Третий. Том 2.

Глава 1

Система WRT 4649798651. Империя Аратан. Космическая станция Алана. Кабинет начальник СБ станции

Сильный взрыв потряс кабинет начальника СБ станции. Взвыли сирены боевой тревоги.

— Внимание, боевая тревога! Станция атакована! — сообщил искин.

Начальник СБ запросил данные у искина. Всё, что ему смог сообщить искин — на станции произошёл взрыв, но данных по причинам и месту происшествия пока не было.

— Шеф, это точно он! — сказал молодой лейтенант Обри, находящийся в кабинете.

— Кто он? — задумчиво спросил его начальник СБ станции.

— Этот дикий — Отпуск. Шеф, он ходячая катастрофа, его нельзя было выпускать на станцию.

— Лейтенант, тебя что, взрывом контузило? Ты несёшь какой-то бред. Откуда у него взрывчатка?

— Не знаю, шеф. Может, ему креатка оставила. Оставила его, а сама улетела.

Шеф вспомнил свой последний разговор с капитаном Мариком Аленоя и связался с ним.

— Марик, бегом ко мне в кабинет, — скомандовал ему, как только тот ответил.

— Уже рядом, — ответил тот.

Вскоре он зашёл в кабинет.

— Что произошло? Кто нас атакует? — спросил он.

— Пока ничего непонятно. Произошло три взрыва на станции. Разгерметизация сразу трёх секторов станции. Причины взрывов не установлены. Там сейчас работает спасательная служба.

— Внешнее нападение?

— Непонятно. Лейтенант, ты установил, где находился Отпуск перед взрывом?

— Да, в одной из торговых лавок.

— Где он сейчас?

— В одной из повреждённых секций станции.

— Живой?

— Данные из сектора отсутствуют. Повреждение питающего кабеля.

— Лейтенант, иди к спасателям в этом секторе и найди мне его. Живого или мертвого.

— Сделаю! — и вышел из кабинета.

Начальник СБ подождал, когда закроется дверь за лейтенантом и посмотрел на капитана.

— Помнишь наш последний разговор?

— Помню.

— Лейтенант считает, что эти взрывы — его рук дело.

— Отпуск подросток. Сильно сомневаюсь. И потом это как-то мелко для аграфов.

— Знаешь, а я подумал, может Аграфы не просто так над ним проводили опыты? Могли заложить программу на самоуничтожение.

— Вот только где он взял взрывчатку и зачем взрывать станцию? Ничего ценного, как я понимаю, взрывы не уничтожили? К тому же, насколько я знаю, он сидел в карцере под присмотром твоего лейтенанта и только недавно был выпущен оттуда.

— Креатка оставила ему взрывчатку.

— У неё не было ничего при себе. Если только закладка где-то на станции. И её сделала не креатка, а кто-то ещё. Она находилась под контролем.

— Возможен и такой вариант.

— Ты что-то знаешь?

— На станции видели аграфов, но это не точно.

— Рассказывай.

— Собственно, рассказывать нечего. В один из баров зашли трое, все в скафандрах. Скафандры наши, но со слов бармена эта троица не хуманы, а аграфы.

— Почему он так решил? И почему поставил тебя в известность?

— Не знаю почему. Это придётся тебе выяснить. Раньше я не придал этой информации значения, решив, что он ошибся. А поставил он меня в известность, потому что давно сотрудничает с нами. Твоя основная задача — выяснить всё о них. Кто такие? Как попали на станцию?

— Они могли уже покинуть станцию.

— Понимаю, что могли. На чём прилетали, чем занимались на станции, когда улетели. Нужно выяснить всё о них. Вот контакт бармена.

— Ты ведь знаешь, что я отстранён.

— Уже нет. Я решил этот вопрос.

— Жаль и ты мне будешь должен неделю отпуска.

— Договорились.

«Как-то он подозрительно быстро согласился», — подумал Марик, выходя из кабинета начальника и направляясь в бар.

* * *

Глава 2

Бар назывался «Форт» считался одним из самых дорогих на станции. Сам капитан не бывал в нём ни разу, считая, что выпивка в нём слишком дорога для него. Народу в баре оказалось совсем немного. Влюблённая парочка о чём-то ворковала в углу бара, перед ними находились две почти пустые бутылки. Совсем недалеко от них за столиком обедали трое. Судя по их форме, они из персонала станции.

«На станции тревога, а они здесь как ни в чём не бывало сидят», — подумал капитан про себя и посмотрел данные искина. Оказалось, тревогу уже отменили. Судя по всему, ничто не может некоторым разумным испортить аппетит. Он подошёл к барной стойке и посмотрел по сторонам. Бармен не обнаружился ни за стойкой, ни где-то в зале. Клиенты в зале, а бармен готовится где-то в подсобке отбивать нападение неизвестного противника. Капитан сел на ближайший стул. Бармен не появился, зато из подсобки показался подросток.

— Вам налить? — спросил он.

— Позови бармена.

— Могу я налить, он пока занят.

— Чем занят?

— Принимает товар.

— Долго он ещё там?

— Не знаю.

— Ладно, пускай заканчивает, я подожду его в зале.

— Налить что-нибудь?

— Налей воды.

— С газом или без газа?

— С газом.

— Кред.

— Держи.

У Марика было большое желание напиться в честь испорченного недельного отпуска, но начальство такой сюрприз точно не оценит. Бармен вскоре появился из подсобки. Посмотрел на Марика, потом осуждающе на подростка и отвесил тому подзатыльник.

— За что? — спросил подросток.

— Ты почему не сказал, что меня ждут?

— Я ему налил.

Бармен покачал головой и направился к столику, за которым сидел Марик.

— Извините его, он не понял, кто пришёл.

— Я не тороплюсь.

— Чем могу помочь?

— Садись, нужно поговорить. Нас заинтересовал твой сигнал.

— Какой именно?

— Мне нужно знать всё, что у тебя есть по аграфам, что заходили к тебе.

— Так это было два дня назад.

— Понимаю. Почему ты решил, что они аграфы? Как я понял, ты их лиц не видел?

— Нет, не видел, но как вам объяснить. Я раньше работал на другой станции недалеко от их систем. Там аграфы были частыми гостями.

— И что?

— Понимаете, за время работы там, я научился их определять сразу. Даже если они пытались быть неузнанными. Про их гонор и снобизм я не буду рассказывать, о нём все знают.

— По каким чертам ты определил, что это аграфы?

— Все движения плавные, похожи на женские. Я не ожидал их встретить здесь и вначале принял их за женщин, но, когда они заказали выпивку, понял, что я ошибся. Аграфские голоса я точно отличу от женских.

— Может, это аграфки были?

— Возможно, одна или две, но тот, который заказывал выпивку, точно аграф.

— А что они заказали?

— Коктейль Сияние. Это у них один из самых любимых коктейлей.

— Понятно. Скинь мне записи с камер наблюдения и твоей нейросети.

— Сейчас.

— Как думаешь, что им могло здесь понадобиться?

— Думать — это по вашей части. Хотя недалеко есть их станция, возможно, они оттуда. Мне не понравилось, что они не хотели, чтобы их узнали.

— Правильно, что сообщил. Проверим.

— Эти взрывы никак не связаны с ними?

— Разбираемся. Возможно, это техническая авария. Ты не слышал, о чём они говорили или может с кем-то встречались?

— Не слышал, о чём они говорили. Они сидели на том месте, где сейчас сидит вон та влюблённая парочка.

— Кто-то к ним подходил, с кем-то общались?

— Никто не подходил. Они посидели, не торопясь выпили коктейли и ушли.

— Стаканы, из которых они пилили, помыл?

— Помыл.

— Вот этого подростка не видел в баре? — и отправил бармену фотографию Отпуска.

— Вроде не было такого. Всего один раз в бар приходил подросток и сидел за тем же столиком.

— Что он делал?

— Пришёл, поговорил с одним громилой и ушёл.

— Когда это было?

— Давно. Точно уже не помню.

— Этого точно не было?

— Других подростков в баре точно не было. Вы проверили этого громилу?

— Какого громилу?

— С которыми подросток встречался, я же вам сообщал.

— Проверяем. Пока ничего интересного.

— Если понадоблюсь, позовите, я за стойкой буду.

В бар зашли трое, и бармен направился за барную стойку. Марик же стал просматривать записи с нейросети и камер наблюдения в баре.

Его отвлёк входящий вызов.

— Ну что у тебя? — спросил начальник СБ станции.

— Лингвистический анализ подтвердил, что бармен не ошибся. Это действительно аграфы.

— Что они делали?

— Ничего незаконного. Пришли, выпили по коктейлю и покинули бар. Похоже, обычные транзитники.

— А парень?

— Он, со слов бармена, никогда не приходил в бар. Сейчас всё проверяю.

— Найди мне, на чём аграфы прилетели и куда делись со станции.

— Этим сейчас и занимаюсь. Скажи мне, давно этот бармен сотрудничает с нами?

— Не помню уже, нужно досье смотреть.

— Значит давно.

— Он вызывает твои подозрения?

— Не помнишь, откуда он прилетел на станцию?

— Давно это было. Подробности не помню. Он прилетел на станцию и сразу сам предложил работать на СБ станции.

— Ты не выяснял, что у него произошло на предыдущем месте работы?

— Выяснял, конечно. Подробности не помню, но он что-то с аграфом не поделил, после чего прилетел на эту станцию.

— Это многое объясняет.

— Что объясняет?

— На записи он дерганый какой-то, когда обслуживал аграфов.

— Открыл его досье. Он раньше работал на частной станции в нейтральной системе. Станцию аграфы используют для продажи разной контрабанды от них к нам и обратно. Точных данных по бармену нет, но он что-то не поделил с одним аграфом и сбежал сюда.

— Что именно?

— Нет точных данных. Есть упоминание о его подружке вскользь, но больше похоже на сплетни.

— Подружку не поделили, что ли?

— Вроде того.

— Странно это, аграфы обычно не проявляют интереса к женщинам хуманам.

— Там вроде была инициатива не аграфа, а его подружки.

— Вот оно что.

— Не заморачивайся по нему, он проверен неоднократно и исправно поставляет нам информацию. Лучше сосредоточься на аграфах.

— Так искин уже ищет по камерам их. Ускорить его работу, я не могу.

— Как закончит, сразу доложишь о результатах.

— Конечно. Что по взрывам?

— Теракт. Найдены следы взрывчатки. Сейчас делают анализ и устанавливают происхождение взрывчатки.

— Повредили что-то ценное?

— В том-то и дело, что нет. Непонятно, что происходит. Очень похоже на отвлекающий манёвр. Впрочем, разберёмся.

Начальник отключился, а Марик продолжил просматривать записи с внутренних камер наблюдения бара.

Аграфы как аграфы, ничего интересного, наверняка летят на их станцию, а здесь оказались транзитом и не хотели себя афишировать — решил он для себя, когда просмотрел записи. Впрочем, для очистки совести он решил поискать Отпуска на записи. Бармена могло и не быть в зале, когда он заходил.

В ускоренном режиме он отсматривал записи и вскоре дошёл до места, когда в бар зашёл подросток и сел за столик к громиле. Лицо подростка хорошо просматривалось на камерах наблюдения, и однозначно это был не Отпуск. Он проверил данные с камер наблюдения, что обработал искин СБ, и сделал вывод — искин перегрузили разными задачами и он работает медленно.

Действительно странно. Что могло этому горилле понадобиться от подростка? Разговаривают как равные, даже выпить предложил. Интересно, почему он заинтересовал бармена? Начальник точно получил сигнал о них и проверил, но не заинтересовался. Значит, ничего интересного. Что-то в них было знакомое, и он запустил поиск по базе, но вспомнив, что искин перегружен, хотел остановить поиск, но быстро передумал и оставил всё как есть. Начальство не торопило, и когда искин выполнит задание, тогда и выполнит.

