Судный день (3 том)

Глава 1

Выжить

* * *

Я оказался в безвыходной ситуации. Мой подземный транспорт в виде гигантского червя сбежал, спасая собственную шкуру. А я остался в пустоши рядом с центральным исследовательским бункером. В окружении нематериальных врагов.

Но стоит им до меня добраться, и от одного из самых сильных мутантов на Земле останутся лишь развеянные в воздухе атомы. Что же делать?

Я был бы полным идиотом, если бы не предусмотрел такой сценарий.

Встал и оттряхнул землю от одежды. Сглотнул засевший в горле ком.

Красные огоньки глаз медленно приближались, вселяя в меня самый настоящий ужас. Особенно после увиденной мной сцены из прошлого, где я понял, что эти твари ещё и разумны.

Я снял с плеч рюкзак и раскрыл одним рывком. Достал оттуда небольшой металлический короб, а лямки рюкзака накинул обратно на плечи.

Это должно сработать. Иначе от некого Мора ничего не останется. Даже пепла.

А мне уж больно хотелось жить. Не только ради себя, но и ради высшей цели. Ради которой я и выбрался из безопасного убежища.

Я открыл короб и достал из него небольшой осколок метеорита. Хорошо, что в центре была целая коллекция, и главный из учёных — Степанов любезно разрешил пожертвовать одним, не представляющим особой ценности для его исследований.

Темноту озарило зелёным светом. Короб рухнул на землю, а осколок метеорита остался лежать в моих руках.

Красные глаза расширились, словно от изумления. И остановились.

Ага, значит, моя догадка оказалась верна. Они не упустят столь лакомый кусочек, в котором скрыто неимоверное количество радиации.

Я повертелся с метеоритом в руках, чтоб все монстры обратили на него внимание. А затем медленно положил его на землю и стал отходить.

Двигался медленно, делая вид, что меня вообще не существует. И на удивление это удалось.

Окружавшая меня живая чернота бросилась к метеориту, освобождая мне пространство. И я побежал.

Пока нёсся со всех ног, отдал Червю команду о посадке. Умное животное вылезло лишь в километре от меня, на безопасном расстоянии. Хотя как он рассудил, что именно столько надо отползти для спокойствия, не понятно.

Я запрыгнул на спину Червя и схватился за верёвку.

И Червь стартовал. Ему не меньше меня хотелось быстрее сбежать отсюда. Тем более, я наконец-то отдал ему команду «домой», а это значило, пришло время Червю выполнить своё предназначение. Ведь только для этого мне его и отдали.

И мы понеслись во весь опор. Без остановок. Да я в них и не нуждался. Успел привыкнуть к столь необычному способу передвижения.

Вскоре чёрное облако осталось позади, и это меня несказанно обрадовало. Походу, они даже не стали преследовать меня, карауля в центре более лакомую добычу.

И хорошо, что эти существа пока не уловили, что в подобных бункерах можно жить автономно, не выходя на поверхность. Там есть всё — от атомного реактора, обеспечивающего энергией, до настоящих ферм и плантаций.

Вдруг на горизонте показался огонёк. Нет, это были не очередные глаза мутанта, а обычный костёр, от которого вверх отходил серый дым. Я направил Червя в эту сторону, но остановил в половине километра до нужного места.

Прошёлся пешком, хоть ноги размял. Вот к стоянию в одной позе привыкнуть невозможно. Просто, потому что это противоестественно.

Возле костра сидели трое. Они заметили меня, но не стали уходить. Достали автоматы и нацелили на меня.

Мужик с седой бородой вскочил и направил на меня оружие.

— Эй, ты кто такой? — выкрикнул он. — Вали отсюда, одиночка!

— Я не одиночка, — спокойно сказал я и поднял руки в мирном жесте.

— Тогда нафиг пришёл? — агрессивно спросил тощий парень и снял предохранитель со своего АК-74.

— Из любопытства, — сказал я и стянул с лица чёрный платок. — Но если вам не нужна компания, то я просто уйду.

Мне правда не хотелось лишний раз причинять людям боль и страдание. Поэтому я решил не реагировать, пока нет явной агрессии в мою сторону.

— Ты как вообще здесь оказался? — озадачился третий. — Вокруг же нет ничего!

— Приехал, — с усмешкой ответил я. — А вы здесь какими судьбами?

— Не твоё дело, проваливай! — рявкнул бородатый.

— Ну ладно, я пошёл, — спокойно сказал я и развернулся.

Сделал пару шагов. И мне в спину ударила пуля. Я лишь усмехнулся. Радиационный купол прекрасно защищает от такой мелочи.

Ещё выстрел. И ещё. Мужик высадил в меня целую обойму.

Я обернулся к нему и также спокойно сказал:

— А вот так поступать не стоило.

В пять шагов я оказался возле него и выхватил из рук автомат. Направил радиацию к своим рукам. И схватил мужика за горло. Поднял на двадцать сантиметров над землёй и принялся выкачивать радиацию.

А тем временем двое у костра всполошились. Встали и тоже принялись стрелять в меня. Молодой оказался совсем мазилой и попал в своего товарища, хрипящего в моих руках.

Когда в мутанте не осталось радиации, я отпустил его тело. Оно с грохотом упало на землю.

— Ну что, кто следующий? — спросил я у парней.

Вместо ответа они побежали. Нет, так просто от меня не отделаться.

Скомандовал Червю: «охота» и передал ментальные образы этих двоих. Где-то через пять минут впереди послышался душераздирающий крик. Причём обоих. Они там походу обделались от одного вида моего питомца.

Я подошёл к костру и присел. Погрел руки. Осень надвигалась очень быстро, и с каждым днём становилось всё холодней и холодной. Хотя обычно в моём мире в это время вовсю царствует жаркое лето.

Мои случайные жертвы оставили здесь свои вещи. Ну, я бы на их месте тоже про них забыл. Правда, парней это не спасло.

Ну-с, посмотрим, что тут у нас.

Я открыл рюкзак и стал доставать содержимое. Банка тушёнки, сухари и полторашка воды. Не густо, но мне на ужин в самый раз.

Во втором рюкзаке тоже не нашлось ничего интересного, кроме портативной рации. Только еда, которую я переложил к себе.

Тогда я решил обыскать тело покойника. Очищенное от радиации оно почернело и выглядело так, словно его вытащили из пожара. Но я не брезговал. Последнее время меня очень сложно было вообще чем-то смутить.

Я пошарился по карманам покойника. Нашёл уголок бумажки, на котором была написана частота для связи. А вот это уже интересно.

Я настроил нужную частоту на рации и произнёс в устройство:

— Меня кто-нибудь слышит?

— Шмель на связи. Сизый, это ты? Я ж велел ждать на месте.

— Сизый мёртв, — спокойно ответил я.

— Тогда кто это? — раздался обеспокоенный голос, перебиваемый треском помех.

— Мор. Твои ребята пытались меня убить, Шмель, — с усмешкой сказал я.

— Мор? Фига! Вот это встреча! Да, они редкостные дебилы. А ты что всех убил?

— Ну одного я, а двоих мой питомец. Ты мне скажи, какого хрена эти придурки забыли в пустоши?

— Да это всё, что осталось от большого отряда. Поехали продать кое-что, и вот, не доехали. Как я понял, эти трое сутки бежали от какого-то мутанта и ток потом смогли меня по рации вызвать.

— Какого мутанта? Вспомни точно, что они сказали.

— Да они так бормотали, что я ни черта не понял. Говорили, что типа страшно было пиздец. Глаза красные, на гигантского паука похож.

— И где они его видели? Это очень опасный монстр, скажу я тебе.

— Они в Алексеево ехали, там одна дорога. А где именно фиг знает.

— Не суйся туда в ближайшее время. Мой тебе совет.

— Базара ноль, спасибо! Слушай, а за нападение этих ушлёпков я тебе что-то должен? А то не хочется портить отношения.

— Не, это ерунда. Пулей меня не убить, — усмехнулся я. — Потом сочтёмся.

— Ну, давай тогда. Частоту для связи ток сохрани, мало ли что вызывай.

— Хорошо. Давай!

Я отключил рацию и убрал в свой рюкзак. Поставил тушёнку греться возле костра, а сам задумался.

Раньше подобные сильные мутанты обитали лишь в эпицентрах ядерных взрывов. А теперь они разваливают на дорогах? Что изменилось?

Если так и дальше будет продолжаться, то от человечества в кротчайший срок ничего не останется. И перейдёт наша дорогая Земля тем, кто сделал её такой. А я не могу позволить этому случиться!

Я поел, потушил костёр и снова отправился в путь. Уровень радиации в организме позволял не останавливаться на ночёвку, а Червю было всё равно в какое время суток передвигаться, глаз то у него не было, зато ртов — больше сотни. И я даже не представляю, как аборигены из вольного племени научили его всегда находить дорогу домой.

Местность постапокаплического мира почти не менялась на моём пути. Сплошь чёрная выжженная земля. А ближе к утру ещё и дождь пошёл, и в меня то и дело летели куски грязи. Такое себе удовольствие.

Когда дождь закончился, я всё же сделал остановку. Разжёг костёр, чтобы согреться. Поел. И этого хватило, чтобы восполнить силы и двигаться дальше.

Я понял, что мы почти приехали, когда серое небо начало развиваться. Выглянуло солнце, и стало значительно теплее.

Скоро вдали показались треугольные домики по типу вигвамов.

Меня встречали. О моём появлении знали наперёд. Страшно представить, насколько далеко простирается сила Октера по чтению мыслей.

Я слез с Червя и подошёл к группе в такой же чёрной одежде, какая была на мне.

— Здорова!

— И мы рады тебя приветствовать, Мор, — улыбчиво ответил Октер. — Слышу, что время пришло.

— Оно пришло ещё вчера. Слышал, что происходит в мире?

— Вижу в твоих мыслях. Это очень странно.

— Не, захватчики Земли добились своей цели. Вытесняют человечество семимильными шагами.

— Ясно. Проходи в мой дом, — он кивнул на вигвам позади него. — Отдохнёшь, и утром двинемся в путь.

Я благодарно кивнул и прошёл внутрь небольшого домика.

Вскоре пришла женщина, из чёрного одеяния которой виднелись только ярко-красные глаза. Она принесла мне еды, за что я поблагодарил её.

Не знаю, из чего состоял суп и отвар вместо чая, но это всё прибавило мне сил. Как тогда, когда я оказался здесь почти парализованным.

Я благополучно спал до ночи на потрёпанном временем матрасе. Кровати у Октера не было, да и вообще аборигены жили чисто в спартанских условиях.

Я бы и дальше спал, если бы меня не разбудил гвал голосов снаружи. Что-то уж очень местные переполошились. Раньше от них и слова лишнего не добьёшься, а тут…

В общем, я протёр заспанные глаза и встал.

Вышел из вигвама, и у меня отвисла челюсть.

Вовсю царила ночь. А в тёмном безоблачном небе сияли сотни зеленовых огней. И это были отнюдь не звёзды.

— Времени у нас ещё меньше, чем я думал, — пробормотал себе под нос.

И не заметил, как ко мне подошёл Октер.

— Твоё сознание пестрит образами, — сказал он.

— Когда они спустятся, мы обречены.

— Ты уверен?

— А разве ты не видишь ответа в моей голове?

Октер пристально посмотрел на меня. Словно у него в глазах был встроен рентген, и сейчас он изучал каждую клеточку моего мозга.

— Хочешь сказать, — он замялся, — что и ядерная война, и судный день — это работа тех, кто сверху?

— Да. И есть очень большая проблема.

— Какая?

— Никто не знает, как их убить. Ни бомбы, ни пули их не берут. И скоро они заполонят всю Землю.

— Как скоро?

— Ну, давай подумаем. Сколько космическим капсулам надо, чтоб спуститься? День? Пару часов?

Вместо ответа Октер куда-то убежал, но через пять минут вернулся со старейшиной этого племени.

И этому мужику мне долго пришлось объяснять, что такое космический корабль, ведь он уже не мог залезть ко мне в голову. И хорошо, поскольку больше одного человека я там не потерплю.

— Мы не ожидали, что всё так серьёзно, — выдал старейшина после наших объяснений.

— Что будете делать, когда они придут к вам? — спросил я.

Но старейшина будто не услышал моего вопроса.

— Надо созвать совет племён. Октер, отправь им ментальные призывы. Пусть поторопятся, дело срочное.

Октер кивнул, а я возмутился:

— А как же метеорит? Мне нужно забрать его и передать в исследовательский бункер. Разве не это наша первостепенная задача?

— Метеорит никуда не денется, — со сталью в голосе произнёс старейшина. — А наших надо предупредить.

— Зачем, если без метеорита мы все обречены?

Я жутко разозлился. Неужели этот старик не может правильно расставить приоритеты?

— Мор, умерь свой пыл, — спокойно попросил Октер. — Ну, получишь ты метеорит, и что?

— Как что? Отвезу в бункер, а там уже Степанов разберётся, как закинуть его в прошлое.

— Ты многого не учёл.

По взгляду Октера я догадывался, что он передаёт мне мысли старейшины.

— Например? — спросил я.

— Ты не донесёшь метеорит до центра, пока он в осаде. Если крошечный осколок стал настолько лакомым кусочком, что ты остался жив, то представь, что будет с целым метеоритамом.

Я пожал плечами и предположил:

— Эти твари разом на меня набросятся а, возможно, за несколько километров почувствуют излучение.

— Именно. Только вот не одни они почувствуют мощь метеора. Ты соберёшь всех тварей на километры вокруг. И даже с помощью нашего племени, тебе не хватит сил отбиться.

— Ясно. И что тогда делать?

— Это мы и обсудим на совете. Ты, как достигший красного уровня силы, имеешь право присоединиться к нашему племени и взять слово.

Я лишь сморщился от такого предложения. Не хотелось мне присоединяться к аборигенам.

Октер услышал мои мысли и продолжил:

— Мор, мы все одиночки. Каждого из нас выгнали из своего города за красные глаза. Но мы сохранили разум. Сам посмотри вокруг.

И в самом деле. В племени, которое состояло всего из сорока человек, не было детей. Не было семей.

— Я понял. Почту за честь присоединиться к вам, — выдал я через силу.

Октер понял меня и улыбнулся уголком рта. Старейшине он не сказал о моих реальных эмоциях, и мужчина кивнул, принимая мой ответ.

— Это ещё не всё, — продолжил Октер.

— Ну давай, лупи правду-матку, чтоб у меня совсем надежды не осталось, — буркнул я.

— Надежда есть всегда, — хриплым голосом произнёс старейшина.

— Мор, ты так грезишь спасением мира, и нам понятно почему. Никто другой не стал бы так рисковать ради единственного шанса. Но ты забыл учесть, что кто-то должен отправиться в прошлое и победить тех существ, которых ты видел в видении.

— И это буду я, — пробормотал я.

— Ты и та, кто прямо связан с убитыми. Без неё ничего не выйдет. Ты же понимаешь, что вас закинуло сюда не просто так.

— Ага.

— И если у вас всё получится, то вы вернётесь в новую жизнь. Вас не будет существовать друг для друга.

Я поник от осознания, что законы времени так и работают, хоть бы вспомнить пресловутый фильм «Эффект бабочки», или всем знакомый «Назад в будущее». Мы с Лавиной не встретимся. Но хуже всего, что мы даже не будем искать встречи. И никогда не вспомним обо всём, что было.

— Это если вы найдёте способ прикончить первых существ. А если нет — вы просто умрёте. И ничего не изменится.

Оба варианта меня не устраивали.

— Поэтому самая главная задача — не найти метеор. А найти способ убийства, — наконец осознал я.

— Да, поэтому давай собираться. Дорога к месту проведения совета предстоит нелёгкая.

— Выходим с рассветом, — сообщил старейшина. — Поедешь вместе с Октером на своём Черве.

Я кивнул.

А взгляд снова устремился к небу. И ведь никто больше не видит этой надвигающейся угрозы. Радиоактивная пыль обволакивает всю планету, и лишь подобные места стали исключением.

Никто не узнает об угрозе. Никто не успеет подготовиться. И я не могу всё бросить, чтобы предупредить хотя бы своих.

— Если бы ты и предупредил их, то ничего бы не изменилось, — подметил Октер.

— Почему? Они хотя бы спрятались.

— Они и так под защитой земли и стен, как гласят твои мысли. Другого спасения ты им не дашь.

— Это пока. Скоро всё изменится. Я жизнь свою положу, но найду способ изничтожить каждую инопланетную тварь!

При одной мысли об инопланетных захватчиках кулаки невольно сжимались. Нет существа, которое я бы возненавидел сильнее.

— Мы все положим жизни в этой борьбе. Но твоя гораздо ценнее наших. Помни об этом.

Внезапно небо озарила яркая зелёная вспышка. И корабли один за другим, подобно метеоритам, понеслись вниз.

Началось.

Глава 2

Совет вольных племен

Я с трудом заснул. И ворочился до самого рассвета. Мне снился новый конец света, по сравнению с которым судный день всего лишь детская шалость.

Проснулся за час до рассвета. Больше не мог заставить себя лежать.

Навеянные снами и мыслями переживания лишь усиливались. Особенно от того, что я оказался хреновым стратегом и чуть не отправился на верную смерть по своей же глупости.

После скудного завтрака в виде миски супа, который на удивление утолил голод и прибавил сил, мы с Октером покинули вигвам.

Я заметил, что собрались все члены племени, даже немощные старики каким-то чудом держались на ногах.

Спины Червей выстроились в ряд, и я добавил к ним своего, скомандовав на посадку. Уже рутинно закрепил на нём верёвки и обвязал голову чёрным шарфом. А из перчаток выглядывали лишь кончики пальцев.

Местные сноровисто снарядили Червей к долгой поездке, да и груз загрузили на них без лишнего гемора. Оказывается, для таких целей предусматривались колья по бокам гиганта, которые я тупо не заметил.

— Долго нам ехать? — спросил я у Октера перед посадкой.

— До вечера. Но нам предстоит пересечь полноводную реку, а это не так просто, — ответил он.

— Я уже пересекал на Черве реки и озёра, никаких сложностей не возникло, — хмыкнул я.

— Нет, Мор. Такие реки тебе ещё пересекать не приходилось. В общем, сам всё увидишь.

«Чёртов интригант» — подумал я, и Октер, конечно, это услышал.

— А ты невежда, — буркнул он.

— Невежда тот, кто читает чужие мысли без разрешения.

Я забрался на Червя и занял ведущую позицию. Думал, что Октер встанет рядом, но нет. Он предпочёл позицию во втором ряду.

Старейшина дал команду своему червю, и он тронулся. Мы последовали за ним. Старались не отставать, но подземные животные понятия не имели, что такое строй.

И, судя по всему, аборигены из вольного племени тоже.

Черви двигались очень быстро, но мы всё равно останавливались каждые три часа. Для стариков эта поездка была достаточно тяжёлой.

Обещанная река показалась на горизонте после третьей остановки. Но уже на втором привале старейшина отдал нам чёткие инструкции. Черви ускорились на максимум. И я, как и все, подгонял своего питомца, несмотря на его ментальные возражения.

Так что в воду мы ворвались с берега на скорости автомобиля по трассе. Мы прибились к общей группе и поплыли. Старейшина запретил отдаляться дальше, чем на двести метров от соседнего червя.

Мне под ноги хлынула вода. Бр-р. Холодная. Ботинки тут же промокли.

Я с опаской смотрел на воду. Ожидал чего угодно, но не спокойной реки, какой она и была сейчас. Русло раскинулось на целый километр вширь, и у нас совершенно не было времени искать узкое место для переправы. Поэтому мы пёрли напролом. Точнке — плыли.

Но гигантские черви оказались здесь отнюдь не единственными супер хищниками.

Поверхность реки забурлила, прикрылась белой пеной.

Кто же такой скрывался в воде?

Ответ не заставил себя долго ждать, к моему сожалению.

Внезапно прямо перед нами из воды вылезла монструозная спина, покрытая красной чешуёй. Выглянули сверкающие красным глаза охотника.

Это была громадная рыбина. Не длиннее Червя, но в десятки раз его шире. Она открыла пасть, обнажая ряды кинжалоподобных зубов. Не сомневаюсь, что при большом желании они раскусят и толстенную кожу Червя.

Мой подземный, а точнее, уже водный транспорт запаниковал. Червь пытался освободить свою волю, вырваться из ловушки и со всей моли уплыть назад. Но я приложил все силы своего разума, чтобы сдерживать эти порывы.

Красная чешуя блеснула в дневном свете и скрылась под водой.

Мы продолжали гнать червей изо всех сил, но это оказалось бесполезно.

На нас напали.

Моего Червя резко потянуло вниз, а вместе с ним и меня. Я запаниковал, поскольку не умел сражаться с мутантами под водой. Придётся учиться на практике.

Вот так всегда. Жопа приходит нежданно.

Червя тянуло вниз, а из-за мутной воды не было видно ровным счётом ни черта.

Секунда ушла на то, чтобы погасить панику и отпустить верёвку, в которую вцепился мёртвой хваткой. Скинул тяжеленный рюкзак, но не стал его отпускать на дно, слишком ценным было его содержимое. Так и держал за лямки в надежде вытянуть. И только потом освободил ноги.

Начал всплывать. А с рюкзаком это было очень непросто.

И вдруг зелёная мутная вода окрасилась красным. Моё сердце дрогнуло. Внизу началась неистовая схватка между Червём и этой треклятой рыбиной. Только вот чья это кровь?

Я всплыл секунд за тридцать и втянул ртом воздух. Неподалёку к соседнему червю плыл Октер. Молодец — парень, быстро сообразил.

А я последовал его примеру. Один Червь остался нас дожидаться, мутанты своих не бросают.

Разорвал связь с Червём, чтобы воспользоваться своей супер силой. И сознание опустилось в воду, рисуя в моём воображении страшную картину.

Рыбина откусила от Червя нехилый кусок и хотела лакомиться дальше. Но мой питомец выпустил все свои щупальца и набросил их на подводного монстра. Он прижал рыбину к себе, откусывая от неё по кусочку. Такую махину даже Червь заглотить не мог.

— Мор, скорее! Сейчас на кровь остальные вылезут! — крикнул мне Октер.

Он, в отличие от меня времени даром не терял и уже забрался на новый транспорт и встал на третий ряд, где уже была заготовлена верёвка на такой случай.

Я спешно подплыл к червю, его кожа оказалась скользкой от воды. Октер протянул мне руку и помог подняться. Я тут же встал рядом и схватился за верёвку.

— Надо помочь Червю, — попросил я.

— Нет, там сейчас налетят все местные твари и нас за милую душу сожрут.

— Сбрендил? Нельзя так оставлять его!

— Можно. Если ты, конечно, ещё хочешь жить!

Я замешкал, но кивнул. Ситуация в самом деле оказалась безвыходной. Моего питомца почти сожрали, а я никак не мог это признать. Пусть он был несуразным гигантским монстром, но мы слишком многое пережили вместе. Такая вот особенность есть у людей — привязываться со временем.

— Гони! — крикнул Октер мутанту на первом ряду, и мы помчались дальше.

Я то и дело оборачивался в надежде увидеть, что Червь всплыл. Но вместо этого из глубины поднялся целый десяток спин, покрытых красной чешуёй.

Пираньи чёртовы!

— Скорее сомы, — хмыкнул Октер.

— Хватит читать мои мысли! — со злости рявкнул я.

— Ты же знаешь, что я непроизвольно это делаю.

— Да, — выдохнул я, — прости.

— Сложно терять мутанта, к которому был ментально привязан. Ты только представь, что чувствовал я, когда старейшина приказал отдать моего питомца тебе.

Я прикусил губу. Об этом я не знал.

До берега оставалось метров триста. Совсем немного. Но это на первый взгляд.

Большинство червей благополучно выбрались из реки, остальные уже таранили берег. Ну, кроме нас, оказавшихся последними.

— Подгоняй червя! Нас просят ускориться! — крикнул Октер мужчине в первом ряду.

Кроме него, на этом черве изначально никого не было, поэтому он и остался. Ведь риск слишком велик.

Внезапно прямо по курсу выскочила ещё одна громадная рыбина. Я не успел сообразить, как она вцепилась в морду нашего транспорта и живьём заглотила стоявшего близко мужика.

— Офигеть! Прыгаем в воду? — в панике спросил я.

Ведь пасть острых зубов остановилась всего в ста метрах от нас, и рыбина уже пожирала нас взглядом.

Она откусила голову червя без промедлений, из его тёплого тела начали выливаться в воду целые фонтаны крови.

Нас снова потянуло вниз, и я ткнул Октера в плечо. Такого страха в глазах мутанта я ещё не видел.

— Давай! Я уже окружил нас защитой! Если проглотит, взорву рыбину изнутри! — самонадеянно сказал сам, сам не веря в свои слова.

Но Октер кивнул, хотя тоже это понимал. И мы отцепили ноги. И со всей мочи поплыли к берегу.

Вдруг прямо подо мной в красной воде блеснула чешуя.

— Стой! — крикнул я. — Она прямо под нами.

Я внимательно наблюдал. Рыбина повернулась, и в кровавой воде застыли её ярко-красные глаза.

Она открыла пасть.

«Нет, мы не станем твоей жертвой» — только и успел подумать я.

На чистом адреналине нырнул. Проплыл под водой два метра и нащупал чешую.

Сколько же было радиации в этой рыбине! Прямо лакомый кусочек.

И я начал выкачивать её, так быстро, как только мог.

Рыба брыкалась, но я прочно схватился за две больших чешуйки, каждая из которых была, как три мои ладони.

Воздух в лёгких заканчивался, а вот радиация в монстре — нет.

Я начал задыхаться, но хватку не отпускал.

Направил все поступающие радиоактивные частицы к лёгким, хотя ни на что не рассчитывал.

Но произошло чудо! Я перестал задыхаться, а лёгкие заработали на чистой силе радиации.

Не перестаю удивляться, на что способно это губительное излучение. Ведь не просто так инопланетные захватчики изменили Землю, наполнив её радиацией.

Вскоре гигантская рыбина перестала брыкаться. Перевернулась пузом кверху. И чешуйки, за которые я держался, иссохли и отвалились.

Я всплыл на поверхность и жадно втянул ртом воздух. В груди закололо в такой силой, что я чуть снова не утонул. Но это длилось всего пару секунд.

Октер уже стоял на берегу и махал мне рукой. А я быстро поплыл к нему.

Никогда ещё так не радовался выходу на поверхность. Когда ноги коснулись земли, я был готов целовать её, как моряк после кораблекрушения.

— Нас ждут, — сказал Октер.

Я кивнул, и мы пошли.

Ноги застревали в мокрой почве, изрядно замедляя нас.

— А ты оказался сильнее, чем я думал, — с неподдельным восхищением произнёс Октер.

— Радиация на многое способна. Подозреваю, что мы даже пока не в курсе обо всех её возможностях.

Черви остановились недалеко от берега и ждали нас. Целых пятнадцать мощных спин. Мы с Октером пошли туда, где было всего два человека на ведущей позиции, и встали во второй ряд.

Схватились за верёвку, и монстр тронулся.

Остаток пути прошёл без приключений, и хорошо. Мы всего дважды меняли курс. В первый раз, чтобы обогнуть небольшой городок, а второй — объехали скалистую местность.

И какого было моё удивление, когда к вечеру вдалеке показались горы. Откуда они вообще здесь взялись? Весь в этой местности всегда была одна сплошная европейская равнина. Это даже я знал, наша учительница по географии сотню раз повторяла, что горы возникают лишь на стыке плит.

Ну не могли они всего за сорок здесь образоваться. Хотя, чем чёрт не шутит…

Но я окончательно офигел, когда черви не остановились у подножия, а поползли вверх. И почва оказалась достаточно мягкой для их перемещения.

Солнце постепенно исчезло за горизонтом, но самого шара видно не было из-за вечной пыли. Лишь яркое размытое пятно.

Мы остановились почти у самой вершины горы. Она была всего километра два в высоту, но и это нонсенс для равнины.

Старейшина повёл нас в пещеру, из глубины которой виднелись яркие огни. Это были огненные шары, такие же, как делал Факел.

Мы зашли в круглую пещеру. Или скорее комнату?

Уж больно стены ровные. А все огоньки парили у потолка, давая приличное количество света.

И тут пришло понимание. Как же я раньше не додумался?

В центре пещеры стоял пожилой мужчина и несуразно вертел руками, словно сумасшедший.

Но от этих жестов менялась сама стена пещеры. За каких-то полчаса пустое пространство превратилось в ложе для переговоров. Сидения выступали прямо из-за стены. А в центре образовалась трибуна.

М-да, десяток таких сильных мутантов вполне способны и горы создать. Я даже был уверен, что это племя и обитает где-то здесь неподалёку.

Мои ноги гудели от долгого стояния на черве, так что я присел без приглашения, на что получил косой взгляд старейшины.

Да и повелитель гор, видя такой жест, поспешил объявить:

— Присаживайтесь, собратья! Отдохните с дороги!

И все поспешили сесть.

В течение часа прибыло ещё несколько племён, и в большом помещении собралось порядка трёхсот пятидесяти мутантов. Все как один в чёрном, с ярко-красными глазами.

Тот же старик, что выстраивал своей силой ложе, первым вышел на подиум с короткой речью:

— Горное племя вольных мутантов радо приветствовать собратьев на нашей земле! Но мы в недоумении, Иллай, — он посмотрел на нашего старейшину, — к чему такая срочность?

Наш старейшина встал и вышел на подиум, а повелитель земли присел на свободное место. Одно и двух свободных мест. А это значит он заранее знал, сколько мутантов должно явиться на встречу.

— Дорогие собратья, — начал наш старейшина усталым, но громким голосом, — не стану вас томить. На нашу планету пришла страшная беда. Один из наших братьев смог узнать, что судный день произошёл не случайно. Его виной стали инопланетные захватчики. А вчера мы наблюдали их корабли в небе. Я собрал вас, чтобы мы вместе подумали, как убить то, что нематериально. Это знание поможет моему брату — Мору, — он посмотрел на меня, — переместиться в прошлое, откуда он и явился к нам, и предотвратить момент, с которого всё началось.

Сотни взглядов разом переместились на меня. Блин, и вот обязательно старейшине было раскрывать все карты? Совсем не обязательно было говорить, что я из прошлого.

— Обязательно, — прошептал сидящий рядом Октер. — Иначе бы они не поверили, что это возможно.

— Понял, — тихо ответил я и встал.

Не стал идти с помоста, а с места заявил:

— Я подтверждаю слова брата Иллая. Я и моя девушка, которая осталась в безопасном месте, переместились сюда из времени за неделю до судного дня. И в этот же миг мы и стали мутантами.

Сказав это, я сел обратно.

Внезапно тишина нарушалась, и все принялись что-то обсуждать между собой. Шёпотом, но сотни голосов так сливались в единое бормотание.

— Собратья, попрошу тишины! — попросил наш старейшина.

И все разом замолкли. Только один из стариков встал, чтобы спросить:

— Сколько у нас времени, Иллай?

А затем сразу вернулся на своё место.

— Времени у нас нет. Корабли захватчиков уже устремились к поверхности нашей планеты. Так что скоро они дойдут и сюда. Мы примем бой и проиграем. И тогда придёт новый конец света.

Воцарилась гробовая тишина.

— Так, давайте подумаем, собратья, — продолжил Иллай. — Как остановить тех, кто состоит из самой радиации? Мор, тебе слово.

Старейшина вернулся на своё место, а я неспеша прошёл к подиуму.

И ещё где-то час ушёл на то, чтобы ввести мутантов в курс дела со всеми подробностями и ответить на вопросы.

Общее настроение в пещере резко упало от понимания безвыходности нашего положения. Ведь все детали плана были давно продуманы заранее, кроме одной: как собственно предотвратить момент, с которого всё началось?

Мне пришлось прервать гробовую тишину, иначе этот совет затянулся бы на несколько дней:

— Может у кого-то есть идеи? Да даже самые глупые. Не стесняйтесь говорить. Любая мысль может помочь найти решение.

— Осколки метеорита? — донеслось с галёрки.

— Не, пробовал. Это для них лакомый кусочек. Разве что отвлечь ненадолго помогает. Отсюда, кстати, вытекает ещё одна проблема по доставке последнего метеорита учёным.

После моих слов старейшина горного племени резко вскочил с места и обратился к нашему предводителю:

— Иллай, как ты мог обещать метеорит без общего голосования? Он принадлежит совету племён, и мы поклялись жизнью, что будем охранять его!

Иллай ответил, не вставая:

— К чёрту эту клятву, если мы все умрём и упустим единственный шанс спасти Землю. Но если тебе будет легче, можем сейчас потратить время на голосование вместо обсуждения важных вопросов.

— Это тоже важный вопрос, — насупился старейшина из горного племени.

— Так, хватит! — перебил я разгорающийся спор.

— Да как ты смеешь перечить старшим, собрат? — возмутился неугомонный старик.

— Сядьте, — со сталью в голосе указал я.

Но он не собирался выполнять мою просьбу. Тогда я отмахнулся от него рукой и обратился к собравшимся:

— Поднимите руку, кто согласен передать метеорит учёным, чтобы остановить судный день!

Подняли почти мутанты, без десяти человек, одним из которых был всё тот же старейшина. Из нашего племени подняли руку абсолютно все. А в конце и я поднял, зря, что ли, в племя вступал?

— Будем считать, что голосование прошло. Как будет возможность, метеорит перейдёт к учёным, — высказался я.

— Это не по правилам! — возмутился старик. — Голосование должно быть анонимным, и для него должен быть выбран отдельный день.

Я шумно выдохнул, сдерживаясь, чтобы не прикончить старика прямо на месте.

— Камзад, успокойся, — громко попросил Иллай. — Ты мешаешь совету.

Нашего старейшину почти все поддержали, кто кивком, кто словами согласия. И только тогда неугомонный старик сел.

— Вернёмся к важной теме! — сказал я.

— А что насчёт фериума? — спросила одна из девушек.

— А что с ним?

— Ну, насколько мне известно, у бункерских налажено его производство в полном объёме. И если они могут запихивать его в наручники и решётки камер, чтобы сдерживать нас, то почему бы не добавить его, например, в пулю?

У меня челюсть отвисла. Это же гениально! Вот для подобного и придумали мозговрй штурм. Хоть одна идея среди многих всегда оказывается верной.

— Это надо попробовать! Сестра, ты знаешь, где ближайший завод?

— Да, он всего один у бункерских. Я отведу.

— Но как мы заставим бункерских нас выслушать? — спросил уже наш старейшина.

— Если мы придём все вместе, у них не будет выбора, — ехидно ответил я.

Внезапно пол подо мной задрожал, и я чуть не упал.

Обернулся. Старейшего горного племени встал, сжимая кулаки. И вся его злость во взгляде была направлена только на меня.

— Я не позволю мутантам якшаться с людьми, — процедил он, и потолок начал обрушиваться.

Глава 3

Новый старейшина

— Да ты совсем сдурел? — выкрикнул Иллай старику. — Решил нас всех погубить?

— Лучше так, чем идти к этим людям, — прохрипел старик.

Большой пласт земли свалился на голову Октера, и парень упал. Потерял сознание.

Надо срочно вывести его.

Не успел я об этом подумать, как проход завалило землёй. А вместе с ним и убегающих мутантов.

Этот старик решил разрушить все мои планы. Похоронить нас заживо вместе с собой!

Нет, этому не бывать!

Я побежал к нему. И в меня тотчас же полетели плотные куски земли и камни. Но все они разбивались о мой прочный купол.

Я подбежал к старику и схватил его за горло. Поднял над землёй сантиметров на тридцать и принялся выкачивать радиацию.

— Ты мне больше не брат, — процедил я сквозь зубы.

Октер объяснил мне порядки вольных племён, так что я сразу обозначил старику, что отныне он — мой злейший враг.

Но не успел я забрать и десяти процентов его силы, как на нас свалился огромный пласт земли. Кажется, это была сама вершина горы.

Мы оказались в ловушке, засыпанные землёй, но я не ослаблял хватку на шее этого горе-старейшины. И плевать, если он сейчас разрушит гору, если я его не отпущу.

Не отпущу.

Радиоактивные частицы переливались в меня из его тела бурлящими мощными потоками. Я ощущал, как с каждой секундой становлюсь сильнее. А земля вокруг нас тем временем уплотняется и уплотняется. Словно старик хотел добиться от неё прочности камня и навеки похоронить всех, кого ещё полтора часа назад приветствовал, как дорогих собратьев.

Земля давила на меня со всех сторон. Словно не простой старик, а сама гора пыталась меня раздавить.

Но вскоре его запасы радиации иссякли. И его шея хрустнула в моих руках. Но я не мог их убрать идти хотя бы подвинуть. Словно я реально застыл в камне вместе со своим куполом. Лишь благодаря ему меня ещё не раздавило окончательно.

Теперь вся сила чокнутого старейшины стала моей.

Но это отнюдь не научило меня управлять землёй. Да я даже не пытался. Нужно было решить вопрос с помощью своей исконной суперспособности, и как можно быстрее. Пока мы тут не задохнулись.

Как же прорыть эту толщу земли, будучи скованным по рукам и ногам? Лишь с помощью разума.

Ведь черви остались неподалёку, и я мог дотянуться до каждого из них.

Но сложность состояла в том, что они не призвали меня, как своего хозяина.

Я выбрал одного из пятидесяти гигантов, ведь все племена оставили своих питомцев неподалёку. Его воля оказалась самой слабой. Возможно, потому, что он был самым молодым из всех, а заодно и самым мелким. Мелким гигантом.

Моё сознание коснулось его разума. Так легко. Непринуждённо. Словно червь сам понимал, как мы нуждаемся в его помощи. Что иначе он навсегда останется без горячо любимого хозяина. Ведь их связь также крепка, как связь матери и ребёнка.

Я отдал всего одну команду: «проложи проход к мутантам». И червь начал ползти вглубь горы. И я чувствовал, как ему тяжело даётся перебирание спрессованной почвы.

Один он точно не справится.

Я потянулся сознанием к остальным. Сначала к самым слабым. И поочерёдно отдал пятёрке червей такую же команду. А потом к остальным.

Я припахал на наше спасение почти всех гигантов! Сам в шоке, как у меня это получилось. Скорее всего, именно потому, что черви также сильно хотели спасти своих хозяев, как и мы хотели выбраться.

Мне не удалось подчинить лишь шестерых гигантов. Самых старых и крупных. Матёрых червей. Возможно, они начали расти сразу после судного дня, ибо длина самого крупного достигала целого километра. Но старичок принадлежал одному из старейшин и напрочь отказывался мне подчиняться.

Вскоре над моей головой показался просвет. Я ощутил на своих волосах горячее щупальце червя. И несказанно ему обрадовался.

Мелкие щупальца постепенно откопали меня. И я смог выбраться.

К счастью, обнаружил, что я не первый такой.

Черви вытаскивали мутантов из завалов одного за другим. Обхватывали их щупальцами и вытягивали наружу.

Скоро вытащили и Октера. Парень всё ещё был без сознания. Дышал через нос, а рот оказался заполнен землёй. Ну хотя бы дышал. Уже не плохо. Я очистил его рот, нашёл один из рюкзаков, достал полторашку и промыл рот парня водой.

Это помогло, и он сразу закашлял, выплёвывая смешанную с грязью воду.

— Что… что случилось? — хрипло спросил он и принял из моих рук бутылку с водой.

— Тебя придавило землёй.

Он несколько раз прополоскал рот и лишь потом напился.

Октер осмотрелся и спросил у меня:

— Где старейшина? Я не слышу его мыслей.

— Не знаю. Сейчас всех достанут и найдём.

— Достанут?

И только тут до него дошло, что работами по нашему вызволению занимаются именно черви.

— Как… — опешил Октер. — Как ты их подчинил?

— Они оказались не прочь помочь своим хозяевам. То-то и всего.

— Всё равно я не слышал о том, чтобы мутант мог подчинить и контролировать разом больше двух червей.

— Я их и не контролирую. Лишь дал команду, а дальше они сами. Ну, разве что останавливаю их от поедания трупов наших собратьев. Уж очень хищно они настроены к мертвечине.

— Где тела? я помогу убрать. Нельзя позволить червям их съесть без ритуала.

— Ритуала? Так вы реально скармливаете им своих мёртвых?

— Да. Это большая честь, между прочим.

— Ладно, пошли соберём тела.

Я подал Октеру руку и помог подняться. И мы пошли по взрыхлённой червями земле, заглядывая в каждую яму. Пару раз я чуть не провалился, да и Октер тоже. Но мы вовремя ловили друг друга.

До самого утра черви откапывали мутантов. Мы складывали тела убитых отдельно, и благо, что их было немного. Пятнадцать, считая убитого мной придурка.

А вот раненых оказалось очень много. В их числе был и наш старейшина. Он получил сильное сотрясение, но дышал ровно, так что мы не переживали.

А к полудню следующего дня черви укрепили вершину горы своей особой слизью, так ботинки звенели, как о камень. Правда, кислый запах то и дело вызывал у меня приступы тошноты, и я так и не смог заставить себя хотя бы чуть-чуть поесть.

Вскоре старейшина нашего племени пришёл в себя, и ухаживающий за ним Октер с радостью поведал ему историю прекрасного спасения неким Мором. Лучше бы парень молчал.

Ведь первым делом старик подошёл ко мне, пожал руку и поклонился:

— Брат, Мор, теперь каждый мутант из вольных племён обязан тебе жизнью.

— Пустяки, — улыбчиво ответил я. — Ведь если бы я этого не сделал, то умер бы вместе с вами. А жить я очень люблю.

— Не ищи оправданий своим намерениям. Мы оба прекрасно знаем, что ты не оставил никого из своих истинных собратьев.

— Возможно, — скомкано сказал я.

— За такое деяние тебе положена награда, Мор.

— Мне ничего не нужно. Просто живите себе дальше, этого мне будет достаточно.

— А это уже не тебе решать, — усмехнулся старейшина.

И ой как не понравился мне его взгляд.

— Ну, говорите. Какая кара ждёт бедного Мора за ваше спасение, — я попытался изобразить такую же усмешку, но вышло плохо.

— Должность главного старейшины всех вольных племён.

У меня аж челюсть отвисла.

— И выбора, как понимаю, у меня нет?

— Правильно понимаешь. Ты самый сильный из нас. Тебе и вести племена на путь спасения.

М-да, такого подарка судьбы я точно не ожидал.

— Ну а что конкретно от меня требуется?

— Ты же собирался на завод фериума идти, так веди.

Я кивнул и направился на поиски девушки, которая знала дорогу. Нашёл её среди раненых. Она была без сознания с пробитой головой. Возле неё хлопотала старушка, у которой я и спросил:

— Как она?

— Плохо. С каждым часом дышит всё хуже.

Я обернулся к шедшему за мной Иллаю и спросил:

— Выясни, знает ли ещё кто-то, где находится этот завод.

— Хорошо, — ответил он, ничуть не смущаясь, что я внезапно начал раздавать ему приказы.

Я же остался с девушкой. Дотронулся до руки и с ужасом осознал, что она опустошена. В ней почти не осталось радиации.

— У вас есть какое-нибудь снадобье, которое может помочь ей восполнить уровень радиации? — спросил я у старушки.

— С собой нет. По нашим законам рад-цветы растут лишь у дома главы племени, и с собой их брать ни в коем случае нельзя.

— Почему? — удивился я.

— Много причин, — начала она уставшим голосом. — Рад-цветки впитывают из почвы всю радиацию, но просто так они не растут. Отвар из этих цветков восполняет наши силы, но более слабых мутантов может убить или обратить в одиночек. От такого резкого перехода ещё никому не удавалось сохранить разум.

Пока я слушал про рад-цветы, Иллай успел вернуться с недобрыми новостями:

— Я опросил всех. Никто больше не знает дороги.

— Плохо, — пробубнил я себе под нос. — Как же тебе помочь? — спросил я умирающей девушки.

И тут меня осенило. Один раз я уже спас таким способом Бурю, а вдруг и сейчас подействует?

Я взял за руку смуглую девушку, умирающую на холодной земле. И постепенно начал передавать ей накопленную в своём теле радиацию. За полчаса в таком тепле передал ей примерно столько же радиоактивных частиц, сколько забрал у свихнувшегося старейшины.

Забрал руку. Но она не отпустила. И моё лицо тут же озарилось самой искренней улыбкой, на какую только я был способен. Девушка приходила в себя, а значит — всё не так уж плохо, и мне не придётся изощряться, чтобы найти несчастный завод фериума.

С этой мыслью я и засыпал. В итоге удалось достать из завалов мой походный рюкзак, где я припрятал спальник. В нём было хотя бы тепло. И на удивление после всего случившегося спал я спокойно.

На рассвете меня растолкал Октер. Вольные племена только просыпались. Один из мутантов выкачивал из почвы воду и снабжал ей всех желающих. Все помогали друг другу, несмотря на то, что происходили из разных племён.

Сейчас они были единым племенем, или народом, да даже большой семьёй их было не зазорно назвать.

Октер принёс мне чай и мы присели на мой спальник. Тогда он совершенно спокойно сказал:

— Фаина скончалась пару часов назад. Церемонию провела старейшина её племени. Она уже в лучшем мире.

— Какая ещё Фаина? — не сразу сообразил я.

— Та девушка, с которой ты вчера поделился своей силой. Этого хватило, чтобы на пару часов продлить её жизнь.

— Вот дерьмо! — выпалил я. — А я только обрадовался, что на один геморрой будет меньше.

— Ты попей чаю, успокойся.

— Принёс мне успокоительный чай, а потом решил сообщить? Хитро, хитро.

— У неё всё равно не было шансов, Мор. С такими травмами даже самые сильные из нас не живут.

— Я бы поспорил, — хмыкнул я.

— Ну, она — не ты. Не забывай.

— Ладно, раз уж оно так прискорбно случилось, придётся искать новые пути решения проблемы.

Я достал из рюкзака рацию и клочок бумажки с частотой. Мы находились высоко, так что сигнал был.

Рация затрещала помехами, и я сказал в устройство:

— Мор вызывает Шмеля, как слышно?

Повторил ещё несколько раз, пока приглушённый помехами голос не ответил:

— Шмель занят, ты кто такой?

— Его друг. А ты чё такой дерзкий? — усмехнулся я, но навряд ли эта интонация передалась через рацию. — Ты иди к Шмелю и передавай, что Мор вызывает. Он поймёт кто это.

Через устройство раздалось недовольное:

— Ага, бегу и спотыкаюсь.

А я не сомневался, что он уже бежит. Такие люди ни за что не захотят получить взбучку от своего главаря. Тем более, из-за такой мелочи, когда реально нет ничего сложного, чтобы передать.

И вскоре в рации раздался знакомый голос:

— Шмель у аппарата.

— Здорова, Шмель. Это Мор. Я к тебе с вопросом.

— Ну говори, чего там такого срочного, что меня из толчка вытащили в самый неподходящий момент.

— Хах. Да я быстро. Ты мне скажи, может, знаешь, где бункерские производят фериум?

— Хм, вот ни фига не простой вопрос.

— А чего сложного. Да или нет?

— Нет. Но я знаю, кто знает.

— О, а это уже интересно. Что хочешь за инфу?

— Два кило герача.

Я прямо почувствовал через интонацию, как он лыбится по ту сторону рации.

— До фига просишь. Я же могу у кого-то другого спросить.

— Ну ладно, давай полтора и сочтёмся.

— Кило сто.

— Кило триста. За меньшее рисковать не буду.

— Ладно, договорились. Товар сможешь в Князево забрать, я там своего чела предупрежу. Но инфа вперёд, сам знаешь.

— Знаю, знаю. Время для связи либо сегодня в восемь вечера, либо завтра в это же время. И будь на связи, чтоб я не ждал тебя чёрт знает сколько.

— Замётано! — ответил я и выключил рацию.

— Это ты так договорился? — с удивлением посмотрел на меня Октер. — Стесняюсь спросить откуда у тебя наркотики? Ты же знаешь, что они делают с мутантами?

— Знаю. Но нынче это самый дорогой товар. А мне как раз осталось пару килограмм от моего предшественника. А вообще, знаешь, для нашей цели все средства хороши.

— Это да, — неохотно согласился парень.

— Так, надо вставать и уже спускаться с этой чёртовой горы.

Я демонстративно встал и размялся.

— А внизу связь ловить будет?

— Блин, об этом я не подумал.

— Может, тогда здесь подождём? Как раз раненые хоть чутка восстановятся.

— Знаешь, ты был бы куда лучшим старейшиной, чем я. Но…

Он перебил меня, и сам закончил фразу:

— В этом мёртвом мире важна только сила. Прокачанный мозг никому не нужен.

— А вот тут ты не прав. Без твоих способностей мы далеко не продвинемся. Так что вставай, пошли хоть умоемся.

День проходил довольно скучно. Сегодня Шмель не вышел на связь, хотя я держал рацию включённой целых пол часа.

Пришлось ждать следующего вечера. Ровно в восемь вечера радия заговорила:

— Шмель вызывает Мора, как слышно?

— Слышно хорошо. Приём. Есть нужная инфа?

— Тут проблемка возникла.

— Какая?

Я насторожился. Неужели мне придётся тратить кучу времени на поиски дороги к одному-единственному заводу?

Бля, если в центральном исследовательском бункере не отключили внешние генераторы, то я мог бы и с ними связаться. А так, связь там работает лишь в пределах пяти километров от бункера. И мне уж очень не хотелось туда возвращаться, чтобы тупо узнать дорогу.

— Чел, на которого я рассчитывал, не выходит на связь. Он в Динреево сидит. Знаешь где это?

— Без понятия.

— Карта под рукой есть?

— Есть. Погодь, сейчас найду.

И я достал из рюкзака пакет с планшетом. Специально упаковал его так, чтоб не промок. И даже со дна реки рюкзак вытянул, считай только ради него.

Планшет загрузился, и я открыл карту из базы данных бункерских.

Тут даже поисковая строка была, и я ввёл в неё название города.

— Нашёл! Это день пути от нас.

— От вас?

— Да, я тут случайно старейшиной вольного племени стал, — усмехнулся я.

— Ну ни фига себе. Это ты как умудрился?

— Да, долгая история. По сути, всего лишь с парой десятков червей договорился.

— Ага. Всего лишь, — фыркнул Шмель. — Так ты сможешь проверить, что с человечком? А там уже передашь ему, что от меня, тогда он и расскажет, что знает.

— Да, смогу. Давай тогда скидку, раз мне самому ехать придётся.

— Хорошо, сбрасываю до килоса.

— Пойдёт.

Мне жутко не хотелось торговаться, поэтому я согласился на первое предложение. Хотя, если постарался, можно было бы и до полкило сбросить. Но мне этот герач на фиг не сдался, так что пусть забирает.

— Так, слушай внимательно, — продолжил Шмель. — Динреево — это такая деревня, там всего мутантов двести живёт. Спросишь на воротах Рябого, вот он то тебе и нужен.

— Ясно.

— Давай, удачи. И по-братски потом сообщи, какого хр*на этот кадр на связь не выходит.

— Лады. За герачем можешь ехать, я предупрежу.

— Спасибо, бро! Давай!

Я переключил частоту рации. Эти цифры я уже знал наизусть.

— Эльф, это Мор, как слышно?

— Слышно хорошо, — ответили сразу.

Я передал Эльфу просьбу передать килограмм героина Шмелю, когда он заявится, и мой заместитель любезно обещал исполнить всё в лучшем виде. А потом добавил:

— Тут группа из Зержинска пришла. Говорят, что это ты их нам отправил.

— Да, всё верно. У них больше нет города. А чтобы нас не постигла та же участь, удвой охрану по периметру, и если кто-то завидит чёрное облако с красными, то бегите в убежище.

— Хорошо. Надолго?

— Навсегда.

— Ты серьёзно?

— Да. Пока у меня нет способа борьбы с ними. Но я дам знать, как найду такой.

— Ладно. Так мне зержинских из нашего бюджета кормить?

— Ну, если только не голодаете.

— Не голодаем, кстати, благодаря их помощи. Ты представляешь, Лысый на Эву запал. Уже и замуж зовёт её, свадьбу планируют.

— Фига, ну, передавай мои поздравления. Больше нет важных новостей, а то у меня рация садится?

— Нет. У нас всё спокойно. Можешь отключаться.

— Супер!

