Кубрин Михаил Сергеевич

В глубинах тьмы

Краткое содержание первой части

Попаданец с Земли перемещается во вселенную Звездных Войн (фанатом коих, по счастью, является) и занимает тело бита Венамиса — давно находящейся в коме жертвы экспериментов Дарта Плэгаса — при этом 'оживляя' свое новое тело. Удача благоволит землянину: ему удается подстроить убийство Плэгаса, завладеть информацией из его компьютера и значительной частью огромного состояния лорда ситхов, отправить библиотеку ситхов в подарок Ордену джедаев, угнать корабль и вывезти на нем других жертв ситхских экспериментов. Одна из них — тогрута по имени Шара — объявляет о своем решении остаться с попаданцем и помогать ему. Создав себе новые личности, они начинают тайную борьбу против сенатора Палпатина — будущего императора, ученика Плэгаса Дарта Сидиуса…

Попаданцу и Шаре удается похитить/спасти семилетнего ученика Палпатина — Мола, перевоспитать его, а впоследствии — отправить на обучение к матукаям, а также выкупить из рабства лидера Истинных мандалорцев Джанго Фетта. Благодаря переданной джедаям информации с компьютера Дарта Плэгаса джедаям удается полностью ликвидировать преступный синдикат 'Черное солнце', что приводит к расширению влияния в галактике хаттов.

Тем временем, начинается и заканчивается Гиперпространственная война Старка, в ходе которой совершенно неожиданно (в результате уже внесенных попаданцем изменений в историю галактики) погибает рыцарь-джедай Квай-гон Джинн. Оби-ван Кеноби становится учеником Пло Куна. А вскоре с помощью попаданца Джанго Фетт и его мандалорцы уничтожают враждебный им Дозор Смерти.

Снабдив воюющих за свободу жителей планеты Кали современным вооружением, попаданец заводит дружбу с их лидером генералом Гривусом. Но вскоре преследуемым агентами Палпатина попаданцу и Шаре приходится укрыться на планете Раттатак, в государстве, управляемом юной Асажж Вентресс и джедаем Каем Нареком, который соглашается обучить попаданца обращаться с Силой.

Несколько лет спустя попаданцу удается стравить друг с другом врага Вентресс полководца Осику Кирска и предводительницу ночных сестер с Датомира Мать Тальзин, в результате чего и тот, и другая погибают.

Вскоре Вентресс объединяет весь Раттатак под своей властью, планету Кали удается спасти от голода, а Дуку покидает Орден джедаев на семь лет раньше, чем должен был… Побывав на Татуине, попаданец выкупает у Гардуллы Хатта Шми и Энакина Скайуокеров, освобождает их и привозит на Раттатак, где Энакин становится еще одним учеником Кая Нарека.

Нападение Торговой Федерации на планету Набу происходит на четыре года раньше, чем в каноне. Попаданец с помощью Джанго Фетта спасает с планеты семью Наберрие. Канцлеру Валоруму выдвигают вотум недоверия, происходят выборы нового канцлера, однако на этот раз Палпатин их проигрывает, канцлером становится Бэйл Антиллес. Неожиданно помощь Республике оказывают хатты: Гардулла предоставляет свой флот для перевозки джедайских истребителей. Орден джедаев одерживает победу над Торговой Федерацией, однако ценой того, что контроль над Набу захватывают хатты. Раттатак начинает строить космический флот в ожидании первого столкновения с йуужань-вонгами, а Джанго сообщает, что нанят Дуку для создания армии клонов.

Три года спустя Вентресс отправляется в космическую тюрьму Улей-Шестерня-7 с целью выкупить одного из заключенных, оказавшегося йуужань-вонгом. Одновременно нападение на тюрьму совершает отряд Джаббы Хатта, однако из-за вмешательства Асажж проигрывает. Вентресс успешно вывозит из тюрьмы йуужань-вонга, а Гардулла объявляет Джаббе войну. Результатом становится гибель Джаббы и его клана и расширение огромной криминальной империи Гардуллы.

Но вскоре Падме Наберрие становится королевой Набу и разрывает договор с хаттами. Дуку, вставший во главе союза из Протектората гранов, Торговой Федерации и Техносоюза одерживает победу над Гардуллой, убивая хаттшу и разрушая как ее криминальную империю, так и империю Джаббы, которые делят между собой будущие члены Конфедерации и, по слухам, таинственный Айрем Радик. Сенатор Палпатин успешно избирается в канцлеры Республики.

Два года спустя команда попаданца и раттатакский флот отправляются на живую планету Зонаму-Секот, где успешно отражают первую атаку разведывательной эскадры йуужань-вонгов и встречаются с Секотом — разумом планеты. Асажж Вентресс и Энакин Скайуокер получают от жителей Зонамы лучшие в галактике живые корабли. Через пленного йуужань-вонга попаданец передает правителю йуужань-вонгов Куореалу сообщение о заговоре против него. В результате Куореал отправляет домены заговорщиков на самоубийственные задания по вторжению в галактику.

Три года спустя попаданец наводит джедаев на культ пророков темной стороны на Дромунд-каасе и отправляется в Неизведанные Регионы, где знакомится с чиссом Трауном, сделав его своим союзником. Совместными действиями им удается уничтожить флот вагаари, спасти экспедицию 'Сверхдальнего перелета' и арестовать обезумевшего магистра-джедая К'баота. Культ пророков на Дромунд-каасе уничтожен джедаями.

Стремясь узнать будущее и найти надежный способ победить темную сторону, попаданец прибывает на опустевший Дромунд-каас и обращается к темной стороне. В результате он получает зашифрованные сведения о 'Плане Силы', но теряет над собой контроль и лишь помощь Шары помогает ему опомниться. Расшифровка же Плана Силы приводит к пониманию того, что в этот план входят Война клонов, временная победа ситха и временная гибель Ордена джедаев, с чем приходится смириться. Также попаданец узнает, что предотвращение гибельного вторжения йуужань-вонгов и вовремя одержанная победа над Палпатином и Дартом Крайтом приведут к исполнению Плана и выходу джедаев и галактики на новый уровень развития — план, который давно был 'задуман' Силой, но в каноне не удался из-за хитрости Палпатина и слишком больших успехов вонгов. Попаданец решает действовать в согласии со стремлениями Силы…

По наводке попаданца джедаи уничтожают призрак Экзара Куна на Йавине-4. Затем попаданец встречается с Джанго Феттом, который сообщает о том, что армия клонов для Республики готова, но в этот момент их неожиданно атакуют агенты Палпатина. Джанго погибает в бою, но попаданцу и Шаре удается спасти его сына Бобу, которого они отправляют к сестре Джанго… С помощью магистра Йоды попаданец инсценирует свою смерть, дабы избавиться от преследования Палпатина.

Проходит три года. В конце Войны клонов попаданец успешно проводит операцию по спасению юнлингов и нескольких наиболее нужных джедаев, которые должны обеспечить будущее возрождение Ордена, однако позволяет погибнуть остальной части Ордена. Опечаленный этим Йода говорит попаданцу, что он идет к темной стороне… Канцлер Палпатин провозглашает Империю и становится императором. Спасенные джедаи и юнлинги укрываются в пространстве чиссов, под надзором союзника — Трауна…

Силы Империи атакуют Раттатак и берут планету штурмом. Асажж Вентресс погибает в бою, перед этим успев сообщить всей галактике о том, что Палпатин — ситх, и о той роли, которую он сыграл в организации Войны клонов и прочих бедах Республики. Попаданец и его друзья полны решимости продолжать борьбу…

Пролог

Я отдыхал, погрузившись в битский транс — замену сна — когда видение с ним возникло вновь. В последний год темный двойник вообще завел обыкновение нарушать отдых раз в несколько месяцев…

— Значит, ты все еще думаешь, что сможешь победить Дарта Сидиуса, не обращаясь к темной стороне, — задумчиво проговорил он.

— А ты опять будешь занудствовать на тему, что без обращения к темной стороне этого не добиться? — ответил я вопросом.

— Мы оба знаем, что одолеть Сидиуса смог только Энакин Скайуокер — но после того, как тоже стал ситхом. Ситхом, двадцать лет изучавшим темную сторону Силы.

— И перед тем, как одолеть Палпатина, Энакин вернулся на светлую сторону. Он снова стал джедаем и уничтожил ситха.

— Вернулся ли? Стал ли? — спросил двойник. — Впрочем, даже если так — двадцать лет пребывания на темной стороне — имеют значение. С чего ты взял, что этот Скайуокер, которого ты готовишь в палачи Палпатина, сможет сделать то же, что и тот Скайуокер, при этом не обладая его опытом? Ситх Скайуокер был умудренным опытом человеком, а этот молодой джедай Энакин… Не приходило тебе в голову, что вместо убийцы ты сам подсунешь Сидиусу подходящего ученика?

— Сила сейчас на нашей стороне, на стороне джедаев, — ответил я. — Тогда все было иначе. Теперь ей ни к чему еще больше усиливать ситха, который и так уже победил.

— Вот только ситхи тем и славятся, что любят идти против Силы! Это для тебя ее воля имеет значение, не для Палпатина. С чего ты взял, что он не сможет и сейчас повернуть события в свою пользу? Не слишком ли ты надеешься на то, что Сила сама приведет историю туда куда надо, а?

— Бессмысленный спор. Полной правды о возможностях и намерениях Силы все равно не знает никто. Но я считаю, что то, что она сыграет за нас — повышает вероятность нашего успеха. И поэтому собираюсь сделать все возможное для победы, идя именно в этом направлении. Энакину ни к чему становиться ситхом — даже если это увеличит его силы, то направит Силу уже и против него. Она хочет уничтожить ситхов раз и навсегда.

— Хочет она… А'Шарад Хетт пропал без вести — наверняка уже давно сидит на Коррибане, изучая темную сторону и становясь Дартом Крайтом. Сам знаешь, что Сила приготовила для него — он должен вернуть пострадавшую от нашествия йуужань-вонгов галактику на ее «нормальный» путь развития.

— Нашествия не будет, — отрезал я. — Так или иначе, а мы его предотвратим. А тогда и Дарт Крайт не понадобится, и Сила спокойно позволит нам от него избавиться.

— Посмотрим, — зловеще произнес двойник. — Но, в любом случае, однажды и ты поймешь, что твой путь — это путь ситха. И те немногие мидихлорианы, что несут сознание земного человека, растворятся во множестве мидихлориан Дарта Венамиса. Ведь мы с тобой — и есть он.

— Не дождешься.

— Мы с тобой умеем ждать. Сыграем в эту игру снова…

— Сгинь, — устало пожелал я.

И призрак послушно сгинул.

Глава первая

Итак, если использовать летосчисление из иной истории Далекой-Далекой Галактики — которого тут еще никто не знает — то сейчас идет двадцать второй год до битвы при Йавине. Но, в отличие от той же иной истории, сейчас в галактике уже Империя, которой на горе разумным правит император Палпатин.

Почти год прошел с тех пор, как Асажж Вентресс вознеслась на небеса в пламени барадиевого взрыва, прихватив с собой около ста тысяч имперских штурмовиков. Но на Раттатаке все еще продолжалась партизанская война (и я продолжал подкидывать раттатакам помощь, когда мог), а последнее обращение Вентресс к галактике до сих пор очень популярно среди определенных слоев населения. Тут тоже именно я постарался, в свое время распространив по Голонету и черному рынку огромное количество аудиозаписей этого «выступления». Разумеется, оно было отнесено Империей к запрещенному контенту, и, разумеется, спецслужбы Империи разыскивали и уничтожали его всюду, где находили, но джинн оказался уже выпущен из бутылки — вряд ли теперь есть в галактике кто-то, кто бы не знал, что именно Асажж наговорила про императора (кстати, узнала она все это опять-таки от меня, такой вот я вездесущий).

За этот год произошли и другие важные события.

Вторжение йуужань-вонгов, если это действительно было оно, пока проходило не очень удачно. Их было как-то маловато и в наступлениях не было заметно координации. В карликовой галактике Огненный Кулак иногалактические пришельцы столкнулись с серьезным сопротивлением пиратов-тофов, которые и сами были захватчиками хоть куда, а также союза рас нагаев, маккабри и фарун — которые начали войну одновременно и с йуужань-вонгами, и со своими угнетателями тофами. Эта трехсторонняя война завершилась победой нагаев и их союзников — как вонги, так и тофы были разбиты и уничтожены. Так угроза большой галактике с этой стороны была остановлена.

В другой галактике-спутнике — Лабиринте Риши — дела у пришельцев сначала шли лучше. Три года назад они окончательно уничтожили все флоты местных жителей и принялись вести боевые действия на планетах. Но затем столкнулись с нехваткой сил для того, чтобы контролировать всю эту микрогалактику. В итоге йуужань-вонги закрепились лишь в нескольких системах, а вскоре после падения Раттатака выяснилось, что значительная часть вонговского флота покинула Лабиринт Риши, улетев обратно в глубокий космос. Как я подозревал — чтобы вернуться с подкреплением.

Но Палпатин не собирался терпеть то, что вонги обосновались столь близко от поставщика клонов — системы Камино. Так что, разобравшись с Раттатаком и одержав (как он думал) полную победу над джедаями, император первым нанес удар и по йуужань-вонгам, послав против них мощный боевой флот. Недолгая война с оставшимся в Лабиринте гарнизоном пришельцев завершилась полной победой Империи — йуужань-вонги были перебиты, а Лабиринт Риши Палпатин «милостиво» присоединил к Империи.

Потом один из уцелевших сторонников КНС джеонозианец Гизор Деллсо попытался снова начать войну, восстановив армию дроидов, но Империя пресекла это начинание на корню, разгромив его небольшие флот и армию. Сам Деллсо погиб.

Затем произошла попытка переворота на Корусканте, где генерал Гентис на некоторое время захватил власть, перебив там всех верных императору офицеров и едва не убив самого Палпатина, отравив его биологическим оружием. Однако ситх все же сумел бежать с планеты и направился… нет, вовсе не в тюрьму-призрак джедаев, о которой, похоже, на этот раз так ничего и не узнал, а к Таркину. Они вдвоем собрали верные императору войска, вернулись на Корускант и разгромили силы мятежников, после чего император принялся свирепствовать, разыскивая корни и нити заговора. Все сторонники Гентиса были расстреляны без суда и следствия.

Что же произошло с джедайской тюрьмой — мне так и осталось неизвестным, никакой информации о ней не поступало. Как видно, Йода, пообещавший позаботиться о тюрьме, свое обещание выполнил, хотя я так и не узнал, что именно он с ней сделал.

На планете Горман произошли печальные события, ставшие известными, как «Горманская бойня». Местные жители, еще не понимая, что такое Империя, вздумали бороться против нового повышения налогов по старинке — устроив массовый митинг протеста. Протестующие заняли космопорт и блокировали прилетевший на планету флагман Таркина, не давая ему места для приземления. Однако Таркин поступил просто — посадил корабль прямо на толпу митингующих, убив при этом сотни людей. И император одобрил этот «решительный» поступок.

А вскоре была атакована мирная планета Каамас, объявленная новой угрозой миру и порядку в Империи. Непонятным образом дефлекторные щиты планеты были отключены (я-то знал, что это сделала группа ботанов-диверсантов), и имперский флот осуществил столь массированную орбитальную бомбардировку, что возникшие в результате огненные бури уничтожили на поверхности практически все живое.

Пацифисты-каамаси имели хорошую репутацию и большое влияние в галактике, так что понятно было, почему Палпатин решил от них избавиться. Но, с другой стороны, подобная политика Империи по отношению к инакомыслящим и недовольным не могла не вызвать ответной реакции… Однако ситх явно уже не боялся ничего, уверенный, что сможет подавить любое возмущение силой.

Джедаев имперцы по-прежнему не переставали искать, но тут им не очень везло. Улов пока что ограничивался недавно погибшими падаванами Дрейком Ло'гааном, Экрией и Зондером, которые вздумали уйти в преступники, но были разоблачены и убиты при попытке ареста, да бедняжкой Нойрой На — она, не сдержавшись, накинулась на шайку штурмовиков, которые в этот момент издевались над семьей экзотов. Порубила на куски троих, но четвертый сумел ее подстрелить…

Хуже было то, что объявились семеро джедаев, ранее числившихся пропавшими без вести или пленными — как оказалось, они последовали примеру Бейгора Саддетта и поступили на службу к императору. Джерек, Антиннис Тремейн, Гвеллиб Ап-Ллевф, Лану Пасик, Хэлмер, Халагад Вентор и Мо — сейчас они появились в облике имперских инквизиторов.

В то же время то тут, то там в Империи появлялись и исчезали без следа джедаи Дасс Дженир и Рам Кота, ставшие странствующими рыцарями. Теперь они разбирались с разными не дающими народу жить спокойно негодяями местного значения, да время от времени наносили имперцам мелкие, но болезненные уколы, напоминая разумным об Ордене и показывая, что огонь джедаев еще не совсем угас в этой галактике.

Энакин Скайуокер успешно продолжал обучение на тайной базе нового Ордена джедаев. За прошедший год его силы и познания возросли еще больше, а учитывая, что на этот раз обучаться он начал на шесть лет раньше, чем в оригинальной истории, сейчас молодой ученик и вовсе входил в первую тройку среди ныне живых джедаев! Но все же… но все же я знал, что он по-прежнему не готов к выполнению главной миссии своей жизни — уничтожению Дарта Сидиуса. Как минимум, для этого нужна еще пара лет. Энакин должен пройти испытания и стать полноправным рыцарем-джедаем. Должен получить падавана и испытать себя в качестве наставника. Должен побывать в большой галактике и встретиться с Империей лицом к лицу. Должен… я сам толком не знал, что еще он должен сделать, но чувствовал, что дополнительных испытаний на пути Избранного появится немало.

А еще была Падме Наберрие, свести с которой Скайуокера как раз наступало время…

В последнее время она, как я знал, была «голосом» оппозиции в Имперском Сенате — той достаточно смирной оппозиции, которая там еще осталась после Палпатиновых чисток. Вот и Наберрие вела себя относительно смирно, не критикуя политику императора всерьез, но по многим вопросам неизменно выдвигая компромиссы и более мягкие предложения, чем проимператорская фракция.

Однако я этой ее показной смиренности не доверял и был уверен, что и Палпатин не доверяет ей тоже. Кому, как не ему было знать, что скрывается под обликом тихой сенаторши!

Бэйл Органа, вняв совету Йоды, молчал и выжидал. Мон Мотма, которую он вовлек в свой «заговор» — тоже помалкивала. Так что никакого Альянса за восстановление Республики пока не было создано и не предвиделось.

Откуда я это знал? Дело в том, что на этот раз Йода, сидя в своем изгнании на Дагобе, как-то все же поддерживал связь с Бэйлом. В свою очередь, к Йоде иногда залетели узнать новости джедаи с тайной базы нового Ордена. А от них — узнавал уже я.

Да, что касается меня самого… Я последовал совету Йоды и честно старался размышлять о Силе и моем поведении, о пути джедая, темной стороне и своих ошибках. Но… тут мой собственный мозг внезапно восстал против меня. Как я ни старался доказать самому себе, что поступил неправильно — ничего не выходило. Как раз наоборот, то точное математически-логическое устройство, которым теперь являлся мой разум, каждый раз неопровержимо доказывало, что именно избранный мной путь и был самым верным, гарантирующим победу над тьмой. Хотя и с некоторыми необходимыми жертвами, да. Я осознавал, что это совсем не джедайские идеи, но ничего не мог поделать — видимо, умом эту часть Силы было не понять. Выходило, что, дабы сохранить верность светлой стороне, джедаи в такой ситуации должны были поступать попросту нелогично, но нелогичные поступки мне претили. В итоге я только расстроился и махнул на размышления рукой, решив просто следовать своему прежнему плану и дальше. В конце концов, подготовка Избранного к битве с ситхом-императором никак не должна противоречить желаниям Силы в целом и ее светлой стороны в частности?..

А пока наша команда то осторожно летала по галактике, наблюдая, собирая информацию и, по возможности, подкидывая помощь врагам Империи, то сидела на базе нового Ордена джедаев, помогая им в тренировках и обучении молодежи. Команда — это я, моя верная помощница Шара и Мол, который сейчас вовсе не Дарт, а матукай. Впрочем, кроме непревзойденных бойцов матукаев, он за прошедшие со времен нашей первой встречи годы успел еще поучиться у «выживальщиков» Зейсон-Ша, мудрецов-предсказателей Баран-до, интеллектуалов Джал-Шей, последователей Палавы, монахов Даи-Бенду и даже фелуцианских шаманов. Неудача постигла его лишь с изоляционистами фалланасси, отказавшимися принять забрака в ученики, да с высокомерными мистиками Восса, которые его вообще к себе не пустили. Впрочем, и без того Мол изучил столько всего, что, не будучи джедаем, мог сражаться и обращаться с Силой не хуже любого их рыцаря и даже магистра — применяя изученные разносторонние навыки.

И в данный момент мы как раз находились на базе джедаев, занимаясь важными делами — Мол тренировался с Энакином Скайуокером, Шара изучала последние новости, регулярно поступающие в Голонет, а я… думал. Как вдруг…

— Какой ужас! — влетела в мою комнату Шара. — Или не ужас, а как раз то, что надо, не знаю! Падме Наберрие предложила свою кандидатуру для ведения мирных переговоров с Раттатаком, чтобы завершить войну с ним! И Палпатин согласился! Да он же ее просто там кокнет и на них свалит!

— Это знак от Силы? — спросила она, чуть отдышавшись.

— Возможно, — ответил я после нескольких секунд мысленного анализа. — Впрочем, даже если это и не знак, мы все равно в это дело должны вмешаться. Время пришло. И нам нужен Энакин.

* * *

Тем временем на Корусканте…

Император Палпатин был недоволен. Казалось бы, чем? Ведь джедаи побеждены, Империя воцарилась, его власть по факту ничем не ограничена…

Дело в том, что ситху этого было уже мало. Ему хотелось стать безраздельным властителем не только над разумными, но и над жизнью и смертью — найти путь к бессмертию. А это пока не удавалось — увы, все те джедайские и ситхские голокроны, что хранились в Ордене джедаев и до которых Палпатин надеялся добраться, погибли под руинами Храма. Среди множества осколков удалось откопать только несколько чудом уцелевших, но они не содержали нужной информации — информации о том, как можно перемещать свое сознание в другое тело. Оставалось только изучать старые записи столь безвременно ушедшего в Хаос Дарта Плэгаса, надеясь освоить его техники управления мидихлорианами, которые позволят омолодить свой собственный организм… Впрочем, как показала судьба самого Плэгаса, например, от внезапного нападения убийц и они не спасут.

Кроме того, ситх был недоволен своими собственными подчиненными. Эти бестолочи, среди которых лишь Таркин являлся удачным исключением, все делали не так, как надо! Дрессировка этого сброда отнимала много времени, которое вместо того стоило бы потратить на постижение новых высот в ситхских искусствах. И неизвестно, сколько еще их всех придется дрессировать.

А еще императора раздражал проклятый Раттатак, который упорно не желал сдаваться. Конечно, в масштабах Империи война с ним была просто мелочью, но и мелкая заноза доставляет весьма ощутимое беспокойство. Укрывшиеся в горах и зарывшиеся глубоко под поверхность планеты раттатаки создали там целую сеть подземных убежищ, откуда постоянно совершали дерзкие вылазки, неизменно нанося имперскому «умиротворительному» гарнизону существенные потери. Ведь воевать раттатаки умели, как никто другой в галактике (кроме разве что мандалорцев и калишцев), причем воевали у них все, кто только мог обращаться с оружием. Вплоть до маленьких детей, дряхлых стариков и безногих одноруких инвалидов. К тому же раттатаки самим своим существованием опровергали любимую доктрину Палпатина — об управлении галактикой путем насаждения страха — ведь они не боялись, кажется, вообще ничего. Император перепробовал уже все, что только мог придумать, чтобы запугать их: массовые казни различными жестокими способами с непременной трансляцией на всю планету, изощренные пытки, взятие в заложники женщин и детей с последующим их убийством (потому что раттатаки все равно не сдавались), однажды даже массовое истребление младенцев, которых случайно повезло захватить в раттатакских яслях. Но все было бесполезно, партизаны не устрашались, а только еще больше зверели в ответ. Палпатин, ранее думавший, что запугать можно кого угодно, даже джедаев, вынужден был признать, что бывают в этом правиле и исключения. Видимо, раттатаков нельзя было испугать, а можно было только убить, всех до единого.

Мало того, все это начало оказывать крайне деморализующее воздействие на сам имперский гарнизон. Неслыханное дело — даже среди штурмовиков-клонов появились случаи пьянства, наркомании, самоубийств, дезертирства и даже перехода на сторону противника! Что уж говорить о новых штурмовиках, завербованных из простых разумных — у тех нервный срыв был регулярным диагнозом… Все это раздражало, к тому же бесконечная война без каких-либо перспектив и пользы не нравилась жителям Корусканта.

И вот на недавнем обсуждении ситуации в Сенате сенатор от Набу Падме Наберрие предложила провести мирные переговоры — мол, разгромленные и лишенные флота раттатаки больше не представляют совершенно никакой опасности для прочей галактики (конечно, они не представляли для нее опасности и раньше, но вслух об этом говорить не рекомендовалось), а затягивание войны приводит лишь к новым жертвам и финансовым затратам, так почему бы не заключить мир, выведя имперский гарнизон и вернув планету ее жителям?

Конечно, Палпатин не собирался заключать мир, пока раса раттатаков еще существует, но это предложение пришлось ему по вкусу, поскольку таким образом можно было избавиться от еще одного источника пусть небольшого, но раздражения — самой сенатора Наберрие, частенько распространявшей в имперском Сенате «вредные мысли». Отправить на мирные переговоры ее саму, убить, желательно с особой жестокостью, обвинить в этом зверском убийстве раттатаков и под этим предлогом продолжать войну с ними, доказав, что они по-прежнему являются первейшим и злейшим врагом Империи.

Вот поэтому-то предложение Падме было быстро принято «миролюбивым императором Палпатином», а она сама назначена официальным дипломатическим представителем Империи на запланированных переговорах. А уж для мести за ее скорую смерть ситх подготовил особое средство — новый Звездный разрушитель, на который только что установили совсем недавно достроенный сверхмощный лазерный излучатель — первый прототип будущего супероружия. Пока еще недостаточно мощный, чтобы уничтожить всю планету, но вполне способный разнести в клочья значительную часть ее поверхности.

Может быть, раттатаков даже такая атака не заставит бояться. Но зато она заставит бояться многих других жителей галактики, которые увидят, что Империя делает со своими врагами!

Глава вторая

Энакина мы нашли в тренировочном зале, где он дрался с Молом так, что искры летели. И несмотря на все свои старания… проигрывал раз за разом.

Да, как я упоминал, Скайуокер входил в первую тройку ныне живых джедаев — то есть, превосходили его сейчас лишь Йода и Луминара Ундули — последние выжившие члены Совета. Меня он тоже обогнал — сам я из десяти тренировочных поединков с Луминарой выигрывал три, а с Энакином — четыре. В свою очередь, Энакин из десяти встреч с Луминарой побеждал тоже лишь в четырех. Ну а что касается К'крука, Аайлы Секуры, Квинлана Воса, Кеноби, Сири Тачи и всех прочих наших рыцарей — то их-то Эни громил в спаррингах и вовсе «всухую», со счетом десять-ноль.

Но Мол не был джедаем, так что в «джедайский рейтинг» не входил. Зато благодаря своим познаниям Силы и синтезу боевых искусств Матукай, Зейсон-ша и Баран-до он в тренировках всегда (!) побеждал и меня, и Луминару, и Энакина, не давая никому из нас ни шанса! Разве что Йода мог бы поставить его на место, но старый гранд-мастер не принимал участия в наших «забавах».

Потому-то я и настоял на том, чтобы Мол тоже обучал Скайуокера, как и старшие джедаи — уж с таким-то тренером Избранный точно сможет подняться на уровень, нужный ему для победы над Палпатином.

Сам Мол был не против. Чего нельзя сказать об Энакине, которому порядком доставалось от этого обучения. Вот и сейчас забрак гонял его вовсю.

И как Скайуокер ни старался, какие бы приемы ни использовал, итог оказался таким же, как и всегда — Мол его обезоружил, а затем условно «убил», завершив поединок.

— Отлично, Энакин, отлично, — тут же поспешил вмешаться я. — По сравнению с прошлым спаррингом твое мастерство выросло на два процента!

— Всего два процента?.. — грустно протянул бедолага.

— Целых два процента, — поправил я. — На самом деле твое развитие идет очень быстро. Так, понемногу, процент за процентом, ты и достигнешь уровня мастера. Но сейчас у нас появилось более неотложное дело. И мне нужны вы оба. Энакин, как ты смотришь на то, чтобы снова встретиться с любовью всей твоей жизни? С Падме Наберрие?

Скайуокер отреагировал адекватно — примерно как на удар пыльным мешком по голове.

— Да ладно, теперь-то уже можно, — успокоил его я. — В конце концов, Орден существенно изменил некоторые порядки.

Мол согласно кивнул.

— И какая… тогрута все разболтала?! — Энакин нашел взглядом Шару, которая тут же спряталась за моей спиной.

— Честное слово, это не я, он сам догадался! — испуганно пискнула она оттуда. — Он вообще… Всегда! Все! Знает!

— Не все… но многое, — поправил я. — Я-то получил сведения об Энакине и Падме «по своим каналам», — правда, тут я умолчал, что вообще-то не только все знал, но и сам изо всех сил старался свести парочку вместе. — А вот ты откуда узнала эту секретную информацию?

— Энакин рассказывал. По секрету. И я — никому!

— Ясно. Но, как бы то ни было, Падме Наберрие надо спасать.

И я рассказал Энакину и Молу последние новости.

Услышав о новом гнусном замысле Палпатина, Скайуокер тут же вознегодовал и, конечно, потребовал лететь прямо сейчас, чтобы выручить Падме и надавать всем врагам, но…

— Не торопись, — осадил я его. — Спасем, но все в свое время.

— Вот именно, сначала послушаем план. Ведь у тебя есть план? — радостно спросила меня Шара. — У тебя всегда есть пла-а-ан!

— У меня даже не один план, а несколько, — обрадовал ее я. — Но прежде, чем решить, какой из них применить, надо связаться с моим агентом на Корусканте.

— А у тебя есть…

— Шара, неужели ты думаешь, что, столько лет болтаясь по галактике, я так и не завел спящих агентов на Корусканте, близких к Сенату?.. Конечно, они у меня есть. Вот одного из них я и собираюсь послать к Падме Наберрие, чтобы кое о чем с ней договориться.

* * *

Корускант, апартаменты сенатора Падме Наберрие

Сидящая на диване Падме задумчиво разглядывала лежащий на ее ладони маленький кулон, вырезанный из простого камня далекой планеты Раттатак. Вырезанный и подаренный ей когда-то ребенком с этой планеты.

«Мы, раттатаки, — просты и прочны, как этот камень!» — объяснил он тогда.

Забавный мальчик, на несколько лет моложе ее. Почему она как-то сразу почувствовала к нему симпатию?.. Потом, когда Империя атаковала Раттатак, Падме была уверена, что бедняжка погиб при нападении, как и многие другие жители планеты — и с тех пор всегда носила этот кулон — его подарок — в память о нем и его планете, никому, конечно, не рассказывая, что это за украшение. Да, об этом не знал никто!

Но сегодня… Человек, что тайно связался с ней, сказал: «Тот, кто подарил вам этот кулон — жив и хочет встретиться с вами. И если вы хотите помочь Раттатаку — соглашайтесь на эту встречу».

И она… согласилась. Согласилась, потому что почему-то была уверена — это не ловушка Палпатина или кого-то еще. Кто мог знать про происхождение кулона, кроме раттатаков?.. А если раттатаки знают о ее желании прекратить войну и хотят поговорить с нею — она будет только рада пойти им навстречу!

Вот так сенатор Наберрие и позволила втянуть себя в какой-то сомнительный… заговор?

Получив ее согласие, раттатакский агент вручил ей специальный передатчик для связи — с невесть сколькими степенями защиты канала. По передатчику пришло простое сообщение: по дороге к системе Раттатака Падме надо будет сделать остановку на одной, указанной, планете, где и произойдет встреча. Также на дипломатическом корабле рекомендовалось оставить свободное место для некоего секретного груза…

Глава третья

Безымянный астероид по пути к планете Раттатак

Огромный боевой дроид с грохотом протопал по залу и встал перед Энакином и Шарой, с грозным видом прицелившись куда-то в стену…

— Ну как? — поинтересовался я.

— Ну-у… — протянул Скайуокер. — Не назвал бы ЭТО очень элегантным… но, наверное, он прочный и мощный?

— Совершенно верно. Он и не должен быть элегантным. Зато прочности и оружия — хоть отбавляй. Я сам собрал его и распихал бластеры разных калибров почти в каждую часть его тела. Единственное, что меня волновало — пролезет ли он в раттатакские коридоры, но я специально договорился о подходящем месте переговоров. А еще тут маленький сюрприз… — я нажал кнопку на маленьком пульте управления, что держал в руке — и в центре тела дроида раздвинулись лепестки люка. — Вот это место — для меня. Вообще-то идею я честно своровал у джедая Паратуса…

— Кабина? — изумилась Шара. — Но… почему она такая маленькая?!

— Потому что это не кабина, а тайник. Управлять этим дроидом не нужно, он и сам справится. А я буду прятаться здесь, скрючившись в три погибели и замедлив свой метаболизм — зато никто не догадается, что там может кто-то быть внутри. Это на тот случай, если его огневой мощи будет недостаточно и понадобится прибавить Силу и световой меч — вот тогда я в нужный момент внезапно выскочу оттуда. И разгромлю ошеломленного врага.

— А, — махнул рукой Энакин. — Это если я не разгромлю его раньше! С таким телохранителем, как я, Падме не понадобится эта махина!

— Ой, не хвастай, — качнул я головой. — Неизвестно еще, сколько Палпатин пришлет убийц по ее душу. Во всяком случае, пока я буду сидеть внутри, все происходящее с вами будет на твоей совести, я ведь не смогу контролировать ситуацию оттуда. А Шара должна будет привезти нам «Гонщицу», чтобы мы смогли сбежать на ней, если понадобится. Так что ты будешь главным… некоторое время.

— Я справлюсь, — заверил юный джедай.

— Думаю, да, справишься. Сегодня Сила с тобой, Эни.

«Потому что ты ей нужен, — прибавил я мысленно. — Ты и твои дети.»

— Ладно, если верить полученному нами графику, корабль Падме вот-вот подлетит. Еще раз напоминаю, что мы будем делать. Я — знакомлюсь с ней, знакомлю с ней вас, объясняю ей ситуацию и прошу захватить с собой двух телохранителей: Энакина и этого боевого дроида. Потом незаметно сажусь внутрь него и… и дальше все некоторое время будет зависеть от тебя, Энакин. Ты идешь с Падме, следишь, чтобы с ней ничего не случилось и стараешься при этом себя не выдать. За меч не хватаешься, пока не станет действительно опасно — до того используешь только бластеры. Шара улетает на транспортнике с «Гонщицей» внутри, перед этим запустив механизм самоуничтожения базы. Путает следы, летит на Раттатак и ждет нас в назначенном тайном месте.

— Ясно! — в два голоса подтвердили Шара и Энакин.

— И еще одно. Прошу тебя, Энакин, когда будешь с Падме — не дури.

— Я не собираюсь дурить! — искренне возмутился падаван.

— Я знаю, что не собираешься. И все же напоминаю — не надо. Веди себя хорошо, как порядочный джедай. Только при этом не давай остальным понять, что ты и есть джедай! Если захочешь ее соблазнить…

— Я не собираюсь… — покраснел Скайуокер. — Что ты…

— Если захочешь ее соблазнить — то откажись от этого желания. Потому что ты просто не умеешь.

— Ты-то будто умеешь, — буркнул обиженный Энакин. — Да и не хочу я!

— Я читал о том, как это делается, — поставил я его на место. — А ты — даже и не читал. Поэтому, общаясь с ней — просто доверься Силе, плыви по течению…

— В смысле?..

— В прямом.

Шара смотрела на нашу беседу, попросту разинув рот. А когда я отошел, чтобы отвести и дроида-охранника в сторону, она тихонько шмыгнула за мной.

— Тал… — шепнула тогрута. — Ты ведь… Ну… хочешь, чтобы Энакин и Падме… Ну…

— Допустим, хочу, — кивнул я. — Как ты догадалась?

— Ну-у… интуиция, наверное. Но зачем?!

— А ты что, против того, чтобы они стали парой?

— Нет! Я… очень рада! Буду. За них. Но… М-м-м… У тебя же всегда есть ПЛАН!! Великий План, как спасти всю галактику! Значит ты хочешь, чтобы они… ради твоего Плана?!!

— По-твоему, я не могу это сделать просто из доброго к ним отношения?

— Ну… Наверное, можешь… Но… Скажи правду!

— А тебе действительно хочется знать всю правду? — вздохнул я.

— Да!! Ой, нет! Не надо! — тут же испуганно исправилась она. — Вдруг это что-то… страшное. Или некрасивое. Просто скажи, что все закончится хорошо и ничего плохого с Энакином и Падме от этого не будет!

— Все закончится хорошо и ничего плохого с Энакином и Падме от этого не будет, — заверил я ее.

— Уф, спасибо.

«Во всяком случае, я уверен в этом, — мысленно прибавил я. — Но и мне уже случалось быть чересчур самоуверенным…»

* * *

Медленно, неторопливо и величественно посольский корабль приблизился к нашей базе-на-астероиде и состыковался с нею. Я не сомневался, что на корабле, кроме самой Падме, есть и те, кто сейчас следит за происходящим и уже строчит отчет Палпатину — но к тому времени, когда империя отреагирует и пришлет на нашу базу проверку, здесь уже не будет ничего, кроме большого кратера.

— Плащи — надеть, — скомандовал я, оторвавшись от экрана наблюдения. И сам выполнил свой приказ. — К встрече приготовиться.

Шара и Энакин тоже послушно накинули черные плащи с капюшонами.

— Вылитая команда злодеев из голодрамы, — проворчал при этом Скайуокер.

Однако, когда люк входного шлюза отворился, Шара не удержалась и сдавленно хихикнула — потому что со стороны посольского корабля к нам двинулась точно так же закутанная в черный плащ фигура…

— Сенатор Наберрие? — поинтересовался я, когда она приблизилась.

— Да, — сказал из под капюшона столь знакомый и решительный голос. — Я вижу, что вы тоже соблюдаете маскировку… друзья? Так кто из нас первый покажет лицо, чтобы убедиться, что все мы — именно те, за кого себя выдаем?

— Энакин, исполни желание сенатора, — попросил я.

Скайуокер с готовностью скинул капюшон…

— Здравствуй… те, се… сенатор, — кивнул он.

Ну вот, еще и заикаться начал.

— Эни?! — Падме открыла лицо очень величественным жестом, но тут же не удержалась и улыбнулась так открыто и радостно, что Скайуокер чуть не подпрыгнул (во всяком случае, таким ощущением плеснуло от него в Силе). — Это ты… Правда, ты… Как ты вырос!

«Только не говори «Ты тоже»! — мысленно взмолился я к Энакину. — Почему я не предупредил его об этом?!»

— Ты тоже! — радостно бухнул падаван. — То есть… ты стала еще красивее… Для сенатора… я хотел сказать…

Бедный Эни… Падме просто покатилась со смеху, услышав его. А с другой стороны ей вторила хохочущая Шара (предательница!), обеими руками придерживая капюшон, чтобы тот не свалился из-за хохота. Кажется, большего позора юный падаван и представить себе не мог. Я утешительно похлопал его по плечу — ничего, мол, бывает.

— К сожалению, мы с коллегой не можем последовать вашему примеру, — поклонился я Падме. — Для вашей же безопасности — мы, увы, не из тех, кому в империи можно свободно показывать свои лица. И лучше вам даже не знать, почему.

— Возможно, вы правы, — царственно согласилась отсмеявшаяся Наберрие. — В таком случае я готова выслушать то, что вы хотите мне сообщить.

* * *

— Так вы считаете, что император Палпатин планирует мое убийство? — не похоже было, что это удивило Падме.

— Убийство, которое свалит на раттатаков, чтобы одним ударом и избавиться от главной оппозиционерки Сената, и найти причину вновь продолжить эту войну, — подтвердил я.

— Но у вас нет доказательств?

— К сожалению, нет, иначе мы бы уже их обнародовали. Вас удовлетворит ответ, что мы хорошо знаем Палпатина, сенатор? К примеру, вы слышали, что он ситх?

— Наверное, уже вся галактика слышала рассказ Асажж Вентресс, — пожала плечами Наберрие. — Да, я знаю, император — властолюбивый человек, очень властолюбивый, настоящий тиран… И я вполне могу поверить в то, что он хочет от меня избавиться. Думаю, что ради власти он пойдет на все. Но все же, считать его воплощением истинного зла…

— Заверяю вас, что в словах Вентресс не было ни слова выдумки, — ответил я. — Является ли он воплощением истинного зла — конечно, спорный вопрос, но вы даже не представляете, сколь непомерна его тяга к власти в действительности. Представьте себе, что, даже став императором, он еще далеко не достиг вершин своих стремлений… Раттатак и вы — вот что его раздражает сейчас — немного раздражает, признаемся в этом, но он не любит и мельчайшего сопротивления. Поэтому мы считаем, что он вполне готов избавиться от вас обоих. Однако, если его планы будут сорваны… не скажу, что Раттатак будет спасен тогда, но это станет лишним болезненным уколом для императора-ситха. И… мы считаем, что ваша жизнь стоит того, чтобы ее спасти, сенатор. Что касается вашего плана, то сами раттатаки не против заключения мира, но они не доверяют Палпатину, разумеется. Так что все, что требуется от вас, сенатор — это продолжать делать то, за чем вы отправились в путь… лишь приняв нашу небольшую помощь. Мы хотим обеспечить вашу безопасность, поэтому советуем вам взять с собой двух охранников, которых мы вам предоставим. Боевого дроида, которого вы видели, и Энакина.

— Энакина?!

— Не судите его слишком строго. На самом деле он уже хорошо обученный джедай-падаван и будет очень стараться защищать вас.

— Так значит, джедаи?!

— Это не тот вопрос, который можно обсуждать сейчас. Не сочтите за недоверие, сенатор, но уцелевшие джедаи сейчас находятся в довольно сложном положении. И вы ведь не верите в то, что говорит о них имперская пропаганда?

— Нет, конечно! Но… это же еще больший риск для джедаев, чем для меня — отправлять Энакина со мной! Я не могу согласиться! Я…

— И все же мы вас просим именно согласиться на этот риск. Который, к слову, не так уж и велик. Под вашим началом Энакин будет вне опасности до конца переговоров, вы представите его вымышленным именем, как нанятого вами телохранителя. В пути до Раттатака и на планете ваш дипломатический иммунитет убережет вас от козней Палпатина и его слуг — ведь пока ему нужно изображать свою поддержку вашей миссии. И если до него и успеет дойти информация о ваших новых служащих, то вряд ли он станет вмешиваться, ведь по его плану вы и так обречены.

— Даже если император Палпатин действительно задумал меня убить, я не откажусь от своей миссии, — тихо ответила Наберрие. — Но я не хочу, чтобы в результате пострадал кто-то еще, кроме меня. Ни джедаи, ни раттатаки.

— Не волнуйся, если кто и пострадает, то не я, а те, кто попытаются тебя тронуть! — тут же пообещал Скайуокер.

Падме некоторое время молчала, потом взглянула на падавана. Тот радостно улыбнулся в ответ…

— Хорошо. Я согласна. Мы пойдем на этот риск, — решительно ответила набуанка. — Я не позволю Палпатину использовать меня для еще большего разжигания войны в галактике!

«Нет, не она разожжет ее, не она, — вдруг явственно услышал я шепот, словно кто-то говорил мне на ухо. — Но это пламя разгорится. Скоро!»

Никто, кроме меня, однако, явно ничего не слышал.

— Тогда позвольте нам передать вам вашего охранного дроида и проводить вас, — сказал я Падме. — Энакин?

— Я готов!

— Замечательно. Идем.

Глава четвертая

Как я решил чуть позже, в общем и целом все прошло полностью по плану. Мне успешно удалось сделать вид, что я ушел по делам куда-то еще, а на самом деле чуть опередить Энакина с Шарой, запрыгнуть внутрь дроида-охранника и запереться там. В дальнейшем же… в дальнейшем я просто сидел внутри, «отключившись» от реальности и лишь смутно ощущал происходящее вокруг: как Падме с Энакином поставили дроида в грузовой отсек и ушли, там его и оставив. И меня — тоже. И сидел я там довольно долго — пока посольский корабль продолжал свой путь к Раттатаку — от нечего делать раздумывая о том, что сейчас делают Энакин с Падме… И надеялся, что их отношения как-то развиваются, пока я тут… взаперти… В конце концов, именно на то, чтобы свести эту галактическую парочку вместе, я и потратил столько усилий… Жаль, конечно, что все это происходит совершенно вне моего контроля… да, жаль. Я признался себе, что вообще не люблю, когда что-то, о чем я знаю, находится вне моего контроля — потому что это неприятно — но ничего не поделаешь, порой и такое случается.

Кстати, как я заключил, мне не нравились и таинственные голоса, которые что-то мне нашептывают — опять же, в тех случаях, когда они это делают не под моим контролем, а недавний случай был именно из таких. Я даже подозревал, кем именно может оказаться этот «шептун» — и это мне не нравилось тоже. Если снова вступил в игру мой неприятный двойник, представляющий мою темную сторону… То, в общем-то, это могло ничего и не значить. А могло значить что-то, о чем я пока не имел понятия. Он сказал, что война в галактике скоро разгорится — зачем он сообщил мне об этом? Этого я не знал. А потому решил просто плюнуть на этот вопрос, ответа на который все равно не было, и пока забыть о нем — чтобы, если целью врага было просто вывести меня этим из равновесия, не дать ему этого добиться. Сделав такой вывод, я мысленно записал одно очко на свой счет, вычеркнул вопрос из списка проблем и вернулся к «смутному наблюдению» за летящим по космосу кораблем.

Насколько я мог чувствовать, все на борту было в порядке, экипаж, охрана и прислуга сенатора старательно занимались своими делами, угрозы не чувствовалось ни от чего и ни от кого. А Энакин и Падме… сидели рядом в комнатах сенатора. Что ж, неплохо…

* * *

На борт посольского корабля Энакин, конечно же, взошел в маскировке — но не плаще (это могло как раз вызвать нежелательные ассоциации с джедаями или ситхами), а в фальшивых мандалорских доспехах. Настолько фальшивых, что это было заметно невооруженным глазом, и по кораблю тут же поползли слухи, что «этот парень» только «косит» под мандалорца, а на самом-то деле… Впрочем, что «на самом деле» — никто понятия не имел.

Собственная охрана набуанки, узнав, что Падме залетела в какую-то глухомань, только чтобы взять с собой дополнительного телохранителя, осталась не очень-то довольна. Охранники были профессионалами, и, естественно, их гордость была задета таким поступком сенатора — выходит, она им не доверяет, раз наняла еще… неизвестно кого?

Однако сам Энакин не обратил никакого внимания на настроение своих новых «коллег», ведь его мечта сбылась — он наконец-то был вместе с Падме! К вящему неудовольствию той же охраны и обслуживающего персонала она выставила всех из своей комнаты, после чего гость смог снять шлем и ответить на много-много ее вопросов. Амидалу интересовала жизнь на Раттатаке до и после имперского нападения, и как жил сам Энакин, и как он спасся, и… в общем, много всего. И Скайуокер с радостью отвечал на ее вопросы (ну, только не раскрывая некоторых джедайских тайн, конечно), и сам расспрашивал, как Падме жила все эти годы, так что молодые люди проболтали допоздна.

Юный джедай готов был и заночевать прямо на полу у порога комнаты своей возлюбленной, чтобы охранять ее покой, но это не понадобилось — на корабле еще были свободные каюты, одну которых Падме ему и выделила.

Так что условным космическим «утром», когда корабль прибыл в систему Раттатака, Энакин проснулся бодрым, отдохнувшим и готовым до конца выполнить свой долг.

* * *

— Странно, — произнесла Падме, глядя через обзорное окно мостика на копошение космических кораблей над планетой. — Почему прибыло столько транспортов? И… к гарнизону ведь приписаны три ИЗРа, а здесь их четыре…

Энакин промолчал, играя роль немногословного мандалорского охранника.

Зато капитан набуанской охраны Панака не на шутку взволновался. Пока было не ясно, что именно происходит, но он следовал правилу — все непонятное считать угрозой охраняемым лицам. И поэтому тут же связался с имперской базой и принялся выяснять, в чем дело.

— Командующий говорит, что транспорты прибыли для эвакуации имперского гарнизона после окончания мирных переговоров с раттатаками, — наконец, растерянно сообщил капитан. — А дополнительный Разрушитель… на нем прибыл Верховный инквизитор Антиннис Тремейн, который должен проследить за безопасностью переговоров, эвакуации и вашей личной безопасностью. Странно.

— Эвакуация?! — изумилась Амидала. — Император, что, уже так уверен, что переговоры пройдут успешно?!

— Странно, — повторил Панака. — Да еще и этот инквизитор…

«Что же задумал Палпатин?» — подумали все на мостике, не решаясь, однако, высказать эти слова вслух.

— Я лечу на планету, — объявила, наконец, Падме.

Антиннис Тремейн — мрачный бледный тип в черных одеждах и инквизиторском фиолетовом плаще с высоким воротником поверх них — встретил мирную делегацию уже в ангаре, подойдя к трапу корабля.

— Что происходит? — сразу же налетела на него Амидала, вовсе не смутившаяся от вида Верховного инквизитора. — Почему вы уже готовитесь к эвакуации? И почему за моей безопасностью отправили следить именно вас?

— Император верит, что ваши переговоры завершатся успешно, — растянул губы в улыбке инквизитор. — И он прислал меня, потому что беспокоится о вашей безопасности. Раттатаки сообщили нам, что готовы к переговорам, и если вы тоже готовы отправиться к ним, то сейчас я уточню место и время проведения…

— Я готова, — царственно вздернула голову Падме. — Но будет ли уместно ваше участие в мирной делегации…

— Этот вопрос не подлежит обсуждению, — мерзко улыбнулся Верховный инквизитор.

Весь день мирная делегация сидела как на иголках, пока на базе шла спешная подготовка к эвакуации. Никто ничего не мог понять, однако обстановка становилась все более нервной. Наконец, к вечеру пришло приглашение от командования раттатаков: они прислали карту туннелей, по которым можно было добраться до подземного убежища, назначенного для переговоров, и сообщили, что сами уже на месте.

— Отлично, значит, мы отправляемся. Пора вам принести мир этой планете, сенатор, — скомандовал Верховный инквизитор, явившийся во главе целого взвода клонов.

— А зачем столько штурмовиков? — тут же поинтересовалась Амидала. — Мы — мирная делегация!

— Это — всего лишь ваша охрана. Просто для представительности вашей мирной делегации.

— Но мне не нужно столько охранников! Вполне хватит и моей собственной охраны!

— Боюсь, я вынужден настоять, — со своей мерзкой улыбкой ответил инквизитор. — Вам необходимо именно такое количество охраны. Так мы идем на переговоры или нет?

И вот, кипящая от возмущения Падме проследовала к транспортному кораблю во главе уже внушительного для мирной делегации отряда. У транспорта поджидал еще и подаренный ей охранный дроид.

— А есть ли необходимость в этом куске дюрастила? — неприязненно прокомментировал Тремейн. — Разве вам недостаточно нашей охраны, сенатор?

— На этот раз я — вынуждена настоять, — с металлом в голосе ответила Амидала.

— Что ж, пожалуйста, — нехотя кивнул Антиннис Тремейн. Чем-то этот дроид ему не нравился…

* * *

Появление одаренного, в котором я с удивлением узнал одного из джедаев-перебежчиков, да не какого-то, а самого Верховного инквизитора Антинниса Тремейна, стало неприятным сюрпризом. Но все же я, просчитав варианты, счел, что успех нам с Энакином все равно обеспечен. Даже несмотря на то, что Тремейн захватил с собой целый взвод клонов-штурмовиков — похоже, он даже не особо и стремился замаскировать свои намерения… К счастью, ни Энакина в мандалорских доспехах, ни меня в моем вынужденном заточении Антиннис не опознал, как одаренных (а меня — вообще не заметил). Хотя… Что-то слишком часто он бросал на моего дроида подозрительные взгляды. Но все же лишь взглядами и ограничивался.

Пока транспорт летел над раттатакскими горами, все помалкивали, однако неприязнь между набуанским отрядом охранников Падме и отрядом клонов Тремейна легко ощущалась, словно была разлита в воздухе. Сам Антиннис излучал злобное предвкушение. Ну а когда транспорт прибыл к тоннелю на базу раттатаков и все вошли внутрь, обстановка накалилась дальше некуда. Дело в том, что штурмовики Антинниса сразу же окружили набуанцев со всех сторон и так и пошли дальше, словно конвой — как нахально объяснил инквизитор, для лучшей защиты от любой возможной опасности — однако на деле их расположение куда больше способствовало тому, чтобы быстро перестрелять всю охрану Амидалы в случае надобности. И набуанцы это прекрасно поняли, все же они тоже были профессионалами. Явно чувствовалось, что охранники уже держат пальцы на спусковых крючках бластеров и сами готовы в любой момент открыть огонь — не по неведомым врагам, а по «союзникам». Падме с Энакином старались держаться поближе ко мне.

Развязка наступила внезапно. В один прекрасный момент Тремейн скомандовал «Стоп!». И когда отряд остановился, безо всяких предварительных злодейских речей просто добавил: «Огонь!»

То есть, внезапно все это должно было быть для неподготовленных людей. Однако в те короткие мгновения между командой и первыми выстрелами, когда клоны уже брали набуанцев на прицел, но еще не успели выстрелить, мой дроид стремительно повернулся, одновременно открывая и выдвигая все свои оружейные стволы, и обрушил на взвод Антинниса град лазерных лучей. А по огневой мощи он сам не уступал целому взводу, чего инквизитор, конечно, не предвидел.

Огненные росчерки расчертили темный тоннель. Энакин мгновенно сшиб Падме на пол и они вдвоем откатились к стене, откуда наш джедай тоже принялся весьма метко палить из бластера. Антиннис Тремейн — надо отдать ему должное — не только успел выхватить свой световой меч и отбить несколько выстрелов, но и с яростным воплем подпрыгнул под потолок, чтобы оттуда обрушить на дроида удар, что должен был легко разрубить того напополам. Вот только… Бедняга не знал, что под внешней оболочкой из обычного дюрастила скрывался слой непробиваемого для световых мечей бескара (обошедшегося мне в немалые деньги, однако жизненно необходимый, чтобы дроид мог не только внезапно и уверенно нападать, но и долгое время держаться под вражеским огнем)! Клинок из чистой энергии ударился о бескар, словно обычный металлический клинок о металл, не ожидавший такого Верховный инквизитор потерял равновесие… и напоролся сразу на несколько выстрелов меткого дроида.

За прошедшее довольно короткое время три четверти штурмовиков уже были перебиты, остальные залегли и палили по дроиду, сочтя его главной опасностью, да так оно и было. Впрочем, Энакин и набуанцы уже тоже стреляли по уцелевшим имперцам, так что тем стало совсем кисло. А затем неуязвимый дроид-охранник со мной внутри двинулся на имперцев и просто перестрелял их всех по очереди. Верхняя, дюрастиловая, часть его брони при этом превратилась в решето, однако благодаря внутренней, бескаровой, части ни один важный узел механизма не пострадал. Предатели просто не ожидали ничего подобного, почему победа и была одержана нами столь легко.

Тем не менее, и с нашей стороны было двое раненых охранников — увы, и некоторые клоны все же успели выстрелить и попасть в цель. К счастью, сама Падме ничуть не пострадала, как и Энакин. Который уже вскочил на ноги и подбежал к Тремейну…

— Он еще жив! — крикнул падаван.

Как ни странно, несколько раз простреленный инквизитор действительно еще дышал и даже попытался пнуть вставшего рядом с ним Скайуокера.

— Тварь… — прохрипел он затем, повернув голову в сторону Падме. — Хитрая тварь… Все равно он до тебя доберется. Недолго тебе радоваться!

— Тебе император приказал убить ее? — схватил его за воротник Энакин.

— Да, — злобно усмехнулся Антиннис. — Недолго вам и вашим раттатакам осталось! Идите, ведите переговоры, заключайте мир! А через несколько часов наш прототип вас всех сотрет в порошок… проклятье, это же я должен там командовать!

— Что за прототип? Что вы задумали?! — вцепилась в него Амидала.

Но Тремейн уже потерял сознание.

Со скрежетом раздвинулся люк в моем убежище — это я нажал на нужную кнопку, а затем, с удовольствием разогнувшись, вылез наружу перед ошеломленными набуанцами. Еще бы, после только что кипевшей схватки вылезает вдруг прямо из боевой машины такой непонятый тип в плаще, капюшоне, маске и… вообще.

— Не надо в меня целиться, я друг, — прогудел я.

— Это наш друг и союзник, — поспешил объяснить и Энакин. — Это его дроид.

— Вы? И почему я не знала?.. — недовольно начала Падме.

— Потому что это был секрет на всякий случай, — прервал ее я, тем временем присматриваясь к телу Верховного инквизитора. Мелодия жизни «звучала» в нем все тише. — Долго он не протянет, мы уже не успеем доставить его на имперскую базу к врачам, даже если и захотим. Однако он проговорился и успел сообщить кое-что важное. Во-первых, в ближайшие несколько часов раттатаков собираются истребить неким «прототипом», во-вторых, командовать применением этого «прототипа» должен был сам Тремейн.

— Но что это за «прототип»?! — снова вопросила Амидала.

— Ясно, что это оружие массового поражения, определенно, новое, только что созданное, первый экземпляр. Вряд ли биологическое, раз должно истребить всех раттатаков столь быстро, и, видимо, оно находится на ИЗРе Антинниса, значит, мы можем составить представление о его размерах. Скорее всего, оружие энергетическое… и есть у меня одно подозрение на этот счет. Если это то, о чем я подумал, то раттатаки и впрямь в большой опасности, — заключил я.

— Но тогда мы должны… — начала Падме — и запнулась.

Действительно, что мы должны сделать для спасения жителей обреченной планеты? Нас самих — очень мало, армия раттатаков, даже если станет вся помогать нам — просто ничего не сможет поделать против висящего на орбите ИЗРа, у Амидалы в подчинении лишь посольский корабль, да и то, на нем наверняка есть агенты Палпатина, у нас с Энакином есть еще в запасе спрятанный транспорт Шары и «Гонщица» на нем, на которой нет оружия — мы ведь готовили ее лишь для того, чтобы сбежать с Раттатака вместе с Падме, если придется (кстати, я отругал себя за непредусмотрительность в этом случае и решил, что после возвращения «Гонщицу» уж непременно вооружу, ведь с хорошим оружием она могла бы воевать не хуже, чем кораблик Вентресс в свое время!). Что операция по спасению сенатора Набу вдруг превратится в операцию по спасению всего Раттатака, даже я никак не ожидал…

— Мы должны захватить ИЗР Тремейна! — вдруг выпалил Энакин.

— Ты шутишь?! — изумился капитан Панака.

— Как? — спросил я.

— У меня есть идея! — ответил Скайуокер.

Глава пятая

Когда наша команда ворвалась на имперскую базу, разумеется поднялся переполох. И не потому что мы взяли ее штурмом, нет, для рядовых штурмовиков и офицеров, ничего не знавших о плане Тремейна, мы все еще были «своими» и вошли туда как «свои». Да и не напугал бы их обычный штурм… Нет, с их точки зрения, все было куда хуже, и не потому что мы вернулись без взвода сопровождения, с двумя ранеными набуанцами на руках и изрешеченным боевым дроидом — это тоже не произвело бы столь сильного впечатления само по себе… Действительно всех напугало то, что Энакин и Панака тащили опиравшегося на их плечи раненого Верховного инквизитора! Который на все вопросы только вяло отмахивался рукой и бормотал: «На мой Разрушитель, срочно…»

Немногословие Тремейна восполняла Падме, которая рассказывала всем встречным-поперечным об ужасном коварстве раттатаков и их союзников-клонов. Да, клоны предали Великого инквизитора! Во время переговоров с обманщиками-раттатаками штурмовики напали на него одновременно с теми! Как, что, почему — ничего непонятно, ясно только, что это заговор и заговор крупный, не исключено, что нити потянутся на самый верх!! А местному командованию точно не поздоровится! С нашей помощью Тремейн смог отбиться от негодяев, но они его изранили, и теперь Верховному инквизитору срочно надо на свой ИЗР. Да мало того, эти наглые и подлые раттатаки сказали нам та-ако-ое… Нет, не здесь, это пока тайна, но скажу, что теперь мы все под угрозой! Эвакуируйтесь немедленно! Все! Со всей планеты! Бросайте все, уходить надо срочно! Вот и Великий инквизитор может подтвердить. Ага, видите, подтверждает.

Перечить Верховному инквизитору никто не смел, так что нас спешно проводили к челноку, усадили в него и отправили в космос, а эвакуация на базе приняла вид панического бегства. Никто ничего не знал и не понимал, но сам В.И. Тремейн, наделенный императором чрезвычайными полномочиями, приказал — значит надо!

Разумеется, будь Тремейн жив, он и не подумал бы плясать под нашу дудку… Да-да, к этому времени он уже полностью отдал Силе душу. Энакин с Панакой тащили лишь его бренный труп, а то, что этот труп перебирал ногами, махал рукой, кивал и даже порой произносил несколько слов хриплым неуверенным голосом, объяснялось исключительно моим Силовым воздействием. Я, опять сжавшись в комок внутри дроида и не обращая внимания ни на что иное, полностью переключился на контроль его тела, с помощью телекинеза дергая его мышцы, как кукловод нити марионетки.

Не сказал бы, что это было легко. То есть, конечно, просто передвигать мышцы человека — не сложнее, чем любые другие предметы, но проблема в общем количестве этих мышц в теле! Изображать так живого и полностью здорового человека у меня бы точно не вышло — окружающие быстро заметили бы, что он двигается как-то странно. Но сейчас останки Верховного инквизитора надо было выдать за человека тяжело раненого, еле способного передвигаться и говорить, а это упрощало дело. Впрочем, даже в таком виде от меня потребовались все силы и сосредоточенность, чтобы изобразить полумертвого как следует.

Да, хитрая идея пришла Энакину в голову! Простая, оригинальная, авантюрная, дерзкая (если не сказать «наглая» или даже «хамская»), однако когда я быстро обдумал ее, то признал, что, как ни странно, она приведет нас к успеху с очень высокой вероятностью.

После того, как мы приземлились в ангаре тремейновского ИЗРа, все тоже пошло, как по маслу — Тремейн отмахивался от офицеров и «приказывал» срочно пропустить нас на мостик, а уж когда мы добрались до мостика…

— Как «эвакуировать корабль»?! — изумленно переспросил у Падме капитан.

— Говорю же вам, этот ИЗР в опасности! — рявкнула Амидала. — Эти проклятые агенты раттатаков сумели где-то провести диверсию! Хуже того, мы не знаем, кто эти агенты и сколько их! Если немедленно не эвакуировать весь корабль — всем конец! И вы будете отвечать перед императором Палпатином!

— Немедленно… Эвакуация… Полная… — еле слышно прохрипело тело Верховного инквизитора, ухватившись непослушными пальцами за воротник капитана и взглянув на него злобными выпученными глазами (ох, не перестарался ли я?). — Или… Я тебя…

— Будет исполнено! — отдал честь офицер.

Кажется, Падме с Энакином и сами слегка офигели при виде того, как споро экипаж ИЗРа помогал нам его захватить. В полном соответствии с инструкциями и нормативами весь боевой корабль был полностью эвакуирован в кратчайшие сроки — в спасательных капсулах в космос вылетели все, кто ранее пребывал на борту — за исключением офицеров на мостике, которые контролировали эвакуацию.

— Ваш приказ выполнен, — доложил, наконец, капитан. — Прикажете покинуть корабль и обеспечить вашу эвакуацию?

— Ни к чему, — прохрипел Тремейн (то есть, я за него), которого Энакин осторожно уложил на пол.

И, подтверждая, что уходить действительно ни к чему, Скайуокер и набуанцы достали бластеры и направили их на имперских офицеров. Мой дроид тоже выдвинул все свое вооружение.

— Это вооруженный захват, — пояснила для непонятливых Падме.

— Но… — опешил капитан, бросив растерянный взгляд на неподвижное тело Верховного инквизитора на полу. — Как же… Что…

— Всё, — коротко ответила Амидала. — Сдайте оружие.

Через несколько минут офицеры уже были закованы в наручники и согнаны в угол под присмотр капитана Панаки и его отряда. А мы (я опять вылез из дроида) осваивались с управлением Звездным Разрушителем, который оказался полностью в наших руках. И на котором действительно было установлено одно уникальное орудие.

— Да этот сверхмощный лазер может одним выстрелом разнести на кусочки астероид или пробить кору планеты на километры вглубь! — сообщил Энакин. — Никакие подземные укрытия раттатакам не помогут. Теперь все ясно — Тремейн хотел перепахать этой штукой всю поверхность планеты! И понятно, почему гарнизон эвакуировался — они собирались начать обстрел прямо сейчас!

— Очень интересно, — ответил я, оглядывая через обзорное окно огромное количество транспортных кораблей и корабликов, сбившихся в кучу прямо вокруг нас. Точнее, не совсем вокруг — ИЗР Тремейна находился на ближнем к поверхности Раттатака краю этой кучи, постепенно растягивающейся в длинный эллипсоид. Из трех других ИЗРов местной эскадры один завис неподалеку от нас, а два других — подальше, и по отношению друг к другу на противоположных краях этого эллипсоида. — Интересно, — повторил я.

И в этот момент пришло оно — видение Силы. Огонь покрыл Раттатак и окружающий его космос, а затем начал стремительно перекидываться на другие звездные системы и сектора. Пламя пожара все разрасталось и разрасталось, пока не достигло Корусканта. И посреди образа сотрясающегося императорского дворца показалось искаженное яростью лицо Палпатина — желтые глаза пылали нечеловеческой злобой и, казалось, смотрели прямо на меня. Затем император взревел и поднял руки, с которых сорвались синие молнии…

Видение погасло. Оно и заняло-то всего несколько секунд. Но теперь мне все было понятно.

«Все верно, не Падме разожжет галактическую войну, — в мгновение ока я составил простой план своих последующих действий. — Это сделаю я. Я разожгу ту войну, которая спалит Палпатина и Империю. Это единственный способ ускорить события, заставить их двигаться как можно быстрее.»

— Надо как-то вывести этот суперлазер из строя! — предложила тем временем Падме.

— Ни в коем случае, — отозвался я, отходя от обзорного окна. — Мы заберем его с собой, он еще пригодится. И вместе с ним угоним этот Звездный Разрушитель, разумеется.

— Угоним?! — не поняла Падме. — Но тут же еще три ИЗРа рядом! Они нас не пропустят. Возможно, там уже догадываются, что здесь что-то произошло.

— Доверьтесь мне, — посоветовал я, заняв одно из пилотских кресел. — Я знаю, что делаю.

— Это верно, он всегда знает, что делает, — подтвердил Энакин.

«Ох, Эни, знал бы ты, что именно я задумал, может быть, не был бы так уверен», — подумал я. Но вслух сказал другое:

— Займите места пожалуйста. Мы отправляемся прямо сейчас. И двадцати минут не пройдет, как выберемся отсюда.

И, хотя никто не понимал, что я собираюсь делать, все расселись по креслам.

Я же, вместо того, чтобы заняться управлением, отключил внешнее восприятие и полностью и погрузился в Силу. Дело в том, что мне не нужно было управление только полетом, которое было доступно на моем месте. Мне нужно было управление и полетом, и двигателями, и всем вооружением ИЗРа, в том числе пресловутым «Прототипом» — этим сверхмощным лазером.

Трюк, который я собирался проделать, был довольно сложным, но все же вполне доступным даже джедаю средних сил, хотя при этом и требовал изрядного напряжения и сосредоточенности, не меньше, чем для управления марионеткой-телом — подключиться к нужным системам напрямую, телекинезом, и вести корабль, в одиночку управляя всем тем, для чего обычно нужно несколько десятков человек. Да, даже джедай средних сил мог попробовать такое. А вот чтобы это получилось, причем идеально, да в тех условиях, в которых мы находились… тут нужен был мозг бита.

Путаница сложных геометрических фигур охватила сделавшиеся прозрачными корабль и все объекты вокруг него — так мой разум представил в Силе задачу, требующую решения. Я осторожно стал тянуть то за одну линию, то за другую, перемещать их, меняя начертания фигур… пока не стало ясно, что все, абсолютно все, у меня под контролем, все нити, ведущие ко всему, что может помочь или помешать мне. Включая и всех находящихся рядом со мной людей — я совсем не был уверен, что им понравится то, что я задумал, так что…

— Вперед, — потянул я за нить, управляющую моими собственными губами и языком. Голос прозвучал монотонно и глухо.

Двигатели заработали, Имперский Звездный Разрушитель сдвинулся с места. И полетел… прямо на своего соседа. А далее траектория полета проходила аккурат по оси столь удачно образовавшегося на пути эллипсоида из множества транспортов…

— За Вентресс! — произнес я, на несколько секунд включив передатчик на имперской волне, а затем отключив. И яркий зеленый луч вырвался из «Прототипа», угодив прямо в повисший на пути второй ИЗР. Тот мгновенно полыхнул белой вспышкой, разлетаясь даже не на куски, а на какие-то брызги — видимо, такую относительно мелкую цель суперлазер просто испарил.

— А-ах, — Энакин схватился за голову. — Нет! Зачем?!

Я знал, что он почувствовал — мгновенную гибель нескольких десятков тысяч разумных. Сам я почувствовал ее тоже, но, в отличие от Энакина, я знал, чего ожидать, и заранее постарался отключить и заглушить все ощущения. Тем не менее, это было… неприятно. Впрочем, дальше будет не легче…

— Что вы делаете?! — вскрикнула Падме.

Управляемый мной ИЗР пролетел сквозь облако пара, только что бывшее таким же Разрушителем, и… пошел прямо по оси «эллипсоида», открыв огонь по транспортным кораблям изо всех орудий. Словно извергающийся турболазерными лучами вулкан, он двигался через это столпотворение транспортов, и ни один выстрел не попадал мимо цели — я полностью контролировал обстановку.

Энакин попытался вскочить — разумеется, чтобы помешать мне — но, так как я заранее ожидал, что он сделает именно это, у него ничего не вышло. Я просто вовремя потянул еще за одну ниточку, и Скайуокер, вместо того, чтобы выскочить из кресла, приложился лбом о приборную панель перед собой. Не слишком сильно, ровно настолько, чтобы ненадолго потерять сознание.

— Прекратите немедленно!! — закричала Амидала, потянув из потайного кармана бластер. Но тот мгновенно вылетел у нее из рук и унесся в угол, где и упал. Сама же сенатор обнаружила, что не может отлепиться от кресла. Такие же проблемы появились и у всех остальных на мостике.

«Надолго меня не хватит», — пронеслась мысль. Однако я сжал все свои силы в кулак и продолжил решать задачу, которая внезапно перестала казаться легкой. Темные вихри вертелись в пространстве вокруг, затуманивая Силовое зрение, однако я продолжал тянуть за все нужные ниточки, взрывая один транспорт за другим. Тысячи. Десятки тысяч. Сотни тысяч. Миллионы погибших разумных…

Мы пролетели центр «эллипсоида». Транспортные корабли в панике пытались бежать кто куда, порой сталкиваясь друг с другом. Два ИЗРа двигались в нашу сторону. Но все по-прежнему было у меня под контролем.

Еще один выстрел «Прототипа» уничтожил еще один Разрушитель. Второй продолжал идти к нам, но мне было ясно, что он не успеет приблизиться достаточно, чтобы представлять серьезную опасность… А затем «Прототип» выстрелил в третий раз. И у имперцев здесь не осталось ни одного ИЗРа.