Вот только искин быстро справился с поставленной задачей и вскоре выдал результат. Оказалось, проверка по этому наёмнику уже проводилась. И проводил её лейтенант Обри. Здесь же прилагалось его заключение. Наёмник прилетел на станцию на стареньком транспортнике Амаха, принадлежащем группе наёмников с планеты Арлира. Скорей всего, подросток приходится сыном или родственником этого громилы — сделал заключение лейтенант. А данные на этого подростка есть? Данных на него не найдено. Прибыл с планеты. Обратно станцию с помощью планетарного лифта не покидал, на станции исчез из камер наблюдения и его местонахождение до сих пор не обнаружено. Вероятно, покинул станцию на одном из флаеров — сделал заключение лейтенант. После чего отправил дело в архив.

В принципе, Марик был с лейтенантом согласен, но что-то ему не нравилось во внешности этого наёмника. Тогда он заставил убрать искин все шрамы и ожоги с лица наёмника и запустил его опознание. Лейтенант уже делал то же самое, только не убирал шрамы и ожоги с лица. После чего повторно заказал себе стакан воды и стал ожидать результатов. Он уже задремал в ожидании результатов, когда станцию ещё раз тряхнуло.

Снова взвыли сигналы боевой тревоги. День сегодня будет непростым — понял лейтенант и подключился к искину, чтобы посмотреть, что произошло. У искина данные о причине и месте взрыва отсутствовали, но имелись данные, что произошла разгерметизация ангара, куда он выгрузил захваченное аграфское оборудование. Похоже, начальник прав и аграфы у нас на станции совсем не транзитом.

— Как хорошо, что я отстранён по этому делу, как чувствовал, что ничего не закончилось. Начальнику теперь точно влетит, что не уберёг оборудование и учёных. Как только смогли просочиться туда? Ведь ангар находится на флотской закрытой части станции. Хотя кто знает, какие у аграфов ещё сюрпризы есть.

— Входящий вызов, — сообщил искин.

Марик посмотрел, кто вызывает, и с огромным нежеланием ответил.

— Ну что у тебя? — спросил начальник СБ станции.

— Запросы в обработке. Искин СБ перегружен.

— Нарыл что-то?

— Ничего интересного.

— Жаль, я очень надеялся на тебя.

— Пока всё говорит за то, что я копаю пустышку.

— Думаешь, не связаны аграфы с взрывами?

— Сложный вопрос. Думаю, нет, посмотрим, что искин нароет.

— Скажи, а вы сильно достали тот челнок-невидимку аграфов?

— Какой челнок-невидимку, ты о чём?

— Челнок, что вы преследовали, и который напал на вас?

— Челнок? Ты ничего не путаешь? Что-то я ничего такого не помню.

— Подожди, ты что, вчера прошёл процедуру?.. точно… Как же это не вовремя.

Марик многое помнил, но решил сослаться на прошедшую вчера процедуру стирания памяти. Его пятая точка ему сильно намекала, что не стоит связываться с этим делом.

— Ты совсем ничего не помнишь?

— Посмотри отчёт, его я сдавал раньше, там всё должно быть.

— Уже смотрю. Искин эсминца оценивает повреждения аграфского челнока как серьёзные.

— Значит, так и есть.

— Тогда это не он. Возможно, их было два.

— Есть основания?

— Нет, только предположения. У нас разгерметизация ангара с аграфским оборудованием.

— Причина?

— Пока непонятно. Отправил туда группу быстрого реагирования.

— Думаешь, первые взрывы были отвлекающие, а теперь основной.

— Очень на это похоже.

— Учёные там?

— Нет, лейтенант посадил их под домашний арест.

— Лейтенант пока не понял, как попал.

Замигала иконка нейросети «Внимание важно!» Марик нажал «Открыть», и после первых слов у него глаза полезли на лоб.

— Ты видел?

— Что там?

— Один из братьев Сапфиро был на станции. Искин только что произвёл опознание.

— Не может быть.

— Сам посмотри.

— Вот, лейтенант, как он мог проморгать? Он мне его найдёт! Корабль пока пристыкован к станции.

— Не горячись, я видел их в деле. Там нужна группа хорошо вооружённых и подготовленных абордажников. Твой лейтенант послужит для братьев лёгкой разминкой. Отзывай группу быстрого реагирования.

— Думаешь, все здесь?

— Думаю, да.

— Поднял по тревоге два взвода абордажников. Принимай командование над ними.

— Почему я?

— Не лейтенанта же мне посылать?

— У тебя что, больше некого послать?

— Некого, и потом ты знаком с ними.

— Спасибо, удружил. Куда выдвигаться?

Ещё один сильный взрыв потряс станцию.

— Похоже, уже некуда.

— Где?

— В ангаре.

— Оборудование уничтожили?

— Да.

— Абордажники далеко?

— Рядом.

— Я выдвигаюсь к ним, а ты подумай пока, куда они отходить будут.

Он встал и вышел из кафе.

— Нужно хоть одного взять живым.

— Это тебе не группа захвата, а абордажники.

* * *

Глава 3

— Красный ты ещё долго там?

— Уже заканчиваю.

— У нас гости.

— Кто?

— СБ станции, как я понимаю.

— Много их?

— Пятеро и с ними два дроида.

— Это чертово оборудование, не знаешь, с какого края и как к нему подступиться.

— Красный, закладывай быстрее, они сейчас пойдут на штурм.

— Синий, не торопи меня, а то я что-нибудь неправильно установлю.

— Чего это они? — сказал Зелёный.

— Что там? — спросил у него Красный.

— Похоже, они передумали штурмовать, — ответил Бирюзовый.

— Почему?

— Непонятно, — ответил Зелёный.

— Это плохо.

— Почему?

— Значит, что-то задумали, — и вообще не отвлекайте меня, я точно что-то неправильно установлю.

— Как думаешь, Синий, что они задумали? — спросил Зелёный.

— Странно это. Наверно, ждут подкрепления. Такое чувство, что оборудование их не особо интересует, — ответил Синий.

— Перекрыли коридор и чего-то ждут, — сказал Бирюзовый. — Скорей всего, подкрепление.

— Они знают, сколько нас? — спросил Зелёный.

— Не должны, взрывом должно было обесточить весь сектор станции, и камеры наблюдения не должны работать.

— Значит, не все камеры отключились, и они знают сколько нас.

— Тогда нас опознали.

— Плевать.

— Это парень нас сдал, — подал голос Красный.

— Он ничего не знал о вас и этой операции, — ответил ему Зелёный.

— Догадался. Он сообразительный.

— Красный, хватит заговорческих теорий, а то снова облажаешься с взрывчаткой, — ответил ему Синий.

— Эти теории, как ты говоришь, Синий, не один раз спасали вам жизнь.

— Не в этот раз. Не отвлекайся, а то снова не туда подключишь.

— Синий, может, ты за меня займёшься закладкой?

— Началось. Красный, не отвлекайся.

— Смотри, зашевелились, — предупредил Бирюзовый.

— Точно. Чего это они? — спросил Зелёный.

— Похоже, ждут кого-то, — ответил Синий. — Красный, ускорься.

— Вон они кого ждали, — сказал Зелёный. — Абордажники.

— Да, и абордажные дроиды с ними, — сказал Синий.

— Много их? — спросил Красный.

— Взвод точно, возможно, больше, — ответил ему Синий. — Здесь не прорваться будет.

— Бирюзовый, что снаружи? — спросил Красный.

— То же самое, выход из ангара окружён.

— Понятно. Обложили. Значит, точно знают, кто мы и сколько нас.

— Красный, долго у тебя? Они сейчас на штурм пойдут.

— Готово. Надеюсь, я ничего из-за вас не перепутал. Синий, план Б или В?

— Думаю, работаем по плану В.

— Понял. Готово.

Негромкий взрыв прозвучал с небольшой задержкой.

— Уходим, — сказал Красный и первым зашёл в образовавшуюся дыру в стене.

Синий с Зелёным повесили камеры наблюдения на стены и также вошли в дыру. Последним в дыру с трудом пролез Фиолетовый. Он был одет в сверхтяжёлый скафандр и с помощью специальных усилителей держал в руках два больших плазменных орудия. Соседний ангар оказался пустым. Вернее, почти пустым. В углу пылились старые запчасти от дроидов, и парочка полуразобранных транспортных дроидов стояла рядом с ними. Все без проблем прошли через него. Сзади сильно грохнуло.

— Красный, ты снова поторопился! — сказал Синий. — Нужно было дождаться, когда все втянутся, а не только дроиды, и тогда взрывать!

— Я был не уверен, что всё правильно подключил.

— Вечно ты торопишься.

Они прошли через весь ангар, и Красный установил взрывчатку на полу. После взрыва они стали спрыгивать вниз. Ангар на нижнем уровне оказался забит под потолок товаром. Здесь же работало несколько транспортных дроидов. Местные сотрудники сразу после взрыва бросили работу и бегом покинули ангар.

— Какие быстрые оказались, — сказал Зелёный.

— Плевать, Фиолетовый двери в воротах ангара, — ответил ему Синий.

— Понял.

Выстрелило его орудие, вынеся часть двери, а после чего он вышел вместе с остатком двери в общий коридор.

— Прошу, — сказал он, отбрасывая дверь в сторону.

— А можно было взорвать, — сказал Красный.

— А можно и взрывчатку сэкономить, — ответил ему Синий, устанавливая камеру скрытого наблюдения рядом с дверью.

— Где здесь этот бар? — спросил Фиолетовый, смотря по сторонам.

— А это нужно у Синего спрашивать, он у нас планы строил, — ответил ему Красный.

— Направо, дальше по коридору метров двести, — ответил Синий Фиолетовому.

— Понял, — ответил Фиолетовый и первым пошёл вперёд.

Около бара их ожидало неожиданное сопротивление. Несколько вооружённых флотских попыталось оказать сопротивление. Заговорили пушки Фиолетового и винтовки остальных. Потеряв пятерых, флотские отступили в бар.

— Фиолетовый, береги заряд, — предупредил Синий. — Всех касается.

— Принято, — ответил Фиолетовый и зашёл в бар.

За ним зашли Зелёный с Красным, последним зашёл Синий, перед этим посмотрев назад. Сопротивления в баре уже не было. Все флотские попрятались кто где смог. Они дружно направились в местный сортир. Пристрелив двоих, спрятавшихся в туалетных кабинках, Красный установил заряд на пол туалета. После взрыва они спрыгнули вниз и оказались в таком же туалете.

— Мы уже на гражданском уровне станции, — сказал Синий.

— Как-то легко прорвались, — ответил ему Красный.

— Ты опять каркаешь, — ответил ему Фиолетовый.

— Я не каркаю, а говорю, как есть.

— Накаркал. Абордажники с СБ уже на верхнем уровне и направляются к бару, — сказал Синий.

— Быстро они среагировали, — сказал Красный.

— Это плохо. Нам нужно время. Фиолетовый, Красный вы остаётесь здесь, вам необходимо удерживать их несколько минут, а потом отходите. Вот вам схема, как отходить. Ваша задача — дать нам с Зелёным немного времени.

— Сделаем, — сказал Фиолетовый. Пострелять я всегда готов.

— Не увлекайтесь. Красный, присмотри за его спиной.

— Сделаю.

* * *

Марик Аленоя прошёл уже больше половины пути, когда снова поступил вызов от начальника СБ.

— Что случилось?

— Лейтенант проявил инициативу и полез к ним. Они покинули ангар. Лейтенант с абордажниками их преследует.

— Где они?

— Есть подозрение, что они смогли прорваться на гражданский уровень станции.

— Что, через переход прорвались?

— Нет, через сортир ушли.

— Чего? Это как так? Слились?

— Похоже, им кто-то слил подробную строительную схему станции, и они знали, что в этом месте защита между флотским и гражданским уровнями станции минимальна.

— И что мне делать?

— Скоро к тебе подойдут абордажники, отправляйся с ними к ним на корабль.

— Думаешь, они прорываются туда?

— Возможно.

— Я посмотрел, что за корабль у них. Это старая калоша пока разворачиваться будет, её три раза орудия станции достанут.

