Тёмный Лекарь

Глава 1

Сознание возвращается ко мне не сразу. Тонкой струйкой оно вливается в онемевший от долгого сна разум. Мысли лениво ворочаются в голове, и только тогда я понимаю, что мой отдых закончен.

Первым начинает биться сердце. Медленно, с большими паузами оно разгоняет загустевшую кровь по жилам. После лёгкие впускают в себя воздух, а кожа чувствует прохладу.

Открываю глаза и вижу… Да ни хрена я не вижу!

Полная темнота.

Прилёг, называется, передохнуть всего на пятьдесят лет.

Почему никто меня не встречает? Где слуги? Подчинённые? Родственники, старательно изображающие радость?

Я ведь оставил чёткие инструкции, буквально пошаговые. Описал что, и в каком порядке надо делать, чтобы моё пробуждение прошло максимально гладко и комфортно.

Сейчас здесь должен царить полумрак, а не непроглядная тьма, воскуряться благовония и играть струнный квартет.

Что ж, похоже пятьдесят лет без моего прямого надзора плохо сказались на дисциплине и расторопности представителей моего клана.

Но ничего, это я сумею быстро поправить.

Мой покойный дед-оптимист, который никогда многого не ждал от других людей, в этой ситуации бы сказал что-то вроде: «Ну, хотя бы разбудить не забыли.»

Впрочем, пока я лежал в темноте, заново привыкая к своему телу и проверяя как слушаются меня мышцы, то с удивлением отметил, что слышу вокруг лишь тишину и будто бы шум воды…

Словно течёт ручей. Он-то здесь откуда?

И значит ли это, что меня никто и не будил?

Но почему я тогда проснулся?

Что ж, придётся выяснить это самостоятельно.

Я толкнул крышку саркофага. Несмотря на мои предосторожности тело потеряло в подвижности и силе. Пришлось слегка напрячься и добавить толику магических сил, что у меня остались.

А вот осталось их у меня непозволительно мало. И это в происходящем самое странное.

Ведь я лёг отдыхать именно для того, чтобы их набраться. Для некроманта это нормальная практика.

За пятьдесят лет я должен быть полон энергией под завязку, а сейчас во мне жалкие крохи.

Но, по крайней мере Скверны я тоже не ощущаю. Значит, я всё рассчитал точно, и то огромное количество чужеродной силы, что я поглотил, закрывая последний очаг, переработалось и растворилось в организме.

Это отличная новость. И я уверен, что в Совете Князей будут счастливы её услышать. Хотя, надо ещё подумать, стоит ли мне дарить им столь важное знание.

В любом случае, я — князь Макс Рихтер, глава самого могущественного клана на планете, пробудился от долгого сна и готов вновь приступить к своим обязанностям — председателя Совета Князей.

Я ухмыльнулся, думая о том, как много моих прежних оппонентов этому не обрадуются. Особенно нынешний ВРИО, кем бы он ни был, которому придётся уступить уже насиженное и нагретое сиятельной задницей место.

Крышка саркофага с первого раза сдвинулась не до конца, и я толкнул её ещё раз. С громким треском она ударилась о мраморный пол склепа и наверняка раскололась.

Но куда больше меня волновал запах гнили и сырости мгновенно ударивший мне в нос.

Как долго здесь не убирались?

Я спрыгнул на скользкий, покрытый слоем грязи, пол, а затем, практически наощупь, отыскал один из факелов на стене и зажёг его.

К счастью, такая примитивная магия не требовала много сил.

Но то, что я увидел, превзошло все мои опасения.

От того склепа, в котором я погрузился в сон, не осталось практически ничего.

Грязь, которая хлюпала под моими ногами, ближе к стенам превращалась в совсем уж месиво.

А всё потому, что в склепе возникла трещина, и теперь, через неё, сюда просачивался какой-то подземный источник.

Именно это я сначала принял за журчание ручья.

Но и помимо подтопления, мой, когда-то, поистине королевский склеп, теперь больше походил на грязный заброшенный подвал, где на стенах растёт мох, а в углах висят какие-то обрывки старой паутины.

Похоже, что даже пауки уже покинули это место, не желая жить в таком запустении.

Предметы обстановки тоже давно истлели или просто исчезли.

Я не увидел ничего из тех вещей, которые заботливо подготовил к своему пробуждению.

Больше всего разочаровало отсутствие постаментов с артефактами. С их помощью я мог бы практически моментально восстановить энергию до приемлемого уровня.

Такой вот запасной вариант.

И теперь я был точно уверен, что-то пошло совсем не по плану.

Меня либо предал собственный клан, либо же кто-то воспользовался моим отсутствием.

Я снял факел со стены и снова подошёл к саркофагу, желая осмотреть руны, что отвечали за мой сон. Но поверх моих чётких и выверенных магических формул, которые я когда-то здесь вывел собственной рукой, я увидел хаотичные знаки и чертежи колдовства совсем другого уровня.

Да и его цели кардинально отличались. Мой ритуал всего лишь блокировал выход энергии Скверны из организма и поддерживал тело в надлежащем состоянии.

Но новое заклинание пыталось заточить меня здесь навсегда, наоборот высасывая вообще всю энергию без остатка.

И, как не досадно это осознавать, но оно было вполне рабочим, хотя и не учитывало множество факторов.

Пока я его разбирал, то машинально считывал и все ошибки. И даже исправлял их у себя в голове. Дилетанты!

Впрочем, именно эти ошибки и послужили отправной точкой для моего пробуждения.

Сложив два и два, я сделал нехитрый вывод, что трещина в этом склепе, скорее всего, появилась после землетрясения или взрыва.

По этой же причине сдвинулся с места, мой саркофаг, что сместило и знаки опечатывающего заклинания.

И энергия из внешнего мира потекла внутрь, возвращая меня в сознание.

У злоумышленников не хватило таланта, чтобы полностью перекрыть эффект от моего собственного ритуала, так что он продолжал защищать моё тело от разрушения.

Но всё равно, пробуждение, прямо скажем, неприятное.

Откуда-то из глубин сознания снова донёсся воображаемый голос деда: «Ну, ты хотя бы вообще проснулся.»

Я моментально его прогнал. Этого недостаточно, и виновные получат своё сполна.

Что ж, пора выбираться отсюда. Вот только, что если снаружи меня поджидает засада?

Действия, которые уже произошли, трудно назвать дружественными. Кто-то неизвестный хотел, чтобы я уснул вечным сном. И моё пробуждение явно не входило в его планы.

Поэтому стоит сначала разведать обстановку, а не лезть на рожон. Со всем своим опытом и способностями я был сейчас отвратительно слаб.

Заклятье истощило меня до капли.

Сила — дело наживное, но пока стоит помнить об осторожности.

Я прошёлся по склепу, внимательно разглядывая всё вокруг и пытаясь прикинуть, что здесь можно использовать.

И так, пока не приблизился к трещине, заметив что-то в грязи, возле льющегося потока.

Нагнувшись, я понял, что это мёртвая ящерка, причём погибла она, судя по всему, совсем недавно. Очевидно, её принесло сюда водой, и, не удивлюсь, если она просто захлебнулась. Бедняга.

Однако, теперь ты сослужишь мне добрую службу.

— Просыпайся, мой теневой разведчик, — тихо скомандовал я и провёл пальцем по её шкурке.

Не уверен, что сумел бы сейчас поднять кого-то более крупного, но на ящерку энергии хватило.

Очень скоро она зашевелила лапками и встала у меня на ладони, ожидая указаний.

Недолго думая, я отправил её наверх собрать информацию.

А сам ещё немного огляделся, а заодно обратил внимание и на самого себя.

К сожалению, у меня здесь не было зеркала, чтобы получше рассмотреть какие изменения произошли с моим телом за эти пятьде… нет, за эти годы.

В том, что я проспал пятьдесят лет, как и задумал, я уже сильно сомневался.

Но зато я с сожалением заметил, что мой зачарованный костюм, который должен был сохраниться как новенький, свою магию полностью растерял.

И теперь на мне висели скорее какие-то лохмотья, а кое-где ткань и вовсе полностью истлела.

В приличном обществе так появляться, определённо, не стоит.

«Ну, хотя бы причинные места прикрыты» — снова подал голос генетический оптимизм. И на этот раз, я с ним даже согласился.

Трусы действительно на месте. Артефактная ткань, в отличие от обычных заклятий, со временем не теряет своих качеств.

Знал бы, весь костюм из неё заказал. Но это всё мелкие неудобства.

Надо лишь добраться до замка, а там меня ждёт и новый гардероб, и артефакты с энергией, и ответы если не на все, то на большинство вопросов.

Вернулась ящерка, и я тут же принял, посланный ею мыслеобраз.

Хм, похоже, наверху всё чисто. Только три каких-то типа с лопатами неподалёку бродят, причём явно не одарённые.

А может быть, это вообще мои люди? Посланные родом, чтобы раскопать меня после землетрясения? Что ж, сейчас узнаю.

* * *

— А я вам говорил, что нечего здесь делать, — раздражённо бухтел молодой усатый мародёр по имени Барни, — это кладбище уже сотни лет как всеми забыто. Всё самое ценное уже давно кто-то упёр.

— Да не ной ты, — злобно ответил ему Джон, громила с раздувшимися ноздрями, похожий на быка, — у тебя вообще никогда идей нет. Когда мы обсуждали, ты язык в жопу засунул и со всем соглашался. А теперь гонишь тут.

— Вот-вот, — подтвердил его слова третий мародёр, лысый поджарый Фред. — Каждый раз так. Ты бы без нас и картошку в огороде откопать не смог. Я уже молчу о чём-то большем.

Однако, Барни уже их не слушал, его взгляд был прикован к одному старинному заброшенному склепу.

И было чему удивляться. Оттуда только что выбрался высокий худой мужчина в драных обносках.

— Парни, смотрите! — шепнул он им.

Мародёры дружно обернулись, и Барни сразу же фыркнул:

— И на что тут смотреть? Опять наркоша какой-то. С него и взять наверное нечего.

— Ну, подойти можно, — предложил Фред, — всё равно скучно.

К их удивлению, незнакомец и сам двинулся к ним навстречу.

— Ты кто такой, ёпта? — смачно харкнув, спросил у него Джон.

Мужчина не спешил отвечать. Он смотрел на них с любопытством, презрением и даже какой-то жалостью.

Этот его взгляд невероятно бесил.

— Быстро отвечай, говнюк, — присоединился к допросу Барни.

— Следи за языком, червь, — спокойно ответил мужчина в обносках. — С тобой говорит Князь Рихтер, глава великого Клана Некромантов.

Спокойно-то, спокойно, но по спинам мародёров тут же пробежали мурашки. Этот незнакомец говорил так, словно привык повелевать.

Более того, первой их реакцией стало желание тут же извиниться.

Но так как они всегда были борзыми и туповатыми, то интуицию слушать не стали.

А Джон наоборот распетушился и угрожающе шагнул вперёд.

— Какие ещё нахрен некроманты, псих придурочный? Ты чо тут долбишь, что тебя так торкнуло, а?

Незнакомец властно поднял руку, повернув её к себе тыльной стороной.

Мародеры едва не охнули, увидев на пальце огромный золотой перстень с узором в виде черепа с горящими глазами-рубинами.

Если это настоящее золото и камни, то такой будет стоить целое состояние! И этот хрен точно не его владелец.

Аристократы и просто богатеи по таким местам, да ещё и в таком виде не шастают.

Значит, он его просто где-то здесь и спёр!

Джон бросил короткий взгляд на своих дружков. В их глазах лихорадочным блеском горела такая же жадность. Так что, недолго думая, он поднял лопату с криком:

— Валим его, парни!

* * *

Да, не такой реакции я ожидал, когда показал им перстень. По моему плану, они уже должны были пасть ниц и молить о прощении.

Но вместо этого решили на меня напасть.

Что можно расценивать, как очень странный, зато безотказный способ самоубийства.

Даже в таком состоянии с кучкой неодарённых расправиться — это всё равно что, ну не знаю, чаю попить.

Так что я просто сделал шаг в сторону, уклоняясь от лопаты, при этом сам зацепил нападавшего ладонью, мгновенно высасывая у него часть жизненной энергии.

Не самый мощный приток силы, я бы даже сказал, что мусорный, но этого хватило, чтобы накачать мышцы мощью.

Так что следующего дурачка с лопатой я вырубил просто одним хорошим ударом по морде, успев заодно тоже хапнуть немного его энергии.

Пока первый приходил в себя, а второй тупо остановился, не понимая, что происходит, я одним резким движением схватил его за плечо и буквально вырвал всю жизненную силу, которая в нём теплилась.

Я уже и забыл, как легко это получается с неодарёнными.

В этот момент в себя пришёл самый борзый, тот, кто напал на меня первым, и у которого я уже забрал часть силы.

Он в ужасе бросился бежать от меня прочь. Но, если он сбежит и начнёт чесать языком, то мои враги могут узнать, что я ещё не в лучшей форме.

А этого я допустить уже не мог. Так что я просто поднял с земли лопату и запустил её вслед за ним как копьё.

Силы хватило, чтобы она эффектно снесла ему голову, забрызгав кровью и мозгами могильные плиты на несколько метров вокруг.

Этот тип уже точно не годится для службы.

Я отвернулся и оглядел два оставшихся, остановив свой выбор на лысом. Он был достаточно смуглым, так что дольше продержится, не привлекая к себе внимания, когда мы придём в людное место.

Да и имя его я успел запомнить. А свежие слуги лучше отзываются на своё прежнее имя. Рефлексы у них остаются какие-то, что ли.

Так что моего нового прислужника зовут Фред.

Сейчас он медленно, но старательно собирает трофеи.

Буду действовать как при военном положении. А на войне любая мелочь может стать решающей.

Грабители мне достались то ли бедные, то ли невезучие.

Даже одежда их выглядела неказисто. Куртки из какого-то жесткого материала и штаны из грубой ткани. В моё время из такой шили только мешки или паруса.

Выбираю себе те, что побольше. Всё равно коротковаты, но долго их носить я всё равно не собираюсь.

По крайней мере, в них я буду меньше привлекать внимания. Предварительно прошёлся по ним дозой некротической энергии.

Такими чистыми они не были даже в руках у портного, который их шил. И всё равно испытываю некоторую брезгливость.

Ладно, на войне, как на войне.

В этот момент мой слуга достал из чужой сумки какой-то прямоугольный предмет со светящейся картинкой на одной из сторон и кнопками под ней, я заинтересовался и приказал ему передать это мне.

Но, стоило мне только коснуться этой вещи, как что-то затрещало, и картинка мгновенно погасла. А я почувствовал как в моё тело вливается песчинка энергии скверны. Настолько малая, что я сумел переработать её буквально на автомате.

Интересно.

Я думал, скверны вовсе не осталось в мире. А теперь её искры таскает с собой всякое отребье.

Но, пожалуй, разберусь с этим позже.

А пока…

— Фред, — я повернулся к зомби, — собери всё полезное в свой рюкзак и следуй за мной.

* * *

Никто из тех, кто сейчас встречал идущую по городу эффектную длинноногую брюнетку в аккуратном деловом костюме и не подумал бы, какие муки она испытывает в этот момент.

Ольга Рихтер, двадцатитрехлетняя одарённая аристократка, правда, самого низкого статуса, возвращалась с очередного вызова.

Те, что породовитее и сильнее, таких как она за глаза презрительно называли «пиявками». Однако, совсем не гнушались их услугами.

Вот и сейчас виконт де Мертей из Клана Кинжалов попросту впал в кому, приняв слишком много «Благодати» — энергонесущего препарата, который усиливает способности аристократов. И «честь» приехать на вызов выпала именно Ольге.

Так уж вышло, что «пиявки» — единственные, кто обладает даром забирать излишки чужой энергии, но при этом сами они не имеют собственного источника и не могут пользоваться этой энергией, просто растворяя её в себе.

Правда, расплачиваться за это приходится жуткой болью, возникающей в момент, когда их дар сражается с чужеродной энергией.

Ольга знала, что этой ночью лучше будет напиться до беспамятства, иначе такая пытка может свести её с ума.

Хотя бывает участь и похуже. Пиявки ещё держатся, а вот «мусорщики», которым приходится очищать от «благодати» различные отходы, изнашивают свои организмы гораздо раньше.

А «чистильщики» вообще долго не живут.

Но это мало утешало Ольгу. Проклятый дар, он и есть проклятый.

Единственная польза от него в том, что он хотя бы позволяет жить в достатке и считаться среди простолюдинов аристократкой, но только среди них.

Ей никогда не стать равной настоящим одарённым.

Ту же «Благодать» её организм просто отвергает, реагируя жуткой болью.

Ольга вздохнула и остановилась возле своего дома, доставшегося ей в наследство от каких-то давних предков.

Хотя он больше похож на хозяйственную постройку, сложенную из огромных серых камней. Зато расположение удобное, почти в центре города, а ещё она большая и просторная.

В ней помещались и офис, и квартира, а сама Ольга в шутку называла её лофтом.

Если не можешь изменить ситуацию, измени к ней отношение…

Дерьмо.

Поморщившись, она прошла мимо висящей у входа вывески. Крупные буквы гласили: «Отсос недорого», и чуть ниже, «Интим не предлагать».

В типографии нарочно сделали слово «энергии» незаметным, чтобы привлекать внимание.

Но так как в основном привлекалось внимание всевозможных придурков, пришлось добавить вторую часть надписи.

Радуясь, что поместье заказчиков располагалось не слишком далеко, даже не пришлось брать машину, а также, что о запасах алкоголя она позаботилась заранее, Ольга с облегчением вошла в дом, включила свет и ловким движением освободилась от туфель на шпильках.

А затем подняла глаза.

В кресле для посетителей сидел незнакомый мужчина.

Черти его принесли в такой момент, что ли? Неужели она забыла закрыть дверь?

Ольга невольно замерла, разглядывая нежданного гостя.

Одежда его была дешёвой и потёртой, но что-то в этом человеке притягивало взгляд.

Может быть, его аристократическая внешность и уверенность, которая сквозила в каждом взгляде и жесте.

По роду деятельности Ольге приходилось общаться с людьми, наделёнными богатством и влиянием.

Но мало кто из них мог сравниться с этим странным мужчиной.

Наконец, Ольга справилась со странной оторопью и открыла рот, собираясь спросить кто он и, что здесь делает.

Но посетитель снова поставил её в тупик, успевая задать целых три вопроса, каждый из которых удивлял её ещё сильнее предыдущих:

— Кто ты такая?

— Почему ты живёшь в моей конюшне?

— Где мой замок???

Глава 2

Разговор с девицей у нас как-то сразу не заладился. Но, стоит отдать ей должное, она оказалась не из робких.

Девять из десяти на её месте устроили бы истерику или упали в обморок.

Эта же испытывала больше гнев, чем страх.

— Я — Ольга Рихтер, и я здесь живу, — заявила она, вынимая из кармана ту самую странную светящуюся коробочку, что я уже видел на кладбище. — Убирайся отсюда! Иначе я звоню в полицию.

— Звонишь? — удивился я. — Что-то я не вижу здесь колокола.

— Причём здесь колокол? — кажется, мой ответ сбил её с толку. — Это сарказм?

— Это логика, — ответил я. — И она же подсказывает мне, что ты врёшь. Я помню поимённо всех двести семнадцать членов рода Рихтеров. Единственной Ольге, которую я знаю, триста два года от роду. И она, в отличие от тебя, блондинка, чей рост не превышает сто шестьдесят сантиметров даже на каблуках.

На лице Ольги отобразилось сначала раздражение, а потом появилась идиотская улыбка, словно она разговаривает с ребёнком.

— Вы только не волнуйтесь, — засюсюкала она. — Я не буду звонить в полицию… Может быть, вы помните телефон вашего лечащего врача?

Сомнений не оставалось, за психа принимает. А вообще она неплохо держится. Вполне себе достойно для представительницы рода Рихтеров.

Волосы разметались, грудь вздымается от волнения. Ну и одежда на ней, конечно…

Назвать это юбкой даже язык не поворачивается. Даже удивительно, что моя родственница расхаживает в таком виде.

Хотя, может быть, в эту эпоху так принято?

— Я не сумасшедший, — пришлось объяснить ей, — просто позови кого-нибудь из старших в роду. Мне надо с ними срочно поговорить.

Собственно, я уже понял, что мир успел измениться куда сильнее, чем я мог предположить. Это трудно было не заметить. По пути с кладбища я заметил и самодвижущиеся повозки, которые ездили без всякого намёка на лошадей, и уличные светильники, непохожие ни на масляные, ни на магические. Архитектура также изменилась, став более убогой и примитивной.

Но, судя по фамилии, эта девушка была моей родственницей, а в клане точно должен остаться хоть кто-то, кто меня помнит. Если она, конечно, не самозванка.

А ещё я не понимал, зачем она, вместо того, чтобы отвечать, копается в своей светящейся коробке. Я подошёл ближе и туда заглянул.

Но рассмотреть ничего не успел. Она сразу отшатнулась, а затем быстро сказала:

— Пожалуйста, поймите, никакого рода Рихтеров не существует… Вы что-то путаете.

— Ерунда, — невозмутимо возразил я ей. — Род Рихтеров сильнейший на этой планете, и с ним просто ничего не может случиться, сколько бы времени не прошло.

Но она не прекращала попыток меня переубедить:

— Я единственная ношу эту фамилию, — терпеливо пояснила она. — И я даже не жила в этом городе. Да, этот дом мне достался в наследство от дальних родственников, но…

Я устал это слушать, к тому же давно следовало задать один вопрос:

— Ольга, какой сейчас год?

— Что? Год? Две тысячи двадцать четвёртый, разумеется.

Странно, мой вопрос так её удивил, что она даже выронила свою светящуюся коробку. А спустя ещё секунду упала в обморок.

Мда, а ведь всего пару минут назад она не казалась такой впечатлительной.

Тем более, ей-то чего переживать? Это не её, а мой отдых продлился аж десять веков.

Тысячу лет!

Всего лишь в двадцать раз больше, чем я планировал.

Я наклонился к девушке и, прикоснувшись, сразу же понял, что с ней не так.

Скверна.

Огромное количество скверны разливалось по её энергетическим каналам, выжигая их изнутри. И лишь дар некроманта сдерживал это разрушительное влияние.

Что ж, выходит, она не врала, когда сказала, что носит мою фамилию. И я даже почувствовал за неё прилив гордости. За то, как хорошо она держалась, испытывая столь жуткую боль.

Я сам прекрасно понимал, что это такое, ведь когда очаги скверны начали расползаться по нашему миру, никто не знал, как с ними правильно обращаться.

Поначалу им даже обрадовались. Ещё бы, дармовая энергия прёт из ниоткуда.

Но скоро стало понятно, что бесплатный сыр бывает только на помойке, и от него не просто пучит живот, но и можно легко склеить ласты.

Очаги Скверны появлялись без всякой системы, в городах и в лесу. Среди людных мест и в полной глуши. Они расползались как язвы, меняя на своей территории всё живое.

Скверна влияла на животных и растения, так что они стремительно мутировали. Буквально за несколько часов местность было не узнать.

На людей она действовала также. Их после скверны и людьми-то было трудно назвать.

Если очаги оставлять без внимания, они начинали расползаться. А ещё Скверна начала вытеснять естественную магическую энергию нашего мира.

Чем больше было очагов, тем чаще появлялись новые. Сама ткань мироздания истончалась и рвалась. Словно раковая опухоль поразила планету.

Маги бросились на борьбу с новой угрозой. Они могли сопротивляться скверне дольше, чем неодарённые.

Но и побочные эффекты были страшнее. Мутировали не только их тела, но и энергосистемы. Они, словно наркоманы, не могли больше обходиться без чужеродной энергии, полностью теряя свой собственный магический дар.

Передоз грозил страшными побочными эффектами. Боль, лихорадка, галлюцинации, кома…

Но отказ был ещё хуже, они становились простыми людьми.

Единственными, кто обладал иммунитетом перед Скверной, оказались некроманты.

Забавно, но чужая энергия просто не считала нас живыми. Мы могли поглощать её и перерабатывать. Правда, на слабых ступенях развития дара это сопровождалось жуткой болью.

Я же не испытывал даже дискомфорта, так… легкая щекотка.

Поэтому я и взял на себя закрытие последнего крупного очага в сибирской тайге.

За десятилетия он разросся на сотни километров и изменил всё внутри себя до неузнаваемости.

Мне помогало несколько десятков адептов. Они контролировали моих боевых химер, сдерживающих местных тварей.

Я же тем временем пил чужую энергию прямо из воздуха. Это длилось несколько суток, пока скверна не иссякла.

Вот после этого я и решил взять себе отпуск.

«Планета в безопасности», — подумал я.

Скверна уничтожена.

Лет пятьдесят можно и передохнуть.

Но что же случилось за эти сотни лет, что самый могущественный магический род планеты перестал существовать, а последняя его представительница ютится в моей бывшей конюшне?

И откуда в этом мире столько скверны? Перед тем, как уснуть, я совершенно точно уничтожил последний её очаг.

Да, похоже, разобраться с этим за один день не получится.

Что ж, осмотрюсь для начала.

Скверну из Ольги я уже вытянул. Правда, она всё равно не очнётся раньше, чем через несколько часов. Её организм истощён таким варварским ритуалом.

Придёт в себя, надо отчитать её хорошенько. А заодно объяснить, как надо укреплять свою энергосистему, чтобы не падать в обморок при гостях.

А пока я просто приказал Фреду отнести её на кровать, в спальню на втором этаже, а сам поднял светящуюся коробочку, которую она выронила.

Но произошло ровно то же самое, что и тогда на кладбище. Стоило мне дотронуться до вещи, как она затрещала, погасла, а затем угостила меня толикой энергии скверны.

Значит, теперь вещи, работающие на этой силе, не являются чем-то редким и запрещённым.

Очень легкомысленно, на мой взгляд. Ведь скверна воздействует на всё живое, и теперь от неё не укрыться даже за пределами очагов.

Да и вообще, я заметил очень много нового, пока добирался до своего замка. Ну, вернее, до места, где он раньше находился.

Тысяча лет не прошла бесследно, и теперь многое придётся изучать с нуля.

Я медленно бродил по своей бывшей конюшне, удивляясь, как много, оказывается, можно в ней уместить, если убрать лошадей.

Хотя лошади у меня были крупные, ведь каждую из них я дорабатывал лично.

У одной было восемь ног. Перебирала она ими, конечно, не слишком быстро. Зато тяжести таскала, как десять обычных.

А когда я прошёл мимо одной из дверей, то услышал, как оттуда доносится чей-то голос.

Странно, разве мы здесь не одни?

Когда я вошёл внутрь, то не чувствовал никакой посторонней жизненной энергии.

Да и сейчас не чувствую. Ну, кроме Ольгиной, разумеется.

Из моего рукава выползла ящерка, тут же юркнула в приоткрытую дверь и также быстро вернулась. Опасности нет.

И я вошёл внутрь.

Опасности нет, но неприятный сюрприз имеется. На стене висела большая панель, на которой во всей красе вещала Катарина Вийон.

Ещё та стерва. Вечно пыталась ставить мне палки в колёса на Совете Князей, хотя сама из себя не представляла ровным счётом нихрена.

Её род был слабейшим из всех, что входили в совет. Причём даже не из-за отсутствия магического потенциала, а просто потому, что не хватало мозгов его правильно использовать.

Жаль, конечно, что Катарина пережила эти сотни лет. Но, как я вижу, так и не перестала косить под молодую и озабоченную рыжую ведьму, нелепо хлопая ресницами и томно вздыхая при разговоре.

В моё время на эти её ужимки велись только форменные идиоты. Но, похоже, не оскудела ими земля, раз она всё ещё продолжает устраивать подобные представления, вываливая грудь пятого размера из глубокого декольте.

Казалось, что ещё чуть-чуть и пуговица, сдерживающая всё это богатство, лопнет и продемонстрирует даже ту малость, которую она пыталась скрыть.

Впрочем, сиськи у неё и впрямь отменные. Пожалуй, единственное, что есть хорошего у главы рода Вийон.

Так что на них я и сосредоточился, пока пытался понять, как именно работает висящая передо мной панель.

Катарина Вийон двигалась и говорила, как живая, но это не было похоже на голографический вызов, которыми мы раньше пользовались для связи.

Ещё одна новая технология?

И, похоже, используется она не для переговоров. Иначе зачем ей вещать для пустой комнаты?

Но на всякий случай я всё-таки с усмешкой спросил:

— Ну что, Катарина, скучала по мне?

Однако ничто не указывало на то, что она меня слышит. Видимо, это просто запись её монолога.

Несла она, к слову, форменную чушь.

Насколько я понял, она рассказывала про какую-то чудодейственную мазь, которая поможет сохранить молодость надолго даже неодарённым.

Врала, естественно.

Своей мордашкой, не изменившейся за тысячу лет, она обязана исключительно дару, а не снадобьям каких-нибудь алхимиков.

Мда, род Вийон, что скатился до уровня обычных торгашей? Даже от Катарины я такого не ожидал.

Ладно, хрен бы с ними. Лучше проверю ещё одну свою догадку.

Я подошёл к панели ближе и коснулся её рукой. Наградой мне стали знакомый треск и мгновенное выключение.

Так и есть. Значит, я прав, новые технологии действительно используют силу скверны в качестве энергии.

Докатились.

Этот мир без Рихтеров определённо сошёл с ума.

Пора вправить ему мозги.

* * *

Ольга сладко потянулась в кровати, когда её разбудил тёплый луч солнца. Он пробился сквозь шторы и теперь мягко гладил её по лицу. Как же давно она не просыпалась в таком хорошем настроении! Отлично выспалась, но, что гораздо удивительней, у неё совершенно ничего не болело.

Вот же чудо! И это при том, что вчерашний вызов был ужасно тяжёлым.

Ольга встала с кровати, отметив, что даже не разделась перед тем, как лечь.

Чем же таким прекрасным она вчера напилась, что нет никаких последствий?

Девушка наморщила лоб, и перед глазами всплыло лицо вчерашнего посетителя. Но она тряхнула головой, и видение исчезло. Приснится же такое… Хотя внешне мужчина был очень даже ничего…

Бред какой-то. Наверняка, это всё алкоголь.

Хотя раньше белочка её не посещала…

Говорили ей подруги, что нельзя так много работать. Мужики уже по ночам сниться начали…

Ольга изо всех сил пыталась убедить себя, что ничего странного не произошло, но ей становилось всё тревожней.

Особенно после того, как она повела носом, учуяв запах гари.

Неужели забыла выключить плиту? Или…

Девушка резко прошлась по комнате, но не нашла смартфон ни в одном месте из тех, где обычно его оставляла.

Чёрт.

Ни полицию, ни пожарных не вызвать. Но не сидеть же здесь, ожидая что всё уляжется само собой.

И Ольга решительно двинулась вниз, не зная, чего боится больше, увидеть, что в доме пожар или вновь встретить вчерашнего психа.

Но, что странно, первым кого она увидела, оказался совсем не он.

А какой-то совершенно незнакомый приземистый и лысый мужчина с откровенно бандитской физиономией, но при этом бледный, как мел.

Он стоял у плиты, нацепив на себя её любимый фартук с полосатым котиком и пёк оладьи.

Совершенно не обращая внимания на хозяйку дома, он как раз выложил очередную порцию в большую тарелку, тут же деловито зацепил половником жидкое тесто и отправил его на скворчащую сковороду.

Запах на кухне, кстати, был гораздо приятней, чем наверху.

Вместо гари, она почувствовала аромат свежей выпечки.

Но даже это её не успокоило, и Ольга едва не задохнулась от возмущения.

— Убирайтесь отсюда, пока я полицию не вызвала, — разъярённо закричала она, злая, как собака, от мысли, что фартук придётся выбросить.

Ну противно же после чужого мужика!

И стирка тут не поможет.

Однако, мужчина по-прежнему будто бы вообще её не заметил. Да и движения у него были какие-то очень уж странные, словно у деревянной куклы.

В голову пришло дурацкое сравнение — он словно живой труп.

Подумав об этом, Ольга сама испугалась своих мыслей.

Глупости какие-то. Разве такое может быть?

Одно дело читать или смотреть ужастик про оживших мертвецов.

Но, всем известно, что такой магии на самом деле в мире не существует.

Да и мертвецы как-то иначе себя должны вести, а не воровать фартуки и не жарить оладьи.

— Я повторяю последний раз, уходите, пока вас не выставили отсюда! Это мой дом, и я имею право охранять свою собственность! — снова угрожающе закричала Ольга.

Попутно она сняла со стены ещё одну сковородку. А заодно зачем-то схватила половник. После чего начала медленно, но уверенно продвигаться к незнакомцу.

А он всё ещё ни на что не реагировал, чем бесил ещё больше.

И Ольга решительно стиснула зубы, как никогда готовая разобраться с этим наглым незваным гостем.

Она дала ему шанс уйти по-хорошему! Сам напросился!

С такими мыслями она занесла сковородку над его головой.

— Ольга, не надо, ты его сломаешь! — в последний момент услышала она знакомый голос.

В дверном проёме между кухней и гостиной стоял Макс.

Кажется, так он вчера представился.

— Сломаю? — от неожиданности переспросила она.

На фоне мужика в фартуке и с оладьями вчерашний гость выглядел не таким пугающим.

— Больно Фреду всё равно не будет, но ты определённо испортишь его внешний вид. Лучше дай ему закончить с оладьями, а затем вместе позавтракаем.

— Фред? — от неожиданности Ольга опустила своё орудие и сделала шаг назад, — так это ваш слуга? — однако, она быстро взяла себя в руки и снова наехала на странного наглеца, — какого чёрта вы вообще распоряжаетесь в моём доме? Выметайтесь отсюда оба!

Макс вздохнул.

— Давай называть вещи своими именами. Дома, судя по всему, у тебя вообще нет. Это конюшня. Хозяйственное помещение для содержания лошадей. И то, что кто-то притащил сюда мебель, ничего не меняет.

Спокойствие гостя только ещё сильнее выводило Ольгу из себя.

— Не смейте так говорить. Это вообще не ваше дело. Конюшня или дом, здание принадлежит мне!

Макс выставил ладонь в успокаивающем жесте.

— Ольга, расслабься, я вовсе не хочу тебя обидеть. Садись за стол, нам о многом нужно поговорить.

Сразу после этого он сам прошёл вглубь кухни и удобно устроился на стуле. А в его взгляде отражалась полная уверенность в том, что она вскоре к нему присоединится.

Странно, но, хотя Ольга и не перестала беситься, было в голосе этого человека и что-то такое, что действовало на неё совершенно гипнотически.

Да и на сумасшедшего он всё-таки не походил. Хотя она вчера и была почти уверена, что он сбежал из психушки.

В общем, Ольга сдалась и тоже села за стол.

— Что с этим мужчиной? — спросила она, наблюдая за тем, как Фред невозмутимо раскладывает оладьи по тарелкам, — он что, глухонемой?

Его жесты по-прежнему оставались какими-то деревянными и неестественными. Да и вся драма, которую она тут устроила, крича и размахивая сковородкой, совсем никак не отразилась на его эмоциях.

— Нет, — ответил Макс. — Почему он должен быть глухонемым?

— Но почему тогда он так себя ведёт и выглядит?

— Как? — подняв бровь, переспросил гость.

Причём было заметно, что он не пытается издеваться или дразнить девушку, а искренне не понимает смысл её вопросов.

— Ну… как зомби, — уже не очень уверенно ответила Ольга.

— Не зомби, а умертвие, — поправил её Макс, а затем вдруг прочитал мини-лекцию, — Ты что, не знаешь разницы? Зомби возникают в результате случайного выплеска энергии или у совсем безруких учеников. Ещё их порой создают при недостатке времени, как расходный материал. Все процессы в их телах продолжаются, отчего они быстро приходят в негодность. Умертвия гораздо более практичны, хотя и требуют более высокого профессионализма при поднятии трупа.

Тем временем Фред подошёл к столу с двумя тарелками и поставил их перед хозяином и Ольгой.

Последняя под впечатлением от услышанного буквально прилипла к нему взглядом полным ужаса.

Из этого оцепенения её вывел довольный голос Макса.

— Приятного аппетита, Ольга.

Улыбнувшись девушке, он начал уплетать завтрак.

Она же всё ещё пыталась переварить услышанное.

— Так он что, мёртвый⁈

— Стал бы я пускать на кухню живого слугу, — самодовольно заявил Макс, — пот, чешуйки кожи, волосы… это же негигиенично! Лучшие повара получаются из качественных умертвий, поверь моему опыту!

— Так это… он что, и правда… да как это возможно… зомби… — прошептала Ольга себе под нос.

Заметив это, Макс нехотя оторвался от оладий, удивлённо на неё взглянул и спросил:

— Погоди, ты что, не знаешь, что ты — некромант?

Глава 3

— Нет, конечно, — Ольга одновременно удивилась и испугалась, — какие ещё некроманты?

— Погоди, — не понял я, — кем же ты себя в таком случае считаешь? Какой у тебя дар?

— Я — лекарь, — заявила Ольга.

Я перевёл взгляд на умертвие, потом на ящерку, потом снова на умертвие. Ну, в каком-то извращённом смысле…

Но нет. От мысли про то, что мы, Рихтеры, вдруг стали лекарями, я начал громко смеяться, а может, даже ржать.

— Ты же несерьёзно, да? Вот Вийоны — лекари, — начал объяснять я под озадаченным взглядом Ольги, — они могут что угодно сотворить с человеческим телом, но уж точно не ты. Откуда ты вообще взяла эту чушь?

— Ну да, я не Вийон, — обиженно ответила Ольга. — По сравнению с их даром, мой не бог весь какой. Но он есть. И приносит пользу!

Возмущённая девушка вывалила на меня кучу информации. На этом фоне даже существование некромантов отошло для неё на второй план.

Тем более, видя Фреда, трудно было о чём-то подобном не догадываться.

Оказывается, её способности завязаны на возможность поглощать энергию Скверны. То, что когда-то мы считали побочным эффектом дара, теперь преподносится как единственная способность.

Да ещё и пользующаяся большим спросом. Ведь этой самой иномировой энергией переполнено буквально всё. Как они тут не передохли-то все в такой нездоровой атмосфере?

— Подожди, — прервал я её, — а что конкретно ты делаешь?

У меня всё ещё не укладывалось в голове, как она может считать себя лекарем, так что я решил разобраться в этом основательно.

Ольга округлила глаза и посмотрела на меня, как на инопланетянина. А потом схватила один из оладушков и задумчиво откусила половину.

— Ну как что… — наконец, заговорила она, — вы что, даже про эпидемию не знаете?

— Это какую ещё?

— Телфордскую… назвали по месту жительства нулевого пациента.

Мне это ровно ни о чём не говорило, но я терпеливо ждал, пока Ольга слопает ещё пару оладушков. То ли от нервов, то ли ещё от чего, но этот разговор явно пробуждал в ней аппетит. Она уже даже начала с жадностью коситься и на мою тарелку тоже.

Заметив это, я приглашающе подтолкнул её к ней поближе. Пусть ест, раз такая голодная.

Ольга с благодарностью съела ещё один оладушек и продолжила:

— В общем, эта зараза появилась внезапно и моментально разлетелась по всему миру, причём возбудителя так и не нашли. Но симптомы у всех примерно одинаковы. Слабый иммунитет, раннее старение… Организм словно идёт вразнос, отказываясь работать нормально.

Ольга говорила и поглощала оладьи, а я слушал, во что превратили мир бестолковые потомки. Они даже в свои приборы Скверну запустили. Естественно, что всё живое под её влиянием мутирует или гибнет.

Именно поэтому тысячу лет назад Совет Князей запретил использование Скверны, а все очаги постановил очистить и уничтожить. Хотя желающих воспользоваться дармовой энергией было немало, но с моей властью и авторитетом никто не мог спорить. Теперь я убеждаюсь, что был прав. Но это совершенно не радует.

— В общем, только мы, лекари, можем справиться с излишками энергии и у неодарённых, и у аристократов.

Ольга замолчала на полуслове, с сожалением глядя на опустевшую тарелку.

— Фред, приготовь ещё пару порций, — приказал я умертвию, а затем снова внимательно оглядел Ольгу.

И как в этой худенькой девице поместилось столько еды?

— Да не надо, — смущённо запротестовала она, — я наелась.

Я понимающе кивнул, но приказ отменять не стал.

— Лишним не будет. Так, что там с эпидемией? — вернул я разговор в нужное русло.

— Да, в общем, и всё. Способ лечения так и остался один-единственный, но помощью неодарённым в основном занимаются лекари с совсем слабым даром, потому что работа эта неблагодарная… — Ольга осеклась и снова смутилась, — с точки зрения, зарплаты я имею в виду, так-то, конечно, люди очень благодарят. Я поэтому тоже занимаюсь волонтёрством, принимаю пациентов в бесплатной клинике, здесь недалеко.

— А что насчёт основной работы? — уточнил я.

— Ну, без ложной скромности я посильнее многих. Так что у меня свой бизнес. Я обслуживаю аристократов, забирая у них избытки энергии.

— И как? Выгодно? — грустно усмехнулся я, слушая о том, чем приходится заниматься моему потомку.

— Не жалуюсь, — Ольга гордо вздёрнула носик.

— Значит, ты поэтому вчера вернулась переполненная энергией скверны?

— Скверны? Не понимаю… но, да, я вернулась с вызова, на котором спасла одного из своих клиентов от передоза «Благодати».

Я едва удержался от того, чтобы не разбить себе лоб фейспалмом. Это так теперь оно называется? Благодать?

— Как эту дрянь не назови, лучше не станет, — покачал головой я.

К этому моменту Фред как раз приготовил ещё несколько оладий и поставил их перед нами на стол. Я видел прямо физическую муку во взгляде Ольги. Она стоически сопротивлялась соблазну. Но, в конце концов, не выдержала и решительно схватила ещё один оладушек. Съела его, а потом, как бы извиняясь, объяснила:

— Я уже сто лет домашней еды не ела, особенно выпечки. Очень вкусно. Спасибо, Фред, — внезапно обратилась она к умертвию.

— К сожалению, он тебя не понимает, — я покачал головой. — Сейчас он способен только подчиняться моим приказам.

— Жаль, и я… просто не привыкла к такому, — добавила она.

— Ничего. Ты быстро сообразишь, что к чему. Кстати, в будущем Фред всё-таки сможет стать гораздо более интересным объектом, чем сейчас. Если я вложу в него побольше энергии.

Подробности я пока оставил при себе. Но любое оживлённое существо изначально находится на, так сказать, первом уровне. Энергии, которую я вчера забрал у Ольги, хватило на то, чтобы превратить Фреда в умертвие второго уровня. Иначе бы он даже сковородку в руки не смог бы взять.

А вот умертвие десятого уровня, между прочим, умеет играть на рояле, причём без нот, по памяти.

Если я соберусь учить Ольгу некромантии, то начинать придётся с самых основ, и пока незачем загружать её такими подробностями.

Но для начала следует решить собственные проблемы. Главная моя слабость сейчас — в отсутствии энергии. Чтобы напитать организм под завязку обычным, так сказать, естественным путём, мне нужно снова отлежаться лет пятьдесят, что категорически не подходит.

Либо остаётся поглощать и перерабатывать Скверну. Неприятно, но куда быстрее.

Озарение пришло моментально.

— Ольга, а сегодня ты собираешься кого-нибудь лечить?

— Конечно нет, — моментально отозвалась она, — я должна отдохнуть от последствий вчерашних процедур.

Странно. Я что её не долечил?

— Ты чувствуешь себя усталой или больной? — уточнил я.

Она зависла, а потом неуверенно ответила:

— Честно сказать… совсем нет. Даже наоборот. Я давно не ощущала себя прекрасней. Но я всегда отдыхаю после вызовов…

На её лице вовсю отражался активный мыслительный процесс. Она хмурилась и даже прикусывала губу. А затем выпалила свою неожиданную догадку:

— Неужели это ты меня вылечил⁈

Не было никакого смысла это скрывать, так что я кивнул.

— Да, я, — а потом, стараясь не смеяться, добавил, — видишь, я тоже в некотором роде лекарь, — продолжил я, делая усилие, чтобы не заржать. — Поэтому предлагаю тебе сделку. Ты будешь лечить этих наркош с передозом, а я тебя.

— За процент? — сразу переспросила Ольга, а её взгляд стал задумчивым, словно она подсчитывает что-то в уме.

— Ага, за процент, — не стал спорить я.

Вряд ли она поймёт, если я скажу, что мне просто нужна энергия, и я не против делать это даже даром. Испугается ещё, снова шизиком окрестит. Оно мне надо?

— И сколько ты хочешь? — подозрительно прищурившись, спросила она у меня.

— Для начала хватит семидесяти, — улыбнулся я, специально назвав конскую сумму.

— Ого. Это много, — задумалась она, — и что значит «для начала»?

— А ты сама подумай, сколько клиентов ты сможешь принять, если не придётся брать выходной после каждого раза? А то и не один.

— Конечно, это так, но, — она тряхнула головой и стала торговаться, как заправский делец, — у меня вообще-то уже есть имя и репутация, можно сказать, собственный бренд. Я годами нарабатывала клиентскую базу, или вы думаете, что к аристократам пускают кого угодно? Нет, это тоже дорогого стоит. Я готова платить вам сорок процентов, не больше.

Забавно, но во время торговли она автоматически перешла на «вы», словно я из категории знакомых перешёл в деловые партнёры.

Я усмехнулся.

— Дёшево же ты оцениваешь свой организм. Ты же понимаешь, что из-за неправильной эксплуатации он тоже изнашивается?

— Неправильной? Почему это?

— Позже объясню, — отмахнулся я, — главное, что больше никто не предложит тебе такую сделку.

— Ещё надо проверить, действительно ли вы — такой гениальный лекарь, — надулась Ольга, — может, это вообще совпадение, что мне вдруг так полегчало. Надо проверить ещё хотя бы один раз. И за него, я, так и быть, заплачу сорок пять процентов. Разумеется, если всё сработает, как оговорено. Также я предлагаю закрепить наш договор у нотариуса…

— Ольга, расслабься. Что нам точно не нужно, так это лишние бумажки. Я тебе верю, а ты вряд ли захочешь, чтобы моим даром заинтересовался какой-нибудь другой лекарь. Переманит ещё, — я усмехнулся, — и, чтобы этого не произошло, сойдёмся на пятидесяти.

Ольга так билась за каждый процент, что этот спор доставлял мне какое-то садисткое удовольствие.

К тому же, я всё больше убеждался, что она — моя пра-пра-пра… внучка… Рихтеры всегда славились аккуратностью, справедливостью и точностью… и не упускали своей выгоды.

Но, видимо, мой последний аргумент нашёл отклик в её душе, так что она кивнула и согласилась.

— Значит, пятьдесят.

— И мы уже сегодня едем на вызов, — подытожил я.

— Подождите… Я совсем запуталась. Вы всерьёз утверждаете, что носите мою фамилию?

— Стал бы я шутить о таких вещах?

— Но… — попыталась она что-то возразить, — я даже не знаю, как к вам обращаться.

— «Ваша Светлость», разумеется. Чему только учат сейчас молодёжь?

Ольга посмотрела на меня с сомнением. Внешне я выглядел её ровесником, ну, возможно, немного старше. Вид имел лет на двадцать пять — двадцать семь.

Так что у неё не укладывалось в голове, что я старше её почти на полтора тысячелетия. До того, как отправиться в склеп, я прожил четыреста лет, и это были очень насыщенные годы.

Учёба, исследования, клановые войны… Некроманты не стареют, они выглядят на тот возраст, в котором им комфортно.

А насчёт «Светлости» я, разумеется, пошутил. Терпеть не могу формальности. За ними обычно прячут или трусость, или подлость.

Мне вообще понравилось слегка дразнить эту чересчур серьёзную и самостоятельную родственницу.

— А вам не кажется, что на приёме у пациентов это будет звучать слишком… пафосно? — аккуратно сформулировала ответ Ольга.

— Предположу, что «дедулю» ты тоже не одобришь?

Ольга фыркнула, чуть не подавившись оладушком.

— Хотя идея с родственником не так уж плоха, — сообразила она, — надо же как-то объяснить, кто ты такой и откуда появился.

— Отлично, тогда можешь звать меня «дядюшка Макс», — объявил я. — Ну что, поехали?

— Не всё так просто… Макс, — обратилась она ко мне с небольшой заминкой, — Сначала я должна обо всём договориться. Кстати, ты не видел мой смартфон?

Я не спешил признаваться, что понятия не имею, о чём она говорит, так что просто покачал головой.

— Куда же он подевался… — задумчиво протянула Ольга, встав из-за стола.

Она начала прохаживаться по кухне и внимательно разглядывать каждый уголок. А потом очень обрадовалась, когда увидела на тумбочке ту самую светящуюся коробку, которую я вчера рассматривал.

— А вот и он! — воскликнула она, сразу её схватив.

Но потыкав на какие-то кнопки, тут же нахмурилась.

— Странно… почему-то не включается. Неужели опять зарядка кончилась? Схожу наверх за шнуром.

Но, когда она сделала шаг в сторону выхода из комнаты, мимо её ног пробежала моя ящерка, чем заставила её ойкнуть и отпрыгнуть в сторону.

Теневой разведчик, как я его окрестил, теперь тоже стал второго уровня и мог самостоятельно патрулировать область, к которой я его прикрепил. Без дополнительных команд.

И сейчас он вернулся, чтобы передать мне информацию.

— Ольга, ты кого-то ждёшь? — спросил я девушку после того, как принял мыслеобраз от своего маленького прислужника.

— Нет, но иногда клиенты приходят просто так… без записи. А что?

— Прямо сейчас сюда идут трое мужчин.

— Откуда ты…

Договорить она не успела, раздался звонок в дверь. После этого Ольга взглянула на меня с ещё большим подозрением, но расспрашивать уже ни о чём не стала. Только попросила:

— Пожалуйста, оставайся на кухне, — попросила Ольга. — Я сама открою и буду разговаривать с посетителями. Это всё-таки мой дом.

— Нет проблем, — пожал я плечами.

По большому счёту меня и правда не интересовали скучные разговоры с посетителями, клиентами, соседями… в общем, кем бы они ни были.

Да и к тому же моя ящерка всё ещё могла тайно следить за ними на случай, если случится что-то интересное.

И оно всё-таки случилось.

Не успели гости поздороваться, как с порога, официальным и от того ещё более противным тоном, заявили:

— Ольга Рихтер, у меня ордер на ваше выселение! У вас есть неделя, чтобы собрать вещи и покинуть здание, после чего оно будет снесено.

* * *

Виконт Уго Веласко очень любил свою должность.

Почти столь же горячо, как ненавидел дерзких и дурно воспитанных девиц.

В эту категорию попадали все, кто имел наглость не заинтересоваться Уго, не оценить его тонкое чувство юмора, интеллект и статус.

Веласко — древний и знаменитый род. И даже то, что сам Уго принадлежал лишь к младшей из его ветвей, мало что меняло.

Пускай его дар не так силён, как у других. Пускай он не пошёл по пути «боевиков», которые считали работу клерка скучной. Даже сам вид коротышки Уго, всегда одетого с иголочки, вызывал у них усмешку.

Они даже не представляли, какая власть оказывалась сосредоточена в руках скромного инспектора по работе с проблемной недвижимостью.

Ведь он мог буквально каждый день унижать людей.

Безнаказанно.

Ему за это ещё и платили!

Чаще всего это были неодарённые. Но иногда попадались и обедневшие аристократы, не способные выплатить по закладным благородному клану Веласко.

Такие моменты Уго обожал больше всего на свете.

У него валялись в ногах, целовали руки, обещали всё на свете, лишь бы не лишиться крыши над головой.

Те самые девицы, что раньше морщили свои носы при виде Уго, теперь улыбались заискивающе, словно шлюхи на панели.

Он карал и миловал, вершил судьбы.

Уго мог бы посылать вместо себя подчинённых простолюдинов, но никогда не упускал случая лично вручить ордер.

И вот звёзды сошлись, и наступил день его торжества.

В базе данных обнаружился ордер на выселение Ольги Рихтер.

Уго знал эту высокомерную и самонадеянную «пиявку».

Однажды он столкнулся с ней на приёме у барона Зингера. Уго оказал ей честь, предложив выпить с ним на брудершафт. Ну и что, если при этом он был пьян и пытался ухватить её за локоть?

Пускай она просто отшутилась и отошла. Уго ведь не дурак и чувствует, когда к нему относятся недостаточно почтительно.

Что за нелепая традиция — считать «пиявок» ровнями аристократам?

Ну ничего, Уго покажет этой дряни её настоящее место.

По этому случаю он даже особенно принарядился и надушился своим лучшим парфюмом для особых встреч. И, конечно же, решил отправиться к Ольге лично. Зачем нужен посыльный, когда можно сполна насладиться сладчайшим зрелищем, как эта жалкая Рихтер будет ползать у него в ногах, умоляя не отбирать дом.

А вот как он поступит… это было загадкой даже для него.

Всё зависит от того, насколько ему понравятся страх и подобострастие в глазах Ольги.

Ну а если эта самоуверенная сучка будет сопротивляться… ей же хуже.

* * *

Ольга недоумённо уставилась на гостей. Одним из них оказался смутно знакомый аристократ, крайне пижонского вида. В модных, начищенных до блеска туфлях, накрахмаленном костюме и с холёными пальцами, которые украшали драгоценные перстни.