Тьма заволокла края того пространства, которое я контролировал — часть нитей в моих руках оборвалась. Я уже не видел тех транспортов, к которым они вели, но догадывался, что те уйдут. Это было плохо, но не слишком — главная цель все равно будет достигнута. Уже семьдесят процентов сил противника уничтожены. Семьдесят пять. Восемьдесят. Тьмы все больше, видимое пространство сужается в узкий тоннель… Ничего, все равно большинство их уже не уйдет. Восемьдесят пять процентов. Девяносто. Девяносто два. Девяносто два процента врагов уничтожено, остальные ушли. Кто куда, но их уже не догнать, да и нет на это ни сил, ни времени. Как, впрочем, и смысла в этом уже нет.

Все. Победа… Система опустела — уцелевшие транспорты ушли в гиперпространство. Но уцелело только восемь процентов. Которые теперь расскажут о страшной контратаке раттатаков, уничтоживших три Звездных Разрушителя, погубивших миллионы клонов одним ударом и захвативших прототип новейшего супероружия Империи. И все это было — «За Вентресс!»

Тьма скрыла все вокруг… Я еще успел затормозить корабль — и с сознанием выполненного долга потерял это самое сознание.

* * *

— Как ты мог, как?! — вопрошал Энакин. — Вот просто взять и перестрелять несколько миллионов разумных.

— Это ужасно! — возмущенно поддакнула Падме.

— А чем это отличается от того, что мы перед этим перестреляли несколько десятков штурмовиков в подземелье? — мрачно ответил я, обеими руками держась за свою несчастную, больную, большую голову. Все-таки недавнее напряжение всех сил даром не прошло.

— Как чем?! — не понял Скайуокер. — Да это совсем другое дело!

— Друзья мои, боюсь, вас просто гипнотизирует магия больших чисел, — отозвался я еще мрачнее. — Мешает воспринимать ситуацию объективно. Эти клоны воевали с раттатаками, а значит, были такими же нашими врагами, как и те, которые напали на нас в подземном коридоре. И нет никакой разницы в плане морали — перестрелять несколько десятков врагов или несколько миллионов врагов. Я уничтожил исключительно врагов. И исключительно солдат — на тех транспортах не было ни одного гражданского. Так что не надо представлять меня военным преступником.

— Но они же не нападали на нас, они, наоборот, собирались улетать, — сердито, но уже слегка неуверенно, сказала Амидала. — А вы им этого не дали.

— Как улетели, так и вернулись бы, — парировал я. — Или вы думаете, что после того, как мы угнали бы этот ИЗР с его новой игрушкой — «Прототипом», император оставил бы Раттатак в покое? Ничуть — наоборот, вернул бы сюда гарнизон и продолжил войну, даже еще упорнее повел бы ее. А вот теперь ему понадобится время, чтобы разобраться в произошедшем и прислать сюда новые войска. И некоторое время планета будет свободна, а мы сможем действительно помочь раттатакам.

— И все равно, эти клоны на транспортах были совершенно беззащитны, — упиралась набуанка.

— Так что же, ждать, пока враг хорошо подготовится к нашему нападению? Может, еще заранее предупредить, прислав вызов на дуэль? Сенатор, мы с вами живем в эпоху орбитальных бомбардировок, ПВО и расстрелов кораблей турболазерными батареями. В современных битвах нередко складываются ситуации, когда один из противников бывает практически беззащитен перед другим. Но отказываться атаковать его из-за этого… Думаю, даже военные былой Республики вас бы не поняли — ваши рассуждения, мягко говоря, неразумны. Впрочем, я понимаю, что вы политик, а не военный, причем еще и идеалистка. Не имею ничего против такого сочетания, но не в случаях, подобных недавнему.

— Ты меня оглушил, — обиженно пожаловался Энакин.

— Это было необходимой мерой. Я не мог позволить тебе сорвать важную военную операцию из-за твоего непонимания происходящего и влияния твоих эмоций, — нагло ответил я. — А действовать в тот момент надо было быстро.

— Но ты ничего нам и не рассказал о том, что собираешься делать! — снова возмутился Скайуокер.

— А вы бы согласились тогда на это? Точно так же, как сейчас, начали бы возражать, спорить, и, если бы мне и удалось вас в итоге убедить, было бы потрачено время, потеря которого могла оказаться критической, и операция сорвалась бы.

— Все-то у тебя складно выходит, — ответил Энакин после недолгого молчания. — Но я чувствую, что что-то здесь не так, вот.

«Правильно чувствует, — шепнул мне на ухо знакомый голос. — Догадаешься, что именно не в порядке?»

Я не стал отвечать — не хватало только говорить самому с собой в присутствие посторонних! А вместо этого предложил всем заняться помощью раттатакам. Необходимо было связаться с ними, сообщить о произошедшем и предложить всю помощь, которую мы только могли теперь оказать им.

* * *

Корускант, Императорский дворец. Вскоре…

Дикие крики под сводами тронного зала, наконец, затихли, а блеск силовых молний погас.

— Вот так в древности поступали с гонцом, принесшим столь плохие известия, — буквально проскрежетал зубами император Палпатин. — Уберите это.

Вести из системы Раттатака и впрямь были настолько ужасными, что еще недавно ситх и предположить не мог, что такое вообще возможно. Но вот же… случилось. И главное, непонятно как!

Верховный инквизитор Тремейн отправился на операцию, которая должна была поставить точку в жизни сенатора Падме Амидалы Наберрие. Но вместо этого вернулся раненым, без своего отряда штурмовиков, зато вместе с той самой Падме Наберрие, которая, вроде как, его спасла! Или он ее спас?.. Тремейн вместе с сенатором отправился на свой Звездный Разрушитель, после чего экипажу поступил приказ на эвакуацию. А затем этот самый Звездный Разрушитель с кличем «За Вентресс!» атаковал эскадру и уничтожил еще три ИЗРа и транспорты с миллионами клонов-штурмовиков на борту. И что еще хуже — теперь в руках бунтовщиков оказался «Прототип»! Первый образец новейшего секретного оружия!

По всему выходило, что Тремейн — Верховный инквизитор Тремейн! — вдруг ни с того, ни с сего спелся с оппозиционеркой-идеалисткой Наберрие и организовал все это. Но… нет, что-то тут не так. Тремейну было бы куда проще сделать все это, не вмешивая в дела Амидалу. И зачем ему было притворяться раненым? Ведь он спокойно мог отдать те же приказы без этого притворства. Значит… он действительно был ранен? Хм… выходит, Падме действительно спасла Верховного инквизитора?! А тот… неужели из благодарности… Нет же! Или Палпатин совсем не разбирается в людях, чего никто не мог о нем сказать! Значит Тремейна каким-то образом заставили помогать Падме и ее шайке. Каким именно? Конечно, есть разные способы подчинить волю разумного… но тут нужно что-то быстродействующее. А это может быть только Сила! Так. Так… А что это за таинственный тип — «фальшивый мандалорец» — который присоединился к команде Амидалы где-то в пути и никогда не снимал при других свой шлем?! Он — единственный неизвестный во всей ее компании, и под шлемом вполне может скрываться недобитый джедай! Тогда получается, что это он спас сенатора Наберрие, перебил штурмовиков Тремейна, тяжело ранил того, а потом подчинил его разум и заставил помочь захватить Звездный Разрушитель. Силен же должен быть, мерзавец! Наверняка это один из не пойманных магистров! Но вот только та резня, которую он потом устроил — совсем не в духе джедаев, как, впрочем, и Падме Наберрие… Значит — темный джедай? Очевидно, да, кто-то из уничтоженного Ордена вполне мог после всего случившегося пасть на темную сторону. Одиночка ли он или действует вместе с другими джедаями? Неизвестно. Однако в любом случае «Прототип» в руках павшего джедая может стать чрезвычайно опасным для Империи!

Ну что же, это значит, что до сих пор он действовал недостаточно эффективно и слишком медлительно. Надо найти и уничтожить джедайское подполье, передавить их всех до единого и как можно скорее! И уничтожить вместе с ними всех их союзников, если такие еще у них остаются, в том числе и вольнодумцев, которые наверняка завелись на планете Набу! А если кто-то посчитает, что недавнее поражение Империи от рук каких-то там раттатаков свидетельствует о ее слабости и можно выступать против нее… о, надо будет показать им, какая это ошибка! Довольно игры в демократию и миролюбие! Пусть все узнают, как опасно на самом деле злить Империю и императора!

* * *

Система Раттатака. Вскоре…

Весть о нашей победе вызвала среди раттатаков бурную радость — вся планета праздновала целый день. Тем не менее, все понимали, что Империя скоро вернется и теперь Палпатин нагонит к непокорной планете еще больше кораблей и войск. Возможно, даже устроит массированную орбитальную бомбардировку поверхности — обычными турболазерами, конечно, а не потерянным «Прототипом», но и это будет чрезвычайно неприятно. В отличие от суперлазера, эти бомбардировки не достанут скрывшихся в глубоких убежищах, но вот верхние уровни раттатакских подземелий, конечно, разрушат, перекрыв им все возможности выйти наружу… А может быть, Палпатин, наоборот, продолжит воевать по-прежнему, желая уничтожить население планеты наверняка, а не дать ему уцелеть в глубинах, пусть и без возможности выбраться… В любом случае, перспективы были невеселыми.

Понимая это, раттатаки приняли решение эвакуировать с планеты хотя бы всех младенцев и самых младших детей, которые все равно были еще не способны сражаться. Этими-то детьми, а также теми, кто должны были их кормить, обслуживать и воспитывать, мы заполнили угнанный ИЗР буквально под завязку, сколько только позволяли вместить его системы жизнеобеспечения. После чего покинули систему, направившись в пространство чиссов (Трауну должен был понравиться наш подарок в виде нового секретного оружия Палпатина!). Падме после случившегося все равно не было дороги назад в Империю, так что, разумеется, мы взяли с собой и ее вместе с ее командой.

— Хорошо, что хоть кого-то удалось спасти, — прошептала Амидала, глядя на удаляющийся Раттатак. — Гнев императора будет ужасен.

— Да, будет, — согласился я. А мысленно добавил: «И именно этого нам и нужно — чем больше Палпатин будет злобствовать, тем скорее восстановит против себя всю галактику.»

Глава шестая

— Итак, ты продолжаешь заниматься самообманом… — задумчиво начал мой темный двойник.

— А я все ждал, когда же ты появишься, — равнодушно ответил я.

— Нет, тебе удалось убедить себя в том, что объективно ты не сделал ничего особо плохого, — продолжал тот. — Проблема в том, что джедаи в таких случаях, фигурально выражаясь, слушают сердце, а не разум. И сердце им подсказывает, что твой путь — не тот, которым должно следовать истинному джедаю.

— Хочешь сказать, что я уже на темной стороне?

— Нет. Это не темная сторона. Но шаг в ее сторону. С этим якобы серым джедайством, которое некоторые столь превозносят, всегда есть такой риск. Или вот, к примеру… Почему перед тем, как выстрелить, ты сказал «За Вентресс»? Не было ли среди твоих целей банальной мести?

— Никакой мести. «За Вентресс» — было точно просчитанным ходом, чтобы произвести нужное впечатление на имперцев, напомнить им о ней и показать, что раттатаки не намерены сдаваться — так же, как и она.

— Всего лишь ход? То есть, ты совсем-совсем, ну ни чуточки, не хотел отомстить за нее? Или в твоем подсознании все же существовала такая идея, которая и повлияла на принятие именно такого решения?

— Вот только не надо разыгрывать из себя психоаналитика. Что толку рассуждать о подсознании, куда все равно не заглянуть. Я не собирался мстить — и точка. Среди моих эмоций не было гнева и ненависти.

— А, ну да… Старая джедайская загадка: позволительно ли поубивать кучу народу, если при этом не испытываешь эмоций, а действуешь спокойно и сдержано?..

— На нее нет единого ответа, сам знаешь.

— Да. Хорошо. Не буду даже говорить о том, что ты своими действиями подставил Раттатак — допустим, что император все равно бы добивался полного уничтожения этого народа, а ты даже отсрочил это уничтожение. Но ты подставил уцелевших скрывающихся джедаев — после того, что ты сделал, Империя охотится на них вдесятеро злее, чем раньше, попутно причиняя вред множеству посторонних людей. Ты подставил планету Набу — и там теперь идут аресты. Ты подставил союзников Падме в Сенате — их уже арестовали. И ты, наконец, подставил всю галактику — Палпатин озверел после твоего «хода» — как ты и рассчитывал — и теперь отыгрывается на всех гражданах Империи, которые смеют проявить свое недовольство. Скоро разгорится война — как ты и надеялся.

— Я лишь вынудил Палпатина открыть свое истинное лицо гораздо быстрее, чем он это сделал в иной истории, — отчеканил я. — Галактику и там ждало то же самое. Сейчас это просто происходит быстрее. И от этого — быстрее разрастется сопротивление императору. Палпатин стремился править с помощью страха и никогда не понимал, что от его жестокости сопротивление будет только сильнее… Да, я это спровоцировал. Но скорейшая победа Восстания принесет галактике только пользу. Если это произойдет в ближайшие годы — в целом жертв станет как раз меньше, чем было бы за двадцать лет правления императора.

— Объективно — да, — пробормотал двойник. — Если тебе повезет. Но разве так должно поступать настоящим джедаям? Они помогают разумным, а не ухудшают их положение. Разве они исповедуют принцип «чем хуже, тем лучше»?

— Зато они исповедуют принцип «сражаться вместе с вами, а не вместо вас». И «давать голодным удочку, а не рыбу». Пока народ галактики не осознает все и не восстанет против Империи сам…

— Стоп, стоп, это ты уже не в ту сторону свернул. Народ, конечно, восстанет, и джедаи придут ему на помощь, но вот только твоя роль в подготовке этого восстания начинает выглядеть не очень красиво.

— А я о красоте не забочусь.

— Зато о том, как выглядят твои поступки, подумают другие. Еще как подумают… И, в конце концов, сделают вывод: ты — никак не годишься в настоящие джедаи, — с этими словами двойник испарился.

— Может быть, и так… — сказал я уже самому себе.

* * *

Двойник был прав. После нашего возвращения на джедайскую базу Энакин, конечно, обо всем рассказал, да и я не скрывал то, что сделал (умолчав только о моих тайных мотивах для этого). Так что старшие джедаи стали посматривать на меня косо. Нет, на словах они, вроде как, соглашались, что да, я сделал необходимое именно в той ситуации, но отношение их ко мне изменилось — как будто они занесли меня в некий список неблагонадежных, таких, которые пока еще не сделали что-то плохое, но вполне могут это вдруг сделать в будущем.

Хорошо хоть меня не обвиняли в усилении репрессий Палпатина (хотя именно на их усиление я и надеялся), который действительно, как с цепи сорвался. Император объявил, что всю операцию на Раттатаке организовали подлые джедаи совместно с подлыми раттатаками и подлой сенатором от планеты Набу Падме Амидалой Наберрие. И что возмездие за это будет скорым и неотвратимым.

На Раттатак нагнали втрое больше войск, чем раньше, и полностью блокировали планету, но устраивать орбитальные бомбардировки не стали. Наоборот, в наступление повсюду перешла пехота, которая с большими потерями зачистила все наземные базы, а теперь рвалась вглубь раттатакских катакомб, обильно устилая их коридоры своими трупами. По слухам, император пообещал, что теперь точно изведет всех раттатаков до единого, даже если для этого придется угробить еще миллионы и миллионы штурмовиков!

Молодую королеву Набу арестовали и приговорили к казни, по всей планете хватали и бросали в застенки всех, кто хотя бы теоретически мог быть связан с несуществующим «заговором сенатора Наберрие». К счастью, еще сразу после раттатакской битвы я успел предупредить семью Падме и те сбежали прежде, чем за ними пришли…

Арестовали и всех членов Сената, которые хоть чуточку поддерживали Падме! Арестовали, бросили во все те же застенки, а потом всех переказнили. Бэйл Органа и Мон Мотма, как ни странно, остались в стороне от этой охоты — видимо, именно потому, что в открытую оппозицию не вступали, притворяясь совершенно лояльными Империи.

Кто-то из сенаторов выразил протест — и был арестован прямо во время заседания. Запротестовали и возмущенные происходящим набуанцы — им ответили огнем бластеров, а потом — еще более массовыми арестами. Точно так же были подавлены все протесты, которые начали вспыхивать на других планетах Империи.

Охоту на джедаев продолжили такими дикими методами, что даже я удивился: в тех местах, где появлялся даже лишь слух о том, что заметили джедая, имперцы теперь просто хватали всех, кто был хотя бы рядом! Хватали и допрашивали быстро, но с большим пристрастием, выискивая сообщников или хотя бы свидетелей.

«Найти и уничтожить джедаев!», «Ищите джедаев!», «Джедаи — вновь главная опасность для Империи!», «Кто видел джедая и не сообщил об этом — его сообщник!» — в унисон заливались все СМИ Империи.

Да, Палпатин действительно озверел после потери «Прототипа», и куда только делся ловкий политик, которым он был не так давно? Впрочем, если учесть, что наверняка ситх сейчас представляет, как его секретное оружие оказалось в руках его злейших врагов и они готовятся использовать это оружие против него… Да, тут действительно взбесишься и начнешь пытаться отыскать его любыми способами.

Конечно, похищенный ИЗР имперцы тоже искали по всей Империи. Вот только все это было бесполезно — ведь тот уже был у чиссов! По возвращении мы сразу передали корабль вместе с суперлазером командору Трауну, который сказал, что знает, что с ним делать дальше. Что же касается спасенных раттатакских детей, то и им Траун смог предоставить место где-то в Доминации чиссов.

А еще — я постарался распространить по галактике слух о похищении врагами Империи ее новейшего секретного оружия. И это удалось, слух широко разошелся. Палпатин наверняка вышел из себя еще больше (если это было возможно), но официально объявил, что все ложь, и никакого секретного оружия не было.

Такие вот дела произошли за прошедшие несколько месяцев. Я посеял в Империи семена недовольства, которые должны были дать обильные всходы — я это знал, оставалось только дождаться их. И подготовить Энакина Скайуокера, конечно. За это время он еще больше повысил и отточил свое мастерство — поговаривали, что скоро придет время его испытаний на звание рыцаря.

А потом… Похоже, что ему нужно будет взять себе падавана. Хотя сейчас взрослых рыцарей уцелело столь мало, что сам старый принцип обучения «один наставник — один падаван» должен был на какое-то время уйти в прошлое, оставшиеся рыцари все же предпочитали брать падаванов по-прежнему. Вопрос в том — кого из тысяч юнлингов выберет Энакин?

Казалось, что он должен предпочесть лучшего кандидата, самого талантливого в обращении с Силой, а таких сейчас было трое: Асока Тано, Уи Малро и Сарисс, которую Йода в свое время отбил у пророков темной стороны. Однако у меня имелось другое мнение — я провел кое-какие расчеты и пришел к выводу, что лучше всего раскрыть потенциал самого Энакина поможет совсем другой ученик. Тот, точнее, та, в ком Сила довольно слаба, зато воли к победе, смекалки и хитрости — хоть отбавляй. Да, Таллисибет Энвандунг-Эстерхази по кличке Лазутчик…

В какой-то мере я симпатизировал ей — еще с прошлой жизни, человеческой — был недоволен ее судьбой в «той, прежней, истории», где она в итоге ушла в мандалорцы, и не прочь был эту судьбу подправить здесь. Кроме того, у меня было еще… хм… несколько предвзятое отношение к «той самой Асоке Тано», которая немного раздражала меня своей вездесущестью и «завышенными характеристиками». Потому и ее я тоже был не прочь избавить от такого наставника как Скайуокер. Впрочем, кто сказал, что в итоге это не пойдет ей как раз на пользу, изменив к лучшему и ее собственное будущее?.. Но, разумеется, это не было главными причинами, о нет. В конце концов, я не мог позволить эмоциям влиять на мои действия в таком важном деле… Я просто все просчитал, и решил, что Лазутчик будет для Энакина наилучшим выбором.

Поэтому сейчас я наблюдал за ней.

Девочка отрабатывала захваты и броски. Те, которые позволяют одолеть противника без использования светового меча и Силы (ну разве что совсем небольшого — а большого у Лазутчика и не было). Старательно отрабатывала, до онемения рук и ног. До полного изнеможения.

Кстати, я попросил Мола и ей уделять побольше внимания, натренировав получше…

— Эй, Лазутчик, — позвал я ученицу.

Та тут же прекратила тренировку и подошла.

— Здравствуйте, мастер Оноро!

— Тебе следует больше внимания уделять медитации. У тебя хорошая способность предвидеть действия противника, но когда ты волнуешься — ты ее теряешь.

— По-моему, медитация — это просто… — запнулась девочка.

— Просто — что?

— Просто закрыть глаза, сделать невозмутимое лицо и притвориться, что все в порядке! — выпалила она. — Вот что такое медитация… по-моему.

— Открою тебе один маленький секрет, — ответил я. — Это так и есть. Во всяком случае, с этого все начинается. Если ты умеешь хотя бы делать невозмутимое лицо и притворяться, что все в порядке — ты уже на пути к тому, чтобы обрести действительный покой своих мыслей. Поэтому тебе следует медитировать почаще. Кстати… Знаешь, что это?

— Перчатка, — ответила Лазутчик, взглянув на предмет в моей руке. — Бронированная перчатка.

— Да. Если быть точным — перчатка, бронированная бескаром. Ты ведь знаешь его особенности?

— Бескар не разрезается световым мечом.

— Верно. А значит, для чего можно ее использовать?

— Чтобы… рукой отразить удар мечом, как щитом! Или даже… О… С ее помощью же можно схватить меч противника рукой и не дать им воспользоваться!

— Да. Небольшой хитрый трюк. Правда, сработает только один раз, пока противник не догадывается, что именно у тебя на руке. Но и одного внезапного удара в бою часто бывает достаточно, чтобы одержать победу. А теперь… Не хочешь ли поспарринговать со мной?

— Сочту за честь, мастер!

— Только учти, я буду сражаться с тобой, как ситхи часто сражается с джедаями — используя не только меч, но и слова, чтобы взволновать тебя и вывести из равновесия. Не забывай, это твое слабое место. Не принимай всерьез то, что я скажу, но умей не обращать на это внимание. Готова?

— Да!

— Тогда начнем, — я взял тренировочный меч…

Глава седьмая

Прошел еще месяц «тихой и спокойной жизни» — для базы джедаев, а не для остальной галактики, конечно. Империя продолжала зверствовать и «искать нити заговора» — и, надо сказать, небезуспешно. Один за другим гибли те джедаи, которые предпочли бродячей жизни оседлость и поселились в каком-то одном определенном месте. Магистр Плетт, решивший тихо заниматься ботаникой на Белсависе… Кай Худорра, успевший разбогатеть на азартных играх и даже открывший свое казино… Магистр Ири Камас, обосновавшийся на Целене… Вамилад, Джинн Алтис и Арлинг Зей, вместе с ним пытавшиеся создать подпольное сопротивление. Кину Ха, Каллиста Масана, Гейт Эрис, Этейн Тер-Мукан, Вима-да-Бода, Эмпатоджейос Бранд, Корвин Шелвей, Даррин Арканиан, Гарен Мульн, Идра Килваллен, Раник Солусар… Даже Паратуса, который спрятался на планете-свалке, и то оттуда выкопали и казнили.

Одно время сообщалось и о гибели Аньи Куро, но потом эти новости были опровергнуты — наоборот, оказалось, что это джедайка-разведчица положила всех клонов, что за ней пришли, и имперского инквизитора Мо заодно, и снова бежала, исчезнув. По-прежнему скрывались и некоторые другие джедаи, которые перемещались с места на место, нигде не задерживаясь надолго.

А между тем, на планете Аридус произошло событие, на фоне происходящего оставшееся практически незамеченным в остальной галактике. Война между двумя фракциями населявшего планету народа чуббитов завершилась их полным взаимным уничтожением. Ну, перебили они друг друга и перебили — такое иногда в галактике случается. Важно было, из-за чего произошла война. А произошла она по причине довольно странной — противники спорили из-за того, кому должен достаться некий древний ящик под названием «Короб с Джеббла». По всеобщему мнению, в «Коробе» сем находилось некое весьма драгоценное сокровище… хотя никто никогда этот короб не открывал и что в нем — не видел! Вот так… и из-за этого чуббиты перебили друг друга подчистую… Странный это народ, по моему мнению. Был…

Во всяком случае, теперь планета необитаема, а злосчастный ящик так на ней и валяется, ждет следующих охотников за сокровищами. И… нашей команде сейчас следует такими охотниками стать — немедленно лететь туда и забрать его. Нет, не потому что по слухам там хранится неведомая никому драгоценность, а как раз наоборот.

Ведь в отличие от большинства населения галактики, я именно знал, что это за короб и что там внутри…

* * *

Планета Аридус. Позже…

Водрузив ящик на репульсорную тележку, дроиды-погрузчики повезли его к открытому люку корабля и поместили внутрь.

— Клад найден и доставлен! — весело отрапортовала Шара.

Этому предшествовали долгие недели поисков на разрушенной войной планете. Поисков и даже нескольких столкновений с бандами мародеров — мы были далеко не единственными, кто решил поживиться на теперь бесхозной планете. К счастью, о самом «коробе» они, похоже, не знали. Нас никто не опередил, и отбиться от «любителей» не составило труда. И вот теперь…

— И теперь ты мне расскажешь, наконец, что это за таинственный сундук такой? — требовательно поинтересовалась тогрута.

— Непременно расскажу, — отозвался я. — Сейчас мы его откроем, только сначала подготовимся.

Подготовка удивила Шару еще больше — мы должны были одеть на руки и ноги комплекты покрытой длинными шипами брони, да еще и такие же шипастые ошейники в придачу.

— Этот, как ты сказала, «сундук» на самом деле называется ковчегом Дрейпы, — пояснил я. — Хотя не знающие об этом жители галактики зовут его «Коробом с Джеббла» — потому что на Джеббле его впервые нашли, после чего он переходил из рук в руки, что нередко сопровождалось кровавыми преступлениями… Все, кто знают о «коробе», полагают, что в нем спрятано очень ценное сокровище — ведь его невозможно открыть или просканировать. Обычному разумному, во всяком случае.

— А на самом деле?..

— А на самом деле там внутри спит джедайка Селеста Морн, жившая около четырех тысяч лет назад.

— Живая?! — ахнула Шара.

— Живая. Таково свойство ковчега Дрейпы — внутри него все хранится в стазисе неизменным сколь угодно долго. Но она там не совсем в одиночестве — у нее на шее талисман Карнесса Муура — одного из первых лордов ситхов, темных джедаев, изгнанных из Республики, нашедших пространство ситхов и подчинивших их себе. Тело Муура давно мертво, но его дух живет в этом талисмане. А сам талисман способен к движению и стремится прицепиться к разумному с уровнем Силы повыше, чтобы получить новое тело. Вот он и прицепился к Селесте. Но Муур пока не смог преодолеть ее сопротивление и завладеть ею — чтобы избежать этого, Селеста легла в ковчег и заснула в ожидании помощи от Ордена джедаев… Которая так и не пришла. Вскоре после этого Джеббл разбомбили мандалорцы и ковчег был потерян. Когда же его нашли, о Селесте уже никто не помнил.

— Так вот зачем эти доспехи, — догадалась Шара. — Чтобы этот талисман-паразит и к нам не прицепился.

— Верно. Кроме того, талисман способен превращать всех людей поблизости в ракгулов — монстров, послушных тому, кто носит талисман. К счастью, это действует только на людей и только на не владеющих Силой. Тем не менее, из-за этого талисман становится еще опаснее. Тем более, что укус или царапина, полученные от ракгула, превращают уже кого угодно в им подобных, распространяя «ракгульскую чуму». Но в данный момент Селеста контролирует талисман и не допустит подобного. Надеюсь…

— М-м-м-м… тогда не слишком ли опасно ее освобождать?

— Риск есть, но не думаю, что он велик, — ответил я. — Полагаю, что с ней можно договориться. А превращать в ракгулов у нас на борту некого. Главное — не подпускать талисман к людям-неодаренным.

— А ты знаешь, как уничтожить этот талисман?

— К сожалению, нет. Надеюсь, джедаи разберутся с этим. Кроме того, мне хотелось бы кое о чем поговорить с духом Карнесса Муура.

— О чем тебе с ним говорить?!

— Объясню позже. Этот негодяй может знать кое-что, что мне самому хотелось бы знать. А сейчас я… открываю ковчег.

Внимательно «прослушав» устройство, я осторожно воздействовал на него Силой. Кажется, получилось. Крышка медленно отделилась и поднялась, открывая внутреннюю часть «короба».

Селеста — женщина в архаичной белой полуформе-полуброне — неподвижно лежала там, закрыв глаза и вытянув руки по швам. Талисман, плотно обхвативший ее шею своими металлическими щупальцами, зловеще поблескивал.

— Она жива, — подтвердил я, склонившись над телом и «прислушавшись». — Значит сейчас очнется.

— Может, снять талисман, пока она спит? — предложила Шара.

— Его невозможно снять, если он сам этого не захочет.

— А-а-ах-х-х! — джедайка открыла глаза и с хрипом втянула в себя воздух. Глаза ее… были оранжевыми.

Ее рука поднялась, вцепилась в мой плащ и потянула к себе, словно она пыталась вылезти из своего «гроба», опираясь на меня.

— Джедаи уже здесь?.. — держась за меня и все еще выглядя дезориентированной, Селеста с трудом села внутри саркофага и уронила голову мне на грудь. — Ты освободил меня? Нет… Он все еще здесь, я чувствую его… Не-ет!!

Дрожащей рукой джедайка заслонилась от… постепенно проявляющейся рядом с ней призрачной фигуры древнего ситха — лысого, седобородого, остроухого, одетого в совсем уж древние доспехи.

— Это призрак? Он тут? — Шара, не способная видеть призраков, вертела головой.

— Все в порядке, мы джедаи, — поспешил успокоить я всех. — Мы разберемся с этой штукой у тебя на шее, Селеста.

— Проклятье! — чертыхнулся Карнесс Муур. — Я провел в этом гнусном ящике тысячелетия, только чтобы оказаться в руках джедаев?! Будь проклят Дрейпа!

— Тысячелетия? — тупо повторила Селеста. — Какой сейчас год?!

— Боюсь, даже система летосчисления успела измениться, — ответил я. — С тех пор, как ты попала в ковчег, прошло почти четыре тысячи лет. Планету Джеббл разбомбили сразу после этого, поэтому джедаи не смогли тебя найти. Девятнадцать веков назад ковчег был случайно обнаружен шахтерами, после чего стал считаться антикварной редкостью и переходить из рук в руки путем тайных сделок и преступлений. Лишь сейчас мы, наконец, смогли до тебя добраться.

— Четыре тысячи… А Завет? Им удалось уничтожить ситхское наследие?

— Боюсь, что нет. Все думали, что во главе охотящейся за ситхским наследием тайной организации «Завет джедаев» стоит семья джедаев Драай. Но, как выяснилось, на деле Заветом руководил хорошо замаскированный ситх — Хаазин, дворецкий семьи Драаев, который обманывал всех и дергал за ниточки. В итоге ему удалось натравить Завет на Высший Совет Ордена, объявив, что тот поддался тьме. К счастью, его планы все же были сорваны, а сам Хаазин погиб. После всего произошедшего остатки Завета были распущены.

— Ловко этот Хаазин все подстроил, — мерзко захихикал призрак Карнесса Муура. — Ситх-дворецкий, надо же!

— Заткнись! — рявкнула на него Селеста. — Чем закончилась ракгулья чума?

— Уничтожена и ныне считается вымершей болезнью.

— А мандалорцы не смогли завоевать Республику?

— Мандалорцы были разгромлены войсками джедая Ревана. К сожалению, после этого он выяснил, что мандалорцы являлись лишь пешками в руках некоего ситха, вместе с джедаем Алеком отправился этого ситха искать, но нашел целую империю уцелевших истинных ситхов — еще тех самых, чистокровных — которая укрылась в Неизведанных Регионах и готовилась к войне с Республикой. Возглавлял ее бессмертный император, живущий уже тысячу лет. При попытке убить его Реван и Алек попали в плен и вернулись в Республику уже с промытыми мозгами, называя себя ситхами Дартом Реваном и Дартом Малаком, однако полностью забыв о самой империи ситхов. Началась череда новых войн. Дарт Малак в итоге погиб, а Реван вернулся к свету. Однако их последователи продолжали войну и почти полностью истребили Орден джедаев, прежде чем были все уничтожены джедайкой Митрой Сурик. Реван и Митра смогли вновь обнаружить скрытую ситхскую империю, попытались убить их императора, но эта затея опять закончилась проигрышем: Митра Сурик погибла, Реван снова оказался в плену. И, к сожалению, о существовании ситхской империи в Республике так никто и не узнал. Поэтому, когда три века спустя она напала на Республику, это стало полной неожиданностью. Республика не была уничтожена лишь потому, что этого не захотел император ситхов. В его намерения на самом деле входило уничтожение всей жизни в галактике, которую он намеревался высосать, чтобы стать поистине вечным. Понятно, что даже самим ситхам это пришлось не по нраву. Дальше снова произошла череда войн с участием многих сторон, в течение которых джедаи и ситхи то воевали друг с другом, то объединялись в союз для борьбы с бессмертным императором…

— Неслыханно! — пробормотала Морн.

— …В итоге и император, и ситхи все же были уничтожены. Много веков Республика полагала, что избавилась от ситхов навсегда, однако примерно две тысячи лет назад покинувший Орден магистр Фаниус объявил себя ситхом Дартом Руином и организовал новый раскол. Начались Новые ситхские войны, в целом длившиеся тысячу лет. Наконец, джедаи уничтожили ситхов, причем большую роль в их победе сыграл ситх Дарт Бэйн, который попросту предал и подставил своих собратьев — созданная им идеология гласила, что, поскольку предательство друг друга в борьбе за власть является нормой для ситхов, то, если ситхов будет много, они лишь зря растратят силы, уничтожая друг друга. Поэтому отныне должно было быть только двое ситхов — учитель и ученик — существование которых оставалось тайной для галактики. Учитель должен был подобрать себе ученика с наивысшим потенциалом, а когда ученик узнавал от своего учителя все, чему тот мог его научить, он должен был убить учителя, после чего найти своего ученика. Таким образом, ситхи должны были со временем становиться все сильнее и сильнее, одновременно тайком накапливая богатство и влияние, чтобы в итоге уничтожить джедаев и Республику. И, к большому сожалению, недавно их тысячелетний план завершился успехом: последний ситх в династии Бэйнитов, Дарт Сидиус, он же Верховный канцлер Республики Палпатин, смог уничтожить почти весь Орден джедаев и преобразовать Республику в Империю, императором которой и пребывает поныне.

— Ха-ха-ха-ха! — расхохотался Карнесс Муур. — Значит джедаи, наконец, проиграли, и ситхи отныне правят галактикой! Я знал, что рано или поздно это должно будет случиться!

Казалось, Селеста собирается кинуться на призрака, но я успел сказать свое слово до того, как она совершила этот бесполезный поступок:

— Не совсем. В действительности одному скромному биту удалось организовать спасение десятка взрослых джедаев и всех младших учеников Ордена и спрятать их в тайном убежище. Таким образом, заложив фундамент будущего реванша и победы над ситхом.

— И этот скромный бит — ты? — с подозрением поинтересовалась Морн.

— Ты угадала.

— Тогда ты теперь, наверное, хочешь, чтобы я присоединилась к этому вашему новому тайному Ордену…

— С одной стороны, это было бы неплохо — у нас постоянная нехватка хороших преподавателей. С другой — прости, но с твоим «колье» и спутником-призраком тебя нежелательно подпускать к детям. Поэтому прежде надо найти способ с ним разобраться.

— Глупцы, — усмехнулся Муур. — Мой амулет невозможно уничтожить! Школа маленьких наивных джедайчиков… Селеста, ты действительно хочешь отправиться туда со мной? Хе-хе-хе…

— Невозможно или возможно — это мы еще увидим, — спокойно ответил я. — Пусть остальные джедаи оценят твою побрякушку.

— Хорошо. Но мы возьмем с собой ковчег Дрейпы, — потребовала Селеста. — Если вы не сможете уничтожить талисман, я снова лягу в этот проклятый стазисный гроб — чтобы ни для кого не представлять опасности!

— Согласен, — отозвался я. — А пока, чтобы этот амулетик не вздумал перепрыгнуть с тебя на какого-нибудь другого джедая, который ему понравится больше, давай-ка примотаем его покрепче к твоей шее.

Глава восьмая

Маленький зеленый гранд-мастер Ордена долго, прикрыв глаза, трогал висящий на шее Селесты амулет и, наконец, заявил:

— Силен я, быть может, но не настолько все же, чтобы вещь проклятую уничтожить… Могущественна была этого талисмана создательница чрезвычайно.

— Ах, бедненький магистр Йода, — глумился в ответ Карнесс Муур. — Сильнейший и мудрейший из ныне живущих джедаев… А как же «размер не имеет значения» и «не пытайся, а делай»? Хо-хо, оказывается, что иногда джедаю все же не хватает сил и мудрости, да?

— Карнесс Муур, враг древний наш, один из родоначальников ситхов… — нахмурился Йода. — Сказал бы я, что честь для меня встреча эта, если бы понятие о чести ситхи имели. Ошибку предки совершили наши, в изгнание лишь вас отправив.

— Мы одурачили вас с самого начала! — высокомерно ответил Муур. — Вы думали, что посылаете нас на смерть в неисследованное пространство на безоружном транспорте, но мы уже знали, куда держать путь и что там найдем! Вы, джедаи, всегда были глупцами…

— Из ваших многие такое говорили… погибнув затем, — парировал Йода. — Пусть и захватил последний ситх в истории вашей власть над Республикой сейчас, но жив еще Орден. Время придет — вернемся мы.

— Последнего ситха — нет и не будет!! — прошипел Карнесс.

— Так что же нам теперь делать? — поинтересовался я у гранд-мастера, не обращая внимания на ситха.

— Неразрушимым талисман Муура кажется, идеальной структура его… Но так ли это?.. Возможно, джедай другой, более, чем я, способный, сможет мощь темную его преодолеть… Дождаться его появления нужно лишь.

— Ясно, — кивнула Селеста. — А до этого — мне опять в саркофаг?

— Хм-м… От ситха агентов скрываться ведь тебе не меньше, чем нам, необходимо, в Империи опасно тебе будет жить, но и на джедаев базе опасно талисман держать — не нужен призрак неуничтожимый ситха нам там. Так что Дрейпы ковчег — выход лучший тут. Но… может надежда быть и на путь другой некоторая, хотя и рискован он…

— Какой? — деловито спросила Морн.

— Чертежи амулета этого, рукой Сорзус Син начертанные, изучал я когда-то в записях ее, — пробормотал Йода. — Конечно, не указала она там изъянов его, но трудно от ситха ожидать, чтобы изъянов таких в подарке для коллеги своего она не сделала предусмотрительно! Ведь предательство — ситхов путь. Если решишься ты на Коррибан лететь и Сорзус Син гробницу обыскать… Не могу обещать я, что нужные сведения там сыщешь, однако небольшая надежда есть на то.

— Гробница Сорзус Син? За семь тысяч лет ее наверняка уже разграбили, — возразил я.

— Верно это, — покладисто согласился гранд-мастер. — И все же хитра Сорзус Син была, возможно, не все тайники гробницы ее найдены еще. Шанс будет на находку какую-либо. Но об опасности я предупредил…

— Тогда я лечу на Коррибан, — объявила Селеста.

— Лети, лети, не поможет, — буркнул Карнесс Муур. — Ничего вы там не найдете. Мой талисман — вечен!

— Не следует Селесте одной туда отправляться, но и джедаям, которых в лицо в Империи знают и ищут — укрытие покидать не следует, — добавил Йода и взглянул на меня. — Ты с ней полетишь. И тогрута, ученица твоя, конечно, тоже с тобой. А еще вы с собой Скайуокера юного захватите и матукая вашего. Командой такой с Коррибана опасностями справиться сможете. Осторожны будьте, не позвольте сбежать Муура талисману, лучше в руках наших пусть будет он, хотя и опасно это, но на волю отпустить его — еще опаснее.

— Не волнуйтесь, уж я его не упущу, — пообещала Селеста, вновь заматывая шею эластичной стягивающейся лентой…

* * *

С самого начала присутствие на базе джедайки с ситхскими глазами пришлось большинству обитателей не по нутру. И цвет ее глаз, а также то, что рыцарь древности сразу принялась ворчать по поводу организации нового Ордена и не прочь была бы ввести тут свои собственные порядки — было еще полбеды. Вот то, что «в комплекте» с ней прибыл призрак древнего ситха — действительно вызвало переполох. Джедаи даже упрекнули меня в духе «предупреждать же надо!»

Шею и грудь Селесты я надежно обмотал специальной лентой, которая должна была крепко прижимать амулет к ее телу и не давать ему соскочить. Конечно, с одной стороны, если бы талисман, заинтересовавшись кем-то другим, спрыгнул с нее, у нас появился бы шанс поймать его, пока он будет отдельно от носителя… Но, с другой стороны, у нас не могло быть уверенности, что мы успеем это сделать, и совсем не хотелось, чтобы он перебрался на кого-то другого, кто может оказаться менее упорным в сопротивлении. Так что пусть лучше он остается на Селесте Морн.

Тем не менее, хотя угроза самого амулета была нейтрализована, призрак Карнесса Муура свободно бродил вокруг. Правда, он не мог удаляться далеко от Селесты, но пока она сама находилась на базе — пребывал там и Муур, чем негодяй и пользовался вовсю, по ночам являясь к джедаям и толкая им речи о преимуществах темной стороны и ее неизбежной победе. Так что, из опасений за душевное здоровье детей, да и взрослых тоже, очень скоро Морн пришлось отселить в палатку — подальше от базы.

Конечно, все джедаи пытались снять с нее талисман или уничтожить его — безуспешно, только терпя в результате неудач ехидные насмешки древнего ситха. Потому, в конце концов, и было принято решение отправить джедайку на Дагобу к Йоде — нашей последней надежде…

А теперь такой последней надеждой стали Коррибан и могила Сорзус Син.

* * *

Когда мы вернулись на базу и сообщили остальным джедаям решение гранд-мастера, возражать никто не стал — раз уж это план самого Йоды. Пусть вероятность найти что-то на Коррибане и была невелика, все же это казалось лучшим, чем снова запихнуть Селесту в ее «волшебный гроб» на неопределенный срок. Энакин и Мол легко согласились лететь с нами (о Шаре и говорить нечего), а в качестве корабля на этот раз решили взять «Гонщицу» Скайуокера, к которой все же удалось приладить вооружение, так что теперь она стала грозным противником в бою.

Все время подготовки и полета Карнесс Муур по-прежнему насмехался над нашими стараниями, однако… однако мне показалось, что по мере приближения к Коррибану его усмешки становились все более натянутыми. Уж не побаивался ли и он сам встречи со своей старой «коллегой»?..

Глава девятая

Настала последняя ночь перед нашим прибытием к Коррибану…

Нет, разумеется, ночь и день в космическом полете — понятия условные, однако мы предпочитали жить по времени базы джедаев и соответствующую часть суток проводили во сне, гася в каютах свет. И вот, именно в такую темную каюту Селесты Морн я и вошел, шагая тихо-тихо.

Селеста не проснулась, а вот дух Карнесса Муура, который в сне не нуждался, тут же возник в воздухе, повернувшись лицом ко мне.

— Тс-с-с… — прошептал он, улыбнувшись самой злодейской улыбкой. — Я знал, что ты придешь за моим амулетом. Убей ее скорее, пока она не почувствовала угрозу и не проснулась — и амулет станет твоим.

— Ничего ты не знал, — тоже шепотом ответил я. — Я не собираюсь убивать Селесту и мне не нужен твой амулет.

— Тогда зачем ты здесь? — недовольно, но так же тихо зашептал дух. — Ты прокрался, ночью, тихо, как вор или убийца…

— Чтобы поговорить с тобой, Муур.

— О чем?

— Хочу предложить сделку. Ты помнишь Ксоксоан?

— Разумеется.

— Мне известно, что гробница Ксоксоан, где был спрятан ее голокрон, находится на Коррибане. Но за прошедшие тысячелетия ее так и не обнаружили — в отличие от могил других ситхов-основателей. Значит Ксоксоан как-то сумела скрыть ее ото всех. Поэтому мне нужна твоя помощь. Ты знаешь, где находится эта гробница?

— Может быть… А что ты мне предложишь взамен, если я отведу тебя к ней?

— А взамен я не стану уничтожать твой дух, — соврал я. — Я спрячу твой амулет, дав тебе шанс когда-нибудь вернуться к жизни.

— Заманчиво, — издевательски усмехнулся Муур. — Но знаешь, недоджедай… Я тебе не верю. Ты не такой дурак, чтобы сдержать свое слово. Поэтому… Помогите!! Убивают!!

В мгновение ока Селеста Морн проснулась и вскочила с постели, одновременно срывая с пояса меч и активируя его. Комната осветилась золотым светом клинка. Карнесс тем временем отодвинулся в тень, откуда с интересом наблюдал за нами…

— Ты что здесь делаешь? — с подозрением спросила джедайка, разглядев меня.

— Не то, что ты подумала, — поспешил я ее успокоить.

— Я подумала, что ты решил снять с меня талисман вместе с головой, — подозрения во взгляде Морн ничуть не убавилось.

— Ничего подобного. Он, конечно, меня искушал, — я кивнул в сторону духа ситха. — Но я не поддался.

— Так зачем ты пробрался в мою каюту? — вернулась к главному вопросу Селеста.

— Он хотел заключить со мной сделку, — наябедничал Муур.

— Сделку?! Что за сделки с ситхом за моей спиной?! — тут же вызверилась джедайка.

— Он хотел, чтобы я отвел его к гробнице Ксоксоан, — вредным голосом добавил Карнесс. — А зачем ему нужна гробница моей почившей коллеги, а?

— И в самом деле, зачем? — с еще большим подозрением спросила Селеста.

— Чтобы найти и уничтожить ее наследие, разумеется, — на этот раз я ответил полуправдой. Не хотелось объяснять, откуда я знаю, что пропавший без вести джедай А'Шарад Хетт стал ситхом и скрывается в этой самой гробнице.

Селеста явно хотела продолжить допрос, но тут двери каюты открылись и к нам с воплем «Иду!!» ворвалась Шара, а за ней показались Энакин и Мол.

— А кого убивали? — повертев головой, спросила тогрута.

— Его, — ткнул я пальцем в призрак ситха. — Он вздумал пошутить и поднять тревогу.

— Ах ты, мелкий гаденыш, — предельно ласковым голосом обратилась к тому Шара. — Вот надо же было будить среди ночи шуточками.

На мгновение Карнесс Муур даже показался изумленным — уж как-как, но мелким гаденышем его, наверное, до сих пор не называли — но всего лишь на мгновение. Затем он вновь вернул себе высокомерный вид и с презрением посмотрел на девушку, не удостоив ее ответом.

Зато Селеста тут же выдала всем мои планы по поиску гробницы Ксоксоан, так что мне пришлось повторить, что я желаю именно уничтожить наследие древней леди-ситха, а не наоборот.

— И ты думаешь, что этот призрак ситха выдаст тебе, где скрывается другой призрак ситха?! — удивился Энакин.

— Почему бы и нет, — пожал я плечами. — Ситхи редко любят друг друга.

— Только без своей выгоды они и своим призрачным пальцем не пошевелят, — ответила Селеста. — Что ты пообещал ему взамен на местонахождение гробницы этой Ксоксоан? Признавайся!

— Он пообещал в этом случае меня не уничтожать, — откликнулся Муур.

— В самом деле?! — взвилась Селеста.

— Обещал, — признал я. — Но я, конечно, собирался его обмануть. Узнал бы, где гробница Ксоксоан, а потом все равно уничтожил бы его талисман.

— Ах, какой джедай, какой джедай… — всплеснул руками Карнесс.

— Не кудахтай тут, — тут же оборвала его Шара.

— Значит, соврал? — с подозрением посмотрела на меня Селеста.

— Соврал.

— Значит, обмануть его собирался?

— Собирался.

— Ну ладно, считай, что убедил. Но учти, я буду за тобой присматривать, — напоследок предупредила джедайка. — А сейчас — все по каютам, спать. Завтра будет трудный день.

* * *

Денек и впрямь оказался нелегким: едва высадившись на Коррибане, неподалеку от гробницы Сорзус Син, мы тут же наткнулись на семейку очень злых тук'ат, а едва только закончили рубить их — как на шум битвы подоспел еще более злой терентатек. Впрочем, все равно в итоге сила, мастерство и стратегическое мышление склонили победу на нашу сторону.

После этого наша команда, наконец, смогла спокойно войти в гробницу… встретившую нас всеобщим запустением.

Как и все прочие места захоронения великих ситхских лордов далекого прошлого, она была разграблена еще в давние-стародавние времена. А потом еще раз разграблена, и еще… Не только в саркофаге давно не осталось ни одной косточки — вынесено было все, что только можно было вынести — какие-то последние грабители даже отодрали почти все облицовочные плиты с пола и стен и зачем-то унесли и их. Возможно, чтобы продавать их несведущим в качестве дешевых артефактов (это, мол, плитки из гробницы самой Сорзус Син!)?..

Единственной вещью, которую почему-то не унесли, остался каменный трон Сорзус. Впрочем, его беглый осмотр разрешил и эту загадку: трон просто составлял единое целое со стеной за ним и полом под ним, так как при строительстве был целиком вырезан из большого куска скалы, должно быть, когда-то лежавшей на этом самом месте, как и остальная гробница была вырезана из огромных каменных обломков.

— Ну и что дальше? — поинтересовалась Селеста Морн, когда мы осмотрели весь мавзолей и, конечно же, не нашли ничего интересного — лишь мусор, набросанный несколькими поколениями грабителей могил.

— Я это предвидел, — спокойно ответил я. — Разумеется, эта гробница просто обязана была быть давно вскрытой нашими предшественниками. Но у меня другая идея…

— Какая?! — жадно прислушиваясь, выпалила Шара.

— Сорзус Син сама при жизни разграбила немало гробниц древних для ее времени правителей. А при ее уме она обязана была ожидать, что кто-то так же поступит и с ее собственным захоронением. Поэтому она приняла меры: спрятала самое интересное в какой-то тайник, который заурядным расхитителям не обнаружить.

— А «незаурядный расхититель» — это, конечно, ты? — уточнила Селеста.

— Верно. И я полагаю, что тайник она спрятала так, чтобы его мог найти только кто-то очень умный.

— И это — снова ты?

— Надеюсь, что да. Ведь Сила вместе с мощью битского мозга представляет собой интеллектуальный инструмент, который может взломать почти любую тайну, — похвастал я.

— Ну давай, взламывай, — с большим сомнением пробормотала Селеста.

Я молча сел в позу для медитации и «отключился» от чувств, впав в некое подобие транса, так чтобы слышать только Силу. Сперва позволил ее мелодиям и звукам пройти сквозь мой мозг насквозь, напитать каждый его нейрон, увеличить его вычислительную мощь и одновременно перевести восприятие самой Силы вокруг в строгие математические рамки, а затем…

Гробница Сорзус Син, моя команда и я сам превратились в набор трехмерных геометрических фигур, каждая из которых оказалась связана с остальными прямыми линиями и плоскими полосами. Эти линии и полосы непрестанно двигались, меняя направление связи, переходя с одних фигур на другие, сами фигуры тоже время от времени меняли свою форму. Некоторые линии и полосы уходили за пределы мавзолея, но их я отсек сразу — сейчас меня интересовала только та часть Вселенной, что связана с гробницей леди-ситха. Затем я стремительно скользнул мыслью по нашим связям с самой гробницей, быстро убрал из расчетов самые простые из них, и сосредоточился на тех, что казались спутанным клубком: рассчитал и выделил ложные связи, распутал истинные, проследил их путь и…

Большой многогранник, которым в моем видении выглядел мавзолей, неожиданно распался на множество связанных друг с другом меньших многогранников. Тут пришлось потратить времени побольше: рассчитать их связи друг с другом и циклы изменений этих связей, понять и осознать структуру возникшего таким образом «механизма». Но как только я завершил работу, нечто вроде Силовой схемы всего захоронения тут же записалось у меня в голове и управление ею показалось крайне простым. Мысленно «схватив» несколько линий, я оторвал их кончики от тех точек, к которым они присоединялись, и вместо этого соединил с другими многогранниками. В то же мгновение, как «детали» заняли новые места, «механизм» заработал.

— Двигается! — изумленно вздохнула Селеста — я услышал ее, едва «вернулся» в реальный мир.

Большой кусок гробницы вместе с троном Сорзус, куском стены и куском пола — всем тем, что осталось от когда-то лежавшей здесь большой скалы — действительно медленно отодвигался куда-то вниз, открывая ведущую во тьму лестницу.

— Его можно было сдвинуть только при помощи Силы, — пояснил я, уже полностью рассмотрев схему. — Причем только если приложить ее в точно обнаруженных точках. Ну или быть настолько сильным, чтобы разнести в пыль всю гробницу целиком, но вряд ли даже магистр Йода справился бы с этим.

— Галактонно!! — восхитилась Шара. — Ты нашел древний тайник самой Сорзус Син! Который еще никто до нас не находил!

— Это — только путь к тайнику, — поправил я. — И там нас ждут новые проблемы: никто еще там не побывал и не избавился от сторожа гробницы. Полагаю, Сорзус хотела, чтобы этот ход мог найти только кто-то очень умный, но еще она хотела, чтобы пройти по нему мог только кто-то очень сильный.

— Что за сторож? — нахмурилась Морн. — И почему ты думаешь, что он не сдох за почти семь тысяч лет?

— Я увидел всю схему этого сооружения. Там, в коридоре, дальше есть что-то вполне живое, злое и очень голодное. Тук'аты, например, способны жить без пищи много веков, потому их и делали охранниками гробниц. Правда, это не тук'ата, но может быть чем-то подобным. И уверен: справиться с ним будет нелегко. Сорзус обожала выводить с помощью Силы необычных монстров.

— Тогда пойдем и прикончим его! — воодушевилась Шара.

— Только ты — как раз останешься здесь, пока мы тебя не позовем, — осадил я тогруту. — Чувствую, что это — что-то чересчур опасное, и твои бластеры против него вряд ли помогут. Если у остальных шансы на победу достаточно велики, то тебя оно проглотит в первую же минуту и не поморщится.

— Но… Ай, ладно, — махнула она рукой. — Когда разделаете эту тушу, вызывайте. А я буду охранять вход — чтобы никто не напал на вас с тылу!

* * *

Стук приближавшихся шагов монстра мы услышали, едва спустились по потайной лестнице и вошли в широкий коридор. Да, именно стук — не топот, не шелест, не шарканье. Нечто постукивало при каждом шаге, словно его лапы были очень твердыми и вызывали такой звук при каждом соприкосновении с каменным полом… И едва в свете, излучаемом нашими клинками, показался огромный силуэт, стало ясно: так оно и было.

Да, монстр отдаленно напоминал тук'ату. Только каждая из его четырех лап вместо пальцев заканчивалась одним огромным когтем, который зверь загибал назад, опираясь на него при ходьбе — когти и стучали по каменному полу. Еще один похожий коготь находился на кончике дергающегося из стороны в сторону хвоста. Пасть с двумя рядами огромных зубов на каждой челюсти, да еще торчащими в разных направлениях. Тело, полностью покрытое длинными иглами — кажется, у него не было ни одного участка беззащитной кожи. К моему изумлению даже глаза твари были защищены: от краев каждого к точке над центром глазницы загибались четыре небольших шипа, создавая своеобразные клетки. Возможно, это ухудшало зрение монстра, но ненамного, зато сильно осложнило бы попытку ослепить его выстрелом или холодным оружием. Правда, вряд ли это помогло бы от удара световым мечом… но на расстояние такого удара еще надо было подобраться! Чего тварь явно не собиралась позволять — взревев, она прыгнула на нас…

От первого удара мы успешно увернулись, отскочив в стороны: клацнули зубы, свистнули в воздухе когти передних лап. Однако попытке зайти сзади тут же помешали лапы задние — чудовище лягнуло ими, чуть не задев Селесту. Рядом со мной просвистел «хвостовой» коготь — излишне близко, на мой взгляд, просвистел. Избежав и задних лап, мы перегруппировались с другой стороны, однако монстр уже стремительно развернулся, так что мы оказались в той же позиции, что и в начале. Он снова прыгнул, мы опять увернулись. Мол при этом даже смог срубить несколько игл с лапы зверя, на что тот не обратил никакого внимания.

Цикл прыжков — монстра и наших — повторился еще несколько раз без каких-либо изменений. Мы не были ранены и даже не запыхались, но и монстр не получил заметных ран и не выказывал признаков усталости.

— Кажется, он может играть в такую игру долго! — высказал свои опасения Энакин. — В конце концов, конечно, мы его прибьем, но…

— Скорее, чем ты думаешь, — ответил я, стремительно рассчитывая и оценивая траектории движения чудовища, которые успел запомнить. Так и есть — сейчас он собирался прыгнуть именно на меня. — В стороны!

Наша команда вновь бросилась врассыпную, уходя от оружие врага. Вот только в этот раз за мгновение до прыжка я отключил и подбросил вверх свой меч. Зверь летел туда, где должна была находиться моя голова, если бы я не ушел с траектории атаки… и где вместо этого оказался падающий меч. В тот самый момент, когда тварь, не посчитавшая маленький металлический цилиндр чем-то опасным, уже смыкала на нем челюсти, с помощью Силы я включил его и крутанул.

От яростного рева, казалось, содрогнулись стены! Меч, разрубивший обе челюсти чудовища, невредимым упал на пол, откуда я тут же подтянул его к себе в руку. На доли секунды монстр потерял контроль над своими движениями, одна из задних лап неудачно дернулась, и Энакин воспользовался этим — отсек ее коготь. Хлестнул хвост, я увернулся, зверюга отчаянно взвыла, Мол вонзил острие своего уон-шена именно в хвост же, пробив все его защитные иглы в том самом месте, где они переходили в костяной коготь.

И вновь мы встали лицом к развернувшемуся против нас монстру, но теперь преимущество явно было на нашей стороне: он хромал, злобно плевался собственной кровью и хвостом взмахивал уже не так уверенно. И все же опять кинулся на нас — неудачно, отсеченная лапа помешала. Мол зашел именно со стороны этой лапы стороны и отрубил ее окончательно, так что, когда зверюга попыталась использовать задние конечности, в этот раз она неуклюже завалилась на бок, Энакин снес ей коготь с хвоста, Селеста отсекла одну из задних лап, я метнул меч, слегка повредив другую…

Дальнейшее уже было скорее похоже на избиение: кинувшись на тварь со всех сторон, мы принялись отрубать ей все, что еще осталось, и, как ни махала она оставшимися конечностями и ни вертела своей шипастой головой с клацающими зубами, вскоре и та покинула свое определенное природой и учеными ситхов место и слетела на пол коридора.

— Ну… Это было не так уж и трудно, — весело произнес Энакин, разглядывая наш «трофей».

— Учитывая, что нас здесь трое хороших джедаев и один лучший матукай галактики — да, это было не так трудно, как могло бы быть для кого-то другого, — уточнил я. — Пойдем за Шарой, дальше ловушек и угроз не должно быть.

* * *

Вернувшись за Шарой, мы все вместе прошли от начала потайного коридора до конца. Завершился он золотой дверью, надпись на общегалактическом языке на которой гласила: «Приветствую тебя, достойный, войди и пади ниц перед мудростью великой ситх'ари».

— Какое высокомерие. Вообще-то ситх'ари был только Дарт Бэйн, — прокомментировал я.

— Это же лорд ситхов — сам себя не похвалишь, спокойно в могиле лежать не сможешь! — засмеялся Энакин. — Открываем?

— Открывай.

Скайуокер как следует толкнул дверь Силой, и та со скрипом отворилась. Несколько секунд за нею не было видно ничего, кроме тьмы, но затем неподалеку от нас с шипением вспыхнул древний светильник. Потом еще один, и еще, и еще… Пока ряды огней полностью не осветили небольшой разукрашенный ситхскими фресками зал, на противоположном конце которого стоял трон — точная копия того, что мы видели в «верхней» гробнице. Пламя светильников дрожало от движения воздуха, из-за чего по стенам двигались зловещие тени.

— Ничего особенного, всего лишь фокус с самовозгорающимся топливом, — пояснил я. — Мы открыли дверь, внутрь герметично закрытой камеры проник кислород — и оно вспыхнуло.

Тем временем над троном возник небольшой дымный смерч, который через несколько секунд превратился в сидящую темно-прозрачную женскую фигуру, одетую в плащ с капюшоном, в котором виднелось бледное лицо, обрамленное как попало остриженными прядями белых волос.

— Наконец-то, — произнес призрак. — Столько тысяч лет спустя достойный наследник моих знаний все же пришел ко мне.

Глава десятая

Появление призрака Син и столь быстрая ее попытка набиться в учителя меня вовсе не обрадовали. Поскольку о ее появлениях в гробнице до сих пор не было никаких сообщений, раньше я полагал, что мы просто отыщем и вскроем какой-нибудь тайник с ее информационными сокровищами. Но похоже, главным, что спрятала леди-ситх — была она сама, и все это время она не показывалась в «верхней» гробнице именно потому, что ждала «достойных» охотников за ситхским наследием здесь, внизу.

И все же стоило попытаться что-нибудь вызнать у призрака.

— Для нас… — начал я.

Но тут не вовремя вмешалась Шара.

— Фиг тебе, а не наследник! — крикнула она. — Мы — джедаи!

— Цыц! — поспешно шепнул я тогруте. — Тут нужна дипломатия.

— Что же, что джедаи, — как ни в чем ни бывало, ответила ей тем временем Сорзус. — И я была когда-то джедаем. Но любой достаточно разумный джедай со временем обязательно приходит к мысли о необходимости познать темную сторону — без которой нет истинной силы. Разве не в поисках знаний ситхов вы пришли сюда, преодолев все препятствия?

— Для нас большая честь встретиться с вами, о, леди Син, — снова обратился я к призраку. — Одна из основательниц Ордена ситхов, создательница их знаменитого, пережившего тысячелетия, кодекса, гениальная ученая… Вы правы, мы действительно пришли сюда в поисках знаний ситхов и только вы можете нам помочь.

— Льстец, — благосклонно улыбнулась Сорзус. — Но знания — это то, чем я готова щедро делиться с теми, кто хочет выйти за пределы ограничен…

И вдруг, прервавшись на полуслове, леди-ситх переменилась в лице, молча устремила взгляд на Селесту, а затем… покатилась со смеху.

— Карнесс! Карнесс! — повторяла она между взрывами смеха. — Неужели это ты привел их сюда?! О, мой бедный, наивный друг!

Смех закончился так же быстро, как и начался — вернув себе серьезный вид, призрак встала с трона и подошла к нам. Наклонившись к висевшему на шее Селесты обернутому лентой амулету Муура, она несколько раз провела по нему своей призрачной рукой, словно погладила…

— Карнесс, я жду объяснений, — ласково обратилась она к талисману.

Дух Муура тут же возник рядом с нами в своем «человекообразном» виде.

— Ты просчиталась, Сорзус, — желчно ответил он. — Эти ребята — действительно джедаи, и пришли они к тебе с одной целью: узнать, как уничтожить вот этот, когда-то созданный тобой, мой амулет. Они не станут твоими учениками, поэтому лучше сразу гони их прочь.

Однако я уловил небольшое опасение, исходившее от духа. И похоже, Сорзус тоже его почувствовала.

— Все тот же милейший лорд Карнесс, — усмехнулась она. — Все так же строящий из себя самого умного лорда ситхов. Но в глубине души ты всегда знал, что я умнее, сильнее и лучше тебя, не так ли? А, Карнесс? И теперь ты боишься… боишься, что этот талисман, который ты воображал неуязвимым, окажется вовсе не таким уж прочным. Что ж, в этом ты прав, в этой первой моей «великой» поделке действительно есть кое-какие… изъянцы. Как и во втором амулете, который я подарила барону Дрейпе — чтобы возбудить вечное соперничество между вами, двумя клоунами! Жаль я не успела завершить работу над третьим — идеальным — талисманом, если бы это удалось, я не пребывала бы сейчас в этой гробнице, а захватила бы галактику тысячи лет назад! Но это не помешает мне указать на бреши в защите твоего амулета, Карнесс…

— Да, и не рассчитывайте найти чертежи, голокроны или что-то еще в этой потайной палате или в любом другом месте, — теперь Син обратилась к нам. — Их нет, все мои знания — тут, в моей голове.

— Сорзус… — просипел побледневший вдруг Муур. — Но… тебе же нет никакого смысла помогать джедаям уничтожить меня!

— А в этом ты ошибаешься, мой драгоценный друг, — ласково ответила леди-ситх. — Во-первых, это доставит мне большое удовольствие — очень неприятно было торчать тут, привязанной к гробнице, пока ты мог путешествовать по галактике, пусть и на чьей-то шее. А во-вторых, я, конечно, хочу, чтобы ситхи правили галактикой, но это должны быть мои последователи, а не твои.

— Теперь ты, — повернулась она ко мне. — Мой льстивый, лживый и лицемерный джедай — да, пожалуй, ты мне уже нравишься… Но давай откроем карты. Ты хочешь уничтожить талисман Карнесса и отправить его дух в бездну хаоса, где ему и место, так?

— Так, — согласился я.

— Хорошо, я не против. Но сначала… Как насчет небольшого квеста?

— То есть?

— Как в голоиграх: ты выполняешь мое задание, я даю тебе награду — в данном случае, знание, как разрушить талисман. Не беспокойся, я не стану требовать от тебя ничего противоречащего джедайским глупостям. Пока что, по крайней мере… — улыбнулась Сорзус. — Просто маленькое заданьице вполне в джедайском духе. Согласен?

— Сначала скажи, что за задание, — поосторожничал я.

— Ладно, мой разумный джедай: я хочу, чтобы вы разрушили гробницу Дарта Бэйна.

— Дарта Бэйна?! — вот тут я по-настоящему опешил. — Но почему? И разве у него есть гробница? Его тело ведь было уничтожено, а дух отправился в хаос!

— Ты об этом знаешь? — задумчиво проговорила Син. — Ты мне становишься все интереснее и интереснее… Но мне тоже немало известно о происходящем в галактике, хотя я и не могу покинуть эту потайную палату под гробницей. Так вот, я советую тебе забыть все, что ты знаешь об истории ситхов, кого из них считают великим и тому подобное. Я расскажу, как было дело в действительности. Орден ситхов основали двенадцать джедаев-изгнанников, из которых семеро были просто уцелевшими в войне рядовыми, а пятеро — лордами ситхов. Но и среди этих лордов трое были просто неуклюжими зазнайками: марионеточный «король» и болван Аджанта Пол, клоун Карнесс Муур и недотепа барон Дрейпа. Ксоксоан — та действительно чего-то стоила. Но лучшей из всех была я — тайный кукловод и ситх'ари Сорзус Син!

— А я читал, что ситх'ари был именно Дарт Бэйн, — осторожно возразил я.

— Ложь! — в голосе леди-ситха на мгновение проявились визгливые нотки. — Этот идиот, этот безумец, этот ненормальный с манией величия погубил орден ситхов ради своих сумасшедших идей, вместо того, чтобы привести его к победе над джедаями! Как он может быть ситх'ари?! Знаю, что ты скажешь о пророчестве ситхов, но его нужно толковать правильно!

— Итак, — продолжила она, успокоившись. — Я не успела завершить все свои планы при жизни и только поэтому ситхи не вторглись в Республику и не завоевали ее. А наследники первых лордов вели дела спустя рукава, пока, наконец, вообще не забыли о Республике и своем происхождении. Когда же Республика вновь была случайно открыта ситхами, те напали на нее без достаточной подготовки и проиграли, чего и следовало ожидать. Потому что оказались идиотами. Так же как и все последующие «великие» предводители Ордена. Самовлюбленный Экзар Кун был обречен на поражение, так же как и страдающий раздвоением личности Реван, и тупоумный недоучка Малак, и помешавшийся на мести Триумвират ситхов… Разве что император Вишейт был достаточно хорошо подготовлен и действительно мог победить — если бы не сошел с ума и не стал одержим ненормальными идеями! Дарт Руин был просто посмешищем с его философией солипсизма, как и Каан с его замыслом братства всех ситхов, ха! А вот Дарт Бэйн действительно мог одержать победу над джедаями и Республикой — если бы возглавил новый Орден ситхов. Но вместо этого он предпочел его уничтожить и создать свое глупейшее Правило Двух — сколько раз его наследники находились на грани гибели из-за этого! Ведь порой достаточно было погибнуть всего одному ситху, чтобы весь его «мудрый план» навсегда потерпел крах! Последний из его последователей — проклятый всеми предками Дарт Сидиус — представляет собой конечный результат вырождения линии Бэйна. Сейчас он захватил власть, утопает в самодовольстве и не собирается искать себе наследников и учеников, презрев и Правило своих учителей, и обычаи древних ситхов. Я уверена, что и его конец уже недалек… Так как же этот Дарт Бэйн может быть истинным ситх'ари? Пророчество гласит: «ситх'ари не будет иметь ограничений, ситх'ари возглавит ситхов и уничтожит их, ситх'ари воскресит ситхов из пепла и сделает их сильнее, как никогда прежде». Да, Бэйн уничтожил старый Орден ситхов и возглавил новый — но жалкую пародию на орден! Он никак не сделал ситхов сильнее, он привел их к деградации! Он не освободился от всех ограничений! В то время как я — освободилась абсолютно от всего, что могло ограничить мою мощь. Я уничтожила старые порядки общества чистокровных ситхов и создала на их основе новый могущественный Орден, руководимый новым Кодексом. Я — освободилась, я возглавила, я уничтожила, я воскресила из пепла и сделала сильнее. Не может быть сомнений, что ситх'ари — это я.

— Тогда понятно, почему ты хочешь уничтожить гробницу Дарта Бэйна, — кивнул я. — Но откуда она все-таки взялась?

— Среди последователей этого лжеситх'ари нашлись те, кто решили почтить так его память, — ответила Сорзус. — Они выстроили гробницу, втиснув ее на небольшое свободное место в Долине Лордов. Это новостройка, но они так искусно подражали древним гробницам, что внешне ее не отличить. Мало кто знает, чья она на самом деле. Саркофаг в этой гробнице, конечно, пуст, там нет сокровищ, нет и духа Бэйна — он действительно навсегда отправлен в бездну хаоса Силы. Но те, кто выстроили ту гробницу, сумели создать там некое иллюзорное воплощение Дарта Бэйна, которое может общаться с посетителями. Вот почему я хочу, чтобы вы уничтожили ее — пусть исчезнет сама память об отступнике-губителе Ордена, чтобы это уродство исчезло с лица Коррибана и перестало сбивать с пути других ситхов. Так что, по рукам?

— По рукам, — согласился я. — Мы тебя избавим от Бэйна, ты — поможешь нам избавиться от Карнесса Муура. Кстати, раз уж мы так хорошо договариваемся, не поможешь ли еще с одной проблемой? Мне хотелось бы найти гробницу Ксоксоан, да только она сумела как-то скрыть ее от обнаружения.

— Ксоксоан… — скривила губы Син. — Вот уж с чем я вам помогла бы с удовольствием! Но когда-то она забрала у меня очень сильный древне-ситхский артефакт — «Узы видений», позволяющие создавать мощные иллюзии. Не знаю, насколько далеко она продвинулась в их изучении без моей помощи, но даже я до сих пор так и не смогла определить местоположение ее усыпальницы.

— А Карнесс Муур говорил, что может к ней отвести.

— Это он-то? Карнесс, что ты наплел доверчивым джедаям? Признавайся.

— Я сказал «может быть», — заискивающе улыбнулся Муур. — Сорзус, послушай…

— Так ты врал? — уточнила леди-ситх.

