялась на ноги, наблюдая, как ветер и песок сплелись в небольшой вихрь, и внезапно рядом оказался Сет.

Он светился золотой магией, его хопеш в одной руке был весь в крови.

На трясущихся ногах Айла шагнула к нему.

— Сет?

Он не ответил, его глаза наполнились золотым светом, их блеск был совершенно нечеловеческим. Это был не тот наёмник, к которому она привыкла. Это был бог войны и хаоса, и в его лице не было узнавания.

Подойдя ближе, Айла смогла заметить раны, покрывавшие его тело, из которых вытекал золотой ихор.

— Ты ранен. Пойдём со мной, и мы смоем всю кровь, ладно? — сказала Айла, обращаясь к нему своим успокаивающим докторским голосом. Она протянула руку и взяла его за руку. Его голова наклонилась, изучая её, но не отстраняясь.

Сет позволил провести себя через храм в ванную, примыкающую к его спальне.

— Могу я взять это? — спросила Айла, положив руку на его пальцы, где они всё ещё сжимали меч. Он тихо зарычал, но медленно передал ей его. Айла съёжилась, взяла рукоять, липкую от крови и песка, и положила меч в ванну.

Медленными движениями она помогла Сету снять изодранные остатки одежды. Он был весь в таком количестве крови и сукровицы, что она не могла понять, где он ранен. Она включила душ и потянула его под горячую воду и пар.

— Ты хочешь рассказать мне, что произошло? — уговаривала Айла. Она намылила одну из губок для душа и начала мыть его плечи и грудь. Горящие глаза Сета закрылись, и сквозь него прогремел довольный звук.

Вода у их ног стала коричневой, когда с него смылась грязь и кровь. В него стреляли как минимум трижды, но выходных ранений не было. Айла не знала, как целебные силы действуют на богов, поэтому сосредоточилась на том, чтобы убедиться, что в медленно закрывающихся ранах ничего не осталось.

— Повернись, — приказала она, и он так и сделал. Она подавила крик. Его спина была покрыта глубокими порезами от того, как кто-то колол и резал его кинжалом. — О, Сет, что ты наделал?

Он по-прежнему ничего не произнёс, поэтому Айла вымыла ему волосы и зачистила порезы, как могла. С трепетом врача она наблюдала, как кожа начала стягиваться и заживать, его бессмертное тело самовосстанавливалось и оставляло зловещие шрамы.

Сет внезапно повернулся, прижимая её к стене, злое рычание искривило его губы.

— Стоп, стоп. Это только я. Это Айла, — быстро сказала она, не сумев сдержать панику в голосе. Он нахмурился, ослабляя свою хватку. Золотой свет ярко сиял в его глазах.

— Айла, — прошептал он.

— Да, это я. — Айла положила руку ему на щеку и медленно потянулась, чтобы поцеловать его. Его рот стал лихорадочно горячим, когда он отреагировал на её прикосновение. Руки, схватившие её за плечи, скользнули к талии.

— Айла, — снова пробормотал он.

— Всё в порядке. Я здесь. — Айла провела руками по его прессу и мерцающему анкху.

Сет задрожал, его нога оказалась между её ногами, когда он прижал её к стене. Его пальцы двинулись к краю её ночной рубашки, скользнув вверх, когда нога Айлы обвилась вокруг его бёдер. Рот Сета скользнул вниз по её шее, мурашки побежали по её коже, когда он лизнул её ключицу.

— Айла, — простонал Сет. Он стянул тонкие бретельки её одежды и опустился на колени.

Он поцеловал её грудь, Айла задохнулась, когда он сильно пососал сосок. Зубы царапали её нежную кожу, и она сжала бёдра вместе, когда ей стало больно.

Сет сдёрнул с неё ночную рубашку до конца. Она дрожала под его свирепым взглядом, борясь с желанием прикрыться. Вместо этого она подняла его лицо и снова поцеловала.

— Вернись, Сет, — сказала она ему в рот. — Вернись и займись со мной любовью.

Рука на её бедре напряглась. Сет закрыл глаза, его тело тряслось от напряжения. Он прижался лицом к её груди и застонал. Не зная, что ещё делать, Айла обняла его, приглаживая его чёрные волосы.

— Мне… жаль, — промолвил он, сжимая её сильнее. — Я не хотел, чтобы ты видела меня таким.

— Всё хорошо, — прошептала она.

Айла подняла его голову и почувствовала облегчение, когда увидела, что его глаза вернулись в нормальное состояние. Вместо магии золотого бога они были полны сожаления.

Она не знала, что сказать, не находя слов, чтобы успокоить его. Она поцеловала его в лоб и щёки, прежде чем поцеловать в губы. Её язык играл с его губами, пока он не открылся для неё, и она высвободила своё желание.

Руки Сета двигались вверх и вниз по её мокрым бёдрам, Айла целовала его, пока у неё не перехватило дыхание.

— Я рада, что ты дома, — пробормотала она.

— Я убил Муссу… Я убийца… Ты никогда не захочешь меня таким.

Айла прижала руку к его рту.

— Ш-ш-ш, я хочу тебя прямо сейчас.

Сет быстрым движением встал, поднял её и вынес из душа. Он положил её на центр красных простыней своей кровати и отодвинулся назад.

Дикая вспышка божественной силы пробежала по его лицу, когда он раздвинул её бедра, обнажая её.

Пульс Айлы грохотал в ушах, когда она провела руками по груди, позволяя кончикам пальцев скользить по изгибу живота и между ног. Глаза Сета наполнились возбуждением и мрачным обещанием, когда он смотрел, как она касается себя.

— Ты такой совершенный, — сказала она ему, скользя взглядом по его мощному телу, твёрдому и дрожащему для неё. — Ты видишь, что ты со мной делаешь? Как сильно я хочу тебя? Я знаю, кто ты, и мне всё равно, Сет. Ничто не изменит моего отношения к тебе.

Оргазм Айлы был очень близок, когда она ввела в себя два пальца. Она прижалась бёдрами к руке, задыхаясь, начиная кончать.

— Не останавливайся, — приказал Сет. Играя большим пальцем с её клитором, Сет прижался к ней губами, облизывая её толкающиеся пальцы.

Айла подумала, что умрёт от удовольствия, когда кончила от ощущения и вида его между своих бёдер. Сет не дал ей времени успокоиться. Он поднял её на руки, отодвинул подушки и прижал к стене.

— Держись за меня, — сказал он резким голосом, крепко сжимая её задницу. Айла крепко обняла его ногами, держась руками за его широкие плечи.

Она вскрикнула, когда он вошёл в неё, наполняя её до тех пор, пока она не смогла выдержать больше. Сильное тело Сета врезалось в неё, зажимая её рот и заглушая безумный крики, которые она издавала.

Это было всё, что она могла сделать, чтобы удержать его, пока он доминировал над её телом, прорываясь сквозь все барьеры, которые она оставила между ними, и оставляя её опустошённой.

— Моя Айла, — прорычал Сет, его глаза сияли.

— Да, — выдохнула она, целуя его. — Я твоя.

Рука Сета прижалась к стене, меняя углы, пока она не выкрикнула его имя, получая такой сильный оргазм, что в глазах у неё потемнело.

Сет не ослаблял хватки, беря её жёстко и быстро, пока не достиг кульминации со злобным проклятием.

Он тяжело дышал, его грудь вздымалась рядом с её. Он поцеловал её нежно, настолько нелепо к жестокости их занятий любовью, что слёзы наполнили её глаза.

Сет осторожно опустил её обратно на кровать и усадил на себя. Айла поцеловала его, прежде чем прижаться щекой к углублению на его груди. Он рисовал узоры вдоль её позвоночника, пока она слушала его бешеное сердцебиение под своим ухом.

— Останься со мной, — прошептал он, почти умоляя, и она не знала, говорил ли он об этой ночи или о вечности. Но это не имело значения.

Руки Айлы сжали его плечи.

— Я никуда не уйду.

Глава 15

Сет доставал из духовки свежий хлеб с финиками и мёдом, когда Айла забрела на кухню. Её волосы представляли собой великолепно спутанную массу кудрей, перекинутых через плечо. Её лицо было сонным и улыбающимся, когда она обняла его и дважды поцеловала в плечо.

— Знаешь, если ты продолжишь готовить для меня, я точно никогда не уеду, — сказала она. Сет повернулся, чтобы поцеловать её в лоб.

— Кофе тоже только что заварен, — ответил он, наслаждаясь тем, как её улыбка озарила всё её лицо.

— Слава богу, что ты вернулся. Я скучала по тебе вчера. Мне пришлось готовить самой, и это было ужасно. — Айла наполнила чашку, издавая благодарные звуки, когда сделала первый глоток. — Что?

Сет не осознавал, что смотрел. Одетая в одну из своих мантий и выглядящая так, будто её хорошо трахнули, вид Айлы не позволил ему отвести взгляд.

— Прошлой ночью ты издавала очень похожие звуки, — поддразнил он.

— Ну, это хороший кофе.

Сет прикусил нижнюю губу и повёл бровями.

— Подожди, пока не попробуешь мой хлеб.

Улыбка Айлы стала шире.

— Надеюсь, он такой же вкусный, как и всё остальное, — ответила она и с этим прощальным выстрелом направилась в свою спальню.

«Не следуй за ней», — предупредил себя Сет. Он не хотел теснить ё даже если хотел провести с ней день в постели. Он думал, что ему нужно пространство, чтобы ясно мыслить, но время, проведённое вдали от неё, не имело никакого значения. Айла, улыбнувшись ему, вытеснила из его головы все мысли, кроме неё.

Сет не помнил поездку из Банхи в Накаду. Он позволил своей хаотичной божественной силе овладеть собой, и поддался её забывчивой свободе.

Именно мягкие слова и прикосновения Айлы вернули его обратно. Без неё он сомневался, что смог бы так быстро снова обрести контроль.

Айла заботилась о нём, бесстрашно и нежно настойчиво, загоняя зверя назад, пока Сет снова не смог ясно мыслить и не обнял тёплую и влажную женщину.

Моя Айла.

Не интенсивность секса выбила из него эти слова. Он знал это с той минуты, как увидел её привязанной к стулу в Асуане. Его Ка снова ожила, и теперь ему придётся найти способ сказать ей, заставить её понять, что она значила для него.

Сет уже давно не открывался возможному отказу. Тот факт, что он знал, что это было нечто большее, чем просто быстрая интрижка, не означал, что Айла чувствовала то же самое. У неё была своя жизнь и независимость, в которой не было мужчины, преследующего её, как влюблённая собака.

Телефон Сета начал звонить, и он застонал, когда узнал номер Кадера. Отбросив все чувства и похотливые мысли, он ответил.

— Привет, босс.

— Сет. Что, чёрт возьми, ты сделал? — потребовал Абаси. Должно быть, он навещал Кадера или докладывал ему, чтобы появились очереди в тюрьму.

— Я выполнил твою работу и разобрался с Муссой.

— Ты убил более ста человек!

— Сотню мужчин, которые теперь не будут охотиться на Айлу. Теперь у награды за Айлу нет спонсора, поэтому все оставят её в покое, — ответил Сет. Он спокойно разрезал приготовленный им хлеб с финиками и мёдом и разложил его на тарелке.

— Это может положить начало войне…

— Каким образом? Отпор дать некому. Если Кадер не вторгнется на территорию Муссы, он упустит возможность.

— Он позаботится об этом.

— Хорошо. Кроту больше некому рассказать о своих делах, и как только награда исчезнет, Айла будет в безопасности.

Абаси застонал от разочарования.

— Ты сделал это для Кадера или для неё?

— А это имеет значение?

— Конечно, да! Кадер собирается представить это как месть за то, что Мусса считает, что может напасть на его семью. Тем не менее, это не меняет того факта, что все знают, что Айла существует. Ты должен сказать мне, где ты, чтобы я мог отправить несколько мужчин, чтобы взять её под защиту.

— Айла защищена. Любой, кто хочет в этом сомневаться, может спросить Муссу. — Сет повесил трубку и перевёл телефон на беззвучный режим. Его не интересовала политика, и ему не нужно было, чтобы Абаси раздражал его Ка. Если его подтолкнуть, Сет пойдёт и поступит с ним и Кадером таким же образом.

Ты не можешь убить отца Айлы. Абаси же, наоборот…

— Что это за хмурый взгляд? — спросила Айла, возвращаясь на кухню. Она приняла душ и переоделась, её волосы были уложены и заколоты, обнажив горло так, что ему захотелось попробовать его на вкус.

— Абаси злится, что я позаботился о Муссе и его легионе придурков. Я не знаю, почему он злится. Кадер теперь будет управлять всем Каиром, и никто не осмелится бросить ему вызов, — объяснил Сет, не в силах солгать ей.

Айла взяла виноградину из вазы с фруктами и поиграла ею между своими длинными пальцами.

— Ты хочешь поговорить об этом?

Нет, потому что ты увидишь монстра и больше не будешь дарить мне эти сонные улыбки.

Сет поставил хлеб и мёд на стол, а Айла принесла фрукты с собой и села рядом с ним.

— Мне нечего рассказывать. Я знал, где была база Муссы. Абаси нихрена не делал, и мне это надоело. Нет Муссы, нет вознаграждения, — сказал Сет, не глядя на неё. — Это был самый быстрый способ, который я мог придумать, чтобы разобраться с этой проблемой, которая иначе никогда бы не исчезла.

— Он был плохим человеком? — спросила Айла с бледным лицом.

— Да. Ты бы видела состояние женщин, которых я спас. Кто знает, что Мусса запланировал для них. На самом деле, я точно знаю, что он планировал, и у них теперь может быть шанс на более долгую жизнь, чем у тех, кого он продал, — сердито прорычал Сет. Он подозревал, что Мусса занимался торговлей людьми, но у него не было доказательств. Ему придётся убедиться, что Кадер не решит продолжить эту прибыльную часть бизнеса Муссы.

— И вернулся домой во время песчаной бури? — тихо спросила Айла.

— Я давно не использовал свою божественную силу. В Асуане выпустил её, потому что хотел защитить тебя. У меня проблемы с тем, чтобы снова заточить её в клетку.

— А нужно ли это?

Сет удивлённо посмотрел на неё. Айла не выглядела испуганной или испытывающей отвращение, просто… задумчивой.

— Легче притворяться человеком, если я запру её.

— Но ты не человек, Сет. Ты бог. Скрывать свою силу — значит отрицать огромную часть себя.

— Я не грек, Айла. Я не хочу быть в центре внимания.

— Это не то, что я имею в виду. — Айла положила руку ему на бедро, её тепло проникло в него. — У тебя невероятные силы, Сет. Если захочешь, ты сможешь использовать их, и никто не заметит.

— Мой невероятный дар — это резня, Айла. Ты видела, каким я был прошлой ночью. Вот какой я есть.

— Нет, ты его направляешь.

— Тебе следовало бы испугаться, а не пытаться меня утешить, — раздражённо пробормотал он.

Брови Айлы сошлись вместе.

— Так другие реагировали на то, когда видели твоё истинное «Я» вместо того, чтобы попытаться понять? Я не такая, как они, Сет. Я хочу понять тебя. Всего тебя.

— Почему? — спросил Сет, уязвимый и грубый.

— Потому что все были так неправы насчёт тебя. Может быть, они нарисовали тебя монстром, и ты поддался этому образу вместо того, чтобы бороться с ним. Ты был счастлив стать злодеем. Возможно, это часть тебя, но судя по тому, что я знаю и вижу, это не весь ты.

Сет провёл рукой по волосам.

— Это потому, что ты другая. Ты раскрываешь мою лучшую сторону.

— Мириам и люди, живущие здесь, видят эту лучшую сторону. Женщины, которых ты спас от ужасной участи прошлой ночью, тоже. Во мне нет ничего особенного. Ты только позволяешь мне увидеть это.

— Да, потому что ты особенная. Ты нарушила мою жизнь и моё душевное спокойствие, просто своим появлением. Ты открыла во мне вещи, от которых я не могу избавиться. Ты опасна и делаешь меня слабым, потому что я позволяю эмоциям диктовать мои действия, не думая о последствиях, — выдавил Сет, сжав челюсти.

Айла положила руку ему на щеку.

— Я чувствую то же самое по отношению к тебе.

Сет наконец посмотрел на неё, и принятие и понимание на её лице выбили из него весь гнев.

— Мы разберёмся с этим, Сет. Мы очень умные, — сказала Айла, и в её глазах заиграла улыбка.

Не в силах ничего сказать, он повернулся и поцеловал её ладонь. Она подмигнула ему и налила ещё кофе. Легко. Естественно. Сет не знал, что делать, поэтому сменил тему.

— Что ты делала вчера, пока меня не было?

— Я сделала то, что сделал бы любой человек. Я просмотрела все твои вещи, — ответила Айла.

— Нашла что-нибудь хорошее?