Я отключился и посмотрел, сколько осталось зарядки на рации. Одна палочка. М-да, этого на один сеанс связи максимум хватит. Ну, надеюсь, в этом Динреево сможем подзарядиться.

Я велел теперь уже своим людям собираться и перебираться на червей. И удивительно, уже через полчаса они были готовы стартовать. И никого не смутило, что придётся ехать ночью.

Мы благополучно разместились на пятидесяти червях Благо, все раненые уже крепко стояли на ногах.

Мне, как новому общему главе разрешили выбрать любого из червей. Но я не стал изгаляться и попросил указать на того, кто принадлежал убитому мной старейшине. Кто же знал, что это окажется самый старый из червей. Тот самый, что в длину достигал едва ли не километра.

Мне удалось подчинить его только потому, что он наконец-то разорвал связь с хозяином. А разорвать её мне помог именно Октер. Он, как никто другой мог ломать сознание, и не важно человека или животного.

В общем, у меня ушёл целый час, чтобы оседлать привередливого старого червя. И всё это время я чувствовал себя в цирке, потому что абсолютно все наблюдали за этим процессом.

И вот я встал на ведущую позицию, а Октер пристроился на втором ряду. У этого Червя было целых десять рядов, то есть теоретически он мог в одиночку перевезти целое небольшое племя, но больше никто не решился составить нам компанию, чтобы ехать на нём.

Ну а я и не настаивал. Мало ли что этому гиганту в голову взбредёт по пути.

Мы ехали всю ночь, но делали остановки каждые два часа. Я следил, чтобы мои люди не были слишком измотаны. Хорошо, что за два дня на горе они успели выспаться и уже изнывали от скуки. Так что, и им хорошо, и мне быстро.

До Динреево мы добрались через два часа после рассвета. Разбили лагерь в двух километрах от деревни, расположенной в пустоши, но на берегу озера. Я велел мутантам отдыхать, а с собой взял только Октера.

Не нужна мне там толпа аборигенов, чтоб деревенских пугать. Они от нас двоих то нехило офигеют.

Мы подошли к добротному частоколу, и я постучал в ворота. Никакой реакции. Постучал ещё раз.

А потом мне надоело, и я обратился к шестому чувству.

В озере чувствовался сильный источник радиации, а в самой деревне я увидел лишь с десяток человеческих фигур. И это насторожило меня, ведь Шмель говорил о сотне.

Я выстроил из радиоактивных частиц невидимую лестницу, и мы с Октром поднялись. В городе было пусто.

И меня накрыло чувство, что я уже бывал в подобной ситуации. Совсем недавно. В Зержинске.

Октер, видимо, услышал это всё в моих мыслях, поэтому предложил:

— Может, уйдём отсюда?

— Нет, — ответил я и спустился.

— Зачем так рисковать, если ты опасаешься, — он запнулся, — сам знаешь кого? В твоих мыслях нет названия.

— Здесь несколько человек всего осталось. Я их чувствую. И они на поверхности, а не под землёй. Значит, это что-то иное.

Но на всякий случай я окружил и себя, и Октера невидимым защитным куполом.

Я подошёл к старому деревянному дому, где шестое чувство показало пятерых человек, и постучался.

Врываться не хотелось, поэтому я подождал и постучал ещё несколько раз. более настойчиво.

Мне открыли минут через десять. Обычно все шарахаются от мутантов с красными глазами, но в этот раз отшатнулись мы.

Нам открыл мужчина. С полностью чёрной кожей. Так выглядели трупы после того, как я выкачивал из них радиацию. А в этом человеке она ещё была.

Из-за его спины выглянула женщина. Такая же чёрная. Вплоть до зрачков и белков и глаз.

Октер прикрыл рот рукой, и я тихо спросил его:

— Что ты слышишь?

— Они выжили после…

Глава 4

В толще воды

— После чего выжили? — настойчиво переспросил я Октера.

— После пришествия тех, кого ты видишь в кошмарах.

Я снова посмотрел на людей. Спросил у них:

— Вы меня понимаете?

— Да, — промямлил мужик.

— Это уже хорошо. Можете рассказать, что здесь случилось?

Он кивнул и жестом пригласил заходить в дом.

Признаться, мы заходили с опаской. Ожидали чего угодно, но не того, что нас пригласят за стол и нальют чая, к которому я опасался прикасаться. Создавалось ощущение, что я попал в дом прокажённых.

— Как вас зовут? — спросил я у севших напротив мужчины и женщины.

В доме раздавались детские голоса, так что я предполагал, что троица ребят бегает где-то наверху.

— Рамзез. А это Фета, — представился мутант и представил свою жену.

Его голос звучал скомкано и невнятно, словно он при каждом слове пытался проглотить язык. Но это не мешало для понимания.

— Я — Мор, а это мой друг — Октер. Мы пришли из вольного племени. Ищем в вашей деревне человека по кличке Рябой. Может, знаете такого?

Мужчина кивнул и промямлил:

— Отведу вас.

— Спасибо. Мы будем вам благодарны и поделимся едой. Вам нужны консервы?

— Да, спа…Спасибо.

— Расскажите, что произошло. Вам не обязательно говорить, если это сложно. Способность моего заключается в чтении мыслей. Он передаст ваши слова, если позволите.

Мужик кивнул, и я прочитал на его чёрном, словно покрытым сажей лице, облегчение. А Октер принялся транслировать рассказ из мыслей этого потерпевшего:

— Это случилось три дня назад. Я пошёл на рыбалку, как обычно. Мы живём в основном за счёт рыбы. И мне повезло, что в этот день я взял с собой жену и детей. Был день. Но внезапно со стороны города послышались крики, и день сменился ночью. А потом пришли глаза. Страшные. Красные. Почти как у вас, только гораздо больше. Я не знал, что делать, поэтому схватил жену и детей и полез в озеро. Но скоро чернота опустилась и на него. Нам нужно было дышать, поэтому мы высовывали носы, чтобы набрать воздуха. Вдыхали эту черноту. Так просидели часа четыре. А вылезли из озера мы уже такими.

— Это ужасно, — сглотнув ком в горле, произнёс я. — И как вы себя чувствуете?

— Мы понимаем, что нам недолго осталось. Чувство такое, будто гнию заживо.

Я подумал, что хотел бы им помочь, но не знаю как. И Октер понимающе посмотрел на меня.

— Извините за любопытство, — продолжил Октер, — а с рыбой в реке стало то же самое?

Парень прочитал мысли мужчины и огласил ответ для всех:

— Нет. Рыба никак не изменилась.

Я поблагодарил мужчину за рассказ и выложил из рюкзака всю еду, что была у меня с собой.

И уже без опаски выпил поданный нам чай, правда, он уже остыл.

Мне было до глубины души жаль эту семью. Теперь они не мёртвые, но и не живые.

Рамзез, как и обещал, отвёл нас к искомому человеку. Я ожидал увидеть такого же почерневшего мутанта, но встретил нечто более ужасное.

Мы зашли в двухэтажный деревянный дом. Октер в мыслях Рамзеза прочитал, что Рябой в ванной на втором этаже. Мужчина попросил не идти с нами. Не хотел смотреть на старого товарища, и мы с пониманием отнеслись к этой просьбе.

На втором этаже стояла невыносимая вонь даже для таких матёрых мутантов, как мы. Этот запах нельзя было сравнить даже с канализацией. Скорее с тем, как гниёт труп.

Я открыл дверь в ванну, и мне пришлось зажать пальцами нос. Но тот, кого я увидел, поверг меня в куда больший шок.

В старой чугунной ванне с облупленной краской лежал мужчина. Его тело было покрыто чёрной водой. Он был ещё жив, но уже разлагался.

— Беда застала его прямо здесь, — сказал Октер, прочитав мысли мужчины.

— Боже правый. Да у него почти вся кожа сошла с лица. Как он ещё жив остался?

— Он спрашивает, кто мы такие. В мыслях ругается, что мы его потревожили.

Тело в ванне издало глухой стон, и больше ничего. Я решил сразу ответить на все вопросы:

— Я — Мор. А это — Октер. И как ты понял, он читает твои мысли. Мы можем общаться таким способом. Шмель переживает, что ты не выходишь на связь, поэтому мы пришли проведать. И заодно узнать кое-какую инфу для него.

— Он посылает шмеля в одно неприличное место, — проговорил Октер, закрывая нос своим чёрным рукавом. — Думает, что в таком состоянии он больше ничего не должен. И я, к слову, с ним согласен.

— А чего ты хочешь? — спросил я живого мертвеца в ванной.

— Он хочет умереть. Ему очень больно. Так больно, что выражается он в основном самыми неприличными словами.

— Я обеспечу тебе быструю и безболезненную смерть. Обещаю. Но мне нужно узнать ответ всего на один вопрос.

— Задавай. Он хочет, чтобы это скорее закончилось. Да он любые тайны готов раскрыть, чтобы скорее уйти в мир иной.

— Тайны мне не нужны. Ну разве что одна. Где именно бункерские производят фериум?

— Рядом с Новокаменском есть бункер, — огласил мысли Рябого Октер. — Он там один в трёх километрах от города. Неподалёку карьер, где и добывают сырьё для фериума. Завод находится в бункере прямо возле картера. Но все его начальство сидит в другом бункере, который рядом с Новокаменском.

— Спасибо. Этого хватит.

Я наклонился к умирающему

— Это ещё не всё. Он хочет нас предупредить, что завод окружён забором, в сталь которого залит фериум. И в этих двух бункерах он тоже плавает по стенам. Так что мутантам туда не пробраться.

— Это всё, о чём нам следует знать?

— Думает, что да. Мутанты не раз пытались уничтожить этот завод, но ни у одной группы не получилось.

— Хорошо.

Я задрал рукав и опустил руку в чёрную воду. Обхватил пальцами скользкую шею Рябого. Там от кожи ничего не осталось. Сплошь гниющие мысли.

Но радиации в его теле было полно. За счёт неё он и протянул так долго. Я выкачал её быстро. Всего за несколько секунд. И жизнь в нём угасла.

Я ополоснул руку в стоявшем на раковине ведре с прозрачной водой.

— Мы его так тут и оставим? — спросил Октер, кивая на мертвеца.

— А что ты предлагаешь достать его и похоронить? Хочешь, сам этим занимайся, я подожду.

— Какой же ты чёрствый! Человек же тебе помог!

— А я помог ему. Мы в расчёте. А теперь извини, но моя помощь нужна тем, кто ещё может выжить. А мертвецы в ней не нуждаются.

Мы вышли из дома, а затем и из деревни. И всю дорогу до лагеря Октер смотрел на меня так, словно я у него жену увёл.

— Да хватит уже обижаться! — рявкнул я, когда до стоянки оставалось метров двести. — Если и дальше будешь мягкотелым, то долго не проживёшь. Если ты ещё не понял, то мир меняется. И теперь собратья не будут вечно носиться рядом и охранять тебя.

— Понял, — ответил он и поник.

Но походу в самом деле понял. Да, у него невероятные способности, но они не могут ему выжить, когда придёт время.

И эти мысли он, конечно, услышал.

Первым делом после возвращения из деревни я достал из рюкзака планшет и открыл карту.

Ё-моё! Да этот Новокаменск в тех ещё ебенях находится!

Детально изучив карту, я поднялся с места и громко объявил:

— Собратья! Прошу вашего внимания. Нам с вами предстоит принять важное решение.

Мутанты расселись по кругу, а я оказался в самом его центре. Подогнали одно мелкого червя, тот свернулся кругом, на его спине и расселись.

Все молчали, внимательно наблюдая за мной. И я начал:

— Завод по производству фериума, где мы можем лишь попытаться создать оружие против инопланетных захватчиков, находится в пяти днях пути на червях. Это крайне рискованное путешествие, да и неизвестно что нас там ждёт. Поэтому я возьму с собой лишь тех, кто изъявит желание помочь. Остальные без зазрений совести смогут отправиться в свои дома. Прошу поднять руки тех, кто согласен продолжить путь.

Подняли руки почти все. Причём без промедлений. Лишь тридцать представителей горного племени отказались. В остальных общинах не было разногласий.

— Это серьёзное решение, — продолжил я. — Никто вас не осудит, если вы захотите сохранить свою жизнь.

Но никто не опустил руки. Я обернулся и увидел, как Иллай встал со своего места. Кивком я разрешил ему говорить. И он начал:

— Этот мир умирает, собратья. А мы в нём — самые сильные мутанты, и это понимает каждый из вас. Если мы не сможем спасти эту планету, пусть даже ценой своей жизни, то не сможет никто. Я всё сказал.

И он присел обратно на спину червя и вновь поднял руку.

Я снова обернулся. И теперь тридцатка мутантов из горного племени сидели с поднятыми руками.

— Раз все согласны, то так тому и быть! Можете опускать руки и собираться. Выдвигаемся через час.

Аборигены отпустили червя, но я не заметил активной деятельности по сборам. Они и так были собраны.

И ровно через час все уже забирались на червей. Мой новый питомец, или скорее питомище, занял ведущую позицию и указывал дорогу всем остальным.

До вечера мы сделали всего остановку. А потом остановились на ночлег возле одного из радиоактивных лесов. Этот очень походил на плутониевую пустошь, где мне доводилось бывать, разве что мутации растений были здесь совершенно другие.

Да, в каждом уголке этого мира природа выживала, как могла, мутируя в совершенно новые для Земли виды, и это всего за семьдесят лет.

Я всё не переставал думать как можно использовать фериум против тех, кто нематериален. Но я не был учёным, поэтому в своих мыслях ни к чему не пришёл. Одна надежда, что на заводе есть нужные спецы, и они согласятся нам помочь. Точнее, неконкретно нам, а всему миру.

Эти неизвестные учёные ещё не подозревают, какая ответственность ляжет на их плечи. Почти такая же, что лежит на моих.

Второй день пути прошёл также спокойно. Мы остановились у небольшой реки, и один из собратьев приманил к берегу рыбу. Её нам хватило, чтобы насытиться на весь день.

В конце третьего дня тоже остановились у водоёма. На этот раз это было большое озеро, которое образовалось на месте одного из ядерных взрывов. Опасное место, но нам возле него было хорошо. Настолько, что каждый из нас ощутил здесь прилив сил. И даже самый дряхлый старик здесь стал бегать, словно малый ребёнок.

Остатки солнечного света исчезли, словно растворившись в застывшей в воздухе радиоактивной пыли. И озеро засияло зелёным светом, что исходил от осколков метеорита, мелкой россыпью покоящихся на дне.

Жаль, что Лавина этого не видит. Хотя если вспомнить её прошлые опыты касания метеоритов, то оно и к лучшему.

Я сидел на берегу, заворожённый этим зелёным свечением. Но, как это обычно и бывает, мою идиллию быстро разрушили.

— Водное племя провело разведку, мутантов в озере нет, — послышался за спиной голос Октера.

— Ну хоть одна хорошая новость, — сказал я. — Рыбы наловили?

— В том-то и проблема. Рыбы в озере тоже нет. Там вообще нет ничего живого.

— Серьёзно?

— Да. Говорят, что даже водорослей нет. Сплошная вода.

Ага, вода. Так я и поверил. Эту бы воду, да под микроскопом посмотреть.

— Тебе уже говорить лень, старейшина? — ехидно спросил Октер.

Я обернулся и с усмешкой сказал:

— Раздевайся.

— Чего⁈

Парень настолько офигел, что походу не услышал мои мысли.

А я рассмеялся и стянул с себя свободную чёрную рубашку.

— Раздевайся, плавать пойдём!

— Я не хочу плавать.

Октер попятился, словно провинившийся ребёнок.

— Считай, что это приказ старейшины, — усмехнулся я.

Оставшись в одних трусах, я зашёл по щиколотку в воду. Тело мигом покрылось мурашками. Но не от холода.

Несмотря на приближающуюся осень, вода была тёплой. Неужто это осколки метеорита её так нагревают?

— Да ты чокнулся от радиации, — раздался позади голос Октера.

— А ты струсил? — обернувшись, спросил я.

— Нет, — серьёзно ответил парень. — Я это… Плавать не умею.

Я с деланным удивлением поглядел на него. Выждал минуту. И всё же сжалился:

— Так и быть, позови кого-нибудь из водного племени. Может, хоть они составят мне компанию.

Октер с облегчением выдохнул и убежал.

Не прошло и пяти минут, как он привёл девушку. Смуглую, черноволосую. На вид не старше двадцати. На ней был слитный купальник, который на вид был сделан из того же материала, что и основная одежда каждого племени. Из кожи мутировавшего червя.

— Ты звал меня, брат? — обратилась ко мне девушка.

— Да. Хочешь поплавать? — ответил я.

— Вода — моя стихия, — с придыханием сказала она. — Я готова выполнить любой твой приказ, старейшина.

Я сморщился от этих слов.

— Это не приказ, а приглашение. Разведка водного пространства, так сказать. Но только если ты сама хочешь.

Девушка кивнула и приблизилась ко мне. Её ноги ступили в воду, и из-за этого красные глаза стали ещё ярче.

Она прошла пару метров и нырнула. Да так, что водная гладь почти не встревожилась.

Я нырнул следом, а за мной вверх вспылил целый фонтан брызг.

Пульсирующую по венам силу, что давала мне радиация, я направил прямиком в лёгкие. И перестал дышать.

Проплыл под водой с десяток метров и лишь потом открыл глаза. Вода была прозрачная.

Возникло такое чувство, словно я оказался внутри аквариума с зелёной подсветкой, которая светила так ярко, что приходилось щурить глаза.

Девушка из водного племени уплыла далеко вперёд. Да с такой скоростью она за полчаса переплывёт это несчастное озеро вдоль и поперёк. Не то что я, который даже в школе в бассейн не ходил. А плавать умел, ну как научился на речке летом в глубоком детстве, так и умел.

Не тону, уже хорошо.

Я проплыл дальше. Выпустил из лёгких остатки воздуха, и тело перестало норовить всплыть. Мне удалось проплыть глубже.

Хотелось достать до самого дна. До места, где метеорит раскололся на множество мелких осколков. И это не было обычным любопытством.

Я чувствовал огромную силу, исходящую от самого дна. И меня к ней тянуло, словно самым сильным магнитом.

И, видимо, девушку из водного племени тоже.

Она подплыла ко мне, и наши взгляды встретились. Я кивнул, и мы вместе поплыли дальше. Жаль, что под водой нельзя говорить. Так бы сказал ей, что вовсе не обязательно меня сопровождать и плыть в десять раз медленнее.

Пока я перебирал руками и ногами, девушка буквально парила в воде. Наверное, и рыбе не было бы здесь так комфортно, как ей.

Из самого сердца озера, из самой глубины и лился ярко-зелёный свет. Словно туда опустили мощную лампочку.

Нас манило именно это место. Я преодолел лишь треть расстояния, а девушка из водного племени уже опускалась ко дну. В воде было плохо видно, но по очертаниям её силуэта, я заметил, как она потянула руки к источнику света.

И в этот момент что-то вне дрогнуло. Странное предчувствие.

Интуиция кричала: «вали отсюда», но я продолжал наблюдать, как заворожённый. Этот свет определённо как-то на меня повлиял. Но, как?

Ответ стал понятен, когда со дна поднялись тысячи мелких пузырьков. А вместе с ними и то, что издавало свет.

Бля, мне надо было сразу додуматься, что осколки не могут светить так ярко. А вот прожекторы — могут.

Манящий меня свет исходил от космической шлюпки. Надо было уплывать со всех рук и ног, но я не мог оставить девушку, которая так и зависла возле шлюза.

Я направился к ней, но было уже поздно.

Воду пронзил луч яркого зелёного света, но девушка уклонилась.

А вот второй попал прямо ей в грудь. И её тело скрылось за облаком крови. Я не успел.

Но, на сожаления не было времени, ведь на берегу под моей ответственностью ещё больше двухсот мутантов.

Мне повезло, что существо в шлюпке меня не заметило. Корабль начал медленно вплывать.

И я изо всех сил старался его обогнать.

Но куда мне тягаться против инопланетных технологий?

Мы всплыли почти одновременно. Я резко вдохнул воздух, и лёгкие заработали. Дикая боль пронеслась от груди по всему организму. Но я не мог ждать, когда пройдёт. Открыл рот и хрипло прокричал:

— Уходите! Скорее! Здесь враги!

Меня услышали, и на берегу показалось активное движение. Я поплыл к своим людям, от которых меня отделяло каких-то пятьсот метров.

Один из стариков, вместо того чтобы убегать подошёл к воде. Я выкрикнул ему:

— Уходи! Не жди меня!

Боль постепенно ослабла, и я смог нормально плыть. Правда, на этот раз решил не издеваться над лёгкими.

Старик на берегу словно меня не услышал. Он раскинул руки, будто собираясь обнять это чёртово озеро.

И внезапно за моей спиной выросла огромная волна. Я успел лишь закричать, как она подхватила меня, и за считаные секунды выбросила на берег.

Я откашлялся от попавшей в рот воды и просипел, вставая с земли:

— Спасибо. А теперь надо уходить.

Старик кивнул и подал мне мою одежду, которая валялась на берегу.

Тем временем нависший над центром озера корабль развернулся в нашу сторону. И направился прямо ко мне.

Я побежал со всех ног, держа в руках одежду. Ботинка так и оставил на берегу. Ну и хрен с ними, жизнь дороже.

Пока бежал, успел отдать Червю команду о посадке, и запрыгнул на него прямо босыми ногами. Схватился за верёвку, но не спешил уезжать.

Вокруг носились мутанты, то и дело стартовали черви. Я должен был убедиться, что мы никого не оставим.

Только хотел выкрикнуть, чтоб мутанты вставали на ближайших червей без промедлений, как ко мне подлетел корабль. И навис надо мной.

Я застыл. Сердце опустилось в пятки.

Но пусть лучше так. Я задержу его, чтобы вольные племена продолжили моё дело.

Глава 5

Инопланетный пленник

Но вместо смерти от лазерного луча, если я правильно понял, чем вооружён корабль, произошло нечто иное.

Мутанты вольных племён не стали драпать со всей скоростью, на какую только способны их черви. Вместо исполнения моего неоднозначного приказа они стали кружить вокруг меня. А те, кто не успел оседлать своих монстров, просто выстраивались кругом.

И среди них был тот самый старик, который вытащил меня из воды.

Пока корабль зависал в воздухе, разогревая его, я собирал в ладонях радиацию. Так быстро, как только мог.

Я не мог создать купол вокруг каждого из мутантов, тем более половина успела забраться на червей. Поэтому не придумал ничего лучше, как создать купол вокруг самой шлюпки.

И только я начал его уплотнять, корабль выстрелил лазером. Но зелёный луч развеялся о купол, оставив в нём дыру. В которую я и запульнул свою бомбу, прежде чем одной силой мысли закрыть брешь.

Закрыл глаза, но даже через кожу век увидел яркую вспышку.

А, когда распахнул их, то увидел, как в воздухе завис громадный пласт воды. Взрыв испепелил созданный наспех купол. Корабль загорелся и рухнул в трёх шагах от меня, ну хоть Червя не задел.

И в тот же миг столб воды обрушился на корабль, заодно обеспечивая и мне очередной душ. Да с таким напором, что я чуть не свалился, это при креплениях на ногах-то!

Пожар тут же утих, а вода устремилась обратно в озеро. Ну, большая её часть.

Я слез со спины Червя и подошёл к шлюпке. Не скажу, что он сильно пострадал. Да, летать больше не сможет, но капсула с инопланетным существом не пострадала.

— Дайте светм, — обратился к мутантам.

Ко мне подошла женщина, её рука горела ярким огнем. И света от него было в разы больше, чем от того, что мог сделать Факел.

Шлюз был покрыт гарью, но я всё же смог разглядеть кто внутри. Сплошная чернота. Слишком хорошо знакомая. И красные глаза.

Всё же этот корабль отличался от того, что я видел в видениях Пети. Похож, но этот был более округлой формы, верх которого был практически прозрачный. Был до моей атаки.

Да и существо внутри было не в человеческой оболочке, а обычным чёрным облаком, которые и захватывали этот мир. Такое вот, смертельное облачко, мать его.

Но больше всего меня удивило то, что существо не могло выбраться из этой капсулы, походу я её хорошо так повредил. Может взять его с собой и передать учёным для экспериментов? Риск велик. Ведь если выберется, то нам хана.

— Может, среди вас, собратья есть кто-то, умеющий преобразовывать металлы? — без особой надежды спросил я.

И удивился, когда вперёд вышли двое мужчин. Лет за тридцать. Близнецы. Отличались тем, что у одного над бровью красовалась полоска старого шрама.

— Адмар и Келар, — представил мужчин, внезапно появившийся за моей спиной Октер.

Блин, да я его не спрашивал! Чего лезет?

— Они немые, — тихо добавил он.

— Понял, — ответил я Октеру и обратился к мужчинам. — Вы можете извлечь из почвы достаточно металла, чтобы его хватило покрыть эту капсулу слоем в несколько миллиметров? А лучше сантиметр.

Мужчины удивлённо переглянулись. Я их прекрасно понимал: ну какой металл среди этой бесконечной пустыни? Идея изначально была безнадёжна.

Но внезапно Октер огласил мысли одного из мужчин:

— Могут. Но им потребуется много времени.

— Сколько? — тут же спросил я.

— До утра справятся, если не спать. Но они всё равно просят пару часов для отдыха, иначе не смогут стоять на черве.

Вместо ответа я подошёл к мужчинам и протянул им руки.

— Дайте каждый свою ладонь. Я дам вам столько сил, что вы забудете об усталости.

В красных глазах читался азарт, смешанный со страхом. Они не знали, чего от меня ожидать. Но, я был их новым старейшиной, так что мужчины выполнили мою просьбу.

Мало кто умел напитывать своё тело радиацией, как это делал я. Большинство мутантов впитывали её естественным образом. Поэтому у меня было значительное преимущество, ведь я мог направлять радиоактивные частицы, как угодно.

Мужчины накрыли ладонями мои руки. Их кожа была жёсткой, словно они сами состояли из металла, которым повелевают.

Я прикрыл глаза и принялся передавать им радиацию. Постепенно, но много. Я не жалел для такого дела. Но через плотную кожу она проходила плохо. Тогда я попросил:

— Верните своим рукам человеческую кожу.

И всего через миг их руки смягчились. И процесс пошёл быстрее.

За каких-то пять минут я избавился больше, чем от половины энергетических запасов собственного организма. Но это меня не волновало.

Когда я опустил свои руки, то спросил:

— Что чувствуете?

Ответил, как обычно, Октер:

— Они чувствуют силу. Это, как жар по венам. Адмар и Келар передают тебе свою благодарность, старейшина. С твоей помощью они постараются выполнить работу быстрее.

Я кивнул мужчинам в знак благодарности.

— Только будьте осторожны. Начните со стыков, где металл переходит в прозрачный материал. Если вдруг существо вырвется… — я задумался, ведь ребята не смогут кричать. — Я приставлю к вам дежурных для охраны. Вы всегда сможете подать им знак, и меня позовут.

Близнецы кивнули и подошли к капсуле. Принялись осматривать. А когда один из них постучал пальцем по прозрачной поверхности, так напоминающей стекло, я аж вздрогнул.

Слишком уж опасное предприятие я затеял.

— Возвращайтесь на стоянку! — крикнул я остальным мутантам. — Опасности здесь больше нет, так что остаёмся до утра. Дежурим по очереди по два часа. Минимум десять мутантов должны следить за периметром. Сами решайте, кто первый.

Я плохо знал этих мутантов. Точнее, почти не знал. Но был уверен, что племенные старейшины без особых проблем назначат часовых. Опять же, если что спросят.

Но ко мне никто не подошёл в первый час, пока я наблюдал, как тонкая полоска металла ложится на стыки капсулы. Металл поднимался из-под земли мелкими крохами. Это была очень сложная и кропотливая работа, но после увиденного я уверился, что близнецы справятся.

Спать не хотелось. С тех пор как я оказался в этом времени чувство преследующей опасности не покидало меня. А сейчас оно было в несколько раз сильнее.

Я вернулся к озеру и нашёл свои ботинки. Но, прежде чем одеть их, опустил ноги в воду. Всего до щиколоток. Я успел одеться, так что вода едва касалась края моих свободных штанов.

Озеро стало более блёклым, но всё равно метеоритные осколки окрашивали воду в приятный сияющий оттенок.

Шестое чувство прекрасно ощущало энергию, скрытую на дне этого озера. И вода прекрасно проводила её. Это был отличный повод восполнить свои запасы.

Я стоял долго, потерявшись во времени. Напитался энергией настолько, что у меня закружилась голова.

— Может, хватит? — внезапно позади раздался голос Октера.

— Давно тут стоишь? — спросил я у него, не оборачиваясь, но всё же открыл глаза.

В самом деле хватит. Не стоит жадничать, иначе могут быть последствия. А мне не хотелось утром проснуться с третьим глазом во лбу или ещё чем-то подобным.

— Я бы на твоём месте опасался сойти с ума, — прокомментировал парень мои мысли. — Минут пять стою.

— Зачем пришёл?

— Предупредить тебя хотел.

— Ну?

— Мутанты из водного племени не ложатся спать, ждут обряда по Лейле. Это та девушка, которая отправилась с тобой в озеро.

— Я не смог её спасти, — с сожалением сказал я. — Вода мне не подвластна.

— А тебя никто не осуждает. Наоборот, ты в который раз нас всех спас. Если бы не твоя бомба, то неизвестно сколько бы нас спаслось. Но мутанты ждут обряда.

— Поможешь? Я понятия не имею, как вы хороните тех, у кого нет тел.

— Оно есть. Старейшина водников уже достал.

Вот тут я обернулся и посмотрел на него вытаращенными глазами.

— А раньше сказать не мог?

— Не хотел отвлекать. Понимаю, что всех бесит, когда я мешаю. А ты вроде важным делом занимался. У старейшины должно быть полно сил. Ведь ты самый сильный из нас.

— С чего бы? — угрюмо спросил я.

— С того, что ты управляешь радиацией, а мы черпаем силу из неё.

С этим и не поспоришь.

— Угу, — снова Октер ответил на мои мысли.

А я начинаю к этому привыкать. Парень услышал и расцвёл в улыбке. Видимо, я единственный, кому он решился так отвечать. Но оно и к лучшему. Я ценю помощь и честность.

Мутанты водного племени соорудили плот из кожи червя, и я даже не хотел знать с которого из наших монстров они её сняли. Подозревал, что ответ мне не понравится.

Октер передал всем присутствующим мысленный призыв, чтобы желающие могли проститься с Лейлой.

На берегу озера собралось больше ста человек. Мутанты водного племени опустили плот с телом Лейлы на воду. И лёгкая волна отнесла её подальше от берега.

Старейшина водного племени прочитал молитву. Слова мне были не понятны, но в них угадывались христианские мотивы.

Потом я выразил свои соболезнования племени, как советовал Октер. И совершенно не ожидал, что по окончании моей речи, из воды вынырнет голова червя. Он в один прыжок заглотил тело усопшей и снова скрылся в толще воды.

Все стали расходиться. А я так и стоял поражённый. До тех пор, пока Октер не позвал спать. Ведь оставалось всего три часа до рассвета, а мне ещё вести мутантов за собой.

Остаток пути до Новокаменска прошёл почти без происшествий. Инопланетная тварь так и сидела в металлической капсуле, которую привязали к моему Червю, чему он был сильно недоволен.

Несмотря на прочную клетку, это существо умудрялось внушать страх всем червям в радиусе километра, поэтому мне приходилось ехать сильно впереди основной группы и большую часть сил тратить на управление своим монстром.

В последний день пути возникли проблемы с продовольствием. Не так-то просто в сплошной радиоактивной пустыне найти еду больше чем для двухсот человек. Да и водоёмы по пути закончились.

В итоге нам удалось порыбачить лишь вблизи Новокаменска, расположенного на берегу реку. В сам город мы заходить не стали, как приличные мутанты. Ни к чему пугать народ таким количеством красноглазых мутантов.

Но группу из двухсот пятидесяти трёх мутантов, точное количество моих собратьев показала перекличка Октера, невозможно спрятать. Тем более, здесь, где не было лесов, а по берегу реки раскинулась лишь скудная растительность.

Я жадно ел жареную на костре рыбу. Даже без приправ после дня голодухи она показалась мне настоящим кулинарным шедевром. То же самое сейчас чувствовал каждый из нас.

Причмокнув, я откусил кусок рыбы, очищенной от чешуи. Дымок от костра добавлял своеобразного блаженства. Но оно продлилось недолго. Я и не заметил, как ко мне подошёл один из часовых.

— Старейшина, там вас спрашивают, — сказал мне дородный мужчина со смуглой, почти чёрной кожей.

— Кто спрашивает? — спросил я с набитым ртом.

— Новокаменские. Просили главного позвать для разговора.

Я посмотрел на мужчину. Судя по его спокойному лицу и интонации, городские не были нацелены враждебно. Да я бы тоже на их месте поспешил узнать, что за лагерь возле моего города развернулся.

Но рыба была такая вкусная, что я не хотел уходить. Успел съесть только одну, и это лишь раззадорило чувство голода.

— Зови их сюда, — приказал я.

— А если не пойдут? Мне показалось, что они нас боятся. Уж больно странно нам в глаза смотрели.

— Ну, если не пойдут, то это их проблемы, — ответил я и снова вцепился зубами в жирное мясо рыбы, название которой тут ещё не придумали.

Точнее, звери и рыбы мутировали чаще, чем им успевали придумать эти самые названия.

Часовой кивнул и ушёл передавать ответ.

И видимо, мужчина был убедительным, потому что уже через десять минут вернулся в сопровождении пятёрки мутантов.

— Присаживайтесь, — предложил я мужчинам сесть возле костра на брёвнах, которые мы предусмотрительно положили для такого дела.

Пятеро мутантов были одеты в армейский камуфляж, но оружия я при них не заметил. Да и зачем оно мутантам? Мы сами, как оружие.

— Рыбку будете? — сразу предложил я.

— Не откажемся, — ответил самый старший на вид, мужичок лет под пятьдесят. — Меня Беркутом звать, а тебя.

— Мор, — представился я.

Беркут представил своих спутников, которые, судя по всему, были его охранниками.

Я сделал вид, что не заметил, как мужчина засунул руку под куртку. Ожидал чего угодно, но только не бутылку водки.

— За знакомство? — спросил Беркут, демонстрируя бутылку.

— А давай!

У Беркута даже походные стаканчики нашлись. Мы выпили по две стопки, закусили рыбой.

— Соли не хватает, — посетовал мужчина.

— Ну дык, где её взять? — рассмеялся я.

— Тоже верно. Ты, Мор, расскажи, какими судьбами к нам. Надолго ли?

— Не. Завтра утром уедем. Но, может, ещё свидимся с собой на обратном пути, уж больно хорошее место для стоянки.

— Хорошее то да, только люди мои боятся нос за ворота высовывать.

— Так, пусть посидят до утра, ничего с ними не случится, — усмехнулся я.

По Беркуту было видно, что он совсем не хочет со мной спорить. Ведь легенды об одиночках всякие ходят, а тут по его мнению, целая толпа у него под боком.

— Тебе поди интересно кто мы такие и куда путь держим? — спросил я, чтобы сразу расставить все точки над и.

— Ещё бы, — задорно ответил Беркут и налил в мой стакан ещё водки.

Благодаря растёкшийся по венам силе, я почти не пьянел. Но Беркут-то этого не знал, и видимо, таким образом хотел разговорить меня.

— Так вот, слушай, — начал я и опрокинул в себя стопку. — Беда идёт на наш мир.

И я рассказал всё в подробностях. На это ушёл целый час, за который мы опустошили половину литровой бутылки.

Беркут внимательно слушал и про вольные племена, и про метеориты, и про инопланетных захватчиков. А чего скрывать? Он глава своего города, так пусть будет готов к неприятному сюрпризу.

— М-да, — выдал он в конце и заполнил свой стакан до краёв. — А я-то думал, что немного осталось до возрождения цивилизации. Даже бензиновый заводик восстановил.

— Ты лучше убежище подготовь. Лишним не будет.

— Да, есть у нас, там от диких пчёл прячемся. Надо будет его укомплектовать хорошенько.

— Угу, — буркнул я и опрокинул очередной стакан водки.

Походу, у моего собеседника была такая же восприимчивость к алкоголю. Иначе как объяснить, что его выражение лица совершенно не менялось? Да и характерного блеска в глазах не наблюдалось.

— Слушай, а у тебя, случайно, связей в соседних бункерах нет? — как бы невзначай спросил я.

— Как нету, если есть, — усмехнулся Беркут. — Чай рядом находимся. Давно уже мировую подписали. Стараемся, так сказать, помогать друг другу по мере возможностей.

— Вон оно как, — деланно протянул я. — А свести сможешь?

— Свести навряд ли, уж больно бункерские пугливый народ. Но сообщение передать могу. Так, глядишь, у них будет время осознать, что им от вас не отделаться.

— А засаду не устроят?

— А хрен их знает, — отмахнулся Беркут. — Но в любом случае лучше так, чем ты со своей армией мутантов явишься к их стенам. Они же тогда там всё пересрутся, и даже говорить не станут.

— Тоже верно.

Я задумался: как лучше поступить? С одной стороны, не питал надежду, что мне сразу поверят и пойдут на переговоры, а с другой, как бы самим не стать жертвами.

— Давай сделаем так, — предложил я, — ты им весточку по рации отправишь, а утром сообщишь ответ, если будет. Мы в любом случае задерживаться у твоих стен не планируем. Да и что хочешь взамен?

А вот после этого вопроса глаза у Беркута заблестели. Интересно, он вообще понимал, что у вольных племён нет ничего ценного, кроме червей? Так что мы могли расплатиться разве что услугой.

Видимо, понимал, потому что об этом он и попросил:

— Замётано! Ты мне сообщение на листочке черкани, если длинное. А малым, думаю, не отделаешься. А по плате. Хм-м. У нас тут в реке рыбина громадная завелась. Три дня назад одного рыбака сожрала. Может, вы её сможете, того?

— Хах, да без проблем, — обрадовался я. — Тебе как приготовить?

— Не-не, жрать её не будем, уж больно страшная. Так что себе оставляйте.

— Договорились, — кивнул я и протянул Беркуту руку.

Рукопожатие было крепким. Да и в целом мужик произвёл на меня хорошее впечатление. Сразу видно, что в первую очередь Беркут думал не о себе, а о своих людях.

С речным монстром мы разобрались этой же ночью. Старейшина водного племени приманил его к берегу. И как только четырёхметровый монстр с головой щуки высунул голову из воды, я опустился к нему. И всего за пять минут выкачал из него всю радиацию, какую только успело скопить это громадное тело.

В общем, ничего сложного. С приятным чувством выполненного обещания я отправился спать.

Только вот утро уже не было таким добрым. Меня разбудил Октер, причём одной силой мысли. Он внушил мне, что ожидают важные новости, и я выскочил из спальника, как ошпаренный.

— Что случилось? — тут же спросил я.

— Там ответ от Беркута пришёл.

И он протянул мне листок бумаги, на котором было написано всего одно предложение: «Не суйтесь к нам, иначе найдёте здесь смерть».

— Как красноязычно. Чёрт!

Глава 6

Переговоры

Я собрал всех своих собратьев и зачитал им ответ бункерских, владеющих заводом фериума. А после добавил:

— Этих людей не волнует наступающая угроза! Либо они нам не верят либо надеются пересидеть в своём бункере. Нам пригрозили смертью, но это смешно. Мы — самые сильные из мутантов! Так что, собратья, собирайтесь в дорогу. Мы добьёмся своего!

Меня поддержали кивками и возгласами. Это было приятно. Я почувствовал себя предводителем маленького войска. Хотя оно ведь так и было.

И никакая угроза не могла заставить меня отказаться от столь важной цели. Да ни один здравый человек не будет ставить себя выше целой планеты.

Поэтому мы позавтракали рыбой, которая начинала мне надоедать, а затем выдвинулись в путь. И через каких-то полтора часа уже остановились у ворот бункера, где по словам Рябого, сидит всё начальство с завода фериума.

Здесь были почти такие же мощные стены, какими был окружён центральный исследовательский бункер, куда мне ещё предстоит прорываться сквозь засаду инопланетных тварей.

По бокам от ворот находились камеры, и по всему периметру стены на самом верху через каждые три метра турели со встроенным автоматическим оружием.

М-да, здесь явно гостей не любят.

Но попытаться стоило. Не сразу же им осаду устраивать. Поэтому я слез с Червя, стянул с головы платок, открывая лицо. Подошёл к камерам, улыбнулся и помахал.

— Уходите! — раздалось из динамиков, спрятанных где-то в стене.

— Нет. Я не уйду, пока не поговорю с главным.

С наглой улыбкой я поднял голову и посмотрел в камеру.

— Мы не ведём переговоры с мутантами. Уходите, иначе мы будем атаковать, — строго ответил металлический голос из динамика.

— А не боитесь, что мы тоже можем атаковать?

— Нет. В стенах фериум. Вам их не пробить.

— Хах, а зачем их пробивать? У меня тут громадные черви, и им ничего не стоит сделать подкоп. Знаю, знаю. Вы сейчас начнёте говорить, что в бункер ваш мы всё равно не попадаем. А нам туда и не надо. Нам бы пленного инопланетянина вашим ученым отдать и придумать, как его прикончить.

— Наши учёные не работают с мутантами и не станут вам помогать.

— Ну, тогда бы будем маячить у вас перед глазами, пока не настанет новый судный день.

— Вы провоцируете нас на агрессию.

— Нет. Мы хотим, чтобы человечество выжило. А вы за своими убеждениями не хотите видеть этой правды.

— Если вы не уйдёте, то через десять минут мы откроем огонь.

И ближайшие пушки демонстративно сдвинулись в мою сторону. Четыре крупнокалиберных пулемёта смотрело прямо на меня. А я лишь усмехнулся.

Я же не дурак, идти на переговоры с такими людьми без защиты. Так что всё время, что я стоял возле стены, строил ещё один барьер. Он, как вторая стена, отделял нас от территории бункера на протяжении пятисот метров.

— А вы уверены, что хотите сражаться с самыми сильными мутантами на этом континенте? — спросил я, смотря прямо в камеру.

— У вас осталось девять минут, чтобы уйти.

— Серьёзно? Вот вы настолько принципиальные?

На этот выпад мне уже не ответили. Подождал с минуту и пошёл обратно к своим.

Отдал приказ разбивать лагерь и быть готовыми к предстоящему светошоу.

Люди сдержали своё обещание. Прогремели выстрелы. Но все пули тут же взрывались о барьер, выстроенный мной в полуметре от стены. Так что шоу длилось всего пару минут. Этого хватило, чтобы бункерские увидели подвох, а воздух наполнился запахом пороха.

Я надеялся, что голос из динамика снова начнёт нас прогонять, и тогда появится возможность договориться.

Но видимо, осознание, что мы никуда не уйдём, никак не повлияло на решение бункерских. Что же за идиоты там сидят? Либо они до фанатизма принципиальные, либо до одури нас боятся.

— Расступитесь! — крикнул я мутантам.

И они освободили полосу шириной в три метра.

Я отдал Червю ментальный приказ, и он помчался ко мне через открытый проход.

Надеюсь, что бункерские видели из камер, как вздымается земля над телом моего гиганта.

Червь не успел до меня добраться, как получил новый приказ и нырнул под землю.

Я внимательно следил за его ментальным состоянием, ведь неизвестно как фериум в стенах подействует на него. Надеялся, что масса Червя всё-таки сыграет роль, и он сможет организовать нам подкоп и укрепить его стены.

Мне то и дело приходилось успокаивать монстра, давя на его разум своей волей.

И за два часа это возымело успех. Учитывая, что в обычных условиях Червю нужно не больше 15 минут, чтобы укрепить пятиметровый проход.

Когда гигант закончил с подкопом, я отпустил его. Пусть ползает себе в округе вместе с остальными червями. Им же тоже нужно добывать пропитание, а без бесконечного движения в почве это невозможно.

— Ну что, есть желающие составить компанию на разведку? — громко спросил я.

— Я пойду! — вызвался Октер.

— Отлично, пока достаточно тебя одного. Заодно сможешь передавать команды остальным.

Я полез в проход. В нос ударил ядрёный кислый запах, к которому невозможно привыкнуть.

И уже через две минуты я вылез на другой стороне забора, радуясь, что в этот раз не пришлось сооружать километровый тоннель.

Мы вышли на большую асфальтированную площадку. Посреди которой стояло трёхэтажное здание. Видимо, это оборонительный пункт, учитывая количество мелких окошек.

За зданием виднелась парковка с десятками УАЗов, но и там не было людей. Все спрятались в бункере.

— Слышишь их мысли? — спросил я у Октера.

— Не-а, — ответил парень и покачал головой. — Думаю, это из-за фериума в стенах.

— Может их взорвать? — с усмешкой спросил я.

— Ну взорвёшь, войдёшь, а дальше, что будешь без сил делать? К тому же у бункерских полно оружия.

— Взорвать и выманить наружу, — рассуждал я вслух.

— Не, они просто перекроют повреждённое помещение и будут дальше сидеть за герметичной дверью.

Я злобно фыркнул. Ну должна же найтись хоть какая-то управа на этих людишек!

— У меня есть предложение, — подал голос Октер.

— Излагай.

— Если ты усилишь меня, то я смогу попробовать дотянуться до голов тех, кто находится наверху. Буду внушать мысли и создавать кошмары во снах.

— И что мы получим? Горстку чокнутых людишек?

— Именно! Они то и откроют нам двери.

— Сам же говорил, что бункерские могут перекрыть проходы. Что тогда помешает тем, кто засел внизу, отделиться от этого здания?

— Хм, ничего.

— А может, ты попробуешь залезть в голову главного?

— Навряд ли выйдет, ты только представь, столько стен с фериумом нас от него отделяет.

— Скорее всего, фериум лишь во внешних стенах. Сам рассуди, зачем им ещё и внутри его закладывать? Это бестолковый перерасход материала.

— Но главный может быть и параноиком. Мы не узнаем наверняка пока…

Я перебил его.

— Пока не попробуем.

— Да. Но мне понадобится очень много энергии.

— А вот с этим проблем нет, — улыбнулся я и стянул с плеч рюкзак.

Октер внимательно наблюдал за моими действиями.

Но не успел я достать то, за чем тянулся, как из здания в нас выстрелили очереди.

Но, конечно, все пули разбились о нашу личную защиту. Вокруг меня и Октера было такое поле, что его разве что выстрел из танка разобьёт. И то я быстро смогу соорудить новое.

Взрывы утихли, но воздух после них стал горячее. Жаль, что ненадолго, а то погода была отнюдь не летняя.

Я достал из рюкзака свёрток ткани.

— Это то, о чём я думаю? — восхищённо спросил Октер.

— Я не умею читать твои мысли, — усмехнулся я и развернул ткань.

В моей руке оказался осколок метеорита. Небольшой. Размером с треть от моей ладони.

Но, яркий. Выбирал по принципу, который когда-то озвучила Ведьма для учёных. Так что силы в этом осколке было достаточно.

— Ну что, давай разведём тут костёр и приступим. Позлим бункерских своим присутствием, — нагло предложил я.

— А ты рисковый, — сказал Октер.

— Ну, в этом мире иначе никак.

Мы развели костёр прямо на асфальте. Использовали для этого сухие ветки, что мутанты набрали у Новокаменска.

Сели друг напротив друга, рядом с костром.

В правом кулаке я сжимал осколок метеорита, поглощая его энергию. А левой ладонью накрыл руку Октера, передавая всю получаемую силу ему.

Я прикрыл глаза и уже не замечал, как мимо пролетали минуты. А затем и часы.

Блаженную пустоту разума нарушали лишь редкие выстрелы, бункерские не сдавались в попытках до нас добраться. И не подозревали, что мы делаем то же самое.

Разгоняемая по венам радиация спасала тело от затекания, наполняла его живой силой, и тут же ускользала из моих рук. И так по кругу.

Я и не заметил, как наступила глубокая ночь.

— Вроде вышло, — устало сказал Октер.

И я убрал свою руку. Встал и вытянулся, разминая тело.

— Вроде? — переспросил я.

— Мне удалось оставить внушение одному человеку. Но я не уверен, что это тот, кто нам нужен.

— Хм, ну тогда подождём и завтра продолжим, если подвижек не будет. Осколка ещё раза на два хватит.

На том и договорились.

Эффекта мы не добились ни на второй день, ни на третий.

Так что наши посиделки у бункера превратились в полноценную осаду, где добрая половина мутантов уходила для добывания пищи. В основном ездили на червях рыбачить, точнее — приниманивать рыбу своими силами, но пару раз нам попадались и мутировавшие олени. Я уже сотню раз пожалел, что никто не взял с собой хотя бы соли.

На четвёртый день осады мы с Октером продолжили мысленные натиски на бункерских, правда теперь приходилось черпать энергию из окружающей среды, а это было в разы трудозатратнее. Я быстро уставал, но и не думал сдаваться.

Снова под вечер мы сидели у костра, правда, на этот раз в нашем лагере перед воротами бункера. Как вдруг из динамиков раздался голос:

— Мы желаем поговорить.

Я тут же вскочил и подошёл к воротам. Поглядел в камеру и сказал:

— Так говорите, мы вам не мешаем.

— Что вы сделали с моей семьёй? — этот голос прозвучал грубее, чем предыдущий.

— О, так вы тут главный! Наконец-то!

— Да, этот бункер находится в моём ведении.

— И завод фериума тоже?

— Вы не ответили на мой вопрос. Что вы сделали в моей семьёй?

— Давай, может, на ты перейдём? Так сказать, наладим доверие.

— Я не доверяю мутантам.

— О, какие мы принципиальные, — усмехнулся я. — Можешь мне не верить, это не обязательно. Поверь цифрам. Посчитай, через сколько все твои люди сойдут с ума?

— Ты слишком дерзок для того, кто ведёт переговоры.

— Я веду себя так, как хочу. И, надеюсь, ты понимаешь, что все наши действия — это вынужденная мера. Не пройдёт и года, как от человечества ничего не останется. Вы в бункерах может и проживёте на пару лет дольше, пока такие же существа, что я вам привёз не найдут способ забраться к внутрь.

— Правильно я понимаю, что нас хотят захватить некие новые мутанты? И чтобы мы приняли в бункер одного из них, вы решили свести с ума мою семью?

Вот же умело вывернул вопрос. Так-то оно так, но при этом не совсем так. У меня ушло полминуты, чтобы внятно сформулировать ответ:

— Я привёз вам пленника. Он находится в ловушке, из которой не может выбраться. Так что если у ваших научников имеется голова на плечах, то для вас он не представляет никакой угрозы. И главное. Никто не знает, как его убить. Но, ваши учёные могут это выяснить. Вот ради этого я свожу с ума твоих людей. Они же рассказали, какие последствия твоего решения видели в кошмарах?

— Нужно быть глупцом, чтобы верить снам.

— Не мне тебе объяснять, что мозг работает круче, чем суперкомпьютер. И сон — всего лишь модель варианта. И от твоего решения зависит воплотится этот кошмар в жизнь или нет.

Теперь уже собеседник завис с ответом на целую минуту.

— Если я разрешу учёным из соседнего бункера провести опыты с твоим пленником, ты вернёшь разум моей семье?

— Если ты прикажешь им не только провести опыты, но изготовить оружие против подобных тварей. Мне хватит одного рабочего экземпляра. И больше ты о нас не услышишь.

Мне очень не нравилось, как рассуждает глава этого бункера. Он думал о себе и своей семье. И в принципе всё логично, для любого человека дорогие люди будут стоять на первом месте.

Но я в корне не понимал, почему он ставит свои интересы выше всего человечества. Как по мне, такое возможно лишь из недоверия. Поэтому я прямо спросил:

— Ты мне не веришь?

— Нет, — тут же раздался ответ из динамика.

— Как мне это изменить?

— Никак.

— А вот тут я бы поспорил, — усмехнулся я. — Возле твоего бункера собрались самые сильные мутанты. И мы собрались не просто, чтобы тебя позлить и избавиться от пленника. Надвигается беда, и каждый должен быть к ней готов. Ты же защитишь семью и от инопланетных захватчиков?

— Что будет со мной дальше, уже не твоё дело.

Вот он упёрся, как баран. Я вообще не уверен, что на таких людей можно повлиять. В прошлой жизни мне удавливалось спокойно оставлять этих баранов со своими убеждениями и больше не поднимать столь каверзную тему.