— Ну да, врал… На моем месте ты поступила бы точно так же, — на недавно самоуверенного лорда ситхов было жалко смотреть, он выглядел совершенно раздавленным. — Сорзус, послушай, я же еще могу быть тебе полезен…

— Конечно, ты будешь мне полезен — я обменяю твою ничтожную призрачную жизнь на уничтожение гробницы Дарта Бэйна. Прими свою окончательную смерть, как мужчина, ничтожество, — прошипела Сорзус. — Сгинь с моих глаз! Сиди в своем талисмане и дрожи там!

Карнесс послушно испарился.

— И вы поверили вот этому? — поинтересовалась леди-ситх. — Конечно, он бывает довольно артистичен и умеет разыгрывать из себя великого и мудрого лорда ситхов, но… Впрочем, неважно. Вот карта, запомни ее, — над ладонью призрака возникло призрачное изображение Долины Лордов, на котором красной точкой выделялась наша цель. — Отправляйтесь и покончите с памятником Бэйну.

— Постараемся, — кивнул я, быстро изучив карту. — Пойдем, друзья.

— Заключение сделок с ситхами — это дурной тон, — мрачно заметила Селеста, когда мы уже поднимались по лестнице, возвращаясь в «верхнюю» гробницу.

— Возможно, — согласился я. — Но в данном случае дело джедаев от этого нисколько не пострадает. Мы уничтожим наследие Дарта Бэйна, сохранение которого джедаям тоже ни к чему, а в обмен на это получим способ уничтожить опасный для джедаев амулет ситха. Сплошная выгода и никаких потерь.

— Так всегда кажется, — пробормотала Морн.

— Ты тоже права… Поэтому мне надо кое-что проверить…

Выйдя из потайного хода, я попытался вновь обратиться к Силе, чтобы рассмотреть схему открывающего и запирающего ход «механизма». Но… Казалось, от него не осталось ни малейшего следа. Все Силовые линии исчезли, как будто их никогда и не было, и «дверь» стала просто огромным куском камня, поднять который и поставить на прежнее место теперь было бы не по силам и магистру Йоде, что бы он ни говорил про «размер не имеет значения».

— Этого я и боялся… — сообщил я остальным. — Сорзус Син оставила последний сюрприз: Силовой «механизм» самоуничтожился после того, как проход открылся, и снова его закрыть у нас не получится. Тот трюк оказался одноразовым.

— То есть, теперь вход в ее потайную палату всегда будет открытым? — нахмурилась Селеста.

— Да. И сторожа мы убили. Так что теперь туда сможет зайти кто угодно.

— И Син сможет общаться с любыми гостями! Почему-то мне кажется, что в дураках в итоге все-таки остались мы, — джедайка сердито взглянула на меня, как будто это я был во всем виноват.

— Еще посмотрим, — мрачно ответил я.

* * *

«Гробницу Бэйна» мы нашли легко — она и в самом деле в точности копировала стиль древнеситхских зодчих. Больше времени ушло на подготовку орудия ее уничтожения: пришлось взять с «Гонщицы» несколько протонных торпед и соединить их с таймером, создав таким образом мощную бомбу. Которую мы и «вкатили» внутрь на антигравитационной платформе.

Да, на взгляд «невооруженным глазом» усыпальница в точности копировала ситхский стиль, вот только, едва зайдя внутрь, я почувствовал отличие. Мавзолей оказался, как и положено, мрачным, темным, со множеством статуй угрожающего вида, но в нем полностью отсутствовала именно та особая «мрачность», давящая на чувства, которую могли распознать только одаренные и которая всегда была во всех других ситхских склепах. Этот же оказался искусно выполненной фальшивкой. Построившие его ситхи не знали некоторых правил древних архитекторов и строителей…

В центре, у подножия огромной статуи Дарта Бэйна, стоял саркофаг — конечно, тоже пустой и поддельный, как мы теперь знали. К нему мы и «покатили» нашу бомбу.

Однако, стоило нам приблизиться, как из щелей саркофага заструился дым и начали вылетать красные искры. Дыма и искр становилось все больше, и, наконец, все это сложилось в гигантского роста фигуру в доспехах, словно вылепленную из раскаленных угольев.

— Ого! — охнула Шара. — Он ведь не настоящий, правда?

— Правда, — подтвердил я. — Он даже не призрак, а просто иллюзия призрака. Конечно, убедительная, если бы я не знал, что его дух давно в хаосе, то и сам мог бы поверить.

— Зачем вы пришли к моей гробнице, джедаи?! — громовым голосом вопросил образ Бэйна.

— Чтобы избавиться от тебя, — спокойно ответил я, подкатывая бомбу к самому саркофагу.

— Ты знаешь, кто я?! — прогремел образ.

— Знаю, знаю. Ты — Дарт Бэйн, ситх'ари, который уничтожил и возродил Орден ситхов, создал Правило Двух и все такое прочее. Только теперь твоему плану конец: последний ситх в линии твоих наследников отверг твое правило, чтобы вечно править одному.

— Что?!! — прогрохотал иллюзорный ситх. — Ты лжешь, джедай!!

— Отцепись, — грубо отозвался я, устанавливая таймер на пятнадцать минут. — Проваливай обратно в гробик, все равно тебе недолго осталось.

— Ты не боишься меня?! — взревела иллюзия.

— Фокусами меня не запугаешь. Ты — иллюзия, воспоминание о воспоминании, тень тени, призрак призрака, короче — дырка от бублика.

С этими словами я запустил таймер и скомандовал:

— А теперь уходим.

— Стойте!! — ревел нам вслед фальшивый призрак. — Немедленно вернитесь!! Меня нельзя убить!!

— Тогда чего же ты так волнуешься? — крикнула ему Шара, оглянувшись.

«Гонщица» уже отлетела от «мавзолея Дарта Бэйна» на безопасное расстояние, когда мы увидели вспышку и быстро выросший огненный шар, в котором гробница и растворилась.

— И следа не осталось, — прокомментировал я. — Сорзус будет довольна.

— Вот только будем ли довольны мы, — продолжала хмуриться Селеста.

— И мы будем довольны. В итоге.

— Послушайте, джедаи, — рядом с Селестой вновь возник призрак Карнесса Муура, вылезший из амулета. — Я помогу вам свергнуть Дарта Сидиуса! Я создам для вас армию ракгулов! Все его силы не смогут этому противостоять! Вы победите быстро и легко!

— А, вот ты как теперь заговорил… — злорадно ответила Селеста.

— Соблазнительно, конечно, — издевательски-мерзким голосом ответил я духу. — Но с Сидиусом мы уж как-нибудь и сами справимся. Лучше мы сейчас избавим галактику от другого лживого, хитрого и коварного лорда ситхов.

Муур обвел нас всех ненавидящим взглядом — и исчез, снова спрятавшись в талисмане.

— Месть в самом деле сладка, — пробормотала Морн, прикрыв глаза.

— Только увлекаться сладостями не стоит, так можно и на темную сторону упасть, — напомнил я.

— Да знаю, знаю. Но просто не могу дождаться, когда этот урод и его безделушка, наконец, исчезнут навсегда…

* * *

— Квест выполнен, — спокойно сообщил я призраку Сорзус, как только мы снова вошли в ее потайную палату.

— Значит будет и награда, — благосклонно улыбнулась ситх. — Подойди, бит. Смотри сюда.

Син подняла ладони так, словно удерживала что-то невидимое, и от одной ее руки к другой протянулась сложная схема Муурова амулета.

— Всмотрись в нее, используй способность своих глаз видеть субмикроскопическое. Ты сразу найдешь все бреши в защите.

Так, фокусируя взгляд то на одном участке схемы, то на другом, я действительно вскоре обнаружил несколько зияющих дыр.

— Спасибо, — поблагодарил я ситха. И вернулся к Селесте.

Теперь, когда я знал, что искать, найти «дырки» в защите талисмана не составило труда. Надо было лишь мысленно наложить изображение схемы на реальный амулет, соотнести «бреши» с нужными точками на металле и…

— Не надо-о-о-о!!! — рядом с джедайкой возник дух Муура. — Все что угодно сдела…

Я молча направил потоки Силы в «дыры» талисмана. Тот мгновенно покрылся трещинами и рассыпался на мелкие кусочки.

— А-а-а-а!!! — форма призрака Карнесса исказилась, словно изображение на старом телевизоре, затем его скрутило, перевернуло… и он исчез без следа.

— О, Сила! — Селеста недоверчиво провела руками по шее и груди. Цвет ее глаз постепенно возвращался от желтого к нормальному — голубому. — Одна… Свободна… Наконец-то…

— Думаю, у нас вышло весьма плодотворное сотрудничество, не так ли? — Сорзус многообещающе улыбалась. — Если вы захотите его продолжить…

— Спасибо, но нет, не сейчас, — вежливо отозвался я. — Нам пора. Уходим.

— Как знаете, — произнесла Син нам вслед. — Если передумаете, я буду ждать здесь. Всегда.

— Уф, я боялась, что все сорвется. Она ни о чем не догадалась? — поинтересовалась Селеста, когда мы уже покинули гробницу и подходили к «Гонщице».

— Нет, — спокойно ответил я. — Сорзус Син слишком самоуверенна, как и все прочие лорды ситхов, которых она так презирает. Она считает себя слишком умной, чтобы проиграть, как они — и именно поэтому и проиграет. Ждите на корабле. А я вернусь и передам ей наше «большое спасибо».

Вскоре я вышел из «Гонщицы», толкая перед собой еще одну антигравитационную платформу со второй протонной бомбой…

* * *

— Это еще что? Что это ты мне принес? — с удивлением уставилась на меня Сорзус, когда я втолкнул бомбу в ее потайную палату.

— Это протонная бомба, — нахально ответил я. — Наш ответный подарочек тебе — в благодарность за «плодотворное сотрудничество».

— Ты что, с ума сошел?!

— Нет, это у тебя ума на этот раз не хватило. Думаешь, я не понял, что теперь, когда твоя потайная палата открыта для всех, для чего ты воспользовалась нашей помощью — ты планируешь тут дожидаться, пока не придет кто-то другой, и так найти своих последователей и восстановить свой собственный Орден ситхов? Но уж этого я не допущу, ты ничем не лучше Карнесса Муура, скорей даже хуже. И твоя гробница нужна нам не больше, чем гробница Бэйна. Она исчезнет, а вместе с нею — и твой призрак отправится в хаос.

— Остолоп, гробница Дарта Бэйна была фальшивкой! А моя гробница — настоящая!

— А мне без разницы, — ответил я, ставя таймер.

— Ты что, даже не знаешь?! Не знаешь, почему джедаи никогда не уничтожают гробницы повелителей ситхов?! Почему они тысячи лет назад не стерли Долину Лордов с лица планеты?!

— Просто так не принято, — пожал я плечами. — Традиция. Любовь к истории. Но я не настолько консервативен — никогда как раз не понимал, почему они не уничтожили все эти остатки вашей культуры.

— Дурачина, вам ваши магистры даже этого не объяснили?! — возопила призрак. — Или скрыли?! Каждая настоящая гробница правителя ситхов, выстроенная по древним правилам, так напитана темной стороной, что если ее разрушить — вся эта темная энергия вырвется в галактику и нарушит столь любимое джедаями равновесие в темную сторону! Потому Орден джедаев и терпел всегда существование этих усыпальниц и призраков! Ты же только усилишь так темную сторону и этого вырожденца Сидиуса!

На мгновение я заколебался… А что если последствия и впрямь будут такими?

— Вот видишь, — насмешливо улыбнулась Сорзус. — И тебе придется потерпеть мое существование.

Не стоило ей этого говорить, да еще таким тоном — я тут же отбросил все сомнения. Риск оставлять эту хитрую леди-ситха в живых — был слишком велик!

— Нет. Я не могу позволить тебе вести свои темные делишки. Дело в том, что ты не должна была быть освобождена в реальной истории. Я совершил эту ошибку, я ее и исправлю.

— О чем ты говоришь?!

— Неважно, — я запустил таймер и пошел к выходу.

— Стой! И это твоя благодарность за мою вам помощь?!

— Благодарность ситхам, которые сами хотели меня надуть — не входит в число моих добродетелей.

— Ненормальный!! — крикнула мне вслед Син. — Твои магистры тебя тоже за это по головке не погладят!

— С одной стороны, ты, конечно, можешь быть права… — отозвался я на ходу. — Но с другой стороны, ты можешь и ошибаться. Кроме того, у нас теперь есть Избранный из легенд, так что, думаю, мы как-нибудь вернем равновесие в норму с его помощью.

— Избранный?! Да ты с ума сошел!! Лжец! Обманщик! Проклинаю!! — провыла позади Сорзус. — Тебе никогда не быть настоящим джедаем!! Предрекаю, что ты умрешь в отчаянии и безысходности!! Но перед этим еще не такие мерзости совершишь!!

За яркой вспышкой взрыва, оставившего на месте гробницы Сорзус Син лишь оплавленный кратер, я наблюдал уже из атмосферы, через иллюминатор «Гонщицы». Содержание же последних речей призрака решил от своей команды утаить…

Мы возвращались домой с победой.

Ведь так?..

Глава одиннадцатая

Это началось мгновение спустя после взрыва гробницы Сорзус.

Сперва — словно легкое покалывание маленькими иголочками по всей коже, а затем… Затем я ощутил то, чего не чувствовал уже давно. Сильные эмоции. Яркие, совсем человеческие и даже более мощные. Сумасшедшая радость, смертельный ужас, яростный гнев, безумное вожделение — поочередно нахлынули волнами.

Меня словно раскололо надвое: в то время как одну половину бросало из одной крайности чувств в другую, вторая наблюдала и пыталась анализировать происходящее, задаваясь вопросом «Что происходит?». Я бурно радовался, но не знал, чему, боялся, но не понимал, чего именно боюсь, злился неизвестно на что, испытывал страсть, не имея предмета страсти…

«Это воздействие извне. Темная сторона», — заключила моя «логическая половина».

Хуже всего было то, что жертвой стал не я один.

Селеста безумно расхохоталась…

— Не… поддаваться… — прохрипел неподвижно сидящий Мол, вцепившись в свой уон-шен. — Сопротивляться…

— Нет!! Не трогайте ее!! — вскричал управлявший кораблем Энакин.

— Что с вами, ребята?! — испуганно крикнула Шара.

Синие электрические разряды с потрескиванием зазмеились между моими пальцами, я поднял руку, с любопытством глядя на них. Мощь переполняла — дикая, необузданная. Желание крушить, разрушать, уничтожать!

— Хорошо-то как!! — вопила Селеста, любуясь молниями, скользившими с одной ее ладони на другую. — Красота!! Это прекрасно!! Экста-а-аз…

Энакин встал, бросив управление, и выхватил свой меч, гудение активированного клинка заполнило помещение.

— Какая тьма… как яд… — пробормотал Мол, рухнув на пол. — Кровь… вокруг…

— Я не позволю вам… — взгляд Скайуокера скользнул по всем вокруг и, наконец, остановился на мне. — Причинить ей вред…

«Враг!! Уничтожить!! — забилась у меня в голове мысль при виде шагнувшего ко мне Избранного. Но одновременно пришли и другие — разумные. — Корабль неуправляем. Мы недостаточно отлетели от планеты. Мы все погибнем, если не вернем управление. Шара — на нее это не действует.»

— Шара, прими управление кораблем. Сейчас же, — медленно и раздельно сказал я, одновременно рукой, на которой трещали маленькие молнии, поманив Энакина к себе. — Не паникуй.

Скайуокер взмахнул мечом, и тут же я послал в него поток электрических разрядов, заметив, как за его спиной Шара скользнула в кресло пилота.

Энакин выставил перед собой клинок, приняв молнии на него — по правде говоря, я и целился именно в его меч, а не в него самого (хотя очень хотелось сделать наоборот и я с трудом сдержался). Загораживаясь клинком, словно щитом, он медленно, преодолевая давление встречного потока молний, двинулся ко мне.

Я добавил «мощности» — казалось, вся сила бушующих во мне эмоций вырвалась через пальцы, уходя в энергию электрических разрядов, которые извивались вокруг меча, рассыпая искры. Но… Скайуокер, похоже, был еще мощнее — он надвигался на меня как танк, медленно, но неотвратимо. Еще немного — и между нами останется так мало места, что собираемые его световым клинком мои собственные молнии вернутся ко мне, и уж тогда…

Стремительно просчитав несколько путей дальнейшего развития боя, моя «логическая половина» выбрала один из них, показавшийся самым удачным. Я не знал наверняка, что именно привиделось сейчас Энакину, но кое-какие предположения были. И под влиянием этих видений у него явно была ослаблена способность ощущать реальность вокруг, что могло быть мне и на руку. А «эмоциональная половина» помогла мне убедительнее сыграть роль.

— Темная сторона ослепляет… — прошипел я самым мерзким голосом, на который был способен, и взглянул куда-то Энакину за спину. — Молодец, детка, перережь горло его девчонке!

Джедай присел и повернулся вокруг своей оси так быстро, что я едва успел отреагировать — но все же успел! В тот короткий момент, когда он был открыт для удара, оглядываясь назад и, по-видимому, готовясь совершить кувырок, молнии ударили в его тело так, что его по инерции проволокло до противоположной стены корабля и хорошенько об нее приложило. И прежде, чем Скайуокер успел прийти в себя, я одним прыжком настиг его и стукнул по голове рукоятью меча, оглушив.

— Попался на такой старый трюк! — киношно-издевательским тоном провозгласил я. И тут же рухнул рядом, потому что вся новообретенная мощь вдруг меня покинула, забрав заодно и мои собственные силы и оставив лишь опустошенность. Смех Селесты неожиданно перешел в горькие рыдания, но через полминуты затихли и они, и корабль заполнила могильная тишина.

* * *

— Злодей из тебя получился неплохой… — Шара со вздохом положила мне на голову холодный компресс. — Кому ты там хотел перерезать горло?

— Падме Наберрие, конечно… Ой, как же мне плохо-о, — простонал я.

Прочий экипаж (кроме Шары) отозвался согласными стонами.

— Такого похмелья у меня не было с тех пор, как… Да вообще никогда в жизни, — пробормотала Селеста. — А тогда все казалось так круто… когда молнии бегают по пальцам… Как я могла поддаться темной стороне?!

— Пьянит джедаев ситха кровь — но тяжко будет им похмелье, — невпопад продекламировал я.

— Ну вот, и «непревзойденный интеллектуальный инструмент в виде мозга бита» поломался, — поморщилась Морн.

— Это просто такой юмор… Согласен, наверное, не вовремя. Я тоже еще не совсем отошел от… того удара. А вообще да, симптомы чем-то схожи с похмельем, это ты верно заметила.

— А что это было?.. — подал голос Энакин. — Это… совсем прекратилось?

— Думаю, да, — ответил Мол. — И знаете, готов держать пари, что это произошло из-за того, что мы взорвали гробницу лорда ситхов.

— А кто придумал ее взорвать? — покосилась на меня Селеста.

— Я не знал, что будет такая реакция, — слегка покривил душой я. — Но все равно, полагаю, что избавление галактики от духа Сорзус Син того стоит.

— Если бы еще только все ограничилось тем, что произошло с нами… — задумчиво проговорил Мол. — Но у меня чувство, что это намного масштабнее.

«Если Сорзус сказала правду, то о, как ты прав, — мысленно ответил я. — И дома нас еще ждет «разбор полетов.»

И я не ошибся.

* * *

— Как вы могли сделать это?! — Луминара Ундули даже слегка повысила голос, что для магистра-джедая и члена Совета было все равно что громкий крик для обычного существа. — Нет, объясните мне: неужели никому из вас даже не пришло в голову, что раз джедаи за прошедшие тысячелетия никогда не разрушали ситхские гробницы, то для этого есть важная причина?!

— Почему-то не пришло, — кивнул я. — Честно говоря, я думал, что это всего лишь замшелые традиции Ордена, основанные на уважении к культурам и истории любых народов галактики.

— О, да, конечно… Какого же ты мнения о старом Ордене джедаев… мы все, по-твоему, были сборищем оторванных от жизни маразматиков, трясущихся о сохранении редкостей, независимо от того, насколько они опасны… Пойми, что у Ордена не существовало ни одной традиции, для которой не было бы серьезной причины! И дело не только в том, что от этого силы одного лишь Палпатина еще немного возрастут — он и так сильнее любого из нас! А дело в том, что это просто-напросто повысит уровень тьмы во всей галактике, равновесие теперь нарушено еще больше, и это может обернуться… миллионами лишних жертв среди разумных!

— Как?.. — не понял я. — Почему?

— Потому что не только ситхи и джедаи связаны с Силой, — с болью в голосе ответила магистр. — Где-то совершит преступление кто-то колеблющийся, кто не решился бы на него без этой лишней капли темной стороны, добавленной в его разум, где-то умрет больной, который находился на грани жизни и смерти и которого иначе успели бы спасти врачи… где-то произойдет что-то еще нехорошее и темное. Потому что все это — темная сторона!

«М-да… вот угодил-то, — мне и впрямь стало не по себе. — А вот об этом Сорзус не предупредила.»

— Энакин молод и импульсивен, Мол — матукай, а не джедай, но ты, Тал, где же был твой хваленый интеллект? — покачала головой Т'ра Саа.

Хотя магистр Ундули сейчас оставалась среди нас единственным джедаем из старого Совета, оказалось, что про специфику ситхских гробниц знает не она одна. Т'ра Саа и Толму тоже это было известно. А вот более молодые джедаи ранее оставались в неведении. И теперь, как им, так и нам — виновникам, было основательно растолковано, что же за беде мы открыли ворота.

— И ты, Селеста, в прошлом ты имела дело с артефактами ситхов — почему и ты не подумала?..

— Признаю, ступила, — мрачно ответила Морн. — Так радовалась обретенной свободе, что ни о чем больше и думать не могла. Для этого готова была и гробницу Бэйна, и гробницу самой Сорзус рвануть. Знали бы вы, что это такое — четыре тысячи лет кошмарных снов… И очень уж эта Син была наглая!

— Прежде всего, все — моя вина, — мужественно взял я на себя оную вину. — Я посчитал Сорзус Син очень опасной угрозой для галактики — больше, чем Карнесс Муур и даже Палпатин. И я не хотел, чтобы ответственность за открытие ее мавзолея оставалась на мне.

— Гордыня затуманила твой разум, — сухо ответила Луминара. — Ты решил, что один за все в ответе и должен решать все проблемы! Вы должны были рассказать о произошедшем нам, мы бы все прибыли на Коррибан и надежно запечатали бы гробницу.

— Виноват, — повторил я, опустив голову.

— Но тогда я не понимаю вот чего, — смущенно поинтересовался Энакин. — Если разрушение древних гробниц ситхов увеличивает силу живых ситхов, то почему эти ситхи сами не разрушают гробницы предшественников?

— Правильный вопрос, падаван Скайуокер, — одобрила Луминара. — Дело в том, что излишнее возрастание темной стороны в галактике, если эта темная сторона не создана и не контролируется живой силой самих ситхов — опасно даже для них. В какой-то момент эта сила может повернуться против них же, разрушая тела и разумы тех, кто пытается ее контролировать. Поэтому ситхи предпочитают самостоятельно изучать свои искусства и развивать свои силы. Вспомните, что вы чувствовали, когда волна энергии темной стороны прошла через вас — вы плохо контролировали свои действия и, наоборот, сами оказались под властью этой энергии…

«Ну я-то свои действия в итоге все же смог контролировать», — подумал я.

— …Вы были практически в эпицентре распространения этой волны, — продолжала магистр Ундули. — Когда она потом разошлась по всей галактике и растворилась в ее общей Единой Силе, разумеется, такой эффект исчез. Однако и так эта энергия из гробницы могла натворить очень много бед, о которых мы даже не узнаем…

* * *

Несколько ранее. Корускант, императорский дворец…

Где-то в глубине обширных императорских апартаментов в небольшом конференц-зале сидели два самых могущественных человека Империи: сам император Палпатин и его Великий визирь (и помощник в особо секретных и щекотливых делах) Сейт Пестаж.

— До сих пор будущее моей Империи ни капли не тревожило меня, — произнес император. — С момента победы над Йодой все мои видения показывали лишь мой вечный триумф. Но в тот момент, когда пришла эта «волна»… Не знаю, откуда она взялась и что означала, могу твердо сказать одно: это было делом рук темной стороны. На несколько мгновений мои силы и способности возросли, все чувства обострились, но взглянув в будущее, я увидел себя, словно окутанным непроницаемым туманом, из которого до меня донеслось одно слово, точнее имя разумного существа. «Скайуокер».

— «Скайуокер», — повторил Пестаж.

— После этого я еще не раз медитировал с целью увидеть грядущее — и что же? Я по-прежнему вижу там лишь свой вечный триумф. Но что тогда означает то загадочное видение? Кто такой «Скайуокер»? Враг? Союзник? Слуга? Ценный ресурс? Я не могу раскрыть эту тайну, и именно это меня беспокоит. Почему темная сторона Силы указала мне на него?.. Я хочу, чтобы ты узнал, что это за Скайуокер, Пестаж. Если понадобится, можешь перевернуть всю галактику в его поисках, но найди мне его!

— Будет исполнено, мой император, — ответил Великий визирь.

* * *

Несколько ранее. Коррибан, гробница Ксоксоан…

Лежа на полу, А'Шарад Хетт с хрипом втягивал в себя воздух… Несколько мгновений назад, прервав очередной урок своей наставницы, он буквально бился в экстатическом припадке под влиянием некой энергии, обрушившейся на него извне стен усыпальницы.

— Что с тобой произошло, мой ученик? Что ты почувствовал? — озабоченно поинтересовалась Ксоксоан. Точнее, конечно же, не она сама, а ее голограмма из ситхского голокрона.

— Волна Силы… С темной стороны… Где-то недалеко… что-то случилось, — прошептал Хетт. — Это поворот судьбы, решающий час приближается… И Сила послала мне видение: теперь я знаю, что должен делать.

Это было великолепное видение нового Ордена ситхов, который (как теперь А'Шарад был уверен) именно ему предстояло создать.

Путь Бэйна был недостаточно правилен — теперь он знал это. Он усовершенствует этот путь — заменит Правило Двух — Правилом Одного. Отныне будет только один ситх — сам Орден ситхов! И сколько бы ситхов не состояло в нем — все они будут едины, все будут лишь частью Одного. Он создаст этот Единый Орден, уничтожит императора Палпатина и… займет его трон — чтобы спасти галактику от себя самой. Он, Дарт Крайт. Отныне это — его имя, подсказанное ему Силой.

— Я — Дарт Крайт, — повторил А'Шарад Хетт. — Темный лорд ситхов. И теперь я знаю свою судьбу.

Глава двенадцатая

Несколько месяцев спустя. Звёздная система Внешнего Кольца…

Три небольших корабля вышли из гиперпространства почти одновременно и направились к небольшому заброшенному шахтерскому комплексу, выстроенному на одном из местных астероидов. Приблизившись, они обратили внимание друг на друга, снизили свою скорость, а затем и вовсе зависли в космическом пространстве. Их экипажи (на каждом — это был только один пилот) обменялись сигналами, после чего все три судна продолжили путь и залетели в открывающийся перед ними посадочный док, где и приземлились. Несмотря на кажущуюся покинутость автоматика комплекса сработала, как положено: шлюз, впустивший гостей, тут же закрылся, и в док начал поступать воздух. Дождавшись, пока атмосфера за бортом станет соответствовать стандартам кислорододышащих существ, пилоты вылезли наружу.

— Пилот, Ящер… Ну и зачем вы заявились к моему нанимателю? Только не говорите мне, что вам тоже поручили убить героев Раттатакской войны, — с мрачной уверенностью произнесла увешанная оружием женщина в мандалорской броне.

— Тоже? Лунаса, так значит и тебе… — начал гуманоид с жабрами на лице.

— Угу. Одного из троих сделала я. Пилот?

— Да, мне заказали одного из героев, — сердито ответил ящерообразный разумный с рогом, растущим из головы. — И я его кокнул… И ты тоже, Ящер?

— Именно так, чтоб его!

— Я так и заподозрила, когда вы появились здесь одновременно со мной, — вздохнула Лунаса. — Значит каждого из нас наняли для ликвидации одного 'героя Раттатака', сказав, что причина — личные дела с ним, так?

— Так, — сердито подтвердили два других охотника за головами.

— А потом из новостей Голонета мы узнаем, что, оказывается, убито целых три имперских офицера-'героя', и каждому на почту затем пришло анонимное сообщение с одним словом — 'месть', - продолжила наемница. — И теперь все имперские службы носом землю роют, чтобы найти тех, кто устроил этот 'страшный террористический акт, бросающий вызов безопасности нашей Империи'! Пора нам поговорить с этой кучей металлолома по душам. Вас же тоже дроид нанимал?

— Точно, — подтвердил Пилот. — Настоящий заказчик даже не показался на глаза. Бережет своё инкогнито.

— Тогда пошли, — скомандовала Лунаса. И первой двинулась к помещению диспетчерской, где им была назначена встреча с дроидом-посредником таинственного заказчика.

***

Серебристый протокольный дроид, как и в первую их встречу (только тогда каждый из охотников за головами встречался с ним один на один и встречи эти проходили в разное время) сидел в помещении диспетчерской за весьма представительным столом, словно большой начальник. С чем не слишком вязался его нервный голос — впрочем, по никому неизвестной причине такой голос был общей чертой всех протокольных дроидов его серии.

— О, приветствую вас, уважаемые гости, — проговорил протоколист, обращаясь к вошедшим. — Вижу, вы все добрались вполне благополучно. Нет-нет, вам не стоит даже утруждать свои голосовые связки отчетами о проделанной работе — я уже знаю, что все вы справились просто великолепно. А вот и ваша награда.

Дроид достал из под стола три чемоданчика и открыл их, продемонстрировав содержимое — толстые стопки имперских кредитов наличными.

— Вот вам. И вам. И вам досталось… — приговаривал он, вручая по чемоданчику каждому из наемников.

— Отлично. Значит действие наших контрактов с вами можно считать завершенным? — прищурилась Лунаса.

— Да-да, именно так, — подтвердил протоколист.

— В таком случае… — охотница достала бластер и навела его на дроида. — Мы больше не связаны кодексом охотников и можем сделать с тобой что угодно. И сделаем, если ты сейчас же не скажешь нам, кто твой проклятый хозяин, сделавший эти проклятые заказы!

— Ах, что вы, зачем же так грубо, — протоколист в испуге поднял металлические руки. — Код Смерть-Палпатину-Бис. Хочу вам сообщить, что только что запущены необратимые и одновременные процессы полного стирания всей моей памяти, обратного отсчёта времени до взрыва бомбы внутри моего механизма и обратного отсчета времени до взрыва более мощной бомбы, которая уничтожит значительную часть этого комплекса и вас вместе с ним — если вы не поторопитесь его покинуть. Также рекомендую вам хорошенько скрыться от Империи, если не хотите, чтобы вас нашли и все свалили на вас одних. Пока, галактические подонки!! Ха-ха-ха-ха-ха!!

Не сговариваясь, наемники бросились обратно в док (не забыв, однако, свои чемоданчики с деньгами), провожаемые безостановочным безумным смехом дроида. Они успели сесть в свои корабли, вылететь наружу через услужливо открывшийся шлюз и отлететь на безопасное расстояние как раз к тому моменту, когда добрая половина бывшего шахтерского комплекса скрылась в огромном огненном шаре. Вместе с дроидом и всеми следами загадочного заказчика…

***

— Дело закончено, — объявил я, как только обратный отсчет, передаваемый на наш корабль по гиперсвязи, достиг нуля, после чего связь прервалась — в связи с гибелью самого передатчика. — Уходим в гиперпространство.

— Уже, — ответила Шара, нажав на кнопку.

— Ну, дальше ты знаешь: несколько прыжков, чтобы сбить со следа возможную погоню, после чего возвращаемся домой. Конечно, маловероятно, что за наемниками кто-то следил и мог потом засечь эту передачу и установить наше местонахождение. Но когда пакостишь самому Палпатину, немного паранойи никогда не помешает.

— Угу, — согласилась тогрута.

Некоторое время я молчал. Корабль летел через гиперпространство, Шара тихо напевала себе под нос какую-то песенку без слов…

— Ты ведь не считаешь, что я поступил неправильно? — наконец поинтересовался я.

— Я?! Да ни в жизнь!

— Ты же знаешь, что джедаи не одобряют индивидуального террора. Если, конечно, он не направлен против какого-нибудь повелителя ситхов…

— Так то джедаи! Ох, прости, ты же тоже джедай… Ну… Я-то против такого индивидуального террора ничего не имею. Эти трое были детоубийцами, военными преступниками и вообще мерзавцами! Ты правильно сделал, что их наказал!

— Месть — точно не путь джедаев. Но на самом деле это не было местью, хотя я и прислал им письма со словом 'месть'. Их смерть — просто часть моего плана по расшатыванию режима Палпатина и раскачиванию ситуации в Империи. Необходимо было показать всем, что сопротивление не погибло вместе с Раттатаком, что борьба продолжается. Ну и лишний раз позлить самого Палпатина, чтобы он совершил ещё больше ошибок. Я чувствую, что сопротивление императору растёт в галактике, но неплохо будет подогреть его ещё больше.

— Ну, это, конечно, замечательно, но даже если бы ты пристукнул этих императорских палачей просто из мести за Раттатак — я нисколечко бы тебя не упрекнула, — простодушно ответила Шара. — Хотя остальным джедаям об этом лучше не рассказывать, ты прав, они не поймут наш… индивидуальный террор. Не волнуйся, я буду молчать как могила!

***

Да, Раттатак все же пал, что было неизбежно, учитывая все силы, что на него обрушила Империя. Целых два года сопротивления, причем второй год — сопротивления войне тотальной, это и так было очень много.

Весь этот год, прошедший с тех пор, как я украл первый прототип имперского суперлазера, император Палпатин все больше зверел: как я подозревал, он то и дело представлял, что кто-то где-то сейчас изучает его 'игрушку' и строит на её основе свои такие же, которые собирается использовать против него… Имперские шпионские службы метались по всему пространству Империи, стараясь напасть на след похитителей, но все без толку — ведь лазер давно был надёжно спрятан у чиссов, где имперцы никаких розысков проводить не могли. Раттатакских бойцов, продолжавших биться в своих подземных укрытиях, имперцы уничтожали усиленно, со всей жестокостью, не обращая внимания на возраст и пол противников. Командиров, однако, старались захватить в плен, надеясь выпытать у них что-нибудь о судьбе императорского супероружия, а потом пленных публично казнили, и казни придумывая как можно страшнее. А пропагандистская машина Империи тем временем работала на полную мощность, стараясь выставить раттатаков воплощением зла. 'Ученые эксперты' утверждали, что раттатаки являются видом, возникшим в результате генетической мутации мозга: мол, не контролируемые агрессия и жестокость свойственны им всем генетически, с самого рождения, и перевоспитать их невозможно. Якобы они ненавидят всех других разумных и уничтожают их при каждой возможности. Разведка публиковала страшные 'планы раттатакского командования', по которым раттатаки будто бы замыслили истребление всей галактики. Постоянно показывали 'интервью с очевидцами', рассказывавшими ужасные истории о том, как жители Раттатака садистски расправлялись с попавшими к ним в плен. Особенно популярны были истории о 'детях-убийцах', в этих рассказах раттатакские дети возрастом от трёх до десяти лет с удовольствием жарили на медленном огне, варили в кипятке и потрошили живьем пленных клонов! Наверное, большего бреда галактика не видела за всю свою историю, однако находились и те, кто во все это верили, и, к сожалению, их в Империи было немало.

'Убивайте без жалости и промедления каждого раттатака, которого встретите, иначе он убьет вас! — истерично вещал Голонет. — Ради спасения разумных всей галактики раттатакская зараза должна быть полностью истреблена!'

И клоны неплохо с этим справлялись. Планета превратилась в филиал ада, местное население уничтожалось методично, упорно и жестоко: в бою, в плену, в оккупации, по приговору 'судов'… Любой раттатак был объявлен смертельно опасным зверем-мутантом, на обращение с которым не распространялись никакие законы и понятия о военном преступлении.

Однако ходили слухи, что и на клонов это действовало не лучшим образом. Бедняги были с рождения 'запрограммированы' на лояльность Республике, которая потом как-то вдруг превратилась в лояльность канцлеру, а затем императору, Палпатину. Но все же в значительной мере они оставались людьми, а потому и эта программа порой давала сбои при столкновении с жестокой реальностью: отсюда и дезертирство, и даже переход на сторону противника. Хотя гораздо чаще случалось другое: какой-нибудь клон покорно выполнял все приказы командования, а потом однажды шёл в туалет, где запирался и стрелял себе в лоб из бластера…

А кроме того, были ещё и особые клоны — ЭРКи, 'элитные республиканские коммандос', как их называли раньше, с большей самостоятельностью и инициативой, куда больше похожие на своего 'родоначальника', чем обычные. После установления Империи их переименовали в 'имперских коммандос'. Эти-то лучшие солдаты имперской армии и подложили вдруг императору такую свинью, какой даже я не ожидал.

Незадолго до окончания Раттатакской войны все ЭРКи расположившейся на планете армии вдруг взбунтовались, арестовали имперских офицеров, при этом казнив нескольких, угнали самые быстроходные корабли флота и скрылись в неизвестном направлении. Расследование показало несомненное наличие заранее планируемого заговора, однако поиски беглецов успехом не увенчались. Это были почти все элитные коммандос Империи, а тех немногих, что оставались вне Раттатака, тут же арестовали по приказу императора и вскоре казнили — Палпатин счел, что столь инициативным и солидарным друг с другом клонам просто нельзя доверять…

Я-то подозревал, что неизвестное направление, в котором скрылись ЭРКи, на самом деле вело в Мандалорский сектор, где, как я знал, с радостью принимали и укрывали любых клонов-беглецов, считая их своего рода родней. Однако императору это явно не было известно.

Сразу после 'Восстания ЭРКов' взбунтовалась доведенная имперскими порядками планета Гибад — видимо, ее правительству показалось, что Империя и её армия слабеют. Однако и Палпатин был доведен до крайности, и на этот раз он не собирался начинать ещё одну длительную войну. Вместо этого, когда Гибад отказался капитулировать и срок ультиматума истек, на планету был сброшен боевой вирус…

— Раттатакская война, победа в которой уже близка, стоила Империи очень дорого. Нам не нужны новые многочисленные жертвы, — лицемерно распространялся император в речи по этому поводу. — Мы сберегли жизни наших солдат и сберегли саму планету. Природа Гибада не пострадала, его города и здания остались невредимыми, исчезло только население. Вскоре планета будет готова к повторной колонизации. Если уж возникает необходимость вести войну, то лучше вести её так чисто, как только возможно. Биологическое оружие даёт нам такую возможность…

Однако не все согласились с тем, что такой способ ведения войны 'чист'. Сразу несколько миров Империи, известных своей пацифистской культурой, договорились и огласили своё общее воззвание к Палпатину, призывая его отказаться от политики Нового Порядка, прекратить репрессии и уйти в отставку. В ответ Империя высадила на эти планеты свои войска, арестовала всех правительственных чиновников, поддержавших воззвание, вместе с их семьями — и отправила на пожизненную каторгу в шахты планеты Кессель… Это дало понять всем, что политические методы борьбы с всевластным императором-тираном бесполезны и бессмысленны.

А вскоре после этого были наконец уничтожены и последние очаги сопротивления на Раттатаке. Правда, высшее командование Раттатакской армии имперцам так и не удалось захватить в плен — командующие предпочли последовать примеру Вентресс и взорвать свой бункер запасённой взрывчаткой, унеся с собой несколько тысяч солдат врага. И я счел, что это к лучшему — ведь никто кроме высшего командования не знал о моём участии в похищении прототипа суперлазера и эвакуации младших детей год назад. Они обещали сохранить эту тайну, ну а после их гибели Палпатин об этом точно никогда не узнает.

Правда, была другая проблема. Если обо мне больше никто не знал, то вот о самом факте эвакуации детей 'куда-то' на Раттатаке знали многие, и наверняка пленные об этом рассказали — пытки имперцев любого заставят говорить. Так что Палпатин наверняка теперь знал, что кто-то ведёт против него борьбу и часть раттатакского народа уцелела! Но вряд ли он догадается, кто именно за всем стоит и что следы ведут в пространство чиссов. Скорее всего, будет подозревать уцелевших джедаев.

На Корусканте возвращавшиеся после победы над Раттатаком войска встретили с большой помпой. Был проведён яркий и пышный парад, а главных 'героев войны' — офицеров, больше всего отличившихся в геноциде раттатаков — принял в своём дворце сам император, лично вручивший им награды.

И вот теперь, несколько недель спустя, я организовал убийства троих самых знаменитых, прославленных пропагандой и жестоких из этих 'героев'. Хотя задание каждому из троих охотников за головами контролируемый мной дроид давал по-отдельности, все удалось устроить так, что все трое 'героев Империи' погибли в одну ночь. А через несколько часов каждому на почтовый адрес в Голонете пришло письмо со словом 'Месть'. Так что эффект был велик.

Император выступил с речью, в которой объявил, что, вероятно, небольшая группа 'раттатакских чудовищ' уцелела, сумев укрыться где-то на других планетах, и теперь перешла к тактике терроризма, снова призвал подданных быть бдительными и пообещал отыскать и наказать тех, кто посмел бросить Империи столь дерзкий вызов. Однако я был уверен, что до меня-то он не доберётся. В лучшем случае — если имперцам повезёт — они поймают трёх моих исполнителей, но те сами понятия не имеют, на кого работали. А может быть, даже их не поймают, эти трое наемников должны хорошо уметь скрываться от преследования. Так что пусть Империя зря тратит время, их разыскивая.

А я… А я сейчас должен вернуться на базу джедаев и начать следующий этап подготовки нашего Избранного к его предназначению. Дело в том, что неделю назад Энакин Скайуокер прошёл свои испытания на звание рыцаря. Да, теперь он полноценный рыцарь-джедай и скоро должен выбрать себе падавана. А я знаю, кто этим падаваном должен стать.

Глава тринадцатая

Когда мы вернулись к джедайской базе-убежищу, по местному времени была уже глубокая ночь, так что я не ожидал, что нас кто-то будет встречать. Однако к моему удивлению на маленьком космодроме наш приземлившийся корабль ждала одинокая фигура, укрытая плащом с капюшоном…

— А, явились, тайные герои галактической революции, — мрачно произнесла Селеста Морн (а это оказалась именно она). — Где пропадали? Все по тайным делам подготовки галактического восстания?

— Именно так, — согласился я. — А ты что не спишь…

— А может быть, вы двое сейчас шлялись по Империи и занимались всякими темными делами?! А? А? А? — неожиданно резко поинтересовалась Тень Завета, с каждым вопросительным знаком тыкая меня в грудь пальцем.

Шара воровато покосилась на меня. Я, впрочем, и вида не подал, а вместо этого, мгновенно задавив мысль, можно ли считать темными делами убийство трёх имперских офицеров, самым честным и миролюбивым тоном ответил:

— Нет, конечно. Зачем бы нам это понадобилось?

— Действительно, зачем… — протянула Морн. — Мы тут сидим на этой необитаемой планетке, как… пни замшелые, кроме командора Трауна и его чиссов ни с кем не общаемся, ждем неизвестно чего, и только ты со своей воспитанницей регулярно летаешь в 'большую галактику', пропадаешь там неделями, занимаешься неизвестно чем и никому по возвращении не даёшь отчёта! Этого недостаточно для всяческих подозрений?

— Надо же мне хотя бы иногда поддерживать связь со своей агентурой. С той, что у меня ещё осталась… Как ты знаешь, за время войны Палпатин разгромил все мои разведывательные сети, завязанные на Раттатак и контрабандистов. Уцелели лишь те агенты, что были завязаны лично на меня, да и с теми общаюсь только через Голонет. А выходить с ними на связь отсюда нельзя, чтобы кто-нибудь не засек источник передачи, вот и мотаюсь по галактике. Кроме того, мне в имперском пространстве принадлежит ряд законсервированных объектов, которые можно будет в дальнейшем использовать в качестве временных баз, их тоже надо проведывать время от времени… Потому и приходится часто улетать. Это всем известно.

— А меня учили не доверять тому, что всем известно. Я поговорила с современными джедаями, собрала о тебе информацию и теперь думаю, что ты — личность крайне подозрительная.

— И это — благодарность за то, что он тебя спас?! — возмутилась Шара.

— Я не позволяю своим чувствам затуманить разум, — отрезала Селеста. — Так что не пытайтесь меня разжалобить.

— Хорошо, не буду, — все тем же миролюбивым голосом ответил я. — А в чем конкретно ты меня подозреваешь? Что я работаю на императора?

— Нет, я так не считаю — очень уж много вреда ты нанес ему и его империи. Но… Ты связан со многими событиями, в которых участвовали ситхи! Итак… По твоим словам, когда-то ты был подопытным ситха Хего Дамаска, но 'благодаря слепой удаче' однажды сумел освободиться и убить его. Потом ты пытался раскрыть личность Палпатина, как ситха, раскрыл ситхскую сущность учителя Хего Нома Руджеса, узнал, что джедай Вержер была ученицей Палпатина… Раскрыл джедаям местонахождение пророков тёмной стороны… Сообщил им о призраке Экзара Куна… Наконец, нашёл меня и талисман Карнесса Муура. Ты слишком много знаешь о ситхах и их тайнах, неизвестных никому из джедаев, даже их историкам, изучающим ситхов. Столько знаешь, сколько может знать лишь тот, кто сам один из них! И ты теперь руками джедаев уничтожаешь конкурентов!

— Интересная версия, — прокомментировал я. — Но неверная. Я не ситх. А знания о них… Можно сказать, что у меня имелось некоторое предзнание будущих событий. Имелось. Сейчас я уже почти полностью исчерпал свой запас пророчеств.

— Столь чёткое предвидение будущего?.. — Селеста всем своим видом демонстрировала недоверие. — С именами и названиями планет? Это невозможно!

— Можешь не верить, но это так. Когда я очнулся в лаборатории Хего Дамаска, я очнулся с некоторым объёмом знаний о будущем, — я говорил максимально осторожно, избегая открытой лжи, которую джедаи могут почувствовать. Но ведь и правду можно сказать так, чтобы избежать раскрытия ВСЕЙ правды. Пусть собеседники сами додумывают картину, заполняя пробелы недомолвок. — В действительности я как раз мало что знаю о ситхском учении, но… Кое-что знаю о личностях некоторых ситхов и их судьбах в прошлом и будущем. Точнее, о том, каковы эти судьбы были до моего вмешательства. И знаю не только это.

— Хо-оро-ошо-о, — наконец протянула джедайка, ещё немного посверлив меня взглядом. — Допустим, ты говоришь правду, и мы имеем дело с некой аномалией силовых способностей, возникшей в результате экспериментов Дамаска. Но вот что интересно. И эту информацию о ситхах, и некоторую другую информацию о событиях в галактике ты сообщал джедаям, только когда сам этого хотел. Или вовсе не сообщал, а сам ею пользовался. Так было со спасением мандалорца Дженго Фетта, убийством Осики Кирска, отражением нападения иногалактических пришельцев на Зонаму-Секот… Может быть, у тебя комплекс героя?! Хранишь информацию о грядущих проблемах в тайне ото всех, чтобы затем внезапно выступить всеобщим спасителем? Хочешь сам победить всех злодеев галактики и решить все проблемы?!

— Я просто делаю так, как будет для всех лучше. И я раскрываю тайны, но именно тем, кто лучше сможет с проблемами справиться. Если раскрыть их не вовремя и не тем — может стать только хуже.

— А откуда ты знаешь, что именно будет для всех лучше и кто именно лучше всех справится с проблемами?! Решаешь все это сам, ни с кем не советуясь… Похоже, я ошиблась, и у тебя настоящая мания величия!

— Это не так, — устало ответил я. — Просто иногда я действительно знаю что-то лучше. Не забывай, у меня было немного предзнания, недоступного остальным. А кроме того, как бит, я очень хорошо могу просчитывать разнообразные исходы ситуаций.

— Как просчитал с уничтожением гробницы Сорзус Син? И ещё раньше… Мне рассказали и о том, как ты перестрелял несколько миллионов имперских клонов при Раттатаке.

— Это было вызвано необходимостью. И я не получал от этого удовольствия, и не испытывал к ним ненависти или гнева. Я не пал на темную сторону.

— По крайней мере, ты сам в это веришь, — заключила Селеста. — Однако… Предупреждаю, отныне я буду присматривать за тобой.

Сказав так, она резко развернулась и пошла прочь.

— Этого только не хватало, — пробормотала Шара. — Что за дела!

— Ничего, пусть присматривает, — махнул я рукой. — Конечно, это уменьшит нашу свободу действий, но я как-нибудь найду выход. А сейчас знаешь, что на повестке дня?

— Что?

— Отдых. Мы хорошо потрудились, теперь можно и отдохнуть. А завтра поздравим Энакина с его новым званием и…

— И?..

— Начнём организацию соревнования юнлингов — за право стать его падаваном.

***

Я, конечно, немного преувеличил. Официально никто не должен был соревноваться за ученичество у Энакина — просто в ближайшие дни было назначено проведение обычного ежегодного турнира юнлингов, где каждый из них мог показать свои умения. Но так вышло, что… Ведь сейчас вся взрослая часть Ордена, укрытая на нашей базе, состояла всего из четырнадцати джедаев — это считая недавно пробужденную Селесту и меня самого, которые себе падаванов принципиально не брали (Селеста слишком привыкла к работе агента-одиночки, а я был слишком занят всеми своими делами по подготовке восстания). При этом Баррисс Оффи сама все ещё числилась падаваном у Луминары Ундули, а Скайуокер до недавнего времени оставался падаваном Кая Нарека. Вот так и осталось у нас лишь восемь свободных взрослых джедаев, которые быстро расхватали себе в ученики лучших из старших юнлингов ещё два года назад. А всего ведь юнлингов в Ордене — тысячи! Поэтому и корпели они все на коллективном обучении почти без надежды сделаться падаванами…

Но вот Энакин Скайуокер стал рыцарем и пришла ему пора выбрать своего падавана — первому за последние два года (ещё, правда, свободным, 'безучениковым' рыцарем при этом становился и Кай, но тот не торопился искать себе нового ученика — нужно же время, чтобы отдохнуть от прежнего!)! Так что понятно, что именно Эни сейчас стал единственной надеждой множества юнлингов. А так как он должен был выбрать своего падавана в ближайшие несколько дней, и на это же время назначили турнир юнлингов — разумеется, многие решили, что выбор он сделает именно по результатам турнира — возьмёт того, кто выступит лучше всех. Сначала такой слух распространился среди самих юнлингов, затем и старшие джедаи стали советовать Скайуокеру обратить на турнир внимание, и наконец, он и сам начал думать, что исход турнира должен стать определяющим для его решения.

Так что дети старательно готовились к этому соревнованию. А я — давно и старательно готовил к нему юнлинга Лазутчика, которую уже заранее записал в победители и ученицы Энакина — потому что это будет для него лучше всего! Правда, в реальности соревнование юнлингов могло завершиться и не так, что меня немного беспокоило. Мои наблюдения за 'фаворитами' будущего турнира и основанные на этих наблюдениях расчёты показывали, что если Лазутчик выложится по полной, использовав все свои сильные стороны, то она победит с вероятностью шестьдесят семь процентов. Больше половины, но с моей точки зрения все же недопустимо мало: один шанс из трех за поражение!

Но, увы, к моменту начала турнира больше ей помочь я уже не был способен. Я и так помогал девочке тренироваться, как только мог, указывал на лучшие пути к победе и старался вселить в нее уверенность в своих силах. Теперь все зависело только от неё.

Хотя если бы пришлось делать ставки, я все равно поставил бы именно на победу Лазутчика… А, между прочим, это идея! Ведь схожим образом и Йода в каноне сделал её чужим падаваном…

***

— Юнлинги желают большей реалистичности наших турниров, — несколько смущенно сообщил перед этим пообщавшийся с детьми К'Крук, когда все мы — старшие джедаи — собрались в последний день перед соревнованием, чтобы решить вопрос с правилами. — Чтобы все было как в жизни…

— Хотят, чтобы им разрешили отрубать друг другу конечности? — заинтересовалась Селеста.

— Ну не настолько… Но дети говорят, что в реальности у них не будет возможности победить противника по очкам или 'в двух поединках из трёх'. В жизни их первое же поражение скорее всего приведёт к смерти.

— И в этом они правы, — тихо заметила магистр Луминара Ундули.

— Логика в этом есть, — согласился и Квинлан Вос. — Так зачем дело стало? Обрадуй их, пусть первое же поражение участника означает его выход из турнира. Никто не против? Все согласны!

— Я бы и ещё подбавил им правдоподобия, — загорелся идеей Энакин. — Как в реальности? Отлично! Джедай должен одинаково хорошо сражаться и когда ноги утопают в песке пустыни, и когда вокруг холод и снега, и в болоте, и на краю пропасти, и карабкаясь по канату… А ещё в жизни можно столкнуться с…

— К сожалению, технологические возможности нашей базы несколько ограничивают круг ситуаций, которые мы можем смоделировать, — по губам магистра Ундули скользнула улыбка.

— А, ну да, — смутился Энакин.

— Но кое-что в этом плане мы все же способны сделать, — продолжила магистр. — Пусть это и потребует введения дополнительных временных правил для отдельных поединков.

— Например, можно внезапно выключить свет, — предложил Кеноби.

— Натереть пол чем-нибудь скользким, — снова блеснул идеей Скайуокер.

— Или окатить сражающихся водой из шланга, — с ехидной усмешкой пропела Сири Тачи. — А ещё…

Следующие полчаса прошли весело: джедаи, которым никак нельзя было отказать в находчивости, старательно придумывали различные трюки, с помощью которых можно было сделать условиях поединков более 'жизненными'.

— А что насчёт военных хитростей? — поинтересовался я, когда весь список 'сюрпризов' для бедных юнлингов был, наконец, составлен.

— Смотря что ты имеешь в виду под этим, — насторожилась Луминара.

— Ну, все мы знаем, что в реальном, а не спортивном, бою противника можно одолеть не только с помощью меча, Силы и боевых искусств. Его вполне можно и иногда даже нужно обмануть, перехитрить, заманить в ловушку… А кто-то может посчитать это нечестным… Но мы ведь готовим учеников не к спорту, а к реальным сражениям.

— Хорошо, — кивнула Ундули. — Хитрости не будут нарушением правил. Но и заранее говорить участникам о возможности их применения мы не станем — пусть проявят находчивость и сами догадаются, коли уж не смогут победить только с помощью своих способностей. Также использовать в бою можно будет только мечи… или то, что будет находиться прямо на месте поединка — никаких заранее заготовленных дополнительных средств защиты и нападения. В жизни далеко не всегда можно выйти на бой заранее подготовленным к нему… Поражение будет наступать или после получения трёх ожогов тренировочным световым мечом, или после касания меча, которое можно расценить, как получение фатального для расы участника ранения, или после сдачи одного из противников, для чего он должен будет трижды ударить по полу рукой.

Все поддержали такое решение. Я — тоже. Оно меня полностью устраивало: в находчивости Лазутчика я был уверен. Судьей же соревнования вызвалась быть Селеста Морн, пообещавшая судить самым справедливым образом — с учётом необходимости жизнеподобия поединков.

***

На следующий день тренировочный зал с утра был заполнен народом: одних только участников турнира было больше сотни, не считая зрителей. Когда я вошёл, юнлинги-участники, разбившиеся на отдельные кучки, уже старательно разминались или медитировали, готовясь к схватке. Зрители же тихо переговаривались, с нетерпением ожидая начала. Разыскав Энакина в их толпе, я встал рядом, поинтересовавшись:

— Привет, Эни. Уже выбрал кого-нибудь, за кого будешь болеть?

— Нет, — покачал головой новоиспеченный рыцарь. — Если выберу кого-то заранее, то, ещё чего доброго, уже стану воспринимать как своего будущего падавана, а он потом возьмет и проиграет… А все рассчитывают, что я выберу самого лучшего — по результату турнира. Так что я ни за кого болеть не буду.

— Тоже выход, — согласился я. — Только лучший может оказаться и не самым сильным… В смысле, победитель соревнования.

— Брось, — хмыкнул Скайуокер. — Побеждает тот, в ком Сила больше, и кто тренированнее и талантливее других в обращении с мечом.

— В спаррингах по фехтованию — да. В жизни — не всегда. Я вот уже решил, за кого сегодня болею, и уверен, что этот юнлинг ещё многих сегодня удивит.

— И кто это? — заинтересовался Энакин.

— Лазутчик. Талисибет Энвандунг-Эстерхази. Она одержит победу в этом турнире.

— Это та девочка, с которой ты возился в последнее время? — припомнил Эни. — Да ты шутишь! Я видел, как она обращается с Силой — хуже, чем любой ученик её возраста. И даже хуже многих младших. Я думал, ты просто хочешь 'подтянуть' ее немного… до среднего уровня. Но победы ей не видать, сегодня против нее будут драться лучшие. Или… — он с подозрением взглянул на меня. — …это одно из твоих предвидений?

— Нет, в этот раз нет, — покачал я головой. — Я просто верю в неё. Она хорошо подготовлена, а её упорству и стремлению к победе можно только позавидовать.

— На одних упорстве и стремлении к победе тут не выедешь! — упёрся Энакин. — Они ей не помогут победить тех, кто попросту сильнее!

— Спорим? — предложил я. — Сегодня Лазутчик станет победителем соревнований.

— Спорим! — горячась, согласился Скайуокер. — Она не победит в турнире! Потому что этого просто не может быть! На что спорим?

— Если она выиграет турнир — то станет твоим падаваном. Как все и ждут от победителя. И чтобы ты потом не отлынивал.

— ЕСЛИ она выиграет, — подчеркнул Эни слово 'если'. — Я возьму её в падаваны с удовольствием, как лучшую из лучших. Но выиграть тут для неё невозможно. Не передумал заключать пари?

— Нисколько.

— Хорошо. Тогда, если Талисибет-Лазутчик не займёт первое место, ты… Раскроешь мне все твои тайны, — коварно ухмыльнулся Энакин.

Я медлил лишь долю секунды. Конечно, такая ставка была чрезвычайно неприятна, но если бы я отказался, это значило бы, что я сам не верю в силы Лазутчика.

— Согласен. По рукам.

— По рукам!

Вот Селеста прошла в центр зала, и притихшие юнлинги собрались вокруг нее. Тень Завета прочитала список сражающихся пар, после чего выделила первому их десятку места для боя.

— Разрешается использование светового меча, Силы и любых приемов рукопашного боя, — произнесла она. — Бой продолжается до тех пор, пока один из соперников не сдастся, три раза ударив рукой по полу, или пока кто-то не получит три ожога тренировочным мечом, выставленным на минимальную мощность, или же касание мечом, аналогичное смертельному ранению в реальном бою. Первые раунды будут проходить традиционно, а вот потом… Для уцелевших мы приготовили некоторые сюрпризы, чтобы приблизить ваши поединки к реальности. Вы же просили о большем правдоподобии и реалистичности соревнования… Внимание. Начали!

Разбитые на пары юнлинги одновременно вступили в бой. Постепенно то один, то другой участник выбывал, Селеста поздравляла победителя и ставила на место завершившей поединок пары — новую. Вот настало и время Лазутчика, которой попался противник мон каламари на год старше ее.

— Не повезло, проиграет в первом же раунде, — наполовину сочувственно, наполовину довольно заметил Скайуокер.

— А я думаю, она тебя удивит, — тихо ответил я.

И Лазутчик действительно удивила Энакина: мон каламари оказался сильнее её, но несколько неуклюжим, так что девочка ловко и быстро 'танцевала' вокруг него, пока он не споткнулся, после чего взяла его на болевой прием и вынудила сдаться.

— Сила уступила ловкости и скорости, как это часто бывает, — философски заметил я.

— Случайность. Везение, — отмахнулся Эни.

За первым раундом прошёл и второй. В нем Лазутчик выступала против Нуру Кунгурамы — единственного джедая-чисса в галактике, когда-то найденного джедаями в брошенной спасательной капсуле чиссов и взятого в Храм…

Этот бой дался девочке труднее — она получила один ожог клинком, однако в итоге ухитрилась схватить Нуру за запястье руки, в которой он держал меч, приемом заставила его разжать пальцы и выронить оружие, после чего полоснула по горлу, имитируя отсечение головы.

Скайуокер нахмурился и уже никак не прокомментировал эту победу.

Впрочем, услышав, что в третьем раунде Лазутчик должна встретиться ни с кем иным, как с самой Асокой Тано, он уже с абсолютной уверенностью сообщил мне, что дальше Талисибет не пройдёт.

— Асока Тано — одна из самых сильных в Силе и самых талантливых юнлингов Ордена, — горячась, попытался он втолковать мне. — Конечно, Энвандунг-Эстерхази ловкая и хороша в рукопашном бою, но в этом поединке ей уж точно ничего не светит. Я не я буду, если Асока ей проиграет!

— Посмотрим. Мне и самому интересно, как Лазутчик выкрутится, — признался я, не теряя, однако, хладнокровия.

В том, что Тано очень способная и талантливая, Энакин, конечно, был прав. Но я подозревал, что именно из-за этого она чересчур уверена в себе, и не примет всерьез такого противника, как Лазутчик. И именно это могло дать Лазутчику шанс.

Третий раунд… Теперь, когда отборочные круги прошли, новые пары сражались не по десятку одновременно, а одна после другой, по очереди, и каждый поединок привлекал к себе внимание всех зрителей, аплодировавших особенно красивым победам.

Вот и очередь Лазутчика с Асокой. Противницы поклонились друг другу, выпрямились… И Тано мгновенно пошла в атаку, нанося быстрые, постоянно меняющие направление удары, настоящие и обманные. Лазутчик ушла в глухую оборону. Поначалу у неё неплохо получалось отражать атаки, при этом попросту игнорируя ложные выпады (тут хорошо помогала её способность к предвидению), но Асока все ускоряла темп нападения и наносила удары все сильнее. Талисибет отбивала их со все большим трудом, пока, наконец, не отпрыгнула назад и не отбежала, отступая.

Асока, не торопясь, приблизилась, соперницы вновь встали друг напротив друга. Тано подняла меч…

И тут Лазутчик выключила свой и со вздохом бросила его на пол.

— Лучше закончить это быстро, — сказала она, подняв руки и поклонившись Асоке.

— Ты хорошо сражалась, Лазутчик, — поклонилась та в ответ, выглядя при этом смущенной. Чувствовалось, что ей даже неудобно за свою слишком быструю победу — ведь Лазутчик так старалась!

И когда Талисибет протянула руку, Асока подала свою в ответ. В то же мгновение Лазутчик совершила рывок, и секунду спустя Тано уже стояла на коленях, накрепко зажатая в захвате!

— Но ты же… Сдалась! — пробормотала она.

— Я этого не говорила и не стучала по полу, — ответила противница, сдавив её ещё сильнее.

И Асоке оставалось только трижды ударить по полу самой.

— А так разве можно? — изумленно поинтересовался у меня Энакин.

— Военная хитрость, — спокойно ответил я. — Ты же сам поддержал вчера их применение на турнире. Лазутчик действительно не стучала по полу. Асока просто ошиблась, решив, что она сдаётся.

— Э-э-э-э, да, — пробормотал Скайуокер.

— Так ты — это ты или уже не ты? — спросил я.

— Кто же знал, — растерянно произнёс он. — Но такой трюк дважды не сработает!

— Согласен. Но у девочки могут быть и другие в запасе.

Тем временем обстановка накалялась.

— Это подлый и грязный трюк! — из рядов зрителей вышла девочка-арканианка. — Джедаи так не дерутся!

— В правилах было чётко сказано, в каких случаях противника следует считать сдавшимся, — парировала Лазутчик.

— Да, это я сама ступила, — удрученно отозвалась Асока. — Все было по-честному. Урок мне за самоуверенность.

— Лазутчик права, — объявила Селеста. — Хитрости в бою не запрещены. Вы ведь выступали за реалистичность турнира, юнлинги! А даже джедаям можно хитрить в сражении, чтобы ввести противника в заблуждение.

— Но ведь она никогда бы не победила Асоку, если бы не схитрила, — с мрачным видом сказала арканианка.

— Да, и так в жизни бывает, — ответила Морн. — Не забывайте об этом. И в жизни ваш противник может объявить, что сдаётся, чтобы этим усыпить вашу бдительность и нанести внезапный удар, когда вы не будете того ждать! Пусть это будет уроком и для всех вас, юнлинги.

— Знаешь, а твоя Лазутчик начинает мне нравиться, — хмыкнул Энакин. — Но впереди ещё один раунд, а потом Финал Восьми с нашим сюрпризом.

— Она справится, — уверенно ответил я. — Особенно с этим сюрпризом.

В четвёртом раунде старшие джедаи, наконец, оторвались по полной, создавая юнлингам дополнительные трудности, те самые, которые придумывали вчера. Все ради правдоподобия! Кому-то пришлось сражаться в полной темноте, кому-то — под искусственным дождиком, кому-то — на скользкой поверхности…

— Энвандунг-Эстерхази — против Ханны Динг, — наконец, объявила Селеста последнюю пару этого раунда.

— Ага, — лицо возмущавшейся победой Лазутчика арканианки осветилось мстительный радостью. — Эстерхази, меня тебе не удастся облапошить, как бедную Асоку! Это твой последний раунд!

— Ещё увидим, кто кого вышибет! — не осталась в долгу Лазутчик.

— В этот раз для пущего жизнеподобия поединка мы для вас приготовили такой подарок, — Селеста и ещё несколько джедаев взмахнули руками. Собранные в углу тренировочного зала столы поднялись в воздух, подплыли к месту поединка и со стуком начали становиться на пол, соприкасаясь краями. — Иногда — и не так уж редко — джедаям приходится сражаться на мостах, висящих над пропастью! В этот раз наше дополнительное правило: кто первый упал с моста — тот проиграл.

Ханна Динг мгновенно взвилась в воздух и легко опустилась на один конец импровизированного 'моста'. Лазутчик запрыгнула на другой, но далеко не так красиво. Противницы сблизились и поклонились друг другу.

— Начали!

В тот же миг арканианка взлетела вверх, на лету активируя клинок, чтобы обрушиться на Лазутчик с высоты, подобно какому-нибудь коршуну. Но та ожидала именно этого, так что встретила клинок Ханны своим и отбросила её назад. Динг спокойно приземлилась на ноги и вновь встала в боевую стойку.

Лазутчик бросилась на неё, мечи столкнулись, арканианка крутанулась, пропуская противницу мимо себя… но в тот же миг Талисибет сделала подсечку, и обе упали на 'мост'. Голова Ханны свесилась с края, однако она тут же перекатилась и вскочила на ноги… одновременно с Лазутчиком.

Теперь в наступление перешла Ханна. Она, конечно, была не так хороша в фехтовании и не так сильна в Силе, как выбывшая Асока, однако все равно Талисибет начала отступать под градом её ударов. Вот Ханна, нанося удар, одновременно попыталась потянуть соперницу на себя, применив Силу… Лазутчик не успела блокировать удар и получила ожог.

— Первый! — торжествующе воскликнула арканианка, оттесняя Лазутчика к самому краю моста.

— А вот второй! — Талисибет левой рукой схватила клинок противницы и изо всех сил дернула на себя. Из правой же она выпустила меч и этой рукой ловко и надежно захватила шею упавшей на нее Ханны.

— Так же нельзя… — просипела та, задыхаясь.

Присев, Лазутчик развернулась и столкнула теряющую сознание арканианку на пол.

— Уууууу!!! — первым делом завопила она затем, отпустив клинок и тряся обожжённой рукой. Между нечленораздельными воплями девочка вставила несколько слов, которые юнлингам не то что произносить — и знать-то не было положено… Наконец, откричавшись и отдышавшись, Лазутчик напомнила:

— Кто первый упадёт с моста — тот проиграл! А я получила только два ожога.

— Хмм, интересный метод, — протянула Селеста. — Но что насчет реальности? В настоящем бою с настоящими световыми мечами такой приём не пройдёт и только лишит тебя руки, не так ли?

— Только если на ней не будет надета перчатка из бескара! — ответила Талисибет. — В противном случае, если бы меч был настоящим и у меня на руке не было бы перчатки, я бы не стала применять этот прием, а придумала бы другой.

— Ответ принимается, — серьёзно кивнула Селеста. — Победа присуждается Талисибет Энвандунг-Эстерхази!

Лежащая на полу Ханна страдальчески застонала, но её стон заглушили всеобщие аплодисменты.

— А теперь рекомендую тебе посетить лазарет и заняться рукой, — посоветовала Тень Завета победительнице. — И будь готова к Финалу Восьми. А пока что, юнлинги, объявляется перерыв: даже джедаям пора вкусить пищу. До встречи в столовой. Турнир продолжится сразу после обеда.

***

Во время обеда, пока юнлинги вовсю обсуждали произошедшее в первой части турнира, Энакин подсел ко мне за столом преподавателей.

— Скажи, Тал, — начал он. — Так ты все-таки знал, что Лазутчик…

— Не знал. Но очень рассчитывал на её находчивость и умения, — ответил я. — Шанс, что она проиграет, по-прежнему существует. Так что наше с тобой пари вполне честное.

— И это не ты научил её этим хитростям?

— Нет. Это все она сама. Да и хитрости-то для каждого противника нужны разные. Асока была легковерна и самоуверенна. А с мечом Ханны… Ну, тут нужен был внезапный и очень неожиданный ход. Да и две свои первые победы она одержала исключительно за счёт умений и знания слабых мест противника.

При этом я, однако, умолчал о том, что в канонической истории Лазутчик использовала схожие трюки, что и с Асокой и Ханной. И мне это было известно. Я даже специально намекнул Талисибет на фокус с мечом, показав ей когда-то бескаровую перчатку. Но напрямик я её действительно такому не учил, тут она сама неплохо справлялась.

— Погоди-ка, — спохватился Энакин. — А что насчёт нашего 'сюрприза' для Финала Восьми? Это ведь ты предложил провести его именно таким образом!

— По-моему, это очень поможет требуемой реалистичности, как того и желали дети, — прикинувшись наивным, я пожал плечами. И не упомянул при этом, что идею 'сюрприза' сам откровенно слямзил из канонической истории.

— Но ты знал, что именно такой формат финала будет удобнее для Лазутчика?!

— Я уверен, что она с её находчивостью обязательно воспользуется ситуацией по полной. Но я не предупреждал её, как именно будет проходить финал, если ты об этом. Она ничего не знает, как и все остальные, так что все честно. Кстати, насчёт слабых мест… Ты все ещё уверен, что Лазутчик не выиграет турнир? На кого бы ты поставил тогда?

— Если бы я раньше не видел её в деле… И если бы не твоя уверенность… — с сомнением произнёс Скайуокер. — Тогда бы я сказал, что победит Сарисс или Уи Малро. Уи сильнее в Силе, хороший фехтовальщик и в рукопашной не хуже Лазутчика, но Сарисс старше, опытнее, её способности лучше отточены, и как боец и фехтовальщик она тоже отлично обучена… Талисибет придётся постараться, чтобы одолеть их.

— Вот что я скажу, — задумчиво протянул я. — Если в последнем поединке сойдутся Лазутчик и Сарисс, то кто из них победит — это бабушка надвое сказала… С небольшим преимуществом у Сарисс, пожалуй. Но если последний бой будет между Лазутчиком и Уи, то победа точно достанется Лазутчику.

— Почему?!

— Ты заметил, что Уи очень любит побеждать использованием такого изящного кистевого захвата?

— И что?

— А то, что и Лазутчик наверняка это заметила, — таинственно ответил я.

— А-а, хочешь сказать, что она именно на это и рассчитывает, а потому придумала противодействие? И какое же?

— Увидим, — усмехнулся я. — Тем более, что Финал Восьми, похоже, вот-вот начнётся. Смотри, Селеста уже встала.

Селеста действительно встала из-за преподавательского стола.

