Голд Джон

Сонный лекарь 6

Annotation

Стоимость фирмы "Романов и КО" увеличилась в пять раз = у Довлатов деньги в сейф не влезают. Чужие ишвар [9] проникают на Землю.

По сюжету нас ожидает.

+ Запретная библиотека и манускрипт безумного араба Аль-Хазреда (тайны Сопряжения)

+ Обучение в Мискатонском Университете (тот самый Аркэм)

+ Демоны (уи-и-и, Лупергод!)

Ну и самом собой - долгожданный рейд на летающие острова 😁👍

Сонный лекарь-6

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Эпилог

Nota bene

Сонный лекарь-6

Глава 1

Поезд

Интерлюдия. «На заре второй эпохи»

Чуть наклонившись, Дуротан вошёл в «Дверь», созданную Аталантой и очутился где-то в другой части света. За окном уже всходило солнце, а не царила глубокая ночь Австралии.

— Добро пожаловать в клуб самых величайших эгоистов Земли, — Аталанта кивком поприветствовала Каладриса. — Тут у нас любитель многомерных шахмат, не считающийся с жизнями обывателей. Даже пешек брезгует касаться лично.

— Иди к чёрту, — Каладрис беззлобно огрызнулся.

Силла холодным взглядом уставилась на Либера Зипштейна.

— Лабораторный образец номер два. Публичный борец за права тех самых обывателей и неофициальный «борец с одарёнными».

Зипштейн поморщился.

— Госпожа Силла, я бы попросил вас быть чуть аккуратней с формулировками.

— Перебьёшься, — Аталанта тихо хмыкнула. — Как меня не стало, ты, небось, Каладриса травить стал?

Воительница, хищно улыбнувшись, уставилась на Гэ Июня, главу Совета Безопасности ООН.

— Безголовый дракон… хм? Он Гидра. — Аталанта, сделав шаг, оказалась прямо над китайцем, нависнув словно коршун. — Вы, азиаты, любите хитрить, поэтому скажу прямо. Я вырежу под корень всю императорскую семью Цинь, всех ваших детей, политиков, их жён и любовниц и разрушу всю страну до основания в случае…

Пространство в комнате загудело, резонируя с силой гневающейся Аталанты.

— … Если появится хотя бы НАМЁК… Жалкая мысль о том, что семья Цинь или кто-то из ваших благородных снюхался с пришельцами. С нежитью, жуками или теми выродками, что вот-вот нагрянут в мир Земли. Мне нужен лишь повод.

Гэ Июнь испуганно открыл рот, собираясь что-то ответить, но не успел. Аталанта, шевельнув пальцем, отсекла азиату правую руку по самый локоть. И тут же Властью подавила кровотечение. Конечность осталась лежать на подлокотнике.

— Передай моё послание императору, — Силла телекинезом швырнула в азиата его же отрубленную руку. — По-другому до него мои советы обычно не доходят. Меня откровенно бесит это ваше правило «юлить до первой крови».

Зипштейн в ужасе дёрнулся всем телом и попытался вскочить с кресла. Видя это Каладрис презрительно хмыкнул и выпустил наружу ауру. Чужая сила вдавила Либера обратно в кресло.

— Не дёргайся, — сказал Охотник с ноткой превосходства, — Аталанта людей никогда не убивает.

— А всяких «штук», чви? — Дуротан с вызовом глянул на Каладриса. — Не вешай мне лапшу на уши про орков, Белый Змей. Мне интересно, как она относится к таким, как ты? К «штукам», чви.

Каладрис не удостоил великого вождя ответа. Любой вариант будет означать, что он «штука», а не человек. А главный Охотник никогда не станет играть в чужие игры. Только в свои.

Сидевший в углу Эксцентричный Будда, хохотнув, легонько швырнул утиную кость в Аталанту. И, что удивительно, попал! Кость пролетела сквозь астральную проекцию, бессильно упав на стол.

— Хо-хо, вот так! — толстяк вдруг радостно заулыбался. — Милейшая. Хватит народ кошмарить. Тут все в курсе, что ты…

Аталанта ответила Будде недовольным взглядом. В следующий миг толстяк схватился за горло. Ничего сверхъестественного. Силла просто перекрыла ему поток воздуха.

— Образец номер три. Дух Провидения, — воительница краем глаза зацепила орка, давая понять, ради кого затеяла всё это представление. — Он переменная с предсказаниями и кошмарным потенциалом. Понятия не имею, из какой он эпохи Сопряжения и как вообще попал на Землю. Дух не любит электромагнитные волны всех диапазонов. Играет за тех, кто вкусно кормит его нынешнее тело.

Еще раз взмахнув рукой, Аталанта развеяла технику. Секунду спустя Будда, выпучив глаза, шумно задышал.

— Д-да какие это к дьяволу переговоры! — Либер испуганно оглядел тех, кто собрался в комнате, — Каладрис, вы же Охотник⁈ По-вашему происходящее нормально?

— Даже чересчур, — «Сорокаликий» усмехнулся, глядя на мелко трясущегося Зипштейна. Подойдя к столу, главный Охотник плеснул себе в стакан янтарного виски. — На месте Силлы я бы вас давно убил, поставив в генсеки ООН своего человека. Пять лет на идейную подготовку, ещё десять на достижения в биографии и вуаля! Ваша замена готова. Вы с мистером Гэ и другими «борцами с одарёнными» всё ещё дышите и топчете МОЮ Землю лишь потому, что я дал ЕЙ обещание.

«Обещание»? Услышавший это Дуротан вдруг забыл как дышать. «Вот оно!» Только что великий вождь понял, как всё было на самом деле. Комитет Силлы никогда не входил в ООН, но впихнул туда вместо себя Ассоциацию Охотников. Компромиссом тут и не пахнет. Наоборот, решение в духе Силлы.

Комитету нужна была полностью нейтральная позиция и максимальная свобода действий. А свободным Охотникам требовалась протекция от интересов государств, которую и обеспечивает им Каладрис. Но чтобы главный Охотник не заходил слишком далеко в своих «играх во власть», Аталанта потребовала с него некие обещания.

Аккурат в этот момент Дуротан почувствовал на себе изучающий взгляд Охотника. Каладрис делал вид, будто наслаждается виски в бокале, держа орка в поле зрения.

— Запрещаю, — в голосе и взгляде Силлы, смотревшей на Каладриса, читался откровенный холод. — Поигрался в великие комбинаторы и хватит. «Недвижимый» и ты, оба нужны для большого плана.

— Хорошо, — Каладрис мягко улыбнулся каким-то своим мыслям.

— И это тоже запрещаю, — Силла нахмурилась, не отрывая взгляд от Охотника. — Не ты один умеешь работать головой, «Сорокаликий». Если Язва узнает, что ты используешь его внука в своих манипуляциях… ну да неважно.

— «Если узнает», — Каладрис понимающе кивнул. — Люблю это сочетание слов.

— Чви-и-и, — Дуротан произнёс, внимательно глядя на Охотника. — Если что, Змей, я за Довлатова сам оторву тебе голову.

— Видишь? — указав бокалом на орка, Каладрис с улыбкой посмотрел на Аталанту. — Зачем мне тут вообще что-то делать? Всё. Всем. И так. Ясно. Я не стану пачкать об это свои руки.

…

Разговор столпов мира о конце света начался неспешно. Дуротан в первые минуты вообще не понимал, почему Аталанта вдруг начала рассказывать про… такое. Основы основ! Про то, «как появляются одарённые».

На поверхности всё довольно очевидно. Во всех мирах, где есть мана, каждая сотая особь крупных разумных существ является одарённой. Будут это жуки, люди или орки — не важно. Главное — это соотношение одарённых и простых особей. Оно служит основной идеей формирования уровней в социальной пирамиде. Переводя на язык людей, «одарённые имеют больше благ, чем обычные люди, но и их вклад в общество больше». Аталанта обратила внимание на другое: «чем больше особей в обществе, тем больше одарённых они могут себе позволить». Яркий тому пример Империя Цинь и Византия с их полуторамиллиардным населением. У них одних только императорских вузов одарённых по пять штук для самых разных направлений.

Дальше вечно рациональную Силлу вдруг занесло в инициацию одарённых с помощью Сферы Ка. Дуротан догадался, что это такой артефактный механизм или сложная техника. Если ею воздействовать на одарённого, у того лопается сосуд души, высвобождая дух. Так открывается возможность через дух работать со своим духовным телом. То есть управлять эфиром, маной и даже выжимать из себя эссенцию. Для этого одарённому и нужна Власть. Чем выше её показатель, тем лучше одарённый управляет своими силами.

Великий вождь нахмурился, когда Аталанта углубилась в совсем уж базовые понятия. Дух одарённого надо укреплять, фактически уплотняя его. Сначала одарённый [0] входит в ученики [1], делая первое плотное образование внутри своего духа. Это открывает возможность работать со вторым слоем в духовном теле. Фактически появляется новая энергетическая подсеть для взаимодействия с миром тонких энергий. Когда она завершает своё формирование, можно подумать о штурме ранга ветерана [2]. Для этого одарённый должен иметь показатель Власти минимум в две единицы. И такие же ограничения идут дальше по рангам.

— А теперь представьте себе следующее, — Аталанта произнесла холодным тоном. — Что будет, если дух кого-то, достигшего ранга ишвар [9], запихнуть в тело простого одарённого [0]. Возможно, даже не прошедшего инициацию.

Зипштейн, поймав на себе ожидающий взгляд Силлы, пожал плечами.

— Что вы на меня смотрите? Я не знаю.

— Ответ: «Такой одарённый пройдёт инициацию и будет расти в рангах как на дрожжах», — воительница криво усмехнулась. — Сотрётся личность прежнего владельца. Духовное тело будет стремительно меняться под действием его запредельной Власти. Повезёт ему с высоким родством или нет, не так уж важно. Ишвар [9] обязательно найдёт способ, как выжать из доставшегося ему тела максимум.

— Такое вообще возможно? — Зипштейн нахмурился. — Мы же говорим фактически о переселении душ⁉

— Более чем, — Каладрис коротко кивнул. — Для тех, кто шагнул на ранг архонта [6] и выше, плоть не более чем «кожаный костюм», висящий на вешалке их духа. Вы этого не помните, Зипштейн, а я помню. Сто лет назад, до появления Ассоциации, в Европе балом правили представители тёмных Школ. Некроманты и малефики частенько меняли свои тела на более новые или молодые. Патриархи древних родов использовали свои Семена Духа для того, чтобы подготовить отпрысков к возможному переселению своих душ в их тела. В той же Византии, Пруссии и Британии эта практика существует до сих пор… пусть и неофициально.

Зипштейн сглотнул, выпучив от удивления глаза.

— Варварство! Каладрис… как вы вообще допускаете подобное в своей вотчине?

— Оу? — охотник хохотнул. — То есть Ассоциация всё-таки для чего-то нужна в ООН? А не вы ли…

— Хватит, — Аталанта качнула головой. — Ваши взгляды на ситуацию меня не волнуют. Я описала не гипотетический пример, а всё то, с чем вам придётся столкнуться в ближайшие…

Воительница задумалась, взяв паузу. Каладрис, холодно улыбнувшись, снова подал голос.

— Два-три года, полагаю? По опыту древней аристократии британцев, обычно столько уходит на то, чтобы подтянуть новое тело до абсолюта [7] или архимага [8]. В этот период они прячутся в каком-нибудь дальнем фамильном поместье и пьют вёдрами вытяжки из эфира и укрепляющие эликсиры.

— У вас год, — Силла покачала головой, — максимум полтора, прежде чем пришлые ишвар [9] снова станут архимагами [8]. Есть фактор Турнира и спрятанных там наград. Поверь, Каладрис! Если протянете следующий год, вам ещё си-и-ильно повезёт. В Унии есть такие фамильные техники развития, что землянам и не снились. До следующего Турнира следи через Ассоциацию за всеми странными событиями. На Турнире пришельцы появятся наверняка. Важно понять другое…

Аталанта обвела взглядом всех столпов наций Земли.

— На Землю прибудут или уже прибыли трое ишвар [9] из мира Унии. Восемь миллиардов людей, слишком лакомая добыча.

— Хо-хо, — Будда усмехнулся. — Я как раз предупреждал об этом одного молодого человека.

Аталанта качнула головой.

— Цель тех ишвар [9] сломить наше общество. Разрушить сам наш мир. Если пробудятся вулканы, это поработали они. Землетрясение, цунами, глобальное похолодание, вирус, убивающий только стариков или детей. Это точно будут они.

Дуротан нахмурился.

— Зачем это пришельцам, чви? — вождь непонимающе развёл руками. — Это же глупо! Даже оркам это понятно. Разрушение ради разрушения.

Силла снова покачала головой.

— Разрушение мира и общества это их инструмент, а не конечная цель. Скажем так, Сопряжение Миров и перенос куска территории это лишь часть более масштабной технологии Древних. Представь, что безжизненные земли центральной части Австралии вдруг станут райскими садами?

— Чви-и-и! Звучит интересно, — Дуротан понятливо кивнул.

Аталанта одарила орка пристальным взглядом.

— Другой пример. Представь, что там, в Унии, мой Комитет воюет с орками. Затем «вшух», срабатывает механизм Древних и я меняю кусок вражеской земли с Нью-Йорком. Вуаля! У меня появляются под боком новые союзники. А враги пропадают чёрт знает куда. С вами, орками, так и получилось. Вас вышвырнули из мира Унии, Дуротан. На это указывает ваша излишне продвинутая генетика.

— Мне это ведомо, — Великий вождь, помрачнев, кивнул. — Духи предков передают это предание только нашим великим вождям.

Каладрис помрачнел, услышав последние нюансы.

— То есть… кто-то из мира Унии хочет с помощью механизма Сопряжения Миров заполучить себе рабов?

— Восемь. Миллиардов. Рабочих рук. Хо-хо, — Будда безумно хохотнул, глядя на «Сорокаликого». — Да ладно тебе, Охотник! Для этих ишвар [9] дело выгорит, даже если после всех их разрушений на Земле останется пара сотен миллионов будущих рабов. Голодных, заблудших, готовых работать за кров, еду и минимальный уровень целительской медицины. Я хоть и далёк от политики, но понял суть их мерзкого плана. Бегут ведь от чего-то плохого к чему-то хорошему. Вот это самое «хорошее» они нам и предложат… хех… в мире Унии.

Глава 1. Поезд

В это же время, штат Массачусетс, США

Центральный железнодорожный вокзал Бостона

Кое-кто, ничего не знающий о начале Второй Эпохи

Михаил Довлатов (он же Салтыков)

…

Есть время, когда стоит сменить колею, по которой катишься уже долгое время. Например, если весь мир знает тебя, как Михаила Довлатова с обложки журнала Таймс, то можно чуток изменить внешность и использовать старую фамилию.

Сейчас у меня в кармане пиджака лежат сразу два паспорта. Первый — обычный, пусть и международный, на имя Михаила Салтыкова с моей фотографией пятилетней давности. Золотой паспорт аристократа я швырнул отцу, когда уходил из дома. А вот обычный гражданский оставил при себе.

Второй паспорт — это уже моя личная гордость. В серебряной обложке, заказанный ещё в ИСБ Москвы и полученный в Аране, на имя одарённого Михаила Довлатова. Причем с моей свежей фоткой. Интересно тут другое. Ещё в Аране, в посольстве Российской Империи, я проверил и убедился. Из-за исчезновения центральной части Российской Империи в супер-аномалии где-то потерялась база данных граждан. Поэтому оба моих паспорта до сих пор действительны.

Так почему бы сейчас не воспользоваться ситуацией? Надо сбить возможных преследователей с моего следа. В Мискатонском Университете я как-нибудь да объясню, почему рекомендательные письма у меня на другое имя.

Дойдя до кассы вокзала, протягиваю в окошко свой паспорт на имя Михаила Салтыкова.

— Билет в одну сторону до Аркхэма, пожалуйста.

— Вы уверены? — дамочка за стеклом с иронией глянула на меня поверх очков. — Молодой человек, вы не выглядите больным, чтобы туда соваться.

— Не понял, — услышанное сбило с толку. — А сам ваш вопрос вообще нормален?

— Таковы правила вокзала, — кассирша за стеклом показала на плакат за её спиной. Надпись на нем гласила: «Всех, кто едет до Аркхэма, опрашивать повторно о цели поездки».

— Эмм… мэм. Так я по учебе еду.

Дамочка тяжело вздохнула.

— Ну хоть предупредили. А то посадила бы вас в один поезд с пациентами и сопровождающими, — кассирша аккуратно глянула на меня через стекло. — Раз на учебу, то сами знаете, что неодарённым в Аркхэм можно попасть только на машине или поезде. Самолёты там не летают. А Центры Телепортации…

— Знаю, мисс, — уверенно киваю, отыгрывая роль простака. — Не важно, кто я. Приглашенный специалист, пациент, одарённый студент или простой медик. Свой первый въезд в Аркхэм я должен совершить на поезде. Такова традиция Аркхэмской общины, и ей сто с лишним лет. Подскажите, вагоны для медиков это…

— Первый, второй и третий, — женщина ещё взглянула на мой обычный паспорт. — В первый вам нельзя. Традиции, сэр. Туда пускают только аристократов. Второй вагон люкс-класса. Третий, скажем так. Там купе на четверых. Условия для простых смертных, но кондиционер тоже имеется. Всё-таки это санитарный поезд.

Кассирша внимательным взглядом прошлась по моему неприметному костюму и паре простеньких чемоданов.

— Одно место в третьем вагоне, пожалуйста.

Знакомство с Аркхэмом стоит начинать с низов общества. Студентов, медиков, целителей, обслуживающего персонала морга и знаменитой на весь мир клиники для душевнобольных. Я хочу учиться бок о бок с теми, кто лечит проклятых и изменённых пациентов. С истинными храбрецами, не боящимися посещать Запретную Библиотеку. Да и вообще! Кто знает, сколько я проучусь в этом чудном городке.

Ох-х… если бы я только знал, с кем именно мне придется делить одно купе до Аркхэма!

Глава 2

Штурмуя крепость

Смотря на отдельную платформу, выделенную специально под санитарные поезда, идущие до Аркхэма, я понял, что Хомячкович си-и-ильно преуменьшила реальную особенность этого места.

Одних только карет Скорой прямо на перроне стояло три штуки. Под присмотром докторов тяжелых пациентов на носилках втаскивали в вагоны. Прямо на моих глазах семейство с двумя детьми сошло с одного из поездов, шедших до Бостона, и тут же пересело на поезд, идущий до Аркхэма. Судя по крупным красным пятнам на коже и грязной ауре, их кто-то сильно проклял.

Загипсованный чудик походкой робота неторопливо вошёл в последний двенадцатый вагон. Затем замотанное в бинты тело влетело в одиннадцатый. Проклятых, но не заразных посадили в десятый.

Девятый вагон, видимо, используется, как передвижная карантинная зона. Пара целителей-ветеранов [2], стоявших там у дверей, уважительно мне кивнув, попросила поскорее пройти дальше.

Буйных пациентов посадили в восьмой вагон. Это чудо инженерной мысли даже снаружи было обито слоем артефактной брони. Дальше стало проще. Вагоны с седьмого по четвёртый оказались рассчитаны под условно обычных пациентов. Условно, потому что в Аркхэм со всей Северной и Южной Америки едут те, кому не смогли помочь в обычных целительских клиниках и госпиталях. Жертвы некромантов, фамильных проклятий, неизвестных науке болезней и мутаций. На недостаток работы в Аркхэме последние сто лет никто не жалуется.

Наконец дойдя до третьего вагона, я протянул билет старому темнокожему проводнику.

— Третье купе, место снизу, — мужчина мне кивнул. — Спасибо за службу, господин целитель!

На душе сразу теплее от признания меня целителем, но в то же время напрягло.

— Как вы узнали? — указываю на свой глаз. — Вы же неодарённый и не видите моей ауры.

— Опыт, сэр. Я уже двадцать два года на службе, — мужчина, улыбнувшись, гордо расправил плечи. — Я вашего брата всякого повидал. Аристократов всяких тут хватает. Даброу, Фрост, Микельсон. Последние, это те, что больницы строят. Считай, что каждую неделю с нами ездят. Целители, правда, обычно места в первых двух вагонах выкупают.

— Благодарю за службу, — пожимаю руку старому вояке. — Скажу, как целитель, со здоровьем у вас всё в порядке. Вы на моей памяти первый госслужащий, которому я такое говорю.

Зайдя в вагон, я быстро нашёл место для багажа и там оставил свои чемоданы. Купе обнаружилось буквально через секунду. Все места в нём оказались уже заняты. На моём месте стояли чьи-то сумки.

— Секунду, сэр, — здоровенный, словно медведь, мексиканец одной рукой схватил тяжеленные баулы и переставил их на свою койку.

Я быстро окинул взглядом руки незнакомца. Нет мозолей, аура обычная, но, что интересно, морфология костей чуть изменена. Так бывает после интенсивных тренировок у солдат, дополнительно получающих стимуляцию и лечение у целителей. Плюс татуировка щита и винтовки М16 на плече.

— Военный медик? — вырвалось у меня. — У вас… необычные руки.

— Да, сэр, — мексиканец удивлённо кивнул. — Штаб-сержант Генри Коллинз, триста четвёртая пехотная часть Лос-Анджелес «Делинджер». Направлен на курсы повышения квалификации в хирургическое отделение Аркхэма. А вы…

— Студент из Мискатонского, — протиснувшись в купе, занимаю освободившуюся койку. — Еду поступать на первый курс.

Мексиканец, усмехнувшись, несколько грубовато схватил мою руку и стал внимательно изучать ладонь.

— У тебя руки воина, парень. Костяшки, связки, мышцы. Всё гармонично развито, — сержант пожал мне руку. — Генри Коллинз.

— Михаил… Салтыков. Можно просто Михаил.

С верхней полки надо мной доносится зычный храп. Звук такой, что мухи в коридоре дохнут. Но тут над Генри раздалось копошение в постельном белье. Подняв глаза, я встретился взглядом с миловидной азиаткой. Длинные чёрные волосы, миндалевидные глаза, хрупкое телосложение. Аура одарённого ветерана! Причём одарённого не абы чем, а ментатом.

— Первокурсник, — девушка прищурилась. — Целитель и аж целый учитель [3]? Эй, гений! Тоже едешь сдавать переводной экзамен в Мискатонский?

— У-учитель⁈ — Генри с ужасом уставился на меня. — Парень, тебе же по виду и двадцати нет.

— Повезло, — отмахнувшись от вояки, смотрю на девушку. Хороша, зараза! И ведь что страшно с девушками-ментатами, они прекрасно знают, КАК мужчины на них смотрят. — Как тебя зовут, красавица?

Власть сама собой влилась в голос. Лежащий надо мной боров в тот же миг перестал храпеть. Генри захлопал глазами, казалось, выпав из реальности.

— Ким Джису, — девушка, лукаво улыбнувшись, поправила выбившийся локон волос. — Можно просто Джису. Я тоже еду поступать в Мискатонский. Говорят, у них лучшая в мире кафедра по душевным болезням.

— С такой-то больницей под боком не мудрено. Джису, ты из Кореи?

Правильно будет сказать Корё или с Корейского полуострова, но люди уже давно зовут это страну просто Корея.

— Угу, прямиком оттуда, — крохотная заминка в разговоре резанула слух. — Сначала переместилась из Сеула до Бостона через Центр Телепортации. Теперь вот на поезде до Аркхэма. Чёртовы традиции!

— Чёртовы традиции, плюс карантинные меры, — делюсь я догадкой, — Мне наставница сказала, что по приезде с нас снимут слепок ауры и биометрические метки. И только после этого станут доступны перемещения через Центр Телепортации Аркхэма. Но, опять же, с часовым карантином.

— Эм-м, — Генри, задрав голову, с удивлением глянул на Джису. — Вау, да ты красотка! Ещё и одарённая! Ребят, а чего вы во втором вагоне не едете?

— Ей там скучно, — указываю на девушку.

— А он от кого-то прячется, — Джису, улыбнувшись, указывает на меня.

Генри хлопает глазами, ничего не понимая.

— Но вы же только познакомились? Откуда вы вообще что-то друг о друге знаете?

— Профессиональная деформация. В некоторых вопросах мы хорошо друг друга понимаем, — пожимаю плечами. — Ментаты слишком чувствительны к чужим эмоциям и потому любят уединение или хорошую компанию. А целители стараются притворяться обычными людьми, чтобы не лечить каждому встречному его болячки.

Штаб-сержант, нахмурившись, снова задрал голову и глянул на девушку.

— Когда я только зашёл в купе, ты выглядела… по-другому.

— Маскировка, — Джису хитро улыбнулась. — Поверь, гринго. Я и так знаю, какие у тебя сейчас мысли в голове. И нет, на свидание я с тобой не пойду.

— Ж-а-а-ль, — Генри сел на место, улыбнулся каким-то своим мыслям и уже снова было поднялся, как сверху донеслось.

— Нет, Генри, — Джису усмехнулась. — Всё ещё нет. Поищи девушку, не способную читать твои мысли. Поверь! Я беспокоюсь о твоём же ментальном здоровье. С нами… сложно строить отношения.

— Угу. Кто бы сомневался, — я улыбнулся, представив, что мог бы вытворить с этой красоткой, пока мы едем до Аркхэма. Прямо здесь, на узких койках купе. Закрыть дверь, усыпить Генри и добавить «целебного сна» храпящему борову. Затем сорвать с девушки одежду, овладеть ею и наслаждаться её сладкими стонами всю дорогу.

Мои фантазии пропитала Власть, ибо я точно знаю, КАК и ЧТО могу вытворить в постели с этой девушкой.

— Кхе-м, — Джису, покраснев, смущённо отвернулась. — Говорят, в Аркхэме есть красивое кафе прямо в ботаническом саду.

— Я тоже как раз хотел туда сходить, — принимаю правила игры стесняющейся девицы. — Как насчёт того, чтобы заглянуть туда сразу после подачи документов?

— Л-лучше после экзамена? — Джису отвернулась к стенке. — Я… я малость волнуюсь, что не справлюсь.

— Справишься, — шепчу я голосом змея-искусителя.

Генри удивлённо хлопает глазами. Вояка глянул в сторону двери, потом на койку над собой и да… Он был бы здесь лишним, сдай девушка свою крепость без боя. Но так даже интересней.

…

Машинист поезда, едущего по маршруту Бостон = Аркхэм, пару раз нажал на гудок.

*Чу-чу-у!* — разнеслось по перрону.

Провожающие в последний раз поцеловали своих близких, давая наконец проводникам санитарного поезда закрыть двери. Машинист перевёл рычаг скорости в режим «малый ход», и поезд неторопливо тронулся с места.

Истинно богатырский храп снова донёсся с верхней койки. У меня аж руки зачесались вылечить или добить такого соседа по купе. Боров завозился в постельном белье, пытаясь лечь поудобнее. Тронувшийся поезд явно сбил ему удобную позу. И тут мне в руки сверху упала до боли знакомая корочка служебного удостоверения. Да ещё и открылась сама.

«ИСБ Российской Империи. Следователь по особо важным делам Рысаков Константин Геннадьевич»

Глава 3

Практикант

Санитарный поезд Бостон = Аркхэм

Михаил Довлатов (Салтыков)

Ксива, удостоверение, проходка в застенки ИСБ… Как эту красную корочку только не называют.

[Бесит!]

Держу в руках удостоверение следователя ИСБ и чувствую, как со дна памяти всплывают воспоминания о детстве в доме Салтыковых.

[Ей богу, как же бесит,] — брезгливо откладываю ксиву на стол купе. — [Я всё помню, чёрт возьми!]

Драки с задирающими меня детьми слуг рода. Подначки «не-одарённый господин» со стороны охранников усадьбы. И, конечно, Берту — сторожевую черную псину, пытавшуюся откусить мне ногу. Окажись я прямо сейчас в том поместье, половине мужиков переломал бы руки и ноги. А второй половине устроил бы прочистку стула с конкурсом «успей до туалета первым».

Полная злости аура факелом вырвалась из меня наружу. Стоявший на столе пустой стакан с ложкой задребезжал, став под воздействием вибраций отъезжать подальше. Сидевший напротив меня Генри Коллинз вдруг резко отпрянул к стенке.

— Михаил! — обеспокоенная мордашка Джису выглянула с верхней койки. — Сверни ауру. Тут же простые люди.

— Пожалуй, — мне с трудом удаётся сдерживать эмоции, — стоит попросить проводника сменить мне купе. Я в одном купе вот с «этим» не поеду.

Указав на ксиву следователя, я поднялся и вышел в коридор вагона.

*Ту-тудук*

*Ту-тудук* — стучат колёса. Воздух пахнет пылью.

Положив руки на поручень, смотрю в окно на промышленные кварталы Бостона и чувствую… И чувствую! Чёрт возьми, как меня колотит от злости. Под пальцами скрипит металл. Хочется кому-нибудь набить морду, напиться или порвать на куски монстра. Да покрупнее! Чтобы потом рёвом оповестить округу о МОЕЙ победе.

Делаю вдох-выдох… не помогает. Что-то во мне сильно изменилось с переходом в учителя [3] и усилением Власти. Теперь даже сам расслабиться нормально не могу. Умом понимаю, что «Фокус» на себя сейчас накладывать не стоит.

[Подавленные эмоции надо прожить, а не снова подавлять. Иначе однажды упрусь в потолок развития, как Нерея и Персефона.]

Вдох-выдох… со второго раза помогло. Убрав руки со смятого поручня, аккуратно пальцами выправляю искорёженный металл.

[Всё хорошо — есть время всё обдумать.]

На самом деле удачно всё сложилось. Проблема уже всплыла. Найти её — это уже половина дела. Однако ехать в одном купе со следователем ИСБ… мне, чёрт возьми, противно. Четырнадцать лет терпел это дерьмо, так что ну их нахрен.

…

Свободных мест ни в нашем третьем вагоне, ни в первых двух не нашлось. Из-за симпозиума по ксенобиологическим болезням, проходящем в Аркхэме в ближайшие выходные, поезд забит врачами под завязку. На это указывала и переполненная стойка с чемоданами около тамбура.

Но, как говорится, где наша не пропадала. Слово за слово, пара «средних лечений» старому, как сама Америка, проводнику из соседнего вагона. И меня пустили переночевать в служебное купе! Связи надо налаживать везде. Заодно с мужиками телефонами обменялись.

…

Санитарный поезд, стуча колёсами, без остановок ехал через глухие секвойные леса Массачусетса. Сто лет назад, после второго Сопряжения миров, деревья здесь стали расти сильнее. Никто точно не знает, почему так. В ту эпоху много чего случилось. В Йеллоустоне вновь забили гейзеры — там теперь главная лечебная здравница Штатов. В Техасе случилось нашествие чупакабр из никем не замеченной аномалии. Про Зону 51 и так понятно. Открытые аномалии и подземные Источники заполонили ряд северных штатов. Вот и Массачусетс стал славиться своими секвойными долинами.

Утром следующего дня поезд достиг границы округа Аркхэм. Машинист резко снизил ход, подъезжая к служебной станции. Едва двери вагонов открылись, как по полу застучали ботинки дежурной группы демоноборцев — охотников на нечисть в Штатах.

— Ваши документы, — афро лет пятидесяти, с седыми волосами, протянул мне руку, закованную в боевую перчатку техноманта. — С какой целью направляетесь в Аркхэм?

— Целитель. Еду учиться в Мискатонском Университете, — протягиваю демоноборцу свой Салтыковский паспорт.

Афро с сомнением глянул на мои билеты.

— Мистер… Салтыков? По какой причине находитесь в четвёртом вагоне? У вас в билетах значится третий.

— Поцапался с соседом, — состроив равнодушную мину, пожимаю плечами. — Без обид, офицер, но мы с тем копом из одной страны. Я их породу на дух не переношу.

— Весьма… откровенно, — демоноборец усмехнулся, смотря мне прямо в глаза. — У вас проблемы с законом, мистер Салтыков? Учтите. На мне записывающее устройство. Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде.

На демоноборце и впрямь висело разное «оборудование». Защитные и атакующие артефакты, дозиметры, три датчика загрязнений на запястье правой руки. Само собой, и камера, вшитая в нагрудный карман.

— У меня родители, следователи, — качаю головой. — Я их породу на дух не переношу!

Понимающе хмыкнув, афро протянул мне паспорт.

— Ещё один, — поправив служебную кепку, техномант кивнул. — Добро пожаловать в Аркхэм, мистер Салтыков.

Оставив меня в лёгком недоумении, демоноборец в компании своих коллег пошел дальше кошмарить пассажиров. В смысле «ещё один»?

…

Проверка на служебной станции заняла четверть часа. Едва поезд тронулся дальше, как мы практически сразу заехали в небольшой горный туннель, напичканный сканирующим оборудованием. Все вагоны и пассажиров в нём просветили, очевидно ища зайцев, пространственные карманы или запрещенные артефакты. Город находится на круглогодичном карантине.

Едва санитарный поезд вынырнул из утробы тёмного тоннеля, как в окнах замелькали пригородные кварталы Аркхэма. У одной из печных труб завода, на самой верхотуре, болталась рекламная растяжка « Алхимический завод Моро — лечитесь вместе с нами».

Стоя у окна вагона, я разглядел вдали ряд цветастых зданий санаториев у водохранилища Кваббин. Судя по бьющим в него облакам пара, минимум два из них имеют свои Источники и та-дам! Большие горячие бассейны-купальни для пациентов из местных здравниц. Нечто вроде горячих источников рода Лей, только в разы проще.

*Чу-чу-у-у*

Поезд свернул вправо, и мне открылся вид на другие районы Аркхэма. За водохранилищем начиналась длинная бетонная плотина и гидроэлектростанция Аркхэм-Резерфорд, питающая город.

*Вшух-чух-чух*

Мимо нас пронёсся ещё один санитарный поезд. А за ним сразу второй. Оба ехали в Бостон за новыми пациентами в Аркхэмские больницы и госпитали. Всё же в город по другому попасть сложно.

…

Едва наш поезд остановился, как сходящих на перрон пассажиров начали сортировать по направлениям. Проклятых в одну очередь, заразных и вовсе в герметичный коридор с жёлтой плёнкой химзащиты.

— Только транквилизаторы, — рычал долговязый врач в белом халате, размахивая над собой руками. — Парни, уберите оружие! Вы пугаете наших пациентов.

Док шумел не без причины. Буйных пациентов из восьмого вагона встречала бригада техномантов в мобильных пехотных бронекостюмах. Эдакие трансформеры ростом под три метра из алхимических сплавов и боевых артефактов. В мирное время их мало где можно встретить. Мне же, после боя в аномалии рода Лей, эти техноманты кажутся… обычными Охотниками.

Судьба любит подколоть. Ровно в этот момент мне на телефон пришло сообщение от Лиама Хаммера.

[Довлатов, у нас тут локальное ЧП, так что не смог в Нью-Йорке свидеться с тобой лично. Захаев привет передаёт. Говорит, что обижен столь маленькой суммой, списанной с его банковского счёта. Но вернёмся к делу. В военных кругах ходят интересные слухи. Якобы обе дочери Силлы разом прорвались в абсолюты [7] в районе Зоны 51. И что в тот же день на военной базе видели парня с фамилией Довлатов. Может, разок и ко мне в гости заглянешь? «Шов» чудит. А он вроде как кандидат на то, чтобы стать пятым техномантом-аболютом [7] в мире.]

Перед глазами тут же предстала картина боя в аномалии рода Лей. Тогда «Шов» [6], боец-щитоносец, несколько минут сдерживал Ко Ванхыля по прозвищу «Гордыня» — одного из сильнейших абсолютов Земли. Шва тогда размотало так, что еле дождался подкрепления, но свою задачу он выполнил. Раз уж судьба намекает на возможность, то почему бы и нет?

[Заеду в гости, но пока без конкретной даты. Мне надо с учебой разобраться. Шву и Захаеву большой Довлатовский привет.]

…

Пройдя через кабинку досмотра, смог наконец выйти в главное здание железнодорожного вокзала. В холле старинного викторианского здания с панорамными окнами стоял ещё более старинный газетный киоск с табличкой «Основано в 1897 году.» Быстрый подсчёт дал понять, что вокзалу Аркхэма в этом году исполнилось сто тридцать лет.

Сзади со стороны перрона донёсся шум.

— Дорогу! — крикнула женщина в синем врачебном халате. — Освободи дорогу! Срочный пациент.

Оглянувшись, доктор щёлкнула кнопкой крохотной рации, прикрепленной к её плечу.

«Дорожный пост, это Мэгги. Нужна карета Скорой до Госпиталя Малефиков. Код красный. Нужна артефактная защита и сопровождение.»

«Принято, Мэгги. Карета у второго выхода. Сейчас предупрежу ребят. Фрэнт за рулем, Нейт в сопровождение.»

Выйдя из вокзала на улицу, я, к своему удивлению, целых пять минут ловил такси. За месяцы, проведённые в Аране, как-то позабыл, что вообще бывает столь долгое ожидание. Нет ни Железкина на нашей машине, ни Академии в пешей доступности от дома. Как-то незаметно привык я уже жить на широкую ногу.

Поймав наконец машину, я буквально за пять минут добрался до здания административного корпуса Мискатонского Университета. Все три этажа из старинного тёмного камня утопали в зелени обвивших их плющей. Оглянувшись, я понял, в чём тут дело. Фонтан во внутреннем дворе — это слабенький Источник Пневмы. Оттого тут и буйствует растительная жизнь.

На проходной одна старая леди с бигудями сразу меня отправила к ректору, заведующему кафедрой целительского дела.

— Второй этаж, последняя дверь слева, — усталым голосом сказала она, поджав губы. — Молодой человек, послушайте. Мисс Черити Чапмэн, человек старых взглядов. В общении с ней вам лучше не кичиться своими связями, знатным происхождением или регалиями. Вы же приехали учиться?

— Да, мэм, — киваю, ибо такие вот старушки порой дают ценные советы.

— Так не забывайте об этом, — секретарша нахмурилась. — Здесь, в Мискатоне, мы никому не делаем поблажек. Особенно мисс Чапмэн.

Поблагодарив старушку, я оставил свои чемоданы в холле, а сам поднялся на второй этаж. Найдя нужный кабинет, остановился у двери и стал приводить себя в порядок. Расправил помятый пиджак, вспомнив одно хитрое плетение. Застегнул верхнюю пуговицу белой рубашки…

— Да зайди ты уже! — донеслось из-за двери кабинета. — Чего под дверью топчешься.

То, что меня заметили по засветке ауры, я понял за секунду. Открываю дверь и вижу сидящую за рабочим столом азиатку неопределённого возраста. Больше тридцати, но меньше сорока? С ними никогда не угадаешь. Пышная грудь пятого размера едва помещается в чёрной блузке. Короткие чёрные волосы, аура зрелого архонта [6] и взгляд тигрицы, встретившей интересную добычу.

— Только с поезда? — она окинула меня взглядом. — Костюм от Стровади, туфли от Манкер… ну хоть часы не пафосные. Видимо, не совсем пропащий.

[Она из cтарой аристократии!] — дошло до меня мгновенно. Выходцы из таких родов любят искать на одежде гербы или родовые кольца-печатки на пальцах.

— Мисс Черри Чапмэн? Меня зовут Михаил… Салтыков.

Протягиваю ей папку с документами из Куба и рекомендательные письма.

— Оставьте себе, молодой человек, — Черити ленивым жестом отмахнулась от папки. — Раз вы приехали сюда аж в апреле, значит, хотите поступить к нам на обучение, сдав переводной экзамен.

— Всё верно, — киваю и пятой точкой чувствую подвох.

Чуйка не обманула.

— Как вас там… Михаил? — Черити нахмурилась. — Мы принимаем студентов в Университет, основываясь не на том, кем они были в прошлом… А на том, что они представляют из себя сейчас.

— Практический экзамен?

Черити глянула на экран смартфона.

— Вы вовремя. Через тридцать минут в центральной больнице Аркхэма начнётся дневной обход пациентов, — невероятная грудь ректора колыхнулась, когда она, наклонившись, полезла в ящик стола. — Возьмите бланк «переводного студента». Получите рекомендации от пяти целителей в любом отделении, включая реанимацию и морг. Затем подпись главного врача. ЕСЛИ…

Ректор голосом выделила слово.

— … у вас получится собрать все шесть подписей, приходите потом ко мне, — дама лениво помахала ручкой, указав на дверь. — Можете идти, мистер… как вас там? Напомню, что без лицензии вам нельзя заниматься самостоятельным лечением пациентов.

В состоянии полнейшего непонимания смотрю на бланк и двадцать пока ещё пустых полей в нём. В чём… смысл? Это же бред. У меня аура целителя-учителя [3] и лицензия, дающая право практики на случаи вплоть до 2-го ранга по классификации МКБ. Плюс рекомендации от четырёх матёрых целителей…

— Традиции, молодой человек, — ректор, улыбнувшись, указала пальцем в потолок. — Вы в Аркхэме! Одной из старейших частей Новой Англии. Здесь ваши регалии и прошлые достижения ничего не значат, пока вы не докажете на практике обратное. Пока этот бланк не будет заполнен, я к вашему личному делу даже просто прикасаться не стану.

— Понятно. Мы же в Новой Англии. Всё в духе старой аристократии.

— Именно так, — Черити указала пальчиком на выход. — Дверь за собой прикройте.

…

Я едва успел к началу дневного обхода в центральной больнице Аркхэма. Кое-как удалось уболтать медсестёр выдать мне белый халат. Да и то лишь после двух шоколадок и показанной лицензии целителя. Без последнего меня дальше холла не хотели пропускать. Оно и понятно — тут всё по пропускам. Хорошо, хоть заранее сладкой валютой закупился!

Наконец дойдя до третьего этажа с палатами для пациентов из отделения наследственных проклятий, я нагнал толпу студентов-медиков, идущих за каким-то профессором. Мужчина, целитель с аурой магистра [4], походил внешне на Эйнштейна. Седой, низенький, с горящим взглядом.

— Итак, пациенту тридцать три года. В анамнезе наследственное проклятье, — профессор заглянул в планшет с личным делом, прикреплённым к койке лежачего пациента. — Так-с, больной погружен в целебный сон. Кто мне скажет, каковы проблемы со здоровьем у этого чудного человека? И попрошу без оскорблений! Любой наш пациент прекрасен, независимо от вероисповедания и цвета кожи.

Делаю «Щелчок» и мгновенно подсвечиваю для себя ауру пациента. Студенты гомонят, профессор, приподняв брови, смотрит на них без какого-либо интереса.

— Вымывание кальция из костей, — смотрю с неким удивлением на больного. — Профессор, у него кровотечение в желудке. Так и задумано?

Док удивлённо уставился на меня, потом на тело пациента. Потом, вскинув руки потёр ладони, сгущая в них ауру. Следом поводил ими над животом пациента. Под воздействием силы жизни в ауре старичка-целителя кровотечение в желудке закрылось буквально за секунду.

Профессор, ничего не говоря, ещё раз глянул на планшет с данными пациента. Студенты, вытянув шеи, тоже стали читать документ.

— Дикман из ординатуры, значит? — аура целителя полыхнула, выдавая вспышку гнева. — Ла-а-адно, голубчик. Будешь у меня месяц в травматологии пахать!

Взгляд целителя остановился на мне.

— С какого вы курса и какой кафедры, молодой человек? Что-то я вас не припомню на обходах. А на память мне рано жаловаться.

— Пока ни с какого. Я студент по переводу, — показываю бланк, выданный мне Чапмэн. — Буду благодарен, если оставите здесь подпись.

Профессор прищурился, переходя на духовное зрение.

— Учитель [3], значит? Парень… ты одним «Щелчком» пациенту под кожу заглянул. Такое возможно только при «контрастном зрении».Значит, ты уже прошел минимум два уровня телесной трансформации и улучшил глаза. Лицензия есть?

— Второго ранга, — киваю, ловя на себе удивлённые взгляды студентов. — Практика в госпитале Красного Креста в Аране, Шри-Ланке и Австралии. Там, правда, только орков лечить приходилось.

Улыбнувшись, профессор указал студентам на меня.

— Во, молодежь, учитесь! Ваш ровесник, а уже мир объездил, леча кого бог послал. Говорю же, нет плохих пациентов, — целитель усмехнулся. — Кол-л-лега, вам среди этих молодых… умов делать нечего. Дуй-те в приёмную и скажите, чтобы старшая медсестра направила Вас на приём пациентов. Скажите, профессор Голдман к ней направил. До вечера соберёте эти закорючки для Чапмэн. Рабочих рук на передовой нам всегда не хватает.

Ловя на себе завистливые взгляды студентов, я получил в бланке Чапмэн первую подпись и отметку с личной печатью. На ней значилось «целитель 4-го ранга Маркус Голдман, профессор отделения наследственных проклятий»

…

Бюрократия, чёрт возьми! Но рекомендация от Голдмана помогла найти выход. Из-за отсутствия «официального назначения на должность» старшей медсестре мисс Долорес Вингс пришлось пойти на хитрость.

Целитель-учитель [3] любой больнице нужен! Довольно хихикая, эта тучная леди пустила меня по кабинетам врачей, принимающих пациентов. Вингс сама ко всем зашла, объяснив, что я вроде как студент-практикант, направленный к ним от Голдмана в помощь.

Все остались кра-а-айне довольны. Оно и понятно. Сейчас эффективность моего лечения по силе воздействия сопоставима со старшим магистром [5]. Это… много! Прям совсем запредельно много для студента-практиканта, ещё не зачисленного в Мискатонский Университет.

К десяти часам вечера у меня заполнились все двадцать строк на бланке переводного студента, вместо требуемых пяти. Осталось получить подпись главного врача. Мне в очередной раз за день повезло, так как я застал его на рабочем месте в поздний час.

Стучу в дверь кабинета главврача.

— Войдите, — доносится оттуда усталый голос. — Пирцман, если это ты, то дуй отсюда! Хрен тебе, а не прибавка к зарплате.

Вхожу внутрь и вижу за столом белокурого европейца с пышной кудрявой шевелюрой. Умный взгляд, аура старшего магистра [5]. Возраст явно за пятьдесят. Белый халат испачкан кетчупом от здоровенного сочного бургера, лежащего на заваленном бумагами столе. Но вот лицо кажется смутно знакомым.

— Вы ещё кто? — в голосе главврача слышно возмущение. — Если у вас вопрос, связанный с лечением, приходите завтра.

— Студент по переводу, — хмурясь, показываю бланк. — Мне вроде как вашу подпись надо получить для мисс Чапмэн.

Взгляд сам собой падает на табличку с именем, стоящую на столе.

«Артур Гаус, главный врач Центральной Больницы Аркхэма.»

Чёрт возьми! Выходит, в роду призывателей Гаусов из Арана есть минимум один целитель?

Глава 4

Головная боль мисс Чапмэн

Центральная больница Аркхэма

Кабинет главврача

Одарённые и особенно целители — народ крайне наблюдательный.

— Что-то не так? — Артур напрягся, заметив, как я смотрю на табличку с именем на его столе.

«Всё не так». Сила внутри меня бунтует, выдавая волнение через колыхание ауры.

— Вы, случайно, не родственник призывателя Хайрема Гауса из Комитета Силлы?

— «Один из Гаусов», — целитель, хмыкнув, стал внимательно меня рассматривать. — Не знаю, какую именно мозоль вам отдавил мой биологический отец, но прошу не пачкать мою репутацию бессмысленными оскорблениями. Видите? У меня нет фамильного кольца.

— Не состоите в роде? — меня осенила догадка. — Всё забываю, что мы в Новой Англии и что здесь такие детали принято выставлять напоказ.

Тряхнув кудрявой головой, Артур оглядел заваленный бумагами стол и вскоре нашел пустое место. Там и положил свой недоеденный бургер. Всё ради того, чтобы показать практически пустые пальцы на обеих руках.

— Женат, грешен, — равнодушно пожав плечами, целитель показал обручальное кольцо. — Но с призывателями рода Гаус меня ничего не связывает уже лет двадцать. По виду вам не больше двадцати⁈

— Девятнадцать, — подняв бланк переводного студента, трясу им, напоминая о цели своего визита. — Поставите здесь свой автограф?

— Не так быстро, молодой человек, — Артур взглядом указал на бургер. — Вы, возможно, не в курсе, но Хайрему, Андреасу и моему сводному брату Филиппу запрещён въезд в Штаты. После третьего Сопряжения мне стоило больших трудов очистить свою репутацию от связи с ними… Так-с, бланк… Давайте сюда.

Протерев руки салфеткой, целитель быстрым взглядом пробежался по двадцати заполненным полям.

— Умно! Черити обязательно найдёт к чему придраться. У вас тут три подписи от не-одарённых врачей нашей больницы. Ещё пара числится в ординатуре, как практикующиеся студенты. Но подписей и так более чем достаточно, — главврач усмехнулся. — Ладно, будет вам… Салтыков, последнее испытание. Сейчас десять вечера. Приходите в семь утра ко входу в больницу для душевнобольных. Я вас там встречу.

…

Чтобы не заморачиваться с поиском места для ночлега, я остался ночевать в дежурке для медперсонала больницы. Тут и койки есть, и далеко идти не надо. Даже позавтракать нормально получилось в столовой для персонала.

Утром Аркхэм накрыло пеленой тумана, идущего от водохранилища Кваббин. Не видно ни черта! По сонным улицам не спеша катятся старенькие машины, бродят продравшие глаза студенты и, само собой, пациенты. Бывшие, текущие и ещё не поставленные на лечение — народу хватало несмотря на ранний час.

Кое-как сориентировавшись в тумане, я пешком потопал на другой конец города. Опять же не без причины — медики в больнице предупредили, что поймать такси в утренний час в Аркхэме практически нереально. Количество лицензий на этот вид услуг тут ограничено, а блатных учителей и студентов выше крыши. Всем им нужно куда-то ехать примерно в одно и то же время.

Больница для душевнобольных располагалась на полуострове водохранилища. Старинное здание из алхимического бетона окружал трёхметровый забор под напряжением. Сбежать отсюда одарённому было бы плёвым делом, если бы не действие негаторов маны, расставленных по периметру. Они поддерживают минимально необходимый для жизни уровень маны, но не более того.

На проходной меня встретил Артур, державший в руках два кофе.

— Доброе утро, мистер Салтыков, — целитель, улыбнувшись, протянул стаканчик с бодрящим напитком. — Не бойтесь, он не отравлен. Будем считать, что я так пытаюсь завербовать вас к себе в больницу. Вчера, после вашего ухода, я прошёлся в приёмное отделение. О вас, как о начинающем целителе… на удивление хорошо отзываются.

[Это извинение,] — дошло до меня, когда я взял стаканчик в руки. — [Артуру стыдно за всё то, что натворил его отец и сводные братья.]

— Ф-е-е, — отпив черную бурду, я едва не выплюнул её. — Это самый ужасный кофе, который мне когда-либо доводилось пить!

— Традиции, — Артур, пожав плечами, без интереса заглянул в свой стаканчик и тут же не глядя вылил его содержимое в кусты. — Сам недолюбливаю эту бурду, но тут по утрам другого не наливают. Мне приходится заказывать себе кофе аж из Нью-Йорка.

Войдя в главное здание, мы немного поплутали по коридорам, пройдя три поста охраны. По дороге Артур ввёл меня в курс дела.

— Будь проклято это чёртово Сопряжение Миров! После нашествия агентов не-мёртвых меры безопасности в Аркхэме пришлось ужесточить, — целитель помахал моим бланком. — Никакой беготни со сбором подписей до марта этого года не было. Потом случился этот чёртов зомби-вирус. Из-за него у нас на выходных симпозиум проходить будет. А мы теперь всех новеньких студентов прогоняем через практику и наше последнее испытание.

— Эм-м… Испытание в больнице для душевнобольных?

Мы как раз подошли к ещё одной решетчатой стене, перекрывающей коридор. Мулат-охранник проверил пропуск Артура и только после этого пропустил нас дальше.

— Мне не нравится сам термин «больница», — целитель недовольно пожевал губами, будто пробуя слово на вкус. — Лечебница? Здравница? Рекреационная зона для духовного здоровья? Судя по вашей лицензии от Красного Креста, вы больше работали с бытовыми или боевыми травмами и ранениями. В Аркхэме… у нас всё иначе. К нам отправляют тех, кому не могут помочь ни в одной другой клинике или госпитале Штатов, Канады или Мексиканского Королевства.

— Тяжёлые случаи?

— Особо. Тяжёлые, — Артур медленно кивнул. — Проклятье Лурье превратило тело пациента в студень? Или из-за чумы Монка человек становится носителем грибной инфекции? В таких случаях вслед за телом меняется и сам дух больного. Плоть вылечат целители, а вот с душой иногда возникают пробелы. У таких пациентов нарушается связь между физической оболочкой и душой. Вот учёный совет Аркхэма от греха подальше и помещает их в эту больницу для душевнобольных.

Гаус… который не Гаус, говорил об очевидном — вмешиваться в дух человека можно только в самом крайнем случае. Любое, даже самое маленькое и неочевидное воздействие, может навсегда изменить личность человека… или вовсе его убить. Потому пациентов, у которых вследствие болезни нарушилась связь между телом и духом, аккуратно изолируют. Такая практика лечения отклонений в духе до сих является повсеместной нормой даже в Империи Цинь.

…

*Крц*

Щелкнули ключи в замке очередных решетчатых ворот, пропуская нас в угловую секцию больницы. Здесь всё было по-другому. Два этажа, внутренний двор с аккуратно подстриженным газоном. На столике рядом стоят подносы с тарелками и куском недоеденного хлеба.

— Уи-и-ильям! — Артур, сложив руки в рупор, прокричал кому-то на втором этаже. — Спускайся, маленький негодник. Я знаю, что ты нас уже заметил.

Не прошло и пяти секунд, как послышался топот небольших ножек по старой деревянной лестнице. Во внутренний двор вылетело чудо лет тринадцати. Парнишка тащил на плече тяжёлый старинный стул, аж язык вытащив от натуги. Одарённый [0] нейтрального типа. Аура колышется чёрти как, намекая на полное отсутствие базового обучения. Что в общем-то неудивительно, учитывая, где ему приходится находиться в столь юном возрасте.

Наконец Уилл поставил стул посреди газона внутреннего двора и сам тут же на него забрался.

— Я готов, мистер Гаус!

— Какой ты всё-таки послушный, — улыбнувшись, Артур указал мне на парнишку. — Мистер Салтыков, Уилл и есть ваша последняя проверка.

— Мне надо вылечить его? — моему удивлению не было предела.

— Нет, не в этот раз, — целитель усмехнулся. — Не надо пытаться его лечить или накладывать какие-либо техники. Просто аккуратно положите ему на голову свою ладонь.

Подхожу к довольно улыбающемуся парнишке и кладу руку ему на голову… И ничего не происходит. Делаю несколько шагов спиной назад.

— Сейчас начнётся, — в глазах Гауса мелькнуло предвкушение.

Несколько секунд ничего не происходило, но тут мимика на лице Уильяма резко изменилась. Взгляд стал пустым. Он больше не улыбался, не радовался гостям, а, скорее, смотрел сквозь нас с Гаусом, наблюдая за одной лишь ему видимой целью. Я резко обернулся, проверяя, не стоит ли кто-то за моей спиной. Никого.

Уилл открыл рот и заговорил чужим… а точнее моим голосом.

— Я вижу… Как смотрю в будущее сквозь призму прошлого. Сквозь тьму на свет надежды, меркнущей с каждым днём, – в голосе ребёнка проскользнули нотки отчаяния. — Пленник надежд рода. Испорченная ветвь на фамильном древе. Я тот, кто вырос и стал самим собой вопреки чужому мнению…

В груди кольнуло. Уилл говорил обо мне. О детстве, проведённом в доме Салтыковых.

— Прошлого меня больше нет, – сидевший на стуле парнишка взглянул на свои руки так, будто смотрит сквозь них. — Семьи, которой я так хотел что-то доказать, больше не существует. Их нет… Их мнение для меня больше ничего не значит. Но есть тот, кто сияет на небосводе, как второе Солнце. Кто-то близкий… ради кого я пройду сквозь тьму и вознесусь над облаками.

Уильям вдруг замолк и стал заваливаться вперёд. Веки парнишки мелко задрожали, выдавая перегрузку мозга. Артур в одно мгновение оказался рядом, ловко взяв дитя на руки.

— Ждите здесь, — целитель подхватил стул телекинезом и вместе с парнишкой умчался на второй этаж.

Не прошло и пары минут, как он вернулся, протягивая мне подписанный бланк переводного студента.

— Что это вообще было? — кивком указываю на второй этаж.

— Уильям Шапиро, — Артур лёгким движением руки указал на дверь, ведущую в коридор больницы, — тринадцать лет. Попал к нам в Аркхэм одиннадцать месяцев назад. Родовой дар «Колокол» у Уилла пробудился слишком рано. Разум и личность не успели сформироваться. Вдобавок он им совершенно не управляет и потому содержится отдельно от других пациентов.

— Мистер Гаус, я спросил, что это было, а не кто это.

Артур поморщился.

— Дар рода. Уилл считывает образец ауры, проводя декомпозицию хранящейся в ней информации. Одно-два касания в день он переносит спокойно. Но если людей будет больше, его личность начнёт разрушаться. Мы используем дар рода Шапиро как лакмусовую бумагу для финальной проверки. Поверьте, будь в вас хотя бы намёк на силу Смерти, негативные мысли об Аркхэме или США, Уилл бы это сразу почувствовал.