— Книга заметок Гиппократа в твоей библиотеке, море сокровищ с достаточным количеством золота, чтобы поседели мои волосы, и подозрительно большое количеством саркофагов. Могу я спросить, кто та женщина?

Блядь.

— Которая из? — спросил он, изображая невиновность.

— Самая необычная.

Дважды блядь.

Сет прочистил горло. Гневные голоса, кричавшие на него много веков назад, заполнили его разум.

— Это Нефтида.

Айла поставила кофе.

— Чёрт, мне очень жаль.

— Не надо. Я убил её, — ответил Сет. Айла нахмурилась, и он увидел, как информация крутится в её глазах.

— Нефтида просила меня убить её. Она пришла ко мне с этой просьбой… не знаю, пятьсот лет назад? Я не видел её в пять раз дольше. Она устала от бессмертия и от того, что все вокруг неё умирают. Исида давно бросила её, устав от её дерьма и убирая за ней. Нефтида хотела умереть и знала, что я ненавижу её достаточно, чтобы сделать это.

А Сет возненавидел её так сильно, что в его венах потёк лёд. Он просто не знал, что всё ещё любит её, пока её голова не отделилась от тела. Айла смотрела на него так, будто тоже это знала. Она взяла его за руку, и внутри него что-то треснуло.

— Я должен был забыть о своей боли и попытаться помочь ей. Я пытался заставить её оставить меня в покое; сказал ей, что ей нужно найти новую цель, как и всем нам, — продолжил Сет, вновь переживая тот ужасный день.

Прекрасное лицо Нефтиды, полное ярости и ненависти, когда она напала на него.

Женщины всегда будут хотеть от тебя только одного. Ты никогда не познаешь любви, потому что ты не способен открыться никому, и никому не понадобится твоё чудовищное сердце, твоя грязная, окровавленная Ка. И даже если бы кто-то смог, ты бы никогда ничем не пожертвовал ради любви, которую тебе дарят. Ты бы уничтожил её, потому что это всё, что ты делаешь.

Сет вернулся в настоящее и к Айле.

— Она разозлилась и начала меня ругать со злобой, способной изрыгать яд, который не только причинял боль, но и калечил. Она подтолкнула меня, и я дал ей то, что она хотела. Я думал, что порадуюсь, когда её наконец не стало, но оказалось, что ей удалось уничтожить меня напоследок.

Сет отпустил руку Айлы.

— Вот что происходит с людьми, к которым я привязываюсь, Айла. Я причиняю им боль, или они умирают, или и то, и другое. Я недостаточно хорош или недостаточно хорош для тебя. Я отказываюсь позволить тебе быть ещё одной жизнью, которую я разрушу.

Вздохнув, Айла поднялась на ноги. Сет замер, когда она обняла его и поцеловала в макушку.

— Отпусти вину и прошлое, Сет. Выбери что-то лучшее и перестань наказывать себя. Ты заслуживаешь любви, как и все остальные. Тебе просто нужно впустить кого-то, чтобы доказать тебе это.

Айла отпустила его и ушла, оставив Сета одного и утопающего в потоке своих долгих воспоминаний.

Глава 16

Айла предоставила Сету право на этот день. Её чувства были в смятении, поэтому она направилась в деревню, чтобы очистить свой разум. Мириям внимательно посмотрела на неё и, ничего не сказав, заставила Айлу работать.

Айла провела день, встречаясь с людьми в деревне, проверяя их недуги и составляя список припасов, которые она попросит Сета предоставить им.

Она играла в игры с детьми и в шахматы со стариками. Она делала всё, что могла, чтобы не думать об измученном боге в его храме и об ужасающе сильных чувствах, которые она испытывала к нему. Всё прошло не так хорошо, как она надеялась.

Айла знала, что влюблена в него с того ужасающего момента, когда он вернулся накануне вечером. Её пугало то, что он может быть полон магии и только что вернулся с битвы, а она всё ещё так сильно хотела его, что у неё болела душа.

Моя Айла.

Его божественная сторона сказала это прошлым вечером, а сегодня утром Сет снова вёл себя так, будто он будет худшим, что когда-либо с ней случалось.

То, что он не хотел вмешиваться после того, что случилось с Нефтидой, имело смысл. Айла видела боль в глазах Сета, слышала её каждый раз, когда он говорил о ней. Неужели с тех пор он действительно не позволял себя любить? Что он поверил всем ужасным словам, которые женщиина говорила, чтобы спровоцировать его… Айла потёрла грудь, не в силах рассеять напряжение в сердце. Она хотела вернуться в храм, но Сету нужно было понять, чего он на самом деле хочет.

Солнце уже садилось, когда на окраине деревни появился Сет. Люди открыто смотрели на него, но он смотрел на Айлу и больше ни на кого. Она была вся в пыли и поту, и тем не менее, он посмотрел на неё так горячо, что она чуть не сгорела.

— Привет, что ты здесь делаешь? — поздоровалась она.

— Я не хотел, чтобы ты шла домой в темноте одна, — грубо сказал он.

— Я думала, крокодилы боятся тебя.

— Так и есть. Но змеи ничего об этом не знают.

Айла подавила улыбку. Она потянула его скрещённые руки, пока они не ослабли, и взяла его за руку. Он посмотрел на неё с полным поражением, и она засияла.

— Пойдём домой. Надеюсь, ты приготовишь что-нибудь вкусное на ужин. Я умираю с голоду.

— Правда? Я думал, что сегодня вечером готовишь ты, — ответил Сет, когда они шли вдоль реки в его сад.

Айла рассмеялась.

— Ты этого не хочешь, поверь мне. Не волнуйся, я придумаю, как отплатить тебе.

— О? Помыть посуду?

Айла похлопала его по заднице.

— Нет, не мытье посуды. Это мужская работа. — И это произошло. Сет рассмеялся, когда оторвал её от земли и поцеловал.

— Правда. А что же тогда женская работа, могу я спросить?

— Это очевидно, что она зарабатывает деньги карьерой по своему выбору. — Айла вскрикнула, когда он укусил её за шею.

— Понятно, и готовить для тебя — это новая профессия, которую ты выбрала для меня, не так ли?

— Она есть в списке, — ответила Айла, обняв его за шею. — Наряду с получением оргазма и стиркой.

Руки Сета крепко сжали её задницу, а между бёдрами пульсировал жар.

— Этот список расположен в порядке приоритета?

— Точно. Хотя ты можешь изменить порядок и сначала доставить мне оргазмы.

— Ты читаешь мои мысли, — ответил Сет, перенося её и усаживая на край уличного стола.

Сердце Айлы бешено колотилось, когда он целовал её, поднимая руки вверх по юбке. Он провёл пальцем по уже влажной ткани её нижнего белья, описывая медленные и жёсткие круги, от которых она задыхалась у его рта.

— Такая чувствительная.

Он одобрительно мычал, просунув талантливые пальцы под ткань. Айла застонала, пока он играл с ней, её бёдра начали раскачиваться напротив его руки.

— Я думал о тебе весь день, — прошептал Сет ей на ухо. — Какая ты отзывчивая, как хорошо ты ощущаешься на моих пальцах, на моём рту, на моём члене. Все в тебё так чертовски хорошо.

Сет поцеловал её, просунув язык ей в рот, завоёвывая. Айла нащупала его штаны, освобождая твёрдый член, желая дразнить и разжигать его так же, как и он её. Он вошёл в неё пальцем, и каждый её нерв воспламенился.

— Недостаточно. Ты нужен мне внутри, — произнесла Айла, крепко сжимая его руку.

Сет отдёрнул её нижнее бельё в сторону и притянул к краю стола.

Крики Айлы сотрясали сад, когда он погружался в неё снова и снова. Это было отчаянно и грязно, Айла оказалась на спине, закинув ноги ему на плечи, когда их тела ударялись друг о друга.

Кульминационный момент Айлы заставил её так сильно выгнуться, что она оторвалась от стола. Сет крепко прижал её бёдра к своим, пока изливался в неё. Её ноги задрожали, когда он поцеловал её выше колена и спустил их с плеч.

Вечерние звёзды кружились в небе над ней, пока Айла пыталась успокоить дыхание. Сет осторожно поправил её нижнее бельё и юбку, прежде чем поднять её в вертикальное положение. Он выглядел таким же потрясённым, как и она, оба не привыкли к потоку эмоций и желаний.

Айла приблизила его, нежно поцеловав, прежде чем спрыгнуть со стола на шаткие ноги.

— Ты можешь провожать меня домой в любое время, — сказала она, обхватив его одной рукой за талию.

— Оргазмы определённо выходят на первое место в списке, — заверил Сет её с нахальной улыбкой.

— Видишь? Я знала, что найду для тебя идеальную работу.

***

Айла была сыта и довольна, сидя рядом с Сетом, читая записи Гиппократа и заставляя его переводить отрывки с греческого койне, которые были слишком сложны для её современного понимания языка.

Сет тоже читал, его рука слегка поглаживала её волосы между перелистыванием страниц. Было так мирно и комфортно, что Айла не могла сдержать улыбку.

— Что там? Ты нашла хороший отрывок? — спросил Сет, лениво накручивая один из её локонов.

— «Все зависит от того, примете ли вы пациента с обострением селезёнки».

— Обострение селезёнки заставляет тебя улыбаться?

Айла засмеялась, откинув голову ему на грудь.

— Нет, я улыбаюсь, потому что думаю, что читать с тобой приятно.

Сет провёл пальцами по её щеке.

— Я нужен тебе только из-за моего великолепного тела и способностей к переводу.

— Это правда. Хотя есть и другие вещи, которые ты делаешь достаточно хорошо.

— Прикуси язык, наглая смертная. Я ничего не делаю просто хорошо, — ответил Сет, блестя глазами от обещания, что он собирается наброситься на неё и доказать это. Игривый момент был испорчен шарканьем шагов и неуверенным откашливанием.

— Прошу прощения, что прерываю. Я постучала, но ответа не последовало, — сказала Мириям.

— В чём дело? — спросила Айла, садясь и отстраняясь от Сета.

— В деревню прибыли три женщины. Они сказали, что Сет велел им прийти сюда.

— Это так. Не думаю, что им было куда идти, — объяснил Сет.

— Они ранены. Я думала, может Айла могла бы прийти и осмотреть их?

— Конечно, осмотрю. Дай мне только обуться.

Айла мгновенно пришла в движение. Когда она вернулась, Сет нёс большую чёрную аптечку.

— Во время своих исследований ты не нашла другую мою оружейную комнату. В противном случае ты бы обнаружила там и медикаменты, — сказал он. — Хочешь, чтобы я тоже пошёл?

— Только если ты останешься с Исобой, — перебила Мириям. — Эти женщины сильно пострадали от рук мужчин, Сет. Я не хочу, чтобы ты напугал их больше, чем есть.

— Я буду держаться в стороне. Я могу нести твои сумки, — сказал Сет, подмигнув Айле. Она сделала вид, что не заметила, и кивнула Мириям.

— Я готова. Пойдёмте.

Когда они прибыли в дом Мириям, им не нужно было беспокоиться о реакции женщин на Сета. Все трое посмотрели на него широко раскрытыми глазами, выражая поклонение герою.

— Они определённо тебя помнят, — криво прокомментировала Айла, забирая у Сета тяжёлую сумку. — Иди и найди Исобу.

— Позови меня, если тебе что-нибудь понадобится. Возможно, это будет у меня дома, — сказал он.

Сет удивил всех в комнате, поцеловав Айлу в висок, прежде чем исчезнуть в доме.

— Он бог, — прошептала Айле одна из женщин. — Вы это знаете? Мы все видели, как он сиял, как солнце, когда спас нас. Сначала мы подумали, что он малак (прим. — посланник высших сил, ангел), но потом мы увидели, что он сделал.

В каких бы руинах Сет ни оставил Муссу и его приспешников, они явно разуверились в том, что он был ангелом, посланным спасти их. Айла больше не задавала им вопросов. Она могла представить, что сделал Сет.

Пока Айла осматривала раны женщин, они говорили о нападении на их деревню недалеко от оазиса Харга.

Как и Накада, когда-то это был гораздо более крупный город, который с годами постепенно превратился в деревню, поскольку люди уезжали в поисках работы в другие части Египта.

В отличие от Накады, у них не было защиты. Бандиты пришли ночью, совершили набег на это место и захватили их дома, чтобы использовать их как свой лагерь. Женщин затолкали в фургон и продали Муссе на подпольном аукционе в Каире.

— Мы не знаем, что случилось с нашими семьями или с нашей деревней, ушли ли бандиты или они всё ещё там, — сказала Тафида. Она была самой молодой из женщин. В её глазах была решимость, огонь, который на радость Айле не погас.

Женщины пострадали, но время, проведённое в плену, разозлило их. Волна глубокого, злобного гнева, вызванная бессилием.

— Думаешь, бог поможет нам вернуться в Харгу? — спросила Тафида.

— Его зовут Сет. И он мог бы, — неуверенно ответила Айла. Временами было трудно предсказать, что он будет делать, и если он думал, что это слишком рискованно для Айлы…

— Он любит вас. Если вы попросите, он поможет. К чему бы мы ни вернулись, я знаю, что ваши навыки тоже понадобятся, доктор.

— Я не знаю, любит ли он меня и хватит ли у меня сил убедить его, но я спрошу, — произнесла Айла, взволнованная тем, что они предположили такое.

Мириям весело фыркнула из кухни, где заваривала чай.

— Конечно, Сет любит тебя. Если идиот сам тебе не сказал, тебе просто нужно посмотреть со стороны, как он ведёт себя с тобой, — сказала она.

— Мне даже не нравятся мужчины, но то, как он так сладко поцеловал тебя перед тем как уйти, заставило даже моё сердце забиться быстрее, — проговорила Тафида, заставив других женщин хихикнуть от удовольствия.

Айла всплеснула руками в знак поражения.

— Хорошо! Я спрошу его.

— Что спросишь у меня? — спросил Сет. Откуда он взялся? Айла одарила его самой милой улыбкой и глаза Сета сузились от мгновенного подозрения. Она обвила его руками за талию.

— Как ты относишься к однодневной поездке в оазис?

Глава 17

Сет был генералом королей, советником фараонов и врагом могущественных богов, но ничто из этого не подготовило его к встрече с Айлой Нейлос, когда она чего-то хотела.

Она не прибегала к просьбам, мольбам или убедительным аргументам. Она стала на удивление мягкой и ласковой, и это вызвало у Сета желание преподнести ей всё, что она попросит, на серебряном блюде.

Они вернулись домой поздно, и Айла теперь свернулась клубочком вокруг него в его постели. Она молчала, в глубоко задумчивом молчании.

— Мне не нравится идея брать тебя в зону конфликта. Я пытаюсь защитить тебя, помнишь? — сказал Сет, его рука провела по изгибу её бедра.

— Я знаю.

— Если возникнут проблемы, я не хочу, чтобы ты видела, что я с ними сделаю.

— Я не раз видела, на что ты способен, — напомнила ему Айла. — Должен быть способ узнать, подвергаемся мы опасности или нет. Бандиты, возможно, уже ушли.

— Я в этом сомневаюсь. Если бы там было много воды и развлечений, они бы сделали это своей базой. — Рука Сета скользнула вверх по её позвоночнику, пока он размышлял. — Я могу позвонить Беллоне и узнать, сможет ли она взглянуть на деревню для меня.

— Беллона, римская богиня? — спросила Айла, и Сет услышал тысячи её мыслей. — Та самая богиня, которая обнажённой сражалась на улицах Бейрута?

Сет усмехнулся.

— Та самая. Она лучше заводит друзей, чем я. Возможно, она сможет предоставить нам несколько спутниковых снимков Харги, чтобы мы могли увидеть, что там происходит, — Айла издала счастливый звук и поцеловала его в грудь. — Подожди, я не обещал, что мы пойдём, только что посмотрю, нет ли там проблем.

— А если и есть, то действительно ли ты позволишь этим бедным женщинам вернуться туда одними и беззащитными?

— Во-первых, они забрали все деньги Муссы, так что они не бедные, — пытался возразить Сет, прекрасно понимая, что он уже проиграл бой.

Айла наклонилась, её грудь прижалась к его груди, что дало ему серьёзно несправедливое преимущество.

— Снова проявляется сторона бога защиты.

Сет был рад, что было темно, и она не увидела, без сомнения, нелепой улыбки на его лице.

— Вы играете нечестно, доктор.

— Я не знаю, что ты имеешь в виду. — Айла поцеловала его в губы. — Итак, разве тебе не нужно позвонить?

Сету понадобилось добрых пятнадцать минут, чтобы найти толстую белую визитную карточку с тиснением головы женщины в шлеме. На оборотной стороне была одна строка цифр.

Сет набрал номер и стал ждать. Он не знал, сколько времени сейчас на Сицилии, последнем известном ему месте, где жила Беллона, но сомневался, что богиня спит.