А тут от банальной неприязни к мутантам могло пострадать много людей.

И я бы и дальше спорил, если бы один из старейшин не подошёл ко мне и не сказал на ухо:

— Оставь его, брат. Сколько бы людей здесь ни погибло, это всё не будет иметь смысла, если ты сможешь изменить время. Этой временной линии попусту не будет существовать.

— А если не смогу? — также тихо спросил я.

— Тогда это уже не будет тебя волновать.

После этих слов старик бодро ушёл. А ведь он был прав. Только вот как не думать, что из-за отсутствия упёртости с этим бараном может пострадать не одна сотня человек?

Решение нашлось внезапно.

— Давай сделаем так, — сказал я в сторону динамика. — Ты не обязан мне верить касательного нового судного дня. Но, как смотришь на то, чтобы организовать производство оружия против этих тварей? И сам будешь защищён, если я вдруг окажусь прав, и заработать на этом сможешь.

— Ты пытаешься поделить шкуру неубитого мутанта, — из динамика донёсся смешок.

— Пусть так. А ты разве что-то теряешь?

— Нет, даже наоборот, если твоя идея выгорит.

Голос мужчины из злобного и недоверчивого стал задорным, словно я смог пробудить в нём предпринимательский азарт.

— Тогда по рукам?

— Да! Знаешь, куда ехать?

— Примерно.

Мужчина объяснил мне дорогу и настоятельно попросил выдвигаться сейчас, чтобы мы ему больше глаза не мозолили.

Я, в свою очередь, нашёл Октера, и у него ушло ещё три часа, чтобы забрать обратно все свои внушения. И за это время мне пришлось отдать ему больше половины собственных сил.

Так что выехали мы глубокой ночью. И где-то за два часа добрались до завода-бункера. Обошлось без происшествий. Конечно, такую толпу мутантов все, кроме инопланетян, будут обходить стороной.

Здесь всё было устроено точно также, как на предыдущем месте нашего базирования. Так что я подошёл к воротам и смело помахал в камеру.

— Пусть заходит один мутант с пленником, — послышалось из динамика.

А ещё через миг ворота отъехали в стороны.

— Э, так я его один не дотащу! Там, вообще-то, целая космическая капсула.

Ответ раздался через минуту:

— Тогда пусть ваши мутанты доставят капсулу к главному шлюзу бункера, а затем уйдут.

— Ладно.

Я приказал пятёрке самых сильных мутантов отнести капсулу к широким дверям одноэтажного здания. И они справились за каких-то десять минут.

Сам остался у здания вместе с пленником. А мутанты вернулись за ворота, которые тут же за ними закрылись.

Это меня насторожило. Я опасался идти один, хотя умом понимал, что это всего лишь мера предосторожности.

Но больше меня удивило то, что в стенах не было фериума, хотя я прекрасно ощущал его, как барьер для своей силы, под своими ногами.

Вскоре массивная дверь отъехала в сторону, и меня встретили трое в защитных костюмах. Я помог им погрузить металлическую капсулу на тележку, а затем последовал за ними.

— Я окружил себя полем, которое не пропускает радиацию. Так что вы можете измерить фон вокруг меня и не опасаться, что я причиню вам вред, — предупредил я, когда мы прошли в светлый коридор.

— Мы не можем пустить вас в бункер, — ответил мужской голос, приглушённый противогазом.

— А это разве не его часть? Получается, что я уже в бункере, — усмехнулся я.

— Это зона для экспериментов с радиацией. Вы останетесь здесь.

— На кой мне это надо? — хмыкнул я.

— Для связи с нашими учёными. Я отведу вас в специальную комнату.

Мы дошли до лифта, и бункерские погрузили в него тележку с пенником. Двое остались вместе с ним, чтобы спуститься вниз.

А меня, как и обещано, повели в специальную комнату для переговоров.

— Сюда, — указал бункерский, и перед нами отъехала массивная дверь.

Он жестом указал мне входить. Ну, я пожал плечами, и как доверчивый дурачок, зашёл.

И покрыл самого себя благим матом, когда дверь за моей спиной тут же закрылась. А с моей стороны не оказалось ни ручки, ни панели для её открытия.

Я оказался в небольшой комнате, напоминающей больничную палату. На меня тотчас накатила слабость, колени подкосились.

Еле добрался до кровати и прилёг.

Шестое чувство больше не работало. Ведь я оказался под толщей стен, внутри которых пульсировал фериум. А для мутантов это смерти подобно.

Глава 7

Смертник

Я чувствовал, как силы стремительно покидают моё бренное тело. Как я снова становлюсь человеком.

И это было до боли ужасно. Каждый миллиметр кожи горел, отдавая родимую радиацию. Со лба струями стекал пот, а я не мог даже руку поднять, чтобы смахнуть его.

Казалось, что смерть уже очень близко. И с каждой попыткой наполнить лёгкие воздухом, старуха с косой, с ликованием приближалась.

Надо же было так глупо попасться! Теперь я и сам пленник, который чудом сохранил ясность мыслей.

Но что-то подсказывало, что это ненадолго.

Я много раз отключался. Совершенно потерялся во времени. Ведь в этой клетке всегда было раздражающе светло. Разбить бы потолочные лампы, да вечно не хватало сил даже на то, чтобы встать.

Довольно скоро во мне не осталось ни радиации, ни сил. Ушла и боль, оставив лишь зуд на всём теле. И я был готов кромсать кожу до крови, лишь бы от него избавиться. Но каждый раз вырубался раньше, чем успевал нанести себе хоть какой-то вред.

Если ад существует, то я определённо его нашёл. Пару месяцев назад я с гордостью называл себя человеком в другом времени, а сейчас отдал бы всё, чтобы снова ощутить себя сильным мутантом.

Как-то очнувшись, я обнаружил над собой нависшую голову в противогазе. Из-за стёкол на меня смотрели такие невинные карие глаза.

У меня брали кровь. Вот такая подопытная крыса получилась из самого сильного мутанта на континенте. А всё моя доверчивость и этот чёртов фериум! Но я не мог не попробовать договориться без жертв. Просто потому что даже у такого чудовища, как я, есть свои принципы.

— Зачем? — только и смог просипеть я потрескавшимися губами.

— Я выполняю приказ, — ответила женщина.

— Чей?

— Мне запрещено с вами разговаривать.

— А ты уже начала.

Мне не хватило сил на усмешку, уголок рта лишь дрогнул.

— Передай своим начальникам, что скоро за вами придут, — просипел я. — За всеми.

Кажется, в карих глазах, что прятались за стёклами противогаза, блеснул страх.

— Да, это вам с рук не сойдёт, — процедил я и снова отключился.

В этот раз я видел сон. Впервые с момента моего заточения.

Перед глазами возникла Лавина. И её белоснежные волосы сияли под лучами яркого солнца.

Образ был размытым, но чувство радости во мне вызвал самое настоящее. И оно мгновенно улетучилось, когда моя девушка заговорила голосом знакомого парня:

— Мор? Ну, наконец-то. Что с тобой сделали?

Пришлось рассказать Октеру историю моего глупого пленения и его последствия.

— Да уж, — выдал он в ответ. — Как нам тебя вытащить?

— Не знаю. А сколько вообще времени прошло?

— Четыре дня. Три из которых я потратил на то, чтобы связаться с тобой.

— Пиздец.

У меня больше не было слов. Четыре дня провалялся в беспамятстве, пока фериум вытягивал из меня радиацию. А я, как и любой другой мутант, не могу жить без этого излучения. Так что сейчас самый важный вопрос: сколько мне осталось?

— Мы думаем идти на штурм, — продолжил Октер.

Я старался не смотреть на Лавину, хоть она и была всего лишь наваждением. Но девушка с голосом парня вызвала у меня жуткий когнитивный диссонанс.

— Пару бомб бы сюда, — посетовал я, теряя нить разговора.

— Мор! Вернись в реальность! Мы скоро тебя вытащим.

— Хах. Интересно, как? Или ты прятал от меня ещё одного умельца, способного взрывать стены?

— Нет. Но в Новокаменске есть взрывчатка. Я договорился с Беркутом.

— Договорился или не оставил ему выбора?

— Второе.

Бля, зря я с ним отношения налаживал. Теперь всё коту под хвост.

— Мор, взрывчатка будет готова завтра. Ты меня слышишь? — продолжил парень

— Слышу, слышу.

— У меня возникла одна идея. Готов слушать?

— Да, — ответил я, стараясь сосредоточиться на голосе Октера.

— Фериум вытягивает радиацию. Тем самым он действует, как магнит. И вопреки расхожему мнению, он не уничтожает частицы, а накапливает их. Причём делает это очень быстро.

— И что ты предлагаешь?

— Твоя сила работает по схожему принципу. Ты можешь попытаться пересилить влияние этого металла.

Я рассмеялся. Звучит не реально. Дазже более нереально, чем перемещение во времени.

— Ты меня переоцениваешь, — хмыкнул я.

— Нисколько. Ты сам говорил, что с каждым разом открываешь новые грани своей силы.

— Ага.

— У меня не осталось сил, чтобы поддерживать связь. В общем, ожидай взрыва. И держись.

Только он закончил фразу, как я проснулся. Голова гудела, точно после лютой попойки. Кожа зудела так сильно, что хотелось содрать её с себя заживо.

Я нашёл в себе силы присесть на кровать. Посмотрел на исхудалые руки, липкие от холодного пота. На коже выступали редкие тёмные пятна. Похоже, мне недолго осталось.

Не такой судьбы я желал. Ох, не такой.

Я сидел, судорожно вспоминая свой сон. Меня трясло и знобило, но я всё равно выстраивал в голове нехитрый план.

Через пять минут дверь отворилась, и вошла знакомая мне женщина в химзащите. Я взглянул на неё исподлобья, не скрывая бушующей злобы, и она попятилась обратно к двери.

Не знаю, откуда я взял силы, чтобы вскочить и ринуться к ней. Женщина выронила поднос со шприцами, и я прижал её к стене.

— Я всего лишь лаборант, — дрожащим голосом сказала она.

— А мне плевать, — усмехнулся я и стянул с неё противогаз.

Давно я не видел столько ужаса на женском лице.

— Как выбраться отсюда? Говори! — прокричал я ей в лицо.

Она заплакала. По щекам покатились горячие слёзы.

— Чего ревёшь, дура? Здесь нет радиации.

После этих слов она наконец-то осмысленно взглянула на меня. И я повторил свой вопрос, чётко выговаривая каждое слово:

— Как отсюда выбраться?

— Никак. Дверь открывается только снаружи, — наконец-то ответила она.

— Здесь есть прослушка?

— Да, — всхлипнула она.

Я одним рывком поднял с пола увесистый шприц и приставил иглу к горлу женщины.

— Если хотите увидеть её живой, открывайте! — выкрикнул я в пустоту комнаты.

— Они не откроют, — шёпотом сказала девушка.

— Неужели ты им совсем не нужна?

— Я всего лишь лаборант, — ответила она и снова расплакалась.

Тогда я рывком бросил её на кровать и приказал:

— Сиди и не рыпайся. Иначе будешь умирать долго и мучительно.

Женщина судорожно закивала.

Я подошёл к двери. Приложил руки к металлической поверхности. Шестое чувство молчало, не в силах преодолеть барьер из фериума.

Но я чувствовал кончиками пальцев, как вся моя сила пульсирует там, в стене. Как фериум забрал и облачил в плёнку из своих молекул каждую радиоактивную частичку.

Попытался приманить самые мелкие из них. Это было тяжело и долго. Очень долго. Но я не сдавался.

И вскоре процесс пошёл быстрее.

Облачённые в плёнку из атомов фериума частицы приманивались к кончикам моих пальцев. Касались кожи, и оболочка лопалась. Так, очень медленно сила возвращалась ко мне.

Но удержать её оказалось в разы сложнее, чем возвращать. Фериум, как гигантский магнит, так и норовил забрать обратно свою добычу. А я не давал, задействуя для этого все ресурсы собственного тела.

Я вновь потерялся во времени, возвращая свою силу, что жарким огнём разливалась по кровеносной системе, снабжая все органы. И так бы и дальше стоял у стены, если бы внезапно шею не пронзила острая боль.

Отшатнулся от стены и вскрикнул. Оказалось, что моя пленница вонзила мне в шею острую иглу. Я рывком вытащил шприц и бросил его на пол.

А женщина забилась в углу, закрывая руками лицо.

— Вот на фига? — рявкнул я, прикладывая руку к ране.

Кровь почти не вытекала. Ничего серьёзного. Будем считать, что мне в кои-то веки повезло.

— Не… не знаю, — в слезах простонала женщина. — Не убивай. Пожалуйста.

— Тогда сиди и не рыпайся! Ещё раз встанешь, я тебе зубами шею перегрызу!

Это подействовало. Женщину так охватил страх, что, казалось, она стала ещё меньше.

— Вот и сиди так, — буркнул я и вернулся к стене.

Пришлось начинать сначала. Это была настоящая война по переманиванию частиц. Первые часы три побеждал фериум, а потом уже и я втянулся.

Всю накопленную силу я направлял руку. Собирал в кулаке частицы и уплотнял. И так до тех пор, пока их не хватило, чтобы создать одну-единственную миниатюрную бомбу.

А вот на защитный купол сил мне не хватило. Пришлось изгаляться.

Я перевернул кровать и поставил её боком в угол комнаты. Велел женщине спрятаться там, и сам встал рядом.

— Ну, была не была, — произнёс я и с размаху бросил в дверь свою бомбу.

Меня откинуло к стене раньше, чем я успел присесть в укрытие. В итоге я в него тупо сполз со стены. Но благо остался в сознании.

В ушах безбожно звенело. А кожу будто подпалили. Хотя, почему будто? Как минимум волосы на руках я сжёг, а за остальное не ручаюсь, зеркала-то нет.

Через пару минут я встал из укрытия и радостно воскликнул. Дверь успешно взорвалась.

Я подошёл к бреши. Из стен, точно жидкий металл, выливался фериум. И в чистом виде было почти невозможно ему противостоять.

Но благо это продлилось недолго. Как только я вышел из комнаты, то ощутил вокруг целое море разлитой радиации. Сделал глубокий вдох. И стал снова накапливать столь родную мне силу.

В коридоре было пусто. Звук сирены оглушал. Да и мигающие красные лампочки над головой жутко раздражали.

Я направился к выходу. Шёл по памяти. И по пути, как и ожидалось, никого не встретил.

Только вот входная дверь оказалась закрыта, а панель управления требовала набрать код доступа. И за слоем металла снова чувствовался фериум.

М-да, а ты ещё наделся на лёгкий побег, Мор.

Я простоял у двери битых пол часа, создавая новую бомбу. Но так и не успел закончить.

Дверь выбило мощным взрывом, и металлическую створку выбросило на меня.

Меня придавило ей, и я не мог просто так сдвинуть громадный кусок двери. Он будто весил килограмм триста.

Но самое хреновое, что из мелких трещин на мою кожу капал фериум. Пара капель упали на лицо. Мне словно раскалённую кочергу к коже приложили. Настолько горячим был этот жидкий металл.

Мне повезло, и через пару минут мои мутанты вошли в помещение и сняли с меня эту проклятую дверь.

Первым делом я отряхнулся от застывших на коже капель фериума. Но они не желали отставать, и мне пришлось отдирать их от себя с кусками плоти.

— Какая мерзость, — прокомментировал встречающий меня Октер. — Но вижу, что ты воспользовался моим советом.

— Ага, — фыркнул я.

— И отлично. Иначе ещё на одну дверь нам бы взрывчатки не хватило.

И только тут до меня дошло, какую хитрую манипуляцию использовал Октер. Он заставил мне помочь ему в моём же собственном освобождении. Умно, больше ничего не сказать.

— Спасибо, — усмехнулся Октер, прочитав мои мысли.

— Не обольщайся. Мы ещё не сделали то, за чем пришли.

Парень, как и пришедшие с ним мутанты, с недоумением посмотрели на меня.

— Нам нужно оружие, — пояснил я. — И без него мы не уйдём отсюда.

— У тебя есть план?

— Пока над ним думаю. Пошлите пока отсюда, хоть накормите меня.

Мы вернулись в лагерь. Прошли через ворота по подземному тоннелю, устроенному червём. Мутантам пришлась, кстати, моя тактика подкопа.

Вовсю царила ночь, в которой виднелись лишь огоньки десятков костров.

Я жадно уплетал рыбины одну за другой и даже не жаловался на отсутствие специй. После пятидневного заключения был голоден, как подземный червь. А они, к слову, не имели чувства насыщения.

— Как ты собрался пробраться в бункер? — спросил у меня один из старейшин. — Там же повсюду фериум. Это чистое самоубийство.

Я прожевал кусок рыбы, жадно запил водой, и только потом ответил:

— Вот об этом мы сейчас и подумаем. Октер, ты же изучил бункер, когда твоё сознание пыталось проникнуть внутрь?

— Да, я искал лазейки.

— И нашёл?

— Да. Фериум наверху. Чем ниже, тем его должно быть меньше. Вернее — точно меньше, но я не измерял, где он заканчивается.

— А надо узнать. Сможешь?

— Да. Только понадобится время.

— У тебя есть время до утра. Дальше будем отталкиваться от полученных данных.

Оставив Октера у костра, я пошёл спать.

Но насладиться грёзами смог лишь пару часов. Взбудораженный Октер разбудил задолго до рассвета.

— Что такое? — сонно спросил я.

— Я кое-что нашёл.

— И это не могло до утра подождать? — буркнул я и зевнул.

— Нет! Ну что, ты готов?

— Готов. Говори уже, — ответил я и присел на спальник.

Если честно, то я не ожидал от новости Октера ничего хорошего, но парень смог меня удивить:

— Прямо под нами расположено подземное озеро. И в нём нет радиации.

— Стесняюсь спросить, как ты об этом узнал? Влез в голову к местным рыбам?

— Нет. Это старейшина водного племени обнаружил, — уже без энтузиазма признался он.

— Ну хорошо, нашли вы озеро. И что с того?

— А то, что вода из него проходит через противорадиационные фильтры и поступает прямо в бункер!

— И что, ты предлагаешь мне всех бункерских отравить?

— Нет же!

— Подожди, — задумчиво произнёс я. — Кажется, у меня есть идея.

— Решил устроить очередной подкоп? — насмешливо спросил Октер.

— Да, и не один. Ты хотел то же самое предложить?

— Ну, почти. Я хотел предложить направить вниз червя, чтобы он сломал бункерским фильтр. Или чтоб вообще сделал проход до какой-нибудь соседней пещеры, и вся вода бы ушла туда.

— Ну, так мы их только подыхать оставим. А мертвецы оружия не сделают.

На это Октер лишь пожал плечами. А потом спросил:

— Так что ты придумал? Можешь внятно объяснить?

— Эх, нет в твоих речах уважения к старейшине, — усмехнулся я.

— Это новая должность, — хмыкнул он. — Так что пока не утвердишь регламент общения, буду говорить что хочу!

— Ого! Да ты откуда таких слов набрался? Парень из вольного племени и регламентами тут рассуждает, — деланно удивился я.

— Люди думают о всяком, — ответил он. — Так, может, уже к плану перейдём?

— Ну ядолжен же был отомстить за столь раннее пробуждение, — хохотнул я и вмиг стал серьёзным. — Придётся задействовать всех червей.

— Да ты полноценный штурм решил устроить?

— Именно! И в нём будут участвовать все. Для начала позови-ка мне наших мастеров по металлу.

— В твоих мыслях всё выглядит просто и красочно. Но будет ли так на самом деле?

— А фиг пока знает. Вообще, иди исполнять приказ. Не порть мои фантазии, — отмахнулся я от парня, и он убежал вглубь лагеря.

А я прилёг на спальник, но больше уснуть не смог. Все мысли были заняты продумыванием предстоящей спецоперации.

Глава 8

Штурм

Сделать за день пятьдесят подкопов и скрыть их от врага? Да легко, обращайтесь к Мору.

Я, конечно, не был гением военной стратегии, но мне хватило ума приказать своему Червю вырыть яму глубиной в три метра за нашим лагерем, и уже от неё вести остальные подкопы.

Получился целый лабиринт с укреплёнными стенами.

Я разделил мутантов на пятьдесят групп и велел каждой запомнить именно свой проход. И по закону подлости мне достался самый сложный маршрут.

Мы выдвинулись ночью, когда наши враги были наиболее уязвимы. Да и камеры в тёмное время суток работают куда хуже, что давало нам преимущество. Пока там бункерские заметят, что все мутанты из лагеря пропали, мы уже будем у них под носом.

Я первым зашёл в тёмный тоннель и включил фонарик. Один из пяти на весь лагерь, кстати. Поэтому я постарался в каждую из групп выделить либо мутанта, способного создавать свет, а к таким относились только огневики и электрики, либо давал несчастный фонарик.

Большую часть пути я двигался с одной из групп, наш маршрут немного совпадал, а после отдал им свой фонарик и пошёл дальше уже один.

Кромешная темнота меня не пугала. С тех пор как вернулось шестое чувство. Так что в моей голове выстроилась целая картина созданного червями лабиринта, и двести фигур, перемещающихся в нём.

Я двигался вперёд с закрытыми глазами, не боясь на что-то напороться. Слизь червя, с помощью которой он и укреплял стены, фонила радиацией за километр, так что в моём сознании чётко выстроился весь путь до места назначения.

Тоннель уходил глубоко вниз, местами крутыми склонами.

И с каждым метром продвижения вперёд дышать становилось всё тяжелее. Казалось, что воздух состоит сплошь из кислой слизи червя, от вони которой меня знатно подташнивало.

К концу пути я зажимал пальцами нос, лишь бы не чувствовать этой вони.

И вот наконец-то показалась стена бункера. Здесь было достаточно глубоко по мнению бункерских, чтобы не заливать фериум в стены. Так что предо мной был чистый металл.

Я подготовил в руке бомбу, поэтому осталось лишь поставить барьер, чтобы тоннель не разлетелся вместе с целью. Что я и сделал.

И взорвал стену бункера ко всем чертям.

Меня обдало горячим воздухом, купол выдержал взрывную волну.

В стене открылась брешь размером с сам тоннель. От расплавленного металла исходил лёгкий пар.

Я аккуратно перешагнул его. Стена здесь была толщиной всего сантиметров в тридцать, в то время как ближе к поверхности толщина доходила до метра.

Не стал идти напролом, а первым делом нагнал радиации в бункер. Уже по привычной схеме нашёл вентиляционную систему и с помощью шестого чувства загонял туда частицы мощными потоками.

Конечно, разлитый в стенах на верхних уровнях фериум забирал всё, что попадало в его владения. Но мне и не нужно было наверх.

Как показывал мой опыт посещения бункеров, ведущие лаборатории располагались именно внизу.

Радиация распространилась по бункеру. Частиц было немного, да и я старался отгонять их от встроенных в стены счётчиков Гейгера. Но этого хватило, чтобы в голове нарисовалась карта двадцати нижних уровней, где не было фериума.

Этот бункер-завод был поистине огромен, и это с трудом укладывалось в моём сознании.

Нужные помещения нашёл по очертаниям. Нет, чтец мысленной карты из меня был хреновый, чего таить. Но среди километровых коридоров выделялось всего одно пространство. И я узнал в нём клетку с фериумом, в которой недавно сидел и сам.

Туда-то я и направился. Заодно окружил себя защитной оболочкой, чтобы ненароком какой-нибудь датчик не сработал на меня. Стыдно признаться, но о благополучии своих пленителей я думал в последнюю очередь.

Стоило мне пройти всего три метра, как пол под ногами задрожал. А потом ещё раз. Я победно ухмыльнулся. Это мои собратья взрывали стены на соседние уровни. Они-то и должны были отвлечь внимание на себя.

Я пошёл дальше по ярко священному коридору. Первые минуты от столь непривычного света приходилось щуриться, но потом глаза привыкли.

Как я и ожидал, люди на этаже спали. И моя тихая поступь за стальными дверьми не могла их потревожить.

Дошёл до ближайшего лифта и ткнул на кнопку вызова. Ждал долго, где-то минут семь.

И когда двери лифта распахнулись, на меня посмотрел мужчина в очках и белом халате. Он так удивился, что выронил папку с документами на пол, а челюсть отвисла чуть ли не до пола.

Но он быстро сообразил, что происходит, и потянул руку к панели управления.

Я в один шаг оказался рядом и перехватил её.

— Тебе не повезло, — тихо сказал я.

— Не надо, я буду молчать! — оторопел он.

— Уже поздно, — ответил я и перевёл взгляд на его чернеющую руку.

— Её ещё можно ампутировать! Отпустите!

Я покачал головой, но всё же убрал руку. Но только для того, чтобы переложить её на открытую шею мужчины. Не заслужил он мучительной смерти.

Поэтому как чернота добралась до гортани, мужчина подкосился и перестал дышать.

Его тело рухнуло на пол, и я оттащил его в коридор. А после вернулся в пустой лифт.

Странно, ведь когда я касался лаборантку в своей камере, моя сила не сработала. Значит, всё дело в радиации. И я не смогу причинить людям вред, когда вокруг будет защита из этого жидкого металла. В таком случае точно не стоит соваться наверх. Там я даже щита создать не смогу и буду поражён первой же пулей. Такая себе перспектива.

Но на моё счастье, с расположением лабораторий и пленника я угадал.

Инопланетную тварь держали на самом нижнем уровне, точнее — на сто двадцать шестом. Я шёл прямо к клетке по широкому коридору с высокими потолками. Подобную обстановку видел в бункере рядом с Князево, только там двери сливались со стенами, а здесь панели управления никто не прятал.

Только вот карты-ключа у меня не было и предстояло как-то её достать.

А для этого необходимо было найти человека, причём не простого уборщика, а учёного или охранника, имеющего доступ туда, куда надо мне. И как назло, в коридоре было пусто. Только перекати-поля не хватало для полноты картины.

И шестое чувство подсказывало, что все нужные мне люди находились за этими самыми закрытыми дверьми? Взорвать одну, что ли?

Нет, тогда ко мне весь бункер сбежится, а я не горел желанием устраивать резню. Усвоил урок после произошедшего в лаборатории рядом с Князево.

Так что тут всё нужно сделать максимально тихо, и даже у моих мутантов задача лишь отвлечь внимание, а не сразу нестись на рожон.

Хм, ну так я буду до утра ждать, пока кто-нибудь не выйдет, а это тоже фиговый вариант.

Постучаться, что ли? А почему бы и нет? Я подошёл к двери, за которой чувствовалась клетка из фериума и постучался костяшками пальцев.

С той стороны раздался звучный бас:

— Кто там?

— Уборщик. Карточку забыл, — прикинулся я дураком, но не надеялся, что это сработает.

— Михалыч? А голову ты не забыл?

— Ещё нет! Ну ты же сам понимаешь, ночная смена.

— Ну и что?

— Так, пол помыть надо.

Пока я это говорил, представил, как реально буду мыть пол в лаборатории, и чуть не заржал.

— Ладно, последний раз иду тебе навстречу. Ещё раз забудешь, жалобу на тебя накатаю!

Какой мерзкий охранник однако мне попался. Но всё же, он открыл дверь, и та отъехала в сторону.

И тут я уже не скрывал своей злорадной улыбки.

— Какого? — только и успел сказать мужик, прежде чем я схватил его за горло.

Больше он говорить не мог.

Пятеро учёных в большой наблюдательной комнате всполошились.

— А ну, не рыпаться! — крикнул я им. — А то следующими будете.

И они застыли, точно статуи. Научники в любом времени такой народ, что лишний раз своей шкурой рисковать не будут.

Охранник перестал дышать меньше, чем за минуту, и я отпустил его. Тело с грохотом свалилось на пол. Я поднял с пола карту-ключ, которая выпала из его рук, и закрыл дверь.

Подошёл к учёным. Они стояли возле толстого стекла, в котором виднелись тонкие впаянные прожилки фериума. Это и была клетка с привезённым мною монстром.

— Что удалось выяснить об этой твари? — требовательно спросил я.

Учёные замешкались, начали переглядываться.

Тогда я ударил кулаком по столу. Да с такой силой, что на дереве пошла трещина. И с угрозой предупредил:

— Чем больше вы говорите, тем вероятнее останетесь живы.

Самый старший из учёных, на вид мужчина под пятьдесят, судорожно начал говорить:

— Существо определённо внеземного происхождения. Состоит из тех же частиц, которые поступили на Землю в судный день с метеоритами. То есть эта раса напрямую связана с вашими мутациями.

— А как его убить?

— Мы пока работаем над этим вопросом.

— Ясно. А в клетке из фериума какие произошли изменения?

— Треть частиц, составляющих опасность для живых людей, вытянулась фериумом. Существо ослабло, стало вялым, практически исчезли глаза. Но оно продолжает жить. Сами посмотрите, — он кивнул в сторону клетки.

Я аккуратно подошёл ближе. В самом деле некогда яркое чёрное облако сейчас выглядело тускло, разрозненно. Два глаза вылелялись бледными пятнами, смотрящими прямо на меня.

— А не пробовали в него фериумом запустить? — спросил я.

— Боюсь, это невозможно, — опасливо ответил учёный. — Сам фериум представляет собой жидкий металл, так что он работает лишь в сочетании с твёрдыми материалами.

— А если его в гранату зафигачить или ещё лучше — в пулю залить?

— Тогда возникает конфликт с порохом. Он просто не взорвётся.

— Блин, почему я должен вам всё объяснять? — выпалил я, чем ещё больше напугал учёных.

Ну пусть боятся, им полезно.

— Можно же сделать дополнительный слой. Или тонкую прослойку. Тогда фериум высвободится при взрыве.

— Да, но это всё равно, что стрелять в облако. Снаряд пройдёт навылет.

— И как решить эту проблему?

— Вы простите, — начал учёный и выставил вперёд ладони в мирном жесте, — но мы космобиологи, а не оружейники.

— Ясно, тогда пойдёмте к оружейникам, — сказал я и кивнул на дверь.

Уговаривать их не пришлось.

Я открыл дверь и велел пятёрке оружейников выстроиться кругом, и сам встал в центре.

— Одна глупость и вам не жить. Ведите, — указал я.

В таком расположении вероятность быть обнаруженным через скрытые камеры резко падала. Всё же я надеялся, что меня не засекут раньше времени. Как наивно.

До лифта мы дошли без проблем и поднялись на пять уровней выше. Мне снова повезло с пустынным коридором.

Старший из учёных постучался в одну из дверей.

— А моя карта не сработает? — тихо спросил я.

— Нет, они заточены под определённые уровни.

— Кто пожаловал? — раздался задорный голос из-за стены.

Похоже, тут являться без приглашения было в норме вещей.

— Иван Тимофеев из отдела космобиологии на срочную консультацию, — ответил учёный.

— А ну, проходи!

И дверь открылась.

Я зашёл вместе с учёными, и они расступились. В тот же момент десяток мужчин в камуфляжах направили на меня разномастное оружие. Похоже, кто что чинил, то и схватил.

— Будете стрелять, все умрёте, — спокойно сказал я и усмехнулся. — Из автомата меня не убить.

Похоже, они мне не поверили. Тогда я, не скрывая ухмылки, вышел вперёд и расставил руки.

— Стреляйте, проверьте. Если жить надоело, — процедил я.

Один всё же выстрелил очередью из автомата, и все пули взорвались о барьер. Мужчина продолжал стрелять, и я направился прямо к нему.

Он попятился, пока не упёрся в стену. Тогда я выхватил из его рук автомат, направленный мне прямо в лицо. Перенаправил радиацию к рукам и коленке, и разбил оружие пополам.

— Ты сделал свой выбор, — сказал я и схватил его за шею.

Он попытался оторвать мою руку, но всего через пол минуты его хватка ослабла. Мужчина захрипел. И я отпустил его. Нечего мучить. Он и так быстро умрёт.

Я повернулся к остальным и велел закрыть дверь. На этот раз меня послушали.

— Сложите оружие, — приказал я оружейникам.

Ни к чему лишний шум. Тут из-за одного выскочки, скорее всего, придётся ждать неравнодушных гостей, а что будет, если начнут стрелять все, я даже представлять не хочу.

Мужчины положили оружие на стол и отошли.

— Так чего тебе надо? — спросил молодой парень. — Ты же явно не убивать нас пришёл. Иначе бы уже это сделал.

— Ты прав, — ухмыльнулся я. — Мне требуются ваши умения. И если поможете, то гарантирую, что все, кто не станет нападать первым, останутся живы.

— Так что надо сделать? — спросил мужичок лет за сорок с чёрной бородой.

Я объяснил оружейникам свою идею пуль с прослойкой фериума. А также озадачил, что они должны убить не совсем материальное существо.

Мужчины посмотрели на меня ошарашенными глазами. Переглянусь между собой. И тот же бородатый ответил:

— Такое за одну ночь не сделать. Нужно модернизировать станок для пуль, и возможно снабдить их чем-то вроде таймера до взрыва.

— Сколько времени надо? — спросил я.

— Не меньше месяца. Без преувеличения. Самое сложное с таймером, его надо заказывать у взрывников.

Вот же дерьмо! Столько времени у меня нет. Да меня самого раньше убьют, чем я смогу держать ребят в заложниках Столько времени.

— Ладно, а если без таймера? — спросил я.

— Тогда за день управимся, и то если модернизировать пистолет. С автоматом сложнее. Но сможем подготовить лишь один образец оружия под данные пули. И штук десять зарядов, на большее наших запасов фериума не хватит, надо с завода заказывать.

— Ясно, у вас тут ещё та бюрократия, — посетовал я.

— Есть такое.

— Тогда работаем с тем, что есть. Можете приступать.

И рабочие приступили к работе. Я сел на стул в углу возле двери, чтобы их не отвлекать. Оружейники бурно что-то обсуждали. И на мою радость, всё необходимое для моего заказа было в смежном складском помещении. Я отпускал их туда без охраны.

Учёные тоже заняли свободные стулья, и время от времени переговаривались с оружейниками, давая советы и высказывания предположения.

Работа продвигалась быстро. Ну, конечно, ведь каждый в этом помещении хотел скорее избавиться от меня. А лучшей мотивации, чем почерневший труп у стены, и не придумаешь.

Но всё же придётся его убрать, когда начнёт вонять. А так пусть ещё пару часов полежит для устрашения.

Внезапно ко мне обратился старший из учёных, собственно, только он из пятёрки космобиологов был словоохотлив, остальные сидели тихо, как мыши.

— Уважаемый, — он запнулся.

— Мор. Просто Мор, — улыбчиво ответил я.

Не хотел его пугать. Разговор мог хорошо скрасить скуку, ведь сидеть нам тут ещё долго.

— Мор, вы не могли бы нам рассказать, как удалось пленить инопланетное существо, да и где вы его нашли. А то нам его отдали почти без пояснений.

Ещё час у меня ушёл на долгий рассказ о приближающемся конце света. На этот раз самом настоящем. Все слушали внимательно, и даже оружейники прекратили разговоры, занимаясь чисто подготовкой деталей для будущего оружия.

Я не стал скрывать свои планы переместиться во времени. И рассказал, что первые инопланетяне были в оболочках гуманоидного типа. Вдруг это важно.

— А вот это уже интересно! — перебил меня учёный.

Видимо, его желание разгадать загадку пересилило страх передо мной.

— Я предполагаю, что оболочка защищает носителя от враждебной среды. А теперь, когда эти твари создали для себя комфортные условия, она им больше не нужна, — озвучил я свою догадку.

— Хм, тогда получается, чтобы убить первых существ, нужно всего лишь пробить оболочку?

— Без понятия, — я пожал плечами.

— Тогда нужно проверить, как себя чувствует тварь в среде без радиации.

— А разве сейчас фериум в камере из неё всё не выкачал?

— Вопреки расхожему убеждению, фериум не может выкачать всё без остатка. Он всегда оставляет в среде не больше десяти процентов определённых частиц. Тех самых, которым мы приписываем внеземное происхождение. С чем связано такая особенность, наши учёные ещё не выяснили.

— Так мы можем проверить? — спросил я, рассуждая про себя, как это сделать.

Ведь для этого надо спуститься обратно к твари, а там уже, скорее всего, нашли труп охранника. Да и без присмотра оружейников не оставить. Как сложно, когда некому доверять. Эх.

— У нас нет системы, способной полностью выкачать радиацию из клетки, — ответил учёный.

— Это я беру на себя. Но сперва мне нужно связаться с кем-то из своих, а то, к сожалению, я не могу разделиться на два.

— Можем все сходить, — предложил один из оружейников. — Как раз еды в автомате захватим, если ты не против.

— Не против. Тогда пойдёмте. Но ведите себя тихо.

Не успели мы собраться, как в дверь гулко застучали. И с той стороны послышался обеспокоенный мужской голос:

— Эй, ребята! На бункер напали. У вас там всё хорошо?

Глава 9

Оружие

— Всё хорошо! — крикнул старший из оружейников.

И я с облегчением выдохнул. Минус один труп на моей совести, если от неё вообще что-то осталось.

— Откройте. Велено всех проверить. А то одна группа космобиологов потерялась. Надо найти.

— Так они здесь! На консультацию пришли. Сейчас открою.

Оружейник подошёл ко мне и тихо сказал на ухо:

— Я тебя не выдам. Иди на склад. Там спрячешься за ящиками.

— Ну, смотри. Обманешь, и от доброго мутанта Мора ничего не останется. И от тебя тоже.

— Не обману. Ты пришёл с правильной целью.

Я благодарно кивнул и скрылся на складе, утащив за собою труп. Дверь за мной закрылась автоматически.

Спрятался за высоким стеллажом с коробками и начал прислушиваться. Голоса доносились приглушённо, но разборчиво. Я не привык на слово доверять бункерским, поэтому отслеживал, что происходит за дверью.

— Господа учёные, а чего не доложили о перемещении? Вы вообще в курсе, что ваш охранник убит мутантом? — спросил зашедший мужчина.

— Так ночь же, кто согласовывать будет? — ответил старший из учёных. — А мы как раз хотели с ребятами чай попить и обсудить, какую управу вообще можно придумать на нашего нового пленника? Уж больно страшно с ним в одном помещении находиться. Это не он ли охранника убил?

— Нет, какой-то другой. Кто-то отключил камеры, так что даже посмотреть не можем. А вам, господа учёные, штрафная смена за излишнюю самостоятельность.

— Ну, похоже, что эта самостоятельность нам жизни спасла.

— Судьба, никак иначе, — поддержал один из оружейников.

— А когда нам можно будет вернуться в лабораторию? — спросил учёный.

— Через часок, там группа зачистки всё осматривает.

Внезапно раздался незнакомый взволнованный голос. Я догадался, что один из строптивых учёных:

— А можно я с вами пойду? А то больно страшно здесь находиться, когда…

— Ты совсем струсил? — перебил его старший учёный. — Мне кажется, что в окружении ребят с оружием сейчас самое безопасное место.

— Так-то оно так, но…

— Можешь уходить. Но тогда до конца жизни полы мыть будешь вместо экспериментов. Мне трусы в команде не нужны!

Во мужик даёт! Даже не ожидал от него такого напора. Но как бы это не показалось подозрительным проверяющему.

— Простите. Я останусь со всеми, — сдался наконец юный учёный.

— Вот и славно! У вас ещё есть вопросы, Пётр Алексеевич?

— Нет. Ну я вас тогда оставлю. Если что знаете где тревожная кнопка. И без оружия не ходите. Ваши друзья же поделятся?

— Конечно. Даже на полигон сходим. Научим, как пользоваться. Вы, кстати, это согласуйте. А то, чего пистолеты неопытным биологам давать?

— Тоже верно. Часа через три на полигон приходите. Там как раз полчаса свободных будет. Думаю, вам хватит.

— Да, хватит. Нажимать на курок — дело нехитрое, — усмехнулся оружейник.

Проверяющий ещё минут десять инструктировал, что делать в случае нападения таких, как я. И мне пришлось затыкать себе рот, чтобы не заржать от его наивности. Мужик свято полагал, что обычная пуля меня остановит.

Вскоре послышался звук закрытия двери, и я вышел со склада, не скрывая улыбки.

— Вот же идиоты у вас работают, — подметил я.

— Это да, — посетовал немолодой оружейник. — Хоть бы проверил, прежде чем инструкции раздавать. А то один уже выполнил в точности и поплатился.

— А на полигон вам зачем?

— Так, к этому времени образец соберём, проверить надо будет.

— Ясно, — сказал я и осмотрелся. — А кто у вас такой трусливый.

Парень в белом халате выдал себя, когда вместо ответа опустил взгляд к ботинкам.

— Ты, значит, — я приблизился к нему.

Парень отшатнулся и дрожащим голосом сказал:

— Простите. Я бы вас не выдал, честное слово. Просто испугался.

— Ещё раз заставишь меня сомневаться в тебе, умирать будешь долго и мучительно. Всё ясно? — рявкнул я.

— Да, да.

Походу я так сильно испугал парня, что он не рассчитал траекторию, и вместо того, чтобы приземлиться на стул, свалился на пол.

Ровно через час мы собрались и вышли в коридор. Я снова шёл в центре группы, чтобы не привлекать внимание, если вдруг наткнёмся на случайного прохожего. Скрестил руки на груди, а то не хотелось даже случайно кого-то коснуться.

В лифт, правда, мы все не поместились, поэтому разделились на две группы. После визита проверяющего я уже не сомневался, что никто не сбежит. Вроде все адекватные, самоубийц нет. И это они ещё не в курсе, какой треш должен твориться наверху.

Я периодически просматривал уровни бункера выше с помощью шестого чувства. Все вплоть до тех, где начиналась защита из фериума. Местами там разгоралась настоящая бойня. Да уже сейчас на десять уровней выше лаборатории космобиологов не прекращались атаки бункерских на моих мутантов.

Но наши умело вели сражение. Лишний раз не подставлялись. Прямо гении отвлечения внимания, так сказать. Но мне всё же следовало поторопиться, а то не факт, что они продержат оборону до утра.

Когда мы с учёными и оружейниками вернулись в лабораторию с клеткой монстра, трупа охранника здесь уже не было. Да и вообще всё блестело, как новое. А в нос ударил резкий запах хлорки.

Я подошёл к клетке с инопланетным пленником. Кажется, его состояние ещё больше ухудшилось.

— Живёт из последних сил? — спросил я у старшего учёного.

— Похоже на то. Значит, верна наша теория, что без оболочки в чистой среде ему не выжить.

— Тогда мне надо всего лишь пробить оболочку, — рассуждал вслух я.

— Скорее всего. Но без образца этой самой оболочки сложно сказать, чем можно на неё повлиять.

— Всё равно у нас нет других вариантов, кроме того же фериума. Тогда и таймер не нужен. Пусть пуля прошибает оболочку навылет.

— Тогда фериум должен быть в верхнем слое пули. А он жидкий, поэтому это невозможно, — включился в разговор чернобородый оружейник.

— Реально ли сделать так, чтобы при выстреле фериум из второго стоя начал вытекать и обволакивать пулю? — спросил я.

— Так он разлетится раньше, чем достигнет цели.

— Блин, и что ничего нельзя придумать?

— Ребята, мозговой штурм! — прикрикнул оружейник своим коллегам.

Они уселись за свободным столом, на котором развернули упаковки с едой, захваченные в автомате в коридоре. Удобно, контейнеры в него поступали прямо из столовой, и кто угодно мог взять без оплаты.

Ребята даже мне парочку захвали, чему я несказанно удивился. У них что Стокгольмский синдром начался?

Трусливый лаборант налил всем чаю, и даже мне. А потом он присоединился к оружейникам. Походу хотел держаться от меня как можно дальше. Ну и правильно, нечего впустую перед глазами маячить.

— Как будете радиацию выкачивать из клетки? — поинтересовался у меня старший учёный.

— Да просто, — ответил я и хлебнул чай из кружки.

Напиток был сладкий. Да я такого вкусного чая с прошлой жизни не пил.

— Позволите понаблюдать?

— Конечно. Но на всякий отойдите хотя бы на метр. Чтобы дозу излучения не поймать.

Учёный отступил на целых два метра. А я допил чай и поставил кружку на стол.

После чего уже приложил руки к бронированному стеклу с прожилками фериума. И металл отозвался.

Некогда ровные полосы исказились, притягиваясь к моим рукам. В своей попытке выкачать остатки радиации из клетки через стекло, в котором было очень мало стыков для прохода частиц, мне заодно пришлось бороться с фериумом. Ведь этот металл с такой же интенсивностью хотел выкачать энергию из меня.

Это было сложное противостояние. С моего лба ручьём полился холодный пот. А я продолжал притягивать. Притягивать каждую радиоактивную частицу, что только мог найти.

Меня вымотало за считаные минуты. Но я продолжал смотреть за ослабевающей тварью за стеклом, это давало сил продолжать. Глава инопланетной сущности почти исчезли. А от чёрного облака осталась лишь серая дымка.

— Поразительно! — послышался голос учёного за спиной.

Ещё бы! Знал бы он каких трудов стоило мне это представление.

Но, благо оно закончилось раньше, чем я свалился без сил. Серая дымка в летке исчезла. Растворилась в воздухе. Или же это я ненароком поглотил то, из чего состояла эта тварь?

Нет, я бы заметил. Уж слишком приметное свечение исходило от этого типа радиации.

— Внутри есть дозиметр? — устало спросил я.

— Да. Минуточку. Сейчас проведём замеры.

Учёный отошёл к встроенному в стену компьютеру и потыкал пальцами в сенсорную панель.

Стоило мне отойти от клетки, как нити фериума вернулись в привычное положение в форме решётки, чьи тонкие очертания прутьев лишь поблёскивали в стекле.

Я присел за стол рядом с оружейниками. Устало вытянул ноги, но так чтобы никого не задеть.

— Хреново выглядишь, — сказал чернобородый.

— Есть такое. Но пулей меня даже в таком состоянии не убить, — усмехнулся я.

— Да мы и не думали, — отмахнулся он. — Ну, по крайней мере, я, а для остальных я пример.

Чернобородый протянул мне запечатанный контейнер с едой и приборы. И я жадно напал на обед. Наконец-то что-то, кроме пресной рыбы.

Я с удовольствием вкушал пюре с кусочками курицы в каком-то бобовом соусе.

— Как же вкусно, — восхитился я, когда доел. — Хорошо живёте, парни.

— Есть такое. Производство еды у нас хорошо налажено.

Тем временем старший учёный озвучил результаты:

— Два микрорентгена в час. Поразительно!

— Что это значит? — нахмурившись, спросил оружейник.

— Что там почти нет излучения, — ответил я вместо учёного.

— Верно, — подтвердил учёный. — Уровень в клетке даже ниже нормального уровня по всему бункеру. Для сравнения у нас считается нормой тридцать рентген в час.

— Значит, предположения верны. Мне потребуется лишь пробить оболочку.

— Именно.

— А на этот счёт у нас с ребятами появилась идея, — выдал чернобородый оружейник.

— Так чего молчал? — нахмурился я.

— Ждал, пока вы подтвердите свои данные. Иначе какой смысл?

— Тоже, верно. Ну, рассказывай, что надумали.

— Короче, есть у нас одна секретная разработка. Вкратце — пуля с ядом. Там, куда ни попади, человек в любом случае труп. Правда, массового производства не получилось из-за сложности изготовления. Но на складе осталось пару пистолетов с пулями, которые можно модернизировать. Там как раз для безопасности не стали заполнять пули ядом, он, видите ли, портится со временем.

— Так как высвобождается этот яд?

— Сложно и просто одновременно. Суть в общем такая. Пистолет выстреливает цельной пулей, но как только она встречает препятствие, то верхняя оболочка распадается на мелкие острые осколки, и освобождается спрятанный во втором слое яд. А остаток гильзы проходит навылет.

— Хм, ну капец вы заморочились. А просто разрывные нельзя было использовать?

— Дык их с девятнадцатого века не производили, ну, по крайней мере, в России. Так что у нас не было ресурсов. Поэтому пришлось изворачиваться.

— Ясно. Ну тогда пойдёмте наполним пули фериумом и проверим?

— Пошли. Ток сразу скажу. Фериума хватит на один магазин и ещё три патрона. Так что предлагаю эти три и использовать для проверки.

— Замётано!

После небольшого отдыха и вкусной еды я снова пришёл в норму, поэтому с энтузиазмом поднялся со стула.

— Мор, до полигона далеко идти. Вы лучше халат накиньте, — посоветовал мне старший учёный.

— Спасибо, — ответил я и принял из его рук чистый, белый халат, и накинул его прямо на свою чёрную одежду из кожи гигантского червя.

Сперва мы вернулись в мастерскую оружейников, и ребята быстро подготовили снаряды.

К полигону мы снова шли всем скопом. Пришлось спуститься на четыре уровня ниже, и на этот раз по пути нам встречалось немало людей в армейской форме. Они куда-то спешили, и на меня в белом халате, идущего в центре толпы, совсем не обращали внимания.

Мы зашли в большой тир, где автоматически включился свет при нашем появлении. Мишени здесь были чисто интерактивные, настраиваемые через панель управления в стене.

Оружейник быстро активировал стандартную круглую мишень. Все надели наушники, а я как-то этого не заметил. Поэтому чернобородый оружейник протянул мне комплект вместе с модернизированным оружием.

Я благодарно кивнул и подготовился. Так, теперь главное — не оплошать. Ведь стрелок из меня хреновый, я уже привык свои бомбы силой мысли отправлять и особо не целиться.

Здраво оценив свои силы, я протянул пистолет рыжебородому со словами:

— Давай ты первый.

— Стрелять не умеешь? — ехидно спросил он.

— Умею. Но у нас всего три пули, чтобы я их запорол.

— Логично, — кивнул он и принял пистолет.

Я отошёл на метр. Оружейник прицелился и выстрелил. Попал прямо в центр. Вот это сноровка!

Второй раз стрелять не стал. Надел плотные перчатки и пошёл искать гильзу.

— Ну что? — спросил я, когда он поднял искомое с пола и начал внимательно разглядывать.

— Осколки не отделились. Надо ещё попробовать. Может брак.

Я уже начал переживать, что из этой идеи ничего не выгорит. Ведь эти пули изготавливали для определённого яда, а не для фериума.

Второй выстрел. Снова поиск гильзы.

И по довольному лицу чернобородого я понял, что всё получилось.

— Давай третью пулю сам, — предложил он и протянул пистолет.

И я уже с гораздо большей уверенностью выстрелил по мишени. Попал в шестой круг, но это было неважно. На этот раз сам пошёл искать гильзу.

Но поднимать не стал. На ней сверкал тонкий слой фериума, при виде которого даже я победно улыбнулся.

Больше на полигоне не было смысла задерживаться, поэтому вы вернулись в мастерскую. По пути встречалось всё больше солдат. Я отводил взгляд, чтобы скрыть свои ярко-красные глаза.

Один из них остановился и требовательно спросил:

— Какого хрена здесь разгуливаете? У нас ЧП, не в курсе?

— В курсе. Так всё согласовано с Петром Алексеевичем, — ответил чернобородый оружейник.

— Нет больше Петра Алексеевича, — скорбно выдал мужик. — Идите в свою мастерскую и никуда не выходите. Ясно?

— Да.

Остаток пути обратно до нас никому не было дела. И хорошо.

Меньше, чем за час оружейники проверили каждую пулю в магазине. Всего их было восемь, а само модернизированное оружие уж очень напоминало пистолет Макарова.

Я забрал свой трофей и от души поблагодарил оружейников и учёных за помощь. Ведь они внесли немалый вклад в выживание всей человеческой расы.

Пошёл обратно к пробитой мной бреши в стене. Белый халат оставил для маскировки. Меня никто не догонял. Да и по пути не встречалось людей.

До того уровня, откуда я вышел.

Здесь разверзлась настоящая бойня.

Свет мигал красным. Повсюду были осколки от разбитых потолочных ламп и стреляные гильзы. Сердце дрогнуло, когда я наткнулся на труп мутантки.

Хотел наклониться к ней, но тут же в меня прилетела автоматная очередь. И это лишь разозлило меня.

Брешь была недалеко, так что я нагонял из неё радиацию с поверхности. Специально оставил за собой целое море радиоактивных частиц. И они устремились к моим ладоням.

Злость закипала во мне безумным ураганом. Снова проснулось чудовище, готовое ради защиты своих на всё. И на этом уровне было явное разделение.