Рядом с ним были ещё двое. Очевидно, телохранители. До жути серьёзные и угрюмые мужики. Настоящие амбалы. Они тоже были в костюмах, но те на них сидели очень странно. Казалось, что пиджаки вот-вот лопнут на раздувшихся мускулистых плечах.

— Вы, наверное, что-то напутали, — ответила пижону Ольга, — я исправно плачу по закладной. И ни разу не просрочила график. Да и дом заложила не я, а прежние владельцы.

— Никакой ошибки нет, — гаденько улыбнулся нежданный посетитель, — ваши выплаты уже не имеют никакого значения.

— Но как же? — удивилась Ольга, — я абсолютно платежеспособна. Это просто противозаконно… и вообще, — она гордо выпрямилась, — покажите ваши документы.

— Документы? — опешил пижон, — вы разве меня не узнали? Я — Уго Веласко. Какие ещё вам нужны доказательства?

Мужчина состряпал настолько оскорблённую физиономию, что Ольга почти испытала лёгкий укол совести за то, что его не помнит. Но это чувство быстро прошло.

— Да, документы, — отчеканила она, — и ордер, пожалуйста.

Она протянула руку, но Уго лишь ещё больше оскорбился и совсем вышел из себя.

— Ты что, не понимаешь, какое твоё положение? Земля, на которой ты живёшь принадлежит роду Веласко! — выплюнул он вместе с изрядным количеством слюней, — Плевать, как ты платишь! Никто не позволит тебе погасить долг. Тебе придётся съехать в самые кратчайшие сроки. И эту твою уродливую халупу тут же снесут!

От такой экспрессии Ольга даже не сразу нашлась с ответом, ошарашенно уставившись на гостя и думая о том, не слишком ли много психов посетило её дом в последние сутки?

О, кажется, вот и первый из них. Ольга услышала шаги, и, обернувшись, увидела Макса, который поистине королевской походкой вышел из кухни.

В левой руке он держал тарелку, а в правой одинокий румяный оладушек.

Наставив его обличительно на Уго, Макс изрёк:

— Как ты посмел назвать мою конюшню халупой⁈

Глава 4

Интересно, с каких это пор всякие мелкие чиновники имеют право вламываться на территорию древнего рода и размахивать нелепыми бумажками. В моё время аристократы и простолюдины жили по разным кодексам законов.

И органы власти тоже были разные. К примеру, какой-нибудь мэр или губернатор во дворец к главе клана мог попасть только «по записи», да и то, если его захотят видеть.

А теперь «одарённые» в бюрократы подались. Измельчала нынче аристократия. Я даже выглянул из кухни, чтобы лично взглянуть на это диво.

Разумеется, моё появление сразу же перетянуло на себя всё внимание. От неожиданности Уго даже прекратил истерику.

— А ты ещё кто такой? — грубо спросил он меня, непроизвольно сжав кулаки.

Для своей работы он на удивление нервный.

Ольга же перевела на меня умоляющий взгляд. Не надо быть телепатом, чтобы понять, что она всё ещё хотела, чтобы я не вмешивался.

До сих пор рассчитывала спустить ситуацию «на тормозах» и надеялась решить дело миром.

И перед тем, как я успел что-то сказать, она даже успела меня представить:

— Это мой родственник. Дядюшка Макс из Винфолла. Он не имеет к этому разговору никакого отношения и сейчас уйдёт. Правда, дядюшка?

Ольга снова посмотрела на меня взглядом, полным мольбы, рассчитывая, что я пойму намёк и вернусь обратно на кухню.

И хоть намёк я и понял, но следовать ему не спешил. Всё же мой жизненный опыт был богаче, чем у неё, как минимум на несколько веков. Миром дело не обойдётся.

Пришедшие абсолютно уверены в своих силах, не зря же этот истеричный аристократик прихватил пару помощников с равнодушными бандитскими рожами.

Неодарённых, стоит добавить, но, судя по характерному напряжению в отдельных группах мышц, имеющих при себе оружие и готовых его выхватить.

Знание анатомии — наше всё.

Интересно, что они припасли? Под такими куртками не спрятать даже нормальный кинжал.

— Я останусь, — отчеканил я, — а вот нашим незваным гостям лучше удалиться.

Уго вновь опешил, но быстро пришёл в себя и ехидно спросил:

— У твоего дяди точно всё в порядке с головой? Ты лучше ему объясни, чем грозит моё появление. Я такого неуважения не потерплю!

Я вздохнул и сделал шаг вперёд.

— Неуважение? Ни один уважающий себя дворянин не позволит себе явиться перед другим дворянином, не договорившись о встрече предварительно.

— Я при исполнении! — раздражённо воскликнул он.

— Тем более, — изумился я. — Ведь вы могли просто нас не застать.

Поверить не могу, что мне приходится объяснять ему простейшие вещи. Как ребёнку. Я продолжил:

— И вот своим неожиданным появлением вы прервали наш завтрак и испортили настроение. Надеюсь хоть теперь вам хватит ума извиниться и убраться отсюда. В этом случае я, быть может, даже никого не убью.

Словно предчувствуя катастрофу, Ольга сначала закатила глаза, а потом зажмурилась.

И она оказалась права, взрыв последовал сразу же. Этот неуравновешенный Веласко тут же вспыхнул как спичка и чуть ли не заорал:

— Ну всё, Рихтер! Теперь ты окончательно попала! Твой родственник посмел угрожать чиновнику при исполнении!

Интересное дело, я даже засмотрелся на этого дурачка. Давно я не видел столь неприкрытых эмоций. Даже тройка мародёров на кладбище держалась достойней, чем этот истеричный аристократишка, который пытался запугать нас, когда сам захлёбывался слюной.

— Теперь вы не только потеряете дом, — не унимался он, — но и сядете в тюрьму!

Мда. Молодёжь, конечно, во все века больше интересовалась развлечениями, чем погоней за знаниями, но нельзя же быть настолько невежественным. Придётся и в этом его просветить.

— Никакой суд с этим не согласится. Согласно эдикту тысяча сто шестого года, аристократ в своём жилище обладает всеми правами на защиту, в том числе вплоть до права убить любого, кто вторгается на его территорию.

Кажется, у Ольги прошёл первый шок от моего вмешательства, и теперь я заметил, что она уже практически не смотрит в сторону Уго. Зато на меня глядит во все глаза. И, если раньше этот взгляд умолял меня исчезнуть, то теперь наоборот в нём появилась надежда.

Похоже, она смирилась с происходящим и решила полностью доверить эти переговоры мне. Так что единственное, что она в итоге сказала, это уточнила, действительно ли существует такой закон.

— Конечно, — ответил я ей, — я его сам написал.

Всё-таки образование хромает и у моего потомка тоже. Конечно, можно было бы предположить, что спустя тысячу лет этот закон мог измениться. Но ставлю сто к одному, что для этого никто и пальцем не пошевелил.

Зная, как работает государственный аппарат и как аристократы цепляются за свои привилегии… в общем, шанс, что я ошибаюсь, настолько мал, что его можно даже не учитывать.

Тем временем Уго совсем распсиховался. Истерично смеясь, он выплеснул на нас очередную порцию своего невежества:

— Вы? Аристократы⁈ Может, ты хотел сказать «Жалкие пиявки»? То, что вас причисляют к благородным, — это всего лишь недоразумение и подачка за то, что вы верно служите нам, настоящим одарённым. Я как представитель рода Веласко…

Как же он мне уже надоел. Уже понятно, что мозгов уйти вовремя ему не хватает. Но слушать этот тупой трёп выше моих сил.

Но и убить его прямо сейчас на месте будет невежливо по отношению к Ольге. Всё-таки, по документам, как я понял, именно она считается хозяйкой этого помещения.

Значит, на неё лягут все необходимые формальности в общении с городской стражей и судом. А вдруг она брякнет, что не желала ему смерти?

Девушки — существа сердобольные. Даже таким придуркам они готовы дать шанс, в надежде, что те исправятся. Надеюсь, что она всё же не из таких.

Но вся эта проблема решается довольно легко.

— Знаешь, Ольга, отчего представителей клана Веласко не принято пускать в приличные дома? — светским тоном поинтересовался я у своей родственницы.

— Почему? — растерянно переспросила та.

— Говорят, они так пропахли навозом, что это передаётся по наследству, — объяснил я, не глядя на Уго, — родоначальник клана Веласко больше двух сотен лет работал кучером у старика Армана Салазара. Лишь благодаря его милости, им был дарован титул… Но запашок остался.

Не все могут достойно принять правду. Вот и Уго, услышав это, побагровел.

— Ты! — не договорив, он резко обернулся к Ольге, — а ты, что молчишь, дура⁈ Где ты нашла этого клоуна⁈ Неважно. Я не стерплю!

Снова прервав собственную истерику, он повернулся ко мне и вскинул руки. Из кончиков его пальцев сорвались и во все стороны полетели ядовито-зелёные искры. При этом он снова начал орать:

— Никто не смеет оскорблять род Веласко безнаказанно!

Я сразу же угадал заклинание, которое он использовал против меня. Это слабая версия кислотного дождя. Похоже, что даже среди Веласко он не может похвастаться какими-то серьёзными силами.

Но я не мог ему позволить портить обстановку в доме и ранить мою родственницу.

К счастью, Ольга догадалась сразу же нырнуть за большое кресло. Причём вовремя. Несколько капель кислоты с мерзким шипением упали на пол, где она только что стояла, и прожгли паркет.

Я же уклонился совершенно машинально.

С удовлетворением отметил, что старые боевые инстинкты по-прежнему меня не подводят.

И, пока Уго готовился выпустить очередную порцию кислоты, я мгновенно рванул к нему, сокращая дистанцию, и одним движением приложил пальцы к его шее

Скверна тут же начала перекачиваться из его организма в мои энергетические каналы.

Два болванчика-амбала, которые до этого ни во что не вмешивались, спохватились только сейчас.

Они переглянулись и синхронно потянулись за пазуху.

Сейчас посмотрим, что они там приготовили и решили явить миру.

Неодарённые для меня угрозы не представляли, будь у них за пазухой хоть двуручный фламберг так что я отвлекаться на них не стал.

Лишь крепче схватил Уго, ожидая, пока энергия покинет его тело.

По плану, после этого он больше не сможет мне сопротивляться.

И вот тут-то мы с ним наконец-то нормально побеседуем. Без криков и истерик, на которые у него уже не будет сил, я разузнаю всё о законности его претензий на моё имущество.

Или Ольгино, что, впрочем, без разницы.

Это имущество клана, а я — его глава.

Веласко, который в первую секунду ещё как-то трепыхался, теперь почти полностью обмяк в моих руках.

Пришлось даже удержать его, чтобы не грохнулся. Заодно я специально встал так, чтобы его неудачники-телохранители не могли на меня накинуться сразу же из опасения навредить своему патрону.

Однако, когда последние крохи скверны покинули тело Уго, я внезапно понял, что что-то пошло не так.

Как некромант я не мог ошибиться. Уго мгновенно умер.

Но почему? Я всего лишь хотел лишить его сил и не делал ничего сверх необходимого.

Ладно. Разберусь с этим потом.

Его слуги ведут себя чересчур активно и могут повредить какое-нибудь ценное имущество

В этот момент каждый из них уже вытащил какое-то странное, совершенно незнакомое мне оружие, похожее на чёрный бумеранг, только устроенный гораздо сложнее.

И, судя по всему, из металла. Они подняли руки и направили его на меня одной из сторон.

На всякий случай я пригнулся. Не зря. Раздались громкие хлопки, а надо мной пронеслось что-то очень быстрое, хотя и маленькое.

Очень интересно, как это устроено…

Я рванул в сторону одного из них и вложил в удар часть своей силы. Неодарённому этого хватило, чтобы отлететь на пару метров. Он отлетел бы и дальше, да стена помешала. Всё. Один готов.

А второй…

Бах! Бах!!! Бах!!!

Оружие своим звуком передавало панику владельца.

Что же они все такие шумные, невыдержанные?

Умертвие что ли никогда не видели?

Второго слугу по моему приказу атаковал Фред.

Ну как, атаковал…

Умертвие второго уровня — далеко не самый расторопный воин. Так что я стал свидетелем тому, как оставшийся в живых амбал выпустил из «бумеранга» в его сторону сразу несколько каких-то мелких снарядов. А потом страшно удивился, видя, что Фред никак на это не реагирует.

Я даже не подумал вмешиваться. Когда ещё увидишь применение современных технологий в условиях, приближенных к боевым.

Почему приближенных? Бой — это когда у противника есть хоть малейшие шансы. А так, это учения.

Так что пока амбал шокированно что-то лопотал, Фред сумел основательно прицелиться и одним точным движением запустить чугунное кухонное орудие смерти прямиком в голову несчастного.

От мощного удара последний неприятель мгновенно скончался.

А я оглядел поле битвы. Да, не совсем тот итог, на который я рассчитывал. Но слуги лишними не бывают.

Из-за кресла поднялась побледневшая Ольга и почему-то шёпотом спросила:

— Они живы?

В этом вопросе было столько надежды, что мне стало даже жаль её расстраивать.

— Увы, — покачал я головой, — но ты не бери в голову. Сейчас Фред здесь всё приберёт.

— Приберёт… — ошарашенно повторила за мной Ольга, — ты хочешь избавиться от трупов?

Ну и вопрос. Всё никак не привыкну, что она не училась некромантии.

— Кто же избавляется от ценных ресурсов? Мы просто перенесём их в подвал.

— Под… подвал? — изумилась девушка. — Но здесь нет никакого подвала.

— Так ты даже этого не знаешь? Ну, какая из тебя хозяйка? Кажется, с тем, кому на самом деле принадлежит это помещение, мы уже определились.

Ольга сразу надулась из-за моих слов, и даже трупы для неё временно отошли на второй план.

— Это ещё не доказано. Сначала покажи.

— Разумеется, — улыбнулся я и пошёл в сторону того, что теперь стало верандой на заднем дворе этого дома-конюшни.

Ольга шла следом. Как и Фред, который перекинул через плечо труп Уго.

Когда мы добрались до нужного места, я с сожалением отметил, что несколько досок пола придётся вытащить.

Ольга тут же возмутилась:

— А что, если там давно уже ничего не сохранилось? Денег на ремонт у меня нет.

— Мне кажется, это последнее, что должно тебя сейчас волновать, — заметил я, кивком указывая на труп.

Все протесты сразу же стихли. Она даже сама притащила из кладовки ломик и ещё пару инструментов, чтобы ускорить работу.

После чего Фред, отложив Уго в сторону, приступил к делу.

Я же вернулся в прихожую и вложил в два других трупа толику своей энергии, чтобы остановить процесс разложения. А заодно мне было очень интересно изучить то странное оружие, из которого они стреляли.

Я вынул его из пальцев одного из них и повертел в руках. Издалека не было заметно, сколько в нём разных мелких деталей, но теперь я даже невольно восхитился простотой и изяществом задумки. Судя по всему, рычажок на одной из его частей запускает механизм, который с силой выталкивает снаряд. Вот только, что даёт ему достаточно давления для такого толчка? Точно не магия.

В комнату вошла Ольга. Очевидно, она не слишком уютно себя чувствовала одна в компании трупов, пусть даже один из них двигался и работал.

— Что это? — решил спросить я у неё.

— Ты, правда, не знаешь? — удивилась она. — Это обычный пистолет.

Пистолет, значит.

— И как он работает?

— Ну, там нажимаешь на курок, а потом из него вылетает пуля, — немного смутилась Ольга.

Исчерпывающе. Ладно, после сам изучу подробней. А лучше поищу специалиста по данному вопросу. Владельцы о своём оружии, увы, уже ничего не расскажут. Всё же я некромант, а не медиум.

— Пойдём обратно, — обратился я к ней. — Фред уже должен был закончить.

Она кивнула, и мы вновь пошли к веранде.

Я снова прокрутил у себя в голове недавний бой. И я им был совершенно недоволен. От той мощи, которой я владел ранее, остался хорошо если один процент. Я просто чудовищно ослаб. С такими неудачниками, как наши сегодняшние гости, конечно, хватит и этого.

Но, правды ради, я сейчас нахожусь примерно на той же ступени силы, что и этот жалкий Уго.

Слишком долго я спал. Энергетические каналы в моём теле едва функционируют. И мало того, что они просто хуже реагируют на передающуюся энергию, так ещё и самой этой энергии кот наплакал.

А я-то привык оперировать совсем иными массивами магической силы. И теперь чувствовал себя, словно иссушённый жаждой путник в пустыне. Вот только вместо оазиса она могла мне предложить только лужу, полную ртути.

Да, как бы мне не хотелось этого признавать, но единственный способ, которым я могу сейчас относительно быстро восстановить свои энергетические резервы, — это скверна. Не ложиться же в гроб ещё на пятьдесят лет, пока мир стремительно катится в бездну. Да ладно бы мир…

Я перевёл задумчивый взгляд на Ольгу. Неужели она и впрямь последняя представительница рода Рихтер? Как мои враги вообще сумели это провернуть? Они ведь не только уничтожили моих потомков, но ещё и вычеркнули из истории всю память о том, кем мой род является. И обо мне, соответственно, тоже.

Даже моя далёкая внучка, не представляю, в каком колене, не имеет никакого понятия о богатом наследии своего рода и никогда не слышала про Макса Рихтера.

Но я-то знаю, кто она такая. Знаю, кто мы такие. И я сделаю всё, чтобы больше об этом никто забыть не посмел.

Никто не имеет права так разговаривать с представителями моего рода, как этот мелкий чиновник, пришедший сюда качать права.

Что ж, больше ему такая возможность точно не представится. Однако я всё ещё не мог понять, что же случилось в тот момент, когда я забрал из него всю скверну. Это ни при каких обстоятельствах не должно было его убить.

Ослабить, безусловно, если уж он пользовался скверной в качестве магической силы. Хотя это крайне глупый и опрометчивый поступок. Но не более.

Если только…

Ладно. Сейчас всё узнаю.

Фред уже выковырял все нужные доски над полом, Ольга только и охнула, когда увидела под ними тайный люк, а затем с уважением посмотрела на меня.

Похоже, что её последние сомнения только что развеялись.

Я же с удовлетворением отметил, что заклинание магического замка, который я здесь оставил ещё тысячу лет назад, отлично сохранилось. А значит, никто мой подвал не разграбил. И то хлеб.

Жаль, конечно, что ничего реально ценного в нём не хранилось. Но там хотя бы есть небольшая запасная лаборатория. Вот туда-то Фред сейчас Уго и понесёт.

Я открыл замок и первым прыгнул вниз, своим появлением подняв тучи пыли.

Однако стоит заметить, что подвал сохранился гораздо лучше, чем мой склеп. Особенно радовало, что здесь сухо. Пыль — ерунда. Умертвие сейчас быстро всё приберёт.

Я зажёг факелы у входа и подождал, пока спустятся Ольга и Фред.

Девушка снова охнула.

— Тут ещё и несколько комнат?

— Как видишь.

Первый зал подвала представлял собой идеально ровное круглое помещение с тремя дверями по разным сторонам. Лестница же, по которой мы спустились, находилась прямо в центре.

Я прошёл к одной из дверей и открыл её, снова спровоцировав пыльную атаку. Да уж, её здесь было так много, что она сумела нанести нам больше урона, чем Уго, заставив Ольгу закашляться.

В новой комнате было много магического освещения. Уже не факелы, а яркие лампы, которые, правда, пришлось подзарядить.

Я с сожалением расставался с каждой крохой энергии, но сейчас это было необходимо.

Также в эту маленькую лабораторию была подведена вода из подземного ручья. Так что, когда Фред положил на длинный операционный стол мёртвого виконта, я дал ему новое задание. И умертвие покорно потащилось наверх за тряпками и ведром.

Сам же я прошёлся по комнате, осматривая полки.

Что ж, вынужден признать, что практически все вещи, которые здесь хранились, истлели. Бинты, инструменты… даже то, что содержалось в стекле. Во всяком случае, открыв пару бутыльков и хорошенько принюхавшись, я понял, что не рискну использовать ничего из этих богатых запасов. А жаль, на полках осталось много разных мазей, настоек и эликсиров. Разве что яды могут ещё пойти в дело. Но, боюсь, что даже их смертоносность за тысячу лет давно выветрилась.

Фред вернулся. И только, когда он отмыл моё рабочее место, я приступил к делу.

Несмотря на положение, в котором я оказался, отказываться от хороших привычек не было ни малейшего желания. Я люблю последовательность и порядок. Тем более в таком деликатном деле, как вскрытие.

Я не мясник и привык к стерильности и аккуратности.

— Что ты собираешься делать? — спросила Ольга, когда Фред по моему приказу раздел Уго до пояса.

Всё это время девушка молчала, внимательно наблюдая за моими действиями и, видимо, переваривая всё случившееся, но сейчас не выдержала.

— Собираюсь посмотреть, что у него внутри.

— Вряд ли, его внутренности чем-то отличаются от других, — девушка с трудом подавила нервный смешок.

— Вот и проверим.

К счастью, в обморок падать она не собиралась.

«Она же лекарь», — вспомнил я. По крайней мере, сама так считает.

Я направил поток энергии в руки, создав простенькое заклинание. Под моими пальцами возникло тонкое, нематериальное, но видимое со стороны тёмное лезвие.

Чётким выверенным движением, я провёл им по груди Уго.

Ольга, наблюдавшая за мной во всех глаза, снова охнула:

— Как у тебя это вышло настолько… — она замялась.

— Чисто?

— Да. Именно. Я много раз присутствовала при вскрытии. Я ведь дипломированный специалист не только в магической медицине, но и в обычной тоже, — рассказала она. — Однако я никогда не видела, чтобы кто-то справлялся с этой работой настолько идеально, что не проронил бы и капли крови. Да и твоё заклинание… такое я тоже вижу впервые.

— Отчасти в нём и дело, — пояснил я внучке. — Ни один физический инструмент не сможет сравниться по тонкости с теневым скальпелем. Кроме того, оно моментально запечатывает поврежденные сосуды и капилляры. Это одно из базовых заклинаний, которым учится каждый уважающий себя некромант. Но, конечно, и опыт тоже имеет значение.

— То есть, — от этой мысли она даже кулачки к груди прижала, — теоретически я тоже так могла бы?

Правильно, девочка. Ты на верном пути.

— Не только «могла бы», но и обязательно научишься, — сообщил я. — Если захочешь, конечно.

Закончив с очередной образовательной минуткой, я снова погрузился в работу, делая новые аккуратные надрезы то тут, то там. Пока, наконец, не обнаружил то, что искал. И то, чего не хотел бы найти.

Я превратил лезвие в «лапки» пинцета и аккуратно вытащил прямо из груди Уго маленький белый, но очень мутный кристалл.

Ошибки быть не может. Точно такие же кристаллы я добывал из очаговых монстров в далёком прошлом.

Значит ли это, что лежащий передо мной труп уже не человеческий?

Это такой же мутант, как и они, чью жизнь подпитывает одна лишь только энергия скверны. Стоило лишить его последней капли, как он моментально погиб.

Я сделал ещё несколько аккуратных надрезов, чтобы убедиться окончательно.

Да, передо мной сейчас лежал не человек, а монстр в человеческом теле.

Мир, во что же ты превратился, пока я спал?

Глава 5

Ольга внимательно следила за вскрытием. И от неё не укрылось, что именно я вынул из тела мёртвого виконта. Правда, отреагировала она совсем иначе, нежели я ожидал:

— Ого, это же самоцвет благодати! — воскликнула она. — Откуда он взялся⁈

— Возник под влиянием скверны, — пояснил я, — той самой энергии, излишки которой ты выкачиваешь из аристократов. В нём она хранится и концентрируется. Что-то вроде магического источника, только чужеродного и враждебного обычному человеческому телу. А почему ты так удивилась?

— Эта штука стоит бешеных денег! — сообщила Ольга.

— Прямо-таки бешеных? — с подозрением поинтересовался я.

— Ну… примерно, как мой доход за месяц, — прикинула она. — Если, конечно, на чёрном рынке продавать. А официально раз в пять дешевле, но всё равно не мало.

Я задумчиво уставился на Уго, невольно подсчитывая в уме возможную прибыль от истребления слабых одарённых. Если в каждом из них хранится по такому кристаллу, то достаточно каждый день убивать всего по одному из них и тогда…

Додумать мысль я не успел, потому что внучка, похоже, уловила в моём взгляде что-то такое, что заставило её вздрогнуть и измениться в лице.

— Не надо, дядюшка Макс! — попросила она меня.

— Что не надо?

— О чём бы ты сейчас не подумал, не надо!

Что ж эти современные люди такие нежные? Не то, чтобы я и впрямь собирался устраивать геноцид аристократов, но помечтать-то можно!

Был у меня в пору юности знакомый, по имени граф Раскольников. Отчаянный был человек, охотился на ведьм с одним топором.

Времена тогда были тяжёлые, бедность, неурожаи… Платили за каждую старуху всего по двадцать серебрушек. Так он количеством брал. «Пять ведьм — уже золотой», — приговаривал он, натачивая свой топор. Везде с ним таскался, чтобы в случае чего в дело пустить.

Ладно.

Раз с Уго мы разобрались, надо бы проверить ещё кое-что.

К счастью, в лаборатории был не один длинный стол, так что мне не пришлось таскать туда-сюда трупы. И я просто приказал Фреду снять кофту и лечь на свободное место.

В него стреляли из этого… пистолета, и мне было очень интересно узнать, чем. Да и залатать слугу не помешает.

— А с ним что не так? — тут же заинтересовалась Ольга.

Всё-таки чувствуется в ней лекарь. Сплошное любопытство и никакой брезгливости. Впервые мне показалось, что новое наименование нашего дара не такое и неудачное.

Тоже с людьми работаем. Делаем их лучше.

— Надо вытащить снаряды, — объяснил я, внимательно осматривая его торс.

Что интересно, это орудие оставляло очень аккуратные маленькие дырочки. Не то, что привычные мне арбалетные болты или стрелы. Те чаще всего так разрывали ткани тела, что слабый некромант или лекарь вряд ли мог рассчитывать залатать несчастного без шрамов.

— Пули, — снова напомнила мне Ольга, — они называются пулями.

А я в этот момент как раз подцепил своим теневым пинцетом одну из них. Маленькая металлическая штучка, от которой веяло энергией скверны. Кажется, я уже перестаю этому удивляться.

Но интересно, что в этой крохотной вещичке содержался довольно большой её заряд. Да уж, попади такая хреновина в обычного живого человека, и он вряд ли сумел бы выкарабкаться. Но Фред живым уже не был, и для него это просто кусок металла, лишь слегка повредивший плоть.

Я вытащил из его тела ещё несколько пуль, попутно очищая их от скверны. В моём положении любая прибавка к энергии не помешает.

— Макс, — решилась в это время Ольга на ещё один вопрос, — кто ты такой на самом деле?

— Глава и основатель нашего рода, разумеется, — не задумываясь ответил я ей. — Разве ты ещё сама не догадалась?

— Я… да, но я не понимаю. Где ты был всё это время? Что случилось с нашим родом? Почему…

Я жестом попросил её замолчать, чувствуя, что она сейчас просто утопит меня в тысяче вопросов. И ответить одновременно на каждый из них уже никак не получится. А такие вещи всё же нужно доносить до людей чётко и последовательно.

К тому же я ещё успею поведать ей подробную историю нашего рода, ту, которую знаю. Так же, как и много других вещей о нашем даре и возможностях. Но начать стоит с главного. Того, что имеет значение прямо сейчас.

Так, что я кратко рассказал ей правду.

О том, что когда-то уже победил Скверну в этом мире, о том, что провёл ритуал восстановления, который должен был продлиться пятьдесят лет, но длился десять веков. И, конечно, о том, что в день, когда я погрузился в свой магический сон, наш род Рихтер был сильнейшим во всём мире. И никто не смел бросать ему вызов.

— Так что, Ольга, я и сам не знаю всего, — подытожил я. — То, что случилось за эту тысячу лет, — для меня загадка, которую я теперь собираюсь разгадать.

По мере моего рассказа на лице внучки постоянно менялись эмоции. Судя по всему, во многое ей верилось с трудом.

Так что я не удивился, что первым делом она начала переспрашивать, правда ли я спал целую тысячу лет, правда ли наш род был могущественным, правда ли, что она сумеет научиться некромантии. И так далее. Тысячи подобных вопросов, на которые я старался терпеливо отвечать.

Даже на совсем уж глупые, вроде: «Уж не вампир ли я?». Оказывается, про этих странных существ Ольга читала в какой-то книжке, там они изображались бессмертными.

Её мир сегодня буквально перевернулся.

Так что я относился к этому с пониманием. Повторюсь, она ещё неплохо держится. Сразу видно, что моя пра-пра-пра… и так далее внучка.

— И когда мы приступим к урокам? — спросила она после того, как, наконец, усвоила всю полученную только что информацию

Я улыбнулся.

Глаза Ольги горели нетерпением и азартом. Из этой девчонки точно должен выйти толк. Впрочем, как иначе. Она же Рихтер. Но, прежде чем приступать к обучению, нужно решить более срочные дела. Тем более, что мне и самому стоило бы многое узнать.

Я снова покрутил в руках кристалл скверны и спросил:

— Ты назвала это самоцвет благодати, верно? Скажи, а где их сейчас добывают?

— Ну, из мёртвых аристократов их никто не вытаскивает, если ты об этом… — неуверенно начала она.

— Да нет же, — покачал я головой, — расскажи мне про нормальные способы. Раз такие самоцветы существуют, ценятся и продаются, значит, их откуда-то берут.

Пришлось растолковать ей свои мысли, а то, похоже, она всё ещё сомневается в том, не кровожадный ли я маньяк.

И это возымело эффект. Внучка сразу немного расслабилась и начала объяснять уже с энтузиазмом:

— Самоцветы обычно добывают чистильщики в особых зонах. Большинство из этих зон принадлежат аристократам, и они их зачищают своими силами. Силами клановых чистильщиков. Но есть очаги и на государственных землях, там разрешение на «зачистку» могут получить и независимые профессионалы. Разумеется, всю добычу в этом случае скупает казна.

— Только самоцветы?

— Нет, не только. Любые полезные и ценные трофеи и ингредиенты.

— А что насчёт браконьерства? Кто контролирует, чтобы туда не пробирались чистильщики без лицензий? Кто следит за скупкой добычи?

Ольга задумалась. Видно, для неё это был не самый простой вопрос. Так что вскоре она честно призналась:

— Я не знаю подробностей их работы, Макс. Просто мне и в голову не приходило заниматься ничем подобным, вот и не интересовалась. Но у меня есть хороший знакомый — чистильщик. Если будет нужно, я вас познакомлю.

— Нужно, — кивнул я, — но не сейчас.

Честно сказать, я бы хотел в эту же секунду отправиться на охоту за монстрами скверны. Собрать с них как можно больше так необходимых мне трофеев и энергии. Но реальность такова, что вряд ли мне хватит сил для очистки даже самого маленького и слабого очага. Так что придётся какое-то время подрабатывать «лекарем».

Эта мысль традиционно вызывала у меня всплеск веселья.

Макс Рихтер — целитель. Вот же умора! Уже одно это говорит о том, что с нашим миром точно не всё в порядке.

— Кстати, а чем ты вообще сейчас собираешься заниматься? — спросила Ольга, заставив задуматься уже меня.

Точнее, я-то хорошо знал все ответы на этот вопрос. Но что именно я должен донести до неё?

Пожалуй, проблемы мироздания можно пока оставить в стороне.

Скверна разрушает мир и за тысячу лет добилась весьма серьёзных успехов на этом поприще. Если поток скверны не остановить, то наша цивилизация неминуемо погибнет.

И никакие попытки её приручить или поставить себе на службу не помогут. С ней нельзя договориться.

Когда-то я и сам размышлял, нельзя ли использовать скверну, как источник энергии, не истребляя все очаги. Сдерживать её и разумно ограничивать. Но, сколько бы я не моделировал будущее, проводя тысячи расчетов со своими соратниками, всегда выходило, что, если не выкорчевать скверну полностью, рано или поздно она одержит медленную, но неминуемую победу.

Но справиться с этой пакостью — задача не на один день. Тут нужен серьёзный и комплексный подход. Так что и забивать этим хорошенькую головку внучки пока не имеет смысла.

Так же, как и жаловаться ей на свою слабость. Это то, чего вообще нельзя показывать ни перед кем ни при каких обстоятельствах. Хотя именно это и есть моя первостепенная задача.

Восстановить свою силу в как можно более сжатые сроки.

Но есть и ещё кое-что. Что должно отозваться в ней со всей силой моей крови.

— Ольга Рихтер, — со значением произнёс я её имя, — я уже многое рассказал тебе про наш род. Но всё это касалось лишь прошлого. Сейчас у нас есть только ты и я.

Она хотела что-то сказать, но я жестом её остановил и продолжил:

— Это совсем немало, если хочешь знать. Ты расскажешь мне всё, что знаешь про современный мир, станешь моим проводником. Я же выведу тебя на совсем иной уровень силы. Силы, о которой ты даже не подозреваешь, а она и так уже есть внутри тебя. Течёт в крови Рихтеров и ждёт, когда ты к ней обратишься. И вместе мы, Ольга, покараем тех, кто посмел превратить наш род в прислугу для других одарённых. Мы возродим его снова. Во всём великолепии.

Довольный своей немного пафосной, но, как я надеялся, вдохновляющей речью, я торжественно взглянул на Ольгу.

Но, что странно, она почему-то покраснела.

— Воз… возродим? — смущаясь переспросила она. — Мы вдвоём?

А я едва не хлопнул себя по лбу от досады. Вот же! И о чём она только думает? Разве я могу воспринимать её иначе, чем свою внучку? Пусть даже далёкую. Нет. Когда я говорил о возрождении рода, то имел в виду несколько более возвышенные материи, а не подумывал о превращении Ольги в инкубатор для разведения маленьких Рихтеров. А вот она, похоже, поняла меня именно так. Вот же извращенка!

Однако ответил я спокойно, по-отечески улыбаясь.

— Я уверен, что выжили и другие, может быть, дальние наши родственники, но всё равно те, в ком течёт кровь некромантов. Мы отыщем их.

— А… да, конечно, — сразу успокоилась она, хотя на секунду на её лице будто бы мелькнула тень сожаления.

Пока мы разговаривали, я совсем забыл про Фреда, который всё также лежал передо мной на операционном столе. Ну, раз уж мне всё равно надо его подлатать, пусть регенерирует свои ткани сам.

Я перенаправил в него часть переработанной энергии скверны, которую получил от Уго. Ровно столько, чтобы перевести его на уровень выше. Так что теперь Фред — умертвие третьего уровня, он стал чуть более ловким и сильным, запоминает больше команд и может потихоньку сам залечивать небольшие раны.

К вечеру от пулевых отверстий не останется и следа.

Закончив с этим, я приказал ему встать и снова одеться. Кстати, не помешало бы приобрести ему какой-то более приличный костюм, чем те тряпки, которые он носит сейчас.

И то же самое, к сожалению, можно сказать и обо мне. Хорошо, что мне хотя бы не нужно к цирюльнику. Заклинание, оберегающее моё тело, заодно блокировало разрастание волос и бороды. Если бы не это, я бы проснулся похожим на сумасшедшего мохнатого лешего.

— Поднимемся? — предложил я Ольге. — Фред пока перенесёт сюда оставшихся… будущих слуг. А я хочу взглянуть на закладную, которой так бравировал наш гость, — я кивком указал на Уго.

— Конечно!

Внучка с готовностью поспешила наверх. Вообще, после нашего разговора она заметно воспрянула духом и даже наполнилась каким-то энтузиазмом. Как я и рассчитывал, моя речь оставила нужное впечатление.

Да и доказательств моим словам она получила достаточно, чтобы проникнуться ко мне доверием и начать воспринимать меня как старшего в семье.

Вскоре мы стояли в её рабочем кабинете, а она начала копаться в небольшом настенном сейфе, полном множества каких-то бумаг.

Правда, искала она недолго. Я отметил, что, несмотря на обилие документов, хранятся они в полном порядке, аккуратно разложенные по папочкам.

— Вот, — протянула она мне одну из них. Здесь всё, что касается дома.

Пока я изучал бумаги, она взяла с полки какую-то верёвку и одним концом вставила её в свой смартфон, кажется, так она его называла. А другим — в стену.

Я не мог не поинтересоваться, что она делает.

— Пытаюсь зарядить устройство, — нахмурившись, ответила она, — вот только реакции никакой. Как будто сломалось.

Да, и я даже знаю, кто его сломал. Пришлось признаться.

— Серьёзно? — удивилась Ольга. — Ладно… хорошо, что всё важное я копировала на свой ноутбук.

— Ноутбук? — переспросил я.

— Да, вот эта прямоугольная коробочка, которая лежит на рабочем столе, — показала мне внучка.

После чего прочитала небольшую лекцию о том, что это и как оно работает. А попутно я понял, что не стоит мне его трогать, пока я неконтролируемо опустошаю предметы, работающие на энергии скверны.

Но, встав за спиной у Ольги, я с любопытством наблюдал, как с помощью текстовых сообщений она договаривается со своим клиентом на сегодняшний сеанс «лечения».

Закладную, я, к слову, тоже внимательно изучил. По всему выходило, что моей внучке предстоит ещё выплатить немалый долг некому дворянскому роду Нильссон.

Что интересно, я такой фамилии даже не знал. Очевидно, они получили титул в то время, пока я спал.

— Ну что, всё готово, — объявила Ольга, встав из-за стола. Сейчас только достану старый телефон и вызову такси.

Закончив с этими последними приготовлениями, мы вышли на улицу.

А я ещё раз осмотрелся вокруг. Уже, когда я сюда шёл, то не мог не заметить, как сильно всё изменилось. По сути, конюшня — это единственное здание, которое я смог узнать.

А ведь раньше все земли на несколько километров вокруг принадлежали моему роду. Жаль, что вместе с замком исчезло и чётко отлаженное производство. Практический целый городок, который обеспечивал род Рихтеров всем необходимым.

Внутри стены замка умещалось огромное количество разных зданий. Казармы, мастерские, склады, архивы, лаборатории… ну и, разумеется, жилые помещения. От моего собственного крыла с шикарными хозяйскими спальнями до подсобных помещений слуг.

И всё это существовало и работало как единый механизм. Без сбоев, заминок и проблем. Даже расположение зданий и комнат внутри периметра было выбрано так, чтобы достигать наибольшей эффективности. Я всегда считал, что замок — это источник силы и сердце рода. И если он содержится в порядке, то и дела семьи идут отлично, как положено.

А что теперь? Дом-конюшня Ольги находился на одной улочке рядом с какими-то грязными ночлежками, возле который даже сейчас, днём, толпились подозрительные типы. На углу я увидел пивнушку, где сомнительных личностей водилось ещё больше.

И вообще весь район производил удручающее впечатление. И с этим надо что-то делать.

Точнее, понятно что. Я не рассматривал иных вариантов, кроме как вернуть родовые земли Рихтеров себе.

Подъехало такси. Я ещё вчера приметил эти новомодные кареты, в которые не нужно запрягать ездовых животных.

А теперь, зная, как многое здесь работает, питаясь энергией скверны, сразу заподозрил неладное.

Однако Ольга без лишних слов открыла дверь и занырнула внутрь обшарпанного от времени автомобиля, теперь я знал, как они называются. И я тоже залез туда и сел, моментально чувствуя, как в меня полилась энергия скверны.

Какая «неожиданность»!

Водитель, который выглядел не лучше тех жуликоватых типов на улице, смачно выругался, когда понял, что его агрегат не заводится.

Правда, потом снова натянул вежливую маску, извинился и предложил вызвать другое такси.

Ольга сразу же согласилась. Но, когда мы выбрались наружу, я предложил ей пройтись.

— Но зачем? — удивилась внучка. — Хотя… время у нас есть. Можем как раз зайти в торговый центр по пути. Купить что-нибудь из одежды. Прости, дядюшка, — мягко улыбнулась она, — но то, что на тебе, уже изношено и совсем не подходит по размеру. Словно ты эти вещи с трупа снял.

Она выпалила это сравнение на автомате и резко осеклась. Видимо, до неё дошёл смысл сказанного, а заодно она догадалась, что это вполне может оказаться не шуткой. Похвальная наблюдательность.

Я уже хотел рассказать ей про магические способы стерилизации ткани, но она резко сменила тему:

— А заодно я покажу тебе клинику, в которой работаю, как волонтёр. Тут как раз по пути.

— После приёма неодарённых тебе тоже приходится отдыхать? — спросил я.

Она покачала головой.

— Нет. Даже после целого дня работы в клинике я чувствую разве что лёгкое недомогание. Не сравнить с тем, что происходит после лечения аристократов. А вообще, — неожиданно призналась она, — я думаю, что восстанавливаюсь быстрее многих лекарей. И после твоего появления, сомневаюсь, что это случайность. Мне всегда казалось, что у меня дома какая-то особая атмосфера…

Она замялась, явно не зная, как объяснить, и я ей помог:

— Ничего удивительного. Ты просто интуитивно чувствуешь потоки энергии, даже если не понимаешь этого. В этом районе пересекаются мощные силовые линии, и магия буквально прёт из-под земли. Ты же не думаешь, что я случайно выбрал это место для своего замка?

Она серьёзно кивнула.

— Да. Значит, я не ошиблась… но вот что странно. Этот район мало кому нравится. Ну, ты сам видишь, какой он бедный… аристократы здесь не селятся. Да и обычные люди из тех, кто позажиточней, тоже обходят его стороной, потому что они здесь часто болеют. И друзья меня уговаривали отказаться от обязательств по закладной и устраивать жизнь где-то в другом месте. А вот мне здесь с первой минуты понравилось.

Я улыбнулся.

— Ты просто почувствовала себя дома.

Однако, странно, что эти земли не занял под собственные дома какой-то другой магический род. Неужели никто, кроме нас, не ощутил, насколько уникально это место?

Мы прошли ещё немного и, наконец, остановились у большого здания, которое сразу выделялось на фоне остальных. И не только размерами. Оно было гораздо новее остальных и просто кричало: «Обратите на меня внимание».

— Вот и торговый центр. Здесь мы можем купить одежду.

Я кивнул и на всякий случай предупредил:

— Рассчитаемся, когда получим гонорар.

Ольга не удивилась:

— Конечно. Ты осмотрись, выбирай. Я зарабатываю достаточно, чтобы можно было не экономить на простых вещах. Да и ты получишь приличную сумму уже с первого раза.

Мы вошли внутрь, и она сразу же куда-то упорхнула со словами:

— Я пока отлучусь в отдел электроники. Мне нужен новый смартфон.

Я кивнул и на всякий случай отправил за ней ящерку, чтобы потом не искать. Теневой разведчик запрыгнул к ней на рюкзак и притаился так, что она его даже не заметила.

Признаюсь, мне и самому было интересно здесь осмотреться, понять, что пользуется спросом в этом времени. Сам торговый центр не вызвал у меня удивления, по сути, это было похоже на крытый рынок или ярмарку, где множество лавочников предлагают самые разные товары.

Какие-то из них мало изменились по сравнению с теми, которые я помнил. О назначении других я смутно догадывался. Но были и такие, каких я никогда не видел. Так что мне и правда пригодится помощь Ольги, чтобы быстро во всём освоиться.

Внезапно мой взгляд задержался на витрине с часами.

Я ясно понимал, что это часы, но в моё время таких не делали. Все, какие я помнил, отличались достаточно крупными размерами. Эти же крепились на руке с помощью ремешка, как браслет. Интересный и удобный аксессуар.

Кроме того, в отличие от многих современных изобретений, в них я не чувствовал энергии скверны. То есть это чистая механика, что добавляло им очков в моих глазах.

Думаю, стоит приобрести одну из этих изящных безделушек…

Решив это, я собирался отыскать Ольгу, но ящерка сама передала мне мыслеобраз.

В одной из «лавок» этого торгового центра Ольгу окружили трое молодых парней.

По виду — аристократы. Несомненно одарённые, но так по картинке определить уровень их силы я не мог.

— Эй, цыпа, неужели некому подарить тебе телефон? — подкатывал к ней рыжий худощавый парень с взъерошенными волосами. — Что, у тебя нет парня?

— Хочешь сразу троих? — заржал его темнокожий друг. — Мы тебя не обидим, и удовольствие получишь и внакладе не останешься…

— Да ладно, она и так развлечься не против, — присоединился третий. — Да, кисуля?

Ольга старалась не обращать на них внимания, пока эти трое вертелись вокруг, как назойливые мухи.

Подкаты у них на уровне старшеклассников, а вот наглости не занимать.

Ящерка уже показывает мне не только происходящее, но и путь от меня до Ольги.

И я быстрым шагом отправляюсь туда.

Глава 6

Пока я шёл по торговому центру, ящерка продолжала транслировать для меня интересную сценку из «цивилизованного» настоящего.

Трое аристократов в буквальном смысле слова проходу Ольге не давали. Разве что за косички не дёргали, словно школьники.

Моя родственница эти пошлые и тупые приставания успешно игнорировала, отходя в сторону от протянутых лапищ и нацепив дежурный покер-фейс.

Она уже проскользнула к выходу из отдела электроники.

Но тут дорогу ей перегородил ещё один парень.

Судя по всему, дружок этих троих. Хотя сам он выглядел гораздо крупнее и старше, чем остальные. А может, так казалось, потому что он носил ухоженную бородку и усы.

Модник, похоже.

— Какая встреча, — протянул он, вставая перед Ольгой.

— Простите, я спешу, — внучка сделала попытку протиснуться в дверь мимо него, но он тут же схватил её за плечи и толкнул к стене. Несильно, но разница в габаритах давала о себе знать.

Это резко меняло ситуацию, и я ускорил шаг.

Если молокососам я планировал надавать по шее или ограничиться словесной выволочкой, то этот тип уже заработал себе на инвалидность.

— Ты разве меня не узнаёшь, сладкая? — проворковал тем временем бородатый, приблизив свою наглую физиономию к её лицу.

— А ты откуда её знаешь? — спросил один из его дружков.

— Как откуда? Она мне уже как-то отсосала… — он заржал, — правда, не до конца. Сбежала с середины сеанса, не закончив работу.

— Так она сама напросилась на наказание! — радостно подхватил рыжий.

— Получается так, — осклабился усатый и снова нагнулся к Ольге, — ну так что, доведёшь дело до конца? Можно прямо здесь, в соседнем отделе есть примерочная…

Ольга закатила глаза.

— Я лечила нескольких представителей рода Хоффман, но только вы оставили столь безобразное впечатление. Я больше никогда не приеду к вам на вызов. И требую, чтобы вы сейчас же прекратили свои гнусные намёки.

Ольга отчеканила эту отповедь ему прямо в лицо, ни секунды не сомневаясь и не чувствуя страха или трепета перед этими похотливыми скотами. «Так и надо, девочка», — мысленно похвалил её я.

А вот поведение сотрудников и охранников этого торгового центра меня удивило. Они тщательно делали вид, что ничего особенного не происходит. Будто несколько оборзевших уродов вовсе не зажали одинокую клиентку в углу.

Аристократов настолько боятся? Но ведь и Ольга по статусу не простолюдинка. Вот только у неё нет ни боевой магии, ни силы клана, стоящего за спиной.

Кто сильнее, тот и прав.

Усатый явно чувствовал себя вершиной местной пищевой цепочки. Но кроме дурного воспитания, я заметил ещё одну причину его несдержанности.

Этот тип настолько был переполнен энергией, что это было видно невооружённым взглядом.

От слов Ольги, его аура буквально вспыхнула оранжевым всполохом, и он еле удержал себя в руках.

Я хорошо знал эти симптомы.

Переборщил со скверной, но самую малость.

Серьёзная передозировка приводит к недомоганию или даже коме. Организм не справляется с чужой энергией и попросту вырубается.

А вот такое состояние, когда организм хватанул излишек, но сумел его переработать характеризуется неконтролируемыми всплесками силы.

Своего рода боевое безумие.

И если её вовремя не откачать, то неминуем взрыв.

Причём мощность этого взрыва может быть очень разной. Всё зависит от собственной силы мага. Этот, к слову, был совсем не слабаком. Хороший такой средний уровень.

И заметил его состояние не один я. Даже один из дружков сделал ему замечание:

— Герман, осторожно! Здесь нельзя колдовать!

Но замечание возымело обратный эффект.

Усач снова полыхнул, причём на этот раз в прямом смысле. Возле его рук непроизвольно возникло огненное кольцо и тут же исчезло. Но я успел заметить. Огонь — это хорошо. Энергию этой стихии, как ни странно, усваивать проще всего.

Усач шумно выдохнул и закрыл глаза.

Может быть, даже посчитал про себя до десяти. К такой практике обычно прибегают пятилетние маги, которым трудно сохранять концентрацию. Но этот здоровый лоб недалеко от них ушёл. Однако спустя пару секунд ему всё-таки удалось вернуть себе самообладание, а затем он сразу же недовольно огрызнулся:

— Я знаю, Чарли. Всё под контролем. Тем более, что нашей соске всё-таки придётся закончить работу, хочет она этого или нет. Мне действительно нужен сеанс, и чем скорее, тем лучше, — он скривился. — Ну же, хватит ломаться, я тебе даже заплачу.

Ольга прожгла хама презрительным взглядом и резко ответила.

— Вы, Хоффман, у половины города в чёрном списке. Нечего удивляться, что у вас очередная нестабильность энергии. Я с вас деньги брать не собираюсь и вправе отказать без объяснения причин.

— Ну уж нет! — ещё сильнее разозлился усач. — Ты сейчас пойдёшь с нами. Аристократку из себя строит, а на деле обычная пиявка!

Последние слова я услышал сам без помощи теневого разведчика.

Тут же увидел стоящую в позах зрителей троицу и широкую спину бородача.

Мы даже встретились с Ольгой взглядами, отчего она, правда, почему-то вздрогнула. Странно, я думал, что в такой ситуации внучка будет рада меня видеть.

Компания быдло-аристократов вдруг зашлась хохотом.

— Смотрите, — сказал рыжий, — она наконец-то испугалась. Неужели дошло, в каком ты положении, детка?

— Придурки, — первый раз за всё это время проявила эмоции Ольга, — мне страшно вовсе не за себя, а за вас…

А, так вот оно что. Похоже, Ольга настолько впечатлилась недавними событиями, что теперь опасается, как бы здесь не появилось ещё несколько трупов.

Зря она так.

Я же не зверь, чтобы убивать без причины.

У меня и другие методы имеются.

— Я слышал, здесь нужен лекарь? — ухмыльнувшись, спросил я у обнаглевшей гоп-команды.

А ещё аристократы называется…

— А ты ещё кто? — грубо среагировал усач. — Проваливай отсюда, никто тебя не звал.

— Увы, — продолжал широко улыбаться я, — не могу пройти мимо, когда вижу нуждающегося в срочной помощи.

— Ты кто такой⁈ — встрял рыжий. — Ты себя в зеркало вообще видел? Бомжи на теплотрассе одеваются лучше.

Усач загоготал.

— Это точно. Но даже если бы он выглядел лучше, я предпочитаю, чтобы мне отсасывали сладенькие девицы, вот как эта непокорная сучка. Нахрена мне этот урод?

— Точно, точно, — подлизал ему рыжий.

«Конечно, всех четверых можно убить», подсказал внутренний голос. И в каждом, скорее всего, найдётся дорогущий самоцвет энергии.

Но если это сделать здесь, на глазах у свидетелей, то, наверняка, придётся задерживаться, подписывать какие-нибудь бумаги… В общем, все планы насмарку.

Надо вырубить его так, чтоб никто ничего не понял.

— Ну, чё ты стоишь? Не слышал, что ли? Вали, куда шёл, — шагнул в мою сторону усатый.

Идиот, раз в торговом центре запрещено колдовать, он решил напугать меня своей физической силой.

Я немного выше, но заметно худощавее. Как примерно фехтовальщик перед борцом.

Я сделал буквально один шаг вперёд, оказываясь рядом.

— Мужчина, вам нужна срочная медицинская помощь! — нарочито громко воскликнул я, в расчете на зрителей.

Усач сразу ощетинился и принял угрожающую стойку.

Но я подозревал, что так просто он мне себя коснуться не даст. Так что заранее позаботился о том, чтобы мой теневой разведчик незаметно прополз вверх по его штанине…

— Аааа! — завопил бородач, согнувшись и хватаясь за причинное место.

Трое остальных замерли, переглядываясь и пытаясь понять, что за магию я применил.

У вас такой нет!

Ящерицы лишены зубов, но кусают достаточно больно, особенно за чувствительные части тела. Мой теневой страж сжал свои маленькие челюсти, как клещи.

— Ууууу!

Любезничать с этим козлом я не собирался. А небольшая травма в паху — хороший и быстрый способ его отвлечь и сбить концентрацию.

Так что, дождавшись, когда бородач забавно заскулит, я «пришёл ему на помощь», положив ладонь на лоб.

Но не для того, чтобы сразу выкачать из него энергию. Хрена с два он так легко отделается. Наоборот, я добавил собственной силы, чтобы переполнить его и без того нестабильный источник.

Подталкивая к взрыву!

Аура усатого дурачка мгновенно полыхнула так, что это стало заметно даже неодарённым.

Вот тут-то я и начал вбирать излишки скверны в себя. Так быстро, как только мог.

И, спустя несколько секунд, всё было кончено. Хоффман обмяк в моих руках, и я осторожно положил его на землю.

В этот раз — живого. Мне хватило опыта с Уго, чтобы теперь действовать осторожней и оставлять одарённым немного энергии.

— Отвезите его домой, — сказал я шестёркам впавшего в кому придурка, — теперь с ним всё в порядке, только нужно восстановить силы.