— Пронто, — ответил глубокий женский голос.

— Анжела делла Морте, я очень надеюсь, что сейчас подходящее время, — ответил Сет.

— Сет, mio amico, это ты?

— Как дела, Беллс?

— Un momento, пока я оправляюсь от шока, что ты наконец позвонил мне, — послышался шорох атласа и хлопок пробки. Сет почти видел, как могущественная блондинка-богиня наливает бокал красного вина. — Всё хорошо. Чем я обязана чести твоего звонка?

— Одолжение. Я подумал, что какой-либо из тех чудесно прибыльных правительственных контрактов, которые ты заключаешь, предполагает доступ к спутнику?

Послышался стук ногтей по клавиатуре.

— И куда бы ты хотел, чтобы я посмотрела со своего спутника?

— Здесь, в Египте, есть оазис под названием Харга.

— Что ты задумал, Сет?

— То, что предполагает добрые дела.

Смех Беллоны был знойным смешком.

— Это совсем не похоже на тебя. Кто или что привело к такому изменению взглядов?

— Женщина, конечно.

— Сет, друг, я потеряла дар речи. Ты делаешь добрые дела для женщины? Что с тобой случилось? Если ты скажешь «любовь», меня может стошнить от отвращения.

— В какой-то момент нам всем приходится стать жертвой этого. Даже богам войны нужна любовь.

— Очевидно, только мужчинам.

— Ты, как всегда, столь же необузданна, как и прекрасна, Беллона.

Она засмеялась.

— И именно поэтому мы так хорошо ладим, Сет, мой дорогой. Я удивлена, что ты обращаешься за помощью вот так. Это так на тебя не похоже.

— Дело не в том, что ты мне не нравишься, Беллс. Просто сейчас у меня есть повод позвонить, — ответил Сет. Он так долго был один, что появление Айлы было похоже на бурю, которую он не мог контролировать.

— Лучше будь осторожен. Эта твоя женщина вернёт тебя к тому, чтобы снова наслаждаться жизнью, — ответила Беллона со смехом в голосе. — Ну и ну, похоже, в твоём оазисе проблема с крысами.

— Насколько всё плохо?

— Нет ничего, с чем бы ты не смог бы справиться. Я пришлю тебе по электронной почте несколько счастливых снимков, у тебя тот же адрес?

— Да. Я в долгу перед тобой, Беллс.

— Да, это так, и в отличие от других, я требую свои долги, так что будь готов к этому, — ответила Беллона, говоря, как стальная богиня, которую он знал. — И Сет? Будь осторожен со своим сердцем. Мне не хотелось бы приходить и спасать тебя, потому что ты в ярости из-за разбитого сердца.

— Да, ты бы сделал это, — Сет рассмеялся. — Ты всё ещё злишься на Бейрут.

— Возможно, но, если я правильно помню, это твой piccolo pene (прим. — маленький пенис) телепался на ветру в Танжере.

— Начнём с того, что в моём пенисе нет ничего маленького, и, если память не изменяет, счёт боев по-прежнему в мою пользу.

— Пока, amico, пока. Чао, — промурлыкала Беллона, прежде чем повесить трубку. Сет всё ещё смеялся, когда поднял глаза и увидел в дверях Айлу.

— Мне интересно знать, почему ты говорил о своём пенисе с богиней войны? — спросила она, выгнув брови, изображая идеальную картину недовольства.

— Я проиграл пари в Танжере.

— Ах, понятно, — Айла позволила Сету усадить её к себе на колени. — Она хотя бы помогла?

— Она меня ещё никогда не подводила. — Сет открыл ноутбук и проверил электронную почту. Появилась новое сообщение от Беллоны. Он открыл его и начал листать чёрно-белые изображения. — Действительно проблема с крысами. Видишь эти аванпосты вокруг оазиса? Это сторожевые башни. Я говорил тебе, что они уже обосновались здесь.

— Что они сделали с местными жителями? — спросила Айла, изучая фотографии. Сет пролистал другие файлы, пока не нашёл аэрофотоснимок большого здания и тепловые следы как минимум пятидесяти человек внутри.

— Судя по всему, они держат их взаперти. Может быть, чтобы никто не ускользнул за помощью, — задумчиво сказал Сет.

Скорее всего, они ждали на них покупателей, но он не хотел говорить об этом Айле. Она будет достаточно беспокоиться о них, потому что такова её природа.

— Хорошо, начни со сторожевых постов и продвигайся внутрь. Таким образом, они тоже не смогут пойти за подкреплением, — сказал Айла, взяв ноутбук и изучая фотографии. — Что?

— Ничего, я просто удивлён, что ты диктуешь мне план нападения.

Айла покраснела.

— Ты удивишься, узнав, что в университете я жила с геймерами? Они все увлекались военными играми, и это немного запомнилось мне. Что? Ты не согласен с тем, чтобы сначала уничтожить внешних стражников?

— Вовсе нет. Я бы именно так и сделал. Это означает, что никто не подкрадётся ко мне сзади, — ответил Сет. Он поцеловал её в щеку и кончик уха. — То, что ты помогаешь мне планировать бой, меня возбуждает и беспокоит одновременно.

— Я это чувствую, — ответила Айла, мягко прижимая задницу к его растущей эрекции. — Но тебе нужно сосредоточиться. Чем скорее мы избавимся от этих бандитов, тем лучше.

«Мы», которое она использовала, было похоже на ведро с ледяной водой.

— Ты со мной не пойдёшь, Айла. Если я сделаю это, то сделаю один. Я не могу беспокоиться о том, что ты попадёшь под перекрёстный огонь, — проговорил он.

— Этим людям, — сказала Айла, постукивая по фотографии, — понадобится врач, Сет. Я обещаю подождать с Тафидой и остальными, пока ты не решишь, что это безопасно, но я не останусь здесь.

Сет застонал.

— Почему ты меня так напрягаешь?

— Потому что это полезно для тебя. Позволь мне помочь тебе сделать это один раз, а затем я обещаю быть скучной пленницей, которая целыми днями читает в полной безопасности.

Сет поднял бровь.

— Ты обещаешь?

Эйла крепче обняла её.

— Я обещаю.

— Хорошо, тогда давай рассмотрим ещё одну из этих фотографий и составим план действий.

***

На следующий вечер Айла сидела на капоте джипа с биноклем в руках, ощущая волнением в животе.

Если бы неделю назад кто-то сказал ей, что она будет прятаться в руинах древнего храма Амона, ожидая, пока бог войны нанесёт удар по соседней деревне, она бы рассмеялась и попыталась привлечь этого человека к ответственности за свои слова.

Теперь, одетая в тёмное снаряжение, с бронежилетом и пистолетом на поясе, она именно это и делала.

— Как ты думаешь, как долго он проживёт? — Тафида тревожно прошептала рядом с ней. Из трёх женщин она была единственной, кто захотел вернуться и стать свидетельницей боя.

— Думаю, мы узнаем, когда всё начнётся. Сначала Сет позаботится о том, чтобы мы были в безопасности», — заверила её Айла. Это было одно из многих состояний, которые у него были.

Во-первых, ей нужно было показать ему, что она способна обращаться с оружием. Он дал ей пистолет и потребовал, чтобы она носила его и использовала, если понадобится.

Вторым условием было то, что она подождёт в храме, пока он убедится, что они в безопасности. Когда он будет полностью удовлетворён, тогда и только тогда он приступит к освобождению Харги.

Айла будет готова, когда Сет закончит. Джип был полон медикаментов и еды, которыми она собиралась помочь жителям деревни.

Когда ветер начал усиливаться, Айла вытянулась по стойке «смирно». Воздух вокруг неё потрескивал от энергии, и знакомое чувство поселилось в её груди. Сет только что призвал свою силу.

«Будь в безопасности», — хотела она прошептать ветру. Он, вероятно, посмеялся бы над её беспокойством, но она всё равно не хотела, чтобы ему было больно.

Золотой свет вспыхнул на тёмном горизонте, и Айла подняла бинокль. Из хопеша Сета исходило сияние, изогнутое лезвие сияло, поднимаясь вверх и вниз.

Стрельба пронизывала ночное небо, но было слишком темно, чтобы Айла могла разглядеть, что происходит. Она следила за сиянием магии Сета, когда он ликвидировал часовых по деревне и начал двигаться по улицам. Две бомбы взорвались, разбросав повсюду обломки, пыль и огонь.

— Что происходит? — спросила Тафида, перепрыгивая с ноги на ногу.

— Сет придерживается плана. Постарайся сохранять спокойствие. Он знает, что делает, — ответила Айла более уверенно, чем она себя чувствовала.

Двадцать напряжённых минут спустя магия и ветер рассекли воздух, и Сет стоял перед ними, окровавленный и излучающий силу.

— Готово, — сказал он глубоким и далёким голосом.

Айла сделала шаг к нему и положила руку на светящийся под его рубашкой анкх.

— Спасибо, Сет. Ты можешь отпустить силу.

Низкое рычание прогремело сквозь него, его рука сжала меч.

— Ты очень хорошо справился, но мне нужно, чтобы ты вернулся и здраво мыслил. Вернись, — прошептала Айла и поцеловала его.

Сет вздрогнул всем телом, хопеш упал на песок, когда он схватил Айлу и углубил поцелуй. Она могла ощутить обжигающую силу, охватившую его, почувствовать контроль, за который он боролся. Затем золотой свет исчез, и остался только Сет в её объятиях.

— У тебя это подозрительно хорошо получается, — проговорил он ей в губы.

— Может быть, тебе просто нужна была практика.

Тафида прочистила горло.

— Уже безопасно отправляться в деревню?

— Да. — Сет наклонился, поднял меч и вложил его в ножны на спине. — Вокруг беспорядок, но нет ничего, что нельзя было бы восстановить.

Айла сжала руку Сета, прежде чем отпустить её, и забралась в джип рядом с Тафидой.

— Поехали и найдём твою семью.

Оценка Сета деревни была преуменьшением. Айла не знала, были ли причиной ущерба бандиты или драка, но целые здания были превращены в руины. Она отвела взгляд от тёмных полос крови и тел с оружием, зная, что Сет нанёс это ущерб.

Здание, которое они видели на фотографиях, оказалось старым зернохранилищем. Сет сломал замки на дверях, и Тафида поспешила внутрь, обращаясь к людям по имени.

Айла работала часами как в тумане. Большинство людей получили лишь лёгкие травмы, но сильное обезвоживание и голод ослабили их. Припасы из джипа исчезли, когда Сет и другие трудоспособные люди выгрузили еду и воду.

Айла взяла медикаменты и устроилась для лечения людей на одной стороне здания. Она знала, что её работа в Панаце значила, но дело было в другом. Выражая свои чувства люди обнимали её, плача от облегчения. Они держались на почтительном расстоянии от Сета, но некоторые из более смелых детей крутились вокруг него, пока матери не прогнали их.

К рассвету все уже устроились и спали. Сет и несколько других мужчин сложили тела бандитов в яму и закопали их, чтобы дети не увидели на следующий день.

Они были грязными и измученными к тому времени, когда Айла обняла Тафиду на прощание, и они с Сетом вернулись в джип. Они отправят ещё одну партию еды и припасов вместе с Мириям и другими женщинами, как только вернутся в Накаду. Айла взяла руку Сета и крепко сжала её.

— Ты хорошо поступила, Айла, — сказал Сет, пока они ехали, и лучи восхода солнца падали в лобовое стекло.

— Я бы не справилась без тебя, и ты это знаешь. Ты спас жизни этих людей, Сет.

— Только никому не говори. Мне нужно беречь репутацию, — ответил он, поднимая их руки, чтобы поцеловать тыльную сторону её ладони.

Айла, вероятно, представляла это себе, когда засыпала, а на его губах могла быть лёгкая улыбка удовлетворения.

Глава 18

Айла проснулась в постели Сета, её голова гудела, а в животе урчало. Она не помнила, как вернулась в Накаду или как Сет нёс её внутрь.

Айла нахмурилась, глядя на одну из чистых рубашек Сета, которая была на ней, задаваясь вопросом, как она могла спать, пока он переодевал её в чистую одежду. В животе у неё снова заурчало, поэтому она вылезла из удобного кокона мягкого красного белья и позволила голоду вести её.

Сет был на кухне и помешивал что-то, что пахло потрясающе. Он не выглядел усталым или взлохмаченным, хотя их ночь завершилась четырёхчасовой поездкой обратно в Накаду.

— Я тебя как бы ненавижу, — сказала Айла.

— Так ли это? Что я сделал на этот раз? — спросил он, одарив её очаровательной улыбкой.

— Почему ты не разбит настолько, насколько я себя чувствую? Это совершенно несправедливо.

Сет сунул ей в руки чашку чая.

— Боги быстро приходят в норму. Иди и прими душ. Ты почувствуешь себя лучше, — он поцеловал её в макушку и подтолкнул к спальне. — Ужин не будет долгим.

Айла выпила чай в душе и к тому времени, как вышла оттуда, снова стала почти человеком. Она была рада, что пообещала Сету, что не будет ничего делать, кроме как читать и отдыхать, если он поможет Харге, потому что ни на что другое она не годилась.

— Лучше? — спросил Сет, когда она села за стол напротив него. Он поставил перед ней тарелку с жареной бараниной, салатом и кускусом.

— Ты действительно мой рыцарь в сияющих доспехах, — произнесла она, беря вилку.

Сет рассмеялся.

— Я не рыцарь, и ты это знаешь. Я просто знаю, что для всех безопаснее, если ты сыта.

— Ты и мудрый, и красивый, — ответила Айла, прежде чем начать запихивать еду в рот. Сет сидел напротив неё и внимательно наблюдал за ней. — Что? Что такое?

— Ничего. Я ничего не слышал от Кадера, и не знаю, хорошо это или нет. Если бы он узнал, что я возил тебя в Харгу, что ты смотрела, как я работаю, он бы послал за мной половину Каира.

— Как будто у него есть право голоса в этом вопросе. Он потерял своё право быть чрезмерно опекающим отцом, когда решил бросить меня и мою мать, — ответила Айла, вспыхивая гневом. — Я не жалею, что побывала в Харге и стала свидетелем того, что ты можешь сделать. Дело не только в жизнях, которые ты забрал, но и в тех, которые ты спас.

— Мы спасли, Айла, — поправил Сет.

— Неважно, что думает или делает Кадер. Не когда дело касается нас и моих чувств к тебе, — повторила Айла. Глаза Сета расширились, и ей захотелось спрятаться под столом.

— Ты же знаете, что Кадер исправит то нападение на тебя, и ты вернёшься к своей прежней жизни, — сказал он.

Её прежняя жизнь.

Айла не знала, что она чувствует по этому поводу. Она не могла вернуться и притвориться, что ничего из этого никогда не происходило; как будто встреча с Сетом не втянула её в мир, который она никогда не представляла. Что-то изменилось внутри неё, и пути назад уже не было.

— Пока он этого не сделает, я не буду думать о том, что это значит, — ответила Айла, не отрываясь от тарелки с недоеденной едой.

— Я нашёл в библиотеке ещё несколько книг, которые могут тебя заинтересовать, — сказал Сет, плавно меняя тему.

— О? Я не думаю, что кто-то может превзойти Гиппократа.

Сет хитро улыбнулся ей.

— Даже заметки Асклепия о воскресении?

Айла уронила вилку.

— Ты шутишь?

— Я, нет. Я украл их у Аполлона сразу после его смерти. Я не хотел, чтобы такая тайна стала известна всему миру. Учитывая, как в итоге сложились дела остальных олимпийцев, я рад, что сделал это, — ответил Сет.

— И ты готов показать мне что-то столь опасное? — Айла сразу же вспомнила десять крупных фармацевтических компаний, которые готовы были убить за такую информацию.

— Я знаю, что ты не используешь это во зло. Я доверяю тебе.

Айла откинулась на спинку стула.

— Если ты продолжишь находить подобные вещи, я, возможно, никогда не уйду.

Сет одарил её улыбкой сфинкса.

— Это обещание?

— Скорее угроза.

— В таком случае мне придётся посмотреть, что ещё есть у меня в библиотеке, чтобы соблазнить тебя.

Верная плану и обещанию, после ужина Айла свернулась калачиком в шезлонге со стопкой переплетённых заметок в кожаном фолианте. Улыбка Сета стала шире, когда она поняла, что он не шутил по поводу записей Асклепия, и чуть не потеряла сознание.

— Я не могу прикоснуться к этому, — заикаясь, пробормотала Айла. — Мне нужны перчатки или что-то в этом роде.

— Твои руки чисты, значит, со страницами ничего не станется. Я всегда задавался вопросом, почему я нашёл необходимость их украсть. Изначально это должен был быть подарок Анубису, но я не видел его столетиями. Теперь я понимаю они, должно быть, были для тебя с самого начала.

Жар поднялся на щёки Айлы.