— Так я прошёл проверку? — смотрю на бланк и вижу на нём, помимо подписи, отметку «7/10». — А это…

— Моя личная оценка, — Артур, загадочно улыбнувшись, указал на дверь. — Пройдите тем же путём назад. Я распорядился. Охрана выпустит вас из больницы. Мне же надо подождать здесь второго кандидата на проверку.

…

Второй раз к ректору факультета целебного дела я вошел без стука, пребывая в легком недоумении.

— Мистер… — Чапмэн вопросительно выгнула бровь?

— Салтыков, — машу заполненным бланком. — Могу я узнать, по какой причине вы выдали мне практически невыполнимое задание? Не имей я лицензии целителя, меня бы не пропустили дальше холла больницы.

— Кто ищет выход, тот его найдет, — ни один мускул не дрогнул на лице леди. — Вы же нашли? Или нет?

Молча смотрю на эту мымру. Я уже понял, какую игру затеяла мисс Чапмэн. Бумажки, бюрократия, правила старой аристократии, отношения учитель-ученик — это её личное шахматное поле в Университете. Неважно, что я сейчас скажу — она найдёт, что ответить, ибо играет в эту игру уже много лет. Единственный способ вывести её на чистую воду — это начать делать непредсказуемые ходы. Например, смотреть на неё как на мокрую уличную кошку, сидящую у дверей гостиницы в проливной дождь.

— Мистер…

— …

— Салтыков? — соизволила она наконец вспомнить мою фамилию.

— Хм… простите, задремал, — тру глаза, будто только что проснулся. — Вы что-то сказали, миссис Чапмэн?

— Мисс, — ректор нахмурилась.

— Что?

— Мисс, а не миссис Чапмэн, — дамочка нахмурилась, намекая на свой незамужний статус. — Что у вас там? Небось просиживали штаны в приёмной, прося поставить подпись хоть кого-то.

Пожав плечами, протягиваю свой бланк.

— Какого чёрта? — ректор нахмурилась ещё сильнее. — Почему у вас заполнены все поля? Да ещё и личные печати от половины докторов больницы.

— Шоколадки. Всё дело в них! Бабаевский, Алёнка, Мишка на Севере, — удивлённо развожу руками. — А что не так? Вы же сами сказали, что меня будут судить только по моим делам. Вот со всеми докторами и договорился. За вчерашний день пришлось израсходовать месячный запас шоколадок, чтобы эти подписи собрать. А мистер Гаус меня в ответ даже кофе угостил… Но что-то я заболтался. Где там мой бланк для поступающего в Мискатонский Университет?

— Гаус? Шоколадки? — Черити коршуном вгляделась в подпись главврача и даже ковырнула её ногтем, проверяя, не подделал ли я её.

— Бланк. Поступающего… Миссис Чапмэн, — произношу медленно, смотря прямо в глаза наглой даме.

— Мисс! Мисс Чапмэн, — ректор с раздражением смотрит на меня. — Вам не говорили, что у вас талант выводить из себя людей?

Киваю с предельно серьёзным видом.

— «Талант выводить из себя людей»… Хмм, сделаю деревянную табличку с такой надписью и подарю вам вместо своей визитки, — развожу руками возмущённо. — Так где бланк? По вашим же правилам, я вроде как сдал переводной экзамен и должен подать документы на зачисление. Я специально уточнил у секретаря и изучил на сайте Университета документы, регламентирующие этот момент.

Черити вздохнула возмущённо, поняв, что встретила ещё большего зануду, чем она сама.

— У меня тут и распечатки имеются, — нагло улыбаясь, хлопаю по маленькому чемодану, который специально взял с собой. — Хотите, покажу? Там всего-то триста семнадцать страниц устава Мискатонского Университета.

— Не надо, — махнула она рукой обречённо. — Давайте уже свои документы… Салтыков. Мне теперь придётся заполнять кучу документов в связи с вашим переводом в Мискатоник… Привыкайте, все местные так называют наш Университет.

[И всё?] — моему возмущению не было предела. То есть из-за банальной лени этой дамочки мне пришлось сутки забесплатно пахать в центральной больнице Аркхэма? Выгоду от этого дела я тоже получил, но осадочек на душе всё же остался.

Черити пробежалась взглядом по учебным предметам, пройденным в Академии Куб.

— Сложный у вас случай, Салтыков. Учитывая количество пропусков занятий, базовые знания у вас должны хромать на обе ноги. Но вы это компенсируете немалой практикой. Лицензию целителя 2-го ранга Красный Крест тоже абы кому не выдаёт. Поступим так. До конца учебного года в Мискатонике ещё два месяца. Закройте хвосты по недостающим предметам. На это время у вас свободный график. В качестве оплаты за обучение…

Тут Черити поморщилась.

— Власти города Аркхэм и Микатоника не возьмут с вас денег, мистер Салтыков. Говоря как есть, нас и так хорошо спонсирует Палата Лордов и древние рода США. А вот людей с навыками и опытом, вроде ваших, нам всегда не хватает. От лица дирекции Мискатонского Университета я предлагаю вам отработать оплату обучения за первый год.

— От-тработать? — должно быть, степень удивления от такой наглости ясно отразилась на моём лице. — Мисс, вы же так старательно пытались меня… отвадить от обучения?

Черити тяжело вздохнула.

— Салтыков, вы думаете, мне, кроме вас, головной боли не хватает? У нас тут то шпионы не-мёртвых, то ворьё в Запретную Библиотеку пытается залезть. А мы их трупы каждую неделю в Анатомических Театрах выставляем. Поскольку времени у вас и так в обрез, хватит одного запроса, направленного в Мискатоник. Речь о выездной консультации! Разово. Я тогда вас спихну… то есть направлю в отдел кадров. Вам там одним днём оформят поступление в наш Университет.

ЛЕНТЯЙКА! Гребаный эффективный менеджер… но пятой точкой чую, что от предложения не отвертеться.

— Договорились, — вздыхаю обречённо. — Только давайте со всем этим побыстрее разберёмся.

— Оу, да-а, — Черити коварно улыбнулась. — Салтыков, вы даже не представляете, насколько вовремя пришли. Ко мне как раз сейчас заглянет тот, кто подавал запрос о консультации.

Накаркала, ведьма! В дверь кабинета постучали и после прозвучавшего «Входите, открыто» на пороге показался тот, кого я меньше всего ожидал тут увидеть.

— Разрешите представиться, — пузатый дядька с недельной щетиной неловко полез в карман за ксивой. — ИСБ Российской Империи. Следователь по особо важным делам Рысаков Константин Геннадьевич.

— Б****! — вырвалось из меня на чистом русском.

Глава 5

Сонный лекарь

Рысаков Константин Геннадьевич — имя под стать должности следователя по особо важным делам ИСБ. Проще говоря, передо мной служака, расследующий дела, связанные с имперской знатью и одарёнными. Рабочий серый костюм, застиранное пятно от кетчупа на рубашке, недельная щетина — картину «холостой мент на выезде» завершал характерный цепкий взгляд.

— Из наших, что ли? — следак усмехнулся, убирая ксиву.

— Я целитель, а не мент, — отвечаю тоже на русском.

— Из Российской Империи, в смысле? — Рысаков нахмурился.

Морщусь и, не обращая внимания на служаку, поворачиваюсь к удивлённой мисс Черити.

— Могу я как-то иначе расплатиться с Университетом? Мне Гаус в центральной больнице Аркхэма работу предлагал.

— Э, нет! — Чапмэн довольно улыбнулась. — Я не упущу возможности так просто закрыть запрос на консультацию, направленный в Мискатоник. К тому же вы из одной страны.

Смотрю в хитрющие глаза ректора и понимаю, что и впрямь не отступит. Ещё одна маленькая месть в мой адрес. Смотрю на малость напрягшегося следователя.

— Подождите немного, мистер Рысаков, — поворачиваюсь к Чапмэн. — Прежде чем мы начнем, я бы хотел получить ряд советов по Аркхэму. Во-первых, мне нужен целитель-ментор для курирования четвёртого уровня моей телесной трансформации. Все необходимые эликсиры у меня уже есть. Навыков тоже хватает. Но сами знаете, без проверяющего со стороны такие процедуры не делают. Второе, я приехал к вам в Аркхэм учиться и практиковаться для получения лицензии целителя 3-го ранга. Есть ли какие-то факультативы или подработка по этой теме? Готов взяться за оба дела сразу. И третье, касаемо Запретной Библиотеки. Я слышал о ней всего пару раз. Сначала от наставниц, потом от одного оценщика артефактов. Я вообще могу в неё попасть?

— Года идут, а вопросы у студентов одни и те же, — Черити, откинувшись в кресло, указала на солнце, поднимающееся из-за горизонта. — Когда управитесь с поручением, тогда вам и выпишут студенческий билет Мискатонского Университета. Он и будет определять, в какие части Запретной Библиотеки вам можно заходить, а в какие нет. Касаемо первых двух пунктов…

Чапмэн, задумавшись, забарабанила пальцами по столу.

— … Ментора можно найти в Госпитале Крепкого Духа. Туда обычно свозят пациентов с мутациями и сильными изменениями в теле. Специалистов нужного вам профиля там в избытке. За сложной практикой для лицензии можете обратиться в любую из больниц Аркхэма. На этом всё.

Ректор снова сунула руку в ящик стола, выуживая из него папку с документами.

— Мистер Рысаков, — ректор помахала находкой, — кажется, вы к нам приехали из-за этого? Присаживайтесь. Заодно познакомитесь с человеком, которого вам выделил Университет.

Пока мрачный Рысаков усаживался на стул, я мельком ознакомился с материалами запроса. Если коротко, ИСБ Российской Империи по какой-то причине послало запрос на выездную консультацию аж в Аркхэм. Судя по датам в заголовке, Рысакова и его начальство мурыжат больше месяца, не давая какого-либо ответа. Вот следак и приехал лично.

В Иркутске без вести пропал старший сын великого князя Юрия Багратионова. А он, между прочим, один из столпов власти Российской Империи. Был, есть и точно будет таковым. «Багровый князь» — личность, безгранично преданная трону Рюриковых. Нам об этом ещё в школе на уроках истории рассказывали.

Личную гвардию и всех, кого мог, Юрий Станиславович отправил на линию фронта с жуками Макоши. А тут такое! Дальнейший ход событий лично мне понятен. Князь вызвонил текущего главу ИСБ и потребовал команду «лучших из лучших» для розыска сына. А те зачем-то запросили консультации целителей-исследователей. Но то ли Багратионов сейчас не в фаворе у Совета Князей, то ли я чего-то не знаю о нынешнем положении дел в ИСБ. Присланный в Аркхэм Рысаков тянет максимум на пять баллов из десяти возможных. Даже на английском говорит едва-едва.

Смотрю на мрачного следователя.

— Такие запросы на выездные консультации обычно в АНРИ посылают? [Академия Наук Российской Империи]. Зачем вас послали в Аркхэм аж в сам Мискатонский Университет?

— Так нет больше АНРИ, — Рысаков, пыша негодованием, развёл руками. — Сгинула в супер-аномалии вместе с Москвой. Новый научный городок сейчас под Новосибирском заселяют учёными. Берут молодых да сильно старых, закрывая дыры кем попало. Уже пять недель прошло, а они всё на месте топчутся. Никто ничего толком сказать не может.

Перелистываю страницу запроса от ИСБ. Тридцатисемилетний Лев Багратионов отправился на медитацию в родовые земли. Наследник готовился к прорыву в старшие магистры [5]. У них там личный Источник Земли аж пятой категории на территории заповедника. Неделю спустя Лев перестал выходить на связь, и его отправились искать личный телохранитель, супруга и слуги рода.

На месте обнаружено нечто непонятное. Выглядит, как пустая статуя человека. Облик совпадает с описанием Льва Багратионова. Всё бы ничего, но эта пустая статуя даже пять недель спустя фонит человеческой аурой. В ней ноль органики, нет души владельца… как и самого Льва.

Черити тоже внимательно взглядом прошлась по снимкам и поджала губы:

— На первый взгляд, ваш пропавший прорвался в старшие магистры [5], пройдя полную стихийную трансформацию.

— Наши эксперты тоже так считают, — Рысаков уверенно кивнул. — Но мы так и не нашли ни единого следа Багратионова после его пропажи. Будто он и не уходил оттуда вовсе. Поскольку он геомант, есть вероятность, что он застрял в своей полной стихийной форме.

— Всякое может быть, — Чапмэн неопределённо пожала плечами, продолжая смотреть на фото. — У геомантов в момент выхода из частичной или полной духовной формы есть такие вот внешние стихийные образования. Отслоившаяся каменная кожа или слой сверхпрочного льда у гидромантов. Я процентов на девяносто уверена, что ваш… пропавший… ушёл оттуда на своих двоих, успешно прорвавшись в старшие магистры [5]. Вполне возможно, что он не в себе. Бродит где-то по округе. Сами знаете, что бывает после прорыва на высокий ранг. Ой, простите.

— Да, ничего, — Рысаков усмехнулся. — Я уже давно смирился, что застрял в ветеранах [2].

Ректор морщилась, смотря на фотографии с места пропажи и так и этак.

— Что не так? — задал я вопрос, рассчитывая на подсказки.

— Аура у статуи, — Чапмэн протянула снимки мне. — Такого не должно быть. Даже потопчись там абсолют [7], его след ауры развеялся бы за месяц. А тут, судя по записям, объект до сих пор фонит. Возможно, мистер Рысаков прав, и мы имеем дело с крайне запущенным случаем стихийной трансформации. Съездите на место и всё проверьте. Напишите отчёт для мистера Рысакова, копии пришлите мне. Это и станет вашим личным заданием от Мискатона.

На том и договорились.

…

Выйдя из кабинета, Рысаков ещё раз с явным сомнением оглядел меня с ног до головы.

— Как звать? — следователь снова перешёл на привычный ему русский.

— Батюшкой, — морщусь, так как собеседник мне откровенно неприятен, но полезен. — Грехи не отпускаю.

Надо поскорее разобраться с запросом Багратионовых и начать уже учиться в Универе. Я приехал сюда заниматься целительским делом, а не прошлое ворошить.

— А если серьёзно? — Рысаков усмехнулся. — Давай без увиливаний. Если надо, я к той бабе вернусь и спрошу. В отчёте ты всё равно своё имя напишешь.

— Салтыков я, — на душе становится неспокойно, — Михаил Андреевич. Сын главного следователя из московского управления ИСБ. Давайте сразу проясним. Я вышел из рода и о его пропаже нисколько не сожалею. По возможности, нигде не афишируйте эту информацию.

— Хех! Я-то думал, ты из борзых, — Рысаков удивлённо тряхнул головой, — а выходит, из гончих. По кровавым следам ходишь. Тогда тебе сам бог велел заняться этим делом. Меня начальство и так сюда направило с требованием без специалиста не возвращаться. Повезло, что тебя мне сразу выдали.

Мы шли по коридору к выходу из корпуса, когда до меня наконец дошёл смысл услышанного.

— Повезло? — я аж с шага сбился. Технически я ещё студент, а не эксперт с регалиями. — Так твоё начальство не верит, что Лев Багратионов ещё жив? То есть вам нужна не правда, а отписка для того, чтобы князь отстал.

— Во-о-т. Ты сам это сказал, — Рысаков выдал хитрую улыбку. — Михась, я двадцать два года погоны ношу. Если бы не это чёртово Сопряжение, ушел бы давно на пенсию, а не мотался по заморским Штатам в поисках консультанта по непонятно чему. По Багратионову-младшему это же явный глухарь. Может, мокруха заказная или он сам себя в каменную пыль обратил. Был у меня такой случай под Тбилиси десять лет назад. Пропавшего опознали только по обручальному кольцу в куче щебня.

С силой тру ладонями лицо.

[Зви-и-издец!] — как же сильно деградировало ИСБ всего за год с пропажи федерального центра. Услышь мой отец такой вот спич про сложное дело, повесил бы Рысакова на его же галстуке! Какая к чёрту пенсия? Тут дело отставкой с позором светит.

Достав из кармана телефон, проверяю время — половина девятого утра по часовому поясу Массачусетса.

— Предлагаю прямо сейчас отправиться в Иркутск, — убираю телефон подальше. — Центр Телепортации для нас теперь открыт. Не знаю как вы, а я уже пару суток не спал нормально.

— Ну, поехали, — Рысаков усмехнулся. — Сонный лекарь… Так и запишу тебя в своих заметках для начальства.

…

Учитывая сложность с поиском такси и часовой карантин в Центре Телепортации, в Иркутск мы прибыли только к полуночи по местному времени. Разницу в двенадцать часовых поясов никто не отменял. Едва мы с Рысаковым ступили на земли родного государства, как на телефоны повалил целый град сообщений.

[Необычное небесное явление случилось в Сиднее, недавно открытом для посещения членам Ассоциации Охотников. На город обрушился поток метеоритного мусора. К счастью, этой же ночью у великого вождя Дуротана случился вещий сон. Несмотря на серьезность угрозы Сидней практически не пострадал…]

Аталанта! Как пить дать, она постаралась. Никто другой во всём мире не смог бы устроить столь точную рукотворную орбитальную бомбардировку.

Следующая новость оказалась связана с первой.

[Рядом с Сиднейским оперным театром Охотниками возведена двадцатидвухметровая статуя Дуротана «Недвижимого»,] — на табличке снизу подпись [«Посвящается великому вождю-пророку.» ]

Следующая новость удивила так, что у меня чуть челюсть не пробила пол. Ей всего-то десять минут.

[00:07. На супер-аномалию Российской Империи упал метеорит диаметром полтора и длиной в три километра. Космическое тело прошло сквозь атмосферу, а затем и барьер Грани, накрывающий супер-аномалию. Точный масштаб разрушений внутри аномалии остается неясен. Жуки Макоши уже начали отступать обратно к границам своей аномалии… Это первый подобный случай за всю историю Земли. Оставайтесь с нами и следите за дальнейшим развитием событий… ]

А я то думал, зачем Аталанта вообще сотрудничала с родом Максвелл, МКС и NASA! Теперь-то ясно. Госпожа Силла ещё двадцать лет назад начала готовиться к тому, что ей однажды придётся использовать такие вот козыри в войне планетарного масштаба.

— Вот тебе и контроль СМИ, — Рысаков, улыбнувшись, пальцем показал на свой экран. — Видел новости про орков? Америкосы их жуть как не любят. Фильтруют в СМИ почти все упоминания о них. А у нас из-за потери связи с Москвой такие вот запрещённые новости приходят без цензуры.

— Буду знать, — киваю своим мыслям.

Надо будет подшаманить с новостной лентой у себя на телефоне. А то выходит, что я не вижу реальной обстановки в мире.

…

От Иркутска до родовой земли великого князя Багратионова пришлось добираться на такси. Время позднее, и служебную машину было банально долго вызывать. Мне же хотелось разобраться со всем побыстрее и наконец отоспаться.

Добравшись до заповедника, мы оставили таксиста ждать на КПП. Дальше пошли пешком. Не считая леса, изменённого под воздействием Источника пятой категории, осматривать тут было особо нечего. Всех опасных монстров в округе Иркутска давно уже перебили. Рысаков по пути пользовался фонариком, а я техникой «Ночное Зрение» из арсенала боевых целителей.

— Пришли, — следователь лучом фонаря указал на пульсирующий Источник маны впереди. Здоровенную каменную глыбу с зелёными прожилками, бьющую в небо фонтаном маны. Метрах в пятидесяти от Источника находилась та самая пустотелая статуя, которую я видел ранее лишь на фотографиях.

Вживую статуя впечатляла ещё больше. Высотой около пары метров, она в мельчайших деталях повторяла человека… от которого осталась одна лишь каменная кожа. Причём передняя часть неподвижно висела в воздухе, затем шла линия разрыва, показывающая пустое нутро. А задняя часть этой гротескной статуи ногами упиралась в землю. И, чёрт возьми, я реально чувствовал исходящую от них ауру живого человека. По всем внешним признакам передо мной не кусок камня, а нечто живое, пусть и без сосуда души.

Чувствуя какой-то подвох, я не приближался к статуе ближе чем на пару метров. Луч фонаря следователя забегал по её поверхности.

— Ну-у? Что скажешь, целитель? — Рысаков указал на каменное нечто. — Встречал такое когда-нибудь?

— Странное ощущение, — подхожу к статуе ближе, прислушиваясь к своим чувствам. — Будто смотрю на открытую рану, пролегающую сквозь всё тело. На пустой сосуд, обглоданный кем-то изнутри.

А ещё вибрации! Слабые, едва уловимые, но один в один повторяющие те, что я замечал у Эксцентричного Будды и Каладриса. Кажется, сейчас самое время позвонить последнему. В деле о пропаже Льва Багратионова явно замешана какая-то третья сила.

Глава 6

Очень странные дела

В родовых землях князя Багратионова царила глубокая ночь. Пустая статуя старшего магистра [5] Льва Багратионова стояла неподвижно неподалёку от пульсирующего Источника. Торопыга Рысаков бродит по округе, выискивая новые следы.

— Преступники любят возвращаться на место преступлений, — сказав это, следователь ИСБ отошёл от меня подальше. — Салтыков, ты хоть фотки для отчёта сделай. Без них начальство не поверит, что ты сюда и впрямь аж из Аркхэма приехал.

— Что-нибудь придумаю, — подумав секунду, я всё же решил спросить. — Константин Геннадьевич, а судмедэксперты или опера не заметили на месте пропажи Льва чего-нибудь странного? Следов обуви, дневника, надписей на земле? Или, может, каких-нибудь электромагнитных волн или вибраций неизвестной природы?

— Салтыков, ты чего несешь? — Рысаков лучом фонаря указал на пульсирующую каменную глыбу недалеко от нас. — Тут Источник пятой категории. Любую странность на него спишут. Дневника или ещё чего тут не было. А если и было, то жена Багратиона-младшего убрала это до приезда опергруппы. Так что работаем с тем, что есть.

Значит, исходящих от статуи вибраций никто не заметил⁈ Ладно, будем работать с тем, что оставили. Достав телефон, набираю горячую линию Ассоциации Охотников. Снова прошу соединить меня с приёмной Каладриса.

— Доброго дня, мистер Довлатов! — отвечает голос на том конце. — Это Луи Ван, помощник мистера Каладриса по вопросам внешних коммуникаций.

— И вам доброго дня, мистер Ван, — смотрю на пустую статую. — Есть ручка под рукой?

— Да, конечно, есть, — азиат хохотнул в трубку. — Как вы позвонили, так я сразу понял, что придётся что-то записывать.

— Тогда передай мои слова шефу. «Помнишь наш разговор в „Логове Зверолова“? Я нашел ещё один источник странных вибраций. Дело о пропаже геоманта Льва Багратионова передано в ИСБ 28 февраля 2027-го. Вероятный ранг — старший магистр [5]. На месте исчезновения обнаружена пустая каменная оболочка, внешне похожая на результат обратной стихийной трансформации. У этой штуки есть аура, но нет души. Плюс она вибрирует, как Эксцентричный Будда. Подумал, что вам стоит знать об этом инциденте.» Конец сообщения.

— Записал, мистер Довлатов, — радостно сообщает мне Ван. — Передам, как только мистер Каладрис выйдет на связь.

— Я буду на месте преступления ещё час. Если надо, могу записать видео.

…

Следующий час я кропотливо писал отчёт для ИСБ и лично для «Багрового» князя. Этот старый хрыч, если ему чего-то не понравится, сам припрётся в Аркхэм. А мне и так в жизни приключений хватает. Лучше сразу отвечу на все возможные вопросы в своём отчёте.

Пока руки занимались одним делом, сознание то и дело уплывало в далёкие размышления.

[Есть ли вообще дело главе Ассоциации Охотников до происшествия с каким-то там одарённым под Новосибирском?]

Ответ — нет. Каладрис, чёрт возьми, архимаг [8], и о его жизни я не знаю ровным счётом ничего. Быть может, главный Охотник каждую пятницу помогает спасать дельфинов? Или у него какой-нибудь семейный день, и он не отвечает на звонки по работе? Не просто же так у него появились многочисленные помощники.

«Чтобы наверняка» я прождал два часа вместо заявленного часа. И только после этого передал отчёт Рысакову.

— Официально, — указываю на пять страниц текста, — никаких следов жизни здесь не обнаружено. Ни следа души, ни потусторонних вмешательств, ни иного рода аномалий. Моя версия такова: «Скорее всего, Лев Багратионов прорвался в старшие магистры [5], но в процессе прорыва его рассудок пострадал. Возможно, он ещё жив и прячется ото всех, видя в них угрозу.»

— Хех, — следователь усмехнулся, принимая документ, — ловко завернул. А не для протокола что скажешь?

— Возмо-о-ожно, — делаю акцент на слове, — сюда наведаются представители Ассоциации Охотников. Предупреди охрану на КПП. Если между нами, то тут случилась чертовщина. Нечто, чего даже науке одарённых не понять. Советую сильно не надеяться на то, что сын «Багрового» найдётся.

— Вот-вот, чертовщина. Подходящее словечко, — Рысаков, понимающе хмыкнув, убрал документы в папку. — Начальству нужна была отписка для людей князя. Но спасибо тебе, Мишань, что сразу сюда со мной метнулся. Давай я тебя хотя бы до Центра Телепортаций подвезу. А то тут чёрт ногу сломит искать нужную дорогу.

…

Ещё шесть часов спустя в администрации Мискатонского Университета мне выдали студенческий билет. Сухонький старичок с пиратской повязкой на глазу протянул мне артефакт в виде пластиковой карточки. Причём этот уникум ещё и курил трубку на рабочем месте. Насколько я понял, у этого типа в глазу полезная мутация.

— Паря, запомни! — старик трубкой указал на студенческий билет. — В этой штуке вшиты твои биометрические данные. Слепок ауры, особые признаки духа, вес, возраст, рисунок радужки и всё-всё-всё. В пределах Аркхэма, в научных и целебных заведениях у тебя спросят не паспорт, а студенческий билет. Так что носи его всегда с собой. Сейчас направь в него немного своей ауры и маны.

Направляю в студенческий билет немного своих сил, и над лицевой стороной появляется объемная голограмма города, окрашенная в сине-красные тона.

— Карта Аркхэма?

— Не просто карта, — старик, хмыкнув, указал трубкой на пульсирующую точку. — Это твоё местоположение. Туманы у нас не редкость, так что теперь не заблудишься. Красным обозначены места, куда с твоим первым уровнем допуска путь закрыт. Ты же студент-первак? Как закончишь сдавать экзамены, уровень допуска повысят до второго. Сможешь в лавке мадам Дюраль оставлять заказы на алхимические средства, сделанные конкретно под тебя. Руан из мутационной мастерской разрешит делать полезные телесные изменения… Там всё сложно. Кому-то можно, а кому-то они противопоказаны. Мой глаз, например, радиоволны видит. Ещё есть наши адвокаты, гении ментальных установок, наёмные инструктора. Всё это откроется тебе после того, как получишь допуск второго уровня.

Сделав затяжку из курительной трубки, старик выложил на стол кольцо-печатку.

— Личный аура-идентификатор. Если зайдёшь, куда нельзя, печатка начнёт вибрировать. По ней же тебя будут опознавать все охранные системы Аркхэма, — старик, вдруг выпучив глаза, перекрестился. — Боже тебя упаси сунуться в Морозильник без этого кольца! Каждый год кого-то из студентов хороним за такую глупость. Носи не снимая. Ничего плохого оно тебе не сделает.

— Серьёзная у вас охрана! — киваю, хмурясь. — А к чему такие сложности? Зачем вообще кому-то лезть в этот ваш Морозильник?

— Так за алхимией! — старик усмехнулся. — Морозильник это городское хранилище экспериментальных алхимических препаратов и ингредиентов. Что-то прямо тут выращиваем, а что-то к нам привозят из аномалий на изучение. Те, кто на алхимиков учатся, там пару раз в неделю бывают, если не чаще. А ворьё всё пытается стащить что-нибудь из экспериментальных разработок.

Забрав кольцо и студенческую карточку, я впопыхах покинул здание администрации Университета. Приближался вечер, а мне ещё надо успеть найти жильё в этом приветливом городишке.

Уже через час я договорился о снятии люксовых апартаментов в жилом комплексе Сайлент Сити недалеко от госпиталя Крепкого Духа. Три спальни, своя кухня с плитой и духовкой, гардеробная и комната для медитаций. Всего три квартиры на этаже. На территории жилого комплекса имеется свой Источник второй категории и, что важнее всего, личный парк из семи машин такси. Как я понял, это особая аркхэмская роскошь.

Разложив вещи в новом жилье, я заказал еды и продуктов на неделю вперед. Пока болтал с доставщиками, познакомился с соседями по лестничной клетке. Семейная пара Бруксов из Сан-Франциско приехала лечиться в Аркхэм от родового проклятья. Они же поведали, что последняя, третья, квартира на нашем этаже принадлежит профессору Йозефу Штертну — прусскому магистру [4] и преподавателю кафедры малефицизма из Мискатонского Университета. В общем-то мелочь, но я взял это знание на вооружение.

…

Как говорится, «есть нюансы». Нужная мне Запретная Библиотека разрешена к посещению только преподавателям, а также студентам-второкурсникам и выше. Ещё можно получить карточку приглашённого специалиста, важного гостя или поручительство одного из преподавателей Мискатонского Университета. Всё дело в необычных экспонатах библиотеки.

Одарённые художники создают удивительные квази-живые картины, вызывающие у зрителя целую гамму чувств и эмоций. У поистине одарённых писателей спектр воздействия более глубокий. Они творцы, создающие свои «шедевры» прямо в умах читателя. Легковесным слогом, пером и бумагой, и смыслом, читающимся между строк, они доносят до читателя свои идеи. Слова находят отражение в сознании. Описанные эмоции — эмпатический отклик. Боль героя становится твоей… и вот ты уже пленён запретной книгой!

…Ты чувствуешь и осознаёшь цели героя, как свои. Пещера, полумрак, разгоняемый костром, тёмный проход наружу… Мелькнул силуэт. Там ты видишь врага в белых одеждах, со шрамированным лицом и хромающей походкой, как наяву. Он идёт на тебя, зная, что вот-вот начнётся схватка и один из вас погибнет. Ладони потеют, дыхание становится глубоким, взгляды сплелись. Ещё секунда, ещё один метр… продолжение в следующей главе…

«Тексты, написанные кровью души одарённого» – официальный термин, используемый в Аркхэме. Книги, соответствующие этому описанию, свозятся сюда со всего света. Далее в Запретной Библиотеке их сортируют по направленности и степени опасности. Пока я сам читал описания, понял, что будь у меня такая возможность, поселился бы в этом чудном месте!

Есть, к примеру, трактаты по целительскому делу от Асклепия и профессора Преображенского. Они способны ускорить получение нужных навыков. Или «Искусство войны» за авторством китайца Сунь-Цзы — легендарный предмет творчества одарённых. Прочитай его забитый в школе ботаник, и задиры не отделаются одними лишь выбитыми зубами. Из простого солдата «Искусство Войны» сделает будущего командира. Из наследника — грозного патриарха рода. Воздействие на дух просто невероятное! Очередь на прочтение трактата Сунь-Цзы расписана до конца следующего года.

Или «Чего хочет женщина», написанная Лорой Ли. Право её прочесть раз в месяц разыгрывается в виде лотереи во всех вузах для одарённых США. То же касается книги «Найди себя», рекомендованной к прочтению всем, кто мечтает стать учителем [3]. В общем и целом, существование Запретной Библиотеки в Аркхэме оправдано на все двести процентов. Лучшего места, чем закрытый город-лечебница в Штатах, под такое заведение точно не найти.

Из-за того самого «сильного воздействия на дух» доступ к большей части Запретной Библиотеки закрыт для первокурсников. Из плюсов: начиная со второго курса, открывается доступ к девяноста процентам её содержимого.

…

Следующие три недели прошли в состоянии легкого хаоса. Уже апрель! А мне до конца мая надо сдать чёртову кучу предметов по целительскому делу и наукам общей направленности.

Пришлось пойти на хитрость, чтобы всё успеть. Сначала выбраться в Нью-Йорк и там нанять репетиторов с круглосуточным обучением. Затем через ментальную технику «Познание» подключиться к ним, дабы наложить ИХ теорию поверх моего практического опыта работы целителем. Считывается не память или мысли, а, скорее, верхний слой знаний. Когда знаешь, как лечить сломанные кости, не так уж сложно понять теорию «костных тканей». Или как дефицит мужских гормонов приводит к апатичному поведению.

[Целительство — это круто!] — понял я в очередной раз, когда стал воспринимать тело человека как невероятной сложности механизм. Причём не абы какой! ТЕЛО всего лишь инструмент для ДУХА, контактирующего через него с окружающим МИРОМ.

После этой мысли меня накрыло мощнейшим цунами озарения. Ведь всё было на поверхности с самого начала. Аспект — это внешнее тело архонта [6], созданное им из маны, эфирных частиц, и питаемой энергией расщепляемой эссенции. У этого тела ДРУГАЯ система органов чувств. Архонты видят мир по-другому, чувствуют запахи… и бог его знает сколько вообще у них органов чувств.

А старшие магистры [5]? Их стихийная трансформация — это, по сути, тот же аспект, только проще. Речь о полном перестраивании своего духовного тела из человеческого в нечто большее! Их органы чувств мутируют, становясь промежуточным звеном в эволюции одарённого.

— Ахренеть! — меня и впрямь поразила вся глубина важности профессии целителя.

Именно мы, целители, меняем физические и духовные тела одарённых, готовя их к прорыву в магистры [4] и старшие магистры [5]. Устраняем врожденные мутации, сросшиеся духовные каналы, лечим после серьёзных стычек с монстрами.

…

Три недели углублённого изучения науки с репетиторами плавно перетекли в ещё две недели забегов по лекториям Мискатонского Университета. Нагрузка была столь высокой, что я на время забросил свой четвёртый уровень телесной трансформации.

В начале мая весь Университет походил на улей, в который кто-то неосторожно сунул палки. Студенты носились по аудиториям, плакали в коридорах, а кое-кто на радостях купался в фонтане Мискатоника. «Традиции-с», чёртова старая аристократия!

Помню, как сейчас, утро девятого мая. Вычеркнув из списка мисс Черити Чапмэн очередной сданный предмет, я пробежался по нему глазами и понял, что…

[Всё сдал? Да ладно!] – ещё раз сверил данные с зачётной книжкой. — [Надо же⁈ И впрямь всё сдал!]

На радостях послал наставницам фотографию своей зачётной книжки. Утром следующего дня в деканате подтвердили, что меня официально принимают на второй курс целебного дела Мискатонского Университета. Снова написал Лей Джо и Хомячкович. Ответ пришёл минут через десять.

[Рады за тебя, Довлатов 😊 Заедем на днях в гости. Нас пригласили на закрытый симпозиум по зомби-вирусу не-мёртвых. Советую найти кафе с вкусными десертами. Эмили не простит тебе, если не попробует их в Аркхэме.]

…

05:55, раннее утро 11 мая 2027 года

321 день от начала четвёртого Сопряжения

Аркхэм, Апартаменты Довлатова (Салтыкова)

Проснувшись после длительного целебного сна, я первым делом потянулся к телефону. Меня разбудила трель входящего сообщения. Сквозь режим «Не беспокоить» мог пробиться весьма узкий круг лиц. Так оно и оказалось. Первое сообщение пришло от Лиама Хаммера.

[Довлатов, есть дело. Мы с Витольдом Захаевым уже полтора месяца разбираемся в одном крайне щекотливом инциденте. Подробности только при личной встрече. Возможно, твой дар осознанных сновидений сможет пролить свет. Буду благодарен, если приедешь в Нью-Йоркскую резиденцию рода Хаммер в ближайшие дни.]

Сегодня в планах было посетить Запретную Библиотеку, но Хаммер не стал бы просто так писать в пять утра. Дело явно срочное. Ещё в день, когда я получил рекомендательное письмо от Захаева в Нью-Йорке, я заподозрил, что творится нечто странное. Витольд, едва прорвавшись в старшие магистры [5], вдруг раз, и поехал к техномантам⁈ Странно, ей-богу. Тем более, что Захаев пошёл на прорыв ради лечения дочери, а не сторонних заказов. В общем… у меня целое море вопросов.

Второе «не срочное» сообщение удивило даже больше первого. Мне написал Артур Гаус, главврач центральной больницы Аркхэма.

[Доброе утро, мистер Салтыков. Вы, возможно, позабыли, но я предлагал вам работу в штате нашей больницы. Предложение ещё в силе. Если же вас интересует любое другое направление целебного дела в пределах Аркхэма, я готов написать вам рекомендательное письмо. Если что, можете со мной пересечься в клинике для душевнобольных сегодня до полудня. Там пройдет открытая лекция по душевным болезням.]

Теперь понятно, как Артур дорос до должности главврача в одной из лучших больниц мира. «Рука руку моет» — вот что читается между строк. Он, как грамотный садовник, готов помочь мне сейчас, чтобы наше сотрудничество в будущем принесло ему ещё больше пользы. Боги! Да я сам бы так поступил, заметь девятнадцатилетнего студента-учителя [3] на своей территории. Рекомендательное письмо — это та самая «услуга», наиболее надежная «валюта» в кругах старой аристократии.

Ещё раз взглянув на часы, понял, что заснуть уже не получится. Всего шесть утра, а важных дел за раз образовалось сразу две штуки. С кем-то вроде Артура Гауса имеет смысл наладить отношения уже сейчас. Знакомство с главврачом одной из больниц лишним явно не будет. Неизвестно, сколько времени я ещё проведу в Аркхэме.

План на день вырисовался сразу. Сначала в больницу для душевнобольных. Потом в Нью-Йорк к Хаммерам и, если останется время, загляну вечером в Запретную Библиотеку. Пора узнать, что именно мой дед прочитал в манускрипте безумного араба Аль-Хазреда.

Из-за плотного графика пришлось одеваться по походному варианту. Портмоне, немного налички, банковские карты, паспорт на имя Салтыкова в один карман. Крохотный артефактный молоточек — подарок от рода Хаммер — убираю во внутренний карман. Сверху костюм тройка с непростой жилеткой, белая рубашка, часы от Ахиллес, туфли модели Спаситель… ибо с моим везением впору носить с собой зонтик от метеоритов.

Пока я спускался в лифте, консьерж заботливо вызвал одну из свободных машин такси. За что и получил от меня щедрые чаевые.

…

На часах было семь утра, когда я подъехал ко входу в клинику для душевнобольных.

— Двигатель не глуши. Я ненадолго, — протягиваю молчаливому водителю хрустящую купюру. — Получишь ещё столько же, если дождёшься моего возвращения.

— Принято, мистер, — водитель ответил мне белозубой улыбкой в зеркале заднего вида. — Я отъеду подальше от входа. Если так не сделаю, меня другие потенциальные пассажиры начнут дёргать.

Выйдя из машины, я поправил на себе костюм. Охрана сверилась с моим именем в списке гостей и, найдя приписку «Возможно разовое посещение», впустила внутрь. Никакого досмотра на входе не было, и это малость напрягло. Странно, ей-богу! Рамка металлодетектора на мне сработала, но второй охранник лишь махнул рукой, мол «Проходи дальше.» Всеобщая расслабленность меня сильно напрягла.

[Выживают только параноики,] — фраза, всего раз сказанная кукловодом Полом Аккоманом, чётко и ясно всплыла в сознании. Не знаю, через что в своей жизни прошёл теперь уже абсолют [7], но судьба его точно изрядно помотала.

Не делая ни шагу дальше холла, я весь напрягся, пытаясь понять, что происходит. Взгляд тут же начал вылавливать странности в обстановке.

Вариант первый: кто-то узнал, что Михаил Салтыков и Михаил Довлатов — это одно лицо, и теперь пытается запереть меня в клинике для душевнобольных.

[Мимо!] — отвечает рассудок, на который уже наложен «Фокус». — [Будь это засада, мне бы не позволили просто так пронести с собой любой намёк на оружие.]

Вариант второй: Артур Гаус на самом деле поддерживает контакт с родней из Арана, и готовится некая подстава.

[Снова мимо. Никто не знал, что у меня при себе молоточек Хаммеров.]

Третий вариант: творится нечто непонятное, заставляющее людей чувствовать себя расслабленно. Полная потеря бдительности⁈ Такое вообще возможно?

[Широкополосное воздействие на духовное тело и дух,] — тут же встревоженно отозвался мой внутренний голос. — [Теоретически такое возможно. Вспомним отъезд из Москвы. Дед тогда наложил технику «Большой брат», подавившую мои эмоции. Я этого не почувствовал, так как Язва — архимаг [8], сама техника уровня архонта [6], а я был едва инициировавшимся одарённым [0]. Тогда шло воздействие на столь глубокие слои моего духовного тела, что я и не подозревал об их существовании. Возможно, сейчас также?]

На всякий случай накладываю на себя «Ментальный щит», укреплённый до предела Властью, и тем самым наглухо закрываю разум от внешнего воздействия. Тут же приходит едва-едва уловимое ощущение копошения в моей ментальной броне. «Тот, кто защищается, всегда имеет преимущество перед нападающим». Это правило незыблемо, даже если речь идёт о ментальной схватке.

[Внешнее воздействие есть. Это факт,] — удивлённо шепчет внутренний голос. — [Так почему же до меня этого никто не заметил? Быть может, из-за слишком высокой Власти для ранга учителя [3]?]

На всякий случай достаю телефон и пишу сообщение двум людям — мисс Чапмен и Артуру Гаусу.

[Зафиксировал факт попытки ментального воздействия в холле клиники для душевнобольных. Источник неясен. Цель тоже. Охрана и персонал вокруг ведут себя излишне беззаботно. Нахожусь под «Фокусом» и «Ментальным щитом». Прошу подключиться к камерам видеонаблюдения больницы. Творится что-то неладное. Начинаю поиск источника. Телефон кладу в нагрудный карман пиджака. Включу решим видеотрансляции. Если попаду в ловушку, вы узнаете об этом первыми.]

Убрав смартфон в карман, я стал ходить по коридорам, делая вид, будто заблудился. Нужен был некий тревожный звоночек на случай, если я сам попадусь под воздействие. Так что я представил, будто рядом со мной ходит мистер «тревожный пирожочек» в лице Пола Аккомана. Эдакий попугай, сидящий на плече и орущий в случае опасности.

Мысль о том, что творится неладное, укрепилась, когда у очередной решетчатой стены с дверью охранник её открыл, не спросив, к кому я вообще иду.

[Вот-вот!] — Аккоман ухмыльнулся. — [Этот гринго даже в список гостей не заглянул. Плюс всё время, что мы тут ходим, он стоял на ногах, в то время как рядом стоял стул. Нормальный человек должен быть в меру ленив. А не как это деревянное полено.]

На следующем КПП ситуация повторилась один в один. Пара охранников с пустыми взглядами открыла замок, двигаясь на автомате. Ощущение копошения в моей ментальной защите усилилось от «поглаживания» до вполне конкретного «ковыряния». Видимо, я стал находиться ближе к источнику воздействия.

[Вопрос в том, чувствует ли паук, что ты ходишь по его паутине,] – Аккоман хохотнул, глядя как за нами закрылась металлическая дверь. — [Радует, что меры сдерживания тут не рассчитаны на одарённых. Решетку можно выломать при необходимости.]

Смотрим дальше. Семь утра — в больнице это время всеобщего подъёма. Среди пациентов должна царить легкая суматоха. Организм выбрасывает в кровь кортизол, заставляя мозг проснуться. Но вместо шумихи я наблюдал группы вполне себе тихих и никого не трогающих пациентов. Ни намёка на агрессию! Звериное рычание, попытка притвориться растением, невнятное бормотание — всего этого хватало.

[Но не агрессии!] — Аккоман зашипел, словно змея. — [Присмотрись, Довлатов. Она будто под запретом для всех, кто попал под ментальное воздействие.]

Я шёл по знакомому коридору, уже догадываясь, куда именно приду. Последние двери, ведущие в покои Уильяма Шапиро, и вовсе никем не охранялись. Ключи торчали в замке, будто приглашая войти внутрь.

[Паук зовёт на обед?] — Аккоман нервно хохотнул. — [Интересно, кого же подадут на завтрак? Может, тебя, Довлатов?]

Мой придуманный визави абсолютно прав. Кто бы тут ни находился, это точно не Уильям Шапиро. У того мальца был нейтральный тип одарённости и нулевой ранг. Нет даже блеклого подобия шанса, что Уилл смог бы захватить разумы всех пациентов больницы. На это требуется прорва эфира, Власти, точек фокусировки и ранг по меньшей мере, как у архонта. Или некий неизвестный мне артефакт запредельной силы. Одно я понял наверняка — дальше идти нельзя ни в коем случае!

Сделав спиной шаг назад, я в тот же миг уловил, как позади почудилась до боли знакомая вибрация. Резко развернувшись, тут же активирую часы Ахиллеса. Одноразовый артефактный круглый щит разворачивается, кольцом охватывая правое запястье. Левой рукой лезу во внутренний карман пиджака и выхватываю молоточек Хаммеров. Оружие… именно оружие, а не игрушка стремительно растёт в моих руках по мере вливания в него ауры и маны. Навершие молота сверкает и трещит от окутавших его разрядов! Детище оружейников-техномантов ненадолго придало уверенности в себе.

Противник не спеша вышел из ближайшей ко мне палаты, перекрывая путь к отступлению. Вибрации тут же стали раз в двадцать сильнее, чем во время разговора с Каладрисом в ООН.

— Жаа-а-ль! Я рассчитывал выиграть больше времени.

Уилл… тот самый Уилл Шапиро прошёлся по мне холодным взглядом. Он выглядел минимум на пару лет старше того веселого пацана-двенадцатилетки, каким был всего месяц назад. А ещё Власть… Сокрушительная, всеподавляющая, не знающая ни жалости, ни страха, ни сомнений. Ни в чём не уступающая ни Дуротану или Каладрису, она читалась в каждом взгляде и каждом жесте Шапиро.

— Но кое-что ещё можно сделать, — Уилл смотрел на меня всё тем же холодным взглядом.

От услышанного и увиденного волосы встали дыбом.

[Он учитель, дери его все черти ада!] — Аккоман завопил, схватившись за голову. — [Как этот шкет вообще смог сменить тип одарённости с нейтрального на ментат? К черту всё! Беги отсюда.]

Молот Хаммера выпустил мощнейший разряд молнии, испепелив невидимое, но замеченное мной плетение. Уилл, досадливо поморщившись, бросился в бой, создавая в руках два призрачных клинка.

[Да что это за чудовище в человеческой обёртке!] – взвизгнул Аккоман, видя «Призрачные Шаги» в исполнении Шапиро под «Ускорением». — [Тяни время, Довлатов! Продержись хотя бы пару минут до прибытия подмоги.]

Глава 7

Хозяин Цифр дает о себе знать

Больница для душевнобольных Аркхэма

Крыло для тяжелобольных пациентов

Коридор, двери палат идут вдоль обеих стен.

0,1 секунды…

Уилл… Тот самый Уилл Шапиро несётся на меня с желанием не просто убить, а обратить в пыль. Его инкогнито раскрыто! Устранив меня, он может и дальше промывать мозги людям, находящимся в больнице.

0,3 секунды…

«Ускорение» — время замедляется, и вместе с тем на меня накатывает волна практически материализовавшейся опасности. Мало! В каждом шаге Шапиро чувствуется опыт втаптывания в грязь мастеров ближнего боя. Его взгляд будто кричит о Власти. В глазах читается решимость пролить кровь…

[Решимость!] — мне не выжить, если не поставлю на кон больше, чем имею сам.

Загнанное в тупик сознание залезло в тёмные, откровенно пугающие, закрома на дне моей души. О существовании таких техник Лей Джо и Хомячкович просили позабыть. Ведь страшнее смерти для целителя может быть лишь желание шагнуть в её объятья.

Короткий вдох — накладываю «Расширенное Ускорение». Ощущение хода времени замедляется ещё сильнее. Волна едва заметной дрожи расходится по телу, высвобождая весь доступный потенциал мозга. Трижды усиленная нервная система пошла в разнос. Но теперь я хотя бы поспеваю за «Призрачными шагами» Уилла. Половину разделяющего нас расстояния он уже преодолел.

Выдох — «Расширенное Усиление». Мышцы свело от перегрузки. Тело разом превратилось в пружинный механизм, тянущий энергию из каждой клетки. В мизинце лопнул сосуд. Сердце забилось в два раза чаще. Кровь едва ли не кипит от бушующих в ней процессов. В ушах шумит, зрение двоится.

Финальный аккорд — «Расщепление эссенции» — самоубийственная техника, дающая эффект, схожий со ста кубиками адреналина. Эссенция Пневмы, стала расщепляться внутри меня, давая столь необходимую сейчас энергию.

[Зрение!] — орёт в голове придуманный мной Аккоман. — [Расширь спектр зрения. Ты не видишь его реальных атак.]

1,5 секунды…

Накладываю «Контрастное зрение» и тут же уклоняюсь от призрачной руки, летящей в мою голову. Всё это время из-за спины Шапиро тянулись десятки невидимых конечностей. Ментат цеплялся ими за всё, до чего мог дотянуться, в разы повышая свою мобильность.

— Гра-а-а!! — рёв жажды жизни вырвался из меня, и я бросился противнику навстречу.

*Хтыщ*

*Хтыщ*

Молот Хаммеров выпустил молнии во все стороны, развеивая летящие ему навстречу невидимые щупальца.

*Бум!*

2,5 секунды…

Сразу три руки и один из призрачных клинков Уилла ударили по щиту Ахиллеса. Артефактные часы сдержали удар, заодно дав понять: «Уилл ещё не прошёл всех нужных телесных изменений».

— Гра-а-а!

Размахиваю молотом, словно мельницей, разбрасывая молнии во все стороны. Призрачных рук с каждой секундой всё больше. Две из них уже меня достали. Касание каждой сопоставимо с атакой матерого ветерана [2].

6,7 секунды…

Противник, холодно фыркая, уклоняется от всех атак. Невидимые конечности пружинят, давая ему возможность двигаться и атаковать под любым углом. От нагрузки трещат бетонные стены и вот-вот рухнет потолок. Вышибло двери ближайших к нам палат.

[Валера! Настало твоё время!] — руки заняты, так что булыжник появляется на моей правой лодыжке. Запитываю его по самые брови и швыряю прямо в морду Шапиро. Делаю ложный замах молотом слева, заставляя Уилла отклониться куда нужно. Аккурат туда, куда летит булыжник.

[Братух! Лови маслину!]

*Бам*

Попал! От пропущенного удара Шапиро откинул голову, и в тот же миг сотня рук сжалась в призрачные копья, выстрелив прямо в меня. Смертельная атака!

9,9 секунды…

Вытянув вперед руку, создаю «Взрыв!» Техника пиромантов-самоубийц. Едва созданный фаербол взрывается шаром плазмы, швыряя меня в другой конец коридора.

[Потолок вот-вот рухнет!] — орёт в ужасе Аккоман, но его тут же перебивает голос Железкина.

[Довлатов! В бою нельзя терять контакт с поверхностью.]

В полёте вытянув молот, касаюсь им стены и техникой «Плюс» торможу, оставляя за собой глубокую борозду. Ноги коснулись пола.

13,1 секунды…

Помрачневший Уилл вылетает из облака пламени, несясь на меня со скоростью гоночного болида. Десятки призрачных лезвий летят рядом с ним. Из-за спины выглядывает новая сотня рук-щупалец. Швыряю ему навстречу «Гранитную Шрапнель», заставляя уклониться и сбавить скорость. В тот же миг топаю ногой, добавляя «Земляной Вал».

15,2 секунды…

Поднятая волна стихии перепахивает бетонный пол и стены коридора. Я бегу вместе с ней навстречу Уиллу. Молот Хаммеров выдал целую сеть из молний, перескакивающих между камнями, подброшенными «валом» в воздух.

*Хлоп-хлоп-хлоп*

Летящие мне навстречу призрачные лезвия с грохотом взрываются, врезаясь в стену из камней и молний.

16,2 секунды…

Кусок бетонного потолка, надломившись, падает прямо на Уилла. Ментат ловко его ловит призрачными руками, даже не смотря в ту сторону. Часть этих конечностей сама собой превращается в полупрозрачные копья.

[Реактивная защита,] — Аккоман добавляет, мрачно глядя на призрачные руки. — [Количество уже задействованных точек фокусировки перевалило за нижний порог абсолюта [7].]

Выставляю перед собой щит-артефакт Ахиллеса. Вхожу в клинч.

Бум-бум-бум! Трещат молнии, земля под ногами ходит ходуном.

19,2 секунды…

Удары призрачных клинков Уилла тут же пробуют мою защиту на прочность. Десятки «Сфер-ловушек», высыпаются под ноги и в тот же миг «Шип» прошивает мою лодыжку и «доспех духа». Западня — хлещет кровь, нет защиты.

Первая мысль: беги отсюда!

Вторая мысль: но этого он и хочет. На средней и дальней дистанции у меня нет шансов.

Третья мысль: только ближний бой.

20,5 секунды…

Правый призрачный клинок Шапиро разбивает щит Ахиллеса, вонзаясь мне в бок.

20,55 секунды…

Хватаю ухмыляющегося Уилла за руку и бью по морде молотом. В момент касания оружие едва взрывается градом молний, рассыпаясь на запчасти. Больше половины призрачных рук развеиваются. Оружия больше нет.

20,6 секунды…

«Паралич!»

«Паралич!»

«Паралич!»

«Паралич!»

Ранее удерживаемая Уиллом бетонная плита вот-вот рухнет на нас обоих. «Доспех духа» противника держится на честном слове. Вот в его глазах промелькнуло понимание. Если плита рухнет, я выживу, ибо моё тело крепче за счёт телесных трансформаций. А он нет.

…Шшш…

Призрачный клинок во мне начинает шипеть от пропускаемой сквозь него техники. Онемение расползается во все стороны, словно яд. Противник морщится, создавая десятки новых рук, чтобы нас не придавило.

«Паралич!»

21,2 секунды…

[Гаси петуха!] — Валера пролетает сквозь щупальца и бьёт ментата точно в затылок… и сбивает с него «доспех духа». В тот же миг Уилл пронзает мне грудь левым призрачным клинком… мимо сердца. Хватаю его за левое запястье…

«Паралич!» — обе руки у Шапиро вышли из строя, но чувствую, как он уже начал выдавливать мою силу из себя.

22,2 секунды…

Чуть подпрыгнув на месте, упираю ноги в грудь Уилла и направляю в туфли «Спаситель» — лютейший заряд маны и эфира.

*Бабах!*

Меня отбрасывает в другой конец коридора.

[Да придет Спаситель!] — радостно орёт Аккоман, но его перебивает Железкин. — [Его руки целы. Ты почувствовал «Скольжение» в момент выхода из контакта. ВСТАТЬ, БОЕЦ! Твой враг уже пришёл в себя.]

28,2 секунды…

«Вектор!» Рывком заставляю тело принять вертикальное положение. Взорвавшийся кусок подошвы правого ботинка утерян безвозвратно. Нога саднит, но кости целы. Бой можно продолжать!

*Грохот*

Уильям сбросил на пол кусок потолка, удерживаемого щупальцами. Его грудная клетка вмялась, пара рёбер торчит наружу. С такими травмами нормальный одарённый попросту не сможет жить. Но сильный… ЧЕРТОВСКИ сильный одарённый, как Шапиро, даже разорванное сердце заставит биться так, как ЕМУ нужно. Вокруг нас в клубах пыли мелькают цифры. Одна, три, пять, семь и аж семь девяток.

[Магистры живучие,] — вспомнилась фраза Хомячкович, сказанная в день битвы за склады Арана. Тогда Железкину проломило голову обломком. Шапиро сейчас демонстрирует ещё более невероятную живучесть.

— Аз есмь кости, обглоданные этим захудалым миром, — Уилл криво усмехнулся, смотря на свои ободранные взрывом руки. — Люди хотят любить меня. Так что я позволю им любить меня настоящего. Злого и хорошего. Позволю им узнать мою благодарность миру и мои желания.

Моё сердце бешено колотится в груди, голова толком ничего не соображает. Я уже открыл было рот…

[Не слушай его!] — завопил Аккоман. — [Срочно обнови ментальный щит! Довлатов, я твой второй пилот. Щит, зараза! Ставь щит. Эта тварь лезет к тебе в голову.]

Ставлю… щит… мысли вязнут в киселе.

«Ментальный щит»

И наваждение тут же рассеивается!

«Доспех духа», «Среднее лечение», «Питание тела», «Изгнание заразы»… от последней техники раны от призрачных клинков начинают едва ли не шипеть. Яд? Ментальная болезнь?

Уилл, резко вздохнув, выправляет грудную клетку и сам на себя накладывает лечение. Техника «конвертора» ему явно не в новинку. Мы оба тянем время, чтобы прийти в себя.

47,2 секунды…

Создаю себе «Щит» и «Меч». Уроки Нереи не прошли зря. Теперь оружие всегда со мной. Шапиро стряхнул с пальцев остатки моей техники «Паралич» и тут же ловко сложил ладони в молитвенном жесте. Одна лишь скорость этих манипуляций дала понять, что бой вот-вот вспыхнет с новой силой.

— Воля моих союзников станет моей волей, — голос Уилла волной прошелся по астралу, пробившись даже сквозь мой доспех духа. — Моё покаяние — их покаянием. Их страхи и сомнения станут моим страхом. Моё душевное спокойствие — их спокойствием.

С каждым сказанным словом я всем своим духом ощущал, как материальный мир вокруг меняется. Будто сама реальность смешивается с духовным миром. В тот же миг к Шапиро со всех сторон потянулись ручейки маны и эфира.

Держа руки в молитвенном жесте, Уилл с усмешкой смотрел на меня.

— Мне не нужны ни сила, ни жизни моих союзников. Только их благословение и милость.

