Лопез Лолита

Пойманная Менасом

Лолита Лопез

Пойманная Менасом

Захваченные #2

Над переводом работали:

Перевод: Александра Йейл

Редактура: Александра Йейл

Вычитка: Александра Йейл

Дизайн обложки: Анастасия Михайлова

Переведено для: https://vk.com/alex_yale

Глава 1

Ная тихо шла, прячась в тенях. Даже кромешный мрак не заставил ее замедлиться. Она столько раз ходила этим путем, что запомнила каждый метр глухих переулков и темных улиц Коннора. Как и в большинство ночей, энергосистема не выдержала нагрузки, и город потонул во тьме. Не желая привлекать к себе внимание, Ная не пользовалась фонарем и по дороге к месту встречи полагалась лишь на тусклый свет трех спутников, вращавшихся вокруг Каликса.

Она отринула неуверенность, от которой холодило затылок. Стоило принять решение, и Ная больше не колебалась. Сегодняшний вечер ничем не отличался. В двенадцать лет, перепуганная разговорами о правительственном соглашении с расой харкосов, она дала обещание своей лучшей подруге Дженни. Одиннадцать лет спустя Ная не собиралась нарушать клятву, даже если бы пришлось бросить единственную известную ей жизнь.

Поэтому Ная ускорилась. Она побежала по глухим улицам Коннора, огибая захолустные съемные дома и стараясь не вдыхать зловоние мусора из необслуживаемых канализаций. Ная держалась ближе к зданиям, чуть не царапая спину о кирпичи и камни, оставлявшие меловые разводы на тонкой выцветшей куртке. Через несколько часов должны были объявить результаты лотереи, и тогда Дженни не смогла бы спастись. Нае пришлось поспешить, иначе у нее не было бы шансов реализовать свой план.

Приблизившись к месту встречи — ветхому заброшенному складу, намеченному под снос — она замедлилась и потянулась к оружию на бедре. Отец всегда шутил, что этот пистолет заберут только из его хладных рук, вот Ная и забрала. Ей было девять лет в ту ночь, когда она получила по наследству свое первое оружие. Если подумать, оно было печальным предзнаменованием опасного, порой жестокого образа жизни, который Нае приходилось вести, чтобы наполнить желудок и иметь крышу над головой. Но у нее просто не осталось выбора.

Пробираясь сквозь тьму, она обратилась в слух и, задержав дыхание, прижалась к ближайшей стене. Ная осмотрела склад, ища малейшие признаки чьего-либо присутствия. Во тьме блеснул огонек. Жуткая светящаяся красная точка придавала месту зловещий вид.

Узнав сигнал Данкирка, Ная сложила губы трубочкой и пронзительно свистнула. В ответ на ее подражание ночной птице тут же раздался свист более низкий, повторившийся три раза. Убедившись, что путь чист, Ная поспешила к обветшалому зданию и протиснулась между двумя болтающимися досками. Она оказалась на складе. Продолжая держать руку на прикладе, Ная откинула капюшон и открыла лицо. После того как ее несколько раз предавали и заманивали в засаду, она никогда не теряла бдительности.

— Ная, — раздался в темноте знакомый голос Данкирка. — Сюда.

Она пошагала по кирпичному полу и приблизилась к координатору «Красного пера» — члену подпольной группировки политических диссидентов, занимавшемуся логистикой и «ликвидацией» последствий опасных миссий. Как и Ная, он обладал обширным опытом контрабанды продовольствия и запрещенных технологий.

— Ты опоздала, — Данкирк убрал жуткий красный фонарик и на смену ему достал обычный, заливший лицо Наи ярким желтым светом.

— По городу уже ходят слухи о Захвате. Люди говорят о протестах. Я не могла пойти своим обычным маршрутом.

— Да. Поскольку протесты из-за продовольствия в прошлом месяце принесли огромную пользу, да? — Данкирк рассмеялся с горечью поражения. — Черт, люди всегда кричат, что выступят против Захватов, но ничего не делают. Они отдают своих дочерей, как ягнят на заклание, боясь гнева тайной полиции или небесных воинов.

Хмыкнув в знак согласия, Ная осмотрела склад.

— Где старейшина?

— Он придет. Скорее всего, опаздывает по той же причине, что и ты, — Данкирк засунул фонарик в подвесной держатель у себя на шее. В изменившемся освещении Ная прочитала недоверие на лице своего давнего друга. — Ная, ты уверена?

— Не очень, — призналась она. — Но я не позволю небесным монстрам забрать Дженни.

— Монстрам? — весело фыркнул Данкирк. — Черт, Ная, если хочешь увидеть настоящих монстров, не нужно далеко ходить. Они живут в Харпере. Не-а-а, — тихо протянул он, пародируя жителей деревни, — эти харкосы не так-то плохи. Они охраняют нас здесь, на Каликсе. Кроме того, они закрывают глаза на то, что мы вывозим людей из этой адской бездны в колонии. За последний год харкосы не остановили ни одного судна контрабандистов, позволив нам провозить технику и лекарства. Они делают доброе дело.

Ная не могла с ним поспорить. Харкосы были наисильнейшей расой во всей системе. Как и потомки переселенцев с Земли, харкосы были людьми, но гораздо крупнее и куда более ужасающими. Однако Ная насмотрелась на них в Конноре и не хотела, чтобы ее поймали во время Захвата — архаичной погони, устраиваемой каждый квартал с целью предоставить небесным воинам невест.

И хоть у харкосов на родной планете были женщины, воины оказались от них на расстоянии десятков тысяч световых лет. В обмен на защиту системы они брали природные ресурсы вроде полезных ископаемых, еды…и женщин.

Незамужние девушки возрастом от восемнадцати до тридцати лет имели право на участие в Захвате. Чиновники из Города — правительственного центра Каликса — каждый квартал выбирали населенный пункт и вычисляли, сколько девушек потребуется, чтобы хватило всем участвующим небесным воинам. На этот раз должно было бежать девятнадцать молодых женщин, чьи номера выпали в лотерее, проведенной мэром ранее утром. К восходу солнца по всему городу висели бы дубликаты списка.

Но в отличие от девочек, отчаянно пытавшихся избежать Захвата, Ная была готова на все, чтобы в нем участвовать.

— Ты ведь в курсе, что шансы осуществить твой план равны нулю?

— Как и всякий раз, когда мы вывозим с Каликса семьи в колонию Джеско или в Безопасную гавань, Дэнни. Но мы все равно это делаем.

Засунув руку в передний карман куртки, Данкирк достал заказанные Наей паспорта и разрешения на полет.

— Они не такие хорошие, как раньше, но художницы больше нет с нами.

Ная потянула за фонарик у него на шее и быстро просмотрела поддельные документы. На Каликсе не было никаких технологий. Все официальные документы писались чернилами на бумаге. Зато в колониях потомки землян использовали более продвинутые и эффективные методы. Через несколько дней, когда Ная и Дженни встретились бы в Безопасной гавани с контактным лицом Данкирка, их паспорта сменили бы на идентификационные чипы.

— Неплохо. Достаточно хорошо, чтобы мы прошли таможню на влете в колонии, — Ная забрала документы и спрятала во внутренний карман куртки. — А что случилось с художницей?

— Ее захватили, — Данкирк указал вверх.

— Какой ужас, — скривилась Ная.

— Нет, если верить тому, что я слышал, — ответил он. — Кроме того, она из Харпера. Не знаю как ты, но по мне так лучше рискнуть с небесным воином, чем жить в болоте. Возможно, там, на инопланетных судах, не так уж плохо.

— Откуда тебе знать? Захваченная женщина вынуждена обрубить все связи. Она больше никогда не сможет поговорить со своими друзьями или семьей.

— Не думаю, что это правда. Говорят, некоторые девушки общаются со своими родными. И у художницы есть сестра, которая теперь делает кое-какую работу для «Красного пера». Она была одной из последних, кого мы успешно вывезли из Харпера. Полагаю, она считает, что должна нам, поэтому расселяет незамужних женщин и овдовевших матерей на явочных квартирах в колонии Джеско и в Безопасной гавани.

— Она действительно должна нам. Каждый, кто принимает помощь «Красного пера», должен ему ответную услугу.

— И снова ты со своим кодексом чести, — Данкирк закинул в рот две жевательные резинки и вздрогнул, начав жевать. — Как бы то ни было, ее сестра в колонии сказала мне, что художница счастлива со своим новым мужем на «Вэлианте» и живет жизнью, какая нам и не снилась.

— Очередная чушь, придуманная, чтобы скрыть происходящее на небесных судах, — подозрительно прищурилась Ная.

— Думай как тебе угодно. А я хочу верить, что художница счастлива. Только луны знают, чего она заслуживает, особенно после ареста и публичного унижения за то, что нарисовала для нас те бюллетени.

Ная вспомнила, какой ужас почувствовала, узнав, что женщина — тогда еще подросток — была арестована за распространение информации. Власти приговорили ее к публичному обриванию — наказание, предусмотренное для проституток — и унизили на деревенской площади. Слишком жестокая кара для кого-то настолько молодого.

Ная заметила, как вздрагивал Данкирк при жевании.

— Дэнни, зуб снова тебя беспокоит?

— Он убивает меня. Жевание помогает. В жвачке содержатся масла трав, помогающие не хуже обезболивающего.

— Ты должен вылечиться, пока не подхватил инфекцию и не умер. Сходи к Грифу, пусть вырвет его.

— Я не позволю какому-то пьяному медведю выдергивать проклятый зуб из моей головы, Ная! — проворчал Данкирк.

— Не будь плаксой! Гриф вырвал у меня зубы мудрости, когда мне только исполнилось шестнадцать.

— Да, ну, в общем, ты другой породы, детка. Все мои предки были нытиками. Я обожаю анальгетики, известные в более цивилизованных местах вроде Города и колоний.

— Если ты не планируешь подкупить одного из лицензированных городских дантистов, только чтобы записаться на прием, а потом заплатить непомерные взносы за доступ к аптеке и медицинское обслуживание, то у тебя нет выбора. Просто забей, напейся и выдерни, — закатила глаза Ная.

— Я потерплю до следующей недели и схожу к врачу в Безопасной гавани. В Грогане есть больной ребенок, нуждающийся в серьезной операции. Больница в гавани согласилась помочь, поэтому я вывожу их с Каликса.

— Ты повезешь всю семью?

— Только мать и ребенка, — покачал головой Данкирк.

— У них нет денег, чтобы поехать всем вместе?

— Не совсем, — расстроено отозвался Данкирк. — Их лишь трое — мать, отец и ребенок, но отец — один из фанатиков, выступающих против любого медицинского вмешательства. Безумие какое-то. Если ребенка прооперировать, он проживет счастливую полноценную жизнь, но его отец уже готовится рыть ему могилу и зажигать поминальные свечи. Я просто не понимаю этого.

— Культурные различия, Дэнни. Вот почему наши предки поселились здесь, в Конноре. Они прекрасно знали, что ни в Харпере, ни в Грогане не получат ни капли свободы.

— Так и есть.

Дэнни резко обернулся на шорох возле дальней стены склада.

— Кажется, у нас компания, — он подтолкнул Наю в темный угол. — Спрячься за коробками, пока я не дам тебе знак выходить.

Ная не спорила. Она осторожно пробралась в укрытие и присела. Стараясь тише дышать и прислушиваться, она почувствовала невыносимую печаль. Никто не планировал такого исхода.

Много веков назад ее предки покинули родную планету ради поисков Земли обетованной, полагая, что найдут покой и процветание. Когда их судно доковыляло до другого конца галактики, харкосы сжалились над ними. Людям выделили красивую планету, чтобы положить начало новой культуре, но все пошло не так. Религиозные разногласия, коррупция, голод и эпидемии разломили новый мир.

Настал конец цивилизации. Большинство богатых граждан — почти все ученые, врачи и инженеры — сбежали с Каликса на маленькие, но более пригодные для жизни планеты, чтобы основать прогрессивные колонии вроде Джеско и Безопасной гавани. А вот религиозные экстремисты покинули города и создали свои изолированные сообщества вроде Харпера и Грогана, где женщины стали собственностью — под маской защиты, конечно. Наказания за нарушение моральных норм были суровы и жестоки. Места вроде Коннора — с более лояльными законами — появились на перекрестках маршрутов и стали торговыми площадками для взаимодействия деревень с коррумпированным Городом.

И что теперь? Ная пряталась на складе, чтобы подкупить чиновника и, сбежав с планеты, спасти подругу от принудительного брака с каким-нибудь злобным небесным воином. Нет, не так все должно было быть.

После очередного свиста Ная показалась из укрытия. Она поднималась медленно и осторожно, пока не увидела Данкирка и седого старейшину. Поняв, что на складе больше никого нет, Ная разжала пальцы на прикладе и вышла вперед.

— Ная, это старейшина Крейн, — представил Данкирк. — Старейшина, это Ная.

— Мы никогда не встречались, но я тебя знаю, — старейшина протянул руку. — Несколько лет назад ты сделала одолжение моей племяннице.

— Да? — нахмурилась Ная и ответила на рукопожатие.

— Она пришла в твой ломбард и попросила оружие из страха, что муж убьет ее. Ты сказала ей, что пистолет не решит проблем, и предложила кое-что лучше…выход.

— Лила, верно? — округлила глаза Ная, стоило ей понять, о ком говорил старейшина. — Блондинка? Около тридцати лет? Я ее помню, — кивнула она.

«И синяки на ее лице…»

— У нее все хорошо. Ты спасла ей жизнь. Я сделаю все возможное, чтобы вернуть долг.

— Я хочу свое имя в списке Захвата.

— Ты хочешь, чтобы я внес твое имя в список? — моргнул старейшина.

— Знаю, моя просьба кажется безумной, — кивнула Ная, — но у меня свои причины. Мне нужно, чтобы мое имя было в списке. Это крайне важно, — она приблизилась к старейшине. — Слушайте, я знаю, что в списке есть имя вашей дочери.

— Да, — посерьезнел мужчина.

— Отдайте мне ее место. Ничего сложного. Подобное делали уже много раз. Вы просто присвоите мне ее номер и внесете меня в список. Вашей дочери достанется мой номер, и она избежит Захвата. У нее будет минимум год свободы, прежде чем Захват снова проведут в Конноре.

— Но зачем? — старейшина выглядел потрясенным.

— Потому что я обещала подруге, — ответила Ная. — А я никогда не нарушаю слова.

— Ная у нас специалист по кодексу чести, — проворчал Данкирк.

— Замечательное качество, — заметил Крейн. — Я выполню твое пожелание, Ная. Я поменяю номера, — он замялся. — Сколько мне нужно заплатить за сделку?

— Нисколько. Я хочу услугу, — просто ответила Ная и указала на Данкирка. — Вы будете нам должны.

— Вам? «Красному перу»?

— Да, — разъяснилась она. — Однажды кто-нибудь придет к вам за помощью. И вы сделаете все возможное, чтобы помочь. Вы будете помнить, как я помогла сначала вашей племяннице, затем дочери, и вернете долг.

— Разумеется, — пообещал старейшина Крейн. — Я сделаю все, что бы ни потребовалось.

— Спасибо, — Ная пожала его руку и всунула ему в ладонь листок со своим номером.

Прежде чем забрать листок, старейшина сжал ее пальцы.

— Удачи, что бы ты ни задумала. Желаю тебе найти счастье везде, куда бы тебя ни завела судьба.

Данкирк проводил старейшину к выходу. Вернувшись, он громко вздохнул.

— Ладно, дело сделано. Ты попадешь в список. И тебе придется бежать.

— Таков план, — Ная старалась не дрожать от беспокойства.

— Будет непросто добраться от Каликса до колонии, — предупредил Данкирк.

— Но у нас есть документы, — Ная коснулась своего кармана. — Парень Дженни посадит свой крейсер прямо на границе безопасной зоны. Мы с Дженни знаем леса как свои пять пальцев. Мы сбежим от харкосов, доберемся до безопасной зоны и оттуда рванем на корабль.

— Почему бы не сбежать сейчас? Сегодня же вечером. Завтра утром. Не жди, Ная.

— Мы не можем. Сам знаешь, правительство следит за нашим городом. Проклятые митинги лишили нас возможности ездить между населенными пунктами. Даже если мы сбежим от местной полиции и выведем судно Джозефа на орбиту, те парни… — Ная указала вверх и покачала головой, — …пристально следят за планетой, поставляющей им невест. Они никогда не позволят сбежать двум женщинам, чьи имена в списке Захвата. Джозефа, скорее всего, арестуют за попытку украсть то, что они считают своим. Слишком большой риск.

— А что насчет парня Дженни? — Данкирк потер ладонью позади шеи. — У него есть документы для приземления на поверхность?

— Он — научный сотрудник из колоний, — кивнула Ная. — У него есть разрешение входить в воздушное пространство Каликса и покидать его четыре раза в неделю. С его прикрытием все в порядке.

— А с твоим? Что ты, черт возьми, собираешься делать со своим магазином?

— То, что должна была сделать несколько лет назад, когда Натти бросил меня здесь, — ответила Ная, с болью вспоминая предательство брата. — Я все распродаю.

— Я видел, чем ты там занимаешься, — рассмеялся Данкирк.

— Дэнни, я уже давно не торгую оружием, — закатила глаза она. — Когда Отщепенцы прилетели на планету, и их гражданская война с харкосами, — Ная снова указала вверх, — начала затрагивать наш мир, я бросила свой прибыльный бизнес. Пока две группировки борются друг с другом, риск слишком велик. Я хочу сойти за одного из повстанцев не больше, чем получить пулю в лоб.

— Да, — Данкирк помялся с ноги на ногу. — Значит, ты сейчас пойдешь домой?

— Прости, Дэнни, — у Наи сдавило грудь. — Я просто…мы не можем.

— Даже раз? Как в старые добрые времена?

— Мы переспали лишь однажды, — напомнила Ная. В его голосе была такая надежда. Нужно было не иметь сердца, чтобы вслух назвать их секс неловким, странным и очень быстрым.

Боясь, что эта встреча может стать для них последней, Ная подошла к Данкирку и обняла его за талию. Приподнявшись на цыпочки, она прижалась к его губам в нежном долгом поцелуе.

— Доброй ночи, Дэнни.

— Доброй ночи, Ная, — он погладил ее лицо и поцеловал в лоб. — Береги себя.

— Я постараюсь, — большего она обещать не могла.

— Встретимся в колонии, — он потер мочку ее уха. — Не могу решить, или ты невероятно храбрая, или просто очень глупая.

— Наверное, всего понемногу, — тихо рассмеявшись, Ная поцеловала его в щеку и развернулась, чтобы уйти.

В прохладной ночи она снова кралась по улицам. Пока Ная пробиралась через Коннор, у нее в голове хаотично носились мысли. Она пыталась не сосредотачиваться на кошмаре, которым грозилась обернуться ее затея. Старейшина мог не преуспеть и не поменять номера. Или, еще хуже, мог сдать Наю властям как политического диссидента, чтобы подлизаться к кому-то выше по должности.

Но даже если они обе будут участвовать в Захвате, одна из них все равно может быть схвачена харкосом. Если бы поймали Дженни, Ная планировала тоже попасться, чтобы однажды сбежать вместе с ней. Было бы непросто выбраться с военного корабля, но Ная находила выходы и из более сложных передряг.

При одной лишь мысли о том, чтобы быть пойманной, она задрожала от страха. А испугать ее могло немногое. Например, оказаться на одном судне с харкосами. Ная слышала, как они относились к своим женам. Конечно, некоторые слухи были преувеличены, ведь рассказчик всегда стремится добавить непристойных деталей, но и в них имелось зерно истины. Оно пугало Наю.

Происходящее в Харпере и Уиллоу, ужасало, но там? О, черт, нет. Харкосы надевали на своих женщин ошейники и заставляли делать разные извращенные вещи. Они унижали жен, жестоко обращались с ними.

И были огромными. Ная никогда не видела таких больших мужчин. Гиганты-харкосы были выше двух метров и весили больше центнера. Коренастые, мускулистые и сильные. У большинства были светлые волосы и бледные глаза, хотя однажды Ная видела среди них брюнета.

У нее в голове промелькнуло лицо единственного мужчины их расы, с которым она когда-либо разговаривала. В тот день при виде его бледных зеленых глаз и светлых волос Ная задрожала, но не от страха. От потребности. И желания.

Она до сих пор этого не понимала. Их случайная встреча три месяца назад потрясла ее. Очевидно, мужчина целеустремленно искал цветы. Для подруги? Для любимой женщины? Ная не знала. Так или иначе, он зашел на рынке в цветочную лавку Дженни. По случайности Ная тоже заглянула туда, но гигант не видел ее приближения. Он так быстро развернулся, что сбил ее с ног и вытолкнул на улицу, где она чуть не угодила под колеса ехавшей телеги.

Сказать, что они обругали друг друга, было бы преуменьшением. Выражение лица гиганта, когда Ная сказала ему отвалить, было бесценно. Вне всяких сомнений, прежде ни одна женщина не разговаривала с ним в таком тоне. На несколько кратких мгновений ей даже показалось, что он сейчас схватит ее, перекинет через колени и отшлепает. Вместо этого парень бросил Дженни горстку монет, схватил букет и в гневе вылетел прочь. Ная до боли в животе смеялась от вида огромного воина, мчавшегося по рынку и прижимавшего к груди хрупкие цветы.

Той ночью ее начали изводить сны о нем. Почему из всех мужчин ей приснился именно он? Харкос обладал всеми ее нелюбимыми чертами и ни одной, вызывавшей симпатию. И все же Ная металась в постели, терзаемая дикими снами и зависшая на грани кульминации. Она была ошеломлена тем, что несколько секунд рядом с пугающим незнакомцем возымели на нее такой эффект. В реальной жизни Ная редко подходила даже близко к оргазму.

Но теперь она не могла не думать о том харкосе. Ей следовало сосредоточиться. Она должна была держать в уме каждую мельчайшую деталь плана.

Наконец-то добравшись до своего магазина, Ная поднялась по лестнице в квартиру на третьем этаже, где жила вместе с Дженни. Зайдя в небольшое помещение, Ная увидела свою подругу на потрепанном диване. Дженни обняла колени и подняла на Наю глаза, покрасневшие от слез.

— Как все прошло?

— Дело сделано, Дженни, — улыбнулась Ная, заперев дверь. — Мы выберемся отсюда.

Глава 2

Менас^1 вышел из лифта в медицинском отсеке на борту «Вэлианта». Он снова посмотрел на часы и убедился, что у него еще оставалось время. На прошлой неделе Менас был занят поставками оружия и оборудования, поэтому дважды переносил свой осмотр перед Захватом. Даже сейчас он свел все процедуры к минимуму. Только звание и репутация человека, с которым лучше не связываться, спасли его от исключения из списка.

Менас увидел Вишеса — своего близкого друга и самого высокопоставленного офицера наземного корпуса на борту «Вэлианта» — выходящим из больницы вместе с Хэлли. Он взял свою жену за руку и нежно провел кончиками пальцев по ее щеке. Не желая прерывать интимный момент, Менас опустил глаза. Он подумал, что их визит в больницу был связан с бесплодием, но не посмел спрашивать. Они дружили с Вишесом много лет, однако некоторые темы не обсуждают даже в кругу друзей. В том числе неспособность зачать.

— Менас, — позвал Вишес, направляясь вместе с Хэлли к лифту. Он понимающе улыбнулся. — В последний момент спешишь пройти осмотр?

— Конечно, — Менас кивнул Хэлли. — Госпожа.

— Слышала, ты сегодня побежишь. Удачи, Менас, — улыбнулась она тепло и дружелюбно.

— Если там будут женщины, хоть немного похожие на Хэлли, удача тебе понадобится.

— Будь милым, — Хэлли ударила мужа по груди.

Он притворно охнул от боли и потер вымышленный ушиб.

— Как скажешь, котенок.

Менасу до сих пор не верилось, каким нежным и ласковым был с ней Вишес — один из самых пугающих представителей своей расы, истинный воин, участвовавший в худших сражениях и регулярных стычках с инопланетными формами жизни. Каким-то образом Хэлли загнала его под каблук. Насколько видел Менас, Вишес еще никогда не был счастливее.

Хэлли вошла в кабину уже ожидавшего лифта.

— Увидимся за ужином.

— Я позвоню, если буду задерживаться, — кивнул Вишес.

Менас задумался об увиденной им семейной сцене. Всего полгода назад он был бы поражен ею. А теперь затосковал по кратким моментам, разделенным Вишесом со своей женой. Долгие тяжелые годы войны принесли свои плоды. Менас устал от одиночества и холостяцкой квартиры. Он хотел настоящий дом. Хотел защищать кого-нибудь и любить. Хотел, чтобы жена поддерживала его и отвечала взаимностью.

Проводив Хэлли, Вишес полностью сосредоточился на Менасе.

— Ты побежишь в Конноре?

Менас кивнул.

— Сегодня Захват среднего масштаба. Похоже, будет меньше двадцати девушек.

— Твои шансы высоки, — отметил Вишес. — Хочешь совет?

— Не очень, но ты ведь все равно его дашь, — рассмеялся Менас.

— Как и положено начальникам. Но если серьезно, выбери женщину и не отступай. Не меняй тактику на середине пути. Слушай интуицию. И не ошибешься.

— Интуиция подсказала тебе поймать Хэлли?

— У меня была безумная идея, будто я хочу какую-нибудь высокую пышногрудую блондинку, — рассмеялся Вишес. — Голос разума твердил, что она станет для меня идеальной парой. Ну, вроде как ее схожие гены идеально дополнят мои, — он покачал головой. — Но стоило мне увидеть Хэлли с ее темными волосами и карими глазами? — Вишес коснулся груди. — Я почувствовал решение здесь. Я знал, что она — та самая.

Менас ничего не мог с собой поделать. В его мысли ворвалась незнакомка из цветочного ларька в Конноре. Со смуглой кожей и темными волосами она ничем не напоминала типичных женщин харкосов. Один взгляд на нее, и сердце Менаса запнулось в груди.

Но ее рот! Менас по неосторожности налетел на нее, и она чуть не отгрызла ему голову, прежде чем он успел извиниться за случайное происшествие. Бесконечные ругательства, слетевшие с полных губ, разбомбили мгновенную симпатию, однако ее подруга — милая брюнетка с глубокими глазами, продававшая цветы? Такую женщину Менас не возражал бы поймать. Скромная, тихая, дружелюбная, нежная. Возможно, именно в такой жене он и нуждался.

— Ты возьмешь полный медовый месяц?

Вспомнив о присутствии Вишеса, Менас покачал головой.

— Райзу и парням из ГОР нужно периодически делать переаттестацию оружия. Я буду проводить ее только по выходным, лишь бы от них отвязаться. Террору с командой, скорее всего, в какой-то момент тоже понадобится перевооружиться. Ты же знаешь, как они работают с оружием и боеприпасами.

При упоминании лучшего друга Вишес проворчал. Террор преуспел в работе на Теневые силы — секретное военное подразделение, проводившее тайные операции, необходимые для защиты войск — но притом был сложным человеком. Война была к нему безжалостна, и он с каждым годом становился все холоднее и отстраненнее.

— Постарайся в период соединения поменьше работать, — посоветовал Вишес. — Мы с Хэлли не получили даже подобия медового месяца, что поначалу многое для нас усложнило. Тебе нужно найти время, чтобы узнать свою новую жену. У тебя будет лишь один шанс сделать все правильно.

— Понял.

— Сообщи мне, как пройдет Захват, — Вишес хлопнул его по спине.

— Сообщу, — Менас направился к стойке администратора и записался на медицинский осмотр.

Через двадцать минут он уже шел к отправному доку. Осмотрев группу мужчин, Менас оценил своих соперников. Лишь трое были его коллегами — офицерами, но ниже рангом. Когда в Захвате принимал участие высокопоставленный военный, младшие по званию подчинялись ему. У него было право первому выбрать щенка из всего помета, так сказать.

Час спустя Менас почувствовал в животе дрожь волнения. Прислонившись к перилам наспех установленного помоста, он всматривался вниз, разглядывая группу женщин, выбранных для участия в Захвате. Он оценивал их и пытался найти ту, которая пробудит его интерес.

Несколькие были слишком молоды, чтобы искусить его. Менас хотел партнершу, способную его понять, с равным интеллектом и жизненным опытом. Он скользнул взглядом по женщинам, ища ту самую, идеальную. У него был только один шанс найти пару на всю жизнь. Менас понимал, что в случае ошибки рисковал обречь себя на несчастье до конца дней.

Ему попалось на глаза знакомое лицо. У Менаса сдавило грудь. Это не могло быть правдой. Однако было.

Он хмуро посмотрел на молодую женщину, обругавшую его на рынке. Судя по ее изумленному виду, она тоже узнала Менаса. Она прищурила темные глаза, злобным взглядом приказывая отступить и не приближаться к ней. Могла бы не утруждаться. Он итак планировал избегать ее любой ценой. Ему более чем хватило одного укуса ее осиного жала.

Тогда его ищущий взгляд переместился вправо. Менас увидел подругу темноволосой женщины — девушку из цветочного ларька, приведшую его в восторг милой улыбкой и добрым голосом. Она на сто процентов соответствовала идеалам Менаса. Теперь не осталось никаких сомнений. Он собирался ее преследовать.

Менас нахмурился, когда дерзкая женщина наклонилась к своей подруге и что-то прошептала ей на ухо. Обе украдкой посмотрели на него. Судя по тому, как они перешептывались, прикрыв рты ладонями, у них была стратегия. Вишес рассказывал Менасу о плане сражения Хэлли в день Захвата. Она чуть не победила. А что если болтливая женщина поможет подруге сбежать?

Маленькая нахалка дерзко посмотрела на Менаса и, одарив его широкой ухмылкой, показала ему неприличный жест. Средний палец был эквивалентом мерзких слов, брошенных ею на рынке.

Менас поверить не мог в ее смелость. Расхохотавшись, женщина посмотрела в другую сторону. Своим поведением она трепала ему нервы. Он планировал велеть поймавшему ее мужчине заняться поркой и не раз. Грубиянке однозначно не хватало в жизни дисциплины.

На помост поднялся мэр Коннора. К нему присоединился представитель харкосов, контролировавший Захваты и обеспечивавший сотрудничество с людьми. Пока мэр зачитывал текст с листка, чиновник харкосов держал наготове планшет с сенсорным экраном. Он хотел удостовериться, что все условия Захвата соответствовали заявленному перечню. Никакого насилия над женщинами. Никаких уловок и хитростей, чтобы их поймать. Никакого взяточничества, подкупа или подарков.

Менас заметил, что те две женщины медленно пробирались к линии старта. Очевидно, они планировали побежать первыми. Стоило мэру дать сигнал, как они сорвались с места и обогнали всех остальных, оставив далеко позади.

Впечатлившись, Менас посмотрел на свои наручные часы. У женщин было целых три минуты форы, прежде чем мужчинам разрешали вступить в гонку. Менас поднял руку к карману своего мундира и коснулся надежно спрятанного белого ошейника невесты. Самого обычного ошейника, какие выдавали каждому солдату, садившемуся на шаттл перед участием в Захвате.

— Эй, стрелок!

— Да? — ответил Менас на прозвище, обычное для его ранга и специализации, но не отвел взгляда от намеченной цели.

— Сэр, вы уже выбрали?

Менас кивнул и указал на двух женщин, за которыми следил. Маленькая грубиянка и ее подруга скрылись в деревьях.

— Моя та, что в красной рубашке.

— А сексуальная в сером?

— Забирай.

«Скатертью дорожка»

*****

— Мы не сможем.

Ная поглядела на Дженни. Пока они бежали по лесу, у них не было времени на улыбки и заверения.

— Дженни, придерживайся плана.

— Ная, путь слишком долгий, — Дженни еще не запыхалась, что Ная сочла добрым знаком.

— Сегодня на нас работает адреналин, — она снова глянула через плечо.

Вокруг не было ни души, но вскоре им предстояло избегать рук гигантских, татуированных мужчин в пугающей черной униформе и сапогах.

По спине Наи пробежали мурашки. Ей не верилось, что он был здесь и узнал ее сразу же, как она повернулась к нему лицом. Наю очень огорчил его взгляд, брошенный на Дженни. Этот мужчина хотел ее. Куда уж яснее. Поэтому, несомненно, очень скоро появился бы здесь.

Ная пыталась не замечать нежелательную ревность, когтями впившуюся ей в живот. Харкос даже не посмотрел на нее и ранил ее гордость, в чем она никогда не призналась бы вслух. Непросто было принять, что мужчина, игравший главную роль в ее грязных фантазиях, ничуть не заинтересовался ею.

Но сейчас Ная не могла себе позволить об этом думать.

— Дженни, продолжай бежать. Джозеф уже ждет тебя. Сосредоточься только на нем, — она быстро улыбнулась Дженни. — Мы справимся.

Тишину леса разрезал громкий боевой клич, и сердце Наи подскочило к горлу. Мужчины пустились в погоню и преуспевали.

— Здесь мы разделимся? — встревожено спросила Дженни неестественно высоким голосом.

— Да. Вспомни план, Дженни. Мы проходили по этому маршруту дюжину раз. Мы справимся.

Кивнув, Дженни побежала в одну сторону, Ная в другую. Даже притом, что она подбодрила Дженни, у нее самой от страха сводило желудок. Репетиции были ничем в сравнении с самим Захватом. Теперь на хвосте сидели мужчины, одержимые желанием поймать себе женщин. Одна ошибка, и плану конец. Им обеим конец.

Эхом по лесу разнесся треск веток под подошвами тяжелых сапог. Сглотнув, Ная заставила себя ускориться. Она воспользовалась шансом посмотреть назад и метрах в ста позади себя увидела одного из харкосов. Он был меньше мужчины с рынка, но бежал быстро. Слишком быстро, как поняла Ная, и сосредоточилась на маршруте.

Она судорожно осматривала лес. Быстро свернув вправо, Ная побежала прямиком к коварному участку ландшафта, известному лишь местным жителям. Для непосвященных пересохшее русло ручья, зыбкие пески, бревна и камни были настоящей катастрофой. Наю не радовала перспектива причинить боль гнавшемуся за ней чудовищному мужчине, но она не собиралась попадаться ему из-за угрызений совести. Ей лишь оставалось надеяться, что у него хватит ума увидеть опасность и отступить.

Ловчее кролика, Ная прыгала с бревен на камни, пересекая русло со скоростью и умением, выработанным благодаря практике. Чудовищный гигант в черной униформе не позволил препятствию его замедлить. Он опрометчиво прыгнул на бревно, которое тут же покатилось. Мужчина упал вперед и ударился коленом о камень. В тишине леса раздался рев боли. Ная вздрогнула, сочувствуя страданиям другого человека, но не остановилась оказать ему помощь. Ей нужно было бежать дальше.

Пробираясь через лес, Ная высматривала детали пейзажа и ориентировалась по ним. То дерево, то груда камней, то изгиб пересохшего ручья — все они помогали ей придерживаться курса. По расчетам Наи до безопасной зоны и места встречи с Джозефом оставалось меньше десяти минут.

— Ная! — пронесся по лесу душераздирающий крик Дженни.

Он подтолкнул Наю к действиям и заставил броситься в направлении звука. У нее так напрягся живот, что его чуть не свело спазмом. Превозмогая жжение в стопах и боль в боку, Ная вырвалась из густого подлеска на поляну. Хлещущие голые ветки оцарапали ее голые голени, но она не обращала внимания на боль.

При виде Дженни, пытавшейся вырваться из рук светловолосого зеленоглазого воина, желудок Наи ухнул вниз. Она не собиралась позволять ему захватить ее лучшую подругу, особенно когда они почти добрались до безопасной зоны. Ная отреагировала без раздумий. Промчавшись через высокую траву, она налетела на мужчину, обхватила его обеими руками и повалила на землю.

Между деревьев разнесся его шокированный возглас. Ошеломленная тем, что смогла сбить с ног харкоса, Ная вскочила, и пока он не успел встать, схватила Дженни за руку. Она грубо поволокла подругу вперед.

— Беги. Быстро!

Они побежали так, будто за ними гнались черти. Ная превозмогала боль, сопровождавшую каждый вдох. Она знала, что не сломала ни одной кости, но однозначно ушибла плечо и правый бок, повалив ту громадину.

— А ну вернитесь! — угрожающе прорычал харкос и бросился за ними. — Вы не убежите. Не обе!

Ная отказалась даже рассматривать этот вариант. Они были слишком близки к спасению. Она не могла отказаться от надежды.

— Дженни! — из-за деревьев выскочил Джозеф. Он тяжело дышал, его рубашка пропиталась по́том и липла к худому телу. — Дженни! Быстрее!

При виде Джозефа Ная испытала облегчение и подтолкнула подругу к нему.

— Беги, Дженни. Беги! Мы…ай!

— Попалась!

Она рванулась вперед, но огромная рука схватила ее за рубашку, дернув назад. Ная услышала треск ткани, и ее побег пресекли на корню. Словно в замедленной съемке она падала, ее подошвы скользила по мокрой траве, руки цеплялись за воздух.

— Нет!

— Ная! — Дженни ухватила ее за руку и потянула, но была недостаточно сильна. — Ная!

— Оставь ее, — закричал Джозеф, подскочив к ним. Он отчаянно разжал пальцы Дженни и схватил ее в свои руки. С блестящими глазами и тяжело вздымавшейся грудью он прорыдал: — Прости, Ная. Мне очень жаль.

— Дженни! — закричала Ная, шокированная и охваченная страхом. — Дженни!

Но Джозеф не остановился. Он побежал. Унося любимую женщину, крепко прижатую к его груди в безопасности его объятий. Снова и снова все бросали Наю.

Когда небесный воин попытался перевернуть ее, она задрожала от отвращения. В итоге он преуспел, и едва Ная оказалась на спине, как с размаху ударила его кулаком в челюсть. Харкос зашипел от боли, но не ударил в ответ. Вместо этого он схватил ее руку и зажал у нее над головой. К изумлению Наи, он не пытался причинить ей боль.

— Хватит, — резко прошипел мужчина. — Все кончено. Тебя поймали.

— Пожалуйста, — всхлипнула она, переполняемая эмоциями. — Пожалуйста, отпусти меня. Мои друзья…

— Они тебя бросили. Забудь о них, — его лице промелькнула печаль. — Теперь ты моя.

Ная сделала долгий прерывистый вдох. Ей было ненавистно плакать перед харкосом. Показывать свою слабость мужчине — особенно такому опасному — было ужасной ошибкой.

— Ты пожалеешь, что схватил меня.

— Скорее всего, — согласился он с резковатым смешком. — Точно так же, как ты пожалеешь, что пришла на помощь своей подруге, хотя могла продолжить бежать и быть уже на полпути к порту.

— Я никогда не пожалею, что спасла Дженни от тебя. Она любит Джозефа. И принадлежит ему.

— А ты теперь принадлежишь мне, — напомнил мужчина.

— Ненадолго, — предупредила Ная.

Он рассмеялся — грубый звук.

— Ты не первая невеста с угрозами и не последняя, — он кончиками пальцев провел по ее щеке. — У тебя ничего не получится. Ни у кого никогда не получалось.

Ная подавила рыдания, чуть не сорвавшиеся с ее губ. Будто заинтересованный, мужчина склонился так, что чуть не соприкоснулся с ней носами. Зажмурившись, он вдохнул, втягивая в легкие аромат Наи. Он снова открыл глаза и склонил голову набок.

— Меня зовут Менас. А тебя?

— Ная, — прошептала она. Менас? Что вообще за имя такое? Она изучила лицо харкоса, но не смогла прочитать его выражение. Вопреки всем стараниям Ная никак не могла распознать его эмоции. Оказавшись всецело в его милосердии, она так встревожилась, что ее затошнило.

— Ная, — медленно повторил мужчина. — Мне нравится твое имя. Оно особенное.

Когда его пальцы прошлись по ее плечу вниз, у нее в горле застыл вдох. Разорванная рубашка обнажала слишком много плоти. Чем Менас и воспользовался, проведя кончиками пальцев по голому животу Наи. От его интимного и собственнического жеста по ее разгоряченной коже пробежали мурашки.

Ная едва могла пошевелиться под сильным мужским телом. Пойманная и испуганная, она попыталась выровнять дыхание, с трудом сдержав приступ клаустрофобии, от которого сдавило грудь.

Должно быть, Менас прочитал на ее лице страх.

— Спокойно, Ная, — убедил он, лаская ее руку. — Дыши глубже. Со мной ты в безопасности.

Несмотря на поразительную доброту в его голосе, Ная саркастически расхохоталась.

— В безопасности? С тобой?

— Вы считаете нас монстрами, но ошибаетесь, — Менас стиснул зубы. — Я ни разу в жизни не поднимал руку на женщину. И не позволю никому тебя тронуть. Понимаешь меня? Ты теперь моя. Моя.

Собственническое слово отозвалось у нее в ушах. От осознания изменившейся реальности Наю словно обдало холодной водой, проморозившей до самых костей. В отличие от большинства женщин Каликса, она была довольно независимой. В свою бытность бездомного осиротевшего подростка Ная научилась избегать лап мужчин, желавших сделать ее своей собственностью. От перспективы принадлежать какому-то незнакомцу ей подурнело.

— Я не хочу быть твоей.

— Слишком поздно, — Менас мрачно поджал губы. — Я тебя схватил. Дело сделано.

Ставя точку в дискуссии, он потянулся к нагрудному карману униформы и достал тонкий белый ошейник. Ная зажмурилась, проклиная слезы, стекавшие с ее ресниц на щеки. Вскоре ошейник был надет на нее и застегнут не слишком крепко, но достаточно, чтобы напомнить о новом статусе.

— Не надо, — хрипло пробормотал Менас и стер влагу с ее лица. — Ная, даю тебе слово. Я позабочусь о тебе.

— Позаботишься обо мне? — язвительно рассмеялась она. — Если похитить меня с планеты и сделать сексуальной рабыней — твоя версия заботы, я пас.

— К счастью для меня, у тебя нет выбора, — Менас встал в полный рост, наклонился и, подняв Наю с земли, посмотрел на нее с предупреждением в зеленых глазах. — Ная, даже не помышляй ударить меня ногами, напасть или убежать.

— Рано или поздно тебе придется меня поставить, — выгнула бровь она, констатируя факт.

— Можешь не волноваться, — фыркнул Менас, похлопав ее по бедру. — На шаттле меня уже ждут наручники и кляп.

От шока и от возмущения Ная широко открыла рот и ударила Менаса по руке.

— Ты — свинья!

— И это все, на что ты способна? — он со смехом перехватил ее и закинул себе на плечо.

Оказавшись в неудобном положении, она замерла, опасаясь упасть и удариться головой.

— Какой урод носит с собой наручники и кляпы?

— Тот, который планирует защитить свои инвестиции, — легко ответил Менас. — Я прошел самые мерзкие, самые зверские сражения, чтобы заработать баллы и взять себе жену. Я не позволю тебе сбежать и попасться другому мужчине. Возможно, я тебя не хотел, но ты довольно симпатична для утешительного приза.

Слова Менаса ранили сильнее любых ударов. Не ее он хотел? Утешительный приз?

Внезапно Ная вернулась в ту ночь, когда ее мать собрала вещи и уехала с торговцем. Всего шести лет отроду, Ная слезно умоляла маму взять ее с собой, но ответ нисколько не отличался от язвительного замечания Менаса. Мать сказала, что никогда не хотела Наю и видела в ней не больше, чем препятствие на пути к счастью.

А затем старший брат, Натти. Что он сказал ночью, когда вместо Наи решил взять с собой в колонии свою девушку Синди?

«Я люблю ее. Она для меня все»

Как оказалось, Ная ничего для него не значила. Она рисковала жизнью, чтобы добыть денег на побег, но оказалась лишь средством достижения цели. Натти легко отказался от нее ради свободы и счастья в колониях со своей девушкой.

Из-за жестокого замечания Менаса Ная заново пережила самые уродливые моменты своей жизни и едва сдержалась, чтобы не ударить его кулаком по почкам. Но как бы ей ни хотелось отомстить ему за грубые слова, она понимала, что в случае падения на нее мог приземлиться стокилограммовый мужчина.

Ная прекратила бороться и обмякла на сильном плече Менаса, позволив его огромным мускулистым рукам взять на себя весь ее вес. День Захвата стал одним из худших в ее жизни. Последний из любимых людей, кому Ная доверяла, бросил ее. Теперь она оказалась в милосердии мужчины, который ее даже не хотел. Он нес ее на свое судно, чтобы сделать с ней унизительные извращенные вещи.

Однако Ная не собиралась смиряться. Она вознамерилась сделать Менаса таким несчастным, что он собьется с ног, но посадит ее на корабль и отправит в колонии, лишь бы получить хоть немного тишины и покоя. О, Ная позволила ему думать, что он выиграл сражение. Что до войны? Война только начиналась.

Глава 3

Меряя шагами спальню, Менас потер ладонью позади шеи. Дверь в игровую комнату была приоткрыта, чтобы он мог слышать Наю и при необходимости помочь ей. Хотя эта женщина оказалась такой упрямой и грубой, что отказалась бы от его помощи, даже будь он единственным человеком во вселенной, а она под угрозой верной смерти.

Шумно выдохнув от расстройства, Менас гадал, как поступить. Ему говорили, что невесты бывают вспыльчивыми после Захвата, но никто не подготовил его к такому. На выходе из леса он почувствовал, что Ная прекратила сопротивляться. Однако Менас не был глуп и не поверил, что она охотно подчинится ему, но надеялся хотя бы на попытку.

Тем не менее, его надежда разбилась вдребезги, стоило им взойти на борт шаттла. Такой череды грязных ругательств и проклятий Менас не слышал никогда! А ведь он на протяжении десятилетий воевал с пехотой на линии фронта. Красочные эпитеты, вылетавшие изо рта Наи, вызвали смех более чем у одного из его соратников.

Даже мягкий кляп во рту не остановил ее. Она рычала, била Менаса ногами и вырывалась из наручников, удерживавших ее на сидении. Опасаясь, что Ная могла нанести себе травму, он был готов попросить у медика успокоительное. Очевидно, перспектива потерять сознание испугала ее, и она почти моментально успокоилась.

После кошмарного полета от планеты до «Вэлианта» Менас боялся вести Наю на медицинский осмотр и оформлять с ней бумаги. К его чрезвычайному изумлению, она почему-то вела себя прилично. Только когда они закончили, Менас понял, почему Ная стала сговорчивой. Она сканировала судно зорким взглядом, выдававшим интеллект. Менас почти слышал, как у нее в голове вращались шестеренки.

Забеспокоившись, что Ная попытается сбежать — или того хуже — он перед возвращением домой завязал ей глаза. Учитывая ее ум, вряд ли повязка особо ей помешала. Менас не сомневался, что Ная запомнила каждый шаг, каждый поворот и каждый перезвон лифта, проехавшего от больничного отсека к квартирам. От греха подальше Менас внес в ее идентификационный чип ограничения, не позволявшие ей выйти из квартиры без него или одного из его доверенных лиц.

Не так все должно было быть. Наблюдая, как Хэлли улыбалась Вишесу и смеялась с ним, Менас позволил себе мечтать о том же. Он с завистью смотрел на их нежность, слушал ласковые перешептывания и видел постоянные прикосновения. Менас тосковал, жаждая, чтобы жена облегчила его бремя, принесла ему счастье и показала любовь. Вот только вместо того чтобы найти себе пару, Менас схватил женщину, преисполнившуюся решимости сделать его несчастным.

Но ведь им было вовсе необязательно идти этим путем. Ная хотела контроля, верно? Поэтому Менас решил дать ей выбор, чтобы она была вольна понять сама, быть ли счастливой в браке.

Подойдя к шкафу, он открыл серебристую дверцу и покопался в ящике с носками, ища единственные белые. Униформа харкосов не включала в себя белый флаг для признания поражения. Поэтому носок был лучшим вариантом из всех имевшихся.

Приблизившись к игровой комнате, Менас понял, что Ная подозрительно затихла. Волоски позади его шеи встали дыбом. Коснувшись панели, Менас активировал механизм и, распахнув дверь, шагнул через порог. От шокирующего вида у него открылся рот.

— Как, черт возьми, ты освободилась?

— О, как мило с твоей стороны придти и проведать меня! — Ная злобно посмотрела на него со стула, к которому он приковал ее после душа. Притом она отчаянно трудилась, взламывая единственный оставшийся замок на своей лодыжке. — А если бы я потеряла сознание, прикованная к стулу?

— В наручниках есть датчики. Они замеряют пульс и частоту дыхания. Случись с тобой что-нибудь, меня бы известили, — Менас вышел из ступора, в который впал, обнаружив Наю почти освободившейся. — Как, черт возьми…

— Для солдата ты отвратительно проводишь обыск, — она показала ему язык. — Менас, всегда проверяй за щекой. Ты удивишься, как легко там спрятать что-нибудь вроде шпильки.

Он вспомнил о маленьких черных булавках, удерживавших волосы Наи во время Захвата. Менас считал, что забрал их все, прежде чем отправил ее в душ. Очевидно, он ошибся.

В мгновение ока Ная взломала последний замок и, вскочив со стула, вскинула руки, будто готовилась к драке.

— Менас, отойди!

— Или что? — рассмеялся он, закрывая дверь. Менас прижал большой палец к сенсорной панели и активировал биометрический замок. — Заколешь меня шпилькой?

— Не искушай меня, — Ная впилась в него взглядом, и в ее темных глазах вспыхнула лютая ненависть. Она схватила стул и помахала им перед собой. — Возможно, я просто ударю тебя по голове стулом. Как тебе такое?

— Как нападение первой степени, — пробормотал Менас.

— Точно! А теперь верни мою одежду и убирайся с дороги.

Он позволил себе заинтересованно осмотреть ее нагое тело. Член моментально отреагировал на такое количество голой шелковистой смуглой кожи. От воспоминания о борьбе в лесу у Менаса в животе разлился жар. Такая маленькая и горячая, Ная мгновенно пробудила в нем желание. От вида ее обнаженной плоти у него участилось сердцебиение.

Высокие груди приподнимались от каждого неглубокого вдоха. Соски сжались, напоминая темные бусины. Не от возбуждения, разумеется. От страха. И холода. Множество явлений могли вызвать ту же самую реакцию.

Менас жадно спустился взглядом по телу Наи. У него чесались пальцы пройтись по ее узкой талии к полным бедрам. Даже будучи миниатюрной, она казалась чуть полнее большинства женщин Каликса. У нее были самые манящие изгибы из всех, виденных Менасом. Что бы он ни отдал за возможность боготворить ее между ног.

— Ты глухой? Где нахрен моя одежда?

Грубые слова вырвали его из развратных мыслей.

— Твои вещи в прачечной, — нахмурившись, ответил Менас. — Утром я дам тебе чистую одежду. Если будешь сотрудничать, — добавил он, решив пустить в ход одно из немногих преимуществ в своем арсенале.

— Сотрудничать? — громко расхохоталась Ная и откинула стул, с грохотом упавший на пол. Она указала на стену с орудиями, которые Менас в свое время тщательно развесил. Несколько флоггеров, стеков и тростников, хранившихся у него годами. Остальное — кляпы, зажимы и игрушки — он выбирал, готовясь к встрече с новой женой. — Слушай, я понятия не имею, что, по-твоему, будет дальше, но подскажу тебе, Менас. Единственный, кто сегодня получит по заду, это ты.

Вот оно. Подо всей своей бравадой Ная была напугана. Она боялась.

«Меня», — понимание сразило Менаса. Осознав ошибочность своих действий, он поспешил успокоить ее.

— Ная, я же обещал никогда не причинять тебе боль. Я не шутил. Никогда моя рука или одна из этих вещей… — он указал на стену, — …не тронет тебя без твоего согласия.

— Ну, можешь даже не надеяться! Ты никогда не получишь моего согласия на избиение и жестокое обращение.

— Избиение? Жестокое обращение? — Менас пошатнулся от шока, вызванного ее резкими словами. — Ная, семейная дисциплина и немного грубой любви между мужем и женой — не жестокое обращение. Пока есть согласие, — добавил он. — Это сексуально. Возбуждающе. Интимно и любяще.

— Сексуально? Интимно? Любяще? — Ная широко распахнула глаза и затрясла головой. — Уж прости, но твоя камера пыток не вызывает любви или возбуждения.

— Потому что я все испортил, — признался Менас и осторожно шагнул вперед. — Я не должен был следовать обычаям в скреплении брака. Мне стоило поступить иначе, — он шумно выдохнул и запустил пятерню в волосы. — Мы можем просто…мы можем взять тайм-аут?

Выражение глаз Наи смягчилось, и поднятые кулаки, готовые к атаке, медленно опустились.

— Хорошо.

— Спасибо.

— Какого черта ты носишь с собой носок? — она указала на его руку.

— Я пришел к тебе предложить перемирие, — застенчиво улыбнулся Менас и взглянул на белый носок. — У меня в квартире из белых вещей был только он.

— Перемирие? — на ее красивом лице отразилось изумление. — Почему?

— Потому что не так все должно быть, Ная. Я не хочу воевать с тобой. Это последнее, что мне нужно.

— Тогда чего ты хочешь от меня, Менас? — она тяжело сглотнула.

— Я хочу… — он помедлил, подбирая слова, — …я хочу жену и семью. Хочу, чтобы ты, Ная, встречала меня, когда я вечером прихожу с работы. Последние двадцать четыре года своей жизни я обучался, сражался, снова обучался и пытался не погибнуть. Я заработал право на некоторый комфорт и немного счастья. Вот чего я хочу, и хочу с тобой. Позволь мне сделать тебя счастливой.

Ная придвинулась к нему, и ее некогда подозрительный взгляд потеплел. Теперь она смотрела на Менаса с печалью в темных глазах.

— Менас, так счастья не добьешься. Люди в отношениях должны быть счастливы сами по себе, прежде чем станут счастливы вместе, — она замялась. — Менас, ты счастлив?

— Да, — честно ответил он.

— Но?

— Но я одинок, — признался Менас, открыв ей свою тайну. — Ты была счастлива в Конноре?

— По большей части, — подтвердила Ная.

— Но?

— Но жизнь на Каликсе тяжелая, — ответила она.

— Ная, я могу обеспечить тебе благополучную и легкую жизнь, — ухватился за соломинку Менас. — Тебе никогда не придется голодать. Тебе никогда не будет холодно. У тебя появится доступ к медицине и технологиям. Ты никогда не будешь одинока. Я позабочусь о тебе.

— Почему?

— Потому что иметь жену бесценно. Одна из причин, вдохновлявших меня бороться все эти годы. Владеть тобой — мое вознаграждение.

— Я не хочу быть твоей собственностью, — напряженно и раздраженно ответила Ная, и Менас понял ее расстройство терминологией.

— Ная, законы есть законы. Я владею тобой, но ты не становишься моей собственностью. Они лишь говорят, что я за тебя в ответе. Я никогда не буду относиться к тебе иначе.

— Да, разумеется.

— Не буду, — настоял Менас.

— Менас, ты мной владеешь. Мы не равны.

— На бумаге, — возразил он. — В реальной жизни все иначе. Не думай о себе, как о моей собственности. Скорее, как о моем партнере.

— О твоем партнере? — в неверии повторила Ная. — Ты сейчас сказал, что владеть мной бесценно. Как мы можем быть партнерами, если ты — мой владелец?

— Я хочу быть твоим господином, когда мы находимся здесь или в моей, вернее, нашей спальне. В остальное время мы будем равны.

— Я не понимаю тебя, Менас, — покачала головой Ная, потерев щеку. — Твои слова кажутся мне бессмыслицей.

— Потому что мы произошли из двух совершенно разных миров, — окинув взглядом игровую комнату, Менас искал способ объяснить. Заметив, что Ная потерла плечи, он расстегнул форменную рубашку и скинул с плеч. — Вот. Возьми. Тебе холодно.

Еще мгновение Ная недоверчиво смотрела на рубашку, прежде чем все-таки приняла ее.

— Не думай, что получил какие-то преимущества.

— Уж поверь мне, Ная, — тихо рассмеялся Менас, — я начинаю осознавать, сколько сил мне придется приложить, чтобы завоевать твое доверие.

— Желаю удачи, — сварливо пробурчала она, одеваясь. — Придаток у тебя между ног автоматически занес тебя в список говнюков.

— Могли бы мы говорить немного культурней? — скривился он.

— У тебя какие-то проблемы с ругательствами?

— Да.

— Но ведь ты солдат. Вроде как бесчувственная машина для убийства. Ты выследил меня, словно кролика, и притащил на свое судно в качестве трофея. Теперь я должна поверить, что холодному человеку, способному провернуть такое, не нравится слышать слово «говно»?

От ее описания Менас скрипнул зубами.

— Я не бездушная машина для убийства. Каждая отнятая мною жизнь до сих пор на моей совести, — он ткнул себя пальцем в грудь. — Я каждый день несу на своих плечах ужас войны. Это не какая-то игра для меня, Ная.

— Извини, — она закончила застегивать рубашку, и от смущения у нее раскраснелись щеки. — Я не должна была это говорить.

— Ничего страшного. Забудь, — со вздохом отмахнулся Менас. — Я уверен, что ты большую часть жизни слушала ужасные домыслы о моем народе.

— И до сих пор большинство из них оказывались правдой, — кивнула Ная.

Проследив за ее взглядом, он осмотрел стену с орудиями.

— Это не камера пыток, а игровая комната, — пояснил Менас, вспомнив раннее заявление Наи.

— Игровая? — рассмеялась она. — Похоже, в наших культурах эти слова имеют разное значение. В игровой комнате дети хранят свои игрушки.

— Ну, это игровая комната для взрослых. И здесь хранятся наши игрушки.

— Твои игрушки, возможно, — горячо возразила Ная и, указав на стену, добавила: — Я на горьком опыте узнала, как больно получать ими по голой заднице. Менас, уверяю тебя, в этом нет ничего игривого.

Он посмотрел на гибкую тонкую розгу.

— Тебя били розгами?

— Да.

— Любовник?

— Директор и учитель, — фыркнула Ная и указала на длинный кожаный ремень. — А моя мать очень любила ремни.

Менас был ошеломлен тем, что ее били родные и учителя.

— Ваши учителя вас избивают?

— Вообще-то да, — она посмотрела на него, как на глупейшего человека в мире. — Менас, это называется телесными наказаниями. Знаешь, именно то, что ты хочешь сделать со мной.

— Нет, — быстро ответил он. — Я не хочу бить тебя в качестве наказания. Развлечения двух взрослых людей в спальне не сопоставимы с избиением взрослым ни в чем не повинного ребенка.

— Справедливости ради хочу заметить, что я не всегда была неповинна.

— Неважно, — раздраженно проворчал Менас. — У моего народа не принято бить детей.

— Но ведь вас отправляют в военную академию в пять лет, да? Неужели, по-твоему, я поверю, что тебя в академии никто ни разу не наказывал?

— Никогда, — покачал головой он. — Ни разу.

— Похоже, тебе повезло больше, чем мне.

Менас уже и сам понял. Упрямство Наи обрело для него смысл.

— За что учителя тебя били?

— Иногда за драки, — пожала она плечами. — Но по большей части за нарушение дресс-кода. Моя мать… — ее голос стих. — У меня не всегда была чистая школьная форма. Неопрятность под строжайшим запретом. В конце концов, я научилась стирать сама. А после смерти папы часто прогуливала уроки или опаздывала. В конечном итоге я решила, что проще уйти из школы, чем постоянно ходить с синим задом.

Менас позволил себе вообразить ее детство и прочувствовать его. Общие черты с несчастной юностью Хэлли были более чем очевидны. Наконец Менас понял, почему Вишес пошел со своей женой особым путем и чрезмерно ее опекал.

Не проронив ни слова, Менас подошел к стене и начал срывать с нее розги, стеки и прочие орудия. Он бросил их в дальний ящик углового шкафа. Обернувшись, Менас заметил несколько флоггеров. Их тоже следовало убрать.

— Что ты делаешь?