— Как насчёт того, чтобы я прочитала их, и ты всё равно сможешь сохранить их для Анубиса?

Сет поцеловал ей руку.

— Если ты настаиваешь.

Как и предыдущие заметки Гиппократа, Айла медленно осваивала текст, а Сет попутно помогал с переводами. Она не могла представить, о чём он думал по его золотистым глазам, когда нежно гладил её по волосам.

«Я могла бы к этому привыкнуть» — в сотый раз подумала Айла.

Возможно, именно поэтому ей не нравилось, когда Сет упоминал о возвращении к её старой жизни. Раньше она не была несчастна, но отсутствие Сета рядом заставляло её чувствовать себя холодной и опустошённой. Словно он был тем кусочком тепла и удовлетворения, которых ей всегда не хватало в жизни.

«Моя Айла», — сказал он ей своим глубоким божественным голосом. Он имел это в виду? Может ли эта вещь, растущая между ними, быть чем-то постоянным, а не украденным моментом времени?

Сердце Айлы сильно колотилось, её рука всё ещё лежала на странице, а тоска охватила её. Она повернулась к нему, положила руку ему на грудь и посмотрела в его бесконечные золотые глаза.

Давай, смелость, не подведи меня сейчас.

— Сет, ты думал о том, что, может быть, мы… — начала она, когда его телефон начал сердито жужжать. Айла прижала голову к его груди и застонала от разочарования. — Думаешь, мы сможем бросить эту чёртову штуку в Нил?

— Как только угроза твоей жизни минует, я с радостью позволю тебе, — ответил Сет, вытаскивая его и резко отвечая: — Чего ты теперь хочешь, Абаси?

— Кадер хочет знать, где ты.

— Жаль. Мы в безопасности. Это всё, что тебе нужно знать.

— Вы далеко от Каира?

Сет мягко провёл пальцами по волосам Айлы, его голос был скучающим.

— Достаточно близко. Зачем тебе это знать?

— Потому что нам нужно, чтобы вы приехали в Каир и помогли разобраться с тем чёртовым беспорядком, который ты создал. У меня есть сведения о людях, которые передавали информацию Муссе, и нам нужно, чтобы ты с этим разобрался, — проговорил Абаси.

Айла нахмурилась, услышав серьёзный тон мужчины. Кто он такой, чтобы разговаривать так с Сетом, как будто он какая-то комнатная собачка? Сет провёл большим пальцем между её бровями, чтобы сгладить её неодобрение.

— Когда я тебе там понадоблюсь? — спросил он.

— Как можно скорее. Кадер хочет, чтобы команда присматривала за его дочерью, пока тебя нет, поэтому я спрошу тебя ещё раз: где ты?

— Как будто я бы доверял любому из них рядом с Айлой. Она в безопасности, потому что только я знаю, где она и так, и будет, — ответил Сет.

— Она принадлежит Кадеру…

— Нет, это не так, — сказал Сет, от его тона волосы на руках Айлы встали дыбом.

— Она тебе точно не принадлежит! Не забывай, кому ты подчиняешься и чья она дочь.

— Я не забыл. Мне просто всё равно. Завтра утром я приеду в Каир и сделаю то, в чём ты не хочешь испачкать свои наманикюренные руки, — произнёс Сет и повесил трубку. Он швырнул телефон на другой конец дивана и сделал долгий разочарованный вздох. — Ты всё это слышала.

— Слышала. — Айла поднесла руку к его лицу. — Он не прав.

— Я знаю. Наглость этого маленького придурка, клянусь…

— Я принадлежу тебе, — перебила Айла. Был долгий и напряжённый момент, когда её сердце перестало биться. Затем Сет склонился над ней, его тёмные волосы развевались вокруг них.

— Да, и я рад, что ты это знаешь, маликати, — прошептал он. Моя королева.

Затем Сет поцеловал её медленно и так тщательно, что пальцы ног Айлы сжались на подушке, и показал ей, что значит принадлежать богу.

Глава 19

На следующий день Сет вложил свой хопеш в ножны на спине, а затем наполнил сумку различными ножами и пистолетами. Айла наблюдала за ним с обеспокоенным выражением лица.

— Мне это не нравится, — призналась она.

— Айла, я бог войны. Мне не причинят вреда. Ты видела, что я сделал в Харге, даже не вспотев.

— Дело не в этом. Мне это кажется неправильным. Если они знают, кто их предаёт, зачем им ты? Почему они сами не позаботятся об этом? Я думала, что у Кадера целая армия головорезов, выполняющих его задания.

Сет перекинул сумку через плечо.

— Потому что я делаю всю грязную работу Кадера. — Это было жёстко, но это правда. Сет был тем, кого ставили в пример.

— Мне всё ещё это не нравится, — упрямо сказала она.

— Я знаю. Я увижусь с Кадером и попрошу его, чтобы Абаси не знал, где ты. Я не могу помешать Кадеру следить за тобой, когда ты вернёшься к своей работе и своей жизни, но пока я не буду уверен, что ты в безопасности, никто до тебя не доберётся, — пообещал Сет.

Айла последовала за ним в гараж, и он привязал свою сумку к задней части мотоцикла.

— Я вернусь как можно скорее. Не покидай деревню.

— Я знаю, — ответила Айла. Она схватила его за рубашку и притянула к себе. — Не пострадай и береги свою спину. Говорю тебе, я этому не доверяю.

— Не волнуйся, я никому не доверяю.

— Хорошо. — Айла страстно поцеловала его. — Не забывай, Сет, ты тоже принадлежишь мне. Это последний раз, когда ты отвечаешь моему отцу, когда он звонит. Ты не его. Ты мой.

— Да, маликати, я знаю, и я намерен сам ему это сказать, — Сет перекинул длинную ногу через мотоцикл. Он подмигнул ей. — Продолжай работать над тем списком будущих профессий для меня, пока меня не будет.

***

Сет добрался до Каира за пять часов, ограничения скорости и полиция его ни в коей мере не беспокоили. Чем скорее он завершит поездку, тем лучше.

Он думал обо всём, что Айла сказала за последние несколько дней, о том, как она, казалось, быстро вошла в его жизнь там, где никто другой никогда не появлялся.

Он знал, что не может отказаться от того, кем он был, и Айла не просила его об этом. Фактически, она заставляла его быть более самим собой, чем когда-либо.

Моя Айла.

Сет задавался вопросом, как отреагирует Кадер, когда он скажет ему, что Айла заставила его душу превратиться в огонь и охладить хаос его магии.

Перед ним промелькнуло её свирепое лицо, и он понял, что, если Кадер считает, что у него есть право голоса в этом вопросе, Сет отправит его прямо к ней. Если Сет не мог с ней спорить, то у Кадера не было шансов.

Каир почувствовал напряжение, когда Сет вошёл в город, словно готовясь к буре. Он задавался вопросом, могут ли люди почувствовать вакуум власти, который оставил Мусса. Кадер, должно быть, пытался тихо прибраться, и Сет это оценил.

Он въехал в тюрьму, и охранник у ворот поднял бровь, просматривая список людей в своём планшете.

— Господин Ахом, мы не знали, что вы сегодня у нас в гостях, — вежливо сказал он, на лбу у него выступил пот.

— Я уверен, что здесь происходит много всего, о чём ты не знаешь. Кадер вызвал меня, — объяснил Сет. Охранник больше не допрашивал его. Если это был последний раз, когда ему пришлось пройти через каирскую тюрьму, то это было бы не так скоро.

Возвращение в Накаду заставило его задуматься, почему он так долго оставался вдали от дома или так мирился с Каиром.

Тебе было всё равно, вот почему. Беллона была права. Айла снова сделала твою жизнь интересной.

Скрывая ухмылку и хорошее настроение за холодной маской, Сет сдал оружие и последовал за охранником через лабиринт камер.

Кадер оторвался от стола, его лицо нахмурилось.

— Сет? Что ты здесь делаешь? Почему ты не с Айлой?

— Прошлой ночью мне позвонил Абаси и пригласил меня разобраться с найденными им кротами. Где он?

— Он никогда не говорил мне о том, что нашёл предателей, — ответил Кадер.

— Он позвонил с твоего номера здесь, в тюрьме. Я думал, ты знаешь. Он сказал мне, что ты хочешь, чтобы я вернулся в город.

Кадер покачал головой.

— Я никогда не просил его вернуть тебя сюда. Где моя дочь?

— В безопасности, как я ему сказал. Айле не нужна та защита, которую ты хочешь ей предоставить. Она кое-где спрятана, и никто никогда её не найдёт, — заверил его Сет.

Кадер побледнел.

— Я знаю это, Сет, поэтому я никогда и не говорил, что хочу послать людей охранять её.

— Но Абаси… — выругался Сет. — Чёртов Абаси. Это он снабжал Муссу и всех остальных информацией.

— Он не мог этого сделать. Абаси так же предан мне, как и ты! — возразил Кадер.

Ты чёртов дурак. Твои враги настолько близко, что ты их даже не видишь.

Мусса пытался сказать ему об этом, но Сет проигнорировал его, подумав, что это бессвязная угроза умирающего человека.

— Нет, это не так. Теперь всё обретает смысл. Я сказал ему, что мы направлялись в Эдфу из Асуана, и на следующий день на нас напали. С тех пор он пытается заставить меня сказать ему, где мы прячемся… Он также злился на то, что я убрал Муссу и его змей, — произнёс Сет, расхаживая туда-сюда перед камерой.

— Я же думаю, что это было сделано не зря, и мне следовало сказать тебе сделать это раньше. Мусса переступил черту, и ты преподал ему урок. — Кадер схватился за решётку. — Позволь мне разобраться с Абаси. Тебе нужно вернуться к Айле, Сет. Если Абаси каким-то образом звонил из тюрьмы, то он использовал технологии, но он мне не сказал, что делал это.

Сет вытащил из ботинка нож и передал его Кадеру. Глупые охранники всегда забывали о его ботинках.

— Возьми это. У Абаси могут быть люди в тюрьме, поэтому он может использовать телефонные линии.

— Спасибо, а теперь иди, Сет. Не оставляй её одну снова, — ответил Кадер, взяв нож.

— Абаси мой. Он всегда меня бесил.

— Просто защити мою дочь. Она — всё, что имеет значение.

— В моей жизни тоже.

Сет пробежал через тюрьму, схватил своё оружие и с рёвом вылетел с территории тюрьмы. Логично, что он знал, что Айла в Накаде в безопасности, и что Абаси никоим образом не узнает, где она находится, но Сет не собирался соглашаться с этой мыслью, пока не увидит её в безопасности самолично.

Айла сказала ему, что чувствует, что что-то не так, и он поклялся без вопросов прислушиваться к её интуиции с этого дня.

Сет улыбнулся, потому что они были на шаг ближе к возвращению её свободы, и тогда он настоял бы на своём, чертовски надеясь, что она даст сломленному богу войны шанс.

Глава 20

Айла не могла сосредоточиться на записях Асклепия, поэтому вернулась в библиотеку, чтобы найти что-нибудь ещё для чтения.

В библиотеке Сета было всё: от древних трактатов о звёздах до полок современной художественной литературы в мягких обложках. Он читал много и глубоко, и Айла могла на часы потеряться среди стопок книг.

Ближе к вечеру Айла была у реки, когда низко над головой пролетел чёрный вертолёт и приземлился в деревне. Она поспешила туда и на долю секунды подумала, что это вернулся Сет.

Один взгляд на группу мужчин, вышедших из хижины, заставил её замереть на полпути и нырнуть за пальму. У них за плечами были автоматы, и они осматривали толпу.

— Мы здесь не для того, чтобы причинить кому-либо вред, — крикнул их лидер, когда затих рёв двигателя вертолёта. — Нам нужна только Айла Нейлос, и, если вы её не выдадите, мы начнём обходить ваши дома один за другим.

Сердце Айлы грохотало в ушах, когда она присела ниже. Как они её нашли? Что-то случилось с Сетом? Айла отогнала эту мысль, не позволяя беспокойству за него расти. Сет был более чем способен позаботиться о себе.

Произошёл взрыв, и люди с криками бросились к горящему дому. Лидер достал мегафон.

— Айла Нейлос! Мы знаем, что ты здесь. Выходи, и никто больше не пострадает.

— Мы не знаем, кого вы ищете! Здесь нет никого с таким именем, — крикнула Мириам. Айла сдержала крик, когда один из вооружённых мужчин ударил Мириам левой рукой, из-за чего женщина плашмя упала на землю.

Без дополнительного предупреждения лидер мужчин вытащил мальчика из толпы и прострелил ему плечо.

— Я здесь! Остановитесь! — Айла перекрикивала крики толпы. Она побежала к ним, скатившись на землю, чтобы зажать рану мальчика. Кровь заливала её руки, пока она стягивала шарф с плеч и как можно туже обвязывала его вокруг раны.

— Вот видите? Всё, что нужно — это правильная мотивация, — произнёс мужчина. Он помахал своим людям, и они схватили Айлу. Она стала пинать их ногами, они же схватили её и за ноги и понесли к ожидающему вертолёту. Острие лезвия прижалось к её подбородку.

— Прекратите, доктор. Мне велели схватить вас как можно вежливее, и мне бы не хотелось, чтобы вы заставили меня нарушить своё слово. Эта деревня уже достаточно заплатила сегодня за то, что укрывала вас. Вы хотите, чтобы они потеряли ещё один из их домов? Потому что это произойдёт, если вы окажете какое-либо сопротивление.

— Ты чёртов ублюдок. Когда Сет узнает об этом, ты умрёшь, — прорычала Айла, пристёгнутая к своему сидению. Её окровавленные руки были сжаты вместе, а на запястьях защёлкнулись наручники.

— Я не думаю, что кого-то из нас беспокоит Сет Ахом. Он выполняет приказы также, как и все мы, — сказал мужчина. — Устройтесь поудобнее и расслабьтесь, доктор. Мы скоро будем в Каире. Не думайте о том, чтобы попытаться сбежать. Мы всегда сможем найти дорогу обратно в ту дерьмовую дыру, в которой мы вас нашли.

Айла смотрела в окно на горящий чёрный дым, поднимающийся над деревней, и ей пришлось проглотить желчь, обжигающую её горло. Ей оставалось надеяться, что мальчика доставят в больницу, что они не нападут на Сета из-за её присутствия, создавшего такой хаос. Она одарила мужчин рядом с ней холодной улыбкой.

Они сильно ошибались, если думали, что Сет позволит им уйти от наказания. Он любил Накаду, и они вторглись в его дом. Это были ходячие мертвецы.

***

Когда позже, тем вечером они приземлились в Каире, Айле надели на голову чёрный мешок. Её затолкали на заднее сиденье машины, мужчины вокруг неё игнорировали её, сплетничая о любовницах и последних спортивных событиях.

Когда через некоторое время они остановились, Айла услышала звуки фонтана и почувствовала запах цветущего по ночам жасмина. Её толкнули в кресло, пристегнули к подлокотникам, прежде чем мешок сдёрнули с её головы.

Айла моргнула от внезапного света. Когда её зрение прояснилось, она поняла, что сидит за столом, окружённым стульями, рядом с бассейном. Выложенная плиткой дорожка вела к стеклянным дверям роскошного особняка, освещённого тёплым светом. Взгляд Айлы сосредоточился на элегантном мужчине, одетом в кремовый льняной костюм, сидящем напротив неё. Он выглядел как очень хорошо оплачиваемый юрист с аккуратно причёсанными чёрными волосами и улыбкой кинозвезды.

— Доктор Нейлос, приятно наконец познакомиться с вами, — тепло поприветствовал он. Кровь Айлы похолодела. Она узнала этот мягкий, культурный голос.

— Мне хотелось бы сказать то же самое, Абаси, — ответила она.

Его очаровательная улыбка стала шире.

— Кадер говорил, что ты умна, но оказалась недостаточно умна, чтобы оставаться в тени.

— У меня всё было хорошо, пока не появились твои головорезы и не начали стрелять в детей, — огрызнулась Айла.

Абаси рассмеялся.

— О, Айла, именно ты привела нас прямиком к себе. Или ты забыла о телефонном звонке своему другу Пьеру?

Айлу затрясло, и она старалась выровнять дыхание.

— Это было несколько дней назад, и я так и не сказал ему где я.

— Тебе и не обязательно было это делать. Я поставил прослушку на его телефон, вчера у меня было время проверить его, и вот ты попалась. Сет всегда пользуется одноразовыми телефонами, иначе я бы забрал тебя ещё несколько дней назад. Я полагал, он уже привёл бы тебя к нам, но, похоже, у этого зверя есть к тебе слабость.

— Когда он узнает, что ты сделал, а он это узнает, от тебя не останется того, что можно будет похоронить, — пообещала ему Айла.