58,4 секунды…

Озарение вспышкой молнии пронеслось в сознании.

[Резонанс? Нет, аналог святой земли, как у святош! Уилл резонирует с теми, кому промыл мозги.]

«Щелчок» — сканирующая волна разошлась по округе. Фух! Пациенты всё еще сидят в своих палатах. Видимо, эта странная техника-молитва выкачивает из них эфир и ману, но не заставляет действовать по указке кукловода. Но это же безумие, чёрт возьми! Техника и молитва в одном лице⁈ Как такое вообще возможно?

Эфирное облако вокруг Шапиро с каждой секундой становилось гуще. Выглянувшие в дыру в потолке сотрудники больницы тут же попадали на пол, словно сломанные куклы. Уилл продолжал держать руки вместе, не сводя с меня глаз. «Святая земля» фактически наделила его безграничным запасом маны и эфира.

75 секунд…

Количество призрачных конечностей за спиной Уилла увеличилось до сотни. Ментат уверенно опёрся ими на разрушенный пол, стены и потолок и взмыл в воздух, приняв позу медитирующего Будды. Эфир и мана вокруг него стремительно сгущались, сами собой формируя шары.

[Плетение техник!] — Аккоман выдохнул изумлённо. — [Он создает их вне тела. Господи, да сколько же у него Власти!]

…

С начала видеотрансляции Салтыкова прошло уже четыре с половиной минуты. Первые минуты Артур Гаус ещё сомневался, но когда увидел отсутствие охранника у крыла, в котором проживал Уилл Шапиро, понял, что дело плохо.

— Срочно вызовите Следопытов! — крикнув санитарам, Артур сам сорвался на бег по коридорам больницы.

Трое охранников последовали за ним. Ветераны [2], но обычно их хватает для успокаивания буйных пациентов.

Как назло, открытая лекция по душевным болезням проходила в крыле для пациентов с легкими отклонениями. А Уилл Шапиро проживал в противоположной части. К тому моменту, когда Артур достиг холла, звуки битвы уже разносились по всем коридорам.Пациенты на шум боя реагировали неожиданно вяло. Санитары так и вовсе вели себя, будто ничего не происходит.

— Да что за чертовщина тут творится! — в сердцах рявкнул Гаус, хватая одного из охранников за грудки. — Очнитесь уже, идиоты!

Последние пару дверей архонт [6] вышиб грубой силой, не обнаружив около них охраны. И наконец Гаус увидел крыло больницы, ставшее полем боя. Сражение двух учителей [3] в замкнутом пространстве походило на схватку гигантской кобры и мангуста. Салтыков метался по стенам, потолку, создавал «ступени», швыряя техники со скоростью минигана. Огненные пули, лезвия ветра, гранитная шрапнель, дыхание севера. Уилл атаковал с ещё большей скоростью, используя одновременно сотню призрачных рук и десятки разных техник. Рухнули все три этажа крыла больницы. Пациенты разбегались куда глаза глядят.

— Уильям Шапиро! — Артур заорал, вкладывая в голос Власть. — Остановись немедленно!

Вшух!

Салтыков отскочил от куска стены, подброшенного взрывом в воздух, и в тот же миг пинком швырнул бровастый булыжник в сторону Шапиро. Но промахнулся! Однако странная каменюка, дважды отрикошетив от пола и стены, метнулась в сторону спины Уилла.

[Неси ружьё, Пятачок!] – до Артура донеслась ментальная волна.

Обладатель щупалец не глядя уклонился от резвой каменюки, но в тот же миг получил от Салтыкова ботинком по лицу. Целитель швырнул его телекинезом, будто тоже предвидел заранее маневр уклонение.

Взрыв!

Шапиро прикрылся щупальцами от взорвавшейся обувки, никак не пострадав. Не прошло и доли секунды, как в сторону висящего в воздухе Салтыкова ударил град из десятка разных техник.Целитель, создав под собой «Ступень», тут же метнулся к стене и стал двигаться вдоль неё, словно лыжник, комбинируя «Вектор» и «Скольжение».

Никто! Ни сам Гаус [6], ни трое охранников-ветеранов [2] не посмели сделать и шагу на поле боя. И дело даже не в том, что оба сражающихся учителя [3] двигались со скоростью, превышающей физические способности магистров [4]. А в Цифрах! Десятках и сотнях Цифр, появляющихся в облаках пыли, воде, текущей под невероятным углом «пятерки» с потолка. Стая птиц, летевшая на горизонте, вдруг изогнулась цифрой «9». Облака, соткавшие «8», и язык пламени от техники, изогнувшейся в полыхающую двойку.

— Боже! — пораженно выдал Гаус, осознав, сколько раз Хозяин Цифр дал о себе знать в этой схватке.

— Гра-а-а! — хрипло рыкнул Салтыков, швыряя «Ледяной дождь» в Шапиро. А потом, не дожидаясь его эффекта, топнул, посылая сквозь бетонный пол какую-то технику. Одна из рук-щупалец Уилла пробила пол, перехватывая атаку.

— Как можно следовать священному пути, — вдруг в гневе зарычал Шапиро, — и при этом искать знания того, что не дано тебе от рождения. ТЕБЕ, о лекарь! Недостаточно было терзать ИХ тела, продляя срок земных мучений? ТЫ возжелал ещё и забрать ТО, что они имели при жизни? ИХ средства и возможности к существованию…

— Кхе… щиты, — Салтыков хрипло крикнул. — Гаус, с**ка! Ставь щиты на разум.

Поздно! Троица охранников накинулась на Артура, но тут же была им раскидана. Разум самого Гауса атака лишь пощекотала. Дух архонта [6] непоколебим. Целитель, тряхнув головой, понял, что уже секунд десять наблюдает за смертельной схваткой. Уж больно сильно его удивило количество Цифр, мелькающих тут и там.

— Уильям, — рявкнул Артур, вкладывая в голос всю доступную ему Власть. — Немедленно прекрати сражаться!

Шапиро, вяло отмахнувшись от очередной атаки Салтыкова, посмотрел на главврача. В холодном взгляде Уильяма, его мимике и уверенных жестах читалась такая уверенность в себе, будто он только что подтёрся Властью Гауса, как бумажкой. Нормальные… и даже сумасшедшие люди так не смотрят на архонтов [6].

— Рабочий класс предал уже человечество и самих себя, — Шапиро усмехнулся, глядя на архонта [6], как на насекомое. — Предал свои идеи! Свою суть, защитников будущего своих детей. И все вы, лекари, в ответе за внушённые им ложные надежды.

Утвердительный тон Шапиро вызвал секундный шок у Гауса.

— Ты не Уилл, — архонт напрягся, почуяв наконец облако эфира и маны, сгустившееся вокруг Шапиро. — Понятие не имею, что тут творится, но видимо ответы придется выбить из тебя силой.

Шапиро не ответил, но однако Вла-а-асть! Вязкая, гибкая и мощная, словно тело столетней змеи. Она витала в воздухе вокруг Уильяма Шапиро, заставляя всех слабых духом падать перед ним на колени. Шапиро, словно живое божество, парил в воздухе, окружённый ореолом из десятка Цифр. Ещё большее скопление Цифр окружало харкающего кровью Салтыкова.

Шапиро, Гаус и Салтыков… все трое одновременно поняли: если бой продолжить, каждую из сторон ждёт пиррова победа.

Уилл с ноткой лёгкого удивления глянул на Михаила. У того булыжник, сидящий на плече, воинственно сдвинул брови.

— Рано или поздно ты всё равно погибнешь от греха невежества.

Салтыков молча усмехнулся. С уголка его губ стекала капля крови.

Так и не дождавшись ответа, Шапиро взмахнул рукой, будто разрезая воздух. В тот же миг перед ним появилась трещина в пространстве, в которую он провалился.

…

Аркхэм, разрушенное крыло больницы

Михаил Довлатов (Салтыков)

До прихода Следопытов — городской гвардии Аркхэма — есть ещё какое-то время.

— Гаус! Мне нужно срочно попасть к Источнику… пневмы! — сам не узнаю свой хриплый голос. — У меня истощение по эссенции в семьдесят процентов.

— Святые угодники! — главврач за секунду оказался около меня. — Михаил, да на вас живого места нет! Травмы мышц, сухожилий, два колотых ранения…

— Источник! — рычу, сдерживая гнев. — Сейчас. Вопросы потом. Если не помогаете, то хотя бы не мешайте.

— Уилл… — Гаус морщится.

— Это не Уилл, — хмурюсь от накатывающей боли. — Гаус, уйдите с дороги, раз не хотите помогать. Я из поезда видел, что в горячих купальнях неподалёку есть Источник Пневмы.

Артур торопливо кивнув подставил своё плечо, давая опереться. Самое время! Нога, проколотая «Шипом» в начале боя, начала саднить. Три минуты и сорок две секунд сражения выжали из меня все соки.

Больница, как и санатории с купальнями, находилась у водохранилища Кваббин. Так что мы попросту пробежались по поверхности воды до ближайшего к нам Источника. От двух горячих бассейнов в небо били столбы пара. Люди нежились у бортиков, когда мы влетели к ним, перемахнув через трёхметровую ограду. Народ в панике стал разбегаться.

Гаус помог мне опереться спиной на каменюку Источника первой категории.

— Что, чёрт возьми, там произошло? — целитель взлохматил свои кучерявые волосы, удивлённо хлопая глазами. — Власть, невидимые техники, ментат, открывающий проломы в пространстве…

— Все… вопросы через пять минут, — с трудом сглатываю, доставая из кармана телефон. Он хоть и треснул, но каким-то чудом пережил весь бой.

Набираю горячую линию Ассоциации и сразу прошу соединить с помощником Каладриса.

— О, мистер Довлатов! Снова вы? — в голосе Луи Вана слышатся нотки радости. — Чем могу помочь в этот раз? Ручка у меня теперь всегда на готове.

— Тогда записывайте… А то я сознание могу потерять в любой момент.

Гаус удивлённо вскинул бровь при упоминании моей фамилии.

— Передай Каладрису следующее: «Нахожусь в Аркхэме. Пять минут назад столкнулся с сильнейшим источником вибраций. Даже выше, чем у Будды. Парнишка двенадцати лет, Уильям Шапиро, за месяц из одарённого-нулёвки [0] поднялся до учителя [3] и сменил тип одарённости с нейтрального на ментальный. Во время боя Шапиро показал количество точек фокусировки больше, чем у абсолюта [7]. Показатель Власти на уровне Дуротана или даже выше. Использует невидимые глазу атаки. Возможно, полностью или частично слеп. За время боя несколько раз не глядя уклонялся от моих атак. Уилл пока не проходил телесных трансформаций. В бою использует от десяти до сотни призрачных рук для атак на ближней и средней дистанции. Любой незащищенный разум берет под контроль с пары предложений, без видимых применений техник.»

Я вынужденно остановился, сглатывая подступивший к горлу ком.

— Записал, — несколько удивлённо ответил Луи Ван. — Что-то ещё мистер, Довлатов?

— Да… — мой голос снова стал хриплым, — Уилл… этот ментат использовал в ходе боя нечто схожее со святой землей святош. Он будто ходячий храм, а не человек.

— Цифры! — хмурясь, добавляет Гаус. — По меньше мере пять десятков Цифр появились на поле боя. Святые угодники! Да я за всю свою жизнь их столько не видел, сколько за две минуты их боя.

— Эмм… записал, — в голосе Луи прозвучало неподдельное удивление. — Я могу ещё чем-то вам помочь?

В голове как раз созрел один вопрос.

— Луи, а что там с делом сына князя Багратионова? Ассоциация послала туда кого-то с проверкой?

— Эмм… насколько мне известно, нет.

Крохотная заминка в ответе дала понять, что помощник Каладриса только что соврал. Вопрос лишь один — зачем? Ведь парню явно некомфортно. Приказ от шефа? Других вариантов я не вижу. Хмм… закрытая информация?

— У меня всё, — кладу трубку и убираю телефон обратно в карман.

— Довлатов, значит? — Артур сверлит меня взглядом. — Если приглядеться, то у тебя рост, вес и возраст как у того самого звёздного целителя Довлатова, который выступал в ООН от дипмиссии орков.

— Мне нечего добавить, — пожав плечами, я откинулся к Источнику и стал спешно втягивать в себя эссенцию. Возможно, она мне сейчас снова пригодится.

Запустив пальцы в свою кучерявую шевелюру, Гаус снова взлохматил волосы.

— Если правильно помню ваше личное, мистер Довлатов, дело, вы из Арана? У меня уже тогда зародились сомнения в том, а не насолил ли вам мой печально известный братец. Теперь я в этом практически уверен.

Пожимаю плечами.

— Без комментариев. Как вы правильно заметили при знакомстве, «вы не из рода Гаус». Не стоит вам лезть в наши с Андреасом разборки. Кое-кто уже приговорил его к смерти.

— Но я… должен, — последнее слово архонт [6] буквально выдавил из себя, поморщившись при этом. — Как бы сильно я ни ненавидел свою фамилию и род, я всё ещё Гаус. Грехи рода, это моё вечное бремя. Вам не понять, Михаил. Но от родни не отказываются… Позвольте хотя бы обработать ваши раны.

Видя сомнение на моём лице, Артур недовольно фыркнул.

— Ой, да ладно вам, Дов… Салтыков! Нас видела куча свидетелей. Подозреваю, что случись сейчас с вами нехорошее, тот самый Каладрис мне голову оторвёт.

…

Техники «Расширенного Ускорения», «Расширенного Усиления» и принудительного «Расщепления Эссенции» разрабатывались на чёрный день. Причём не для целителей, а вообще для всех. Например, если в полевой лазарет с ранеными ворвутся враги и придётся биться насмерть с противником, превосходящим его по численности или рангу. Последний бой, так сказать.

Тройка техник чёрного дня похожа на похоронную свечу. Как только одарённый их использует, начинается обратный отсчёт. В любой момент может закончиться эссенция, и тогда смерть примет смельчака в свои объятья. Или появится тромб в сердце? Или мозги спекутся от перегрузки, вызванной чрезмерным ускорением.

На деле, это дамоклово решение полезно только учителям [3] и магистрам [4]. Тем же старшим магистрам [5] уже нечего усилять. Их физическое тело после прохождения всех телесных трансформаций и так выдаёт максимум. А ученика [1] или ветерана [2] откат убьёт в течение минуты.

И да, чёрт возьми! Быть целителем — круто. Я себя сейчас хотя бы подлечить могу нормально. Далеко не у всех одарённых есть такая возможность.

…

Со Следопытами Аркхэма вышел не самый приятный разговор. Их мозгоправам о-о-о-чень хотелось забраться ко мне в память и выудить всё-всё-всё об Уильяме Шапиро. И у них бы это получилось, если бы не три «но».

Во-первых, на мою сторону встал Гаус, запретив любое вмешательство в сознание. Ибо никто не отменял отката от тройки техник чёрного дня. Во-вторых, у меня есть дипломатический иммунитет. Пришлось раскрыть факт существования у меня второго паспорта. Ну и в-третьих — позвонили из генштаба Ассоциации Охотников и сказали: «Это наш человек. Запрещаем считывать память в связи с тем, что Довлатов хранит в своей голове стратегически важную информацию». И всё! Последний звонок настолько сильно впечатлил бедных Следопытов, что они меня даже вежливо до дома довезли. Плюс у меня появилась пара полезных связей в Службе Следопытов Аркхэма.

Добравшись до кровати в своей квартире, я без сил рухнул на неё.

— Гений Михаил Довлатов? Как же! — устало рычу в подушку. — Власть в пятёрку? Родства девять с половиной? Три ранга, взятых за год? И что с того⁈ Тебя уделал двенадцатилетний шкет, за месяц преодолевший путь до учителя [3]. И плевать, как именно! Даже если это не сам Уилл, а бог знает кто.

Да ещё и Хозяин Цифр отчего-то расщедрился на кучу посланий. Гаус даже не догадывается, что их под двести штук выскочило, пока мы с Уиллом бились один на один. Раньше в лучшем случае раз в неделю Цифры появлялись. То вода потечёт «восьмёркой». То краска на стене полигона отвалится в форме «семёрки». Но двести штук за раз… это прям что-то из ряда вон выходящее! Хорошо, что ментаты Следопытов в моей памяти не копошились. Иначе меня бы и вовсе не выпустили из комнаты для допросов.

Вроде выговорился, а на душе всё равно погано. Мне не хватает… всего! Времени, боевой сноровки, техник огня, ветра и воды, продвинутой телесной трансформации. И пусть деньги теперь не проблема, ощущение «отставания» никуда не делось. Отстаю от деда, умотавшего в мир Унии. От Димки Романова, всю жизнь учившегося быть княжичем и одарённым. От гениев вроде Уилла.

[Хоу-хоу! Вот не на надо так. Много ты видел одарённых, за год добравшихся до ранга учителя [3]?] — бухтит в моей голове личный Аккоман. — [Романов на год тебя старше. Он семь лет шёл к рангу учителя. Его, между прочим, тоже уникумом зовут. И… всё. Даже Аталанте, гению среди гениев, потребовалось два с половиной года, чтобы добиться того же, что и ты. Так что не вешай нос, дружище! А лучше позвони той красотке Ким Джису… Или Нерее. Твою постель давно никто не грел.]

[Сначала Запретная Библиотека,] — с ухмылкой отвечаю самому себе. — [Я в Аркхэм приехал не только ради обучения. Пора уже узнать, что именно мой дед прочёл в манускрипте безумного араба Аль-Хазреда.]

Аккурат в этот же момент завибрировал мой едва живой телефон. Кто-то снова пробился сквозь режим «Не беспокоить».

[Довлатов, у нашего тайного пациента обострение,] — пишет мне Лиам Хаммер одно сообщение за другим. — [ Буду ОЧЕНЬ благодарен, если приедешь в ближайшие несколько часов. Боюсь, до завтра он уже не доживёт.]

Ну-с, пора отдать должок Лиаму за молоточек, здорово выручивший меня в бою. Пора в дорогу… а значит, я опять не высплюсь.

Глава 8

«Подкаблучный» Гаус

Время за полночь. Перед поездкой в гости к роду Хаммер я принял душ и собрал дорожный чемодан. Добавил в него колбы с эфиром, укрепляющие зелья и эликсиры. Бой с Уиллом показал, что мне нужно завершить четвёртый уровень телесной трансформации как можно скорее. Вопрос не в «если», а «когда» снова придётся прибегнуть к техникам «чёрного дня». Ведь моя жизнь далека от привычных рамок спокойствия и нормальности.

Руки так и тянулись взять с собой какое-нибудь оружие. Хотя бы отломанную ножку табуретки… Но я в тот же миг поймал себя на мысли, что попросту не чувствую себя в безопасности. Когда буду в Нью-Йорке, надо купить ещё одни часы Ахиллес и что-то типа молоточка Хаммеров. Оба артефакта здорово мне помогли в бою с Шапиро.

Последним в чемодан лёг второй паспорт на имя Михаила Довлатова. Как минимум из Аркхэма мне лучше убыть под фамилией Салтыкова.

Уже стоя у двери, я тяжело вздохнул, понимая, что меня кое-что беспокоит. После битвы в клинике у меня образовался один долг. Желательно его отдать в ближайшие дни.

Достав из кармана еле живой телефон, смотрю на часы. Полночь, но уверен, что мне ответят сразу. Жму на кнопку набора.

— Михаил, — Артур сонно зевает в трубку. — Вас уже отпустили Следопыты?

— Да, отпустили. Спасибо, что дали показания, — тоже зеваю в трубку. — Хорошо, что со мной говорили Следопыты, а не Демоноборцы. Слышал, у них порядки…

— Жёстче, — Гаус хмыкнул. — Да, они иногда переступают через закон. Так-то они парни адекватные, но им частенько приходится ловить тех, кто пытается сбежать или, наоборот, проникнуть в Аркхэм. Потому преступлениями у нас и занимаются две разные службы. Следопыты следят за городом. Демоноборцы охраняют границы. Вы по делу? Я вообще-то спать ложился.

— А-ар-ту-у-ур! — донёсся в трубке третий голос. — Кто там? Скажи этим негодникам из больницы, чтобы больше не смели звонить тебе так поздно.

— Да, дорогая, — Гаус кому-то крикнул и снова перешёл на шёпот. — Михаил?

— Собственно… примерно об этом и речь, — сонно тру глаза. — Мой дед тот самый Геннадий Саваки по прозвищу «Язва». Когда-то он повздорил с вашим братом Андреасом в Аране. Потом эта обида двух стариков вылилась в мой с Андреасом конфликт на ровном месте.

На той стороне раздался тяжёлый вздох.

— Из-за денег. Как пить дать. Андрэ с юных лет на них помешан. Спасибо, что рассказали.

На секунду показалось странным, что родство с Язвой нисколько не удивило собеседника. Ну да ладно.

— Артур, я это к тому, что у меня тот же дар рода, что и у деда. А у вас…

— Стоп-стоп-стоп! — Гаус запыхтел. — Саваки? Тот, который из Японского Сёгуната? Старый вредный хрыч, который всем неугодным глаза на зад натягивает? А если его достают, то пол меняет? Вы внук ТОГО Язвы?

— Того самого. Только он покинул мир Земли вместе с Комитетом.

В трубке снова раздалось молчание.

— Михаил… Салтыков… Насколько мне известно, у Саваки в японском роду за последние полвека было всего три или четыре целителя. Младшему сейчас двенадцать. Однако дар… ну, пусть будет Язвы… никто из них так и не унаследовал. Ходили слухи, что Комитет попросту прячет таких целителей, дабы контролировать обстановку в мире. Но это бред…

— Оставим это для другого разговора, — смотрю на входную дверь своей квартиры. — Мне надо сейчас кое-куда отъехать. Надеюсь, всё услышанное останется между нами. Я вам всё это рассказал, так как вижу проблему «вины за род», с которой вы живёте. Как мне кажется, она сильно мешает вам идти по пути из архонта [6] в абсолюты [7]. Уж простите за формулировку, но вы себя затюкали, запихивая в рамки социальной удобности. Это мешает стать вам в меру «шизанутым ублюдком», коими являются все известные мне абсолюты [7].

Гордость Лиама Хаммера, свобода Нереи, агрессивная защита Персефоны, жадность Андреаса, лень Гархана и даже нереальная альфа-самцовость Гуладора — всё это полезная шизанутость, делающая из абсолюта [7] того, кто он есть. Все они нереально сильные духом одарённые, не стесняющиеся и не боящиеся явить себя миру… даже если миру от этого становится некомфортно.

Артур устало хмыкнул в трубку.

— Мда-а, чувство такта у вас такое же, как у Язвы.

Не знаю почему, но такое сравнение мне не понравилось. Я это я. Зачем меня сравнивать с дедом?

— Артур!… Не будь я вам должен за помощь в клинике, этого разговора вообще бы не состоялось. Характер у вас получше, чем у вашего помешанного на деньгах брата. Но верно и то, что из-за навязанного чувства вины вы не знаете самого себя. Наш с дедом дар рода… Скажем так… развязывает узлы внутренних противоречий. Абсолютом это вас сразу не сделает, но так вы хотя бы сможете расти дальше.

Гаус несколько секунд напряжённо пыхтел в трубку.

— В чём ваш интерес, Михаил?

— А-а-а-артур! — снова донёсся женский голос в трубке.

— Дорогая… — столько пышущего гнева и раздражения, вложенного в секунду молчания, мне впервые удалось лицезреть. — Я занят… Пожалуйста, дай мне спокойно договорить.

— А-а-а-артур!

— Черити, БОГА РАДИ!.. — три секунды напряженной тишины. — Пять. Грёбанных. Минут. Это важный разговор.

[Черити? Та самая Черити Чапмэн?] – на моем лице сама собой выросла улыбка. — [Хо-хо… Так та ленивая особа охомутала главврача центральной больницы Аркхэма? Какой, однако, «удобный» ход с её стороны. Трудоголик, целитель и аж целый архонт… под её каблуком.]

Кажется, я невольно надавил на больную мозоль «подкаблучника» Артура Гауса.

— Михаил, какой тут у вас интерес?

— Смотрите в будущее, Артур, — улыбка на моём лице стала ещё шире. — Я собираюсь жить долго, интересно и красиво. Проверенный целитель-абсолют [7] куда интересней и полезней, чем главврач-архонт [6] из Аркхэма.

— Снова говорите, как он, — Гаус тяжело вздохнул. — Ваш дед сказал мне «отрастить я… кхм», прежде чем я к нему приду. Кажется, я только сейчас, общаясь с вами, понял, что он имел в виду. Хорошо… У вас есть согласие. Когда вы сможете… Помочь?

Смотрю на экран телефона.

00:47, раннее утро 12 мая 2027 года

Снова подношу смартфон к уху.

— В ближайшие два-три дня. Возможно раньше. Потребуется от трёх до восьми часов и доступ к Источнику третьей категории и выше. Расход маны большой. Вам надо будет выпить эликсир, ослабляющий дух. По-другому мне до вашего архонтского разума не достучаться.

— Я… всё подготовлю, — Артур тяжело вздохнул. — Буду должен. До связи.

…

Из-за обязательного часового карантина на выезде из Аркхэма до резиденции рода Хаммеров под Нью-Йорком удалось добраться только к пяти часам утра.

Седоусый, седобородый и даже седовласый слуга рода Клаус в гордом одиночестве вышел встречать меня с лампой-фонарём к воротам имения.

— Прошу прощения, мистер Довлатов, — Клаус, тяжело вздохнув, сам открыл двери калитки. — Наш тайный гость ведёт себя странно. Господин приказал отключить в доме электричество и артефактную защиту. Мистер Захаев сказал, что «так мы отсеиваем факторы, возможно влияющие на здоровье пациента». Но по мне, так это чушь! Из-за этого нюанса пришлось прислугу временно отправить в другой дом рода. Газонами уже месяц никто не занимается. Про то, что творится в комнатах, я вообще молчу.

Я аж присвистнул от столь эмоциональной тирады из уст потомственного слуги Хаммеров.

— Сильно же вас припекло!

— Мне можно. Я «уста» прислуги рода Хаммер. А вы не совсем чужой нам человек, — Клаус, фыркнув в бороду, указал газовой лампой на дом. — Пойдёмте, я провожу вас. И вы уж простите, мистер Довлатов, но телефон и другие устройства, излучающие электромагнитные или мана волны, придётся оставить у входа в дом.

Оставив практически все вещи у дверей резиденции Хаммеров, я поднялся на второй этаж дома. Клаус с лампой шёл впереди, освещая мне дорогу.

Спальня или, скорее, детская комната, вызвала лёгкую тревогу. Стены салатового цвета украшены плакатами супергероев. Стоят явно привезённые откуда-то стеклянные шкафы с игрушками роботов, динозавров и всяких монстров. Вдоль стен лежат детские вещи и запах… в комнате пахло чужим домом. Всё, что тут имелось, привезли в имение Хаммеров из другого места.

Захаев с полуторамесячной щетиной махнул мне рукой.

— А вот и Довлатов! Герой женской орочьей консультации.

— Выглядите хреново, — прищурившись, пытаюсь в свете пяти газовых ламп рассмотреть лицо Витольда. — А нет! Вы всегда таким страшным были.

— Господа, — здоровяк Лиам Хаммер поднял руку в останавливающем жесте, — оставьте свои разборки на потом. Чемпионат «У кого длиннее» отложим до выздоровления пациента. Если надо, я вам обоим по линейке подарю с логотипом рода. Ещё и рефери выступлю. Вы только делом займитесь! Время утекает.

Свет ламп выхватил разом помрачневшее лицо Витольда.

— Что за пациент?

— Ребёнок, — усталым голосом произносит целитель, отводя свой взгляд, — Леонард… Пацан, восемь полных лет, гражданин США. По всем признакам прошёл излишне раннюю инициацию. Сосуд души разрушен и запустил развертывание духовного тела.

Разрушение сосуда — это не страшно. Сосуд, словно скорлупа, из которой вылупляется дух одарённого. Будь пациент не-одарённым, его бы убила такая процедура.

Целитель устало махнул рукой на детскую кровать в конце комнаты.

— Довлатов, мне в этом деле непонятно вообще всё. Откуда взялся Источник, вызвавший спонтанную инициацию? Где дух пацана? Тут лежит тело пациента. Оно ест, пьёт, трогает свои любимые игрушки, но не говорит. Краткосрочная память обнуляется каждые двадцать минут. Постоянная память отсутствует, от слова совсем. Дошло до того, что Леонард два раза обжегся об одну и ту же кружку. Семь часов назад случилась ничем не объяснимая остановка сердца.

— Погоди-погоди! — подняв руку, я тряхнул головой. — В смысле нет духа? Так не бывает. Без души пациент умирает. На этом строится вся экстренная медицина с принудительным привязыванием души к тяжело травмированному телу.

— А я откуда знаю, как так получилось⁈ — Захаев удивлённо развёл руками. — Инициация есть, это факт. Первый слой духовного тела одарённого [0] полностью развернулся за минувший месяц. Леонард всё ещё жив. А я поддерживаю в нём жизнь, регулируя все обменные процессы. Иммунитет падает с каждым днем. Неделю назад появилась реакция на электромагнитные волны и излучения маны.

— «Рыхлое духовное тело»? — я нахмурился. — Такое же бывает только у стариков-не-одарённых, которым лет за сто. А тут мелкий пацан.

Видя возмущение на лице Захаева, я сам поспешил ответить.

— Да-да, «ты сам не знаешь, как так получилось». Есть странный пациент и его необычные проблемы. Генетика?

— Чисто, — Витольд закатил глаза. — Довлатов, не держи меня за идиота! Мы за месяц проверили вообще всё. Проклятья, наследственные заболевания, отравления, грибковые микроинфекции типа проказы. Приглашали ментатов, пытаясь считать память Леонарда. А там… пусто!

Захаев снова возмущённо развёл руками.

— В смысле вообще ни черта нет! Та самая краткосрочная память обнуляется, стоит Леонарду заснуть на десять минут. Потом он снова носится по комнате, сшибая одни и те же углы. Родня притащила вещи, пытаясь пробудить ассоциативную память… не помогло. Пробовали даже электростимуляцию мозга… Толку ноль.

В рассказе Захаева меня напряг один момент.

— А фамилия у Леонарда есть?

Целитель, затихнув, уставился на Хаммера. Лиам медлил несколько секунд.

— Элмор, — тихо произнёс техномант, будто чего-то опасаясь.

— Леонард Элмор… И что? — смотрю на Захаева и Хаммера. — Почему вы оба снова молчите? Элмор это какой-то знатный род?

— Почти, — Лиам добавляет тихо.

— Руан Элмор, — Захаев улыбается, глядя прямо на меня, — действующий президент Соединенных Штатов Америки. Там в кровати лежит его второй сын. Если с ним что-то случится…

— У нас будут проблемы, — киваю и начинаю закатывать рукава. — Значит, надо вылечить сына президента? Ладно… мировых вождей я уже лечил. Так что дело как раз моего калибра. А теперь, господа молчуны! Будьте добры рассказать, что вообще тут происходит? От начала и до конца. Вы же оба не без причины не выходили из дома последние два месяца.

…

Слушая рассказ Хаммера и попутно листая личное дело пациента, я восстановил хронологию событий.

Леонард Элмор из штата Монтана пропал в районе полудня 14 марта. То есть почти два месяца назад. Восьмилетний парнишка вышел погулять и почему-то направился в лес за домом. В Монтане лес не редкость. У Элморов так и вовсе за трёхэтажной резиденцией целая сеть тропинок для любителей пеших прогулок. Эдакий ухоженный лесопарк для нереально блатного пригорода.

Заснувшая нянька хватилась пропажи только два часа спустя. Ещё через час лес шерстили уже все, кто только мог: от полиции до пожарных вертолётов. Ситуация сильно осложнялась тем, что в Штатах в те дни активно боролись с зараженными зомби-вирусом. Во всём мире царил серьёзный кризис. Никто не понимал, что вообще творится.

14 марта, вечер. Радиус поисковой операции расширялся с каждым часом. Полиция усилила кордоны на дорогах. Ассоциация Охотников и АНБ выслали группы одарённых следопытов. Однако события первых часов в десятки раз усложнили им работу.

03:47, уже 15 марта — намёк на следы Леонарда нашли в двух километрах от имения Элморов. Причем, судя по таймингу, дитё прошло там в одиночку в первые часы после пропажи. Ни трассеров техник одаренных в астрале, ни подозрительных запахов, ни клочка одежды на ветке — Леонард практически не оставил следов, по которым спасатели могли бы его отыскать.

У спасателей была версия с нападением пумы или медведей. Их немало водится в лесах Монтаны. Прибывший в 04:11 мастер зверей из Канады опроверг эту версию. Все звери в лесу вели себя странно. Никто из опрошенных крупных хищников на людей не нападал. Кто-то из мелкого зверья видел ребенка, но не мог сказать, когда это было и был ли это Леонард. Причина в том, что большинство животных обладают дихроматическим зрением. Упрощенно: звери — дальтоники и не могли отличить Леонарда от других людей. Мы для них плюс-минус на одно лицо.

Дальше начинается интересное. На дворе середина марта. Ночью температура в Монтане опустилась до нуля. Дважды лил проливной дождь. Однако спасатели не останавливали поисковые работы, постепенно увеличивая радиус. Элмор — фамилия, говорившая в том штате сама за себя. В общем, у полиции не было права отказаться.

Прошли ещё сутки. СУТКИ! Не световой день, не час, а двадцать четыре часа. Весь штат Монтана кошмарили, устраивая обыски домов. Следователи проверяли версию с похищением ребенка одарённым ментатом. АНБ подняло списки выпущенных из тюрьмы преступников за последние пять лет. Всех заинтересованных в шантаже президента США лиц тоже аккуратно опрашивали. По причине связи дела с большой политикой для СМИ все вышесказанное находилось под строжайшим запретом.

В 10:37, уже 16 марта, Леонарда Элмора обнаружили в заброшенном охотничьем домике в шести километрах от дома. Там не было ни целых окон, ни дверей. Ночью градусник опускался до нуля. Дитё закуталось в старый мешок, додумавшись использовать его вместо походного спальника.

11:17, тоже 16 марта. Прибывшие на место сотрудники АНБ нашли следы, уходящие в лес, и… собственно, всё. Мальчик не узнавал людей. Тогда ещё говоривший Леонард сказал спасателям, что «гулял очень долго и шёл домой». Был ли кто-то ещё? Неизвестно… Но пацан был НЕ В СВОЕЙ детской одежде. Вдобавок изменился цвет волос, временами голос становился «грубым и жестким», но самое интересное, что родителей Леонард все таки узнал. А потом и свои вещи.

16 марта, вечер. Начало твориться что-то странное. Краткосрочная память Леонарда стала обнуляться. Целители не могли понять, как дитё вообще пробудилось? В том лесу нет Источников. В отсутствие души даже мне верится с трудом. Но вот он факт — Леонард жив, несмотря на отсутствие души в его духовном теле. Что творится в голове президента Элмора последние два месяца, даже думать страшно. Заложник? Новый вид шантажа от членов Палаты Лордов? Или подстава, организованная политическими конкурентами?

Хаммер… оказывается, Лиам хорошо знаком с Руаном Элмором и сам вызвался помочь президенту США в щекотливой ситуации. Всё честно: Лиам максимально нейтральная сторона. Ребёнка изолировали ради всеобщего блага.

По той же самой причине Лиаму и Захаеву запрещено покидать усадьбу Хаммеров до окончательного разбирательства по этому делу. В общем, какая-то внутренняя заморочка Палаты Лордов и сената США. Витольд же вызвался добровольцем в деле связанным с лечением ребенка.

Закрыв личное дело, я понял одно: Витольд и Лиам за прошедшие два месяца испробовали всё. От шаманов вуду из долины реки Амазонки до оракулов из Афин. У последних сбываются далеко не все пророчества, так что им веры нет… Однако в этот раз три из трёх провидиц сказали:

«Леонарда не спасти. С ним можно только попрощаться. На то Судьба и дала время его родителям».

Лиам взглянул на меня с затаённой надеждой.

— Что скажешь, Довлатов? Твой дар поможет?

— Без шансов, — стучу пальцем по виску. — Если я правильно понял записи Витольда, пациент не видит снов. Леонард закрывает глаза на десять минут для того, чтобы перезагрузить краткосрочную память. Дар Довлатовых, это своего рода обратная связь через мозг с духом пациента. А тут нет ни первого, ни второго…

Хаммер отвёл взгляд и тихо-тихо вздохнул. Не было сказано ни «жаль», ни «значит, все кончено». Ничего… Патриарх-техномант прекрасно понимал, что нельзя перекладывать на других груз своей надежды.

— Лиам, — обратился я к нему по имени. — Я не собираюсь бросать это дело. Раз уж вы меня пригласили, то я пройду этот путь с вами до конца.

Хаммер взглянул на меня без тени энтузиазма и кивнул. Мне понятна его позиция. При всех моих регалиях я всё ещё лишь целитель-учитель [3], а не второй Язва, способный доставать людей чуть ли не с того света.

Первым делом провожу личный осмотр Леонарда. Никаких признаков яда или истощения: Захаев и впрямь последние два месяца тщательно следил за состоянием здоровья пациента.

Пройдясь ладонью вдоль поверхности рук и ног, подтвердил отсутствие мутаций в плоти и духовном теле. Сканирование внутренних органов также ничего не показало. Дойдя до головы, перехожу на контрастное духовное зрение. Оно помогает отследить то, как работа мозга соотносится с процессами в духовном теле.

Щёлкаю около уха Леонарда, проводя шумовой тест. Мальчик, весело улыбаясь, поворачивает голову, не воспринимая руку как источник звука.

— Слух в порядке, — говорю вслух для Захаева. — Однако степень ориентированности в пространстве нулевая. Телом движут чистые инстинкты.

Тест на осязание через прикосновение к запястью дал тот же результат. Леонард не видел взаимосвязи между моим пальцем и тем, что его кто-то коснулся.

Перехожу к зрению. Мне стало интересно: что будет, если источник шума и картинки будут в моменте находиться прямо перед глазами пациента. Приблизив указательный и большой палец друг к другу, создаю между ними ряд «Искр».

*Крц*

*Крц*

*Крц*

Слабенькая техника, но шумит знатно. Ей только бездомных собак гонять. В тот же миг контрастное сканирование мозга выдало резкое изменение ситуации.

Моё тело отреагировало быстрее, чем пришло осознание причины. Я отпрыгнул! Причем аж к самой двери, выломав в момент прыжка несколько досок из паркета.

Улыбаясь краешками губ, Леонард Элмор внимательно смотрел прямо на меня. Хаммер и Захаев повскакивали с места.

— Довлатов! Что случилось?

Хаммер с явным непониманием глянул на ребёнка. Леонард начал дурачиться, ведя себя как неразумное дитя. Исчез тот серьёзный взгляд, каким он только что меня буравил.

— За-р-раза! Только что… это был не Леонард Элмор.

Вибрации! Богом клянусь, я только что чувствовал вибрации. Один в один, как те, что были у Уилла Шапиро, Каладриса и Эксцентричного Будды. Но вот прошли считанные секунды, и их нет.

Да что, чёрт возьми, творится в Штатах⁈

Глава 9

И снова Лупергод

Обстановка в детской комнате в имении Хаммеров никак не изменилась. Захаев осторожно подошёл к Леонарду. Щёлкнув пальцами, целитель провел поверхностный осмотр.

— Никаких изменений, — Витольд чуть присел, заглядывая в глаза ребёнка. — Но готов поклясться, его взгляд на несколько секунд и впрямь стал осознанным.

Лиам с непониманием глянул на Леонарда, играющего с машинками. Потом перевёл взгляд на меня. Патриарху было явно не по себе от того, что я внезапно отпрыгнул от ребенка.

— Что значит «это был не Леонард»?

— То и значит, — мой голос чуть дрогнул. — Всё, что я скажу, должно остаться в этой комнате.

Лиам кивнул спокойно. Как патриарх и военный подрядчик правительства США, Хаммер и сам хранит немало секретов. Захаев, коротко фыркнув, тоже дал согласие.

— Меньше суток назад в Аркхэме у меня был похожий случай, — указываю на Леонарда, отслеживая его реакцию на мои слова. — Там был пациент Уильям Шапиро. Одарённый-нулёвка [0] с нейтральным типом дара. Прошёл месяц, и он вдруг стал матёрым учителем [3]. Власти столько, что и магистра [4] в бублик свернёт. Родство с ментатом запредельное. Он мало того, что половине больницы мозги промыл, так ещё и использовал некую смесь техник святой земли святош. От Уилла тогда исходили такие же вибрации, как только что от Леонарда. В больнице я их даже сквозь «ментальный щит» почувствовал.

— Вибрации? — Захаев, удивлённо выгнув бровь, глянул на Хаммера.

— Я тоже не заметил, — Лиам напрягся, — но едва уловимая эссенция и впрямь мелькнула на грани ощущений. Если всё так, как сказал Довлатов, то мы имеем дело не просто с похищением, а с удалённым контролем разума. И ведь как ловко всё провернули, сволочи! Глазами пацана посмотрели, что к чему, и тут же смылись.

Достаю из кармана еле живой телефон и уже в который раз звоню на горячую линию Ассоциации Охотников. Слух уловил автоматическую переадресацию звонка, после чего сразу раздался заспанный голос Луи Вана.

— Уа-а-а, — помощник Каладриса сонно зевнул. — Кто это? И который сейчас час?

— Шесть часов утра, — ловлю на себе хмурый взгляд Хаммера. — Ван, кто-то уже проверил случай Уильяма Шапиро?

— Нет… Все группы заняты. Возможно, проверят в течение недели, — заминка дала понять, что помощник Каладриса снова врёт не по своей воле. — Вы по делу звоните, мистер Довлатов?

— Передай главному Охотнику следующее. «Дело срочное. Запас времени не больше четырёх часов. Нахожусь в гостях у рода Хаммер в Нью-Йорке. Пропажа Элмора-младшего также связана с источником вибраций. Нужна хоть какая-то информация по делу, чтобы я мог помочь вип-пациенту.»

— Передам… когда получится, — Луи затих на пару секунд. — Господин Каладрис в последние пару месяцев редко появляется в штаб-квартире. Война с не-мёртвыми идёт полным ходом, и его часто вызывают на переговоры. Поделюсь информацией не для посторонних. Примерно десять процентов жителей Византии погибли в марте во время зомби-вируса. Половина зомби бесследно исчезла. Есть основания полагать, что это дело рук Безликих Гигантов не-мёртвых. У них есть способность призывать к себе союзные войска.

Мозг мгновенно просчитал все цифры и последние известные новости из большого мира. Десять процентов жителей Византии — это двести миллионов человек. Если половина из этой оравы зомби бесследно исчезла, то у ООН и Ассоциации дела плохи.

Телам зомби, как источникам заразы, кукловоды не-мёртвых дадут созреть. А потом также ловко закинут в густонаселенные города той же Византии. Это создаст искусственную вторую волну эпидемии. Вот из-за чего в Аркхэме скоро пройдёт симпозиум по зомби-вирусу.

Скорее всего, ученые из Центра по Контролю Заболеваний [ЦКЗ] в Атланте зашли в тупик. Дела идут настолько туго, что на симпозиум пригласили Лей Джо и Хомячкович, хотя их специализации — это полевая медицина, а не лабораторные исследования. Землянам как воздух нужна вакцина. Это пока единственный способ лишить не-мёртвых их главного биологического оружия.

— Нарушение глобализации? — озвучил я вслух пришедшую на ум идею. — Если нет рабочих на фермах и заводах, то нечем будет кормить армии и снабжать Охотников. Этого не-мёртвые хотят добиться?

— Без комментариев, — казалось, Луи улыбнулся. — Этим разговором я хотел донести до вас очевидное, мистер Довлатов. Господин Каладрис, глава Ассоциации Охотников. Он всегда чем-то занят… и может попросту не успеть в обозначенные вами сроки.

Положив трубку, ловлю на себе хмурый взгляд Хаммера.

— Конфиденциальность, Довлатов, — Лиам покачал головой. — Ты только что слил информацию о местонахождении сына президента Соединенных Штатов.

— При всем уважении, — указываю на играющего в игрушки Леонарда, — никто из присутствующих в комнате не знает, что с ним делать. А я позвонил тому, кто хоть что-то знает о вибрациях.

— Вибрациях, — Захаев насмешливо фыркнул.

— Споко-й-й-но, — мрачно глядя на целителя, Лиам заиграл желваками. — До прихода парня мы с тобой, считай, похоронили Лео. Так что, будь добр, Витольд. Попридержи свои колкости. Я как радушный хозяин поступлю так же. Сейчас любое действие лучше бездействия.

…

Заняв одно из свободных кресел в комнате, я тут же развалился в нём. У меня выдалась очередная бессонная ночь. Ничего не спрашивая, Клаус принёс кофе и пару круассанов всем присутствующим.

— Время завтрака, господа, — слуга указал на окно, за которым наступал рассвет. — Прислуги в доме нет, так что перекусим тем, что я успел найти в ближайшем кафе в столь ранний час.

После перекуса мы с Захаевым на пару провели ещё несколько опытов. Всякий раз, когда Леонард фокусировал на чём-то своё духовное зрение, его взгляд становился осознанным на несколько секунд. С каждым разом сессия фокуса внимания становилась короче.

— Не могу понять, что за эссенция, — Хаммер сдвинул брови. — Оттенок иссиня-чёрный. Не «чернила» малефиков, но и не «индиго» гидромантов. Цвет совсем другой. Возможно, Лео похитил кто-то с уникальным типом одарённости?

Хаммер вдруг остановился. Слуга поднес ему вибрирующий телефон.

— Да, кто это? — Лиам взглянул на меня. — Понял… Да, тот самый Леонард Элмор… Мы провели кое-какие опыты. Я почувствовал непонятно откуда взявшееся проявление неизвестной эссенции. Так что Довлатов ничего не придумывал… Да… Кажется в доме где-то был пространственный маяк для экстренных телепортаций.

Патриарх, развернувшись, глянул на Клауса.

— Сию минуту, господин, — слуга бегом метнулся в коридор.

— Вышли-те настройки, — Хаммер удивлённо вскинул брови. — Хорошо, будем ждать в течение пятнадцати минут.

Положив трубку, Лиам ещё секунды три неуверенно смотрел на экран.

— Прямой номер главы Ассоциации Охотников? — хмыкнув, техномант глянул на меня. — Хотя в произошедшем меня больше удивляет то, что Каладрис звонит мне, а не тебе, Довлатов.

Просто глава Ассоциации Охотников меня почему-то избегает. Но Лиаму об этом знать не стоит.

…

Через четверть часа Каладрис в очередном белом костюме появился прямо на лужайке рода Хаммер. Огляделся и, не задерживаясь ни на секунду, прыжком переместился на террасу второго этажа. Прошел мимо Захаева, будто встретил прислугу Лиама, а не своего шпиона. Витольд тоже отвёл взгляд, при этом нервно дёрнув щекой. Отношения у этих двоих явно не из лучших.

Войдя в детскую, Каладрис кивком поприветствовал Лиама.

— У меня через час переговоры с императором в Японском Сёгунате, — главный Охотник остановил свой взгляд на мне. — Не скажу, что рад тебя видеть, Довлатов.

— Взаимно, — прислушиваюсь к своим ощущениям. — Не будь вы единственным, кто хоть что-то знает о вибрациях, мы бы сейчас не разговаривали.

Выдав кривую усмешку, Охотник прошёл через комнату прямо к Леонарду. Наш пациент играл на полу с крохотными пластиковыми машинками.

— Я ничего не чувствую, — Каладрис, не сгибая спины, стал сверлить мальца взглядом. — Ни вибраций, ни колебаний маны… души нет.

— Нужен подходящий раздражитель, — призвав Валеру, кладу его на пол рядом с игрушками Леонарда.

На фоне игрушечных авто бровастый булыжник смотрелся, как ещё никем не покоренная гора, наделённая невероятной волей. Валера хмуро сдвинул брови, привлекая внимание пациента.

[Пикабу!] — и разразился серией разноцветных искр.

Леонард радостно завизжал и стал хлопать в ладоши. Не прошло и трёх секунд, как взгляд мальца стал осознанным и он перестал хлопать.

— Сейчас, — говорю я, кивком указывая на пацана, — чувствуете вибрации?

Возвышающийся за булыжником Каладрис, крайне серьёзным взглядом уставился на мальчишку.

— Ниахе карэ! — вдруг произнёс Охотник на певучем диалекте.

Лео, испуганно вздрогнув, поднял взгляд на Каладриса, смотрящего на него сверху вниз. Амплитуда вибрации в тот же миг подскочила раз в десять.

— Ниахе карэ, — повторил Охотник, не отрывая взгляда от глаз пацана. Власти в его голосе хватило на то, чтобы все вокруг затихли.

Волна невероятной ауры Каладриса взрывом разнеслась по комнате, подбрасывая в воздух все игрушки. Стоявшего в дверях седобородого Клауса швырнуло на пол коридора. Не прошло и половины секунды, как аура Охотника поглотила всю свободную ману и стала тянуть из меня эфирные частицы. Астрал деградировал, корёжился и разрушался, а Охотник продолжал прожигать взглядом сидящего на полу пацана. Вибрации с каждой секундой становились всё сильнее.

Но вот Каладрис, закрутив головой, вдруг уставился на стену.

— Потом возмещу ущерб, — сказав это, Охотник буквально размазался в воздухе белым пятном, прошибая преграду насквозь.

0,1 секунды…

До меня дошла волна сканирующей техники. Мощь архимага [8] оказалось столь высокой, что с меня едва не слетел «доспех духа».

0,4 секунды…

Вторая волна той же техники добила мой «доспех». Её запустили явно с большого расстояния.

0,7 секунды…

Каладрис быстро отдалялся от имения рода Хаммер. Причём он делал это по прямой, будто точно знал нужное направление.

Хаммер с удивлением глянул на здоровенную дыру в стене. На улице синхронным воем отозвались сирены сигнализаций сотен потревоженных домов.

— Надо в АНБ позвонить… И соседям тоже, — Хаммер с неким бессилием указал на дыру. — Каладрис вообще в курсе, что масштабные техники запрещены к применению в черте города?

Сканирующие волны перестали приходить спустя десяток секунд. Ещё полминуты спустя Леонард, сидя на полу, вдруг разрыдался. По-честному, по-детски, будто его кто-то сильно напугал.

— Мама… Мамочка! — вдруг заговорило чадо и стало вертеть головой. — Ма-ма! Тётя Дебора! Ма-а-аркус!

Захаев сглотнул, будто боясь спугнуть момент.

— Довлатов…

— Вижу, — киваю, смотря на пацана. — У Лео душа появилась.

— Хочу домой, — Леонард попытался подняться с пола и вдруг заметил, что его руки покрыты аурой. — Ой… Мама… Ма-а-м! Со мной что-то не так.

*Вжух*

Спустя минуту в проломе стены появился Каладрис. Охотник одной рукой держал крупного мужчину неопределённых лет. Седая борода, легкая тучность, невероятное… прямо-таки невообразимо хорошо развитое тело. Я как студент-целитель, специализирующийся на телесных трансформациях, сразу обратил внимание на странность. Даже у Лей Джо и Хомячкович физический сосуд не настолько крепкий.

— Сбежал, — Каладрис бросил тело на пол, будто выставляя на всеобщее обозрение свой охотничий трофей. — Бросил телесную оболочку, когда понял, что я к нему иду.

Охотник с легким раздражением глянул на рыдающего мальца и тут же перевёл взгляд на Хаммера.

— Передайте «привет» президенту от Ассоциации. Если захочет подробностей, пусть приглашает на чай. Никакие отчёты об инциденте я ему писать не буду.

— Я передам, — Лиам кивнул. — Может, вы объясните хотя бы в паре предложений, что сейчас вообще произошло? Вы ушли, прошло всего полминуты, и Леонард вдруг пришёл в себя. Я не знаток медицины, но вот эта пара целителей шепчется, будто к ребёнку вернулась душа.

Каладрис помрачнел. Патриарх далеко не последнего рода США задал ему прямой вопрос. Отказать сейчас — равносильно прямому оскорблению.

— Это демон, — Охотник пнул лежащее на полу тело. — Настоящий демон, а не та фикция, которую призывают демонологи по контракту. Сильный, старый, изворотливый… Готовый бросить всё, чего достиг, ради выживания. Собственно, в этот раз он так и сделал, поняв, что Охотник напал на его след.

«Охотник», это слово Каладрис произнёс с такой гордостью, будто только что назвал своё второе имя.

— Ребенок случайная жертва, — присев над телом, глава Ассоциации зачем-то проверил тому пульс. — Проверьте сводки газет за последний месяц. В радиусе пятидесяти миль отсюда должны были быть и другие жертвы. Взрослый человек после похищения души начинает жить, словно запрограммированная кукла. Сознание таких жертв слабее. Вот, собственно, и всё. Других деталей вам знать не стоит.

Задрав рукав, Охотник глянул на свои часы.

— Господа, меня ждут дела на другом конце света. Я отойду от дома подальше и там запущу телепортацию. Помощник как раз должен будет активировать маяк через полторы минуты.

…

Каладрис, конечно, ахренеть как силён. За пять минут решил проблему, с которой Хаммер и Захаев не могли справиться два месяца. А я сам не знал, как к ней подступиться.

Следующие несколько часов у ворот дома царила нездоровая суматоха. Имение рода Хаммер находится не абы где, а в Хэмптонсе — районе пригорода Нью-Йорка, где обитают сливки общества.

Стоя у ворот, Лиам раз десять извинился, раз сто послал куда подальше чьих-то слуг рода… И только после этого к воротам его дома подкатил кортеж машин Аномальной Службы Безопасности [АНБ].

К их приезду Леонарда Элмора уже эвакуировали. Первая леди США прилетела за сыном на вертолёте. Захаев полетел с ними на случай непредвиденных осложнений. Я же решил остаться в доме Хаммеров. Меня сильно заинтересовало тело, которое использовал демон… Если Каладрис, конечно, сказал правду.

Первым делом я набрал Принцессу. Моя напарница по первым этапам Турнира вроде как из семьи потомственным Прусских демонологов.

— Странно, — девушка секунды две молчала, — на улице вроде нет саранчи и кровавого дождя. Я что, пропустила начало конца света, раз меня решил набрать сам Довлатов?

— Тоже рад тебя слышать, Принцесса, — хмыкаю, принимая гнев девицы. — Я по делу. Скажи, ты когда-нибудь видела или слышала о демонах, способных украсть у человека душу, не убивая его?

— Ты про сказки братьев Гримм? — девушка звонко рассмеялась. — Уморил! У них, кажется, была пара подобных баек. Мол, демоны крадут души, а демонологи настолько суровы, что заставляют на себя работать даже настолько плохих ребят. Еще у норвежцев есть подобные предания. Мне бабушка в детстве их сказки читала.

— Принцесса… Я спрашиваю про настоящих демонов.

— Довлатов, — в трубке раздался тяжкий вздох, — я с демонами живу бок о бок дольше, чем себя помню. Моя нянька была демоном. Половина прислуги в доме… Короче, я как эксперт могу сказать, что демоны не похищают души. Мы призываем их из мира, где толком нет эфира и эссенции. У нас с демонами симбиотические взаимоотношения. Они НЕ пожирают души, если ты об этом.

— Понял. Потом за кофе расскажу один забавный случай.

— Не получится, — девушка захохотала в трубку. — Меня через час к алтарю поведут. Жених у меня из знатных и ревнивых.

— Его проблемы, — тоже улыбаюсь. — С праздником, Принцесса! Напиши мне адрес. Отправлю подарок от своего имени.

Закончив разговор и нажав отбой, я минуту не мог разобраться в своих мыслях. Одно из двух. Либо Каладрис соврал насчёт истинной личности похитителя душ. Либо на Земле мало кто знает о демонах, с которыми не раз сталкивался главный Охотник. Речь ведь не о другом подвиде, а чуть ли не о другой цивилизации демонов.

В памяти сами собой всплыли видения о «падении дома Лупергод», показанные мне дедом незадолго до начала Сопряжения. Насколько помню, в мире Великих Островов люди сражаются с демонами Хеймдаля последнюю тысячу лет. Ни о каком симбиозе там речи не идёт.

Недолго думая, набираю Катарину Лупергод.

— Довлатов! — девушка тяжело дышит в трубку. — Слава богу вы позвонили! Я уже сама собиралась вас набрать… Романов всё никак не может переступить через свою гордость. Что нам делать?

— Эм-м, — внезапный девичий напор едва не сбил с мысли. — Я хотел о демонах Хеймдаля спросить.

— Какие ещё демоны? — Катарина, хлопнув дверью, перешла на шёпот. — Пока вас не было, обстановка в офисе сильно изменилась. На фоне слухов о том, что Хаммер тяжело болен и не покидает своего имения, на «Романов и КО» усилилось давление. Михаил, вы срочно нужны нам на Гавайях! Три представителя Палаты Лордов из Калифорнии вступили в сговор. Вчера они прямо на переговорах с Романовым обсуждали возможные варианты национализации компании. Их прикрывает кто-то из Сената США.

Дожили! Всего на пару месяцев княжича одного оставил, и у нас снова пытаются отобрать компанию.

Глава 10

Те, с кем лучше не связываться

06:48, раннее утро 12 мая 2027 года

Нью-Йорк, США, резиденция рода Хаммер

После разговора с Катариной Лупергод я ещё какое-то время смотрел на телефон с полнейшим непониманием.

[В смысле «Лорды хотят отобрать компанию»? Как такое вообще может быть в Соединённых Штатах? Мы в современном правовом государстве, а не в варварском средневековье! Здесь, на землях Декларации Независимости, каждый второй трындит о том, что «знает свои права».]