— Внимание, юнлинги! — провозгласила она.

Ученики за всеми столами притихли.

— Продолжая следовать вашему желанию большей реалистичности нашего соревнования, мы решили провести Финал Восьми совершенно особым образом, — невозмутимо продолжила древняя джедайка. — Как вы, наверное, понимаете, в реальной жизни вам вряд ли придётся сражаться в фехтовальном зале с судьями и поклонами друг другу. Бой для вас сможет начаться совершенно внезапно и где угодно. В гостинице, на улице, в космопорту, в каюте на борту корабля… Или, например, в столовой. Причём вас не будут заранее предупреждать, кто ваш противник, кто союзник, а кто — противник, притворяющийся союзником. Все против всех. Участники Финала Восьми, внимание!

Изумленные таким неожиданным поворотом событий дети не успели еще даже всполошиться…

— Начали! — спокойно объявила Селеста.

'Бум!' — мгновение спустя после команды Селесты Лазутчик надела на голову Сарисс кастрюлю, полную атрезианской лапши. Та схватилась одной рукой за меч, другой за кастрюлю, пытаясь выбраться и одновременно защититься, но противница уже старательно её душила, отвлекаясь лишь на то, чтобы нанести парочку ударов в болевые точки над локтями, что вызывало кратковременное онемение рук. Сарисс подпрыгнула и упала на пол, стремясь придавить соперницу своим телом, но Талисибет вывернулась, оказавшись сверху и продолжая сжимать шею Сарисс в захвате.

— Сдаюсь! — наконец прошептала та. — Отпусти!

— Постучи по полу! — ответила умная Лазутчик.

Сарисс постучала. Дважды.

— Три раза! — не дала себя провести Талисибет.

Та постучала трижды. Сдача противника произошла.

Тем временем финал уже шёл вовсю. Ученики разбегались с внезапно образовавшегося поля боя, а финалисты сражались кто как: на мечах, в рукопашной схватке или меча друг в друга телекинезом тарелки. Не прошло и трех минут, как из восьмерых их осталось лишь четверо… Нет, уже трое!

Лазутчик с девчонкой-чагрианкой вдвоём кинулись на Уи Малро. Тот прыгнул через них, отбросив Талисибет Силой и принялся фехтовать со второй противницей. Вот он пропустил её клинок мимо своего и свободной рукой схватил её за кисть. Конечно же, снова кистевой захват!

Чагрианка выронила меч и сдалась.

— Посмотрим, получится ли у тебя проделать это со мной! — крикнула Лазутчик, бросаясь на Малро.

У него получилось — в два счёта. Как мне показалось, девочка на это и рассчитывала. Меч Лазутчик звякнул об пол, а сама она оказалась все в том же кистевом захвате. И в этот момент…

— Сдавайся! — приказал ей Уи.

— Нет!

— Будет же перелом! — почти умоляюще произнёс мальчик, усиливая давление на её кисть и большой палец.

— Пускай! — и, вместо того чтобы попытаться отодвинуться, дабы уменьшить боль, Лазутчик дернулась ему навстречу — так, что если бы Уи не отпустил её, она бы действительно получила перелом пальца.

Но он отпустил её руку.

— Благородство! Вот что оказалось слабым местом Уи! — восхищенно пояснил я Энакину. — И она знала это!

Развернувшись, Лазутчик стремительно схватила мальчика за руку как раз в тот момент, когда он попытался отскочить от неё, и, использовав силу его же прыжка, перебросила Уи через плечо. После чего вскочила на него, лежащего на полу, сверху и сомкнула руки на его горле. Тот вздохнул и три раза ударил по полу, сдаваясь. Победитель турнира определился.

Зал разразился бурными аплодисментами. Но…

— Она же специально это сделала!! Специально поддалась!! — это крикнула, конечно, все та же Ханна Динг, выскочившая из рядов зрителей. — Она знала, что Уи не станет её калечить и тогда она получит шанс застать его врасплох!

— Полагаю, что это верно, — хладнокровно ответила Селеста. — И это знание характера своего противника принесло Энвандунг-Эстерхази победу. Теперь все поняли, какое это большое преимущество — заранее знать образ мыслей своего врага?

— То есть Уи проиграл из-за своей доброты?! — возмутились арканианка.

— Увы, в жизни бывает и такое, — невозмутимо согласилась Тень Завета.

— Так вы считаете, что он должен был покалечить свою соученицу ради победы в турнире?! — изумилась шокированная юнлинг-чагрианка.

— Нет, я так не считаю, — отрезала Селеста. — Это было бы совсем не по-джедайски — калечить друзей ради победы в дружественном храмовом турнире. Наоборот, он поступил правильно, когда не стал этого делать.

— Но только что вы сказали… — напомнила Ханна.

— Я сказала, что Уи проиграл, так как Лазутчик хорошо знала его характер, его слабые и сильные стороны, и применила это знание. Он поступил по-джедайски, не став калечить соученицу, и проиграл турнир, но если бы он поступил не по-джедайски, покалечив ее — он выиграл бы турнир, но проиграл бы куда большее… Его ошибка была не в том, что он пожалел свою соученицу, а в том, что не нашел другого пути к победе, кроме этого — заставляющего делать именно такой выбор, обеспечивающий поражение в обоих случаях. Тем не менее, из двух зол он выбрал меньшее — ведь это был не настоящий бой с настоящим врагом. А вот по отношению к НАСТОЯЩЕМУ врагу такие моральные ограничения, как у поединков с друзьями, уже не действуют, настоящих врагов джедаям можно калечить, ломать им пальцы, руки, ноги, отрубать конечности или вовсе убивать их до смерти, если это необходимо для спасения жизней других, тех, кого джедай защищает. Юнлинг Уи Малро! Я уважаю твои доброту и благородство по отношению к своей соученице. В этом случае ты поступил абсолютно правильно! Но, возможно, однажды тебе придётся сражаться в настоящем бою с… хорошенькой девушкой-ситхом. И тогда подобная жалость по отношению к противнице и её пальцам будет стоить тебе головы, а не уязвленной гордости, как сегодня! Джедаи — благородные воины, но всё-таки воины. Мы должны остерегаться негативных эмоций, ведущих к темной стороне, но нужно также внимательно определять дозу благородства, которую можно отпустить противнику. Иначе есть риск проиграть все, не выполнив наш долг.

— Ну, тогда с поступком Уи все понятно, он-то поступил правильно… Но вот будет ли Эстерхази полезна такая её тактика в реальном бою?! — не отставала Ханна. — Вряд ли ей будут попадаться лишь такие благородные враги, как Уи!

— Сегодня она использовала именно такую тактику именно с юнлингом Малро, потому что, как ты заметила, хорошо знала, как именно он отреагирует, — ответила Селеста. — Если она не будет знать этого о своём враге, то, конечно же, использует другую тактику. Ведь так, Лазутчик?

— Именно так, — ухмыляясь, подтвердила та.

— Вот видите, все реалистично, честно и справедливо, — на лице Тени Завета возникла улыбка. — Победитель в турнире этого года — Талисибет Энвандунг-Эстерхази!

Все (кроме Ханны Динг) снова зааплодировали.

— Ну что? — хлопая, поинтересовался я у Скайуокера.

— Знаешь, хотя я и проиграл спор, но не жалею об этом. И возьму её в падаваны с удовольствием! — ответил Энакин, аплодируя изо всех сил.

— Вот и скажи ей это.

— Прямо сейчас?

— А чего тянуть? Выйди и объяви, что отныне Лазутчик — твоя падаван.

И слегка смущенный Энакин так и сделал: вышел и объявил. Объявление зал встретил новой волной бурных аплодисментов.

'Ну вот я и добился этого, — думал тем временем я. — Теперь Энакин на верном пути. Осталось довести его по этому пути до финиша. И тогда все будет хорошо.'

Глава четырнадцатая

'Охота на джедаев близится к завершению, — громыхал с голоэкрана Палпатин. — Пусть каждый из них, кто ещё остаётся в живых, слышит эти слова: 'Ты — следующий!'

Я остановил голозапись и перемотал её чуть дальше — выступление императора я уже слышал. Теперь на экране возник очередной список джедаев, погибших или перешедших на сторону Империи за последнее время.

Магистр Роан Шрайн — ликвидирован штурмовиками 'вместе с шайкой контрабандистов, в которой укрывался'.

Джедай Ладдинар Торбин — перешёл на сторону Империи и стал новым Великим инквизитором. Убит в битве упомянутым магистром Шрайном. Должность вновь стала вакантной (что-то не задерживаются Великие инквизиторы Палпатина надолго в мире живых!)

Падаваны Амиса Дэрис и Марис Бруд — последовали его примеру и стали инквизиторами. А вскоре инквизиторы Амиса Дерис и Гвеллиб Ап-Ллевф погибли 'при засекреченных обстоятельствах'.

Джедай Айдан Бок — выслежен и убит отрядом клонов.

Джедай Кай Джастисс — погиб в бою с высшим инквизитором Джереком.

И ещё несколько имён жертв охоты, среди которых моё внимание привлекла пара успевших тайком пожениться Кенто и Молли Мареков.

Насколько я помнил, Галлен Марек, он же Старкиллер, у них ещё родиться не успел, а значит уже и не родится. Но в таком случае, кто теперь выполнит его миссию по созданию Альянса Повстанцев? Ответ напрашивался сам собой: в этот раз это станет моей задачей и задачей спасенной мной части Ордена.

Но не значит ли это, что Сила, переведя историю на другую стрелку, ныне 'подчищает хвосты', избавляясь от тех, кто был ей необходим в оригинальной истории, а теперь стал не нужен?..

Я вздохнул: жестока Сила к своим бывшим героям при изменении истории. Был Старкиллер — и не стало Старкиллера, причем не стало его — вообще никогда, то есть, просто никогда такого человека и не было. Надеюсь, Сила не решит однажды сделать то же самое со мной…

Список живых разыскиваемых джедаев сократился до всего двадцати двух имен. Одиннадцать из них принадлежали джедаям, укрывающимся на нашей базе (про существование Селесты и Энакина император попросту не знал, как и о том, что я до сих пор жив). А ещё одиннадцать все ещё скрывались, рассеявшись по галактике.

Магистр Йода — местонахождение не установлено. Особо опасен — при обнаружении обязательна ликвидация.

Магистр Тцуй Чой — уже дважды истребил обнаружившие его команды клонов и снова скрылся. Особо опасен — при обнаружении обязательна ликвидация. Ведется преследование.

Дасс Дженнир и Рам Кота — по словам имперцев, они 'напали на след' и 'круг сужается'. Особо опасны — при обнаружении обязательна ликвидация.

Ку Ран, Фай-Тор-Анна, Рай-Гоул, Зао, Анья Куро, Бардан Джусик — местонахождение пока не установлено. Взять живыми или мертвыми.

Ферус Олин — предположительно, скрывается на планете Белласса. Скоро будет пойман…

Двадцать пять джедаев — вот и все, что осталось от старого Ордена. Взрослой его части, по крайней мере. И возможно, скоро их станет ещё меньше. Как я полагал, после всего произошедшего на Раттатаке Палпатин уверился в существовании некой объединённой джедайско-раттатакской организации, действующей против него (причём очень успешно!), и теперь пытается отыскать её с неослабевающим упорством и редкостным озверением, не останавливаясь ни перед чем. Что мне только на руку, так как настраивает население империи против него. А если свирепость императора вдруг начнёт уменьшаться, то у меня есть ещё один способ снова довести его до белого каления. Прекрасный способ… Но сейчас не это главное.

Даже если Палпатин найдет всех джедаев, не спрятанных на нашей базе, это не изменит показанного Силой и рассчитанного мной будущего. Будущего, в котором Империя будет уничтожена Восстанием, а император падет от руки Избранного. Благо, Энакина я направил на верный путь, который скорейшим образом поможет раскрыть весь его потенциал.

Вот только… Вот только я не знал, когда и как именно это будущее наступит.

Да, я был уверен, что в результате моих действий срок жизни империи и Палпатина существенно сократился, но насколько именно? И если Восстание теперь нужно подготовить мне и 'скрытой' части Ордена, то как это сделать?

И я снова вернул голозапись к изображению Феруса Олина. Кое-что о его приключениях я помнил, как и о том, что ему почти удалось создать движение Сопротивления. И это — было последним моим 'послезнанием' из доимперской эпохи и начала имперской. Дальше в моих знаниях об Империи зиял пробел в много лет — вплоть до появления героического Старкиллера (который теперь не появится). Впрочем, об этих тёмных временах и сам канон, вроде бы, мало что рассказывал…

Конечно, я ещё много чего знал о событиях постэндорского канона, но до этих-то событий должно пройти ещё больше времени, если они вообще произойдут в изменившейся моими стараниями вселенной!

К примеру, сейчас среди юнлингов на нашей базе есть две трехлетние и кроме меня да падаванов-воспитателей никому не известные девочки. Это Роганда Исмарен, которая теперь уж вряд ли попадёт в гарем императора и его личные агенты, и Арис-Дел Вари, которая в изменившейся истории едва ли сможет под именем Кендалины стать возлюбленной сына Палпатина Триклопса и родить от него ребёнка. Если мои планы не будут нарушены, конечно…

Разумеется, даже из той информации о 'постэндоре', что у меня была, можно было выудить что-то пригодное для использования сейчас, и вообще-то я это уже делал, вот только на данный момент этого пригодного и пока не использованного осталось так мало… Да почти ничего. Я знал о проекте 'Око Палпатина', который будет осуществлен в ближайшее время или, возможно, уже осуществляется, знал, что в скором времени помощница императора Слай Мур родит от него ребёнка — того самого Триклопса, да ещё знал местоположение одной секретной базы, на которой уже наверняка занимаются одним секретным проектом — да, тем самым, с помощью которого я и планировал еще разок взбесить Палпатина. Вот и все. Ах, да, ещё я знал, что Палпатин устроит себе секретную сокровищницу в горе Тантис на планете Вейланд, охранять которую оставит клона джедая К'Баота. Вот только я не знал ни когда точно он это сделает, ни координат этой засекреченной планеты. Также Палпатин будет строить ещё один секретный комплекс на планете Бисс — но и её координаты мне неизвестны.

В общем, все это не помогало решить вопрос с организацией Повстанческого Альянса. А вот Ферус Олин… В этой истории ДДГ он не ушел из Ордена еще падаваном, а успешно стал полноценным джедаем, после чего сумел счастливо уцелеть во время Приказа 66. И теперь вот объявился на той же самой Беллассе. Может быть, стоит помочь ему, чтобы в этот раз у него все получилось и Сопротивление успешно возникло намного раньше?

Но с другой стороны, лезть на Беллассу сейчас — означало риск столкнуться со всей военно-разведывательной машиной Империи, наверняка брошенной туда на поимку беглого джедая. А значит и риск раскрыть наше тайное убежище. Стоит ли оно того? Расчёты пока не могли дать ответа на этот вопрос: слишком мало было данных.

Так думал я. Но… Оказалось, у Силы определенно имеется свое собственное мнение. Не прошло и минуты с момента, как я пришел к выводу, что пока ничего непонятно, как она подала вполне определенный знак (хотя то, что это именно знак, пришло мне в голову лишь позже).

— Тал, нас всех собирают на совещание, срочно! — сообщила Шара, заглянув ко мне в комнату. — Вроде бы, что-то важное случилось.

* * *

— Несколько часов назад вышел на связь магистр Йода, — с ходу ошарашила нас всех Луминара Ундули, едва все взрослое население базы собралось в конференц-зале. — У него для нас новости. Во-первых, Бэйл Органа и Мон Мотма формируют движение Сопротивления против тирании Палпатина. Во-вторых… — тут джедайка немного замешкалась. — Он считает, что нам необходимо осуществить тайную операцию на планете Белласса, чтобы спасти джедая Ферруса Олина.

Вот в этот момент я и понял, что Сила со всей определенностью подает мне Знак…

— А также и других джедаев, если они там окажутся, — продолжала Луминара. — Два года назад остатки Ордена рассеялись по галактике, чтобы не дать Империи уничтожить их одним ударом. Однако теперь становится очевидным, что эта тактика исчерпала себя. Империя ищет нас слишком рьяно и с неослабевающим упорством, а время одиночек прошло — наступает начало организованной массовой борьбы. Те из джедаев, что готовы были предать нас, уже сделали это, а те, кто остался и все еще борется или хотя бы скрывается, без сомнения являются самыми надежными. Так что для нас будет лучшим собрать сюда всех, кого еще можно. К тому же нам не помешают дополнительные учителя для юнлингов…

— Что ж, если таково мнение магистра Йоды, то… видимо, это хорошая идея, — первым произнес я, пока остальные еще только переглядывались. — Но вам известно, с какими сложностями мы можем при этом столкнуться?

И я изложил все свои сомнения насчет Беллассы. Добавив:

— Кроме того, это может быть ловушкой. Сообщение о том, что Ферус Олин на Беллассе, могли передать специально, чтобы заманить туда, ему на помощь, и других джедаев и захватить всех сразу. Пожалуй, на месте Палпатина я бы так и поступил…

— Да, я тоже думала об этом, риск есть, — кивнула магистр Ундули. — На Беллассу сейчас разрешено прилетать всем, кому угодно, но вот улететь оттуда стало очень сложно — все отлетающие корабли внимательно проверяются, вокруг планеты установлена настоящая блокада всех недозволенных вылетов. Да и на самой планете постоянно идут всевозможные проверки и облавы. И поэтому, чтобы уменьшить риск, мы отправим туда только тех джедаев, о которых Империи не известно, и она их не разыскивает.

— Это значит — Селесту, Энакина и меня? — подхватил я.

— Именно так, — ответила Луминара.

— И меня! — тут же потребовала Шара.

— Конечно, — как о само собой разумеющемся сказала магистр. — И еще, пожалуй… падавана Энакина — Талисибет Энвандунг-Эстерхази.

— Нет! — тут же возмутился Скайуокер. — Это слишком опасно! А она еще не готова!

— А по-моему, если кто и готов к этому, то это она, — спокойно произнесла Селеста. — В чем дело? Она падаван, а падаванам нередко приходится отправляться со своими наставниками и на достаточно опасные задания. Так было раньше, при Республике, что изменилось сейчас?

— К тому же присутствие твоей ученицы будет заставлять и тебя самого вести себя благоразумнее и осторожнее, — поддакнул К'крук.

— А еще участие падавана Лазутчика придаст вашей команде куда более мирный и безопасный вид, — добавила Сири Тачи.

Энакин попытался было снова возразить, да куда там — такое количество более старших и умудренных джедаев в качестве оппонентов его просто… заклевало, если можно так выразиться о джедаях. Даже я не встал на его сторону, а поддержал Луминару — поскольку тоже счел, что в команде с Лазутчиком и сам Скайуокер станет действовать эффективнее. В итоге было решено, что на выручку Ферусу мы действительно отправимся впятером: я, Шара, Селеста, Энакин и Лазутчик.

— А теперь разработаем план операции, — поставила следующую задачу магистр Ундули.

— Вообще-то у меня есть идея, — опять первым подал голос я. — Она сразу пришла мне в голову, едва я услышал про Феруса Олина в новостях.

Тем временем за пределами галактики…

Шаги одинокого воина эхом разносились по Залу Собраний, пока он приближался к трону Владыки Куореала. Он вернулся с вестью о славной победе — но один. Другие трое, что должны были сейчас идти рядом с ним, сгинули на просторах 'обетованной' галактики…

Подойдя ближе, Чулканг Ла испытал… нет, не шок, этого прославленный воин себе бы не позволил — но большое удивление. Кое-что в этом великолепном зале изменилось с тех пор, как правители четырех доменов были посланы в поход. Рядом с троном Верховного Владыки примостился жалкий согнутый опозоренный — представитель низшей касты отвергнутых богами. Тем не менее, Чулканг не подал и вида, что удивлен, и, пав ниц, провозгласил:

— Эй'танна Куореал хотте Йун'о! (Да здравствует Куореал, любимец богов)

— Тебе позволяется сесть, Мастер Войны, — тихим голосом ответил Куореал. — Прими свой новый титул и новый пост.

— Приветствую тебя и поздравляю с победой, — продолжил он, когда Чулканг занял место в предназначенном ему кресле. — Вижу, тебя удивляет Оними… Это мой новый шут, мой любимец… Мое новое домашнее животное.

Чулканг Ла слегка удивился такой странной для Куореала (насколько он его знал) причуде, но, разумеется, промолчал — Верховный Владыка мог себе позволить все, что угодно.

Опозоренный глуповато захихикал. Однако от Мастера Войны не укрылся внимательный изучающий взгляд шута. Определенно, тот был совсем не глуп, даже если и пытался таким казаться.

— Расскажи об успехах вашей экспедиции в пространства неверных, — потребовал Куореал. — И разумеется, также и о неудачах. Я же вижу, что ты вернулся ко мне в одиночестве…

— Да, мой Владыка, — опустил голову Чулканг Ла. — К сожалению, мой отчет о потерях будет короток, поскольку слишком мало осталось тех, кто мог доложить мне о них. Силы домена Чока почти полностью погибли в сражениях с жителями карликовой галактики, называемой неверными Огненный Кулак. Домен Шаи поначалу успешно захватил карликовую галактику под названием Лабиринт Риши. Затем их понесший потери флот покинул микрогалактику, чтобы присоединиться к моему домену в борьбе с жителями звездного скопления Сии-Рууи. Но вскоре оставленный доменом Шаи в Лабиринте Риши гарнизон был полностью уничтожен силами некой Империи — как мы узнали, это могущественное государство большой галактики с сильными флотом и армией. Сейчас эта Империя полностью контролируют Лабиринт Риши. Домен Джамаан полностью погиб в области, называемой неверными Неизведанными Регионами — пространстве с очень трудной гиперпространственной навигацией, осложняющей возможности межзвездных полетов. Немногие избежавшие гибели воины рассказывают о столкновении с чиссами — расой очень умелых воинов. И только моему домену сопутствовала полная удача — и то лишь благодаря тому, что к нашим силам присоединилась оставшаяся часть флота домена Шаи. Мы начали войну с расой разумных пресмыкающихся Сси-руук. Эта раса — несомненно самое ужасное, что мы видели в жизни и более ужасное, чем мы когда-либо могли вообразить!

— И что же в ней такого ужасного? — поинтересовался Куореал.

— Как и все другие неверные, они используют машины. Но мы столкнулись с явлением, которого не видели более ни у одного народа: Сси-руук каким-то образом совершали самое богомерзкое дело, какое только можно представить — они перекачивали жизни и души захваченных ими в плен йуужань-вонгов в эти машины и превращали их в бездумный источник энергии для своих роботов!

— Действительно, это наихудшее оскорбление богов, какое только можно вообразить, — однако Чулканга Ла несколько удивил равнодушный тон Владыки. Воину казалось, что тот должен прийти в такую же ярость, как и он, когда впервые узнал о 'технике перекачки'. — Надеюсь, Сси-руук понесли за свои грехи достойное наказание?

— Да, Верховный владыка! С превеликой радостью докладываю вам, что расы Сси-руук более просто не существует. Все ее представители до единого были истреблены, их цивилизация уничтожена, их города разрушены, и вся техника до последней машины превращена в пыль! К сожалению, враг был очень упрям в своем сопротивлении, из-за чего наши потери тоже превысили все мыслимые пределы. Увы, домена Шаи больше нет, но они погибли с честью. Мой домен потерял больше трех четвертей своих сил. Но все же мы одержали победу. Скопление, ранее называвшееся Сси-рууи, теперь полностью под нашим контролем. К тому же, как мы выяснили, Сси-руук ничего не знали о жителях большой галактики и никогда не имели с ними никаких связей. Так что наше завоевание этого скопления должно остаться для большой галактики тайной, и в нем может быть основан наш плацдарм для продолжения наступления.

— Я согласен с тобой, Мастер Войны, — благосклонно кивнул Куореал. — Поэтому теперь слушай мой приказ. Ты соберешь весь наш боевой флот, проведешь его вокруг галактики к твоему скоплению, где займешься подготовкой к генеральному наступлению на главную галактику неверных. Одновременно с подготовкой займись разведкой их рубежей, но будь осторожен. Если неверные так сильны, как ты рассказал, то у нас не так много времени — нельзя позволить им узнать о наших силах и планах и подготовиться к обороне. Мы должны будем сокрушить их немедленно — прежде, чем они захотят сокрушить нас, как это случилось с доменами Чока и Джамаан. Начинай же подготовку, Мастер Войны, и помни: за тобой наблюдают. Разрешаю тебе покинуть меня.

Чулканг Ла поклонился и направился к выходу из Зала Собраний.

Проводив его взглядом и дождавшись, пока входная мембрана закроется за гостем, шут Оними злорадно захихикал. Куореал же неподвижно застыл на троне, глядя перед собой.

— Эта галактика будет завоевана и очень скоро, — пробормотал опозоренный. — Несмотря на все твои глупые страхи перед живой планетой… владыка. Но надо спешить. Неверным уже что-то известно про нас, но откуда?.. Не знаю… И ты не знаешь… Но мне это не нравится. И тебе ведь тоже не нравилось, да? Но я не собираюсь вести наш народ на погибель в безжизненный космос, нет, эта галактика должна стать нашей, у нас просто нет иного выхода!

Верховный владыка сидел все так же неподвижно, вперив взгляд перед собой… Кукла, марионетка, веревочки которой выпустили из рук… Оними снова мерзко хихикнул.

Не так-то легко все было, но он смог! Смог подобраться к Верховному Владыке достаточно близко, чтобы поставить его под полный свой ментальный контроль. И теперь настоящим Верховным Владыкой фактически был он, опозоренный Оними! Только об этом никто никогда не узнает…

Вообще-то первоначально он собирался подчинить себе будущего наследника Шимрру Джамаана, планируя с его помощью устроить переворот. Однако Куореалу вдруг пришли странные сведения о будто бы заговоре четырех доменов — пришли от жителей этой галактики! Все это было очень, очень странно. Однако в результате Куореал отправил все эти четыре домена на смерть (Шимрра Джамаан действительно погиб в результате этого похода!), и Оними пришлось срочно менять планы… Но ничего, главное — теперь его цель достигнута, а кто будет служить его марионеткой — Шимрра или Куореал, не так уж и важно.

— Кто же вы, враги мои, кто?.. — пробормотал опозоренный. — Я узнаю это, и ваша галактика падет к моим ногам!

Глава пятнадцатая

В этот день в пространство планеты Беллассы вошел старый потрепанный грузовой корабль. Настолько старый и настолько потрепанный, что, пожалуй, всякий счел бы уместным обозвать его 'старой развалюхой'. Грузовик чинно проследовал к планете и спокойно принял на борт местного таможенника…

Встретившая беллассианца тогрута с глуповато-веселым выражением лица протянула ему грузовой манифест, одновременно сообщив, что она капитан корабля, а заодно и вся остальная команда, если не считать нескольких дроидов — грузчиков и ремонтника. Затем она с готовностью провела посетителя в грузовой отсек, предупредив, что там 'немного пахнет'.

— Это что?! — с ужасом спросил таможенник, когда из-за открытых дверей пахнуло чем-то… очень неприятно, в общем, пахнуло.

— Как что, — удивилась тогрута. — Написано же: 'удобрения натуральные'. Вот это они и есть.

— Натуральные?! — изумился беллассианец, оглядывая целую гору кое-как набросанных ящиков. — Натуральные в смысле… действительно натуральные?!

И в самом деле, кому в нашу эпоху могут понадобиться натуральные удобрения, когда искусственные и куда лучшие выпускают сколько влезет?..

— Ну да, — кивнула капитан. — Специально для чудаков, которые хотят быть ближе к природе. Ну вы понимаете… Наилучшая смесь из навоза нескольких видов животных, которые…

— Понятно, — поспешно прервал ее таможенник. — А почему они… почему есть запах? Разве они не должны быть герметично запакованными?

— Должны, конечно, — безалаберно отозвалась тогрута. — Но эти устаревшие дроиды-грузчики… Когда грузили, ясное дело, где-то что-то сломалось, где-то что-то треснуло, где-то что-то лопнуло… Вот теперь запах и чувствуется.

— Понятно, — беллассианец хотел вздохнуть, но вовремя сдержался. — Так, а что это за 'набор статуй'? Произведения искусства?

— Какое там, дешевые поделки массового выпуска. Пожалуйста, взгляните.

Открыв несколько ящиков (не тех, что с навозом, а других), тогрута продемонстрировала лежащие там величественного вида статуи людей и представителей других рас — размером несколько больше, чем в натуральную величину.

— Не знаю, что это за ребята, галактической истории двадцать пять тысяч лет, разве ж всех упомнишь, — пожала она плечами.

— Джедаев среди них нет? — осторожно поинтересовался чиновник. — Продажа произведений искусства, прославляющих джедаев, запрещена.

— Да какие там джедаи, откуда… — отмахнулась капитан корабля. — Ну, все? Можно нам приземляться?

— Можно, — таможенник поставил в электронных документах отметку о прохождении осмотра и поспешил покинуть вонючий отсек.

* * *

— Прилетели! — раздался веселый голос Шары. — Все — выбираемся из ящиков!

Я нажал на кнопку на внутренней стенке фальшивой статуи бита, после чего она 'раскрылась' и ее половинки раздвинулись в стороны. Поднявшись на ноги, я вылез из 'статуи' и из уже открытого Шарой ящика.

Рядом выбирались из своих укрытий Энакин, Селеста и Лазутчик.

— Уф, еле дождалась, пока он уйдет, — вздохнула Талисибет.

— В следующий раз ты заставишь нас прятаться в гробах… — проворчала Тень Завета.

— Если это нужно будет для маскировки — и в гробах лежать будем, — 'утешил' я. — Зато он хорошо запомнил, что на борту кроме Шары не было никого живого. Только навоз и статуи.

— Все равно этот чиновник не обратил бы на нас внимания, даже если бы увидел нас на палубе всех вместе, — высказался Энакин.

— Сейчас не обратил бы. А потом, если мы вдруг будем раскрыты и начнут искать группу из трех человек, бита и тогруты, он мог вспомнить и навести на наш корабль, — пояснил я. — Итак, продолжаем действовать по плану. Скоро стемнеет, и тогда Шара идет в ближайшую к космопорту кантину, а мы рассредоточимся, скрытно покинем корабль и пойдем туда же. Там встретимся и оттуда направимся дальше — в точку встречи, про которую сообщали Бэйл с Мотмой.

* * *

Сказано — сделано. Не так уж трудно четверым джедаям, даже если одна из них падаван с ограниченными способностями, незаметно для окружающих и голокамер выйти с корабля и выбраться с территории космопорта. Шара же прошла в порту регистрацию и отправилась в путь совершенно открыто и ни от кого не прячась.

Оказавшись на улицах Юссы — столицы Беллассы, мы легко добрались до той самой ближайшей кантины, куда по очереди зашли и уселись за один столик. Однако надолго там не задержались, а, наскоро перекусив, снова отправились в город.

Поздним вечером Юсса выглядела мрачновато, несмотря на по столичному яркое освещение улиц — потому что дело было вовсе не в недостатке света, а в шагавших тут и там патрулях имперских штурмовиков. Рассыпанные по всему городу они словно делили его на множество частей длинными, ветвящимися пунктирными линиями, сходящимися к гарнизону в центре, как схватившие добычу щупальца гигантского спрута. Еще больше усиливал мрачное впечатление черный цвет заметного издалека единого типового гарнизонного сооружения (мы увидели его еще от находящегося на холме космопорта). Такие типовые гарнизонные здания (всегда включающие типовые офисы командования, типовые казармы и типовую тюрьму) сейчас не строились на нуждающихся в контроле планетах, а выпускались уже полностью собранными, словно монолитные строения доставлялись туда в готовом виде огромными кораблями и ставились на свободном месте, где перед установкой для них оставалось только залить фундамент. В нашем случае для размещения гарнизона был полностью уничтожен центральный юссианский парк… Что же касается расползшихся оттуда патрулей штурмовиков, то, может быть, они и обеспечивали в городе порядок, заставив криминальные элементы попрятаться в свои убежища и не высовывать на улицу носа, но почему-то и вполне законопослушные на вид граждане, куда-то добирающиеся после заката, совершенно не горели желанием с этими патрулями встречаться. Напротив, они шли, то и дело пугливо оглядываясь, и едва видели вдали белые силуэты, как тут же спешили нырнуть в ближайший переулок или подъезд дома. Так что то, что мы вели себя схожим образом, не только не привлекало к нам больше внимания, но и напротив, нисколько не выделяло нас из местных. Тем более, что и внешне мы выглядели как самые обычные законопослушные жители Империи: в типичной гражданской одежде горожан и без каких-либо особых примет. Ведь это был не Татуин, где плащи с капюшонами, маски и увешанность оружием помогали слиться с толпой, здесь подобное как раз привлекло бы лишнее внимание, потому мы и отказались от привычных тогда и там способов маскировки. Просто самый обычный бит, самая обычная тогрута и трое самых обычных людей. Разве что у Шары на лице сейчас снова была фальшивая пигментация — все же она, в отличие от остальных, прибыла на Беллассу вполне официально, корабль, на котором мы прилетели, по документам принадлежал ей, и ее могли позже вспомнить свидетели, поскольку как раз 'ее корабль' играл в моем плане очень заметную роль.

Так мы без каких-либо приключений (если не считать приключением сам поход по вечернему городу, патрулируемому штурмовиками) добрались до ничем не выделявшегося здания с небольшим ангаром при нем. Шара постучала в дверь (мы на всякий случай стояли в тени позади нее, в любой момент готовые выхватить мечи, если что-то пойдет не так) и, когда та слегка приоткрылась, заглянула в образовавшуюся щель.

— Чего надо? — недружелюбно спросил кто-то в доме.

— Привет от длинноухого, — понизив голос, пробормотала пароль Шара.

— А, он все так же жрет на обед всякую гадость? — это был отзыв.

— Еще хуже, чем раньше, — подтвердила тогрута. — Весь даже позеленел.

— Заходите, — крепкий беллассианец небольшого роста распахнул дверь и жестом пригласил нас внутрь. — Меня зовут Вил. Вы пришли как раз вовремя, все наши сейчас здесь.

— Мы рады присоединиться к межпланетному Сопротивлению, — сообщил он, ведя нас через дом в дальнюю комнату. — Признаться, пока ваши не вышли с нами на контакт, мы считали, что одни-одинешеньки в этой борьбе. К несчастью, наше движение пока охватывает только Беллассу, но оно усиливается, в последнее время наши ряды растут. Мы создали теневую информационную сеть, по которой сообщаем жителям планеты настоящие новости о происходящем здесь и в остальной галактике — не те, которые показывают имперцы… А вот и остальные. Позвольте вас представить друг другу…

Сидевшие в комнате, куда мы вошли, еще девять беллассианцев — пятеро мужчин и четыре женщины — с интересом взглянули на нас.

— Нет, лучше будет обойтись без имен, — поспешил я отвергнуть любезность.

— В самом деле? — из-за двери с другой стороны комнаты показался смуглый мужчина с короткой черной бородкой. — Не потому ли, что вас зовут Тал Оноро?

В его руках вспыхнул синим сиянием клинок светового меча. И он был одним из тех уцелевших и разыскиваемых Империей джедаев, чьи портреты я недавно видел в Голонете — Ку Ран.

— Вы все не так поняли, — мгновенно сориентировался я. — Вы думаете, что я темный джедай и работаю на Империю?

— Как раз собирался это сказать, — кивнул Ран.

— Но я ни то, ни другое. Вся та история с моим раскрытием и убийством с самого начала была спланирована и инсценирована магистром Йодой и мной. Вы, конечно, можете мне не поверить, но, возможно, это вас убедит, — и я протянул джедаю миниатюрный голопроектор. — Включите. Дело в том, что магистр Ундули вполне ожидала именно такой реакции от джедаев, которых мы можем встретить.

Ку Ран взглянул на меня с сомнением, но меч все же деактивировал и голопроектор взял и включил. На том тут же появилась голозапись Луминары Ундули, которая подтверждала мои слова и сообщала, что Тал Оноро является джедаем и членом джедайского Сопротивления.

— Что ж, если так… — начал Ран.

— То мы должны поверить магистру Ундули. Тем более, что наши новые друзья прибыли, как связные от межпланетного Сопротивления, — из-за спины Ку вышел, опираясь на посох, маленький векноид в бедной, если не сказать нищенской, одежде.

— Мастер Зао, — обрадованно поприветствовал его я. — И вы здесь.

— Сила привела меня сюда — на помощь Ферусу Олину, — ответил слепой магистр. — И не только ему, как вижу. Да и не только меня одного… Но если вы пришли за ним, то сейчас его здесь нет. И не только его…

— Дело в том, что сейчас здесь стало слишком опасно — облава следует за облавой, — пояснила одна из беллассианок (увидев, что намечавшаяся разборка между джедаями отменяется, члены местного Сопротивления перевели дух). — Ферус с самого начала был с нами, но, когда его стали усиленно разыскивать, перебрался в более безопасное место. Потом на планету смог как-то пробраться магистр Тцуй Чой — и мы отправили его туда же, где скрывается Ферус, ему ведь тоже опасно здесь находиться, как и любому джедаю! И как раз завтра собирались отправить туда и мастера Зао с Ку Раном.

— Догадываюсь, что дальше, — усмехнулась Селеста. — Теперь вы и нас отправите в это безопасное место.

— Так мы и не против, — согласился я. — Нашим заданием было спасти Феруса, но, если вместе с ним мы спасем еще нескольких джедаев — это только лучше. Мы знаем действительно безопасное место, где имперцы вас не найдут. Так где сейчас Ферус?

— В горах. В доме у одной женщины — нашего друга. Мы дадим вам координаты.

Узнав, где сейчас находятся Ферус и магистр Тцуй Чой, мы еще полчаса говорили с беллассианцами-сопротивленцами, рассказывая им все, что они хотели знать (и что нам можно было рассказать) об организованном Бэйлом Органой и Мон Мотмой межпланетном Сопротивлении, передавая информацию оттуда, и разъясняя, как пользоваться новыми каналами связи и кодами. А заодно объяснили Ку Рану и Зао, кто такие и откуда взялись Энакин и Селеста, которых они не знали. Как я счел, первый этап нашей операции прошел не просто, а даже очень просто. Теперь все зависело от того, насколько удастся второй этап — добраться до убежища Феруса. А третий… я рассчитывал, что там все будет еще проще, ведь у нас был для имперцев небольшой сюрприз.

* * *

Ранним утром, когда столица планеты еще только пробуждалась, мы всемером уже мчались к горам на маленьком кораблике для внутрисистемных полетов. Его раздобыло нам беллассианское Сопротивление, воспользовавшись своими, явно неплохими, связями, как и новые документы заодно. Конечно, у нас были и свои собственные — от Бэйла Органы, впрочем, столь же поддельные, как и от Вила с его товарищами — но мы решили, что местные лучше знакомы с нынешними реалиями Беллассы, поэтому сейчас надежнее будет воспользоваться их помощью.

Наш путь сегодня был столь же спокойным, как и прибытие на планету вчера: никто нас не преследовал, не нападал и даже не следил издалека. Селеста даже заявила, что такое спокойствие выглядит очень подозрительно.

— По-твоему, лучше было бы, если бы за нами гнался отряд штурмовиков? — поинтересовался у нее Энакин.

— По крайней мере, тогда мне было бы ясно, что худшее уже произошло, — мрачно отрезала Тень Завета. — А сейчас… подозреваю, что оно еще впереди.

— Увы, я должен сказать, что и у меня почему-то плохое предчувствие, — серьезно сообщил мастер Зао.

И вот мы уже приземлились у маленького белого домика, издалека практически незаметного на фоне окружающего его снега. По одному вышли из корабля, осторожно оглядываясь, и направились к входной двери. Все было по-прежнему тихо. Я поднял руку, чтобы постучаться…

— Ни с места! — дверь распахнулась, на пороге стояла пожилая женщина, прицелившаяся в нас из бластерной винтовки. Дополнял образ пояс, на котором висело несколько гранат.

— Мы друзья… — начала было Шара.

— У меня нет друзей! — отрубила женщина.

— Вы ведь Дона, да? — сделала тогрута вторую попытку. — Здравствуйте.

Дуло винтовки ткнулось ей чуть ли не в нос.

— Короче. Мы джедаи, — сократил я все объяснения.

— А я — любовница императора, — с недоверием усмехнулась Дона.

— Дона, они действительно джедаи, по крайней мере, двое из них, — за спиной женщины появился Ферус Олин с активированным клинком в руке. А рядом с ним встал маленький магистр Тцуй Чой. Тоже с мечом. — Вот только не пойму, что среди них делает этот темный джедай, — указал он на меня кончиком меча.

— Опять двадцать пять… — вздохнула Шара.

— Я все объясню, — уже второй раз за сутки пообещал я. А затем повторил все то же, что вчера сказал Ку Рану. И снова показал голограмму Луминары Ундули, подтверждающей мои слова. Только сейчас меня поддержали еще и сам Ку Ран с мастером Зао.

Наконец, Ферус перестал смотреть на меня с подозрением.

— Хорошо, тогда тоже будьте нашими гостями. Чем больше нас, тем сильнее мы сможем насолить Империи, — объявил он, приглашая нас в дом.

И вот, мы и оглянуться не успели, как уже сидели в уютной гостиной у горячего камина (на самом деле он был декоративный, а обогревал с помощью вполне современных нагревательных элементов), а Дона ушла на кухню, пообещав приготовить всем чай. Ферус же только собрался обратиться к нам, как… его опередил магистр Чой:

— Ни слова, Ферус, — погрозил он пальцем. А затем, обратившись к нам, пояснил:

— Ферус собирался в одиночку свергнуть власть Империи на Беллассе. А уж когда нас стало двое… Теперь же нас восемь джедаев, но мы не ближе к победе, чем один Ферус. Хоть вы объясните ему это! Прислушаться ко мне он не желает, — развел руками маленький магистр.

— Серьезно?! — опешил Ку Ран. — Одна планета против всей Империи?! Да они же вас просто раздавят!

— Еще неизвестно, — упрямо ответил Олин.

— Очень даже известно, — покачал головой Скайуокер. — Послушай, Ферус, я тебя хорошо понимаю. Планета, на которой я прожил… почти все свои детство и юность, долго сопротивлялась Империи, а она была куда сильнее Беллассы… Но в итоге она пала, и почти весь наш народ был истреблен. Может быть, ты слышал о ней, это Раттатак.

— Раттатак? — Ферус взглянул на Энакина с интересом. — Мне жаль, Энакин… Вы так хорошо сражались. Ваша борьба стала примером для всей галактики. Но все же и мы можем…

— Нет, никаких 'все же', одной планете, какой бы сильной она не была, не справиться с мощью всей Империи. У Раттатака были большие флот и армия, укрепление, оружие… они держались два года, но у Империи всего этого было попросту больше.

— Послушай мальчика, он дело говорит, — добавил Зао. — Лишь объединившись, лишь все вместе недовольные планеты смогут свергнуть тиранию Палпатина. И сейчас мы все можем ускорить это — но только если не будем ввязываться в безнадежные сражения тут, а потратим силы на укрепление мощи межпланетного Сопротивления.

— Межпланетное Сопротивление? Оно действительно существует? — мрачно спросил Олин.

— Еще как существует! — кивнула Шара. — Ты просто не представляешь…

— Тс-с-с, — приложил я палец к губам… ну, к тому, что у битов заменяет губы. — Пока не следует раскрывать все тайны сразу. Да, Ферус, межпланетное Сопротивление существует, и возможности его куда больше, чем у вашего беллассианского Сопротивления. Но мы уже договорились об объединении. С нашей помощью ваши возможности возрастут, но и наша способность действовать на Беллассе станет куда шире. Но прежде всего, мы прибыли сюда за тобой.

— Я никуда не улечу с Беллассы! — возмутился Олин.

— Ты должен, — твердо сказал я. — Да, Шара, Энакин, достаньте-ка ваши инструменты и приготовьтесь.

— Это что за 'инструменты'? — Ферус с удивлением смотрел, как Шара и Энакин достали модифицированные датапады и склонились над ними.

— Дистанционное управление нашими кораблями, — ответил я. — Знаешь… У Селесты было плохое предчувствие, у мастера Зао было плохое предчувствие, а теперь и у меня что-то возникает плохое предчувствие. Так что лучше нам быть готовыми к тому, что последний этап нашей операции — эвакуацию с Беллассы — придется начать в любой момент.

— Я же сказал, что не улечу, — заупрямился Ферус. — Я прекрасно могу помогать вам и здесь!

— Нет, не можешь. Империя ищет тебя по всей планете — смотри, она уже загнала тебя в этот дальний угол, в котором ты сидишь и практически ничего не можешь сделать, только скрываться. Мало того, само твое пребывание здесь превратилось в ловушку для джедаев! Не сомневаюсь, что имперцы ищут тут не только тебя. Как видишь, узнав, что ты здесь, оставшиеся из уцелевших начали слетаться тебе на помощь, а чем нас тут больше, тем больше вероятность, что нас заметят. И уничтожат. Не сомневаюсь, что план Палпатина на это и рассчитан.

— Откуда вам знать его планы?! — однако уверенности в голосе Олина поубавилось.

В разговор вдруг вклинился негромкий звон явно тревожного сигнала.

— Вторжение, — вбежала в комнату Дона. — Кто-то в воздушном пространстве над домом!

— Шара, Энакин — начинайте! — скомандовал я. — Боюсь, сегодня нам не попробовать вашего чая, Дона. А ты Ферус, похоже, сейчас убедишься, что…

Потолок над нашими головами взорвался, разлетаясь обломками.

Глава шестнадцатая

Сквозь появившуюся в потолке дыру виднелось ясное небо прекрасного синего цвета… Только вот нам под потолком было совсем не до красот. Нас раскидало взрывной волной, хотя все были целы — джедаи ловко сгруппировались при падении, а заодно и смягчили его тем, кто Силой не владел, также защитив друзей от летящих вещей и их обломков. Секунду спустя все уже поднимались на ноги.

— Шара, Энакин — туда! — указал я на угол, который выглядел наиболее безопасным. Насколько возможна безопасность при обстреле дома из, должно быть, корабельных орудий. — Селеста, Лазутчик, прикрывайте их!

Все четверо мгновенно выполнили приказ. При этом Шара и Энакин снова занялись своими датападами, стараясь не обращать внимания на все остальное.

— Ты что, знал об этом с самого начала?! — возмущенно крикнул мне Ферус.

— Вообще-то я очень надеялся избежать такого варианта и улететь без сражения на земле, но, очевидно, тут Палпатин нас переиграл, имперцы все-таки смогли вычислить это убежище, — ответил я. — Поэтому теперь придется перед эвакуацией немного подраться! Но не волнуйся, помощь уже на подходе.

Впрочем, события следующих секунд показали, что и я преувеличил ловкость палпатиновых подчиненных…

Новый взрыв снес дверь, и в дом вошел… вошло… нечто, напоминающее полностью покрытого броней гуманоида, вот только там, где у гуманоидов полагается быть голове, из брони торчала лазерная пушка.

— Ни с места! Мне нужен Ферус Олин! — проревел монстр.

Ответом ему был звук семи активированных световых клинков — даже у мастера Зао оказалось при себе джедайское оружие, вделанное прямо в посох, которым он и взмахнул, причем весьма умело.

— С-с-с-ситх!! — просвистел проклятье потрясенный киборг. — Мне не говорили, что тут будет семеро джедаев!

* * *

Тем временем в космопорту Юссы поднялся переполох — старое грузовое судно вдруг безо всякого предупреждения, и не получив разрешения на взлет, поднялось в воздух. А поднявшись, развернулось по направлению к центру города и, игнорируя возмущенные и встревоженные требования и вопросы диспетчера, двинулось прямиком к зданию имперского гарнизона. И хотя летело оно достаточно неспешно (для космического корабля, конечно!), но расстояние до оплота Империи преодолело так быстро, что там еще не успели ничего сообразить и принять хоть какие-нибудь меры. Например, вызвать на помощь истребители из блокирующей все недозволенные вылеты с планеты орбитальной группировки…

Старая развалина зависла прямо над зданием гарнизона, а в следующий момент по ее нижней части пробежала серия небольших взрывов, в результате которой дно грузового отсека разлетелось на части! И оттуда вывалилась груда каких-то ящиков, дождем обрушившихся на крыши гарнизонного сооружения, а следом за этой импровизированной бомбардировкой вылетела небольшая зеленая яхта необычной конструкции, которая тут же умчалась прочь — по направлению к горам, где находился домик Доны.

Это была 'Гонщица' — живой корабль Энакина, когда-то изготовленный на планете Зонама. Именно она была спрятана внутри старого грузовика под ящиками с навозом, и нужна была для выполнения последнего этапа плана бита-джедая — эвакуации с планеты.

Что же касается самих ящиков… Хотя на самом деле их в грузовом отсеке было меньше, чем казалось — под ними же пряталась яхта — но все-таки было предостаточно для осуществления плана мелкой, но сладкой мести. Падая на крышу 'символа имперской власти на планете', ящики, конечно, разбивались вдребезги, а их вонючее содержимое разлеталось, покрывая собой этот самый 'символ'…

Сам же старый грузовой корабль, словно удовлетворившись содеянным, вновь тронулся с места и стремительно полетел прочь от города — к ближайшей пустыне, над которой спокойно позволил имперским истребителям себя расстрелять и взорвался.

* * *

Когда мы впятером (так как Селеста и Лазутчик остались прикрывать Шару и Энакина, как им было приказано) набросились на киборга, тот только и успел, что пару раз выстрелить из своей пушки, проделав в стенах пару непредусмотренных проектом отверстий. Ни по кому из нас он, конечно, не попал, поскольку джедай, в которого он целился, каждый раз вовремя увертывался, а остальные тем временем подбегали еще ближе. Ну а когда доходит до ближнего боя, тут уж джедаям нет равных. Поэтому, прежде чем бронированный враг сумел выстрелить в третий раз, ему уже отрубили пушку-голову, а еще секунду спустя — все четыре конечности. В довершение всего, я пробил в его броне дыру, куда засунул одну из гранат Доны, которую перед этим Силой сорвал у женщины с пояса, и Силой же выкинул тело киборга прочь из дома. Раздался взрыв, и в воздух взлетела туча снега вперемешку с обломками металла…

— Это было слишком просто, — перевел дух Ферус Олин. — А что это вообще было-то?! Боевой дроид?

— Нет, кажется, киборг, — ответил Тцуй Чой, неодобрительно посмотрев на меня. — Было ли обязательно добивать его? По-моему, он уже был нейтрализован в этот момент.

— Я не был в этом уверен, — честно признался я.

И действительно, откуда мне было знать, на что еще способен этот монстр, какое еще внутри его бронированной туши могло быть оружие? Хотя между тем в голове моей успела промелькнуть мыслишка, что киборга все равно не стоило отпускать — ведь он видел меня среди джедаев и мог сообщить Палпатину… Конечно, вряд ли бы он смог точно описать бита, как правило, мы для других рас на одно лицо, но все же… для верности… может, и стоило его… Впрочем, неважно, что вышло, то вышло.

Тем временем, некто, летающий над домом, явно понял, что с напарником случилось неладное, и возобновил обстрел. Каждый новый выстрел проделывал новую дыру в крыше и потолке, не говоря уже о сокрушении попавшихся у него на пути предметов мебели и прочих вещей, и нам приходилось стараться, чтобы тоже не угодить под огонь, да к тому же защищать и прикрывать Энакина, который весь погрузился в работу с датападом. Шара же объявила, что ее работа закончена (она управляла своим грузовым кораблем, в то время как Энакин — 'Гонщицей'), и присоединилось к нашей беготне.

— Эти имперские негодяи превратили мой дом в решето! — страдала на бегу Дона.

— Подозреваю, что это еще не сами имперцы, а нанятые ими охотники за головами, — ответил я. — Тем не менее, боюсь, и имперцы скоро подойдут — едва ли они уступят наши головы этим типам. Наверняка те уже подали им сигнал.

— Мы здесь! — внезапно воскликнул Энакин. — Сейчас я отгоню этого…

И действительно, через несколько секунд обстрел прекратился. А затем рядом с домом загудел снижающийся корабль.

— Быстрее, пока он не вернулся! — Скайуокер кинулся к выходу.

Мы без разговоров устремились следом.

'Гонщица' зависла над покрытой снегом землей и, не тратя драгоценное время на приземление, уже опускала трап. Один за другим, все мы запрыгнули на него, прихватив с собой и Дону, разумно рассудившую, что после случившегося ей лучше не оставаться на планете. А яхточка Энакина, на ходу втягивая трап и захлопывая входной люк, тут же устремилась в небеса… Откуда ей навстречу уже летели несколько шаттлов, наверняка набитых штурмовиками, и эскадрилья имперских истребителей. К тому же и изрешетивший домик Доны корабль охотника за головами снова возвращался, явно намереваясь нас преследовать.

Напрасные надежды! В тот момент, когда Энакин вновь сел в кресло пилота своей зонамской яхты, счастье окончательно отвернулось от наших врагов. Он играючи увернулся от выстрелов истребителей, пролетел мимо них и направился в космическое пространство.

Там имперцы подготовили еще более жаркую встречу: уже несколько эскадрилий перехватчиков слетались к нам с нескольких сторон, а за ними спешили два крейсера, залпы орудий которых расцветили тьму космоса перекрестным огнем.

— Прорвемся? — неуверенно поинтересовался Ферус.

— Детская задачка, — улыбнулся в ответ Скайуокер.

Это казалось похожим на чудо (хотя я-то, конечно, заранее знал, что все так и будет): 'Гонщица' неуловимо быстро сместилась в сторону и все летящие в нее выстрелы 'ушли в молоко'. А затем все повторилось снова и снова: что стрельба истребителей, что огонь из орудий крейсеров никак не могли нас достать, каждый раз пролетая мимо. И хотя такое число мелькающих через космос зарядов словно охватило нас огненной паутиной, Эни постоянно вовремя находил промежутки в этой паутине и проскальзывал сквозь них — он маневрировал с невероятной ловкостью, каждый раз смещаясь в сторону лишь ровно настолько, чтобы враги промахнулись совсем чуть-чуть — и так раз за разом, пока не прошел мимо всех сверкающих 'нитей', после чего, пользуясь преимуществом в скорости, легко оторвался от имперцев и ушел в гиперпространство.

— О, Сила, — пораженно пробормотал Тцуй Чой. — Ты — лучший джедай-пилот из всех, которых я видел, а я за свою жизнь повидал их немало…

— Я тоже… — добавила не менее изумленная Селеста.

— Это не только моя заслуга, — скромно ответил Энакин. — Просто этот корабль — тоже самый лучший корабль в галактике… И моя напарница. Ну а против союза лучшего корабля и лучшего пилота ни у кого нет шансов!

Совершив затем еще несколько гиперпрыжков, мы окончательно оторвались от имперцев и запутали следы, после чего, наконец, направились домой. На мой взгляд, операция на Беллассе прошла по плану, не идеально, конечно, но вполне успешно. И только одно меня немного обеспокоило: дело в том, что я узнал тот корабль охотника за головами, который обстреливал дом Доны, а потом пытался нас преследовать. Это был 'Раб-1', бывший корабль Джанго Фетта, который после его смерти должен был стать собственностью Бобы Фетта…

Корускант. Императорский дворец. Вскоре…

Голопроектор демонстрировал необычный зеленый корабль, который с необычайной же ловкостью и скоростью уходил от пытавшихся сбить его имперских истребителей и крейсеров…

— Вы разочаровали меня, Великий Инквизитор Малорум, — прошипел император Палпатин, остановив воспроизведение записи. — Вы были назначены на ваш пост после гибели Ладдинара Торбина, поскольку показали отличные способности и восприимчивость к Силе. Вы подавали большие надежды. Но ваш план ловушки для джедаев на Беллассе полностью провалился! Арест Феруса Олина должен был стать моральным ударом для беллассианского Сопротивления — а вместо этого он стал моральным ударом по Империи! Олин не только благополучно покинул планету, возможно, еще с несколькими джедаями, но и унизил нас, покрыв позором местный имперский гарнизон… А возможно, и не только местный… Причем эта новость уже успела распространиться по всей галактике. Как вы можете оправдать свой провал?

— Мы полагали, что все предусмотрено, — ответил стоящий перед императором человек в темно-красном плаще инквизитора с откинутым сейчас капюшоном. — Был совсем небольшой промежуток времени с момента подачи сигнала наемниками, которые еще и должны были отвлечь предполагаемых джедаев, связав их боем, до прибытия десантных шаттлов с отрядами штурмовиков. К тому же шаттлы сопровождала эскадрилья истребителей, а на орбите был установлен надежный заслон, обязанный предотвратить любую попытку несанкционированно покинуть планету. Но этот зеленый корабль… он оказался слишком быстр и невероятно маневрен.

— И к тому же под управлением отличного пилота, — подтвердил Палпатин. — Несомненно джедая. Лишь однажды я видел подобное мастерство и подобный корабль… Раттатак… Личный корабль Асажж Вентресс… к сожалению, уничтоженный во время битвы за столицу. Произошедшее доказывает, что такой корабль был не один. И что джедайско-раттатакский заговор продолжает действовать против меня. А как ваши дела со второй ловушкой для джедаев, Малорум? На Корусканте?

— На Корусканте все идет по плану.

— Позаботьтесь о том, чтобы так было и дальше. Это — ваш последний шанс оправдаться в моих глазах, — с угрозой произнес император. — Лично займитесь этим делом. Вам будут предоставлены дополнительные ресурсы. Но не разочаровывайте меня больше. Вы свободны. И пригласите ко мне Великого визиря Сейта Пестажа.

— Как продвигаются дела с поиском объекта 'Скайуокер'? — поинтересовался Палпатин, когда место Малорума перед его троном занял Сейт Пестаж.

— Пока у нас нет никаких зацепок, — с сожалением покачал головой Великий Визирь. — Если бы мне было предоставлено больше ресурсов…

— Они будут у тебя, мой друг. С этого момента в рамках поисков таинственного Скайуокера ты сможешь использовать любые ресурсы всех разведывательных служб и организаций Империи. И любые другие средства, которые тебе понадобятся. Не знаю, почему меня это волнует, но чувствую, что это важно. Найди мне его. Джедаи и уцелевшие раттатаки все больше наглеют, словно не понимают, что они обречены. Поднимают головы и другие внутренние враги Империи… Я чувствую, что все это как-то связано… Это глупое сопротивление начинает выводить меня из себя. Возможно, разобравшись с этим Скайуокером из видения, мы поймем, что к чему. И еще… Эта планета Белласса сейчас стала привлекать слишком много внимания, а ее жители чувствуют себя слишком уверенно. Как я узнал, они массово бойкотируют наши администрацию и гарнизон, отказываясь работать на них. Передай имперскому губернатору Беллассы, что я разрешаю ему применить к населению более жесткие меры. Надо показать остальным системам, что Империя всегда наносит ответный удар. От которого их не спасет никто!

— Будет исполнено, мой император, — поклонился Пестаж.

Глава семнадцатая

К тому времени, когда мы вернулись на джедайскую базу, вести о случившемся на Беллассе уже разошлись по всей галактике. Как ни старалась Империя скрыть произошедшее, ничего у нее не вышло: существующая в ней с недавних пор теневая информационная сеть распространила новости повсюду. А от беллассианского Сопротивления пришли даже снятые на голокамеру виды заляпанного навозом имперского гарнизонного сооружения в Юссе и старательно отмывающих его крыши и стены дроидов. Это поражение Империи тут же стало источником огромного количества шуток, анекдотов и просто смеха. Шутка ли, Ферус Олин, которого имперцы, казалось, обложили со всех сторон, заблокировав любой вылет с планеты без тщательной проверки, не только благополучно сбежал оттуда, с легкостью прорвав всю орбитальную блокаду, но перед этим его сообщница еще и завалила особо пахучим навозом весь имперский гарнизон (что было названо 'особо наглым террористическим актом')! Сообщницей, конечно, была Шара, так как следствие легко установило, что унавозивший гарнизонные строения грузовой корабль принадлежал именно ей, узнало названные ей при регистрации фальшивые имя и фамилию и даже нашло запись голокамеры космопорта, на которой тогрута была заснята. Вот только, поскольку она немного подгримировалась именно на этот случай, лицо тогруты, выставленное с надписью 'разыскивается', было совершенно не похоже на ее настоящее.

Рассвирепевший имперский губернатор планеты с полного одобрения Палпатина принял свои собственные меры, дабы проучить жителей Беллассы. Дело в том, что до сих пор практически все ее население отказывалось каким-либо образом работать на имперцев. Губернатор положил бойкоту конец самым жестоким образом: штурмовики ворвались в дома всех жителей одного из районов Юссы и забрали оттуда всех детей. Губернатор обещал, что, если бойкот не прекратят, эти дети будут отправлены в приюты на далеких планетах, а затем та же судьба постигнет остальных жителей столицы, район за районом. После этого бойкот действительно немедленно прекратился. Беллассианцы стали работать на имперцев, а те в знак своей милости вернули им детей, однако предупредив, что в случае какого-либо неповиновения снова их отнимут. И хотя, по мнению Империи, обстановка теперь была нормализована, любви населения к 'его' Империи это, разумеется, не прибавило — ни на Беллассе, ни на других планетах.

Четверо вывезенных нами с Беллассы джедаев с радостью воссоединились с остальными и с удовольствием приступили к преподаванию юнлингам. А вот нашей команде не долго пришлось отдыхать. Пришли новости из Империи, подтвержденные и разведкой новорожденного межпланетного Сопротивления: какие-то джедаи сейчас вдруг начали действовать на самом Корусканте и неплохо там укрепились, хотя больше ничего о них узнать не удалось. И разумеется, на поиски этих джедаев снова решено было отправить нашу пятерку: меня, Шару, Энакина, Селесту и Лазутчика.

Хотя, казалось бы, отправиться на столичную планету значило сунуться под самый нос Империи, в действительности все было совсем не так страшно. Многие районы Корусканта, не говоря уже о его нижних уровнях, контролировались властями куда хуже, чем иные планеты, а блокировать прилеты и отлеты никто и не думал — это нарушило бы все экономические связи планеты-города. С учетом же огромного населения и огромного числа ежедневно прилетающих-улетающих кораблей затеряться там было не так уж сложно. По крайней мере, на некоторое время. Вот и мы должны были осторожно пробраться на Корускант, постараться найти там джедаев и осторожно улететь вместе с ними обратно.

Я подозревал, что, как минимум, один джедай на Корусканте действительно есть, и это никто иная, как рыцарь Фай-Тор-Анна, сменившая имя на Солис и скрывшаяся в самых глубинах нижних уровней — если и тут она сделала то же самое, что в каноничной истории. Кроме того, там же, на Корусканте какое-то время обретался и джедай Рай-Гоул… должен был обретаться, по крайней мере. Но я помнил и о том, что до убежища Фай-Тор-Анны имперцы в конце концов добрались, так что нам стоит быть готовыми к столкновению с ними, а значит, как и перед вылазкой на Беллассу, нужно хорошенько подготовиться. Хотя Луминара и поторапливала нас, я все же настоял на своем: сначала закупил на черном рынке галактики все необходимое для выполнения моего плана и лишь после этого согласился, что теперь можно и отправляться на задание.

Мы покинули убежище джедаев на новом, нигде еще не засвеченном, корабле и самым коротким путем отправились к Корусканту. Вот только, едва мы покинули пространство чиссов, как на первом же выходе из гиперпространства для 'пересадки' на другой гипермаршрут, случилось совершенно непредвиденное… Ну, точнее, не совсем непредвиденное… Непредвиденное для всех кроме меня, хотя и я не знал, где и в какой именно момент это может случиться. Да и, честно говоря, надеялся, что в новой истории Далекой Галактики этого вообще не произойдет. Надежда не оправдалась…

* * *

— Внимание, принимаем непонятный сигнал, — встревоженно сообщила пилотировавшая корабль Шара. — Непонятный, но очень сильный. Источник, похоже, неподалеку. Но в этой системе не должно быть никаких поселений!

— Дай-ка мне взглянуть, — подошла к ней Селеста. — Да это же джедайский код! Я его знаю… Хм… только вот он использовался в мое время, а в нынешнее, насколько знаю, его уже две тысячи лет как не применяют… И это сигнал бедствия!

При этих ее словах мне стало не по себе. Потому что я помнил, чем в каноне обернулось следование Скайуокером и его командой такому же сигналу. Неужели это тот самый?! Или все же нет?

— То есть нас вызывает какое-то потерянное и изолированное с древних времен поселение?.. — тем временем задумалась тогрута.

— Или это ловушка, — недоверчиво произнесла Морн. — С другой стороны, какой смысл применять для ловушки давно устаревший код… Нет, на ловушку не похоже.

— Думаю, надо хотя бы взглянуть, — предложил Энакин. — Кому-то действительно может быть нужна наша помощь.

— Я — за! — немедленно ответила Лазутчик.

— Я тоже, — согласилась Шара.

— Полагаю, проверка необходима, — пробормотала Селеста.

— Тал? — обратилась ко мне тогрута.

— Если это то, чего я боюсь, то нам, может быть, и не стоило бы к нему приближаться, — медленно произнес я. — Вот только боюсь, что если это действительно то, чего я боюсь, то нам от него и не уйти.

— Ты что-то знаешь?! — тут же вскинулась Тень Завета.

— Всего лишь подозреваю. И предпочел бы ошибиться. Но выхода нет, лететь надо. Если это… не то, то кому-то может быть нужна помощь. А если то — опять же, от него не убежишь, — махнул я рукой. — Летим. Там увидим. И не спрашивайте меня ни о чем.

Нельзя сказать, что после такого предупреждения настроение в кабине пилота улучшилось. Наоборот, все стали нервно вглядываться в показания приборов и ждать, сами не зная чего. Шара осторожно направила корабль к источнику сигнала. Он становился все ближе. И ближе. И ближе…

— Э-э-э-м-м-м… Мы в точке, откуда исходит сигнал, — наконец, смущенно и опасливо сообщила она. — Но здесь ничего нет. То есть вообще ничего! Пустое пространство. А сигнал есть…

— Может, все же объяснишь… — повернулась ко мне Селеста.

— Смотрите!! — вскрикнула тогрута.

Впереди, за смотровым иллюминатором, посреди пространства из ниоткуда возник гигантский октаэдр. И начал стремительно приближаться к нам.

— Что?! Откуда?! — потрясенно вопросила Морн. — Здесь же только что ничего не было!

— Оно нас притягивает! Затягивает! — Шара безуспешно пыталась развернуть корабль, но все приборы вдруг одновременно отключились.

Октаэдр надвигался, между его нижней и верхней половиной раскрылась щель, из которой сиял яркий белый свет, нижняя и верхняя части стали вращаться в противоположных направлениях.

— Держитесь! — успел я крикнуть, прежде чем белое сияние поглотило все вокруг.

* * *

Когда я очнулся, в иллюминаторы весело светило солнце и заглядывали зеленые деревца. Корабль явно неподвижно стоял на твердой земле.

Рядом пробуждались остальные, живописно разбросанные по кабине.

— Не помню, чтобы сажала нас сюда, — удивилась Шара, единственная оставшаяся сидеть в кресле, так как заблаговременно пристегнула ремни безопасности.

— Однако кто-то же нас посадил? — неуверенно поинтересовалась Селеста. — Последнее, что я помню — это белый свет, занявший все вокруг.

— Забавно, но я последним запомнила то же самое, — откликнулась тогрута. — Но, судя по всему, корабль не поврежден. Снаружи пригодная для дыхания атмосфера… И все системы в норме. Только почему-то не работают.

— Как это? — не поняла Лазутчик.

— Сама не знаю.

— Привыкайте к местным странностям, то ли еще будет, — зловеще пообещал я.

— Та-ак… Или ты сейчас же объяснишь, где мы и что произошло, или я за себя не отвечаю, — еще более зловеще пообещала Морн. — Ну?!

— Вы знаете легенду о Мортисе? — ответил я собственным вопросом.

— Мортис?! — хором воскликнули Энакин и Лазутчик.

— Мортис! Чтоб мне! — выругалась Селеста. — Вот не думала, не гадала… Место с невероятной географией, находящееся внутри гигантского монолита… Ну да, эта штуковина, в которую мы влетели, и была этим самым гигантским монолитом! Место, где живут три всемогущих существа, способные принимать странные формы и воплощающие в себе светлую и темную сторону и баланс Силы! И это сюда нас занесло?!

— Именно, — вздохнул я. — И, судя по состоянию корабля, эти существа нас пока не намерены отпускать. Можете считать это приглашением к ним в гости, куда нам сейчас лучше всего и отправиться. Только прежде, чем мы выйдем наружу, выслушайте очень серьезное предупреждение. Точнее, два предупреждения. Во-первых, никогда и ни при каких обстоятельствах не доставайте из алтаря спрятанный в нем кинжал, которым можно убить бессмертных, и другим не позволяйте этого сделать. Ни в коем случае никто не должен его оттуда брать. Даже если альтернативой будет гибель нас всех. Потому что, если его попытаться использовать — будет гораздо хуже, поверьте мне. Во-вторых, не доверяйте громиле с красными полосками на лице и макушке, а также любому разумному существу, которое не похоже на человека. В этом мире только три жителя и все человекообразные. Так что, если увидите еще кого-то — знайте, что это кто-то из этих трех поменял форму, чтобы нас обмануть. Вы все поняли?

И, дождавшись неуверенных кивков, я скомандовал:

— Тогда отправляемся исследовать этот мир. Вперед.

Глава восемнадцатая

Она появилась незаметно, пока мы все, слегка прифигев, смотрели на 'невероятную географию' вокруг — горы и парящие прямо в воздухе 'острова', раскинувшиеся до самого горизонта. Высокая (так, на голову выше Скайуокера, который и сам был отнюдь не малого роста) стройная женщина в белых одеждах, с зелеными глазами, зелеными бровями и длинной волной зеленых волос. И, кажется, слегка светящаяся белым светом — ну, если присмотреться.

— Ты Избранный? — спросила она у Энакина, внезапно оказавшись у него (и у нас всех) за спиной. Голос ее словно отдавался небольшим эхом.

— Вы кто?! — опешил тот, стремительно развернувшись.

— Я — Дочь. Ты Избранный?

— Какой еще Избранный?! И простите, я не понял: чья вы дочь?

— Дочь Отца, разумеется.

— М-м-м, как все запущенно… — пробормотал под нос наш Избранный, который и правда не знал, что он Избранный. — А кто ваш отец?

— Он — Отец.

— Я понимаю, что он ваш отец, но кто он?!!

— Идите за мной. Я отведу вас к нему. Времени мало. Только он может помочь вам, — безапелляционно объявила Дочь и пошла прочь, уверенная, что мы последуем за ней.

И мы последовали.

* * *

Прошла лишь пара часов нашего похода (Дочь молча шла впереди по горной тропе, а мы молча… ну ладно, иногда тихонько перешептываясь, шли следом), а яркая зелень вокруг уже начала выцветать, все больше приобретая желтые и красные оттенки.

— Тут что, сутки за год идут? — поинтересовалась Селеста, которая, как и все мы, внимательно оглядывалась вокруг. — Кажется, уже местная осень.

— Боюсь, что именно так, — подтвердил я. — И подозреваю, что нам не захочется видеть здешнюю зиму… Если днем тут всем заправляет светлая сторона, от которой все растет и цветет, то ночью…

— Ох, звезды и планеты! — ответила Морн. — Пожалуй, нам и правда лучше добраться к этому Отцу до заката.

— Я — только 'за', - с этими словами я обогнал Энакина и пошел рядом с Дочерью.

— Можно вас спросить? — голос мой против моего же желания прозвучал несколько заискивающе.

Светящаяся красавица ничего не ответила, что я счел за разрешение…

— Ведь вы и ваш отец, и ваш брат — раньше были целестианами? Ну, Небожителями… Архитекторами… Древней расой, которая правила галактикой и создала в ней, как минимум, семнадцать звездных систем…

— Да, когда-то мы были теми, кого вы зовете целестианами, — наконец, отозвалась Дочь. — Но даже миллион ваших стандартных лет назад целестиане представляли собой духов Силы, если говорить вашим языком. Возможно, еще раньше они были чем-то другим, имея материальные тела, а может быть, они изначально возникли из самой Силы, но даже мои знания не простираются столь далеко.

