Наследник в Зеркальной Маске

Глава 1

Я видел Тьму. Она накрыла мир целиком и полностью. Поглощая всё живое, Тьма оставляла после себя лишь пустоту, чувство отчаяния и дикий ужас.

Я видел Свет. Точнее пламя. Огонь разгорелся в этой пустоте. А может быть, он всегда в ней горел? Может быть, сперва Тьма лишь скрыла его, но не сломила? И вот после, собравшись с силами, огонь появился.

Появился, чтобы спалить эту Тьму. Изгнать её?

Или чтобы потухнуть?

Проклятье! Что за арт-хаусные сны? Где старое доброе: «поднатужился и сдюжил»? Если ты облажался с подготовкой, выкручиваешься на опыте, стиснув зубы, сражаешься до конца.

Ну или сваливаешь, если опыт подсказывает тебе, что так будет вернее.

Такое по мне! А не вот это всё — Тьма? Свет? Всё хорошо в меру.

Пожалуй, и спать тоже хорошо в меру. Поспишь лишнего — и всё, потом целый день ходишь как в воду опущенный.

А значит, что? Правильно, значит, пора «поднатужиться и сдюжить».

Мне показалось, что я скрипнул зубами и зарычал. Мой мозг кипел, пытаясь разодрать вязкую пелену Света и Тьмы.

Это точно не ХАОС.

Это просто усталость. Я настолько обессилен, что не могу вырваться из этого тяжёлого сна.

Какого хрена, а⁈ Меня ограничивает моё гребанное сознание и восприятие⁈ А ну-ка…

Я не чувствовал своё Сосредоточение во сне, но мысленно представил его и начал раскручивать энергию по энергетическим контурам. Параллельно с этим, представлял, как энергия извне льётся в меня, наполняя меня силой.

Отлично… вот так… А теперь представь свою силу в виде тысячи лезвий, которые разрезают все твои ограничения.

Распахнув глаза, я тяжело задышал.

Дерьмовое дерьмо, а! Давненько мне не приходилось так напрягаться, чтобы проснуться. И ладно бы, в чью-то ментальную технику попал, так нет же — просто словил проблемы со своим внутренним миром.

Хотя Хаос его знает, что в этой паре лучше, а что хуже. Знавал я парочку Вольных Воителей, которым было проще толпу могучих врагов разнести в пух и прах, чем справиться со своими внутренними демонами.

С огромным трудом я приподнял верхнюю часть туловища. Всё тело ломило. Внутри меня будто бы армии сражались.

— Мой принц! Мой принц, что с вами⁈ — полупрозрачный зеленоватый граф-домовой едва ли не в лицо мне залез своей обеспокоенной рожей.

— Соблюдай… дистанцию… — отмахнулся я от него.

Так-то своих призраков я могу даже рукой коснуться. Но сейчас моя ладонь прошла сквозь голову графа-домового.

— Оставь меня… пожалуйста… — попросил я.

Глава призраков послушно кивнул и исчез.

Итак, я оказался в своём имении в «Диком саду графа Белозерова». Почему не на портальной площадке на краю имения?

А в самом деле, почему?

Я нахмурился, силясь припомнить, что же произошло.

Вспомнив, расплылся в довольной улыбке. Создав портальный оттиск там — на базе террористов, Юрец перенёс нас в имение, туда, где расположен здешний оттиск помощью мощного статичного портала. А уже на моей земле с помощью микропорталов он доставил меня в самый укромный уголок имения.

Я огляделся по сторонам, выискивая скарабея. Юрца нигде не было. Похоже, его втянуло в моё Сосредоточение. Учитывая то буйство, что сейчас происходит внутри меня, должно быть, жучаре сейчас очень тяжко. Чтобы не попасть под удар двух разъярённых противоборствующих сил, он забился в самый дальний уголок и жвал не кажет.

В такие моменты Юра ведёт себя гораздо умнее, чем обычно. Предпочитает наступить на горло своему самолюбию и временно отбросить повадки бывшего аса. Всё во имя выживания!

Ладно, уж… Приступим.

Я постарался выровнять дыхание и открыть себя миру. Так-то любое живое существо получает энергию мира. Более того, избытки нашей жизненной энергии (которые мы просто зовём энергией и используем для «магии») тоже энергия мира. Да чего уж — все мы энергия мира.

Но! Втягивать её в себя, чтобы осознано управлять ей, невероятно сложно. Мало кто в принципе способен на такое. И, разве что боги и им подобные могут оперировать данной энергией в любых количествах. Потому мы — обычные одарённые и ограничены размерами своего Сосредоточения.

Однако же из каждого правила есть исключение. Моё исключение в данный момент — моя Родовая Способность. Я вливаю энергию в своё имение, настраиваю имение на самообеспечение путём пожирания тел врагов или монстров.

Но я, как хозяин, могу и брать энергию из имения. Как будто бы из мира!

Хотя с научной точки зрения схема ближе к работе с артефактом-накопителем.

Улыбнувшись своим досужим мыслям, я резко втянул огромное количество энергии в свои энергетические контуры и до треска наполнил Сосредоточение. Ощущения внутри меня оказались такие, как если бы объелся сладостей после дня голодовки. Мой внутренний мир испытал настоящий энергетический шок. А самые буйные его части осели на задницы с высунутыми языками.

Воспользовавшись моментом, я вытолкнул буйных через энергетические контуры на руках.

И вот в левой руке я держу трепыхающуюся рыжую летающую лисицу.

А в правой — чёрную. Правда, размером она была меньше и сейчас совсем не двигалась, будто ее подстрелили.

«Оппа! Пусти, я ей втащу! Я вновь полна сил!» — заверещала Фая.

«Нифига ты не полна, — возразил я хмуро. — А „втаскивать“ ей, похоже, уже поздно. А вот я бы втащил кой-кому, кто едва меня не угробил».

Я укоризненно посмотрел на свою дракониху. Та вздрогнула, вжала голову в шею и поджала уши. Забавно… не спорит? Я ощущаю ее эмоции. Она в самом деле считает себя очень сильно виноватой передо мной.

«Я боялась тебе сказать, оппа, — буркнула Фая. — Готовила тебя к откровенному разговору. Подбирала момент».

— В итоге момент подобрал тебя и чуть было не выкинул на свалку истории, — хмыкнул я.

«Ой, какой ты умный, а! — принялась заводиться рыжая. — Откуда мне было знать, что ты всё правильно воспримешь, а? Да я до сих пор в этом не уверена, оппа! Ты же так гневался от вида тех разрушений, что устроила эта дура, — Фая недовольно кивнула на мелкую чёрную летучую лисицу. — В тебе было столько ярости! А она ведь, по сути, не виновата! Это безумие, оппа! К тому же безумие, которое подстёгивала чужая воля этих ваших конченых террористов! Но… Ты мог ведь и не простить её! Понимаешь⁈ А она сейчас и вовсе другая. Мелкая, глупая девчулька! Мы с тобой потратили кучу энергии, разумеется, я ей стала меньше давать. Так она перепугалась и начала буянить. Дура!»

— Прости, подруга, но дура здесь ты, — покачал я головой. — Ты знаешь меня лучше всех в этом мире. И что же? Решила, что я не прислушаюсь к твоей просьбе?

«Прислушаешься, — буркнула она. — Но… ведь нужно же подготовить человека… с вами же сложно… Ну… в дорамах так, по крайней мере. Весь сезон титьки мнут, прежде чем в чём-то признаются».

Я тяжело вздохнул и поднял взгляд на небо. Вот что с ней делать, а? Она так быстро интегрировалась в мою жизнь и познала человеческое общество, что порой я забываю, что изначально-то Фая дракон. Матриарх драконов, привыкший жить по драконьим понятьям и общаться со своей стаей, а не с людьми.

Вздохнул ещё раз и посмотрел на умирающую чёрную лисицу. Какая-то она облезлая. Очень плохо выглядит… Будто бы не готова к жизни в этом мире.

И что важнее, её связь со мной идёт через Фаю. Точно так же, как у дракончика Лютика, который сейчас пялится на нас изумлённо, охраняя другие яйца.

Дракониха, разнёсшая половину Парижа и убившая короля, ныне дочь моей Фаины Максимовны. Забавно… Как так вышло? Мы ведь просто одолели её, а не сделали энергетический слепок, как было с тем же Лютиком. А тело чёрной драконихи и вовсе исчезло без следа.

«Это хаосит мне её подсадил, — проворчала Фая, прочитав верхний слой моих мыслей. — Он сказал, что она теперь чиста и невинна. И… я в это верю, оппа. Она в самом деле сейчас всего лишь малолетняя дурочка. Не факт, что она вообще помнит, что творила в Париже. Это новая жизнь, оппа. Перерождение! Давай её оставим, а? Я ей даже имя уже придумала».

— Какое? — устало выдохнул я, сканируя чёрную тушку Семейным Даром.

«Ольга Фаиновна!» — горделиво заявила огненная лисица.

— А? — опешил я. — Поясни?

«Ну… она с виду вся такая крутая, строгая, стервозная, а внутри милая и добрая милашка. Так что „Ольга“ — лучший вариант. А что до матчества… Не нужна мне такая сестра, чтобы делать её „Максимовной“. К тому же, как ты видишь, назвав её „Фаиновной“ я демонстрирую тебе то, что готова полностью взять ответственность за неё на себя, оппа!»

Фая решительно задрала острую мохнатую мордочку.

— Ну надо же, какая ответственная… — проворчал я. — Ладно. Давай-ка, наверное, запихнём её в яйцо и подвяжем к поместью.

«Хочешь иметь над ней дополнительный контроль? Понимаю. Не возражаю. Ты — мой оппа, и я тебе полностью доверяю. И… ну… прости, что так вышло. Затянула, признаю».

— Прощаю, — серьёзным тоном проговорил я. — Но в следующий раз так не делай. Если есть что сказать — говори и не тяни. Всё порешаем.

«Спасибо, оппа, — проговорила Фая и потёрлась мохнатой щекой о мою руку. — Ну всё! Я готова к новым свершениям!»

А дальше мы поместили еле живую чёрную дракониху в камень от поместья, который под воздействием магии Фаи превратился в крупное яйцо. Его мы положили рядом с остальными тремя, чему очень обрадовался старший драконий братик — Лютик. Он немного покружил вокруг нас, но, похоже, почувствовал, что и мать, и «оппа» почти без сил, и вернулся обратно на свой пост — хранителя кладки.

Хоть я втянул в себя энергию поместья, но в полной мере это действие меня не насытило. От всех этих махинаций и потрясений мои энергетические контуры ныли неимоверно.

Разобравшись с драконами, я связался с Кристиной и успокоил её, сказав, что со мной всё в порядке. Велел невесте вместе с бойцами идти к портальному оттиску — ребята как раз заканчивали сбор трофеев и думали выдвигаться в Новосибирск своим ходом.

Они очень обрадовались, возможности переместиться через портал.

— С возвращением! — поприветствовал я первых переместившихся.

Мгновенье! И прямо передо мной уже стоит обеспокоенная Кристина, скрупулёзно осматривая меня со всех сторон.

— Новых дырок не добавилось, — усмехнулся я.

Она внимательно посмотрела мне в глаза. Я прям увидел тот момент, когда тревога в её взгляде сменилась облегчением.

Невеста счастливо улыбнулась и крепко обняла меня, прижавшись ко мне своей богатой грудью.

— Как я рада, Максим… — тихо прошептала она мне на ухо. — Не пугай меня так больше.

— Не буду, — проговорил я, гладя её по волосам.

«Не гони на оппу, самка номер три. Это мой косяк», — авторитетно заявила невидимая Фая, подключив к нашей с ней мыслесвязи одну лишь Кристину.

За спиной Кристи уже стояли мои близкие. Большинство смотрели на нас с умилением, а вот две дамочки явно пялились завистливо.

Между тем из портала продолжали выходить мои гвардейцы. Некоторые из них тащили вырубленных пленников.

— Друзья, благодарю всех за службу! Всем премия вне очереди! Отлично постарались.

— Ура!!!

— За Белозеровых!

— За его Сиятельство!

Я попросил Петра Воробьёва заняться бойцами и пленниками, а сам подозвал к себе Пожарскую, Батуми и Лизу. Кристина на зависть двум другим дамочкам от меня не отлипала.

— Срочные новости есть? — коротко спросил я.

Батуми мельком глянул на главу СБ и быстро ответил:

— Срочных — нет.

— Нам удалось собрать кучу всякой всячины на базе террористов, — взяла слово Пожарская и криво ухмыльнулась. — Правда, большинство добра обгорело. Ну и то хлеб. Будем исследовать. Продолжим допрашивать пленников. Кого-то из них особо беречь нужно? — баронесса мило хлопнула ресничками, будто поинтересовалась, какое мне пирожное из кондитерской захватить, а не насколько сильно резать плохих людей.

Прежде чем я успел ответить, Кристи повернулась ко мне и произнесла:

— Дорогой… могу… попросить?

— Слушаю.

Кристина прикрыла глаза, собираясь с мыслями, а затем, резко распахнув их, проговорила:

— Я прошу тебя не мучать гвардейцев Стрижовых, готовых сотрудничать с нами и готовых присягнуть Илье. Я… переговорила с ним там… Он выглядит иначе, чем раньше. Мне кажется, он не пойдёт против нас. Мне кажется, он готов сотрудничать. Да и…

Она замолчала, вскользь стрельнув глазками на остальных. Мол, дальше конфиденциальная информация.

— На пять секунд, ребят, — сказал я Батуми, Пожарской и Лизе и, взяв невесту за руку, повёл её в сторону. — Ты хочешь сделать младшего сына Богдана Стрижова — новым главой рода? Я правильно понимаю? Он ведь тоже повинен в смерти твоей семьи.

Кристи поджала губы, и некоторое время мы шли молча.

— Дорогой, ты ведь давал мне читать протоколы допросов. Уже по ним можно было понять, что младшего сына меньше других допускали до грязных делишек его семьи. Но даже так я не могла его простить. Да и сейчас не могу! Но я думаю о нашем роде… Ну… — она покраснела до ушей и забормотала, — согласна, странно прозвучало в контексте этого разговора, ведь пока я официально Стрижова. Но я…

— Да понял я, — усмехнулся я, прижав её к груди. — Никогда не считал тебя Стрижовой. Для меня ты уже давно графиня рода Белозеровых. Ты думаешь о будущем рода Белозеровых и поэтому хочешь сделать главой Стрижовых именно Илью Богдановича, а не кого-то из представителей других веток рода, так?

— Да! — решительно заявила Кристина. — Твоя волшебная техника не позволит ему пойти против нас. Давид вот под шумок во время боя хотел нас предать. И что в итоге? Умер!

Я молча кивнул, соглашаясь с её доводами. Пока я бился с Магистром Ордена, террористы таки смогли добраться до нашего вездехода с пленниками и сломать стену…

Илья Стрижов даже не вышел из машины, в отличие от своего ныне покойного брата.

— Я не хочу, чтобы род Стрижовых был уничтожен! — твёрдо проговорила моя невеста. — Но я и не испытываю особо тёплых семейных чувств к другим членам рода. Да, есть те… кто мне симпатичен. Но не настолько, чтобы безоговорочно им доверять. К примеру, мой двоюродный дедушка и его сыновья — баронесса Пожарская нам говорила, что по её данным, они остались в губернии, а не пошли с войсками в Новосибирск, по своей воле. Официально — приглядывают за губернией. Но мне хочется верить, они воспользовались возможностью не воевать против меня. У меня были хорошие отношения с ними… Но род для них будет превыше всего. Если мы продавим своё желание поставить деда Антона во главе рода, у нас будет гораздо меньше рычагов давления на него, чем на Илью. Не говоря уже о том, что Илью проще юридически сделать главой.

— Для этого необходимо освободить ему место и казнить Льва Стрижова, — спокойно произнёс я.

Кристи полыхнула Жаждой Убийства, и взгляд её стал холодный, как сталь.

— А это моя вторая к тебе просьба, дорогой, — проговорила она. — Я хочу лично отрубить ему голову.

— Ты не обязана. Я могу сделать это для тебя.

— Я знаю. Но я хочу. Я стану твоей первой женой. Одной из столпов всего рода Белозеровых. Я должна быть способна действовать самостоятельно, а не только прятаться за широкой спиной могучего мужа. Это одна причина. Есть и другая… Я чувствую обиду на весь род Стрижовых. Да, с точки зрения родичей, всё было по закону. Да, они не знали о том, что Богдан и его семья убили мою семью. Но это их незнание не заглушает мою боль и обиду. А я хочу оставить позади неприязнь к роду Стрижовых. К моим родичам и предкам. Хочу обрубить эту неприязнь… понимаешь?

Она решительно уставилась на меня своими серыми глазами.

Я не из тех, кто станет попирать такую решимость.

— Да будет так, — произнёс я. — Раз уж тебе не удалось отомстить главному виновнику, я дам тебе отомстить его ближайшему сподвижнику.

* * *

Несколько дней спустя. На окраине имения Белозеровых.

— Серьёзно, ты — мой палач? — криво усмехнулся Лев Стрижов. Выглядел он ещё хуже, чем после боя с Пожарской. Никто особо не лечил этого гада, а время, проведённое в пыточной, не способствует увеличению здоровья.

— Как последняя из семьи Альберта Стрижова, я сделаю то, что предначертано, — холодно проговорила Кристина, облачённая в артефактный доспех стихии воды. В руках её был красивый меч тоже её стихии.

— Сними с меня наручники, блокирующие энергию, и сразись со мной, — продолжил криво ухмыляться Лев. — Такая месть будет честной.

— Не путай честь с безрассудством, — хмуро произнесла Кристина. — Лев Стрижов, за предательство главной семьи рода Стрижовых я приговариваю тебя к смерти. Гори в аду, тварь.

— Нет!!! — закричал Лев, и взгляд его изменился. — Не надо! Сестричка, не делай этого! Я буду служи…

Послышался свист ветра, и голова предателя своего рода упала на траву.

— Жил тварью и подох тварью, — хмыкнул Батуми, стоявший недалеко от меня.

— И не говори, — хмыкнула Пожарская.

Запиликал её телефон. Взглянув на экран, она стремительно приблизилась ко мне.

— Похоже, мы знаем, кто был Старшим Магистром на той базе, — прошептала она. — А если так… Я догадываюсь, кто стоит во главе всего Ордена.

Она буквально пылала возбуждением. Я удивлённо посмотрел на неё. Такая невероятная догадка?

Пожарская расплылась в довольной улыбке и приблизилась ещё сильнее к кончику моего уха.

— Если я права, а я редко ошибаюсь, то противник тебе как раз под стать… — её жаркие губы таки коснулись мочки моего уха и почти беззвучно так, чтобы, кроме меня, никто не слышал, она прошептала: — мой принц.

Глава 2

В зале заседаний на первом этаже моего особняка собрался, как говорит Кристина, «наш расширенный малый совет». Состояли в нём: я с невестой, Батуми со своим адъютантом Олегом Змеевым, Пожарская (как глава СБ и глава своего рода), Пётр Воробьёв, Вася Васильев — в качестве ИО главы первого батальона моей гвардии, и Лиза Волконская (для большинства присутствующих — Зарецкая). Она выполняла роль представителя Министра Имперской безопасности, с которым, как справедливо полагают мои вассалы, я на короткой ноге после моего вояжа в Париж.

— Итак, — обвела всех торжествующим взглядом баронесса, — мой любимый граф, дамы и господа, на повестке дня у нас с вами сегодня — Орден Разочарования. Полагаю, все из вас в курсе, что нашему с вами графу этот Орден не нравится, а то, что не нравится нашему графу, не должно существовать.

«Какая правильная логика у самки номер четыре, — задумчиво проговорила Фая. — Может, всё-таки там, в её первом мире, у неё в предках были драконы?»

«Всё может быть, — хмыкнул я. — Хотя вроде бы она и там была человеком».

— Как-то уж слишком упрощённо, Ваше Благородие, — покачал головой Васильев.

— Зато суть передана верна, — хмыкнул Воробьёв. — Или что, кто-то считает, что нам стоит оставить Орден в покое?

— Нет таких здесь, Пётр, — спокойно проговорила Кристина, обведя наших товарищей внимательным взглядом.

Я подавил улыбку, искоса глядя на невесту. Так-то у неё больше других причин воевать с Орденом. Но ещё совсем недавно она могла бы стушеваться и начать волноваться, в духе — зачем нам лишние проблемы, зачем вам страдать из-за моей мести…

Ну и прочие девчачьи глупости.

Сейчас же Кристи выросла. Она уже фактически является главной женщиной в роду Белозеровых и ведёт себя подобающе. Граф решил воевать? Да будет так. Мы собираем свою гвардию из тех, кто идёт за нами по доброй воле. Берём тех, кто разделяет наши стремления. А стало быть, гвардейцы не могут сомневаться в решении графа.

Фактически главная женщина… Пожалуй, пора и официально её таковой сделать.

Да, определённо, поставлю свадьбу на первое место в списке приоритетных дел.

— Ваше Благородие, — подал голос Олег. — Так что там с Орденом? Пожалуйста, расскажите, не томите.

Яра ехидно уставилась на него и хохотнула:

— Ну что же ты, Олежа, вперёд остальных лезешь? Всю интригу сбиваешь? Расскажи лучше, что у тебя там с твоей девочкой?

Олег изумлённо уставился на неё.

— С Машкой? — выпалил он. — А что с ней?

— Говорят, ей брюхо крутило в плену у Стрижовых. Съела чего? Или…

— Хватит, — твёрдо произнёс я. — Мы собрались здесь по делу, друзья мои. Давайте сперва решим вопросы, а потом уже развлекаться будем. Яра, поделись, пожалуйста, со всеми, в том числе и со мной, результатами своего расследования.

Пожарская одарила и меня ехидной улыбкой. Правда, от моего взгляда, она тут же подобралась, поправила рыжую гриву и откашлялась:

— Кхм… в общем, дело обстоит так. Как вы все прекрасно знаете, на ключевой в нашем регионе базе Ордена находился один из трёх Старших Магистров Ордена. Мы хорошенько так поработали с пленными террористами и узнали, что был он там с проверкой базы, кроме того, монгольский Магистр, пленённый нашим графом, сказал, что Орден планировал вернуть свои позиции в регионе. Которые он потерял как раз из-за нас с вами и в первую очередь опять же из-за нашего любимого графа, — Пожарская самодовольно усмехнулась.

Я укоризненно посмотрел на неё. Она цокнула и продолжила:

— Увы, во время штурма базы наши ребятки не смогли разглядеть этого Старшего Магистра. Он скрывал лицо. Но не голос. Роза запомнила, как этот хрыщ пафосно произнёс: «Горите в пламени, враги Ордена». Тоже мне, пироман хренов, — недовольно проворчала Пожарская.

«Зажигалочку ещё не отрастил, огнём угрожать», — поддержала её ворчание в моей голове Фая.

— Короче, он использовал артефакт и спалил базу. Как я поняла, артефакт этот не только усиливал способности огневиков, но и наделяя огонь дополнительными свойствами. Суть в том, что мощный удар проходит по площади, вырубая всех и поджигая окрестности. А затем люди без сознания просто задыхаются от дыма или сгорают в обычном огне, не в силах активировать покров. Как-то так. Если бы наш любимый граф не прибыл туда, все наши померли бы. Но наш любимый граф опять превзошёл ожидания врагов и переиграл их переигрывание. В итоге полностью замести следы Старшему Магистру не удалось.

Когда баронесса замолчала, Змей, как школьник, поднял руку.

— Слушаем тебя, Олег, — дал я ему слово.

— У меня встал вопрос. Этот Старший Магистр же один из самых сильных в Ордене, так?

— Не обязательно, — хмыкнула Пожарская. — Хотя конкретно этот довольно силен. Да и два других, скорей всего тоже.

— Во-от! — наставительно поднял указательный палец Змей, довольный, что угадал. — А раз так, почему он не явился на бой с нашими основными силами? Макс… Ну… Его Сиятельство же как бревно в глазу у Ордена, так? Разве им не стоило всех крутых бойцов собрать, из тех, что были рядом?

Батуми откинулся на спинку стула. Сцепив руки в замок, он снисходительно посмотрел на своего помощника и произнёс:

— С точки зрения Ордена, Олежа, мы должны были попасть в засаду — это раз. Против нас было двое Богоподобных, два Героя и ещё немало хороших бойцов — это два. В крайнем случае, если бы с точки зрения Ордена случилось бы необычное и мы бы начали выигрывать, вас — пленников — бы использовали в качестве живого щита — это три. Так что Орден считал, что у него всё схвачено, и главному херу, который к тому же скрывает своё лицо, нет нужды лишний раз светиться. Но о засаде мы знали, врагов сильных размотали, а вас освободили ещё в самом начале заварушки.

— О, это да! — закивал Олег. — Когда наручники стали просто исчезать, мы с ребятами в шоке были!

Пожарская кинула в мою сторону напряжённый взгляд. Она уже спрашивала об этом «чуде», но я просто ответил ей «секрет». Шила в мешке не утаишь, а я абсолютно не против того, что мои люди превозносят графа Белозерова, вокруг которого постоянно происходит что-то необычное.

Но Пожарская — другой случай. Она пытается докопаться до сути. А сейчас вот хмурится, заметив мимолётную ухмылку Лизы. Поняла баронесса, что наша капитанша, в отличие от неё самой, в курсе, куда пропали наручники?

— Кроме того, Олег, — обратил я на себя всеобщее внимание, — даже наши пленники не знали полное имя Старшего Магистра. Это необычно, учитывая, что Орден культивирует братские чувства между своими членами.

— Всё верно, — подтвердила мои слова Пожарская. — Как раз факт того, что полное имя Старшего Магистра не было известно другим в Ордене, натолкнул меня на очевидную мысль — в отличие от большинства террористов Ордена конкретно этот Старший Магистр совмещает тайную террористическую деятельность с деятельностью вполне себе явной и публичной. Раньше мы сталкивались с тем, что некие рода сотрудничают с Орденом. Сейчас же с тем, что член… глава одного рода и есть член Ордена. Скажу вам, вычислить его было очень сложно. Пришлось по крупицам собирать улики, сводить в единую систему характеристики этого человека, полученные от его пленных братьев, и…

Она сделала театральную паузу. Батуми хмыкнул и резко произнёс:

— И в итоге спалился он на голосе, верно? Роза — отличная скрытница, а у скрытников рецепторы развиты лучше, чем у других отмеченных. Да ещё и на Розе была «корона». Стало быть, запомнила его голос Роза чётко. У тебя было несколько кандидатов, ты нашла их записи выступлений, интервью… Короче, Роза его опознала. Верно? Кто он?

Пожарская покраснела и зашипела, как вскипевший чайник:

— Да как ты смеешь мешать моему триумфу! Ты! Лысый умник⁈ Да что б у тебя вообще никогда волосы не росли.

— Спасибо за пожелание, а то устаю голову брить, — показал он ей большой палец. — Ну? Кто он?

— Князь Бенкендорф! — едва ли не выплюнула она в лицо моему военачальнику.

— Министр культуры? — опешила Лиза.

— Он самый! — выкрикнула Пожарская, скрестив на груди руки. — Человек, который последнее время не лезет в большую политику, а его пост мало кого интересует. Но! — она оживилась и подняла указательный палец. — Раньше он поддерживал царевича Глеба. Как вы, наверное, знаете, фракция царевича была довольно… убога? Инертна? Короче говоря, вряд ли кто-то всерьёз думал, что мелкий парнишка сможет претендовать на трон. Вокруг него скапливались всякие странные рода, которых больше интересовали искусство, балет и всё такое, а не военная сила. Да и сам царевич любил петь, плясать и пробовал себя в театре. Полагаю, представители всех этих культурных родов надеялись, что в конечном итоге, когда определится явный фаворит в борьбе за престол, царевич Глеб со всем своим культурным пластом, бухнется старшему брату-фавориту в ножки и без борьбы получит свой тихий уголок.

— Звучит логично, — сдержанно произнесла Кристина. — Не проявлять активных действий, не демонстрировать угрозу для других фракций, переждать в сторонке… Это возможно, когда все знают, что ты в самом деле не собираешься воевать, и не видят в тебе противника.

— Во! — показала ей большой палец Пожарская. — Примерно в таком ключе я и размышляю. Однако же царевич Глеб исчез, а фракция его… Нет, не развалилась! Но и нельзя сказать, что существует. Просто «культурники» сгрудились вокруг Министра. Но занимаются исключительно вопросами культуры.

— И терроризмом, — хмыкнул Олег.

Мы покосились на него неодобрительно. Батуми на правах наставника отвесил Змею лёгкий подзатыльник и произнёс:

— Не греби всех одной гребенкой. Полагаю, большинству «культурников» в самом деле до лампочки большая политика. А вот их Министр… Любопытно выходит.

— А ещё любопытнее то, — засияла Пожарская,- что царевич Глеб согласно официальной версии ехал в Париж открывать Европейский гастрольный сезон Мариинского Театра! Открыл без проволочек — да. Это он позже исчез с радаров. Но нельзя забывать, что всю поездку организовало Министерство Культуры.

Яра повернулась в мою сторону и произнесла, серьезно глядя мне в глаза:

— Примерно после исчезновения царевича Глеба и активизировался Орден Разочарования. Мы знаем, что Орден — международная организация, что имеет поддержку в разных странах. А значит, скорей всего, и формировался он, изначально опираясь на ресурсы родов из разных стран. Но форматироваться должен был вокруг какой-то идеи. Вся эта деструктивно-анархичная ересь, которую проповедуют террористы — идея для глупых бойцов. Те, кто дёргают за ниточки, хотят получить нечто более практичное, не так ли? Нужных правителей, нужных аристократов на ключевых позициях, деньги, в конце концов…

— Ты что же, — нахмурил лоб Батуми, — считаешь, что во главе Ордена стоит царевич Глеб? Он и есть их неведомый Великий Магистр?

— Главному террористу необязательно быть сильнейшим из них, — задумчиво проговорила Лиза, а затем скрипнула зубами и произнесла: — Наша страна — великая! Сильная и богатая. Богатства империи — достойная плата иностранным родам за помощь в воцарении младшего из царевичей. Если всё так, как говорит Ярослава Васильевна, царевич Глеб будет отвратительным правителем. Он распродаст империю, чтобы покрыть долги!

— Не факт, что совсем уж распродаст… — покачала головой Яра. — Орден взял на себя ответственность за убийство французского короля. Если это действительно так, скорей всего убить хотели всю правящую семью. А значит, французские друзья Ордена заинтересованы в первую очередь не в деньгах. А в смене власти у себя дома в обмен на свою помощь.

— Одно другому не мешает, — сухо проговорила Лиза. — Подумайте сами, сколько много всего нужно сделать Ордену, чтобы посадить своего Великого Магистра на российский престол? Слишком много других кандидатов. Одного подчинения дракона… Очень сильного дракона, принёсшего огромные разрушения, недостаточно для того, чтобы очистить путь к российскому престолу. Если во главе Ордена действительно царевич, решивший действовать очень жёсткими и отвратительными методами, ему придётся влезать в долги перед другими странами. Мы не должны этого допустить ни в коем случае, как верные подданные нашей империи. Ещё раз повторюсь, такой царевич, если станет императором, станет огромной катастрофой для всей страны.

Взгляд Лизы пылал, а я чувствовал её бушующие эмоции. Она ведь от чистого сердца переживает за будущее империи. Вероятно, это главная причина, почему княжна и дочка Министра пошла на сложную и опасную службу в ОКЖ.

— Не станет, — произнёс я ровно.

— Да как же так, Максим⁈ — обожгла меня яростным взглядом Волконская. — Это же…

— Не станет, — с нажимом повторил я. Она поджала губы, а я улыбнулся и продолжил: — Не станет глава террористического Ордена Императором Всероссийским. Я не позволю.

По моим рецепторам ударила буря, порождённая эмоциями собравшихся в зале людей. Было тяжело удержать невозмутимое выражение лица. Вроде сказал пару слов, а их так сильно проняло, что я могу прочувствовать? Я ведь ощущаю только очень сильные неподконтрольные эмоции.

И что же сейчас? Воробьёв и Васильев с благоговением пялятся на меня, округлив глаза. Оба борются с желанием склониться в поясном поклоне. Олег вон восхищается моей крутостью. Кристина лучится любовью и теплом. Батуми и Яра смотрят на меня с выражением: «Ну, как и ожидалось!»

А вот Лиза, похоже, испытывает огромную благодарность.

Я же, откинув лишние мысли, прокрутил в голове разговор со своей старшей сестричкой, который произошёл в Париже. Слова Королевы Натальи относительно Глеба неплохо вяжутся с домыслами Яры…

Правда, королева не должна поддерживать Орден… Может, она не знала про это и просто помогла Глебу скрыться?

А может, королева хотела избавиться от короля?

— В общем, так, — хлопнул я по столу, возвращая всем рабочий настрой, — версию о том, что Великий Магистр Ордена Разочарования — десятый царевич Глеб, мы принимаем как рабочую. Лиза, поделись ей, пожалуйста, с князем Волконским. Далее, Яра, как я понимаю, допросы и исследование найденного на базе продолжаются?

— Так точно, мой любимый граф! — отчеканила улыбающаяся Пожарская, по-солдатски приложив руку к голове.

— К пустой голове руку не прикладывают, — хмыкнул Батуми.

— Тихо, — произнёс я, пока не начался гвалт. — Яра, промежуточные итоги мне на стол. Расследование продолжай. Батуми — на тебе укрепление обороны, подготовка гвардии, набор новых гвардейцев. Плюс ты мне обещал выделить больше Стражей для походов по аномалиям. Батуми, бойцам нужно качаться, а нам нужны туши монстров. И сердца.

— Да, привезли уже вчера. И сегодня привезём.

— Нужно больше тел, Батуми, — с нажимом произнёс я.

— Да понял я, командир, будет больше тел. Но у меня тут вопрос назрел. Я так понял, имение и его необычная защита работает на трупах, верно?

— Верно, — хмыкнул я.

Ну а что, трудно скрыть от всех, что тела врагов исчезают.

— Так что же за последние массовые битвы оно не облопалось, а? — хмыкнул мой Лысый военачальник.

Остальные тоже с любопытством уставились на меня. Я тяжело вздохнул, прикидывая, стоит ли ещё немного приобщить ближников к своим секретам?

А почему бы, собственно, и нет?

— Не облопалось. У него обмен веществ быстрый. К тому же, ты же не думаешь, что наш чудесный целебный источник работает на дождевой воде, правда?

— Понял. Отстал.

— К тому же, — продолжил я. — Всем вам нравятся не только наши призраки, но и Лютик, верно?

— Он такой лапочка! — вперёд других выпалила Пожарская. — Пусечка! Огонёчек! Подаришь его мне?

Я покосился на неё скептически, покачал головой и продолжил:

— В общем, Лютика вы все заценили. А теперь представьте, что драконов может быть больше одного? Но для этого нужно ещё больше тел монстров.

Ох и галдёж же поднялся после моего заявления…

Но я дал ребятам поохать, не перебивал их и дождался, когда они придут в себя.

— Дорогой, это всё восхитительно… — внезапно произнесла Кристина. — Но Батуми уже подходил ко мне насчёт денег для снаряжения, для контрактов, для новых гвардейцев. Ярослава Васильевна тоже просит деньги на строительство и расследования. Плюс так… по мелочи. Продажи ингредиентов приносили роду неплохой доход. Но и его мало. А если мы будем туши монстров отдавать поместью…

Она многозначительно уставилась на меня.

И взгляд её не предвещал ничего хорошего.

Я широко улыбнулся и повёл рукой, высвобождая энергию.

И вновь буря чужих эмоций накрыла меня. Сколько же изумления было на лицах моих товарищей, когда на их глазах в углу помещения образовалась целая гора драгоценностей, антиквариата, украшений и кипы наличности.

— Пожалуй, это хватит пока что закрыть дыры в бюджете, — хмыкнул я.

— Может быть, я зря свожу дебет с кредитом, раз мой жених так может… — пробормотала Кристи, на негнущихся ногах подходя к этой «золотой горе».

— Даже я не могу создать что-то из ничего, — хмыкнул я.

— Тогда… откуда? — обернувшись через плечо, спросила невеста.

— От поверженных родов и прочих врагов, — усмехнулся я. — С этой бумажной волокитой так долго и муторно получать трофеи, знаете ли. А боевые артефакты и оружие мы не продаём. Вот и приходится выкручиваться, — я улыбнулся во все тридцать два, довольный произведённым эффектом.

Вольный Воитель никогда не уйдёт без трофеев.

Хороший Вольный Воитель сможет добыть даже больше, чем ему причитается.

А я — чертовски хороший Вольный Воитель.

Глава 3

— Максим, прости, пожалуйста, я не смогу присутствовать на твоей свадьбе, — голос Светы Анжуйской-Захаровой, прозвучал довольно грустно.

Я тяжело посмотрел на свой телефон — говорил с герцогиней-паладиншей по громкой связи.

«Оппа, утешь даму! Скажи ей, что это не последняя твоя свадьба, где-нибудь ещё удастся пересечься!» — тут же появился в моей голове дельный совет.

— Очень жаль, — ответил я честно.

— И мне тоже, — проговорила герцогиня. — Честное слово. После всего, что ты для меня сделал, я хотела бы быть рядом с тобой в столь значимый для тебя день. Но дела рода требуют моего немедленного возвращения в столицу. Вряд ли я смогу успеть вернуться в Сибирь до твоего торжества.

Я молча кивнул, хотя она, разумеется, видеть этого не могла.

Дела рода — довольно интимный процесс. Человек со стороны не имеет права спрашивать о них.

И всё же иногда плевать мне хочется на нормы приличия.

— У вас там совсем всё плохо? — спросил я прямо.

— Что⁈ — вспыхнула Света. — Да как ты можешь такое говорить⁈

— Мы вроде не чужие друг другу люди, — вздохнул я. — Хорошие друзья. Ты думаешь, если поделишься со мной своими проблемами, я побегу трезвонить о них направо и налево?

Некоторое время вместо связной речи я слышал из трубки лишь раздражённое шипение.

— Всё отвратительно! — неожиданно резко произнесла Света. — Но… Благодаря тебе наш род смог получить… дивиденды. Положение Анжуйских-Захаровых не самое лучшее во фракции, но далеко не самое худшее. Если бы только отец и Коля вернулись…

— От них до сих пор ни слуху ни духу? — спросил я осторожно.

— Нет, Максим, — тихо проговорила Света. — Для всей фракции они мертвы, и… всё чаще я думаю, а вдруг оно в самом деле так и есть?

Я нахмурился, пытаясь подобрать слова. Дело в том, что отец Светы со своим наследником, героически погибли, вместе с горсткой солдат, прикрывая отход русской армии в Персии. По крайней мере, так звучит официальная версия, высказанная моим братом Алексеем.

Да, чтобы заручиться поддержкой военных, Алексей с гвардейцами своих вассалов присоединился к регулярным войскам на южных рубежах. Да вот только в последнее время ситуация там складывается не в нашу пользу.

А ведь ещё и под шумок, фракция Михаила напала на фракцию Алексея. Алексею, вероятно, следовало сразу вернуться вместе с бойцами в столицу. Но, полагаю, он хотел исправить ситуацию на фронте, чтобы очистить имя и получить очки репутации. Чтобы не возвращаться домой в минусах.

Не вышло.

В каком-то смысле он погнался за двумя зайцами и потерял обоих. В итоге домой он вернулся с остатками гвардейцев, но и тут уже ситуация швах, и сил с ним вернулось маловато.

Так вот, родственники Светы…

Нет тел — нет доказательств.

Потому Света и члены её семьи верят, что герцог и наследник ещё живы. Я по этому поводу даже с ПЕВГом успел проконсультироваться. Ответ его был следующим:

Персы — те ещё жёсткие твари. Если бы они убили двух русских герцогов, где-нибудь бы в интернете всплыло бы нелицеприятное видео с доказательствами. Так что есть все основания полагать, что родня твоей герцогини ещё жива. Однако же, братишка, в этом деле есть нюанс. Не забывай, что англосаксы на короткой ноге с персами. Персы многое делают по их указке.

Казалось бы, причём тут англосаксы? И зачем им заставлять персов скрывать убийство герцога Анжуйского-Захарова? А все просто — любимая жена нашего с ПЕВГом братишки Мишки — британская принцесса. А ещё, как я тут узнал от своего вассала — Министра Имперской Безопасности, скорей всего, именно с подачи принца Михаила британцы накрыли русскую разведячейку в Лондоне. Правда, князь Волконский не имеет доказательств. Но ярость кипит в нём знатная.

В общем, чтобы посеять внутри фракции Алексея волнения и сомнения в словах царевича, сподвижники фракции Михаила вполне могут скрывать информацию о смерти герцога и наследника, которая бы подтвердила слова Алексея.

Мути воду на ровном месте.

Классический ход англосаксов.

Эх… Отец Светы сейчас как легендарный кот Шрёдингера.

Но пожалуй, такими словами девушку не утешишь.

— Вместе с тобой и твоей семьёй я верю в возвращение твоих родных Света, — проговорил я как можно теплее. — Держитесь! Дождитесь их возвращения. И встретьте их достойно, не посрамив род.

Пару секунд она молчала, а затем нежно произнесла:

— Спасибо, Максим… Удивительно, как тебе всегда удаётся меня поддержать? Ты будто бы чувствуешь, что у меня на душе, — она грустно вздохнула. — Да… хотела бы я быть с тобой на твоей свадьбе. Но не будем об этом. Пришлю подарок! А мне, ты прав, нужно приложить все усилия, чтобы помочь роду. Помочь нашей фракции, в конце концов! Я уверена, Его Высочество, царевич Алексей не сдастся и продолжит борьбу. Мой отец искренне поддерживал его. А значит, и мы не должны посрамить!

Она говорила твёрдо и уверенно. Но я чувствовал, что противоречивые чувства до сих пор терзают Свету. Род предан Алексею.

Но не предал ли Алексей их род?

Ещё один сложный вопрос.

Тепло попрощавшись с Анжуйской-Захаровой, я сбросил вызов и задумчиво уставился в окно своего кабинета. Да уж, Кристи с Пожарской умудрились сделать фонтан в виде моей фигуры во внутреннем дворике. Вот ведь артистки…

Я тяжело вздохнул. Фая попросилась наружу и, едва я материализовал её, заглянула мне в глаза. Хмыкнула и уселась на клавиатуру моего ноутбука в своей мини-форме.

«Хочешь помочь самке номер два?» — спросила она.

— Конкретно её жизни сейчас ничего не угрожает, а значит, и без меня справится, — ответил я. — В крайнем случае она свяжется со мной. Она мне обещала.

«Так-то ты можешь просто пойти прихлопнуть царевича Алексея, и всё. Нет царевича — нет проблем и обязательств перед ним», — Фая завертела головой, увидела свою миску с молоком, подлетела к ней и начала лакать.

— Сейчас у нас есть куда более насущные дела, — усмехнулся я.

Фая оторвала мордочку от миски и расплылась в довольной улыбке.

«Верно мыслишь, оппа. Сделать самку номер три своей официальной самкой — намного важнее. Никто лучше неё не справляется с наливанием для меня молока».

* * *

Так как свадьбу с Кристиной я возвёл на первое место своих приоритетов, день свадьбы стремительно приближался. ПЕВГ то и дело писал мне гневные сообщения: мол, он творец, а не ремесленник, не нужно его подгонять, дайте ему кучу времени, и он сделает торжество в лучшем виде. Свадьба — это искусство, а искусство не приемлет рамок, в том числе и временных.

На такие сообщения я отвечал ему в духе:

«Дам тебе больше времени, и ты всё сделаешь в последний день».

Ну а далее ПЕВГ обзывал меня варваром и мужланом, который ничего не понимает в свадебных подготовках.

Однако, справедливости ради, ПЕВГ старался изо всех сил. Забавно, будто у лидера фракции других хлопот нет, кроме как готовить свадьбу для своего братишки.

А между тем у нас самих других хлопот как раз хватало. Сама невеста двадцать четыре на семь думала не о предстоящем торжестве, а о том, как более эффективно использовать Вирные баллы, как выжать из ВКЖ баллы дополнительные, как использовать полученное имущество. И постоянно спорила то с какими-то инстанциями, то с юристами родов… Пару раз подходила ко мне с телефонной трубкой и решительным взглядом.

— Дорогой, — говорила она. — Я сейчас наберу номер, а ты, пожалуйста, объясни абоненту, что наши войска им там не всё поломать успели, и не всех гвардейцев перебили. Скажи, что у ребят руки чешутся доделать работу. Пожалуйста, сделаешь? Убедительно, как ты умеешь?

И смотрит на меня такими серыми влюблёнными глазами… Как ей откажешь?

С родственниками Кристины мы заключили мир, и всех пленников освободили. Я настоял на том, чтобы в мирный договор добавили пункт, гласящий, что все рода, воевавшие с родом Белозеровых, на ближайшие пятьдесят лет обязаны отдавать государству долг по закрытию аномалий в тройном размере.

То есть в три раза больше минимальной планки. И исключительно «боевым» способом, а не откупными.

Когда я озвучивал этот пункт своим ближникам, Пожарская выпалила:

— И пусть эти пятьдесят лет половину от доходов по походам по аномалиям тебе и твоим потомкам выплачивают!

Но тут я её осадил. Разумеется, поверженные противники контрибуцию нам сейчас выплатят. Своё мы заработаем. Но! Хоть мы и победили «красноярскую армию вторжения», на родине у наших недавних врагов бойцов хватает. Передавливать проигравших не нужно.

Ну и второй аспект — пункт про аномалии мне необходим, чтобы больше аристократов стояло на защите человечества. А то, что они на этом прокачаются и заработают (те, кто переживут обязательные походы) — пусть их только стимулирует.

Кстати, про стимулирование — желание пополнить опустевший запас шкур Андерского брахиозавра простимулировало меня аж три раза сгонять в леса в предместьях городу Парижу и протащить в Российскую Империю товары из страны сей закрытой.

Барон Икеев в долгу не остался.

В какой-то момент у меня даже мелькнула в голове мысль, что такой заработок стократ выгоднее похода по аномалиям или сбора трофеев с поверженных врагов.

Но я отогнал эту мысль вдаль — лёгких путей мы не ищем.

А ещё Икеев сказал, что временно нужно прикрыть нашу лавочку. В Париже заметили неладное.

Но то, что парижское Бюро как-то выйдет на нас, я не боялся. Разумеется, через портал во Францию я гонял замаскированный с ног до головы. Разумеется, даже несмотря на маскировку лично ни с кем там не встречался — товар для меня оставляли в условленном месте. Ну и, разумеется, место это было довольно далеко от портального оттиска. А таскать добро с помощью межпространственных карманов меня и моих зверят — совсем не проблема.

Про аномалии я тоже не забывал — закрыл аж четыре Мора в одиночку, получив за них две тысячи ЕБС. Сейчас я Страж Первого Ранга. Корпус даже очередной камерный банкет в мою честь устроил, на который мы быстренько сходили с Кристи, заодно заключив пару выгодных сделок с артефакторами Корпуса.

Сейчас мне осталось чуть меньше тысячи ОБС до ранга Высшего. Думал сразу сгонять в Апокалипсис, который в своё время проредил Влад с его Рейдом, но…

Не стал. У Влада с наскоку не получилось. Я ознакомился с доступной информацией, даже с Владом связался и понял, что могу и на неделю легко завязнуть в этой Аномалии, а у меня свадьба на носу.

Да, не стал переоценивать свои силы. Все дела после свадьбы.

Эх, надеюсь, ничего до неё не произойдёт из ряда вон выходящего? Я каждое утро читаю отчёты своей СБ о деятельности ИО главы Новосибирской Губернии. Удивительно, но княжич Касимовский не жестит, а просто решает насущные вопросы, будто в самом деле славный ИО губернатора. Дороги вот починить решил в Новосибирске, улучшил план реновации Бердска. С местными аристократами тоже стабильно встречается. Для личного знакомства, так сказать…

Всё чинно-благородно.

Правда, всё больше агентов ВКЖ в Новосибирск стекается под разными предлогами. А ещё гвардейцы рода Касимовских малыми группками, стараясь не привлекать внимание, тоже сюда едут.

И гвардейцы других родов фракции Михаила, у которых есть свои имения в нашей губернии…

Грядёт что-то значимое!

Правда, мы тоже готовимся, а не ворон считаем.

* * *

Ближе к вечеру, за час до ужина у меня выдалась свободная минутка. Я решил просто расслабиться, как в старые добрые времена в прошлом мире — просто поваляться на траве, пялясь в небо. И что, что холодно? И что, что осеннее небо смурное? Никогда меня это не останавливало.

Лежал и расслаблялся, не думая ни о чём.

Даже Фая меня не отвлекала, она сейчас тренирует Юрца и Лютика в моём «диком саду».

Внезапно слуха коснулся голос известной дикторши:

— Война двух графских родов завершена блистательной победой рода Белозеровых. Молодой и гениальный граф Белозеров добился того, что род Стрижовых отдаст ему в жены дочь рода — графиню Кристину Альбертовну. Дамы и господа, мы с вами стали свидетелями торжества любви над несправедливостью и деспотизмом прошлого главы графского рода Стрижовых. Нынешний глава рода, временно исполняющий обязанности главы Красноярской Губернии, Илья Богданович Стрижов обещал лично благословить свою кузину на брак в самом значимом для его рода месте.

Поднявшись на ноги, я бесшумно пошёл на звук, пока не навис над Олегом Змеевым. Сидя на пеньке, он смотрел видео на телефоне и курил.

— Далековато ты от народа забрался, — произнёс я.

Олег аж подпрыгнул от неожиданности, развернулся в воздухе, активировал покров с Меткой и швырнул в меня телефон и окурок.

Телефон я поймал, а окурок переправил обратно Олегу с помощью мини-щита.

— Фух! Напугал, Макс! — выкрикнул Олег, вернувшись в человеческий облик и продолжив табакокурение.

— Твоя реакция, на самом деле была очень даже неплоха, — хмыкнул я. — Но Маша бы расстроилась, если бы ты разбил подаренный ей телефон, — я протянул Олегу трубку.

— Это да… Спасибо, — произнёс он, убрав подарок возлюбленной в карман. — Не думал, что тут кто-то, кроме меня, есть. А я… ну… видос вот смотрел про тебя. Царевич Евгений подогревает интерес к вашей свадьбе. И даже дал интервью, в котором опроверг слухи, что ты его вассал.

— Знаю, — усмехнулся я. — Сказал, что я самый независимый из самых независимых графов.

— А ещё, что ты достойный Страж и защитник простого народа. И он очень рад организовывать свадьбу такому человеку.

Олег неуверенно улыбнулся. Докурил и затушил бычок о ладонь, усиленную покровом.

— Быстро летит время. Вроде недавно с тобой познакомились только, а вон оно что… ты граф и женишься. Я — помощник твоего военачальника. Столько всего произошло за несколько месяцев…

Он тяжело вздохнул.

Я чувствовал, что моего первого в этом мире друга что-то гнетёт. Зная Олега, причина быть может только одна и зовут её Маша. А проблема…

— Она что, до сих пор тебе не сказала? — выпалил я.

— А? — не понял он.

— Да и сюда ты припёрся, чтобы отдохнуть от всех?

— Ну… — замялся Олег. — Я рад быть адъютантом Батуми, но он гоняет меня и в хвост, и в гриву. А я ведь ещё и тренируюсь постоянно. Нет, я не жалуюсь, Макс! Просто иногда хочется отдохнуть, и…

— Да это понятно, — ободряюще хлопнул я его по плечу. — Что с Машкой-то?

— Да хрен её знает, — махнул он рукой. — Резкая она какая-то последнее время. То живот у неё болит, то тошнит. То хорошее настроение, то плохое… Но за тебя радуется. Постоянно про вашу свадьбу говорит.

Выслушав Олега, я не удержался и хлопнул себя по лбу.

— Чо? — не понял он.

— Батуми хвалил тебя, говорит, в тактике ты начал неплохо разбираться, — припомнил я.

— Ну… да… А что?

— Тактику понимаешь, а женщину свою понять не можешь? Не про нашу свадьбу она постоянно говорит, Олежа. А тебе намекает на то, что жениться вам пора.

— А? Да, у нас так-то был уже такой разговор. Я ей говорю, на ноги сперва нужно встать… то да сё…

— То да сё… — передразнил я этого увальня. — Твоё то да сё у неё уже третий месяц в животе развивается. Беременная она, Олег. Не тупи.

— Э-э-э… — выпалил он с отвисшей челюстью.

И затупил ещё сильнее.

А когда пришёл в себя, сразу заявил, что в ближайшее время женится. Рад он был так, что я ощущал его эмоциями всеми фибрами своей души.

Потом Олег заявил, что даже так вперёд батьки в пекло лезть не принято, и говорит, что сделает предложение Маше на нашей свадьбе, если я не против.

Я сказал, что не против. И сделал себе зарубку, попросить невидимую Фаю во время торжества направить букет невесты нужной кандидатке.

Хотя… учитывая, сколько девушек там будет, драка за букет обеспечена.

Ну а спустя пару дней после нашего с Олегом разговора, я и мои ближники мужского пола грузились на шикарный транспортный самолёт. Дамы сейчас садились на такой же самолёт, стоявший рядом.

ПЕВГ организовал для нас мальчишник.

Он же организовывал и для дам девичник.

Едрить, он человек-оркестр!

Глава 4

— Пацаны на «Геликах» едут решать дела…- гнусавым голосом напевал Змей и качал головой в такт музыке, которая играла в его наушнике.

Другой наушник был в ухе у Батуми. Наш военачальник лыбился и тоже ритмично раскачивался, наслаждаясь музыкой, к которой его приобщал адъютант.

Был с этими двумя лысыми и третий лысый. Невидимый лысый. Юрец завис между башками Змея и Батуми и внимательно смотрел на экран планшета, где, по-видимому, сейчас транслировали концерт одной известной группы.

«Трио Лысых! — возмущённо заворчали в моей голове. — Лысый Змей Горыныч, дери его в дышло!»

Я откинулся на мягкую спинку кресла огромного лимузина, который арендовал для нас ПЕВГ. Машина была невероятно длинной и созданной на основе армейских броневиков-вездеходов.

Притом что выкрашена в нежный персиковый цвет. Когда Фая увидела это чудо, ожидавшее нас у трапа самолёта, начала ржать как лошадь.

А теперь вот ворчит.

«Чем тебе не угодил наш Лысый Змей Горыныч?» — усмехнулся я, пытаясь подбодрить дракониху.

В моём мозгу тут же заиграл калейдоскоп гнева. Пятьдесят семь оттенков недовольной Фаины Максимовны и все для меня одного.

«Чем, спрашиваешь⁈ — мысленно прошипела она. — Во-первых, он лысый! Не люблю лысых! Во-вторых, он втройне лысый! В тройне не люблю лысых! А в-третьих… Что вообще за странные местные байки про трёхголового дракона? Где они таких мутантов видели, а⁈ Это издевательство над нашей великой расой!»

«Змей Горыныч не покрыт шерстью. Если его и относить к драконам, то к огненным кожистым. А не к пушистым».

«И что? Я не поняла? При чём тут это твоё, несомненно умное, замечание? Знаешь, как говорят местные? Свои собаки грызутся — чужая не мешай. Я могу сколько угодно ненавидеть кожистых драконов. Но это не отменяет того факта, что они драконы! Нормальные драконы с одной головой!»

«Да ладно, ты не придирайся к фольклору. Уважай чужую историю. К тому же есть теория, что все мифы этого мира, которые родились ещё до появления у местных людей „магии“, связаны все с теми же аномалиями. Мол, аномалии и раньше бывали, но очень очень очень редко. Может, из какой-нибудь и вылез трёхголовый дракон? Монстры типа „цербер“ — не редкость».

«Да в курсе я про эти ваши теории! И про то, что условные боги — те же воины из других миров. Некоторые попадали сюда через аномалии и потом тем же макаром возвращались домой, другие же оставались и плодили детишек с местными самками. Но к чему это сейчас? У нас что, урок истории? У тебя мальчишник! Так чего вы сидите в креслах, как ОЯШи на школьной экскурсии? Пейте! Блюйте! Вытаскивайте стриптизёрш из тортов!»

«ПЕВГ попросил пока не разгоняться. Мол, впереди нас ждёт немало веселья», — усмехнулся я. Удивительным образом, сейчас меня такое положение дел вполне устраивало. Было неплохо просто посидеть в мягких креслах лимузина, пока машина плавно едет по дорогам Красноярской губернии.

— На стрелу… мы едем на стрелу-у-у… — раздались сзади завывания Олега, — Уа-пара-пара-пара!