Когда уже замахнулся, чтобы бросить бомбу в стрелявших, то спохватился. Бля, да так запросто можно переход обрушить, и бункер сложится, как карточный домик, если я задену какое-то несущее строение.

Рисковать не хотел, поэтому опустил руку. Автоматные очереди продолжали разбираться о мою невидимую защиту.

Что же делать?

И тут меня осенило. Ведь силе радиации нет предела.

Сперва я направил запасы к ладоням, не выводя их наружу, чтобы укрепить свою плоть и не остаться без рук. Возникло ощущение, что пальцы покрылись каменной коркой, и каждое движение отдавалось треском.

Этого было достаточно. Я втянул в свои ладони созданные бомбы и слегка упростил. Попусту говоря, уменьшил разрушительную мощь, на всякий.

И только затем выставил ладони вперёд. Проверил, что прямо по курсу нет наших, и выпустил заряд из своих рук.

Врагов обдало мощным искрящимся порывом вперемешку с огнём. Звуки выстрелов тут же утихли. Но их заменили крики и стоны боли.

Видя мёртвыми своих мутантов, я не обращал внимания на умирающих людей. Сердце забилось чаще, но мне не было жалко врагов.

Я просто шёл вперёд. И так, пока не услышал знакомый взволнованный голос:

— Мор! Ты как это сделал?

— А ты разве в мыслях моих не прочёл? — ехидно спросил я.

— Как-то не до этого было. Ты всё успел?

— Да! Отправляй всем приказ к отступлению наверх!

Пока Октер занимался ментальными посланиями, я приблизился к нему. Парень стоял один, но лишь потому все остальные уже подчинились приказу.

— У нас проблема, — сказал Октер.

— Бля, ну и что на этот раз?

Вот так я знал, ну не бывает всё так просто, когда имеешь дело с сильным противником.

— Одну из групп захватили и утащили наверх. Там где-то десять наших. И я не могу с ними связаться.

Вот дерьмо!

— Точно, — хмуро поддержал мои мысленные ругательства Октер.

— Новый приказ. Пусть все, кто умеют пользоваться оружием, собирают трофеи с погибших. Мне нужно двадцать мутантов. Встречаемся на последнем уровне, где есть тоннель. Сам иди наверх. Понял?

— Да. Уже передаю. Впервые рад, что не научился стрелять.

— Я так и предполагал. Твоя способность куда ценнее, так что уходи.

Пока говорил, собрал с мёртвых оружие. Повесил на плечи два автомата. Неудобно, но потерплю. Запихал в карманы халата пистолеты. И нащупал там главный трофей.

Достал его и протянул Октеру.

— Что бы со мной ни случилось, достать его в центральный исследовательский бункер. Я на тебя рассчитываю. Понял?

— Более чем, — ответил Октер и аккуратно забрал у меня модернизированное оружие, ради которого мы вообще сюда сунулись.

— А теперь иди.

— Удачи, Мор. Возвращайся, — сказал парень, скрываясь в тоннеле.

Я мысленно поблагодарил парня.

А потом подумал, что последние месяцы моя жизнь превратилась в одну сплошную череду глубоких задниц, из которых ещё надо умудриться выбраться.

Глава 10

Фериум

Я спешно вызвал лифт. Но походу шахту успели обесточить, кнопка не горела. Да и звука привычной вибрации от движения кабины не было.

Пришлось искать лестницу, благо с этим карта в голове помогла.

Я пробежал по ступенькам десять полётов. И к моему облегчению здесь лифт уже работал.

Первым делом добрался до места встречи со своими. Как и приказывал, меня ждали ровно двадцать вооружённых мутантов. И каждый из них понимал, куда и за кем мы собрались.

— Если кто-то не готов рисковать, то скажите об этом сразу! — попросил я.

— Все готовы, — ответил старейшина — Иллай, который и принимал меня первым в своё вольное племя.

Сейчас он очень необычно смотрелся с автоматом в руках. Его руки были настолько тонкие, что казалось, сейчас оружие грохнется на пол. Но это был лишь обман восприятия, ведь в старике было полным-полно сил. Только вот останутся ли они с ним, когда мы зайдём на верхние уровни?

Я кивнул, и мы решили разделиться, тем более двадцать один мутант в лифт не поместится. А вот в четыре кабины — вполне.

— Поскольку средств связи у нас не будет, выходим на одном и том же этаже и ищем. Не разделяемся! — завершил я инструктаж.

Осталось надеяться, что никто не захочет геройствовать, и мы уйдём тем же составом. Попутно я объяснил мутантам, что стрелять стоит лишь из укрытия, в противном случае не соваться и ждать. И меня даже поняли, что не удивительно, ведь, прежде чем стать самыми сильными из мутантов мы все были людьми.

Такая вот начальная точка, когда кроме оружия, у тебя нет ничего. Хочешь жить, умей сражаться и выживать. Любым способом.

Что нам и предстояло.

Мы вышли на первом уровне с фериумом в стенах, и он постепенно заглушал наши силы. Превращал нас в людей.

И чем выше, тем больше мы будем похожи на бункерских. К самому верхнему уровню нас будут отличать лишь красные глаза, но надеюсь, так далеко идти не придётся.

Мы обшарили три уровня. Пусто. Ни единой живой души. И это очень напрягало.

Поднялись выше и расстреляли двоих. Всего двоих.

С полноценным сопротивлением встретились лишь через пятнадцать этажей выше. И здесь я уже не чувствовал себя мутантом. Был всего лишь бойцом.

Я был частью отряда, причём не самым умелым стрелком. Двое идущих впереди стариков попадали в головы бункерских с первого раза, а у меня даже не каждая пуля находила цель. Но это было главным.

Я заметил, как из угла выглядывал мужичок в очках. Ещё один учёный. Походу сбежать хотел. Но не тут-то было. Я подал мутантам знак «не стрелять».

Заметив, что он опустил пистолет и отвернулся, я рывком бросился к мужчине. Выхватил из дрожащих рук орудие и бросил на пол. Прижал мужчину к стене, а он и не сопротивлялся.

— Где наши люди? — гневно выкрикнул я ему в лицо.

— Не… не знаю, — запинаясь, ответил он.

— А как узнать?

— Я их не видел. Честно!

— Чёрт, да ты скажи, где найти того, кто знает, — угрожающе настаивал я.

— На уровень выше. Там были военные.

— Молодец.

Я отпустил учёного. Не было смысла убивать безоружного доходягу. Не знаю почему, но моя злость на бункерских не распространялась вот на такие кадры.

Мы пошли наверх по прежней схеме. Но военных здесь не было. Снова пустота.

Такое чувство, что все убежали наверх. Значит, скоро нам стоит ждать засаду.

Бля, ну почему в этой жизни не бывает ничего так просто? И как нам без сил обороняться от сотни вояк? А я бы на их месте меньше и не поставил. И расстрелял врагов сразу, как выйдут из лифта.

— Собратья, у нас проблема! — обратился я к своим и прямо изложил свои догадки.

Не хотел ничего скрывать от тех, кто добровольно пошёл на риск.

— И что ты предлагаешь? — спросил у меня старик с автоматом.

— Не знаю. Вот честно. Мы же там умрём, — ответил я, чувствуя странную беспомощность.

Давно такого не было.

— Мы не можем оставить собратьев. Но и тебя не можем позволить принести в жертву. Иначе ни одна наша смерть не окупится.

— Я всё понимаю. И вы меня поймите. Я не оставлю ни одного из вас на верную смерть. И вы не вправе ослушаться, раз я ваш старейшина.

Мутанты переглянулись. Кажется, что от разлитого в стенах фериума даже их яркие красные глаза стали бледнее.

Они шли на верную смерть. Но её не будет.

— Уходите, — со сталью в голосе приказал я. — Ждите меня на поверхности до утра, а потом уходите.

Мутанты не стали возражать. Но и уходить не спешили, бросая на меня то вопросительные, то тревожные взгляды.

— Уходите! — настойчиво повторил я.

И они ушли. Не хотели, но ушли.

Так будет лучше.

То, что произошло с похищенной группой только моя ответственность. Мне и вытаскивать ребят из этого дерьма. Только вот я совершенно не знал, что делать.

Присел и упёрся спиной о стену. Надо было хорошенько подумать.

Не прошло и минуты, как я нутром ощутил силу фериума за моей спиной. Он выкачивал из меня остатки радиации, как самый лакомый кусочек пирога.

Так и умереть недолго.

Нет. Мор, что за мысли? Ты старейшина самых сильных мутантов или кто?

Я поднялся. Приложил к стене руки также, как делал это в камере ещё вчера.

И снова между моей силой и природной мутацией фериума возникла настоящая война.

Пришлось напрячь всю силу воли. Я до боли стиснул челюсть.

Сила была внутри меня самого. В моих изменившихся при переходе в новый мир генах. И фериум не мог отнять её саму. Мог забрать лишь радиоактивные частицы, что до сих пор пульсировали во мне.

Так почему бы мне не сделать то же самое? Разве я, разумное существо, могу быть слабее какого жидкого гибрида металла?

Да лучше бы люди его использовали для очистки Земли, а не заливали в свои стены.

Ведь это им не особо помогло.

Я отошёл от стены и встал посреди коридора. Тело изнемогало от напряжения, а разум пытался пробить невидимый барьер, за которым таился целый клад волшебных частиц.

Было тяжело. Казалось, что ещё чуть-чуть и зубы раскрошатся у меня во рту, а глаза попусту лопнут.

Но я не сдавался.

Пути обратно не было. Совсем.

В последних потугах упал на колени.

Во мне разыгралась невиданная злость. Безумно захотелось кого-нибудь убить. Раскрошить череп голыми кулаками.

Но на этом уровне остался я один.

И не в состоянии совладать с яростью, я рывком поднялся и со всей дури ударил кулаком по стене.

И пробил её.

Как такое возможно?

Из стены полились тонкие струйки жидкого металла. Фериум.

Я заворожённо посмотрел на своего врага, и лицо невольно исказилось в злорадной улыбке.

Не знаю, на что я рассчитывал. Но следующий удар окровавленных костяшек пришёлся на змеящуюся по стене полоску фериума.

Было до одури больно. Во рту что-то треснуло.

Но рука осталась в стене.

Я чувствовал, как прохладный, жидкий металл обволакивает горящую от боли руку.

Я определённо себе что-то сломал. Вот дерьмо.

Но это меня не особо волновало. Главным было то, что фериум, словно невиданное ранее живое существо, притянулся к моей крови, что вытекала из руки.

И я застыл. Прохлада металла забирала боль также, как это делала радиация. Хотя это же одно и то же. Фериум — всего лишь магнит для неё.

А что будет, если встретятся разные полюса магнита? Это как плюс и минус на батарейках сложить.

Всё правильно. Они притянутся друг к другу.

Вот такие случилось и с нами.

Живое к неживому. Металл к крови. Радиация к радиации.

По телу разбился приятный холодок. Я чувствовал, как мелкие частицы фериума, вместе со своим награбленным из внешней среды за долгие годы, растекаются по моим венам.

И, чёрт возьми, это было приятно. Очень. Сравнимо с эйфорией. С самым мощным оргазмом.

И жаль, что длилось это недолго.

Прилив радости отпустил, и я убрал из стены руку. В таком деле лучше не жадничать, а то неизвестно как ещё изменит моё тело Новая субстанция.

Сейчас главное, что её хватило для возвращения моего былого могущества, не побоюсь этого слова.

Ведь тот, кто управляет радиацией, управляет целым постапокалиптическим миром.

И это был я. Без преувеличения.

Сила возрастала с каждым шагом, что я шёл по коридору. А тонкие струйки фериума тянулись за мной, как послушные змеи. Тянулись и поднимались к руке, желая слиться со мной.

А я пока был не против.

Дошёл до первого попавшегося лифта. Нажал на кнопку. Двери открылись, и я зашёл в кабину.

Здесь было зеркало, где отразились мои нереально красные глаза, в которых белки, зрачки и радужки слились в единый огонь.

А кожа стала бледной, словно стремилась приблизиться к цвету металла.

Не важно. Это всё не важно.

Я вышел на верхнем уровне, где было больше всего фериума в стенах.

А струи металла тянулись за мной прямо из стыков шахты лифта. Словно так и говорили: «возьми нашу силу, она бесконечна». И я бы взял всё, если бы это оставило во мне хоть что-то человеческое.

Перед выходом окружил себя мощным куполом. И не зря.

Стоило дверям раскрыться, как в меня полетел шквал огня.

Я стоял ровно, а пули россыпью скатывались к моим ботинкам.

Лицо расплылось в зловещей улыбке.

Я снова был чудовищем, готовым ради своих на любые жертвы.

Выстрелы не кончались. А моему куполу было всё равно. В нём было столько радиации, что он даже не истончался.

Лишь лёгкий жар от взрывов, да запах пороха, едва проникали внутрь оболочки.

И я направился вперёд. И шёл несмотря на то, что купол с трудом сдвигался с места от натиска пуль.

— Сдайтесь или умрите! — громко прокричал я нечеловеческим голосом, что смог перебить дадп звуки выстрелов.

Но они не прекращали. Я подходил ближе, а солдаты пятились назад. И с каждой секундой страх в их глазах становился всё отчётливее.

Я поднял руки, и тонкие струйки фериума на полу обратились в капли. Поплыли ко мне. И ведь всего одной капли с накопленной внутри неё энергией хватило бы, чтобы разнести ко всем чертям этот уровень!

Но ещё хотелось выбраться на поверхность. Так что бомбу создавать я не стал.

Направил руки на врагов и разом разжал кулаки. Вспышка огненно-красного света ослепила весь коридор. И стрельба стала беспорядочной. А потом и вовсе прекратилась.

Все солдаты лежали на полу. С обожжёнными, чернеющими на глазах лицами. Стоны умирающих заполнили все пространство.

Но мне не было их жаль. Такое чудовище, что пробудилось во мне, попусту этого не умело.

Как бы теперь обратно стать человеком… впрочем, рано об этом думать.

Не закрывая глаз, я обратился к шестому чувству. Фериум в стенах видел всё. Он показывал мне чёткие очертания того, что находилось внутри его замкнутого пространства.

А это был почти весь бункер.

Я нашёл клетки с решётками из фериума на два уровня ниже. И лифт спустил меня туда.

Снова горячий приём от местных солдафонов. И снова вспышка мощнейшего излучения из моих рук.

Снова смерть. Боль и стоны.

И вот я иду по коридору, наступая на вмиг ставшие хрупкими тела.

Подходу к двери. Жму на кнопку. Без ключ-карты не открыть.

Я направил всю силу к ступням. И со всей дури выбил дверь ногой.

М-да, будь она здесь чуть потолще, то даже энергия в теле не спасла бы меня от перелома.

Кстати, о переломах. Взглянул на костяшки пальцев, где давно не было боли.

Руки были целы.

Никаких травм и порезов. Что за магия?

Нет, не магия.

Лишь мгновенная мутация фериума.

А я ощущал, как этот жидкий металл впитывается даже в мои кости. Страшно представить, что будет, если я с таким запасом напорюсь на какую-нибудь мину. От меня останется разве что кратер размером с мегаполис моего времени.

Я зашёл в тюрьму. А иначе это место не назовёшь.

Дюжина моих пропавших людей сидели в клетках. Причём каждый — в своей.

И надо было видеть их лица, когда они увидели мой внешний вид. Да, это похлеще, чем я, когда я ходил с головы до ног покрытый засохшей кровью.

— Брат, как ты это сделал? — спросил у меня старый мутант, и даже по неосторожности прислонился к решётке своей камеры.

И сразу отслонился. Да, обычному мутанту так и помереть недолго.

— Это долгая история, — сухо ответил я старику.

Его я вытащил первым.

Направил всю мощь фериума к рукам, усиливая физическую мощь тела чуть ли не в сотню раз.

И прутья поддались. Раздвинулись, словно были слеплены из резины.

Я быстро освободил всех своих людей, и мы пошли на выход.

— Может, уже через парадную дверь выйдем? — с ухмылкой предложил молодой мутант.

— А, давай!

Два уровня наверх, и мы вышли в том здании, где меня держали. Правда, при выходе пришлось ещё пару дверей сломать. Но это мелочи.

Больше напрягало то, что полосы фериума по-прежнему тянулись за мной. Моих мутантов это пугало, хотя они и старались не подавать виду.

Но и так было ясно, что нельзя брать с собой такого неодушевлённого питомца.

Мы вышли из здания и пробрались в новый подкоп под воротами. Мой старый Червь на славу поработал во время отсутствия хозяина.

У мутантов плохо получилось скрыть удивление при виде прекрасного вновь мутировавшего меня. Особенно у Октера:

— Ну ни фига себе!

— С каких пор ты научился мату? — усмехнулся я.

— Да ты бы на себя со стороны посмотрел, — выдохнул он. — Переливаешься, как металл.

Я вновь взглянул на руки.

Октер оказался прав.

Ещё полчаса назад бледная кожа приобрела холодный стальной оттенок. Постепенно моё тело сливалось с фериумом.

Он же забрал у меня страх. Но не природное желание быть человеком.

— Блядь, если б я ещё знал, как вернуть всё обратно, — процедил я.

— Так сделай то же самое, только наоборот, — пожал плечами Октер.

— Сумничал? Думаешь, что я вообще понял, что сделал?

— Ну ты ж не идиот. Сядь успокойся. Вспомни.

я в ответ лишь шумно выдохнул и пошёл к ближайшему горящему костру.

Взял оставленную кем-то банку тушёнки и открыл её зубами. Усиленные металлом, они были и не на такое способны.

Нашёл вилку и стал есть. Поперхнулся.

Еда оказалась не просто невкусной, к чему я давно привык, а отвратительно горькой. Я не смог заставить себя проглотить ни кусочка.

Вот дерьмо… В кого же я превращаюсь?

— Я посоветовался со старейшинами, — внезапно подкрался Октер.

— Ну и? — обернулся к нему я.

— Они хотят попробовать один обряд. Но ты отключишься где-то на сутки.

— Да за сутки в бункере все опомнятся и ещё какую-нибудь ракету откопают, чтоб в нас захреначить.

— Мы увезём тебя на Черве. Это не проблема. Но лучше начать сейчас. Пока процесс ещё обратим.

— Ладно, пошли.

И мы двинулись вглубь лагеря, где старейшины племён расселись на спине одного длинного червя вокруг большого костра.

— Ложись в огонь, — сказал мне Иллай.

— Чего? Ты меня угрохать решил? — резонно возмутился я.

Старик как-то странно посмотрел на меня, будто не понимая, чем вызвана такая реакция.

— Ты доверяешь мне, брат? — серьёзно спросил Иллай.

— Да, — признал я и подошёл к костру.

У меня не было единого повода сомневаться в Иллае, но инстинкты собственного тела всё равно пришлось перебороть.

Жар совсем не чувствовался.

Я зашёл в костёр. Ботинки начали плавиться, но кожа не ощущала абсолютно ничего.

Да и одежда из кожи червя не поддавалась огню. Поистине удивительно.

Лёг спиной на костёр.

— Подвинься, брат, чтобы голова была в огне, — попросил Иллай.

Пришлось двигаться. Чувствую, что очнусь я уже без бровей и волос. Ну да пофиг. Не женщина, чтоб о красоте думать.

— Расслабься, брат. Отключись от этого мира, — сказал Иллай.

— Легко сказать, — буркнул я и понял, что не дышу.

Старейшина начал читать молитву, но для меня все его слова слились в одно невнятное мычание.

Но почему-то именно оно и убаюкало меня. Постепенно, так нежно, словно это была колыбельная матери. Грубое сравнение, но именно так мой мозг-то воспринял.

И мне даже показалось, что бесконечные змеи из жидкого металла перестали преследовать меня.

И я уснул.

Мёртвым сном.

Глава 11

Засада

Когда открыл глаза, то обнаружил себя привязанным к спине моего Червя. И удивительно, но я был его единственным наездником. Неужто больше никто не решился на него залезть?

А как тогда Червь узнал нужное направление?

Вокруг царила кромешная ночь. Чёрная, словно могильная пустота.

Смотря наверх, я вспоминал о звёздах, которые так хорошо было видно в моём времени. А здесь…

Что-то опять меня на романтику потянуло, это не дело. Бр-рр, как же холодно.

Стоп. Холодно?

Я вмиг вспомнил всё, что произошло до обряда. Вытянул голову, чтобы посмотреть на открытые участки тела.

И с облегчением выдохнул. На мне не осталось ни единого следа от треклятого металла.

Надо было подать знак моим мутантам, что я очнулся. А то не увидят они мои телодвижения в этом мраке.

И приказал Червю остановиться. Это сработало. Следом остановилась вся идущая на этот раз впереди нас колонна червей.

Ко мне подбежали Октер и Иллай. Очень умело отвязали, не повредив верёвки.

Я встал и размялся. Суставы хрустели. Мышцы ныли, как после неправильной тренировки. Но я снова ощущал себя человеком.

И это было прекрасно.

— Сколько я спал? — спросил я у Октера.

— Двое суток, — тут же ответил он.

— Фи-ига!

— Да, старейшинам пришлось постараться, чтобы расплавить весь фериум в твоём теле.

— Расплавить? — опешил я.

— Да. Чему ты удивляешься?

— Да тому, что вы вообще до такого додумались! А если бы я сдох?

— Не сдох бы, — сухо ответил Иллай.

— Прости, брат, — обратился я к старику. — Но у меня до сих пор в голове не укладывается всё, что произошло.

— Да ничего, — устало ответил старик. — Мы сами не ожидали, что ты подчинишь фериум.

— Кто кого подчинил ещё, — хмыкнул я.

— Ты, брат. Ты. Такой мощи я никогда не видел.

— Это уже не важно, если вы не взяли с собой пару килограмм фериума.

— Обижаешь, брат. Взяли. Вон бункерские в конце колонны их тащат.

— Вы взяли заложников? — покосился я на Иллая.

— У нас не было выбора. Фериум ни нашим собратьям в руки взять нельзя, ни на червей переложить. Они сразу теряют контроль. Пришлось выкручиваться. Тем более, им в защитных костюмах и ничего не будет. Донесут до места, отпустим.

— Ну ладно, — неохотно согласился я, всматриваясь вдаль радиоактивной пустыни.

Рассвет неумолимо приближался. Первые лучи некогда яркого солнца уже показались из-за мутного, размытого вздыбившейся пылью горизонта.

А мои силы постепенно восстанавливались. Вскоре от опьянения силой фериума во мне не осталось ни следа.

Но я продолжал поглядывать на бункерских, которые несли с собой небольшой запас этой опасной дряни. И с ужасом представлял, что мне придётся ей воспользоваться.

К полудню после долгого привала на горизонте показалась лесополоса. Только деревья все были с красной листвой, словно осень никогда не уходила из этого места. И даже мутировавшие ели не стали исключением.

Мы планировали обогнуть лес, поскольку черви не прошли бы по корневой почве. Точнее, прошли бы либо глубоко под землёй, либо с большим трудом, выкорчёвывая на своём пути деревья. А растительности в этом времени и без того немного осталось.

Но стоило Червю подойти ближе к лесу, как я заметил странное зелёное свечение, исходящее из его нутра.

Пришлось остановить колонну, чтобы разобраться.

— Космический корабль? — спросил появившийся за моей спиной Октер.

— А фиг его знает. Но что-то там точно есть.

— А может, ну его? Зачем рисковать, если можно уйти и сделать вид, что ничего не было?

— Свалить всегда можно, только где гарантия, что это нечто, засевшее в лесу не начнёт нас преследовать, когда учует добычу?

— А что говорит твоя сила?

Я обратился к своему шестому чувству и задумчиво ответил:

— Вижу деревья, мелких мутантов и странный круг в центре. От него исходит зелёное свечение. Словно кратер какой-то. Но ведь и космический корабль может скрываться таким образом.

— Пойдёшь проверить?

— Только если ты составишь компанию. Согласен?

— Не-е, мне жизнь дорога.

— Ну и трус, — беззлобно буркнул я.

— Зато живой, — усмехнулся Октер.

Как и ожидалось, желающих составить мне компанию на разведку я не нашёл. Именно желающих, а то по приказу все были готовы ломиться, куда скажу. Но такой расклад меня не устраивал.

Да я и сам не был самоубийцей, чтобы соваться на рожон.

Но к лесополосе приблизился. Всего за пятьсот метров хилые деревья с порослью багряной травы под ногами переросли в сказочный лес. А иначе сложно описать те мутации, что я увидел у местных растений.

Создавалось ощущение, словно на другую планету попал.

И шестое чувство вовсю находило странное радиоактивное излучение. Я и раньше видел частицы такого же ярко-зелёного цвета, но не в таком количестве. Здесь они облучали всё и вся.

В голове всплыла фраза, которую Лавина часто повторяла: «Мор, любопытство тебя погубит». Ну вот ничего не могу поделать с этой тягой к неизведанному.

И прошёл дальше. Сухая ветка треснула под ногой, и с макушки соседнего дерева вспорхнула синяя птица. Улетела вглубь леса. И притихла.

Весь лес затих, словно с моим появлением погрузился в глубокий сон.

Я вновь обратился к своей силе и обнаружил, что все лесные животные в радиусе километра попрятались. А дальше была пустота.

В сознании силуэты деревьев и редких животных постепенно пропадали. И это шло оттуда, откуда лился зелёный свет.

— Мор, слышишь меня? — раздался в голове голос Октера. — Да, блин, ответь же!

— Слышу, слышу, — мысленно проговорил я.

— Уходи оттуда! Скорее!

И в голове возник переданный мутантом образ. Как из самого центра леса в зелёном свечении поднимаются чёрные твари, уничтожая всё на своём пути.

— Вот же дерьмо! — выругался я вслух и побежал обратно.

И вовремя.

Стоило раз обернуться, как увидел за деревьями черноту. С красными глазами.

Направил энергию к ногам и ускорился. Через минуту уже вылетел из леса.

Червь ждал рядом, и на этот раз Октер оказался его единственным наездником. Остальные мутанты ушли, чему я мог только порадоваться.

— Они нас учуяли, — сказал Октер, как только я влез на Червя.

Схватившись за верёвку, ответил:

— Далеко наши ушли?

— Нет. С километр. Заложники сильно замедляют.

— Тогда нам нужно задержать этих тварей.

— Плохая идея. Поехали уже.

— Нет.

Я обернулся к лесу.

На меня смотрели не сотни, а тысячи красных инопланетных глаз. И это же надо было напороться на такую засаду.

Ну, сам виноват, самому и расхлёбывать.

Чёрные твари, точно небольшие, но резвые облака плыли в мою сторону. Да ещё и со скоростью передвижения Червя.

Мы бы точно не убежали.

И я сделал первое, что пришло в голову. То же самое, что помогло нам спастись из Зержинска. Стену без радиации.

Как и ожидалось, твари остановились возле неё. Облепили ровное пространство, словно на него набросили чёрную скатерть. Они искали выход. И к сожалению, моя сила не была безграничной.

«Они не могут жить без радиации, но как очистить столь большое расстояние» — рассуждал я про себя. И меня осенило.

Я начал закручивать свою плоскую стену чистого пространства в кольцо, формируя нечто вроде громадного перевёрнутого стакана. Только невидимого.

Не дожидаясь, пока твари распределяться по всему периметру, принялся сокращать объятое моей силой пространство. Окружность начала уменьшаться. Медленно, но верно.

Получилась гигантская ловушка с запертыми в ней тварями. Только вот что делать с ними дальше?

Я понимал, что вероятность убить их крайне мала, но был обязан попробовать.

Определил в своём стакане-куполе пять точек, четыре по бокам и одну сверху. И преобразовал их в каналы, по которым медленно начал выкачивать радиацию.

Проблема состояла в том, что мой дар мог как угодно перемещать радиоактивные частицы, но не мог их нейтрализовать. Этого вообще никто не мог, даже фериум лишь поглощал опасные элементы. И мне приходилось следить, чтобы вместе с нужными частицами из ловушки не выбрались твари.

А это вскоре произошло.

Точнее, я заметил, как чёрная полоса дыма заструилась по каналу и тут же перекрыл его.

— Долго протянет без тебя этот купол? — внезапно отвлёк меня Октер.

— Без понятия, — сухо ответил я, не сводя взгляда со своего творения.

— Если больше ничего нельзя сделать, то надо уходить.

Я раздумывал не дольше секунды. И согласился.

Крепко вцепился в поводья Червя и отдал команду к стремительному отступлению.

Я не оплошал, и на этот раз никто из наших мутантов не пострадал. А это уже повод для радости. Как и то, что ставший чёрным купол остался позади. И у нас появилась большая фора, которую мы не стали упускать.

Вскоре я нагнал остальных червей и выставил своего во главе колонны.

Мы остановились только к вечеру, и я отпустил заложников, хотя меня и пытались отговаривать. Но я был бесприкословен, нечего бункерским страдать не за свои интересы. Ведь такое пушешествие — настоящая пытка для обычных людей, а я хоть и был чудовищем, но не садистом.

Я создал вокруг людей защитный купол, чтобы они могли снять костюмы, поесть и напиться. А потом указал кратчайший путь к бункеру.

Капсулы с фериумом водрузил на своего Червя, предварительно создав возле них такую же защитную оболочку, как и над людьми.

Мы разбили лагерь, и уставшие мутанты, наконец, смогли поспать. Но всё это время часовые продолжали следить за горизонтом и отслеживать эмоциональное состояние червей.

Я проснулся за час до рассвета. Завтракал тушёнкой из банки, разогретой на костре, когда ко мне подошёл Иллай.

— Утро доброе, — обыденно сказал он и присел рядом.

— Доброе.

— Ты рацию свою давно включал?

— Хм, да, давно. А что?

— Я и ещё несколько мутантов уловили странные волны, но мы так и не поняли, что они значат. По структуре похожи на радиоволны.

Озадачившись, я полез в рюкзак за рацией. Включил. Зарядки осталось меньше десяти процентов, ведь я так и не смог её зарядить.

— А сейчас чувствуешь эти свои волны? — спросил я у старейшины, перебирая каналы.

— Да. Очень хорошо чувствую. Б-рр, аж дрожь берёт, — Иллай сморщился. — Словно кто-то пытается к нам пробиться.

— А это не может быть попыткой установить ментальную связь?

— Разве что чей-то дар усилили техникой. Не спрашивай как, я в этом не разбираюсь.

— Это же гениально! — меня осенило.

А Иллай как-то странно на меня посмотрел.

— Ментальная связь — это тоже волны. Так почему бы не настроить рацию на их частоту?

— Не знаю, — пожал плечами Иллай. — Специалиста по технике у нас нет. Как ты помнишь, наши племена ведут максимально примитивный образ жизни.

— А жаль. С такой суперсилой мы бы уже горы свернули, — усмехнулся я.

— А вот горы и без техники свернуть можем. Тебе какую?

Я рассмеялся, но тут же весь задор исчез.

Из рации донёсся искажённый помехами голос. Очень знакомый голос.

— Кто-нибудь меня слышит? Приём!

— Мор на связи. Приём, — проговорил я в устройство. — Ведьма, это ты?

— Да, я… — её слова заглушал металлический треск.

— Не слышно. Повтори.

— На… Напали.

— Куда напали?

— … Твоя помощь.

— Да, бля, я ничего не понимаю! Говори чётко каждое слово.

И она проговорила, стараясь делать большие паузы:

— На Князево напали. Нужна помощь.

— Принято.

Мысленно я оценил, что как раз нахожусь посередине между своим городом и нужным для спасения мира метеоритом.

— Ведьма, скажи, а вы в безопасности?

— Да. Мы по-прежнему… В осаде.

Фух, ну хоть в исследовательском бункере ничего не изменилось.

Я хотел было спросить, кто напал на Князево и сколько у меня времени, но аккумулятор рации приказал долго жить. Чёрт!

Ну и что мне делать? Я же не могу выполнять две задачи одновременно в разных местах.

Или могу? Не просто так же я объединил вольные племена, хоть и поневоле.

— Иллай, скажи мне, возможно ли достать метеорит без моего присутствия?

— Конечно. Я и ещё пять старейшин хорошо помним, как его спрятали. Больше никто не знает.

— Хорошо, там может быть опасно?

— Там точно опасно, — хмыкнул старик. — Только представь, каких тварей могло создать излучение от целого метеорита за четыре десятилетия.

— Да мне даже представлять не хочется.

Передо мной встал сложный выбор. Если не помогу своему городу, то долго жители Князево не протянут. Там живут не такие сильные мутанты по сравнению с теми, кто сейчас путешествовал со мной. Да и вольным племенем хотелось помочь, чтобы обойтись минимум жертв.

— Спасай свой город, — вдруг высказался Иллай.

— А как же вы?

— Мы справимся. Достанем метеорит и привезём к исследовательскому бункеру. Я помню, где он находится.

— Но ценой скольких жизней?

— Всего одной.

Я вопросительно посмотрел на старика.

— Мы взяли большой ящик из стали фериума. Так что пострадает лишь тот, кто пойдёт забирать сам метеорит.

— Это моя обязанность. И ничья больше. Блин, вот почему радиация не могла создать какие-нибудь магические порталы!

— Может, потому что здесь царствует не магия, а просто законы физики иной планеты. Ты же видишь, как эти твари изменили Землю.

— Ага, и даже космический корабль у них не стырить.

Хотя, я же и не пробовал…

Нет, это точно провальная идея. Мало того что его сперва надо найти, так я даже с симулятором полётов на своём компьютере не разобрался, а тут целый корабль. Ну или капсула, легче от этого не становится.

— Мор, ты можешь на меня положиться, — заверил Иллай, прервав мои размышления. — Сам подумай и внятно оцени, кому больше нужна твоя помощь: самым сильным мутантам или обычному городу.

— Всем, — ответил я, не раздумывая. — Уже и так было слишком много жертв.

— И они все будут напрасны, если ты не закончишь начатое. А ты не сможешь, пока над твоим домом и твоими близкими нависла угроза.

Иллай дело говорил. Но внутри я всё равно сомневался.

— Чем больше ты думаешь, тем меньше времени остаётся на дорогу, — подметил старик.

— Вот умеешь ты надавить на больное, — фыркнул я. — Собери мне десятку добровольцев.

— Что ты задумал?

Глава 12

Черное полотно

— Что я задумал? Взять с собой подкрепление. Поэтому выбирай тех, чья помощь тебе точно не пригодится.

— Хорошо, сейчас разбужу Октера, и он за полчаса всех соберёт.

Всё-таки удивительная способность передавать мысли большому числу людей. Эдакая ментальная рассылка голосовых сообщений. Выходит куда быстрее, чем отдельно подходить к каждому и спрашивать.

Через полчаса я уже был готов ехать. А вот мой старый Червь сегодня пребывал в плохом настроении, словно не выспался. Ну, оно и понятно: пропитание из заражённой радиацией почвы приходилось делить со всеми червями. И моему гиганту доставалось куда меньше суточной нормы.

— Потерпи, дружище. Скоро выйдем в пустошь, и там ты сможешь разгуляться, — проговорил я, посылая Червю успокаивающие позывы.

Десять добровольцев из разных племён тоже быстро собрались. Двоих я поставил на своего гиганта на вторую линию, а остальные разделились ещё по двум червям.

Это были долгие и очень сложные пять дней пути. Днём мы останавливались максимум на полчаса, чтобы поесть и размять ноги. А ночью спали часа по четыре, и то последнюю ночёвку я дежурил.

И это бы вымотало меня, если бы я не напитывал постоянно своё тело радиацией. Да, без её мутаций давно бы коньки двинул в этом мире. Потому что такие жёсткие условия не для обычных людей.

Но самое удивительное, что периодически над нашими головами пролетали вертолёты бункерских. Насчитал три винтокрылых машины. Но не решился к ним соваться своей силой, чтобы спустить, ведь это могло закончиться крайне плачевно для находившихся внутри кабины.

Черви остановились возле первых встреченных деревьев. И я был безумно рад наконец-то пробежаться на своих двоих.

Только вот лес, в котором располагалось Князево, был непривычно тих.

Шестое чувство не нашло здесь ни зверей, ни змей, ни даже насекомых. Эта тишина и неизвестность очень настораживали.

Поэтому я замедлил шаг. Опасался, что выйду к городу и не найду там никого, как это было в Зержинске. Поэтому неосознанно пытался растянуть момент, когда всё прояснится. И даже к шестому чувству не обратился. Настолько страшно было узнать ответ.

А он не заставил себя долго ждать.

Ворота в Князево были открыты, но ни одного часового на посту не было.

Сердце в груди забилось чаще, и даже пульсирующая по венам энергия не могла заглушить этих переживаний.

Лишь бы мои люди были живы.

Я зашёл в город и увидел разруху. Мне захотелось упасть на колени и зарыдать. Но вместо этого пошёл дальше. К убежищам.

Не выдержал. Воспользовался своей силой. Купол без радиации оказался цел, но я не мог видеть, кто остался внутри него. И остался ли.

Сила подсказала, что в подземном убежище мутантов пусто. В городе не было никого.

И лишь одна надежда оставалась в куполе бункерских. Туда я и направился. А десять мутантов из вольного племени молча следовали за мной.

И правильно, сейчас не время для слов.

Я подошёл к невидимому куполу. И обомлел.

Купол был забит людьми и мутантами. Причём вторые стояли по краям, и судя по болезненному виду, чувствовали себя не очень. Прямо при мне один мутант вышел за купол, вдохнул полную грудь воздуха и зашёл обратно.

— Где Пётр Сергеевич? — обратился к первому попавшемуся человеку.

— Под землёй сидит, как и почти все ихние, — ответил мне крестьянского вида мужик.

— Позвать можешь? И Эльфа найди. Скажи им, что Мор вернулся.

— Будет сделано.

Мужчина просочился в толпу, а я остался ждать. Не хотел усугублять фон внутри купола, ведь от меня-то точно фонило за километр.

И учитывая, что мутантов внутри собралась огромная толпа, удивительно, как вообще этот купол остался цел. Да, я соорудил его так, чтобы он фильтровал воздух и вытеснял во внешнюю среду опасные элементы, убил на это не один день. Но всё равно в него были заложены ограниченные запасы моей энергии.

Эльф прибежал, расталкивая толпу. А за ним, радостно виляя раздвоенным хвостом, бежал мой верный друг-мутант.

— Мор, ты не представляешь, как я рад тебя видеть!

Друг говорил эмоционально, что было для него не характерно. А Уран тут же преодолел границу купола и бросился на меня, высовывая длинный язык.

— Давно не виделись, дружище! Да ты меня снесёшь! — радостно сказал я волку, и он опустился на землю.

Принялся чесать его за ухом. Только вот радость от этой встречи сильно портило всё происходящее вокруг. На лицо вмиг вернулась серьёзность, и я обратился к Эльфу:

— Выходи и рассказывай, что случилось. А то мне непривычно на тебя из-за стены смотреть, я-то вижу частицы в этом куполе.

Остроухий замешкался на границе барьера.

— Да не боись, пока я здесь, могу в любой момент расширить защиту и огородить нас от опасности, — заверил его я.

— Ну ладно, — сказал он, выходя за невидимую для него стену.

Она по-прежнему обозначалась лишь чертой на земле, которая тянулась по громадному кругу, огибающему здания.

— Это были те, о ком я предупреждал?

— Да. Чёрные твари. И никакое оружие их не берёт, словно они состоят сплошь из тумана. Появляются через пару минут, когда кто-то выходит за купол. Поэтому наполняться радиацией приходится ходить по расписанию.

— Один человек при мне выходил. Но никто не появился.

Эльф пожал плечами.

— Может, ты их пугаешь, — хмыкнул он.

— Сомневаюсь. С какой стороны приходят?

— Да отовсюду. Мне кажется, они под землёй прячутся. В канализации.

— Под землёй, — задумчиво повторил я. — Адаптируются, значит. Это очень плохо.

— Да, капец, — выдал Эльф. — Мы под этим куполом еле сводим концы с концами. Несколько стариков не выдержали отсутствия радиации и умерли. И с каждым днём всё становится хуже.

— Не паникуй. Выведу я вас отсюда. Создам коридор без радиации до пустоши.

— Эти твари попрутся за нами.

— Как попрутся, так и остановятся, — отрезал я. — А бункерские как?

— Ходят в костюмах, из-за нашего присутствия здесь слишком нестабильный фон. Им проще.

— Ясно. Прикажи всем собираться. На всё-провсё у вас два часа. А мы пока разведаем обстановку вокруг, — кивнул я на своих сопровождающих.

— Понял. Куда пойдём? Сколько еды брать?

Я шумно выдохнул. Понимал, что до исследовательского бункера пешком мы будем идти дольше недели. А это нынче непозволительная роскошь.

— Предстоит двухнедельный поход по пустоши, — ответил я. — В тачки все не поместятся?

— При желании влезем, но до них надо добраться и запас бензина взять.

— Поможете? — спросил я, у своих добровольцев. — Тогда доедем дней за пять-шесть.

— Конечно, — ответила красноволосая повелительница огня.

— Тогда вместе с местными займитесь машинами, чтобы через два часа уже все сидели внутри. И если что зовите. Выдам рации. Эльф, принесёшь?

Мой заместитель быстро сбегал за рациями, которые мы обычно использовали на коротких дистанциях. В основном с ними часовые и охотники ходили.

Я выдал мутантам из вольного племени десять раций, благо они не были в дефиците после разорения склада бункерских. За пару минут показал принцип работы. Мои мутанты поняли с первого раза.

Когда все задачи по эвакуации города были распределены, я пошёл на разведку. Чем лучше знаешь врага, тем вероятнее, что сможешь его победить. А эти твари были вообще почти бессмертны.

Я свернул на соседнюю улицу, а Уран задорно посеменил следом. Здесь царила серость почти мёртвого мира и пустота. Тишину развеивал лишь скрежет когтей Урана, да шарканье моих ботинок по напрочь раздолбанному асфальту.

Этому городу лишь перекати-поле для пущей убедительности не хватало.

По дневникам Князя я помнил, что большинство люков были запаяны во избежание проникновения опасных тварей извне. Ведь канализация города тянулась… К разрушенному бункеру.

В общем, всего два люка оставались открытыми, и то они располагались в местах, где постоянно дежурили часовые.

Я точно помнил местоположение только одного. К нему и направился.

Пришлось топать почти до самого выжженного поля. Агроном ещё не успел привести землю в порядок, да и уже не успеет. Теперь это гиблое место.

Когда пришёл, то обнаружил, что на нужный люк свалился фонарный столб. Его словно лезвием отрезали, такое ровное было место среза. В этом месте явно произошла битва.

Направив энергию в руки, я откатил столб. А затем отодвинул крышку люка.

— Посторожишь здесь? — спросил я своего питомца.

Волк присел и навострил уши. Он прекрасно меня понимал.

— Спасибо, скоро буду. Если что громко лай.

И мне показалось, что он кивнул мордой. Очень умное создание.

Полез вниз по вертикальной лестнице. Я не боялся врагов, ведь всегда мог прикрыть себя противорадиационным куполом. Конечно, в нём нежелательно находиться долго. Но мне и не понадобится много времени, чтобы слинять.

Ботинки опустились в лужу. И я чуть не поскользнулся на чём-то склизком.

Здесь пахло сыростью и плесенью, причём какого-то мутировавшего вида. Она заполняла все стены, ветвясь, словно отростки мха.

Свет мне был не нужен, ведь шестое чувство куда надёжнее.

В голове всплыла карта канализации. Здесь было всего пять ответвлений.

Мох. Вода. Крысы. И ещё раз мох.

Никаких тварей я не нашёл, как и слепых зон, куда не распространялось бы радиоактивное излучение.

— Где же вы прячетесь? — пробормотал я себе под нос и ещё раз всё проверил.

Как сквозь землю провалились. Или же монстры прятались отнюдь не здесь?

У меня не было времени и желания обыскивать весь город: заходить в дома и вламываться в оставленные квартиры. Поэтому я тупо пошёл обратно к своим людям.

По пути Уран принёс мне деревянный прутик с явным намёком на игру. Животное было умное, но не настолько, чтобы понимать какая серьёзная опасность нам грозит. Ведь он вырос в лесу, где всегда было опасно, и сейчас для волка мало что изменилось. Разве что заставили в куполе сидеть вместе с людьми.

Я не смог отказать Урану и бросил палку. Он тут же принёс её обратно, и в благодарность я почесал его мордашку. И так несколько раз, пока мы не вернулись к барьеру.

В этот раз на границе купола меня ждал Пётр Сергеевич.

— Мор! Какое счастье, что я вас нашёл. Вы нашли этих монстров?

— Не нашёл. Как подготовка к эвакуации? Успеваете?

— Да, собираемся полным ходом. Но, куда мы направимся? Разве остались ещё безопасные места?

— Условно безопасные остались. Кстати, когда в последний раз была замечена чёрная тварь?

— Дык за два часа до вашего прихода, как мне докладывали.

— Хм, куда же они тогда делись, — рассуждал я вслух.

— Да не всё ли равно, — устало сказал Пётр Сергеевич.

— По сути, всё равно. Но мне бы хотелось задержать их на время эвакуации. Убить не смогу, а вот выбить фору. Придётся решать по факту, если они вылезут.

Эвакуация пошла полным ходом. Быстрее всего люди собираются, когда не знают, когда ожидать нападения. В чём я сейчас и убедился.

Городские задействовали все транспортные средства, но больше всего людей поместились в грузовики. С запасом бензина Эльф не обидел, как и обещал. И, кажется, он забрал вообще всё, что было, отдавая предпочтение топливу, чем личным вещам наших беженцев.

Угрозы на горизонте не было, поэтому было решено выдвигаться без противорадиационного коридора, который я сперва хотел организовать. Это хотя бы прибавит сил измученным мутантам. И там, если что, я быстро возведу защиту.

Машины стали выезжать на дорогу одна за другой. Вскоре на выезде из города образовалась длинная колонна. Я должен был ехать в последней машине. И то временно, пока не доберусь до Червя. А мои добровольцы пошли вперёд, охранять колонну.

Урана посадил в большой багажник и отправил в середине колонны, не хотел снова подвергать волка опасности. Он от прошлых разборок-то до сих пор отходит. Так и не набрал прежнюю массу.

Вот настала и моя очередь выдвигаться. Даже не верилось, что всё так просто.

Всем своим нутром я ожидал подвоха от тварей и постоянно мониторил местность с помощью своей способности.

И подвох случился. Там, где я его совсем не ожидал.

Когда УАЗ, в котором я ехал, преодолел уже половину лесной дороги, резко поднялся ветер. Сильный порыв закружил зелёную листву, срывая её с деревьев.

— Что за чёрт⁈ — гаркнул я и вышел из машины.

Меня чуть не сдуло. Но шестое чувство по-прежнему молчало.

Я начал сооружать коридор для безопасного прохода машин. Эдакий длинный купол без радиации. Мутантам должно было хватить прошедшего времени, чтобы хоть немного восстановиться после пребывания в куполе бункерских.

Я и сам оказался внутри. И в данных условиях выход из защиты приравнивается к скоропостижной смерти.

А ветер остался снаружи. И он продолжал бушевать, забрасывая моё творение листьями и ветками. А вскоре и целое дерево вырвало с корнем. Пришлось знатно уплотнить частицы, чтобы обезопасить колонну машин с людьми.

Я залез в кабину и приказал водителю УАЗа двигаться дальше. Машина медленно ехала по разбитой дороге. Да, несколько десятков лет назад здесь даже асфальт был.

До выхода в пустошь оставалось не больше километра. А за куполом уже ничего не было видно, кроме сплошного урагана. Словно Буря вышла из бункера и решила нам отомстить. Только не за что.

Поэтому я всматривался в купол, как мог в попытках понять происходящее безумие. Да за последнюю неделю мир точно сошёл с ума, и я каждый раз оказывался в эпицентре нового треша. Стабильность, мать её!

Вскоре на купол опустилась тьма. Облепила его, поглотив своим нутром листья и деревья. И остались только красные глаза.

Неужели эти твари прятались в почве? Приспособились.

И теперь только вопрос времени, когда они смогут до нас добраться. Я же планировал первым добраться до них. Точнее, до их истоков.

Но не сейчас. Пока мы находились внутри купола, не было смысла рыпаться. Сюда они не проникнут.

Понимая хитрость тварей, я расширил купол вперёд, уже на дорогу в пустоши. А то ещё станут конец искать.

А позади себя начал сворачивать коридор где-то в метре позади нашей машины. Чтобы напрасно энергию не расходовать. И вместе с перемещающейся границей купола меня преследовали и красные глаза.

Удивительно, что они мне ещё в кошмарах не приходят.

Зря я надеялся, что этот треш закончится, когда машины выйдут в пустошь. Нет. Инопланетные твари упорно продолжали нас преследовать. И тут я обеспокоился. Ведь мутанты долго не протянут без выхода в радиоактивную среду. Город умрёт меньше, чем за сутки, если я что-то не придумаю.

Создать ещё один барьер между нами и тварями — не вариант. Они слишком плотно облепили купол. Да и в темноте я совершенно не видел, насколько плотный слой этих тварей навис над нами. А шестое чувство их не видело, словно они были частью окружающей среды и не более того.

Я достал рацию и проговорил:

— Эльф, что там у вас? Приём!

Остроухий, едущий в первой машине колонны сразу ответил:

— Полная жопа. Ветер бушует, твари облепили купол до самого конца.

Видно, всё и правда плохо, раз Эльф начал материться.

— Как выйдем из леса, отдам приказ остановиться. Передай всем, чтоб были готовы.

— Что ты задумал?

— Выйду к тварям, а там посмотрим. И не отговаривай. Готовность десять минут.

— Принято!

О том, что лес закончился и началась пустошь, я узнал только с помощью шестого чувства. Отдал приказ об остановке. Вышел из машины и пошёл вперёд колонны.

Был крайне удивлён, когда обнаружил двоих динозавров живыми и привязанными к одному из грузовиков, как собаки на поводке.

— Кто за них отвечает? — спросил я вышедшего покурить мужика.

Где он только табак раздобыл? Его же уже лет сорок не производят.

— За ящериц этих? — переспросил мужик хриплым голосом.

— Ага. Как вы их заставили подчиняться?

— Дык это главный как-то решил. Связался по рации с какой-то Ведьмой. Вот она их и ведёт. А как я хрен знает.

— Ясно. Отвязывай мне вот этого без шипов на спине.

— Уверен? Твари-то опасные?

— Я что совета спрашивал? Хочешь жить, тогда отвязывай! — со сталью в голосе повторил я.

— Ладно, ладно.

Через две минуты я уже взбирался на спину буро-зелёного динозавра, очень похожего на велоцираптора из фильма «Парк юрского периода». Животному пришлось опуститься на мощные передние лапы для такого манёвра, что, кстати, и отличало динозавра от доисторических сородичей.

Я пожалел о своей идее почти сразу, но решил не отступать. Ведь это животное — отличный шанс на выживание. Червь был бы лучше, но наши громадные питомцы так испугались творившегося на поверхности, что зарылись глубоко под землю. Так, глубоко, что теперь хрен достучишься до их мозгов, пока инопланетяне здесь.

Да, седла динозавру точно не хватает. Пришлось обнять его за шею, чтобы не свалиться.

Я отдал доисторической твари приказ бежать в начало колонны. Как раз между машинами и куполом оставалось так мало места, что здесь бы только динозавр пробежал. Ну, или мотоцикл, которого у нас не было.

Динозавр так разогнался, что я аж офигел. Весь путь надеялся, что он сейчас не споткнётся о какую-нибудь корягу, и я останусь жив.

Пронесло. Минут через десять мой ручной динозавр остановился перед первой машиной колонны.

Эльф, завидев сие представление, высунул голову из окна УАЗа и озадаченно спросил:

— Ты чего удумал? На кой динозавр?

— А сейчас увидишь! — задорно ответил я и медленно повёл своего питомца к краю коридора, который заканчивался в трёхстах метрах от машины.

— Будь осторожен! Не хочу смотреть в глаза Лавине, если ты умрёшь, — крикнул мне напоследок друг.

— А это уже, как пойдёт!

Если бы существовал бог радиации, то я бы ему помолился. Но, нет.

Мой ручной динозавр разогнался, и я направил его прямо в купол. За секунду до столкновения сместил его. И мы врезались прямо в полчище инопланетных чёрных тварей.