— Убираю вещи, которые тебя пугают, — он начал снимать остальное. — Незачем хранить их, если я не собираюсь ими пользоваться.

Ная вышла вперед и нерешительно коснулась мягкого хвоста одного из флоггеров, предназначенных для поддразнивания или разогрева.

— Зачем они тебе вообще понадобились?

Манящее тепло ее тела всколыхнуло у Менаса былую нужду. Не считая борьбы, он оказался к Нае ближе, чем когда-либо прежде. Спокойная и любопытная, она была еще соблазнительней. Менас невольно сравнил Наю с ее сбежавшей подругой. Он считал ту девушку воплощением своих желаний. Но стоя рядом с Наей, глядя в ее темные глаза и вдыхая аромат, Менас понял, что его первый порыв был в корне ошибочен. Не в послушной милой жене он нуждался. С ума его свела эта конкретная женщина, грубиянка.

— Таков наш путь, — сказал, наконец, Менас.

— Что ты имеешь в виду? — она хмуро посмотрела на него.

— Наши женщины отличаются от жительниц Каликса, — он бросил на ближайший стол охапку флоггеров. Взяв тот, которого коснулась Ная — легкого для разогрева — Менас вручил его ей. — Это флоггер. Он используется для шлепанья мягких частей тела.

— Мягких частей тела?

— Ягодицы, бедра, грудь…

— Ясно.

— Недавно было проведено исследование, показавшее, что биохимия женщин харкосов совсем иная. Ваши тела иначе реагируют на адреналин, эндорфины и окситоцин.

— Я не знаю этих слов, — Ная отвела взгляд. — Я так и не окончила школу, помнишь?

От стыда в ее голосе у Менаса сжалось сердце. Осмелившись прикоснуться к ней, он приподнял ей голову за подбородок и вынудил встретиться с ним взглядом.

— Все в порядке. У тебя может не быть эрудиции, зато есть смекалка.

— На улице быстро учишься соображать, — Ная не отстранилась от него. — Я умею считать и, конечно, читать. Просто у меня нет научных познаний.

— А ты хочешь их получить?

— Ты о чем? — она выглядела удивленной.

— Некоторые жены захотели пройти школьную программу. Кажется, уроки начнутся через несколько недель. Я уверен, что Хэлли сможет рассказать тебе все детали.

— Хэлли?

— Жена моего друга, — пояснил Менас. — Ее схватили шесть месяцев назад. Она из Харпера. Он ведь недалеко от Коннора?

— По соседству. Харпер — адская бездна, — скривилась Ная. — То есть, даже когда моя жизнь была хрено… дрянной, — торопливо исправила она, — я благодарила высшие силы за то, что не родилась в Харпере.

У Менаса дрогнули уголки губ от того, как забавно Ная проскочила через грубое слово. Все же она не была безнадежна.

— Расскажи мне об этих эндорфинах, — велела Ная, и Менас отпустил ее подбородок.

— Женщинам с нашей планеты для наслаждения нужно чувствовать боль. Так работает их химия. В их случае оргазму может поспособствовать нечто простое, например, зажим соска. Хотя порой требуются более серьезные меры вроде порки или связывания. Но вы? — Менас внимательно посмотрел на Наю. — Ваши тела гораздо быстрее и легче получают удовольствие.

— Наверное, — кончики ее ушей окрасились в милейший оттенок розового цвета. Избегая взгляда Менаса, Ная указала на флоггер. — И что же, женщины моей расы действительно наслаждаются этим?

— Более чем, — подтвердил Менас. — Судя по разговорам в раздевалке, большинство ваших женщин получают многократные оргазмы со своими партнерами.

— Многократные? — Ная потрясенно посмотрела ему в лицо. — Это вообще…я имею в виду, невозможно, да? Наверняка просто хвастовство перед друзьями.

«Сейчас или никогда», — решил Менас. Он погладил один из длинных широких хвостов флоггера и встретил недоверчивый взгляд Наи.

— Ная, разреши показать, сколько удовольствия я могу тебе доставить. Запрыгни на стол и дай мне час. Мы проверим, правду ли говорят в раздевалке.

Глава 4

Облизнувшись, Ная продолжала смотреть на Менаса, и у нее пересохло во рту. Неужели он был серьезен? Да, Менас выглядел убийственно серьезным. С акцентом на слове «убийственно». Ная дивилась его огромным рукам и до невозможности широкой груди. Одетый в серую майку, натянувшуюся на мускулистом торсе, он казался не таким устрашающим. Ная заметила множество татуировок, шедших от его шеи к запястью, но лишь на правой половине тела. Слева на загорелой коже не было ни единого знака.

— Ная? — тихо позвал Менас и забрал из ее руки флоггер. — Что скажешь?

Она обдумала его вызов. Многократные оргазмы? Конечно же, неправда. У Наи уходило немало времени, чтобы довести себя хотя бы до одного, и ей ни разу не удалось кончить с партнером. Хотя, разумеется, у нее никогда не было такого опасного и сексуального мужчины. Менас пугал ее своим телосложением и суровыми чертами лица, но его окружала аура первобытной сексуальности. Если кто-то и мог довести Наю до двух оргазмов, то это он.

Но оказаться в его милосердии пугало ее. Смогла бы она и вправду довериться человеку, знакомому ей меньше дня, и заняться с ним любовью? Ная смотрела ему в лицо и видела лишь честность. Менас обещал никогда не причинять ей боли, и она поверила ему. Снятие со стен всех орудий говорило о его желании проявить доброту. Внутренний циник кричал, что эта доброта показная, но Ная отмахнулась. Менас пришел к ней с белым флагом. Это должно было что-то да значить.

Она посмотрела на холодный металлический стол, которого он касался.

— Не здесь, — покачала головой Ная.

Он немного округлил глаза, похоже, столь же удивленный ее согласием, как и она сама. Неужели она на самом деле собралась рискнуть? Действительно разрешила незнакомцу ее тронуть?

— Хорошо, — Менас рукой обвел комнату. — Выбери на свой взгляд самое удобное место.

Нервно сглотнув, Ная уцепилась за жесткую рубашку, скрывавшую ее наготу, и осмотрела комнату. У противоположной стены она заметила черное приспособление наподобие дивана. Оно было изогнутым, обтянутым гладкой тканью и напоминало букву S. К тому же казалось удобным и больше прочих предметов в комнате напоминало кровать.

— Как насчет него?

Менас глянул, на что указывала Ная.

— Думаю, отличный выбор. Пойдем со мной.

Она внимательно посмотрела на его протянутую руку. Приглашение было огромным прогрессом после того, как он схватил Наю в лесу и закинул на плечо. Собрав всю свою храбрость, она вложила руку в ладонь Менаса и сжала его пальцы.

— Не вынуждай меня пожалеть, что поверила тебе.

— Никогда, — уголки его губ дрогнули в улыбке.

Ная позволила ему повести ее вперед и последовала за ним. Когда они дошли до дивана, Менас отпустил ее руку и направился к одному из шкафов у стены. Он бросил на стол флоггер с широкими мягкими хвостами и, открыв нижний ящик, достал клиновидную подушку, которую положил в изгиб дивана.

— Чтобы поддержать твою спину, — пояснил Менас. — Женщины с Каликса гораздо меньше женщин харкосов. Многие предметы изготовлены под наши размеры, но сейчас начали производить дополнения вроде этой подушки, чтобы адаптировать мебель под вас.

Ная встревожено грызла ноготь на большом пальце. Она запоздало заметила многочисленные петли по краям странного дивана. Они могли быть только для одной цели, отнюдь не декоративной.

— Ты собрался снова меня связать?

— Почему ты так волнуешься? У тебя ведь до сих пор осталась твоя шпилька, верно? — Менас посмотрел на нее и с улыбкой поправил подушку на диване. — Хочешь, чтобы я тебя связал?

— Нет, — покачала головой Ная и крепче сжала шпильку.

— Почему?

— Потому что это странно, — моргнула она.

Менас хмуро посмотрел на нее и жестом велел отдать шпильку. Ная помедлила, но все же отдала, и он засунул ее импровизированное оружие в карман.

— Странно? Я не совсем тебя понял. Ты имеешь в виду неудобно? Или страшно?

— Все сразу, — ответила она. — Странно, что взрослый мужчина хочет связать женщину и зафиксировать ее для секса. На моей родине мужчины связывают женщин, чтобы причинить боль. Вот так все просто.

— А если я попрошу разрешения связать тебя и пообещаю не причинять боли?

— Пытаешься торговаться? — не могла не рассмеяться Ная. — Ты ведь понимаешь, что перед Захватом я владела одним из самых успешных магазинов в Конноре? Тебе не перехитрить меня в переговорах.

— Я не знал, что ты была деловой женщиной, — изумленно посмотрел на нее Менас.

— Ты не спрашивал.

— Ты права, — ему хватило благопристойности выглядеть пристыженным. — Чем ты торговала?

— Всем подряд. Главное, чтобы приносило прибыль, но основным источником дохода были закладные.

— Деньги взаймы?

— Клиент приносит что-нибудь ценное и просит ссуду, — кивнула Ная. — Я оставляю вещь у себя, пока он не отдаст деньги и небольшой процент. Если же он не возвращается, я продаю его залог в своем магазине. Просто. Легко. Без проблем.

— Ты была богата?

— Едва ли, — рассмеялась Ная.

— Но ты сказала, что твой бизнес приносил доход.

— Приносил, но на Каликсе единственный способ разбогатеть — торговать грязно и обманывать людей. Не в моем стиле. Я торговала честно и хорошо относилась к клиентам. Я заработала лишь на комфортное проживание.

— Что теперь будет с твоим магазином?

— Я продала его сразу же, как объявили результаты лотереи, и положила деньги на счет в банке. Через неделю мой друг переведет их в колонии.

— Похоже, ты доверяешь своему другу, раз отдала ему все свои сбережения.

— Доверяю.

— Больше, чем мне?

— Ты мне не друг, — Ная настороженно наблюдала за Менасом.

— Я мог бы стать тебе больше, чем другом.

Больше, чем другом? Возлюбленным? Доверенным лицом? Опорой? Она очень сомневалась, что существовал мужчина, способный стать для нее всем.

— Ты — мой похититель. Давай не будем забегать вперед.

— Я думал, мы с этим уже разобрались, — раздраженно фыркнул Менас.

— А давай полетим на твою планету, я выслежу тебя, заберу на Каликс и назову своей собственностью. Тогда посмотрим, как быстро ты разберешься.

— Справедливое замечание, — наконец признал он. — Но теперь мы вместе. Ты моя. Ошейник на твоей шее делает нас парой.

— Не очень похоже на серебряные обручальные кольца, да? — мрачно спросила Ная, потеребив кожаный обруч.

— Ты хочешь кольца? — тут же взбодрился Менас. — Если они помогут нашим отношениям, утром я найду пару колец и того, кто проведет церемонию, — потряс он ее своим восторженным ответом.

— Нет, я не хочу замуж, — поспешно разуверила Ная.

— Понятно, — поник Менас.

— Нет, не думаю, что понимаешь, — От его обиженного вида у Наи защемило сердце. — Брак это навсегда. Настоящее обязательство.

— Я взял на себя настоящее обязательство, когда надел на тебя ошейник.

— У нас, похоже, разные представления о браке. На моей родине он означает любовь и привязанность, свидания, смех и прочие замечательные вещи, — судя по выражению лица Менаса, она лишь ухудшала ситуацию, перечисляя все, чего у них не было. — Слушай, я уверена, что ты хороший парень, но не планирую оставаться здесь.

— Мы вернулись к тому, с чего начали? К угрозам? — он покачал головой. — Ная, побег — лишь глупая мечта. Никто не убегает. Никогда, — Менас потянулся и схватил ее за руку. Он провел пальцами по выпуклости на ее запястье, куда харкосы внедрили один из своих проклятых чипов. — За тобой круглосуточно следят. Твои перемещения ограничены, пока я не разрешу службе безопасности выпускать тебя. Ты даже не сможешь выйти из этой комнаты.

Слова Менаса крутились у нее в голове. От зловещей угрозы Нае стало тошно и холодно. Вырвав свою руку из его пальцев, она повернулась к нему спиной.

— Ты в курсе, что на самом деле просто жалкий ублюдок?

Между ними повисла долгая болезненная минута молчания. Ная вздрогнула, когда руки Менаса легли ей на плечи. Зажатая его большим твердым телом, она не могла сбежать. Возможно, и не хотела. Противоречивые эмоции были невыносимы. Секунду назад Ная собиралась разбить ему нос кулаком за раздражающее поведение. В следующий миг она уже мечтала попятиться к нему и насладиться крепкими объятиями его сильных рук.

Менас осторожно помассировал ее напряженные плечи, легко разминая ноющие мышцы. Тепло его тела просачивалось через ткань ее рубашки и успокаивало натянутые нервы.

— Прости. Я не должен был так говорить.

— Но ведь это правда.

— Правда. Вот только теперь ты считаешь меня властным придурком.

— Честно говоря, я считала тебя таковым еще до того, как ты рассказал о чипе в моем запястье.

— Спасибо, — весело фыркнул Менас.

Когда он погладил Наю по горлу сбоку, в ее сердцевину проник раскаленный добела жар.

— Почему ты так хочешь меня удержать? Почему бы тебе не отпустить меня и не попробовать снова в следующем Захвате? — спросила она, пытаясь отвлечься от ощущений, вызванных Менасом.

— Я тебя хочу. И удержу.

— Даже притом, что я — всего лишь утешительный приз? — вслух подумала Ная, вспомнив его гадкий комментарий в лесу.

Руки Менаса замерли на ее плечах. Одним стремительным движением он обогнул Наю и встал перед ней. Обхватив ладонями ее лицо, Менас встревожено посмотрел на нее сверху вниз.

— Ная, ты решила, что я говорил серьезно?

— Ты так сказал, — отрезала она. — Я давным-давно научилась верить тому, что говорят люди якобы в шутку.

— Ная, я шутил. В тот момент я улыбался.

— Да, ну, в общем, я не видела твоего лица, да? — недовольно проворчала Ная. — Ты закинул меня на плечо или уже забыл?

— Да, — шумно выдохнул Менас и потер лоб ладонью. — Кажется, с тобой я ничего не могу сделать правильно.

Ная заметила на его лице уязвимость. Глубина раскаяния Менаса заставила ее усомниться в своих представлениях о нем и его культуре. Несомненно, он схватил Наю, заткнул ей рот, связал ее на время полета и приковал к стулу в своей камере пыток, однако не причинял боли даже в ответ на удары. Она была груба, невоспитанна и так оскорбляла Менаса, что его соратники открыто смеялись. Тем не менее, он даже не повысил на нее голос.

Ей пришло в голову, что, возможно, не Менас ошибался, а она. Все время Ная считала целью своей жизни побег в колонии, будто найти счастье можно только в Джеско или Безопасной гавани. Вдруг она была неправа? Что если рассказы о захваченной художнице, живущей в любви и достатке, были правдой? Может, Нае тоже выпал шанс?

Она положила дрожащую руку Менасу на грудь. Он с неуверенностью посмотрел на нее. Учитывая, как отвратительно она себя вела, Менас, скорее всего, ожидал очередного удара или попытки сбежать. Ная выдержала его пристальный взгляд и привстала на цыпочки для поцелуя. Менас был слишком высок, но понял ее намерения и склонил голову.

И вот, наконец, их губы слились. Яркий всплеск блаженства заполнил ее грудь. Впервые после Захвата Ная полностью расслабилась. Губы Менаса оказались мягче, чем она ожидала, а прикосновения осторожнее. Положив вторую руку ему на грудь, Ная сжала в пальцах тонкую ткань его майки. Запах, абсолютно естественный и не слишком острый, дразнил ее обоняние. Менас пах мужчиной, мылом и больше ничем.

Будто боясь спугнуть ее, он осторожно положил ладони ей на лицо и шею. Менас нежно погладил ее кожу. Скольжение мозолистых пальцев по горлу и щеке зажгло в Нае желание. Она не припоминала, чтобы какой-либо мужчина так ее возбуждал. Возможно, виной тому был страх перед неизвестным или первобытная энергетика Менаса, но Наю почти потряхивало от жажды.

Менас протолкнул язык между ее губ, и она приветствовала его вторжение ответным выпадом. Он овевал ее лицо тяжелыми выдохами. Их языки начали борьбу, но Ная быстро поняла, что это сражение ей не выиграть. Она и не стремилась. Впервые в жизни ей хотелось отдать контроль в руки другого человека.

— Менас… — выдохнула Ная, сгорая от потребности.

— Скажи, что я могу получить тебя, — велел он хриплым голосом. — Разреши мне взять тебя, Ная.

— Да, — без раздумий ответила она.

С низким возбужденным стоном Менас подхватил ее на руки и понес к дивану странной формы. Уложив Наю, он опустился на колени около ее ног. Даже на полу Менас возвышался над ней, и его длинные руки могли дотянуться до каждого места на ее теле.

Ная попыталась обуздать разыгравшиеся нервы и облизала губы. Ухватившись за край майки, Менас стянул ее через голову. Он бросил ее через плечо, и она исчезла из вида. Менас снял с одной ноги сначала ботинок, затем носок и проделал то же самое со второй. Следом быстро исчезли его тактические штаны.

Когда он привстал и стянул боксеры вниз по мощным бедрам, Ная не смогла отвести от него взгляда. В свое время она видела нескольких голых мужчин, но ни один из них не мог сравниться с Менасом. Смуглую кожу на правой половине его тела украшали татуировки. То тут, то там были бесчисленные шрамы — одни сморщенные розоватые, другие блестящие, белые и очень тонкие. Этот человек познал огромную боль и повидал много насилия. Возможно, в конце концов, у них с Наей было нечто общее.

Она опустила взгляд к члену и попыталась скрыть шок, но ей не удалось, судя по самодовольной ухмылке Менаса. Ная не могла его винить. Толстый, длинный и твердый, член моментально завладел ее вниманием. Киска сжалась при мысли о том, как этот огромный инструмент будет ощущаться внутри. Ная предположила, что очень-очень хорошо.

Менас снова опустился на колени у дивана и, взяв ее ногу, погладил голень, кончиками пальцев коснувшись нескольких царапин, полученных во время забега по лесу.

— Болит?

— Они просто уродливые, — покачала головой Ная.

— В моей аптечке есть средство, которое поможет быстро их излечить, — склонив голову, Менас поцеловал каждую царапину.

Пока его губы скользили сначала по одной икре, затем по другой, Ная задержала дыхание. Он положил ее ноги обратно на диван и погладил ладонями по бедрам вверх-вниз.

Наю впечатлило, что Менас не стремился непосредственно к призу, если можно так выразиться. Несколько ее бывших любовников сосредотачивались на месте между ее ног сразу же, как снимали с нее штаны. Но не Менас. Похоже, у него были иные представления о соблазнении, которые ей понравились.

Опершись коленом на диван, он потерся носом о горло Наи. Она закрыла глаза, наслаждаясь тем, как его горячее дыхание щекотало мочку ее уха, и большая теплая ладонь поглаживала бедро.

— Ты очень хорош, — немного сдавленно заметила Ная.

— Я хочу произвести на тебя впечатление в первый раз, — рассмеявшись у ее горла, Менас облизал место, где чувствовалось биение пульса.

У нее запнулось сердце, но уже по другим причинам. Оно заколотилось не из-за желания Менаса сделать их соединение замечательным. Нет, дело было в том, что он считал ее девственницей. Ная слышала истории о харкосах и их любви к невинным невестам. А девственницей она уж точно не была.

Встревоженная ошибочными представлениями Менаса, она уперлась обеими руками ему в грудь и оттолкнула его. Он хмуро посмотрел на нее сверху вниз с беспокойством в зеленых глазах.

— Я что-то делаю не так? Слишком спешу?

— Нет, — тут было не обойтись простым намеком. Лучше было выложить правду, что Ная и сделала. — Менас, я не девственница.

— И? — он выглядел развеселенным.

— Ты сказал, что хочешь в первый раз произвести на меня впечатление, — ответила она, ничего не понимая.

— Хочу, — Менас поцеловал ее с невыносимой нежностью. — В наш первый раз, — разъяснил он. — С чего мне заботиться о состоянии твоей девственной плевы? — спросил Менас, удержав взгляд Наи.

— Я думала, что небесные воины предпочитают девственных невест, — от его прямого вопроса у нее запылали щеки.

— Некоторые, — подтвердил он. — Но я не один из них, — Менас кончиками пальцев обрисовал ее подбородок и спустился к изгибу шеи. — Ты идеальна.

Нае не верилось, что пугающий небесный воин, укравший ее с родной планеты, сказал самые романтичные слова из всех, слышанных ею в жизни.

— Ох.

— Хватит волноваться, — убедил Менас. — Не думай. Не сомневайся. Только чувствуй, Ная.

«Не думать? Не сомневаться? А почему он не попросил меня не дышать?»

Он завладел ее ртом в чувственном поцелуе. Когда Менас, наконец, закончил, Ная дрожала и страдала от головокружения. Продолжи он целовать ее, и она бы не смогла ни думать, ни сомневаться. У нее даже не получалось втянуть в легкие воздух.

Менас расстегнул пуговицы на ее рубашке и приспустил ткань с плеч. Ная приподнялась ровно настолько, чтобы с его помощью раздеться. Снова оказавшись голой в его милосердии, она прижала кулаки к своим бедрам.

Менас посмотрел на них и схватил ее запястья.

— Нет. Расслабься.

— Я ничего не могу с собой поделать.

— Мне нужно воспользоваться наручниками?

Ная невольно вспомнила, как ее сковывали во время ареста, и у нее скрутило живот. Она не хотела, чтобы уродливые мысли портили красивый момент.

— Пожалуйста, не надо.

Менас склонил голову набок. Видел ли он в глазах Наи страх? Скорее всего. К его чести, он не упоминал ее слабость. Вместо этого Менас поднял ее руки и осторожно разжал ей пальцы. Он поднес их к широким большим петлям на изголовье дивана.

— Держись за них.

В порыве облегчения Ная уцепилась за петли.

— Я не отпущу.

— Я в тебе не сомневаюсь, — рассмеялся Менас и звонко поцеловал ее над грудью.

Ная застонала, когда он лизнул ее сосок. Пока Менас омывал языком смуглую кожу, чувствительная плоть сморщилась. Он втянул сосок в рот и снова облизал его. Шумно выдохнув, Ная попыталась сжать колени и хоть немного унять пульсацию в клиторе, но положение Менаса помешало ей.

— У тебя такая чувствительная грудь, — заметил он. От легкого укуса она задрожала. — Очень красивая, — прошептал Менас с благоговением.

Ная застонала, и он пальцами сжал сосок, переключившись ртом на второй. Выгнув спину, она сдалась терзавшим ее губам и пальцам. Ная никогда не чувствовала ничего подобного. Каждое нервное окончание в ее теле пылало. Клитор пульсировал на грани с болью. Она не сомневалась, что если опустит руку и прикоснется к розовой бусине, кончит моментально.

Внезапно Менас отстранился, и Ная чуть не захныкала.

— Ты куда?

— Спокойно, милая, — прошептал он и потер низ ее живота. — Просто достану кое-что из ящика.

Она наблюдала, как Менас направился к шкафам у стены. Открыв второй ящик сверху, он достал нечто блестящее и металлическое. Ная судорожно сглотнула, рассматривая предмет на его ладони. Ярко-синие крошечные скрепки с черными мягкими наконечниками, скрепленные между собой цепочкой. Ная ни разу не видела таких приспособлений.

— Что это?

— Зажимы для сосков.

— Прошу прощения? — ее взгляд метнулся к лицу Менаса.

— Зажимы для сосков, — он рассмеялся ее потрясению. — Они зажимают соски.

— Но…зачем?

— Это приятно.

— Кому?

— Тебе.

— Сказал человек, чью грудь никогда не мучили подобным образом, — прищурилась Ная.

— И вот ты снова со своими заявлениями о пытках, — покачал головой Менас. — Если бы я тебя пытал, спрашивал бы разрешение?

— Ну… нет.

— Итак, хочешь опробовать зажимы?

— Нет, — тут же выпалила Ная. — Категорически.

— Ты уверена? — он казался ни капли не расстроенным ее отказом. — Ты можешь получить от них огромное удовольствие, — Менас пожал плечами. — А можешь их возненавидеть. Но ты не узнаешь, пока не попробуешь.

— Ты не отстанешь, да? — скривила губы Ная.

— Нет, — он зловредно усмехнулся.

— Ладно, — вздохнула она, закатив глаза. — Я попробую, но если станет больно, немедленно сниму.

— Справедливо, — с зажимами в руке Менас опустился к Нае на диван и провел губами по ее шее. Он не стремился к грудям, неспешно облизывая, целуя и покусывая ее горло, пока она снова не воспламенилась. Начав играть с правым соском, Менас спросил: — Какой твой любимый цвет?

— Что? — странный вопрос выбил ее из колеи.

— Твой любимый цвет, — повторил он, — какой?

— Синий. А почему ты спрашиваешь?

— Я дам тебе стоп-слово. В спальне ты будешь произносить его, если почувствуешь себя подавленной, испугаешься или тебе станет неудобно. Так мы сможем безопасно изучать твои пределы.

— Синий, — скептически повторила Ная. — А почему я просто не могу велеть тебе остановиться?

— Потому что иногда мы просим остановиться, но имеем в виду продолжать.

— Это самое смешное, что я когда-либо слышала…ох! — Ная ахнула, когда Менас закрепил зажим на ее соске. От острой боли у нее сбилось дыхание. — Ай!

Менас ослабил давление, и стало терпимо.

— И как? У нас уже «синий»?

Синий? Ная не знала. Зато она знала, что зажим на соске ощущался невероятно странно. Совсем не плохо, лишь необычно.

— Нет.

— Хорошо. Давай попробуем второй, — прежде чем зажать второй сосок, Менас отрегулировал натяжение. — А теперь?

— Все в порядке, — скривилась Ная.

— В порядке — хорошо? В порядке — плохо?

— Хорошо, наверное.

— Раз ты не бьешь меня по голове и не кричишь «синий», думаю, все действительно хорошо, — рассмеялся он.

Менас ухватил цепочку между двумя зажимами, и от натяжения Ная зашипела. Сдавливание сосков приносило дискомфорт, охвативший всю грудь. Менас сжал большое кольцо на ошейнике Наи. В обруче было нечто вроде механизма, и Менас продернул в него цепочку. Усилившееся натяжение увеличило давление на соски.

Менас поцеловал Наю сначала в кончик носа, затем в губы, большими ладонями массируя ее груди. У нее пульсировали соски, но боли не было. Ная еще никогда не чувствовала свою грудь так остро. По ее коже пробежали мурашки. Менас щелкнул зажимами, и Ная зашипела.

После глубокого бесконечного поцелуя он снова медленно спустился вниз по ее телу, облизывая, пробуя на вкус и прикусывая, пока не встал на колени в изножье дивана. Схватив Наю за бедра, Менас широко раздвинул их. Она сглотнула от того, что теперь ее киска оказалась прямо перед его лицом.

— Обопрись, — Менас установил ее ноги на нужное место, согнув в коленях и раздвинув еще шире. — Вот так, Ная. Именно так.

Когда он положил ладонь Нае между ног, у нее сжался низ живота. Она ухаживала за своей промежностью, оставляя только маленький, аккуратно подстриженный треугольник волос на лобке. Менас провел кончиками пальцев по скользкой щели.

— Мне нравится. Пожалуй, я позволю тебе его оставить.

— О, как мило с твоей стороны, — закатила глаза Ная.

Усмехнувшись, он осторожно раскрыл ее половые губы. Она почувствовала прохладу воздуха на своей намокшей разгоряченной плоти. Менас зажал клитор двумя пальцами.

— У тебя самый милый клитор из всех, что я видел.

Ну, такой комплимент Ная никогда не рассчитывала получить! Не находя слов, она просто наблюдала, как Менас исследовал самое интимное место на ее теле. Она не могла не заметить, как от жажды у него потемнели глаза.

— Разве пирсинг не будет выглядеть прекрасно прямо вот тут? — Менас потер пальцем капюшон клитора.

— Я так не думаю! — Ная резко сдвинула ноги, зажав его руку между ними.

— Всего лишь идея, — его губы изогнулись в улыбке.

— Плохая идея.

— Пока что мы уберем ее с повестки дня, — рассмеявшись, Менас снова раздвинул ей бедра.

— С повестки дня? — она впилась в него взглядом. — Если думаешь, что…ах!

Менас с нажимом лизнул клитор. Ная запрокинула голову, и проблема прокола ее гениталий отступила на второй план. Когда прошел первоначальный шок того, чтобы быть вылизанной там, она засмущалась. Менас не должен был этого делать, но доставлял невообразимое удовольствие, да и сам, казалось, наслаждался.

До сих пор все ее сексуальные переживания были поверхностными и короткими. Ни один из любовников никогда не целовал Наю между бедер. Возможно, поэтому она ни разу не достигла кульминации ни с одним из них. Все фрикции в мире не могли сравниться с развращающим и восхитительным кружением языка по клитору.

Вцепившись в петли, Ная уступила инстинктам и приподняла бедра. Менас застонал у нее межу ног и раздвинул их еще шире. Сначала он провел языком по одной стороне киски, затем по второй, прежде чем вернуться к клитору. Менас потер средоточие нервов и вобрал его между губами. Когда он потеребил языком припухшую бусину, Ная увидела звезды.

— О! Черт… Менас!

У нее в животе зародился панический трепет. Понимание того, что она подходила к разрядке, ошеломляло. Даже дома в своей постели Нае приходилось пятнадцать или двадцать минут фантазировать и тереть клитор, чтобы хотя бы приблизиться к оргазму. В половине случаев у нее так и не получалось кончить. Каким-то образом Менас и его волшебный язык снесли все блоки, мешавшие ей достичь кульминации.

Он нашел идеальный темп, и Ная задышала чаще. У нее ныла грудь, и внезапно зажимы на сосках вместо раздражения доставили ей поразительное наслаждение, простреливающее в живот. Закрыв глаза, Ная сосредоточилась на том, как Менас мягким гибким языком теребил клитор, своими большими руками удерживая ее за бедра. Но вперед ее толкнуло осознание того, что она оказалась полностью в его власти.

— Менас! — закричала Ная от первой волны оргазма. Пытаясь выдержать дикую пульсацию экстаза, она вцепилась в петли у себя над головой и заметалась на диване. — Ох!

Как только первая дрожь удовольствия пошла на убыль, Менас изменил тактику. Он принялся сосать набухший клитор затяжными сильными рывками и снова вернул Наю к краю. Отпустив комок нервов, Менас напряженным языком потеребил его из стороны в сторону.

Ная начала сходить с ума.

— Ах! — гортанный стон, вырвавшийся из ее горла, эхом разнесся меж стен игровой комнаты.

Ная напрягла бедра и вжалась киской в рот Менаса. С возбужденными стонами он терзал клитор, пока она не испугалась, что умрет. Волны наслаждения захлестывали ее и топили.

Наконец Менас замедлился. Движения его языка стали медленными и не такими сильными. Дважды поцеловав клитор, он вытер рот о низ живота Наи. Она все еще дрожала от спазмов, когда Менас выпрямился и, оставшись стоять на коленях, взял с ближайшего стола флоггер.

Сквозь туман жажды Ная поняла, что сейчас произойдет. Ей следовало испугаться. Она должна была попытаться вскочить с дивана и сбежать, но не стала. Расслабленная мощными оргазмами, Ная была склонна доверять Менасу. Он ведь до сих пор показывал ей только удовольствие, разве нет?

— Держи руки над головой, а бедра широко раздвинутыми, — Менас погладил ее ногу. — Я хочу, чтобы твои стопы были там же, где сейчас. Когда я ударю тебя, не двигайся. Это первое правило, которое ты должна усвоить во время наших игр. Понятно?

— Да, сэр.

— Сэр? — Менас изумленно выгнул бровь.

— Прозвище показалось мне уместным, — пожала плечами Ная. — Со всеми этими правилами и страшной штукой в руке ты похож на директора моей старой школы.

— Напомни мне завтра зайти в магазин, — развеселено фыркнул Менас. — Думаю, в продаже есть какие-нибудь костюмы.

— Костюмы? — нахмурилась Ная.

— Позже объясню, — он наклонился вперед и поцеловал ее. — Больно не будет. Тебе понравится.

Ная не была так уверена, но прежде она со скепсисом относилась и к идее многократных оргазмов, пока Менас не доказал ошибочность ее мнения. Также он был прав насчет зажимов.

Усевшись на пятки, Менас собрал в одну ладонь длинные широкие хвосты флоггера, и второй взялся за ручку с умением мастера. Исходя из личного опыта, Ная знала, что он был не так далеко и высоко от нее, чтобы причинить боль. Ему просто не хватало места хорошенько размахнуться.

Хвосты скользнули по внутренней стороне сначала левого ее бедра, затем правого. Мягкие полоски кожи прошлись по ее животу и снова по бедрам. С каждым движением Менас наращивал размах и скорость. Медленные поглаживающие удары вскоре стали внезапными. Ная чувствовала, как ее кожа запылала — очень странное ощущение, которое вскоре начало ей нравиться.

Наю шокировало, как нечто, ненавидимое ею с яростью тысячи солнц, теперь заставило ее киску болеть от потребности. Что, черт возьми, происходило с ней? Возможно, Менас ошибся. И не женщины харкосов нуждались в подобных играх для достижения оргазма. Это она нуждалась.

Менас отодвинулся достаточно, чтобы вложить силу в свои удары. Ная стонала, пока хвосты полосовали чувствительную кожу ее живота и бедер. Когда они приземлились на ее груди, она ахнула. И без того пульсировавшие соски заныли от усилившейся стимуляции, однако Ная не посмела отпустить петли.

И тогда Менас потряс ее, направив три последних сильных удара прямо на киску. Ная вскрикнула от неожиданности. Она инстинктивно чуть не сдвинула ноги, защищая уязвимую плоть, но в последнюю секунду вспомнила, что ей запретили двигаться.

Менас заметил ее порыв.

— Умница, — его комплимент и радостная улыбка вызвали у нее невероятную гордость.

Отбросив флоггер, Менас снова рухнул перед Наей на колени. Его кожа ощущалась холодной на ее раскрасневшихся разгоряченных бедрах. Он набросился языком на киску. У него ушло меньше минуты, чтобы Ная закричала его имя и сильно кончила.

— Менас! Менас! Да!

Он оторвался от нее и устроился на ней. Почти лежа на Нае, Менас снял сначала один зажим, затем второй. От прилива крови к сдавленным соскам она зарычала. Менас заставил ее замолчать страстным поцелуем, не переставая мучить груди. Он тянул и слегка выкручивал соски, пока Ная не начала задыхаться у его шеи. Клитор требовал внимания.

— Менас! Пожалуйста.

— Умоляй меня, милая.

Если бы любой другой человек велел ей умолять, получил бы удар в живот, но требование Менаса, произнесенное хриплым голосом, лишь сделало ее еще более влажной. Ная хотела умолять его. Хотела, чтобы он взял ее.

— Менас, заставь меня кончить.

Со стоном он завладел ее ртом в карающем поцелуе, от которого у нее перехватило дыхание. Менас прекратил терзать сосок и, оставив грудь, опустил руку Нае между бедер. Два огромных длинных пальца проникли в скользкий вход. Сначала он двигался медленно, давая ей привыкнуть к вторжению, но потом нашел точку на внутренней стенке, от прикосновения к которой она закричала и заметалась. С торжествующим смехом Менас начал жестко трахать киску пальцами, снова и снова задевая то самое место.

Ная впилась пальцами дрожащих ног в диван.

— Пожалуйста. Пожалуйста!

— Давай, Ная, — Менас поцеловал ее в щеку и спустился губами к уху. — Кончи для меня. Кончи для своего господина.

Господина? О, если кто-то и заслуживал зваться господином, то это Менас, — мужчина, легко управлявшийся с ее телом.

Он потер большим пальцем клитор. Один раз, второй, и Ная достигла оргазма. Запрокинув голову, она закричала от наслаждения. Менас спрятал лицо в изгибе ее шеи и впился зубами в плоть. Сочетание болезненного укуса и проникновения выбросило Наю в стратосферу экстаза, неведомого ею прежде. Она металась, извивалась и кричала имя Менаса.

— Менас. Менас. Менас!

Кульминация все длилась и длилась. Больше не в силах терпеть, Ная обмякла от удовольствия и уткнулась лицом в плечо Менаса.

— Не надо, Менас. Больше не надо, — взмолилась она.

Рука между ее бедрами замерла. Очень осторожно он высвободил пальцы. Они блестели от соков и оставляли на животе Наи влажные следы, пока Менас вел ими вверх по ее телу. Повернув ей голову, он предъявил права на ее рот в нежном поцелуе.

Разрываемая противоречивыми эмоциями, она пристально посмотрела на него. Нежность в бледно-зеленых глазах окончательно запутала Наю. Ненависть и расстройство от того, что он разрушил ее планы, забрав от подруги и будущего в колониях, почти исчезли. Как такое возможно? Почему Менас сумел переубедить ее так быстро?

Как ни удивительно, дело было не только в сексе. О, Менас раскачал мир Наи, но также было нечто большее. Не считая отца и Данкирка, он был единственным человеком, проявившим к ней доброту и терпение. Она не была наивна. Конечно, Менас показывал себя с лучшей стороны в надежде, что Ная согласится остаться и по доброй воле станет его женой.

Перспектива жить с ним на «Вэлианте» больше не пугала. Ная не была глупа и не верила в родственные души или нечто столь же нелепое, зато ей хватало мудрости увидеть, что Менас предложил исполнить ее желания. Дать ей стабильность. Счастье. Безопасность.

— Ная, ты в порядке? — он погладил ее по щеке. — Это было слишком?

— Все прекрасно, — покачала головой она и поцеловала его в губы. — Ты меня поразил.

— Это комплимент? — Менас округлил глаза в наигранном изумлении.

— Иногда я могу быть хорошей, — прищурилась Ная.

— Только иногда? — он погладил ее грудь. Соски сморщились, все еще воспаленные от зажимов, но Менас был нежен. — Нам придется над этим поработать.

Если такова была его версия дисциплины, Ная не могла дождаться, чтобы подписаться.

— Когда?

— Как насчет прямо сейчас? — передвинувшись, Менас придавил Наю своим телом и потерся членом о ее живот.

— Так все это было лишь прелюдией? — рассмеялась она в ответ на его игривую улыбку.

— Милая, мы только начинаем, — склонив голову, прошептал он.

Глава 5

Менас любовался выражением полного удовлетворения на лице Наи. Розоватый румянец окрасил ее сочное тело. Менас получил огромное удовольствие, показывая ей, на какую чувственность и страсть она была способна. Поначалу он ощущал ее неловкость из-за обнажения и прошлых неудачных сексуальных опытов. Но Менас надеялся убедить Наю дать ему шанс и поверить в счастливое совместное будущее.

У него в ушах до сих пор отзывались ее страстные вскрики. В муках оргазма она выла, как одичавшая. Вкус ее и аромат до сих пор дразнили его. Менас мог провести вечность между ее бедрами и никогда не устать. Также его потрясли собственные ощущения. Прежде он хорошо проводил время с женщинами, особенно с девочками из небесных борделей, угождавших наземному корпусу, но ни разу не испытывал ничего подобного. Вишес не ошибся. Заниматься любовью со своей женой было чем-то особенным.

— Менас? — сдавленно и взволнованно позвала Ная.

— Да?

— Ты на меня навалился.

— Что? — он два раза моргнул и понял, что на самом деле придавил ее к дивану. — Черт! Извини.

Она рассмеялась тому, с какой поспешностью он слез с нее и улегся на бок.

— Все в порядке. Просто ты очень большой, — ее взгляд опустился к его талии. — Везде.

Очень твердый член беспрестанно пульсировал. Менасу потребовалась вся сила воли, чтобы не раздвинуть Нае ноги и не скользнуть в ее горячую гостеприимную плоть. С ней он возбудился и оголодал сильнее, чем с какой-либо другой женщиной. Пускай соблазнить Наю оказалось сложнее ожидаемого, Менас наслаждался вызовом, убеждая ее подчиниться его рукам и рту. Случившееся затем затмило сухие короткие встречи с профессионалками из борделей.

Он заметил, как заинтересованный взгляд Наи остановился на члене. Она едва заметно потянулась к нему, но тут же отступила. Менас схватил ее руку и опустил к своей эрекции.

— Любопытство естественно. Потрогай меня.

— Как? — Ная вскинула взгляд к его лицу.

— Как тебе угодно, — ответил он, надеясь подтолкнуть ее к сексуальным открытиям.

Немного поколебавшись, она кончиками пальцев погладила ствол вверх-вниз. По телу Менаса прошла дрожь предвкушения. Осторожные касания зажгли его потребность. Ная сжала член и медленно погладила. У Менаса напряглись ноги от того, как едва ощутимая ласка опалила низ его живота. Ная сдвинулась вниз, и он задержал дыхание. Обхватив ладонью мошонку, она легко погладила чувствительную кожу. Опасаясь вспугнуть Наю, Менас проглотил стон.

Она провела рукой по его животу к груди. Скользнув ладонями по торсу, Ная проследила пальцами несколько самых заметных шрамов.

— Ты побывал во многих сражениях?

— Война была долгой, — кивнул Менас.

— Теперь ты офицер, да? Полагаю, тебе больше не приходится много сражаться.

— Я не был на линии фронта около двух лет, но до этого двадцать два года провел на передовой. Откуда ты узнала, что я — офицер?

— Твоя форма, — Ная прикоснулась к его груди в том месте, куда крепились знаки отличия. — Я знаю о небесных воинах достаточно, чтобы распознать медали и нашивки. Я ошиблась?

— Я — офицер, — подтвердил Менас. Уверенный, что она не поймет всех тонкостей, он добавил: — Я — ведущий специалист по оружию наземного корпуса на борту «Вэлианта».

— По оружию? — ее пальцы замерли.

Поскольку жители Каликса были пацифистами, Менас приготовился к спору.

— Да. Тебе не нравится оружие?

— Мне? Нет.

Категоричный ответ расстроил его. Ная перевела взгляд с лица Менаса к его груди. Что она скрывала? Возможно, Ная просто боялась признаться в своей ненависти к оружию.

— В нашем доме есть оружие, но оно надежно заперто. Тебе никогда не придется видеть его или прикасаться к нему.

— Менас, я — не типичный житель Каликса, ладно? — развеселилась она и коснулась его подбородка. — В Конноре сложно выжить, поэтому у меня было свое собственное оружие для самозащиты.

— Это незаконно, — напрягся Менас.

— Это серая зона, — настороженно заметила Ная. — Незаконно владеть любым огнестрельным оружием в Городе или в деревнях вроде Харпера или Уиллоу. В Конноре свой собственный кодекс, разрешающий владеть оружием, если оно зарегистрировано.

— А твое было зарегистрировано?

— По большей части, — на этот раз Ная встретила его взгляд.

Менаса поразило, что он совершенно ничего о ней не знал.

— Когда мы закончим здесь, у нас состоится разговор.

— Разве? — явно не обрадованная, она привстала на колени и устроилась у Менаса между ног. Ная снова взяла в руку член и, сжав его покрепче, медленно погладила. — Думаю, мы еще далеки от завершения. Что скажешь?

В ее прошлом однозначно были секреты. Менас рвался узнать, с какой проблемой столкнулась Ная, если ей для защиты потребовалось много оружия, но пока был готов закрыть на это глаза. Выбранная ею тактика была слишком хороша.

— Нет, даже близко.

Она улыбнулась. Менаса поразило, какой красивой была Ная с улыбкой на губах и весельем в глазах. Вызывать у нее улыбку стало его новой миссией, а он всегда справлялся с поставленными задачами.

Положив руки Нае на талию, Менас попытался сесть, чтобы поцеловать ее сладкие губы, но она надавила ему на грудь и удержала его на спине.

— В чем дело? — хмуро посмотрел на нее он.

— Тебя когда-нибудь сковывали?

— Во время секса? — округлил глаза Менас. — Конечно, нет!

— Почему?

— Потому что я не покорный.

— Я тоже.

Он не был так в этом уверен. Реакции Наи на неволю не могли быть притворством. Она возбуждалась от приказов. А еще была немного мазохисткой. Стоило доставить ей неудобство или каплю боли, как она легко достигла оргазма. Конечно, исследование глубин ее покорности подарило бы им обоим годы удовольствия.

Но это чувственное путешествие требовало доверия, заслужить которое было непросто. Если только…

— Видишь шкаф? Открой верхний ящик и достань зеленые наручники. Они единственные с регулируемой длиной, чтобы подошли и мне.

— Ты серьезно? — Ная покачнулась от удивления. — Ты позволишь мне сковать тебя?

— Я тебя доверяю, — Менас погладил ее бок.

— Почему? — с подозрением прищурилась она.

— Ты и впрямь везде видишь заговоры? — посмеялся он над ее циничной реакцией. Тряхнув головой, Менас пояснил: — Ная, я не глупый и не наивный. Я прекрасно понимаю, что ты по-прежнему недовольна сложившейся ситуацией, но все равно не причинишь мне боли. Ты не злой человек.

— Я бы никогда не причинила тебе боль, — выражение ее лица смягчилось.

— Знаю, — он обхватил ладонью ее затылок и притянул к себе для долгого глубокого поцелуя. — А теперь неси наручники, пока я не передумал.

— Скоро вернусь, — улыбнувшись, Ная потерлась с ним носами.

Когда она поднялась и прошла несколько шагов, Менас насладился видом ее голых ягодиц. Учитывая низкий рост и маленькие руки, обхват ее запястий был гораздо меньше обычного. Ная достала зеленые наручники и, оттолкнувшись от изгиба дивана, запрыгнула на него. Менас с трепетом залюбовался ее высокими грудями. Он не мог дождаться, чтобы добраться до них руками и ртом.

Встав на колени между его ног, Ная помахала наручниками.

— Что теперь?

Менас забрал их у нее и показал ей принцип действия. Замок с треском защелкнулся.

— Просто прижми концы друг к другу, — Менас указал на ремни под браслетами. — Пристегни к петлям на изголовье дивана.

— Ясно, — кивнула Ная.

Он вручил ей наручники и протянул руки. Пока она его сковывала, на ее лице играла развратная дерзкая улыбка. Обхвата манжеты едва хватило для широкого мужского запястья. Закончив со второй рукой Менаса, Ная подняла обе вверх. Чтобы дотянуться до петель, ей пришлось прижаться к нему, и ее груди оказались напротив его лица.

Не в силах устоять, он лизнул сосок. Она ахнула и отстранилась. Ная раздраженно посмотрела на него, и он изобразил раскаяние.

— Извини.

— И почему я тебе не верю?

— Потому что ты умная? — Менас припал к ее груди и нежно пососал.

Ная глубоко вдохнула, будто обуздывая возбуждение, и продолжила закреплять наручники. Он игриво прикусил сосок, вырвав у нее стон. Менас тихо рассмеялся.

Ная ухватила его за подбородок и внимательно посмотрела на него с озорным блеском в глазах.

— Продолжай дразнить меня, Менас, но помни, что теперь ты в моей власти.

Он решил не говорить ей, что при желании мог легко освободиться. Кроме того, его снедало любопытство. Как поведет себя Ная, считая, что полностью контролирует ситуацию?

— Тебе нужно стоп-слово? — удивила она Менаса своим вопросом.

— Зачем?

— Но ты же мне дал, — пожала Ная плечами.

— Ты плохо знакома со всем этим. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя в безопасности, когда мы пробуем что-то новое.

— Ты говоришь мне, что уже чувствуешь себя в безопасности?

— Да.

— Для закаленного сражениями солдата ты слишком доверчив, — покачала она головой.

— Я доверяю своей интуиции. И она говорит, что в твоих руках мне ничего не угрожает.

Ная не спорила, но Менас видел, что она сочла его сумасшедшим или даже глуповатым. Однако его мнение о ней осталось неизменным. Эта женщина не причинила бы ему боли и не подвергла бы риску.

Ная припала ртом к груди Менаса. Она неспешно исследовала его кончиками пальцев и губами. От щекотливых поцелуев на ключице и под ухом у Менаса начало заходиться сердце. Ная омыла языком его соски и намеренно несколько раз укусила. Он зашипел, но признал, что странные ощущения были приятными.

Пока Ная прокладывала поцелуями путь по его телу, он попытался выровнять дыхание. Менас понимал, что мог в любую секунду разорвать наручники, вот только уязвимость усиливала каждое ощущение. Раскаленный добела поток пронесся по его животу к груди. Когда Ная устроилась у Менаса между бедер и обвила пальцами член, весь его пах свело от нетерпения.

Из горла Менаса вырвался стон вперемешку с рычанием. Влажный мягкий язык с нажимом скользнул по головке. С раздувавшимися ноздрями и скованными руками Менас следил за Наей. Угол наклона дивана позволял ему наблюдать за ней. При виде розового языка, скользнувшего вверх-вниз по пульсировавшей плоти, у Менаса участилось сердцебиение.

— Ная, — прошептал он. — Как приятно.

Улыбнувшись ему, она сжала его губами. Ная взяла в рот лишь головку, но этого хватило, чтобы у него спутались мысли. Образ ее губ, растянувшихся вокруг ствола, навечно отпечатался в его памяти. Вытащив член изо рта, Ная обвела его языком.

Она снова вобрала его в рот, и Менас сжал кулаки. Ему требовалось за что-нибудь ухватиться, но поблизости не было ничего подходящего. Продолжая сжимать кулаки, он пытался дышать размеренно и хоть немного контролировать свою реакцию на горячий рот, скользивший по члену вверх и вниз.

Ная отпустила ствол и, погладив его одной рукой, второй раздвинула Менасу бедра. Когда она коснулась языком мошонки, он судорожно вдохнул. Облизав плоть вокруг чувствительных яиц, Ная пососала их. Каждое ее движение наращивало потребность Менаса.

— Ная! — он сожалел, что не мог запустить пальцы в ее темные шелковистые волосы, поэтому лишь приподнял бедра в безмолвном пожелании.

Рассмеявшись, Ная продолжила дразнить его языком и пальцами. Когда она опять втянула член в рот, Менас шумно выдохнул. Снова приподняв бедра, он осторожно толкнулся в ее принимающий рот. Орган был слишком большим, чтобы Ная взяла его полностью, но она очень старалась. Головка уперлась ей в горло. От короткого спазма, вызванного рвотным рефлексом, член дрогнул, яйца заныли. Даже понимая примитивность своих порывов, Менас не мог не реагировать на то, что Ная подавилась.

Но она не остановилась. Контролируя глубину проникновения, Ная продолжила сосать. Менас старался дышать ровнее и гадал, долго ли сможет ходить по краю. Каждое движение ее языка толкало его все ближе к обрыву. Тем не менее, хоть он и мечтал разрядиться ей в рот, куда больше ему хотелось кончить в нее, отметив гораздо более значимым способом.

— Больше не надо, — сказал, наконец, Менас и опустил бедра на диван. Ная продолжила осторожно облизывать и сосать головку. — Ная, — со стоном позвал он. — Я хочу кончить в тебя.

— Но я могу забеременеть, — вскинула она взгляд к его лицу.

— Да, — в груди Менаса разлился холод.

— Значит, таков твой план? Ты обольстишь меня и оплодотворишь, чтобы я не смогла уехать? — расстройство в ее голосе остудило страсть.

— Мы будем спорить об этом сейчас?

— Я не вижу способа избежать разговора, — Ная села на пятки.

— Ная, Захваты существуют для того, чтобы солдаты, заработавшие достаточное количество баллов за умения и отвагу, могли создать семьи.

— Но так быстро? Мы едва друг друга знаем!

Менас не мог с ней поспорить. Она обхватила себя руками, и у него в животе зародилась паническая дрожь. Ная эмоционально отгораживалась от него. Все тщательно выстраиваемое доверие грозилось вот-вот разрушиться.

— Могу я как-нибудь тебе помочь?

— Менас, подожди немного, — она погладила его по голому бедру. Спустя минуту Ная, наконец, снова заговорила. — Я готова дать нашим отношениям шанс, но не могу рисковать и заводить ребенка с едва знакомым мужчиной. Менас, так нельзя. Я знаю, каково это — быть нежеланной.

— Ни один мой ребенок никогда не будет нежеланным, — округлил глаза он. Судя по выражению ее лица, она хотела поверить.

— Это ты сейчас так говоришь, но я видела, как обиды отражаются на детях. Не очень приятно слышать, что из-за тебя кто-то оказался в безвыходном положении. Я так жила много лет. Я не хочу и не стану подвергать этому собственного ребенка.

Очевидно, кто-то глубоко ранил Наю. Мать? Отец? Оба?

— Ты бы никогда не винила своего ребенка, — Менас верил в это каждой фиброй души. — Как и я.

— Менас…

— Я не кончу в тебя. Я выйду, — предложил он единственный возможный вариант. — Если бы я мог пойти в больницу и получить для тебя контрацептивы, я бы сходил, Ная.

— Почему ты не можешь? Я думала, в вашем обществе продвинутые технологии и медицина.

— У нас проблемы с численностью населения. Война существенно снизила рождаемость. Пара получает доступ к контрацепции только после рождения первого ребенка или предоставления справки о проблемах со здоровьем у женщины. По другим причинам очень редко одобряют запросы. Я готов подать прошение, но могут пройти месяцы.

— Месяцы?

Менас кивнул и стиснул зубы. Пускай ему было нестерпимо сложно, но он отказывался ставить Наю в нежелательные обстоятельства.

— Если хочешь, мы воздержимся от сексуальных контактов, пока я не получу ответ.

— Ты серьезно? — она склонила голову набок.

— Серьезно.

— Есть другие способы, — тихо вздохнула Ная.

— Какие? — нахмурился Менас.

— Акушерка в Конноре научила меня составлять график цикла, — кивнула она.

— График цикла? — он понятия не имел, о чем идет речь.

— Нужно отслеживать определенные признаки, измерять температуру, вычислять идеальное время для зачатия и в этот период избегать контактов.

— И система работает? — способ казался слишком простым, чтобы быть надежным.

— Превосходно, — ответила Ная с легкой улыбкой. — Неспроста в Конноре и других богатых городах низкий уровень рождаемости. Если использовать графики в сочетании с губкой, пропитанной определенным раствором, получается довольно надежный способ планирования семьи.

— У меня в аптечке есть термометр, — ухватился Менас за новую информацию.

— Температуру нужно замерять только утром, — рассмеялась Ная и потерла его живот.

— Ох.

— Но сегодня вечером мы в безопасности.

— Ты уверена? — он не хотел на нее давить. Напор мог породить недоверие и негодование, способное убить зарождавшиеся отношения.

Ная лениво выписывала пальцем рисунки на ноге Менаса.

— Моему циклу всего несколько дней. Обычно у меня десять-двенадцать безопасных суток в первой его половине, потом пять-шесть опасных, затем восемнадцать до начала нового цикла. Но, — ее пристальный взгляд перешел к его лицу, — природа обманчива, — она не могла сказать ничего более верного.

— Тебе выбирать, Ная. Я буду уважать любое твое решение.

Она ничего не ответила. Лишь опустилась обратно между бедер Менаса и погладила член. Их серьезная дискуссия охладила похоть, но мягкими губами и ловкими пальцами Ная вернула возбуждение. Менас позволил себе зажмуриться, наслаждаясь прекрасными ощущениями, вызванными его женщиной.

Когда она выпустила эрекцию изо рта, он резко распахнул глаза. У него перехватило дыхание при виде того, как Ная забралась сверху и оседлала его. Не сказав ни слова, она встретилась с Менасом взглядом и приподнялась на коленях. Ная потянулась между телами и, сжав член, потерла налитой истекающей головкой свои гладкие складки. Предсемя смешалось со скользкими соками, просачивавшимися из ее сердцевины. Бессловесно Ная огласила свое решение рискнуть всем.

— Развяжи мне руки, — приказал Менас хрипло от переизбытка эмоций. — Я должен к тебе прикоснуться. Должен тебя почувствовать.

Выражение глаз Наи, подернутых поволокой желания, смягчилось. Удерживая жесткий ствол между бедрами, она наклонилась и дернула за крепление наручников. Менас освободил запястья и, одной рукой обняв ее за талию, вторую запустил ей в волосы. Он притянул Наю к себе и завладел ее сладким ртом, вложив в поцелуй каждую каплю своих эмоций, какую только мог. Менас хотел показать, что считает ее доверие драгоценным даром.

Тяжело дыша, Ная расслабилась и нашла удобную позу. Она приподнялась и снова ухватила член. Пока Ная устраивалась сверху, Менас не смел пошевелиться. Кусая полную губу, она начала опускаться. Наконец-то он попал в ее влажную киску и застонал.

— О! — Ная широко распахнула глаза, но не отстранилась. — Ты слишком большой.

— Не слишком, — с отчаянием уверил Менас и, положив руку ей на спину, прошептал: — Ты сможешь меня принять.

— Я не смогу, — несмотря на отрицания, Ная оперлась рукой на его грудь и опустилась ниже. Как и он, она сгорала от потребности соединиться.

— Легче, милая, — пробормотал Менас, поцеловав ее в губы. — Возьми меня медленно.

Гладкие соки покрыли ствол. Медленно сдвинувшись вниз, Ная приподнялась, пока в ее тесном теле не осталась лишь головка. Никогда еще Менас не ощущал ничего настолько замечательного, узкого и влажного. В тот миг ему казалось, что он мог в буквальном смысле умереть от наслаждения.

— Скачи на мне, Ная, — Менас ухватил ее за талию, сначала потянув вперед, затем подтолкнув назад.

— Менас! — громко застонала она и положила обе руки ему на грудь.

Разомкнув губы, Ная послушалась и поскакала. Пышные груди покачивались с каждым движением ее бедер. Не в силах сдержаться, Менас припал к ее соску и сильно пососал. Она со вскриком вцепилась в его грудь, короткими ногтями впиваясь в кожу. Он лишь рассмеялся и начал сосать сильнее.

Когда Ная запрокинула голову, Менас знал, что время пришло. Он чувствовал, как гладкий проход стиснул член. Желая, чтобы Ная разлетелась в экстазе, Менас облизал большой палец и мозолистой подушечкой потер клитор. Она застонала и задрожала.

— Пожалуйста…

Ему хотелось сказать Нае, что стоит ей только попросить, и он сделает для нее все. Вместо слов Менас решил показать ей. Несколькими быстрыми движениями большого пальца он подтолкнул Наю. Она много раз подряд выкрикнула его имя, и киска затрепетала вокруг ствола.

Последние спазмы ее оргазма ритмично сжимали член. Менас крепче ухватил Наю за талию и оперся стопами на твердый диван. Согнув колени, он начал вколачиваться в нее снизу. Натренированные мышцы его живота и бедер напрягались от усилий, с которыми он вонзался в тесную киску.

— Менас! О! Ох! — Ная вновь кончила, и ее потрясенный крик стал музыкой для его ушей. — Менас!

Теперь он больше не мог сдерживаться.

— Ная! — зарычал Менас, ворвавшись в нее по самое основание.

Он вздрагивал с каждым выплеском спермы, покидавшей его тело. От мощи кульминации у него свело голову. Мышцы его ног и живота горели от напряжения, но ему было плевать. Теперь Менас знал, что предъявил права на Наю. Он отметил ее, сделал своей женой и парой.

Прижав Наю к себе, Менас нежно поцеловал ее в макушку. Как и он, она хватала ртом воздух. Такая мягкая, она прижалась щекой к груди Менаса и свернулась поверх него, что казалось естественным. Шелковистые ароматные волосы защекотали его губы.

Совершенно неожиданно Ная рассмеялась. Хриплый звук радости был заразительным, и Менас невольно ухмыльнулся от уха до уха.

— Что смешного? Надеюсь, не мои навыки как любовника.

— О нет, — уверила Ная. — Наш секс самый лучший из всех, что у меня были.

— Почему тогда ты смеешься, как дурочка?