«Короче, не мальчишник у вас, а сосисочная вечеринка не то пенсионеров, не то задротов, — резюмировала Фая и тяжело вздохнула: — За что мне, рыжей и красивой, всё это, а⁈ Я должна сейчас нежиться с девочками в СПА, листать каталоги красивого белья и обсуждать крашев, а не вот это вот всё!»

«Могу ПЕВГу написать, он подгонит нам журнальчики с бельём».

Фая мысленно передала мне свой тяжёлый и осуждающий взгляд. Затем не выдержала и произнесла:

«Оппа, спасибо, что готов пойти на такое ради меня, но подумай, как ты будешь выглядеть в глазах своего братишки-принца? Реально же школьники-ботаны на выгуле, которые тайком от мамки просят у старшего брата журнальчики с полуобнаженкой!»

Я мысленно рассмеялся: в самом деле забавная получается картина.

А ещё я почувствовал облегчение: Фая вновь стала ворчать «по-доброму». Ситуация с чёрной драконихой очень сильно тяготила мою подругу. А теперь, когда всё разрешилось в лучшую сторону, рыжая огненная лисица вновь сможет вдохнуть полной грудью.

— Господа, я, конечно, всё понимаю: война, хлопоты, и наконец-то долгожданная минутка отдыха. Но, может, всё-таки уже выпьем, а? — поднялся со своего кресла Петя Воробьёв. — Напоминаю, что у нашего господина сегодня лучший день в жизни! Нужно бы отметить!

Он с хитрой улыбкой покачал в руке бутыль игристого.

— Сегодня? — удивлённо переспросил Олег, вытащив наушник. — Но ведь свадьба завтра?

Мужики рассмеялись. Проржавшись, Пётр выдал:

— Я женат, парень! Будь уверен, я в курсе, о чём говорю. Ну? Начнём уже?

— Хех, не боишься пойти против слова царевича? — с ухмылкой уставился на него Батуми.

Пётр вновь рассмеялся. А затем твёрдо произнёс:

— Слава царевича Евгения — лишь его пожелания. А даже если бы были и приказом, надо мной стоит лишь один человек, волю которого я должен исполнять. Наш господин — Максим Константинович.

В машине повисла торжественная тишина.

— За Максима Константиновича! — крикнул Батуми. — Разливай, Петя! Кто не выпьет, тот жопа перса!

По фужерам полилось игристое, с весёлым гиканьем бойцы моего ближнего круга потянулись к бокалам. Они повторяли тост, поздравляли меня с предстоящей свадьбой, желали хорошенько запомнить сегодняшний день…

В общем, все выпили.

А затем Вареник, который хоть и не является моим вассалом, но которого я решил позвать с нами, хмыкнул и тихо произнёс, обращаясь к Пете:

— При всём уважении, Ваше Благородие, но не только Его Сиятельство стоит над вами. А ещё ваша прекрасная супруга. Ну и супруги Его Сиятельства.

Народ заржал.

Петя, просмеявшись, принялся открывать очередную бутылку. А как пробка вылетела, уставился на Вареника и произнёс:

— За твои заслуги перед Личными Стражами и за твой прошлый вклад в дела нашего господина, я не стану ни спорить с тобой, ни возмущаться. Но, знаешь, дружище, чтобы так со мной базарить, следовало бы встать со мной в один ряд.

— Титул барона меня не интересует, Ваше Благородие. При всём уважении, — мило улыбнулся Вареник.

— Не в титуле дело! — махнул резко рукой Пётр. — Пора бы тебе уже определиться и принести клятву верности Его Светлости.

Он испытующе уставился на Вареника. Тот с дурацкой улыбочкой смотрел на барона Воробьёва и думал о чём-то своём.

— Петя, не бузи, праздник же! — Батуми хлопнул по плечу Воробьёва.

— Да я и не бузю, — пожал плечами Воробьёв. — Так, мысли человеку дельные подбрасываю.

— За что я вам благодарен, Ваше Благородие, — обозначил поклон Вареник. — Но всё же, позвольте мне самому решать, когда подойти к Его Светлости с подобными беседами.

Он загадочно посмотрел на меня.

«Если этот самец со смешными ушами присягнёт тебе, большинство оставшихся Личных Стражей губернии пойдёт за ним. Удивительный он. Авторитетный. Это из-за ушей в форме куска теста? Или из-за носа картошкой?»

«Это из-за его деяний», — хмыкнул я.

Машина резко тормознула, Пётр едва не пролил игристое на рубашку Батуми. Тот уж было открыл рот, чтобы возмутиться, но через динамики раздался извиняющийся голос водителя.

— А нечего стоять в едущей машине, — заметил Олег, глядя на нашего полководца. — Сидеть безопаснее.

— Ты поучи ещё начальника! — фыркнул Батуми.

— Так сегодня ж все равны, — осклабился Змей.

Батуми тоже улыбнулся ему в ответ, но от этой улыбки у Змея глаза на лоб полезли, а сам он вжался в мягкое сиденье лимузина.

— Ты прав, — елейным голоском пропел Батуми. — Сегодня все равны. И даже завтра, в день свадьбы командира. Но послезавтра кого-то из нас ждёт тройная нагрузка на тренировке. Угадай кого?

Так, с шутками-прибаутками, тостами и игристым мы ехали к своей цели, время от времени комментируя то, что происходило за окном. Я первый раз на родине своей невесты. Красноярск постарше Новосибирска, и вроде бы поспокойнее. Довольно красивый, в меру тихий, в меру суетной.

Правда, воздух мне показался не очень свежим.

— А куда мы едем-то? — спросил Олег после пары фужеров. — Где будет основной праздник?

— Секрет от царевича, — хмыкнул я, подняв фужер. А затем разразился ответным тостом благодарности.

На самом деле мне самому было любопытно узнать, что же подготовил Евгений. Но этот гад не рассказывал, сколько бы я его ни спрашивал. Единственное, что я смог из него вытянуть:

«Так-то я не думал насчёт мальчишника, братец. Но раз уж твои друзья задают тебе этот вопрос, займусь его решением. Будь уверен, это будет легендарно! Ни у кого не было и не будет такого мальчишника, как у тебя!»

В общем, ждём.

И да, больше всех насчёт мальчишника переживали Петя и Батуми.

— Господа, мы подъезжаем, — прозвучал через колонки голос водителя.

Ну а спустя пару минут машина остановились, и мы вышли на улицу. Нас встречали улыбающеюся юноши и девушки в белых рубашках и бордовых ливреях. Они вежливо поманили нас за собой

До последнего момента сохранялась интрига. Вывесок я не видел — парковка располагалась с торца здания.

Однако же, вот мы его обогнули и замерли перед фасадом.

— Твою ж мать! — выдал за моей спиной Батуми.

— Его Высочество Царевич Евгений очень… необычный человек, — пытаясь подбирать слова, проговорил Вареник.

А в моей голове в тот момент раздавался неудержимый хохот. Реально череп трещал от веселья Фаи:

«А-ХА-ХАХА!!! — надрывалась она. — Га-га-га!!! Вы… Выставка современного искусства! Роль женщины в патриархальном мире! На мальчишник⁈ А-ХА-ХА-ХА-ХА!!! Всегда знала, что твой братишка — тот ещё трикстер!»

Вышеупомянутый трикстер, в окружении нескольких мужчин и женщин с Метками очень высоких рангов, стоял прямо перед входом в новенькое здание музея. Он был облачён в светлый кремовый костюм-тройку. Как при нашей прошлой встрече Евгений напоминал мне императрицу Ирину — светлые густые волосы, мягкие черты лица, зелёные глаза. И очень добрая улыбка.

Он прям лучился светом. Но светом каким-то озорным.

Благодаря своим сенсорным способностям я, глядя на царевича, отчётливо понимал, что вижу перед собой иллюзию. Материальную, осязаемую, но всё же иллюзию, порождённую Меткой. Кто стоит передо мной?

— Здравствуй, Максим! — легко произнёс он. — Как тебе мой подарок? Отличный же мальчишник будет, верно⁈ Как я и говорил, легендарный и запоминающийся!

Позади меня закашлялся Батуми. Царевич перевёл на него взгляд и легко спросил:

— Что-то вас беспокоит, Александр Михайлович? Может быть, водички хотите?

— Да нет, спасибо Ваше Высочество, не стоит, — отозвался он.

— Если есть что сказать, говорите, мы с радостью выслушаем, — произнёс организатор чудо-мальчишника и уставился на него, игнорируя остальных.

Я усмехнулся.

Ощущения такие, будто бы передо мной действительно стоит тот человек, с которым я переписывался. Но во время переписки я чувствовал, будто в самом деле общаюсь со своим братом. Однако же…

Что тут вообще происходит? Если это в самом деле ПЕВГ, зачем он использует иллюзию, чтобы выглядеть как ПЕВГ?

— Что ж, с вашего позволения, Ваше Высочество, поясню, — не стал теряться Батуми и продолжил: — Как правило, мальчишники подразумевают иной формат. Возлияния, веселье, голые женские тела… если вы понимаете, о чём я.

Дамы из свиты Царевича недобро уставились на моего военачальника. Некоторые даже демонстративно фыркнули. Громче всех это сделала невысокая блондинка, фигурой, причёской и платьем напоминающая Мерлин Монро. Самая сильная из женщин в свите ПЕВГа.

— Прекрасно понимаю, что вы имеете в виду, — благосклонно кивнул царевич. — Но я не хочу, чтобы благородный герой Максим Константинович уподоблялся всяким мужланам. Возлияние и веселья, полагаю, ему и так в жизни хватает. Кроме того, и сегодня мы с вами повеселимся, и, как я чую, возлиянием предаться вы уже успели, несмотря на мои слова, — он погрозил нам пальчиком, усмехнулся и продолжил: — Что же до прекрасной женщины, так она будет ждать Максима завтра под венцом. Если у вас, Александр Михайлович, самого с этим проблемы, то рекомендую в скором времени озаботиться поиском спутницы жизни. Закройте пустоту в сердце и не ищите повода сходить на стриптиз за чужой счёт. Но вернёмся к сегодняшнему мероприятию: исходя из того, кто сегодня жених, мне было понятно, что банальные мужланские мальчишники для нас недопустимы. А значит, передо мной стояла сложная задача. Но я с ней справился! У Максима Константиновича есть всё: веселье, возлияния и красавица-невеста. А вот на культурное развитие, увы, времени у него не хватает. Но я всё взял в свои руки, — отойдя в сторону, он указал на здание и с улыбкой произнёс: — Не благодарите.

«Не будем», — чуть не ответил я на автомате. Однако же удержался. Наш с ПЕВГом способ личного общения, неприемлем, когда рядом стоят мои и его вассалы.

Ну а дальше мы отправились на выставку. Не разворачиваться же, раз уж пришли. Да и ПЕВГа уважить нужно.

В какой-то момент я понял, что мне не особо-то и скучно на выставке современного искусства. И секрет даже был не в том, что мы с ребятами понемножку подбухивали на этом светском мероприятии. Экспонаты и впрямь были интересными. А ещё ко мне постоянно подходили гости мероприятия. Если подумать, ПЕВГ тайком умудрился организовать открытие подобной специфической выставки, особо не афишируя мероприятие.

Но несмотря на это, здесь хватало аристократов Красноярской губернии. Они подходили ко мне, поздравляли с предстоящей свадьбой, поминали добрым словом родителей моей невесты. Кто-то даже саму Кристи знавал лично.

И все эти люди, как один, давали понять, что ничего не имеют против рода Белозёровых, напротив, хотят дружить.

Парочка особо храбрых аристократов едва ли не прямым текстом сказали, что Богдан Стрижов был тем ещё козлом, и мол, сейчас-то жизнь наладится.

Были и гости из других губерний и даже из Москвы да Питера. Немного их было. Но со всеми я перекинулся парой слов.

У меня сложилось впечатление, что больше половины аристократов пытаются примелькаться передо мной. И все сто процентов хотят примелькаться перед ПЕВГом.

И нет, я не ревную. Наоборот, приятно осознавать, что фигура графа Белозерова становится всё более и более популярной, раз с ним хотят дружить многие аристократы. А то, что ПЕВГ организовывает для меня два торжества (мальчишник и свадьбу) — поднимает мой авторитет в глазах этих аристократов.

— Дамы и господа! Напоминаю, что вы можете приобрести любой экспонат нашей выставки и по завершении выставки вам его доставят в целости и сохранности! — с небольшой сцены произнёс царевич, обводя взглядом собравшихся. — Многие из вас уже сделали свои ставки на закрытых торгах, борясь за другие лоты. Однако же мне хочется один лот разыграть открыто. Дамы и господа! Позвольте представить вам картину «Дева Скорости». Начальная цена — миллион рублей!

Он пафосно повёл рукой, и занавес за его спиной поднялся.

— Ух ты… — выпалил Олег. — Госпожа.

На огромной картине была изображена Кристи в роковом красном платье. Сидела на капоте одной примечательной белоснежной машины.

— Моя «бэха»… — пробормотал мой красноволосый вассал — Игорь Агапов.

Я кинул на него недовольный взгляд и произнёс:

— Моя«бэха».

А затем перевёл взгляд на ПЕВГа. Этот гад улыбался мне, в духе: «ну как тебе мой подарок».

А картина и в самом деле классная!

— Пять миллионов, — твёрдо произнёс я.

— Пять сто! — выкрикнул один из местных аристо и лукаво уставился на меня.

— Пять двести!

— Пять триста!

— Шесть! — усмехнулся я.

— Шесть пятьсот!

Каждый, кто выкрикивал суммы, после этого поглядывал в мою сторону с улыбкой.

— Вот гады, — процедил Олег себе под нос. — Только что расшаркивались перед Максом, а теперь подгадить решили.

— Цыц, — цыкнул ему на ухо Батуми.

А Петя произнёс:

— Это они так помогают.

— Чем? — не понял на сей раз уже Агапов. — Цену набивают? Такая себе помощь.

— Эх, темнота… — закатил глаза Воробьёв. — Именно этим и помогают. Во-первых, делают картину более ценной в глазах всех окружающих, а значит, и в госпожи, которой господин картину преподнесёт. Во-вторых, помогают господину продемонстрировать окружающим свою решимость и платёжеспособность. Что важно для аристократа… Хотя я, как и вы всё, искренне считаю, что сила важнее.

— Да, так и есть, — закивал Олег.

— Без силы твоя платёжеспособность сыграет на руку не тебе, а другим, — поддержал его красноволосый Агапов.

А между тем я выиграл торги на сумме в девять миллионов и девятьсот тысяч. Аристократы зааплодировали мне, поздравляя с покупкой и вновь поздравляя с предстоящей свадьбой.

Теперь, когда выставка закончится, картину привезут мне домой. Надеюсь, до этого момента с ней ничего не случится?

— Максим Константинович, — подошёл ко мне статный мужчина лет шестидесяти с окладистой бородкой и лысой, похожей на яйцо головой. Верный слуга ПЕВГа по имени Вениамин. — Его Высочество желает побеседовать с вами с глазу на глаз и приглашает на крышу.

— Что ж… с радостью уважу Его Высочество, — улыбнулся я, кинув очередной взгляд на купленную мной картину.

Определённо, она будет хорошо смотреться в нашей гостиной.

Но…

Какое-то тревожное чувство кольнуло мою грудь, я пальцем поманил Батуми.

— Слушаю, командир? — тихо спросил он.

— Ты это… за порядком тут приглядывай. И за картиной моей. А то мало ли что…

Батуми удивлённо уставился на меня. А через миг его взгляд стал серьёзным, и он молча кивнул.

«Запугал ты Лысого, — хмыкнула Фая. — А он ничего так — молодец. Глупых вопросов не задаёт и уважает чуйку патриарха — значит, долго проживёт».

Глава 5

— Хоть крыша тут и невысокая, но вид открывается неплохой, скажи же? — обернувшись через плечо, спросил меня ПЕВГ. Он стоял, опираясь на перила, и смотрел вниз.

Я подошёл и встал рядом. В новом здании музея было три этажа, хотя из-за высоких потолков само здание было на уровне пяти-шестиэтажных домов. Низковато. Однако же с этой точки открывается красивый вид на новенькую набережную Енисея.

Помимо меня и ПЕВГа, на крыше находился лишь верный слуга царевича — Вениамин. Он сменил Изольду — хмурую блондинку, похожую на Мерлин Монро, которая дежурила подле принца ранее, и занял место возле двери.

Эдакий безмолвный страж.

— Да, соглашусь, — кивнул я, взяв один из двух бокалов с коктейлями. Пригубил напиток.

— Как тебе? — учтиво поинтересовался ПЕВГ.

— Манговый, безалкогольный. Нормально.

ПЕВГ несколько секунд смотрел на меня, а затем заливисто расхохотался:

— «Нормально»! Ты как дед на льдине в том старом видосе!

«Вот!!! Гляди-ка, наш человек! — тут же оживилась Фая, мысленно показав мне вышеупомянутое интернет-видео. — Знатоки мемов не могут быть плохими людьми, — наставительно проговорила дракониха. — Поверь мне, оппа. И можешь доверять братишке».

ПЕВГ с любопытством смотрел на меня, ожидая хоть какой-то реакции. Я улыбнулся и кивнул:

— Спасибо за хлопоты. Картина — бесподобна. Но… надеюсь, неожиданных поворотов в духе мальчишника в музее, на самой свадьбе не будет? Я обещал Кристине идеальную свадьбу. Потому и обратился к тебе: уж очень сильно она тебя нахваливала.

Царевич усмехнулся и хлопнул меня по плечу. Рука его была довольно лёгкой.

— Не переживай, братишка. Всё пройдёт в лучшем виде. Я не могу предать твоё доверие и твои ожидания.

Он замолчал, и взгляд его стал грустным.

— Что? — удивился я.

— Я… — ПЕВГ замолчал, тяжело вздохнул и, цокнув языком, отвернулся. В сторону он произнёс: — Я в самом деле рад, что ты жив, брат. И что мы можем вот так общаться. В нашу прошлую встречу ты казался тем ещё букой, — Певг усмехнулся.

— Не понимаю, о чём ты говоришь, — пожал я плечами. — И почему зовёшь меня «братом»?

Он удивлённо уставился на меня, картинно распахнув веки. А затем засмеялся.

— Вот! Я про это, — произнёс он, отсмеявшись. — Смешно. Согласен. Но, что б ты знал, здесь нас не подслушать. Я позаботился об этом, накрыв крышу артефактным куполом.

Я никак не отреагировал на его слова — энергию артефакта я почувствовал, ещё когда мы с Вениамином только поднимались сюда.

— Ладно, — тяжело вздохнул царевич, не дождавшись от меня никакой реакции. — Попробуем ещё раз, — он решительно уставился мне в глаза и проговорил: — Максим, я в самом деле считаю, что ты лучше других подходишь на роль следующего императора. Да, ты не идеален, да, у старших братьев гораздо больший политический вес. Но ты… Ты — достоин. Ты борешься с монстрами, как и должно аристократу. Ты защищаешь свой дом и не даёшь никому другому посягнуть на то, что имеешь. Ты не дрожишь даже перед более сильными противниками, защищая своё. Я считаю, что если ты всю империю станешь считать «своей», наводить в ней порядок и защищать её от внутренних и внешних напастей — ты приведёшь империю к процветанию. А может быть… может быть, и вовсе сможешь что-то сделать с аномалиями. Как я слышал, их становится всё больше и больше с каждым днём по всему миру.

— Хо-о… — протянул я, пристально глядя ему в глаза. — Ты что же… предлагаешь мне не только Россию, но и весь мир считать своим?

ПЕВГ выдержал мой взгляд и усмехнулся:

— Нет, ну мировое господство — это скучно и банально. А вот показать всем, где их место, и заставить трудиться во благо человечества — наш подход.

На сей раз уже я не смог сдержать ухмылки и спросил:

— А раз ты у нас такой мудрый и думающий о судьбах мира, может быть, сам сядешь на престол Всероссийский?

ПЕВГ вновь смешно захлопал ресницами. Как у него так получается?

— О чём ты, братик? — выпалил он. — Я слишком красивый и творческий для того, чтобы сидеть на этом стуле. Ну уж нет.

Усмехнувшись, он добавил проникновенно:

— А вот ты — другое дело. Тебя не сломают. Ты сам сломаешь кого угодно. И когда ты выйдешь против недругов под своим истинным именем, я поддержу тебя. Все, кто идут за мной — пойдут за тобой. Будь уверен. Но главное — не затягивай… — он посерьёзнел и твёрдым тоном продолжил: — Не одни мы понимаем, что, если протянуть ещё, Михаил выйдет на финишную прямую и не отдаст престол. Весь мир ждёт развязки противостояния, Максим.

— Тебе что-то известно? — хмуро спросил я.

— Может быть, — загадочно ответил он. — Но я не хочу грузить голову Максима Белозёрова опасными знаниями. Я расскажу эту только Максиму Всероссийскому.

— Вот как… А если я спрошу в лоб?

— Попробуй.

— Где Глеб? Что тебе известно о его местоположении?

— Глеб? — удивлённо выпалил ПЕВГ.

Он явно ждал другого вопроса.

И его недоумение сейчас кажется мне вполне искреннем.

— Почему ты спрашиваешь именно про него? — нахмурившись, спросил мой собеседник.

— Мне любопытно, что тебе о нём известно, — произнёс я сдержанно.

Несколько секунд он смотрел на меня, а затем кивнул.

— Хорошо, я могу передать имеющуюся у меня информацию тебе. Но… там ничего такого нет. Как потерялся два года назад след Глеба в Париже, так и всё. С тех пор о нём ни слуху ни духу. Максим, моя СБ хоть и мощная, но не всесильная. Мы не можем поднять архивы французского Бюро. Конечно же, мы работали с бывшими вассалами Глеба, но… не особо глубоко. Однако же проделанной нами работы достаточно, чтобы понять, что большинство членов фракции Глеба удивлены его внезапным исчезновением.

— А меньшинство, стало быть, нет? — хмуро спросил я.

ПЕВГ молча кивнул.

— И почему же меньшинство не удивлено?

— А вот это, Максим, нам с наскоку узнать не удалось. Ну чего ты на меня так смотришь? Я правду тебе говорю! Ты хоть понимаешь, сколько нужно ресурсов для подобных расследований? У меня, между прочим, не только Глеб — брат. А ещё девять есть, за которыми нужно приглядывать! Нет, ну в самом деле, Максим! Что за взгляд?

Несколько секунд ПЕВГ молчал, а затем всплеснул руками и выпалил:

— Хорошо! Вот тебе доказательство моих слов. Если бы я все силы своих соратников и все свои связи сконцентрировал бы на том, чтобы узнать, что в головах у некоторых бывших вассалов Глеба, может быть, у меня бы и получилось достичь результата. Но я решил сэкономить. В итоге мои ребятки сплоховали, когда тайком лезли в дела одного рода… который пожаловался в ВКЖ. И ВКЖ уже в ходе расследования ещё выявило три подобных случая. С тремя родами. Тут либо война, либо скандал… Либо третий вариант — мы все урегулировали тайно-мирно. Пришлось «пострадавшим» родам немножко заплатить, а с ВКЖ поделиться кой-какой информацией. С тех пор в дела бывших вассалов Глеба я не лезу. Ну? Доволен? Мне, между прочим, было неприятно рассказывать тебе о своём грандиозном провале.

«Жёсткий ты, оппа! Заставил человека второй раз кошмар переживать!» — возмутилась Фая.

Я улыбнулся и кивнул.

— Понял тебя, спасибо, что поделился.

— Тц! — цыкнул ПЕВГ и недовольно задрал нос. — Тоже мне! — фыркнул он. — Да, меня интересовала судьба Глеба! Но я не всесилен. Я, конечно, мог бы переговорить с сестричкой Наташкой, но что-то как-то не тянет меня ехать к ней в Париж. К тому же, поговаривают, она немножко кукухой поехала после смерти мужа. Случайно ничего не слышал об этом?

Он многозначительно посмотрел на меня.

Я пожал плечами.

Мысленно в тот момент я пытался понять, правду ли говорит ПЕВГ насчёт Глеба. Или врёт?

Всё моё естество, а вместе с ним и Фая кричали, что ПЕВГ искренен.

Эх! Я бы гораздо легче ему верил бы, если бы не эта странная тема с иллюзией. Я будто бы говорю с братом… Но зачем иллюзия?

Стоп! Вольный Воитель не позволит досужим думам притупить инстинкты. Этот ПЕВГ не опасен. Более того, он на моей стороне.

А значит, стоит немного поделиться с ним информацией, не люблю я использовать хороших людей. Закон равноценного обмена никто не отменял.

К тому же это может быть полезным в будущем.

— У меня есть подозрения, что Глеб стоит во главе Ордена Разочарования, — произнёс я, твёрдо глядя в глаза ПЕВГу.

Он прищурился. Прикусил подушечку большого пальца и задумчиво отвернулся.

— Вот оно что… — пробормотал он, — хм… логично… Решил больше других использовать иностранный ресурс? Подленько. Хм…

Он резко повернулся в мою сторону, открыл рот, чтобы что-то сказать…

Как вдруг я ощутил неимоверную жажду убийства откуда-то сверху.

Подавшись вперёд, я сгрёб ПЕВГа в охапку. Когда мы подали, я услышал истошный крик Вениамина:

— Ваше Высоче… — голос верного слуги царевича растворился в грохоте.

Стало очень жарко.

Нет, не так.

Стало нестерпимо жарко! А ведь я до предела напитал покров, поставил отражающий щит. Так, ещё и Фая помогает защищаться.

«Сильны, гады! Оппа! Нам жопа!» — заверещала она. Я чувствовал её ярость и желание биться до конца. А ещё её обиду на мироздание, которое лишило могущественного Матриарха её истинных сил и запихнуло в духовное тело мелкой мохнатой зверюшки.

Неизвестно, достигнем ли мы с Фаей той силы, что была у нас в прошлой жизни? Станем ли столь же могущественны на постоянной основе в жизни этой?

Всё это сейчас неважно.

Главное — в данный момент мы ещё способны дать отпор неведанному врагу.

Я материализовал небольшой шарик, похожий на теннисный мяч, и, влив в него немного энергии, активировал.

Заёмная мощь пронеслась по моему телу, наполняя энергетические контуры и Сосредоточение.

От натуги я зарычал, где-то на краю моего сознания заревела невидимая Фая.

А затем я резко встал, отбрасывая вражескую атаку. Изумлённый ПЕВГ лежал на спине, не понимая, что происходит. Однако же покров он напитал до предела и призвал чёрный чешуйчатый доспех ранга Апокалипсис.

Я тоже уже облачился в доспех, вокруг нас бушевало пламя. Из-за него ничего не было видно. Пламя переполняла мощная чужая энергия. Оно устремилось к нам с новой силой, и…

Раздался грохот, и мы с куском крыши рухнули вниз, на третий этаж. Я слышал грохот повсюду. Здание ходило ходуном, рушилось…

— Твари! Внизу люди! — в сердцах крикнул ПЕВГ, вскочив на ноги и взмахнув зеркальным мечом.

Зеркальный серп сорвался с лезвия и улетел вдаль, превращаясь в меня и ПЕВГа. Ещё несколько яростных взмахов, и иллюзии разбежались в разные стороны.

— Я скрою нас, — крикнул он мне.

— Себя скрой! — хмыкнул я, поведя рукой.

Я оказался за спиной ПЕВГа и заблокировал выпад огненной ноги.

Через миг я увидел обладателя этой ноги.

Элементаль? Или просто сотканный из пламени человек?

Скорее второе.

Но энергия в нём странная.

Резко взмахнув «Ледяной Яростью», я коснулся шеи огненного создания. Отрубил бы голову, но в моего противника сбоку врезался огненный вихрь, который и откинул его в сторону.

А вместе с тем и подлечил, и напитал энергией.

Да что тут вообще происходит⁈

«ФАЯ!»

«Смотри!» — отозвалась дракониха, сражающаяся метрах в двадцати от меня. Из-за плотной стены огня я её не видел.

Она скинула мне несколько мыслеобразов, прекрасно дополнивших ту информацию, которую я считал через «поле».

Восемь огненных людей. Людей-факелов. Прибыли с неба и летают по небу.

Каждый из них не слабее среднего Богоподобного! Однако же Меток я в них не чувствую. Но Сосредоточение похоже на человеческое…

Или это энергосистема монстров?

Кто б ещё понял, а⁈

Главное, гады управляют огнём так, будто бы родились и выросли в пламени. Не столь филигранно, как драконы, но где-то близко.

А ещё могут лечить и усиливать друг друга пламенем.

«Вот ещё», — рявкнула Фая, скинув небольшое «видео»:

— Мой принц!!! — ревел Вениамин, блокируя вражеское пламя и атакуя в ответ своим огнём. Он пытался прорваться к нам, но давалось это ему так себе.

Против него бился человек-факел, заметно превосходивший других по силе.

А сам Вениамин… Забавно, старик — Богоподобный. Сильный Богоподобный, использовавший ещё и «Волю Святогора».

Но одолеть врага он не может. Как так⁈ Он ведь стал в десять раз сильнее⁈

«Гляди… что за черти, а!» — возмущённо выдала Фая, подкинув очередной мыслеобраз.

Я раздражённо выругался себе под нос.

«Огнежоры!» — яростно выговорила Фая.

Я вспомнил тварей, которых в моей прошлой жизни называли этим термином. Некий подвид элементалей, помесь их с первозданными духами, и немного с демонами. Стихийные создания, имеющие стопроцентный иммунитет к атакам своей стихией.

Короче говоря, Венииамин — огневик, и стал сейчас сильнее в десять раз.

Но его противник легко и непринуждённо переправляет атаки обратно, частично пожирая их. Чем дольше они бьются, тем сильнее становится человек-факел.

Правда есть нюанс.

Фая изрыгнула пламя в противника Вениамина. Тот даже не стал реагировать на приближение огня слева. Готов был поглотить его при соприкосновении.

Но его башка от удара огнём дёрнулась, а сам человек-факел-огнежор покачнулся и едва не упал. Он резко обернулся.

Фая вновь атаковала его. Огнежор поставил блок, защищаясь.

«Получай, сучара!» — торжественно объявила дракониха, давя противника огнём.

Всё дело в том, что Пожиратели Стихий (а именно к ним относятся огнежоры) не способны поглощать стихию высших носителей — драконов и богов.

«Поле» сообщило мне, что другие люди-факелы только что разделались с последней иллюзией и теперь несутся в нашу с ПЕВГом сторону.

Хм… ПЕВГ создал ещё несколько иллюзий, а сам спрятал себя иллюзией пламени. Он мастерски использует свою Метку. Если бы в текущей ситуации Мощь Святогора была у самого ПЕВГа, а не у его верного хранителя, это принесло бы нам больше пользы.

Ведь материальные иллюзии ещё и атакуют по-настоящему. А Мощь Святогора сделала бы их заметно сильнее.

Но себе ПЕВГ чудо-камень не оставил.

Пофиг.

Я скопил достаточно энергии и перенёсся за спину отожравшемуся человеку-факелу, который сейчас пытался перебороть пламя Фаи.

Я чувствовал его слабые точки, знал куда нужно бить.

Высвободив скоплённую в «Ледяной Ярости» энергию, я врезал гаду сзади под обе коленки. Ледяной серп, десятикратно усиленный Волей Святогора, тут же начался вгрызаться в пламя. Враг яростно заревел, пропустив удар от Фаи.

А сам атаковал меня наотмашь!

Но я вновь телепортировался, на сей раз к Вениамину. Потрёпанный старик в красивых огненных доспехах, едва не вдарил по мне с перепугу.

— Не корми их пламенем! Туши и защищайся! Я сам!

Он бросил на меня напряжённый взгляд и быстро кивнул.

Я вновь телепортировался, почувствовав, что сразу три огненных потока нас атакуют. Старик справится с защитой, вытянет из них немного энергии. Если не будет атаковать сам — всё здорово.

«Оппа! Трое гадов меня спалили!» — затрещала Фая в моей голове, посылая мыслеобразы.

В самом деле, ближайшие к ней люди-факелы, включая и того, которому я подрубил ноги, сейчас бьют в «пустоту».

Они не должны видеть Фаю.

Но чувствуют, где колебания огня иное.

А другие, те, что подальше, не чувствуют, продолжая гоняться по округе.

А значит, что?

А значит — хвала Хаосу, коллективного сознания или ментальной связи у этих тварей нет, а то совсем бы какие-то имбовые противники были бы.

Энергия внутри меня была сконцентрирована до предела. Аж в двух точках сразу — я вновь привлёк к работе своего энергетического болвана. Переместившись за спину недобитку, ударил ему мечом в шею. Он создал мощное пламя в нужной зоне за миг до моей атаки. Хорош, учится на ошибках!

Но это не простой удар!

Разрез размножился, скопировался и пронёсся через уменьшенное и крайне концентрированное «поле».

На сей раз я сжал «поле» совсем на крохотном участке — вокруг шеи противника. Бесчисленные ледяные серпы атаковали его шею один за другим.

Враг влил кучу энергии в защиту.

А его соратники поблизости почувствовали очередное колебание пламени и поспешили ему на помощь. Два других врага — тут же ударили огнём в него, дабы исцелить и напитать пламенем.

Это помогло бы, если бы моя атака была одинарной.

Но я выпустил всю энергию, скоплённую болваном, и повторил свою мощнейшую атаку.

Башка человека-факела слетала с шеи.

И «факела» не осталось. Лишь безголовое человеческое тело.

Я же перенёсся к другому противнику и вонзил ему меч в голову через нижнюю челюсть. Какая ирония — он только что потратил кучу сил, чтобы помочь товарищу, но тем самым ослабил себя.

Третьего прикончила Фая.

— ОТХОДИМ!!! — прогремел голос слева от нас. Будто бы кто-то в трубу орал, право слово.

Пятеро энергетических сгустков рванули в небо.

Думаете, после всего происходящего мы дадим вам так легко уйти?

— Веник!!! — заревел я. — Огнём в меня!!! Со всей мощи!!!

Ну правда, не пропадать же эффекту «Воли Святогора» почём зря?

Глава 6

Верный слуга ПЕВГа колебался лишь пару секунд. А затем вдарил по мне огненным вихрем с такой яростью, будто бы я у него жену увёл.

Старик всю свою мощь вложил!

А нам только это и нужно было! Я уже накачал Фаю до предела своей энергией. Она подчинила пламя Вениамина и смешала его со своим.

А затем переправила в спины улетающим огнежорам.

Все пятеро замерли в воздухе, пытаясь не то защититься, не то поглотить атаку драконихи.

У них получилось и то и другое.

Как будто бы получилось…

Едва пламя Вениамина и Фаи исчезло, люди-факелы начали корчиться в агонии. Драконий огонь будто бы раздирал их изнутри.

Старик Вениамин уже валялся без чувств, а я понимал, что и сам уже на пределе. Но одну атаку у меня должно было хватить сил, благо я успел зажевать волшебные чипсы, и часть энергии из Метки потратил на сиюминутное восстановление.

Я сменил меч на чёрную бейсбольную биту — палицу с эффектом гравитации, и взмахнул ей, выпуская всю скопленную энергию. На сей раз я скопировал и размножил не «разрез» меча, а гравитационный импульс и применил его под правильным углом, относительно каждой цели.

Пять туш, получивших мощный невидимый удар, с оглушительным грохотом прилетели с небес к нам под ноги. Здание вновь затряслось, но я уже не боялся разрушений — я отчётливо чувствовал приближение знакомой, десятикратно усиленной энергии.

— КОМАНДИР!!! ЧЗХ⁈ КОМУ ЖОПУ ПОРВАТЬ? — влетел на разгромленный этаж Батуми. Видок он имел презабавнейший — кожа местами красная со вздутыми венами, а местами укрыта доспехом из камня, который, судя по напитке его энергией, ни всякий Богоподобный пробить сможет. На голове Батуми был шлем из камня, выглядящий как шлемы футбольных болельщиков — такой с двумя вставками по бокам для бутылок с пивом. Правда, у Батуми этих вставок было штук десять — вокруг всей лысой черепушки. И хранилось в них не пиво (его на светском мероприятии не подавали), а бутылки с дорогущим вином.

— Спасал самое ценное? — глядя на это, хмыкнул я и «приласкал» своего военачальника Семейным Даром, чтобы он немного успокоился.

— Конечно! — рявкнул он, но уже не так громко, и принялся яростно докладывать: — Картина с изображением госпожи в целости и сохранности. Бойцы тоже. Здание укрепил как мог, чтобы люди эвакуировались. Велели всем хвалить графа Белозерова, который организовал защиту от неожиданного врага и эвакуацию. Пламя я смог отделить и изолировать, но пока не погасил. Был вынужден использовать Волю Святогора. Зарядов больше нет.

— Молодец, — твёрдо произнёс я и пожал руку своему военачальнику.

Батуми использовал «Волю», доставшуюся нам в качестве одного из трофеев от Булатовых. Я доверил ему артефакт и разрешил применять, когда посчитает нужным. То, что военачальник потратит «Волю» впустую, я не боялся: Батуми не из тех, кто станет просто так тратить стратегически важную вещицу, лишь бы посмотреть, как оно работает.

А раз сегодня Воля Святогора была использована, стало быть, ситуация в самом деле была сложная. В ходе битвы наша сторона в лице трёх сильных бойцов использовала аж три заряда Воли Святогора.

— Потери? — коротко спросил я своего лысого военачальника.

— Погибших нет, раненых хватает, — отчеканил он.

— Я займусь ими, — решительно произнёс ПЕВГ, появившись метрах в пяти от нас.

Батуми едва не атаковал его от неожиданности, но я вовремя схватил за руку ретивого бойца.

— Спасибо вам огромное за помощь, — ПЕВГ обозначил поклон. — Хотя другого я от вас и не ожидал.

— Да какая помощь, — хмыкнул я. — Очередные непонятные черти явились за моей головой.

Я кинул взгляд на восемь тел. Забавно, но, превратившись в людей, они через какое-то время вспыхнули яростным пламенем. Но моя дракониха смогла взять этот огонь под контроль и потушить. Однако даже за пару секунд трупы успели здорово обгореть.

Довольно мощная система уничтожения улик…

— Хах, — устало усмехнулся ПЕВГ. — При всём уважении, Максим, не только вокруг тебя крутятся звёзды. Полагаю, эти неведомые создания, способные уничтожить целые города и всем скопом, навскидку, представляющие опасность ранга «Апокалипсис», прибыли именно за моей головой.

За этим разговором мы направлялись к обломкам лестницы.

— Позже ты мне обязательно расскажешь подробности, — твёрдо произнёс я. — А сейчас тебе пора заняться раненными. Не против же, что я буду тебя сопровождать?

ПЕВГ ободрительно посмотрел на меня и показал большой палец.

* * *

Первым делом я связался с нашими дамами, всех успокоил и сказал, что приезжать «спасать нас» не нужно — закончим тут и сами поедем в отель. А то они уже были на низком старте — следуя протоколам, гвардейцы Белозеровых, сопровождавших наш кортеж, а после, дежурившие недалеко от музея, тут же связались и с домом, и с другими лидерами рода, едва началась заварушка.

Затем я переговорил с новым главой рода Стрижовых — он пытался дозвониться до меня с самого начала инцидента. И как только я вышел с ним на связь, чуть ли не с истерикой в голосе начал убеждать меня, что не имеет никакого отношения к сегодняшнему нападению и уже поднял всю губернию на уши, чтобы найти виновных.

Блин… если он будет так нервничать, то помрёт не от моего энергетического паразита, а от банального сердечного приступа.

Зону вокруг разрушенного музея уже оцепили наши с ПЕВГом вассалы и гвардейцы, не пропуская внутрь никого лишнего. Они же и оказывали первую помощь пострадавшим вместе с телохранителями некоторых аристократов. В любой аристократской машине имеется увесистая аптечка с дорогими средствами «на все случаи жизни».

Всякий встречный-поперечный аристократ на оцепленном участке благодарил меня и ПЕВГа. Ему, разумеется, доставалось больше благодарностей. Чисто потому что он принц и организатор всего этого мероприятия, а стало быть, в глобальном смысле организатор обороны и эвакуации.

Но и я без устали отвечал на слова благодарности. Батуми с ребятами сделали мне отличную рекламу, когда, спасая людей, трубили, что действуют по приказу господина своего графа Белозерова.

Мы обошли с ПЕВГом раненых. Он лечил наложением рук, используя наш Семейный Дар. Я полностью проанализировал его способ лечения и окончательно убедился, что передо мной настоящий принц Евгений. Но тогда зачем этот маскарад с иллюзиями?

Я изображал учтивого сопровождающего и одного из телохранителей принца. Параллельно с этим помогал ему лечить людей. Дистанционно, разумеется, через «поле». Сам ПЕВГ так лечить не умеет.

И пусть я не «прикладывал руки» к раненым, царевич быстро понял, что я помогаю ему, и то и дело хитро на меня поглядывал.

Я раскрыл ему ещё одну сторону своей силы. Но после сегодняшнего дня одной стороной меньше, одной больше — уже мелочи.

ПЕВГ — это ПЕВГ. Царевич и мой брат, который в самом деле хочет посадить меня на престол, готов помогать мне и радеет за мои успехи. Сто процентов у него есть и какой-то свой шкурный интерес, о котором он умалчивает — но это его право.

Доверять и делать одно дело — не значит рассказывать друг другу все свои тайны и делиться всеми постыдными историями из юности. Что-то личное должно оставаться при тебе, даже когда ты общаешься с близким человеком.

— Ну-с? Продолжим разговор? — спросил я его, когда мы закончили разбираться с сиюминутными последствиями нападения огнежоров. Люди ПЕВГа умудрились организовать для нас небольшой шатёр, поставили столик, стулья и накрыли небольшую, но дорогую и вкусную поляну.

— А чего тут продолжать? — спросил царевич, впившись зубами в бутерброд с красной рыбой. После боя и длительной «работы» целителем, он позволил себе отбросить манеры. Устал братец, а силы необходимо восстановить как можно скорее.

— Почему ты решил, что это за тобой? Кто послал? У кого есть такой мощный отряд, а? Ты ведь понимаешь, Женя, что восемь этих гавриков могли под ноль уничтожить всех, кто был в здании? Тебя, твою матёрую охрану, гостей. Ну и пару соседних кварталов в довесок просто потому, что поднятые на уши отмеченные Красноярска их потушить бы не успели.

Я хмуро уставился ему в глаза.

Он запил бутерброд холодным коктейлем, посмотрел на меня и тепло улыбнулся.

— Когда ты последний раз называл меня по имени до этого момента? — внезапно спросил он. — Точно не сегодня. А сейчас, вот, назвал. Правильно говорят, что добрая драка сближает. Или что-то изменилось? Не доверял мне полностью, пока я не показал Семейный Дар?

— Ответь на мои вопросы, а потом свои задавай, — спокойно проговорил я и закинул в рот блин, фаршированный курицей с грибами.

— Хорошо, — кивнул ПЕВГ серьёзно. — Местные власти уже подтвердили, что никаких неизвестных летательных аппаратов над губернией замечено не было. Они могут соврать, но сейчас, как мне кажется, Красноярск лояльно настроен к тебе, а стало быть, и ко мне, раз мы с тобой друзья и это не скрываем. Какой вывод можно сделать? Эти огненные люди прилетели из-за пределов губернии? Но… ведь тогда их тоже могли бы где-нибудь заметить.

— Намекаешь на самолеты-невидимки нового поколения? — уловил его мысль. — Такие, против которых нет защиты в провинциальных губернях?

— Отлично! Сто баллов моему братцу! — радостно воскликнул ПЕВГ. — Хотя нет, восемьдесят пять. Ибо намекаю я на самолёты, которые и над столицей смогут засечь лишь избранные. Тот, кто хотел меня убить, обладает новейшими разработками в области и технического, и биологического вооружения. Желание наделить человека силой монстра бродит в умах извращенцев с давних пор. Опыты проводятся… И судя по тому, что я сегодня видел, имеют выдающиеся результаты. Ты сталкивался с подобным раньше?

— Да, — ответил я ровно. — И пожалуй, нашим СБ стоит обменяться информацией.

Принц Евгений удивлённо замер, не сводя с меня взгляда голубых глаз.

— Ты… решился? — уточнил он.

— Да, — так же спокойно повторил я. А затем добавил: — Я верю тебе, Женя. И готов с тобой сотрудничать. За сегодня мне стала более-менее понятна твоя позиция, и меня она устраивает. Но я должен тебя сразу предупредить. Если предашь меня, навредишь мне, моим близкими, моим людям, я найду тебя и прикончу.

Я поднялся на ноги и протянул ему ладонь.

— Ой, мог бы не говорить такие очевидные вещи, — махнул он рукой, тоже подскочив. А затем улыбнулся и произнёс: — Пока ты сам себя не предал, и я тебя не предам.

Он аккуратно пожал мне руку.

А когда мы вновь уселись на кресла, ПЕВГ откинулся на спинку и быстро произнес:

— В общем, я не хочу тебе давать непроверенную информацию. Но я на сто процентов уверен, что этих огненных тварей вывел кто-то из наших братьев. Вряд ли ты или Влад, точно не я… в общем, круг сужается. Дашь мне координаты своего доверенного лица, будем обмениваться информацией. Я уверен, в скором времени я смогу накопать что-нибудь. Поэтому прошу у тебя прощения, лично не смогу присутствовать завтра на твоей свадьбе. Но не переживай, мой двойник всё исполнит идеально, никто ничего не заметит. А насчёт того, что женить вас будет двойник… Ну это ж условности, верно? Аристократов женит старший по положению аристократ. Но все царевичи в отсутствие официального наследника равны между собой. Над нами никого нет. Так что, по сути, ты сам можешь себя поженить со своей избранницей, — ПЕВГ улыбнулся.

— Принимается, — кивнул я и, не сдержавшись, тоже улыбнулся. — Стало быть, отправишь двойника?

— Очень умелого двойника, — наставительно поднял он указательный палец.

Я хохотнул и произнёс:

— Несколько часов назад я бы смеялся над этой шуткой гораздо дольше.

— Отчего же? — ПЕВГ взял стойку, точно охотничья собака, почуявшая дичь.

— Были у меня мысли, что и ты можешь оказаться двойником, — решил я ответить на его прежний вопрос.

— То есть? — нахмурился он.

Я указал правой рукой себе на лицо, а затем и на тело.

— Не может быть… — пробормотал Евгений. — Ты… ещё и настолько крутой сенсор? Мою иллюзию нельзя засечь…

— И все же я смог, — пожал я плечами. — Ну? Зачем тебе, принц Евгений, носить иллюзорное лицо принца Евгения?

Он несколько секунд молчал, затем тяжело вздохнул и покачал головой.

— Умеешь ты задавать неудобные вопросы, — произнёс ПЕВГ. — Хотя… ответ довольно банальный. Принц должен выглядеть идеально, Максим. А моя Метка справляется с улучшением внешности лучше всяких косметологов, если ты понимаешь, о чём я, — он усмехнулся и подмигнул мне.

На самом деле, что-то подобное я и сам предполагал.

* * *

— Ха-ха-ха! Слышали бы вы, как мы ржали, узнав, где проходит ваш мальчишник, — заливалась от смеха Пожарская, когда мы собрались в одном из залов-ресторанов при отеле. — Но ещё смешнее было узнать, что у вас там мега-бой. Эх, наш любимый граф скоро в туалет без драки сходить не сможет.

— Ты так не шути лучше, — хмыкнув, покачал головой Батуми. — Был у меня опыт, знаешь ли. Приятного мало, между прочим, вскочив с белого трона со спущенными штанами врагов разматывать. Так что нашему командиру я такого не желаю. Прошу прощения за подробности, госпожа, — кивнул он Кристине, которая клевала фруктовый салатик.

— Ничего страшного, Батуми, — улыбнулась моя невеста. — Не переживай, ушки у меня не завянут. Я, между прочим, как-то прикипевший движок на военном Урале с мужиками разбирала, так что тёмные стороны русской словесности познала в идеале. А что до твоей истории… да уж… нелегко тебе пришлось. Надеюсь, Максиму не придётся сражаться в таком виде.

Ребята весело уставились на меня. Настроение у всех было расслабленно. Адреналин, вызванный внезапным нападением на мужскую часть рода, давно улетучился, и теперь можно было просто расслабиться.

— Да, такого опыта у меня не было, — усмехнулся я, а затем, припомнив кое-что из прошлой жизни, добавил: — Но ночью на меня нападали, и голым биться приходилось. И не один раз.

— Так у меня тоже было, — кивнул Батуми.

— И у меня, — подняла руку Пожарскую, накручивающая на вилку карбонару. — Что вы на меня так смотрите? Я тоже иногда люблю спать без одежды. Чтобы тело дышало.

— Ха! Леди не пристало публично делиться такими подробностями своей личной жизни, — хохотнул Батуми, открыв большим пальцем бутылку пива. Железная крышка улетела к потолку. Мне показалось, я услышал, как ёкнуло сердечко официанта в тот момент, когда крышка на миллиметр разминулась с хрустальной люстрой.

Но затем крышка полетела вниз, и Батуми ловко поймал её на указательный палец.

— Ха! — передразнила его Пожарская. — Не хочу, чтобы какой-то лысый варвар учил меня быть леди. Или у тебя в этом вопросе опыта побольше, чем у меня? Мы что-то не знаем о твоей биографии? Поделишься конфиденциальной информацией? Сейчас, только запись на телефоне включу.

Она ткнула в экран своего смартфона и протянула его к лицу Батуми, точно микрофон.

— Раз! Раз! — проговорил Батуми, на манер ведущего в прямом эфире, но актёрская игра не его конёк, так что лысый военачальник быстро «сдулся» и резко произнёс: — Записываете: баронесса Пожарская — вредная язва на теле рода Белозеровых. Но! Наш командир терпит закидоны каждого из нас, за что мы все ему благодарны.

— Эм… — подвисла Яра, а затем усмехнулась и, прищурившись, проговорила: — Это ты так ко мне подкатываешь, лысый?

Батуми натурально скривился и покачал головой:

— Не льсти себе, рыжая. Я не настолько великодушен, как наш господин.

Мы все громко рассмеялись, наполнили бокалы и кружки, и я произнёс тост:

— Спасибо, друзья, что собрались. Весело с вами. Сегодня у нас с парнями выдался очень крутой мальчишник. Запоминающийся и уникальный, как и обещал принц Евгений, — я хохотнул, а затем чуть посерьёзнел и добавил: — Но мы справились на отлично. И вы, девочки, тоже молодцы, что послушались меня и не рванули к нам через весь Красноярск.

— Но мы бы тоже хотели подраться! — возмутилась Пожарская. — Тереть пяточки на спа-процедурах, конечно, здорово, но нечестно, что главное веселье досталось вам!

Лиза после её слов тяжело вздохнула и закатила глаза. А Кристи лишь усмехнулась.

— Всем ещё драк хватит, друзья, — произнёс я. — Это вам я обещаю. Впереди у нас долгий, но очень интересный путь. Но начнём мы его послезавтра. А сегодня и завтра давайте сосредоточимся на другом.

Я тепло посмотрел на Кристину. Она благодарно кивнула мне в ответ.

Надеюсь, я всех ретивых тварей перебить успел? Чтоб невесту в день свадьбы своим беспределом не расстраивали?

Глава 7

«Свадьба-свадьба, кольца-кольца, я люблю тебя, любимое солнце!» — примерно такой вот песенкой, исполненной нарочито пищащим мыслеголосом, меня и разбудили с утра.

— Фаина Максимовна, вот что ты за человек-то такой, а! — проворчал я, разлепляя глаза.

«А я и не человек, — хохотнула Фая. — Покорми меня, оппа, и я полетела».

— Попроси Кристину. Ты же утверждаешь, что она лучше других наливает тебе молоко, — продолжил ворчать я, надеясь, что мне ещё удастся немного поспать.

«Дурак ты, оппа! У самки номер три сегодня главный день в жизни. Я хочу быть рядом с ней, наблюдать за ней, но не обременять её бытовыми вопросами. Так что давай, оппа, двигай жопой. Или, если хочешь, я могу сама выйти к местным служанкам в своём лучшем виде и попросить молока».

Я представил, как громадная мохнатая дракониха, размером с дом, появляется перед служащими отеля и завязывает непринуждённую беседу, параллельно интересуясь у девушек, смотрят они дорамы или больше по «Бандитскому Петербургу»?

Тяжело вздохнув, я оторвал своё бренное тело от кровати и пошёл кормить зверюгу. А тут ещё где-то на границе сознания заверещал Юрец. Этому подавай мясо. Лучше сырое.

Хорошо, что всё нужное я ношу с собой в пространственном кармане и от местных служанок мне нужна лишь чистая посуда. Есть у Фаи такой фетиш — не любит она, когда тарелки хранятся в подпространстве, ей подавай свежие, только что из посудомойки.

Пока мой зверинец брюхи набивать изволил, я качал пресс. Затем отжимания, приседания — в общем, стандартный разминочный комплекс. Полностью погрузившись в процесс, я мыслями ушёл в свои думы.

Это ж надо… Я сегодня женюсь.

Женюсь!!!

Впервые за две мои жизни. Кто бы мог подумать, что Вольный Воитель Макс вдруг окажется под венцом. И не с какой-нибудь там императрицей, матриархом тёмным эльфов или полубогиней, а с вполне себе обычной девушкой. Графиней-автомеханицей?

Я усмехнулся, мысленно отметив, что Юра доел и вернулся в моё Сосредоточение спать да переваривать пищу, а Фаина Максимовна свинтила в «палаты невесты».

Завалившись на ковёр, я уставился в потолок.

С автомеханицей… Ха-ха-ха! Это ведь на самом деле смешно?

Хотя, как однажды сказал мой дружбан Лютик Вертихвост — «для кого-то даже дворцовая прачка или трактирная подавальщица может быть прекраснее Богини Красоты».

За эти слова уязвлённая Богиня Красоты (в данном случае это что-то вроде титула, ведь сама дама «физически» была лишь полубогиней) кинула проклятье на самый главный орган Лютика. И пришлось моему другу отправиться на суровое испытание в Долину Костей, чтобы избавиться от проклятия. В итоге испытание он прошёл, проклятье снял. Ну и бонусом Богиню в койку затащил — её покорило то, что несмотря на невзгоды и испытания, Лютик от своих слов не отказался.

Да уж…

Были у меня и полубогини, и императрицы… Да и куча других статусных и видных дам. Однако же ни на одной из них я не собирался жениться. А вот с Кристиной всё сложилось иначе. У меня нет сомнений насчёт своего выбора. Я рад, что сделал этот выбор.

А ещё я счастлив оттого, что ХАОС подарил мне вторую жизнь. И возможность прожить её иначе, чем первую. Возможность попробовать что-то новое.

Круто, чёрт подери! Будучи Вольным Воителем, я привык воевать. Всё моё бытие крутилось вокруг сражений. У Вольного Воителя нет личной цели. Есть лишь ориентиры — сражаться за то, что мы считаем условным «добром». Хоть мы были теми ещё гедонистами, Вольные Воители никогда не жили для самих себя. Такой вот парадокс.

За несколько месяцев в этом мире я гораздо лучше понял, что такое «свой дом», чем за всю прошлую жизнь. Моя Родовая Способность из прошлой жизни, «Мой дом — моя крепость», в прошлой жизни была сильнее, чем сейчас. Но в прошлой жизни она оберегала место моего временного обитания.

Сейчас же в самом деле оберегает мой дом. Место, дорогое моему сердцу. Место, где собрались важные для меня люди. Связанные со мной, не как товарищи-Воители. А как…

Семья?

Ну или что-то вроде того.

В этой жизни я тоже много воюю. И тоже меня ведёт моё собственное чувство справедливости. Вот только мои войны здесь гораздо сильнее связаны со мной лично. Я сражаюсь за себя и свой дом. А не за других людей.

Да… судьба человечества меня тоже волнует. Но теперь уже не только потому, что я защитник мира от тварей, и не только потому, что твари: монстры, чёрные колдуны или просто разбойники, убивают хороших людей. А потому что эти твари угрожают моему миру. И моим людям. Миру, в котором живут мои вассалы, моя жена и мои будущие дети.

Я до сих пор Вольный Воитель. Всегда им был и буду. Всегда буду следовать своей Воле. Вот только Воля моя ныне немного другая. Во мне осталась разрушающая суть Воителя. Но во мне зародился и новый интерес — Созидание.

Пусть немного, но я изменился. Хочется верить, что в лучшую сторону. И одной из причин этих изменений стала встреча на заправке с красивой большегрудой девушкой в джинсовом комбинезоне. Всё это время Кристина была рядом со мной. И помогала мне развивать эту новую тягу к Созиданию.

Я создал свой род, имение, гвардию.