Я продолжал играть роль доктора, и мне это даже начало нравиться. Ошарашенные физиономии моих оппонентов надо было видеть.

Что ни говори, а это превосходное прикрытие!

Можно творить любую дичь, говорить при этом «я — лекарь», и люди тебе поверят!

— Ты что сделал, ублюдок⁈ — выпалил рыжий после продолжительного молчания, — да ты хоть знаешь, с кем связался?

— Это не имеет значения, — пафосно заявил я. — Как врач я не имею права пройти мимо человека, нуждающегося в помощи.

Ольга, глядя на то, как серьёзно я вещаю о подобных вещах, закрыла рот руками, еле сдерживая смех.

Но на неё никто внимания уже почти не обращал, все окружили меня.

Что ж, значит, пора выбирать следующую жертву. Я присматривался к их аурам, пытаясь вычислить самого сильного.

Жаль, но ни один из них до уровня усача не дотягивал. Конечно, энергия лишней не бывает, но лучше бы мне подвернулись ребятки помощнее.

Но, к сожалению, даже её выкачать у меня уже не получилось. На весь торговый центр раздался голос:

— Нарушители порядка в отделе электроники, оставайтесь на своих местах! К вам уже выдвинулась служба безопасности. Попытка сбежать будет расценена как отягчающее обстоятельство при разбирательстве.

Магии от этого громкого объявления я не почувствовал, так что, наверное, снова какое-то новомодное изобретение.

Сбегать никто не собирался. Гопники только чертыхнулись.

— Тебе повезло, козёл! — со злостью выплюнул рыжий. — Но только в том, что ты остался цел. Ты сейчас так попал, что ещё пожалеешь, что мы тебя просто не прибили на месте.

Я пожал плечами и терпеливо ждал, пока к нам подоспеет охрана.

Быстрее покончим с формальностями, раньше приступим к покупкам. День не резиновый, а у нас большие планы.

Охранников было всего шесть человек, причём неодарённых, но с оружием и клановыми значками.

Герб, кстати, показался мне смутно знакомым, но я не сумел сразу же вспомнить, кому он принадлежит. Даже в моё время было огромное множество мелких малоизвестных магических родов. Всех не упомнишь.

Вместе с этой командой семенила невысокая женщина лет сорока пяти с хмурым и недовольным лицом. В отличие от остальных она имела магический дар, но очень слабый, едва выраженный.

А, когда она подошла поближе, я сумел прочитать табличку у неё на груди.

«Эльза Франк. Администратор».

И она же обеспокоенно начала разговор, склонившись над усачём в магической коме:

— Что с ним? Он жив?

— Жив, — кивнул я.

— Передоз благодати, — следом за мной пояснила Ольга.

— Да не было никакого передоза! Всё они гонят! — возмутился рыжий.

Администратор покачала головой и быстро огляделась. Вокруг нас уже давно начала собираться толпа, и появление службы безопасности только привлекло новых любопытных зевак.

— Пройдёмте в служебное крыло, — коротко приказала она, и нас повели прочь от торговых павильонов.

И Хоффмана тоже. Его положили на невесть откуда взявшиеся носилки и потащили следом.

Правда, в какой-то момент наши пути разминулись. Возможно, его доставили в местный медотсек.

Так что в кабинете администратора, в конце концов, остались только мы впятером. Я, Ольга, и три шестёрки пострадавшего: рыжий, кудрявый и темнокожий.

Которые, к слову, вели себя очень уверенно, словно уже всё разрешилось в их пользу. И как только за нами закрылась дверь, рыжий снова вышел на первый план и распушил хвост перед Эльзой.

— Вы знаете, кого только что тронул этот кретин? — под кретином он, естественно, имел в виду меня. — Германа Хоффмана! Каждый в этом районе, да и во всём городе, знает это имя.

— Я понимаю ваши возмущения. И, разумеется, я знаю его. Он — наш вип-клиент, — залебезила перед ним тётка. — Но нам нужно немного времени, чтобы разобраться.

— Да что тут разбираться! — вступил кудрявый. — Ясно же всё!

Они развалились на стульях и глядели на нас с глумливыми ухмылочками.

— Представьтесь, пожалуйста, — обратилась тётка ко мне.

— Моё имя Макс Рихтер, — коротко ответил я.

За мной назвала себя и Ольга.

А вот гопников и просить не пришлось.

Они только и ждали момента, чтобы озвучить свои фамилии, которые я, к слову, слышал впервые в жизни. Так же, как и фамилию Хоффман.

Надо сказать, что за эту тысячу лет появилось слишком много доморощенных аристократов.

А, учитывая слабость этих троих, я даже не стал запоминать их имена. Хватит с них и прозвищ, которые они от меня получили.

Однако на администратора Эльзу их слова производили куда большее впечатление. Особенно часто она начинала заискивающе улыбаться, когда слышала фамилию Хоффман.

Да и выслушивала она пока только их версию.

— Этот Рихтер — настоящий псих! — распинался кудрявый. — Он без повода напал на нас троих, а Германа так вообще чуть было не убил! Ну вы и сами видели, в каком он состоянии.

— А что скажет его отец! — вклинился темнокожий.

На этом моменте Эльза как-то резко побледнела. В общем, я уже хорошо понимал, что её мнение склоняется далеко не на нашу чашу весов.

— И вообще, Рихтеры — обычные пиявки. Только больно много о себе думают, — решил напомнить о себе рыжий, видимо, чтобы не упускать статус главного среди шестёрок, — Ольга эта… наверняка, специально подговорила своего родственничка. Обиделась на Германа, что он больше не приглашает её на сеансы лечения. Из-за неприличного поведения.

Ольга вспыхнула, но ответила довольно сдержанно:

— Это неправда. Всё как раз наоборот.

Эльза недовольно скривилась, но для проформы всё-таки сказала:

— Хорошо. А что вы скажете об остальном?

Я решил сам взять слово:

— Вы — одарённая? — спросил я администраторшу.

— Да, а какое это имеет отношение к делу? — возмутилась она.

— Как думаете, могли бы вы отправить в кому Германа Хоффмана? — продолжаю я.

Тётка хлопает ртом, словно рыба, не понимая моего вопроса.

— Я? Хоффмана⁈

— Так почему вы обвиняете в этом меня? Я — лекарь, боевым заклинаниям не обучен… Герман Хоффман находился на грани энергетического срыва. Ещё чуть-чуть и его сила вырвалась бы наружу, повредив имущество вашего торгового центра и, возможно, кого-нибудь покалечив.

— Брехня, — перебил меня рыжий.

Но я лишь покачал головой и спокойно добавил:

— Очевидно, вы — эксперт в данном вопросе? Я — да. С его стороны, было верхом легкомыслия идти в таком состоянии в людное место.

Администратор тяжело вздохнула и устало потёрла виски. Сразу видно, как не хочется ей принимать никаких решений по этому вопросу. Но, когда она, наконец, открыла рот, то сказать успела только половину фразы:

— Конечно, мы примем меры касательно Макса Рих…

Открылась дверь, и в комнату быстрым шагом вошёл высокий подтянутый брюнет в деловом костюме.

На вид ему было не больше тридцати, но серьёзное сосредоточенное лицо выдавало человека, привыкшего командовать и решать проблемы. А ещё это был маг уровнем повыше даже многострадального Германа.

Эльза сразу расплылась в улыбке, а на её лице явно прочиталось блаженное облегчение.

— Господин Али Демир, рада вас видеть! Я сразу сообщила о ЧП в главное правление, но и не думала, что вы прибудете так быстро… — затараторила она, — я уже побеседовала с участниками и задержала виновного… Макс Рихтер напал на этих людей…

Мужчина, которого назвали Али замер, словно врезался в стену.

— Ты хотя бы записи с камер смотрела? — изумился он.

— Нет, не успела, — смутилась она, — но уважаемые люди, наши постоянные посетители в один голос свидетельствуют…

— Эти, что ли? — Али Демир смерил взглядом трёх аристократишек.

— Да, это друзья господина Хоффмана…

Не слушая её, мужчина повернулся ко мне.

— Господин Рихтер, позвольте вам выразить глубокую благодарность от лица клана Демир. Вам удалось предотвратить катастрофу в самый последний момент. Нам повезло, что вы оказались рядом!

— Пустяки, — заявил я, — это мой долг, как лекаря!

— Дядюшка Макс… — закатила глаза Ольга.

Похоже, я был первым лекарем с подобными взглядами.

Вот и Али Демир удивился, но тем не менее бросился трясти мне руку.

— Эльза, — бросил он, — позаботься, чтобы наши гости получили подарочный сертификат торгового дома на максимально возможную сумму. И проследи, чтобы они остались всем довольны! От этого зависит твоя дальнейшая карьера, которую ты сегодня едва не завершила.

— Да разве так можно? — не выдержал рыжий. — Герман Хоффман серьёзно пострадал из-за действий этой пиявки…

Али Демир даже на него не взглянул, только отчеканил:

— Хоффманам также будет предъявлен штраф за нарушение порядка во владениях рода Демир. Никто не имеет права заявляться на территорию другого клана в состоянии близком к неконтролируемому взрыву.

— Но как же… — всё ещё не сдавались дружки Германа.

— Мы уже передали Хоффмана представителям его рода. Так что и вам здесь задерживаться незачем. Оплатите штраф и свободны.

— Штраф?

Ответа он их не удостоил, только обратился к администратору со словами:

— Эльза, остальное на тебе.

А затем Али Демир покинул кабинет также стремительно, как в нём появился.

Три пары злобных глаз тут же уставились на администратора.

К счастью, мне уже не пришлось слушать их вопли.

Эльза тут же вручила Ольге какой-то предмет, видимо, тот самый сертификат, заверила, что скоро подойдёт, и вежливо проводила из кабинета.

Очевидно, срывать злобу за начальственную выволочку она собралась на трёх проштрафившихся.

Ну что ж, приятно им повеселиться!

* * *

Эмре Демир, лидер большого клана и владелец сети торговых центров любил держать все дела под контролем.

Он был человеком старой закалки, который упорно трудился, чтобы поднять свой род на тот уровень, на котором они сейчас находились.

Он помнил взлёты и падения многих одарённых и знал, что потерять всё можно в одно мгновение. А вот приобрести… для этого нужно многое. Талант, терпение, воля и даже везение.

Эмре считал себя мудрым и стойким человеком и не позволял себе расслабиться даже после многих веков упорной работы. Нет, по-настоящему доверять он мог только себе самому.

К тому же Эмре любил власть и все её атрибуты. Он любил свою империю, огромные деньги и роскошный небоскрёб в центре города.

Из окна его кабинета открывался потрясающий вид. Такой могут себе позволить лишь единицы.

Да и внутри офиса обстановка не хуже. Он признавал исключительно дизайнерскую мебель, выполненную по индивидуальному заказу. А на стенах висели картины не хуже, чем в музеях. Своей частной коллекцией он тоже очень гордился, но выставлял её напоказ среди обычных работяг, будто бы она ничего не стоит.

В этом также было его понимание статуса. Он мог себе это позволить.

Но, чтобы наслаждаться всем этим, нужно упорно работать. И Эмре не отлынивал, ежедневно вникая во всё, что происходит с его бизнесом.

Вот и сейчас, он открыл сводку о сегодняшних происшествиях, лениво просмотрел отчёт о количестве пойманных за руку воришек, а потом замер, вглядываясь в отчёт об инциденте с одарёнными.

Аристократы не часто поднимают бучу во владениях его рода, так что он не мог пропустить такое событие. Но вот имя, которое промелькнуло в отчёте, заставило его ощутимо побледнеть.

И это при том, что он был смуглым и жгучим брюнетом.

Макс Рихтер…

Эмре, нахмурившись, всматривался в видео с камер наблюдения, максимально увеличивая лицо отличившегося лекаря.

В конце концов, он судорожно схватил трубку телефона и набрал чей-то номер.

— Али. Я насчёт сегодняшнего инцидента… да, с Хоффманами. Но это неважно. Я хочу, чтобы ты выяснил всё, что касается этого Рихтера. Да, ты меня правильно понял. Я хочу, чтобы ты выяснил о нём всё, что возможно. Докладывать будешь мне напрямую, лично. В любое время дня и ночи.

Глава 7

Мы вышли из кабинета администратора с подарочным сертификатом в руках. Я привык, что, принося извинения, люди дарят что-то вещественное. Лошадей, драгоценности, деревни…

Но мир изменился, так что я доверился мнению Ольги. А она тут же принялась изучать подарок.

Мне тоже было любопытно, потому что выглядел он как небольшая энергетическая сфера синего цвета, которая по воздуху следовала прямо за ней.

Размером она была не больше шарика для пинг-понга.

И, судя по тому, как у внучки заблестели глаза, с подарком для нас и впрямь не поскупились.

— Сто тысяч коинов! Я и подумать не могла, что нам дадут настолько жирный сертификат!

— Коинов? А что, старое доброе золото уже не в ходу? — поинтересовался я.

— В ходу, но… с ним всё сложно.

— Пояснишь?

Деньги легкомысленного отношения не терпят. Если сложно, то лучше разобраться сразу. Особенно, если клан Рихтеров на мели.

Я уже привычно стал считать Ольгу частью клана, даже не ставя её в известность.

Ольга начала объяснять:

— Уже пару сотен лет золотом почти не пользуются. Всё потому, что появились сферы. Это такие кошельки, как этот сертификат. Только цветами отличаются. Каждая сфера магически привязана к одному единственному владельцу, что очень удобно. Их и украсть практически невозможно, и места они не занимают. Всё твоё состояние всегда с тобой. Тем более, что всё золото можно легко перевести в коины в любом отделении банка.

— Это что же, тебе сейчас просто подарили коины?

Она замотала головой.

— Нет. Сертификаты — это те же сферы с коинами, но они не привязаны к владельцу, как индивидуальные сферы-кошельки. Зато прикреплены к месту, где ими можно расплатиться. Например, эти я могу потратить только в торговых центрах Демир-групп.

— Покажи свою собственную сферу? — попросил я её.

— Конечно.

Ольга подняла руку ладонью вверх, и словно от её кожи отделился ещё один энергетический шарик. По размеру примерно такой же, как и сертификат, только светился другим цветом — зелёным.

Ольга вздохнула и добавила:

— В детстве я мечтала о золотой сфере, но пока так на неё и не заработала.

— А в чём разница? — не мог не спросить я.

— Золотую сферу могут получить только вип-клиенты банка. Там огромное количество самых разных бонусов, собственный ассистент и так далее. Но самое главное, она открывает практически любые двери… — она вдруг смутилась, но всё-таки пояснила, — это статусная вещь. Что-то вроде мечты о красивой жизни.

Я тем временем внимательно разглядывал эту её сферу. Интересная магия, и, кажется, я даже узнаю почерк.

— Банк принадлежит роду Шитцер?

— Да, как вы догадались? — удивилась Ольга.

— Я их почерк ни с чем не спутаю, — хмыкнул я. — А ты в курсе, что эта сфера связана не только с тобой.

— В смысле? — искренне не поняла внучка.

Вот хитрюги, значит, они даже не сообщают, как работают эти их сферы. Я бы Шитцерам даже ботинки чистить не доверил бы. Переобуют прямо на ходу.

— Ты разве не знаешь, что часть энергии, которую ты тратишь, используя свой кошелёк, утекает Шитцерам? Вот кто настоящие пиявки.

Она задумалась.

— Так, значит, это не просто слухи… я слышала о чём-то таком, но да, никакой официальной информации об этом нет. А количество энергии, очевидно, слишком невелико, чтобы я заметила…

— Разумеется, — подтвердил её мысли я, — ведь этими сферами пользуются даже неодарённые, верно? Но даже у них хватает ресурса, чтобы «расплатиться». С каждого по чуть-чуть, но в массе своей получается огромный поток энергии.

— Но почему тогда никто из влиятельных родов не заметил этого? — попыталась уложить у себя в голове новую информацию Ольга.

— Потому что ходят с золотыми сферами? — предположил я. — Которые работают иначе. Ведь сильные не позволят себя грабить. Или с какими-нибудь ещё…

— С платиновым! — изумилась моя родственница. — У всех глав сильных кланов такие и у самых приближённых тоже.

— Ну вот, — покачал я головой, — сама видишь, как всё просто.

Какое-то время мы с Ольгой молча шагали по торговому центру, а потом она призналась:

— Теперь мне хочется полностью отказаться от использования сфер. Жаль, это невозможно.

Я улыбнулся.

— Не делай преждевременных выводов. К этому вопросу мы ещё вернёмся. А пока давай-ка потратим наш подарок.

— Тогда давайте начнём с одежды! Вы позволите мне подобрать для вас несколько «луков»? — невинно спросила Ольга.

Но я уже видел, как загорелись её глаза. Ох уж эти женщины, хлебом не корми, а дай кого-нибудь нарядить.

Слышал, эта привычка у них с детства.

Когда дар у них ещё слабенький, они создают кукол, наряжают их и насылают порчу. Ну или что там ещё девочки с куклами делают? Никогда не вдавался в подробности.

Терпеть не могу выбирать себе одежду. Вообще высшей аристократии присуще презрение к условностям.

Как-то одна из Вийонов, их род всегда был с придурью, забыла взять с собой сумочку на весенний бал кланов. Тогда она прихватила по дороге плетёную корзинку.

И что же? Вся столица стала ходить с корзинками. Кожевенники разорились и подались в пираты.

Крестьянам стало не во что собирать персики. Урожай сгнил на корню. И всё из-за одной идиотки.

А мой дедуля, основатель клана Рихтеров, последние триста лет жизни ходил в одном саване. Даже к королям так ходил. Ко всем двенадцати, которые сменились за это время. Последние четыре в него уже даже не верили, считали его призраком.

Как в воду глядели, кстати.

Дедулю потом ещё двести лет упокоить не могли.

Вот какие мысли лезут мне в голову, когда я слышу о примерке. Можно себе представить, насколько я её люблю.

Но здесь у меня появился шанс спихнуть всё на Ольгу. Главное — держать ситуацию под собственным контролем. А то женщинам свойственно увлекаться.

— «Луки»? — переспросил я Ольгу.

В моё время можно было пригласить на дом портного, и он обшивал тебя по вкусам и меркам. Но, похоже, что сейчас можно подобрать всё из готового. Интересно, как они это делают? Фигуры-то у всех разные.

— Ну да, — она уже не удивлялась моим вопросам, понимая, что нас разделяет много веков, — так сейчас называют не просто одежду, а целый образ, подобранный в соответствии с ситуацией и чувством стиля того, кто его носит.

— Идёт, — я согласился, понимая, что это сэкономит массу времени и сил. —

Но последнее слово останется за мной.

— Конечно! — обрадовалась внучка и чуть ли не за руку потащила меня в сторону павильонов с одеждой.

К Ольге тут же подскочили две девушки из обслуги. Они сразу же окинули меня придирчиво профессиональными взглядами.

Характерно, что взгляды обеих остановились на перстне, а зрачки чуть расширились.

После этого они стали носиться по залу, перебрасываясь словами на каком-то своём языке.

— Реглан!

— Бадлон!

— Кардиган!

— Бомбер!

«Как бы ненароком демона какого-нибудь не вызвали», — забеспокоился я. Но обошлось.

Ольга командовала ими уверенно и решительно.

К задаче она подошла ответственно, причём часто объясняла свой выбор.

— Ты выглядишь молодо, дядюшка, — серьёзно сказала она, отобрав для меня на примерку несколько костюмов, — но твой статус подразумевает то, что нам стоит сфокусироваться на классике, чтобы подчеркнуть солидность и значимость твоей личности.

Значимость личности придаёт не одежда, а уровень развития магии и боеспособность гвардии. Но я не буду её разочаровывать. Видно же, девушка старается.

Она подобрала мне пару костюмов, тёмно-серый и синий, прочные и удобные ботинки и наручные часы, как раз те, что мне приглянулись. Разумеется, я бы взял их и сам. Но приятно видеть, что наши вкусы со внучкой сходятся.

Именно так, по её словам, сейчас одеваются состоятельные аристократы.

Другой комплект я подобрал сам. В него вошли прочные брюки из парусины, которые здесь называли джинсами, тонкий свитер, с чудным прозвищем «водолазка», и короткая чёрная куртка из кожи.

Пока я не создал себе армию из немёртвых слуг, придётся драться самому. Не то, чтобы я против, но не в костюмах же это делать.

Ольга одобрила, но заявила, что я похож на «опасного типа». Продавщицы кивнули, и в их взглядах появилась мечтательность.

— У вас такая фигура, — вздохнула первая.

— Одно удовольствие вас одевать, — добавила вторая.

Разумеется, переодеваться в старое тряпьё я уже не стал, так что просто оставил его прямо в павильоне.

Однако, хорошенькая консультантка заметила это не сразу и нагнала уже на выходе из отдела.

— Постойте, господин! Вы забыли! — запыхавшись, окликнула она меня, протягивая пакет.

— Мне это уже не нужно, — коротко ответил я ей и продолжил путь.

Но она снова меня догнала и спросила, комично нахмурив брови.

— Но что нам с этим делать?

— Лучше всего, сжечь, — серьёзно посоветовал я ей.

И мы пошли дальше, так и оставив ассистентку стоять возле павильона с крайне озадаченной моськой.

— Ты очень… своеобразный, дядюшка, — со смехом прокомментировала случившееся Ольга.

Я же лишь пожал плечами.

С остаточной магией лучше не шутить.

В общем, покупками я был доволен, и мы потратили едва ли половину коинов из сертификата.

Оставшееся я отдал Ольге.Пусть купит себе хороший смартфон, в конце концов, это я сломал старый. Да и для дела ей пригодится.

Она от счастья чуть в щёку меня не чмокнула, но потом одумалась и убежала.

Пока она обсуждала что-то с продавцом в отделе электроники, я сгрёб со стойки, находящейся в холле, целую стопку журналов с яркими обложками.

Они ещё и оказались бесплатными.

— Макс, зачем тебе эта макулатура? — широко раскрыв глаза от удивления, спросила Ольга.

— Изучать современную жизнь, — честно ответил я.

— Есть же интернет! — заявила родственница, — и ещё телевидение…

Про судьбу её телевизора я пока не стал рассказывать. Уверен, что с её ноутбуком случится то же самое.

— Я уж лучше по старинке…

— Тогда надо тебе подыскать для них портфель, — тут же озадачилась Ольга.

Он нашёлся довольно быстро. Плотный, вместительный. Если зачаровать, то можно даже артефакты носить.

В общем, удачно зашли.

Но, когда мы, наконец, выбрались из торгового центра, я почувствовал облегчение. Пусть это было необходимо, но очень уж утомительно.

— Такси? — с надеждой посмотрела на меня Ольга.

Но я покачал головой.

— Мне хочется посмотреть город.

Не буду пока вываливать на неё то, что при совместных вылазках нам придётся ходить пешком до тех пор, пока у меня не появятся ездовые химеры.

— Хорошо, — кивнула она и сразу же перешла к делу, — первым клиентом у нас будет миссис Агнесса Пэддлтон. Это очень милая пожилая леди, и я иду к ней уже не в первый раз. Можно сказать, постоянный клиент.

Фамилия снова мне ни о чём не сказала, так что я приготовился к тому, что много энергии с этого сеанса лечения мы вряд ли соберём. Но доверился Ольге.

Уверен, будь у неё сейчас клиент пожирнее, она бы обязательно повела меня к нему.

Идти было недалеко, всего несколько кварталов, но обстановка вокруг разительно поменялась. Мы уже покинули наш неблагополучный район, и теперь окружающую нас пастораль нельзя было описать иначе, чем «тишь да гладь, да божья благодать».

Удивительно, что два таких разных района находились по соседству. Впрочем, этот был огорожен высоким забором, и пройти туда можно было только по пропуску. Этакий уголок мирной, почти деревенской жизни.

Все участки здесь выглядели так, будто сошли с милой открытки.

Кукольные аккуратные поместья с идеальными палисадниками перед ними. Кто-то выращивал там цветы, другие — плодовые деревья. А самые ленивые просто покрыли всё пространство перед домом ярко-зелёным газоном.

Мы же остановились возле дома, хозяйка которого любила растения едва ли не больше всех остальных на своей улице. Стены её дома обвивал вьюн, не забывая и об элегантных кованых балконах. Вокруг дорожки, ведущей к двери, я насчитал не менее двенадцати клумб с пионами, орхидеями, гортензиями и бог знает чем ещё.

А возле уютной беседки разрослись кустарники сирени. Причём в цвету.

Я никогда не отличался особой любовью к флоре, но тут залюбовался. Я уже молчу про Ольгу, которая просто пожирала глазами этот сад. А ведь она здесь была не в первый раз!

Дверь нам открыл чопорный дворецкий во фраке. Он любезно улыбнулся Ольге и внимательно осмотрел меня. Очевидно, не увидел ничего подозрительного и вернул на физиономию улыбку.

Я мысленно похвалил Ольгу за выбор моего гардероба. Если он выдержал проверку у такого сноба, значит, это именно то, что надо.

Внутри поместье выглядело не менее мило, чем снаружи. Мы словно попали в кукольный домик. Повсюду висели картины с безмятежными пейзажами. На комодах и других поверхностях лежали вязаные узорные салфетки. А мебель выглядела настолько мягкой и удобной, что так и хотелось на неё плюхнуться.

Что, впрочем, мне и предложил дворецкий, сказав, что миссис Пэддлтон готова принять Ольгу, а мне предлагается подождать её здесь.

Едва я приземлился на вычурную кушетку, как передо мной оказалась изящная фарфоровая чашечка на таком же милом блюдце, а рядом с ним очутилась хрустальная ваза, полная конфет.

Чтобы не терять время зря, я принялся просматривать один из журналов. Как раз успел узнать, как выбрать курорт для отдыха, похудеть на десять килограммов за две недели, питаясь одними тортиками, или найти нового мужа, ещё не разведясь с прежним.

Всё это я пролистал бегло, впитывая новые названия, традиции и выражения. Наконец, наткнулся на статью об автомобилях и полностью погрузился в неё.

— До чего прислуга обнаглела! — услышал я над ухом.

И что же тут перед нами? Наглый сопляк в пижонском костюме. Вокруг пожилых дам вечно вьются всякие племянники и внуки. Вот и этот, очевидно, из таких. Есть вещи, над которыми время не властно.

— Позволю не согласиться, — я не спеша отпил чай из чашки, — прислуга здесь превосходная. И чай хороший… Вы спросите, может быть, и вам принесут.

Сопляк замер, беззвучно открывая рот, словно рыба. Можно было бы вызвать его на дуэль и за первую хамскую фразу.

Но с нынешними аристократами я чувствовал себя браконьером в стаде не пуганных баранов. Да и старушка расстроится, если я прибью случайно её родственника.

Поэтому я и дал этому придурку шанс.

— Знаю, — психанул родственник, — Я здесь живу, между прочим! А вы кто такой?

— Лекарь, — сообщил я, ставя чай на столик, — вам нехорошо? Какой-то вы нервный… кричите, дергаетесь… Это вредно для давления и значительно повышает риск травматизма.

Этот маскарад начал меня забавлять. Профессией лекаря можно было объяснить всё, что угодно.

Вот, например, этот борзый парниша в щёгольском костюме, сразу стушевался и стал гораздо менее агрессивным. Скорее, и правда разнервничался.

— Но к бабуле обычно приходит Ольга Рихтер… Зачем другой лекарь?

— Врачебная тайна, — продолжил я развлекаться.

— Ну, если эта старая кошёлка что-то задумала! — неожиданно сжал он кулаки и вышел из гостиной.

Не слишком любезно по отношению к даме, за чей счёт это насекомое существует. С другой стороны, это их дела. Пускай сама своего внука воспитывает, если есть необходимость.

— А это и есть тот самый дядюшка Макс? — услышал я приятный, вовсе не старый женский голос.

— Да, мисс Агнесса, я вам про него и рассказывала! — подтвердила Ольга, спускаясь по лестнице со второго этажа.

Вместе с ней в гостиной появилась и хозяйка дома. Она оказалась улыбчивой женщиной в эффектном домашнем платье из шёлка.

На «старушку» она явно не тянула. На вид ей можно было дать лет пятьдесят, не больше. Но я видел, что на самом деле ей около трёхсот лет.

Вот только она ведь одарённая, да ещё и не самая слабая. Для своих лет она выглядела на удивление плохо.

Конечно, вряд ли она смогла бы сохранять идеальную молодость на протяжении тысячелетий, как та же Катарина.

Но у неё точно должна быть ещё, ну как минимум сотня, а то и две лет в запасе, перед тем, как она начнёт стремительно увядать. Что-то здесь не так.

Мой задумчивый взгляд не укрылся от Ольги, но она решила ни о чём не спрашивать. Вместо этого начала суетиться хозяйка. Радушно представившись, она вызвала дворецкого и приказала ему обновить мне чай, а заодно принести пирожки, которые испекли под её строгим руководством сегодня утром.

Очевидно, Агнесса очень гордилась своими кулинарными и организаторскими способностями, да и просто любила принимать гостей.

Несколько раз я ловил на себе её заинтересованные взгляды.

— Не знала, что у Ольги такой молодой и обаятельный дядя, — улыбнулась она.

— Я и сама не догадывалась, — хмыкнула моя внучка, — дядюшкин визит для меня оказался полной неожиданностью.

— Приятной, разумеется! — продолжала рассыпаться в комплиментах Агнесс.

— А как иначе? — поддержал её я.

— Кушайте, кушайте! — хозяйка дома заметила, с какой скоростью я поглощаю пирожки. — Как прекрасно, когда у мужчины здоровый аппетит!

Создалось впечатление, что, если я сейчас залезу на стол и заору во всю глотку, мисс Пэддлтон похвалит мою оригинальность и музыкальный голос.

Хозяйка дома явно неравнодушна к молодым мужчинам, а я, напомню, сейчас выглядел лет на 25, если не моложе.

Отсюда и злоупотребление «благодатью». С помощью чужой энергии она пыталась выглядеть моложе.

Но, как ни странно, у неё это не получается. Почему?

Я продолжал внимательно рассматривать миссис Пэддлтон. Помимо несвоевременной старости, я заметил ещё несколько странностей. Красноватый оттенок радужки глаз, пара необычных пигментных пятен на руке…

— Могу я вас осмотреть? — прервал я милую беседу Ольги с хозяйкой.

— Осмотреть? — не сразу поняла Агнесса. — Но зачем? Сеанс лечения прошёл хорошо…

На её щеках появился румянец. Кажется, Агнесса приняла мои слова за разновидность флирта.

— О, не беспокойтесь, — поспешила её успокоить моя внучка, — мой дядюшка — очень хороший специалист. Если он просит об осмотре, значит, у него есть для этого какие-то причины.

— Разумеется, есть, — подтвердил я, — мне кажется, у вас какие-то проблемы с энергетикой.

— Вы думаете? — заволновалась женщина.

Я склонился к ней ближе и взял её за руку. Ольга и впрямь хорошо справилась со своей работой. Я почти не чувствовал в Агнессе энергии скверны.

Зато собственный источник — сильный и мощный. Да она могла бы выглядеть сейчас как восемнадцатилетняя дебютантка!

В чём же дело?

Поведя пальцами, я вызвал теневой скальпель, тут же превратил его в иглу и легонько проколол кожу.

Агнесса ойкнула и уставилась на меня, а я растёр капельку её крови между пальцами.

Да уж, удивительно, что она вообще жива!

Организм миссис Пэддлтон отравлен множеством токсинов. Причём, что удивительно, они не ограничивались каким-то одним видом. Травили женщину разнообразно и с фантазией. И единственная причина того, что она всё ещё жива, как раз её внутренний источник сил. Он всеми силами защищал её от смерти.

Именно это я ей и озвучил.

— Вы, должно быть, шутите… — ошарашенно произнесла она.

— Увы, — покачал я головой. — У вас есть предположения, откуда в ваш организм регулярно поступает яд? Я ясно вижу, что токсины накапливались в вашем организме уже давно. Может быть, даже не первый год.

— Не знаю… мне надо подумать.

Агнесса после этого практически выпала в астрал, что не удивительно. Не каждый день узнаёшь о своей жизни что-то подобное.

Так что мешать ей приходить в себя я не стал, сосредоточившись на пирожках. Очень вкусных, между прочим. Их было сразу несколько видов. С яблочным повидлом, с вишнёвым вареньем, а также с клубничным джемом. Похоже, начинку миссис Пэддлтон тоже готовили у неё на кухне. Может быть, даже из урожая собственных плодовых деревьев.

Я успел умять целых четыре пирожка, когда хозяйка, наконец, снова заговорила:

— Господин Рихтер, а вы сумеете определить яд в настойке, если он там есть?

— Готов попробовать, — улыбнулся я ей.

Агнесса сразу же решительно поднялась и вышла из гостиной. А через пару минут вернулась, держа в руках небольшой пузырёк с лекарством. Во всяком случае он так выглядел.

Она передала мне его в руки со словами:

— Я практически не пью ничего, кроме чая, и не ем ничего, кроме того, что готовят под моим присмотром. Но вот это подарок моего дорогого внука… — её голос дрогнул, — он уже второй год снабжает меня этой настойкой, уверяя, что это новейшая разработка магической медицины. Он у меня — маг структур, учится на биохимика…

Что такое биохимик я пока не знал, но уточнять не стал.

Вместо этого сосредоточился на «лекарстве». Внешний вид и запах не вызвал у меня особых подозрений. Если это яд, то замаскирован он весьма неплохо.

Что ж, остаётся только одно. Я капнул немного жидкости на палец и облизнул его.

Ну, конечно. Несмотря на то, что характерный привкус яда попытались скрыть целым букетом других ингредиентов.

— Если у вас есть сад, то этой бутылкой там можно потравить всех вредителей, — заявил я, — убойнейшая вещь.

— Вы уверены? — всё ещё не желая в это верить, переспросила она.

— Абсолютно. Любой алхимик вам это подтвердит.

— Алхимик? — ещё сильнее растерялась женщина.

Тут на помощь снова пришла Ольга.

— Дядюшка имеет в виду лабораторию. Он приехал издалека и не очень хорошо знает язык. Поэтому время от времени проскакивают странные слова.

— И что же мне теперь делать? — беспомощно спросила Агнесса.

— Если вы про отравление, то ничего, — успокоил я её. — Ваш источник достаточно силён, чтобы за пару недель вывести все токсины. Главное, не позволяйте себя поить всякой гадостью…

— О, этот вопрос я решу радикально! — глаза Агнессы налились кровью.

Глава 8

Как говорится, на ловца и зверь бежит.

Стоило нам выяснить причину отравления, как она появилась в гостиной собственной персоной.

Хотя, думаю, совпадением здесь и не пахло. Внучок неспроста вился вокруг нас, грея уши. Опасался, что его махинацию раскусят, и старался держать нос по ветру.

— Садись, Карлуша, садись, — елейным голоском предложила Агнесса.

Я уверен, что ей хотелось приложить внучка чем покрепче, но она сдержалась. В принципе я не удивлён. За триста лет можно и научиться контролировать эмоции.

А вот сам внучок явно был гораздо моложе, и сходу не сумел понять, чем пахнет.

— Я же просил тебя не называть меня так! — грубо отозвался Карлуша, сердито бухнувшись в кресло.

— Ну, мы пойдём, — засобиралась тактично Ольга, не желая присутствовать при семейной сцене.

— Знаю, что ты спешишь, но позволь мне насладиться, — сказал я, подхватывая с блюда очередной пирожок. — Миссис Пэддлтон, — обратился я уже к хозяйке дома, — ваша выпечка просто изумительна. Тысячу лет не пробовал ничего подобного.

Зря я что ли тратил силы и время на эту даму? А если внучок сейчас возьмёт, да и прибьёт её? Лучше досмотреть спектакль до конца. Да и пирожки действительно вкусные.

— Я рада это слышать, — покраснела от удовольствия хозяйка дома. — Пожалуйста, приходите ко мне с Ольгой в любое время. Неважно, назначен у нас сеанс лечения или нет. Я только рада таким гостям.

Карлуша, услышав это, только фыркнул, но ничего не сказал.

Тут раздался звук дверного звонка, и он сразу подскочил и, не дождавшись дворецкого, поспешил к выходу.

Гостиная в этом поместье располагалась прямо напротив прихожей, так что мы прекрасно видели, что происходит. Прибыл курьер, которого так ждал внучок.

И теперь он суетливо подписывал какие-то документы. А затем, похоже, настало время платить, и он активировал свою сферу, кстати, тоже золотую, как и у Агнессы.

Но, очевидно, что-то пошло не так.

Потому что курьер сообщил, что оплата не прошла. Карлуша попробовал ещё раз. И снова неудача.

Тогда он быстрым шагом вернулся в гостиную.

— Ба, что-то случилось с моей сферой, — нахмурившись, сообщил он ей.

— Случилось, — серьёзно подтвердила она.

— Ну так вызови банковского ассистента. Мне нужно оплатить посылку, — требовательно заявил избалованный внучок.

Для полноты картины не хватало ещё, чтобы он возмущённо топнул ножкой.

— Дорогой мой, Карлуша, — торжественно начала Агнесса.

— Я же просил не называть меня так! — перебил её он.

Но миссис Пэддлтон не обратила на его возмущения никакого внимания и продолжила.

— Настало время самостоятельных заработков. Я долго спонсировала твои развлечения, твою учёбу и всю твою жизнь. Теперь тебе придётся зарабатывать на всё это самостоятельно, Карлуша.

— Что⁈ — взревел ошарашенный внук, — как ты можешь так поступить, ба? Ты ведь обещала…

— Хватит! — гаркнула Агнесса, удивив даже меня, — ты не достоин даже носить фамилию Пэддлтон! Радуйся, что я не убила тебя прямо сейчас на глазах у лекарей и у твоего чёртового курьера!

Последний, к слову, правильно оценил ситуацию и уже начал пятиться, а на последних словах Агнессы и вовсе дал стрекача.

Неудивительно. Неодарённые во все времена старались держаться подальше от магических разборок.

— Но почему? — одновременно растерянно и раздражённо спросил Карлуша.

А по его физиономии было видно, как крутятся шестерёнки в его голове. И, в конце концов, он догнал.

— Вы! — указал он пальцем на нас. — Что вы наплели моей бабуле⁈

Он решительно подошёл практически вплотную ко мне.

— Ничего, кроме того, что твоё лекарство — яд, — спокойно ответил я ему.

Карлуша побагровел.

— Да как ты смеешь! За такую клевету я тебя засужу! Ба, как ты только могла поверить этим шарлатанам⁈

Он так талантливо разыгрывал оскорблённую невинность, что Агнесса начала сомневаться.

— Может, и правда стоит заказать независимую экспертизу… — пробормотала она.

Но Карлуша только ещё сильнее испугался.

— Не надо экспертизы! Ты что, мне не доверяешь?

Агнесса покачала головой, а на её лице застыло выражение глубокого разочарования.

— Достаточно. Сейчас же выметайся из моего дома.

Внучок сглотнул и направился в сторону лестницы на второй этаж, но ему преградил дорогу дворецкий. А миссис Пэддлтон отчеканила:

— Я сказала выметайся прямо сейчас. В чём стоишь. В этом доме нет ни одной принадлежащей тебе вещи. Так что никаких сборов я не потерплю.

— Старая ты сука! — наконец, показал внучок истинную озлобленную морду. — Всё равно скоро сдохнешь!

Он развернулся и вышел из поместья.

— Простите меня за эту безобразную сцену, — грустно сказала нам Агнесса. — А сейчас, прошу меня извинить, но мне нужно побыть одной. Но не забывайте, что я жду вас в гости в любое другое время.

— Конечно, миссис Пэддлтон, — мягко улыбнулась ей Ольга и сочувствующе добавила: — Помните, что теперь всё будет хорошо. Вы быстро восстановитесь.

— Спасибо, милая, — кивнула она.

И мы, наконец, покинули эту когда-то мирную обитель. Сегодня это кукольное поместье пережило массу потрясений.

Не отходя далеко, я тут же подозвал Ольгу и дотронулся до её лба, вытягивая скверну. Как я и думал, не так уж много. Даже меньше, чем было у Хоффмана. Но ничего.

— Это непередаваемо, — прокомментировала внучка, — хотела бы я знать, как ты это делаешь… и неужели тебе совсем не больно?

— Всему своё время, Ольга, скоро и ты так сможешь, — обнадёжил я родственницу. — Не забивай себе пока этим голову. Лучше показывай куда мы теперь.

— Конечно, но придётся пройтись чуть дольше… ты всё ещё против такси?

Я кивнул, а затем услышал полный возмущения вопль Карлуши.

— Вы что думали, я так всё и оставлю⁈

Разъярённый внучок, оставшийся без привычных для себя средств к существованию, угрожающе двигался прямо на нас.

Я вздохнул.

— Разумеется, не думали, — ответил я ему, — я весьма невысокого мнения о твоих умственных способностях, парень. Так что ты меня совсем не удивил. Но лучше бы тебе уйти с нашей дороги, пока ты не потерял что-то более ценное, чем деньги.

Он расхохотался.

— Какая-то жалкая пьявка будет мне угрожать⁈

Он протянул руку вперёд, выставив кулак, вокруг которого сразу же вспыхнуло пламя. Решительным рывком он прыгнул на меня.

Вот только ему здорово не хватало скорости и техники. Сразу видно пацана, выросшего в тепличных условиях под бабушкиной юбкой.

Да и «Огненные Руки» — одно из самых распространённых боевых заклинаний. Выглядит эффектно, но не столь опасно, как кажется.

Я уклонился и уже сам ударил его в солнечное сплетение, а затем схватил за локоть и вывернул руку.

Карлуша застонал и неестественно согнулся, делая своё положение ещё более бедственным.

Я же сейчас испытывал лишь жалость. Жалость, что приходится тратить энергию на этого дурачка. Чтобы так легко его скрутить, мне пришлось серьёзно накачать себя энергией.

Карлуша, хоть и не был хорошим бойцом, но всё-таки оказался физически мощным одарённым. Его способность делала его магом ближнего боя, так что он тоже укреплял своё тело энергией. И хотя я сейчас и выкачивал из него силы, но этой добычи явно недостаточно, чтобы покрыть мои растраты.

Утешало только то, что усиление останется со мной на целые сутки. Кто знает, что ещё произойдёт сегодня?

Словно прочитав мои мысли, Ольга задумчиво протянула:

— Не могу понять, почему мы так активно притягиваем неприятности? Это тоже наша родовая особенность?

— Это особенность любого прямолинейного человека, который не стесняется отстаивать собственные интересы, Ольга.

Я закончил с Карлушей и оставил его валяться под кустом у поместья Пэддлтон.

— Что ты со мной сделал… — тихо прошептал он нам вслед, но ответа его, разумеется, никто не удостоил.

Ольга, тем временем, продолжала размышлять вслух.

— Надо же. Я столько раз проводила сеансы лечения для Агнессы, но ничего особенного не почувствовала. Похоже, теперь моя помощь понадобится ей гораздо реже.

— Именно так. Дай угадаю, она пыталась бороться со старением всякими сомнительными средствами?

— Ага. Вот только… — она засмеялась, — я так лишусь всех клиентов, если ты так эффективно будешь их лечить.

— Если всё пойдёт как надо, то вскоре тебе вообще не придётся заниматься этим бизнесом и кого-то лечить, — пояснил я максимально серьёзно. — Привыкай к мысли, что ты не лекарь, а некромант.

Ольга нахмурилась, но спорить не стала.

Кукольный посёлок мы покинули довольно быстро, и теперь нас встретил новый район. И снова гораздо более дружелюбный, чем наш.

Мы шли по ухоженной улочке явно торгово-развлекательного назначения. Дома вокруг были многоэтажными, но все помещения на первом этаже были отданы под разного рода магазины, лавочки, кафешки.

И людей вокруг, соответственно, тоже было много.

Внезапно меня окутал какой-то приятный аромат. Я с наслаждением втянул его носом и спросил:

— Чем это так пахнет?

— Кофе… — на автомате ответила Ольга и наткнулась на мой удивлённый взгляд.

— А что это?

— Это такой напиток. В ваше время и его тоже не было?

— Нет. В основном мы пили чай и вино.

— Ну, кофе ближе к чаю. Там нет алкоголя… хотя некоторые и добавляют. Хотите попробовать?

— Однозначно, — ответил я ей.

Люблю открывать для себя новое.

Мы зашли в одну из таверн. К слову, она так и называлась по имени напитка — кофейня. Похоже, он популярен.

— Это хорошее место, — сказала Ольга, когда официантка проводила нас к столику у окна, — я частенько сюда захожу. Рекомендую капучино, он здесь просто отпадный. Но сначала попробуйте эспрессо. Это чистый кофе без добавок.

В кофейне оказалось светло и уютно. Никаких шумных компаний или гулящих девиц. Видимо, культура распития кофе их не предполагала.

Официантка принесла Ольге огромную кружку с нарисованным на пенке сердечком, а мне крохотную, раз в десять меньше, чашечку.

Мне кажется, или меня обделили?

Я выпил густой, чуть горьковатый и терпкий напиток и изумился. Аромат не хуже, чем у галльского коньяка! А какой эффект! Даже моя загустевшая кровь, казалось, быстрее побежала по жилам.

— Так, мне ещё один такой же, — начал диктовать я не успевшей отойти официантке, — ещё один такой, как у неё… И что у вас ещё имеется?

— Латте… раф… — растерялась она.

— Вот их тоже несите!

— Макс, а у тебя сердце не остановится от кофеина? — поинтересовалась Ольга, когда я прикончил раф, напиток с плотной сливочной пеной и сладким сиропом.

— Думаешь, мне это причинит какие-то неудобства? — ответил я, а после, видя, как изменилось выражение её лица, добавил: — Ты же лекарь! Уверен, ты меня спасёшь!

Забавно, что, когда я пробовал на вкус сильнейший яд, она не беспокоилась. И всё же приятно, что родственница за меня переживает.

— Макс, пойдём! — взмолилась Ольга, увидев, что я вновь хочу подозвать официантку, — у меня дома есть кофемашина. Возможно, будет не так вкусно, как в кофейне, но тоже ничего.

На этой позитивной ноте мы продолжили путь к следующему клиенту. Но дорога и впрямь была длинной, так что я успел задать внучке ещё несколько интересующих меня вопросов.

Например, о том, почему к ней домой вообще припёрся этот Уго. Как я понял, он — представитель муниципалитета, а они занимаются делами неодарённых. Ольга же — маг и аристократка. На неё не должны распространяться обычные правила.

Я уже понял, что правовая система не сильно-то и поменялась за эту тысячу лет. А в ней содержалась масса привилегий для дворянского сословия.

Даже если одарённый убьёт обычного человека, он максимум заплатит штраф и, возможно, испортит свою репутацию. Мало какому роду понравится пугать простых людей и выглядеть в их глазах монстрами. Как-никак, а лояльность неодарённых — тоже ресурс, которым разбрасываться никто не хочет.

Если же маг убьёт другого аристократа, вот тогда начнутся разборки уже между кланами. Со всеми вытекающими. Но гражданская власть в это ни за что не полезет.

— Так-то оно так, — грустно согласилась со мной внучка. — Вот только я не имею никакого отношения к кланам. За мной не стоят юристы рода. Да и вообще никто не стоит. Судьба одиночек — подчиняться обычным законам. Как и все обычные люди.

— А если официально создать клан?

— Да, это возможно, — подтвердила Ольга, — но нужно подать заявку, а она стоит больших денег. Просто огромных. Точную сумму я не помню, — призналась она, — никогда не интересовалась этим, у меня всё равно таких богатств никогда не водилось.

— Это поправимо.

Ольга кивнула.

— Действительно, если каждый день брать несколько заказов, то, думаю, рано или поздно нужную сумму накопить получится. Вот только…

Она замялась.

— Говори, как есть, — попросил я её.

— У молодых кланов тоже незавидная судьба. Как правило, они присоединяются к более крупному роду, становясь частью его коалиции. Попросту говоря, становятся шестёрками. Но иначе никак, — развела она руками. — Вы ведь знаете, что любой клан может объявить войну другому? И слабые кланы, которые ещё не могут себя защитить, рискуют остаться не только без всего своего имущества, которое совершенно законным путём перейдёт к победителю, но и потерять жизни. Даже если их вырежут до последнего человека, никто и слова не скажет. Так что нет никакого смысла создавать новый клан, пока мы не сможем себя защитить, — подытожила она.

— Ты в этом так уверена? — ухмыльнулся я.

Ольга перевела на меня задумчивый взгляд, после чего призналась:

— Я уже ни в чём не уверена.

Наконец, мы добрались до дома очередного клиента. Он жил в многоэтажке, и его семья была очевидно во много раз беднее, чем миссис Пэддлтон. Возможно, они даже не принадлежали ни к одному из кланов, как и Ольга.

Нас встретили родители парня, который словил передоз.

И, если отец ещё держался, то мать была на грани истерики. Она и начала объяснять:

— Не понимаю, как это могло случиться! Алик — такой умный мальчик. Отличник. Он всегда так хорошо контролировал силу…

— Чего тут непонятного, — буркнул отец, — это всё твои завышенные ожидания. Внушила сыну, что если он не поступит в элитную магическую академию в Бриджпорте, то его жизнь будет кончена. Вот он и переборщил со стимуляторами.

— А разве нет⁈ — вызверилась на него женщина. — Хочешь, чтобы он подобно тебе всю жизнь на фабрике лямку тянул? Тем более что я никогда ему напрямую такого не говорила!

— Но намекала!

— Я не…

Да что ж нам так сегодня везёт на семейные драмы! Я решил вмешаться, тем более, что всё это не имело никакого отношения к лечению.

— Где наш пациент? — спросил я у пары, отвлекая их от скандала.

— Сейчас-сейчас, — тут же засуетилась мамаша, — я вас провожу.

Ну, наконец-то.

Женщина привела нас к парню лет шестнадцати. Он уже ни на что не реагировал. Очевидная кома от переизбытка скверны.

— Вы можете нас оставить? — попросила Ольга хозяйку, и мы остались одни.

— Да… тяжёлый случай, — протянула она, прикоснувшись к парню, — давно я не поглощала таких объёмов благодати.

— Прошу, называй это скверной. Гораздо больше подходит. А сейчас дай мне самому посмотреть.

Ольга с готовностью отошла в сторону, и я положил руку парню на лоб. И впрямь, передоз значительный. Настолько, что, задержись мы на пару часов, всё вполне могло бы закончиться даже летальным исходом.

— В этот раз я справлюсь сам, — объявил я Ольге и сразу же начал поглощать излишки энергии.

Внучка не возражала. Ещё бы. Я только что спас её от очередного приступа боли. Несмотря на то, что я бы вскоре облегчил её страдания, ей бы всё равно пришлось вытерпеть немало неприятных минут, учитывая количество работы.

Наконец, мы закончили и получили приличную сумму от родителей несчастного будущего студента.

— А с ним точно всё будет в порядке? — продолжала беспокоиться мать.

— Абсолютно, — ответил я, — но дайте ему спокойно восстановиться. И я не рекомендую пользоваться стимуляторами ещё как минимум неделю.

— Я обязательно за всем прослежу, спасибо, доктор!

Я кивнул, и мы покинули квартиру.

— Ну надо же, — довольно улыбнулась Ольга, — и мы даже ни с кем не подрались!

— И правда странно, — смеясь согласился я с ней. — Ну что, куда теперь?

— Остался только один вызов, — сообщила она. — Тут недалеко. И заплатят неплохо.

Ольга открыла на своём смартфоне программу-навигатор, довольно интересное изобретение, я уже успел оценить удобство этой интерактивной карты, жаль только, что сам пока пользоваться ей не мог.

Следуя её указаниям, мы нырнули во дворы, и постепенно атмосфера вокруг нас начала сгущаться, словно мы вернулись в свой неблагополучный район. Здесь тоже был не слишком дружелюбный квартал. А наш клиент, судя по навигатору, вообще жил в какой-то дыре, где толком ничего и не было.

— Ты точно не ошиблась с адресом? — уточнил я у Ольги, когда мы приблизились к каким-то обгоревшим руинам.

— Нет… но, может быть, заказчик что-то напутал. Сейчас напишу ему, уточню.

Она нахмурилась и полностью погрузилась в смартфон.

А вот я наоборот начал активно присматриваться к окружению. Так что, когда нас обступило несколько тёмных фигур, я уже ничуть не удивился.

Глава 9

Под обвалившейся после пожара стеной сидели два смуглых парня лет двадцати-двадцати пяти. Их укрытие было самым удобным среди всех.

Если не знать, что это случайность, то можно подумать, будто плиту специально положили таким образом.

Она давала сидящим под ней парням лучший обзор, много пространства и хорошую тень, чтобы скрыть их самих.

Разумеется, такое место по праву главного в банде и занял Кир. Вторым же был его брат-близнец и правая рука — Рик.

Да, у их родителей было своеобразное чувство юмора.

— Не знаю, Кир, думаю, мы всё-таки зря взяли заказ на одарённую…

Рассудительный Рик был в этом дуэте «голосом разума».

— Да ты успокойся, сколько можно ныть? — прошипел в ответ Кир. — Сам знаешь, сколько за неё денег отвалят.

Вечные сомнения брата давно его раздражали.

Тот считал, что и банда тоже была дурацкой идей, но заткнулся, когда они несколько раз срубили лёгких деньжат и не попались.

Так будет и сейчас, он уверен.