— Полагаю, я очень даже ничего для утешительного приза, а?

Менас понимал, что она дразнила его, хоть ее и ранила его неудачная шутка в лесу.

— Да, — подтвердил он, с улыбкой погладив Наю по спине. — Очень даже ничего.

Глава 6

Разглядывая свое отражение в зеркале, Ная попыталась совладать с переменчивыми эмоциями. Она прошла путь от ярости и разочарования из-за потери подруги и мечтаний о новой жизни в колониях до…чего?

Чувства Наи были запутанными. Она успокоилась достаточно, чтобы признаться в своей симпатии к Менасу. Возможно, даже в чем-то большем, но Ная не осмелилась долго об этом думать. Казалось, Менас ничем не напоминал стереотипных небесных воинов, которыми ее пугали в детстве. Он был добрым, нежным и терпеливым.

Поэтому был проблемой. Большой, очень большой проблемой.

Ная знала его меньше суток и уже гадала, станет ли пугающе огромный беловолосый зеленоглазый инопланетянин в соседней комнате ключом к ее счастью. Менас предложил ей все, чего она хотела — дом и безопасность. От Наи требовалось лишь постараться и выстроить отношения. О большем он и не просил.

Она потеребила белый ошейник. Тонкая белая полоска ярко выделалась на фоне смуглой кожи медового оттенка. Поначалу необходимость носить ошейник казалась Нае дикостью. Теперь она лучше понимала его значение. Менас воспринимал его как символ обязательств, каким на Каликсе считались обручальные кольца. Ная не была рабыней или игрушкой для секса. Она была женой.

Несмотря на доброту Менаса, Ная не могла не подозревать его в притворстве. Едва она поднялась на шаттл, как ее заставили подписать электронный контракт с множеством строчек мелким шрифтом. Она не успела ничего прочесть, но не сомневалась, что там был какой-нибудь пункт о расторжении. Как и в любом контракта, верно? Ная не сбрасывала со счетов вариант, при котором Менас старался осчастливить ее лишь до какого-то определенного срока.

Попав на космический корабль, она успела немного осмотреться. Размер «Вэлианта» поражал. У нее в голове не укладывалось, как огромное судно умудрялось парить на орбите. Ная плохо разбиралась в механике и технике. Даже сумей она сбежать из квартиры, все равно не ушла бы далеко. Имплантированный чип и до зубов вооруженные охранники, стоявшие на каждом шагу, разбили все ее надежды вдребезги. Если бы по счастливой случайности ей удалось выбраться с «Вэлианта», она все равно не имела ни малейшего представления, как добраться до колоний.

Но тогда Наю поразило понимание того, что ей не хотелось сбегать, по крайней мере, на данный момент. Менас ловко соблазнил ее и продемонстрировал свое умение доставлять наслаждение способами, прежде казавшимися ей невозможными. А еще он показал, что между ними двоими образовалась крепкая связь. Вопреки всем стараниям, Ная не могла поспорить, что вышла с ним на уровень доверия, какого у нее не было ни с одним мужчиной.

В конце концов, она призналась самой себе в желании остаться и попробовать. Возможно, у них все получится. Или же через неделю похоть остынет, и они оба захотят отделаться друг от друга. Сильнее всего Наю пугало, что их отношения улучшатся. Долговременные обязательства были ей чужды. Все известные ей люди как-нибудь да предавали ее. Даже Данкирк — самый давний друг — впутывал ее в передряги, из которых она едва выходила живой. И опыт подсказывал, что рано или поздно Менас сделает то же самое.

— Ная? — он дважды постучал в дверь ванной. — Я оставил на кровати одну из своих нижних рубашек. Приходи ко мне, когда оденешься.

— Хорошо, — она смущенно посмотрела на дверь и вздрогнула. По правде говоря, Ная никогда не оставалась с мужчиной после секса. Она всегда уносила от партнера ноги или же пыталась поскорее выпроводить его из своего дома. Едва Менас открыл дверь игровой комнаты и предложил воспользоваться ванной, как Ная сбежала. Она отчаянно тянула время, пока ее умывание на начало казаться подозрительно долгим. И что теперь?

Собравшись с духом, Ная открыла дверь и вышла. Вся ее прежняя квартира уместилась бы в спальне Менаса. Для комфорта он приглушил свет. В изножье кровати Ная обнаружила свернутую серую рубашку. Ткань была темнее постельного белья. Очевидно, харкосы предпочитали черный и серый цвета.

Одевшись, Ная порадовалась, что огромная рубашка ниспадала до самых колен. Смотрелась она как платье не по размеру, зато все прикрывало. Нае было непривычно ходить без трусов, но почему-то ей подумалось, что Менас оценит отсутствие белья.

Как и в ванной, дверь спальни скользнула в стену, стоило коснуться ее. Высокотехнологичная версия раздвижных дверей, какие Ная установила в своей квартире, чтобы было просторнее. Но, опять же, в отличие от ее квартиры, жилье Менаса было просторным само по себе. Ранее с завязанными глазами у Наи не было возможности осмотреться. Теперь она потратила минуту, чтобы изучить свой новый — возможно, временный — дом. На дальней стене было еще больше дверей. Ная предположила, что они вели в другие спальни.

Мебель была совершенно иной, нежели на Каликсе. Ни древесины, ни натуральных материалов. Все было блестящим, гладким, из металла в сочетании со странной пластмассой, как в ванной и игровой комнате. Ная обошла гостиную, босыми ногами ступая по мягкому теплому полу. Материал напоминал сланец, но был причудливым и композитным. Она провела кончиками пальцев по обивке мебели. Гладкая и твердая.

— На тебе моя рубашка смотрится лучше, чем когда-либо на мне, — усмехнулся Менас у обеденного стола. В своих больших руках он держал две тарелки. — Надеюсь, ты любишь яичницу.

— Люблю, — ей не верилось, что Менас приготовил им еду. — Ни один мужчина никогда для меня не готовил.

— Должен предупредить, что я не очень хороший повар, — он поставил тарелки на стол. — Вдруг ты попробуешь и пожалеешь, что я не остался в числе мужчин, никогда для тебя не готовивших.

— Очень в этом сомневаюсь, — Ная подошла к столу и, осмотрев яичницу, обратила внимание на блюдо с фруктами по центру стола. Как же давно она не ела апельсинов. Единственные фрукты с Земли, пережившие долгое путешествие на космических судах и высаженные на Каликсе. А еще они были редкими и смехотворно дорогими.

Наверное, Менас заметил, что Ная обратила на них внимание.

— Нам стабильно поставляют продовольствие, и у меня высокая зарплата.

Она решила не уточнять, что поставки продовольствия на борту «Вэлианта» были стабильными, потому что по условиям договора харкосы требовали от жителей Каликса много еды. В местах вроде Коннора фрукты и мясо были баснословно дорогими как раз потому, что их любили небесные воины.

— Вы едите то же, что и мы, — заметила Ная, не став спорить о политике.

Кивнув, Менас сходил на кухню за коробкой сока и двумя стаканами.

— Наверное, тебя удивит, что еда почти одинакова на всех планетах. По крайней мере, на этой стороне галактики, — добавил он. — Твой народ готовит пищу немного иначе, и мы предпочитаем добавлять в нее больше специй, но в целом у нас схожие рационы.

— Рада это слышать.

— Почему? — Менас удивленно посмотрел на нее. — И что, ты думала, мы едим?

— В основном еду из коробок.

— Еду из коробок? — развеселился он. — Ты имеешь в виду сухие пайки?

— Наверное, — Ная пожала плечами и выдвинула для себя стул.

— Ты когда-нибудь их пробовала? — Менас жестом предложил ей присесть.

— Когда я была маленькой, недалеко от нас рухнуло грузовое судно. Ваш народ пришел нам на помощь во время вторжения меркорианцев. Один из ваших кораблей взорвался прямо у нас над головами. Обломки разлетелись на мили. Отец брал меня с собой расчищать их.

— И ты нашла пайки, — догадался Менас.

— Они были отвратительны, — скривилась Ная, вспомнив о соленой сухой пище. — И все же они меня спасли. Тем летом была сильная засуха и никакого урожая. Зима выдалась особенно холодной. Когда папу убили, я экономила пайки, чтобы не умереть с голоду.

— Твой отец погиб во время вторжения? — Менас поставил перед ней стакан.

Ная села и взяла вилку.

— Он увел моего брата Натти и меня в канализацию под городом, — уточнила она. — Почему-то чудища там не охотились.

— Из-за их зрения, — пояснил Менас, вилкой указав на свои глаза. — Без света они не различают формы, цвета и оттенки. Вот почему мы разработали специальное оружие. Кожа — второе слабое место амфибий. Им нужно определенное количество влаги, иначе высыхает слизь на их чешуе, — он открыл коробку и наполнил стаканы синей жидкостью. — Как долго вы прожили в канализации?

— Три недели, — усилием воли Ная затолкала тяжелые воспоминания в дальний угол своего сознания. — Мы жили в секции ливневого стока, где было не так уж плохо. Мне тогда исполнилось девять лет. Сначала папа обставил побег как большое приключение, и я не особо боялась, но уже через две недели гадала, увижу ли когда-нибудь снова солнечный свет, — Ная рассмеялась, когда сквозь мрак прорвались светлые воспоминания. — Чтобы занять меня, папа придумывал игры и нелепые истории.

— Ты любила своего отца.

— Очень, — Ная вилкой ткнула яичницу на своей тарелке. — Он делала все возможное, чтобы защитить нас, но однажды его усилий оказалось недостаточно.

— Что произошло?

— Он поссорился с моим братом. Натти сбежал и выбрался из канализации. Папа пошел за ним и, ну, ты понял, — Ная коснулась шеи. — Я нашла его той ночью сразу после заката.

— Ты вышла наружу одна? — округлил глаза Менас. — После наступления темноты?

— Натти и папа не вернулись. Я должна была что-то предпринять. Не могла же я сидеть в канализации и вечно их ждать, — она зажмурилась от мучительного воспоминания о разорванном горле отца и его обескровленном теле.

— Что ты сделала после того, когда его нашла? — нежно и мягко спросил Менас.

— Я начала копать.

— Как? Одна?

— А кто еще, черт возьми, похоронил бы его?

— Но твой брат…

— Самый ленивый и безответственный мудак на свете.

— Ная, следи за языком, — нахмурился Менас.

— Он — козел, ясно? — Ная закатила глаза. — И был им с самого детства.

— Но ты этого не замечала?

— Да все я замечала. Просто была так глупа и наивна, что верила в лучшее. Но люди не меняются.

— Не меняются, — согласился он.

Больше не желая говорить об отце и брате, Ная решила сменить тему.

— У тебя отличная квартира.

— Спасибо, — Менас налил в ее стакан синюю жидкость. — Думаю, тебе понравится сок. Его выжимают из фруктов с Прайма. Они сладкие и немного терпкие.

— Он разбавлен водой? — Ная настороженно осмотрела стакан.

— Да.

— С твоей планеты или с моей?

— С моей. А почему ты спрашиваешь?

— Потому что я с десяти лет не могу пить воду в Конноре, предварительно ее не прокипятив, — Ная взяла стакан. С интересом понюхав содержимое, она отпила яркого сока. К ее удивлению, он оказался вкусным. — О! Как здорово.

— Рад, что тебе понравилось, — Менас положил в рот кусок бекона с хрустящей корочкой. — Почему в твоем городе нарушено водоснабжение?

— Меркорианцы уничтожили почти всю инфраструктуру. Что не разнесли они, доломали вы, ребята, сбрасывая с неба бомбы. Денег на ремонт нет, поэтому воду приходится либо кипятить, либо не пить вообще.

— Здесь тебе не придется беспокоиться о воде. Водоснабжение отлаженное и исправное. Сантехнические системы ежедневно отмеряют на квартиру определенное количество воды, но его нам более чем хватит для питья, купания и уборки.

— У тебя здесь очень чисто, — Ная осмотрела комнату. — Ты сам все убираешь?

Менас кивнул.

— Я могу заказать услуги клининговой службы, но мне не нравится, когда в моем доме находятся чужие люди, — он замялся. — Если хочешь, давай закажем.

Ная поняла, что он спрашивал ее мнения.

— Врать не стану. Я не худшая домохозяйка в мире, но не из тех, кто вышивает скатерти и готовит обеды из пяти блюд.

— Я тоже, — улыбнулся он. — И все же я уверен, что вместе мы прекрасно справимся, — Менас указал на ее тарелку. — Ешь. Не то остынет.

— Да, сэр, — шутливо отсалютовав, Ная набросилась на яичницу, оказавшуюся очень вкусной. Не прекращая жевать, она осматривала квартиру. — По крайней мере, у тебя не так уж много пыли.

— Я прожил здесь всего ничего.

— Правда?

— Месяц назад я еще жил в секции для холостых офицеров, — кивнул Менас. — Когда я вписал свое имя в список Захвата, жилищный департамент предложил мне на выбор квартиры для семей. Я остановился на этой, ближайшей к моим женатым друзьям. Я подумал, что тебе будет комфортнее, если ты всегда сможешь обратиться к кому-нибудь за поддержкой.

Его забота тронула Наю. Прежде чем захватить жену, Менас подумал, как облегчить ее вступление в новую пугающую жизнь.

— Почему ты решил участвовать в Захвате именно сейчас? Ты упоминал, что служил двадцать четыре года. Почему не раньше? Тебе не хватало баллов?

— У меня были баллы, — Менас отпил сока. — Причем давно, но мы слишком долго пробыли на линии фронта. Многие месяцы на поле боя не способствуют построению отношений. Одна из причин, почему нашу оперативную группу передислоцировали сюда. Здесь тоже опасно, но гораздо спокойнее. Наше вознаграждение за участие в худших боях, — внезапно он словно отрешился. — Бывали сражения, из которых возвращалось меньше двадцати процентов солдат. Больше, чем у врагов, но не намного.

Ная попыталась сопоставить числа. До чего же ужасно вступать в бой, зная, что выживет лишь двадцать мужчин из сотни. Менас оказался в числе счастливчиков. Конечно, не лучшее слово, чтобы описать человека, прошедшего через кошмар.

— Мне нравилось быть холостяком. И до появления Хэлли я не видел причин что-то менять.

— Жена твоего друга? — Ная вспомнила, что ранее он уже упоминал это имя.

— Вишеса, — подтвердил Менас. — Он — генерал и высокопоставленный офицер наземного корпуса в этом секторе.

— Значит, он твой начальник?

— И очень хороший человек, — кивнул он. — Больше я никому не доверил бы свою жизнь. Разве что… — Менас задумался, — …возможно, еще Террору. Он тоже благородный и храбрый. Мы вместе учились в академии и сражались плечом к плечу в худших битвах, — он снова отпил сока. — Я никогда не думал, что Вишес женится, но после Захвата его жизнь кардинально изменилась. В лучшую сторону, — добавил Менас. — Я начал завидовать его счастью и подумал, а почему бы и нет? Почему я не могу получить свою награду?

Ная попыталась осмыслить тот факт, что ее считали величайшей наградой.

— Менас, — тихо начала она, — ты не должен настолько в меня верить. Я не хочу, чтобы ты разочаровался.

— С чего мне вдруг разочаровываться в тебе? — он вскинул взгляд к ее лицу.

— Во мне нет ничего особенного, — Ная шумно выдохнула. — Я — никто, понимаешь? Простой ребенок из бедной семьи, так и не закончивший школу. Я не та женщина, которую большинство мужчин сочтут наградой.

— Не говори так, — раздраженно отрезал Менас. — Ты выживала. Успешно вела бизнес. Во время Захвата проявила честь и преданность. Ты — хороший человек.

— Ты меня не знаешь, — она опустила взгляд к тарелке с наполовину съеденной яичницей. — Я делала то, чего ты не поймешь.

— Посмотри на меня.

Ная не осмелилась ему перечить. Пристальный взгляд Менаса обжигал.

— Ная, у всех нас есть прошлое. Меня почти не заботят твои прегрешения. Что сделано, то сделано. Ничего не изменить. Давай оставим прошлое позади.

— В твоих устах это кажется таким легким. Мой опыт говорит, что прошлое имеет отвратительное свойство отражаться на настоящем.

— Если отразится, мы вместе разберемся с ним, — Менас говорил категорично и решительно.

— Вот так просто? — выгнула Ная бровь.

— Вот так просто, — кивнул он. Его уверенность поражала. — Что за выражение лица? — Менас потянулся к апельсину.

— Я все думаю, как здорово иметь хотя бы каплю твоего высокомерия, — пожала Ная плечами и взяла с тарелки последний пластик бекона.

— Очевидно, это наша национальная черта, — Менас со смехом откинулся на спинку стула. — По крайней мере, так говорит Хэлли, — вонзив ноготь в ярко-оранжевую корку, он начал счищать с апельсина кожуру. — Думаю, она тебе понравится.

— Посмотрим, — ей не хотелось признаваться, что она никогда не умела дружить, особенно с девушками своего возраста. Ная всегда казалась им неуклюжей и немного странной. Они не могли найти с ней общий язык. — Если я правильно помню, ты говорил, что она из Харпера?

— Да.

— Ей повезло сбежать, — Наю передернуло от одной лишь мысли о прежней жизни Хэлли.

— У нее пару раз были проблемы с законом. Все закончилось плохо.

— О, Менас, ты понятия не имеешь, какие там варварские законы, — ей подурнело. — По крайней мере, мне во время ареста не приходилось бояться, что меня побреют или изобьют на городской площади, — в тот же миг, как слова вылетели изо рта, она пожалела о них. Закусив губу, Ная покосилась на Менаса.

Прекратив чистить апельсин, он выпрямился и посмотрел на нее.

— Тебя арестовывали?

— Да, — глупо было отрицать. — Трижды.

— Ясно, — Менас стиснул зубы. — Полагаю, поэтому-то ты и не пришла в восторг от наручников.

— По большей части, — согласилась Ная.

— Ты должна была сказать мне.

— Когда? Как только ты надел на меня ошейник и притащил на свой военный корабль? Или когда ваши врачи задавали мне личные вопросы и тыкали меня иглами? Или, возможно, когда ты оставил меня связанной в своей темнице?

— В игровой комнате, — нахмурился он.

— Ты понял, что я имела в виду.

— Ная, за что тебя арестовывали?

— Два раза за воровство, — неохотно призналась она.

— Что ты украла?

— Еду.

— Еду?

— Я была голодна, — честно ответила Ная. — В первый раз мне было одиннадцать, во второй тринадцать.

— Ты была маленькой, — выражение его лица смягчилось. — В нашем обществе тебя никто не осудит. Надеюсь, ты извлекла урок.

— Красть так, чтобы не попадаться? Да. Разумеется, извлекла.

— На борту «Вэлианта» ты не будешь ничего красть, Ная, — поджал губы Менас, не оценив шутки. — Понятно?

— Если у меня будет еда, одежда и способ честно зарабатывать на жизнь, мне не придется красть, Менас.

— Ная, я не шучу. Я смертельно серьезен.

— Да, я уже поняла, — она положила вилку на тарелку. — Я не украла ни единой вещи с тех пор, как мне исполнилось четырнадцать.

— В таком случае, за что тебя арестовали в третий раз?

— Арест был неофициальным.

— Как это?

— Меня арестовали и три недели продержали без обвинений. Потом меня отпустили, и на том все.

— Тебя три недели удерживали без обвинений? — помрачнел Менас.

— Ну да, — Ная не понимала его удивления. — Тайная полиция не обязана соблюдать законы. Поэтому она и тайная.

— Но почему?

— Потому что она выполняет указания центрального правительства, и официально ее не существует, следовательно…

Менас покачал головой, перебив Наю.

— Нет, я спрашивал, за что тебя арестовали?

— О, — она решила, что в ее интересах предоставить ему отполированную версию правды. Ная не настолько хорошо знала Менаса, чтобы доверить ему все грязные детали своей жизни. Не он ли предложил оставить прошлое позади? — Меня подозревали в контрабанде.

— В контрабанде? — расхохотался Менас. — Тебя?

— Менас, ты меня не знаешь. Не знаешь, на что я способна и как выживала, — ощетинилась Ная. Неужели он считал ее глупой, беспомощной, маленькой девочкой?

— Значит, подозрения были верны? — прищурился он.

— Конечно. Я с десяти лет помогала вывозить с планеты людей и доставлять в Коннор и ближайшие города лекарства и прочую контрабанду.

— С десяти лет? — у него отвисла челюсть.

— Мне нужно было есть. Я осталась без родителей. Мой брат был совершенно бесполезен. Контрабанда была единственным способом заработать денег и не умереть. Я была быстрой. Умной. Подходящая работа.

— Подходящая работа? — выплюнул Менас и, подавшись вперед, ударил апельсином по столу. — Ная, ты участвовала в преступной деятельности.

— Да, Менас, я в курсе. Я была там, помнишь?

— Тебе повезло, что в те времена ты была еще ребенком.

— Почему? Потому что иначе ты бы вернул меня как преступницу?

Похоже, ее предположение ошеломило его.

— Я бы никогда не…

Ная прервала его взмахом руки.

— Не сотрясай воздух. Все это я уже слышала, и каждый раз на меня в итоге клали огромный хрен.

На этот раз Менас не исправлял ее грубые слова.

— Ты не должна была оказываться в такой ситуации, — раздраженно заметил он. — Кто-нибудь обязан был за тобой присматривать.

— И кто же? — глумливо спросила Ная. — Мертвый отец? Брат-неудачник?

— А что насчет матери?

— Что насчет нее? — напряглась она.

— Где была она все это время?

— Далеко от меня, — Ная встала из-за стола и собрала грязные тарелки. — Когда мне было шесть, она сбежала с торговцем из Джеско.

— Она тебя оставила?

— Мне стоило поумнеть и понять, что мать стала первой в очереди, — Ная поморгала, сдерживая слезы, грозившие политься рекой.

— Твой брат?

— Шесть лет назад он сбежал на грузовом судне в колонии, — она забрала у Менаса пустой стакан.

— Но ты была еще подростком, — сказал он в явном замешательстве.

— Что я могу сказать, Менас? — направляясь на кухню, Ная чувствовала на себе его взгляд. — Наверное, я не та, за кого стоит бороться.

— Сейчас же положи тарелки и иди сюда.

Наю потряс его сердитый тон. Немедленно послушавшись, она поставила грязную посуду на ближайшую столешницу. Как только Ная повернулась к Менасу, он встал со стула. При виде его каменного лица, у нее в груди разлился страх. Судорожно сглотнув, она пошла обратно к столу.

Менас схватил ее за талию и притянул к себе. Попятившись, он развернул стул и, опустившись на него, усадил Наю на себя верхом. Его ловкие пальцы, доставившие ей огромное удовольствие, ухватили ее за затылок и запутались в волосах. Боль в бледных зеленых глазах Менаса ошеломляла.

— Ная, — решительно заявил он, — за тебя стоит бороться.

— Ч…что? — едва сумела выдавить она.

— За тебя стоит бороться, — столь же твердо повторил Менас. — Те люди? Твои родные? Они тебя бросили, но я не брошу никогда.

Он казался честным и искренним. Еще ни разу в жизни Ная не хотела поверить мужчине так сильно. Она открыла рот, но Менас покачал головой и прижал пальцы к ее губам.

— Знаю, что ты скажешь, но я — не они, — он словно искал подходящие слова. — Ты хоть представляешь, как много для меня значишь? Через что я прошел, чтобы получить тебя?

Ухватив свою майку за подол, Менас поднял ее, демонстрирую правую половину тела. Ная ясно увидела татуировки, на которые обратила внимание ранее.

— Каждая отметка — напоминание об аде, через который я прошел. Они рассказывают историю моих сражений, — Менас коснулся левой, не татуированной половины тела. — Но здесь? Здесь я напишу нашу историю. Очень скоро на мне будет твое имя, — он коснулся места чуть выше сердца.

Осознание было шокирующим. Менас хотел написать ее имя над сердцем, потому что она была для него важнее всего на свете.

— Когда у нас появятся дети, их имена появятся рядом с твоим. Вот что ты для меня значишь, — он погладил ее по щеке. — Теперь понимаешь?

— Да, — глубина его преданности пугала и согревала Наю. Никто никогда не говорил ей подобных слов. Если какому-то мужчине и хватило бы смелости исполнить серьезное обещание, так это Менасу.

— Я понимаю, что ты мне не веришь, — он с печальной улыбкой погладил Наю по скуле. — По крайней мере, не до конца, — Менас нежно поцеловал ее. — Ничего страшного, милая. Теперь я знаю, чему противостою, и готов постараться, чтобы убедить тебя.

Ная не знала, что сказать. Потянувшись к очищенному апельсину, Менас отделил от него сочную дольку и провел ею по губам Наи.

— Съешь свой десерт, чтобы я потом съел свой.

Она не могла не уловить в его словах сексуальный подтекст и с радостью взяла дольку в рот. Прожевав вкуснейший апельсин, Ная почувствовала в животе первые намеки на предвкушение.

Теперь у нее в голове крутилась лишь одна мысль: «Я могу к этому привыкнуть»

Глава 7

Менасу нравилось смотреть, как спит Ная. С расслабленным лицом и легкой улыбкой на губах. Неудивительно, учитывая, сколько наслаждения он доставил ей после того, как она доела апельсин. Черт, Менас и сам улыбался, засыпая с нею в своих руках.

Он осмотрел ее полные губы и темные волосы. Из плафонов над кроватью полились первые тусклые лучи искусственного света. Харкосы давно научились подолгу жить в космосе, обманывая организм с помощью специальных ультрафиолетовых ламп на таймере, имитировавших ежедневный солнечный цикл. Принимая много витаминов и постоянно тренируясь, солдаты проводили на космических кораблях много лет кряду без каких-либо побочных эффектов.

Менас гадал, как воспримет Ная новый образ жизни. Хэлли адаптировалась тяжело. Вишес по мере возможности посылал ее к сестре в колонии, чтобы дать ей несколько дней на твердой почве. Если бы Нае понадобились перерывы, Менас тоже придумал бы что-нибудь. На его счету ожидали своего часа годы отпускных дней.

Он провел кончиком пальца по ключице Наи к горлу и вниз, между грудями. Менас все еще беспокоился из-за их разговора накануне. Детские преступления жены тревожили его меньше всего. Женщины Каликса стояли перед ужасным выбором. Ная выживала так, как считала нужным. Менас никогда не стал бы отыгрываться на ней за ее прошлое.

Куда больше его взволновало, что к ней отвратительно относились люди, обязанные ее защищать. Сбежавшая мать и брат, бросивший сестру ради лучшей жизни? Какой позор.

Теперь Менас понял, с чем ему придется столкнуться на пути к доверию Наи. Конечно, оно далось бы непросто, как и все поистине важное. Но она того стоила. Просто нужно было заставить ее увидеть в себе женщину, достойную счастья, любви и безопасности. Если бы ценой стал его последний вздох, так тому и быть.

Вспомнив, что обещал повременить с появлением детей, Менас осторожно выскользнул из постели. К его удивлению, Ная потянулась к нему. Он гладил ее по руке, пока она не вернулась ко сну, и с улыбкой направился в ванную, где занялся обычными утренними делами. Перед возвращением в спальню Менас нашел в одном из шкафов аптечку и достал термометр.

Сев на постель, он включил прибор. Перед сном Ная пояснила, что ей утрами нужно замерять температуру в одно и то же время после как минимум четырех часов сна. Учитывая распорядок Менаса, она просыпалась бы каждый день одинаково.

Менас прижал округлый наконечник термометра к ее виску. Моментально проснувшись, Ная в ужасе схватила его за запястье так сильно, что наверняка оставила синяки.

— Убери это от меня!

Термометр просигналил, и Менас осторожно отодвинул его от ее головы.

— Спокойно, Ная. Это просто градусник.

— Черта с два! — с дикими глазами Ная оттолкнула его руку и села. Она потерла место, к которому он прикладывал термометр. — Что ты со мной сделал? Ввел какой-то препарат?

Непонимание Наи повеселило бы Менаса, не будь оно вызвано приступом паранойи.

— Смотри, — он всунул прибор ей в руки. — Он просто измеряет температуру. Нужно прижать его ко лбу или к виску, и через три секунды он покажет результат.

Взяв устройство, Ная изучила его и провела кончиком пальца сначала по датчику, затем по цифровому дисплею. Она судорожно сглотнула и покраснела. Заметно смутившись, Ная избегала взгляда Менаса.

— Извини.

— Эй, — нежно окликнул он и слегка приподнял ей голову за подбородок. — Все в порядке. Мне стоило сначала тебя разбудить. Представить не могу свой испуг, если бы женщина, знакомая мне меньше суток, прижала нечто странное к моей голове.

— Наверное.

— Давай просто начнем новый день, хорошо? — Менас подался вперед и поцеловал Наю в губы. — Доброе утро, милая.

— Доброе утро, Менас, — засияла она.

— Улыбнись мне, — прошептал он и погладил костяшками ее щеку.

— Что? — Ная нервно рассмеялась, но не смогла сдержать ошеломленную улыбку, слегка приподнявшую уголки ее губ. — Зачем?

— Потому что мне нравится, как ты улыбаешься, — Менас поцеловал ее в лоб.

Не дав ей задать еще больше вопросов, он завладел ее ртом в поцелуе, становившемся более и более страстным. Утрами Менас возбуждался быстрее всего и теперь, с теплым мягким телом Наи в руках, не мог думать ни о чем, кроме обладания ею.

Он повалил ее на спину и закинул ногу ей на бедра. Прижав Наю к постели, Менас привстал на колени, опираясь на руки по обеим сторонам от ее головы. Она внимательно и с опаской наблюдала за ним. Потершись носом о ее горло, он прикусил чувствительную кожу.

— Расслабься, Ная.

— Иногда это сложно, — призналась она, затаив дыхание. — Я знаю, что ты не сделаешь мне больно, но все равно огромен. Я всю жизнь старалась избегать больших страшных мужчин.

Менас не мог винить ее за инстинктивную реакцию. Не желая доставлять Нае неудобства, он приподнялся и попытался отодвинуться. К изумлению Менаса, она обхватила его ногами и покачала головой.

— Останься так.

— Ты уверена?

— Да. Мне нравится, — призналась Ная, закусив нижнюю губу.

Вот он, первый шаг.

— Но также вызывает внутреннее противоречие?

— Я боюсь своей беспомощности, — кивнула она. — И хочу контролировать ситуацию.

Менас погладил ее грудь и провел большим пальцем по соску. Темный коричневатый пик напрягся от его прикосновения.

— Ная, ты чудесно реагируешь на подчинение.

— Знаю, — она не выглядела обрадованной.

Он поцеловал ее шею и прикусил мочку уха. От блаженного стона, сорвавшегося с губ Наи, у него дрогнул член. Она погладила бока Менаса, воспламеняя его кожу.

— Я дал тебе стоп-слово, помнишь?

— «Синий», — замерла Ная.

— Да, — он пристально посмотрел на нее сверху вниз. — У тебя есть власть остановить меня, Ная. Даже если ты привязана к кровати и твои ноги подвешены, контроль над ситуацией именно в твоих руках.

— А мы могли бы? — в ее глазах вспыхнул интерес.

— Ты хочешь, чтобы я привязал тебя к кровати? — Менас склонил голову набок.

— Да.

— Ты уверена? — хотел бы он согласиться, но боялся последствий, если она вдруг засомневается.

— Ты ведь сказал, что я контролирую ситуацию? Когда станет слишком, я воспользуюсь стоп-словом.

— До него не дойдет, — кивнул Менас. — Если я увижу, что ты по-настоящему испугалась, сразу же тебя отвяжу.

— Знаю, что отвяжешь, — Ная нежно улыбнулась ему. Она не произнесла слова «доверие», но все было впереди. Она верила, что Менас не причинит ей боли. Верила, что он будет благороден и не нарушит правил. С оглядкой на ее историю, огромный шаг в их отношениях.

Менас глубоко поцеловал Наю.

— Жди здесь. Мне нужно кое-что принести.

— Гм, а можно мне сначала сходить в туалет?

— Прости, — спешно извинился он. — Мне не стоило запрыгивать на тебя сразу же после пробуждения, просто ты слишком соблазнительна.

— Что ж, с такими извинениями девушка может простить своего большого сексуального небесного воина за то, что вынудил ее проситься на горшок, — рассмеялась Ная.

— Что-что? — Менас хмуро посмотрел на нее, спрыгнувшую на пол и поспешившую в ванную.

Коснувшись рамы, Ная открыла дверь. Обернувшаяся через плечо, она являла собой воплощение эротических фантазий. Голые ягодицы и улыбка на губах — предмет мечтаний.

— Ты не проводил много времени с малышами.

— На борту «Вэлианта» мало детей, — покачал головой Менас. — Мы только начали обучающую программу для пяти и шестилеток. Как я понимаю, в школу дети идут с семи.

— Когда у тебя появится несколько избалованных маленьких Менасов, бегающих по квартире и сводящих с ума громкими воплями и дикими выходками, ты поймешь смысл моей фразы.

Ная скрылась за дверью ванной, оставив Менаса размышлять о более чем реальных перспективах. Он представил себе ребенка со смуглой кожей медового оттенка, темными волосами и светлыми глазами. Мысль о том, чтобы однажды по возвращению домой услышать голоса жены и детей, вызвала у Менаса отчаянную тоску.

Он так долго сражался, уберегая жизненный уклад харкосов от Отщепенцев, пытавшихся разрушить все хорошее и правильное в их обществе. Менас шел в бой и был готов умереть, спасая мужчин, боровшихся с ним плечом к плечу. Захват и Ная дали ему шанс обрести нечто значимее — семью. Свою собственную семью.

Воодушевленный желанием выстроить прочные доверительные отношения с пойманной молодой женщиной, он встал с кровати и прошел к смежной игровой комнате. Менас быстро выбрал вещи, необходимые для задуманной им чувственной пытки.

По возвращению он обнаружил, что Ная уже сидела на коленях по центру кровати. Кончики ее волос были влажными. Она быстро приняла душ? От нее волнами исходили тревога и волнение. Ная кусала нижнюю губу и комкала простыни. Конечно, приказ расслабиться не возымел бы эффекта. Менас знал, что чем скорее она будет связанной во власти его рта и рук, тем лучше.

— Ляг на спину, — приказал он и бросил на постель охапку игрушек.

Ная с любопытством осмотрела принесенные предметы и указала на тонкую короткую анальную пробку, выбранную им по прихоти.

— Я хочу знать, что это за чертовщина?

— Скорее всего, нет, — ответил Менас с дразнящей улыбкой.

К ее чести, она не отказалась хотя бы опробовать анальную пробку. Ная выполнила приказ Менаса и подняла руки над головой. Он понадеялся, что со временем она научится доверять ему и не будет такой напряженной. На данный момент Менас был готов закрыть глаза на ее страх. После тяжелой жизни в Конноре он не ожидал от Наи иного.

Менас достал мягкие кожаные крепления, скрытые между матрасом и изголовьем.

— Здесь у вас все кровати такие? — округлила она глаза.

— Да, — рассмеялся он. — Крепления на каркасе позволяют пристегивать к ним цепи.

Некоторое время Ная молчала.

— Где еще в доме мне стоит опасаться, что ты достанешь цепи и наручники? Я имею в виду, обеденный стол — это просто стол, да? А не какая-нибудь мебель для сексуальных игр?

— Стол — это просто стол, — фыркнул Менас. Он не стал говорить, что даже простой стол может послужить прекрасной опорой для неожиданной жесткой любви. Умело сковав запястья Наи, Менас пристегнул цепочки к кольцу на изголовье. Он отрегулировал натяжение, чтобы она не смогла дернуть руками и повредить плечи или запястья.

Менас еще раз проверил манжеты. Вишес был прав, заказав уменьшенные наручники. Они появились в магазине вскоре после захвата Хэлли. Новая версия была дороже, зато идеально подошла для тонких запястий Наи.

Менас провел кончиками пальцев по внутренней стороне ее рук. Она задрожала и попыталась свести колени, но в итоге лишь сжала его бедра. Спускаясь вниз по телу Наи, он продолжал мучить ее щекотливыми поглаживаниями и легкими поцелуями. Ее напряженные соски и участившееся сказали все, что Менас хотел знать.

Касаясь Наи, он уловил свежий аромат цитрусового мыла, купленного им специально для нее. Готовясь к утреннему свиданию, она не только почистила зубы. Менаса заинтересовали причины ее действий. Может, за ними стояло очередное культурное различие? По слухам, женщины с Каликса щепетильно относились к гигиене. Неудивительно, учитывая отношение к женскому телу некоторых мужчин их расы.

И хоть Менас даже после жаркой ночи без малейших колебаний занялся бы любовью со своей женщиной, Ная определенно чувствовала себя комфортнее чистой. Он решил завтра утром искупаться вместе с ней. При мысли о том, что можно будет водить намыленными руками по ее мокрому телу, у него заныли яйца.

Но здесь и сейчас Ная была перед ним, привязанная к кровати, жаждущая и готовая. Взяв ее лодыжки, Менас заковал их во вторую пару креплений. Он пристегнул к кольцам цепочки, свисавшие с каждой манжеты.

— Как ты себя чувствуешь? — Менас осмотрел ремни и убедился, что Нае не придется удерживать ноги на весу.

— Уязвимой, — призналась она.

— Хорошо, — он погладил ее по бедру. — Расслабься, милая. Пусть крепления делают свое дело.

Ная медленно выдохнула и закрыла глаза. Сев на колени, Менас позволил себе с вожделением осмотреть ее сексуальное тело. Привязанная к кровати, она выглядела непреодолимо. Широко раздвинутые бедра манили опуститься между ними и исследовать скользкую тугую киску. Менас не мог дождаться, когда Ная начнет стонать, задыхаться и кричать его имя. Ничего не тешило его эго лучше криков женщины в муках страсти.

— Менас? — тихо и нерешительно позвала Ная. — Что теперь?

— Теперь? — он провел кончиками пальцев по внутренней стороне ее бедра. — Теперь мы поиграем.

****

Ная старалась не волноваться. Веселье в блестящих глазах Менаса было ни с чем не спутать. Когда он сковал ей руки и поднял ноги, она не могла освободиться, как бы ни вырывалась и ни ерзала. Менас блуждал обжигающим взглядом по всему ее голому телу и смотрел на нее, как на самую ослепительную красавицу во всей вселенной. Еще никогда и ни с кем Ная не чувствовала себя такой желанной и нужной.

Когда он провел грубой мозолистой ладонью по ее коже, она задрожала от желания. Почему-то касание большой теплой руки лишило ее самообладания. Ласки Менаса блокировали часть ее мозга, требовавшую быть жестче, храбрее и доминировать на грани грубости. Неспроста мужчины Коннора не выстраивались в очередь перед дверями Наи. В силу необходимости она старалась быть холодной и отстраненной. В глухомани малейшее проявление слабости делало человека жертвой.

Но здесь, в нежных руках Менаса Ная постепенно училась воспринимать подчинение как особый вид близости. Едва ли она позволила бы другому мужчине владеть ею. В зеленых глазах Менаса не было зла. Ная всегда гордилась умением читать людей. Обманута она была лишь однажды, но тогда ее сбили с толка сестринская привязанность и детская вера в значимость кровных уз.

Менас не был Натти. Конечно, они знали друг друга всего ничего, но одного вида этого дикого мужчины хватило, чтобы у Наи от примитивной потребности напрягался клитор. Она каждой фиброй души верила в честность Менаса, преданность и доброту. Пускай от нервозности у нее заходилось сердце, она знала, что он не собирался вредить ей. Менас считал ее драгоценным даром, который нужно защищать и лелеять. Честно говоря, защита и забота пугали Наю гораздо больше наручников и цепей.

— Менас, — прошептала она, когда он скользнул губами по ее груди.

— Ная, — с тон ей ответил Менас с явным весельем. Мгновение спустя он припал к ее соску.

Ная застонала от ощущений.

— Что ты делаешь со мной …

— Тебе нравится, — рассмеялся Менас у ее груди.

— Нравится, — признавшись вслух, она почувствовала себя еще сюрреалистичней. Разве не Ная попросила Менаса все это сделать? Связать ее и использовать? Капли чувственного эротизма хватило, чтобы она пристрастилась к любви в стиле Менаса. Конечно, он не упускал возможности показать, сколько удовольствия может доставить.

Менас проложил дорожку из поцелуев по ее животу и оказался у нее между бедер. Ная вздрогнула от прикосновения его губ к лобку. Задержав дыхание, она мысленно попросила Менаса снова ее облизать. У нее безостановочно пульсировал клитор. Менас пробудил в ней распутное сексуальное существо. Если раньше Ная была женщиной, неспособной кончить, то теперь не могла перестать кончать.

— Ах! — запрокинув голову, она сжала кулаки.

Поглаживая ее и сводя с ума, Менас кончиками пальцев раздвинул скользкие складки и вторгся в секретное место. Он несколько раз лизнул припухший комок нервов, но не акцентировал на нем внимание. Переместившись еще ниже, Менас добрался до киски.

Ная вскрикнула. Он брал ее языком и возбужденно стонал. Сильнейшие ощущения пугали, но она не могла свести бедра и заставить его остановиться. На самом деле Ная и не желала его останавливать. Как Менас сказал накануне? Иногда мы просим остановиться, но хотим продолжать? О, черт. Очевидно, тот самый случай.

Облизав два пальца, он увлажнил их и осторожно вошел ими в Наю. Она подалась ему навстречу, наслаждаясь вторжением. Медленно проникая все глубже, Менас не переставал облизывать клитор. Ная натянул цепи и, приподняв голову, посмотрела вниз. От вида огромного сильного мужчины у себя между ног она оказалась на самом краю.

«Мой», — настигла ее мысль в момент кульминации.

Если Ная принадлежала Менасу, значит, и он принадлежал ей.

— Менас! — постанывая и вскрикивая, она покачивалась на волнах экстаза.

Застонав с клитором во рту, он принялся сосать сильнее. Приподняв бедра над постелью, Ная кричала его имя. Менас изогнул пальцы в ее теле, потирая место, от прикосновения к которому у нее поджимались пальцы ног. Он словно обезумел, посасывая маленький комок плоти и теребя его языком, пока Ная снова не взорвалась от счастья.

— Менас! Да! Да!

Потом он облизывал ее уже неспешно, спуская с высот экстаза. Но она знала, что Менас еще не закончил с ней. Ослабевшая от удовольствия, она обмякла на постели. Он высвободил из нее пальцы. Очертив ими клитор, Менас скользнул вниз и еще ниже.

У Наи в горле застыл вдох, и она сжала ягодицы.

— Что ты делаешь?

— Стимулирую твои эрогенные зоны, — легко ответил Менас. — Как ощущения?

— Странные, — от прикосновения к заднему проходу Ная округлила глаза. Было по-прежнему странно, но также и…приятно? Внимание к запретному месту показалось ей неестественным, и она откинула голову на постель.

— Твое тело — сокровищница эрогенных зон. Не только очевидных, — Менас несколько раз лизнул клитор. — Здесь еще одна эрогенная зона, — он надавил пальцем на задний проход — В ней полно нервных окончаний. Стимуляция тебе понравится, — с уверенностью заявил Менас.

— Какая еще стимуляция? — спросила Ная дрожащим голосом.

— Пальцами, игрушками, — сообщил он, — когда-нибудь, возможно, даже моим членом.

— Нет, Менас, — ахнула она, качая головой. — Ты большой. Слишком.

— Спокойно, милая, — он поднял голову и успокаивающе посмотрел на Наю. — В тебя еще рано проникать таким образом. Может, ты никогда не будешь готова, и в этом нет ничего страшного, — поцеловав ее в бедро, Менас добавил: — Давай не будем сразу отвергать такой вариант. Нет никаких причин не попробовать.

Ная вспомнила, как испугалась зажимов для сосков. Сначала они давили, но как только Менас сосредоточился на клиторе, доставили сильнейшее удовольствие. Он оказался прав. Возможно, Менас не ошибался и сейчас. В конце концов, именно он был экспертом в их сексуальной жизни.

— Ная, у тебя есть стоп-слово. Произнеси его.

— Сейчас? — хмуро посмотрела на него она. — Но я еще не готова.

— Иначе я дотронусь до тебя вот здесь, — Менас снова опустил палец между ее ягодиц. — Я вставлю в тебя небольшую пробку. Если тебе не понравился, станет больно или ты просто захочешь остановиться, скажешь «синий».

Напомнив, кто контролировал ситуацию, он помог Нае встретиться лицом к лицу с неизвестным. Менас потянулся к кучке вещей из игровой комнаты. Взяв тюбик, он открутил крышку и выдавил себе на пальцы немного прозрачного геля.

— Смазка.

— О.

— А это анальная пробка, — Менас взял черную штуку, на которую Ная обратила внимание ранее. — Очень тонкая и короткая. А еще она вибрирует.

Ная никак не могла осознать, что странный предмет окажется внутри нее. К тому же ее смутил комментарий о вибрации.

— Вибрирует? Зачем?

— Скоро узнаешь, — рассмеялся Менас.

Раздраженная его загадками, она опустилась обратно на простыни, и он снова устроился у нее между бедер. Менас нанес прозрачную холодную смазку на ее задний проход и вновь облизал клитор. Весь этот разговор погасил возбуждение Наи, но сильные движения языка вернули его на прежний уровень.

Вздохнув, она просто наслаждалась, но лишь пока Менас, наконец, не попытался проникнуть хорошо смазанным пальцем в ее девственный зад. Ная зашипела и напряглась. Он пососал клитор, отвлекая ее от продвижения внутрь. Она чувствовала жар внизу живота и приближение первой волны оргазма.

Ослабив напор, Менас слегка прикасался к клитору, избегая ритма и нажима, способного привести ее к разрядке. Зато он двигался внутрь и наружу у Наи в заднем проходе. Она расстроено застонала, но Менас так и не дал ей желаемого…пока что.

Второй скользкий палец присоединился к первому, и она резко выдохнула от наполненности. Менас снова лизнул клитор, ослабляя дискомфорт от движения в запретном отверстии. Теперь при скольжении вперед-назад он немного раздвигал пальцы. Даже не имея опыта, Ная поняла, что Менас ее к чему-то готовил.

И его утверждение о нервных окончаниях подтвердилось. Она подрагивала от жажды. Казалось невероятным, но его пальцы обостряли импульсы от каждого поглаживания языка. Напряженный клитор ныл, но Менас не собирался доводить Наю до оргазма. Очевидно, этому засранцу нравилось удерживать ее на грани.

Он высвободил пальцы из ее тела и оторвался от клитора.

— Менас, пожалуйста, — она отчаянно качнула бедрами. — Я хочу кончить.

— Терпение, милая, — убедил он. — В конце оно окупится.

Она не видела, что делал Менас, но несколько секунд спустя к ее заднему проходу прижался округлый скользкий конец пробки. Ная непроизвольно напрягла руки и ноги.

— Нет, — приказал Менас твердо и вместе с тем нежно. — Расслабься. Она не больше пальцев, доставивших тебе столько удовольствия.

— Я пытаюсь, — закусив нижнюю губу, Ная задышала медленней.

Менас не заставлял ее принять маленькую игрушку. Он лишь немного надавливал и терпеливо ждал. Пробка проникала внутрь со скоростью улитки. Но Менас не ошибся. Она была не длиннее и не шире его пальцев. Лишь прохладной и ощущавшейся невероятно странно.

— Все хорошо? — он погладил Наю по бедру.

— Да.

— Непривычно? — Менас открыл небольшую упаковку и влажной салфеткой стер с пальцев остатки смазки.

— Да.

— Тебе будет очень-очень хорошо, — склонившись, он поцеловал Наю в губы.

— Обещаешь? — выгнула бровь она.

— Разве я хоть раз тебя подводил?

— Нет, — быстро и легко ответила Ная.

Тогда Менас поцеловал ее уже долго и крепко.

— Приготовься немного встряхнуться, милая.

В устах кого-то другого она сочла бы предупреждение глупой шуткой, но он подразумевал именно то, что сказал. У нее напрягся живот, стоило Менасу привстать на колени и опустить руку ей между ног. Он коснулся основания игрушки, втиснутой в ее зад. Секунду спустя Ная почувствовала вибрацию. Ахнув, она испуганно приподняла бедра.

— Какого черта?

— Ты спрашивала, зачем пробке вибрировать, — Менас потер ее клитор. — Вот зачем.

Глубоко внутри нее зародилась восхитительная дрожь. Менас тем временем тер средоточие нервов и наглаживал груди Наи. Сжав чувствительную округлость, он ущипнул сосок. Ная зашипела от кратного дискомфорта, но не просила Менаса остановиться. Вспышка боли от щипка послала импульс прямо к клитору. Крошечное средоточие нервов дрогнуло. Ная опасалась умереть от наслаждения, когда Менас наконец-то позволит ей кончить.

Он погладил член по всей длине, и Ная ахнула от вида большой ладони, скользившей по каменно твердому стволу. Охваченная потребностью заполучить его внутрь, она опять качнула бедрами и поджала пальцы ног.

— Пожалуйста, Менас. Ты мне нужен.

У него начали раздуваться ноздри, и в его бледных глазах вспыхнула жажда. Он придвинулся к Нае и прижал твердый член к киске. От соприкосновения кожей к коже она задышала тяжелее и снова качнула бедрами.

— Я хочу тебя.

— Повтори, Ная, — Менас на секунду зажмурился.

— Я хочу тебя. Ты мне нужен, — сказала она и не только затем, чтобы его порадовать. Ная имела в виду каждое слово. Она хотела этого мужчину. Нуждалась в нем. — Пожалуйста…

Опершись руками на матрас по бокам от ее плеч, Менас навис над ней.

— Для тебя это может быть чересчур. Скажи мне, если станет слишком.

— Скажу, — пообещала Ная. — Но поспеши. Засунь в меня член.

Грязный приказ вызвал у него стон. Схватив член, Менас потер налитой головкой влажные складки. Когда он надавил на клитор, Ная застонала от желания. Вибрация игрушки в заду изводила ее.

Наконец, Менас начал проникать в Наю с болезненной медлительностью, заполняя до предела. Растяжение от члена и пробки стало почти невыносимым. Ная вскрикнула. Замерев, Менас склонился и, потершись носом о ее щеку, нежно поцеловал в губы.

Тогда он ухватился за ее ошейник.

От проявления его власти и собственничества у нее сжалась киска.

— Посмотри на меня.

Глядя в светло-зеленые глаза, Ная совершенно забылась.

— Менас, я…

Он перебил ее поцелуем.

— Ты сможешь меня принять, — в подтверждение своих слов он вошел еще на пару сантиметров и почти полностью вышел.

От скольжения огромного члена Ная застонала. У нее напряглись соски, и она выгнула спину. Менас тут же припал губами к ее обнажившемуся горлу. Он покусывал и лизал, двигаясь в истекающей киске. Просунув руку между телами, Менас нащупал клитор. Несколько движений большого пальца, и Ная сорвалась с края.

— Менас! — выкрикнув его имя, она дико заметалась на постели. Оргазм вышиб весь воздух у нее из легких. Из ее сердцевины исходило чистое блаженство, охватывавшее от макушки до пят.

Все еще сжимая ошейник, Менас начал брать Наю, будто дикий зверь. Он буквально вбивался в нее. Маленькая пробка в ее заду вибрировала, добавляя оттенков к острым эротическим переживаниям. Их хватило, чтобы снова толкнуть ее к оргазму.

Наконец, вынырнув из глубоких вод экстаза, Ная практически зарыдала и взмолилась о милосердии.

— Менас, я больше не могу. О! Пожалуйста. Пожалуйста!

Прижавшись губами к ее уху, он ворвался в нее в последний раз. От силы толчка она сдвинулась вверх по кровати.

— Ная, — ее имя сорвалось с губ Менаса вместе со стоном.

Она чувствовала, как внутри нее содрогался член. Теплота семени облегчила жжение после грубого секса. Ослабев от наслаждения, Ная подрагивала с Менасом в унисон. Она спрятала лицо в изгибе его шеи и вдохнула пряный аромат. Закрыв глаза, Ная попыталась запомнить, каково это — чувствовать тяжесть и жар мужского тела. Ей хотелось, чтобы этот миг близости не заканчивался никогда.

С некоторой неохотой Менас осторожно вышел из Наи и извлек пробку. Оставив ее связанной, он направился в ванную. Ная же любовалась его подтянутыми ягодицами и мускулистыми бедрами. Когда Менас вернулся с влажной губкой и полотенцем, она не могла сдержать глупой улыбки. Казалось невероятным, что он умудрялся быть таким милым, властным и грубым одновременно.

— Что? — спросил Менас, закончив обтирать и отвязывать Наю.

— Поверить не могу, что ты настоящий.

— Как это понимать? — он подозрительно посмотрел на нее.

— Ты слишком хороший, чтобы быть реальным, — она повела затекшими плечами.

— Уверяю тебя, я не идеален, — Менас опустился на кровать рядом с ней и привалился к спинке. Схватив Наю за талию, он притянул ее к себе и начал сильными пальцами разминать ей плечи и шею. — Я такой же несовершенный, как и любой другой человек.

— Пока что я не замечала недостатков.

— Дай мне время, — тихо рассмеялся Менас и поцеловал ее в макушку. — Не сомневайся, очень скоро я расстрою тебя или разочарую.

Ная в ответ лишь хмыкнула и откинулась на его широкую грудь. От массажа ее начало клонить в сон.

— Как ты себя чувствуешь? Запястья и лодыжки не болят? Что насчет заднего отверстия?

Даже после грубого секса она все равно покраснела из-за неловкого вопроса.

— Все в порядке.

— Правда? Если что-то не так, я должен знать.

— Немного бо-бо, но ничего серьезного, — ответила Ная, поняв, что Менас не отстанет так просто.

— Бо-бо? — он казался удивленным.

— Что? Выражение такое.

— Очень в этом сомневаюсь. Его нет в моем…

Тишину спальни разорвал громкий пронзительный вой. Перепугавшись, Ная запрыгнула Менасу на колени.

— Всего лишь сирена, — он утешительно обнял ее.

Она никогда еще не слышала такого громкого и устрашающего звука.

— Сирена? Но почему?

— Сигнал всем покинуть судно, — спокойно пояснил Менас.

— Как так? — сердце у нее в груди подскочило к горлу.

— Милая, — нежно продолжил Менас, — это всего лишь очередная учебная эвакуация. Мы их проводим несколько раз в месяц.

Вой стих, но тишина не продлилась долго. С потолка раздался командный голос.

— Всем внимание. Всем внимание. Учебная тревога. Пройдите к ближайшей точке эвакуации.

Сообщение начало проигрываться по кругу. Передвинув Наю в своих руках, Менас погладил ее по бедру.

— Нам нужно идти.

Она поерзала и поднялась с кровати. Подрагивая от всплеска адреналина, Ная позволила Менасу отвести ее в гардеробную, где он выдал ей бледно-голубые штаны и рубашку. Даже укороченные, вещи подошли бы только крупной женщине на голову выше Наи и гораздо массивнее нее.

— Одежда великовата, но подойдет, пока я не отнесу твои мерки в наш магазин, — констатировал Менас, держа вещи перед ее маленьким телом.

Нае было плевать. Расправив штаны на шнуровке, она надела их. Верх наряда оказался уменьшенным вариантом нижней рубашки Менаса, выданной Нае накануне. Она не могла не заметить, как быстро он оделся. Менас натянул черные военные брюки и накинул мундир со знаками отличия, напечатанными на обоих рукавах и слева на груди. Костюм напоминал свободную версию формы, бывшей на Менасе во время Захвата.

— Моя форма, когда я не при исполнении, — пояснил он, будто прочитав мысли Наи.

Она осмотрела гардеробную. Казалось, комнатка была забита разными версиями одной и той же одежды. Изучив свой уродливый наряд, Ная задалась вопросом, будет ли выбор ее вещей столь же ограничен.

— Пойдем, — Менас быстро обулся и, схватив Наю за руку, взглянул на ее босые ноги. — У нас в магазине не было размера для ваших женщин. Но я заказал. Просто не отходи от меня. Я присмотрю за твоими пальцами.

Вцепившись в его руку и вздрагивая от ужасающего воя сирены, Ная последовала за Менасом из квартиры. Конечно, она хотела осмотреть судно, но не при таких обстоятельствах. Глянув на нее сверху вниз, Менас ободряюще улыбнулся ей. Ная придвинулась к нему еще немного и шагнула через порог дома в странный новый мир.

Глава 8

Менас был рад сопровождать Наю во время ее первой учебной эвакуации. Недавно график изменили, чтобы он совпадал с Захватами и прибытием на судно молодых невест. Очевидно, инициатива Вишеса после того, как Хэлли пришлось всю свою первую эвакуацию бегать по судну в одиночку.

Даже не зная, попытается ли Ная сбежать, Менас все равно пояснил, что ей нужно следовать по красным линиям на полу к ближайшей эвакуационной зоне. Также он указал на потолочные сканеры, считывавшие перемещение ее чипа и подтверждавшие маршрут. Отчет немедленно передавался ближайшим сторожевым судам, чтобы они могли выловить спасательные капсулы.

Держа Наю за руку, Менас повел ее по коридору, быстро заполнявшемуся людьми.

— Что будет, если я не смогу добраться до одной из капсул?

Он не хотел ей врать.

— Система безопасности «Вэлианта» спроектирована так, что блокирует все отсеки, ставящие под угрозу целостность корпуса. У нас есть аварийные системы жизнеобеспечения вроде этой, — он указал на красный ящик с кислородной маской, — но их используют только в крайних случаях. При разгерметизации смерть неизбежна.

— А если мы разделимся? — Ная крепче сжала руку Менаса.

Остановившись так резко, что она на него налетела, он ухватил ее за подбородок.

— Ты пойдешь к капсуле. Поняла меня? Ты должна спастись, — желая ее успокоить, он добавил: — Если когда-нибудь на судно нападут, я, вероятно, буду при исполнении, а ты в нашей квартире. Высоки шансы, что мы оба доберемся до капсул. Как только мы спасемся, я первым делом тебя найду.

Казалось, Ная успокоилась и снова сжала его руку. Менас пошел вместе с ней к зоне эвакуации. Там он оставил Наю с другими офицерскими женами и детьми, чтобы самому пройти вперед к другим военнослужащим. По званию Менас был выше пилотов, проживавших на одном этаже с ним, поэтому был вынужден взять на себя руководство эвакуацией. Он быстро распределил офицеров по капсулам и разделил всех на группы.

Чтобы эвакуация была приближена к реальности, Менас определил Наю в группу под началом другого офицера. Она хмуро посмотрела на него, но встала в очередь и забралась в капсулу. Менас возглавил свою собственную группу, сопроводил ее внутрь и задраил люки. Как только все расселись по местам, он связался с капитанским мостиком. Быстро переговорив с начальством, Менас вычеркнул свою капсулу из списка.

Через полчаса тренировка закончилась. Он убедился, что его подопечные благополучно покинули капсулу, заблокировал средства управления и запер двери. Осмотрев толпу, Менас нашел взглядом Наю беседовавшей с другой женщиной. На обеих были белые ошейники молодых невест. Он помедлил, дав ей минутку поговорить с кем-то из ее прошлого.

Когда дамы распрощались, Ная отошла в сторону и посмотрела вслед женщине, возвращавшейся к своему мужу. Она привстала на цыпочки и окинула взглядом толпу. Помахав, Менас привлек внимание Наи и пошел к ней. В тот же миг она взяла его за руку и переплела их пальцы. От ее улыбки и привязанности у него затрепетало сердце.

— Твоя подруга?

— Не совсем, — сказала Ная и пошла с ним рядом. — Скорее, знакомая. Мы с ее матерью пересекались по деловым вопросам.

— Да? — ему было интересно послушать о ее жизни в Конноре.

— Мать Жанет заправляла небольшой городской пекарней. Иногда она приходила ко мне за краткосрочным кредитом, чтобы купить сырье, особенно когда взлетали цены на муку, масло или молоко из Харпера и Грогана.

— Почему они взлетали?