А теперь создам самую настоящую семью.

А после…

После создам Империю, которая станет столпом этого мира.

Одним ловким движением я вскочил на ноги и, улыбаясь до ушей, пошёл в душ. Сегодня определённо будет хороший день.

* * *

Сакральное место, в котором женились многие поколения рода Стрижовых, и где хотела выйти замуж Кристи, находилось на Ойском озере. Часть побережья озера являлась собственностью рода Стрижовых, и на ней был построен просторный пирс с беседками и небольшим храмом.

До озера мы добирались на вертолётах. Летели разными группами — мальчики отдельно, девочки отдельно. Со вчерашнего вечера я так и не видел Кристину.

— Дух захватывает от этой красоты, — восхищённо проговорил Олег Змеев, на котором довольно потешно смотрелся классический пиджак и белая рубашка. Что ни говори, а спортивный костюм Змею идёт куда больше.

— И не говори, — кивнул Воробьёв, глядя на голубую водную гладь и возвышающиеся за ней горы, — теперь понятно, почему госпожа хотела провести церемонию здесь.

Как по мне, существует и куда более красивые места. Кристи явно выбрала эту точку не по внешнему виду, а как дань памяти своему роду.

На самой церемонии было не очень много людей, так что все гости уместились на стульях, расставленных на пирсе. Вот уже дамы прилетели, тоже рассаживаются…

— Волнуешься? — шепнул мне ПЕВГ и подмигнул.

Я закатил глаза вместо ответа.

Двойник моего братца выглядел точь-в-точь, как настоящий Евгений. Более того, он даже вёл себя так же. Идеально вжился в роль. Как доказательство — этот его вопрос, обращённый только ко мне. Никто его не слышал, кроме меня. Но настоящий ПЕВГ точно спросил бы что-нибудь подобное. А значит, и двойник должен.

— Как и обещал, я устроил лучшую свадьбу для твоей суженой, Максим. Цени это, — улыбаясь до ушей, проговорил псевдо-ПЕВГ.

Смог бы я его спутать с ПЕВГом настоящим, который после нападения огнежоров отправился срочно решать насущные вопросы?

Конечно, нет. Хоть оба используют материальные иллюзии, энергетический рисунок у них разный.

Между тем гости расселись, псевдо-ПЕВГ сказал им пару слов и громко объявил о начале свадебной церемонии.

Меня он попросил встать под огромную арку из цветов и ждать.

С этого места открывался прекрасный вид на собравшихся. Да уж, декора ПЕВГ не пожалел. А ведь впереди ещё более людная часть нашего торжества! Там приглашённые звёзды выступать будут.

Нет, ну сколько цветов, а⁈ Юноши и девушки — слуги и служанки в красивых нарядах разносят напитки, играет живая музыка, павлины гуляют и прочие декоративные птицы…

— Дамы и Господа, встречайте главную звезду сегодняшнего мероприятия, Кристину Альбертовну! Пока ещё Стрижову! — псевдо-ПЕВГ театрально указал на красивый, будто бы кукольный, домик, стоящий на берегу.

Двери домика распахнулись, и гости ахнули, увидев невесту. Она была облачена в восхитительное белоснежное платье из шелка аномального паука. Из-за дорого и редкого материала это платье натурально сияло. А вкрапления алмазов из аномалии добавляло этому сиянию акцентов. Денёк сегодня стоял пасмурный, и оттого невеста сияла ещё ярче. Она была подобно луне, сошедшей с небес.

Кристину под руку вёл новоявленный глава рода Стрижовых. Но Илья Богданович в своём чёрном костюме просто мерк на фоне ослепительной кузины. Эдакий ходячий фон, не более того.

Все смотрели лишь на будущую графиню Белозерову. Как она плавно, точно лебёдушка по водной глади, ступает по белоснежной ковровой дорожке.

— Ух ты… снег… — донёсся до слуха восторженный шёпот Олега.

Буквально через секунду мне на лицо упала снежинка.

— Снег на свадьбу — хорошая примета, — зашептались гости.

— К счастью.

— К плодородию!

Я слушал их шёпот вполуха, не сводя глаз с Кристины.

Когда Стрижовы остановились рядом с псевдо-ПЕВГом, он торжественно начал свою речь:

— Властью, данной мне по праву рождения, перед ликом всех собравшихся под осенним небом я задаю самый главный вопрос. Согласна ли ты, Кристина Альбертовна, оставить свой старый род и войти в новый? Стать законной женой графу Белозерову? Ответь! Не нам ответь, но ему!

Он пафосно указал на меня правой рукой.

Кристи повернула в мою сторону голову. Лица её я не видел из-за ажурной фаты, но чувствовал тёплые эмоции девушки, приправленные нотками волнения.

— Да. Максим… Если считаешь меня достойной, я готова оставить свой род и войти в твой. Я готова стать твоей женой. Перед лицом всех присутствующих, перед лицом богов и предков я говорю «да». И хочу услышать твой ответ. Ведь последнее слово в семье всегда за мужем.

— И все присутствующие услышали тебя! — проговорил псевдо-царевич. — Ну а ты, Максим Константинович, готов ли принять её в свой род? Готов ли назвать её своей женой?

По местным традициям ответ я должен дать, глядя в глаза своей невесте. Потому, подойдя к ней, я двумя руками поднял фату. Увидел любящий взгляд Кристины и застывшую на её устах смущённую полуулыбку.

— Готов, — произнёс я твёрдо. — Я, Максим Константинович, нарекаю тебя, Кристина, своей первой женой. Таково моё слово. Такова моя Воля. Ты — моя. Отныне и вовеки веков.

Я обхватил её за талию и притянул к себе. А затем с жаром в губы поцеловал невесту… хотя теперь уже жену. Она была шокирована, ошарашена. Замерла на пару секунд…

Но после крепко обняла меня и страстно ответила на поцелуй.

— Хм… — где-то на задворках сознания я услышал голос псевдо-ПЕВГа. — Немного с опережением регламента, ну да ладно. Все вы их слышали! Всё вы видите их любовь. Дамы и Господа, властью, данной мне по праву рождения, объявляю графа Максима Белозерова и графиню Кристину Альбертовну мужем и женой!

— Ура!!!

— Поздравляем!!!

— Горько!!!

— И это… — смеясь, произнёс псевдо-царевич, перекрикивая гостей. — Кольцами-то не забудьте обменяться!

* * *

Сложно было нам с Кристиной перестать целоваться. Я внезапно понял, что не один я мучился в ожидании свадьбы. Моя молодая жена тоже стремилась поскорее приступить к брачной ночи.

Но пока что всё ещё приходится терпеть.

Мы таки смогли отлепиться друг от друга, затем Кристи надела кольцо мне на безымянный палец, я ей…

— Муж, можете поцеловать жену, — после этого заявил псевдо-ПЕВГ.

Гости веселились. А мы целовались. Но на сей раз без разгону. Так, по-быстрому.

Ну… почти по-быстрому.

Вот так Кристина официально стала Белозеровой. И после основной церемонии она уже не отходила от меня ни на шаг. А я был рад ходить с ней под ручку.

На озере мы пробыли чуть меньше часа — получили поздравления от гостей, пофотографировались, а затем всем скопом отправились в ближайший аэропорт.

Веселье не прекращалось ни на миг, ни в вертолёте, ни в самолёте. Лишь в «Волге.Приме», на которой мы с Кристи ехали в поместье из частного аэропорта рода Игнатовых, мы с молодой женой смогли отдохнуть.

— Дорогой… — выдохнула Кристи, привалившись ко мне, — я так рада, что этот день настал.

— А я-то как рад, — обняв её, произнёс я.

— Знаешь, — повернувшись ко мне, она смущённо улыбнулась, а затем лукаво произнесла: — мне хочется… много всего сделать в качестве твоей жены. Но сейчас, давай хоть немного отдохнём. Впереди много работы… прежде чем настанет главная часть процесса бракосочетания. Не хотелось бы к вечеру валиться ног.

Забавно было смотреть, как Кристи пытается откровенно флиртовать, но при этом всё же немного смущается своих слов.

— Будь уверена, валиться с ног я тебе не позволю, — усмехнулся я, напитывая девушку своим «Семейным Даром».

Так-то да… денёк хоть и славный, но сложный. Не каждый одарённый справится с таким испытанием на выносливость.

А Кристи ведь, по словам Фаины Максимовны, ещё и проснулась заметно раньше меня, чтобы навести красоту.

«Это вам, самцам, проще — умылся, протёр морду тряпкой и всё — красавчик. А самкам приходится долго пёрышки начищать», — заявила тогда Фая.

В общем, я решил не обострять ситуацию.

Да и странно это, устраивать брачную ночь в машине.

Так что до имения мы с Кристи ехали расслабленно, попивали сок и обсуждали гостей — кто и что может подарить.

А как приехали…

Началась вторая часть сегодняшнего торжества.

* * *

Где-то на Земле. За несколько часов до текущих событий.

— Повтори ещё раз.

— Голодные огневики не выходят на связь, господин. С высокой долей вероятности они… уничтожены. Хоть это и кажется невозможным.

— А что с Женей?

— Его Высочество Евгений жив и занимается исцелением раненых. Подробности инцидента нигде не освящаются, однако же повсеместно обсуждается новость, что в музее Современного Искусства в Красноярске в момент открытия выставки, организованной Его Высочеством Евгением, произошёл теракт.

— Вот как… Значит, Женя сейчас герой, который борется с последствиями теракта?

— Боюсь, не совсем так, господин. Главным героем выставлен… как это ни странно — Максим Белозеров. Его люди смогли обеспечить безопасную эвакуацию гостей мероприятия, а сам он, согласно словам Его Высочества Евгения, сражался с ним бок о бок. Вот цитата Его Высочества: «Мы обязаны ему жизнью».

— Хо-хо-хо… — мужчина одобрительно рассмеялся и потёр бородку.- Вот как… Значит Максим Белозеров спас Женю? Любопытно… Что насчёт водных техник, Тихон? Были ли замечены?

Докладчик кивнул, поняв вопрос своего господина:

— Высокоранговые водные техники, способные противостоять пламени «голодных огневиков» замечены не были.

— А раз не было мощных техник противоположной стихии, способных справиться с огнём, значит, что?..

— Значит, ваша догадка верна, господин, — склонился в поклоне докладчик.

— Значит, «Белозеров» — лишь выдуманная фамилия, — расплылся в довольной улыбке мужчина. — Значит, у его Метки есть огненные способности. И его огонь по силе гораздо мощнее огня большинства отмеченных, раз он смог подчинить себе пламя голодных огневиков. Огонь, достойный члена императорской семьи! Стало быть, восьмой царевич тоже в игре! Правда действует тайно. Максим Белозеров? Зеркальная Маска? Может быть, ты уже отбросишь эти личины и выйдешь в свет под своим истинным именем, а?

Глава 8

Помимо самой церемонии бракосочетания — сакральной части праздника, существует и светская часть мероприятия. И, как правило, на светской части гостей присутствует гораздо больше, чем на сакральной.

Если упростить, эта часть представляет собой тематический светский приём.

Когда планировалась свадьба Белозеровых, царевич Евгений предлагал провести светскую часть в арендованном зале. Однако же жених с невестой решили, что вполне могут принять гостей в имении.

Показать всем, что у рода Белозеровых есть свой прекрасный дом.

— Ох и пришлось нам из кожи вон лезть, чтобы закончить ремонт и привести это место в божеский вид, — тяжело вздохнула баронесса Пожарская, покачивая бокалом с вином.

— Я не понимаю, ты гордишься или хвастаешься? — фыркнула княжна Волконская, более известная, как капитан Зарецкая. Она сидела за одним столиком с баронессой.

— А ты думаешь, я не имею право ни на то ни на другое? — поморщилась Пожарская, обведя взглядом огромный зал, полный гостей. Всё сверкало новизной: повсюду цветы, дорогие ткани, на сцене выступает известная певица, обычно собирающая на концентрах целые стадионы и редко соглашающаяся петь на закрытых аристократских праздниках.

— Ты молодец, — пожала плечами Лизи, возвращаясь к своему коктейлю. — Но Его Высочество тоже приложил руку к завершению ремонту.

Пожарская цокнула. Ей не хотелось признавать вслух, что люди царевича Евгения ей помогли с финишной отделкой зала, украшениями и некоторыми другими мелочами. Эдакий подарок молодожёнам от царевича.

Один из подарков.

Переведя взгляд на свою собеседницу, Пожарская усмехнулась.

— Не прожигай глазами платье госпоже графине, — произнесла она.

Лизи резко развернулась и нахмурилась.

— Я не могу порадоваться за свою подругу? — процедила она.

— Улыбка у тебя ненастоящая.

— Зато твоя злая лыба — самая что ни на есть настоящая! И? — Лиза поморщилась, но затем выдохнула и хмыкнула.

— Что? — нахмурилась Пожарская.

— Да ничего, — пожала плечами Лиза.

— Говори уже.

— Не приказывай мне!

Дамы яростно уставились друг на друга.

Лиза тяжело вздохнула и вымученно улыбнулась.

— Давай хоть сегодня не будем спорить. А просто порадуемся за Кристину и Максима. Если бы ты сейчас была на её месте, она бы за тебя порадовалась.

Пожарская поджала губы и покачала головой.

— Я не стремлюсь быть на её месте, — проворчала она.

Лиза прикрыла рот ладошкой и кокетливо посмеялась.

— Думаешь, именно поэтому сейчас она главная звезда мероприятия? — хмуро спросила Пожарская.

— Может быть, — откинулась на спинку кресла княжна.

Ей было неприятно говорить на данную тему, и она поспешила сменить её:

— Смотри, Батуми с Изольдой Стародубцевой о чём-то спорят.

Взгляд Пожарской тут же стал цепким:

— Считаешь, приближённая царевича Евгения пытается что-то выпытать у нашего лысого дуболома?

— Или наш лысый дуболом пытается что-то выпытать у приближённой царевича Евгения. А может быть, они просто мило общаются?

— Настолько мило, что слуги к ним не решают подойти? — хохотнула Пожарская.

Лиза тоже усмехнулась. А затем её взгляд невольно вновь остановился на молодожёнах.

— Не знаешь, о чём, так долго в сторонке Максим и Кристина говорят с Игнатовыми? — спросила она серьёзно.

— Хм… есть догадки. Я уже подала доклад моему любимому графу о том, как Касимовские подбивают клинья к Личным Стражам. Полагаю, полковника Игнатова тоже беспокоит этот вопрос. Мой любимый граф уж точно не потерпит такого обращения со Стражами.

Прокручивая в голове услышанное, Лиза задумчиво ответила на автомате:

— Наш любимый граф.

— Прости? — опешила Пожарская, не ожидавшая такой откровенности.

— А? — замерла Лиза.

— Это было официальное заявление? — хохотнула Пожарская.

— Пф! — выпалила Лиза.

— Ты так засмущалась, что к тебе вновь вернулась твоя дурацкая привычка? — продолжила веселиться баронесса.

— Хватит! — резко поднялась на ноги княжна. — Четвёртой негоже смеяться над первой!

— А вот сейчас я тебя не поняла…

— Дамы и господа! — неожиданно пронёсся по залу голос молодой графини Белозеровой, усиленный динамиками. — Все вы ждали этого момента! Традиционное свадебное метание букета! Незамужние девушки, вставайте из-за столов, занимайте места! Помните, это честное состязание — использование покрова или уж тем более способностей Метки запрещено. Здесь все равны!

Лиза и Пожарская переглянулись. Между ними вмиг накалился воздух.

Мгновенье, и обе девушки, как и другие незамужние, решительно направились к сцене.

Гостей на празднике хватало — были приглашены не только дружественные Белозеровым рода, но и «нейтральные». И даже некоторые бывшие враги тут присутствовали.

Так что незамужних перед сценой хватало.

Кристина повернулась к ним спиной. Начался традиционный в таких случаях отсчёт. И когда прозвучало «три», букет взлетел под потолок.

Благородные девицы принялись толкаться, лишь бы оказаться ближе к букету.

— Твою мать! — выругалась под нос Пожарская, столкнувшись лбом с Лизой.

Ни одна из них не использовала покров, так что удар обе прочувствовали.

Пожарская даже потерялась в пространстве. На лице Лизы появилась торжественная улыбка. Её пальцы почти коснулись букета невесты…

Как вдруг в голове княжны раздался знакомый смех.

А букет чуть изменил направление. Для других это было незаметно. Казалось, он, чуть не долетев до Лизы, оттолкнулся от пальцев племянницы графа Игнатова и полетел в сторону.

Прямо в руки Маши Семеновой.

— Не честно, — буркнула себе под нос Лиза.

«Ха-ха-ха! Не бузи, самка номер один. Им нужнее. А вы сами справитесь без букетов. Смотри на сцену!»

А на сцене уже стояли в обнимку молодожёны и смотрели на Олега Змеева, который неуверенно поднимался к ним.

— Это… — проговорил он в микрофон, глядя сверху вниз на поймавшую букет девушку. — Короче… не мастак я речи толкать, гости дорогие… Да и не хочу у виновников сегодняшнего торжества время отнимать. В общем… господин, госпожа, от души поздравляю. Счастья, здоровья! Детишек побольше! И спасибо, что позволили осуществить мою задумку. Маша… короче, будь моей женой, окей? Я даже колечко приобрёл дорогущее. Ну и… дом у нас будет знатный. Хорошо? Ты ж согласна?

Разумеется, она была согласна.

Получив свою порцию оваций, Олег надел на палец невесте кольцо. А затем внимание гостей вновь вернули к себе молодожёны.

Бросание букета, как правило, ставит точку в торжественной части.

Граф и графиня Белозеровы поблагодарили всех собравшихся. А затем под громкие поздравления и аплодисменты отправились в опочивальню.

* * *

— Дорогой… ты ещё не устал?

— Нет, Кристи. Не думай, что всё так быстро закончится!

— А я и не думаю! Я полна сил и хочу, чтобы эта ночь длилась вечно!

* * *

— Дорогой, может быть, сделаем перерыв?

— Да, давай. Сейчас принесу вина и фруктов.

— О, спасибо.

— Перекусила?

— Да, немножко.

— Ну тогда…

— Ах…

* * *

— Дорогой, если продолжим в том же духе, останешься вдовцом в день свадьбы.

— О, будь уверена, я не дам тебе умереть!

— Смотри, моя жизнь в твоих рук-а-а-х!

* * *

— М-м-м…

— Кристи, ты там жива? Заснула, бедняжка?

Моя новоявленная жена сладко сопела и улыбалась во сне, пуская на подушку слюнку. Умиляясь этой картине, я укрыл её одеялом и пошёл к сервировочному столику. Влил в себя остатки вина и снова посмотрел на Кристину.

Неведомое тепло растекалось в моей груди. Мне хотелось прижать Кристину к себе, гладить её…

Но тогда я не удержусь и пойду на очередной круг. А девушке всё же стоит поспать. А то даже мой «Семейный Дар» её не спасёт.

Почесав лоб, я уселся за стол и, чтобы немного переключиться, достал планшет. Открыл один из докладов Пожарской, параллельно прокручивая в голове сегодняшний разговор с полковником Игнатовым.

Помимо того, что Алексей Михайлович искренне, точно за собственных детей, радовался нашему с Кристиной бракосочетанию, он не преминул возможностью поговорить «о работе».

Сперва граф отметил то, что на нашем торжестве нет никого из фракции царевича Михаила. Это примечательно. Это бросается в глаза.

Ведь сейчас во главе губернии стоят Касимовские (пусть Измаил Тагирович пока и ИО), а я — граф, проживающий в этой губернии. Может показаться, что графских родов много… Но на самом деле это я просто сталкиваюсь с ними часто. Графы, как и герцоги и князья, относятся к Высшей Аристократии. Они консолидируются и постоянно пересекаются друг с другом на светских мероприятиях. По местным традициям я должен был позвать Касимовских на свадьбу, как представителей рода правителей губернии. И пусть ни сам ИО главы губернии, но хоть кто-то из его рода должен был откликнуться на это. Свадьба (а уж тем более первая) главы графского рода — большое событие! Это ни какой-то там рядовой день рожденья.

Но Касимовских мы не позвали.

Почему?

Да потому что пошли они нахер.

Решение не звать их было для меня само собой разумеющиеся. Но при этом ещё и осознанное, и осмысленное. Мои ребята тоже его приняли, правда, Кристина сказала:

— Полностью тебя поддерживаю, дорогой, во всех твоих начинаниях. Но всё же хочу проговорить один момент. Если мы не позовём Касимовских на нашу свадьбу, мы продемонстрируем общественности конфликт с ними. Они будут обязаны ответить.

— Полагаю, мой любимый граф хочет продемонстрировать миру, что его не устраивает вообще вся фракция Михаила, — хмыкнула на это Пожарская, и многозначительно на меня посмотрела.

— При всём уважении, Ярослава Васильевна, вряд ли в империи найдётся много людей, способных поверить, что провинциальный граф может выступить против фракции самого успешного на данный момент царевича, — заметила Лиза.

Хмыкнув, я уставился на неё и спросил:

— Ты во мне сомневаешься?

— Я — нет, — усмехнулась княжна. — Но общественность с тобой не так хорошо знакома.

— И всё же я хочу, чтобы все понимали, — обвёл я взглядом членов расширенного малого совета: — с фракцией Михаила нам не по пути. Их методы меня не устраивают. Точка.

Так вот, полковник Игнатов знает меня очень хорошо. Поэтому вчера, улыбаясь в усы, он произнёс:

— Похоже, после свадьбы ты, Максим Константинович, решил пободаться со всей фракцией Его Высочества Михаила?

Сказал он это таким тоном, будто пошутил. Но я-то видел серьёзность в его взгляде.

— Если придётся, — ответил я.- Доказательств у меня нет… Но чуйка мне подсказывает, что ВКЖ, если и не сотрудничает с Орденом Разочарования, то как минимум периодически закрывает глаза на их деятельность.

А вот граф Игнатов после моих слов глаза раскрыл. И очень широко.

— Откуда такие мысли?

— От некоторых пленников, — улыбнулся я. — Да-да, из Ордена.

— У тебя их много? — тут же взял стойку Игнатов.

— Хватает, — кивнул я.

— То есть… в свободное время ты и с террористами воюешь? Точнее, продолжаешь воевать? — он замер, несколько секунд смотрел на меня, а затем покачал головой. — Как и ожидалось… И… Что говорят пленники?

— Да много чего говорят… Важно здесь другое: несколько раз ВКЖ серьёзно прижимало их, а потом вдруг теряло. Шраер… а у меня есть в загашнике один Шраер… точнее был… Короче, он и вовсе сказал, что сотрудничал с ВКЖ. Правда, по другой теме, несвязанной с производством запрещённых средств по контролю над монстрами. Однако же, если один Шраер сотрудничает с ВКЖ по одной теме, почему бы другому Шраеру не сотрудничать по другой?

— Понятно… — хмуро проговорил Игнатов.

Я же в тот момент подумал о том, что пленных террористов у нас становится всё меньше и меньше… По естественным причинам, так сказать. Шраера, например, когда он уже почти совсем израсходовал свой ресурс, я, как и обещал, отдал Батуми.

Дальше была шестичасовая сцена «21+», которую мне охотно транслировала Фая. По итогу Батуми утолил свою жажду мести и даже умудрился улучшить контроль над своими силами берсерка.

Профит.

Что же до полковника Игнатова, то я ни капли не боялся делиться с ним важной информацией. Я давно уже воспринимаю его как своего союзника, и уверен, что он меня не предаст.

— Благодарю, что рассказали, Максим Константинович, — выслушав меня, кивнул Игнатов. Забавно наблюдать, как он последнее время начал скакать в обращениях ко мне с «ты» на «вы» и обратно. Так-то по статусу я его выше, ибо я глава графского рода, а он нет.

— Не стоит, — улыбнулся я. — Мы же друзья.

Он внимательно посмотрел на меня, хмуря кустистые брови, а затем улыбнулся и произнёс:

— Для меня честь иметь такого друга, Максим. И раз уж мы друзья… Раз и тема так подвернулась, не выслушаешь ли меня? По-дружески?

Ну мы с Кристиной его и выслушали.

И вот что оказывается… Похоже, глава НОКС — добрый улыбчивый дядюшка с мощной Меткой и стальным взглядом, с которым я встречался на банкетах Корпуса, немного конфликтует со своим заместителем по делам стражей второго ранга. С полковником Касимовским. А ещё со своим заместителем по делам стражей первого ранга. Недавно эту должность занял уже знакомый мне мудак — Высший Страж герцог Гуджинский Валерий Илларионович, получивший повышение. Теперь он тоже полковник.

И, как и полковник Касимовский, состоит во фракции Михаила.

Забавный нюанс: у главы НОКС нет зама по делам Стражей Высшего ранга, ибо таких Стражей относительно мало, и глава сам с ними взаимодействует. Зато у него есть зам по АХЧ… но на этой административной должности уже давно сидит человечек с фамилией Юсупов. Да, он лишь троюродный племянник главы рода, но тем не менее родственник Министра Экономики. И тоже, как и любой Юсупов, член фракции Михаила.

Вот и получается, что сейчас у главы НОКС семьдесят пять процентов заместителей — вассалы моего брата.

Один лишь Игнатов — «свободный».

— Но волнует меня ни конфликты главы с представителями фракции царевича Михаила, Максим, — проговорил он хмуро. — А причина этих конфликтов. Глава узнал, что полковники Касимовский и Гуджинский хотят затянуть Личных Стражей на службу в свои рода. Глава вызвал обоих к себе и попросил объясниться. Они ответили в духе — пополнение гвардии — дело каждого рода. Что поиском новых гвардейцев занимаются их рода, а не они сами.

— Я слышал об этом, — кивнул я. — Точнее слышал только про Касимовского.

Игнатов хмыкнул и уважительно произнёс:

— Ну, конечно, присматриваешь за потенциальным противником. Действительно, по моим данным Касимовские проявляют больше рвения, что не удивительно — они укрепляются в нашей губернии. И что ты думаешь по этому поводу?

— Всё то же, — пожал я плечами. — Касимовские — твари. Я уже сталкивался с «Уложением О Срочном Вызове», и догадываюсь, какие методы воздействия будет использовать княжич.

В тот момент я почувствовал клокочущую в груди ярость.

Грёбаные шантажисты. Грубо говоря, Касимовский и Гуджинский скажут Личным Стражам — либо вы присягаете нашим родам, либо мы на законных основаниях отправим вас закрывать Апокалипсис. И всё, пока-пока, Личные Стражи. Вряд ли многие из них смогут выйти из Апокалипсиса.

А закрыть его из жителей города могут лишь единицы.

— Глава пришёл к тем же выводам, Максим, — кивнул Игнатов. — Но он не может отменить «Уложение». Максим, всё, на что он способен — это временно отстранить от службы своих замов.

— Почему «временно», Алексей Михайлович? — напряжённо спросила до сих пор лишь молчавшая Кристина. Сейчас моя жена сосредоточенно впитывала новые данные, расширяя кругозор и анализируя происходящее.

— Власть главы НОКС не столь велика, как власть главы какого-нибудь рода. Нужны твёрдые доказательства превышения полномочий, чтобы отстранить полноценно, Ваше Сиятельство. Иначе уже против самого главы могут начать расследование за превышение полномочий, — охотно пояснил Игнатов. — Максим… — он посмотрел на меня с мольбой во взгляде.

Я хмыкнул и хлопнул Игнатова по плечу:

— Вы делаете из мухи слона, мой друг.

— Отчего же? — нахмурился он. — Вам лучше других знать, что Касимовский и Гуджинский вполне могут воспользоваться «Уложением». Ведь они уже пытались в своё время избавиться от вас схожим образом!

— Я знаю. Но не вижу проблемы — пусть глава НОКС сам воспользуется «Уложением» вперёд этих мерзавцев, — усмехнулся я.

— А? — опешили Игнатов с женой.

— Дорогой… ты гений! — Кристи зааплодировала, уловив мою мысль. — Действительно! Ведь всё на поверхности! Пусть глава НОКС использует «Уложение о Срочном Вызове» и отправит Личных Стражей закрывать аномалию ранга «Хищник». Да хотя бы и «Вожак»! И всё — год никто не сможет повторно использовать тот же способ на тех же людях!

— Но… — растерянно пробормотал Игнатов. — Это ведь «Уложение…» серьёзный документ! Нельзя же… так! В «Хищника»! А если что-то случится⁈ Если понадобится призвать Стражей ради их долга⁈

— Эх, вот ведь зашоренность взглядов… — обречённо покачал я головой. — Что значит «нельзя», полковник? Можно так сделать! Если, конечно, у главы хватит духу. Нужно учитывать, что фракция просто так не оставит этот финт. И дело о превышении полномочий тоже, скорее всего, главе НОКС прилетит. Похоже, в верхушки Корпуса есть те, кто поддерживает Михаила.

— Глава НОКС — человек чести! — резко ответил Игнатов. — Его это не пугает. Жизни Личных Стражей важнее!

— Ну так пусть делает то, что велит честь, раз уж не пугает, — пожал я плечами. — А что до вызова Стражей ради исполнения долга… Истинные Стражи и без вызова встанут на защиту людей. Без всяких там «Уложений…»

Игнатов выдержал мой взгляд, а затем с достоинством поклонился.

— Ваши слова — бальзам для моей старой души. Я обязательно передам ваше предложение главе. Да уж… И как мы сами об этом не подумали? Действительно, ведь на поверхности лежало…

— Не кори себя, — погладила мужа по плечу Марфа. — Для тебя «Уложение о Срочном Вызове» — что-то сакральное, едва ли не святое. А для Максима — просто старый документ.

После этого разговора Игнатовы оставили нас с Кристи.

— Касимовский вряд ли спустят такое с рук, дорогой, — улыбаясь гостям, сдержанно проговорила она. — Могут начать охоту на Личных Стражей. Тайное физическое истребление в нашем мире, а не в аномалии. Чтобы отомстить за обиду. Чтобы другим неповадно было.

— Свобода и Воля — личное дело каждого, Кристина.

— Что ты имеешь в виду?

— Насильно я никого спасать не буду. Однако и своих людей в обиду не дам.

Глава 9

— М-м-м, дорогой! Ты с самого утра полон сил!

— А как ты хотела? Цени, женщина, твой муж никогда тебя без внимания не оставит!

— Ценю! Но вряд ли меня хватит на всё это внимание!

— Пока тебя полностью хватает.

— А то ж!

* * *

— Максим! Ну я же хотела помыться перед завтраком!

— Завтрак я велел принести сюда, а мыться будем вдвоём! Сэкономив воду и время! Ты ведь любишь экономию⁈

— Да, но что-то вода мимо льется-ах! Боги с ней, с этой водой! Продолжай!

* * *

— Фух… я и не заметила, что так сильно проголодалась.

— Угу.

— Ты тоже голоден? Ты хоть жевать не забывай, Максим.

— Угу.

— Куда ты так торопишься? Только не говори мне, что ты…

— Знала бы ты, Кристи, как я долго ждал нашей свадьбы.

— Только ради этого⁈ Дорогой, если бы я не была такой понимающей, я бы обиделась.

— Если бы ты не была такой, какая ты есть, я бы на тебе не женился.

— Нет… ну на это тоже можно обидеться. Хотя… ладно! Ай! Дай хоть мне доесть! Ты в самом деле… держался до свадьбы?

— Как-то так вышло.

— Не скромничай. То-то я думаю, чего Ярослава Васильевна последнее время какая-то резкая.

В этот момент я перестал целовать её шею и чуть отпрянул назад.

— Ты не знал, что я знаю, что вы спали вместе? — улыбнулась невеста и с невозмутимым видом принялась есть кашу с манго.

— Откуда бы я знал? — усмехнулся я, усевшись рядом и потянувшись к блину с икрой. Пожалуй, в самом деле можно ещё немножечко позавтракать.

— Я полагала, Фаина Максимовна тебе рассказывает о том, что происходит в особняке, — усмехнулась Кристи. А затем начала озираться по сторонам. — Её ведь всё ещё тут нет?

— Нет, она до сих пор с детишками, — махнул я рукой в сторону окна. — Да… про ваши склоки она мне рассказывала. Но без таких подробностей. И?

— Что и? — лукаво переспросила Кристина.

— К чему ты вспомнила про Яру сегодня? В день, когда мы с тобой проснулись женатой парой?

— Хм… Чтобы выиграть время на покушать? — весело ответила она и продолжила поглощать кашу. — А может… Хм… Нет, только ради еды! Меня радует то, что сейчас ты весь мой! — она опустошила стакан сока и сама потянулась ко мне.

Отлично, жена поела. Можно продолжать.

* * *

— Фух… Обед уже почти, — проговорила Кристина, глядя в потолок. — Надо бы вставать, да работать начинать.

— Успеем ещё, — отозвался я, любуясь её дивным телом: смугловатой кожей, большой, но подтянутой грудью.

М-м-м… загляденье!

— Пожалуй, я лучше укроюсь, — усмехнулась она, натягивая по шею покрывало. — А то работать так и не уйдём.

Ее ножка игриво выглядывала из-под одеяла. Кристина внимательно следила за моей реакцией.

— Ну работать, так работать! — твёрдо произнёс я, усевшись на кровати спиной к жене.

— Эй! — выкрикнула она.

— А? — обернулся я через плечо. — Ты что-то хотела?

Она смотрела на меня с укором. Но недолго, буквально пару секунд, после чего прыснула со смеху.

— Да, хотела бы разобраться с делами рода, — просмеявшись, ответила она.

— И желательно сделать это до вечера, — поддержал я жену. — Замужним дамам не стоит брать вечерние и ночные смены.

Я игриво подмигнул ей, поднялся на ноги и, не глядя на Кристину, проговорил:

— Кстати, я хотел кое-что тебе сказать. Открыть небольшой секрет рода, которым обязан поделиться с законной супругой. Так, сущую мелочь.

— Хм? Внимательно слушаю? — она произнесла спокойно, однако я всеми фибрами души ощутил жгучее любопытство супруги. Забавно. Хорошо она меня узнала, раз мой скучающий тон не смог её обмануть.

Усмехнувшись своим мыслям и её реакции, я не выдержал и, резко обернувшись, произнёс:

— Я — Бэтмен.

Кристи удивлённо хлопнула глазками, а затем рассмеялась:

— Ну да, чего ещё ждать от моего мужа! Ну тогда я буду женщиной-кошкой. Мур!

— Очень мило, — улыбнулся я, а затем снова отвернулся и попёрся за труселями. — А ещё я восьмой принц Российской Империи. И я намерен занять пустующий трон. Так что готовься, дорогая, быть тебе императрицей.

О, пожалуй, надену сегодня зелёные в синюю полоску.

За моей спиной ощущалась странная смесь эмоций. Удивление? На самом деле его мало. Гораздо больше осознания и принятия. А ещё нотка эмоции, которую можно трактовать как «ага, я была права».

А затем все эти эмоции смела одна и очень мощная.

Восхищение.

По спальне пронёсся радостный визг, и Кристи напрыгнула на меня сзади. Крепко обнимая и прижимаясь большой грудью к моей голой спине, она заверещала:

— Ты самый лучший! Удивительный! Крутой! Я знала, что ты необычный! Догадывалась, что ты можешь лечить! И все твои умения… знания… тайны! Ты ведь явно получил их в момент обретения Метки, верно⁈ Круто! Раньше я думала, что это байки и легенды! Ха-ха-ха! А теперь у меня муж из легенд! Ещё и принц! У-ха-ха!!!

С трудом развернувшись, я уставился в её радостное и возбуждённое лицо.

— С тобой всё в порядке? — уточнил я, параллельно сканирую жену Семейным Даром. Вдруг у неё кукуха от радости улетела.

— Со мной всё отлично, дорогой! Полюбила вчерашнего простолюдина, вышла замуж за графа, и стало женой принца! И буду женой императора! Я-ху-ху!

Счастливо улыбаясь, она подалась вперёд и с жаром меня поцеловала.

Я подхватил её под нижние девяносто и потащил обратно к кровати.

Работа подождёт ещё немножечко.

* * *

— Ваше Сиятельство, вы прям сияете, — елейным голоском проговорила Пожарская, когда мы нашим «расширенным малым составом» собрались в штабе.

— А как не сиять, когда у меня самый лучший муж в мире, — улыбаясь до ушей, проговорила Кристи.

— Будешь завидовать, волосы твои рыжие выпадут, — хмыкнула Лиза, сидевшая рядом с Пожарской.

Баронесса цокнула языком и покосилась на нашего военачальника и его соседа — Змея.

— Эти двое, похоже, много кому завидовали, — изрекла Пожарская.

С радостью бы послушал весёлые перепалки дальше, но и так собрание задержали. Не будем показывать пальцем на тех, кто в этом повинен.

«Начальство не опаздывает, начальство задерживается», — хохотнула Фая, прочитавшая верхний слой моих мыслей.

Я громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание, и твёрдо произнёс:

— Народ, веселье потом. Яра, срочные новости есть?

Пожарская одарила меня ехидным взглядом, но тут же осеклась, откашлялась и деловито поинтересовалась:

— Странные новости из Корпуса Стражей считаются срочными?

Я утвердительно кивнул. Молодец, баронесса. Сложила два плюс два. Явно ведь видела, что я вчера долго общался с Игнатовым.

— В общем, с самого утра Личных Стражей по указу Главы Нокс генерала Старовойтова, отправили закрывать аномалии второго и третьего ранга. Нескольких отправили в «Погибель», но там Стражи сильные и группы многочисленные. Волноваться не стоит.

— То есть как это отправили? — опешил Вася Васильев.

— Так же, как и вас с моим любимым графом в своё время, — пожала плечами Пожарская. — Используя «Уложением О Срочном Вызове». Лично у меня… да и, наверное, не только у меня, есть догадка, что инициатором этого деяния стал мой любимый граф. Так что… возможно, пойдут слухи. А значит прихвостни царевича Михаила затаят на нас с вами ещё больше обиды. Да и на графа Игнатова и на Старовойтова тоже.

Батуми и лидеры моей гвардии с любопытством уставились на меня. Пришлось в двух словах и пересказать вчерашнюю беседу с Игнатовым.

— Вон оно что… — задумчиво проговорил Вася Васильев. — Господин, с вашего позволения, я хотел бы ещё раз переговорить с Вареником.

Он пытливо уставился на меня.

— Сейчас наш ушастик в аномалии, — равнодушно отозвалась Пожарская. — Переговорить с ним не выйдет.

Вася даже не посмотрел в её сторону, продолжая преданно пялиться на меня.

Я вздохнул и ответил:

— Я хочу, чтобы он сам созрел, — спокойно ответил.

— Лучше сказать «всплыл», мой любимый граф. Он же вареник.

Я усмехнулся. Шутка тупая, но мне такие нравятся.

— Я понял… — грустно проговорил Вася, отвернувшись.

— Но, — поднял я указательный палец. — Говорить тебе с ним или нет — твоё личное дело. В своё свободное от службы время ты волен заниматься всем, чем угодно, если это «что угодно» не несёт вреда моему роду. А беседа со старым товарищем уж точно не опасна для графского рода Белозеровых.

Я улыбнулся.

Вася меня сердечно отблагодарил. На пару секунд в зале повисла задумчивая тишина, которую прервал громкий вздох Батуми.

— Господин, я так понимаю, у нас режим боевой готовности, — изрёк он. — В любой момент мы можем начать битву с фракцией царевича Михаила за весь Новосибирск. Это здорово. Я бы сказал — отлично. Вот только у наших наёмников скоро контракты истекают. Частично продлить можем. Но большая часть ЧВК вынуждена будет вернуться на свою основную базу. У них уже имеются предварительные договорённости с Министерством Вооружённых Сил, о чём мне прямо и сказали.

— «Предварительные»? — зацепился я за слово.

— Скорее всего, они станут окончательными, — серьёзно проговорил Батуми.

— Поясни, пожалуйста, — вежливо попросила улыбающаяся Кристина.

— Охотно, госпожа, — кивнул Батуми. — Дело в том, что персы усиливают натиск на имперские границы. Как вам всем известно, царевич Алексей сперва взял дело под личный контроль, да не вывез. И сейчас, вместе с остатками гвардейцев своей фракции покинул фронт, оставив там лишь потрёпанные силы имперской армии. Армия одна не справится, если персы продолжат давить. Если вдруг персы передумают, конечно же, Министерство не станет тратить деньги на наёмников. Но вероятность того, что персы не станут развивать успех, примерно такая же, как та, что баронесса Пожарская вдруг станет вести себя аки скромная воспитанница гимназии для благородных девиц.

— Тю! — фыркнула Яра. — Это всё байки, что в женских гимназиях одни скромницы.

— И всё же мысль твою, Батуми, мы уловили, — кинув в сторону Яры быстрый взгляд, задумчиво ответил я. — Хм…

— Министр вооружённых сил — князь Ростов — один из столпов фракции царевича Алексея, — напряжённо проговорил Пётр Воробьёв. — Если наёмников нанимает Министерство, а не княжеский род, стало быть, царевич Алексей готов признать, что дела у его фракции идут совсем плохо?

Пару секунд мы молчали, думая над словами барона. Глава рода Ростовых и Министр — один и тот же человек. Но важно различать, что и под каким именем он делает. Он мог нанять ЧВК, как князь — на деньги своего рода. Тогда наёмники с персами сражались бы под знамёнами княжеского рода Ростовых, и их победы увеличили бы репутацию Ростовых, фракции царевича Алексея и Алексея лично.

Но сейчас им предлагают стать частью русской армии. Ведь нанимает их Министерство на деньги Министерства, которые выделяются из имперского бюджета. А значит, их победы уже не будут всецело считаться победами фракцией Алексея.

Да, принесут ему немного «плюсиков». Но в то же время продемонстрируют общественности, что фракция Алексея самостоятельно не смогла справиться с тем, что сама же на себя и взвалила — с защитой южных (хотя правильнее говорить юго-юго-западных) рубежей Империи.

— Если царевич Алексей ничего не предпримет в отношение русско-персидской границы, то в борьбе за престол на его фракции можно будет ставить крест, — неожиданно серьёзно произнесла Кристина. — Верно, дорогой?

— Да, — кивнул я. — Пусть Ростов и действует как Министр, он прежде всего вассал Алексея. Хоть таким образом, но Алексей должен попытаться исправить ситуацию. Если в результате его действий ситуация на фронте изменится, он ещё побарахтается в этом увлекательном заплыве «доберись до трона». И то, что наёмникам разрешили… а может быть, даже попросили говорить о потенциальном контракте по защите границ — прямо, лишь подтверждает моё мнение. Алексею нужна позитивная реклама. Антирекламы ему и так хватает. С другой стороны, если рубежи империи защитит кто-то другой, то Алексей реально пойдёт ко дну.

Я почувствовал жгучий интерес, исходящий от моих ребят. Петя и Вася полыхнули нетерпением, а эмоцию Кристины в тот момент я определил как «нежная гордость».

— Опа-па-па, — подался вперёд Батуми. — Звучит как начало очередной заварушки. Ты что же, командир, решил не с одной, а сразу с двумя фракциями схлестнуться?

Он едва ли не пританцовывал от возбуждения.

Глядя на Батуми, я не сдержался и усмехнулся. А затем с улыбкой ответил:

— Я, мой друг, готов схлестнуться со всеми, кто пойдёт против меня или будет мешать моим планам. А теперь давай-ка послушай внимательно как раз один из таких моих планов.

* * *

— Роза, сзади! — громко воскликнул я.

Глава моих «скрытников» резко обернулась и двумя изогнутыми кинжалами заблокировала тяжёлый «невидимый» удар. Сама она тоже в тот момент была невидимая. Любой обычный человек и подавляющее большинство отмеченных вообще бы сейчас ничего не увидели. Максимум услышали бы едва различимый шорох.

— Проклятье! — выругалась себе под нос Сушилова, изо всех сил стараясь отбросить своего противника.

«Не пойму, она его вообще сейчас видит?» — прозвучал у меня в голове задумчивый мыслеголос.

Я не стал гадать и спросил вслух:

— Ты его уже видишь?

— Частично, господин! — натужно отозвалась Роза. — Уже лучше… но недостаточно хорошо!

Она отступила на шаг и сделала резкий полуоборот, пропуская мимо себя невидимого противника. Торжествующе скалясь, Роза вонзила ему в «спину» клинок.

С одного удара не убила.

Зато перехватила инициативу и принялась резать духа на части.

Для неодарённых любителей фентези это может показаться «невозможным». По факту же духи — это сгустки энергии, и поразить их тоже можно энергией. Правда, гораздо сложнее, чем материальных противников.

Вот как сейчас, дух, используя остатки сил, «растянул» свою энергию по разным частям своей тушки, и клинок Розы, вонзившись прямо в центр её противника, почти не задел энергию врага.

Но есть нюанс — для победы над таким противником, нужно заставить его потратить всю энергию. И тут уже неважно, каким способом — уничтожая её атаками или заставляя тратить.

Есть и другой нюанс — многие духи способны быстро втягивать энергию из внешней среды. Вот Роза тратит силы… а дух эти всполохи энергии впитывает.

В общем, действовать нужно быстро.

К слову, атаки людей с силой «Пространства и Времени» наиболее эффективные против духов. Но и удары «скрытников» тоже для них довольно болезненные.

Так что я смотрел и не вмешивался. Как итог, Роза уничтожила очередного духа — он потерял возможность контролировать свою энергию и начал растворяться внутри аномалии. Но Метка победительницы впитала его в себя до того, как дух успел это сделать.

Именно в этот момент сразу три духа атаковали Розу.

Я повёл рукой, выпуская энергию, преобразованную магией «Пространства и Времени». Мир вокруг духов начал искривляться, руша их энергетическую структуру.

— Не спать! Добивай! — велел я.

— Есть! — рявкнула Роза, начав выбивать энергию из пойманных духов.

Спустя пару минут, девушка обречённо выдохнула.

— Что, устала? — хмыкнул я, протягивая ей чипсы восстановления и бодрящий компот из аномальных ягодок.

— Спасибо, господин, — кивнула она. — Никак нет! Не устала.

— Врать господину плохо, — усмехнулся я.

Она подвисла, размышляя, что лучше ответить. Затем выдохнула ещё раз. Более протяжно. Залпом осушила половину фляги и проговорила:

— Просто не хочется жаловаться перед вами. Но… скажу честно, третья аномалия за двое суток — для меня рекорд. Да ещё и аномалия ранга «Бедствие». Но я понимаю всю серьёзность ситуации. И я рада, что вы доверили мне столь важное задание и что лично занимаетесь моей прокачкой. Я ценю это. И благодарна вам, господин, — она склонилась в поклоне.

— Спасибо, — легко ответил я. — Присядь, отдохни. Мы почти добрались до ареола местного одинокого босса. Тебе необходимо восстановить силы, чтобы случайно не помереть.

— Я поняла, — решительно кивнула она. — Через полчасика буду в норме. Последнее время я восстанавливаюсь быстрее.

Я подавил смешок. Возможно, в скором времени все мои бойцы узнают, что я — царевич Максим с Семейным Даром Императоров Всероссийских. Но пока это для них тайна. Вот и Роза даже подумать не может, что её быстрое восстановление — вызвано не только её прокачкой и чипсами.

Я тоже уселся на шкуру чёрного шестирогого носорога и припал губами к фляге. Вот закроем эту аномалию, и дам Розе сутки отдыха. А сам все эти сутки проведу в постели с Кристиной.

«Ха-ха-ха!» — прозвучало в моей голове.

«Ну так-то нагло ты в мои мысли не лезь», — проворчал я.

«Ну так не думай так громко».

«Буду прикрывать от тебя каждую свою мысль, останешься на голодном пайке».

«Ладно-ладно! Не бузи, оппа! Просто смешно вышло. Думаешь, у вас с самкой номер три выдастся столько свободного времени? Целые сутки? Да ты как в имение вернёшься, на тебя тут же с докладами насядут. И она крутится, как белка в колесе».

И ведь даже не поспоришь с драконихой.

А всё потому, что я решил немного изведать приграничные земли империи. А если точнее — прокачать лучшую свою скрытницу, напялить на неё артефактную «Корону принцессы» и отправить на поиски пропавших Анжуйских-Захаровых и русских бойцов, что были с ними. А заодно и на сбор информации о планах персов.

Тот, кто разберется с этой проблемой, получит уйму очков репутации.

Пора уже вылезать из своей норки в Новосибирске и вершить дела по всему миру.

Хотя и в Новосибе нужно порядок до конца навести.

Столько дел…

«И всё же, для Кристины время я обязательно найду», — прогнав в голове уйму мыслей, ответил я Фаине Максимовне.

Глава 10

Роза отправилась в Спорные Земли искать Анжуйских-Захаровых и пропавших русских воинов.

Бойцы ЧВК «Клинок Скорби» готовились к крупномасштабным боевым действиям. Мы провели переговоры с полковником Грошевым — командиром сил ЧВК на моей земле, и по факту остались довольны друг дружкой. Полковника вполне устроила возможность заранее отправиться на «родную» базу до завершения контракта со мной. А перспектива перехода через портал и вовсе порадовала его и его начальство.

Экономично это. Раз — и готово! А тащить полторы тысячи человек, технику и амуницию через полмира по небу — дело напряжное и крайне накладное.

Помимо ЧВКашников с нами на контракте было ещё три наёмничьих отряда. Небольшие, но опытные группировки, которым мы поручили охрану объектов, принадлежащих роду Белозеровых и нашим вассалам. Имения же охраняли гвардейцы родов. В случае если нам потребуется не защищаться, а атаковать, гвардейцы также станут основной ударной силой.

И того наёмники в Новосибирске у нас лишь на подстраховке.

Как-то вечером, когда мы прогуливались по саду перед сном, жена поинтересовалась у меня, достаточно ли эффективен такой способ распределения военной силы.

— Что ты имеешь в виду, дорогая? — спросил я её удивлённо.

— Лишь то, что гвардия нашего рода гораздо сильнее гвардий многих графских родов, и в честной войне один на один с другим родом, гвардия Белозерова даст фору любому противнику. Но вряд ли теперь против нас кто-то станет воевать честно один на один, дорогой, — развила она мысль. Мы остановились под красивой липой, и Кристи пылко заглянула мне в глаза: — Враг может натравить на нас гарнизонные войска. А может, просто пойти против нас силами всей фракции. Мы окажемся в меньшинстве, дорогой.

Пару секунд я любовался её серьёзной мордочкой, а затем не удержался и погладил жену по голове.

— Эй! Я ведь серьёзно говорю! — возмутилась Кристина. Правда, возмущение её был целиком и полностью наигранным.

— Ты рассуждаешь правильно, дорогая, — произнёс я твёрдо. А затем снова улыбнулся и легко продолжил: — Но волноваться не стоит. У нас есть я, Фаина Максимовна, Пожарская и Батуми. Одним лишь этим составом мы можем вынести вперёд ногами какой-нибудь графский род. А ведь я постоянно прокачиваю остальных ребят в аномалиях. Постоянно делаю новых одарённых из тех неодарённых бойцов, которые готовы пойти по этому пути. А сколько раненных и престарелых бойцов мы исцелили в водах источниках? Улучшив их леченье, ещё и моим Даром, а? Гвардия растёт, Кристи. Батуми трудится не покладая рук. Уже почти все его бывшие товарищи, покинувшие вместе с ним «Степных Медведей» к нам присоединились. Оставшиеся скоро доедут. Да ты и сама всё это знаешь, — усмехнулась я напоследок.

— Знаю, — улыбнулась она, — постоянно приходится за голову хвататься, когда сметы подписываю. Но всё же, Максим… Сражаться против целой фракции силой одного лишь рода?

— А что не так? — самодовольно хмыкнул я. — Знаешь, дорогая, я мог бы и один… ну… с Фаей и Юрой, разумеется, захватить всю губернию. Правда, пришлось бы долго и планово кошмарить противника. Однако, к счастью, я не один. У меня есть ты, есть гвардия. С нашей гвардией мы сейчас можем открыто сразиться с Касимовскими и всеми, кто их поддерживает, включая местный гарнизон, который непременно задействует ИО губернатора. Но жертв с нашей стороны может быть слишком много, а разрушений в городе ещё больше. И, что хуже, в такой крупномасштабной заварушке, так или иначе, пострадают сторонние люди. Что недопустимо. Потому мы и готовимся, наращивая силу каждый день. Не обостряем сами. Но как только Касимовские перейдут черту — будь уверена, мы справимся.

Поджав губы, Кристи мило улыбнулась и кивнула.

— Я уверена в тебе, как ни в ком другом, — тихо проговорила она. — И в нашей гвардии тоже. Но… Я всего лишь хочу сказать, что жду не дождусь, когда у тебя появится своя фракция. Мне хочется, чтобы больше людей узнало о царевиче Максиме. Чтобы больше людей пошли за тобой, поддержали тебя. Я уверена, стоит тебе лишь заявить о себе… в тот же миг ты получишь поддержку тысяч подданных империи! Максим Белозёров известен среди обычных людей и аристократов. Люди будут рады узнать, что Максим Белозеров — и есть царевич Максим.

— Всему своё время, дорогая, — спокойно ответил я.

В последнее время я и сам много думаю на эту тему. Однако же, прежде чем «показывать» восьмого царевича миру и уж точно, прежде чем раскрывать его личность, хотелось бы набрать ещё больше силы. Одно дело воевать за новосибирскую губернию с частью фракции Михаила, будучи всего лишь молодым и заносчивым графом. И совсем другое — отстаивать свою независимость и защищать своих близких, следуя по тернистой и кровавой дороге к престолу Всероссийскому.

На этой дороге против меня будет не часть фракции и провинциальный гарнизон.

Там уже целые страны непременно мной заинтересуются.

А вместе с ними и те братья, которые до сих пор не обращали на меня внимания.

* * *

На следующий день во время своего индивидуального доклада Пожарская сообщила, что Касимовские приглашают меня на чай.

— Когда? — уточнил я.

Яра расплылась в ехидной улыбке.

— Ну говори уже, не тяни, — хмуро потопил я баронессу.

— Сегодня в два часа, — хмыкнула она, наблюдая за моей реакцией.

— То есть в то же время, на которое у Вареника назначена аудиенция со мной? — усмехнулся я. — И сделано это явно неслучайно. Слишком толсто. Что на это скажет глава моей СБ?

— Скажет, что ей её любимый граф велел не переусердствовать с присматриванием за Личными Стражами, — пожала плечами баронесса.

Я кивнул. Было такое дело. Насильно никого опекать мне не хочется.

— Как именно они узнали? — строго спросил я через пару секунд.

— Ну это очень просто, — махнула рукой Яра. — Вареник просто рассказал своим воспитанникам, что у него встреча с самым популярным Стражем — графом Белозеровым. В его приюте стоят какая-никакая защита от прослушки — хвала Варенику за это. Но ключевое слово тут «никакая». Личный Страж не может потягаться с серьёзными родами в качестве техники. У него стоит устаревшее барахло, которое эсбэшникам Касимовских обойти — как пёрнуть.

Я удивлённо поднял бровь.

— Что? — усмехнулась она.

— Всяких от тебя оборотов слышал, но таких уж простых и грубых не доводилось.

— А я и не так могу, — откинула она рыжую прядь. А затем смешно поджала губки и начала канючить: — И вообще, это всё ты виноват, мой любимый граф.

— А я-то с какого хера? — округлил я глаза.

— Вот! — наставительно подняла она указательный палец. — Ты тоже уже пострадал от своих решений!

— Яра! Акстись, Золотая Рыбка. Я вообще не понимаю сейчас, что творится в твоей рыжей головушке. Каких решений?

— Нанимаешь на высокие должности всяких быдланов, а потом вот нахватываешься от них всяких плохих словечек. Ай-ай-ай! — погрозила она пальчиком. — И я нахватываюсь. И остальные! А ты подумал, что будет дальше? Когда мелкие Максимовичи станут по имению ползать⁈ Они ж тоже нахватаются плохого от Лысого дяди военачальника. Представь, у наследничка твоего будет первое слово ни «мама» или «папа», а «Всех вы*бу!!!»

Я почесал голову, наглядно представив эту картину. Пожалуй, к полигону детишек подпускать лишний раз не стоит.

И всё же из Батуми, на мой взгляд, может получиться неплохой лысый нянька. Примерно, как в том старом фильме.

— Не гони на Батуми, — выдохнув, сказал я, — он в состоянии научить детишек много чему хорошему и полезному. И вообще, «Всех вы*бу» — не может стать первым словом. Тут два слова. А первое слово «Всех» — не самый худший вариант.

Пожарская посмотрела на меня хмуро и покачала головой.

— Душнила, — изрекла она.

«Во-во! — поддержали её в моих мыслях. — Согласна с ней, иногда на тебя находит».