— Возможно, на борту что-то припасено на этот случай. Твоя задача — проверить.

— Понял, сделаю.

Вскоре он встретил абордажников, и они отправились к транспортнику. Вместе с абордажниками прибыл техник СБ. Он сумел достаточно быстро взломать шлюз, и абордажники проникли на корабль. Марик зашёл последним на корабль. Он остался вместе с техником около шлюза. Вскоре к ним вернулся командир абордажников.

— Всё проверили. Корабль пуст.

— Что в трюме?

— Покойники.

— Много?

— Больше десятка. Трогать не стали, это по вашей части.

— Разумно.

— Запись есть?

— Держи.

Просмотрев запись, Марик вызвал начальника СБ станции.

— Что у тебя?

— Высылай спецов по покойникам и труповозку.

— Много?

— Хватает.

— Есть что-то ещё в трюме?

— Нет, только покойники.

— Со станции?

— Сложно сказать. Больше похожи на наёмников. Вот запись. Что мне делать?

— Оставайтесь на месте.

— Вряд ли они вернутся сюда.

— Искин оценивает такую возможность как невысокую, но она существует. Поэтому оставайтесь там.

— Принял. Где они?

— Держат оборону в баре на гражданском уровне.

— Зачем? Почему не уходят?

— Сам ничего не понимаю. Вначале быстро перемещались по ангарам и уровням, а сейчас остановились и держат оборону.

— На этом же уровне есть повреждённый сектор станции.

— Я об этом же подумал, могут уйти на наружную обшивку станции, а там на какой-нибудь из транспортников.

— Понял, жду.

Рядом находился командир у абордажников и по небольшой панели на руке наблюдал за происходящим в баре. А там было жарко. Всё сверкало и летела плазма в разные стороны. Бар был практически уничтожен. Братья Сапфиро забаррикадировались в центре бара с помощью барной стойки столов и другого, того им попалось под руку, и держали оборону.

— Жарко там, — сказал Марик, посмотрев на экран.

— Ничто их не берёт, — откликнулся командир абордажников. — Кто это такие?

— Братья Сапфиро. У них тридцать пожизненных сроков, эти точно не сдадутся.

— За что сроки? — спросил командир абордажников, не отвлекаясь от экрана.

— Пиратство, заказные убийства, грабеж и везде куча трупов.

— Твари!

На экране было видно, как один из братьев в фиолетовом скафандре выскочил из-за укрытия и двумя выстрелами уничтожил двоих абордажных дроидов, за которыми прятались абордажники, и вернулся обратно. Он получил в ответ несколько зарядов из винтовок абордажников, но его скафандру эти выстрелы не причинили никакого вреда.

Зачем им понадобился этот бар? Может, рядом есть что-то? Он открыл схему станции у искина СБ и долго разбирался с ней. Ничего, что могло бы заинтересовать их, поблизости не оказалось. Непонятно тогда, зачем им понадобился этот бар? Тем временем дополнительные абордажники, выделенные командованием флота, уже занимали соседние помещения рядом с баром. Долго они там не продержатся — решил для себя Марик, сейчас подорвут снизу.

— Сзади! — воскликнул командир у абордажников, и Марик, отвлёкшись, посмотрел на его панель.

Абордажники атаковали бар сразу с двух сторон: со стороны входа и, проникнув в него, с верхнего уровня. Группа, которая находилась около входа в бар, теперь была атакована со спины, появившиеся там двумя братьями. Одновременно с ними в атаку пошли двое братьев, что находились в баре. Почти сразу половина абордажников, что находилась у входа, была выведена из строя огнём с двух сторон. Оставшиеся схватились с братьями врукопашную, из которой братья вышли победителями.

Впрочем, к абордажникам быстро подошла помощь из абордажников, находившихся в соседнем помещении, и второй группы уже изрядно потрёпанной, расположенной в туалете бара. Вот только дожидаться их братья не стали — отстреливаясь, они стали отступать по коридору, преследуемыми сразу обеими группами абордажников. Впрочем, братьев прикрывал ходячий танк в фиолетовом скафандре и отстреливал всех, кто пытался активно их преследовать. Ответный огонь абордажников не причинял ему большого вреда.

— Готовь своих. Похоже, они скоро появятся здесь, — предупредил Марик.

— Не представляю, как нам достать этого фиолетового.

— У него должен скоро закончиться заряд.

— Если только так.

Его парни стали занимать позиции около переходных шлюзов. Один из них стал устанавливать взрывчатку в шлюз. Вскоре пришёл вызов от начальника СБ.

— Они прорвались, — сказал начальник СБ. — Двоим как-то удалось зайти к нашим сзади.

— Я видел. Мне кажется, это был отвлекающий манёвр.

— Для чего?

— А вот этого я не понял. Они что-то задумали.

— Ничего они не задумали. Сейчас у тебя появятся.

— Подними истребители, пускай они их уничтожат на наружной обшивке, если они появятся там.

— Мёртвых не допросишь, а они много знают про пиратов.

— Я бы их просто уничтожил.

— Ты всегда был радикален.

— Тебе решать.

— У них должно остаться мало зарядов, и скоро мы их возьмём.

— Я бы не был столь оптимистичен.

— Спорим на твой отпуск, что возьмём?

— Если проспоришь ты мне должен две недели.

— А если ты проспоришь, не получишь ни дня.

— Договорились.

— Договорились. Только ты не можешь вмешиваться в действия абордажников.

— Да я и не собирался.

— Тогда жди их. Никуда они не денутся.

— Жду.

Вот только ожидание оказалось напрасно. Братья так и не появились у корабля. Зато вскоре стало известно, что они вышли на наружную обшивку и направились не к кораблю, а на лётную палубу по соседству. Лётную палубу, принадлежащую корпорации Терса –одной из самых крупных корпораций, колонизовавших ближайшую планету. Там они захватили пилота корпоративного флаера и на флаере корпорации вылетели на планету.

Пилот корпорации не успел ничего передать, но братья запросили срочный вылет на планету, что показалось подозрительным диспетчеру. Ведь пилот только прилетел на станцию и пока летел к станции, рассказал диспетчеру, что он в отпуске на ближайшие три дня. Диспетчер заподозрила неладное и известила СБ. После чего СБ запретило вылет. Вот только братья плевали запрет — они уже вылетели. Командование флота отправило за ними четвёрку истребителей. Вот только пока истребители вылетели, корпоративный флаер с братьями на борту уже вошёл в атмосферу планеты.

После этого Марик получил вызов от начальника СБ станции. Когда он пришёл в кабинет начальника, последний сидел хмурый за столом и по панели наблюдал, как истребители преследуют флаер.

— Начальство нарисовалось?

— Да.

— Что говорит?

— Что я облажался. Почему я только не послушал тебя.

— Да ладно, со станции они свалили и то хорошо.

— Хорошо? Они двадцать шесть абордажников вывели из строя: двоих наших, прикончили десяток флотских и четверых гражданских, про дроидов я вообще молчу.

— Ты про аппаратуру аграфов забыл.

— Не забыл, ты сейчас вместе с учёными отправишься туда и осмотришь, что осталось.

— Ты ведь знаешь, что мне противопоказано с ними встречаться. Лейтенанта отправь.

— Не могу. Его подстрелили. Он сейчас в капсуле прохлаждается.

«Красиво увильнул от работы», — подумал Марик.

— Если что, я тебя предупредил. Будут проблемы с ними, помни, это была чисто твоя затея.

— Моя.

— Думаешь, догонят?

— Истребители?

— Да.

— Догнали бы, но у них впереди закрытая зона.

— Что за зона?

— Местная аномалия. Там техника отказывает и полёты запрещены.

— Из-за чего?

— Никто не знает.

— Отправил туда кого-нибудь?

— Ты же знаешь, там не наша зона ответственности.

— Значит, можно считать, что братья ушли.

— Никуда они не ушли, корпорация Терса уже отправила две группы поисковиков туда.

— Две группы покойников они отправили.

— Я предупредил их о братьях.

— Мы тоже знали о них и что в результате?

— Ты ещё подави. Нам и так с командиром станции прилетело от командования флотом.

— А ему-то за что?

— За плохую подготовку абордажников. Не дело, когда абордажники несут такие потери.

— Кому ещё досталось?

— Всем достанется, не переживай.

— Теперь я не переживать буду в двухнедельном отпуске.

— Я тебе не обещал его сейчас. Кстати, а что по аграфам?

— По-прежнему жду информации от искина.

— Как получишь, сразу сообщи мне.

— Сделаю. За учёных головой отвечаешь.

— Да кому нужны эти недоразумения.

— Я тебя предупредил.

— Понял я, понял.

Марик вышел из кабинета и направился к каютам учёных. Первой оказалась женщина-учёная.

— Тебя что, не отстранили? — спросила она с ехидцей в голосе.

— Да был бы только рад, но кто-то вас должен выгуливать. Вот мне и поручили по старой памяти.

— А где второй алкоголик?

— Какой второй?

— С которым вы вместе бухали?

— А вам он зачем?

— Соскучилась! А ты что сегодня трезвый?

— Не успел. Выходи на прогулку. А это знаешь, что за штука? — и он показал на четырёх дроидов-конвойных, которые прибыли с эсминца.

— Он ещё издевается. Точно пожалуюсь вашему адмиралу!

— Пожалуйтесь, у меня как раз две недели отпуска есть.

— Не дождёшься!

— Жаль, а я так надеялся на вас. Хоть какая-то от вас польза.

— Это от тебя никакой пользы, держите нас по каютам.

— Вот если бы меня не отстранили, я бы вас держал в камерах для заключённых и не подпускал даже близко к этим аграфским штукам. Так что у вас есть возможность это исправить.

— А где лейтенант?

— Отстранён. У нас с ним теперь соревнование, кто из нас вас больше раз посадит под арест. Пока 1:1, но у меня есть возможность его опередить. Я очень надеюсь на вас и что вы мне предоставите шанс.

— Не дождёшься!

— Ну и зря. Впрочем, вас четверо и с другими я смогу договориться.

— Не сумеешь!

Она вышла из каюты, почти сразу к ней присоединились остальные. При этом они, похоже, слышали наш разговор и как-то подозрительно посматривали в мою сторону, общаясь между собой по нейросети. Мне же было смешно наблюдать за ними. Вскоре они вместе зашли в ангар, где находилось аграфское оборудование. Вернее, то, что от него осталось.

— Что здесь произошло? — спросила женщина-учёная.

— Это у вас нужно спросить.

— Здесь везде следы взрывов. На стене, на наружных воротах.

— Вы весьма проницательны для биолога.

— Кто здесь это взрывал?

— Это закрытая информация. Ваша задача — оценить нанесённый урон оборудованию и возможность его восстановить. Больше от вас ничего не требуется.

— Это нам решать, а не тебе.

— Вы можете ничего не делать. Просто постоим и пойдём обратно по каютам.

При этом дроиды-конвоиры тронулись с места. У ученых сразу появилось искреннее желание всё осмотреть. Один агрегат полностью уничтожен. Его обломки раскидало по ангару. Второй сохранился, но взрывом был отколот приличный кусок от него. Ученые с большим интересом стали описывать обломки и замерять каждый.

* * *

Глава 4

Падая, корпоративный флаер воткнулся в самый верх большой песчаной дюны. Прошёл через неё как раскалённый нож сквозь масло, после чего, соскользнув вниз, ударился в каменное отложение у основания дюны, отскочил от него и воткнулся в соседнюю дюну и там замер. Через несколько секунд вверх подлетела крышка аварийного выхода, выбитая кем-то изнутри.

— Синий, это и есть твой план? — возмущенно спросил Красный, выбравшись из разбитого флаера.

— Да. А чем он тебе не понравился? — ответил ему Синий, следом за Красным вылезая из остатков флаера.

— Поздравляю тебя, твой план полный отстой! Мы приземлились в какой-то жопе этой планеты.

— Зато погоня отстала, — сказал Синий, как и Красный, осматривая местность вокруг.