— Из-за ваших квот, — покосилась на него Ная.

— Наших квот? — Менас понял, что она подразумевала договор с харкосами.

— Была долгая засуха, закончившаяся всего три года назад, — кивнула Ная, — и в прошлом году какой-то грибок уничтожил большую часть зерновых культур. Я не занимаюсь сельским хозяйством, поэтому не знаю деталей, но у правительства в приоритете квота харкосам. А нам достаются остатки.

Из-за признания Наи Менасу стало неловко. Прежде его не интересовали тонкости договоров с другими планетами. Теперь он задался вопросом, какие сложности доставляла его раса. Неудивительно, что некоторые подконтрольные народы восстали вместе с Отщепенцами.

— К слову о еде, — сказала Ная, когда они завернули за угол. — Может, позавтракаем? Что скажешь? Я проголодалась, — она игриво улыбнулась, но Менас почувствовал болезненный укол вины.

— Да. Я покормлю тебя сразу же, как только вернемся в квартиру.

— Ты говоришь так, будто я — твой питомец, — рассмеялась Ная и потерла его руку.

— Извини.

В коридоре возле парадной двери стояли двое его знакомых. Вишес и Хэлли. Скорее всего, она не отставала от мужа, пока он не повел ее знакомиться с новой женщиной на борту.

Менас знал, что Ная тоже заметила их. Она немного споткнулась. Быстро посмотрев на нее, он подмигнул ей и повел ее к паре, вдохновившей его изменить свою жизнь.

— Ви, — усмехнулся Менас.

— Менас, — мимолетно улыбнулся Вишес.

— Ная, знакомься, генерал Вишес и его жена Хэлли, — представил Менас.

— Госпожа, — Вишес кивнул ей.

— Добро пожаловать в семью наземного корпуса, — закатила глаза Хэлли и, пройдя вперед, схватила Наю за руку. — Приятно познакомиться, Ная. Как тебе первая эвакуация?

— Не очень, — Ная ответила на рукопожатие. — От воя меня едва не хватила кондрашка.

— Когда я впервые его услышала, чуть не упала в обморок, — понимающе улыбнулась Хэлли. — К тому же я была в квартире одна, и меня только выписали из больницы. Кое-кто, — она сердито глянула на мужа, — забыл меня предупредить об учебных тревогах. К слову, о кошмарах.

Вишес с прищуром посмотрел на нее, но она лишь улыбнулась. Тогда он снова сосредоточился на Менасе и помрачнел.

— Менас, нам нужно поговорить. В главном офисе, — добавил Вишес. — Тебе лучше надеть униформу.

— Развертывание? — у Менаса по спине пробежал холодок.

— Нет, — быстрый ответ успокоил его, но когда Вишес посмотрел на Наю, тревога вернулась. — Речь о Захвате.

Схватив Наю, Менас толкнул ее к себе за спину и расправил плечи.

— Вы не заберете ее у меня.

— Ориону с его корпусом придется пройти через меня и наших людей, чтобы отнять жену у одного из моих солдат, — похлопал его по плечу Вишес.

— Адмирал Орион? — нахмурился Менас. — Какое отношение он имеет к Захвату?

— Кажется, твоя женщина ранила в лесу какого-то пилота, — Вишес опустил руку. — Нанесла ему серьезную травму, — разъяснил он, — которая, возможно, поставит крест на его карьере.

Менас повернулся к Нае, шокированной новостью. Он помнил ее неожиданное нападение, но она не причинила ему вреда. Чтобы ранить воина харкоса, требовалось что-то потяжелее ее маленького тела.

— Ты брала в лес оружие?

— Нет! — пораженно отшатнулась Ная. Судя по ее лицу и голосу, она не врала.

— Ты что-то сделала с одним из преследовавших тебя мужчин?

— Он споткнулся, — ответила Ная. — Я побежала к опасному участку в русле ручья. Парень был настолько глуп, что последовал за мной и запнулся о бревно. Я видела, как он упал, но не хотела быть пойманной и продолжила бежать, — она вскинула испуганный взгляд. — Менас, я не думала, что он получит тяжелую травму. Я лишь хотела его замедлить.

— Я тебе верю, — он погладил ее по щеке.

— Не дай им забрать меня, — прошептала Ная, придвинувшись ближе и с ужасом глядя ему в глаза. Мольба в ее голосе ранила Менаса. Наверняка Нае непросто было просить.

— Не дам. Ты моя. И никто этого не изменит.

— Ная, — тихо начала Хэлли, — не хочешь ли зайти к нам в гости, пока мужчины улаживают свои вопросы? Посидим, поболтаем. Будет здорово.

Менас был признателен Хэлли за заботу. Он не хотел оставлять Наю одну, в то время как сам шел отстаивать свои права на нее. Она так нервничала, что могла и сбежать. Хэлли заняла бы ее и никуда не пустила. Ная взглянула на Менаса, и он кивнул в знак одобрения.

— Конечно, — она улыбнулась Хэлли. — спасибо.

— Мы живем в двух этажах от вас, — Хэлли указала на лифт в конце коридора. — Я добавлю код твоего чипа к списку гостей, и ты сможешь приходить ко мне, когда пожелаешь, — она посмотрела на босые ноги Наи. — Дай-ка угадаю. В магазине не было твоего размера?

— Похоже на то, — рассмеялась Ная.

— Мы пороемся в моем шкафу и найдем что-нибудь подходящее.

Менас наблюдал за ними, пока они не вошли в лифт. Едва закрылись двери, как он стиснул зубы.

— Никто не заберет ее у меня, Ви. Мы уже провели вместе ночь. В этом плане наши законы строги.

— Менас, я имел в виду каждое слово. Даже не будь ты моим давним другом, я бы все равно встал на твою сторону. Ни один пилотик небесного корпуса не заставит моего солдата бросить свою женщину только потому, что споткнулся и упал, — Вишес рубанул рукой воздух. — Не бывать этому. Только не в мою смену.

Менас открыл дверь в свою квартиру, и Вишес последовал за ним.

— Я быстро, — спешно переодевшись в рабочую форму, Менас нашел Вишеса там же, где его и оставил. — Я готов.

— Она очень красивая, — сказал тот, когда они покинули квартиру. — И подходит тебе.

— Да.

— И не такая дикая, как мне говорили, — Вишес не мог скрыть веселья в голосе. — Поговаривают, у нее острый язык.

— После Захвата Ная подобрела, — шумно выдохнув, Менас вошел в лифт.

— Понятно.

— Что я могу сказать? — настала очередь Менаса улыбнуться. — У меня волшебные руки.

— Подожди недельку, — фыркнул Вишес. — Уверен, она снова будет угрожать надрать тебе зад. Или засунуть кляп в твою…

— Да, — перебил Менас, — не нужно повторять, — он с предельной ясностью помнил, как Ная оскорбляла его во время полета. Она уж точно не показала себя с лучшей стороны. — Думаю, она просто боялась. Нападки — ее защитная реакция.

— А теперь она не боится?

— Я учу ее доверять мне, — покачал головой Менас.

— Умно, — согласился Вишес. — Продвигайся постепенно. Вам некуда спешить.

Менас решил, что не было другого человека, кому он мог поведать о кое-какой проблеме в браке.

— Ная хочет отложить появление первого ребенка.

— Ясно, — удивленно посмотрел на него Вишес.

— У нас будут проблемы?

— Если через шесть месяцев Ная не забеременеет, вас в обязательном порядке заставят пройти проверку репродуктивного здоровья.

— Серьезно? — шокировано округлил глаза Менас.

— Написано мелким шрифтом в договоре Захвата, — раздраженно пояснил Вишес. — Я бы не узнал, если бы Хэлли…

— Мне жаль, Ви, — Менас уловил в голосе друга страдание. — Я не хотел затрагивать больную тему.

— Все в порядке, — Вишес медленно выдохнул. — Мне плевать, даже если Хэлли родит первого ребенка через десять лет, но на нее давят проклятые законы о популяции. Совершенно неуместно. Она чувствует себя неудачницей. Ей плохо, а из-за своей беспомощности неудачником чувствую себя уже я.

За все годы знакомства Менас впервые слышал, чтобы Вишес говорил так эмоционально.

— Я не знаю, что сказать, — сказал Менас.

— А что тут скажешь? — легко ответил Вишес. — Биология — сука.

Тогда Менаса поразила другая мысль.

— Ваш брак могут расторгнуть?

— Постановление очень неопределенное, — стиснул зубы Вишес. — Но другим мужчинам угрожали.

— Значит, если Ориону удастся заставить меня отказаться от Наи…

— Возникнет опасный прецедент.

— Я не позволю никому забрать ее, — поклялся Менас. Под угрозой оказалась не только Ная, но и Хэлли с Вишесом. — Врачи могу как-нибудь помочь Хэлли?

— На следующей неделе она идет на обследование, — натянуто кивнул Вишес. — Мы надеемся.

— А если не сработает?

— Один из докторов на нашей стороне. Мы с ним обсудили вариант, который даст нам с Хэлли больше времени.

— Надеюсь, поможет.

— Поможет. Просто обязано помочь, — после минуты молчания Вишес спросил: — Почему твоя жена не хочет детей?

— Она хочет, но не сейчас. Ная с самого детства была одна. Мать и брат бросили ее, а отца убили меркорианцы, когда ей было девять. Кажется, она не умеет доверять и зависеть от другого человека. Я понимаю, почему она не хочет так быстро заводить детей.

— Значит, ты просишь, чтобы я подписал твой запрос на контрацепцию?

— А ты подпишешь? — повернулся к нему Менас.

— Конечно, — нахмурился Вишес, — как же иначе?

— Ты придерживаешься традиционных взглядов на семью. Теперь, зная, с чем вы столкнулись, я тем более не был уверен.

— Менас, мои личные проблемы не имеют к вам никакого отношения. У меня нет права осуждать другие пары. Если ты одобришь запрос Наи, я ускорю его продвижение к нужной инстанции.

— Спасибо.

— Менас, ты — не просто один из моих солдат, — отмахнулся Вишес. — Ты — мой друг. Я хочу, чтобы ты нашел такое же счастье, какое я обрел с Хэлли. Если ему поспособствует контрацепция, да будет так. Просто, Менас, не сильно надейся, что ваш запрос одобрят.

— Я и не надеюсь. Я пояснил Нае, что шансов почти нет.

— Даже если мне удастся добиться одобрения, вам дадут отсрочку всего в несколько месяцев. Проклятые законы о популяции очень строги.

Двери лифта открылись. В соответствии с рангом, Менас шел на шаг позади Вишеса. Генерал пересек главную приемную, но не пошел в свой кабинет. Вместо этого он повел Менаса к Ориону. На стульях в коридоре сидела пара медиков. Оба вскочили и отсалютовали Вишесу, он же мимоходом скомандовал им «вольно». Поднявшись из-за стола, секретарь Ориона дважды постучал в дверь, прежде чем открыть ее и объявить о визите.

Менас проследовал за Вишесом в кабинет Ориона и тут же остановил взгляд на пилоте небесного корпуса, пытавшемся предъявить права на Наю. Он видел его на «Вэлианте», но не был знаком с ним лично. Пилот сидел в инвалидном кресле с ногой в скобе. К его запястью был прикреплен катетер с трубкой, через которую поступали препараты. Менас задался вопросом, был ли парень вменяем, учитывая количество принятых болеутоляющих. Покалечен он был или нет, Менас хотел надрать ему зад за расстройство Наи.

Адмирал Орион стоял, привалившись к своему столу. Ростом с Вишеса, он был темноволосым и кареглазым — характерные черты первого поколения детей харкосов от женщин, захваченных в секторе Ангальер. Со скрещенными на груди руками Орион, казалось, был раздражен сложившейся ситуацией.

— Вишес.

— Орион.

— Менас, ты знаешь, зачем мы тебя вызвали? — вздохнул адмирал.

— Знаю, сэр, — Менас посмотрел на пилота. — Этот мужчина хочет забрать мою жену.

— Она сломала мне ногу, и теперь я никогда не вылечусь! И что мне остается? Ковылять в очередном Захвате?

— Флайр, — одернул Орион своего пилота.

— Сэр, — тот стиснул зубы, и адмирал указал на него.

— Он утверждает, что упомянутая женщина умышленно заманила его в ловушку и стала причиной серьезной травмы. Увечье не позволит ему захватить невесту и, возможно, поставит точку в его карьере.

— Этот риск берет на себя каждый мужчина, участвующий в Захвате, — возразил Вишес. — Все мы подписываем одинаковые бланки. Если твой пилот был настолько безрассуден, что последовал за женой Менаса по неизвестной местности, пускай теперь сам отвечает за последствия.

— Согласен, — ответил Орион, — но Менас может снова побежать и поймать другую невесту. Флайру же придется перенести множество операций и месяцы терапии. В итоге его отправят обратно на Прайм, и все мы знаем, как там обстоят дела с женщинами. Если из-за травмы его уволят из небесного корпуса, потенциальные невесты даже не посмотрят на него.

— Я сочувствую твоему солдату, — сказал Вишес, — но ты говоришь о том, чтобы разлучить пару после совместной ночи. На Прайме это разожгло бы кровную вражду, — Вишес резко махнул рукой. — Нет. Менас схватил женщину. Они связаны. Дело сделано.

— Ви, ты мне угрожаешь? — адмирал выглядел удивленным.

— Орион, я констатирую факт. Если попытаешься забрать у Менаса жену, весь наземный корпус поднимет восстание. Мне не стоит напоминать тебе, что мои солдаты превосходят численностью твоих три к одному.

— Я более чем осведомлен о соотношении сил на своем судне, — улыбка адмирала увяла.

— Орион, не начинай, — вздохнул Вишес. — Мы слишком долго были друзьями и соратниками, чтобы допустить такое безобразие.

— Не хочешь ли ты сказать, что у тебя есть предложение?

— Моя жена поддерживает отношения со своими друзьями на планете. Она знает нескольких женщин, отчаянно желающих улететь с Каликса, — Вишес обратился к Флайру. — Ты готов рассмотреть одну из них, как потенциальную жену?

— Есть женщины, желающие выйти замуж за харкоса? — сердитое выражение лица пилота смягчилось.

— Город, откуда я забрал Хэлли — ужасное место. У тамошних женщин нет никаких прав. Для многих из них выиграть в лотерее и участвовать в Захвате все равно, что получить билет из ада.

— Флайр, настоятельно рекомендую тебе рассмотреть предложение генерала, — посоветовал Орион. — Ты видел его жену?

— Она очень красивая, — кивнул пилот.

— Милая и скромная, — добавил Орион и неодобрительно покосился на Менаса. — Говорят, Менасу не посчастливилось захватить настоящую мегеру. Ты можешь выбрать его гарпию или хорошую нежную женщину, желающую сбежать из дома и начать новую жизнь с храбрым воином.

От его характеристики Менас ощетинился, но постарался не обращать на нее внимания. Он понимал, что Орион помогал разрешить ситуацию и отговаривал пилота продолжать требовать Наю.

— А это законно? — вопрос Флайра успокоил натянутые нервы Менаса. Пилот обдумывал предложение.

— Законно, — уверил генерал. — Договор будет рассматриваться, как заключенный брачным агентством на Прайме.

— Я не смогу спуститься за невестой на планету, — Флайр указал на раненую ногу. — Откуда мне знать, что член вашей команды не заберет ее себе?

Насущный вопрос. Учитывая неопределенные законы о правах владения, любой мужчина мог присвоить чужую невесту. После последнего Захвата на борту «Арктиса» случилась массовая драка, когда сержант наземного корпуса украл у пилота невесту и забаррикадировался с ней в своей квартире. Группе особого реагирования во главе с Райзом пришлось взорвать двери, но невеста была очарована дерзким «романтичным» жестом сержанта и отказалась возвращаться к пилоту. Сказать, что это был звездец эпических масштабов — ничего не сказать.

— Я спущусь, — предложил Менас и выдержал недоверчивый взгляд Флайра. — Я счастлив с Наей, и мне незачем претендовать на твою женщину. Я спущусь на поверхность и сопровожу к тебе невесту.

— Почему я должен тебе верить? — подозрительно сощурился пилот. — Ты можешь поклясться, что не считаешь меня врагом?

— Врагом? — усмехнулся Менас. — Мы — братья по оружию. Злит ли меня, что ты перепугал мою женщину? Да. Хочу ли я отыграться? Нет. Ты заработал право на жену и семью. Ная не хотела тебя ранить, но отчасти виновна в твоем затруднительном положении. Долги моей жены — мои долги. Я все исправлю.

— Спасибо, Менас, — напряженно кивнул Флайр.

— Итак, вопрос улажен? — Орион оттолкнулся от своего стола и выпрямился. — Больше никаких разговоров о кровной вражде и избиениях в столовой?

— Думаю, нам удалось предотвратить катастрофу, — улыбнулся Вишес.

— Вот и славно, — Орион похлопал его по спине и тихо сказал Менасу: — Когда я назвал твою жену гарпией, не то имел в виду.

— Я понимаю, сэр, — Менас пожал ему руку.

— Вишес, я предоставлю тебе во всем разобраться. Команда Райза справится?

— Да, — подтвердил Вишес.

— Я дам тебе для миссии Зефира, своего лучшего пилота-невидимку, — Орион подошел к столу и активировал систему связи. — Хантер? Вызови медиков и пошли в мой офис Зефира.

— Да, сэр.

Мгновение спустя в кабинет вошли врачи, и один из них взялся за рычаги инвалидного кресла Флайра. Второй придержал дверь. Глядя вслед изувеченному мужчине, Менас не мог не сочувствовать ему. Ная не была виновна в ужасной травме пилота. Всего лишь случайность, но для военного в расцвете сил потерять все из-за нелепости вроде покатившегося бревна? Слишком трагично, чтобы даже думать об этом.

Вишес кивком велел Менасу выйти, и тот послушался. Уходя, он слышал позади себя голос Ориона.

— На Каликсе много женщин, желающих выйти замуж и улететь?

— Много. Почему ты спрашиваешь? Хочешь жениться? Я могу устроить тебе встречу.

— Нет, не хочу, — быстро ответил адмирал с нервным смехом. — Я спрашивал для своих солдат. Некоторым хватает баллов для участия в Захвате, но у них недостаточно высокое звание, чтобы ежеквартально вносить свои имена в список участников. На борту «Вэлианта» слишком много мужчин, за плечами которых годы самоотверженной службы, особенно в наземном корпусе, и у младших пилотов не остается шансов…

Остальную часть разговора Менас не слушал. Мысль адмирала была интересной. Внося свое имя в список, Менас занял место пилота ниже по званию. В то время ему было плевать. В конце концов, он заработал право на жену, но теперь задумался, не лучше ли поискать согласных невест? По словам Вишеса, многие женщины на Каликсе хотели выйти замуж, так почему не предоставить им доступ к брачному агентству, как делали на Прайме?

— Что ж, все прошло куда лучше, чем я ожидал, — пробормотал Вишес, вернувшись к Менасу. — Похоже, Хэлли снова и снова спасает мою задницу. Господь свидетель, она не даст мне об этом забыть.

— Представить себе не могу, чтобы милая Хэлли повышала голос, — фыркнул Менас.

— А ты не сильно смейся, Менас, — предупреждающе посмотрел на него Вишес. — Мы с тобой только что совершили огромную тактическую ошибку.

— Какую же?

— Оставили наших жен наедине.

Глава 9

— Не волнуйся, Ная. Вишес заступится за вас с Менасом.

Посмотрев на Хэлли, Ная вышла из лифта в частный коридор. Она так боялась разлучиться с Менасом, что все у нее внутри завязывалось узлом. Он заботился о ней и защищал ее. Ная не могла сказать того же о других мужчинах на борту.

— Ты кажешься очень уверенной в своем муже.

— С Вишесом лучше не связываться, — прижав подушечку большого пальца к красному экрану, Хэлли открыла парадную дверь. — Когда он отдает приказ, все беспрекословно исполняют.

Интересно, была ли Хэлли в числе всех? Ная подозревала, что дома низкая смелая женщина отдавала приказы, и это Вишес беспрекословно их исполнял.

Стоило Нае шагнуть через порог, как у нее отвисла челюсть. Квартира очень напоминала жилище Менаса, разве что была больше. Но ошеломлял не простор, а домашний уют и тепло. Та же мебель и интерьер, только немного светлее, но Хэлли сделала с чистым холстом своего жилья нечто экстраординарное.

— У тебя прекрасный дом, — Ная восхитилась картиной в рамке на стене коридора. Простой рисунок с буквами «В» и «Х», украшенными двумя перьями. Было в них нечто знакомое. — Где ты ее купила?

— Сама нарисовала, — Хэлли с любовью коснулась рамки и указала на гостиную открытой планировки. — Все картины в нашем доме — мое творчество.

Пройдя дальше, Ная осмотрела ошеломительные произведения искусства.

— Ты очень талантливая.

— Спасибо.

— Ты еще и шьешь! — она пощупала одну из шикарных мягких подушек на диване. Сиреневый декор идеально дополнял серую обивку. Ная увидела на полу корзинку для шитья с накинутыми поверх нее схемами вышивки. На кресле лежала стопка детских вещей и нагрудников.

— Ты можешь заказать ткань и нитки через одежный магазин, — Хэлли убрала катушки с дивана и спрятала их в корзину. — Я кое-что заканчивала, когда началась учебная эвакуация. Моя подруга со дня на день родит.

— Ты отлично шьешь, — Ная взяла в руки маленький слюнявчик.

— Не так хорошо, как моя сестра, но тоже неплохо. А ты?

— Нет, — рассмеялась она.

— Хочешь научиться?

— Не очень, — ответила Ная, надеясь не обидеть Хэлли. Жена генерала занималась домашними делами с нескрываемым удовольствием.

— Я ценю честность, — рассмеялась Хэлли, чем удивила Наю. — Шитье не для всех. Если тебе что-то нужно, всегда можно обменяться.

— Бартер? — приободрилась Ная. — Теперь мы говорим на моем языке.

— Серьезно? — Хэлли направилась к кухне. — Хочешь пить? У меня есть чай и сок.

— Чай, если тебя не затруднит.

— Ничуть.

Ная заглянула в большую кухню. Расписная скатерть и цветы со свечами по центру стола смотрелись великолепно. Хэлли даже сшила чехлы на стулья, чтобы смягчить холодность металлической мебели.

— Почему, черт возьми, у тебя не вянут комнатные растения?

— Наш друг привез мне самые стойкие, какие только есть на Каликсе. Биолог из научного отдела продал Вишесу специальные лампы и удобрения. Я ставлю растения под лампы на несколько часов в день и подкармливаю раз в неделю. Пока все идет неплохо. Хочешь росточек?

— Ни за что, — покачала головой Ная. — Доказано, что у меня тяжелая рука.

— Я уверена, все не так уж плохо, — Хэлли проводила ее к маленькому столику на просторной кухне и, стряхнув со скатерти крошки, собрала их в ладонь. — Извини. Кажется, Вишес думает, что за ним убирают домовые эльфы.

— Он, гм, очень пугающий, — улыбнулась Ная, садясь за стол.

— Вишес не такой страшный, каким выглядит, — рассмеялась Хэлли, бросив крошки в серебристое мусорное ведро. — Ладно, соглашусь, если на то пошло, он бывает очень страшным, но не со мной и не с любой другой женщиной. Вишес рычит, только когда иначе никак.

— И часто иначе никак?

— Когда он защищает меня или своих солдат.

— Ты здесь счастлива? — Ная потерла пальцем вышитые ярко-белые цветы на скатерти.

— Очень, — подтвердила Хэлли, начав накрывать на стол к чаепитию. — Ты из Коннора, да?

— Да.

— А я вот из Харпера. Моя жизнь с Вишесом — рай по сравнению с адом, через который я прошла там.

Ная ни на секунду не усомнилась.

— Ты счастлива с Вишесом?

— Да, — быстро улыбнувшись, Хэлли повозилась с какой-то странной машиной, встроенной в стену. — Мы очень любим друг друга.

— Сложно было в начале?

Ная наблюдала, как хитроумное приспособление заработало и налило кипятка в кружки.

— Поразительно!

— У вас, скорее всего, есть такой же. Большинство служебных квартир одинаковые, — Хэлли принесла к столу поднос с кружками и сладостями. — Сахар. Молоко. Мед. Угощайся.

Налив в чашку меда, Ная перемешала чай. Хэлли открыла блестящую черную дверцу и достала покрытое блюдо.

— Сегодня я приготовила на завтрак запеканку. Хочешь?

— Не откажусь. Сработала сирена, и мы не успели поесть.

— Через неделю или две будет еще одна учебная эвакуация, но вечером, что раздражает не меньше, — разрезав запеканку, Хэлли поставила тарелку в другое странное устройство. Она нажала на кнопки, и прибор зажужжал. — Быстрый разогрев еды. В магазине продают расфасованные замороженные обеды быстрого приготовления. Я их недолюбливаю, но Вишес божится, что они вкусные.

Ная мысленно поставила себе галочку расспросить Менаса. Ей, не умеющей готовить, возможность просто поставить упаковку замороженной еды в волшебную духовку казалась самым настоящим спасением.

Устройство звякнуло, и Хэлли достала из него блюдо. Она понесла его к столу, прихватив по пути столовые приборы и салфетки. Стащив пару печенья из банки на стойке, Ная устроилась напротив Хэлли и ткнула вилкой пышную запеканку из яиц и бекона. Также она заметила на тарелке кусочки картофеля и вкрапления сыра. Стоило лишь попробовать, и стало ясно, что запеканка была такой же вкусной, как и ароматной. Значит, Хэлли шила, рисовала, содержала дом в чистоте и готовила. Хотела бы Ная возненавидеть ее, но не могла. Улыбка и нежность Хэлли обезоруживали.

— Отвечая на твой вопрос, поначалу было непросто. Вишес — типичный представитель харкосов. Следовательно, невыносимо самоуверенный, — Хэлли говорила с улыбкой, но было заметно, что далеко не всегда считала самоуверенность мужа забавной.

— Менас точно такой же. Кажется, он верит, что стоит ему сказать, и все будет так.

— Типа «со мной ты будешь счастлива», да? — со смехом закатила глаза Хэлли.

— Да! Почему они считают, что могут поймать нас в лесу, притащить на свой странный корабль и превратить в маленьких счастливых женушек?

— Традиции, — просто ответила Хэлли. — Они сотни лет брали жен с подконтрольных территорий в ритуале Захвата.

— Плохие традиции. Можешь представить, сколько теперь несчастных пар?

— Не так много, как ты думаешь, — возразила Хэлли. — По крайней мере, в нашем секторе. Наш клуб жен получил доступ к переписи с судов, участвующих в программе Захвата на Каликсе. Процент разводов меньше десяти.

— Разводов? — Ная проглотила большой кусок запеканки.

— Пункт контракта, держащийся в секрете, — понимающе улыбнулась Хэлли. — В свое время я его не увидела, но он там есть.

Даже притом, что Ная начала привязываться к Менасу, ей хотелось получить всю возможную информацию. На всякий случай.

— И как оформить развод?

— Для начала тебе следует знать, что первые тридцать дней после Захвата связь пары по закону очень слаба, — Хэлли отвечала без колебаний, и Ная зауважала ее еще больше. — Например, если ты выйдешь из квартиры без эскорта, будешь считаться утерянной собственностью. Кто бы тебя ни нашел, имеет право оставить себе.

— Что? — от шока Ная выронила вилку. — Это смешно. Я что, бумажник?

— Ужасный закон. Несколько месяцев назад нечто подобное случилось на «Арктисе».

— На «Арктисе»?

— Один из сторожевых кораблей, сопровождающих «Вэлиант». После Захвата невеста сбежала от своего мужа и попалась другому солдату. Был громкий скандал. С «Вэлианта» даже вызвали группу особого реагирования.

— Группу особого реагирования?

— Элитные бойцы, разбирающиеся с так называемыми «особыми» ситуациями. Террористические угрозы, переговоры по освобождению заложников, эскорты и прочие опасные операции.

— Ох, — Ная вздохнула с облегчением. — Я уж решила, что они вроде тайной полиции.

— Нет, мужчины в группе особого реагирования — хорошие люди и действуют открыто, — Хэлли немного помедлила. — У нас есть подразделение наподобие тайной полиции, но его называют Теневыми силами. Не думаю, что ты когда-нибудь столкнешься с ним, поэтому можешь не волноваться. В отличие от тайной полиции на Каликсе, оно не преследует гражданские лица и занимается исключительно вопросами Отщепенцев и террористов.

— Отрадно знать, — Ная вернулась к трапезе. — Мне хватило трех арестов в Конноре.

Вскинув взгляд, Хэлли печально улыбнулась.

— Можешь принять меня в свой клуб, — не успела Ная спросить, за что арестовывали Хэлли, как та выпрямилась, отодвинулась от стола и встала. — Давай я дам тебе несколько наших брошюр. На неделе пройдет собрание для новых невест, но ты можешь почитать уже сегодня.

Посмотрев ей вслед, Ная продолжила завтракать. Она не припоминала, когда в последний раз ела что-нибудь настолько вкусное. По возвращению Хэлли положила на стол стопку тонких брошюр и села.

— Здесь вся необходимая информация, чтобы тебе было легче привыкнуть к новому образу жизни. Первая книжка о планировке судна и обо всех устройствах в доме. Вторая о твоих правах на «Вэлианте» и устоях общества. Там же описана процедура развода. В синей рассказано о доступной медицинской помощи и о самых распространенных лекарствах и процедурах. В зеленой брошюре о покупках в магазине и о денежной системе. Между прочим, деньги здесь называются кредитами.

— Кредитами?

— Ты привыкнешь, — кивнула Хэлли и подняла руку, демонстрируя запястье. — Все покупки оплачиваются чипом. Он подключен к банковскому счету мужа. Деньги снимаются автоматически.

— Было бы очень удобно на Каликсе, — пробормотала Ная. — Мне бы не пришлось разыскивать кучу должников.

— У тебя был свой бизнес?

— Я владела ломбардом.

— Неужели? — Хэлли казалась впечатленной. — Ты отлично дополнишь наш клуб жен.

— Серьезно? — Ная отпила чая. — Не думаю, что хочу присоединяться к какому-то клубу.

— О, ты должна! — практически взмолилась Хэлли. — Так здорово встретить других женщин с нашей планеты. Мужчины на «Вэлианте» подавляют нас численностью. К тому же мы занимается добрыми делами.

— Например?

— Мы создали центр по выявлению бытового насилия. В следующем месяце медицинское подразделение открывает консультации для пар, нуждающихся в помощи или налаживании общения. Также мы организовали программу удаленного обучения для тех, кто хочет закончить школу. Несколько матерей создали игровую группу и даже обустроили помещение, где присматривают за детьми, чтобы каждую неделю освободить друг другу день или ночь.

Идея нянчить детей была сомнительной, но Ная одобряла консультации. И она всегда мечтала окончить школу.

— Наверное, я все же схожу на одну встречу.

— Тебе понравится. И я испеку печенье! — засияла Хэлли.

— Я в тебе не сомневаюсь, — рассмеялась Ная.

— Что я могу сказать? — обхватив кружку обеими ладонями, Хэлли откинулась на спинку стула. — Я — счастливая хозяюшка. Все мы играем определенные роли. Как знать? Вдруг ты откроешь на судне первый женский бизнес?

— Это вообще возможно? — Ная закончила завтракать и потянулась к брошюрам.

— Почему бы и нет? — пожала плечами Хэлли. — В магазине есть свободные витрины. Здесь тебе не удастся устроить ломбард. Едва ли сама концепция сработает. На судне никто не берет в долг.

— Для начала хочу сказать, что мне не очень нравилось управлять ломбардом, — призналась Ная. — Просто в те времена мне проще всего было заняться займами под залог. Суть любого бизнеса в том, чтобы найти на рынке свободную нишу.

— Например, продавать привычную бытовую утварь или одежду, которая не велика и не уродлива, словно смертный грех? — Хэлли указала на свое платье свободного кроя. — Ты бы видела, как я изворачивалась, чтобы вещи мне подошли!

— Наверняка у тебя осталась куча обрезков, — Ная осмотрела Хэлли.

— Из некоторых я сшила салфетки и декоративные подушки, остальные лежат в корзине для шитья, — Хэлли скривилась. — Вишес считает глупым хранить обрезки, но привычки есть привычки. Понимаешь?

— Прекрасно понимаю, — Ная посмотрела на брошюру, лежавшую поверх остальных. Рисунок на обложке показался ей до боли знакомым. — Кто нарисовал это?

— Я. А почему ты спрашиваешь? — Хэлли надломила печенье.

Ная пораженно вскинула взгляд к ее лицу. Что там говорил Дэнни? Художница попалась в Захвате и обрела счастье на судне. Могла ли ею оказаться Хэлли? Действительно ли она и была молодой девушкой, известной лишь как «художница»?

— Могу поспорить, тетушке Рути Фрэнсис понравились бы твои рисунки.

Хэлли напряглась, но быстро скрыла потрясение.

— Я уверена, что понравились бы.

Рути Фрэнсис. «Красное перо».

— Мы будем и дальше говорить кодовыми словами, или можно спрашивать прямо?

— Спрашивай.

— Ты состояла в «Красном пере». Подделывала паспорта.

— Да. А ты?

— Я очень хороша в контрабанде.

— Стоп! — широко распахнула глаза Хэлли. — Ты — человек Данкирка в Конноре?

— Была, — пришла очередь Наи удивиться. — Ты знаешь Дэнни?

— Буквально несколько дней назад я связывалась с ним через сестру. Он составил список женщин, решивших сбежать из Харпера. И помог моей сестре улететь в колонии. Как обстоят дела теперь? Большие очереди на вывоз?

— Пять недель назад в Городе были беспорядки. Правительство закрутило гайки.

— Беспорядки?

— Из-за нехватки продовольствия, — пояснила Ная. — Люди бежали в Коннор и Гроган. Многие грузовые суда из Джеско организовали незаконные рейсы и увезли пассажиров. Задержки на таможне в Джеско и Безопасной гавани были такими долгими, что многие иммигранты умерли в грузовом отсеке.

— Какой кошмар, — ахнула Хэлли.

— Цены на транспортировку взлетели. Суда вроде «Пастуха» перевозят людей за прежнюю плату, но им становится все сложнее. Найти спонсоров для иммигрантов почти нереально. Колонии перекрыли доступ для женщин, не добравшихся до безопасной зоны во время Захвата. Мне пришлось покупать нам с Дженни поддельные документы. Они были почти такими же хорошими, как нарисованные тобой.

— Дженни?

— Моя подруга, — у Наи от печали сдавило грудь. — Она вытянула билет в лотерее, поэтому я купила себе право на участие. Мы договорились, что сбежим вместе и попадемся вместе, если не сможем спастись.

— Она здесь, с тобой? Если хочешь, я могу позвонить в ее квартиру и устроить встречу.

— Нет, Дженни добралась до безопасной зоны, где ее ждал парень, — Ная сглотнула, подавляя горе.

— Ох, — тихо вздохнула Хэлли и, потянувшись, взяла Наю за руку. — Сочувствую.

— Спасибо, — Ная посмотрела на их сцепленные руки. Доброта Хэлли поражала.

— Знаю, сложно привыкнуть к новой жизни. Я не обещаю тебе лишь умиление и сладость. Будут и подводные камни. Скорее всего, несколько раз ты захочешь поколотить Менаса, но вы справитесь. Если вам суждено быть вместе, так оно и будет. А если нет? Ты придешь ко мне. Я удостоверюсь, что ты получишь бумаги на развод и улетишь в колонии к своей подруге.

— Ты мне поможешь? — Ная изумленно уставилась на Хэлли. — Но Менас — друг твоего мужа. Наш развод не повлияет на ваши отношения?

— С Вишесом я разберусь. Лучше побеспокойся о своем браке, — Хэлли отпустила ее руку. — Если все удастся, вы будете очень счастливы. Менас замечательный человек. Не будь он преданным и честным, Вишес не считал бы его одним из лучших друзей.

Хэлли не сказала о Менасе ничего, о чем Ная не знала.

— Он мне очень нравится. Он был со мной терпеливым и милым. И секс у нас потрясающий.

— Да, харкосы мастера соблазнения, — Хэлли густо покраснела и потупила взор.

— Черт, ты права. Я думала, Менас вчера вечером заставит меня упасть в обморок.

— Я падала много раз, — рассмеялась Хэлли.

Ная многое знала о Харпере, поэтому догадывалась, что Хэлли, скорее всего, попала на борт «Вэлианта» девственницей. Каким шоком для нее, наверное, был первый секс с ее небесным воином!

— Почему бы нам не заглянуть в мой шкаф и не поискать тебе какую-нибудь обувь? — Хэлли убрала грязные тарелки со стола. — Первая пара, принесенная Вишесом, оказалась мне великовата, зато прекрасно подойдет тебе.

Ная вышла следом за ней из кухни. В просторной хозяйской спальне она не могла не заметить дверь в игровую комнату. Ная не желала даже думать, что пугающий мужчина вроде Вишеса делал там с бедной Хэлли.

Проследив за ее взглядом, Хэлли грустно посмотрела на нее.

— Наверное, стоит предупредить тебя об офицерском клубе. Менас захочет тебя туда отвести.

— В клуб?

— Место, где офицеры со своими женами и их холостые друзья собираются, чтобы поиграть на публике или в тематических комнатах.

— Я пас, — у Наи свело живот.

— У тебя может не быть выбора, — Хэлли зашла в маленькую гардеробную, откуда ее голос звучал приглушенно. Мгновение спустя она появилась с простыми черными туфлями на плоской подошве. — Не самая лучшая обувь, но сгодится, пока Менас не купит тебе что-нибудь другое.

Сев на скамейку в изножье огромной кровати, Ная обулась.

— Почему я не смогу отказаться от похода в секс-клуб?

— Мы с Вишесом были вместе всего один день, когда он вернулся домой с приглашением на частную вечеринку генерала Торна. Я не хотела идти. Если честно, я была в ужасе, но знала, что если мы откажемся, мнение начальника о Вишесе ухудшится. В продвижении офицеров по службе много нюансов. Вишес разрешил мне отказаться, просто я не могла так с ним поступить, — Хэлли села рядом. — В итоге я оказалась там, в костюме кошки.

— Подожди. Что? В костюме кошки?

— Знаю, — рассмеялась Хэлли и спрятала лицо в ладонях. — Смешно, да? У генерала Торна такой фетиш. На самом деле на «Вэлианте» немало пар, обожающих играть в котят и щенков.

— Ничего не понимаю, — попыталась переварить информацию Ная. — Ты переодеваешься в котенка или щенка и притворяешься им?

— И немного жестче, если пара ведет подобный образ жизни, но в основном да, — сказала Хэлли. — Меня подобное не заводит, но я знаю нескольких ярых любительниц такого. Они обожают отдавать полный контроль в руки своих мужей, хозяев.

— Хэлли, это какой-то дурдом, — покачала головой Ная.

— В обществе харкосов считается, что все имеют право на свои заскоки и желания. В клубе тебе встретятся еще более странные штуки. Ну, странные они только для женщин вроде нас с тобой, — пояснила Хэлли. — Для этих парней совершенно нормально видеть женщину, связанную и выпоротую мужем, которую берут на публике он и двое его лучших друзей.

— Я даже не знаю, что сказать, — поморгала Ная. Она никогда не призналась бы вслух, но описание Хэлли почему-то прозвучало заманчиво.

— Каждому свое, полагаю.

Ная пробно прошлась в новой обуви. Туфли были широковаты, однако подошли.

— Ты была очень сердита, когда вечеринка закончилась, и Вишес привел тебя домой?

— Нет, — Хэлли покраснела. — На самом деле, в конце я нашла происходящее возбуждающим. Вишес показал мне, что нет ничего постыдного в исследовании своей сексуальности. С ним, в его руках, я чувствую себя в полной безопасности и становлюсь смелее, чем когда-либо прежде.

— То же самое я чувствовала сегодня утром с Менасом, — согласилась Ная. — Было…непривычно.

— Понимаю тебя, — уверила Хэлли. — Сочетание удовольствия, боли и доминирования сбивает с толку. Даже сейчас я порой отказываюсь передавать контроль Вишесу. Но когда сдаюсь? Он всегда вознаграждает мое доверие.

Ная не пропустила небольшой акцент на слова «вознаграждает». О да. Одна ночь с Менасом, и она многое узнала о доверии и вознаграждении.

Раздался перезвон.

— Что это?

— Входная дверь, — пояснила Хэлли. — Ты уже пользовалась пультом управления?

Ная покачала головой, и Хэлли жестом пригласила ее следовать за ней. Она указала на большой зеленый экран у лестничной клетки. По центру высветилась белая надпись «Посетитель».

— Система оповещает меня, если кто-то стоит у двери. Нажимаешь на вот этот квадрат и видишь, кто пришел. Если ты по каким-то причинам не хочешь отвечать или занята, гость может оставить тебе видео-сообщение.

Хэлли нажала на квадрат в углу, и на экране высветилось изображение мужчины. Он стоял со склоненной головой, поэтому были видны лишь его темно-каштановые волосы.

— Я не встречала здесь темноволосых парней.

— Темные волосы характерны для тех, чьи матери участвовали в Захватах.

Мужчина на экране поднял голову, и Ная вздрогнула при виде его изуродованного лица. Одного глаза не было, и глазницу пересекал сморщенный шрам. На той же половине лица был глубокий рубец, будто от удара молнии.

— Что с ним случилось?

— На Террора напали во время миссии. Вишесу пришлось зашивать рану, — Хэлли коснулась руки Наи. — Пожалуйста, не разглядывай его.

— Не буду, — Ная еще разок покосилась на экран.

— Спасибо, — Хэлли направилась к двери.

— Он такой же, как Вишес и Менас? Ну, знаешь, ужасные снаружи, добрые внутри?

— Нет, Ная, — Хэлли покачала головой и взялась за дверную ручку. — Внутри он еще страшнее, чем снаружи.

Прокрутив в голове пугающее пояснение, Ная попятилась и ждала. Хэлли отошла в сторону, пропуская Террора в квартиру. Он тут же посмотрел на Наю и лишь затем на Хэлли.

— Стоило догадаться, что твоя маленькая приветственная делегация доберется до женщины Менаса раньше меня, — сказал Террор. — Ты закончила свой допрос или мне нужно утащить ее в камеру, чтобы вытянуть подробную биографию?

— Террор, веди себя прилично, — Хэлли хватило смелости ударить его по руке.

Ная сочла его комментарий ничуть не забавным. Она настороженно наблюдала за шагнувшим к ней Террором. С аурой таинственности он напомнил Нае о тайной полиции, докучавшей ей много раз. У нее моментально сработал внутренний сигнал тревоги. Она знала людей такого типа. Пускай Террор одурачил Хэлли, но не был тем, кем пытался казаться.

Остановившись слишком близко к Нае, он вторгся в ее личное пространство и протянул ей руку.

— Я — Террор, давний друг Менаса.

— Ная, — она быстро ответила на рукопожатие, но он удержал ее руку. Кончиком пальца Террор потер запястье Наи, где дико бился пульс. Она ничуть не позабавилась и выдернула руку.

— Ты из Коннора, — прищурил глаз Террор. Он не спрашивал. — Я слышал, ты управляла ломбардом. Едва ли могу представить, сколько интересных вещей проносили через твои двери.

Ей подурнело, но она не проявила эмоций. Ная не впервые имела дело со скользким типом из правительства, пытающимся дискредитировать ее посредством дружеской беседы.

— Однажды в мои двери закатили одноколесный велосипед. Самое интересное, что было.

— Одноколесный велосипед? — вмешалась Хэлли, не обратив внимания на тонкий агрессивный опрос Террора. — Из цирка, выступавшего три года назад?

— Ты запомнила? — Ная переключилась на нее. — Ходила на выступление?

— У нас не было денег, — покачала головой Хэлли, — но мне удалось издалека посмотреть на несколько животных и исполнителей, — она подергала Террора за рукав. — Хочешь чаю? У меня есть печенье.

— С удовольствием, — кивнул Террор. — А мы с Наей пока что познакомимся поближе.

— Ты не будешь ей грубить? — замялась Хэлли.

— Ты хоть раз слышала, чтобы я грубил? — рассмеялся он сухо и резко.

— О, даже не знаю. Как насчет прошлой недели, когда мы обедали на смотровой площадке? — выгнула Хэлли темную бровь. — Террор, если из-за тебя моей гостье станет неудобно, я удостоверюсь, что Вишес сделает очень неудобно тебе. Все ясно?

— Да, — искренне улыбнулся он.

Ная хотела последовать за ней, но не двинулась с места. Она не собиралась показывать пугающему человеку ни намека на слабость. Террор не мог ничего вызнать о ее прошлом. Даже подними он полицейские отчеты, в них не было конкретики. После арестов Нае ни разу не предъявляли официальных обвинений.

— Давай присядем, — Террор указал на опустевшую гостиную.

Ная спокойно подошла к ближайшему креслу, и он занял место напротив, скорее всего, чтобы отслеживать каждое ее движение.

— Должно быть, ты была очень испуганной, когда твой номер выпал в лотерее.

— Не думаю, что «испуганная» — подходящее слово, — Ная не упустила подоплеку вопроса. Террор спрашивал так, словно знал, что изначально ее номера не было в списке.

— И какое бы слово выбрала ты? Взволнованная? Решительная?

Теперь Ная точно знала, что он спрашивал неспроста.

— Покорная. Надеющаяся.

— Серьезно? — Террор внимательно следил за ней. — Тебе повезло попасться Менасу вместо того пилота Флайра. Ты поймала прекрасного мужчину. Отличная партия, — добавил Террор.

— Кажется, тебя ввели в заблуждение. Я никого не ловила. Это меня поймали и на мою шею надели ошейник. И это Менасу повезло.

— Посмотрим.

Ная едва сдержалась, чтобы не послать Террора куда подальше.

— Террор, не знаю, какие у тебя проблемы, но если тебе есть что сказать, просто нахрен выкладывай.

— Все в порядке? — появилась в гостиной Хэлли. Глянув на Террора, она сразу нахмурилась. — Что ты сделал? Расстроил Наю?

— Кажется, произошло небольшое недоразумение, — легко ответил он. — Ты ведь знаешь, что я не очень хорошо умею вести светские беседы, Хэлли. Наверное, я случайно обидел Наю.

Уму непостижимо, каким скользким был Террор. Ная посмотрела на Хэлли. Та выглядела крайне раздраженной и ничуть не убежденной.

— Террор, думаю, тебе стоит…

Парадная дверь открылась, и Ная уловила знакомый голос Менаса. Когда они с Вишесом появились в гостиной, она чуть не рухнула от облегчения. Нае пришлось буквально заставить себя остаться на месте. Ей отчаянно хотелось соскочить с кресла и броситься к Менасу.

— Террор! — улыбнулся он. — Не знал, что ты вернулся на «Вэлиант».

— Мы прилетели вчера вечером, — Террор пожал ему руку, и они похлопали друг друга по спине. — Я только что познакомился с твоей прекрасной женой. Отличный улов, Менас.

Ная невыносимо хотела показать ему средний палец, но оставила руки сложенными на коленях. Менас повернулся к ней и согрел ее неприкрытым обожанием во взгляде.

— Да, она такая.

Он протянул руку, и Ная с радостью присоединилась к нему.

— Все хорошо? — она боялась спрашивать, но должна была знать.

— Все превосходно, Ная.

Окунувшись в тепло Менаса, она хотела ему верить, однако одного взгляда на Террора хватило, чтобы все ее надежды рассыпались в прах. Ная видела на его лице то же выражение, что и у следователей тайной полиции, выдернувших ее из постели посреди ночи, бросивших в камеру и державших за решеткой на протяжении многих недель.

Каким-то образом Террор почуял дуновение ее прошлого. Как собака с костью, он не собирался отступать. Террор вызнал бы о каждом преступлении, совершенном ею даже в детстве. Спасения не было. Прошлое, наконец, дало о себе знать.

Менас обнял Наю за плечи и поцеловал в макушку.

— Не волнуйся, милая. Никто тебя не заберет.

О, как же она жалела, что его слова не были верны.

Глава 10

Пока они ждали лифт, Менас поглядывал на Наю. Она молчала и нервничала, цепляясь за его предплечье и кусая полную нижнюю губу.

— Прекрати, — мягко велел Менас и провел пальцем по ее сладкому рту. — Прокусишь кожу.

— Извини, — Ная впилась ногтями в его руку.

— Все хорошо?

Лифт звякнул, и двери открылись. Положив ладонь Нае на низ спины, Менас подтолкнул ее в серебристую кабину.

— Хорошо.

— Нет, не хорошо. Что случилось? — он стукнул пальцем по навигационному экрану, выбирая нужный этаж.

— Ничего. Просто устала. Утро выдалось безумным.

Менаса не интересовала полуправда. Конечно, Ная не призналась бы, разве что если застать ее врасплох. Резко развернувшись, он зажал ее в углу лифта. Она ахнула и положила руки Менасу на грудь. Прежде чем Ная успела что-нибудь сказать, он завладел ее ртом в медленном легком поцелуе. Захныкав, она вцепилась в его мундир.

— Скажи правду, — приказал Менас, проведя губами по ее подбородку. — Что случилось?

— Меня пугает Террор, — Ная судорожно сглотнула.

— Ная, он всех пугает, — расхохотался он.

— Нет, дело не в этом. Я… — замолкнув, она потеребила пуговицу на его мундире. — Кажется, я ему не нравлюсь.

— Ему мало кто нравится. Не воспринимай на свой счет, — Менас всмотрелся в лицо Наи и заметил по бокам от ее рта морщинки напряженности. — Он что-то тебе сказал? Сам того не понимая, Террор бывает настоящим сукиным сыном.

— Да, я уже в курсе.

— Эй, — нежно позвал Менас и ухватил ее за подбородок. — Мне плевать, что думает Террор. Не обращай на него внимания.

— Хорошо, — Ная улыбнулась, но выражение ее глаз оставалось серьезным.

Менас решил перекинуться с Террором парой слов. На Каликсе Ная много раз сталкивалась с полицией и без труда считала энергетику парня, возглавлявшего подразделение Теневых Сил в секторе. Когда Вишес захватил Хэлли, Террор изучил ее биографию от и до. Разумеется, Наю он тоже проверил, но не должен был устраивать ей допрос с пристрастием в ошибочной попытке защитить друга.

— А что скажешь о Хэлли? — Менас коснулся брошюр, выглядывавших из кармана ее рубашки.

— Скажу, что она невероятно милая и очень хорошая, — на этот раз Ная улыбнулась искренне.

Лифт остановился, и Менас взял ее за руку, чтобы отвести в квартиру.

— Она прекрасно повлияла как на Вишеса, так и на все судно. И очень сильна, даром что маленькая.

— Хэлли хочет, чтобы я вступила в клуб жен.

Менас попытался представить себе Наю скучающей на собраниях Хэлли и обсуждающей, что бы там ни обсуждали женщины. У него ничего не вышло.

— А ты хочешь?

— Не знаю. В первый раз я схожу просто потому, что у меня есть вопросы. Посмотрим, как все пройдет.

Менаса охватила неуверенность. Вопросы? Он видел брошюры Хэлли. Одну из них он даже читал, потому что после предыдущего Захвата она вызвала настоящий фурор. Некоторые мужчины не пришли в восторг, когда их женам сообщили о правах, раньше державшихся в секрете, однако Хэлли и другие женщины утверждали, что осведомленность поспособствует доверию и улучшению отношений в паре. Менас не возражал, но никак не мог избавиться от страха, что Ная подаст на развод, так и не дав их союзу шанс.

— Ная, я могу ответить на любые твои вопросы. Тебе не нужен для этого клуб жен. О чем бы ты ни спросила, я расскажу.

— Знаю, — она коснулась его руки. — Но на некоторые вопросы могут ответить только женщины.

— О, — оробев, Менас поднял ее руку. Взяв большой палец Наи, он прижал его к биометрическому сканеру. Прибор успешно считал отпечаток и просигналил. — Я внес тебя в систему. Теперь ты можешь управлять всеми замками и пультами в квартире и получишь доступ к дверям на судне.

— Но ты сказал, что мои передвижения ограничены, — изумилась Ная.

— Так и есть, — Менас не отпустил ее и повел в квартиру, — но как ты успела заметить, ограничения снимаются на время эвакуации. В другие дни ты должна быть либо со мной, либо с кем-то из моего списка экстренных контактов вроде Вишеса или Хэлли. Когда я решу снять последние ограничения, ты сможешь свободно передвигаться по кораблю.

— И когда же ты решишь?

Закрыв парадную дверь, Менас услышал шипение и пиканье замков. В безопасности квартиры он прижал Наю к стене и крепко собственнически поцеловал. Менас оторвался от нее, тяжело дышавшей и хватавшейся за его мундир.

— Когда ты будешь очень-очень хорошей девочкой.

Усмехнувшись в ответ на сексуальную провокацию, Ная очертила пальцем широкую черную линию татуировки, выглядывавшей из-под воротника мундира Менаса.

— И как же мне доказать, что я очень-очень хорошая девочка?

— Для начала можешь снять с себя всю одежду.

— Прямо здесь? — брови Наи взлетели вверх.

— Да.

— Но…

— Сейчас же, Ная.

Менаса порадовало, что она мгновенно отреагировала на его командный тон. Ная тяжело задышала и облизала губы. Похоже, ей нравилось передавать ему контроль. Она слишком долго была вынуждена сама отвечать за себя и свою жизнь. Возможно, подчинение подпитывалось многолетним желанием, о существовании которого Ная не подозревала. Менаса пьянило, что раньше никому другому не удавалось ей приказывать. Такой подарок он никогда бы не счел само собой разумеющимся.

Раскрасневшись, Ная сняла с себя великоватые вещи и скинула позаимствованные туфли. Менас не мог не прикасаться к ней. Погладив пышные груди, он скользнул руками по греховным изгибам. Прикосновения к атласной коже зажигали у него в животе огонь. Тихо хныкнув, Ная покачнула бедрами.

В другом подтверждении Менас не нуждался. Рухнув на колени, он осыпал ее тело поцелуями и обрисовал языком пупок. Ная отказалась от интимного пирсинга, но Менас не мог не думать о том, как смотрелся бы сверкающий драгоценный камень в нежной впадинке. Он прикусил ее.

— Мы должны вставить сюда сережку.

— Что? — затаила дыхание Ная. — В пупок?

— Да.

— Нет.

— Позже мы вернемся к этому вопросу, — Менас с ухмылкой прикусил ее бедро.

— Менас, я не хочу…

— Раздвинь для меня ноги.

Наю расстроило, что он перебил ее посреди спора. Заметив ее раздражение, Менас чуть не рассмеялся. С гневным блеском в глазах она выглядела просто поразительно.

— Не вынуждай меня просить дважды.

Ная впилась в него взглядом, но раздвинула ноги. Ухватив ее за бедра с внутренней стороны, Менас попытался уткнуться лицом между ними. Ная опустила руки и, прикрывшись, оттолкнула его.

— Не надо, Менас, — у нее задрожал голос, и щеки заалели от стыда.

— Руки за спину, — прорычал он, хмуро глядя на нее. — Быстро.

Ная дважды моргнула, но приказ исполнила. Менас провел пальцами вверх-вниз между ее бедер.

— Ная, это мое влагалище. Твое тело принадлежит мне, и я буду наслаждаться им, когда и как пожелаю. Все ясно?

— Менас, я тебе не игрушка! — возмутилась Ная.

— Не игрушка. Ты — моя женщина. И прямо сейчас я хочу попробовать свою женщину.

— Менас, это неподобающе, — она попыталась сдвинуть ноги, но его твердый захват помешал.

И вот снова Ная вернулась к тому же вопросу.

— Потому что мы утром занимались любовью?

— Да. Ты не можешь…ну, знаешь… пока я снова не помоюсь.

— Кто сказал?

— Эм…

— Ты слишком много переживаешь, — Менас поцеловал ее в лобок. — Теперь помолчи и насладись моим языком на сладком местечке у тебя между ног.

— Менас… — ее протест прервался тихим стоном, стоило Менасу облизать киску. — О!

Постанывая от желания, он перебирал языком розовые складки и кружил по клитору. Пока Менас вылизывал Наю, также давал ей понять, что наслаждался вкусом. Он был готов лизать ее каждое утро, лишь бы она перестала считать свое тело постыдным или нечистым.

Немного расслабившись, Ная приподняла бедра и еще немного их раздвинула. С торжествующей улыбкой Менас ухватил ее ноги за лодыжки и закинул себе на плечи. Сжав ее ягодицы, он наслаждался ею. Охваченная экстазом, она уперлась пятками в его спину и ударила ладонями по стене. Ная снова и снова выкрикивала имя Менаса, разряжаясь так сильно, что клитор на его языке пульсировал.

Когда Менас, наконец, оторвался от нее, она осела у стены. Он улыбнулся. Мечтательное выражение на лице Наи говорило, что он справился. Спустив ее ноги с плеч, Менас встал в полный рост. У него так затвердел член, что грозился вот-вот порвать штаны.

Будто прочитав мысли Менаса, Ная потянулась к его ширинке, расстегнула кнопки и молнию. Резким рывком она приспустила брюки по его бедрам. Менас обнял ее за тонкую талию и приподнял. Обвив его ногами, Ная откинулась на стену. Он набросился на ее рот, целуя так же спешно и жестко, как собирался взять.

Схватив член, Ная покачнула бедрами, и Менас застонал. Пульсировавшая головка раздвинула складки влажной киски. Как только Ная пристроила член у своего входа, Менас толкнулся в горячую скользкую глубину. Вскрикнув, Ная запрокинула голову, подставляя ему шею. Он припал к ее горлу и, крепко держа за талию, начал двигаться внутрь и наружу.

Ная ногтями водила по голове Менаса, перебирая короткие волосы и задыхаясь у его щеки.

— Менас, — ее стон был усладой для его ушей. — Менас! О! Ах!

Их соединение не было медленным или нежным. Менас с неудержимой силой предъявлял на Наю права. Они буквально сталкивались друг с другом, стремясь к освобождению. Слишком занятый удерживанием Наи, чтобы помочь ей, он провел губами по ее подбородку.

— Ная, потрогай клитор. Хочу почувствовать, как ты кончишь и сожмешь мой член.

Она ахнула от его грязного приказа, но опустила руку туда, где соединялись тела. Менас немного отстранился, дав ей возможность двигаться. Их взгляды встретились. Когда Ная облизала верхнюю губу, он сразу вспомнил, как член смотрелся у нее во рту. Менасу пришлось поднапрячься, чтобы обуздать жажду, угрожавшую слишком скоро толкнуть его за край.

Ная сжимала его в себе все крепче, дыша не менее учащенно, чем он. Едва она задрожала, как Менас отпустил себя и присоединился к ней в одном экстазе на двоих. Толкнувшись глубже, он содрогался от залпа счастья.

Щека к щеке, они цеплялись друг за друга. Опершись рукой на стену, Менас бедрами прижал к ней Наю, удерживаясь в вертикальном положении.

— С тобой с каждым разом все лучше, — он поцеловал ее в шею.

— Менас? — она со смехом щекотливо поцеловала его в подбородок.

— Да, милая?

— Я знаю, что могу потребовать развода…

У него болезненно сжался живот. Неужели Ная собралась скинуть на него эту бомбу в такой момент?

— …но хочу дать нашим отношениям шанс.

Порыв счастья чуть не сбил его с ног. Подняв голову, Менас вгляделся в красивое лицо Наи. Она неуверенно смотрела в ответ. Желая показать значимость ее доверия, он успокаивающе улыбнулся и чувственно поцеловался с ней.

Ная обхватила ладонями его лицо и погладила большими пальцами по щекам.

— Не знаю как ты, а я бы вздремнула.

— Я бы тоже не отказался ненадолго прикрыть глаза, — выскользнув из ее жара, Менас поправил на себе штаны. Обняв Наю, он отстранил ее от стены. Менас вновь поцеловал ее и понес в спальню. Опустив руку к ее голому округлому заду, он смачно его шлепнул. — Но сначала я бы не отказался от еще одного захода.