— И вообще, — передразнила меня Пожарская. — Чтобы твой лысый военачальник и дальше был для тебя полезен… Чтобы от него был толк для императора, а не местечкового графа, ему стоит продолжить развиваться. И развиваться более всесторонне.

Я почувствовал, как мои губы разъезжаются в хищной улыбке.

— О-о-о… — томно протянула Пожарская и аж облизнулась. — Вижу, ты что-то задумал! Какую-то гадость! Это так возбуждает, мой любимый принц! Не расскажешь?

— Потом, — хмыкнул я. — Сперва займёмся тобой.

— М-м-м? Звучит ещё более возбуждающе! Прям здесь, на твоём столе? Оставив дверь открытой, чтобы законная жена могла войти в нужное время? — она расстегнула пуговицу на блузке, открывая вид на ажурный чёрный бюстгальтер.

— Застегнись. Законной супруге не изменяю, — отозвался я, копаясь в бумагах. Нашёл нужную папку и поднялся на ноги.

— Хм? Скучно… — протянула обиженно Пожарская.

Хотя и лучилась неподдельным любопытством.

— Баронесса Пожарская, — торжественно объявил я, — оторви, пожалуйста, зад от кресла.

— Ну раз любимый граф просит, — мурлыкнула она.

Яра умудрилась подняться на ноги так грациозно и эротично, что от этой картины ещё пару недель назад у меня могла бы вся кровь от верхней головы устремиться к нижней.

В то время, когда я жил в ожидании брачной ночи.

Но сейчас на меня такой манёвр не подействовал.

Почти.

Кашлянув, я торжественно продолжил:

— Итак, баронесса, хочу отблагодарить тебя за верную службу, — произнёс я патетично, затем взял паузу и улыбнулся от души: — Спасибо, Яра! Ты многое делаешь для меня и моего рода. Я рад, что судьба свела нас вместе. И прошу принять тебя этот скромный презент.

Я протянул ей папку.

И едва не усмехнулся от неожиданности. Пусть на губах Пожарской стояла привычная ехидная ухмылочка, на миг я ощутил очень нехарактерную для баронессы эмоцию — смущение.

Мои слова и тон смогли коснуться её сердца. Яра, как девочка, радовалась похвале, благодарности и внезапному подарку. Хотя и не показывала эту искренность.

— Так неожиданно и приятно, — стрельнула она глазками, продолжая строить из себя роковую женщину.

Хотя почему «строить», смущения я больше от неё не чувствовал. Сейчас, открывая папку, Пожарская просто была довольной и уверенной в себе кошкой.

А затем полыхнула безумной радостью и завизжала от восторга:

— Уи-и-и!!! Главный цементный завод Булатовых! Ты передаёшь его мне⁈ Правда⁈

— Ну а кому ещё, — хмыкнул я. — Как и написано — дарую роду Пожарских. Вы у нас строители, это добро придётся вам к месту.

Она кинулась мне на шею и крепко обняла, прижимаясь ко мне всем телом.

Сдержаться в этой ситуации было ещё сложнее…

— Ну ладно-ладно, — спустя минуту вывернулся я из её объятий.

Она лукаво посмотрела на меня, всем своим видом предлагая продолжить обнимашки.

— Работа, Яра, — твёрдо произнёс я. — Тебе ещё нужно подарочек полностью к рукам прибрать и встроить его в экономику рода. А до этого момента слушай, что мы ответим на предложение о встречи Касимовских.

* * *

У меня было два варианта ответа на это предложение — либо проигнорировать, либо с мощной охраной отправить кого-нибудь из своих первых помощников — Виталю или же Антона Кузьмина (которым презенты за верную службу из трофейного добра я вручил ещё вчера).

Но, как водится, в таких случаях, выбрали третий вариант — сказали Касимовским, простите, не можем, и пригласили их к себе в гости вечером.

Пока же ждали ответа от Касимовских, и было время до встречи с Вареником, я решил продолжить «раздачу слонов».

— Ну что, друзья, как вам живётся в новом статусе? — улыбаясь, спросил я Олега и Машу. Принимал их также в своём кабинете, но не за столом, а в креслах. Здесь же была и Кристина, сидевшая рядом со мной.

Мои друзяшки смущённо переглянулись.

— Ну… пока также, — проговорил Олег, почесав затылок.

— Как малыш? — оживлённо спросила Кристи, впившись взглядом в живот Марии.

Маша погладила крохотный животик и проговорила:

— Да маленький он ещё, рано про него. Но растёт, а изжога и тошнота уже не так мучают.

— Если вдруг что-то понадобиться, говори сразу мне! Сразу организуем, — серьёзно произнесла Кристина. — Ну и хотелось бы подробнее кое-что обсудить, — мило улыбаясь, она покосилась в мою сторону и снова повернулась к Маше. — Но это мы лучше потом сделаем, в девичьем кругу. Сейчас о другом речь… Хм… Чем занимаетесь? Чего новенького?

Эту встречу мы провели в формате «быстрый обед», так что полчаса на обсуждение всяких мелочей мы с чистой совестью потратили. Хотя эти мелочи всё равно крутились вокруг «работы». Например, поговорили про походы в аномалии. Я уже несколько раз водил группу «Кристина, Маша и Олег» в аномалии. Сперва мимо дежурных проводил Кристи тайно, используя артефакты на скрыт, но после свадьбы внёс её в реестр Стражей — уж очень сильно жена об этом просила. Хотела быть официальной отмеченной, и не скрывать больше свою Метку.

Теперь по аномалиям ходить с ней стало проще. А учитывая, что вожу я её группу в основном по «Погибелям», а сейчас ещё и собрался в два «Мора» с ними заглянуть, ОБСы ребята копят быстро.

— Мы с Машей такими темпами скоро второй ранг Стражей получим, — проговорим Олег напряжённо и вопросительно посмотрел на меня.

Я понял его опасения и, усмехнувшись, отметил:

— Пока Стражами второго ранга командует Касимовский, не получите.

— Эх… простаивать придётся? — весело усмехнулся Олег. — А мне так нравится по аномалиям ходить!

— Простаивать? — изобразил я глубокое удивление. — У тебя так много свободного времени? Пожалуй, сообщу я об этом твоему непосредственному начальнику.

— НЕ-Е-Е-ЕТ!!! — по киношному закричал Олег, упал на колени и вскинул руки к небу.

Мы рассмеялись, он тоже заулыбался и вернулся на место.

Переглянувшись с Кристиной, я кивнул жене, дав ей слово.

Она благодарно кивнула в ответ. Она сперва отнекивалась, когда я предложил ей право наградить ребят, но я знал, что ей тоже хочется дарить людям подарки. Так что часть награждений переложил на её смуглые и покатые плечи.

— Аномалий у тебя меньше не станет, Олег, — проговорила она тепло. — А даже если бы и стало, свободного времени это тебе бы не прибавило. Вы создаёте свой род, скоро станете мелкопоместными дворянами, а так, глядишь и баронами. Хлопот вам хватает.

— Баронами… — смущённо повторил за ней Змей. — Для этого нужно много всего… — он вдруг встрепенулся и зачастил: — Не! Вы не подумайте, ребята, что я что-то выпрашиваю. Мы с Машей счастливы быть вашими вассалами, и…

— Хватит, Олег, — с улыбкой остановил его я. — Дай Кристине сказать.

— Простите, — пробурчал он виновато.

— Ничего, — всё так же тепло ответила моя жена. — Ты правильно сказал, много всего вам потребуется, много всего нужно будет уметь — не только воевать и помогать нам с Максимом своей военной силой. Нужно уметь обеспечить род по-разному. У рода должен быть стабильный источник дохода, не зависящий от службы и от войны. Уж я то знаю, что говорю! В общем, мы с Максимом хотим, чтобы у будущего рода Змеевых был такой источник. Вы давно поддерживаете Максима. Я знаю, как много значит для него ваша поддержка.

— Да мы ж не… — покраснев, пробубнил Змей.

— Олег, — мягко обратился я к нему, — не перебивай.

— Да понял… простите.

— Олег, Маша, мы долго думали, что именно подарить вам. Ещё задолго до нашей свадьбы Максим сказал мне, что хочет наградить чем-нибудь полезным боевых товарищей. Какой дар выбрать? Сложный вопрос. В вашем случае ответ мы нашли, когда просматривали Вирный Лист с баронского рода Ипатовых. Спасибо им за то, что прятали войска моего дяди и не хотели выдавать их без боя. В общем, держите.

Кристи протянула красивую папку нашим друзьям. Олег замер, не решаясь взять.

— Бери, Олежа, ты будущий глава рода, — мягко подтолкнула его Маша.

Он оттаял и, взяв папку, начал кланяться, как болванчик и благодарить нас.

— Ты посмотри сначала, что внутри, а потом башкой тряси, — хмыкнул я.

Олег распахнул папку и углубился в чтение. Маша смотрела через его плечо и, как мне показалась, гораздо быстрее жениха изучала, что же там такое поставили на их семейный баланс.

— Сеть магазинов игрушек! — выпалил Олег восхищённо и уставился на меня. — Круто, Макс! Спасибо! От души! Не придётся теперь малышу игрушки покупать!

Я видел, как Кристи с самым серьёзным видом собиралась что-то сказать, но её опередили:

— Слишком много из магазина тащить домой непозволительно, — строго проговорила Маша. — А то обанкротишь нас. А нам нужно развить сеть! Чтобы она приносила доход и нам, и роду Белозеровых!

Мы с Кристиной переглянулись.

— Уверенна это дело в надёжных руках, — шепнула мне на ухо жена. — А если что не так — я помогу им.

Глава 11

— Господин… для меня честь принять этот дар от вас, — склонился в поклоне Петя Воробьёв.

— А для меня честь одаривать тебя, — улыбнулся я. — Пользуйся, развивай. Делай сильнее и могущественнее свой род. А заодно и мой.

— Всенепременно, — произнёс барон предельно серьёзно.

Никаких шуточек-прибауточек. Лишь почтение, благодарность и уважение. Наедине со мной Петя часто «переключается», видя перед собой не графа Максима — своего парня. А того, в ком течёт кровь императоров. Того, кто в дальнейшем станет во главе всей России.

Подарил я ему за службу завод по производству мотовездеходов, который «отжал», точнее «затрофеил» у графского рода Кравцовых. Завод выпускает отличных четырёхколёсных здоровяков. То, что нужно для богатого активного отдыха в сибирской тайге. Покупателей среди аристократов хватает.

Да и для нужд своей собственной гвардии вполне этих «зверят» можно использовать.

— Расслабься ты уже, Петя, — усмехнулся я. — Выпрямись. Сколько тебе можно говорить, я — это я.

— Но нормы-то приличия должны быть, господин, — пробасил он выпрямившись.

— Вот нормы приличия ты и соблюдай, когда вокруг куча народа. А наедине и при близких можешь быть проще.

— Ладно… — вздохнул он. — Но такого панибратства, как от Батуми, от меня можете не ждать, — он улыбнулся.

Мы перекинулись ещё парой слов, обсудив дальнейшее развитие нового завода. Затем я поспрашивал у Петра насчёт дел в гвардии — по возможности стараюсь получать картину с разных сторон, хоть я и всецело доверяю Батуми. Однако же где-то ему может не хватить опыта, в силу специфики организации быта родовой гвардии, а не наёмнического отряда. А где-то у него может банально замылится глаз.

Отпустив Воробьёва, я успел ещё раз пробежаться взглядом по досье на Вареника и его приближённых, прежде чем мне доложили, что сам ушастый Личный Страж прибыл. Я велел запустить его и подать чай.

— Приветствую, Ваше Сиятельство, — поклонился в пояс Вареник, переступив порог.

Выглядел он, как обычно, потешно — всей внешностью оправдывая своё прозвище. Он даже умудрился где-то широкую светлую рубаху раздобыть и подпоясать её странным волнистым кушаком, напоминающим «шов» вылепленного вручную вареника.

— Заходи, дружище! — махнул я ему рукой.

Он ещё раз поклонился и прошествовал к столу. Сел с достоинством, совершенно не тушуясь. Я не видел его волнения, не чувствовал каких-либо эмоций. Учитывая, что я ощущаю лишь сильные эмоции, напрашивается очевидный вывод: Вареник сейчас в своей тарелке.

«Га-га-га!!! — заржала в моей голове Фая, прочитавшая верхний слой мыслей. — Нахватался ты шуток плоских, как мировоззрение нашего Юрца».

Я проигнорировал. Она продолжила смеяться и решила развить свою мысль:

«У него ж всё просто: беги-бей-жри-телепортируй. Никаких выпуклостей».

Я чуть «прикрыл» свою голову от громкой драконихи и сосредоточил всё внимание на Варенике.

«Сметану нужно было велеть подать к этому разговору, а не чай!» — выдала она.

— Один момент, — поднял я руку и привлекая внимание гостя. Затем достал телефон и написал сообщение.

«Лети к Кристине, она тебе молока даст. А потом детишек проведай».

«Вот с этого и надо было начинать! Счастливо оставаться в этой вареничной»!

Временно избавившись от своей бессменной подруги, я смог-таки начать беседу с гостем:

— Ты хотел со мной встретиться. Я с нетерпением ждал этой встречи. Заинтригован.

Я мило улыбнулся и впился в него взглядом.

Он хмыкнул и покачал головой:

— При всём уважении, Ваше Сиятельство, я человек простой, политесам не обучен. Если вам будет угодно… Хотелось бы поговорить прямо.

Я улыбнулся. На сей раз более искренне и показал ему большой палец.

— Прямо так прямо, — быстро произнёс я. — Я хочу взять в свою гвардию тебя и всех Личных Стражей, которые пойдут за тобой. Особого отношения не обещаю, ибо ко всем своим гвардейцам я отношусь одинаково хорошо. Заставлять воевать против людей во время атакующих действий тоже не буду. Но защищать мои земли и земли моих вассалов — долг гвардейцев. Достойную оплату, всестороннюю поддержку и помощь в прокачке гарантирую. Кроме того, желаю взять под опеку детишек из твоего приюта. Таково моё слово.

Вареник внимательно меня выслушал, а затем медленно кивнул и произнёс:

— Благодарю, Ваше Сиятельство. Я хотел услышать эти слова от вас. А теперь, прошу, и вы выслушайте мои. Как вам известно, я поддерживаю ребятишек, лишившихся родителей. Детей Личных Стражей — то есть простолюдинов. Хотя есть и дети тех, кто успел заработать для наследников потомственное дворянство. Суть не в этом. А в том, что дети не могут располагаться деньгами родителей так, чтобы хватило до совершеннолетия. Да и мало кому оставили столько средств, чтобы хватило на годы…

Дальше Вареник принялся подробно рассказывать о своих воспитанниках. Большинство из них жили в его приюте на полном обеспечении, в то время как средства, унаследованные от родителей, лежали на вкладах детей и росли. Вареник не брал оттуда ни копейки. Некоторые детишки жили с бабушками-дедушками. Им тоже помогал Вареник финансово. Плюс помогал устроить в школу, садик, нужный кружок — у Личных Стражей гораздо больше возможностей, чем у простолюдинов.

Помогал Вареник не только из своего кармана — многие взрослые Стражи вносили пожертвования на это дело. Ведь многие из них выросли в том же приюте.

— Ну а теперь перейдём к самому интересному, — грустно улыбнулся Вареник. — С юридической точки зрения статус моего приюта весьма спорный. Как вам известно, только государство может владеть приютами. А дальше уже у приютов появляются покровители. В своё время я смог оформить свой приют, как государственный, и был его неофициальным покровителем. Также приют по мере возможностей поддерживал и Корпус Стражей, хотя у Корпуса есть ещё три приюта, на которые они тратят средства. Власти же Новосибирска при прошлом губернаторе помогали нам тем, что не мешали. И иногда даже грамоты давали. Однако же теперь всё изменилось. Новый исполняющий обязанности губернатора насылает на приют уйму разных проверок, — Вареник скривился и сжал зубы, — пугают детей, воспитателей… Даже поварих! А Корпус устраивает для воспитанников круглые столы, на сомнительные темы. Мол, быть родовым Стражем гораздо лучше, чем личным. «Родовым»! Представляете? Корпус Стражей заманивает детей, имеющих все шансы обрести Метки, не в Корпус, а в род! Что за нонсенс!

Он тяжело вздохнул и покачал головой. Затем поднял на меня глаза и тихо произнёс:

— Простите, Ваше Сиятельство. Личные Стражи знают, кто именно подтолкнул полковника Игнатова и генерала Старовойтова воспользоваться «Уложением». Мы благодарны вам за это. Благодарны и полковнику, и генералу. Теперь в этом году никто не может угрожать нашим жизням. Однако же твари сменили тактику… Мне прямым текстом сказали, что детей, не имеющих статус аристократов, а их в приюте подавляющее большинство, насильно усыновят люди Касимовских и их союзников. Я… хотел бы, чтобы дети обрели семью. Но не таким образом! Глядя на действия Касимовских в отношении Личных Стражей, мне страшно представить, что будет ждать ребят! Если они вырастут и обретут Метку, будут ли они счастливы при таких господах? А если останутся без Метки? Их возьмут в гвардию неодарёнными и отправят воевать в первых рядах? Или…

Он замолчал и поморщился.

Но затем резко вскинулся и произнёс:

— Я не знаю, что делать, Ваше Сиятельство! Из-за дела с «Уложением о Срочном Вызове», генерала Старовойтова уже отстранили от службы! Он спас нас, а ему впаяли превышение полномочий! И теперь его место временно занимает Гуджинский! Я хотел бы, чтобы вы взяли детей под опеку, Ваше Сиятельство! Очень хотел бы! Но вы не можете! Закон не на вашей стороне! Вы ведь не государство! А если вы продолжите хитрить, то подставите под удар свой род, и…

— Хватит, дружище, — хмыкнул я и хлопнул его по плечу. — О моём роде будешь думать, когда дашь мне клятву верности. А пока…

Я поднялся на ноги и прошёл к своему столу. Взял с него очередную папочку и направился обратно.

— Читай, — велел я.

Вареник открыл папку, достал первый листок и недоумевающе захлопал глазами. Посмотрел на следующий листок, на третий…

Поднял изумлённый взгляд на меня.

— Это… Что это, Ваше Сиятельство?

— Юридический казус, — улыбнулся я. — Да, рода не могут владеть приютами. Это точно. Хотя вернее будет сказать, что одна из функций империи — поддерживать своих подданных. В том числе маленьких подданных, оставшихся без родителей. Это священная функция. Считай, сакральный долг империи — заботится о детях. Империя не может ни на кого его переложить, потому частных приютов и нет, — улыбнувшись, я добавил: — однако же империя в лице ее высшего проявления — членов императорской семьи, может назначить временных воспитателей из аристократии. Как видишь, бланки в графе «воспитанник» пустые. Нужно вписать лишь имена. Я не стал этого делать заранее. Мне хочется, чтобы всё было добровольно.

Вареник продолжал ошарашенно пялиться то на меня, то на листы, подписанные сразу двумя представителями императорской семьи. За меня, как за «ответственного воспитателя» поручились сразу два царевича — Евгений и Владислав.

Ох и ржал же я, когда Кристи нашла этот столетний указ… Мой предок Николай II, разгребая последствия мировой войны, столкнулся с тем, что в казне не хватает денег на строительство новых приютов. Почесал он голову и созвал доверенных аристократов. Расписал всё так, будто не скидывает на них заботу о сиротах, а доверяет, считай, самое ценное. Доверяет лучшим! Лично за них поручается перед всей державой. Мол, вот эти вот аристократы смогут самостоятельно воспитать из детишек достойных жителей Империи.

К слову «ответственный воспитатель» назначается на год. Но в прошлом император и его дети без проблем продлевали срок для доверенных лиц. Хотя, как я понял, за первый же год многих сирот успевали усыновить слуги или даже вассалы аристократов. На войне ведь не только родителей теряют, но и детей….

Реакция аристократов на эту придумку Николая в старом документе не указана. Но, полагаю, они были не против. В условиях войны они потеряли многих гвардейцев. А где взять новых? К тому же верных тебе с малых лет, а не нанятых со стороны взрослых мужиков?

Вырастить.

— Удивительно… — пробормотал Вареник. А затем склонился в поясном поклоне и замолчал.

Я чувствовал, как сильные эмоции раздирают его на части: счастье, гордость, надежда…

— Поговори с детишками. Если они согласны, милости просим. Поможем с переездом, по тому старому указу жить они должны на моих землях, — спокойно проговорил я.

— Благодарю, — тихо произнёс Вареник.

А затем, выпрямившись, посмотрел мне в глаза и твёрдым тоном добавил:

— Благодарю вас за это, господин. Прошу вас принять мою клятву верности. За всё, что вы сделали, я буду служить вам до скончания веков.

— Полегче с оборотами, — хмыкнул я. — Есть у меня уже один такой неприкаянный служитель.

* * *

С Касимовскими я встретился лишь через день. Они не приняли моё приглашение сразу, типа тоже занятые. Мы начали обсуждать дату…

И вот, в итоге сидим мы в гостиной моего особняка с представителем рода Касимовских и пьём чай, пока на улице сыплет снег.

Зима близка.

Примечательно, что явился ко мне в гости не ИО главы губернии, а его брат — другой княжич — Тимофей Тагирович. Полковник НОКС, прибывший, к слову, в гражданском костюме.

Тем самым мне явно дают понять, что нужно воспринимать сегодня Тимофея в первую очередь именно как княжича Касимовского, а не как заместителя главы НОКС по делам Стражей Второго ранга.

— Прежде всего, Максим Константинович, я хотел бы извиниться за все прошлые неловкие моменты, которые были между нами, — с улыбкой, мягко проворил он.

— За то, что вы меня отправили на смерть в аномалию, которую я, по вашему мнению, не мог закрыть? — в тон ему спросил я. — А может, за то, что вы оскорбляли меня и мою подругу герцогиню Анжуйскую-Захарову? Или за то, что желали мне поражения на дуэли? Мне продолжать?

— Не стоит, Максим Константинович, — продолжал улыбаться княжич. — Я понимаю ваши претензии. И не надеюсь на ваше мгновенное прощение. Но я хочу напомнить вам, что и вы, и я — видные жители губернии. Нам ни к чему ссориться. Нам лучше быть вместе. На одной стороне, — взгляд его стал серьёзным.

Я тяжело вздохнул и изменил позу. Я смотрел на него холодно, даже с пренебрежением.

— Если хотите говорить со мной — говорите прямо, — недобро произнёс я. — Время политесов прошло. Даю вам слово, что запись этого нашего разговора я не буду использовать как улику против вас. Я пригласил вас к себе в дом, и я знаю, что такое гостеприимство.

Он замер, а затем удивлённо хохотнул:

— Хох! Говорите про гостеприимство, но всё равно записываете разговор с гостем?

— Буду прослушивать, если потребуется, — ровным тоном ответил я.

— Что ж, я вас услышал… — проговорил он и задумался.

Княжич молчал с полминуты. Я не торопил его, попивая чай и любуясь крупными снежинками за окном.

— Вы очень удивили нас, Максим Константинович, когда стали «воспитателем» детей из приюта, — изрёк он. — Не думал, что вы повесите на себя такую ответственность. Точнее, не думал, что сразу двое царевичей поручатся за вас. Если с этими детьми что-то случится, ваше имя будет замарано, вас ждут как минимум огромные штрафы. А царевичи потеряют репутацию.

— Будьте уверены, с моими воспитанниками ничего не случится, — холодно произнёс я. — Моё имение — самое безопасное место в Новосибирске.

— Да… Вы смогли выстроить на удивление крепкую оборону. Но любую крепость можно взять, если найти подход.

— Вы мне угрожаете?

Я дал волю эмоциям, выпуская жажду убийства. Касимовский поморщился и оскалился, борясь с ней.

— Вы сказали говорить прямо! — выкрикнул он. — Я это и делаю! Присоединяйтесь к фракции Его Высочества Михаила! Забудьте прошлые распри! Давайте идти дальше рука об руку! Только Царевич Михаил достоин унаследовать престол! Ваши покровители ему не конкуренты!

Я перестал давить Жаждой.

Полковник поморщился, ослабил галстук и залпом выпил чашку чая.

— Мы это уже проходили, — сдержанно произнёс я.

— Фракции нужны верные и сильные люди. Вы увели у нас из-под носа Личных Стражей. А кроме них — детей из приюта, которые в дальнейшем могли бы войти в наши гвардии. Признаюсь, ход был для нас неожиданным… Столько телодвижений с вашей стороны, и ради чего? Ради этих сироток? Скажу честно, мы бы и не трогали этих детей, если бы Личные Стражи присягнули нашим родам. Но теперь они присягнули вам, и все наши усилия пошли прахом. Но можем даже принять такой исход! Если вы сами, Максим Константинович, присоединитесь к фракции Его Высочества Михаила. Вместе мы сделаем великое дело. Вместе мы возведём истинного государя на престол!

Сказав эту пламенную речь, он сам налил себе новую чашку чая и тут же её выпил. Княжич до сих пор много пьёт после моего энергетического паразита.

— А если я не присоединюсь? — холодно спросил я.

Касимовский прищурился и произнёс:

— Больше предложений от нас вам не последует. Сейчас я, от лица всей фракции Его Высочества Михаила, делаю вам последнее предложение.

— Вот как? — усмехнулся я. — Значит, вам повезло — услышите сегодня моё «нет», и больше не придётся слушать мои отказы.

Касимовский скрипнул зубами. Я ощутил его ярость, а вместе с ней и Жажду Крови. На миг княжич позабыл, что нужно держать себя в руках, и возжелал разорвать меня.

Но полковник смог быстро успокоиться. Поднялся на ноги и направился к выходу.

— Очень жаль, что всё так вышло, — проговорил он.

Однако прежде, чем я успел ему хоть что-то ответить, он остановился и, не скрывая больше хищной ухмылки, через плечо произнёс:

— Хотя нет, вру. А мы ведь с вами договорились говорить открыто. Лично я рад, что ты отказался, граф. Твоё поражение доставит мне удовольствие. До встречи! Ты ведь продолжишь чтить законы гостеприимства?

— Иди-иди, дорогой гость, — помахал я ему рукой. — Убивать тебя сейчас в своём доме я не буду.

Он хмыкнул и быстрым шагом направился прочь.

Я же про себя думал, какой я отличный хозяин. Напоил гостя чаем! Ещё и подарочек ему подарил. Ну а как же без подарочков-то, верно? Прошлого энергетического паразита из горла он смог вытравить. Да вот след навеки остался. Сейчас я сильнее. А след этот создал я.

А значит, что?

Значит, даже дистанционно, через проторённую дорожку, я смог наложить на него нового паразита.

Ничему жизнь не учит этого дурака…

Ладно. Пора готовиться к активным действиям. Ночка у меня будет занятной, и в кои-то веки проведу я её вдали от Кристины.

Глава 12

Княжич Булатов Семён Матвеевич — младший брат прошлого главы рода и дядя главы нынешнего, обладал весьма специфической внешностью: плечи его были узки, а голова похожа на дыню. Ещё и голос высокий. Но княжич не видел в этом недостатки, лишь достоинства и очень себя любил — все его кабинеты были увешаны его же портретами.

Включая и кабинет особняка княжича. Именно там он находился, когда по закрытой связи вёл беседу со своим благодетелем.

— Вы уверены, что это надёжный канал связи, господин Касимовский? — взвизгнув, спросил княжич в очередной раз. Так-то он был уверенным в себе мужчиной, просто последнее время дела шли не очень хорошо, вот и нервишки и подрыгивали.

— Уверен, Семён Матвеевич, уверен, — спокойно ответил ему полковник Касимовский, его голос, звучащий из колонок устройства связи, хоть и не был громким, но обволакивал кабинет. — Мой брат — глава ВКЖ. А другой брат — глава Новосибирской губернии. Разговоры Касимовских не прослушивают.

— Пока он только ИО главы, — пискляво напомнил княжич Булатов.

— Пусть так, — не стал с ним спорить полковник. — Но Совет Империи состоится уже на этой неделе. Маловероятно, что кандидатуру моего брата, выдвинутую «Малым Советом», которую поддерживает Его Высочество Михаил и многие другие члены Совета, отвергнут. Вам так не кажется?

— Маловероятно, — пискляво согласился Булатов и раздражённо начал озираться по сторонам. В просторном кабинете он был один. Артефакты, обнаруживающие скрытое, молчали.

— Итак, вы подумали над нашим предложением? — деловито спросил княжич Касимовский.

Княжич Булатов резко выдохнул и попытался взять себя в руки.

— Подумал! — быстро ответил он. — Вы толкаете меня на преступление! И на предательство рода!

— Ваш род уже давно совершил непростительное преступление и предал империю, — спокойно ответил ему полковник НОКС. — Я же предлагаю вам искупление. Сделайте, что должно. И тогда вы и ваша семья будете спасены. Вы продолжите жить аристократами, пусть и под другой фамилией. Но разве это важно, когда вы получите половину прибыли с продажи активов рода Булатовых и дополнительные выплаты от нашей фракции? Вы станете главой нового рода. Главой богатого рода. В то время как остальные Булатовы будут гнить в тюрьмах за то, что поддерживали террористов.

Княжич Булатов сжал кулачки и поджал тонкие губы. Резко поднявшись на ноги, он начал расхаживать вперёд-назад рядом с огромным массивным столом. Собеседник не торопил его.

— Хорошо! — воскликнул Булатов. — Хорошо, чёрт подери! Я согласен! У меня не остаётся выбора… Но, клянусь, если вы обманете меня, я выложу запись нашего с вами разговора в сеть! Или ещё хуже… Я отошлю её Белозерову!

— Тц! — не сдержался Касимовский. — Вы хотите от меня честности, а сами записываете наш приватный разговор.

— Уверен, вы делаете то же самое! — визгливо парировал Булатов.

Он услышал тяжёлый вздох собеседника. А через пару секунд Касимовский спокойно проговорил:

— Ваше право. Но, знайте, род Касимовских не собирается вас обманывать. Итак, перейдём к делам. Ваша задача максимально проста — наладить контроль над тварью, принести её вашему племяннику и выпустить. Вы велите твари внушить племяннику яростное желание продолжить войну с Белозеровым. Заставьте его в кратчайшие сроки собрать все оставшиеся войска Булатовых и обрушить их на имение Белозерова.

— Я понял. Сделаю. Но должен признать, не уверен, что мощи моего рода хватит на это. Хоть даже сейчас гвардия Булатовых довольно сильна, имение Белозеровых кажется неприступным.

— Плевать, — ответил Касимовский ровно. — И вам тоже должно быть плевать, что станет с гвардейцами. Наша цель — ещё сильнее подточить силы Белозерова.

— А что дальше? — сдержанно спросил Булатов. — Отправите его отмеченных гвардейцев, достигших первого и второго ранга Стражей в «Апокалипсис»?

— Может, и так. Только «Уложение о Срочном Вызове» можно использовать и на стражах третьего ранга.

— Полковник Игнатов вас не поддержит.

— И что? Исполняющий обязанности главы НОКС сам может призвать необходимых стражей на службу. Молодая графиня Белозерова вдруг оказалась обладательницей Метки и теперь она Страж Третьего Ранга. Плюс бывшие простолюдины — близкие друзья Белозерова. Мы можем отправить всех его людей в «Апокалипсис».

Княжич Булатов удивлённо замер, пялясь на аппарат связи. А затем вдруг задрожал — по его телу пронёсся табун мурашек. Княжич заозирался по сторонам. Всё также — никого. Странная вспышка страха начала отступать.

— И тогда вы с господином Гуджинским лишитесь своих постов за превышение полномочий, — взвизгнув, проговорил он.

— А вот этому не бывать, — усмехнулся Касимовский. — Те, кто поддерживаю будущего императора, будут лишь становиться сильнее и могущественнее, а не падать вниз. Его Высочество Михаил вскоре взойдёт на престол. Это предрешено!

— Какая уверенность… Ладно, я вас услышал.

— Прекрасно. Тогда ждите посылку. И действуйте согласно плану. Всё. До связи.

Пару минут княжич Булатов молча сидел в своём громадном мягком кресле, переваривая услышанное.

— Фракция Михаила уже абсолютно уверена в своей победе, раз действует так нагло, — пробормотал он и покачал головой. — Не знаю, что там творится в других губерниях, но в нашей фракции не укрепиться полностью, пока здесь беснуется Белозеров и пока не уничтожен наш род… Эх… а уничтожить наш род придётся мне.

Он горько хмыкнул и резко встал на ноги. Пройдя к гигантскому глобусу, мужчина откинул его крышку, достал початую бутылку двадцатилетнего коньяка и приложился к горлышку.

Следующие пару часов княжич Булатов ходил по кабинету, размышляя, что взять с собой в экстренную эмиграцию, а что обязательно нужно уничтожить, чтобы замести следы. На дворе стояла глубокая ночь, когда слуги доложили о прибытии посыльного.

Забавно, но им оказался агент в форме ВКЖ.

Спустя ещё минут десять Булатов, находясь в своём кабинете, вновь в гордом одиночестве внимательно читал инструкцию и поглядывал на шершавый шар песчаного цвета, который был сантиметров пятнадцать в диаметре.

— Да будьте вы прокляты, е*учие твари!!! — внезапно заверещал во всю мощь лёгких Булатов и с силой стукнул кулаками по столу. — Мы, бл*ть, поддерживаем террористов⁈ Да у вас, у самих их технологии!!! «Трофейные»⁈ Только идиоты в это поверят.

Он медленно выдохнул и плюхнулся в кресло.

— Но идиотов-то как раз вокруг большинство, — обречённо проговорил он себе под нос.

Несколько минут он сидел неподвижно. Княжич Булатов ясно понимал, что против Касимовских и фракции Михаила он пойти не сможет. Нужно было давным-давно к ним присоединиться… Но кто ж знал тогда? Да и многие сильные рода до последнего пытались сохранить независимость.

— Род важен, но семья ещё важнее, — тихо проговорил визгливый княжич и принялся вливать энергию в шар, как было указано в инструкции.

Шар накалился, засиял и изверг мощный сгусток энергии. Энергия быстро заполняла огромный кабинет, и через пару секунд в нём стало очень тесно.

Ведь в нём появился дракон.

Он громко заревел, однако рёв этот никто за пределами кабинета не услышал, ибо княжич использовал высокоранговые артефакты защиты.

Дракон выглядел странно. Его крылья размером были меньше, чем у других драконов, но их количество впечатляло — сразу три пары. Распахнув их, дракон смел со стен портреты княжича.

Цвет драконьих чешуек тоже казался необычным — едко-зеленоватый и прозрачный — сквозь эти чешуйки можно было увидеть внутренние органы дракона.

А ещё на его морде было множество шевелящихся отростков, похожих на щупальца осьминога.

Дракон продолжал неистово реветь, но не нападал на своего призывателя.

— Ну и тварь… — пробормотал себе под нос Булатов, собираясь укрепить связь с монстром аномалии. Однако же…

«Ты бы на себя в зеркало посмотрел, хрен женоподобный! Всё, хватит ждать! Пусти, оппа! У меня новая дочка!»

* * *

— Что? Булатов не выходит на связь? — ошарашенно переспросил у своего брата ИО главы Новосибирской губернии Измаил Касимовский.

— Да… — растерянно ответил полковник НОКС. — Я хотел уточнить у него, как прошло знакомство с тварью. Сам понимаешь… сомнительные технологии.

— Нормальные технологии, если работают! А эта ведь работала?

— Да.

— Сбежал?

— Он бы не бросил семью. Я попросил Естафьева отправить кого-нибудь из ВКЖ для беседы…

— Ну и? Не томи!

— А что «и»? Его жёны говорят, отбыл по делам родам. Но ВКЖешников-то не проведёшь. Считали сразу, что бабы в растерянности и даже испуганы. К слову, дом цел — следов буйства твари нет.

— Может, тварь подчинила его, и они ушли вместе? — предположил ИО главы.

— И унесли с собой инструкцию, ящик и средство связи? Агенты не нашли ничего в кабинете Булатова.

— Проклятье! И что теперь делать? Пока Булатовы не заключили мир с Белозеровым, совсем открыто мы трясти их не можем. Нужно соблюдать видимость закона.

— Мне кажется, уже можно наплевать на условности, — твёрдо произнёс полковник НОКС.

— Я хотел бы сперва дождаться официального назначения… Но пожалуй, свяжусь с главой рода. Узнаем у братишки, о чём сейчас думает Его Высочество. Хотя я искренне надеюсь, ничего из ряда вон выдающегося до моего назначения в городе не произойдёт, и мне удастся просто дождаться своего официального назначения.

— А если что-то и произойдёт, Измаил, мы должны быть готовы использовать это «что-то» для нашего блага, — уверенно проговорил полковник Касимовский.

Братья переглянулись и решительно кивнули друг другу.

Хотя оба про себя напряжённо думали, куда же действительно пропал княжич Булатов. Оба невольно натыкались на одну невероятную мысль и гнали её прочь. А мысль эта постоянно возвращалась:

«Неужели вновь Белозёров? Но как⁈»

* * *

Я сидел в кресле своего кабинета и смотрел в экран ноутбука, с которого на меня озабоченно глядел Министр Имперской Безопасности князь Волконский Сергей Тимофеевич.

— Значит, полковник НОКС передал предателю империи артефакт, в котором заточен монстр, и схему подчинения этого монстра, я правильно понял, Ваше Высочество?

— В общих чертах. По умолчанию монстр подчиняется тому, кто его призвал, без всяких схем. Но есть схемы, чтобы усилить контроль, — проговорил я и покосился на Зеркальную Маску, лежащую рядом со мной. Некоторое время назад я вытащил её из пространственного кармана, и теперь ей постоянно любуюсь.

— И они говорят, что это трофейная технология, — скрипнул зубами князь, а затем яростно ударил кулаками по столу. — Почему я ничего не слышал о таких трофейных технологиях⁈ Точнее, о том, чтобы мы их использовали⁈ Да, ВКЖ их изучает… хотя официально у них ничего толком и нет — вы, Ваше Высочество, вперёд ВКЖ накрывали все лаборатории террористов и Шраеров. Однако ж…

Он протяжно вздохнул.

— Полегче, дружище, — хмыкнул я. — Мы тоже тайно изучаем технологии Шраеров.

— Да… Но мы-то знаем, откуда вы их получили. К слову, я завтра я вышлю вам новый отчёт об исследованиях. Но, как мне кажется, они вам не очень нужны? — он с любопытством уставился на меня.

— Отчего же, — пожал я плечами. — Больше знаешь о технологии — проще её сломать. Но пользоваться ими я не собираюсь, если ты об этом. И другим не позволю. Выкачивать энергию из людей или подчинять монстров, а затем их использовать — за гранью моего понимания морали. Использовать монстров опасно. Если с ними можно договориться без артефактов — можно пробовать договариваться. Если нет, и они угрожают людям — только истреблять. Третьего не дано.

— Я понял вас, Ваше Высочество, — серьёзно кивнул Волконский. — Что насчёт этого дракона? Как я понял, это был Шестикрылый мозгокрут? Дракон-менталист?

— Да, всё так. Он уже… при деле. На исследование я тебе его не отдам.

— Понял.

Князь нервно замолчал. А я же в тот момент вспоминал, как радовалась Фая очередному пополнению. С драконихой-менталисткой мы провернули тот же финт, что и с вивернами. Сейчас она «дозревает» в яйце, в моём «Диком саду», рядом с братишками и сестрёнками. Уже совсем скоро они вылупятся.

Хотя я могу ускорить процесс роста, и «вылупить» их хоть сейчас. Но такие махинации с энергией вредны, так что делать этого я не буду.

Да и не готовы мы пока к рожденью драконьего отряда. Граф Белозеров воюет с террористами, а потом вдруг оказывается, что сам использует монстров? Да на меня тут же Крестовый поход устроят!

Нужно ещё больше популярности, статусности, силы и власти, чтобы показать людям драконов. Чтобы убедить всех, что эти драконы — хорошие. Что они на нашей стороне и служат мне. Служат по своей воле и желанию, а не из-за какого-то дрянного артефакта, который в любой момент может сломаться.

У графа Белозерова нет нужного веса, чтобы донести до людей эту мысль.

Я в очередной раз покосился на Зеркальную Маску.

— Ваше Высочество, а что сейчас с княжичем Булатовым? Он уже ликвидирован? — быстро спросил Волконский.

— Ты совсем меня за маньяка-то не держи, — хохотнул я. — У племянника он в казематах. К слову, Аристарх мне и сказал, что его дядя ведёт себя подозрительно. Хотел нанять у меня отряд скрытников для сбора информации и привлечь мою СБ. Я нашёл вариант получше. Семён Булатов много знает о взаимоотношениях его рода со Шраерами, так что пусть рассказывает.

— ВКЖ могут нагрянуть в имение князя Булатова и найдут там пленника, — хмуро проговорил Волконский.

— Если ВКЖ туда сунутся, они влезут в официально незаконченную войну Белозёровых и Булатовых. Да, они проверяли дом Семёна Булатова… Но тайно — мы об этом вроде как не знаем. Но если они обнаглеют и начнут проверять дом главы рода, у которого в имении дежурят мои бойцы — мы их туда не пустим. И вообще! ВКЖ — твои подчинённые! Какого хрена?

— Простите, Ваше Высочество, — сдержанно проговорил Волконский. — Виноват.

— Подними голову, — вздохнул я. — Вместе будем исправлять это недоразумение. Кадровые перестановки, ну и прочая ерунда в этом духе. Думай, кого на должности поставишь. Я обещал Лизе, что ты продолжишь быть Министром, так что этот пост твой, пока он тебе самому не надоест. Но это все потом… Сергей, в нашей губернии прихвостни Михаила, совсем страх потеряли. Это везде так?

— Практически, — сквозь зубы процедил князь.

— Правду говорят — дальше тянуть нельзя, — хмуро произнёс я. — Реально ведь сложно будет их сковырнуть, если дать ещё сильнее укорениться. Но… Одного графского рода мало. В любой момент эти гады могут призвать в аномалию моих ребят или даже мою жену… — я зарычал, чувствуя, как вновь внутри поднимается буря.

«Спокойнее, оппа, дыши… дыши…»

— Ваше Высочество?

— Нормально всё! — ответил я резко. — Короче, как только моих ребят насильно призовут в аномалию, графский род Белозеровых сразу же пошлёт нахер императорское «Уложение о Срочном Вызове». И… начнётся веселье.

— Если вы считаете это весёлым, Вашем Высочество, то у вас весьма специфическое чувство юмора. Примерно, как и у ваших Венценосных родителей.

— Сочтём за комплимент. В общем, Сергей, граф Белозеров, не должен бодаться против всей империи.

Князь три секунды пытался осмыслить мои слова, а затем широко распахнул глаза и выпалил:

— Вы решили выйти из тени?

— Царевич Максим решил выйти из тени, — вздохнул я. — А что делать? Граф Белозеров способен подчинить себе Новосибирскую губернию. Ну, может, ещё Красноярскую. Но воевать против фракции Михаила придётся по всей России. Один я могу многое… но силы богов у меня пока нет. Вместе со своим родом я могу ещё больше… но я не хочу терять своих людей. А значит, нужно больше людей на моей стороне! Нужна фракция. Против фракции Михаила может выступить только другая фракция! Чья? Братец Женя сказал, что всецело меня поддержит, но без меня действовать не будет. Владислав? Он сильный воин и крутой полевой командир, но правитель из него так себе. У него высокая должность в Корпусе Стражей, но, когда я спросил его: «Что за херня творится в НОКС?» он лишь заскрипел зубами и пообещал разобраться. Короче… будь на низком старте. Держи семью ещё ближе, чем раньше. Мы начинаем.

— Всё сделаю, Ваше Императорское Высочество, — с готовностью выпалил он. А затем помолчал и неуверенно спросил: — Могу я задать вопрос?

— Задавай, — махнул я рукой.

— На самом деле вы хотели бы больше времени на подготовку, верно?

— Конечно, — хмыкнул я. А затем посерьёзнел и твёрдо произнёс: — Во что бы то ни стало, моя фракция должна избежать откровенной гражданской войны. Мы не должны допустить, чтобы Новосибирск и Красноярск вдруг стали противостоять всей империи. Фракции должны воевать с фракциями. А не губернии с губерниями.

Князь хмуро кивнул.

— Да, я понял ваши опасения. Губернии не должны обосабливаться. С той же Варшавской губерний всегда столько проблем. Кстати, Ваше Высочество! У меня ведь для вас новости! Странные слухи до меня дошли, будто бы аристократы бывшей Польши поддерживают царевича Дмитрия!

— Что? — подвис я.

— Вы говорили, он больше не дееспособен… Они поддерживают недееспособного? Марионетку? Слухи непроверенные, но там чуть ли не армии собираются. И… наёмничьи отряды из тех, что не работают с русскими аристократами, а наоборот — всегда поддерживают наших противников, тоже туда направляются.

— Жизнь научила меня верить слухам, Сергей. На пустом месте они не берутся, — задумчиво изрёк я.

— Меня тоже, Ваше Высочество. И…

— Дмитрий сам не может действовать, — перебил его я. — Он был во власти Михаила, когда я видел его в последний раз. Вряд ли Михаил бы стал будоражить поляков и отдавать им марионетку. Что же тогда происх…

Внезапно экран погас, а по моим рецепторам врезал мощный энергетический импульс.

Проклятье! Что произошло⁈

Откуда эта давящая мощь⁈

Кто умудрился врезать энергетическую оплеуху моему дому⁈

Глава 13

— Граф!!! — взревел я, задрав голову к потолку. — Что за ерунда творится на вверенной тебе территории⁈

Сперва я ощутил дрожание собственной энергии, растянутой по всему имению. И лишь через пару секунд передо мной начал появляться мерцающий силуэт графа-домового.

С каждым мгновеньем ток энергии выравнивался. Загудел мини-холодильник, дав понять, что и электричество тоже вернулось.

А вот и граф появился передо мной во плоти. Точнее, «в духе» — плоти как таковой у него нет.

Он смешно повёл головой, будто бы бухал всю ночь, только-только прикорнул, а на него вдруг вылили ушат ледяной воды. Ну и сейчас он, как полагается в таком случае, пытается понять, какой на дворе год, и кто стоит у власти.

Призрак моргнул. И вдруг припал на колено.

— Прошу прощения, мой принц. Произошла перегрузка на всех уровнях. Что-то странное случилось в мире. Последствие перегрузки для имения выровнены, защита от повторных скачков мировой энергии, увеличена, и…

Внезапно в кабинет через закрытое окно влетела невидимая Фая. Уже передо мной и Воронцовым она обрела своё подобие плоти и завопила:

«Что за хрень происходит⁈ Что за перебои⁈ Если у меня кладка пострадает, я вас тут всех вы…!!!»

— Спокойно! — рявкнул я. — Будем разбираться. Лети обратно в сад.

«Сама знаю!» — фыркнула она и свалила.

За дверью послышался цокот каблучков.

— Дорогой, что происходит? — обеспокоенно выпалила Кристина, ворвавшись ко мне в кабинет. — Мы столько денег ввалили в энергоузлы и трансформаторы, что таких скачков напряжения у нас просто быть не должно! Если дело в корявой проводке, я лично баронессу Пожарскую накажу за растрату господского имущества!

Мой мозг услужливо подсунул картинку, в которой Кристи шлёпает облачённую в латекс Пожарскую по голой заднице.

Хотел бы я на это взглянуть.

Но явно не сейчас.

Моя жена молчаливым кивком поприветствовала графа-домового и решительно уставилась на меня в поисках ответа.

— Дело не в электричестве, — сдержанно произнёс я. — Собирай командиров, гвардию в ружье! С Пожарской я переговорю сам.

— Поняла! — жена уверенно кивнула и понеслась раздавать приказы.

— С вашего позволения, я ещё раз проверю территорию. Вдруг что-то упустил, — поклонился граф Воронцов и растаял в воздухе.

Я потянулся к мобильнику. Не успел его взять, как он заорал:

— Fire! All you desire!

— Уже в курсе? — вместо приветствия спросил я, приняв вызов.

— Насчёт Апокалипсиса? Да.

— Какого Апокалипсиса? — не понял я.

— А насчёт чего тогда я должна быть в курсе? — в свою очередь удивилась Пожарская.

— Давай ты первая.

— В Новосибирске только что появилась аномалия, которая растёт с каждой секундой. Размеры и скорость намекают, что это Апокалипсис. Но пока подтверждений и официальных заявлений нет. В городе паника, Макс. Но при этом видео с места событий появляются со скоростью сотни штук в минуте.

— Одно другому не мешает, — хмуро проговорил я.

— Так вот, Апокалипсис не подтверждё…

— Это Апокалипсис, — перебил её я. — А то и выше. Энергетическая волна дошла даже до моего дома. Радуйся, если бы электричество у нас сбоило бы не из-за Апокалипсиса, Кристина бы тебе личный Апокалипсис устроила.

— Что? Эй, я даю гарантию на работу своих мастеров! Хотя проблемки даже у лучших случаются, это ж стройка.

Она усмехнулась. Я ответил ей тем же — пара секунд псевдо-перепалки позволили нам обоим осмыслить происходящее.

— Скоро буду, Максим. Я как раз ехала в имение.

— Жду, — коротко ответил я.

Мой телефон уже тихо пиликал, намекая мне на вызов по другой линии. Так что едва я прекратил разговор с Пожарской, тут же начал новую беседу.

— Приветствую, Алексей Михайлович, уже доложили, — быстро поздоровался я с полковником Игнатовым.

— Максим Константинович… — напряжённо начал он и замолчал. Однако уже через секунду рубанул от души: — Вы ведь поможете городу?

— Глупый вопрос, — хмуро ответил я.

— Простите… Вы истинный Страж. Истинный аристократ. И истинный… ладно, тогда делюсь с вами свежей информацией. Аномалия стремительно развивается на северо-запад и север города, уже более полумиллиона людей оказались втянуты в неё. Темпы замедлились, вероятно скоро прекратятся, но… ИО главы НОКС своим приказом велел Стражам выдвигаться к южному и восточному краю аномалии, — я услышал, как Игнатов раздражённо сплюнул. А затем граф процедил: — Полагаю, ИО губернатора отправит гарнизон на поддержку подданных в том же направление. По крайней мере, основные силы.

— Причины? — быстро спросил я, припоминая карту Новосибирска. Я ведь не знаю точно, где эпицентр и где именно сейчас аномалия. Но, если представить северо-запад города…

— Официально — приоритетная защита наиболее густонаселённых районов, — прорычал Игнатов, явно цитируя своего временного начальника — полковника Гуджинского. — Но…

— На Северо-востоке имения Ростовых, примерно в той же части земли Анжуйских-Захаровых и других аристократических родов, которые не спешат падать в ножки царевичу Михаилу. В том числе и ваши. А вот в противоположной — Касимовские, Гуджинские, Юсуповы, в конце концов. И многие другие. Я понял вашу мысль. Не беспокойтесь. Приму правильные решения.

— Я… — начал он, но замолчал. Я услышал, как Игнатов набрал полные лёгкие воздуха и твёрдо проговорил: — Спасибо вам, Максим Константинович. Если кто и может спасти земли русские, в условиях этой сумятицы… то только вы.

Я замер, переваривая услышанное. Громко усмехнулся. Ай-да Игнатов, а!

— Позже об этом поговорим, граф. Отбой.

Скинув вызов, я решительно направился в сторону плаца, где должна была собраться гвардия.

Вновь пиликнул телефон. На сей раз информируя, что пришло сообщение.

«Твари попёрли», — писала Пожарская.

А дальше шло видео. Гигантские огроподобные монстры с тлеющей плотью и скатанной шерстью, истошно ревя и размахивая дубинами, крошили горожан.

— С-с-суки… — процедил я, срываясь на бег.

* * *

ИО главы Новосибирской губернии откровенно нервничал. Вот тебе и не произошло «ничего из ряда вон выдающегося до официального назначения».

— За что мне всё это! — воскликнул он.

Залпом осушил бокал вина и принялся раздавать приказы. Паника паникой, но любую ситуацию нужно уметь использовать во благо рода.

— Главное, чтобы Его Высочество поддержал, — повторял княжич Касимовский, — главное, чтобы…

Внезапно зазвонил его телефон. Не «повседневный», а «тайный» для экстренных вызовов.

— Что? — опешил княжич, глянув на дисплей. Номер был скрыт. А это невозможно! Ведь сеть для избранных, и…

— Не может быть… — выпалил он, когда в голове его мелькнула удивительная догадка.

Дрожащими руками княжич Касимовский быстро принял звонок.

— Здравствуйте, слушаю!

— Здравствуй, будущий губернатор, — раздался в трубке властный голос, который княжич Касимовский не раз слышал на расширенных собраниях фракции или же во время просмотра выступлений царевича Михаила по телевизору. Однако же лично царевич раньше княжичу никогда не звонил, передавая поручения через князя Касимовского.

— Ваше Императорское Высочество, я…

— Спокойней, — перебил его Михаил. — Ты должен сделать всё в лучшем виде. О людях позаботиться необходимо, нужно, чтобы все видели, что ты защищаешь их. Это важно. Сделай это.

— Да, конечно, Ваше Императорское Высочество!

— Но ещё важнее позаботиться о будущем моих верных соратников и раз и навсегда покончить со всеми недоброжелателями. Смутные времена — лучшие времена для того, чтобы избавляться от неугодных. Сделай всё чисто. Сделай так, чтобы официально взойдя на свой пост, ты стал полноправным властителем губернии. Моим наместником.

— Да! Слушаюсь и повинуюсь, Ваше Императорское Высочество!

— И вот ещё! Не вздумай слать одних лишь наших бойцов в аномалию. Но и игнорировать её не смей. Соберите рейды и дождитесь Владислава. Он уже вылетел к вам. Насчёт его присутствия не беспокойся, всё, что его интересует — лишь аномалии. Наши бойцы должны сопровождать его во время похода в аномалию. И вместе с ним закрыть Апокалипсис. Ну или без него, если он там переусердствует. Удачи, будущий губернатор.

Связь оборвалась. Княжич Касимовский облегчённо выдохнул, и в тот же момент почувствовал, как его наполняет сила и уверенность.

Аномалию закроют… И когда это произойдёт, в губернии не останется тех, кто не поддерживает Его Императорское Высочество. Он — княжич Касимовский… нет, губернатор Касимовский, сделает всё в лучшем виде!

* * *

Я стоял на небольшом деревянном помосте и смотрел на своих гвардейцев, собравшихся внизу. Взгляды у всех решительные. Почти все воины облачены в артефактные доспехи. Впереди всех стояли мои близкие друзья и жена. Кристи, разумеется, тоже была уже во всеоружии.

— Друзья, мы с вами готовились биться против фракции царевича Михаила здесь, в Новосибирске, но ХАОС самую малость изменил наши планы, — твёрдо и громко произнёс я. — В городе открылся гигантский Апокалипсис, из которого лезут монстры. И наш с вами долг… Главный и священный долг — защитить горожан. Нам нужно сделать это во что бы то ни стало. Мы с вами можем сражаться с монстрами, но подавляющее большинство людей — нет. Помните об этом. А ещё не забывайте о том, что Касимовские и их прихвостни будут пытаться вам ставить палки в колёса. А то и вовсе открыто идти против вас. Это недопустимо. Что бы они вам ни говорили, на какие бы царские указы ни ссылались, вы — мои люди. Вы служите мне! Ни империи, ни чиновникам, а именно мне! И моей семьёй! Всех других вы должны слать нахер! Не бойтесь этого делать — род прикроет! Если потребуется, за своих людей я буду сражаться с кем угодно! Делайте то, что говорю вам я и ваши командиры! И больше никого не слушайте!

Сжав зубы, я улыбнулся и поднял к небу кулак.

— ЗА РОД БЕЛОЗЕРОВЫХ!!! — заревел во всю глотку Батуми.

— За Максима Константиновича!!! — поддержал его Петя Воробьёв.

— За нашего Господина!!! — выкрикнула Пожарская.

— За госпожу!

— Да!!!

— В бой!!!

Буйные эмоции, шедшие от моих воинов, переполняли меня. Я не мог перестать улыбаться, насколько они были чистые, искренние и светлые.

— Отлично, ребята! — проговорил я, когда крики начали стихать. — Защитите наш город. И наш род! Батуми, командуй. У тебя, между прочим, двойная мотивация.

— Э? Не понял, командир, — усмехнулся лысый военачальник.

— Ах да, — улыбнулся я, — ты ж в командировке был. Не успел я тебе дар вручить. Вот сейчас и вручаю. Сеть ресторанов «Хинкали от Лали» теперь твоя. Развивай, приумножай. После битвы бумаги получишь.

— Э… не-не-не, какой из меня делец, командир! — возмутился он, повеселив бойцов своей реакцией.