— Но у вас-то есть тело.

— Мы воплотились, дабы хранить течение Силы. Дабы беречь ее равновесие. Дабы вести галактику в нужном направлении… или идти в направлении, нужном Силе. Да, направляем ли мы Силу, или Сила ведет нас — это вопрос, на который у меня нет ответа. Не знали его и целестиане. Воплотившись, мы получили возможности, недоступные духам, но за все приходится платить. Мы уже не могли жить среди существ, населяющих галактику, чтобы не повредить им и течению Силы своим безмерно возросшим могуществом, и поэтому удалились в изгнание.

— А вы знаете, зачем целестиане все это делали? Строили невероятные механизмы, создавали звездные системы и необычные космические объекты, порабощали разумные расы, вышедшие в космос, создали гиперпространственный барьер вокруг галактики…

— Все это — часть Великого Плана — плана целестиан или плана Силы, можешь назвать его, как хочешь. Целестиане стояли у истоков возникновения многих известных вам разумных народов, они рассеяли их по галактике и подготовили все для движения в нужном направлении. Но, к сожалению, даже их возможностей по воздействию на материю с помощью Силы было недостаточно для того, чтобы выполнить свою часть Плана за разумный срок — поэтому целестиане, будучи могущественными духами Силы, подчинили себе все достаточно развитые, чтобы освоить гиперпространство, народы галактики. С их помощью было построено множество совершенных механизмов, которые действовали исключительно на Силе. В свою очередь, с помощью этих механизмов духи получили возможность управлять материей в огромных масштабах и частично перестроили эту галактику — так, как это нужно было для Плана. Но долгое время все вы были не готовы… И вы и сейчас все еще не готовы к тому, чтобы окончательно объединиться в единое галактическое общество и выйти за пределы этой галактики. Барьеры уберегают вас от этого, пока не пришло время.

— Уберегают, значит… Понятно. А куда потом делись целестиане? После того, как все подготовили?

— В неразумии своем некоторые рабы целестиан позавидовали их могуществу и решили присвоить его себе. Эти бунтовщики были из расы ракат и именовали себя Искателями Душ. Им удалось захватить в 'ловушку для духа' одного из целестиан, но они не имели никакой возможности причинить ему вред, лишь пленив его. Тогда, чтобы найти способ уничтожать целестиан, они отправились в запретную зону — аномальную область галактического пространства у серебристой звезды, где переваривается само гиперпространство и где иногда появляются экстрамерные создания из-за пределов нашей вселенной… Безумцы рассчитывали заключить с этими существами союз против целестиан, но при первой же встрече просто не смогли понять друг друга, и экстрамерные существа, сами того не желая, случайно убили всех своих гостей, имеющих материальные тела, а из подвергшегося их воздействию целестианина возникли и вырвались на просторы галактики Серый Проглот и Безликие Рты, в дальнейшем известные также как Опустошитель существ и Пожиратели миров. Не спрашивай меня, что это такое — это знание запретно для разумных существ вашей галактики. В борьбе с этими двумя проклятьями целестиане в итоге одержали победу, но стали опасаться, что подобное может повториться, если они останутся здесь и кто-то снова найдет способ пленить и использовать их — духов Силы. И тогда, окончательно обеспечив развитие галактики в нужном им направлении, они отправились в Силу, оставив здесь лишь нас, чтобы продолжать следить за соблюдением Плана…

— А целестиане, которые 'отправились в Силу', могут вернуться? — поинтересовался я, стараясь разложить по полочкам своего мозга все только что полученные знания.

— Они не вернутся… Они ушли так далеко, что это за пределами даже моих знаний, и дальше, чем вы способны себе представить…

— Хорошо… Вот теперь я, наконец-то, что-то понимаю в древнейшей истории…

— Излишние знания могут быть опасны, — проронила Дочь. — Впрочем, как и недостаток знаний. Но я не рассказала тебе больше, чем тебе можно знать.

— Спа-аси-ибо, — несколько уязвленно протянул я.

— М-да, а мы-то думали, что мы живем в трудные времена, — прокомментировал Энакин, слышавший весь наш разговор. — Похоже, наши ситхи — ерунда по сравнению с этими проглотами и… Берегитесь!!

Он успел сам выскочить и вытолкнуть меня и Дочь из-под падающей скалы, которая с грохотом обрушилась туда, где мы только что шли, смахнув части уступа горы, по которому и шла наша тропа. Образовавшаяся пропасть немалой ширины отрезала нас от Шары, Селесты и Лазутчика.

— Вам запрещено меня касаться! — возмущенно заявила поднявшаяся на ноги Дочь, прожигая Энакина взглядом.

— А? Я, вроде бы, спасал вам жизнь, — растерянно отозвался тот. — Эй, Лазутчик, Селеста, Шара, вы там целы?!

— С нами все в порядке, — крикнула через пропасть Лазутчик. — Но, кажется, нам через эту трещину не перебраться! А вы как?!

— Тоже все живы! — ответил я.

— Это подстроил мой брат, — мрачно объявила Дочь. И, обращаясь ко второй части нашего отряда — оставшейся за пропастью — приказала:

— Ждите меня здесь. Никуда не уходите.

— Думаю, лучше вам ее послушаться, — согласно подтвердил я. — Ждите тут. И помните, о чем я вас предупреждал, если что! А мы должны идти дальше.

Дочь уже снова молча шла вперед, и мы с Энакином поспешили за ней следом.

* * *

До монументальной башни, где жил Отец, мы добрались к началу ночи, когда небо заволокло черными тучами и вовсю уже сверкали молнии. Войдя в жилище Отца вместе с нами, Дочь молча сделала жест рукой в сторону неподвижно сидевшего с закрытыми глазами белобородого старика и также молча удалилась, скрывшись в глубинах здания. Мы с Энакином подошли к старцу поближе.

— Приветствую тебя, друг мой, — открыв слегка светящиеся бирюзовым светом глаза, обратился Отец к Скайуокеру таким же отдающимся эхом голосом, что и у Дочери. Меня же проигнорировал.

— Ваша дочь сказала, что только вы можете помочь нам выбраться отсюда, — сразу взял банту за рога Энакин.

— Ты должен истину открыть о том, кто ты на самом деле, — отозвался Отец. — В этом я должен тебе помочь. И я это сделаю. Ты избран был, возможно, тебе о том известно. Ты — Избранный и должен верить, чтобы выполнить предназначение.

— Что значит 'Избранный'?! — возмутился наш джедай. — Объясните наконец! О чем вы и ваша Дочь все время говорите?!

— Возможно, друг твой сможет тебе объяснить это, — бирюзовые глаза Отца сверкнули, когда он глянул в мою сторону.

— Тал? — недоумевающе повернулся ко мне Скайуокер. — О чем он?

— Легенда джедаев об Избранном, Энакин, — вздохнул я, невольно отводя глаза. — Ты отлично ее знаешь. Как и все джедаи. Просто раньше ты не догадывался, что в ней говорится о тебе самом.

— Что?!! Но… это невозможно! Избранный же должен быть сосудом чистой энергии! Это не я!

— Про сосуд чистой энергии — не совсем верная трактовка. На самом деле речь шла о том, что Избранный должен быть рожден самой Силой. А это, в свою очередь означает, что ребенок должен быть зачат мидихлорианами. Без отца. Шми никогда не рассказывала тебе Энакин, что у тебя не просто нет отца — у тебя его вообще никогда не было. И прости меня, но она не рассказывала об этом, потому что я ее попросил. Еще об этом знает Кай Нарек, и он тоже обещал молчать. Еще раз прости меня за скрытность, но я не хотел, чтобы осознание такой судьбы давило на тебя с малых лет. Я хотел, чтобы ты вырос как самый обычный человек… Ну, как обычный джедай, по крайней мере.

— Но… Как же… Нет… — начал запинаться Скайуокер. — А когда вы собирались мне рассказать?!

— Вскоре, наверное, — пожал я плечами. — Я полагаю, что время исполнения пророчества почти подошло. Но так получилось, что ты узнал все раньше.

— Ничего не понимаю! — схватившись за голову, простонал Энакин. — Я не могу быть тем самым Избранным… Он же должен быть великим героем, который восстановит баланс Силы во всей галактике и покончит с ситхами! Разве я такой?!

— А разве ты не хочешь победить Палпатина? Разве не хочешь закончить его темное правление и помочь галактике?

— Хочу, конечно. Но… Разве я способен на это один?..

— Ну, преувеличивать эпическую крутость героя пророчества все же не стоит. От тебя не требуется в одиночку побеждать всю Империю, в этом мы все тебе с радостью поможем. Но думаю, если дело дойдет до боя на мечах и с использованием Силы, то ты вполне сможешь сразить императора на дуэли. Может быть, не сейчас, но еще через год-два обучения и тренировок…

— Сейчас уже поздно, — внезапно прервал наш разговор Отец, обратившись к Скайуокеру. — Этой ночью будьте моими гостями. А завтра — будет испытание. После которого я пойму, Избранный ты или нет. Затем ты и твои друзья будете свободны покинуть наш мир. А сейчас моя Дочь отведет вас в ваши комнаты. Хорошо обдумайте свои судьбы перед завтрашним днем.

Показалось мне или нет, что его взгляд при этом на миг метнулся от Энакина ко мне? Что Отец вообще может знать про меня и мою судьбу?!

Однако этот самый взгляд так строго сверлил нас, что мы не решились задавать вопросы и покорно ушли следом за появившейся Дочерью. Действительно, нам сейчас стоило обдумать многое.

Глава девятнадцатая

'Конечно, я предполагал, что это может случиться, — философски думал я следующим утром, болтаясь в когтях летящего в небесах здоровенного грифона. — С Энакином нас пришло четверо, Селесту он недостаточно хорошо знает, так что пару сакральных жертв надо было выбрать из оставшихся троих. Лазутчик — с высокой вероятностью избрана на роль младшей жертвы-ученицы. А второй — старший друг-учитель, это я или Шара. Пятьдесят процентов вероятности, что выберут меня, а точнее даже несколько более пятидесяти процентов — с учетом разных мелочей… Но все равно приятного в том, что я оказался прав, мало, если не считать удовольствия от самой моей догадливости…'

Дочь пришла в комнату, отведенную мне для отдыха, ранним утром, вскоре после того, как я пробудился от битского транса. Пожелала мне доброго утра, а затем без малейшего предупреждения вдруг обернулась грифоном, сцапала меня своими 'коготками' и вылетела в окно. И вот теперь я висел между небом и землей.

Сделав несколько кругов над башней Отца, грифон направился вниз, к круглой арене, разделенной на черную и белую половины. Откуда-то с другой стороны подлетела гигантская черная летучая мышь, несшая в своих лапах… ну конечно, Лазутчика. Я еще успел на лету ободряюще кивнуть девочке — ее-то происходящее наверняка напугало гораздо больше, чем меня. А затем наши пленители приземлились на противоположных сторонах арены, в центре которой стояли Отец и потрясенный Скайуокер.

— Что это значит?!! — взревел Энакин.

— Это и есть испытание, — хладнокровно ответил Отец. — Я детям приказал убить твоих друзей. Вопрос лишь в том, кого из них спасать решишь ты: друга старшего или юную ученицу.

'Он блефует, — решил я. — Наверное…'

И в самом деле, кто знает, насколько далеко способен зайти этот 'воплощение равновесия' в своих проверках? Что же до самих его 'деток', то, по идее, Дочь, как воплощение светлой стороны, не станет меня убивать, а вот от Сына с его тьмой всего можно ожидать. В результате таких размышлений я просто продолжил молча стоять, удерживаемый лапами Дочери-грифона. Энакин должен был сам пройти свое испытание.

Лазутчик оказалась не столь хладнокровна.

— Не слушайте его, учитель Скайуокер!! — крикнула она, извиваясь в когтях Сына. — В морду ему, в морду ему дайте!!

— Освободи себя выбором! — провозгласил Отец.

— Нет! Ты отпустишь их обоих! — рявкнул в ответ Энакин.

— Лишь ты можешь заставить моих детей их отпустить, — намекнул хранитель равновесия.

И тогда… Внешне мир выглядел так же, но в Силе все переменилось. Ее потоки со всего Мортиса устремились в одну точку — в джедая Скайуокера, который словно превратился в новую ось планеты. Силовое торнадо на миг закрутилось вокруг него, а затем взорвалось, подняв в обычном физическом мире столб пыли, разлетевшейся по арене. Голубое небо внезапно потемнело, ярко вспыхнули звезды, а затем его мгновенно разрисовали непонятные символы. Сама арена засияла, став отражением звездного неба. В центре же всего этого светопреставления стоял Энакин, протянув руки к грифону и летучей мыши. Когти тех одновременно разжались, и мы с Лазутчиком выпали наземь. А затем монстры рухнули рядом с нами, извиваясь, отчаянно пытаясь вырваться из невидимой хватки, вдавливающей их в землю, и постепенно возвращаясь в свой человекоподобный облик. В котором они оказались стоящими на коленях, низко опустив головы.

Секунду спустя сияние погасло, вновь настал день и в голубом небе засветило солнце. Но Сын и Дочь остались стоять на коленях, тяжело дыша — сопротивление явно стоило им больших усилий.

— Итак, теперь тебе известно, кто ты, — спокойно объявил Отец. — Лишь Избранный мог укротить моих детей. А вот и остальные твои друзья.

Из башни на арену уже выбежали Селеста и Шара…

— В таком случае мы можем покинуть ваш 'гостеприимный' мир? — хмуро оглянулся на Отца Скайуокер.

— Прежде ты должен истину понять, — ответил тот. — Вы все, оставьте нас одних. Хотя ты, бит, тоже можешь остаться. Ты ведь знаешь… И я знаю, что ты знаешь…

Подождав пока наши друзья и его собственные дети отойдут и встанут поодаль, Отец продолжил, обращаясь к Энакину:

— Теперь ты чувствуешь свое предназначение? Я — умираю. И заменить меня — ты должен.

— Заменить?.. То есть, стать новым отцом твоим детям и на всю жизнь остаться здесь?.. — тупо произнес джедай. — Но я думал, что предназначение Избранного — уничтожить ситхов!

— Истинная твоя судьба — хранить равновесие Силы. А для этого мое место занять должен ты. Так было предсказано: Избранный придет, чтобы в равновесии хранить моих детей.

— Но я… не могу! — похоже, открывшаяся перспектива ужаснула Энакина. — Я не такой, как вы! Я не могу покинуть своих друзей, свою семью… все, что я знаю…

— Я не могу тебя заставить… — грустно ответил Отец. — Ты должен выбрать сам. Но если ты не займешь предреченное тебе место, и я умру, не оставив наследника — галактика может пасть в хаос и куда более страшные войны и конфликты, чем те, что уже видел ты. Однако все зависит только от тебя.

Скайуокер стоял напротив Отца и молчал, опустив голову. Тянулись секунды. В Силе я чувствовал его ужасную внутреннюю борьбу. Затем словно невидимый механизм с тихим звоном повернул одну из своих шестеренок. Решение было принято.

— Я согласен, — Энакин поднял глаза и взглянул на Отца. — Я… готов остаться здесь и занять ваше место.

— Да, ты сделаешь это, — торжественно кивнул старик. — Но еще не сейчас. Сначала ты должен временно покинуть нас, чтобы одержать победу над императором-ситхом и положить начало восстановлению равновесия Силы в галактике. Только когда совершишь это — готов ты будешь. Я буду ждать тебя. А пока — вы можете оставить Мортис. Ваш корабль ждет вас у входа в мое жилище.

— А не позволите задать вам один вопрос? — набравшись дерзости, обратился я к нему.

— Позволяю, — отозвался целестианец.

— Я полагаю, что есть еще один ситх — Дарт Крайт. Вы можете нам помочь найти его?

— Я не вмешиваюсь в то, что должно совершиться, — покачал головой Отец. — Хотя, по правде говоря, откуда взялся ты, не знаю даже я, но теперь жизнь твоя вплетена в ткань будущего галактики так же, как и у всех остальных разумных. Идите, и да свершится то, что должно.

* * *

— Ты в самом деле решил здесь остаться, Энакин?! — изумленно вопросила Шара, когда мы вновь собрались на борту нашего корабля. — И… как это… работать Отцом?

— Боюсь, у меня нет другого выхода, — ответил Скайуокер. — Я ведь джедай… А судьба всей галактики зависит от этого — я знаю, Отец говорил правду. Так что я должен буду пойти на эту жертву. Кроме того, — проказливо усмехнулся он. — Пока у меня ведь отсрочка — до победы над Палпатином. Конечно, я надеюсь, что эта победа наступит как можно скорее, но все-таки это произойдет не со дня на день. Так что у меня есть еще достаточно времени, чтобы как следует оттянуться напоследок!

— Хорошо. Все заняли свои места? — Шара села в кресло пилота и пристегнулась. — Взлетаем.

Корабль отделился от земли и поднялся в воздух. И в то время, как остальные полагали, что приключение на Мортисе завершено, лишь я знал, что сейчас-то и должна начаться самая трудная и опасная его часть. Если все пойдет, как в оригинале, конечно. Что-то ведь уже серьезно изменилось: Энакин согласился стать преемником Отца. Так что… может быть…

— Покидаете нас так скоро? — спросил мерзкий голос Сына.

Я и не понял, откуда он взялся на корабле, да еще совсем рядом со мной, хотя заранее ожидал его появления. Мало того, в мгновение ока он протянул руку и схватил своими, словно стальными, пальцами за горло… Вовсе не Лазутчика, что, по моим предположениям, должен был сделать — а меня самого!

— Без него вы не улетите! — провозгласил Сын и вылетел в сам собой открывшийся входной люк. Вместе со мной.

Уже в воздухе, прямо в падении, он принял свой облик гигантской летучей мыши и, крепко зажав меня в когтях, полетел прочь от удаляющегося корабля.

'Как же я так просчитался?!' — ужаснулся я.

Глава двадцатая

Умчав меня в свою башню, посадив там в какой-то каземат и приковав кандалами к стене, Сын, казалось, удовлетворился проделанной работой и ушел. Наверное, разбираться с Отцом… А мне оставалось только раздумывать над произошедшим и составить хоть какой-то план (оковы почему-то не снимались с помощью Силы, видимо, этот вариант был предусмотрен). Если бы была похищена Лазутчик, а я остался с остальными, вероятно, я смог бы уговорить Энакина не лезть на рожон, а сначала позвать на помощь Дочь. И, разумеется, ни в коем случае не использовать пресловутый кинжал! Теперь же… Одна была надежда: что мое предварительное предупреждение на эту тему сыграет свою роль и Кинжал Мортиса все же останется не тронутым на своем месте. М-да, единственная надежда. Нет, почти единственная. Была еще надежда, что Сыну не удастся отравить меня темной стороной, как он в оригинале сделал с Асокой Тано, и я не дам себя использовать в его хитром плане по получению Кинжала. Однако это пока было под вопросом, и оставалось ждать Сына в облике маленького пузатого гоблина, чтобы разобраться с этой частью наших взаимно-противоположных планов…

Серый сгорбленный гоблин ростом чуть выше моего колена появился примерно через полчаса моего заключения.

— Привееет, — простонал он. — Еще один всеми брошенный пленник?..

— Меня-то не бросили, — флегматично ответил я, тем временем присматриваясь к нему.

— Смириииись… Помощь никогда не придет… — пробормотал он, подходя ко мне и при этом опираясь на свои длинные руки. — Я провел здесь столько лет, что и не сосчитать… Думаешь, твои друзья придут за тобой?

— Обязательно придут, — откликнулся я, разыгрывая наивность. — Джедаи друг друга не бросают.

— Ах, джедааааиии… Я тоже когда-то думал, что за мной придут друзья… Но здесь нет надежды на освобождение.

Затем, словно в противоречие своим же словам, гоблин повозился с какими-то рычагами на стене, до которых мне было не дотянуться — и мои кандалы раскрылись.

— Спасибо, — душевно поблагодарил я.

— За оковы? Избавиться от них проще всего, — отозвался гоблин. — Гораздо труднее справиться с тем, что здесь…

Плавным движением он явно собирался ткнуть своим пальцем в свою же голову, но не успел — я нанес 'сокамернику' могучий пинок ногой в толстый живот, причем пинок, усиленный Силой. Отлетев к противоположной стене, лжегоблин со всей скорости шмякнулся об нее и свалился на пол, скорчившись от боли.

А затем в мгновение ока раздулся, приняв знакомую форму громилы-Сына.

— Очень хотел сделать это, — признался я. — Благо, ты сам поспешил стать маленьким и слабым. Не таким уж твой план был хитрым.

— Значит, театр мне тут показывал?! — прошипел Сын, поднявшись во весь рост. — Ну сейчас тебе будет цирк!!

Ситхские молнии, слетев с его пальцев, ударили в меня, и я, в свою очередь, отлетел к противоположной стене и как следует об нее приложился, после чего тоже сполз на пол.

— Неужели ты думал, что сможешь бросить мне вызов! — прогрохотало воплощение темной стороны. — Ты — не твой друг Избранный!

Лежа на каменном полу, я ожидал нового потока молний и попытался как-то защититься от них, но внезапно Сын опустил руки.

— Впрочем, ты действительно очень умен, — на его губах змеилась улыбка. — Может быть, мне с самого начала стоило не обманывать, а предложить тебе союз… Я знаю, что ты хочешь уничтожить Дарта Сидиуса и Дарта Крайта. Я помогу тебе сделать это. Выбравшись с Мортиса, мы с тобой с легкостью разберемся с этими ничтожествами. И вернем мир в галактику…

— Все-таки ты сильно недооцениваешь мой ум, — хмыкнул я, осторожно поднимаясь на ноги. — Думаешь, я соглашусь избавиться от двух бешенных собак в обмен на приход бешенного тигра?

— Но мы могли бы править галактикой, уничтожив и ситхов, и джедаев! — взревел Сын. — Я чувствую тьму в тебе. Неужели тебе этого не хочется?!

— Вообще-то нет, нисколько. Видимо, у меня тьма не такая, как у тебя…

— Тогда предлагаю другой вариант, — Сын мрачно нахмурился. — Как насчет того, чтобы увидеть твое будущее? Смотри!

От пола поднялся густой пар, тут же превратившийся в миниатюрные облака, которые стремительно закружились вокруг меня.

— Смотри!! — из облаков проступила лежащая на полу фигура Шары — определенно бездыханной и мертвой, с прожженной в груди дырой. — Это неизбежное будущее, которое настигнет тебя, если все продолжит идти так, как идет сейчас! Так, как предусмотрено проклятым Планом Силы! Но ее можно спасти — если ты согласишься принять мою помощь! Ты же хочешь спасти ее жизнь?! Мы изменим будущее, вместе мы победим Сидиуса и Крайта без лишних жертв! И принесем мир в галактику!

Вот это уже был 'удар ниже пояса'… Шара… Конечно, я ни за что не хотел бы потерять ее. Но все же… Всегда есть то, что важнее личных чувств…

— Нет, нет, нет! — схватившись за виски, замотал я головой. Из-под треснувшего щита битского хладнокровия прорывались живые человеческие чувства. — Нет!! Я не куплюсь на это! Я… не обменяю… будущее галактики… на жизнь одного разумного… Я… должен… позаботиться… о будущем всей галактики!

— А с чего ты взял, что тот, кем ты станешь в скором будущем, принесет галактике пользу?! — прогрохотал Сын. — Одно маленькое уточнение. Ее убьешь ты!

Новое видение: я держу в руке световой меч и, глядя на Шару пустыми холодными глазами, пронзаю клинком ее тело. На лице тогруты видно изумление…

— Ну что, теперь ты понимаешь, что у тебя только один выход: принять мою помощь?! — гремело воплощение темной стороны. — Ты согласен? Иначе ты станешь тем, кого сейчас видел в своем будущем!

— Да я… Да ты… Да пошел ты, знаешь куда!! — злобно отозвался я, чувствуя, как меня накрывает волна горячего и темного гнева, а в кончиках пальцев ощущается жжение зарождающихся молний. — Я тебе не верю!! Ты же — темнее Сидиуса, Крайта и будущего меня, вместе взятых!! Я не приму твою помощь — я знаю, от этого будет только хуже!! Я еще не совсем отупел даже под влиянием темной стороны!!

На моих пальцах затрещали электрические разряды, и я бросил в лицо Сыну поток молний, вкладывая в него свою вырвавшуюся на свободу ярость.

— Хорошооо… — проскрежетал он, выставив вперед ладони и приняв молнии на Щит Силы. — Темная сторона поглощает тебя… Ты много знаешь о других, но есть то, чего ты не знаешь о самом себе…

Я выпустил еще более интенсивный поток молний, погрузившись в темную сторону сильнее, чем когда-либо, даже сильнее, чем когда-то на Дромунд-Каасе. Увы, пробить защиту врага мне по-прежнему не удавалось.

— Пора вернуть Дарта Венамиса! — прошипел Сын.

— Венамис мертв! И никогда не вернется! — крикнул я в ответ.

— Ты так ничего и не понял о собственном теле, — торжествующе ответил мой противник. — Мертва личность, когда-то звавшая себя Венамисом. Но по-прежнему существует тот отпечаток в Силе, та совокупность мидихлориан, которые и есть Венамис! Я вижу тебя странным образом разделенным: часть мидихлориан, несущих твое сознание, все еще существует отдельно от мидихлориан этого тела ситха. Но теперь ты, наконец, станешь единым!!

'И те немногие мидихлорианы, что несут сознание земного человека, растворятся во множестве мидихлориан Дарта Венамиса', - вдруг вспомнились мне слова, когда-то сказанные моим темным двойником.

Что?! Нееееет!!

Силовой Захват крепко сжал мое повисшее в воздухе тело, а затем… мне показалось, что Сила скручивает меня… не мое тело — скручивает мое сознание…

— Что… ты… делаешь… — прохрипел я.

— Дефрагментирую тебя, — ответил Сын. — Наконец-то ты предоставил мне возможность сделать это — когда отдался темной стороне.

'А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!' — завопило мое сознание. Потому что физическое тело уже не могло кричать…

Глава двадцать первая

Туман… Белый туман окружает меня… Что происходит?.. Что со мной?.. Где я?.. Ничего не понимаю…

Но вот туман рассеивается, и из него проступает лицо… Бледное лицо со светящимися красными глазами и пренеприятным выражением…

— Ты меня видишь? — шевелит оно губами и задает вопрос.

— Вижу. И ты мне не нравишься, — почему-то грубо отвечаю я.

Лицо кривится в улыбке, и мне становится видно, что оно принадлежит высоченному типу в черных одеждах, наклонившемуся надо мной. А я сам сижу на полу, привалившись спиной к стене, в каком-то темном помещении.

— По крайней мере, твой характер не изменился… Ты помнишь, как тебя зовут? — задал он новый вопрос.

— Меня зовут… — начал я и осекся. — Меня… Зовут…

И затем имя выплыло из тумана, который все еще окружал мое сознание.

— Венамис. Меня зовут Венамис.

— Мое имя — Сын, — сказал бледный и, подав мне руку, помог встать. — Я — твой друг. Ты не помнишь этого?

— Нет… — я попытался вспомнить что-нибудь о новообретенном друге, но не смог. Туман в памяти не рассеивался. — Что со мной случилось?

— Джедаи, эти приверженцы светлой стороны Силы, преследуют нас. Они атаковали тебя и, похоже, сумели повредить твой разум, желая тебя околдовать, чтобы ты считал себя одним из них. К счастью, я вовремя им помешал и сумел тебя спасти.

— Джедаи… Светлая сторона Силы… — задумчиво пробормотал я. — Мне не нравятся эти слова, то, как они звучат…

— Естественно, ведь они наши смертельные враги. Ты помнишь, какова наша цель?

— Нет. Я ничего не помню.

— Мы должны выбраться с этой планеты, чтобы сокрушить всех джедаев и ситхов галактики! После этого под нашим мудрым правлением галактика познает долгожданный мир и покой.

— Хорошая цель. Мне она нравится, — кивнул я.

— Тихо! — Сын к чему-то прислушался. — Они приближаются. Настал момент принять бой! Но запомни: джедаи всегда лгут. Они пытались внушить тебе, что они твои друзья, и, хотя не смогли околдовать тебя, наверняка они и сейчас продолжат разыгрывать эту комедию, говоря тебе, что ты один из них, их друг и товарищ или еще что-то подобное. Не слушай их и не верь ни единому их слову — все это уловка, чтобы разоружить и убить тебя! И главное — добудь Кинжал.

— Какой кинжал?

— Кинжал, который они принесут с собой. Если мы завладеем им, победа будет в наших руках. Возьми свой меч. Включи его.

Из рукояти, которую мне передал Сын, вырвался световой клинок синего цвета. На мгновение у меня мелькнула мысль, что что-то здесь не так. Но не было времени раздумывать — враги уже подходили, и пора было отправляться им навстречу.

Выйдя из мрачно выглядящей башни, которую я оглядел лишь мельком (мы здесь живем, что ли?), мы не успели отойти от входа и на несколько шагов, как представители светлой стороны действительно появились неподалеку. Впереди грациозно шагала высокая зеленоволосая и немного светящаяся женщина в белом, за ней спешили крепкий на вид парень, девчонка лет двенадцати, женщина с длинной черной косой и еще одна, красная, с полосатыми хвостиками на голове…

— Тал! — крикнула она кому-то за моей спиной. — Мы идем на помощь!

Я на всякий случай оглянулся в поисках этого Тала, но никого не обнаружил — видимо, это была очередная хитрая уловка, чтобы меня отвлечь. Не дожидаясь следующих, я атаковал первым — одним прыжком преодолел расстояние между собой и джедаями и попытался с ходу разрубить напополам парня, которого счел наиболее опасным из всех. Но в последний момент у него в руках зажегся синий клинок, который и отбил мой удар. Одновременно с этим Сын выпустил из рук сноп молний по зеленоволосой даме, которая ловко отразила их голыми руками.

— Тал, ты что?! — крикнул мой противник. — Осторожно, он явно не в себе!

Не обращая внимания на его слова, я продолжал наступать, нанося сильные рубящие удары. Однако противник всякий раз отражал их или достаточно легко уклонялся. С некоторым опозданием я начал понимать, что, пожалуй, выбрал себе соперника не по силам…

Джедайка с косой попыталась было атаковать Сына, но тот отшвырнул ее в сторону одним движением руки, даже не прерывая дуэли со светящейся дылдой. Девчонка-джедай стояла, как вкопанная, активировав меч, но явно не зная, что делать.

— Осторожно! Не убейте друг друга! — вопила бегающая рядом красно-полосатая девица, у которой вообще не было меча.

— И не собираюсь, — с этими словами парень стремительно подпрыгнул и…

Я успел заметить его летящий мне в лоб каблук, а вот увернуться уже не успел. Падая на спину, перевел падение в сальто назад, снова вскочил на ноги, но было поздно — мощным ударом он выбил у меня из руки меч и прежде, чем я успел снова подхватить его Силой, сам перехватил рукоять и скрестил два клинка у моей шеи.

— Сдавайся, Тал! Я не собираюсь тебя убивать!

— Меня зовут Венамис, — поправил я, тем временем лихорадочно соображая, как вывернуться из сложившейся ситуации. — Кстати, я нахожу странным, что ты не воспользовался Кинжалом, чтобы решить исход битвы в вашу пользу…

— Ты же сам велел его не трогать! — с удивлением отозвалась красная-полосатая девица. — Вот мы и не трогали. Ой, ты же снова на темной стороне! Бедный, ты даже память потерял?! Снова зовешь себя Венамисом?

— Чтооо?!! — забыв о своей противнице, Сын повернулся к нам. — Вы… Не взяли с собой Кинжал Мортиса?!

— Не взяли, — подтвердил джедай, пленивший меня.

— Тогда какого… ситха я тут представление разыгрываю!! — взревел Сын. И повернулся ко мне. — Это все ты! Опять все испортил, сорвал весь план!! Они должны были принести Кинжал, рассчитывая убить им меня! И тогда я завладел бы им!

— Вот поэтому мы его и не принесли, — ехидно ответила красная-полосатая. — Потому что Тал заранее знал, что ты так решишь сделать, и заранее предупредил нас Кинжал не брать. Он у нас такой умный и предусмотрительный — не тебе чета! Нет!!

Поток молний, выпущенных Сыном, сшиб меня с ног и бросил на землю. Однако в следующий момент он сам полетел вверх тормашками, пропустив телекинетический удар от светящейся леди…

— Ты же говорил, что мы друзья… — пробормотал я, совсем перестав что-либо понимать. — Что я сделал?.. И вообще, кто я, в конце концов?!!

— Хватит!! — громогласно возопил спускающийся с небес на крыльях старик с длинной седой бородой.

Сын попытался было запустить молниями и в него, но победивший меня джедай просто вытянул руку — и громила распластался по земле, не в силах пошевелиться.

— Проклятый Избранный… — проскрежетал он.

— Придержи пока моего сына, Избранный, — гулко проговорил старик. — А я помогу вашему другу.

Подойдя ко мне, он некоторое время всматривался мне в глаза…

— Мой сын объединил все твои мидихлорианы в единое целое, стерев границу между телом Венамиса и твоим сознанием, и я не могу разделить это снова, не повредив твой разум, — объявил, наконец, старец. — Но я могу вернуть тебе всю потерянную тобой память твоего сознания.

С этими словами он коснулся моего лба пальцем и…

— О-о-ох-х-х… — простонал я, вновь осознав себя самим собой и на своем месте. — Вот теперь я, кажется, снова в порядке… Или нет, не совсем! Почему я по-прежнему уверен, что меня зовут Венамисом?! Ситх! Я же позабыл все остальные свои имена, которые носил в жизни… в жизнях!! Не могу их вспомнить! Шара, как меня зовут… звали… под каким именем ты меня знаешь?!

— Ну, в последние десятилетия ты обычно пользовался именем Тал Оноро, — неуверенно протянула тогрута.

— Тал Оноро… Нет, это имя мне ни о чем не говорит. Я все равно чувствую себя Венамисом, а не каким-то Талом!

— Последствия завершения слияния мидихлориан сознания и тела, — мрачно прокомментировал Отец. — Отныне Венамис — твое истинное имя, и с этим ничего не поделаешь.

— Ситхова порча! Черные кости императора! Звезды и планеты! — чересчур эмоционально для бита принялся твердить я. Ох, похоже, проделанная надо мной Сыном операция не прошла даром.

— Довольно, — оборвал меня Отец. — Суть твоя — вовсе не в каком-либо имени, и оно не помешает тебе жить так, как ты захочешь. А сейчас вам нужно немедленно улетать, пока не случилось чего-либо еще, не предусмотренного планом Силы. Я и моя дочь усмирим и сдержим моего сына, чтобы он не помешал вам на этот раз. Возвращайтесь на свой корабль — и улетайте! Когда придет час Избранному вернуться к нам — я призову его вновь.

— Постойте! Можно еще один вопрос? Ваш сын показал мне видение будущего — оно действительно сбудется?! — поспешил спросить я.

— Ты знаешь… Это зависит только от тебя, — отрезал Отец. — А теперь вам действительно пора.

Уходя по направлению к нашему кораблю и иногда оглядываясь, мы первое время продолжали видеть лежащего на земле и отчаянно брыкавшегося Сына, над которым склонились удерживающие его Силой Дочь и Отец…

Глава двадцать вторая

'Нечего сказать, весело… — уныло обдумывал я сложившееся положение, пока наш корабль, покинувший монолит Мортиса, прежним курсом двигался к Корусканту — как выяснилось, во внешнем мире, пока мы были внутри монолита, не прошло и секунды. — Что все-таки этот урод-Сын со мной проделал?..'

Если ему верить, то получается, что с момента моего… кхм… попадания сюда, все мидихлорианы моего нового тела не были объединены в одно целое, несмотря на то, что находились в одном организме: часть из них, на которой и было записано мое сознание, составляла отдельную единицу, а все остальное — то, что я 'получил в наследство' от бита-Венамиса, моим сознанием управлялось, но… не объединялось с ним. А теперь, разрушив разделяющий эти две части мидихлориан барьер, Сын обеспечил соединение… 'меня' в одно целое. Но при этом я 'вернул' себе имя 'Венамис' — видимо, оно принадлежало этому телу или, как там объявил Сын, этой сумме мидихлориан, слишком долго, куда дольше, чем я носил все прочие свои имена… М-да… и теперь и мне придется его носить, благо из-за делишек Сына именно это имя я теперь считаю своим! Тьфу, как все запутанно.

Вдобавок еще эти видения будущего, которыми он меня напичкал… Понятно, что они меня беспокоили и беспокоили серьезно! С какой стати мне в неведомом будущем убивать Шару?! С другой стороны, как раз подобные происшествия в этой галактике временами происходили — когда предвидение будущего заставляло кого-нибудь лезть на рожон, чтобы его изменить, а в итоге… как раз к этому будущему попытки избежать его и приводили… Так что, разумеется, я сейчас с удовольствием отослал бы и спрятал Шару куда-нибудь в безопасное место, куда подальше, только вот, во-первых, некуда — мы и так укрылись от Империи в самом безопасном месте галактики, а во-вторых… ну, рассуждая логически, если это мне как-то и почему-то суждено ее убить, то и спрятать ее надо, в первую очередь, от самого себя — то есть, так, чтобы и самому не знать, где она… иначе — не поможет, все равно ведь найду, если сам буду прятать!

— А с чего ты взял, что можешь убить Шару только потому, что сам станешь каким-то там 'плохим'? — мой темный двойник материализовался из воздуха напротив меня. — Может быть, это как раз она натворит что-то столь ужасное, что тебе придется…

— Ты бредишь, — грубо отозвался я. — Чтобы Шара… Это невозможно.

— Просто предлагаю учесть все варианты.

— Кстати, — спохватился я. — Почему ты опять появился? Я думал, что после моей… дефрагментации это раздвоение прекратится. Ведь от Венамиса, как понимаю, больше ничего не осталось, теперь есть только я.

— Ты ничего не понял… — вздохнул двойник. — Я никогда не был частью Венамиса. Я всегда был частью тебя. От прежнего Венамиса действительно больше ничего не осталось. К нашему с тобой счастью — зачем нам еще одна личность в одном теле? Но ты… точнее, мы с тобой… поглотили его способности и довольно значительную часть других особенностей — в частности, ты теперь принял его имя. Все это мелочи, конечно. Но они помогут тебе лучше понять и принять темную сторону.

— Не обольщайся. У меня нет ни малейшего желания ее принимать.

— Это пока, — со значением пробормотал двойник. — Но придет время, когда ты поймешь, что это не просто твоя судьба, а что это — правильно.

— Тал?.. — дверь открылась и в каюту заглянула Шара. — Ой, то есть… Венамис. Мне показалось, что ты с кем-то разговаривал…

— Это я сам с собой, не обращай внимания, — я покосился на то место, где только что находился двойник, но его там уже не было. Впрочем, я и не был уверен, что его сможет увидеть еще кто-то кроме меня. — Но я еще не сошел с ума, ты не думай.

— Я и не думаю, — наивно (но как мне показалось — несколько наигранно) захлопала ресницами тогрута. — С чего бы это тебе сходить с ума…

— Хотя, конечно, ничего удивительного и не было бы, если бы я слегка поехал крышей после всех этих экспериментов надо мной, — 'обнадежил' я ее. — Но пока у меня все под контролем. Мне еще рано выходить из игры, еще надо одолеть Палпатина… и Дарта Крайта… а может быть, и йуужань-вонгов в придачу. Так что дел у меня полно. Мы скоро подлетим к Корусканту?

— Должны через четыре часа.

— Хорошо. Я пока посижу в трансе, отдохну. Разбуди меня, когда прилетим.

— Угу, тебе надо отдохнуть, — поддакнула Шара, выходя и закрывая за собой дверь.

— Пусть я Венамис, но не Дарт, — пробормотал я, отключаясь.

* * *

А четыре часа спустя я встречал корускантский день уже отдохнувшим, собранным и полностью готовым к решению новых проблем, временно задвинув старые в дальний угол мозга. Нашей задачей было отыскать местных джедаев, и я намеревался ее выполнить.

Прочая же наша команда, может, и была несколько сбита с толку всеми приключениями на Мортисе и неожиданной сменой моего имени, но тоже вполне пришла в себя и не собиралась подводить Орден. Так что… можно сказать, что мы все были полностью готовы к исполнению задания.

Направив корабль в одну из забитых транспортом радиальных линий, ведущих к поверхности планеты, мы легко затерялись среди множества постоянно маневрирующих кораблей, а затем так же легко скрылись среди линий движения в атмосфере. Нашей целью был район Корусканта под неофициальным названием Оранжевый сектор. Как рассказывали, такое название произошло от того, что здешние жители с упорством, достойным лучшего применения, постоянно заменяли стандартные белые стержни уличных светильников на оранжевые. Возможно, таким путем они хотели добиться какой-то полуофициальной независимости (реально законы Корусканта и так не слишком-то хорошо там соблюдались) или протестовали против власти Сената… Во всяком случае, сколько бы эта самая власть ни организовывала замену стержней на стандартные, жители всегда снова ставили оранжевые. Сенат в этом противостоянии сдался первым, плюнув на заведенный порядок и позволив сектору быть Оранжевым, раз его жителям так хотелось…

Мы приземлились в ангаре на окраине сектора, имевшем перед официальными космодромами то преимущество, что здесь никто ничего и никого не проверял и вообще все усиленно не обращали внимания на то, кто и куда прилетает или улетает. Еще одно удобство столичной планеты! А оставив корабль, наша команда спустилась на нужный уровень и пошла вглубь Оранжевого…

Это еще не были 'те самые' нижние уровни планеты-города, однако от сверкающих башен 'верхнего' Корусканта уже и они отличались словно другая планета — все местное население ютилось в очень маленьких кубиках-комнатках, многие тысячи которых заполняли здешние уровни небоскребов. Солнца здесь не видели никогда — лишь оранжевый свет местных ламп.

— Старый добрый милый нижний Корускант, — вздохнула Шара, пока мы проталкивались через толпу разнообразных существ, которые все куда-то спешили — не то по делам, не то наоборот, чтобы отвлечься от своих обычных вечных скучных дел… — Мне кажется, он никогда не меняется.

— Представь себе, у меня точно такое же ощущение, — тут же откликнулась ей Селеста. — А у меня ведь опыта на четыре тысячи лет больше!

Мы прошли мимо огромных штабелей из блоков спресованного мусора и вышли в менее людный переулок. Точнее, здесь вообще почти не было видно разумных.

— Бандитская аллея, — прочитал Энакин написанное на стене светящейся краской название. — Многообещающее название… Нам точно сюда?

— Полагаю, что именно так, — ответил я. — Смотрите в оба. Нам нужно одно конкретное заведение… А вот и оно. Если нам повезет, то здесь Сопротивление найдет себе друзей и помощь…

Над дверью мрачного вида кантины висел не менее мрачный лазерный светильник в виде красного шара с маленькими мигающими лучиками вокруг него. Напоминающий заходящее кроваво-красное солнце…

Не спеша подойдя к двери, я постучал. Никто не отозвался и не открыл дверь. Тогда, решив, что надо быть активнее, я несколько раз изо всех сил грохнул по ней кулаком. На этот раз дверь открылась даже слишком стремительно — так что я едва успел отскочить.

— Полегче, друг, — миролюбиво обратился я к высунувшемуся наружу зверообразному охраннику с огромными клыками. — Можно было подумать, что ты хотел этой дверью вышибить мне мозги. Но ты ведь совсем не хотел такого, верно?

— Проваливайте! — одним словом ответил клыкастый.

— Мы ищем кое-кого, — сделал я вторую попытку.

— Вон отсюда! — рявкнул зверообразный (я так и не смог определить, к какой расе он относится — просто не помнил такую). — Это частный клуб!

— Ну, разумеется, частный, — согласился я. — Мы как раз и хотим поговорить с владельцем этой частной собственности. Может статься, что у нас есть для него выгодное предложение…

— То есть у вас найдутся кредитки? — за спиной громилы-охранника возник подозрительного вида гуманоид.

— Да. То есть нет! — поспешно исправился я, заметив весьма подозрительный блеск в глазах собеседника.

— А мы проверим, — ответил тот. — Хватайте их ребята! Что-то они очень настырные.

Из дверей кантины тут же вырвалась толпа разумных самого бандитского вида и вмиг окружила нас.

— Ну да, именно так все и должно было быть, — пробормотал я. — Тогда я скажу прямо: нам нужен Декстер Джеттстер.

— Вот теперь вы точно не уйдете отсюда, — грозно пообещал гуманоид.

Его банда молча достала отовсюду кучу оружия и наставила на нас.

— А это вы видали?! — Энакин активировал свой световой меч.

Бандиты переглянулись, вдруг растеряв свою решительность…

— Ага, знаете, что это такое, да? — помахивая мечом, прибавил Скайуокер. — Ну так что же, поговорим или…

— Оу, джедай! — наконец-то из кантины вышел четырехрукий бесалиск. — Спрячьте бластеры, ребята. И ты тоже лучше убери меч, парень. Неровен час, кто из соседей заметит. Тут, конечно, никто не любит Империю, но мало ли… Так зачем вы искали меня, Декстера Джеттстера?

* * *

— Знакомьтесь, Декстер Джеттстер, друг джедаев, — сообщил я остальным, когда мы с Дексом устроились за одним из столиков кантины. Затем представил бесалиску себя и своих товарищей.

— Для друга джедаев очень уж у вас бандитская компания, — неприязненно сообщила Селеста.

Декстер гулко расхохотался:

— Ха-ха, и вы тоже в это поверили?

— Ну… они были очень убедительны, — смущенно ответила Тень Завета.

— На самом деле здесь все вполне приличные разумные, — ухмыльнулся бесалиск. — Были такими до имперской охоты, во всяком случае. На Бандитской аллее, если хочешь, чтобы к тебе не приставали, лучший способ — это увешаться оружием и принять грозный вид! Вот, например, Китц Фриили, тот, что грозил, что вы не уйдете отсюда — на самом деле он журналист. Который задавал неудобные вопросы, вроде того, зачем это канцлеру Палпатину все больше власти. Ботан Эрион — был разведчиком, одним из лучших агентов Республики. Да вот только однажды узнал что-то, чего не следовало знать! А эта женщина — Рия Талуон, бывший сенатор от Агридорна. Приговорена к смерти за то что не сошлась во мнениях с императором. Вон тот свивренианец тоже работал в Сенате, помощником сенатора — его начальника посадили в тюрьму, ну и его обвинили в соучастии в заговоре и все такое. А вот у нас и офицер Республиканской армии — из тех, которые не клоны. Все мы стерли любые данные о себе из архивов Корусканта, так что официально нас теперь, вроде как, и не существует. У меня сохранились кое-какие связи для этого, могу свести с нужными людьми… И поселились здесь, в Оранжевом секторе, добраться до которого у Империи пока руки коротки. Ну а вы — так по какому делу к нам?

— Мы ищем других джедаев, — пояснил я. — Говорят, что недавно они появились на Корусканте.

— Хм… — Декстер погладил свой подбородок одной из четырех рук. — Полагаю, да. Я знаю, как минимум, о двоих. Одна женщина-джедай приходила ко мне, не назвав своего имени. Она планировала спуститься на самые нижние уровни, чтобы обосноваться там. И еще… на три уровня ниже Оранжевого сектора замечали подозрительно прыгучую личность — легко прыгает с крыши на крышу и совершает тому подобные трюки. Кто бы это еще мог быть, кроме скрывающегося джедая? За тем уровнем не ведется практически никакого наблюдения и там тоже удобно было бы скрыться.

— Отлично. Вот с него и начнем, — решил я.

— Постойте, — предупредил Декстер. — Я еще не закончил. Дело в том, что через некоторое время после ухода той джедайки мне пришло сообщение от нее: мол, если нужна будет помощь — ищи Солис. Но что это за Солис — не знает никто здесь.

— Значит займемся и Солис, — было мое решение. — Но сперва найдем этого вашего прыгуна.

Глава двадцать третья

— Ну, вот здесь он и был замечен нашими, — указал пошедший с нами Китц Фриили на окно одной из местных квартир. — Думаю, он тут живет.

— Если вы так думаете, то и имперцы могут так думать, — пробормотал я. — Не нравится мне это: если джедай здесь решил поселиться, а имперцы до сих пор на него не напали, то это может значить, что они ждут, не свяжется ли он с кем-то еще.

— Поблизости давно уже не замечали имперцев, — возразил журналист.

— Это не значит, что тут не шныряют их агенты. Сделаем так. Селеста, ты пойдешь туда и попробуешь наладить с ним контакт. Если это западня, то имперцы себя раскроют, а мы придем тебе на выручку.

— Очень… хитрый план, — мрачно ответила Морн. — Хорошо, я иду.

С этими словами она подпрыгнула вверх на добрый десяток метров и влетела в открытое окно кубика-квартиры на одном этаже с предполагаемым убежищем джедая. Несколько минут все было тихо…

А затем из-за поворота стремительно вылетел грузовой спидер, из которого на ходу посыпались штурмовики, тут же кинувшиеся в подъезд дома. Тот самый, где должны были находиться Селеста с другим джедаем…

— Ну вот, ловушка, как и думал, — мрачно прокомментировал я. — И почему я не могу почаще ошибаться в таких случаях?.. В атаку!

Скомандовав так, я первым делом достал из сумки несколько запасенных термальных детонаторов, одновременно активировал их все Силой и метнул в спидер. Мгновение спустя внутри него полыхнуло пламя, громыхнул взрыв, и от машины остался лишь пылающий остов. А мы кинулись по следам отряда штурмовиков — в здание… И ворвались в коридор как раз, когда бой там уже шел во всю. Штурмовики поливали бластерным огнем Селесту и еще одного непонятного джедая, закутавшегося в плащ с ног до головы, те отбивали выстрелы назад, однако понемногу отступали. Наше появление переменило ситуацию: с ходу врезавшись в растерявшихся от неожиданной атаки с тыла штурмовиков, мы с Энакином принялись рубить их одного за другим. Селеста и незнакомый джедай также устремились в атаку на окруженных врагов, и вскоре совместными усилиями мы выкосили всех имперцев. Лазутчику и Китцу даже никого не досталось…

— Вы не думайте, я вовсе не темный джедай, — поспешил я сообщить нашему новому знакомому, едва битва закончилась. — Это была моя работа под прикрытием, на магистра Йоду.

Джедай в плаще ничего не ответил и только молча дернул головой в сторону окна — мол, пора уходить. И побежал вперед. Нам оставалось только кинуться следом. Бегом — в окно — потом по соседней крыше — потом через заброшенную шахту лифта — потом через служебные уровни… пока мы не вылезли через вентиляционный ход на совсем другую улицу.

— Рай-Гоул, — только тогда счел нужным представиться джедай, откинув капюшон, под которым оказались белые волосы и хромово-желтые глаза.

— А мы вас искали, — сообщил я, когда все назвали свои имена. — Но предлагаю продолжить разговор в более безопасном месте. Там мы вам все объясним.

* * *

Рай-Гоул оказался просто образцом молчаливого джедая. Выслушивая все, что мы ему сообщили, он лишь изредка кивал в ответ и совсем уж редко коротко и односложно отвечал. Но отправиться с нами на базу джедаев согласился. Как и пойти на поиски Солис перед этим.

— Про Солис ходят слухи, много слухов, но ничего более, — сообщил Декстер Джеттстер. — Будто бы это тайное убежище. Его невозможно найти, но все же многие как-то находят дорогу туда… Так говорят. По одной версии Солис — это единственное место на Корусканте, избежавшее застройки, и там до сих пор деревья и озера, а над ним — ничем не закрытое небо…

— Полный бред, — прокомментировала Шара. — На Корусканте нет и не было таких мест. Как местные жители вообще могут верить в такое?!

— Некоторые местные жители всю жизнь не выходят за пределы своего сектора и уровня, — пояснил Декстер. — Есть и другая версия легенды о Солисе: Солис — это выстроенный столетия назад на планетарной коре прекрасный город дворцов и башен, где всем рады, где все любимы и свободны…

— Еще не легче! — прыснула тогрута.

— Во всяком случае, все сходятся в том, что искать Солис следует очень глубоко — под всеми постройками, на самой планетарной коре или даже внутри нее, — закончил бесалиск.

— Значит отправляемся в кору? — перевела на меня взгляд Шара.

— Думаю, да, это лучший выход, — согласился я. — Только мы пойдем туда не с пустыми руками. Декс, твои ребята могут нам помочь разгрузить наш корабль?

— А что у вас там за груз?

— Самый нужный на нижних уровнях, — заверил я. — Пара ящиков термальных гранат и несколько ящиков модифицированных мандалорских тяжелых автоматических бластеров, а также легких автоматических бластеров Т-21…

— И вы прибыли сюда с таким арсеналом? — удивился Декстер. Впрочем, не очень сильно удивился. — Хотя внизу он действительно может пригодиться. Но не слишком ли много — несколько ящиков автоматических бластеров?

— Это на случай столкновения с имперской армией. С обычными бандами нижних уровней мы бы и так справились, — пояснил я. — Но есть у меня подозрение, что Солис будем искать не мы одни.

— Хм-м… Разгрузить эти нужные вещи мы, конечно, вам поможем. И мои ребята намерены отправиться на поиски таинственного града-Солиса вместе с вами. Все, кроме меня — я лично останусь здесь и буду ждать от вас новостей, — ответил бесалиск. — Простите, но я уже не в столь хорошей форме, как когда-то, хо-хо.

* * *

Вот так и получилось, что день спустя мы отправились на нижние уровни на довольно большом спидере, полученном от Декса, с большим грузом вооружения и в большой компании: кроме Рай-Гоула с нами пошли и все 'Исчезнувшие', как себя называли друзья Декстера. Если Солис был надежным убежищем от Империи, то найти его было интересно всем, я же считал, что именно внизу мы отыщем скрывшуюся джедайку Фай-Тор-Анну.

Осторожно лавируя, наш спидер спускался все ниже в глубочайший каньон между зданиями-небоскребами. Если поначалу опасаться стоило местного движения транспорта — здесь никто не соблюдал никаких правил, потому что никто не следил за их соблюдением, как наверху — то еще глубже движение вообще отсутствовало, зато на пути то и дело возникали свисающие со стен заброшенных домов древние поломанные сенсорные системы, разваливающиеся посадочные платформы и прочие сооружения, неизвестно кем и когда выстроенные. Наконец, и сам каньон распался на множество щелей, самая глубокая из которых и привела нас к планетарной коре. Здесь обнаружилась последняя посадочная платформа, где мы и высадились.

— Невероятно! — воскликнула Лазутчик, присмотревшись к окружающим нас на этом уровне зданиям. — Они же каменные!

Да, здешнее строительство явно шло еще во времена, когда не было дюракрита и ферокрита. И должен сказать, что выглядели местные стены куда красивее, чем у стандартных зданий выше — подумать только, когда-то их украшали искусной и затейливой резьбой! Однако позже стены разрушались и неоднократно укреплялись более современными дюрастиловыми балками и опорами — ведь на них держались все более высокие уровни! Вот такая смесь древних стен и поддерживающих их современных опор и скреп и предстала нашим глазам…

— Разгружаемся, — скомандовал я, когда все вдоволь насмотрелись на местные чудеса архитектуры. — Дальше только пешком. Не волнуйтесь, в каждый ящик встроен репульсор, так что нести их будет легко. Все предусмотрено.

— Ой, чует моя Сила, что ты знаешь что-то о том, что нас ждет впереди, и это что-то нам явно не понравится, — с подозрением пробормотала Селеста, взваливая на плечи ящик гранат. — Зачем еще тащить с собой целый оружейный склад…

Я снисходительно промолчал, не отвечая ни 'да', ни 'нет'. Хотя сам был уверен в том, что битва нам в недалеком будущем предстоит, и серьезная.

— Только прежде, чем уйти, установим вокруг спидера небольшое минное поле, — добавил я еще одно указание. — Чтобы местные его не угнали или просто не разобрали на запчасти. От них всего можно ожидать.

И вот, оставив окруженный минами спидер, наш караван с оружием включил фонари и двинулся вглубь самого нижнего уровня Корусканта из всех существующих. Извилистые, узкие и темные коридоры-улицы лишь местами освещались неизвестно кем поставленными светильниками — единственными пока признаками, что поблизости есть кто-то живой. Как объяснил нам журналист Китц, в этих местах с незапамятных времен не было никаких централизованных систем подачи — ни энергии, ни воды, ни света, вместо этого каждое мелкое поселение, из которых состояло здешнее сообщество корускантцев, предпочитало держать собственные генераторы и системы жизнеобеспечения. Эти нижние уровни всегда жили по своим собственным неписанным законам, силы правопорядка с поверхности сюда никогда не спускались, и местные жители создавали собственные патрули для защиты своих жилищ. Тут живут два типа разумных: первые — кому больше некуда или нет возможности уйти, и вторые — которые живут за счет первых, обворовывая, грабя, а то и вовсе поедая их…

При Республике Сенат еще принимал хоть какие-то меры, чтобы помочь нижним уровням: вниз спускались команды дроидов для хотя бы минимально необходимого ремонта, существовали даже бесплатные медицинские центры для местных бедняков. Но Империя плюнула на 'нижних' окончательно, предоставив их собственной судьбе.

Полы коридоров пронизывали трещины, а то и крупные темные провалы, ведущие… неизвестно куда… куда-то еще глубже вниз. Местами в них замечалось шевеление чего-то живого и большого, но явно неразумного и враждебного — дюракритовые слизни, как пояснил Китц, всегда готовые сожрать любого, кто попадет им в зубы — тут с давних пор образовалась собственная экосистема, прямо внутри техногенной оболочки планеты.

— Почему мы до сих пор никого не встретили? — поинтересовался Энакин час пути спустя.

— Шутишь? — усмехнулась Шара. — Уверена, что за нами давно наблюдают — жители каждого поселения, территорию которого мы пересекаем. Вот только наша команда выглядит настолько опасно, что все предпочитают пропускать нас и не связываться. И это хорошо, потому что, если найдутся те, кто с такими, как мы, захочет связаться — это явно будут не менее опасные ребята, чем мы сами. Или очень глупые… Что тоже сделает их не менее опасными…

И — как в воду глядела. Не прошло и десяти минут после этого разговора, как из одного из ответвлений коридора с улюлюканьем выбежала толпа мордоворотов. И это даже не было фигурой речи — морды у всех членов этой шайки действительно выглядели так, словно их неоднократно ломали, а потом кое-как сшивали снова! Паля в нас из бластеров, пулевых пистолетов, дротикометателей и вообще непонятно какого кустарного оружия, уроды явно собирались смести нас за счет своей численности и натиска. Но… не на таких напали — пять световых мечей и десяток бластеров тут же объяснили им, что добычу лучше искать в другом месте, желательно как можно дальше отсюда. Где-то с минуту коридор расчеркивали линии бластерного огня, затем банда отступила, оставив с десяток трупов. У нас потерь не было — джедаи хорошо защищали остальных своими клинками, да и стрелки под их защитой могли палить по врагу куда увереннее.

После этой схватки нас больше никто не беспокоил — если здесь и были еще любители легкой поживы, то они поняли, что мы явно не относимся к таковой. Еще минут двадцать относительно спокойного путешествия — и мы вышли из коридора в довольно широкое помещение с высоким потолком, в одной из стен которого обнаружились две древние каменные колонны, а между ними дверь с еле светящейся и мигающей вывеской 'Кантина Дно'.

— Ничего себе, здесь есть кантины! — изумился Энакин.

— Думаю, сюда следует зайти, — решил я.

Никто не был против — всем было любопытно, что это за кантина такая на самом 'дне' Корусканта.

Первым, кто встретил нас за дверью, оказался огромный гаргойлес, неприветливо глянувший в нашу сторону.

— Не беспокойтесь, домашний, — пояснил сидящий за обшарпанным столом маленький человечек. — Хотя, если будете себя плохо вести, разорвет не хуже дикого… Сегодня у нас всего одна свободная комната, так что придется вам как-нибудь потесниться. За полотенца и воду — дополнительная плата.

— За воду?! — возмутился Скайуокер.

— Здесь у нас некоторые сложности с водой, если вы не заметили. Оплата только наличными. Впрочем, можете расплатиться и вещами. Ваши паспортные данные меня не интересуют, все равно они у всех здесь фальшивые…

— Не беспокойтесь, нам бы только слегка передохнуть с дороги и пообедать, — вежливо ответил я.

Человек молча кивнул в направлении второй двери.

Внутрь мы зашли с опаской, ожидая невесть чего… однако кантина 'Дно' выглядела ненамного хуже некоторых заведений с более высоких уровней… из тех, что имели славу мест сборища галактического отребья, конечно. Полумрак, куча мрачного вида посетителей у стойки и за столиками, демонстративно разложенное повсюду оружие…

— А теперь присядем, закажем что-нибудь, а заодно поговорим с местными жителями, — посоветовал я. И направился к стойке.

— Солис? — переспросил бармен в ответ на мой вопрос. — Как же, это где-то поблизости. Вот только почти никто не знает, где именно. Почти… Вам повезло. Вон, видите того посетителя в шлеме?..

За одним из столиков действительно сидел некто в глухом шлеме, за которым было не разглядеть лица.

— Он частенько здесь бывает. Зовет себя Проводник. Говорит, что он — единственный, кто был в Солисе и вернулся. Хотя, может, и врет. Во всяком случае, он может отвести к Солису тех, кому очень хочется туда попасть. Но… — бармен сделал паузу. — Единственное, что я точно могу сказать — это то, что никто из тех, кто с ним ушел — не вернулся. Одни говорят, что в Солисе так хорошо, что только дурак вернется оттуда сюда. Другие — что всех, кого Проводник уводил туда, он просто где-то прикопал по-тихому, забрав их пожитки. А как на самом деле — кто знает? Во всяком случае, мне хорошо и здесь.

— Поистине подозрительная личность, — сделала вывод Селеста, когда я пересказал остальным разговор с барменом. — Догадываюсь: ты считаешь, что нам стоит пойти с этим Проводником?

— Да, именно так я и считаю, — согласно кивнул я. — Все равно больше никто тут не знает пути к Солису.

— Только не говори, что именно этого Проводника ты и искал с самого начала, — с подозрением глянул на меня Энакин.

— Хорошо, не скажу.

— Выбор у нас действительно небогатый, — подал голос Китц Фриили от имени Исчезнувших. — Сами мы можем искать тут Солис хоть целую вечность и ничего не найти. Если есть вероятность, что Проводник знает туда дорогу, то я тоже думаю, что стоит пойти с ним.

— Ну вот и договорились, — кивнул я. — Доедаем обед и пойдем к нему.

Когда мы окружили разумного в глухом шлеме со всех сторон, тот и ухом не повел, продолжая спокойно сидеть за своим столиком. А когда он услышал нашу просьбу…

— Конечно, я отведу вас к Солису, — согласился Проводник. — Я один знаю туда дорогу. Разумеется, отведу не за просто так. У вас ведь найдется, чем расплатиться со мной?

— Немного кое-чего найдется… — туманно ответил я.

— Вот и отлично. Берите с собой это ваше кое-чего и отправляемся.

* * *

Путь к Солису начался с глубокого провала в одном из коридоров, куда мы спустились следом за Проводником. На дне обнаружился старый технический тоннель, прорытый внутри скальных пород.

— Древность какая, — удивился Энакин. — Это что — рельсы?!

На полу действительно оказались старые изъеденные коррозией рельсы.

— Перед началом Большого Корускантского Строительства, весь верхний слой планетарной коры был срыт вплоть до скального основания, — пояснил идущий впереди Проводник. — На нем и стоит фундамент всех небоскребов. А большая часть городской инфраструктуры была перенесена под землю, где до сих пор кое-где и остается. Здесь была система тоннелей для перемещения людей и грузов с помощью примитивных машин. Тоннели построены из каменных блоков, и некоторые хорошо сохранились до сих пор. Когда-то на Корусканте были и океаны. Потом они истощились и их остатки были закачаны в пустоты в глубине коры. Для перекачки использовались эти же тоннели, тогда уже не использовавшиеся по первоначальному назначению. По одному из таких тоннелей мы сейчас и идем.

Наш караван все шел и шел вперед, вглубь неведомых древних тоннелей. Через некоторое время послышался плеск воды…

— Сначала придется немного намочить ноги, но потом мы поднимемся на подмостки над водой, — флегматично пояснил Проводник.

Вскоре мы и впрямь шли уже по колено в воде. Затем впереди показалась лестница, по которой Проводник и мы следом за ним поднялись на плоскую платформу. Выше обнаружилась целая система из множества других платформ и лестниц, границы которой терялись в темноте. Мы переходили с платформы на платформу, с лестницы на лестницу, поднимаясь все выше, а где-то глубоко внизу слышался плеск волн. Пахло водорослями.

— Там что, океан? — заинтересовалась Лазутчик.

— То, что от него осталось, — ответил Проводник. — И не советую туда падать — там водится крупная живность.

Поднявшись на очередную платформу, мы вдруг увидели впереди множество огоньков. Да и платформа оказалась не просто платформой, а большим настилом из пластоида и дерева, раскинувшимся на всю ширину пещеры.

Проводник молча достал какое-то маленькое устройство, что-то сделал, и послышалось гудение. В ответ на это впереди начали вспыхивать все новые огни, в свете которых стало видно, что перед нами целый поселок, расположенный на множестве соединенных переходами, мостами и лестницами обширных платформ, занимавших все пространство от одного края пещеры до другого и от плещущегося внизу моря до ее потолка.

Из расположенных на платформах построек высыпали толпы жителей самых разных рас. И все они были вооружены.

— Я привел их вам сверху, — подняв руку, объявил им Проводник, указав на нас. — Они теперь ваши.

— Ну вот и прекрасный город Солис, где всем рады и где так хорошо, что никто оттуда не возвращается, — пробормотала Селеста.

Ощетинившаяся оружием толпа приближалась.

— Солис заботится о нас! — дружно выкрикнули жители. — Солис приносит нам то, в чем мы нуждаемся!

— Так значит, это вы — Солис, — обратился я к Проводнику. — Вот как вас теперь зовут. Заманиваете в свое убежище несчастных, которые ищут сказочный город, а потом грабите и убиваете их. Как низко вы пали, джедай Фай-Тор-Анна.

— Стойте! — скомандовал Проводник… точнее, скомандовала Фай-Тор-Анна.

Толпа замерла.

— Откуда вы знаете мое имя?! — угрожающе проговорила джедайка, снимая шлем, под которым оказалось исхудавшее женское лицо с ярко-синими глазами и короткими темными волосами.

Я молча активировал световой меч.

— Ясно. Значит вы тоже из наших, — поняла она.

— Те, кто остались от Ордена, ищут вас, Фай-Тор.

— Это больше не мое имя. Теперь меня зовут Солис, вы правы.

— Расходитесь, — подняв руку, обратилась джедайка к жителям подземного города. — Они не для вас.

Толпа стремительно растаяла.

— Что ж, будьте моими гостями. Расскажите мне, что осталось от Ордена джедаев и что происходит в верхнем мире, — сказала Фай-Тор-Анна — Солис.

Тем временем в Имперском Инквизитории…

Великий Инквизитор Малорум был взволнован. Операция обещала быть достаточно сложной, но и приз в случае победы — большим. Возвращение благосклонности императора Палпатина. Или же ситха Дарта Сидиуса.

Да, император действительно был ситхом. И ему, наверное, нужен был ученик — ситхам всегда были нужны ученики. Потому-то Палпатин и приблизил к себе Малорума — из-за его чувствительности к Силе, раскрыл ему свою вторую тайную личность (по правде говоря, не слишком тайную после разоблачений Вентресс, но все же…), рассказал о том, что такое Сила и ее темная сторона и как ее использовать.

Позже Малорум брал уроки фехтования на световых мечах и обращения с темной стороной у Высшего инквизитора Джерека, Великого инквизитора Ладдинара Торбина и инквизитора Халагада Вентора, и даже сам император преподал ему несколько уроков! Малорум стал самым лучшим из имперских следователей и совершил блестящую карьеру, возвысившись до поста Высшего инквизитора, а затем, после смерти Ладдинара Торбина, сам стал Великим Инквизитором. Но потом… Потом он подвел императора!

Эта дурацкая операция на Беллассе… Все ведь было так хорошо рассчитано… И такой грандиозный провал. Бегство всех джедаев и позорное посыпание навозом местного имперского гарнизона, выставившие Империю и ее доблестные войска на посмешище! Император был очень разочарован. Еще никогда Малорум не подводил и не разочаровывал его!

Последним шансом оправдаться была эта операция по поимке таинственной Солис и других джедаев, которые могли на нее выйти. Именно поэтому Инквизиторий не только не мешал, но и всячески способствовал распространению слухов о появлении на Корусканте джедаев — чтобы заманить в эту западню тех из них, местонахождение которых пока не было раскрыто. Джедаи идут искать Солис, находят ее — и инквизиторы тут же хватают их всех…

Правда, джедаев, похоже, прибыло несколько больше, чем он рассчитывал. Попытка задержать одного из них закончилась уничтожением всего отряда штурмовиков, посланного на задание. Но они успели сообщить, что столкнулись сразу с четырьмя джедаями!

И вот теперь — сигнал от агента в подземном городе джедайки Солис. О том, что туда действительно пришли гости, принятые ею, как свои. Как минимум, один из них — джедай, ее бывший коллега. Но только ли один джедай среди прибывших? Если исходить из худших предположений… или наоборот, из лучших… то туда отправилось четверо джедаев. Плюс сама Солис — итого пятеро. И теперь, когда настал момент задержать или уничтожить их всех, нужно собрать больше сил, чем изначально планировалось.

Что ж, решить эту проблему все равно вполне возможно. Малорум просто отправит туда всех чувствительных к Силе инквизиторов организации. И сам отправится руководить операцией на месте, как ему приказал император. Джерек, Лану Пасик, Хэлмер, Халагад Вентор, Марис Бруд… И недавнее пополнение из еще трех павших на темную сторону джедаев: Валин Драко, Джорад и Нолор. Плюс сам Малорум — всего девять одаренных, владеющих световым мечом, инквизиторов! Этого должно хватить, чтобы справиться даже с пятью джедаями! А в придачу им придан целый батальон штурмовиков, чтобы наверняка обеспечить зачистку подземного поселения. Конечно, всего этого должно быть достаточно, чтобы справиться с пятерыми джедаями — ведь не могут те все быть мастерами уровня магистра?..

А после того, как он разберется с этой проблемой — император снова станет благосклонен к нему, Малоруму. И, возможно, наконец-то возьмет его в ученики!

Глава двадцать четвертая

'Уютно' расположившись в домике бывшей джедайки Фай-Тор-Анны, ныне Солис, среди мебели, явно собранной по частям из чего попало, мы рассказали ей о последних событиях в большой галактике и о нашем предложении присоединиться к Сопротивлению.

— То есть, вы собрали десяток уцелевших джедаев в каком-то тайном убежище и теперь собираетесь бросить вызов Империи?.. — скептически вопросила Солис.

— Нас уже почти два десятка, — поправил ее я. — Не считая нескольких тысяч юнлингов, которых мы обучаем. Орден будет восстановлен! Да и межпланетное Сопротивление — это не игрушки, оно на многое способно, а будет способно еще на большее.

— Угу, — по-прежнему скептически хмыкнула джедайка. — Желаю успеха. Только заниматься всем этим вам придется без меня. У меня лично здесь есть все, что нужно.

— Не сомневаюсь. Но разве это по-джедайски — поступать так, как вы поступаете?!

— Ордена джедаев больше нет, ваш рассказ только подтверждает это. Ситхи победили. А несколько тысяч юнлингов и пара десятков их джедаев-преподавателей — это не армия и не Орден. Здесь живут те, о ком я забочусь, кого защищаю, и я их не покину. Возвращайтесь в свое убежище и продолжайте борьбу с Империей по-своему, если хотите. А я останусь тут и буду жить, как жила, и поступать, как поступала, — резко ответила Солис. — Здесь мои друзья, которым я доверяю, а Империи про нас ничего неизвестно.