Глава 13

Заброшенный город

Я успел создать вокруг себя и динозавра противорадиационный купол. Это был тот же защитный барьер, только в несколько раз тоньше.

Но и его хватило, чтобы проскочить через монстров, сотканных из чёрной дымки. Прямо передо мной в сторону разошлись чьи-то красные глаза, но затем снова сомкнулись в привычное положение за моей спиной.

Как и ожидалось, часть тварей отлипла от купола и ринулась за мной.

Но я оказался хитрее. Остановил и развернул динозавра.

Сперва создал невидимую стену с пространством без радиации. Подождал пару секунд, пока в неё не врезались преследователи. А затем завертел в кольцо и снова преобразовал в стакан-ловушку.

У меня появилась фора, чтобы оценить положение коридора. Его облепили со всех сторон, а плотность скомканных там чёрных тварей достигала двух метров. Инопланетная субстанция кочевала по моему коридору волнами, словно это была часть штормового моря.

Вот от общей массы отделились ещё твари. И я заключил их в такую же ловушку, как и предыдущих.

Хм, а может тупо подождать, пока каждый из монстров решит на меня наброситься?

Я бы так и сделал, если бы сомневался, что у врагов есть разум. А он определённо был. Совсем непонятно, где в этих чёрных смолянистых облаках располагались мозги, но поступали инопланетные твари более, чем рационально.

Ни одно животное, кроме человека, не умеет так быстро учиться на своих ошибках, как это делают они.

Стратегия с ловушкой сработала трижды, потом меня оставили в покое. Ну как оставили… за мной непрерывно следили тысячи безумных глаз.

И, пока они не опомнились, я поспешил действовать. Создал над коридором ещё одну противорадиационную стену. Сомкнул её.

И вот так просто все оставшиеся твари оказались в ловушке.

Вытянул нижний коридор так, чтобы он располагался чётко над верхним и у тварей не было возможности проникнуть вниз.

А затем открыл нижний и жестом отдал первой машине команду ехать.

Вот так мы и спаслись. Правда, я до сих пор понятия не имел, сколько может простоять моё творение, поэтому следовало поторопиться. Ведь что барьеры, что ловушки питались напрямую от накопленной в моём организме радиации. А её запас, как и дальность, совсем не безграничны.

Колонна передвигалась до глубокой ночи без остановок. Даже беременным женщинам и детям, которые передвигались в фургоне, приходилось терпеть, ну или приспосабливаться ради своей же безопасности.

Для остановки Эльф съехал с основной дороги, которая проходила через всю радиоактивную пустошь. И мы заехали в заброшенный город.

От зданий здесь мало что осталось, да и высокий радиационный фон, как магнит притягивал мутантов. Но сейчас здесь был я, поэтому сразу оценил обстановку.

— Да здесь целый зверинец прячется, — сообщил я Эльфу и Синему, как только они вышли из машины.

— Нам стоит опасаться? — уточнил остроухий.

— Не, — отмахнулся я. — Уже передал всем команду к людям не приближаться. Синий, организуешь воду?

— Да без базара, как раз какой-то фонтан проезжали. Пойду поколдую, — сказал Синий, разминая костяшки пальцев.

— А Лысый где? — вспомнил я о старом друге.

А ведь когда-то мы были врагами. Хах.

— В каком-то фургоне вместе с Электро. Я велел ему присматривать за взбалмошным стариком, — ответил Эльф. — Они там должны аккумуляторы заряжать.

— Ясно. Так что прямо на улице лагерь разобьём или к ближайшим домам присмотримся? Я, честно, в таких старых заброшенных городах ещё не бывал.

— И хорошо, что не бывал. Здесь повсюду смерть. Даже запах могильный.

Я принюхался.

— Чувствую только запах сортира, — выдал я. — Бля, вот не могли подальше организовать.

— Поздно метаться, — привычно спокойно сказал Эльф. — Да и по поводу домов: фиг знает в каком они состоянии. Там за сорок лет всё могло прогнить насквозь. Лучше не рисковать.

— Согласен. Тогда вели разбивать лагерь и назначай часовых. Я первым подежурю. Пойду осмотрюсь.

— Ага, давай.

Но стоило мне отойти на пару метров, как Эльф окликнул меня:

— Мор, погоди.

— А, что такое? — обернулся я.

— Слышу что-то странное.

Все знали о сверхспособности Эльфа слышать комариный писк за километр. И это не раз спасало нас с мутантами в вылазках.

— А ну-ка, поподробнее.

— Словно плач ребёнка. Очень тихий. В другом конце города. Но, думаю, что это какой-то мутант. Если бы здесь были люди, то я бы сразу услышал посторонние голоса.

— Схожу, проверю.

Эльф указал мне примерное направление, и я потопал. Фонарик с собой опять не взял, а ориентировался лишь на шестое чувство.

По пути встречалось очень много животных самых разных мутаций. Прямо бестиарий какой-то. Но они не обращали на меня внимания и проходили мимо, помня ментальный приказ.

У меня сложилось впечатление, что животные сбежали сюда из близлежащих лесов и деревень. А как иначе объяснить жующего куст оленя возле подъезда панельного дома?

Тем более, растительности в этом мёртвом заброшенном месте было уж очень мало. И когда она закончится, животным придётся мигрировать дальше, или снова мутировать под новые условия.

Прямо под моими ногами пробежала белка. Блеснула ярко-красными глазами и скрылась в открытом люке канализации. Точно, как в зоопарк попал.

Если бы этому миру не грозил полнейший капец, то можно было бы высадить растения и продавать билеты за просмотр мутантов бункерским. Хах, что-то не о том я думаю.

Я долго бродил, погруженный в собственные мысли. Наблюдал за размеренной жизнью животных. Напитал энергией уши, чтобы хоть немного усилить слух.

И вслушивался. Ведь тот, кого я ищу мог скрываться в любой многоэтажке, а в каждой было квартир по двести минимум. Даже от безудержного любопытства я бы не стал их все обходить.

Звуки усилились в десятки раз. к этому было сложно привыкнуть. Как вообще Эльф с такой способностью не сошёл с ума? Хотя в этом наверно и секрет его безупречной выдержки.

Мне же через десять минут с усиленным слухом уже захотелось с мясом оторвать свои уши. Мозг просто офигевал.

И я уже решил, что на хер это всё. Какой-то непонятный звук не стоит моих мучений.

Как услышал детский плач. Самый настоящий.

Я побежал на звук со всех ног. Казалось, что мои барабанные перепонки сейчас лопнут к херам. Но я терпел. Из чистого любопытства.

Зашёл в подъезд пятиэтажки. Звук доносился откуда-то сверху. Но тут же я наткнулся на обрушенную лестницу.

Выругался и создал целых три пролёта из уплотнённых радиоактивных частиц. Спешно поднялся.

Четвёртый этаж. Темнота. Мусор шуршал под ногами.

Звук доносился из-за закрытой двери. Наконец-то я смог вернуть слух к привычному состоянию.

Дёрнул за ручку и потянул железную дверь на себя. Она со скрипом отворилась и пустила меня внутрь старой квартиры.

К этому времени детский плач превратился в лёгкое завывание.

Я прошёл через коридор в арку и оказался на кухне.

И увидел то, что никак не вписывалось в картину заброшенного города.

Прямо на грязном полу возле окна, откуда еле-еле пробивался свет полной луны, скрытой за радиоактивной пылью, сидела девочка лет пяти. Вся чумазая. В каких-то обносках, что раньше назывались сарафаном.

Она доставала из банки заплесневелые макароны и жадно засовывала их себе в рот. Раздавался такой треск, словно она ломала о них свои молочные зубы. А затем снова плакала.

Я медленно подошёл.

Девочка увидела меня и забилась в угол. Макароны из банки высыпались на пол.

— Тише, тише, я не причиню тебе вреда, — успокаивающе проговорил я.

В ответ девочка лишь снова заплакала.

Я присел на корточки и снял с плеч рюкзак. Достал оттуда банку тушёнки, нож и буханку хлеба, который остался из запасов Тёти Клавы. Открыл банку. Старался делать всё медленно, чтобы ещё больше не напугать ребёнка.

— Вот, держи, — сказал я и протянул девочке тушёнку с хлебом.

Она схватила еду и начала выгребать мясо из банки своими маленькими ручками. Блин, надо было ложку хоть поискать.

Я подождал, пока девочка поест, а потом представился:

— Меня зовут Мор. А тебя?

— Аня, — пропищала девочка.

И я заметил, что губы её были в крови. Не представляю, как больно ей было есть.

— Как ты здесь оказалась?

— Папа спрятал меня и ушёл искать маму. На наш город напали странные существа.

— Чёрные и бесформенные? С красными глазами?

Аня кивнула, а в глазах её заблестели слёзы.

— Давно папа ушёл? — спросил я, догадываясь, какой будет ответ.

— Девять или десять дней, — ответила она тонким голоском и всхлипнула. — Я запуталась.

— Пойдём со мной. У нас есть еда и чистая одежда.

В ответ малышка покачала головой.

— Я папу буду ждать.

Мне тяжело было это сказать, но лучше сейчас, чем после:

— Он не вернётся. Иначе бы уже пришёл.

— Я тебе не верю! — воскликнула девочка и снова заплакала.

Я уже подумал сковать её с помощью своей силы и отнести в лагерь. Там женщины ей помогут.

— Из какого ты города? — мягко поинтересовался я.

— Из Царицыно.

Вот это новость! Блин, да эти чёрные твари с каждым днём выкашивают население Земли. Такими темпами к концу года на нашей планете не останется людей. А это очень, очень фигово.

Очередное доказательство, что время поджимает. А я лишь наполовину выполнил свой план.

— Аня, послушай, я не могу оставить тебя здесь умирать. Поэтому либо ты идёшь добровольно, либо мне придётся связать тебя и отнести к нашим. Что выберешь?

— Я никуда не пойду. Там… там страшные монстры. И папа может вернуться. Я по нему очень скучаю.

— Пока ты со мной, тебе нечего бояться, обещаю. А папе оставим записку, чтобы знал, где тебя искать, если вернётся. Согласна?

Девочка кивнула, и ещё полчаса у меня ушло на то, чтобы найти в этой старой квартире хоть что-то, чем можно оставить послание. В итоге нам повезло: нашли белый мел. От сырости он крошился в руках, но мы смогли оставить на стене послание: «Аня в ЦИБе».

Я взял девочку на руки и понёс вниз. Казалось, что она весит не больше двадцати килограмм. Такая худая. Да и бледная наверняка от голода, в темноте и за слоем грязи не было видно цвета кожи.

Спустивший на третий этаж, я хотел вернуть свою невидимую лестницу. Но не смог. Все силы во мне словно исчезли.

Это пугало. Ведь сейчас нет ничего страшнее, чем быть простым человеком.

Неужто это из-за девчонки? Надо проверить.

Я опустил малышку на пол и попросил:

— Анечка, поднимись, пожалуйста, наверх и отойди на пару метров. Надо кое-что проверить.

Она кивнула и молча пошла.

— Ещё дальше, — крикнул я.

Как я понял, она дошла до квартиры, в которой пряталась. Только тогда мои силы вернулись.

И как мне теперь спускать девочку? О, точно, у меня же есть верёвка.

Аня вернулась, и с помощью ухищрений и мысленного мата я обвязал нас. закрепил верёвку на перилах и проверил надёжность, подёргав со всей силы.

В итоге спустились. Фух. И уже через полчаса я передавал Аню нашим женщинам. Они обещали позаботиться о девочке: накормить, помыть и оказать первую помощь.

Я с облегчением с ней расставался. И пусть это не было болезненно, как с фериумом, но мне уже не нравилось ощущать себя обычным человеком.

Ранним утром меня растолкал Лысый.

— Чего тебе? А? — сонно простонал я и вылез из спального мешка, который всегда носил с собой.

И не зря. В который раз пригодился.

— Мор, ты чё за девчонку вчера привёл? — возмущённо спросил Лысый.

— Даже не думай её трогать!

Сон как рукой сняло.

— Да ты офигел? Я же не педофил какой-то, — театрально обиженно произнёс Лысый.

— Тогда какого чёрта ты меня разбудил и глупые вопросы задаёшь?

— Да у нас как бы проблемы.

— Какие?

— Девчонка твоя ночью разговорилась с Электро. Да он ей до сих пор какую-то книжку читает.

— И что?

— Конь в пальто. Нам аккумы заряжать надо, а ему хоть бы что. Ты вообще представляешь, сколько техники мы с собой везём? Без электричества никак. Я вон рации зарядить не могу, а там уже очередь из желающих.

— Серьёзно? Без меня это не решить?

— Нет.

— Как дети малые, ей-богу.

Я неохотно поднялся, и Лысый отвёл меня к своей проблеме.

Электро сидел у костра, а рядышком пристроилась Аня. Он читал ей сказку о снежной королеве, и девочка внимательно слушала.

— Привет, Электро! — поздоровался я.

В ответ старик поднял указательный палец и продолжил читать.

Хотелось выругаться, но при ребёнке не стоило.

— Электро, можно тебя на минутку? — процедил я. — Иначе мне придётся забрать Аню и разговаривать с ней.

Это подействовало. Электро дочитал абзац, погладил девочку по голове, словно заботливый дедушка и подошёл ко мне.

За ночь Аню помыли и переодели, и теперь она мало чем отличалась от прочих детей. Оказывается, волосы её были не чёрного цвета, а светло-русого.

— Слушаю, Мор, — сказал Электро сразу, как подошёл.

— Слушай, я очень рад, что вы с Аней нашли общий язык. Но это не отменяет твоих обязанностей.

— Да, я понимаю. Только вот с моими силами какая-то беда. Я думаю это из-за усталости.

— Нет. Это Аня. И пока она рядом, ты обычный человек. Ну почти.

Глаза старика округлились, а челюсть отвисла чуть ли не до самого пола.

— Так что давай я заберу её на часок, а ты аккумы зарядишь. Согласен?

— Ладно, только девочку не обижай. Ей сильно досталось.

— С каких пор ты детей любишь? — с прищуром спросил я.

— Она очень похожа на мою внучку. Почти копия. Она умерла вместе с сыном во время судного дня, — горестно поведал старик.

— Прости, я не знал. С Аней всё будет хорошо, обещаю.

— Спасибо.

Мне показалось, или в глазах старика заблестели слёзы? Да, пережить такое… тут любой умом тронется, а он ещё держится бодрячком.

Я забрал Аню и отвёл к Тёте Клаве, которая готовила завтрак на проходной электроплите. Большинство других женщин варили кашу на костре.

При приближении Ани Тётя Клава зевнула и выдала:

— Странно. Впервые за сорок лет я хочу спать.

Девочку покормили, и я рассказал о её способности Тёте Клаве. Она обещала присмотреть за ребёнком. И даже на ночь забирать периодически, чтобы самой поспать хоть раз в неделю.

Через два часа после рассвета лагерь свернулся, и машины были готовы ехать дальше.

День в пути прошёл без происшествий, что даже странно.

А когда я уже засыпал, в голове раздался знакомый голос:

— Мор, слышишь меня?

— Слышу, Октер, слышу. Ты и на расстоянии умудряется меня достать, — мысленно ответил я.

— Ну так это моя прямая обязанность.

В его голосе послышалась усмешка.

— Какие новости? — спросил я.

— Мы сильно задержались в пути. Только достигли цели. На рассвете планируем зайти в город.

— В город?

— Да, а ты что думал, кто-то перемещал метеорит с того места, где он упал?

— Ну как бы да…

— Нет. Его только замаскировали. Этого вполне достаточно.

— Удачи вам, — пожелал я, не скрывая трепета в душе.

— Ага. Она нам понадобится.

— Что такое? Что ты не договариваешь?

— Знаешь, я просто хотел сказать, что был рад нашей дружбе.

— А ну-ка выкладывай! Это приказ! — мысленно прокричал я.

Ответ пришёл через долгую минуту, и всё это время я места себе не находил.

— Сюда собрались все мутанты с округи и одиночки, словно это самое безопасное место.

— Они бегут, — догадался я.

— Да. И их здесь несколько тысяч. Причём мелких мы не считали. Так что не знаю, какой ценой мы справимся. Но мы готовы.

Я приложил к губам рацию и приказал колонне остановиться. А после продолжил мысленный диалог:

— Сможете подождать меня? Дня три.

— Нет, Мор. За это время твари уничтожат ещё несколько городов.

— Но у меня есть способ обойтись вообще без жертв! Помогите ближайшим городам эвакуироваться, если хотите помочь.

— Хотим. Но боюсь, нашу помощь не примут.

— А ты не спрашивай. И вообще, это приказ. Передай Иллаю. Буду через дни дня, может, раньше.

Я высунул голову из окна машины. Прямо в небе над нами пролетал вертолёт. И он был мне нужен.

Глава 14

Вертолет

Надо было действовать быстро. Счёт шёл даже не на минуты, а на секунды.

Я вновь пожалел, что у нас нет мутанта, способного управлять воздухом. Придётся действовать самостоятельно.

Обратился к шестому чувству. В воздухе было полно радиации, поэтому я легко ощутил, как быстро летит винтокрылая машина советского образца. Только вот как остановить и опустить его, при этом ничего не повредив?

Соображать пришлось быстро.

Сперва я уплотнил радиацию вокруг вертолёта, заключив его в своеобразный шар. Хотел остановить лопасти и поймать машину в падении, но потом до меня дошло, что я могу переместить сам шар. И из этой ловушки винтокрылая машина не выберется.

Так и сделал. Медленно с большим трудом я притягивал шар с машиной к земле. При этом его лопасти не переставали крутиться.

На мою удачу, при приближении к земле пилот пошёл на посадку, и лопасти начали останавливаться.

Я аккуратно поставил шар на землю и расширил его дно, чтобы места хватило. Машина приземлилась в трёхстах метрах от колонны, но за счёт моего барьера ветра почти не было.

Лопасти остановились, и я убрал получившийся купол. Ну, если захотят сбежать, то я всегда могу создать его заново.

Дверь в кабину пилота распахнулась и на меня посмотрел человек в противогазе. Бункерские, значит.

— Это твоих рук дело? — приглушённо спросил мужчина, кивая в небо.

— Да. Меня зовут Мор. Скажи мне, хочешь поучаствовать в спасении мира?

— Да ты прикалываешься? Мы пациента перевозим. Если к вечеру не доставим к хирургам, то он умрёт.

— Это ради кого ваши подрядили целый вертолёт?

Зная, как бункерские относятся к человеческому ресурсу, я знатно удивился.

— Не могу сказать, — ответил пилот.

Внезапно ко мне подошла девушка-мутант. Одна из добровольцев вольного племени, которая поехала со мной.

— Брат, я случайно услышала ваш разговор. Может, мы сможем помочь больному?

— А ты лечить умеешь?

— Да. Это мой дар.

— Нет. Я не позволю вам к ней приближаться, — рявкнул какой-то мужчина из кабины.

— А вы, собственно, кто? — спросил я у него.

Мужик замешкался. Видно, рассуждал, стоит ли говорить.

— Да ты не бойся. Мы не причиним вам вреда. Даю слово, — пообещал я.

— Я не верю мутантам, — брезгливо ответил неизвестный.

Я шумно выдохнул. К лишним и бессмысленным жертвам приводить не хотелось, а вертолёт был нужен позарез.

— Тогда ваша дочь умрёт, — твёрдо сказал я, хотя на самом деле не допустил бы такого исхода.

— С чего ты взял, что она моя дочь?

— По реакции. Тут и идиоту понятно. Дочь, либо очень близкий человек.

— Дочь, — подтвердил мужчина.

— Понимаешь, у меня нет времени договариваться. И мне капец как нужен вертолёт, чтобы спасти эту проклятую планету от инопланетного вторжения. Ты же видел, что происходит?

— Видел. Но наши учёные говорят, что это новый тип мутантов.

— Ага, как же! Так что извини, но выбора у тебя нет. Все, кроме пилота, выходите из вертолёта. Иначе мы достанем вас силой.

— Я не полечу, — выдал пилот. — Лучше убейте.

Ну, начинается.

Если бы люди во всём мире научились договариваться и выполнять свои обещания, то не было войн. И этого пиздеца, что сейчас происходит. Это же так просто — засунуть куда подальше амбиции власть имущих и найти компромисс, чтобы все остались целы и невредимы. Но, нет, каждый хочет отхватить кусок власти побольше. А зачем?

Ну, впрочем, сейчас не об этом.

— Ты думаешь, что я стану тебя уговаривать? — с усмешкой спросил я пилота. — Нет, дружок. Ты знаешь, в чём заключается моя сила?

— Впервые тебя вижу.

Я злобно оскалился. Уже дорос до такого уровня силы, чтобы решать вопросы иначе.

— Я сделаю из тебя марионетку, и ты даже до пистолета дотянуться не успеешь, чтобы выстрелить себе в лоб.

Бункерские замолкли. И правильно, на их месте я бы тоже до усрачки напугался. Потерять волю — хуже смерти. В разы.

— Поверишь на слово или продемонстрировать? — с угрозой спросил я.

— Не надо. Не надо. Я согласен тебе помочь.

— Отлично. Освобождайте вертолёт. Живо! А ты смотри, если чего в полёте учудишь, то мы не разобьёмся, и смерть станет для тебя лучшим исходом.

— Понял я, — дрожащим голосом ответил пилот.

Из кабины вертолёта выкатили носилки с девушкой. На ней тоже был костюм химзащиты, но место сгиба на руке оставалось открытым для капельницы.

Я соорудил вокруг неё противорадиационный купол и сообщил об этом отцу девушки и сопровождающему их врачу. Больше на борту никого не было, кроме этой четвёрки.

— Можешь начинать, — сказал я целительнице.

На что получил кивок в ответ.

И пошёл искать Аню.

Нашёл быстро. Она стояла возле УРАЛа вместе с Электро. И на удивление он продолжал читать девочке сказки, а она внимательно слушала.

Я наклонился к девочке и добродушно спросил:

— Аня, а хочешь полетать вместе со мной?

Она лишь покачала головой.

— В смысле полетать? — внезапно остановил чтение Электро и озадаченно спросил.

— На вертолёте. Это безопасно.

— Я её не отпущу.

— Электро, эта девочка может спасти сотни жизней моих людей, которых сейчас рядом с опасным местом. И я не спрашиваю твоего разрешения.

— Тогда я полечу с вами, можно?

Я шумно выдохнул, понимая, что старик не отстанет, если что-то взбрело в его голову.

— Ладно. Собирайтесь. У вас есть полчаса.

— Не хочу летать, — пропищала девочка. — Это страшно.

— Мы с Электро будем рядом. Да и это всего на пару дней.

Аня покачала головой.

Ну как мне её убедить? Она ребёнок, так что я никогда не решусь использовать методы убеждения, которыми пользуюсь для взрослых.

Неожиданно меня поддержал Электро:

— Это совсем не страшно. Наоборот, ты увидишь мир с высоты птичьего полёта. А если что-то случится, что крайне маловероятно, ведь угрозы в небе нет, то дядя Мор нас с помощью своей силы аккуратно на землю спустит.

— Его сила не работает рядом со мной.

А девочка оказалась ещё и сообразительной.

— Тогда я выпрыгну. Сам быстро опущусь и вас спущу, согласна? — аккуратно предложил я.

— Так, ты же разобьёшься, — ответила Аня и прикрыла рот маленькой ладошкой.

— Не разобьюсь. Заключу себя в купол и плавно ощущу. Расстояния хватит.

— Ну… Ну ладно. Если это так важно.

— Ты даже не представляешь насколько. Спасибо. Собирайтесь пока.

Я сам собрал в портфель всё необходимое и отдал Эльфу распоряжение ждать нас на следующей стоянке, которая была отмечена на карте.

Удивительно, но уже через полчаса больная девушка встала на ноги. И стоило мне подойти к её куполу, как на меня с благодарностями набросился её радостный отец.

— Спасибо! Спасибо, — он схватил меня за руку и крепко пожал. — Я больше никогда не усомнюсь в словах мутантов. Вертолёт забирайте насовсем, это меньшая плата за спасение жизни моей дочери.

— А как же вы до места доберётесь?

Видимо, на радостях бункерский забыл, что находится посреди радиоактивной пустоши, и замялся с ответом. Я поспешил его успокоить.

— Поезжайте пока с нашими. Фургоны с такими же куполами внутри отмечены зелёными крестами. Выбирайте любой. А я верну вам машину, как закончу свои дела. Больше она не понадобится.

— Спасибо! В очередной раз нас спасаешь!

— Рано благодарить. Запаса горючего хватит на такой долгий перелёт?

— Да, этот вертолёт специально предназначен для больших расстояний. Мы его модернизировали по полной. Да и баки с горючим на всякий имеются.

— Сколько баков оставить, чтобы вы вернулись назад? Ну или куда вам там надо.

— Двух будет достаточно. Всего 6 бочек в запасе.

Я благодарно кивнул и забрал свою руку. Отец девочки поспешил к ней вернуться. Сейчас без противогаза я рассмотрел её совсем юное лицо.

Ей было не больше тринадцати лет. Она посмотрела на меня и одними растрескавшимися губами произнесла: «Спасибо». Я в ответ лишь улыбнулся.

А тут и Аня с Электро подоспели. Девочка нашла где-то старого плюшевого медведя и шла, прижимая его к груди, как частицу самой себя.

— Как мишку зовут? — улыбчиво спросил я у девочки.

— Мор, в честь тебя, — ответила она и ещё крепче прижала к себе медвежонка.

Мы забрались в вертолёт. Электро с Аней сели в большой кабине для пассажиров, а я приземлился в кресло возле пилота.

Достал планшет и на карте указал точку, куда нам нужно.

— Фига как далеко, — удивился пилот. — Придётся на ночёвку останавливаться. Это полутора-двое суток. Не хочу вырубиться у штурвала, и так весь день в пути.

— Сможешь поставить на автопилот и поспать в полёте, — ответил я, всем своим тоном показывая, как спешу.

— А за приборами кто будет следить?

— А что там сложного? До вечера уж научусь.

Из стёкол противогаза виднелись округлившиеся карие глаза мужчины. Но он не решился мне возразить.

— Ладно, в процессе всё объясню, мне не сложно, — пробормотал пилот.

— Вот и отлично. Взлетаем.

Вертолёт всплыл в воздух. Я надел противошумовые наушники, и лопасти загудели.

Да, в таких условиях сложно было усваивать экспресс-курс поддержки вертолёта в небе, но я вникал, как мог.

На протяжении всего пути мужчина поспал часов пять. Не решался он вырубиться дольше, чем на час. Я бы на его месте тоже не стал доверять человеку, который летал в жизни лишь раз, и то на фениксе.

Вертолёт приземлился в километре от города, прямо рядом с лагерем мутантов из вольного племени.

— Откуда столько одиночек? — спросил пилот, как лопасти остановились.

— Это не одиночки, а мои люди, — ответил я, снимая наушники. — И спасибо тебе. Отдыхай пока, а я постараюсь надолго не задерживаться.

— А не боишься, что улечу? — раздалась приглушённая противогазом усмешка пилота.

— Нет, ведь ты не захочешь пропустить зрелище, — вернул я колкость и вылез из винтокрылой машины.

Электро выпрыгнул из кабины и спустил Аню. И девочка вприпрыжку побежала к лагерю, совсем не опасаясь его обитателей.

— Куда же так быстро, — пробормотал Электро и посеменил за ребёнком.

Я окружил вертолёт противорадиационным куполом и подал пилоту знак, что теперь он в полной безопасности. Ещё бы, я уплотнил частицы так, что к нему ни одна тварь не сунется. Да и сам вертолёт не взлетит, но об этом пилоту уже знать не обязательно.

Мутанты встречали меня с озадаченными взглядами, и словно каждый хотел спросить: «ты с ума сошёл ребёнка сюда приводить?»

И в итоге общее негодование высказал Иллай:

— Мор, мы, конечно, очень рады тебя видеть. Но не объяснишь ли ты…

— Где Октер? — перебил его я. — Я вам продемонстрирую. Он будет первым добровольцем.

— Да здесь я! — откликнулся парень и вышел из толпы.

— Супер, иди сюда!

Октер направился к нам, а мутанты внимательно наблюдали. Но стоило парню приблизиться к Ане на десять шагов, как лёгкая улыбка на его лице сменилась недоумением.

— Можешь прочесть её мысли? — спросил я, кивая в сторону Ани.

— Не могу. И твоих тоже не слышу. Крайне странно.

Я лишь усмехнулся.

— Говори же в чём дело? Это какие-то проделки учёных, и по венам этой малышки течёт фериум? — озадачился Октер.

— Нет. Это её способность. Пока она рядом ваши силы не работают, да и мои тоже. Но при этом нет никакого риска для жизни.

— А-а, — протянул парень. — Ты хочешь, чтобы она обеспечила нам безопасный проход?

— Именно. Есть ещё у кого-то вопросы? — обратился я уже ко всем присутствующим.

— А для Ани это безопасно? — тут же спросил Электро. — Как я понял, там и без сверхмутаций на нас будут нападать и одиночки, и дикие звери.

— Зверей я усмирю. Войду в город первый и отгоню всех, кого смогу. А от остальных придётся обороняться. Но Аня пойдёт в центре группы, поэтому до неё можно будет добраться лишь с воздуха.

— Летающие твари там тоже есть, — подметил Иллай.

— Тогда мы их перестреляем. И собери умелых стрелков. Поставим вас ближе к Ане.

— Хорошо, у меня есть на примете двадцать мутантов. Но патронов не много осталось. Будем экономить.

Удивительно, но вопросов больше не было. Тогда я выделил шестерых старейшин и раздал им отдельные указания. Каждая группа будет отвечать за свой сектор в круге, помимо центрального, который достался Иллаю.

Вот так и приходится учиться стратегии в полевых условиях.

Попутно мы выяснили, что сила Ани действует максимум на сто метров вокруг неё. Девочка могла регулировать расстояние, но крайне неумело. Ну а чего ещё ожидать от ребёнка?

Тем более, обычно сила мутантов просыпалась в подростковом возрасте, что сопровождалось дикими болями из-за быстрой мутации организма. Но Аня всегда была такой, сколько она себя помнила. Причём это уже выяснил Электро из разговоров с девочкой.

Я находился в этом мире не так давно, но он успел полностью перевернуть всё моё восприятие реальности. Успел сломать все мои принципы и заставил перестроиться. Успел сделать меня другим почти сразу. И я уже не представлял, как можно вернуться к привычной жизни, но искреннее этого желал.

В город решили входить сутра, чтобы не потерять в темноте ни одну агрессивную тварь.

Я первым зашёл туда, где ещё семьдесят лет назад процветала жизнь. Моя привычная жизнь. В голове выстроилась карта, на которой замелькали тысячи силуэтов с разным свечением.

Животных я отделил сразу. Послал в окружающую среду ментальный приказ. «Уходите на окраину. И не возвращайтесь, пока чужаки не уйдут». Послушалась большая часть мутантов.

От привычного животного мира здесь мало что осталось. Из тысяч фигур я нашёл не больше десятка знакомых представителей флоры и фауны моего времени. И все они выглядели болезненными по сравнению с бодрыми мутантами.

Мне хотелось держаться подальше от основной группы, чтобы успеть разобраться с предстоящей опасностью. Поэтому основной отряд шёл в пятистах метрах позади. А в его центре шла Аня с Электро.

Мониторил окружающее пространство с помощью шестого чувства, но в ста метрах от Ани было размытое пятно. Девочка отталкивала от себя радиоактивные частицы, как это делают разные полюса магнитов.

Внезапно я заметил приближающие точки в небе. И с каждой секундой они становились все больше, обретая ужасающие очертания. Раньше эти твари были летучими мышами, а сейчас…

Сейчас это были создания размером с человека, оснащённые рядами острых зубов и клыков, как и все местные обитатели. В мире радиации почти не осталось травоядных, здесь господствовали хищники.

Позади меня раздалась автоматная очередь. Я обернулся. Мутанты стреляли по крылатым тварям, которые так и норовили опуститься в земле и схватить кого-нибудь. Но в ста метрах от Ани их ждало замешательство, которым и пользовались стрелки.

А вот я автомата не прихватил, чтобы разобраться с летящими впереди. Да и зачем?

Подождал, пока они приблизятся. Но у монстров была своя тактика. Они окружили меня. И с раскрытыми пастями постепенно уменьшали круг. В любой момент любая тварь могла вырваться и откусить мне голову, хотя на практике я бы этого не позволил.

Они словно чувствовали во мне опасного противника. И эта мысль заставила меня злобно улыбнуться, прежде чем обратиться к своей силе.

Я ощутил радиацию в каждой твари. Ох, как много её было. И такой знакомой…

Мои силы давно увеличились настолько, что я мог вытягивать частицы из мутантов, не касаясь их руками. Так и сделал.

Искрящиеся зелёные частицы устремились ко мне. Я отбирал у нападавших силу и забирал её себе. А ухмылка так и не желала сходить с лица.

Кружащие твари стали замедляться. Почуяли подвох и разом накинулись на меня.

Но упёрлись в защитный купол. Он был настолько плотный, что острые как лезвия клыки не могли его пробить. И я лишь ждал.

Ждал, пока и без того чёрные тела тварей не начнут усыхать на глазах. Их была чёртова дюжина, а я один.

И они попадали к моим ногам. Но что-то подсказывало, что в этом проклятом городе эти твари были одними из самых безобидных.

Позади снова раздались выстрелы, мутанты успешно справлялись с летунами. И так, потихоньку обороняясь, мы двигались дальше.

Вокруг раскинулся серый заброшенный город с вкраплениями зелёных пятен мутировавших растений. И я не сомневался, что их листья светятся в темноте также, как у деревьев в Плутониевой пустоши. Только вот цвет свечения будет зелёный.

От асфальта под ногами почти ничего не осталось. Редкие серые вкрапления были покрыты грязью и камнями. На меня смотрели покрытые пылью или выбитые окна. Из одного до сих пор свисал лоскут шторы.

Мрачная и опасная атмосфера. Она вселила бы страх в любого человека, и я искренне надеялся, что за толпой высоких взрослых Аня увидит это лишь частично.

Здесь было куда хуже, чем в городе, где я её нашёл. А причиной тому были мутанты, поселившиеся возле упавшего метеорита.

Большинство мутировавших животных послушались и не попадались мне на глаза. Но периодически выходили те, чей разум уже был не способен что-либо воспринимать, кроме дикого голода. А их красные глаза горели даже ярче, чем мои.

Сперва меня поочерёдно напали пять таких тварей: два волка, медведь и парочка оленей. Но все они не успели даже приблизиться, чтобы атаковать. И умирали, не добежав метра — двух до моего бренного тела.

А я лишь становился сильнее, продолжая впитывать живую радиацию. Да-да, то что забирал у животных, отличалось от развеянных в воздухе частиц. Словно радиоактивные элементы в этом месте тоже умудрились мутировать. Но я не физик, чтобы разбираться в природе этого явления.

Сейчас моя цель — убивать. Ради высшей цели.

Мы продвигались очень медленно, и постепенно желающих полакомиться животных становилось всё больше.

Я успешно отбивался.

Но вот когда на меня ринулся очередной медведь, позади раздался истошный вопль Ани.

Глава 15

Опасные мутанты

Я мигом обернулся на крики. Но не успел и рта открыть, как огромный медведь врезался мне в спину и сшиб с ног.

Он не мог пробить купол, но смог завалить меня. Я спешно запустил руки в его шерсть. И быстрыми рывками начал выкачивать радиацию. Вопли ребёнка заставляли ускориться, и вскоре громадная туша завалилась на меня.

Чтобы её оттолкнуть, пришлось направить к рукам радиацию. Но даже с таким усилением все мышцы в теле напряглись.

Поднявшись, я ринулся к группе мутантов. Но не забывал про сто метров. И уже прикидывал, как помочь на расстоянии. Там, где не действует моя сила.

— Что случилось? — прокричал я в толпу мутантов с расстояния десяти шагов.

Не было видно явной угрозы. Лишь трупы крылатых под ногами, и где-то за домами выл мутировавший волк.

— Не знаю, — ответил мне ближайший мутант.

— Ну, так иди и узнай! Быстро! — рявкнул я.

Мужчина со смуглой кожей просочился в толпу и вернулся всего через минуту.

— Возле девочки упал труп крылатого. Всё в порядке. Она просто испугалась, — доложил он, пожав плечами.

— Почему она не успокаивается?

— Там ваш человек пытается её успокоить. Но у него не больно выходит.

— Расступитесь! Чтобы я их видел — приказал я.

И мутанты тут же сделали по шагу в сторону, открывая передо мной коридор к Ане. Я не стал приближаться. Иначе бы сила девочки вытолкнула из меня собранные здесь частицы. А я не мог позволить себе быть слабым.

— Электро, как она? — прокричал я вопрос старику, держащему девочку на руках.

— Как, как… Испугалась, — ровным тоном ответил старик и погладил ребёнка по волосам.

Он прижимал её к себе, как самый заботливый родитель.

— Аня, ты меня слышишь? — обратился я уже к девочке.

Заметил, как она кивнула сквозь слёзы.

— Это суровый мир. Ты должна быть сильной. Только тогда мы выживем в этом городе. Понимаешь?

— Не заставляй меня… — уловил я её тихие слова.

Сердце разрывалось. И я невольно задумался: так ли нам необходима её сила?

— Без неё мы не подойдём к метеориту, — предупредил стоящий с краю толпы Октер.

— Знаю, знаю, — пробурчал я.

— Аня. Как только заберём метеорит, я отведу тебя в безопасное место. Обещаю!

Девочка замотала головой, но истерить перестала. Она слегка кивнула, и этого мне было достаточно.

— Вернуться в строй! — приказал я мутантам.

И уже через миг они вернулись на прежние позиции.

Летуны в небе либо закончились, либо остальные решили на нас не нападать, видя, что произошло с их собратьями. Ведь за подобное отвечают инстинкты, а жажда выжить в этом опасном мире осталась даже у таких ужасных тварей.

Я повёл свой отряд дальше. И пока справлялся с обезумевшими наземными животными. Но самое опасное таилось впереди…

Мы двигались дальше по широким улицам заброшенного города. Как и в эпицентре ядерного взрыва, где нам довелось побывать, здесь постепенно становилось темнее. Хотя сперва я думал, что такой эффект из-за остаточной радиации после самой катастрофы.

Но нет, ночь нагонял метеорит. Вокруг него был такой плотный радиоактивный фон витающих в воздухе частиц, что они попусту не пропускали света, которого в этом мире и так было мало из-за вечной нависшей пыли.

Мутантов выдавали светящиеся красным глаза. И вскоре только так я стал определять своих будущих жертв. Благо хоть растения по пути встречались не хищные.

Вскоре на дороге передо мной показались десятки красных глазах. Человеческих.

Неужто и одиночки стали в этом месте сильнее и решили объединяться в группы?

Ответ я узнал почти сразу, когда шестеро мутантов направились ко мне. Шли рядом друг с другом, а значит — вместе.

— Эй, вы говорить ещё умеете? — бросил я им, ни на что не надеясь.

Ведь в прошлый раз необычный одиночка оказался вполне разумным, его даже в бункер забрали для опытов. Я сомневался, что здесь похожая ситуация, но следовало проверить, прежде чем атаковать.

Ответом мне стало несуразное одинокое мычание. Блин, и даже работающего фонарика нет, чтобы посмотреть на лицо этого мямли. Фон здесь был настолько высок, что техника уже не работала.

— Я с ними разберусь, — обернулся и крикнул я своим. — Обходите нас вон за тем домом.

Я нагнал в руку побольше местной радиации и вывел частицы на кожу. Она засияла зелёным. Получился неплохой указатель.

— Ждите меня через два дома. Всё ясно? — добавил я.

— Ясно, — хором ответили мутанты.

Шестое чувство показало, как размытое пятно на карте радиации города, коим являлся наш отряд, свернуло на узкую дорогу по моим указаниям.

Одиночки были уже в десяти шагах от меня, но атаковать не спешили. И это настораживало.

— Подайте знак, если понимаете меня, — на всякий случай сказал я.

Но, как уже говорилось, надежды на лучшее не было. И знаком стало дрожание земли под моими ногами.

Направил силу к ногам, чтобы сохранить равновесие. Устоял.

А вот панельные дома рядом начали рушиться. В темноте было не видно. Но слишком хорошо слышно. Плиты падали на землю. И это сопровождалось звуками битого стекла.

Запах строительной пыли заполнил улицу.

Проверил с помощью своей силы, что на наш отряд не попало обломков. Здание рядом с ними уцелело, разве что остатки окон выбило. А вот соседнее, до которого они дойти не успели, схлопнулось, как карточный домик.

Ну, разберутся, обойдут. Есть же у них головы на плечах. Да и на такой случай я оставил Иллая главным в отряде.

Землетрясение прекратилось, а я с ног до головы покрылся серой пылью, точнее, она облепила мой купол из частиц, плотно прилегающий к коже. Она витала в воздухе, закрывая остатки обзора, пряча красные глаза противников в своём нутре.

Закашлял. Дышать здесь стало невозможно. Но я задержал дыхание и направил к лёгким энергию также, как это делал во время длительного заплыва.

Настало моё время атаковать.

Радиации в противниках было настолько много, что я бы выкачивал её полчаса, поэтому решил опробовать нечто новое. Да, несмотря на всю серьёзность ситуации, был во мне азарт. Это как встретиться с группой гопников во дворе и всем нутром пожелать поставить их на место.

По примеру Бури, я завертел окружавшую меня радиацию в настоящий вихрь. И главной проблемой стало устоять на месте.

Пришлось расширить ветряные порывы настолько, чтобы они не задевали меня. Ну, хоть от противной пыли избавился, которую с меня мигом сдуло.

Границу назревающего урагана поставил прямо там, где стояли одиночки. Радиоактивная буря усиливалась, но они продолжали ровно стоять.

Ещё немного, и ветер начал поднимать обломки зданий и прочий мусор. Вырвал с корнем дикорастущий куст. И только когда одна из плит, что остались от панельного дома, врезалась в одиночку, они зашевелились.

Только вот плита разлетелась о тело врага на мелкие куски, словно встретилась с более жёстким препятствием.

Тогда я попробовал уплотнить радиоактивные частицы в ветряных потоках так, как делал это в своих руках. Но на расстоянии.

Внезапно воздух загорелся сотнями зелёных искр. Я начал уплотнять, чтобы превратить в бомбы. И параллельно усиливал свой купол.

Один за другим раздались мощные взрывы. Бомбы сдетонировали одна за другой. Стоило им встретить препятствие.

Зелёный свет от взрывов заставил прищурить глаза. И только через пару минут я увидел результат своего творения, когда ветер начал стихать.

Удалось прибить пыль к земле. И теперь на меня смотрели две пары ярко-красных глаз вместо пяти. Чёрт, это же насколько они живучие?

Я откашлялся и снова задышал нормально. Грудь пронзила дикая боль, но в темноте не было видно моего искорёженного лица на пару секунд.

Одиночки пошли мне навстречу.

— И чего вам не уймётся? — гаркнул я и пошёл к ним.

Ну, старую добрую схему убийств никто не отменял. Тем более, с троими я уже справился.

Внезапно тело одного из мутантов загорелось. Полностью. Но света от огня хватало лишь пару метров. Мне хватило, чтобы увидеть злорадную ухмылку его товарища.

Этот мутант переместился за огневика и дунул. Да так, что весь огонь направился в меня.

Он закрыл всё пространство. Стало жарко. Словно в меня стреляли из громадного огнемёта.

Но никакой огонь не мог сломить мою защиту, и прямо под этим натиском я ринулся вперёд.

Было невозможно дышать, и снова пришлось задержать дыхание. Пришлось приложить усилие воли, чтобы заставить свою силу сохранить воду в организме и не потеть.

Двое заметили, как я иду, и попятились. Ну уж нет! Вам от меня не сбежать.

Лицо озарила злорадная ухмылка. Мне хватило накопленной энергии, чтобы ринуться вперёд. И схватить за руку огневика. Моя кожа горела от прикосновения, и даже защита не спасала от столь высокой температуры.

Я вытягивал из него радиацию. Но парень брыкался в попытках вырваться. Я держал его крепко.

Мне повезло, что за время боя он истратил больше половины энергии от изначального запаса. И моя схватка с огнём продлилась не дольше пяти минут.

Вскоре его тело погасло. Покрылось чёрной коркой, как у обгоревшего трупа. И упало к моим ногам. Я обернулся, но не увидел второго. Сбежал, гад.

Много чести искать этого труса, когда ставки столь высоки.

Я пошёл вперёд по дороге, обходя множественные обломки от разрушенных домов. Свернул на перекрёстке и через дом встретился со своим отрядом. Узнал их по мелькающим в темноте красным глазам.

— Мор, ты там как? — выкрик из толпы Октер.

— Живой. Четверых гадов прикончил, но один скрылся. А на вас не нападали?

— Троих одиночек встретили. Позволили им приблизиться и расстреляли. Может, хочешь к нам? Пока тут безопасно.

— Попозже. Должен же кто-то указывать дорогу в этой темноте.

Я не хотел расставаться с силами ради мнимой безопасности. Совсем. Ведь здесь могло таиться то, с кем не справилась бы даже сила Ани. Да и мутанты ослабляют постепенно. Они теряют силу, данную от метеорита, но не перестают атаковать.

— Может, хоть десяток мутантов на подмогу возьмёшь? — снова предложил Октер.

— Возьму, но не сейчас.

Согласно заготовленному плану, мутанты должны подключиться, когда появятся более сильные монстры. Нечего растрачивать их силы на безумных животных и одиночек.

Путь дальше был неспокойный. Нас атаковали со всех сторон, только вот я использовал стратегию силы, а отряд — ослабления противника. И то, и то работало. Пока что.

И хорошо, ведь я не был великим стратегом, и все мои познания черпались из компьютерных игр и интуитивно подстраивались. Но это уже больший объём знаний, чем был у остальных.

— Мор! Позволь, мне выйти? — громко попросил Октер, когда выдалась очередная передышка после схватки.

— Тишина в голове замучила? — ехидно спросил я.

— Нет… То есть да. Хочу послушать, что вокруг творится.

— Монстры не мыслят. Либо же в их голове полный бред, — подметил я, намекая на одиночек.

А больше ничьи мысли, кроме моих, он здесь услышать не мог.

— Тебе так кажется. Так я выхожу?

— Выходи.

Он смог меня заинтриговать. А вдруг и правда что-то дельное услышит.

Но спросить я не успел, поскольку стоило другу выйти из круга, из угла дома выскочил громадный мутант и бросился на меня. Это была гигантская мутировавшая лиса размером не меньше медведя.

И я успел выкачать из неё радиацию, лишь когда она остервенелой хваткой вцепилась зубами мне в руку. Но купол даже не промялся. Уплотнил частицы настолько, что сделал свою защиту почти каменной. Ничем не пробьёшь и не прогрызёшь. По крайней мере, я на это рассчитывал.

— Ну, слышишь кого-нибудь? — спросил я у Октера, отцепляя от руки морду мёртвой лисы.

Даже после смерти это животное не пожелало расстаться с добычей. Удивительно, что все эти безумные хищники ещё не загрызли своих менее приспособленных к условиям этого города сородичей.

— В этом городе смешалось много мыслей, — наконец ответил Октер.

— Ты человеческим языком объясни, что слышишь.

Я терпеть не мог отсутствия конкретики. Тем более, в подобные моменты, когда совсем нет времени гадать и размышлять.

— Слышу одиночек. Их много. Но в голове полный бред. Повторяют несколько слов.

— Что все разом одно и то же?

— Почти.

— Какие слова? Не беси меня, Октер, — выпалил я.

— Есть они хотят. Только об этом и думают.

— А сразу нельзя было так ответить?

— Мне надо было убедиться.

— Ясно, возвращайся в строй, — я рефлекторно кивнул в сторону отряда, но друг не увидел этого в кромешной темноте.

— Но…

— Никаких споров!

Я отсылал Октера не потому, что его затея с чтением мыслей одиночек изначально была обречена на провал, а потому что он даже автомата с собой не взял. А ментальными способностями, пусть даже такими сильными, от монстров не защитишься.

— Хорошо, — ответил парень и побрёл обратно.

А я тем временем разведывал обстановку за следующим поворотом. Шестое чувство показывало, что там затаились человеческие силуэты. Похоже на засаду одиночек.

— Мор! — снова окрикнул меня Октер.

Он отвлёк меня, поэтому ответ получился грубее, чем хотелось:

— Чего ещё?

— Тебе передают сообщение.

— Что? — удивился я и обернулся. — Одиночки?

Предполагал, что эти безумные мутанты посылают мне угрозы. Но всё оказалось куда сложнее…

— Нет. Через ментальное поле проходит призыв. С очень большого расстояния.

Я насторожился. Ведь похожим образом меня уже просили о помощи.

— Ты можешь дословно мне его передать?

— Да. Это место каким-то образом усиливает сигнал. Кто-то передаёт и повторяет одну и ту же мысль. Для тебя.

— Так не томи.

— Мне надо сосредоточиться. Подожди.

Ждал я не дольше минуты, но за это время успел прокрутить в голове сотню предположений. И больше всего опасался, что центральный исследовательский бункер не смог выдержать осаду инопланетных тварей.

Такого я бы себе не простил.

— Цитирую, — начал Октер. — «Мор, энергии в твоей защите осталось на три дня. Потом нам придётся выйти наружу».

— Чёрт!

Но стоило мне выругаться, как из угла вышла группа красноглазых мутантов. Я насчитал пятнадцать одиночек. И впереди них шёл тот, кто смог удрать от меня всего пару часов назад.

Глава 16

Метеорит

— Уходи! — повторил я Октеру.

И в этот раз он спорить не стал. Понимал всю серьёзность предстоящей схватки.

— Мне нужно десять сильнейших мутантов, — крикнул я отряду, а сам уже накапливал в ладонях радиацию.

Уплотнял частицы. И с предвкушением представлял, как от наших врагов и мокрого места не останется.

А тем временем десять добровольцев выстроились за моей спиной.

— После взрыва атакуйте, — приказал я им.

И, не дожидаясь ответа, запустил бомбу в приближающихся врагов. Выпустил на них всю свою ярость, которая лишь нарастала. И вместо того, чтобы думать о метеорите, я рассчитывал, как бы добраться до бункера с моими людьми всего за три дня.

Раздался взрыв. Из соседних зданий выбило окна. Запахло жареным мясом.

А поднявшаяся пыль снова скрыла яркие глаза выживших.

— Можете убрать пыль? — крикнул я своим добровольцам.

Но это было нужно не для меня, а для того, чтобы они сами видели кого атаковать.

— Могу! — раздался женский голос.

Позади раздались автоматные очереди. Шестое чувство подсказывало, что к отряду подходит ещё одна группа мутантов. Видимо, мы как наживка, привлекли всех тварей этого проклятого города.

Внезапно пошёл дождь. Приятные капли воды попадали на кожу, остужая её. И даже бушующая в нутре ярость слегка притихла.

я смог насладиться этими секундами блаженства до очередной атаки.

Самый живучий из одиночек направился ко мне. Тот самый, что так умело скрылся от меня.

Сверхспособность показывала, что в нём радиации не меньше, чем во мне самом.

Пока мои мутанты-добровольцы разбирались с остальными выжившими одиночками, я выстраивал план сражения со своим противником. Неужто его способность заключалась в предельной живучести?

Попытался дотянуться до него своей силой. Ничего не вышло. Так, если бы он тоже окружил себя защитным куполом, какой прилегал к моей коже. Но подобного на нём не было. Я бы увидел частицы.

Начал уплотнять частицы в ладонях, чтобы запустить прицельный заряд. Но мой противник сделал всего шаг навстречу. И вновь задрожала земля.

Прямо под моими ногами образовался разлом, и я отпрянул.

В прошлый раз подобного мутанта убил, убрав от него радиацию. Но это было невозможно сделать в этом месте, вблизи метеорита, где фон зашкаливал. Да здесь бы даже дозиметр не стал работать, не то что остальная техника.

Благо автоматы не подводили. И то и дело за спиной раздавались выстрелы.

Но землетрясение их заглушало. Как и всё, происходящее вокруг. Откуда только у этого одиночки такое яростное желание прикончить меня? словно у нас битва за территорию, как у хищных зверей.

А мы таковыми и были… Один разумен, а второй, судя по всему, не очень.