— Снова? — шокировано распахнула глаза она. — Так скоро?

— Что я могу сказать? — сжав бедро Наи, Менас бросил ее на кровать и навалился сверху. — Ты сводишь меня с ума.

— Менас, я не знаю насчет… о!

Рассмеявшись у ее живота, он мысленно вычеркнул еще один пункт из списка дел. Менас определенно выиграл этот раунд.

*****

Устроившись в углу поразительно удобного дивана, Ная играла с сенсорным экраном на странном планшете. Она уже видела подобное устройство у Джозефа, когда за компанию с Дженни посещала его испытательный полигон. Но впервые ей выпал шанс изучить диковинный прибор и привыкнуть к нему. Большую часть дня Менас помогал Нае разобраться с различными технологиями в своей — их — квартире.

Обещая дать отношениям шанс, Ная была искренна. Менас постоянно обнимал ее и защищал, убеждая, что нуждался в ней и только в ней. В прошлом Ная часто обжигалась, но он отличался ото всех предателей в ее жизни.

Пока Менас одевался в спальне, она не могла отделаться от грызущего беспокойства. Ей следовало признаться, почему ее напугал Террор. Менас не был дураком. Он заметил ее волнение и хотел помочь, просто она не нашла способа сказать ему правду. До сих пор Менас вызнал лишь то, что ее арестовывали за воровство и подозрение в контрабанде, но тайн было куда больше.

Как уличный ребенок, Ная боролась за выживание и делала кое-что поистине ужасное. Он вряд ли бы понял. В ее послужном списке были преступления, за которые арестовывали даже в его мире. Она провозила контрабандой нечто серьезнее лекарств и техники. Бизнес Наи был связан с людьми и правонарушениями, не имевшими никакого отношения к альтруистичному «Красному перу».

— Ная? — Менас вошел в гостиную. — Я ухожу на брифинг перед миссией. Меня не будет до самого утра.

Повернув голову, Ная осмотрела Менаса. При виде него в полном обмундировании и вооруженного до зубов ее обдало холодом. Он напоминал Бугимена из ее детства.

— Эм…ничего себе.

— Я тебя испугал? — Менас стиснул зубы.

— Немного, — неохотно призналась Ная и окинула взглядом его пугающую черную форму. Она никогда не видела, чтобы человек носил столько оружия. — А тебе точно хватит огневой мощи?

— Ты говоришь как Вишес, — рассмеялся Менас и немного расслабился.

— Это перебор, ты так не считаешь? — Ная указала на пистолеты, закрепленные у него на талии и бедрах. — Жилет, ремень, кобуры и поножи? С кем, черт возьми, ты планируешь столкнуться внизу?

— Я готовлюсь к худшему.

— Ясно.

Подойдя к дивану, Менас кончиками пальцев погладил Наю по лицу. На нем были прочные тактические перчатки, и от резкого запаха ткани она сморщила нос.

— В морозилке и кладовке еда быстрого приготовления.

— Менас, мне не пять лет. Я более чем способна сама найти еду, — схватив Менаса за руку, Ная потерла голую кожу на тыльной стороне его запястья.

— Извини. Ты права, — наклонившись, он поцеловал ее долго и крепко, заставив нуждаться в нем и желать его. — Когда я вернусь, мы продолжим с того, на чем остановились.

От его обещания у нее затрепетал низ живота.

— Если продолжишь в том же духе, к концу недели я не смогу ходить.

— Это вызов? — усмехнулся Менас.

— Ты неисправим, — фыркнула Ная и шлепнула его по руке.

— А ты слишком сексуальна себе во вред, — он поцеловал ее в макушку. — Можешь запустить на планшете развлекательные каналы, — Менас помедлил. — Наверное, тебе не захочется смотреть фильмы диапазона 900.

— Почему?

— Там одна порнография.

— Порнография? Ты имеешь в виду…

— Да, — кивнул он.

— Ясно.

— Ты когда-нибудь смотрела?

— Да, — ее уши стали пунцовыми. — В Конноре мне попадались пикантные фото и журналы. Их продают в глухих переулках и барах. У подростков они стали своеобразной валютой для обмена на сигареты или что-то еще.

— Но ты никогда не видела фильмов?

— Не видела, пока ты не показал мне вот это, — Ная указала на большой настенный плоский экран в гостиной. — Я смотрела только короткие правительственные ролики, спроецированные на белую простыню посреди городской площади.

— Нам нужно будет вместе посмотреть.

— Что? — ее лицо стало таким же красным, как и уши. — Нет. Я так не думаю.

— Я не спрашивал.

— Ты извращенец, — скривила она губы.

— И тебе это нравится, — со смехом ответил Менас, направляясь в прихожую. — Я запру дверь. Ты сможешь выйти только в случае эвакуации.

Ная постаралась не сосредотачиваться на том факте, что стала пленницей в доме Менаса. После рассказов Хэлли о законах и потерянной собственности она расхотела исследовать судно одна. Тогда ей в голову ворвались еще более тревожащие мысли.

— Кто-нибудь может войти в квартиру?

— Только Вишес, — ответил Менас. — Он — мой контакт на экстренный случай. Кого-либо другого тебе придется впустить самой.

— Хорошо.

— Почему ты так беспокоишься? — Менас склонил голову набок. — Из-за брошюр? Ты прочла о правах собственности и похищении жен. Уверяю, Ная, на этом судне нет таких глупцов, чтобы ворваться в мой дом и украсть тебя.

«А что насчет Террора?» — хотелось ей спросить. Он уж точно не был глуп, и ему бы хватило наглости придти.

За обедом Ная попыталась осторожно разузнать о нем. По словам Менаса, Террор работал клерком в отделе логистики, но она ни на секунду не поверила. Служители тайной полиции на Каликсе тоже занимали с виду безобидные должности. Дворники, санитары, ремонтники — кто не привлекает внимание и мимо кого легко пройти. Идеальное прикрытие.

— Ная? — нежно позвал Менас.

— Да?

— Попытайся сегодня отдохнуть. Насладись покоем. Посмотри какое-нибудь глупое смешное кино.

— Я попробую.

Он ушел, напоследок одарив ее греховно сексуальной улыбкой. Раздалось несколько звуковых сигналов, означавших, что дверь открылась и закрылась. После громкого щелчка замка Ная почувствовала себя в большей безопасности. Оставшись наедине со своими мыслями, она подтянула колени к груди и взяла пульт. Предложение Менаса найти интересный фильм показалось ей неплохим. Что угодно, лишь бы избавиться от тревоги после знакомства с Террором.

Увы, даже мелодраматичное кино не отвлекло ее от мыслей о человеке, ставшем для нее угрозой. О, фильм о двух сестрах и мужчине, сделавшем предложение одной и заделавшего ребенка другой, был весьма интересен, но страх перед Террором не исчез.

Что Ная могла предпринять? Доверить Менасу свои тайны и рискнуть свободой? Едва ли он мог помочь, даже если бы знал, что она натворила. Куда важнее было то, захотел бы Менас вообще помогать. Одна лишь вероятность его предательства глубоко ранила. Они познакомились совсем недавно, но Ная начала привязываться к зеленоглазому небесному воину.

Взяв планшет, она нашла каталог, о котором рассказывал Менас. Ная постучала по экрану и воспользовалась строкой поиска. Несколько секунд спустя появились десятки результатов. Наю ждала долгая ночь чтения.

Глава 11

Ритмично сжимая челюсти, Менас жевал резинку с цитрусовым вкусом, ожидая дельца, которому Вишес назначил встречу через контакты Хэлли на планете. Прошло некоторое время с тех пор, как Менас лично отлучался с «Вэлианта» на миссию, но давние заточенные инстинкты не исчезали никогда. Он легко приспособился к жутковатым зеленным оттенкам, окрасившим мир через прибор ночного видения. Держа оружие дулом вниз, Менас оставался настороже, готовясь при первом намеке на угрозу прицелиться и открыть огонь.

Датчик тепловых подписей на его запястье отправлял сигнал Сайферу на борту корабля, тихо подведенного Зефиром к поляне за стеной Харпера. Будучи техническим специалистом в группе особого реагирования, Сайфер отвечал за все информационные потоки, включая данные о месторасположении команды, показания радаров и все частоты в радиусе сканеров «Стража» — маленького боевого судна, парившего в воздухе неподалеку от места встречи. Помимо прочего, он был превосходным стрелком и пугающе хорошо умел на ходу мастерить взрывные устройства из подручных материалов.

Чуть выше и левее Веном занял позицию снайпера. Как одному из лучших стрелков во всей армии харкосов, Менас охотно доверил ему свое прикрытие. Одиннадцатью годами ранее он видел Венома в действии во время сендарианской осады. Снайпер сделал гораздо больше, чем подразумевал воинский долг, удержав врага в стороне от осажденного города и выиграв немного времени, чтобы туда ввезли крохи столь необходимого продовольствия.

В двадцати метрах впереди ждал Райз, чтобы установить первый контакт. Он лишь казался расслабленным, и Менас не сомневался, что командир группы особого реагирования был напряжен. Самый квалифицированный переговорщик из всех, Райз часто вводил людей в заблуждение легкой улыбкой и мягкостью. Он мог в мгновение ока превратиться в такого опасного солдата, что и представить себе нельзя.

— Вижу на границе две приближающиеся тепловые подписи, — раздался в наушнике спокойных голос Сайфера. Техник перечислил все параметры, чтобы Менас мог отреагировать соответственно. — Контакт состоится через десять, девять, восемь…

— Стой, где стоишь, — громко и четко приказал Райз. — Подними руки. Ко мне спиной.

Вперед вышло два члена его группы, — которых Менас почти не знал, — чтобы обыскать новоприбывших и провести вперед. Сайфер активировал маленькие парящие лампы, заведомо запущенные командой и осветившие место встречи. Сдвинув на макушку очки ночного видения, Менас несколько раз моргнул, чтобы прояснить взор.

В первую очередь его взгляд упал на молодую женщину. Со светлыми волосами до самой талии, она была одета в штаны свободного кроя и тунику. По оценке Менаса, девушка была ровесницей Наи. Даже с расстояния в несколько шагов она выглядела симпатичной. Он понадеялся, что Флайр будет доволен.

Затем внимание Менаса привлек мужчина. Пускай он был ниже Райза, но высок для типичного жителя Каликса. В одной руке парень держал сумку. Поначалу Менас решил, что он просто помогал девушке, пока не заметил в ее руках собственную коричневую торбу.

— Менас, — раздался в наушнике голос Райза. — Твой выход.

Быстрым чеканным шагом Менас пересек поляну и, встав рядом с Райзом, кивнул девушке.

— Меня зовут Менас, и мне поручено сопроводить тебя в целости и сохранности к Флайру.

— Спасибо, — кротко улыбнулась она.

— Позволь помочь, — он потянулся к ее торбе. — Это тоже твое? — Менас кивком указал на сумку в руках ее сопровождающего.

— Нет, — покачала девушка головой, — кое-кого другого.

— Кого? — у Менаса сдавило грудь. К ним хотела присоединиться еще одна женщина?

— Меня зовут Данкирк, — мужчина протянул руку, и Менас хмуро на нее поглядел. — Понял, — спокойно ответил тот, опустив ее. — Слушай, мою подругу поймали во время Захвата в Конноре. Я хочу передать ей сумку.

Менас вздрогнул. Большинство женщин готовили к Захвату маленькие сумки, которые оставляли на старте при досмотре, чтобы потом забрать с собой в новый дом. Иногда сумки теряли или забывали. У Наи с собой ничего не было, но женщина, чьи вещи принес Данкирк, вероятно, тосковала по ним.

— Как ее зовут? — Менас со вздохом потянулся к сумке, и Данкирк передал ее.

— Мою подругу зовут Ная.

— Ная? — от изумления Менас вздрогнул и накрепко вцепился в ручку.

— Ты ее знаешь? Высокая, темноволосая, смуглая.

— Знаю, — вырвав сумку из рук парня, Менас указал на него пальцем. — Ты пойдешь со мной. Сейчас же.

Данкирк последовал за ним без страха, но держался на безопасном расстоянии, пока они не оказались вне зоны слышимости команды.

— Откуда ты знаешь Наю? — начал Менас.

— Куда интереснее, откуда, черт возьми, ее знаешь ты? — расхохотался Данкирк.

— Она моя жена. Я ее захватил.

— Ты? — округлил глаза парень.

— Да, — прищурился Менас. — Какие-то проблемы?

— Еще не знаю, — ответил Данкирк. — Ты ее бил? Будешь бить?

— Я ни разу в жизни не бил женщин. И не собираюсь начинать со своей жены.

— Ная очень много для меня значит, — парень внимательно посмотрел на него. — Я должен знать, что она в безопасности.

— Она в безопасности.

— Я хочу для нее лучшего. Видит Бог, здесь у нее нихрена не было счастья.

— Я постараюсь изо всех сил, чтобы Ная была счастлива, — помимо прочего, Менас задался вопросом, уж не от Данкирка ли она подхватила дурную привычку сквернословить.

— Лучше тебе и впрямь постараться.

Менас хотел было посмеяться над пустой угрозой, но выражение лица Данкирка остановило его. Очевидно, парень испытывал к Нае сильные чувства. Менасу стало не по себе. Вдруг в день Захвата Данкирк ждал, когда она добреется до финиша, чтобы забрать ее с собой в далекую колонию?

— Ная тебя любит?

— Не так, как ты думаешь, — резко рассмеялся тот с болезненной тоской. — И не так, как я всегда хотел. Конечно, ты уже и сам понял, что она не из тех, кто легко влюбляется или доверяет. И не без причин.

— Ее семья…

— Куски дерьма. Даже пресвятой папаша, — добавил Данкирк. — Да, Ная запомнила Тома своим героем, но все остальные его таковым не считали. Из-за кучи долгов и своих нелегальных торговых сделок он лишил Наю шанса на нормальную жизнь после его смерти, — Данкирк прерывисто вздохнул. — Захват — лучшее проклятое событие в ее жизни. Не испорти его. У нее появилась возможность начать все с нуля, с чистого листа. Ная заслужила.

Ошеломленный и озадаченный горячностью Данкирка, Менас молчал и осознавал его слова.

— Я позабочусь о ней. Можешь не волноваться.

— Клянешься?

— Она для меня бесценна. Клянусь защищать ее и заботиться о ней, — на сей раз, когда Данкирк протянул руку, Менас ответил тем же, и тот медленно попятился.

— Удачи, Пенни, — помахал он женщине, которую Менасу поручили доставить на «Вэлиант». — Я обязательно передам твоей маме, что ты безопасно выбралась отсюда.

— Спасибо, Дэнни.

Держа сумку Наи, Менас присоединился к своей небольшой команде и жестом велел Пенни идти за ними. Сам он пошел рядом с ней, в то время как Райз и двое его людей возглавляли и замыкали шествие. Проведя молодую женщину на борт и пристегнув ремнем безопасности, Менас вручил сумку Веному.

— Забери ее.

— И что я, по-твоему, должен сделать с вещами твоей жены? — выгнут тот брови, но все равно забрал ее.

— Обыщи. Я не хочу, чтобы потом возникли вопросы, почему мы не следовали протоколу. Пусть Сайфер изучит содержимое.

— Разумеется, — Веном прошел из основной секции в грузовой отсек, где Сайфер разложил свои приборы.

Рухнув в кресло, Менас вытянул из пазов ремни безопасности. Он пристегнулся и ждал, когда сигнальная лампа перед началом взлета загорится зеленым. Уловив краем глаза движение, Менас посмотрел на будущую невесту Флайра, сжавшую кулаки так крепко, что побелели суставы.

Заволновавшись, что от страха у нее прихватит сердце, он потянулся и дотронулся до ее руки.

— Эй, все в порядке. Когда мы полетим через атмосферу, ты несколько минут будешь чувствовать неприятное давление. Потом несколько секунд невесомости, и включатся регуляторы гравитации, — Менас выхватил из отсека над ее головой пакет для рвоты. — Возьми. На случай, если тебя затошнит.

— С-сп-асибо, — заикаясь, поблагодарила Пенни и дрожащими пальцами взяла пакет. У нее так сильно стучали зубы, что Менас опасался, как бы они не треснули.

— Хочешь принять успокоительное? Мы еще успеем до взлета сделать тебе укол.

— Н-нет, — решительно тряхнула головой она. — Мне просто нужна с-секундочка.

— С тобой все будет хорошо, — Менас выдержал взгляд наивной напряженной женщины. — Постарайся дышать глубоко и ровно. Я слышал, многим помогает закрыть глаза и считать в уме. Может, тебе тоже попробовать?

— Спасибо, — она благодарно улыбнулась ему.

В следующее мгновение свет в пассажирском отсеке стал ярко-зеленым. Судно завибрировало и начало подниматься. Пенни рядом с Менасом зажмурилась и крепко вцепилась в пакет. Райз напротив нее с беспокойством наблюдал за ней. Менас уже пожалел, что предложил ей препарат. Нужно было просто сделать ей укол и потом извиниться.

Когда они вырвались в космическое пространство, Пенни пискнула. Менас ожидал, что ее вот-вот вырвет, но она совладала с собой и сдержалась. Спустя двадцать минут с начала трехчасового полета к «Вэлианту» Пенни успокоилась и сумела расслабиться. Еще через полчала она набралась смелости заговорить.

— Ты участвовал в Захвате в Конноре?

— Да, — кивнул Менас.

— И доволен своей женой?

— Очень.

— Дэнни без умолка рассказывал о женщине, для которой принес сумку, — нежно улыбнулась Пенни. — Говорят, твоя жена удивительная.

— Да, — мягко согласился Менас. — Удивительная.

— Держу пари, она не боялась подниматься на судне к небу и лететь в космос, — рассмеялась Пенни.

— Нет, — согласился Менас, — лететь она не боялась, — он не стал упоминать, что куда больше Ная боялась его.

— Непросто оставить позади все, с чем была знакома, и начать новую жизнь с незнакомцем, — догадалась Пенни. — Особенно с незнакомцем расы, о которой тебе в детстве рассказывали страшилки, — добавила она. — Ну, знаешь, засыпай, иначе небесные воины украдут тебя и заберут в рабство. Держись подальше от леса, иначе харкос поймает тебя, утащит на корабль и сделает своей морской свинкой.

— Кто такие морские свинки? — спросил Райз, пока Менас гадал, как доброта его народа породила ужасные рассказы.

— Маленькие зверьки с Земли, служившие подопытными животными для экспериментов в науке и медицине. Наши ученые предки писали о них.

— Мы не проводим эксперименты на людях, — нахмурился Райз.

— А если бы проводили, разве ты бы признался? — с улыбкой поддразнила Пенни.

— И то верно, — отстегнув ремень безопасности, Райз поднялся. — Я буду в хвосте с Сайфером.

Все еще улыбаясь, Пенни открыла свою сумку и достала небольшой кубик, завернутый в белую бумагу.

— Это сладкий хлеб. Хочешь?

— Нет, но спасибо, — поднял руку Менас.

Пенни в тишине грызла свой кусочек, запивая его водой из металлической фляги, которую тоже принесла с собой. Наблюдая за ее трапезой, Менас остро осознал, в скольких отношениях подвел Наю во время их подъема на «Вэлиант». Он даже не подумал предложить ей еду или напиток. После побега и борьбы она наверняка нуждалась как в питье, так и в пище. Но нет, Менас беспокоился только о том, как заставить ее замолчать и усмирить.

Почесав затылок, он вытянул ноги. Переправлять Пенни на «Вэлиант» оказалось куда приятнее, чем подниматься в космос с Наей. На борту не было кучи рыдавших невест и сексуально неудовлетворенных солдат, барабанивших пальцами по подлокотникам или переступавших с ноги на ногу.

— Ты дружишь с мужчиной, к которому меня везешь?

— Не очень, — Менас поднял взгляд на Пенни.

— О, — она казалась удивленной. — Я думала…

— Я должен ему долг чести. Забрав тебя и доставив будущему мужу в целости и сохранности, я погашу долг.

— Мм…наверное, это неплохо.

— Можно сказать и так, — рассмеялся Менас. Положив вещи обратно в сумку, Пенни ее закрыла. Тогда он понял, что она просто пыталась больше узнать о своем женихе. — Насколько я знаю, наш пилот Зефир знаком с твоим будущим мужем. Как только мы наберем скорость, я могу попросить его рассказать тебе больше.

— Я бы хотела.

Через час полета Менас прошел к кабине и показал Пенни два кресла позади мест пилотов.

— Зеф, это Пенни, — зная, что пилот слыл донжуаном, Менас похлопал его по руке. — И помни, что дама несвободна.

— В отличие от вас, мальчиков наземного корпуса, мужчины воздушных подразделений не крадут чужих жен.

— Я буду в грузовом отсеке с Райзом. Позовите меня, когда закончите, — решив не обращать внимания на провокацию, Менас списал слова Зефира на инцидент с «Арктисом».

— Будет сделано.

Он нашел Райза и Венома сортировавшими вещи из сумки Наи. Менас посмотрел на скамью, где было разложено несколько предметов. Одежда, маленький блокнот, ботинки, ремень и…пистолет.

— Он был заряжен, но я вытащил патроны, — должно быть, Веном заметил шок на лице Менаса.

Менас взял маленький пистолет. Подобные вышли из оборота много лет назад. Дедушка Менаса стрелял из таких в своих первых кампаниях, но к его увольнению их целыми партиями изъяли из арсеналов вооруженных сил. У Менаса в личной коллекции была парочка, и изредка он стрелял из них ради развлечения.

— Мне придется его конфисковать, — Веном указал на пистолет. — Я бы отдал его тебе, раз уж оружие твоя специальность, но ты, наверное, захочешь избежать проблем из-за конфликта интересов.

— Ясно, — Менас осмотрел пистолет Наи. Она чистила его и держала в готовности. На металле была выцарапана буква «Т». Чуть ниже — «Н». Менас понял, что у пистолета была своя особая значимость. — Я подам прошение, чтобы забрать его, — сказал он. — Уверен, Ная захочет его вернуть. Он принадлежал ее отцу.

Райз в то же время пролистывал блокнот, из которого посыпались фотографии и упали на пол. Опустившись на колени, Менас их собрал. Кадры из детства Наи. Он не мог не улыбнуться при виде смеявшейся девчушки с редкими зубами и дикими волосами. На снимке она выглядела такой счастливой, такой беззаботной. Через что прошла милая малышка, если в итоге выросла недоверчивой женщиной?

— Ни черта не понимаю, — Райз передал блокнот Сайферу. — Все зашифровано.

— Да, это шифр, — кивнул тот. — Что скажешь, Менас? Хочешь, я расшифрую?

— Нет, — при мысли о том, чтобы читать тайные записи Наи, Менас почувствовал себя неловко. — Думаю, из-за своей вечной паранойи Ная закодировала даже записи в личном дневнике. И меня не касается, что там написано.

— Ты уверен? — осторожно начал Райз. — Наш делец состоит в «Красном пере». В группировке диссидентов. И он назвался другом твоей жены. Если она была одной из них, и в дневнике рассказано о деталях их работы, я уверен, что Террор захочет знать.

— «Красного пера» нет в списке террористов, — Менас выхватил блокнот из рук Райза и засунул в него фотографии. — Мы с ними не враждуем. — Я не стану копаться в дневнике своей жены и расшифровывать записи, которые она старательно скрывала, только чтобы Террору не было скучно.

— Менас, я буду вынужден упомянуть об этом в отчете. Мне нужно прикрыть задницу.

— Прикрывай на здоровье, — Менас начал убирать вещи обратно в сумку. — Остальное проверили?

— Да, — подтвердил Веном. — Огнестрельное оружие?

— Удостоверься, что оно будет храниться в сейфе на оружейном складе или в кабинете Вишеса, — Менас передал ему пистолет. — Если он потеряется, я не смогу заменить его для Наи.

— Будет сделано.

Менас верил, что Веном сдержит слово. В наушнике раздалось потрескивание, и Зефир сообщил, что Пенни была готова занять свое место. Закинув на плечо сумку Наи, Менас вернулся в пассажирский отсек. Он отвел Пенни к сидениям, где постарался ответить на все вопросы и удовлетворить ее потребность в общении. Однако по прибытию на «Вэлиант» Менас наконец-то вздохнул с облегчением.

Проведя Пенни через таможню, он сопроводил ее в медицинский отсек. У Флайра была отдельная комната в ортопедической секции. К удивлению Менаса, в коридоре перед дверьми его ждал Орион.

— Адмирал, — поприветствовал Менас вышестоящее должностное лицо, встав по стойке смирно.

— Менас, — Орион жестом скомандовал вольно и улыбнулся Пенни. — Добро пожаловать на борт, госпожа.

— Спасибо, сэр, — нервозность в ее голосе было ни с чем не спутать. — Называйте меня Пенни.

— Очень красивое имя, — адмирал поглядел на запертую дверь. — Что ж, Пенни, как я понимаю, тебе уже рассказали о затруднительном положении Флайра.

— Он получил тяжелое ранение в ногу, — кивнула Пенни. — Ему потребуется много операций, и он может навсегда остаться хромым.

— Ты не возражаешь? Я спрашиваю только потому, что у нашего народа травмированные мужчины не пользуются спросом у невест.

— Какой кошмар! — потрясенно выдохнула она, но затем высоко подняла голову. — Мне все равно, даже если мой муж до конца дней будет прикован к инвалидному креслу. Для меня это неважно. В семилетнем возрасте мой брат подхватил водяную болезнь, — уже спокойнее продолжила Пенни. — С тех пор он не может ходить, но успешно управляет мельницей, имеет прекрасную жену и детей. Он очень счастлив.

В тот же миг Менас решил, что из Данкирка вышел превосходный сводник. Ранее Вишес кратко переговорил с ним, но оставил выбор невесты на его усмотрение. И парень нашел прекрасную женщину.

— Рад слышать, что ты так считаешь, — с облегчением заговорил Орион. — Флайр снова будет ходить. Ему просто нужно немного времени и физиотерапии. Знаю, тебе сказали, что вас могут отвезти на Прайм, но в течение следующего месяца ожидается прибытие новой медицинской станции. Вас переправят туда, пока Флайр не пройдет курс лечения. Затем его положение будет заново оценено. Скорее всего, его уволят в запас.

Орион указал на дверь, и Менас попятился. Он полностью выполнил условия сделки и был готов вернуться домой. Но Пенни неожиданно схватила его за руку и остановила.

— Спасибо тебе, Менас, — улыбнулась она ему.

Напряженно кивнув, он наблюдал, как Пенни вместе с Орионом скрылась в палате. Он надеялся, что Флайр обрадуется. Она производила впечатление хорошей женщины. Они вполне могли быть счастливы, если сумеют преодолеть культурные различия.

Шагая по судну, Менас не мог выбросить из головы разговор с Данкирком, вспоминая его снова и снова. По словам парня, Ная не любила его, но он, несомненно, испытывал к ней чувства. Данкирк чрезмерно ее защищал. И Менаса все еще удивляло заявление, что Захват был лучшим событием в ее жизни. Редкие мужчины на Каликсе поддерживали Захваты.

Вспомнив о блокноте с зашифрованными записями, Менас забеспокоился. Правильно ли он поступил, забрав его и не отдав Сайферу? Ему показалось грубым копаться в личных вещах жены. Менас только начал завоевывать ее доверие. Передай он блокнот обратно Сайферу и попроси расшифровать, Ная пришла бы в бешенство. Почувствовала бы себя преданной.

Менас как можно тише проскользнул в квартиру и бросил сумку на столик в прихожей. Он надеялся прокрасться в спальню, не разбудив Наю, но не преуспел. В доме зажегся приглушенный свет, и она остановилась на пороге. Менас залюбовался ее заспанным лицом и спутанными волосами.

— Привет.

— Ты рано вернулся.

— Зеф несся, как летучая мышь из ада.

— Что с женщиной? Все в порядке?

— Она уже с Флайром, — кивнул Менас. — Думаю, они станут прекрасной парой.

— Лучше нас? — усмехнулась Ная.

— Я бы не заходил так далеко.

Она собиралась сказать что-то еще, но тогда заметила на столике сумку и в изумлении замерла.

— Откуда она у тебя?

— Твой друг передал, — Менас провел пальцем по потертой коже.

— Дженни? — Ная казалась преисполненной надежд.

— Я встретил парня по имени Данкирк, — покачал он головой.

— Сегодня дельцом был Дэнни?

— Да, — Менас не отпускал ее взгляда. — Полагаю, мне не стоит спрашивать, состояла ли ты в «Красном пере»?

— Состояла, — Ная даже не пыталась врать. — Мы…они всего лишь политические диссиденты. Добывают лекарства и технологии для тех, кто нуждается в них и хочет. Они делают все, чтобы выборы в Городе проходили справедливее. Помогают больным людям и иммигрантам улетать в колонии.

— Нелегальным иммигрантам, — возразил Менас. — Незаконно вывозить людей с Каликса без виз и документов, подтверждающих финансовую поддержку от граждан, легально проживающих в колониях.

— Мы действительно собираемся спорить о хреновой политике в четыре чертовых утра? — Ная скрестила руки на груди.

— Нет, — вздохнул Менас. — Держи, — он взял сумку и протянул ей. — Все вещи осмотрели и часть конфисковали.

— Мой пистолет? — помедлила Ная, прежде чем подойти ближе.

— Конфискован, — покачал Менас головой. — Я подам прошение, чтобы его вернули как можно скорее. Но даже тогда он отправится прямиком в мой оружейный сейф, понятно?

— Да, — приняв сумку, она прижала ее к груди. — Я уж и не чаяла снова ее увидеть.

— Казалось, твой друг преисполнился решимости тебе ее вернуть, — Менас просто не мог сдержаться. — Данкирк был твоим любовником?

— Что? Почему ты спрашиваешь?

— Значит, был?

— В чем дело? Ты ревнуешь?

— Ная…

— Был. Один раз, — сердито ответила она. — Однажды мы с Дэнни занимались сексом. Больше года назад, — добавила Ная. — Было не фонтан, но и не ужасно. Нет, я с ним не кончила. Все! Вас устроил мой ответ, господин? — последнее слово она выплюнула так резко, что Менас вздрогнул.

— Ная, прости, — поняв, что повел себя, как осел, он потер ладонью лицо. — Я не должен был спрашивать.

— Менас, какого черта ты вообще начал? Разве не ты говорил оставить прошлое позади?

— Говорил, — неохотно признался он. — Возможно, я приревновал. Данкирк хорошо тебя знает. Твои тайны. Он всю жизнь прожил с тобой. Могу ли я, черт возьми, с ним сравниться?

— Не можешь, — Ная бросила сумку обратно на столик. Когда она обняла Менаса за талию и положила голову ему на грудь, он боялся даже вдохнуть. — Мы строим нечто новое и особенное. Теперь неважно, что у нас было или не было с другими людьми. Но то, что здесь и сейчас? — Ная обняла его крепче. — Вот что действительно имеет значение.

Он кратко зажмурился и расслабился, успокоенный ее оценкой их отношений. Обхватил ладонями милое лицо Наи, Менас завладел ее ртом в нежном поцелуе. Тогда он вспомнил свое обещание и подхватил ее на руки.

— Я вполне уверен, что мы собирались продолжить с того, на чем закончили.

— Возможно, сначала нам стоит тебя раздеть, — поерзала Ная в его руках. — Приклад пистолета втыкается прямо мне в задницу.

Менас в ответ лишь фыркнул.

— У меня есть кое-что еще, что можно воткнуть в твою…

Но Ная быстро закрыла ему рот ладонью.

— Закончи фразу, и будешь спать на диване, — прищурившись, предупредила она.

— Ты начинаешь ворчать, как настоящая жена, — посмеиваясь, он поставил ее на пол в спальне и начал снимать свой тактический жилет с кобурами.

— Так держать. Один хороший удар, и ты запоешь как настоящий евнух.

— Ай, — расхохотался Менас. Прижав палец к панели в гардеробе, он открыл встроенный сейф, куда сложил свое оружие и снова запер. Менас разулся и разделся.

Голый и возбужденный, он вышел из гардеробной и нашел Наю забиравшейся под одеяло. Рубашка, в которой она его встретила, валялась на полу. Менас наметил себе завтра провести с Наей беседу об аккуратности. Но теперь, отчаянно желая снова до нее добраться, он сдернул одеяло и забрался на кровать рядом с ней. Она сразу же пододвинулась к нему.

Но когда Ная попыталась закинуть на него ногу и доминировать, он повалил ее на спину и покачал головой.

— Не сегодня, милая.

Придавленная к постели, она возбужденно задышала, однако не сопротивлялась. Ная привыкала подчиняться Менасу. Она раскраснелась, и у нее расширились зрачки. Мгновенная реакция на его господство вызвала пульсацию в члене. Менас схватил обе ее руки и, перехватив в одну свою, зажал их у нее над головой.

— Я дам тебе выбор, — он потерся носом о горло Наи. — Либо я привяжу тебя к спинке кровати, либо буду удерживать сам. Но в любом случае я оттрахаю тебя до потери сознания.

— Удерживай меня, — она овеяла его щеку прерывистыми выдохами.

Сексуальная потребность вспыхнула пожаром, и Менас завладел ртом Наи в собственническом требовательном поцелуе. Она выгнулась под ним. Одной рукой продолжая удерживать ее запястья, второй он принялся гладить шелковистую кожу. Темные соски Наи уже превратились с твердые бусины. Они так и молили, чтобы их лизали, щипали, сосали.

К тому времени как Менас закончил терзать ее груди пальцами и ртом, она уже практически рыдала. Тогда он позволил себе провести ладонью по животу Наи и коленом широко раздвинул ей ноги, чтобы исследовать киску. Она была мокрой от отчаянной потребности в нем.

Привстав на коленях, Менас устроился на Нае, и очень твердый член нашел свою цель. Он толкнулся вперед в гостеприимный скользкий жар. Вскрикнув, Ная попыталась вырваться, но Менас держал ее очень крепко. Она особо остро осознала, что оказалась всецело в его милосердии. Он понял это по тому, как его стиснула киска.

— И вот теперь, — сказал Менас дразнящим тоном, — давай посмотрим, сколько мне потребуется времени, чтобы показать тебе, кто твой господин.

Глава 12

Четыре недели спустя…

— Я не понимаю, в чем проблема, — пытаясь не сорваться на клерка в одежном отделе, Ная едва держала себя в руках. — Я дала вам название склада на Каликсе. Неужели так сложно импортировать две коробки рубашек и штанов?

— Я не могу заставить людей торговать с нами. Они не выполняют наши условия по выплате налогов на импорт и таможенные сборы, — харкос старшего возраста рассерженно смотрел на нее в ответ. Он управлял компьютерной консолью, словно часовой, охранявший государственные тайны. — Если не хотите компенсировать недоплату из своего кармана, коробки не покинут Каликс.

— Это смешно, — Ная потерла лоб, пытаясь придумать способ обойти бюрократизм. — Слушайте, где я могу получить копию торговых соглашений и налоговых сборов?

— Просканируйте свой чип, — мужчина указал на сканер в углу стола. — Я перешлю соответствующие файлы на ваш личный планшет.

— Благодарю, — Ная помахала рукой перед прибором, и он просигналил.

Раздраженная, она покинула магазин и направилась в сектор судна, где занимались розничной торговлей. Теперь, когда они с Менасом прожили вместе больше тридцати дней, Ная не боялась похищения другими мужчинами. Двумя днями ранее он снял ограничения, чтобы она свободно ходила по судну и занималась бизнесом, но зачастую ее сопровождала Хэлли, ведь ни один офицер на «Вэлианте» не осмелился бы побеспокоить жену генерала.

Ная осмотрела оживленную торговую секцию, остановив взгляд на пустой электронной витрине. Семена, несколько недель назад брошенные Хэлли в благодатную почву, дали всходы. На предыдущей встрече Ная поделилась своей новой мечтой открыть магазин на «Вэлианте». Прежде чем строить планы, она собиралась ознакомиться с законами и правилами. Ная предвидела финансовые проблемы, но в Безопасной гавани ее ждал неплохой куш. Если бы его хватило, и законы были бы благосклонны, она бы поговорила с Менасом и узнала его мнение насчет ее затеи.

У нее не возникало сомнений, что он поддержит ее. Сексуальный небесный воин постепенно рушил стены, которыми Ная оградила себя. За последний месяц у них случались ссоры, и временами она очень хотела стукнуть Менаса по голове самым тяжелым из ближайших предметов, но он не переставал быть самым честным и преданным человеком в ее жизни.

Хотя ей все еще было немного неловко от безоговорочного обожания мужа, даже когда она вела себя как бешеная сука. Жизненный опыт научил Наю настороженно относиться к любому мужчине, считавшему ее язвительность милой. Она по-прежнему старалась продвигаться в отношениях шаг за шагом, и временами было сложно. Ей казалось, словно земля то и дело уходила у нее из-под ног.

Пройдя к лифтам, Ная краем глаза уловила движение. Сначала она ничего не видела, но тогда заметила одноглазое изуродованное лицо. У нее мучительно сжался желудок. Какого черта Террор здесь забыл?

Ускорившись, Ная заскочила в заполненную кабину, не обращая внимания на косые взгляды недовольных попутчиков. Ни за что на свете она не собиралась ждать следующего лифта под сверлящим взглядом мистера Жуткинса.

Неделю назад Ная слышала, как Менас с Вишесом говорили о новой миссии, куда отправился Террор с командой. Их разговор подтвердил ее опасения и доказал, что одноглазый парень не был никаким клерком из отдела логистики. Нет, он был невероятно опасен. И теперь, когда Террор вернулся на «Вэлиант», у Наи чуть не подкосились ноги.

Пока он был где-то далеко и не представлял непосредственной угрозы, она смогла поверить, что Менасу не нужно знать уродливые подробности ее подростковых лет. Ная провела свое собственное расследование и выяснила, что по закону у всех ее проступков давно истек срок давности.

Менас твердил, что прошлое осталось позади, и его не изменить. Он закрыл глаза на участие Наи в «Красном пере», но если бы узнал об остальных ее прегрешениях? От одной лишь мысли, что Менас отвернулся бы от нее, ей становилось нехорошо.

Доехав до оружейного склада, Ная вышла из лифта. Охранник у двери удивился, но просканировал ее запястье и пропустил в офис. Пару раз она приходила сюда вместе с Менасом, когда ему нужно было забрать что-то со своего стола.

Конечно, сейчас Ная нарушала устав, вламываясь на склад в разгар рабочего дня, и Менас не пришел бы в восторг, но от одной лишь мысли о долгом пути домой со следовавшим по пятам Террором ее бросало в дрожь. На судне было слишком много безлюдных коридоров, где солдат Теневых сил мог схватить ее.

Завернув за угол, Ная налетела на очень знакомую грудь.

— Ай!

— Ная? — Менас поймал ее за плечи и помог ей устоять на ногах. — Что ты здесь делаешь?

— Просто хотела увидеть тебя, — обернувшись через плечо, она убедилась, что за ней никто не следовал.

— Все в порядке? — Менас ухватил Наю за подбородок и сверху вниз всмотрелся в ее лицо. — Ты выглядишь испуганной.

— Кажется, меня преследуют, — облизала она губы.

— Ты уже ходила в медицинский отсек для обязательного сканирования мозга? — он погладил ее костяшками по щеке.

— Я не сумасшедшая! — закатила глаза Ная.

— Я и не называл тебя сумасшедшей. Милая, космическая болезнь — реальная угроза. Ты всю жизнь ходила по твердой почве, а теперь? Провела тридцать два дня в космосе. Твой разум может играть с тобой.

— Нет у меня никакой космической болезни, — громко фыркнула Ная. — Я думала, что за мной шел Террор.

— Террор? — в изумлении отшатнулся Менас. — Он вернулся?

— Я только что видела его в секторе розничной торговли.

— Скорее всего, он просто хотел догнать тебя и поболтать. Несмотря на ужасающую внешность, он отличный парень, если узнать его поближе.

— Поверю тебе на слово.

— Моя смена закончится через полчаса, — натянуто улыбнулся Менас, посмотрев на часы. — Хочешь пойти в мой офис и посмотреть, как я ввожу данные? Когда закончу, мы пообедаем.

— С удовольствием, — с облегчением закивала Ная, радуясь возможности остаться.

Менас обнял ее за плечи и провел в свой офис. Там было тесно и жарко. Он указал на стул, но Ная решила занять свободное место на столе.

— Ты — самое красивое пресс-папье, какое я только видел, — хохотнул Менас, рухнув в свое кресло.

— Ты можешь взять меня на должность своей помощницы. Я буду каждый день сидеть здесь и украшать твой офис, — она скрестила ноги, намеренно продемонстрировав ему как можно больше обнаженной кожи. На Каликсе Ная редко носила юбки, но на борту «Вэлианта» воскресила свою детскую любовь к ним. И Менас обнаружил, что тоже питал к ним слабость. Запустив руку Нае под юбку, он погладил ее голую ногу.

— Заманчивое предложение, милая, но тогда я вряд ли сделаю много работы.

— Вероятно, — согласилась Ная, прекрасно помня о его диком либидо. Схватив руку Менаса, она вернула ее на стол. — Заканчивай с делами, чтобы мы могли пойти домой и поиграть.

— Мы можем не дотянуть до дома, — проворчал Менас, взяв со стола стопку серебристых блестящих карточек. Он сканировал одну за другой, вводя данные в пустые ячейки на большом сенсорном экране.

— Что ты делаешь?

— Завтра привезут пушки, и я должен убедиться, что солдаты их получат. Новейшие плазменные ружья, спроектированные для военных действий в городских условиях.

— Ясно, — Нае не понравились его слова. Если харкосы готовились к войне в городе, значит, нашли логово террористов, по слухам, основавшихся на Каликсе. Ная боялась, что военные действия могли отразиться на невинных людях, неизбежно попадавших под перекрестный огонь.

— Вон там есть презентация, если тебе интересно, — остановившись, Менас указал на целую стопку маленьких цифровых каталогов.

Взяв легкий планшет, Ная с нажимом провела по нему пальцем, чтобы запустить рекламный ролик. На экране отобразились взрывы и пугающе большие солдаты, уничтожавшие вражеские силы. Из дул вылетали яркие белые всполохи, прожигавшие броню, одежду, кожу. В телах оставались дыры, дымившиеся с шипением. Не прошло и двадцати секунд, как Ная отключила ролик, увидев достаточно.

— Как грязно.

— Зато эффективно, — рассмеялся Менас.

— Ты ведь понимаешь, что на Каликсе живут только фермеры, мельники и торговцы? Более того, в дальних заброшенных уголках нашей планеты стоматологию считают волшебством. Неужели вам нужно такое оружие?

— Ная, нас беспокоит не твой народ. Мы знаем, что на поверхности основалась фракция повстанцев. Отщепенцы. Четыре года назад наше посольство взорвали, и все указывало на них. Вне всяких сомнений, они пытаются посеять семена неудовлетворенности, чтобы найти последователей и пополнить ряды своей истощающейся армии.

— И что? Вы собираетесь вылавливать их с новыми пушками? Но вдруг вы расстреляете не тех людей?

— Ная, это война, — Менас не отводил глаз от экрана и продолжал печатать. — Сопутствующий ущерб приемлем.

— Как ты можешь так говорить? — Ная даже не успела подумать. Занеся кулак, она со всей силы ударила Менаса по плечу. — Сопутствующий ущерб? Менас, мы говорим о людях!

— Больно, — нахмурился он, потерев плечо.

— Ой, прости, — саркастично ответила Ная. — Сопутствующий ущерб моей злости на твое безразличие.

— Ная, что ты хочешь от меня услышать? — стиснул Менас зубы. — Что мы никогда не ошибаемся? Я не собираюсь врать. Иногда невинные люди оказываются не в то время и не в том месте. Я не могу этого изменить. Также я не намерен сидеть здесь и врать, обещая, что новое оружие всегда будет использоваться исключительно против террористов.

— Хорошо. Но что если ваше оружие попадет в руки Отщепенцев?

— Не попадет.

— Менас, ты не можешь быть уверен, — его высокомерие натянуло ее и без того потрепанные нервы. — Алло! Твои люди из века в век запрещают на Каликсе оружие, но оно у нас есть. Ты сам конфисковал мой пистолет, помнишь?

— О, прекрасно помню.

— Тогда, пожалуйста, выслушай меня. Мы сейчас находимся на задворках галактики. Вы не сможете защитить каждую партию оружия, которую вам переправляют, — Ная вовремя прикусила язык, пока не сболтнула что-нибудь компрометирующее. Время для признания определенно не было подходящим. Уж точно не в офисе. — Слушай, я лишь хочу сказать, что в мой ломбард приносили вещи, полученные прямиком с ваших кораблей. Вы не в состоянии сохранить даже самое простое оборудование. Как, черт возьми, вы собрались безопасно переправлять оружие, Менас?

Прежде чем ответить, он откинулся на спинку стула и долго смотреть на Наю.

— Я не говорю, что не согласен с тобой, но мои возможности ограничены. Я всего лишь специалист по оружию.

— Менас, погибнут люди, — тяжело вздохнула она, опустив взгляд.

— Ная, они уже погибают. Вот почему мы должны остановить террористов, пока они окончательно не основались на вашей планете. Несколько просчитанных атак, и мы решим проблему.

— Вот так легко, да? — покачала головой Ная, снова посмотрев на него.

— Так говорят служащим с моим уровнем допуска, — поставив точку в беседе, Менас вернулся к работе.

Ная задушила внутренний голос, убеждавший ее просто признаться, черт возьми. Тема разговора дала ей прекрасную возможность поставить все на карту. Но страх помешал. Испугавшись, что Менас разозлится и испытает отвращение, Ная не решилась на смелый шаг и исповедь.

Он рядом с ней сосредоточенно работал. Движения его рук, оберегавших ее и доставлявших невообразимое удовольствие, гипнотизировали. Она пристально посмотрела в его красивое лицо. Подумав о том, чтобы никогда больше не увидеть Менаса улыбавшимся с другого конца обеденного стола и не почувствовать прикосновений его губ, Ная растеряла остатки храбрости.

Отказавшись рушить отношения, Ная убедила себя, что Террор никак не мог узнать о ее проступках. Не осталось никаких улик. Она попадала под арест исключительно за незначительные преступления. Возможно, Террор о чем-то догадывался, но у него не было доказательств. Ная не собиралась подбрасывать их ему, только чтобы очистить совесть перед Менасом. Некоторые секреты нужно хранить…любой ценой.

*****

Пока Менас работал, Ная была чрезвычайно тиха. Просмотрев последнюю анкету, он ввел заключительные параметры и вышел из системы. Менас положил карты обратно в футляр и убрал в ящик, где хранил данные всех солдат на судне. Коснувшись колена Наи, он привлек к себе внимание.

— Я хочу кое-что тебе показать.

— Думаю, это твое кое-что ты мне уже показывал сегодня утром в душе, — закатила она глаза.

— Нет, другое кое-что, — хохотнул Менас, поднявшись со стула. Он потянулся к Нае и стащил ее со стола. — Я собирался дать его тебе чуть позже, но раз уж ты здесь, мы можем немного с ним поиграть.

— Теперь я не сомневаюсь, что ты говоришь о сексе. Ты решил продемонстрировать мне свою очередную странную игрушку?

— По твоим словам выходит, что я какой-то озабоченный извращенец, — хмуро посмотрел на нее Менас.

— Гм…когда ты в последний раз смотрелся в зеркало?

— Следи за языком, — предупредил он. — На стрельбище хорошая звукоизоляция, поэтому никто не помешает мне перекинуть тебя через колено и шлепать, пока твоя задница не станет ярко-красной.

— Только и делаешь, что дразнишь, — рассмеялась Ная, погладив его по груди.

— Что-то ты сегодня слишком смелая, милая, — Менас проводил ее на стрельбище, где ввел код активации, известив диспетчеров и полицию, что произведенные выстрелы будут учебными. Меньше всего ему хотелось, чтобы группа особого реагирования примчалась на поиски стрелка. — Держи, — Менас протянул Нае наушники и очки с небьющимися стеклами. — Тебе нужно будет их надеть.

— Зачем? — она осмотрела защитное снаряжение.

— Потому что мне очень нравятся твои красивые глаза, и ты наверняка не хочешь оглохнуть, — ответил он. — Как только мы подойдем к дорожкам для стрельбы, — Менас указал на дальний конец зала, — ты наденешь наушники и очки, иначе я не дам тебе пострелять из твоего пистолета.

— Из моего пистолета? — приободрилась Ная, поймав лакомый кусочек.

— Веном недавно его оформил. Вишес и адмирал Орион наконец-то добрались до моего запроса. Я знаю, что пистолет твой, но технически он теперь принадлежит мне. Значит, я несу за него ответственность и после стрельбища сразу же запру его в оружейном сейфе у нас дома.

— Я понимаю.

— Я постараюсь как можно чаще водить тебя сюда, — Менас открыл дверцу. В отличие от домашнего сейфа, оружейный шкаф был фактически небольшой комнатой, на всех стенах которой висело оружие. Здесь Менас держал минимум по два экземпляра каждого пистолета и винтовки из арсенала харкосов — один для испытаний, второй для обучения.

В ящике около двери лежал маленький пистолет Наи. Менас забрал его и достал из соседней ячейки четыре магазина. Он практически не держал на борту снарядов для оружия старой школы. Подобные пистолеты настолько устарели, что стрелять из них умели только Менас и Веном.

— Прежде чем я допущу тебя до стрельбы, мы должны обсудить технику безопасности, — Менас засунул магазины в карман и достал свое оружие. По пути на стрельбище он провел инструктаж и ознакомил Наю с правилами. Дабы она точно запомнила, Менас заставил ее повторить и уточнил, что делать в случае заклинивания или осечки. Удовлетворенный ее ответами, он велел ей надеть очки с наушниками, после чего передал пистолет и один магазин.

Как опытный стрелок, Ная проверила оружие. Держа его дулом вниз, она дважды щелкнула затвором и достала магазин. Ная изучила его и убедилась, что он загружен должным образом. Лишь затем она поставила магазин на место, снова щелкнула затвором, вывела пулю к дулу, провела пальцем по предохранителю и проверила его.

— Охренеть, Ная, — громко выругался Менас. — Ничего сексуальнее я в жизни не видел.

— И куда же делся наш запрет на сквернословие? — рассмеялась она, одарив его ехидной улыбкой.

— Он вылетел из окна в тот же миг, как ты взяла в руки оружие и показала, кто здесь босс, — встав позади нее, он коснулся пульта управления мишенями. — Если твоя меткость не уступает моей, все будет кончено, милая. Мне придется взять тебя прямо здесь.

— Ты, конечно, шутишь, — Ная посмотрела на него через плечо.

— Вот это похоже на шутку? — Менас схватил ее за бедра и вжался твердым членом ей в зад.

— Нет, но очень похоже на нарушение правил поведения на стрельбище.

Посмеиваясь, он надел свои очки и наушники. Менас дважды дотронулся до плеча Наи, дав понять, что можно стрелять. Сняв пистолет с предохранителя, она прицелилась и сделала первые выстрелы. Пули влетели не в центр мишени, но довольно близко к ней, и Менас понял, что Ная умела обращаться с оружием. Выстрелив еще дважды, она попала в десятку.

Когда Ная опустошила первую обойму и остановилась перезарядить пистолет, Менас воспользовался возможностью изменить ее стойку.

— Ты чертовски хорошо стреляешь, но можешь лучше.

— Покажи мне, — к его изумлению, она не огрызнулась за попытку ее направить.

Он не собирался упускать шанс научить Наю или коснуться ее рук и бедер. По обыкновению хорошая ученица, она прилежно следовала инструкциям и значительно улучшила меткость. К концу четвертой обоймы Менас уже запланировал снова привести Наю сюда и дать ей опробовать различное оружие из арсенала.

Вернувшись к сейфу, он перезагрузил магазины и вернул их в ящик. Напоследок Менас быстро внес корректировки в список инвентаря и, осмотревшись, убедился, что все в порядке. Магниты позади гелевых мишеней притянули выпущенные пули, которые затем были транспортированы по вакуумным желобам, пересекавшим все стрельбище.

— Спасибо, — поблагодарила Ная, когда Менас закрыл сейф и запер дверь. — Было очень мило с твоей стороны привести меня сюда.

— Стоило мне поймать тебя, как я сразу понял, что ты для меня так самая, — он засунул ее разряженный пистолет в свою пустую набедренную кобуру.

— О, неужели? — теперь Ная открыто посмеивалась над ним.

— Да, — Менас схватил ее за талию и утянул в инженерную подсобку прямо за стеной своего кабинета. — Женщина, считающая обеденный перерыв на стрельбище милым — дама моего сердца.

— Что мы делаем в подсобке? — Ная со смехом поцеловала его.

— А ты как думаешь? — вокруг них мерцали огни коммуникационных систем, и лежали километры кабеля.

— Я думаю, что мы попадем в беду. Разве не везде есть камеры?

— Не здесь, — ответил Менас. — Слишком много магнитных волн и напряжения, чтобы они работали без сбоев. Теперь подними юбку и дай мне снять с тебя белье.

— Менас! — зашипела Ная. — Мы не можем заниматься здесь сексом.

— Можем и займемся, — рухнув на колени, он поднял на ней юбку. Раз Ная собиралась сопротивляться, ему нужно было проявить настойчивость. Ухватив ее бедра с внутренней стороны, Менас развел их в стороны. Подошвы ее туфель со скрипом заскользили по гладкому полу. Сжав ее трусики, Менас сдвинул их вбок.

— Нет, Менас! Ты не можешь…ох, охренеть!

Только во время секса он не возражал против ее ругательств. Менас сходу втянул клитор между губами. Ная вскинула руки к его голове, но не пыталась оттолкнуть. Своей капитуляцией она подтвердила то, что он итак знал. Ная не могла устоять перед ним точно так же, как он не мог устоять перед ней.

Опьянев от потребности, Менас нападал на киску языком. Он вытащил клитор из-под капюшона и облизал припухший шарик. Ная стонала и царапала его голову. От возникшего жжения у Менаса поджались пальцы ног. Наслаждаясь вкусом, он лизал и лизал, пока не толкнул Наю к самому краю.

Менас оторвался от нее, и она застонала в знак протеста. Повозившись с ширинкой, он быстро освободил член и схватил Наю за бедра. Опершись на широкий крепкий поручень вдоль стен коморки, она приподнялась, чтобы Менас мог снять с нее трусы. Ная держалась одной рукой, опустив вторую и сжав член. Она подвела его к своему влажному входу. Менас толкнулся вперед и пронзил ее.

Ная уцепилась за его плечи, позволяя ему держать ее и трахать, словно дикарю. Прижавшись щекой к щеке, они задыхались и стонали. Она царапала Менасу спину, снова и снова шепча его имя. За месяц совместной жизни он полностью подстроился под нее и ее потребности. Изменив угол проникновения, Менас впился зубами в горло Наи, толкая ее к оргазму и заставляя кричать от наслаждения. Лишь когда киска сдавила его, он уступил чистому восторгу. Вонзившись в нее по самое основание, Менас излил семя.

Ная любовно гладила его по затылку, пока оба оправлялись от интенсивности стремительного секса. Улыбнувшись, Менас облизал и нежно поцеловал место, отмеченное его зубами. Похоже, настал момент рассказать о планах на вечер. Удовлетворенная и вялая, Ная, возможно, не стала бы бить его по голове.

— Сегодня вечером мы выходим в свет.

— На ужин, да?

— Не совсем, — осторожно сказал Менас и попятился, чтобы встретить ее вопросительный взгляд. — Я отведу тебя в офицерский клуб.

— Что-что?

— Я отведу тебя в офицерский клуб. Мы немного повеселимся, — не дав ей заспорить, он прижал палец к ее губам. — Это не обсуждается. Мы идем. Ты хорошо проведешь время.

— Да неужели? — тон ее голоса говорил, что Менасу предстояло столкнуться с последствиями своего одностороннего решения.

— Я не боюсь тебя, милая, — он поцеловал ее крепко и глубоко, после чего поставил на пол.

— Храброе заявление для человека, несущего мой пистолет в нашу квартиру, — Ная поправила на себе одежду.

— Он разряжен, — Менас не хотел принимать ее слова всерьез, но она была достаточно смелой, чтобы реализовать угрозу.

— Можно подумать, я позволю такой мелочи остановить меня, — протолкнувшись мимо него, Ная открыла дверь и, похлопав его по плечу, злобно улыбнулась.

Выбираясь из подсобки, она потерлась об него грудями. Менас вышел следом за ней и, схватив ее за руку, крепко прижал к себе. Заправив Нае за ухо выбившиеся из хвоста волосы, он всмотрелся в ее темные глаза.

— Ная, дай клубу шанс.

— Ты мог бы сначала спросить меня, — шумно вздохнула она.

— Мог бы, — согласился Менас, — но я хотел тебя удивить.

— Что ж, миссия выполнена.

— Не будь такой, — прошептал он, нежно ее поцеловав. — Я организовал для тебя кое-что особенное.

— Да? — заинтересовалась Ная.

— Помнишь, на прошлой неделе мы смотрели фильм? — Менас скользнул руками вниз по ее спине и опустил их ей на ягодицы. Он слегка шлепнул ее, и она приподнялась на цыпочки.

— Гм…да, — учащенное дыхание Наи и слабый румянец подтвердили, что она помнила.

Тем вечером, когда ее внимание было приковано к экрану, Менас понял, что наконец-то раскрыл самую тайную, самую грязную фантазию своей жены. Он все еще сомневался, хотела ли Ная пережить ту сцену в реальности. Но сегодня вечером собирался выяснить.

Глава 13

Ная нервно поправила чашки черного кожаного лифчика. Разглядывая свое отражение в зеркале, она гадала, как ей, черт возьми, набраться смелости, чтобы выйти из дома. Одно дело расхаживать полуголой по своей квартире, и совсем другое — пойти в таком виде в клуб.

Кожаный лифчик приподнимал груди и прижимал их друг к другу, что выглядело непристойно. Крошечный клочок ткани, называемый трусами, едва прикрывал промежность и полностью оголял зад. Черные чулки с широкими кружевными резинками облегали ноги, выглядевшие стройнее и длиннее в красных туфлях на высоких каблуках.

Менас принес наряд с диким восторгом, но Наю совсем не радовало, что другие мужчины увидят ее такой. Ей нравилось сексуально наряжаться для него, но чтобы на нее пялилась толпа странных парней? Не лучший способ провести пятничный вечер.

— Тебе помочь? — раздался за дверью голос Менаса.

— Да, — Ная взяла черное хитроумное приспособление, шедшее в комплекте с бельем. Она так и не выяснила, для чего оно предназначено. Открылась дверь, но Менас не вошел в ванную. Ная встретилась с ним взглядом в зеркале. Он выглядел ошеломленным. — Что? — она тревожно помялась с ноги на ногу.

— Детка, ты выглядишь горячо, — Менас двумя широкими шагами подошел к ней и благоговейно провел руками по ее телу. — Очень сексуально.

Ная могла сказать то же самое о нем. Он надел кожаные штаны и облегающую черную рубашку, подчеркивавшую твердые мускулы рук и торса. Благодаря ней татуировки на смуглой коже выделялись еще больше, чем прежде. От того, как Менас смотрел на Наю, у нее затрепетала киска.

— Я не знаю, что это, — Ная показала ему странный пояс со свисавшими с него ремешками.

— Пояс с подвязками, — Менас забрал его и обернул вокруг ее талии, сильными пальцами легко застегнув серебристые застежки у нее на спине. Положив ладони ей на бедра, он поцеловал ее в спину. Ная задрожала от чувственного прикосновения. Опустившись позади нее на колени, Менас потер голую кожу над подвязками. — Ремешки пристегиваются к чулкам.

— Ох, — в отражении Ная наблюдала, как он закреплял их, и коснулась металлических колец на бедрах. — А это что?