Вошедший в комнату Хаммер устало рухнул в одно из свободных кресел. Собравшуюся у ворот толпу недовольных соседей наконец-то удалось разогнать. Сигнализация сработала разом во всем районе Хэмптонс. Вертолёт с Захаевым, Леонардом и первой леди также покинул имение. Один лишь труп демона и дыра в стене напоминали о недавнем происшествии с участием Каладриса.

— Довлатов, у тебя что, кто-то умер? — техномант взглядом указал на телефон в моих руках.

— Да-а-а, пока нет. — тряхнув головой, убираю едва живой смартфон в карман. — Точнее уже да, но сейчас речь не об этом. Я звонил в офис «Романов и КО». Думаю, вы в курсе, что мы с княжичем Романовым… скажем так, не сошлись во мнениях.

— Педали «газ» и «тормоз» в вашем тандеме не договорились⁈ — патриарх устало хмыкнул. — С годами поймёшь, что такие столкновения лбом с партнерами порой неизбежны. Разница в видении будущего компании, переход на новые технологии или перенос производства в другую страну. За последние двенадцать лет у концерна рода Хаммер сменились три старших партнера и десяток младших. Но с участниками совета правления я общаюсь едва ли не чаще, чем со своей семьёй.

Техномант улыбнулся, вспомнив о чем-то приятном.

— Рассказал бы тебе, как я первые три завода Хаммер создавал с нуля, но у тебя, Довлатов, на лице и так всё написано. Проблемы?

— Да… и вроде как серьёзные.

Присев в кресло напротив, коротко описываю техноманту суть проблемы. И дело не в том, что Лиам мне кто-то вроде «двоюродного дяди». Родственные узы нас не связывают, а вот бизнес и взгляд в будущее держит вместе. Это случилось ещё в Аране, когда род Хаммер купил у «Романов и КО» пять процентов акций.

Так мы получили легальную защиту от попыток силового захвата бизнеса со стороны других древних родов и правящей семьи Аран-ди. На деле задумка оправдалась лишь наполовину. От мелких сошек мы защитились, а те же Аран-ди нашли условно-законный способ до нас докопаться.

В Штатах фамилия Хаммер тоже на слуху. Род Лиама не так известен, как Форд, Кадиллак или Крайслер, но в военных кругах его фамилия у всех на устах. Причем в прямом смысле, «на устах».

За последние тридцать лет ни одна военная операция Штатов не обошлась без использования техники рода Хаммер. Внедорожники, грузовики для пехотинцев, машины поддержки. Репутация ого-го какая! Переместив штаб-квартиру «Романов и КО» на Гавайи, мы с княжичем надеялись на поддержку от рода Хаммер.

Крыша от «рейдерского захвата» — первая из двух причин, почему я надоумил княжича Романова пойти на этот шаг. Вторая причина — это сам Лиам Хаммер. Зрелый, битый жизнью техномант, с нуля подтянувший Хаммеров до получения аристократического герба. Совет от такого мудрого бизнес-мамонта бесценен. Особенно в ситуациях вроде той, с которой сейчас столкнулась «Романов и КО».

Лиам с нескрываемым удивлением смотрел прямо на меня.

— Ты… ты точно Довлатов? Насколько я тебя знаю, «спрашивать совета» это не про тебя.

— Вы исключение из правил, — качнув головой, я усмехнулся. Обстановка в комнате и труп демона не располагали к диалогу. — Вы не абы кто. Вы «Лиам Хаммер, живой пример человека, доставшего звезду с неба». Вот что я подумал, когда прочитал вашу биографию. Каждый год сотни семей пробуют получить аристократически статус и лишь одной-двум это удаётся. ВАМ. Это удалось.

— Хоу-хоу, парень! — сидя в кресле, техномант улыбнулся и подался чуть вперёд. — Мне послышалось или ты и впрямь хочешь герб? А ваша с княжичем Романовым компания, выходит, лишь первый шаг… Вот так новость.

Хаммер откинулся обратно в кресло, продолжая смотреть на меня с нескрываемым удивлением.

— Мда-а-а-а! Стальные бубенцы у тебя уже есть. Деньги, связи, репутация, — Лиам задумчиво сложил руки в замок. — А теперь и должок от действующего президента Соединённых Штатов. Поверь моему опыту, это бесценный актив. Гербы у нас выдаёт Сенат, а не Палата Лордов. Так что лет через пять-десять, собрав пакет разных заслуг, можешь попытаться. Я, конечно, подсоблю, чем смогу… Но вернёмся к ситуации с «Романов и КО». Что там случилось?

Так-с, Лиам всё неправильно понял! Менять гражданство я не буду, даже если Российская Империя как страна перестанет существовать. Но не переубеждать же в этом «двоюродного дядю»⁈ Мне интересен только герб Российской Империи и ничего более. Признание «своих» мне важнее, чем всего остального мира.

Со слов Катарины Лупергод, аккурат с моей размолвки с княжичем к компании «Романов и КО» стали докапываться власти Гавайских островов. Кто-то из Министерства Финансов США инициировал «выборочную» аудиторскую проверку. Потом пришла комиссия от пожарников. Всё выглядело, как пропесочивание в рамках закона, пока местный офис АНБ не начал проверять личные дела ВСЕХ наших сотрудников. Военных, офисных кадров, членов совета правления. А род Лупергод — вроде как наша разведка и контрразведка. Так что, когда начали копать под нас, Катарина, Ламанж и Жако стали искать тех, кто дёргает за ниточки.

Удалось выйти на два американских рода — Маршал и Рэдклифф‎. Оба семейства два века назад перебрались в Штаты из Британии. Маршалы владеют ЧВК «Блэкуотер» и, помимо зачистки аномалий, оказывают ещё и услуги наёмничества для частных войн между благородными родами. Проще говоря, «Романов и КО» — их конкурент на рынке по зачистке аномалий. Война — это дело рода Маршалов последние двести лет.

Рэдклиффы — род сильнейших пиромантов Соединённых Штатов. Стихия огня настолько сильная в их крови, что все их прямые потомки имеют красный цвет волос. Пожарные, металлурги, владельцы тридцати процентов металлургического рынка США по аномальным рудам. Крайне-крайне богатый род для промышленников! Они бизнесмены-тигры, имеющие соответствующие амбиции и репутацию на рынке.

Третий род Лордов вышел на свет только сейчас. Некие Кавендиш.

— Газетчики, — Хаммер изменившись в лице полыхнул аурой от едва сдерживаемого гнева. — Дармоеды! Падальщики и ублюдки. Лично бы закатал всю их семейку в бетон, одного за другим. А потом ещё бы и заплатил за открытие общественного туалета на их могиле.

Реакция вечно спокойного техноманта сильно удивила.

— Старые знакомые?

— Скорее, старые враги, — Лиам поморщился. — Вполне возможно, что на тво… нашу компанию позарились из-за моей с ними вражды. Кавендиш относительно молодой род. Им всего-то сто двадцать лет. Начинали с газет и журналов во времена Великой Депрессии. Дед нынешнего патриарха Кавендишей сколотил капитал на том, что продавал участки земли вдоль реки во время Золотой Лихорадки. Потом этим же оболтусам втридорога втюхивал кирки и лопаты. Мне порой кажется, что жадность и длинный язык единственное, чем могут похвастаться эти ублюдки.

Странно. Как вообще род Хаммер мог сцепиться с Кавендишем? Рынки же совершенно разные.

— Вы же из военных? Что не поделили?

— Как обычно. Большие деньги, большие проблемы, — пожав плечами, Лиам отвел взгляд в сторону. — Когда концерн Хаммер вышел на фондовый рынок, Кавендиш вылили в СМИ на нас целую цистерну дерьма. Откровенная ложь, искажение фактов, нюансы, вырванные из контекста. Акции упали в цене втрое. Кавендиш на этом заработали миллиарды… По нынешним ценам, скорее, десятки миллиардов.

Щека техноманта нервно дёрнулась.

— Эти сволочи думали нас лишить герба. Ста-а-арая аристократия не хотела впускать в свои круги молодую кровь. Но тогда у Кавендишей не сложилось. Сенат США выпустил закон, защищающий военные компании от подобных манипуляций через СМИ. Президент Рейган понимал, что бить по авторитету армии США, всё равно что копать себе могилу. Комиссия по ценным бумагам [SEC] наехала на род Кавендишей за манипуляции через СМИ. Был коллективный иск от пострадавших. Через международный суд у них отсудили половину состояния в пользу потерпевших. В тот же год старый патриарх Кавендишей погиб при попытке прорваться в абсолюты [7]. Его место занял Захари Кавендиш. В кругах аристократов он, не стесняясь, говорит, что вина за гибель старого патриарха целиком лежит на Хаммерах.

Смотря на техноманта, я уловил момент, когда Лиам отвёл взгляд в сторону. Видимо, Хаммер и впрямь был одним из инициаторов появления того закона. Кому-то из сенаторов дал на лапу и в итоге остался в большом плюсе. В биографии Лиама этот год ознаменовался и вторым интересным фактом. Род Хаммер получил десятилетний контракт от Минобороны США. Начался их золотой век и выход на мировой рынок.

— Так что посоветуете? — напомнил я о сути разговора.

— Сложно всё, — сидя в кресле, Хаммер нахмурился ещё сильнее. — Захари Кавендиш, аэромант-архимаг [8]. Питер Рэдклифф, пиромант и, как назло, тоже архимаг [8]. «Стена» Вудро Мараш геомант, и как ты уже понял…

— Тоже архимаг, — дошёл до меня масштаб проблемы. — Лордов, как и штатов, вроде тоже пятьдесят четыре? Неужто все они архимаги?

— Не все. Меньше половины, — Лиам напряжённо потёр лоб ладонью. — Но сейчас это и не важно. Дело в Комитете Силлы. Аталанта десятки лет служила для всех сдерживающим фактором. А теперь, когда её не стало, Лорды действуют наглее. Поверь, если оставить всё, как есть, ваше предприятие «Романов и КО» станет первым в длинном списке пострадавших.

Итого, на МОЮ фирму позарились три старых пенька, жаждущих урвать кусок побольше в период глобальной переделки мирового рынка⁈ Ну-с, пора их поставить на место… Или выкорчевать нахрен.

Пока Хаммер думал о своём, я указал на труп демона, принесённый в дом Каладрисом.

— Могу я его забрать себе… скажем, на недельку?

— Лучше полностью, — Лиам махнул рукой. — Президенту я сам всё как-нибудь объясню. Он неодарённый. Есть тут тело, захваченное демоном, или нет, ему без разницы. Главное сына в семью вернули. За это он тебе потом лично спасибо скажет.

…

12:01, полдень, 12 мая 2027 года

Район Цинлунь, центральный Шанхай, Империя Цинь

Частная целительская клиника рода Лей

Лей Джо уже в который раз ощупала принесённое мной тело демона.

— Удивительно! — наставница, наклонившись над трупом, прислушалась ко всё ещё бьющемуся сердцу. — Тело покинула душа, но оно всё ещё живо. Клетки продолжают делиться, а легкие дышат. Мозг продолжает работать по инерции.

Хомячкович кивнула, выглядя не менее удивлённой.

— Что-то мне подсказывает, что этот фокус завязан на телесной трансформации.

Мне понятно удивление Хомячкович. Одарённый[0], ученик [1], ветеран [2], учитель [3] и магистр [4] — шаг за шагом и ранг за рангом проходят пять уровней телесных трансформаций. Плоть начинает использовать эфир и ману для поддержания процессов жизнедеятельности. За счёт такой подготовки, принимая стихийную форму на ранге старшего магистра [5], одарённый имеет потом возможность вернуть себе нормальный вид.

Но притащенный Каладрисом демон… это звиздец! У него завершён ШЕСТОЙ уровень телесной трансформации и начат седьмой. Земная целебная медицина ни о чём подобном никогда не слышала. Даже у моих наставниц находка вызвала лёгкий шок.

— Дело в эссенции, — Лей Джо резко отдёрнула руку от трупа. — Тьфу ты, мерзость! Если не углубляться в цитологию и энергообмены между плотью и духовным телом…

— Уже углубляешься! — Хомячкович ткнула подругу кулачком в бок.

— … Дело в эссенции, — недовольно буркнула Лей Джо. — Первые пять слоёв телесной трансформации у тела «демона» поддерживаются за счёт эфира и маны. То есть всё, как у нас. Дальше начинается наука «за гранью». Шестой и седьмой слой питаются уже эссенцией «демона». Она по-своему уникальна. Никогда такой не видела!

Лей Джо снова опасливо провела рукой над туловищем трупа.

— В духовном теле есть пара дополнительных органов. Первый подготавливает эссенцию пневмы, поступающую из вне. Второй аккуратно смешивает её с эссенцией самого демона. Получается взрывной коктейль энергии для усиленного тела.

— Хочешь сказать, что ОН, — Хомячкович кивком указала на труп, — питается жизненной силой других живых существ, конвертирует её и питает своё нереально сильное физическое тело?

— Именно так. Теоретически, — Лей Джо задумалась, смотря на труп, — мы можем изучить процессы энергообмена «демона». Затем адаптировать их под телесные трансформации боевых целителей. Случай с этим трупом едва ли не идеальный. Все органы и ткани ещё живые. Методология у нас есть. Оборудование тоже. К тому же нам, целителям, не нужны дополнительные органы в духовном теле, чтобы питать тело эссенцией без вреда для здоровья. Шестой… а если повезёт, и седьмой уровень…

— Это же Нобелевская премия, да? — Хомячкович сглотнула от напряжения. — Причём за каждый уровень трансформы.

— И возможно герб… для кого-то, — улыбнувшись, Лей Джо мне подмигнула. — Не переживай, дорогой ученик. Если всё получится, твоё имя войдёт в историю.

Чего⁈ «Нобелевская премия» и «Довлатов»? Как эти слова вообще оказалось в одном предложении? Ну да ладно. Мне пора решать другие дела.

— Наставницы, мне пора бежать, — махнув рукой, я направился к выходу из лаборатории. — Увидимся на симпозиуме в Аркхэме через пару дней.

…

15:01, день, 12 мая 2027 года

Нью-Йорк, рядом с Центром Телепортации

*Блык*

До боли знакомый звук от блиц-перемещения Нереи раздался откуда-то из-за спины. Развернувшись, я увидел лишь рычащие двигателями такси и вечно спешащих жителей Нью-Йорка. «Щелчок», и ауры людей осветились в бледно-зелёные цвета. Одарённых среди них нет.

[Что я тут делаю?] – задумался я на секунду. — [Ах, да! Я хотел перекусить знаменитым американским хот-догом, а потом отправиться на Гавайи.]

Странно, я вроде сытый, но не помню, как ел хот-дог.

[Может, так и задумано?] — Аккоман в моей душе довольно хохотнул.

[Амулет ментальной защиты в кармане.] — Заворочался личный охранник моего разума. — [ Цел и не разряжен. Значит, ты сам его снял.]

[Интересно, это нормально, что я говорю сам с собой?] — спрашиваю у самого себя и сам же отвечаю. — [Абсолютно нормально. Слишком много простаивающих без дела точек фокусировки. Сознание само находит, чем себя занять.]

…

15:43, 12 мая 2027 года

Прибрежные воды Гавайских островов, США

Плавучая платформа «Чайка-2М»

Конструкция из плавучих понтонов с высоты птичьего полёта выглядела, как квадрат с шириной стороны под двести пятьдесят метров. Крейсер «Суворов» пришвартовался к нему с севера. Десантное судно «Иван Рогов» заняло западный пирс. Крейсер «Полут» и сторожевое судно «Муравьёв» встали напротив них, таким образом полностью задействовав функционал плавучей платформы «Чайка-2М».

Неподалёку в море стоят на якоре грузовые суда, ожидающие новую партию груза из аномалии рода Лей. Именно над ней и плавает наша «Чайка».

Жужжа моторами, грузовые краны, ездят по рельсам, поднимая из воды контейнеры с добычей наших Охотников. Аж четыре представителя Ассоциации Охотников отмечают количество и предполагаемую цену трофеев в своих списках.

Как раз в момент моего прибытия происходила пересменка второй и третьей смены наших рабочих. Последние вышли из жилых вагончиков, стоящих в три уровня вдоль одного из бортов платформы. Судя по витающим в воздухе ароматам, мужики там рыбу вялят на аномальной древесине.

С непривычки я остановился и несколько минут прислушивался к родной русской речи. На ней тут говорили вообще все. Работяги в промасленных комбинезонах. Бойцы из числа аномальных войск с четырёх наших кораблей. Даже по громкой связи, работающей на всю платформу, тоже вещали на русском языке.

— Твою налево, Решетков! — заорало вдруг из динамиков. — Ты крановщик или тёлка из клуба? Куда тебя понесло? Какого хрена ты контейнеры к западному борту ставишь⁈ Там же «Рогов» стоит. У них там махач одарённых на воде. Если они щит снимут, ударная волна с моря придёт и сшибёт всё нафиг.

Я улыбнулся и прикрыл глаза. Как же сильно, чёрт возьми, я соскучился по родной русской речи! Ведь если так подумать, то через две недели будет год, как я уехал из Российской Империи. Но вот оно, доказательство. Родина всё ещё живёт в моём сердце.

— Ты чтоль, Довлатов? — усатый мужик в грязном рабочем комбинезоне, подойдя ко мне, снял с себя шапку. — Морда похожа, но чуток другая. Ты на фотках иначе выглядел.

— Маскировка, — пожав плечами, протягиваю незнакомому мужику руку. — Михаил Довлатов, странствующий целитель, а вы…

— Семёныч, — работяга усмехнулся. — Меня тут все так зовут. По чину я вроде как капитан первого ранга и командир «Чайки-2М». Но пока вы с Романовым Дмитрий Алексеичем нас к себе на постой… тьфу ты! На довольствие пока не поставили, мы в Тихом Океане чуть в дикарей не превратились. Половина экипажа сбежала на катере, когда мы около Японского Сёгуната оказались. Пришлось новый набирать. Макаров подсобил с матросами и ротацией войск.

Я аж присвистнул от таких новостей. Вот те новости! Экспериментальная платформа, видимо, осталась не у дел после пропажи центральной части Российской Империи. Превратить её в актив могло лишь предприятие вроде «Романов и КО». Нашим великим князьям сейчас не до внешнего рынка.

— Сложно вам пришлось, — киваю со всем возможным уважением, — но сейчас, вижу, дела на лад пошли? Катарина… одна из моих коллег… В общем, она сказала, у вас тут работы в три-четыре смены ведутся. Есть даже мысли взять сюда «Чайку-1М», которая сейчас в Северно-Ледовитом Океане плавает без дела.

Семёныч секунды три внимательно смотрел мне в глаза.

— Правду про тебя Карась говорил. Ты, Довлатов, из наших… из простых и понятных. А не как те аристократические отморозки из Сёгуната, которые нас по цене металлолома купить хотели.

— Карась? — образ капитана подлодки «Илья Муромец» тут же всплыл в памяти. — Давно о нём не слышал. Как ему работается с элитной командой орков Гархана?

— Как-как⁈ Да Карась от счастья кипятком писает. Все уши прожужжал про подводные аномалии сверхглубокого типа, — капитан, продолжая держать мою руку, кивком указал на десантное судно «Иван Рогов». — Когда америкосы сюда завалились через платформу для телепортаций, я потолковал с мужиками из старших офицеров. Макаров сказал, что тебя ждать надо. Лазуренко, Железкин, старпом Деев… короче, все как один сказали, что вскоре на «Чайку» явится некий Довлатов и всё порешает. Сюда сначала сам Романов с охранником приехал. Три дня назад это было. Потом какие-то юристы из Большой Четвёрки. Но янки их всех послали лесом. Эти уроды третий день здесь шныряют, оценивая размер добычи, вытаскиваемой нами из аномалии рода Лей.

Капитан, улыбнувшись, указал на своё ухо.

— Ток-мо я же всё слышу! У меня дар рода такой, — Семёныч нахмурился. — Америкосы тоже твоего прихода ожидали. Так что я решил первым тебя поймать и предупредить.

— Спасибо, Семёныч, — крепко пожимаю руку капитану. — За службу, и за то, что момент подобрал нужный. Для начала познакомлюсь с этими недобрыми людьми. А там война план покажет.

Катарина Лупергод с самого утра держала меня в курсе дел. Лорды архимаги [8] со свитой заявились к нам на платформу ещё три дня назад. К сожалению, Лорд штата Гавайи разрешил им прибыть на «Чайку» через нашу же платформу для телепортаций. Чёртовы привилегии Лордов и законодательство Штатов! Знали бы мы, чем всё обернётся, ни за что бы этих утырков на «Чайку» не пустили.

Теперь Лорды Рэдклифф, Кавендиш и Маршал не хотят отсюда уходить. Вызывают старших офицеров на поединки… Короче, МОИХ работников банально избивают уже три дня подряд. Стращают силой, проще говоря. Эти гады не дают боевым кораблям отсюда уплыть. Понимают, что после такой выходки мы попросту снимем «Чайку» с якоря и уплывём куда-нибудь в Сёгунат или Империю Цинь.

Сейчас на море идет бой. Лазуренко в облике тринадцатиметрового китайского воздушного дракона бьётся с какой-то страхолюдиной, похожей на смесь полубыка-полуосьминога, состоящего из чистого огня. Размер аспекта архимага [8] был как бы не за сотню метров. Плюс восемь щупалец-ног, и такие атаки по области, что океан кипит на десятки километров во все стороны. В общем-то, всё очевидно. Лазуренко, хоть и абсолют [7], но его стихия — воздух. Все его боевые техники этой страхолюдине, что слону дробина.

Бой закончился толком и не начавшись. Очередной удар огненным щупальцем швырнул в воду едва ли не располовиненного дракона.

— Счёт семнадцать ноль в пользу господина Рэдклиффа, — усталым голосом Семёныч сообщил по громкой связи.

Кто-то из свиты наших нежеланных гостей меня заметил и сообщил своим. Капитан «Чайки» был прав. Меня тут явно ждали, если не сегодня, то уж завтра точно.

Три группы могущественных одарённых сошли по трапу с «Ивана Рогова» на «Чайку». Видимо они оккупировали десантное судно, как наиболее ценный наш актив. Ещё один человек с красными волосами выпрыгнул из воды, опередив всех остальных.

— Бу! Букашка на ещё целых ножках, — мужчина, выглядящий лет на пятьдесят, с шевелюрой красных волос, смотрел на меня, как каннибал, увидевший добычу после месячной голодовки. Глаза навыкате, рот приоткрыт, тело чуть сгорблено. — Я-я-язва! В тебе явно течёт кровь этой старой болячки.

Удивлённо оглядываю индивида. То, что с головой у него не всё в порядке, это факт. Но связь с реальностью он, видимо, пока способен сохранять.

— Рэдклифф, полагаю?

— Господин, — произнёс он с нажимом, выпуская пышущую жаром ауру наружу. — Господин Питер Рэдклифф! Для тебя, букашка, только так и никак иначе.

— И что дальше? — оглядываюсь по сторонам. — Тут я, наверное, должен разозлиться? Или сказать, что у вас аура спокойная и ровная, а значит, вы владеете собой и своими эмоциями? Вы только притворяетесь придурком, думающим задницей вместо мозгов.

Рэдклифф усмехнулся, не сводя с меня глаз.

— Хех! Бубенцы у тебя явно есть. Но вот характер совсем не такой взрывной, как у деда. Язва лез в драку, даже если знал, что его провоцируют. Эдакая морская мина с магнитом. Если не убьёт, то жизнь испортит так, что кошмары потом будут долго сниться.

В этот момент к нам подошли три группы одарённых, спустившихся с борта «Ивана Рогова». В свиту Рэдклиффа входила пара его родственников с красными волосами. Все в деловых костюмах, будто и не бесились тут три дня… терроризируя МОИХ бойцов.

— Познакомился? — двухметровый дед с телосложением бочки окинул меня надменным взглядом. Сидящий как влитой пехотный армейский костюм и руки, отведённые за спину, выдавали в нём бывалого военного.

— Только представился, — Рэдклифф довольно оскалился. — Аномальные войска, это твое дело, Маршал. Паренька я бы оставил лицом компании. Можно ему будку около офиса поставить. Будет гостей встречать и гавкать так же весело. Аф-аф-аф! Пусть все знают, чем дело кончится, если сразу не договоримся. Хотя бы один показательный пример порки, упростит нам все последующие переговоры.

Дед-бочка молча кивнул Рэдклиффу и перевёл взгляд на меня. Раз он Маршал, то, должно быть, тот самый Вудро — статрёхлетний патриарх древнего рода Маршал. Архимаг [8], один из сильнейших геомантов планеты и хозяин ЧВК «Блэкуотер». Согласно докладу Луперготов, у них в роду одних только абсолютов [7] трое. Один из них как раз сейчас стоит в свите за спиной Вудро, с явной насмешкой глядя на меня.

— Наглость в глазах, — Вудро сдвинул брови, — аура целителя и безбашенное поведение… Довлатов, я полагаю? А где же ваша охрана? Дуротан или кто-то из дочерей Силлы? На худой конец, могли позвать того орка-антимага, что на подлодке плавает.

— Хороший вопрос, — я нахмурился и реально задумался. — А ведь, правда, почему? Может, подумал, что получится вас переубедить или меня одного будет достаточно справиться с вами?

Старый, как сама Америка, геомант в ответ не проронил ни слова, продолжая меня изучать.

— Кто-то понимает, на что он надеялся? — Рэдклифф, нахмурившись, обернулся к своим. — Ну же, господа? На кой ляд роду промышленников банда аналитиков, если они такой простой вариант просчитать не могут?

[Вот оно как⁈ Всё было спланировано.] — дошёл до меня наконец реальный расклад.

Все, кто сейчас здесь находится, играют за одним столом для покера. Трое голодных до власти патриархов против одного Довлатова. Причём эти трое знают карты друг друга и догадываются о моих. Козыри в виде своих сильных одарённых, крапленая колода законов Штатов, земля союзника. И три джокера — Вудро, Рэдклифф и Кавендиш.

Даже будь со мной все «мои козыри», шансов на победу в такой схватке нет. Патриархи в мельчайших деталях распланировали рейдерский захват аккурат до этого момента. Они предполагали бой с Дуротаном, дочерьми Силлы и прочие варианты силового противодействия.

— Надеешься на поддержку князей из Российской Империи? — блондин Кавендиш глянул на меня так, будто вылил сверху целую цистерну нечистот. — Очнись уже! Ни ты, Язва-младший, ни твой княжич Романов никому в Империи не сдались. В вашей стране осталось всего два или три архимага [8]. Да и те держатся за свою землю и род, сами стоя одной ногой в могиле. А вы собрали тут кружок по подводным интересам. Ваши деньги ничто. Ваши успехи ничто. Ваше предприятие вообще смех да и только.

— И на это «ничто» позарились сразу три Лорда, — киваю Кавендишу с максимально важным видом. — Логика безупречная. Обесценить, унизить… Можете уже переходить к бросанию кости или спасательного круга. Какой у вас там дальше вариант?

Смотрю на притихшего Вудро. Голос разума пока наблюдается только у него.

— Маршал, — намеренно опускаю уважительное «мистер», — Может, пора перейти к делу? У меня отец работал в ИСБ Российской Империи. Случаи рейдерского захвата также проходили через его отдел. Так, « что» и «как будет дальше» вы, наверное, мне сейчас объясните?

— О, дошло! — Редклифф засиял от радости. — Может, этот поц надеется на свой дипломатический иммунитет?

Кавендиш тут же закатил глаза.

— Его иммунитет, как дипломата, распространяется только на него, как на физическое лицо. С компанией можно делать, что угодно.

Вудро всё это время внимательно наблюдал за моей реакцией и, очевидно, ничего не увидел.

— ТВОЁ согласие нам и не было нужно. Ваш бой был проигран ещё до нашего появления на этом плавучем островке, — геомант произнёс это медленным уверенным тоном, смотря на меня сверху вниз. — Романов и Полина Гагарина весьма… «любезно» согласились продать нам свои доли акций по миллиону долларов за каждый процент, который им принадлежит. Однако вы, русские, народ вечных бунтарей. ТВОИ люди, Довлатов, до последнего надеялись на то, что ты придёшь и разрешишь все их проблемы. Вот мы и решили дать им такую возможность. Показать, насколько велик мир одарённых и сколь тщетны их надежды.

От услышанного у меня земля ушла из-под ног.

— Продать контрольный пакет акций? Вы что, пытали Романова, чтобы он на такую дурость согласился? Да ещё и по такой смехотворной цене. Это же раз в двадцать ниже их реальной рыночной цены.

Кавендиш усмехнулся.

— Разве не очевидно? У того парня мозгов больше, чем у тебя. Романов-младший сразу понял, что если начнёт артачиться, ваши суда могут «случайно» затонуть. Потом ваши работники сами к нам прибегут. А почему нет? Всю схему ваших бизнес-процессов мы уже скопировали. Несколько судов уже проходят глубокую модернизацию. Они либо встанут на баланс «Романов и КО», либо мы пересадим на них ваших рабочих. Месяц, два, три. Сроки уже не так важны.

Значит, подачка и угроза одновременно⁈

— А что насчёт нашей команды? — смотрю на Вудро. — Юристы, отдел договоров? Я финансиста аж из тюрьмы вытаскивал… Хотя, судя по вашим спокойным лицам, вы собираетесь сменить всех ключевых руководителей, сохранив контракты найма с МорФлотом Российской Империи.

— Надо же⁈ Сам всё понял, — Маршал произнес со всё тем же показательным спокойствием. — До Романов долго не могло дойти, что договора с МорФлотом не только он выбить может. Про эту соплячку Гагарину… Впрочем, не буду говорить плохо о той юной леди.

Да, что за хрень творится в головах этих уродов⁈ Как рот открывается, так сразу ведро помоев наружу льётся.

— Выходит, вы трое, — в голове наконец сложилась картина, — сначала изучили работу компании изнутри. Потом надавили на Романова и Гагарину, чтобы они согласились продать вам контрольный пакет акций. Затем устроили тут ловушку на меня и мою возможную свиту, чтобы сломить дух военных Российской Империи, работающих на меня?

Вудро внима-а-а-ательно за мной следил, всем своим видом давая понять, что сломал бы мне шею прямо тут, не будь у меня дипломатического иммунитета.

Опасность! Маршал чует её, как боец, переживший не одну сотню битв. Ирак, Афганистан, Вьетнамское Королевство, рейды в Сирии. Вудро много где успел повоевать. Старик всем своим духом, сердцем и опытом чувствует что-то неладное. Да я сам чувствую! Не мог же я неподготовленным прийти на переговоры, где мне готовили такую вот ловушку? Но пришёл.

— У вас. Три дня. На раздумья, молодежь, — отрывисто произнёс Рэдклифф и сонно зевнул. — Получить справедливую цену и сильных покровителей или потерять вообще всё. Романову то же самое передай. Если начнешь юлить… моё предложение о будке около офиса станет реальностью. Поверь, малец! Я научу тебя гавкать.

Рэдклифф ленивым взглядом окинул свою свиту.

— Фрида, остаёшься здесь за главную. Я поеду в Сиэтл.

— Да, патриарх, — отозвалась темнокожая девушка с точёной фигуркой и аурой архонта [6]. — Да будут дни ваши…

— Уфф! Лучше помолчи, — пиромант брезгливо поморщился. — Я тут уже трое суток торчу! Мне осточертели эти морды моряков ещё в первый день. Охраняй станцию телепортации. Если начнут бузить, разрешаю разнести тут всё к чертям.

Вудро также кивнул архонту-мужчине из своей свиты. Ещё пара старших магистров отделилась от группы бойцов рода Кавендиш. Все остальные господа-захватчики направились к платформе для телепортаций. Они сами ввели код из руноглифов и сверили тайминг с моментом телепортации в земли своих родов.

Мирный захват компании «Романов и КО» ⁈ Ага, как же! Угроза потопления кораблей, желания купить акции по цене в двадцать раз дешевле рынка и избиения МОИХ людей.

МОИХ!

Тех, кто в меня верит, чёрт возьми!

…

В одном Вудро Маршал всё же просчитался. Как и Питер Рэдклифф, и Захари Кавендиш. Я никогда сам не садился с ними за один игральный стол для покера.

Сегодня три архимага [8] со свитой покинули плавучую платформу «Чайка». Вот только никто из них так и не прибыл в место назначения. Но об этом мы узнали только несколько часов спустя, когда рода пропавших забили тревогу из-за исчезновения их патриархов.

Глава 11

Другой стол для покера

17:59, 12 мая 2027 года

Прибрежные воды Гавайских островов, США

Плавучая платформа «Чайка-2М»

Капитан первого ранга Савочкин Семён Семёнович видел все события, происходившие на «Чайке», от начала до конца. Как янки заявились на «Чайку» под предлогом гостей от Лорда штата и начали чинить свои порядки. Как били русских моряков, методично подавляя волю к сопротивлению. Как с каждым часом у матросов прибавлялось синяков и крепла злость на америкосов. Янки не понимали менталитета русских. Макаров, да и Лазуренко тоже, скорее, взорвут свои корабли, чем отдадут их на поживу Лордам. И плевать, за какие деньги их продал иностранцам родной Морфлот. Плевать… Всем плевать! Даже княжича Романова с юристами и того янки едва не скрутили в бублик.

…

10 мая. Янки только прибыли. Офицеры скрипели зубами. Семёныч достал из запасов последние бутылки холодненькой Столичной… И ненадолго злость утихла.

— Ждём Довлатова, — Макаров хлопнул опустошённым стаканом по столу. Голос капитана звенел от напряжения.

— А он сдюжит? — Семёныч с удивлением глянул на Лазуренко. — Мужики, без обид! Я всей душой и последней тельняшкой с вами. Но вы об этом Михаиле таких легенд рассказываете, что я хоть и моряк, но сам порой не верю. То он правителя орков лечит. То выживает от атаки абсолюта [7]. То тебе, дракоша, Усилитель Древних отдаёт без всяких обязательств.

Макаров занюхал водку огурцом.

— Семёныч, ты даже не представляешь, сколько реальных фактов о Довлатове не знаешь. Карась как-то обмолвился… В общем, Мишаня на подлодке плавал в рейд в Антарктиду. В тот самый рейд. И тогда к ним в рубку забрался призрак самой Аталанты. Хвать Довлатова и исчезла.

— Да ну на-а-а-а! — Семёныч удивлённо присвистнул. — Так она же того… Исчезла вместе с Россией-матушкой.

— Но дух её всё ещё с нами, — Лазуренко с улыбкой глянул на запотевший гранёный стакан. — Мне Мамай, когда зарплату за апрель выдавал, обмолвился, что Аталанта за ним приходила в тот самый день, когда на Гавайях объявился архимаг не-мёртвых.

— Да… ты брешешь⁈ — Семёныч с удивлением смотрел на двух капитанов. — Мужики, да вы в Аране по ходу до чёртиков спились⁈ Вас послушать, так Довлатов и впрямь устроил переговоры в «Логове Зверолова», перетрахав там всю земную экзотику и дочерей Силлы.

Макаров хрюкнул, подавившись огурцом.

— Свечку не держал, но одну Довлатов точно… того.

— Нерея, — Лазуренко пошло улыбнулся. — Она ещё во время Турнира обещала его затащить в постель. А на фоне того, что обе дочери Силлы стали абсолютами [7]… В общем, делайте выводы, мужики. Нам походу пора догонять Довлатова по числу постельных побед.

Семёныч от удивления открыл было рот и сразу же закрыл. Хотелось спросить про личный Хаммер, но Железкин фотки «своей красавицы» в курилке всем матросам показывает. Про паломничество Довлатова в Азии журналюга Карлсон целую серию интервью снял.

С каждым днём фраза «Кто такой Михаил Довлатов?» чаще звучала в разговорах матросов на «Чайке».

…

11 мая. Лорды продолжили террор. Вызывали офицеров на «дружеские спарринги», а если те отказывались, угрожали вызовом на дуэль. До большой крови и смертей не дошло лишь по случайности. Один из свиты Рэдклиффов, дорвавшись до дуэли, перестарался и едва не убил старпома Дениса Деева.

Ситуация в тот момент накалилась настолько, что вся платформа «Чайка» расцвела всполохами активаций «доспехов духов». Магистры и архонты выпустили наружу свои духовные формы и аспекты. В небе парил взбешённый схваткой дракон Лазуренко, готовый в любую секунду дать американцам последний бой.

Янки внаглую зашипели, за что излишне наглого Аарона Рэдклиффа капитан Макаров «Пушечным ударом» отправил в реанимацию… Вместе с тяжелораненым Деевым. «Кровь за кровь» — на том и разошлись.

Лазуренко, как старший по рангам и званию, пригласил гостей на борт «Ивана Рогова». После этого все поединки стали строго регламентированными. Не больше пяти штук на одного Лорда и его свиту в сутки.

В тот вечер Лазуренко приехал из реанимации мрачнее тучи.

— Деев выкарабкается, — капитан на пару секунд прикрыл глаза и вздохнул, — ждём Довлатова ещё пару дней. Если не появится, то придётся с боем уходить из Штатов. Сам не знаю как, но я верю, что Михаил найдет способ всё разрулить. Мы, считай что, себе дом на чужбине построили… А тут эти уроды припёрлись.

— Ждём, — Макаров кивнул с мрачной миной на лице. — Я уже приказал сапёрам разместить заряды на «Суворове» так, чтобы в случае чего подорвать тут всё к чертям. Свое судно я этим уродам не отдам! Лучше под трибунал пойду, чем буду жить с таким позором.

Смотря на двух капитанов, Семёныч сглотнул. Он вдруг разом, вот прям всей своей русской душой, проникся их глубочайшей верой к некому Довлатову, о котором только слышал.

…

12 мая. Очередной чёрный день в истории платформы «Чайка». Лорды отчего-то начали лютовать, пытаясь выжать все соки из Лазуренко. Макаров с каждым проигранным поединком становился все смурнее и смурнее. До Семёныча тоже вскоре дошла затеянная американцами игра. Они собрались выбить из колоды русских самую сильную карту в лице капитана «Ивана Рогова». Тогда даже в случае силового захвата «Чайки» их потери снизятся до минимума. Всё же три архимага, один абсолют, семь архонтов и куча магистров — это мощь! Нереально сильный кулачище боевой мощи, способный за пару часов уничтожить все Гавайские острова, не говоря уже об обитателях платформы «Чайка».

Время утекало. Видя, как Лазуренко раз за разом поднимается из воды, Сёменыч вдруг понял настрой боевого капитана.

«Когда Лазуренко больше не сможет подняться, янки силой захватят „Чайку“. Все корабли, платформу, станцию телепортаций, людей, трофеи.» Таймер обратного отсчёта до штурма уже запущен.

Довлатов прибыл на «Чайку» только в четыре часа дня. Капитан «Ивана Рогова» к тому моменту уже семнадцать раз выходил на «дружеские поединки» с архимагами [8]. Восемнадцатый вполне мог стать для всех русских моряков последним.

Даже держа удивлённого Довлатова за руку, Семёныч не прочувствовал той уникальности, которую сам себе нарисовал. Гений-целитель? Свой в доску? Это есть… А вот какой из него кризис-менеджер? Да хрен его знает.

Но вот Лорды со свитой сами к нему вышли. О чем-то потрындели пять минут… И всё! Янки почти что в полном составе свалили через станцию телепортации к себе домой.

Семёныч с дежурной башни видел, что Довлатову запретили покидать «Чайку». Но парень вроде как и не надеялся, что его отсюда выпустят. Развернулся и пошёл к офицерам, собравшимся на «Иване Рогове». Лазуренко, Макаров, Железкин, выписанный из госпиталя Денис Деев — все отправились обсудить с ним дела. О чём они там говорили, Семёныч не знал. Решил отложить до вечера.

…

Непонятное началось через пятнадцать минут после ухода Лордов. С интервалом в несколько минут пришли коды на прибытие через телепорт сразу от пяти групп. Сначала прибыл взбешённый архонт [6] от Рэдклиффов и стал орать на всех подряд:

— С***! Где «Пожарник» с сопровождением⁈ Всех прямо тут на угли пущу, если не дадите ответ прямо сейчас!

Спустя минуту от рода Маршалов прибыли два молчаливых абсолюта [7] в боевой экипировке с символикой ЧВК «Блэкуотер». Злобно зыркая на всех вокруг, старший в их паре произнёс:

— Где наш патриарх Вудро Маршал? Он не прибыл в родовые земли в назначенное время и до сих пор не выходит на связь. У вас десять минут. Либо вы даёте ответ, либо мы, следуя протоколу, проводим зачистку местности.

Следом прибыла группа из миротворческого крыла бойцов ООН, возглавляемая парой архонтов. Их командиром оказался долговязый византиец с татуированным лицом в экипировке аномального спецназа. Эти бравые ребята годами тренируются для сражений против людей, а не чудовищ.

— По нашим данным, здесь силой удерживается член дипмиссии Фракции Орков Михаил Довлатов. Просьба всем сохранять спокойствие до выяснения обстоятельств! Любое силовое противодействие будет расцениваться, как преступление против Коллегии Стран ООН.

Семёныч наблюдал за происходящим на платформе со своей дежурной башни. В первые минуты командир «Чайки» вообще ни черта не понимал. Кто ищет? Кого ищет? Как вообще могли пропасть сразу три группы одарённых во время самой обычной телепортации?

Но вот до Семёныча дошёл смысл происходящего. Далее с каждой секундой улыбка на его лице становилась всё шире и шире.

— Код авторизации Ассоциации Охотников, — удивлённо воскликнул оператор телепортационной платформы. — Высший приоритет! К нам направили кого-то из Нью-Йоркской штаб-квартиры.

— Пропустить! — Семёныч гордо расправил плечи, чувствуя, как в груди разгорается дух сопротивления. — Кажись, Довлатов раздраконил гнездо этих америкосов.

Появившиеся на телепортационной платформе люди в необычной боевой экипировке оглядели собравшихся вокруг них одарённых. Сплошь магистры, архонты и абсолюты, мрачно поглядывающие друг на друга.

— Без резких движений, господа! — Старший Охотник окинул взглядом резко напрягшихся одарённых. — Работает особая следственная группа Ассоциации Охотников. Мне плевать, кто вы и кого представляете. За нами прямо сейчас наблюдают камеры с МКС. За любое действие или противодействие вам придётся ответить по всей строгости закона. У нас есть право арестовать вас или убить, в случае крайней необходимости! Просьба два раза подумать перед тем, как пустить в дело ЛЮБУЮ технику. Мы здесь только ради некоего Михаила Довлатова. Он проходит свидетелем по делу Ассоциации о похищении сына президента США.

Семёныч улыбался всё шире и шире, наконец осознав, что стал свидетелем ИСТОРИИ о том самом Довлатове.

«Лечил владыку австралийских орков? Спал с дочерями Силлы? Пфф, фигня! Довлатов за пять минут уделал трёх архимагов вместе со всей их свитой»

…

23:55, 12 мая 2027 года

Город Вашингтон, Пентагон

Штаб-квартира Министерства обороны США

Из-за обилия могущественных одарённых, заинтересованных в допросе Михаила Довлатова, процедуру дознания решили провести в рамках закрытых переговоров. Ассоциация Охотников и миротворческий корпус ООН обеспечили место и безопасный периметр.

Древние рода Рэдклифф, Маршал, Кавендиш и лично Лорд Стилсон с Гавайев прислали своих семейных ментатов для считывания памяти Михаила. Оппонентам им выступили ментаты от рода Хаммер, независимые мемори-специалисты от Ассоциации и службы безопасности ООН.

Сидевший на месте судьи старший Охотник усталым взглядом окинул полсотни одарённых, собравшихся в зале. Пышущие негодованием аристократы, юристы, адвокаты, довольно улыбающийся Лиам Хаммер и удивлённо озирающийся по сторонам Артур Гаус.

— Господа, — охотник-абсолют [7] надавил на всех Властью, вложенной в голос, — у вас нет права меня перебивать! Всех, кто будут мешать процедуре дознания, сразу вышвырнем наружу. Вопросы можно задавать, подняв руку. Один человек — один вопрос за раз. Всем присутствующим ментатам разрешено просканировать память подозреваемого Михаила Довлатова один раз. Срок не больше пяти последних дней. В связи с тем, что Довлатов является хранителем государственных тайн США, секретных данных о деятельности Ассоциации и ООН, считывание будет проводиться одновременно двумя ментатами. Независимой и заинтересованной стороной.

Охотник рукой указал на мемори-специалиста, сидящего от него по левую руку.

— Если поднятая при опросе ментатов тема будет касаться секретных данных, наш специалист прервёт вас. И последнее! — абсолют с укором глянул на ментатов, сидящих на скамье присяжных. — После завершения процедуры дознания Михаила Довлатова все данные, полученные вами из памяти подозреваемого, будут принудительно удалены. Это стандартная процедура, призванная сохранить право на личную информацию. У вас нет права отказаться, если вы и впрямь собираетесь влезть в голову подозреваемого.

Сидевший в первом ряду наблюдателей Лиам Хаммер довольно улыбался, закинув ногу на ногу. Давненько техномант не пребывал в настолько хорошем настроении!

Без вести пропали аж три старых Лорда. Их враги уже завтра начнут точить ножи. Акции тех же Кавендишей и Рэдклиффов на фондовой бирже рухнут в пропасть. Ещё через неделю к воротам имения Маршалов придут все недовольные соседи. Через две недели… Ох-х! От мысли о том, что три древних рода могут перестать существовать, лишившись своих патриархов, кровь Лиама едва ли не закипела от возбуждения. Уж больно много перспектив открывается при таком развитии событий.

…

Началась скучная вступительная процедура допроса. Ментаты парами подходили к Довлатову, сидящему на месте для обвиняемого, одновременно считывая память. Независимая сторона контролировала заинтересованную. Только данные с органов чувств, и только за последние пять дней.

Первая пара ментатов, едва коснувшись Михаила, тут же испуганно отдёрнула руку. Что-то в памяти парня их сильно удивило. У второй и третьей пары ситуация повторялась с точностью до мелочей. На лицах ментатов читался откровенный шок от увиденного.

До Лиама донеслись удивлённые шепотки со скамейки ментатов.

— Молитвы, массовый контроль сознания…

— Бесконечный запас эфира…

— Переселение душ? Это ведь было оно, да?

— Я насчитал больше тысячи точек фокусировки, — мемори-специалист Ассоциации удивлённо выпучил глаза. — Возможно, даже полторы тысячи! А про такую технику пространства для побега я вообще впервые слышу. Он же без маяка куда-то переместился.

— Демон? — ментат от рода Маршал нахмурился, бурча себе под нос. — В смысле, настоящий демон? Но раз так сказал Каладрис, значит, так оно и есть. Боже милостивый! Да что творится в жизни у этого целителя⁈

Удивлённо вскинув брови, техномант уставился на вечно спокойного Михаила. В жизни Довлатова и раньше хватало белых пятен… но Лиам до сегодняшнего дня и не догадывался об их истинном размере.

…

Наконец процедура дознания перешла ко второму этапу. Заинтересованные стороны могут задавать вопрос. Руки подняли все разом. Но старший Охотник указал на представителя рода Маршал.

— Где наши патриархи? — аристократ руками обвёл зал. — Лорды Маршал, Кавендиш и Рэдклифф.

— Он не знает, мистер Гук, — обреченно ответил ментат самих Маршалов. Высокий тощий парнишка азиат в белой футболке. — До шести часов сегодняшнего дня Довлатов ничего не знал о… ваших планах.

Названный мистер Гук, недовольно морщась, сел на место. Охотник указал на следующее заинтересованное лицо.

— Вопрос тот же, — женщина лет сорока с красными волосами с вызовом глянула на Михаила. — Где патриарх Захари Рэдклифф? Я спрашиваю лично у подозреваемого, а не у прихвостня законников, сидящих сейчас на скамье для присяжных.

Охотник молоточком судьи указал на двери.

— Как услышите ответ, прошу на выход. Мне плевать, кто вы, мисс. Будьте добры уважать ход следствия и всех присутствующих. Подсу… То есть подозреваемый. Ваше слово?

Довлатов спокойно пожал плечами.

— Я не знаю, где они и что с ними. Скажу вам даже больше! Понятия не имею, что с ними произошло во время телепортации с нашей «Чайки». А если бы и знал, то… зачем мне вам помогать?

— Подтверждаю, — мемори-специалист от Ассоциации уверенно кивнул. — Согласно данным из воспоминаний, Довлатов впервые услышал фамилию Рэдклифф сегодня ранним утром.

Красноволосая дамочка в тот миг подобралась, словно кошка, готовящаяся броситься на добычу.

— Где он в это время находился?

— На выход, — Охотник молоточком грубо указал даме на дверь. — Напомню! Вы отстранены от процедуры дознания за неуважение к собравшимся.

— Он за меня спросит, — дамочка торопливо указала на сородича, сидящего рядом с ней на скамейке для гостей. — Верно, Билл?

Ментат от Рэдклиффов устало вздохнул на месте для присяжных.

— Госпожа, вам не ответят. Довлатов в это время занимался одним из тех дел, что находятся под запретом для публичного обсуждения. Скажу лишь, что это был телефонный звонок. Само место и события никак не связаны с нашим патриархом. Довлатов и впрямь ничего не знает о его пропаже.

Прожигая взглядом Михаила, дама вышла из зала для допроса.

— Следующий, — Охотник указал на слугу рода Кавендиш.

— Мистер Довлатов, — долговязый блондин поднялся с места, — Вы понимаете, чем для вас закончится похищение даже одного патриарха древнего рода?

— Видимо, пустыми угрозами, — Довлатов хищно улыбнулся. — Давайте на чистоту… как вас там? Впрочем, я вас всё равно не запомню. Вы — банда вымогателей и воров, решившая отобрать у нас последнее, что осталось. У нас нет дома, мистер! Только наши боевые корабли, наша работа в аномалиях и то сообщество «Русского Мира», которое я с княжичем Романовым построил за последний год. У меня не осталось живой родни в этом мире. Так что вперёд! Можете переходить к бессмысленным угрозам.

Михаил нахмурился.

— Предположим, я сейчас признаюсь в каком-нибудь преступлении. Меня запрут в тюрьме «Пик Безмолвия» или отправят в бессрочную ссылку в Австралию из-за моего дипломатического иммунитета. Вы… и весь ваш род останется ни с чем. Без патриарха и тех людей, что пропали вместе с ним.

Ухмыльнувшись, Довлатов указал на свои глаза.

— Даже если вы меня убьёте, я буду наблюдать из Преисподней за крахом рода Кавендиш. Жив ваш патриарх или нет, мне без разницы. Но да, я практически уверен, что за их исчезновением СТОЮ Я. Не совет правления «Романов и КО» и не люди, живущие на «Чайке». А только я! Но ни я сам, ни собравшиеся тут специалисты по считыванию памяти не смогут этого доказать. Просто. Что-то. Произошло. В момент. Телепортации.

Михаил, усмехнувшись, глянул на охотника.

— У меня всё, ваша честь.

— Безумец, ей-богу! — удивлённо качнув головой, абсолют снова махнул молоточком в сторону зала. — Следующий.

— Лорд Дэвид Стилсон, ваша честь, — крепкий мужчина с пышной бородой цвета золотой пшеницы поднялся с места. — Довлатов… или как там тебя величают с твоей новой мордой? Ты хоть понимаешь, что, похитив трёх Лордов Соединённых Штатов, ты ставишь страну на грань гражданской войны?

— О-о, так вы тот самый Стилсон? — Довлатов с явным удивлением уставился на мужчину. — Лорд, который под предлогом «гостевого визита» помог Маршалу, Рэдклиффу и Кавендишу осуществить попытку рейдерского захвата «Романов и КО» на территории своего штата? Тот самый Лорд, который три дня язык прятал в своей ж***, пока МОИХ людей избивали до полусмерти? Вы тот самый Стилсон?

Довлатов от гнева аж поднялся с места. Его голос зазвенел от влитой Власти.

— Сядь на место, старик! Когда этот суд закончится, я приду за твоей душой живым или мёртвым. Можешь считать этот суд объявлением войны. А все присутствующие станут свидетелями того, что я бросаю тебе вызов.

Охотник-абсолют [7] с лёгким удивлением глянул на Довлатова.

— Смело. Потянешь войну родов со Стилсоном?

Лиам на этом вопросе тоже весь подобрался, навострив уши. Весь зал шокировано затих от подобного заявления.

— Такое не прощают, — Михаил с гневом смотрел на краснеющего Лорда Стилсона. — Да и чего мне боятся? Он абсолют [7], а не архимаг [8], как те три ублюдка. Личная армия у меня есть. Плыть нам недалеко. Официальный повод тоже есть. Плюс союзники в виде орков и работающей станции телепортации. Поверьте на слово! Наши моряки с радостью начистят морду этому уроду… Трёх Лордов США уже лишились. Так почему бы не быть и четвёртому?

От услышанного Лиам изменился в лице.

— Это правда, — мемори-специалист Ассоциации с откровенным шоком смотрел на Довлатова. — Подозреваемый действительно собирается объявить войну родов Лорду Стилсону.

Лиам и сам шокировано уставился на Стилсона. Ни для кого не секрет, что этот старый хрыч входил в коалицию с родом Рэдклиффов, владеющих землёй штата Орегон. Теперь же, когда красноволосые лишились своего «Пожарника»-патриарха, они сами уязвимы, как никогда. Им бы свои земли отстоять, не говоря уже о помощи союзнику. В одном Стилсон прав. Исчезновение сразу трёх Лордов поставило Соединённые Штаты на грань начала гражданской войны.

Оперевшись на перила, Довлатов уверенно посмотрел в зал.

— Насколько помню законы округа Колумбия и Соединённых Штатов, у ВАС есть сорок восемь часов на то, чтобы доказать мою вину. Ибо мою НЕвиновность уже доказали присутствующие тут шесть ментатов. Ищите свидетелей, улики… своих пропавших патриархов. Или же заплати́те МНЕ за их «поиски».

Глава 12

Должок президента

Процедура дознания с участием шести ментатов продолжалась до трёх часов ночи. Скука, ей богу! По мере разговора члены родов Кавендиш, Маршал и Рэдклифф напрягались всё сильнее. Наследники, супруги, названые братья — все они отчётливее осознавали колоссальный размер кризиса, с которым столкнулись их семейства из-за попытки захвата «Романова и КО».

С исчезновением патриархов семейства лишились основания. Того, что отделяет молодые рода от древних. Право задирать нос на всех званых вечерах у этих аристо теперь под большим вопросом. Нет больше возможности давить на бизнес-конкурентов, угрожая войной родов. Нет безлимитной кредитной линии в банках. Нет двух голосов вместо одного в Палате Лордов. Само существование родов Кавендиш, Маршал и Рэдклифф вмиг стало зыбким. Ведь аристократы — народ злопамятный, и сейчас самое время для вспышки ноже-спинной болезни.

Завтра весь истеблишмент Соединённых Штатов будет стоять на ушах. Завтра члены родов Рэдклифф, Маршал и Кавендиш проснутся в новом для них мире. Где нет мудрого деда архимага [8], который всегда прикроет спину. Нет и тех могущественных одарённых, что были с ними в момент исчезновения.

Вот. Истинный. Масштаб. Последствий событий последних суток.

…

После допроса меня отвели в одну из тех тюремных камер Пентагона, о существовании которых не принято говорить в СМИ. Эдакий Форт Нокс в пространственном кармане для временной охраны особо важных заключённых. Здесь, в камере без окон, у меня появилось время всё обдумать.

Сидя на суде — буду называть вещи своими именами — я понимал, ГДЕ и КОГДА я наворотил дел. Те два часа в Нью-Йорке, когда я решил поесть хот-догов. Я с кем-то встретился, придумал план и попросил стереть мне память. Вот почему мой амулет ментальной защиты был снят. Назовём этого неизвестного Тесей в честь греческого эпоса об убийце минотавра. Наши враги — те еще «чудовища».

Тесей, скорее всего, наблюдал за мной вплоть до прибытия на «Чайку». Затем в момент активации платформы для телепортаций Тесей неизвестным образом исказил координаты. И он же во́время вызвал группы миротворцев ООН и Ассоциации. Всё ради того, чтобы взбесившаяся родня Кавендиш, Маршал и Рэдклифф не утащила меня в пыточные застенки замков Лордов. А само дело о рейдерском захвате и пропаже архимагов выплыло наружу.

[Хей-хей! Довлатов, да ты сущий дьявол!] — Аккоман в моей душе звонко хохотал. — [Дьявол! Дьявол! Дьявол… Ты сам себе организовал арест! А потом выставил ментатов Лордов как свою же линию судебно-правовой защиты.]

[И теперь хочешь, чтобы семьи Лордов заплатили выкуп⁈] – Железкин в моей душе удивлённо хекнул. — [Нужны гарантии, что «выкуп» потом не выльется в ещё большие проблемы.]

[Для этого на суде и были Лиам Хаммер и Артур Гаус,] — кивнул я своим мыслям. — [Видимо, я сделал всё, ради того, чтобы дело не удалось замять по-тихому. Лиам и Артур — свидетели, от которых хрен избавишься. И оба заинтересованы в том, чтобы меня втихую не убили прямо в камере.]

…

08:55, 13 мая 2027 года

Город Вашингтон, Пентагон

Штаб-квартира Министерства обороны США

После четырёх часов зыбкого сна мой слух уловил приближающиеся шаги. Кто-то открыл дверь в пространственный карман, в котором находится моя камера.

— Привет, Миша, — княжич, встав у стены-решётки, неловко оглянулся в поисках стула, но такового в коридоре не оказалось. — Условия содержания, конечно, так себе.