— Боюсь, в этом вы ошибаетесь и очень сильно, — ответил я. — У меня есть подозрение, что имперцы о вас не только хорошо знают, но и собираются уничтожить ваше поселение в самое ближайшее время.

— Ерунда, — не согласилась джедайка, однако же задумалась.

— Не думаю, что такая уж ерунда. Во всяком случае, мы привезли вам небольшой подарок. В тех ящиках, что мы принесли — термальные гранаты, легкие автоматические бластеры, а также тяжелые мандалорские автоматические бластеры. Все это поможет вам защититься, когда имперцы явятся сюда — в чем я не сомневаюсь. Мы оставим вам оружие, даже если вы не захотите отправиться с нами.

— С чего это такая щедрость? — удивилась Солис.

— Враги Империи — наши друзья. Кроме того, вы же джедай, как и мы. Мы рассчитывали на вашу помощь, когда шли сюда. И хотели помочь вам отбиться от имперцев…

— Что ж, оружие нам пригодится… Хотя в ваши подозрения о скором нападении Империи я и не верю. Можете остаться у нас переночевать, а завтра я отведу вас обратно — к кантине 'Дно'. Возвращайтесь к себе домой, а я останусь у себя, — с этими словами Солис встала, давая понять, что разговор окончен. — Я покажу вам ваши комнаты.

— Давайте сперва мы поможем вам разобраться с нашими подарками, — предложил я, подумав, что, если я прав в своих подозрениях и имперцы хотят организовать здесь такую же ловушку для джедаев, как и на Беллассе, то они двинулись в наступление в тот самый момент, когда узнали о нашем прибытии. Не станут же они ждать — завтра и даже несколько часов спустя нас здесь уже может и не быть! А если так, то выспаться мы все равно не успеем…

И действительно, мы не успели залечь на ночлег. Мы все еще разбирали свой груз и показывали 'ополченцам' Солис, как обращаться с оружием, когда с окраин поселка послышались крики.

— Что за… — нахмурилась джедайка. — Нет, сюда никто не мог подобраться, не включив сигнал тревоги!

— А если все же могли? — с опаской поинтересовалась Шара.

— Сбегай, проверь, что там, — приказала Солис одному из жителей.

Тот тут же умчался, прихватив с собой легкий автоматический бластер.

— Так, так, — хлопнул я в ладоши, привлекая внимание. — Знаете что, давайте-ка разберем оружие поскорее и вооружимся на всякий случай. И запустите генераторы тяжелых бластеров — им нужно время, чтобы зарядиться.

— Да… Делайте, как он сказал, — кивнула Солис, лицо которой становилось все мрачнее. — На всякий случай… Мало ли что…

Оружие стремительно расходилось по рукам. Его быстро расхватали и ополченцы, и Исчезнувшие, а крики с окраин тем временем становились все громче. И вот в дверь стремглав ворвался отправленный на разведку подчиненный Солис.

— Беда, Солис! — крикнул он. — Это имперские штурмовики! Их много!

— Почему система безопасности не сработала?! — рявкнула джедайка.

— Дьюро, — прохрипел запыхавшийся разведчик. — Ваш помощник. Он — с ними! Сбежал к имперцам! Наверное, он отключил систему!

— Проклятье! — выругалась Солис. — Кроме меня только он знал, как… К оружию, всем к оружию!

И схватив свое маленькое устройство оповещения, она нажала кнопку, запустив общий сигнал тревоги, который тут же включился внутри всех жилищ поселка.

— Ну да, тогда все ясно, — понял я. — Имперцы, видимо, какое-то время следили за вами через своего агента — вашего помощника — и одновременно распустили слухи о джедаях на Корусканте, дожидаясь, пока кто-нибудь еще выйдет с вами на контакт. А дождавшись — это оказались мы — тут же решили поймать всех в одну ловушку.

— Да уж, — Солис так свирепо глянула на меня, словно это я был во всем виноват (хотя отчасти это так и было). — Можете не извиняться, раз уж они нас нашли, то рано или поздно это нападение должно было произойти. Но зато ваши подарки сейчас помогут нам держать оборону!

* * *

К тому времени, когда Солис успела создать организованную линию обороны, имперцы уже прошли половину поселка. Хотя там в них палили из каждого дома и до сих пор еще на захваченной ими территории сверкали отдельные вспышки выстрелов, но имперцев было слишком много, и они продвигались вперед, практически не задерживаясь на месте.

Но в центре они наткнулись уже на настоящее сопротивление — ополченцев, успевших вооружиться автоматическими бластерами и гранатами. До сих пор штурмовики явно сталкивались лишь с обычными бластерами и кустарным оружием, так что произошедшее оказалось для них полной неожиданностью — в результате первая волна атаки имперцев полегла почти полностью, забросанная термальными гранатами и скошенная очередями.

Вторая волна немного замешкалась, дав нам еще времени на подготовку, а когда двинулась вперед, ее встретили уже не только автоматические бластеры и гранаты, но и мечи пятерых джедаев (Лазутчику, несмотря на ее отчаянное недовольство, приказали держаться позади, так как для такого боя ее навыков было явно недостаточно). Не выдержав, и вторая волна отхлынула назад, устилая улицы трупами в белой броне.

Но сразу же в атаку ринулась третья волна, и тут уж нам пришлось нелегко: несмотря на большие потери, в этот раз штурмовики смогли прорвать оборону, и Солис скомандовала отступление. Скатившись по лестницам на нижние платформы города, ополченцы попытались вновь укрепиться там и поначалу довольно успешно. На узких лестницах имперцам было не развернуться, и их достаточно легко выкашивали очередями оставшихся у нас автоматических бластеров. Пока на стороне противника не замелькали красные световые клинки, и, отбивая летящие в них выстрелы, на нас не двинулись огромными прыжками ребята в красных мантиях имперских инквизиторов.

— Мастер Скайуокер! — откуда-то примчалась Лазутчик. — Имперцы… на гравициклах…

— Ты почему не в тылу, как я велел?! — сердито крикнул Энакин.

— Так нет больше тыла! Я же говорю: имперцы на гравициклах облетели нас и высадились с той стороны!

Солис выругалась и тут же послала отряд бойцов на другой конец платформы — отбить внезапную новую атаку.

А тем временем инквизиторы, за спинами которых крались штурмовики, подбежали уже совсем близко. И остановились прямо напротив нашего отряда джедаев, лениво отбивая шальные выстрелы.

— О, глядите, да тут вся компания! — воскликнул Энакин. — 'Герои Империи'. Джерек, Лану Пасик, Халагад Вентор, Марис Бруд… Их всех по головидению показывали!

— Я — Великий инквизитор Малорум! — крикнул один из темных джедаев. — Сдавайтесь джедаи, и вам сохранят жизнь!

— Не-а, лучше вы нам сдавайтесь — и тогда мы сохраним вам жизнь! — Скайуокер нисколько не испугался этого вызова, а только ухмыльнулся в предчувствии хорошей драки.

— А что это у вас за такая хорошенькая падаваночка? — пропела вдруг Лану Пасик, заметив Лазутчика. — Эту отдайте мне!

— Ты что, извращенка?! — вскинулась Лазутчик.

— Ага, люблю резать на куски милых девочек-джедаечек, — хищно осклабилась инквизиторша.

— Вас разрешено взять как живыми, так и мертвыми, — сообщил нам Малорум. — Лану — хорошо, девчонка твоя.

Однако в этот момент произошло то, чего никто не ожидал. Внезапно Марис Бруд с диким воплем взмахнула мечом и… 'раскроила' надвое своего коллегу инквизитора Хэлмера.

— Долой старого козла императора!! — выкрикнула она затем.

Это словно послужило сигналом — тут же джедаи и инквизиторы бросились друг на друга (Марис так вот нежданно оказалась на стороне джедаев), и все завертелось в мешанине схваток…

* * *

— Ну, теперь ты моя, детка, — зловеще пообещала Лану, скользнув взглядом по мечу Лазутчика и ее левой руке, на которой была надета черная перчатка.

— Твоя, твоя, — с усмешкой согласилась девочка. — Только я — чересчур непокорное имущество!

— А сейчас увидим, как долго ты будешь непокорной! — Пасик ринулась в атаку.

Противница была сильнее — это падаванка поняла сразу. Не настолько сильна, конечно, как мастер Скайуокер или мастер Тал… то есть мастер Венамис, но точно сильнее самой Лазутчика. И инквизиторша тоже быстро поняла это, а потому вела поединок, словно играя в занятную игру.

Первую атаку — град яростных ударов — Талисибет кое-как сумела отбить. И даже атаковать врага в ответ — но та с легкостью увернулась.

— Я буду увечить тебя по частям, — весело пообещала Лану, после чего легко обошла защиту девочки и одним взмахом меча нанесла ей легкий, но жгучий порез на груди.

Лазутчик скрипнула зубами в ответ на боль, но промолчала, не издав ни звука.

Пасик снова атаковала: сначала играючи позволяя противнице отражать удары, но затем… Еще один ловкий взмах меча — еще один порез-ожог — в этот раз на правом плече.

— Что молчишь, детка? — поинтересовалась инквизиторша. — Не больно? Ладно, сейчас точно будет больно!

Новый град стремительных ударов — Лазутчик с трудом уворачивалась и отбивала…

— Неплохо, неплохо… — злобно прошипела Лану. — Ты ведь была отличницей среди юнлингов, да? Поэтому тебя взяли в падаваны. А меня ваш добренький Йода отправил в сельхозкорпус! Мол, у меня недостаточно велика Сила! Только темная сторона показала мне, что он лгал! Лгал во всем, как и прочие магистры-джедаи! Во мне достаточно Силы, надо только уметь ее использовать! Теперь я умею… Смотри!

На предплечье Талисибет возник новый порез. На этот раз девочка не удержалась и вскрикнула.

— Я же говорила, что будет больно, — усмехнулась Пасик. — А теперь ты попробуй достать меня, — она шутливо развела руками, словно показывая свою открытость.

Уставшая, израненная Лазутчик действительно попыталась нанести несколько ударов — но они давались ей все тяжелее и тяжелее, пот уже заливал глаза, а враг выглядел все таким же недосягаемым.

— А теперь… — в очередной раз уворачиваясь от клинка падаванки, Лану резко нанесла удар. Кончик ее меча распорол девочке левый бок — на этот раз рана оказалась более глубокой.

С криком та рухнула на колени, прижав к порезу-ожогу левую руку. Правая рука с мечом бессильно опустилась. Синий клинок прожигал пол платформы…

— Ну что, отличница? — инквизиторша подошла и опустила свой меч, поднеся кончик клинка совсем близко к горлу Лазутчика. — Не помогли знания?

— Я не была отличницей, — просипела девочка. — Вообще-то у меня с Силой было слабее всех в классе.

С этими словами она неожиданно подняла левую руку и крепко схватила ей клинок противницы. Глаза Лану расширились при виде этой невозможной картины… И в этот момент правая рука Лазутчика резко поднялась вверх и вонзила ее собственный меч прямо в сердце инквизиторши. Та не успела вырвать свой меч, чтобы отбить удар.

— Как… — прошептала Пасик перед тем, как рухнула на пол.

* * *

— Пусть я и на темной стороне теперь, но я ненавижу Империю! — крикнула Марис Бруд Валину Драко, набрасываясь на него.

— Как глупо… Быть на темной стороне и быть против императора, — усмехнулся тот, легко отбив все ее выпады. А затем нанес ей смертельный удар. — Вот так будет со всеми предателями Империи!

— Тогда причисли к ним и меня! — оказавшийся рядом и сражающийся с Селестой Халагад Вентор вдруг развернулся и попытался зарубить Драко широким взмахом своего клинка.

Увы, в последнее мгновение Валин увернулся, отделавшись лишь небольшим ожогом, зато Вентор получил удар в полную силу от Селесты, которая просто не успела остановиться. Смертельный удар.

— Проклятье, он что, был за нас?! — растерянно выкрикнула Тень Завета.

— Жутко не повезло, да?! — зашелся смехом Драко. — Ну и хаос этот бой. Однако что это у нас за эпидемия предательств пошла… Уже второй…

— Это потому что они бывшие джедаи! — ответила Морн. — Силой и страхом вы заставили их пойти на службу вашей Империи, но такие слуги всегда ненадежны!

— Ну-ну, я тоже бывший джедай, однако надежнее меня у Империи нет слуг! — рявкнул в ответ Валин, атакуя ее. — И ты тоже лучше переходи на нашу сторону! Иначе проживешь не дольше, чем мне понадобится, чтобы заколоть тебя!

— Не дождешься!

— Ну тогда… — Драко не договорил — синий меч вышел у него из груди. А рукоять этого меча держал оказавшийся позади него Энакин Скайуокер… — А… Чтоб… вам… всем… — Валин рухнул на пол.

— А где… — Селеста поискала глазами Малорума, с которым, как она видела, Энакин сражался ранее.

— Так все уже, — развел руками Скайуокер. — Великий инквизитор что-то оказался слабоватым бойцом.

* * *

Моим противником в начавшейся череде дуэлей оказался не кто иной как Джерек. А надо сказать, что этого бывшего джедая я хорошо знал — в не столь отдаленном будущем он должен был уверено оспаривать второе после Палпатина место в списке галактических злодеев, а потенциально представлять угрозу едва ли не большую. Что ж, я решил, что избавить галактику от этого зла будет исключительно благим делом.

— Я знаю тебя. Темный джедай Оноро, — прошипел слепой миралука. Впрочем, я не обманывался его слепотой — благодаря Силе Джерек 'видел' все вокруг не только не хуже, но, может быть, и лучше не чувствительных к ней зрячих. — Как ты уцелел тогда, после боя с магистром Йодой? Как обманул его?

— Я обманул не его, — усмехнулся я. — Это мы с ним обманули всех остальных. На самом деле я работал на магистра Йоду под прикрытием, и мы вместе разыграли эту сценку.

— Вот как… императору будет интересно узнать об этом, — задумчиво произнес Джерек.

— И это — еще одна причина, по которой я не могу отпустить тебя живым, — ответил я. — Мне, знаешь ли, совсем не нужно, чтобы Палпатин узнал, что я жив.

— Пока жив… Это ненадолго… — с этими словами Джерек атаковал.

Наши мечи столкнулись, и я ощутил мощное давление Силы с его стороны. Я крутанулся, попытавшись достать Джерека ногой в челюсть, но он ушел от этого удара. Последовала череда атак и маневров с обеих сторон, в итоге которых мы разошлись, так и не нанеся друг другу ни одной раны.

— Неплохо для джедая-археолога, — подначил я инквизитора.

— Меня обучали лучшие среди джедаев! — ответил тот.

— Это кто, Йокаста Ню, заведующая орденской библиотекой? — усмехнулся я.

— Болваны склонны ее недооценивать, — ядовито отозвался Джерек. — Но она была членом Совета и отличным бойцом! А перейдя на темную сторону, я стал еще могущественнее!

Он вновь атаковал, я вновь отразил удар и прыгнул вперед, чтобы нанести свой, но он тоже отлично парировал, после чего его клинок вдруг прошел у самого моего плеча. Такая близость пришлась мне не по вкусу, и я отскочил назад.

— Что же не ты тогда Великий инквизитор, а какой-то Малорум? — продолжил я насмешки. — Выходит, Палпатин-то не считает тебя лучшим из своих прихвостней?

В Силе отразилась ярость Джерека, и он ринулся в атаку. Серия стремительных выпадов… которую я едва успел парировать. А он и в самом деле силен!

Использовав Силу, я толкнул темного джедая. Тот почти мгновенно восстановил равновесие, но как раз этого 'почти' мне хватило… чтобы нанести ему сильный удар рукоятью меча в лоб. Еще на мгновение этот удар ошеломил инквизитора, и за это мгновение я, ускорившись с помощью Силы до предела, успел развернуть меч и вонзить его клинок Джереку в грудь. Прямо в сердце.

'Все…' — с облегчением подумал я, глядя на рухнувшее на пол тело. Теперь этот негодяй больше не совершит всех своих злодейств.

Спохватившись и поспешно оглядевшись, я с удивлением увидел, что повержены уже все инквизиторы. Как я узнал позже, во время расспросов, Рай-Гоул сразил Джорада, Солис — Нолора, Энакин — Малорума и Валина Драко, Селеста — Халагада Вентора (о чем рассказала с большим смущением, так как оказалось, что как раз в этот момент тот вдруг вздумал атаковать своего товарища Валина), Лазутчик — Лану Пасик, хотя и была при этом вся изранена. Марис Бруд была убита Валином. Так и вышло, что в итоге в битве полегли все инквизиторы и не погиб никто из нас.

И только после того, как я осмотрел поле битвы и понял, что победа за нами, с опозданием ко мне пришло осознание: убив Джерека, я нисколько не сожалел об этом, а чувствовал лишь удовлетворение сродни радости от хорошо выполненной работы. Хотя джедаю положено сожалеть о каждой жизни, которую ему приходится отнимать, даже если это жизнь врага и негодяя! Неужели я в самом деле скатываюсь к темной стороне?..

— Быстрей, быстрей, уходим! — вывел меня из задумчивости голос Солис. — Они окружают, но еще есть возможность прорваться! За мной!

Я спохватился, что с гибелью инквизиторов битва еще не окончена! И в самом деле, выстрелов и криков вокруг становилось все больше, казалось, имперские штурмовики наступают уже со всех сторон! Видимо, до сих пор они боялись задеть своих начальников-инквизиторов и только теперь принялись обстреливать нас в полную силу…

Мы бросились следом за призывающей всех, кого можно, Солис. Мы — это джедаи, Исчезнувшие и еще пара десятков уцелевших жителей поселка. Причем Энакин нес на руках израненную Лазутчика, которая в полузабытьи бормотала мне слова благодарности и повторяла, что моя мандалорская перчатка спасла ей жизнь и помогла победить…

Мечами и бластерами мы расчистили от врагов одну из лестниц, сбежали по ней вниз и устремились прочь по самой нижней из платформ, расположенной у самой воды. Позади все еще слышался шум перестрелки, но уже ясно было, что поселок обречен — те, кто не вырвались с нами, окружены и скоро будут перебиты…

— Стойте! — крикнула вдруг Солис. — Это здесь! Мой корабль под водой! Ждите, я сейчас!

Сказав это, она бросилась с платформы в море и нырнула.

Несколько минут мы ждали, опасливо оглядываясь — не покажутся ли на платформе белые фигуры? И вот, в тот момент, когда они и впрямь показались вдалеке, из морских вод поднялся корабль.

Взбежав по спущенному трапу, мы набились внутрь, как сельди в бочку — нас ведь было человек тридцать, и небольшой корабль Солис на такое количество был совершенно не рассчитан. Но все же все кое-как поместились, джедайка убрала трап и закрыла люк, после чего направила корабль прямо на штурмовиков.

— Это вам подарочек на память! — крикнула она, открыв огонь… не по самим имперцам, а по опорам, поддерживающим платформу, на которой те находились.

Платформа с грохотом обрушилась в воду, увлекая за собой штурмовиков, а Солис, пролетев под всем местом битвы, так же расстреляла и опоры остальных держащих на себе поселок платформ. С еще большим грохотом, шумом и плеском те рухнули в море — вместе с пылающими домами и торжествующими победу имперцами. Недолгим же было их торжество… Кажется, у местных 'рыбок' сегодня будет большой и питательный обед.

А Солис повела корабль вверх, вылетела из пещеры через какую-то дыру и устремилась прочь по узкому тоннелю… который вскоре стал таким узким, что корабль не мог в нем поместиться. Тогда мы вылезли и пошли пешком. И еще пару часов Солис вела нас, пока, вдоволь не попетляв по древним коридорам и не убедившись, что никакой погони за нами нет, мы, наконец, не вышли к знакомому месту — кантине 'Дно'.

Дальше дорога была уже относительно простой: от кантины (куда мы не стали заходить, чтобы не оставлять лишних следов) к нашему спидеру (который, к нашей радости, остался нетронутым, и даже на минах вокруг него никто не подорвался), и затем на спидере — вверх, к 'не самым нижним уровням', в Оранжевый сектор и Бандитскую аллею, к другу джедаев Декстеру Джеттстеру…

* * *

— Вы были правы, — сказала Солис наутро, когда все мы хорошенько выспались после недавних приключений и позавтракали. — Я пойду с вами и буду помогать вам бороться с Империей.

— А как же твои люди из твоего поселка? — поинтересовался Декс.

— Те немногие, что от них остались… — горько вздохнула джедайка. — Думаю, им будет безопасней без меня. Я считала, что защищаю их, но на самом деле лишь привлекла к ним внимание Империи — ведь имперцы никогда не перестанут искать джедаев! Вы ведь позаботитесь об уцелевших?

— Разумеется, — кивнул бесалиск. — Мы организуем им новые документы и спрячем их от имперцев — как помогаем всем, кто хочет укрыться от Империи.

— А вы? — обратился Декстер ко мне и остальным джедаям. — Улетите обратно, на вашу тайную базу?

— Да, — подтвердил я. — Но мы расскажем о вас — Исчезнувших — межпланетному Сопротивлению — ему пригодятся такие хорошие союзники.

— Всегда будем рады помочь борьбе против Империи, — кивнул Декс. — Кстати, про вас уже говорят в новостях. Оказывается, этой ночью вы обезглавили Инквизиторий и перебили всех его сотрудников, обладающих чувствительностью к Силе! Не считая батальона обычных штурмовиков. Император в ярости. Это называют 'новой атакой джедайского подполья' — мол, злобные джедаи ни за что, ни про что напали на милых, никого не трогавших инквизиторов и всех поубивали… Хо-хо-хо!

— Что ж, надеюсь, мы еще не раз сможем так разъярить Палпатина, — ехидно усмехнулась Солис. — Ну а теперь… Чего мы ждем? Чем раньше прилетим на вашу тайную базу — тем раньше продолжим ставить Империи палки в колеса!

— Что ж, если вы так торопитесь… — шутливо протянул я. — Тогда пойдем.

Через пару часов, тепло попрощавшись с Исчезнувшими, мы уже покидали Корускант. Никто не пытался задержать нас при вылете — о том, что наш корабль как-то связан с произошедшими на планете событиями, Империи осталось неведомым. А еще через неделю мы вернулись на нашу тайную базу в пространстве чиссов, где собирались продолжить заниматься именно тем, о чем сказала Солис — совать Империи палки в колеса. И как можно больше.

Корускант. Императорский дворец…

Император Палпатин был мрачен и раздражен. Последняя операция, организованная Великим инквизитором Малорумом, неожиданно завершилась полным провалом. Опять. И опять — так же неожиданно, как и прошлая подобная. Правда, подземный поселок беглецов уничтожен, но вот джедаи, которые и были основной целью, снова сбежали, а все чувствительные к Силе бойцы Инквизитория, включая самого Великого инквизитора, погибли в бою. На фоне этого потеря батальона штурмовиков была сущей мелочью — мало ли у Империи этих батальонов… Однако несколько бойцов, которым все же повезло уцелеть в этой бойне, сообщили, что джедаев было шестеро — правда, личности их этим клонам остались неизвестны. Целых шесть джедаев прибыли на Корускант, успешно нашли друг друга и улетели оттуда, попутно обезглавив и фатально ослабив Инквизиторий! Если бы Великий инквизитор сам уцелел после этой операции, император непременно отправил бы его на казнь. Дважды таких провалов он не прощал даже 'подающим надежды'.

И ведь Малорума действительно никак нельзя было назвать некомпетентным. Он был достаточно сильным в Силе, работоспособным, старательным, исполнительным и умным темным джедаем. Правда, не настолько умным, чтобы понять недостижимость своей мечты — стать учеником Палпатина, а потом… когда-нибудь… возможно, и новым императором. Палпатин, который вовсе не собирался заводить настоящих учеников — своих потенциальных предателей-убийц — в душе посмеивался над этой наивностью Великого инквизитора, но вполне позволял тому лелеять такие мечты и даже потакал им. Если это делает Малорума более старательным, а значит и полезным — пускай обманывается на здоровье.

Да, Малорум был достаточно компетентен, и вообще, сама по себе операция была бы проведена отлично — если бы враг постоянно не опережал имперцев на один шаг. Вопреки данным разведки, говорящим, что у населения поселка нет никакого оружия, кроме простых бластеров и еще более примитивного, штурмовиков встретили термальными гранатами и автоматическими скорострельными бластерами, как легкими, так и тяжелыми. И откуда они успели там взяться? Видимо, были только что доставлены именно гостями-джедаями, иначе высокопоставленный имперский агент в поселке о них бы сообщил… Да, враг был на шаг впереди имперских планов. Как и в прошлый раз, тогда на Беллассе… Императору совсем не нравилось, что у врагов нашелся кто-то столь умелый и хитрый, это было… неприятно.

И ведь, казалось, что сейчас, после уничтожения Ордена джедаев и становления Империи, могло пойти не так? В свое время, обратившись к Силе, Палпатин однозначно предсказал себе вечный триумф — настолько уверенно, что Пестаж сейчас, помимо прочих дел, занимался составлением планов для Империи на десять тысяч лет вперед — и император нисколько не сомневался, что проживет и эти десять тысяч лет и больше. На фоне этой уверенности успехи джедайского подполья, пусть и будучи всего лишь булавочными уколами, начинали раздражать. Неужели этим болванам непонятно, что Империя непобедима, а сами они обречены? Должно быть, непонятно, потому-то они и осмеливаются его раздражать своими временными успехами.

Пора показать им, что эти временные успехи в целом бесполезны и бессмысленны. Инквизиторий пока вне игры, но Имперская Разведка и Имперское Бюро Безопасности объединенными усилиями планируют операцию 'Сумерки' — крупнейший после приказа шестьдесят шесть удар по внутренним врагам Империи. Если операция удастся — а она должна удаться — то всем этим кичащимся своим 'подпольем' и своей 'борьбой' ничтожествам будет нанесен сокрушительный удар! Прекрасная месть за памятное 'поливание навозом Империи'…

Однако, что же сейчас делать с Инквизиторием? Организация, конечно, продолжит работу и после этого поражения, однако эффективность ее явно снизится. Новым Великим инквизитором назначена Гидра — не менее старательная, работоспособная, умная, исполнительная и амбициозная сотрудница, чем был Малорум, но, увы, нисколько не чувствительная к Силе. Как и все прочие оставшиеся инквизиторы. Чтобы пополнить свои ряды таковыми чувствительными, Инквизиторию придется начать сложный поиск одаренных среди населения Империи. Со временем они непременно кого-нибудь найдут и завербуют, но вот кто будет обучать новых темных джедаев, если одаренных инквизиторов уже не осталось?.. Не самому же императору этим заниматься! Да и вообще уже сейчас надо пополнить Инквизиторий темными джедаями, не дожидаясь результатов долгих поисков.

Значит придется задействовать последний резерв, чего ситху не очень-то хотелось. Но у него в услужении оставалось еще четверо чувствительных к Силе, обученных агентов, которым он присвоил звание Рук императора. Обученные специально для исполнения разных 'деликатных дел', эти Руки ничего не знали о существовании друг друга. Каждый из них пока что считал себя единственным особо доверенным лицом императора… А если временно перевести их в Инквизиторий, тайну не сохранишь, и эта идиллия будет нарушена: вряд ли Рукам понравится узнать, что каждый из них вовсе не единственный и неповторимый. Но придется пойти на такую жертву, а им придется смириться с новым знанием.

Сарцев Квест. Са Куис. Шелван. И последняя 'жемчужина коллекции' — Арден Лин.

Да, та самая. Джедайка, которая двадцать четыре с половиной тысячи лет назад, во время Первого Великого раскола в Ордене джедаев, поддержала своего возлюбленного Ксендора и присоединилась к его Легионам Леттоу, а после его смерти возглавила эту армию. Которая в одном из сражений была погружена своим противником-джедаем во что-то вроде летаргического сна из-за замедления метаболизма. И которую группа исследователей не так давно нашла и случайно смогла пробудить. Вскоре после этого имперцы обнаружили Арден, и, хотя при этом Лин прикончила инквизиторов Амису Дэрис и Гвеллиба Ап-Ллевфа, в итоге ее удалось задержать, а позже — представить императору, который убедил ее пойти на службу Империи. Продемонстрированное им могущество в Силе настолько впечатлило Арден, что она даже поверила словам Палпатина, что он впоследствии воскресит ее возлюбленного Ксендора в качестве награды ей. Разумеется, ситх не смог бы выполнить это обещание — Ксендор, в отличие от Лин, умер по-настоящему — но это было неважно, главное, что Арден Лин поверила в его слова. После этого из нее можно было вить веревки.

Итак, этой четверке придется временно присоединиться к инквизиторам, чтобы помочь им искать и обучать новых чувствительных к Силе сотрудников. Тогда со временем организация вновь наберет силы и сможет снова стать угрозой для беглых джедаев. А Имперская Разведка и Имперское Бюро Безопасности пока что разберутся с обычными бунтовщиками, организующими всяческие Сопротивления. Так или иначе, в итоге Империя победит, потому что не может не победить.

Глава двадцать пятая

Месяц спустя… Планета Самария. Штаб местного антиимперского Сопротивления…

Перед членами самарианского Сопротивления сидела миниатюрная темноволосая женщина с проницательными зелеными глазами, которую они внимательно слушали. Это была Флэйм — создатель Мунстрайка — тайной организации, целью которой было объединение всех планетарных движений сопротивления в галактике.

Богатая аристократка с планеты Ачерин, выступившая против Империи. Сумевшая вывести большую часть своего состояния прежде, чем Империя прибрала к рукам все на планете. И теперь использующая эти средства, чтобы финансировать Мунстрайк.

— Мы не сможем ничего достичь, если не будем организованы. Если мы сможем объединить все движения сопротивления и финансировать их через одну центральную организацию, мы сможем добиться куда больших успехов… — говорила Флэйм.

Ее прервали внезапно раскрывшиеся двери комнаты, в которые вошел незнакомый ей бит.

— Вы все говорите верно, — произнес он. — Но должен внести небольшую поправку. Руководить этим финансированием будете не вы.

— Что… О чем вы? — не поняла Флэйм.

— Флэйм… Ваше настоящее имя — Ив Йарроу, дочь ачеринца Эвина Йарроу, владельца компании 'Йарроу Индустри'.

— Да, это так, — недовольно отозвалась женщина. — Но я предпочитаю работать под псевдонимом.

— Вы сбежали из имперской тюрьмы на Ачерине с пятью членами местного Сопротивления, однако все они были убиты в течение небольшого времени после этого.

— В самом деле? — нахмурилась Флэйм. — Я не знала об этом…

— Еще в бытность свою канцлером, Палпатин помог Банковскому Клану развить систему тайных банковских счетов для больших корпораций на ряде планет, — продолжал бит. — На эти счета не распространялись налоги. Таким образом, у Палпатина была поддержка и Клана, и богатейших корпораций галактики. Эти счета существуют до сих пор — вот только теперь их контролирует лично император Палпатин. И по странному совпадению к концу Войны Клонов операции 'Йарроу Индустри' переместились на Ниро-11 — луну планеты Ниро, когда-то принадлежавшую Банковскому Клану. Начал перевод средств Эвин Йарроу, а после его смерти перевод завершила его дочь, Ив Йарроу. И перевод был осуществлен с разрешения Империи и под ее контролем — на один из тех самых, контролируемых императором, счетов. Счёт всё ещё активен. С него регулярно осуществляются выплаты. С разрешения Империи, разумеется. Кредиты переводятся на планету Ревери, получателю, идентифицированному номером вместо имени, но проживающему по тому же адресу, что и Ив Йарроу — да, ее место жительства теперь на планете Ревери. И замечено, что ее дом частенько посещают высокопоставленные сотрудники Имперской Разведки и Имперского Бюро Безопасности.

— Все это ложь, — твердым голосом произнесла Флэйм. — Я действительно Ив Йарроу, но все, что вы тут наговорили, не имеет ко мне никакого отношения.

— Можете не отпираться. Все документы по Ив Йарроу уже переданы руководству самарианского Сопротивления и изучены его членами. Кроме того, в особняке Ив Йарроу на Ревери мы нашли это, — бит достал полированный камень красивой формы, внутри которого был вплавлен маленький темный кристалл. — Это именная награда под названием 'Покровительство Императора' — кусочек редкого кристалла, заключённый в камень с планеты Коррибан. Их дают избранным из элиты Империи. За особые заслуги. Этим была награждена Ив Йарроу. А вот и именной сертификат на него. На этот раз вашим заданием, Ив, было создание фальшивого объединения групп Сопротивления разных планет галактики, чтобы собрать их лидеров в одном месте и уничтожить всех одним ударом. Но вы это задание провалили.

Флэйм молчала. Самарианские сопротивленцы так же молча достали бластеры…

* * *

Через несколько дней после ареста Флэйм я позволил себе облегченно вздохнуть. Итак, наконец-то наша контр-операция против имперской операции по уничтожению Сопротивления завершилась. Начал я ее, едва только впервые услышал о Флэйм, про работу которой на Империю прекрасно знал. Раскопать данные по счетам мне помог никто иной, как приятель Декстера Джеттстера из Исчезнувших бывший журналист Китц Фриили, в свое время собравший об этом информацию. А один знакомый Китца в банке на Ниро-11 помог другим нашим друзьям — агентам межпланетного Сопротивления Бэйла Органы и Мон Мотмы — узнать информацию по счету Ив Йарроу и ее адрес. А затем обыскать ее пустующий дом было делом техники. Когда она заявилась к самарианскому Сопротивлению, я заранее оповестил то и мы организовали ей эту ловушку…

Но мы не только сорвали планы имперцев по уничтожению Сопротивления. В компьютере на корабле Флэйм оказались данные о шестидесяти планетах, на которых есть свои группы Сопротивления! Всех их Флэйм планировала завербовать в свой фальшивый Мунстрайк. А теперь ими вместо нее займемся мы — и присоединим их к нашему настоящему Сопротивлению. Финансирование которого вместо Флэйм с ее имперскими деньгами брался обеспечить я — с еще оставшихся у меня тайных счетов и припрятанных запасов наличных кредитов. Да и Бэйл тоже собирался оказать посильную финансовую помощь.

Заодно я передал еще одно важное сообщение на планету Ачерин — о том, что один из руководителей местного Сопротивления Тома является спящим имперским агентом.

По правде говоря, в этом случае, в отличие от Флэйм, у меня не было ни доказательств, ни уверенности — в этой альтернативной истории галактики Тома мог и не стать имперским агентом. Но на всякий случай возможную опасность с его стороны следовало устранить заранее. Пусть ачеринцы сами расследуют его дело, к тому же репутация ачеринского Сопротивления этим вторым после Флэйм предательством была сильно подорвана, и Ачерин еще долго не подпустят к межпланетному Сопротивлению. Тем более, что от разгромленной Империей планеты Ачерин и разгромленного ею же ачеринского Сопротивления Межпланетному Сопротивлению все равно и не было бы большой пользы.

Еще одним следствием нашей работы над делом Флэйм стал провал попытки Империи законным путем взять власть на самой планете Самария — махинации местного имперского советника со взятками министрам были раскрыты, его с позором изгнали, а попытка отправить в отставку самарианского премьер-министра через вотум недоверия потерпела неудачу.

Правда, в ответ на это Империя, сбросив маску законности, просто ввела на Самарию войска и свергла правительство силой. Но популярности ей это совсем не прибавило, а вот популярность антиимперского Сопротивления, наоборот, резко возросла.

Империя вторглась и на другую планету этой же системы — Рошу, что давно планировала. И получила еще одну горячую точку, так как рошианцы не собирались легко сдаваться и на планете сразу развернулось сильное партизанское движение.

А в это время Бэйл Органа и Мон Мотма тоже не теряли времени даром. Они договорились о совместных действиях с сенатором от Кореллии Гармом Белом Иблисом (наградили же его предки именем!), который тоже присоединился к межпланетному Сопротивлению и уже начал формировать тайную армию для будущей борьбы с Империей.

Так Сопротивление (уже шли речи о его переименовании в 'Альянс за восстановление Республики') росло и крепло. Тем временем Энакин Скайуокер, принявший свою судьбу Избранного, продолжал усиленно тренироваться и постигать Силу, чтобы в нужный момент бросить вызов императору. Остальные джедаи (конечно, дальше утаивать 'титул' Скайуокера после возвращения нашей команды с Мортиса уже не удалось) единогласно его поддерживали и с готовностью ему помогали. Солис и Рай-Гоул присоединились к обучению юнлингов и прочей помощи нашему Ордену… В котором, таким образом, теперь собралось двадцать взрослых джедаев (не считая пока что удалившегося в 'деятельное изгнание' Йоду), а вне его — оставалось лишь четверо из уцелевших: Дасс Дженнир, Бардан Джусик, Анья Куро и Рам Кота — но установить их местонахождение у нас не было никакой возможности. Темных же джедаев в галактике, насколько мы знали, на данный момент вообще не осталось — закончились, последние входили в инквизиторий и были перебиты в недавней схватке в подземном городе. Конечно, Палпатин мог обучить новых, но пока он это сделает… В общем, на данный момент Инквизиторий для уцелевших джедаев перестал быть особо опасным противником.

Однако на фоне всех этих успехов меня начало беспокоить кое-что другое. После смерти темного джедая Джерека, всю историю злодейств которого я таким образом пресек в зародыше, мне все чаще стали приходить в голову мысли о том, что в галактике есть и другие будущие крупные злодеи, которые в оригинальной истории принесли ей огромный вред. Кроме того… Что если после гибели императора сейчас, как и в каноне, разразится война со множеством фактически незаконных 'наследников Империи', затянувшаяся на десятилетия и многого галактике стоившая? Может быть, стоило бы избавиться от наиболее талантливых и популярных из этих 'наследников' заранее? Это ведь ослабит силы Империи и ее осколков в будущем и поможет завершить гражданскую войну быстрее и с меньшими жертвами!

Конечно, в идущей сейчас 'новой истории' галактики после гибели императора у имперцев могли появиться и совсем другие лидеры — ведь я ожидал, что теперь Палпатин погибнет на пару десятилетий раньше… Но все же… Если есть шансы, что те же лица, что и в оригинальной истории, снова получат власть, пусть даже лишь в одном из осколков Империи, и начнут творить свои черные дела… Да, несомненно, от них лучше избавиться заранее.

К такому выводу я в итоге пришел — и тут же занялся сбором информации о настоящем положении тех разумных, которые в каноне стали наиболее опасными врагами Альянса и Республики после 'первой гибели' Палпатина (очень надеюсь, что в этот раз она станет единственной!). И вскоре без особого труда узнал все про всех из них.

Ну… почти про всех. Понятно, что мне неоткуда было узнать о том, создан ли клон джедая К'Баота — ведь Палпатин создавал его в тайне, а потом прятал на скрытой планете Вейланд. Так что этого персонажа я пока оставил в покое.

Будущая темная леди Лумия, она же Шира Бри, попортившая немало крови Республике в целом и семье Скайуокеров-Соло в частности, сейчас, по моим расчетам, еще не родилась, а если и успела родиться, то пребывает в пеленках. Найти ее мне не удалось — точнее, я нашел несколько тысяч разных младенцев по имени Шира Бри, что не сильно помогало в поисках. Но утешало то, что к тому времени, как она станет сознательной, в случае успеха прочих моих планов война, если только не затянется по иным, пока неизвестным, причинам, скорее всего, уже завершится нашей победой. Так что и о ней можно забыть, пока, во всяком случае.

Что же касается Трауна, то сейчас он определенно был союзником повстанцев и противником императора. И я очень надеялся, что так останется и впредь. То же самое относилось и к юнлингу Роганде Исмарен, которая сейчас оставалась в составе нашего Ордена джедаев и, как я надеялся, его не покинет.

Насчет остальных же… Их оставалось семь.

Злобная и могущественная в будущем ночная сестра Гетцерион обнаружилась в клане ночных сестер на Датомире, где она пока была вполне рядовой ведьмой.

Страшный мерзавец имперский прокуратор юстиции Хетрир, устроивший геноцид жителей собственной планеты — пока никому не известный житель этой самой планеты Фиррерре в возрасте тридцати трех лет.

Будущий директор Имперской Разведки Исане Исард, маньячка и психопатка, натворившая немало бед — дочь нынешнего директора Имперской Разведки Арманда Исарда, на сегодняшний день — девочка девяти лет от роду.

Адмирал Натаси Даала, будущая отпетая стервозная имперка — ребенок трех лет, растет в семье офицера имперского флота.

Адмирал Зиндж, в будущем создавший обширную собственную империю и тоже долго портивший жизнь Республике — сейчас молодой подающий надежды офицер, который скоро закончит академию.

Адмирал Гилад Пеллеон, объединивший под своей властью и спасший от гибели остатки Империи — ныне первый помощник капитана на Звездном Разрушителе «Химера».

Тракан Сал-Соло, двоюродный брат Хэна Соло, будущий диктатор Кореллии, предатель в войне с йуужань-вонгами и развязыватель Второй Галактической Гражданской — сейчас подросток четырнадцати лет, живущий на Кореллии.

'Что ж, — решил я. — Гетцерион закажу охотникам за головами, все равно она — ночная сестра, а значит негодяйка по определению, избавить от нее Датомир и датомирских ведьм — определенно благо. Хетрира — тоже закажу, возраст у него вполне сознательный, значит он уже мерзавец по характеру, и нельзя давать ему ни шанса прийти к власти. То же самое насчет Зинджа, к тому же нельзя позволить Империи получить такого хорошего адмирала, пусть и будущего! Гилад Пеллеон… Простите меня, адмирал, вы, конечно, не злодей, но оставить Империи такого лидера, который сможет прекратить хаос в ней и объединить ее — я тоже не могу! Империю необходимо будет уничтожить до основания, чтобы существовала только Республика! Иначе… мало ли что может случиться, вдруг она потом снова захватит власть в галактике, как это было в каноне… Исане Исард и Натаси Даала… Нет, детей убивать я не стану, до такого не опущусь! К тому же, может быть, их еще можно будет исправить, воспитать по-хорошему, если они останутся по нашу сторону фронта противостояния?.. Кто остался… Тракан Сал-Соло! Мерзавец и негодяй, на котором негде ставить пробы! Пытавшийся захватить власть на Кореллии и использовать Балансирную станцию для шантажа Республики, во время войны с йуужань-вонгами уничтоживший выстрелом этой станции больше кораблей союзников, чем врагов, потом предавший Республику и перешедший на сторону йуужань-вонгов, а еще позже начавший новую гражданскую войну и снова пытавшийся использовать Балансир против Республики! Смерть ему, только смерть, злодею! Хм, возраст сейчас — четырнадцать лет. А что, это уже ведь не ребенок… На некоторых планетах это вполне себе совершеннолетний возраст для людей! Так что решено: и его заказать тоже.'

Приняв такие, совершенно логичные и рациональные, решения, я, однако, задумался, как воплотить их в реальность. Ведь с некоторых пор я пребывал под назойливой опекой Тени Завета — Селесты Морн — которая пообещала присматривать за мной и действительно с тех пор сопровождала меня каждый раз, когда я покидал джедайскую базу-убежище. А джедаи никак не должны узнать об этой моей операции, она им определенно не понравится. Кроме того, охотники за головами не принимали заказы по Голонету, а предпочитали личные встречи с заказчиками для взятия задания и получения оплаты…

Так как же на время избавиться от Селесты Морн? Стоп. А почему делать заказ наемникам должен именно я? С этим прекрасно справится и Шара. Если я поручу эту работу ей, а сам, тем временем, буду отвлекать Селесту, то Тень Завета с ее наблюдением только за мной лично — останется с носом, раздвоиться она не сумеет.

Проблема в этом плане была только одна: Шара, конечно, не против заказных убийств отпетых негодяев, у которых руки по локоть в крови, но вот едва ли согласится организовывать убийства будущих негодяев, которые, тем не менее, пока еще ничего негодяйского не совершили.

Оставалось единственное решение… Прийти к Шаре, честно посмотреть ей в глаза… и нагло соврать.

Так я и сделал. Конечно, это далось мне нелегко — раньше я никогда не обманывал тогруту и она мне доверяла, к тому же была убеждена в моей способности заранее знать разные тайны. Но ради улучшения будущего галактики и спасения миллионов разумных…

Я наплел бедной Шаре такое… Что будто бы все эти пятеро, которых надо убить, только ловко притворяются рядовыми гражданами! А на самом деле они — особо опасные и жестокие имперские агенты, которые уже погубили многих противников Империи и многих еще погубят! Да, даже четырнадцатилетний Сал-Соло, которому на самом деле и не четырнадцать лет, конечно — он только выглядит подростком!

И бедняжка поверила. Только поэтому мне удалось уговорить ее выступить заказчиком.

А дальше все пошло, как по маслу. Сперва мы (в сопровождении Селесты, конечно) слетали подальше от базы в космос, откуда я вышел в Голонет — якобы для общения со своими агентами. К счастью, Селеста не стояла у меня за плечом и не заглядывала в мой датапад, так что я спокойно смог наряду с этим пригласить пятерых охотников за головами на встречу в кантине одной захолустной космической станции. Отобрал кандидатов я тщательно, выискивая для каждого из пяти заданий именно того, кто для его выполнения лучше всех подходит, и встреча с каждым назначалась на разное время — чтобы каждый знал только о своем задании. Одновременно в той же кантине я подготовил несколько встреч с контрабандистами, чтобы купить у них кое-какое действительно нужное оборудование — по моему плану, пока Шара будет общаться с наемниками, я буду беседовать с контрабандистами, и Селеста будет рядом со мной, 'присматривая', ну а тогрута тем временем, естественно, получит полную свободу действий — Морн ведь действительно не сможет раздвоиться.

Затем, через несколько дней, мы прилетели на космическую станцию, где тоже все прошло отлично: Селеста осталась со мной на скучных деловых переговорах о купле-продаже оборудования, в то время как Шару я на это время 'отпустил отдохнуть и поразвлечься'. Тень Завета при этих моих словах взглянула на меня с подозрением, однако промолчала — обвинить меня только потому, что я отпустил тогруту развлекаться, было не в чем!

Вернувшись к местному вечеру, Шара украдкой (за спиной Селесты) показала мне пять пальцев — это значило, что все пять заданий охотники успешно приняли.

Так, завершив все дела на станции, мы спокойно вернулись на базу. А через оговоренный с наемниками срок я снова вышел с ними на связь и назначил новую встречу — уже в другой кантине другой космической станции, не менее захолустной, чем прежняя — где нахально повторил с Селестой свой трюк: скучные переговоры с контрабандистами, покупка оборудования, разрешение Шаре отдохнуть и развлечься… Тень Завета глянула на меня зверем… но промолчала. Как мне показалось, она решила, что все это я устраиваю, исключительно чтобы поиздеваться над ней самой и ее идеей присмотра за мной. Кажется, ей даже не пришло в голову, что я могу поручить Шаре что-то действительно серьезное…

Вернувшись, довольная тогрута снова тихонько показала мне пять пальцев — все задания успешно выполнены и оплачены. Я мысленно вздохнул с облегчением — еще одна потенциальная опасность устранена.

Проблемы пришли оттуда, откуда я их не ожидал: едва мы завершили последнюю покупку и уже собирались уходить, чтобы проследить за погрузкой купленных товаров на наш корабль, как в двери кантины вошел человек в очень знакомой мне мандалорской броне и шлеме. Быстро осмотревшись, он уверенно направился к нашему столику.

* * *

Тем временем на Корусканте. Императорский дворец…

— …К сожалению, агент Ив Йарроу, игравшая ключевую роль в этом плане, перестала выходить на связь, — докладывал императору глава Имперского Бюро Безопасности Круя Вандрон. — Ее молчание превысило уже все допустимые сроки, и единственный вывод, который можно сделать, это то, что она пропала без вести. К тому же в ее жилище на планете Ревери обнаружены некоторые следы обыска, в частности, пропала ее награда 'Покровительство Империи'. На основании этого мы подозреваем, что Ив, возможно, была раскрыта мятежниками. Пытаясь выяснить детали произошедшего, мы попробовали выйти на связь с нашим спящим агентом из ачеринского Сопротивления, но и он нам не ответил.

— Как удалось выяснить Имперской Разведке, он тоже внезапно и бесследно исчез, — добавил глава Имперской Разведки Арманд Исард, стоявший рядом с Круей Вандроном. — Поэтому мы полагаем, что и он был раскрыт мятежниками.

— То есть два агента, связанных с операцией 'Сумерки' — ключевой и запасной — оба раскрыты мятежниками, а сама операция сорвана? — уточнил Палпатин столь мягким голосом, что руководители имперских служб покрылись потом, а руки их невольно потянулись к воротникам.

— Да, к сожалению, это так, — выдавил из себя Круя.

— Это значит, что обе ваши организации допустили впечатляющие провалы в своей работе, — все так же мягко заключил император. — И ваши хваленые 'Сумерки' оказались пшиком, как и обещания уничтожить мятежников одним ударом. Мало того… — продолжил он. — Исходя из случившегося, мы должны подозревать, что ваши агенты были не только ликвидированы мятежниками, но и тщательно допрошены ими перед этим. А значит теперь им известна вся информация по группам Сопротивления, что была известна Ив Йарроу. В результате эти группы теперь знают друг о друге, могут объединить свою деятельность и таким образом многократно усилить ее! Это больше, чем провал операции — это большая помощь врагу!

Руководители разведки и службы безопасности в страхе молчали.

— А Ив Йарроу было известно о том другом, 'спящем', агенте на Ачерине? — задал новый вопрос Палпатин.

— Нет, — ответил Круя Вандрон. — Эта информация ей доступна не была.

— Значит мятежники узнали об этом из другого источника, — тихо произнес император. — Так же как они откуда-то узнали о настоящей личности Ив Йарроу… Вывод только один: в одной из ваших организаций, а возможно, и в обеих, есть шпионы мятежников с достаточным доступом к вашим секретам, что делает их особо опасными.

— Мы уже начали расследование! — тут же доложил Исард.

— И Имперское Бюро Безопасности — тоже! — поспешил добавить Вандрон.

— Нет… Расследованием дел ваших служб займутся Великий инквизитор Гидра и Инквизиторий, — вынес решение ситх. — А вы окажете им любую запрошенную помощь. Так будет надежнее. Неизвестно ведь, кто эти предатели, они могут быть и достаточно высокопоставленными…

От этих слов Исард и Вандрон невольно вздрогнули.

Глава двадцать шестая

— Спокойно, девушки, — тихо произнес я, следя взглядом за Бобой Феттом. — К нам приближается возможная угроза.

Шара и Селеста с виду продолжали сидеть, как ни в чем не бывало, но в Силе я чувствовал, что они насторожились и приготовились в любой момент схватиться за бластер и меч. Впрочем, Фетт не излучал агрессии — скорее удивление и даже некоторую радость.

— Это же, вроде бы, доспехи Джанго Фетта, — изумилась Шара, увидев его. — Но он погиб! Кто это в них?!

— А не догадываешься? — ответил я. — Его сын и наследник, конечно.

— Боба?!

— Здравствуйте. Какая неожиданная встреча, — прогудел через шлем Фетт, подойдя к нам и этим прервав наш разговор. — Разрешите присесть за ваш столик?

— Присаживайся, конечно, — с показным радушием согласился я. — А ты к нам по работе или по другой причине?

— Нет, наша встреча совершенно случайна, — ответил охотник за головами. — Хотя ты, наверное, сказал бы, что нас к этому вела Сила…

— Сила водит всех. Правда, некоторых она водит за нос, — пошутил я. — Так как же?..

— Ну, мне стало известно, что сразу несколько моих коллег по Гильдии Охотников вдруг отправились в эти места. Вот я и заинтересовался, к чему бы это. И вдруг вижу здесь же тебя и твою приемную дочь. Думаю, что это совпадение неспроста.

— Та-ак, что за сходка наемных убийц поблизости от тебя? — с подозрением уставилась на меня Селеста.

— Понятия не имею, — флегматично ответил я. — Я лично никого не нанимал. Ты ошибся, Боба, это действительно просто совпадение.

— Ладно, значит совпадение, — легко согласился Фетт. Хотя я почувствовал, что он мне не поверил. Но и выдавать меня ему было незачем. — Ты сам спросил… Признаться, я рад этому совпадению. Я, наверное, должен перед вами извиниться…

— Погоди, Боба, это в самом деле ты?! — радостно прервала его Шара. — Как твои дела?! У тебя все хорошо?! Мы пять лет не виделись! Ты что, в самом деле теперь в Гильдии Охотников за Головами?! Тебе же всего пятнадцать лет!!

— Отец десять лет готовил меня именно к этому, а совершеннолетие у мандалорцев наступает в тринадцать стандартных лет. И надо же как-то зарабатывать на жизнь, а эта работа ничем не хуже прочих. И я уже даже успел заработать неплохую репутацию в Гильдии. Так вот, я должен извиниться, — продолжил он, понизив голос. — Тогда, на Беллассе, я принял участие в охоте на джедаев, взяв заказ у Великого инквизитора. Это я стрелял по тому домику в горах, где они скрывались. Надеюсь, вас там не было?

— Именно мы там и были, увы, — ответил я.

— Боба! Ранкор тебе в печень! — рявкнула потрясенная Шара. — Ты стрелял по нам?! Это ты разнес дом Донны?!

— Тише, тише! Я же не знал, что там именно вы, — развел руками Фетт. — А другие джедаи… Не то, чтобы я имел что-то против джедаев, но как раз в тот момент у меня был недостаток в деньгах. А вообще я не сторонник Империи. Имперцы ввели свой гарнизон и на Мандалор, и нам пришлось подчиниться им, временно, конечно. К тому же эта история про то, что Палпатин тайно руководил Дуку… Это правда? Вы ведь должны знать.

— Чистая правда, — кивнул я. — С самого начала Палпатин управлял обеими сторонами войны, а Дуку был его марионеткой.

— Значит, моего отца убили с ведома Палпатина, — сделал вывод Фетт. — Тогда вот кого бы я убил бесплатно и с удовольствием, так это ситха-императора. Однако он даже для меня слишком силен, да и не добраться до него таким, как я, сейчас.

Тут меня будто толкнула Сила, и я прошептал:

— А если когда-нибудь будет организовано покушение на ситха с большой вероятностью успеха?

— Тогда… — Боба сделал паузу. — …я бы хотел в нем поучаствовать. Если когда-нибудь такое мероприятие — действительно с большой вероятностью успеха — будет кем-то организовано, неплохо было бы, если бы этот кто-то пригласил и меня. Но думаю, теперь нам лучше разойтись по своим делам. Мы и так тут наговорили на несколько сроков в шахтах Кесселя. До свидания. Успехов.

Сказав так, охотник за головами встал и направился к выходу. Спохватившись, что и нам уже пора, мы вышли следом.

'Еще один союзник в борьбе против императора, — заключил я, поскольку отлично чувствовал в Силе, что Фетт сказал нам чистую правду. — Неплохо.'

Однако мое хорошее настроение тут же испортила Селеста.

— Так что там за дела у тебя тут были с несколькими охотниками за головами? — делано-равнодушным тоном поинтересовалась она.

— Да не было ничего, — отмахнулся я. — И ты же все время была рядом со мной! Сама знаешь, ни с какими охотниками, кроме, конечно, Бобы, я не общался.

— Ты-то да, а вот где Шара пропадала весь день? — проницательно заметила Тень Завета.

Тогрута открыла рот, собираясь что-то соврать, но я поспешно приложил палец к губам — молчи! Я уже мог достаточно хорошо скрывать свои чувства в Силе, а вот у нее такой способности не было. Шара уже излучала волнение от вопросов Селесты, хотя внешне и казалась спокойной.

— Оставь в покое девочку, она тут ни при чем, — строго ответил я Тени. — Я отпустил ее погулять и отдохнуть, значит она и отдыхала. Зачем ей обязательно присутствовать при наших скучных деловых переговорах… А то, что одновременно с нами кто-то встречается с наемниками в этой же кантине — да в таких кантинах такое происходит сплошь и рядом!

— Ла-адно, — угрожающе протянула Селеста. — Вижу вы сговорились и не собираетесь сознаваться. Но знайте: я вам нисколечко не верю. Однажды я выведу ваши делишки на чистую воду! Это ведь явно не джедайские делишки!

Сказав так, джедайка резко развернулась и ушла на наш корабль.

— Она, конечно, права, — задумчиво произнес я. — Эти наши 'делишки' были явно не джедайскими. Индивидуальный террор и все такое прочее… Но это принесет большую пользу галактике, не сомневайся, Шара. А сейчас пойдем посмотрим за погрузкой наших покупок…

* * *

Да, Шаре я это сказал абсолютно уверенным тоном. Но значило ли это, что на самом деле я не испытывал сомнений? Нет, не значило. И вот, видимо, для того, чтобы эти сомнения обострить, едва я остался один своей каюте, там же объявился мой темный двойник.

— Неплохо, неплохо, — издевательски похвалил он меня. — Ты уже докатился до заказов на убийства невинных людей. Которые в этой, новой, истории галактики могут вообще не стать теми, кем были в старой. И все еще не думаешь, что ты на темной стороне?

— Я не мог рисковать, — ответил я. — Да, технически Гетцерион, Зинджа, Хетрира и Тракана Сал-Соло можно рассматривать как невинных людей, но… Во-первых, они все уже не были детьми, значит их характеры уже вполне были сформированы, и они были вполне готовы совершать то, что совершали в прежней истории…

— Но все же пока не совершили! — беспощадно уточнил двойник.

— Во-вторых, даже если будущее изменится, Империя распадется раньше и раньше начнется война между ее 'осколками' — эти ребята все равно и в новых условиях могли бы успеть что-нибудь натворить, пусть даже в меньших масштабах, масштабах одного из 'осколков'.

— И все-таки пока они ничего не натворили!

— А, в-третьих, риск оставить их в живых был не оправдан. Смотри сам: к примеру, посчитаем смерть Зинджа гибелью одного невинного человека. Но если позволить ему жить, ожидая, пока он хотя бы начнет совершать свои злодейства, чтобы потом наказать его за это уже с полным правом на убийство, и если убить его даже сразу после того, как он сам убьет всего лишь одного невинного… То потеря галактики будет точно такой же как сейчас, за счет его собственной смерти — ровно один невинный человек. Единица равна единице. Если же упустить время с его наказанием, то потери могут стать многократно больше. Таким образом, избавившись от него сейчас, я ничуть не сделал галактике хуже, чем если бы дожидался 'законного повода' на его смерть.

— О, безупречная логика, мне нравится, — похвалил двойник. — Так рационально… Ну ладно, Зиндж, Хетрир, Тракан, Гетцерион… А что насчет Пеллеона? Он, как будто, в убийстве невинных не был замечен.

— Во-первых, это еще под вопросом, — хмуро отозвался я. — Он много лет служил имперским офицером, и кто знает, что мог на этой службе совершить… Во-вторых, он сохранил Империю под своей властью, не дал ей погибнуть окончательно — а результатом этого стало то, что в будущем, уже при других правителях, Империя снова напала на Республику… то есть тогда уже Галактический Альянс, но неважно. И неважно, что Империя тогда это сделала вместе с ситхами Дарта Крайта, уж несомненно, что слишком многие имперцы были совсем не против этого, как и не против союза с ситхами — а значит изначально проблема лежала в самой имперской политике и культуре. Так что даже если мне удастся уничтожить Дарта Крайта, что пока еще под вопросом, так что не стоит рассчитывать на это со стопроцентной уверенностью и строить другие планы, исходя исключительно из этого — то Империя все равно будет постоянным источником потенциальной опасности для Республики. Таким образом, относительно положительный Пеллеон заложил основу для гибели в будущем просто огромного количества невинных.

— Хе-хе-хе, опять логично, — усмехнулся двойник. — Но, если ты столь рационален, почему же ты не заказал смерть Даалы и Исане Исард? Ведь это именно Даала объединила имперские владения, потом передав власть в них Пеллеону. А Исане Исард совершила столько злодейств…

— Они еще дети, — твердо ответил я. — Детей я не намерен убивать.

— Но это же как раз не рациональный и не логичный, а эмоциональный аргумент! То есть если сейчас Исане девять лет, то ты лишь подождешь, пока ей будет четырнадцать, как Тракану Сал-Соло, а после этого закажешь ее убийство с совершенно чистой совестью?! Тебе самому не кажется, что это просто лицемерие?

— Думаю, характеры Исане и, тем более, Даалы еще не сформированы до конца. Они еще не стали теми, кем должны были стать. Так что, если будущее Империи и Республики изменится, то и их судьбы могут измениться. Тут еще ничего не предрешено.

— А с Траканом, значит, уже все было предрешено… Пять лет разницы в возрасте с Исане, а какое большое различие в отношении… — вздохнул темный двойник. — По-моему, ты просто трусишь признаться самому себе, что в отношении Тракана тоже решающую роль сыграли не рациональные, а эмоциональные аргументы — твое отношение к нему, точнее, тому, кем он якобы должен был стать. Какой позор для бита — так пойти на поводу своих эмоций… Впрочем, для ситха это как раз вполне допустимо. Как и избавление от любых потенциальных угроз независимо от того, как велика вероятность их претворения в жизнь — на всякий случай, для надежности. Так что думай над тем, кто ты сейчас на самом деле.

С этими словами двойник исчез.

А я действительно тяжело задумался…

Глава двадцать седьмая

Угнетаемый мрачными мыслями я сидел в своей комнате на базе джедаев и вновь и вновь обдумывал все произошедшее. Подписывая приговор пятерым будущим злодеям (точнее четверым, и одному хорошему парню, просто воевавшему не на той стороне), мог ли я поступить иначе? Да, мог. Я мог добиться того, чтобы они перестали являться угрозой, другими методами — более сложными, менее надежными, но…

'Нет, не мог', - шептала другая часть меня. — 'Нельзя было допустить ни малейшего риска'.

Конечно, возможно, все они вообще остались бы никем в новой истории галактики. Возможно, мне удалось бы изменить их будущее, не убивая их. Возможно, я смог бы нейтрализовать их на длительное время иным образом — например, заморозив в карбоните или увезя на далекие необитаемые планеты. Но… Мог ли я рисковать хоть немного, когда ставки столь высоки?

Мог…

Не мог…

Во всяком случае, я определенно пошел на поводу у своей темной половины.

Я не чувствовал гнева, ненависти или отчаяния, делая заказ на них — только ощущение необходимости и желание помочь Восстанию. И тем не менее… как говорил Йода, темная сторона может приходить не только через эти эмоции, но и через рациональность.

Так кто же я теперь? Похоже, что я даже не 'неправильного джедая' или 'серого джедая' уже не тяну, а определенно становлюсь похожим на темного джедая. Хорошо хоть не ситха… С другой стороны, темные джедаи думают только о себе, добиваются личных целей, а я — нет. Я именно забочусь о будущем галактики. Так кто же я?..

А, ладно — я с горечью тряхнул головой. Пропадать, так пропадать. Серый, так серый, темный, так темный. Надо продолжать дело. Решено, я не буду трогать Даалу и Исане Исард, если только они действительно что-то не натворят, все равно у них еще достаточно времени, чтобы исправиться… то есть не стать такими, какими они были в оригинальной истории галактики, и мне теперь не будет известно заранее, изменилось ли их будущее. Но с императором кончать все равно надо, как и с Дартом Крайтом. Ладно, посмотрим, что еще у меня есть в запасе, какие козыри в рукаве…

Я боялся, что, вернувшись на базу Селеста расскажет другим джедаям о моем подозрительном поведении, но она промолчала — должно быть, хотела сначала собрать хоть какие-нибудь доказательства. Так что пока моя свобода действий не уменьшилась по сравнению с прежней, и я мог… Что?

Итак, будущее. А ведь оно мне теперь стало практически неизвестным! Почти все, что я о нем знал — я уже изменил. Гибель пятерых будущих злодеев (и то — лишь вероятных) стала последним штрихом. Да, Палпатин, Крайт, йуужань-вонги по-прежнему являются угрозами, это понятно, но вот насчет того, что именно они теперь станут делать — почти полная неизвестность. Есть надежда покончить с Палпатином до того, как он раскроет секрет перемещения сознания в другие тела и расклонирует себя, и покончить с Крайтом до того, как он создаст свой новый орден ситхов, более того, это просто необходимо сделать поскорее. Но как конкретно — я сейчас не знаю. Йуужань-вонги уже действуют не так, как в каноне, так что трудно сказать, что будет дальше на этом фронте, отменил я их полномасштабное вторжение, только отложил или, наоборот, ускорил. А всей информацией об их обществе и биотехнологиях, которая может способствовать победе над ними, я — прямо или косвенно — уже поделился и с повстанцами, и с Империей, и с чиссами, и с Зонамой-Секот. Какие еще знания у меня остались?

Проект 'Око Палпатина'. Возможно, Империя уже построила этот корабль, но где именно — мне все так же неизвестно. Я знаю, что он должен быть построен, но более — ничего о нем. Так что это и не дает знания о том, что в отношении него делать.

Триклопс — трехглазый мутант-человек, вероятный сын Палпатина и его советницы Слай Мур. Кстати, она месяц назад улетела на родную Умбару и до сих пор не вернулась… Причем в теневой информационной сети действительно ходят слухи, что она уже была в 'интересном положении'. Отцом ребенка, естественно, объявляют Палпатина, в первую очередь, во всяком случае. Но, насколько я знаю, от Триклопса не стоит ждать проблем — сам Палпатин считал его своей большой неудачей, так как (уж неизвестно почему!) сынок пошел совсем не в отца, а несмотря на все свое обучение стал убежденным пацифистом.

Есть еще и другой трехглазый мутант — Триокулюс, побочный результат тех же палпатиновых экспериментов, сейчас он должен быть ребенком, сосланным на Кессель. Сам по себе он не опасен, возвысился же лишь как самозванец, выдававший себя за настоящего сына императора. Так что и на него пока можно не обращать особого внимания.

Хм… а что если вместо ликвидации возможных угроз мне обратить внимание на досрочное привлечение будущих союзников? Военное руководство Новой Республики, Разбойный эскадрон, Эскадрилья-Призрак… Хэн Соло, наконец?!

Но, обдумав, эту возможность, я пришел к выводу, что попросту не владею достаточной информацией. Адмирал Акбар, Ян Додонна, Крикс Мадин, Ведж Антиллес, Гэвин Дарклайтер и прочие — увы, я практически ничего не помнил о их жизни до появления на службе у Альянса повстанцев. Даже насчет Хэна Соло мне запомнилось только то, что ребенком он просил милостыню на улицах родной Кореллии, а потом был увезен капитаном какого-то корабля контрабандистов и мошенников, на котором и прожил до девятнадцати лет. Вот только я не помнил ни название этого корабля, ни имя его капитана, ни даже, когда точно Хэн туда попал. Значит и тут тупик.

И вообще, следует ли мне и тут следовать канону и сводить будущего Хэна с еще не родившейся Леей? Я не был уверен ни в том, что это действительно необходимо, ни в том, что Сила этому поспособствовала (впрочем, если действительно так — то это случится снова и без моей помощи).

Что ж, ладно, тогда остается использовать мой последний козырь. Последний, но один из самых сильных. Ведь мне известно, где находится тайная база Империи, на которой создан прототип Звезды Смерти и где работает команда ученых, разработавших ее проект. Этот прототип и база должны оставаться там до сих пор, как и в более поздние времена. И если этот прототип уничтожить… О, представляю, как будет разъярен и обеспокоен Палпатин.

Неплохо было бы, конечно, уничтожить и саму строящуюся Звезду Смерти, но вот насчет ее координат я такими знаниями, увы, не обладал. Мне было известно, что завершено ее строительство было у планеты Безнадеги, но также было известно и то, что до того ее неоднократно перемещали из системы в систему и все это в полной тайне. Так что, где она находится сейчас, я без понятия. Однако и уничтожение прототипа станет серьезным ударом по Империи. Особенно когда все это станет известно всему ее населению — и то, что император строит такие 'игрушки', и то, что одна из них, да еще столь засекреченная, уничтожена повстанцами.

Но для того, чтобы уничтожить прототип наверняка, мне понадобится Энакин Скайуокер. Только с его непревзойденными навыками пилота и его непревзойденным кораблем можно рассчитывать на успех с вероятностью сто процентов.

Кстати, об Энакине. Пока я отсутствовал на базе, тут случилось большое событие: наш Избранный наконец-то победил в спарринг-поединке нашего матукая Мола! Это значит, что силы Скайуокера продолжают расти. Возможно, скоро он действительно будет готов к тому, чтобы сразиться и с самим с Дартом Сидиусом, но когда именно?.. Во всяком случае, сейчас на базе не осталось никого, кто мог бы стать Энакину достойным соперником, и о том, что Избранный достиг нового уровня, магистр Луминара Ундули поспешила сообщить Йоде на Дагобу. Который выразил желание встретиться с сим Избранником и лично оценить его способности.

Но пока и Йоде придется подождать. Мы с Энакином отправляемся в таинственное и смертоносное скопление черных дыр Утроба! Да будет наш новый удар по Империи столь же смертоносным!

Глава двадцать восьмая

Выйдя из гиперпространства, 'Гонщица' оказалась в системе Кесселя, совсем недалеко от испещренного черными отверстиями сияющего облака. Там множество черных дыр совместными усилиями так перекручивало гравитацию меж ними, что потоки ионизированного газа вокруг них двигались по самым замысловатым орбитам, создавая множество ярких течений. Которые, впрочем, в конечном итоге все вели внутрь одной из этих черных дыр.

Если имперский гарнизон на луне Кесселя и засек наше появление, то у них все равно не могло быть достаточного времени, чтобы перехватить нас — потому что корабль Энакина сразу направился вовсе не к планете, а прямиком к Утробе. Так что заметившие это и не посвященные в ее тайну имперцы могли посчитать нас лишь самоубийцами.

Но мы такими вовсе не были.

— Я вижу путь! — воскликнул Скайуокер. — Я чувствую его.

— Тогда вперед, — скомандовал я, тоже ощутив тонкую линию прохода между ненасытными глотками гравитационных аномалий. 'Гонщица' устремилась прямо по ней, в то время как я включил все внешние голокамеры и другие записывающие устройства…

Снова увязавшуюся за мной Селесту и Лазутчика, которая обязана была мотаться по галактике с Энакином, будучи его падаваном, мы на этот раз оставили в кают-компании и велели им до завершения операции сидеть тихо, как мышки. Это — чтобы ни в коем случае не сбить Скайуокеру ту джедайскую концентрацию, которая нужна для того, чтобы провести корабль меж черных дыр, не имея никаких карт и координат маршрута, да и в космической битве пригодится. А посмотреть на зрелище прохода через Утробу можно и через иллюминатор.

Извивающаяся среди водоворотов гравитации и светящегося газа узкая дорога вела куда-то вглубь скопления. Конечный пункт ее пока не был виден, но Энакин вел корабль совершенно спокойно и уверенно. Он верил моему прогнозу: раз Венамис сказал, что в центре скопления находится островок спокойствия, значит так оно и есть. И на этот раз это доверие не было ошибкой.

— Вижу выход, — сообщил Эни. — Выходим!

— Будь готов к горячей встрече, — предупредил я. — И ищи большую недоделанную сферу.

— Знаю, знаю…

Вылетев из-за завесы ионизированного газа, мы ворвались в чистое космическое пространство, посреди которого висела конструкция из нескольких соединенных между собой каменных астероидов, а вокруг нее курсировали по орбите Звездные Разрушители.

Прибытие 'Гонщицы' всполошило местных — вскоре из ангаров Разрушителей начали вылетать истребители и перехватчики. Впрочем, всем им было не угнаться за лучшим кораблем с Зонамы-Секот.

Зашипел передатчик.

— Неопознанный корабль, назовите код доступа! — требовательно произнес кто-то из имперцев, выйдя с нами на связь.

— Кода доступа: 'Да здравствует Асажж Вентресс!' — пошутил в ответ Энакин, уводя нас все дальше от преследователей и облетая комплекс вокруг.

— Код не подтвержден, — похоже, у этого имперца не было чувства юмора. — Неопознанный корабль, немедленно назовите ваш код доступа или вы будете арестованы!