— Твои наручники, — медленно поднявшись, Менас опустил руки ей на плечи и уткнулся носом в ее волосы, по его же просьбе собранные в хвост. — Я пристегну твои руки к бокам.

— Зачем?

— Потому что так хочу, — он поцеловал Наю в плечо.

— Значит, вот как пройдет сегодняшний вечер? — нахмурилась она.

— Сегодня речь только о твоем удовольствии, — Менас провел губами по чувствительному месту чуть ниже ее уха. — Как только мы выйдем из ванной, ты передашь мне полный контроль. И поверишь, что я о тебе позабочусь.

Могла ли Ная? Она смотрела, как он нежно скользнул губами по ее плечу и, бережно опустив ладони ей на живот, осторожно его погладил. Ответ дался ей легко. Да.

— Я верю, что ты обо мне позаботишься, — прошептала Ная с пересохшим ртом и сведенным желудком.

Менас вскинул взгляд к зеркалу. Они смотрели друг на друга долгое мгновение, прежде чем он выпрямился и встал в полный рост. Даже в туфлях на каблуках она была гораздо ниже него. Когда Менас взялся за ошейник, Ная задрожала от неуверенности. Она сказала что-то не то? Почему он снимал его?

— Спокойно, — заверил Менас и, забрав ошейник, с которым когда-то заявил о своих правах, положил его на тумбочку. — Мы уберем его в коробку на память.

Ная коснулась своей голой шеи, и ощущения показались ей странным после месяца в ошейнике. Она привыкла к его весу. Без него Ная чувствовала себя обнаженнее, чем с ним, но в крошечном кожаном наряде.

Потянувшись к карману своих штанов, Менас достал ярко-синий ошейник с подвеской в виде простого серебряного знака.

— У нас заведено, что муж дарит жене постоянный ошейник. Я хотел подарить его тебе чуть позже, но решил, что сейчас идеальный момент, не так ли?

От его хриплого голоса Ная затаила дыхание. У харкосов постоянный ошейник был равноценен обручальному кольцу. Они выбирали вдумчиво, вкладывая смысл. Вместо традиционного черного Менас выбрал ошейник любимого цвета Наи. И серебряный символ представлял собой первые буквы их имен. «М» была больше, в верхнем регистре, в то время как «Н» меньше и в нижнем, обозначая, кто главный в отношениях.

Менас и впрямь был главным. Ная не собиралась когда-либо прогибаться под мужчину…до встречи с Менасом. Он добился от нее подчинения не через боль и страх. Добротой и наслаждением Менас заслужил доверие и доказал Нае, что может позаботиться о ней и защитить ее.

Когда он надел на нее ошейник, она погладила жесткую кожу и поиграла с серебряной подвеской. Обняв Наю за талию, Менас вторую руку прижал к ее щеке, повернув ей голову для поцелуя. Сначала их губы соприкоснулись нежно и целомудренно в знак того, что Ная добровольно подарила ему свое доверие. Поцелуй становился все крепче и жарче, но Менас не зашел дальше. Казалось, он разделял ее желание потянуть до конца вечера и насладиться ожиданием.

— Я сверился с графиком, — Менас погладил ее по щеке. — Сегодня вечером мы все еще в безопасности.

Ная с улыбкой кивнула. Он был практически одержим перепадами ее температуры и составлением графика на домашнем планшете. Прошение о контрацепции все еще рассматривалось, но Менас сдержал слово, позволив Нае выбрать момент, когда они создадут семью. В их первый месяц диаграмма и относительное воздержание в опасный период прекрасно сработали. Менас не был готов полностью лишиться секса, поэтому показывал Нае, как при творческом подходе можно удовлетворять друг друга руками или орально.

— Ты готова? — он прижался губами к ее лбу.

— Насколько это возможно, — призналась она.

Менас взял ее за руку и вывел из ванной. В спальне он остановился, чтобы закрепить на запястья Наи пару ярко-синих браслетов. Они были новыми, с мягкой белой подкладкой и его именем на них. На каждом было по кольцу, чтобы пристегивать их цепью к чему-либо или даже друг к другу. Менас прикрепил цепочки к широкому поясу на бедрах Наи.

Ей пришлось сопротивляться налетевшей панике. С руками, зафиксированными по бокам тела, она не могла защитить себя. Через марево страха ей помогло прорваться лишь успокаивающее тепло Менаса и его аромат, который она успела полюбить. Ная верила, что муж ее защитит. Он никогда не позволил бы никому причинить ей боль.

— О чем ты задумалась? — спросил Менас, ухватив ее за подбородок и немного запрокинув ей голову. — Ты выглядела готовой сбежать.

— Я поняла, что не смогу поднять руки и защититься.

— Но?

— Но тогда я вспомнила, что ты обещал обо мне заботиться.

— Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — его сексуальные губы изогнулись в усмешке, говорившей, что ему очень понравился ответ Наи. — Если я что-нибудь неправильно пойму, воспользуйся стоп-словом.

— Хорошо.

— Мы не задержимся на первом этаже клуба, — положив руку Нае на талию, Менас нежно подтолкнул ее вперед. — Я забронировал для нас частную игровую комнату. На первом этаже рамки сильно отличаются от того, чем мы с тобой когда-либо занимались.

— Например? — ее охватило беспокойство.

— Тебе нельзя от меня отходить. Если попадешься одна, наблюдатель отведет тебя в запас и позволит любому мужчине выпороть паддлом, чтобы преподать урок.

— Хочешь сказать, там меня там может ударить чужой человек? — ахнула Ная, шагнув еще ближе к Менасу.

— Не бойся. Я не выпущу тебя из поля зрения, — погладив Наю по спине, он прихватил с тумбочки в прихожей серое пальто длиной до лодыжек. Менас накинул его ей на плечи и застегнул спереди. — Мы снимем его, как только зарегистрируемся в клубе.

— Спасибо, — Ная сверху вниз посмотрела на ужасную вещь. Уродливее ада, она надежно укрыла Наю от посторонних глаз.

— Также не забывай, что тебе нельзя без моего разрешения обращаться к другим гостям, даже к женщинам, — указав на выход, Менас открыл двери, и она вышла на площадку. Запирая квартиру, он выдал еще больше инструкций. — Других мужчин называй «сэр». Понятно?

— А что насчет тебя?

— Как тебе называть меня? — Менас нажал на кнопку лифта.

— Да.

— О, даже не знаю. Господин, мой сеньор, свет моей жизни…

— Да, я поняла, — закатила глаза Ная, но не смогла сдержать улыбку. Заигрывания Менаса ободряли. Заведя ее в лифт, он нажал кнопку, чтобы спуститься на закрытый этаж, где располагался офицерский клуб. — Стоит ли мне знать что-то еще?

— Я хочу, чтобы сегодня вечером ты была открыта для новых возможностей. Понаблюдай за другими парами. Посмотри, не заинтересует ли тебя что-нибудь. Мы еще не обсуждали жесткие ограничения. Может, сегодня ты увидишь что-то, что категорически не захочешь пробовать, и это нормально. Также ты можешь увидеть нечто, что заинтересует тебя и возбудит, — зажав Наю в углу, Менас игриво провел губами по ее горлу. — И я хочу, чтобы потом ты мне обо всем рассказала.

Поездка на лифте прошла слишком быстро. Не успела Ная что-либо понять, как Менас зарегистрировал их, снял с нее пальто и провел в затемненный клуб. Ей потребовалась минута, чтобы привыкнуть к тусклому освещению. Громкая музыка била по ушам и сотрясала воздух. На огромной открытой площадке возвышался бар с несколькими креслами.

Первым признаком необычности бара была полностью нагая женщина, стоявшая на четвереньках и служившая столом двум мужчинам, развалившимся в креслах рядом с ней. На ее спине стояло два красных стакана. Как ей удавалось удерживать их в столь шаткой позе, осталось для Наи загадкой. Судя по красным полосам на ягодицах и лужице жидкости рядом с рукой, женщина не преуспела.

Схватив Наю за руку чуть выше браслета, Менас потянул ее дальше. Она поспешила за ним в клуб и впервые увидела общественные игровые залы. Часть оборудования уже встречалась ей и даже использовалась в квартире Менаса. Например, козлы для порки или стол с кандалами, но от вида большого страшного креста, напоминавшего букву Х, Нае подурнело. К нему была привязана женщина, которая кричала, пока мужчина стегал ее спину кнутом. Вокруг них столпились люди поглазеть, как ее избивали, словно мула.

Ная пошатнулась. Куда Менас привел ее?

— Посмотри на меня, — прорвался сквозь панику его глубокий твердый голос. — Ная, все происходит по взаимному согласию. Женщина этого хочет. Ей нравится, когда ее порет господин.

— Откуда тебе знать?

— Наблюдатель, — указал Менас на неповоротливого мужчину возле сцены. — Мужчины с ярко-оранжевыми повязками на руке — наблюдатели. Они знают, когда нужно вмешаться и остановить сцену. «Красный» — универсальное стоп-слово всего клуба, но на входе каждый мужчина регистрирует индивидуальное для своей женщины. Тот же чип, отслеживающий твои передвижения, работает и здесь. Видишь на наблюдателе устройство вроде часов? На нем экран с перечнем стоп-слов ближайших пар.

Отведя взгляд от наблюдателя, Ная снова посмотрела на крест. Женщина приподнималась на цыпочки в ожидании каждого удара. Мышцы ее ног и спины не напрягались от страха. Для той, кого беспощадно пороли, она была расслаблена.

Тогда Наю озарило, что у женщины были свои причины наслаждаться болью под кнутом своего мужа. Ведь она и сама любила, когда Менас удерживал ее или сковывал наручниками, воскрешая воспоминания об опасностях, которых ей удалось избежать во времена жизни на улице. Сдаваясь Менасу и подпуская его к себе, Ная чувствовала скачок необъяснимых эмоций. Они были первобытными и настоящими.

— Пойдем, — он сжал ее руку и повел вперед. — Я вижу знакомые лица.

Ная сомневалась, что хотела встречаться со своими знакомыми, будучи в столь откровенном наряде. Придвинувшись к Менасу, она позволила себе окинуть взглядом клуб и потеряла дар речи от количества голых тел и публичного секса.

Вдоль одной из стен посетители играли в игру. Голые женщины с красными приспособлениями между бедер и шарами в руках ходили по дорожкам, огражденным светящимися белыми полосами. На глазах у Наи одна из женщин забилась в судорогах наслаждения и уронила шар. На ее коже выступил пот, и она громко стонала. Ная пришла к выводу, что приспособление было какой-то вибрирующей игрушкой. Чтобы получить наказание за падение шара, женщина наклонилась и, схватившись за свои лодыжки, продемонстрировала зад любому, кто желал посмотреть. Один из мужчин вышел вперед и один раз хлестнул ее розгой по ягодицам.

Отведя взгляд от сфальсифицированной игры, Ная заметила на возвышении зону, напоминавшую эксклюзивное место отдыха. Что еще удивительнее, Менас повел ее туда, пробираясь через толпу. Наблюдатель на лестнице мельком глянул на него и взмахом руки сказал проходить. Видимо, у высокопоставленных лиц с хорошей репутацией имелись свои привилегии.

В удобной комнате, отгороженной тонкими серебристыми занавесками, Ная увидела знакомое пугающее лицо. Откинувшись на спинку удобного кресла, Вишес разговаривал с каким-то мужчиной. Судя по стрижке и выбритым четырем полосам на правом виске, темноволосый незнакомец был пилотом.

Тогда взгляд Наи упал на место рядом с Вишесом. Даже касаясь лбом пола и высоко подняв зад, Хэлли была легко узнаваема. От шока Ная обмерла. Она и представить себе не могла, что ее чрезвычайно скромная подруга обнажится на людях.

Блестящая белая крошечная юбка на ней была задрана, открывая Вишесу полный доступ. Разговаривая с коллегой, он проникал в Хэлли двумя пальцами, словно не было ничего естественней, чем брать свою жену, обсуждая профессиональные темы. Ная не представляла, как Хэлли умудрялась не извиваться и не визжать. Очевидно, Вишес превосходно ее обучил.

Нае подумалось, что любовь Хэлли к нему была безгранична. Потому что если бы Менас попросил Наю сделать нечто подобное, она бы сказала стоп-слово и тут же ударила дражайшего мужа коленом в пах.

Посмотрев на Менаса, Ная обнаружила, что его радостная улыбка стала еще шире. Он повел ее к свободному креслу.

— Менас! — улыбнулся Вишес при виде них. — Рад видеть тебя и твою красавицу-жену.

— И я рад, — сказал Менас, прежде чем сесть в кресло и указать Нае на пол. — Встань на колени.

— Конечно, мой сеньор, — прищурилась она, одарив его фальшивой нежной улыбкой.

— Когда вернетесь домой, я бы на твоем месте привязал ее к кровати. Вряд ли тебе понравится, если тебя задушат во сне подушкой в отместку за то, что ты запланировал на сегодня.

— Приму к сведению, — Менас потянул Наю за хвост, но недостаточно сильно, чтобы причинить боль, лишь привлекая к себе внимание.

Вишес предложил свой вариант наказания, но у нее сжались соски при мысли о том, чтобы быть привязанной к кровати всю ночь. Менас воспользовался бы ее беспомощностью, заставив ослабеть, затаить дыхание и проснуться поутру с дрожью в ногах.

— Или, может, нет, — склонив голову набок, Вишес изучил Наю.

— Когда закончишь наказывать Хэлли, я хочу попросить разрешения для наших жен поговорить, — рассмеялся Менас, погладив ее по спине. — Ная впервые в клубе и немного нервничает.

— О, это не наказание, — Вишес задвигал рукой немного быстрее. — Это прелюдия. Хэлли всю неделю была превосходной женой, и я решил вознаградить ее тем, что ей нравится больше всего.

Нравится больше всего? Хэлли — милой, невинной Хэлли — нравилось заниматься сексом на публике? У Наи в голове не укладывалось.

Пока мужчины вели дружескую беседу, Ная осмелилась снова посмотреть на Вишеса. Теперь он всецело сосредоточился на голом заде своей жены. Когда он вытащил из нее пальцы, было невозможно не заметить на них блеск смазки. Похоже, Хэлли очень и очень наслаждалась своим сомнительным положением.

Потянувшись вниз, Вишес схватил ее. Она была такой легкой, что он даже не напрягался, подняв ее с пола и усадив к себе на колени. Огромный устрашающий генерал погладил ее по лицу с поразительной нежностью и тихо заговорил с ней, чтобы больше никто его не услышал. Он легко поцеловал Хэлли один раз, второй и лишь затем наконец-то завладел ее губами.

Поцелуй Вишеса и Хэлли был одной из самых эротичных сцен, виденных Наей в жизни. Теперь она поняла, почему остальные жены сплетничали о личной жизни генерала. Он источал первобытную сексуальность, и его властность завораживала.

— Завидуешь? — Менас коснулся губами уха Наи. Обернувшись, она увидела на его лице дразнящую улыбку.

— Нет, — честно ответила Ная. — Интересуюсь? Да. Но завидовать чужой жене? Никогда.

— Хороший ответ, — он погладил ее шею и поцеловал в висок.

— Как скажете, господин, — фыркнула она.

Прошла еще минута или две, прежде чем Вишес оторвался от губ Хэлли. Он что-то прошептал ей на ухо и позволил подняться с его колен. К изумлению Наи, Хэлли развернулась, наклонилась и снова задрала юбку. Вишес дважды шлепнул ее так звонко, что Ная вздрогнула. Однако выпрямившись и пригладив блестящую белую юбку, Хэлли улыбалась.

Был ли конец сюрпризам этого вечера?

Пока Хэлли шла к Нае, стала видна татуировка на ее левом боку. Она огибала бедро, шла по грудной клетке и выше. Ная заметила в рисунке много тех же элементов, что и на картине в прихожей супружеской пары. Вспомнив рассказы Менаса о традиции харкосов удостаивать семью письменами на левой стороне тела — ближе к сердцу — Ная поняла, что некоторые жены следовали примеру мужей.

Хэлли жестом указала на маленький серебристый коврик на другом конце зоны отдыха. Ная посмотрела на Менаса, кивком давшего разрешение. Поскольку она едва удерживала равновесие из-за скованных рук, он ухватил ее за талию и помог ей встать.

— Спасибо, господин.

Он в ответ лишь погладил ее бедро и слегка сжал. Ная взвизгнула, но не стала задерживаться, иначе Менас мог перестараться. На прошлой неделе он своей большой ладонью пару раз хорошенько ее шлепнул. У нее потом еще два дня жгло зад, и она не рвалась повторить.

Сев напротив своей подруги и скрестив ноги, Ная уставилась на нее, красневшую и нервно теребившую конец своей косы. Сегодня Хэлли сделала пробор, заплела две косички и украсила их ярко-розовыми лентами.

— Итак… — первой заговорила она. — Гм…

— Да, — нервно рассмеялась Ная.

— Могу сказать, что семь месяцев назад была на твоем месте. И жутко боялась. Вишес был со мной крайне терпелив. Он приложил все силы, чтобы я чувствовала себя уверенной и защищенной, пока мы исследовали разные аспекты этой части его культуры.

— И теперь тебе нравится, ну, знаешь…на публике?

— В некотором роде, — прежде чем объясниться, Хэлли потупила взор. — Мне стыдно, когда посторонние люди смотрят, как муж берет меня, зато в финале я испытываю сильнейшее удовольствие. Возможно, потому что в детстве меня публично унизили как преступницу. Пережитый опыт странным образом укоренился у меня в голове. Но с Вишесом и в его руках смущение превращается в нечто очень сильное. Я даже не могу найти слов, чтобы описать.

— Кажется, я понимаю, — тяжело сглотнула Ная.

— Ты ведь доверяешь Менасу? — Хэлли коснулась ее колена.

— Доверяю.

— Тогда поверь, что он проведет тебя через все это, — мудро предложила Хэлли. — Если что-то пойдет не так, просто выкрикни стоп-слово и переоцени ситуацию.

Ная почувствовала на себе взгляд Менаса, но обернуться не посмела и придвинулась к Хэлли.

— Кажется, сегодня вечером он хочет воплотить одну из моих фантазий.

— Ох! — оживилась Хэлли, широко распахнув глаза. — Какую?

— Одну из тех, которые я видела в грязных фильмах, — засмущавшись, Ная не смогла признаться.

— Ага! 900 диапазон? Знаю такие, — закатила глаза Хэлли. — Вишес называет их обучающими каналами. Ты бы знала, что он уговорил меня посмотреть! — хихикнула она. — То есть, он что, серьезно?

— На некоторых каналах показывают нечто странное, но приемлемое, а на других такую жуть, что меня бросает в дрожь.

— Но увиденное в том фильме не испугало тебя?

— Скорее, возбудило, — покачала головой Ная. — Очень сильно.

— Тогда почему ты нервничаешь? Менас так о тебе заботится. Благодаря нему ты сможешь почувствовать себя раскрепощенной и сексуальной. Он не допустит, чтобы с тобой случилось что-то против твоей воли.

К своему величайшему сожалению, Ная не решилась признаться, почему волновалась. Расскажи она, и Хэлли поняла бы ее опасения.

— Стоп-слово, да? — Ная вспомнила совет Хэлли и нашла в нем некоторое успокоение.

— Оно самое, — кивнула Хэлли. — Какой красивый, — она потянулась и дотронулась до синего ошейника на шее Наи.

— Очень, — согласилась Ная.

— Твой любимый цвет?

— Да, и стоп-слово, которое выбрал для меня Менас.

— Как мило, — искренне улыбнулась Хэлли. — Твой ошейник — постоянное напоминание, кому ты принадлежишь, и что тебе ничего не угрожает.

Лишь тогда Ная в полной мере осознала, как серьезно Менас подошел к выбору ошейника. Она была поражена глубиной его заботы. Нае стали предельно ясны ее чувства к нему. Ей пришло в голову одно слово, но не хватило духу его озвучить. Она итак была уязвима, полностью доверившись Менасу. Для нее было слишком быстро и слишком страшно признаваться в серьезности происходящего.

— Котенок, — голос Вишеса прорвался через музыку и поставил точку в их беседе. Ная наблюдала, как Хэлли повернулась к генералу. Он поманил ее пальцем, и она, конечно, поняла сигнал.

— Мне намекают, что пора заканчивать, — кивнула Хэлли.

— Ох, — разговаривая с ней, Ная чувствовала себя спокойно и непринужденно. После ухода подруги она оказалась бы во власти Менаса с его планами.

— Заходи ко мне завтра, — Хэлли схватила ее руку и сжала. — Устроим поздний завтрак, поболтаем. Как насчет десяти часов?

— Отлично.

— Здорово, — Хэлли обняла ее и вскочила на ноги. Она подбежала к мужу и покорно стояла рядом, пока они с Менасом не закончили беседу. Затем Вишес ухватил Хэлли за тонкую талию и, поднявшись, закинул ее себе на плечо. Он ладонью придержал ее за полуголый зад и понес прочь. Хэлли одурманено улыбнулась и показала Нае два больших пальца в знак поддержки и пожелания удачи.

Покачав головой в ответ на глупую выходку подруги, Ная медленно поднялась и присоединилась к Менасу. Она начала опускаться на колени, но он остановил ее. Менас обнял ее за талию и погладил кожу над пупком, второй рукой указав на темноволосого мужчину в кресле напротив.

— Поздоровайся с Хазардом.

— Добрый вечер, сэр, — Ная посмотрела на высокого харокоса, чье лицо показалось ей добрым.

— Добрый вечер, госпожа.

Госпожа? Такого она не ожидала. Спокойствие улыбавшегося мужчины успокоило ее нервозность.

— Хазард — мой старый добрый друг. Ему нечасто приходится залетать в наш сектор, но сейчас он на неделю остановился на «Вэлианте». Он согласился помочь мне сегодня вечером воплотить твою фантазию.

Ная напряглась, поняв, что подразумевал Менас. На прошлой неделе, просматривая каналы с порнографией, он остановился на сцене в тюрьме, где женщину брало пятеро охранников.

Поначалу Ная испытала сильнейшее отвращение, но затем в ней пробудилось нечто первобытное. Пожив в детстве на улице, она больше всего боялась похищения, ареста, допроса и изнасилования. Как и в случае с Хэлли, тело Наи перепутало страх с возбуждением. Казалось, самые страшные вещи заводили ее сильнее всего.

— Ты хочешь, чтобы твой друг… — сглотнув, она посмотрела на Менаса, — …присоединился к нам?

— Возможно, — он кончиками пальцев погладил ее грудь. Ная немного расслабилась. Ей стало ясно, что Менас не собирался давать Хазарду свободный доступ к ее телу. — Ная, это всего лишь сцена. Шанс для тебя в безопасной обстановке исследовать аспекты, пугающие и возбуждающие больше всего, — он схватил Наю за ошейник и потянул вниз, пока чуть не соприкоснулся с ней губами. От демонстрации его власти она загорелась. — Ты готова?

На миг Ная зажмурилась. На нее волнами нахлынули возбуждение и страх. Когда она открыла глаза, ее согрел твердый взгляд Менаса. У нее был для него только один ответ.

— Да.

Глава 14

Менас внимательно следил на Наей через монитор на двери частной игровой комнаты. Она сидела на металлической скамье в помещении, обставленном как нечто между тюремной камерой и комнатой для допросов. Менас не освобождал ей руки, чтобы разволновать ее сильнее. Ему нужно было, чтобы Ная опасалась и немного боялась, но, конечно, не приходила в ужас.

— Держи, — Хазард передал ему серую рубашку с нашивками охранников тюрьмы Коварк.

— Она настоящая?

— Я прихватил несколько в прошлый раз, когда был в дальнем рейсе и перевозил заключенных, — кивнул темноволосый пилот, надевая свою собственную рубашку, на которой вместо обычных нашивок охранника были знаки отличия начальника. — Я часто привожу вещи, которые вам, парням на кораблях, не так просто достать. При обмене с другими пилотами и солдатами тюремные рубашки лучше денег. Даже не представляешь, сколько мужчин на «Вэлианте» хотят их. Фантазия твоей маленькой женушки довольно распространенная.

— Я не удивлен, — поправив манжеты, Менас застегнул пуговицы. Он порадовался, что Хазард нашел хоть какие-то лазейки после того, как ему в наказание вменили обязанность брать дальние рейсы. — Как думаешь, долго тебя еще будут гонять туда-сюда?

— Минимум семь месяцев, — удрученно фыркнул Хазард. — Потом я к дальним рейсам и близко не подойду. Хотя после моего трюка с рубашками я не удивлюсь, если Орион поручит мне самые дерьмовые обязанности еще на год, только чтобы преподать урок.

— Тебе повезло, что он понизил тебя в звании всего на один ранг.

— Также он отнял у меня большинство проклятых баллов для Захвата.

— Справедливости ради хочу заметить, что ты мог получить тюремный срок, — сочувственно вздрогнул Менас. — Ты нарушил прямой приказ и в процессе потерял судно.

— А еще я спас трех наших людей из лап врага. Технически я вернул судно в целости и сохранности. Сломалось и загорелось оно, когда мы уже состыковались.

— Двадцать с лишним лет службы, а ты все еще сорвиголова, — фыркнул Менас.

— Менас, я тебя умоляю. Сколько раз в мою бытность пилотом твоего подразделения мы с тобой едва уносили ноги? Я сейчас даже не пересчитаю наши дисциплинарные взыскания.

— Это было давным-давно, — похлопал его по плечу Менас.

— Ты готов?

— Ная значит для меня больше, чем ты можешь себе представить, — он схватил Хазарда за запястье крепко, но не угрожающе. — Я позволяю тебе с ней чертовски много вольностей, но одно неверное движение, и будешь пилотировать ногами вместо рук.

— Даю тебе слово, — посерьезнел Хазард. — Я здесь только для того, чтобы помочь другу доставить удовольствие своей жене. Я зайду так далеко, как ты позволишь, и она пожелает.

— Хорошо, — Менас отстранился и указал на дверь. — После вас, начальник.

Пошевелив бровями, Хазард радостно улыбнулся и, широко распахнув дверь, ворвался в камеру. Менас пошел в шаге от него и с размаху захлопнул дверь. Ная подскочила на скамье. Широко распахнув глаза, она быстро оценила ситуацию и поняла, что он не был главным. Учащенное дыхание Наи сказало ему все, что нужно было знать. Она была выбита из колеи и более чем готова к путешествию, запланированному для нее Менасом.

— Заключенная А114, встать!

Испугавшись окрика Хазарда, Ная соскочила со скамьи, и ее взгляд заметался с одного мужчины на другого. Менас стоял с каменным лицом. Если она хотела остановиться, всегда могла сказать стоп-слово. Как Ная верила, что муж ее защитит, так и он верил, что она при необходимости его остановит.

— Охранник, раздеть ее.

В ответ на приказ Менас злобно усмехнулся и пошел к дальней стене, где стояла Ная. Позади него Хазард достал серый металлический футляр с реквизитом и инструментами, выбранными Менасом для сцены допроса. Хазард бросил футляр на стол по центру камеры. От громкого стука металла Ная вздрогнула.

— Повернись, — рявкнул Менас. Пускай ранее вечером он не жалел времени, сковывая Наю и надевая на нее чулки с подвязками, сейчас действовал быстро и резко, не показывая снисходительности. Чтобы Ная погрузилась в фантазию, каждая деталь должна была быть достоверна. Ни один охранник в Коварке не проявил бы к заключенному ни капли доброты.

Скованные руки Наи повисли вдоль тела. Голая и покрасневшая, она тяжело дышала. Менас узнал оттенок румянца, окрасившего ее кожу от смеси стыда и возбуждения. Для господина во всем мире не было цвета прекраснее.

Хазард открыл футляр, откуда достал медицинские перчатки и тубу смазки.

— Обыщи ее. Последняя заключенная на допросе спрятала внутри себя заточку в ножнах.

Ная ахнула от негодования, и ее вздох эхом разнесся по камере. Она покосилась на Менаса, но он притворился не заметившим ее взгляда. Если Ная хотела остановиться, всегда могла закончить сцену. Менас подозревал, что она оказалась на перепутье и сама не знала, хватит ли ей смелости преодолеть сомнения. Он ни на миг в ней не усомнился. Храбрость и любопытство толкали ее вперед.

Надевая перчатки, Менас намеренно громко щелкнул резинками, только чтобы добавить напряжения.

— Наклонись и держись за лодыжки.

— Я не буду!

— Охранник, мне подержать заключенную? — обошел стол Хазард.

Еще секунду посмотрев на него, Ная уверилась в его искренности и наклонилась вперед.

— Лицом к стене, — приказал Хазард, — чтобы я видел.

Приподняв голову, она впилась в него взглядом, но исполнила приказ. Носком ботинка Менас подтолкнул ее ноги, расставив их шире. Теперь розовая киска и анус оказались на всеобщем обозрении. Менас не мог винить Хазарда за желание посмотреть. Со смуглой кожей медового оттенка и черными волосами Ная была аномалией. Лишь в одной из систем харкосы ловили подобных невест, добыть которых было непросто.

Опустившись на колени, Менас пальцами в перчатках раздвинул половые губы Наи. Они раскрылись, как лепестки цветка в оранжерее. Влажная кожа так и молила о прикосновении. Менасу не нужна была смазка для осмотра. Скользкий нектар уверил его, что вопреки сильнейшему смущению, Ная невероятно возбудилась.

Менас вошел в нее одним пальцем, и она кратко резко вздохнула. Он позволил себе три раза провести большим пальцем по клитору, но не больше. Менас хотел, чтобы Ная была на самом краю. Когда он щелкнул крышкой тубы, киска затрепетала вокруг его пальца. Ная знала, что надвигалось. Менас решил помучить ее еще немного, добавив второй палец. Он медленно и ритмично двигался ими во влажном канале. Ная поджала пальцы ног на полу, и Менас остановился. Она получила достаточно стимуляции, чтобы оставаться возбужденной.

Намазав ее анальное отверстие прозрачным гелем, он исследовал его кончиком пальца в перчатке. Сфинктер крепко сжался. Они уже играли с пробками маленькими и среднего размера, поэтому Менас знал, что Ная могла принять больше пальца, но не давил на нее.

— Она чиста, — закончив осмотр, он встал и снял перчатки.

— Встань, заключенная. Лицом ко мне.

Пока Ная поспешно исполняла приказ, Менас выбросил перчатки в мусорное ведро и встал позади нее. Он решил оставаться вне поля ее зрения, чтобы она была сосредоточена только на Хазарде и полностью погрузилась в фантазию.

— Руки за голову. Ноги шире. Еще шире! — Хазард достал из футляра тонкую розгу и проверил ее на гибкость. Он дважды рассек ею воздух со свистом, от которого Ная попятилась на шаг. Прекрасно зная о ее нелюбви к розгам, Менас сознательно выбрал их для допроса ради эффекта. Еще бы, ведь Ная не знала, что Хазард пообещал не оставить на ней ни следа.

— Глаза на меня, заключенная. Можешь даже не смотреть на Менаса. Он тебя не спасет. Двое мужчин, раненых из-за твоего провалившегося побега, были его друзьями.

Ная пискнула, едва наконечник розги коснулся ее ключицы и спустился между грудями. Хазард остановил его на ее левой груди.

— Значит, ты действительно думала, что сможешь сбежать из Коварка?

— Не знаю, о чем вы, сэр, — дрожащим голосом сказала Ная.

— Не строй из себя дуру, — Хазард кончиком розги обрисовал ее сосок и спустился к животу. Он слегка шлепнул ее по изгибу талии и бедру, не оставляя следов, но она все равно прикрыла ладонями промежность. — В ту же минуту, как ты спустилась по трапу транспортировочного судна и прошла через таможню, я понял, что от тебя в моей тюрьме будут одни проблемы.

— Сэр, я…

— Молчать, — резко прошипел Хазард. — Я не желаю слушать твою ложь, — обойдя Наю и встав у нее за спиной, он подмигнул Менасу и едва ощутимо стегнул ее по ягодицам. Даже от легчайшего касания она взвизгнула и поднялась на цыпочки.

— Сэр, пожалуйста…

— Хватит, — прорычал Хазард. — У меня глаза и уши по всей тюрьме. Понимаешь, к чему я веду? Здесь ни у одного заключенного нет от меня секретов.

— Д-да, сэр.

— Теперь назови мне имена всех членов своей банды, — снова встав перед Наей, Хазард опять прижал кончик розги к ее соску.

Менас уловил едва заметные перемены в языке ее тела. Несмотря на ощутимый страх, она расправила плечи. Вот черт. Ная принимала образ крутой девчонки из Коннора.

— Начальник, если у вас глаза и уши по всей тюрьме, вы и сами должны знать имена.

— О, мы будем состязаться в остроумии? — Хазард опустил розгу и щелкнул пальцами. — Менас, покажи нашей заключенной, что бывает с зазнайками.

— С радостью, сэр, — грубо схватив Наю, Менас отнес ее к скамье вдоль дальней стены. Он сел и уложил ее к себе на колени. Ахнув, она завела руки за спину, пытаясь предотвратить неизбежную порку. — Руки на пол, иначе я попрошу начальника воспользоваться розгами.

Ная захныкала, но в точности исполнила приказ. Опершись кончиками пальцев на холодный пол, она опустила голову и расслабилась на коленях у Менаса. За несколько недель совместной жизни Ная прекрасно усвоила его уроки. Он доходчиво объяснил, что в ее интересах оставаться максимально расслабленной.

Удерживая маленькое тело Наи у себя на коленях, Менас поводил мозолистыми ладонями вверх-вниз по ее полным ягодицам. Вскоре ее смуглая кожа потемнела бы от жара. Член пробудился. Сцена задумывалась, чтобы Ная кричала от удовольствия, но Менас обнаружил, что чрезвычайно возбудился сам.

— Ой! — вскрикнула она на первом шлепке. — Нет! Нет! Нет!

Ная поерзала на коленях Менаса, и ее ягодицы покачнулись. Мягким животом она потерлась о член. Менасу пришлось подавить бурлившее волнение и сосредоточиться исключительно на ее дыхании. Ная говорила «нет», но подразумевала «да». Ему предстояло балансировать на тонкой грани.

Менас шлепал ее ягодицы по очереди. Каждый удар он наносил с достаточной силой, чтобы заставить Наю кричать, не навредив ей. К концу экзекуции ее зад был ноющим и красным, но неприятные ощущения имели свойство быстро проходить.

— Пожалуйста, сэр! Пожалуйста! Больше не надо! Нет!

Крики и мольбы были музыкой для ушей господина. Дома Менас бы повалил Наю на ближайший стол, широко раздвинул ей ноги и набросился на киску, показав, что любой боли сопутствует удовольствие. Но сейчас не он был главным, и сцена только началась.

Поглядев на Хазарда, Менас едва заметно кивнул.

— Менас, думаю, с нее достаточно, — приказал тот, поняв бессловесное сообщение.

— Да, сэр, — поднявшись, Менас едва сдержал желание вытереть слезы со щек Наи. Ни один охранник не был бы нежен с заключенным, в отличие от мужа со своей женой.

— Встань ровно, руки за спину, — Хазард бросил розгу обратно на стол. — Давай попробуем снова. Назови мне имена своих сообщников.

— Ни за что, — всхлипнула Ная, качая головой.

Хазард достал кожаный ремень, закрученный петлей и прикрепленный к ручке. Оружие для порки, оставлявшее на теле заметные следы.

— Ты ведь понимаешь, что мы можем пороть тебя всю ночь напролет?

— Я вас не боюсь, — поставила точку Ная после некоторых колебаний.

— Да, кажется, она действительно не боится, — изучил ее Хазард. — Охранник?

— Да, сэр? — Менас вышел вперед и встал так, чтобы видеть Наю и читать эмоции на ее лице.

— Отведи заключенную в административное отделение. Убедись, что другие женщины увидят, как ей дадут камеру с удобствами. Потом попроси разносчика принести туда горячую еду.

— Вы не можете так со мной поступить! — воскликнула Ная, погрузившись в фантазию. — Все решат, что я их сдала. Я попаду в расстрельный список.

— Теперь это не мои проблемы, заключенная А114, — Хазард поиграл с массивной кожаной петлей на ручке. — Я пытался помочь тебе, но ты не захотела.

— Я не стану стучать на своих друзей.

Хазард бросился вперед так быстро, что Ная отшатнулась на шаг. Встав в нескольких сантиметрах от нее, он провел кожаной петлей по ее телу. Хазард остановился, только когда прижал ремень к ее лобку.

— Возможно, нам стоит посмотреть, как громко ты завизжишь, прыгая на наших членах.

— С-сэр? — округлила глаза Ная.

— Милая, мы все одиноки в изолированной галактике, — подключил очарование Хазард. — У мужчин есть определенные потребности. Было бы неплохо удовлетворить их с согласной женщиной.

Ная сглотнула, и ее дикий взгляд переметнулся с Хазарда на Менаса.

Менас не выходил из роли, придуманной им для себя, но при виде него выражение лица Наи смягчилось.

— А если я соглашусь? — прошептала она, выглядя успокоенной.

— Когда мы закончим с тобой, бросим обратно в основную секцию. Ты сможешь сохранить лицо и преданность своим друзьям. Мы же не упустим возможность засунуть члены в горячую тесную киску.

Менас не мог не признать, что Хазард превосходно сыграл роль больного извращенного надзирателя. В обычное время он был беззаботным шутником, но в определенных обстоятельствах мог превратиться в настоящего негодяя.

Ная не ответила. Хазард ущипнул ее сосок и выкрутил так сильно, что она приподнялась на цыпочки и пискнула в знак протеста.

— Я готов воспринять это как знак согласия, — рассмеялся Хазард, отпустив ее. — Охранник? Свяжи ее.

*****

Никогда еще Ная не была такой влажной. Доказательства ее возбуждения просачивались из тела и стекали по внутренней стороне бедер. В камере было прохладно, и скользкая жидкость холодила кожу. Ная не сомневалась, что ее злобный муж сам настроил климат, чтобы ей было максимально некомфортно.

К слову о злобном муже…

Схватив Наю за талию, он потянул ее к решетке. От самой обстановки ее уже бросало в дрожь. Когда-то она сидела в очень похожих камерах, бывших отнюдь не игровыми.

Знакомый аромат Менаса немного успокоил ее натянутые нервы. В форме охранника он выглядел еще более устрашающим, чем обычно. Когда Менас со своим другом вошли сюда, Ная не знала, чего ожидать. Она думала, что будет выглядеть глупо и не вживется в роль, но оказалась абсолютно не права. Порка оказалась более чем реальной! У Наи до сих пор горел зад.

Хазард играл роль надзирателя пугающе правдоподобно. В какой-то момент она даже поверила, что он отхлещет ее розгой. И кошмарный кожаный ремень на ручке тоже пугал до чертиков. Один удар, и она бы выболтала даже важнейшие государственные тайны, лишь бы сбежать.

Без обычной осторожности и нежности Менас прикрепил ее наручники к решетке. С поднятыми руками Ная была крайне ограничена в движениях. Он надавил ей на плечи, вынудив ее опуститься на корточки. Цепочка наручников скатывалась вниз по прутьям, пока не уперлась в горизонтальную перекладину.

Едва удерживая равновесие, Ная поняла, что Менас намеренно выбрал для нее самую неудобную позу. Она злобно посмотрела на него, но ублюдку хватило наглости усмехнуться. Он выглядел несказанно обрадованным ее затруднительным положением. Конечно, Менас не знал, что однажды ее допрашивали точно так же. Сам того не понимая, он воскресил дурные воспоминания, грозившиеся вторгнуться в знойную фантазию. Ная отогнала их и заблокировала, отказавшись позволять уродству прошлого рушить нечто столь удивительное.

Но она поклялась себе при первой же возможности приковать Менаса к кровати и мучить до самого утра. Тем не менее, Ная знала своего странного небесного воина и подозревала, что он насладится каждой секундой.

Звон металла привлек ее внимание. Хазард принес тонкую цепь. С нескольких ее концов свисали прищепки. Ная определила в ней игрушку с зажимами для сосков, но не знала, почему их было так много. Один из них отличался от остальных. Он напоминал маленькую шпильку. Хазард присел перед Наей на корточки, практически скопировав ее позу.

— Я хочу убедиться, что ты не укусишь моего охранника, поэтому дам тебе дополнительный стимул хорошо себя вести.

Ная ахнула, почувствовав на соске первый зажим. Хазард действовал иначе, нежели Менас, не подготовив ее грудь ни пальцами, ни ртом. Когда он закрепил второй зажим, Ная вздрогнула. Вес цепей на сосках доставлял неудобство. Три оставшихся зажима висели на уровне ее живота и бедер. Понимание их назначения поразило Наю, как упавший на голову поддон кирпичей.

— О нет! Нет! Нет! Нет! — бессмысленно затараторила она, но Хазард лишь засмеялся и закрепил зажим на ее половые губы. От внезапного жжения Ная зашипела, но постаралась не дергаться. Она знала, что резкие движения натянут цепь между ее сосками и промежностью.

— Вы только послушайте эту плаксу, — ехидно посмеиваясь, Хазард закрепил четвертый зажим на половые губы со второй стороны. Он погладил влажную кожу, и его прикосновение было чужим. Ная потрясенно ахнула от того, что ее исследовал другой мужчина. Тем не менее, ощупывая ее между ног, Хазард был поразительно осторожен. Тогда она поняла, что даже в роли плохого парня он не хотел причинить ей боль.

Ная пошатнулась, почувствовав в себе незнакомые пальцы. Она дрожала от неправильности происходящего, но в то же время возбуждалась. Присутствие Менаса обнадежило Наю и успокоило. Он сам организовал для нее этот вечер. По-видимому, Менас дал Хазарду инструкции и разрешил интимные прикосновения.

Ная посмотрела Менасу в глаза. У него раздувались ноздри, и покраснела шея, что свидетельствовало о возбуждении. Было сложно не заменить в его штанах твердый большой член. Менасу нравилось смотреть на Хазарда и Наю не меньше, чем ей нравились прикосновения другого мужчины.

— Наша заключенная очень грязная девочка, — наконец, заметил Хазард и кончиками пальцев провел по ее клитору. Медленно покружив по припухшей плоти, он вынудил Наю встретиться с ним взглядом. — Думаю, все мы превосходно проведем время. Не так ли, Менас?

— Однозначно, сэр.

— Замри, не то будет хуже, — Хазард прижал пальцы по обе стороны пульсировавшего клитора. Казалось, он отодвигал от него половые губы.

Едва Ная осознала приказ, как что-то металлическое сильно сдавило клитор. Совсем иные ощущения, нежели от зажимов. Хазард отрегулировал металлическую скобку и немного ее раздвинул. Она все еще зажимала клитор, но давление стало куда терпимее.

Посмотрев вниз, Ная изумилась тому, как странно он выглядел между ее раздвинутых бедер. Стиснутый зажимом, клитор казался крупнее, чем когда-либо прежде. И ощущения отличались. Обычная пульсация стала приглушенной. Исходя из опыта с зажимами для сосков, Ная знала, что неудобство не продлится долго.

Хазард слегка натянул соединительную цепь. Дискомфорт от зажимов обострился, и Ная застонала.

— Теперь будь умницей и дай моему охраннику все, что он пожелает, иначе пожалеешь, — Хазард провел ладонью вниз по ее животу.

Ей не нужно было угрожать страданиями. Она итак дала бы Менасу все, чего бы он ни пожелал. С ноющими грудями и сжимавшейся распаленной киской Ная смотрела, как он небрежно приближался к ней. Менас на ходу расстегивал ремень и молнию. Облизнувшись, она приготовилась попробовать его горячую стальную длину.

Он остановился в шаге от Наи. Чтобы дотянуться на него, ей пришлось привстать на цыпочки. Погладив ее костяшками по щеке, Менас извлек из штанов очень твердый член. Он погладил его по всей впечатляющей длине и провел налитой округлой головкой по губам Наи, оставив на них след предсемени. Слизнув прозрачную жидкость, Ная посмотрела на Менаса со всем обожанием, какое смогла выразить.

— Открой рот, — грубо приказал он и надавил членом на ее губы. Ная с готовностью приняла его бархатистую плоть. Он толкался вперед и отступал в неторопливом темпе, растягивая рот Наи. Она сгорала от потребности почувствовать, как Менас точно так же растянет киску.

Очевидно, он тоже наслаждался фантазией, и Ная постаралась сделать ему незабываемый минет. Расслабив челюсти, она позволила Менасу войти глубже. Головка задела ее горло, и он двинулся назад. Ная покружила по ней языком и, сильно пососав, прошлась по всей длине. Пока она облизывала мошонку, Менас сжимал жесткую эрекцию. Он любил, когда Ная орально оказывала особое внимание самым чувствительным местам на его теле.

Застонав, Менас вновь погрузился глубоко в ее рот. Бедный зажатый клитор беспощадно пульсировал. Что бы Ная ни отдала за возможность опустить руку и прикоснуться к себе. Словно прочитав ее мысли, Хазард снова до нее дотронулся.

Он опустился перед Наей на колени и гладил ее груди, кончиками пальцев задевая зажатые соски. Очертив ее пупок, Хазард спустился еще ниже. Как только он едва ощутимо дотронулся до пульсировавшего клитора, Ная застонала. Член дрогнул у нее во рту. Казалось, Менаса лишь распалило то, что другой мужчина касался промежности его жены.

— Охранник, думаю, пришло время перенести вечеринку на стол для допросов.

— Согласен, сэр, — воспламененный жаждой, Менас потянулся вниз и отстегнул Наю от решетки. Он подхватил ее на руки и отнес к столу. Металлическая поверхность казалась очень холодной под ее разгоряченным потным телом. Стол был короче и уже любого, виденного Наей на борту «Вэлианта». И она поняла почему, когда Хазард подошел к нему с одного конца, Менас с другого. — Начальник, полагаю, вы, как всегда, воспользуетесь правом первенства, — указав на Наю, он схватил ее скованные запястья, чтобы удерживать их одной рукой. — После вас, сэр.

На лице Хазарда промелькнуло изумление. О чем бы мужчины ни договорились перед началом сцены, ничего подобного не планировалось. Ная буквально ощутила, как вся власть перешла в руки Менаса. Он все время дергал за ниточки, но из-за занавеса. Теперь Менас отдавал приказы, чем привел ее в восторг.

Хазард погладил обнаженное тело Наи, дотрагиваясь до нее с чувственной нежностью. Он будто смаковал предоставленную возможность. Опершись коленом на стол, Хазард поднялся на него и навис над Наей. Он не был таким же высоким и широкоплечим, как Менас, но все равно очень теплым. Сняв с сосков зажимы, Хазард немедленно припал ртом к опухшим покрасневшим пикам, языком омыв сморщившуюся кожу. Он осторожно пососал груди, унимая боль, которую сам же и причинил.

Пока Хазард поцелуями прокладывал себе путь вниз, Ная встретила непоколебимый взгляд Менаса. Пускай она смотрела на него вверх ногами, он все равно владел ее вниманием. Вглядываясь в его зеленые глаза, Ная преодолела последний барьер. В них читалось острое желание, опалившее ее нагую кожу.

С половых губ одновременно сняли оба зажима. Вскрикнув, Ная взбрыкнула бедрами. Хазард помассировал воспаленную плоть и вошел в нее двумя пальцами. Предвидя неизбежное, Ная заставила себя замереть, готовясь к неминуемой боли. Менас набросился на ее рот, хоть ей и было непривычно целоваться с ним под странным углом.

Хазард осторожно снял зажим с клитора. Ная застонала в рот Менаса и позволила ему ослабить дискомфорт своим поразительно умелым языком. Внезапно Хазард лизнул клитор. Ная резко вдохнула и содрогнулась так сильно, что Менасу пришлось схватить ее за плечи и удержать на столе. Прервав поцелуй, Ная пронзительно взвизгнула.

Хазард продолжил лизать ее. В третий раз, в пятый, и она достигла кульминации. Взвыв, как фурия, Ная кричала, наконец-то найдя освобождение. Удовольствие сковало ее мощными спазмами.

Когда ее оргазм начал стихать, Хазард изменил тактику. Он кружил по клитору, трахая Наю пальцами. Захныкав, она оказалась на грани очередного оргазма. Но Хазард не спешил доводить ее до пика. Нет, он тянул время, облизывая, посасывая и покусывая клитор, пока Ная не зарыдала.

Он наслаждался киской, словно ему редко выпадало это удовольствие. Возможно, так оно и было. У него не было своей женщины. Ная даже не знала, где находился ближайший небесный бордель. У нее закружилась голова от волнения при мысли о том, что ее киска была первой, которую Хазард трогал и пробовал за долгие месяцы.

Менас встал сбоку от Наи и снова завладел ее ртом. Удерживая сильной рукой ее запястья, он не давал ей пошевелиться, пробуждая укоренившиеся страхи быть обездвиженной и изнасилованной. Но в то же время Менас ласкал ее языком. Дразнил обещанием того, что должно было случиться затем.

Два мужчины сводили Наю с ума. Покачивая бедрами, она поджимала на столе пальцы ног. Ная закрыла глаза, наслаждаясь абсолютной распущенностью момента. Удовольствие вспышками разошлось по ее телу. Она стонала у губ Менаса от чистейшей радости, омывавшей ее волна за волной.

Задыхаясь и подрагивая, Ная почувствовала, как он отпустил ее и быстро поменялся местами с Хазардом. Менас схватил ее за бедра и, притянув к краю стола, грубо вошел в нее. Наполненная длинным членом, она ахнула. Менас принялся брать ее так быстро и жестко, что стол заскрипел и затрясся.

Тогда Ная заметила, как Хазард гладил себя, наблюдая за их единением. При виде тоски на его лице у нее защемило сердце. Ей было знакомо одиночество. Желая, чтобы он тоже почувствовал себя частью целого, Ная потянулась к нему, без слов убеждая подойти ближе. Хазард помедлил и посмотрел на Менаса. Что бы тот ни сказал взглядом, все было в порядке.

Ная приласкала жесткий ствол, формой и текстурой очень отличавшийся от члена Менаса. Продолжая гладить, Ная привлекла Хазарда ближе и, вытянув шею, уверенно провела языком по головке. По камере эхом разнесся его громкий вздох. Тогда и стало предельно ясно, что Хазард согласился помочь реализовать ее дичайшую фантазию, ничего не ожидая взамен.

С одним членом в киске, вторым во рту, Ная погрузилась в свою грязную мечту. Взятая двумя жестокими сексуальными мужчинами, она подрагивала от абсолютного блаженства. Менас прижал колени Наи к груди, тем самым сузив влагалище, и изменил угол проникновения, заставляя ее кричать с членом во рту.

Хазард первым достиг разрядки. Высвободившись, он гладил себя, пока сперма не брызнула на стол. Менас большими пальцами стимулировал клитор. От его движений вверх-вниз Ная взвыла в экстазе. Киска сжала член за миг до того, как Ная взлетела до луны.

— Менас! Менас! — запрокинув голову, она снова и снова выкрикивала его имя.

— Ная! — с мощным заключительным толчком, сдвинувшим стол, Менас наполнил ее семенем. Повалившись вперед, он накрыл ее собой, согревая своим горячим телом. Ная держалась за него и с любовью осыпала поцелуями его подбородок.

Ошеломленная опытом, разделенным с двумя мужчинами, она дрожала от великолепия случившегося. Крайне осторожно выйдя из нее, Менас надел штаны и, подхватив ее на руки, отнес к скамье. За ними прошел Хазард с одеялом, которое Бог знает, откуда взял. Он накинул его Нае на плечи и помог Менасу крепко укутать ее голое тело.

Наслаждаясь теплом и силой своего мужа, она закрыла глаза, стараясь не анализировать последний час своей жизни. Человек, глубоко заботившийся о ней, сделал ей подарок. Ная решила не смотреть в зубы дареному коню.

Она слышала, как Хазард убирал комнату. Он принес Менасу упаковку влажных салфеток и маленьких бумажных полотенец, хранившихся в аптечках всех кают. Менас положил их на скамью и пожал Хазарду руку.

— Мне было только в радость, Менас, — рассмеялся тот.

— Рубашка?

— Занеси ее завтра в секцию для холостяков. До следующего рейса я делю каюту с Зефом.

— Договорились.

Отодвинув одеяло, Хазард заглянул Нае в лицо. Она поняла с предельной ясностью, что между ними произошло, и у нее покраснели уши.

— Спасибо, госпожа, — он нежно улыбнулся ей и поцеловал ее в лоб. — Я не забуду ваш дар.

Ная не находила слов, но Хазард, похоже, не ждал ответа. Забрав металлический футляр, он помахал на прощание и покинул частную игровую комнату. Оставшись наедине с Менасом, Ная крепче прижалась к нему.

— Все хорошо? — прогрохотал он с острым беспокойством. — Мы не перегнули палку?

— Все хорошо. На самом деле даже отлично, — Ная рассмеялась от облегчения. — Я понятия не имела, что так бывает.

— Мы можем повторить, только не очень скоро. Наблюдать, как тебя трогал другой мужчина, оказалось…труднее, чем я ожидал. Даже если он — мой друг, — уточнил Менас. — Когда стало ясно, что тебе приятно, ревность немного утихла, но чувство собственничества по отношению к тебе оказалось сильнее, чем я думал.

— Я чувствую то же самое, — призналась Ная. — То есть, мне понравилось, как Хазард меня трогал, но стало еще лучше от того, что ты возбудился. Пока я не увидела твое одобрение, не могла не дрожать от дискомфорта.

— Потому что ты моя, — Менас обнял ее еще крепче.

— Да, — согласилась Ная. — Потому что я твоя.

— Ная?

— Да, Менас?

Между ними повисло молчание. Казалось, он старательно искал слова.

— Ты готова одеться и вернуться домой? — наконец, со вздохом сказал Менас.

Зря Ная надеялась. На краткую секунду ей показалось, что он собирался сказать три заветных слова. Поняв, что сегодня признания не будет, Ная почувствовала мучительную печаль. Отчасти она гадала, не легче ли признаться первой, но никогда не говорила о любви ни одному мужчине. Ная умирала от страха признаться и обнаружить, что Менас не был готов ответить на ее чувства. Нет, он должен был сказать первым.

Не позволив проблемам омрачить удивительный вечер, она оттолкнула беспокойные мысли. Ная ухватила Менаса за плечи и прижалась к его губам. Они легко, но чувственно поцеловались.

— Отведите меня домой, господин, — с усмешкой прошептала она.

Глава 15

Менас не мог вообразить лучшего пробуждения, чем со своей женой, скакавшей на нем и принимавшей член в тесную киску. Ему нравилось слушать ее восторженные вздохи и тихие стоны. Обхватив ладонями пышные груди Наи, Менас смаковал их тяжесть в своих руках. Она была прекрасным видением со спутанными волосами и подернутыми поволокой глазами. При виде ошейника на ее горле у Менаса сдавливало грудь.

«Моя», — взявшись за полоску синей кожи, он потянул Наю вниз для требовательного поцелуя. Она захныкала у его губ. Менас набросился на ее рот, заставив содрогаться и извиваться. Ухватив Наю за бедра, он оперся стопами на матрас и принялся вколачиваться в ее шелковистый влажный жар. Менас рычал, овладевая ею все жестче и быстрее. Он стремился к оргазму, но должен был почувствовать, как Ная кончит первой.

Открыв рот, она беспорядочно вскрикивала.

Внезапно прекрасные звуки женщины, наслаждавшейся скачкой на члене, прервал раздражающий навязчивый перезвон. Дверной звонок отвлек Наю. Тихо выругавшись, Менас дотронулся до ее щеки, вынудив снова посмотреть на него.

— Не обращай внимания.

— Но…

— Кто бы ни пришел, сможет оставить нам сообщение, — он снова толкнулся в нее, и она захныкала. — Не обращай внимания.

Игнорируя незваного настойчивого гостя, они сосредоточились исключительно друг на друге. Менас смотрел Нае в лицо и слушал ее дыхание. Она распахнула глаза, дышала неглубоко и прерывисто. Становясь все напряженнее и влажнее, Ная сдавила в себе член. Она подалась вперед и опустилась на Менаса, чтобы непрерывно тереться об него клитором. Так Ная и продолжала, пока не взорвалась.

Менас и сам потерял контроль, как только она выкрикнула его имя. Ворвавшись глубоко в нее, он содрогался в блаженных спазмах. Мышцы его живота и бедер горели, но ему было плевать. Утренняя тренировка вышла более чем достойной.

Ная в его объятиях тяжело дышала, лежа у него на груди. Она вырисовывала пальцем узоры на его коже, невольно напомнив ему о встрече, которую он хотел назначить с одним из татуировщиков. Пришло время Менасу разработать семейное древо и нанести его на тело.

Момент, бесспорно, был подходящим, чтобы наконец-то признаться в своих чувствах. Менас погладил Наю по лицу, уговорив соприкоснуться с ним губами. Запустив пальцы ей в волосы, он нежно поцеловал ее.

— В чем дело? — посмотрела на него она, склонив голову набок и тихими словами подпитывая его храбрость.

Менас подозревал, что Ная ожидала от него первого шага. Неудивительно, если учесть, сколько раз ее предавали близкие люди.

— Ная, я…

Перезвон повторился, испортив момент. Столь же настойчивый, незваный гость жал на кнопку много раз подряд. Разозлившись из-за вмешательства, Менас шумно выдохнул.

— Запомни, на чем мы остановились, — осторожно перекатив Наю на спину, он еще раз поцеловал ее в губы.

— Запомню, — улыбнулась она, шлепнув его по голой ягодице.

Рассмеявшись, Менас поднял штаны, наспех сброшенные накануне вечером, и надел их. Напоследок он еще раз окинул взглядом великолепное обнаженное тело Наи и вышел из спальни. Подойдя к двери, Менас разблокировал ее кодом на клавиатуре и распахнул сразу же, как щелкнули замки.

— Что случилось?

На него смотрел Террор. Менас мгновенно отметил напряженную позу своего друга. Он знал его достаточно долго, чтобы понимать лучше прочих. Что-то стряслось.

Взгляд единственного глаза Террора прошелся по наполовину голому телу Менаса.

— Надеюсь, ты вдоволь насладился. Возможно, это был последний раз, когда ты ее трахал.

Шок был неописуемым. За ним тут же последовал гнев.

— Да как ты смеешь…

— Избавь меня от этого, — вскинув руку, Террор ударил Менаса прямо в горло и, лишив равновесия, оттолкнул с пути, впечатав в стену. — Где, черт возьми, она?

— В чем твоя проблема? — разозлившись на своего давнего друга, Менас обеими руками толкнул его в грудь и вжал в противоположную стену. — У тебя нет права вламываться в мой дом и требовать встречи с моей женой.

— На самом деле право у меня есть, — Террор щелкнул пальцами, и в квартиру вошло несколько солдат, все в полном обмундировании с оружием наготове.

Менас в изумлении уставился на Райза и Венома. Оба явно были не обрадованы необходимостью присутствовать здесь.

Райз шагнул вперед и, не пустив Террора дальше, поглядел на Менаса.

— Дай им пять минут, чтобы одеться.

— Я прослежу, — предложил Веном. — Мы ведь хотим, чтобы они сотрудничали.

Сотрудничали? От страха Менасу подурнело. Какого черта творилось?

— Ладно, — шумно выдохнул Террор. — У вас пять минут, но если я услышу, что кто-то из вас разговаривает, вам обоим наденут на головы мешки.

Похолодев от ужаса, Менас уставился на Террора. Он надеялся никогда не увидеть своего друга в деле. В этой ипостаси Террор мог сделать так, что люди просто исчезали без вести. Именно благодаря ней он был опаснее любого другого человека в рядах вооруженных сил харкосов.

— Пойдем, — Веном схватил Менаса за плечо и повел вперед. — Пойдем, Менас.

Они вошли в спальню. Ная стояла у кровати и, придерживая наспех схваченное одеяло, прикрывалась им. Только Менас открыл рот, чтобы заговорить, как Веном сжал его руку и покачал головой.

— Госпожа, у вас пять минут, чтобы привести себя в порядок и одеться, — обратился он к Нае. — Если вы произнесете хоть слово, я буду вынужден вас разделить.