И меня на пути к цели, которая лежит всего в двух кварталах, не остановит даже землетрясение.

— Ты можешь окружить его водой? — крикнул я женщине из водного племени, которая только успела остановить дождь.

— Могу!

— Давай! Мне нужна водная оболочка!

Я отшатнулся от очередного раскрывшегося разлома. Соседнее здание рушилось. Пришлось отскочить, чтобы какая-нибудь плита не свалилась на голову.

Здесь творился полнейший хаос.

Автоматные очереди не умолкали. Лишь бы у моих мутантов не закончились патроны раньше времени. Иначе обратно не выйдем.

Женщина из водников быстро исполнила приказ. И это несмотря на постоянные толчки земли под ногами. А они лишь усиливались. Словно мутант хотел разрушить целый город, лишь бы нам не досталось заветного трофея.

Вода облепила мутанта куполом. И как бы он ни брыкался, не мог освободиться от неё. А я начал выкачивать радиацию из воды. И чтобы не сдохнуть и не задохнуться, одиночке приходилось насыщать воду частицами из запасов собственного тела.

— Хах, как тебе такое? — крикнул я, приблизившись к врагу.

И только заметил, что землетрясение начало стихать.

Вместо ответа одиночка в ярости бросился на меня. Ох, это была большая ошибка.

Мои руки погрузились в водный купол. Я коснулся грубой кожи, что на ощупь скорее напоминала шершавый камень. И почувствовал энергию внутри противника.

Прямое касание открыло доступ, и радиация мощными потоками стала переходить в меня. Это была несуразная драка. Я не отпускал руку одиночки, а он то и дело бился второй о мой щит. Удары были сильные, но не проходили сквозь защиту. Но я всё уворачивался, инстинкты никуда не денешь.

И с каждой секундой он становился слабее. И вскоре я даже перестал уворачиваться от нелепых ударов. Барьер и так их выдерживал.

Землетрясение прекратилось. И вскоре в водной оболочке остался лишь труп.

Я отпустил его, и он плюхнулся на землю. А водная оболочка стекла вниз.

— Идём дальше! — скомандовал я. — Всем быть начеку. Самые опасные твари впереди!

Мне бы хотелось ошибаться. Но, нет… Этот мир не создан для везения.

Вскоре впереди за двумя разрушенными показалось зелёное свечение.

Шестое чувство показывало, что там находится глубокий кратер, в самом центре которого и лежит мой заветный приз.

Только вот до него нужно сначала добраться.

Я оценил обстановку. Вокруг копошились сотни мутантов. И большинство из них не были похожи на представителей земной фауны. Своими несуразными очертаниями они напоминали нечто неземное. Как та тварь, которую я с трудом победил в эпицентре.

По одним силуэтам понял, что самое время менять тактику. С такими монстрами биться напрямую — себе дороже. Завалят численностью. А я рисковать не хотел, ведь цель была так близко. Только рукой подать.

— Возвращаемся в отряд. Плотно группируемся, — отдал я новое указание.

Мутанты вернулись в строй без возражений. А я встал в первом ряду и забрал автомат у стоящего позади парня.

— Мне нужнее, — сказал я.

Надо отдать мутантам должное, они выполняли все приказы без обсуждений. Не мешкали. Не боялись.

Но вот позади снова раздался плач Ани. И в моей груди что-то дрогнуло.

Но я не мог сорваться и бежать успокаивать её. Этот мир не место для детей. А этот проклятый город тем более, самое гнилое место.

— Так! слушаем внимательно! — начал я речь перед последним рывком. — Передвигаемся быстро. Используем схему сближения. Всем проверить запас патронов и взять у соседа, если не хватает.

Послышалась возня.

— Готовы! — раздался из толпы голос Иллая.

— Тогда вперёд.

Передо мной оставалось метров десять безопасного пространства. Здесь ещё действовала сила Ани. А вот мне пришлось ощущать себя обычным человеком, и это было… непривычно.

Я всем нутром ощущал, как из меня утекает заветная сила. И больше нельзя контролировать пространство впереди. Благо дорогу я запомнил так хорошо, что провёл бы отряд и с закрытыми глазами.

Вокруг мелькали сотни безумных глаз монстров, но их очертания оставались скрыты под покровом ночи. Мы позволяли им приближаться и открывали огонь.

Но несколько тварей успели добежать до отряда и пройтись своими острыми когтями. Трое получили глубокие порезы.

Но самым ужасным было, когда внезапно в воздухе появилась крылатая тварь размером с дракона, опустилась к нам и сомкнула челюсти на голове одного из мутантов. Нам удалось расстрелять монстра лишь, когда он взлетел обратно. Но моему человеку это жизни не вернёт.

Ноги ступали по мёртвой земле. Я вплотную подошёл к границе кратера. И там, в самом его центре, виднелся заветный приз.

Только вот воронка была огромной. И до метеорита меня отделял целый километр. Эх, сюда бы червей. И я бы обязательно взял с собой всю стаю, если бы они смогли проползти под всевозможными коммуникациями города.

Последний рывок стал самым сложным. Мы потеряли ещё десятерых во время атак слишком проворных тварей. Но без силы Ани здесь бы погибло большинство из нас.

Я скомандовал остановку в двухстах метрах от метеорита.

— Прикройте меня! — с этими словами выбежал за границу без радиации.

И пока нёсся к заветной цели, старался впитать в себя как можно больше разлитых в воздухе частиц.

Только вот я не ожидал, что метеорит окажется размером с меня самого, да ещё и будет плотно сидеть в земле. Словно её специально укрепили, чтобы никто не спёр.

— Кто-нибудь из земляного племени, идите сюда!

Через минуту трое ребят уже расщепляли землю возле метеорита.

— Как тащить будем? — спросил один из них, но в темноте было не разглядеть его лица.

— Лапками, — усмехнулся я, направляя к рукам радиацию.

— Сам потащишь? — удивился он.

— Ну, можешь меня заменить. Я не против. Но, если сбегаешь и приведёшь пару силачей, будет неплохо.

Надеюсь, таковые среди мутантов были. Прошло не так много времени, чтобы я успел познакомиться с каждым представителем вольных племён.

Ещё через две минуты четверо крепких мужчин помогли мне выкорчевать из земли метеорит.

— Дотащите? — спросил я, скрывая натугу в голосе.

Инопланетный камень был невероятно тяжёлый, и даже усиление рук с помощью своей силы не спасало.

— Дотащим, — хором ответили мужики.

— Тогда идём следом за отрядом.

Метеорит нельзя было подносить близко к Ане. Ведь если её сила выбьет из него всю радиацию, то с ней улетучится и надежда на спасение человечества.

Я и не рассчитывал, что путь обратно будет лёгок. Наоборот, он оказался куда сложнее. Несмотря на прикрытие отряда, на нас то и дело норовили напасть.

Но метеорит достаточно напитал моё тело радиацией, чтобы я смог создать над нами подвижный купол. Правда, как и предполагал, уже на выходе из кратера его облепили твари. Пришлось отпустить метеорит, чтобы с ними разобраться.

И подобных остановок по пути было слишком много. Я потерялся во времени, ведь ночь следовала за нами вместе с заветным трофеем.

Мы несли метеорит, который, точно магнит, притягивал всех местных тварей. Автоматные очереди не умолкали, но к концу пути стали более редкими. У мутантов заканчивались патроны.

А тварей меньше не становилось.

И я был уверен, что если что-нибудь не придумаю, то они пойдут за нами до самого центрального бункера. Да и по пути всех безумных соберём. Ох, на фиг мне такое счастье.

В голове крутились разные варианты, но лишь один выглядел более-менее безопасно.

— Опускайте его! — указал я мутантам, и они положили метеорит на землю.

Оставил вокруг них купол, а сам понёсся к месту лагеря со всех ног. Надеюсь, что созданного метеоритом радиоактивного фона вертолёт не пострадал. Но, сейчас не он был мне нужен.

Черви мерно спали в сторонке под ментальным внушением. И я поспешил разбудить того, за хвостом которого был закреплён фериум. Совсем немного жидкого металла, способного впитывать почти сто процентов радиации из окружаемого объекта.

В ёмкости было не больше двух килограмм. Надеюсь, этого хватит.

Я схватил фериум и побежал обратно. Не решался будить червей, чтобы добраться быстрее. В этом хаосе от них можно ожидать чего угодно.

Заполненная фериумом коробка состояла из того фериума, как бы это парадоксально ни звучало. Учёные могли регулировать молекулярную структуру материала, и внутри находился сырой материал. Он-то и был мне нужен.

Раз смогли бункерские, смогу и я. И плевать, что наши методы в корне различаются.

Я еле протиснулся в купол через монстров, где каждый так и норовил схватить меня и откусить кусок побольше. Но пока выкачивал радиацию из одного, нападал другой. И так раз за разом, пока я не вернулся в купол.

— Фух, — выдохнул и опустил на землю заветную коробку.

Фериум в её составе блестел ровными тонкими полосами под зелёным свечением метеорита.

— Зачем ты это принёс, брат? — устало спросил мутант-силач. — Хочешь, чтобы мы вконец ослабли?

Тучный мужчина смахнул со лба пот и отошёл от коробки с жидким фериумом, словно в ней таилось настоящее зло.

— Нет, хочу скрыть излучение метеорита, — поведал я. — Тогда сможем привязать его на трос к червю.

— Да черви больше трёх часов твой фериум нести за собой не могли. Причём в этой защитной коробке. А ты хочешь им чистый подвесить, — красные глаза мутанта блестели в непонимании.

— Значит, каждый червь будет везти метеорит по часу, — отрезал я. — Да вообще плевать как. Нам нужно доставить метеорит в бункер. Так что, если не хотите нести его через всю область на своих руках, отойдите к границе купола и не мешайте!

Трое мужчин переглянулись и отошли.

— Вот и славно, — сказал я и подошёл к метеориту.

Он светил ярко. Это было завораживающее зрелище. Частица чего-то инопланетного. И рядом со мной.

В метеорите было столько силы, что пришлось приложить силу воли, чтобы с ней расстаться.

Я открыл заветную коробку. И взглянул на серый металл. Он поднимался неровными струями, стремясь вобрать в себя как можно больше радиации.

Поднёс к ним ладонь. И тонкие полосы металла обхватили руку, точно живые щупальца. А я невольно улыбнулся.

Нет, сегодня я не стану его жертвой. Сегодня есть кое-что повкуснее.

Я отцепил руку, позволяя каплям металла вернуться в короб. Поднял его и наклонил над метеоритом. Фериум, словно чувствуя вожделенную добычу, устремился вниз.

Тонким слоем он растекался по метеориту, заполняя весь периметр.

Жаль, что я не мог просто создать над инопланетным телом свой купол, с его помощью поднять и заставить лететь за собой, как делал подобное с вертолётом. Ведь моя защита не могла устоять против подобного излучения. Она не могла удержать его внутри, что сейчас и происходило с защитным барьером. А вот фериум мог. Только вот как бы он ни погладил большую его часть… Неизвестно, сколько частиц влезает в это искусственное чудовище.

Фериум покрыл метеорит полностью. Очень тонким слоем. И я приложил к нему руку, чтобы удостовериться.

Да, излучение не проникало сквозь фериум. Но всё происходящее вокруг не развеялось, как по волшебству. И по-прежнему стояла глубокая ночь. Только теперь метеорит не подсвечивал её зелёным светом.

Через ладонь я почувствовал, как фериум впитывает драгоценное излучение метеорита. И даже моим собственным не гнушается, обвивая руку и поднимаясь по запястью.

«Нет, я здесь главный» — подумал я и прикрыл веки.

Отдать команду металлу — это что-то из разряда фантастики. А чтобы он ещё и послушался — вообще мистика. Но в этом мире я привык и к тому и к другому. Ведь всё здесь изменила радиация. Сместила законы физики, биологии, да и всего остального.

Когда я отдал мысленную команду, то не услышал ответ. Нет, всё это происходило совсем иначе. Куда сложнее.

Атомы фериума начали уплотняться, движимые моей волей. И так постоянно, минута за минутой, жидкий и податливый металл становился твёрдым.

Сосредоточились, я уже не замечал рёв монстров за куполом, бесконечные выстрелы и крики людей. Не видел настороженных взглядов мутантов. Но чувствовал металл, обволакивающий мою руку.

Пора было её убрать. Разорвать связь.

Я оттянул ладонь, но щупальца металла схватились за неё и потянулись, точно резиновые. Вспоминая все известные матерные слова, принялся отдирать их от себя.

Это было больно. Словно металл сроднился с кожей. А я был не готов с ней расставаться.

Тяжёлыми усилиями и ценой верхнего слоя кожи, мне всё же удалось освободиться. Руку саднило. Вся ладонь осталась в царапинах и потёртостях. Но это меня мало волновало.

Главное, что ночь начала потихоньку отступать, возвращая права серому дню.

Я перевёл дыхание и осмотрелся. Вокруг по-прежнему было полно монстров, но как показывало шестое чувство, новые не наступали.

Ещё полчаса ушло, чтобы разделаться с ними. Благо мне помогли мутанты-силачи, которые были только рады оказаться подальше от фериума.

Вскоре монстры были мертвы, и я отдал приказ прикрывающему нас отряду мутантов возвращаться в лагерь.

И все, кроме Октера, так и сделали.

— Надо достать все запасы верёвки. Передай всем по ментальной связи. Пусть несут сюда, — сказал я парню, когда он приблизился.

— Думаешь, Червь не станет бунтовать?

— Нет. А если и станет, найду управу.

— Я в тебе не сомневаюсь…

— Тут должно быть «но»?

— Придётся менять червей. А под действием фериума через неделю они станут передвигаться гораздо медленнее.

— Главное, что не сдохнут. А вообще, я прослежу, чтобы у них не возникало сильное истощение. Давай привяжем этот несчастный метеорит. И я полечу.

— Так скоро? Даже на ужин не останешься? У нас тут запас рыбы, — усмехнулся Октер.

— Тогда тем более не останусь. А если серьёзно, то моей помощи ждут.

— Только вот, Мор…

Парень замялся и отвёл взгляд.

— Что? — грозно спросил я.

— Это сообщение для тебя висело в ментальном подпространстве. А это значит, что его могли отправить когда угодно. Подобные сообщения сами растворяются со временем, а за сколько это произойдёт, зависит от вложенной в него энергии.

— Чёрт! Ты можешь узнать точнее?

— Боюсь, что это невозможно.

Вместо ответа я ринулся к вертолёту.

Пилот сидел на своём месте. Мужчина снял противогаз и тыкал на экран планшета.

— Мне нужно улетать. Срочно, — заявил я.

— Вот так сразу? — удивился пилот. — А как же ваши мутанты? Старик и девочка.

— Они полетят с нами. Ты знаешь путь до ЦИБа?

— Знаю, приходилось там бывать. Только вот.

— Что? — я насторожился, и сердце на миг замерло от мысли, что я опоздал.

— Нам горючего не хватит.

Глава 17

Дозаправка

— Мне срочно нужно в этот бункер. Иначе мои люди там пострадают. Есть какие-то варианты дозаправки?

— Надо подумать, — ответил пилот и открыл на планшете карту.

Через минуту томительного ожидания я не выдержал и настойчиво спросил:

— Ну что?

— Есть два пункта дозаправки. Вот думаю…

— Чего тут думать? Выбирай ближайший.

— Думаю, где вероятнее, что нас не убьют.

— А по рации заранее не предупредить? Я видел у тебя костюмы химзащиты в кабине. Мы можем сойти за ваших.

— Да, но нас могут попросить остаться до выяснения обстоятельств смены курса. Ведь от нашего бункера не поступало предупреждения. А нынче просто так вертолёты не летают.

Я шумно выдохнул. Сейчас совершенно не было времени придумывать красивую легенду.

— Готовься к взлёту. Придумаем вескую причину по пути!

Я убежал, не дожидаясь ответа. Нашёл Электро и Аню возле костра. Девочка мирно спала на одеяле, сделанном из кожи червя. А старик сидел рядом и ждал, пока в походной кастрюльке вскипит вода.

— Электро! Нам нужно улетать. Прямо сейчас.

— Я только успокоил Аню. Ты не представляешь в каком она шоке после всего увиденного.

— Представляю. Но нужно выдвигаться, если не хотите добираться до бункера на червях.

— А вариант не плохой, — Электро серьёзно задумался.

— Это почти две недели пути в экстремальных условиях. И без нормальной еды. Этого ты для неё хочешь? — я кивнул на девочку.

— Нет. Но дай ей отдохнуть. Хотя бы час…

— Этот час может стоить жизни всем, кого я оставил в центральном бункере. Понимаешь?

— Угу, понимаю, — с досадой ответил он.

— Раз понимаешь, идите к вертолёту. Полетим сразу в центральный бункер, так что собери еды с запасом на два дня.

— Да тут мне одну рыбу предлагают, — фыркнул старик. — Причём мутировавшую.

— Ссылайся на меня, и внезапно найдётся пара консервов.

— Угу.

Я всё же помог старику в поисках еды. Нашёл Октера и передал приказ принести оставшиеся консервы и бутылку с водой. На весь огромный отряд вольного племени нашлось всего десять банок, захваченных где-то по пути. Но нам должно хватить.

Электро переложил спящую Аню в кабину вертолёта, и сам сел рядом с ней. Ох, весёлое у неё будет пробуждение, ибо звук взлетающей машины никого не оставит спящим.

Я же сел рядом с пилотом и надел наушники. Лопасти завертелись, и мы поднялись в воздух.

— Так к какому из бункеров летим? — спросил я, когда мы набрали высоту.

— К утру прибудем в сорок шестой.

Голос пилота раздавался глухо из-за противогаза.

— Это ни о чём мне не говорит. Чем занимается этот бункер?

— Там лаборатория. Но я без понятия, что за опыты там проводят.

Мы придумали примерный план. Но ни у одного из нас не было уверенности, что он сработает.

Утром пилот попросил через рацию разрешение на посадку и получил его только с десятой попытки из-за помех на линии связи. Я приказал Ане с Электро переодеваться в химзащиту, и на себя тоже напялил костюм. А сделать это, сидя в кабине пилота, было ох как не просто.

— Выньте фильтры, тогда небольшая часть радиации будет попадать в воздух, — посоветовал пилот.

— А этого не заметят? — уточнил я.

— Нет, они же не на виду находятся, а под крышкой.

Даже без фильтра дышать было тяжело. Концентрация потребляемого моим организмом излучения сразу снизилась. Да и Аня знатно отгоняла от нас частицы.

Я снова чувствовал себя человеком, и это мне совсем не нравилось. Ну не создан этот мир для обычных людей, здесь смогли выжить и приспособиться к более-менее нормальной жизни только мутанты.

— Иду на посадку, — предупредил пилот.

Вертолёт опустился на взлётно-посадочную площадку, расположенную на крыше одноэтажного здания, под которым и находился очередной бункер.

Стоило мне открыть дверцу, как тут же к нам подбежали вооружённые люди в химзащите болотного цвета.

— Представьтесь, — приказал солдат, когда лопасти вертолёта почти остановились.

— Гладков Вячеслав Александрович, — представился я именем человека, который остался в нашем лагере из машин вместе с дочерью.

Электро и Аня представились именами врача и пациентки. Благо все сопроводительные письма на эти имена остались в кабине пилота. И нам оставалось лишь играть свою роль.

Ещё до посадки я отдал Электро и Ане приказ не говорить без необходимости, и они успешно справлялись со своей задачей. Даже из кабины выходить не стали. А вот мне пришлось.

— Вячеслав Александрович, в документах написано, что вы держите путь в сто девяносто второй бункер. Он находится в дне пути отсюда. Так объясните, зачем вы сделали такой крюк, — строго спросил бункерский, изучив сопроводительные бумаги.

— Мы столкнулись с непредвиденным препятствием, которое пришлось облетать. Слышали о новом виде мутантов? — спросил я, но мой голос звучал глухо из-за противогаза.

На мне была защита с солнцезащитными стёклами. Через затемнённые не так бросались мои ярко-красные глаза. Цветных линз в этом мире не было, так что это был единственный способ скрыть себя.

— Слухи доходили. Можете описать, что видели? — обратился ко мне мужчина, а затем крикнул стоящему на краю солдату. — Миха, позови Данила Игоревича! Скажи, что у наших гостей сведения о тех странных мутантах.

А вот это было плохо. Значит, мне предстоит серьёзная беседа с кем-то из главных этого бункера. Главное, чтобы вниз не пригласили. Иначе, как только я сниму противогаз, то сразу раскрою себя.

— Описать могу. На чёрное облако похоже. С красными пятнами. Огромное такое, — я расставил руки, — и оно ещё пыталось нас нагнать. Еле удрали. А вы случайно не в курсе, что это за мутация такая?

— Не-а, — покачал головой мужчина. — Мы пока на стадии сбора данных, но ни одну тварь поймать так и не смогли.

Я не стал говорить, что навряд ли у них получится взять инопланетного языка. Только если в клетку из фериума его заманят. А такие я только на заводе видел, да и самому пришлось посидеть.

— Так вы подсобите горючим? — прямо спросил я. — А то иначе не долетим.

— Сейчас Данил Игоревич придёт, у него и спросите, — отмахнулся мужчина и поправил ремень автомата на плече.

Оружия он на нас не наставлял, что уже говорило о многом.

Нам пришлось ждать где-то полчаса, потом бункерский получил по рации команду спускаться вместе с нами к главному входу. Хорошо, что из-за противогаза никто не заметил, как искривилось моё лицо от этой просьбы.

Мы прошлись по лестнице, обогнули здание и оказались у высокой металлической двери. Она раскрылась, и оттуда вышел человек в сером костюме химзащиты, а позади него стояли двое вооружённых в зелёном. Ну, у них хоть какое-то цветовое разнообразие имеется, а то кроме серого и белого, я ничего не встречал. Хотя ещё чёрный костюм у священника видел.

— Вячеслав Александрович, рады вас видеть в нашем бункере, — бодро поздоровался мужчина. — Меня зовут Данил Игоревич, и я здесь главный научный сотрудник.

Из-за стёкол его противогаза виднелись умудрённые жизнью глаза.

— Рад знакомству, Данил Игоревич, — я протянул ему руку, удостоверившись, что сила Ани достаёт и до сюда.

Иначе я бы мог причинить вред человеку. Обычно делал это голыми руками, но и через прорезиненные перчатки рисковать не хотел.

Рука Данила Игоревича оказалась крепкой, несмотря на преклонный возраст, о чём я мог судить лишь по глазам.

— Пройдёмте в бункер. Можете пригласить пилота и ваших спутников. Они наверняка хотят снять защиту и отдохнуть. Мы вас накормим, — предложил мужчина.

— Благодарю вас. Но вынужден отказаться. Мы спешим. Понимаете, девочка, которая летит с нами — больна. И нам нужно доставить её в нужный бункер, как можно скорее.

— Она не показалась мне больной, — вмешался бункерский, с которым мы разговаривали наверху.

— Мы не должны что-то доказывать, — парировал я. — И то, что она пока в состоянии сидеть, ничего не значит.

— Понятно, — сказал Данил Игоревич. — Но нам всё равно придётся спуститься, чтобы подать запрос в ваш бункер. Если они одобрят обмен горючего, то мы вам поможем.

— Обмен на что?

— Для таких случаев у нас имеется список дефицитных вещей.

— То есть к вам часто за бензином залетают? — усмехнулся я.

— Нет, но мы часто помогаем другим бункерам, если у нас имеется такая возможность. Пройдёмте вниз. Думаю, согласование не займёт больше часа.

Мне ничего не оставалось, как кивнуть и пройти в бункер.

Мы прошли в специальную комнату, где нас обдало холодным паром нейтрализатора.

Я окружил себя куполом, ведь через пару метров сила Ани переставала действовать. И на мне затрещали бы все дозиметры. А так прошёл без проблем.

— Здесь безопасно. Можете снять защиту, — сказал мужчина и стянул со своего лица противогаз.

Предо мной открылось лицо уставшего от жизни мужчины. Морщины рассекали лицо. А синяки под глазами выглядели так, словно старика побили. И редкие чёрные пятна от радиации.

— Пожалуй, воздержусь, — ответил я.

Лифт приехал, и мы вошли внутрь. Опустились на десять уровней вниз и вышли в светлом коридоре. Такой же я видел в других бункерах, словно у всех убежищ в своё время был один и тот же дизайнер.

Мужчина посмотрел на меня, как на психа. Ну, конечно, кто в здравом уме лишний раз откажется снять с себя этот давящий противогаз, под которым у меня всё лицо выпрело.

— Вы что-то скрываете? — прямо спросил мужчина, когда мы вошли в его кабинет и остались одни.

— Нет. Мне нечего скрывать, — ответил я.

Следовало продержаться, пока Данил Игоревич не получит заветное согласование на топливо для вертолёта. Уж больно не хотелось отбирать ресурсы силой. Тем более, мне всего-то нужна была бочка горючего.

Зачем лишние жертвы, когда есть способ их избежать? Да и эти люди не успели мне насолить, в отличие от многих своих товарищей.

— Я вам не верю, — продолжил Данил Игоревич строгим тоном. — Выкладывайте начистоту, иначе мне придётся ликвидировать вас и ваших людей.

Эх, а ведь всё так хорошо начиналось.

— У вас не получится, — заявил я. — И выйти из этого кабинета, чтобы позвать на помощь тоже не получится.

В ответ мужчина лишь хмыкнул и опустил руку под стол. Жаль, что он не видел моей ухмылки в момент, когда не смог нажать тревожную кнопку.

— Что за⁈ — буркнул он и ринулся к двери.

Но ручка не поворачивалась.

— Вернитесь за стол и поговорим по душам, — велел я. — Если вы, конечно, хотите дожить до завтра.

Данил Игоревич опасливо покосился на меня. И было в его взгляде столько презрения.

Но мне было плевать на чужое мнение. Главное — горючего достать, и желательно обойтись без жертв. Или ограничиться всего одной, если она не согласится сотрудничать.

Данил Игоревич снова ткнул пальцем в тревожную кнопку.

— Как вы это сделали?

— Окружил кнопку своим полем из плотно прилегающих частиц. Не бойтесь, от них не фонит.

— Я уже не в том возрасте, чтобы бояться умереть от радиации, — сказал он и опустился на кресло.

— Но ваша прямая задача защитить от неё всех остальных. А пока я здесь, вам грозит опасность. Поэтому давайте договоримся об одной бочке топлива, и мы спокойно улетим. А, чтобы вы не делали глупостей, я окружу вас таким же полем, которое исчезнет, когда я буду далеко.

— Да кто ты вообще такой? — выпалил старик, мигом забыв о своей вежливости.

— Меня зовут Мор.

— Ты пришёл ко мне. И смеешь угрожать, — процедил он, а рука потянулась к ящику.

— Если ты хочешь достать пистолет, то не стоит. Пули меня не берут. А вокруг комнаты такое поле, что выстрела никто не услышит. Или ты хочешь подписать себе и всему бункеру смертный приговор? Заметь, мне ничего не стоит нагнать сюда радиацию, но я ещё этого не сделал.

Данил Игоревич убрал руку и положил ладони на стол. Сейчас он выглядел крайне озадаченным. И ведь понимал, что мои угрозы не беспочвенны.

— Чем быстрее решите, тем скорее мы свалим, — я подстрекал его к нужному решению.

Беспокоило лишь то, что после взлёта мы снова станем беспомощными из-за действия силы Ани. Так что я мог угрожать сколько угодно, но если вертолёт решатся подбить из чего-то крупнокалиберного, то нам не жить.

Но, как говорится, понимание рисков не освобождает от ответственности. А мне никак нельзя было здесь умирать.

— Хорошо. Я выдам вам бочку. Вы всё равно не оставили мне выбора, — он согласился так просто, что я заподозрил подвох.

— Вздумал играть со мной? — спросил я и стянул противогаз.

Посмотрел в глаза старика. И он застыл. Сглотнул ком в горле.

Во мне осталось мало энергии, но и этого хватило, чтобы незначительная часть просочилась через кожу в воздух. Чтобы от меня до головы старика протянулась невидимая нить из частиц.

Раньше я пробовал это только с животными, с людьми до сих пор не решался. Но, как оно обычно и бывает, в стрессовых ситуациях решения принимаются быстро.

И я направил через связующую нас невидимую нить команду подчиниться.

Данил Игоревич застыл, как безвольная кукла. Он всё понимал. Мог мыслить, как раньше. Но не мог сопротивляться моей воле. Это читалось в его взгляде. И там отражался настоящий, животный страх.

— Прикажи заполнить наши канистры горючим, — приказал я вслух и убрал со стен и двери кабинета своё изолирующее поле.

Он лишь кивнул. С натугой. Неохотно.

Данил сопротивлялся. И признаюсь, было сложно его контролировать. Это был человек с сильной волей.

Но моя оказалась сильнее.

Мы вышли из кабинета, и Данил отдал распоряжение по поводу топлива.

Я опасался выходить наружу, ведь за двери бункера простиралась сила Ани.

Пришлось хитрить.

— Возвращайся в кабинет и сиди там минимум полчаса и ни с кем не разговаривай. Ясно? — тихо спросил я, чтобы сопровождающие не услышали.

Он снова кивнул.

И двери бункера раскрылись.

Наши канистры быстро наполнили топливом, пока я изображал любезную беседу с бункерскими и рассказывал про новый вид мутантов. Про их инопланетное происхождение я, конечно, умолчал.

— Быстро взлетаем и валим отсюда, — гаркнул я пилоту, когда бункерские отошли, и сел рядом.

— Что-то пошло не по плану?

— Ага. Давай скорее.

Он мигом меня понял. А я обернулся к девочке со стариком и предупредил:

— Взлетаем. Маскарад сразу не снимайте. Ясно?

— Ясно, — хором ответили оба.

Винтокрылая машина стремительно поднялась в воздух.

Мы набрали высоту, и я спешно стянул с себя противогаз. Облегчённо выдохнул. Растёр лицо руками.

В местах прижатия креплений отчётливо ощущалась тяжесть, словно в этом месте наливался синяк. И я не мог направить радиацию к этому месту, чтобы убрать этот чёртов дискомфорт, пока рядом была Аня.

— Вы там как? — обернулся я и спросил у своих спутников. — Можете демаскироваться.

— Чего? — буркнул Электро.

Слова он не понял, а ведь начитанный человек.

— Снимайте маскарад! — объяснил я.

— Ну, наконец-то! Не понимаю, как они в этом постоянно ходят. Так можно свихнуться от прения. Я насквозь пропотел, — продолжил ворчать старик, но в первую очередь помог снять химзащиту ребёнку.

Я не стал отвечать. Если Электро начинал бубнить, то его уже ничто не могло остановить.

— Теперь хватит топлива, чтобы не только до бункера. Но и ты своих смог забрать? — спросил я у пилота.

Но ответа получить не успел.

Раздался грохот, заглушающий шум от лопастей.

Меня выкинуло вперёд прямо на лобовое стекло, которое не разбилось от удара. Вертолёт затрясло. Чёрт, надо было пристегнуться.

— Что за нах? — прокричал я, и следующий удар бросил меня на дверь.

Глава 18

И снова — месть

— Нас подбили! — раздался голос пилота.

А вот дверь я закрыл. Прямо-таки удача, что моя тушка не вывались из вертолёта. Из пассажирской кабины доносились крики Ани.

— Держитесь! — рефлекторно крикнул я девочке и старику.

— Мы падаем! — прохрипел пилот в динамике наушника.

— Да вижу я! Посадить сможешь?

— Нет. Опустишь нас?

Он-то не знал, что пока Аня рядом, моя сила не работает. И мне нужно было отдалиться от неё где-то на сто метров. А в узком воздушном пространстве был всего один способ это сделать.

И я открыл дверцу раскручивающейся в падении машины, снял наушники и прыгнул.

— Моооор! — только и услышал вслед крик пилота.

Да, выглядело это не очень. Но уже через три секунды я ощутил разлитую в воздухе радиацию. Очень много радиации.

Прямо в полёте создал над вертолётом купол из уплотнённых частиц. И винтокрылая машина приземлилась на дно созданного мною шара, слегка раскурочив низ.

А вот теперь предстояло позаботиться о себе. Но ударяться о твёрдый барьер не хотелось, поэтому стал уплотнять частицы под собой постепенно.

До земли оставался километр. И благодаря моей способности, скорость свободного падения не увеличивалась по известной всем школьникам формуле, а уменьшалась. И в конечном счёте я плавно плюхнулся в грязь.

После ночного дождя пустошь размыло.

Я вытер лицо чистой стороной рукава и посмотрел вверх. Вертолёт завис в воздухе. Внутри моего купола.

И вот по нему нанесли новый удар. Не знаю из чего, но взрыв раздался знатный. Я даже прищурился.

В этот момент во мне что-то перемкнуло. И я сжал кулаки до боли. Мне захотелось уничтожить их всех. Чёртово воспитание! Надо было сразу всех мочить!

Что толку каждый раз пытаться договариваться, если меня раз за разом предают? И нет, это не наивность. Даже не знаю, как назвать. И не воспитание. Скорее внутренний договор с моей совестью. Чтоб она уже сдохла, зараза!

Но всё же висящий в воздухе вертолёт остудил мой пыл. И я плавно пустил его к земле и помог пилоту с мутантами выбраться.

— Вот они суки, — процедил Электро, прикладывая бинт к рассечению лба.

— Не ругайся при ребёнке, — гаркнул я, просто потому что мне самому хотелось ругаться.

И не будь здесь Ани, я бы сам вовсю матерился. Так, чтобы на самых нижних уровнях бункера услышали.

— Да я с ним полностью согласна, — выдала Аня.

Странно, но сейчас она выглядела спокойно. Может, уже превышен лимит для её страха? Такое бывает, когда живёшь в условиях перманентной опасности. Гормоны утихают, и риск для жизни становится обыденностью. По этому же принципу появляются адреналиновые наркоманы, которым каждый раз нужно что-то новое, иначе ощущения не те.

— Предлагаю обесточить этих ублюдков, — сказал Электро, и его морщинистое окрасила злобная ухмылка.

Я сам невольно улыбнулся уголком рта. Мои планы быстрой и стремительной мести были куда кровожаднее.

— Этого мало, — ответил я.

— И нам нужен новый вертолёт, у них же есть? Мы сможем отнять? — внезапно спросила Аня.

— Устами младенца глаголет истина, — вспомнил я заезженную поговорку.

— Эй, мне уже шесть лет! — возмутилась Аня и надула губки.

От картины злость на всех бункерских почти сошла на нет. И я невольно улыбнулся в умилении.

— Мы их уничтожим. И вертолёт заберём, — пообещал я с улыбкой на лице.

— Мор, мне начинает казаться, что тебе это нравится, — подметил Электро.

Вместо ответа я хмыкнул. Но задумался. Ведь так и до морального урода можно дорасти. А пофиг! Другие в этом мире не живут.

— Это будет быстрая месть, — уклончиво ответил я. — Так, давайте не будем её откладывать.

— А мне можно поучаствовать? — вписалась Аня.

— Нет. Вы с Электро останетесь здесь. Я пойду один.

— Ну почему? Почему? — по-детски возмутилась девочка.

— Потому что мне нужна моя сила. Для мести.

Аня понимающе кивнула. Несмотря на свой юный возраст, она очень хорошо понимала происходящее. Ей пришлось слишком быстро повзрослеть, и от этого осознания что-то дрогнуло в груди.

— Не хочу стоять в стороне, — насупился старик.

— А придётся, — отрезал я. — Я не позволю Ане остаться одной.

Судя по выражению лица, Электро смекнул, какую глупость сморозил, и замолчал.

— Ждите меня здесь. Ясно? — спросил я.

— Ага…

— Да, — вразнобой ответили мутанты и пилот.

А я скинул с себя нательный комбинезон химзащиты, который уже успел измарать в грязи. В кабине пилота было слишком неудобно раздеваться.

Мы успели отлететь от бункера всего на полтора километра. И сейчас это расстояние мне предстояло пройти пешком. Как раз за это время успею напитать тело радиацией.

Я подошёл к воротам, а сжатую в кулак руку уже грел мини-заряд из уплотнённых частиц.

Размахнулся и запустил его в железные ворота. Раздался взрыв, на который я смотрел с откровенной ухмылкой. Пусть знают, кто за ними идёт!

Я подождал с минуту, когда дым слегка развеется и пролез в образовавшуюся дыру. По мне сразу открыли очередь из всевозможных орудий. Но два слоя защиты пропускали лишь лёгкое тепло. Даже звуки приглушали.

В прошлый раз у меня не очень удачно вышел этот приём. И я намеревался исправиться.

Раскинул руки и ощутил всю разлитую в воздухе радиацию. В голове возникла карта, где бункер был пустым пятном, но там отчётливо прослеживалась вентиляционная система, где и исчезали опасные частицы. Точнее, система фильтрации была устроена так, что вся радиация в конечном итоге снова возвращалась на поверхность.

Смертоносные частицы закружились в воздухе. Я поднимал настоящий ураган, где сам стал его эпицентром.

Но на этот раз моя цель была не разрушить всё на поверхности по примеру того, как это делала Буря. А гораздо масштабнее.

Я направил потоки частиц к торчащим из-под земли вентиляционным трубам. И с немыслимой скоростью загнал их туда.

А сам следил, что происходит с помощью своей суперсилы.

Потоки смертоносного воздуха выбили мелкозернистые решётки и фильтры. Пробивали препятствия вместе с трубами.

Не прошло и пяти минут хаоса, как главные двери бункера раскрылись, и оттуда выбежали люди. Кто в чём был. Большинство даже не успели облачиться в химзащиту.

Мне не было их жаль. Совсем. Те, кто желают мне смерти, не заслуживают ни капли жалости.

Данил Игоревич вывалился из бункера одним из первых, и тут же заметил меня, несмотря на бушующий ветер, поднимающий чёрную грязь.

— А я предупреждал тебя, — сказал я, и ветер разнёс мой голос жутким эхом по всей округе.

Ответ заглушил ветер.

А я наблюдал, как от моей силы колыхаются два вертолёта, припаркованных на крыше. Мне надо было избавиться от людей, но не повредить винтокрылые машины. Поэтому в первую очередь я окружил их своим защитным полем, и колыхания на ветру сразу прекратились. На всякий сделал это с обоими машинами, а то фиг знает насколько они исправны, и что там по топливу.

Люди продолжали прибывать, а ветер усиливался. Стрельба по мне не прекращалась. Но это вызывало лишь злобную ухмылку на моём лице.

Мести. Я хотел мести.

И получил её, усилив радиоактивный ветер.

Не знаю, какой уровень радиации я нагнал, но этого хватило…

На моих глазах тело Данила Игоревича начало чернеть. Он был без противогаза, как и многие.

Каким-то образом я расширил свою силу. И то, что обычно случалось от прикосновений, охватило все окрестности, куда доносился ветер бури.

Прошло всего пять минут. И я заставил ветер затихнуть.

Никто не остался в живых.

Чувствовал ли я облегчение? Нет.

Во мне бурлила злость от того, что этот мир стал таким. Что я стал таким.

С этими мыслями я вернулся к своим, которые ждали меня у разрушенного вертолёта.

— Ну и ураган ты там нагнал! — восторженно воскликнула Аня.

— Ага, — буркнул я, не разделяя её чувств.

— Ты убил их? Убил ведь? Они больше нас не тронут?

— Больше не тронут, — ответил я и натянул улыбку.

— А вертолёт хоть один уцелел? — спросил пилот.

За стёклами противогаза виднелись его уставшие глаза. Полные скорби за своих людей. Но он не мог ни возразить мне, ни что-то изменить. Да, было заметно, как после моей демонстрации изменилось его отношение.

— Даже два. Можно выдвигаться, — сказал я.

Пилот кивнул. А Электро взял Аню за руку, и мы пошли обратно к бунреру. От которого остались лишь стены. И тела…

— Аня, закрой глаза, — попросил я девочку и взял её на руки.

Мы стояли у ворот, и я опасался напугать её. Не хотел, чтобы её восхищение обратилось в страх после увиденного.

— Ну почему? — возмутилась Аня.

— Так надо. Верь мне.

Я прикрыл ей глаза своей рукой. Ведь она бы точно не удержалась и посмотрела. Дети не понимают опасности своего любопытства. Да и взрослые тоже, и я самый тому пример.

Мы забрались на крышу, и при нашем приближении поля с вертолётов исчезли. Мне показалось, что сила Ани возросла ещё на несколько метров. Да, девочка с каждым днём становится сильнее.

Пилот произвёл осмотр двух винтокрылых машин и по каким-то своим соображениям сделал выбор.

— Запас топлива нужен. Здесь пустые баки, — предупредил он.

Я посадил Аню в кабину и велел Электро следить, чтобы она не выходила.

— Пошли найдём топливо, — предложил я пилоту.

Он странно покосился на меня. Наверняка не хотел снова смотреть на тела своих товарищей, но опасался мне об этом сказать.

— Ладно, я сам. Не парься, — махнул я рукой и спустился.

Но пилот всё равно пошёл следом.

— Чего передумал? — спросил я у него, когда мы спускались по лестнице.

— Вдвоём больше принесём. И быстрее свалим отсюда, — глухим голосом ответил он.

— Логично.

— Я тебя не осуждаю, — внезапно признался он.

Я бы соврал, если бы сказал, что мне всё равно. Ведь этот человек не первый день помогает нам.

— После такого… — продолжил он. — Будь у меня твоя сила, сомневаюсь, что поступил бы иначе.

Я лишь кивнул. Кто бы поступил иначе? Чокнутый моралист? Таких в этом времени уже не осталось. Все понимают, что право решать у тех, кто обладает силой.

Мы зашли в бункер, где царил форменный разгром. Освещение либо не работало, либо мигало красным.

Чувствовал реактор глубоко под землёй. По-хорошему его бы отключить, но нужными знаниями я не обладал. И пилот тоже.

— А ваш начитанный мутант? Может, он разбирается? — предположил пилот.

— Сомневаюсь.

Я не хотел даже спрашивать Электро. Зная старика, наворот ещё такого, что нас ядерным взрывом разнесёт. Принял решение не рисковать.

— Нет. Чем раньше улетим, тем лучше, — дополнил я.

Надеюсь, что успею разобраться со своей глобальной задачей до того, как реактор придёт в негодность. Насколько помню, они могут годами работать на автономном режиме. А если взрыва ещё не было, то, видимо, знающие люди выставили схему работы на подобный случай. Конечно, они не предполагали, что придёт некий Мор и расфигачит их дом, но всякое бывает… В том числе и я случаюсь, за которым тянется полоса из смерти и страданий.

В голове выстроилась карта бункера, и я быстро нашёл склады. Чего здесь только не было: запасы еды лет на десять вперёд, оружие, огромные канистры топлива, которое где-то изготавливали. Видимо, какие-то бункеры смогли наладить производство.

Из всего многообразия мы взяли только два бочонка топлива. Но я запомнил координаты, чтобы потом отправить кого-нибудь опустошить склады, если их не разграбят раньше. Подобное добро на месте долго не лежит в наше дефицитное время, где одна часть населения выживает под землёй, а другая — на поверхности за счёт данных радиацией сверхспособностей.

Мы залили полный бак вертолёта, а вторую бочку оставили в кабинете. Электро вовсю продолжал читать Ане сказки с планшета. И как он не разрядился спустя столько дней? Разве что мутант сам его подзаряжал с помощью своих способностей. А он мог, учитывая его большой опыт в электрификации Князево.

Мы взлетели в воздух. И с тенью скорби покидали это место. Ну, не должны люди убивать себе подобных вместо взаимопомощи. Так и рухнул этот мир. И я не успокоюсь, пока не исправлю это. Хотя иногда складывается впечатление, что мне больше всех надо. Да, надо вернуться назад. К привычной безопасной жизни. Как же много времени мне потребовалось, чтобы это понять.

Путь до центрального исследовательского бункера прошёл без дальнейших происшествий. Мы несколько раз садились для дозаправки. Я давал пилоту время на сон и отдых, и периодически забирал управление. Так что к концу пути мог уже самостоятельно управлять подобными машинами.

— Что там чёрное внизу? — спросил пилот, когда вдалеке показалось чёрное облако тварей, которые до сих пор держали бункер в осаде.

— Инопланетяне, — честно ответил я. — Те, кого мы не можем убить. Но должны их остановить любой ценой. Иначе капец всему человечеству.

— И как мы через них пройдём?

— С помощью Ани, — улыбчиво ответил я и заглянул в пассажирскую кабину.

Аня с трепетом смотрела в окно вертолёта.

— Они для тебя не опасны, — крикнул я девочке.

Она лишь кивнула.

— Уверен? — переспросил Электро.

— Да. Сейчас сам увидишь.

Я скомандовал на посадку:

— Вон прямо в центр облака направляй вертолёт. Сядем на крыше. Там есть площадка.

— И как мне её увидеть?

— Ста метров видимости хватит?

— Наверно. В таких условиях сажать машину мне ещё не приходилось.

— Главное мимо здания не промахнуться. А его мы должны увидеть заранее.

— Ну, ладно. Попробуем.

Он так сказал, словно у нас был особый выбор. Как по мне, либо всё пройдёт хорошо, как я и задумал. Либо нас сожрут в первые секунды. Но второй вариант я, конечно, не стал озвучивать.

Вертолёт пошёл на снижение.

Сердце опустилось в пятки. Дыхание замерло.

Но выбора не было. Как и иного способа попасть в оккупированный тварями бункер.

И чудо свершилось.

В ста метрах от нас чёрное полотно монстров начало расступаться, открывая проход.

— Мор! Мор! — внезапно сзади раздался голос Электро.

— Что? — обернулся я.

— Ане плохо…

Девочка сидела с запрокинутой головой и заплывшими глазами. Такое я видел лишь у Ведьмы, когда использовала способности на максимум.

Вдруг девочку затрясло…

Глава 19

Обратно в бункер

— Садись скорее! — крикнул я пилоту. — У нас мало времени.

Если Аня потеряет сознание, то, возможно, отключатся и её способности. Проверять не хотелось. Как и рисковать жизнью девочки.

Вертолёт пролетел через созданный монстрами коридор. Стена здания центра показалась внезапно, и винтокрылая машина резко взлетела вверх. Нас изрядно потрясло. И всё это время я старался наблюдать за Аней. Её глаза то закатывались, то закрывались. В такие моменты Электро дёргал её за плечо, и она на миг приходила в сознание.

— Аня! Аня! — кричал я ей. — Две минуты, и мы будем в безопасности! Слышишь?

Она не реагировала.

Вертолёт снова тряхнуло при посадке.

Я вылез из кабины и мигом ринулся к Ане. Взял девочку на руки.

— Быстро спускаемся! Электро, вон тот люк поддень! — указал я.

Старик и пилот присели, подёргали за ручку.

— Заклинило! — гаркнул старик.

Я передал ему девочку, и сам наклонился к люку. Он оказался закрыт изнутри. Бункерские полностью загерметизировали здание перед списком вниз. И как открыть этот люк без своей силы? Ведь стоит отнести Аню на сто метров, как налетят твари.

Они уже сейчас подходили ближе. Сантиметр за сантиметром приближались. Сила девочки постепенно ослабевала, чего я и опасался.

— В вертолёте нет никаких инструментов? — спросил я с толикой надежды у пилота, что там мог оказаться хотя бы лом.

— Нет, — зато замотал головой он.

Я выругался. А в голове спешно перебирал варианты.

— Надо спускаться.

— Там есть место для посадки?

— Нет. Там всё заставлено машинами. Можешь приземлиться на них?

— Вертолёт может перевернуться от такой посадки.

— Пофиг. Так, у нас хотя бы есть шанс.

— Ладно-ладно, — бросил пилот, направляясь обратно к вертолёту.

Аня отключилась на руках Электро, и твари стали приближаться с большей скоростью. На мой зоркий взгляд.

— Скорее! — поторопил я пилота, и винтокрылая машина взлетела.

Всего метров на десять. Но чёрное облако было уже в двадцати метрах от нас.

'Лишь бы успеть" — подумал я, но на лице не дрогнул ни один мускул. Нечего показывать свою тревогу, пусть сердце и грозилось вырваться из груди.

Вертолёт спикировал вниз очень быстро. За каких-то пару минут. Но, пока я смотрел за состоянием Ани и следил за приближением монстров, это время показалось вечностью, никак иначе.

Вертолет не нашёл внизу свободного пространства просто потому, что не было времени его искать. Сели прямо на крыши двух стоящих рядом УАЗов. С трудом, но сели.

— Ты настоящий ас! — крикнул я пилоту и выбрался из кабины, когда лопасти ещё не успели остановиться.

— Кто такой ас? — крикнул он вслед, но я не стал тратить времени на ответ.

Доберёмся до бункера, там уже всё расскажу ему. Одно удручало, что в условиях сгустившейся инопланетной тьмы, к своим людям он не сможет вернуться. Но по всем законам логики они должны вскоре прибыть сюда вместе с мутантами из Князево.

Теперь нам нужно было попасть в бункер, а это была не менее сложная задача, чем добраться сюда.

Но благо подобную ситуацию мы обсудили со Степановым ещё до моего выхода в это опасное путешествие за метеоритом. И он объяснил, как подать знак.

Дверь бункера была плотно прикрыта, но не закрыта. К ней мы и ринулись.

Зашли на первый этаж, и я плотно прикрыл её за собой. Здесь было темно, и тварей не было. Но, казалось, лишь мнимым ощущением безопасности. В любой момент они могли просочиться через щели, ведь само задание не имело такой крутой изоляции от радиоактивного фона снаружи, как бункер под нашими ногами.

Я подошёл к наблюдательному посту. Десятки чёрных мониторов висели над моей головой.

— Отойдите чуть подальше. На пару минут, — попросил я старика, держащего девочку.

Они отошли ближе к лифту, и я почувствовал разлитую в воздухе радиацию. Совсем немного. Ведь монстры снаружи тоже не пропускали заветную энергию, и здесь осталось то, что осталось.

Но мне и этого хватило.

Направил всё, что смог собрать к системе фильтрации. Этого было мало, чтобы хоть как-то навредить сидящим внизу, но достаточно, чтобы подать сигнал.

Теперь осталось только ждать. И я подошёл ближе к лифту, чтобы не выходить из поля действия силы девочки. Её голова поникла, и больше она не приходила в сознание.

Я стоял к лифту спиной, чтобы видеть происходящее на первом этаже. И не зря. Не прошло и трёх минут ожидания ответа от Степанова, как с потолка начали просачиваться инопланетные твари.

— Ну же, скорее, открывай, — пробормотал я себе под нос.

Но меня услышал пилот.

— Что?

— Лифт должен открыться, — пояснил я.

— А если не откроется? — предположил худшее он.

— Тогда нам хана. Аня быстро слабеет. Её нужно вниз. Всем нам нужно вниз…

— Там безопасно? Разве они не могут также просочиться? — спросил уже Электро.

— Не смогут. Бункер построен по другому принципу.

По крайней мере, я на это надеялся. Ведь если твари до сих пор не просочились в бункер, то это значит, что они попусту не могут это сделать.

Монстры приближались. Медленно. И это ожидание сводило с ума. Накинься они разом, и всё бы быстро закончилось. А так за нами мелькала надежда на спасение в виде лифта на нижние уровни.

— Скорее, — продолжал бормотать я, обращаясь непонятно к кому.

Монстры приблизились, и между нами оставалось не больше десяти шагов. Они заполнили своей чернотой всё вокруг, не пропуская ни крупицы света от редких мигающих потолочных ламп. И в этой тьме светились лишь ярко-красные глаза охотников, которые так и жаждали поглотить нас. И как опытные хищники, они умели ждать.

А мне ожидание внушало лишь лишнюю тревогу. Ненавидел это состояние, когда уже всё сделано и остаётся только ждать.

Чёрное облако с десятками красных глаз всё приближалось и приближалось.

Восемь шагов. Шесть. Четыре.

Электро крепко прижал к себе Аню, а пилот прислонился к двери неработающего лифта. А я встал перед ними.

'Только через мой труп" — подумал я и был близок к этому.

Но внезапно, в самый последний момент, когда тьма оказалась в сантиметре от моего носа, двери лифта раскрылись, и оттуда полил яркий белый свет.

Мы забежали внутрь, и я ткнул на заветную кнопку.

Ехали не дольше минуты. Лифт открылся в санитарном отсеке, где нас обдало холодным паром нейтрализатора.