— Сет будет подчиняться тому, кто будет главным, и после сегодняшнего вечера это буду я. Знаешь, я действительно должен поблагодарить тебя за то, что это произошло, Айла, — сказал Абаси, выглядя самодовольным, как кошка. — Кадер поручил мне управлять финансами, поэтому я пошёл искать рычаги воздействия. И знаешь, что я нашёл? Оплату медицинских счетов. Вскоре после этого я нашёл твою мать. Один взгляд на твою фотографию, и я понял, что ты ублюдочная дочь Кадера. Я годами ждал информации, ожидая подходящего момента, чтобы она появилась.

— Это ты рассказал обо мне Муссе.

— Конечно, это сделал я. Я не мог действовать открыто.

— Тебе следует обратить более пристальное внимание на его судьбу. Твоя будет ещё хуже, предатель, — ответила Айла.

— Мусса был средством для достижения цели. Завершение которой наступит быстрее, чем ожидалось, из-за грёбаного Сета. Ты не должна идеализировать его как какого-то героя, который придёт и спасёт тебя, принцесса. Он монстр, но он наш монстр. И он уже доказал, что сделает всё, чтобы защитить тебя. Я услышал это в его голосе, когда он впервые заговорил о тебе. Теперь, я понимаю, почему, — проговорил Абаси, глядя на неё. Кожа Айлы покрылась мурашками, и она снова стала бороться со своими путами.

— Он сделает всё, что я скажу, лишь бы обеспечить тебе безопасность. Я знал, что ты будешь полезна, но ты будешь спусковым крючком как для Сета, так и для Кадера. Ты бесценна, моя дорогая, и когда я возьму Каир сегодня вечером, я должен буду поблагодарить тебя за это.

— Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, что ты слишком много говоришь? — прошипела Айла, снова дёргая наручники. — Неважно, что ты сделал или насколько умными, по твоему мнению, являются твои планы. Ничто из этого не спасёт тебя от гнева Сета.

— Сет — наёмник. Очень эффективный, должен признать, но всё же просто бандит с пистолетом. Он, как всегда, будет работать на того, кто предложит самую высокую цену. И я собираюсь изменить ситуацию в свою сторону, независимо от того, какую ложь он сказал тебе оказавшись между твоих бёдер.

Моя Айла.

Айла чувствовала губы Сета на своих, чувствовала его силу и знала, что то, что было между ними, не было ложью. Она почти слышала, как он шепчет хриплым голосом: «Маликати, ты знаешь, что я иду за тобой».

Айла засмеялась сумасшедшим громким смехом, который она не могла сдержать. Это был не смех от стресса; это был чистый юмор по поводу явной смелости и высокомерия мужчины перед ней.

— Хватит смеяться надо мной, — прорычал Абаси.

— Я ничего не могу с собой поделать. Ты знаешь, что у Муссы было более сотни человек, пытавшихся защитить его, когда Сет пришёл за ним. Сколько их у тебя в этом потрясающем особняке? — спросила она и засмеялась сильнее, когда Абаси покраснел. — Ты думаешь, что настолько умён, что отследил меня по телефонным разговорам, что организовал захват территории Кадера, и тем не менее, ты не смог раскрыть самую очевидную тайну, которая маячила перед своим тупым лицом.

— И что это, принцесса? — спросил Абаси сквозь стиснутые зубы.

Айла терпеливо посмотрела на него.

— Ты понятия не имеешь, кто такой Сет, да?

— Просвети меня, если ты думаешь, что знаешь лучше.

— Нет, я думаю, что расслаблюсь и наслажусь представлением. — Айла откинулась на спинку стула с улыбкой на лице и яростью в глазах. — Он будет здесь на рассвете, и ты пожалеешь, что когда-то нашептал моё имя Муссе.

Глава 21

Солнце зашло, когда Сет вошёл в Накаду. Здесь царил шум, дома горели, а люди слонялись по улицам. Сет заметил Мириам и Исобу и остановился.

— Что здесь произошло? — потребовал он.

Платье Мириам было запятнано кровью, когда она потянулась к нему.

— Сет. Извини, они схватили одного из мальчиков.

— Кто это сделал? — сказал он сквозь стиснутые зубы.

— Вертолёт, полный мужчин с оружием. Они взорвали дом, пытались заставить нас отдать им Айлу. Они выстрелили мальчику в руку, и Айла сдалась, чтобы заставить их остановиться.

Моя Айла.

Сет вспыхнул, а затем похолодел, ярость и страх разбили его сердце.

— Ты знаешь, куда они пошли?

— Один из них сказал что-то о том, чтобы вернуться в Каир до полуночи, — ответил Исоба, обнимая Мириам. — Сет, пожалуйста, не теряй себя, когда ты, наконец, снова найдёшь цель.

Пьянящая сила пробежала по венам Сета, его зрение затуманилось, когда он слез с мотоцикла и вручил Исобе ключи.

— Я снова нашёл цель, и они вошли в мой дом, причинили вред моим людям и украли мою королеву. Я убью их всех за это, — прорычал он, его голос изменился на тембр мстительного бога.

Они не пытались остановить Сета, а просто отступили, когда он взорвался ветром, песком и жаждой крови. Он снова направился на север, его последней мыслью было лицо Айлы и ад, который он собирался обрушить на Каир, чтобы вернуть её.

Обладая своей силой, Сет превратился в зверя войны, призыв проливать кровь звучал в его ушах. Это была не только война. В основе его лежала ведущая потребность защитить то, что принадлежало ему.

Они забрали единственное, что было ему дорого за многие столетия, и ничто не могло помешать ему отомстить.

Огни Каира расплывались перед ним. Сет изо всех сил пытался справиться с яростью. Куда они её забрали?

Абаси пытается свергнуть Кадера. Иди туда, где он будет чувствовать себя в большей безопасности.

Сет знал об особняке Абаси, гнезде, которое он держал в самом богатом районе Каира, украшенном прекрасными вещами. Он стремился к этому, его магия тащила его по ночному небу на горячих разрушительных ветрах.

Показался особняк, освещённый обширными садами и сияющим бассейном. Мужчины с оружием заполняли двор с зелёной травой и прекрасными клумбами. Они смотрели вверх на внезапный ветер, на их лицах читалось замешательство.

Сет вытащил хопеш и рухнул на землю. Песок и земля полетели в стороны, и люди кричали, когда он хлестал вокруг себя клинком. Брызги крови летели, разбрызгиваясь по бледным стенам особняка.

Сет прорвался через дверь, разбив стекло и дерево. Пистолеты стреляли, и пули плавились под жаром силы Сета. Он прорвался через первый уровень дома, разыскивая Айлу и уничтожая всех и вся, что попадалось ему на пути. Он поднял одного человека за горло.

— Где она?! — крикнул он.

— А-Абаси отвёз её в тюрьму для переговоров с Кадером, — пробормотал он в ответ. Сет швырнул его, отправив пролететь через оштукатуренную стену. Золотая сила пронзила фундамент особняка, и когда Сет вышел наружу, весь сверкающий дворец рухнул, превращаясь в руины.

***

Айла чувствовала напряжение в ночном воздухе, когда Абаси вытаскивал её из машины вёл и через металлические ворота каирской тюрьмы. Она не удосужилась обратиться к охранникам за помощью; Сет сказал ей, что тюрьмой управляют Кадер и Абаси по совместительству.

«Где ты, Сет?» — Айла молилась. Ей не хотелось встречаться с отцом лицом к лицу, не так.

Горячая паника превратила её кровь в кислоту, и, если бы не пистолет, который Абаси прижал к её рёбрам, она бы убежала.

Мужчины издевались над ней, проходящей мимо камер, свистели и выкрикивали предложения трахнуть её, а Айла делала всё возможное, чтобы не реагировать.

Сет придёт.

Он увидит, что случилось с Накадой, либо Мириам позвонит ему и скажет, что её похитили.

Сет придёт.

Абаси остановил её перед камерой с двумя охранниками. Внутри находился мужчина среднего телосложения с седыми волосами. Острые карие глаза нашли её, и всё в Айле замерло. Это были её глаза.

Отец.

— Абаси, что ты наделал? — сказал Кадар смертельно мягко.

— Тебя должно беспокоить лишь то, что я собираюсь сделать. Ты действительно думал, что я буду продолжать выполнять твои приказы, хотя могу просто забрать всё? — ответил Абаси. Двери открылись, и он толкнул Айлу внутрь. — Воссоединение семьи, как приятно.

Айла отказалась смотреть на Абаси и оборонительно скрестила руки вокруг себя.

— Ты ранена? — спросил её Кадер.

— Нет. Я злюсь.

— Понятно. Мне жаль, что тебя в это втянули, — искренне сказал он. Айла не ответила. Сейчас было не время для глубокой и содержательной беседы или кричащей ссоры с её отцом.

Абаси присоединился к ним в камере, охранник запер за ним дверь.

— Я собираюсь сделать это очень простым для тебя, Кадер. Ты передашь мне свои владения, и я сохраню вам обе жизни. Если ты откажешься, я начну передавать твою дочь пленникам.

Кадер покачал головой.

— Это безумие, Абаси. Не иди по этому пути. Остановись, пока не поздно.

— Для тебя уже слишком поздно, старик. Подпиши бумаги и избавь себя от ужаса, — Абаси протянул кожаный фолиант. Кадер открыл его, спокойно просматривая документы по одному.

— Кажется, ты очень тщательно разбирался в моих делах и пытался узнать все мои секреты, — ответил Кадер.

Айла фыркнула от смеха.

— Кроме того, что действительно имеет значение.

— Ах, Сет, — сказал Кадер со вздохом. Они обменялись понимающими взглядами. Кадер пытался выиграть время, делая вид, что обдумывает предложение Абаси. Он знал не хуже Айлы, что Сет придёт.

— Сет Ахом — наёмник. О нём ничего не стоит знать, кроме его цены, — отрезал Абаси. — Кадер может рассказать тебе об ужасах, которые Сет творил на протяжении многих лет. Ты думаешь, что я ужасный человек, Айла? Я святой по сравнению с ним. Я не хочу кровопролития; я хочу денег и власти. Мертвецы не могут этого сделать, так что заплати, — Абаси шагнул вперёд и провёл пальцем по её щеке.

— Должен ли я поговорить с тобой о крови, которую твой отец и его пёс пролили за эти годы? Может быть, если бы ты действительно знала их так, как я, ты бы не питала надежды, что Сет придёт, чтобы спасти тебя.

Горячий ветерок пронёсся по тюрьме, и волосы на затылке Айлы встали дыбом. Она чувствовала волшебство в воздухе, и её улыбка была смертоносной.

— Мне нечего надеяться. Он уже здесь.

Золотое лезвие возникло из воздуха, разрезав охранника пополам и проливая по полу волну крови. Сет появился из дыры в небе, разрезая вверх своим хопешем и рубя другого стражника.

Абаси схватил Айлу и притянул её к себе, как щит. Айла чувствовала, как по нему пробегает дрожь.

— Могу ли я представить тебе Бога Войны? — Айла поймала горящие глаза бога перед решёткой камеры. — И хранителя моего сердца.

— Айла, моя королева, — прорычал Сет окровавленными губами.

— Ты не торопился, любимый, — ответила она, колени ослабли от облегчения.

Сет ухмыльнулся: это было дико и опасно. Он схватил решётки камеры, горячая сила сделала их мягкими, как масло, и он разъединил их.

— Не двигайся! — крикнул Абаси, схватив Айлу за волосы и отдёрнув их назад.

— Ты проиграл, Абаси. Не раздражай Сета ещё больше и не делай хуже себе, — произнёс Кадер дрожащим голосом. — Ты не сможешь выиграть этот бой.

Абаси посмотрел на сияющего, жестокого бога перед собой и снова на Айлу. Он начал смеяться.

— Знаешь что? Ты абсолютно прав.

Он прижал пистолет к её горлу и нажал на спусковой крючок.

Глава 22

Мир Сета остановился, когда кровь хлынула из горла Айлы, и она рухнула на грязный бетон. Абаси всё ещё смеялся, направляя пистолет на Сета.

Бог Войны взревел в первобытной ярости, заставив его выплеснуть магию, и Абаси взорвался красным дождём на стены камеры.

Сет присел рядом с Айлой, притянул её к себе на колени и прижал руку к её кровоточащей ране.

— С-сет, — выдохнула она.

— Не говори, любовь моя, — сказал Сет, желая, чтобы у него была сила исцелять, а не разрушать. — Мы отвезём тебя в больницу. Просто держись за меня.

Её холодные пальцы потянулись к его лицу.

— Любовь… любовь.

Воздух покинул её тело, и Сет почувствовал, как её Ка вырвалась из её тела.

— Нет. — Сет крепко прижался к ней. — Я не позволю тебе заполучить её, пока.

Кадер плакал в углу, страх не давал ему подойти к ним ближе. Сет повернулся к нему, сверкнув глазами.

— Ты будешь охранять наши тела. Не позволяй ничему с ними случиться

— Что? О чём ты говоришь? — потребовал Кадер.

Сет нашёл среди запёкшейся крови пистолет Абаси. Он не знал, будут ли для него заперты врата Дуата, поэтому ему нужно было убедиться, что у Осириса не будет иного выбора, кроме как впустить его.

— Просто делай, как я говорю. Береги наши тела, — рявкнул Сет. Он повернулся к мёртвой женщине в своих руках. Он не подведёт её снова.

Сет потянулся за силой, чтобы притянуть его к Дуату. Анх на его груди сиял ярко, как солнце, и это был его единственный ключ к входу в врата подземного мира. Сет поцеловал Айлу в губы.

— Я иду, моя Айла. Держись.

Затем он поднёс окровавленный пистолет к виску и застрелился.

***

Сет пронёсся через эфир, тёмное и сверкающее пространство между мирами, и тяжело приземлился на холодный камень.

Перед ним возвышались десятые врата Дуата, обсидиановый камень, на котором было вырезано злобное подобие Апепа.

Со стоном Сет встал и огляделся. В своём полном божественном аспекте он был больше, чем в человеческом облике. Толстые золотые ленты обвивали его бицепсы, а усех (прим. (егип. wsḫ «широкий») — древнеегипетское широкое ожерелье-воротник с несколькими рядами бусин и иногда с фигурными изображениями-символами по краям) тяжело сидел на шее и плечах.

Сет охранял это девятое царство подземного мира вместе с Хорусом, своим племянником, давно умершим, как и все остальные. Он мог чувствовать тишину в Дуате, как будто это было живое существо.

«В наши дни даже демоны дремлют», — подумал Сет, потянувшись к блестящей золотой ручке ворот. Закрыто. Конечно. Осирис не облегчил ему задачу после того, как Сет покинул Дуат и поклялся никогда не возвращаться.

Сет постучал в двери.

— Впустите меня! Мне нужно с вами поговорить! — он толкнулся на ворота, чёрные каменные обломки посыпались сверху.

— Если ты продолжишь это делать, он никогда тебя не впустит, — раздался голос из темноты.

Мерцающий бронзовый свет наполнил воздух, и Тот встал рядом с ним.

Он был одет в человеческую одежду, рукава его грязной рубашки на пуговицах были закатаны, обнажая татуировки, мерцающие на коричневой коже его левой руки. Кобра скользнула по красочному саду волшебных чернил и неодобрительно щёлкнула языком на Сета.

На его бородатой щеке была царапина, из которой сочился ихор, а в темно-каштановых волосах паутина.

— Ты выглядишь дерьмово, колдун. Какого чёрта ты здесь делаешь? — спросил Сет.

— Меня, чёрт возьми, вызвали. Лучше бы всё было хорошо, Сет. Ты только что оторвал меня от охоты на ифритов (разновидность джина), — пожаловался Тот, пытаясь смахнуть пыль со своей одежды. — Что ты вообще здесь делаешь?

— Я пришёл забрать Ка женщины, которую люблю. То есть я это сделаю, если Осирис перестанет быть ослом и откроет двери, — Сет сильно ударил по ней кулаком.

Тот открыл рот и снова закрыл его.

— Прости, ты только что сказал, что здесь ради души женщины?

— Да, моей женщины. Теперь ты поможешь мне или просто будешь повторять за мной всё, что я говорю?

Сет провёл рукой по волосам, издавая разочарованный стон.

— Мне очень жаль. Мне просто… мне нужно, чтобы она вернулась. Она умерла из-за меня. Я не могу позволить этому случиться, и чем дольше она будет здесь, в Дуате…

— Тем меньше у тебя времени, чтобы воскресить её, — закончил за него Тот. Он суетливо махнул рукой Сету. — Отойди в сторону. Грубая сила не поможет, а это всё, на что ты годен.

— Мы не можем все быть хозяевами вселенной, не так ли?

Тот одарил его лукавым взглядом.

— Ну, ты точно не можешь.

Тот положил руки на дверь, ощупывая пальцами каменные углубления, словно что-то ища.

— Может быть, Осирис и хозяин этого места, но я был одним из архитекторов. Он не сможет меня удержать. — Бронзовый свет магии Тота просачивался в резные гравюры.