— А если она сопротивляться начнёт? Магичить? — не сдавался Рик. — Ещё не поздно всё отменить…

— Ну не тупи, а! — резко осадил его брат. — Это обычная пиявка. Чем она тебе магичить станет⁈ У них сроду боевой магии не было.

Рик замолчал.

Вот вроде верные вещи говорил Кир, а всё равно на душе как-то неспокойно.

А вот и жертва наконец-то появилась в поле зрения.

Да только не одна. Рик снова не выдержал:

— Глянь, с ней мужик.

— Ну и что? — раздражённо отмахнулся брат.

— Как что? А вдруг он тоже одарённый?

— Слышь, Рик, а ты помнишь, как с лестницы в двенадцать лет упал?

— Помню, но причём тут…

— А притом, — перебил его Кир, — что мне иногда кажется, что ты тогда себе все мозги отбил. Вот сам подумай, кто из нормальных магов будет путаться с пиявкой, да ещё и ходить с ней на сеансы лечения? Сто пудов, он — такой же доходяга, что и она, а может, вообще без дара. Так что мужика в расход, а девку забираем, как и планировали. Нам уплачено только за одно тело.

* * *

Тёмные фигуры обступили нас не сразу. Они словно тараканы полезли из всех щелей обгоревших руин.

— Ольга, быстро спрячься за ними! — скомандовал я, кивая на перевёрнутые мусорные баки возле самой стены.

— Что? — не поняла внучка, оторвавшись от смартфона.

Какая поразительная беззаботность!

Совсем не воспитывают боевые качества у молодёжи. Хотя, по совести сказать, Ольгу и некому было воспитывать, так что и претензии предъявить не получится. Что выросло, то выросло.

Но, наконец, она всё-таки заметила засаду и теперь глядела на неё округлившимися от удивления и страха глазами.

— Может, лучше бежать?

— Нет, — отрезал я.

А сам пошёл вперёд, прямо навстречу банде. Ольга уже достаточно меня уважала, чтобы послушаться. А объяснять, почему ей не стоит убегать, времени не было.

Хотя тут всё просто. Ублюдков было не меньше двадцати человек, и если девушка побежит, то кто-то из них наверняка бросится за ней.

Тогда и для меня драка станет менее удобной, ведь придётся гоняться за теми, кто гонится за Ольгой.

От этой представленной картины в голове тут же заиграла дурацкая весёленькая мелодия. Потому что это уже будет не драка, а цирк какой-то.

Так что пусть они лучше все будут заняты мной.

Я чувствовал, как на моём лице невольно вспыхнула ухмылка. Двадцать тел, и ни одного одарённого я среди них не вижу. Это будет очень легко.

Заодно можно передать привет Карлуше. Благодаря этому остолопу, я заранее накачал тело энергией и среагировал на засаду быстрее, чем если бы этого не сделал.

Не удивлюсь, если это он и подсуетился. Я, конечно, оставил его в состоянии близком к отрубу, но до своего смартфона он дотянуться вполне мог.

Как работают эти штуки, я уже сообразил.

Я же снова почувствовал вкус к битвам. Хотя это небольшое столкновение таковым назвать трудно. Но даже оно поможет мне развеяться.

Да и тело вспомнит старые приёмы. А то в предыдущих драках и развернуться-то было негде.

— Смотрите, какой смелый! — услышал я голос одного из банды. — Может, он думает, что мы тут в прятки играли и теперь хочет присоединиться?

Остальные заржали, хотя шутка была так себе. Видно, просто шутник пользовался авторитетом.

— А что? — ухмыльнулся я. — Можно и в прятки. Кто не спрятался, я не виноват.

— А ты отчаянный, — снова отозвался главарь, теперь я это уже точно понимал, ведь все ждали его команды, — но нет времени с тобой возиться. Валим его, парни!

— А девка? — выкрикнул кто-то из толпы.

— Никуда не денется!

Интересно, и кому это так понадобилась моя внучка?

Сейчас узнаем.

Я двинулся сразу к лидеру. Даже интересно, может ли этот человек хоть чем-то меня удивить?

Поэтому я и не торопился. Дал шанс этой банде неудачников проявить себя. Почему неудачников? А как ещё назвать тех, кто попытался устроить на меня засаду?

Но, что интересно, они не торопились нападать. Может быть, то, что я сам иду к ним в руки их, настолько шокирует, что они не знают, что делать?

Но всё-таки лидер справился со своим удивлением и выхватил пистолет. А затем сделал сразу три выстрела. Медленно. Слишком медленно.

Накачанный энергией для боя с одарёнными я легко просчитал траекторию полёта пуль и также легко уклонился.

Но следом за одним тут же достали оружие ещё минимум пятеро.

Меня это не удивило. В моё время неодарённые тоже любили луки, арбалеты и вообще бой на расстоянии. Меньше рисков.

А вот летящих в меня пуль разом стало в несколько раз больше. Теперь уклониться от всех сразу — уже не такая простая задача.

Но почти все они целились в верхнюю половину туловища. Так что я просто нагнулся и одним рывком оказался у ближайшего из стрелков. Пользуясь своим положением, тут же сделал апперкот.

Враг, получив мощнейший удар снизу, аж подлетел над землёй на метр, не меньше. А потом я снова его ударил, уже в живот, отправив в полёт в противоположную от меня сторону.

Причём в этот момент он уже был в отключке.

— Что за нахер? — услышал я сразу несколько удивлённых возгласов.

А затем на меня обрушился новый поток выстрелов. Похоже, пистолеты есть не у всех. Всего у семерых или восьмерых из двадцати. Остальные поэтому пока и не вмешивались, опасаясь попасть под пули. Но я видел, что они уже достали, кто во что горазд. Ножи, дубинки и прочие инструменты из арсенала юных хулиганов. Серьезными бандитами их пока сложно назвать.

Хотя из-за множества летящих в меня пуль драка стала чуть веселее.

Мне нравилось изучать это новое для меня оружие. Его скорость и убойная сила гораздо выше, чем у любого лука или арбалета. А потому и противостоять ему нужно чуть иначе.

Ну а ещё мне не хотелось испортить новую куртку, так что я уже спланировал, как вывести из драки всех этих стрелков.

Всего несколько движений нужно, чтобы добраться до одного из них, самого агрессивного.

Он как раз потратил все пули и теперь перезаряжался.

На счёт «раз» я снова уклонился от каждой из пуль тех, кто ещё стрелял. Два, и я уже рядом с противником. А на третьем ударе сердца я ломаю ему грудину, вбивая сломанные рёбра внутрь так, что они мгновенно перемалывают его внутренности.

Плечо обжигает секундной болью. Какой-то ублюдок всё-таки попал.

Вот только для меня такая рана — сущий пустяк. Моё тело мгновенно заблокировало нервные окончания и сосуды рядом с пулей, а затем её просто вытолкнуло наружу.

Но куртку сохранить не удалось, да.

И всё равно доставлять им нового удовольствия от попаданий я не собирался. Так что схватил уже падающего мужика и теперь использовал его как щит.

Ну и не только. Вообще, для некроманта не так уж нормально сражаться собственными руками, хотя лично я повод повеселиться упускал редко.

Но дрался в ближнем бою я, как правило, в рядах собственной армии химер. Существ, созданных из мёртвой плоти моих врагов.

Сейчас я ещё не располагал таким количеством материала, чтобы создать целое войско. Но есть немало других сюрпризов, один из которых я сейчас с удовольствием продемонстрирую.

При помощи теневого скальпеля я сделал два быстрых надреза на голове мёртвого бандита и теперь держал в ладони два уха.

Как всегда обошлось без лишней крови, благодаря особенностям скальпеля. Так что я даже не испачкался.

Впрочем, мне нужны были просто любые подходящие кусочки плоти. И теперь я вложил в них немного силы и подкинул их вверх.

Могильные мухи. Слабенькое заклинание из арсенала начинающих некромантов. Обычно используется учениками лишь для тренировки, ну максимум для отвлечения противников назойливыми некронасекомыми.

Но я однажды, шутки ради, немного его подкорректировал. И мои мухи иные. Они не успокоятся, пока не уничтожат врага, буквально пожирая его заживо.

Собственно, именно этим они сейчас и занялись. Две тучи мух — две жертвы, которым они моментально облепили лицо и шею.

А остальные бандиты оказались настолько шокированы произошедшим, что даже забыли про меня, бросившись на помощь несчастным.

Тщетно. Те двое уже погибли страшной смертью, и мухи накинулись на других, оставив на первых кровавое месиво вместо лица.

— Твою мать! — начали раздаваться крики полные ужаса.

— Ну нахер, я сваливаю! — возмутился один из бандитов, но убежать не успел.

Нашёлся и тот, кто попытался их взбодрить.

— Придурки! Если разбежимся, он нас по одному завалит!

Я хмыкнул и отбросил свою безухую жертву в сторону, а затем поднял пистолет, который он выронил.

Самое время попробовать самому.

Теперь, когда часть стрелков вышла из строя, бойцы ближнего боя решили, что самое время забить меня ножами и кастетами, и пошли в атаку.

— Валим его! Нас много, а он один! — орали они, подбадривая себя.

Я же прицелился и сделал несколько выстрелов по толпе.

Что ж. Это оказалось не так уж и сложно. И двое врагов мешком рухнули на землю.

Жаль, что на этом снаряды закончились, а, как перезаряжать это оружие, я ещё не знал.

Но я припас для нападающих ещё один сюрприз.

Пока они бежали на меня, мухи управились уже с несколькими стрелками. А значит, я могу их использовать.

Конечно, экономичней воскрешать цели касанием, но на расстоянии это тоже реально, хотя и тратится больше энергии.

Так что теперь я просто ждал, когда ловушка захлопнется.

Среди стрелков уже оставалось только двое живых, но сражаться они больше не собирались, наоборот, хотели оставить свою банду и куда-нибудь смыться. Но не успели. Их бывшие друзья, превратившись в зомби, уже поднялись с земли и быстро повалили их на землю и свернули шеи.

Кто говорит, что зомби неуклюжи, просто не умеют делать зомби. Правда, на двух ногах они плохо держат равновесие, но зато, когда бегут на четвереньках, это совсем неважно.

И теперь эта стая из шести зомбарей со всех ног неслась на своих дружков, которые уже успели меня окружить, но не спешили нападать. Видимо, их смущало то, что я даже не пытаюсь как-то этому помешать и просто с улыбкой смотрю на них.

— Да он — псих какой-то… — пробормотал один из них, озвучив общие опасения, — бешенный…

— Неважно. Вместе мы его уделаем! Чего ждём! Вперёд!

Самый смелый бросился на меня в атаку, но именно в этот момент на него со спины напрыгнул мертвец и повалил с ног.

То же самое случилось и с несколькими другими бойцами. И всё утонуло в криках и мате.

Я же прекрасно себя чувствовал в этом хаосе. Теперь мне оставалось только добить тех, кого ещё не прикончили зомби. Так что я успевал даже просчитывать наиболее эффективные удары, чтобы укладывать подонков сразу же, почти не испортив плоть будущих слуг.

Что ж, всё закончилось быстро. Или нет…

Они всё-таки решили вмешаться.

Прямо сюда двигались двое аристократов, о присутствии которых мне сообщил мой теневой разведчик ещё в середине драки. Но я не был уверен насчёт их намерений.

Может быть, просто наблюдают? Заглянули случайно и теперь устроили что-то вроде тотализатора, делая ставки на победу.

Теперь же всё ясно.

Как и ясен уровень их сил. Оба не слабее магистерского уровня, куда там дурачку Хоффману. Или уж тем более Карлуше с Уго.

— Боюсь, твои идеи использовать банды из одних только неодарённых обречены на провал, — со вздохом обратился к своему дружку один из них, — каждый раз одно и то же.

Второй равнодушно пожал плечами и резко рванул ко мне. Его тело начало покрываться сталью, а руки превратились в два лезвия, которые он выставил перед собой.

Какой-то из кланов стихии металла. Эти ребята хороши в ближнем бою, поскольку сами по себе — оружие, вдобавок почти не убиваемые. Хоть из катапульты таким стреляй.

Думаю, пули из пистолетов неодарённых не оставят на его доспехах даже царапины. Вот он и наглеет.

Идёт на таран.

У меня была доля секунды, чтобы что-то предпринять до того, как его мечи прошьют моё тело насквозь.

И я позволил ему это. Куртку всё равно уже не спасти. Жалко её, конечно.

А в остальном… секундная боль стоит того, чтобы поймать его в ловушку.

Гад слишком быстрый. Я понял это сразу. У меня ещё нет достаточной физической силы, чтобы драться с ним в ближнем бою на равных.

Да и нечем, если уж на то пошло. Бандитские дубинки — такое себе оружие против металлических лезвий.

Поэтому я и решил ему дать себя ранить. Теперь он в моих руках, смотрит непонимающим взглядом, ведь, по его расчетам, я должен был как минимум согнуться от дикой боли, а как максимум сдохнуть.

Но нет, парень. Я с улыбкой положил ладонь ему на лоб и выпил всю энергию целиком.

Буквально вырвал всю его силу и также мгновенно поглотил её.

Ведь его доспехи — просто модифицированная плоть и не дают никакой защиты от физического контакта.

Железная защита тут же сползла с его кожи, также как руки стали совершенно обычными, и он бессильно рухнул на землю.

— Что ты с ним сделал? — удивлённо закричал второй.

— Попробуй угадать, — решил я ему ответить, тут же двинувшись в его сторону.

Но, очевидно, этот уже не слишком любил ближний бой. И я всё понял, когда увидел, как у него между пальцев появились тонкие ледяные иглы.

Через секунду он отправил их в полёт, а затем ещё и ещё.

Такая стихийная магия неприятна даже для меня, так что мне пришлось уклоняться, но так, чтобы он постоянно держал меня в поле зрения.

Один раз он даже почти меня подловил, вызвав настоящий смертоносный дождь прямо надо мной. Я едва успел убраться в сторону от бесконечного потока ледяных ножей. А ещё он постоянно пытался меня заморозить и удивлялся, что ему это не удавалось. Мне же из-за этого приходилось принудительно разгонять кровь по венам, чтобы не застыть позорным снеговиком перед врагом.

Да и вообще он постоянно заставлял меня двигаться. И я намеренно то приближался к нему, то отступал, чтобы он не спускал с меня глаз.

А всё потому, что с обратной стороны к нему уже крался один из зомби.

Конечно, с одарённым не пройдёт тот же фокус, что и с обычными бандитами. Так что прыгать ему на спину, пытаясь свалить, никто не будет.

Нет, у меня есть заклинание поинтересней.

Бабах!

Стоило зомби приблизиться к магу на расстояние удара, как его тело начало быстро раздуваться и, наконец, взорвалось. Острые словно кинжалы кости впились в тело противника, а ошмётки плоти превратились в некромух, крыс, летучих мышей и даже пиявок и пауков. И все они большой мясной тучей накинулись на моего врага.

Он пытался отбиваться. И даже сумел заморозить некоторых, но каждое из некросозданий, как и каждая кость, несли с собой толику яда, а значит, с каждой новой раной он становился всё слабее.

Одно из моих любимых заклинаний. Хотя и пользовался я им нечасто. Слишком расточительно, ведь взорванное таким образом тело уже никак не использовать в будущем. Да и сил отнимает немало.

Так что я не собирался давать своим тварям добить мага самостоятельно. И быстро приблизившись, разогнал их, а сам забрал оставшуюся в нём энергию.

Вот и всё. Я задумчиво оглядел поле битвы и позвал Ольгу.

— Всё закончилось. Можешь выходить.

Внучка появилась изрядно напуганная, но абсолютно целая. Только, похоже, я снова её шокировал.

Если я, глядя на трупы вокруг, лишь спокойно подсчитывал доход, то она к такому ещё не привыкла.

Сглотнув, Ольга спросила:

— Что произошло? Кто это?

Я пожал плечами.

— Вот сейчас и спросим.

— У кого? — девушка снова начала испуганно озираться. — Кто-то из них жив?

— Ага. Вон тот мужик. Прямо под разрушенным балконом сидит. Ему хватило ума не лезть в драку, но не хватило, чтобы сбежать вовремя. Может, боялся, что движение его выдаст, вот и стоял всё время как истукан.

— А я не вижу… — разочарованно протянула Ольга.

— Да, там хорошее затенённое место. Я бы тоже не увидел, если бы не улучшил магией рефлексы.

— Ты и такое умеешь?

— Разумеется, — ответил я ей, а затем крикнул мужику: — Выходи давай. Или хочешь, чтобы мои слуги тебя оттуда выволокли?

Фигура вздрогнула. Впервые за всё время. Честно сказать, на его глазах разворачивался такой трындец, что я удивлён, как он умудрился сохранять присутствие духа и ничем себя не выдавать.

Но я его заметил сразу же. Невезуха для него, и удача для меня.

Ведь его присутствие полностью развязывало мне руки. Не нужно было думать о том, кого оставить в живых для допроса.

Глава 10

— Смелее, давай, — подбодрил я бандита.

Он всё ещё нерешительно переминался с ноги на ногу и опасливо поглядывал на зомби.

— Мы тебя не убьём, — вмешалась Ольга, а потом перевела взгляд на меня: — Ведь не убьём же, да?

Ну что за добрая душа. Мне прям захотелось взъерошить ей волосы, как ребёнку.

И отказывать себе в этом удовольствии я не стал. Отчего она почему-то очень смутилась.

— Убьём, конечно. Обязательно убьём. То, что он — трус и не участвовал в драке, вовсе не значит, что он бы тебя пожалел в другой ситуации, — пояснил я. — Но всё-таки я ему дам выбор. Он может заслужить быструю и лёгкую смерть, если всё нам сейчас расскажет. Ну либо будет умирать долго и мучительно.

Я специально говорил громко, чтобы этот хрен меня слышал. А потом снова перевёл на него взгляд и сказал уже явно обращаясь именно к нему:

— Ты, смотрю, сбежать хочешь. Я вижу, как глазки забегали в поисках выхода. Но тогда тебе точно не избежать очень близкого контакта с твоими бывшими соратниками. Поверь, тебе совсем не понравится, когда эти ребята начнут заживо пожирать тебя и твои мозги.

Бандит задрожал, но, похоже, мои аргументы нашли у него отклик, так что он медленно, но всё же приблизился ко мне.

— Д-да я п-почти ничего не з-знаю, — заикаясь, начал он, — я в-вообще не из этих… п-просто мимо п-проходил.

— Ага. И пистолет у тебя под курткой тоже случайно.

На этих словах моя ящерка как раз его разоружила, и пушка глухо шлёпнулась на землю.

— Это ничего не доказывает! — внезапно почти закричал он.

Даже заикаться временно перестал.

— Мне и не нужно ничего доказывать, — отрезал я. — Достаточно того, что я видел. Ну так что? Будешь говорить или сразу перейдём к ужину?

Я приказал нескольким зомби подойти ближе, и они окружили бандита, как свора голодных собак. Жуткое зрелище для неподготовленного человека. Я видел, что даже Ольге было не по себе, а ведь ей ничего не угрожало. Хотя надо отдать ей должное, привыкает.

Так что ничего удивительного, что язык у нашего нового знакомого очень быстро развязался.

— Л-ладно! Т-только убери их от меня! — в ужасе отшатнулся он от своих бывших соратников.

Я пожал плечами и приказал зомби отойти чуть подальше.

— В общем-то мы ничего такого не делали… — начал, наконец, рассказывать бандит, — так, мелкие похищения. Выбирали кого побогаче, адвокат там, архитектор, даже шлю… модель была одна. Начинающая, но ничё такая.

— Это ничего такого? — ужаснулась Ольга.

— Вот видишь, — ответил я ей, а ты его ещё пожалеть хотела.

От моих слов он снова вздрогнул.

— Может, вы меня всё-таки отпустите, а? Я всё расскажу, и вообще я всегда был против этого… меня брат заставлял!

— Сколько тебе лет? — спросил я его.

— Двадцать шесть.

— И всё ещё сваливаешь ответственность на других?

Он сглотнул:

— Но я… я правда…

— Дальше рассказывай, — прервал его я.

Что ни говори, а такие кадры не вызывали у меня ни жалости, ни уважения. Даже если он говорит правду, его вины ничуть не меньше, чем у остальных. Просто приспособленец, который плыл по течению и делал ужасные вещи, да ещё и успокаивал себя тем, что вроде как его принуждают.

А я, к тому же, был уверен, что он врал. Может быть, он и впрямь был не в восторге от того, чем занималась их банда, но никто его не заставлял. Это уж точно. Я таких, как он, вижу насквозь.

— Один раз даже магичку смогли похитить… — он покосился на Ольгу, — тоже пиявку.

В глазах Ольги на этих словах загорелся нехороший огонёк.

— Сам неодарённый, а всё туда же! Пиявка, видите ли, — фыркнула она.

— Простите, — тут же залебезил бандит. — Все так говорят, вот и я…

— Не отвлекайся, — приказал я ему. — Кто заказчик?

— Д-да, к-конечно! В общем, кто именно я не знаю. Они вели дела с м-моим братом и ничего толком о себе не говорили. Да он и не спрашивал! Н-нам было главное, что платили…

— В твоих интересах вспомнить всё, что ты видел или знал, — предупредил я его, снова подозвав поближе парочку зомби.

Бандит намёк понял и затараторил:

— У них были требования! Объекты принимали только в идеальном состоянии. Без следов жестокого обращения, полностью здоровых…

— Объекты, — снова фыркнула Ольга.

Похоже, жалости к этому типу у моей внучки оставалось всё меньше.

— П-простите, ж-жертвы, — снова начал сильно заикаться бандит.

— Это всё, что ты помнишь? — спросил я у него.

— Д-да.

Ольга задумалась.

— Возможно, это торговля органами… иначе зачем ещё идеальное здоровье и состояние? Да и слухи ходят разные в лекарских кругах. Есть богатые простолюдины, которые продлевают себе жизнь пересадками органов. А через официальные клиники найти нужного донора не всегда получается, и ждать нужно очень долго. Вот и…

— Да! Точно! — воскликнул бандит. — Я помню, что видел какое-то медицинское оборудование, когда мы сдавали последнюю жертву.

Ольга серьёзно кивнула:

— Да. Тогда всё сходится. И я даже понимаю, зачем им именно я. Во-первых, лекари, в отличие от многих других одарённых, не могут оказать особенного сопротивления, — пояснила она. — Во-вторых, наши тела в идеальном состоянии, у нас иммунитет практически ко всему. Я даже не болела ничем ни разу в жизни.

Закончив с этой небольшой речью, она осеклась, словно только сейчас сообразила, что сказала. После чего закрыла лицо ладонью и протянула:

— Боже мой… я ведь почти стала жертвой!

Я снова взъерошил ей волосы:

— Но не стала. Со мной тебе ничего не грозит, — успокоил я внучку и опять повернулся к бандиту, чтобы задать ему ещё несколько вопросов.

Но, к сожалению, больше ничего толком вытянуть из него не удалось. Он понятия не имел, кто те одарённые, что на нас напали. Просто передавал им жертв, и всё.

Даже когда один из моих зомбаков слегка потрепал его за штанину и аккуратно куснул, тот только орал, но не сообщил ничего нового.

Придётся провести собственное расследование. Как бы там ни было, а это покушение на меня и члена моего рода. Оставить это просто так — немыслимо.

Да и остальные лекари или, как их тут называют, пиявки… Это же всё необученные некроманты, если судить по Ольге. То есть мои потенциальные ученики и союзники.

Отдавать их каким-то мясникам на убой? Ни в коем случае

— Так что? Вы меня отпустите? Я рассказал всё, что знал, — с надеждой проскулил бандит.

— Нет. Но, как и обещал, твоя смерть будет быстрой и безболезненной.

Бандит начал в ужасе от меня пятиться, но я одним рывком приблизился к нему и положил руку ему на голову. Жизненная энергия моментально покинула его тело.

— Кажется, я начинаю привыкать к убийствам… — задумчиво произнесла Ольга, — но этот гад заслужил. Сдавать людей на органы… это какими подонками надо быть!

Я кивнул, а сам подошёл к одарённым, надо проверить есть ли в них кристаллы, как в Уго.

— Дядюшка Макс, — снова обратилась ко мне Ольга, — а зомби и правда едят мозги?

Я засмеялся.

— Только по приказу. Им это абсолютно не нужно, ведь они питаются энергией некроманта, который их поднял. Но звучит пугающе, согласись?

* * *

Фил улыбался во все свои двадцать четыре зуба. Да, в уличных драках ему не всегда везло, но какое это имеет значение, когда всё так хорошо? Отличный день превратился в не менее отличный вечер.

Они с братюней только что вернулись в город с рыбалки, на которой он, правда, не поймал ни одной рыбы, если не считать другой рыбки, красотки по имени Китти, которая наконец-то оказалась в его постели. И этот улов стоил любой, даже самой жирной щуки.

Но лучше всего то, что друзья не планировали расходиться. Наоборот, сейчас они оба были хорошо так навеселе и планировали устроить тур по барам, ну и по бабам тоже. Природа и Китти — это, конечно, хорошо, но они свободолюбивые парни и настоящие дети улиц!

Так что они, покачиваясь и гогоча, шли по ночным городским закоулкам, где их знали все, и искали до кого бы… в общем, проверяли, не забыли ли их на районе за эти несколько дней, пока они проветривались на природе.

— Смотри, Фил, — тыкнул его в бок Ганс, — какой-то залётный идёт впереди.

— Ага. Ещё и обдолбанный, кажись.

Фигура, которая медленно двигалась по улице, действительно изрядно покачивалась. Словно моряк, сошедший на берег, или изрядно накачавшийся алкаш.

— Надо выяснить, чо за дела. Может, и дурь отожмём.

— Ага, — загыгыкал Фил, — налог соберём, так сказать.

Ганс тоже заржал, хотя смешное в их словах могли найти только они сами.

Но много ли надо бухим друзьям?

Они ускорили шаг, и вскоре Фил уже положил руку на плечо нарику и спросил:

— Эй, чмо, ты с какого района?

Нарик и не подумал остановиться, только упрямо брёл вперёд, не обращая ни на что внимания.

— Эй, я с тобой разговариваю, — разозлился Фил и, обогнав его, обомлел.

Лицо человека, к которому он пристал, было изуродовано огромной кровавой раной. Точнее, кровь уже не текла, но вместо кожи он увидел буквально кусок ободранного мяса, через который кое-где даже проглядывали кости.

— Твою мать, Ганс! Что это за хрень такая? — Фил даже протёр глаза, думая, что ему мерещится, — это ведь не белочка? Ты тоже это видишь?

— Что такое… — друг тоже обогнал нарика и уставился на его лицо. — Разорвите меня, черти! Какого хрена⁈ Да как он вообще живёт?

«Нарик» же, не обращая на них ровным счётом никакого внимания, невозмутимо шёл дальше.

— Что с тобой, чувак? — буквально бежал за ним Фил. — Ты вообще живой?

Он уже забыл о своих планах вытрясти с него дурь или денег, как повезёт.

Честно сказать, он вообще не понимал, что делает.

— Ты хотя бы говорить можешь? — не отставал от него Ганс.

Ноль эмоций.

В конце концов, они от него отстали и пошли дальше уже гораздо медленней.

— Вот это не повезло парню, — задумчиво рассуждал Фил. — Я бы лучше сдох, чем таким уродом ходить. Неудивительно, что он сторчался.

— Ага, — согласился Ганс, а потом вдруг резко воскликнул. — Смотри! Вон ещё двое лошков идут.

Фил обернулся и впрямь увидел двоих, причём их походка сильно напоминала того изуродованного нарика. Но, похоже, у этих лица в порядке.

Они с Гансом остановились, поджидая, пока те двое с ними сравняются. Но когда это, наконец, произошло, друзья снова испугались.

Было что-то в этих людях странное. Движения… равнодушные лица да ещё и какая-то неестественная бледность.

— Они похожи на зомби из фильмов, — выдавил из себя Фил.

— Да ну, глупости, — храбрился Ганс. — Щас мы с ними быстро разберёмся.

Он нарочито толкнул плечом одного из них, но те всё также невозмутимо двигались вперёд.

Тогда он схватил одного за руку, но быстро отдёрнул ладонь.

— Чёрт побери, Фил! Он ледяной! Реально, трупак!

— Я же говорил! Пойдём отсюда!

Друзья поспешили в противоположную от странных прохожих сторону, но только для того, чтобы натолкнуться на целую процессию подобных страхолюдин.

Их было человек пятнадцать. Причём, некоторые тоже имели кровавую дыру вместо лица, у других на теле виднелись свежие дыры от пуль, а третьи не имели конечностей. Таким помогали двигаться их товарищи.

— Охренеть! Охренеть! — как заведённые повторяли друзья, пока толпа зомби шла на них.

— Ну их нахер! Пошли отсюда! — предложил Фил.

Ганс кивнул, и они скрылись в ближайшей подворотне. Хотя эти существа… людьми назвать их уже не получалось, не проявляли никакой агрессии, но рисковать друзьям уже не хотелось.

И только, когда они отошли на безопасное расстояние, Ганс спросил:

— А ты фотографию сделал?

— Нет.

— И я нет. Чёрт, нам же никто не поверит!

— Пойдём обратно?

— Ну хоть издалека щёлкнем.

Друзья кивнули друг другу и поспешили назад, но их смелости хватило только на то, чтобы сфотографировать толпу мертвецов только сзади, издалека.

Снимок получился так себе.

Сумерки и дрянная камера дешёвого смартфона вместе похоронили идею получить наглядное свидетельство происшествия.

— Слушай, Фил, — снова заговорил Ганс, — может, в участок позвоним? Пусть полиция разбирается.

Фил кивнул, и они так и сделали. Но лишь затем, чтобы услышать, что никаких зомби не существует и если они ещё раз позвонят по такому поводу, то к ним вышлют не наряд полиции, а наркоконтроль.

— Вот козлы! Тут, возможно, зомбиапокалипсис начинается! А они не понимают, — со злобой сказал Фил.

— Но наш гражданский долг — предупредить людей! — торжественно ответил Ганс, — если мусора не понимают, то пошли в газеты!

Правда, в это время ни одна редакция не работала, но друзей это не остановило. Всю ночь они гудели по барам и рассказывали каждому, кто был готов слушать про нашествие зомби, а с утра отправились в газеты.

Где, конечно, им никто не поверил. А фотографию вообще подняли на смех.

Заинтересовался лишь журналист из одной жёлтой газетёнки, но по его скучающему лицу было видно, что он сам ни на грош не верит их истории. Однако, подробно опросив друзей, он всё-таки пообещал, что напечатает эту новость.

* * *

После допроса мы, практически не задерживаясь, покинули место драки. Я, как и ожидал, вытащил из груди обоих одарённых по «самоцвету благодати», как их тут теперь называют.

Подчистил кровь и прочие следы столкновения заклинанием тления.

Удобная штука, разлагает абсолютно любую органику в совершенно незаметную пыль. А неорганику, то есть пистолеты, гильзы и холодное оружие собрал один из моих новых слуг. Может быть, что-то застряло в стенах, но вряд ли их будет кто-то колупать.

В целом, же улица выглядела в точности, как до нашего появления.

Грязная, пустая, отвратительная.

После я поднял все остальные трупы и отправил их прямехонько в мою конюшню. Благо, уже было темно, так что вряд ли они попадутся на глаза многим.

К тому же Ольга показала мне маршрут по неблагополучным районам. По улицам там в этот час мало кто ходит.

Хотя, что может быть проще? Зажечь фонари, выставить стражу… Запустили город потомки, аж стыдно становится.

Мы же сразу домой не пошли, решив ещё немного задержаться в городе. Ольга предложила дойти до своего любимого паба.

— Мне надо выпить, — честно призналась она, — к тому же, там частенько зависает мой приятель-чистильщик. Я обещала вас познакомить.

Я кивнул, не видя причин отказываться. Кухня этого времени показалась мне неплохой, интересно, каким будет алкоголь. Алкоголь, как и любой из ядов, я могу нейтрализовать мгновенно. Но вовсе не всегда это делаю.

Очень скоро мы уже вошли в довольно уютное заведение. Несмотря на то, что предназначено оно было для простолюдинов, внутри было очень чисто и вкусно пахло свежим пивом и жареными колбасками.

Грудастая блондинка-официантка, костюмом похожая на валькирию, проводила нас к одному из столиков внутри зала, и мы тут же сделали заказ.

Запахи и впрямь сильно меня раздразнили, так что я не сдерживал себя, набрав не только аппетитных колбасок, но и другое жареное мясо и ещё какой-то бургер на пробу. В моё время такого блюда ещё не подавали.

— Дядюшка, — обратилась ко мне Ольга, когда официантка ушла, — а ты не лопнешь? Глядя на твою фигуру, и не скажешь, что ты такой любитель поесть.

— Фигура некроманта не зависит от количества еды, — важно поднял я палец, — я могу сам контролировать свой обмен веществ и наиболее комфортный вес.

— О-о-о, — задумчиво ответила внучка.

Кажется, её желание изучать некромантию заметно усилилось.

— Я хочу сейчас проверить новости, — сообщила Ольга, — поищу что-нибудь про похищения.

Я кивнул, и она полностью погрузилась в свой смартфон.

В пабе царил полумрак, так что на мою не слишком целую куртку никто не обращал внимания. А может, тут было так принято? На одной девушке я заметил джинсы настолько рваные, что можно было увидеть не только цвет, но и фасон трусиков.

Заметив мой интерес, девица широко улыбнулась, но, увидев Ольгу, разочарованно поджала губы и отвернулась.

Видимо, приняла меня за представителя какой-нибудь своей гильдии «любителей рваной одежды». У простолюдинов вечно всякие глупости на уме.

Ольга же ничего не заметила и только оторвалась от экрана.

— Есть! Нашла. Действительно, уже два лекаря пропали. Причём… ох, я помню эту девушку! Мы с ней как-то вместе ходили на один трудный вызов. Мне она показалась ужасно милой, ещё и держалась так скромно и вежливо… блин, неужели её уже убили⁈ — шепотом закончила она.

— А ты знаешь, где она жила?

— Нет, но знаю, ту, кто знает… могу спросить.

— Тогда спроси, — поддержал я. — Наведаемся туда завтра, вдруг что-то выясним.

Ольга кивнула и начала кому-то что-то быстро строчить.

А официантка наконец-то принесла нам поднос с едой и пивом, не забывая состроить мне глазки.

И почти сразу же, как она отошла от нашего столика, возле него появился высокий широкоплечий мужчина в коричневой кожаной куртке с заклёпками и в пастушеской шляпе. Такой, с загнутыми полями, что любили носить в Новом свете.

Видимо, его не учили, что в помещениях головные уборы принято снимать.

— Ольга, рад тебя видеть! — широко улыбнулся он моей внучке, а на меня бросил косой взгляд.

Ольга подняла глаза и тоже обрадовалась.

— Здравствуй, Прохор! — заулыбалась она. — Как удачно, что ты здесь. Я как раз хотела тебя кое с кем познакомить.

— Прохор! — мужик напористо склонился над столом, протягивая широкую ладонь.

По рукам довольно много можно сказать о человеке. Рука пианиста или хирурга отличается от рабочего или землекопа, словно крылья от копыт.

У Прохора были руки бойца.

— Максимиллиан Рихтер, — кивнул я, отвечая на рукопожатие.

Прохор, разумеется, решил поиграть в забавную игру «расплющь ладонь», но не преуспел, отчего сильно удивился.

— Я вам не помешаю? — устав напрягать мышцы и расстроившись, он пододвинул стул и уселся к нам. — Может, у вас тут свидание?

Я едва не засмеялся. Этот Прохор при виде меня так расстроился и так плавился при взгляде на Ольгу, что его вопрос совсем не удивлял.

Решил сразу выяснить, соперник ли я.

Но внучка мастерски уклонилась от прямого ответа:

— Что ты. Конечно, не помешаешь. У Макса есть к тебе дело.

— И какое же? — прищурился мужчина.

— Вот это, — я достал из кармана один из самоцветов и подкинул его на ладони, — хочу продать парочку.

Прохор ещё раз внимательно меня осмотрел, и я заметил в его взгляде сомнения и неприязнь. Но ответил он всё-таки сдержанно:

— Так подобные дела не делаются. Приезжайте завтра ко мне на базу.

Мы быстро договорились о времени, и он вскоре нас покинул, сказав, что пришли его друзья.

Я не слишком расстроился, потому что принесли колбаски, а делиться я не собирался. Насколько я помню, этот тип ничего себе не заказывал, вот пусть и ходит голодный.

* * *

Перед тем как уйти из бара, Ольга решила заглянуть в уборную, но прямо возле двери её перехватил Прохор.

— Ты в курсе, что у твоего приятеля дырки от пуль в куртке? — прямо спросил он, нависая над Ольгой. — Не нравится мне этот тип. Похож на браконьера. Иначе, откуда у него самоцветы?

Ольга в ответ улыбнулась и замотала головой:

— Нет, ты что! Это мой дядюшка.

— Дядюшка? Разве ты не сирота? — удивился Прохор.

— Да, но это не значит, что у меня совсем нет семьи, — выкрутилась Ольга.

— Ладно, я понял, — нехотя согласился чистильщик, — тогда до завтра.

Ольга прошмыгнула в уборную, а вскоре они с этим её «дядюшкой» и вовсе покинули бар.

Прохор, сидя в машине, видел, как они вышли мило беседуя. И вроде бы даже за руки не держались. Но недоверие и неприязнь к мужчине росли.

Они с Ольгой просто друзья, но он должен за ней присматривать и оберегать от неприятностей. В том числе и подобных мутных типов с аристократическими замашками.

И это не потому, что он ревновал. Конечно нет!

* * *

Дома нас встретила невозмутимая толпа моих новых слуг. Ольга с непривычки сначала даже шарахнулась от них, но быстро взяла себя в руки.

Видя её реакцию, я пообещал:

— Не волнуйся, я перемещу их в подвал. Чтобы прислуживать в этой маленькой конюшне, достаточно одного Фреда.

Остальных будем доставать по мере необходимости.

Внучка кивнула и с готовностью ответила:

— Поступай как хочешь. Я… ты мне жизнь сегодня спас!

— Пустяки, — улыбнулся я.

— Нет! Не пустяки! И я поняла, что очень хочу учиться у тебя! — не отставала она. — Я хочу знать, как себя защитить! Пожалуйста, давай приступим к обучению как можно быстрее!

Похвальное рвение. Но сегодня у меня другие планы.

— Ты не устала?

— Совсем нет! Наоборот я чувствую себя бодрой, как никогда! Сегодня произошло столько всего… как вообще можно отдыхать, когда происходит такое… такое!

Ольга и впрямь выглядела взбудораженной. Весь день она была очень сдержанной, воспитанной и разумной.

А сейчас будто выпустила все эмоции, которые накопились. Возбуждённый голос, огонь в глазах, нетерпеливые движения. Моя внучка рвалась в бой.

— Хорошо, — улыбнулся я, — давай начнём с простого. Любой уважающий себя некромант в первую очередь должен контролировать своё собственное тело. Управлять всеми его системами. Каждой мышцей, каждой клеткой…

Ольга внимательно слушала мою коротенькую лекцию, и вскоре я предложил ей перейти к практике. Расслабление. Совершенно базовое заклинание, позволяющее набраться сил и очистить организм. И, кстати, быстрее переработать скверну.

Даже мой сон — это усовершенствованная версия этой магии.

Этот аргумент оказался решающим, и Ольга приступила к попыткам его воспроизвести. Удалось ей это почти сразу, её глаза начали слипаться, а сама она моментально отключилась.

Мне осталось только её подхватить и бережно передать Фреду. Пусть отнесёт девушку в кровать.

А сам я поспешил в подвал. Меня ещё ждала целая куча дел. И тел.

Глава 11

К этому моменту Фред уже закончил уборку всех комнат моего подвала.

С учётом вечернего улова места в одной лаборатории на всё точно не хватит.

Да и не только лаборатория нужна для работы с телами. Плоть для некроманта — универсальный материал, из которого при должном магическом мастерстве, достаточном количестве энергии и подходящем оборудовании можно сотворить практически всё что угодно.

Или даже без оборудования, если навыки позволяют.

Хотя мои навыки позволяли мне практически всё, но я всё равно предпочитал работать в хорошо оснащённых помещениях.

Жаль, конечно, что почти все мои прежние, заботливо обставленные мастерские канули в лету, пока я спал.

Подвал в конюшне — это лишь одна из предосторожностей, которыми я себя окружал. Не люблю, когда что-то идёт не по плану. Поэтому там, где это возможно, я оставлял для себя планы B, С и D.

Но особенной необходимости готовить здесь всё по последнему слову техники не было.

Так что теперь у меня в распоряжении имелись лишь простейшие базовые станки и инструменты.

Но грех жаловаться. Когда Франк Штейн, знаменитейший некромант древности, создал свою первую химеру, у него не было и этого.

Только мечта — вдохнуть свою силу не просто в зомби или умертвие, а в рукотворное создание, подобного которому раньше не было на Земле.

Наш дар сродни искусству художника или скульптора.

И старик понимал это лучше, чем кто-либо другой.

Даже немного жаль, что после его смерти, произошедшей ещё до моего рождения, род Штейнов пришёл в упадок и, как и все остальные кланы со сходными талантами, нырнул под крыло Рихтеров.

Жаль, потому что порой мне не хватало хорошей конкуренции. Я убеждён, что в соперничестве с достойным противником можно добиться большего, чем просто из жажды прогресса.

Когда зомби добрались до дома, я перекрыл им доступ к моей силе, и они снова превратились в обычные трупы, разве что такие, которые не разлагаются.

И теперь Фред перетаскивал их в подвал.

Я добавил ему накопленной за день энергии, чтобы перевести на следующий уровень. Сейчас мне понадобится хороший ассистент. С новыми способностями умертвие уже сможет выполнять тонкую работу, требующую развитой мелкой моторики.

Конечно, я мог бы справиться и без дополнительных рук, но с ними будет гораздо быстрее и проще.

Перед тем, как приступить непосредственно к делу, я ещё раз перепроверил всё оборудование. Станки с пилами, швейные машинки, иглы, верстаки и даже механический пресс.

Всё работало, как положено. А значит, мне не придётся тратить лишнюю энергию, делая всё исключительно с помощью магии.

Я не чурался простых решений и не боялся физического труда. Тем более, что всё равно применял к делу своё мастерство некроманта. Иначе, просто невозможно сделать всё чисто и аккуратно. А я терпеть не могу грязь, кровь и прочие телесные жидкости. Точнее, я относился к ним как к досадной помехе в своём искусстве. Хотя кровь иногда бывает полезна в особых заклинаниях, но точно не в деле создания химер.

Наконец, Фред перенёс в подвал последнее тело, и я приступил к работе, по привычке комментируя каждое своё действие. Обычно при создании присутствовало множество учеников и ассистентов. Они выполняли несложные операции и перенимали опыт.

Если же я работал один, то приглашал на время живых бардов из тех, кто посмелее и кто готов был мне аккомпанировать, пока я вожусь с материалом.

Не люблю тишину.

Сейчас же ни учеников, ни музыкантов не предвидится.

Есть только Фред.

Идеальный собеседник, стоит сказать. Никогда не перебивает и очень внимательно слушает. А главное, не лезет со своим ценным мнением.

— Есть в этом какая-то ирония судьбы, да, Фред? Если некроманты исчезли из мира, значит, нет и химер. В то же время мечты об их создании занимали магов всех специализаций много лет. Правда, попытки скрестить живых существ, создав рукотворных монстров, скажем, грифонов и мантикор, ни к чему не приводили. — рассказывал я своему невозмутимому помощнику, отбирая материал для работы. — Кроме смерти несчастных созданий, конечно. Живые тела противятся такому обращению. А вот мёртвые… они как мрамор под резцом скульптора. В руках сильного некроманта можно добиться поразительных результатов и не менее удивительных форм.

В этот момент я закончил снимать кожу с одного из бандитов и перевёл взгляд на Фреда. Он отлично справлялся, распиливая на станке кости.

— Нет, Фред, я ни в коем случае не хочу тебя обидеть, — продолжил я, — у химер тоже есть недостатки. Они, скажем так, специализированный инструмент. Ни одна из них не способна выполнять такую сложную работу, как ты сейчас. Всё из-за повреждённой нервной системы. Существо, слепленное минимум из двух разных организмов, не сможет сохранить подвижность всех своих конечностей на том уровне, чтобы выполнять сложные задачи. Им недоступно ничего, что требует, к примеру, ювелирной аккуратности и точности. Химера никогда не сможет ассистировать при операции… или там играть на лютне. Но в том, что касается грубой силы, им нет равных.

Чтобы моя внезапная лекция не пропала зря, я заодно поднял уровень и моему теневому разведчику. Теперь ящерка могла не только передавать мне мыслеобразы в реальном времени, но и сохранять какие-то эпизоды на будущее. Ольге эти знания ещё пригодятся, а повторяться я не люблю.

— Но сила химеры также зависит и от таланта того, кто её сделал. Чем совершеннее изделие, тем меньше энергии оно тратит, — продолжил я. — Искусство некромантии не прощает халтуры. В этом случае маг рискует моментально израсходовать весь свой запас сил. Причём внешне химера может выглядеть по-настоящему опасно и внушительно, но стоит неряшливо распределить энергопотоки, и позор неизбежен. Монстр такого неудачника просто рухнет, едва ли успев выполнить свою задачу. А за ним упадёт и обессиленный хозяин.

Фред к этому моменту как раз закончил подготовительную работу и ждал моего вердикта. И я ещё раз обошёл все, доступные мне тела.

Несмотря на то, что их было уже больше двух десятков, качество оставляло желать лучшего. Даже мёртвые маги не сильно впечатляли.

— Для создания химер важнее всего подходящий материал, — снова продолжил я свой урок, — лучше всего подходят магические чудовища. Но пока у нас есть только люди, так что я собираюсь сделать простейшую охранную химеру — Костерукого Жнеца.

Для создания такой химеры достаточно материалов всего одного тела, она довольно мощная и крепкая, а главное, требует совсем мало энергии для управления и поддержания в боевом состоянии. А ещё способна её удерживать, то есть действовать автономно.

Я ещё раз прошёлся мимо рядов тел, отпуская исключительно профессиональные комментарии о возможных преимуществах каждого из них.

— Большинство из них только на зомби и годятся, — подвёл я итог, — но начинающие некроманты наверняка совершили бы распространённую ошибку. Они бы взяли в работу кого-то из магов, думая, что их тела будут крепче. Это не так. После смерти, магия никаких преимуществ не даёт. Имеют значение только размер и натренированность тела. Состояние его мышц, костей и сухожилий на момент гибели.

Я остановился возле мага, который сражался со мной в ближнем бою.

— Этот не так уж и плох. Но, как и большинство одарённых, он привык полагаться на магию. И его рефлексы и сила — больше результат заклинаний усиления, чем тренировок.

В конце концов, я выбрал одного из амбалов, что сопровождали Уго.

— А вот этот человек никогда не владел магией, и его тело в гораздо лучшем состоянии. К тому же он выше и массивней, чем любой из доступных мне бывших магов. Так что именно он станет лучшим кандидатом на роль жнеца.

Далее я слишком увлёкся процессом и почти перестал его комментировать, так что и ящерка прекратила запись. Тем более, что пока размеры её памяти довольно ограничены.

Работа над первым настоящим стражем моей конюшни не заняла много времени. Больше всего времени я потратил на заточку костяных клинков. Важно, чтобы их острота и крепость не уступали стали.

И укрепить их до такой степени, естественно, возможно только при помощи магии. В остальном же мне оставалось только внушить ему подходящий паттерн поведения.

Как я уже говорил, химеры, особенно простейшие, не способны на по-настоящему сложные действия. Они запоминают лишь ряд приёмов и движений. Но в моих силах было немного сгладить этот недостаток.

Спектр задач для химеры можно представить в виде цепочки несложных повторяющихся действий. Но, если большинство некромантов просто увеличивали количество возможных паттернов до тех пор, пока химера была способна их запоминать, то я делал цепь разомкнутой. Любое звено-действие могло соединяться с любым другим, что делало моих химер по-настоящему непредсказуемыми и опасными.

Что ж, со Жнецом я закончил. Но осталось ещё одно дело, гораздо более сложное, а значит, и более интересное.

Я поднялся наверх и взял один из журналов, которые сегодня приобрёл. Примерно через час я уже представлял, что и как нужно сделать. Теперь главное, чтобы хватило времени до утра.

* * *

Проснувшись, Ольга застала меня на кухне за чтением очередного журнала и кружечкой ароматного кофе. К счастью, её кофемашина была чисто механической, поэтому я мог ей воспользоваться без опасений мгновенно сломать. А ловкости Фреда вполне хватило, чтобы ей пользоваться по моему указанию снова и снова.

Думаю, за ночь я выпил не менее двенадцати чашек, заодно вновь ощутив, что этот напиток не только был очень вкусным, но и обладал тонизирующим воздействием, что пришлось как раз кстати.

Не то чтобы бессонная ночь как-то сказалась на организме. Мне нужно спать, только чтобы поглощать большие объёмы энергии. Но всё равно кофе приятно бодрил.

Покончив со своими работами в подвале, я решил не тратить время зря, а узнать ещё больше об этом новом для меня времени. Так что только и успевал подливать себе кофе, перелистывая страницу за страницей.

Фред уже готовил завтрак. В этот раз я доверил ему приготовить Яйца Бенедикт. Более сложное блюдо, чем оладьи, требующее от повара сосредоточенности и ловкости.

Ещё вчера мой помощник не сумел бы даже правильно замешать соус, но теперь весь процесс готовки этого блюда для него был пустячным делом.

И даже подача была восхитительной. Золотистые маффины выглядели изумительно. Бекон, выложенный сверху пах так аппетитно, что во рту невольно собиралась слюна. Ну а идеально приготовленные яйца пашот явно говорили о возросшем мастерстве повара.

— Как вкусно пахнет! — признала растущие таланты умертвия и Ольга, бухнувшись за стол.

А когда Фред поставил перед ней тарелку, она так лучезарно ему улыбнулась, что моему умертвию позавидовал бы любой поклонник. Кажется, путь к сердцу моей внучки лежит через желудок.

— Очень вкусно, — снова похвалила она его, проглотив завтрак буквально за пять минут.

Я не отставал. Я уже знал, что мы с ней вдвоём на аппетит не жалуемся, так что Фред как раз заканчивал со второй порцией.

— И почему у меня раньше не было собственного повара… — задумчиво посетовала Ольга, когда мы, наконец, закончили с завтраком и вышли из дома.

— Потому что ты не способна пока даже мышь поднять в качестве умертвия? — предположил я.

Внучка фыркнула, но тут же забыла о своём недовольстве и выпучила глаза.

— А это ещё что такое⁈ — наконец, увидела она главный сюрприз.

— Наш новый авторобиль, — невозмутимо ответил я. — Точнее, химеромобиль.

— Вот это да! — Ольга ходила вокруг машины, всё ещё не в силах прийти в себя. — Он выглядит просто… невероятно.

Я довольно улыбнулся. Другой реакции я и не ожидал. Совершенно новая конструкция, единственная в своём роде.

Но при этом, абсолютно идеально похожая на самые обычные автомобили. Хотя, судя по Ольге, не совсем обычные.

Я тщательно изучил сразу несколько автожурналов, а затем мы с Фредом несколько часов возились над тем, чтобы воплотить мою задумку в жизни.

Так что теперь я был владельцем машины цвета благородной слоновой кости, по форме более всего напоминающей последнюю модель латинской марки «Ламба».

Я галантно открыл дверь, поднимавшуюся вверх, как крыло жука, и предложил Ольге забраться внутрь. Что она сразу же и сделала.

— Но… как? — всё ещё не могла поверить она своим глазам, — химеромобиль… значит это…

— Да, — кивнул я, садясь за руль.

Внучка в это время внимательно разглядывала салон и даже провела руками по обшивке.

— Ого, кожаные сидения… — начала она, а потом осеклась, — это… это тоже… то, о чём я думаю?

— Разумеется. Отлично продезинфицированная и особым образом выделанная кожа торговца человеческими органами… как говорится, «ирония судьбы».

— Вы шутите?

Поймав её взгляд, я понял, что к полноценной правде внучка пока не готова.

— Конечно, шучу, — хитро улыбнулся я, — разве одного бандита хватило бы на целый салон?

— Ну да… — чуть расслабилась она, — конечно, после вчерашнего у нас много… материала, но ведь у них разные оттенки кожи… — продолжала успокаивать себя Ольга.

Я кивнул. Пока ей совсем не обязательно знать, что в банде действовали два брата-близнеца.

Управлять химеромобилем было очень просто. По большому счёту, надо было просто представить себе, куда ты хочешь отправиться и с какой скоростью, и он выполнял твою волю.

Так же, как и любая ездовая химера. Только у этой не было ног, а усилие мышц и сухожилий передавалось сразу на колёса.

За его сохранность я также не беспокоился. Едва ли в мире сейчас есть другие практикующие некроманты, чтобы, в принципе, управлять химерами.

Всё это я тоже объяснил внучке. Ей же пришлось подсказывать мне дорогу. Современный город сильно изменился, так что адрес, который вчера назвал Прохор, ровным счётом ничего мне не говорил.

— Ой! Дядюшка, вы должны были остановиться на светофоре! — внезапно воскликнула Ольга.

— Светофор? — удивлённо поднял я бровь.

В журналах об этом ничего не было.

— Да… это такая штука, которая светится разными цветами и регулирует движение. Ехать можно только на зелёный. Ой! — снова воскликнула она, — здесь запрещено так поворачивать! Вон знак!