— Нельзя было приземлиться где-то поближе к обжитым местам? Посмотри вокруг. Один песок. И нет ничего похожего на поселения.

— Главное истребители отстали, — сказал Зелёный, выбираясь следом за ними из остатков флаера.

— А тебя кто так учил пилотировать? Нормально приземлиться не можешь, не разбив аппарат. Вот где мы здесь сейчас возьмём новый? Вечно у вас так — вначале сделаете, а потом думаете, как выбираться будем.

— Красный, помоги, — сказал Фиолетовый, пытаясь протиснуться в аварийный выход. В отверстие ходила только его голова в скафандре.

— А где пилот? — спросил Красный.

— Скоропостижно скончался, не выдержав мягкую посадку Зелёного.

— Здорово, теперь у нас и заложника нет.

— Красный, да помоги же.

— Фиолетовый, всем кроме тебя понятно, что ты в эту дыру не пролезешь. Снимай скафандр.

— Ты чего, хочешь, чтобы я его бросил?

— Нет, но ты в нём не пролезешь.

— Я сейчас.

— Фиолетовый, нет!

Снизу прилетело несколько выстрелов, которые оплавили и расширили аварийный выход. После чего довольный Фиолетовый выбрался из флаера.

— Фиолетовый, мы и так в полной жопе, а ты просто так тратишь остатки заряда.

— Красный, я тебя знаю, ты меня постоянно лишаешь классных штук. Я сразу понял, что ты хочешь лишить меня скафандра.

— Фиолетовый, даже в мыслях не было. Что мы имеем в сухом остатке? Находимся мы непонятно и неизвестно где. Заложника потеряли. Зарядов нет. Средств передвижения тоже нет. Сети нет. Воды и жратвы также нет. Могу всех с этим поздравить.

— Да ладно тебе, Красный. Задание мы выполнили, и у нас теперь много кредов, — сказал Синий.

— Ты успел отправить запись Аржи?

— Успел, ещё там, на станции. Так что кредов у нас должно быть много.

— Синий, посмотри вокруг, что ты видишь?

— Песок, дюны, флаер.

— Я вижу то же самое. Вот только я не наблюдаю здесь никого, кто бы нам хотел продать воду и еду.

— Красный, не переживай ты так, найдём всё.

— Где?

— За нами должны кого-нибудь послать, вот у них и заберём всё, что нужно.

— Синий, здесь не станция, здесь всё решает правление колонии. А правление колонии может и не знать о нас. Или их это не волнует.

— А гибель пилота и угон флаера они тоже забудут?

— Это вряд ли. Вот только ты сам сказал, что здесь какая-то аномалия и никто не летает.

— Так и есть.

— Синий, подумай теперь хорошо, как сюда кто-то прилетит, если сюда не летают? Уходить отсюда нужно, пока с орбиты что-нибудь не прилетело по нам.

— Похоже, Красный прав, уходить нужно отсюда.

— В той стороне я видел при посадке какие-то строения, — сказал Зелёный.

— Уверен, что в той? Надеюсь, кто-то из вас догадался скачать карту этой планеты? — спросил Красный.

Все отрицательно покачали головами.

— А я всего на четыре дня ложился на обучение. Что вы без меня делать будете? Зелёный, веди, вариантов у нас всё равно нет.

* * *

Утром Марик только открыл глаза, как пришло сообщение от Лири, секретаря начальника СБ станции. Оно гласило, что начальник ждёт его сразу после совещания у командования станции, и что начальник вернётся оттуда не в настроении — это к гадалке не ходи. Опаздывать означало ему ещё больше ему его портить — решил Марик для себя. Он быстро оделся и направился в его кабинет. Впрочем, он зря торопился. Он успел угоститься двумя кружками бодрящего напитка, который приготовила ему Лири, а начальника всё не было.

Когда он вернулся, был хмурый как туча и сразу позвал его в кабинет.

— Что случилось? — спросил Марик, как только они остались вдвоём.

— А ты как думаешь?

— Начальство вроде не должно нервничать из-за вчерашнего, мы за это ещё вчера огребли. Значит, что-то ещё произошло.

— Произошло.

— Я смотрел с утра сводку по станции. Вроде тихо. Подозреваю, что на планете что-то.

— Ты видел отчёты от учёных?

— Нет. Ты ведь знаешь, что я отстранён.

— Это ты сегодня отстранён. А что ты делал с ними вчера?

— Ты же сам меня отправил с ними, я ведь тебя предупреждал.

— Что ты им пообещал вчера, что они всей толпой написали на тебя докладную адмиралу?

— Сейчас вспомню.

— Не стоит, я тебе сейчас зачитаю. Вчера Марик Аленоя отказался нас слушать и пообещал нам, что если мы не предоставим отчёты вовремя, то отправит нас обучать абордажников нашим наукам.

— Было такое, ты ведь сам просил к утру отчёт, а они утверждали, что им нужно не меньше недели. Пришлось припугнуть.

— Припугнул?

— Вроде да. Что не сделали?

— Сделали. Вот только адмиралу понравилась эта твоя идея, и теперь они будут им читать лекции, а угадай, кто их будет туда водить?

— Понятно.

— И на будущее, если у тебя ещё появятся подобные идеи, сообщай о них вначале мне.

— Понял. Хотя я тебя ещё вчера предупреждал, что у меня с ними полная несовместимость.

— Вот и будешь совмещаться. Ладно, что выяснил по аграфам?

— Ничего интересного. Прилетели, приобрели запчасти. Точный список купленного я не успел выяснить, так как ты меня отправил заниматься учёными.

— Они ещё на станции?

— Нет, вчера покинули станцию. Задерживать их я не стал. Думаю, обычные транзитники, не представляющие интереса для нас.

— Уже проще. Что по этому парню Отпуску?

— В баре не был, в общении с аграфами не замечен.

— Значит, подозрения беспочвенны.

— Я тебе сразу говорил. Парень вряд ли при делах. Ему память не просто так стёрли. Если его и используют, то точно в тёмную. Чем он занимался во время терактов?

— Ничего интересного. По станции гулял и покупками занимался. По телам в трюме корабля братьев что?

— Тела вчера передал нашим спецам, с утра ещё не успел посмотреть их заключения. Только проснулся и сразу к тебе.

— Зато успел поболтать с Лири.

— Должен же я был выяснить происшествия, что произошли за время, пока я спал.

— А искин СБ тебя заблокировал?

— Нет, но так гораздо приятнее. Что ещё стряслось?

— Тела, что ты обнаружил, опознали. Наши со станции.

— Все?

— Да. Часть гражданские, часть флотские.

— И как они оказались у них на корабле?

— А вот это ты и будешь выяснять. Как и под каким соусом братья заманивали их на корабль. Здесь явно что-то не чисто.

— Проверю. Что, из-за них влетело?

— Да, и из-за них тоже. Десяток разумных по два-три дня нет на работе, а их никто не ищет. Командиры подразделений только вчера заволновались и заявили о пропаже, но за это больше досталось не мне, а командованию станции. Хотя по большому счёту досталось всем. В общем, проверь всех потеряшек по станции. Может, это ещё не все.

— Сделаю. Чем вчера погоня закончилась?

— Да, как я и думал, братья залетели в запретную зону, и там флаер разбился.

— Значит, они целенаправленно туда летели.

— Не уверен, возможно, и не знали про то, что там закрытая зона.

— Пилот флаера должен был знать. Впрочем, они могли и не поверить ему. И чем всё закончилось? Нашли их тела?

— Не знаю. Корпорация отправила туда поисковую команду, но связь там не работает нормально. Так что они сами ничего не знают.

— Удивительно, что командование флота не потребовало с нас их скальпы.

— Ты почти угадал. Оно потребовало, но не с нас, а с руководства колонии.

— Жаркое у вас было утро.

— Наши действия в целом признаны удачными. За исключением одного большого недочёта, но этот недочёт сейчас отдыхает в капсуле. Твои действия признаны грамотными, так что, может, тебя даже наградят; а может, простят предыдущие твои косяки. Адмиралу, как я понимаю, самому надоели эти учёные, и скоро нас должны избавить от них.

— Тогда чего ты такой хмурый? Это ведь хорошая новость.

— Мне выговор влепили за то, что у братьев получилось сбежать и подорвать оборудование.

— Радуйся, что не заставили за ними лететь и ловить их на планете.

— Если бы там не была особая зона, точно бы отправили, а я даже знаю, кого бы я туда отправил.

— Решил, что у меня мало выговоров?

— Да, неправильно это — мне выговор, а тебе поощрение. Прямо наша учебка вспомнилась.

— Ты мне ещё две недели отпуска должен.

— Даже не мечтай. Иди работай, вечером доложишь, что нарыл.

— Не могу вечером, у меня вечером занятия вместе с учёными.

— Не переживай, я найду кого с ними отправить, а то ты ещё какую-нибудь идею адмиралу подкинешь. Ты у него в фаворе в последнее время. Всё! Иди работай!

* * *

Отпуск вместе с Ори вышли из торговой лавки. Ори помог ему прилепить на шею небольшой кружок, который они только что купили. Подобный ему выдавали на Мстительном, но он пропал после ранения. Штука была простая, но с подключением к нейросети. На корабле Лана сделана все настройки, а здесь продавец всё настроил с помощью своей нейросети, оставалось только прилепить на шею. Обошлось это всего в пятьдесят кредов.

— Скажи что-нибудь? — попросил Ори.

— Что, например?

— Отлично. Теперь, понятно, что ты говоришь. Ты откуда прилетел сюда?

— Я не знаю, как называется станция. Она не очень недалеко отсюда. Тяжёлый крейсер Мстительный летел немного больше недели сюда.

— А как ты на нём оказался?

— Случайно. Нас позвали на корабль, чтобы установить мою личность, когда появились пираты. Потом было сражение, и пираты попытались захватить крейсер на абордаж. Меня ранили во время абордажа, так и попал сюда.

— Нас? Я видел тебя с креаткой. Ты был с ней?

— Лучше не напоминай мне о ней.

— Извини, а чем ты на той станции занимался?

— Не знаю. Мне там аграфы память стерли. Я сейчас ничего не помню.

— Не повезло.

— А ты чем занимался?

— Я жил раньше на шахтёрской станции недалеко отсюда. Мама погибла во время пиратского нападения, а меня сюда привёз хороший знакомый. На той станции нет приюта.

— А приют находится здесь, на станции?

— Нет, на планете.

— Это хорошо, не нравится мне, когда нет твёрдой земли под ногами.

Сильной взрыв потряс станцию, сразу замигали по обеим сторонам коридора надписи «Разгерметизация сектора». Потоком воздуха их потащил назад. Отпуск схватился одной рукой за ручку двери, ведущей в торговую лавку. Второй поймал за руку Ори, который шёл ближе к середине коридора и ему было просто не за что схватиться. Двери в торговые лавки обычно сразу открывались сами, не требовалось даже прикасаться к ним, но сейчас дверь упорно не хотела открываться. Заблокировалась как отсек на подводной лодке — пришло осознание.

«Нам хана, скафандров у нас нет», — проскочило в голове, но он упорно пытался открыть дверь. Дышать становилось всё тяжелее, но поток воздуха, сильно тянущий их назад в первые секунды после взрыва заметно ослабел.

— Не отставай! — услышал он рядом и увидел, как задыхающийся Ори сделал попытку идти вперёд.

Он сделал несколько шагов и обессиленно присел на колено, пытаясь сделать глоток воздуха.

— Туда, — он показал вперёд на стену.

Подхватив Ори за шиворот, Отпуск сделал несколько шагов вместе с ним в место, куда показывал Ори. Оно ничем не отличалось от другого коридора. За исключением того, что пол в этом месте был покрашен в цвет жёлтой зебры. Как только они оказались в этом месте, сработала автоматика, и за их спинами появилась полукругом силовая защита, и сверху пошёл тёплый поток свежего воздуха. Они стали жадно его вдыхать.

— Повезло, дошли. Думал, не дойдём, — сказал Ори, немного отдышавшись.

— Что произошло и где это мы?