Менас наблюдал, как на ее лице страх сменился отстраненностью. Поспешив к гардеробу, Ная схватила свою одежду и побежала в ванную. Менас последовал за ней. Он покосился на Венома, когда тот решил сопровождать его даже в уборную. Менас достаточно времени прожил в тесных казармах на линии фронта, чтобы без смущения делать утренние дела в присутствии других людей. Но Ная? Другое дело.

Избегая его взгляда, она выскочила из душа, быстро обтерлась полотенцем и натянула на себя одежду. Обычная скромность и смущение исчезли без следа. Страх пробудил инстинкты, годами помогавшие ей выжить в Конноре. Менас лишь надеялся, что Ная сможет оставаться спокойной и хладнокровной, пока они не разберутся с непонятной ситуацией.

Ополаскиваясь в душе, Менас мысленно пробегался по различным сценариям. Один невероятнее другого. Похоже, происходило нечто странное. Менас ни на миг не поверил, что Террор счел его причастным к какому-либо преступлению. Они ведь дружили с самого детства. Связь и доверие между ними были слишком крепки для подозрений.

Но Ная…

Менас увидел ее ждавшей у двери. Несмотря на расправленные плечи и показную смелость, ей было страшно. Она задержалась в ванной, потому что рядом с ним чувствовала себя в безопасности. У Менаса болело сердце от того, что за пределами квартиры Ная уже не сможет на него опереться.

Одевшись, он вспомнил о ее страхе перед Террором. Поначалу Менас списал ее опасения на обычный женский испуг. Ошибся ли он? Действительно ли Террор копал под Наю? Но зачем? Что такого она могла знать, из-за чего он так взбесился?

Менас вознамерился как можно скорее получить ответы. Между ним и Наей встал Веном, не дав ему до нее дотронуться, и вывел их обоих из ванной. У Менаса чуть не отвисла челюсть при виде того, как быстро команда Террора и Теневых сил обыскала квартиру. Беспорядок после них пришлось бы убирать часами, а ведь они еще даже не закончили вываливать на пол содержимое ящиков. Террор вспарывал ножом матрас, разрывая простыни и защитное покрытие. Менас мог лишь гадать, что его друг надеялся там найти.

— Нашел, сэр! — молодой солдат, которого Менас впервые видел, держал красный блокнот Наи. Торжествуя, парень отнес его Террору, тут же просмотревшему зашифрованные записи.

Прищурив единственный глаз, он поглядел на Наю и впечатал блокнот в грудь солдата.

— Передай Сайферу.

— Да, сэр, — парень убежал прочь.

Стоя в дверях, Райз держал свое оружие опущенным. Встретив вопросительный взгляд Менаса, оперативник едва заметно, почти неуловимо покачал головой. Значит, что бы ни творилось, ни Райз, ни Веном не поддерживали Террора. Вполне вероятно, оба сами вызвались участвовать в охоте на ведьм, чтобы защитить Менаса и Наю. По крайней мере, если бы Террор зашел слишком далеко, были бы свидетели.

Террор шагнул к Нае, но Менас встал перед ним, отказываясь позволять ему запугивать ее.

— Менас, я пытаюсь тебя защитить, — сурово посмотрел на него Террор, — но если ты начнешь усложнять, сделка отменяется.

— Защитить меня? Ты только что обыскал мой дом без ордера.

— Мне не нужен ордер. Когда я чего-то хочу, мне достаточно щелкнуть пальцами, — отрезал Террор, — и все вокруг бросаются исполнять.

И тогда впервые в жизни Менас испугался Террора. Не потому, что тот мог причинить ему боль. Менас был готов вытерпеть любые пытки. Нет, он был в ужасе, потому что Нае предстояло иметь дело с безудержностью его друга.

— Я хочу, чтобы на них надели наручники, — приказал Террор Веному. — Отведи ее в центральную секцию. Запри в комнате для допросов, — он посмотрел на Менаса. — Если скажешь хоть слово против наручников или допроса без твоего присутствия, я отошлю ее на «Арктис». Понял?

— Более чем, — стиснул Менас зубы.

На борту «Вэлианта» Ная оставалась под защитой Вишеса. В чем бы Террор ее ни обвинил, генерал ни за что не позволил бы поднять на нее руку или натравить главного следователя Тормента. Здесь Менас мог не сомневаться в ее безопасности. Он надеялся, что ему хватит времени на поиск адвоката и опровержение любых возможных обвинений, пока Террор окончательно не слетел с катушек.

Веном достал из жилета наручники. Словно не было ничего привычнее ареста, Ная опустила руки и завела их за спину. Веном защелкнул на ее запястьях металлические манжеты и взял за плечо.

— Пойдем.

Менас смотрел, как его друг уводил ее из спальни. На пороге Ная обернулась и бросила на него долгий взгляд. При виде слез, блестевших в ее темных глазах, его затошнило. Менас чувствовал себя бесполезным и бессильным.

— Надевай, — с тяжелым вздохом он тоже завел руки за спину. — Давай уже покончим с этим.

— Мне жаль, что так вышло, — впервые за все утро Террор выказал сожаление. Он выглядел расстроенным и дружески сжал плечо Менаса. — Ты заслуживаешь гораздо лучшего.

Озадачившись замечанием своего друга, Менас позволил Райзу надеть на него наручники и вывести из разрушенной квартиры. В знак уважения по пути в корабельную тюрьму Террор решил не пользоваться общественными лифтами. Менасу даже дышалось легче от того, что никто из соседей и коллег не увидел его в наручниках. Без посторонних глаз было чуть легче пережить унижение.

Менаса отвели в комнату между двумя камерами. В тускло освещенном помещении его уже ждали Вишес, Тормент и Пирс — мужчина из отряда Террора. По обыкновению бесстрастный и безразличный, Тормент при виде Менаса едва показал узнавание. Лицо Пирса затемняли ушибы, и рука его была забинтована. Парня будто пропустили через мясорубку, причем совсем недавно.

Вишес громко выругался.

— Террор, сейчас же сними с него наручники.

— Ви, таков протокол, — настоял на своем тот. — Менас под следствием за пособничество и укрывательство.

— Что ты сказал? — у Менаса желудок ухнул вниз, будто на сорвавшемся лифте.

— Партия оружия, которую я сопровождал прошлой ночью, была украдена, — Пирс указал на свое лицо. — Мы оказались под огнем. Одиннадцать человек убиты, семнадцать ранено. Мы едва успели добраться до спасательных капсул. Корабли Отщепенцев схватили ящики с поля боя и сбежали.

Выйдя вперед, Террор постучал по раме окна с односторонней видимостью, и оно стало прозрачным. Менасу подурнело при виде своей жены, сидевшей в одиночестве посреди холодной комнаты для допросов. Накануне он разыграл ее фантазию в тюремной камере. И вот теперь Ная оказалась в своем кошмаре. Она смотрела исключительно перед собой и не позволяла эмоциям отразиться на лице. Если Ная и боялась, то никому не показывала страха.

Но Менас видел намеки. За время совместной жизни он поднаторел читать ее как открытую книгу. Тогда Менас посмотрел на Тормента. С печально известными навыками ведения допроса главный дознаватель без проблем распознал истинные чувства Наи. Наверняка он уже планировал использовать их, чтобы сотворить ужасные вещи.

— Я знаю, что вчера Ная была в твоем офисе, — сказал Террор. — И знаю, что ты говорил с ней о приобретении партии нового оружия. Позже на видеозаписи я засек ее выходившей из технической кладовки. Я считаю, что твоя жена воспользовалась доступом к системам на судне, скачала данные и передать их своим подельникам из Отщепенцев.

— Ты прослушивал мой офис? — возмутился Менас. — Все было не так. Я сам завел Наю в подсобку. В отличие от моего офиса, там нет камер видеонаблюдения.

— Зачем ты ее туда завел? — с подозрением посмотрел на него Террор.

— Тер, а сам-то как думаешь? Темное помещение без камер.

— Кажется, кто-то сейчас схлопочет дисциплинарное взыскание, — развеселено фыркнул Пирс.

Но Террор не собирался довольствоваться честным объяснением.

— Если ты так увлекся киской, неудивительно, что женщине удалось вытянуть из тебя информацию.

— Следи за языком, — шагнул Менас к Террору. — Даже в наручниках я все равно смогу надрать тебе зад.

— Менас, она — крот! — в гневе закричал Террор. — Не будь проклятым слепцом. Женщина тебя использовала.

— Ты с ума сошел, — уставила на него Менас. — Ная не крот.

— Я уже знаю о ее близком сотрудничестве с «Красным пером», — возразил тот. — От диссидентства до терроризма один шаг.

— Террор, я бы на твоем месте не заходил так далеко, — откашлялся позади них Вишес. — «Красное перо» сделало много добрых дел. За последние несколько месяцев они периодически сотрудничали с нами, помогали и делились информацией.

— Ви, легенда обычной девчонки из Коннора, заправляющей ломбардом и делающей добрые дела для «Красного пера» не совсем вяжется с фактами, — Террор протянул руку, и Тормент передал ему небольшую коричневую папку. — Я достал ее полицейское досье. Эта женщина не раз впутывалась в неприятности, — папка упала на стол, стоявший вплотную к окну с односторонней видимостью. Террор принялся вытаскивать из нее полицейские отчеты и фотографии. — В детстве ее дважды арестовывали за воровство. В подростковом возрасте она была задержана за контрабанду медицинских препаратов и техники, но сумела выкрутиться, прежде чем возбудили дело. Подозреваю, друзья из «Красного пера» помогли ей сбежать из отделения полиции и исчезнуть.

Менас посмотрел на фотографии Наи. Болезненно тощий подросток с коротко остриженными волосами, одетый в мужские вещи не по размеру. Менасу подумалось, что на улицах Ная, скорее всего, специально притворялась мальчиком во избежание похищения и изнасилования. И вызов, написанный на ее лице, ничуть его не удивил.

Но Террор не остановился.

— Наю задержали как возможную участницу оборота контрабандного оружия. Четыре раза она ускользала от правосудия, но на пятый ей не так повезло.

На следующей фотографии Ная была уже взрослее, возможно, лет восемнадцати или девятнадцати. Красоту ее лица портил синяк под глазом и разбитая губа. На ней была лишь мужская футболка и трусы. Судя по спутанным волосам, ее выдернули прямо из постели. На ее плечах и шее виднелись синяки. Менаса передернуло при мысли о том, что какие-то жестокие свиньи подняли на нее руку.

— Ная сама обо всем мне рассказала, — он посмотрел Террору в лицо. — Не об оружии, но об остальном, — Менас умолчал, как сильно его ранило, что Ная утаила от него важные факты.

— А о своей семье она рассказывала? О брате и матери?

— Мать сбежала, когда Нае было шесть, — кивнул он. — Брат бросил ее в подростковом возрасте.

— Ха, наверное, можно сказать и так, — недоверчиво хохотнул Террор.

— О чем ты, черт тебя дери?

— О том, что Ная врала тебе, Менас, — он достал две фотографии и два списка преступлений. Сходство Наи с пожилой женщиной и молодым человеком было поразительным. — Амалли, мать Наи. Ныне самая известная контрабандистка в нашем секторе. Живет в Городе, всего в сотне километров от ломбарда Наи в Конноре. Покойный отчим твоей жены был лидером Шестерок, банды жестоких головорезов, сотрудничавших с Отщепенцами. На второй фотографии Натти, старший брат Наи. Наш новый осведомитель сообщил, что он подсел на наркотики, но все еще помогает мамочке.

Менас не находил слов. Постепенно его охватывало оцепенение. Той ночью на кухне, когда Ная рассказывала о своей семье, страдания на ее лице и в голосе казались искренними. Была ли она просто хорошей актрисой? Что еще важнее, был ли Менас настолько глуп? Стал ли он для нее лишь легкой мишенью?

— Согласно документам, полученным от тайной полиции, Ная начала выполнять мелкие поручения для «Красного пера», чтобы заработать на пропитание и выжить на улицах. В тринадцать или четырнадцать она уже получала задания от Шестерок и переправляла оружие. Сначала маленькие партии, но Ная была очень хороша. Вскоре она неплохо зарабатывала. Где еще, по-твоему, сиротка достала деньги, чтобы в восемнадцать лет открыть собственный ломбард?

Менас не знал ответа. Он помнил их разговор о перевозке оружия. Что Ная тогда сказала? Что они не смогут обеспечить безопасность каждой партии? Уж не пыталась ли она окольными путями сообщить, что ее люди собирались украсть оружие?

Меня чувствовал себя преданным. Жгучая боль была такой сильной, что угрожала выжечь из него саму жизнь. Он со всеми потрохами купился на слезливую историю. Менас ведь считал Наю своей единственной. И когда Флайр хотел ее забрать, боролся за нее. Показывал ей лишь доброту, любовь и терпение, в то время как она ему врала.

— Я должен ее допросить, — Террор положил руки ему на плечи. — По закону Ная все еще считается твоей собственностью, поэтому я вынужден просить твоего согласия. Но заявляю прямо, я готов перепрыгнуть через голову Ви, чтобы получить разрешение. Пожалуйста, — мягко попросил он, — разреши мне. Позволь помочь тебе. Я не могу избавить тебя от тюрьмы, но если бросишь Наю, спасешь себе жизнь. Ты должен сотрудничать.

Менаса пошатывало от ужаса происходящего. У него просто не осталось выбора. Откажись он и попытайся защитить женщину, которую успел полюбить, Террору все равно достаточно было одного звонка по спутниковому телефону, чтобы получить разрешение делать с Наей что угодно. Но в случае согласия Менас мог избавить ее от некоторых особо безобразных моментов.

— Я не допущу, чтобы Тормент и пальцем к ней прикоснулся, — спокойно заявил Вишес. — Пускай она террористка, но я не позволю на своем судне пытать женщин.

Глядя на Наю, Менас никак не мог поверить, что она легко его одурачила. Хоть что-нибудь между ними было настоящим? Или одни сплошные уловки? Едва ли. Ная не могла сфальсифицировать их связь. Не могла изобразить глубокую привязанность во время занятий любовью.

Но чувства Менаса к Нае не перечеркнули ужасную правду. Сознательно или нет, он снабжал информацией крота, в результате чего погибли его братья по оружию. Менас знал, что вина будет терзать его до последнего вздоха.

— Допроси ее.

— Мне жаль, что так вышло, Менас, — Террор вздохнул с облегчением и похлопал Менаса по плечу. — Я не хотел, чтобы…

— Я знаю, — в глубине души Менас надеялся, что у Наи были серьезные основания для предательства. Тогда оно хоть и не стало бы приемлемым, но хотя бы понятным. Менас не сводил глаз с Наи, пытаясь запомнить каждую черту пленительного лица. Кое в чем он не сомневался. Покидая комнату, Менас видел свою жену в последний раз.

— Тормент, отведи его в соседнюю камеру и возьми у него показания. Когда закончишь, подай отчет генералу.

— Пойдем, Менас, — взял его за руку Тормент, — я сделаю все быстро и совсем не больно.

Менас не оценил шутку висельника. Склонив голову от стыда, он отказывался встречать сострадательный взгляд Вишеса. Он подверг опасности каждого солдата и пилота в секторе. Менас не хотел сочувствия и не считал себя заслуживающим его.

— Менас, все будет в порядке, — Вишес схватил его за плечо и ободряюще сжал.

Но Менас знал, что в порядке ничего не будет.

Глава 16

Ная снова поглядела на дверь. От долгого сидения на стуле у нее затекли ноги. Она попыталась подвигать ими, чтобы наладить кровоток, но добилась лишь того, что у нее начали гореть икры и лодыжки. Ей нужно было в туалет, и у нее пересохло во рту. Урчание в животе напомнило о пропущенном завтраке с Хэлли.

От абсолютно белых стен и невыносимо яркого света у Наи закружилась голова. Грудь сдавило от зачатков клаустрофобии. Стараясь дышать размеренно, Ная сложила руки на стол, наклонилась вперед и опустила на них голову.

«Дыши, просто дыши», — как давно ее забрали у Менаса? Часа три назад? Четыре? Она не знала. Ей казалось, что больше. У него были проблемы? Ная молилась, чтобы у Менаса все было хорошо. Не его вина, что бы она ни натворила в прошлом.

Закрыв глаза, Ная чуть не посмеялась над иронией ситуации. Еще вчера ее допрашивали в качестве сексуальной игры. Теперь же она дрожала от страха, и ее фантазия неуклонно оборачивалась самым настоящим кошмаром.

Внезапно герметичная дверь зашипела, и просигналили отпиравшиеся замки. У Наи скрутило живот, и она неимоверным усилием подавила рвотный позыв. Ей нужно было держаться. Менас уже искал способ спасти ее. Пускай Ная не доверяла ему настолько, чтобы раскрыть все карты, но он не мог не догадываться о силе ее чувств. Конечно, узнав о ее прегрешениях многолетней давности, Менас рассердился, но все равно придумал бы способ помочь ей. Он не был ни матерью Наи, ни ее братом, ни одним из прочих предателей в ее жизни. Менас был особенным и любил ее. Она верила в его любовь всеми фибрами своей души.

Террор вошел в комнату для допросов с чванством человека, считающего себя неприкосновенным. За ним следовал мужчина со следами побоев на лице и сломанной рукой. Он занял место у двери. Террор шагнул к Нае. Подмышкой он нес коричневую папку и планшет в свободной руке. Такие папки были Нае знакомы. Она уже видела их в Городе и в Конноре, когда ее брали под стражу.

— Прости, что заставил ждать, — заявил Террор, усевшись напротив нее и положив папку на стол. — Допрос Менаса занял больше времени, чем я ожидал.

Слова Террора были как удар в живот, но Ная не позволила эмоциям отразиться на лице. Оттолкнув страх за мужа, она постаралась приглушить чувства. Террор и Менас были друзьями. Террор не стал бы допрашивать своего друга, значит, сейчас лишь играл.

— Познакомься с Пирсом. Одним из моих агентов, — потянувшись к своему карману, Террор достал маленький леденец. Он неспешно развернул его и засунул в рот. Совершенно расслабленный, Террор откинулся на спинку стула. — Я уверен, к настоящему времени ты уже догадалась, что я совсем не клерк в отделе логистики.

— Нет? Серьезно? Я в шоке, — опыт прошлых арестов говорил, что за ехидство можно получить ботинком по лицу или того хуже, но Ная не удержалась. Сарказм всегда был ее непроизвольной защитной реакцией на страх.

— Конечно, ты читаешь меня так же легко, как и я тебя. Девочка из ломбарда в Конноре? — фыркнул Террор. — Едва ли.

— Кажется, твой радар сломался, — однако Ная задрожала в сомнениях. В чем именно ее подозревали? — Я на самом деле просто девочка из ломбарда в Конноре.

— Ная, финал не обязательно должен быть плохим, — Террор зажал конфету между зубами, нервируя Наю своим непоколебимым взглядом. — Ты можешь признаться прямо сейчас, и я подергаю за кое-какие ниточки, чтобы тебе смягчили приговор. Сотрудничай со мной, и я отплачу тебе признательностью, — приговор? У нее зачастило сердце, но она постаралась взять свои физические реакции под контроль. — Расскажи мне о Захвате.

— О чем? — поморгала Ная.

— О Захвате.

— Тем утром было прохладно. На мне были шорты. Я собрала волосы в хвост. Бежала со своей подругой Дженни. Пели птицы. Было немного пасмурно, — отбарабанила Ная. — Я достаточно рассказала?

Причмокнув, Террор выпрямился на стуле. Ей пришлось постараться, чтобы не отодвинуться от него, но демонстрация слабости обеспечила бы ему легкую победу.

— Я знаю, что твоего имени не было в первоначальном списке. И в лотерее не вытянули твой номер. Ты купила себе место. Зачем?

Значит, вот в чем ее обвиняли? Наю притащили сюда, потому что она нарушила какое-то правило?

— В лотерее выпал номер моей лучшей подруги Дженни. Еще в детстве мы поклялись бежать вместе. Мы не хотели разлучаться.

Террор ничего не сказал. Лишь смотрел на нее. Он пытался прочесть ее эмоции? Вероятно.

— Почему Менас?

— Ты о чем? — нахмурилась Ная.

— Почему ты выбрала Менаса своей целью?

— Целью? — она поглядела на Пирса. Избитый мужчина все еще стоял на страже, и его пристальный взгляд встревожил ее. — Менас сам меня выбрал. Он меня схватил.

— После того как ты злонамеренно ранила Флайра и с помощью своей подруги подманила Менаса ближе, — возразил Террор.

— Все было не так, — от страха у Наи заныл желудок.

— Разве? — Террор постучал пальцем по столу. — И ты не видела, как несколькими днями ранее Менас покупал в городе цветы? Не узнала на его форме нашивки офицера? И не передала информацию о нем Отщепенцам, чтобы найти способ пробраться на борт «Вэлианта»?

По ее венам понеслась паника. Отщепенцы? Террор окончательно сошел с ума?

— Я не…террористка!

— Нет? — открыв папку, он выхватил из нее фотографии и разбросал по столу. Пока Ная переводила взгляд с одного снимка на другой, в ее памяти воскресли моменты прошлого. Вечный голод. Холод. Страх. Депрессия. Гнев. Отчаяние. — И это говорит мне девчонка, переправлявшая контрабандное оружие для банды Шестерок в Городе. Она и не террористка? — Террор пододвинул к ней фотографию тайника с оружием. Ная сразу узнала сумку и упаковочный материал. Она не была уверена, переправляла ли эту самую партию, но не исключала такой возможности.

— Я не…Я была просто глупым ребенком. Я голодала. Мне нужна была крыша над головой. Нужны были деньги.

— Избавь меня от душещипательных подробностей, — Террор взял свой планшет. — У всех нас за плечами истории, над которыми можно поплакать. Твои проблемы меня не особо интересуют. Зато меня интересует вот что, — развернув планшет, он показал Нае фотографии сожженных и изувеченных тел.

— Я ничего об этом не знаю, — отшатнулась она.

— Неужели? — Террор положил планшет прямо перед ней, чтобы она не могла отвернуться. — Ты передала информацию о вчерашней отгрузке своему контактному лицу из Отщепенцев. У нас есть отчет о сообщении, отправленном с «Вэлианта». Как выяснилось, ты была замечена в диспетчерской как раз во время отправки пакета данных. У тебя есть объяснения?

— Нет.

— Твой трюк сработал. Вчера вечером Отщепенцы напали на судно. Все оружие украдено. Наши солдаты убиты или искалечены, — Террор замолчал и указал на Пирса. — Солдаты вроде него.

— Слушай, — начала Ная, поняв, к чему он клонил, — я знаю, что в прошлом совершила ужасные поступки, но в те годы была маленьким несмышленышем. Я прекрасно тебя понимаю. Но я не террористка. И не знаю никого, связанного с Отщепенцами.

— Ты никак не можешь прекратить врать, — грубо расхохотался Террор. Внезапно он стукнул руками по столу так сильно, что подскочил планшет. Перепугавшись, Ная лихорадочно вдохнула. Теперь он ударил бы ее? Покачав головой, Террор извлек из папки еще две фотографии и продвинул их вперед. — Хочешь сказать, не знаешь этих двоих?

Она замерла в изумлении. Натти? Ная коснулась фотографии своего старшего брата. Годы не были к нему милосердны. Он казался худым и потерянным. Наю потрясли оспины на его лице и крошащиеся коричневые зубы. Во что Натти впутался на этот раз?

Женщину на втором снимке она узнала не сразу. Мать заметно постарела за восемнадцать лет, минувших с ее ухода. Как и у Натти, ее лицо было изуродовано, но иначе. Кто-то разрезал ее щеку от уха до рта. Швы наложили неумело, и остался широкий кривой рубец.

— Это мой брат Натти, — сказала Ная хрипло из-за чрезмерных эмоций. — И моя…мать.

— Два известных участника подразделения Отщепенцев в нашем секторе, — добавил Террор.

— Ты врешь, — вскинула она взгляд к его лицу.

— Ты знаешь, что нет.

— Нет, не знаю. Я годами их не видела.

— И снова ложь! — раздраженно расхохотался Террор, глядя на Пирса.

— Я не вру, — тоже начала раздражаться Ная. — Мать я не видела почти двадцать лет. И шесть лет не видела Натти.

— Теперь я понимаю, почему тебе с легкостью удалось одурачить Менаса, — мрачно поджал губы Террор. — Я уж считал его легковерным, но нет. Ты наиталантливейшая актриса. Я почти поверил, что ты говоришь правду.

— Но я говорю правду! — раздосадовано закричала Ная.

— По-твоему, я возьму и поверю, что за десять лет, которые твоя мать живет в Городе, вы с ней ни разу не виделись? Поверю, что ты переправляла оружие для ее мужа Сэнди Крейгена, главаря Шестерок, но ни разу не встречалась с матерью? Ная, сделай проклятый перерыв!

Превозмогая головокружение, Ная попыталась осознать происходящее. Наверняка Террор врал. Мать сбежала с торговцем по имени Джексон и переехала в колонию. Живи она в Городе, Ная бы знала. И уж тем более, если бы переправляла оружие для своего отчима! Кто-нибудь сказал бы ей. Тот же Дэнни. Он знал всех и вся.

— Ты врешь, — сердито выплюнула Ная. — Моей матери нет в Городе.

— А знаешь что, Ная? — взмахнул руками Террор. — С меня хватит, — он подался вперед, и его лицо исказилось от ярости. — Скажи мне, мать твою, где мое оружие, и я, возможно, позволю тебе уйти с судна живой.

— Я не знаю, где твое оружие, Террор, — Нае пришлось постараться, чтобы держать себя в узде. Парни вроде Террора не разбрасывались пустыми угрозами.

— Ты очень пожалеешь, если вынудишь меня обойти стол, — сорвавшись с места, он отбросил свой стул.

— Я не знаю! — попыталась уверить его Ная. У нее уже дрожала нижняя губа, и слезы грозились хлынуть из глаз. — Если бы я знала, рассказала бы, — она не стала уточнять, что боялась обмочиться от испуга.

Террор дышал медленно и так глубоко, что у него раздувались ноздри.

— Тогда ты узнаешь, где оно, — сказал он, вернув себе подобие самообладания.

— И как, черт возьми, мне это сделать?

— Твоя биография говорит мне, что ты найдешь способ, — Террор указал на ее досье.

— Ты вернешь меня на планету, — пораженная ужасающей правдой, Ная откинулась на спинку стула.

— Видишь, Пирс? — поглядел Террор на своего коллегу. — Я же говорил, что она не такая тупая, какой выглядит.

От его грубого замечания Ная стиснула зубы. Он явно пытался ее спровоцировать. Она не собиралась доставлять ему такого удовольствия.

— У меня нет контактов, которые ты мне приписал. Если я начну разнюхивать, где не надо, велики шансы, что мне просто перережут глотку.

— Эти риски я готов на себя взять, — пожал плечами Террор, выпрямив спину.

Ная была поражена его жестокостью. Он был напрочь лишен каких-либо чувств. От его высокомерия ее затошнило. Террор хотя бы допускал возможность ошибки и невиновности Наи?

Где черти носили Менаса? Он поклялся ее защищать. Обещал бороться за нее. Да, она кое о чем умолчала и готова была поплатиться, но оставлять ее на милость ужасного опасного человека?

— Что насчет Менаса? Он готов рисковать моей жизнью из-за твоих ошибочных обвинений?

— Я никогда не ошибаюсь, — холодно посмотрел на нее Террор.

— Но сегодня же ошибся.

— Пирс? Покажи ей.

Раненый солдат подошел к настенному зеркалу и дважды стукнул пальцем по раме. Внезапно оно превратилось в прозрачное стекло, за которым Ная увидела абсолютно пустую комнату.

— Менас тебя бросил. Он не придет тебе на помощь. Как только я сказал ему, что ты лживая, вороватая, террористическая шлюха, он сразу от тебя отказался, — опершись обеими руками на стол, Террор наклонился вперед и пригвоздил ее к месту устрашающим взглядом. — Ты совсем одна, Ная.

Не выдержав, Ная посмотрела в сторону. Вид пустой комнаты по другую сторону стекла погасил последний луч надежды. Когда дела пошли под откос, Менас сделал то же, что и все остальные. Бросил Наю.

Почувствовав себя никчемной, она сглотнула, сдерживая рвавшиеся из горла рыдания. Ная быстро поморгала, чтобы очистить видение. Ей нужно было взять себя в руки и сотрудничать ради малейшего шанса на выживание.

— Чего ты от меня хочешь? — спросила она надломившимся голосом.

— Ты встретишься со своим контактным лицом и найдешь либо мое оружие, либо тайник Шестерок, либо штаб Отщепенцев, — расслабился Террор, признав свой триумф. — Желательно все три пункта.

— С моим контактным лицом?

— С Данкирком, дельцом «Красного пера», — разъяснил Террор. — Я знаю, что он держит свои маленькие грязные пальцы на пульсе преступного мира Каликса. Тебе назовут адрес, и ты попросишь своего друга о встрече.

— С чего ты решил, что я втяну его в твои дела? — прищурилась Ная.

— Если не ты, его завербует один из моих штурмовых отрядов. Уверяю, тогда условия его участия будут уже не такими гибкими.

В чем Ная ни на миг не усомнилась.

— Дэнни не дурак. Он всегда чует неладное. И воспринимает свою клятву «Красному перу» очень серьезно. Дэнни не поставит под угрозу свое дело ради меня.

— Значит, ты должна подключить очарование и как-то его убедить, — предупредил Террор. — Иначе на линии огня окажется не только твоя задница, — кого еще он мог втянуть? — Я знаю все о причастности Хэлли к «Красному перу». Подделка. Контрабанда. Возможно, после тебя я притащу сюда ее тощий зад. Насколько унизительно это будет для Вишеса? Он узнает, что у его обожаемой женушки связи с известными террористами. Представить себе не могу, как быстро правительство вмешается и разведет их. Что будет несложно с ее бесполезной бесплодной маткой, — Ная могла лишь безмолвно смотреть на Террора в шоке и ужасе. Хэлли считала этого человека другом, и вот теперь он говорил о ней кошмарные вещи. — И давай не будем забывать о Менасе. К утру его лишат звания. Более двух десятилетий достойной службы псу под хвост! — Террор щелкнул пальцами. — Менас позволил террористке проникнуть в арсенал и украсть секретные данные. Он повинен в гибели одиннадцати солдат. Если я не напишу оправдательный отчет, Менаса будет ждать расстрельная команда. Но даже если напишу, Коварк…

— Хватит, — обессилено прервала его Ная. — Просто хватит. Я согласна.

Террор сошел с ума. Против нее вели игру, где не было ни адвокатов, ни справедливости. Угроза смерти была холодной и неопровержимой. Ная отказывалась позволять Террору искалечить чью-либо жизнь из-за того, что натворила, будучи глупым подростком.

— Пирс, отведи ее в изолятор, — Террор еще мгновение смотрел на Наю. — Дай ей еду и неограниченный доступ к воде. Мы ведь не хотим, чтобы она упала в обморок, пока не закончит миссию.

— О, вы так добры, — закатила глаза Ная, когда Пирс поднял ее со стула и потащил к двери. Она ожидала грубости, но он действовал на удивление осторожно. Очевидно, не все сотрудники Теневых сил были уродами.

Не прошло и нескольких минут, как с Наи сняли наручники и заперли ее в тесной камере. Там была металлическая койка баз матраса и одеял, унитаз и раковина в углу. В цельнометаллической двери была прорезь для подноса с едой и маленькое наблюдательное окошко. Воспользовавшись минутой уединения, Ная сходила в туалет и вымыла руки.

Запертая в тишине, она отказывалась плакать. Наю не впервые бросили за решетку. Она бы выжила. Как всегда. Однако тот факт, что Менас отвернулся от нее, причинил необычайно сильную боль. Отчасти Ная жалела, что в своем заблуждении Террор не избил ее и не превратил в кровавое месиво, дабы выбить признание. По крайней мере, тогда она страдала бы от физической боли, способной отвлечь от жгучих острых страданий растоптанной любви.

— Ты сама, мать твою, виновата, — сердито прошипела Ная.

Да, сама. С этим было не поспорить. Расскажи она правду о своем прошлом, Менас был бы готов и не поверил бы Террору так легко. После того как агент Теневых сил надавил на Наю, она могла лишь догадываться, к каким уловкам он прибег, чтобы выставить ее в глазах Менаса опасной лживой террористкой.

Но больше всего Наю ранило, что муж счел ее способной на кошмарные деяния. Она не сомневалась, что ранее утром он собирался признаться ей в любви. Затаив дыхание, Ная ждала от него заветных слов, чтобы ответить тем же, не боясь отказа.

Она надеялась, что друзья сплотились и защитили его от удара. Почему-то его предательство не убило ее любовь. Даже если бы они никогда больше не встретились, Ная хотела, чтобы Менас был цел и невредим. Не его вина, что он выбрал ее и захватил. Небесный воин понятия не имел, что наделал, приведя в свою жизнь женщину с темным прошлым.

Заскрипела заслонка на двери, и через нее просунули поднос. Не колеблясь, Ная схватила его. Ей нужно было съесть все до последней крошки. Вдруг ей больше не дали бы еды? Затем в прорезь протолкнули пластиковую тюремную чашку в пакете. Разорвав его, Ная достала тонкий стаканчик. В дне была трещина, поэтому пить можно было только над раковиной. Не самый изящный способ, зато Ная утолила жажду.

Съев всю еду, Ная вернула поднос на место и протолкнула обратно через зазор. Тогда она прошла к койке и постаралась устроиться удобнее на холодном металле. Он напомнил ей о первых годах в переулках и о сне на тротуарах. В те дни Ная еще не научилась некоторым уловкам вроде нахождения картона, газет или тряпья, делавшего ночевки удобнее и теплее.

Она никак не могла заснуть, пока ей не удалось наконец-то унять бушующие мысли. Если и оставалась хоть какая-то надежда на выживание и спасение, Нае нужно было подзарядить батарейки перед спуском на Каликс. Она не знала, сколько спала, но, похоже, несколько часов.

Проснувшись от двух громких ударов по двери, Ная резко села. Щиток на окошке приоткрылся, и в зазоре появилось лицо Пирса.

— У тебя пять минут. Если тебе нужно помочиться, лучше поторопись.

Щиток захлопнулся, и Ная спрыгнула с койки. Она не хотела справлять нужду при свидетелях и второпях воспользовалась унитазом. Вернувшись на койку, Ная зажала дрожавшие руки между колен. На нее навалилась сокрушительная тяжесть перспектив. Ная не знала, справится ли со своей миссией, но должна была постараться. Она не могла допустить, чтобы Менас или Хэлли пострадали.

Снова раздался стук, и дверь открылась. Появился Пирс с наручниками в одной руке и с черным мешком во второй. При виде мешка Наю затошнило. Пирс жестом велел ей встать и указал на ее шею.

— Мне нужен твой ошейник.

— Зачем? — попятилась она, вскинув руку к горлу. Ная дотронулась до мягкой синей кожи и серебряного символа.

— Ваш договор расторгнут, — выражение лица Пирса смягчилось. — Ты больше не имеешь права носить ошейник.

Расторгнут? Развод. Тот факт, что она перестала быть женой Менаса, шокировал ее, как упавший на голову кирпич. У Наи дико заколотилось сердце, и ее грудь мучительно сдавило.

Заведя назад дрожавшие руки, она расстегнула застежку. На миг Ная зажмурилась, с болью вспоминая, как Менас надевал на нее ошейник. Она словно наяву почувствовала жар и обожание в его взгляде. Лихорадочно сглотнув, Ная сняла ошейник и протянула Пирсу. Когда он взял у нее полоску кожи, на его челюсти дернулась мышца.

— Я удостоверюсь, что его вернут Менасу, — пообещал Пирс, спрятав ошейник. Как бы то ни было, его слова немного обнадежили Наю.

— С ним все хорошо?

— Не очень, — испытующе посмотрел на нее Пирс. — Он в шоке. Понимаешь ведь, вряд ли он хотел, чтобы так все закончилось, но доказательства против тебя…

— Его на самом деле посадят в тюрьму? — Ная нашла слабое утешение в том, что Менас пытался оспорить ее приговор.

— Если Террор не вернет оружие и не добьется ликвидации группировки Отщепенцев на Каликсе, Менас получит билет в один конец до Коварка, — Пирс жестом велел Нае вытянуть руки, чтобы заковать ее в наручники. — Ни Террор, ни Вишес не закроют глаза на измену, — он защелкнул на ее запястьях металлические кольца. — Если сможешь удовлетворить требования Террора, Менаса, вероятно, осудят всего на год или два. Он сильный. И выживет.

Ная поняла, что подразумевал Пирс. Если она действительно любила Менаса, сделала бы все возможное, чтобы добыть необходимую информацию. Только так Ная могла спасти Менасу жизнь.

— Я приложу все силы.

— Лучше уж приложи, если хочешь выжить.

— Ты знаешь, что я невиновна, — рискнула Ная.

— Мое мнение неважно. Террор принял решение. Пути назад нет, — Пирс посмотрел на часы. — Он будет ждать нас через семь минут. Если хочешь, я разрешу тебе записать одно сообщение.

— Завещание, да? — печально улыбнулась она.

— Что-то типа того, — он выглядел смущенным.

— Я не знаю, что сказать, — боль была слишком сильна, чтобы придумать прощальное послание Менасу.

— Возможно, ты захочешь предупредить друга, — намек был четким и ясным. Хэлли! Пирс достал из кармана маленькое записывающее устройство. — У тебя две минуты. Поспеши.

Ная не тратила времени впустую. Сев на край койки, она нажала на кнопку и начала говорить в маленький динамик. Ная молилась, чтобы ее подруга вспомнила старые коды или хотя бы смогла сопоставить факты.

— Хэлли, извини, что пропустила наш завтрак. Я получила дурные вести о своем дяде. Мне нужно его навестить. Надеюсь, тетушка Рути не заразилась от него. Если вернусь, скорее всего, мне придется сесть на карантин, чтобы не заразить никого на корабле. Удачи, Хэлли, — прошептала Ная, закусив губу.

— Закончила?

— Да, — вернув Пирсу устройство, она встала.

Спрятав диктофон, Пирс расправил мешок, и несколько секунд спустя она не видела ничего, кроме черной ткани.

— Попрощайся с «Вэлиантом», Ная.

По ее щеке скатилась одинокая слеза. В ловушке и в темноте Ная сдалась на милость Пирса. Ее судьба была предрешена.

Глава 17

— Почему мне не дают с ней увидеться? — Менас мерил шагами кабинет Вишеса. Ранее утром его освободили из-под стражи, когда прибыл адвокат и нашел в деле миллион дыр. — Нас арестовали двадцать шесть часов назад. Мой адвокат сказал, что нет никаких причин не пускать нас друг к другу.

— Я знаю, Менас, — выглядя измученным, Вишес потер ладонями лицо. Мало того что ему приходилось разбираться с последствиями после того, как на его судне нашли предполагаемую террористку, так еще и многие системы «Вэлианта» в одночасье начали сбоить. — Я снова и снова бьюсь с Пирсом. Никто не говорит мне, куда делся Террор и куда спрятал Наю. Полагаю, ее держат в одном из изоляторов в секции Теневых сил. Только Орион имеет туда доступ, но из-за сбоев не может пройти.

— Я должен увидеть Наю, — Менаса начало подташнивать. — Должен убедиться, что с ней все хорошо.

— Не выйдет, — Вишес старался не встречаться с ним взглядом. — Ты для нее больше ничего не можешь сделать.

— Что? — шею Менаса обдало холодом. — Почему?

— Вчера днем ваш договор расторгли. На данный момент юридический статус Наи не определен. Она больше не одна из нас и не гражданка Каликса. Я даже не знаю, какие у нее права, хоть и поручил ее дело целой команде юристов. Обвинения в терроризме все усложняют.

— Вишес, это неправильно, — Менасу казалось, что его вот-вот вырвет. — Как, черт возьми, Террор мог просто взять и переехать нас поездом? Его аргументы в камере впечатляли, но мой адвокат прав. Все улики косвенные. Никто так и не смог доказать связь Наи с Отщепенцами.

— Им и не нужно доказывать, — сказал Вишес. — Недавние изменения в наших законах дают Террору много преимуществ. При подозрениях в терроризме Теневые силы имеют право удерживать человека до шести месяцев, не выдвигая обвинений.

— До шести месяцев? — у Менаса желудок ухнул вниз. Сложно было даже вообразить весь ужас, который Ная переживет за полгода. — Вишес, я вчера совершил ошибку. Я должен поговорить с Наей и извиниться. Должен все исправить.

— Менас, я хочу тебе помочь. Я делаю все, что в моих силах, и…

Дверь распахнулась, и в кабинет влетела Хэлли. За ней по пятам спешил секретарь.

— Госпожа, вы не можете сюда войти! Следует надлежаще оформить визит согласно уставу.

— Можешь делать все свои надлежащие оформления там, куда свет не проникает, — Хэлли хлестнула молодого солдата сердитым взглядом и указала на дверь. — А теперь шуруй отсюда к чертовой бабушке!

Парень не задерживался. Поспешно ретировавшись, он закрыл за собой дверь. Разъяренная крошечная женщина повернулась к своему мужу.

— Что ты сделал?

— И тебе доброе утро, котенок.

— Не котенкай мне тут, Вишес! — Хэлли сжала кулаки, дрожа от гнева и страха. — Я следующая?

Менас в замешательстве наблюдал, как его друг скривился в непонимании.

— Хэлли, ты о чем? — Вишес обошел свой стол.

— Я знаю, что случилось с Наей, — она вытерла слезы, побежавшие по ее щекам. — Знаю, что вы с ней сделали. Вишес, я не глупая. Я способна понять, что моя судьба предрешена.

— Ты не глупая, — Вишес погладил Хэлли по лицу. — И ничего не предрешено.

— Не ври мне!

— Кто тебе сказал, что Наю арестовали? — Менас очень не хотел вмешиваться в семейные разборки, но ему нужны были ответы.

— Она сама сказала, — с прищуром посмотрела на него Хэлли.

— Тебе разрешили увидеться с ней? — пошатнулся Менас от шока.

— Ная послала мне сообщение, — покачала она головой. — Оно доставлено двадцать минут назад, но записано прошлой ночью. Я получила предупреждение, четкое и ясное.

— Какое предупреждение? — встряхнулся Вишес.

— Что Наю скомпрометировали, и теперь моя очередь.

— Твоя очередь? — он обхватил ладонями лицо Хэлли. — Ты что-нибудь знаешь о контактах Наи с Отщепенцами?

— Так вот в чем ее обвинили? — она схватила мужа за запястья. — Ная не больше террористка, чем я. Любой, связавший работу «Красного пера» с Отщепенцами, просто сумасшедший.

— Ная переправляла оружие, — весомо сказал Вишес. — В чем сама призналась во время допроса.

— А я подделывала документы, — парировала Хэлли. — На Каликсе многие из нас занимались чем-нибудь нелегальным и глупым. Но мы не стали террористками.

— Не стали, — согласился Вишес. — Увы, доказательства Террора против нее убедительны.

— Ты как никто другой знаешь, что ему свойственно ошибаться, — скривила она губы. — Мне освежить твою память и рассказать о поездке в колонии, когда он был моим эскортом?

— Нет, — побледнел Вишес.

Менас уже хотел попросить Хэлли дать ему послушать послание, когда внезапно дверь снова распахнулась. На сей раз через порог шагнул адмирал, и выглядел он разъяренным.

— Орион, — Вишес отпустил Хэлли и встал перед ней.

— Вишес, у нас огромная проблема. Твой человек нарушил прямой приказ.

— Мой человек?

— Одноглазый сукин сын, — выкрикнул Орион. После своей вспышки гнева он бросил на Хэлли извиняющийся взгляд. — Прошу прощения, госпожа.

— Что Террор сделал на этот раз? — расстроено прорычал Вишес.

— Вчера он попросил двух пилотов и судно, чтобы провести тайную операцию. После атаки Отщепенцев я приказал на сорок восемь часов отменить все миссии, за исключением срочных, чтобы отладить протоколы безопасности. Помнишь скачок электричества, поджаривший вчера вечером все системы? Твой человек устроил саботаж и сбежал на одну из своих тайных операций.

— Ная, сэр? — пошатнулся Менас.

— Я пришел к выводу, что Террор спустил ее на поверхность, — мрачно поджал губы Орион. — Когда он вернулся пятнадцать минут назад, ее не было на угнанном судне. Я арестовал его и держу подальше от секций Теневых сил, но он отказывается говорить.

— Мы берем его на себя, — сердито и измученно сказал Вишес. Он повернулся к Хэлли, явно желая отослать ее домой, но быстро передумал. — Ты идешь со мной. Я отказываюсь выпускать тебя из поля зрения.

— Спасибо, — заметно расслабилась она.

— Пойдем, получим ответы, — поманил Вишес.

Кивнув, Менас пошел за своим другом и Хэлли. В коридоре к ним присоединились два офицера воздушного флота высшего ранга. Ехать в лифте толпой было тесновато, но поездка не заняла много времени. Они вышли из кабины в секции судна, где Менас никогда не был. Он даже ни разу не видел ее на схеме эвакуации.

Там возле двери прислонился к стене Террор, одетый в черные тактические брюки и серую футболку. Он выглядел спокойным и умиротворенным. Еще ни разу в жизни Менас так сильно не хотел ударить своего друга. Террор имел хоть малейшее представление, какой по его вине разверзся ад? Ему вообще было дело до кого-нибудь? Наконец-то Менас понял, почему столько людей ненавидели Террора. Он был свиньей. Нечасто. Но неудержимо.

— Где, мать твою, моя жена? — встав лицом к лицу с человеком, которого когда-то звал другом, Менас впился в него взглядом.

— Ты говоришь о своей бывшей жене?

Менас занес кулак, но Вишес перехватил его, предотвратив удар.

— Что ты с ней сделал? — спросил Менас, обуздав свою ярость.

— То, что должен был сделать сразу же, как только понял, кто она такая, — ответил Террор. — Я скинул ее задницу на Каликс, где ей самое место.

— Ты нарушил прямой приказ, — прервал его Орион. — Понимаю, вы с Вишесом друзья и не обращаете внимания на ранги, но со мной это номер не пройдет. Я — адмирал и отвечаю за весь батальон. Когда я отдаю приказ, его исполняют.

— Я вне ваших рангов, — и бровью не повел Террор. — Если вам не нравится, как я решаю проблемы Теневых сил, вы всегда можете связаться с моим начальством.

— Значит, вот как? — у Ориона желваки заходили ходуном, и он посмотрел на одного из своих офицеров. — Как только мы закончим, приготовьте судно для Террора и его людей. Я хочу, чтобы через час их не было на борту «Вэлианта». Если они откажутся улетать, примените силу.

— Как пожелаете, адмирал, — на лице Террора не отразилось ничего, кроме холодности.

Дверь в секцию Теневых сил зашипела. Появился Пирс и при виде собравшейся толпы остановился в изумлении.

— Террор, у нас меньше двух минут до начала встречи, — нахмурившись, он осмотрел всех присутствующих. — Будет тесновато.

— Они не идут, — Террор шагнул к Пирсу.

— Черта с два, — Менас схватил его за руку.

— Менас, неоспоримые доказательства ее предательства не ослабят твою боль. Отпусти ситуацию.

— Вдруг ты ошибаешься?

— Я не ошибаюсь.

— Что ж, я не такой самоуверенный. Зато я знаю, что ошибся, доверившись тебе. Ты предъявил мне несколько компрометирующих фактов, но у тебя нет реальных доказательств, связывающих Наю с Отщепенцами. Иначе как, по-твоему, адвокат вытащил меня из камеры?

— Менас, мне не нужно видеть горячий пистолет в руке человека, чтобы найти убийцу. Моя интуиция говорит мне все, что я должен знать.

— Моя интуиция говорит, что вчера я все испортил. Переправляла Ная в подростковом возрасте оружие или нет, она никогда не стала бы помогать террористам. Не в ее характере причинять боль другим людям.

— Менас, ты в своем репертуаре. Заторможенный и такой легковерный, — ответил Террор. — Нужно было доказывать свою правоту вчера. Сегодня слишком поздно. Что сделано, то сделано. Женщина не вернется.

— Это мы еще посмотрим, — Вишес оттолкнул с пути их обоих, ведя за собой Хэлли. — Менас, пойдем.

Он прошел в диспетчерскую, где работал Пирс и несколько солдат, накануне обыскивавших квартиру Менаса. Одну из стен занимал плоский дисплей. На экране отображалась прямая трансляция с Каликса. Цифровой ярлык говорил, что съемка велась в номере городской гостиницы.

Менас обмер при виде знакомых черных волос, собранных в хвост. Он непроизвольно приблизился к экрану. Ная вышагивала туда и обратно в маленьком гостиничном номере. Что, черт возьми, она там делала?

— Одно из мест, где мы назначаем встречи с осведомителями, — пояснил Пирс, словно прочитав мысли Менаса. — Все настроено, чтобы передавать живой звук и видео. Есть задержка в четыре с половиной минуты, но в соседнем номере всегда сидит наш шпион, — он взглянул на часы. — Сейчас женщина, скорее всего, уже говорит со своим контактным лицом.

— С контактным лицом? — у Менаса пересохло во рту.

— Нет, не с тем, — покачал головой Пирс. — С дельцом, которого ты видел, когда спускался на поверхность за женщиной для Флайра.

— С Данкирком?

— Суда по нашим данным, он знает обо всем, что происходит в Городе и Конноре. Женщина по-прежнему отрицает свою связь с Отщепенцами, матерью и братом, но не спорит, что Данкирк поможет ей их найти. Если его завербовать, он станет полезным активом.

Менас задался вопросом, чем Террор угрожал Нае, чтобы заставить ее привлечь друга к делу, которое могло оказаться ловушкой.

На экране открылась дверь, и появился Данкирк. Менас задержал дыхание, наблюдая, как два давних друга просто смотрели друг на друга. Но затем Данкирк громко выругался, запер дверь и бросился к Нае. При виде того, как она упала в объятия другого мужчины, у Менаса оборвалось сердце. Это его руки должны были обвивать ее, даруя защиту и поддержку, а он отвернулся от нее как трус.

— Ная, какого хрена происходит? — Данкирк обхватил ладонями ее лицо. — Неделями от тебя нет вестей, и вдруг такое? Он бил тебя? Поэтому ты сбежала?

— Дэнни, все еще хуже, — покачала Ная головой, вытирая мокрое лицо. Отойдя от Данкирка, она повернулась спиной к камере. — Они все знают.

— О том, что ты в детстве переправляла оружие? — замер он. — Дерьмо! — Данкирк потер лицо. — Я попросил одного из своих ребят в мэрии украсть твое досье, но его там уже не было.

— Оно у них, — подтвердила Ная, подчеркнув свои слова взмахом рук. — Они думают, что я работаю на Отщепенцев, напавших на одно из судов и укравших оружие. Мне сказали, что оно здесь, в Городе. Это правда?

— Конечно, правда, — кивнул Данкирк и, начав вышагивать, засунул руки в карманы, сжав кулаки. — Ты отказалась помогать Шестеркам, когда узнала об их связи с Отщепенцами. Что ты сказала мне в день взрыва?

— Что теперь риски и последствия реальны, — тихо ответила Ная. — Что я не продолжу заниматься этой работой, ибо никакие деньги того не стоят.

— Я сказал тебе бежать, бросить все дела с оружием и начать с чистого листа, — продолжил Данкирк. — Ты устроила себе неплохую жизнь и что, черт возьми, натворила в итоге? Тебе нужно было напасть на харкоса и спасти Дженни. Были неприятные последствия, да? Теперь уже тебя надо спасать, но нет никого, кроме меня.

— Мы выбирались из передряг похуже.

— Не думаю, что на этот раз мы выберемся, — он опустил руки в жесте поражения.

— Это мы еще посмотрим, — Ная снова вытерла лицо. Менаса убивало, что она плакала, а он не имел возможности ее утешить. — Дэнни?

— Да?

— Они сказали мне кое-что еще.

— И что же?

— Что моя мать в Городе, — Ная замялась. — Это ведь просто очередная ложь, да? Новая тактика, чтобы сбить меня с толку и заставить пойти на сделку?

— Правда? — приободрился Данкирк. — Ты заключила сделку? Если да, я все понимаю, Ная. Ради тебя я готов взять удар на себя.

Данкирк был готов сесть в тюрьму, лишь бы защитить Наю, и Менас почувствовал себя еще хуже. Он получил подтверждение тому, о чем думал всю ночь. Менас не заслуживал ее доверия. В своем стремлении уберечь ее от Тормента он слишком легко сдался. Ему стоило сначала потребовать встречи, признаться Нае в любви и пообещать спасти ее. Вместо этого Менас поверил в правосудие и позволил ей думать самое худшее.

— Нет, не заключила, Дэнни. Не меняй тему. Это правда? Моя мать здесь?

— Да, — неохотно признался Данкирк. — Она здесь.

— И давно ты знаешь? — шумно выдохнула Ная. — Как долго скрываешь от меня, Дэнни? Месяцы? Годы?

— Десять лет, — признался, наконец, он. — Десять лет, Ная.

— Десять чертовых лет, Дэнни? — громко прорыдала она.

— Она тебя не хотела, — сорвался Данкирк. — Я ходил к ней. Сразу же, как только узнал, что она вернулась на планету со своим новым мужчиной. Помнишь то лето, когда я оставил тебя отвечать за остальных детей в нашей стае и сказал, что мне нужно кое-куда съездить?

— Да, — кивнула Ная, все еще рыдая.

— Ну, я ездил к ней, — продолжил он. — Я нашел твою мать с ее новым мужем, главарем Шестерок. Рассказал, что ты одинокая и беспризорная. Попытался убедить ее, что опасно тринадцатилетней девочке жить на улице, но ей было плевать. Она холодная. Бессердечная, — добавил Данкирк. — Я не смог заставить себя рассказать тебе о ней. Не смог снова разбить твое сердце.

Пока уродливая правда выходила на свет божий, у Менаса щемило сердце. В диспетчерской повисла ужасающая тишина. Как и он, все были затронуты отвратительной истиной.

— Муж твоей матери Сэнди? — продолжил Данкирк. — На выходе он остановил меня. Сказал, что если ты быстрая и сообразительная, можешь принести пользу. Я подумал, что если он даст тебе работу, заодно сможет убедить твою мать принять и поддержать тебя. Я понятия не имел, что тебя заставят перевозить оружие. Так что я один виноват.

— Дэнни, ты не виноват, — всхлипнула Ная, подолом рубашки вытерев влагу со щек. — Даже тогда я все равно могла отказаться. Мне стоило быть умнее и догадаться, что злые люди используют бездомных детей, нанимая их для грязной работы. Я была расходным материалом. Пустое место, но продолжала убеждать себя, что с помощью банды хочу лишь выбраться с улиц.

— И ты выбралась, — подтвердил Данкирк. — Просто не знала всей истории. Я думал, что защищал тебя.

— И вот куда привели нас благие намерения, — резко рассмеялась Ная. — Пока мы разговариваем, за мной следит вся военная мощь разъяренных небесных воинов. Они считают, что я связана со своей террористкой-матерью, торговкой оружием.

— Прости, что соврал тебе.

— Все хорошо, — она взяла его за руку. — Я бы поступила точно так же, чтобы уберечь тебя от боли.

— И что ты планируешь теперь делать? — покачал головой Данкирк.

— Что и всегда, — пожала Ная плечами.

— Что? Поступишь правильно? Благородно? — раздраженно поддел ее он. — Ная, беги! Позволь мне вырезать проклятый чип из твоей руки. Я тебя увезу. Тебя никто никогда не найдет. Ты можешь начать все сначала вместе со мной. Можешь вести жизнь, которую всегда заслуживала.

Менаса охватила паника. Вдруг Ная согласится? Увидит ли он ее когда-нибудь снова?

— Я не могу, Дэнни.

Даже чувствуя себя эгоистом, Менас вздохнул с облегчением. Он не потерял Наю безвозвратно.

— Почему?

— Для меня не будет нового начала. Я попробовала. Познакомилась с совершенно новой культурой, пожила на космическом корабле. И знаешь что? Прошлое все равно укусило меня за зад. Я не могу сбежать от него, — Ная высоко подняла голову. — Значит, мне придется столкнуться с ним лицом к лицу.

— Ная, хоть раз в своей проклятой жизни ты можешь меня послушать? Не будь героиней. Беги.

— Ты не знаешь человека, идущего по моему следу, — покачала головой она. — Он не из тех, кто упустит добычу. Как только я ступила на их судно, и он заподозрил меня в преступлениях, я была записана в смертники.

— Но ты не виновата, — настоял Данкирк. — Ты не имеешь никакого отношения к террористической ерунде.

— Думаешь, ему не наплевать? У харкосов нет справедливости. То же самое дерьмо, с которым мы сталкиваемся здесь, — Ная пригладила волосы и расправила плечи. — Я больше никого не поставлю под угрозу. Если мне придется погибнуть, я хотя бы попытаюсь сделать что-нибудь хорошее. Иначе из украденного оружия убьют множество невинных людей. Отщепенцы принесут в Город войну. Я не могу им позволить.

— Тебе никогда не пробраться в убежище Шестерок.

— Я должна попытаться. Черт, — кисло выругалась она, — даже если я выберусь живой, все равно получу билет прямиком в Коварк. Ты знаешь, что это значит.

В свою очередь, Менас прекрасно знал. Голод, избиения, изнасилования.

— Если хочешь, я могу передать сообщение Дженни, — откашлялся Данкирк.

— Нет, — мягко отказала Ная. — У нее теперь своя жизнь. Я не собираюсь портить ее гниющими останками нашего прошлого.

— Она счастлива. Я видел ее на прошлой неделе. Ты сделала доброе дело, когда помогла ей сбежать с Джозефом.

— Я рада.

— Когда я встретил твоего мужчину… — Данкирк замялся. — Я думал, что уж он-то…

— Не надо о нем, — вскинула руку Ная. От боли в ее голосе у Менаса заныло в груди.

— Слишком хорошо, чтобы быть правдой, да? — заметил Данкирк.

— Да, — согласилась Ная дрожащим голосом. — Хотя с моим послужным списком любимых предателей стоило сразу догадаться, чем все закончится.

Менасу потребовалась вся его сила воли и самообладание, чтобы не рухнуть на колени. Ная почти призналась, что любит его вместе с обвинением в том, что он предал ее и бросил.

— Я никогда не хотел быть в числе тех, кто тебя подвел, — Данкирк сказал то, что Менас желал, но не имел шанса.

— Я знаю, — пытаясь успокоиться, Ная глубоко вдохнула и откашлялась. Затем она развернулась и запрыгнула на кровать. По мере того как Ная решительно приближалась к объективу, ее изображение на экране увеличивалось. Тогда Менас понял, что она ударила кулаком по потолку и вырвала камеру. Теперь ее красивое заплаканное лицо отражалось уже во весь экран. — Террор, если тебе нужно твое оружие, приди и найди меня. Но лучше поспеши. Скорее всего, я не доживу до ночи.

Сигнал прервался, сменившись белым шумом. Пирс в диспетчерской отчаянно пытался связаться с наземной командой, которая должна была следить за Наей. В одно ухо он уверенно вставил наушник и прикрыл ладонью второе.

— Что? Вы уверены?

— Пирс, — прорычал Террор имя своего сотрудника.

— Она сбежала, — покачал головой тот. — Как только наши парни поняли, что женщина хочет уйти, они бросились в номер, но были недостаточно быстры. Она со своим другом ушла через окно. Чип из ее руки они наши дальше в переулке. На стене были брызги крови, и парни взяли образец на анализ, но мы итак знаем, чья она. Женщина получила шестидесятисекундное преимущество с наземной командой и практически четырехминутное с нами.

— И что же интуиция говорит тебе теперь, Тер? — повернулся Менас к своему бывшему другу.