Что ж, химеромобиль пришлось остановить. Не то, чтобы меня сильно волновали какие-то правила, но, похоже, так мы будем привлекать слишком много внимания. А мне сейчас это ни к чему, сегодня и без того намечено много дел и планов.

Так что я предложил Ольге занять место водителя.

— Ого. Он и правда слушается, стоит лишь чуть-чуть направить энергию… и за руль держаться не надо! — восторженно делилась впечатлениями внучка.

Какое-то время она по привычке внимательно следила за дорогой и держалась за руль, но очень скоро её рука потянулась к смартфону, потом к сумочке, в которой она начала копаться.

В общем, внучка быстро оценила все прелести управления химеромобилем. А когда мы, наконец, доехали до нужного места, она почти с сожалением выбралась из машины, довольно протянув:

— Да… не машина, а мечта.

А я уже рассматривал небольшое здание, возле которого мы остановились. Изяществом форм оно не блистало. Обычная одноэтажная коробка, зато с претенциозной вывеской: «Чистилище» и символом под стать. Череп с горящими красными глазами.

Что-то очень сильно мне напоминающий.

Внутри обошлось без сюрпризов. Совершенно обычная, даже скучная, обстановка. Симпатичная девушка в строгом деловом костюме быстро проводила нас к Прохору.

Тот занимал отдельный кабинет и был одет куда строже и практичнее, чем вчера.

Никаких тебе шляп и прочих выкрутасов.

Полувоенная форма с множеством карманов и нашивок, от уже знакомого мне черепа, до зачем-то группы крови.

К встрече с вампирами, что ли, готовится?

Как я определил, что это униформа? Во все времена военная одежда создаётся по одному принципу: плотная ткань, простой покрой и возможность напихать и нацепить на себя как можно больше полезного.

Позади Прохора было закреплено несколько экранов. На одном из них я увидел свою «Ламбу».

— Неплохая машинка, — кивнул на неё Прохор, — и регистрационный номер необычный.

Я пожал плечами. Это была одна из неожиданных задач, вставших передо мной при конструировании химеромобиля.

Я понятия не имел, по какому принципу раздают эти цифры. Так что вместо номера просто написал «Рихтер», а в конце нарисовал символ косы.

Однако обсуждать это с Прохором я не собирался, так что сразу перешёл к делу:

— Вот самоцветы.

Я достал из кармана все три штуки и поместил их на ладони.

— Могу я посмотреть перед покупкой? — нахмурился Прохор.

— Конечно, — я протянул ему камни.

И они подверглись тщательной проверке. Мой потенциальный покупатель даже лупу достал, разглядывая их со всех сторон. А на его лице так и читалась надежда, что это всё какой-то розыгрыш и на самом деле такого товара у меня быть не может.

Но, когда он убедился, что всё реально, то мгновенно скис.

— Могу купить каждый по сто пятьдесят тысяч коинов, — наконец, хмуро сказал он.

— Очень жаль, — пожал я плечами. — Я рассчитывал, что друг Ольги назовёт нам честную цену, но раз это не так, придётся обратиться в другую контору чистильщиков.

Я понятия не имел, сколько стоят самоцветы. Зато знал, как устроены люди.

Решив, что камни у меня появились незаконным путём, Прохор будет давить, предлагая заведомо низкую цену.

Это своего рода тест. Если соглашусь, значит, он угадал, и меня можно будет «продавить» ещё сильнее.

Я сделал шаг в сторону двери, но, как и ожидал, Прохор меня остановил.

— Это честная цена. Просто по нижней планке. Но ты меня не дослушал.

Я остановился, с любопытством глядя на то, как он будет выкручиваться. Очевидно, меньше всего он хотел упасть в глазах Ольги. И теперь, когда я его подловил, ему придётся срочно найти себе оправдание.

— Я сказал, что могу заплатить столько прямо сейчас. А остальное примерно через неделю. Как насчёт двухсот тридцати тысяч?

— Двести пятьдесят, и нам подходит, — за попытку меня обуть, я решил вытрясти с него максимум.

Прохор помрачнел ещё сильнее, но, бросив короткий взгляд на Ольгу, спорить не рискнул. Значит, все его вчерашние ужимки я понял правильно.

Всё-таки живые так предсказуемы!

— По рукам.

Он повернул ладонь вверх и вызвал свою сферу, кстати обычную, не золотую. Видимо, в его «Чистилище» дела идут весьма средне. Прохор выжидающе на меня смотрел. Но я только пожал плечами:

— У меня нет сферы. Я пользуюсь золотом.

— Как необычно, — снова насторожился он. — Тогда я пришлю к тебе курьера в конце дня. Нужно будет обналичить такую сумму. Куда её подвести?

— Ты же знаешь мой адрес, — вмешалась Ольга, — вот туда пусть и везёт.

Прохор не очень хорошо умел скрывать свои чувства, и я прямо видел, как он постоянно борется с собой, пытаясь убрать с лица неприязнь и подозрительность. К счастью, мне было абсолютно плевать на его ко мне отношение. Удобно, что Ольга, сама того не зная, является отличным рычагом влияния на своего приятеля. Что меня полностью устраивало.

— Кроме этого, я хотел обсудить кое-что ещё, — закинул удочку я.

— И что же?

— Я хочу обследовать очаг скверны.

Да, как оказалось, этот термин всё ещё используют. Только очень удобно выкрутились. Монстры скверны — зло, а вот собранные там же с них самоцветы — благодать. Лицемеры херовы.

— Ты хочешь нанять меня и мою команду? — уточнил Прохор.

Сейчас он был собранным и вполне профессиональным. Тем самым сразу же вырос в моих глазах.

— Нет. Я хочу пойти туда сам.

— В смысле? — снова не понял он. — С другой командой?

Я вздохнул, поражаясь его бестолковости

— Один.

— Как это один? — изумился Прохор. — Чистильщики всегда отправляются в очаг командами не менее десяти человек. Даже полноценные маги с боевым даром не ходят в одиночку.

Я отметил слово «полноценные».

Себя таковым Прохор, очевидно, не считал. Хотя он был не лишён дара, пусть и весьма скромного. Причём его сила была родственной нашей. Но, видимо, лекарем он становиться не хотел, а как иначе её развивать, не знал.

Вот и выбрал дорогу чистильщика, чтобы хоть как-то использовать свою природную сопротивляемость скверне.

— Это уже моё дело, как. Всё, что мне нужно от «Чистилища» — это разрешение, — пояснил я.

Прохор побарабанил пальцами по столу.

— Я не могу этого позволить. У меня есть две команды профессиональных чистильщиков, — предложил он. — Бери любую. Как для друга Ольги, я даже сделаю скидку на наши услуги. Но в одиночку? Это самоубийство.

— Прохор, я с тобой не торгуюсь, — ответил я, — У меня есть опыт в этом деле, и я либо договорюсь с «Чистилищем», либо с кем-то ещё, кто не так заинтересован в моей безопасности.

На последней фразе Прохор заметно скривился. На это я и рассчитывал, ведь только слепой бы не заметил, как сильно я ему не нравлюсь. Так что он, наконец, перестал играть в благородство и честно сказал:

— Ладно, хозяин-барин! — поднял он ладони. — Как хочешь, и не говори потом, что я не предупреждал. Только обговорим условия. Всё добытое — продаёте через нас, иначе огребём проблемы. И ты, и мы тоже. Плюс двадцать процентов с добычи — тоже наши. Это стандартный договор для подрядчика. Получить доступ к очагу можно только имея лицензию, за это мы и берём свою долю.

— Договорились.

Мы обсудили ещё несколько деталей и пожали друг другу руки. И в этот момент он заметил мой перстень.

— Это что? — спросил он несколько неуклюже. — Довольно редкий рисунок.

— Клановый символ, — пояснил я.

— Нет такого клана, — тут же начал спорить он. — «Чистилище» имеет права на этот герб вот уже несколько столетий. Наш бизнес передаётся по наследству.

Я только пожал в ответ плечами. Время для правды ещё не пришло.

Так и не добившись от меня объяснений, Прохор объяснил, куда и во сколько завтра приезжать, чтобы зайти в очаг скверны.

Ольга кивала в ответ, запоминая дорогу.

Наконец, мы вышли из «Чистилища», став значительно богаче и создав неплохой задел на будущее.

Когда мы снова оказались в химеромобиле, Ольга задумчиво произнесла.

— Подумать только… всего три самоцвета и семьсот тысяч. Это почти одна восьмая от моего долга за дом.

— Потерпи до завтра. То ли ещё будет, — улыбнулся я.

Ольга кивнула, а потом спросила:

— Теперь едем к родителям моей пропавшей знакомой?

— Да. Только давай сделаем остановку в кофейне, — предложил я.

День шёл прекрасно. Почему бы не сделать его ещё лучше?

* * *

Хорхе Веласко был очень зол. Мало того, что его опять поставили в пару к этому бесполезному Марио, так ещё и снова доверили абсолютно беспонтовое дело.

Куда-то пропал один из представителей младшей ветви семьи Веласко, и служба безопасности рода решила, что именно Хорхе должен во всём разобраться.

Самое отстойное, что чаще всего, в таких случаях пропавшие дурни находятся где-то в барах, борделях или на дачах у друзей в невменяемом состоянии.

Хорхе был уверен, что и с Уго не случилось ничего серьёзней. Однако, прокатившись по адресам большинства его друзей и знакомых, он уже начал в этом сомневаться. Оказалось, что Уго пропал при исполнении. Неужели его кто-то грохнул за плохие новости? Работёнка у него была та ещё. И теперь предстояло проверить всех, кого он собирался вчера посетить.

Так Хорхе и Марио, младшие боевые оперативники рода Веласко оказались у дома-конюшни Рихтеров.

Так и есть, автомобиль Уго был припаркован здесь.

Марио ткнул его в бок и указал пальцем на вывеску, глупо гыгыкнув:

— Может, его просто это… засосало? Заставил пиявку отрабатывать.

Свою тупую шутку он проиллюстрировал красноречивым жестом.

Хорхе вздохнул. Вот мало того, что Марио молодой и неопытный, так ещё и придурок редкостный.

И, что бесило сильнее всего, магический потенциал у него больше! А это значит, что, скорее всего, через несколько лет, уже Хорхе придётся выполнять его команды.

— Пошли, проверим, — просто ответил он и двинулся к двери.

— Скучный ты, — буркнул Марио, но пошёл следом.

Дверь была закрыта, но оперативников это не остановило. Не считаясь с законами о частной собственности, они просто взломали замок и вошли внутрь.

— Эй! Есть кто дома? — спросил Хорхе из прихожей.

— А если найду⁈ — заржал Марио.

В этот момент мирно спящий в подвале Костерукий Жнец, химера, созданная только для того, чтобы убивать, открыл глаза.

Глава 12

— Не похоже, что дома кто-то есть, — задумчиво протянул Марио, потарабанив пальцами по комоду у входа.

— Вечно ты торопишься, — огрызнулся Хорхе. — Всё равно нужно всё проверить.

— Не удивлюсь, если он куда-то умотал с этой девкой.

— Ага, или валяется у неё в кровати под кайфом.

Хоть в чём-то Хорхе и Марио соглашались. Оба терпеть не могли всех этих отбитых потеряшек. Девяносто девять процентов временно исчезали с горизонта по своей собственной тупости и по совершенно дурацким причинам.

Да хоть бы они и провалились. Пользы для рода такое отребье всё равно не приносило.

Где-то внутри дома раздался шорох.

— Похоже, Уго всё-таки здесь, — хмыкнул Хорхе. — Пойдём, глянем.

Но пройти они успели только в гостиную.

А затем замерли возле большого длинного стола, потому что в дверном проёме с другой стороны стоял огромный мужик.

И выглядел он странно.

Причем, спроси кто-нибудь у Хорхе, он бы даже не смог сформулировать, в чём именно заключается эта странность. Масса деталей складывалась вместе в абсолютно ломающую мозг общую картину.

Для начала мужик был лысым и голым до пояса.

Но в этом не было ничего удивительного, если бы они застали его в доме врасплох. Глаза, тусклые и лишённые мыслей. Но он вполне мог обдолбаться наркотиками.

Свет кожи у мужика был серый и нездоровый, а сама поза неестественной, словно он согнулся от сильной боли или готовился к прыжку.

Руки он держал перед грудью, как богомол.

А их нижняя часть заканчивалась не пальцами, а странными лезвиями, вроде косы.

— Что за нахер? — выругался Хорхе. — Это не Уго… Эй мужик, ты кто⁈

— Постой, я его знаю. Это Брэд, наёмник рода, — заговорил Марио, — я видел его несколько раз. Но он неодарённый, откуда…

Договорить он не успел.

Жнец ринулся в атаку. Он двигался вперёд большими прыжками, покрывая сразу метра два, не обращая внимания на помехи. Стол на его пути был мгновенно расколот на две части одним ударом мощного костяного лезвия.

Охреневшие гости еле успели отпрыгнуть с его дороги.

— Брэд, ты чего? — заорал Марио.

— Да это уже не Брэд и, может, вообще не человек. Глаза разуй! — грубо отозвался Хорхе, попутно принимая боевую форму.

Род Веласко специализировался на ядах и всём, что их производит. Так что капли кислоты, которыми раскидывался Уго — это лишь низшая ступень их возможностей.

Патриархи могли превращаться в настоящих ядовитых виверн, те, кто послабее — в небольших василисков, либо же просто в какое-то подобие прямоходящего варана, плюющегося кислотой.

Хорхе как раз был из последних.

Но успеть полностью обратиться в такой ситуации было почти не реально. Так что он совершил неполную трансформацию.

Его кожа стала жёсткой и покрылась чешуйками, язык увеличился в размерах и раздвоился. А на руках выросли когти.

Ну и, само собой, он теперь мог производить яд.

Бах!

Первый ядовитый шар размером с баскетбольный мяч полетел прямо на жнеца.

Однако тот уже прыгнул на Марио, а потому снаряд цели не достиг.

Зато до самого Марио, наконец, дошла серьёзность ситуации.

Он снова уклонился от жнеца и призвал своё магическое оружие — шипастую плеть.

В отличие от Хорхе, Марио был скорее бойцом поддержки, но его способности в клане считались крайне полезными. Он мог призывать особые ядовитые растения, но главное, их лозы были очень крепкими и могли доставить врагам немало неприятных минут.

Марио тут же хлестнул плетью в сторону жнеца. Она развернулась, как живая, стараясь удержать и связать монстра.

Тем более, что Хорхе начал активно помогать, отвлекая внимание на себя.

Марио же вызвал ещё одну плеть и теперь работал сразу с двумя. По его плану одна должна была связать ноги, а другая — плечи врага.

— Что-то не так, — прорычал Хорхе, — мой яд на него не действует.

Он уже успел попасть в жнеца двумя ядовитыми шарами, но тот не обратил на них совершенно никакого внимания.

А ведь даже у очень сильных магов всё равно возникали проблемы с ядом Веласко, если они заранее не озаботились антидотами.

— Тогда мочи его когтями! Только не стой столбом! Видишь же, что жопа! — уже истерично кричал Марио.

Дела у него и правда не ладились. Он и сам уже заметил, что на яд у врага нет никакой реакции, ведь его плети также выпускали усыпляющую смолу.

Одарённого это, конечно, не вырубит, но немного замедлит. Обычные же люди вырубались сразу. А ведь этот Брэд точно был неодарённым.

Но теперь превратился в настоящее чудовище!

Складывалось впечатление, что монстр с каждой минутой боя двигался быстрее.

Сначала он казался неуклюжим, но теперь его удары были всё опаснее. Как будто бы он учился.

Марио едва успевал уклоняться от его лезвий. Поймать противника плетью становилось и вовсе невозможно.

Так что он очень надеялся, что Хорхе что-то придумает.

Дело пахло жареным, и его напарник тоже это понял. Поэтому решился.

Улучив момент, он прыгнул существу прямо на спину и даже сумел свалить с ног. А затем начал раздирать его плоть своими огромными когтями.

— Вали его, гада! — подбодрил его Марио и, наконец, скрутил монстра.

Причём, для верности призвал ещё и третью плеть. Так что теперь тварь лежала на полу, завёрнутая словно в кокон.

— Думал, мне конец, — вытерев пот со лба, признался Марио.

— Я его добью, — прорычал, всё ещё лежащий на монстре Хорхе, после чего потянулся когтями к шее чудовища.

Однако в этот же момент, почувствовал, как тот напрягся.

Рывок! И плети разлетелись в стороны зелёными ошмётками.

— Чёрт! — выругался Марио. — Лезвия!

Хорхе ответить уже не мог. Жнец странно выгнулся и мгновенно подмял его под себя.

Удар двух лезвий пробил чешую, как картон, и оборвал жизнь «решалы» из рода Веласко.

— Твою мать! — во весь голос заорал Марио и бросился прочь.

Правда, не к выходу из дома, эта дорога была перекрыта существом, а сразу на лестницу, на второй этаж, попутно раскидывая на ступеньках ядовитые бомбы-ловушки.

На яд он уже не надеялся, но они были ещё и липкими, так что могли дать ему хотя бы немного времени.

План был прост, выпрыгнуть из окна и умчать на автомобиле так быстро, как он только сможет.

Но уже на одной из верхних ступеней он почувствовал, как земля уходит из-под ног. Раздался грохот. Массивная деревянная лестница подкосилась и рухнула.

А внизу Марио уже ждал жнец.

Неумолимая машина смерти и разрушения.

* * *

— И всё-таки, может быть, не стоило отказываться от помощи Прохора? — задумчиво произнесла Ольга, глотнув кофе из кружки. — Я заметила, что вы не особенно друг другу понравились, но первое впечатление бывает обманчиво. Он — неплохой парень. Я надеюсь, что вы ещё найдёте общий язык.

Мы сидели в уютной кофейне, на этот раз в другой, где подавали виды кофе, которые я ещё не пробовал. Что ни говори, а от этого напитка я был в восторге. Пожалуй, ничего из того, что появилось в моё отсутствие, так меня не порадовало, как это.

Ещё я заказал себе пару сэндвичей с красной рыбой и уже с аппетитом их умял. Организм требовал много пищи, но, к счастью, купить её можно было теперь на каждом углу.

— Не сомневаюсь, — согласился я, — Уверен, что ты не стала бы знакомить меня с кем попало. Но зачем мне его нанимать?

Ольга замялась.

— Ну… как зачем? Разве ты не слышал, в очаги скверны на охоту обычно ходят очень большими отрядами. Небольшая страховка никому не помешает.

Я улыбнулся.

— Ольга, неужели ты снова меня недооцениваешь?

— Нет! — горячо запротестовала она. — Просто я беспокоюсь. Если честно… — она так смутилась, что даже чуть покраснела, — у меня уже давно не было семьи. И…

— Со мной всё будет в порядке, — я протянул руку через стол и по-отечески потрепал её по голове.

Этот жест постепенно становился для нас всё более естественным и обычным. Ольга мне и впрямь очень нравилась. И в такие моменты она была очень милой, как домашняя кошка.

Закончив с обедом, мы поехали по адресу, и Ольга мне рассказала ещё немного из того, что знала сама.

Пропавшую девушку зовут Алина Астер. Ей двадцать два года, совсем ещё юная. Единственный ребёнок в семье, проживает с родителями. Обоим под пятьдесят. Мать зовут Линда, а отца — Игнат.

Алина вела очень замкнутый образ жизни и терпеть не могла шумные компании. Но при этом хотела приносить пользу людям, она тоже была волонтёром, как и Ольга. Только в другой больнице.

В общем, всецело положительная девушка. Внучка не смогла сказать о ней ни одного сомнительного слова. Шансы на то, что она встретила какого-нибудь красавца и ускакала с ним в закат, стремились к нулю.

Когда мы приехали в нужный район, я сразу понял, что семья девушки живёт скромно. Хотя даже эта улица выглядела гораздо лучше той, на которой стояла моя конюшня.

Они жили в небольшом частном доме с маленьким ухоженным палисадом.

Мы выпрыгнули из химеромобиля, и Ольга сразу же нажала на кнопку звонка. Примерно через минуту нам открыла дверь темноволосая болезненно бледная женщина, заплаканная, с мешками под глазами.

— Вы — друзья Алины? — ослабевшим голосом спросила она у нас.

— Да. Я вам недавно писала, — заговорила с ней Ольга. — Мы очень волнуемся и хотели бы узнать, где её видели в последний раз… может быть, сможем чем-то помочь.

— Проходите, — пригласила женщина нас в дом.

Очень быстро мы оказались в гостиной, и нам предложили чай. Там же мы познакомились и с Игнатом. Он оказался рано поседевшим мужчиной плотного телосложения. И тоже был мрачнее тучи.

Я сразу почувствовал, что он одарённый, хотя и не очень сильный.

— Дар Алины от вас? — спросил я сразу.

Он кивнул.

— Да, в семье Линды вообще не было магов. А у меня по отцовской линии идёт…

— Вы тоже лекарь, как и дочь?

— Нет. Мусорщик, — лаконично ответил он.

Неблагодарная работа. Ольга уже успела мне рассказать, что мусорщики — это люди, которые занимаются переработкой и очисткой предметов, заражённых скверной.

Как и в лекари, туда идут люди с даром, похожим на наш, но толком не знающие, как он работает, так что даже они очень быстро изнашивают свой организм.

Иммунитет, который даёт способность к некромантии, спасает от мутаций.

Но не от боли.

От неё могли бы уберечь знания соответствующих практик. Информация о которых утеряна или принудительно уничтожена.

Я перевёл взгляд на хозяйку. Увидев её, я сразу понял, что с женщиной что-то не так. Она не просто убита горем из-за дочки. А теперь убедился, что она отравлена скверной. Что не удивительно. Ведь вся её семья постоянно работает с этой дрянью.

И, похоже, что дочь, как и отец, тоже не была достаточно сильной, чтобы понять это и суметь ей помочь, несмотря на то, что она — лекарь.

— А вы чем занимаетесь? — спросил я Линду.

Она смутилась.

— Я — домохозяйка… Раньше была юристом, но…

Игнат добавил:

— Линда очень болеет, — его голос дрогнул, — а лечение дорогое. Если бы я мог зарабатывать на него сам… тогда Алине не пришлось бы брать столько заказов. В тот вечер она получила срочный вызов и сразу же уехала.

Линда мягко положила свою руку на его.

— Не говори так. Здесь нет ничьей вины.

— А что же полиция?

Игнат в сердцах ударил кулаком по столу и воскликнул.

— Ничего! Говорят, что Алина уже взрослая и вполне могла просто куда-то уехать и не сказать нам. Но мы-то знаем, что она не такой человек!

— Вы видели, куда именно она ехала перед исчезновением?

Мать покачала головой:

— Нет. Единственное, что она нам сказала, что это какой-то новый клиент и в заказе он поставил двойной тариф за срочность.

Ольга едва заметно пихнула меня локтем в бок. И по её красноречивому взгляду я сразу понял, что её пытались поймать по точно такой же схеме.

— Что ж, — сказал я, — мы не полиция, но посмотрим, что можно сделать.

— Как? Вы же просто её друзья? — удивлённо спросила Линда.

— Не совсем, — выкрутилась Ольга, — мы ещё и представители… профсоюза лекарей. Так что, пожалуйста, если узнаете что-то ещё, то сразу мне звоните.

— Профсоюз? — поднял бровь Игнат, — первый раз слышу.

— Не удивительно. Его создали совсем недавно, — продолжала врать внучка.

Но я её понимал. Это гораздо проще, чем убедить кого-то, что мы действуем самостоятельно.

— Если честно… — качнул головой Игнат, — мне всё равно профсоюз или кто-то ещё, хоть чёрт лысый. Но, если вам удастся спасти мою дочь… я… я готов сделать для вас что угодно. Хоть вечность служить.

Линда вновь сжала его руку, и я видел, что она полностью разделяет мнение мужа. Это были простые и честные люди, и я понимал, что для них эти слова не пустой звук. Так что я кивнул и серьёзно произнёс:

— Клятва принята.

Ольга с удивлением на меня посмотрела, но ничего не сказала. Родители Алины, похоже, тоже не знали, что ответить. Тогда я предложил:

— Линда, я — лекарь высокого ранга и могу облегчить ваше состояние. Позволите?

— Я… — замялась она, — боюсь, нам сейчас нечем оплатить ваши услуги.

— На этот счёт не беспокойтесь. Я тоже волонтёр, как и ваша дочь, и лечу не только за деньги.

Она всё ещё колебалась, но Игнат помог ей сделать выбор:

— Линда очень скромная и не любит никого беспокоить. Поэтому ей бывает сложно принять помощь. Но любое облегчение для неё будет благом.

Я кивнул и обратился к хозяйке.

— Линда, прошу вас прилечь. После сеанса лечения вы, скорее всего, ненадолго потеряете сознание, а потом будете долго спать. Но когда проснётесь, то почувствуете существенное облегчение.

Она выполнила мои рекомендации, но сначала я предложил попробовать Ольге. Мне хотелось увидеть, как хорошо она справится с этой задачей, потому что очистить от скверны неодарённых гораздо труднее, чем магов.

Нужно работать осторожнее, ведь организмы простых людей куда слабее.

Но всё прошло лучше, чем я думал. Ольга всё-таки сумела немного помочь женщине. Однако, это был только первый шаг. Дальше очищение проводил уже я. Много времени это не заняло, так что через несколько минут мы уже попрощались с Игнатом и вернулись в химеромобиль.

— Ты добрее к незнакомцам, чем мне казалось, — заметила Ольга, уже привычно устроившись на водительском сидении.

Я хитро улыбнулся.

— Ты же не думаешь, что я не получил от этого никакой выгоды?

— В смысле? — удивилась она.

А я вспомнил, что так толком и не объяснил ей, зачем мне вместе с ней притворяться лекарем. Она, наверное, до сих пор думает, что я согласился ради процента прибыли. Что ж, пожалуй, уже можно и приоткрыть ей завесу правды.

— Некроманты умеют перерабатывать Скверну в обычную магическую энергию. Ты же поняла, что Линда болеет именно из-за отравления? Но, если одарённые могут использовать даже такой грязный источник сил в качестве топлива для своих заклинаний, обычному человеку остаётся только копить в себе яд, пока он разрушает их организм.

— А ты действительно смог её вылечить? Обычно лекари могут лишь облегчить симптомы для неодарённых. Как раз из-за разницы в энергетических системах. Излишки благодати… то есть скверны у магов текут по их энергетическим каналам, на которые лекарям легко настроиться. А вот у обычных людей ничего такого нет.

Я кивнул.

— Именно. У них нет собственной силы, которая бы выступала противовесом и хоть немного сдерживала скверну, не давая ей проникать в ткани и органы тела. Но энергия есть энергия. Однажды ты научишься чувствовать её независимо от того, в какой форме она хранится.

Ольга вдумчиво меня слушала и совсем перестала смотреть на дорогу, привыкнув к тому, что химеромобиль отлично справляется и сам. Поэтому, когда он резко вильнул в сторону, внучка от неожиданности вскрикнула.

— Вот, блин! Что случилось? — она перевела взгляд на дорогу, — ох… собака. Ещё бы чуть-чуть и…

Химеромобиль и впрямь сумел притормозить и развернуться буквально в шаге от рыжей дворняги, которой зачем-то понадобилось перебежать дорогу прямо перед нами.

Ольга сглотнула и добавила.

— Я должна быть более внимательной.

— Странный вывод, — ответил я ей, — разве ты ещё не поняла, что химеромобиль не обычная машина? Он способен самостоятельно принимать некоторые решения. Вот, как сейчас. Так что не волнуйся.

Ольга кивнула, но какое-то время и впрямь чаще смотрела на дорогу. Однако вскоре снова уткнулась в смартфон. К хорошему быстро привыкаешь.

Смотреть по сторонам она начала только тогда, когда мы уже подъехали к дому-конюшне.

— Кажется, у нас гости, — нахмурилась внучка, глядя на чужой автомобиль, стоящий прямо у входа.

— Не похоже, что ты кого-то ждала.

— Конечно нет. Но… Вот чёрт! — воскликнула она, — на машине герб рода Веласко… Ну, конечно! Разумеется, его ищут! Тем более, что его авто стоит буквально в трёх метрах от моего дома! — она нервно сцепила руки в замок и добавила: — и что нам им сказать?

Я же смотрел не на машину, а на взломанную дверь.

— Вряд ли уже придётся что-то говорить. Пойдём.

— Что? В смысле? — не поняла Ольга, но поспешила внутрь следом за мной, чтобы через пару минут снова охренеть от вида столовой, — откуда этот погром⁈ Это что, Веласко устроили, чтобы меня запугать⁈ Да что им сделал мой кухонный стол⁈

Я же прошёл дальше в гостиную и теперь наблюдал воистину идиллическую картину. Мой Жнец гордо стоял над двумя сложенными в рядок трупами.

Ну чисто кот, демонстрирующий хозяину пойманных мышей.

Немного поодаль валялась деревянная куча хлама, что ещё недавно была лестницей. А завершал этот натюрморт Фред, невозмутимо оттирающий кровь со стены.

— Я не верю своим глазам, — шокированно пробормотала Ольга, заглянувшая сюда вслед за мной, — что это, Макс?

На последнем вопросе её голос отчётливо сорвался на ошеломлённо-возмущённый писк.

— Я же говорил, что ничего никому объяснять уже не придётся, — резюмировал я.

— Это… а мне⁈ Ладно, стол… но у меня больше нет лестницы! Зато есть ещё два трупа Веласко…

Ольга закрыла лицо руками и тяжело задышала, явно пытаясь остановить надвигающуюся истерику.

Что ж, я даже удивлён, что накрыло её только сейчас. Учитывая, как много произошло с момента нашего знакомства.

— Насчёт лестницы не беспокойся, — приободрил её я, — два трупа — это два самоцвета. Хватит тебе на ремонт и ещё останется.

Ольга громко выдохнула и, похоже, пришла в себя.

— Не знаю, что меня больше поражает, этот разгром или твой образ мышления. Ты что, собираешься таким образом перебить весь род Веласко?

Я пожал плечами.

— Кто виноват, что они сами лезут?

Сказав это, я сотворил заклинание тления, с помощью которого убрал все кровавые пятна в доме.

Фред застыл с тряпкой, а затем невозмутимо понёс её вглубь дома.

— А у тебя случайно нет магии, которая обратно соберёт лестницу? — спросила Ольга, задумчиво наблюдая за происходящим.

— Я — некромант, а не плотник. Но всегда можно поднять себе рабочих, которые поправят всё вручную. Например, Фред сейчас починит дверь.

Он и впрямь уже вооружился инструментами и деловито примерял к стене новые дверные петли. Оказалось, что Ольга — весьма запасливая девушка, и у неё в кладовке чего только не было.

— Да ладно, дверь… с этим твоим охранником защищать надо тех, кто снаружи. А вот что делать с моей спальней на втором этаже? Фред и лестницу починит?

Я кивнул.

— Только закажи материалы. К нам как раз должны скоро доставить золото от Прохора.

— Тогда я займусь этим прямо сейчас. Нужно успеть до ночи.

Ольга зарылась в смартфон. Я уже понял, что этот маленький предмет стал для современного человека практически целой вселенной. С его помощью можно было и общаться, и заказывать вещи и услуги, и пользоваться картой, и ещё чёрт знает чем ещё. Минус только один. Работает на Скверне.

Надо бы поразмыслить, как повторить эту технологию в более чистом виде. Но это не приоритетно.

Сегодня важно подготовиться к завтрашнему дню. Ну и лестницу починить, что уж там.

Ольга подсуетилась быстро, и уже через полтора часа нам подвезли всё необходимое. А я временно поднял в помощь Фреду ещё одно умертвие. Всё, чтобы он быстрее управился, ведь мне ещё понадобится его помощь внизу, в подвале.

А пока велись работы, я вновь погрузился в чтение журналов. А вот Ольга с большим любопытством следила за починкой лестницы.

— Надо же… — прокомментировала она, когда работы были почти закончены, — Фред отлично справился. И ведь тебе даже не пришлось за ним следить и подсказывать. Ну, точнее, приказывать… или как ты там им командуешь, — смутилась Ольга.

— Чем выше уровень умертвия, тем более сложные задачи он способен выполнять.

— А когда уже я научусь их призывать и контролировать? — с надеждой взглянула она на меня.

— Скоро. Но сначала тебе нужно научиться отрабатывать базовые заклинания. Например, то, которому ты научилась вчера.

Она нахмурилась.

— Да, но я не совсем поняла, почему оно так полезно, как ты говоришь? Ну да, я хорошо выспалась, но это и всё?

— А ты ничего не заметила сегодня, когда лечила Линду?

— Хм… а ведь правда, — ошарашенно произнесла она, — я почти не чувствовала боли. Конечно, после лечения неодарённых её всегда меньше, чем после магов, но сегодня я почувствовала лишь совсем лёгкое покалывание.

Я кивнул.

— Теперь поняла? Расслабление — это в том числе способ усилить свою энергосистему. С его помощью ты научишься очищать свой организм и перерабатывать скверну.

— Прямо как ты?

— Со временем.

— О! С лестницей закончили. Пойду тренироваться в спальню.

Похоже, мой ответ всерьёз её воодушевил. Так что, сказав это, Ольга мгновенно убежала наверх, а мы с Фредом спустились в подвал. Меня снова ждала ночь работы.

* * *

— Не удивлюсь, если он вообще не появится, — затушил сигарету об уже обгоревший пенёк Алан, ближайший соратник Прохора, — может, он просто псих или понторез недоделанный? А как до дела, так в кусты…

Прохор и его отряд остановили свой внедорожник примерно в трёх сотнях метров от очага. Но даже отсюда была чётко видна его граница. Вместо обычного зелёного леса, в какой-то момент всё захватили гнилые коряги, хищные растения, маскирующиеся под безобидные цветы, пожухлая трава и неестественно почерневшая земля.

Даже небо над очагом было как будто другим. Более тусклым и мрачным.

— Скорее, просто недооценивает опасность, — пожал плечами Прохор. Ну ничего, пусть сходит, поглядит на очаг изнутри. Местные монстры с него мигом всю спесь собьют.

— Да его же там просто грохнут. Ты уверен?

— А ты думаешь, мы тут кто-то вроде священников, чтобы его в последний путь благословить?

— Ну, из меня точно херовый святоша, — засмеялся Алан.

— Я не просто так приказал вам взять снаряжение, — объяснил Прохор. — Придётся вытаскивать этого придурка. Но пусть сначала хлебнёт сполна.

— Это я одобряю, — подхватил Алан. — Терпеть не могу пижонов. О, кажись, вот и он.

И действительно, по лесной просеке прямо к ним пылила машина, скорее предназначенная для поездок в элитные клубы, а не по лесам. Но сзади был заботливо прикреплён закрытый прицеп.

Автомобиль тормознул прямо возле их компании. Но Макс вышел только, чтобы поздороваться и оставить с ними Ольгу.

Как ни старались Прохор и его команда, но не заметили ни грамма сомнений на лице этого самоуверенного чудака.

Он снова сел в машину, направил её прямо в ближайшие кусты и с треском заехал прямо вглубь заражённого леса.

Что ж, по расчётам чистильщиков, оставалось подождать примерно пару минут, пока Макс начнёт громко орать и звать мамочку.

Глава 13

Не думал, что мне когда-то ещё придётся посетить очаг скверны. И уж тем более, такую слабую его версию. Обычно подобными мелкими проблемами, вроде очага класса «Альфа», занимались младшие представители клана Рихтер.

Так сказать, для тренировки.

Но сейчас из всего рода у меня есть только Ольга. А она в общем-то даже не слабая. Просто необученная.

Да и незачем мне отправлять сюда кого-то вместо себя. Скорее, я просто чувствую досаду. Ведь много с этого очага не собрать. Ни энергии, ни ингредиентов.

Уверен, Прохор специально выбирал что попроще. По его лицу я видел, что он считает, что и эта зона мне не по зубам.

Хотя думаю, что при должной осторожности я и сейчас легко бы зачистил очаги класса «Бетта» и даже «Гамма». Разве что по времени пришлось бы повозиться дольше.

Ну, теперь уж только в следующий раз.

А сейчас я специально хотел заехать поглубже в отравленный лес, чтобы не вызывать у команды «Чистилища» лишних соблазнов за мной проследить.

Не хочу лишний раз светить своих жнецов перед зрителями. Такие создания сейчас, возможно, вообще единственные в своём роде. Так что не стоит вызывать у чистильщиков нездоровый ажиотаж.

Мой химеромобиль бодро катит вперёд. Дорога ему не так уж нужна. Царапин он не боится, а небольшие деревья просто срубает перед собой заострившимся бампером.

Что интересно, монстры очага меня пока тоже не заметили. Хотя это-то как раз объяснимо.

Ещё до своей тысячелетней спячки, я заметил, что они крайне лениво реагируют на химер и любую другую нежить. Но, если раньше я ездил на химерах верхом, то сейчас находился прямо внутри одной из них, таким образом став практически невидимым для местной мутировавшей живности.

Зато стоило мне сделать шаг из автомобиля, как на меня сразу же ломанулись все мелкие твари, которые торчали неподалёку.

Скорее всего, до появления очага все они были зайцами, белками, лисами и прочей мелкой лесной живностью, но сейчас угадать их первоначальный вид было практически невозможно. Их шкуры теперь стали грязно-бордовыми, глаза светились красным или ядовито-зелёным. А челюсти и когти стали настоящими орудиями убийства. Я много раз видел трупы заплутавших дурачков, которых обглодали в очагах, будто пираньи. Только кости одни и оставались, и то не целиком.

И вот сейчас десяток этих тварей на всей скорости несся прямо ко мне, желая разорвать на куски.

Но я к этому был готов, так что заранее накачал тело энергией и теперь просто пинком отправил первых двух монстров в полёт, как пушистые футбольные мячи. Правда, в отличие от последних, твари, врезавшись в деревья, буквально лопались от ударов и взрывались ошмётками из крови, плоти и костей.

Ещё одна особенность этих мелких гадёнышей.

Но самой мерзкой их способностью я считал совсем не это, а то, что они умели прыгать на два, а некоторые и на три метра в высоту.

Так что сейчас мне придётся немного напрячься, чтобы уклониться от оставшихся восьми.

И вот первые трое уже прыгнули, заранее раскрыв пасти. Если вцепятся, то повиснут на мне, как бульдоги, и отдирать их уже придётся с кожей и мясом. Что, естественно, меня не устраивало.

Так что я пригнулся и отступил на шаг в сторону, попутно вызывая слегка улучшенную версию теневого скальпеля. Получился этакий обоюдосторонний призрачный тесак сантиметров тридцать в длину.

К сожалению, на призыв более мощного оружия у меня пока не хватало энергии, но и это сгодится.

Я пришёл сюда приобретать, а не тратить.

Уклоняясь от тварей, я полоснул нескольких лезвием, а затем отступил ещё на пару шагов, чтобы не попасть под взрывы.

Зато их соратникам повезло меньше. Зацепило аж двоих, и тут же пошла цепная реакция. Так что посчастливилось остаться в живых только одному прыгуну из десяти. Но он с упорством лемминга рвался ко мне. Я справился с ним как с первыми двумя, отшвырнув пинком, как надоедливую шавку.

Что ж, теперь у меня есть от одной до пяти минут, пока до меня не доберётся следующая партия тварей. А может, и не одна.

Обычно они кучкуются по десять-двадцать штук примерно в ста метрах друг от друга, так что ближайшая стая уже, наверняка, поняла, что неподалёку есть кто-то живой.

Поэтому, не теряя времени, я снял с прицепа тент и влил энергию в трёх жнецов, которых специально сделал ночью ради этой охоты.

Можно было, конечно, приказать им выбираться ещё в момент схватки, но они бы тогда неминуемо повредили тент, да и энергии ушло бы больше. Поднятие слуг на расстоянии всегда требует дополнительных трат.

А прыгуны, в целом, безобидные. Если, конечно, знать, как с ними справляться.

Другое дело, что тратить время на бесконечную борьбу с их волнами я не собирался. Также как самолично подбирать каждый выпавший из монстров самоцвет.

Меня ждали дела поинтереснее. Я собирался забрать главный приз.

Каждый очаг берёт свой исток от кристалла в центре. По сути, тот же самый самоцвет, что и в мутантах, но гораздо, гораздо больше.

И чем дольше существует очаг, тем мощнее он становится, иссушая ближайшие земли и превращая всё живое в своих слуг и охранников. Именно охранников, потому что больше всего мутанты не хотят, чтобы кто-то живой добрался до кристалла и разрушил его.

Они готовы буквально ложиться костьми, защищая его.

Был период, когда я даже всерьёз рассматривал теорию, что эти кристаллы разумны, но так и не нашёл этому ни одного весомого подтверждения.

Так что поддержка жнецов нужна была мне в том числе для того, чтобы быстрее добраться до центра очага.

И пока двое из них уже отбивались от прыгунов, ещё один прорубал мне дорогу сквозь хищные растения.

Да, разумеется, не только животные мутировали. Под влиянием скверны менялось всё. И те, кто недооценивал мощь ядовитого живого плюща или огромных коричневых цветов, похожих на мухоловки, то и дело погибали в их путах.

Для неподготовленного мага, я уже молчу про обычных людей, растения были даже опасней мутантов-животных. От тех-то всегда понятно, что ждать. Местная же флора умела удивлять. И ещё как.

Шипы-ловушки, выскакивающие из-под земли, ядовитые споры, только и ждущие, что их кто-то вдохнёт, щупальца-лианы, которые обычным железом не разрубить. И ещё целая масса сюрпризов.

А в награду всё те же самоцветы. Только, чтобы их получить, мало покрошить мутантов-растения в капусту, надо ещё выкопать их корни, где вместо луковицы и будет отравленный кристалл.

Так что, когда жнец прикончил одно из хищных растений на моём пути, я приказал ему заодно и выкопать бонус.

Но быстро понял, что это плохая идея. Я уже и забыл, на какой глубине хранятся эти кристаллы. И целого дня не хватит, чтобы тут зачистить и обобрать все деревья.

Не, столько времени у меня нет. Так что обойдусь прыгунами.

Их жнецы мочили быстро и с огоньком. Я даже успел заскучать из-за того, что до меня эти твари почти не добирались.

Так что, когда на горизонте появился ещё один мутант, я решил разобраться с ним сам.

Честно сказать, не думал, что увижу здесь кого-то крупнее прыгунов, но, похоже, этот очаг уже вот-вот мог бы перейти в статус «Бета».

А потому ближе к центральному кристаллу начали появляться монстры чуть более высокого класса.

Толстяки, как их обычно называли, разумеется, когда-то тоже были обычными зверями. Но были ли они в прошлом крупными животными вроде медведей, или же это что-то вроде моих химер, которых скверна слепила из нескольких маленьких, я не знал.

Случалось и то, и другое. Чем сильнее кристалл, тем большей трансформации подвергалось всё живое внутри очага.

По виду этих монстров можно было предположить всё, что угодно.

Одно я мог сказать точно, шкуры толстяков не выглядели однородными. Могло быть так, что в одном месте их тело покрыто какими-то коростами, в другом шипами или иглами, а то и вовсе чем-то похожим на чешую.

Если прыгуны стремились к одному образцу на всех, в очагах высокого уровня они и вовсе выглядели одинаково, то каждый толстяк наоборот чем-то отличался от остальных.

И первый, с которым мы столкнулись, больше всего походил на бобра-переростка, размером этак со среднего медведя.

У него были огромные передние зубы и маленькие глазки. И передвигался он в характерной позе грызуна.

Однако недооценивать его было бы большой ошибкой. Эти самые зубы легко пробивали не только плоть и деревья, но и даже защищённые заклятием костяные лезвия.

Я знал это по своему старому опыту. Отчасти именно поэтому я решил не подпускать к нему жнецов. У меня пока не так много материала, чтобы рисковать слугами.

Так что я решительно направился к толстяку сам. Они не такие стремительные, как прыгуны, так что с моей реакцией неожиданностей я не боялся.

Но зато выносливости у них хоть отбавляй. И я знал, что драка затянется. Тем более, что у меня пока не было оружия мощнее улучшенного теневого тесака.

А это значило, что мне предстоит нанести очень много ударов, прежде чем тварь свалится без сил.

Чтобы чуть ускорить процесс, я сделал свой тесак зубчатым. И теперь он оставлял не обычные, а рваные раны.

Так что каждое удачное попадание заставляло толстяка терять всё больше крови.

Но даже, когда на его шкуре заалели раны от не менее чем десятка порезов, он всё ещё не выглядел хоть немного измотанным.

И мне приходилось раз за разом повторять свои выпады. И не забывать об осторожности.

Конечно, уклоняться от мощных челюстей и когтей монстра было не трудно. Но у толстяка были и другие сюрпризы. Один раз он даже чуть меня не подловил.

Всё потому, что я не сразу заметил под его длинной шерстью две ниши, из которых он выпускал тонкие длинные иглы. Разумеется, ядовитые.

И вот они как раз летели в меня уже со скоростью, которой позавидовали бы самые быстрые прыгуны.

Но, в конце концов, сдох и он, прохрипев напоследок что-то типа: «Бобр курва, я пердоле».

Что он хотел этим сказать?

Чёрт его знает. А мы со жнецами тем временем продвигались всё глубже в заражённый лес, прямо к сердцу очага скверны.

* * *

— Очень странно, — Прохор начал заметно нервничать, когда прошло уже десять минут, а никаких криков полных ужаса он ещё не услышал.

Как и не увидел драпающего со всех ног Макса.

По расчётам лидера Чистилища, к этому моменту самоуверенный Рихтер уже должен был нарваться как минимум на одну стаю прыгунов.

А скорее всего, на две… и это хорошо, если ему повезло сразу не попасть в ловушку хищных ядовитых деревьев или чего-то похуже.

Но ещё больше его удивляло безмятежное спокойствие на лице Ольги. Она что не понимает, что её родственник, или кем бы он там ни был, отправился на верную смерть?

— Что странно? — переспросила она, невинно хлопая ресницами.

— Странно, что мы не слышим звуков борьбы. Сожрали его уже что ли?.. — напряжённо ответил Прохор.

Несмотря на то, что Макс ему совсем не нравился, если он так глупо здесь погибнет… Нет, Прохор этого допускать не собирался. Тем более на глазах у Ольги.

Последнее, чего он хотел, — расстроить эту девушку.

А если этот Макс умрёт, он ещё и будет чувствовать себя виноватым перед ней. Что всё-таки позволил тому эту самоубийственную вылазку.

Но Ольга лишь беззаботно отмахнулась.

— Не волнуйся. Ты не знаешь дядюшку. Он умеет за себя постоять.

Такое легкомысленное отношение к происходящему Прохора только взбесило. Это у них семейное что ли? Так что ответил он неожиданно резко:

— Это ты не осознаёшь, насколько опасны мутанты в очагах! Там даже трава опасна! — он от волнения даже стал ходить перед Ольгой взад-вперёд. — И даже монстры размером с кошку могут стаей загрызть практически любого, даже боевого мага уровнем слабее магистра. А там и опасней существа водятся.

На секунду в глазах Ольги мелькнуло беспокойство, но затем оно снова уступило место уверенности.

— Готова поручиться, что с ним всё хорошо, — улыбнулась она.

Откуда только в ней такая убеждённость?

Прохору это было совершенно непонятно. Почему она так сильно верит в этого Макса? Больше чем его профессиональному мнению…

Бесит!

Ладно. Неважно.

Он прямо сейчас докажет ей свою правоту. Тем более, что ждать больше нельзя. Вполне возможно, что они и так уже опоздали.

Так что он коротко кивнул своей команде из четырёх бойцов:

— Ребята, выдвигаемся. Нужно проверить, что там, — после чего повернулся к Ольге и коротко приказал, — а ты оставайся здесь. К очагу не подходи ближе ни на шаг, — он кинул ей ключи от своего внедорожника, — лучше вообще заберись в машину и в случае любой опасности сразу уезжай.

Ольга пожала плечами. Она всё ещё не сомневалась, что зря Прохор всё это затеял, но спорить уже не хотела. Этих мужчин, если они вобьют себе что-то в голову, не переубедить.

Так что, ничуть не переживая, она молча залезла в машину и включила на смартфоне новую серию своего любимого сериала.

* * *

Пока мы добирались до центра очага, на пути нам попались ещё целых два толстяка. На этот раз похожие на огромных вепря и енота. Причём напали они одновременно. И не только друг с другом, но и с целыми двумя стаями прыгунов.

Что, впрочем, ожидаемо. Мутировавшее зверьё стремилось не подпустить меня ближе к ядру.

Я вновь приказал жнецам разбираться только с прыгунами, ну и ещё с агрессивными растениями, которые путались под ногами.

А толстяков взял на себя.

Тот, что смутно напоминал мне кабана, сумел удивить. Скоростью он почти не уступал мелким вертлявым прыгунам. Особенно быстро он атаковал своей клыкастой пастью и острыми рогами на лбу. Резкими рывками, которые обычный человеческий глаз даже бы не различил.

Мне приходилось уклоняться от яростного зверя, чувствуя себя при этом то ли матадором, то ли дрессировщиком.

А ведь был ещё и второй.

К счастью, енот или, скорее, скунс не удивил меня ничем серьёзным, только лишь выпускал облака яда в перерывах между попытками отгрызть мне ногу.

А яд для некроманта — сущая ерунда. У нас, можно сказать, врождённый резист к большинству из них. А уж после надлежащего обучения — тем более.

Так что я даже от него не уклонялся, полностью сосредоточившись на кабане.

Я уже приготовился, что потрачу на этих двоих в два раза больше времени, чем на бобра, но, видимо, извращённая природа этого места заботилась о чём-то вроде баланса, так что вепрь оказался вовсе не таким выносливым, как его собратья. И мне хватило лишь двенадцати ударов, чтобы его убить.

Ну а енот хоть и выдержал больше ранений, но оказался столь неповоротливым, что я мог колоть его буквально без остановок.

Но и это были не все сюрпризы, которые преподнёс мне очаг. На поляне, где должен был находиться кристалл, меня уже поджидало не менее шести стай прыгунов. И все они единой массой рванули в нашу сторону. Пришлось собрать всех жнецов в кучу рядом с собой, чтобы держать оборону спина к спине.

Но достаточно было уничтожить десяток из них, как снова началась цепная реакция из взрывов. Причём из-за количества тварей она была опасна даже для меня. И уж тем более для моих жнецов.

Так что пришлось напрячь свои энергетические резервы и накрыть себя и своих слуг теневым куполом, пока тушки монстров лопались вокруг, словно попкорн.

Ради этого заклинания, мне пришлось использовать все резервы.

Так что энергии осталось буквально на донышке. Но к чему её жалеть, если очаг зачищен?

Покончив с толпой прыгунов, я отправил жнецов патрулировать поляну, чтобы избежать новых неожиданностей, а сам двинулся к кристаллу. Теперь я ясно его видел. Не самый крупный, но с хороший такой кулак.

Правда, мутно-белого цвета, как и те самоцветы, что до сих пор попадали мне в руки. Чего ещё ждать от «Альфа» уровня?

Недолго думая, я поднял его с земли. Что ж, теперь можно ещё немного покопаться в земле или отправить жнецов на добычу самоцветов из убитых монстров.

Дело сделано, пришло время трофеев. Я планировал вытрясти из этого очага всё, что только обнаружу.

Но решить с чего начать я не успел, получив сигнал от двоих жнецов.

Не только я могу командовать химерами, но и они способны отправлять мне информацию. Крайне простую, конечно.

Несравнимо с тем, что может мой теневой страж.

Неужели мы пропустили кого-то из монстров? Странно, те никогда не устраивали засад, активно стараясь «самоубиться» при зачистке.

Нахмурившись, я двинулся в сторону химер.

Но, к своему удивлению, я увидел не новых тварей, а Прохора и его помощника.

Повезло, что я не приказал химерам в принципе уничтожать всё живое.

Так что для людей они сделали исключение.

И теперь просто держали свои руки-лезвия прямо возле их шей, красноречиво намекая, что лишний раз дёргаться парням совсем не стоит.

Глава 14

Немного не вовремя, ведь я ещё не успел собрать все трофеи.

Но и вполне предсказуемо.

То, что Прохор здесь появился со своей командой, меня ничуть не удивляло. На мой взгляд, шансы были девять к десяти.

И причин для этого у него было не меньше двух. Первая — любопытство. Я прекрасно видел, что он ни на грош не верит, что я способен зачистить очаг сам. Но моя уверенность заставляла его сомневаться, так что ему хотелось понять, на чём она основывается.

И вторая причина — либо совесть, либо бессовестность.

Так как это друг Ольги, то я предполагал первое. Но совсем исключать второе тоже не стал.

Всё просто, либо он захочет меня спасти, заодно выставив себя героем в глазах внучки.

Либо обобрать, если я всё же успел найти здесь хоть что-то полезное, а заодно избавиться от соперника, выставив всё, как несчастный случай на охоте. В историю о дядюшке он, очевидно, тоже не слишком верил, а потому я был ему как бельмо на глазу.

Я медленно подошёл ближе к теперь уже моим заложникам и спросил:

— Не слишком ли мало людей ты взял на зачистку очага? Сам говорил, требуется не меньше пятнадцати.

— Ещё двое сейчас держат тебя на мушке, — с вызовом ответил Прохор.

Так и было. Пара его ребят и впрямь сидели в кустах неподалёку и целились в меня из каких-то метательных штук, крупнее и даже с виду солиднее, чем пистолеты.

— Знаю, — кивнул я, — но и тебе следует знать, что для меня это не проблема. А вот они, — кивком указал я на жнецов, — снесут головы тебе и твоему помощнику за долю секунды.