— Поздно, дружище, всё уже оформлено, ты уже награждён. К слову, один ресторан как раз находится там, куда рванули монстры.

— Что??? — взревел Батуми.

Бойцы засмеялись. Кто-то скажет, я сбил им весь настрой. А вот и нет! Я сказал своим воинам то, что хотел сказать. Сказал от чистого сердца. Они меня услышали и поняли. Но я не хочу, чтобы они шли в бой как заряженные фанатики. Я — Вольный Воитель. Мы управляем своими эмоциями, используем их. И не даём им себя подчинить. Мы всегда остаёмся собой.

Примерно того же мне и хочется от своих воинов.

— Командуй, Батуми! — громко повторил я. — А я полетел.

Я повёл рукой, и перед гвардейцами появилась красивая мохнатая огненная дракониха. Красуясь перед публикой, Фая заревела и выпустила в небо столб огня.

На сцену вскочила Кристина и, подавшись вперёд, крепко обняла меня.

— Я знаю, что ты задумал… — тихо зашептала она, прижавшись ко мне всем своим телом. — Я хочу тебя остановить! Но не буду даже пытаться! Я верю в тебя, мой муж! И прошу тебя… — она отпрянула, заглянула мне в лицо и улыбнулась: — Прошу, возвращайся скорее. Не задерживайся! Я и твой ребёнок будем тебя ждать.

Я замер, пытаясь осмыслить её слова. Кристи же игриво подмигнула мне и развернулась к гвардейцам.

— Бойцы, не будем заставлять попавших в беду ждать! Вперёд!!! — громко прокричала она.

— Да!!! — заревел Батуми.

«Оппа, момент не порти, чего замер как истукан? Погнали уже!»

«Да, точно», — отозвался я, запрыгнув драконихе на спину.

Фая рыкнула напоследок и пулей устремила в небо, плавно обретая невидимость.

Мы летели к Апокалипсису.

А я думал о том, что стану отцом.

* * *

— Гра-а-а!!! — яростно взревел полковник Игнатов и одним взмахом меча отрубил голову трёхметровому оборотню. Тварь рухнула на асфальт и начала трансформироваться. Пару мгновений спустя перед полковником лежал труп человекоподобного создания — тощее нечто с длинными руками, ногами, острыми чертами лица и острыми ушами.

И абсолютно лысое.

— Твар-ри! — сплюнул Игнатов и резко обернулся, выискивая следующего противника.

Громыхнули гранатомёты, за ними последовали автоматные очереди. Современное оружие, не работающее в аномалиях, без проблем функционировало в реальном мире.

Но проку с него было сравнительно мало — годно лишь на то, чтобы отвлечь да задержать противника.

И всё же этого хватало, когда на твоей стороне одарённые. Старый друг полковника Игнатова, преподаватель в лагере для Стражей — Михаил Фёдорович ловко прикончил оборотня, которого расстреливал целый взвод неодарённого спецназа.

— Господин полковник, враг уничтожен, — доложил Игнатову молодой капитан Корпуса Стражей.

— Возвращаемся к аномалии! — скомандовал Игнатов.

Полковник был раздражён. Вся эта ситуация ему категорически не нравилась.

Конечно, кому понравится гигантский Апокалипсис в центре города⁈

Хотя… дело не только в Апокалипсисе.

Полковника разрывало на части. Он хотел быть в другом месте. На северном направлении. Обычно из аномалии монстры вырываются с какой-то одной стороны, но с этой же аномалией дело обстоит иначе — твари валят практически во всех направлениях.

Однако там, на северо-западе, монстров гораздо больше. А защитников меньше! Там хотел сейчас находиться граф Игнатов. Вместе со своей семьёй, с родом, с гвардейцами рода и с другими аристократами.

Но он здесь. Ибо в момент появления аномалии находился ближе именно к этой точке сбора. А ещё полковник не хотел оставлять без присмотра достойных Стражей. Тех, кого учил, воспитывал, с кем не раз ходил по аномалиям.

Тех, кого легко могут перемолоть две твари в погонах и их сподвижники, захватившие власть в НОКС.

Игнатов в ответе за своих младших товарищей.

А ещё у полковника было какое-то иррациональное чувство, что ему до одури важно находиться именно здесь в это время.

Почему?

С монстрами на этом направлении и без него справятся — тут собраны основные силы всей губернии.

Может быть, потому что именно отсюда начнётся поход в аномалию? Но это будет позже, а сейчас ИО главы НОКС никого внутрь не пускает — велит ждать личный рейд царевича Владислава.

Игнатов с отрядом вернулся к заставе и бросил хмурый взгляд на толпу бойцов. Стоят тут, ноги мнут. А на севере сейчас заруба…

— Господин полковник, очередной прорыв слева! — доложил ему капитан.

— Вперёд! — тут же среагировал граф Игнатов, поворачиваясь в указанном направлении. Метрах в ста от него из тумана аномалии вырвалась целая толпа мохнатых оборотней.

Проклятье! Если здесь их так много, то что же сейчас на севере? Сколько обычных граждан попадут под удар! Скорей бы заблокировать аномалию!

«Может рвануть внутрь аномалии и закрыть её?» — в очередной раз мелькнуло в голове графа.

На что он лишь горько хмыкнул. Игнатов трезво оценивал свои силы. Он понимал, что вряд ли протянет в этом переполненном Апокалипсисе и десять минут. А как только он умрёт, аномалия вновь откроется.

Стоит ли ему отдавать свою жизнь ради тех десяти минут, которые Апокалипсис будет закрыт на вход-выход?

Много людей можно спасти за десять минут…

А если он так долго не протянет?

— Их уже встретили! — доложил ему капитан.

— Идите скорее! Помогите им! — велел Игнатов.

Стражи ринулись выполнять приказ полевого командира.

«С каждой минутой гибнут люди, — думал престарелый граф, уверенно направляясь к входу в аномалию. — Монстры убивают их. Жрут всех без разбору! Это не допустимо. Я не допущу этого».

— Пропусти, — нагло подвинул он в сторону какого-то гарнизонного офицера. — Дайте пройти!

«Недопустимо! Я не допущу этого! Я не буду просто так стоять в первых рядах, как эти твари!» — он ожёг взглядом полковников Касимовского и Гуджинского, изображавших из себя уверенных командиров в первой линии.

А по факту ни один из этих двух половников сегодня не прикончил ни одного монстра.

«Жаль только я не увижу империю, которую построит Максим Константинович», — в усы усмехнулся Игнатов, когда до входа в аномалию оставалось метров шесть.

А затем он замер, поняв, что мимо него бесшумно пронеслась фигура в вишнёвом чешуйчатом доспехе.

— Остановите его! — послышался чей-то крик сзади.

— Вход в аномалию запрещён!

— Что происходит⁈

— Граф Белозеров? — перед фигурой встал полковник Гуджинский. — Что вы делаете? Опять хотите выделиться? Вход в аномалию запрещён моим приказом! А также приказом Исполняющего обязанности губернатора и приказом Его Высочества Михаила!

— Мне плевать, что там запрещают липовые главы, — хмуро ответил Белозеров. — С дороги.

Мурашки побежали по спине Игнатова. На миг ему показалось, что перед аномалией стоит сама смерть. Воплощение Разрушения! А ведь Семейный Дар императоров, наоборот, должен исцелять, а не разрушать.

Бойцы задрожали, кто-то попятился назад.

Гуджинский судорожно сглотнул и чуть сдвинулся в сторону.

— Ну и иди! — рявкнул он. — Иди и сдохни там!

— Не дождёшься, Валера, — усмехнулся Белозеров и показал Гуджинскому средний палец.

Гуджинский в ужасе отпрыгнул. А Белозеров молча зашагал вперёд.

Граф Игнатов вдруг понял, что тоже уже не стоит на месте. Рвётся вперёд, тянется рукой, и…

Аномалия начала закрываться, когда в неё вошёл человек.

Граф Игнатов же осознал, что только что схватил за руку будущего императора.

«Какая наглость с моей стороны», — подумал он, переходя в иной мир.

Глава 14

— Зачем? А главное — нахрена? — спросил я, когда мы переместились в аномалию.

Я через плечо смотрел на полковника Игнатова. Он резко отпустил мою руку, как застенчивая девушка, и, пожав плечами, ответил:

— Негоже будущему императору ходить без свиты. Хотя ваш венценосный батюшка порой сбегал в аномалии… ох и ругали его за это друзья.

— И ты?

— Ну… Я не был его близким другом. Но всё же был достаточно приближённым, чтобы наблюдать своими глазами эти сцены ругани, — он усмехнулся в усы.

Граф стоял рядом со мной и смотрел на меня озорным взглядом. При этом я чувствовал его тревогу и нетерпение — он хотел скорее увидеть мою реакцию, убедиться в том, что не ошибся.

— Р-А-А-А!!! — заревели слева от нас. А затем из кустов, расположенных метрах в пятидесяти, вырвались семь мохнатых человекоподобных волка.

Оборотни. Громадные и безумные.

Игнатов тут же приготовился к жаркой битве.

— Не обращайте внимания, — махнул я рукой, и первые две твари врезались в невидимую стену. Остальные на всей скорости врезались им в спины. Началась куча-мала: монстры визжали, рычали, безудержно атаковали друг друга.

А затем вспыхнули яростным пламенем.

Визг стал ещё громче. Оборотни бросились врассыпную… Так и умерли на бегу. Упали и начали превращаться в дроллей — расу проклятых эльфов, вступившись на путь демонопоклонничества и потерявших разум и красоту.

Но приобретших звериную мощь.

— Это… впечатляет… — удивлённо пробормотал Игнатов, во все глаза пялясь на обгорелые трупы. — В мгновенье ока…

— Бесполезные туши, — хмуро проговорил я.

Чипсы восстановления из сердец дроллей не сделаешь, ибо генетически это не монстры.

Мотнув головой, я отбросил досужие мысли и огляделся. Потрогал туман, опоясывающий границы аномалии. Твёрдый. Отлично, аномалия заблокировалась, и теперь монстры из неё больше не будут лезть в Новосибирск. А с теми, которые уже вылезли — справятся мои ребята.

По последним данным на севере от аномалии сейчас творится тот ещё ужас.

И всё-таки странная какая-то аномалия. Неоднородная она, что ли… В ней будто бы энергия беснуется, будто бы разные энергии борются друг с другом.

А может быть, и жители аномалии сражаются друг с другом?

И монстры разных типов — тут дролли-оборотни, а на севере всякие тлеющие полусгнившие твари.

«Вокруг входа только смешанный лес и эти волко-твари, оппа. Из примечательного — сосна метров триста высотой. Ну ты её и так видишь».

«Вижу», — отозвался я, глядя перед собой. Лесок и правда красивый. Вот бы пикник в таком устроить, грибочков пособирать, шашлычки пожарить…

«Там дальше ещё такие громадины есть. Но я туда сейчас не полечу, возвращаюсь. А то к вам целая стая бежит, не хочу пропускать веселье».

«Хорошо».

— Огромная аномалия, — проговорил я.

Игнатов встрепенулся и уставился на меня. Затем напряжённо кивнул.

— Да, учитывая её размеры в нашем мире, страшно представить, сколько времени у нас уйдёт, чтобы закрыть её.

Не сдержавшись, я весело усмехнулся. А затем легко произнёс:

— Гляжу, ты уже настроился на победу и больше не думаешь о том, чтобы героически сгинуть в Апокалипсисе.

Игнатов уставился на меня во все глаза. Ну и видок у полковника — будто бы усатый пенсионер попал на концерт молодёжных групп, исполняющих альтернативу.

— На лице у тебя всё было написано, когда я обогнал тебя в Новосибе, — хмыкнув, пояснил я. Рассказывать о том, что я тупо почувствовал сильные эмоции Игнатова, я, разумеется, не стал.

— Да-а-а… — протянул он и усмехнулся. А затем громко повторил: — Да! Не собираюсь я тут подыхать! Вам ещё новое будущее в империи строить, так что вы непременно вернётесь! А я с вами!

Я смерил его взглядом и коротко спросил:

— Давно догадался?

Игнатов замер на секунду, а затем усмехнулся в усы и снова пожал плечами:

— Да как-то и не знаю когда. Постепенно формировалось понимание, что выдающийся Страж Максим Константинович Белозеров, явившийся из ниоткуда, на самом деле и не Белозеров вовсе. Формировалось-формировалось, да и сформировалось.

— С кем-нибудь делился догадками?

— Обижаете, царевич, — покачал головой Игнатов, — Кто ж о таком болтать будет?

Из лесу послышался вой. Довольно близко, и с каждой секундой слышится всё отчётливее и отчётливее.

— Славно, — кивнул я. — Всегда знал, что на графский род Игнатовых можно положиться. Что ж, Алексей Михайлович, раз так, давайте и впредь действовать вместе. Атакуйте как можно больше монстров! Будьте уверены, прикончить вас я им не позволю. А вот вашу Метку прокачать нам очень даже стоит.

* * *

— Господин, твари прорвались на соседнюю улицу! — доложил капитан гвардии рода Игнатовых главе рода — старшему брату полковника Игнатова — графу Ивану Михайлович.

Граф хмуро уставился на северо-запад.

— Отправь отряд! — резко ответил он. — А то бойцам Ростовых кирдык придёт.

— При всём уважении, господин, нам самим не хватает воинов, — заметил капитан. Игнатовы испокон веков всегда выслушивали своих людей, а потому гвардейцы не боялись высказывать своё мнение. Это часто поощрялось.

Но не всегда.

Игнатов-старший отвесил капитану подзатыльник.

— Молодец, Вадим, правильно мыслишь, — резко проговорил глава рода. — Но всё же оставлять людей без помощи мы не можем. А здесь мы и сами справимся. Немедленно отправь группу!

— Есть, Ваше Сиятельство! — козырнул гвардеец.

Зашуршала рация. Глава рода принял вызов.

— Господин, в Весеннем переулке монстры зажали с двух сторон людей. Там местные жители — не бойцы! Мы выдвинулись, но, боюсь, не успеем.

— Отправляюсь! — рявкнул Иван Михайлович.

Он раздражённо повернул голову и увидел, как десяток его гвардейцев, под предводительством наследника рода противостоят четырём истлевшим ограинам.

— Чего вы копаетесь⁈ — выкрикнул Игнатов-старший.

Он прогнал уйму энергии через свою Метку и вскинул руку, выпуская «магическую» технику. Пятидесяти метровый водяной дракон устремился на ограинов и в миг их поглотил.

Вода уничтожала энергетическую защиту монстров. А если бы тварям нужен был воздух, ещё бы и душила их! Но истлевшие прекрасно обходились без кислорода, потому атака графа действовала в полсилы.

— Мерзкие отродья! — выругался граф, а затем взглядом поймал своего старшего сына, названного в честь любимого брата, — Алёша! Помог чем мог! Кончай с ними и за мной!

Взяв с собой два отделения гвардейцев, Игнатов-старший со всех ног бросился в Весенний переулок.

— У-А-А-А!!! — оглушительный рёв пронёсся над апокалиптическим Новосибирском.

— Проклятье! — выругался под нос Игнатов-старший.

Он увидел тридцатиметровое чудище, похоже на киношного Кинг-Конга, только облезлое и гниющие. С монстра капала вязкая жижа едко-зелёного цвета, от которой плавился асфальт. Монстр взмахнул рукой и снёс часть пятиэтажки.

Время замедлилось для Игнатова.

Он видел в отломленной части здания живых людей.

И понимал, что только чудо сможет их спасти.

«Как же меня всё это бесит, сука! Футбол хотел же спокойно посмотреть!» — мелькнула в голове Ивана Михайловича стремительная мысль.

Сильнейший из рода Игнатовых, глава своего рода, вскинул обе руки, создав волну, на которую приземлилась часть дома. Поддерживаемая энергией вода напоминала желе или батут. Она не дала огромной части здания хлопнуться на землю.

Монстр распахнул пасть. Казалось, будто бы лицевых связок у него не было, и зев его напоминал змеиный.

Ограин заревел, изрыгая кислоту сверху на ещё стоящую часть здания. В ней тоже были люди, Игнатов-старший видел их.

«Пид*р мохнатый», — про себя выругался глава графского рода, прикрыв водой и вторую часть здания.

Кислота испаряла его воду, но граф продолжал тратить энергию, защищая людей, и каждый миг создавал новую водяную защиту.

— Хер ли встали! — крикнул он своим гвардейцам. — Дуйте на Весенний! Я дождусь Лёшу!

На сей раз гвардейцы даже не думали вносить какие-либо рацпредложения и поспешили исполнить приказ главы рода.

Иван Михайлович остался один на один против гигантского монстра.

«Не уделаю, — оценивающе взглянув на ограина, понял старший из Игнатовых. — Но до Лёшки продержусь».

Пусть глава рода и был сильнейшим, но единственную в роду «Волю Святогора» он доверил своему наследнику. Когда Алексей активирует артефакт, он на время заметно превзойдёт отца в силе.

«Вот тогда и сдюжим!» — резюмировал Игнатов-старший, отведя «водяной батут» с отломанной частью дома в сторону.

А между тем монстр продолжил реветь и изрыгать кислоту на другую часть здания. Игнатов-старший без устали восстанавливал водяную преграду, защищая людей.

— У-А-А-А!!! — обиженно завопил ограин и развернулся. Уставился на графа белёсыми глазами и сорвался с места.

Около двух минут человек героически отбивал атаки тридцатиметрового монстра, уклонялся от них, контратаковал.

Но ограин распалялся всё сильнее и сильнее. А Игнатов-старший чувствовал, что силы покидают его.

Граф не заметил тот момент, когда он начал хищно улыбаться, уворачиваясь от атак монстра. В то время он вспоминал прожитую жизнь.

Иван Михайлович был старшим сыном предыдущего главы рода. И от рождения гением — учёба, спорт, управление энергией — всё давалось ему невероятно легко. Отец видел в нём идеальную замену.

А Иван Михайлович пытался увидеть возможность свинтить куда подальше. Да, он гений. Но ещё лентяй и социофоб. Взвалить на себя управление родом? Ну уж нет.

Потому достигнув совершеннолетия, Иван Алексеевич сбежал из дома. Туда, где его не сможет достать отец — в армию, на границу.

Используя свои таланты, Иван Михайлович пытался облегчить себе службу. Выполнял задачи быстро, с наименьшими телодвижениями. Как итог — грамоты, медали и карьерный рост.

Иван Михайлович искренне надеялся, что отец передаст право наследования младшему сыну — Алексею. Старший думал: так будет лучше для всех. Алексей не прочь сходить на приёмы, любит и умеет общаться с другими аристократами, и…

И в один момент Иван понял, что ошибся. Понял тогда, когда увидел, с каким огнём в глазах младший брат рассказывает о службе в Корпусе Стражей. Сложно совмещать карьеру в различных структурах и пост главы рода. У некоторых удаётся… Но как правило, люди оставляют службу, если наследуют род.

Иван не желал подкладывать любимому брату свинью, потому и вернулся домой. Отец с радостью принял его. И передал пост главы рода ещё при жизни.

Иван Михайлович почти не ходит на светские мероприятия. Избегает лишних выходов в люди, любит посмотреть футбол с сыном и съездить в тайгу на охоту. Порой в одиночку.

Но при нём род Игнатовых вдвое увеличил своё благосостояние.

Кулак истлевшего ограина врезался в брошенный микроавтобус, сминая его и пробивая гигантскую яму в земле. Игнатов-старший отпрыгнул назад и расхохотался:

— Спасибо, мохнатый пид*р! С тобой хоть косточки размял!

Монстр заревел и окатил графа волной едкой кислоты. Игнатов-старший создал водяной купол.

«Что ж… превозмогать, что ли? — мелькнуло в голове графа. — Или же героически встретить свой конец и передать пост Лёшке? Всегда хотел, чтобы Лёшка унаследовал род. С братишкой не вышло, так хоть на сыночку надежда».

Внезапно гигантский ограин пошатнулся и прекратил изрыгать кислоту.

— ПОЛУЧАЙ, МРАЗОТА ЧМОШНАЯ!!! ОРА-ОРА-ОРА-ОРА!!!

В ограина полетели огромные каменные глыбы. Монстр попятился, жалобно завопив и закрываясь лапами.

— Вот это нихера себе! — ошарашенно выпалил Игнатов-старший, во все глаза наблюдая за сражением.

— СГОРИ!!! — ударил по ушам оглушительный женский вопль, и мёртвая шкура ограина вспыхнула чёрным пламенем. Тварь рухнула на задницу и сжалась.

— Вдвойне нихера себе! — восхищённо выпалил Игнатов-старший, наблюдая за тем, как девушка в обтягивающем чёрном доспехе, созданном на стыке технологий и артефакторики, размахивает веерами и насылает на монстра режущие серпы. Тут же скакал полуголый лысый мужик с покрасневшей кожей, а рыжеволосая ведьма швыряла огненные шары.

— Ваше Сиятельство, с вами всё в порядке⁈ — подлетела к графу молодая дама в отливающем синим цветом латах.

— Да, Ваше Сиятельство, — кивнул Кристине Альбертовне Белозеровой граф Игнатов-Старший. — Вы очень вовремя. Думал уже пост сыночку передавать.

— Не торопитесь, — холодно произнесла Кристина. — Теперь, когда мы здесь, больше никто не умрёт.

— Да я не спешу… но пост передать хочется. Там, кстати, на Весеннем…

— Уже наши гвардейцы, не переживайте. И да, пользуясь случаем, хочу поблагодарить вас лично за поддержку, которую вы оказываете нашему роду. Ваш аэропорт всегда нас выручает, — Кристи одарила графа дежурной улыбкой.

А в это время трое бойцов рода Белозеровых выбивали дух из гигантского монстра.

— Полно вам, Ваше Сиятельство, — отмахнулся Игнатов-старший, любуясь битвой. — Ваш супруг — отличный человек, как такому не помочь? К тому же мой младший братец постоянно вокруг него крутится. Поди, считает, что ваш муж — восьмой царевич.

Игнатов-старший продолжил наслаждаться картиной «трое Белозеровцев уничтожают страшное чучело. Краски. Холст. Новосибирск. 2023». Он не обратил внимания на то, как удивлённо пялится на него графиня.

— С чего бы ему так считать? Алексей Михайлович вам так сказал? — взяв себя в руки, спросила Кристина.

— Ничего такого он мне не говорил. Но много рассказывал о вашем супруге. А я хорошо знаю своего брата и понимаю, каким образом у него работают мозги. На девяносто восемь процентов я уверен, что он прав. Хотя после встречи с вами, — он глянул на Кристину и улыбнулся. — Уверен на девяносто девять процентов. Но всё это сейчас неважно. Максим Константинович отправил вас сюда, наплевав на слова ИО губернатора, собираться на другом направлении?

— Верно, — сдержанно ответила Кристина. — Вы собираетесь продолжить сражаться?

Игнатов-старший усмехнулся и пожал плечами.

— Ну надо же прикончить всех, кто успел прорваться в наш мир до того, как мой брат и ваш супруг заблокировали аномалию. Кстати, что вы об этом думаете? — он внимательно уставился на Кристину.

— Лишь то, что Апокалипсис будет закрыт. А ваш брат и Максим вернутся живыми. И к тому моменту мы должны очистить город от монстров.

— Звучит как план, — усмехнулся граф Игнатов-старший. — Эх… опять придётся работать. Надеюсь, когда ваш супруг унаследует пустующий трон, мне всё это зачтётся.

— Будьте уверены, мой муж всегда всех награждает по заслугам, — лучезарно улыбнулась Кристина.

На фоне раздался оглушительный рёв:

— НАКОНЕЦ-ТО СДОХ СУКА!!! ГДЕ ТУТ МОЙ РЕСТОРАН, А⁈

* * *

Аномалия заблокировалась, и монстры больше не прорывались в Новосибирск. Пользуясь этим, ИО губернатора развернул бурную деятельность по оказанию помощи пострадавшим, раздавая приказы из своего особняка.

Правда, помощь оказывалась только в тех районах, где не осталось монстров. На север и северо-восток он не лез.

Зазвонил телефон, и Измаил Касимовский принял вызов от своего брата Тимофея.

— Ну как там на севере? — быстро спросил ИО главы губернии. — Всех смели? Пора зачищать земли от вылезших монстров?

— Ничего не вышло, Измаил, — сдержанно проговорил полковник НОКС. — Гвардии там смогли продержаться до прихода неравнодушных. А этих неравнодушных оказалось слишком много. В том числе и гвардейцы Белозеровых.

— Белозёровы! — процедил Измаил Касимовский и, не выдержав, запустил в стену бронзовую карандашницу. — Да сколько можно⁈ Даже без своего придурка-графа они вставляют нам палки в колёса! Мы должны избавиться от них! Пусть сам он сдохнет в аномалии, мы должны прикончить и всех его прихвостней! Вдруг его сучка уже носит его выродка, а⁈

— Спокойней, брат, всё… Погоди! Срочное донесение!

— А? — Измаил мотнул головой и осушил бокал вина. — Что там?

— Появление сегодняшней аномалии встряхнуло и другие аномалии вокруг города! Из Апокалипсиса, который проредил царевич Владислав, может случиться прорыв в любой момент! И из некоторых других аномалий тоже!

— ВО-О-ОТ!!! — радостно закричал ИО губернатора. — Вот то, что нам нужно! Время использовать «Уложение»! И повод критически важный! Шли Белозёровцев в аномалии!!! Особенно бывшую Стрижову! Не захотела, сучка, быть моей женой, так пусть страдает! Пусть сдохнет в муках!

— Хорошо, Измаил. Так и сделаем.

— Наконец-то мы очистим этот мерзкий Новосибирск от мерзкого мусора!!! — ИО главы губернии торжественно поднял бутылку с вином, будто произнёс тост.

Глава 15

— Фух! — устало выдохнул полковник Игнатов, вогнав по самую рукоятку меч в голову последнему выжившему дроллю-оборотню.

Взглянув на своего измученного спутника, я сжалился и произнёс:

— Привал.

— Прям тут? — он удивлённо оглядел полянку, залитую чёрной кровью и забросанную трупами «бывших эльфов». Живописно. Ещё и воняет палёным мясом — Фая тоже старалась изо всех сил.

— А вас смущает? — наигранно удивился я.

— Далеко не каждый аристократ согласился бы отдыхать в таких условиях. А уж представитель царской крови… Хотя да, с вами, Максим Константинович, подобным мелочам уж точно удивляться не стоит. Но я, как честный подданный империи, не могу позволить царевичу находиться совсем уж в антисанитарии. Вдруг заболеете.

Он улыбнулся в усы и сконцентрировал немного энергии. После чего создал волну, смывшую всю грязь с участка в ближайшую канаву. Затем вскинул обе руки в воздух, и «магическая» вода тоже поднялась с земли. А после исчезла.

— Когда устанешь от службы в Корпусе, можешь своё клининговое агентство открыть, — предложил я Игнатову. — Я даже название придумал: «Феи чистоты». И слоган: «В доме нет женщины? Вызови себе свою Фею!»

Полковник посмотрел на меня с ухмылкой и обещал подумать.

Ну а дальше, я достал из пространственного кармана мягкие шкуры и яства. Уселись, принялись за еду. Фая с Юрцом в это время отправились на разведку.

— Мы уже здесь несколько часов, а оборотни до сих пор не заканчиваются, — задумчиво жуя бутерброд, изрёк полковник. — А ведь, судя по количественно-качественному составу тварей, прорвавшихся в наш мир, оборотней в аномалии меньшинство. Благодаря вашей феноменальной и неиссякаемой силе мы идём довольно бодро. Но… страшно представить, сколько времени мы тут потратим.

— Время… — задумчиво проговорил я. — Могучая сила.

— О чём вы, Максим Константинович? — оторвался от фляжки с тонизирующим сиропом Игнатов.

— Вы лучше меня знаете, что время в аномалии и реальном мире течёт по-разному, хотя порой эта разница практически незаметна. Когда мы очутились в этой аномалии, я понял, что колыхания Пространства и Времени здесь особо не стабильны и буйны. Пожалуй, тут оно идёт гораздо быстрее, чем на Земле. Там, дома, возможно, мои ребятки только добрались до гвардейцев вашего рода. А здесь мы с вами уже перебили кучу монстров.

— Вы способны ощущать даже такое? — опешил Игнатов. — Да есть ли вообще предел ваших возможностей, Максим Константинович⁈

Он воскликнул так искренне и полыхнул целым ворохом ярких эмоций, что мне стало даже немножечко страшно. Вера в товарища — это здорово. Но фанатизм, близкий к религиозному, отупляет.

— Не нужно меня обожествлять, Алексей Михайлович, — проговорил я строго. — Без «Воли Святогора» и не на своей земле, в одиночку я точно не справлюсь с пятью Богоподобными.

— Аж с пятью⁈ — опешил он. — То есть с четырьмя…

— Я сказал «точно не справлюсь», — с нажимом повторил я. — С четырьмя тоже могу не справиться. Но шансов больше. Хотя… тут, конечно, всё зависит от подготовки, и…

На самом деле я никогда не любил признавать вслух, что у меня может что-то не получиться. Одно дело — допускать такую возможность, и приложить все силы, чтобы дерьма не случилось. И совсем другое — откровенно об этом заявлять.

Аж корёжит!

Фу таким быть, Игнатов! Заставил своего царевича страдать.

— Короче! — резко повысил я голос. — Обойдёмся без допущений и без моделирования пораженческих ситуаций. Проигрывать никому и ни за что я не собираюсь. Даже если пятеро Богоподобных внезапно нападут на меня — я тупо свалю, а потом выловлю их по одному. Но! Я лишь хочу донести до вас, что мы с тобой — товарищи. Почти равные. И не нужно смотреть на меня разинув рот, как сельская девственница на столичного барда. Я — высоко ценю твой профессионализм, знание, силу. Но не дай своим подобострастным восторгам мною затмить твои мозги и лишить веры в себя. Понял?

Полковник Игнатов сглотнул, посерьёзнел и резко встал на ноги.

— Прошу прощения, Ваше Императорское Высочество, — твёрдо проговорил он и склонил голову. — Такого больше не повторится.

— Верю, расслабься, — хмыкнул я.

Какого-то благоговенья или же щенячьего восторга от усатого полковника я больше не ощущал. Лишь уважение к своему командиру. А это то, что нужно.

— Да уж… — почесал он лысую голову. — Как курсанта застращали, Максим Константинович. Впечатляет, — проговорил он, и тут же выставил перед собой руку и поспешил пояснить: — Но лишь в рамках оценки профессионализма. Просто что-то от всех этих событий потерялся я немного… Вы так уверенно и легко справляетесь со всем и находите решения, вот и смалодушничал полковник Игнатов. Да уж… кому скажи, не поверят. Хотел свалить ответственность и решение проблем на восемнадцатилетнего юнца.

— Эй! Сейчас ты в другую сторону сваливаешься, — хохотнул я.

— Простите, — улыбнулся полковник. А затем снова сделал серьёзное лицо и проговорил: — Я рад, что будущий император по всем параметрам превосходит обычного графа и полковника. Но будьте уверены, Ваше Императорское Высочество, граф и полковник тоже сможет быть немало полезен вам и империи.

Он смотрел решительно. Был заряжен и готов на подвиги. Вот такой Игнатов мне больше нравится. А то ишь! Нюни распустил! Подохнуть собирался, лишь бы на время прикрыть своей тушкой Апокалипсис.

«Такой футбол нам не нужен», — со знанием дела изрекла Фая, прочитавшая верхний слой моих мыслей.

«А это откуда?»

«Да как-то вечерком за Лысым самцом присматривала, а он футбик смотрел».

«Подглядываешь за Батуми?» — хохотнул я.

«Фи! Больно надо! Чего я там не видела? И вообще, ваши лысые двуногие тела безобразны».

Перестав мысленно веселиться, я вновь сосредоточил всё своё внимание на Игнатове. Стоит весь такой серьёзный, ждёт моего ответа…

Я улыбнулся и произнёс:

— А я в этом и не сомневаюсь, господин полковник. Поверьте, на вас лично и на род Игнатовых у меня большие планы.

Граф смешно моргнул, а затем выдал:

— Приятно слышать. Но, знаете, мой братец будет в шоке, если вы ему об этом скажете. Я ведь вам не рассказывал про него? Значит, вот, Иван, он…

Привал продолжился под байки Игнатова о его старшем брате. Полковник очень тепло о нём отзывался. В кои-то веки в моём новом мире мне повстречались аристократы, поддерживающие в самом деле крепкие и тёплые братские отношения.

Не… ну с ПЕВГом так-то тоже вроде норм братья… Да и с Владом… Хотя тот не знает, что я его брат.

* * *

Прошло часов четырнадцать с тех пор, как мы оказались в аномалии. В какой-то момент оборотни временно перестали нас тревожить. А я перестал скрывать от Игнатова Фаину Великолепную и явил ему дракониху во всей красе.

Игнатов пытался не удивляться.

Игнатов пытался гнать прочь негативные мысли. Хотя, если даже я почувствовал его сомнения, стало быть, эмоции внутри графа зашкаливали.

Ну оно и понятно — мы вместе сражались против террористов, которые подчиняют монстров с помощью всяких запрещённых препаратов, а потом используют тварей против людей. И вдруг царевич тоже показывает своего монстра.

Сомнительно…

Правда, я сразу сказал Игнатову, что моя дракониха появилась у меня вместе с Меткой и вместе с Меткой развивается. По сути, я ведь даже и не соврал.

И полковник на удивление легко принял такое объяснении.

— С Меткой? — удивлённо переспросил он. — Хм… сколько всего необычного связано с Метками. Сколько ещё всего не изучено…

Тут помогло ещё и то, что Фая по моей просьбе начала менять формы, тем самым подтверждая, что она не обычный подчинённый монстр из плоти и крови. А дальше…

Дальше Фая не выдержала и выдала:

«Да хорош тушеваться, Усатый самец! Я давно за тобой слежу, тебе это не идёт! Радуйся уже, что мой оппа — твой прекрасный принц, такой крутой и у него есть такая крутая напарница, как я. Вместе мы всю дрянь из империи выжжем пламенем! Видел же, как я умею? Не ровняй меня с этими безумными доходягами, которых мучают террористы. Я дама Вольная и гордая. Всё. Спич окончен. Если есть что сказать — молчите. Если у вас есть предложения, претензии, пожелания, мы рады, что вы оставили их при себе. Теперь поговорим о более важных делах. Дорамы смотришь? А к молоку как относишься? Уважаешь?»

Хоть Игнатов предпочитает смотреть канал «Моя Усадьба», а не дорамы, молоко он любит. Более того, держит какой-то редкий вид коров.

— Коровы земные — в аномалию за их молоком не ходим, — охотно рассказывал он. — Но будьте уверены, вкус у этого молока — невероятный. Лучше, чем у импортных коров из других миров. Если интересует…

«Интересует. С тебя бутылка, — безапелляционно заявила Фая. — Кстати, я только сейчас подумала, а как это… монстров подчинять запрещено, а молоко из аномалий таскаете?»

— Ну так коровы в аномалиях неагрессивные. Там их и доят. А приводить их в наш мир нельзя. Ну и в таких аномалиях, помимо коров встречаются хищные монстры, чем дольше аномалию не закрываешь, чем сильнее монстры в аномалии появляются. Так что на долгий и стабильный поток добычу аномального молока не поставишь.

В общем, Фая и Игнатов умудрились найти общий язык. А ещё усатому графу понравилось летать на спине драконихи — огромные участки леса, в которых почему-то не было оборотней, мы пересекали по воздуху.

— Что это? — тыча влево и вниз, внезапно выпалил Игнатов, когда мы бороздили небесные просторы аномалии.

Я тоже уже смотрел в этом направлении, пытаясь понять, что же вижу.

— Вспышки, — озвучил я очевидное. — Но отсюда не похоже на техники известных мне элементов.

— Оборотни не владели магией, уповали лишь на грубую силу, — быстро проговорил граф. — А судя по донесениям, которые я получил до того, как отправился сюда с вами, тлеющие твари атаковали кислотой. Ни о каких вспышках речи не было. Что-то новое?

— Фая, снижаемся.

«Ага-сь», — отозвалась дракониха, заложив крутой вираж, от которого полковник едва не шлёпнулся на землю. Правда, Игнатов и не думал кричать да материться, как тот же Батуми. Вместо этого он лишь весело рассмеялся.

«Дед забыл таблетки выпить», — прокомментировала это Фая по нашему личному каналу.

Заходя на посадку, дракониха плавно набрасывала на себя невидимость. Я тоже частично «растворил в мире Игнатова». Пусть полностью невидимые мы не стали, но были крайне незаметны.

— Оставайтесь здесь, — строго произнёс я, когда мы оказались в лесу рядом с какими-то трёхметровыми лопухами.

Игнатов нахмурился и покосился на Фаю. Я прекрасно понимал, что у него сейчас на уме. Думает, что мешается нам. А мне ещё и дракониху приходится с ним оставлять для защиты, хотя я мог бы взять её с собой.

— Несколько оборотней бегут в эту сторону, — строго произнёс я. — Скорее всего, нападут на вас. Дождитесь и прикончите.

Полковник повеселел и решительно кивнул.

Я бесшумно устремился туда, где мы видели вспышки, постепенно «Растворяясь в мире». Тратить время на оборотней мне не хотелось. Твари явно бегут от странных вспышек. Обиженные и испуганные. В таком состоянии, убежав далеко от исходной опасности, они вполне могут напасть на первого-встречного. Так, чтобы успокоить нервы и самоутвердиться.

Вот пусть Игнатов тоже успокаивает нервы и самоутверждается за счёт этих тварей. Фая его прикроет. А я…

Я услышал впереди странный звук, похожий на писк.

Продолжил движение. Прислушивался.

Нет, не писк… По крайней мере, вряд ли живые создания могут так пищать. Что-то типа:

— Пиу! Пиу-пиу!

Я обогнул ещё одну группу бегущих оборотней и продолжил путь. Звук становился громче, а впереди, между листьев, я уже вновь видел вспышки. Вон, возле очередной трёхсотметровой сосны сейчас кто-то стреляет.

«Стреляет?»

Вспышки оказались в зоне действия моего «поля». Я явственно ощутил чужеродную энергию.

Да ну⁈ Не может быть!

Я, наконец, увидел, что именно порождает эти вспышки. А кроме того, увидел и ещё кучу всего, что не ожидаешь увидеть в аномалии.

Хотя… помнится мне довелось встретиться в аномалии с одним Витязем…

* * *

— Это был последний! Последствия прорыва тварей полностью ликвидированы, госпожа! — тяжело дыша, доложил Батуми. Его кожа всё ещё была красной, а вены только сейчас уменьшались. Военачальник рода Белозеровых пытался усмирить первозданную ярость, клокочущую внутри него. И это у него успешно получалось.

— Ты рубашку бы надел бы, прежде чем перед графиней докладываться, — скривившись, проговорила капитан Лиза Зарецкая, стоявшая рядом с Кристиной Белозёровой.

— Гр-р-р! — сквозь зубы выдавил Батуми.

— А чего это мы рычим? — раздалось слева. К лидерам рода Белозёровых плавной походкой направлялась ещё одна важная персона — баронесса Пожарская. Остановившись рядом с Батуми, она окинула его взглядом и, хмыкнув, спросила: — Ресторанчик свой защитил?

— ГР-Р-Р!!! — энергия монстров внутри Лысого военачальника взбурлила и постучалась наружу.

Но Максим Белозёров ни за что бы не оставил человека, которому нельзя доверять, на ключевом посту. Ни за что бы не позволил ему находиться рядом со своей беременной женой…

Все об этом знали.

Все знали, что Батуми не сорвётся и не нападёт на товарищей.

Тяжело вздохнув, Лысый военачальник полностью взял разгорячённые после боя эмоции под контроль и обречённо покачал головой.

— Бабы! — выдал он. — И как командир со всеми вами справляется!

— Как он справляется, ты не сможешь, — лучезарно улыбнулась Пожарская.

— Хватит! — резко произнесла Кристина, прежде чем перепалка возобновилась. — Мы все — молодцы. Отлично поработали! Но прохлаждаться рано. Батуми, донеси это до воинов. Да, бой окончен. Но теперь нужно разобрать завалы, помочь раненым. Медлить нельзя! Каждая потраченная секунда чревата новыми смертями. Наш долг — защитить подданных империи.

Батуми ошарашенно уставился на неё, а затем обозначил поклон.

— Сделаю, госпожа.

Резко развернувшись, он поймал взглядом закуривших гвардейцев и разошёлся отборным командирским матом. Бойцов, как ветром сдуло.

— А мощно ты, Кристина, — хмыкнула Лиза, глядя вслед Батуми. — Прям императрица!

Кристи замерла на миг. А затем с улыбкой повернулась к Зарецкой. Заметила, как оценивающе смотрит на княжну-капитаншу и баронесса Пожарская.

— Что? — хмыкнула Лиза. — Скажешь, на святое покушаюсь? Но вроде бы у рода Белозёровых нет авторитетов. И перед вдовствующей императрицей вы точно не преклоняетесь.

— Да, точно, — улыбнулась Кристина.

«Просто сравнение, — подумала графиня. — Она не знает».

— Так, дамочки, — неожиданно обратила на себя внимание Пожарская, что-то прочитавшая в телефоне. — Дела так себе. Старые аномалии активизировались. В некоторые уже отправили Стражей закрывать.

Кристина нахмурилась, пытаясь осмыслить услышанное.

Лиза открыла было рот, чтобы высказать предложение, но сдержалась. Поморщилась незаметно от остальных.

«Я не Белозёрова, чтобы распоряжаться бойцами рода», — горько подумала она.

— Наша приоритетная задача — обеспечение порядка в Новосибирске и помощь выжившим! — резко произнесла Кристина. — Мы не можем оставить город прихвостням Михаила. Но, Ярослава Васильевна, пожалуйста, следите за ситуацией с аномалиями. Если не справятся Стражи…

— Слежу, графиня, слежу, — усмехнулась Пожарская. — И всё вам расскажу. Упс… слышите?

— Вертолёт, — нахмурилась Лиза.

Дамы задрали головы, вскоре они увидели сразу шесть боевых вертолётов с гербами рода Касимовских.

— О, а вот и вредители пожаловали! — услышали они весёлый голос. — Сударыни, на правах должников и добрых союзников мы постоим тут с вами рядышком, ладно? А то разгребать завалы мне что-то не хочется, пусть ребятки-гвардейцы занимаются. Они молодые и сильные.

Граф Игнатов-старший в сопровождении своих двух жён, с ног до головы облачённых в латные доспехи, присоединился к Кристи, Лизе и Пожарской.

Шесть человек смотрели, как неотвратимо приземляются шесть боевых вертолётов. Как из них высыпают на раскуроченную улицу свеженькие бойцы, как пафосно идут им навстречу княжич Касимовский и герцог Гуджинский.

— Нет, ну вы посмотрите, какие они важные! — хохотнул Игнатов-старший, когда до парочки нечистых на руку Стражей оставалось метров десять.

Глава 16

Техника! Грёбаная футуристическая вездеходная техника — вот что меня поразило! А ещё крупные человечки в одинаковой объёмной броне и с объёмными бластерами. Это их оружие порождало «вспышки» и делало «Пиу-пиу»!

Вот же ж… Читеры! А ведь современное оружие землян в аномалиях не работает. А у этих гадов даже их космо-БТРы спокойно заехали сюда.

Капец, это ж натурально какие-то космодесантники — я видел похожих персонажей в парочке-другой фантастических фильмов.

Хотя, должен отметить, оружие и колёсная техника у этих бойцов очень необычная. И то и другое использует энергию. Пережатую, не чистую, но всё же ту самую энергию миров, которой пропитано всё вокруг и которую мы используем для нашей «магии».

В общем, их «космическая» снаряга уж очень похожа на наши артефакты. Пожалуй, если земляне продолжат развивать вооружение, создающееся на стыке технологий и артефакторики — так называемые «инженерные артефакты», мы сможем прийти к подобным результатам.

Но как же лихо космодесантники своими бластерами гоняют оборотней! И пусть оборотни не Седьмого ранга, как сама аномалия, пусть сильнейшие в тех стаях, которые повстречались нам, достигли максим «Пятого с половиной» ранга — однозначно результат для массового, штампованного вооружения впечатляющий.

Однако нельзя сказать, что необычные космодесантники прям совсем уж не оставили шансов оборотням. На моих глазах особо крупный дролль передними лапами разорвал одного из бойцов надвое вместе с космодоспехами. Затем пронзил когтями брюхо другому, прыгнул на третьего…

Всё это время в крупного оборотня стреляли другие бойцы, и повреждения набрали критическую массу. Покров монстра уже не мог справляться с такой нагрузкой и дал слабину. Сам оборотень, почувствовав проблемы, резко развернулся, мотнул башкой, выискивая возможность спастись.

Не нашёл и сдох.

— С ещё одной стаей покончено! — услышал я громкий голос, похоже, усиленный динамиками, расположенными в шлеме самого крупного бойца.

Его рост с учётом объёмных доспехов был навскидку два девяносто. На его мощных наплечниках был изображён какой-то зверь из волкообразных. У некоторых других воинов на наплечниках тоже были изображения животных. Видимо, знаки отличия — аналог погон.

— Помогите медикам! — рявкнул этот офицер-Волк. — Пять минут перерыв, и идём дальше!

Забавно, что я понимаю его речь. Междумировые переходы, завязанные на силе Пространства и Времени, унифицируют языки. А вот в условиях одного мира, английский, арабский и иже с ними мне приходилось специально учить.

Пребывая в невидимости, я медленно приближался к космодесантникам, присматривался, прислушивался к их разговорам. Голоса бойцов были приглушены толстыми шлемами. Динамики на шлемах либо были отключены, либо и вовсе отсутствовали.

— Многие твари сбежали. Разве мы должны их отпускать? — судачили вояки.

— Центурион велел не тратить ресурсы на пустую погоню, так что не бубни.

— Но разве мы не должны прикончить всех, чтобы вернуться домой?

— Тихо! — рявкнул офицер с погона в виде «Лисицы». — Вам велено отдыхать! Исполняйте!

— Погоди, Клавдий, — хмуро проговорил «Волк», подойдя к этому Лису-Клавдию. Похоже, Волк и был местным Центурионом. Он навис над остальными и несколько секунд молчал. Затем по полю разнёсся его властный голос: — Вопросы⁈ По существу!

— Так точно, Центурион! — гаркнул один из бойцов и вытянулся по струнке. — Согласно Кодексу, при вторжении в аномальную зону, легион обязан уничтожить всех встречных без исключения! Почему же тогда вы велели не преследовать удирающих тварей? Как мы можем оставлять их в живых?

— Молодец, легионер, — громко объявил Центурион. — То, как ты чтишь Кодекс, достойно похвалы! Но и я его чту. Эта аномальная зона отличается от тех, в которых нашей Передовой Центурии доводилось сражаться раньше! Узрите! Класс этой центурии — «SSS». И Кодекс велит в таких зонах действовать предельно осторожно!

Он дважды стукнул по своему технологичному наручу. Хромированная пластина наруча поднялась, открыв обзор на какой-то крупный камень, переливающий всеми цветами радуги.

Бойцы изумлённо принялись обсуждать увиденное.

Ясно, у их командира есть специальное устройство, определяющее ранг аномалии, если оказаться внутри.

— Легионеры! — внезапно рявкнул Центурион. — Наш долг — защитить Империю! Уничтожить все аномальные зоны, угрожающие ей! Но в этой зоне, если мы будем действовать неосмотрительно — сгубим Центурию! А значит, навредим Империи! Предадим её! Что недопустимо!

Бойцы поддержали его стройным хором.

Хм… неплохой у них командир. Адекватный. Таких любят подчинённые, а их отряды часто справляются с поставленными задачами с минимальными потерями.

В их мире аномалии появляются так же, как у нас? Или есть какие-то отличные от наших особенностей?

Пока я размышлял, космодесантники подлечили раненых, используя какие-то чудодействующие препараты. По разговорам я понял, что первую помощь эти раненные получили ещё из своих доспехов до прихода медиков. Какая технологичная броня, а!

Стану императором, обязательно буду выделять деньги из госбюджета на развитие инженерной артефакторики!

— Центурия! Выдвигаемся! — скомандовал Волк, когда всех раненных подлечили и вернули в строй. Раскинув «поле», а чёрен него и Семейный Дар, я просканировал этих «исцеленных». Как минимум двое из них вообще должны лежать ещё несколько дней. Но вместо этого бойцы ярятся и едва ли не подпрыгивают от избытка адреналина и влитой в них чужеродной артефактной энергией.

Короче, у легионера только два пути. Либо умереть, либо сражаться. Отлёживаться будешь, когда закончишь миссию.

И технологии позволяют этим космодесантникам проводить такие финты, «обманывая» тела раненных.

Как воин — поддерживаю. Как человек, у которого Дар лекаря — не очень.

«Оппа, мы тут раскидали тварей! Что дальше-то делать? А то Усатый самец переживает, не может переносить спокойно разлуку со своим принцем».

«Неторопливо идите за мной. И расскажи Игнатову, кого я встретил. Пусть готовится».

Мысленно я переслал Фае «видеоряд» с изображением космодесантников и моими пояснениями.

Между тем Передовая Центурия некой иномирной Империи продолжила свой поход по аномалии. И буквально через несколько минут их командир, резко закричал:

— Центурия! Приготовиться к бою! Враг уже близко!

Я стоял в сторонке и наблюдал за всей этой суматохой. Последнее время мой скарабей Юрец стал питомцем, на которого можно положиться. Так что я почти со спокойным сердцем могу отправлять его одного на разведку. Правда, общаться со мной он предпочитает через Фаю, что очень веселит дракониху. Даже сейчас, находясь в тылу рядом с полковником Игнатовым, Фая в курсе всех событий. Эдакий мохнатый приёмно-передаточный центр.

Так вот, о новой волне оборотней я узнал ещё раньше разведчиков Центурии, прочёсывающих дорогу впереди. Ещё одно преимущество этих иномирцев перед землянами — у них нет проблем со связью в аномалии! И эта «мелочь» здорово облегчает разведку, а вместе с ней и оперативное командование.

Как итог — повышает выживаемость.

«Дайте мне обзор на разведчиков», — хмуро велел я своим питомцам.

«Скажи „пожалуйста“, оппа».

«Пожалуйста».

«Вот, держи».

«Спасибо», — на автомате ответил я, наблюдая за разведчиками-легионерами.

Несмотря на все технологические преимущества, в данный момент легионеры облажались. Они обнаружили приближение очередной волны оборотней. Более того, поняли, что в этот раз оборотней больше, чем раньше.

Вот только сразу не поняли, насколько больше. И насколько сильно изменился «качественный состав» оборотней. Несколько десятков тварей вырвались вперёд на огромной скорости, которую уж точно не ожидали от них разведчики.

Короче, не успеют они отступить к основным силам своей Передовой Центурии.

«Юра, помоги этим технологичным неумехам», — устало вздохнул я.

Два раза просить жука не надо — за спиной одного разведчика появился минипортал, а затем тонкая длинная лапа схватила бойца за крупный наплечник и легко дёрнула назад.

Первый разведчик провалился в микро-портал.

Через секунду то же самое случилось со вторым. Затем ещё с двумя.

«Лысый сказал 'не благодарите», — усмехнулась Фая.

«Хорошо, не будем. Пусть покажет, где они оказались!»

Что ж, сейчас разведчики в красках рассказывали, что увидели, и вслух пытались понять, как это они так перенеслись сюда.

Да уж, рации — рациями, но живое общение куда более эмоциональное и информативное.

— Круговая оборона!!! Живо!!! — взревел Центурион.

А между тем Юра продолжил носиться по округе и собирать информацию. Что ж… Похоже, даже я сперва недооценил количество врага. Обороти не заканчиваются — прут и прут! Будто бы всем скопом решили собраться и надавать по щам космодесантникам.

О… А это что за шестиметровый зверь с абсолютно чёрной шкурой?

«Юра, ну-ка давай ближе. Только растворись в мире ещё сильнее!»

Пролетая над бурлящим меховым морем — оборотнями, несущимися убивать космодесантников, Юрец устремился к громадному дроллю. Вокруг него было свободнее, чем в первых рядах. Сопровождали его лишь самые приближённые — оборотни с рыжей, светлой и серой шерстью, имевшие более утончённые фигуры. Определённо самки.

Вожак этой гигантской стаи двигался позади основной массы воинов. За ним на отдалении шёл кто-то ещё, но из-за густых зарослей и специфического скарабейного зрения, я не мог понять, кто именно.

Потом посмотрим.

«Юра, назад!» — рявкнул я, экстренно втягивая себе в Сосредоточение скарабея-разведчика. Последнее, что я увидел, прежде чем трансляция оборвалась — как резко дёрнул носом Вожак стаи, и заревел, глядя прямо на невидимого Юрца.

«Силён, — задумчиво проговорила Фая. — Босс Апокалипсиса?»

«Один из…» — хмуро ответил я.

«Тот, что командует всеми оборотнями, — серьёзно проговорила Фая. — Прикинь, что будет, если всю эту толпу, оппа, он выведет из аномалии. Вот ведь весело станет в Новосибирске».

«Мимо нас не пройдёт. Так что веселиться будем мы», — усмехнулся я.

Притом я полностью разделял мысли драконихи. Нам обоим казалось, что Вожак собрал стаю не только для того, чтобы прикончить тех, кто в этой части аномалии убивает других оборотней.

Но и ради того, чтобы покинуть аномалию.

Стая бежит от истлевших тварей?

— Мой принц! С вами всё в порядке⁈ — подбежал ко мне полковник Игнатов. Фаина Максимовна гордо шла позади него. Бросив быстрый взгляд на эту парочку, я кивнул:

— В полном. В отличие от вас я не сражался сейчас. Всю информацию получили?

— Так точно!

— Славно. Тогда выступаем.

— Ваше Высочество! — изумлённо выпалил полковник.

— Что?

— Фаина Максимовна сказала, что там целое море оборотней. Вы… хотите биться против них?

— А что предлагаешь? — хмыкнул я.

Игнатов замер, а затем грустно улыбнулся в усы.

— Как полковник Корпуса Стражей и как верный подданный империи, я бы рекомендовал вам прятаться, пока закрыта аномалия, чтобы выиграть время. Затем, как только она откроется, выйти в реальный мир и передать всю имеющуюся информацию другим Стражам. Там уже должны быть готовые к бою рейды. Им и доверить зачистку аномалии. Но или даже вернуться с ними, хотя это не желательно по инструкции Корпуса. Разведчик должен отдохнуть. Но… — его улыбка стала лукавой, — вы ведь всё равно не послушаетесь?

«Ха-ха! Похоже, Усатый самец заразился от тебя безумием, оппа!»

* * *

Передовая Центурия неизвестной мне иномирной Империи успела подготовить место для боя, создав подобие крепости из своих космо-БТРов. Выставив машины квадратом, бойцы стреляли из пушек БТРов, а прочные корпуса машин использовали в качестве прикрытия.

БТРы генерировали полупрозрачные энергетические щиты. Подобные щиты, но в миниатюре, могли создать и доспехи космодесантников на небольшом расстоянии от своих владельцев. Монстры врезались в щиты, и их покровы начинали проседать от энергетического давления.

Хоть сперва вперёд вырвались быстрые и сильные оборотни, они увязли в плотной обороне космодесантников. Некоторые твари погибли, другие же, везучие и умные, отступили, пропуская основную серую массу своих сородичей вперёд.

С такими оборотнями — основной серой (во всех смыслах) массой — космодесантники справлялись легко бы…

Если бы не количество оборотней. В какой-то момент импровизированный бастион космодесантников оказался полностью облеплен оборотнями. Всё чаще монстрам удавалось пробиться внутрь заслона.

Но пока ещё космодесантники умудрялись успешно уничтожать прорвавшихся внутрь дроллей.

Правда, крупный отряд очень сильных оборотней уже сформировался недалеко от этой кучи малы. Могучие монстры поглядывают на бастион, на трупы своих более слабых товарищей, и вот-вот сорвутся в бой.

Пока же они ждут, когда противник измотается. Пусть дролли потеряли разум и превратились, по сути, в диких монстров, это не мешает им использовать подобие тактики. У любого хищного зверя есть своя тактика охоты.

— Пожалуй, пора, — тихо изрёк я, наблюдая за происходящим через глаза Фаи. Сама дракониха сейчас сгорала от нетерпения, в невидимости наматывая круги над полем боя.

«Воля Святогора» лежала на моей ладони. Взглянув на артефактный шарик, я хмыкнул и убрал его. С ним было бы легче… Но другого такого артефакта у меня больше нет. А сколько в нём зарядов осталось — только Хаосу и известно.