— Зачем ты пришёл? — поднимаюсь с матраса, лежащего на полу. — Мы с тобой два месяца не виделись, не разговаривали и вуаля! Ты САМ приходишь ко мне в тюремную камеру под Пентагоном?

Княжич устало вздохнул.

— Надо поговорить о проблеме, Миш.

— Какой ещё проблеме? — с полнейшим непониманием смотрю на Димку. — Что мы с тобой не разговариваем? Что все собрания правления «Романов и КО» проходят без моего участия? Или про то, что ты не слушал предупреждения Луперготов о том, что под нас копают Лорды?

— Миш… — княжич поморщился.

— Хотя нет! — гнев во мне заговорил сильнее. — Я по-о-о-нял! Ты, наверное, хочешь поговорить о том, как чуть не продал компанию ублюдкам, которые издевались над НАШИМИ людьми? Дим… НАШИМИ, понимаешь? Как ты вообще спишь спокойно после такого… предательства, ей-богу. Когда тебя с юристами Лорды послали куда подальше, ты не позвонил мне. Не написал! Я обо всём случившемся узнал только потому, что сам позвонил Катарине по личному вопросу.

— Стоп! Брейк, — княжич, поставив руки на пояс, тяжело вздохнул. — Во-первых, иди ты нахер, Миша! Мог бы и сам первым позвонить!

— Эммм, — у меня от удивления челюсть чуть пол не пробила. — Романов, ты… Боги! Тебе напомнить, кто меня на захотел видеть в офисе? Ты о моё доверие ноги вытер. Обо всё, что я сделал для фирмы. И после этого ты ожидаешь, что я первым тебе позвоню?

— Во-вторых, — княжич произнёс с нажимом, — у нас с Гагариной и Лордами было соглашение. Да, я продал бы им фирму за бесценок и требование обязательно сменить название. Но остался бы в ней генеральным директором. Так я собирался сохранить наш с тобой «Мир» на Гавайях. Люди важны, и я забочусь о них так, как умею. Я дал бы им ДОМ, которого у всех нас не стало.

Меня накрыло волной лёгкого ментального шока от услышанного.

— Капитуляция, — наконец до меня дошёл выбор, сделанный Романовым. — Ты предпочёл сдаться Лордам за право сохранить компанию и привычный быт.

Княжич напрягся, в глазах мелькнула обида. «Капитуляция» для любого патриарха — это синоним повода уступить свой трон другому. Обидное, крайне неприятное словечко, которое ни один нормальный одарённый не захочет видеть в своей биографии. Писари князей пишут — «тактическое отступление», хронисты «Бархатной книги» — «мудрый ход, сохранивший дело рода», но от себя не убежишь. Капитуляция — это фактически признание поражения в войне.

Романов… Я всей душой и сердцем постарался его понять. Маршал, Кавендиш и Рэдклифф — это всё равно, что Пожарские, Ржевские и Суворовы в Российской Империи. Проиграть таким родам войну и не погибнуть — по-своему ценный опыт… Но капитуляция.

— Это неправильно, — в душе раздрай. — Я не знаю, Дим, как ты смог договориться с самим собой. После того, что рассказала Катарина, мне захотелось разорвать в клочья этих ублюдков. Лорды желали отобрать то, что принадлежит МНЕ. Три дня били людей, за которых я несу ответственность. Желали разрушить то, что мы с тобой создавали по кирпичику весь последний год.

Романов снова тяжело вздохнул.

— Миш… семь часов назад платформа «Чайка» снялась с якоря. Корабли «Суворов» и «Иван Рогов» взяли её на буксир и покинули территориальные воды США. Когда Лордов не стало, Лазуренко всех незваных гостей выбросил за борт. Два часа назад Конституционный Суд США наложил на «Романов и КО» и наши суда запрет на покидание страны. Так вот, это я сказал Макарову и Лазуренко уматывать, пока им границу не закрыли.

— То есть ты в полной ж**е, — я невольно расхохотался. — Лордов нет, компании «Романов и КО» фактически тоже нет. Контрактами с МорФлотом Российской Империи теперь можно разве что подтереться. Вдобавок тебя не выпускают из США и угрожают смертью сразу три древних рода, требуя «срочно вернуть им их патриархов». Я ничего не напутал?

Продолжая хохотать, указываю на камеру напротив.

— Так оставайся тут, Дим. Здесь есть ещё минимум один свободный номер.

— Это не выход, — княжич качнул головой.

— Нет, это именно он и есть, — нотки смеха исчезли из моего голоса. — Ты же ни черта в произошедшем не понял, да? Лорды… они архимаги [8]. Живое оружие, по мо́щи сопоставимое с ядерной боеголовкой. Им чужды все низменные желания и страхи. Где взять денег? Древний род США пойдёт грабить соседнюю страну, если это одобрит Палата Лордов. Патриархи их калибра не отступят, если только не почувствуют угрозу жизни или существованию для рода. Они мыслят, как драконы, живущие среди людей.

В итоге Кавендиш, Маршал и Рэдклифф получили удар масштаба, сопоставимого со взрывом той самой ядерной бомбы. Их рода лишились клыков, которыми они десятки лет стращали вассалов, союзников и, само собой, врагов рода. Юху! Вперёд, ноже-спинная болезнь! Время переписывать отношения и списывать старые долги.

— Пока я тут, — указываю княжичу на пол тюремной камеры, — время работает на меня. Каждый день без трёх патриархов приближает конец их родов.

Да, мне пришлось поставить на кон вообще всё. Жизнь, репутацию, свободу, возможность дальше жить в Соединённых Штатах. Но это тот случай, когда стоило рискнуть всем ради «всего».

— Зачем, Миш? — Романов упрямо качнул головой. — Ради чего ты зашёл так далеко?

— Ради Летающих Островов, — я заглянул в глаза встревоженного княжича. — Ты помнишь, что я тебе сказал в марте в том кафе на Гавайях после смерти Долгоруковой? Ты и я, «Романов и КО», вместе до тех пор, пока не состоится рейд на Летающие Острова. Ни одна реальная сила в мире с нами не будет считаться до тех пор, пока у нас за плечами не будет достижений, сопоставимых с покорением Летающих Островов. Деньги, ротация войск, разрешение от Ассоциации, мастер-стратег Килли, контракты с МорФлотом, привлечение сильнейших одарённых от орков, способ туда добраться. Мы подготовили всё! БУКВАЛЬНО ВСЁ для этого рейда. «Чайка», стоящая на траектории движения Летающих Островов, стала бы точкой отправления. И если бы не эти гребанные Лорды, рейд бы состоялся через две недели. И он состоится, Дим! Я костьми лягу, соберу всех своих знакомых архонтов и абсолютов, но проведу этот чертов рейд! Мне он важен, понимаешь? Я привык добиваться поставленных целей.

— Ради Нереи? — княжич нахмурился.

— Ради себя, — качаю головой. — Крепость духа одарённого строится на победах и поражениях. Я вот сейчас всем своим существом… плотью, кровью, духом и духовным телом ощущаю, что стою на правильном пути. Моя цель практически нереальна для простых смертных, но я уже в шаге от неё.

Махнув рукой в сторону выхода из коридора, я добавил.

— Тебе лучше уйти, Дим. Ещё немного, и наговорим друг другу лишнего. Если снова будут давить эти чёртовы аристократы, скажи, что я жду от них дельного предложения, а не угроз. Сейчас время играет против них.

…

18:41, 14 мая 2027 года

Город Вашингтон, Пентагон

Штаб-квартира Министерства обороны США

Два дня заключения прошли в полнейшей тишине. Еду мне передавали исключительно в виде консервов, опасаясь отравления. Никого в камеру не допускали. Сидевший у двери вояка-абсолют [7] со скуки даже начал играть в какую-то игрушку на телефоне, забавно прикусывая при этом язык. Он не мешал мне, а я ему. За всё время моего заключения мы ни разу не обменялись даже парой слов.

Стратегия, выбранная древними родами, стала понятна на второй день. Всё довольно очевидно. Прямо сейчас они наверняка ведут все возможные поисковые работы с привлечением МКС, независимых агентств и национальных служб разведки. США фактически не досчитались нескольких «живых ядерных боеголовок». Есть, отчего поволноваться.

Вторая их надежда также очевидна. Нет такой тюрьмы, из которой не могли бы выбраться три архимага [8]: геомант, пиромант и аэромант. Да ещё и со свитой из поистине сильных одарённых. Там одних только архонтов шестеро [6], плюс один абсолют [7] на подхвате. Так что «рано или поздно, они сами выйдут на связь»… Думали они.

Но вот с их пропажи прошло двое суток, и меня вызвали в зал суда. Дама-судья в чёрных одеяниях, с кудрявой шевелюрой монотонно зачитала свой вердикт.

— Михаил Довлатов, гражданин… На основании Конституционного Суда США… С учётом многочисленных заслуг и дипломатической неприкосновенности… не привлекался ранее… Ввиду недостаточности улик… Выпускается под залог в двадцать пять миллионов долларов и поручительство Лиама Хаммера и Артура Гауса… Запрет на покидание Аркхэма сроком на тридцать дней или до выяснения обстоятельств пропажи Лордов Захари Кавендиша, Вудро Маршала и Питера Рэдклиффа…

На выходе из зала суда меня встречал довольно улыбающийся Лиам Хаммер.

— Довлатов, чёрт тебя дери! — техномант едва ли не светился от счастья, аура так и рвалась наружу. — Чем лучше тебя узнаю́, тем больше ты мне кажешься гусём с золотыми яйцами.

— И вам не хворать, мистер Хаммер, — я пожал руку радостному техноманту. — Спасибо, что выступили поручителем.

— Ох, да брось ты! У меня там в машине подарки для тебя, — Лиам заржал в голос. — Мои финансисты за последние два дня на торговле акциями заработали роду денег больше, чем за последние пять лет вместе взятых. У меня бухгалтер до сих пор за сердце хватается от размера налога на сверхприбыль.

Выйдя из здания суда, мы с техномантом поехали прямо в Центр Телепортаций. По решению суда я должен до полуночи прибыть в Аркхэм. А если серьёзно, то чем меньше я буду находиться в Нью-Йорке, тем меньше шансов, что меня попытается кто-нибудь похитить. Потому Хаммер и вызвался лично меня доставить до места назначения, заодно выдав новый молоточек и часы-артефакт модели Гермес. И то, и другое — шансовое оружие на крайний случай.

В машине Лиам снова заговорил о деле.

— Про то, как ты… или, скорее, вы взломали технологию телепортации Древних, я спрашивать не буду. Верю, что сам не знаешь или не помнишь. Будь это иначе, ментаты бы это из тебя на суде вытащили, — усмехнувшись, техномант залез во внутренний карман пиджака и выудил оттуда длинную плоскую коробочку. — Пока тебя в камере держали, со мной связался посол Российской Империи в Соединённых Штатах. Градских… как-то там. В рамках ленд-лиза и борьбы с жуками Макоши наш род поставляет в твою страну боевую технику. Так что контакт по политической линии у меня налажен.

— Удивили, — я принял протянутую мне коробочку. — Реально удивили. Не знал, что род Хаммер сотрудничает с Российской Империей.

— Градских просил передать, — загадочно улыбаясь, Хаммер пальцем постучал по коробочке в моих руках. — Ваши капитаны подали коллективный рапорт в генштаб Российской Империи. Тебе дали медаль первой степени «Герой Российской Империи». За такой подвиг, как защита четырёх военных кораблей, у вас обычно дают герб и землю…

— Но только по решению Императора. А он пропал вместе со столицей, — я кивнул, с трепетом и удивлением глядя на медаль. — «Родина помнит своих»⁈ Хм… Вы знаете, мне кажется, эту медаль заслуживает капитан Лазуренко, три дня сдерживавший этих убл… то есть Лордов. Само собой, и боевые офицеры на кораблях. Но никак не я. Так что верните медаль консулу.

— Уверен? — Лиам удивлённо вскинул бровь.

— Абсолютно, — протягиваю коробочку техноманту. — Я хочу гордиться тем, что сделал и при этом помню об этом. А тут профанация какая-то. Не хочу быть «паркетным» героем с такой липой.

— Аффилиативное лидерство, значит⁈ — приняв медаль обратно, Лиам удивлённо хмыкнул. — Вот как тебе удается собирать вокруг себя столько удивительных людей. Ты разделяешь заслуги, давая расти тем, кто тебя окружает. А они сами поднимают тебя выше… У тебя поистине редкий тип харизмы.

[Нахрена мне медаль? Лучше дайте герб и золотой паспорт,] — шепчет внутренний голос. — [Мне от неё ни холодно ни жарко.]

[Медаль нужна не для тебя,] — возмущается Железкин. — [Она нужна, чтобы другие моряки МорФлота при встрече знали, с кем имеют дело. Это знак признания военными тебя и твоих заслуг, а не просто красивая висюлька на китель.]

[Нельзя принимать медаль…. при таких вводных,] — шепчет мне дух. — [Это единственно возможный путь к более высоким рангам].

— Насчёт суда, — Хаммер убрал коробочку обратно в карман. — В Штатах сейчас поднялась шумиха. С одной стороны, вы… или ты, Довлатов, открыли способ похищения одарённых через круги телепортаций Древних. Фактически, взломана едва ли не самая надёжная технология в мире. Наши Лорды с радостью бы покопались в твоих мозгах, но страной правит Сенат. На твоём освобождении и переводе в Аркхэм настоял лично президент Руан Элмер.

— Понятно, — я невольно улыбнулся.– Одной подписью на документе решил отдать мне долг за спасение сына, не запачкав руки⁈

— Политика, — Хаммер пожал плечами. — Сам знаешь. Обмен услугами, это часть жизни аристократов. Считай, что как минимум один видный политик признал факт твоего существования. Но тут есть и другой мотив. Для Руана…

Хаммер недовольно поморщился.

— … Ваша технология похищения одарённых, это способ утихомирить Лордов. В одном Стилсон был прав. Из-за исчезновения Аталанты страна стоит на грани гражданской войны. Но исчезновение трёх Лордов и прямое объявление войны четвёртому заставит излишне ретивых патриархов ещё минимум год сидеть тихо. Никто не хочет отказываться от Центров Телепортаций и путешествовать на самолётах, как простые смертные.

— Какой я, оказывается, страшный человек, — меня и самого напрягла такая перспектива. — Жуть какая! Это же, получается, до Арана почти сутки по воздуху придётся добираться.

Ведь реально жуть. Три дня назад я за двадцать четыре часа побывал в Аркхэме, потом в Нью-Йорке, Шанхае, снова в Нью-Йорке, на Гавайях и на суде в Вашингтоне. На месте Лордов я бы тоже сидел тихо, пока не станет ясно, куда дует ветер перемен.

У дверей в Центр Телепортаций Лиам на прощание снова пожал мне руку.

— Шов приедет в Аркхэм на лечение, — Лиам подмигнул. — Если сможешь вправить ему мозги, с меня подарок. Роду Хаммер второй техномант-абсолют [7] нужен как воздух.

— Сочтёмся.

…

На выходе из Центра Телепортаций Аркхэма меня встретил Артур Гаус. Архонт нервно топтался у пафосного перламутрового кадиллака. Когда я вышел из дверей, целитель докуривал сигарету. Восьмую, судя по количеству одинаковых окурков, валяющихся у его ног.

— Тяжёлый день?

Целитель проследил за моим взглядом и сам удивился количеству окурков.

— Тьфу ты! Опять полпачки за раз скурил, — Артур телекинезом швырнул бычки в урну. — Одна дама была сильно не рада тому, что я выступил поручителем за похитителя трёх Лордов. Так что какое-то время поживём раздельно. В твоём доме, кстати. Так что, глядишь, до работы вместе ездить будем. Машина есть. Мне что до своей больницы, что до госпиталя Крепкого Духа ехать по одной дороге. К тому же я тебе рекомендательное письмо обещал. А тут инцидент с Шапиро. В общем, поехали уже.

— Лучше до Крепкого Духа, — вспомнил я об одном важном деле. — Мне надо завершить четвёртый уровень телесной трансформации. А то жизнь, знаете ли, неспокойная. Что ни день, то нападение и попытка похищения. Не удивлюсь, если квартиру завтра возьмут штурмом ЦРУшники или АНБ.

Целитель захлопал по карманам, очевидно ища ключи от авто, и тут вдруг изменился в лице.

— Вспомнил! — у Артура от удивления аж очередная сигарета изо рта выпала. — Тебя тут искали две боевые целительницы. Злые, как черти! Хотели за тебя кому-то глаза с ушами местами поменять. Как же их там звали⁈ Лей Джо и Эмилия Хомячкович, кажется? У них ещё завтра выступление на симпозиуме по зомби-вирусу.

Идеально, чёрт возьми! Мне ведь как раз есть, что рассказать наставницам. Пока сидел в камере, вспомнил, что меня ещё при падении на остров Фиджи заразили зомби-вирусом. И я уже два месяца живу себе спокойно. В общем, я знаю, как нейтрализовать биологическое оружие не-мёртвых!

Глава 13

Hello World

Аркхэм, США

Сайлент Сити, пентхаус

Поднявшись на свой этаж — последний и самый дорогой во всем ЖК — невольно подметил изменения в обстановке холла. Тут всего-то трое апартаментов на пролёте. Всё же элитное жилье, плюс Источник второй категории во дворе.

Дверь в квартиру профессора Йозефа Штерна никак не изменилась. Всё та же старая пожелтевшая от времени табличка с именем на месте. Вывод: жилец продолжает платить аренду из года в год. Момент реально важный. В том, что ЦРУ или АНБ приставит ко мне слежку, я не сомневаюсь ни секунды. В Москве для таких дел ИСБ снимала соседний номер гостиницы или квартиру в доме напротив.

Табличка у дверей, ведущих в апартаменты семейства Бруксов, теперь пустует. Помнится, в день знакомства они сказали, что приехали из Сан-Франциско и Аркхэм лечиться от родового проклятья. Видимо, за два дня моего отсутствия их дело сдвинулось с мёртвой точки.

Последний и самый важный нюанс — взявшийся из ниоткуда конверт, прикреплённый к моей двери. Внутри нашлась записка на русском.

'Демонолога в каждый детдом! Детям нужны нормальные няньки!

p.s. Шеф, позвони в соседнюю дверь'.

Шеф? Подойдя к двери в квартиру Бруксов, без малейших сомнений жму на звонок. За дверью раздаётся копошение, грохнулась коробка и наконец послышались приближающиеся шаги. Дверь открыла девушка в розовом халате с тюрбаном из полотенца на голове. На лице косметическая маска, в руках две дольки огурца.

— Эмм… добрый вечер, — указываю незнакомке на свою дверь. — Кажется, я ошибся апартаментами.

— Довлатов, ты издеваешься? — девушка возмущённо упёрла руки в бока. — Я, конечно, понимаю, что ты ни черта не помнишь, но не узнать меня без косметики… это, знаешь, неприятно!

— Катарина? — у меня от удивления аж рот открылся. — У тебя даже голос другой.

Передо мной вне всяких сомнений стояла Катарина Лупергод — первая леди великого дома Лупергод. Шестой член совета правления «Романов и КО», отвечающий за внутренний менеджмент, разведку и контрразведку. Бизнес у нас военный, так что все три сферы тесно переплетены друг с другом.

— Маскировка. Заходи уже, — девушка отошла в сторонку, давая мне войти в её апартаменты. — Мы ещё в Аране, когда с Жако и Ламанж взялись за вопросы сбора информации для компании, узнали много интересного о земных спецслужбах. Есть способы найти меня… точнее нас, по голосу. Телефонные разговоры, видео, голосовые сообщения. Случайные следы могут остаться, где угодно. Проще сразу сменить голос. Благо, целителей этого профиля хватает.

Зайдя в квартиру, я сразу уловил шум от уже знакомого мне генератора вибраций. Такие же устройства использовал Максвелл в «Логове Зверолова», готовя помещение к переговорам с Каладрисом.

— Тебя каким ветром сюда принесло? — махнув рукой, указываю на десятки коробок от новых вещей. Чайник, коврик для пилатеса, новый стол и ноутбук. — Выглядит так, будто собираешься осесть в Аркхэме.

— Говорю же, маскировка, — Катарина, запахнув халат посильнее, прошла на кухню. — Видимо, и впрямь не помнишь, как расписал мне где и какую квартиру купить? Два дня назад, до поездки на «Чайку», ты запустил план «Око Бури». Сказал мне спрятаться у всех на виду в Аркхэме, тайно оказывая тебе информационную поддержку. В тот день много чего случилось. Я в офисе из членов правления никому ничего не говорила. Стала собирать документы, связалась со своими. Но тут у Гагариной интуиция забила фонтаном. Ну-у, ты знаешь.

— Дар рода, — киваю, — Полине он уже не раз спас жизнь.

— Во-во, он самый! — Катарина завистливо хмыкнула. — В тот момент, когда ты телепортировался на «Чайку», её будто подменили. Гагарина стала бегать по офису, заглядывала во все окна. Даже в гостевой журнал сунула свой нос. Потом нажала на кнопку пожарной тревоги. Всем сотрудникам сказала срочно покинуть офис… А лучше страну. Романов её, конечно, успокоил, но народ у нас пуганый. Купили билеты до Фиджи в течение часа. К моменту прихода родовой гвардии Маршалов наши сотрудники уже находились за границей. Не все, правда. Вася Рыжиков до сих пор где-то у своих баб на Гавайях прячется. Мы с Ламанж и Жако поехали в Мексиканское Королевство. Там по другим паспортам въехали обратно в США.

— И они оба…

— В Штатах, — Катарина недовольно фыркнула. — Ламанж шопоголик. Она из торгового центра не выходит, пока на банковских карточках есть хотя бы сотня баксов. Она собирает информацию через свой сервис эскортниц и сплетников в кругах аристократов. То ещё змеиное логово! Но мы оттуда много ценной информации получаем. Жако открыл свой тренировочный центр по боевым искусствам для одарённых. Так мы приглядываем за рынком инструкторов и полигонов. Смотрим, какие рода кого и зачем нанимают. Наши… хм… дети… Всё ещё непривычно их так называть… Они приглядывают за финансами, гостендерами, информационными поводами, обрабатываемыми в СМИ.

После переноса в мир Земли из мира Великих Островов последние семнадцать членов рода Лупергод обзавелись новыми телами. Родители, дети и внуки вдруг стали примерно одного возраста.

— Ахренеть! — меня и впрямь удивило услышанное. Я, конечно, знал, что Катарина, как наш штатный ментат, заведует финальной проверкой нанимаемых кадров. Но вот про размах развернутой разведсети слышу впервые.

Катарина закатила глазки.

— Нашел, чему радоваться, — девушка всё же довольно улыбнулась. — В прошлой жизни… в мире Великих Островов, у нас была ещё более развитая разведка. Попрошайки, свои люди в портах, в жандармерии, судьи. Но сейчас речь не о прошлом. Ты, Довлатов, позвонил мне и сказал все силы перекинуть на наблюдение за родами Маршал, Рэдклифф и Кавендиш. Следить за обстановкой внутри и, главное, снаружи рода. Конкуренты, старые долги, кто из них покинул Штаты. Приглядывать за возможными участниками для объявления войны родов.

— Погоди-погоди! — я задумался, собирая мысли в кучку.

Раз я попросил Катарину начать наблюдение за родами Лордов, значит, думал на три шага вперед. Искал рычаги влияния на ситуацию? Искал союзников или возможность ударить посильнее? И, что важнее, в списке нет Лорда Стилсона, владеющего землей Гавайев.

— Как я это сделал? — наконец я ухватился за самый важный вопрос. — Как я или мы избирательно изменили координаты телепортации трёх групп одарённых с Лордами с «Чайки»?

— Как-как⁈ Наша Сати Лупергод постаралась, — Катарина гордо улыбнулась. — Она использовала наработки по динамическому вычислению координат для телепортации на Летающие Острова. Направленное-контролируемое влияние на чего-то там… Госпожа Нерея лучше объяснит.

— Нерея? — мне сразу вспомнилось *блык*, которое я слышал в Нью-Йорке за несколько минут до отправления на «Чайку».

Катарина снова закатила глазки.

— Она, кто же ещё! Нерея тебе корректировала память, создавая «петлю воспоминаний». Приём простой. Она его через плетение «конвертор» применила. Два воспоминания об одном и том же месте сшиваются вместе. А всё, что между ними, человек не помнит. Ты ничего не забыл, Довлатов. Просто пока не можешь раскопаться из-за установленной пломбы. Дня через три она сама спадёт. У тебя дьявольски сильный разум.

Я тряхнул головой.

— Вспомнить было бы и впрямь хорошо. Так где сейчас Лорды?

— На дне морском, — девушка пожала плечами, выглядя при этом крайне удивлённой. — Точные координаты знает только Сати. Но раз Лорды из ловушки до сих пор не выбрались, это может быть только Доменное Царство. Последние два месяца туда в рейды ходит подлодка «Илья Муромец» с командой орков Гархана. Этот здоровяк с капитаном Карасёвым каждые выходные в Перл-Харбор устраивает знатную попойку.

Фрагмент заблокированных воспоминаний начал потихоньку всплывать в сознании.

[Хей-хей! Так я побочка от вмешательства в работу головы?] — Аккоман в душе присвистнул. — [ То есть я исчезну, когда ты всё вспомнишь? Знаешь, Довлатов. Я даже рад. Тебе есть, куда направить свои силы.]

Похоже на правду. Разговоры с самим собой после Нью-Йорка у меня и впрямь сильно участились.

Доменное Царство — одна из мировых загадок. Эту область мирового океана открыла подводная экспедиция будущего архимага Жака-Ива Кусто в 1977 году. Она находится в низине Марианской впадины, недалеко от территориальных вод Японского Сёгуната.

На глубине от 6000 до 7000 метров пилотируемые магистрами-гидромантами батискафы обнаружили около трёхсот микроаномалий, накрытых куполами Грани. То, что снаружи выглядит как светящаяся полусфера диаметром в две сотни метров, может внутри иметь в двадцать раз большие размеры.

Главная загадка Доменного Царства — время его появления на Земле. Скорее всего, это эпоха второго Сопряжения, случившаяся сто двадцать лет назад. Из-за расположения на огромной глубине из этих микроаномалий практически нереально выбраться. Даже «доспех духа» абсолюта [7] под давлением в семь сотен атмосфер продержится максимум десяток секунд. Вот и получилось, что эти микроаномалии стали своего рода Доменными Царствами. В них практически нереально попасть. А те, кто живут внутри, не могут из-за давления выбраться наружу.

На этом уникальность места не заканчивается, а только начинается. У ВСЕХ микроаномалий в Доменном Царстве ранг опасности от шестого до восьмого. Там кипит жизнь и смерть, элементали и духи стихий сражаются друг с другом. Одна форма жизни пожирает другую. Плотность маны такова, что даже магистрам [4] там тяжеловато находиться. В общем… идеальное место для антимага Гархана и его команды элитных орков.

Погружная способность полуартефактной подлодки-атомохода «Илья Муромец» как раз семь тысяч метров. Присоединившись к «Романов и КО», капитан Карасёв фактически открыл нам ворота в подводное Эльдорадо. А я, Сати и, видимо, Нерея превратили одно из зачищенных Царств в тюрьму для архимагов [8]. Даже американским Лордам оттуда не выбраться без помощи извне.

Теперь, когда все карты вскрыты, осталось дождаться хода со стороны древних родов.

…

Катарина поставила кружку с ароматным, пахнущим корицей кофе на стол, что и привело меня в чувство.

— Ещё пару дней будет накрывать откатом, — девушка понимающе улыбнулась, — потом пломба на воспоминаниях сама собой спадёт. Ты меня потому и вызвал в Аркхэм. Не хотел дать ей закрепиться. Помимо разведки, есть и другая причина.

— Демон?

Я наконец вспомнил, зачем вообще звонил Катарине в тот день из имения рода Хаммер.

— Да, Довлатов, — девушка, сама того не замечая, сжала кулачки. — Если быть точнее, демон ранга Хеафидо из Хеймдаля. В вашем языке и мире нет подобных слов или аналогий. Прими как факт, что вошедший в силу Хеафидо по уровню опасности сопоставим с десятью вместе взятыми архимагами [8] или одной Аталантой Силлой. Он чует потенциальных одарённых, может захватывать чужие тела, но важно тут другое, Довлатов…

Катарина сглотнула напряженно.

— Его надо срочно найти и убить! Хеафидо не без причины похищает души. Эта тварь делает из них духов-сателлитов, расширяя свои возможности по управлению эфиром и телом. Скорость его роста в рангах такая, что даже тебе не снилась. У любого Хеафидо невообразимое количество точек фокусировки. На ранге архонта размер аспекта больше, чем у архимага. Плоть прочнее стали. Он, как чумной корабль, который посылают в стан врага, чтобы развалить войско изнутри. Угроза настолько велика, что в нашем мире для охоты на Хеафидо объединялись сразу все великие дома. По земным меркам…

Девушка поморщилась от пришедшей ей мысли.

— … Это как если бы все древние рода США подняли тревогу. Найти, установить астральную ловушку, отрезать от духов-сателлитов, разрушить дух, в конце концов. В случае Хеафидо с уничтожением тела охота не заканчивается. Он чрезвычайно живуч, хитёр и изворотлив.

Но Каладрис отчего-то всё время был спокоен⁈

— Катарин, тебе о чём-нибудь говорит фраза «Ниахе карэ»?

— «Охотник тебя видит», — девушка удивлённо вскинула брови. — Произношение у тебя так себе, но это определённо диалект демонов Хеймдаля. Где ты такое услышал?

Вот, значит, как⁈ Каладрис — демон, или раньше уже охотился на них?

— Пока не могу сказать, Катарин. Скажи, а в вашем мире были Охотники?

— Нет, — девушка задумалась, прикусив губу. — Были демоноборцы, целители, регулярные войска и гвардии родов. Кукловоды, оракулы, да много кто. Но демоны Хеймдаля и впрямь опасались неких Охотников. Мы с Жако, когда очутились на Земле, тоже удивилась тому, что у нас и у вас слово Охотник имеет одно и то же значение.

Я кивнул своим мыслям.

[Это подтверждает теорию о том, что Каладрис не из мира Земли. Хорошая новость — главный Охотник вроде как не союзник демонов Хеймдаля. Вопрос в том, откуда они оба тогда вообще взялись?]

…

Когда я уходил к себе, Катарина продолжила сортировать информацию по родам Лордов, поступающую из разных источников. Паутина разведки Луперготов уже второй месяц развёртывалась по всей территории Соединённых Штатов. Рано или поздно мы найдём подходящие рычаги влияния на сложившуюся ситуацию.

…

Проснувшись рано утром, я опять жутко не выспался. Но, как обычно, дел больше, чем свободных часов в сутках. Первым делом я позвонил Артуру Гаусу.

— Который час? — раздался сонный голос в трубке.

— Четыре часа и тридцать две минуты, — выглядываю в окно. — Скоро солнце поднимется из-за горизонта. В ваших широтах рассвет поздно наступает.

— Довлатов… Ты чего мне звонишь в такую рань?

— Артур, — мой голос разом стал серьёзным, — помнится, я обещал вам помочь с одним щекотливым делом? Так вот, предлагаю опоздать сегодня на работу. У нас во дворе жилого комплекса есть Источник второй категории. Жду вас около него через пятнадцать минут.

Выйдя с кружкой кофе к Источнику, я сел на ближайшую к нему лавочку. Хорошо быть учителем [3], чёрт возьми! Теперь даже близкое нахождение к фонтану маны не наносит вреда моему здоровью. Наоборот, каждая клетка организма буквально пищит от удовольствия. На секунду даже показалось, будто Источник пульсирует в такт моему сердцебиению.

Артур вышел во двор в пижаме и розовых тапочках с помпоном.

— Подарок от кое-кого, — целитель брезгливо указал на свою обувку. — Прихватил из дома по привычке.

— Можем начинать, когда будете готовы, — зеваю сонно, заодно указывая рукой на ближайшую скамейку. — Ложитесь прямо там. С «целебным сном», думаю, вы и без меня разберётесь.

Гаус сел на скамейку, залпом выпил ослабляющее дух зелье и тут же наложил на себя технику усыпления. Мой взгляд, как обычно, подметил важные детали.

Взрослый, уравновешенный, психически здоровый человек задал бы кучу вопросов перед лечением даром рода Довлатовых. Не вышел бы в пижаме в шесть утра во двор. Не лёг бы без «доспеха духа» или охраны на скамейке. Всё в поведении Артура буквально кричало о том, что ему нужна помощь.

…

Сны… сны всегда разные. В этот раз сновидение походило на шахматную доску, находившуюся где-то в облаках. Маленький Артур Гаус с серьёзной миной опирался на пешку белых фигур. А я стоял на стороне чёрных. Игровое поле вроде как двадцать на двадцать метров.

— Хм! — пацанёнок лет пяти гордо вздёрнул носик. — Нет ни правых, ни виноватых. Я никому не проиграю!

— Эй, мелкий! Белые ходят первыми, — улыбнувшись, я помахал Гаусу рукой. — Давай насладимся этой игрой.

Артур запыхтел, плюнул на свои крохотные ручонки и, напрягшись, сдвинул огромную фигуру.

— Пешка А2-А4.

— Отвечаю, — тоже двигаю свою пешку вперёд.

Три хода. Потом ещё пять ходов. На восьмой фигуре — ферзь белых пошел в атаку — я понял, что мне достался сильный соперник. А я, между прочим, дважды выигрывал шахматные чемпионаты для юниоров по Московской области. У Артура явно спортивный, а не любительский разряд по этому виду спорта.

Девятый ход. Пришлось поднапрячься, чтобы мой конь съел пешку белых. В тот же миг слева от игрового поля, прямо в облаках, появился огроменный экран, как в кинотеатре. Плёнка со старой видеокассеты показывала картинку из загородного дома.

— Ты один из Гаусов, Артур! — долговязый суховатый старик с ярко-зелёными глазами держал в руках розги. Он отчитывал мальчишку-шахматиста, с которым я только что играл. — Ты должен побеждать! Всегда. Даже если это футбол или драка во дворе с девчонкой.

— Но девочек нельзя бить, — возмутился пацан.

— Можно, — в голосе старика лязгнула сталь. — Тьфу ты! Мне тебя даже бить противно.

Отец или дед⁈ Чёрт знает, кто это был, но он бросил розги на пол.

— Сам себя накажи. Ты должен носить фамилию Гаус с честью!

Мальчишка на видео насупился и под взглядом родителя поднял с пола средство наказания. От увиденного далее у меня волосы на затылке зашевелились.

Экран вскоре распался, словно пазл, и унёсся потоком ветра в облака. Стоявший напротив меня пацанёнок-шахматист стал выглядеть чуть взрослее, но куда менее веселым. Смотрит в пол, сжал зубы, но не плачет.

— Ты ни в чём не виноват, — качаю головой.

— Нельзя быть слабым, — Гаус на негнущихся ногах подошёл к следующей пешке, сдвинув её прямо под атаку моей ладьи. — Папа сказал, что все мы чем-то жертвуем ради будущего.

Моей следующий ход съел пожертвованную Артуром пешку. Экран с кино снова запустился. На ней уже школьника Гауса отчитывали в кабинете директора. Пышная дама неопределённых лет, поджав губы, поливала пацана отборной бранью.

— Да в кого ты… такой пошёл! Вот твой старший брат Андреас учится на одни пятерки. А ты…. Как мне тебя…. во второй класс переводить, если у тебя двойка в четверти по английскому языку? Ты же ни бэ ни мэ связать не можешь? И вообще, где твои родители…

Пацан от стыда сжал свои кулачки.

— Отец в рейде, госпожа Нормайна. Вы же сами мне эту двойку поставили? Я всё правильно сделал. И в прошлый раз тоже.

— Поучи меня еще! — тётка швырнула в парня его же дневник, попав в лицо.

— Отец всё равно не придёт, — Артур вытер проступившую под носом кровь. — Но вы этого, видимо, не понимаете. Он, кроме вас, много кого домой водил.

Видео закончилось, и экран стал таять в облаках. Никогда прежде мне не было так стыдно за поступки других взрослых. Испанский стыд, ей богу.

— Звиздец какой-то! — указываю рукой Гаусу-школьнику на исчезающий экран. — Твой отец с ней переспал, а она ему мстила через тебя? Артур… мне, чёрт возьми, жаль, что ты повстречал в жизни столько мудаков, но есть в ней и хорошие люди.

Образ моего соперника-шахматиста снова изменился. Гаус-школьник протёр проступившую из-под носа кровь.

— Гаусы всегда платят по счетам.

Невесело усмехнувшись, парнишка передвинул вперёд коня… подставляя его под атаку моего ферзя.

Следующим шагом я сношу фигуру Гауса, и снова появляется экран. На нём молодой Андреас вышибает всю дурь из шестнадцатилетнего Артура. Будущий целитель едва-едва подаёт признаки жизни. Старший брат без намёка на пощаду избивает младшего.

— Не прикидывайся, будто подох, — Андреас, улыбаясь, слизнул с кулака кровь. — Вы, целители, живучие, как собаки. Заруби себе на носу! Еще раз подойдёшь к моей Рите, я тебя живьём за сараем закопаю.

[Звиздец! Что за укуренная семейка у Гаусов?] — смотрю на видеовоспоминание и не нахожу нужных слов. — [На них же клейма «неадекваты» поставить негде. Видимо, чем выше ранг патриарха, тем сильнее у него подтекает крыша. И тем сильнее страдает от него семья? Может, мне повезло, что я жил отдельно от деда? Хотя нет… наш родовой дар как раз-таки лечит такие психологические травмы.]

За следующие семь ходов я методично выбивал фигуры белых с шахматной доски. Мне наконец стали понятны правила сна.

Фигуры — это психологические травмы Артура Гауса. Навязанные непростым детством убеждения, не дающие ему нормально проявляться во взрослой жизни. Как целитель-архонт [6] он фактически сам себе создал потолок личного развития.

Последней пала фигура короля. На видео был показан момент развода Артура с первой женой из-за наложенного на род Гаусов ареста. Старший сын — Андреас — знатно повеселился в США и свалил в Аран. Последствия его преступлений легли на плечи Артура. Финансы, артефакты? Да чёрт с ними! А вот жить с позором из-за своей фамилии Артуру давалось крайне тяжело. Чудо, что он десять лет назад вообще смог прорваться из магистров в архонты [6].

На шахматной доске остались только я, фигуры чёрных и уже взрослый Артур, которого я знаю. Целитель неловко обернулся, не зная, чем ему ходить дальше.

— Двигайте собой, Артур, — я шагнул навстречу коллеге. — Вы это результат ваших поступков и достижений, а не навязанной вины и обязательств. Вам не обязательно нести в будущее бремя прошлого. Тем более, если это бремя вам кто-то подкидывал все эти годы.

Несколько секунд Гаус удивлённо на меня смотрел, а потом кивнул и в следующий миг истаял, став частью облаков.

…

Вззз…

Завибрировал телефон в моём кармане. К счастью, сеанс уже закончился. Артур тряхнул головой и поднялся со скамейки.

— Как красиво, — целитель смотрел на линию горизонта, из-за которой как раз поднималось солнце. — Никогда прежде мне не доводилось видеть столь прекрасного восхода! Будто я вижу начало новой жизни для целого мира.

Сонно зевая, лезу в карман за телефоном.

— У-а-а… Добро пожаловать в мир здоровых и адекватных. Считай, что у вас сегодня второй день рождения.

Пришло сообщение от княжича с Гавайев. У них с Гагариной сейчас ещё ночь.

[Вчера от имени «Романов и КО» подавал заявку в Ассоциацию Охотников.

Тема: рейд на Летающие Острова, 7–8 категория.

Дата: 25 мая, то есть через двенадцать дней.

Час назад пришел документ с ответом, подписанный лично Каладрисом…. Миш, Ассоциация Охотников нам отказала в рейде без объяснения причин.]

Глава 14

Ходячее сокровище

05:57, 15 мая 2027 года

Аркхэм, США

Стоя посреди двора жилого комплекса, Артур Гаус наблюдал за солнцем, поднимающимся из-за горизонта.

— Знаешь, Довлатов, мне сейчас на ум приходят строчки из произведений Сэлинджера, лирические стихи Блока и крик души юношеских пьес Шекспира, — смущённо отвернувшись, целитель стёр с лица предательскую влагу. — Господи… Сколько же у меня в душе дерьма скопилось. Хочется орать, выть, набить кому-нибудь морду.

Пожимаю плечами.

— Артур, это высвобожденный потенциал. Вам ему ещё придётся придать какую-то форму, — морщась, допиваю свой остывший кофе. — Фе, гадость! Вы вообще-то будущий абсолют [7]… как минимум. То, что вы прорвались в архонты при таких вводных, это чудо. И оно говорит нам о том, насколько велик ваш талант.

— Что дальше? — Гаус обернулся ко мне с серьёзным лицом. — Каковы последствия? Известны побочки? Нужно ли дальнейшее наблюдение у ментата или целителя?

— Во-о-т! Теперь вы снова способны мыслить, — смотря на Артура, стучу пальцем по виску. — А то, когда мы с вами вышли во вдор, вы были…

— Кхм! — коллега, смущённо улыбнувшись, отвёл взгляд. — Не в себе. Признаться, не думал, что эффект от дара рода Довлатовых будет настолько сильным. Чувствую себя дальтоником, вдруг увидевшим мир, полным неизведанных цветов. Чувствуете? Запах земли, газонов, леса, сырости тумана… Ну вот опять! Ещё немного и стихами заговорю.

— Потенциал, Артур, — киваю коллеге. — В вас было чертовски много лишних костылей, мешающих нормально жить. Теперь высвободившиеся свободные начала пытаются к чему-то прицепиться. У вас скоро сильно увеличится количество точек фокусировки. Касаемо последствий, тут всё довольно очевидно. Вам надо будет заново узнать себя.

— Простите? — Гаус растерянно уставился на меня.

— Вы себя не знаете, Артур, — пожимаю плечами. — Вы не совсем такой, каким помните себя последние пять-десять лет. Не ведаете, чего желаете САМИ. Например, вы хотите куда-нибудь поехать?

— В Исландию, — целитель сам же удивился своему ответу. — Мне с детства нравились ледники, пустоши и то, как в этом непростом краю люди умудрились построить целое государство. Ещё там есть отель «Голубая Лагуна» с горячими источниками, пышущим паром бассейном и невероятным видом на спящий вулкан.

Смотря на сбитого с толку Гауса, я усмехнулся.

— И вы, целитель-архонт [6], с миллионными заработками в месяц не могли себе позволить туда съездить? — стучу кулаком себе по сердцу. — Почувствуйте, чего вы сами хотите, Артур. Чай или кофе? Толстушку или тощую брюнетку на каблуках? Надеть звёздно-полосатый галстук или гавайскую рубашку вырвиглазного цвета? О чём кричит ваш дух одарённого, желая заявить о себе миру? Работа, доходы, либералы или демократы… Вам больше не надо быть удобным для других.

— Удобным для других, — нахмурившись, Артур потёр лоб рукой. — Удар не в бровь, а в глаз. Святые угодники! А я ведь и впрямь ненавижу кофе. В больнице эту чёрную бурду всем докторам наливают. Вот я и подсел.

Сонно зевая, я направился обратно в номер. Меня самого вот-вот накроет откатом от использования дара. Надо успеть добраться до кровати.

— Люди, это социальное зеркало. Пообщайтесь с кем-нибудь, — сказал я коллеге на прощание. — Посмотрите на них и поймёте, чего хотите для себя.

Эхх, тяжкий это труд — знакомить человека с самим собой.

…

12:03, 15 мая 2027 года

Аркхэм, США

То ли мой разум окреп, то ли откат от лечения Гауса оказался не таким серьёзным, как от случаев Нереи и Персефоны. Всего шесть часов сна, и я снова как огурчик Рик впрыгиваю в свои штаны и мчусь на другой конец города.

Судя по информации с сайта Мискатонского Университета, симпозиум по зомби-вирусу проходит в обычном графике для мероприятий подобного формата. То есть утром идёт сбор гостей, скучное приветственное слово от яйцеголовых служителей микроскопа и пипетки. Затем какой-нибудь умудрённый сединами дед толкает речь и начинается микропрезентация того, что вообще будет показано на симпозиуме.

Потом идут традиционные тридцать минут кофейной прелюдии — она же кофе-брейк для тех, кого едва не усыпило приветствие от седого деда.

После учёный народ и спикеры расходятся на параллельные сессии и семинары. Начинается эдакое соревнование за то, кому достанется больше внимания учёного совета. Это научное порно растягивается на полтора часа. Потом плавно перетекает в обед и обмен визитками.

После трапезы идёт ещё одна сессия научного порно. Народ, уже насмотревшийся на всякоЕ за первый раунд, начинает скучать. Поэтому ведущие в конце симпозиума традиционно устраивают научный батл.

Само собой, никто не бьётся на скальпелях и не пытается удушить коллегу стетоскопом. Всё весьма цивильно — в рамках поднятой научной темы создается таблица. Обсуждаются разные варианты подхода к теме. Куда совать, что именно, как долго… речь о лекарствах и методологиях, само собой. Спикеры соревнуются в том, чей научный подход круче. Идёт сравнение с публичным обсуждением.

Так вот, к моменту моего прибытия в Центр Научных Достижений Аркхэма я уже пропустил первый раунд лекций. Как раз начался обед, и гости вышли в холл, где был организован шведский стол. Лей Джо и Хомячкович, держа тарелки с закусками, о чём-то жарко спорили со своими коллегами из Красного Креста.

— Медикаментозное лечение? — Хомячкович аж трясло от возмущения. — Сурман, твою дивизию! Да в самых непристойных коленопреклонённых позах! У тебя же на морде написано, что всё твоё выступление проплатили магнаты из фармрынка. Грёбанные индусы! В прошлый раз лечили аспирином раковые заболевания, а потом сказали, что это плацебо-контролируемые исследования. Так где вторая группа из тысячи пациентов, принимавших нормальное лекарство?

— Отчёт в работе, — смуглокожий византиец нахмурился.

— Девять месяцев «в работе»? — пышущая яростью Хомячкович неосознанно стала выпускать ауру наружу. — Вы там что, всем научным институтом по очереди подтираетесь этим отчётом? Как тебе вообще хватило смелости прийти на симпозиум по зомби-вирусу с таким бредовым решением, как лечение обычными лекарствами⁉

— Сто миллионов больных. Вот мой ответ, — Сурман недовольно фыркнул. — Не занималась бы практикой в Красном Кресте и лекциями в Кубе, знала бы, что счёт заразившихся идёт на миллионы каждый день. Нам нужно решение! И быстро. А единственный способ при таких вводных, это использовать уже имеющиеся мощности фармзаводов.

— Которые уже пообещали тебе процент, — Лей Джо кивнула с холодной маской презрения на лице. — Когда-нибудь… Надеюсь скоро, тебя поймают за руку, Сурман.

Подойдя к наставницам, я тактично кашлянул в кулачок.

— Прекраснейшие и мудрейшие, я вам не помешаю?

— Довлатов! — Хомячкович тут же расцвела улыбкой и заключила меня в свои объятья. — Ты живая форточка в этом душном помещении! Тут такие слухи ходят, что хочется одних идиотов придушить, а других отправить в дурку.

Лей Джо хмуро кивнула.

— Одна мымра-косметолог второй день тебе кости перемывает. Вон она, кстати, идет.

Обернувшись, вижу подходящую к нам нагло ухмыляющуюся Черити Чапмэн в шикарном красном платье.

— Преступник Михаил Довлатов… Или же вас надо и дальше называть студент Салтыков?

— Второе, — из меня вырвался смешок. — Впрочем, сомневаюсь, что вы прислушаетесь к моим словам.

Дамочка поднесла к губам объёмный бокал, полный красного вина. В этот момент из её декольте едва не выпрыгнули буйки пятого размера. Что ж… если она целитель-косметолог, специализирующийся на изменении внешности, то сомневаюсь, что от «настоящей Чапмэн» вообще хоть что-то сталось. Длина ног, цвет волос, неестественно идеальные скулы. Фарфоровая кукла и та прекрасней будет своими недостатками, чем эта имитация природного шедевра.

— То есть вы всё же преступник? — Черити сытой кошкой взглянула на свой бокал. — Вы знаете, что правила университета позволяют мне вас исключить за поступки, порочащие честь нашего славного учебного заведения?

— А мне законы Аркхэма вызвать на дуэль за клевету, — пожимаю плечами. — Поскольку у нас с вами разница в три ранга силы, я выберу защитника. Знаете, у меня как раз есть охранник-абсолют!

Черити, улыбнувшись, взболтнула вино в бокале

— Ой, да бросьте⁈ В чём клевета? Я лишь повторила то, что прочитала в новостной ленте. Ох, Артур! — Чапмэн помахала рукой целителю. — Милый, ты только глянь, кого я повстречала. Это же преступник, за которого ты вчера вступился.

— Немедленно прекрати молоть эту чепуху! — Артур взглядом надавил на Чапмэн. — Тебя не было в том зале суда. У Михаила пытались отобрать компанию, избивали соратников. Один из них и вовсе попал в больницу. А ты теперь называешь его преступником?

— Артур, — Чапмэн подобралась, враз став выглядеть, как кошка, повстречавшая собаку. — Я не позволю учиться в моём университете студенту с настолько грязной репутацией!

— Вперёд, Черити! — Гаус выпрямился, расправил плечи. — Я сам завтра схожу к директору и попрошу снять тебя с должности. Давно пора укоротить твой излишне острый язык.

Чапмэн шокированно уставилась на Артура.

— Да что с тобой такое? Ты с самого утра сам не свой.

— Наоборот, — целитель криво усмехнулся. — Я стал самим собой. Можешь выкинуть все мои вещи. В твой дом я не вернусь, даже если от него останется одно пепелище. Святые угодники! Как же я ненавидел эти розовые тапки.

Черити внезапно швырнула в Гауса бокал, а тот за долю секунды накрылся доспехом духа.

*Дзинь*

Бокал вдребезги разбился. Целитель на это лишь усмехнулся, смотря на Чапмэн с лёгким отвращением. Дамочка недовольно дёрнула щекой, телекинезом подхватила десяток полных бокалов с подноса официанта и швырнула их в Артура.

В этот раз Гаус телекинезом перехватил бокалы в полёте, филигранно их развернул и вылил вино на Чапмэн. Дамочка разом стала похожа на мокрую курицу.

— Артур… — Черити удивлённо хлопала глаза.

— Десять бокалов, — целитель заозирался по сторонам и вдруг остановил свой взор на официанте. — Нужно ещё два, чтобы наш с тобой счёт вылитого друг на друга спиртного уравнялся.

Черити, не дожидаясь продолжения, пулей вылетела из зала. Хомячкович удивлённо присвистнула.

— Сам-е-е-ц! — Эмилия показала Гаусу большой палец. — Мы вроде виделись вчера во время регистрации? Эмилия Хомячкович из Арана, специализация лабораторные исследования.

— Артур Гаус, — коллега уверенным кивком обозначил приветствие, — главный врач Центральной больницы Аркхэма. Специализация общая целительская медицина.

— Лей Джо, полевая медицина, — наставница, помрачнев, протянула Артуру руку, и тот ответил. — Если ты брат того ублюдка Андреаса из Арана…

— Мы коллеги, — я вмешался, пока не стало поздно. — Артур, это мои наставницы.

— Это… — целитель удивлённо захлопал глазами, — многое объясняет. А я всё в толк не мог взять, кто тебя так знатно поднатаскал в реальном лечении пациентов⁈ Ты же ещё студент перво… то есть уже второкурсник.

Разобравшись с недопониманием, ловлю взгляд Хомячкович.

— Всё помню! Забег по кафе Аркхэма с вкусными десертами всё ещё в силе. Но вы сейчас вроде как заняты? Да и я по делу.

— Вот так неожиданность, — Лей Джо улыбнулась. — Довлатов и по делу! Хоть раз бы просто так пришёл… Исследованием демона уже занимается команда целителей из моего рода. Пару недель уйдёт на составление и описание карты метаболических процессов. Ещё дней десять на подбор алхимических закрепителей. Ещё от двух до шести недель на испытание на архонтах-добровольцах.

Улыбнувшись, наставница указала пальцем на себя, а потом на радостную Хомячкович.

— Впечатляет! — меня и впрямь поразила скорость проведения исследования. — Обязательно заеду к вам в Шанхай, когда с меня снимут обвинения. Я вообще-то о зомби-вирусе хотел поговорить.

Ничего не говоря, Гаус щёлкнул пальцами, создавая над нами «купол тишины».

— Благодарю, — киваю довольно улыбающемуся Артуру.

— Мелочи, — целитель смущённо пожал плечами. — Просто решил купить себе билет в вашу тайную целительскую ложу.

— Так вот, — смотрю на резко напрягшихся наставниц, — я уже два с половиной месяца болен зомби-вирусом.

Пришлось в подробностях описать битву с магистрами [4–5] не-мёртвых в самолёте. Тогда минимум один из них использовал споры для заражения обычных пассажиров. После выпадения из самолёта я на технике «костюм-крыла» добрался до Фиджи. Кое-как приземлился, сбил себе «доспех духа» и, вконец обессилев, провалялся в беспамятстве трое суток. Тогда же у меня случился прорыв из ветерана [2] в учителя [3]. Попавший в ослабленный организм зомби-вирус был полностью подавлен особыми эфирными частицами рода Лей.

Лей Джо с Хомячкович загадочно переглянулись. Затем обе целительницы стали водить вдоль моего тела руками, сплетя технику «активной целительской диагностики». Удивлённый услышанным Артур тоже присоединился. Ухх, как необычно! Меня обследуют аж три архонта — гении и признанные мастера целительского дела.

Хомячкович кивнула своим мыслям.

— Вижу захват и нейтрализацию зомби-вируса необычными эфирными частицами, схожими с твоими, Лей-Лей. Видимо, в момент прорыва Довлатова на новый ранг часть из них мутировала, став аналогом лейкоцитов в его духовном теле.

— Вижу остаточные отложения этих частиц на первом-втором слое. Большая часть из них уже вышла из организма, — добавил Артур удивлённо. — Это говорит о том, что новые эфирные частицы уже встроились в обменные процессы.

Лей Джо вздохнула облёгченно.

— Мне порой кажется, ученик, что госпожа Фортуна при встрече с тобой сразу задирает юбку, — целительница по-доброму расхохоталась. — Напугал ведь, ей-богу! Там, на Фиджи… Будь ты здоров, вирус бы сразу погиб в твоём теле. Смертельно ослаблен, и эта напасть тебя бы добила. Но тут случился прорыв, мутация, изменение метаболических процессов. Твой организм одарённого выработал вторичную систему иммунитета. Обучаемого, как мы видим.

Хомячкович возмущённо ткнула подругу в бок.

— Не нагнетай! Хватит ему одной Нобелевской премии.

Гаус от удивления разинул рот.

— Нобелевской?

— Они шутят, — отмахиваюсь от пустяка.

— А вот и не шутим! — Эмилия гордо расправила плечи. — И вообще, ученик! Начни уже кормить свою гордыню.

— Не-не-не. Ещё растолстеет, станет страшной, — шутя развожу руками, показывая размеры. — Вдруг в двери перестану пролезать? Наставницы, так что решим по делу? Я вроде как далёк от рынка вакцин и медикаментов.

Хомячкович нахмурилась, поймав на себе любопытствующий взгляд того самого Сурмана. Продажный целитель невзначай топтался вокруг «купола тишины» Гауса.

— Ты погляди, а? — целительница погрозила кулаком мерзавцу. — Недоакула бизнеса почуяла наживу.

Лей Джо, вскинув бровь, глянула на подругу.

— Главное выделить нужные эфирные антитела из общей массы. Потом можно использовать промышленные чаны-инкубаторы с эфиром. Род Флеминг, Куроки из Японии, да и других алхимиков. Менделеевых к делу подтянуть? — наставница, качнув головой, указала на меня. — Дадим им «капельку Довлатова» с просьбой вывести живую вакцину в кратчайшие сроки.

— Чем проще технология, тем быстрее производство⁈ — Хомячкович, задумавшись, кивнула. — Если всё выгорит, сможем быстро пустить вакцину в дело. Но Центр по Контролю Заболеваний в Атланте точно начнёт вставлять палки в колёса. Коллеги того же Сурмана будут пытаться выкрасть разработку.

Гаус хитро улыбнулся.

— Дамы! Мне кажется, сейчас идеальное время и место для обнародования открытия, — махнув рукой, Артур указал на баннер, висевший над входом. — Мы же на симпозиуме в Аркхэме? К тому же скоро состоится раунд-таблица. Если идею вакцины предложит не абы кто, а скажем… три архонта… Все скептики заткнутся. Надо только придумать ей подходящее название.

— «Поцелуй Фортуны», — предложил я, не раздумывая.

Жаба в моей душе довольно квакнула, достав модный калькулятор с разноцветными алмазами вместо клавиш. Розовые, чёрные, синие. Время подсчитать будущую прибыль! Ибо вакцина — это обязательно патент и отчисления по нему. А вакцинировать надо как бы не всё население Земли. Даже если мне достанется один цент с каждого проданного укола.

Жаба схватилась за сердце…

[Миллиард долларов на ровном месте?] — Аккоман в моей душе удивленно присвистнул. — [Ты знаешь, Довлатов… Боюсь, женщины тебя теперь в покое не оставят. Даже если тебя не будет дома, они всё равно постель нагреют.]

Глава 15

Семь спокойных дней

Связи, вес в обществе, стоящие за Лей Джо, Хомячкович и Артуром рода — все три компонента важны, когда речь идет о делах мирового масштаба.