— Кто это вообще такие? И, что важнее, кто такой ты? — спросил Прохор.

А этот парень начинал мне нравиться. Для ситуации, в которую попал, он держался довольно сдержанно и в то же время смело.

Многие на его месте уже бы запаниковали и скатились или в агрессию, или в панику. Как вон этот его помощник. Алан, так кажется, Прохор к нему обращался.

Этот уже покрылся мурашками, а в его глазах перемешались страх и желание сделать какую-нибудь глупость.

Есть такие люди, которые от ужаса не бегут и прячутся, а наоборот начинают отчаянно дерзить, пытаясь взбодрить самих себя такой бравадой.

Вот этот Алан явно из таких. Из последних сил сдерживается, чтобы не ляпнуть что-нибудь.

Я снова повернулся к Прохору и ответил:

— Я — князь Рихтер. Глава клана Некромантов. Так получилось, что какое-то время я отсутствовал, но теперь вернулся.

Скрывать от них правду я уже не собирался. Удобный случай, чтобы расставить все точки над «и».

И Алан всё-таки не выдержал.

— Брехня! Да кто вообще поверит в такой бред⁈

Прохор бросил на него суровый предостерегающий взгляд и заговорил сам.

— В такое трудно поверить. Но то, что я вижу сейчас своими глазами… в это поверить ещё сложнее. Здесь повсюду останки монстров, а на тебе ни царапины… — он на секунду замолчал, а потом уточнил, косясь на жнецов, — значит, это не люди?

— Люди. В прошлом, — пояснил я. — Но это не маги и не мутанты, если ты об этом. Я создал этих слуг из моих мёртвых врагов.

Алан вздрогнул так, что едва не спровоцировал жнеца.

Да и Прохор спокойным не остался, хотя внешне он себя контролировал гораздо лучше помощника, но глаза всё равно выдавали.

Что ж, самое время ещё немного поиграть на их нервишках. Так что я добавил.

— Теперь, когда вы так много узнали, боюсь, у меня нет выхода, кроме как «потерять» вас в этом очаге.

— Чего⁈ — снова воскликнул Алан.

Не обращая на него внимания, я продолжил.

— Не волнуйтесь. Я всем расскажу, что вы погибли как герои, храбро сражаясь с местными монстрами. Даже вашим семьям пожертвую часть добычи.

Разумеется, от этих слов они разволновались ещё больше.

Алан сразу же потянулся за оружием, видимо, желая совершить последний самоубийственный рывок.

Не в моих интересах было его убивать, так что я послал жнецу мысленный приказ, быть с ним помягче, если всё-таки начнёт дёргаться.

Но в первую очередь меня интересовал ответ Прохора. Он покажет, ошибся я в нём или нет.

— Алан, не рыпайся, — грубо приказал он ему, тоже заметив, чем пахнет, а потом обратился ко мне, — что насчёт других вариантов? Ты мог убить нас в любой момент, но всё ещё этого не сделал. Значит, мы можем договориться.

Я удовлетворённо кивнул.

— Ты прав. Ещё один вариант у вас всё-таки есть. Я оставлю вас в живых, если прямо сейчас вы присягнёте на верность моему клану и станете клановыми слугами.

Сразу хочу отметить, что ничего оскорбительного в моём предложении не было. Неодарённые, которыми являлись эти двое, или даже маги, но не родственники могли войти в клан только на положении слуг.

Можно сказать, я оказал этим двоим честь своим предложением.

Прохор задумался, а Алан издал истерический смешок.

— Да нет никакого клана Рихтеров. Что за ерунда?

— Алан! — снова одёрнул его Прохор, но после этого не проронил ни слова.

Что ж, решение и впрямь не самое лёгкое. Надо бы ему помочь его принять.

Я поднял руку и повернул её к себе тыльной стороной, так, чтобы лучше было видно перстень.

В глазах Прохора мелькнуло узнавание, а я спросил:

— По-твоему это совпадение?

— Не понимаю, — решил он продемонстрировать упрямство.

— Ещё как понимаешь. Это символ твоей организации. Чистилища.

— По-прежнему не понимаю, почему ты тоже его носишь, — выкрутился он.

— Потому что это символ моего рода. Рода Рихтеров. И ты Прохор Калинин — далёкий потомок моего помощника — Семёна Калинина, начальника моей клановой стражи. И, между прочим, довольно сильного мага ступени экзекутора.

— В смысле? — напрягся Прохор. — Я типа аристократ, что ли? Насколько я знаю, у меня в семье не было магов.

— Ты сам маг. Также как Алан. И те двое, которые всё ещё сидят в кустах тоже. У вас у всех есть дар, просто неразвитый. Но именно благодаря нему вы так хорошо справляетесь с влиянием скверны и можете зачищать очаги.

— Вот как… — задумался он, — это надо переварить.

Я дал знак жнецам, чтобы они убрали свои лезвия. Угрожать уже не было смысла. А если всё же что-то пойдёт не так, например, Алан решит взбрыкнуть, то справиться с этой четвёркой будет не сложно.

— Спасибо, — Прохор поводил головой из стороны в сторону, — у меня уже шея затекла.

— Это не значит, что тебе не придётся сейчас принимать решение, — напомнил я ему о своём ультиматуме.

— Конечно, — кивнул он, — могу я задать ещё пару вопросов?

— Можешь, — любезно согласился я.

— Этот Семён… когда он вообще существовал?

— Тысячу лет назад.

— Это столько ты отсутствовал? — не сдержал удивлённого восклицания Прохор.

У Алана же в этот момент заметно задёргался глаз.

— Приблизительно, — уклончиво ответил я.

— И ты поможешь нам развить дар?

Я улыбнулся. Хороший вопрос. Практический.

Такой подход мне нравится.

— Разумеется, — ответил я ему, — слабаки мне не нужны.

Прохор вспыхнул. Очевидно, мои слова о слабаках ему не понравились. Сам он себя таким не считал, но поспорить с той пропастью, которая лежала между нашими силами и возможностями, он тоже не мог. Так что проглотил. И вместо этого сказал:

— Я готов тебе служить.

— Мудрое решение. Мне и самому не слишком хотелось вас убивать. Только учти. Ты и твои подчинённые, — я кивнул на бойцов с оружием, — заключите со мной магический договор. Дадите клятву, которую никогда не сможете нарушить.

Если Прохор уже смирился, то другие смотрели на меня со смесью удивления, страха и растерянности.

Я добавил:

— Разумеется, перед этим я готов дать выбор не только Прохору. Если кто-то из вас предпочтёт смерть служению, ничего не имею против.

Пока остальные сосредоточенно думали, Прохор спросил:

— А что насчёт остальных моих бойцов? Им тоже придётся тебе присягнуть? Здесь только мои ближайшие соратники.

— Нет. Остальные ведь не видели ничего лишнего. Достаточно того, что они работают на тебя.

— Полагаю у нас нет выбора, — серьёзно подытожил один из тех двоих, чьих имён я ещё не знал, — я согласен.

Второй тоже кивнул.

— И я.

С ответом не спешил только Алан, но потом и он махнул рукой.

— К чёрту. Я тоже согласен. Где ставить подпись кровью? — усмехнулся он, пряча волнение за очередной бравадой.

— Всё просто, — ответил я, — на каждого из вас я наложу магическую печать. Это сложная ментальная магия, проверенная поколениями Рихтеров. Таким образом я буду уверен, что вы не сможете причинить никакого вреда мне или моему роду.

— Что-то я не слышал, чтобы такое использовали другие великие князья… — недовольно пробурчал Алан.

Вот же наивный. Я усмехнулся.

— Думаешь, такое будут выставлять напоказ?

Он сразу стушевался и замолчал. Зато Прохор серьёзно спросил:

— Есть ещё что-нибудь, что нам бы стоило знать об этой печати?

— Пара мелочей. Например, она будет видна на теле, как рисунок, татуировка.

— Выбрать место можно? — взволнованно спросил… кто-то.

Чёрт, пора уже узнать их имена.

— Можно, — подтвердил я.

На лице парня отпечаталось облегчение. А Алан вновь решил выпендриться.

— Тогда я хочу на заднице, — ухмыльнулся он.

Я пожал плечами.

— Как пожелаешь. Но ты уверен, что тебе будет удобно показывать её охране каждый раз, когда захочешь войти в клановые владения?

Его друзья заржали. Даже донельзя серьёзный Прохор подавил смешок.

— Да я пошутил, чего вы, — тут же дал заднюю Алан.

— Что ж, — подвёл я итог, — если больше вопросов нет, тогда приступим.

Далее я направил на каждого из них свой перстень. Именно в него было вплетено нужное заклинание.

Ритуал прошёл без каких-либо сложностей. Особенно мои новые слуги расслабились, когда поняли, что их новая татуировка по сути будет привычным для них символом чистилища.

А я наконец-то узнал, как зовут оставшихся двоих. Константин и Брэндон.

— Не пойму, — нахмурился Прохор после того, как всё закончилось, — мне кажется, или эта печать действительно влияет на моё состояние?

— В лучшую сторону? — хитро улыбнулся я.

— Это и удивляет, что да.

— А это сюрприз, — пояснил я, — можете считать это приветственным подарком. Печать клана Рихтер — очень сложная структура, которая выполняет далеко не одну функцию. Она вплетается в организм носителя и оптимизирует многие биологические процессы. Так что вы теперь будете меньше уставать и быстрее восстанавливаться от любых воздействий. Неважно ментальных или физических.

— Похоже, мы сделали правильный выбор, — присвистнул Брэндон.

О втором же сюрпризе я пока решил умолчать. Дело в том, что печать была ещё и проводником энергии между мной и моими слугами. И я мог, как накачать их силой при необходимости, так и выкачать её без особых проблем. Причём, мне для этого даже не надо находиться рядом с ними.

К их счастью, я очень редко прибегал к осушению слуг. Почти никогда. Но эта возможность давала мне дополнительные гарантии верности.

— Что ж, — объявил я, — теперь, когда с формальностями покончено, вернёмся к сбору трофеев. Раз уж вы здесь и теперь работаете на меня, то мы можем задержаться чуть дольше, чем я планировал и вывезти из этого очага всё, что он нам может предложить.

— До сих пор не верю, что ты зачистил его в одиночку, — покачал головой Прохор, — вынужден признать, что Чистилищу для этого бы понадобился целый отряд, а то и два. И несколько дней работы. К тому же, вряд ли бы мы избежали потерь. Не летальных, конечно, — быстро добавил он, — но раненые у нас бывают почти всегда.

Я пожал плечами и прокомментировал только часть его тирады:

— Я почти не трогал растения, так что твоей команде ещё есть где развернуться.

— Если я вызову сюда ещё ребят из Чистилища, уборка пройдёт гораздо быстрее, — предложил он. — Расценки те же, тебе восемьдесят процентов, а нам двадцать. Так что ничего не потеряешь, только время сэкономишь. Собственно, это входит в перечень услуг, просто…

— Просто ты не думал, что до этого дойдёт, — кивнул я. — Отлично, приступайте.

Мне и самому было интересно посмотреть, как теперь происходит зачистка очага. Так что я даже решил задержаться здесь дольше, чем планировал. Да и, похоже, прибыльность этого предприятия резко возрастёт.

В общем, примерно через час к очагу подъехало ещё несколько машин, и развернулась бурная деятельность.

К этому моменту мы как раз полностью зачистили точку от монстров, из которых оставались только хищные растения.

Так что теперь прибывшие мусорщики могли без лишних опасений заниматься своим делом.

Я же с любопытством осматривал оборудование, которое они с собой притащили.

Особенно меня заинтересовала машина для очистки воздуха. В моё время мы просто вывозили все кристаллы из очага, главным образом — центральный. А потом скверна развеивалась сама собой.

Сейчас же появилась целая технология, направленная на то, как высосать из заражённой земли максимум «благодати».

Так что в ход шло всё. Даже такие странные, на мой взгляд, приспособления.

Я уже молчу про то, что почва после мусорщиков была так перекопана, что хоть картошку сажай.

Тем более, что они выкапывали не только самоцветы под мутировавшими растениями, но и собирали сами растения на переработку. Про туши монстров я вообще молчу. Это, само собой.

Несмотря на то, что взорвавшиеся тела прыгунов приходилось буквально соскабливать со всех окружающих их поверхностей. Как и лужи крови под ними. Всё шло в дело.

Самоцветы тоже собирали мусорщики, чему я уже не возражал.

Прохор больше не сможет меня обмануть, так что свою долю я получу сполна, а возиться ради этого в грязи — не придётся. Сплошные плюсы.

Однако подсчитать примерную прибыль заранее я всё равно не забыл. К сожалению, относительно больших самоцветов, не считая главного, нашлось всего четыре. Но и они были размером лишь с горошину.

Прыгуны, увы, могли похвастаться лишь совсем мелкими, словно бисер, кристаллами.

Но, учитывая их количество, плюс трофеи с деревьев и прочих ингредиентов, я рассчитывал получить не меньше пяти миллионов коинов.

Пока я наблюдал за работами, ко мне снова подошёл Прохор. Причём по его лицу было видно, что он очень хочет что-то спросить, но не решается. Похоже, после всего произошедшего он ещё не вполне понимал, как себя со мной вести.

Ещё бы, час назад он был сам по себе. Единственным лидером своего предприятия. А теперь оказался в совсем несвойственной ему ситуации, где ещё и придётся привыкать ко второй роли.

А я уже понял, что Прохор хоть и разумный человек, но не лишённый амбиций.

Так что мне не хотелось, чтобы он слишком заморачивался по этому поводу и загонял себя в рамки каких-то танцев с этикетом.

Тем более, что все вопросы я предпочитал решать в момент их появления. Так что и своих слуг учил, что если есть что сказать, то пусть говорят сразу. Без долгих хождений вокруг да около и размышлений о том, как мне лучше это преподнести.

Так что это я ему и сказал.

После чего Прохор расслабился и, наконец, спросил, что хотел:

— Скажи, а как часто ты бы мог зачищать такие очаги?

А, так вот в чём дело. Я едва не засмеялся, но ответил серьёзно:

— Хоть каждый день.

В голове Прохора явно завертелись шестерёнки, подсчитывающие возможную прибыль.

— Тогда…

— Да, да, ты правильно понял. Можешь уже подыскивать новый очаг.

— У меня как раз есть парочка на примете.

— Отлично. Но у меня к тебе тоже вопрос. Как скоро я получу свою долю?

Он задумчиво нахмурил лоб

— Скорее всего, в течение недели. Точно сказать не могу. Может быть, завтра, а может, через несколько дней. Мы имеем право продавать добычу только клановым скупщикам. Так что после того, как соберём здесь всё, мяч будет уже на их стороне поля.

— Ясно, — кивнул я ему и заодно решил спросить, — а что насчёт регистрации клана? Как это делается?

Увы, Ольга не смогла рассказать мне подробности, может быть, хоть Прохор знает.

Но первая его реакция была такой же, как и у внучки.

— Ты серьёзно? Вас же всего двое. Или я чего-то не знаю?

— Двое, — невозмутимо ответил я, — но технически «Чистилище» уже тоже мои люди. Да и вопрос ведь не в количестве. Или законом запрещено создавать клан, в котором мало членов?

— Да нет… просто это необычно, — он на секунду задумался, а потом его будто осенило, и он тут же спросил, — а как давно ты проснулся?

— Пару дней назад, — честно ответил я, пытаясь понять, к чему он ведёт.

— Тогда… что насчёт документов? Ты уже успел их сделать?

Я вопросительно поднял бровь, и он продолжил:

— Понятно. В общем сначала нужно получить документы, потом сдать экзамен на магическую степень. И только потом подавать заявку на регистрацию клана.

— Тогда поехали? — немедленно предложил я ему, — или ты ещё нужен здесь?

Прохор обвёл взглядом работников рядом с нами.

— Да нет, ребята уже и сами справятся. Но ты хочешь ехать прямо сейчас? Отдохнуть не нужно? — с сомнением спросил он.

Видно, до сих пор под впечатлением от того, как быстро я разобрался с местными монстрами.

Я притворно вздохнул.

— Похоже, все потомки — лентяи.

Прохор на эту откровенную провокацию не повёлся. И очень скоро мы сели в мой химеромобиль. Жнецов я спрятал обратно в прицеп ещё до появления мусорщиков, так что теперь оставалось только подобрать Ольгу, которая так и ждала нас в его машине возле очага. Надеюсь, она ещё не умерла там от скуки.

Но оказалось, что она чувствовала себя прекрасно. Похоже, с этими их смартфонами людям теперь никогда не скучно даже в одиночестве.

Она с улыбкой пересела к нам, а я как всегда уступил ей водительское кресло. Надо бы, конечно, выделить время для изучения правил дорожного движения, но пока это не приоритетно.

— Я же тебе говорила, — торжествующе обратилась внучка к Прохору, — не стоило так волноваться за Макса, — а потом спросила, — а куда мы едем?

На лице Прохора промелькнула тень. Кажется, он только что осознал, что сейчас ему придётся признаться, что теперь он работает на меня.

Со своей стороны, я решил проявить великодушие и поведал Ольге историю, максимально сгладив острые углы.

Так что к её концу Прохор смотрел на меня даже с благодарностью.

Возможно, он думал, что я наоборот постараюсь выставить его в глазах внучки в каком-нибудь жалком свете.

Так что, когда мы выехали на трассу, он даже расслабился и начал разглядывать салон и заодно заметил, что Ольга вообще не смотрит на дорогу.

Внучка перевела на меня взгляд, не зная, что ответить. Так что я взял эту задачу на себя:

— Я создал эту машину своей магией.

Честный ответ, правда, не раскрывающий подробности.

— Ты и такое можешь? — в голосе Прохора звучало всё больше уважения. — Погоди, а все эти стрелки на приборной панели? Мне кажется, или они ведут себя так, как хотят?

Эммм… Кажется, мне стоит побольше узнать об этом транспорте, чтобы доработать химеромобиль для большей правдоподобности.

* * *

«Какой дурацкий день» — думал Дэйв Фаст, сотрудник дорожно-патрульной службы. Мало того, что с женой поругался, так ещё и отправили его сегодня на пост в откровенную дыру на выезде из города.

Ему хотелось отвлечься от дурных мыслей, погрузившись в работу, но с таким медленным потоком машин об этом можно было только мечтать.

Но и забить на наблюдение за дорогой он тоже не мог. Прямо над его постом висела камера, и начальство за халатность его точно по голове не погладит.

Вот только и оставалось, что угрюмо смотреть на трассу, проклиная весь мир.

Ого. Вот это машина. Нечасто такие встречаются.

Дэйв засмотрелся на эффектную ламбу цвета слоновой кости. А потом перевёл взгляд на водителя.

Молодая девица не то, что не смотрела на дорогу, но даже за руль не держалась, полностью увлечённая своим смартфоном. Странно, как вообще её машина едет так прямо и не петляет.

Явно думает, что таким, как она, закон не писан. Ну ничего. Сейчас он докажет ей обратное.

Глава 15

Прохор заметил служителя закона первым и сразу понял, чем дело пахнет.

— Ольга, — окликнул он её с заднего сидения, — там коп.

Девушка вздрогнула, тут же отвлеклась от смартфона и положила руки на руль. Но было поздно.

Дорожный инспектор уже размахивал своим жезлом, требуя остановиться.

Ольга занервничала, но, затормозив, состроила самую сияющую улыбку из тех, на которые способна.

— Я что-то нарушила? — невинно захлопала она ресницами.

Но на суровом лице постового было буквально написано, что так просто его не возьмёшь.

— Дэйв Фаст, — представился он, — покажите ваши документы.

— Да, конечно, — Ольга с готовностью расстегнула сумочку и выудила оттуда удостоверение личности и права, после чего протянула их служителю закона.

И тот начал въедливо изучать каждую букву.

Ольга занервничала. А вот Макс наоборот выглядел самым расслабленным из всех. Он лениво протянул:

— Что от тебя нужно этому стражнику? Просто дай ему денег. Стражники всегда хотят денег.

И хотя, Дэйв, похоже, его слов не разобрал, Ольга сразу вздрогнула и испуганно пихнула Макса локтем в бок с выражением на лице типа: «пожалуйста, не надо!»

Прохор же в этот момент уже активно думал о том, как бы её отмазать, если Дэйв попросит документы на машину. Если он правильно понял Макса, тот действительно сам сконструировал эту Ламбу, а не купил её.

И да, конечно же, они вскоре услышали:

— А документы на автомобиль?

Ольга снова потянулась к сумочке, а потом притворно смутилась:

— Ой, кажется, я забыла их дома…

— В таком случае, — торжествующе начал Дэйв, но договорить не успел.

Его прервал тяжёлый вздох Макса.

— У нас нет на это времени, — заявил он. — Я же объяснил вам, как следует обходиться со стражниками.

А затем открыл дверь, вышел из машины и решительно направился прямо к служителю закона.

— Дядюшка! — умоляюще воскликнула Ольга, очевидно, чего-то испугавшись.

Но ничего страшного не произошло.

Макс просто достал горсть золота из мешочка у себя за пазухой и вывалил её перед Дэйвом, прямо на капот служебной машины.

Прохор же буквально в реальном времени наблюдал, как зрачки копа всё сильнее расширялись, а челюсть отвисала с каждым задорным «дзыньк».

Закончив с этим, Макс невозмутимо вернулся в машину и кивнул Ольге:

— Поехали.

Та очевидно сама была в не меньшем шоке, но спорить не стала. Ламба Рихтеров стремительно уезжала от ошарашенного инспектора.

Ходят слухи, что он так там и стоит, открыв рот и вытаращив глаза.

* * *

После короткой встречи со стражником, что Ольга, что Прохор начали на меня так коситься, будто призрака увидели. Ну или будто сами никогда так не делали.

Странные люди.

Убивать или запугивать представителя городской стражи — дурной тон. Как ему иначе следить за порядком?

Так что какое-то время в химеромобиле царила тишина, которую всё-таки прервала моя внучка.

— Надеюсь, он не бросится за нами в погоню, — тревожно сказала она, — к тому же, он видел мои документы…

— Думаешь, я мало ему заплатил? — нахмурился я. — Современные расценки мне ещё не всегда понятны.

— Нет, — замотала головой она, — более, чем достаточно. Просто, взятки как бы… запрещены законом.

Я пожал плечами. Хорошо это или нет, но когда это кого-то останавливало? Это просто данность. Деньги всегда открывают двери, экономят время и дают возможности.

И чем их больше, тем быстрее и проще это происходит.

— Кстати, — вмешался в наш разговор Прохор, — а почему ты не пользуешься сферой? Сейчас много золота при себе никто не держит. Да и просто это гораздо удобней, — он осёкся, а в его глазах мелькнуло осознание, — ах да, точно. Видимо, совсем никаких документов нет.

— Сфера вовсе не необходима, — насупилась Ольга.

Я усмехнулся. С тех пор, как я рассказал ей про хитрость Шитцеров по сбору энергии со всех пользователей их финансовой системы, моя внучка кардинально изменила своё мнение о важности этой штуки.

— Честно, я и сама подумываю о том, чтобы её закрыть, — дополнила она.

Услышав это, я с улыбкой взъерошил ей волосы.

— Не говори глупости. Это и правда удобно. А с тем небольшим… нюансом мы ещё разберёмся. Так что да, Прохор, — обратился я уже к нему, — когда я получу документы, то обзаведусь и сферой. Мне очень интересно всецело изучить эту магию.

— Нюанс? — удивился мой новый союзник. — О чём это вы?

Ольга перевела на меня вопросительный взгляд и, убедившись, что я не возражаю, пояснила:

— Шитцеры берут с нас не только комиссию в коинах за использование сферы, но и энергетическую плату. Вот о чём!

Однако Прохора это не впечатлило.

— Даже если так. Всё равно удобно же. А берут они, видимо, жалкие крохи, раз никто не замечает…

Однако, увидев на лице Ольги недовольство, он осёкся и сменил тему.

Сразу видно разницу в подходе простолюдина и одарённой. Мы ценим энергию превыше всех остальных вещей. Ведь в ней наша сила.

А для Прохора, который не умеет пользоваться даром, она ничего не значит.

— Так куда мы едем? — уточнила Ольга.

Прохор взглянул на часы.

— В офис уже поздно, да и смысла нет соваться напрямую, — он усмехнулся и продолжил, — ты, Макс, очень правильно сказал про время и деньги. У меня есть знакомая, которая поможет сэкономить первое за счёт второго.

— Что за знакомая? — сверкнула глазами Ольга.

— Как раз работает в агентстве, — объяснил Прохор, — иногда помогает мне получить выгодные заказы за… дополнительное вознаграждение. Мы можем назначить ей встречу в каком-нибудь клубе… Объясним свою проблему, уверен, что она сумеет помочь! А мы заодно отпразднуем зачистку очага!

Я видел, что Прохор и сам был воодушевлён своим предложением.

Хотя в какой-то мере он потерял свою независимость, но, как человек разумный и привыкший к клановой системе, увидел в этом больше плюсов, чем минусов.

Зато он разом отхватил неплохой куш и получил перспективу закрывать очаги на регулярной основе.

Плюс появился повод видеться почаще с Ольгой, что тоже парня явно радовало.

Так что, видимо, он просто решил не париться. И я такое решение одобрял.

Хороший слуга не должен забивать себе голову лишними сомнениями.

— Тогда так и поступим, — согласился я.

Я и впрямь ничего не имел против. Даже в моё время лучшие сделки заключались за пиршественным столом.

А вот Ольга нахмурилась.

— Тогда нам надо подготовиться. Куртку тебе купить, например. Старая-то с прошлого раза уже испортилась.

Я засмеялся.

— Ольга, не превращайся в мою мамочку, тебе не идёт.

У той тоже была непреодолимая мания следить за гардеробом всех своих детей и паниковать, если кто-то одевается не по последней моде. Но я её быстро от этого отвадил.

Внучка смутилась, а я дополнил:

— Вроде бы проблем с деньгами у нас нет, так что не переживай. Купим всё, что нужно, — затем я повернулся к Прохору, — расскажи об этой своей знакомой.

— Обычная девчонка, — с готовностью отозвался он, — чуть старше Ольги. Любит потусить, так что в клуб побежит по первому же зову. Особенно, если мы намекнём, что вечеринка за наш счёт.

— Она одарённая? — сразу уточнил я.

— Да, но только адепт, и это её потолок. Клан в ней разочаровался, так что аристократка она разве что номинально. Поэтому и работает в агентстве. Неодарённых туда не берут, но и работа не сказать, чтобы престижная. Так что, как ни встретимся, она постоянно жалуется, что зарплаты не хватает. В общем, договориться с ней будет не сложно. Особенно, если ты применишь тот же подход, что и с инспектором, — хохотнул он.

— Инспектором?

— Ну… стражником, — исправился Прохор.

В этот момент мы подкинули его до дома, не забыв договориться о времени и месте встречи.

* * *

Я не очень понимал, что такое клуб до тех пор, пока мы сюда не приехали. Но он оказался всего лишь большой и шумной таверной с поправками на современность, а ещё с очень наглыми и жадными владельцами, которые экономят на танцовщицах, заставляя плясать самих гостей.

Хотя музыка мне сразу понравилась. Бодрая и ритмичная, она напоминала мне боевые пляски северных племён.

А ещё я понял, почему Ольга так беспокоилась об одежде. Причём не только о моей. Когда мы всё-таки заехали в торговый центр, она не меньше часа бегала по всем отделам, где её продавали. И перемерила, наверное, всё, что было ей по размеру.

Я не возражал, потратив это время на изучение других товаров. А особенное внимание вновь уделил журналам и книгам. Теперь я выбирал их более вдумчиво, уже лучше понимая, каких именно знаний о современном мире мне не хватает.

Но и этого времени внучке оказалось мало. Когда мы вернулись домой, она ещё час крутилась перед зеркалом, пытаясь выжать из своего гардероба и коллекции украшений максимум.

В итоге она остановилась на коротких чёрных шортах и эффектном белом топе, а сверху накинула чёрный пиджак.

В любом случае, внучка вся сияла, когда мы шли к клубу, а она ловила на себе заинтересованные взгляды охранников и тех, кто стоял в длинной очереди.

Нас, кстати, пропустили через отдельный вход.

У аристократов есть свои привилегии.

Внутри нас уже ждали четверо моих новых слуг.

Они заняли отличный столик с полукруглым мягким диванчиком. Этим его достоинства не ограничивались. Когда я сел, то обнаружил, что с него открывается идеальный вид на танцующих девиц.

Отсутствие танцевальных навыков те компенсировали энтузиазмом, а наряды на некоторых были такими, что одалиски из гаремов владык Леванта покраснели бы от смущения.

— Пиво? — поинтересовался Прохор. — Или что покрепче?

Перед каждым из них уже стояла початая кружка и тарелка со всякими мелкими закусками.

— Я буду коктейль, — сказала Ольга. — Хочешь тоже попробовать, дядюшка?

Она знала моё любопытство и желание изучить всё новое.

Нам принесли два вычурного вида бокала, ей ярко зелёного цвета, а мне с удивительным полосатым содержимым.

А вот сам напиток разочаровал. Алкоголь в него добавляли весьма низкого качества, маскируя это разными добавками. Так что я перешёл на односолодовый виски, который не смогло испортить время.

Прохор вскоре удалился и вернулся со своей знакомой. Её звали Лара Аллен, и она оказалась кудрявой и легкомысленной даже на вид блондинкой в слишком тесном для своей фигуры красном платье и с большим количеством крупных украшений.

Легко понять, почему такой жизнелюбивой особе не хватает чиновничьего жалования.

Едва увидев меня, девушка кокетливо протянула мне руку для поцелуя.

Я же был этому даже приятно удивлён. Не думал, что традиции моего времени ещё сохранились.

А вот Ольга наоборот как-то сразу напряглась и теперь косилась на Лару, как на врага народа.

Та была шумной, смешливой и любила привлекать к себе внимание.

Она уселась между мной и Прохором и, заказав себе коктейль, охотно присоединилась к нашему застолью.

Ребята из «Чистилища» как дети радовались сегодняшней добыче. Я понял, что для них зачистка целого очага — событие вовсе не рядовое.

Прохор глаз не сводил с Ольги.

А та напрягалась из-за его подруги.

Лара, очевидно, сочла поцелуй её руки достаточным авансом с моей стороны, чтобы перейти в решительное наступление.

— Так это ты — тот таинственный незнакомец, у которого проблемы с документами? — поинтересовалась она, склонившись ко мне.

— Никаких проблем, — ответил я, — потому что документов тоже нет.

— А как так вышло, — удивилась она, — что у тебя нет документов?

— А ты никому не расскажешь? — хитро спросил я у неё.

— Нееет, ты что. Я — могила.

Она состроила крайне серьёзную моську и проиллюстрировала свои слова жестом, типа запечатывающим губы. При этом ещё и соблазнительно их облизнула.

Это выглядело так наигранно, что я едва не засмеялся.

За свою долгую жизнь я встречал самых разных искусительниц, так что попытки Лары меня соблазнить казались мне скорее забавными.

Но, как и всякая симпатичная юная девушка, она всё равно оставалась весьма милой и привлекательной.

Просто я не любил смешивать развлечения и дело.

С Ларой нас должны были связывать деловые отношения, и незачем их портить.

Поэтому объяснение я тоже придумал максимально скучное.

— Я прибыл издалека и двигался не самым простым путём, так что мои собственные бумаги пропали, — предложил я версию. — Теперь проще получить новые, чем восстановить старые.

— Оо, а вы точно родственники? — Лара теперь уставилась на Ольгу.

— Он — мой дядя, — вызверилась та.

— Теперь это так называется? — хихикнула блондинка. — Нет, нет, я ни во что не лезу! Только сразу предупреждаю, я могу оформить документы исключительно на уровень не выше адепта. Потому что дальше уже требуется сдавать экзамены и проходить разные комиссии… короче, всё сложно. Не рекомендую, — серьёзно закончила она.

— Это абсолютно не проблема, — ответил я. — Занизить уровень сил не трудно. Меня полностью устраивает.

— Хмм… — протянула она, проведя пальчиком по моему плечу. — А какой твой настоящий уровень?

— Вне категорий, — не стал врать я.

— Тогда ты обязательно должен показать мне пару заклинаний, — блондинка почему-то восприняла мои слова как флирт.

Я услышал тихое рычание Ольги. Не думаю, чтобы внучка ревновала, скорее, её бесила бесцеремонность, с которой Лара шла к цели. Родственница была уверена, что её дядюшка достоин лучшего.

— Кстати, как ты это сможешь сделать? — перевёл я тему. — Это будут какие-то фальшивые документы?

— Всё абсолютно законно! — гордо заявила Лара. — Сначала мы регистрируем заявление, о том, что ты потерял «личную карту», посылаем запрос в нужный отдел, о том числишься ли ты в наших архивах.

— И я там не числюсь, — кивнул я.

— Правильно, — продолжила Лара, — но мой приятель… тебе ни к чему знать его имя, пишет в ответ, что числишься. Я выдаю паспорт и отправляю ему отчёт о выдаче нового документа. А он задним числом на этом основании вносит тебя в архив! Вуаля, всё получилось.

В очередной раз я удивляюсь ловкости чиновников и их корыстолюбию. Сколько не создавай систему, они найдут в ней лазейки и будут использовать их в своих интересах.

— Отлично, меня устраивает.

— Правда стоить это будет двести тысяч койнов, — сообщила Лара. — Не удивляйся, что дорого, я их беру не только для себя. Потянешь?

Задавая вопрос, она посмотрела на Прохора. Всё-таки он меня рекомендовал.

— Ещё бы, — расхохотался он. — Макс у нас буквально золотом сорит!

— Легальным, надеюсь? — осторожно уточнила девушка.

Догадываюсь, что её услугами интересовались и не самые порядочные субъекты.

— Абсолютно, — подтвердил Прохор, — я тебе говорил, что мы отмечаем зачистку очага? Так вот основную работу сделал Макс, мы только рядом постояли.

— О-о-о, поздравляю! — Лара кинулась ко мне обниматься, так что её пришлось отдирать от себя, словно хищный плющ!

Такое чувство, что она только ждала этого момента.

— Пошли танцевать! — заявила Ольга, хватая Лару за руку и вытаскивая из-за столика. — Поддержи меня, подруга!

Лара поначалу недовольно надулась, но потом решила, что, двигаясь, сможет выгоднее показать все достоинства своей фигуры, и девушки вместе удалились на танцпол.

* * *

Герман Хоффман наконец-то восстановил своё здоровье после того досадного инцидента в торговом центре. И теперь вместе со своими дружками расслаблялся в ночном клубе.

Но тот наглый хер вместе со вздорной сучкой Рихтер никак не выходил у него из головы.

Так что не удивительно, что именно они стали главной темой для сегодняшней горячей беседы под горячительными же напитками.

— Эти пиявки совсем нюх потеряли! — громко возмущался рыжий.

— Вот именно, — согласился Герман, — жалкая обслуга ещё будет выбирать с кем работать? Никто не имеет права воротить нос от Хоффманов!

На этой фразе он с силой опустил кружку на стол, едва её не разбив. Но пиво всё равно расплескалось.

— Да она вообще никто! — не утихали его подпевалы.

— Надо их наказать. Найти и… — рыжий красноречиво провёл пальцем у горла.

— А девку по кругу!

— Да!

— Кстати, а вот и она, — задумчиво произнёс кудрявый, который до этого молчал.

Все разом обернулись в сторону, куда он показал.

И правда. Ольга Рихтер собственной персоной. Вместе с какой-то расфуфыренной сучкой отплясывает себе как ни в чём не бывало.

— А может, тут и этот… второй есть? — икнул темнокожий.

— Надо проверить, — предложил Хоффман, — давайте проследим за ними.

Через некоторое время девушки вернулись к столику, где оказался никто иной, как Макс Рихтер собственной персоной в компании каких-то неодарённых.

— Ну всё. Это судьба, — возбуждённо воскликнул рыжий, — давайте прямо сейчас…

Договорить он не успел. Его перебил сам Герман Хоффман. Он ещё хорошо помнил выволочку, которую получил от старших в роду.

Нет, напролом он точно не полезет. Ещё один скандал ему не нужен.

— Не будем спешить. Как следует отомстить на людях не получится. Лучше подловим их в более укромном месте.

— Правильно! — тут же переобулся рыжий. — Будем мочить их в сортире!

Глава 16

Что ж, можно и в сортире.

Вполне подходящее место, чтобы утихомирить этих утырков.

Я не был бы собой, если бы упустил возможность исследовать клуб с помощью своего теневого разведчика.

Так что уже давно наблюдал за потенциальной проблемой в виде Хоффмана и его ублюдочной компании.

Мне не слишком хотелось тратить на них время. Но раз миром разойтись не получится, то придётся заранее позаботиться, чтобы они не спугнули Лару. Не хватало ещё, чтобы она впрямь насторожилась и отказалась помогать с документами.

Да и, в целом, я если и давал людям шанс, то только один. Не поняли? Не оценили? Вам же хуже. Позволять этим уродам даже гипотетическую возможность снова трепать нервы моей внучке я не собирался.

А вот и она.

Вернулась с танцпола, причём изрядно обеспокоенная. Видимо, тоже заметила наших «красавцев».

— Там Хоффман, — шепнула она мне на ухо, присев рядом, чем вызвала вспышку ревности у Лары, которая растолковала произошедшее по-своему и ещё ближе ко мне прижалась.

Прохора также заинтересовали наши переговоры. Однако инстинкты у него оказались правильные, и он автоматически насторожился, даже не зная пока причины.

Вслух, правда, он ничего не высказал, за что ему ещё один плюс.

Вместо этого, склонившись к Алану он начал что-то ему тихо говорить. И минут через пять его друг уже приглашал Лару на танец.

Блондинка, бросив на меня томный взгляд, тут же согласилась и пошла на танцпол, соблазнительно покачивая попкой. Видно, решила, что это ей как-то поможет вызвать во мне ревность или продемонстрировать гибкость своего тела. В общем, обычные уловки девчонок.

Прохор же теперь, когда мы остались без лишних ушей, сразу перешёл к делу.

— Что-то не так?

— Герман Хоффман здесь, — объяснила Ольга, — этот придурок давно ко мне цепляется, а недавно Макс хорошенько макнул его физиономией в грязь. Так что он, наверняка, будет искать неприятностей.

— Слышал о нём, — покачал головой Прохор, — он и правда отбитый на всю голову. Возможно, нам стоит быстренько свернуть встречу или поехать в другой клуб.

Ольга горячо закивала, поддерживая его слова.

— Почему бы его просто не убить? — удивился я. — Раз он так упорно нарывается?..

Прохор с его ребятами засмеялись, очевидно, решив, что я шучу. Но, в конце концов, Калинин всё-таки решил привести свои доводы:

— Хотел бы я решать проблемы так просто. Но даже если представить, что мы с ними сейчас сцепимся, то потом мы огребём ответку от Хоффманов. Ни один род не оставит подобное оскорбление без ответа. Тем более от неодарённых, — он помедлил, — и от лекарей.

Ольга снова согласно закивала и тихо добавила, чтобы остальные не услышали:

— У нас и так уже проблемы с Веласко…

Я же, ухмыльнувшись, ответил Прохору:

— Это если кто-то узнает! Достаточно просто не оставлять свидетелей.

Прохор снова улыбнулся, очевидно, всё ещё думая, что это лишь гипотетические рассуждения.

— Если до этого я ещё немного сомневался, то теперь начинаю верить, что ты тыщу лет проспал. Сейчас повсюду камеры висят, куда не повернись, — объяснил он, — И смартфоны тоже у всех. Стоит случиться какой-то заварушке, как нас снимут на добрый десяток устройств, и уже через минуту о драке будет знать весь мир.

— Да… — протянул я, — это и впрямь неприятно.

Я вспомнил, что в торговом центре тоже смуглый парень говорил что-то про записи с камер, которые он изучал. Демир… Демир… Что-то знакомое вертелось в голове, связанное с этим родом. Нет, не помню, видимо, незначительное.

— Ольга, — спросил я, — камеры тоже работают от энергии скверны, как и смартфоны?

— Да, — мгновенно ответила она, а потом на её лице отразилось осознание, — только не говори мне, что ты задумал…

— Нет, ты что? — прервал я её, разыгравая невинность. — Чтобы я⁈ Да никогда в жизни! Мне просто что-то резко захотелось в туалет.

Встретившись со мной взглядом, Ольга поняла, что спорить бесполезно, и отступила. Прохор же снова лишь беззаботно усмехнулся.

Сразу понятно, что парень ещё очень плохо меня знает.

Я же встал и демонстративно направился в сторону уборной, не забыв пройти прямо мимо столика Хоффмана, сделав вид, что совершенно не замечаю их компании.

Я специально подгадал момент, когда внутри туалета никого не будет, отправив впереди себя своего теневого разведчика.

Так что, когда за мной закрылась дверь, я, не теряя ни минуты, быстро вычислил нахождение всех камер и сломал их одним касанием. Их пытались сделать «скрытыми», но эти штуки так фонили скверной, что найти их было совсем легко.

А уже затем осмотрелся более предметно.

Но ничего особенного не обнаружил. Сортир, как сортир. Несколько кабинок, зеркало над умывальниками. Разве что грязновато, но для таких мест это норма. Клуб, может, и элитный, но всегда найдётся алкаш, который отольёт мимо унитаза.

Из-за этого и запашок стоял такой себе. Но пару минут можно и потерпеть.

Хоффман просто не сможет устоять перед такой приманкой.

Почему-то всякая мразь обожает решать проблемы в туалетах. Вспомнилась вдруг магическая школа. Меня туда определили в двенадцать лет и сразу в выпускной класс. Дурацкие правила иначе не позволяли сдать экзамен на Магистра.

Восемнадцатилетним идиотам-одноклассникам показалось тогда, что я умничаю. Они подстерегли меня в туалете, чтобы «показать моё место».

У четырёх кланов тогда сменились наследники, ещё восемь отделались длительным лечением. Сортир пришлось отстраивать заново на средства проигравших.

Да, этот случай засчитали за экзамен и отправили меня домой.

Милейший старикашка ректор опасался, что я разрушу ещё что-нибудь.

К счастью, Хоффман не заставил меня долго ждать. И уже через полминуты, они всей своей небольшой компанией, ввалились внутрь и дружно оскалились.

— Ну что, козёл, думал тебе всё с рук сойдёт? — начал наезд усатый Герман.

— Мы тебя и из-под земли бы достали, — ухмыльнулся рыжий.

Двое оставшихся просто заняли позиции так, чтобы я не мог проскользнуть мимо них к выходу из туалета.

Вот только бежать стоило бы им.

— Ну что? Ещё от страха не обоссался? — снова решил поглумиться Хоффман. — Если попросишь прощения на коленях, может быть, я даже не спалю тебе яйца. Ну? Чего молчишь?

В этот момент он повернул руку ладонью вверх и начал формировать над ней огненный шар.

Не удивительно. Я ещё в торговом центре понял, что его стихия — огонь. Что же касается остального… я словно вернулся в свои детские годы. Все его попытки меня зацепить были примерно такого же уровня.

Но даже так этот придурок уже наговорил себе на смертную казнь.

Несмотря на то, что я потратил почти всю энергию на зачистку очага, никаких неудобств из-за этого я не испытывал.

Усиление, которое я использовал перед этим, всё равно работало целые сутки. Ну а новые доноры сами прыгали ко мне в руки.

Грех отказываться.

Главное, не позволить этому усатому дурачку слишком сильно потратиться до того, как я заберу у него всю энергию до капли.

Дождавшись, когда он швырнёт свой файрбол, я не стал давать ему возможности создать второй. Просто уклонился, и заклинание пролетело мимо меня и с громким шипением разбилось о влажный кафель.

На и без того не отягощённой интеллектом физиономии Хоффмана застыло крайне тупое выражение. Он явно не ожидал такой ловкости от обычного лекаря.

Что ж, время удивляться второй раз.

Моя тень вытянулась, превратившись в когтистые лапы. Они вцепились противнику в ноги и резко дёрнули его на себя. Герман грохнулся, даже не попытавшись устоять на ногах. А затем тень буквально подтащила его ко мне, как тряпку.

Я редко использовал этот трюк. Нормальный маг никогда бы не позволил вражеской тени так легко до него добраться. Но с этими доходягами и в таком тесном пространстве она показала себя просто отлично.

— Какого чёрта? — что он, что его компания буквально взорвались ругательствами.

Но ещё не осознали надвигающийся на них трындец. Иначе бы уже драпали из туалета так быстро, как только могут.

Я поставил Хоффману ногу на голову и начал перекачивать в себя его силу.

Конечно, при касании рукой это делать удобней, но для обученного некроманта по сути нет особой разницы.

Через несколько секунд с Германом было покончено. А я перевёл взгляд на остальных. Их зрачки расширились от ужаса. Кажется, они наконец-то поняли, что пора валить. Вот только моя тень уже перекрыла им дорогу к выходу.

Опять же, будь они нормальными магами, то это задержало бы их не дольше, чем на секунду.

Но не удивлюсь, если магия теней также забыта в этом мире, как и некромантия. Ведь только мы умели ей пользоваться.

— Не ведитесь, парни! — заорал рыжий, пытаясь подбодрить остальных. — Герман жив! Я уверен!

Если бы не громкая музыка, то его бы точно услышал весь клуб. Ну а так, никаких лишних свидетелей он не привлёк.

— Мы втроём справимся! — снова заорал он, вот только его порыв никто не торопился поддержать.

Вместо этого они, громко матерясь, пытались понять, как отодвинуть от двери тень, которая мешала им нащупать ручку.

Рыжий же выставил руку вперёд и направил на меня поток воздуха, закрутив его в мини-смерч, размером с футбольный мяч.

Я едва не прослезился от умиления. Даже огненный шар Хоффмана на его фоне казался ультимативным оружием.

Я даже не стал уклоняться, просто шагнул к Рыжему и одним касанием осушил его слабый, почти игрушечный источник.

Увы, но двое его друзей тоже ничем меня не порадовали. Они оказались даже слабее. Похоже, что Хоффман за их счёт неплохо так самоутверждался.

Ладно, пора заканчивать, пока никто другой не начал сюда ломиться.

Настало время второй части моего плана.

* * *

— Всё-таки не зря мы бросили пить, да, Ганс? — счастливо спросил у своего братюни Фил.

— Это точно, бро. Ещё никогда мой мозг не был таким ясным.

Друзья сидели на причале, свесив ноги, и ели мороженое. Ночь была тёплая и звёздная. А они только что провели успешную тренировку на турниках в ближайшем дворе.

С тех пор, как они поняли, что зомбиапокалипсис может наступить в любой момент, а никто не собирается решать эту проблему, то решили взять всё в свои руки.

Даже если они не сумеют остановить неизбежное, то по крайней мере будут к этому готовы!

По этой же причине они начали копить деньги на гараж с подвалом, чтобы обустроить там собственный бункер, запастись консервами и водой… в общем, всё как полагается!

Вдруг они услышали позади себя тяжёлые шаги. Кого интересно принесло сюда в такое время?

Но лучше бы они не оборачивались. От вида смутно знакомой картины Ганс вздрогнул, а по спине Фила пробежал нехороший холодок.

По причалу медленно двигались четверо. И любой бы подумал, что они просто пьяные. Любой, но только не Фил с Гансом. Нет, это точно была походка зомби. Точно такая же, как у тех… в ту памятную ночь.

Они её ни с чем не спутают. Но теперь они были абсолютно трезвыми!

Пока Фил всерьёз раздумывал не сигануть ли ему в море от греха подальше, зомби уже прошли мимо них, как и в тот раз не проявляя никакого интереса к живым.

Но дальше случилось нечто ещё более странное. Они подошли к краю причала и…

Плюх!

Каждый из них по очереди нырнул в воду, поднимая этим симпатичный столб брызг.

— Это что же… — произнёс Ганс после минуты молчания, — они нападут на город, поднявшись из пучины морской как армия утопленников?

От шока он даже разговаривать начал в несвойственной себе пафосно-книжной манере.

— Ясное дело, — согласился Фил, — а иначе зачем им туда прыгать? Видно, штаб там их, или что бывает у зомби…

— Может, ещё корабли-призраки приплывут…

— Хреновы дела наши, — подытожил Фил, а потом хлопнул себя по лбу: — ты видео снял? Или хотя бы фото?

— Вот чёрт! И на этот раз облажались! Опять никто не поверит!

— Нет, братюня, наш путь — выживание!

* * *

Я вернулся к столику с безмятежной улыбкой, которая обманула всех, кроме Ольги.

Она решительно вцепилась мне в руку и тихо спросила, что я сделал. И, похоже, не собиралась отпускать, пока я не отвечу.

Лара с Аланом уже тоже вернулись с танцпола, так что блондинка вновь швыряла в мою внучку огненные взгляды.

— Всё в порядке, Ольга, — с улыбкой ответил я. — Хоффман нас больше не побеспокоит.

По её лицу прошла тень, но расспрашивать подробности при остальных она уже не стала.

Прохор, услышав это, тоже лишь удивлённо поднял бровь, но промолчал.

Я же вернулся к своему виски и продолжил отдых. Мне и моим людям не о чем беспокоиться. Я обо всём позаботился. Раз в этом времени никто не верит в зомби, то и любое расследование зайдёт в тупик. Тем более, что род Хоффман появился во время моего тысячелетнего отдыха.

Сомневаюсь, что они что-то знают о Рихтерах.

В общем, день выдался плодотворным, а вечер приятным, и прерывать его из-за такого пустяка я не спешил.

Когда я озадачился проблемой, как устранить Хоффмана максимально незаметно, вспомнил забавную историю про своего старого знакомого виконта Кристи.

Когда бы я его не встретил, он постоянно был озабочен вопросами алиби. Этот кобель никак не мог приструнить свои желания и вечно бегал налево, а потом искал способы предоставить своей жене достаточно доказательств, что он вовсе ей не изменял.

Но Агата, так звали его супругу, к его несчастью, дурой не была. А потому постоянно ловила его на горячем. Более того, её дар значительно превосходил способности Кристи. Так что он регулярно нарывался на хорошую такую выволочку.

Но никогда не сдавался. Слабоумие и Отвага.

Чтобы успокоить Ольгу я рассказал эту историю, и она, кажется, сообразила, к чему я повторяю слово «алиби». После этого её отпустило, и она снова расслабилась.

А вот обрадовалась рассказу более всего Лара. Хотя, похоже, она была от природы смешливой. С тем же успехом я мог просто показывать ей палец, чтобы девица заливисто и от души хохотала.

Прохор же целый вечер решительно пытался меня споить. Раз за разом он подливал мне виски, на что я охотно отвечал, предлагая выпить вместе.

Но, если я легко контролировал уровень алкоголя в крови и всего лишь поддерживал настроение на отметке приятной расслабленности, Прохору ничего не оставалось, кроме как неминуемо скатываться в хмельной угар.

В итоге он так и задремал, уронив голову на сложенные руки. Его подчинённые из «Чистилища» забрали его с собой, выступив буквально в качестве грузчиков.

И даже извинились перед нами с Ольгой, сказав, что никогда до этого не видели Прохора настолько пьяным. Более того, они были уверены, что его вообще невозможно споить.

Я бы мог облегчить ему завтра похмельные муки, но намеренно не стал это делать. Наоборот, думаю, это будет хороший урок для Калинина. Если противник не по зубам, нужно уметь вовремя остановиться.

Случайной жертвой алкогольного марафона Прохора стала и Лара. Девушка оказалась даже крепче владельца «Чистилища», поскольку ещё ворочала языком и пыталась стоять на ногах. И даже отчаянно порывалась «тусить» дальше.

Пришлось нам с Ольгой отвезти её и сгрузить дома, как бы упорно блондинка за меня не цеплялась.

— Всё понятно, — пробормотала она напоследок, — родственница… так я и поверила…

Расстраивать девушку не хотелось. Так что я просто применил на ней свою магию расслабления. Пусть лучше выспится. Завтра в офисе она мне нужна свежей и работящей.

* * *

Утро у Эмре Демира началось с долгожданного доклада Али.

— Ну, что ты выяснил? — поторопил он его, не скрывая заинтересованности.

Он даже отменил важную встречу, когда узнал, что Али, наконец, готов ему что-то рассказать.

— Не так много, — раздался разочаровывающий ответ, — откуда он взялся, пока не ясно. Но сейчас живёт в доме лекаря Ольги Рихтер.

Эмре кивнул.

— Продолжай. Или это всё?

— Нет. Мои ребята заметили ещё кое-что странное. Возле их дома стоят целых две машины рода Веласко. Как они с ним связаны, я ещё не выяснил. У самих Веласко, по понятным причинам, интересоваться не стал.

— Правильно, — одобрительно качнул головой глава клана Демир, — незачем давать им повод в ответ совать свой нос в наши дела.

— И есть ещё кое-что. Гораздо более тревожное. Вчера ночью Герман Хоффман и трое его друзей вышли из ночного клуба и дружно утопились. Сразу же. Без видимых причин.

— Подробности? — поднял бровь Эмре.

— Их видели выходящими из клуба и идущими к морю. Они выглядели пьяными, но никто их не принуждал.

— А что же Рихтер? — уточнил старший Демир. — Дай угадаю, он тоже в тот вечер был в клубе?

— Именно так, — коротко подтвердил Али, — но насколько мне известно, они не общались. Хотя записи с камер я получить не смог. Клуб принадлежит Крамерам, так что…

Эмре отмахнулся. С Крамерами они никогда не ладили. Вечные их конкуренты в индустрии торговли и развлечений. Поэтому никаких других объяснений ему не требовалось.