— Это спасательный сектор на случай разгерметизации, а что произошло — я без понятия. Думаю, что-то взорвалось.

— Мы долго здесь сможем находиться?

— Не знаю.

— И что нам дальше делать? Как нам отсюда выбираться?

— Не знаю, сектор заблокирован, в теории нас спасатели должны эвакуировать отсюда в безопасное место.

— Попробуй связаться со спасателями, у тебя ведь есть планшет.

— Сейчас не получится. Связь вырубило.

— Это плохо.

— Почему?

— Кто знает, что произошло, может на станцию напали, как на ту, с которой я прилетел.

Оба замолчали и каждый задумался о своём. Ори думал о братьях Сапфиро, а Отпуск о креатке, которая бросила его здесь. Прошло совсем немного времени, когда станцию снова тряхнуло, но в этот раз не близко. После чего снова и снова.

— Думаешь, всё плохо? — спросил Ори после очередного взрыва.

— Бой идёт однозначно. Знакомы мне подобные взрывы. Так пираты обшивку корабля взрывали. Жаль, я совсем не вооружён. Мне Лана запретила носить оружие.

— Тебе нельзя. Ты несовершеннолетний.

— Как знакомо. Воевать с пиратами можно, а носить оружие нельзя, маленький ещё.

— Что поделаешь, такие законы.

— Знаю. Слушай, а что будет, если я суну руку в силовую защиту?

— Думаю, ничего, а тебе зачем?

— Вон там, дальше по коридору, такая же спасательная зона. Думаю, смогу добежать до неё или нет.

— Думаю, не сможешь — замёрзнешь. За силовой защитой сейчас космический вакуум. Кроме того, этот сектор станции изолирован, и ты не сможешь его покинуть.

— Вот и я опасаюсь, что не добегу.

— Остаётся только надеяться, что станция отобьётся от пиратов и о нас не забудут.

— Да, выбора у нас нет.

Так они прождали ещё несколько часов, пока к ним не приехал странного вида дроид, больше похожий на большого дроида-уборщика, которые чистили коридоры станции. Дроид заехал внутрь спасательной зоны и открыл два цилиндра из нескольких, которыми был обвешан. Ори не задумываясь шагнул внутрь, и после небольшого сомнения Отпуск решил последовать за ним. Двери цилиндра закрылись и дроид поехал дальше. Внутри цилиндра оказалось совсем небольшое откидываемое сидение и тусклый фонарь сверху, который почти ничего не освещал. Больше внутри ничего не было. Дроид некоторое время ползал по коридору, после чего пополз обратно. Когда открылись двери цилиндра, оказалось, Ори уже дожидался снаружи.

— Выбрались, — сказал он.

— Я уже подумал, что про нас забыли.

— Отлично, живой! — сказала подошедшая Шани.

— Док, что происходит?

— На станции теракт. Что произошло, не знаю. Как ты себя чувствуешь?

— Вроде нормально.

— Обморожения есть?

— Нет.

— Ранения, повреждения?

— Нет.

— А где твоя подружка?

— Улетела.

— Вот и отлично, считай, что тебе в очередной раз повезло. Теперь стой ровно, проверю легкие, — она навела на грудь небольшой приборчик. — Отлично, лёгкие также в порядке. Зайдёшь ко мне позже, осмотрю твоё ранение. Что-то не нравится мне оно.

— Конечно.

— Теперь ты, — и она стала проверять Ори. — Здоров! — и она ушла к следующему.

— Вы знакомы? — спросил Ори.

— Она лечила меня на Мстительном.

— А чего она так нервно спросила про подружку?

— Да не обращай внимания, они поругались.

— Клим, а почему она тебя назвала Отпуском?

— Это кличка была такая у меня на корабле. Мы что, так и будем здесь торчать?

— Не знаю, все, кто могут, сами расходятся, пошли тоже обратно в эмиграционный центр.

— Как думаешь, долго нас ещё продержат на станции?

— Как я понимаю, сейчас идёт проверка, после чего сразу отправят.

— Долго же нас проверяют. Меня проверять начали ещё на той станции. Думали, что я пират.

— А им спешить некуда, да и нам по большому счёту тоже.

— Не знаю, как ты, а я зверски проголодался.

— Я тоже. Спасибо, что не бросил меня в коридоре и помог дойти до спасательного сектора.

— Ты мне тоже помог продать игрушку и купить эту штуку на шею. Без тебя я бы не справился. Да и про спасательный сектор я ничего не знал, думал, погибнем. Так что в расчёте.

— А что у тебя с голосом?

— Старое ранение. Говорят, можно вылечить, но это долго.

Глава 5

Так за разговорами мы вернулись в помещение спальни. Наши койки никто не занял, мы взяли еды и вернулись на свои места. Несколько разумных в спальне сидело на коленях на полу.

— Чего это они? — спросил Ори.

— Молятся.

— Ясно, а я понять не мог, что они делают.

Пока мы ели, один из диких подошёл к Ори и стал расспрашивать его, активно жестикулируя.

— Клим, ты что-то понимаешь? Что он от меня хочет?

— Он спрашивает, что произошло и почему нас долго не было.

— Не понял, ты его понимаешь?

— Понимаю.

— Тогда сам поговори с ним.

— На станции произошёл теракт, — ответил ему на чистом русском.

После чего он посмотрел округлившимися глаза и сказал:

— Ты говоришь по-нашему?

— Как видишь, говорю, но с трудом.

— На какой станции?

— На космической, на которой мы находимся.

— А как мы здесь оказались?

— Этот вопрос не по адресу.

— А почему вас выпускают отсюда, а нас нет?

— Вопрос тоже не по адресу, но думаю, потому что вы не знаете местного языка.

— А что с нами будет?

— Без понятия. Ори, он спрашивает, что с ними будет?

— Обучат языку и отправят работать на планету, — откликнулся Ори с верхней полки.

— Ори говорит, вас обучат языку и отправят работать на планету.

— Его Ори зовут?

— Да.

— А тебя?

— Клим.

— А что за планета?

— Не знаю. Алана называется.

Озадаченный он отправился к группе диких, которые его ожидали, и там началась активная дискуссия среди них. Периодически то один, то другой посматривали в нашу сторону. Вскоре от них отделилась девушка и подошла ко мне.

— Привет, можно с тобой поболтать?

— Можно, только недолго, спать хочу.

— Не расскажешь, откуда ты наш язык знаешь?

— Не знаю. Мне на предыдущей станции аграфы память стёрли.

— Что, совсем? Язык ты ведь помнишь.

— Послушай, я сам не знаю, откуда я местный язык знаю, впрочем, как и ваш. Так что расспрашивать меня бесполезно.

— А аграфы это кто?

— Это не люди, в общем.

— А как они выглядят?

— Ори, покажи ей на планшете, как выглядят аграфы.

— Сейчас.

Он свесился и показал ей планшет с фотографией аграфов.

— Вот так выглядят аграфы.

— А на этой станции они есть?

— Возможно. Точно не знаю.

— А другие инопланетяне?

— Ори, покажи ей разные разумные нации содружества. Сейчас он тебе покажет.

Пока девушка рассматривала картинки с пояснениями Ори, я благополучно уснул. Проснулся с головной болью. Как уснул, так и лежал на кровати, но большинство диких теперь лежало на полу.

— Ори, ты там как?

— Голова болит, — отозвался он сверху.

— Что случилось?

— Эта девушка пошла обратно, к ней подошёл один из тех, что молились на полу. Он ему врезала и началась драка. Потом появился дроид и всех вырубил.

— Чего им мирно не живётся.

В спальне сейчас не хватало нескольких разумных, в том числе и девушки. Впрочем, они появились к концу следующего дня. За это время Клим понял, что с большим трудом, но понимает и вторую группу. Именно одного из них он избил. Эта группа периодически посматривала в его сторону, но ничего не предпринимала. Только исправно молилась каждый день. Время шло, но всё оставалось без изменений.

* * *

— Что удалось выяснить? — вечером спросил начальник СБ станции у Марика.

— Особо порадовать нечем. Все погибшие флотские добровольно отпрашивались у руководства и все они по специальности техники.

— Это я знаю. Что послужило предлогом?

— Несколько объявлений в сети сейчас уже удалённых. Братья предлагали обменять якобы нужные им запчасти на три дня отдыха на планете. В курортной зоне Айдаро. В объявлении говорилось о том, что им нужно срочно улететь, но они уже оплатили отдых и готовы обменять его на запчасти к дроидам и другой хлам. Техники сами отпрашивались у своего начальства и вместе с какой-то, как правило украденной штуковиной, отправлялись к ним на корабль.

— Что братья просили на обмен?

— Разные искины, но обязательно взломанные.

— Ты их нашёл на корабле?

— Нет, и повторно проверил их корабль. Там их нет.

— Значит, где-то припрятали на станции.

— Тоже так подумал и озадачил искин поиском. Пока роет, но думаю, это пустышка. Скорей всего, они просто кому-то оптом продали всё. Их искины не интересовали, это был всего лишь предлог, чтобы заманить техников на корабль.

— Почему ты так решил?

— Потому что заключение медика пришло. Все техники были сильно избиты перед смертью и их пытали. Братьев интересовала информация, что знали техники, а не искины.

— Понятно теперь откуда они узнали про слабое место в защите туалета бара.

— Думаю, кто-то из техников рассказал о нём.

— А список того, что пропало, ты установил?

— Дал команду командирам подразделений выяснить, что пропало. Однако думаю, пустое это всё.

— Почему?

— Потому что все молчат. Ничего не знаю, ничего не слышал. Только один техник рассказал, когда я на него надавил. Он новенький, похоже, просто не успел ничего украсть. Те, кто опытнее, и успели украсть, сейчас в морге отдыхают.

— Боятся проверки и что на проверке всплывут их темные делишки. Когда командиры подразделений предоставят отчёты, отправь их в финансовый контроль. Это не наши дела.

— Сделаю.

— Значит, картина проясняется.

— Нужно проверять связи техников, пропавших с гражданской части станции?

— Не вижу смысла, и так всё понятно. Хотели бесплатно слетать отдохнуть.

— Согласен.

— Хитрые эти братья. Составь полный отчёт и будем закрывать дело. Что за драка сегодня была в миграционном центре?

— Не разбирался пока. Изолировал только зачинщиков.

— Как Отпуск?

— Не знаю, ничего не выяснял о нём.

— Он жив?

— Жив. Спасатели его эвакуировали из повреждённого сектора станции. Я думал, он миграционном центре находился.

— В драке точно не участвовал.

— Странно для него. Слушай, со мной связалась твоя медик и просит его для обследования.

— Что за обследование и откуда она узнала о нём?

— Она его видела, как я понял. Медики с кораблей помогали спасателям около повреждённых секторов станции.

— Странно, что она со мной не связалась.

— Говорит, связывалась, но ты был занят.

— Наверно, я тогда с учеными обследовал аграфское оборудование. Вряд ли это она сама, это точно биологичка ей что-то пообещала.

А что ты ей ответил?

— Что подумаю.

— И что решил? Я также подумал, что это не её идея и наверно откажу. Эти учёные уже всех достали.

— Что ты с ним собираешься делать?

— Понаблюдаю ещё немного за ним и отправлю в приют. Вроде он пришёл в себя после расставания с креаткой и не агрессивен теперь.

* * *

Отпуск лежал и думал, чем заняться. Каждое утро теперь он совершал пробежки по станции, стараясь себя вымотать. Вот и сейчас он вернулся с пробежки и отдыхал. В голове пока никаких идей не было. Он посмотрел наверх. Планшет пока был занят, Ори сам что-то искал в сети. Неожиданно двери в спальню открылись, в помещение зашёл капитан с эсминца и сразу направился к нему. Сейчас он был одет в комбинезон, а не в форму, как на эсминце.

— Отпуск, пойдём со мной, — сказал он.

— Куда?

— На корабль. Медик хочет осмотреть твоё ранение.