— Что уже к ночи я верну наше оружие и накрою банду контрабандистов, — легко ответил тот. — Виновна она или нет, мне все равно.

— Все равно? — Менас будто оцепенел, поняв, что совершенно не знал человека перед ним. — Ты бросил невинную невооруженную женщину в опасном месте и поручил ей невыполнимую миссию.

— Невыполнимую? Едва ли, — хохотнул Террор. — Менас, похоже, ты совершенно не знаешь собственную жену. Все отчеты о ней и досье говорят, что она стойкая. При должной мотивации она осилит любую задачу.

— Мотивации?

— Ты и Хэлли? — он указал на жену Вишеса. — Слабые места Наи. Стоило мне пригрозить бросить тебя в тюрьму, арестовать Хэлли и отнять ее у Вишеса, как Ная сразу же согласилась, чтобы мы воспользовались ее навыками ради нашего дела.

Хэлли ахнула, и Менас разъяренно уставился на Террора.

— Что, черт возьми, с тобой не так?

— Со мной? — голос Террора полосовал, как бритва. — Что не так с тобой? Разве ты не понимаешь, что мы в состоянии войны? Каждый день мне приходится принимать такие решения, что будь ты на моем месте, мочился бы в штаны до конца дней своих. В отличие от тебя, я не могу позволить себе такую роскошь как принципы. На моих плечах лежит обязанность защищать наших людей. Любой ценой.

— Сопутствующий ущерб, — вспомнил Менас слова Наи.

— Менас, я не хотел, чтобы так все вышло, — суровость Террора на миг отступила. — Я никогда не хотел ранить тебя, но у меня не было выбора. Связи Наи с террористами, знала она о них или нет — слишком ценный актив, чтобы не воспользоваться им.

Через алую пелену перед глазами Менас наблюдал, как Террор подошел к пульту, взял рацию и наушник. Пока он раздавал инструкции поисковикам, Менас пытался набрать воздуха в сведенные легкие. Почувствовав, как грудь будто сдавило тисками, он даже на мгновение испугался сердечного приступа. Понимание того, что Террор искусно всех разыграл, оставило глубокую рану. Менаса затошнило от страха, что его Ная — красивая, упрямая Ная — могла не дожить до ночи.

— Мы вернем ее, — приблизился Пирс и что-то протянул.

При виде ошейника Наи на ладони другого мужчины у Менаса перехватило горло. Он забрал ее вещь у Пирса и погладил пальцем синюю кожу с серебряной подвеской. Тогда ему пришло в голову, что даже увенчайся операция успехом, он мог никогда не вернуть Наю. Мог больше никогда не владеть ею. Она бы никогда его не простила.

— Я превосходно знаю город, — продолжил Пирс. — У меня там свои контакты.

— Но ты не знаешь людей, которых знает Ная, — перебила его Хэлли, хоть ее нежный голос и прозвучал совершенно неуместно в комнате, полной военных. — Зато знаю я.

— Нет, — повернулся к ней Вишес и положил руки ей на плечи.

— Прошу прощения? — дерзко посмотрела на него она.

— Я не стану рисковать тобой.

— Вишес, никто и не рискует. Просто доставьте меня на поверхность. Мне не нужно приближаться к террористам. Я всего лишь переговорю с парой человек.

— Котенок, даже если бы я согласился отпустить тебя, ничего не выйдет. Ты же слышала Ориона. Он запретил любые полеты, — Вишес поглядел на Менаса с сочувствием в бледных глазах.

— И я не собираюсь отменять приказ, — покачал головой Орион. — Если кротом была не Ная, значит, ублюдочный предатель до сих пор на борту. Кто-то переслал пакет данных, выдав координаты и время отгрузки оружия. Я не подвергну своих пилотов опасности.

Надежда угасала. Если бы Менас мог, организовал бы собственную спасательную операцию, но сначала ему нужно было как-то спуститься на планету.

— Менас, я представляю, как тебе тяжело. К сожалению, у меня связаны руки. Конечно, если Хазарду хватит наглости угнать шаттл, я могу ненадолго отвернуться.

— Я понимаю, сэр, — надежда воскресла. Из всех пилотов в подразделении только Хазард был достаточно лихим, чтобы угнать судно и спустить спасательную группу на поверхность даже под угрозой нападения Отщепенцев.

Кивнув, адмирал отвернулся, завуалировано дав разрешение, но затем остановил пристальный взгляд на Терроре.

— Я даю тебе отсрочку, пока вопрос не будет решен. Потом ты исполнишь мой приказ. Я хочу, чтобы ты убрался с судна и с глаз моих.

— С радостью, адмирал.

Просто невероятно, как холодно вел себя Террор. Тогда в твердолобой голове Менаса наконец-то появилось осознание того, что отныне все будет иначе. Он потерял не только Наю, но и друга. Менас понял, что она чувствовала, когда родные использовали ее и бросали. Такие же душераздирающие мучения, как и вызванные Террором с его черствостью по отношению к ней.

Менас не нашел в себе сил простить Террора. Ему лишь оставалось надеяться, что доброе сердце Наи не позволит ей отвергать его вечно. Она итак оказалась лучшим человеком, чем Менас мог когда-либо стать. Приняла бы Ная его обратно или нет, он вознамерился сделать все, чтобы ее спасти. Менас обещал защищать ее, бороться за нее. И собирался сдержать слово.

Глава 18

— Чего ты от меня хочешь?

— Чтобы ты пошел к своему связному и ждал сообщения от Хэлли, — проигнорировав гнев Дэнни, Ная продолжила просматривать ящик с одеждой в спальне явочной квартиры.

— Какого черта мне его ждать? Она одна из них.

— Определенно нет, — выпрямилась Ная, сидя на коленях, и впилась взглядом в Данкирка. — Я не сомневаюсь, что к данному моменту она уже получила мое сообщение. Также я уверена, что сейчас Террор несется кирпичами, пытаясь меня найти. Если есть шанс помочь мне, Хэлли его не упустит. Поэтому возвращайся к своему связному и жди.

— Чего? — схватив аптечку, Данкирк сел на край узкой кровати. — Дай мне руку. У тебя снова идет кровь.

— Возможно, потому что тебе не стоило загонять нож мне в руку на десять сантиметров! — у нее постоянно ныло запястье. Дэнни катастрофически недоставало хирургических умений, зато он сделал свое дело.

— Я же сказал, что резал наугад, — перевернув ее руку, он от души намотал бинтов поверх окровавленной повязки. Как и Нае, Данкирку часто приходилось оказывать помощь, поэтому он знал, что категорически не рекомендуется срывать первую повязку вместе с коркой запекшейся крови. — Нам нужно найти тебе какие-нибудь антибиотики.

— Зачем? Скорее всего, я даже до восхода солнца не доживу.

— Не говори так, — предостерег Дэнни. — Ты выберешься оттуда живой.

— И что дальше? — Ная задавала себе тот же вопрос. Она хотела того, что больше никогда не могла получить.

— Слушай, я уже понял, что ты его любила, но он от тебя отвернулся.

— Ты его не знаешь, — порыв защитить Менаса был сокрушительным. — И Террора тоже, — внезапно из ее рта полились все утверждения, обдуманные ею во время долгого спуска на Каликс. — Я не думаю, что Менас бросил меня по доброй воле. Похоже, нас обоих просто обвели вокруг пальца. Он настолько верен армии, что, скорее всего, доверил судьям и адвокатам уладить дело. Менас считает Террора другом и понятия не имеет, каков он на самом деле.

— Может быть, — недовольно проворчал Дэнни. — Теперь уже неважно. Ты не сможешь вернуться к нему. Через несколько месяцев ты его даже не вспомнишь.

Ная не думала, что такое возможно. Отношения с Менасом затмили все, что она испытывала к другим людям. Ная не знала, исцелится ли когда-нибудь ее сердце.

— Разреши мне пойти с тобой, — взмолился Дэнни, закончив перевязывать ее руку. — Я могу помочь.

— Ты гораздо больше поможешь, отправив сообщение Хэлли. Ей нужно знать, куда меня уведут, чтобы команда харкосов нашла свое оружие, логово Шестерок и, возможно, штаб Отщепенцев. Если Террор добьется своего, он оставит Менаса и Хэлли в покое.

— Стоп, — поднял обе руки Данкирк. — Отмотай назад. Кто и куда тебя уведет?

— Шестерки, Дэнни! — закатила Ная глаза. — Найти их штаб-квартиру нереально. Даже ты не знаешь, где она. Я чертовски уверена, что их приближенные никогда не расколются. Единственный способ пробраться к ним — заставить их самих меня отвести.

— И что? Думаешь, головорезы заберут тебя?

— Я не оставлю им выбора. Буду бродить по подземным тоннелям, не заметая следов, чтобы Шестеркам ничего не оставалось, кроме как забрать меня и допросить. Прежде чем прикончить меня, они попытаются выудить информацию, и вот тут я заставлю их потрудиться.

— Ная, ты слишком рискуешь, — скривился Данкирк. — Шестерки могут просто выловить тебя и прирезать прямо на улице.

— Могут, — тяжело сглотнула она.

— Я прикажу всем своим глазам и ушам следить за тобой, но не приближаться. Они не дадут тебе пропасть с радаров. И лучше надейся, что Хэлли тебя не подведет.

— Не подведет, — Ная ни на секунду не усомнилась в своей новой подруге. Хэлли сделает все от нее зависящее, чтобы помочь.

— Когда небесные воины откроют по Шестеркам огонь, ты сможешь улучить момент и сбежать. Совсем немного, но хоть что-то.

— Если мне выпадет шанс, я его не упущу, — пообещала Ная. — Я хочу в следующем месяце отметить свой двадцать четвертый день рождения, но не все в мире зависит от меня.

Перевязав руку и изложив свой план, Ная покопалась в поношенной одежде и нашла подходящую. Она разделась до нижнего белья и надела широкие рабочие штаны с сине-белой фланелевой рубашкой. Благодаря старому ремню, штаны не спадали с бедер. Обулась Ная в великоватые мужские сапоги и накинула на плечи коричневую куртку с темным капюшоном. Несколько недель назад на Каликс пришла зима. Нае нужно было сохранять тепло.

— Возьми, — Данкирк вложил в ее руки кинжал в ножнах и маленький пистолет. — Они тебе пригодятся.

— Спасибо, — Ная засунула кинжал за голенище и заткнула пистолет за пояс сзади.

— Ная, мое предложение все еще в силе. Ты можешь сбежать со мной, и мы улетим в колонию. Тебе необязательно туда идти.

— Обязательно, — мягко отказала она. — Если бы речь шла только обо мне, я бы с радостью согласилась. Но я не могу допустить, чтобы Хэлли или Менас пострадали.

— Несмотря на то, что он причинил тебе боль?

— Дэнни, не все так просто, — вздохнула Ная. — Ты даже не представляешь, какое давление оказывает Террор. Ничего похожего на нашу тайную полицию. У него нет чувств. Он — монстр. Ему плевать, кто пострадает на пути к его цели. Я помню, какими методами Террор заставил меня прилететь сюда. Могу лишь представить, как он выкрутил Менасу руки.

— Удачи тебе, Ная. Береги себя, — казалось, Данкирк хотел заспорить, но промолчал, вместо этого крепко обняв ее.

На мгновение она задержалась в объятиях своего друга, черпая успокоение из его тепла и силы. Дружба Данкирка и его любовь питали ее храбрость.

— До скорой встречи, — откашлялась Ная, отступив от него.

Через боковую дверь она выбежала из явочной квартиры на холод, на свежий зимний воздух. Ная так привыкла к климат-контролю «Вэлианта», что теперь удивилась холодному ветру, щипавшему ее нос и щеки. Она крепче укуталась в коричневую куртку, засунув руки в карманы.

Направляясь вниз по грязной улице, Ная искала бары, ломбарды и подпольные игорные дома, где отдыхали нужные слои населения. На каждом углу она старалась говорить громко и безграмотно. Ная хотела огласить на всю округу, что искала оружие или работу по нелегальной перевозке. Хотела нарисовать на своей спине огромный яркий знак: «Похитьте меня!»

В середине дня она остановилась на обед, привлеченная телегами с едой, стоявшими рядами в торговом квартале. Дэнни дал ей более чем достаточно денег на перекус. Нае вполне хватило на горячую пищу и напиток. Она нашла на обочине брошенную кабельную катушку и присоединилась к группе рабочих, остановившихся поесть. Ная насладилась каждым кусочком неаккуратного перченого сэндвича, прекрасно понимая, что он мог быть ее последней трапезой.

В то же время ее взгляд блуждал по шумной толпе. На крошившихся каменных стенах висели бумажные рекламные объявления. Что шокировало Наю, так это лицо старой знакомой. Эллади, еще одна бездомная девчонка и сирота, которая в свое время состояла в банде уличных пострелов Данкирка.

Уже тогда она была поразительно красива. Нае не верилось, как далеко Эллу продвинула ее красота. Уличная девчонка со своего скромного старта добралась до должности музы дизайнера. Ная была счастлива видеть, что хоть кто-то сумел избежать адского существования.

Закончив обед, она допила оставшийся чай. Пока Ная выбрасывала за собой мусор, осматривала округу. Ощущение чьего-то взгляда становилось все острее. Ранее она заметила краем глаза одну из осведомительниц Дэнни, но потеряла ее след в толпе. Теперь Ная чувствовала на себе иной взгляд. Наверняка по ее следу шли Шестерки или, возможно, даже их подельники Отщепенцы.

Снова натянув капюшон, Ная обхватила себя руками и пошла дальше. У нее дико колотилось сердце. За долю секунды она приняла решение пойти по наименее людному переулку, прекрасно зная, что там-то ее и похитят. Про себя Ная молилась, чтобы ее не лишили сознания, ударив по голове какой-нибудь дубиной. Но ничего не происходило, секунды тикали…

Казалось, вселенная вняла ее мольбе и сделала ей одолжение. Услышав спешные шаги, Ная не пыталась бежать. Не успела она обернуться, как кто-то схватил ее за талию. Обоими локтями Ная нанесла удар назад и попала в цель. Напавший мужчина зарычал, но одержал верх и прижал влажную ткань к ее лицу. От приторного сладкого аромата у нее жгло ноздри. Даже слабея, Ная боролась, чтобы оставаться в сознании.

Незнакомец развернул ее в своих руках. Прежде чем упасть в небытие, она округлила глаза при виде знакомого лица. Натти.

По пробуждению ее затошнило от сильнейшей головной боли. Перекатившись набок, Ная поморщилась от укола холодного острого камня и приподнялась на четвереньки. Дурнота была слишком сильной, чтобы сдержаться. Наю вырвало на грязный каменный пол ничтожно малым обедом. К слову, о последней трапезе…

— Держи, дружочек, — знакомый голос отвлек Наю от отчаянной жажды. — Попей.

Еще не пересилив головокружение и пошатываясь, Ная отползла от лужицы собственной рвоты и попыталась прояснить видение. Она оказалась в сырой камере. По другую сторону решетки сидел ее брат и протягивал ей бутылку воды.

— Натти?

— Кажется, я перестарался с сонным соком, — примирительно улыбнулся он. — Но с тобой все будет в порядке.

На дрожавших конечностях Ная подползла к решетке и плюхнулась на задницу. У нее ужасно жгло ноздри.

— Зачем ты так? — потерла она лоб.

— Почему ты вернулась? — Натти сунул ей в руку бутылку.

— Ты знаешь, — повозившись с крышкой, Ная, в конце концов, сумела ее открутить.

— Это ничего не изменит, — тяжело вздохнул он.

Набрав в рот дорогой очищенной воды, она прополоскала его и сплюнула на пол. Затем сделала несколько глотков, ослабивших боль в горле. У Наи начало проясняться видение, и ей удалось хорошенько рассмотреть своего брата. Он выглядел еще хуже, чем на той фотографии. Что-то случилось с его правым глазом. Радужка стала молочно-серой. Склеру уродовали красные полосы. Оспины на лице оказались еще глубже и заметнее. От зубов остались коричневые обломки.

— Черт, Натти, — потянувшись через решетку, Ная схватила его за руку. — Когда ты начал употреблять «Импульс»?

— После смерти Синди, — Натти отвел взгляд.

— Она умерла? Как?

— В Безопасной гавани подхватила новый штамм кашля, — сказал он. — Его привезли на своем корабле небесные воины. И потом они слишком долго не поставляли лекарство в больницы колоний.

— Натти, мне так жаль, — Ная погладила его руку.

— Это было очень давно, — пожал он плечами, но движение больше напоминало тик.

— С годами страдания не ослабевают, — возразила она.

— Вот что ты чувствуешь после того, как я украл твои деньги?

— Иногда, — призналась Ная, и ей подурнело от боли предательства, нахлынувшей с новой силой.

— Я плохо поступил. Знал ведь, чем ты рисковала и как упорно работала, чтобы накопить. Я должен был взять тебя с собой.

— Натти, прошло много лет, — вздохнула она. — Мне не можем изменить то, что уже случилось.

— Мне сказали, что тебя захватил один из небесных воинов, — указал Натти на потолок, сменив тему.

— Менас, — кивнула Ная.

— Менас? — со смехом повторил он. — Похоже, он не мягкий и не пушистый.

— Нет, — с улыбкой согласилась она.

— Ты его любишь?

— Все сложно, — честно ответила Ная. — И мои чувства не имеют значения. Мы больше не вместе.

— Но ты выполняешь его указания, — Натти поцарапал шею, словно сгоняя невидимого жука.

— Не его. Меня послал сюда другой человек. Очень-очень опасный, — настояла Ная. — Ты не захочешь быть здесь, когда он объявится.

— Мне больше некуда идти, дружочек, — в его здоровом глазу промелькнули сожаление и печаль.

Натти причинил ей ужасную боль, но она не могла избавиться от потребности быть к нему ближе. Он всегда был слабым и ведомым. Неудивительно, что в итоге оказался в плачевном положении.

— Ты можешь уйти со мной.

Казалось, Натти обдумал ее предложение, прежде чем покачать головой.

— Я не горю желанием следовать за тобой туда, куда ты уйдешь. Пойдем, — он медленно встал, подтягиваясь на прутьях решетки. — Мама хочет тебя видеть.

Не особо радуясь предстоящей семейной встрече, Ная никуда не спешила, постепенно поднимаясь на ноги. Заодно она сделала еще несколько глотков воды. Задрожав от холода, Ная заметила, что у нее отняли куртку и пистолет. Она подвигала лодыжкой и поняла, что кинжала тоже лишилась. Когда Натти открыл дверь камеры, Ная попятилась, чувствуя себя беззащитной.

— Ная, не заставляй меня применять силу, — он коснулся оружия в набедренной кобуре.

— Не заставлю, — с оглядкой на его нервозность, Ная не делала резких движений. Получить пулю от Натти не было в списке дел, которые ей хотелось сделать перед смертью. Плечом к плечу с ним она пошла по лабиринту коридоров, где ей в нос ударил запах топлива и химикатов. — Мы на старом заводе?

— Раньше здесь производили батарейки, — покосился на нее Натти, — пока не установили по всему городу новомодную систему для переработки солнечной энергии. Размер и расположение сделали завод идеальным укрытием. Кроме того, из-за токсичных испарений и свалки по соседству ни у кого не возникает желания бродить поблизости.

Ная старалась не думать, что токсичные испарения уже влияли и на нее. Она практически чувствовала, как умирал ее головной мозг.

Пройдя через ряд двойных дверей, они оказались в главном производственном помещении. Большая часть оборудования отсутствовала. Одну секцию обустроили под жилую площадь, другую — под небольшую столовую. Десятки грозных мужчин и женщин оставили свои дела и посмотрели на Наю.

Одна из стен была практически полностью заставлена ящиками. На них красовались печати правительства и этикетки, какие клеят на скоропортящиеся продукты. Ная тут же сопоставила факты. В Городе не было дефицита продовольствия, и харкосы не требовали особых поставок. Нет, какой-то коррумпированный ублюдок в правительстве продавал запасы Шестеркам.

— Очень выгодная сделка, — подметил Натти, окинув взглядом коробки от пола до потолка. — Мы получаем продукты по оптовым ценам. Мама продает их Отщепенцам в три или даже четыре раза дороже. Им отчаянно нужно продовольствие, и они готовы выложить любую сумму. Они даже обменивают еду на оружие. Ты бы видела, что они украли вчера вечером и привезли нам сегодня утром!

— Значит, вы получаете оружие и наличные, пока Отщепенцы устрашают людей Каликса, — пробормотала Ная.

— Ты всегда была сообразительной.

При звуке хриплого голоса матери у Наи перекувыркнулся желудок. На нее нахлынули детские воспоминания, в основном о боли и пролитых слезах. Медленно повернувшись, она встала лицом к лицу с женщиной, когда-то ее оставившей. Одетая как низкосортный генерал, ее мать притягивала взгляды всех присутствующих.

— Привет, мама.

Та не ответила, лишь обошла Наю кругом.

— А ты выросла симпатичнее, чем я ожидала. С генами твоего папаши я была уверена, что к настоящему времени ты превратишься в страхолюдину.

Ная убеждала себя пропустить оскорбление мимо ушей, но в итоге не сдержалась и указала на щеку своей матери.

— А шрам тебе идет. С ним ты выглядишь такой властной.

— Продолжай в том же духе, — предостерегла ее мать. — Я не забыла, как легко довести тебя до слез. И мой ремень все еще при мне.

— Я больше тебя не боюсь, — стиснула Ная зубы.

— А зря. Кто, по-твоему, управляет городом? Уж точно не правительство. Я, — указала на себя Амалли. — Я, моя команда и мое оружие.

— Ты, твоя команда и твое оружие нажили большие проблемы. Харкосы в курсе, что ты работаешь с подразделением Отщепенцев на Каликсе. И теперь они хотят вернуть то, что у них украли.

— Милая моя крошка, — лающе расхохоталась она, — они годами пытались загнать меня в угол. И до сих пор не преуспели.

— Я нашла тебя за половину дня, — огрызнулась Ная. — Ты не представляешь, какую боль они могут причинить, чтобы получить ответы. Им достаточно будет развязать язык одному из вас, и все твои планы накроются медным тазом.

— Пускай приходят, — возликовала ее мать. — Придется начать пораньше, чем планировалось, но мы готовы. Люди итак на грани бунта из-за беспорядков и нехватки продовольствия. Нужна всего лишь искра, чтобы народ восстал.

— И что? Ты бросишься снабжать оружием мирное население?

— Оружием и едой, — ее мать указала на ящики. — Простейший способ покорить сердца и умы — дать людям то, в чем они нуждаются.

— Ты сошла с ума. Твой план провалится, и погибнет много людей, — Ная указала на мужчину с оружием харкосов в руках. — Сама подумай, пушки подходят лишь для ближнего боя, а харкосы нападают с неба. В их распоряжении космические корабли, бомбы и оружие, какое вам даже не снилось. Если они решат, что город под вражеским контролем, просто разбомбят его.

— Пускай, — безжалостно пожала плечами ее мать. — Я к тому времени буду далеко отсюда. Можешь представить, как возрастут продажи? Каждый отсталый деревенский мужлан на планете захочет купить у меня оружие.

Наю затошнило. Отщепенцы и Шестерки под предводительством ее матери все спланировали. Человеческие жизни ничего для них не значили по сравнению с ожидаемой прибылью.

— Ты чудовище.

— Ох, сладкая детка, не грусти, — мать Наи достала оружие из набедренной кобуры. — Тебя уже не будет с нами, чтобы это увидеть.

Не успела Ная отреагировать, как прогремело три выстрела. Она услышала их, прежде чем жгучая боль располосовала ей живот. Схватившись за него обеими руками, Ная пошатнулась. Ей на ладони хлынула густая темная кровь. Ная шокировано уставилась на алые струи, не в состоянии трезво мыслить и осознать, что ее застрелили. Даже убивая дочь, Амалли предпочла жестокую медленную смерть от кровопотери мгновенной милостивой гибели от плазменного выстрела.

— Ная! — бросился к ней Натти и прижал ее к себе, не дав упасть на пол. Он приложил руку к ее лицу. — Мама! Почему? Ты обещала отдать ее какому-нибудь мужчине из Отщепенцев.

— Неужели ты поверил, я отдам им девку, знающую столько о нас и наших врагах? Натти, повзрослей! — их мать бросила ему пистолет. — Дотащи ее до середины помещения и брось. Остальные? Приготовьтесь. У нас будут гости.

*****

Менас нервно жевал жвачку, в то время как Сайфер активировал мини-дроны. Едва судно приземлилось за чертой города, как Хэлли бросилась в бой. Она связалась с человеком, быстро отведшим ее к Данкирку. Он только ее и ждал. Пока парень излагал план Наи, Менас сходил с ума от беспокойства.

Тогда он понял, почему Террор заинтересовался ею. Она была стойкой…и безрассудной. Никогда еще Менас не хотел отшлепать ее так сильно. Ная должна была знать, что ее драгоценную жизнь нужно беречь. Вернув ее и обезопасив, он намеревался сделать все возможное, чтобы она почувствовала себя любимой и нужной.

Из наблюдательного пункта Менас прекрасно видел обветшалый завод. Датчики окружающей среды заглохли, потому что Хазард отключил системы перед бесшумным приземлением. Похоже, в былые времена здесь что-то производили. Большинство химикатов и отходов остались на месте. Нужно было как можно скорее забрать оттуда Наю.

Потрескивание в наушнике означало, что на связь вышел Пирс, возглавлявший ударную группу. Прекратив жевать, Менас прислушался.

— Сайфер говорит, что дроны подадут сигнал в течение следующих шестидесяти секунд. Он уже установил платы на точки входа. Как только закончим разведку, входим внутрь по моему сигналу.

Менас поглядел влево, где Райз с Веномом заняли позиции. Хазард присел справа. Пилот с легкостью согласился взяться за опасную миссию. Пирс, два сотрудника Теневых сил и еще три члена оперативной группы готовились штурмовать завод с другой стороны. Террор остался на «Вэлианте» координировать операцию из диспетчерской. Не секрет, что в свете последних событий никто не согласился идти с ним в бой.

Менас надел свои тактические очки. Поляризованные линзы отображали в реальном времени все, что снимали дроны. Он отвлеченно наблюдал за проецируемой картинкой, ничуть не заинтересованный поворотами и траекториями полета устройств.

Но когда дрон влетел в разбитое окно и вывел на экраны изображение главного производственного помещения, Менас оживился. Ему открылась жилая площадь в стиле казарм. Но больше всего его заинтересовали ряды ящиков с этикетками скоропортящихся продуктов. Тут же ему вспомнились рассказы Наи о нехватке продовольствия и о беспорядках среди населения. Значит, вот куда исчезала еда?

Дрон начал бесшумно разворачиваться. Наконец, в поле зрения появилась Ная. На ней была странная мужская одежда. И ее походка казалась неестественной. Наю накачали наркотиками или ударили по голове?

Словно прочитав мысли Менаса, на связь вышел Сайфер.

— Вижу цель. Отправляю уведомление врачебной бригаде о возможной травме головного мозга или воздействии седативных препаратов. До подачи звука осталось десять, девять, восемь…

В наушнике снова раздалось статистическое потрескивание, и мгновение спустя Менас услышал родной голос Наи.

— Значит, вы получаете оружие и наличные, пока Отщепенцы устрашают людей Каликса.

Рядом с ней появилась женщина в мужской тактической форме. Менас узнал ее по фотографии из папки Террора.

«Сзади», — Менас мысленно уговаривал Наю обернуться и заметить, что к ней подкрадывались.

— Ты всегда была сообразительной.

— Привет, мама, — напряглась Ная, медленно повернувшись лицом к своей матери.

Менасу было некомфортно наблюдать, как Амалли неспешно изучала дочь. Он ждал ее следующих слов.

— А ты выросла симпатичнее, чем я ожидала. С генами твоего папаши я была уверена, что к настоящему времени ты превратишься в страхолюдину.

На челюсти Наи задергалась мышца.

«Нет, любимая, не дразни медведя»

Но она указала на рубец, уродовавший щеку матери.

— А шрам тебе идет. С ним ты выглядишь такой властной.

— Вот дерьмо, — прошипел Менас. Ная просто не могла прикусить язык и сдержать язвительные комментарии.

— Я насчитал на первом этаже двадцать семь вооруженных людей, — сообщил Сайфер. — И еще дюжину тепловых подписей в остальных секциях завода. По указанию командования готов запустить ракеты и разделить врага на группы.

— Принято, — ответил Пирс.

В главном производственном помещении Ная с матерью продолжали стоять лицом к лицу. Между тем Менас пропустил часть их беседы, которая, конечно, была экстраординарной.

— Пускай приходят, — обрадовалась Амалли. — Придется начать пораньше, чем планировалось, но мы готовы. Люди итак на грани бунта из-за беспорядков и нехватки продовольствия. Нужна всего лишь искра, чтобы народ восстал.

Тогда и стал ясен ее коварный замысел. Менас вынужденно признал, что она избрала проверенный метод разжигания розни.

— И что? — чуть не закричала Ная. — Ты бросишься снабжать оружием мирное население?

— Оружием и едой. Простейший способ покорить сердца и умы — дать людям то, в чем они нуждаются.

— Ты сошла с ума, — она впилась взглядом в свою мать. — Твой план провалится, и погибнет много людей, — Ная указала на мужчину, стоявшего с оружием харкосов в руках. — Сама подумай, пушки подходят лишь для ближнего боя, а харкосы нападают с неба. В их распоряжении космические корабли, бомбы и оружие, какое …

— Приготовьтесь выступать, — раздался в наушнике голос Пирса. — Сайфер, дай нам обратный отсчет от шестидесяти двух.

— Да, сэр. Штурм через шестьдесят две секунды.

— Можешь представить, как возрастут продажи? — спросила Амалли. — Каждый отсталый деревенский мужлан на планете захочет купить у меня оружие.

— Ты чудовище, — у Наи поникли плечи.

— …Сорок пять.

— Ох, сладкая детка, не грусти. Тебя уже не будет с нами, чтобы это увидеть.

Когда Амалли вскинула пистолет и прицелилась, сердце Менаса пропустило два удара. Не успел он выкрикнуть хоть слово, как Ная получила три пули в живот. Мир вокруг застыл. Менас не мог дышать. Не мог думать. Он рефлекторно сглотнул и чуть не подавился жвачкой. В полнейшем ужасе Менас смотрел, как Ная повалилась в тонкие руки своего брата.

Через рубашку в ее ладони текла кровь. Он повидал на своем веку достаточно ран и знал, что у Наи не осталось времени. Им нужно было добраться до нее. Немедленно.

— Отбой! Вперед! Выдвигаемся! — выкрикнул Пирс. — Сайфер, взрывай.

Менас на автопилоте побежал вперед со своей командой. Небольшие точечные взрывы сотрясали здание. Видение Менаса стало тоннельным. Он не думал ни о чем, кроме необходимости вовремя добраться до Наи. Понимание того, что она могла умереть там одна, не давало ему дышать. Погибни Ная, не узнав, как сильно ее любили, Менас не смог бы жить дальше. Было слишком жестоко, уйди она из жизни, не почувствовав тепла его любви.

Два подчиненных Пирса выбили двери и открыли вход. Команда быстро и скоординировано ворвалась в здание. При виде Наи, лежавшей по центру помещения в луже собственной крови, у Менаса чуть не остановилось сердце. Судя по красным полосам на бетоне, ее туда волокли. Пули и лазерные лучи свистели над ее корчившимся кровоточившим телом.

Райз и Веном оказались зажаты у дальней стены. Хазард был вооружен щитом, но его далеко оттеснили. В неистовстве Менас искал хоть какое-нибудь прикрытие, чтобы забрать Наю.

— Держись, Менас. Я иду за тобой.

Услышав в наушнике голос Террора, Менас был так ошеломлен, что на миг обмер. Еще секунда, и оперативник Теневых сил был уже рядом с ним, неся с собой массивный щит.

— Пойдем, — Террор схватил Менаса за руку.

Менас даже не спрашивал, как Террор тут оказался. Ему было плевать. Получив шанс спасти Наю, он схватился за него обеими руками.

Пули и лазерные лучи рикошетили от сверхпрочного щита с особым покрытием. Держась как можно ниже, Террор и Менас поспешили по залу. Пирс в наушнике выкрикнул команды и приказал Веному занять позицию. Увы, оставалось неясным, успеет ли снайпер вовремя добраться до места, чтобы помочь Менасу и Террору спасти Наю.

Менас упал перед ней на колени, и при виде него она широко распахнула глаза.

— Ничего не говори, — покачал он головой. — Береги силы.

— Менас, у нас мало времени. Давай быстрее, — прорычал Террор, удерживая щит, и немного передвинулся, чтобы прикрыть Наю.

Выхватив из военной поясной аптечки бинты, Менас крепко прижал их к животу Наи. Она закричала от боли, и из уголка ее рта вытекла струйка крови.

— Держись, милая.

— Мне так жаль, — схватила Ная его за запястье. — Я должна была сказать тебе, но…

— Не надо, — перебил ее Менас, не дав договорить. — Все это теперь неважно, — он погладил ее по лицу. — Я люблю тебя Ная. Люблю. Милая, ни о чем другом не думай.

— Я тоже тебя люблю, — болезненное выражение паники на ее лице смягчилось.

— Все это очень трогательно, но нам пора, — обернувшись через плечо, Террор мрачно посмотрел на них. — Поднимай ее, Менас.

Перемещение усугубило повреждение внутренних органов, но Менас понимал, что у него не было выбора. Здесь Ная точно умерла бы. Когда он поднял ее, она взвыла от боли. На руки Менаса потекла горячая липкая кровь, впитавшаяся в его униформу. От ее горького запаха ему стало нехорошо.

Под прикрытием Террора он побежал обратно к команде, беспрестанно обеспечивавшей им огневое прикрытие. С верхней позиции Веном расстреливал Шестерок одного за другим. Наконец-то освободившись, вперед выбежал Хазард с еще одним щитом и встал так, чтобы полностью закрыть раненое тело Наи. Несмотря на свист пуль и грохот выстрелов, Менасу все-таки удалось вынести ее с завода.

Рядом с судном команды уже ждал так называемый челнок — кораблик, используемый для транспортировки раненых. Значит, на нем Террор и пробрался на Каликс? Челнок мог долететь до «Вэлианта» меньше чем за час, но у Наи не было столько времени.

По трапу большого корабля сбежала Хэлли, где она все это время ждала с Сайфером. Бледность ее лица сказала все громче любых слов. Из челнока выскочили два медика и бросились осматривать Наю. Менас осторожно переложил ее на носилки. Она уже потеряла сознание и едва дышала.

— Менас, забирай челнок, — убедил Террор. — Вези Наю на «Мерси». С такими ранами она не дотянет до «Вэлианта». Медицинская станция все еще на орбите. До нее максимум пятнадцать минут.

Кивнув, Менас бросился следом за двумя медиками, пронесшими Наю в защищенный отсек. Пилот в кабине был готов к взлету и уже отправлял сообщение на медицинскую станцию, информируя о новом пациенте в критическом состоянии. Врачи прикрепили шнуры на своих комбинезонах к фиксаторам на потолке, чтобы работать, минимизировав перемещения во время старта и изменения гравитации. Как только носилки были зафиксированы, пилот моментально стартовал, и начался жесткий стремительный подъем.

Менаса толкнули в кресло, чтобы не мешал врачам. Пристегнув ремень безопасности, он смотрел на обмякшее тело Наи. Кровь с носилок струилась на пол. Она стекала в сливы, предусмотрительно расположенные под рабочим местом и упрощавшие работу бригады.

Врачи прикрепили к Нае разные датчики для контроля состояния, воткнули в ее руки катетеры и ввели ей множество препаратов. Она была уже интубирована и подключена к аппарату искусственной вентиляции легких. Повязку на ее животе пропитали синтезированным веществом для свертываемости крови, чтобы остановить тотальную кровопотерю. Через катетеры в вены Наи вливали плазму и кровь. Но казалось, что стоило им поступить в организм, как они почти сразу стекали в сливы на полу.

Менасу нужно было почувствовать Наю, поэтому он потянулся и схватил ее холодную руку. Крепко сжав ее, он опустил голову. Впервые с самого детства Менас молился.

Глава 19

Несколько часов спустя Менас сидел в приемном отделении хирургической отделения на борту медицинской станции «Мерси». Ная была слишком изранена, чтобы перевозить ее на «Вэлиант». К счастью, здесь медицинский персонал был высококвалифицированным и только с передовой. Менас порадовался, что за жизнь Наи боролись умелые люди.

Тонкая, словно бумага, синяя больничная одежда на ощупь была непривычной. На соседнем стуле грудой лежало оружие Менаса и ярко-оранжевый пакет со знаком биологической опасности, куда он упаковал свою грязную форму. В отделении поддерживали необычайно холодную температуру. Именно на нее Менас списал дрожь в руках и ногах.

Послышалась тяжелая поступь, и его внимание привлек скрип подошв по полированному полу. Поглядев влево, Менас заметил Хэлли и Вишеса. У него не было сил встать и поприветствовать их. Забрав оружие с пакетом, Вишес переложил их на пол и сел на освободившееся место. Он тяжело вздохнул и, вытянув ноги, откинулся на спинку стула.

Хэлли заняла свободный стул по другую сторону от Менаса. По обыкновению добрая и нежная, она сжала его ладонь обеими руками. Хэлли не задавала вопросов и не пыталась начать разговор. Казалось, она понимала, что Менас сейчас не мог говорить, но отчаянно нуждался в поддержке.

Минуты шли, уютное молчание затягивалось. Примерно через час после прибытия Вишес встал со своего места и скрылся дальше по коридору. Вернулся он с бутылкой регидратирующего спортивного напитка и двумя энергетическими батончиками.

— Менас, поешь, — Вишес сунул их ему в руки. — Тебе понадобятся силы.

Менас не спорил. Разворачивая батончик, он заметил красные пятна под ногтями и на мозолях. Кровь Наи запятнала его кожу. Сколько бы Менас ни мыл руки в ванной больницы, они так и не стали чистыми.

Должно быть, Хэлли тоже заметила.

— Сейчас поищу кого-нибудь из врачей и попрошу салфетки с пероксидом.

Менас остался наедине с Вишесом. Откусив от батончика, он выпил немного кислого напитка. Менас ненавидел добавки со вкусом ягод, но заставил себя доесть. Вишес был прав, настояв на пище. Нае требовалось, чтобы Менас оставался сильным ради нее.

— Менас, мне так жаль, — прервал молчание Вишес. — Этого не должно было случиться. Я обязан был стараться усерднее, чтобы защитить тебя и твою жену.

— Вишес, ты не виноват, — Менас засунул обертку от батончика в пустую бутылку и закрутил крышку.

— Разве? Я должен был придумать способ обуздать Террора.

— Не думаю, что это возможно, особенно если он на что-то нацелился. Он перестает видеть границы.

— Не знаю, когда все стало так сложно, — Вишес обеими руками потер лицо.

Менас тоже не знал. Прицелившись, он кинул бутылку в мусорную корзину. Она ударилась об ободок и с удовлетворяющим стуком упала на дно.

Из-за угла вышла Хэлли с двумя знакомыми людьми. За ней в хирургический отсек вошли Веном и Сайфер. Хэлли передала Менасу упаковку салфеток и уже хотела сесть, когда пересчитала свободные места. Поняв, что на всех стульев не хватит, она посмотрела на своего мужа, раскрывшего объятия и похлопавшего по коленке. Хэлли села к нему на колени, и он обнял ее за талию, поцеловав в висок. От их нежных жестов Менаса разрывало изнутри.

Веном сел на стул, который ранее занимала Хэлли.

— Как она? — спросил он после некоторых колебаний.

— Не знаю, — покачал головой Менас.

— На «Мерси» работают лучшие хирурги, — сжал его плечо Веном. — Менас, с Наей все будет прекрасно.

Менас хотел чего-то конкретнее, чем «прекрасно». Три выстрела в живот нанесли слишком большой ущерб.

— Вы вернули наше оружие? — сменил он тему, не желая думать о кошмарных исходах.

— Менас, мы не должны говорить о миссии, — изумился Веном. — Давай пока сосредоточимся на здоровье Наи.

— Она чуть не погибла, выполняя задание Террора. Я хочу знать, добилась ли Ная успеха.

— Добилась, — заверил снайпер. — Мы не только вернули оружие, но и нарыли много информации о подразделениях Отщепенцев на Каликсе. Три из них мы уже накрыли и разоблачили межпланетную наркоторговую сеть. Похоже, они услышали о нашем рейде, и один их корабль попытался взлететь с поверхности. Мы его перехватили и взяли мятежников в плен для допроса. Данкирк позвал своих друзей из свободной прессы, чтобы сфотографировать украденное продовольствие и распространить информацию среди людей Каликса.

— Ная сделала великое дело, — вмешался Сайфер. — Благодаря ее смелости мы спасли сотни невинных жизней.

Незначительное утешение, но хоть какое-то.

— Ее мать?

— Пирс ранил ее в плечо и в грудь, но ей удалось сбежать. Мы найдем ее. С такими ранами она не могла далеко уйти.

— Брат?

— Погиб, — сообщил Веном. — Поражен дружественным огнем. Хазард клянется, что видел, как его пристрелила собственная мать, но кто знает.

— Скорее всего, она считала его слабым звеном, — Менас не исключал такую возможность.

— С его-то наркозависимостью? Допросить его было бы проще простого. Мы бы пообещали ему дозу, и он бы запел соловьем, — ответил Веном.

— Что с телом? — Менас очень не хотел задавать этот ужасный вопрос, но должен был.

— Мы забрали его. Сейчас оно на хранении в морге. Я не знал, захочет ли Ная похоронить его подобающе.

— Захочет, — он не представлял, чтобы она поступила иначе. Как бы мерзко ни относился к ней брат, он все равно оставался ее семьей.

— Я подумал, что ты захочешь получить его обратно, — Сайфер протянул красный блокнот Наи. — Я расшифровал его и уже предоставил копию Теневым силам.

— Что там было? — схватив маленькую записную книжку, Менас погладил красный переплет. Теперь защита личной жизни Наи казалась сомнительным подвигом.

— Не то, на что надеялся Террор, — честно ответил Сайфер. — Отчеты о должниках и погашенных займах. Список всех ее знакомых. Только инициалы, — пояснил он, — но связанные с родом деятельности каждого. Думаю, Ная знала, как помочь тем, кто приходил к ней с разными проблемами. Последние страницы содержат перечень магазинов и складов в Конноре и Городе.

— Я должен был позволить тебе расшифровать записи в ту же ночь, как получил сумку, — с сожалением сказал Менас.

— Эй, — тихо окликнул его Сайфер, — ты ведь не знал, что там написано. Ты поступил верно, уважая право своей жены на личную жизнь.

— Большое одолжение я ей сделал, — проворчал Менас. Осмотрев приемный покой, он заметил шедшего к ним хирурга. С дико колотившимся сердцем Менас вскочил на ноги. Сжав потные ладони в кулаки, он ждал.

Кивнув всем собравшимся, врач остановился перед ним и улыбнулся.

— Женщина прекрасно перенесла операцию.

Позади Менаса все вздохнули с облегчением, и Вишес похлопал его по спине.

— Менас, если желаете, можете пройти со мной, — хирург указал туда, откуда пришел, — я позволю вам ее увидеть. Через несколько часов мы переведем ее из реанимации в палату.

Менас посмотрел на своих друзей.

— Иди, — ободрительно улыбнулся ему Вишес. — Мы будем здесь на случай, если понадобимся.

Следуя за врачом, Менас прошел к двойным дверям хирургического отделения. Как только они оказались вне зоны слышимости, хирург начал давать больше информации.

— Поначалу все шло легко и просто. Мы смогли остановить кровотечение и зашить раны. Женщина хорошо перенесла наркоз. Мы решили воздержаться от введения препаратов, ускоряющих заживление. Я опасался, что они могут спровоцировать шок в ее маленьком хрупком теле. Следующие два-три дня мы надеемся начать вводить их умеренными равными дозами.

— Делайте то, что считаете лучшим, — прохрипел Менас сдавленно от тревоги. Он осмотрел отделение восстановления. Просторные палаты, забитые пищащими и гудевшими приборами. За компьютерами возле каждой двери сидели врачи, контролировавшие основные показатели жизнедеятельности своих пациентов.

Остановившись у палаты, врач положил руку Менасу на плечо.

— Вы должны знать, что один из ее яичников был поврежден и не подлежал восстановлению. Мы были вынуждены удалить его и фаллопиеву трубу. Маточная артерия тоже повреждена, но мы более чем уверены, что сможем ее восстановить. Ваша женщина сможет рожать детей, вероятно, при некоторой врачебной помощи, просто не в ближайшее время.

В груди Менаса растеклось онемение. Желудок скрутило. Как сообщить Нае новости? Пускай она не планировала срочно заводить семью, но дала понять, что в будущем хотела родить детей. Менаса подташнивало при мысли о том, что один ублюдок умудрился поставить крест на ее мечте.

— Я бы рекомендовал ей перед выпиской установить контрацептивное устройство. Если женщина решит остаться, — поправил хирург. — Насколько я знаю, ее статус еще под вопросом?

— Да, — стиснул зубы Менас.

Врач не просил разъяснить ситуацию и просто ушел. Боясь увидеть изувеченное тело Наи, Менас заходил в палату неуверенно. Она выглядела маленькой и бледной на большой кровати. От ее рук и ног шли проводки, изо рта торчала трубка. Наю подключили к аппарату искусственной вентиляции легких и планировали держать в медикаментозном сне на время послеоперационного восстановления.

Менас подошел к стулу возле койки. Отчаянно желая убедиться, что Ная выжила, он потянулся к ее руке и нежно погладил. Менас скользнул кончиками пальцев вниз, к ее запястью и нащупал успокаивающее биение пульса. Впервые после ее спасения он поверил, что она будет жить.

Уронив голову на постель, Менас позволил себе немного расслабиться. Он старался не думать о пугающих вероятностях. Здесь и сейчас Менас имел право только на положительные мысли о выздоровлении Наи. Он молился, чтобы она почувствовала себя укутанной в его любовь, лелеявшую ее изувеченное тело.

Врачи и санитары приходили и уходили, стараясь не тревожить Менаса. Они меняли растворы в капельницах и давали Нае какие-то препараты. Когда ее состояние сочли стабильным, она была быстро и аккуратно перемещена в обычную палату. Уверенность Менаса в компетенции медиков «Мерси» возрастала в геометрической прогрессии.

Когда Наю обустроили, через полчаса раздался стук в дверь.

— Менас, можно войти? — заглянула в палату Хэлли.

— Конечно, — кивнул он.

Остановившись в изножье кровати, она посмотрела на свою подругу, и на ее лице отразилась печаль.

— Черт возьми, столько всего сразу вспомнилось.

— Разве что в прошлый раз на койке лежала ты, — тихо засмеялся Менас.

— Ага, — подойдя ближе, Хэлли потерла его между лопаток. — Слушай, Ная пролежит без сознания еще день или два. Ей больше ничего не угрожает, и она поправляется. Почему бы тебе не слетать на «Вэлиант»? Ты сможешь принять душ, нормально поесть и собрать нужные вещи. Вздремнуть, если захочешь. Я с радостью посижу здесь, пока ты не вернешься.

Если бы помощь предложил кто-то другой, Менас отказался бы. Но зная, как крепка была связь Наи с Хэлли, он все-таки согласился.

— Спасибо, Хэлли, — поцеловав Наю в лоб, Менас отодвинул несколько прядей волос с ее лица. — Я люблю тебя, — прошептал он ей на ухо.

В коридоре он обнаружил Венома, Райза и Вишеса.

— Райз согласился остаться здесь на случай, если Хэлли что-нибудь понадобится, или врачи попросят срочно с тобой связаться.

— А ты и Веном?

— Мы идем с тобой, чтобы свести счеты, — напряженное выражение лица Вишеса говорило громче любых слов. — Мы попросили освободить зал для спарринга. Террор ждет тебя там. С его стороны придут Пирс и Тормент. Он согласен, что старый путь — единственно возможный.

Несмотря на примитивность и жестокость, проверенный метод харкосов решал проблемы лучше всего. Менаса охватила жажда крови. По завершению уже Террору понадобилась бы койка на борту «Мерси».

*****

Протяжно и медленно вдохнув, Ная пробудилась от тяжелого сна. Несколько секунд она просто смотрела на странный серебристый потолок, прежде чем наконец-то поняла, где оказалась. Ная весь день то приходила в себя, то отключалась, ни разу не пробыв в сознании дольше пары минут и соскальзывая обратно в теплые объятия сна.

Она отчаянно соображала, пытаясь сопоставить фрагменты в единую картину. В нее выстрелила собственная мать. Воспоминание было четким. Также Ная помнила полномасштабный штурм и перестрелку. Ей на помощь пришел Менас и, просто невероятно, Террор! Еще она помнила замечательное ощущение того, как Менас кончиками пальцев гладил ее по лицу. И помнила слова любви, произнесенные его хриплым глубоким голосом, полившимся на нее как свет.

«Менас меня любит. Он пришел за мной»

Согреваясь мыслями о нем, Ная осмотрела помещение. Она оказалась в какой-то больнице. Во всем ее теле пульсировала ноющая боль, но острых мучений не было. Наверное, потому что вокруг нее пищали и гудели какие-то приборы.

Посмотрев вбок, Ная обнаружила у своей постели Менаса в тесном кресле. Он вытянул перед собой свои длинные ноги, но умудрялся держать ее за руку. Склонив голову под неестественным углом, Менас похрапывал. Сначала Ная улыбнулась, но тогда нахмурилась при виде гипса на его правой руке. Также она заметила на его лице и шее синяки.

Уловив движение в дверном проеме, Ная вскинула взгляд. Из тени вышел Террор. Стоило ей увидеть своего мучителя, как ее кардиомонитор дико запищал.

— Расслабься, — тихо сказал Террор, — я здесь не для того, чтобы тебя прикончить.

— Можно подумать, я тебе поверю, — огрызнулась Ная, но слова прозвучали хрипло, проталкиваемые через ноющее горло. Теперь, когда Террор вышел на свет, она увидела его избитое лицо. Сломанный и заклеенный пластырем нос. Одна рука в гипсе. Опирался Террор только на правую ногу, потому что левая была загипсована. Ная заметила у стены пару костылей.

— Это он тебя избил? — она посмотрела на Менаса, затем опять на Террора.

— Не было иного способа восстановить мою честь и заплатить за то, что я с тобой сделал. Мне жаль. Извини, что чуть тебя не убил, — легко добавил он.

— Извинения не приняты, Террор, — поджала губы Ная.

— Я и не думал, что с тобой будет легко, — рассмеялся он, но затем посерьезнел. — Тебя порадуют новости, что я оставляю «Вэлиант». Думаю, для всех участников инцидента будет лучше, если я найду новую базу для своих операций.

«Скатертью дорожка»

— Надеюсь, ты понимаешь, что в таком состоянии я не смогу посетить твою прощальную вечеринку, — Ная указала на свое истерзанное тело.

— Я не в обиде, — улыбнулся Террор — лишь едва заметный изгиб губ, чуть смягчивший его злое лицо.

— Ты получил, что хотел? — спросила Ная, не переставая злиться.

— Получил. Своими действиями ты спасла жизни сотен жителей Каликса и солдат вооруженных сил харкосов. О твоем подвиге не забудут, — Террор поглядел на Менаса. — Когда речь зашла о тебе, я не дал ему выбора. Он думал, что помогает тебе, разрешив мне тебя допросить. Менас решил, что если будет сотрудничать, я вспомню о нашей дружбе и не сломлю тебя.

— Так я и думала, — прищурилась Ная. — После того как ты заломил мне руки, я могу только вообразить, что сотворил с Менасом.

— Это моя работа, — просто ответил Террор. — Ная, Менас тебя любит. На своей должности я вижу, как редко у двух людей бывает то же, что есть у вас. В конце концов, после всего, через что вы прошли, ты будешь дурой, если прогонишь его.

Брови Наи поползли вверх. Террор консультировал по отношениям? Возможно, она галлюцинировала на фоне приема препаратов, но его совет показался ей разумным.

— Кроме того, — со злобной усмешкой добавил Террор, — представь, какие боеприпасы будут у тебя в кармане на случай ссоры. С этой минуты и до конца ваших дней ты будешь выигрывать каждый спор.

— Террор, ты серьезно? — застонала Ная.

— А что? — рассмеялся он. — Слишком рано для шуток о боеприпасах?

— Ты мудак.

— Знаю, — Террор схватил с подноса на колесиках красный конверт и, подволакивая ногу, принес его Нае. — Как только оно прибыло на борт, я решил, что вы двое захотите его прочесть.

— Что это? — схватила она конверт.

— Открой его после моего ухода, когда проснется Менас. Уверен, он захочет разделить с тобой хорошие новости. О, и в ближайшие дни тебе должно будет придти предложение об урегулировании.

— Предложение об урегулировании?

— Ты чуть не погибла по нашей вине после неправомерного обвинения в терроризме, — напомнил Террор. — И я не удивлюсь, если сумма будет весьма внушительной, — на мгновение он задумался. — Возможно, ты захочешь распорядиться деньгами, чтобы финансировать небольшой бизнес по импорту и экспорту, о котором мечтала.

Ная уставилась на оперативника Теневых сил.

— Как, черт возьми….

— Моя работа знать обо всем, что происходит на борту «Вэлианта». Плюс ко всему, у Хэлли длинный язык, если дело касается хвастовства своими друзьями, — с ухмылкой добавил Террор.

Ная поставила себе галочку при следующей встрече стукнуть Хэлли.

Хромая, Террор добрался до двери, где захватил костыли и взмахом руки открыл створки. Когда они разъехались, он остановился и обернулся к Нае.

— Если все-таки решишь бросить Менаса, нам в команде пригодится женщина вроде тебя. Твои умения довольно впечатляющие.

— Я польщена, но нет, спасибо, — Ная посмотрела на Менаса. Он захрапел еще громче, и в ее груди разлилась любовь. — Я остаюсь.

Напоследок кивнув, Террор покинул палату. Ная провела пальцем по краю конверта. В коридоре что-то с громким звоном упало на металлический пол. Последовавший грохот вырвал Менаса из крепкого сна. Вскочив на ноги, он развернулся, чтобы закрыть собой Наю.

При виде того, как Менас защищал ее, она улыбнулась и погладила его по руке. Он вздрогнул от ее прикосновения.

— Ная? — обернувшись, Менас в изумлении уставился на нее, как на чудо.

— Привет, — она не знала, что еще сказать.

— Привет, милая, — не успел Менас улыбнуться, как от беспокойства поджал губы. — Нужно позвать врача? Тебе больно?

— Все хорошо, — Ная потерла его пальцы. — Немного кружится голова, но в остальном все в порядке.

— Я так рад, что ты, наконец, пришла в себя, — он сел на край матраса и погладил ее по щеке. — Прошло уже шесть дней с тех пор, как я принес тебя сюда.

— Шесть дней? — шокировано округлила глаза Ная.

— Да. Три дня тебя держали в медикаментозном сне, прежде чем приостановили подачу седативных и препаратов для ускоренного заживления. Насколько я понял, они отнимают много сил у ваших маленьких тел. Истощение — побочный эффект.

— Все так плохо? — Ная быстро глянула вниз на свой живот, покрытый больничной сорочкой. — Шрам, я имею в виду.

— Он некрасивый, — не стал врать Менас, — но мне сказали, что рана заживает хорошо. Ты видела мои шрамы. Со временем твой будет выглядеть точно так же.

— Кажется, все не так уж плохо, — лучше, чем могло быть, как мрачно подумала Ная.

— Ная, некоторые твои травмы потребовали определенных операций, которые могут тебя расстроить.

— Выкладывай, — слабо сказала она, пока у нее в голове проносились ужасные мысли.

— Врачи были вынуждены удалить один из твоих яичников, — Менас взял ее за руку. — И твоя маточная артерия повреждена.

От шока у нее закружилась голова. Ная всю жизнь старательно избегала беременности, и теперь мысли о бесплодии глубоко ее ранили.

— Смогу ли я…у меня будут дети?

— Да, — быстро ответил Менас. — Меня уверили, что через некоторое время не будет никаких причин, чтобы ты не забеременела. Врачам придется больше обычного следить за тобой, но ты будешь совершенно здорова.

С облегчением Ная несколько раз медленно и глубоко вдохнула, чтобы успокоить заходившееся сердце.

— Менас, в следующий раз лучше бы тебе начать с хороших новостей.

— Ная, следующего раза не будет, — он погладил ее кончиками пальцев ото лба до подбородка. — Ты испугала меня до чертиков. Я думал… — Менас затих и сглотнул. — Ная, я знаю, что все испортил. Знаю, ты ненавидишь меня и больше никогда мне не поверишь, но я все еще тебя люблю. Я всегда буду тебя любить. Даже если не заслуживаю тебя.

— Тсс, — прошептала Ная. В ней боролись разные эмоции. Обрисовав пальцами черты сурового лица, она всмотрелась в светло-зеленые глаза Менаса. — Ты — большой и глупый небесный воин. Да, ты разбил мне сердце и предал меня. Я не говорю, что будет легко начать сначала, но, Менас, ты единственный, кому под силу помочь мне собрать все осколки воедино.

Из его горла вырвался шумный вздох, подозрительно похожий на рыдание. У Менаса заблестели глаза, и он часто заморгал, соприкоснувшись с Наей лбами.

— Ради второго шанса я сделаю что угодно.

— Ты можешь начать с признания в любви и поцелуя, — сощурившись, она насладилась его ароматом и жаром тела.

Немного отстранившись, Менас с обожанием посмотрел на Наю и завладел ее губами в нежном поцелуе.

— Я тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю, — она вспомнила о конверте и нашла его возле своего бедра. Ная подняла его и показала Менасу. — Террор принес.

— Этот ублюдок был здесь? — его напряженный взгляд сулил смерть.

— Как я понимаю, вам недостаточно было избить друг друга до полусмерти, чтобы считаться квитами?

— Ничуть, — прорычал Менас. — Зачем он приходил? Ты его простила?

— Нет, но я не собираюсь злиться и тратить на него энергию, — Ная большим пальцем потерла его губы. — И ты тоже.

Менас не ответил, лишь постучал по конверту.

— Лучше ты открой его.

— Долго тебе еще носить гипс? — посмотрела Ная на его руку.

— Три недели, если сращивающие инъекции сработают.

Пораженная технологиями харкосов, она вскрыла красный конверт. Внутри лежали свернутые бумаги, похожие на официальные документы. Ная показала их Менасу.

— Наш развод отменили и восстановили брак, — моментально взбодрился он.

— Как быстро.

— Ты не обязана снова подписывать контракт, — тут же поник Менас. — Я не ожидаю… не после…

— Куда делся грубый властный небесный воин, упорно преследовавший меня в лесу и закинувший на плечо? — закатила глаза Ная. — Разве тебе не полагается просто сказать мне, чтобы я снова подписала контракт?

— Мне очень хочется попробовать, — посмеиваясь, Менас потянулся к карману и достал синий ошейник, выбранный им специально для нее. — Я не ожидаю, что ты сразу же начнешь его носить, но когда будешь готова, дай мне знать, — сказал он мрачно и эмоционально.

— Ничего себе, вот так перемены. Ты действительно спрашиваешь, захочу ли я его носить? — тихо рассмеялась Ная. — В последний раз, когда ты держал брачный контракт, я была с кляпом во рту, в наручниках и в твоем ошейнике.

— Милая, я заберу тебя отсюда, не успеешь и глазом моргнуть. Уж поверь мне, — Менас одарил ее сексуальной усмешкой, которую она так любила. — Я легко все устрою.

Обещание светлого будущего вызвало у нее улыбку. Схватив Менаса за рубашку, Ная притянула его к себе для поцелуя.

— Малыш, я очень на это рассчитываю.

Внимание!

Текст предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Notes

[

←1

]

Menace (англ.) — опасность, угроза

Content

Лопез Лолита Пойманная Менасом