— Код доступа: 'Император Палпатин сдох…' — продолжал издеваться Скайуокер.

— Неопознанный корабль, заглушите двигатели, отключите дефлекторные поля, обесточьте оружие и ждите на борт группу досмотра! — загремел голос из передатчика. — В противном случае вы будете уничтожены!

Тем временем из-за комплекса астероидов показалась огромная конструкция, напоминающая гигантскую армиллярную сферу — прототип Звезды Смерти. Фактически, просто каркас, правда, с уже действующими реактором, двигателями и суперлазером, насколько я знал, но без турболазерных батарей, эскадрилий истребителей на борту или какого-либо другого дополнительного вооружения. Совершенно беззащитное гигантское оружие. С огромными промежутками между обручами каркаса, в которые столь удобно будет пролететь…

Что Энакин и сделал, спокойно проведя 'Гонщицу' внутрь конструкции. Вот перед нами возникла громада соединяющего полюса сферы стержня, в центре которого виднелся главный реактор, а от него к фокусирующей линзе отходила длинная шахта суперлазера.

— Отлично. Теперь ты знаешь, что делать, Энакин, — произнес я.

И Энакин выпустил по реактору все протонные торпеды разом. После чего сразу развернул корабль и как можно скорее полетел прочь, не собираясь дожидаться эффекта от попадания в цель. Впрочем, по такой большой цели он и не смог бы промахнуться. Глянув на голоэкран одной из наших голокамер, я увидел, как реактор исчез, поглощенный огромным плазменным шаром… который стремительно расширялся, словно преследуя нас.

Но и он опоздал, так же как имперцы — мы вылетели из каркаса станции за несколько секунд до того, как за нашей спиной его поглотила стена пламени. Ярко-белый шар плазмы раздулся еще немного, но мы были уже далеко, и, будто поняв безуспешность своей попытки угнаться за стремительным кораблем, шар замедлил свое расширение и начал расплываться в постепенно угасающее облако газа…

Для нас же работа еще вовсе не была закончена — далее предстояло уйти от роя вьющихся вокруг комплекса имперских истребителей и перехватчиков. Но разве это было трудным делом для Энакина Скайуокера?.. 'Детская задачка' — наверное, сказал бы он. Или — 'Сейчас пойдет потеха!'

Град выстрелов устремился к нам, но 'Гонщица' под управлением Эни, летя навстречу по извилистой траектории, увернулась от них всех, после чего влетела прямо в эту 'стаю мошкары' и, ловко лавируя меж лазерных залпов и истребителей противника, пронзила ее насквозь, попутно сбив нескольких имперцев. Ну а вылетев с другой стороны этого скопища, пока они все, всполошившись, разворачивались, 'Гонщица' шутя ушла от них, как и от залпов турболазеров Звездных Разрушителей, и вновь нырнула в окружавшие комплекс Утробы облака ионизированного газа.

Снова пролетев по узкой дорожке средь черных дыр, мы вылетели в систему Кесселя, откуда немедленно ушли в гиперпространство. Теперь — несколько гиперпрыжков, чтобы запутать следы, а затем — долгая дорога домой через окраинные системы галактики… Но перед этим мы сделаем еще одну недолгую остановку, чтобы я смог отправить в теневую информационную сеть Голонета как саму информацию о том, что Империя создает супероружие, так и все сделанные сейчас записи об уничтожении прототипа этого супероружия отважными повстанцами. А также и о том, что где-то строится еще одна подобная Звезда Смерти. Да, император точно будет в ярости от всего этого! Магистр Ундули и остальные джедаи не пожалеют о том, что разрешили мне и Скайуокеру эту операцию.

— Победа!! — радостно завопила Лазутчик, врываясь в пилотскую кабину. — Энакин, ты взорвал эту махину! Разнес в клочья! Супероружие Империи уничтожено! Да здравствует Избранный!

* * *

Вскоре… Корускант, Императорский дворец

Вроде, не так уж много времени прошло после предыдущего серьезного разговора, но вот, вновь перед императорским троном стоят Арманд Исард и Круя Вандрон. И вновь император Палпатин ими недоволен. Только сейчас он куда злее, чем в прошлый раз.

— Итак, — ситх начал говорить своим обманчиво мягким голосом, но постепенно тот перешел в мрачное скрежетание. — Неизвестный корабль, по описанию схожий с тем, что ранее покрыл империю позором на планете Белласса, внезапно ворвался в пространство самой засекреченной базы Империи, уничтожил ценнейший прототип нового секретного оружия, после чего целым и невредимым ушел от защищающего эту базу гарнизона — и был таков! Да еще в придачу в этой их проклятой теневой информационной сети тут же нагло выкладываются голозаписи произошедшей атаки и сообщается о строительстве основного объекта. Хорошо хоть не называются его точные координаты! После этого я хочу спросить вас: насколько же компетентны Имперская Разведка и Бюро Имперской Безопасности, если их руководители и сотрудники узнали об этом плане джедайского, раттатакского, сопротивленческого или какого там еще подполья, только когда кадры нападения появились в Голонете?!

— Видимо, план этой атаки был подпольем не менее засекречен, — выдавил из себя Арманд Исард. — Ни одному из наших агентов среди так называемого Межпланетного Сопротивления не удалось получить никакой информации о его причастности к этому нападению ни до, ни после того, как оно произошло. Скорее, подпольщики сами были изумлены произошедшим. Впрочем, нашей агентуре до сих пор также не удалось и узнать о причастности к Сопротивлению кого-то из уцелевших джедаев — во всяком случае, рядовым подпольщикам об этом ничего неизвестно.

— У нашей агентуры абсолютно те же результаты, — добавил Круя Вандрон.

— Это значит, что ваши службы плохо работают… — проскрежетал в ответ император. — Возможно, для улучшения этой работы стоило бы сменить их руководителей?.. К сожалению, у меня сейчас нет никого на примете, кто мог бы в скором времени заменить вас — только поэтому я пока оставляю за вами ваши посты. Но знайте, что отныне вы оба потеряли мое благорасположение, два столь серьезных провала за столь короткий срок…

— Позвольте лишь сказать, мой император, что нам было бы весьма трудно защищать секрет, о котором мы сами ничего не знали, — осмелился высказаться Исард. — Если о строительстве основного объекта у нас есть данные, то о научно-исследовательском комплексе в скоплении Утроба, как выяснилось, знал только гранд-мофф Таркин, на которого были замкнуты все контакты. Таким образом… не представляю, от кого и как повстанцы могли получить информацию о нем.

Заминка в речи главы разведки не укрылась от ситха. Как и то, что она была притворной. Губы императора тронула усмешка — даже в таком трудном положении Исард пытается подсидеть императорского фаворита. А заодно снять с себя часть вины, переложив ее на другого.

— С гранд-моффом Таркином я поговорю отдельно, — грозно пообещал Палпатин. — Ну а вы… сейчас свободны.

Уилхафф Таркин вошел, едва только Вандрон и Исард покинули тронный зал.

— Итак, — снова начал император с мягкого голоса. — Что же показало ваше расследование, гранд-мофф Таркин?

— Я… Я вынужден признаться, что потерпел неудачу, — лицо гранд-моффа словно окостенело. — Тщательно расследовав все возможности, я выяснил, что никто из сотрудников комплекса Мау и членов его гарнизона не покидал базу с тех самых пор, как я разместил их там. С базы было невозможно улететь незаметно, все пространство вокруг нее надежно контролировалось, связи с внешнем миром у нее не было и нет — никакой сигнал не пробьется через черные дыры и ионизированный газ. Никто из внешнего мира, вплоть до этого нападения, не проникал внутрь скопления, а все разумные, которые знали о существовании внутри него островка стабильного пространства, или проживают именно внутри этого островка, или давно ликвидированы.

— За исключением вас и меня, гранд-мофф, — уточнил Палпатин все так же мягко.

— Да, во внешнем мире только я и вы знали эту тайну. А координаты маршрута, ведущего к комплексу мимо черных дыр, были известны только мне и командующему гарнизоном комплекса. Но он, опять же, не покидал комплекса с тех самых пор, как узнал о его существовании — это точно подтверждено. И никто не покидал, так что и сообщить во внешний мир эту информацию не смог бы.

— И вы, конечно, тоже не могли раскрыть этот секрет никому постороннему, — словно вскользь заметил ситх.

— Разумеется, нет! Никогда и ни при каких обстоятельствах я этого не сделал бы! Документы по комплексу спрятаны у меня в сейфе для секретной информации, и больше копий нигде нет. За исключением тех, что забрали вы, конечно. Мой сейф защищен всевозможными способами, и расследование показало, что никаких следов его взлома нет, со времен его установки туда не заглядывал никто кроме меня.

— Представьте себе, с моим хранилищем секретной информации та же история, — ответил император. — Оно абсолютно безопасно, и никто не мог взять оттуда ничего без моего разрешения. И тем не менее, пилот, атаковавший прототип Звезды Смерти, явно знал, куда он попадет и что должен там сделать. Кстати, я уверен, что это те же корабль и пилот, что так испортили нам жизнь на Беллассе. Так откуда же он узнал эту секретную информацию? Из ваших же слов следует, что передать ее мятежникам могли только я или вы, гранд-мофф Таркин. Но я этого не делал…

— Я тоже не делал этого, мой император!

— И как же нам тогда быть? — совсем уж ласково спросил Палпатин.

— Я не знаю… — как Таркин ни искал решение возникшей проблемы, на ум ничего не приходило. Решения не было. Он просто не представлял себе, как эти проклятые мятежники смогли получить сверхсекретные сведения! И теперь с ужасом осознал, что сам загнал себя в ловушку — сделался единственным подозреваемым!

Впрочем, вопреки мыслям ужаснувшегося гранд-моффа, у Палпатина были несколько иные подозрения на его счет. Будучи одним из сильнейших чувствительных к Силе среди живущих одаренных, ситх-император прекрасно ощущал все эмоции Таркина, и знал, что тот не лжет ему. Но ведь иногда можно предать, даже не догадываясь об этом…

— Я верю, что вы не намеревались предать меня, гранд-мофф, — сказал император. — Но иногда разумные предают, сами того не желая и не зная об этом. Существуют ведь некоторые химические вещества с особыми эффектами, техники воздействия на мозг, наконец, особые способности чувствительных к Силе… Те, что могут подчинить вас, заставить рассказать что угодно, а потом забыть об этом…

— Вы хотите сказать, что какой-то одаренный околдовал меня, а потом стер мою память?! — нахмурился Таркин. Эта возможность тоже ужаснула его, хотя и не настолько, как предыдущий страх — оказаться обвиненным в преступлении против Империи.

— Именно так, — кивнул Палпатин, поднимаясь с трона и не спеша двинувшись к гранд-моффу. — Но не волнуйтесь, я разберусь в этом и выведу негодяя на чистую воду. Мы с вами вместе сделаем это. Сейчас. Слушайте меня внимательно… Ни о чем не думайте… Доверьтесь мне, Уилхафф, я ваш друг…

Император поднял капюшон и его глаза встретили взгляд гранд-моффа. Глядя в эти жутковатые желтые очи и слушая мягкий голос, Таркин внезапно ощутил, как в его мысли проникает… нечто. Он даже не мог толком описать это, так как никогда не сталкивался ни с чем подобным. Но 'оно' в его разуме становилось все больше и больше… и больше… А потом Таркин уже действительно ни о чем не думал и ничего не чувствовал. Тьма объяла его…

* * *

— Неудача… — произнеся это единственное слово, Палпатин отошел от распростертого на полу тронного зала тела Таркина и вернулся на трон. По его знаку двое гвардейцев в алых доспехах и плащах молча приблизились. — Вынесите гранд-моффа отсюда, немедленно вызовите врача и проследите, чтобы ему оказали всю необходимую медицинскую помощь.

Когда же Таркина унесли прочь, император-ситх глубоко задумался.

Несколько минут назад ему казалось, что решение найдено и все понятно, теперь же — вновь было не понятно ничего. Он проник в сознание гранд-моффа, ища там любые следы предыдущего чужого вторжения. И не нашел. Мало того, в своих поисках, погружаясь в разум Таркина все глубже и глубже, снимая с него слой за слоем и отчаянно просеивая его частицы в поисках нужного, он перестарался! Слишком глубоко зарылся и повредил это самое сознание — возможно, необратимо! Теперь Таркин (неизвестно, надолго ли, а может быть, и навсегда) практически стал растением, что расстраивало — он был ценным помощником. Впрочем, даже эта жертва окупилась бы, если бы помогла выйти на след врагов — но нет, никакому ментальному воздействию разум гранд-моффа ранее не подвергался. Значит, гипотеза Палпатина была ошибочна, но как же тогда объяснить столь хорошую осведомленность таинственного врага об имперских секретах?.. Сам Таркин провел расследование инцидента вполне добросовестно — все лазейки действительно были перекрыты, абсолютно никто не мог выдать секрет, кроме него самого, а он тут точно ни причем, как теперь ясно. И все же таинственный враг каким-то образом сделал это! Остается одно из двух… Или кто-то имел информацию о стабильном пространстве внутри скопления Утроба еще до того, как Таркин его открыл, думая, что первый сделал это, и потом этот кто-то, оставаясь незамеченным, наблюдал за всем происходящим там… Но это выглядит очень маловероятным. Или же враг обладает совершенно уникальными способностями, позволяющими ему каким-то образом узнавать то, чего он знать не может.

Палпатин хорошо представлял себе возможности джедайского и ситхского предвидения и его ограничения. Даже лучшие провидцы из одаренных видели лишь общие очертания будущего, его смутную тень, или же напротив, лишь какие-то отдельные и не обязательно самые значительные его детали, а то и вовсе будущие события представали перед ними глубоко символично и видение еще надо было верно истолковать. То же самое относилось и к попыткам исследовать сокрытые тайной настоящее и прошлое. Сила никогда не давала своим последователям точных координат и маршрутов разыскиваемых объектов… Но что если на этот раз он имеет дело с чувствительным к Силе, способности которого каким-то образом позволяют обходить такие ограничения? Что если этот уникальный одаренный может исследовать будущее, настоящее и прошлое как-то иначе, чем обычным предвидением? Или даже… Тут императору и впрямь стало не по себе… Кое-кто из ситхов прошлого занимался вопросами времени и возможности в нем путешествовать или изменять уже свершившееся прошлое, правда, без большого успеха (иначе и история ситхов, и история всей галактики давно пошли бы другим путем), но если таинственный враг способен на что-то подобное, то как же с ним бороться?!

Но нет! Это же невозможно! Не может такого быть, чтобы в галактике нашелся джедай, темный джедай или ситх (кем бы ни был тот главный таинственный враг), который бы знал обо всех этих тайнах Силы больше, чем сам ситх-император! Разве что… Кто-то из джедаев мог пасть на темную сторону или вовсе перейти в ситхи с помощью голокронов из былой коллекции Плэгаса, которую злокозненный Венамис когда-то 'подарил' джедаям — до того, как она погибла под развалинами Храма. И что если среди тех голокронов было и что-то о воздействии на время? Ведь полностью изучить всю ту библиотеку сам Палпатин не успел, да и Плэгас мог освоить далеко не все… Но даже если так, то падший джедай должен обладать огромным могуществом в Силе, большим, чем у любого ситха прошлого — раз уж никто из них так и не смог такое воздействие на время осуществить! Никто из уцелевших джедаев явно на это не способ… Стоп! Почти никто! Что если это… сам Йода?! Лидер джедаев был очень силен, даже при своем однобоком 'светлом' образовании, насколько же он стал бы сильнее, если бы пал на темную сторону?!

'Или я становлюсь слишком мнительным? — снова задумался Палпатин. — Составил целую теорию на основании сомнительных и недоказанных фактов… Чтобы старый догматик Йода перешел на темную сторону или чтобы в галактике вдруг объявился еще один столь могучий ситх, о котором до сих пор ничего не было известно… Все это выглядит настолько маловероятным. Возможно, всему произошедшему все же есть другое объяснение?'

И потом, разве не предсказал он себе вечный триумф?.. Разве не дала ему Сила видения этого триумфа?.. Кто же может одолеть его теперь, после этого?.. Империя во главе с единственным бессмертным ситхом-императором будет вечной! Правда, ему пока так и не удалось раскрыть секрет бессмертия, но впереди еще много лет для того, чтобы узнать это. Поэтому его не должны пугать иллюзорные препятствия на пути!

Но все же… необходимо и подстраховаться, избавившись даже от этих обреченных врагов, которые пока не понимают своей обреченности, а потому могут еще немало повредить Империи. Чем занимаются имперские армия, флот, разведка и Бюро Безопасности?! Пусть, наконец, найдут Йоду, найдут таинственный зеленый корабль с его таинственным пилотом, найдут других джедаев, найдут беглых раттатаков, найдут вождей Сопротивления! Это уже не безопасные недобитки, какими они казались сначала, это смертельные враги, которые не прячутся, а действуют! Пусть обыщут хоть всю территорию Империи и сопредельное пространство для этого! Надо отправить на эту охоту все Руки императора. А кроме того… Хватит игр в народное представительство, пора избавиться от еще одного гнезда мятежников. А также разрубить этот узел с так и оставшимся непонятным предсказанием Силы. Да, так будет проще. Ситху следует ломать Силу об колено, а не выпрашивать у нее подачки!

Поэтому через несколько минут, когда перед ним предстал Великий Визирь Пестаж, Палпатин начал с того, что поинтересовался у него:

— Выяснилось что-нибудь новое по операции 'Скайуокеры'?

— Увы, нет, мой император. Как вы знаете, мы охватили поисками Империю, пространство хаттов, все известные независимые миры, Дикий Космос — куда есть возможность добраться… Даже послали дипломатический запрос в Доминацию чиссов — но там нет жителей с такой фамилией. И, похоже, найденные нами сто тридцать семь человек по фамилии Скайуокер являются единственными, кто ее носит в галактике. Действительно удивительно, что их столь мало, но эта фамилия оказалась очень редкой из-за своего древнего происхождения — на одном из древних, ныне мертвых, языков она означает…

— Хорошо, хорошо, — нетерпеливо прервал Визиря император. — Никто из Скайуокеров по-прежнему не выделяется каким-либо образом?

— Нет, все они выглядят вполне средними представителями тех обществ, в которых проживают.

— Хорошо… Тогда я изменяю мой приказ. Хватит следить за ними. Раз вы уверены, что нашли всех Скайуокеров галактики, то теперь убейте их всех.

— Будет исполнено, — кивок Пестажа задержался лишь на мгновение.

— Если кто-то из этих людей в будущем может представлять для меня угрозу, то лучше избавиться от них всех сейчас. Если же все наоборот, и он должен как-то стать мне полезным — то я все равно прекрасно обойдусь и без него. Хватит тратить ресурсы Империи на эту операцию. Теперь второй мой приказ: я распускаю Имперский Сенат. Объяви это публично и проведи все необходимые процедуры. Сенат — это последний остаток Республики, и я чувствую, что именно там гнездятся союзники мятежников… Отныне гранд-моффы будут получать приказы напрямую от меня и управлять своими сверхсекторами, а от них приказы будут получать моффы секторов.

— Будет сделано, мой император, — поклонился Пестаж.

* * *

Некоторое время спустя… Тайная база джедаев…

Новости застигли нас еще в пути — о роспуске императором Сената и о внезапном умопомешательстве гранд-моффа Таркина. Причем, если о первом событии официальные каналы информации трубили вовсю, восхваляя мудрую политику императора, избавившего государство от последнего бюрократического наследия неэффективной Республики, то о втором они сообщали очень мало — только то, что недуг одолел Таркина внезапно и что он помещен в лучшую имперскую больницу для элиты, но когда в его состоянии наступит улучшение и наступит ли вообще — неизвестно.

Однако в теневую информационную сеть просочились слухи из императорского дворца — что с гранд-моффом это приключилось прямо после аудиенции с императором, а то и вовсе прямо во время нее! Это было очень похоже на наказание — учитывая, что проекты Звезд Смерти курировал именно Таркин.

Теневая сеть вообще бурлила как по поводу новостей о том, что Империя, оказывается, строит супероружие, способное уничтожать планеты и, очевидно, предназначенное для запугивания собственного населения, так и по поводу впечатляющей победы повстанцев, уничтоживших прототип такого супероружия. Имперские власти, разумеется, все отрицали: и то, что такое оружие строится, и уничтожение одного из образцов. Однако очень многие сложили два и два и обвинили Палпатина еще и в покушении на Таркина и доведении того до безумия…

Мы даже надеялись, что на базе нас встретят шумным празднеством, но нет, все было, как обычно, тихо, а встречать нас на космодроме вышли лишь трое близких нам женщин: Шара, Падме и Шми. На радостях Шми обняла Энакина, Падме тоже обняла Энакина, а заодно Лазутчика, а Шара обняла и меня, и Энакина, и Лазутчика. Только Селесту никто не стал обнимать, но она и не претендовала. В процессе обнимашек Шара торопливо выпалила поздравления с грандиозным успехом, а затем так же поспешно сообщила еще одну важную новость.

— Йода прилетел! Он здесь! Уже ждет Энакина в конференц-зале! Просил прямо сейчас! Прийти!

Что ж, раз сам Йода просит… То лучше не задерживаться. Поэтому мы тут же, как были с дороги, отправились в конференц-зал, где нас и встретили, сидя за столом, все взрослые джедаи базы в полном составе. А во главе стола, разумеется, разместился маленький зеленый магистр.

— Вот значит, каков ты, Избранный… — произнес он, поманив Скайуокера к себе.

Тот решительно двинулся вперед и подошел к Йоде ближе.

— Хм-м, не думал уже, что до появления Избранного доживу, а среди нас ты, оказывается, давно. Мощь Силы большую в тебе, джедай юный, ощущаю я, верно это. Но готов ли ты к большому самому испытанию в жизни твоей — к предназначения твоего исполнению? Молчи, не отвечай… Не знаешь ты этого, не знаю и я. Слышал я, нет среди джедаев базы этой ни одного, кого бы ты не победил в поединке уже? А как насчет с Йодой старым спарринга?

— Для меня это честь, магистр! — смущенно отозвался Энакин.

— Честью будешь ли считать ты это, если мне проиграешь? — усмехнулся Йода.

— Конечно, буду! — поспешил убедить его Скайуокер.

— Посмотрим…

Вслед за этим все тут же переместились в тренировочный зал, где и стали свидетелями 'битвы титанов'.

Ну… она была не слишком длинной: наш чемпион-Избранный продержался против маленького магистра целых пятьдесят четыре секунды. После чего проиграл. Однако, как заметил сам Йода, это было на девятнадцать секунд больше, чем в таких условиях могли продержаться, например, такие мастера старого Ордена, как Дуку или Винду — ведь глава Ордена и не думал поддаваться!

— Потенциал огромен твой, но не готов ты еще к встрече с императором, — заключил он. — Я обучать тебя буду теперь и обучением твоим всерьез займусь. Лишь тогда готов будешь ты, когда Йоду старого в поединке одолеть сможешь.

— Я как раз хотел вас попросить учить меня, магистр, — откликнулся сконфуженный Энакин.

— И не пожалеешь об этом?

— Нет!

— Первые месяцев пару — жалеть будешь, — весело отозвался старый джедай. — Как жалели все падаваны мои.

Глава двадцать девятая

Три месяца спустя… Система Корусканта…

И вновь мы сажали наш корабль (только уже не тот, что в прошлый раз, для конспирации я постоянно их менял) на поверхность планеты-города, благо, это и сейчас было не труднее, чем раньше. Я, Шара и Селеста Морн… Оранжевый сектор, к счастью, пока не затронули все произошедшие на Корусканте перемены, и через него по-прежнему можно было проникнуть в столицу, не будучи отмеченными ни в каких имперских диспетчерских.

А перемены на столичной планете были немалые. Палпатин, наконец, начал выполнять свой план по переселению всех нечеловеческих рас в отдельные районы экуменополиса. Официальные заявления имперских властей вновь наперебой восхваляли мудрую политику императора, а самих не-людей заверяли, что все это для их же собственного блага — теперь каждый разумный будет жить рядом со своими соплеменниками в наиболее удобных и комфортных условиях! Большинство переселяемых, конечно, не смели ослушаться императорского указа и переезжали самостоятельно, тех же, кто упирался и отказывался покинуть свой дом, хватали штурмовики и перевозили силой… Изгнание 'экзотов' осуществлялось постепенно, сектор за сектором, но вскоре должно было завершиться по всей планете.

С планеты Умбары пришла весть о смерти Слай Мур, об обстоятельствах которой говорилось очень мало. И разумеется, ни слова о том, что она умерла при родах — что вообще довольно странно, учитывая наверняка доступные ей лучшие медицинские технологии Империи. Я подозревал, что причиной стало именно то, что для зачатия ребенка ей внедрили ДНК не кого-нибудь, а Палпатина — погрязшего в темной стороне лорда ситхов… Ему наперебой выражали сочувствие, готовились пышные похороны вернейшей советницы императора…

Сам же император после всего произошедшего — с Флэйм, с прототипом Звезды Смерти, с гранд-моффом Таркином — совершенно озверел… Да нет, не так, озверевшим он был еще раньше, теперь же из простого зверя превратился в зверя бешеного. На Корусканте Великий Инквизитор Гидра, возглавившая Инквизиторий, свирепствовала, разыскивая в Имперской Разведке и Бюро Имперской Безопасности вражеских агентов. Всех сотрудников этих организаций 'просеивали через мелкое сито' и в случае малейшего подозрения на ненадежность — отправляли на свидание с пыточными дроидами. Разумеется, агентов Сопротивления Гидра найти не могла, потому что их там и не было, однако за некоторыми сотрудниками открывались какие-то другие подозрительные делишки или хотя бы излишняя болтовня о рабочей деятельности — и их безжалостно отправляли на каторгу в шахты, а то и вовсе на смертную казнь. Так во всяком случае рассказывала теневая информационная сеть Голонета, собиравшая слухи — ведь официально обо всех этих расследованиях народу ничего не сообщалось…

Три месяца назад в Инквизитории вдруг появилось четверо новых руководителей, имена которых тогда очень меня удивили, но при том обрадовали. Это были Сарцев Квест, Са Куис, Шелван и Арден Лин. Как я знал, все четверо носили тайные звания Рук императора и были одними из первых таких его тайных личных агентов. Если Палпатину пришлось пустить их в дело, то, похоже, наша деятельность уже заставила его исчерпать все резервы подчиненных ему одаренных!

Поисковые отряды, под руководством инквизиторов и Рук императора разыскивающие джедаев, сменили тактику. Теперь они просто хватали повсюду, где было подозрение на хотя бы кратковременное присутствие джедая, как можно больше разумных — и отправляли их всех к пыточным дроидам. В надежде на то, что хоть кто-то что-то да знает и признается. По данным теневой информационной сети путь каждого джедая теперь отмечался сотнями тысяч жертв таких пыток. И, увы, наряду со всеобщим страхом и ненавистью все это принесло имперцам и нужные плоды — инквизиторам и штурмовикам, наконец, удалось загнать и убить Дасса Дженнира и Рама Коту, которые не дались им в руки живыми. Один отряд Инквизитория даже тайно проник в пространство хаттов, где, как выяснилось, скрывалась Анья Куро, и попытался захватить ее, но… Попытка снова закончилась громким провалом. Невероятно, но Анье вновь удалось уйти из ловушки и скрыться, при этом она прикончила не только нескольких штурмовиков и инквизиторов, но и руководивших захватом Куиса и Шелвана! Так Палпатин лишился сразу двух своих Рук.

Третья Рука — Сарцев Квест — недавно погиб в ходе того, что имперские новости называли 'Мандалорскими беспорядками'. Мандалорский сектор официально был включен в Империю и на его планетах были размещены имперские гарнизоны, однако мало кому из мандалорцев нравилось такое положение. До сих пор они терпели, понимая, что имперцы слишком сильны для открытого противостояния с ними, но вот…

Каким-то образом Империи все же удалось выяснить, что джедай Бардан Джусик скрылся среди мандалорцев, став одним из них. На этот раз Империя не мелочилась и тут же высадила на Мандалор десант во главе с Квестом, попытавшись захватить Джусика. Как и следовало ожидать, все оказавшиеся поблизости мандалорцы за него вступились, поскольку считали его 'своим', независимо от того, что там было в его прошлом. В произошедшей схватке сила поначалу оказалась на стороне имперцев, Джусик погиб, как и множество мандалорских воинов. Но торжествовать победу было рано, она оказалась кратковременной — уйти имперцам уже не дали, так как поднялся стихийный бунт по всей планете. Взбешенные мандалорцы полностью истребили весь имперский десант, в том числе убив и Сарцева Квеста. В свою очередь, сообщения об этом стремительно распространились по всему сектору, и восстание тут же охватило уже все мандалорские планеты — воины понимали, что Империя все равно не простит им произошедшего, а сдавать ей 'бунтовщиков' не собирались. В итоге, за короткое время все имперские гарнизоны в секторе были вырезаны подчистую…

Империя пообещала за это неминуемое и ужасное возмездие, но до сих пор почему-то медлила с ним, видимо, готовясь. А тем временем в Мандалорский сектор слетались мандалорцы со всей галактике, тоже готовясь сражаться с Империей за свои родные планеты не на жизнь, а на смерть…

На фоне этих событий практически незаметной прошла новость, которая в другое время сильно бы заинтересовала галактику: крах криминальной империи Айрема Радика. Историю произошедшего я собрал по частям из официальных новостей и рассказов теневой информационной сети, и выглядело все следующим образом.

За десятилетие, прошедшее со времени посещения Асажж Вентресс тюрьмы Улей-Шестерня-7, империя Радика и его влияние в галактике неуклонно росли. По слухам, в недавнее время четверть организованного криминала во всем имперском пространстве подчинялось именно ему, хотя большинство представителей 'нижнего звена' преступного мира об этом даже не догадывалось. 'Длинные руки' Радика уже достигли Корусканта и Муунилинста. Вот только императору Палпатину совершенно не нравилось, что в его Империи действуют какие-то силы, независимые от него самого, и он попытался 'уговорить' Айрема подчиниться ему — вместе со всем своим криминальным синдикатом, конечно, который должен был работать на благо императора. Радик отказался. Императору это не понравилось еще больше, и он стал готовить хитроумную комбинацию, после исполнения которой власть в синдикате должна была как-то перейти от Радика к фалиинскому принцу Ксизору — одному из подчиненных Радика и одновременно агенту Палпатина. Но Радик оказался достойным противникам — он вовремя почуял угрозу и избавился от Ксизора с помощью наемных убийц.

Но хитроумный преступный авторитет не учел всех возможностей императора, а также того, что после этого терпение Палпатина просто лопнет (Ксизор был его очень важным агентом) и он перейдет к открытым боевым действиям. Радик полагал, что находится в полной безопасности в своем тайном укрытии прямо посреди космической тюрьмы Улей-Шестерня-7, но Палпатин сумел выяснить этот секрет. В один прекрасный момент из гиперпространства неожиданно вышла эскадра имперских кораблей, окружившая тюрьму и не выпустившая из нее никого до самого окончания операции, а в ангарах тюремного комплекса приземлились транспорты с сотнями штурмовиков. В считанные минуты взяв под охрану начальницу Садики Блирр и ее брата и захватив управление тюрьмой, имперцы затем принялись прочесывать комплекс, хватая без разбора заключенных и охранников и отправляя всех на допрос к привезенным пыточным дроидам. Во время этого прочесывания ими попутно был убит огромный волкочервь сайрокс, бывший лучшим экземпляром 'зверинца' Блирров… С помощью пыток быстро удалось выявить всех агентов Радика среди заключенных и персонала, однако никто из них не мог сказать, как добраться до самого тайного убежища их всесильного повелителя. К тому же бесследно исчез заключенный Ноль — первый заключенный тюрьмы, по слухам, знавший о ней все.

Тогда, поскольку больше под рукой никого не оставалось, имперцы схватили и начали пытать саму начальницу тюрьмы Садики Блирр и ее немого брата Дакараи. Садики об Айреме Радике и его делах ничего не знала, а вот Дакараи… неожиданно ЗАГОВОРИЛ и признался, что именно он и был все это время заключенным Ноль, ловко маскируя свою внешность и в этой второй своей ипостаси являясь главным помощником Радика. Он открыл секретный проход в логово преступного лорда, но когда имперцы туда ворвались, оказалось, что тот, не желая сдаваться в плен, вовремя застрелился…

Гибель Радика обрушила всю его огромную криминальную империю, где тут же начался новый передел сфер влияния, и четверть Империи охватили криминальные войны. Однако на фоне 'очищения' Корусканта и надвигавшейся войны с мандалорцами ее жители на это даже не обратили особого внимания.

Ну а что же мы? А у нас, как ни странно, в последнее время все было тихо и спокойно — наверное, прежде всего, из-за того, что я истратил все трюки, которые еще мог использовать против Империи. Тренировки, обучение юнлингов и падаванов… Йода изо всех сил гонял своего нового ученика Энакина Скайуокера, обещая сделать из него настоящего Избранного.

Межпланетное Сопротивление то тут, то там понемногу жалило Империю, время от времени совершая диверсии и нападения на отдельные ее объекты на разных планетах… Кореллианцы добились наиболее заметных успехов — их истребители атаковали и разгромили летящий из Центральных Миров во Внешнее Кольцо имперский конвой с оружием…

Так мы потихоньку работали и набирали силы, пока и не мечтая о крупномасштабных операциях, когда с Йодой вдруг связался Бэйл Органа и передал обеспокоившую нас весть: недавно присоединившееся к Межпланетному Сопротивлению местное Сопротивление Корусканта предлагает осуществить покушение на самого императора Палпатина!

— Не знаю я, что по поводу этому сказать, — заметил нам Йода на совещании по поводу такой возможности. — Полагаем мы, что Избранный лишь ситха уничтожить сможет, а он — не готов еще к этому. Но если действительно шанс на успех покушения есть, то можем ли отказаться от него? Однако велик и риск может быть при провале. Осторожность нужна тут.

И вот в итоге старый магистр с помощью Бэйла решил отправить на Корускант меня, Шару и Селесту в качестве представителей Межпланетного Сопротивления — чтобы мы поговорили с местными подпольщиками, выяснили, насколько вероятен успех предлагаемого ими покушения, и, в случае малой вероятности победы и большого риска для всего корускантского Сопротивления, отговорили бы их от этого.

* * *

Прибыв в Оранжевый сектор и добравшись до Бандитской аллеи, мы переночевали в доме у Декстера Джеттстера и его компании, через которых предварительно связались с местной ячейкой Сопротивления, куда они теперь входили, назвались связными от руководства Сопротивления Межпланетного и договорились о встрече.

Наутро на аллее уже ждал спидер с молчаливым салластанином за рулем, который отвез нас троих в другой сектор планеты и, попетляв по лабиринту закоулков, остановился возле старого, почти заброшенного здания. Внутри, на первом этаже, обнаружился секретный проход за искусной голограммой стены, с виду неотличимой от настоящей, а за проходом — турболифт, поднявший нас в штаб-квартиру здешних сопротивленцев.

За овальным столом здесь сидели трое. Высокий цереанин, сразу выделяющийся из всех благодаря сильно вытянутому вверх черепу, человек и сакианец. Вдобавок неподалеку стоял старый протокольный дроид модели И-5ИКУ, который повернул к нам голову и, казалось, смерил нас своими фоторецепторами, едва мы вошли.

— Позвольте мне поприветствовать вас, — цереанин встал из-за стола и протянул нам руку. — Я — лидер корускантской ячейки Сопротивления Тай Ксон Йиммон. Это — Лорн Паван (человек кивнул нам), Туден Сал (сакианец поклонился) и И-5 (протокольный дроид слегка склонил голову). Прошу учесть, что, хотя И-5 дроид, он является нашим полноправным товарищем и участником Сопротивления, как и любой органический разумный.

'Лорн Паван жив?! — на мгновение удивился я. — Хотя ничего удивительного: если история сейчас изменилась и все конфликты вокруг планеты Набу прошли иначе, то и Лорн Паван вполне мог не впутаться в связанные с ними дела, как это было в оригинальной истории, и не погибнуть из-за этого. Да и его оригинальный дроид избежал бы стирания памяти.'

— Сядьте, — продолжал Йиммон. — Как вы знаете, нам необходимо обсудить возможное проведение операции, которая может повлиять на будущее всей галактики… Здесь — все авторы ее плана…

— Я предложил убить императора Палпатина, — вмешался в разговор Туден Сал. — Как ваше руководство на это смотрит? План безупречен!

— Да, по плану это сделает И-5, — присоединился к сакианцу Лорн Паван. — Все очень просто. Никто обычно не ждет опасности от дроида. Даже джедаи или ситхи не способны прочесть их мысли и намерения, так как они не органические существа. Следовательно, на присутствие И-5 — он, конечно, будет замаскирован под 3ПО или какого-нибудь другого похожего протокольного дроида, для этого у нас уже все подготовлено — никто не обратит внимания, пока не станет слишком поздно. А так как у него нет программирования, ограничивающего причинение вреда разумным, то он легко сможет произвести точный выстрел в цель из скрытого оружия.

— Хотя для меня лично эта миссия, возможно, будет самоубийственной, я готов на это пойти, — произнес И-5. — Ради моего друга Лорна. Вы должны знать, что Империя убила его сына. Джакс Паван. Он обучался в Храме джедаев и погиб во время исполнения Приказа 66.

— Я, кстати, тоже сильно пострадал от Империи, — проворчал Сал. — А кто не пострадал от нее?! И теперь есть шанс покончить с ней одним ударом!

До того, как я услышал о плане местных сопротивленцев, я был уверен, что речь идет о невыполнимой авантюре, от которой их обязательно нужно отговорить. Однако теперь, когда в уравнение был введен дроид… Я сразу вспомнил о том, как сам когда-то смог убить другого лорда ситхов — Дарта Плэгаса — с помощью именно вооруженного дроида.

Да, но Плэгас был лишен способности предвидеть будущее. А Палпатин? Он не сможет почувствовать намерение дроида, это верно, но эта способность не единственная, что есть у полноценного ситха.

Но прежде, чем я успел высказать свои сомнения на эту тему, заговорила Селеста.

— По-моему, это отличная идея, — сказала она. — Так или иначе, а Палпатин должен умереть. И чем скорее, тем лучше.

— Да, но… — я не стал напоминать ей о пророчестве насчет Избранного, чтобы не выдать то, что мы — джедаи. Впрочем, она и так вряд ли забыла об Энакине. Наверное, просто посчитала, что нужно использовать любой шанс. С чем, в общем-то, и я был согласен. Если только это действительно шанс на победу… — Конечно, ситх не сможет почувствовать намерения именно этого дроида, но ведь он может просто предвидеть будущее вообще. Что если он почувствует в будущем угрозу, даже не зная конкретного ее источника? Тогда он будет более осторожен и подготовлен.

— Все равно, я думаю, попытаться нужно, — ответила Морн. — Если, конечно, не будет угрозы, что И-5 попадет в плен и из его процессора вытянут все, что он знает о Сопротивлении. Но, думаю, он уже подготовил на этот случай план самоуничтожения своей памяти?

— Именно так, леди, — кивнул дроид. — Но я надеюсь, что сумею подготовить для себя путь отхода.

— Тогда не вижу проблем, — пожала плечами Селеста. — Действуйте. А ты как считаешь? — с нажимом обратилась она ко мне.

— Что ж… — развел я руками. — Похоже, вы неплохо подготовились. Даже в случае неудачи Сопротивление потеряет лишь одного из своих участников. А в случае успеха… сами понимаете. Попытайтесь.

— Отлично! — возликовал Туден Сал. — У нас уже все рассчитано. Через два дня у Палпатина очередной большой прием — встреча со множеством делегаций от различных планет. С ними будет немало дроидов и И-5 отлично сможет смешаться с ними — он через голонет осуществит взлом нужных сетей и подправит их списки. Один выстрел издалека — и дело сделано!

Мы еще некоторое время обсуждали план предстоящего покушения, и я убедился, что в нем было предусмотрено, казалось, все. Не такой уж это было и авантюрой.

Да, все выглядело отлично подготовленным. Но все же… когда мы покидали штаб корускантской ячейки Сопротивления, меня что-то беспокоило: рано… слишком рано… Я не знал, почему, но это покушение казалось мне опережающим нужное время, его можно было бы осуществить, но позже… позже…

* * *

А два дня спустя я сидел в логове Декстера Джеттстера (мы решили задержаться на Корусканте, чтобы дождаться исхода операции по покушению, каким бы он ни был) и лениво просматривал заголовки Голонета. Императорский прием как раз сейчас был в разгаре — сам Декстер смотрел его тут же, на другом голоэкране, в прямой трансляции. Покушение вот-вот должно было осуществиться, и тогда уж срочные новости пойдут по всем каналам…

'Новость-молния!' — сообщил мой голоэкран.

Что, уже? Стоп, нет, прием еще идет и никаких признаков паники не слышно. Я открыл новость-молнию и пробежал по ней глазами…

Что?!!

'Планета Бакура внезапно атакована… Огромный флот кораблей органического происхождения… Нет сомнений в том, что это снова йуужань-вонги!'

Нет!!

В мгновение ока я осознал, что значило мое недавнее предчувствие. И мне тут же представилась Империя после смерти Палпатина — распадающаяся на части, раздираемая моффами и адмиралами, погрязшими в междоусобицах… И йуужань-вонги, победно шествующие от одного края галактики к другому…

— Декстер!! — вскричал я, бросаясь к нему.

— Что, что такое?! — перепугался бесалиск моего панического крика.

— Планы меняются! Срочно свяжись с Йиммоном и отмени покушение на Палпатина!

— Отменить?! Да что случилось-то?!

— Некогда, объясню потом! Быстрее!

Декс кинулся к своему передатчику и, связавшись с штаб-квартирой по шифрованному каналу, некоторое время говорил с цереанином. После чего повернулся ко мне и растерянно сообщил:

— С И-5 уже нет связи. Он все отключил и приступил к выполнению задания!

— Только не это… — я подбежал к голоэкрану, на котором все еще шла трансляция приема у Палпатина.

'Только бы не получилось, только бы не получилось! — мысленно повторял я. — Не сейчас! Он пока нам нужен! Вот никогда не думал, что буду желать спасения Палпатину…'

Один из протокольных дроидов в зале для приемов вдруг стремительно поднял руку и выстрелил из пальца лазерным лучом. Прямо в голову императора.

Но… В самый последний момент ситх невообразимо быстро уклонился! Лишь вспыхнул от попадания лазера край его черного капюшона…

В следующие мгновения зал заполнили крики и метавшиеся в панике люди, но я еще успел заметить, как один из императорских гвардейцев-охранников прыгает к дроиду и вонзает свою силовую пику ему в грудь, а вполне живой император хладнокровно прибивает огонек на капюшоне рукой. Затем трансляция прервалась.

'Провал операции… — с облегчением подумал я. — К счастью, на этот раз провал…'

Глава тридцатая

Полгода спустя…

'Гонщица' вышла из гиперпространства, и за обзорным окном засияла Зонама-Секот.

— С прибытием, — сообщил Энакин. — О, нас уже вызывают.

Он включил передатчик.

— Говорит Секот, — послышался молодой веселый голос. — Я узнал тебя, 'Гонщица'. И тебя, Энакин. Я чувствовал ваше приближение. И чувствую, что вы пришли с важными вестями.

— Еще какими важными! — ответил Энакин. — Э-э-э… Здравствуй, Секот. Дело в том, что… йуужань-вонги вернулись. И… их надо спасать!

— Передаю вам координаты площадки посадки, — без лишних вопросов объявил планетный разум. — Ждем вас в гости.

* * *

Полгода назад началось настоящее, массированное, вторжение йуужань-вонгов в галактику. Началось — совершенно неожиданно для меня — с нападения на планету Бакуру, которая находилась на прямо противоположном оригинальному району первого вторжения краю галактического диска! Почему произошли такие перемены, я так и не понял.

Эскадра йуужань-вонгов подавила оборону планеты и оккупировала ее — очень быстро, никто из местных жителей даже не успел покинуть Бакуру. После чего их корабли начали продвижение в соседние сектора…

Палпатин отнесся к угрозе серьезно и тут же бросил на Бакуру весь секторальный флот девятнадцатого сверхсектора Империи. И… после этого у Империи стало на один секторальный флот меньше. Силы пришельцев у Бакуры оказались превосходящими все ожидания и стерли его в порошок. Лишь несколько кораблей сумели вырваться из ловушки и сообщить о произошедшей катастрофе. Галактика содрогнулась…

Но Палпатин и назначенный им главнокомандующим вооруженными силами Империи адмирал Октавиан Грант ничуть не походили на нерешительных новореспубликанских политиков — они были тверды, решительны, готовы сражаться с иногалактянами за свою власть до последнего, а главное — ждали их нападения. Пока вонги опустошали девятнадцатый сверхсектор, обрушивая плазменные бомбардировки и дожди из десантных ботов на Эндор, Фиррерре, Церею, Беспин, Лумис — император двинул против них двадцатый и восемнадцатый флоты. Сперва это казалось огромной стратегической ошибкой, ведь силы противника явно были больше, но… Как оказалось, они были лишь приманкой, за которой следовали тайно переброшенные из своих сверхсекторов и объединенные в две группы — Первую и Вторую — флоты с тринадцатого по шестнадцатый и со второго по шестой. В результате умело проведенной имперскими адмиралами операции был зажат в клещи и уничтожен огромный вонговский флот, атаковавший было двадцатый флот Империи! Однако, тем временем, еще один флот не меньших размеров напал на девятнадцатый флот и разгромил его, заставив остатки отступить… Но Палпатин посчитал эту потерю допустимой жертвой за более крупную победу. Тем более, что после этого две группы флотов двинулись в девятнадцатый сверхсектор, преследуя второй вонговский флот и отогнали его к самой Бакуре. Казалось, что победа уже близка, как вдруг…

Еще два флота йуужань-вонгов, размерами даже больше прежних, появились из-за пределов галактического диска и двинулись прямо по теперь беззащитным Хайдианскому и Римманскому гипермаршрутам прямо к Корусканту, ненадолго задерживаясь лишь для нанесения сильнейших ударов по важным промышленным мирам и кораблестроительным верфям, попадающимся на пути. Кроме того, эти флоты попутно засевали минами все точки выхода из гиперпространства, мимо которых проходили, чтобы максимально осложнить имперцам преследование.

Однако и Палпатин с адмиралом Грантом быстро смекнули, что неспроста пришельцы столь нагло рвутся прямо к галактическому центру. И Палпатин решился на рискованный шаг. Вместо того, чтобы отозвать флоты, продвигающиеся к Бакуре и призвать их на помощь столице, он приказал им продолжать преследование бакурианского флота йуужань-вонгов и разгромить его. А на помощь Корусканту призвал секторальные флоты с седьмого по двенадцатый, объединив их в Третью группу флотов, но прекрасно зная, что те не смогут объединиться и прийти на помощь раньше, чем вонги доберутся до столичной планеты! Мало того, император приказал первому флоту, защищавшему непосредственно Корускант, оставить позиции и отступить на соединение с этой группой флотов! Он решил, что под защитой своих мощных планетарных щитов Корускант сможет продержаться достаточно долго, а флот вместо того, чтобы бесполезно погибнуть в бою с многократно превосходящим противником, должен сохранить свою силу и использовать ее позже. Разумное решение… если мыслить в масштабах всей галактики, но очень опасное для самих корускантцев!

В столице началась паника, однако император снова показал, как крепко он держит всех в кулаке: паникеров, дезертиров и пытавшихся сбежать без разрешения — расстреливали на месте, пытавшиеся устраивать беспорядки или протесты возмущенные толпы — давили и жгли шагающими танками. За короткое время порядок повсюду был восстановлен и планета приготовилась к обороне.

И вот, два флота йуужань-вонгов, подвергнув разрушительным бомбардировкам Слуис-Ван, Эриаду, Салласт, Маластар, Яг-Дхул, Мечис, Тайферру, Фондор, Дуро, Нубию, Кореллию, Рендилли и Куат (конечно, при нападении на многие из этих планет захватчики несли большие потери, однако число их было просто слишком велико, чтобы это изменило конечный исход), наконец, объединились у Корусканта, разрушили его верфи и начали штурм. Поначалу планета-город действительно неплохо держалась под ожесточенной плазменной бомбардировкой огромного флота — ее планетарные дефлекторные щиты были лучшими в галактике. Однако затем вонги, поняв, что время работает против них, решили поспешить и просто… протаранили щиты разом тысячей малых и крупных кораблей, отправив их экипажи на смерть! Этого неожиданного 'маневра' уже не смогли выдержать никакие дефлекторы, генераторы были перегружены, поле исчезло, и захватчики принялись бомбить экуменополис.

Планетарная противокосмическая и противовоздушная оборона держалась до последнего, но все же пришельцы сумели полностью разрушить орбитальные оборонительные платформы, штаб планетарной обороны, императорский дворец, здания штабов вооруженных сил, разведки, Бюро Имперской Безопасности, Инквизитория и прочих важных организаций Империи, башни информации, содержащие огромные архивы данных по галактике, центры связи и серверы Голонета… Как потом стало ясно, именно на уничтожение этих объектов и были направлены основные атаки. Видимо, их расположение захватчики узнали от пленных с Бакуры, а возможно, даже заставили тех воспользоваться Голонетом для получения нужной информации — сейчас йуужань-вонгов явно возглавлял кто-то поумнее Цавонга Ла, и вместо того, чтобы сразу тупо уничтожать любые встретившиеся машины, они сперва выкачивали из них все полезное, что только было можно. Вонги рассчитывали обезглавить Империю одним ударом, и какое-то время казалось, что им это удалось: местонахождение императора после уничтожения дворца было неизвестно, Великий Визирь Пестаж погиб, руководя обороной, как и ряд других руководителей…

Но прежде, чем враги успели высадить на планету десант, подошла долгожданная Третья группа флотов, вышедшая на помощь! Йуужань-вонги не приняли боя, а вместо этого предпочли отступить. Возможно, они посчитали, что уже добились своей главной цели… И тут-то вдруг и выяснилось, что император Палпатин вполне жив — предусмотрев и возможность атаки на свой дворец, он заблаговременно покинул его. Уцелел и главком адмирал Октавиан Грант, которого император заранее отправил к Третьей группе флотов. Так что отчаянная атака вонгов, хотя и нанесла Империи серьезный урон, но к полной ее дезорганизации не привела, связь с остальной галактикой была быстро восстановлена, а император вновь крепко держал все нити управления в своих руках. А тем временем, Первая и Вторая группы флотов разгромили и уничтожили вражеский флот в системе Бакуры и взяли штурмом саму Бакуру, которую вонги успели превратить в планету-крепость. В ходе этого сражения все на поверхности планеты было сожжено бомбардировками дотла — и пришельцы, и порабощенные ими местные жители, о спасении которых имперцы ничуть не заботились…

Два оставшихся йуужань-вонгских флота стремительно отступили теми же путями, которыми пришли к Корусканту. Палпатин приказал было Первой и Второй группам флотов, обойдя минные поля, перекрыть им дорогу, чтобы зажать врага в клещи, но тут выяснилось, что после двух предыдущих ожесточенных боев с йуужань-вонгами и 'взятия' Бакуры эти две группы понесли такие потери, что теперь их силы меньше объединенного флота противника и остановить его они никак не смогут. Так оставшиеся силы йуужань-вонгов сумели вновь улизнуть за пределы галактики. Преследующая их Третья группа флотов достигла края галактического диска, где в растерянности остановилась и запросила дальнейшие приказы…

Однако Палпатин вовсе не собирался позволить иногалактянам уйти, чтобы зализать раны и восстановить силы. Указав на единственное расположенное вне основной галактики в этом направлении звездное скопление, император приказал всем трем группам флотов (вернув лишь один из них — первый — к Корусканту, чтобы иметь защиту на случай каких-нибудь внутренних проблем) наступать туда, справедливо рассудив, что если у пришельцев есть поблизости база, то она именно там. Так имперский флот вскоре вошел в звездное скопление, когда-то называвшееся Скоплением Сси-Рууви. Вошел и обнаружил, что захватчики действительно укрепились именно там, предварительно под корень уничтожив местную цивилизацию, следы былого обитания которой обнаруживались повсеместно. С удивлением я узнал, что, оказывается жестокой расы сси-руук уже не существует — в этой измененной истории йуужань-вонги решили обогнуть галактику и вторгнуться в нее с противоположного от Зонамы-Секот края, для чего захватили это звездное скопление и тем избавили галактику от еще одного опасного соседа.

Война возобновилась теперь на вражеской территории. Хотя, как теперь стало ясно, оставшиеся силы захватчиков были, пожалуй, даже меньше объединенных имперских, на территории скопления у них было целых четыре укрепленных планеты-крепости, подобных Бакуре. Имперцы взяли одну такую крепость, затем вторую (при этом все на их поверхности снова было просто сожжено), однако на подходе к третьей — видимо местной вонговской 'столице' — прочно завязли во вражеской обороне — пришельцы тут стояли стеной и пробить эту стену можно было только ценой огромных потерь. Октавиан Грант приказал временно прекратить наступление и разведать обстановку получше…

И тогда в бой неожиданно вступили чиссы! Поскольку ранее вонги уже нападали на Доминацию, теперь та считала, что не нарушит своих принципов наносить только ответный удар, ударив в свою очередь вонгов. Чисский флот вошел в скопление с противоположной стороны от имперцев и, нанеся пришельцам еще несколько чувствительных поражений, осадил четвертую планету-крепость.

Теперь дело йуужань-вонгов было окончательно проиграно, как стало ясно всем, включая, наверное, и их самих…

А что все это время делали мы — Сопротивление? Вообще-то… ничего. Просто продолжали копить силы, расширять свои агентурные сети и собирать информацию, совершенно не вмешиваясь в происходящее. И все это — благодаря мне. Ведь поначалу многие в нашем Сопротивлении посчитали, что вторжение иногалактян — это удачный момент для восстания, а некоторые сгоряча даже предлагали вступить с пришельцами в переговоры, как с естественными союзниками против Империи! Мне — с помощью магистра Йоды, который, в свою очередь, действовал через Мон Мотму и Бэйла Органу — стоило больших трудов убедить сторонников скорейшего восстания, что сейчас для этого не лучшее, а как раз наоборот, худшее время, и что пришельцы из другой галактики — на самом деле зло пострашнее Палпатина. Но в итоге всё же все согласились, что лучше выждать, пока пришельцы и имперцы истребляют друг друга.

Что же касается Йоды и Энакина Скайуокера, то обучение Избранного продвигалось очень хорошо. Еще три месяца после нашего неудачного покушения на Палпатина ушастый магистр обучал парня на нашей базе, а потом вдруг заявил, что настало время финального испытания, и они с Энакином и Лазутчиком сели в 'Гонщицу' и улетели в неизвестном направлении.

А через пару месяцев вернулись, и Энакин рассказал, в чем это испытание заключалось: под руководством Йоды он занимался уничтожением до сих пор уцелевших ситхских голокронов — вероятно, последних в галактике и очень опасных, принадлежавших самым могущественным ситхам прошлого. Это были Дарт Андеду, Дарт Нихилус и Дарт Бэйн — оказалось, хитрец Йода давно знал местонахождение их голокронов, однако не уничтожал, чувствуя, что они зачем-то еще нужны Силе, и вот теперь понял, зачем. Чтобы послужить испытанием для Избранного, конечно! Так Энакин, не поддавшись на посулы и угрозы хранителей голокронов, успешно уничтожил все три, а Йода сообщил мне, что, судя по тому немногому, что ему недавно удалось узнать, заглядывая в будущее и видя его нечеткую тень, я прав и эпоха войн джедаев с ситхами действительно подходит к концу. После ее окончания начнется что-то другое, но вот что — он не ведает. Во всяком случае, Избранный уже готов к выполнению главной задачи своей жизни!

Итак, время победы над Палпатином, как мы считали, неумолимо приближалось. Однако прежде я должен был сделать еще кое-что… Эта, занявшая всего полгода война, несмотря на значительные потери, нанесенные нашей галактике, по сравнению с ужасающим Вторжением вонгов из канонической истории была сущей мелочью. Она не смогла так изменить будущее, как та, другая, а значит, теперь все должно идти именно по Плану Силы, и Дарт Крайт ей больше не нужен, так что Сила как-нибудь поможет мне избавиться и от него вслед за Палпатином, после чего План будет исполнен окончательно. Но вот сами йуужань-вонги… Они явно больше не представляли опасности — объединенные силы имперцев и чиссов точно скоро одолеют их окончательно — и теперь пора было спасать не галактику от вонгов, а самих вонгов от полного геноцида. И когда я объяснил это друзьям, мы срочно отправились на Зонаму-Секот. Мы — это я, Шара, Энакин, Лазутчик, Йода и, конечно, Селеста Морн.

* * *

— Так значит, теперь я должен спасти Дальних Чужаков — йуужань-вонгов? — Секот, сейчас выглядевший, как сильно помолодевший вариант Судии — погибшего правителя Зонамы, беседовал с нами в одном из гостевых домиков планеты.

— Ну… это желательно, — ответил я. — Конечно, сейчас они весьма нехорошие ребята, да и память у вас о себе оставили плохую, но думаю, что все же нельзя позволить полностью уничтожить их народ. Их еще можно исправить, вернув им связь с вами, с живой планетой, такой же, какой была их родина.

— Да, я знаю, что ты прав, — серьезно кивнул Секот. — Что ж, я сделаю это. Сейчас я уже не такой, каким был в нашу прошлую встречу, теперь я — обученный джедай. И хотя не в моем характере хвастаться силой, но сил планеты-джедая хватит для того, чтобы остановить эту войну. Думаю, ни имперцы, ни чиссы, ни йуужань-вонги не решатся ее продолжать после нашей встречи. Приготовьтесь, мы отправляемся. Я начинаю запуск планетарных гипердвигателей!

Выйдя наружу, мы увидели, как небо стремительно заволакивает темными тучами. И я знал, что где-то далеко отсюда выходящие из поверхности планеты огромные двигатели готовятся испустить из себя ослепительные столбы света.

— Да пребудет Сила с тобой, юный Секот, — пробормотал Йода. — И с нами всеми — тоже. Даже столько веков прожив, никогда не думал я, что гиперпрыжок планеты целой увижу когда-либо.

* * *

Стремительно пролетев по Хайдианскому гиперпространственному маршруту планета Зонама вышла в обычное пространство в системе Яг-дхул, где перешла на Кореллианский путь, столь же быстро пронеслась по нему до системы Киниен и 'сделала пересадку' на линию, ведущую прямиком к Бакуре. Как мы позже узнали, внезапное появление, а потом исчезновение новой планеты вызвали в этих системах панику… Наконец, выйдя в ныне необитаемой системе Бакуры, Зонама-Секот начала многодневный путь через космическое пространство к звездному скоплению, где все еще продолжалась война.

Когда мы до него добрались, йуужань-вонги, к счастью, все еще сопротивлялись чиссам и имперцам. И, воспользовавшись обнаруженным местным гипермаршрутом, живая планета пролетела сквозь скопление прямо в систему, где имперский флот вел осаду вонговской планеты-крепости.

Внезапный выход из гиперпространства целой планеты потряс обе стороны противостояния. А затем, воспользовавшись своими джедайскими способностями, Секот сделал так, чтобы на борту каждого корабля в системе атмосфера заколебалась нужным образом, громко передавая его слова:

— Я — Зонама-Секот, сын Йуужань'тара, живая планета. И я пришел за своими заблудшими детьми — йуужань-вонгами!

Глава тридцать первая

Еще три месяца спустя…

Можно сказать, что на эпическом появлении Секота война с йуужань-вонгами и завершилась. Произнеся эту короткую речь, он затем настоятельно предложил всем детям Йун-Йуужаня перебраться к нему на борт… то есть на его поверхность, а имперцам — отступить и не вмешиваться. В дополнение к этому предложению Секот тут же использовал свои соединенные силы — Силу джедая (сейчас куда большую, чем была у него в известной мне истории, где он не прошел джедайского обучения!) и силу связи с вонговскими биоформами — на планете-крепости иногалактян. В результате, как мы узнали потом, все их оружие тут просто-напросто… проросло и одичало, что ли? Во всяком случае, их амфижезлы стали вырываться из рук и уползать, как обычные змеи, разрывные и ударные жуки улетели из патронташей в воздух, где и принялись весело кружиться, не даваясь в руки, а виллипы связи и довины-тягуны пустили корни и побеги! Подобное происходило и со всеми прочими организмами, используемыми ими вместо техники. И впервые эти храбрейшие воины, не боящиеся смерти и боли, но приветствующие их, натурально перепугались — ведь происходило нечто за пределами их понимания. А напугавшись — вскоре приняли предложение Секота. С Зонамы к превратившейся в буйный лес планете-крепости вылетел рой живых и управляемых планетным разумом кораблей, предназначенных для вывоза пришельцев.

Имперцы попытались было влезть, но Секот своим телекинезом прямо через космическое пространство просто осторожно 'помял' несколько Звездных Разрушителей — так, чтобы никто не погиб, но помятость кораблей выглядела весьма заметной для всех. После этого командующие имперским флотом приняли благоразумное решение не вмешиваться в происходящее.

Забрав всех йуужань-вонгов здесь, Секот совершил гиперпрыжок ко второй и последней планете-крепости, где так же быстро договорился с местными вонгами и с чиссами и эвакуировал иногалактян и оттуда. После чего скрылся с глаз чиссов, переместившись на край скопления, дабы там спокойно переговорить с вонгским руководством…

Оказавшись на Зонаме, йуужань-вонги совсем ошалели — планета для их чувств просто была пронизана ощущением родного дома. И, после, конечно, некоторых споров, их воины и священники, уверовавшие в 'сына Йуужань'тара', согласились зажить новой жизнью — мирной и созидательной, в гармонии с природой. Оказалось, командовал флотом вторжения сейчас Чулканг Ла, конечно, куда более молодой, чем в оригинальной истории на полвека позже, а про его сына Цавонга ничего не было слышно.

Тут-то из рассказов Чулканга и выяснилось, что послужило причиной ускорения Вторжения. Оказалось, Верховный Влыдыка Куореал по-прежнему жив, только, с точки зрения Мастера Войны, стал вести себя несколько странно. Сперва направил четыре домена йуужань-вонгов в самостоятельные завоевательные походы, где те почти все и полегли. Это были именно те 'предварительные' вторжения в Неизведанные Регионы, Скопление Сси-рууви и две галактики-спутника, которые ранее вызвали мое недоумение. И были в них отправлены именно те домены, о мятежности которых сообщил Куореалу я. Затем, когда Чулканг Ла единственный из командующих силами доменов вернулся с победой, уничтожив сси-руук, Куореал встретил его уже каким-то словно другим, изменившимся — и приказал начать общее вторжение в галактику немедленно, пусть сам караван кораблей-миров и находится еще далеко от нее — но это следует сделать прежде, чем неверные смогут подготовиться к войне еще лучше и стать еще сильнее. И при этом вторжение надо было провести, обойдя галактику с другой стороны, чтобы атаковать не там, где, по его мнению, мы были сильнее всего и ожидали атаки в первую очередь. А еще Куореал вдруг завел себя любимца — шута-опозоренного по имени Оними, хотя раньше за ним таких пристрастий не замечалось.

Услышав это, я сразу понял все. Куореал действительно намеревался отступить от нашей галактики, напуганный живой планетой, и лишь попытался перед этим избавиться от возможных заговорщиков, готовящих против него мятеж. Но затем до него все-таки добрался уцелевший Оними, и Куореал стал уже не Куореалом, а живой куклой на троне, высказывающей мысли и желания своего шута — как Верховный Владыка Шимрра в иной истории. Оними же, в свою очередь, запаниковал, узнав все, что было Куореалу известно, решил, что галактика все о них знает и деятельно готовится к столкновению (отчасти это так и было), и принял решение напасть немедленно, пока еще есть хоть какой-то шанс, потому что позже враг будет только еще сильнее. Вот и результат его паники и преждевременного наступления: на этот раз Вторжение обошлось куда более малой кровью и для галактики, и, надеюсь, для йуужань-вонгов тоже. При чем сейчас в нападении участвовал только флот пришельцев, а корабли-миры с гражданским населением все еще оставались далеко в межгалактическом пространстве и приближались довольно медленно — Оними рассчитывал, что они прилетят уже на все готовое и завоеванное.

Понял всю ситуацию и Секот, после чего объявил, что должен лететь в дальний космос, к каравану кораблей-миров, и эвакуировать своих 'детей' и оттуда, заодно разобравшись с сумасшедшим шутом-узурпатором. Чулканг Ла же, узнав все об этой истории, пришел в ярость и громогласно пообещал помочь в этом разбирательстве. На этом мы с Зонамой-Секот и расстались.

— Я, конечно, мог бы вам помочь и в вашей войне, — извиняющимся тоном сказал Секот, прощаясь. — Но сейчас для меня важнее всего вернуть всех моих детей на их истинную Родину, ведь, как я осознал — это именно я. К тому же я чувствую в вашем Избранном огромную Силу и вижу необычное, но великое будущее, что ждет его… Именно он должен поставить точку в вашей борьбе, и я предчувствую, что это произойдет уже совсем скоро. Удачи вам. Да пребудет с вами Сила.

— Да пребудет с тобой Сила, Секот, — попрощались и мы. — Успеха в твоей задаче.

После чего мы все взошли на борт 'Гонщицы' и отправились обратно, на тайную базу джедаев в Доминации чиссов. Я, конечно, сильно расстроился, ведь такой 'рояль в кустах' и 'бог из машины', которым неожиданно оказался Секот, действительно мог бы легко победить Палпатина… Наверное… Но да, как ни крути, пророчество-то гласило, что только Энакин должен это сделать, а никто другой. Значит, следовало готовиться к тому, чтобы именно с его помощью это совершить, тем более что, по словам самых сильных одаренных, таких, как Секот и Йода, момент истины совсем близок!

Между тем, это стало известно не только мне — с тех пор, как мы вернулись на базу, слух о приближении оного момента разошелся среди всех джедаев, и они теперь каждую минуту свободного времени только и делали, что медитировали, всё стараясь выяснить у Силы: 'Не пришел еще момент, нет? А сейчас?'

Тем временем в Империи обстановка тоже накалялась (хотя, казалось, куда уж накаленнее?): после того, как Палпатин узнал о встрече имперского флота с живой планетой, мало того, планетой-джедаем — он объявил, что это новый опасный враг, который несомненно находится в сговоре с йуужань-вонгами, джедаями и раттатакцами, которые все вместе планируют уничтожить Империю. А значит, Империя должна стать еще сильнее и быть готовой к любым вызовам! Империя обязательно уничтожит всех врагов: и внутренних, и внешних, и Сопротивление, и джедаев, и безумных кровожадных пришельцев из чужой галактики, и планету-монстра! Все разрушенные кораблестроительные верфи должны быть восстановлены в рекордные сроки, новые корабли — немедленно построены на них, флот восстановлен после огромных потерь войны с пришельцами и еще больше увеличен! Речь Палпатина выглядела очень грозной, однако в Силе мы все чувствовали его явные волнение и страх — впервые император столкнулся с существом, которое столь серьезно превосходило его в способностях к Силе и в силах вообще, и ему явно было не по себе…

Напряженную атмосферу ожидания на базе не смогла разрядить даже сообщенная Падме Наберрие радостная весть: она беременна и скоро у них с Энакином родится ребенок!

— Дети, — машинально поправил я, но на это никто не обратил особого внимания.

Конечно, и сам Энакин, и его мать Шми Скайуокер тоже были без ума от счастья, и остальные тоже поздравляли их с Падме, однако главным предметом всеобщего беспокойства по-прежнему было приближение решающего столкновения Избранного с сильнейшим лордом ситхов.

Я, между тем, слегка смутившись, поинтересовался у Скайуокера, что он будет делать с женой и детьми, когда после победы над Палпатином ему придется улететь на Мортис и возглавить Семью (этот вопрос уже давно меня волновал). Однако Энакин, не моргнув глазом, ответил, что, конечно, заберет их с собой — ему наверняка это разрешат.

'А может, и действительно разрешат', - подумал я и оставил эту проблему в покое.

И вот… момент, наконец, стал нам ясен. Однажды ночью во время своего битского транса я увидел весьма ясное видение синего светового клинка, выходящего из груди стоящего на коленях императора Палпатина. А наутро выяснилось, что точно такое же видение этой ночью было и у Йоды. И у Энакина. И у Селесты. И у слепого магистра Зао. А еще — у К'крука, Аайлы Секуры, Оби-Вана Кеноби, Сири Тачи, Тцуя Чоя и Луминары Ундули. Словом, Сила давала нам понять на редкость прямо и самым недвусмысленным образом: время пришло. Оставалось только решить: что именно нам теперь делать?! Но вскоре оказалось, что и об этом Сила тоже позаботилась! В ближайший наш сеанс связи с Бэйлом Органой тот сообщил, что у нас проблемы (так он посчитал, он-то не знал о предсказании Силы!): на Корусканте в результате успешной операции имперцев погиб наш знакомый Тай Ксон Йиммон, возглавлявший местную ячейку Сопротивления. После этого власть среди подпольщиков Корусканта захватил никто иной, как Туден Сал, который тут же объявил, что главной их целью — вновь становится убийство Палпатина. Бэйл беспокоился, что эта попытка может с большой вероятностью обернуться неудачей, а в результате — и гибелью всего корускантского подполья. Однако Йода, услышав об этом замысле Сала, замер, а затем посоветовал Органе и Мотме дать на эту операцию свою санкцию.

— Думаю, удачным оно на этот раз будет, — заметил зеленый магистр. — Ведь в этом покушении двадцать джедаев участие примут!

Глава тридцать вторая

И вот, уже на следующий день мы прощались с теми, кто оставался 'дома'. Мы — это действительно двадцать джедаев и… хотя нет, вообще-то джедаев было только девятнадцать. Потому что по приказу Йоды магистр Луминара Ундули с нами не летела — должен же был хоть кто-то из джедаев остаться, чтобы держать в руках также остающихся на базе юнлингов! Кроме того, хотя об этом не говорилось, но, конечно, несмотря на все видения, пророчества и волю Силы, был и некоторый шанс на то, что все мы не вернемся — в этом случае Луминара должна была взять на себя всю ответственность за воспитание будущего Нового Ордена…

Итак, девятнадцать джедаев, один матукай и одна вооруженная до зубов тогрута прощались с остающимися 'на хозяйстве' Луминарой, Шми Скайуокер, Падме Наберрие и Лазутчиком. Да, и Лазутчик тоже оставалась! Хотя это ее очень возмутило.

— Я ваш падаван и должна быть с вами, мастер Скайуокер! — твердила она.

Но Энакин с сожалением ответил, что 'всегда, только не в этот раз', потому что Палпатин — самый опасный враг, с которым джедаям когда-либо приходилось сражаться, и он не простит себе, если с его падаванкой что-то случится в этом бою. И недовольной Лазутчик все-таки пришлось послушаться.

По правде говоря, по той же причине я предпочел бы оставить и Шару на базе, а не вести с собой на битву, но и она, в свою очередь, тоже уперлась и ни за что не пожелала отпускать в этот бой меня одного… а по сравнению с ней даже Лазутчик была смирной и послушнейшей пай-девочкой. Так что… ее-то пришлось взять с собой.

— Удачи, Эни, обязательно возвращайтесь с победой, — обняла Энакина на прощание Падме.

— Обязательно. Мы еще будем рассказывать об этой битве нашим детям, — задорно улыбнулся Скайуокер.

— Удачи, сынок, — следующей его обняла мать. — И… вы с Каем охраняйте там друг друга.