Ранение его действительно беспокоило и периодически напоминало о себе болезненными ощущениями. Однако он решил отказаться. Лана рассказала ему, что не лечили здесь за бесплатно и за его лечение ей также пришлось заплатить.

— У меня нет ни одного креда, чтобы заплатить ей.

— Всё оплачено, не переживай.

Честно говоря, ему это показалось странным. Он не флотский и заботиться о его здоровье флотский медик не должен был. С другой стороны, отказываться от бесплатного лечения было тоже не разумно.

— Тогда пошли.

Когда они вышли из спальни, капитан спросил:

— А что это за парень на верхней полке лежал?

— Не знаю.

— Вы вроде общаетесь?

— Общаемся, но кто он и откуда, я не знаю.

— Ты что, все креды уже потратил?

— Какие креды? Откуда?

— Ну как, у вас ведь были приличные трофеи.

— У нас?

— Она не поделилась с тобой?

— Нет.

— Понятно.

— Скажите, откуда такая забота о моём здоровье, я ведь не флотский? Вам должно быть наплевать на меня.

— Зря ты так, вы помогли нам и флот не забывает своих героев.

— Будем считать, что я в это поверил.

«Подрастёт, станет закоренелым циником», — подумал про себя Марик Аленоя. Они прошли мимо разгромленного бара, от которого осталась только простреленная вывеска. Вход в него был почти полностью разрушен. Внутри и снаружи работали дроиды, которые срезали остатки стен и дверей.

— Что здесь произошло?

— Ты не знаешь?

— Знаю, что теракт был на станции.

— Пираты теракт устроили. Кстати, возможно, искали твою подружку. Ты не знаешь, куда она улетела?

— Не знаю. Сам бы хотел знать.

— Что, совсем ничего не сказала? Может, она намекала, а ты не понял?

— Нет.

— А чем она занималась, перед тем как улететь?

— Ничем. Мы отдыхали.

— А как у неё обстояли дела с новой работой?

— Никак, она ждала предложения от своей школы телохранителей, но его не было.

— Может, всё-таки было?

— Вы что-то знаете?

— Нет. Просто её поведение вызывает ряд вопросов.

— У меня тоже эти вопросы есть, но нет ответов.

— Не расстраивайся ты так, забудь про неё и найди себе нормальную девушку.

— Если вдруг узнаете что-нибудь о ней — сообщите.

— Видимо, ты не слышал, что я тебе только что сказал.

— Слышал, но если узнаете что-то, скажите.

— Помнишь, на той станции я вас предупреждал про братьев Сапфиро?

— Помню.

— Так они побывали здесь и есть подозрение, что они искали её.

— Но она давно улетела и зачем они тогда взорвали бар?

— Видимо, не только вы их интересовали.

— Я их точно не интересую. У меня нет кредов или чего-то ценного.

— А твой приятель?

— А он здесь при чём? Чем он мог им помешать?

— Не знаю.

— А я тем более.

Они зашли в ангар, где находился эсминец, и шли работы по его ремонту. В медсекции его ожидал сюрприз — здесь оказалось сразу два медика. К местной медичке добавилась медик с Мстительного.

— Что случилось, Шана Кира? — спросил у них.

— Всё в порядке, — ответила Шана.

— Просто раньше у нас не было времени заняться тобой, было много раненых, а сейчас оно появилось, — добавила Кира.

— Предупреждаю сразу, у меня нет ни креда.

— Ложись в капсулу, это бесплатно, — ответила Лана.

— Тогда нет проблем, — и забрался в капсулу.

* * *

Марик Аленоя зашел в кабинет начальника СБ и почти сразу понял, что зашёл в очень неудачное время. Начальник сидел за столом с отсутствующим взглядом, а физиономия выражала крайнее недовольство. Поэтому он решил работать на опережение.

— Слушай, у тебя лейтенант что, слепой?

После этих слов взгляд начальника вернулся в кабинет.

— Что ты сказал? — переспросил он.

— Спрашиваю, что ещё стряслось?

— Начальство требует, чтобы я закрыл дело, а у корпоратов не отзывается группа, которую послали за братьями.

— Это от нас не зависит, что начальство от тебя хочет?

— Чтобы я надавил на руководство корпорации, и они отправили ещё одну группу.

— А они?

— Говорят, что и с этой группой всё в порядке.

— Что тут можно сказать, ты сам хотел в начальники. Ты почему вдруг передумал насчёт Отпуска?

— Начальство так решило, а не я. Я уже приготовился отправить все обломки вместе с учёными на центральную базу флота, но им для полноты картины не хватает обследования этого Отпуска. Пришлось разрешить, но под присмотром двух наших медиков. Отвёл ты его к ним?

— Отвёл. Скажи, у твоего лейтенанта плохое зрение?

— Нет вроде, а в чём проблема?

— Как появится, отправь его на проверку. Вот это моя сегодняшняя запись из миграционного центра, а вот это запись из бара.

— Ты хочешь сказать, что это один и тот же разумный?

— Зная тебя, я запросил экспертизу у искина.

— И где она?

— Держи.

— Похоже, точно ему нужно проверить зрение, сообщника у братьев он также проморгал.

— Я бы не был столь категоричен. Вначале я подумал, что братья его приставили к Отпуску, чтобы найти креатку, а потом прикончить обоих. Однако потом просмотрел несколько раз запись их встречи и уверен, что этой встрече парень был совсем не рад.

— Шантаж?

— Вот только чем? Он ещё подросток.

— А что у него в деле?

— Липа его дело, я проверил. Связался с шахтёрами и отправил им его фотографию. Настоящий Ори погиб на станции. Этого парня никогда не видели, и никто не знает на станции. Отправил запрос искину, ищет данные по фото.

— И что мне со всем этим делать? Мне же приказали закрывать дело.

— Не знаю и мне непонятна причина их спешки.

— Сам ничего не знаю.

— Но догадываешься?

— Есть подозрение, что это связано с аграфской станцией. Вроде как её решили оставить себе.

— Зря они это затеяли, аграфы это просто так не оставят. Впрочем, пускай у начальства голова об этом болит.

— Ты так ничего и не понял. Если голова будет болеть у начальства, значит она будет болеть и у нас с тобой.

— Очень надеюсь, что это пролетит мимо нас, а если прилетит, то у тебя для этого лейтенант есть. Меня в это время не будет, я в отпуске буду отдыхать.

— Размечтался. У меня давно мелькает одна идея. Поместить обломки и ученых к тебе на эсминец. Как тебе такое?

— Смерти моей хочешь? Ты смотри, я им перед смертью расскажу, кто у нас главный злодей.

— Как-то не страшно, но ты имей в виду. Ладно, что будем делать с этими подростками? Какие мысли есть?

— Это зависит от того, что ты думаешь насчёт того, прикончат братьев в пустыне или нет.

— Думаю, что нет.

— Я так же думаю. Тогда предлагаю отправить их на планету. Пускай побудут там нашей приманкой. Этим ты прикроешь свой зад, на случай если вышестоящее начальство вспомнит потом о братьях. Будешь докладывать начальству о том, что готовил героическую засаду на братьев, но не получилось.

— Я тебя в эту засаду посажу!

— Я обеими руками за!

— Размечтался. Тебе дай волю, ты вообще работать перестанешь.

— Эх, мечты, мечты. Всегда хотел ничего не делать, а мне бы за это деньги платили.

— Думаешь, не стоит его трогать пока?

— А зачем? Что ты от него хочешь узнать? Думаю, он будет отпираться до последнего. Даже если прижмёшь их встречей, скажет, что не знал, кто это.

— Выяснить, кто он на самом деле.

— Скоро искин тебе его найдёт. Он явно торопился, судя по тому, какую слепил себе легенду. А вот и данные по нему нашлись. Потеряшка. Пропал неделю назад из элитного интерната на планете. Посмотри.

— Смотрю уже. Похоже, ты угадал, он встретился, испугался и решил скрыться.

— В общем, думай и решай, советуйся с начальством, а я отдыхать.

— Вот всегда ты так, озадачишь и в кусты. Порой я начинаю подозревать, что у нас ты начальник, а не я.

— Это ты всегда стремился в начальники, так что работай.

— Проконтролируй наших подопечных, а то как бы после их изучения у парня рога не выросли или ещё что-нибудь.

— Я уже отправил медикам приказ, запрещающий проведение любых экспериментов с ним. Он нам ещё понадобится, как я понимаю?

— Посмотрим.

После того как Марик вышел из кабинета, он понял, что симпатизирует этому парню. Если бы не он и его подружка, он бы уже здесь не находился. Было видно, что парень сильно переживает расставание, но креатка всё правильно сделала. Отпуск у неё закончился, и она улетела к новому месту работы, оборвав все концы и оставив ему приятные воспоминания.

Отпуск открыл глаза. Медики стояли по обе стороны капсулы и смотрели на него.

— Что случилось? — спросил их.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Шана.

— Нормально вроде.

— Тогда вылезай.

— Что с раной?

— В ней остались мелкие осколки от силового усилителя скафандра. Пришлось сильно постараться, чтобы их извлечь.

— Сейчас всё хорошо будет?

— Конечно.

Когда он вернулся в спальню миграционного центра, в спальне оказалось пусто, на своей койке лежал только Ори.

— Где ты был? — спросил его Ори, как только заметил.

— Медики ранение смотрели. Меня оно беспокоило в последнее время.

— И что? Вылечили?

— Говорят, что вылечили. Они у меня обломки от силового усилителя скафандра удалили из раны.

— Что, два дня удаляли несколько осколков?

— В смысле два дня?

— Тебя двое галактических суток не было.

— Как двое суток? Я думал, два часа.

— Странно это.

— Ты знаешь, действительно странно, я только сейчас это понял. Меня подстрелили из плазменной винтовки. Какие могут быть обломки силового усилителя, когда вокруг места ранения всё оплавилось у скафандра? Я сам видел.

— Что-то не то они делали.

— Я тоже сейчас так подумал и медиков зачем-то было две.

Отпуск сразу проверил карманы и облегчённо выдохнул. Все вещи были на месте.

— Слушай, а где остальные?

— Два часа назад их отправили на планету.

— Уже проще. А про нас что говорят?

— Ничего не говорят. Такое чувство, что про нас забыли.

— Это не удивительно. Я видел разрушения бара на станции. Там серьёзная заварушка была.

— Что там произошло?

— Не знаю, этот из СБ ничего не рассказал.

— Это тот, который приходил за тобой?

— Да, он меня ещё на той станции допрашивал.

— А что там за бар был?

— Бар как бар, таких много на станции.

— А название не помнишь?

— Там всё разбито было, вывеска простреленная, непонятно что написано.

— Понятно.

— А что пишут в сети об этом?

— Что на станцию прилетела группа пиратов. СБ их вычислило и уничтожило. Некоторые правда пишут, что они смогли сбежать на планету.

— Серьёзные пираты, если это правда, конечно, не побоялись прилететь на эту станцию.

— Братья Сапфиро.

— Слышал я о них. Троих из них убили во время нападения на корабль.

— Троих? Ты встречался с ними?

— Нет, не довелось, меня подстрелили раньше.

— Повезло тогда тебе.

— А ты чем здесь занимался?

— Да ничем. Дикие всё время тебя спрашивали.

— Зачем?

— Я их не понимал, они что-то говорили на своём. Им только сегодня язык залили и отправили сразу на планету. Лейтенант из СБ ещё приходил и спрашивал о тебе.

— А он что хотел?

— Не знаю, просто спрашивал о тебе.

— У них что, разные СБ?

— Вроде одно.

— Тогда он должен был знать, где я нахожусь.

— Увидишь, сам его спроси.

— Что за непонятные странности со мной происходят.

— Радуйся, что подлечили бесплатно.

— Они и должны были, меня ранили, когда я защищал их корабль, хотя и не должен был это делать.

— У тебя нет контракта с флотом, так что они тебе ничего не должны.

— И это тоже верно. Тогда зачем лечили? Правильно, что Лана была против. Больше точно ни на что не соглашусь.

— Сам решай.