— Я не знаю, почему ему всё время нужно быть таким сложным, — пробормотал Сет.

— Он, наверное, думает, что ты здесь, чтобы окончательно его уничтожить.

— Я уже убил его один раз, — Сет пожал плечами. — Что станет, если я сделаю это снова?

— Может быть, он думает, что ты хочешь править преступным миром?

Сет рассмеялся.

— Зачем мне это делать? Есть причина, по которой мы все ушли. Только он остаётся, потому что не может уйти.

— Разве тебе это не нравится?

— Безмерно, колдун. Безмерно.

Внутри двери, раздался оглушительный грохот замков, и ворота открылись. Бронзовая магия вылетела из двери, как дым, и вернулась в руку Тота. Он поклонился.

— После тебя, Сет.

— О, конечно, позволь мне войти первым, на случай, если Апеп скрывается с той стороны, — сказал Сет, призывая свой хопеш.

Тот только улыбнулся.

— Грубая сила должна быть для чего-то полезна, даже если это приманка для демонической змеи.

Сет вошёл внутрь и ударил мечом по луже масла. Огонь метнулся по комнате, масляные бороздки освещали ему путь. В конце зала были ещё одни ворота.

— Похоже, Апепа нет дома, — произнёс Сет, устремив взгляд на высокие колонны вокруг них.

— Он всё ещё в Дуате. Я чувствую его, — ответил Тот, в его ладони светился маленький магический шарик.

Мерцающая белая оболочка змеиной кожи преградила им путь. Сет прорубил её жестоким ударом меча, и кожа разошлась перед ними, словно облупившаяся занавеска.

— Он стал больше, — прокомментировал Сет. — Чешуйчатый старый зверь теперь может представлять собой проблему.

— У него было больше возможностей для роста из-за нехватки душ, путешествующих через Дуат, — ответил Тот, следуя за Сетом, но внимательно наблюдая за тенями за их спинами. — Кстати, откуда ты знаешь, что Ка твоей женщины оказалась здесь?

— Она наполовину египтянка, наполовину гречанка. Этого должно было быть достаточно, чтобы позволить ей пройти.

— А если она отправилась в Элизиум с Хароном?

— Тогда я пройду по Стикс и вместо этого попрошу Аида. Хотя в последний раз, когда я видел перевозчика, он тоже был в Стиксе вместе с остальными придворными Аида. — Тот снова открыл рот, но Сет отмахнулся от него. — Стоп. Я не знаю, как и почему, но я знаю, что она здесь. Она волновала мою Ка с того момента, как я её встретил, и я чувствую её близость.

— Значит, это не обычная женщина, — тихо сказал Тот. — Особенно, если ей удалось пробудить твою дряхлую душу.

Сет мрачно улыбнулся ему.

— Правильно. Она разбудила её, и теперь подумай, что я сделаю, чтобы вернуть её.

— Есть вероятность, что Осирис захочет оставить её себе назло, — произнёс Тот, когда они достигли десятых врат.

— Знаю. Именно поэтому я предложу ему то, чего он всегда хотел, в обмен на неё.

Сет взглянул на двери одиннадцатых ворот, украшенные изображениями кошек. Он поднял руку, чтобы проверить дверь, и четыре кошки ожили, начали бить его и шипеть.

— Серьёзно, Осирис? — позвал Сет. С каждой секундой задержки Айла удалялась от него всё дальше и дальше.

— Ты отвлекаешь их, а я открою двери, — предложил Тот, отводя его в сторону. Он порылся в карманах и вытащил белое перо ибиса. — Вот, отвлеки их этим.

— Лучше бы его не выдернули из твоей задницы, — пробормотал Сет, беря перо.

— Здесь растут все мои лучшие перья, — ответил Тот с усмешкой.

— Почему ты помогаешь мне, Тот?

Улыбка колдуна стала шире.

— Потому что это будет означать, что ты будешь у меня в долгу, и мне, возможно, скоро понадобится помощь. Кроме того, ты влюблён. Такого не случалось с тех пор, как ты женился на Нефтис. Это событие, которое нельзя пропустить.

— Значит, ты здесь в развлекательных целях.

— Естественно. А теперь отвлеки котиков. Вот хороший мальчик.

Сет снова повернулся к неподвижным резным фигуркам.

— Я не думаю, что это сработает.

Чувствуя себя идиотом, он пощекотал ближайшего к нему кота под подбородком. Быстрый, как молния, кот ударил его, зашипел и столкнулся с котом рядом с ним.

— Что ты говорил?

— Не нужно быть самодовольным, — сказал Сет, уводя от себя отвлечённых кошек.

— Нет, нет, но это естественно, когда ты всё время прав.

Тот приступил к работе над замком. Сет был слишком занят, пытаясь не потерять пальцы из-за каменных котов, чтобы наблюдать за тем, что делает колдун.

Все кошки взвыли, когда замки в воротах повернулись, и они распахнулись.

— Молодец. Вот твоё перо из задницы, — промолвил Сет, щекоча им Тота под подбородком. Он вырвал его из рук.

— Ты пожалеешь, что не удержался от этого, — ответил Тот. Они прошли через врата в одиннадцатое царство и были мгновенно окружены кошками всех форм, размеров и цветов. Они тёрлись о ноги, жалобно мяукая.

— Не слушай их. Я уверен, что их кормит Осирис, — сказал Тот, на цыпочках обходя спящие комочки меха.

— Где Миюти? — спросил Сет.

Кошачий бог отвечал за одиннадцатое царство, и Сет не сомневался, что все кошки в комнате были его отпрысками или потомками их. Им нечего было делать, кроме как есть, спать и трахаться в вечности.

— Кто знает? Я думаю, что ему нравится ходить и гулять по человеческому царству, когда скучно. Зная Миюти, за ним, вероятно, присматривают четыре разные человеческие семьи, и все думают, что он принадлежит только им, — произнёс Тот, отвлекая кошек своим пером.

К тому времени, как они достигли двенадцатых и последних ворот, у Сета на каждом плече сидело по кошке, а ещё две свернулись калачиком и спали у него на руках. Он лениво похлопывал их, стоя перед статуями Исиды и Нефтиды.

Не так давно Сет с трудом мог бы смотреть на образы богинь, но теперь слова Айлы звучали в его голове:

«Отпусти вину и прошлое, Сет. Выбери что-то лучшее и перестань наказывать себя».

— Полагаю, ты недавно не видел Исиду? — спросил он Тота. Колдун наклонился и зажёг свечи у ног богини.

— Не более столетия. Она сказала, что ей нужно снова пойти и найти цель жизни, поэтому она покинула Египет, — ответил Тот, глядя на статую. — Должно быть, она нашла что-то, что удерживает её вдали так долго.

— Может быть, именно поэтому Осирис так зол.

Если бы Исида не вернулась в Египет, Сет сомневался, что она вернулась бы в Дуат.

— Возможно. Знаешь, она никогда не злилась на тебя… за то, что ты сделал для Нефтиды, — проговорил Тот. Сет положил котов обратно на пол.

— Конечно, нет.

— Нет, правда. Исида понимала желание Нефтиды умереть и даже думала, что то, что ты сделал это, было благословением. После этого ты просто держался так далеко от всех, что у неё никогда не было возможности сказать тебе это лично, — объяснил Тот. Сет закрыл глаза, сняв с плеч тяжесть.

— Может быть, пришло время мне это изменить.

— Это твой способ сказать, что ты хотел бы когда-нибудь потусоваться вместе? — Тот усмехнулся, и Сет присоединился к нему.

— Мне сказали, что я приемлемая компания, если мне дать шанс.

— Эта женщина определённо лгала тебе, если убедила тебя в этом, — поддразнил Тот.

— Когда я верну её, я попрошу её рассказать тебе лично, — Сет повернулся к дверям с вырезанными на них змеями. Они скользили и вились по золотой ручке. — Думаю, тебе стоит попробовать это. Мне не нравится укус змеи.

Тот закатил глаза.

— С таким отношением ты не убедишь меня стать твоим другом.

— Маленькими шагами. Пощекочи её пёрышком и посмотри, поможет ли это?

Тот сделал ему архаичный и оскорбительный жест рукой.

— У меня есть идея получше.

Бронзовая магия дрожала вокруг его головы и плеч. Его худощавое смуглое лицо почернело, из лица вырос длинный клюв, а из-за спины показались бело-серые крылья, образуя ореол вокруг головы.

Он угрожающе каркнул змеям, которые разбежались и уползли к дальним краям двери.

— Ну, это сработало, — сказал Сет со смехом.

Рукой с черными когтями Тот нарисовал символы вокруг замка. Дверь распахнулась, и Тот снова принял человеческий облик.

— Я верю, что ты сможешь пройти через это первым. Я не хочу, чтобы меня сегодня подстрелили одной из его стрел.

Борясь с желанием вытащить меч, Сет расправил плечи.

Ради Айлы он нарушит своё обещание никогда не возвращаться в чертоги Осириса. Ради Айлы он подчинится воле Осириса. Ради Айлы он пожертвует своей душой.

Глава 23

Сет чувствовал приторный запах благовоний над затхлой землёй и зелёными растениями. Вокруг них текла прозрачная вода, камни прокладывали дорожки через пышные сады и острова оазиса. Фонари и люминесцентные цветы наполнили светом залы Осириса.

Животные бродили по деревьям и водам, леопарды и фантастические звери с соколиными головами и львиными телами охотились и бездельничали в подлеске. Над головой пели птицы, фламинго и цапли ныряли в воду, чтобы поймать рыбу.

Это был райский оазис, наполненный красотой, волшебством и полной иллюзией.

— С возрастом он становится более ярким, — пробормотал Сет.

— Он должен как-то развлекать себя здесь, внизу. Ах, это именно то, о чём я говорю, — Тот кивнул сквозь деревья. Скудно одетые люди развалились на диванах и подушках, попивая вино, резвясь в воде или трахаясь под деревьями.

— И вы все задавались вопросом, почему я не мог найти с ним общий язык, — произнёс Сет. Это было одно и то же старое утомительное дерьмо снова и снова. Даже оргия становилась скучной, если она была бесконечной.

Когда они очистили деревья, залы расширились, чтобы вместить продолжающийся пир, ярко освещённый жаровнями и миниатюрными плавающими солнцами.

В конце зала на троне из оникса и золота восседал Осирис.

Сет был создан, чтобы быть сильным, но Осирис был создан, чтобы быть красивым. Ему всегда хотелось, чтобы вокруг него были эстетически приятные вещи, и даже после того, как его обезглавили и воскресили, Осирис всё ещё оставался мужским совершенством.

Слабый металлический изумрудный блеск его магии на коже и мягкие шрамы на том месте, где Исида собрала его, никоим образом не ухудшали его внешний вид. Он излучал силу и магию и вызывал желание склониться перед ним.

Осирис улыбнулся ленивой, снисходительной улыбкой, глядя на Сета.

Правая рука Сета дёрнулась, желая выдернуть меч из-за его спины и срубить с плеч его хорошенькую головку.

Если бы только.

— Глубоко вздохни, Сет. Помни, почему ты здесь, — прошептал Тот.

Айла.

Она стоила того, чтобы страдать из-за этой публики.

— Здравствуй, брат, — поприветствовал Осирис. Он заметил Тота, и его улыбка немного померкла. — И Тот тоже, это важно.

— Мне нравится то, что ты сделал с этим местом, — ответил Сет, скрестив руки на груди.

— Спасибо. Что ты здесь делаешь? В прошлый раз ты ясно дал понять, что никогда не вернёшься. Как ты меня тогда назвал?

— Я считаю, что это был бессильный рыбий член, милорд, — произнёс Тот.

Сет бросил взгляд через плечо.

— Перестань мне помогать, — колдун ухмыльнулся.

— Было именно так. Итак, я спрошу тебя ещё раз. Чего ты хочешь?

— Душу женщины. Айла Нейлос. Я в долгу перед ней и хотел бы вернуть ей её смертную жизнь, — ответил Сет, желая покончить с аудиенцией.

Осирис поднёс кубок к губам.

— Нет. А теперь уходи.

— Я не принимаю отказа в качестве ответа. Я знал, что будет трудно.

— Ты убил меня и привязал к этому месту. Почему я должен что-то для тебя делать? — Осирис зарычал.

— Потому что, если ты хочешь подсчитать преступления, брат, ты первым нас сломал. Или ты забыл об этом? Это ты не мог держать свой член в штанах и подальше от моей жены. У тебя был выбор, весь Египет, но она должна была быть твоей, — ответил Сет. Тот сильно ткнул его в спину, чтобы тот заткнулся.

— Хотя ты никогда не мог признаться себе в правде, Сет, она остаётся прежней. Нефтида пришла ко мне, а не наоборот.

— Ты всё ещё мог проявить благородство и отослать её.

— Зачем? Я хотел причинить тебе боль.

Сет сжал кулаки.

— Меня больше не волнует прошлое, Осирис. Мне нужна душа Айлы Нейлос. Пожалуйста, отдай её мне. Сделай одну важную вещь, и с этого момента мы будем в мире.

— Мир? Бог войны приходит в мои залы, через которые прошли тысячи его жертв, и говорит о мире? Кто эта женщина, Тот? Почему она так важна? — потребовал Осирис.

Тот отодвинул Сета с дороги.

— Она не важна, милорд. В ней нет ни магии, ни великой красоты. Она его подопечная, и её убили случайно. Сет только хочет всё исправить.

— Ты её любишь, — Осирис рассмеялся глубоким, насыщенным смехом, заставившим придворных захихикать вместе с ним.

— Да, — ответил Сет, не в силах солгать об этом факте.

— Это слишком забавно. Интересно, чувствует ли она то же самое и захочет ли она вообще вернуться к жизни?

Сила Осириса возросла, и двери позади него открылись. Айла прошла сквозь них в одном из бледно-зелёных, полупрозрачных платьев, которые носили другие придворные. Сет ненавидел видеть её в цветах Осириса.

— Посмотришь на неё, и я выколю тебе глаза, — прошептал Сет Тоту.

— Сет? — Айла узнала его и помчалась к нему. Как раз в тот момент, когда её пальцы уже собирались коснуться его, её подняли в воздух и притянули обратно к Осирису невидимыми цепями.

— Не так быстро, мой цветок. Это жалкое оправдание бога говорит, что он здесь, потому что любит тебя, — сказал Осирис.

Глаза Айлы расширились, когда она посмотрела на Сета.

— Это так?

— Да, маликати, так. Мне очень жаль, что я не добрался до тебя достаточно скоро, — ответил Сет, игнорируя весёлое лицо Осириса.

Осирис положил бледно-зелёную руку на плечо Айлы.

— Он пришёл чтобы спасти тебя и вернуть в человеческий мир. Я хочу знать, хочешь ли ты покинуть рай в Камышовом поле и вернуться в место боли и страданий…

— Да. Если это означает, что я могу пойти с Сетом, я пойду, — ответила Айла. Сет изо всех сил старался сдержать улыбку.

— Ну, это будет проблемой, потому что единственный способ освободить душу — это обменять её, — промурлыкал Осирис.

— Возьми мою, — произнёс Сет, и весь двор замолчал. Он знал, что Осирис выдержит эту игру, и был к ней готов. — Айла выйдет на свободу вместе с Тотом, чтобы вернуться в своё тело, а ты сможешь скормить меня Апепу, как всегда хотел.

Осирис недоверчиво рассмеялся.

— Что? Нет, ты, не можешь говорить серьёзно. Ты отдашь свою бессмертную душу ради человеческой женщины?

Сет не отводил взгляда от Айлы, пытаясь запомнить каждую её прекрасную часть. Он хотел иметь возможность помнить её как можно дольше, пока Апеп или другие демоны разрывали бы его на части.

— Я отдам себя Пожирателю душ, если придётся. Просто отпусти её, Осирис. Пожалуйста… брат, — умолял Сет.

— Что ж, всё оказалось лучше, чем я надеялся. Тот, забери её, — скомандовал Осирис, лёгким движением запястья отправляя душу Айлы в сторону. Сет подошёл, чтобы прикоснуться к ней, когда сила Осириса обрушилась на него, сковав его цепями и повалив на пол.

— Нет, нет, ты не можешь этого сделать, Сет, — сказала Айла, пытаясь дотянуться до него. — Я не могу отпустить тебя. Я слишком сильно тебя люблю, пожалуйста.

— Как трогательно. Забери её, Тот, я больше не буду просить.

Тот прочистил горло.

— Простите меня, милорд, но могу ли я предложить альтернативный план вместо того, чтобы обрекать Сета на съедение и изрыгивание на всю вечность? Как бы забавно это ни звучало.