Я же, как всегда перед отбытием на очередную рискованную работу, оставил в своей комнате в ящике стола письмо, о котором предупредил Луминару. В письме было написано о том немногом, что я еще предполагал неизменным в будущем: о возможной сокровищнице Палпатина в горе Тантис на тайной планете Вейланд, о сыне Палпатина Триклопсе, о строительстве Империей где-то Звезды Смерти и супердредноута 'Око Палпатина', а также о двух лучших пилотах будущего — кореллианцах Хэне Соло и Ведже Антиллесе, будущем лучшем адмирале — мон каламари Акбаре, двух возможных перебежчиках от Империи к повстанцам — Яне Додонне и Криксе Мадине, будущей отличной джедайке Маре Джейд и о гениальной ученой с планеты Омват Кви Ксукс — всеми которыми Сопротивлению в будущем стоило заинтересоваться…

Попрощавшись, мы сели на один из моих кораблей ('Гонщица' Энакина на сей раз тоже оставалась дома — слишком уж приметна она была для тайного проникновения на Корускант) и отправились в путь. Из пространства чиссов — в Дикий космос на границах обжитого имперского пространства, а затем — в саму Империю, где, в одной из необитаемых систем, вскоре встретились с присланным Бэйлом Органой кораблем сопротивленцев-контрабандистов, пересели на него и отправились уже прямиком к Корусканту. Здесь мы спокойно приземлились на одном из неофициальных мелких космодромов (используемом, конечно, именно для контрабанды, которую даже Империи так и не удалось изжить), а затем вместе с нашими связными отправились 'тайными путями' к новой штаб-квартире местного Сопротивления.

Теперь она располагалась в поезде заброшенной магнитной дороги, которую подпольщики тайком сумели частично отремонтировать и вновь запустить, так что штаб теперь стал передвижным. В одном из вагонов этого поезда нас и дожидался Туден Сал — в одиночестве, так как встреча с посланцами от Межпланетного Сопротивления должна была быть строго секретной.

И вот, после взаимных приветствий, когда связные нас покинули, настал момент раскрыть правду…

При виде снявших плащи и показавших мечи джедаев и среди них — самого Йоды (самого знаменитого и разыскиваемого 'преступника' галактики), Туден Сал разинул рот.

— М-магистр Йода?! Надо же… — пробормотал он. — Не знал, что у Межпланетного Сопротивления такие… связи.

— Пришли мы, чтобы о плане вашем на императора покушения узнать и выполнить его вам помочь, — просто сообщил Йода.

— З-замечательно, сейчас я вам все покажу, — засуетился сакианец, ставя на стол голопроектор. — Сейчас вы все увидите… Вообще, по-моему, именно сейчас — наилучший момент для ликвидации Палпатина. Хотя вонги и разнесли лучшие кварталы Корусканта, но они хорошо поработали и в нашу пользу. Великий Визирь Сейт Пестаж погиб и Палпатин до сих пор не назначил никого на его место. Великий Инквизитор Гидра, глава Разведки Арманд Исард, глава Бюро Безопасности Круя Вандрон и куча других императорских палачей — тоже теперь на том свете и без них будет куда лучше. Империя вся на нервах после появления живой планеты и всего прочего. Если теперь не станет и Палпатина — не исключено, что на следующий день оставшиеся его прихлебатели начнут резать друг друга! А теперь ознакомьтесь с моим… то есть нашим планом.

Сал включил голопроектор, на котором появилось объемное изображение здания.

— После уничтожения императорского дворца плазмой вонгов Палпатин временно переселился в свою виллу на побережье Западного моря, она находится в том же районе, где все курорты для элиты Корусканта. Охрана виллы сейчас не такая плотная, какая была бы во дворце. И вот в чем заключается план. На этом берегу отдыхают сплошь богатые и знаменитые, и, конечно, их обслуживает множество дроидов и прочих машин. Дроиды и машины чистят доки, лодки, воду и побережье, но кто-то должен следить за самими этими дроидами и машинами! Поэтому там, где много дроидов — там и много разумных, которые их чинят. А поскольку иногда случается так, что машины ломаются прямо в воде, кто-то должен и чинить их прямо там — и обычно на эти должности набирают разумных из водоплавающих рас: мон каламари и наутолан. Среди представителей этих народов, работающих на побережье у императорской виллы, есть наши агенты.

Также наши агенты есть в ремонтной бригаде, обслуживающей дроидов-уборщиков виллы. И они их неплохо обслужили: две трети этих дроидов уже тайно перепрограммированы и несут в себе небольшие заряды довольно сильной взрывчатки. Они же помогли нам узнать точные планы виллы! — Туден нажал на голопроекторе несколько кнопок, и голограмма стала полупрозрачной, показывая все внутреннее устройство здания. — Вы очень вовремя прибыли, а то пришлось бы снова ждать… Через пять дней все члены так называемого Внутреннего Круга Имперского правящего совета, уцелевшие после атаки вонгов, а также Временно Исполняющая Обязанности Великого Инквизитора Арден Лин и ИО руководителей Разведки и Бюро Безопасности — все соберутся на очередное трехдневное совещание с императором на вилле. Так вот, думаю, после первого дня совещания они, как обычно, останутся там отдыхать и ночевать, чтобы не тратить время на поездки домой и на другой день снова к императору. И этой же ночью мы и нанесем удар.

В нужный момент наши агенты-водоплавающие — боевые пловцы — устранят охрану подводного периметра виллы на этом участке и откроют группе бойцов-оперативников путь под водой прямо к частному императорскому причалу. Там оперативники выйдут на берег и двинутся вглубь виллы. Одновременно с этим перепрограммированные дроиды-уборщики по их сигналам начнут взрываться, уничтожая охрану. Уцелевших при взрывах — добьют наши бойцы, которые затем проникнут в личные комнаты Палпатина и его холуев и разделаются с ними всеми, если те еще не будут убиты взрывами дроидов.

Если император или кто-то еще попытаются бежать по воде — их перехватят наши боевые пловцы и еще одна волна перепрограммированных дроидов-убийц — подводных и надводных. А если убегающие бросятся прочь по набережной, здесь их будет ждать еще одна засада из наших бойцов. Словом, им всем никак не уйти!

— Замечательный план… хорошо все выглядит… — задумчиво проговорил Йода. — Слишком даже хорошо, сказал бы я… в другое время. Впрочем, уверены ли вы, что Палпатин точно о подготовке операции этой не знает?

— Мы не заметили усиления охраны или других признаков, что он что-то подозревает, — пожал плечами сакианец. — На мой взгляд, Палпатин чересчур высокомерен. Он слишком уверен в своей безопасности.

— Ослепляет темная сторона приверженцев своих и самодовольными чересчур делает их порой, — кивнул ушастый магистр. — Как сказал я, во время другое и счел бы я, что хорошо все слишком уж, чтобы успешным оказаться, но сейчас Сила нас ведет и в удаче уверен я. А чтобы удачу эту наверняка вам обеспечить, вместе с бойцами вашими мы все на штурм виллы пойдем. Даже если чего-то и ожидает император, двух десятков джедаев не ожидает он точно.

— Вы все… то есть двадцать джедаев?! — обомлел Сал. — Великолепно! Конечно, мы вас примем в состав нашего отряда! Давайте, я вам объясню наши планы более подробно…

Глава тридцать третья

Пять дней спустя…

Надев портативные дыхательные маски, мы плыли под темными ночными водами Западного моря… Сверху сюда доходил лишь слабый отсвет корускантских лун и летающих в вышине транспортов. Маленькие магистры Йода и Тцуй Чой скрылись где-то впереди всех (несмотря на малый рост, плавали они чуть ли не быстрее остальных), остальные джедаи (и одна тогрута) — не спеша продвигались за ними следом.

Вот из темноты показался Тцуй Чой, кивнул нам и махнул рукой, призывая следовать за ним — это означало, что с подводными охранниками 'Палпатинова берега' уже покончено и путь свободен. Мы поплыли следом за магистром… Вскоре глубина уменьшилась, а неподалеку появились укрепленные в дне массивные столбы — вот и личный причал императора. Йода, ждавший нас здесь, как было условлено, взмахами руки указал каждому его место, а затем показал вверх — всплываем. И запрыгиваем!

Я, как и все остальные джедаи, отчетливо ощущал стоящих над нами охранников, так что первый этап вторжения на императорскую виллу прошел чрезвычайно просто. Стремительный подъем, прыжок из воды на поверхность причала, подкрепленные Силой удары по доспехам штурмовиков — и вся эта часть охраны лежит неподвижно. В тот же момент раздались громкие сигналы тревоги, затем вспыхнул свет, осветив остальных стоявших на берегу часовых — конечно же, ведущие наблюдение за причалом камеры со всевозможными датчиками зафиксировали чрезвычайное происшествие. Но мы заранее знали, что так и будет, потому, не задерживаясь, бросились вперед, включив мечи и отражая ими выстрелы обратно в выпускавших их. В считанные секунды с 'береговой' частью охраны тоже было покончено, Шаре, вылезшей на берег позже нас, даже не довелось сделать по ним ни одного выстрела из своих бластеров.

Мы ворвались во внутренний двор виллы, куда уже выбегали из всех дверей штурмовики и императорские гвардейцы, пока другие принялись стрелять по нам из окон — и тут настал черед дроидов-камикадзе. Чуть ли не изо всех дверных проемов и окон, выбивая дорогие двери и транспаристил, с грохотом рванулись потоки огня и летящих обломков, сметающие на своем пути отряды имперцев!

По правде говоря, этот объединенный взрыв десятков движущихся бомб мог бы заодно смести и нас или, по крайней мере, серьезно поранить многих, если бы мы не были джедаями. Но мы ими были, а потому — почувствовав угрозу, вовремя поставили Щиты Силы, защитив себя и Шару от долетевших до нас ударных волн и обломков.

— Перестарался Туден Сал в стремлении своем императора убить, похоже… — пробормотал Йода. — Мог так и своих бойцов многих он прихлопнуть. Счастье, что на месте их мы сейчас…

Мы действительно, благодаря нашей стремительности, в своей атаке опередили всех оперативников корускантского Сопротивления, которые сейчас еще только вылезали из воды на берег. Однако на то, чтобы дожидаться их не было времени. Как было заранее условлено, мы тут же разделились на десять отрядов по двое джедаев (правда, в моем собственном кроме меня были еще матукай Мол и просто боевая тогрута Шара) и бросились в разные стороны, чтобы разом атаковать все части виллы и быстро подавить всякое сопротивление. При этом конечной точкой всех наших маршрутов атаки должны были стать Малый тронный зал Палпатина и его личные комнаты рядом. Если же ситх успеет уйти оттуда и окажется в другом месте, отряд, первым наткнувшийся на него, должен будет тотчас подать сигнал по постоянно включенному комлинку…

Следующие пять минут мы бежали по полуразрушенным и задымленным коридорам виллы среди пылающих прекрасных интерьеров и произведений искусства, без особого труда рубя и отстреливая отдельных попадавшихся на пути императорских гвардейцев — пока не подбежали к дверям Малого зала, где встретили Йоду, Тцуя Чоя, Квинлана Воса и Аайлу Секуру.

— Там он! Не в спальне, не в личных комнатах… — сосредоточенно сообщил Йода. — Не похоже, что беспокоится и собирается бежать… Ждем остальных — вместе все войдем сюда.

В течение следующей минуты туда же подбежали остальные джедаи, сообщив, что серьезного сопротивления не встретили нигде.

— Тогда — заходим, — скомандовал подобравшийся Йода. — Готов будь, Избранный. Сильнее ситх всех, с кем до сих пор сражался, даже сильнее меня…

И тут, прежде чем мы успели что-то сделать с дверями тронного зала, они открылись сами, словно приглашая нас внутрь.

— Добро пожаловать, джедаи, враги мои! — разнесся по залу гулкий голос императора Палпатина.

* * *

Ввалившись в Малый тронный зал всей толпой, мы остановились, не добежав до трона десяток шагов. На троне преспокойно сидел Палпатин, закутанный в черный плащ с капюшоном, справа от него стояла Арден Лин с активированным красным световым мечом в руке, а слева находился… один из дроидов-камикадзе.

— В чем дело, рыцари и магистры? — вопросил император. — Ах да, вы ожидали этого…

Вышедший вперед всех магистр Йода едва успел создать Щит Силы, как дроид с грохотом и яркой вспышкой взорвался, превратившись в огненную полусферу. Пламя обтекло Щит и обожгло стены, пол и потолок зала, но, к счастью, не навредило нам, хотя магистр явно напрягся, сдерживая силу столь близкого взрыва.

Однако пламя так же обтекло и Палпатина, ничуть не тронув его, его трон и стоящую рядом Руку Императора! Когда огонь исчез, император оказался все так же спокойно сидящим на своем троне, а Арден — стоящей рядом, за пределами же небольшого круга вокруг них все было обожжено и оплавлено.

— Неужели вы рассчитывали убить меня таким жалким способом? — насмешливо произнес ситх. — Неужели вы вообще думали, что я не узнаю про ваш жалкий заговор — я, которому темная сторона Силы открыла тайны будущего более, чем кому-то из вас! Разумеется, ваша жалкая попытка не была для меня тайной, и я позволил вам до последнего рассчитывать на успех лишь для того, чтобы сейчас все вы оказались передо мной, и я смог бы наконец, одним ударом избавиться от вас всех, столь долго бегавших от меня! И вот вы здесь, почти все оставшиеся в живых джедаи, кроме магистра Ундули и Аньи Куро, как вижу… что ж, с ними придется разобраться позже. О, темная сторона! Кого я вижу, да ведь с вами и столь вредоносный Венамис, попортивший мне столько крови и нервов в свое время! Не знал, что ты выжил, и никак не думал, что ты опустишься до союза с джедаями, да, теперь я все понял… вам с магистром Йодой тогда удалось провести даже меня… но тем лучше, сейчас я избавлюсь и от тебя. А это кто, мой бывший ученик Мол? Ты переманил его на свою сторону, но и это вам не поможет. А, и тогрута, твоя ученица и помощница. Великолепно, вся банда врагов Империи в сборе. Хм… а вот вас я не знаю, леди-джедай… Не припомню вашего лица среди уцелевших членов Ордена, должно быть, в списки оказались занесены не все?..

— Нет, просто я — реликт, наподобие вашей… ее, — Селеста кивнула на Арден Лин. — Только помоложе, я-то пролежала в стазисе всего четыре тысячи лет. Селеста Морн, Тень Завета — к вашим услугам.

— Неудачное же время вы выбрали, чтобы очнуться, — с фальшивым сочувствием произнес Палпатин. — А, и вижу еще одно неизвестное по новостям лицо, — указал он на Энакина. — Никак, у кого-то из вас свеженький падаван из бывших юнлингов? Ну что ж, начнем вашу коллективную казнь. Чтобы почтить ваш героизм, я сделаю это лично. Убью вас всех своими руками, ведь, похоже, больше это нельзя доверить никому! Аррргхх!!

Со звериным рычанием император мгновенно сорвался с места, его черный плащ вихрем закружился вокруг него, когда он каким-то немыслимым образом полетел вперед, вытянув тело параллельно полу и, словно снаряд, вращаясь вокруг своей оси. В его руках, вытянутых над головой, вспыхнул кроваво-красный клинок, ставший наконечником этого 'снаряда' и устремленный прямо на меня. Все произошло столь быстро, что я успел лишь заметить это, но не отреагировать. Моя рука с мечом еще только начала движение в попытке защиты, а алый клинок уже почти уперся мне в грудь и…

Как ни быстр был Палпатин, но Энакин оказался быстрее: прямо передо мной мелькнули два сияющих полукруга, синий и красный — это Скайуокер, мгновенно оказавшийся рядом со мной, своим клинком успел отбить меч ситха, прежде чем тот прожег дыру в моей груди.

Палпатин-Сидиус даже остановился, вновь встав на ноги, и потрясенно перевел взгляд на Энакина, все еще сдерживающего его клинок своим.

— А теперь — все назад, — тихо скомандовал Скайуокер. — Время пришло, я это… чувствую!

— А ты еще кто такой?! — рявкнул Палпатин, отведя свой меч и приготовившись к удару.

Тем временем мы все действительно отступили, словно признавая, что теперь наступило время Эни решать, что делать.

— Я — Энакин Скайуокер, — представился Избранный.

— Что?! — в Силе ощущалось потрясение Сидиуса. — Не может быть! Ложь! Я истребил всех Скайуокеров галактики!

'Истребил всех Скайуокеров? — мысленно удивился я. — Вот это новость.'

— Значит, тебе не повезло, и один из них уцелел, — ответил Энакин. — Ну, и еще я — Избранный. Созданный Силой. Для того, чтобы покончить с тобой.

— Тогда я подчиню себе даже саму Силу! — прорычал император. — Сейчас ты умрешь, Избранник, кем бы ты ни был!

Два световых меча — синий и красный — тут же словно превратились в две движущиеся световые плоскости, стремительно рисующие в воздухе яркие узоры, контуры тел бойцов размылись — на такой скорости два лучших одаренных галактики начали вести схватку, глаз был не в силах уследить за ними! Сила же словно бурлила и звенела вокруг них.

— Проклятье, я пошла отсюда! — пробормотала Арден Лин, с ужасом взглянув на происходящее — и бросилась к дверям зала.

Вот только, чтобы уйти, ей требовалось пробежать мимо нас, и на пути у нее тут же возникла Селеста.

— Давай-ка разберемся, как реликт с реликтом, — предложила Тень Завета. — Давно мечтала встретиться с тем, кто еще старше меня.

— С дороги! — затравленно взглянув на Селесту, Арден взмахнула мечом.

Но, похоже, навыки бывшей предводительницы Легионов Леттоу уступали таковым у жившей и обучавшейся куда позже Морн… Схватка была недолгой, вскоре со стороны Селесты последовал стремительный укол мечом в сердце, обошедший защиту древней темной джедайки, и Лин рухнула на пол мертвой, с дымящейся дырой в груди.

А Энакин с Палпатином все еще продолжали сражаться на своей, недоступной остальным скорости. Широкие световые полосы, которыми казались их мечи, продолжали рисовать сходящиеся и расходящиеся цветные узоры. Император в бою рычал словно дикий зверь, Энакин предпочитал драться молча.

* * *

Яростная схватка высасывает все силы Дарта Сидиуса… Напрасно он использует все известные ему приемы фехтования и боевого применения Силы — противник каждый раз отражает их с поражающей легкостью и ловкостью. Этот юный джедай, назвавший себя Избранным, кажется неуязвимым и несокрушимым, словно скала! Постепенно даже в самодовольное сердце высокомерного ситха начинает закрадываться беспокойство: возможно ли, что кто-то на самом деле окажется сильнее его самого? По мере продолжения битвы волнение растет и, наконец, переходит в страх: неужели он в самом деле проиграет?! Но как же все его знания о будущем?! И в этот момент словно рассеивается ранее закрывающая глаза пелена, и ситх впервые видит свое истинное будущее и… истинную волю Силы: вот он, Дарт Сидиус, неподвижно лежит на полу этого самого тронного зала и в груди его зияет дыра с обугленными краями, прожженная световым мечом! Нет!! Не может быть! Так он был обманут с самого начала?! Он проиграл свой главный бой еще до того, как его начал?! Еще до того, как стал учеником ситха?! Пророчество было правдивым, и он всегда был обречен?! Силы Палпатина начинают иссякать, от нападения он переходит к защите, а враг только усиливает напор. Ужас сковывает душу императора, и внезапно ему вспоминаются сказанные когда-то Асажж Вентресс слова. О том, что в его последние секунды ему будет очень страшно…

* * *

— Может быть, нам следует помочь Избранному? — предположил К'крук.

— Помешаем ему, боюсь, мы только, — ответил Йода, не отводя от битвы взгляда. — Сам он должен…

И тут рык Палпатина внезапно перешел в вой боли. Красная полоса метнулась в сторону от синей и, коснувшись пола, стала алым мечом, рукоять которого все еще держала отсеченная по локоть рука. Две фигуры остановились и вновь обрели четкие контуры: Дарт Сидиус упал на колени, а над ним, поднеся клинок своего меча к шее ситха, стоял Энакин. Капюшон свалился с головы императора, и на его лице был написан неподдельный ужас. Однако он с мольбой смотрел на своего победителя.

— Пощады… — простонал Палпатин. — Прошу пощады! Не убивай меня, великий Избранный, я сдаюсь! Джедаи не убивают безоружных и не сопротивляющихся пленников!

'Ах, ты, мерзавец! — подумал я, тут же почувствовав вполне справедливое сомнение Энакина — настоящие, правильные, джедаи действительно не убивали сдавшихся врагов. Да, мы пришли сюда именно за тем, чтобы убить Палпатина, но… мы рассчитывали, что это произойдет в бою! Что Энакин именно убьет его на дуэли! Но император явно решил нас перехитрить, прекрасно зная об этой детали джедайских правил, и поставить в сложное положение, придав всему характер жестокой казни пленника, что несомненно было бы шагом на темную сторону. — Все еще надеешься выкрутиться?! Ну нет, пора с этим кончать! Даже если…'

— Постой, Энакин. Он прав, — сказал, однако, я вслух, подходя к Скайуокеру и Палпатину. Но при этом становясь за спиной у стоящего на коленях императора, так чтобы он меня не видел. — Джедаи действительно не убивают безоружных, сдавшихся и не сопротивляющихся противников. Даже если те — ситхи!

В следующий момент, повинуясь нажатой мной кнопке на рукояти, синий световой клинок мгновенно вышел из эмиттера моего меча, вонзился Палпатину в спину и, испепелив его сердце, вышел из груди.

— Ну и ладно, ну и пусть я — не джедай, — нахально завершил я свою речь.

Император рухнул на пол.

— Ненавижу… — успел прохрипеть он, прежде чем умер и жизнь его исчезла из Силы…

— Венамис… — обратился ко мне пораженный Энакин.

— Простите, но это необходимо было сделать, — сухо отрезал я, стараясь ни на кого не смотреть, чтобы не видеть осуждающие и возмущенные взгляды. — Он был слишком опасен, чтобы оставлять его в живых. Даже на время. У нас сейчас нет никакой возможности тащить его с собой в плен, чтобы кто-то его потом судил и казнил за его преступления. Тем более, что он непременно использовал бы эту задержку, чтобы сбежать — по пути, из камеры, с суда… Жертв в результате могло стать только больше, а ведь даже в самом лучшем случае его все равно пришлось бы казнить за все, что он совершил… просто тогда это поручили бы не кому-то из нас. Так что я всего лишь решил взять исполнение этой казни на себя. А сейчас давайте лучше оставим разбирательство до возвращения в безопасное место — после того шума, что мы тут устроили, скоро сюда непременно нагрянет подкрепление имперцев. Да вон, кажется, уже бегут!

Мы вновь взялись за мечи… Но это бежали отставшие от нас оперативники Сала. Увидев труп Палпатина, они разразились ликующими криками. А затем согласились со мной, что отступать надо немедленно, тем более что все цели уже достигнуты — император мертв, Арден Лин мертва, мертвы оказались и все прочие высшие чиновники Империи, погибшие во время взрывов. Сопротивление уцелевших гвардейцев и штурмовиков пока слабое и хаотичное, но подкрепление к ним действительно может подойти в любой момент. Так, не тратя время, мы срочно ушли с императорской виллы тем же путем, каким проникли в нее — в воду, и уплыли прочь, туда, где нас должно было подобрать небольшое водное судно Сопротивления.

— Во всяком случае, я тебя совсем не осуждаю! — шепнула мне Шара, перед тем как мы нырнули в море. — Смерть гаду! Да! Без суда и следствия! А то бы он точно удрал!

Глава тридцать четвертая

Увы, джедаи оказались совершенно не согласны с Шарой. Как только мы вернулись в штаб корускантского Сопротивления и доложили о полном успехе операции, мне сразу устроили 'товарищеский суд'. На котором я честно признался, что убил Палпатина хладнокровно и безжалостно, считаю, что иначе было нельзя, и нисколько не жалею о содеянном. И вообще — это нужно было для блага всей галактики и соответствует воле Силы! Выслушав такое признание, джедаи шестнадцатью голосами из девятнадцати постановили (лишь Квинлан Вос и Солис высказались против, считая, что мне 'все еще можно дать шанс', а Энакин воздержался): исключить меня из Ордена джедаев за явное падение на темную сторону. Я не возражал, исключение, так исключение. По крайней мере, меня пока не изгоняли с джедайской базы, хотя и запретили общаться с юнлингами, дабы не оказать на них разлагающего влияния. Йода при этом опять посоветовал мне хорошенько подумать над своим поведением и вопросами сторон и воли Силы, но, кажется, он уже знал, что это бесполезно — настолько твердо я был уверен в своей правоте… Конечно, я в то же время понимал, что меня, скорее всего, простили бы и приняли обратно, если бы я искренне осознал, что совершил ошибку, и раскаялся в ней — но в том и дело, что я ничуть не считал случившееся — своей ошибкой! И именно поэтому путь назад мне был закрыт.

Никаких других наказаний ко мне не применили — ведь то, что я сделал, осуждалось лишь джедайскими правилами. С точки зрения же морали большинства разумных галактики, никакого преступления я не совершил, а, скорее, наоборот.

После этого мы 'путями Сопротивления' отправились обратно в пространство чиссов, куда и долетели вполне успешно. Что интересно, официально о смерти императора Палпатина Империей было объявлено, когда мы уже были в космосе — только к вечеру дня, последовавшего за этой смертью. Должно быть, до этого не решались и думали, что делать в создавшейся ситуации… Объявление сделал, наконец, один из советников Имперского Правящего Совета, когда слухи о гибели императора уже вовсю начали циркулировать в Голонете.

Ситуация для Империи сложилась неприятная. Император никогда и никого не назначал своим официальным или хотя бы неофициальным наследником, так что передать власть теперь было некому. Следующим за императором в иерархии власти ранее шел Великий Визирь, но тот погиб еще раньше и замены ему Палпатин так и не подобрал; далее в той же иерархии следовал Внутренний Круг Имперского Правящего Совета — который погиб вместе с самим императором на его вилле; а еще дальше — сам Имперский Правящий Совет, состоящий из нескольких десятков сильно не любящих друг друга расфуфыренных подхалимов и интриганов, борющихся друг с другом за право войти во Внутренний Круг. И вот теперь именно этот Совет остался единственным хоть сколько-то легитимным органом власти Империи. Однако советники решились официально объявить об этом лишь еще сутки спустя после заявления о смерти императора. А дальше… сразу же начались первые мятежи.

Ведь в отличие от самого императора советники Совета не обладали ни харизмой, ни славой, ни уважением в армии и на флоте! Естественно, многие военачальники тут же захотели выдвинуть свои претензии на власть или же независимость от 'Империи Совета'.

Первой стала адмирал Маариса Зиндж — мать 'безвременно почившего' офицера Зинджа. Женщина-адмирал объявила о неподчинении 'коррумпированному имперскому правительству' уже через несколько часов после заявления Имперского Правящего Совета, после чего увела свой Звездный Разрушитель 'Возмездие' в неизвестном направлении, пообещав устроить охоту на имперские корабли.

Следующим взбунтовался сам Главнокомандующий адмирал Октавиан Грант, герой войны с йуужань-вонгами, офицер, верный императору, но которому явно показалось унизительным подчиняться советникам-интриганам. Грант объявил, что вынужден будет взять Империю под свой контроль во избежание ее гибели под управлением Совета, и на его сторону тут же перешла треть имперского флота. Имперский Правящий Совет, в свою очередь, призвал на помощь весь оставшийся флот, дабы 'покарать узурпатора', однако за ним пошли далеко не все… Первыми от флота Совета отделились со своими эскадрами адмиралы Маллин и Терринальд Скрид, ушедшие строить свои собственные мини-империи.

Запаниковавшие члены Совета срочно назначили новым Главнокомандующим адмирала Джерджеррода, передав весь верный им флот под его командование и потребовав, чтобы он спас Корускант от наступающего Гранта. Адмирал Грант был талантливее, но у адмирала Джерджеррода было больше кораблей — в итоге ожесточенная битва завершилась фактически Пирровой победой Джерджеррода, одержанной с огромными потерями. Грант отступил в свой родной сектор Тапани, где получил полную поддержку населения и начал готовиться к продолжению борьбы…

Джерджеррод же вернулся на Корускант с 'победой', где был приветствуем Советом и народом. Однако на празднике в его честь его штурмовики внезапно перестреляли всех присутствовавших членов Совета, после чего адмирал объявил себя полновластным диктатором и правителем Корусканта и всей Империи!

Это, однако, еще был не конец Имперского Правящего Совета. Не все его члены присутствовали на Корусканте в момент мятежа Джерджеррода, некоторые находились в других секторах Империи. Теперь же они поспешили собраться вместе и объявили только себя единственной законной властью, призвав все вооруженные силы и народ Империи под свои знамена. Значительная часть офицеров Джерджеррода действительно тут же переметнулась на их сторону вместе со своими кораблями, дав им возможность продолжать борьбу, и советники уже планировали атаку на Корускант, как вдруг о себе заявила новая сила.

Гранд-моффы Империи объединились в Комитет гранд-моффов и объявили, что только они представляют каждый сверхсектор Империи, а значит, и всю Империю в целом. Каждый из двадцати одного гранд-моффа призвал силы своего сверхсектора под свое начало, утверждая, что имеет на это полное право, данное еще самим императором. А так как многие гранд-моффы во время Войны Клонов командовали секторальными флотами, то офицеры, решившиеся вновь подчиниться им, нашлись и в силах Совета, и в силах диктатора Джерджеррода, и даже в силах лично провозгласившего себя новым императором адмирала Гранта. Комитет повел свой флот на войну с Советом, объявив его 'советом узурпаторов', Совет в свою очередь обозвал гранд-моффов 'комитетом узурпаторов'… Но в последовавшей битве за Куат победили гранд-моффы, планета была ими захвачена, а остатки Имперского Правящего Совета всенародно расстреляны.

Однако ни Джерджеррод, полностью захвативший сверхсектор Имперского Центра, ни Октавиан Грант, овладевший сверхсектором Тапани, не собирались признавать власть Комитета гранд-моффов. К тому же новая угроза уже зародилась внутри самого Комитета, члены которого тоже не могли полностью доверять друг другу…

После потери дееспособности Таркином гранд-моффом Внешнего сверхсектора был назначен Ардус Кейн, к которому перешел и контроль за строительством расположенной там станции Звезда Смерти. Однако после смерти императора и начала мятежей, приведших к нарушению снабжения строительства, Ардус Кейн, пытавшийся продолжать строительство своими силами (конечно, он хотел сам владеть таким супероружием!), не смог полностью сохранить прежний режим секретности. В итоге, когда Комитет уже объявил себя верховной властью Империи, агентам остальных гранд-моффов удалось узнать про ЗС. Им не понравилось, что такое оружие находится во власти одного Кейна и Комитет потребовал перевода станции в более удобный для него регион. Ардус отказался. Результатом стало то, что Комитет исключил Кейна из числа своих членов, приговорил к смерти и вместо наступления на Корускант пошел воевать с Внешним сверхсектором. В отчаянном усилии Ардус попытался срочно достроить хотя бы гипердвигатели и суперлазер Звезды Смерти, чтобы грозить ею остальным гранд-моффам, но те успели раньше. Флот Комитета атаковал станцию, разгромил флот гранд-моффа-изменника и уже высадил на ЗС десант, когда Ардус Кейн, чтобы не дать сверхоружие в руки своим врагам, в отчаянии взорвал реактор — чем уничтожил и станцию, и себя, и часть флота Комитета…

А тем временем диктатор Джерджеррод воспользовался паузой в военных действиях на своем фронте, чтобы успешно захватить Куат, а заодно и весь Четвертый сверхсектор, изгнав оттуда силы Комитета, после чего двинулся на Кореллию…

Едва гранд-моффы повернули свои силы вновь к Центральным мирам, как у них возникла новая внутренняя проблема: гранд-мофф Третьего сверхсектора Праджи привел на встречу Комитета супердредноут 'Око Палпатина' — да, тот самый. Как оказалось, именно Праджи надзирал за его строительством на секретном объекте, и ко времени гибели императора тот был почти достроен, за исключением мелочей. Завершив достройку, Праджи получил в свое распоряжение самый мощный боевой корабль в галактике и теперь, продемонстрировав его остальным членам Комитета, 'предложил' им, наконец, избрать нового императора — которым должен стать именно он, а не кто-то иной. Однако на его сторону стали лишь четыре гранд-моффа — сверхсекторов Тапани, Четвертого, Кореллианского и Имперского Центра, которые уже фактически были гранд-моффами без своих владений, не доверяли Комитету и надеялись их восстановить путем поддержки нового императора. Остальные пятнадцать возмутились этим предложением и тут же развязали новую междоусобную войну, в ходе которой ценой больших потерь все же уничтожили 'Око Палпатина' и поддерживающий его флот 'изменников'. Сами 'изменники' погибли в бою…

И вот после этого, когда уменьшившийся в числе Комитет, наконец, вторгся в Кореллианский сектор и схватился там с силами диктатора Джерджеррода — Межпланетное Сопротивление решило, что настал и час Восстания. Алдераан, Чандрила и Кореллия публично объявили о создании 'Альянса за восстановление Республики' и неприятии Империи в любой форме. Мятежи одновременно вспыхнули на всех трех планетах и по всем их сверхсекторам, отовсюду повстанцами изгонялись имперские войска и губернаторы. Взбунтовалась и объявила о поддержке Альянса и планета Мон Каламари. Мон Мотма, Бэйл Органа и Гарм Бел Иблис опубликовали 'Призыв к армиям и флотам галактики', который тут же нашел живой отклик — оказалось, в имперском флоте все еще оставались тайные республиканцы. За короткое время на сторону Альянса перешли вместе со своими эскадрами адмиралы Роннан Тайла Ведий, Чел Дорат, Адар Таллон и, что самое удивительное, адмирал Гарош Таркин, сын бывшего гранд-моффа Таркина! Оказалось, наследнику Уилхаффа Таркина, в отличие от его отца, Империя давно не нравилась, к тому же он именно ее обвинял и в несчастье, произошедшем с его отцом… Кроме этих адмиралов на сторону повстанцев перешло и множество других офицеров и рядовых. В их числе был и Ян Додонна, причем сделал он это даже безо всяких усилий с моей стороны — на этот раз я просто не успел никому сообщить об его возможном переходе на нашу сторону, столь быстро развивались события.

В нескольких последовавших стычках в космосе новорожденный флот Альянса одержал победы над отдельными отрядами обеих противоборствующих 'имперских' фракций, после чего и Комитет гранд-моффов, и диктатор Джерджеррод предпочли отступить, а Альянс стал силой, с которой уже стоило считаться. И освободил из-под гнета имперцев целых три сверхсектора в центре галактики! С такими важными планетами, как Алдераан, Чандрилла, Кореллия, Дуро, Куат, Комменор, Рендили, Нубия и Оброа-Скай.

После этого в вооруженных силах имперцев только усилилось дезертирство, причем дезертиры перебегали как к Альянсу, так и к новым независимым правителям, благо, ослабевший Комитет теперь уже не мог контролировать все огромное пространство, на власть над которым претендовал, и простые моффы начали объявлять о своей независимости один за другим…

Мофф планеты и сектора Билбринджи, достроив на своих верфях целую эскадру Звездных разрушителей, не стал, однако, посылать ее в качестве подкрепления Комитету гранд-моффов, как те требовали, а укомплектовал верными экипажами и присвоил себе. После чего объявил себя Верховным и Непреложным Правителем Билбринджи и Окрестностей… сапоги которого выпирают из Вселенной… Ну ладно, ладно, эту последнюю часть к его титулу прибавил я сам, чтобы посмешить Шару, а с ее легкой руки фраза потом широко разошлась по Голонету. И этот пышный титул был лишь первым из многих подобных, заполонивших галактику в скором времени.

Гранд-моффы отправили на подавление этого мятежа свою эскадру, но та вдруг целиком переметнулась к моффу (с его-то сапогами…) — видно, капитаны кораблей решили, что отсидеться на Билбринджи безопаснее, чем продолжать пытаться отвоевать Империю. А обрадованный подмогой Верховный и Непреложный тут же наложил свою загребущую лапу на весь сверхсектор Иммалия…

Почуяв слабость Комитета, на него тут же накинулись диктатор-узурпатор Джерджерод и лжеимператор Грант. Обоим удалось одержать по 'великой победе', заставив Комитет отступать повсюду — Джерджеррод захватил почти весь Шестой сверхсектор и Пятый сверхсектор — пространство Глубокого Ядра, от которых ему, впрочем, было не больше проку, чем ранее Комитету, а Грант неожиданно для самого себя обратил главные силы гранд-моффов в паническое бегство и, преследуя их, 'на бегу' пролетел целых семь сверхсекторов, после чего, видимо, решив, что пролететь через пространство достаточно, чтобы распространить на него свою власть, объявил о присоединении всех этих сверхсекторов к своей империи.

Тем временем удирающий от Гранта флот Комитета рассыпался на ходу — каждый адмирал, решив, что делу гранд-моффов теперь точно конец, предпочел улететь по направлению к своей родной системе или к системе, где у него были связи, конечно, забрав с собой свои корабли! Так что до границы пространства хаттов флагман с Комитетом на борту добрался уже в одиночестве. И был тут же внезапно атакован хаттами, которые просто не смогли удержаться от такого искушения! Они еще помнили времена Гардуллы, какое-то время бывшей одним из самых значительных лиц в Старой Республике, и теперь были совсем не против добавить хаоса в дела своих имперских соседей — ведь чем больше у тех хаоса, тем удобнее в нем хаттам работать… Так флагман был взорван, и Комитет погиб в полном составе.

А сутки спустя на место битвы прибыл все еще неотступно преследующий гранд-моффов лжеимператор адмирал Октавиан Грант. Хатты радушно встретили его, сообщили о своей победе над 'их общим врагом' и пригласили на празднество по этому случаю. А после празднества (хатты в этот момент уже улетели) Гранту внезапно стало плохо и вскоре он скончался. Предположительно от медленного яда. Чем больше в бывшей Империи хаоса — тем лучше для хаттов!

Флот лжеимператора после произошедшего проявил не больше сплоченности, чем флот почившего Комитета, и тоже был быстро разобран своими адмиралами на эскадры, разлетевшиеся кто куда. Также быстро распалась и наскоро построенная им империя. Впрочем, и все оставшиеся владения гранд-моффов тоже поспешили рассыпаться, лишь только их местные руководители узнали о произошедшем с их начальством.

Вот так за короткое время на месте бывшей Империи Палпатина, кроме Альянса и империи диктатора Джерджерода, образовались Тапанийская, Джавинская, Большая Сесвеннская, Дастигская, Паллисская, Саринская, Толондская, Межтуманностная, Малдрудская, Гордианско-предельная, Квелийская, Релджимская, Иммалийская и Сверкающе-Бриллиантовая империи. Не считая еще десятков, а затем и сотен более мелких империй и империек — безвластие или слабость власти способствовали тому, что даже офицер, командовавший всего одним Звездным Разрушителем, уже мог захватить пару-тройку систем и создать свое независимое государство…

* * *

А что же я и джедаи? Все это время (около пяти месяцев) мы практически не вмешивались в происходящее, лишь наблюдая за ним со своей базы, да Йода давал лидерам Сопротивления, а потом Альянса, советы. Разрушение Империи после смерти императора ведь прекрасно шло и без нашего участия. А время нам вернуться в жизнь галактики еще не пришло — не следовало рисковать, пока нас было столь мало, а старшим из юнлингов не исполнилось и семнадцати лет.

Я обычно со скукой шлялся по базе или сидел в своей комнате и следил за новостями или от нечего делать составлял возможные планы военных компаний за разные стороны гражданской войны — с юнлингами мне ведь общаться запретили, а все взрослые и сами не особо стремились со мной беседовать, исключив меня из всех совместных занятий, какие только здесь были. Лишь Шара оставалась мне верна, весело рассказывала обо всем интересном, что происходило на базе и в галактике, и уверяла меня самого, что все как-нибудь образуется, да Энакин иногда спрашивал, как мои дела, а порой пробовал заводить 'душеспасительные' разговоры — без особого успеха, конечно.

Потом Энакин слетал на Мортис и вернулся оттуда с хорошими вестями. Во-первых, Палпатин точно мертв и больше никогда не вернется — на этот раз он просто еще не успел обучиться искусству перемещения духа в другие тела, так что его дух навсегда отправился прямиком в Бездну Силы. Во-вторых, Отец позволил самому Энакину 'переехать' на Мортис вместе с Падме и вырастить там их будущих детей. А в-третьих…

— Отец сказал мне, что ты намерен продолжать поиски гробницы этой древней леди-ситха Ксоксоан, — сообщил мне Скайуокер. — Он говорит, что, разумеется, то, что ты хочешь сделать, приведет к исполнению древнего Плана Силы и принесет пользу всей галактике… в конечном счете. Но сделать это ты можешь двумя путями: или подождать двадцать пять лет, чтобы потом в нужный день прийти туда, куда нужно, или сделать это прямо сейчас, но в таком случае это принесет тебе большую боль.

Я недолго раздумывал — разумеется, четвертьвековой срок означал ожидание, пока Дарт Крайт закончит свое чрезвычайно длительное обучение у Ксоксоан, чтобы перехватить его после того, как он покинет ее гробницу, но помимо долгого выжидания этот вариант означал еще и различные дополнительные риски!

— Предпочитаю решить эту последнюю проблему прямо сейчас, а не ждать двадцать пять лет, за которые все, что угодно, может произойти. А боль уж как-нибудь потерплю.

— Хорошо, — вздохнул Скайуокер. — Тогда Отец передает тебе вот это.

Энакин вручил мне небольшой металлический шарик, одна половина которого была разрисована в виде человеческого глаза.

— Не знаю, как эта штука называется, но она поможет тебе преодолеть силу ситхских Уз Видений. Так ты найдешь гробницу Ксоксоан.

— Отлично, — обрадовался я, пряча шарик в карман. — Надеюсь, вся галактика будет благодарна за это тебе, Эни. Ну, и может быть, мне — немного тоже. Наконец-то я решу свою последнюю задачу. А после… можно будет и на покой. По правде говоря, я и сам не знаю, чем мне еще можно будет заниматься после всего этого… Я ведь теперь — не пойми кто с не очень ясным положением и репутацией… В общем, большое спасибо тебе и Отцу за помощь, это для меня очень важно.

Глава тридцать пятая

А несколько дней спустя Энакин и Падме, попрощавшись со всеми, покинули базу, улетев на 'Гонщице' на Мортис — теперь все трое уже, наверное, надолго, хотя Энакин и пообещал, что они будут навещать друзей и родных, по возможности. Теперь Избранного и его семью ждала совсем другая жизнь…

И я, вместе с остальным населением базы проводив их, начал сам собираться в дорогу. Сообщил магистру Йоде, что скоро улетаю, и передал ему на хранение в очередной раз переписанное и исправленное письмо с оставшейся информацией о будущем. В нем говорилось о 'последнем ситхе' Дарте Крайте (на тот случай, если самого меня постигнет неудача в битве с ним); об 'обещании' Силы после победы над ним перевести Орден и галактическое сообщество на новый уровень развития, убрав гиперпространственные аномалии, осложнявшие путь в Неизведанные Регионы; о, возможно, существующих (впрочем, возможно, и нет — в этом варианте галактической истории) сокровищнице Палпатина в горе Тантис на Вейланде и его скрытой базе на планете Бисс в глубинах Ядра галактики; про Триклопса, Хэна Соло, Веджа Антиллеса, Акбара, Крикса Мадина, Мару Джейд и Кви Ксукс… Напоследок я вспомнил еще кое-что и дописал, что Новая Республика ни в коем случае не должна верить йеветам, так как они фанатичные расисты, считающие, что все звездное скопление, в котором находится их система, должно принадлежать им и только им.

Подумал еще, не стоит ли написать о ситхах, застрявших на изолированной планете Кеш, и о ситхском крейсере, который должен переместиться из времен Великой Гиперпространственной войны в сорок второй год после Битвы при Йавине (которой, впрочем, теперь уже не будет) куда-то поблизости от системы Фхост — но в итоге решил, что не стоит. Раз Сила обещает, что после гибели Палпатина и Крайта победа над ситхами будет окончательной, значит и с теми недобитками она как-то собирается разобраться сама, тем более что в каноне они вылезли как раз в том будущем галактики, которое уже было изменено действиями Джейсена Соло. Например, на этот раз ситхский крейсер может выскочить из гиперпространства прямо в черную дыру возле Фхоста, а ситхи на Кеше так навсегда на нем и останутся, никогда не выбравшись, пока не вымрут…

Также я записал в письме все номера и пароли моих счетов на предъявителя и адреса принадлежащей мне в галактике недвижимости, передавая Ордену джедаев все, что осталось от моего 'наследства Плэгаса'. Если я одержу победу и вернусь, то смогу забрать письмо обратно, а если проиграю и не вернусь — то деньги и имущество мне уже будут ни к чему, а Ордену пригодятся. Лишь один из счетов я решил оставить Шаре, но и на нем было достаточно кредитов, чтобы обеспечить ей безбедную или даже роскошную (если она захочет) жизнь хоть на сотню лет.

Йоду я попросил вскрыть конверт и прочитать это письмо в том случае, если станет известно о моей гибели или от меня не будет вестей в течении года. Тогда мне останется надеяться, что кто-то другой завершит дело, за которое я взялся… Пусть и через двадцать пять лет…

Нет, вообще-то я вовсе не собирался погибать в бою с Дартом Крайтом — напротив, я и знал, и чувствовал, что сейчас, после победы над йуужань-вонгами и отмены их перевернувшего всю галактику канонического Вторжения, Сила на моей стороне и она мне поможет победить этого последнего недоситха, еще далеко не завершившего свое обучение. Потому и отправлялся на этот последний бой за будущее галактики в одиночестве (ну, и еще я не стал обращаться к другим джедаям за помощью в этом деле, потому что опасался, что и Дарт Крайт, который для Ордена-то все еще был своим — рыцарем А'Шарадом Хеттом, тоже вдруг выкинет что-то наподобие 'последнего фокуса' Палпатина со сдачей в плен, и мне не позволят его убить…). Просто оставил это письмо на всякий случай, чтобы предусмотреть уж точно все. Мало ли, вдруг объявится какой-то неизвестный мне неучтенный фактор…

Но, кроме этого, меня беспокоило еще кое-что. Ведь я отнесся к предупреждению Энакина совсем не так беззаботно, как хотел ему показать…

— Шара, я улетаю, — сообщил я, заходя в комнату своей ученицы-воспитанницы-напарницы.

— Отлично! Куда летим? — с обычным радостным энтузиазмом ответила она.

— Прости, но ты не поняла. В этот раз я лечу один, а ты останешься здесь.

— Как один?! Без меня?! — поразилась она.

— Увы, да. На этот раз у меня будет слишком опасное дело… не для меня опасное, а для тех, кто будет меня сопровождать…

— Но…

— Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

— И это после всех переделок, в которых мы с тобой побывали?!

— Есть разница. Тогда — я всегда был уверен, что смогу тебя защитить в случае чего. Теперь же… у меня нет такой уверенности.

— Вот после того, как ты так сказал, я беспокоюсь за тебя уже всерьез! — встревожилась тогрута.

— Не стоит. Со мной-то все будет в порядке. Главное, чтобы тебя тогда не было рядом. А сейчас — пойдем.

— Куда?..

— К Селесте.

— Знаешь, бОльшую часть моей жизни я была рядом с тобой, — немного обиженно сообщила мне Шара, пока мы шли по коридорам базы, направляясь к комнате Тени Завета.

— Ну… я тоже практически всю мою жизнь после того, как очнулся в лаборатории Дарта Плэгаса, был рядом с тобой, — ответил я. — На моих глазах ты выросла, из нахальной девчонки стала прекрасной женщиной… правда, по-прежнему нахальной. Между прочим, я все еще надеюсь, что ты выйдешь замуж и я, как твой в некотором роде приемный отец, буду присутствовать на твоей свадьбе… Ведь наше главное дело почти закончено: Палпатин мертв, йуужань-вонги примирены с Секотом и галактикой, Империя пала, Альянс в скором времени поглотит то, что от нее осталось… И тебе больше не нужно будет отдавать все свои силы борьбе с ситхами и имперцами и торчать безвылазно на этой секретной базе. Скоро Орден джедаев вновь сможет заявить о себе, а мы — вернемся в большую галактику…

— Вместе, — строго сказала тогрута, остановившись у двери комнату Селесты Морн.

— Разумеется, вместе. Пойми, я вовсе не собираюсь погибать. Я забочусь лишь о тебе, — я постучал в дверь.

— Войдите, — откликнулась Селеста. А увидев меня, добавила:

— О, наш темный джедай явился. Нет, ты не думай, я ничего не имею против смерти Палпатина, — тут же добавила она. — Просто у джедаев это делается не так. Я, конечно, тоже была уверена, что он ломает комедию с целью обмануть нас и непременно попытается сбежать, когда мы потащим его в плен — но полагала, что как раз в тот момент, когда он нападет на нас при попытке к бегству — мы его и зарубим. Защищаясь!

— Ну да, зарубили бы, защищаясь, — согласился я. — А он до этого мог успеть зарубить одного-двух наших, с его-то скоростью.

— Ты не можешь знать этого наверняка, — ответила Тень Завета. — Мы все были бы настороже. Ну и… да, у джедаев всегда есть риск погибнуть в таких случаях. Такие уж мы… Только не надо старых песен о том, что именно потому, что у ситхов нет наших моральных ограничений, они и побеждают! Это не так. В конечном счете именно из-за этого они всегда проигрывают!

— Не спорю, — снова согласился я. — Вопрос только в том, сколько лишних жертв до этого будет с нашей стороны…

— Это тоже старая песня. Именно с этого у многих джедаев начиналось их падение, но на этом оно редко когда заканчивалось… Ну ладно, не будем пока о грустном. Зачем вы ко мне пришли?

— Я отправляюсь на одно опасное дело, — осторожно сообщил я. — Один, так надо. Не беспокойся, это дело направлено ко благу галактики. Но поскольку оно очень уж опасное, то я не хочу брать с собой Шару. И я прошу тебя охранять ее и ни в коем случае не позволить ей сбежать следом за мной. Держи ее здесь, на базе и никуда не отпускай от себя, пока я не вернусь.

— Что?!! — возмущенно крикнула Шара. — Ты еще и собираешься удерживать меня здесь силой?!!

— Прости, но это для твоего же блага, — ответил я. — Я тебя знаю, с тебя станется тайком сбежать и все-таки полететь за мной. Так что лучше ты побудешь здесь — под охраной и в безопасности.

— Вот даже как… — удивилась Селеста. — Ну хорошо, я исполню твою просьбу. И не сведу с нее глаз, пока ты не вернешься. Только и ты… будь осторожен там, в этом своем опасном деле… И когда вернешься — все расскажешь!

— Договорились.

'Ну вот, кажется, я все предусмотрел и обо всем позаботился, — думал я вскоре, сев в пилотское кресло своего корабля и взлетев. — Еще посмотрим, кто кого. Я не намерен уступать так называемой судьбе. Не все видения Силы обязаны исполняться!'

Глава тридцать шестая

До Коррибана я добрался без особого труда, если не считать того, что предпочел облететь все возникшие ныне на прямом пути новые империи через Внешние Территории. Это увеличило время в пути, но зато уменьшило риск наткнуться на какие-нибудь патрули на новых границах, а то и влететь в неожиданное сражение между какими-нибудь новыми императорами. Конечно, и на Внешних Территориях, которые после гибели Ардуса Кейна, а затем и Комитета гранд-моффов стали совсем бесхозными (что означало появление множества желающих там похозяйничать), были свои опасности, но поменьше масштабом.

А выйдя на орбиту над Коррибаном, я тут же взял полученный от Энакина артефакт:

— Ну, давай, глазик, покажи, на что ты способен…

И… тут же 'звуковой фон' планеты, который я слышал через Силу, немного изменился: в обычный хаос громких звуков, порождаемый темной аурой Коррибана, вплелась еще одна жутковато звучащая, выделяющаяся из всего мелодия. Облетев разок вокруг планеты, я с легкостью обнаружил ее источник на поверхности — ведь биты различают звуки так же четко, как люди свет, и я 'услышал' его так же ясно, как если бы увидел яркую звезду на темном фоне.

Снизившись, я уже своими собственными глазами увидел древний ситхский храм, который и 'излучал' мелодию. Облетев его, убедился, что вход туда только один, и приземлился как раз возле него. После чего покинул корабль и пошел прямо к этому, ранее скрытому, убежищу леди-ситха.

Двери были открыты настежь, словно приглашая внутрь. Впрочем, мне сразу стало понятно, что их и не было нужды запирать — до сих пор Узы Видений охраняли этот вход куда надежнее любых запоров.

— Вот, значит, где ты пряталась все эти тысячи лет, Ксоксоан, — прошептал я, вглядываясь в клубившуюся за входом тьму. — А теперь и Дарт Крайт тоже… Ну что ж, недолго вам обоим осталось.

И направился внутрь храма.

* * *

Освещая себе путь лишь активированным световым клинком, я осторожно пробирался по лабиринту темных коридоров, на каждой развилке стараясь сворачивать туда, где 'мелодия' Ксоксоан звучала сильнее — скорее всего, Крайт скрывался именно там. Как вдруг…

Где-то неподалеку послышался короткий вскрик. Женский. Более того, я мог бы поклясться, что это был голос Шары — мы, биты, никогда не спутаем голоса разных существ!

Но Шара же осталась на базе, под охраной Селесты! Что за бред… Может быть, это галлюцинация, навеянная темной стороной? Или… Дарт Крайт знает, что я здесь, и умеет насылать иллюзии, чтобы сбить противника с толку? Это какой-то отвлекающий маневр?..

Подумав несколько мгновений, я решил продолжать свой путь вперед, идя еще осторожней. И вот, через пару развилок коридор вывел меня в зал с гробницей, в одной из стен которой зиял пролом. Темная 'мелодия' явно шла именно оттуда.

'Ну все, Крайт, вот ты и попался', - подумал я, подходя к пролому. Так, скорее всего, он уже увидел отсвет моего меча, а значит, готов обороняться. Или нападать. Скорее всего, он притаился у самого пролома, чтобы атаковать, едва я войду. Поэтому мне следует…

Выключив меч, я мгновенно бросился на пол и, сделав кувырок, вкатился в гробницу. Тут же вскочил на ноги, вновь активируя меч и разворачиваясь, а одновременно с этим ловя все вокруг в поле зрения своих больших глаз и прощупывая гробницу Силой! И…

Никого. Гробница была совершенно пуста.

Но ведь темная 'мелодия' точно шла именно отсюда! Да и сейчас она никуда не делась… Ох… Опустив взгляд вниз, я, наконец, увидел источник 'мелодии' — на полу лежал раскрытый и слегка светящийся ситхский голокрон. Это от него шла вся тьма, а не от Дарта Крайта, которого тут вообще не было. Который ушел неизвестно куда и, вероятно, теперь подстерегает меня где-то в темных коридорах храма…

Впрочем… Если он задумал отвлечь меня голокроном, чтобы обойти с тылу, то тоже кое-чего не учел. По крайней мере, голокрон Ксоксоан я сейчас уничтожу!

И, подойдя к ситхскому голокрону, я поднес к нему меч…

— Не стоит этого делать, — с угрозой произнес голос за моей спиной.

Моментально развернувшись и встав в оборонительную стойку, я увидел, что в проломе в стене стоят двое. Человек с татуированным лицом — А'Шарад Хетт, он же Дарт Крайт и… Шара! Одной рукой Крайт крепко зажимал ей рот, а другой — приставил к ее шее эмиттер пока выключенного светового меча, одновременно заслоняясь ею от меня, словно щитом.

— А я-то гадал, какого это чужака почувствовал в моем доме, кто это смог меня отыскать в храме Ксоксоан, — произнес Хетт. — Думал, что это может быть Палпатин или Йода… А оказалось, за мной пришел якобы погибший темный джедай Оноро. Ловок же ты, как вижу…

— Меня зовут Венамис. И я не темный… Хотя нет, теперь уже, наверное, да, действительно темный джедай, — мрачно ответил я. — Отпусти ее.

— Только после того, как ты бросишь свой меч, — усмехнулся Крайт. — Конечно, примитивное предложение, но что-то мне подсказывает, что эта девчонка для тебя важна.

— М-м-м-м! М-м-м-м!! — отчаянно промычала Шара.

Заметив это, ситх соизволил убрать свою ладонь с ее лица.

— Венамис, прости! — тут же крикнула тогрута. — Я шла за тобой, но он поймал меня в коридоре!

— Как ты тут оказалась? — это все еще было для меня загадкой.

— Ну… — Шара виновато опустила голову. — Я подсыпала Селесте слабительного в напиток. Яд или снотворное она бы, наверное, почувствовала, а тут… не смогла вовремя ощутить. И я сумела сбежать. На твоем корабле я еще несколько дней назад спрятала маячок — ты как-то очень уж странно выглядел после разговора с Энакином, вот я и заподозрила, что ты можешь захотеть улететь куда-то без меня… Чтобы тебя догнать, пролетела более коротким гипермаршрутом через имперское пространство. Удачно пролетела, повезло…

— Скорее, не повезло, — прокомментировал Хетт. — Сколько ума, интуиции и удачи… и все для того, чтобы ты попал в ловушку, Оноро, то есть Венамис. Неплохой подарок для меня ты сделала, детка.

— Я же так хотел уберечь тебя… — прошептал я.

— Ну, хватит болтовни! — повысил голос Крайт. — Если не хочешь, чтобы я сейчас отрезал ей ее милую головку, бросай меч и без фокусов!

В одну секунду в моем работающем на полную мощность и ускоренном Силой мозге промелькнули сложные подсознательные расчеты и предвидения различных вариантов решения возникшей задачи с заранее неудачными условиями. Но нужного мне выхода не находилось. Я пытаюсь атаковать — различными способами, приемами, разными формами боя, справа, слева, в прыжке сверху, упав и проскользнув снизу… — итог всегда один: Крайт убивает Шару, а потом меня… Я пытаюсь применить к ним Силу разными способами — но он настороже, итог: Крайт убивает Шару, а потом меня… Я пытаюсь потянуть время переговорами — итог: Крайт, разозлившись, убивает Шару, а затем вступает в бой со мной, который выигрывает или проигрывает с разными, постоянно меняющимися, вероятностями, но Шара погибает во всех вариантах… Я выполняю его требование и бросаю меч — но он все равно убивает Шару, а затем меня… Я бросаю меч, пытаясь так обмануть его — но он все равно убивает Шару, а потом я сражаюсь с ним и один из нас погибает — вероятности того, кто это будет, тоже постоянно менялись… но Шару это не спасет в любом случае…

Сила однозначно показывала мне, что Шара погибнет во всех вариантах будущего, как бы я ни пытался ее спасти! Но… Что если… Если спасти ее все равно невозможно… То…

Я прислушался к своим ощущениям. Услышал биение сердец всех троих существ, находящихся в этой гробнице, почувствовал ток крови по артериям и венам, дыхание в легких… Да. Это самый выигрышный ход. Хотя он принесет мне боль, как правильно предсказал Отец. Большую боль.

Призвав всю доступную мне Силу, я в мгновение ока ринулся вперед… Даже в таком ускоренном движении я, конечно, никак не смог бы успеть поразить загородившегося Шарой ситха, прежде чем он убил бы тогруту, а затем отбил мою атаку, но… Но это и не было моей целью. Вместо этого я атаковал, двигаясь по самому короткому пути, и не дал Крайту ни шанса увернуться — мой клинок вонзился в грудь Шары, прошел сквозь ее сердце, сквозь спину, крепко прижатую к груди Крайта, а затем — уже сквозь грудь самого Крайта, тоже поразив его прямо в сердце.

Всего лишь секунду в устремленном на меня взгляде Шары было видно изумление, затем оно сменилось пониманием и сочувствием. Губы моей воспитанницы сложились в слабую улыбку… И она исчезла в Силе.

А'Шарад Хетт рухнул на пол, одной рукой в агонии царапая пальцами камни пола, а другую слегка подняв и протянув ко мне, словно все еще пытаясь в меня вцепиться. Телу Шары я не дал упасть, подхватив ее на руки.

— Ты… Победил… Ситх! — наконец, прохрипел Дарт Крайт и затих. Его присутствие в Силе тоже исчезло.

Осторожно уложив Шару на пол, я встал на колени рядом и закрыл ей глаза. Затем вспомнил еще кое-что, встал, подошел к все еще светящемуся голокрону Ксоксоан и, взмахнув мечом, опустил на него свой клинок. Голокрон разлетелся в пыль в слабом взрыве.

Вот и все.

И в то же мгновение, едва я успел так подумать, передо мной предстало видение всей галактики. Сияющие звезды и скопления, Ядро и рукава… а еще — сеть охватывающих ее гиперпространственных маршрутов, которые на территории Неизведанных Регионов — чуть ли не четверти галактики — превращались в путаницу каких-то многочисленных узелков. На моих глазах эти узелки начали стремительно развязываться и распадаться — и вот вместо них эту часть галактики уже покрыло четкое продолжение остальной сети гиперпутей. Преграда между Неизведанными Регионами и остальной галактикой исчезла. Да, отныне галактике и Ордену джедаев суждено было выйти на новый уровень развития…

А затем я увидел все те угрозы, которые столько времени оставались отрезанными от 'большой галактики' в неисследованной ее части. Орды техногенных варваров, могучие полководцы-завоеватели, невиданные монстры и необычнейшие машины… Как скоро все это сможет понять произошедшее и вырваться на просторы галактики?!

— Вот так новый уровень развития… — прошептал я. — Вот так принес пользу галактике…

— Скайуокер же сказал: 'в конечном счете', - в гробнице возник мой темный двойник. — Все правильно, без конфликта нет развития. В конечном счете все, что дальше произойдет, и принесет всем пользу. Но перед этим…

— Опять ты… — устало ответил я. Не было сил даже возмущаться.

Двойник присел возле тела Шары.

— Наконец-то ты все понял, — произнес он. — Да, это и есть путь ситхов — ради общего блага можно и нужно пожертвовать всем, чем угодно, и всеми, кем угодно… Не ради бессмысленного эгоизма, конечно.

— Я не мог ее спасти, — погасшим голосом ответил я.

— Верно, и поэтому лучше было пожертвовать ее жизнью с пользой. Конечно, другие джедаи осудят тебя за ее убийство — убийство своего лучшего друга — но это было совершено и для того, чтобы спасти их и будущее их Ордена, и будущее всей галактики. А сейчас, когда ты все осознал, пора в путь. Галактике теперь грозит множество новых опасностей, и нужно как можно скорее объединить ее!

— Да, ты прав, — задумчиво кивнул я. — Галактику снова надо спасать.

И, подняв тело Шары на руки, я пошел к выходу.

* * *

Зайдя в свой корабль, я положил Шару на постель в комнате отдыха, после чего пошел в кабину, где включил непрерывную и цикличную передачу в космос сигнала по зашифрованному тайному каналу Голонета, дающему возможность отправки сообщений на джедайскую базу. Затем отправился на склад. Недолго порывшись там, нашел, что искал — голокамеру и несколько звуковых гранат, из которых взял одну — больше мне и не нужно было. Вернувшись в кабину, через датапад соединил голокамеру с передатчиком по беспроводной связи, чтобы получить возможность передавать голозаписи прямо на базу уже в процессе съемки, установил голокамеру на столе…

— Эй, ты что задумал? — на этот раз в голосе вновь появившегося темного двойника была явная тревога. — Надо возвращаться! Спасать галактику!

— Ну уж нет, — покачал я головой. — Нет, я в эти игры больше не играю. Моих мозгов не хватило для того, чтобы спасти Шару, но их хватает для того, чтобы понять: я явно скатываюсь все ниже на темную сторону, и, если меня не остановить сейчас, то стану новым Дартом Реваном или Дартом Кейдусом, пусть и из стремления ко всеобщему благу. Пусть галактику спасают те, кто менее подвержен искушению темной стороной, чем я — иначе в итоге станет только хуже…

— Постой, еще же все можно исправить!! — в панике крикнул двойник.

— Именно это я сейчас и сделаю, — я включил голокамеру, после чего сам сел напротив, так чтобы быть заснятым ею.

Затем, не обращая уже внимания на крики и вопли перепуганного двойника (в конце концов, он, как я теперь точно понял, был лишь плодом моей слегка поврежденной темной стороной психики), я рассказал на камеру обо всем, что произошло, напоследок добавив:

— Да, Энакин, ты был прав. И ты была права, Селеста. И вы были правы, магистр Йода. Вы, наверное, сейчас переживаете и думаете о том, что меня еще можно было бы вытащить с темной стороны и вернуть к свету? Может быть, и так, но кто знает, сколько жертв было бы до этого из-за меня… Так что не стоит рисковать, лучше обойтись всего одной жертвой — мной самим. Видите, я уже думаю, как вполне темный джедай… Я чувствую, как тьма сгущается вокруг меня, однако пока — благодаря жертве Шары — я еще не полностью в ее власти. Шара еще удерживает меня от этого… Но ее надолго не хватит, и если я позволю себе продолжать жить, то погружусь во тьму окончательно, уверившись в том, что все сделал правильно и что только так и надо поступать. И тогда я уже натворю дел ради спасения галактики! В общем… прощайте. Эта запись будет регулярно прокручиваться по нашему тайному каналу, пока вы ее не увидите, не посмотрите и не прилетите за нашими останками сюда, на Коррибан.

Я взял в руку звуковую гранату и показал ее перед камерой.

— У этого вида оружия очень интересное влияние на битов — у нас от воздействия таких гранат в буквальном смысле взрываются головы. Я подумал, что это будет в некотором роде символично и даже несколько забавно. Итак, прощайте мои мозги, столь умные, но так меня подведшие, как джедая, прощайте, друзья и коллеги, прощай, материальный мир, я отправляюсь следом за Шарой. Ведь смерти нет — есть Великая Сила!

Я включил гранату.

Оказалось, взрыв собственных мозгов — это совсем не больно…

Эпилог

Темнота… Темнота и пустота везде, вокруг, до бесконечности в любом направлении…

Это — Бездна Силы. Или еще — Хаос. То место в Силе, куда попадают ситхи и прочие темные одаренные. И вообще — нехорошие разумные. Сколь глуп был Палпатин, полагая, что за историю разумных Бездна должна была переполниться духами, а потому сбежать оттуда не так уж и трудно… Глупец. Бездна бесконечна, и сколько бы в нее ни запихнули душ, для каждой останется бесконечно много пустого и темного места…

Здесь, посреди пустой и темной бесконечности, неподвижно парю я… То, что от меня осталось. В полном одиночестве и молчании. Да, мне не удалось отправиться следом за Шарой, мы явно оказались в разных местах. Но это еще не все…

При жизни я слышал, что ситхи в своем посмертии вечно составляют планы мести своим врагам и вечно мучаются от невозможности воплотить их в реальность. Однако для меня Сила явно задумала кое-что другое.

Теперь часть моего разума словно работала независимо от меня, бесконечно переигрывая всю мою жизнь в этой галактике, начиная с появления в лаборатории Плэгаса. Переигрывая с постоянным нахождением новых путей, которые при жизни не пришли мне в голову и которые неизменно приводили к спасению галактики без всех тех лишних жертв и несчастий, что я принес! Раз за разом я вновь проходил всю свою историю, видя все свои ошибки, понимая, как можно было их избежать, и неимоверно страдая от того, что не смог совершить этого в реальности. Я, который так гордился своим умом, теперь понимал всю свою глупость, понимал раз за разом и — главное — уже ничего не мог изменить! Раз за разом, жизнь за жизнью, цикл за циклом… Вечно…

Но однажды…

Я не знал, сколько дней, лет или веков пробыл здесь, но в одно мгновение я ощутил, что что-то изменилось. Где-то далеко во тьме возникло то, чего здесь никак не могло быть — искорка света. И, увидев ее, я уже не отводил от нее взгляда, в изумлении наблюдая, как она приближается и растет. И по мере приближения обретает ясную форму — форму сияющей человеческой фигуры. Наконец, этот источник света оказался совсем рядом со мной и тогда…

— Асажж… — ошеломленно прошептал я.

— Ага, собственной персоной, — ответила Асажж Вентресс. — Хотя и не могу сказать, что во плоти. Эх, и глубоко же тебя законопатили, еле отрыла. Кстати, в своем человеческом облике ты симпатичнее, чем в битском.

— Так ты… знаешь?

— Я теперь все знаю, — усмехнулась она. — И лучшая новость дня и тысячелетия: я пришла выручить тебя, вытащить отсюда, что называется, на солнышко.

— Разве это возможно?!

— Ничего нет невозможного, если у тебя есть такие друзья, как я! Пошли! — Вентресс своей призрачной рукой взяла меня за мою призрачную руку и зашагала прочь. Я, к своему удивлению, обнаружил, что тоже могу идти, несмотря на отсутствие какой-либо твердой поверхности в пустоте под нами и вокруг нас, и пошел за нею следом.

— А Сила не будет против? — осторожно поинтересовался я у своей спасительницы.

— Ну, если бы она была против, я бы сюда не добралась, полагаю, — пожала плечами датомирка. — Насколько понимаю, после всего, что ты наворотил в галактике, Сила пока не намерена допускать тебя в загробную жизнь получше этой и воссоединять с Шарой, прости. Но оказалось, что тебе можно вернуться в галактику в виде призрака Силы и пребывать там, пока не искупишь все прегрешения и не вернешься на светлую сторону. Тогда тебе и можно будет попасть в лучший мир Силы, и там вы вновь встретитесь. Ну а пока в этой твоей новой жизни с тобой буду я — для присмотра и помощи.

— Замечательно! — обрадовался я, с трудом поверив в то, что услышал. — Да, скажи, а сколько времени прошло после того, как я погиб? Что сейчас происходит в галактике?

— Да все, как всегда. Диктатора Джерджерода давно прихлопнули, Корускант освобожден Альянсом, превратившимся в Новую Республику, Неизведанные Регионы давно открылись для экспансии, хотя кто куда сейчас экспансирует — это большой вопрос. Гениальный полководец Нусо Эсва вторгся в пространство бывшей Империи и захватил ту ее территорию, которую еще не успела присоединить Новая Республика. Траун ведет против него бои с переменным успехом — Шерлок Холмс, наконец, нашел своего Мориарти. Тем временем Республика совместно с Доминацией чиссов сдерживают натиск орд космических кочевников, Секот выжигает целые планеты, захваченные жуткой тварью Мнггал-Мнггал, а Новый Орден джедаев, объединившись с машинной цивилизацией Силентиум, разыскивает древнейшее разумное и обладающее Силой существо, которое старше целестианцев. Наконец, с Мортиса прибыли двое детей Энакина и Падме, могущественные близнецы Люк и Лея, которым предсказано, что они каким-то образом наведут в галактике порядок. Словом, новый уровень игры во всей красе.

— И что делать нам посреди всего этого?

— То же, что всегда делают дружелюбные привидения — давать хорошие советы тем, кто на светлой стороне, и пугать тех, кто на темной, — подмигнула мне Асажж. — Знаешь, я полагаю, что итогом всей этой кутерьмы должно стать объединение всей галактики во что-то единое… А вот потом… Что начнется после этого, даже мне неизвестно, ведь гиперпространственное возмущение вокруг галактики пока еще никуда не делось. Я подозреваю, что оно исчезнет, когда сторонники света в галактике одолеют, наконец, все напасти и вся галактика объединится. И тогда — нам откроются пути для путешествий в другие галактики! Вот только, скорее всего, не зря целестианцы столько тысяч лет готовят нас к этому, сталкивая с разными ужасами — думаю, что за пределами галактики мы встретим что-то такое, после чего поймем: вся наша предыдущая история была лишь тренировкой для выполнения некой куда более важной задачи. А может быть, и для борьбы с какими-то куда более ужасными врагами.

— То есть, войны не закончатся после того, как мы одержим победу над всеми врагами в нашей галактике?.. — уточнил я.

— Скорее всего, нет, — ответила Асажж Вентресс. — Я уверена: работы нам всем — героям — хватит еще надолго! В конце концов, вселенная Звездных Войн — это именно вселенная Звездных Войн!

КОНЕЦ

Content

Кубрин Михаил Сергеевич В глубинах тьмы

Краткое содержание первой части

Пролог

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Глава тридцать первая

Глава тридцать вторая

Глава тридцать третья

Глава тридцать четвертая

Глава тридцать пятая

Глава тридцать шестая

Эпилог