Второй раунд симпозиума по зомби-вирусу не-мёртвых для нас прошел блестяще. Меня сначала представили, как «первого пациента» — профессиональный термин инфекционистов. Смысл в том, что мой организм не просто подавил заразу, а выработал эффективный метод борьбы с ней.

Мы вчетвером за час буквально на коленке наклепали презентацию «Поцелуя Фортуны». Заодно предложив ученым использовать чаны-инкубаторы алхимиков для производства вакцины. По сути, мои «особые эфирные частицы» статут биодобавкой в обычные колбочки с эфиром — частицам нужна среда для транспортировки. К тому же производственная база во всем мире УЖЕ фактически готова. Требуются лишь минимальные изменения в технологической цепочки. В общем, решение идеальнее некуда.

Битвы научных подходов в конце симпозиума толком не состоялось. Другие претенденты на решение проблемы зомби-вируса сами сняли свои кандидатуры.

— Нужно немедленно провести лабораторные испытания! — вещал со сцены седовласый дед-ведущий.

Византиец, которого костерила Хомячкович, тут же поднялся с места.

— Готов взять на себя переговоры с лабораториями АйХирб и СберХелстс! А также с ведущими Прусскими фармкомпаниями.

Эмилия тут же схватила микрофон.

— Сурман, я тебе даже больничные утки мыть не доверю! Ты же их обязательно продашь вместе с образцами. Потом вы с коллегами затеете судебную тяжбу на десять лет.

Вечно спокойная Лей Джо спокойно поднесла микрофон к губам.

— Дом Дракона, — от слов целительницы зал, битком набитый учеными, разом охнул. — Думаю, никто из вас не усомнится в честности ученых рода Цинь.

Правящая династия Поднебесной имела в научной среде непререкаемый авторитет. Наука, техника, медицина, исследования — во всех областях Дом Дракона считался эталоном справедливого и непредвзятого решения.

Гаус поднес микрофон ко рту.

— Мне есть что добавить, — целитель поднялся с кресла и сделал шаг по сцене навстречу аудитории. — Предлагаю для начала уведомить Центр по Контролю Заболеваний в Атланте [ЦКЗ]. Без их заключения как минимум в Штатах всё равно не одобрят выпуск «Поцелуя Фортуны». Также стоит подключить к вопросу Коллегию Британских Ученых.

Хитро улыбнувшись, Артур посмотрел в зал.

— Коллеги! Поскольку в мире и так царит эпидемия, почему бы нам сразу не применить вакцину на людях? Речь о тех, кому вы не успеваете или не в силах помочь. Так мы быстро выясним дозировку «Поцелуя» в зависимости от веса, степени заражения и других важных факторов. Не мне вам рассказывать, сколько обычно занимает срок получения одобрения на производство лекарств. Тем из вас, кто решит поучаствовать, придётся действовать на свой страх и риск. Поднимите…

Гаус не успел договорить, как почти весь зал поднял руки. Мы сидели в креслах, стоящих на небольшой сцене. Я наклонился к Лей Джо.

— Наставница, я чего-то не понимаю?

— Целителей всегда на всех не хватает. Особенно во время Сопряжений, — Лей Джо недовольно поджала губы. — Твоё… лекарство может помочь им в тех случаях, когда сил уже нет. Запасы эфира на нуле, а пациенты всё идут и идут. На передовой это станет средством первой помощи простым солдатам.

Хомячкович, хихикнув, тоже к нам наклонилась.

— Довлатов! Не знаю, где ты откопал этого Гауса, но мужик умело речь толкает. И ведь как хорошо подал нашу… то есть твою конфетку. Дела на фронте не очень. В той же Византии система здравоохранения трещит по швам. Если проскочим стадию испытаний на животных, сможем вместо пары лет сократить срок одобрения вакцины до двух-трёх месяцев.

— То есть спасём множество жизней, — кивнув, смотрю на спину Гауса, увлечённо выступающего со сцены. — Кажется, у нашей научной революции уже появилось вполне конкретное лицо.

Симпозиум сильно затянулся по времени. Вместо шести часов вечера мы закончили только в девять. После чего сразу направились в лабораторию Мискатонского Университета. Здесь имелся алхимический чан-инкубатор, подходящий под наш нужды. Собственно, до глубокой ночи я под присмотром Лей Джо выделял из своего духовного тела сыворотку для «Поцелуя Фортуны».

Эмилия с Гаусом отправились оформлять патент на разработку, указав четырёх владельцев: меня, Лей Джо, её саму и Гауса с равным распределением будущих доходов.

Мне. Выгодно. Разделение прав! Во-первых, я уже использовал вес их фамилии в своих интересах. Во-вторых, должен же теперь кто-то заниматься всей этой бумажной волокитой?

….

06:05, 15 мая 2027 года

Аркхэм, США

Жилой комплекс Сайлент Сити

Никто не думал, что привычка просыпаться рано утром станем моей проблемой. Лениво развалившись на кровати, я раз десять обдумал сложившуюся ситуацию. Прямо сейчас есть пять интересных мне направлений.

Первым уже занимаются. Княжич на Гавайях реанимирует «Романов и КО». Раз назвался великим батькой, пусть попробует вернуть капитанов и наши боевые корабли. Как генеральному директору, Димке стоит именно такими делами заниматься. Положение обязывает, так сказать. Меня в ближайший месяц всё равно за пределы Аркхэма не выпустят.

Второе дело — это мой допуск в Запретную Библиотеку Мискатонского Университета. После ссоры Гауса с нахалкой Черити Чапмэн мой статус студента под большим вопросом. Ситуация может пойти как угодно. Так что надо обязательно попасть в Библиотеку в ближайшие дни.

Третье — моё обучение и практика на целителя третьего ранга. Четвёртое — продолжение прохождения телесной трансформации. Оба дела я смогу сделать, если Гаус напишет мне рекомендательное письмо в госпиталь Крепкого Духа.

Ради последнего, пятого, дела я сам набрал Артура и кратко ввёл в курс дела.

— Который час? — целитель зевнул в трубку и, видимо, взглянул на экран смартфона. — Бог ты мой! Я проспал будильник… Впрочем так даже лучше. Мне никогда не нравилось просиживать задницу в кабинете главврача. Довлатов, ты чего опять звонишь в такую рань?

— Хех, — я усмехнулся в трубку. — Вижу, вы уже начали узнавать самого себя, Артур. Как ощущение?

— Паршиво, — целитель невесело хмыкнул, — Кровать никто не греет, не гремит ложками на кухне, а я не знаю радоваться этому или плакать. Но эта честность с самим собой раз в десять лучше, чем рутина и полная скуки бытовуха, в которой я варился последние пятнадцать лет. Пациенты, личные дела, стерильный запах. Меня всё это достало. Я вчера в ванной минуту пялился на стакан для зубных щёток и не мог понять, почему на нём залип. А потом дошло! Второй зубной щётки не хватает. Вторых тапочек у входа… Ай, ладно! Ты и так понял, о чём я.

— Вам надо себя чем-нибудь занять, — я улыбнулся, глядя на восход солнца за окном. — О, рассвет! Город просыпается.

— Д-а-а… красиво, — Артур протянул мечтательно. — За возможность вновь чувствовать удовольствие от начала нового дня я тебе отдельно благодарен, Михаил. Ароматы колумбийского кофе, с амаретто, да с тостом, намазанным арахисовым маслом.

— Кхм…. Я, собственно, об этом и хотел поговорить.

Сползя с кровати, иду на кухню. Вот ведь Гаус, жук! О завтраке напомнил.

— Как насчёт того, чтобы вплотную заняться «Поцелуем Фортуны»? Предстоят переговоры примерно вашего ранга и уровня компетенции. ЦКЗ, британские ученые, агенты фармкомпаний. Про ваш опыт работы главврачом в одной из лучших больниц мира я вообще молчу.

Гаус звонко захохотал.

— Уморил, ей-богу! Довлатов, ты хочешь нанять целителя-архонта [6] на работу?

— Нет, у вас полная автономия, Артур. Так было до встречи со мной и так будет после, — пожимаю плечами. — Вы, как целитель, уже достигли того уровня мастерства, когда деньги для вас ничего не значат. Посмотрите на ситуацию чуть иначе. Сейчас, когда вы ищете нового себя, работа над вакциной, переговоры с главами фармкомпаний, родами алхимиков и представителями целых государств могут быть именно тем, что вам нужно. Не бездомных же вам лечить, ей-богу⁈ Начните с чего-то мелкого… Например, вылечите весь мир.

Несколько секунд в трубке была тишина.

— Артур?

— Приятно тебя слышать. Будто стихи, — целитель сказал тихо. — «Помочь вакцине и людям, чтобы помочь самому себе?» Хорошо, на ближайшие месяцы я возьму на себя эту работу. Всё лучше, чем снова протирать штаны в кресле главврача. Но мне понадобится помощь кого-то хорошо знакомого с административной работой. Предстоит куча бумажной волокиты. Заявления, переводы, график встреч, юридическая помощь. Раньше всем этим занимался административный корпус больницы.

На ум сразу пришла Катарина Лупергод, живущая буквально через стенку.

— Артур, — я кое-как подавил смех, — у меня как раз в Аркхэме есть подходящий человек. Поднимайтесь ко мне. Я вас познакомлю.

Случай едва ли не идеальный. Таланты руководителя Катарины и её опыт первой леди Лупергод точно вытянут это дело. Если она согласится, Гаус получит надёжный тыл и возможность завоёвывать вершины фарм Олимпа.

Для меня… хе-хе!

…

Не считая звонка Артуру и его знакомства с весьма-а-а удивлённой таким ходом Катариной, всё утро я посвятил медитации. В здоровом теле — здоровый дух… в том числе ментально. Так что, прикрыв глаза, я в чертогах разума разложил все имеющиеся проблемы и задачи.

Во-первых, ждём ответа от родов трёх Лордов. Покушение, переговоры, выкуп — меня устроит любой ответ. В этом плане запрет на выезд из Аркхэма играет мне на пользу. Город охраняют Следопыты и демоноборцы. Незамеченным сюда попасть не так-то просто.

Во-вторых, учёбой или развитием тела займусь сегодня. Привести дух и духовное тело в баланс — по сути, подготовка.

В-третьих, рейд на Летающие Острова. С запретом надо что-то делать. Дотянувшись до телефона, набираю горячую линию Ассоциации Охотников.

— Мистер Довлатов? — Луи Ван, помощник Каладриса, ответил практически мгновенно. — Который сейчас час?

— Восемь утра, — сползя с кровати, выглядываю на улицу. — Впрочем, в вашем часовом поясе может быть иначе?

— Я в Нью-Йорке. У нас вами одно время на часах, — в трубке раздаётся тяжёлый вздох. — Помнится, на днях в новостях писали, что на вас наложили «запрет на выезд из Аркхэма». Там опять что-то случилось? Ручка и бумага у меня наготове.

В этот момент от Гауса пришло сообщение.

«Приезжай в госпиталь Крепкого Духа к девяти. Рекомендовал тебя на стажировку на лето к профессору Фукуяме.»

Хорошая новость, чёрт возьми! Теперь есть, к кому обратиться в госпитале. Но сначала надо разобраться с Луи Ваном. Помощник Каладриса и так уже долго ждёт ответа.

— Случилось? Хм… можно и так сказать. Сначала уточню, — поднявшись с кровати, натягиваю на себя штаны. — Насчёт Византии. Те пропавшие сто миллионов заражённых зомби-вирусом граждан нигде ведь пока не объявились? Я ещё не успел настроить VPN, так что из-за военной цензуры ООН не в курсе, как реально обстоят дела на фронте.

На том конце раздалось довольное хмыканье.

— Раз даже вы не в курсе, значит, «Заслон» работает как надо. Не для прессы, мистер Довлатов. Но нет, пропавшие зомби до сих пор нигде не были замечены.

— Тогда передай Каладрису следующее. «Есть информация о готовящемся массовом ударе не-мёртвых. Наиболее вероятно, что он пройдёт с привлечением пропавшей армии свежих зомби.»

— Эм, я чего-то не понял? — Луи протянул задумчиво. — Так в чём суть послания?

— Его я скажу лично вашему шефу.

— Но господин Каладрис…

На моём лице сама собой появилась хитрая улыбка. Рыбка попалась в сети.

— «Не связывается с посторонними». Это я уже понял, мистер Ван, — надев на себя рубашку телекинезом, застёгиваю пуговицы буквально за секунду. — Пусть сделает исключение в несколько минут для важного разговора. Во вранье и подлоге фактов меня ещё никто не упрекал. Не просто же так при моём звонке в Ассоциацию переадресация ведёт прямо на вас.

— Я… передам, — Луи тяжело вздохнул. — Вам стоит знать, что господин Каладрис не любит розыгрышей. Всем сотрудникам он даёт лишь один шанс. Будьте осторожны.

Положив трубку, я быстренько перекусил тем, что нашёл в холодильнике. Пока ел, позвонил консьержу Сайлент Сити и попросил мне подготовить машину до госпиталя Крепкого Духа.

Стоило мне сесть в частное такси, как на телефон поступил звонок. Надпись на экране гласила «Неизвестный номер. Защищённая линия связи.»

Впервые такое вижу. Даже у Персефоны Трель — между прочим дочери той самой Аталанты Силлы — нет настолько продвинутой цифровой защиты. У моего биологического отца, работавшего следователем в ИСБ, не было таких вот заморочек.

Беру трубку.

— Какой у вас, однако, блатной номер.

Каладрис на том конце провода усмехнулся.

— Дорастешь до уровня высших международных переговоров, получишь такой же. Пока у твоего номера восьмой уровень в глобальной системе связи. У твоего водителя, некоего Ааарона Тапиты, двадцатый.

Темнокожий шофер удивлённо глянул в зеркало заднего вида. Салон машины небольшой — всё прекрасно слышно.

— Эм… господин? С кем вы говорите?

— Эскорт-услуги, — шепчу водителю. — Не обращайте внимания. ЦРУ следит за нами всеми.

— Довлатов? — тон Каладриса враз стал требовательным.

— Так вот о не-мёртвых. Всё довольно очевидно. Вчера прошёл симпозиум по зомби-вирусу в Аркхэме…

Краткий пересказ последних событий занял пять минут. Такси как раз успело доехать до госпиталя Крепкого духа.

— Шпионы не-мёртвых повсюду, — хлопнув дверью машины, я направился ко входу. — Новость о том, что их оружие перестанет быть эффективным в ближайший месяц-два…

— Подтолкнёт Фракцию Не-мёртвых к активным действиям в ближайший месяц, — закончил за меня мысль главный Охотник. — Если брать в расчёт их тягу к массовым скоплениям людей, стоит ждать второго удара зомби по Византии, югу Империи Цинь и странам Океании. Пока есть угроза мирным жителям, сильным одарённым в бою не развернуться. Передам военным аналитикам. Что-то ещё?

Конечно есть «что-то ещё». Стал бы я просто так пытаться вытащить Каладриса на этот разговор⁈

— Хочу узнать, почему вы лично запретили рейд на Летающие Острова?

— Полагаю, речь о фирме «Романов и КО»? — тон Каладриса стал задумчиво-удивленным. — Да-а-а, точно. Кажется, фамилия Довлатов значится там в числе учредителей и акционеров. Всё довольно очевидно. Компания связана с делом о пропаже трёх Лордов США. Одобри я рейд в аномалию седьмого-восьмого ранга опасности при таких вводных, и к Ассоциации посыпятся претензии со стороны правительства США.

[Чего-о-о? Что за бред?]

В моей голове упорно не складывалась картина воедино. С Каладрисом мы впервые увиделись во время заседания ООН. Потом в «Логове Зверлова» во время тайных переговоров. Уже в Антарктиде астральная проекция Аталанты предупредила «не участвовать в его коварных планах». Послания о Льве Багратионове, Уильяме Шапиро и Леонарде Элморе также передавались удалённо.

[Если так посмотреть, то Каладрис и впрямь мог не знать о моей связи с «Романов и КО».]

Где международная Ассоциация Охотников, с филиалами вообще во всех признанных странах, и где молодая фирма «Романов и КО», растущая на рынке разработки аномалий?

— Вы, правда, не знали о моей связи с «Романов и КО»?

— Не переоценивайте себя, молодой человек, — тон Каладриса мгновенно стал холодным. — Не будь у вас настолько высокого родства с пневмой, я бы о вас даже не вспомнил. Но работа обязывает реагировать даже на такие вот звонки. Если вам нечего добавить, я, пожалуй, займусь спасением Византии.

Когда в трубке раздались гудки, я раздосадованно уставился на телефон.

[Это что сейчас было? Непрямая ложь? Не сказал нет, ответил уклончиво и потом оборвал звонок?]

То есть о фирме «Романов и КО» Каладрис, может, и знал, но не видит смысла в этом признаваться. Ладно, будем работать с тем, что удалось узнать.

Разобраться с делом трёх Лордов… хм…. Тут без вариантов. Сначала надо дождаться реакции со стороны родни. Идут четвёртые сутки с пропажи патриархов Редклифф, Кавендиш и Маршал. Думаю, ещё дня три, и всякие там «наследники» созреют до переговоров. Сейчас, если вытащить тех гадов из Доменного Царства, они расхреначат всё «Романов и КО», включая офис, людей, корабли. Вопрос репутационных потерь для пленённых Лордов ВСЕГДА будет стоять выше денег и возможных проблем с законом. А если не выпустить, то о рейде на Летающие Острова можно позабыть. Теперь уже из-за репутации арбитра у Ассоциации Охотников.

Убрав телефон в карман, я вошел в госпиталь Крепкого Духа.

[Так вот зачем «Романов и КО» нужен решала?] — Аккоман в моей голове весело захохотал. — [Чем дальше, тем веселее. И ты это, Довлатов, приготовься. Тебе тут интуиция шлёт тревожные сигналы. Дело Лордов миром не закончится. Вопрос в том, ПОЧЕМУ с тобой до сих пор никто не вышел на связь.]

[Ждать всё равно осталось недолго,] — усмехнувшись, отвечаю самому себе. — [Максимум неделю от сегодняшнего дня. Бездействовать и дальше древние рода себе уже не могут позволить. Иначе их высмеют в кругах аристократии.]

Кто же меня за язык тянул! Считай, что сам себе накаркал…

Глава 16

Гости

12:37, 22 мая 2027 года

(спустя 10 суток после пропажи Лордов)

Аркхэм, США

Госпиталь Крепкого Духа

Перед тем как согласиться работать в лечебнице, рекомендованной Артуром Гаусом, я, само собой, поспрашивал о ней у знакомых целителей. Колыван с крейсера «Суворов» о ней слышал лишь краем уха. А вот другие мои коллеги дали ценные советы.

Витольд Захаев отправил голосовое сообщение.

[Довлатов, мне кажется, даже для тебя это слишком, — целитель на аудиозаписи тяжело вздохнул. — Знаешь, у простых медиков… тех, что не одарённые, есть своего рода проверка в анатомическом театре. После первого проведённого вскрытия студент-медик решает, готов он и дальше учиться и работать по профессии. Для начинающих целителей госпиталь Крепкого Духа в Аркхэме такое же испытание на храбрость. Кимодамэси (япон.), едрить её налево! Ты либо себе хрен сломаешь, либо научишься его же класть на все проблемы.

И это… с меня причитается. Спасибо, что рекомендовал меня первой леди. Пара конгрессменов США меня тут обхаживать начала, желая видеть семейным доктором. Так что я попал в ту лигу, в которую метил, ввязавшись в дело Леонарда.]

Хомячкович прислала лаконичное, но полное позитива сообщение.

[Да здравствует Целительство за Гранью! И её обитель в госпитале Крепкого Духа. Поверь, я же не без причины настаивала именно на Аркхэме. Лечебные и целебные техники, которые они там используют, могут помочь тебе всего сто раз на десять тысяч пациентов. Но ты, чёрт возьми, спасёшь кому-то жизнь! Разница, как между обычными и хирургическими ножницами. В критической ситуации различие даст о себе знать.]

Лей Джо, казалось, недовольно фыркала даже через строчки присланного сообщения.

[Цинизм — черта хорошего медика и целителя. Ты и сам скоро это поймёшь, ученик. Если пройдёшь через горнило Крепкого Духа, сможешь быть боевым целителем, а не просто им называться.]

Общая суть всех сообщений моих коллег сводилась в фразе: «Сожми булки и будь готов, к чему угодно. Скучать точно не придётся.»

…

Моё знакомство с новым местом учебной практики началось с приёмной в холле. Дальше неё без сопровождения даже практикующих целителей не пускают. Не без причины!

Сама здравница Крепкого Духа — по-своему легенда. Комплекс аж из семи зданий имеет два внутренних парка, огороженную территорию и свое футбольное поле. Эта больница — мировая Мекка для тех, у кого в силу болезни, мутаций или проклятия внешность изменилась до неузнаваемости. Поэтому всё, что произошло в её стенах Крепкого Духа, останется там навсегда. Три четверти пациентов используют псевдонимы вместо настоящих имён.

Ожидая профессора Фукуяму, к которому меня направил Гаус, я мельком рассмотрел холл. Тут повсюду висели информационные бюллетени. Причём не новые, а старые и выцветшие. Холл, по сути, был музеем при госпитале Крепкого Духа.

На плакатах и вырезках из газет хранители собрали, в общем-то, публично известную информацию. Название госпиталя Крепкого Духа пошло от той самой поговорки: «В здоровом теле — здоровый дух». Здесь профессор Преображенский и Дмитрий Старцев из Российской Империи проводили свой знаменитый эксперимент по очеловечиванию собаки и обратно. После истории «Собачьего сердца» ООН и Ассоциация запретили подобные эксперименты. Обоих целителей выслали обратно на родину.

Еще раньше, в 1927-м, маньяк и профессор Уэст — коренной житель Аркхэма — реанимировал самопридуманной техникой декана Аллана Ханси. Первая жертва «Реинкарнатора» прожила двое суток. Бедолага Аллан повторно скончался от распада духа. Впав в буйство, он едва не убил перед этим половину своих студентов. В клинической медицине это первый описанный случай превращения живого человека в незавершённую нежить.

После громкого случая с Уэстом правительством США было принято решение об открытии в Аркхэме ныне всем известного Мискатонского Университета и ряда лечебниц. Штаты, тогда ещё молодое государство, нуждались в научно-медицинском центре. Им и остаётся туманный Аркхэм по сей день.

— Так это вас рекомендовал Артур? — японец лет сорока с хитрющим взглядом подкрался ко мне со спины. — Прощу прощения, если напугал, мистер Довлатов. Мне частенько приходится наблюдать за пациентами в моменты, когда они думают, что на них никто не смотрит. Так я вижу, реально ли они справились со своим недугом или только притворяются.

Улыбнувшись, профессор сложил пальцы пистолетом и приставил к своему виску.

— Дух, знаете ли, мутирует вслед за плотью.

— И, наоборот, сильный дух меняет плоть. Михаил Довлатов, — протягиваю руку. Аура у Фукуямы скрыта, ранг не разобрать. — Студент-второкурсник из Мискатоника. Целитель второй категории, специализации нет. Хочу у вас постажироваться и заодно найти ментора для четвертого уровня моей телесной трансформации.

Хлипенькая ручка профессора отвечает мне стальной хваткой.

— Фрэнсис Фукуяма, сэ-э-эр! — профессор с вызовом посмотрел мне в глаза. — Крови и сложных вызовов боитесь?

— Нет, сэр, — рыкнул я, вложив в голос Власти. — В бою уже бывал. В операционной тоже. С того света души сложных пациентов тоже доставал. Насмерть не раз биться приходилось.

— Боевой целитель, значит? — в глазах профессора зажёгся огонёк азарта. — Тогда бегом в помывочную, мистер Довлатов! У меня сегодня операции на сложных пациентах до глубокой ночи.

…

Когда владеешь телекинезом, многие вещи становится делать проще. Снять одежду за секунду или нажать на флакон с жидким мылом, не касаясь. В такие моменты чувствуешь, будто у тебя не две, а все десять рук. Причём чем выше ранг и количество точек фокусировки, тем более сложные трюки удаётся проворачивать.

Едва я вошёл в операционную после помывочной, как у меня перехватило дух.

— Сиамские близнецы?

— Хе-хе, я знал, что вас удивит! — Фукуяма стоял с синем халате с маской на лице.

[Да он архонт [6]!] — Аккоман в моей душе присвистнул от удивления. — [Причём зрелый и давно достигший предела своего развития.]

Вокруг японца парило по меньшей мере полсотни хирургических инструментов. Пинцеты, скальпели, зажимы, расширители поблёскивали в свете софитов, установленных в операционной.

— Прошу к столу! — держа в ладонях скальпели, Фукуяма раскинул руки в стороны. — У нас сегодня десерт. Мне как раз не хватает ассистента с развитой Властью. Если у вас нет хотя бы пары сотен точек фокусировки, то к столу лучше не подходите.

Хмыкнув, профессор кивком головы указал налево. Там вдоль стены толпился десяток ропщущих студентов в голубых халатах. Уверенности в себе у них вообще нет. Таких к столу в операционной уж точно пускать нельзя.

Ещё большая толпа студентов ютилась в комнате для наблюдений за стеклом.

— Так у вас сегодня показательная операция для ординаторов?

— Двадцать семь операций, — Фукуяма пожал плечами, начав орудовать сразу двумя скальпелями с огромной скоростью. — Накидывайте на себя «Фокус» и «Ускорение». Ассистент не должен запаздывать за моими действиями. С этой секунды стартует борьба за жизнь каждого из сиамских близнецов.

Пулей подлетев к операционному столу, тут же перехватываю телекинезом часть медицинских приборов, порхающих вокруг Фукуямы. Чем больше нагрузка на меня, тем больше может делать сам ведущий хирург. Беру пинцеты, ножницы с ватными тампонами, расширители…

— Скальпели оставь, — недовольно буркнул профессор. — Иглы с нитками, пилы для костей, скальпели на мне. Здесь…

Зажимаю сосуд, предвидя слова ведущего хирурга.

— Клипса на печёночную аорту, — Фукуяма ускорился ещё сильнее. — Перехвати телекинезом кровь. Да не зажимай ты! Создай для крови искусственную трубку. Потом соедини края раны, восстанавливая кровоток. Вот так! Молодец.

Архонт-целитель за считанные секунды разделил жёлчный пузырь надвое, включая желчный проток. Затем какой-то виртуозной техникой создал каркас из псевдоплоти поверх двух половинок органа и наложил на обе «Среднее лечение». Так из одного жёлчного пузыря получилось сразу два одинаковых органа, не утративших функционала.

— Вау! — не смог я скрыть своего удивления. — Нау́чите? У вас эта техника интегрирована в дух. Я не успел полностью понять плетение.

Фукуяма победно хмыкнул.

— Только если будешь поспевать за мной. Вот тут…

— Расширитель? — ставлю на грудную клетку пациента хитрую медицинскую приблуду. — Кровеносное давление падает.

— Накладывай «Кровосток» и «Изгнание Заразы», — руки целителя запорхали с удвоенной скоростью. Дело дошло до лёгких. — Ну-с, Довлатов! Как ты видишь свой путь целителя?

— Да всё, как в Кодексе Целителя, — пожимаю плечами, перехватывая телекинезом рассечённые сосуды. — Бытиё, Судьба или кто-то там на небе дал нам дар лечить людей. Если не умеешь через него благодарить мир за полученный дар, будет плохо. Я много кого лечил, мистер Фукуяма. Рыбаков, частных клиентов, волонтёрил в Красном Кресте в Аране и на Шри-Ланке. Недавно в Австралии помогал в орочьей женской консультации. Так я понял, что если не отдаёшь себя дару целительства, всего себя до последней капли, хотя бы раз в неделю, больших успехов ждать не стоит.

— Достойный ответ! — Фукуяма удивлённо присвистнул, продолжая оперировать с безумной скоростью. — Можно просто Фрэнк. Вы не зелёный новичок, Довлатов, и неплохо поспеваете за мой. Советую только «Фокусом» на операциях не пользоваться. После него, как правило, откат сильный. Не сможете потом продолжать работать в операционной. Как видите, моя специализация, это целительская хирургия. Иногда пациенту надо сначала вернуть тело в норму, чтобы запустить процессор обратной мутации духа.

— Можно просто Михаил или Довлатов, — кивнув, накладываю три «Малых лечения» на рассечённые сосуды. — Пока без специализации. Пришёл к вам попробовать себя в телесных трансформациях и полевой медицине.

— Пфф! Первого в избытке, — Фрэнсис довольно фыркнул. — Не скажу, что примеры трансформаций удачные, но чужой плохой опыт обычно учит нас, целителей, намного большему, чем увиденный успех.

Фукуяма оказался прав!

За следующие восемнадцать часов я видел такое, что ни в одной целебной клинике не покажут. Метаморфу с волчьими лапами возвращали человеческий вид. Затем удаляли из пациента живую паразитическую кровь. Я о таком даже на уровне слухов не слышал! А тут… тут такое, что порой кажется, что из одного звиздеца ныряешь в ещё более глубокий и неописанный в известной целительской медицине. Реально «Целительство за Гранью», как его описала Хомячкович.

Последней, двадцать седьмой, показательной операцией за эти сутки стал подросток с проклятьем размягчения костей. Его дух мутировал до стадии неузнавания самого себя. Началось саморазрушение личности. В общей сложности пришлось прооперировать больше ста сорока костей! Мы тому парню фактически весь скелет с нуля собрали, угрохав целую прорву эфира и своей эссенции.

В четыре часа ночи я на негнущихся ногах вышел из операционной. Сил нет. В сознании пустота размером с бездонный космос.

[Мдаа-а-!] — задумчиво протянул Аккоман. — [Теперь понятно, почему Лей Джо твердила про цинизм. Ты за день повидал жути больше, чем многие целители-любители за всю жизнь.]

[И выучил семнадцать новых техник!] — недовольно рыкнул Железкин.

Ничего не понимаю. Слишком много событий для одного дня. Вижу медсестёр, других врачей-хирургов, десяток студентов… и все мне хлопают, стоя на выходе из операционной. Вид у всех донельзя радостный.

Выйдя из помывочной, Фрэнсис стянул с лица медицинскую маску. Осмотрев встречавший нас комитет врачей, профессор устало улыбнулся.

— Так держать, Довлатов! — целитель хлопнул меня по плечу. — Ты первый студент-практик за три года, сумевший выдержать мой темп. Приходи завтра….

…

Помню, настало то самое «завтра». В состоянии лёгкого ступора я снова зашёл в операционную. Кажется, был «вторник». Я только потом понял, что это теперь мой любимый день. Вечно безумно радостный Фукуяма по «вторникам» занимался вопросами цитологии. То есть изменениями строений тканей у пациентов. А это основа основ для телесных трансформаций.

Окаменевшая кожа? Пфф, не в мою смену!

Грибы на теле?

— Несите корзину! — заорал Фрэнсис на всю приёмную. — Сегодня в госпитале Крепкого Духа будут подавать грибную запеканку.

Стеклянные кости, омертвение тканей — я видел всё, чёрт возьми! Трогал, чуял, щупал тела, поражённые библейской проказой. День за днём Фукуяма фонтанировал целительской мудростью, натаскивая меня на то, как работать с изменениями в тканях человека. Ссылки на научные статьи, объяснение взаимосвязей между мутациями, проклятиями, вирусами и болезнями одарённых.

Едва дойдя до дома, я прочитывал всё, что рекомендовал Фрэнсис, после чего накладывал на себя «целебный сон» и падал на кровать без сил.

…

Неделя пролетела в рабочем угаре. Порой я просыпался, не понимая, день сейчас или ночь. Просто натягивал на себя свежую одежду, завтракал тем, что находил в холодильнике, и ехал обратно в госпиталь Крепкого Духа.

Постепенно до меня дошло, что архонт Фрэнсис Фукуяма в буквальном смысле живёт работой. Варится в личных делах, купается в благодарностях пациентов, спит и думает о новых методах лечения. Лучшего учителя по телесным трансформациям мне даже вообразить сложно. Я за неделю узнал едва ли не половину от того, что выучил за последний год в одном из лучших ВУЗов мира.

Начало восьмого дня не предвещало ничего экстраординарного. Но это же Фрэнсис, чёрт возьми! Поэтому, увидев его в холле в приподнятом настроении, я напрягся.

— Что у нас сегодня? — сердце пропустило удар. — «Понедельник»? Сколько в этот раз показательных операций?

Архонт радостно кивнул.

— Да, «понедельник»! Но необычный, — целитель махнул рукой на правое крыло больницы. — Сегодня состоится медкомиссия для тех, кого мы с тобой лечили всю эту неделю. Надо выяснить, кто из них реально выздоровел телом и душой, а кто только притворяется. Пойдём, Довлатов! Я покажу тебе одно своё открытие.

Фрэнсис едва ли не вприпрыжку помчался в правое крыло центрального здания Крепкого Духа. Поплутав по коридорам, целитель привёл меня к двери закрытого кабинета.

— Сюда могут входить только четверо человек со всей больницы, — целитель, продолжая улыбаться, протянул мне карточку пропуска. — Ты будешь пятым, Довлатов.

— Доверяешь? — сказав это, я зевнул сонно.

— Можно и так сказать, — целитель закатил глаза. — Скажу так, ты в меру неадекватный! Такой же, как я. Или умело притворяешься тронутым на всю голову целителем. Есть, конечно, шанс, что ты ещё более сумасшедший, чем я… но это вряд ли.

— А вот сейчас было обидно! — я шутливо надулся. — То есть твоё безумие сильнее моего⁈

— О-о-о! — целитель поднял вверх указательный палец. — Вот это мы сейчас и проверим.

Открыв дверь своей карточкой пропуска, Фукуяма впустил меня внутрь. Ничего необычного там не обнаружилось. Десятки кроличьих клеток стояли вдоль левой и правой стен. Пахнет сеном и, кажется, озоном.

— Сюда входят только те, кому я доверяю, — целитель, уперев руку в бок, посмотрел на клетки. — Уборщица следит за чистотой. Медсестра, Большая Берта, даёт им жидкий кошачий корм. Ещё сюда заглядывает наш директор, мистер Чоппер. Он же глава больницы, как-никак. Ну и мы с тобой.

Заглянув в одну из клеток, я увидел, что в ней сидит некая помесь слизня и кролика. Тело продолговатое, прозрачное, в глазах ноль эмоций.

— Зверьё из аномалий?

— Да. Причём весьма необычное зверьё. Мы назвали их чуру, — Фукуяма, присев у одной из клеток, указал на сидящего в ней зверька. — В ходе эволюции они практически полностью утратили самосознание. Представь, что один такой чуру-слизень прицепляется к самке носорога. А второй к самцу. Чуру начинают говорить или издавать звуки, соответствующие тому, о чём думает их реципиент.

— Птица-говорун? — мне на ум сразу пришёл детский мультик.

— Хмм, — целитель, задумавшись, приложил палец к губам. — Чуру, скорее, говорящий попугай. Мы их используем как живой детектор лжи на пациентах. Покажу на примере.

Хитро улыбнувшись, Фукуяма схватил рукой слизня-зайца и посадил к себе на плечо. Несколько секунд ничего не происходило, но вот зайка надул щёки, будто его вот-вот вырвет… и вдруг.

— А-А-А-А-А! Спасти пациентов! Больше новых уникумов! Больше необычных случаев! Давай, Жизнь, выходи на ринг. Только ты и я! Смахнёмся, как в старые добрые времена.

Фукуяма расхохотался под довольно громкий рёв зверька.

— Вот как-то так. Чуру питается естественными выделениями эфира и маны реципиента. Если нет носителя, они переходят на подножный корм. Траву, червей, насекомых. В общем, питаются любой несложной органикой. Теперь твоя очередь.

На лице архонта появилась улыбка предвкушения. Сунув руку в соседнюю клетку, Фрэнсис выудил оттуда слизня-зайца с мощным волевым подбородком и взглядом альфа-самца.

— Характер у всех разный, — целитель довольно хохотнул, сажая зверька мне на левое плечо. — Приходится подбирать под поведение пациента.

Повернув голову, я с сомнением глянул на неведомого зверя. Несколько секунд ничего не происходило, но вот в глазах чуру промелькнули нотки разума.

— Михаил, — чуру заговорил голосом Железкина. — Якорь мне в гузно! У меня что, голос появился?

— Интере-е-есно, — глаза Фукуямы стали размером с блюдце. — Довлатов, у тебя в голове живет субличность?

— Скорее попутчик, — я устало выдохнул. — Последствия вмешательства в память. В последнее время они стали чаще со мной говорить.

— «Они», значит, — глаза Фрэнка заблестели. — Давай-ка посадим к тебе второго.

Поскольку левое плечо было занято чуру с мощным подбородком, Фрэнк посадил второго на моё правое плечо. Эта шмакодявка походила на слизняка-алкоголика в мире падших слизняков. Эдакая бесформенная хрень с почти полным отсутствием черт лица.

— Аккоман такого не одобряет! — вдруг удивлённо запищал чуру голосом кукловода Аккомана. — О боги, убейте меня обратно!

— Эй, сопля! — чуру Железкин свесился с моего плеча. — Давай споём?

— Давай, — у Аккомана вдруг резко изменилось настроение. — Раз нас двое, уже не страшно.

Чуру Железкин надулся, выпячивая мощный подбородок.

— Сяду я верхом на коня-я-я… да на коня! — выдал он могучим баритоном.

— Ты неси по полю меня-я-я!

Заорал Аккоман во всю глотку.

— По бескрай-не-му-у, — поддержал я пением двух чуру, — по-о-лю моему…

— По бескрайнему полю моему-у, — запели мы в унисон на три голоса.

— Дай-ка я разок посмотрю,

Где рождает поле зарю-ю (рождает поле)…

Какое-то время Фрэнсис удивлённо пялился на наше поющее трио, хлопая глазами, а потом наконец выдал.

— Беру свои слова назад, Довлатов. Ты куда более двинутый на всю голову целитель, чем я думал. Мне до таких тараканов ещё расти и расти.

…

Мы несли клетки с чуру в зал, где будет проходить медкомиссия госпиталя Крепкого Духа. Из-за ограниченного запаса сил у самих зверьков-симбионтов Фрэнсис весьма ревностно относился к тем, кто с ними контактирует. Потому никто посторонний к клеткам не прикасался. Их использовали только для медкомиссий.

Вдруг по громкой связи госпиталя раздался голос оператора.

— Михаил Довлатов… То есть Салтыков. Вас ожидают в холле. Повторяю, Михаила Салтыкова ожидают в холле.

Фрэнсис махнул рукой недовольно.

— Иди уже! Может, твой первый благодарный пациент, наконец, объявился. Как закончишь, приходи в зал для медкомиссии. Я пока клетки с чуру туда отвезу.

Идя в холл, я всё гадал, кто же пришёл меня навестить. Обе мои фамилии и место работы знают не так уж много людей. Артур Гаус сейчас по уши в работе. Катарина трудится сутки напролёт, практически не покидая апартаментов. Других моих хороших знакомых в Аркхэме можно пересчитать по пальцам одной руки.

Едва я вышел в холл, как все мои домыслы оказались разбиты в пух и прах. Красноволосый мужчина лет сорока, с аурой абсолюта [7], стоял в компании пары не менее впечатляющих личностей. Женщина-геомант с суровым взглядом недовольно смотрела на запуганных медсестёр на рецепции. Весёлый толстячок-блондин, гаденько смеясь, глядел на меня.

— Михаил Довлатов? — красноволосый, шагнув вперёд, казалось, сдвинул с собой весь воздух в огроменном холле госпиталя.

Скрипнули стоящие у стены скамейки, упал десяток прочитанных мной информационных бюллетеней. Со стойки рецепции грохнулся монитор.

— Да он это! — фыркнула дама-геомант. — Ты видишь тут других идиотов, желающих показываться нам на глаза?

— Рэдклиф, Маршал и Кавендиш, я полагаю, — мой взгляд остановился на весёлом толстячке.

— Ну хоть с глазами проблем нет, — пухляш Маршал хохотнул. — Но головой ты точно тронулся, парень.

Выходит, древние рода трёх Лордов наконец созрели для переговоров. Вот только зачем дама-геомант притащила с собой урну с прахом⁈ Да ещё и с явно живым, пытающимся вырваться из неё, содержимым.

Глава 17

Путники

08:31, 23 мая 2027 года

(спустя 11 суток после пропажи Лордов)

Аркхэм, США

Холл госпиталя Крепкого Духа

Высокий мужчина в клетчатом пиджаке, судя по красным волосам, представлял род Рэдклиф. При моём появлении он стал неосознанно сжал пальца в кулак, выдавая свою нервозность. Дамочка от рода Маршал вцепилась в свою сумочку. Толстяк-блондин хохотал, смотря на медсестёр, сидящих на рецепции больницы. Цирк на выезде, ей-богу! Посмеялся бы, да они все трое абсолюты [7].

Красноволосый уверенно шагнул ко мне навстречу.

— Где ты хочешь встретить свою смерть, Довлатов?

— В постели, — пожимаю плечами, — а лучше на берегу реки, видя, как мимо проплывают трупы всех моих врагов. Вам их по фамилиям назвать?

Толстяк вдруг резко перестал смеяться.

— Рут, надо было сразу ему лапки оторвать, — блондин мечтательно закатил глаза. — Жаль, что казнь через колесование отменили. Хотя есть вариант его протащить куда-нибудь в Африку и там сделать всё по-тихому.

— Следи за языком, — дамочка с сумкой окинула блондина взглядом, полным презрения. — Мне с тобой даже в одной комнате противно находиться, не говоря уже о совместных делах.

Урна с прахом, висевшая в её облаке телекинеза, сильно затряслась. Красноволосый Рут Рэдклиф резко обернулся.

— Мари, сколько у нас времени?

— Меньше суток, — дамочка поджала губы, — но больше двенадцати часов. Точнее не скажу.

Толстяк радостно присвистнул.

— Тогда Африка ждёт нас! Знаю я одно место…

— Заткнись, Чидер! — Рут и Мари рыкнули одновременно.

Сонно зевнув, я своим вздохом привлёк внимание. Наверное, они подумали, что мне скучно и бла-бла-бла, но я не высыпался всю последнюю неделю. Даже если у них в урне живая бомба, мне всё равно. Лучше бы дали мне поспать, чем приходить сюда спозаранку.

— Может, выйдем из больницы? — ещё один протяжный зевок. — Предлагаю сесть снаружи, и там всё обсудить. И да, оставьте свои глупые мысли о пытках и попытках сбежать со мной отсюда. У местного Центра Телепортации стоит запрет на мой перенос. То же касается демоноборцев, охраняющих периметр города.

Всё так же сонно зевая, я махнул девчатам с проходной.

— Организуйте нам четыре кофе, пожалуйста.

Поскольку на территорию госпиталя Крепкого Духа нельзя входить посторонним, администрация уже лет сто как держит снаружи столики для ожидающих посетителей. Мы сели за один из них. Троица, недовольно морщась, телекинезом отодвинула от нас все прочие предметы мебели. Мари, щёлкнув пальцами, создала «Купол Тишины». Да не обычный, а двойной.

Мне о таком доводилось только слышать.

— Защита от контр-техники прослушивания?

Блондин нервно хохотнул.

— Довлатов или Салтыков? Хрен в ваших русских фамилиях разберешься. Спешу вас разочаровать. За нами присматривают минимум три наблюдателя. Один шпик из АНБ использует дальнозрение. Ещё один дух-наблюдатель слился со стулом до нашего прихода. Третьего я всё никак не могу распознать. Он или она где-то рядом.

— Ну конечно! «Кавендиш следят за всем», — недовольно фыркнула Мари. — Обделались по полной, столкнувшись с мальчишкой-учителем [3].

— Как и вы, леди Маршал, — Пухляш отмахнулся от дамочки, словно от назойливой мухи. — Про то, что от вас все мужики сбегают…

— Чидер! — Рут рявкнул так, что стоявший на столе стакан лопнул. — Захлопни ты пасть хотя бы на одну грёбаную минуту. И ты, Мари! Держи язык за зубами, если нечего сказать по делу.

Дамочка рывком выпустила ауру абсолюта [7], снеся к чертям свой же «Купол Тишины» и стоявшие вдали столы и стулья.

— Ты на кого рот разинул, сосунок⁉

— Подождите всего пару минут! — вскакиваю с места и машу рукой в сторону больницы. — Одна нога здесь, другая там! Я схожу за попкорном.

Мари хотела было ответить, но тут урна с прахом затряслась ещё сильнее.

*Трц*

*Трц*

По корпусу пошли трещины. От ветхого контейнера из глины полыхнуло практически материальной злобой, вызвавшей у всех присутствующих мурашки.

Мари многозначительно взглянула на Рута.

— Прежде чем начнём, я, пожалуй, предупрежу, — со всей серьёзностью смотрю на притихших гостей. — Если со мной что-то случится…

— А вот этого не надо, — Рут устало отмахнулся. — Довлатов или как там тебя? Ей-богу, лучше не говори. Нам и без твоей «Мёртвой руки» проблем хватает. Со своими бы разобраться.

Сознание царапнул почти позабытый термин. «Мёртвой рукой» называют технические и магические решения, разработанные на случай, если той же Москвы, Токио, Берлина или Вашингтона вдруг не станет. Запуск ядерных ракет, массовое распыление бубонной чумы, призыв какой-нибудь живой заразы, захватывающей города и добивающей и без того ослабленное государство. Главное — не дать потенциальному врагу поживиться тем, что осталось от твоей страны.

— Не выпускай их, — Рут усмехнулся, смотря в пустоту перед собой. — Тех старых ублюдков, которых запер в Доменном Царстве.

— Эмм… — услышанное потрясло меня до глубины души. — Вы уверены…

— Можешь не отнекиваться, — Рэдклиф насмешливо фыркнул. — Аналитики ООН, АНБ, ЦРУ и всех независимых агентств уже всё десять раз просчитали и пришли к выводу, что есть три способа изолировать трёх стихийников-архимагов [8]. Первый, запереть их в руинах Древних с мощнейшим полем антимагии. Не считая тюрьмы Пика Безмолвия, даже о втором таком месте никто не знает. Второй вариант, подземная аномалия из эпохи Второго Сопряжения. Но опять же, их находят крайне редко…

— Старик Вудро выбрался бы из неё, — Мари вцепилась в сумочку, как в спасательный круг. — Даже будь там оболочка в полкилометра из гранита, он бы её проломил!

Рут взглядом ожёг даму, посмевшую его перебить.

— Остаётся вариант с Доменным Царством, — Чидер нервно хохотнул, глядя на Рута и леди Маршал. — Да пошли вы оба! Я буду говорить что думаю и делать что хочу! Старика Захари больше нет. И я всем своим духом чувствую, что этого недо-целителя НАДО убить, а не договориться с ним.

— Хотя бы для видимости, — Рут коротко кивнул недовольно фыркающему Чидеру. — Как ты верно заметил, за нами наблюдают. Будет лучше, если ЦРУ и АНБ будут думать, будто мы и впрямь пытаемся договориться.

— Какие страсти! — я удивлённо захлопал в ладоши. — Самое интересное, что вы не врёте. По ауре вижу, что вы всерьёз хотите избавиться от своих патриархов, а не спасти их. И вы реально собираетесь меня убить, чтобы этого точно не случилось.

Короткий взгляд на Мари. Дыхание ровное, смотрит мне в глаза, ноль сомнений. Решение принято ещё до начала разговора.

[Правда,] — мертвенным голосом произносит Аккоман. — [Выходит, весь этот разговор, просто игра на публику. Имитация переговоров.]

[Зачем тогда они тянут время?] — Железкин буркнул. — [Мишань, что-то тут не так. Картинка не складывается.]

Смотрю на красноволосого Рута Рэдклифа. Аура спокойная, левая рука сжата в кулак, правая поправляет волосы. Пульс чуть выше нормы.

[Волнуется?] — в голосе Аккомана скользнуло удивление. — [Абсолют, и волнуется в разговоре с тобой, Довлатов? Это странно.]

[Важна причина,] — Железкин задумчиво добавил. — [Если не ты, то что его так волнует?]

Удивлённо вскинув бровь, смотрю на волнующегося Рута.

— И-и-и что-то мне подсказывает, что в вашем плане важную роль играет «Мёртвая Рука»?

— Ты не знал? — Рэдклиф уставился на меня. — Вижу, что нет. На что ты тогда надеялся, выбрав стратегию ожидания? На мирные переговоры? Долгатов или как там тебя… Любой сильный род в Новой Англии похож на улей с несколькими центрами власти. Ветвь оружейников, ветвь семей торговцев, ветвь потомственных управленцев. Чем старше род, тем больше уровней ветвления. Ты же вытащил соединяющий их стержень.

— Три! Три стержня, — Чидер гаденько хохотнул. — Вытащил хребет из рыбин, и всё начало разваливаться. Старейшины жаждут и дальше править из тени. Спиногрызы новых свершений. Войну родов им подавай! Жены стариков грызутся, пытаясь впихнуть на опустевший трон своих кровинушек. А кое-кто метит в новые бабы-матриархи!

Взгляд толстяка на Мари. Дама ответила холодным, вязким, весьма многозначительным молчанием. Таким зрелые женщины обещают помнить обиду до смертного одра своего обидчика… Даже если сказанное было правдой.

— При чём тут «Мёртвая рука»? — спросил я, и на ум тут же пришёл ответ. — Погодите… то есть патриархи древних родов установили некую защиту от развала рода на случай их пропажи?

Рут не ответил ни жестом, ни словом, но вот воцарившееся за столом молчание сказало все за них. Мой взгляд сам собой остановился на дрожащей урне с прахом.

— Да, это одна из многих, — Рут подал голос, шевеля одними лишь губами. — Сгорающие сейфы, завещания у нотариусов, старые кровавые долги другим родам. «Мёртвые Руки» задушат всех, кто будет претендовать на опустевший трон. Лишат финансов, снимут пломбы на незаконченные вендетты, аннулируют лицензии и договора. ВСЁ ради сохранения порядка власти, установленного патриархом.

Мари недовольно фыркнула.

— Раз уж мы тянем время, то я подсыплю специй. Есть куча важных элементов. Объявлен ли наследник? Причины смерти или исчезновения патриарха? Есть ли завещание? Набор приёмов «Мёртвой руки», это механизм. Разделить рода, передать бразды правления, уничтожить всё, что есть…

На лицо дамочки наползла тень сильнейшего негодования. Руки сжали сумочку так, что послышался скрип кожи.

— Чёртов старый пень Вудро! Чтоб сгнили его чресла, а могила осталась безымянной. Кобелина…

Недовольное женское бормотание стало совсем уж неслышимым. Чидер, глядя на это, продолжил гаденько хохотать.

[В меру неадекватные шизоиды,] — Аккоман удивлённо присвистнул. — [Социопат, серый кардинал с сиськами, а Чидер, без сомнений, психопат.]

Странно, что меня до сих пор никто не пытается убить. Нет ни очевидных техник, ни невидимых. «Доспех духа» тоже ни на что не реагирует.

— Не понимаю, — я покачал головой. — Вы трое… или сколько вас там, не похожи на идиотов, собирающихся спилить сук, на котором сидите. Проще же было договориться со мной и вернуть патриархов, чем пожертвовать тем, что вы имеете прямо сейчас.

— Наивная молодёжь, — Мари практически шипела от застарелого недовольства. — Любой маломальский план по смене иерархии в роду вынашивается годами. Поиск нотариусов и завещаний, закладок с бомбами, спящих агентов, слабостей для манипуляций. Даже Вудро легко было направить куда нужно, подстроив несколько удачных совпадений.

— Сколько же в вас яду, — меня ужаснуло то, что я увидел, заглянув в глаза женщине. — Вы осознаете, что этой злостью выскребли из своей души весь потенциал к развитию?

С полнейшим непониманием смотрю на Рута и натянуто улыбающегося Чидера.

— В вас же не осталось ни-че-го. Вообще ничего! Злость, обида, не желание двигаться дальше. Вы трое, — раскидываю руки в сторону. — Вы даже не пытаетесь заглянуть за горизонт⁉ Зачем вам род, если вы несчастны с самими собой.

— Ты говоришь, как Аталанта, — Рут нахмурился. — Читал её биографию? Сомневаюсь, что ты со своим недалёким рангом способен понять её ход мыслей.

Потому что это мой ход мыслей.

— Заткнись! — Лицо Чидера превратилось в злой оскал. — Не тебе, мальчишка, указывать, как мне жить. Мой братец не достоин зваться Лордом. Если бы ему не повезло стать архимагом [8], ты бы вообще не дожил до сегодняшнего дня.

[Несчастлив сам с собой?] — Аккоман задумчиво хмыкнул. — [Теперь я вижу, о чём ты. Их жизнь не изменится, даже если рода не станет. Они рабы своих обид.]

Смотрю на Рута Рэдклифа, как на самого адекватного… Хотя может ли абсолют [7] быть адекватным⁈

— Если патриархов не станет, у вас будут серьёзные потери. Финансы, репутация в кругах аристократов, перспективы дела рода. Не станет не просто трёх одарённых, а трёх Лордов Соединённых Штатов.

— Лорды. Будут, — глядя на меня, Рут едва заметно ухмыльнулся. — Ты молод… Или был молод? Не уверен, какой термин к тебе теперь применим. Старики должны уходить на покой. Таков закон жизни всех живых существ. В волчьих стаях на место старых вожаков приходят новые. Другие звериные тропы, другие цели для охоты, другая иерархия. Мой отец… далёк от совершенства.

[Так, значит, вот какова цена за кресло Лорда Соединённых Штатов? Убить своего отца,] — меня до глубины души поразило спокойствие и решимость Рута.

Зависть Чидера, обида Мари и гордыня Рута. Они будто образчики того, каким одарённым ни в коем случае нельзя быть.

Леди Маршал зачем-то пару раз стукнула пальцем по столу. Вот вроде мелочь, но привлекла моё внимание. Рэдклиф поднялся с места первым. Мари и толстяк Чидер встали следом, ничего не говоря.

— Мы уходим, — Рут кивком обозначил прощание. — Мы с вами больше не увидимся. И это к лучшему, мистер… Впрочем, неважно.

Меня вдруг начала беспокоить сильная тревога.

[Они пришли к тебе не как к Салтыкову или Довлатову,] — Аккоман тоже насторожился, — [А как к пленителю их патриархов. Теперь же твоё имя почему-то перестало для них иметь смысл.]

— Я вроде ещё жив, — тоже поднимаюсь из-за стола. — Зачем вы вообще приходили?

Мари усмехнулась, поджав губы.

— Удостовериться в том, что старые хрычи сами не выберутся из Доменного Царства! Вы юны, Довлатов, и ещё не усвоили, что максимальная открытость в диалоге, это тоже оружие. Не только вы считывали нас, но и мы тебя. Из города подозреваемого не выпустят…

— Да закрой ты уже рот, старуха! — нахмурившись, Чидер произнёс с нажимом. — Нас всё ещё слушают ищейки.

Глава 18

Хранилище Тринадцать

Гости ушли, оставив меня в недоумении. Накладываю на себя «активное сканирование», проверяю физическое и духовное здоровье. К чашкам кофе, принесённым обслугой госпиталя Крепкого Духа, я специально не прикасался.

Никаких контактных ядов, намёков на отравление, паразитов или намёков на духовные метки. Я здоров и чист настолько, насколько это вообще возможно.

[Что это тогда вообще было?] — задаю сам себе вопрос, и на ум ничего не приходит. — [Но они же точно собирались меня прикончить?]

[Хо-хо, а может, убедиться в своих догадках?] — задумчиво бормочет Аккоман. — [Знать твою позицию в переговорах тоже дорогого стоит. Теперь они уверены в том, что Лорды заперты в Доменном Царстве и ты их сам не вытащишь оттуда.]

[Сунуться сейчас к Лордам, смертный приговор.] — Железкин в моём сознании глухо хмыкнул. — [Мишань, выпустить их тоже чистое самоубийство. Три взбешённых архимага [8] камня на камне не оставят от «Романов и КО». Выжгут все связанные рода до третьего колена, защищая свою репутацию древних родов.]

Поднявшись из-за столика, я направился ко входу в холл больницы. Но тут глаз зацепился за то, как рисунок кирпичной стены справа изменился. От поверхности отделилась фигура женщины с тёмными волосами. Большие миндалевидные глаза, шикарная грудь, талия и бёдра такие, что любой мужчина захочет ей овладеть прямо здесь. У этой самой стенки. Задрать платье…

— Михаил Довлатов? — голос чертовки и лукавый взгляд оказались под стать внешности.

— Он самый, — вздохнув, накладываю на себя «Фокус». Рассудок мой явно под впечатлением от увиденной картины. — С кем имею честь общаться?

— Табита Васс Кавендиш, — девушка истинно аристократическим кивком обозначила приветствие. — Третья супруга того, кто известен вам как «Газетчик» или Захари Кавендиш.

Чаровница стрельнула глазками в сторону столика, где я недавно встречал гостей.

— Следить за вами всю эту неделю оказалось довольно сложно, — Табита встала вполоборота, давая увидеть невероятно притягательный силуэт своей фигуры. — Не слышала вашего разговора, но догадываюсь, что Чидер и Мари предлагали некий выкуп за своих патриархов. Возможно, пакет акций или долевое участие в их предприятиях?

— Не угадали, — качаю головой.

— Вот как? — девушка лукаво улыбнулась, внимательно глядя мне в глаза. — Странно. Интуиция меня редко подводит. В любом случае не верьте их словам. Как насчёт того, чтобы заключить сделку со мной?