— Почему я должен менять своё решение? Я всегда хотел увидеть, как он страдает…

— Анубис, — прервал его Тот. От одного этого имени весь Дуат замер и прислушался. — Осирис, он слишком долго отсутствовал в этом месте. Мне самому не удалось его выследить. Сет всегда был хорош в охоте, для чего он был создан. Пусть он уходит при условии, что найдёт и вернёт Анубиса.

Анубис пропал?

Сет держал лицо опущенным. Неудивительно, что Дуат медленно разваливался. Осирис, возможно, был повелителем мёртвых, но Анубис был их богом. Их сила уравновешивала загробную жизнь, и без неё… все просто застряли с Осирисом.

— Конечно же, есть другой способ найти его? — раздражённо спросил Осирис.

— Нет. Я искал его с помощью магии, а также человеческих технологий. Нет никаких следов ни его, ни его силы. Мы должны найти его, потому что он нужен Дуату. Вы можете чувствовать, как он распадается на части, и Осирис, если не будет Дуата, то тебе негде существовать таким, какой ты есть, — настаивал Тот.

Сет поднял глаза, когда сила Осириса подняла его на ноги. Его красивое лицо нависло над ним. Сет никогда не видел его таким злым. Он знал, что слова Тота были правдивы, и ненавидел это.

— Ты найдёшь моего сына и вернёшь его на место через год, или я прикажу Апепу разорвать твою суку на куски с воплями, ты понимаешь? — прошипел он.

— Я это сделаю, клянусь. Он будет возвращён тебе, — пообещал Сет, пытаясь выглядеть благодарным. — Ты, как всегда, милосерден.

— Да, Сет. Но только до тех пор, пока ты не потерпишь неудачу, и тогда я буду рад прикончить тебя навсегда.

— Спасибо брат.

— Ой, заткнись и скройся с моих глаз, — Осирис взмахнул рукой, и Сет был швырнут через оазис и врезался в ворота.

Спустя несколько мгновений Тот прошёл сквозь деревья, а Айла спешила рядом с ним.

— Я не могу поверить, что ты собирался это сделать! — прорычала она, ударив Сета кулаками в грудь. Сет только поднялся и поцеловал её, пока она не перестала сопротивляться.

Тот прочистил горло.

— Ненавижу причинять беспокойство, но нам нужно начать этот процесс, прежде чем Осирис передумает. Где ваши тела?

— Каирская тюрьма, в камере человека по имени Кадер Айад, — ответил Сет.

— Ваши тела у Кадера, чёрт возьми, Аяда? — Тот ущипнул переносицу и зашипел сквозь стиснутые зубы. — Ты будешь мне должен, просто… так… чертовски… много.

Сет ухмыльнулся.

— Ты хороший друг, Тот.

— Я не твой чёртов друг, — отрезал он.

Тот дважды хлопнул в ладоши, превратив души перед ним в двух золотых жуков-скарабеев.

Он поднял их на ладонь, открыл двери между мирами и вернулся в страну живых.

Глава 24

Во второй раз за этот вечер каирскую тюрьму посетил божественный посетитель.

Тот положил двух скарабеев в карман и посмотрел на обширный комплекс из бетона и металла. Отсюда он чувствовал запах страданий.

С разочарованным рычанием Тот прошёл через ворота.

Быстрые вспышки бронзовой силы проносились в воздухе, нокаутируя охранников, пока он шёл, обыскивая камеры в поисках двух трупов.

«Конечно, он не мог умереть в менее грязном месте», — раздражённо подумал Тот.

Он нашёл камеру Кадера Аяда по запаху свежей крови. Двое охранников разбрасывали перед ним вонючие кучи отбросов.

Кадер, человек, который в газетах всегда выглядел как могущественный человек, был бледен и весь в крови, присел на корточки рядом с двумя телами и держал в руках жалкий маленький нож.

— Ах, добрый вечер, господин Аяд. Я пришёл забрать эти тела из ваших рук, — вежливо поприветствовал Тот.

— Держись подальше! Я должен защитить их, я… — Кадер рухнул на землю лицом вперёд, когда магия Тота поразила его.

— Люди. Всегда приходится быть такими громкими и спорить, — пробормотал Тот, обходя лужи крови. Он поднял взгляд на взорванное тело, всё ещё стекающее по стенам. — Кто-то драматизировал, не так ли?

Тот толкнул тело Сета ботинком. Он посмотрел на раны, пулевое отверстие на голове Сета и разорванную шею Айлы.

— Ты не мог хоть раз облегчить мне задачу, не так ли? Нет. — Скарабей укусил его изнутри кармана. — Да, да, я тороплюсь. С совершенством нельзя торопиться.

Тот нарисовал на телах два знака, и они взлетели в воздух.

Ещё одним взрывом бронзовой магии Тот открыл портал в свою мастерскую и вышел из кровавой тюрьмы в свой дом.

Тела плыли за ним, располагаясь на двух столах для бальзамирования, которые Тот время от времени использовал в качестве обыскных столов.

Это была чертовски долгая ночь, и у Тота действительно не было времени заниматься воскрешением бога и его женщины.

Он вымыл руки и лицо в ближайшей раковине, прежде чем покинуть тела и пойти варить кофе. Скарабеи вылезли из кармана и поднялись по его руке.

— Ну же, просто дай мне немного кофеина, и я сделаю это. Ты же не хочешь, чтобы я всё испортил, а я уже давно это не практиковал, — пожаловался Тот. — Знаешь ли, я был занят делами, прежде чем меня бесцеремонно втянули в твою беспорядочную личную жизнь.

Это было преуменьшение. Тот собирался поймать мошенника-ифрита, терроризировавшего людей в деревне Бахиг, когда его затянуло в Дуат. Это была третья охота на демонов в этом месяце, и он просто знал, что причиной стала его пропавшая книга заклинаний.

Если я когда-нибудь доберусь до этого вора, клянусь Огдоадой, что я…

Внутренняя речь Тота прервалась, когда его укусил скарабей. Он знал, не глядя, что это был Сет.

— Да, да, я иду, — пробормотал Тот, выпивая маленький горячий кофе одним глубоким глотком.

Собрав скарабеев со стола, он понёс их обратно в свою мастерскую. Последовали часы работы, которую нужно было закончить до рассвета.

Тот раздел и обмыл тела, очистил раны и убедился, что внутри них нет следов стружек от пуль.

Ему не терпелось встретиться с Айлой в живой плоти и узнать, как ей удалось совершить невозможное и разбудить спящую Ка Сета.

Несмотря на всю ложь, которую Сет сказал Осирису, Айла не была обычной женщиной.

Омыв тела, Тот пропитывал бинты маслами лаванды, розы, мирры и кедра, прикладывал их к ранам и произносил исцеляющие заклинания омоложения. Он провёл час, тщательно собирая по кусочкам мозг Сета, поклявшись, что внедрит в него хоть какой-то смысл, как только бог снова встанет на ноги.

Используя свою магию под кожей, Тот взял каждого из скарабеев, поместил их в рты тел и запечатал их губы мёдом.

— Так-то лучше, иначе я сожгу вас обоих назло, — пробормотал он.

Тот боялся, что забыл старые заклинания воскрешения, но, когда он начал, его язык, Ка и магия помнили их приливы и отливы.

Он пел снова и снова, пока сила Дуата и его собственная магия не объединились, освобождая души и не связывая их обратно с телами. По крайней мере, Тот пытался это сделать.

— А казалось, Осирис не позволит вам так легко уйти от своего гнева, — сказал он, когда ритуал зажил своей собственной жизнью, и всё стало… беспорядочным.

Глава 25

Айла села, хватая воздух пропитанным мёдом ртом. Кашляя, она выплюнула золотой панцирь скарабея.

— Что… за… чёрт… — сказала она искажённым голосом, её язык онемел и работал неправильно. Дрожащими руками она потянула липкие бинты, которыми она была обёрнута.

— О, хорошо, ты наконец проснулась.

Мужчина наблюдал за ней из дверного проёма. Он был высоким и худощавым, с множеством татуировок и слегка ироничной улыбкой на лице.

Он был смутно знаком, но мозг Айлы не работал достаточно правильно, чтобы его вспомнить.

— Тебе бы следовало немного расслабиться, Айла Нейлос. Воскрешение действительно сказывается на организме.

— Воскрешение?!

— Дай своей памяти шанс. Мозг не любит, когда его отключают на восемь часов, — ответил мужчина.

Айла посмотрела сквозь тяжёлые облака благовоний на тело мужчины рядом с ней. Нет… не мужчина.

— Сет, — пробормотала она. Даже несмотря на то, что его лицо было забинтовано, она знала, что это он. Айла поднялась на тяжёлые ноги и подошла к нему.

— Что ты с ним сделал? — потребовала Айла.

— Он сам сделал это с самим собой. Я всего лишь несчастный, очень уставший ублюдок, которому пришлось снова соединять вас обоих. Кстати, пожалуйста, — проговорил мужчина.

От его тона воспалённые глаза Айлы сузились.

— Кто ты?

— Тот. Мы встречались, но твоя память не помнит, — ответил он и посмотрел на тело Сета. — Приготовься к этому.

Золотая магия вытекла из пор Сета, и с дрожащим вздохом он вернулся в страну живых. Айла сняла повязки с его лица, когда Сет открыл свои золотые глаза.

— Айла, — простонал он. Сет наклонил голову набок и выплюнул панцирь скарабея.

— Всё в порядке, ты в порядке, — прошептала Айла, поправляя его волосы назад.

— В том туннеле есть баня. Воспользуйтесь ею, прежде чем подняться наверх, — сказал Тот. Он бросил на Сета взгляд, который можно было бы назвать только зловещим. — Не задерживайся. Нам есть что обсудить.

— Я твой должник, — прохрипел Сет, когда Айла помогла ему сесть.

— Да, это так, — бросил Тот через свою удаляющуюся спину.

Сет поднялся на ноги и притянул Айлу в объятия. Она была покрыта липкими бинтами и пахла маслами, но он смотрел на неё так, словно она была лучшим существом, которое он когда-либо видел.

— Давай найдём ванны, — сказал он, взяв её за руку и осторожно уведя от столов для бальзамирования.

— Где… где мы? — спросила Айла, держась одной рукой за каменную стену, пока туннель вёл их всё ниже и ниже, и ниже.

Стены были освещены факелами, мягкий свет резал глаза Айлы. Её тело казалось неправильным, как будто она не была в нём должным образом.

— Александрия. Тот привёл нас сюда, — ответил Сет.

Тёплый влажный воздух обрушился на них, когда они завернули за поворот и спустились на последний лестничный пролёт. Айла вышла из туннеля и попала в древнюю римскую баню. Из тёмных прудов шёл пар, а рядом с одной из них Тот разложил полотенца и чистую одежду.

— Ух ты, это место потрясающее, — сказала Айла, с благоговением оглядываясь по сторонам.

— Ванны были одной из немногих вещей, которые Тоту нравились в римлянах. Меня не удивляет, что он построил на вершине одной из них убежище.

Сет помог Айле снять повязки с её шеи и груди. Сет остановился, его пальцы коснулись гладкой кожи между её грудями.

— Не могла бы ты взглянуть на это? — пробормотал он. Айла взглянула вниз и обнаружила на своей груди татуировку в виде золотого скарабея.

— Как? — спросила она, её ноги дрожали.

— Скарабеи — знак воскрешения и возрождения, — объяснил Сет, помогая ей спуститься в воду. — Что последнее ты помнишь?

Айла задумалась, и Сет не стал на неё давить. Нежными руками он взял ткань и начал смывать с её тела масло и мёд.

— Я помню тюрьму. Старика, — возилась она, ища изображения. — Кадер. Он был там. Другой мужчина. — Айла коснулась своей шеи, где к ней прижималось что-то холодное. Она вздрогнула, когда её обжёг горячий огонь, и отдёрнула руку. — Меня застрелили.

— Да, ты права, — мягко сказал Сет. Айла свернулась калачиком в его объятиях, положив лицо на его грудь.

— Что ещё произошло?

— Ну… это длинная история, — начал Сет. Он рассказал ей о том, как застрелился, как путешествовал через последние врата Дуата с Тотом.

Когда он описывал тронный зал Осириса, Айла вспомнила невероятно красивого мужчину с зеленоватым оттенком кожи и яростью в ярких изумрудных глазах.

Постепенно её воспоминания вернулись, и скарабей обжёг её грудь. Суд мёртвых. Сет стоящий на коленях в агонии. Слёзы текли по её щекам.

— Ты собирался отдать себя на вечные пытки Осирису… ради меня? — спросила Айла.

Сет провёл пальцами по её щеке.

— Да. Ты не заслужила быть там. Я опоздал.

— Я не знаю, злиться на тебя или любить тебя прямо сейчас, — Айла фыркнула.

— Это нормально — ощущать и то, и другое, — ответил Сет со смехом в голосе.

Айла поцеловала его сильно и яростно.

— Подожди. Мы ещё не закончили спорить об этом…

— Спорь со мной сколько хочешь. Я всё равно собираюсь поцеловать тебя ещё раз.

Сет притянул её к себе и сделал именно это. Огонь пронзил её вены, её желание вспыхнуло, когда его руки скользнули по её груди, ниже между её ног.

— Если ты осквернишь мои пруды своим трахом, я превращу тебя обратно в скарабея, — голос Тота зловещим эхом разнёсся по пещере. Айла подпрыгнула, а затем засмеялась.

— Придержи эту мысль, любовь моя. Нам лучше сделать так, как говорит колдун, — произнёс Сет, его глаза всё ещё были горячими, когда он гладил её в последний раз. — Он всё-таки воскресил нас.

— Перестань меня так трогать. Иначе я вытащу тебя из этого бассейна и запачкаю прямо на брусчатке, — пригрозила Айла.

— Ты права. Тот ничего не сказал о камне, — Сет вытащил её из воды на разложенные мягкие полотенца. — Жёстко или нежно?

Айла укусила его за шею.

— Я умерла и воскресла сегодня. Если ты хотя бы подумаешь трахнуть меня нежно, я буду сражаться с тобой, бог войны.

Улыбка Сета была грехом и обещанием, прежде чем он перевернул её на четвереньки.

— Как пожелает моя королева, — прорычал он ей на ухо.

Сет схватил её за бёдра, подняв её задницу в воздух. Айла с предвкушением схватила под собой полотенца, пока он крепко гладил рукой её спину и задницу, его пальцы ласкали и ощупывали её, пока она не стала мокрой, её сердце колотилось от потребности.

Когда Сет ввёл в неё свой член, она застонала от облегчения и удовлетворения.

— Моя прекрасная Айла, именно там, где она должна быть, — пробормотал он, схватив её за волосы и отводя её голову назад. Его рот опустошил её шею, и она захныкала, придвигаясь к нему спиной, пытаясь вовлечь его в себя ещё больше. — Я мог бы остаться здесь, глядя на твою сладкую попку и моим членом, погружённым в тебя навсегда.

Айла не могла говорить, едва могла дышать, когда он входил в неё всё сильнее и глубже, плоть шлёпала по плоти, пока она не смогла сдержать оргазм и крик, эхом разносившийся вокруг них.

Сет не сдавался, выжимая из неё ещё одну потрясающую кульминацию, прежде чем он нашёл свою собственную.

Айла застонала, когда он наконец ускользнул от неё. Её сердце колотилось так громко и так мучительно живо.

Грудь Айлы горела, и скарабей начал светиться.

— Сет? Что происходит? — горячая сила задрожала блеском на её коже, прежде чем снова исчезнуть.

— Я… я не знаю. Это больно? — Сет осмотрел её.

Айла покачала головой.

— Нет, просто жар внутри меня.

— Нам нужно поговорить с Тотом.

Глава 26

К тому времени, как они наконец оделись и Сет помог Айле вернуться через туннель, Тот приготовил кофе и завтрак.

— Если ты оставил там хоть одно подозрительное пятно, клянусь Огдоадой, что превращу тебя в жука и позволю своим кошкам съесть тебя, — сказал Тот в качестве приветствия.

Щёки Айлы всё ещё пылали от горячей ванны и жаркого секса, и Сет не мог сдержать удовлетворённую улыбку со своего лица.

— Не надо собирать перья в кучу, колдун, — произнёс он, подмигнув Тоту.

— Сет всего лишь следил за тем, чтобы я чувствовала себя полной жизнью, — невинно добавила Айла, выдувая пар из чашки кофе.

— В лечебных целях, Тот, ты можешь это оценить.

Тот невозмутимо поднял бровь.

— Вы оба мне противны. А теперь съешьте свой завтрак и убирайтесь из моего дома.

— Не волнуйся, Айла. Он не всегда такой сварливый.

Сет был так счастлив, что мог бы обнять Тота.

Возможно, стоило того просто увидеть, как от негодования взъерошиваются перья старой птицы.

— Теперь половина Александрии знает, что твои лёгкие работают нормально, Айла, но как ты себя чувствуешь? Что-нибудь… необычное? — спросил Тот. Он предложил ей миску нарезанных фруктов. — Ешь медленно.