Мне сильно хотелось есть, и я направился к пищевому синтезатору, а потом в душ. После чего слабость, которая присутствовала после капсулы, победила, и я уснул, так и не доев второй гамбургер.

* * *

Глава 6

Утром я проснулся, от того что меня кто-то трясёт за плечо. Думал Ори, но, обернувшись, обнаружил лейтенанта, который мне раньше читал лекцию о морали.

— Собирайся, пошли, — сказал он.

— Куда? Я ничего не делал!

— Вас переводят на планету.

— Нас? — переспросил его спросонья.

— Да. Тебя и его. Хватит вам здесь прохлаждаться.

Ори уже спустился с верхней полки и надевал рюкзак на плечи. Лейтенант забрал у нас браслеты, и втроём мы направились на выход. Лейтенант выглядел каким-то хмурым и потрёпанным. Кроме того, у него было что-то с рукой. Он периодически брался за неё второй рукой и шевелил кистью.

— Лейтенант, тебя что, подстрелили? — спросил его, когда мы шли по коридору станции.

— Тебя это не касается! — ответил он крайне агрессивно.

— Не касается, так не касается.

— Всё из-за таких, как ты! — добавил он, замолчал и посмотрел на Ори.

— Лейтенант, если бы я стрелял в тебя, точно бы не промазал.

Он со злобой посмотрел на меня, хотел что-то ответить и уже открыл рот, но в последний момент передумал и ничего не сказал.

Молча мы дошли до большого лифта, в который помимо нас набилось много местных, и на нём мы дружно стали опускаться на планету. Вскоре лифт доставил нас на окраину мегаполиса. Сразу от входа начиналась широкая дорога, по обе её стороны находились торговые лавки у входов с зазывалами, которые активно что-то предлагали всем прохожим. Частично их заменяли дроиды, разукрашенные и увешанные разными флагами и лентами как новогодние елки, при этом эти дроиды что-то активно скандировали. Всё это мне напомнило какой-то маскарад из своего прошлого.

Немного дальше располагалась большая площадка для различного транспорта, который как летал, так и ездил. С другой стороны дороги находилась остановка монорельса. Большинство разумных, что ехало вместе с нами, направились именно туда. Мы же вышли практически последними из кабины лифта, и лейтенант сразу остановился, кого-то высматривая. Мы с Ори вынужденно присоединились к нему. Хотя день стоял солнечный, но было не жарко, постоянно налетали порывы ветра. После искусственного воздуха станции, где постоянно чувствовался запах непонятных смазок и технических жидкостей, особенно после проезда дроидов, здесь каждый налетевший порыв ветра приносил свежесть и прохладу.

Глубоко вдохнув, понял, что там, на корабле я уже не надеялся, что когда-нибудь окажусь на твёрдой земле. Однако вот он я и вот она — неизвестная мне планета. Впрочем, я пока находился на невысокой бетонной возвышенности около лифта. Кабина лифта у нас за спиной тем временем уже заполнилась разумными и отправилась наверх. Мы остались втроём около лифта. Зазывалы не раз посматривали в нашу сторону, но не решались приблизиться. Их однозначно смущала форма лейтенанта СБ, который находился рядом с нами и кого-то постоянно искал глазами. Нужно поздороваться с планетой — решил для себя и по ступеням спустился вниз.

— Приветствую тебя, неизвестная планета!

Планета ответила порывом ветра с песком, который попал мне в нос и рот.

— Ну, спасибо за ласковую встречу, Алана.

Всё, что я знал об этой планете — название. Заметив между бетонной конструкцией лифта и торговой лавкой небольшой проход, направился туда. Лейтенант не дал мне сходить в туалет в миграционном центре, и я долго и мужественно терпел. Где честно полил небольшой куст, росший за лавкой. Когда развернулся, обнаружил за спиной зазывалу. Думал, он мне сейчас выскажет за неправильный полив куста, но он сунул в руки небольшой плакат и одновременно спросил:

— В искатели решил подался?

— В искатели? — не понимая, переспросил его.

— Смотри, у нас есть самые классные наборы для искателей. Все необходимое для того, чтобы выжить в саванне.

— Боюсь, я туда не собираюсь.

— Не переживай, вначале все так говорят, но потом отправляются на поиски.

— Поиски чего?

— Таршала.

— Это что, животное такое?

— Сам ты животное, это редкий минерал.

— Сейчас за животное кто-то по роже схлопочет.

— А я полицию вызову и скажу, что ты здесь нужду справил. У меня и запись есть.

— Вызывай.

— А я вызову.

Посмотрел по сторонам и за спиной, есть ли свидетели. Пока смотрел, видимо, торговец почувствовал, что его сейчас будут бить, и решил сбежать. Впрочем, сбежать ему далеко не удалось. Догнал я его в проходе и отвесил смачного пенделя. Вот так! От меня ещё никто не уходил! Оставшееся расстояние торговец пролетел по воздуху и растянулся в самом конце прохода, прямо у ног лейтенанта, из-за спины которого осторожно выглядывал Ори. Лейтенант вначале посмотрел на меня, потом на растянувшегося у ног торговца, после чего хмуро спросил:

— Ну что у вас здесь происходит?

— Он мне угрожал и пытался избить! — заорал торговец.

— Хотел бы избить, избил бы, — ответил торговцу. — А так он сам упал.

— Он всё врет! Он мне угрожал расправой! Он там куст обгадил, я всё заснял!

— Лейтенант, повернись спиной ненадолго. Он сейчас извинится и раскается — гарантирую.

— Почему-то я ему верю, а не тебе, и к тебе я точно спиной никогда не повернусь. Ты для этого слишком опасен.

— Зря ты так, лейтенант. Я бы сейчас уладил все разногласия, но сейчас сам улаживай. Торговец, я тебя запомнил и всегда знаю, где тебя найти, — после чего прошёл по торговцу и вышел из прохода.

Лейтенант осуждающе посмотрел на меня, но я как ни в чём не бывало уселся на одну из лестниц и показал ему рукой на торговца.

— Прощу! Улаживай!

— Можно с вами поговорить наедине? — обратился он к торговцу, всё ещё лежащему на земле.

Тот сначала мялся, но потом ответил — можно. Впрочем, от нас у них не получилось отойти далеко. С включёнными проблесковыми маяками прямо на дорогу приземлились два полицейских летающих аппарата. Этот торговец, оставив лейтенанта, сразу бросился к ним.

— Помогите, он хотел меня убить!

Прилетевшие двое полицейских вначале удивлённо посмотрели на торговца, потом на лейтенанта, и один из них спросил у торговца:

— Ты что несёшь, придурок?

— Он хотел меня убить! — повторил торговец.

— Лейтенант хотел тебя убить? Ты в своём уме?

— Приём здесь лейтенант? Вот он! — и показал на меня.

— Лейтенант, что здесь происходит? — спросил полицейский у лейтенанта.

— Отойдём, нужно поговорить, — ответил лейтенант.

Они отошли от всех и стали общаться. Торговец пока пытался рассказывать второму полицейскому, которой слушал его, даже не слезая с летающей штуки.

— Что у вас произошло? — осторожно спросил Ори, присев рядом.

— Я сам не понял, если честно. Он принял меня за какого-то искателя и пытался мне продать оборудование. Когда я ответил, что не искатель, он стал угрожать полицией. Шантажист какой-то оказался.

— Все они здесь такие.

— А кто такие искатели?

— Здесь на планете они ищут таршал, поэтому их называют искателями.

— Этот торговец тоже меня спрашивал о нём. Что это такое?

— Редкий минерал, который используется в дорогих сплавах металлов. Он придаёт высокую термоустойчивость металлическим сплавам.

— И что, здесь много этих искателей?

— Большинство сюда и прилетают, чтобы ими стать.

— Выгодно добывать этот таршал?

— Забудь. Это для наивных простачков. Они прилетают сюда, набирают долгов, а потом навсегда остаются где-то в саванне.

— Там так опасно? Хищников много?

— Там много опасных двуногих хищников, таких же, как они, искателей. Пристрелят, оборудование заберут и потом продадут вот таким торговцам.

— После чего он снова продаст оборудование новым искателям и здесь круг замкнётся.

— Именно так. Это у них бизнес такой. Он тебе не предлагал ещё по дешёвке купить что-нибудь?

— Нет, мы не дошли до этого, он обозвал меня животным, а я обиделся.

— Это он сделал зря, — и посмотрел на лейтенанта, активно спорящего с полицейским.

— Что это они там выяснить не могут?

— На чьей территории всё произошло, как я понял.

— А в чём разница?

— Разница есть. Если бы всё произошло хотя бы на ступенях планетарного лифта — это ответственность СБ станции. Если же на планете — это уже ответственность местной полиции. Вот они и решают, кто из них будет разбираться с происшествием.

— И никто, что странно, не хочет уступать.

— Не любят они друг друга.

— Это я уже заметил. Зачем я лейтенанту — понятно, а зачем я понадобился местной полиции?

— Не знаю. Может, из вредности?

— Возможно.

Спор между лейтенантом и полицейским уже происходил на повышенных тонах. Второй полицейский вёл себя совершенно индифферентно, он периодически посматривал то на спорящих, то на нас с Ори. При этом продавец до него упорно старался донести какую-то информацию, но он совершенно никак не реагировал на его слова. Вскоре лейтенанту надоели их препирательства, он отошёл в сторону от полицейского и с кем-то связался.

— Шеф, у меня проблема, — сказал он.

Что ему ответил шеф — непонятно, но лейтенант сразу покраснел.

— Могу, я и отвёл, но он не прилетел…. Я не знаю почему…. Не я же с ним договаривался…. Шеф, я всё сделал, как вы и сказали… Проблема в том, что Отпуск устроил здесь разборку с одним из торговцев…. Как что? Торговец вызвал полицию, они прилетели и забирают дело себе. Не понял, куда их послать? В том-то и дело, что он спустился вниз и устроил потасовку уже на планете. Шеф, я вам всегда говорил, что он опасен, — и посмотрел на меня.

Что ему выговаривал начальник не было слышно, но судя по краснеющей физиономии, лейтенант много нового узнал о себе.

— Но шеф, я всегда находился рядом и всего лишь на минуту отвлёкся, чтобы связаться с разумным, которому я должен был их передать… Он не отвечал… Что я мог сделать, если ему приспичило сходить по малой нужде? Но шеф…

Лейтенант снова замолчал и стал краснеть. При этом несколько раз зло посмотрел на меня.

— Да, шеф, жду.

После чего он вернулся к полицейскому.

— Ну и наделал ты делов, — сказал Ори.

— А я при чём? Откуда я знал, что спускаться нельзя. Лейтенант нам ничего такого не говорил. Предупреждать нужно было, и потом я больше терпеть не мог, не в лифте же мне это делать.

— Похоже, начальник СБ с начальником полиции договариваются.

— Да ерунда это всё. Сейчас разберутся.

Вскоре как лейтенант, так и полицейский стали получать инструкции от начальства. При этом то один, то другой посматривали в нашу с Ори сторону.

— Вот видишь, быстро разобрались. Ори, а кого мы здесь ждали?

— Сам не понял. Наверно, представителя интерната.

— А что, лейтенант нас сам не мог отправить туда?

— Нет, наверно. У него служба на станции.

— Тоже верно.

— Можно посмотреть, что это у тебя за лист в руках?

— Держи, мне торговец его сунул.

Ори достал планшет и сфотографировал плакат.

— Зачем он тебе?

— Интересно стало, потом посмотрю, что за контора.

— Как думаешь, до чего они договорились?

— Не знаю. Судя по всему, победила дружба. Видишь, как теперь общаются.

— Вижу, только не понимаю, что происходит. Кто же в итоге победил?

Ори ушёл в свой планшет и оставил мой вопрос без ответа. Впрочем, вскоре стало понятно, кто победил. Рядом с полицейскими летательными аппаратами приземлился большой летательный куб с надписью на боку «Полиция» и пригласительно вверх отъехали створки дверей.

— Похоже, полиция победила и это за мной.