Пока справляемся своими силами — будем справляться.

К тому же здесь столько много врагов, что хватит и на прокачку умений, энергоналов, мох зверят, Метки. И на сиюминутное восстановление тоже.

Представив энергетический контур, связывающий меня и Фаю, я раскрутил Сосредоточение, напитал его до предела энергией. В тот же миг в небе над полем боя появилась гигантская мохнатая дракониха.

Её рёв пронёсся по аномалии, повергая в ужас врагов.

А в следующий миг Фая широко распахнула пасть и изрыгнула поток пламени. В нос ударил запах палёной шерсти и горелого мяса.

— Вот это да… — изумлённо пробормотал Игнатов, который вместе со мной спешил к месту сражения. Открывшаяся картина поразила опытного Стража до глубины души.

Одним мощным ударом, Фая уничтожила по меньшей мере штук пятьдесят тварей. И их энергия посмертного выплеска в тот же миг устремилась в мою Метку.

Распределение полученной энергии я передал своему энергетическому болвану. Сам же уже скопил уйму энергии для собственной атаки. Мы с Игнатовым выбежали на ударную позицию. Полковник атаковал оборотней водяными кольями.

Ну а я своей любимой техникой:

Взмах фламбергом, усиливающим пробивную мощь ударов!

Скопировать разрез и через «поле» размножить его на шеи врагов!

Вуаля — мохнатые головы катятся с плеч.

Я получил новый заряд энергии в Метку, а Фая, получившая от «болвана» ещё энергии, снова изрыгнула ярко-оранжевый поток пламени, заливший поле боя.

Оборотни, не попавшие под атаку, но оказавшиеся поблизости, заверещали, начали расступаться, бросились наутёк, и…

— ГР-Р-Р-А-А-А-А!!! — громоподобный вопль их Черношкурого Вожака пронёсся по округе.

Природа страха и ужаса, сочившегося от оборотней, резко сменилась. Твари до сих пор боялись и дрожали. Но теперь они боялись не нас с Фаей, а своего Вожака. Монстры заревели, зарычали и залили всю округу Жаждой Крови.

Жажда Крови от целой стаи, которая находится под действием ауры Своего Вожака — кошмарное явление. Вон даже Игнатов замер и морщится. Будь на его месте чуть менее опытный Страж — того бы стошнило.

Монстры без страха ринулись в бой.

— СДОХНИТЕ!!! — взревел я, выпуская свою Жажду.

Этот импульс вдарил по передним рядам монстров, вгоняя их в ступор. А дальше уже последующие ряды по инерции втоптали товарищей в землю.

Правда, и эти оборотни сдохли, лишившись голов.

А те, кто были дальше, сгорели в драконьем пламени.

Прогоняя через себя тонны энергии, мы с Фаей перегружали свои энергоканалы. Но нам было плевать. И я, и дракониха наслаждались боем.

Упс, Юра верещит! Прости, Лысый, чуть про тебя не забыли. Иди и ты оторви врагам пару сотен голов.

Взмахнув мечом, я прикончил светлошкурого крупного оборотня — одного из командиров.

Внезапно я понял, что никто из тварей больше не стремится меня атаковать. Монстры скулят и пятятся. И даже ободряющий рык Вожака Стаи не может толкнуть их в бой.

Вожак Стаи остервенело пялился на меня издали. Поймав взгляд его безумных глаз, я рассмеялся и показал монстру средний палец.

Посыл он понял. Взревел ещё громче, и другие оборотни спешно рванули в разные стороны, уступаю ему дорогу.

Один из боссов аномалии ранга Апокалипсис, сорвался с места, желая за секунду добраться до моей шеи и разорвать мне яремную вену.

— Удачи, дружок, — хмыкнул я, заблокировав мечом размашистый удар его когтистой лапы.

Глава 17

Громадный оборотень ревел и без устали атаковал меня тяжёлыми лапами. Каждый его удар был способен пустить на дно современный линкор! После каждого его удара с когтей монстра срывались мощные энергетические импульсы! Если я уклонялся от них, они разрезали землю позади меня, оставляя в ней гигантские борозды.

Увы, уклониться удавалось не всегда — часть атак приходилось блокировать своим двуручным фламергом. Колоссальный опыт сразу велел мне не пытаться перебороть своего противника лоб в лоб. Зачастую это неправильная тактика, и применять её можно, если ты мощнее врага. Но если сравнивать одну лишь голую мощь, то шестиметровый босс «Апокалипсиса» на порядок превосходил меня.

Потому действовал я иначе. Если приходилось блокировать его выпады, я атаковал в ответ. Но не прямо, а под углом. Получалось, что, выпуская разрезающий серп с пламенеющего лезвия фламберга, я будто бы отталкивал его атаку в сторону. Мягкое парирование — залог успеха в противостоянии с подобным дуболомом.

— Г-Р-Р-А-А-А!!! — всё сильнее и сильнее распалялся оборотень. На этот раз он атаковал уже в полтора раза быстрее. А ведь и предыдущие его атаки были очень быстрыми!

Я смог уклониться от размашистого удара верхней лапой. Однако враг, похоже, обучался прямо во время боя. Он будто заранее предполагал, что атака провалится, и потому, не теряя темпа, продолжил движение, закручивая своё тело по инерции вслед за верхней лапой.

Я услышал резкий шорох, и в меня полетели пыль и камни.

Оборотень умудрился поднять пылевую завесу, взбив землю своим хвостом!

Неожиданный ход!

Ничего ж не видно!

Отличное решение от чудища! Оно могло бы и сработать, если бы я в бою полагался на одни лишь глаза.

Как только я увидел приближение пыли, опустил веки, дополнительно напитав энергией «поле» и уши. Я чувствовал ток энергии внутри противника, и в моей голове тут же формировался образ шестиметрового оборотня. Без глаз я прекрасно «видел» его. Сложно не «увидеть» такой сгусток.

А в дополнение к этому я ещё и слышал, как разрезается воздух от его стремительных движений.

Я знал, что шестиметровый босс продолжил поворачиваться вокруг своей оси. Да, сперва удар верхней лапой, затем взмах хвостом, и в завершение удар нижней лапой.

«Пинок когтями» — так бы я назвал эту технику. Учитывая, что оборотни сохраняют прямохождение, их «ноги» заметно сильнее «рук».

А этот босс ещё и заранее кучу энергии направил в ногу.

Хорошая атака. Сбалансированная и продуманная. Тут не всякий разумный воин способен исполнить подобную комбинацию с правильным распределением энергии по телу на каждое движение.

А вот злобный монстр, который давным-давно потерял разум — исполняет.

Красавчик!

И всё так быстро и чётко, что я даже напрячься успел. Кайф! Бой реально захватывает!

Я не успеваю уклониться!

И отбить в сторону его лапу не смогу!

Ух ты! Как же давно такого не было…

Я успел лишь плашмя выставить перед собой меч. Когти на его ноге врезались в лезвие. За полмгновенья до этого я начал отпрыгивать назад.

Едва я почувствовал, что меч вот-вот сломается — убрал его в подпространство, оставшись полностью безоружным. Энергетическому импульсу, сорвавшемуся с когтей оборотня, больше ничего не преграждало дорогу к моему телу.

Если не считать мой покров и доспех.

Мощь врага была подавляющей! Способной смести меня! Хорошо, что я начал отпрыгивать сам. И сейчас получилось, что сила оборотня добавила мне ускорения, а не сама запустила меня в полёт.

И всё же избыточная энергия оборотня никуда не делась. Она ускоряла меня и разрушала мою защиту.

Притом сам оборотень ринулся следом. Если его атака не уничтожит меня в полёте, то когда я рухну на спину, он будет тут как тут. Я не успею сконцентрировать энергию для защиты, и счастливый оборотень прикончит меня.

Такие себе перспективы.

Эх, молодец оборотень! Загнал меня в угол!

«Оппа, помочь?» — раздался у меня в голове обеспокоенный мыслеголос примерно в тот миг, когда я врезался спиной в толстый ствол гигантской трёхсотметровой сосны.

«Спасибо, не нужно!» — отозвался я.

Я широко улыбался и видел перед собой щерящуюся морду твари. Монстр рычал в прыжке, пускал слюни и ярился. Он знал, что через миг, его передние лапы дотянутся до меня, и я не смогу защититься. И вскоре после этого его зубы сомкнуться на моей шее.

Спасибо тебе, босс Апокалипсиса, за подаренные острые ощущения. Их порой так не хватает. А ведь такие бои с могучим противником очень нужны Вольным Воителям, чтобы встряхнуться. Чтобы пробить очередной потолок ограничений, стать сильнее и создать что-то новое!

Ну и чтобы проверить уже созданные заготовки.

Лапа монстра почти коснулась моего носа, когда оборотень вдруг исчез.

Правда, в тот же миг он появился в четырёх метрах от меня и продолжил, яростно рыча, тянуться лапами к моему лицу.

И когда лапа почти коснулась моего носа, монстр вновь исчез.

Появился в четырёх метрах.

Продолжил тянуться.

Исчез… Появился… Продолжил тянуться…

«Вот это да! Это что за перкуссия⁈» — воскликнула Фая.

«Ты хотела сказать 'персеверация»? — хмыкнул я и отошёл в сторону. Концентрируя энергию, я продолжил наблюдать за опешившим оборотнем, который, не прекращая, тянулся лапой туда, где я только что стоял, не дотягивался и тут же возвращался на несколько метров назад.

«Это ты где-то таких умных словей нахватался?»

«Где-то на пыльных полках памяти. Кое-что из жизни тела до обретения Метки».

«Хаос с ней, с Меткой! Оппа, что ты с ним сотворил⁈ Это ж кошмар какой-то! Погоди-погоди! Не отвечай! Хм… Ты создал ловушку! Фишка Метки Охотника! Ты напитал ловушку до предела силой Пространства и Времени! Этого волчару не отбрасывает назад в пространстве. Иначе он мог бы перестать двигаться по одной линии и отбежать! Там, где установлена ловушка, отматывается Время! Его постоянно кидает назад — туда, где он был пару мгновений назад. Но так как дальнейшее Время на этом участке Пространства прописано, он не может вырваться из этой цепи! Оппа… ты монстр!»

«Эй!»

«В хорошем смысле, оппа! Я ж тоже в некотором роде монстр. Вот и ты! Не обижайся! Я ж любя. Хвалю! Ценю! Восхищаюсь! Запомни этот момент, когда мамка похвалила тебя! Всю жизнь, в сложные минуты вспоминай — будет легче».

С десяток мощных оборотней бросились на помощь Своему Вожаку, однако «мамка», заложив вираж, пальнула в них огнём и приземлилась между ними и мной. Защищает меня. Не даёт всякой мелочи вмешиваться в мой бой.

«Спасибо, Фая».

«Обращайся».

«Кстати, ты ошиблась. Выбраться он может. Судя по всему, его сознание почему-то не переносится во Времени. Посмотри в его глаза. По ним всё видно. Частично и энергия ему подвластна. Он уже пытается уничтожить мою ловушку, на голой мощи. С каждым повтором у него получается всё лучше и лучше. А ведь и мне приходится здорово тратиться, чтобы поддерживать её».

«Логично. И? Что будешь делать?»

«Заканчивать», — хмыкнул я.

Энергия уже сконцентрирована и готова к использованию — ещё немного, и она начнёт рвать мои энергетические контуры. Медлить нельзя! К тому же я только что закончил экстренную медитацию и создал новое заклинание.

Да, ловушка с временной петлей — была домашней заготовкой, которую мне не терпелось попробовать в битве с сильным противником. А вот то, что будет сейчас, я придумал буквально минуту назад, когда летел спиной в дерево.

В голове родилась идея, далее я мысленно прикинул энергетический узор для заклинания и отправил своего энергетического болвана его создавать.

Как итог, мне пришло чёткое осознание того, что болван справился:

Сгенерировано внеклассовое умение внутри комплекса внеклассовых умений «Проклятье Пространства и Времени» — «Бесконечный Воитель».

Я сжал и сконцентрировал своё «поле», не сводя глаз с противника. Забавно… его сознание внутри ловушки частично может управлять энергией. Но лишь той частью, что ближе к голове. Видимо, дальше сознание оборотня не дотягивается. И всё же даже этой части энергии босса Апокалипсиса достаточно, чтобы уничтожить мою технику.

К тому же я всё меньше и меньше подпитываю ловушку, и…

Оборотень уже, наверное, в сто пятидесятый раз двигался по одной и той же траектории, как вдруг он сбился с шага и начал заваливаться.

Ловушка сломана! Монстр прорвался!

Босс аномалии опешил от этого. Он растерянно мотнул башкой, пытаясь понять, что происходит. А сейчас ещё и энергия внутри него не успела выровняться.

В мохнатой чёрной голове монстра и вокруг неё осталось очень мало энергии — ведь именно из этих энергетических контуров он брал силы, чтобы прорваться.

А значит, что?

Значит защита шеи у босса Апокалипсиса сейчас снижена.

«Бесконечный Воитель», — мысленно произнёс я, активируя технику и срываясь с места.

В рывке я почувствовал, как из каждой поры моего тела выходит энергия, я ощущал, как она формируется в образы. Я создал всего два образа, чтобы «не размыливать» энергию и оставлять её более концентрированной. Всё-таки мы должны прикончить босса Апокалипсиса.

Вливая часть собранной энергии в стопы, я оттолкнулся от земли и взмыл в воздух. Я размашисто ударил фламбергом по шее оборотня. Не пробил защиту, несмотря на то, что она слабее, чем обычно.

— Г-Р-Р!!! — рявкнул оборотень, ударив по мне наотмашь. Я увернулся от удара и приземлился.

В тот же миг «Я» ударил его по шее сзади.

Монстр завопил ещё громче, пытаясь достать обидчика.

Но очередной «Я» вновь вдарил ему фламбергом по шее.

Сам же я (настоящий) к тому времени сконцентрировал новую порцию энергии и атаковал его. Меч прошёл сквозь покров, но лишь чиркнул шею монстра. Мне пришлось срочно отступать.

В обычной ситуации монстр такого ранга успел бы восстановить покров. Но в тот миг, когда я отступал. Другой «Я» атаковал.

А там и третий «Я».

Оборотень отвлёкся на них.

И я, вновь взмыв воздух, взмахнул мечом.

И снёс врагу голову.

Чёрная кровь фонтаном ударила вверх, и тут же стала заливать траву. Я успел отпрыгнуть в сторону.

Сил внутри меня не осталось. Энергетические контуры были перегреты.

Я смотрел на две мои копии, замершие под кровавым фонтаном.

Красавчики!

Есть в кого!

Я мысленно развеял технику, и неизрасходованная энергия из копий вернулась в моё Сосредоточение.

Это не материальные иллюзии.

Это именно копии. Созданные на основе всех моих навыков и умения тела для энергетического болвана. Без точечного контроля над энергией, без Семейного Дара на лечение, без комплекса умения «Проклятье Пространства и Времени», я бы не смог создать временную оболочку для болвана.

Ну а там, где одна тушка-оболочка, там и две.

«Оппа, скажи: 'Kage Bunshin no Jutsu» — заржала в моих мыслях Фаина Максимовна.

Я хотел уж было поддержать её шутку насчёт теневых клонов, но не успел. Мощный поток энергии посмертного выплеска с босса Апокалипсиса ударил мне в Метку, обжигая её. Я захрипел, схватившись за руку, и едва не упал на колени.

Но устоял.

Воитель не должен падать во время боя.

А будущий император не должен преклонять колени. Уж точно не на глазах у своих подданных. А ведь там сейчас Игнатов тоже сражается с оборотнями и поглядывает на меня.

«Оппа! Всё нормально?» — затрещала Фая.

«Не суетись, — отозвался я. — На лучше, покушай».

Часть свежей энергии я направил в неё.

«Ох ты ж твою за ногу, а! — выругалась дракониха и громко икнула. — Сколько у тебя её⁈ Выгодно это, убивать боссов-Апокалипсисов в одиночку!»

«Прикрой».

«Да как бы уже. Но тут никто на тебя не лезет. Я за Усатым тоже приглядываю. Он пока держится. Правда, на ногах еле стоит».

Нащупав Игнатова «полем», я влил в него энергии через «Семейный Дар», давая полковнику силу продолжить сражение, а заодно и залечивая его раны. К счастью, серьёзных повреждений не было.

Я продолжил распределять энергию и, подлечив самого себя, занялся прокачкой. Этот Апокалипсис явно «обширная аномалия». Монстров тут много. А это то, что нужно, чтобы стать сильнее.

* * *

Когда я закончил манипуляции с энергией, бой уже стих. Выжившие монстры побежали куда глаза глядят. Что примечательно, повела их одна из самок из личной свиты ныне обезглавленного Вожака Стаи.

«Видимо, будет матриархом, — весело проговорила Фая. — Если, конечно, выживет. Они ушли совсем в другую сторону. Не вернулись туда, откуда пришли. И ещё, оппа, за их войском на отдалении шли мелкие волчата. Мы с тобой были правы. Волчары устроили исход».

«Далеко не ушли, — отозвался я. — Надеюсь, этот Апокалипсис не из тех аномалий, в которых обязательно уничтожить всех монстров, чтобы закрыть. Не хочется гоняться по лесам за этим выводком».

Слушая Фаю, я смотрел вслед удирающим монстрам. «Полем» почувствовал приближение полковника Игнатова. Он шёл тихо, не отвлекая меня от концентрации. Но я ощущал его беспокойство и понимал, что сам Игнатов не прочь рвануть ко мне и начать осматривать со всех сторон, как мамка малыша.

— Со мной всё в порядке, — не оборачиваясь, изрёк я. — И да, поздравляю с новым рангом, Герой.

— Благодарю, Ваше Высочество, — ответил он и облегчённо вздохнул. — Кажется, будто от вас вообще ничего не утаить. Отличное качество для правителя.

Игнатов вдруг снова напрягся и встал спиной к моей спине.

— Они идут, Ваше Высочество.

— Знаю, — кивнул я. — Не расслабляйся, но и сильно не агрессируй.

— Под конец боя я прикрыл один из их отрядов.

— Видел. Ты правильно поступил. Они оценили. Уверяю тебя, в этой сотне хватает умных ребят. Хотя… От сотни там осталась лишь половина.

Последний подранный оборотень скрылся в лесу. Проводив его взглядом, я обернулся. Передовая Центурия иномирной Империи в лице двух десятков бойцов и Центуриона твёрдым строевым шагом двигалась навстречу нам.

Центурион поднял к небу сжатый кулак, и бойцы в огромных футуристических доспехах замерли.

— Слаженно двигаетесь, — улыбнулся я, глядя в шлем Центуриону. Между нами было метров восемь.

— Как и должно легионерам Передовой Центурии! — пафосно ответил он.

— Должно всегда быть красавчиком, — закивал я понимающе. — Даже после изматывающего боя, когда вашу Центурию легко бы размотали, если бы мы не оказались рядом.

Я почувствовал гнев, высокомерие и ярость он людей, стоящих прямо передо мной.

— Да как ты смеешь! — выкрикнул один из бойцов.

— Не смей так разговаривать с Центурионом Люцием, смерд!

— Пади ниц и проси прощения!

Рядом со мной тоже начал кипеть недобрые эмоции. Полковнику Игнатову очень не понравилось, как обращаются к будущему императору какие-то недобитки в высокотехнологичных артефактных консервных банках.

— Всех, встреченных в аномальной зоне необходимо уничто… — выкрикнул один из космодесантников.

Мощный хук бронированной рукавицей в шлем, прервал этого бойца.

— Заткнулись. Не позорьте Передовую Центурию, — хмуро проговорил Центурион Люций и вновь повернулся в мою сторону. — Приношу извинения за дерзость моих людей. Так же благодарю за помощь в бою с оборотнями. Без вас, мы в самом деле могли бы и не пережить это сражение.

Он коснулся пальцами доспеха в области шеи. Послышался мягкий щелчок, и через пару секунд Люций снял шлем.

Я впервые увидел лицо иномирного легионера без шлема.

Ну что сказать… Лицо как лицо — вполне себе человечье. Только пропорционально больше лица землянина раза в полтора. А так усталый взгляд, впалые щёки, шрам через нос и кудрявые светлые волосы — «атрибуты», которые не раз доводилось мне видеть в обеих моих жизнях.

Более удивительна для меня была реакция остальных бойцов на то, что их лидер снял шлем. Изумление! Недоумение! Непонимание!

А затем принятие.

Послышались щелчки, и все, вышедшие нам навстречу легионеры, обнажили головы.

— Благодарю, — проговорил Центурион, глядя мне в глаза и поклонился.

В едином порыве красиво и слаженно поклонились и остальные воины.

«Похоже, что-то вроде высшего проявления признательности у них? — предположила Фая, с любопытством наблюдавшая за происходящим. — Не удивлюсь, если им вообще запрещено снимать шлемы в аномалиях».

— Я принимаю твою благодарность, Воин, — спокойно ответил я. — Подними голову. Мы с тобой одно дело делаем. Предлагаю и дальше в этой аномалии сражаться вместе.

Пока Центурион переваривал мои слова, я с любопытством смотрел ему за спину. Вдали вторая часть его центурии грузилась в их космо-БТРы.

Вот бы прокатиться на таком!

Интересно, мне удастся подобное чудо-техники перегнать в наш мир, а? Представляю, как обрадуется моя жена такому подарку. Половину беременности будет движки космическим бронетранспортёрам перебирать.

Глава 18

Кристина Альбертовна Белозерова с вызовом смотрела на княжича Касимовского и герцога Гуджинского.

— Что вы только что сказали, господа? — хмуро проговорила графиня.

Полковник Касимовский бросил быстрый взгляд на остальных людей, сопровождавших госпожу Белозёрову — баронессу Пожарскую, капитаншу ОКЖ, и главу рода Игнатовых с двумя его жёнами. После чего ровным тоном ответил:

— Вы проигнорировали предписание Корпуса Стражей и Исполняющего обязанности главы Новосибирской губернии, призывающее всех способных сражаться аристократов собраться в районе Центральной улицы.

— Мы не обязаны подчиняться, — хмуро проговорила Кристина, оглядываясь по сторонам. Шесть боевых вертолётов, выгрузив десант, вновь поднялись в воздух и зависли метрах в двадцати над землёй. Стоит ли бояться пулемётов, висящих на вертушках?

Скорее нет, ибо от них больше проблем будет их же десантникам.

Однако противник явно даёт понять, что прибыл говорить с позиции силы.

Неприятно.

— Вы правы, — так же спокойно ответил полковник Касимовский, — не обязаны. Более того, благодаря вашей инициативе спасено много человеческих жизней. Я благодарен вам за это и как аристократ, и как Страж, и просто как неравнодушный житель Новосибирска.

Касимовский улыбнулся краешком губ и обозначил поклон.

— Присоединяюсь к словам своего друга, — сказал полковник Гуджинский и сделал то же самое.

— Где-то тут должен быть жирный подвох, — нарочито громко прошептала Пожарская.

Гуджинский дёрнулся, но заговорил Касимовский, глядя исключительно на Кристину:

— Вы сделали огромное дело, Ваше Сиятельство. Как и многие уважаемые аристократы нашего славного города. Но, увы, пока что наших деяний недостаточно, чтобы отвести угрозу от Новосибирска. Из-за появления обширного Апокалипсиса другие аномалии тоже активизировались. Возможен прорыв из многих аномалий. Нам нужны опытные Стражи, чтобы не допустить прорыв!

— Кхе-кхе, — послышалось слева от Кристины. — Простите великодушно, старика, — просипел граф Игнатов, которого разве что слепой мог искренне назвать стариком, — Но раз нужны опытные Стражи, чего ж вы два таких выдающихся Стража тут делаете? Да ещё и столько народу с собой притащили. Ведь возможны прорывы! Кто их будет блокировать, если не такие выдающиеся люди, как вы? Идите, полковник! Не беспокойтесь, ради бога! Безопасность этой части города мы возьмём на себя!

Граф Игнатов-старший выпятил грудь и гордо вскинул подбородок.

Гуджинский скрипнул зубами.

Касимовский же сдержанно кивнул и произнёс:

— Благодарю, Ваше Сиятельство. Но, к сожалению, наших сил в аномалии не хватит. Нам… нет, всему городу… Всей Империи нужно больше людей! Господин, исполняющий Обязанности главы Новосибирского отделения Корпуса Стражей, предоставляю вам слово, — сдержанно произнёс он и отошёл в сторону так, чтобы Гуджинский оказался в центре.

— Благодарю, полковник, — недобро сверкнул глазами Гуджинский. — Итак, Дамы и Господа, пользуясь правом, дарованным мне «Уложением о Срочном Вызове», как временный глава НОКС я призываю на защиту человечества Стражей, состоящих в роду Белозеровых. Вас, графиня, вас баронесса Пожарская, Ермолаева Александра, Змеева Олега, Семенову Марию, а также… Кхм… — Гуджинский сбился с речи и растерял весь свой надменный настрой.

А всё потому, что его слова возымели странный эффект. Столько презрения и насмешливости во взглядах, смотрящих на него людей, он давно не видел, и сейчас явно не ожидал увидеть.

— А чего это вы замолчали? — хмыкнула Кристина. — Огласите весь список, пожалуйста.

— Непременно, — раздражённо мотнул голову Гуджинский. — Оглашу перед теми, кого призову исполнить долг. Пока же вас, Ваше Сиятельство и вас, баронесса, я прошу пройти с нами на борт, — он указал на ближайший вертолёт, застывший в воздухе чуть ниже других.

— Нет, — спокойно ответила Белозёрова. — У меня и здесь дел хватает.

— Вы не имеете права отказаться! — воскликнул Гуджинский.

— И тем не менее с вами я никуда не полечу. Как и никто из моих людей. Летите сами. А нам нужно позаботиться о раненных.

Гуджинский начал закипать, но вперёд него вновь вышел Касимовский.

— Вы осознаёте, что делаете, графиня? — спокойным голосом спросил он. — Вы идёте против воли императора.

Кристина поморщилась и скучающим тоном ответила:

— Давайте не будем об этом, княжич. Уложение необходимо для того, чтобы в экстренных ситуациях аристократы не отсиживались по домам. Вот вам экстренная ситуация, — развела она руками, указывая на окружающую разруху. И хмуро продолжила: — Большая часть моего рода сейчас здесь. Мы убили за сегодня кучу монстров, а мой муж, вместе с полковником Игнатовым, отправился в аномалию ранга Апокалипсис, чтобы закрыть ее и защитить город. То, что вы используете закон в своих личных интересах — вас не красит. Но…

— Да как ты смеешь, беглая автомеханница! — выпалил Гуджинский, шагнув вперёд.

Смачный шлепок оставил ему отпечаток на щеке.

А через мгновенье сильный удар ногой в пах, заставил полковника согнуться пополам. И это притом, что он не снимал покров с тех пор, как вышел из вертолёта…

Игнатов-старший, зарядивший Гуджинскому оплеуху, одобрительно покосился на Пожарскую, отвесившую Гуджинскому пинка по яйцам, и показал ей большой палец.

Бойцы за спинами двух полковников вмиг активировали свои артефактные оруженосцы, облачаясь в броню. Воздух вокруг мгновенно накалился.

— Как вы смеете!!! Вы хоть знаете, кто я⁈ — держась за отбитое место, верещал так и не разогнувшийся Гуджинский.

— Ты мерзавец, оскорбивший потомственную графиню и жену главы графского рода. Между прочим, союзного мне рода, — спокойно ответил Игнатов-старший. — Сделаешь так ещё раз — я буду бить сильнее. И мне плевать, что ты Высший Страж и вообще, вроде как, теперь важная в Новосибирске шишка. Я тоже, знаешь ли, не хер моржовый.

— Прошу прощения, Ваше Сиятельство, — вежливо пропела Пожарская и хлопнула глазками. — Но, боюсь, вы можете и не выполнить своё обещание.

— С чего бы? — хохотнул Игнатов-старший.

Пожарская резко обернулась и опалила Гуджинского и Касимовского яростным взглядом:

— Потому что, если эти господа ещё раз оскорбят жену моего любимого графа или же кого-то ещё из рода Белозеровых, уже я не стану сдерживаться. Я понятно изъясняюсь, господа?

— Да как ты, жалкая баронесса, смеешь мне угрожать⁈ — резко выпрямился Гуджинский, и его тело начала облеплять вязкая Тьма, льющаяся из Метки полковника.

— А ведь я тоже часть рода Белозеровых, — оскалилась Пожарская, медленно покрываясь стихийным доспехом из чёрного пламени. — И на меня мои слова тоже распространяются.

— Достаточно! — рявкнула Кристина.

Над её головой возник огромный водяной кнут и хлестнул воздух. Хлопок был такой громкий, что где-то вдали завыла сигнализация чьей-то чудом не пострадавшей во время битвы машины.

— Господа! Возвращайтесь, — холодно проговорила Белозёрова, буравя Касимовского взглядом. — Городу ведь в самом деле нужна помощь! Сейчас некогда тратить время на наши противоречия. Оставим их до лучших времён. А сейчас я хочу лично помогать раненым. По моим данным, только в этом квартале тысяч десять человек, пострадавших в результате прорыва монстров. Не гоже аристократам закрывать глаза на их страдания ради своих разборок.

— Ты так говоришь лишь потому, что вас здесь шестеро, а нас почти сотня! — выкрикнул Гуджинский.

— Шестеро? Да? Вы уверены в этом, злодеи? — Батуми, вместе с гвардейцами Белозеровых, спешил к месту заварушки слева.

— Отец, какие-то проблемы? — прогремел наследник рода Игнатовых, ведя своих людей с другого фланга.

— Думаете, зажали нас в клещи? — гневно прошипел Гуджинский. — Гвардии наших родов и солдаты гарнизона идут сюда. Они уже рядом. Они здесь, чтобы покарать предателей империи!

Герцог, полностью окутанный Тьмой, с вызовом уставился на Белозеровых. А затем вздрогнул и инстинктивно отшагнул на полшага.

Его стихия призвана пугать людей. Но он сам испугался.

Правда, не мог понять, чего именно.

Ему казалось, будто его хотят убить. Будто весь мир хочет его уничтожить. Будто сам воздух или же этот раздербаненный асфальт жаждут разорвать его на части.

Примерно то же самое ощутил и Касимовский и все, кто прибыл с ним и герцогом.

— Из-за вас наши гвардейцы были вынуждены оставить поиски раненных… — прошипела графиня Белозерова, медленно шагнув вперёд. В этот момент врагам её рода захотелось сбежать. — Но этого вам мало! Вы ещё и гоните сюда столько людей… Чтобы угрожать нам! Идиоты! Бесчестные твари! Так эгоистично и глупо тратить ресурсы… недостойно! Вы служите недостойному! Ваш царевич, позволивший подобное, когда город на грани гибели, ни в коем разе не должен встать на престол!

Она гневно топнула.

В этот момент в небе загремел раскат грома.

Кристина пошатнулась, и…

— Отлично сказано, наша графиня, — подставила ей плечо Пожарская. Покосилась на живот Кристины и шепнула ей на ухо. — Наследник моего любимого графа явно дает тебе силы.

— Вы слышали Её Сиятельство, — твёрдо проговорил граф Игнатов-старший, перестав ухмыляться. — Расходимся, господа. Потом будет воевать друг с другом, если захотите.

— Не-е-ет, — протянул герцог Гуджинский, — Вы дважды оскорбили императорскую семью. Наплевав на «Уложение», и вот теперь. Такое мы не прощаем! За такое…

Он вдруг замолчал, резко задрав голову.

Если прислушаться, можно было различить вдалеке гул турбин, который с каждым мгновеньем приближался.

Через пару секунд стало возможным даже разглядеть чёрную точку в небе.

— Это «Нетопырь 2023», — тихо произнесла до сих пор гневно молчавшая и незаметно отсылающая отцу отчёты княжна Волконская. Сейчас же, приобняв Кристину за талию, она поддерживала подругу. — Личный конвертоплан Его Высочество Владислава.

«Владислава? — мелькнуло в голове Кристины. — Максим называл его „родственник, за которого не стыдно“. Вот только Владислав не знает, что Максим его брат. А ещё мы только что публично высказались против „Уложения…“ да и против другого царевича. Как он себя поведёт?»

— Его Высочество Владислав прибыл, — хмуро проговорил Касимовский и недобро покосился на Белозеровцев. — Вот теперь-то вы заплатите за свою дерзость. Он генерал Корпуса Стражей. И терпеть не может тех, кто бежит от аномалий!

* * *

— Слушай, дай порулить, а? — спросил я водителя космо-БТРа.

— Лимитированная техника. Не положено Кодексом! — заявил он.

— Жадина, — отозвался я и, тяжело вздохнув, обвёл взглядом приборную панель. Столько всяких рычажков, огонёчков и экранов, так хочется всё понажимать, ввалить газ, заехать на этом восьмиколесном чуде техники в самую грязь! В какие-нибудь болота под Новосибом!

Но не пускают.

Эх.

— А чего, голосового управления нет? — вновь навис я над водителем.

— Не положено отвечать на вопросы о лимитированной технике, — проговорил он.

— Есть тут голосовое управление, — ровным тоном произнёс Центурион Люций. — Просто Кодекс запрещает использовать его в аномальных зонах в качестве основного способа управления.

— Логично, — кивнул я. — Должно быть, оно расслабляет.

— Лишь когда передвигаешься по ровным дорогам, — равнодушно произнёс Центурион.

Примечательно, что и Люций, и всего его солдатики вновь скрывали лица шлемами. Даже внутри боевой машины не снимали. А ведь тут внутри так удобно: кожаные кушетки, довольно мягкие, всё светленькое, всё блестит.

И всё очень огромное!

Помню, на севере в моём мире жил клан орков. Орки этого клана были крупнее других орков. В то время как и мелкие из самых обычных орков по людским меркам уже были громадинами… Так вот, бывал я как-то в юрте орков северного клана. По приглашению одной гигантской, накаченной, но при этом весьма очаровательно дочурки орочьего вождя. Ощущения я тогда испытывал смешанные: колоссальных размеров кровать — это, конечно, удобно. Но, когда тебе приходится руки поднимать над головой, чтобы взять со стола огромный кувшин вина — приятного мало. А ещё ночной горшочек принцессы клана, который очаровательная орчанка скромно прятала под кроватку, мне приходилось использовать в качестве полноразмерного унитаза.

Да… были времена…

Вспомнилось.

Ибо примерно такие же эмоции я испытывал сейчас, находясь в бронетранспортёре космодесантников. Он ведь не просто на их огромные туши рассчитан, он сделан так, чтобы эти туши здесь помещались в своей супер-объемной броне…

Короче, если мне дадут порулить, под зад придётся с десяток подушек подкладывать.

Блин, а как тогда на педали жать?

Игнатова попросить под стол залезть и нажимать? Вот это вот классическое, из старого фильма, где детишки тачку угоняли: «Газ-тормоз-газ-тормоз. Блин, ты определись уже!»

Ну и дальше мы разбиваем БТР о ближайшее дерево.

Хотя конкретно этот БТР должен и выдержать.

«Оппа, ты там не устал фантазировать?» — усмехнулась Фая, наблюдавшая за верхним слоем моих мыслей.

«Я не фантазирую. Я даю мозгу отдохнуть от трудов праведных. Знаешь, как он закипает, когда много часов сражаешься, раскачивая взад-вперёд энергетические контуры? Балансируя то на грани энергетического истощения, то на грани энергетического перенасыщения?»

«Не знаю».

Главное — сейчас не подумать, что-нибудь в духе: «Не знаешь, как закипает мозг, потому что у тебя мозга нет».

А то она обидится.

«Оппа, ты только что об этом подумал. Штраф — три крынки молока из аномалии».

«Господин инспектор, может быть, договоримся?»

«Ты сейчас у меня договоришься. Так договоришься, что пропустишь нападение истлевших тварей, которые бегут к вам вот прямо сейчас с правого фланга. Для мёртвых туш они несутся очень бойко. Немного разваливаются по дороге, но тарантайку вашу сто процентов перехватят».

Расслабленность с меня, как ветром сдуло. Я вскочил с громадной кушетки, на которую буквально только что прилёг.

— Вольный Воитель? — удивлённо уставился на меня Центурион.

Ну да, именно так я ему и представился — «Вольный Воитель Максим. А это Страж Игнатов. И наша огненная поддержка: Великий Матриарх».

А всё почему? Потому что легионеры неизвестной Империи много про себя и в особенности про свой мир рассказывать не хотят. Зато спрашивают про наш.

То, что у БТР есть голосовое управление — единственные «важные» сведения, которые мне удалось выведать у легионеров.

Ну и чёрт с ними. Главное, что согласились действовать сообща.

— Максим Константинович? — обеспокоенно выпалил полковник, вскочив с соседней кушетки.

— Истлевшие твари уже рядом, — быстро произнёс я. — Наконец-то мы добрались до них. Сдаётся мне, покончив с ними, мы закроем эту аномалию.

— Откуда у вас информация? — быстро спросил Центурион. — Вы уверены, что аномальная зона перестанет существовать, если уничтожить мертвяков?

— О, а вы с ними уже сталкивались? — улыбнулся я. — Я думал, вы бились только с оборотнями.

Пару секунд Люций молча возвышался надо мной. Затем изрёк:

— Когда аномальная зона появилась, из неё выходили мертвяки. Мы не ожидали увидеть волкообразных.

— Но зашли вы в аномалию с той стороны, где были оборотни, — проговорил я, предлагая ему продолжить.

Он снова помолчал некоторое время. Я не сводил с него пристального взгляда.

— Ну? — хмыкнул я. — Мы ведь решили сражаться бок о бок. Нужно делиться информацией.

— Мы вошли в зону там, где было ближе и быстрее для нашей Передовой Центурии, — наконец-то проговорил Люций. — Чтобы скорее заблокировать её для подданных Империи!

— С нами то же самое, — кивнул я. — Но в нашем городе из аномалии валили и истлевшие, и оборотни.

— Если в вашем городе все владеют такими же способностями, как и вы — должно быть, проблем вторжение монстров вам не доставило, — проговорил Люций, так, будто бы просто любезно продолжил беседу.

На деле же я ощущал его жгучее любопытство.

— Конечно, — пожал я плечами. — Так оно и было.

Я указал Игнатову на лестницу, ведущую к люку БТР.

— А как работает такая способность? — не выдержав, спросил Люций.

— Прекрасно работает, — улыбнулся ему я. — Готовьтесь к бою, Центурион. Они уже совсем рядом.

Вместе с Игнатовым мы вылезли на крышу. Люций раздавал приказы — через несколько секунд и космодесантники полезут.

— Вы думаете, есть другой мир, в котором одновременно с нашим открылась одна и та же аномалия? — напряжённо спросил Игнатов.

— Уверен. Более того, я сталкивался с подобным. Но там будто бы разные части аномалии соединялась с разными мирами. А тут прям одна задвоилась.

— А почему тогда в другой мир оборотни не рванули?

— Видимо, их заметно меньше, чем истлевших тварей. А может быть, была возможность выбрать, куда именно вырваться, и они выбрали лучший для себя вариант? Сейчас всё это неважно, полковник. Ты видишь их?

— Да… Нам нужно биться со всеми?

Я прикрыл глаза, раскинув «поле».

Бегущие на нас монстры своим энергетическим рисунком напоминали единую систему.

— С этим — да, — ответил я твёрдо. — Но не бойся. Убегать от нас в ужасе, как оборотни, они не будут.

— Приятно слышать, — хмыкнул Игнатов. — Не придётся за ними бегать по всему Апокалипсису.

Глава 19

Взмахнув мечом, я выпустил всю скопленную энергию. Скопировав разрез, размножил его и растянул через расширенное «поле». Зеленоватые тушки мерзких монстров вокруг меня повалились замертво, ещё сильнее забрызгав округу едкой жижей, наполнявшей тела истлевших.

Болван уже вновь закончил концентрацию энергии для моего «Множественного разреза». Слева на меня летит очередная порция тварей…

Взмахнуть мечом… повторить.

Рядом заложила крутой вираж Фая, сжигая толпы врагов. Чуть поодаль носился Юрец: появляясь, то тут, то там, он, яростно вереща и щёлкая жвалами, сносил бошки монстрам. Похоже, мой скарабей единственный из нас, кто был не прочь оказаться под душем из кишок врагов и едко-зелёной жижи. Измазаться в этой гадости он находил брутальным. Похоже, старые асовские привычки взыграли. Надеюсь, от всего этого нагибаторства-доминаторства у моего питомца кукушенька не отлетит, и он не надумает на полном серьёзе попытаться «нагнуть» Фаю. А то она тоже может режим «Матриарха» на всю катушку врубить. И не будет у меня тогда своего персонального портальщика.

Слева от нас быстро размахивал руками полковник Игнатов, создавая водяные серпы, стены и щупальца. Усатый граф сражался достойно и решительно, притом демонстрировал эдакую педантичность. Я два раза видел, как в тот момент, когда едкая жижа почти коснулась серой ткани полковничьего кителя Игнатова, тот успевал создать перед ней щит из воды.

То есть он следит за тем, чтобы не замараться. А ведь при этом Игнатов ещё и умудряется экономить энергию во время боя — не использует полноценный стихийный доспех и даже артефактный убрал обратно в оруженосец. Благо, противники пока что позволяют.

Слабые истлевшие даже не в силах добраться до полковника.

А ведь истлевших ОЧЕНЬ много! Вся округа залита едко-зелёной жижей и завалена трупами монстров, разлагающихся и превращающихся в какое-то омерзительное желе.

Истлевшие– слабаки. Даже космодесантники в этом бою до сих пор без раненных и убитых.

Но есть нюанс. Во-первых, волна тварей до сих пор и не думает кончаться.

А во-вторых… как выражается Фая: «оппа, это жопа!». Дело в том, что, оценивая силы монстра, я примерно прикидываю, какой объём энергии посмертного выплеска я должен в итоге получить с него. Да, я называю эту орду истлевших «слабой». Но слабой с точки зрения меня, Фаи, Игнатова с его Шестым рангом. Ну и с точки зрения полсотни космодесантников, которые сражаются точно единый механизм.

А ведь эти «слабые» монстры за то время, что мы их монотонно истребляем, уже давно бы снесли кучу рейдов Корпуса, будь те на нашем месте.

Их слабость относительна, и я понимаю, сколько энергии моя Метка должна получать с каждого подобного истлевшего.

Вот только получает она едва ли треть от ожидаемого объёма! И тут внимание: чтобы убивать этих тварей с одного удара, нужно вкладывать определённый объём энергии. Я чётко всё рассчитываю, выбираю нужные цели, чтобы минимизировать энергопотери…

А ведь мне нужно ещё поддерживать материализацию своих зверей — без них сражаться с такой ордой будет довольно напряжно.

Плюс тратится на поддержание покрова.

Плюс через Семейный Дар понемногу «обновлять» своё тело, чтобы не копилась усталость.

И конечно же, поддерживать силы и боеспособность Игнатова.

Короче, понемногу ухожу я в энергетический минус. «Оппа, ты не в ресурсе», — как сказала Фая.

И, разумеется, сильнее от этого боя я тоже не становлюсь — на прокачку умений в Метке просто-напросто не остаётся энергии.

Но и монстры не могут давить нас бесконечно, верно?

Взмахнуть мечом, скопировать разрез…

* * *

«Оппа! Мертвяки опять вскрывают наши иноземные жестяные банки! Мы с Лысым полетели их спасать! Держитесь тут с Усатым» — мысленно сообщила Фая и рванула в сторону Передовой Центурии.

«Скажи им уже, чтобы отступали!» — отозвался я, материализовав у себя во рту очередную порцию чипсов восстановления. Проклятье, они всегда были такие мерзкие на вкус, а? Уже брюхо от них сводит!

«Попробую! Но вряд ли послушают!»

Некоторое время назад я стал меньше энергии тратить на то, чтобы поддерживать в идеальном состоянии своё тело. И вот теперь руки понемногу начинали деревенеть.

Но всё же… Поднять меч!

Проклятье! Сколько мы уже тут сражаемся, а⁈ Я сам не заметил, как оказался стоять на горе из трупов. Реально ведь возвышаюсь над окрестностью!

Взмахнуть… Скопировать разрез…

Гора трупов понемногу выросла.

Странная аномалия!

В первой её части там, где жили оборотни, всё было привычно — ты продвигаешься вперёд, монстры встречают тебя группками, которые становятся все больше и больше с каждым разом. Это нормально.

Здесь же мы впервые столкнулись с истлевшими тварями.

И, похоже, они решили вообще не давать нам ни минуты продыху. Мы не продвигаемся дальше, мы стоим на месте и отбивается.

Поднимаю меч…

Уже голова гудит от всего этого. Сколько я информации прогнал через мой мозг? Сколько постоянных расчётов трат энергии?

А сколько этой самой энергии прогналось через мои многострадальные контуры, а⁈

Истлевшие суки!

Когда ж вы сдохнете!

Взмахнуть мечом… скопировать разрез…

«Беда!» — просигнализировал мозг.

Пришлось потратить мгновенье, чтобы осознать, что именно напрягло мои рецепторы.

Млять! Жизненные показатели Игнатова, за которым я следил через своё «поле», резко просели!

Без размышлений я перенёсся к полковнику. Едва появившись рядом с ним, вогнал меч по рукоятку в голову громадному мёртвому орку. Последнее время всё более сильные истлевшие приходят с ордой. И всё больше приходится тратить энергии, чтобы приканчивать их. Сколько я потратил на этого орка? Потрать я столько энергии в начале боя, убил бы несколько десятков врагов.

— Простите… — прохрипел Игнатов, зажимая бок.

— Нормально! — крикнул я, исцеляя его рану. Новая волна сильных тварей уже неслась на нас. Увеличив покров энергии в ступнях, я сильно оттолкнулся от мокрой едко-зелёной земли и взмыл в воздух, прихватив Игнатова.

«Поймала!» — радостно объявила Фая, схватившая нас когтями метрах в десяти от земли.

«Давай к легионерам», — велел я, материализовав в пасти кучу чипсов восстановления. Захрустел ими так, что искры из глаз полезли.

Какая ж гадость, а!

Уже брюхо крутит от них!

Но тратить энергию на то, чтобы подлечить себя после чипсов восстановления, совсем уж глупо.

С высоты Фаиного полёта я видел, как Юрец верещит и носится перед громадными БТРами. Мой жук шинковал монстров. Бронетранспортёры космодесантников помогали ему жидким и редким огнём. Сами бойцы тоже стреляли раз через трое.

— Проблемы… с зарядом? — догадался Игнатов, наблюдавший эту картину.

— Да. Легионеры не имеют Меток, у них чистая энергия. Как у наших Сырых, но объёмы энергии заметно больше, чем у наших. Они используют свою энергию, чтобы активировать вооружение и броню, и даже бронетранспортёры. Но помимо этого в их инженерных артефактах стоят эдакие накопители-уловители энергии. Постепенно поджариваются из воздуха. Во время боя подзаряжаются быстрее. Но во время боя и расход выше.

Я едва успел закончить это краткий ликбез, как Фая «сбросила» нас на крышу головного БТРа. Дракониха полетела на помощь Юрцу. Я же, поймав взглядом визор шлема Центуриона, быстро спросил:

— Почему не уходите⁈ Вас скоро сметут!

— Передовая Центурия сражается до конца, если за её спиной дом! — отчеканил Люций и выстрелил в какого-то зомби-медведя, прорвавшегося вплотную к БТРу.

Медведь пошатнулся, в его башке появилась громадная каверна. Однако же монстр продолжил лезть дальше, пока в пробоину на его башке Игнатов не вонзил водяное копьё.

— Если умрёте — не поможете дому! — крикнул я, пересылая энергию Фае и Юрцу.

— Только если вы отступите! — твёрдо проговорил Центурион.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать его слова. Мозг не хотел быстро соображать.

Однако же, когда я понял, что имеет в виду этот иномирец, я усмехнулся.

— Хотите своими жизнями приблизить наш успех? — спросил я.

— Наш общий успех, — твёрдо произнёс Люций. — Если мы умрём, но вы закончите начатое — наша миссия будет исполнена.

— Достойная позиция… — проговорил Игнатов, стоявший рядом.

— Разве? — покосился я на полковника. — Сдохнуть и переложить ответственность на свой дом на других? Не дожить даже до того момента, когда воочию увидишь, что твои усилия были не напрасны, и дом спасён?

— Эм… — протянул усатый граф. — Верно… Приложить все усилия и дожить до результата будет гораздо достойнее.

— Вот и я так считаю, — улыбнулся своему усатому другу и повернулся к Центуриону. — А ты, Люций?

— ГР-А-А-А-А!!! — заревел пятнадцати метровый ограин. Вместе с ещё двумя такими же тварями, он почти добрался до соседнего БТР. Мощности выстрелов не хватало, чтобы прикончить его.

Пришлось вмешаться. Сменив вооружение, я крепко сжал рукоять чёрной бейсбольной биты и ударил воздух перед собой в направлении ограинов.

Гравитационный импульс утроился и размножил три башки.

— Что нам стоит делать, Вольный Воитель? — твёрдо спросил Люций. — Мы готовы сотрудничать с тобой до самого конца. Нет… До победы!

— О! А вот этот настрой мне очень нравится, — легко ответил я. — И делать вам, собственно, ничего не нужно. Лежать, смотреть, ждать.

* * *

На базе «Энергетического паразита», комплекса умений «Проклятье Пространства и Времени», и своего Семейного Дара я уже разработал немало разных техник. Одну из них я ранее испытывал лишь на Батуми и Петре Воробьёве, и то в условиях мирного времени.

В бою — впервые.

Суть её — получение и присвоение чужой энергии. Чтобы был максимальный эффект, даритель энергии не должен сопротивляться. Снять с себя всю энергетическую защиту, расслабиться и отдаться.

В энергетическом плане, разумеется.

Эдакий тест на доверие на максималках.

Игнатов без проблем передал мне все излишки своей энергии. Люций тоже не колебался, правда, всё же я чувствовал его тревогу. Другие же легионеры переживали гораздо больше командира, но против приказа не пошли. Мне кажется, они готовы себе брюхо вскрыть ржавой ложкой, если то прикажет их Империя.

Энергетические процедуры мы проводили, удирая подальше от истлевших на остатках заряда БТРов. Необходимо было оставить беспомощных бойцов на расстоянии от поля боя. Пока мы рвали дистанцию, Фая и Юрец прикрывали наше отступление.

Сейчас Юрец по моему приказу охраняет БТР. Последние несколько секунд Фая одна отдувается. Устала бедняжка.

А меня же распирает от энергии. Не скажу, что её стало прямо супер много. Моё Сосредоточение даже не заполнено доверху! Но! Энергии во мне больше, чем было, когда я только зашёл в аномалию. Ведь пока методично убивали оборотней, я прокачивал себя. В том числе и Сосредоточение увеличил.

Ну а этот «эффект наполненности» мне дал резкий скачок энергии в контурах. Вроде бы есть, куда ещё заливать, но голова кругом уже. Это как после пары дней сдержанной голодовки, пообедать целым тортом.

«Спасибо за угощение, парни», — мысленно поблагодарил я бойцов и оглянулся. Игнатов, Люций и ещё несколько офицеров легиона пластом лежали на крышах БТРов. Остальные бойцы внутри.

Получается, что «старшие» лежат и смотрят мне вслед.

Я помахал им рукой.

«Оппа, не хочу прерывать трогательную сцену, но я как бы сдуваюсь…»

«Я переваривал, — отозвался я. — А теперь поделюсь».

Дракониха, которая уже была полупрозрачной, вдруг вспыхнула и засияла, точно факел.

«Вот! Отлично! Пробрало до того места, которое леди не упоминают!» — радостно завопила она и изрыгнула пламя, сжигая под сотню истлевших монстров.

Энергия посмертного всплеска с них тут же рванула ко мне, и я сразу переправил её из Метки в Фаю.

«Оппа! Тебя убивать бегут!»

«Вижу!» — отозвался я, концентрируя энергию для своей свеженькой техники.

«Оппа, молю, ну крикни уже ты „Kage Bunshin no Jutsu“!» — заржала дракониха, прочитав верхний слой моих мыслей.

«Не отвлекайся и не говори под руку!» — крикнул я, растянув «поле» по максимуму.

Я почувствовал, как из каждой поры моего тела выходит энергия. Монстры были все ближе и ближе, и…

Пятнадцать «Максимов» появившихся в моём «поле» принялись крошить истлевших тварей. Энергия посмертного всплеска от них текла рекой в мою Метку.

Я улыбался до ушей, нарезая монстров.

Весёлый мир, нобычное перерождение и развлеченья хаоситов — всё это привело к тому, что у меня есть энергетический болван. Став сильнее, я смог его использовать. И сделал его тоже сильнее.

Я не могу управлять другими телами. Я живу внутри своего тела.

А вот этот странный сгусток вполне может на огромной скорости перемещаться из одной моей тушки в другую. Тут важно понимать, что пятнадцать тел, пилотируемых одним болваном, не смогут сражаться на равных с пятнадцатью мастерами мечами — умений, навыков и концентрации не хватит.

Но вот с пятнадцатью тупыми монстрами — легко.

Да даже и со ста пятьюдесятью. Истлевшие вообще не думают о тактике. Безмозглые твари, давящие массой.

Взмахнув мечом, я выступил всю скопленную энергию…

То же самое сделали ещё четыре мои копии практически в одно время. Разрезы скопировались и повалили кучу монстров.

Но на их место пришли новые!

Сражение не останавливалось! Наоборот, ускорялось! С каждой секундой я и сам распалялся всё сильнее и сильнее. Тысячи мыслительных операций проходили в моей голове ежесекундно: уклониться, ударить, сконцентрировать энергию, передать энергию той копии, и той тоже, и вот та сейчас просядет. Поделиться с Фаей! Упс! Не забываем «смазывать» мозг Семейным Даром, чтобы не лопнул. Потратить энергию из Метки на сиюминутное восстановление…

Я получал огромное удовольствие от этого сражения. Я был сконцентрирован только на себе — мои копии и Фая — часть моей силы. Мне не приходилось отвлекаться на других людей. Я мог с головой уйти в процесс, всё глубже и глубже погружаясь в боевой транс.

* * *

На крыше головного космо-БТРа.

— Ох… — выдохнул Центурион Люций. — Только сейчас появляются силы… говорить.

— Не тратьте их. Восстанавливаетесь, — посоветовал ему Игнатов.

— В кои-то веки я не могу… сдержать эмоции… Вы видите этот бой?

— Конечно, — хмыкнул граф, наслаждаясь зрелищем. Правда, издали видно было так себе. Но его запас внутренней энергии был больше, чем у Центуриона, и восстанавливается она быстрее. Граф позволил себе натянуть покров на глаза и усилить зрение.

— В одиночку… Лишь со своим зверем он сражается с целой ордой… Кто он такой?

— Вольный Воитель, — хмыкнул граф Игнатов. Ему сразу понравилось это самоназвание Максима.

— И… много таких, как он, в вашем доме? — спросил Центурион осторожно.

— Таких как он — больше нет. Но те, кто готов сражаться с целой ордой и побеждать — найдутся, будьте уверены.

— О… поразительно… Какой у вас безумный мир.

— Ха! Кто бы говорил! — рассмеялся полковник. — Для меня вы тоже выглядите безумно.

— Да… может быть… Туземцы часто с ужасом смотрят на легионеров. Правда, вы нас не испугались…

— Да чего вас… — начал было Игнатов, но замолчал. — Что происходит? — спросил он серьёзно.

— Не пойму! Никогда такого не видел! Монстры падают замертво!

— Нет, смотрите от их тел тянется какая-то дрянь. Они не просто так умерли… Боже мой! Они отдают свою энергию и объединяются, в…

— Женщина⁈ — с презрением выкрикнул Центурион, глядя на красивую даму в ярко-зелёном платье, появившуюся над полем боя.

Игнатов опешил от такой реакции и на всякий случай отодвинулся подальше.

* * *

— А вот и босс подвалил, — хмуро проговорил я, глядя на пятиметровую дамочку, застывшую в воздухе.

Она появилась из ниоткуда… Казалось бы. Но я прекрасно ощутил тот миг, когда из земли в одного монстра влилась энергия. А затем этот монстр начал втягивать в себя энергию других истлевших.

И вот она передо мной. Единая воля моих врагов. Их Сосредоточение.

Их Мать.

Красивая, зараза!

Хоть и пятиметровая.

И смотрит на меня такими чарующими зелёными глазами. Будто пытается заглянуть прямо в душу. Хочется отдаться ей, и…

— Пошла нахер! — рявкнул я. Дёрнув головой, я сбросил наваждение.

Тварь удивилась.

— Можешь бороться с моими чарами? — пропела она.