— У меня на груди знак скарабея, и я только что светилась. Буквально.

— Это была сила Сета?

Сет поперхнулся кофе.

— Почему она должна быть моя?

— Скажем так, Осирис не смог удержаться от последнего слова «иди на хуй», — ответил Тот. Он оперся локтями на колени. — Что-то было не так при воскрешении. Я не знаю, был ли это Осирис или Дуат, потому что его сила разбалансирована…

— Просто скажи это, Тот, — пожаловался Сет.

— Ваши Ка… — он сплёл пальцы. — Переплелись. Это может означать, что Айла теперь неподтверждённая, совершенно новая бессмертная. Ты фактически делишься с ней своей божественностью. Честно говоря, я не думал, что кто-то из вас проснётся или переживёт этот процесс, но Осирис, кажется, удостоверился в том, что исполнится хотя бы эта часть сделки.

Сет и Айла уставились друг на друга, потеряв дар речи, и всё же Сет не чувствовал, что у него что-то украли.

— Подожди, это значит, что я теперь бог войны? — спросила Айла, широко раскрыв глаза.

Тот рассмеялся.

— Вряд ли. Даже Сет здесь технически не является богом войны. Он как бы… просто впал в это.

— Я думаю, Айла имеет в виду, есть ли у неё силы?

— Чёрт, я не знаю, — ответил Тот, пожав плечами. — Полагаю, время покажет это. Мой единственный совет — не всаживать пулю в голову, когда ты будешь совершать следующее самоубийство, на случай, если тебе снова придётся столкнуться с её смертью.

Сет провёл рукой по волосам.

— Ну, блин.

— Именно. Теперь, что касается твоей части сделки. Я могу дать тебе месяц, чтобы прояснить все неурядицы, которые у тебя возникли с Кадером Аядом, а затем ты должен приступить к работе, — сказал Тот.

— Какой работе? — спросила Айла.

— Сделка, благодаря которой Осирис отпустил тебя. Ты можешь найти ещё кое-что, чтобы меня поблагодарить. Сет должен найти Анубиса.

— Я даже не знал, что он пропал, — ответил Сет. Он подумал о записях Асклепия, которые он украл у Аполлона, о своего рода мирном предложении, которое он никогда не мог дать.

— Вот что происходит, когда ты намеренно изгоняешь себя. Ты выходишь из цикла, — жаловался Тот. — В последний раз Анубиса видели ровно четыре тысячи четыреста девяносто два года назад.

— Это было так долго! — воскликнула Айла. — Ты же произнёс это так, будто не видел его несколько месяцев.

Сет вздрогнул, а Тот раздражённо вздохнул.

— Когда ты бессмертен, Айла, время становится чем-то вроде иллюзии. То, что случается с другими людьми, — попытался объяснить он.

— Я не осознавал, что прошло так много времени, — пробормотал Сет. Он должен был раньше заметить, что что-то не так. Он думал, что Анубис наконец-то отказался от него, как и от всех остальных, и что, когда их пути снова пересекутся, он компенсирует это записями.

— У тебя уже давно голова в заднице, Сет, и, хотя я рад, что Айла снова тебя пробудила, ты не можешь отвернуться от этого. У тебя есть год, и я не сомневаюсь, что Осирис заберёт твою душу обратно, если ты этого не сделаешь. Проблема в том, что теперь вы связаны друг с другом, и в конечном итоге он заберёт и будет мучить вас обоих, — объяснил Тот.

— Какой засранец, — пробормотала Айла, и Сет захотел поцеловать её.

— И ты вообще не смог использовать магию, чтобы выследить его? — спросил Сет, стараясь не слишком отвлекаться на губы Айлы.

— Нет. Я даже не знаю, находится ли он всё ещё в Египте. Я не чувствовал никаких следов его магии на протяжении столетий. В последний раз, когда я чувствовал хотя бы самое слабое эхо, я был в Сакарре в поисках книги. Я пытался найти источник силы, но он исчез так же быстро, как и появился, — объяснил Тот. — Прошло так много времени, что я думал, что мне это показалось.

Сет съел немного апельсина и попытался разобраться в своих мыслях, но они все были кашей.

— Я не могу здраво мыслить. Дай мне несколько недель, и мы встретимся и составим план, — сказал наконец Сет, сдаваясь.

— Хорошо. Пожалуйста, оставайся в Александрии, если можешь. Я до сих пор не уверен на сто процентов, как изменится смертное тело с частью божественной силы внутри него. Я бы хотел быть рядом на случай, если у Айлы возникнут какие-либо осложнения, — проговорил Тот. Он внимательно посмотрел на Айлу, прежде чем снова повернуться к Сету. — Держи её рядом с собой. У меня сейчас в городе достаточно сверхъестественных проблем и без маленькой богини, вызывающей драму, потому что её только что наполнили магией хаоса.

— Мы можем остановиться в моей квартире, — сказала Айла, успокаивая Тота.

— А где твоя квартира?

Айла назвала адрес в районе Хадара, недалеко от больницы, и Тот поднялся на ноги.

Магия зашипела в воздухе, и открылся портал. На другой стороне была аккуратная гостиная с ярко-красным диваном.

— Отлично, вот она. Уходите и не беспокойте меня несколько дней, — промолвил Тот, отталкивая их. Сет схватил вазу с фруктами.

— Спасибо, Тот, ты хороший друг, — сказал он, похлопывая колдуна по плечу.

— Пошёл ты, Сет.

Сет всё ещё смеялся, когда портал закрылся, и они оказались в квартире Айлы.

— Ты уверен, что он твой друг? — скептически спросила она.

— Конечно, он друг. Он усталый и сварливый, но я ему нравлюсь. В противном случае он бы не стал спасать наши задницы в Дуате, а затем возвращать нас и воскрешать. Внутри он мягкий человек.

Сет оглядел комнату, желая увидеть эту сторону жизни Айлы. На книжной полке стояли её фотографии разного возраста в рамках.

— Смотри, какой ты была маленькой и милой, — сказал он, цокнув языком. Айла оглядела комнату. — Эй, что такое? — Сет поставил вазу с фруктами и прижал её к себе.

— Я не была здесь после похорон. Я избегала этого места, потому что это казалось неправильным, — попыталась объяснить Айла.

— Всё в порядке, мы можем пойти куда-нибудь ещё. Я могу снять нам номер в отеле или что-то в этом роде, — предложил он, но она покачала головой.

— Нет, всё хорошо. С тобой здесь не так пусто. Мне просто нужно немного поспать, вот и всё.

Айла взяла его за руку и потащила в сторону спальни. Сет помог ей расстелить двуспальную кровать, и оба рухнули на неё.

Он притянул Айлу ближе, чувствуя, как сила внутри неё тихо гудит. Айла потёрлась щекой о его грудь.

— Наконец-то дома, — пробормотала она.

Сет поцеловал её в макушку.

— Да, мы дома.

Глава 27

Сет стоял возле каирской тюрьмы, курил сигарету и ждал, пока охранники допустят его к свиданию. Прошло три недели с тех пор, как он был там в последний раз, и эта дыра почти превратилась в руины.

«Это последняя поездка, которую тебе когда-либо приходилось совершать в это место», — напомнил он себе. Одна встреча, и он поедет обратно в Александрию, к Айле.

— Он готов принять вас, — сказал охранник, махнув ему рукой.

Тюрьма была очищена от крови, которую Сет оставил после себя, но он всё ещё чувствовал запах магии.

Когда он приблизился к камере Кадера, ему пришлось остановить поток кошмарных образов, атаковавших его: смеющийся Абаси, кричащий Кадер, Айла, умирающая у него на руках.

— Приятно видеть тебя целым и невредимым, — произнёс Кадер, вставая на ноги. В камере по-прежнему пахло хлоркой, а Кадер выглядел так, словно за одну ночь постарел на десять лет.

— У меня есть хороший друг, который хорошо знает своё дело, — признался Сет с усмешкой.

— Знаю. Я встретил великого колдуна в ту ночь, когда ты умер. Скажи мне, Айла…

Идеальна во всех отношениях? Да, да, она такая.

— У неё всё хорошо, и она вернулась домой в Александрию, — ответил Сет, скрестив руки на груди. — Я сам хотел сказать тебе, что она жива. Она просила меня передать сообщение, что она ещё не готова с тобой разговаривать.

Кадер кивнул.

— Я это понимаю. Увидеть её вообще было больше, чем я когда-либо надеялся. То, что она умерла у меня на глазах, было моим худшим кошмаром. Не думаю, что когда-нибудь смогу с этим справиться.

— Я тоже, — признался Сет.

Кадер не выглядел и малость удивлённым.

— Я верю, что ты будешь присматривать за ней.

— В оба глаза. По крайней мере, пока я не узнаю, что какой-нибудь другой придурок не попытается использовать её как рычаг против тебя, — ответил Сет. — Послушай, Кадер, я больше не могу на тебя работать.

— Я знаю и понимаю это, — кивнул Кадер. — Что ты будешь делать вместо этого?

Сет улыбнулся.

— У твоей дочери есть список профессий, которые, по её мнению, мне подойдут больше. Она очень убедительна, когда чего-то хочет.

— Тебе следовало познакомиться с её матерью, — ответил Кадер с глубоким смешком. — Боже, эта женщина была всем.

— Значит, ты поддерживал с ней связь.

— Конечно, так и было. По крайней мере, пока я не согласился сесть в эту дерьмовую тюремную камеру. После её смерти я не удосужился найти выход из неё. — Кадер надолго закрыл глаза. — Она была бы рада узнать, что ты присматриваешь за Айлой. Она беспокоилась, что дочь останется одна.

Внутри него вибрировало Ка Сета.

— Можешь спать спокойно, старик. Айла больше никогда не останется одна.

***

Двухчасовая поездка обратно в Александрию пролетела быстро, мысли Сета были заняты Айлой и проблемой Анубиса. Он уже получил резкое сообщение от Тота о том, чтобы не затягивать.

Учитывая, что у Сета был новый телефон и новый номер, который он не дал колдуну, было ясно, что Тот снова использовал свою магию. Сет сомневался, что его друг сможет долго терпеть.

Это может подождать до завтра.

Сет поднялся по лестнице в квартиру Айлы, а затем побежал, когда почувствовал запах дыма. Он взломал входную дверь и обнаружил, что Айла стоит на стуле и пытается выключить дымовую сигнализацию.

— Что случилось? — спросил Сет.

— Я собиралась кое-что приготовить и… — Айла бросила ему кухонное полотенце, когда он засмеялся.

— У тебя много прекрасных качеств, маликати, но я думаю, мы можем оставить приготовление пищи на мне. В конце концов, это есть в моём списке, — сказал Сет, помогая ей спуститься и поцеловав её в щеку.

— Говоря о твоём списке, я придумала для тебя идеальную работу, — объявила Айла, хватая свой бокал с вином и бутылку из-под всё ещё дымящейся плиты. Она забралась на табуретку у стойки и выпила.

Сет посмотрел на хаос вокруг себя и постарался снова не рассмеяться, пытаясь исправить ситуацию. Он схватил пиво из холодильника, потому что знал, что оно ему понадобится.

— Я думал, что у меня уже есть идеальная работа — готовить для тебя и доставлять тебе оргазмы, — поддразнил Сет.

— Это, конечно, высокое и благородное призвание, но нельзя заниматься этим вечно, и я не собираюсь переставать быть врачом.

— Ты знаешь, что нашим планам придётся подождать, пока не найдётся Анубис. Тот прав. Осирис попытается добраться до нас, даже если мы вернём Анубиса, — ответил Сет. Он всё ещё не думал, что разделение его божественной магии между ним и Айлой было счастливым совпадением.

— Я тоже хочу найти Анубиса, не волнуйся, — Айла притянула его к себе и между своих ног. Сет улыбнулся, потому что это было его новое любимое место.

— Но после того, как он найдётся, я думаю, тебе следует делать то же самое, что ты сделал в Харге. В мире полный бардак, и это не единственное место, где убивают и похищают невинных людей. Ты мог бы им помочь. Мы могли бы им помочь.

— Ты хочешь быть моим партнёром, пока я убиваю людей?

Айла улыбнулась ему.

— Я хочу быть твоим партнёром, когда ты отправляешься в места, настолько опасные, что никто другой не сможет рискнуть, и тогда я смогу помочь людям, которых ты спасаешь. Я хочу быть твоим партнёром всеми возможными способами.

Сердце Сета творило странные вещи, когда она так говорила.

— Любишь меня сильно, не так ли?

— Неизмеримо, — призналась Айла. — Но ты не меняешь тему.

— Меня беспокоит то, что ты всё ещё пытаешься сделать из меня кого-то лучше, чем я есть на самом деле. Ты ведь знаешь, что это так не работает, — пытался возразить Сет.

— Конечно, так и есть. Я знаю, что ты не можешь изменить то, кем ты являешься, но ты можешь направить силу в правильное русло. Снова стань защитником, — сказала Айла. Она притянула его к себе, окутав своим ароматом миндаля и мирры. — Но не забывай о готовке и оргазмах.

Сет притянул её к себе, умную, красивую женщину, которая пробудила его душу и украла его сердце. Был только один ответ, который он мог ей дать.

— Да, маликати, давай сделаем это, — прошептал он в её улыбающиеся губы. — Всё это.

Затем бог войны целовал свою королеву, пока её тело не растворилось в его, и их общая сила вспыхнула.

Эпилог

Ночь была жаркой и гнетущей, а сухой пыльный ветер безжалостно дул над пустыней в Сакарру.

У Тахиры болела спина, когда она встала из-за рабочего стола, за которым часами сидела над подносом с крошечными древними предметами, вырезанными из кости и камня, дерева и ослепительного лазурита.

Столько всего нужно каталогизировать и во стольком разобраться.

Землекопы обнаружили тайник с предметами сразу после обеда, и с тех пор она почти не двигалась. Брезентовая палатка, в которой она работала, давала ей тень днём, но не защищала от жары.

Она взяла со стола холодную миску с тушёным мясом и лепёшкой, ужин, который кто-то принёс ей несколько часов назад и о котором она забыла, и вышла на улицу, чтобы попытаться остыть.

Перед ней возвышалась пирамида Джосера. Его древняя ступенчатая конструкция была залита серебряным лунным светом.

Почти все вернулись в город на ночь. Остались только Тахира и несколько охранников. Они были довольны часами оплаты, которую она им давала, и она была рада работать спокойно.

Джосер всё ещё отказывался от бесценных сокровищ, и Тахира чувствовала себя за честь работать над таким священным некрополем. Иногда ей казалось, что всё, что ей нужно — это разгадывать тайны. Тахира ужасно устала, но всё же считала, что каждая находка, даже самая маленькая, того стоит.

Взяв с собой ужин, Тахира прошла по тропинке, села у основания пирамиды и прислонилась спиной к известняку.

Даже после пяти лет работы здесь, всё ещё были моменты, когда она чувствовала себя такой привилегированной и благодарной, что у неё на глаза наворачивались слёзы. Она закрыла усталые глаза и прислонилась головой к ещё тёплому камню.

— Мой дом мертвецов, как я люблю тебя, — прошептала она.

Когда Тахира снова открыла их, у другой стороны пирамиды стояла тёмная тень и наблюдала за ней. Её сердце подпрыгнуло к горлу, и она собиралась позвать стражу, когда тень двинулась, и она рассмеялась.

— О, это снова ты, — проговорила она, когда гладкая чёрная собака подбежала ближе. Собака приходила по ночам всё время, пока она там работала. Больше никто этого не замечал, но бродячие собаки были обычным явлением, поэтому на эту историю не обратили особого внимания.

Тахира знала, что это одно и то же животное, потому что оно было похоже на шакалов, нарисованных на стенах многих гробниц. Высокие заострённые уши, узкая морда, двигался он с хищной грацией. Его серебристо-серые глаза бросались в глаза, потому как не были обычными для пса или волка, поэтому Тахира никогда его не забывала.

— Почему ты здесь бродишь? — спросила она, снова садясь. Пёс наклонил к ней голову, ложась. Она бросила ему кусок сырой лепёшки. Он понюхал его, прежде чем съесть, и выжидающе посмотрел на неё.

Тахира протянула ему миску.

— Вот, я всё равно не голодна.

Шакал подбежал и сел рядом с ней. Это было для неё так близко, как никогда. Ей хотелось погладить его шелковистую чёрную шерсть, но она не решилась сделать это. Он опустил голову в миску и съел оставшееся рагу в три больших приёма.

— Хороший мальчик, — сказала Тахира. Она прислонилась спиной к камню, глядя на звёзды. — Останься ненадолго, здесь только ночь и мертвецы, и оба составляют хорошую компанию.

Запертый внутри шакала бог Анубис сидел рядом с женщиной, смотрел на звёзды и мог только согласиться.

Content

Торн Алесса Сет