— Значит, это всё-таки его рук дело, — подытожил он.

Али не сдержал удивления.

— Да кто он такой вообще?

Эмре задумался, тяжело вздохнул, но всё-таки ответил:

— Хорошо. Ради твоей же безопасности я немного поясню, кто такой Макс Рихтер.

Глава 17

Эмре встал, прошёлся по кабинету и остановился перед панорамными окнами, глядя на город.

Вид с последнего этажа небоскрёба всегда его успокаивал. Напоминал о том, как высоко он сумел забраться.

— Ты знаешь, Али, что я живу уже далеко не первый день. Если быть точным, то пятьсот сорок четыре года. За это время я много чего видел и слышал. Да ты и сам уже не молод. Тебе почти триста, для многих наших молодых родственников и слуг ты и сам почти реликт. Всё же лишь десять процентов из всех одарённых переживают своё двухсотлетие.

Али кивнул, но ничего не сказал в ответ. Он бесконечно уважал своего прапрадеда, главу дома Демир, чтобы лезть в его рассказ со своими замечаниями. Так что он приготовился просто слушать.

Эмре, тем временем, продолжал:

— Мой прадед тоже был сильным одарённым и сумел прожить почти семьсот лет. Хотя даже он не был так силён, как великие князья. Но и над ними когда-то возвышался один настоящий монстр. Макс Рихтер.

Эмре вернулся к столу и снова сел в кресло, вытянув ноги.

— Хасан Демир был очень умным человеком. Я многому у него научился. В том числе держать рот закрытым, а глаза и уши широко раскрытыми и запоминать всё, что только может когда-нибудь пригодиться. Из крохотной лавки артефактора он создал настоящую сеть ломбардов во всех крупных городах. А я продолжил его дело, недаром именно меня прадед выбрал своим преемником.

Али смиренно ждал. Этот рассказ про то, как Эмре расширил и привёл клан к настоящему успеху, он слышал уже не раз. Их глава вовсе не был лишён тщеславия и любил при случае ввернуть историю-другую о той работе, что ему пришлось проделать, чтобы поднять род.

К счастью, сегодня он закончил с этими воспоминаниями довольно быстро и вернулся к теме:

— Одна из мудростей, которым научил меня дед, звучала так. «Даже когда антилопа мирно пасётся на лугу, она должна видеть, что делает лев». Как ты знаешь, наш клан не из тех, кто может похвастаться мощными боевыми магами. Конечно, сейчас у нас есть целая армия, но это заслуга денег, а не магических сил. Мы всегда были артефакторами, торговцами, алхимиками… И то, что нас так и не сумели окончательно подмять под себя боевые династии, — это лишь благодаря нашей хитрости и везению. И неизвестно чему больше.

Речь Эмре прервал звук его смартфона. Недовольно поморщившись, он сбросил звонок и продолжил.

— Поэтому я не забыл ничего из того, что мне рассказывал дед о «львах». И про Макса Рихтера тоже. Тем более, что он был самым сильным хищником в нашей саванне. В шестнадцать лет он сдал экзамен на архимага, высшую ступень мастерства, как ты помнишь. В двадцать два года Макс встал во главе рода вместо отца, которого убили в клановых войнах. За следующие сто лет Рихтер уничтожил всех причастных к его гибели вместе со всеми их кланами. Истребил под корень.

Эмре потарабанил пальцами по столу, словно собираясь с мыслями, а затем продолжил:

— Вскоре после этого Рихтер объединил под своей властью все кланы некромантов. Причём большинство из них сами пришли к нему, понимая, что не выдержат конкуренции, да и, как говорил дед, они в принципе её боялись… Конкуренции этой. После того, как сам дед Рихтера возродился в виде лича и превратил весь север Галлии в безлюдную пустыню, Макс — единственный, кто сумел его упокоить. Так что вопросов о лидерстве больше не возникало. И это только малая часть его известных дел.

— Известных? — поднял бровь Али. — Но почему тогда я ничего о нём не знаю? Так же, как и о некромантах. Разве это не простая страшилка из сказок и фильмов?

— Потому что всё это происходило тысячу лет назад, — ответил Эмре, но лишь на один вопрос, а остальное технично проигнорировал.

Будто бы они ступили на территорию, где делиться подробностями глава уже не собирался.

Али задумался, но решил всё-таки спросить ещё кое-что:

— А вы уверены, что всё это правда? Я не сомневаюсь в честности моего далёкого предка. Но… старцы, прожившие много лет, порой сами уже не понимают, что было истиной, а что выдумкой.

Вопреки ожиданиям, сомнения в Хасане не вызвали в Эмре никаких бурных эмоций. Он лишь кивнул, соглашаясь, что в словах Али есть смысл, и пояснил:

— В коллекции прадеда хранился старый портрет одного аристократа. Хасан утверждал, что это и есть великий некромант древности. И его лицо, как две капли воды, было похоже на лицо Макса Рихтера, которого я увидел на камерах.

— Могу я на него взглянуть?

— Увы, прадед однажды его кому-то продал за баснословную сумму. И отказался говорить кому. До сих пор не понимаю, зачем кому-то он так сильно понадобился…

Ответы Эмре многое объясняли. Но оставалась ещё одна странность.

— А где всё это время пропадал Макс Рихтер? Тысяча лет — это не шутки.

Глава клана Демир вздрогнул, а затем, словно отгоняя от себя дурные мысли, быстро ответил:

— Это не так важно. Важнее, что он теперь собирается делать.

* * *

Эта ночь выдалась насыщенной. Впервые я попробовал поглотить энергию в чистом виде. Специально для этого я оставил себе два самоцвета, полученные из «толстяков» в очаге и несколько мелких «бусинок» из прыгунов.

Убедившись, что внучка уснула, я лёг на диван в той части конюшни, которую она называла «гостиной», и крепко сжал в ладони самоцвет.

Волна огня прокатилась по каналам, заставив тело выгнуться от боли. Проклятая тысячелетняя спячка! Чужая энергия, враждебная нашему миру пыталась изменить мой организм или уничтожить его.

Неодарённые просто умирали, не выдерживая её. Маги мутировали, подстраиваясь и приспосабливаясь. И только некроманты могли с ней бороться.

Раньше бы я даже не заметил такую крупицу скверны, а сейчас она буквально выжигала меня изнутри.

Самоцвет, который представлял собой ни что иное, как чужеродный магический очаг, создаваемый телом для хранения энергии скверны, рассыпался у меня в ладони, а затем даже крупинки впитались в кожу.

Я прислушался к своему организму и не почувствовал никаких негативных последствий. Кроме, пожалуй, боли. Но её я давно привык не замечать.

Так что я раздавил в ладони ещё один самоцвет и все мелкие крупинки, а затем просто уснул. Не на тысячу лет. Всего лишь на пару часов.

Так что утром внучка привычно застала меня в кресле за журналом с чашечкой ароматного кофе. А Фреда за плитой в её любимом фартуке с котиком.

Как-то она призналась, что сначала это обстоятельство её ужасно взбесило. Но теперь она только блаженно улыбалась, глядя на то, как умертвие суетится, накладывая ей в тарелку горячие ароматные блинчики и поливает их кленовым сиропом.

Плотно позавтракав, мы сразу же отправились по делам и уже через полчаса вышли из химеромобиля возле офиса Лары.

Она работала в деловом районе города, почти в центре. Разные конторки здесь были буквально повсюду. А ещё я впервые так близко увидел небоскрёбы. В моё время даже маги-отшельники не строили себе настолько высоких башен.

И, признаюсь честно, монументальность этих сооружений впечатляла. Но я не мог отделаться от мысли, что строить такие стал бы только очень бедный род, которому не хватает земельных владений в собственности. То ли дело — мой старый замок, с одного конца которого другой было уже не разглядеть.

Офис Лары располагался в одном из этих человейников, но всего лишь на десятом этаже. Мы быстро добрались туда на лифте.

Кабинет девушки снова вернул меня к мыслям о бедности, потому что по моим меркам сидела она в какой-то каморке. Маленькой и тесной. Единственное отличие в том, что здесь было большое окно.

А ещё Лара очевидно была совсем не рада меня видеть. А ведь вчера она разве что из трусиков не выпрыгивала, стремясь меня заинтересовать.

Впрочем, удивляться не приходилось. Я не поддался вчера на все её авансы, и теперь, возможно, она чувствует себя отвергнутой. А отвергнутые девушки хуже дракона.

Хотя, если бы она знала всю правду, осталась бы мне ещё благодарной.

Мой организм настолько изголодался по магической подпитке, что стоило мне только расслабиться во время процесса, и я мог совершенно случайно выкачать из неё всю энергию.

Прямо как те вампиры в книжках, которыми забиты все полки у Ольги.

А если не расслабляться, то какой в этом смысл?

Но во всяком случае, хоть и с ужасно недовольным лицом, она всё-таки начала делать работу. Сначала меня сфотографировала, а потом сунула мне пачку документов на заполнение.

Правда, когда я их вернул, начались проблемы.

Скривившись, девушка заявила, что она, конечно, примет заявку, но данных для выдачи «личной карты» не хватает. Для подтверждения магического уровня нужно пройти экзамен.

— Так что без сертификата о прохождении экзамена на подтверждение уровня ничего не получится, — развела руками она и даже сделала вид, что ей жаль.

Но лишь на мгновение. Очень быстро на её лицо вновь вернулась неприязнь.

— Но мы ведь вчера договорились… — попробовала возразить Ольга.

— Откуда мне знать, что вы не соврали про свой уровень? — холодно отчеканила Лара. — Я не могу заполнить только с ваших слов. Это большие риски для моей репутации.

Пока девушки спорили, я внимательно разглядывал блондинку. Её мимика говорила не только о раздражении и неприязни. Будь я менее опытным, то вряд ли заметил бы за ними что-то странное. Но некоторые признаки выдавали её с потрохами.

— Лара, — наконец, вмешался я, — как часто у тебя бывают такие головные боли?

Девушка осеклась на полуслове, и на несколько секунд в кабинете повисла напряжённая тишина.

— Что, прости? — удивлённо переспросила она.

— Я вижу, что тебе нехорошо. И это точно не последствия вчерашнего веселья. Такое бывает с тобой часто, ведь так?

Вчера я применил на неё заклинание расслабления, а это значит, что похмелья у неё просто быть не может.

— Как ты узнал? И почему ты думаешь, что это не из-за… выпивки? Но да… у меня частые мигрени.

Я встал, подошёл к ней ближе и провёл пальцем по шее. Она вздрогнула от неожиданности, но я уже начал пояснить.

— Вот здесь. Ты пережгла энергетический канал. Всё из-за этого.

Лара снова изумлённо замолчала, а потом начала несмело отвечать:

— Я… действительно сожгла энергосистему, когда готовилась к экзамену на магистра, но откуда ты… Чёрт! — вдруг вспыхнула она. — Да я даже его не сдала! Всё было зря. И теперь я застряла здесь, на должности сраного младшего офисного сотрудника!

Она в сердцах ударила кулаком о стол.

Для неё это явно больная тема. И даже Ольга, которой Лара совсем не нравилась, теперь смотрела на неё с видимым сочувствием.

— Дай мне минуту, — улыбнулся я и снова прикоснулся пальцами к её шее.

Она удивлённо на меня посмотрела, но возражать не стала. А, когда я убрал руку, она ошарашенно произнесла:

— Боль отступила… но я ведь уже обращалась к лекарям, никто не смог это исправить. Я пыталась накопить на услуги элитных целителей из рода Вийон, но такими темпами, это продлилось бы несколько лет.

— Что ж, поздравляю, ты только что сэкономила кучу денег. А примерно через полгода сможешь снова попытаться сдать свой экзамен. Только больше не пользуйся этой дрянью.

— Дрянью? — не поняла девушка.

— Дядя имеет в виду благодать, — перевела Ольга.

— Я всё ещё не могу поверить… это правда? — на глазах Лары появились слёзы. — Нет, я сама чувствую, что правда. Магия течёт иначе. Я больше не калека, боже мой…

Она закрыла лицо руками, но быстро пришла в себя.

— Я… я не знаю, как вас… тебя отблагодарить.

— Документов будет достаточно, — напомнил ей, почему я здесь.

— Да-да! Конечно! — засуетилась Лара. — И я не возьму свою долю. Так что всё обойдётся на треть дешевле. Дайте мне несколько минут!

Девушка вернулась к работе с таким воодушевлением и энтузиазмом, которого, наверняка, никто никогда за ней не замечал. Она даже специально вызвонила своего коллегу, чтобы тот быстрее подтвердил какую-то там заявку.

Так что меньше чем за десять минут всё было готово, и она вручила мне конверт со всем необходимым.

А значит, пора заняться другими важными делами.

Мы с Ольгой поспешили попрощаться, но Лара проводила нас до самого автомобиля, продолжая рассыпаться в благодарностях. Уверен, она бы и в машину к нам залезть не постеснялась, чтобы продолжить, если бы не встретила грозный взгляд внучки.

После него счастливая как никогда блондинка, наконец, ретировалась, а мы поехали дальше.

— Надо купить ещё один смартфон, — сообщил я Ольге,

Она удивилась:

— Для тебя? Разве он не сломается?

— Сделаешь всё ты. Зарегистрируешь меня в этом вашем лекарском приложении. Пора нам плотно заняться проблемой торговцев органами. Шансы найти ту девушку, Алину, живой уменьшаются с каждым днём.

Ольга серьёзно кивнула, и мы поехали к ближайшему салону сотовой связи.

Когда со всеми приготовлениями было покончено, внучка спросила:

— А как ты собираешься их ловить? Хочешь найти тот заказ?

Я кивнул.

— Ты всё правильно поняла. Будем ловить поганцев на живца.

* * *

Банда «Свободные волки», как они гордо себя называли, расслаблялась у себя на базе. Точнее, в доме одного из них. У него недавно скончалась дальняя родственница, и каким-то чудом он унаследовал целый особняк, который быстро и решительно превратил в притон.

— О! Кто-то принял заказ, — радостно сообщил банде их связной по кличке Хакер.

От хакера в нём было только то, что в отличие от большинства здесь, кто закончил лишь школу, он всё-таки проучился в институте целый год на программиста.

А от связного то, что именно он оставлял в приложении заказы и отслеживал их статус.

— Будет на месте примерно через полчаса, — добавил он.

— Погнали тогда, чего сидим, — отозвался их главарь Мерк.

В его случае прозвище уже ничего не значило, а было лишь производным от фамилии.

Он резво поспешил к выходу, а за ним потянулись и остальные. Кто-то столь же бодро, а другие нехотя. Но так или иначе, а через минуту уже все семнадцать членов банды уселись на мотоциклы и завели моторы. Ну, почти все. Один из них сел за руль небольшого фургона, в котором планировалось перевозить жертву.

Банда помчалась и быстро добралась до точки встречи возле одного из заброшенных городских домов. Этот вроде пострадал от пожара, и его так и не отреставрировали.

Спрятав мотоциклы и фургон на заднем дворе, точнее, там, где он когда-то был, они сами спрятались в тени развалин и приготовились ждать.

— Эй, Мерк, — вдруг окликнул главаря один из них, — слышал, что прямо тут на днях другая банда пропала. Кто-то их заказ принял, а потом всё, как сквозь землю провалились.

— А ты, Бес, теперь городские страшилки собираешь? — сплюнул Мерк. — Знаю я этих слабаков… Кир с Риком, да?

Он кивнул.

— Так вот, — продолжил главарь, — они как говно в проруби. Мутили тут всякое-разное. Всё ждали шанса сорвать куш. Кир мечтал казино обыграть. Дурачьё, — снисходительно ухмыльнулся он. — Копил бабки на поездку в Лас-Альдос. Ну вот видать и накопил. Смылись они из города, зуб даю.

— Я и не знал, что ты с ними общался, — встрял в разговор Хакер.

— А я и не общался. Этот придурок со мной подружиться в баре пытался. На уши присел. Хотел совместно с нами похищения проворачивать. А нам оно надо? У нас и так дела отлично идут. На кой хер с кем-то делиться?

— Верно, верно! — посыпались одобрительные возгласы остальных.

— О, вот и жертва! — воскликнул самый глазастый, указав на приближающуюся тень среди домов.

— Похоже, это мужик, — нахмурился Хакер.

— И что? — хохотнул Мерк. — Боишься, отлупит тебя, как батя?

Банда заржала. Многие из них видели, как однажды за Хакером по улице с ремнём гнался его отец после того, как сына впервые обвинили в мелкой краже.

Воспитание не помогло, правда.

Хакер потом просто сбежал из дома.

— Ладно, ладно, тише! — проржавшись с остальными, потребовал Мерк. — Не спугните бедного лекаря. Он и так щас что-то заподозрит, если не дурак.

Все замолчали. И дождавшись, когда жертва подойдёт поближе, бандиты выдвинулись прямо на него.

Мужик испуганно заозирался, но быстро сообразил, что убегать тут бесполезно. Особенно, когда часть байкеров вновь завела свои мотоциклы. На всякий случай.

— Пожалуйста, — испуганно обратился к подошедшему к нему главарю лекарь. — Что вы хотите? У меня есть деньги. Я всё отдам!

— И даже больше, чем ты думаешь, — ухмыльнулся Мерк и достал шокер.

* * *

Это было трудно. Очень.

Изо всех сил я стиснул зубы, чтобы не заржать.

Даже не знаю, как они мне поверили. Думал, что вот сейчас весь мой план и провалится. Но, видимо, то, как я чуть ли не затрясся, сдерживая смех, бандиты приняли за дрожь от страха.

Ну и хорошо. Разубеждать их я, естественно, не стал. Как и сопротивляться.

Хотя, когда сквозь моё тело прошёл слабый заряд тока, я снова чуть не попался, не сразу сообразив, что это за штука такая, которой меня ударил их главный.

Тем более, что мой организм на подобные угрозы реагировал автоматически, сразу же оптимизируя свою работу и избавляясь от возможных последствий.

Но через секунду я всё-таки догадался, что, видимо, это и есть тот момент, когда надо изобразить потерю сознания. Так что расслабил мышцы, закрыл глаза и упал.

К счастью, эта небольшая заминка не вызвала у похитителей никаких вопросов.

Мне на голову надели мешок и куда-то быстро потащили.

Глава 18

С этим планом меня ждали сплошь тяжёлые испытания.

Смеяться нельзя, двигаться теперь тоже. Да и вообще ничего нельзя.

Только лежи себе и притворяйся мёртвым. Скука смертная.

В фургоне отчётливо и едко воняло какими-то препаратами, дешёвым алкоголем, потом и даже блевотиной. К счастью, тележка на которую меня положили, была относительно чистой.

Насколько я мог судить, везли меня вовсе не за город, как я почему-то рассчитывал.

Я прекрасно помнил, как резко ухудшилось качество трассы, когда мы выехали к очагу. Сейчас же дорога была гладкой и ровной.

Единственное развлечение — управлять ящеркой, смотреть на происходящее её глазами. Ну и, разумеется, ставить метки на бандитах, чтобы потом их не искать. Да, мой теневой разведчик теперь умеет и такое.

Ну а я что, дурак, чтобы упускать потенциальных слуг? Нормальных людей из них всё равно не получилось, может быть, хоть после смерти принесут пользу.

Никакой жалости я к этим тварям не испытывал даже близко. Те, кто хладнокровно продают людей на органы, просто не имеют права жаловаться, если найдётся хищник покрупнее, который разберёт на части уже их самих.

Затем моё недвижимое тело перегрузили в другой фургон. Здесь уже было чисто и опрятно, зато в вену тут же ввели убойную дозу транквилизатора, а на лицо нацепили маску с дыхательной смесью, в которой преобладал кислород.

Если до этого момента и были какие-то сомнения в цели похищения, то сейчас они все развеялись. Меня собираются использовать в качестве донора.

Фургон, кстати, оказался одним из медицинских автомобилей, что я уже наблюдал в городе. С вполне узнаваемой раскраской.

И люди в нём были одеты в белые халаты. Что их нисколько не оправдывало, скорее, наоборот.

— Не окочурится? — спросил один, сидящий рядом с водителем.

— Нет, — покачал головой тот, что находился возле меня. — Эти аккуратные, шокером долбанули. Не то что вчерашние дебилы…

— Угу, — чертыхнулся первый, — дубинкой по башке приголубили… пришлось ещё последствия черепно-мозговой компенсировать, а то бы не довезли…

— Им мозги не понадобятся уже, — хохотнул первый.

Что же, эти ребята тоже заслужили свои метки и вдумчивый разговор после.

Наконец, фургон остановился, и меня выкатили наружу.

Прямо к чёрному входу одного вполне приличного здания.

Интерьер внутри совсем не походил на бандитское логово. Скорее, на дорогую частную клинику. Как выглядят такие места, я знал из журналов.

Не меньше четверти рекламы в них приходилось на медицинские услуги. Похоже, со здоровьем у потомков серьёзные проблемы.

Меня провезли по длинному коридору и поместили в одной из маленьких одноместных палат, переложив на кровать и подключив к каким-то приборам. Видимо, чтобы удалённо наблюдать за состоянием.

Дверь в палату была металлической, закрытой на ключ, так что помещение выполняло функции ещё и тюремной камеры.

Но вентиляция в здании была просторной, так что ящерка моментально обшарила всё, и вскоре я полностью представлял себе ситуацию.

Перед тем, как приступить к выполнению плана, я, разумеется, позаботился о том, чтобы поднять ей уровень, тем самым значительно расширить количество информации, которую она может хранить и передавать.

В соседних помещениях находились ещё трое человек без сознания, причём одна девушка подходила под описание Алисы, которую мы искали.

На это я и рассчитывал, надеясь застать её живой. Зачем хранить органы, если можно содержать доноров до нужного случая.

В других помещениях суетилось с десяток медиков. Все одарённые, хотя и уровни не выше адепта. А вот в отдельной комнате сидели двое боевиков, судя по магическому фону, уровнем не ниже экзекутора.

Тем веселее будет.

Составив представление о том, что меня окружает, я приступил к следующему этапу. Его выполнение зависело не от меня, и это был удобный случай проверить, могу ли я положиться на своих новых помощников.

* * *

— Ты уверена, что эта ящерица сумеет нас найти? — с сомнением спросил у Ольги Прохор.

— Конечно, — уверенно кивнула она, — дядюшка никогда не ошибается.

Прохор же мог только позавидовать её уверенности. Сам он всё ещё не мог поверить, что вообще участвует в подобном деле. Но факт остаётся фактом. Они с Ольгой сейчас сидели внутри угнанного им фургона и нервно ждали новостей.

Угнать фургон — первое из неожиданных заданий Макса.

Но, когда Прохор попробовал возразить, что на криминальные дела он не подписывался, у него совершенно отчётливо нагрелась печать клана.

Как бы намекая, что дискуссии неуместны.

Правда, тут же подключилась Ольга, которая объяснила, зачем это всё делается.

Макс предпочитал выдавать информацию дозированно, исключительно касающуюся боевой задачи, но и возражать не стал.

Когда Прохор понял, в чём дело, то и сам возмутился до глубины души.

Калинин до чёртиков ненавидел охреневших мразей, которые ради денег готовы на что угодно.

Так что иного варианта, кроме как согласиться с планом сумасшедших Рихтеров у него не оставалось.

Но это не значило, что он не беспокоился. Это Рихтеры — психи, да, теперь он убедился, что и Ольга тоже слегка того, хотя меньше нравиться она ему от этого не стала.

Но он-то нормальный! Он знает, что чудес не бывает. И нельзя одним днём придумать хороший план и тут же воплотить его в жизнь.

Да ещё и практически в одиночку выступить против организованной преступности. А что у такой схемы будет серьёзная крыша, причём, скорее всего, клановая, он не сомневался. Такие задачи им не по зубам.

Точнее, в этом он был уверен раньше. До знакомства с Максом. А теперь? Чёрт его знает. Но всё равно тревожно.

— Есть! Вот и она! — прервала его размышления Ольга, открыв дверь фургона.

Внутрь тут же прошмыгнула маленькая ящерка. Прохор видел её впервые, и на его взгляд она ничем не отличалась от любой такой же рептилии.

Но Ольга дотронулась до неё и мгновенно застыла, будто провалившись куда-то в иной мир. И вырвалась из этого оцепенения она только через пару минут. После чего извиняющимся тоном сказала:

— Я только начала тренировки, так что расшифровываю мыслеобразы не так легко, как хотелось бы. Но скоро смогу делать это быстрее.

Прохор кивнул и порывисто спросил:

— Ну что? Где он?

— В частной клинике «Виталайф». Кажется, это в центре…

— Что? Ты уверена? — нахмурился Прохор.

Это была одна из самых знаменитых клиник города. Не то чтобы он не мог поверить в то, что они могут этим заниматься. Но не прямо же там! Можно сказать, на глазах у всех.

Впрочем, он уже давно понял, что зачастую, чем больше денег, влияния и известности, тем больше наглости.

— Конечно, уверена! — почему-то обиделась Ольга, приняв его сомнения на свой счёт, — я специально несколько раз этот момент посмотрела. Даже увидела, что у них сегодня санитарный день. На двери объявление висит.

Он примирительно поднял руки.

— Ладно, ладно! Не кипятись! Едем, куда скажешь!

* * *

Мой теневой разведчик отправился передавать информацию сообщникам, а я хоть и мог бы наблюдать за окружением его глазами, но не стал.

Пока ящерка рядом, я почти не тратил энергии на такие наблюдения, но, чем она дальше, тем больше энергии жрёт постоянная связь.

Необходимости в этом сейчас не было, так что я предпочёл сэкономить силы на другое.

Благодаря энергии, поглощённой сегодня ночью, мой уровень равнялся примерно Магистру.

Это на ступеньку ниже, чем у проминающих задницами кресла экзекуторов. Но запас энергии в поединке магов — это далеко не всё.

Как я уже говорил, чем выше мастерство, тем меньше требуется энергии на выполнение того или иного заклинания.

Всё шло по плану. И спустя какое-то время я почувствовал приближение теневого разведчика, а значит, и Прохора с Ольгой.

Как только ящерка оказалась на территории клиники, я тут же снова к ней подключился, чтобы увидеть, как грузовик с моими ребятами тормозит неподалёку от чёрного входа.

В достаточном удалении, чтобы не вызвать лишних подозрений у охраны.

Как только открылась водительская дверь, ящерка тут же юркнула наружу, а Прохор поспешил открыть двери фургона.

Что ж, осталось в последний раз проверить обстановку, и можно начинать.

Теневой разведчик вновь быстро проскользнул внутрь клиники. И теперь я видел, что обстановка здесь действительно изменилась.

Возле одной из комнат, где держали пленных доноров, наметилась странная активность. Дверь была открыта, а в коридоре дежурил целый наряд магов.

Боевых, этих-то я ни с кем не спутаю. Уровни так себе, адепты и парочка магистров. Похожи на чью-то охрану.

Кого и от кого они собираются здесь охранять?

Ящерка тем временем проскользнула в открытую палату, и я увидел там сразу несколько медиков. Все они суетились возле девушки, погружённой в искусственную кому и различных приборов рядом с ней.

Таких же, какие окружали и меня самого.

Я понятия не имел, что означают все эти цифры, показатели и графики, но, очевидно, они сообщали медикам что-то важное о состоянии донора.

И, на мой взгляд, это был символ не прогресса, а упадка в лекарском деле. Хороший целитель и без всей этой мишуры прекрасно понимает, что происходит с его пациентом.

Даже для меня, некроманта, это не составляло особых проблем. А ведь это совсем не моя специализация.

Но больше всего меня сейчас интересовала судьба девушки-донора. Скорее всего, она именно та, кто мне и нужна.

Конечно, остальных пленников я здесь тоже оставлять не собирался. Но вокруг них не толпился целый консилиум.

Так что, прежде чем действовать, я решил подождать ещё немного.

* * *

Барбара Торп родилась в богатой и влиятельной семье, но всё равно считала, что ей не повезло. Никто в её роду не обладал даром. И сама она тоже не была одарённой. Сначала это было детской обидой, что она не может стать прекрасной феей-волшебницей.

А вместе со взрослением пришло понимание, что она теряет намного больше. Несмотря на всё влияние семьи Торп, власть кланов была сильнее и гораздо более всеобъемлющей.

И это не говоря о том, что даже самая слабая одарённая с любым жалким даром постареет и умрёт гораздо позже, чем она, Барбара.

Но всё-таки родители сумели объяснить ей ещё одну вещь. Пусть природа не была к ним щедра, но при достаточном упорстве и беспринципности можно достичь всего. Даже обмануть саму судьбу.

«Деньги и власть — вот настоящая магия!» — говорил её отец.

Так что она играла теми картами, что раздала судьба.

Подстраивалась под сильных, шла по головам у слабых, пока не добилась должности начальника отдела Снабжения и Логистики в муниципалитете.

Теперь даже кланы вынуждены были считаться с Торп в своих делах. Не самые сильные, разумеется, но даже сама мысль, что одарённые льстиво улыбаются ей и приносят подношения, грела её душонку.

Её охрана состояла из одарённых, даже её секретарша была Адептом.

Кажется, она компенсировала все недостатки своего происхождения.

Кроме одного.

Сейчас, когда Барбаре исполнилось пятьдесят два года, она была готова отдать всё что угодно, только бы вернуть ускользающие молодость и здоровье.

Естественно, она в числе первых узнала о том, что появилась новая технология и новая услуга. Недешёвая, конечно. Совсем недешёвая. Но оно того стоило.

И предстоящая операция обещала ей именно это. Наконец-то нашлась идеально подходящая для неё одарённая девушка-донор. Все органы которой скоро будут принадлежать Барбаре.

И она жадно предвкушала свою новую жизнь. Тем более, что испытания уже проводились и завершились оглушительным успехом.

Почти никаких рисков и такой эффект омоложения, о котором раньше нельзя было даже мечтать.

Ну а то, что ради этого кто-то умрёт, — сущая ерунда. Бедняки постоянно умирают. Ни от одного, так от другого. А пиявки — та же челядь, чей смысл жизни прислуживать настоящим аристократам и таким важным людям, как она.

Так что Барбара и не думала забивать свою голову какими-то лишними беспокойствами.

И, когда её встретил Томас, директор клиники, она буквально светилась от счастья. А заодно с удовольствием отметила его особое к ней отношение. Её ждали уже на парковке и тут же повели внутрь, любезно отвечая на все её вопросы.

В такие моменты Барбара почти забывала, что ей не повезло родиться не в клане.

И, когда она изъявила желание посмотреть на донора, её без лишних вопросов провели в нужную палату.

«Симпатичная, — довольно отметила она про себя. — Возможно, эти её гены тоже на что-то повлияют при пересадке… »

— Госпожа Торп, — снова подчёркнуто почтительно обратился к ней директор, — вам пора готовиться к операции. Позвольте, я вас провожу.

* * *

Увы, но медики и не думали расходиться. Более того, постоянно прибывали всё новые лица. В конце концов, в коридорах появилась какая-то явно большая шишка, перед которой все расстилались мягким газончиком.

Сначала я собирался дать всем посторонним возможность убраться из клиники, прежде чем начинать заварушку. Но быстро понял, что этого не произойдёт.

Кроме того, нездоровой движухи вокруг предположительно Алины Астер становилось всё больше.

И только дурак бы не понял, что её уже готовят к операции. Что ж, значит, я успел вовремя, как никогда.

И у меня ещё достаточно времени, чтобы как следует позабавиться.

Первое, что я сделал — это заставил свой организм работать таким образом, что приборы вокруг меня реально взбесились.

Признаюсь, я даже не ожидал, что всё получится настолько хорошо, но теперь наслаждался настоящей какофонией из тревожных писков и сигналов. Оборудование отчаянно требовало к себе внимания.

И реакция не заставила себя долго ждать.

Вскоре на пороге моей палаты оказались два медика.

Я же продолжал маскарад, но ровно до того момента, как один из них встревоженно надо мной наклонился, всматриваясь мне в лицо.

Тогда я резко открыл глаза и одновременно вцепился рукой ему в грудь. Он вскрикнул и почти мгновенно упал замертво.

Я очень быстро выкачал из него энергию. Но вполне возможно, что умер он от испуга.

Отбросив его в сторону, я вскочил с больничной койки, одновременно срывая с себя всевозможные шнуры и датчики, которыми меня обвесили как новогоднюю ёлку.

Второй адепт в это время уже тоже орал и собирался дать дёру. Его я подцепил тем же приёмом, что и Хоффмана. Подтянул к себе с помощью тени и также быстро выкачал силы. Слабаки.

* * *

— Охренеть! — не сдержал крика один из двух охранников, сидящих в комнате видеонаблюдения.

После чего добавил ещё несколько крепких нецензурных выражений.

— А? Что? — оторвался от смартфона второй.

— Да ты глянь, что пленник творит! У нас тут труп!

Второй вздрогнул и перевёл взгляд на экран, о котором говорил его коллега.

— И какого хера ты только орёшь⁈ Тревогу поднимай, чёрт бы тебя побрал!

— Сейчас, — потянулся он к кнопке, — а ты мне тут не указывай!

Однако дальше спор не пошёл. Оба мужика напряжённо уставились на экран, наблюдая за развитием событий.

— Это что ещё за магия такая? — удивился второй, глядя на теневые лапы. — Я думал, что из одарённых в доноры разве что пиявки попадают…

— Понятия не имею, — столь же изумлённо отвечал ему первый. — Одно я знаю точно. Хорошо, что сегодня в клинике два экзекутора. Не хотел бы я разбираться с ним сам.

— Второй, кажись, тоже мёртв.

— Ага… быстро он. А ведь это адепты были.

Охранники переглянулись, поняв друг друга без слова. Они оба по уровню сил были лишь подмастерьями.

Это ровно на один ранг слабее адептов.

Поэтому им и доверили только отслеживать камеры. И сегодня явно был не тот день, когда они об этом жалели.

— Может, ещё сирену врубим? — опасливо предложил первый.

— Да не, давай подождём экзекуторов. Этот… вроде пока из палаты не выходит.

— Ждёт чего-то, что ли?

— Ага, смерти своей, — нервно заржал второй. — Уж боевики его точно на салат покрошат. А если мы панику по всей клинике поднимем, нас с тобой по головке не погладят. Тут много влиятельных людей лечатся, сам знаешь.

— Ладно, — согласился первый, но всё-таки переместил ладонь ближе к кнопке сирены.

Два экзекутора и впрямь уже спешили к месту инцидента. Но, что важнее, сосредоточившись на наблюдении за палатой, шокированные охранники упустили, что от чёрного входа, по коридорам продвигается вперёд ещё одна подозрительная компания.

Донор-убийца же был на удивление спокоен. Он словно ждал тех, кто придёт с ним расправиться. Причём даже не думал устроить засаду или ещё как-то увеличить свои шансы на победу в сражении.

Просто стоял по центру комнаты и смотрел на дверь.

И вот та распахнулась, а внутрь ворвались сразу двое. Притом, уже в полной боевой готовности. Каждый из них был укрыт энергетическим щитом и держал руку наготове для каста атакующего заклинания.

— Вот, чёрт! — внезапно воскликнул первый охранник. — Коридор Б6! Это что, атака зомби⁈

Как и многие дилетанты, охранник не разбирался в видах нежити. Хотя спутать серые фигуры с серпами вместо рук с банальным зомби было непростительной ошибкой.

— Нам надо предупредить…

— Поздно.

Жнецы Макса Рихтера уже ворвались в злосчастную палату и атаковали экзекуторов в спину.

Глава 19

Уважаемые читатели! Представляем вам черновой вариант главы. Просим прощения за опечатки.

Вычитанный и отредактированный вариант будет выложен утром. Спасибо за понимание!

Самые отстойные битвы — те, где приходится бегать за противниками. К счастью, у меня для этого есть слуги.

Но всё равно, я всегда предпочитал встречать врагов лицом к лицу. Особенно если они рвутся ко мне сами.

И сейчас я был уверен, что они придут. Мне даже не нужно было дополнительное подтверждение от теневого разведчика.

Так что я просто приказал жнецам, которых мои ребята привезли внутри угнанного фургона, двигаться прямиком ко мне.

А сам уже предвкушал новую драку.

После своего возрождения я сталкивался только со слабыми одарёнными, в основном адептами. Да даже магистры — это, по сути, лишь середина пути для мага. Хотя и его проходят не все.

Но дальше одарённые выбирают специализацию. Ну, или она их выбирает. И экзекутор — это уже следующая после магистра ступень, причём для тех, кто решил идти по пути именно боевого мага.

Так что на этих ребят я уже всерьёз рассчитывал. Не только потому, что могу получить от них больше энергии. Но и потому, что надеялся, наконец, нормально размяться и проверить себя в схватке с противниками, которые хоть что-то умеют.

По уровню энергии, я сейчас был даже слабее, чем они. Другое дело, что в битве магов, запас сил — это ещё не всё.

Дверь распахнулась и в палату влетели двое. Да, именно те, кого я и ждал. Сразу готовые к бою.

Оба в одинаковых чёрных костюмах и в масках с прорезями для глаз. Причём совсем не из обычных материалов. Я чувствовал в них магию, почти такую же, какая исходила от их энергетических щитов.

Значит, обычным оружием эту ткань не пробить. Да и магические атаки будут менее эффективны.

Один из них был значительно крупнее другого. Выше и шире в плечах. Настоящий амбал. И он же сразу вступил в бой.

С его ладоней вырвались и полетели в мою сторону электрические снаряды. Каждый не больше шарика для пинг-понга, но зато разом больше пятнадцати штук.

Верный расчёт с его стороны. В таком узком помещении уклониться от них — весьма непросто.

Я не хотел тратить энергию на теневой купол, но враг не оставил мне выбора. И его мини шаровые молнии теперь с громким треском разбивались о мою защиту.

Второй же экзекутор не спешил лезть в драку, пока лишь наблюдал. Он же и пострадал первым, когда в палату ворвались мои жнецы.

Ну как пострадал… лезвия двоих жнецов тяжело опустились на его щит и тут же отскочили. А сам маг мгновенно начал расплываться в воздухе, а затем совсем исчез.

Похоже, драка будет даже интереснее, чем я думал.

Невидимость — сложное заклинание, которое по плечу лишь некоторым магам с особым даром. Возможно, этот парень уже в полушаге от следующей ступени мастерства.

Жнецы разом переключились на амбала и успели несколько раз приложить его по щиту. Я и не рассчитывал, что они смогут его пробить. Но резерв всё равно истощался, предоставляя мне удобный момент.

Так что я вложил в свой теневой клинок побольше энергии и рубанул в тот самый миг, когда враг отвлёкся на одного из жнецов.

Лезвие пробило щит, а затем и ткань его костюма, оставив на теле рваную рану.

Но, когда я хотел нанести ещё один удар, то почувствовал чужую жизненную энергию у себя под боком. Невидимка! Это он заходил ко мне за спину.

Я тут же шагнул вперёд, прямо в обманчивый силуэт своей тени.

Обманчивый, потому что тень некроманта — лишь видимость настоящей. И сейчас я воспользовался ей как мини-телепортом, чтобы исчезнуть за миг до того, как ледяной кинжал невидимки разрежет воздух там, где я только что стоял.

Теперь я оказался прямо за амбалом и видел, как его напарник потерял концентрацию и снова стал видимым.

На него сразу же накинулся один из моих жнецов. Пока двое остальных продолжали испытывать на прочность щит другого.

Амбал не сразу понял, с кем имеет дело, поэтому пытался отвадить химер электрическими атаками, но они не приносили никакого толку.

Тогда он вскинул обе руки и материализовал в них оружие. Настоящую электропилу!

Видел такие в журналах, жуткая штуковина!

И сразу же начал раскручиваться как волчок, грозя превратить в фарш любого, кто окажется рядом. Я среагировал мгновенно, прикрыв теневым куполом своих жнецов, хотя и потратил на это кучу энергии.

А затем сам снова сделал шаг в тень, вернувшись в центр комнаты, где один из слуг дрался с бывшим невидимкой. Тот фехтовал очень умело, но с трудом противостоял почти звериной силе химеры.

По какой-то причине колдовать он пока не хотел. Бережёт силы на меня?

Зря. К тому же он слишком уж увлёкся дракой со жнецом, так что теперь пропустил мой удар.

Я смял своим клинком его щит. Но на большее энергии удара не хватило. Костюм выполнил свою роль, защитив ублюдка от раны.

Однако самую большую опасность всё ещё представлял маньяк с пилой. Он продолжал крутиться вокруг своей оси, наступая на моих химер.

И броня купола постепенно истончалась.

Эту машину смерти нужно срочно остановить, пока она не оставила меня без слуг!

Так что уже не думая об экономии энергии, я снова обратился к магии теней.

Я подловил момент и швырнул свой клинок в стену рядом с ним. Его собственная тень выступила мишенью. И, попав ровно в центр, я превратил её в ловушку.

Амбал сразу замедлился. А тень начала раздуваться и медленно поглощать его самого.

Будь у меня больше энергии, она бы окутала его коконом за пару секунд. Но сейчас могла только ползти, даруя врагу надежду вырваться из этих силков.

Чем он и пытался заняться. Но теперь радиус его буйства стал чётко ограничен, и мы со жнецами могли сфокусироваться на втором экзекуторе.

Пока, кроме невидимости, он ничего такого не показал, что не могло не настораживать. Наверняка у него ещё есть в запасе сюрпризы.

И, словно читая мои мысли, он вновь исчез, чтобы появиться у окна в конце палаты. Там он взмахнул руками, и на нас полетели крутящиеся лезвия. Причём на всех уровнях комнаты. По задумке мага они должны были одновременно достичь наших голов, ног, туловища… уклониться невозможно.

К счастью, я ещё мог поддерживать теневой купол, так что отбил эту атаку. Но с поганцем надо срочно что-то делать.

В этот момент тень уже сковала почти половину тела амбала, и я решил рискнуть.

Два моих жнеца тут же подскочили к нему и заблокировали его пилу, своими лезвиями.

Ну, так как могли. Одному с треском перерубило конечность по самое плечо, второй успел отвести удар и отделался глубокой зарубкой на костяном острие.

Так что, я уже прорвался к нему с другой стороны и положил руку на плечо. Чтобы понять, что его костюм не даёт мне выкачивать из него силу. Чёрт.

К счастью, он уже был ранен, и я быстро переместил руку к тому самому рваному порезу.

Пришлось измазаться в его крови, но я тут же почувствовал, как в меня бурным потоком вливается энергия.

Как нельзя кстати, ведь второй охранник удвоил количество атак, так что мой купол постоянно получал повреждения. И поддерживать его становилось всё сложнее.

Но не теперь.

Что ж. Пора заканчивать.

Амбал уже умер, и теперь осталось лишь поймать второго. Но тот сразу всё понял и вновь ушёл в невидимость. Не удивлюсь, если собрался бежать. Не получится.

Я картинно хлопнул в ладоши, и палата погрузилась в полную, непроглядную тьму.

Ещё одно заклинание магии теней, позволяющее некроманту чувствовать пространство вокруг себя. Дорогое по стоимости в силе, но незаменимое против подобных противников.

Теперь я буквально каждой клеткой своей кожи чувствовал всё, что происходит во тьме. И глаза для этого совершенно не нужны.

Невидимка действительно уже крался в сторону двери. Но я с улыбкой приказал своим жнецам встать у него на пути.

Я рассчитывал, что они сейчас просто его окружат и забьют как слепого мышонка. Но враг сумел меня удивить. Каким-то образом он почувствовал опасность и, быстро развернувшись, рванул к окну.

Струсил! Маг-экзекутор убегает от какого-то магистра! Прямо аж гордость берёт!

На окне, разумеется, стояли решётки. Но для его уровня они не были проблемой, он бы вынес их одним ударом вместе с куском стены.

Ну нет! Я сразу побежал за ним следом и успел в последнюю секунду. Он уже разбил стекло и выпрыгивал из палаты, а я схватил его за шкирку буквально на вылете.

И быстро втащил внутрь.

Правда, чтобы пробить его щит, пришлось отрастить на руке костяные когти.

Перешагнув на новый уровень, я мог изменять своё тело, словно химеру. К примеру, отращивать на руках двадцатисантиметровые, острые как бритва лезвия.

Похожие на косы жнецов, только ещё и напитанные магией.

Правда, энергии в них пришлось вложить кучу.

Но теперь мне это было уже не важно. Умирая, амбал, щедро со мной поделился.

Да и сейчас, я сумел не только затащить невидимку обратно в палату, но и ранить его. А значит, ничего не мешало мне выкачать и его силы тоже.

Теперь, когда с обоими экзекуторами было покончено, оставалось только приступить к рутиной зачистке остальных комнат и спасению пленников.

Я отправил своих жнецов патрулировать коридор, а сам поспешил в палату к Алине Астер.

Теперь я уже точно был уверен, что это она. Ольга подтвердила, увидев мыслеобраз, а ящерка передала мне информацию.

Палата девушки уже опустела. Очевидно, медики предпочли спасаться пока не поздно.

Но вряд ли у них получится далеко убежать. Я уже слышал крики в коридоре. Жнецы — очень быстрые. А их противники слабые.

Отцепив от девушки оборудование, я подхватил её на руки и понёс к выходу. Приводить её в чувство я не стал, лучше сделать это в машине. Ни к чему ей видеть всё, что тут происходит.

У входа я передал её с рук на руки Ольге, а сам с Прохором поспешил обратно. Зачистка требует методичности.

Остальных я пока не трогал. Живых свидетелей оставлять нельзя, так что пусть побудут в коме.

Так что судьба остальных работников клиники была для меня ясна. Все они причастны, так что мои запасы биоматериалов сегодня пополнился.

Прохор был нужен мне не как боевая единица, а как знаток обычаев и нравов современности.

Именно он нашёл сейф в кабинете директора клиники, и посоветовал не убивать того сразу, а выяснить код.

Кстати, тот был магистром. Позорище.

В моё время даже подмастерья обладали большим боевым духом и волей к победе.

После двух экзекуторов я его силы даже не почувствовал. А вот Прохор был весьма впечатлён.

— Поверить не могу, что ты… его нейтрализовал так быстро, — сказал он мне, роясь у директора в сейфе.

Перед смертью тот любезно сообщил мне код, в момент, когда жнец игриво щекотал его шею своей косой.

— Лучше скажи есть ли там что-то важное? — спросил я в ответ.

— Да, конечно… тут совсем нет денег, но зато целая куча документов, дисков и флешек.

Мой помощник воткнул одно из устройств в ноутбук и присвистнул. На экране демонстрировалась операция, причём явно не сегодняшняя. В палате лежал мужчина с моложавым наглым лицом.

— Это же вице-мэр, — изумился Прохор.

Главный врач, видимо, решил подстраховаться, и хранил компромат на целую кучу людей, которые пользовались незаконными услугами клиники.

Это разумно, ведь так они точно не станут болтать, даже по небрежности. Зато теперь эти свидетельства утянут на дно всех причастных.

Я кивнул.

— Отлично. Это мы оставим. А сейчас дальше. Быстрее.

Примерно через две минуты, Ольга уже вызовет полицию. А значит, у нас есть в лучшем случае минут семь, чтобы всё закончить.

К сожалению, избежать спешки было нельзя. Ведь эта клиника наверняка находится под покровительством какого-нибудь клана. И сюда уже выдвигаются их боевики, которые постараются замести следы.

По этой же причине я и не трогал пленников, кроме Алины. Они — тоже живое свидетельство.

Наконец, мы нашли комнату видеонаблюдения. Охранники, которые в ней дежурили, давно побросали свои места и нашли свою смерть где-то ещё. Но я оценил количество экранов, показывающих каждое помещение. Каждый уголок в медцентре.

Пожалуй, это и впрямь несколько удобней, чем держать армию теневых разведчиков. Хотя разведчики однозначно надёжнее.

Думаю, в моих владениях я буду совмещать оба подхода.

На этой мысли я вывел из строя всё местное оборудование, попутно уничтожив информацию.

Перед тем как покинуть здание, я заглянул в предоперационную палату, где готовилась к пересадке органов та самая чиновница, из-за которой чуть не убили Алину.

У неё была собственная охрана. Целых два адепта, которые тоже едва не выпрыгнули в окно, когда увидели моих жнецов.

Пока я разбирался с ними, чиновница успела перепробовать все способы склонить меня на свою сторону. Она угрожала своим статусом и влиянием, сулила мне золотые горы, а затем просто умоляла меня сжалиться и бессовестно врала, что ничего не знала.

Честно сказать, её вопли даже за одну эту минуту так мне надоели, что я бы прикончил её только за это.

Но в моих глазах она и так была соучастницей всего, что здесь происходило. Так что я отдал жнецу приказ снести ей голову без всяких колебаний.

Наконец, мы вырвались из душной клиники на свежий воздух. Полиция уже почти прибыла, я даже слышал их сирену.

Поэтому до фургона мы уже бежали. Жнецы послушно нырнули внутрь. Туда же уже набились как сельди в бочку и другие зомби, которых я здесь собрал и отправил прямиком в фургон.

Я же сначала лёг на тележку, которую мы заботливо захватили из больницы, и Прохор закатил меня внутрь.

Не слишком удобно, но это один из немногих способов не контактировать с грузовиком, а, значит, не сломать его.

Честно сказать, это было единственное слабое место в моём плане. Если бы бандиты просто швырнули меня в багажник, то даже не знаю, чем бы всё закончилось. Возможно, пришлось бы экстренно искать другую банду, которой можно сдаться.

* * *

Прежде чем везти Алину к родителям, нам нужно было избавиться от грузовика. Мы собирались скинуть его где-нибудь в трущобах, а сами пересесть в химеромобиль, который уже поджидал нас в безопасном месте.

К счастью, Прохор был не прав тогда в клубе, когда говорил, что в городе повсюду камеры. До сих пор остались улицы, где не то что камер, а даже фонарей нет. И сейчас нам это было только на руку.

Уже через полчаса, мы ехали домой.

Алина очень хреново себя чувствовала, хотя я вывел из организма все токсины. Она находилась в коме почти две недели.

Прохор с трудом, но сумел её успокоить. Они оба ехали на заднем сидении авто.

— Всё самое страшное уже позади, — говорил ей Калинин, — ты скоро увидишь родителей.

— Только перед этим я немного тебя подлечу, — добавил я.

Не солидно как-то возвращать домой девушку в таком состоянии. Лекарь я или нет, в конце концов?

Да, кажется, я всё сильнее вхожу в роль.

Я поймал мыслеобраз от ящерки. На всякий случай я отправил её вместе с зомби. Увы, в прицепе химеромобиля места хватало только для жнецов, так что остальные трупы уже привычно плелись домой своим ходом.

Некоторые несли при себе отрезанные конечности, а вредная тётка держала под мышкой свою голову.

Не выбрасывать же полезные ресурсы.

Интересно, поместятся ли они все у меня в лаборатории? Кажется, там намечается перенаселение.

* * *

— Экстренный выпуск!

Затянутая в строгий костюм ведущая новостей едва не захлёбывалась от восторга.

— Полиция в ходе внезапного рейда ликвидировала подпольную клинику по пересадке органов!

На экране мелькали стражники, много стражников бродили туда сюда создавая видимость кипучей деятельности. Они спорили, тыкали пальцами в сломанную мебель и стены и что-то записывали в свои блокноты.

— Жертвы похищения уже дают показания! — продолжала выкрикивать журналистка.

Из клиники выводили людей, их укутывали в тёплые пледы, усаживали в медицинские фургоны и увозили.

— Есть доказательства причастности к незаконным операциям высших чиновников городской власти! По словам начальника полиции уже открыты десятки уголовных дел.

Размытые кадры с операции, лиц не видно, словно их замазали специально.

Усталый мужчина с роскошными усами обещал, что все факты будут дотошно расследованы, а виновные понесут наказание. Судя по подписи снизу, это был начальник полиции.

Он сообщил, что весь персонал скрылся в неизвестном направлении и теперь объявлен в розыск.

На этих словах я хмыкнул. Ищите ветра в поле!

— Мы уже в новостях! Жесть! Вовремя мы оттуда смотались!

Ольга развернула в мою сторону смартфон и вообще очень эмоционально жестикулировала:

А дальше диктор объявил о каком-то срочном и эксклюзивном включении.

И на экране появилась Катарина Вийон собственной персоной.

Состроив свою самую невинную мордашку, она выглядела одновременно очень растерянной и возмущённой.

— Это всё какая-то ошибка! — горячо убеждала она журналистов, — клан Вийон просто хотят подставить. Или же нас самих обманули… мы никогда не занимались ничем противозаконным! Да и зачем? У нас миллиардный бизнес, репутация… Вийоны всегда служат обществу! Но мы во всём разберёмся, поверьте. Виновные будут наказаны.

Она сверкнула глазами и отключилась.

Вот, оказывается, кому мы наступили на хвост.

Я покатился со смеху. Вот же актриса! Так талантливо сыграть оскорблённую невинность надо уметь. Заодно стало понятно, кому на самом деле принадлежит эта клиника.

Но одно я знал точно. Её последняя фраза была не игрой.

Недостаток магических способностей Катарина заменяла упорством и мстительностью. Так что до меня она обязательно доберётся. Вопрос только в том, когда.

Хоть что-то в мире осталось неизменным. Я даже немного соскучился по этой истеричке. По крайней мере, один настоящий враг забрезжил на горизонте.

Глава 20

На срочном совете клана, за большим овальным столом в каминном зале родового поместья, Катарина Вийон рвала и метала.

Теперь, когда больше не нужно было притворяться милой и пушистой, она не сдерживалась ни в эмоциях, ни в выражениях.