Голова затрещала ещё сильнее. Стиснув зубы, я зарычал.

«Сильна, сучка… оппа! Будем атаковать?»

— Бесполезно, — пропела она, явно прослушав нашу мыслеречь. — На истлевших землях всё подчиняется мне! Здесь все залито кровью моих детей! Здесь всё стало моим! Я — их Матерь! Матерь Тления отомщу вам за страдания.

«Сучка, ты сама прикончила большинство! — рявкнула Фая, зависнув в воздухе и морщась. — Ну-ка выйдем отсюда, тварь! Погнали туда, где почище! Там я тебе втащу!»

— Можешь сколько угодно хорохориться, глупая зверюшка, — нараспев проговорила Матерь Тления. — Итога это не изменит. Вы все станете моей пищей! А ваши тела — моими новыми детьми.

Она резко раскинула руки в стороны и вдруг засияла ослепительным светом.

«Оппа, я вижу на горизонте свет. Похоже, он от ядерных ракет!»

«Ты только что переделала новую любимую песню Батуми. Он тебе этого не простит».

«Ха! Будто бы мне нужно прощенье каких-то там Лысых! Оппа, что делать будем? Магия реально странная. Разложение, ментал, теперь ещё и какое-то подобие радиации. Мы ж реально долго не протянем в этой зоне».

А между тем пятиметровая женщина сияла всё ярче и ярче. Мой покров уже натурально трещал от энергетического давления.

«Испугалась?»

«Ха! Ты меня ни с кем не путаешь⁈»

«Ай да, умничка! Но вопрос ты ставишь правильно — что делать? Что делать в ситуации, когда против тебя какая-то ненормальная бабища?»

«Хм… Варианты ответов будут? А? Б? Звонок другу?»

«Вариант только один, Фая. Выпускайте Ольгу».

Глава 20

Я давно мог ускорить рождение наших дракончиков с помощью своей энергией. Но не делал этого, предпочитая естественный ход развития малышей.

Однако же, когда в городе разверзся Апокалипсис, который я намеривался заблокировать своими силами, передо мной встал вопрос об экстренном увеличении собственной боевой мощи. Или, точнее говоря, о дополнительном козыре. Джокере, который ты надеешься никогда не использовать.

И тем не менее берёшь его с собой.

В итоге не Джокера, но свою дочурку в яйце прихватила Фая. Не я, потому что у драконих между собой более плотная энергетическая связь, и яйцо способно развиваться в Фаином подпространстве самостоятельно. Вдобавок Фая ещё и успела вдоволь залить яйцо дополнительной энергией — из той, которую я получал с оборотней и передавал своей рыжей напарнице.

Как сказала Фая:

«Согласна, оппа, лишний раз малышей лучше не перекармливать. Всему своё время. Но вот моя маленькая чёрная сучка… кхм… точнее, дочка, всё сожрёт и не поморщится. За неё не переживай».

А ведь дочка ещё пока лежала в яйце в имении, впитывала в себя энергии больше, чем остальные сородичи… Её старший брат Лютик, как и другие драконы, прекрасно ощущающий потоки энергии, частенько зависал в одной позе и изумлённо пялился на яйцо с Ольгой Фаиновной.

Как-то он даже выдал:

«ЧТО ТЫ ТАКОЕ?»

На это любящая мать ему ответила:

«Самка твоя будущая, что же ещё. Внучат мне наделаете. Много-много! Небо над Землёй подчиним, будем дань с самолётов собирать. Оппа, ты тут? Чего ты на меня тут смотришь? Сказки сыночку рассказываю», — и мило улыбнулась своей мохнатой мордочкой.

Троллиха она не дракониха. Мы с ней прекрасно знаем, что ни она, ни её потомство не пойдут ни против меня, ни против моих детей.

А вот мысль насчёт «внуков» меня позабавила. Будет ли это считаться близкородственной связью, учитывая, что привычных мам-пап у её дракончиков нет? Все они — души, воплощённые моей и Фаиной энергией, а затем вырастившие себе тела с помощью, опять же, наших энергий.

Типа как библейские Адам и Ева, из местных легенд. А мы с Фаей, стало быть, для них…

Оглушительный рёв, полный первородной ярости, пронёсся по округе, прерывая мои размышления.

Раскатистые хлопки чёрных крыльев били по ушам. С замиранием сердца я любовался на красивую, абсолютно чёрную дракониху, своей мохнатой изящной тушей загородившей мне вид на Матерь Тления.

Она воплотилась в тех же размерах, в коих была при жизни. Пугающе громадная для этого мира. Вполне достойная титула босс Апокалипсис.

Но всё же молодая и мелковатая, если сравнивать её с Матриархами, и уж тем паче Патриархами моего мира прошлого.

— Р-Р-Р-А-А-А-О-О-О!!! — разинув пасть, заревела она.

И в тот же миг в моей голове раздался недовольный голос стервозной дамочки:

«Какого Хаоса ты притащила меня в эту помойку, старуха, а⁈»

Другая мохнатая дракониха, за последнее время ставшая ещё более крупнее, подлетела к чёрной. Реально ж одинаково выглядят. Только размерами и цветом отличаются.

Бах! Более крупная дракониха — Рыжая вдарила крылом по башке Чёрной.

«Ты как с матерью разговариваешь, бестолочь⁈ — возмутилась Фая. — Я не для того тебя под сердцем носила, волновалась, ночей не спала, чтобы вот это вот всё выслушивать!»

«А я не просила меня рожать!» — невозмутимо парировала Чёрная.

Фая тяжело вздохнула и посмотрела на меня.

«Вот что за дела, оппа? Родилась дочурка сразу в пубертате! И не насладишься теперь мимишными моментами роста малыша. Сразу — на те вам, мама! Мы всё лучше вас знаем и без вас справимся! Неблагодарные!»

— Я вам не мешаю? — как-то изумлённо проговорила Матерь Тления, распаляясь ещё сильнее.

«Так, старуха, постой в сторонке, не напрягай свои кости, — обращаясь к Фае, серьёзно проговорила Ольга Фаиновна, не сводя глаз с Матери Тления, — Тут какая-то ещё более старая старуха наглеть изволит. Я разберусь».

Чёрная изогнула голову и широко улыбнулась мне. Улыбка здоровенной драконихи — то ещё зрелище.

«Наблюдай за мной, оппа, — проговорила Чёрная ласково. — Я принесу тебе победу, и ты меня похвалишь. Будешь гордиться, мой оппа!»

«Эй!!! — охренела Фая. — Ты ничего не попутала, девочка? Вообще-то, этой мой оппа!»

«Деталей я не помню, но он одолел меня — значит достойный. Значит — мой оппа!» — хохотнула Чёрная, показала Фае язык и рванула вперёд.

«Меня он тоже одолел, бестолочь! И, между прочим, раньше!» — крикнула ей в спину моя мохнатая рыжая подруга.

Ольга Фаиновна с размаху врезалась всей своей мохнатой тушей в Матерь Тления. Хорошо хоть я заранее усилил покров на глазах и ушах — иначе от столкновения Света и Тьмы мог бы и без головы остаться.

Рокотало без остановки! Ещё и искры летели. Моя новая дракониха на мелочи не разменивалась, сразу принялась стремительно атаковать противницу когтями и клыками.

Но и босс местной аномалии не была слабачкой. Ни одна атака Ольги не нанесла вред Матери Тления. Атаки драконихи лишь сдвигали эту пятиметровую бабу.

«Оппа, она справится! — нарочито бодро заявила Фая. — Говорю тебе, справится! Не сомневайся в ней!»

«А похоже на то, что я сомневаюсь?» — легко усмехнулся я.

Рыжая дракониха уменьшилась в размерах, чтобы не тратить впустую энергию, и уселась мне на плечо. При этом она даже не смотрела в мою сторону, внимательно наблюдая за боем.

«Ты всегда в чём-нибудь сомневаешься», — проговорила она себе под нос.

Фая явно мыслями была в другом месте.

«Не нужно своих тараканов проецировать на других людей», — посмеялся я и погладил её по голове.

Между тем энергетическое давление на мой покров стало гораздо слабее. Матерь Тления больше не может полностью контролировать зону. Значит, что? Значит, наша Чёрная понемногу заставляет местного босса воспринимать себя всерьёз.

«Так-то я бы и одна эту тварь уделала», — бросила Фая небрежно, в тот момент, когда Ольга и Матерь Тления резко разлетелись в разные стороны и замерли друг напротив друга.

«Не сомневаюсь», — поддержал я Фаю.

«Но ведь и молодёжь тоже подтягивать надо к делам нашим правильным, верно? Стоп! Я и сама ещё молодёжь!»

Внезапно Матерь Тления исчезла. Ольга Фаиновна начала напряжённо вертеть головой из стороны в сторону, выискивая противницу. Я чувствовал, что чёрная дракониха концентрирует энергию, чтобы атаковать в любой момент.

Притом и защита её была поднята до предела.

«Снизу, бестолочь!!!» — громко завопила Фая, успевшая предупредить дочурку вперёд меня.

Чёрная дракониха резко ушла влево и вверх. Из-под земли вырвался омерзительный едко-зеленый червь с громадным бездонным ртом.

«Эта форма тебе гораздо больше идёт, суперстарая старуха!» — на общей волне мысленно выкрикнула Ольга, изрыгая чёрный дым на червя.

«Назови её „древняя швабра“ — так будет эффектней!» — громко посоветовала Фая, от всей души переживающая за дочь.

Мерзкий червь продолжил тянуться в небо, наплевав на Тьму. В какой-то момент он ярко засиял, сжигая преграду. Ольга Фаиновна рванула в сторону, но от червя, точно от ствола, вылетел отросток, врезавшийся в крыло нашей драконихи.

«С-с-сука! Твар-р-рь!» — яростно подпрыгнула на моём плече Фая.

Затем, хлопнув крыльями, рыжая летучая лисица поднялась вверх, не в силах больше находиться на одном месте.

Мощно ударив когтями, Ольга уничтожила отросток и разорвала дистанцию. Правда в тот же момент со столба-червя в её сторону устремились куча отростков. Ольга Фаиновна ловко уклонялась от них, а их становилось всё больше и больше.

В итоге в какой-то момент дракониха оказалась внутри громадной едко-зеленой клетки из отростков. За пределами клетки из толстой части червя выросло тело Матери Тления.

— Вот и конец тебе, глупая пташка, — мелодично пропела местная главная тварь.

«Ха! — усмехнулась Ольга точно так же, как смеётся Фая. — Любой конец — это лишь новое начало, древняя дура!»

От нашей драконихи во все стороны повалил чёрный дым, в мгновенье ока окруживший и клетку, и материализованное тело Матери Тления. Дым закручивался и уплотнялся, пока не превратился твёрдую антрацитовую сферу.

«Ну и кто кого поймал, древняя швабра⁈» — с вызовом крикнула Фая.

Сфера затряслась и заходила ходуном прямо в воздухе. Эх, взглянуть бы своими глазами, что происходит внутри! Но у меня нет с Ольгой такой связи, как с Фаей или Юрцом. После рождения дети Фаи становятся вполне себе автономными единицами. Могут существовать самостоятельно. Но могут и получать энергию от матери или же от моего имения.

Внезапно мерзкие слизкие отростки червя, и сам ствол-червь начали втягиваться внутрь чёрной сферы. Матерь Тления явно решила сконцентрировать все свои силы. Развязка близка!

Раздался хлопок! В нас с Фаей полетел громадный вязкий едко-зелёный сгусток. Рванув в сторону, я увернулся от этой мерзости.

Но подобные гигантские капли падали и в других местах!

Я изо всех сил уворачивался от них, а над головой громыхало.

Вдруг грохот раздался где-то на земле — слева от меня.

И всё стихло.

Поднятая пыль и чёрная дымка начали оседать, уже можно было вновь разглядеть, что происходит.

Ольга Фаиновна, уменьшившись до метра, вертела головой, пытаясь прийти в себя. Чёрная дракониха находилась в центре небольшого кратера, появившегося, похоже, во время её падения.

— Впечатляет, глупышка! — прозвучало со всех сторон. — Но этого мало!

Позади неё появилась Матерь Тления в изодранном платье. Все её тело тоже было изодранно и сочилось зеленоватой кровью.

Вместо правой руки у монстра было эдакое хтоническое лезвие, созданное из ошмётков тел.

«Чутка не хватило!» — фыркнула Ольга, глядя на то, как это лезвие устремилось к её шее.

* * *

Я уважаю поединки один на один. Всё-таки я — Вольный Воитель, и что-такое воинская честь знаю не понаслышке.

Вот только я сам решаю, кто удостоен чести биться со мной один на один. А кто монстр, которого нужно запинать с наименьшими потерями.

Я без зазрения совести был готов влезть в бой Ольги Фаиновны и Матери Тления. Более того, всё это время я не просто так глазел по сторонам, а понемногу восстанавливал энергию, концентрировал силы. Я должен был воспользоваться тем шансом, который для нас добыла Ольга, знатно вымотавшая Матерь Тления и потрепавшая её.

Так я планировал изначально.

Случилось же всё иначе.

Я ощутил безумное желание помочь… защитить… спасти! Увидел, как рыжая мохнатая маленькая мать рванула к своей дочурке.

Фая бы сама не успела.

Но я перекинул её через своё «поле», параллельно с этим влив в дракониху всю скоплённую энергию.

Я отдал ей всё без остатка.

И рухнул бы на землю, если бы не успел опереться на меч.

Появившись прямо перед Матерью Тления, Мать Драконов изрыгнула в её рожу поток пламени.

— А-А-А-А-А!!! — завопила местный босс и попятилась назад, пытаясь сбить огонь. — Твари! Глупые звери! Думаете победили? Нет! В этой зоне меня никто не победит!!!

Она раскинула руки в стороны и потянула в себя энергию мира.

Тут важно понимать, что у этой твари есть её активная энергия, которую она может использовать мгновенно и которую вытянула из своих детишек. А есть энергия, которую она получает от мёртвой, истлевшей земли. Здесь вся округа залита ошмётками истлевших. Эта энергия не в полной мере принадлежит Матери Тления, потому мгновенно монстр не может её втянуть.

Но всё же тут она может «заряжаться» довольно долго.

— Что? — опешила тварь и испуганно уставилась на двух драконих. — Не-е-ет… Не вы! Ты⁈ — гневно уставилась она на меня. — Что ты сделал⁈

— Всего лишь немного оградил тебя от твоей подпитки, — я пожал плечами. — И сам на неё подсел. Та ещё гадость, а не энергия. Фильтровать пришлось, чтобы был с неё толк. В итоге лишь крохи получил. Но как говорится, с миру по нитке — дракону огненный луч. Гляди вперёд, дура, — усмехнулся я и указал на Фаю. — На тебя смотрит пушка!

Матерь Тления только и успела, что повернуть голову.

А в следующий миг ей в грудь врезалось концентрированное пламя, прожигая плоть. Тварь забилась в конвульсиях, начала растекаться вязкой едкой жижей, капать на землю, и…

Взорвалась. Вместе с Семенем Аномалии, в которое и целилась Фая.

В тот же миг мне в правую руку врезался невероятно огромный поток энергии. Я думал сейчас упаду, сам начну трястись в конвульсиях, но две мохнатые тушки поддержали меня.

Так я вырубился, стоя, опираясь на меч. С двумя драконихами по обеим сторонам.

* * *

Мне показалось, в себя я пришёл буквально сразу.

Однако же пока наступило это «сразу», Игнатов и космодесантники почти успели до меня добежать.

— Со мной всё в порядке, девочки, — уверенно произнёс я, обращаясь к драконихам, расправил плечи и размял шею.

«Я буду всегда тебя поддерживать, оппа. Можешь на меня положиться», — ласково проговорила Ольга.

«Спасибо», — кивнул я.

«Похвалишь меня? — оживилась она. — Я же молодец? Молодец».

«Молодец, хвалю», — погладил я её по голове, в целях экономии энергии дракониха так и пребывала в метровой форме.

Эдакая чёрная лисоовчарка со сложёнными крыльями.

«Тебя тоже хвалю», — почесал я подбородок Фае, принявшей аналогичную форму.

«А то ж! Это ведь я её прикончила».

«После того как я всё сделала!» — тут же оскалилась Ольга.

«И тем не менее ты бы там померла без меня».

«Ты бы тоже была бесполезной, если бы мой оппа не наполнил тебя энергией! Смирись с тем, что твоё время прошло, старушка! Теперь я буду с оппой!»

«Ха! Вообще-то, из нас двоих я живу в его Сосредоточении. И ещё, хочу тебе напомнить, что у оппы там своя стая самок. Тебе вообще ничего не светит!»

«Ты совсем дура?»

«Эй! Охренела? Следи за языком, когда разговариваешь с матерью, бестолочь!»

«С чего бы меня должны волновать человеческие самки⁈ Главное — духовная связь! А не кто с кем спит! Вот!»

«О, Хаос… — закатила глаза Фая. — Как же тяжело с детьми-подростками. Я тебе потом, моя девочка, расскажу обо всей важности физической близости».

— Дамы, идите, пожалуйста, оглядите поле боя. Может, что-нибудь ценное найдёте, — как можно спокойнее попросил я.

В тот момент я всерьёз размышлял о том, где бы найти дрессировщика для драконов. С Фаей было проще — там перекрыл энергетический краник, и всё. Готово. А с этой так не получится — она ж вполне материальная.

Стоп!

Это что же, мне её теперь постоянно терпеть? Двадцать четыре на семь⁈

Нет… нетушки! Пусть Фая разъясняет дочуре, что такое сепарация, и прививает ей различные увлечения.

— С вами всё в порядке? — подлетел ко мне Игнатов и принялся оглядывать со всех сторон. — Выглядите бледным.

— Да нормально со мной всё, — хмыкнул я, прогнав из головы левые мысли, и окинул взглядом боевых товарищей. — Поздравляю, господа! Совместными усилиями мы закрыли эту аномалию!

— Ура!!! — закричал Игнатов, не дав иномирцам сказать ни слова.

Первым поддержал его клич Центурион, а затем и остальные легионеры.

Все они лучились энергией. Аномалия после закрытия щедро поделилась со своими героями силой.

Правда, если бы у легионеров были Метки, то получили бы они энергии ещё больше.

— А чего пешком-то прибежали? — спросил я, взглядом указав на оставшиеся позади легионеров бронетранспортёры.

— Очень сильный скачок энергии уничтожил машины. Придётся оставить их тут, — проговорил Люций. Голос Центуриона звучал бодро и даже весело. За время нашего похода он стал более человечным.

О, он даже шлем снял! И остальные вслед за ним. Улыбаются.

— Вольный Воитель… — заглянув мне в глаза, проговорил Люций, — словами не передать, как сильно я благодарен тебе за твой подвиг. И как восхищаюсь твоей силой. Я хочу отдать тебе этот долг, Вольный Воитель. В нашей Империи у Передовой Центурии есть небольшая автономность. Я восстановлю Центурию и буду готов воспользоваться этой автономностью, если потребуется. Возьми. Если окажешься в беде, активируй маячок. Я не уверен, что он сработает… Но в нашей галактике сигнал приходит из любой точки. В тот же миг я смогу открыть врата и прийти к тебе на помощь со всей Передовой Центурией!

Он протянул мне небольшой камешек, выглядящий как какой-то технологичный приборчик.

Я же отчётливо ощущал энергию этого инженерного артефакта.

Передо мной портальный оттиск.

Он в самом деле сможет открыть портал в наш мир из их мира?

Хм…

Чувствую, как напрягся Игнатов.

Притом Центурион абсолютно честен и искренен. Будет недостойно обидеть его отказом.

— Благодарю за дар, — кивнул я, принимая подарок.

А в следующий миг аномалия вдруг заходила ходуном.

Что происходит, хаос её дери⁈ Земля уходит из-под ног! Весь этот мир буквально скручивается в трубочку!

— Экстренное закрытие!!! — закричал Игнатов. — Нужно срочно уходить, иначе останемся здесь навечно!

Глава 21

Мир вокруг нас сходил с ума. Небо и земля менялись местами, грохотал гром, сверкали разноцветные молнии — особо сильно мне понравилась толстая фиолетовая молния, застившая половину неба.

Мне в лицо полетела вырванная из земли трёхсотметровая сосна. Однако Фая, на спине которой я сидел, ловко уклонилась от неё.

А вот её дочурка, не стала уворачиваться от летящей в неё скалы и тупо разбила гигантский камень на кусочки, пролетев сквозь них.

— Твою ж мать! — громко выругался Игнатов.

Я усмехнулся. Когда он летал на Фае, так громко не выражался. К тому же полёт ему тогда понравился. Но сейчас я посадил полковника на другую дракониху наших авиалиний. В текущей ситуации необходимо было уменьшить размеры драконьих туш как можно сильнее — закрывающаяся беснующаяся Аномалия тянула энергию! Я смог оградить нас четверых щитом, но растягивать его на громадные тела было слишком напряжно.

Потому я и решил, что каждая дракониха берёт по одному наезднику и создаёт себе минимальный размер, необходимый для комфортного полёта в таких условиях. Ольга Фаиновна очень обрадовалась, вызвалась покатать меня!

Но я её огорошил тем, что летаю только на Фае. По крайней мере, пока что.

Ольга начала канючить и упрашивать, но я был непреклонён. Более того сказал, что если она хочет быть мне полезной — должна делать то, о чём я её прошу, и не мешать своими эгоистическими выходками.

Особенно в тот момент, когда вокруг рушится мир.

В итоге с драконьими слезами на глазах и истеря, она закричала:

«Давай, Усатый самец! Лезь уже на спину! Первым тебя доставлю!!!»

В общем, все полетели.

Космодесантники, кстати, тоже полетели, правда, в другую сторону — туда, откуда они прибыли в эту аномалию. Ох и удивился я, когда они поднялись в воздух за счёт механизмов, встроенных в доспехи. А ещё забавно, что БТРэ сдохли от скачка энергии, а доспехи справились. Видимо, у доспехов более «интимная» настройка, частично подвязанная к энергосистеме пользователя.

Хорошие парни эти легионеры. Настоящие воины и наши с Игнатовым боевые товарищи. Прощались мы с ними хоть и быстро, но очень тепло.

Вновь сверкнула молния. На сей раз буквально в метре от Игнатова.

А в двух метрах от меня пролетел труп какого-то дролля. Любопытно, что будет с остатками оборотнической стаи? Я считал, что при закрытии аномалия «возвращается в свой мир». Но сейчас тут творится какая-то бешеная дичь. Никогда экстренных закрытий не видел.

При этом с точки зрения Пространства и Времени, это место ощущается сейчас иначе — не так, как когда мы вошли в аномалию. Может и правда часть бывшей аномалии уже дома? С выжившей стаей. Ведь, по сути, что такое «закрытие аномалии» и уничтожение Семени?

Это разрыв межпространной связи.

Фая резко нырнула вниз, уклоняясь от очередной гигантской сосны.

Улыбаясь во всю свою чёрную мохнатую рожу, с матерью поравнялась Ольга, изображая синхронный полёт. С этого расстояния мне был лучше виден ужас в глазах Игнатова. Полковник так сильно прижался к драконихе, что можно было отпустить пару скабрёзных шуток. Но делать этого я не стал — прислушаешься к тому, как шёпотом материться себе под нос бравый граф Игнатов, точно читая проклятья, и сразу становится не до шуток.

Опасаясь за ментальное здоровье полковника, я «приголубил» его Семейным Даром.

Межпространственная связь…

Я достал из кармашка небольшую вещичку — не то камень с интерфейсами, не то технологичный приборчик в каменном корпусе. Материал мне не ведомый, но явно ценный и артефактный.

Дар от Передовой Центурии иномирной Империи. Я не знаю, ни как называется их мир, ни как называется Империя… Знаю лишь то, что Люций от всего сердца хотел отдать долг. Помочь мне, если я окажусь в сложной ситуации.

Сотня бойцов в неведомой артефактно-техногенной броне, с бластерами и на мощных космических бронетранспортёрах — весомое подспорье в войнах против фракций.

Игнатов от моего Семейного Дара поуспокоился и сейчас нервничает, поглядывая на меня.

— Прости, Люций, — тихо проговорил я, направив энергию в пальцы. Сжав кулак, я раскрошил иномирный портальный оттиск и развеял его пыль в закрывающейся аномалии.

Полковник Игнатов полыхнул облегчением. Ещё и вздохнул так громко, что я услышал его, несмотря на творящийся вокруг хаос.

— Полностью поддерживаю ваше решение, Ваше Высочество! — прокричал он. — Пусть этот Люций и выглядит отличным парнем, никогда не знаешь, кто за ним стоит! Он может действовать из лучших побуждений! А его Император приведёт за ним целую армию, чтобы сделать наши земли своей колонией!

Я улыбнулся Игнатову и показал ему большой палец.

Да, жизнь Вольного Воителя полна таких вот случайных встреч и приятных знакомств с теми, кого ты больше никогда не увидишь.

Оставим знакомство с достойными Воинами из неведомого мира приятным воспоминанием. Вернёмся к куда более насущным делам.

Мы закрыли Апокалипсис!

Мы спасли Новосибирск!

Закрыли довольно быстро, а значит есть шанс, что большинство людей, оказавшихся втянутых в аномалию, благополучно переживут этот опыт, несмотря на то, что Апокалипсис поглощает тела и души быстрее, чем другие аномалии.

А ещё мы закрыли Апокалипсис, не используя «Волю Святогора»! А это дорогого стоит!

О, вон впереди уже дымка мерцает! Скоро будем дома!

Увидев выход, обе драконихи одновременно ускорились, продолжая свой синхронный полёт.

И всё же есть во всём этом походе кое-что обидное…

Добытчиков слать некуда будет, когда аномалия экстренно закроется! Из трофеев только то, что мы смогли унести с собой!

* * *

Кристина Белозёрова затянула жгут на руке измученного мужчины в грязных, окровавленных одеждах, а затем ловко воткнула иглу шприца в его вену и ввела лекарство.

— Надеюсь, ему станет полегче, — тихо проговорила графиня, повернувшись к жене раненного и двум его ребятишкам.

— Спасибо! Спасибо, госпожа! — запричитала женщина, едва ли не упав на колени.

— Не стоит, — мягко произнесла Кристина, положив ладонь на плечо женщине. — Наш долг — помогать друг другу в сложной ситуации.

— Хвала роду Белозеровых, — навзрыд проговорила женщина.

Захрипел человек на соседней кушетке, Кристина тут же направилась к нему.

«Любая достойная аристократка должна уметь оказать первую помощь», — эту простую мудрость Кристина впитала с молоком матери. Хотя в женской гимназии, которую посещала Кристи, «Оказание первой помощи» было факультативным, а не обязательным занятием.

И всё же обработать раны алхимической смесью, или ввести в вену алхимическую же сыворотку, Кристи вполне могла.

«Это вас не излечит, — думала про себя графиня. — Но хотя бы облегчит страдания. И даст силы протянуть ещё дольше. Пожалуйста, не умирайте».

— Спасибо… Ваше Сиятельство… — прохрипела женщина со рваной раной на ноге. Мерзкая едкая жижа истлевшего, оставившего эту рану, отравляла организм женщины. Промывание и мазь лишь замедлили процесс.

— Поправляйтесь, — улыбнулась Кристина.

Отошла на пару метров, направляясь к другой койке полевого госпиталя, и…

— Ойк… — захрипела Кристи, схватившись за живот.

— Элайза! — услышала она испуганный голос Карин. — Госпожа!

— Что с ней⁈

К Кристине подлетела Лиза Волконская и две девушки из бывших французских пленниц. Ныне эти девушки служили роду Белозеровых, но по личному приказу графини были прикомандированы к «союзнице рода — капитану Зарецкой».

Получилось что-то вроде личного отряда княжны-капитанши. Как и многие другие Белозеровцы, девушки помогали раненым в палатках полевого госпиталя, развёрнутого силами нескольких аристократических родов.

— Ты переутомилась, дурёха! — шикнула в ухо подруге Лиза.

— А как иначе? — подняла на неё взгляд Кристина. — Максим сражается. Мы не можем отдыхать.

— Даже в аномалиях Стражи устраивают привалы! — твёрдо произнесла княжна. — А ты, раз уж думаешь о других, подумай о своём ребёнке.

Выдержав её взгляд, Кристи кивнула, а затем устало улыбнулась:

— Спасибо, Лизи. Ты права, пару минуток можно отдохнуть… Сперва помоги себе, а потом уже ближнему. Иначе никому не поможешь.

— Вот! — подняла указательный палец Лиза и поймала взгляд Кармен. — Проводи, пожалуйста, графиню в штаб. Там…

Лиза замолчала на полуслове, увидев ворвавшегося в палатку Олегу.

— Что случилось? — резко спросила Кристина, выпрямившись. Она была готова с гордостью и достоинством принять любую весть.

— Аномалия… — запыхавшись, проговорил Змей. — Она закрылась! Но… как-то странно.

Подробности Кристина выслушивала уже на бегу. Графиня на всех парах неслась к ближайшей точке пересечения реального мира и аномалии.

Вскоре она уже стояла перед дрожащим туманом. Он то становился гуще, то почти размывался. Туман пульсировал, и пульсация эта даже не думала прекращаться.

— Вероятнее всего, мы наблюдаем экстренное закрытие, госпожа, — произнёс Вареник, остановившись позади графини.

Кристина резко обернулась, уставившись на бывшего Личного Стража — ныне гвардейца, вассала и родового Стража Белозёровых.

— Что это значит? — коротко спросила она. — Максим уже закрыл аномалию, верно?

— Скорей всего да, госпожа, — кивнул Вареник. — Невероятно быстро для такого обширного Апокалипсиса. Хотя неизвестно, сколько времени прошло у них там, внутри. Полагаю, Его Сиятельство сейчас на всех парах несётся на выход из аномалии. Вероятнее всего, он сейчас ругается из-за того, что не сможет отправить добытчиков в аномалию.

Кристина улыбнулась и благодушно кивнула.

— Полагаю, так и есть. Но, зная нашего графа, уверена, всё самое ценное он уже прибрал к рукам.

Послышались смешки и одобрительные возгласы гвардейцев.

В том, что граф вернётся, да ещё и не с пустыми руками, никто из них не сомневался.

* * *

Некоторое время спустя. Те же. Там же.

— Ты молодец, что делаешь перерывы, — проговорила Лиза Волконская, встав позади шезлонга, на котором полулежала графиня.

Шезлонг этот стоял в десяти метрах от границы аномалии. Попивая восстанавливающий коктейль, Кристина напряжённо смотрела на то, как беснуется туман, разделяющий миры.

— Ты права, нужно заботиться о наследнике, — проговорила девушка. Устало выдохнула и обернулась. — Хочешь? — протянула она подруге стакан, в котором было две трубочки.

— Не буду объедать ту, кто есть и пьёт и за двоих, — улыбнулась Лиза, усевшись на стул рядом с графиней.

Кристи посмотрела на неё с полуулыбкой и покачала головой.

— Может уже расскажешь, как ты догадалась? Я так-то только мужу говорила. Хотя Нина мне тайком тесты покупала… Но я уверена, она не из болтливых.

Лиза хмыкнула, несколько секунд глядела ей в глаза, а потом выдала:

— Ладно уж. Ты хорошо потрудилась. Расскажу тебе в награду, как же я тебя разоблачила. Я ведь агент ОКЖ, знаешь. Для меня узнать чьи-то тайны — раз плюнуть. Итак… Твоему вниманию сейчас будет представлена секретная техника дознания!

— Давай уже, не томи! — поёрзала от нетерпения графиня.

— Барабанная дробь!

— Лиза! — возмущённо воскликнула Кристи.

— Ладно-ладно! — подняла обе руки княжна, будто сдаётся. А затем мягко произнесла: — Ты очень нежно и трепетно гладишь свой живот. И мило улыбаешься. Тут тяжело не догадаться.

Кристи удивлённо замерла, переваривая услышанное. А затем рассмеялась:

— Тоже мне, секретная техника дознания!

Лиза улыбнулась ей в ответ.

— Спасибо, — выдохнув, проговорила Кристина. — Немного полегче стало. И, знаешь, приятно смотреть, как ты меняешься. Раньше такая бука была.

— Эй!

— Да-да, я знаю, что ты всегда была добрая и хорошая. Но казалась букой.

— Пф!

— О, что-то неизменное остаётся!

— Да ну тебя! — махнула рукой княжна и попыталась сменить тему. — Скажи лучше, Максим сильно обрадовался?

Кристи потупила взор и проговорила:

— Не знаю… Я ведь ему перед аномалией сказала. Он может и не понял. А потом ему не до этого. Столько хлопот… уместно ли вообще это сейчас?

— Эй! Конечно уместно! Что за разговоры⁈ Ты вообще меня слышала? Я не спрашивала «обрадовался ли он». Я спрашивала «сильно»? Или «очень сильно»? Я думаю, он вообще в безудержном восторге!

— И немного в шоке, — усмехнулась Кристи.

— Не… ну не без этого. Олег вон до сих пор порой так странно лыбится, когда смотрит на Машу, будто по голове получил. Хотя это ж Олег… У него всё странно.

Девушки засмеялись.

А затем Кристина резко поднялась с кресла и быстро произнесла:

— Ладно! Отдохнули, пора и честь знать! Я возвращаюсь в лазарет!

Графиня бросила грустный взгляд на аномалию.

— Мы ведь даже не знаем, в какой именно части он появился, — тихо проговорила она.

— Он хотел выйти из аномалии здесь, где были эти умертвия, — напомнила Лиза.

— Да… но он ведь может выйти в соседнем квартале, и…

Раздался хлопок. От неожиданности Кристина втянула голову в плечи. Правда, параллельно с этим, она активировала покров, а уже через секунду положила руку на оруженосец.

Но вооружаться не потребовалось.

«Вот мы и дома! Ждали!» — услышала она в своей голове знакомый мыслеголос.

Максим упал откуда-то сверху, перекатился через асфальт и поднялся на ноги. Быстро огляделся и заметил жену.

Сердце Кристины сжалось, когда она увидела его тёплый взгляд и эту фирменную самодовольную ухмылку. Он уверенно шёл к ней, не глядя по сторонам.

Графиня рванула ему навстречу, совершенно не стесняясь бегать на глазах у гвардейцев своего рода и родов союзников.

Кристина крепко обняла его, повиснув на шее и болтая ногами. Он без труда держал жену на весу.

— С возвращением, — тихо проговорила она.

— Я дома, — ответил он.

Граф несколько секунд смотрел в глаза графине, а затем произнёс:

— Спасибо тебе за всё, дорогая. За всё, что ты делаешь для нашей семьи и рода. И за нашего сына.

— Сына? — удивлённо переспросила она. — Пол ещё не…

— Сына, — ответил он твёрдо и улыбнулся. — Я стал ещё сильнее благодаря Апокалипсису. Он ещё совсем крохотный, но я уже его отчётливо чувствую.

Сказав это, он нежно поцеловал жену в губы.

— Продолжим позже, — шепнул он ей на ухо, после поцелуя.

Кристина кивнула и отошла от мужа. Она знала, что у её любимого царевича впереди ещё много дел.

Время отдыха ещё не настало.

Глава 22

Встреча с женой выдалась тёплой и нежной. Затем я поприветствовал всех остальных, собравшихся возле входа в аномалии.

А после начал выслушивать доклады и осматривать квартал.

«Какая разруха», — констатировала Ольга. Благодаря своему странному способу появления на свет, а также нашим с Фаей силам, она обрела подобие моего «Раствориться в мире», так что могла быть невидимой для всех.

Фая не стала возвращаться в моё Сосредоточение, тоже осталась в нашем мире и тоже сохраняла невидимость. Мать следила за своей девочкой-подростком, чтобы та не наделала глупостей.

Я отправил обеих осмотреть окрестности. Даже на расстоянии я мог слышать мыслеречь Ольги Фаиновны, так как её мать смогла настроить нам подобие мысленной конференц-связи.

А ещё Фая смогла сделать так, чтобы её дочурка мысленно скидывала «фоточки». А ведь обычно драконам сложно даётся передача изображений и звуков представителям других видов. Как я понимаю, из-за разного восприятия окружающего мира. Потому этим летающим созданиям проще общаться мыслеречью. У них у всех расовая предрасположенность к изучению чужих языков.

В общем, теперь, слушая доклады товарищей, я ещё и параллельно осматривал округу, будто бы своими глазами, получая едкие комментарии двух мохнатых драконих.

— Какой кошмар… — под нос себе пробормотал полковник Игнатов, не отходивший от меня ни на шаг. Он настолько глубоко ушёл в переживания, что не заметил приближения родственников.

А вот его брат — глава рода Игнатов, спешивший к нашей делегации, умудрился ещё и расслышать бубнёж полковника.

— И этот кошмар был бы ещё страшнее, если бы ты, Алёша, вместе с Его Сиятельством не прыгнул бы в Апокалипсис. Я очень горжусь тобой, братишка!

Игнатов-старший сгрёб в объятьях младшего брата. Я ощутил мощную волную тепла, семейной любви и поддержки, исходящую от него.

— Это так мило, — пропела Пожарская, глядя на них. Для пущего эффекта рыжая бестия ещё и руки заломила.

— Дорогой, мы должны воспитывать наших детей правильно, — приблизившись ко мне вплотную, шепнула Кристи, которая и так не отпускала моей руки всё это время. — Чтобы они и во взрослом возрасте поддерживали друг друга, как братья Игнатовы. А не как… ну… наша с тобой родня.

Тепло посмотрев в обеспокоенные глаза жены, я благодушно кивнул и произнёс:

— Не переживай. Воспитаем, как надо. Обещаю.

А между тем, Игнатов-старший «отлип» от младшего, цепко осмотрел его на наличие ран и усмехнулся в усы. Да, у него были усы, как и у младшего, только чуть длиннее. И сам он был похож на полковника Игнатова, только выше и шире в плечах. Как и у полковника, у главы рода тоже была лысина.

И эта лысина тоже была больше лысины младшего брата.

Игнатов-старший повернулся ко мне, несколько секунд разглядывал меня своими пронзительными серыми глазами, а затем низко поклонился.

— Благодарю за то, что вместе с моим братом отправились в Апокалипсис и закрыли его, — проговорил он в поклоне. — Благодарю за то, что ваш род прибыл нам на помощь и помог защитить людей и земли здесь. Спасибо за то, что вы сделали, Максим Константинович. Я уже публично назвал ваш род союзным. Если вы позволите, графский род Игнатовых будет поддерживать вас дальше во всех ваших начинаниях.

Он до сих пор не разгибал спины.

А вокруг нас бушевали разные эмоции многих людей. С Игнатовым-старшим прибыли несколько его вассалов.

И они не понимали, что делает их господин.

Рядом стояли мои люди.

Они тоже не могли понять, почему равный мне граф, предлагает «союзнические» отношения таким образом. В поклоне, и говоря про всецелую поддержку. Не очень-то похоже на союз равных.

А вот моя жена мной гордится.

Пожарская смотрит на всё это высокомерно. Если вдруг существует эмоция под названием «Я же говорила», то именно её и испытывает баронесса. Причём, что стоит и молчит. Да уж… Яра вообще не сомневается в моём превосходстве над жителями этого мира. И явно гордится тем, что давно уже знает, что я принц.

А вот полковник Игнатов сперва очень сильно удивился. Однако же, пялясь на брата, вдруг усмехнулся и покачал головой.

Понятно. Полковник никому не говорил о моём секрете. Его старший брат сам догадался.

В самом деле, гений.

— Поднимите голову, мой друг, — твёрдо произнёс я, коснувшись его плеча. И, когда Игнатов-старший разогнул спину, я продолжил, глядя в его глаза: — Ваши слова — честь для меня. Рад, что род Игнатовых будет идти со мной дальше рука об руку. А сейчас…

Я замолчал, скрипнув зубами. Фая нашла аж двадцать человек, оказавшихся под завалом и до которых до сих пор не добрались поисковые команды.

«Мой дорогой оппа, смотри, кто у меня есть», — через пару секунд в голове прозвучал мыслеголос Ольги Фаиновны.

Она обнаружила ещё пятнадцать человек, которым нужна была помощь.

— А сейчас, дамы и господа, нам нужно продолжить спасательную операцию, — произнёс я твёрдо. — У меня есть координаты, куда нужно выслать поисковые отряды. И да… — я снова замолчал, прокручивая в голове мысль, не дававшую мне покоя с тех пор, как я вернулся в наш мир.

— Что-то ещё хотите сказать, Максим Константинович? — подался вперёд полковник Игнатов.

Я обвёл взглядом его, его брата и вассалов Игнатовых. Посмотрел на своих ребят. Доверие и поддержка — вот что я увидел в их глазах.

Похоже, мои товарищи готовы к серьёзной игре.

Что ж… Тогда не будем откладывать.

— Выкладывайте раненных близко друг к другу на открытом пространстве, чтобы не тратить время на транспортировку. Теперь насчёт координат…

Пока я объяснял, где именно обнаружены две группы людей, со мной мысленно связался Юра. Бывший босс и асс очень гордился собой. Он нашёл подземную парковку одной новостройки. Жители того дома, похоже, рванули к своим автомобилям, когда из окон квартир увидели, как по фасаду их дома, впиваясь в него когтями, карабкаются истлевшие твари.

Дом частично сложился…

Парковку завалило.

Но ещё многих можно спасти.

«Молодец, Юрец. Обскакал обеих драконих вместе взятых», -похвалил я своего питомца.

Сам же в тот миг почувствовал, что внутри меня зарождается буря. Проклятье! И в такой ситуации Касимовские пытались утвердить свою власть⁈ Когда всех гвардейцев и солдат нужно было в срочном порядке пускать разгребать такие завалы!

И действовали Касимовские и Гуджинские явно с подачи моего братишки.

Твари! Зря вы так… Больше всего Вольные Воители не любят, когда из-за кого-то левого их усилия идут прахом. Я, мой род и наши союзники многое сделали для того, чтобы спасти как можно больше людей.

А кто-то чуть всё не испортил…

И этот кто-то вконец меня достал.

* * *

Я продолжал передавать координаты расположения выживших людей поисковым группам. Сам в то время находился в штабной палатке рода Белозеровых. К себе я вызвал Кристину, Пожарскую, Батуми и Петра Воробьёва.

Когда они собрались, я как раз передавал полковнику Игнатову очередную наводку. Мои драконихи оскорбились тем, что «тупой Лысый» смог обнаружить больше людей, чем они. И сейчас зверинец в полном составе носился по округе с утроенной мотивацией. Каждый старался доказать, что он лучше ближнего своего.

Юрец пока не упускал лидерство.

— Командир, полагаю, дело срочное, раз ты выдернул нас в штаб в такой сложный момент? — спросил меня Батуми. Бывший наёмник не выдержал и начал злобно улыбаться. Чувствует, гад, что впереди веселье.

— Так и есть, — ответил я и достал из пространственного кармана Зеркальную Маску и чёрный плащ.

— Ух ты! — радостно взвизгнула Пожарская, — Мой любимый граф наконец-то созрел! Теперь уже можно называть тебя «мой любимый принц»? Хотя… похоже, всё-таки рановато.

— Господин, для меня честь поддерживать вас на пути к престолу, — с благоговением проговорил Пётр и, приложив кулак к сердцу, низко поклонился.

— Дорогой… — мило улыбнулась Кристина. — Я рада, что ты решил занять достойное тебя место.

— Так-с… — почесал лысину Батуми, глядя на всю эту картину. — Либо я чего-то не понимаю… Либо наш граф по рождению и не простолюдин вовсе.

Прищурившись, он уставился на меня, ожидая ответа.

Я усмехнулся и кивнул.

— Да, Батуми. По крови я восьмой сын предыдущего Императора Всероссийского. А по сути — Вольный Воитель, который станет следующим Императором Всероссийским. Короче, для тебя ничего не поменялось.

Батуми выдержал мой взгляд, а затем громко усмехнулся:

— Отчего ж не поменялось, командир⁈ Я всегда знал, что с тобой будет весело. Но теперь я гораздо лучше могу представить масштаб веселья! Ну? Командуй! Ты же явно задумал что-то грандиозное?

* * *

Аномалия ранга Апокалипсис. Новосибирская точка постоянных Аномалий.

Полковник НОКС — княжич Касимовский Тимофей Тагирович был очень зол. Взмахнув своим любимым двуручным молотом, он выплеснул через артефакт всю скоплённую энергию. Молот, который был размером со здорового кабана, засиял ослепительным золотым светом.

Летящие на полковника гигантские пчёлы — каждая с поросёнка ростом, были объятым чёрной дымкой, однако свет артефакта сбил эту дымку, дезориентируя самих монстров.

Полковник Касимовский обрушил тяжёлое оружие сразу на трёх пчёл! Затем, довернув корпус, топнул, создав древесные колья, пронзившие ещё двоих.

— Отлично, Стражи! — услышал он бодрый голос царевича Владислава. — С очередной волной покончено! Объявляю привал!

Его Высочество Владислав, он же Высший Страж Корпуса Стражей, он же Страж Платинного Списка, он же — генерал-лейтенант Корпуса, а по совместительству ещё и Богоподобный Воин — плюхнулся в траву там, где и стоял.

Касимовский, брезгливо поглядывая на трупы чудовищ, выбрал местечко почище и аккуратно уселся на непримятую траву.

Удивительная аномалия — красивая, яркая, цветущая…

И при этом Апокалипсис.

Касимовский терпеть не мог такие противоречия. Всё должно быть чётко: древние рода должны управлять всеми остальными, простолюдины — ковыряться в дерьме и не поднимать головы, аномалии же должны внушать ужас, а не желание расслабиться.

Княжич хмуро глянул на царевича, который, сняв броню, о чём-то увлечённо беседовал со своими ближниками и громко хохотал.

Рядом с Касимовским приземлился его друг — полковник Гуджинский.

— Я изначально допускал, что мы пойдём в Апокалипсис с царевичем Владиславом, но думал, окажемся всё же в новой аномалии, — проворчал он, оглядываясь по сторонам. — Ненавижу этих пчёл и их липкие соты!

— Тише ты, — выдохнул Касимовский.

— А чего тише, Тима? — нахмурился ИО главы НОКС и яростно зашептал на ухо товарищу: — Какого чёрта он повёл сюда рейд, а? Он своим рейдом в прошлый раз не справился. С бойцами, которые притёрлись друг к другу! И что в итоге? Большую часть своего рейда он оставил в Новосибирске и взял с собой сборную солянку! С ним лишь трое, а остальные — наши! Ты говорил, его не интересует ничего, кроме аномалии. А по факту он взял на себя командование всей губернией! Ещё и увёл нас с тобой и ребят подальше!

— Для царевича временно возглавить губернию — нормально в условиях чрезвычайной ситуации, — процедил Касимовский, чувствуя, что начинает закипать.

Происходящее ему чрезвычайно не нравилось. Когда явился царевич Владислав, Тимофей Касимовский надеялся, что всё пройдёт гладко. Что царевич отправит часть Стражей дежурить возле аномалий, а сам с основными силами встанет перед новым обширным Апокалипсисом.

А что в итоге?

— Граф Белозеров уже внутри, верно? — уточнил Владислав по прибытии. А затем витиевато выругался и проговорил сокрушённо. — Не успели мы.

Он повернулся к своим лыбящимся бойцам-дегенератам и объявил:

— Максим уже внутри. Ставлю меч ранга «Апокалипсис», что он закроет эту аномалию. Кто примет ставку?

Его бойцы тогда заржали и отказались спорить.

Откуда у царевича Владислава такая вера в этого Белозерова, а⁈

— Чтобы не отставать от графа, мы с вами тоже пойдём в Апокалипсис! Закончим начатое! — объявил он тогда.

Но перед этим раздал максимально чёткие указания в самом Новосибирске, сформировал поисковые группы и прилюдно связался с ИО главы губернии. Владислав в условиях ЧС по праву своего рождения взял командование над всей губернией. Более того, будучи генерал-лейтенантом Корпуса Стражей, он ещё и временно подчинил себе НОКС.

Ни одна проблемная аномалия не осталась без присмотра, а солдаты гарнизона и губернские службы принялись разбирать завалы.

И вот как итог всех этих действий, Касимовский, Гуджинский и их приближённые Стражи обедают в Апокалипсисе.

— Весь наш план может оказаться под угрозой, — прошипел герцог на ухо княжичу. — Если вдруг… каким-то чудом выйдет так, что и мы, и Белезёров закроем аномалии — нам не получится утвердиться в губернии. За этот поход вся слава достанется Владиславу. А Белозеров… Аркх! — сжав зубы, Гуджинский грязно выругался.

— Спокойно, Валера, — хмуро проговорил Касимовский, — я не верю в то, что Белозёров выберется из Апокалипсиса. Это невозможно! Он там сгинет.

— Тогда царевич Владислав закроет оба Апокалипсиса!

— Нет! Этого не будет, Валера! Он уже один раз провалился здесь. Провалится и ещё раз. Я гарантирую.

Гуджинский замер, изумлённо пялясь на своего товарища.

— Ты… серьёзно?

— Более чем, — кивнул Касимовский.

— Ты думаешь, Его Высочество простит тебе убийство брата?

— Определённо. Ведь это всё ради Его Высочества. Поверь мне, он будет очень даже не против. Он сам это говорил.

Гуджинский нахмурился, затем медленно кивнул.

— Хорошо. Но нам нужно, чтобы Владислав устал. Я велю нашим сильно не напрягаться. Пусть царевич и его ближники работают.

Впереди раздался заливистый хохот Владислава, который смеялся над какой-то шуткой своего верного соратника Болемира.

* * *

В той же аномалии. Гораздо позже.

От рейда осталось лишь десять человек. Остальные пятнадцать не погибли — Семейный Дар императоров Всероссийских не дал людям умереть.

Однако же они остались позади. Восстанавливались под охраной Болемира. Болемир не хотел оставаться с ранеными, желая идти со своим принцем до конца прямо в логово местного босса — пчелиной матки.

Но он сам был ранен, а Владислав непреклонен.

— Проклятый мёд! — выругался Гуджинский, по колено увязая в янтарной жидкости.

— Терпи, полковник! — рявкнул царевич, разрубив надвое громадного трутня. — Мы уже рядом с её логовом. Ещё немного, и закончим.

Сам Владислав тяжело дышал и уже не так проворно двигался, как в начале аномалии. Всё чаще монстры добирались до его доспеха. Однако же ещё ни разу его не пробили.

— Привал? — устало спросил капитан Зотейников, чей род уже многие поколения был вассалом Касимовских.

— Тут нельзя, — процедил Владислав, отдирая ступни от вязкого мёда и продолжая двигаться вперёд по яркому янтарно-золотому тоннелю. — Не дадут. Налетят. Больше устанем. Нужно прикончить матку и Семя! Тогда они разбегутся кто куда. Идёмте, господа! Не отставайте!

Группа продолжила путь.

Впереди уже вновь доносился осточертевший гул крыльев и мерзкое жужжанье. А несколько секунд спустя множество здоровенных пчёл атаковали группу.

Чем ближе к боссу Апокалипсиса пробиралась группа Владислава, тем сильнее и крупнее становились пчёлы. С каждым разом становилось всё сложнее и сложнее их убивать.

Ещё и сил осталось очень мало.

— Сражайтесь, Братья и Сёстры! — кричал Владислав, рубя монстров одного за другим.

Сзади в спину царевича летели сразу три пчелы, выставив вперёд жала. Спереди же Владислав рубился с особо крупным трутнем, атаковавшим острыми когтями на лапах и мощными жвалами.

Царевич с Меткой «Неукротимый Щитоносец», создал толстый щит, в который врезались пчёлы. Позади них появился еще один щит.

Монстров сдавило с двух сторон, будто прессом.

— А-а-й-к-х! Твари! — услышал Влад полный боли позади себя.

Резко обернувшись, он увидел, как пять пчёл облепили его смуглую напарницу Юлию. Юлия была бойцом дальнего боя и обычно сражалась дистанционно. Но сейчас монстры умудрились облететь остальных Стражей и напасть с тыла.

— Фронт держать! — рявкнул Владислав, рванув назад, на помощь к Юлии — одной из двух самых дорогих для него девушек в мире.

Царевич принялся яростно рубить пчёл, уверенный, что спину прикроют товарищи.

Вот только из его личного рейда, кроме Юлии и Чародея Виктора, никого рядом не было.

Царевич Владислав был отличным Стражем и хорошим полевым командиром. Он даже мог бы командовать целой губернией в чрезвычайной ситуации — что он и продемонстрировал.

Но Владислав не правитель. Интриги и шпионские игры — совсем не для него. Влад был из тех, кто до последнего хочет верить в людей. Влад не хотел разочаровываться в людях. Возможно, именно поэтому он и не вылазил из аномалий, водя за собой одних и тех же рейдеров, ставших для него огромной семьёй.

Защищая Юлию, Владислав не заметил, как Гуджинский оттолкнул Виктора в сторону и открыл проход пчёлам.

Когда пчёлы атаковали Влада в спину, царевич создал щиты. Но другие пчёлы почти достали Юлию…

Влад вдавил девушку в вязкую стену, прикрыв своим телом.

Несколько пчелиных жал пронзили его доспех…

«Пора!» — в тот момент продумал Касимовский, бросившись к царевичу.

«Прикончим и свалим! — мысленно кричал княжич про себя. — Рой потрёпан — монстры преследовать не будут!»

У княжича Касимовского был с собой артефакт высокого ранга, из тех, что используют убийцы-скрытники. Артефакт хрупкий, но с повышенной пробивной мощью ещё и наделённый «разъедающим эффектом».

Артефакт этот князь Касимовский передал своему младшему брату, на случай, если выдастся возможность лично прикончить Максима Белозерова.

Артефакт, именуемый «Жало Брута».

«Сдохни за то, что прикрываешь Белозеровых!» — подумал разъярённый княжич, нанося удар.

Глава 23

Северная часть Новосибирска. В четырёх кварталах от штабной палатки графа Белозерова.

Красивая девушка со смуглой кожей и длинными каштановыми волосами, собранными в высокий хвост, вскинула руки над престарелой женщиной, что стонала на расстеленном покрывале.

Ладони девушки еле заметно засияли тёплым зеленоватым цветом. В воздухе закружила золотистая пыльца неведомых этому миру растений, которая начала плавно опускаться на измученную женщину, облегчая её страдания.

Тело женщины было обезображено не то язвами, не то ожогами — последствиями массовой атаки истлевшего монстра.

Женщина глубоко задышала и перестала дёргаться.

Девушка обессиленно уселась рядом, держась за живот.

— Госпожа Милана! С вами всё в порядке? — подлетел к ней мужчина в объёмной черно-золотой броне, которую носили все двадцать пять бойцов постоянного рейда царевича Владислава, включая и самого царевича.

Хотя в данный момент одна из рейда облачилась в иную броню. На Милане был надет лёгкий кожаный артефактный доспех, увеличивающий эффект от заклинания «древесно-природного» типа. Очень подходил Метке девушки «Подруга Флоры». В бою Милана могла использовать лианы издали, а могла покрыть своё тело крепкой непробиваемой древесиной и рубиться в первых рядах. А ещё она могла лечить. Боец-универсал из звезды Владислава. Его самая верная сподвижница, наравне с Юлией, Болемиром и Чародеем Виктором.

Которую в последнее время царевич старается держать подальше от самого пекла. В этот раз он назначил её своей полноправной представительницей здесь, в Новосибирске. Девушка руководила спасательной операцией.

— Нормально всё, Миша, — проворчала она, поднимаясь на ноги. — Какие новости? Граф Белозёров и полковник оба вернулись?

— Так точно, госпожа. Похоже, Апокалипсис полностью закрылся и исчез, как раз когда они вышли из него. Сейчас оба находятся в ставке своих родов. Продолжают заниматься поисками выживших.

— Ясно, — решительно кивнула девушка, — все мы сейчас должны заниматься этим, вот только…

Она замолчала и поджала губы.

Огляделась по сторонам.

Улица была завалена стонущими людьми. Раненых складывали прямо здесь. Чтобы они не замёрзли, отмеченные с «боевыми» Метками создавали тёплые «подложки» из камня, древесины, песка — неважно. Главное, что энергия в этой «магии» согревала людей.

Но всё это мелочь! Ведь тысячи… нет, десятки тысяч горожан нуждались в тот момент в помощи медиков. Но специалистов на всех не хватало. Только в этот момент на этом участке на глазах у Миланы военные медики оказывают помощь десяткам людей. Тем раненным, кто в критическом состоянии, помогают целители.

Но у целителей уже почти не осталось энергии! А у медиков заканчиваются лекарства.

Пока подвезут новые… пока прилетят целители из других губерний…

Сейчас, когда аномалия закрылась, многие соседи вызвались помочь. До этого же мало кто решался слать своих людей туда, где разверзся Апокалипсис.