Предчувствие чего-то нехорошего снова внезапно накатило. Стоя рядом с Табитой, я ощутил исходящие от неё эманации смерти. Она будто яма с трупами на поле боя — идеально прячет свою истинную натуру за красивой маской. Лёгкий, едва уловимый запах крови примешался к запаху её волос.

— Что вы мне предложите? — в моём голосе сквозило удивление. — Жизнь? Спокойствие?

— Пол. Миллиарда. Долларов, — Табита произнесла это спокойно. — Равными платежами в течение следующих шести месяцев… если Захари останется там же, где находится сейчас.

— И всё? — я нервно усмехнулся. — Признаться, переговоры с предыдущей троицей были поинтересней.

Табита удивлённо приоткрыла ротик и тут же его прикрыла.

— Могу добавить сверху семь процентов акций от холдинга «Кавендиш Джорнал», но не раньше чем удостоверюсь в смерти Захари.

— Мне… надо подумать, — качнув головой, я прошёл мимо девушки к разъезжающимся дверям госпиталя.

Табита крикнула мне вслед.

— Довлатов! Ответ нужен мне в течение двух дней. Иначе никакой сделки не будет.

Поблагодарив медсестер на рецепции за кофе, я прошёл в правое крыло лечебницы. Сегодня ведь медкомиссия по сложным пациентам. Профессор Фрэнсис Фукуяма настоятельно рекомендовал мне присутствовать на ней.

[Что-то не так в ходе моих мыслей,] — остановившись в коридоре, я поймал себя на странном ходе своих же размышлений. — [Мы с Фукуямой давно на «ты». С чего вдруг я перешёл на уважительное обращение в третьем лице?]

Стою посреди коридора, никого не трогаю. Мимо ходят пациенты Крепкого Духа в одинаковой одежде. У одного весельчака кора вместо кожи, у другой дамы перепонки на руках и жабры на шее. Бабулька неопределённых лет сидит на скамейке у стены и считает, сколько у неё пальцев на руках. Даже мне очевидно, что больше двадцати семи.

Само собой, у всех пациентов бейджики с псевдонимами на одежде.

— Интуиция у вас ого-го-го! — вдруг заговорил старик с дубовой кожей. — Заметили даже удалённый контроль над телом.

— Глаз целителя! Хе-хе, — девушка с жабрами одарила меня акульей улыбкой.

— Переходите к делу, — тру лицо руками и понимаю, что забыл снять с себя «Фокус». Ещё одна случайность на мою голову. — Угрозы? Подкуп? Кого представляете, в конце концов?

Старичок прищурился.

— Заинтересованных лиц. Мы готовы…

— Неинтересно, — отмахиваюсь от странной парочки и иду дальше. — Такие переговоры не проводятся анонимно.

— У нас есть информация о Язве, — девушка крикнула мне вслед. — Интересует?

— Нет.

Спокойно иду дальше.

— Дуэйн Маршал, — старик произносит неохотно. — Неофициально, первый наследник. Не так важно, чьими устами я с вами сейчас общаюсь. Сделка выгодна нам обоим. Оставьте Лордов там, где они есть, и я гарантирую, что род Маршал вас не тронет. Плюс разовый контракт с « моим» ЧВК «Блэкуотер» на оказание военной помощи. Дополнительно, как только будет найдено завещание, я смогу гарантировать вам защиту от родов Кавендиш и Рэдклиф.

Остановившись на секунду, я в очередной раз поразился яркости накрывающих меня ощущений. Будто стою у ветхого ковра, под который Лорды десятки лет прятали проблемы. И теперь всё это гумно начинает лезть наружу. Неделю тишины? Как же. За мной плотно следили, а я и не заметил.

— Мне. Нужно. Всё обдумать, — говорю отрывисто и уверенно иду дальше по коридору.

— Два дня, — старик хохотнул. — Мне почему-то кажется, что вы согласитесь, мистер Довлатов.

…

По пути в зал медкомиссии Фукуямы меня стали одолевать сомнения. Чем больше знакомлюсь с семейками Лордов, тем более запутанной мне кажется ситуация. Пожелание смерти вместо защиты? Жажда власти вместо дела рода? Ненависть вместо почитания.

[Никто не собирался спасать патриархов,] — шокированно произнёс Аккоман, будто находясь на дне колодца. — [Боги! Рэдклиф, Маршал и эти ненормальные Кавендиш. Они десять дней проверяли на надёжность твою клетку для их патриархов. Вот почему никто из них не выходил на связь. А теперь они же боятся, что их надежды на кончину Лордов пойдут прахом.]

[Теперь подумай,] – Железкин… его голос звучал откуда-то из-за грани подсознания. — [Каково Лордам в аномалии, прекрасно знающим, что родня скорее воткнёт им нож в спину, чем пришлёт подмогу.]

[Надеются на чудо?] — пытаюсь думать, но мысли вязнут в непонятном киселе. — [На Палату Лордов? На Сенат США? На союзников?]

Тишина в ответ. Мне никто не отвечает. Странно.

[Неужто Лордов дома никто не ждёт?] — снова спрашиваю самого себя и чувствую, как мороз по коже идёт от таких мыслей. — [Это ведь жизнь, неотличимая от смерти. Блёклое существование, где ты чувствуешь и осознаёшь себя через вязкое повседневное несчастье. Осталось ли вообще хоть что-то, радующее их, как раньше?]

[Вседозволенность и всесилие не означают счастье,] — из голоса Аккомана исчез эмоциональный окрас.

Да, что со мной творится?

…

В состоянии лёгкой пришибленности я дошёл до зала медкомиссии. Фукуяма сидел в сторонке от стола именитых профессоров, сверкая довольной улыбкой. Сегодня будут выписывать пятнадцать из сорока семи его пациентов.

Помню людей, их лица, слёзы, полные радости речи о пройденном лечении… и то, как по мере прохождения разговора из моего восприятия мира стали исчезать эмоциональные окрасы.

…

Три часа, сорок две минуты и одиннадцать секунд спустя от момента входа в помещение я констатировал факт того, что пациентов не осталось. Коллегия профессоров Крепкого Духа из медкомиссии собирается покинуть зал.

— Коллеги, — поднимаюсь с места, — прозвучит странно, но я хочу, чтобы вы меня осмотрели.

— Михаил? — Фукуяма поднялся с места первым. — Что с тобой?

— Не знаю, — разогнув ладони, показываю их Фрэнку. — Тремор отсутствует, давление в норме. Все три часа я мониторил состояние своего здоровья через «активную диагностику».

— Она же здорово нагружает мозги⁈ А ты вроде не спёкся, — Фукуяма, нахмурившись, по старинке приложил пальцы к моему запястью. — Нет отклонений в сердечном ритме. Напряжение эфира и маны в духовном теле в пределах ранга нормы учителя [3].

Шесть профессоров и Фукуяма подключились к моей «активной диагностике». Они всё понимают. Даже целитель первой категории без причины не станет бить тревогу. Мы лучше всех в мире знаем состояние своего здоровья.

— Не вижу отклонений, — профессор отделения малефиков развёл руками.

— Нет мутаций, — заведующая отделением телесных изменений качнула головой. — Связи между духовным и физическим телом не нарушены.

Слова… Слышу, но не слушаю.

— Странное чувство, — словно робот, обращаюсь к Фукуяме. — Фрэнк, у меня разум вроде как перестаёт контактировать с духом. При этом мозг как орган продолжает работать.

— Да чтоб тебя! — Фрэнсис, ругаясь на смеси японского, английского и китайского, сплёл зубодробительной сложности плетение. — Сейчас будет шок…

*Бзз*

Меня тряхнуло от удара электроразряда. Молнии белого и красного цвета ударили в голову и сердце.

— Так-с, смотрим! Коллеги, подключайтесь, — глаза Фрэнка загорелись серебром от перехода на духовное зрение. — Энергообмен между физическим и духовным телом в норме.

— Нити энио. Связь тела с душой. Тут что-то есть, — профессор ментальных болезней, Малкольм Шац, нахмурился. На его переносице поблескивали артефактные очки. — Удивительно! Что-то налипло на каналы энергоинформационного обмена между духовным телом и душой. Я сам эту дрянь вижу только за счёт спецоборудования. Точечное воздействие через восьмой или даже девятый слой астрала. Из-за налёта теряется до восьмидесяти процентов энергетического импульса.

Коллеги многозначительными переглянулись. Мне тоже всё стало понятно. На восьмой и девятый слой духовного тела могут воздействовать только абсолюты [7] и архимаги [8]. Моя Власть или даже Фукуямы дотуда не достанет. Наши «невидимые руки» пройдут насквозь.

— Налипло на нити энио? — мой мозг ухватился за оговорку. — Снять можно?

— Будь я целителем или ментатом в ранге архимага [8], такое было бы возможно, — Малкольм бессильно развёл руками. — Но я о таком слышал только на уровне слухов. Возможно, если определим источник проблемы, найдётся и решение.

— Довлатов, — Фукуяма, нахмурившись, глянул в сторону дверей, — дело в гостях, которые тебя в холл приёмной вызывали?

— Скорее всего, — киваю Фрэнку, лихорадочно перебирая варианты. — На мне был «доспех духа». Возможно, он отсёк часть вредного воздействия. У гостей при себе была странная урна с прахом. Из неё что-то пыталось вырваться наружу.

— Хм. Да ладно⁈ — Малкольм полез в свой телефон и стал быстро что-то искать в интернете. — Учитель моего учителя, покойный Абдул-эль-Расул, жил ещё в эпоху до второго Сопряжения. Он входил в состав экспедиции Гастона Масперо как походный целитель.

Моё начисто лишённое эмоций сознание мгновенно прошерстило память.

— Гастон Масперо… который расхититель пирамиды Хеопса?

— «Первооткрыватель» звучит лучше, — профессор, поморщившись, пролистал экран. — Сто пятьдесят лет назад все члены той экспедиции погибли при странных обстоятельствах. Абдул-эль-Расул бросился под колёса телеги. Гастон повесился. Два охранника застрелились, играя одну и ту же партию в покер. Все, кто вошёл в пирамиду Хеопса, погибли в течение месяца. Позже похожее случалось в Лувре, куда переместили мумию Хеопса. Никакие защитные контуры не могли сдержать «проклятье фараона». Поэтому всё, что связано с той гробницей, переместили в «Хранилище Тринадцать».

Фукуяма рассерженно фыркнул.

— Бредни! Существование «проклятья фараонов» не подтвердилось. Тут шесть профессоров обследовали Довлатова, и ни один из них не обнаружил признаков малефицизма. Мумия Хеопса до сих пор находится в Лувре.

— Там подделка, — Малкольм пожал плечами. — Меня приглашали на повторное исследование того случая. Так вот, выяснилось, что «проклятье фараонов» существует. При погребении душу Хеопса заперли в сердце. Уже тогда люди умели пользоваться примитивными артефактами. Органы забальзамировали, рассовали по урнам. Потом при погребении Хеопса в пирамиде убили всех его любимых жён, животных, слуг. В общем, всех причастных, чтобы Хеопс воскрес в загробном мире и там правил дальше.

Фукуяма и другие профессора в зале нахмурились от услышанных подробностей погребения.

— Астрал же в те годы был предельно слабым⁈

— В том-то и дело, — Малкольм вздохнул печально. — За пять тысяч лет душа фараона деградировала до уровня квазиживого проклятья. Сожрала души всех своих слуг и животных, запертых в пирамиде. Потом перекинулась на членов экспедиции и посетителей Лувра. В общем, тянулась ко всем, кто живой и находится рядом. Защититься от него под силу только абсолютам. Я своей рукой написал это в тайном отчёте для Хранилища Тринадцать.

Долистав на телефоне до какой-то страницы, профессор протянул его мне.

— Так выглядела та урна?

— Один в один, — смотрю на профессора. — Есть способы лечения?

— Нет, насколько мне известно, — мужчина пожал плечами. — Все подопытные погибли. Потому урну с духом Хеопса и вернули в Хранилище. Меня, признаться, сильно волнует тот факт, что столь сильное проклятье было замечено в Аркхэме.

Мой мозг лихорадочно перебирал варианты.

[Лечения не существует? Верю. Мы в Аркхэме, где даже из окаменевшей статуи могут сделать обратно человека. Раз профессор говорит, что известной схемы лечения не существует, значит, надо срочно разработать аварийный план.]

— Как именно действует «проклятье фараона»?

— Изучено две ступени, — Малкольм вздохнул печально. — С первой вы уже знакомы. Под воздействием этих странных напылений рвутся связи энио. Душа отделяется от тела и наступает клиническая смерть. Аналогичный механизм используют… кхе… старые патриархи, когда меняют свою физическую оболочку. На второй ступени проклятье тащит душу к урне Хеопса, где успешно его пожирает.

Поворачиваюсь к Фукуяме.

— Нет! — целитель в ужасе скрещивает руки. — Даже не проси меня об этом! Это же безумие чистой воды.

— Надо, Фрэнк! Тебе придётся меня убить, — чувствуя, как разум холодеет, стучу пальцем по виску. — Только аккуратно. Мы, целители, народ крайне живучий. Либо ты, либо «проклятье фараонов» достанет меня первым.

— Риски… Нет, ставки слишком высоки! — Фукуяма в ужасе трясёт головой. — Врачебная этика… К чёрту этику! Довлатов, тебе же может не хватить Власти вернуться обратно в тело.

Делаю глубокий вдох, смотря на Фрэнка. В глазах целителя читается ужас. До него дошло то, что я задумал.

— Подчисти мои нити энио.

— НЕТ! — Фукуяма бросается ко мне.

Ударив себя кулаком в сердце, посылаю «Духовное лезвие». До предела грубая техника учителей [3] сделала треугольный разрез в духовном теле. Большую часть нитей энио разорвало. В глазах потемнело, лёгкие перестали гонять воздух. Руки на автомате делают второй замах, собираясь закончить начатое дело.

— Я сам! — Фукуяма в ужасе перехватывает кулак. — Ложись…

Ничего не слышу…

Ничего не вижу…

Ничего не говорю…

Смерть.

…

Тем временем профессор Фукуяма уложил на пол кабинета бездыханное тело Довлатова.

— Коллеги, — Фрэнсис глянул на испуганных профессоров, — делимся на три команды. Первая восстанавливает тело. Вторая чистит повреждённые линии энио. Поврежденные фрагменты удаляем. Третья группа помогает удержать душу Михаила…

Целитель сделал резкий взмах рукой.

— Чёрт, держу! Малкольм, подключайся. Нам нужен твой ментальный дар для восстановления линий энио и локализации проклятья, — по лбу Фукуямы скатилась капля пота от напряжения. — Демоново проклятье! Урна Хеопса, видимо, где-то неподалёку. Тянет уж больно сильно. Кто-нибудь, свяжитесь со Следопытами и демоноборцами. Эта дрянь не должна покинуть Аркхэм.

— Держу, — Выпустив облако ауры Малкольм стал махать руками отсекая линии, связывающие душу Довлатова с урной. — Судя по неоднородности линий силы, это саморазвивающееся проклятье. Будь оно изначально уровня абсолюта, я бы не смог бороться.

— У тебя пациент на грани, — Фукуяма, достав из кармана телефон дрожащими руками, едва его не выронил. — Чёрт! О чём ты вообще думаешь в такие моменты?

— О науке! — Малкольм, резко ускорившись, замахал руками так, словно его руки стали двумя мечами. — Атаки слабеют.

Один из профессоров оторвался от своего телефона.

— Следопыты объявили план «Перехват». Демоноборцы включили глушилки телепортаций. Уже зафиксированы семь сигналов экстренной телепортации. Возможно, у них есть сообщники. Настройка займёт какое-то время…

— Уйдут, гады! — процедил Фукуяма, зло глядя в сторону дверей. — Поняли, что план не удался.

Минуты борьбы за жизнь Довлатова тянулись одна за другой. Проклятье то усиливало хватку до предела, заставляя Малкольма переходить в боевой режим, то ослабевало до предела. Очевидно, Следопыты знатно усложнили жизнь трём в край обнаглевшим абсолютам [7]. А те убегали, не желая вступать в открытое противостояние.

Прошла четверть часа, и Малкольм вдруг перестал махать руками. Профессор удивлённо оглянулся по сторонам, продолжая стоять в боевой стойке.

— Кажется, ушли, — развернувшись к телу Довлатова, он резким движением вернул его душу обратно в тело. — Ну-с! Пора возвращать нашего коллегу обратно в мир живых. А мне писать докторскую диссертацию по «проклятью фараона».

* * *

15:31, 25 мая 2027 года

(спустя 13 суток после пропажи Лордов)

Аркхэм, США

Палата госпиталя Крепкого Духа

Восстановление заняло больше двух суток. Правильно соединить нити энио оказалось сложной задачей даже для ментата в ранге старшего магистра [5]. Всё равно что соединить нерв от уха с мизинцем ноги. Калибровка, запуск и перезапуск сознания «целебным сном». Моему духу пришлось заново адаптироваться к родному телу. Даже с Властью в пять единиц я прошёл по самой грани. Ещё чуть-чуть и началась бы агония и деградация души в астрале.

— С возвращением! — Фукуяма, зайдя в палату, радостно заулыбался. — Довлатов, ты, кстати, первый целитель, сам ставший пациентом госпиталя Крепкого Духа.

— Мне надо срочно попасть домой, — сказал я, смотря в окно. — Второй раз наследники Лордов осечки не допустят. Самое время перевернуть шахматную доску.

Глава 19

Познай своего врага

Добравшись до дома, я почти на сутки загрузил работой всех Луперготов. Созвонился с Нереей. Она взяла трубку только с третьего раза.

— Хватает же тебе наглости звонить мне! — девушка недовольно буркнула в трубку.

— Эм… не понял?

— Память, Довлатов. Я всё видела, — протянула Нерея печально. — Ты не говорил, что виделся с нашей матерью в Антарктиде. И что она собиралась нас навестить, но так и не появилась. Скажи спасибо, что я не стала об этом рассказывать Перси. Она к свадьбе готовится. Ходит такая довольная и счастливая, что так и хочется в неё кинуть чем-нибудь потяжелее.

Ох уж эти женщины! Конфликта им не хватает на ровном месте.

— Поступим так, — вздыхаю в трубку. — С меня свидание в Манхэттене с катанием на качелях в центральном парке.

— Это несерьёзно! — шуточно возмутилась девушка. — Так легко ты от меня не отделаешься.

— Хорошо, — вздыхаю ещё печальнее. — С меня ещё мороженое и поход в кино.

— Ну-у-у, я подумаю.

Чувствую, как девушка улыбается на том конце.

— Ты сильно изменилась, Нери. Голос мягче, ход мыслей гибче.

— Миш, ты мне уже говорил. Ещё восхищался моим проснувшимся женским очарованием, — довольный девичий смешок раздался в трубке. — До сих пор не помнишь? Я тебя ещё отговорила букет мне покупать.

— Виноват. И впрямь не помню, — шепчу в ответ, душой чувствуя, как мне улыбаются где-то далеко-далеко. — Я правда рад слышать твой голос, Нери. Меня тут в Аркхэме практически убили. Разок пришлось даже умереть, чтобы в итоге остаться в живых.

— Вот теперь узнаю Довлатова, — голос девушки напрягся. — Помочь?

— Помочь, но тайно, — прикладываю телефон к правому уху. Левое всё ещё плохо слышит. — Мне надо попасть, сама знаешь куда. Одному, но с кучей личных вещей.

…

Той же ночью Нерея вытащила меня в Нью-Йорк. Потом прямиком на платформу «Чайка», стоящую в нейтральных водах недалеко от Гавайских островов. Романов, при всех его личных недостатках, весьма грамотный руководитель. Княжич рассудил здраво.

«Если мы, как компания, будем иметь репутацию беглецов от Лордов, на нас в Японии и Империи Цинь будут давить похожим образом.»

Поэтому сейчас, до рейда на Летающие Острова, надо переждать бурю, а не пытаться выбраться из неё.

О том, чего ради я сунулся на «Чайку», знает весьма узкий круг лиц.

— Еда, парикмахеры, — Семёныч махнул в сторону вагончиков рабочих, — помывочные. Ты это, Довлатов, сильно не серчай. Мы с Макаровым и Лазуренко вывезли всех рабочих от греха подальше. Тут только те, кого госпожа Нерея принесла. Если же что, постарайтесь мою красавицу хотя бы на плаву оставить.

— Постараемся, Семёныч, — заверив капитана, указываю на башню наблюдения. — Сиди лучше там. Сати передай, чтобы следила за часами.

Сам подняв две стопки папок от Катарины, занимаю малый круг для телепортаций. Нерея, стоя неподалеку, грустно улыбнулась.

— Довлатов, ты обещал сводить меня на свидание!

— Помню, — киваю, вкладывая в голос всю свою душевную теплоту. — Не считая инициации и встречи с дедом, ты, Нери, пожалуй, самое светлое, что случалось в моей жизни. Я вернусь…

…

…

…

23:07, 25 мая 2027 года

(спустя 13 суток после пропажи Лордов)

Аномалия А7315, Доменное Царство

В момент переноса земля ударила в ноги. Духовное тело тут же загудело от обилия маны, разлитой в аномалии седьмого ранга. Эссенции земли и огня практически в материальном виде витали в воздухе.

Ранее зачистившие эту микроаномалию орки Гуладора назвали её землями огня и пепла. Три вулкана время от времени извергали магму. Рождающиеся духи земли сражались со старыми элементалями огня. Круговорот жизни здесь не утихал ни на секунду. Проще говоря, нет ни еды, ни воды… Можно, конечно, голодать, используя для питья влагу, созданную техниками стихии воды.

Встретившие меня люди явно пошли по второму пути. Все в саже, в ободранных деловых костюмах, с признаками легкого истощения. Я быстро насчитал восемнадцать человек. Ровно столько же, сколько и пропало на «Чайке» четырнадцать дней назад.

В их глазах, позах и коротких переглядываниях читалась та стадия выгоревшей злости, когда остаётся всего шаг до обречённости. Без еды, воды, доступа к источникам информации, они сражались много дней подряд. Им уже нечего терять, не считая последнего шанса на спасение в моём лице. Одежда давно испортилась под воздействием маны.

— Один? — патриарх Вудро Маршал усмехнулся. — А где же твой зеленомордый друг Дуротан? Или ядерная бомба от Хаммера?

— Один, — спокойно оглядываю собравшихся людей. — Рад, что все вы дожили до сегодняшнего дня. К вашему сведению, Мистер Маршал, великий вождь Дуротан вообще не в курсе происходящих тут событий. Ему и так забот хватает. Я пришёл сюда, представляя свои интересы и интересы «Романов и КО». Пока крови не пролито, мы с вами скорее недобрые соседи, чем враги.

Полыхнув аурой огня, Питер Рэдклиф зло оскалился. Воздух во всей округе разом выгорел. Камень под ногами могущественного пироманта стал расплавляться, пуская в небо столбы чёрного дыма.

— Думаешь, всё так просто закончится, щенок? Мы здесь проторчали чёрт знает сколько!

— И только теперь наконец готовы меня слушать, — пожимаю плечами. — Будем честны. Поступи я с вами мягче, вы бы уже оторвали мне голову. Можете, конечно, так и сделать, но тогда никому из вас не выбраться отсюда. Касаемо времени, снаружи прошло две недели.

В этот момент на лицах патриархов промелькнули такие эмоции, что не передать словами. Шок? Глубочайшее потрясение? Ступор?

— Ваши родичи меня сильно удивили, — поставив кучи папок на землю, я разделил их на четыре части. — Так-с, мистер Маршал. Начнём с вас и тех, кто оказался тут с вами.

— С меня? — Вудро нервно хохотнул. — Хочешь переписать на себя мои компании и активы в обмен на освобождение?

— Пфф! Сдалось оно мне. Половина ваших фирм пустышки, — собрав шесть папок, телекинезом перекидываю их опешившему геоманту. — Ваш братец сливает через них деньги рода Маршал последние десять лет. Вы втрое беднее, чем записано на бумагах. Пара «ваших» детей от Мари… В общем, вам лучше почитать результаты ДНК экспертизы. Наша служба разведки устала писать отчёты по тому, что творится у вас в роду. Столько интриг, что прям дух захватывает! Также Сенат США просит вас вернуть урну Хеопса обратно в «Хранилище Тринадцать».

— М-м-ари! — зло прорычал геомант, отчего задрожала земля во всей микроаномалии. — Если добралась до урны фараона…

Собрав ещё шесть папок, телекинезом перекидываю их Захари Кавендиш. «Газетчик» и хозяин трети рынка СМИ в штатах Новой Англии кисло улыбнулся.

— Что, малец? Много на меня грязи накопал?

— Вы не поверите! Даже не искал, — взглядом указываю на папку в руках патриарха. — Почти всё это мне прислала Табита. Подозреваю, что если копнуть под неё саму и вашего братца Чидера, всплывёт в разы больше. И ещё добавлю лично от себя! На Лиама Хаммера вы все эти годы зря обиду держали. Не он виноват в том, что ваш предыдущий патриарх погиб при прорыве в архимаги [8]. Одна дама о-о-о-очень сильно желала власти! Быть замужем не просто за «Захари Кавендишем», а за «патриархом Захари Кавендишем». Понимаете, о чём я? Раздел второй, тридцать седьмая страница.

Воздух вокруг архимага-аэроманта [8] задрожал. В небе громыхнуло, нос зачесался от запаха озона. Захари бессильно открывал и закрывал рот, не в силах совладать с эмоциями. Мощнейший поток маны от его Источника фонтаном ударил во все стороны. Меня в тот же миг прикрыл «щит-полусфера», выставленный Вудро.

— Захари? — голос геоманта звучал предельно спокойно. — Слушай мой голос. Всё хорошо. Это не первое и не последнее предательство в твоей жизни.

— Моя жена… Моя первая жена, — Кавендиш заскрёб пальцами по щекам, оставляя на коже кровавые следы. — Отец всё радовался тому, что у неё столько амбиций и острый ум. Называл нас двумя сапогами одной пары. А она… она… Не могла… Не верю.

— Так убедись, — Вудро телекинезом поднял с земли упавшие папки. — Меня самого не радует даже то, что я увидел на первой странице. На второй, в первом же абзаце, любимый внук сменил имя. А Вудро-младшего, между прочим, назвали в мою честь.

Питер Рэдклиф за долю секунды сам оказался около меня. Всё его тело излучало жар и всеподавляющую силу. Прозвище человек-вулкан подошло бы ему больше, чем «Пожарник».

— Рут? — в глазах пироманта скользило негодование. — Молчишь, значит, точно он. Этот мальчишка никогда не понимал значения собственного имени.

— Мне жаль, — протягиваю Питеру пять папок. — Жёны, дети, братья, старейшины. Ваш род Рэдклифов древнее Маршалов и Кавендиш. Противоречия копились не одно поколение. Выражаясь языком моряков, они готовы потопить судно, пересесть на спасательные шлюпки и разъехаться в разные стороны. Заводы металлургов, финансовый рынок, любители недвижимых активов. Наш начальник разведки описал это, как «устоявшееся расслоение интересов рода».

Питер отошёл к своей полуголой свите и раздал папки с отчётами Луперготов. Ни слова лжи, ни грамма полуправды — только голые факты. Когда не стало трёх Лордов, их родня перестала действовать тайно. Звонки по незащищённым линиям, открытое перемывание костей на вечеринках, поиск новых женихов. То, что раньше было под запретом, вдруг стало всем доступно.

— Последние пять папок, — кладу их на землю. — Это изменения в Сенате США и Палате Лордов. Публичные договорённости, новые коалиции между Лордами и конгрессменами, законопроекты. Если коротко, то ваше двухнедельное исчезновение вызвало серьёзные изменения в балансе сил внутри страны. Сами потом разберётесь, кому из Лордов морду бить, а с кем новые союзы заключать. И последнее! Через три часа эта платформа для телепортаций перекинет нас обратно на «Чайку».

…

Нерея и впрямь хорошо постаралась, притащив на «Чайку» аж три десятка людей. Два магазина деловой одежды, фургон кофе на колёсах Coffee on Board, парикмахеров и даже ларёк салона сотовой связи G-Tel. Всё ради того, чтобы Лорды привели себя в порядок и могли быстро восстановить сломанные телефоны.

Про то, как орава из восемнадцати оголодавших мужиков накинулась на горячую еду из мишленовского ресторана… В общем, кроме меня, этого никто не видел. Персонал от греха подальше спрятали в вагончики рабочих на это время.

— Заткнись и слушай! — от Власти, вложенной Захари в свой голос, лопнул один из прожекторов на башне наблюдения. Патриарх рычал, прижав смартфон к уху. — Сиди там, где сидишь. Мне плевать, если ты сейчас обделался от страха. Я знаю, где ты живёшь, Жорж. Знаю, в какую школу ходят твои дети и на кого косо поглядывает твоя горячо любимая супруга. Знаю и то, что к тебе приходила моя жена и вы наверняка переписали завещание. Просто сиди и жди. Ты хренов фамильный нотариус, а не профурсетка, выбирающая господина по толщине кошелька.

Десятки важных звонков шли один за другим. Стилистов, портных и всю прочую обслугу от греха подальше загнали обратно в вагончики рабочих. Под горячую руку им сейчас мог попасть кто угодно. Из башни наблюдения испуганно выглядывал Семёныч. Капитан даже под страхом смерти отказался покинуть «Чайку».

Отведённое на «восстановительные процедуры» время истекло в пять утра.

…

Я наблюдал за восходом Солнца из-за горизонта. Штиль, волн почти нет. Кричат чайки и нотки ароматного кофе с корицей щекочут обоняние. Меня накрыло целой серией озарений, и нужно все их пропустить через себя.

Мне больше не надо думать о финансах. Даже если буду просто жить на дивиденды с акций «Романов и КО», не успею их потратить за всю жизнь. Если компании не станет, с лицензией целителя второго ранга я тоже голодным не останусь. Отберут лицензию? Пойду решалой в какую-нибудь компанию или открою свою. Мир большой. Аномалий на всех хватит.

Это осознание открыло мне глаза на то, как мыслят магистры, архонты и абсолюты. Лей Джо движут не потребность в финансах, а служение делу «полевой медицины». Преподаватель, боевой целитель, наставник — Лей Джо и Хомячкович служат Кодексу Целителя, идя теми тропами, что сами для себя нашли. Деньги для них обеих уже лет двадцать как отошли на второй план.

Свободный дух исследователя Нереи? Искусство боя одарённых у Персефоны? Профессия и выбранный путь десятки лет структурировали личность этих поистине сильных одарённых. Только сейчас, находясь на «Чайке», я осознал, что наконец смотрю на мир ИХ глазами.

Патриархи служат роду, а род служит им. Как вожак сытой волчьей стаи нуждается в подчинённых и подзащитных, так и волки нуждаются в том, кто ведёт их на охоту. Это путь, ничем не отличимый от пути Нереи или Лей Джо. Стать сильнее и мудрее не ради ЧЕГО-ТО, а ради КОГО-ТО.

К моему столику абсолютно бесшумно подошёл Рэдклиф.

— Куда подевались все твои вояки? — приложив ладонь ко лбу, Питер глянул на линию горизонта. — Ни кораблей, ни бойцов. Один лишь старый хрен, прячущийся на наблюдательной вышке.

— Дал им выходной, — отпиваю уже ставший холодным кофе. — Говорил же. Пока кровь не пролилась, нет причин для объявления войны. Хотя к Лорду Стилсону у меня ещё будут вопросы.

«Пожарник», сотворив трон из пламени, вальяжно в нём развалился. Закинул ногу на ногу и стал разглядывать меня, как какую-то диковинку.

— О чём ты сейчас думаешь, Довлатов?

— О втором, хм-м-м, ну пусть будет совершеннолетии, — пожимаю плечами. — Думаю вы, Питер, как патриарх, меня поймёте. Момент, когда вы осознаёте себя, свою профессию, место в кругах аристократов. Деньги навсегда отходят на второй план.

— Парень, да по тебе титул аристократа плачет! — Рэдклиф звонко расхохотался, стуча ладонью о подлокотник огненного трона. — Лет сто назад мы называли это появлением яиц у будущего патриарха. Обнародуй ты технологию искажения координат телепортаций, и правители всех стран выстроятся в очередь, чтобы выдать герб за эксклюзивные права на неё.

Пожимаю плечами.

— Тем лучше для всего мира, что я выходец из Российской Империи.

— Нет императора, нет проблем⁈ — Рэдклиф медленно кивнул, не сводя с меня глаз. — Советую хранить свои секреты получше, парень. Твои фокусы с телепортацией могут вылиться в третью мировую. Я не шучу. Ты держишь руку над красной кнопкой. Это большая ответственность.

— Мы разрабатывали эту технологию ради экспедиции на Летающие Острова, а не в военных целях, — залпом допиваю остатки кофе и морщусь. — Гадость! Скажу вам сразу. Плевать мне на титул любой другой страны, кроме Российской Империи. Технологию ни вам, ни кому бы то ещё не передам. Признаться, я ей даже не владею. Документации тоже не существует.

— Такой ответ меня пока устроит, — Рэдклиф медленно кивнул. — У Палаты Лордов будут вопросы. Общественности скажем, что мы случайно попали под воздействие пространственной аномалии. Кавендиш позаботится о СМИ.

Смысл прятался между строк. Так факт существования «красной кнопки» на какое-то время удастся скрыть. Правящим кругам сейчас хватает головной боли из-за жуков Макоши в Евразии и действий не-мёртвых в Тихом Океане.

— Зачем ты это сделал? — Питер обманчиво спокойно улыбнулся. — Тебе ведь наверняка предлагали миллионы, если не миллиарды, за наши головы? Ты мог телепортом отправить к нам ядерную бомбу. Мог открыть портал в Инферно или попросту там не появляться.

— Причины «решить дело миром» вам недостаточно?

— У старого зверя чутьё острее, — Вудро Маршал уверенным шагом подошёл к нашему столику. — Ты чего-то недоговариваешь, Довлатов.

Геомант лёгким щелчком пальцев создал себе пафосный трон из камня с отливом золота и серебра. Сел на него… и в тот же миг рядом с ним из ниоткуда появился ещё один трон из сжатого воздуха, на котором сидел патриарх Кавендиш. Невидимость? Отвод глаз? Динамическая Маскировка? Скорее всего, последнее. Я уже давно чувствовал чей-то взгляд.

— Если и впрямь хочешь мира, скажи правду, — «Газетчик», кисло улыбнувшись, показал мне папку с докладами разведки. — Тут много грязи, Довлатов. С такими документами не ходят на мирные переговоры.

Уже в который раз пожимаю плечами.

— Из-за вашей пропажи Ассоциация не даёт мне провести рейд на Летающие Острова. Такой ответ вас устроит?

— Тут что-то другое, — Вудро усмехнулся. — Сенат дал выкуп? Каладрис? Или, может, за тобой снова приходила Аталанта? Владычица славится тем, что никогда не убивает людей. От твоего поступка разит чем-то похожим. Никто в здравом уме не сунется в клетку к трём архимагам [8], которых сам же там запер. Это даже не смелость. Скорее, безумие.

Рэдклиф коротко кивнул.

— Нас никто не слышит, Довлатов. Скажи как есть. Почему ты нас вытащил? Мне, чёрт возьми, сто три года! Я по глазам вижу, что тебе за нас никто не заплатил. Ни деньгами, ни услугой, ни угрозами оторвать башку. Скорее всего, твой партнер Романов тоже не в курсах. Так почему, чёрт возьми? Я отсюда не уйду, пока не услышу ответ, который меня удовлетворит.

— Мне вас стало жалко, — смотрю на трёх напрягшихся патриархов. — Я сейчас абсолютно серьёзно говорю. Каждый из вас создал не просто род, а детище семейного предприятия, взращиваемого несколькими поколениями. У вас руки по локоть в крови! Вы наделали столько дерьма за свой век в США, что истории лучше и не знать. Женились не по любви, воевали, прощали ошибки братьям-сватам. ВЫ патриархи и архимаги! Едва ли не апогей силы человечества. Вы главная опора и щит ваших родов. Но стоило вам оступиться и попасть в западню, как ВСЕ ОНИ ударили вам в спину. Мышиная возня за наследство и пустой трон? Пфф, смешно! Никто из них не сделал и десятой части того, что сделали вы, дабы занять трон Лорда.

— Насчёт понимания сути трона ты правильно подметил, — Вудро удивлённо хмыкнул. — Но обида за несправедливость к врагу?

— Мы. Не. Враги, — качаю головой. — Вы всё ещё не видите произошедшее моими глазами, мистер Маршал. Должны ли ваши внуки страдать за ошибки своих отцов? Слуги рода оставаться без работы, потому что ваш братец тот ещё махинатор? Я всё ещё целитель и понимаю, что последствия моих действий не ограничились бы вашей жизнью или смертью. Я принял на себя эту ответственность.

— А ведь одна дамочка говорила точно так же, — Рэдклиф шокированно покачал головой. — И дух её всё ещё приглядывает за нами.

Захари несколько секунд неподвижно смотрел в одну точку перед собой.

— Малой, мы что, правда, смотрелись настолько жалко?

— Для меня, да, — киваю, зная, что иду по грани. — Мне ведомо то одиночество, что вы испытали, оказавшись запертыми в аномалии. Одни, зная, что родня не придёт на помощь. Ярость и злость от бессилия, что выжигает изнутри. Когда мне стало ясно, что вы теперь такие же, как я, вариантов «действовать или нет» не оставалось.

Даже годы спустя моя злость на Салтыковых не утихает.

Захари уставился на меня испепеляющим взглядом.

— Что бы ты мне посоветовал… как целитель?

— Бескровно отделиться, — говорю первое, что пришло на ум, и чувствую, как дух откликается на слова. — Вы и сами не захотите увидеть родную кровь на своих руках. По мне, так сейчас самое время сбросить бремя.

Вудро Маршал медленно поднялся с трона и уверенным шагом направился к платформе для телепортаций.

— Весь день испортил! Даже ничья и та отдаёт горечью поражения.

Захари поднялся с трона вторым. Аэромант, тяжело вздохнув, также направился к платформе.

— Боги! Лучше бы ты сказал, что Каладрис заплатил за нас выкуп.

Последним со своего трона поднялся Питер Рэдклиф.

— Привыкай, Довлатов, — «Пожарник», поправив на себе новенький костюм, краем глаза глянул на спины удаляющихся архимагов [8]. — Патриархи старой закалки даже на смертном одре не выдавят из себя «спасибо, что не стал меня убивать». Так что я выражу его, как умею.

Наклонившись, Питер постучал пальцем по пустому столу.

— Нам нахрен не сдалась твоя фирма, Довлатов! Просто кое-кто потребовал с нас старый долг. Коротко и ясно. «Развалить компанию „Романов и КО“ или пустить её корабли под воду. Желательно бескровно.» Кто же знал, что ты эту хрень с телепортацией учудишь?

Рэдклиф ушёл, не попрощавшись, оставив меня одного за столиком. Сижу и охреневаю от услышанного.

[Это кому же мы с княжичем перешли дорогу, чтобы за нами трёх архимагов послали?]

Глава 20

Мозг отвергает тело

Сразу после переговоров с лордами Маршал, Кавендиш, Рэдклиф Нерея перенесла меня обратно в Аркхэм. Судебный запрет на покидание города-лечебницы всё ещё ограничивает меня в свободном перемещении.

— Ну-с? И где моё мороженое? — лукаво улыбнувшись, девушка намекнула на обещанное свидание.

— Пару дней, и всё будет, — поддержал я игру. — Хорошему мороженому надо дать немного настояться. Холодок, ожидание и сла-а-адкий вкус сливок на губах.

— М-м-м! — закатив глаза, Нерея по-девичьи хихикнула. Татуировки на её теле вновь пришли в движение. — Меня уже лет десять такими пошлыми шутками не пытались соблазнить.

— Всё будет, — аккуратно хватаю девушку за талию. — Качели, вечерний Манхэттен и мороженое с кинотеатром.

Чмокнув меня в губы на прощание, Нерея блиц-переносом покинула мои покои в Сайленг-Сити. У нас обоих ещё куча дел на сегодня.

Уже в который раз набираю номер горячей линии Ассоциации Охотников.

— Мистер Довлатов? — сонный голос Луи Вана, помощника мистера Каладриса, доносится из трубки. — Чем могу помочь?

— Передай шефу, что проблема с Лордами решена, — надеваю на руку печатку-идентификатор Мискатоника. — «Романов и КО» сегодня снова подаст заявку на рейд на Летающие острова.

Не факт, что мой звонок хоть как-то повлияет на конечное решение, но лучше сделать, чем сомневаться.

Положив трубку, тут же набираю сообщение княжичу Романову. Как только получим добро от Ассоциации, можно будет запускать двухнедельный отсчёт до начала рейда на Летающие Острова. Таковы мировые стандартные на подготовку к серьёзным экспедициям в аномалии. Одним нужна боевая алхимия, у других экипировка в ремонте, у третьего свадьба на носу. Две недели — это самый минимум. Скорее всего, потребуется месяц.

Отложив телефон в сторонку, я ещё раз обдумал слова «Пожарника».

«Нам нахрен не сдалась твоя фирма, Довлатов! Просто кое-кто потребовал с нас старый долг. Коротко и ясно. „Развалить компанию «Романов и КО» или пустить её корабли под воду. Желательно бескровно.“ Кто же знал, что ты эту хрень с телепортацией учудишь?»

Людей и организаций, которым могут быть должны три далеко не бедствующих патриарха, не так уж много. Сама Палата Лордов в США, давящая очаг власти? Как-то рановато. Мы всего пару месяцев, как действуем в Штатах.

Или какой-нибудь Парижский клуб банкиров, которым не нравится быстрый рост компании? Есть ещё тайная служба Пруссии. Спецура в теории могла связать тайну нашего похищения Луперготов с компанией… но тут теория, притянутая за уши.

Тогда кто ещё? Про Андреаса Гауса никто ничего не слышал последние три месяца. Каладрис из Ассоциации Охотников? Да это же бред! Мы организованно зачищаем крупные аномалии, за которые никто браться не хочет. Князья? Хмм… В теории князь Гветнадзе, с которым у Романова были тёрки ещё в Аране, мог устроить нам подобную подставу. Но и тут теория, натянутая совой на глобус.

Одна голова хорошо, а две — лучше. Выйдя из квартиры на лестничную клетку, стучу в дверь Катарины Лупергод. Не прошло и минуты, как девушка мне открыла.

— С возвращением, — леди, с увлажняющей маской на лице, улыбнувшись, отошла в сторонку. — Заходи. Я пока кофе налью.

— Не стоит. Я ненадолго, — почуяв флёр чего-то странного, на автомате взглядом обшариваю прихожую.

Шикарное чёрное вечернее платье с блёстками висит на плечиках в коридоре. Туфли и сумочка в цвет стоят на стуле рядом. Гостиная похожа на склад с одеждой, переживший взрыв. У зеркала разложен арсенал женских примочек. Тоналка, тушь, духи…эм-м весьма эротичное бельё.

[Вот те на! Да она к свиданию готовится,] — Аккоман удивлённо присвистнул у меня в сознании. — [Учитывая шпионский профиль её работы, кандидат как бы не один-единственный.]

Тактично кашлянув, поворачиваюсь к Катарине.

— Как продвигается работа над «Поцелуем Фортуны»?

— Хорошо. Артур целыми днями ездит по встречам, — потупив глазки, девушка прошла мимо, невзначай накрыв полотенцем туфли и сумочку. — Пока ты из госпиталя Крепкого Духа не вылезал, мы тоже пахали сутки напролёт. Центр по Контролю Заболеваний [ЦКЗ] пыхтел, пытаясь вставлять нам палки в колёса. Кто-то хотел взяток за легализацию «Поцелуя», кто-то выбивал лицензию на производство через фармкомпании. Но тут подоспел отчёт от Дома Дракона. Ваша наставница, Михаил… явно у них на особом счёте. Первичное заключение и статус «Одобрено» в Поднебесной уже получено. Их алхимики уже получили право на массовое производство, но пока без продажи. Всё сугубо для внутренних испытаний. Артур… в общем, он давит скептиков в Коллегии Британских Учёных. Бриты народ чванливый. Приходится одновременно продавливать свою идею и не давать им упасть лицом в грязь. Тонкая игра. На балах дома Лупергод такое было в порядке нормы. Так что я даю Артуру советы через наушник… Ну и сопровождаю его время от времени.

На последних словах осанка девушки выпрямилась, а на лице сама собой появилась улыбка.

[Втрескалась!] – Железкин по-мужски грубо хохотнул. — [Мишань, не трогай их. Люди взрослые. Сами во всём разберутся.]

[Хоспади! А то я не знаю?] — бурчу самому себе. — [ Когда же вы исчезнете из моей головы.]

Тактично кашлянув, обращаю на себя внимание.

— Есть приоритетное задание. Кто-то попросил трёх Лордов захватить «Романов и КО» или потопить наши корабли. Старые долги или долг одного из них. Также возможно, что в деле замешан и Лорд Стилсон из штата Гавайи.

— Стилсон? — Катарина нахмурилась. — Опять эта таинственная личность? Не могу сказать с уверенностью, но, возможно, он и есть заказчик. Дай мне неделю. Что знают двое, то знает весь мир. Если кто-то в женских кругах что-то сболтнёт, информация обязательно всплывёт.

…

Закончив дела с Катариной, я направился в госпиталь Крепкого Духа. Раз Лорды вернулись, то юристы «Романов и КО» в течение суток снимут с меня запрет на перемещение через Центр Телепортации.

Госпиталь встретил меня рабочей суетой. Пропуск действующего сотрудника сработал как надо.

— Охайо, Довлатов-сан! Из целителей в пациенты? — Фукуяма, вынырнув из-за монитора, махнул рукой на кресло. — Присаживайся. Не буду канифолить тебе мозг трактовкой законов и врачебной этикой. Мы люди друг другу не чужие. Скажу, как есть. Я отстраняю тебя от работы в госпитале на пару недель.

— Э-э-э, не понял⁈ — новость застала меня врасплох. — Фрэнк, меня вроде как убить хотели. Я этих двинутых на всю голову абсолютов [7] в госпиталь не приглашал.

— Дело в тебе, а не в них, — Фрэнк вздохнул устало. — Дело в энио. В Академии Куб, Мечникова, Боткина и у нас в Мискатонике этот раздел целебного дела только на последних курсах разбирают. Разрыв нитей энио едва ли не самое страшное, что может случиться с одарённым. Если их мало, одарённый плохо развивается.

Выкатившись в кресле из-за стола, Фрэнк пальцем указал себе на висок.

— Нити энио, продолжение души. Её тонкое проявление. Если их мало, эфир и ману попросту нечем контролировать. По этой же причине спонтанная инициация в раннем возрасте это плохо. Чем крепче разум, выше Власть и ранг, тем больше линий энио. По этой же причине переселение душ доступно только архимагам. Ты, Михаил, прошёл по самой грани. Вселился в своё же тело.

— Так я вроде жив-здоров? — пожимаю плечами. — Что не так?

— «Вроде бы», — Фрэнк, улыбнувшись, взял паузу на три секунды. — До «проклятья фараона» в тебе всегда было ноль сомнений. Ты проводил со мной операции под «Ускорением». А сейчас наверняка или руки дрожат, или сенсорная чувствительность снижена.

— Правое ухо слышит лучше левого, — согласно кивнув, я задумался. — То есть у меня сейчас идёт реабилитационный период⁈

Фукуяма уверенно кивнул.

— Ре-стабилизация. Термин опять же с пятого курса. Месяц. И это самое меньшее, Довлатов. Не расценивай уже произошедшее как нечто плохое, — Фрэнк, прикинув что-то в уме, пожал плечами. — По важности пережитый тобой сенсорный опыт сравним разве что с частичной стихийной трансформацией магистров [4]. Какой-то скачок в развитии тебе это точно даст.

— Слова утешения? — я невесело усмехнулся.

— Скорее, поддержка коллеги, — целитель, улыбнувшись, покачал головой. — Не торопись, Михаил. Тебе девятнадцать, а ты уже учитель [3]. Месяц реабилитации ничего не значит. К тому же я тебя отстраняю только от операций и болезней второй категории и выше. Каменный стояк при проклятьи окаменения я тебе лечить не доверю. А вот с травмати плоти делай что хочешь. Если не терпится набраться опыта, можешь попрактиковаться в других больницах на более простых случаях. Или заняться учёбой. От меня любые рекомендации. Целитель ты, действительно, хороший.

[Займусь делами,] – кивнул я своим мыслям. — [Пора уже наведаться в Запретную Библиотеку.]

…

Очередной облом вылез там, где его никто не ждал. Вообще, нереальное стечение обстоятельств! Черити Чапмэн — не абы кто, а декан факультета Целебного Дела в Мискатонском Университете — была отстранена от должности. Видимо, Артур Гаус всё же нашёл способ укоротить язык этой строптивой леди.

Вот только Черити заблокировала мой студенческий пропуск, переведя его в статус «в академическом отпуске». Видимо, готовилась нанести удар, но Артур её опередил.

Конец мая на носу! Студенты носятся с экзаменами, как угорелые. Мне пришлось полдня убить на поиск ректора, потом узнать, что директор Мискатоника в отпуске. Благо его секретарь пояснил, что ещё минимум неделю мне будет закрыт допуск в Запретную Библиотеку. Но потом всё — моё имя будет официально очищено от всех обвинений, и я буду официально зачислен на второй курс.

[Вот же баба-стерва!] — Железкин в моей душе воинственно запыхтел.

[Работать языком она явно мастер,] — Аккоман гаденько хихикнул. — [Иначе Артур не смог бы десять лет её терпеть.]

…

Случилось поистине невероятное. У меня впервые за последние полгода выдался полностью свободный день. Не надо ни учиться, ни лечить кого-то, ни заниматься делами «Романов и КО». Так что я со спокойной душой завалился к себе домой и заказал шикарнейший ужин из лучшего ресторана Аркхэма. Время устроить себе праздник живота! Уверен, агенты АНБ и ЦРУ всё ещё прослушивают мою квартиру.

Кладу выключенный телефон перед собой.

— Привет! Меня зовут Михаил Довлатов, и у нас сегодня в эфире ресторанные блюда Аркхэма…

Сочнейший стейк рибай под соусом барбекю исчез с тарелки за считанные секунды. Макароны фетучини, с чернилами аномальной каракатицы, с устрицами Мон-Жетон из залива Сан-Фернанде… м-м-м! Вкуснотища. Мороженое Диа-Пьяце, оно же Адское Угощение, одновременно обдает нёбо холодком и жаром.

И всё это кулинарное великолепие под бокал игристого Шардоне из урожая семьдесят второго года. До предела обострённый слух уловил, как где-то в доме напротив пара мужиков сглотнула подступившую слюну.

Наложив на себя «Ускоренный метаболизм», сжигаю калории, попутно листая Мишленовский список заведений Аркхэма.

— Добрый день. Мне, пожалуйста, омара в трюфельном соусе…

До позднего вечера я чего только не делал. Нашёл даже эскорт-услуги, которых в Штатах официально нет. Заказал установку шеста для стриптиза и устроил среди жриц любви настоящий кастинг.

Битый час дамы виляли бёдрами, улыбались, поигрывали грудями… в общем, спать с ними мне сразу стало как-то неинтересно. Нет ощущения покорения женщины.

От скуки написал в чатик одногруппников Мискатонского Университета, куда меня зачислили в роли переведённого студента.

[Дамы и Господа! Объявляю начало «Голой Вечеринки» в пентхаусе ЖК Сайлент Сити.

— Входя в мои апартаменты, вы оставляете один из элементов гардероба в прихожей.

— Выходя, по желанию, можете оставить ещё один элемент одежды или надеть чужой.

— В квартире находятся тридцать легкодоступных женщин и мужчин. Надо лишь угадать, кто есть кто. Дверь открыта. Вино и еда в пути. Всё за счёт заведения.

— С собой брать хорошее настроение. Друзей и подруг тоже можно приводить'.]

Моё объявление провисело семь минут, прежде чем староста группы его удалила. Я же, зевая от скуки, пошёл к Катарине.

— Чего тебе? — девушка открыла дверь, уже будучи одетой в вечернее платье. Руки заняты вдеванием серёжек в уши. — Довлатов, у меня рабочий день закончился…

— Стоп-стоп! — удивлённо поднимаю руки. — Во-первых, ты шикарно выглядишь. Уау! Прям сногсшибательно. Серьги и туфли просто супер! Женщина, просто возьми банковскую карту и купи себе ещё один комплект. Считай, что это за счёт фирмы. Во-вторых, твоя личная жизнь это твоя личная жизнь. Я в неё не лезу. Я вообще зашёл спросить, можно ли у тебя переночевать? У меня сегодня шумно будет.

Нахмурившись, Катарина выглянула на лестничную клетку и увидела женские трусики, висящие на ручке двери, ведущей в мои апартаменты.

Аккурат в этот момент выглянула женская ручка и повесила там же лифчик пятого размера.

— Я так понимаю, гостьи уже пришли? — Катарина нахмурилась, невзначай поправив платье в районе декольте с содержимым солидного третьего размера. — Довлатов, ты же вроде по миниатюрным девушкам тащишься? А этим коровам… о Великий Итто! Как они вообще живут с таким выменем?

— Не, это прислуга, — сонно зевая, я махнул рукой. — Еда, напитки, веселье. А вот молодые и голодные до женского тепла самцы уже в пути. Пока они прослушку ЦРУ-шников развлекают, хочу у тебя отоспаться.

…

Поутру около сотни пропущенных сообщений на телефоне с незнакомых номеров намекали на то, что вечеринка прошла как надо.

[Довлатов, я на бюджете учусь. Сессию сдал на одни пятёрки… В общем, мы с девушкой хотим к тебе прийти. Можно?]

Перед глазами предстал щуплый ботан-целитель с безумной улыбкой и такой же боевой подругой.

[Мистер Довлатов! Я пришла разогнать ту обитель разврата, что вы устроили у себя дома. На входе оставила свой лифчик. А когда уходила, его уже унёс кто-то другой. Пожалуйста, впредь уведомляйте заранее о подобных мероприятиях. Я во что бы то ни стало хочу вернуть своё бельё.]

Судя по тону сообщения, это староста или кто-то из преподавателей. Вот и пойми этих женщин.

[ В жизни каждого человека бывают моменты, когда зашёл не в ту дверь… ]

Не ту⁈ Может, на момент его приезда девушек уже разобрали⁈ Странный тип. Да ещё и пишет со скрытого номера.

Как говорил один умный человек: «Кто не умеет отдыхать, тот не умеет зарабатывать деньги.» Репутацию овеянного тайной целителя с кучей денег и связей в правящих кругах надо время от времени поддерживать. Вечеринка для студентов, половина из которых имеет аристократические корни? Что может быть проще.

Спустившись в холл жилого комплекса, я через администрацию вызвал службу клинеров и на всякий случай заказал в апартаменты установку новых диванов и кроватей. Ни при первом, ни при втором мне присутствовать нет смысла.

Аккурат в это время пришло сообщение от АНБ:

«… в связи с возвращением Лордов Маршал, Кавендиш и Рэдклиф и отсутствием обвинений в ваш адрес все ограничения на передвижение сняты. Дело официально закрыто, мистер Довлатов».

Во-о-т! Теперь, наконец, можно выпорхнуть из Аркхэма наружу. В этот момент я поймал себя на мысли, что с самого утра в моём сознании больше не появляются голоса Железкина и Аккомана. Плюс я спал десять часов вместо шести-семи обычных. Видимо, Фукуяма прав — у меня идёт процесс ре-стабилизации. Нужно какое-то время побольше отдыхать.

Отойдя от стойки рецепции в холле Сайлент Сити, сразу набираю сообщение Хаммеру.

[С меня сняты обвинения. Могу сегодня заняться лечением Шва.]

Не проходит и минуты, как приходит ответ.

[Добрая новость! Приезжай в Нью-Йорк ко мне в Хэмптонс. Мы Шва уже две недели с полигона на родовых землях не выпускаем. Чудит парень. Ещё неделю ожидания — и перегорел бы от переживаний.]

…

Согласно информационной подборке Луперготов, «Шов» — он же Даллас Хаммер, точный возраст неизвестен. Возможно, около пятидесяти. Официально вошёл в род Хаммер двадцать шесть лет назад, в 2001-м. То есть за пару лет до третьего Сопряжения.

Тогда же получил паспорт США, в графе возраст указав «не помню». Страдает от тяжёлой формы амнезии. Женат на двух неодарённых дамах с ближнего востока. Аж семеро детей канифолят ему мозг каждые выходные. Картина чуть ли не идеального семьянина, пашущего всё свободное время. Согласно наблюдениям Катарины, Шов никогда не отдыхает. Ни по вечерам в будни, ни на выходных. Последние пятнадцать лет ходит в архонтах [6]. Техномант-универсал — щиты, меч и баклер, дубины и кистень, осадный танк. Все освоенные специализации носят исключительно боевой характер.

По приезде в имение рода Хаммер калитку мне открыл уже знакомый слуга рода.

— Мистер Довлатов! — седобородый Клаус обнял меня, как родного, довольно улыбаясь. — Каждое ваше появление в нашем доме это праздник. Вы проходите-проходите.

Я весь подобрался, почуяв неладное.

— Клаус, вы же вроде старший из слуг в доме? Зачем вам меня лично встречать? В доме же есть и другая прислуга. Я даже отсюда чую по меньшей мере двенадцать человек.

Седобородый вздохнул напряжённо.

— За Далласа переживаю. Я же эту морду помню ещё с Иракской компании. Тем летом господин Лиам притащил его на себе, израненного, в окровавленной военной форме. Целители три дня Далласа латали, прежде чем он в сознание пришёл. А теперь вот… чудит «Шовчик» наш.