И вместе с холодом и ярким запахом хлорки, ко мне пришло облегчение.

Двери открылись, и в следующем отсеке нас уже ждал Степанов.

— Мор! Вы не представляете, как я рад вас видеть!

— А я вас, — вымученно улыбнулся я.

— Кто с вами?

— Один из ваших и двое мутантов. Девочке нужна помощь. Она не опасна для окружающих. Отведите меня в хранилище осколков. Мне нужна радиация.

— Хорошо, Мор. Я попрошу коллег помочь вашим, — Степанов запнулся, — сопровождающим. И отведу вас к осколкам.

Он вышел за дверь и вернулся всего через минуту с коллегами в полной химзащите. Женщина подошла к Электро и забрала Аню.

— Она потеряла много сил. Берегите её. Без неё нам не выбраться, — предупредил я.

— Что вы имеете в виду, Мор? — озадачился Степанов.

— Она разгоняет радиацию. Только благодаря ей мы прошли через тварей.

У учёного глаза на лоб полезли, но он ответил:

— Хорошо. Я лично буду следить за состоянием девочки.

— Спасибо!

Я прошёл за Степановым в коридор, и стоило отойти на десять шагов от двери, как снова вернулись мои силы. Только вот вокруг не было нужных частиц, чтобы соорудить купол.

— Ничего, что я без защиты?

— Пока дозиметры молчат, приемлемо, — ответил учёный. — В этом коридоре никого нет. Позже я запущу систему очистки. А на мне до сих пор ваше поле, правда, по словам мутантов оно очень истощилось.

— Да, но радиацию пока не пропускает, — проверил я и озвучил свои наблюдения.

Степанов достал из кармана халата карту-ключ и вставил в отверстие на двери, только тогда она отъехала в сторону.

— Раньше без полной защиты я не решался сюда заходить. А теперь брожу, как дома, — прокомментировал учёный.

— Так фериум же не пропускает радиацию.

— Большую её часть, — поправил он. — Но, учитывая, как фонят осколки, и этого может быть достаточно для критичного вреда здоровью. Мор, вот с этой стороны самые яркие. Я их успел отсортировать.

— Благодарю. Мне любой подойдёт, — сказал я и подошёл к коробам из фериума, выставленных в ряд на металлическом стеллаже.

— Руками лучше не трогайте. Он же и из вас вытянет радиацию, — предупредил учёный.

— Не вытянет. Довелось проверить, — ответил я и открыл первый попавшийся короб.

— Мор, вы не перестаёте меня удивлять.

Я лишь ухмыльнулся и взял в руки заветный осколок метеорита. Ох, сколько в нём было энергии! Целая сокровищница.

Энергия быстро перетекала в моё тело, и уже через минуту мне хватило сил, чтобы создать вокруг себя противорадиационное поле, чтобы не навредить окружающим.

А ещё через пять минут осколок начал тускнеть. Да, я выкачивал из него всё. Без остатка. И вскоре в моих руках остался обычный булыжник инопланетного происхождения.

— Вот теперь другое дело, — улыбнулся я и вернул камень в короб.

Закрывать не стал, осколок больше не представлял опасности для бункерских.

— Как вы, Мор? — поинтересовался Степанов, наблюдающей за всей картиной.

— Лучше не бывает. Пойдёмте к нашим. Мне не терпится вам всё рассказать.

Хотя на самом деле я хотел убедиться, что с моими мутантами всё в порядке. Конечно, Степанов бы сразу сказал, если бы кому-то из них угрожала опасность из-за отсутствия радиации. Но я хотел сам проверить.

Лифт спустил нас на нижние уровни бункера, где располагались лаборатории и комнаты мутантов. Моим друзьям никто не сказал о моём возвращении, поэтому когда я наткнулся в коридоре на Ведьму, девчонка ринулась ко мне и повисла на шее, чем обескуражила всех прохожих.

— Мор! Вернулся! — радостно вопила она, сжимая меня в объятиях.

— Ты меня сейчас задушишь, — улыбчиво прохрипел я, и девушка отпрянула.

— Ой, не прибедняйся. Такого, как ты фиг убьёшь. С этим вон даже инопланетяне не справились. Кстати, где метеорит?

— Сейчас найдём остальных, и я всё расскажу.

— Так, я им сейчас призыв отправлю. У меня как раз немного сил осталось. Кстати, поделишься?

— Ради ментальной рассылки поделюсь, — усмехнулся я и положил руку на плечо Ведьмы.

Уплотнил её противорадиационный купол и передал немного энергии, полученной от метеорита. Процентов десять. Этого должно ей с лихвой хватить для поддержки ментальной связи в бункере.

Мы собрались в столовой после обеда. Здесь остались лишь мои мутанты, учёные и глава бункера. Прохоров тоже радостно встретил меня и похлопал по плечу.

Каждый считал своим долгом подойти и отметить, как хорошо, что я не умер. Но эпичнее всего это получилось у Лавины.

— Моооор! — прокричала она, забегая в столовую.

Тут же бросилась мне на шею.

— Живой, засранец! Живой! — она прижалась ко мне, и на её щеке застыла ледяная слеза.

А пока она обнимала меня, я уплотнял её противорадиационную защиту и передавал энергию. Ведьма правильно подметила, что куполов хватило бы ещё на день, не больше. Потом отсутствие радиации начало бы убивать мутантов.

— С чего бы я засранец? — усмехнулся я.

— Ты заставил меня переживать.

Пока я рассказывал о своих опасных приключениях, Лавина не отходила от меня ни на шаг. Больше всего вопросов у учёных вызвало появление Ани.

— Девочке нельзя будет здесь находиться во время эксперимента с метеоритом, когда его привезут, — огласил Степанов.

— Это ещё почему? — возмутился я.

Не позволил бы ему использовать Аню для других опытов и прочих целей. Учёным ведь только волю дай. А Аня такого не заслужила.

— Она может повлиять на результат. Как понимаю, скоро нам следует ожидать большие группы мутантов. Я предлагаю в ближайшие дни все силы бросить на усиление девочки. Тогда она сможет снять осаду.

— Я не позволю вам ставить над ней опыты, — отрезал я, а кулаки невольно сжались.

И без того от рук учёных пострадало достаточно наших мутантов. Я позволил ему забрать Петю, но больше исключений не будет.

— Мор, вы меня неправильно поняли…

— Всё я прекрасно понял! Вы хотите использовать её в своих целях. Она же ещё ребёнок!

— Вы даже не выслушали моё предложение.

— Я провёл с ней достаточно времени, чтобы понять, её не усилить обычным способом. Мы разве что к метеоритам её не подпускали.

— Но это же может сработать.

— Сомневаюсь. Скорее она выбьет из них радиацию, также как делает со всем.

— Позвольте попробовать. Один осколок не причинит ей вреда. Это я вам гарантирую.

Это я и сам знал. В худшем случае метеорит превратится в обычный булыжник, а в лучшем — он сможет сделать Аню чуточку сильнее. Но зачем это, если наша цель не снять осаду, а предотвратить судный день?

— Ладно, — согласился я. — Но только один осколок. Если не получится, то вы оставите девочку в покое.

— Хорошо, — ответил Степанов и рефлекторно протянул мне руку.

Я проигнорировал. Он это заметил и быстро убрал руку. Бункерские постоянно забывали, что трогать меня опасно для жизни. Да, в подобной дружеской атмосфере, если наш союз можно так назвать, у большинства напрочь пропадал инстинкт самосохранения. Но главное, что я был всегда начеку.

Степанов уговорил меня провести опыт с осколком сразу, как Аня вернётся в привычное для ребёнка состояние. И, кто бы знал, что это случится так скоро. И после совещания, где я рассказал о своих похождениях и восстановил защитные поля всех мутантов, Аню привели к нам в сопровождении трёх врачей. А Степанов побежал за осколком с таким энтузиазмом, что только пятки его в коридоре сверкали.

Благо Прохоров распорядился проводить эксперимент в специально отведённом для этого помещении, поэтому Степанов повёл Аню в одну из палат, что предназначались для размещения мутантов.

В соседней сидел Петя, и дверь в его комнату оказалась открыта. Увидев меня, он выбежал и сразу спросил:

— У тебя получилось? Получилось?

— Почти. Совсем скоро, — улыбчиво ответил я.

Сперва Петя расстроился, но потом увидел Аню, и дети познакомились. Они взяли с друг друга обещание поиграть вместе, когда взрослые разрешат и плавно про меня забыли.

Только вот Степанов не забыл и поторопил детей прощаться. Расставались они неохотно. Конечно, ведь других детей на этом уровне нет. А бункерские своё чадо к мутантам не подпускали.

Аня села за стул возле стола, и Степанов положил перед ней метеорит. Все наши мутанты и Прохоров столпились за прозрачной дверью, всем было интересно понаблюдать. И никакие призывы Степанова их не остановили.

— Анечка, девочка моя, сейчас я открою ящик, и ты должна будешь дотронуться до светящегося камня. Хорошо? — проинструктировал девочку учёный.

— Хорошо. А потом можно будет с Петей поиграть?

— Конечно. Если захотите, я могу поселить вас в одной комнате.

— Будет здорово.

— И игрушек им выдайте. Эти дети заслужили хотя бы пару дней нормального детства, — вставил своё слово я.

— Конечно, — легко согласился Степанов и открыл короб из фериума.

Комнату залило лёгкое зелёное свечение от метеорита. Я сразу смекнул, что учёный выбрал один из самых ярких.

Аня осторожно положила свою маленькую ладонь на осколок метеорита.

— Что-нибудь чувствуешь? — с трепетом спросил Степанов.

Аня покачала головой.

Зато я чувствовал, как недавно вернувшаяся сила снова покидает меня. Очень-очень быстро.

Внезапно за дверью раздался грохот, словно несколько мешков картошки свалились на пол.

Я обернулся. За дверью стоял только Прохоров. А все мои друзья лежали пластом.

Глава 20

Лагерь

— Аня! Убирай руку! — крикнул я девочке.

— Но мы ещё не закончили, — возмутился Степанов.

— Закончили! — отрезал я.

Аня спешно убрала ладошку, а я подошёл и захлопнул короб из фериума. А затем поспешил открыть дверь в коридор.

Поднял Лавину, проверил дыхание и пульс. В норме. Но девушка была без сознания, как и все остальные мутанты.

Я не ощущал своей силы, поэтому не мог точно сказать в чём дело.

— Отведите Аню подальше. И пока будете идти, считайте метры. Передам по рации, как остановиться, — приказал я учёному.

— Хорошо.

Он взял девочку за руку и аккуратно вывел из палаты, чтобы не наступить ни на кого из пострадавших.

Прохоров держал рацию наготове, чтобы по моему сигналу передать сообщение. А я ждал. Не отводил взгляда от Лавины. Остальные были в таком же состоянии.

Но на удивление первым очнулся Синий. Поднялся и схватился за голову.

— Так и знал, что на фиг было сюда идти. Башка раскалывается, — пробормотал он.

— Помогите ему, — кивнул я подошедшим врачам.

Прохоров передал сообщение и озвучил ответ:

— Триста шестьдесят два метра. Возможна погрешность. Плюс-минус пять метров.

Я постарался не выказать удивление, но это было сложно. Ведь метеорит усилил Аню больше чем в три раза. Усилил настолько, что вырубились мои защитные поля. А вся заключённая в них радиация унеслась бурным потоком, только неизвестно куда… Но, это уже не моя проблема.

Лавина неохотно открыла глаза и сморщилась.

— Как же больно, — схватилась она за голову.

— Сейчас помогу. Подожди.

Я опустил её и подошёл к коробу с метеоритом. Открыл его и положил руку на камень. И начал впитывать энергию. Параллельно передавал её мутантам, стараясь распределять поровну между всеми. Затем восстановил защитные поля. И после этого голова у всех прошла.

Я подошёл к Лавине и помог подняться. Мрак подал руку Буре, а, Факел — Ведьме. Один Синий стоял одинокий, и судя по выражению лица, его это более чем устраивало.

— Что за фигня случилась? — грозным тоном спросил синеглазый.

— Тебя вырубил ребёнок, — с иронией ответил я.

— Не смешно…

— А я и не смеюсь. Ты только представь, сколько в ней силы!

Прав был Степанов, с должным усилением Аня в одиночку сможет снять осаду с бункера и освободить проход. Так мы получим безопасный лагерь для беженцев из Князево и мутантов вольного племени. Но ради чего это всё? Ответ прост: чтобы доставить метеорит в бункер, нужно преодолеть осаду. А пока что самый простой способ сделать это — с помощью Ани.

Обычная потерянная в заброшенном городе девочка и не подозревала, насколько значимой станет. Для спасения всего человечества. И я верю, что она сможет прожить нормальную жизнь в новом варианте времени, где никогда не было судного дня.

Нет, я не наивен. Но предпочитаю верить в лучшее. Ведь иначе теряется смысл жизни. И я рад, что моим смыслом стало не выживание, а настоящее глобальное дело.

— Мор, ты чего? — спросила Лавина и вывела меня из задумчивости.

— Да так. Мыслей много. Ты как?

— Теперь хорошо. Когда прибудут твои мутанты? Ты так и не ответил на совещании.

Да, не ответил, но лишь потому, что не мог с точностью предугадать время перемещения. Мало ли какие препятствия на пути встретятся мутантам. Да и размытые дороги оставляют желать лучшего. Поэтому ответил примерно:

— Первая группа должна прибыть где-то дня через два. Ведьма, ты можешь передать им, что я на месте? Свяжись с Эльфом! — обратился я к рыжеволосой.

— Замётано, — ответила она и запрокинула голову.

Её глаза загорелись ярко-зелёным. И с помощью шестого чувства я заметил, как от неё исходят невидимые для остальных щупальца, и простираются куда-то вдаль, за стены.

— Готово! — выдала она через минуту. — Эльф со своими мутантами прибудет завтра к вечеру.

— Отлично! А теперь давай то же самое со второй группой. Найди некого Октера.

Она кивнула, и всё повторилось. Но на этот раз Ведьме понадобилось семь минут.

— Неделя, не меньше, — ответила Ведьма. — Вольные племена передвигаются так быстро, как только могут. Но метеорит их сильно останавливает. Твой друг говорит, что черви с ума от него сходят.

— Черви? — удивилась Лавина. — Сколько же их там?

— Не меньше сотни, — ответил я.

— Капец. И все они будут здесь…

— Да, но поверь, по сравнению с реальной угрозой это безобидные создания.

В светлом коридоре послышались чьи-то быстрые шаги. Я обернулся. Это Степанов шёл к нам едва ли не переходя на бег.

— Мор! Мор! — позвал он, когда между нами оставалось ещё метров пятьдесят. — Это же феноменально! Мы можем снять осаду уже сейчас!

— Да погодите вы, — остановил я его. — Вы вообще подумали, сможет ли Аня поддерживать такое расстояние в течение долгого времени?

— С метеоритами сможет.

— Ага, если сама не окочурится.

— И что, вы предлагаете дальше сидеть здесь и ничего не делать? — возмутился Степанов и встал напротив меня.

Лицо его было напряжённое, челюсти сжаты. Конечно, ведь я был единственным препятствием перед экспериментами с девочкой.

— Мы попробуем завтра, когда подойдёт первая группа. До этого никаких опытов! — отрезал я.

— Но, что если мы оставим Аню снаружи, а её сила начнёт ослабевать? Тогда же и от лагеря ничего не останется, — рассуждала вслух стоящая позади Буря.

— С метеоритом не ослабнет. До тех пор, пока в нём не закончится энергия, — отозвался я.

— А что потом?

— Суп с мутировавшим котом, — буркнул я. — Достанем другой осколок. Вообще, сразу можем отправить её с пятью коробами, и этого хватит до… — я запнулся, не знал как правильно назвать то, что мы собирались сделать.

— До главного эксперимента, — закончил фразу Степанов.

— Да. Кстати, а где Электро? Старик, который был со мной. Ему тоже нужно поле создать.

— На верхнем уровне.

— Ну, тогда ведите. Надо передать ему наш план, чтобы завтра отправить с Аней.

Поскольку лифт был нерезиновый, наверх отправились только я с Лавиной, Степанов и Прохоров. Нашли Электро в одной из лабораторий, где ему делали капельницу от истощения.

— Что вы ему вводите? — спросил я у врачей, поскольку не смог прочитать, что написано на пакете.

Надписи были то ли на китайском, то ли на японском.

— Насыщенный радиоактивными частицами физраствор, — ответил один из врачей.

— Зачем это, если есть я?

— Мор, вы не всегда рядом. Мы оценили приоритеты и пока решили вас не тревожить.

— М-да. Убирайте эту капельницу, — приказал я.

Мои указания сразу выполнили.

— Ты как? — спросил я у старика.

— Как загнанная в клетку мышь.

Я коснулся плеча старика и передал ему немного энергии, полученной от метеорита.

— О! А вот так чувствую себя снова на двадцать! Что ты сделал? — выпучил глаза старик.

— Экспресс-капельница, доставка частиц невидимым путём, — усмехнулся я.

— Ничего не понял, — проворчал старик и встал с медицинской кушетки. — Отведи меня к Ане. Хочу быть рядом с ней.

— Пошли.

Пока мы шли вниз, я рассказал Электро свой план, и он вызвался сопровождать Аню наружу без всяких уговоров. Поворчал немного, что это может быть опасно для девочки, но согласился. А у меня прямо камень с души сняли. Ведь старик точно не даст девочку в обиду. Никому.

Этой ночью я спал в кровати. Не передать, какое это блаженство, когда вокруг не грязь и слякоть, ты лежишь в потрёпанном жизнью спальнике, а тёплое одеяло. И тишина. И прохладная кожа Лавины, прижимающейся ко мне.

Утром вставать не хотелось. Совсем. Хотелось как можно дольше продлить этот момент блаженства. Тепла и прохлады. И нежности, которой так мало осталось в этом мире.

Поваляться подольше мне не дал Степанов. Он стучался в дверь до тех пор, пока я не открыл. Включать главного и бузить я не стал, ведь учёный для общего дела старается.

Потом он забрал меня выбирать осколки метеоритов для Ани и всё подготавливать. Мы выбрали пять самых ярких, отнесли боксы с ними на верхний уровень и поставили перед лифтом.

Дольше всего заняла подготовка принадлежностей для организации лагеря. Бункерские в лице Прохорова решили любезно с нами поделиться продовольствием, генераторами, большими походными палатками, спальниками и прочей мелочью, которую мы не смогли забрать из Князево. Я, который всё ещё являлся главой этого уже покинутого города, в первую очередь думал о благополучии своих людей. Поэтому лично контролировал приготовления.

Ведь ещё неизвестно как пройдёт эксперимент по перемещению во времени, а мутанты хотят есть и пить уже сейчас. Вообще, хотят жить. Спокойной жизнью, а не вот это всё.

Группа из Князево подошла к вечеру, о чём мне сразу сообщила Ведьма:

— Они рядом! В трёх километрах. Боятся подходить ближе. Здесь всё кишит чёрными тварями.

— Ясно, — я вскочил со стула, на котором сидел.

Следовало действовать быстро, пока инопланетные твари не переключились на моих людей.

Я передал информацию Степанову по рации, и уже через десять минут он поднялся с Аней. Только вот девочка держала за руку Петю и не желала отпускать.

— Там мой брат, я хочу к нему, — заявил ребёнок.

— Я отведу его к семье, — заявила Аня.

Я наклонился к детям и спокойно произнёс:

— Это может быть опасно. Ты же не хочешь, чтобы Петя пострадал?

— Но тогда и Аня может пострадать? Я защищу его! — высоко задрав подбородок заявил Петя.

Он, конечно, не осознавал насколько опасно снаружи. И то, что не грозит Ане, могло стать смертельным для него. И я отнюдь не про монстров. А про то, как девочка начнёт отгонять от здания радиацию. И если матёрый Электро был в состоянии выдержать и не такое, то маленький ребёнок — нет.

— Петя, сейчас ты не пойдёшь. И точка. Давай с тобой договоримся. Я отведу тебя к твоей семье сразу, как станет безопасно.

Он лишь крепче сжал руку девочки.

— Не заставляй меня вас разнимать и запирать тебя в палате. Пойми, Ане там ничего не грозит. А вот тебе ещё как.

Это сработало. Петя неохотно отпустил руку Ани и отошёл. Девочка расстроилась, на её глаза начали наворачиваться слёзы. Но тут пришёл Электро и взял её на руки. Он стал рассказывать ей сказку о прекрасной принцессе, и Аня успокоилась.

Я с облегчением выдохнул и позвал Степанова, чтобы запускал генераторы. Пора подниматься.

Вопреки всем уговорам друзей, я решил сопровождать Аню и Электро. Мы со стариком взяли по два короба с осколками метеорита, а девочка держала пятый. Несла его так, словно опасалась его содержимого.

Генераторы на поверхности заработали, и лифт загудел. Мы втроём зашли внутрь и поднялись на первый этаж.

Вышли в светлом помещении, теперь здесь работало электричество.

— Мне страшно, — призналась Аня.

— Это они должны тебя бояться. А не ты их. Ты сильнее. Понимаешь? — спокойно спросил я.

Сейчас, как никогда следовало быть сильным. Чтобы Аня видела мою решимость. Иначе я не прощу себе детского страха, к которому сам же её и привёл.

— Да.

— Ни один мутант тебя не тронет. К вечеру от монстров ничего не останется. Вот увидишь.

Она набралась смелости и кивнула. И мы вышли из здания прогонять радиацию.

Аня достала из короба осколок метеорита и сжала в своих крошечных руках. А бокс из фериума упал на пол.

Главная дверь отъехала вбок, и мы вышли наружу. Чёрное облако было в двухстах метрах от нас и продолжало отдаляться.

У меня закружилась голова. Я всем нутром ощущал, как вместе с радиацией из моего тела утекает и сама жизнь.

Ноги подкосились. Но я держал в руках два небольших по размеру, но в то же время огромных источника энергии. И не удержался. Если не хватит для лагеря, принесу ещё из бункера.

Короб из фериума упал на землю, а второй осколок оказался в моих руках. Я начал поглощать энергию.

Заметил, как Электро дрожит. Он еле держался на ногах.

Положил руку на плечо старика и стал передавать энергию из метеорита и ему. Я поглощал радиацию куда быстрее, чем Аня отгоняла её. И вскоре снова почувствовал прилив сил. А Электро уже ровно стоял на ногах.

Чёрное облако отдалялось. Но я не мог допустить, чтобы оно добралось до колонны машин.

— Идём вперёд, — указал я.

— А ворота? — спросил Электро.

— Откроются автоматически. Камеры уже должны работать.

Я осмотрелся. Красные точки на камерах видеонаблюдения мигали. Значит, бункерские следят за нами и выпустят нас за ворота.

Проход открылся сразу при нашем приближении, как и ожидалось. Мы пошли по дороге, где за чёрной завесой скрывались мои люди.

Если посмотреть со стороны, выходит странная ситуация: зачем бежать от одних монстров к другим? Все наши планы строились на ходу, ибо в подобных условиях мало, что можно предугадать. Ведь уезжая из Князево, я и предположить не мог, что найду Аню, единственную уцелевшую из своего города благодаря своей силе.

Мы с ней были, как две противоположности. Я повелевал радиацией, а она её отгоняла. И жаль, что даже энергии целого метеорита не хватит, чтобы очистить от вредоносного излучения целую планету.

Мы шли вперёд по размытой ночным дождём дороге. За пределами ворот давно не было асфальта. А редкие, торчащие из земли куски металла напоминали об устроенном здесь побоище.

Да, земля под нашими ногами была пропитана кровью. Ибо этот мир не знает жалости. Не знает слабости. И сейчас, как никогда, нам следовало показать свою силу. Всем нам.

Я сжимал в руке метеорит, продолжая напитывать своё тело вожделенной энергией. Она придавала мне сил и уверенности. А вскоре я заметил, что больше из меня не утекают частицы.

Нет, сила Ани действовала и расширялась согласно плану, открывая перед нами коридор. А сзади оставалось пустое пространство. И можно было лишь гадать, почему твари не хотят возвращаться к зданию. Но, я догадывался, что там, где прошлась Аня, не было радиации. На время, но там оставалось чистое пространство.

Я вновь ощущал в себе силу. Свою родную мощь, что давала мне неоспоримую власть над всем земным. Но не над инопланетными существами.

Мы шли вперёд до тех пор, пока чёрное облако впереди не расступилось. Аня продолжала отгонять радиацию, и её силам уже достигла радиуса в километр. И судя по выражению лица девочки, ей это безумно нравилось. Так же как и мне. — Мы можем объединить наши силы, — вслух предложил я.

— Ты совсем от радиации свихнулся? — пробормотал Электро.

— Нет, — ответил я и раскинул руки, выставляя купол там, где заканчивалась сила Ани.

Тем самым граница выходила не размытой, а чёткой. И барьер получился подвижным. Отгоняя радиацию, она отодвигала и его. Но я контролировал, чтобы частицы в нём оставались плотно прилегать друг к другу.

Я чувствовал уходящие потоки радиации. Очень отчётливо. Словно они были частью меня самого.

Вместе с Аней мы создали коридор, оставляя чёрных тварей по обе стороны от себя и сверху. Так и тянулись туда, где находилась колонна машин, пока не увидели их.

В отличие от моей способности выкачивать радиацию, когда я начисто убирал всё, Аня делала это так, что мутантам не становилось плохо. Они не умирали от её воздействия. Поэтому рядом с девочкой можно было без опаски разбивать лагерь. Но я искренне надеялся, что творившийся вокруг кошмар скоро закончится. И собирался сделать для этого всё, что было в моих силах.

Я подал машинам жест, и они тронулись в нашу сторону. И уже через минуту первый УАЗ остановился перед нами.

Из машины вышел Эльф с ошарашенными глазами.

— Мор, я безумно рад видеть тебя живым, но разве это похоже на безопасное место? — сразу спросил он.

— Безопасных мест в этом мире больше нет. А здесь вас не тронут.

— Да здесь больше тварей, чем напали на Князево. Всё небо ими кишит.

— Но ближе они не подойдут. Только дальше.

— Ты создал очередной купол?

— Нет, под куполом мутанты не выживут дольше двух дней. Сам помнишь, какого вам было, и как приходилось каждые два часа выходить наружу со страхом для жизни. Здесь всё будет иначе.

— Так что изменилось? Ты нашёл способ их прогнать?

— Можно и так сказать. Это Аня, — я кивнул на стоящую рядом девочку. — И, пока действует её сила, вы в безопасности. Вели проезжать машинам за ворота и разбивать лагерь. Мы подготовили нужные вещи, их как раз должны поднять.

— Ты смог договориться с бункерскими о помощи? Удивительно, — спокойным тоном произнёс Эльф.

— Скажем так, пока наши интересы совпадают.

Внезапно послышался лай. Задняя дверца УАЗа распахнулась, и оттуда мне навстречу выбежал Уран, виляя раздвоенным хвостом. Волк чуть не сбил меня с ног. Соскучился по хозяину.

— Я тоже скучал, дружище! — сказал я и почесал волка.

— Какой страшный, — нахмурилась Аня.

— Он очень добрый. Погладь его, не бойся.

Девочка с опаской протянула ладошку к Урану. Дотронулась до морды и аккуратно погладила. Волк завилял раздвоенным хвостом и высунул язык. Любил он внимание.

— Куда это они? — внезапно спросил Эльф, кивая на небо.

— Не знаю, — я, посмотрел вверх.

Инопланетные твари выстраивались в линию, что тянулась вверх.

Разгадка не заставила себя долго ждать. Уже через пять минут я увидел в небе зелёный огонёк.

— Это космический корабль, — огласил я.

Стоило мне это сказать, как мощный лазерный луч опустился рядом со зданием исследовательского центра.

Глава 21

Вторжение

— Нет! — закричал я и бросился к зданию.

Да, это было крайне нерационально. Но в стрессовой ситуации не было времени рассуждать, как лучше поступить.

Внутри бункера находились мои друзья и союзники, и в первую очередь я думал о них.

Уран бросился за мной. А Эльф отдал по рации приказ к отступлению. И колонна пошла на разворот.

— Аня! Брось метеорит! Живо! — крикнул я девочке.

Она послушалась, и светящийся осколок упал на землю.

Инопланетные твари больше не наступали. Они возвращались нас свой корабль, постепенно исчезая в его недрах, пока лазерный луч подходил к зданию.

Земля стекленела, и всё вокруг заполнил запах гари.

Счёт шёл на секунды. Я не мог позволить, чтобы луч дошёл до бункера.

Только вот моя сила слишком медленно возвращалась. И вопреки ожиданиям, радиус действия способностей Ани не уменьшался.

Но я сжимал в ладони метеорит. А к моему ремню на поясе был прикреплён ещё один короб из фериума, который я поспешил открыть.

И теперь черпал силу уже из двух источников. Очень быстро закачивал её в своё тело.

Переложил осколки в правую руку, а левую сжал в кулак. И начал накапливать в ней радиацию, что забрал из метеорита.

С помощью шестого чувства оценил ситуацию вокруг и осознал, что лазерный луч и то, что я накапливал в руке, имело одну природу. Инопланетную.

Но у меня совершенно не было ни времени, ни желания разбираться в научных вопросах, когда на кону стояла жизнь дорогих мне людей и мутантов.

Лазерный луч пробурил землю, и до входа в бункер ему оставалось каких-то два метра.

За время, что я бежал, корабль успел собрать всех чёрных тварей и опуститься ближе к земле.

Я замахнулся. Больше медлить было нельзя.

«Только бы сил хватило» — подумал я и бросил в небо созданную мною бомбу. Силой мысли направил её к кораблю. И чем выше она летела, тем сложнее было ей управлять.

Рассчитывал подбить корабль, но не ожидал, что инопланетные монстры столь быстро отреагируют. И лазерный луч резко сменил траекторию к моему творению.

В воздухе раздался оглушительный взрыв. Сформировался шар ярко-зелёного пламени.

Взрывная волна отбросила меня на несколько метров, и даже защитный купол не смог ей противостоять.

Я больно ударился головой обо что-то твёрдое. И не будь моё тело напитано инопланетной энергией, я бы сразу умер. А так отделался сотрясением мозга и разобранным затылком.

Голова жутко кружилась, и я еле смог разлепить глаза. Уран подошёл и лизнул меня по щеке, словно выказывая поддержку.

Я встал, пошатываясь. И чуть снова не упал.

Инопланетный корабль продолжал висеть в небе, но больше не атаковал.

Сколько времени я смог выиграть? И как скоро оружие, которое не способно ничто оставить, доберётся до моих друзей?

В воздухе витал чёрный пепел. Он заметал блестящую поверхность остекленевшей земли там, где прошёлся лазер.

Меня жутко тошнило, но я заставлял себя ровно стоять на ногах и соображать.

Внезапно главные двери исследовательского центра открылись, и оттуда вышли все мутанты, ну кроме Пети.

Лавина бросилась ко мне, но я не смог даже улыбнуться ей. Было слишком плохо, и я мог думать только о предстоящей атаке. Ведь я ничего не знал об оружии противника. Сколько перезаряжается лазер и нужна ли ему вообще перезарядка? И если нет, то чего ждут те, кто скрылся в зависшем над нами корабле?

— Мор, ты меня слышишь? — раздался голос Лавины.

Видимо, она не первый раз обращалась ко мне.

— Да.

В голове судорожно выстраивался новый план.

— Нужно найти безопасное место, — пробормотал я.

— А разве такое осталось? — спросил Мрак.

— Нет. Но нам надо дождаться метеорита.

— Хочешь сказать, что эти твари собираются уничтожить бункер?

— Да. Нужно срочно эвакуировать людей. Но я не представляю как безопасно вывезти их отсюда.

— Я помогу вывести людей, — внезапно раздался голос Ани.

Всего за неделю знакомства со мной она словно стала старше лет на десять. Перестала бояться и поняла, как важна её сила для выживания всего человечества.

— Ведьма?

— Я тут! — раздался из-за спины голос рыжеволосой.

— Передай Эльфу и Октеру, чтобы двигались к заброшенному городу, в котором наша колонна останавливалась на ночёвку.

Название города вертелось на языке, но я никак не мог вспомнить. А от потуги сознания голова болела всё сильней.

— Хорошо.

— А потом вели Степанову и Прохорову эвакуировать бункер. Чем скорее, тем лучше.

— Серьёзно? Они же не выживут вне стен, — подала голос Буря.

— А иначе они сдохнут уже сегодня.

— Там же реактор внизу, — вспомнил Факел. — Если по нему шандарахнуть, то здесь только кратер на много километров останется.

— Ведьма, вели в первую очередь отключить реактор, — дополнил я приказ.

— А если они откажутся и начнут спорить? — спросила Ведьма.

— Передай, что тогда не выживет никто. Чем быстрее свалят, тем вероятнее, что выживут.

Я продолжал с опаской смотреть в серое небо. Дно корабля сияло зелёным, и постепенно его свет становился всё ярче и ярче. Большое космическое судно продолжало снижаться. Но зачем?

Сомневаюсь, что мы когда-либо поймём логику инопланетян. Но, и им не понять нашей. И в этом было наше преимущество.

Первые бункерские выбежали из дверей уже через пять минут. Выходили по очереди в костюмах полной химзащиты. Видно, что взяли с собой только самое необходимое.

Я продолжал следить за небом. Выстроил вокруг бункера защитный купол из плотно утрамбованных частиц, но даже не стоило надеяться, что это спасёт от лазера.

Бункерские подбегали к автомобилям, усаживались и уезжали через открытые ворота. И так машина за машиной.

Женщины несли детей в защитных костюмах на руках. У каждого человека сквозь стёкла противогазов читался животный страх. И смотрели они отнюдь не на меня, а на остекленевшую землю.

Я посадил Аню с Электро на заднее сидение в первый попавшийся УАЗ.

— Все осколки забрали? — уточнил я у них.

— Да. В коробках, — ответил Электро.

— Хорошо. За Аню отвечаешь головой.

Старик кивнул, а я захлопнул дверь автомобиля. Остановил следующих бункерских, что вышли из двери, и посадил их на переднее сидение машины с мутантами. Они сразу отъехали за колонной.

— Лавина! — окликнул я девушку, которая помогала бункерским запихнуть огромную сумку в багажник.

— Да?

— Иди сюда. Попробуем заморозить этот корабль.

— Ты серьёзно? Да мне на это сил не хватит.

— А я на что?

Девушка подошла, и я взял её за руку.

Аня уехала, поэтому я смог нагнать из-за барьера радиоактивных частиц. Уплотнил их в одну невидимую нить. Один конец которой соединил с рукой Лавины, а другой — к кораблю. Правда, для этого пришлось сделать небольшую брешь в защите.

— Готова? — спросил я у неё.

— Да. Чувствую много энергии.

— Тогда начинай, а я буду подпитывать тебя, сколько понадобится.

Лавина кивнула и подняла свободную руку. От неё пошёл леденящий пар, словно жидкий азот.

Он устремился вверх в обозначенном мной направлении. И где-то за минуту дошёл до корабля, зависшего в километре над нами.

Сперва леденящий пар окутал корабль со всех сторон, заключая его в своей смертоносной дымке. Но инопланетяне не дремали.

Из носа корабля вырвался одиночный лазерный залп. Видимо, они потратили много энергии на первую атаку, и перезарядки хватило лишь на это.

Образовавшая брешь быстро заполнилась ледяным паром.

На такой высоте было не видно происходящего обычным зрением, поэтому я использовал шестое чувство. И с его помощью наблюдал, как огромный корабль покрывается коркой льда.

— Я не могу проникнуть внутрь. Там всё герметично, — сказала Лавина.

Я и сам видел, что нет простора ни для одной частички. Даже турели лазера были перекрыты небольшим герметичным люком.

— Нарасти столько льда, сколько сможешь, — приказал я.

— Тогда нужно больше воды.

— Синий⁈ — обернулся и окликнул я мутанта. — Где ты, чёрт возьми?

— Здесь! — раздался ответ, и из одной машины вылезла голова Синего.

— Ты что, свалить вздумал⁈ Совсем офигел?

— Да мне помирать не охота.

— Живо вылезай! Иначе я сам тебя прикончу!

Синий послушался. А иначе я бы реально выкачал из него всю радиацию, не задумываясь. У него только испытательный срок закончился, так что ещё одного права на ошибку нет и не будет.

Синеглазый мужчина вышел из машины, а его место быстро занял один из бункерских.

— Я тут, — обозначился он.

— Воду из почвы выкачивай. И направляй к кораблю. Столько, сколько сможешь. Ясно?

— Да, — буркнул он, и его глаза засветились ещё ярче.

Через мгновение из земли начали подниматься мелкие капли воды. Это напоминало мелкий дождь, только в обратную сторону.

Вода оседала на коже, прикрытой защитным куполом. На миг я почувствовал облегчение. Прохладу.

Но не стоило расслабляться. Лавина забирала очень много сил, которые я сам брал из метеорита и перекачивал из себя. На замораживание корабля ушла где-то половина запасов.

Он постепенно покрывался коркой льда. И с каждой секундой она утолщалась.

Внезапно из носа корабля выстрелил ещё один залп лазера. Но Лавина тут же нагнала ледяной пар в брешь, и заморозила орудие.

— Успели прикрыть, твари, — устало процедила девушка.

— Ты сможешь нарастить ещё льда?

— Буду наращивать, пока не закончится вода.

— Синий? Слышал?

— Да, выкачаю сколько смогу, — ответил мужчина.

Я протянул ему метеорит, что лежал в моей руке.

— Держи.

— А сам как будешь? — спросил он, но принял осколок.

— У меня ещё один есть, — ответил я и достал второй осколок из небольшого короба на поясе.

Теперь у нас было достаточно энергии для моей задумки. Только вот корабль завис прямо над зданием исследовательского центра, и следовало его сдвинуть.

— Остановись на пару минут, — попросил я девушку.

Она опустила руку и встряхнула её. Вода на лице Лавины застывала мелкими осколками льда и падала вниз.

Я окружил корабль куполом. Хотел сделать то же самое, что проделал с вертолётом, чтобы опустить его. Только для космического судна требовалось в сотню раз больше энергии. Это было тяжкое испытание.

У меня из носа пошла кровь. Но я продолжал уплотнять частицы в куполе. И так до тех пор, пока не ощутил, что могу управлять этим участком пространства, наполненным радиацией.

Первое движение отдалось резкой болью в голове. Я на миг потерял концентрацию, и зависший в небе корабль дрогнул.

Дальше пошло проще. Голова дико болела, а кровь из носа продолжала сочиться. Но медленно, метр за метром, космический корабль двигался.

Лёд трещал, поэтому я старался делать это плавно, чтобы не угробить всю задумку.

И вскоре смог отогнать судно, и теперь от здания центра его отделяло метров триста.

Снял купол, но корабль остался висеть в воздухе. За счёт чего он вообще там держится, если все отверстия в обшивке перекрыты?

— Лавина, продолжай! — обратился я к девушке.

Она сжала мою ладонь, а вторую руку снова подняла вверх. И вновь всё вокруг заполнилось холодным паром.

Я покрылся мурашками. Но это было приятно. Ведь моя задумка исполнялась полным ходом.

Метр за метром корабль покрывался льдом. Я и ожидал, что Синий сможет выкачать столько воды. Только в Лавине не сомневался, она могла заморозить всё, что угодно. Кажется, что если ей дать целый метеорит, то девушке хватит энергии заморозить всю планету.

Голова плохо соображала от нагрузки. Но после того, как отпустил купол, стала постепенно проходить.

Я вытер рукавом кровь с губ и остолбенел. Ведь можно было всё сделать значительно проще.

— Почему он не падает? — раздражённо спросила Лавина.

Вид у неё был очень уставший. Белоснежная кожа посинела. Под глазами налились синяки.

— Надо ему помочь, — рассуждал я вслух.

Радиации в верхних слоях атмосферы было полно. Только вот как придать тяжести невесомым частицам? Это же сколько их надо согнать…

— Лавина, а сможешь заморозить воду ещё и над кораблём?

— Воздушный айсберг захотел? — усмехнулась она.

— Да. А тут без вариантов. Больше нечем его шандарахнуть.

— Сделаю!

Поток ледяного пара резко направился от корабля вверх и начал сгущаться, образуя облако.

— Синий, воду ещё выше направь! — указал я.

— Уже!

Это была слаженная работа. Синий доставлял воду, а Лавина замораживала с помощью моего усиления.

— Лёд опускается. Я не могу держать его в воздухе, — напряжённо сказала девушка.

— Пусть опускается, — улыбнулся я.

И вскоре огромная глыба свалилась прямо на верх космического корабля. Сперва он задрожал. Лёд с нижнего корпуса трескался и осыпался.

Пошёл снег. Летом.

Я проверил барьер вокруг здания. Благо, что последние бункерские уехали пару минут назад. Я узнал в них Прохорова и Степанова, который за ручку вывел из бункера Петю.

Корабль рухнул, поднимая огромное облако пыли с выжженной вокруг земли.

Я невольно закашлял, как и все рядом.

— Мор! — раздался сзади голос Факела. — Надо валить, пока твари обратно не вылезли.

Жаль, что мутанты способные изменять металл, остались далеко отсюда, и очередной клетки для инопланетных существ не

получится.

— Ты прямо капитан очевидность! — ответил я, откашлявшись.

— Машин не осталось, — заметила стоящая позади Буря.

— Пойдём пешком, — отмахнулся я. — Всё равно нас дождутся.

— Мор! Смотри! — ткнула вверх Ведьма.

— Вот дерьмо… — процедил я, когда увидел наверху ещё десять приближающихся к нам точек.

— Это всё корабли? — спросила Буря, словно не веря в такое невезение.

— Да, — ответил я, понимая, что с десятком вражеских судов мы не справимся.

Уже и так использовали половину запасов из осколков метеоритов, если не больше.

— Уходим! Очень быстро! — скомандовал я и направился к открытым воротам.

Глава 22

Новые проблемы

Зелёные точки над головой опускались очень быстро. Мы со всех ног побежали к воротам. И дальше — по наезженной дороге.

Вдали мелькала пыль, выбивающая из последних машин в колоннах.

— Ведьма! — окликнул я рыжеволосую.

— Разнеси клич. Пусть нас заберут! Хоть кто-нибудь!

— Сейчас, — запыхавшись, ответила она. — Прикрой меня.

Она остановилась всего на минуту, и мы вместе с ней.

Ведьма запрокинула голову, и её глаза зажглись ярко-зелёным. Но за это время ближайшая зелёная точка в небе выросла в десятки раз, и в ней уже угадывался такой же космический корабль.

— Эльф заберёт, — сказала она. — Мы должны продержаться двадцать минут.

— У нас нет этих двадцати минут, — процедила Лавина.

— Тогда какого вы стоите? — бросил Мрак, схватил Бурю за руку и ринулся бежать

— Я думаю, оставить этим тварям сюрприз, — процедил я. — Нам всё равно далеко не убежать.

— Давай. Я прикрою, — кивнула Лавина.

— Ведьма! Факел! Бегите, а мы догоним.

— А как же ты? — округлила глаза рыжеволосая.

— Я же сказал. Догоню.

Я с прищуром посмотрел на Факела. Он всё понял. Взял девушку за руку и пошёл в сторону дороги. Благо она не пыталась вырваться. Ведь среди эвакуировавшихся из бункера была и мать Ведьмы. И девушке было ради чего жить, и зачем сражаться.

Открыл короб на поясе и достал осколок метеорита. Тот самый, который передавал Синему. Энергии в камне осталась всего треть от изначального запаса. Но мне этого с лихвой хватит.

Я ощутил радиацию в камне. Но не стал выкачивать её и передавать в своё тело. Стратегия заключалась в другом.

Распределил и уплотнил частицы в камне так, как делал при создании бомбы.

Замахнулся и бросил камень в небо. И пусть в воздухе витали совсем невесомые частицы, но их было так много, что с их помощью я направил осколок к ближайшему космическому судну.

Мы с Лавиной наблюдали.

Моё самодельное оружие врезалось в корпус корабля. Раздался мощный взрыв. Но огонь был не красный, а зелёный.

Всё в небе горело зелёным. А снег внезапно обратился дождём. Но и он был не способен остановить этот пожар.

Инопланетяне хотели атаковать, но стоило разгореться первой вспышке лазера, как

Нос корабля накренился. Поэтому сперва луч остановился в метре от меня, но траектория быстро сбилась.

Он прошерстил землю, снося на своём пути всё. В том числе и мою защиту над зданием исследовательского центра. И сам центр.

Лазерный луч разделил дом пополам. И я совершенно не хотел проверять, на какой глубине он остановился, и успели ли бункерские выключить реактор. Ведь это такая штука, которую не остановить за пару минут, здесь всё гораздо сложнее. Но они должны были запустить механизм консервации реактора, о котором мне как-то рассказывал Степанов.

Под всей этой шумихой мы ринулись по дороге. Пыль стояла столбом. Настолько Синий высушил землю в радиусе нескольких километров.

Минут через десять впереди показалась машина. УАЗ резко остановился перед нами, и мы с Лавиной запрыгнули на заднее сидение.

— Где остальные? — сразу спросил я.

За облаком пыли были не видно, куда делась четвёрка наших мутантов.

— Их забрали, — ответил Эльф. — Не парься.

Друг вдавил педаль газа в пол.

Я не переставал смотреть в окно заднего вида. Зелёные точки в небе скрылись за облаком пыли. Поэтому пришлось обратиться к шестому чувству.

Я увидел зависшие корабли среди океана радиации, разлитого в небе. Они остановились, а шлюзы открылись.

И из каждого судна вырвалось чёрное облако, которое моя сверхспособность показывала, как пятна без радиации.

Эльф и так выжимал из древнего УАЗа максимум, не было смысла его подгонять.

Я ожидал, что сейчас полчища монстров ринутся на нас. Уже приготовился оставлять позади нас стены без радиации. Но нам повезло, монстры облепили покрытый льдом корабль.

Видимо, благополучие своих сородичей волновало тварей куда сильнее, чем сбежавшие людишки.

Мы быстро догнали колонну машин с бункерскими. А очень скоро и обогнали. Пока земля вокруг оставалась сухой, можно было спокойно обгонять. Не то что обычно, такая слякоть, что дальше основной дороги не сунешься.

За нами не гнались. Но я был уверен, что это просто вопрос времени. Не знаю как, но твари сперва разберутся с покрытым льдом кораблём, возможно, посчитают раненых, если мне вообще удалось кого-то задеть. Ведь кроме фериума, их ничто не берёт. Нельзя просто так убить то, что состоит сплошь из энергии.

Как показали опыты, нужно эту энергию поместить в максимально неблагоприятную среду, тогда подопытная тварь буквально растаяла. Только вот за семьдесят лет инопланетяне уже создали для себя на нашей планете комфортные условия. И им оставалось лишь избавиться от нас. И нам придётся быть последним рубежом.

Машины в колонне мчались на полном ходу. А я надеялся, что запасов бензина в тачках хватит добраться до заброшенного города. Ведь в суматохе мало кто подумал захватить из бункера канистры с горючим.

Мы даже не стали останавливаться на ночёвку. Сделали лишь остановку на час, чтобы все могли перегруппироваться. Благо из бункерских почти все умели управлять автомобилем. И среди мутантов из Князево тоже хватало водителей.

На последнем отрезке пути нам пришлось ощутить, что такое дефицит бензина. Машины глохли одна за другой, и пришлось сливать топливо у тех, у кого оно ещё оставалось.

До города добрались к вечеру следующего дня после нападения на бункер. Сразу начали разбивать лагерь. Воцарилась суматоха, и повсюду витал запах готовящейся еды. Нас в купе было больше трёх тысяч человек, а разместить столько то ещё испытание.

С помощью Эльфа я собрал группу из двадцати матёрых мутантов из тех, кто ходили в рейды. Велел им провести в городе полную разведку и пометить более-менее уцелевшие дома. Такие, где пол точно не провалится.

— Тебе не кажется это странным? — спросила у меня Лавина, когда мы осматривали панельную пятиэтажку с выбитыми окнами.

Да, я тоже присоединился к разведке. Как и мои друзья.

— Что именно? Отсутствие воды и электричества? — усмехнулся я.

— Нет, — серьёзно ответила она. — Здесь совсем нет животных.

Я задумался и начал вспоминать. Слишком много всего свалилось, и мысли были заняты совершенно другим.

В прошлый раз я прогнал всех животных на окраину, но ментальный приказ должен был перестать действовать сразу, как я покинул город.

Обратился к шестому чувству. Посреди лагеря было огромное пустое пятно радиусом в целый километр. Там в центре стояла Аня. Видимо, бункерские скучковались вокруг неё, потому что их особо не было заметно на фоне многочисленных фигур мутантов.

А вот животных не было. Ни на окраине. Нигде.

— Проверил. Ни одной живой души, — озвучил я свои выводы.

— Куда они все делись? Здесь же должна быть куча мутантов. Идеальное место, чтобы спрятаться, — сказала она и перешагнула через кусок обрушившийся стены.

— Пошли в соседний дом. С этим всё понятно. Держится на честном слове, — указал я. — А животные, мне кажется, ощутили опасность и сбежали.

— На таком большом расстоянии почуяли?

— Фиг знает на самом деле. Нет же гарантии, что эти твари и здесь не проходили, поглотили всё живое и ушли дальше. О таком раскладе ты не думала?

— Нет. Я надеялась на лучшее, — ответила девушка, и мы вышли из здания.

Осмотрели около тридцати домов, всего три из которых оказались годными, чтобы в них устроить ночлег.

По возвращении в лагерь узнал, что у группы разведки дела обстояли не лучше. Они нашли пятнадцать домов.

Но этих восемнадцати зданий хватило, чтобы разместить четверть мутантов. Бурнкерские же пожелали остаться возле Ани. И не важно, что у них на всё население было десять палаток, а ночи нынче холодные.

Я присел у костра рядом с Лавиной. Всполохи огня отражались в её стеклянных глазах. Она сидела в одной майке. Девушка давно не знала, что такое холод.

К нам подошёл Степанов и присел напротив.

— А где Петя? — сразу спросил я.

— С Аней. Ваш Электро за ними присматривает. Очень успешно, кстати. Он выбил им отдельную палатку, и детей кормят в первую очередь, — спокойно ответил учёный.

— Хорошо, — с облегчением выдохнул я, одной проблемой меньше.

— Мор, я хотел обсудить с вами…

— Что именно? — перебил его я.

— Что с бункером? На него в итоге напали?

— Да. Прошлись лазерным лучом. Реактор вроде не задело.

— Раз вы живы, не задело, — улыбнулся учёный.

На нём до сих пор была моя противорадиационная защита, поэтому он мог спокойно передвигаться по поверхности, как хотел. Собственно, как и Прохоров. Но он почему-то не показывался.

— Так в чём дело? — вернулся к сути я.

— Без реактора наш эксперимент со временем не провести, — ответил учёный.

Лицо его выглядело озадаченным, словно он не переставал искать решение возникшей проблемы.

— Разве это проблема? — хмыкнул я. — Вокруг полно бункеров. А если местные обитатели не захотят сотрудничать, так я заставлю, — высказался я.

— Понимаете, Мор, всё гораздо сложнее. Требуется специальная камера для проведения опыта и дополнительное оборудование.

— Всё это тоже решаемо. Можете написать список.

— Не выйдет. Половину приборов я сам собирал с помощью наших специалистов. Чтобы это восстановить уйдёт не один год.

— Чёрт! Возвращаемся, — поднялся я.

— В пасть к чудовищам? Совсем сдурел? — возмутилась Лавина.

— А у нас есть выбор? — процедил я, и получилось грубее, чем рассчитывал.

— Давай подождём, пока они оставят бункер.

— Ага! А ты не подумала, куда эти твари направятся⁈

— Ну просвети, раз самый умный! — фыркнула она, хотя ответ и так был очевиден.

Судя по недовольным прищуренным глазам, она просто хотела что-то сказать. А я не собирался с ней спорить. Сейчас не до этого. Поэтому ответил максимально ясно:

— Сюда они направятся. А больше вблизи бункера ничего живого нет. Не стоит питать иллюзий, что они свалят в другую сторону и не станут мстить за свои корабли. Так чего медлить?

— Мор, прошу прощения, — подал голос Степанов. — Но я согласен с Лавиной. Туда соваться — верная смерть.