— Объясни мне, Луи, с каких пор ты стал таким тупоголовым неудачником?

Она обращалась к парню, которому на вид едва ли можно было дать восемнадцать лет, притом, что на самом деле его возраст перешагнул далеко за двести.

У него были большими голубые глаза, светлые кудри и лицо чистое и свежее как у младенца. Среди представителей семьи Вийон традиционно много красавиц и красавцев, но этот даже на их фоне выделялся поистине ангельской внешностью.

Но укрыться от гнева главы рода ему это всё равно не помогало.

— Я… — начал было он, но его тут же вновь прервала Катарина.

— Ты до сих пор не нашёл двух пропавших кураторов, которые исчезли вместе с одной из групп поставщиков, — нависла она над парнем, — но в твою пустую кучерявую башку не пришло не просто поставить план на паузу, но просто усилить меры безопасности.

— Но… — он снова попытался взять слово, но в этот раз его заткнули ещё грубее.

Теперь заклинанием.

— Слушай, что я говорю! — сверкнула глазами злая, как фурия, Катарина.

— Ты подвёл клан. И твои жалкие оправдания уже никого не интересуют. Более того, ты даже не поставил в известность никого о том, что что-то идёт не так.

— Я всегда говорил, что Луи не подходит на эту должность, — вмешался худой мужчина средних лет с короткой ухоженой бородкой. Благодаря этому, он напоминал дьявола, как его рисовали на средневековых гравюрах.

Следующее заклинание немоты полетело уже в него.

— Заткнись, Филипп. Ты всё равно не пропихнёшь своего племянника в совет. А ещё раз попытаешься воспользоваться кризисной ситуацией в своих интересах, вылетишь отсюда сам.

Филипп мгновенно изменился в лице и виновато склонил голову.

— Но иногда я вообще не понимаю, зачем нам совет, в котором никто ничего не знает и ни за что не отвечает, — Катарина обвела глазами всех присутствующих, а их здесь было без малого двенадцать человек, — хоть кто-то из вас владеет информацией?

Каждый с кем она сталкивалась взглядом, опускал глаза, а тишину, в конце концов, прервала сама глава:

— За дверью стоят два моих информатора. И они уже за полчаса выяснили хоть что-то. А что делали вы и ваши слуги? Жалкое зрелище.

Катарина встала из-за стола и сама открыла дверь, впуская в зал ещё двоих одарённых. Молодую девушку с ноутбуком в руках и мужчину чуть постарше. Они оба были одеты в строгие костюмы и выглядели так, словно только что вернулись с важной деловой встречи.

— Леди Катарина, — поприветствовали они главу поклоном.

А затем девушка поставила ноутбук на стол и начала говорить:

— Сначала я хочу показать вам видео того, как клиника выглядит сейчас.

На экране появилась запись, как некто идёт по коридорам, снимая окружение.

— Как видите, — поясняла рассказчица, — все наши медики, охранники и прочие служащие просто исчезли. Кроме того, практически нет следов сражений. Нет крови, трупов. Ничего. Как будто все просто испарились.

— Вообще никого не нашли? — переспросил один из представителей совета.

— Никого из тех, кто хоть что-то видел. Мы не знаем, погибли они или похищены, но на контакт вышли либо те, кто покинул клинику до нападения, либо те, кто находился совсем в другой части медцентра.

— Камеры на улице? — последовал ещё один вопрос.

— Действительно, — хмыкнула Катарина, там весь район просматривается.

— Кроме этого квартала, — покачал головой мужчина, — очевидно, гости клиники не хотели светиться возле этого места, так что запись не велась. На столбах висят. «пустышки».

— Зои, вы искали по маячкам в смартфонах? — серьёзно спросила Катарина у девушки.

— Разумеется, — кивнула та, — нет никаких сигналов. Точнее, мы нашли несколько брошенных телефонов в самой клинике. Но остальные пропали так же, как и их владельцы. Всё абсолютно глухо. Очевидно, все наши маячки сломаны.

В этот момент картинка на ноутбуке показала одну из палат, подробно задержавшись на окне. Здесь содержали пленников, так что на нём были решётки. Но их вырвали с корнем и разбили стекло.

— Похоже, как минимум одна драка всё-таки была, — задумчиво прокомментировала увиденное Катарина.

— Да. Это очевидно. Но собрать биологический материал не удалось. Наши работники не обнаружили ни капли крови, ни единого волоса. Вообще ничего, что могло бы дать какое-то представление о том, кто здесь сражался.

— Какое-то дезинфицирующее средство?

— Исключено! Боевики клана прибыли туда спустя пять минут после того, как получили сигнал тревоги, полиция была уже внутри.

— Значит, заклинание?

— Но кто способен работать с живой материей на таком уровне? Кроме нас, Вийонов, я имею в виду⁈

Вопросы сыпались один за другим и повисали в воздухе.

А камера продолжала бесстрастно фиксировать творящийся в клинике разгром. Мебель и дорогостоящее оборудование, которое словно порубили в капусту гигантскими тесаками.

Катарина нахмурилась. Что-то ей это напоминало. Какое-то очень старое воспоминание крутилось в голове… кажется, это было в замке Готье Салазара.

Готье был любимым внуком старика Армана, главы клана Салазар и однажды вседозволенность и самодурство ударили ему в голову.

Как-то на приёме в своём замке он отнёсся к одной из некроманток неуважительно. Кажется, попытался удержать её силой. Вроде бы, ему это даже удалось.

Макс Рихтер, тогдашний глава клана вырезал его имение подчистую. А после этого

не оставил за собой никаких следов. Был у него такой пунктик… Катарина даже помнила заклинание, которое он использовал для таких дел. Тление.

Арман Салазар тогда сделал вид, что замок опустел сам собой. Решил, что его клан ещё легко отделался.

Но долго думать об этом не хотелось. Не самые приятные воспоминания. К счастью, Рихтеров нет уже много веков.

Не время гоняться за призраками. Надо сосредоточиться на настоящем.

Так что она мотнула головой, отбрасывая ненужные мысли, и вернулась к делам сегодняшним.

— И, что совсем нет никаких зацепок? — поинтересовалась она у Зои.

— Есть, моя леди, — почтительно обратилась к ней девушка, — мы проверили все камеры там, где они всё-таки работали, и обнаружили крайне подозрительный фургон, который уехал со стороны медцентра как раз в период, когда происходило нападение. Увы, он быстро затерялся в трущобах, но наши люди уже их прочёсывают.

— Отлично, — кивнула Катарина, — докладывайте мне всё о ходе расследования. Клан Вийон ни за что не оставит такую дерзость без ответа!

* * *

Вернувшись домой, я снова задержал взгляд на двух автомобилях с гербом Веласко у нашего порога.

Снова вспомнился дед с его советами. Сейчас он бы точно, хлопая от восторга в ладоши, приказал перевезти эти машины поближе к фургону, на котором мы совершили налёт на клинику Вийонов.

Мой дед был тем ещё манипулятором и не упустил бы случая стравить оба клана.

Но я всегда находил такой подход неспортивным.

Ещё перебьют друг друга без моего участия. И ради чего тогда всё это?

Нет, роль зрителя однозначно не для меня. Так что советы деда подождут.

Но автомобили куда-то откатить всё-таки нужно. У нас тут не частная стоянка для машин рода Веласко и не свалка для мусора.

А сейчас они станут именно хламом. Перед тем, как убрать их с глаз долой, я решил всё-таки выкачать оттуда скверну. Лишней не будет.

Умертвий за руль я всё равно сажать не намерен. И так докатят.

Но это будет ночью, а сейчас нужно заняться Алиной. Ольга, как раз помогала ей выбраться из химеромобиля. Девушка всё ещё была очень слаба, её сильно шатало, и даже разговаривала она не очень связно, жалуясь на то, что всё как будто в тумане.

Не удивительно, две недели в коме — это не шутка.

Но я рассчитывал быстро привести её в чувство. Хотя даже мне понадобилось несколько минут, чтобы очистить организм девушки от препаратов, а также восстановить работу её энергетических каналов, которые тоже здорово пострадали.

То, с чем столкнулась Лара — это лишь цветочки, по сравнению с тем, в какой фарш превратилась энергосистема Алины.

Подозреваю, что какая-то гадость из тех, что ей вкалывали, специально подавляла её магические резервы. На всякий случай.

Однако, стоило мне восстановить даже часть потенциала девушки, как сам её организм оживлённо включился в процесс лечения.

Так уж устроен наш дар.

Он работает, даже если его правильно не развивать.

Ольга тем временем искала во что бы переодеть нашу спасённую. Из больницы мы увезли её в одной медицинской сорочке.

Но найти подходящие вещи, даже в таком огромном гардеробе, как у внучки, оказалось нелегко.

Ольга — высокая и очень стройная. Алина же была ниже её чуть ли на полторы головы, но при этом в теле. Не полная, но, скорее, фигуристая.

Так что блузки, которые приносила на примерку Ольга, категорически не желали сходиться у девушки на груди, отчего та густо краснела.

В конце концов, внучка где-то откопала безразмерную кофту, которую назвала «худи» и просторные домашние брюки на резинке.

— Да… — с сожалением протянула Ольга, глядя на результат своих трудов, — не слишком удачный лук мы тебе подобрали.

Алина же быстро-быстро замотала головой.

— Не говори так! Это лучше, чем я могла надеяться! Спасибо вам большое! Мои родители не увидят меня в этой ужасной простыне и с чумной головой.

Алина вообще непрерывно нас благодарила с момента, как пришла в себя.

Мне даже захотелось её усыпить, чтобы стало потише.

Но Ольге это нравилось, а она сегодня заслужила свой триумф.

Порученную ей часть операции выполнила безупречно.

— Тогда поехали? — улыбаясь, спросила Ольга.

Девушка снова активно закивала, и мы вернулись в химеромобиль. Правда, на этот раз без Прохора.

Потребности в нём не было, и он отправился домой.

До дома Астеров мы доехали быстро, и там ожидаемо стали свидетелями крайне тёплой семейной встречи со слезами, объятиями и поцелуями.

Когда все, наконец, успокоились, хозяева усадили нас за стол и ужасно засуетились, когда поняли, что им нечем нас угостить.

Линда сразу запричитала, мол что она за хозяйка такая, что даже спасителей дочки ничем накормить не может. А Игнат в тот же момент ломанулся в магазин, вернувшись с огромным тортом.

Мы дружно заверили Линду, что достаточно и чаепития.

Впрочем, задержался я не только для того, чтобы отметить счастливое спасение Алины и удачное завершение операции. Игнат поклялся служить мне, и я не собирался освобождать его от этой клятвы. О чём я ему и сообщил, лакомясь вкусным кусочком бисквитного торта.

Я ожидал, что он удивится, не рассчитывая, что я принял его слова всерьёз. Но Игнат приятно меня поразил.

Он сразу же встал, положил руку на грудь и громко объявил:

— Я видел сегодня по телевидению, что на самом деле случилось. Не знаю, как вы сумели такое осуществить, но в одном уверен, — голос мужчины дрожал от волнения. — Вы спасли мою дочь. Моя жизнь принадлежит вам. И отказываться от своих слов я не собираюсь.

— Папа… — нерешительно начала Алина, — ты не должен. Я могу сама отплатить долг. Это ведь меня спасли.

— Я поклялся, — коротко ответил он, а через пару секунд добавил, — к тому же, разве человек, спасший мою девочку, может быть плохим? Но даже если так, я готов и жизнь отдать, лишь бы с тобой и Линдой всё было в порядке.

— Не волнуйтесь, — вмешался я, — жизнь отдавать не понадобится. Я дорожу своими слугами. Но нужно уладить пару формальностей.

И я рассказал им про печать.

— Так что, — продолжил я, рекомендую Линде также её принять и поступить ко мне на службу. Клановая печать Рихтеров так хорошо действует на тех, кто её носит, что влияние скверны на её организм будет практически полностью исключено.

— Я… могу подумать? — спросила она.

— Конечно.

— Тогда не возражаете, если мы посоветуемся в другой комнате? — после этих слов на её лице отобразились муки совести, — простите, пожалуйста! Вы спасли нашу дочь, а я ещё колеблюсь. Но это всё ужасно неожиданно…

Она собиралась продолжать свои извинения и объяснения, но я не хотел тратить на это время, так что быстро её прервал:

— Конечно, вы можете обсудить всё в кругу семьи. Клятву мне дал только Игнат. И я не собираюсь требовать от вас большего.

Моё предложение было для Астеров в определённом смысле подарком судьбы. Саму Алину, как лекаря, ещё могли бы принять в какой-нибудь клан в таком же статусе «слуги».

А вот её родителям подобное не светило. Кому нужны неодарённые, да ещё и не слишком молодые, когда за право служить аристократам борются лучшие из лучших.

Ведь становясь «клановым» им оказываются доступны блага, которое простым людям и не снились. Высокие доходы, особый юридический статус, защита со стороны клановой гвардии и фактическая неподсудность обычным гражданским законам.

Другое дело, что моего клана фактически пока не существовало. И им предстояло связать свою судьбу с судьбой Рихтеров. Вместе идти к величию или погибнуть, как ни пафосно это звучало.

Так что им было о чём подумать.

Астеры рассыпались в благодарностях и ушли в другую комнату. Я мог бы подслушать, о чём они говорят при помощи ящерки. Но по большому счёту, меня это не слишком заботило. Так что я сосредоточился на вкусном тортике.

И уже через пять минут хозяева к нам вернулись.

— Я приму печать и буду служить вам, как и мой муж, — решительно объявила Линда.

— И я тоже, — поддержала мать Алина.

Затем заговорил и Игнат:

— Мы решили, что так будет правильно. Наша семья многим вам обязана. Вы спасли Алину и помогли Линде. Мы вам доверяем и хотим отплатить хоть чем-то.

Я кивнул.

— Тогда приступаем.

Примерно через пять минут ритуал был закончен.

И теперь я был готов раскрыть им правду о себе. Так что мы с Ольгой задержались в гостях у Астеров ещё на полчаса.

В конце концов, преданность и старательность слуг зависит от того, насколько они знают, кому и ради чего служат. Это раньше слава клана Рихтеров гремела повсюду и объяснения не требовались.

А сейчас приходится вести, что называется, индивидуальную кадровую работу.

В головах у моих новых подданных с трудом укладывалось то, что технически мне уже больше тысячи лет. Ну и то, что я некромант, они тоже приняли не без удивления.

— Я вам, безусловно, верю, — в конце моей истории сказал Игнат, — но это не то, что легко уложить у себя в мыслях. Нужно время, чтобы окончательно всё переварить.

— У вас есть время до завтра, — кивнул я. — Уже к обеду я буду ждать вас в своей резиденции, — непривычно было называть так свою конюшню, но такие уж пошли времена, — там мы обсудим ваши новые обязанности и то, как будет оплачиваться ваш труд.

— Да, конечно. Завтра так завтра, — без колебаний отозвался Игнат.

И на этом мы, наконец, попрощались.

На улице уже стемнело. Когда мы в первый раз застали ночь в химеромобиле, я обнаружил, что кое-что не учёл. Фары на моей машине хоть и присутствовали номинально, но совсем не работали. Я тогда ещё не полностью понимал их назначение. Но уже к следующей ночи я всё поправил, так что мы отлично видели всё, что происходит на дороге.

Если, конечно, на неё смотрели. Недавно я всерьёз задумался о том, насколько сильно зависима Ольга от своего смартфона. Она не расставалась с ним ни на минуту, даже когда шла в душ.

Впрочем, пилить по этому поводу я её не собирался. На наши с ней дела, это не влияло, так что пусть делает что хочет.

Но сейчас был тот редкий момент, когда она положила руки на руль, делая вид, что сама ведёт машину.

Подозреваю, что это потому, что после того случая с остановившим нас стражником, она изучила все места в городе, где находятся или могут находиться их посты. И, таким образом, пыталась избежать лишнего внимания.

Поэтому Ольга сразу же заметила небольшую собаку, которая стояла возле дороги и ждала возможности её перебежать.

По ней сразу было видно, что чистой породой здесь и не пахнет. Белая, с крупными рыжими пятнами она напоминала одновременно терьера, спаниэля и может быть даже ещё кого-то, но пока я не понял кого. В общем, родословная у пса явно была насыщенной.

В этот же момент по второй полосе на огромной скорости неслась спортивная машина. Но, в общем-то, она никому не угрожала. И пёс не пытался выскочить на дорогу перед ней.

Но когда ублюдок сравнялся с животным на обочине, он словно специально резко сдал вбок. Так что, громко заскулив, собака отлетела от дороги метра на два.

Я машинально запомнил номера, теперь я знал, что это важно, если хочешь найти владельца.

А Ольга вскрикнула и моментально остановила химеромобиль.

На нашей полосе движение было слабое, так что она смогла сделать это не опасаясь, что кто-то врежется в нас сзади.

Внучка, ругаясь такими выражениями, каких я ещё от неё не слышал, выскочила из машины, и я вышел следом за ней.

Пропустив пару авто на другой полосе, мы быстро перебежали дорогу.

— Макс, ты же можешь ей помочь? — умоляюще посмотрела на меня Ольга.

С виду пёс выглядел совершенно обычно, словно просто спит.

Я склонился над животным и положил руку ему на холку. Видимых повреждений нет, но собака была без сознания. И теперь я понимал почему.

— Не буду врать, всё очень плохо, — нахмурившись, ответил я Ольге, — множественные внутренние повреждения.

— Неужели ничего нельзя сделать? — взволнованно спросила внучка, — ты ведь так хорошо можешь лечить.

Она нервно теребила пальцы и с надеждой смотрела на меня.

— Можно, — серьёзно отозвался я, — но счёт идёт на минуты.

Глава 21

Мне было жаль пса.

Практически все собаки заслуживают жизни куда больше, чем многие из людей. Однако этот случай был буквально послан судьбой, так что я действовал немедленно.

Ольга продолжала с надеждой на меня смотреть, ожидая чуда. Но чудо произойдёт не здесь. Я подхватил пса на руки и двинулся в сторону авто.

— Поехали быстрее, — кивнул я Ольге.

Два раза говорить ей было не нужно. Она быстрее меня запрыгнула в химеромобиль, и мы продолжили путь.

Благо, до дома оставалось совсем чуть-чуть, и уже через пару минут мы были на месте.

А затем, не теряя времени, спустились в мою подвальную лабораторию. Дальше всё будет зависеть от Ольги.

На самом деле, я изначально понимал, что спасти собаку в полном смысле слова уже не удастся. Но при работе с нашим даром есть определённые нюансы.

Вот взять, например, ящерку. Нервная система рептилий настолько проста, что вряд ли она вообще поняла, что её существование как-то изменилось. Она даже стала разумней, чем была.

Люди, напротив, слишком сложны. И сохранить их мозг в порядке практически невозможно. Можно успеть спасти некоторые рефлексы вроде того, что умертвие продолжит отзываться на собственное имя или сохранит какие-то навыки из прошлой жизни даже без вливаний дополнительной энергии. Но на этом всё.

Одними умертвиями способности некромантов, конечно, не ограничиваются. Но в других вариантах требуются особые ритуалы и колоссальный расход энергии.

У собак мозг тоже далеко не самый простой, но и далеко не столь сложный, как у человека. К тому же, у них очень сильные рефлексы, которые буквально впаяны в структуру мозга.

Таким образом, если действовать быстро и правильно, то можно полностью сохранить все реакции, характер и даже память собаки. Фактически это значит, что смерти мозга удастся избежать. А значит, и в принципе обмануть смерть в каком-то смысле.

Объяснять это Ольге я пока не стал. Она сама всё поймёт, когда проведёт необходимую процедуру.

Её горячее желание спасти пса сейчас сильно сыграет нам на руку.

Я и так собирался обучать её поднятию мёртвых в самое ближайшее время. Начинать, разумеется, планировал с умертвий, заранее предполагая, что придётся столкнуться с обычными у новичков психологическими и моральными блоками, страхом перед мертвецами, брезгливостью и прочим.

Всё-таки, когда-то я обучил десятки подмастерий из тех, кто подавал особые надежды и мог быть полезен клану.

Так что знал все заморочки начинающих.

Но теперь, благодаря псу, я рассчитывал, что мы сможем перепрыгнуть через целые часы, а то и дни обучения.

Просто потому, что она как никогда нацелена на результат.

Так что главное теперь, чтобы хватило времени. Пока мы ехали, я делал всё, что мог, чтобы пёс продержался в живых подольше. Я практически полностью сам контролировал биение его сердца. И, боюсь, что даже лучшие из Вийонов не смогли бы сделать для него большего.

И теперь, когда мы, наконец, оказались в лаборатории, я положил пса на стол, но руку не убрал, продолжая свою работу.

Но зато начал объяснять Ольге, что от неё требуется.

— Сейчас ты должна сосредоточиться и сконцентрировать всю свою силу на собаке. Только иначе, чем ты привыкла. Обычно тебе приходилось вытягивать скверну. Сейчас же нужно, наоборот, влить свою собственную силу в пса.

— Я? Но как же… думала, это сделаешь ты.

— Нет, — твёрдо ответил я, — помочь этой собаке — твоя задача. Я не буду вмешиваться.

— Но почему⁈ — обиженно воскликнула она, — Я же не умею!

— Вот и научишься. Приступай. У тебя мало времени.

Да, жёстко. Но порой это единственный способ быстро пробудить дар некроманта. И такой редкий шанс я упускать не хотел.

Увидев, что я серьёзен и не уступлю, Ольга и сама перестала спорить и теперь сосредоточенно делала всё, что я говорю.

Я направлял её, подсказывая, как правильно распределить энергопоток, какими дозами лучше вливать энергию в собаку.

А также учил её и некоторым другим, не сложным, но важным премудростям, чтобы она сразу научилась делать как полагается, и избежала большинства ошибок новичков.

Главное здесь, умеренность и равномерность. Так, огонь в костре надо раздувать постепенно, чтобы не погасить робкое пламя. В данном случае, чтобы не выжечь каналы своего творения сначала, и дать достаточно энергии после.

В конце концов, когда я понял, что она готова, я перестал удерживать пса на краю жизни и отпустил. А Ольга его подхватила.

Переход прошёл практически незаметно. Пёс испустил последний вздох, и тут же открыл глаза.

У нас получилось сохранить мозг без повреждений. Дополнительная удача — то, что и столкновение с машиной его тоже не повредило. Весь основной удар пришёлся ему на спину и живот. Но в ином случае я бы и не стал зря обнадёживать внучку.

— Получилось! — воскликнула Ольга, — правда, Макс? Получилось!

Она начала гладить собаку по голове и вдруг застыла.

— Но… он не дышит.

В этот самый момент пёс приподнялся, ткнулся лбом ей в ладонь и радостно замахал хвостом.

— Ох, но он такой милый… — растерянно добавила она, продолжая его гладить.

— Ольга, поздравляю. Ты создала своего первого ревенанта.

Далее, пока она не успела расстроиться, что собака всё-таки погибла, я объяснил ей, что самое главное мы всё-таки спасли.

— Даже если пёс больше не дышит, а его сердце не качает кровь, ты всё сделала правильно. И фактически подарила ему новую жизнь.

— Это странно, но я вижу, что он совсем как… живой. Совсем не похоже, на твоих зомби-людей. У него даже глаза блестят! Ай! — довольно вскрикнула она, когда пёс лизнул ей руку.

— Ревенант, это отдельный тип нежити, — пояснил я. — его умения также зависят от уровня, как и у умертвия. Просто сейчас они неактивны, а по мере развития ревенант будет их словно вспоминать.

— То есть он будет совсем как живой? — уточнила внучка.

— Тебе важно понимать, что теперь он будет питаться твоей силой. — объяснил я. — И ты сможешь его развивать дальше. С каждым новым уровнем пёс будет становиться ещё умнее и понятливее. Но и тебе теперь придётся больше тренироваться.

— Я понимаю, — серьёзно кивнула внучка, — это значит, что мне тоже нужно развивать свою силу?

— Разумеется, — подтвердил я, — теперь тебе как никогда важно ответственно подходить к собственным тренировкам. Продолжай практиковать расслабление при каждом удобном моменте. Не обязательно делать это только перед сном. Ты можешь контролировать влияние заклинания.

— Да, я это уже поняла. Может, я могу делать что-то ещё?

У Ольги горели глаза, внучка рвалась в бой. Отлично. Именно на такую реакцию я и рассчитывал.

— Тебе нужно больше тренироваться в переработке скверны. Сейчас твой организм ещё не способен быстро перерабатывать то количество этой дряни, которое ты можешь получить от магов с передозом. Но вот для работы с отравленными неодарёнными ты уже готова.

— Тогда я завтра утром снова возобновлю свою работу в волонтёрской клинике. А сегодня перед сном потренируюсь, сколько успею.

Она подхватила пса на руки и поспешила к выходу из подвала. Но возле самой лестницы остановилась и обернулась ко мне:

— Кстати, я назову его Арчи.

Она выглядела такой счастливой, что я не удержался и с улыбкой поднял большой палец вверх.

Внучка просияла ещё сильнее и убежала.

А я ненадолго задержался в лаборатории.

Несмотря на то, что здесь было целых три комнаты, свободное место стремительно заканчивалось. Сражение с бандой и зачистка клиники уже принесли мне много тел. А ведь в планах отыскать ещё и вторую банду. И это не считая вероятности новых набегов Веласко и может даже Вийонов.

В общем, остро назревала необходимость постройки новой лаборатории. Ну или хотя бы склада.

С такими мыслями я поднялся наверх и прогулялся по улице недалеко от дома, внимательно всё разглядывая.

Слева, почти вплотную к конюшне, прилегало пятиэтажное здание. Ольга называла его общагой, мне же казалось, что это что-то среднее между доходным домом, ночлежкой и притоном.

И когда я это озвучил, внучка согласилась, что так и правда точнее. Соседи у нас были шумные, крикливые и проблемные. Даже сейчас я слышал, как в одной из квартир на первом этаже кто-то дерётся, а с верхнего доносились звуки феерической пьянки.

Я рассчитывал, что вскоре смогу выкупить землю, на которой стоит этот дом, но пока обратил своё внимание на заброшенный недострой справа.

Я уже спрашивал у Ольги, и она сказала, что стройка там заглохла ещё пять или шесть лет назад. И местность теперь представляла собой, по сути, пустырь с мусором и полуразрушенным остовом здания.

Пожалуй, я знаю, чем займутся мои умертвия этой ночью.

Подняв несколько трупов, я отправил их наводить порядок на пустыре. Меня не слишком волновало, найдётся ли у него хозяин. Этот вопрос я тоже рассчитывал решить в ближайшее время.

Фреда же сегодня ждало особое задание. Выделив ему в помощь троих умертвий из последнего «призыва», я отправил его убрать, наконец, от нашего порога машины Веласко.

* * *

«Вы пробежали уже два километра. Так держать!» — подбодрил Ганса голосовой фитнес-помощник.

Они с Филом всерьёз взялись за свою физическую подготовку. Если первую встречу с зомби можно было списать на случайность, то вторая окончательно убедила их, что происходит что-то реально жуткое. Неизбежный зомби-апокалипсис.

А что самое главное в борьбе против зомби? Конечно же, умение быстро уносить ноги в критический момент.

Поэтому помимо турников и качалки в их план тренировок добавился ещё и бег.

Ночь стояла лунная, да и погода была отличной, так что друзья даже начали получать удовольствие от своей пробежки.

Вдруг впереди они увидели четверых мужчин, толкающих машину.

В былое время они бы докопались до людей, может даже отжали бы у них смартфоны с магнитолой, но теперь они настолько преисполнились в своём познании, что не видели иного пути, как предложить помощь попавшим в беду людям.

В будущем, выжившему человечеству предстоит держаться вместе, чтобы отбиться от полчищ зомби.

Так что они, не сговариваясь, остановились возле толкающих авто людей, и Фил дружелюбно спросил:

— Ребят, помощь нужна?

Мужики молчали, упрямо продолжая своё занятие.

А Ганс удивлённо спросил:

— А чего вы с тормоза машину не снимете? Когда колёса крутятся, оно как-то попроще будет.

Ответа снова не последовало.

Тогда Фил тронул одного из них за плечо, попутно отметив, что какая-то уж слишком разношёрстная компания здесь собралась.

Только один был одет нормально, ну как они с Гансом, другой же был в чёрном костюме и белой рубашке с галстуком, ну чисто охранник. Кажется, даже бейдж прицеплен.

А ещё двое в мятых белых халатах.

— Эй, мужчины! — возмутился Фил, — не слишком вежливо так реагировать, когда вам предлагают помощь!

— От чистого сердца, ёпта, — добавил Ганс, пожалуй, слегка поддавшись эмоциям.

Наконец, один из толкающих машину, обернулся, тот самый, что казался самым нормальным мужиком, разве что лысым.

Вот только лицо у него оказалось странное, очень уж бледное, и глаза стеклянные, прямо как у тех…

Фил с Гансом испуганно переглянулись, а лысый открыл рот и попытался что-то им сказать. Наверное, «спасибо», но его уже не слушали.

Братюни развернулись и, не сговариваясь, рванули в обратную сторону. До тех пор, пока вновь не услышали радостного фитнес-помощника:

«Поздравляю, вы пробежали ещё километр и установили новый мировой рекорд!»

Тренировки окупились.

* * *

Семья Астеров прибыла к нам даже раньше, чем мы договаривались. Предварительно, правда, уточнили у Ольги, могу ли я их принять.

Поступи так Уго, был бы жив, а не бегал с серпами вместо рук…

Сразу видно, что у меня чутьё на людей. Новые слуги оказались вежливыми и тактичными.

В ответ я тоже проявил расположение и угостил их кофе.

При помощи Фреда, разумеется.

Сначала они реагировали на него крайне подозрительно, особенно когда я пояснил, какова его природа.

Одно дело слушать и другое — видеть своими глазами.

Но Фред был галантным, а кофе — вкусным.

Вообще, он был у меня образцово-показательным умертвием. Так и вижу его на какой-нибудь выставке под плакатом «За передовую некромантию».

Появление Ольги и Арчи окончательно разрядило ситуацию. Алина тут же попросила «погладить собачку», я не возражал. Так что девушки отсели в сторону и теперь дружно возились с ревенантом.

А вот родители Алины, наоборот, были предельно серьезны.

Как и я сам. Слуги в первую очередь должны приносить пользу клану. В этом их предназначение. А поскольку людей у меня немного, то требовалось наиболее эффективно использовать имеющиеся ресурсы.

— Чем мы можем быть полезны? — спросил Игнат, не скрывая своего волнения.

Приятно, что он мыслит в правильном направлении.

Но я сначала обратился к его жене.

— Линда, в нашу первую встречу, вы сказали, что до болезни работали юристом?

— Да, всё так, — с готовностью подтвердила она.

— Тогда для вас у меня уже есть одно задание. Я хочу, чтобы вы отправились в городской архив, муниципалитет или куда угодно, где можете узнать нужную мне информацию. Я хочу знать, кому принадлежит каждый участок в этом районе. Какие-то из них, возможно, уже продаются, другие нет. Но я хочу полную информацию о каждом из них, как и об их владельцах. Вы меня поняли?

Линда кивнула и уточнила:

— Сколько у меня времени?

— Чем быстрее, тем лучше. Сегодня среда? Я рассчитываю, что к концу недели вся информация уже будет у меня.

— Я вас не подведу, — почтительно склонила голову она, а затем благодарно улыбнулась, — и, честно говоря, — я уже давно не чувствовала себя так хорошо. Никогда не думала, что это скажу, но я ужасно соскучилась по работе. Так что, если вы не против, я приступлю прямо сейчас.

Она встала из-за стола, мы попрощались, и она сразу же убежала.

А я повернулся к её мужу.

— Игнат, — начал я, — вы умеете водить автомобиль?

Честно говоря, я пока не знал, куда применить таланты старшего Астера. Он всю жизнь проработал мусорщиком на фабрике по переработке магических веществ. По его словам, «дорос» до помощника главного технолога. Сам технологом не стал, на эту должность брали только одарённых посильнее, чем он.

Но мне такие специалисты совсем не нужны. Другое дело, что верные люди лишними не бывают никогда, а подходящая задача ещё найдётся в будущем.

— Да, конечно, — ответил он, — у меня категория СЕ, так что я даже могу водить большие грузовики с прицепом, — пояснил он, сообразив, что в категориях прав я могу не разбираться.

— Отлично, — похлопал я его по плечу, тогда отвезёшь меня в Чистилище, а девушек подбросим до клиники.

— Подождите, — удивилась Алина, оторвавшись от возни с Арчи, — а что насчёт меня? Что делать мне?

— Твоя главная задача сейчас — развивать свой дар. Как я и сказал, ты поедешь в клинику с Ольгой, она тебя научит одному важному заклинанию, которое ты должна будешь тренировать в любую свободную минуту.

— Расслабление? — догадалась внучка.

— Именно, — кивнул я, а потом добавил, — так что не будем терять время. Поехали.

После моих слов мы вышли из дома и пересели в химеромобиль. Пришлось объяснить Игнату принцип его работы.

— Серьёзно? — удивился он, — управляется силой мысли?

— А вы сами попробуйте! — весело ответила ему Ольга, — невероятные впечатления!

Игнат с опаской сел на водительское сидение и приказал химеромобилю тронуться с места, причём зачем-то вслух.

Ольга, смеясь, снова пояснила, что озвучивать свои приказы совсем не обязательно.

Однако, хотя Игнат не сразу научился доверять машине, но через несколько минут вполне освоился и согласился, что это действительно очень удобно.

Хотя, очевидно по привычке, всё равно крутил руль и нажимал на педали.

Оно и к лучшему, меньше будет претензий от дорожных стражников.

Вскоре мы высадили девушек у клиники, а сами поехали дальше в «Чистилище».

На эту организацию у меня были большие планы.

Я хотел оценить перспективы в получении дохода с очагов.

Денег сейчас понадобится много.

Уверен, что земля даже в таком неблагополучном районе как наш, дешёвой не будет. Я уже молчу про то, что мне нужно как можно скорее юридически оформить создание клана, что тоже требует немалых средств.

А значит, нам с Прохором нужно составить план зачисток, чтобы не тратить время зря.

Я планировал зачищать в неделю от семи до десяти очагов, но нужно понять, позволяет ли это лицензия Чистилища или для таких массовых зачисток нужно её уровень тоже повышать, а значит, снова кому-то платить.

Наконец, мы добрались до места и, оставив Игната ждать в машине, я вошёл внутрь здания и сразу же направился к кабинету Прохора.

Девушка, находящаяся за стойкой, тут же попыталась меня остановить:

— Постойте! Вы куда? Директор Калинин сейчас очень занят. Подождите здесь!

Я только отмахнулся. Надо сделать Прохору втык за то, что ещё не объяснил своим работникам, чтобы не мешались мне под ногами.

Но она не унималась и попыталась встать у меня на пути, перегородив коридор.

Бить женщин нельзя. Если это враг, то лучше сразу убить. А вот проявлять грубую силу по отношению к женщинам, особенно в быту — крайне некультурно.

Пришлось слегка надавить ей на нервный узел возле плеча. После чего девицу полностью парализовало. Только глазами ворочать могла.

Я переставил её в сторону и пошёл дальше.

А, добравшись до коридора, где находился кабинет Прохора, я понял, почему девица так настойчиво не хотела меня сюда пускать.

За дверью велась беседа на повышенных тонах. А иногда спорящие и вовсе срывались на крик. Но я пока не мог разобраться в чём дело. Мужчины в чём-то друг друга обвиняли, но не говорили ничего конкретного.

Только когда я подошёл почти вплотную, то, наконец, чётко услышал:

— Ты, Прохор, должен принять это предложение. Иначе пойдёшь по миру и потащишь за собой нас всех!

Глава 22

Я пожал плечами и вошёл внутрь кабинета.

Стоять под дверью и подслушивать, что там за скандал такой, я точно не собирался. Сам всё узнаю, если это вообще меня касается.

Но и ждать, пока они закончат, я тоже не планировал.

Была у меня одна тётка, звали её Люцилия.

Она если уж начала с кем-то ругаться, то клещами не оттащишь. Могла целый день отношения выяснять. Однажды она настолько сцепилась с налоговым инспектором из княжеской канцелярии, что бедняга скончался от сердечного приступа.

Так, тётя Люцилия подняла его в качестве ревенанта, поскольку «не всё ему высказала».

Сослуживцы, кстати, только спустя месяц заметили, что с инспектором было что-то не так. Большого таланта была женщина.

Мне оно надо, проверять насколько от неё отличаются Прохор со своим собеседником?

Так что если захотят продолжать склоку, то пускай занимаются этим уже после моего ухода.

В кабинете, помимо Прохора, оказался незнакомый мне мужик средних лет.

Причём явно не из его бойцов. Такого толстяка с рыхлым обрюзгшим телом обычная дворовая собака с ног повалит, если захочет.

Что уж там говорить про монстров очага.

Увидев меня, он сразу же заорал, прям как та девица у дверей:

— Вы кто и как сюда прошли? Не видите, что мы заняты⁈

Я только брови поднял в изумлении, как, вмешался Прохор:

— Это ко мне, — сказал он, мягко подталкивая толстяка к выходу, — очень важный гость, а с тобой мы потом договорим.

Крикливый тип всё равно какое-то время ещё пытался возмущаться. Но Прохор всё-таки вытолкал его за дверь. После чего повернулся ко мне:

— Прошу прощения за эту сцену. Это мой финансовый директор. А финансовые директора… они редко бывают довольны, — попытался пошутить он.

Но улыбка на его лице была не очень весёлая.

Я видел, что Прохор чем-то встревожен. Случайно услышанный мной разговор на это прямо намекал. Но я не спешил его расспрашивать. Его проблема — это его проблема. Если сам не справится и решит обратиться за помощью к лидеру клана, тогда другое дело.

Поэтому я сразу перешёл к тому, ради чего сюда приехал. Я хотел побольше узнать о Чистилище, о его возможностях, количестве служащих и имуществе.

Эта организация занимала серьёзное место в моих планах.

— Пойдём, я всё покажу, — с готовностью ответил Прохор.

Его эта экскурсия, похоже, отвлекала от мрачных мыслей.

Мы вышли из кабинета и пошли обратно по коридору той же дорогой, что я сюда и пришёл.

— У нас здесь всего несколько офисных кабинетов, — начал рассказывать он, — много сотрудников не требуется. Только финансовый отдел, считай. Боевики здесь штаны не просиживают. А, ну и ещё…

Он внезапно осёкся, и я поймал его взгляд.

Приставучая девица всё ещё стояла там, где я её оставил.

На мой взгляд, в качестве статуи она приносила куда больше пользы.

— Эля? — удивлённо спросил у неё Прохор, — что с тобой?

Ответить она не могла, так что это сделал я:

— С ней всё в порядке. Просто девушка вела себя очень агрессивно, и я решил дать ей время успокоиться и поразмыслить над своим поведением.

На лице Прохора отобразилось удивление вперемешку со смущением.

— А ты можешь вернуть её обратно? — попросил он. — Ну, как было.

— Уверен? Было-то не очень, — задумчиво ответил я, — хочешь, чтобы она снова начала бросаться на людей? Вдруг покусает кого-нибудь?

— Нет, — замотал он головой, — в смысле, не покусает. Я проведу с ней беседу.

Ну, она в любом случае пришла бы в себя через пару часов, но раз он так просит.

Я прикоснулся к девице, и сразу же услышал в свой адрес возмущённое:

— Вы! — но поймав мой взгляд, она быстро осеклась и повернулась уже к Прохору, — с меня хватит! Я увольняюсь!

Прохор, впрочем, воспринял это спокойно. Только руками развёл, мол «чёрт с тобой».

А, когда девушка убежала, то пояснил:

— Вообще, это племянница финдиректора. По знакомству её устроил, мол свой человек, можно доверять. На неё не первый раз жалуются. Давно хотел её спровадить, только повода не было.

Я пожал плечами, видимо, скандальность — это у них семейное.

Мы вышли на улицу и быстро прошли на задний двор. Там было ещё несколько пристроек.

И первая, куда меня привёл Прохор, оказалась оружейной. Не слишком большая, но я видел, что Прохор ей гордится.

— Среди всех фирм чистильщиков нашего уровня, у нас лучшее снаряжение, — с гордостью сказал он, — мой старый армейский приятель продолжил военную карьеру. И через него получилось достать настоящий армейский обвес. Оружие, броня, всё это, — он обвёл руками комнату.

Я тоже по ней прошёлся, с любопытством рассматривая каждую вещь. Пока в мои руки попадали только пистолеты, но я уже видел и другое огнестрельное оружие. В том числе в руках у Прохора и его ребят.

— Правда, — добавил Прохор, — конечно, это не последние модели. Зато проверенные и надёжные машинки со складов длительного хранения. Новенькие нам достались, даже мухи не сидели.

Я кивнул и продолжил осмотр. Некоторые экземпляры из тех, что здесь находились, выглядели очень внушительно. Я заинтересовался одной из пушек чуть ли не с меня высотой, а в длину её ствол так и вовсе был явно больше двух метров.

В моё время таких размеров достигали разве что баллисты. На неё она была похожа ещё и тем, что её тоже надо было передвигать по земле. Оружие крепилось к чему-то вроде тележки с большими колёсами.

— Это станковый пулемёт «Мантикор», — пояснил Прохор. — Калибр шестнадцать миллиметров… На очаги класса ниже беты брать его смысла нет. Но «толстяков» и монстров крупнее он просто рвёт на части.

— Калибр — это размер снарядов? — уточнил я.

— Да, смотри, — он открыл коробку рядом с пулемётом и достал оттуда железную продолговатую штуку размером с мою ладонь, от которой жутко фонило скверной, — это патрон. В магазин таких помещается двадцать штук.

Его он мне тоже показал и вообще объяснил принцип работы оружия. И это даже впечатляло. Тем, что неодарённые вышли на такой уровень вооружения. Честно сказать, одни только пистолеты уже могли доставить массу проблем слабым магам. А вот такие штуки, как этот пулемёт реально внушали уважение.

Такая штука могла перегрузить и вывести из строя щит даже у мага-экзекутора. Правда, если найдётся настолько тупой экзекутор, который позволит расстреливать себя, не двигаясь с места.

Но я интересовался оружием неодарённых не только для того, чтобы найти способ ему противодействовать.

Ведь за такой пушкой можно поставить даже обычное умертвие.

Пусть стоит себе, заряжает. А если таких целая армия?

Я осмотрел и другое оружие, уже ручное. Прохор сыпал названиями: ружья, винтовки, дробовики, гранатомёты, автоматы, пистолеты-пулемёты, револьверы…

Он оказался настоящим оружейным маньяком

Человечество и впрямь здорово продвинулось в способах убийства.

И я всё больше убеждался, что однозначно должен поставить все эти достижения современной науки себе на службу.

— Ты сказал, что это тоже пулемёт, — кивнул я на одно из оружий, — только ручной. Здесь есть где его опробовать?

— Конечно, — расплылся в улыбке Прохор. — Ручной пулемёт «Грифон». Калибр 9 миллиметров, дисковый магазин на пятьдесят патронов.

Он снял со стены оружие и повёл меня в следующее помещение.

Длинный зал с широкой перегородкой почти у самого входа и различными мишенями на другом её конце. В настенных шкафах рядом висели несколько пар больших наушников.

Прохор достал две пары и кинул одну из них мне.

— Это, чтобы не глохнуть, пока стреляешь.

Интересно. Пистолеты не показались мне громкими. Но, видимо, оружие посерьёзней, обладало и некоторыми недостатками.

И действительно, когда я выпустил очередь в одну из мишеней, то даже сквозь наушники слышал грохотанье пулемёта.

Попасть в цель, к слову, было совсем нетрудно.

На меткость я никогда не жаловался. Так что все мои пули легли ровнёхонько в голову чучелу одной из мишеней-монстров.

Прохор присвистнул.

— А ты, правда, стреляешь впервые?

— Из пулемёта — да, — отозвался я, — но как-то раз я пробовал пистолет.

— То есть в общей сложности это вторая попытка?

— Ага, — подтвердил я.

Он хмыкнул.

— Ты во всём так хорош? Я думал, что хоть в стрельбе буду лучше.

— Просто не пытайся со мной соперничать, — я не хвастался, просто констатировал факт, — это будет только зря тебя расстраивать. Лучше сосредоточься на действительно важных вещах. К тому же, я всё равно планировал взять у тебя пару уроков. Я хочу лучше понимать, как устроено современное оружие. Как его перезаряжать и другие тонкости в обращении.

Я сам, конечно, вполне мог обойтись и без этих знаний. Но, во-первых, я всегда был любопытен. А во-вторых, твёрдо настроился вооружить как минимум один отряд умертвий огнестрелом, а это значит, что мне в любом случае нужно понимать принципы работы с ним.

Ради интереса я попробовал ещё несколько видов оружия. Особенно меня заинтересовала снайперская винтовка.

Но, чтобы оценить её полностью, одного тира мало. Расстояние, на котором она могла поразить цель, впечатляло. Далеко не всякая боевая магия способна на такое.

Закончив с оружейной и тиром, мы снова вышли на улицу, и на этот раз Прохор отвёл меня в гараж. Довольно просторный, к слову. И очень чистый. Также как и машины, которые в нём содержались.

Всего их было три. Два внедорожника и один большой грузовик.

— Это «Вепрь», — положил Прохору руку на один из джипов, — просто незаменим для поездок по пересечённой местности. На нём даже по болоту проехать можно, не увязнешь.

— Я его помню. Вы на нём приехали к моему очагу.

— Да, — подтвердил он, а затем переместился ко второму внедорожнику.

— А это «Бизон», — произнёс он с гордостью. — Еле урвал его на распродаже списанного армейского имущества. Единственный в своём роде усиленный внедорожный микроавтобус. Способен перевозить до сорока бойцов, полное бронирование корпуса с усиленной защитой двигателя.

Прохор обошёл его сбоку и подозвал меня, показывая на закрытые сейчас отверстия прямо под окнами.

— Это… — он на секунду задумался, — что-то типа бойницы. Я думаю, тебе так будет понятней. Отсюда выдвигается оружие, те же пулемёты, и бойцы могут вести стрельбу прямо из автобуса.

— Удобно, — согласился я.

Прохор любовно похлопал его по капоту и двинулся к мощному автомобилю с будкой сзади кабины.

— Ну, а это гвоздь нашей программы. Ты его тоже видел, когда мы привезли оборудование к очагу. У него очень мощный аккумулятор, так что от него запитана и наша машина для очистки воздуха, и холодильники для скоропортящихся ингредиентов.

— Это всё внутри?

— Да, — кивнул он, — хочешь глянуть?

На самом деле не отказался бы, но я всё ещё не был уверен, что не выкачаю из него скверну. Так что решил не рисковать и покачал головой.

А Прохор вдруг снова резко погрустнел.

— Жаль, что всё это куплено в лизинг, и скоро банк заберёт технику себе. В неудачное время мы встретились, — вздохнул он, — ты, наверное, рассчитывал, вместе с Чистилищем зачищать очаги, да и я, надо сказать тоже. Ещё вчера я думал, что мы ещё выплывем, Но, похоже, ничего не выйдет. Я разорён.

Слова Прохора и впрямь звучали неважно. Но люди часто преувеличивают свои неприятности. Особенно, когда не учитывают в своих расчётах меня.

— Пойдём, — не терпящим возражений тоном сказал я ему, — выпьем кофе, и ты мне всё подробно расскажешь.

Через пять минут мы уже были в кофейне, которую я приметил на противоположной стороне улицы.

Я специально попросил, чтобы нас проводили за самый дальний столик, где никто не помешает разговору. И Прохор начал свой рассказ. Правда, издалека.

— Перед тем как перейти к моей проблеме, я объясню тебе, как в принципе работает система зачистки очагов.

— Конечно, — согласился я, наслаждаясь огромной чашкой капучино с пышной пенкой.

На ней ещё цветок был нарисован, представляете! Кофе определённо примиряет меня с современностью.

— Большинство очагов распределяется среди кланов, — пояснил Прохор, принюхиваясь к чашке. Мне показалось, что он с большим удовольствием приложился бы сейчас к стакану с виски, — но слабые или те, которые, по какой-либо причине клановых не устроили, выставляют на аукцион для частников.

— Аукцион? — изумился я, — то есть вы ещё и платите за то, чтобы очищать очаги?

— Именно, — кивнул Прохор, — чистильщики предлагают взнос, он называется «страховая сумма». Кто предложит больше, тому и даются права на очистку. Поэтому мы не можем в любой момент сунуться в любой очаг. Сразу за жопу возьмут, и хорошо, если отделаешься только штрафом.

Я кивнул. Это очевидно. В современном мире, где очень много всего работает на скверне, вполне понятно желание кланов оставить лучшие куски себе.

Прохор продолжил:

— После зачистки очага, фирмы чистильщиков обязаны сдать казне добычу на ту самую страховую сумму. Всё, что выше — это уже прибыль. Ну, как прибыль… — побарабанил он пальцами по столу, — там ещё нужно вычесть зарплаты, деньги на ремонт оборудования и оружия и всё такое. Люди зачастую думают, что мы тут как сыр в масле катаемся, ведь самоцветы очень дорогие. Но примерно в трети случаев, мы буквально выходим в ноль. В половине — имеем небольшую прибыль. И лишь малая часть зачисток выводит фирму в хороший плюс, ну а реальный куш удаётся срубить дай бог в процентах пяти.

Он отхлебнул кофе из своей кружки и добавил:

— А бывает и так, что фирма даже выходит в минус. Например, в очаге оказалось слишком мало добычи, а страховая сумма, наоборот, была большая. Или же можно просто не успеть зачистить очаг вовремя. Никого это не волнует. На зачистку даётся ровно месяц. Не получилось? Выплачивай всю сумму из своего кармана. А очаг вновь вернётся на аукцион.

— Я так понимаю, твоя проблема лежит где-то в этой плоскости? — спросил я.

Прохор тяжело вздохнул.

— Да, я попал по полной программе. Хотя начиналось всё, наоборот, очень перспективно. Мы выиграли аукцион на защиту очага класса «Гамма». Для нас это очень выгодно, но, в то же время, это последний уровень, который мы в принципе можем зачистить. Дальше уже сложность резко возрастает, и Чистилищу не хватает ни навыков, ни людей, ни техники.

— Но что-то пошло не так… — из парня клещами всё приходилось вытаскивать.

— Именно, — повесил он голову, — очаг был в процессе перехода на Дельта-уровень Но мы узнали об этом, только когда туда сунулись. Несмотря на то что мы собрали буквально всю боевую мощь Чистилища… ну, я тебе говорил, что у нас два отряда бойцов, — он помрачнел, — точнее, было два. И в каждом из них было по двенадцать человек.

Прохор снова тяжело вздохнул и сделал ещё глоток.

— Чёрт, надо было заказать чего покрепче, — он покачал головой, — в общем, мы не справились. Нас полностью размотали, четверо погибло. Ещё семь человек оказались в госпитале и неизвестно, когда встанут на ноги. Естественно, ни о какой новой попытке не могло быть и речи.

— И вы решили попытаться отбить страховую сумму на маленьких очагах?

Прохор кивнул.

— Да, я понимал, что уже в любом случае придётся заплатить огромную неустойку. Но у нас всё ещё было достаточно сил, чтобы попытаться всё отбить или хотя бы отделаться малой кровью. Мы даже успели зачистить пару очагов альфа-класса и вышли в небольшой плюс. Потом ты в одиночку закрыл ещё один.

Он замолчал.

— Но? — поторопил я его.

— Но сначала в банке потребовали досрочно внести платежи по технике, мол из за провала в очаге снизился наш кредитный рейтинг, — Прохор уставился в стол и выдавливал из себя слова, — Кроме того, сегодня утром из Чистилища уволились сразу несколько бойцов. Заявили, что больше не доверяют командиру, который подставил людей под удар. И считают, что слишком спешу, зачищая «альфы» без должной подготовки. Не могу их винить, но теперь у меня нет даже шанса выкрутиться.

— И когда истекает срок для зачистки этой самой «гаммы»?

— Завтра, — мрачно отозвался он.

— Значит, права на охоту там у тебя всё ещё есть?

— Да, но что можно сделать всего за один день?

Ох уж эти потомки. Сдаются, едва столкнувшись с трудностями.

Но я не привык разбазаривать имущество по чистой глупости и недосмотру.

А Чистилище, которое принадлежит моему слуге, я, естественно, уже воспринимал как клановую собственность.

— У нас ещё куча времени, — сказал я, подзывая хорошенькую официантку.

Кофе здесь оказался просто исключительным, и одной чашки мне определённо недостаточно.

— Ты о чём? — не понял меня Прохор.

— Вызывай своих техников и всех остальных, — пояснил я, — мы закроем очаг сегодня.

Заключение! Старт нового тома!

Всё то время, что мы обсуждали дела с Прохором, Игнат терпеливо ждал меня в химеромобиле.

Причём его выправке мог бы позавидовать любой профессиональный водитель. Долгое ожидание он воспринял, как само собой разумеющееся и ни единым жестом или взглядом не выдал своего нетерпения или даже удивления.

В общем, пока я был им крайне доволен.

Такие слуги всегда на вес золота.

Когда мы вернулись домой, девушки уже закончили работу в клинике. И Ольга ждала меня прямо у порога. Причём явно встревоженная.

Продолжение читайте прямо сейчас во 2 томе: https://author.today/reader/345033

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Темный Лекарь

Content

Тёмный Лекарь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Заключение! Старт нового тома!

Nota bene