Клаус отвёл взгляд в сторону. У меня в тот же миг засвербила чуйка.

— Это же не всё?

Седобородый глянул на меня исподлобья.

— Моя племянница, его вторая супруга. Но это только между нами, мистер Довлатов! — старик пожевал губами и указал на двери имения. — Прошу прощения, что позволил себе лишнего. Прошу, входите. Патриарх сейчас ждёт важного гостя. Шов… То есть Даллас Хаммер сейчас в летнем домике на заднем дворе. Там есть Источник второй категории.

Седобородый вмиг превратился в того чопорного слугу, которым я его помню. Идеальная осанка, идеальный голос и подбор используемых слов. Однако в речи промелькнула маленькая, почти неосознаваемая, деталь.

[Лиам ждёт кого-то важного?]

Причём настолько важного, что даже экстренное дело Шва и встречу со мной Хаммер готов отодвинуть на второй план. Слуга ведь не просто дал выбор — пойти к Лиаму или сразу к Шву.

Киваю Клаусу.

— Сначала дела. Ведите куда нужно.

По коридорам правого крыла имения Хаммеров, Клаус вывел меня на задний двор. Что интересно, слуги сидели по комнатам и старались лишний раз не говорить. Все охранные контуры внутри дома полностью отключены. Термин «странно» не способен вместить всю глубину ненормальности ситуации. Кажется, будто вся жизнь в имении Хаммеров замерла в тревожном ожидании.

Инстинктивно обострившийся слух уловил, как напряжённо бьётся сердце Клауса. Как запах едва ли не животного страха доносится из комнаты прислуги.

— У меня ещё не написано завещание, — говорю в спину старику.

Шаг старика стал короче, но тут же выровнялся. Сердце ухнуло сильнее.

— Плохая шутка, мистер Довлатов. Пока вы в имении рода Хаммер, вам ничего не угрожает.

Чутьё стало давить сильнее.

[Клаус чего-то недоговаривает и рассказывать об этом явно не стремится. Возможно, дело не в Шве, а чём-то ещё?]

…

Покинув имение, мы вышли на довольно большой задний двор. Лиам или его домоуправляющий не стали тут делать лабиринт из растительности, оставив большое поле с редкими деревцами. Земля испахана следами шин. В гольф тут точно не играют. То ли на квадроциклах катаются в своё удовольствие. То ли на чём-то потяжелее. Трамплины для мотокросса, грязевая полоса препятствий, песчаный участок. Эдакий парк развлечений для юных техномантов. На моих глазах один велосипед трансформировался в кузнечика и поскакал прочь от нас.

— Хобби патриарха, — Клаус задумчивым взглядом проводил прыгающую конструкцию. — Артефакт с автоматическим алгоритмом опознавания свой-чужой.

Летний домик Хаммеров находился аккурат на другом конце поля. Небольшой, из досок и с печной трубой, он походил скорее на келью для уединённых медитаций, чем на «летний домик». Остановившись около него, Клаус тактично кашлянул.

— Господин запретил мне заходить внутрь, — старик махнул рукой на дверь. — Там открыто. Даллас уже принял ослабляющий дух эликсир и погрузил себя в глубокий сон. Одна из его армейских привычек.

— Дайте угадаю. Время экономит?

Иронии в моём голосе не расслышал бы только глухой. В тот же миг Клаус помрачнел.

— Даллас… скорее опасается за тех, кто подходит к нему близко, — в голосе седобородого зазвучали нотки недовольства. — У него аура время от времени выходит из-под контроля. Прежде чем господин отправил его на полигон, Даллас ненароком ранил трёх слуг рода. Две его постоянные боевые машины из алхимических сплавов пришли в полную негодность.

Сохраняя всё ту же идеальную осанку, Клаус кивнул и пошёл обратно в сторону имения рода Хаммер. Я же, чуть потоптавшись у входа в дом, глубоко вздохнул и потянулся к дверной ручке.

[Чем дальше, тем интереснее.]

В деле «Шва» Далласа Хаммера явно есть двойное, а то и тройное дно. Техномант, ломающий свои механические игрушки, — это нонсенс. Это равносильно тому, как если бы обычный человек резал себе вены или наносил увечья. Само мировосприятие техномантов противоречит таким поступкам. Целители исправляют огрехи в здоровье, пироманты чувствуют температуру огня и могут им управлять, а техноманты воспринимают маго-механизмы как часть самих себя. Для них боевые машины рода Хаммер — это тело, лишённое мозга. Им и становится водитель-техномант.

[Мозг отвергает тело?] — потянув за дверную ручку, вхожу внутрь дома. — [Что же так сильно терзает твою душу, Даллас Хаммер?]

Глава 21

Отрицая будущее

13:48, 27 мая 2027 года

Имение рода Хаммер

Хэмптонс, пригород Нью-Йорка

(Чей-то сон)

Одноэтажный старый дом из глины, воздух пахнет пылью и едой, недавно приготовленной на кухонной плитке. Приправы, солёный пот… запах бедности впечатался в одежду пацана, прячущегося под столом. Скатерть свисает на две трети высоты ножек его импровизированного укрытия.

*Трц-трц* — стрельба слышится за окном.

*Бах-бах-бах* — взрывы и поступь тяжёлых металлических гигантов сотрясают землю. С потолка сыплется извёстка.

Распахнув дверь, в дом вбегает женщина в тёмных одеждах. Хиджаб скрывает черты лица. Она пытается закрыть за собой, но тут её отбрасывает вместе с дверью. В дом врывается пара разъярённых мужчин.

Даму откидывает к столу. Длинная скатерть и юбка матери скрывают ребёнка от взора незваных гостей.

— Ты должна была убить!%;№6! — трясёт один из них поясом шахида. — Взорвать машины на блокпосте. Тогда №?;№№ мог бы протаранить здание Посольства! А теперь он погиб зря.

— Я не смогла! — кричит женщина, пытаясь нащупать на столе хоть какое-то оружие. Вилку, ложку, солонку. Что угодно. — Когда я пришла туда, там был 7%$!… Оставь я бомбу, как бы я потом могла смотреть в глаза его сыну⁈

Нащупав банку с перцем, женщина швырнула её в лицо одному из нападавших. Схватилась за нож для масла и с криком бросилась на второго. В её глазах читалась жажда жизни, какую может понять лишь тот, кто уже видел смерть и знает, что сам стоит в шаге от неё.

Зло оскалившись, второй мужчина бросил на пол пояс шахида. Затем, ловко извернувшись, оттолкнул от себя женщину, опрокинув её на стол. Убежище мальчика пошатнулось. Отточенным движением мужчина схватился за поясной нож и воткнул его в грудь матери. Полилась кровь, удар прошёлся мимо сердца. Женщина, закричав, воткнула нож мужчине в шею… он ответил… ещё удар…

Кровавая расправа растянулась на шесть ударов. В какой-то миг залитый кровью мужчина покачнулся и, не веря в глупость своей смерти, рухнул на притихшую женщину.

На лицо сидевшего под столом мальчишки сверху стала капать кровь. Мать, её убийца, бедный дом — всё смешалось.

— *(*«⁈ — заорал второй нападавший, отчаянно пытаясь хоть что-нибудь разглядеть слезящимися глазами. Банка с перцем сработала как надо. — Что с тобой, *(*»? Ответь мне. Я ничего не вижу.

Мужчина вслепую схватился за автомат, неуверенно передёрнул затвор и веером выпустил очередь. Одна из пуль рикошетом от кастрюли ушла в потолок, а потом попала в плечо стрелку.

— А-а-а! — заорал он от боли.

В следующий миг дверь в хижину превратилась в щепки. Молодой солдат в экипировке армии США под «Ускорением» влетел внутрь помещения. Бронежилет, каска, ремни разгрузки, «доспех духа», лицо, скрытое пылевой маской.

— @$^%@! — солдат аномальных войск что-то крикнул и стал крутить головой, торопливо осматривая небольшой домик. — @$^%@, ты здесь⁈ Я видел тебя на блокпос…

Взгляд солдата замер на женщине, неподвижно лежащей на столе.

— Умри, янки! — заорал раненый бандит, направляя на бойца свой автомат.

*Цк* — оружие заклинило.

Стрелок окровавленной рукой потянулся к затвору. Солдат в тот же миг вытянул вперёд руку, даром «Магнетизма» поднимая все металлические предметы в доме. Резко махнул ей, швыряя вилки, ножи, крышки от кастрюль в раненого бандита. Раздалась серия чавкающих звуков. Бешено крутясь по комнате, металл снова и снова рвал уже мёртвое тело на части.

Развеяв «магнетизм», солдат неуверенно подошёл к лежащей на столе женщине.

— @$^%@, как же так⁈ — голос солдата дрогнул. — Я же обещал забрать тебя домой, в Штаты. Всего-то месяц до конца контракта оставался…

За окном с новой силой зазвучали выстрелы и взрывы. Солдат, минуту постояв над телом девушки, наклонился и аккуратно прикрыл ей глаза. Уже через секунду он под «Ускорением» выбежал из дома.

Прошла ещё по меньшей мере минута. И вот наконец из-под скатерти и подола матери выглянула залитая кровью детская ручонка.

И потянулась к брошенному на пол поясу шахида…

…

Видение дома свернулось, словно смятый лист бумаги, и уже в следующий миг я очнулся где-то на поле боя. На горизонте горы, вокруг пустыня. Вынырнувшие из-за песчаных барханов броневики обстреливают семиметровую фигуру трансформера-техноманта. В правой его руке молот, в левой — башенный щит. Рядом парит по меньшей мере шесть дронов оперативной поддержки. Эта машина смерти сражается разом с целой армией обычных солдат и троицей весьма неслабых одарённых. Трансформер — это «Дровосек», он же Лиам Хаммер. Его сложно было не узнать.

Геомант в образе гигантской песчаной жабы то и дело плевался каменными ядрами и создавал зыбучие пески. Аэромант поддерживал «песчаную бурю» с «цепными молниями» внутри, ограничивая видимость Дровосеку.

Третий вражеский одарённый был явно техномантом в невысоком ранге. Магистр [4], да и то не факт. Он управлял кидо — трёхметровым кибернетическим доспехом — излюбленной игрушкой начинающих техномантов. На наплечниках красовался герб в виде птенца, расправляющего крылья. Гранаты, плазменные заряды, перезарядка доспеха за счёт молний, «скольжение» по песку вокруг, казалось бы, неповоротливой фигуры «Дровосека».

Лиам вообще не обращал внимания на удары Птенца. Прикрываясь щитом, Дровосек сосредоточил всё своё внимание на вражеском геоманте и аэроманте. Но вот кусок его щита отделился и резко полетел в сторону мальца.

Зажужжав приводами, кидо с пилотом виртуозно выгнулось назад, встав на мостик. Птенец явно собирался уклониться. Но тут Лиам шевельнул пальцем и «Магнетизмом» подкорректировал направление снаряда.

Время будто остановилось. Птенец всё понял — ему не увернуться. Грязно-серая аура полыхнула, выпуская наружу весь запас сил и эссенции. Критический момент стал тем спусковым крючком, что помог Птенцу прорваться в магистры [4] или старшие магистры [5]. Едва коснувшись этой ауры, снаряд Лиама вдруг изменил траекторию на девяносто градусов…. И отлетев на метр, всё равно взорвался. Кидо Птенца едва ли не разорвало на запчасти. Листы брони смело, трубки гидравлики посекло осколками, машинное масло залило всю округу.

Трансформер Лиама поражённо замер. «Магнетизм» — родовой дар рода Хаммер. В цивилизованном мире, где металл повсюду, в ближнем бою им нет равных. Отклонить меч, найти в песке мину, заклинить автомат в руках врага. И вот, «Дровосек» в пылу схватки увидел, как неизвестный ему одарённый применил «Магнетизм», пытаясь спасти свою жизнь.

Лиам. Пролил. Родную. Кровь.

Очевидно, Дровосек не знал о существовании бастарда. А Птенец не знал, кто его отец.

…

Видение снова скомкалось, словно лист из чьего-то дневника.

— С этого дня ты Даллас Хаммер, — Лиам в кругу семьи вручает паспорт гражданина США молодому парню со смуглой кожей. Метис, наполовину араб, наполовину американец, смущённо улыбается в ответ.

Седобородый Клаус утирает слёзы счастья. Десятки мужчин и женщин аплодируют.

— С этого дня ты часть нашей семьи, парень! — Лиам крепко пожимает руку Далласу. — По старшинству, я твой отец, а ты мой сын.

Птенец растерянно моргает, глядя на Лиама. Он помнит, но не помнит чего-то важного. В глазах читается смутное узнавание отца… Или теперь уже патриарха⁈

— Неважно, кем ты был раньше, — Хаммер-старший уверенно кивает. — Теперь ты часть моего рода техномантов.

…

Ещё одно видение сминается, словно лист бумаги.

Сражение. Даллас-щитоносец сражается бок о бок с «Дровосеком». Черта города, рухнувший небоскрёб перегородил дорогу. Из пожарных гидрантов хлещет поток выводы.

Вся техноброня молодого техноманта покрыта бороздами от вражеских режущих атак, прошивающих его «доспех духа». Его, старшего магистра [5], полосует абсолют-гидромант [7].

— Шов, — Лиам ловко швыряет свой молот в гидроманта, посылая сквозь него разряд молнии. — Такое прозвище тебе вполне подходит. Сколько бы раз враг тебя ни ранил, ты всё равно стоишь на месте. Держишь нашим даром отколовшиеся куски брони. Весь покрытый трещинами, будто швами… Нерушимый «Шов» Даллас Хаммер.

…

Ещё одно видение. Даллас в шестиметровой техноброне доходит до ангара техномантов. Слева и справа в два ряда стоят десятки трансформеров, могучих боевых кидо и вездеходов рода Хаммер.

Под светом прожекторов Даллас, скрипя сервоприводами, неуверенно шагает в дальний угол ангара. Там стоит уже знакомый мне десятиметровый трансформер «Дровосека» Лиама Хаммера. Объятый молниями молот в левой руке. Башенный щит — в правой.

Дойдя до середины ангара, Даллас вдруг замер. «Швы» на его трансформере засветились ярко-ярко, и уже в следующий миг он осыпался на пол горой металлических обломков. Внутри никого не оказалось.

*Клац*

На потолке включись два прожектора-софита, освещая новый участок пола чуть впереди. Там на стуле сидел тот самый мальчик из первого видения. Забравшись с ногами на сиденье, Птенец с восхищением взирал на могучую фигуру «Дровосека» в конце ангара.

*Клац* — загорелся ещё один прожектор.

Рядом с Птенцом появился ещё один стул. Сев на него, я, наконец, увидел мир и ситуацию глазами «Шва» Далласа Хаммера.

— Зависть плохое чувство, — сердце в груди защемило. — Но самую малость, Шов, я тебе завидую. Ещё ни в одном сне я не видел столь сильной родительской любви. В том бою Лиам искренне испугался за то, что убил родную кровь. Он сразу понял, что ты его дитя. Старшее из всех. Лиам принял тебя в семью и воспитал, как родного сына. Оберегал и защищал, как отец и патриарх. А ты отвечал ему верностью. Завёл двух жён, настрогал, как принтер, семерых деток… хех… В этом ты вылитый «Дровосек» в молодости! Он ведь прослыл жутким бабником. Шесть супруг, это не шутки.

В ответ — молчание. Птенец, вцепившись руками в свои колени, взирал на могучую фигуру трансформера Лиама в конце ангара.

— Разве, развиваясь, ты не хотел стать ему опорой? — мой голос становится похож на рык. — Зассал? Теперь боишься стать вторым техномантом-абсолютом в роду Хаммер? Боишься, что из «любимого сына» превратишься в «конкурента»?

Невероятно долгие три секунды Шов думал, а потом неуверенно тряхнул головой.

— Я не заслуживаю стоять с ним рядом. Мне никогда не оправдать его ожиданий.

— Э-э-э, Шов… ты это серьёзно? — у меня от возмущения в душе всё пережитое за последний год предстало перед глазами. — «Не оправдаю ожидания»? Шов, Даллас, Птенец или как там тебя? Ты же грёбаный гений обороны! Твоя шизанутость будущего абсолюта давным-давно созрела. Напомни, кто сдерживал абсолюта Ко Ванхыля, того самого «Гордыню», в аномалии рода Лей?

— Я не заслуживаю стоять рядом с ним, — всё тем же поникшим тоном птенец слово в слово повторил свои слова.

— Ты что, слепой? — возмущённо пыхтя, указываю на трансформер «Дровосека». — Видишь, что твой патриарх держит в руках? Щит в левой и молот-секиру в правой. Они не конкурируют, а дополняют друг друга. Патриарх это тот, кто прорубает дорогу своему роду сквозь тернии невзгод. Именно Лиам выбил герб для вашего рода у Сената! А ты… ты грёбаный гений защиты! Тебе в прямом смысле на роду написано стать щитом рода Хаммер. Стать ЕГО щитом!

Пыхтя от негодования, сразу двумя руками указываю на «Дровосека».

— Щит рода? — немного подумав, Шов неуверенно кивает. — Негоже патриарху одному защищать всех, кто прячется за его широкой спиной. Тогда «Дровосек» прорубает путь, а «Шов» защищает?.. Такое дело и расклад мне вполне по силам.

Прожекторы загорелись над нами ярко-ярко, на секунду меня ослепив. Второй стул, ряды трансформеров, ангар — всё исчезло.

Могучий, полный уверенности в себе, голос Шва донёсся откуда-то сверху.

— До встречи на вершине, господин Довлатов!

…

Когда я открыл глаза, в летнем домике Хаммер уже никого не было. С улицы донёсся уже знакомый мне хлопок экстренной телепортации по маяку. Видимо, Шов отправился прямиком к Источнику с эссенцией техномантов.

Сонно потянувшись, сразу глянул на часы. Шесть вечера. Лечение заняло четыре с половиной часа. Выйдя из летнего домика Хаммеров наружу, я издали увидел бегущего ко мне Клауса.

— К-как всё прошло, господин Довлатов? — сказав это, седобородый тут же сбавил шаг и поправил одежду. — Еще раз прошу прощения за свою несдержанность.

— Жив-здоров ваш Даллас. Уже умотал куда-то, — зеваю сонно. — Клаус, меня, возможно, скоро вырубит из-за отката.

— Д-да, — седобородый неуверенно кивнул. — Господин велел выделить вам покои в правом крыле. Но, понимаете, наш особый гость прибыл с опозданием. Вам может быть небезопасно находиться в доме.

— ПУСТЬ ЗАХОДИТ, — донёсся полный Власти голос со стороны дома, — Если, конечно, твой господин не против.

Испуганно вжав голову в плечи, Клаус резко повернулся лицом к имению. Техника «Дальноречь»? Это уровень архонтов [7] и выше. Причём говорил явно не Хаммер.

— Если не затруднит, поднимись к нам, Довлатов, — прозвучал усталый голос Лиама со стороны дома. — Самому не верится, но тебе вроде как и впрямь ничего не угрожает.

Все чудесатей и чудесатей⁈ Тот Лиам Хаммер, которого я знаю, отнюдь не мальчик для битья. Потенциальные враги сами опасаются переходить ему дорогу. Кто же его так знатно напрягает прямо на родовой земле Хаммеров?

Не особо торопясь, мы с Клаусом направились к имению. Уже не стесняясь меня, старик стал торопливо написывать сообщение в чатик домовой прислуги, требуя срочно принести из погреба лучших спиртных напитков и закусок. Оставив меня одного у лестницы на второй этаж, слуга, торопливо извинившись, тут же скрылся за ближайшей дверью.

Дверь в кабинет Лиама оказалась открыта. За рабочим столом никого не было. Патриарх и его гость сидели друг напротив друга на пафосных кожаных диванчиках для переговоров.

— Не скажу, что рад тебя видеть… Снова, — аэромант Захари Кавендиш едва-едва качнул головой, обозначая приветствие. — Выглядишь всё так же хреново, как в прошлый раз.

— И вам не хворать, — кивнув в ответ, смотрю на жутко усталого Лиама. — Примите мои поздравления, мистер Хаммер. Я пока не отец… не нагулялся ещё, но искренне завидую вашим с сыном отношениям.

— ЙЕС! — шумно выдохнув, Лиам весь аж просиял.

— Вам теперь тоже стоит налечь на тренировки, — улыбнувшись, молчу. Даю старому патриарху несколько секунд посмаковать момент своего отеческого триумфа. — Всё же два техноманта-абсолюта [7] в одной семье, это поистине невероятное достижение.

Аура Хаммера стала спокойнее, на лицо наползла широченная улыбка.

— Да-а-а! — вскочив с места, Лиам радостно воздел руки к небу. — Да-да-да! Господь всемилостивый, спасибо тебе за такой подарок. Великий Механик! Я тебе бочку алхимического масла на алтарь поставлю.

Схватившись за сердце, Лиам вдруг захохотал.

— Ох… Кажется, теряю хватку. Я же из-за этого оболтуса три последних дня спать не мог. Всё переживал, что его наша стихия отвергает.

— Дети, — Захари спокойно фыркнул. — Быть отцом и патриархом та ещё морока.

Хаммер пытался унять радостный смех, но его, что называется, прорвало.

— У вас-то как дела, мистер Кавендиш? — смотрю на до жути спокойного аэроманта. — Я, конечно, не ментат, но у вас все признаки апатии.

— Возможно, так и есть, — Захари усмехнулся, шевельнул пальцем и через телекинез сам себе налил алхимического спиртного. — Я до последнего не верил во всю ту грязь, что всплыла за время моего отсутствия. Даже мой садовник, и тот выкопал труп домашнего зверька и выставил на Ибей на продажу. Вчера я позвонил нотариусу, парочке своих поверенных…

Архимаг пригубил ядрёного спиртного, подержал его во рту, оценивая вкус и букет из ароматов. А потом залпом выпил весь стакан, будто там вода.

— Так вот, всё подтвердилось, — аэромант с тоской в глазах налил себе ещё спиртного. — Но и тогда надежда ещё была. Мало ли чего я сам себе напридумывал. Тогда я связался со всеми, кто упомянут в твоих отчётах. Сказал им, что «знаю, кто из них и как меня подставил». Дал сутки на то, чтобы они выметались из моего дома. Драгоценности, тряпки, картины. Пусть всё это дерьмо заберут с собой. Вечна только наша кровь. Сегодня утром меня встретило практически покинутое имение. Пустая сокровищница рода, пустые сейфы, опустевший счёт трастового фонда. Даже бочонок моего любимого виски и тот утащили… Демоновы бабы!

Аэромант усмехнулся.

— Полтысячи верных слуг рода и небольшой круг родни, которым нет дела до политики. Щенки, старики, жрецы науки. Вот и всё, что осталось от некогда великого рода Кавендиш. Я на «радостях» решил посвятить день пляске на углях того, что вообще осталось. Для начала разрешить недопонимание с родом Хаммер. Ты был прав. Моя дорогая жёнушка приложила руку к смерти моего отца во время его слияния с Источником. Лиам был ни при чём.

— Ну и как? — киваю на бутыль алхимического спиртного. — Получается напиться?

— Да какой там! — архимаг брезгливо поморщился. — Мне цистерну такой дряни придётся выпить, чтобы хоть немного захмелеть. По вкусу та же брага или ещё какая-нибудь дрянь из личинок и тухлого слоновьего дерьма.

Устало тру лицо руками. Меня вот-вот накроет отходняком от применения дара Довлатовых. А тут на тебе! Лиам от радости за Шва скоро начнёт целовать прислугу. А у Захари настроение ниже плинтуса. Он же завалился к Хаммерам, чтобы попросту напиться. Мужик от горя забыться хочет… Скорее всего, у Маршала и Рэдклифа дела ещё хлеще. Вот Кавендиш и упал на голову тому, о ком первом подумал.

[Архимаг головного мозга, чтоб его!] — бурчу самому себе.

В общем, нельзя оставлять всё на самотёк. Захари и Хаммер — эти двое кое-как нашли общий язык. Первым в моём жутко перегруженном мозгу всплыл номер Рюхея Куроки — моего друга по учёбе на целителя в Кубе. Род Куроки — это алхимики из Японского Сёгуната. Достав телефон, сразу набрал сообщение.

[Рюхей, солнце моё, выручай! Мне тут, в Нью-Йорке, надо срочно споить до беспамятства архимага [8] и одного-двух абсолютов [7]. Нужно алхимическое спиртное с убойностью ядерной бомбы и вкусом тухлого кактуса. Настойку из твоих носков не предлагать.]

Жму кнопку «отправить», и в тот же момент приходит сообщение от Ассоциации Охотников.

«– Категория опасности аномалии 'Летающие Острова» повышена с 7-й до 8-й.

— Для подачи заявки на проведение рейда вам требуется письменное согласие на участие минимум десяти одарённых в ранге архимага [8]. Либо пять и более абсолютов [7] на одного недостающего архимага [8].

— Если в состав экспедиции будут входить и представители Фракции Орков, то минимум половина архимагов [8] должна представлять Фракцию Людей.

— Данное правило на рейды 8-й категории было введено после заключения союза между Фракцией Орков и Ассоциацией Охотников'.

Дочитав сообщение до конца, я усмехнулся.

[Что вообще происходит, чёрт возьми⁈]

Это Каладрис нашёл такой элегантный способ защитить дочерей Силлы от прыжка в неизвестность? Или ему возможное участие в рейде Дуротана стоит поперёк горла?

Последний и самый маловероятный вариант — главный Охотник что-то знает о Летающих Островах и не хочет, чтобы мы туда совались. Вот только как это узнать?

Хотя… есть один способ.

Глава 22

На пути к вершине

Кое-как открываю глаза. Всё тело ломит, в мыслях дыра размером с космос, пить хочется неимоверно. Вокруг темно. Вижу свет в конце тоннеля.

[Кто я? Где я? Что вообще происходит?]

Понимаю, что держусь за бровастый булыжник.

[Точно! Валера!]

Бровастый смотрит на меня с немым укором. Меня или нас обоих отчего-то тянет гравитацией не вниз, а по горизонтали… но тоже вниз.

Бровастый нахмурился.

[Шеф, не можешь идти к цели? Ползи к ней. Пока ты только смотришь в её сторону.]

В вязком киселе мыслей до меня доходит, что речь, наверное, о свете в конце тоннеля. Преодолевая ломоту в суставах и похрустывание мышц… нет, не напутал. Реально мышцы хрустят! Ползу вперёд, превозмогая странные законы местной гравитации. Едва не сорвавшись, хватаюсь за Валеру. Бровастый на чистых волевых тащит на свет нас обоих.

Пальцы, схватившие булыжник, отчего-то и не думают срываться.

[Техника «Плюс-минус»,] — подсказывает смутный намёк на мысли из подсознания. — [Ты ей цеплялся к стену. Теперь ей же держишься за Валеру. А ещё вон там слева лестница, по которой ты спускался… Потом сорвался, вцепился в стену «Плюсом» и заснул… Часов двадцать назад. Наследник, ты не человек, а ящерица, ей-богу!]

Давление на разум становится слабее. Разлепив веки, пытаюсь сообразить, кто мог назвать меня наследником? Отец… Так он вроде как исчез вместе с Москвой во время начала Сопряжения Миров. Дед тоже.

[Станислав Довлатов, твой дух-предок… к сожалению,] — кто-то жутко недовольно бурчит из подсознания. — [Наследник, твои биологические часы указывают на то, что с момента разговора в доме Хаммеров прошло почти трое полных суток. Ползи уже на свет. Там сам поймёшь, что к чему.]

К этому моменту Валера вытащил нас обоих на свет. Угол гравитации тут же изменился. Бровастый, гудя словно трактор, пополз куда-то дальше, бросив меня отдыхать на травке. Лежу, пытаюсь привести мысли в порядок… Получается хреново.

[Я же целитель? Точно, меня зовут Михаил Довлатов.]

Накладываю на себя «Очищение» и «Изгнание заразы»… эффекта почти нет. Чувствую в голове лёгкий звон и всё то же ощущение полнейшей пустоты в сознании.

Поднявшись на ноги, осматриваюсь по сторонам. Чьё-то загородное поместье в викторианском стиле. Вокруг меня ухоженный парк, склады и маленький завод неизвестного назначения.

[Ответ на вопрос «Кто я?» уже известен. Осталось понять, где я, и что, чёрт возьми, происходит?]

Тут организм вспомнил, что мы вроде как давно не ходили в туалет. Ни деревьев, ни кустиков поблизости, как назло, не оказалось. Но зато неподалёку обнаружилась круглая дыра в земле. В подсознание проскользнула какая-то мысль о смутном узнавании… но я задвинул её подальше.

Шатаясь, подхожу к краю дыры, расстёгиваю ширинку и достаю агрегат наружу.

— Оххх!

По какой-то причине организму становится легче физически и духовно. Струя такого цвета и насыщения энергией, что джедайские мечи отдыхают.

Справа раздаётся звук расстёгивания молнии.

— Целитель проснулся первым? — здоровяк Лиам Хаммер, в жутко мятой одежде, пошатываясь, тоже достаёт свой агрегат и начинает писать в яму. — Башка раскалывается, но дьявол! Будь у меня возможность, я бы повторил такую попойку ещё раз. Не могу даже приблизительно припомнить, когда в последний раз так хорошо отдыхал. Всё работа-работа-работа…

За Хаммером к яме подходит «Газетчик» Захари Кавендиш.

— Все демоны преисподней! Чтоб я ещё раз смешивал японское сакэ с ирландским виски⁈

Лорд, морщась, убирает руки от явно раскалывающейся головы и присоединяется к процессу.

— П-пить надо меньше, — архимаг «Пожарник» Питер Рэдклиф поднимается с четверенек и, шатаясь, присоединяется к чисто мужскому ритуалу. Красноволосого, как и всех нас, шатает без всякого ветра. — Хех! Писать лазером мне ещё не приходилось.

Справа от меня Лорд «Крепость» Вудро Маршал, довольно улыбаясь, тоже начинает облегчать душу.

— О, Мать-Земля! — на лице архимага сама собой появляется блаженная улыбка. — Сколько же мы вчера выпили? Или это было не вчера?

— Три дня прошло, — застёгиваю ширинку. — Признаться, я вообще не помню событий последних трёх суток.

— ВЫ ***ТЬ, совсем ****ли⁈ — доносится полный гнева крик со стороны поместья.

В нашу сторону бежит невысокий мужик лет сорока, в одной серой ночнушке, грозно размахивая кулаками. Лицо простецкое, короткая бородка, в глазах плещется чистое негодование.

— Какого хера вы ссыте в погреб, укурки! — мужик переходит на ор. Да такой, что в голове зазвенело. — Там дозревают бочки со спиртным для половины аристократов Соединённых Штатов. Вы же сами оттуда бухло таскали последние пару суток!

— М-да? — Рэдклиф, застегнув ширинку, удивлённо заглядывает в дыру. — Значит, я больше не буду пить виски.

— Алконавты грёбаные! — мужик, подбежав к нам, тут же запыхтел от праведного гнева. Его взгляд остановился на Лорде Маршале, поправлявшем в этот момент одежду. — Вудро, у тебя что, песок в штанах уже не помещается?

— Мы всё возместим, — терпеливо произнёс «Газетчик», фирменным движением доставая из портмоне свою визитку. — Род Кавендиш берёт на себя все расходы, связанные с восстановлением…

— ДА ПОШЁЛ ТЫ! — мужик, выпучив глаза, рыкнул на архимага. — Я твоими газетёнками зад подтираю, а ты хочешь ими же мне мои запасы алкоголя восстановить?

— Идиот… мы всё оплатим, — Хаммер поморщился от криков.

— А ты, Лиам, вообще молчи! — странный мужичок зло потряс кулаком, потом этой же рукой махнул куда-то в сторону. — Пошёл отсюда. И это… сына своего, Даллас, кажется⁈ Из песочницы вытащи. Он с вами наклюкался до беспамятства. Начал что-то задвигать про щит рода и в итоге заснул на детской площадке.

Видя молчание не абы кого, а Лордов, до меня за секунду дошло, что вопрос стоит ребром. И дело вообще не в деньгах. Похлопав по карманам, достаю чудом уцелевшую мятую визитку.

— Михаил Довлатов, «Романов и КО», — протягиваю карточку-артефакт странному мужику. — Если вам нужны ингредиенты для восстановления запасов алхимического алкоголя, то это к нам. Мы разрабатываем аномалии, вплоть до седьмого ранга.

— Из тех самых, что ли? — мужичок, взяв визитку, окинул её придирчивым взглядом и зачем-то попробовал на зуб. — Ну, если из тех самых «Романов и КО», то, может, и договоримся. Но учтите! Я все ваши наглые морды запомнил. Пока запасы не восстановлю, чтоб никто из вас здесь больше не появлялся.

Под смущённые улыбки Лордов странный мужичок направился обратно к поместью. Что меня особенно удивило, так это Валера. Бровастый отчего-то пополз вслед за ним.

— Эмм, — оглядываюсь на начавших приходить в себя Лордов.– Кто-нибудь мне объяснит, что это сейчас вообще было?

— «Идиот» Шон Виски, — Лиам мечтательно улыбнулся, прикрыв глаза. — Лучший энолог и солодовщик в Соединённых Штатах. Ты пока не в курсе, Довлатов, но даже абсолютам [7] напиться довольно сложно. К специалистам по «алкогольно-душевной терапии», вроде Идиота, приходится записываться за месяц…

— Вообще-то, за три месяца, — Вудро, хитро улыбнувшись, поскрёб пальцами по отросшей щетине. — Вы сначала у Лиама выжрали всё, что нашлось в погребе. Потом приехал старый алхимик от рода Куроки. Патриарх, кажется⁈ К вам ещё Питер подтянулся. Потом кто-то из вас набрал меня… а я тут у рода Виски «душу лечил». Вот вы всей толпой ко мне сюда и завалились.

Красноволосый Рэдклиф при упоминании его имени удивлённо заозирался.

— Нас вроде больше было?

Вудро довольно хохотнул.

— «Идиот» же сказал? Даллас в песочнице отдыхает. Бедолага только в абсолюты [7] прорвался, а мы его бухлом для архимагов [8] напоили. Довлатов, пока в погреб спускался, навернулся и заснул, прилипнув к стенке шахты, — архимаг заржал в голос. — О, Мать-Земля! Скажи мне, что кто-то может спать в вертикальном положении под техникой «Плюса», не поверил бы. А тут сам всё видел. Даже разбудить пытался, но меня эта злобная каменюга близко не подпускала. Шипела и материлась как сапожник.

Кавендиш, хлопая глазами, уставился на свою руку с растопыренными пальцами.

— У меня в глазах двоится. Сколько же я выпил⁈

— Много, — Рэдклиф шатаясь, кое-как кивнул. — Помню… Мы тогда на четверых соображали, как сложно быть патриархом рода. Лиам отошёл кому-то позвонить… Дальше всё как в тумане.

Смотрю на свою руку и понимаю, что у меня тоже в глазах немного двоится. И это странно, чёрт возьми! Я же целитель и вроде как сам себя уже подлечил.

— Что, Довлатов, похмелье? — Лиам понимающе улыбнулся.

— Вроде оно. Но какое-то странное? Я своё тело уже два раза проверил, и вроде как полностью здоров.

— Духовное тело проверь, — техномант усмехнулся. — Это же род Виски! Их алхимический алкоголь задействует те слои, о существовании которых ты даже не подозревал. Если оставить всё как есть, будешь пару недель ходить вдоль стенки.

— Мда-а-а! К наставницам с таким лучше не обращаться, — киваю своим мыслям. Лей Джо пожурит, а Хомячкович троллить будет. — Может, тогда к Захаеву обратиться?

— Я пас, — Рэдклиф сонно качнул головой и собрался уже было уйти, но вдруг пошатнулся и остановился. — Кстати, да⁈ А как нам теперь протрезветь? Раньше у меня этим родовой целитель занимался. Но у меня его теперь вроде как нет. Сынуля Рут свалил, прихватив его с собой.

— Тогда тем более к Захаеву, — пожимаю плечами. — Он семью президента США лечит.

— Аргумент, — Лорд Маршал, чуть подумав, коротко кивнул. — Старик Руан Элмор кого попало к близким не подпустит.

Архимаг махнул рукой на гостевой домик неподалёку.

— Если это тот самый Витольд Захаев, которого я знаю, то его и впрямь стоит пригласить. Подлечимся, обсудим планы на Летающие Острова. Помнится, все мы подписали некое согласие…

И тут меня накрыло волной воспоминаний.

[Рейд на Летающие Острова! Я же ради него всё это затеял.]

Помню, созвонился с Рюхеем после сообщения от Ассоциации Охотников о повышении сложности с 7-й до 8-й категории. После Академии Куб мы толком не общались, но тут дело не в просьбе найти алкоголь для архимага [8], а в самой возможности японскому роду Куроки выйти на контакты с американским Лордом-патриархом.

Потом… да, точно! Вернулся радостный «Шов» Даллас Хаммер и застал начало нашей знатной попойки. Приехал Рэдклиф, у которого от злости разве что пар из ушей не валил. Мне пришлось сразу начать отпаивать «Пожарника», иначе дело точно бы переросло из спора в драку.

Дальше всё как в тумане. Картину событий помогли восполнить фотки и видео, снятые на мой телефон. Два Лорда-архимага [8] и два техноманта-абсолюта [7] танцуют в образе своих аспектов на заднем дворе имения Хаммер. Лиам в очередной раз перепугал всех своих соседей в пригороде Нью-Йорка.

На вертолёте прилетал кто-то не то из прессы, не то из АНБ. Нас «попросили вести себя потише». Ибо приказывать сразу двум Лордам не вправе даже президент Элмор. Только Палата Лордов и только после собрания всех членов.

Шёл второй день… Патриарх Акихито Куроки не выдержал градуса нашей попойки и заснул. Алхимик! У них чувствительность к алкоголю выше, чем у всех других видов одарённых. Но и токсины они из себя выводят раз в пять быстрее, чем те же целители.

Потом… потом мы отправились к Вудро Маршалу в имение рода Виски, в штате Алабама. Тут возлияние спиртным перешло на совсем уж запредельный уровень.

Ещё раз взглянув на вертикальную шахту, ведущую в погреб Виски, я малость ужаснулся.

[Зачем я вообще туда полез? Судя по интенсивности потока маны, там, внизу, Источник седьмой категории с эманациями воды.]

Но тут память подсказала, что у меня с Вудро состоялся некий почти забытый разговор. Род Виски в прямом смысле раскопал этот Источник, создав под землёй алхимический котёл размером с целый замок. На дне хранится и вызревает алхимический алкоголь для архимагов [8]. Чуть выше — для абсолютов [7] и архонтов [6]. Некая сила притягивает эфирные частицы ровно туда, куда нужно, чтобы спиртное созревало как надо.

Спускаясь в этот алхимический котёл, я не упал и не сорвался. Я осознанно завис в шахте.

Всё ради того, чтобы эта самая «странная сила» вытащила из моего организма «токсины». Говоря простым языком — это бесполезные, а порой и вредоносные мусорные эфирные частицы, накапливающиеся в духовном теле одарённого. Они не усваиваются, а только накапливаются в виде отложений. Из-за них срок входа в новый ранг может увеличиться вдвое и более.

У тех же вечных ветеранов[2] и учителей [3] чаще всего проблема именно с «токсинами», а не с недостатком тренировок или выпитого эфира.

Даже целителям-архонтам [6], как Лей Джо и Хомячкович, сложно отлавливать эти «токсины» в духовном теле пациентов. Оттого процедуру «чистки от токсинов» могут позволить себе разве что отпрыски древних родов, да всякие там императорские семьи. А тут, у Виски, считай, что всё то же самое, только на халяву. Так почему бы и нет? При других обстоятельствах меня бы к шахте-погребу и на пушечный выстрел не подпустили.

…

Разобравшись с событиями последних трёх суток, я ещё раз наложил на себя «Диагностику». На лицо сама собой наползла довольная улыбка.

[Пятый слой духовного тела расправляется у меня настолько быстро, что ещё чуть-чуть, и меня заподозрят в очередном поглощении Семени Духа.]

Возвращаясь к попойке с Лордами — продвинуть идею с совместным рейдом на Летающие Острова оказалось даже проще, чем я предполагал.

Архимагу [8] Вудро Маршалу, владельцу ЧВК «Блэкуоттер», самое время показать миру, что его частная армия ещё на плаву. Заодно проверить, кто из оставшихся соратников сбежит, поняв степень опасности рейда на Летающие Острова. Восьмой ранг опасности означает, что нам наверняка придётся столкнуться с монстрами-архимагами [8]. На такое не каждый боец согласится!

У «Газетчика» Захари Кавендиша ситуация иная. Жён больше нет, почти всех детей и внуков тоже. Раскол фамилии по полной программе. Под флагом «рейд на Летающие Острова» практически распавшийся древний род набирает себе новых потенциальных членов, новую родовую гвардию и союзников. Заодно перетряхивает вассалов, живущих на их родовых землях. В каком-то смысле рейд на Летающие Острова теперь нужен «Газетчику» даже больше, чем мне. Хе-хе!

Лорд Питер Рэдклиф и без моих намёков всё прекрасно понял. Умный мужик! Его семья не развалилась, а практически бескровно распалась на части. Сектор финансистов пошёл одной дорогой. Промышленные магнаты и владельцы заводов «Рэдклиф Индастрис» — другой. Старейшины пытались деньгами и покровительством завербовать родную по крови молодёжь. Должен же кто-то работать вместо них самих. Так было ДО того, как патриарх «Пожарник» восстал из мёртвых.

Теперь роду Рэдклиф вроде как надо собраться вместе… заодно отделив от себя совсем гнилые корни. Так что «Пожарник» под флагом рейда на Летающие Острова одну родню пригласит пойти с собой, а от другой откажется. Причём формулировка может быть разной: как «пошли прочь предатели», так и «в другой раз».

До тех пор, пока у меня язык не начал заплетаться, я заворачивал рейд на Летающие Острова в самую красивую обёртку. Какие только аргументы не пускал в дело. «Превратите проблему рода в величайшую возможность» и даже «Вы не абы кто, а Лорды Соединённых Штатов! Вам нужны победы, которые заставят врагов бояться».

Три дня алкогольных возлияний с Лордами не прошли даром. На бланке заявления для рейда на Летающие Острова теперь имеется три личных подписи-вензеля архимагов — Кавендиш, Маршал и Рэдклиф.

Есть также предварительное согласие от десятка абсолютов: Персефоны и Нереи, техномантов Лиама и Далласа Хаммеров, кукловода Пола Аккомана, воздушного дракона Лазуренко, ксенобиолога Мохиндера Суреша, и ещё минимум трёх абсолютов из родов Лордов. Целители, бойцы поддержки, разведка, логистический блок Гагариной и уже собранные отряды грузчиков. Силовая поддержка пехоты орков Дуротана «Недвижимого».

Мы теперь во всеоружии и готовы к рейду 8-й категории сложности на Летающие Острова!

…

Перед уходом из поместья рода Виски я решил заглянуть к Идиоту. Уж больно неординарной личностью оказался этот тип. Шлёт Лордов куда подальше и живёт сам по себе.

Пока прощался с патриархами, узнал, что помимо Шона тут обитает только прислуга дома и рабочие перегонного мини-завода. Других представителей рода Виски тут нет. В смысле, вообще нет! Сам Шон вроде как даже в дом не заходит. Вся мебель накрыта простынями.

…

«Идиот» сидел на склоне холма, на вершине которого находилось родовое имение Виски. Судя по ауре, архонт [6]. Причём из зрелых, давно достигших верхнего предела ранга.

Шон со скучающим видом смотрел на гостевой домик, из которого выходили гости-патриархи. Валера лежал в траве рядом. Бровастый булыжник выглядел так, будто пытался увидеть мир глазами этого непростого человека.

— Чё припёрся? — Идиот в свойственной ему манере махнул рукой на дом. — Выход где-то там. Иди на лай собак, не промахнёшься.

— Пришёл сказать «спасибо» за то, что приняли как гостя, — делаю вежливый поклон.

— Да-да, «Идиот такой идиот. Ничего не понимает». — Шон со скукой на лице отмахнулся. — Плевать мне на твоё «спасибо». Ты протащил ЭТИХ старикашек сквозь щели в их собственных сомнениях. Красава! А то пили-пили и всё никак не могли найти общий язык. Слепой пастух с глухими овцами, ей-богу! У «Язвы» другой подход был. Старик сразу в драку лез.

Идиот вздохнул с тоской.

— Скучные вы. Я уж думал, что год спустя снова увижу какого-нибудь жмурика с глазами на заднице. А ты… ты на деда вообще не похож! Языком чешешь, дела ведёшь, но привычка делать «Щелчки» у тебя один в один, как у него.

Вопросы в духе «вы знакомы с моим дедом?» тут же улетучились из моей головы.

[Ещё как знакомы!]

Видимо, Комитет Силлы регулярно устраивал попойки у рода Виски. А c его уходом Идиот с головой окунулся в тоску. Исчезли люди, с которыми он сам регулярно отдыхал душой.

Сейчас архонт, задрав голову, смотрел на пышные белые облака, свободно текущие по небу. В его глазах, ауре, позе и даже затянувшемся молчании чувствовалась столь знакомая мне боль одиночества.

Идиот тоскливо произнёс.

— Мы в тот день тогда с братом до крови подрались. Чтоб ему жёны чакры перестали прочищать! — шмыгнув носом, Шон сразу протёр его рукавом. — Тогда гости приехали. Я вышел на порог дома и ляпнул: «Тупой, потому что умный. И умный, потому что тупой. Шон Виски к вашим услугам, господа.» Госпожа Силла тогда расхохоталась. Они прямо с рейда к нам пришли. Их мастер-стратег, мистер Ририко, тогда странно на меня посмотрел и ответил, «ты чёртов гений, Шон Виски». А этот чёртов Язва… ну, который твой дед. Он меня в бараний рог скрутил и сказал, что и не такие выкрутасы мозга выворачивал обратно. Мне после того дня и впрямь легче стало. Я будто разом повзрослел лет на двадцать. Прислуга в доме перестала надо мной втихую смеяться. А бабы… ну, знаешь, они такие. Всё видят, всё подмечают. Брат это тоже заметил и стал бесить ещё больше. Ему не понравилось, что я умнее стал.

— Почему вы всё ещё архонт [6]? — наконец, я нашёлся что спросить. — Я вижу… Да и дед сто процентов видел, что у вас потенциал абсолюта [7]. Вам даже никакая помощь в прорыве не нужна. Прикоснуться к Источнику, который у вас под боком, и вуаля!

— Ага, и ещё больше мороки, мля! — Идиот недовольно усмехнулся. — Слушай, Довлатов, свали, а⁈ Язва мировым мужиком был, в отличие от тебя. Он всю мою бесполезную родню отсюда выгнал. Всего-то и потребовалось, что моего братца-патриарха сделать матриархом. «Роди, говорит, того, кто получше тебя будет.» Если бы не родовой дар Виски, они бы со мной… хо-хо, «Идиотом»! Вообще не общались. Теперь на них бутылочный бизнес. Магазины там всякие. А я важных гостей вроде этих стариков-патриархов встречаю.

Смотрю на Шона и вижу то, чего не замечал всё это время. Он считал и считает себя частью Комитета Силлы. А их на Земле больше нет. Оттого Идиоту грустно. Валера к нему тянется, чуя душевную боль. Бровастый — каменюка не простая, а с душой. Его сильные человеческие эмоции притягивают, как магнит.

Час назад Лиам мне много чего рассказал, пока мы обсуждали планы. Шон Виски, как и я, пример позднего раскрытия потенциала. Инициация прошла аж в двадцать лет! ДВАДЦАТЬ, Карл! Против нормальных двенадцати-четырнадцати.

Тогда же «Идиот» стал третьим, кто пробудил родовой дар Виски — некой разновидности магнетизма, влияющей только на эфирные частицы в выбранном диапазоне. Нечто вроде автономной техники. Та странная сила в шахте, которую я использовал для очистки от «токсинов», — это и есть дар Виски.

Отношения с роднёй у Идиота, мягко говоря, сложные. На то есть аж три всем известные причины: полное отсутствие навыков общения, непростой характер Шона и, самое главное, потенциал абсолюта [7]. Матриарх-патриарх Байрам Виски дальше старшего магистра [5] не взлетит, даже если ему кто-то подарит Семя Духа.

Собравшись с мыслями, я понял, что нужно делать дальше. Подняв руку, создаю над собой и Шоном «Купол Тишины».

— Мистер Виски… есть способ попасть в мир Унии, куда перенёсся Комитет Силлы и центральная часть Российской Империи…

Держа «Купол Тишины», я долгих пять минут раскрывал детали нашего с Романовым плана. Шон сначала не поверил, но при упоминании астральных проекций Аталанты резко поубавил скептицизм. Доверие дочерей Силлы, родство с Язвой, опять же рейд на Летающие Острова. Мои слова медленно, но верно обретали смысл в сознании «Идиота».

— Так ты на пути к вершине? — Шон широко улыбнулся, глядя на меня. — Рейд, Лорды, компания по зачистке аномалий. Всё это ступеньки для того, чтобы попасть в мир Унии. И теперь ты решил позвать меня с собой?

— Решать вам… или тебе, — опустив руку, развеиваю «Купол Тишины». — Когда придёт время, вы сами решите, хотите к нам присоединиться или нет. Но будь вы абсолютом [7], шансов у всех нас будет побольше.

— Вот-вот! Язва так же говорил. «Главное, пойми, на кой демон тебе быть абсолютом», — радостно улыбаясь, Шон протянул мне руку. — Сиськи сделать не прошу, мистер Довлатов, но вы это… загляните ко мне, когда в Унию соберётесь. Я не подведу! Пока вы готовитесь, я сам всякие там боевые техники воды подучу. Мало ли чего в дороге приключиться может.

Жму руку будущему абсолюту [7] Шону Виски. Парень или, скорее, зрелый мужчина честно и открыто улыбается мне в ответ… А у меня холодок волнами пробегает по спине.

[Абсолют-идиот… Господи! Сделал ли я только что этот мир лучше? Мне же с ним потом в мир Унии пробиваться.]

Эпилог

(сюжетной арки Лордов)

Собирая подписи для участия в рейде на Летающие Острова, мне пришлось побывать в самых разных уголках Земли.

…

Австралия. Старый Сидней

— Орки пойдут с тобой в рейд, Довлатов-чви! — Дуротан, довольно кряхтя, расправил плечи. — Я тоже пойду… 8-я категория, достойный вызов для великого вождя. Самое время-чви отдать тебе мой личный долг. Раз уж ты заглянул, Довлатов-чви… глянешь мои колени? Они по утрам хрустеть стали.

Совет «Меньше кушайте фастфуда» в еликий вождь пропустил мимо ушей. Всё никак не могу привыкнуть, что оркам дико нравятся земные специи.

…

Константинополь, старая столица Византии. Археологические раскопки ключ-аномалии в гробнице Феодосия I

— Конечно, я с вами, Довлатов! — ксенобиолог Мохиндер Суреш от радости поднял сразу две руки. — Где расписаться кровью? Хе-хе… ждите меня, тайны Древних!

…

Нью-Йорк, столица Соединённых Штатов

*Блык-Блык*

Персефона и Нерея появились прямо посреди центрального парка.

— Давай только после свадьбы, ладно⁈ — Персефона в белом платье невесты, шутя, поставила закорючку в моём бланке. — Так, всё, расписалась. Ухх… как двояко звучит. Хорошо, хоть будущий муж не слышит.

Лукаво улыбнувшись, будущая госпожа Трель помахала перед собой ручкой в белой перчатке.

— Ей-богу, Перси! Ты уже достала, — Нерея, видя эту сцену, закатила глаза. — Ты ещё предложи ему к алтарю тебя проводить.

— А ведь хорошая идея! — в глазах Персефоны загорелся огонёк азарта. — Заодно потренируется к алтарю подходить. ВДРУГ… в ближайшее время снова пригодится.

Состроив милую рожицу, Нерея замахнулась рукой на сестру.

— Щас как тресну!

Довольно захохотав, Персефона со звуком *блык* исчезла из центрального парка. Нерея же, пряча глазки, торопливо поставила подпись в моём бланке, чмокнула меня в губы…

— Сви-да-ние! — произнесла она, с укором глядя мне в глаза. — На Манхэттене! С качелями и мороженым. Ты обещал, Довлатов!

— Сегодня, — поцеловав девушку в ответ, немного отстраняюсь и шепчу. — Сразу после подачи бланка на рейд в Ассоциацию. Надень ту одежду, в которой тебе будет удобно покачаться на качелях.

— Р-романтик чёртов! — шутливо фыркнув, девушка сделала шаг назад.

*Блык*, и исчезла без следа.

…

Нью-Йорк, элитный посёлок Хэмптонс

— Довлатов… Будь другом, ходи ко мне пореже, а? — Лиам, держа пакет со льдом у лба, трясущейся рукой поставил на бланке подпись. Старый техномант наслаждался всеми прелестями похмелья. — Я боюсь, с какой новостью, проблемой или возможностью ты придёшь в мой дом в следующий раз. Конфликт замял, с Лордами напился, усадил всех за один стол для переговоров.

В этот момент в кабинет боком ввалился «Шов» Даллас Хаммер, выбив одну из дверных створок. Поднявшись с пола, новоявленный абсолют [7], подошёл к столу. Поставил на бланке размашистую подпись и вышел обратно в коридор. Сразу после этого вторая дверная створка сама по себе упала на пол.

— Прислуга всё поправит, — Лиам поморщился от громких звуков. — Далласу надо привыкнуть к новым силам… Про то, как бомбит от гнева пат… матриарха Байрама Виски, я, пожалуй, промолчу. Его братец «Идиот» вчера тоже стал абсолютом [7].

— Плюс один, — кивнул я своим мыслям, думая о мире Унии. — Осталось провести рейд на Летающие Острова.

…

Плавучая платформа «Чайка», территориальные воды штата Гавайи, США

— %;№!' какая-то, а не список участников рейда! — капитан Лазуренко Андрей Святославович весьма многозначительно молчал секунд десять. У стоящих рядом с ним командиров боевых кораблей аж пот на лбу выступил. — Довлатов… Миша… я много хочу сказать о всяких там Кавендишах, Маршалах и Рэдклифах, но они, гады, даже позлиться на себя не дали. Вчера завалились к нам на «Чайку», извинились в духе Лордов. Ни слова №!;%Ё извинений. Но все такие добрые и весёлые. У нас теперь полные трюмы снарядов, еды, выходные пособия для всех матросов. Я-то думал, как ты этих старых змеев приручить сумел. Теперь вот вижу как!

Лазуренко, ухмыляясь, постучал пальцем по бланку на рейд, лежащему на столе.

— Понимают, гады, что лучше на берегу конфликт уладить. В рейд с врагами не ходят… это мне понятно… Но вот как ты двух своих любовниц от Силлы на это дело подписал, ума не приложу. Передерутся ведь!

Офицеры в кают-компании Ивана Рогова удивлённо засвистели. Бывалые русские мужики вытягивали головы, пытаясь рассмотреть весь список подписей на бланке.

— Капитан, я тебе больше скажу, — натянув гордую улыбку, поправляю на себе пиджак. — В эти выходные одну из дочерей Силлы я лично провожу к алтарю и передам в руки жениха.

…

17:12, 31 мая 2027 года

Верхний этаж Штаб-квартиры Ассоциации Охотников

Нью-Йорк, США

Княжич Романов, тяжело дыша, в третий раз проверил, застёгнута ли у него пуговица на вороте рубашки. В его руках пакет документов на компанию. У меня — заполненный бланк заявки для рейда на Летающие Острова.

— Что-то я волнуюсь, — княжич шумно вздохнул. — Гагарина не звонит. Значит, опасность нам не угрожает.

Другими словами, дар рода Полины молчит. Волнуется девушка за своего парня.

— Тогда пошли, — киваю на дверь в офис Каладриса. — Осталось получить подпись главы Ассоциации Охотников. Вечером объявим начало подготовки к рейду.

Кое о ком все мы позабыли. О пропавшем без вести Лорде Джузеппе Стилсоне, властвовавшем на Гавайях.

≡≡≡≡≡≡=

Над книгой работали (помимо автора)

1. Anna M. — клиническая муза автора. Владычица капельницы с кофе, главная по обнимашкам, главный спонсор фразы: «Мужчина, у тебя всё получится».

2. Ирина Стародумова — та, чей суровый взгляд автор видит во снах, засыпая за клавиатурой. Великий человек, благодаря которому тексты становятся читабельными…

3. Михаил Фрольцов – орфографический ишвар [9]. Всё видит, всё знает. В качестве оружия использует толковый словарь Ожегова и вилку.

4. Костя Никитин — адепт Комитета Силлы. Никого не казнит, но регулярно наказывает автора правками по тексту.

5. Gleb Nikiforov — ценитель белого юмора. Обернитесь! Возможно, он прямо сейчас смеётся за вашей спиной.

6. Владимир Доля – шепчет во тьме [тся] и [т’ся], отсчитывая последние минуты сна автора. Спасибо, что ты с нами ))

7. Books Fun — бог сновидений, насылающий на Довлатова правки в его приключения. Шипит за допу-щ-щ-щенные автором ошибки.

8. Антон Сокольский – совесть…. Смотрит на автора с укором даже во время его отпуска. Никогда не спит ))

9. Akasha — специалист по поиску пасхалок. Спасибо, что ты все эти годы с нами!

10. Siarhei Latushka — раз вы это прочитали, срочной откройте форточку! Сейчас начнётся бухтение ))

11. Тимофей Тудачков — хронист, человек, проверяющий всё и за всеми! Даже то, что не публикует автор.

Content

Голд Джон Сонный лекарь 6