— И что, вы предлагаете ещё двадцать лет потратить на подготовку к вашим опытам со временем? Да уже к концу года от человечества ничего не останется!

Лавина прикусила губу. Видно, хотела возразить, но решила промолчать.

— Я как раз думаю, как решить этот вопрос, — ответил Степанов.

— Да нет у нас времени думать!

— Дождись хотя бы мутантов! Один точно сдохнешь, — всё же сказала Лавина.

Можно было пройти с помощью Ани, или самому попытаться сделать безопасный коридор. Но тогда город останется без защиты. Нет, я оставлю купола, но если придёт беда, то они не спасут. Точнее, не избавят мутантов от тварей. И бункерских от лазера тоже не спасут.

— Три дня осталось, — напомнила Лавина.

— Да, знаю, — отмахнулся я. — Думаю, как лучше сделать.

— Ты снова хочешь спасти всех? Так не получится.

— С каких пор у тебя дар ясновидения развился? — улыбнулся я, правда получилось вымученно.

Прошедшие дни очень измотали.

— Просто я хорошо тебя знаю, — вздохнула девушка и отвела взгляд.

А я обратился к Степанову:

— Вы же вырубили все генераторы? Нельзя удалённо посмотреть, что осталось от вашей лаборатории?

— Хм-м-м, — он задумался. — Не могу ответить, это надо уточнить у Прохорова.

— Так чего вы сидите? Пошлите найдём его.

Степанов встал, но даже через плотный костюм послышался хруст его коленей. Несомненно, мы все устали за эти дни. Но если мне сил двигаться дальше придавала радиация, то учёный держался лишь за счёт своей бесконечной мотивации.

Мы гуляли по лагерю в поисках Прохорова. И удивительно, но нашёлся он в палатке Эльфа. Мой друг любезно приютил главу бункера.

— Вечер добрый, — поздоровался Степанов, заходя в высокую палатку.

— Да какой же он добрый? Осмотритесь! Мы потеряли все, — ответил Прохоров.

— Вы ещё живы, так что не возмущайтесь, — отрезал я. — Всё могло закончиться куда хуже.

Внезапно мужчина поднялся с раскладного стула и ткнул в меня пальцем.

— Это ты привёл к нам этих чудовищ! Это твоя вина! — прорычал Прохоров.

— Успокойтесь, эти твари заполонили всю планету. Так что мы должны быть благодарны мутантам за содействие, — вступился Степанов.

— Какое ещё содействие? Всё это началось, когда вы приехали вместе с ними!

— Я попрошу вас воздержаться от обвинений и рассуждать здраво, — сказал я. — Или лично ваше положение в этом лагере может резко ухудшиться. Зачем тратить свою энергию на защиту того, кто меня не уважает?

Это подействовало. Прохоров выпрямился и взял себя в руки.

— Прошу прощения, — через силу процедил он, понимал своё положение в этом лагере.

Больше власти у него не было, по крайней мере, здесь.

— Тогда давайте перейдём к делу. Надеюсь, вы понимаете, что от вашего ответа будет зависеть очень многое. И жизнь всех в этом лагере в том числе, — сухо произнёс я.

Мне было всё равно, как Прохоров относится ко мне и к остальным мутантам, пока он выказывает содействие. Большего от него не требовалось. А такой друг мне на фиг не нужен.

— Понимаю. Слушаю вас, — спокойнее ответил Прохоров и снова приземлился на раскладной стул.

Я кивнул Степанову, и он задал интересующий меня вопрос:

— Можно ли как-то дистанционно узнать, что стало с моей лабораторией?

— Хм, — он задумался. — Это надо у техников спросить. Я сам мало что понимаю в работе вышек и спутников.

— Тогда вставайте и пошли искать, — на выдохе указал я.

Эти поиски начинали мне надоедать. Словно я пытаюсь выиграть в квесте, где награда — спасение человечества.

Я не заметил, как мы зашли в зону, где действовала сила Ани. Понял это, только когда увидел бункерских без противогазов. А моя сверхспособность оставалась со мной. Но как такое возможно? Ведь я больше не держал в руках метеорит.

Мы подходили ближе к центру лагеря, но ничего не менялось. Да, вокруг не было вожделенной радиации, но я прекрасно это чувствовал. И понимал, что если захочу, то смогу пригнать её. На каком-то инстинктивном уровне. Только вот проверять и рисковать жизнью людей не собирался.

Технарей мы нашли возле центральной палатки. Трое парней сидели возле костра и ужинали. Доедали последнюю еду из контейнеров, что взяли с собой. А вот как весь наш лагерь будет питаться дальше, даже я не представлял. Реки-то поблизости нет, чтобы хоть рыбалку организовать.

Парни вежливо поздоровались и встали при виде Прохорова. А вот Степанов их так не пугал. Походу, это у них такой рефлекс при приближении начальства.

— Чем можем помочь? — сразу спросил старший из парней.

На вид ему было лет тридцать, но на лице не было отметин от противогаза, словно он почти из бункера не выходил. Да и зачем? В моём мире тоже были компьютерные черви, которым кроме своего устройства, больше ничего не надо. Один знакомый так полгода из дома не выходил, а питался за счёт доставок.

— Удалённое соединение с системой управления бункера настроить сможешь? — спросил у него Прохоров.

Парень почесал затылок и ответил:

— Можно попробовать, если там генераторы ещё работают.

— Работают, — подметил Степанов.

— Если их при атаке не задело, — напомнил я.

— Можно уточнить какие там разрушения? — обратился ко мне парень.

— Верхнее здание располовино, а что внизу творится, надо узнать именно тебе, — ответил я.

— Понял. Можно приступать?

— Да.

Техник присел на бревно и достал сенсорный планшет. Не ожидал от него такого энтузиазма.

Парень долго тыкал в экран, пока мы с нетерпением ждали. Ведь никаких комментариев по работе он не давал, а отвлекать техника никто не хотел.

Но через долгих десять минут ожидания он выдал ответ:

— Удалось подключиться лишь к одной камере.

— А что с остальными? — спросил я.

— Нет соединения. Значит, они повреждены.

— Вот чёрт! Походу придётся самому идти смотреть!

— Да там не на что смотреть.

— В смысле?

Техник повернул ко мне планшет. И на миг я остолбенел. Работала одна из камер на поверхности. И там было видно, что и здание, и бункер под ним, сложились, как карточный домик. И сейчас кроме груды обломков, в провале на месте центра больше ничего не было. Даже твари походу поняли, что ловить здесь больше нечего, и свалили.

— Вот дерьмо, — процедил я.

— Полностью с вами согласен, — вздохнул Степанов.

Я достал рацию, которая болталась на поясе, и вызвал Эльфа:

— Приём! Приём!

— Эльф на связи, — раздался ответ, слегка приглушённый помехами.

— Усиль охрану периметра. Пусть дежурные смотрят вдаль и докладывают каждый час, — приказал я.

— Что-то случилось?

— Да. Твари ушли от бункера.

— Фигово. Понял тебя.

— Конец связи.

Я вернул рацию на место и шумно выдохнул. И как спасать мир, когда почти все ресурсы для этого уничтожены?

Глава 23

Новый план

Я оставил Прохорова со Степановым вместе с бункерскими, а сам вернулся к палатке Эльфа. Рядом развели костёр, возле которого собрались все наши. Даже Лысый сидел на бревне и цедил самогон из фляги.

— Мор, тебе налить? — спросил он, завидев меня.

— Нет. Оставь себе остатки былой роскоши. Новую партию не скоро завезут, — ухмыльнулся я и присел рядом с Лавиной.

— Что у нас по запасам? — обратился я к Эльфу, который тыкал пальцем в сенсорный планшет.

— Дня два продержимся, — ответил он, не отводя взгляда от монитора.

— Ага, только за эти два дня ещё выжить надо, — с хмурым видом подметил Синий.

— Да выпей ты уже и сотри это злобное выражение со своей морды, — сказал ему Факел.

Вечно задорный парень сейчас был хмур как никогда. А вот Мрак как был серьёзным, так и оставался.

— А ты на свою морду смотри, — парировал Синий.

— Заткнитесь оба! — рявкнул я. — Без вас проблем хватает.

— Всё так плохо? — опасливо поинтересовалась Ведьма.

— Ещё хуже, — ответил я.

— И что делать? — с печалью спросила Лавина.

Она наверняка сто раз пожалела о своих высказываниях о том, что создана для этого мира. Это разочарование читалось в холодном взгляде девушки.

И я понимал её. Ведь сам мечтал вернуться в привычный безопасный мир. Но видимо, этому не суждено сбыться.

И теперь нам остаётся одно — выжить.

— Ведьма! — позвал я девушку, которая не отводила взгляд от костра.

— Что такое? — вздрогнула она.

Я вырвал её из размышлений. У всех бывает, что задумаешься о чём-то и зависнешь в одной позе.

— Свяжись с мутантами из вольного племени. Пусть найдут еду по пути.

— Но это же их задержит, — возразила Лавина.

— Уже не важно, — отмахнулся я.

— Хорошо, сделаю, — кивнула рыжеволосая.

Ведьма запрокинула голову назад и зависла в таком положении на долгих две минуты. А когда сеанс ментальной связи закончился, она встала и потянулась. А затем сказала:

— Твой друг сказал, что они задержатся у реки наловить рыбы. Говорит, как раз червям нужен отдых.

Услышав про червей, Лавина сморщилась.

— Что дальше делать будем? — спросил у меня Мрак. — Бензина-то больше нет, чтобы перемещаться.

— Зато есть черви, — усмехнулся я.

— Нет, только не это, — замотала головой Лавина. — На одну машину бензина уж хватит. Если придётся, поеду в ней.

— Если такое случится, в последних машинах поедут дети.

Девушка фыркнула, но возражать не стала. Благополучие детей всегда остаётся железным аргументом. Ведь это наше будущее.

— Мор, так у тебя есть план? Про червей понятно, но куда они нас повезут, если во всём мире теперь не безопасно? — снова спросил Мрак.

— Сейчас нам главное — выжить. Честно тебе скажу, что планы приходится строить на ходу. Всё меняется слишком стремительно. Пока самым рациональным решением кажется вернуться в Князево, чтобы жить под воздействием силы Ани. Её ещё немного усилить, и этого хватит, чтобы охватить целый город.

— Зря мотались туда-сюда, выходит, — проворчал Лысый.

— Ни фига не зря. Без защиты вы бы уже подохли.

— Мор прав, мы бы под куполом бункерских долго не протянули, — согласился Мрак.

— Тогда готовимся кататься на червях? — с наигранным энтузиазмом уточнил Факел.

— Да, пока этот план берём за основу, — ответил я. — Но пока шибко не рыпайся, всё может измениться, когда подойдут мутанты из вольного племени.

— И на кой они нам? — недоверчиво спросил Синий. — Вокруг сплошь лишние рты.

— Синий, закрой рот, пока он тоже не стал лишним! — отрезал я.

И мутант изобразил, как закрывает рот на замок, а ключ выкидывает в костёр.

Ночью мне не спалось, и я решил присоединиться к часовым. Уран увязался следом. Он, как нашёл меня вечером, так старался повсюду следовать за мной.

Часовые ходили парами по всему периметру. В охране принимали участие как мутанты, так и бункерские, никто не оставался без дела, кроме женщин и детей. Эльф всех мужчин включил в график дежурств, даже Электро и Прохорова.

Я подошёл к границе заброшенного города, и уже через три минуты мне навстречу вышли двое бункерских.

— Всё спокойно? — спросил у мужчин.

— Тишь, да гладь, — ответил один из них приглушённым голосом.

— Это хорошо. А то, признаться, я уже забыл, что такое спокойствие.

— Поэтому не спите.

— Да. Интуитивно жду нападения.

— Не дай бог, — отозвался второй часовой.

— Бог давно забыл о нашем мире, — ответил я.

— Ну не скажите. Тогда бы он забрал у нас самое последнее.

— И что же это? Наши жизни?

— Нет, он бы забрал надежду. А пока она есть, и жить хочется, и бороться.

Я кивнул, в этом была логика. Нет, в бога я не верил, особенно после всего произошедшего. А вот с психологической точки зрения про надежду был согласен. Ведь не будь её, мы сразу могли бы выкапывать себе могилы.

Я погулял по окрестностям ещё два часа, но не увидел ничего странного. И ни одного животного или насекомого. Только одинокие кусты редких растений не могли самостоятельно сбежать из этого гиблого места.

Следующие два дня прошли спокойно, но меня так и не покидало чувство надвигающейся угрозы. Большую часть времени я провёл в разговорах со Степановым, но мы так и не нашли быстрого решения проблемы. Всё сводилось к тому, что лабораторию надо восстанавливать, а это займёт не один год, и это в лучшем случае.

Мы перебирали всевозможные варианты, но каждый раз всё упиралось в уничтоженное оборудование.

— А нельзя провести этот чертов эксперимент без оборудования? — спросил я вечером второго дня, когда мы со Степановым сидели у костра вместе с мутантами.

Я не надеялся на положительный ответ, что и получил:

— Мор, ну это уже за гранью фантастики.

Мой вопрос так развеселил его, что учёный улыбнулся. Впервые за всё время, что мы находились в городе.

— Да всё происходящее давно ушло за грань фантастики, — поддержал Мрак.

А Факел поддержал:

— Согласен, если эта фигня пришла из космоса, с её же помощью можно всё исправить.

— Ага, по взмаху волшебной палочки, — буркнула Лавина. — Мы получили ген, способный преобразовывать инопланетную энергию. А вот магию создавать ещё не научились.

— Точно! — глаза учёного загорелись.

— Ну раз вы согласны, тогда давайте список составлять, где это оборудование искать. Раньше начнём, раньше закончим, — развела руками девушка.

Ведьма стояла позади неё и заплетала длинные белые пряди в косу. Ведь воды у нас не было, не считая трёх организованных Синим источников. Но и там было особо не помыться. Мне-то было отчасти всё равно на грязные волосы, а вот девушки страдали.

— Да подождите вы, — парировал Степанов.

Мы все на него уставились.

— Отец, ты что-то придумал? — с надеждой спросила Буря.

— Да, есть идея. Она бредовая с привычной научной точки зрения. Но может сработать за счёт того, что физика мутантов давно изменилась.

— Выкладывайте, не томите, — попросил я.

— Да, мы теперь от вас не отстанем, — иронично поддержала Ведьма.

— Мор, помните, что когда вы с Петей одновременно дотронулись до метеорита, ваши способности переплелись?

— Да, я тогда увидел то, что видел он, — подтвердил я.

— А что, если нам так попробовать совместить других мутантов?

— Петю и Аню? — со скептицизмом спросила Лавина.

— Нет. Если бы Петя умел перемещаться во времени, то тогда можно было бы попробовать. Но он умеет лишь видеть прошлое и замедлять настоящее.

— Так можно усилить его и посмотреть, что будет, — предложила Ведьма.

— Опять вы эксперименты на детях предлагаете. Петя и так всего боится, — напомнил я.

— Это же сила. Целое море силы. Ему должно понравиться, — предположила Буря.

— Хорошо, допустим. Но пока только допустим.

— А при чём тут Аня? — спросил Факел. — Скорее всего, она погасит его способности.

— А метеорит их вернёт, — ответил я.

— Логика в этом есть, — задумчиво сказал Степанов. — Но сомневаюсь, что мощь этой инопланетной энергии так велика, чтобы перенести кого-то в нужную точку времени.

— Тогда что вы предлагаете? — уточнил я.

— Если усилить Аню, то какую максимальную площадь она сможет очистить от радиации? — задал каверзный вопрос учёный.

— Это тоже только опытным путём выяснять.

— А что, если остановить время, и за это время очистить континент от радиации, и попутно вытянуть её из мутантов?

— Тогда мы все сдохнем, — уверенно ответил Факел.

— М-да, вопросов больше, чем ответов, — посетовал Мрак и прикрыл лицо руками.

— Сила Ани мутантам не вредит, — напомнил Степанов.

— Да и мы ничего не потеряем, если попробуем. Ведь в метеорите полно энергии, — поддержала отца Буря.

— Израсходуем и второй попытки не будет. Разве что ещё один метеорит не упадёт, — ухмыльнулся я. — А он не намечается. Ведь этим инопланетным тварям хватило тех, что они уже забросили, для преобразования планеты.

— Если рассуждать логически, — начала Лавина, — то нашу планету напитали инопланетной энергией. И если мы избавимся от неё, то и твари отступят. Планета снова станет для них непригодной.

— Да, но это всё звучит слишком нереалистично, — подметил я.

— А разве реалистично то, что мы оказались здесь? — спросила Лавина, — И все наши силы? Как уже было сказано, мы давно перешли за грань фантастики.

Во время разговора мнение девушки сильно поменялось. И если в начале она была скептично настроена, то сейчас была готова поддержать. И даже в её холодных глазах блеснула озорная льдинка.

— И в нашем положении, когда над головой зависли эти твари, нам нечего терять, — согласилась Буря.

— А вы что думаете? — обратился я к Степанову. — И я всё равно не понял, зачем останавливать время.

— Да, при чём тут вообще Петя? — повторила вопрос Буря.

Степанов улыбнулся. Ему явно доставляло удовольствие подобное рассуждение. Он держал интригу до последнего.

— Вы все совсем забыли, о чём мы говорили в начале, — ответил учёный. — Объясню простыми словами. Если инопланетяне используют эту чужеродную энергию для своих технологий, то и мы можем сделать так же. Только в качестве оборудования выступят мутанты. А конкретно Аня и Петя. Их гены заточены на нужный нам способ преобразования действительности. Сейчас заражение планеты достигло такого уровня, что девочка навряд ли справится. Но если всё откатить хотя бы на пару лет назад…

— Так, вы сами говорили, что он не сможет перемещаться во времени. Он может только останавливать, — перебил я, поскольку запутался ещё больше.

— И во время диалога мы решили провести опыт. В ходе которого способности Пети могут раскрыться совершенно в другом ключе. Я лишь предлагаю совместить два предложенных варианта. Пусть дети подойдут к метеориту одновременно.

— Ладно. Как прибудет этот чёртов метеорит, попробуем, — согласился с идеей я.

Но если честно, после того как всю жизнь прожил в мире с совершенно другими законами физики, веры в успех у меня не было. Но раз уже даже учёный признал, что подобное предположение имеет место быть, то стоит попробовать. Тем более, детям не должно ничего угрожать.

Я уже собирался возвращаться к своему спальнику и ложиться спать, как над головой загудели лопасти вертолёта. Посмотрел вверх и увидел, как винтокрылая машина кружит над лагерем, а затем идёт на посадку. Прямо рядом с заброшенным городом.

Этот шум услышали все. Начался переполох и шумное обсуждение. А я направился к месту приземления вертолёта. Завидев это, Лавина ринулась за мной.

Пока шёл, в голове крутились варианты: какой сумасшедший может летать в этом гиблом месте? Но кроме моих мутантов из вольного племени вариантов особо не было.

Мы остановились в десяти шагах от вертолёта. Ждали, пока остановятся лопасти, ветер от которых поднял всю радиоактивную пыль в округе.

Двери винтокрылой машины открылись, и оттуда вышли двое в полных костюмах химзащиты. И пошли прямиком к нам. Хотя вокруг уже стопилась толпа любопытных людей и мутантов.

Значит, они нас знали. Только вот я не мог их признать за противогазами.

Двое приблизились к нам. Я напрягся уже на автомате. Ведь в этом мире любой может оказаться врагом.

— Алина Казаркова? — внезапно спросил высокий мужчина у моей девушки.

Лавина вытаращила глаза. Она не спешила отвечать. И правильно делала.

— А кто интересуется? — со сталью в голосе спросил я.

— Меня зовут Юрий Эдуардович Казарков. И я ищу свою сводную сестру, — сказал он и кивнул на Лавину. — А ты сильно изменилась.

Глава 24

Привет из прошлого

— Юра! Это правда ты? — не выдержала Лавина.

Судя по виду, девушка еле сдержалась, чтобы не запрыгнуть внезапно объявившемуся родственнику на шею. А мне его появление показалось крайне странным.

— Это правда я. Как ты так хорошо сохранилась? Тебе уже больше девяноста лет, — спросил Юрий. — Всё это время я думал, что ты умерла во время судного дня.

Через стёкла его противогаза виднелся радостный взгляд. Он был искренне рад видеть Лавину.

— Как вы узнали, что она здесь? — твёрдо спросил я.

— Один мой старый друг рассказал, что в его бункере появилась девушка мутант с такой же фамилией, как у меня.

— Попробую угадать, это был Степанов?

Я уже был готов лично прикончить учёного за его длинный язык.

— Да. Но ничего больше он не сказал. Поэтому я решил посетить вас лично.

— Не выгораживайте его.

— А я и не выгораживал.

— Хотите сказать, что всего лишь из-за фамилии решились на такой риск? Видели, что вокруг творится?

— Мне уже слишком много лет, чтобы бояться смерти.

Несмотря на то что голос звучал глухо, тон я уловил. Юрий говорил правду.

— Может, в палатку пройдём и поговорим нормально? — предложила Лавина и дёрнула меня за рукав.

Я обернулся к ней и увидел в её глазах мольбу.

— Хорошо. У нас есть безопасное место для наших гостей. Туда и пойдём.

Я повёл Юрия и его пилота за собой. К палатке Ани, вблизи которой горели костры. Почему-то все бункерские хотели как можно ближе к ней находиться, хотя сила девочки распределялась равномерно на всей площади её действия.

Юрий удивлённо смотрел на обычных людей в костюмах защиты, но с открытыми лицами.

— Здесь, правда, настолько безопасно? — недоверчиво спросил он.

— Да. Можете снимать противогазы. А я поставлю кипятить воду для чая, у нас осталось немного, как раз для такого случая, — сказал я, осматриваясь в поиске чайника или хотя бы котелка.

— Я всё сделаю, — вызвалась Ведьма, которая всё время ходила с нами, как и остальные мутанты.

Я благодарно кивнул и присел на последний свободный раскладной стул. Семьдесят лет прошло, а пластик до сих пор не собирался разлагаться.

Юрий снял противогаз, а вот его пилот воздержался. И я увидел старика, слишком похожего на того мужчину, которого видел в видениях Пети. Только он был значительно старше.

Лавина расплакалась, но слёзы её тут же обращались во льдинки.

— В прошлый раз, когда мы встречались, тебе было десять. Десять, — лепетала девушка, не отводя от взгляда от пожилого мужчины. — Я и не думала хоть кого-то увидеть.

— Прошлое иногда возвращается, — добродушно усмехнулся Юрий.

Хотя он навряд ли осознавал, как многозначно звучали его слова.

— Да. Но, но зачем ты здесь? В такое неспокойное время…

— Хотел увидеть сестру перед смертью, — улыбнулся он. — Больше у меня никого не осталось.

— Почему перед смертью?

— А вы не в курсе? Хотя, верно. Бункер центра же разрушен, мы только оттуда. На планету готовится полномасштабное вторжение. На орбите зависли сотни кораблей. Нам не с ними не справиться.

А вот эта информация уж очень меня заинтересовала, и я попросил:

— Давайте поподробнее. Сколько времени у нас осталось?

— Не знаю, — пожал плечами Юрий. — Инопланетяне чего-то ждут, но непонятно чего. Наши учёные давно за ними наблюдают, но так и не смогли понять их природу.

— Всё дело в энергии, — отозвался я. — Кстати, куда делся Степанов? — спросил я у подошедшего Прохорова.

В ответ бывший глава центрального бункера лишь пожал плечами.

— Найдите мне его! — громко приказал я.

Прохоров кивнул своим, будто моему указу нужно было его одобрение. И всё это понимали, поэтому трое бункерских удались сразу, без всякого согласия бывшего босса.

Тем временем Ведьма подвесила над костром котелок с водой. А ведь стоило нам отойти на окраину, не пришлось бы так заморачиваться. Факел бы за минуту вскипятил воду, собственно, чем он тут постоянно и занимался. К нему целая очередь с вёдрами выстраивалась по утрам.

— Простите, молодой человек, но что вы имеете в виду, говоря про энергию? —

— Меня зовут Мор, — вспомнил я, что не представился. — Этим тварям для нормальной жизни нужна энергия. Та самая, которую сюда занесли метеориты.

— Думаешь они ждут, пока она достигнет какого-то определённого уровня? — уточнила Лапина.

— Да. Ведь не просто так они только и занимаются поглощением всего живого, а после них этой энергии становится ещё больше.

— Вы же про радиацию? — уточнила Буря, сидевшая на таком же раскладном стуле позади нас.

— Да. Я не учёный, но мне кажется, они ждут такого уровня, чтобы спокойно существовать в этом мире, — ответил я.

— И попутно уничтожить всё живое, — мрачно дополнил Юрий. — Мы так и не нашли способа им противостоять.

— Кто мы?

— Я глава триста сорок шестого бункера и подчинённых лабораторий. У меня около пяти тысяч человек.

Я мысленно присвистнул. Хотя, если посчитать, в моём лагере тоже было не мало людей. Просто у нас не было времени вести какой-либо учёт, когда есть вопросы поважнее. Например, чем эту ораву кормить? Ведь окружающие земли были бесплодны, и даже наш Агроном не мог вырастить на них ничего путного. Да и времени на это не было. С водой хоть разобрались благодаря Синему, уже неплохо.

— Вы видели этих чёрных тварей? — спросил Юрий.

— Даже смогли подбить два корабля, — гордо ответила Лавина.

— Это каким оружием? — выпучил глаза пожилой мужчина.

Его лицо было таким худым и морщинистым, что казалось, глазные яблоки сейчас выпадут из орбит.

— Вот этим, — кивнула в мою сторону Лавина.

— Не льсти мне. Это была совместная работа, — поправил я.

— Так вы их видели? Заметили, что они делают с людьми? — вернулся в своему вопросу Юрий.

— Да, чёрные облака, которые поглощают всё живое, — ответил я.

— Облака?

— Да. А как ещё назвать этот сгусток энергии?

— Вы видели не инопланетян, а их цепных псов. Они их используют для зачистки планеты.

Эта новость шокировала меня, но на лице не дрогнул ни один мускул.

— Тогда как выглядят сами инопланетяне? — спросила Лавина.

— Они очень похожи. Только у цепных псов, как назвали их наши учёные, нет разума. Они, как машины, заточены выполнять приказы.

— Ага, и развиваются они при этом, — перебил я.

— Верно. Программы ведь тоже учатся на своих ошибках. А вот у самих инопланетян есть разум. Они тоже представляют собой энергию, но более плотную. К нам они спускались в оболочке или скафандре, через который это всё и просвечивало.

Вот тут я уже не выдержал, и у меня отвисла челюсть. А ведь у меня до сих пор при себе имелся пистолет с пулями из фериума. Но можно ли настолько доверять Юрию, чтобы рассчитать? Сомнения крутились в голове. Да и патронов у меня был всего один магазин. Такое и самому пригодится.

Весь вечер Лавина болтала со своим родственником. Они стали вспоминать времена до судного дня, и я уже не вмешивался, погруженный в свои думы.

Ночью спал урывками. Мне всё время мерещилась опасность. Было такое странное чувство, словно за мной наблюдают.

Поэтому утро встретило самым скверным настроением.

Да ещё и Эльф прибежал с плохими известиями, что людям выдали последние запасы еды. Я нашёл Ведьму и попросил передать сообщение моим мутантам, чтобы поторопились. Пришёл ответ от Октера, что они в половине дня пути и везут большой запас еды.

Хоть одна хорошая новость на сегодня. Правда, ещё неизвестно как жить лагерю, когда этот запас закончится.

С этими мыслями я встал в очередь к источнику воды. Синий организовал небольшой фонтан, что бил из земли на высоту в полметра. Такой же пришлось организовать для бункерских, а для этого мы выводили Аню подальше на целых полчаса.

Но, сейчас не об этом. И без того все мысли были об обустройстве лагеря вместо главной цели. В очереди к источнику я увидел Степанова и сразу к нему подошёл.

— Вы где вчера были? — с ходу предъявил я.

— Устал, спать рано лёг, — ответил он, делая вид, что совершенно не понимает, почему я решил докопаться.

— Да не пиздите. Спрятались от меня где-то и сидели.

— Мне нет смысла прятаться от вас, Мор, — пожал он плечами.

— Тогда какого чёрта вы распространяете конфиденциальную информацию среди своих друзей?

— Прошу заметить, что ваши настоящие имена не являлись тайной. А я сообщил лишь о вашем присутствии.

— Зачем?

— Сложил два и два. Но не был уверен окончательно, поэтому намекнул Юрию, а не Лавине. Убьёте меня за это?

У меня невольно сжались кулаки. Но я постарался ответить спокойно, нечего окружающим видеть степень наших разногласий.

— Нет. Наверху и без меня полно желающих это сделать.

Тем самым я намекнул учёному, что в случае очередного вторжения не стану его защищать. Но Степанова это особо не расстроило, ведь рядом с ним почти всегда была дочь, которая отнюдь не слабый мутант.

С каждым часом моя нервозность лишь возрастала, хотя особого повода для этого не было. После полудня на горизонте показалась вздыбившаяся пыль. Синий не хило осушил местность, перегоняя через почву воду в источники.

Мутанты вольного племени разбили лагерь рядом с городом. Там, куда не доставала сила Ани. И я тут же направился к ним и позвал с собой два десятка своих людей, чтобы забрали рыбу и раздали местным.

— Привет, брат! — я нашёл Иллая первым. — Как улов?

— И я рад видеть тебя живым, брат! Улов хорош. Мы взяли столько рыбы, сколько смогли унести. Именно упаковка и стала главной проблемой.

— И как решали?

— Заматывали во всё, что было. Так что запах рыбы от нас не скоро выветрится.

— Вы продлили жизнь всех этих людей ещё на несколько дней. Поэтому я безмерно вам благодарен.

— Брат, боюсь этих дней у нас всех может не быть.

— О чём вы?

— Наши провидцы видят беду. И случится она здесь.

— Вот чёрт! А можно поподробнее, чего ждать?

— Таких тварей мы ещё не встречали.

— Мор! — позади раздался голос Октера.

— Я здесь брат, — обернувшись, отозвался я.

Мутант приблизился. Вид у него был очень обеспокоенный.

— Что случилось?

Я осмотрелся. С помощью шестого чувства нашёл каждого мутанта в лагере. Все были на месте. Но почему тогда у Октера такой вид, словно он пришёл на чьи-то похороны?

— Мыслей много. Очень много, — ответил Октер.

— С каких пор они тебя смущают?

— Я услышал кое-что. Но не уверен.

— Давай говори. А там уже разберёмся.

— В твоём лагере есть чужаки.

— Да, их тут полным-полно. Тебе каких отсыпать?

— Я серьёзно, Мор. Они втираются к вам в доверие, а сами на стороне инопланетян.

— Люди на стороне захватчиков? Но нах им это надо?

— Им обещали жизнь, если задержат вас тут ещё на три дня.

— И всё это ты в мыслях услышал?

— Да. Один из них постоянно корит себя, что приходится предавать человечество.

Новости были, мягко говоря, плохие. И требовали скорейшего принятия решений. И как минимум казни этих двоих. Ох, сложно будет объяснить Лавине, что её недавно объявившийся родственник — предатель.

— Черви смогут увезти всех? — я кивнул в сторону лагеря людей.

— Нет. Максимум половину.

Я выругался.

— Да, на своих двоих вы далеко не уйдёте. Придётся выбирать, — подметил Октер.

— Ещё я не выбирал, кому жить, а кому нет.

— Октер прав. Другого выбора нет, — поддержал Иллай.

— Есть. Где этот чёртов метеорит? — яростно спросил я.

Глава 25

Эксперимент

— Метеорит к твоему Червю привязан, — спокойно ответил мне Иллай.

— Так велите тащить его сюда! — гаркнул я.

— И что ты собрался с ним делать, если лаборатория уничтожена? — хмыкнул Октер.

— А вот увидишь!

Злость переливала через край, так что не было никакого желания что-то объяснять.

Я вернулся в ту часть лагеря, которую заняла половина мутантов из Князево. Вторую половину успешно разместили в домах, чтобы хоть у семей с детьми была крыша над головой, пусть и без окон.

У палатки обнаружил Электро и с ходу спросил:

— Аня там?

— Нет, с Петей играют. За ними Пётр Сергеевич приглядывает, — сообщил мутант. — А меня озадачили зарядкой десяти аккумуляторов, — пожаловался старик.

— Где они? — настойчиво повторил я.

— Да возле источника.

Я спешно направился к организованному в зоне бункерских фонтану. Дети где-то нашли потрёпанную тетрадь. Они вырывали из неё листы, делали кораблики и пускали по воде.

— Вы научили? — спросил я наблюдающего за сложным для Пети процессом складывания кораблика.

— Конечно. Кто же ещё? — усмехнулся старик.

— Боюсь, что мне придётся прервать весёлую игру. Сможете отвести детей к лагерю мутантов где-то через час?

— Могу. Время пришло?

— Да. Кстати, если увидите по пути Степанова, то его тоже захватите.

Пётр Сергеевич согласно кивнул, а я направился дальше. Надо было найти Эльфа. И путём опроса десяти мутантов выяснилось, что он распределяет продовольствие. Мой друг сидел на раскладном стуле, а рядом с ним на большой деревянной доске, которая когда-то была дверью, лежала целая гора рыбы.

— Долго ещё? — тихо спросил я у Эльфа, наклонившись к нему.

— Только начали. Рыбу постоянно приносят, — ответил остроухий.

— Тогда поставь кого-нибудь вместо себя, и давай отойдём.

Эльф кивнул и позвал ближайшего мутанта. Оставил ему свой планшет с каким-то списком и велел выдавать рыбу точно по нему. Там были такие пункты, как килограмм рыбы на семью из трёх человек. Успел рассмотреть. Ничего криминального, любимчиков Эльф не записывал, а старался делить поровну между всеми.

Мы отошли к полуразвалившимся пятиэтажкам, и зашли в проулок.

— Что-то серьёзное? — сразу спросил Эльф.

Вид у него был мрачный, словно он уже напридумывал себе худшее.

— Да. В наших рядах есть предатели. Информация достоверная.

— Казним? — тут же сообразил Эльф.

— По-тихому. Не хочу сильнее огорчать народ. Пока ещё у них есть надежда.

— Я займусь устранением. Назовёшь имена?

— Те двое, что прилетели вчера.

Глаза Эльфа округлились. И я понял его немой вопрос.

— Убей по-тихому, а Лавине я сам всё объясню после. Если узнает заранее, то может сорвать тебе всю операцию.

— Понял, — кивнул остроухий.

— И что бы ни случилось, не подходи вечером в лагерь вольных. И всех мутантов предупреди. Но если Степанова увидишь, ко мне отправь.

— Хорошо.

После раздачи указаний я вернулся в лагерь своих вольных собратьев. Правда, от них воли осталось одно название. Сейчас они, как и все здесь присутствующие, были подчинены обстоятельствам. Но я не буду самим собой, если не стану бороться до конца.

Метеорит оставили на границе лагеря, с противоположной стороны от червей, которых он сильно нервировал. Я даже здесь чувствовал облегчение нашего гигантского транспорта. Ведь ментальная связь с существами до сих пор работала, но на небольшом расстоянии.

Метеорит лежал одиноко в пятистах метрах от лагеря. Конечно, издалека за ним следили, но приближаться больше никто не хотел. Мне же следовало убрать оболочку из фериума. Тогда сразу настанет ночь, и мы начнём притягивать всех мутантов в округе, если они ещё там остались.

Но риск того стоил.

Я коснулся рукой металла. И он узнал меня. Точнее, пульсирующую в моём теле энергию. Мы с ним были очень похожи по своей природе, оба накапливали радиацию. И по металлу было видно, что для работы этой системы вовсе не нужен был разум.

Фериум начал становиться жидким, слегка нагрелся в том месте, где я коснулся.

На этот раз им было гораздо легче повелевать, чем в предыдущие. Ран на руке не было, поэтому металл лишь потёк вверх к локтю. Я предусмотрительно закатал рукав чуть ли не до плеча. Затем я приказал металлу вернуться в родственную среду, в короб с прожилками из фериума, что стоял под рукой.

Постепенно на громадном булыжнике из космоса, что был высотой с меня самого, начали появляться ярко-зелёные просветы. У меня ушло где-то полчаса, чтобы очистить его полностью.

И всё это время тьма постепенно сгущалась над городом. Радиоактивный фон вокруг усилился в десятки раз. ночь наступала очень быстро. И в её тьме ещё виднелись многочисленные костры лагеря.

Последняя капля фериума упала в специальную ёмкость, и я захлопнул её.

— Мор! — раздался голос Эльфа.

Друг бежал ко мне, но его силуэт скрывался в темноте.

— Я здесь, — крикнул я, хотя меня и так было прекрасно видно в свечении метеорита.

Остроухий подбежал и сообщил:

— Сделал. Но Лавина там рвёт и мечет в поисках убийцы. И ещё Степанов с детьми сюда идёт.

— Она ничего не натворила?

Я опасался, что девушка может начать игру в детектива и устроить кому-нибудь допрос с пристрастием.

— Пока нет.

— Сможешь привести её?

— Хорошо, — ответил Эльф и снова скрылся в темноте.

Интуиция снова обострилась. В разы сильнее, чем раньше, когда не давала мне спокойно спать.

Я опасливо поднял голову наверх и раскрыл рот. В чёрном небе мелькали сотни зелёных точек космических кораблей. Они были далеко. Все, кроме трёх, которые становились больше и больше.

Видимо, наши враги поняли, что мы не собираемся ждать и решили действовать раньше. Но как узнали, что мы раскрыли предателей? Вывод напрашивался сам собой, в лагере были ещё те, кто заключил сделку с этими существами.

И уже не было времени выяснять, кто это был. Ведь это мой быть почти кто угодно, в это неспокойное время каждый хотел выжить. Только вот я не понимал способа, при котором ты предаёшь всё человечество.

Времени оставалось мало. И у нас была всего одна возможность спастись. Точнее, спасти всех. Поэтому я с замиранием сердца ждал прихода детей.

Степанов привёл их за руки. Лицо Пети выглядело заплаканным, а вот Аня, наоборот, держалась уверенно.

— Я им всё объяснил, — предупредил Степанов.

— Тогда почему ребёнок плачет? — строго спросил я.

Но учёный лишь пожал плечами, отпуская детей.

Петя подошёл ко мне. А я наклонился, чтобы посмотреть в его глаза. Они были полны ужаса.

— Чего ты боишься? — спокойно спросил я.

— Не хочу умирать, — ответил мальчик, всхлипывая.

— Так, ты не умрёшь. С чего ты это вообще взял?

Я уже был готов придушить Степанова, который совершенно не умел общаться с детьми. Но были дела поважнее.

— Мне сказали, что нужно попытаться отмотать время назад. Но ведь если получится… — ребёнок снова заплакал. — Там я ещё не родился.

— Это так не работает, — попытался успокоить его я, хотя и сам не мог знать, что будет. — Ты родишься в лучшем мире. И проживёшь спокойную жизнь. Лучше так, чем нас перебьют монстры с кораблей.

Аня подошла и взяла за руку своего друга.

— Он прав. Вместе мы справимся.

— А мы сможем родиться в одной семье? — наивно спросил Петя.

— Нет, — покачала головой девочка.

— Петя, послушай меня, — уверенным тоном произнёс я. — У нас осталось несколько часов до того, как враги не спустятся сюда. Нельзя терять ни минуты.

Это сработало. Петя мигом успокоился и вытер лицо.

— Ты будешь с нами? — спокойно спросила Аня.

— Да. И наш доблестный профессор Степанов останется, чтобы контролировать свою идею. Ведь так? — я вопросительно посмотрел на мужчину.

Судя по виду, он только и искал повода уйти из зоны опасности. Но я не собирался ему это позволить. И учёный мог с лёгкостью прочитать это в моём взгляде.

— Конечно, я остаюсь, — неохотно ответил он.

Ещё пять минут мы ждали Лавину, и за это время я попросил детей повторить план. Они отчеканили порядок действий так, словно всю ночь его зубрили.

— Готовы? — спросил я у них.

— Да, — тихим хором ответили оба.

Лавина примчалась, но я так спешил спасти всех и вся, что сказал единственное:

— Все разговоры потом. Сейчас нужно спасти мир.

— Ладно, — процедила она. — Но если выберемся, я тебя на кастинг фильма про супергероев отведу после такой фразы.

Я улыбнулся. Всё-таки люди способны шутить и на грани смерти. И ладно бы только своей.

— Не отходи от меня. Поняла?

— Угу, — буркнула девушка, и я взял её за руку.

А затем кивнул детям, ждущим отмашки. Степанов отошёл и встал в двухстах метрах от меня, с другой стороны метеорита.

Аня и Петя встали рядом. Положили руки на метеорит. Причём так, что левая ладонь мальчика накрывала правую руку девочки.

Их глаза загорелись зелёным огнём. Так ярко, что это бросалось, когда дети мотали головами. Они начали впитывать силу метеорита.

Первое время ничего не происходило. Я стоял, как вкопанный и ждал. И так полчаса.

Пока не решил размять затёкшие ноги и не обнаружил под ними размокшую грязь вместо сухой земли. С каждой минутой её количество изменялось. А грязь с ботинок исчезла через какую-то секунду.

Я заметил, что ни дети, ни Лавина больше не двигаются. Лишь Степанова с моего места было не рассмотреть. Отпустил руку девушки и всмотрелся в её стеклянные глаза. Провёл рукой перед лицом, но реакции не последовало.

Посмотрел наверх. Но ожидания не оправдались. Три космических корабля приближались, и с каждой минутой их свечение становилось всё ярче.

Но если идея с откатом времени сработала, о чём свидетельствовала изменяющаяся вокруг реальность, то почему на инопланетян не подействовала? Выяснять не было никакой возможности.

Время неумолимо тянулось. А опасность и думала уходить. Вскоре под ногами показалась редкая трава. Сухая, опущенная к земле, но всё же трава.

Тогда я понял, что должен приложить все усилия, чтобы нас никто не прервал. А это было сложно.

Через час огромный корабль опустился над застывшим городом. Там уже не виднелось костров. Одни сплошные развалины.

Сперва из шлюзов корабля вырвались цепные монстры — чёрные облака. Они заполонили весь город. Было больно на это смотреть, но умом я понимал, что людей там уже нет. Затем из корабля вылетели две шлюпки и направились в нашу сторону.

Они опустились там, где раньше был лагерь мутантов. А сейчас была лишь сплошь заражённая радиацией земля. Я должен был дождаться, когда Аня активирует свою силу, если она ещё в состоянии это сделать.

Шлюзы обеих шлюпок раскрылись. Это было хорошо видно по исходящему от них свету вдали. И вышедшие из этих небольших кораблей чёрные фигуры тоже хорошо выделялись. Они были такие же, какими я видел их в видении Пети.

Я достал пистолет с пулями, заполненными фериумом. Последнее время с ним не расставался.

Взвёл курок и прицелился. Ждал, пока они подойдут ближе.

Но внезапно две из четырёх фигур исчезли. Словно растворились во мраке этой радиоактивной ночи. Я воспринял это как знак.

Нажал на курок. Одиночный выстрел растворился в тишине ночи. И одна из фигур упала. Я смог пробить оболочку.

Она превратилась в чёрное облако, что так и осталось витать над пустошью. Со вторым проделал то же самое.

Но куда делись ещё два врага?

Стоило мне обернуться, как я увидел их возле фигуры Степанова. Раскрыл рот в немом крике и прицелился. Выстрелил. Но не успел…

Инопланетянин вытащил из груди учёного сердца и толкнул его. А после растворился в воздухе. Так что моя пуля пролетела мимо.

Чёрт! У меня слишком мало патронов, чтобы так пытаться их задеть.

Одна из фигур появилась прямо за Лавиной. Но в этот раз я не мешкал. Один точный выстрел в голову. И чёрное облако вырвалось из оболочки. И также зависло, будто потеряло сигнал.

Остался последний.

Он появился возле детей и уже потянул к ним руки. Я выстрелил. Но инопланетянин успел исчезнуть, видимо, настолько быстро передвигался. Благо пуля попала в метеорит, не задев детей.

Но и это вызвало реакцию. Петя внезапно замотал головой.

— Не останавливайся! — бросил я ему, выслеживая противника.

Парнишка продолжил и вскоре снова завис.

А инопланетянин не оставлял попыток помешать нашему эксперименту по спасению мира. Он появлялся то тут, то там. И так до тех пор, пока у меня не остался последний патрон.

Последняя попытка.

И в этот раз чёрная фигура возникла прямо передо мной. Я выставил руку вперёд, даже не целясь. Но на курок нажать не успел.

Мощная рука уже обхватила моё сердце.

Только вот я не был обычным человеком. Во мне было полно радиации. И одной силой мысли я приказал ей продолжать разгонять кровь по венам.

Выстрелил. Оболочка с врагом отшатнулась, но в руках у неё было моё сердце.

Вот дерьмо!

Но это было не самое худшее. Обернувшись, я увидел чёрные облака с мелкими красными вкраплениями, как издалека виднелись глаза, направились в нашу сторону.

Им я уже противостоять не мог. Не мог убрать радиацию возле метеорита, а обычный защитный купол не остановит этих тварей.

Я упал на колени. Ощутил, как из уголка рта сочится капля крови. Внутреннее кровотечение убивало меня несмотря на то, что инопланетная энергия ещё поддерживала в теле жизнь.

Но я не собирался сдаваться даже на смертном одре. Собрав всю волю в кулак, встал. И шатаясь, подошёл к метеориту. Коснулся его рукой.

И мир застыл перед моими глазами. Но чувство того, что ставшая столь родной мне энергия, не отпускало. Я не мог пошевелиться, но ощущал, как с каждым мгновением становлюсь всё слабее. Как я медленно умираю.

А потом перед глазами пронеслась яркая зелёная вспышка, что ослепила меня. Дыхание остановилось. Кровь перестала поступать к мозгу.

И я упал. Замертво.

Только вот я не умер. Очнулся, когда кто-то толкал меня за плечо.

— Мор! Вставай же! Сколько можно дрыхнуть?

Открыл глаза и увидел Лавину. А позади неё было ясное, голубое небо.

Приподнялся на локтях и ощутил под руками свежую траву. И лицо невольно расплылось в улыбке.

— И чего ты улыбаешься? Мы оказались в поле рядом с заброшенным городом. И куда нам идти.

— А сама как думаешь? — спросил я, поднимаясь. — В Князево!

Эпилог

Этот поход до Князево по знакомому маршруту стал настоящим удовольствием. Силы во мне больше не было, как и в Лавине. Но мы и не встретили по пути ни одного мутанта.

А значит, всё получилось! И этот мир сможет возродиться вновь.

Мы шли больше недели. Несколько раз сбивались с пути, ведь местность и дороги сильно изменились. Сейчас вокруг были сплошные леса и луга. И нам пришлось приспособиться к выживанию в дикой природе. А без сверхспособностей это было не так-то просто.

Но вскоре мы вошли в знакомый лес. Только деревья здесь больно изменились. Теперь это была берёзовая роща.

Я постучался в ворота частокола. Мне открыл Факел, только выглядел он очень молодо, почти как подросток. И я не смог сдержать улыбку при виде старого друга.

— Привет, Факел, будет место для двух путников?

— Эмм, вообще-то, меня Фёдор зовут, — ответил он.

— Прости, обознался. А ты не подскажешь какой сейчас год?

— Две тысячи сорок шестой.

Мы с Лавиной переглянулись.

— Меня зовут Макс. А это Алина, — представил я нас. — Если позволите остаться, то мы сможем принести немалую пользу вашему городу.

— Это ещё какую? — уточнил Фёдор.

— Ой, это мы целый список можем составить. Может, сразу к главному нас отведёшь?

— Ну ладно, оружие сдавайте и пошли.

— У нас ничего нет.

Я развёл руками, а Лавина демонстративно вывернула карманы.

Фёдор повёл нас к уже хорошо знакомому зданию местной администрации. Мы зашли внутрь за ним. Подойдя к моему бывшему кабинету, он постучался. А получив разрешение войти, первым заглянул внутрь. И я услышал разговор:

— Тут двое просят встречи. Говорят, что могут быть полезны. Оружия у них нет.

— Пусть войдут.

Мы зашли в кабинет, а вот Фёдор заходить не стал, закрыв за нами дверь. Здесь всё выглядело таким новым по сравнению со знакомой мне версией этого помещения.

А за столом в кожаном кресле сидел Князь. Только он тоже выглядел совсем молодо, словно ему едва стукнуло тридцать.

— Здравствуйте, меня зовут Макс, а это… — начал я, но глава города перебил меня.

— Знаю, садитесь, — указал он на стулья рядом со своим столом.

— Но, откуда? — нахмурился я.

— От верблюда, Мор, — усмехнулся Князь. — Я же говорил, что ты справишься!

* * *

2023год. Где-то на орбите земли.

— Мы не имеем права вмешиваться в дела землян согласно третьему межгалактическому закону о колонизации. Они сами должны противостоять вторжению, — громко прозвучал голос искусственного интеллекта, установленного в корабль.

— Эта планета не достанется фангосам. Хватило того, что они сделали с моей, — произнёс парень, ни к кому конкретно не обращаясь.

На этом маленьком судне он был один. Один, как последний выживший из своей расы. И у него была лишь одна цель — отомстить захватчикам. Не позволить их распространять распространиться дальше в пределах Вселенной.

А из иллюминатора хорошо было видно, как рушится целый мир. Атомные бомбы взрывались одна за другой. А грибы от взрыва были такие огромные, что их было видно с орбиты Земли.

— Тогда я сам спущусь на планету и заставлю землян себе помочь, — рявкнул он и ударил кулаком по панели управления.

— Должен предупредить, что наблюдатели не выпустят вас из виду. Любое нарушение правил будет грозить смертной казнью, — подал голос искусственный интеллект.

— Да знаю я.

— Вам понадобятся помощники. Позволите мне выбрать самому? От вас потребуется лишь указание временного промежутка. На данной планете перемещение во времени разрешено.

— Ты хотел сказать, что пока не запрещено, — хмыкнул парень.

— Именно. Я уже придумал вам имя для конспирации. Озвучить?

— Давай.

— Князев Виктор Александрович.

— И что оно значит?

— Фамилия ассоциируется с титулом власти там, куда вы попадёте. А имя и отчество выбраны с помощью случайной генерации.

— Ладно, пойдёт, — отмахнулся он. — Готовь автохирурга. Нужно стать похожим на человека.

— Разрешите использовать для имплантации захваченный образец?

— Да, — ответил он, и тёмно-синее лицо гуманоида отразилось в потухшем мониторе.

Ему было тягостно расставаться со своим телом, но высшая цель того стоила.

Через день из автохирурга вышел человек, а искусственная атмосфера корабля уже успела подстроиться под новый вид.

Он подошёл к небольшому иллюминатору в узком коридоре. Взглянул на Землю, атмосфера которой над материками затянулась серой дымкой радиоактивной пыли.

— Я сделал прогноз касательно выбранных кандидатов и переместил их в будущее. Вы должны будете с ними встретиться в двух временных промежутках. Подробный план выведен на монитор.

Ставший человеком изучил предложенный искусственным разумом план и прокомментировал:

— Момент, где я умираю, мне совсем не нравится.

— Это лишь инсталляция смерти. Вы переместитесь в прошлое, чтобы основать город в новом течении времени.

— Ты гарантируешь мою безопасность при переходе?

— Да, копия образца этого тела уже сделана. В момент смерти вам необходимо будет связаться со мной.

— Ладно. Тогда спускаемся. Пора спасти эту планету.

Content

Судный день (3 том)

Глава 1 Выжить

Глава 2 Совет вольных племен

Глава 3 Новый старейшина

Глава 4 В толще воды

Глава 5 Инопланетный пленник

Глава 6 Переговоры

Глава 7 Смертник

Глава 8 Штурм

Глава 9 Оружие

Глава 10 Фериум

Глава 11 Засада

Глава 12 Черное полотно

Глава 13 Заброшенный город

Глава 14 Вертолет

Глава 15 Опасные мутанты

Глава 16 Метеорит

Глава 17 Дозаправка

Глава 18 И снова — месть

Глава 19 Обратно в бункер

Глава 20 Лагерь

Глава 21 Вторжение

Глава 22 Новые проблемы

Глава 23 Новый план

Глава 24 Привет из прошлого

Глава 25 Эксперимент

Эпилог