— Госпожа! — окликнул Милану капитан из местного гарнизона. По приказу царевича Владислава гарнизон помогал с поисками и слушался тех, кого назначил ответственными лицами Владислав. — Мы обнаружили двадцать шесть человек в Коротком переулке. Умирают от этой непонятной кислоты! Транспортируем сюда!

— Госпожа Милана! — с другой стороны к ней спешил один из местных аристократов, участвовавших в поисках. — Мои гвардейцы несут ещё пятерых! Им нужна срочная помощь!

Девушка замерла на пару секунд, а затем, решительно поправив волосы, прокричала:

— Молодцы! Несите сюда! Всем будет помощь! Миша, вели открыть наш крайний резерв. Всем препараты на восстановление энергии. Мне принеси тройную дозу.

— Госпожа… в вашем положении…

— Быстро! — рявкнула она во всю глотку.

Спустя минут пять, девушка изо всех сил лечила раненых. Её мутило, тошнило, энергетическая система ныла, но Милана и не думала останавливаться.

«Везде неравнодушные люди сейчас помогают выжившим, — подгоняла она себя. — Чёрт с ними, с мерзавцами, пытавшими нажиться на этом горе! Плевать на них! Ведь есть и те, кто не остался в стороне! Жена графа Белозерова здесь с самого начала. Она лишь недавно стала Стражем, но сражалась изо всех сил. А сейчас лечит раненых, хоть и не имеет Метки на лечения. Влад, милый… пока есть такие люди, я продолжу сражаться! Но… твой Дар сейчас бы пришёлся к месту».

Поднявшись на ноги, Милана, точно в бреду, направилась к следующему раненному.

— Эй! Что это⁈

— Кто это⁈

— Летит⁈

Милана подняла голову и уставилась в небо.

С небес на землю медленно опускался человек в чёрном плаще и балахоне.

И вместо лица у этого человека была Зеркальная Маска.

Милана сразу узнала его — слышала о нём от Влада.

А через миг девушка ощутила приток спокойной и светлой энергии. Её истерзанные энергетические контуры начали стремительно восстанавливаться, а туман в голове — улетучиваться.

Не раз она ранее ощущала похожую энергию лечения. Вот только Владислав лечит многократно слабее.

«Что происходит?» — опешила девушка.

Со всех сторон послышались щелчки затворов.

— Не стрелять! — взревела Милана.

Человек в Зеркальной Маске завис метрах в пятнадцати над землёй. Израненные люди лежали под ним и стонали. Те, кто пришел в себя, смотрели на него с надеждой во взгляде.

Человек в Зеркальной Маске плавно развёл руки в стороны. И от его чёрного балахона полилась золотистая энергия, мгновенно заполняющая улиц. Своей Золотой Светлой энергией человек накрывал раненых так же нежно и бережно, как молодая мать накрывает покрывалом своё спящее дитя.

Стоны, полные боли, сменялись на стоны облегчения.

Страшные раны людей залечивались прямо на глазах. Язвы от «кислоты» истлевших, с которыми не могли справиться ни целители, ни алхимические мази исчезали, не оставляя после себя и следа.

Лежащие на улице люди, открывали глаза, удивлённо переглядывались, а затем, как один, смотрели на человека в Зеркальной Маске.

— Боль уходит… — шептались они.

— Моя рана… она полностью затянулась!

— Мама! Мамочка, наконец-то ты очнулась! Я думала, ты никогда больше не откроешь глаза!

— Тише-тише, моя маленькая… Со мной всё хорошо. Это… Чудо!

— Чудо!

— Чудо, подвластное лишь члену Императорского рода!

— Члену Императорской семьи!!!

— Люди! Перед нами сам Император!!!

Те, кто ещё совсем недавно умирали в муках, поднялись на ноги и склонились в пояс, приветствуя своего спасителя.

— Да здравствует Император!!!

— Да здравствует Император!!!

Говорят, некоторые люди способны чувствовать эмоции толпы. В тот миг Милану едва ли не трясло от того эмоционального буйства, что творилось вокруг. Не только бывшие раненные — аристократы и солдаты — все склоняли головы. Ведь все они видели Золотой Свет невероятно мощного Семейного Дара!

И все они видели Чудо!

— ЖИТЕЛИ ИМПЕРИИ!!! — неожиданно прогремел по округе властный голос, усиленный динамиками и, вероятно, изменённый с помощью технических девайсов.

Народ стих, заворожённо глядя на обладателя этого голоса. На парящего в воздухе человека в Зеркальной Маске.

— Я НЕ ИМПЕРАТОР! ПОКА ЧТО. Я — ВОСЬМОЙ СЫН ПРОШЛОГО ИМПЕРАТОРА ВСЕРОССИЙСКОГО КОНСТАНТИНА I. ЦАРЕВИЧ МАКСИМ! Я БЛАГОДАРЮ ВСЕХ, КТО ПОМОГАЕТ БОРОТЬСЯ С ПОСЛЕДСТВИЯМИ УЖАСНОГО КАТАКЛИЗМА ЗДЕСЬ В НОВОСИБИРСКЕ. Я ТОЖЕ НЕ ОСТАНУСЬ В СТОРОНЕ. Я БУДУ В НОВОСИБИРСКЕ. ВМЕСТЕ С ДОСТОЙНЫМИ ЛЮДЬМИ Я ВОССТАНОВЛЮ ПОРЯДОК В ГОРОДЕ. ЖИТЕЛИ НОВОССИБИРСКА! Я С ВАМИ!

Он вскинул поднятый к небу кулак. Крик сотен голосов был ему ответом.

* * *

ИО главы Новосибирской губернии — княжич Касимовский Измаил Тагирович, допил вино из бутылки и швырнул пустую бутылку в стену.

— Как⁈ — прокричал пузатый княжич в полоток. — Как этот Белозеров умудрился закрыть Апокалипсис⁈ Почему его род выжил⁈ Почему вообще выжили все те, кто должен был умереть⁈ Этот Апокалипсис должен был возвысить наш род!!! Почему же…

Дверь в кабинет княжича едва не слетела с петель. Касимовский аж поперхнулся словами от такой наглости. В помещение с ноутбуком влетел его верный помощник.

— Какого чёрта, Иосиф? — только и смог вымолвить княжич.

— Вы не отвечали, Ваше Сиятельство. Простите мою наглость, но дело серьёзное! Смотрите!

Иосиф поставил перед своим господином ноутбук и нажал на пробел, запуская остановленное видео.

Княжич Касимовский недоумевающе уставился на экран.

— Это что? Зеркальная Маска⁈ Тот самый⁈ — закричал он.

— Верно, господин! А теперь смотрите, что дальше будет.

— Что?.. Погоди… Не может быть⁈ Это же монтаж, правда⁈

— Боюсь, что нет, господин. Съёмка настоящая.

— Он, что же… Лечит? Вот так вот прям дистанционно и массово⁈ Да ведь даже прошлый император не был способен на подобное!!!

— Я НЕ ИМПЕРАТОР! — заревели колонки ноутбука. — ПОКА ЧТО. Я — ВОСЬМОЙ СЫН ПРОШЛОГО ИМПЕРАТОРА ВСЕРОССИЙСКОГО КОНСТАНТИНА I. ЦАРЕВИЧ МАКСИМ!

Княжич Касимовский округлил глаза и недоумевающе уставился на своего верного помощника.

— Эм… Иосиф… напомни-ка мне, что нам известно про царевича Максима?

— Что он без вести пропал много лет назад, Ваше Сиятельство.

— Вот-вот… И сейчас вернулся? В это время⁈ Что за чушь, Иосиф!!! Это не может быть он!

— Семейный Дар, господин. Других исцеляющих умений такой силы в мире не зафиксировано! Дистанционно и массово лечить могут обладатели прокаченных Меток на лечение. Но не настолько быстро.

Княжич Касимовский поморщился, скривился и снова уставился на экран.

— Почему он скрывает лицо⁈ — взвизгнул Касимовский.

— Не могу знать, Ваше Сиятельство.

— А-р!!! И что мне теперь делать⁈ Он исцелил целую толпу людей и засветился в интернете, и…

— Кхм… простите, господин. Боюсь, царевич Максим исцелил не одну толпу людей. А несколько толп. Это не единственное видео.

— Что??? Да как такое может быть⁈ — на грани истерики выкрикнул Касимовский, с силой ударив кулаками по столешнице.

* * *

Где-то в лесах Приуралья.

— Что с нашими преследователями? — устало спросил ПЕВГ, усевшись на снег и привалившись спиной к огромной сосне.

— До сих пор не видно, Ваше Высочество, — доложил его верный соратник Вениамин.

— Фух! — улыбнулся Седьмой царевич. — Оторвались! Здорово!

— Ваше Высочество, спутник над нами, — отчеканила Изольда Стародубцева — невысокая блондинка, облачённая в костюм цвета хаки. — Я отправила запрос на эвакуацию.

— Здорово, — повторил ПЕВГ, вздохнул и расслабленно улыбнулся. — Да уж… долго нас гоняли. Не ожидал подобной прыти от братишки.

— Ваше Высочество! — внезапно выпалила Изольда. — Срочные новости из Новосибирска! Смотрите!

Она решительно протянула планшет своему господину.

— Ну-ка ну-ка! — сгорая от любопытства, проговорил царевич, приняв гаджет. Уставившись на экран, он сперва замер, но через пару секунд воскликнул: — Максимка закрыл обширный Апокалипсис! Ух ты! Вот молодец! Горжусь братишкой! Стоп! А это ещё что…

Его взгляд стал сосредоточенным. Царевич внимательно смотрел на экран.

— Поразительно… — тихо пробормотал ПЕВГ. — Настолько сильный Семейный Дар. Хм… Ещё видео… Ага… и тут тоже… В одиночку он исцелил тысячи людей! Это в самом деле Чудо.

Царевич задрал голову к небу и протянул планшет товарищам.

— Смотрите-смотрите… Будущий император, наконец-то вылез из своей норки.

ПЕВГ сидел, расслабленно улыбаясь, пока его люди в Приуральской глуши, смотрели новые видео из Новосибирска.

— Ваше Высочество, — напряжённо обратился к нему Вениамин. — При всём уважении… Я очень сомневаюсь, что мы видим личную силу Его Высочества.

— А? — опешил ПЕВГ. — Хах! Конечно, Веник! Ясное дело, Максимка использовал «Волю Святогора», чтобы усилиться. И, как мне кажется, использовал он её минимум пару раз. А это, во-первых, очень-очень-очень тяжко для организма. К тому же он только что прошёл обширный Апокалипсис! Максим… — голос ПЕВГа стал мягким и нежным. В нём слышались забота и беспокойство за брата. — Ты так и угробишь себя, ради нашей страны. Но я восхищаюсь, что ты пошёл на такое ради людей.

Царевич замолчал.

Его вассалы внимательно смотрели на своего лидера, не смея того беспокоить.

До поры до времени — первой не выдержала Изольда:

— А что во-вторых, Ваше Высочество?

— А?

— Вы сказали «во-первых»… а во-вторых?

— А… Во-вторых, «Воля Святогора» очень редкий артефакт, а мой младший братик потратил заряды на незнакомых ему людей. От всей широты души, и от большого сердца. Таким и должен быть Император. Хвалю его и восхищаюсь им.

ПЕВГ внезапно посерьёзнел и твёрдо произнёс:

— Теперь, когда Максим вышел из тени, мы должны в полном объёме предоставить ему всю собранную нами информацию о деятельности наших родственников. Изольда, вели сделать это прямо сейчас. Каким бы я ни был оптимистом, всё же у нас имеется ненулевой шанс сгинуть в этих лесах.

Изольда принялась что-то отбивать на планшете, а ПЕВГ расслабленно прикрыл глаза. За последние дни царевич очень устал, отдых бы ему сейчас уж точно не помешал бы.

Но не время спать!

ПЕВГ резко поднял веки и огляделся.

— Всё-таки задремал? — хмыкнул он. — Могли бы и разбудить. Ну?

— Написала и отправила, — решительно произнесла Изольда. — М-м… Ваше Высочество, тут… ещё одно видео есть. Странное.

— Давай, — требовательно протянул руку царевич.

Через несколько секунд он вновь неотрывно смотрел на экран. Видел, как человек в чёрном плаще и Зеркальной Маске, будто бы спускается по невидимой лестнице.

— Позёр, — добродушно усмехнулся ПЕВГ, наблюдая за тем, как его брат опустился с небес на землю.

Максим гордо и величественно подошёл к…

Максиму Белозерову!

Который вместе со своей женой, главой рода Игнатовых и двумя его жёнами, терпеливо ожидал царевича в Маске.

— Из-за врагов, моих личных и врагов Империи всё это время я вынужден был скрываться, — проговорил Царевич Максим.

На сей раз ему не нужно было обращаться к многотысячной толпе, и потому голос его звучал не столь громко.

— Но я счастлив оттого, что у меня есть люди, на которых я могу положиться, — твёрдо продолжил царевич. — Я благодарен вам за то, что вы поддерживаете меня. Надеюсь, будете поддерживать и впредь.

— Конечно будем, Ваше Высочество, — проговорил граф Игнатов-старший и поклонился. Те, кто был рядом с ним, и все люди на заднем фоне тоже поклонились Царевичу.

— Благодарю. Что ж, мы с вами закрыли Апокалипсис. Исцелили раненых. Город спасён. Почти… В этом городе завелись нечистые на руку аристократы. Те, кто используют власть и положение, угождая своим эгоистичным прихотям. Те, кто во время этой катастрофы не помогал городу и горожанам, а пытался воспользоваться ситуацией, чтобы уничтожить своих врагов. Я говорю о родах Касимовских, Гуджинских и всех родах, поддержавших их. Властью, данной мне по праву рождения, в условиях чрезвычайной ситуации я смещаю княжича Измаила Касимовского с поста Исполняющего Обязанности главы Новосибирской губернии. Более того, за халатность во время чрезвычайной ситуации и преувеличение полномочий в сугубо личных целях я объявляю, что княжич Измаил Касимовский, ровно как и все, кто его поддерживал, подлежат аресту. Немедленно. Такова моя Воля! Воля царевича Максима Всероссийского! Того, кто не остался в стороне во время катастрофы. Того, кто готов взять на себя ответственность за жизни жителей Новосибирска, губернии… И всей Империи!

На этом трансляция прекратилась.

ПЕВГ в очередной раз задумчиво посмотрел на тёмное небо. Вечерело. И, судя по облакам, надвигается буря.

Глава 24

В каком-то баре на окраине прекрасного города Петербурга.

— Скучно!!! — воскликнул высокий худощавый мужчина с выбритыми висками. Его причёска называлась «могавк» — волосы оставили аккурат по центру головы от позвоночника до лба.

Допив пиво, он швырнул пустую кружку в толстого громилу-завсегдатая бара. Толстяк испуганно сжался, прикрыв лицо руками, и поспешил свалить.

— Суки трусливые! — рявкнул мужчина с могавком, оглядываясь по сторонам.

Гости бара испуганно прятали глаза.

— Вы чё, псы трусливые, совсем, что ли, в баб превратились⁈ — прокричал Могавк на весь бар. — Алё!!! Зенит — сосать! В Петербурге только шлюхи и наркоманы!!! Ну? Твари солевые, схлестнёмся, может⁈

— Бесполезно, Саня, — хлопнул его по плечу мужчина, сидевший с Могавком за одним столом.

Он был одет в чёрную майку и рваные джинсы, а его причёска называлась «отдыхай моя расчёска». Ну или «я у мамы вместо швабры» — в зависимости от губернии названия такой причёски меняется.

— С чего бы⁈ — резко бросил Саня.

— Я тебе говорил, смысл два раза в один бар ходить? Гляди, тут сплошь те же рожи, что и вчера. Поди, надеялись, что мы сюда больше не заявимся.

— А я, что ли, виноват, что эта дыра — единственное место в Расчленёнограде, где нормально жарят стейки, а?

— Саня, блять! Хорош уже на город гнать! Твой предок его строил! И много наших отсюда!

— Заткнись, Тёма! Мне скучно! А когда мне скучно… я начинаю искать себе веселье!

Тёма, он же граф Артём Иванович Афанасьев, тяжело вздохнул и обречённо закатил глаза.

— Есть что сказать — говори! — взглянув на него, бросил Саня. Он же — шестой царевич Александр Всероссийский.

— А и скажу! — залпом допив своё пиво, выпяти грудь Артём. — Если тебе скучно — начни шевелить задницей да извилинами. И займи престол.

Александр недобро нахмурился, впившись в него взглядом.

— Ну и чего ты так на меня смотришь? — хмыкнул граф. — Вдарить хочешь?

— Может, и хочу, — процедил царевич. — Но тебя бить не буду, Тёма. Ты ж мой кореш! Самый лучший. Однако же и тебе тоже стоит следить за базаром. Ты мне вот эту херню про престол брось! Знаешь же, что меня это не интересует.

— Знаю, — тяжело вздохнул Артём и принялся разливать пиво из бочонка. Поняв, что у царевича нет кружки, он взглядом поймал официантку, та была наготове, кивнула и через миг подала новую посуду для обоих гостей. А заодно и тарелки с закусками.

Этих двоих тут вчера видели, запомнили. Но не только как дебоширов, а ещё и как очень богатых и щедрых клиентов.

Друзья чокнулись и выпили.

— Знаю, Саня, — продолжил Артём. — Знаю и не понимаю… Какого хрена, а? Твой полнородный брат — Алексей проигрывает войну с Михаилом. Ты мог бы ему помочь… Вновь действовать с ним сообща, но на сей раз возглавить союз. Уж я то знаю, что ты мог бы стать отличным императором, если бы не вот это всё… — Артём тяжело вздохнул и обвёл взглядом бар.

Александр несколько секунд смотрел на него тяжёлым взглядом, а затем рассмеялся.

— Что, опять моя матушка старперам фракции втихаря названивала? — спросил он.

— Ага, — не стал отпирать Артём, хлебнув пива.

— И чего нашим старперам неймётся? — хмыкнул царевич. — Я собрал вокруг себя довольно молодые и амбициозные рода. Благодаря мне и моей фракции они заметно усилили своё положение в обществе. Кто бы ни стал императором, пока они верны мне, положение их сохранится. И? Чего им надо-то, дуракам⁈

— Не придуривайся, Саня, — усмехнулся Артём. — Всё ты прекрасно понимаешь. Рода наши хоть и молодые, но старперы — старые. К тому же в нашей фракции хватает людей типа моего дедули, которые зубами себе выгрызали тёпленькое место под Солнцем. Да, ты укрепил их положение. Но таким людям, у которых когда-то давно ничего не было, в итоге всегда всего будет мало. Они пошли за тобой, чтобы укрепиться, они это получили. Но сейчас вдовствующая императрица им намекает, что они могут ещё сильнее подняться, если только подтолкнут тебя. Они верят ей. И хотят большего… Большего!

— Как старуха из сказки о Рыбаке и Рыбке.

— Примерно.

— На самом деле это просто моя мать-старуха хочет большего. Ей всё равно, кто из её сыновей станет Императором. Сперва сделала ставку на старшенького, но Алёша не справился. Теперь вот про меня вспомнила. Вот кто всегда хотел быть на вершине, да только Судьба ей периодически показывала свою прекрасную задницу. Мать не смогла родить отцу первого сына, вот и носится с тех пор, как в жопу раненая курица. С другой стороны, у неё, у единственной из жён моего папеньки остался шанс стать матерью Императора.

— Поясни? — удивлённо выпалил Артём. — А что с Её Величеством Еленой?

— Мертва она, — пожал плечами Александр и хищно улыбнулся. — Многие об этом знают, хоть это и тайна. А вот моя СБ не знает. Я всё ждал, когда мне эту новость принесут — а не несут! Разберись на досуге.

— Понял. Сделаю. Так это… Насчёт твоего пути к престолу, Сань… Судя по твоим словам, у тебя ещё больше шансов на успех, чем я думал. Ты можешь использовать личные связи матери, и…

— НЕ-ХО-ЧУ!!! — по слогам произнесён Александр и зарычал.

Грудь его справой стороны, обожгла лютая боль. Он застонал и схватился ладонью за ноющее место.

— Шрам ноет? — быстро сообразил Артём и, подняв высоко руку, гаркнул: — Вискаря сюда! Лучшую бутылку! Живо!

Официантка расторопно принесла двадцатипятилетний «Чивас». Сбив пальцем пробку, Артём протянул бутылку другу.

Тот жадно присосался к горлышку и в один присест выпил половину.

— Импортная параша, — фыркнул он, оторвавшись от бутылки. — Но почему-то помогает с этим куда лучше коньяка и водки. Ладно, не пропадать же добру.

Остатки виски он долил в пивные стаканы — свой и Артёма, перемешал напитки ложкой и взглядом предложил другу чокнуться.

— Короче, чтобы больше не поднимал эту ересь про престол, — заявил он. — Мы вообще с детства с тобой хотели музыкальные фильмы снимать. Ладно, будем!

Чокнулись, выпили.

Зазвенел один из трёх телефонов Александра. Тот, что был у него для экстренной связи с очень ограниченной группой лиц.

Царевич нахмурился и полез за трубкой.

Звонок прекратился. Но тут же пиликнуло сообщение.

«Звонил тебе, чтобы ты обратил на меня внимание и точно это прочёл. А то знаю я тебя, бывает, по полдня сообщения открываешь. Короче, без лишних слов, высылаю видео. Подозреваю, ты заскучал — вот будет чем тебе заняться», — писал отправитель.

Александр открыл вложенное видео.

Спустя несколько секунд Александр уже хищно улыбался. Всем своим видом он давал понять окружающим, что не зря его зовут «Безумный Царевич».

— Поднимай жопу, Тёма! — досмотрев видео, выкрикнул он, вскочив с кожаного дивана. — Блудный братик объявился. Не терпится с ним скорее поздороваться: мы летим в Новосибирск!

* * *

Столица Империи. Самый высокий небоскрёб России — Башня Юсуповых.

Второй Царевич Всероссийский — Михаил, сидел за столом в своём кабинете и хмурился. Здесь же находились ещё четыре человека, включая два важных столпа фракции, а именно князья Юсупов и Касимовский.

Все смотрели на широкий монитор, висевший на стене.

— Это точно наш Семейный Дар, — хмуро изрёк Михаил. — Подделать его невозможно.

— Согласен, Ваше Высочество, — кивнул Юсупов — грузный лысый князь с пышной бородой. — Очень похоже на ваше массовое лечение.

— Не льсти, дед, — поморщился царевич. — Я так не могу. И не факт, что смогу даже с «Волей Святогора», которую он явно использует.

— При всём уважении, Ваше Высочество, — заговорил ещё и герцог Гуджинский-старший — могучий мужчина с цепким взглядом. — Вы говорили, что можете расширять Семейный Дар благодаря способностям вашей Метки. Полагаете, у человека в Зеркальной Маске тоже Метка на Пространство и Время?

— Не знаю, — процедил царевич, а затем поморщился и принялся делиться с вассалами своими размышлениями: — Массово лечить можно и без Метки, лишь на одном Даре, если он сильно развит. Возможно ли, что у Максима Семейный Дар проснулся рано, и он сам в одиночку смог его так развить? Или же дело в другом, а⁈ Мы знали, что Зеркальная Маска в Новосибирске использует огонь. А теперь видим такой мощный Семейный Дар. Только один из моих братьев может использовать Дар более эффективно, чем я. И у него как раз имеется Метка на Огонь. Сильнейшая из известных ныне существующих Огненных Меток. Я ведь предполагал, что он может быть Зеркальной Маской… Но у него было алиби. Да и не видел я причин, по которым он бы стал мутить воду именно в Новосибирске. Или же хотел начать избавляться от нас с малого? Отправился за Димой и матушкой⁈ А в итоге я отдал ему недобитого Диму⁈

Михаил в ярости ударил кулаками по столу.

Его ближники сжались, не решаясь заговорить с принцем в данный момент.

— Всю информацию о передвижениях царевича Константина за последние две недели мне на стол! — рявкнул он.

— Есть! — отчеканил глава ВКЖ, а заодно и глава СБ царевича Михаила — князь Касимовский.

Он принялся быстро нажимать на экран смартфона мощными пальцами.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, — немного осмелел дед царевича и поднял руку.

— Ну?

Князь Юсупов уставился на висевший на стене экран, где на паузе стоял кадр, в котором Игнатовы и Белозёровы кланяются царевичу в Зеркальной Маске.

— Мы… допускали, что Зеркальной Маской может быть мальчишка Белозеров…

— Допускали, — сухо согласился царевич. — И как раз поэтому я велел тебе не предпринимать никаких действий. Я знаю, что ты хочешь отомстить за мою мать. Но Новосибирск — не твоя вотчина.

— Согласен, — быстро кивнул дед и осторожно продолжил. — Но что, если допустить такой вариант: у Метки Белозерова в самом деле есть огненные атаки, и именно он ранее был Зеркальной Маской.

— С подачи Константина! — уловил мысль деда внук и закивал. — Константин нашёл этот самородок, отправил его в Новосибирск, поддерживал его. А сейчас лично явился в Новосибирск, когда город оказался в критической ситуации. И сейчас он сам надел Зеркальную Маску. Всё сходится… Хм… А ведь и Министр Волконский вполне может тайно состоять во фракции Константина. Тогда еще более понятны многие действия Белозёрова!

— Ваше Высочество, — хмуро заговорил мужчина в синем строгом костюме — последний из присутствующих в кабинете принца. То был глава графского рода Конышевых, с недавних пор ИО главы Петроградской губернии, а стало быть, и самого Петрограда. Так получилось, что его плановый прилет в Москву совпал с экстренным собранием лидеров фракции.

— Что?

— Может быть, не стоит отбрасывать в сторону возможность того, что Зеркальная Маска в самом деле Царевич Максим?

— Может, и не стоит, — хмуро согласился принц. — Потому мы и не отбрасываем. Но версию с Константином считать основной.

— И тогда вот какой момент, Ваше Высочество! — быстро заговорил Конышев. — А что, если Зеркальная Маска всегда был Максимом Белозеровым? Даже на этом видео, — он указал на экран с замершим кадром.

Если граф прав, получается, Максим без Зеркальной Маски кланяется Максиму в Зеркальной Маске.

— Материальная Иллюзия? — мгновенно уловил мысль соратника князь Касимовский. — Но… Кто? Много ты знаешь обладателей подобной Метки? Она очень редкая.

— Царевич Евгений, — ровным тоном проговорил Конышев.

— После свадьбы Белозёрова, Женя залёг на дно, — недобро проговорил царевич. — Пытается понять, кто хотел его убить. Хм… И всё-таки, хотите сказать, что Белозёров Максим Константинович — Максим Константинович Всероссийский?

Михаил недобро посмотрел на экран и покачал головой.

— Не хочется мне в это верить, — изрёк он. — Думаете, по пути становления Белозёрова его поддерживал Женя? Вряд ли. Этот юноша доставил нам немало хлопот. Я готов признать, что за ним стоит могучий покровитель. А единственный из братьев, кто может противостоять нашей фракции, единственный, кого я могу назвать достойным противником — Константин. Всё. Именно эту версию считать рабочей. Но и другие озвученные тоже не отбрасывайте. Итак! Вернёмся к текущим делам в Новосибирске.

Он впился тяжёлым взглядом в князя Касимовского, который в режиме реального времени читал отчёты, и недобро спросил:

— Твой брат уже повёл гарнизонные войска на мятежников? Армия не пойдёт за человеком в Маске. Она служит тому, кого избрал Малый Совет.

— Ваше Высочество… — поднял князь изумлённый взгляд на своего господина. — Гарнизон отказался выполнять приказы моего брата! А наше имение не выходит на связь!

— Ваше Высочество! — обратил на себя внимание князь Юсупов. — Мои люди докладывают, что в данный момент поместья Касимовских и Гуджинских штурмуют гвардии различных родов. Похоже… Мы потеряли Новосибирск.

* * *

Генерал-майор Верховецкий, начальник гарнизона имперских войск в Новосибирской губернии, сидел на заднем сиденье своего броневика и смотрел на экран смартфона.

— Спасибо тебе, дядя, — улыбнулся ему с экрана племянник. Сын сестры, с недавних пор возглавивший род Булатовых.

— Не стоит! — пробасил генерал. — Будь ты хоть трижды моим родственником, я бы не предал Империю по твоей просьбе. Гарнизон действует так, как должно! В условиях чрезвычайной ситуации мы выполняем приказ царевича Владислава.

— Полагаю, помимо публичных приказов, Его Высочество велел тебе кое-что и с глазу на глаз? Что-нибудь вроде: «ни в коем случае не выступать против тех родов, на которые укажет ИО губернатора»? Ой, я хотел сказать, бывший ИО, конечно же, — Аристарх Булатов усмехнулся. У него за окошком-бойницей что-то громыхнуло. Молодой князь тоже вёл беседу из салона броневика.

Дядя-генерал ничего не ответил.

Аркадий, пребывавший в прекрасном расположении духа, усмехнулся.

— Ну признайся, мой звонок всё же не был бессмысленным, — продолжил веселиться он. — Ты сомневался. А я подтолкнул тебя совершить правильный поступок.

— Настоящий солдат, Аристарх, не должен сомневаться! — отчеканил старый друг рода Булатовых.

— А без меня и Его Высочества Владислава как бы ты поступил? — не унимался молодой князь.- Пошёл бы против тех, кто поддерживает Его Высочество Максима?

— История не знает сослагательного наклонения, Аристарх.

— Ну предположи, дядь? Тебе сложно, что ли?

— Да откуда мне знать⁈ — взорвался генерал. — В губернии чёрте что происходит в последнее время! Какого хрена твой отец начал какие-то странные дела творить, а⁈ Какого хрена этого жирного хрена Касимовского к нам прислали? Своих, что ли, нет, а⁈ И главное… Какого хрена Царевич скрывает лицо, а⁈ У него нет знаков отличия, его не представил нам другой царевич или кто-то вышестоящий! Подчиняться ему — против Устава!

— Семейный Дар — вот его явный знак отличия, — перестав улыбаться, твёрдо проговорил Булатов.

— Да, — выдохнул генерал. — Но этот знак не прописан в армейском Уставе. Мы все видели Чудо, которое он сотворил! Мы все знаем, что полковник Игнатов и граф Белозеров, которые служат ему, вдвоём закрыли Апокалипсис. Я был бы последней тварью, если бы повёл солдат против него! Поэтому не задавай мне глупых вопросов, Аристарх! Хвала Его Высочеству Владиславу за то, что он отдал мне чёткий приказ! За то, что мне не пришлось выбирать между Честью и Уставом. На этом вопрос закрыт. Скажи лучше мне, Аристарх… Твой род теперь поддерживает царевича Максима?

— Да, — твёрдо ответил Булатов.

— Понял. Ладно. До связи.

Положив трубку, генерал-майор принялся дальше выполнять приказ царевича Владислава. Всем пострадавшим во время прорыва монстров из аномалии уже оказана помощь. А значит, гарнизон должен приступить к следующей задаче: восстановление инфраструктуры, обеспечение временным жильём нуждающимся, обеспечение людей медикаментами, провизией, вещами…

А в это время его племянник, улыбаясь, смотрел на то, как гвардейцы разных аристократических родов слаженно штурмуют имение Касимовских. Руководит операцией Александр Ермолаев — он же Батуми.

— Мне кажется, я понял, почему ты на самом деле признал поражение, отец, — пробормотал себе под нос молодой князь. — Почему сказал в обязательном порядке поддержать Белозеровых.

Аристарх улыбнулся и открыл на смартфоне скриншот недавнего видео. На нём главы родов Игнатовых и Белозеровых кланяются царевичу Максиму. Аристарх несколько раз пересматривал этот кусок видео.

Ему не давал покоя вопрос: почему граф Белозеров молчит? Ведь это не в его характере! И вообще, сложно представить, чтобы граф Белозёров кому-то кланялся.

А значит, с графиней и стоит не граф вовсе. А какая-то марионетка, болванчик, порождённый иллюзией, а может, каким-то иномирным артефактом.

— Отец… — глядя на небо, проговорил Аристарх. — Сперва ты хотел сохранить роду свободу. Потом искал места во фракции царевича Михаила. И оба раза ты ошибался, папа… Но перед смертью понял, что именно необходимо было делать и за кем идти. Максим Константинович отжал у нас Бетонный завод, «Волю Святогора» и кое-что по мелочи, — усмехнулся молодой князь. — Но за верную службу даст больше. Папа, род Булатовых сегодня отомстит фракции Михаила за то, что использовали нас. А затем присягнёт на верность будущему Императору.

Глава 25

Как же я задолбался, а! Так сильно, что хочется кричать что-нибудь нечленораздельное. Вроде:

— ААА!!! УУУ!!! ЫЫЫ!!!

Полегчало?

Хм?.. Ладно, хаос с ней, с этой усталостью.

Но в самом деле превозмог я знатно. Сперва обширный Апокалипсис: долгий поход, сражение с бесчисленной ратью тварей и двумя боссами. Да-да, пусть с Матерью Тленья бились мои драконихи — энергетические контуры ради этой битвы мне тоже понапрягать пришлось!

Ну а потом беготня по закрывающейся аномалии, возвращение в наш мир и исцеление тысяч людей!

Я использовал «Волю Святогора», чтобы помочь несчастным людям, мучащимся в агонии недалеко от штаба моего рода. В тот момент я надеялся, что после этого исцеления у меня ещё останутся заряды «Воли…» — ведь ВСЕ раненные лежали не в какой-то одной точке, и от одного крупного скопления раненных до другого ещё добраться нужно было. А это трата времени — «Воля…» могла бы перестать работать.

Собственно, так и вышло.

Но заряд остался.

А потом и ещё один…

В итоге я три раза подряд использовал «Волю Святогора». Поразительно, какой ёмкий и многозарядный у меня был артефакт. Ключевое слово — «Был».

Но важнее другое: царевич Максим явил Чудо и спас всех нуждающихся в исцелении Новосибирцев, пострадавших от аномалии.

Как ещё один итог — царевич Максим сам чуть не сдох.

А всё почему?

Потому что я сто раз говорил: артефакты, дающие тебе заёмные силы — «зло». Но иногда зло можно использовать в благих целях, так что за результат я очень рад. Но! Мои энергетические контуры и Сосредоточение сперва просили пощады, потом громко плакали навзрыд, а в конце концов почти вышли вон и уже собирались хлопнуть дверью. Именно в этот момент артефакт полностью разрядился, и всё обошлось.

Утрирую, конечно, так глупо я бы не сдох…

Хотя не мне говорить о глупых смертях, ибо однажды я уже помер, сразу после грандиозной победы над могучим противником.

И всё же после тройной дозы «Воли Святогора», да ещё и на фоне энергетического истощения, я осознал, что мой бой в Апокалипсисе, где я постоянно восстанавливал энергию, с помощью энергии-опыта из Метки, был тем ещё детским лепетом. Там энергия была моя! Тут заёмная. Разница, как между яйцами и клоакой — вроде можно найти крепкую логическую связь, но есть нюанс.

А ведь после всего этого мне ещё приходилось и «рожей торговать» перед народом. Красиво постоять тут, здесь попозировать рабочей стороной перед «скрытыми» камерами. Ещё и пару раз своего двойника создать, чтобы этот молчаливый болван мне кланялся.

Но…

Оно того стоило!

Я бы не раздумывая, сделал бы то же самое, если бы потребовалось. И не один раз. Жизни невинных людей, спасённых нами в Новосибирске — дороже боли и мучений одного Вольного Воителя.

К тому же я получил один неожиданный бонус.

Полный искреннего восторга взгляд жены. Когда я лечил тех раненных, которые находились недалеко от нашего штаба, Кристи стояла рядом. Как и остальные, она восхищённо смотрела на «Императорское чудо».

А затем очень тепло и нежно смотрела на меня.

У меня никогда раньше не было настолько крепкой духовной связи с кем-либо. Очень круто и мотивирующе, когда твоя любимая женщина на тебя смотрит такими восхищёнными глазами.

А ещё Кристи у меня очень понимающая и прекрасно чувствует состояние мужа. Когда нам нужно было грузиться в машины, она вперёд меня распорядилась подать нам не здоровенного мужицкого «Медведя», а «Тигра» с люксовой отделкой внутри. В этом броневике просторно и удобно, но посадочных мест мало.

В общем, ехали мы с женой вдвоём. Кристи ещё и звуконепроницаемую перегородку подняла, отделяющую пассажиров от водителя и телохранителей.

— Отдохни, дорогой, — тепло проговорила она, и мягким движением кисти предложила мне положить голову ей на плечо. — Я вижу, как ты устал.

Глядя на свою прекрасную жену, я улыбнулся. Её забота мне, конечно, приятна. Но ведь пока я превозмогал, Кристина тоже не на мягкой перине отлёживалась. А жена, как ни крути, слабее меня, не такая выносливая, да ещё и беременная.

— Давайте лучше вы к нам, — усмехнулся я и положил её голову себе на грудь.

Я плавно поглаживал её по волосам и слушал её размеренное дыхание.

— Спасибо, Кристина, — проговорил я. — Твоя поддержка очень важна для меня.

— Пожалуйста… — тихо ответила она. — Но я всего лишь пытаюсь соответствовать тебе, Максим. До тебя мне далеко.

— Давай не будем сравнивать объёмы наших усилий, — усмехнулся я. — Я могу закрыть Апокалипсис, могу исцелять людей. Но если бы я руководил экономикой рода, боюсь, мы бы были в долгах.

— У-у-у, это точно! — усмехнулась Кристи.

— А управлять экономикой Империи… Да даже просто анализировать выкладки помощников, я бы точно долго не смог.

— Согласна, дорогой. Бумажная работа — не твоё.

— А ещё я бы никогда не смог сам себе родить ребёнка. И уж точно не смог бы быть ему матерью. Спасибо тебе за всё, Кристина, — я нежно поцеловал её в макушку.

— Пожалуйста… — еле слышно проговорила она и прижалась ко мне.

Кристина заснула первой.

Потом я.

Как ни крути, а отдохнуть нам было необходимо. Мы оба понимали, что впереди нас ждёт новая веха нашей жизни. Родительствование… Но это потом.

Сперва же войны наследников за престол.

* * *

Наш кортеж встречал живой коридор из гвардейцев рода. Батуми явно решил нагнать официоза, видимо, для представителей других родов, участвовавших в совместной операции.

Всё так серьёзно выглядит…

Если не считать того, что сам главнокомандующий марширует мне на встречу в разодранных штанах и с голым торсом.

Ну, как обычно, Саня…

Он ведь ещё и разгорячён после недавнего боя настолько, что снежинки мигом испаряются с его волосатой груди.

— Господин! Докладываю! Главное имение княжеского рода Касимовских полностью взято под контроль силами объединённой армии! — по-армейски отчеканил он, приложив руку к лысой голове.

Со стороны на это поглядывал князь Булатов; здесь же был и княжич Ростов — племянник нынешнего главы рода и Министра Вооружённых Сил; барон Ахметзянов — один из вассалов Анжуйских-Захаровых; и многие другие аристократы.

Был тут даже… барабанная дробь…

Граф Архип Хорькин-старший. Тот самый тип, который вообще не планировал становиться главой своего рода, но война Хорькиных с Белозеровыми привела Архипа к резкому скачку по карьерной лестнице. С тех пор Архип всегда где-то рядом. Вон даже сейчас, поймав мой косой взгляд, начал улыбаться и махать рукой.

Примазывается, гад.

Забавно, что всю эту толпу мы собрали довольно быстро. Они даже не спорили с тем, что командовать объединёнными силами будет Батуми — бывший наёмник и Личный дворянин. Просто, чтобы не находиться в его прямом подчинении, ибо это не по чину, сами высокородные аристократы в бой не лезли и были наблюдателями с функцией поддержки. А вот их гвардейцы рубились на славу, делая то, что велит Батуми.

Как там говорится? «Не рой другому яму»? Касимовские пытались избавиться от неугодных им родов, но, когда подвернулась возможность, уже эти неугодные рода избавились и от Касимовских, и от их соратников.

Хотя хватало мелких родов, которым тоже не нравились Касимовские, и которые просто пошли за Игнатовыми и за мной. Типа тех же Хорькиных.

«Всем селом порядок наводить будем», — говорил про это Батуми во время экстренного планирования совместной операции.

И главное, что с юридической точки зрения, это не какая-то там революция, а родовые войны. Да, есть нюансы, и мы многое нарушаем… Но, чтобы ещё больше прикрыть тылы законом, род Белозеровых продемонстрировал своим временным союзникам доказательства различных преступлений Касимовских. Таких доказательств мы за последнее время собрали выше крыши.

— Вольно, Батуми, — ответил я своему военачальнику. — Своими словами — как ситуация в целом?

— В целом — всё отлично, командир, — осклабился Батуми. Однако тут же сделал скорбное лицо и со вздохом изрёк. — Да только ИО… Ои! Бывший ИО не пережил эту битву. Сразу скажу: ни у кого не было задачи его прикончить. Напротив, взять-допросить было бы неплохо. Да вот только он в конечном счёте решил сбежать. Визгливый боров.

— И ты не рассчитал силы, когда догонял его, да? — хлопнув ресничками, поинтересовалась Кристина, стоявшая справа от меня.

— Помилуйте, госпожа! Как можно! — схватился за волосатую грудь Батуми. — Я не успел «не рассчитать силы». Не рассчитал силы Его Сиятельство князь Булатов — Касимовский бежал через тот квадрат, в котором дежурил личный отряд князя.

Усмехнувшись, я посмотрел в сторону Аркадия Булатова, внимательно наблюдавшего за мной издали. Аристократы ожидали, пока я выслушаю доклад и буду в курсе дел, чтобы обсудить с ними дальнейшие планы.

Что ж, значит, Аркадий отомстил Касимовским за то, что те в тёмную использовали его род… Или же месть ещё не завершена, и успокоить Аркашу сможет лишь полный крах фракции Михаила?

В любом случае этот день тоже не за горами.

Батуми быстро закончил свой краткий отчёт, и я пригласил его и представителей наших временных союзников в штабной шатёр.

— Прежде всего хочу поблагодарить всех за то, что откликнулись на призыв Его Высочества навести порядок в нашем славном городе, — окинув аристократов взглядом, проговорил я.

— Ну что вы, мы сделали лишь то, что должно, — улыбнулся Аристарх Булатов.

Княжич Ростов бросил в его сторону хмурый взгляд, а затем повернулся ко мне.

— Согласен. Мы поступили так, как должны, — проговорил племянник Министра. — Возможно, впереди нас ждут проблемы… Но, если их бояться — проще вообще лечь и сдохнуть. Ваше Сиятельство, у меня к вам вопрос. Как давно вы поддерживаете Царевича Максима?

Он пристально уставился на меня.

Остальные аристократы тоже не скрывали своего любопытства.

Аркадий же как-то хитро улыбался. Хах, у него сегодня в самом деле прекрасное настроение.

— С самого начала, — коротко ответил я.

Аристократы задумались и понимающе закивали.

— Скажите, пожалуйста, Ваше Сиятельство, Его Высочество и дальше продолжит скрываться? — спросил граф Хорькин.

— Его Высочество не скрывается! — вперёд меня рыкнула Кристина. — Простите. Прости, дорогой, вперёд тебя влезла, — она виновато улыбнулась.

— Ничего страшного, дорогая, я полностью разделяю твоё мнение. Господа, разве Его Высочество Евгений скрывается? Он не сидит на одном месте — это верно. Он постоянно перемещается, и просто так к нему в гости не заглянешь. Но он не скрывается. То же самое и с Его Высочеством Максимом. Явив себя миру, Его Высочество Максим тоже перестал скрываться. Он всегда будет где-то рядом. Сейчас, например, он в Новосибирске и следит за развитием событий.

— Он в самом деле планирует взойти на престол? — хмуро спросил княжич Ростов.

— Да, — коротко ответил я.

— Стало быть, нам не по пути, — покачал головой Ростов — член фракции моего братца Алёши.

— Защищать Новосибирск от прихвостней Михаила не по пути? — хмыкнул я.

Княжич нахмурился ещё сильнее.

— Мне необходимо получить дальнейшие инструкции от своих господ, как действовать дальше, — произнёс барон Ахметзянов. Не Емельян Маратович, который передавал мне послание от герцога Виктора Анжуйского-Захарова, а его старший брат — Андрей. — Однако же, если позволите, я хотел бы выслушать ваши дальнейшие предложения.

— Конечно, — кивнул я. — Для того мы и собрались.

За полой шатра послышалась какая-то возня. Внутрь заглянул Вася Васильев и доложил о прибытии аристократов, сражавшихся с союзниками Касимовских на других направлениях. Наиболее знаковыми фигурами среди вновь прибывших были: братья Игнатовы, баронесса Пожарская и баронесса Милана Филиппова — представительница Владислава. Последняя, к слову, носит под сердцем моего племянника. Срок уже не маленький, но живот Милана умудряется скрывать.

Предвосхищая появление такой толпы, я велел для нас разгрести главный зал в имении Касимовских и обследовать его на наличие прослушки.

Всё как раз было подготовлено, так что мы собрались в главном зале. Расселись. Все такие серьёзные и напряжённые.

Аристократы явно настроились решать будущей целой губернии.

— Хо-хо-хо, сколько замечательных людей я вижу! — оглядел присутствующих Игнатов-старший. — И, хвала Богам, собрались мы по делу, а не на приёме!

Аристократы заулыбались. По оговоркам я понял, что всем известно о нелюбви Ивана Игнатова к приёмам.

Забавно… усатый граф смог одной лишь фразой расслабить кучу народу и расположить их к себе.

Правильно я решил для себя насчёт него.

А что насчёт Миланы? Сидит, нахохлившись, смотрит то на меня, то на Кристину. Когда она напросилась на наше собрание, я был не против. В некотором роде она сейчас один из представителей власти в Новосибирской губернии.

Скажет что-нибудь?

О, заметила мой взгляд, молча кивнула.

Гости заметили наши переглядывания.

— Дамы и господа, я здесь только как представитель Его Высочества Владислава, — громко произнесла она. — Я поддерживаю тех, кто закрыл Апокалипсис, и тех, кто спас тысячи людских жизней. И буду поддерживать, по крайней мере, до тех пор, пока Его Высочество не вернётся из аномалии.

— Как там сейчас с Апокалипсисом? — участливо спросила у неё Кристина.

Милана нахмурила тонкие брови и поджала губы.

— Всё так же, — изрекла она. — Закрыт вход, известий нет. Они живы. Но когда вернуться, точно знать мы не можем. А что насчёт других аномалий, полковник? — поймала она взгляд Алексея Игнатова.

— Часть их закрыта, — сухо произнёс он.

— О! Отличные новости! — воскликнул граф Хорькин.

— Верно, — кивнул Алексей Игнатов.

— Отчего же вы не радуетесь? — удивился Хорькин.

— Простите… — полковник Игнатов мотнул головой. — Дело в том, что группа, закрывшая «Бедствие +», сообщила о гибели лидера группы. Им был генерал Старовойтов.

За столом повисло тяжёлое молчание. Все знали главу НОКС как хорошего и порядочного человека. Полагаю, многие присутствующие были в курсе, что Старовойтов отстранен от своей должности за превышение полномочий. Покопавшись в этом деле, любой здравомыслящий человек понял бы, для чего именно старому генералу было нужно это превышение.

В итоге главный Новосибирский Страж, отстранённый за то, что спас Личных Стражей от произвола прихвостней Михаила, сражался среди добровольцев против прорвавшихся в наш мир тварей. Сражался на одном из участков, где господствовали истлевшие, а не просто стоял без дела как Гуджинский. После этого, узнав по своим каналам о том, что в других аномалиях готовятся прорывы, он повел группу в одну из самых сложных.

Уверен, он пошёл бы и в Апокалипсис, но Влад его опередил.

— Смерть, достойная истинного Стража, — твёрдо произнёс я.

— Именно так, Максим Константинович, — поклонился полковник Игнатов.

— Мы не забудем героев, павших сегодня, — уверенно произнёс я. — В том числе и ради них мы продолжим двигаться дальше. Дамы и господа…

Я осёкся, увидев изумлённый взгляд Пожарской, которая только что что-то прочитала в телефоне.

— Яра, срочные новости?

Пожарская напряжённо покосилась на присутствующих.

— Говори, — кивнул я.

Я знал, что тайны рода Пожарская всё равно не будет обсуждать при посторонних. А если дело касается Новосибирска — люди обязаны знать.

— Гарнизон Омской губернии поднят в ружье и направляется к границам нашей губернии, — отчеканила Пожарская. — Их сопровождают и гвардии аристократических родов.

— Омск полностью подчинён фракции Михаила! — прорычал княжич Ростов.

— Вряд ли они решатся напасть нас, — задумчиво проговорил князь Булатов. — Иначе это будет гражданская война.

Яра, что-то листавшая в телефоне, вновь оторвалась от экрана.

— Некоторые в интернетах называют нас бунтовщиками, а Царевича Максима — самозванцем, — хмуро проговорила Пожарская. — Если армия будет двигаться под этим лозунгом — их вторжение вполне легитимно. С их стороны. Вот ведь трусливые твари!

— О какой легитимности может идти речь? — выкрикнула Милана, вскочив на ноги. — Даже если они не признают Его Высочество Максима, Его Высочество Владислав отдал чёткий приказ. В губернии до сих пор режим ЧС! И она полностью под управлением моего принца!

— Вот только царевича Владислава здесь и сейчас нет, — хмуро проговорил Игнатов-старший.

Шум и гам за столом разрастался, даже не думая останавливаться. Давайте-давайте, выпустите немного пар.

Но долго кричать у нас нет времени.

Я дал аристократам погалдеть секунд тридцать, а затем, сделав вид, что прочитал какое-то сообщение, убрал в карман смартфон и ударил ладонями по столешнице.

— Прошу тишины, дамы и господа! Я уже связался с Его Высочеством Максимом. Он уже в курсе происходящего. Он сам желал встретиться с вами и направлялся сюда. Дамы и господа, он уже рядом. Я отправляюсь встретить его.

Поднявшись, я зашагал к выходу из зала. Кристи не отставала от меня ни шаг, Пожарская тоже присоединилась к шествию.

Теперь главное — выбрать момент… ага, вот я первым вышел в коридор, Петя Воробьёв и Вася Васильев, предупреждённые заранее, бросились приветствовать меня. Они скрывали меня своими спинами от гвардейцев других родов в коридоре. Дверь и Кристи с Пожарской скрывали мою спину от взглядов аристократов.

Мгновенье мне потребовалось на то, чтобы выпустить болвана-двойника, а самому «Раствориться в мире».

Ну а дальше я прямо через стену рванул на волю. Вперёд на свежий воздух! И одеваться будем на бегу.

Когда оказался на улице, рядом со мной уже крутились две невидимые драконихи.

«Сейчас моя очередь его нести!» — рявкнула Ольга Фаиновна, мягко подхватив меня за талию и подняв воздух.

Ну да, я разрешил ей меня носить. Иногда. Сказал, что это не считается, будто я на ней летаю. Летаю я пока всё так же, только на спине Фаи.

Мы поднялись в небеса. Я плавно материализовался и начал медленно спускаться с небес навстречу задирающим головы аристократов. Наверное, под пышным снегопадом моё пришествие выглядело особо эффектно, вон как восхищённо все пялятся!

О, князь Булатов с хитрой ухмылкой поглядывает то на меня, то на моего болвана. Неужели догадался? В общем-то, я и не против, в любом случае придётся снимать эту Маску. Но попозже, не сейчас.

Не готов я прямо сейчас отказаться от Максима Белозерова. Да и всё же безопаснее, если Кристина будет пока графиней, а не принцессой. Да, кто-то может и догадается, что Зеркальная Маска и есть Белозеров, но большинство всё же нет. Да, через Белозерова и его близких будут пытаться выйти на Зеркальную Маску.

Но всё же лучше так, чем если все сразу будут знать, кто такой царевич Максим и где он живёт.

Я завис в воздухе метрах в трёх над землёй.

— Аристократы империи, благодарю вас за то, что спасли Новосибирск и искоренили ту гниль и плесень, что портили этот славный город, — громко объявил я. — Вижу, многие из вас устали после тяжёлых боёв. Позвольте немного вас исцелить.

Я развёл руки в стороны, выпуская кольцо золотой лечащей энергии.

— Семейный Дар…

— В самом деле…

— Какой быстрый эффект…

— Благодарю, Ваше Высочество.

Люди начали кланяться. Неважно, в какой ты фракции состоишь, склонить голову перед представителем Императорской семьи — долг любого верноподданного империи.

— Сегодня наш город лишился многих достойных Стражей! — произнёс я, когда они перестали кланяться. — Но одного из них, я бы назвал «самым достойным». Истинного главу НОКС! Я скорблю вместе с вами о нем и других погибших. Но на долгую скорбь у нас нет времени, а пост главы НОКС не может пустовать. В данный момент в Новосибирске лишь один заместитель главы НОКС. Полковник Игнатов. Человек, вместе с Максимом Белозеровым сегодня совершивший великий подвиг! И после этого подвига обрётший новую силу. Властью, данной мне по праву рождения, я Восьмой Царевич Максим Всероссийский за заслуги перед Империей и всем человечеством повышаю полковника Игнатова до чина генерал-майора! Генерал Игнатов — ты, Высший Страж, который умудрился получить сразу два ранга за сегодня. Богоподобный Воин Игнатов, я считаю, ты единственный, кто достоин возглавлять НОКС. Властью, данной мне по праву рождения, назначаю тебя на эту должность. Пока временно, но, я думаю, мы уладим формальности.

— Благодарю, Ваше Высочество, — ошарашенно пробормотал генерал Игнатов. — Это честь для меня.

Он склонился в поклоне.

Первым зааплодировал его старший брат, затем и остальные поддержали царское назначение.

— Ха-ха, братишка, — хлопнул Игнатов-старший младшего по плечу. — Теперь тебе добавится хлопот. Всё, как ты любишь.

— Да… Но я горд принять на себя эту ношу. Я докажу, Ваше Высочество, что вы не ошиблись в выборе. Я продолжу идти дорогой, достойной Стража, — гордо выпятив грудь, он смотрел на меня горящими глазами.

— Я знаю, — кивнул я. — Кстати, Иван Михайлович, — повернулся я к его старшему брату, — раз уж вы заговорили об увеличении трудовой нагрузки… Мне известно, что вы хотели бы передать управление родом своему сыну. Мне кажется, сейчас самое время сделать это. Хотя бы временно.

— О, Ваше Высочество! — восхищённо выпалил он. — Знаете, как обрадовать старика! Вот только жизнь научила меня искать подвохи…

— Никакого подвоха, граф. Всего лишь просьба. Я хочу, чтобы вы передали заботу о роде Игнатовых вашему наследнику, а сами стали главой Новосибирской губернии. Временно исполняющим обязанности, если быть точнее.

— О-о-о!!! Опять работа⁈ — закатил он глаза. — Так и знал! Так и знал, Ваше Высочество! Кругом подвохи! Это точно временно?

— Конечно, — серьёзно ответил я.

— Что ж, — посерьёзнел Игнатов-старший. — Я не имею права отказывать достойнейшему из царевичей, мой господин. Я возьмусь за эту работу. И, полагаю, моим первым заданием будет организовать оборону границ губернии от вторжения омичей?

— Верно мыслишь, губернатор, — кивнул я. — Но! Дамы и Господа! Я хочу, чтобы вы знали. Я против гражданских войн! Я приложу все усилия, чтобы не допустить битвы двух гарнизонов. Наши с братьями разборки должны касаться лишь нас и тех, кто искренне следует за нами. Запомните это. На сим я оставлю вас.

— Ваше Высочество! — подался вперёд князь Булатов. — Пока вы здесь! Прошу вас, примите клятву верности моего рода!

— И моего, если это возможно! — улыбнулся Хорькин.

«Умные самцы поняли, что с моим оппой им будет лучше, — прокомментировала это невидимая Ольга. — Теперь главное, чтобы от них был толк».

«Будет, доча, — наставительно проговорила Фая. — Иначе — зажарим. Эх! Отличный сегодня денёк, верно, оппа? Твоя фракция наконец-то явила себя миру».

«Да, — отозвался я. — И главное, она сразу растёт. Если мои братья с недобрыми намереньями решат сунуться в мою губернию, они очень об этом пожалеют».

«А если с добрыми?» — хохотнула Ольга.

«А если с добрыми, — про себя усмехнулся я, — то напоим и накормим. По-братски».

От Автора: Уважаемые читатели! Вот и закончился 8й том цикла. Спасибо, что прочитали его. Милости прошу в том девятый — https://author.today/reader/358598/3310904

Content

Наследник в Зеркальной Маске

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25