Ори оторвался от планшета и посмотрел на куб.

— Значит, полетишь в полицию.

— Отлично, там я ещё не был! Начнём с неё осматривать местные достопримечательности.

Ори явно не разделял моего оптимизма. Лейтенант вместе полицейским направились к этой прилетевшей штуке. Я тоже встал и пошёл к ней. Ори убрал планшет и пошёл следом. Полицейский, до этого молчавший, слез с летательного аппарата и, взяв торговца под руку, повёл того в аппарат. Торговец ему доказывал, что он пострадавший и ему нужно к медику, но полицейский был неумолим. Он посадил его на одно из кресел и нажал на кнопку рядом с креслом. Сверху на него опустилась металлическая конструкция, которая прижала торговца к креслу.

— Прошу, — после чего полицейский предложил мне пройти в этот куб.

— Он что, с нами полетит? — сразу занервничал торговец.

— Нет, с тобой, — ответил ему полицейский.

— Что значит со мной?

— Это значит на соседнем кресле.

Полицейский показал в кресло, напротив. Я пошёл, но меня совершенно случайно повело, и я наступил торговцу на ногу. После чего сел в достаточно удобное кресло.

— А-А-А, — завопил он, — убивают!

— Заткнись, а то сейчас добавлю, — ответил ему полицейский и нажал кнопку.

На меня сверху опустилась металлическая конструкция, которая так же, как и торговца, прижала к креслу. К моему удивлению, следом завели и пристегнули Ори.

— Ори, тебя-то за что?

— Не знаю, — задумчиво ответил он.

Ну, а дальше последовало совсем непонятное. В куб зашёл лейтенант.

— Лейтенант, меня-то понятно, но тебя за что?

— Заткнись! — и он попытался выйти наружу.

Выйти у него не получилось, и полицейские ему ответили, что по инструкции им запрещено садить кого-то второго на их гравициклы. Пришлось ему возвращаться в кресло. Его так же пристегнули, как и нас. Полицейские после этого покинули куб, входные двери сразу стали закрываться и куб взлетел. У потолка находилось узкое окно, прикрытое решёткой. Думал через него рассмотреть город, но, к сожалению, через окно было видно только голубое небо. Лейтенант сидел рядом, и у него на лице отражалась целая гамма чувств.

— Лейтенант, не переживай ты так. Считай, что изучаешь изнутри жизнь преступного мира. Сейчас мы вместе в камере посидим и друзьями станем. Ты не расстраивайся, я тебя в камере в обиду не дам. Если что, можешь всем смело говорить, что со мной.

— Заткнись или я тебя…

— Не нервничай так, лейтенант. Сейчас ты такой же заключённый, как и мы.

Видимо, мои слова про заключённого его сильно задели, он попытался вырваться из удерживающей в кресле штуки, но у него ничего не получалось. Закончилось всё тем, что из удерживающей его штуки вылетел заряд и вырубил лейтенанта.

— Что это было? — спросил у Ори.

— Успокаивающий разряд.

— Надолго его вырубило?

— Не знаю.

— Ну что, промокашка, теперь мы остались одни, — обратился я к торгашу. Торгаш сразу испуганно вжался в кресло.

— Учти, он всё записывает, — сказал Ори.

— А ничего такого и не сказал. Как думаешь, далеко нам ещё лететь?

— Думаю, недалеко.

— Жаль.

— Промокашка, тебе сегодня везёт.

Ори оказался прав. Вскоре этот куб пошёл на посадку и приземлился около небоскрёба. Мы так и сидели, пока в куб не зашёл полицейский, что нас пристёгивал. Первым он освободил лейтенанта и удивлённо спросил:

— Чего это с ним?

— Устал, наверное, — ответил ему.

— Зови медика! — сказал он второму.

Вскоре появился медик. Она осмотрела его и на коляске увезла. После чего отстегнули торговца и тоже увели. После него отстегнули Ори и меня.

— Послушайте, Ори совсем ни при чём. Его не было со мной.

— Иди в здание, там разберутся, — сказал полицейский и подтолкнул меня на выход.

Когда я вышел из куба, осмотрелся. Передо мной находился небоскрёб. Вверху большими золотыми буквами написано «Корпорация Мидланд». Над входом в здание совсем небольшими буквами «Полицейское управление №7». Внутри полицейское управление оказалось больше похоже на большой бар или магазин. Всё блестит и сияет. Везде небольшие столики с прозрачными перегородками. За столами находились как правило полицейские и посетители. Причём многие посетители были одеты сильно хуже полицейских. Ори посадили за стол в одну из прозрачных кабинок, а меня провели через весь холл и завели в кабинет. Где меня уже ожидал полицейский.

— Приложите руку к планшету, — вежливо попросил сидящий за столом.

— Да, без проблем, — и приложил.

Второй полицейский вышел из кабинета.

— Так, кто здесь у нас такой? — спросил он планшет. — Отпуск и это всё?

Он посмотрел на меня.

— Отпуск твоё имя?

— Кличка.

— И кто ты у нас?

— Я не помню, память потерял.

— А почему дело засекречено?

— Это не у меня нужно спрашивать.

— Отправил запрос, посмотрим, что ответят. Пока просто побеседуем. Значит, ты решил в искатели податься?

— Кто?

— Ты!

Глава 7

— Ничего я не собирался.

— Ну как же, торговец из лавки утверждает, что ты решил стать искателем и хотел у него купить оборудование.

— Это наглая ложь, ничего такого я не говорил и в искатели не собирался.

— Отпираться бесполезно, и я понимаю тебя, в искателях можно хорошо заработать.

— Не собирался я ни в какие искатели — это полный бред.

— Ладно, а ради чего ты тогда прилетел сюда?

— А у меня не спросили, хочу я сюда или нет.

— То есть ты не сам сюда прилетел?

— Совершенно верно.

— Значит, у тебя контракт с кем-то на планете?

— Нет у меня никаких контрактов.

— Тогда кто тебе оплатил перелёт сюда?

— Подруга.

— И где она сейчас?

— Улетела.

— Куда?

— Не знаю.

— Так, и здесь тупик. Ладно, попробуем зайти с другой стороны. Как ты оказался в СБ?

— Подрался в миграционном центре с другим разумным.

— Из-за чего?

— Он занял мою койку.

— Значит, никаких контрактов у тебя нет?

— Совершенно верно.

— Тогда чем ты заниматься планируешь?

— Откуда я знаю.

— Ну ты же должен как-то зарабатывать на жизнь.

— Должен, но я пока не знаю как. Я дикий.

— Вот оно что, с этого надо было и начинать. Значит, тебе дорога в искатели.

— Нет, туда я точно не собираюсь.

— Зря, там есть возможность хорошо заработать.

— Мне уже рассказали, как там зарабатывают и что оттуда не возвращаются.

— Это всё враньё, там есть возможность хорошо заработать.

— Ну да, а ещё быстро умереть. Обойдусь.

— Зря, был бы я помоложе, точно бы отправился на поиски.

— Меня это не интересует.

— Тогда чем ты займёшься? Бродяжничество на планете преследуется по закону.

— Буду бродяжничать на станции.

— Зря ты так. Я тебе помочь хочу.

— Ну да, мне торговец тоже помочь хотел, вначале сделать искателем, а потом отправить на смерть.

— Так что между вами произошло?

— Ничего. Он меня назвал животным, а потом испугался и решил сбежать.

— Сбежал?

— Почти. Он запнулся и упал.

— Сам?

— Разумеется сам.

— У него совсем другая версия.

— Что поделаешь, он полоумный и всё время вопил, что его убивают. Спросите у ваших сотрудников. Они подтвердят.

— Что мне с тобой делать?

— Понять, простить и отпустить. Я ничего плохого не делал.

— Значит, в искатели точно не хочешь?

— Точно.

— Куда же мне тебя отправить? Есть вариант охранять имущество корпорации Мидланд.

— Я не пойму, у вас здесь полиция или биржа по трудоустройству?

— У нас здесь полиция, но по закону у нас запрещено бродяжничество. Значит, я должен тебя трудоустроить.

— И обязательно в корпорацию Мидланд?

— Это огромная и самая известная корпорация на планете, что тебя не устраивает?

— Меня не устраивает, что меня практически силой заставляют подписать контракт.

— Ты должен радоваться, что будешь работать на такую славную корпорацию.

— А я не радуюсь и работать на корпорацию не собираюсь.

— Я тебе уже говорил, у тебя нет выбора, бродяжничество на планете запрещено. Ну так что, ты готов подписать контракт?

— Нет.

— Тогда тебе придётся отсидеть четырнадцать суток за бродяжничество.

— Значит, придётся.

— А потом мы вернёмся к этому разговору.

— Не вижу смысла. Контракт с корпорацией я точно не подпишу.

— Тогда продолжишь отбывать наказание за бродяжничество.

Дверь в кабинет распахнулась, и в кабинет буквально влетел взъерошенный лейтенант СБ с бешенными глазами. Выяснить, сколько в итоге сроков мне придётся отмотать за бродяжничество, я не успел.

— Что здесь происходит? — спросил он полицейского.

— Ничего. Что случилось, лейтенант? — ответил ему полицейский.

— Мы вроде всё решили? Тогда почему он здесь? — ответил ему лейтенант немного спокойнее.

— Мы просто с ним беседуем. Так ведь, Отпуск?

— Мы действительно беседуем. Он меня обещал два раза посадить за бродяжничество, но я не успел выяснить, сколько всего раз он может меня посадить по этой причине.

Лейтенант вначале с ненавистью посмотрел на меня, потом на полицейского, после чего сказал:

— Ты в курсе, что только что нарушил два имперских закона?

— Это каких же? — поинтересовался полицейский.

— Ты не имеешь права допрашивать его без адвоката или его представителя, статья 2059 межгалактического кодекса.

— Она касается только несовершеннолетних.

— Он и есть несовершеннолетний, и я являюсь его законным представителем.

Здесь уже я удивлённо посмотрел на лейтенанта и поначалу хотел его спросить, когда это я ему успел делегировать такие полномочия, но потом мне стало интересно, чем же у них всё закончится и промолчал.

— С чего ты так решил? Он выглядит вполне совершеннолетним.

— Вот заключение по нему. Оно подписано тремя весьма уважаемыми медиками.

Тремя? Интересно, кто третий? Я только двоих медиков видел. Полицейский пока сосредоточенно что-то изучал, уйдя в себя.

— Не верю я этому заключению. Это твой начальник, пока вы летели сюда, наклепал его.

— В суде хочешь разбираться?

— А что он такое совершил, что ты над ним так трясёшься?

— Это закрытая информация.

— Я ведь всё равно узнаю.

— Узнавай, и как законный его представитель я заявляю протест за его задержание.

— Его никто и не задерживал.

— Как это? — подал я голос. — Вы меня только что собирались посадить за бродяжничество.

— Тогда я ещё не знал, что ты несовершеннолетний. Можете быть свободны.

— Ты что-нибудь подписывал? — спросил меня лейтенант.

— Нет.

— Где второй? — спросил лейтенант у полицейского.

— В зале.

Ори обнаружился там же, где я его видел в последний раз. Он, как и я, общался с полицейским. Лейтенант забрал его, и мы втроём вышли на улицу. На улице лейтенант посмотрел несколько раз по сторонам в поисках кого-то. Не обнаружив того, кого искал, он посмотрел на меня, и левый глаз у него задёргался.

— Только сделай шаг куда-то — пристрелю! — предупредил он меня.

— Чем? У тебя пушки нет.

У него сразу задёргался второй глаз, и он стал нервно ощупывать свой поясной ремень. Не обнаружив на поясе оружия, он заскочил обратно в полицейский участок, и почти сразу выскочил обратно.

— Стоять здесь! Никуда ни шагу! — проорал он и снова скрылся за дверью полицейского участка.

— Он так с тобой скоро заикаться начнёт, — задумчиво сказал Ори.

— А я здесь при чём? Не я же у него оружие забрал и вообще я мог промолчать об этом.

— Лучше молчи, а то он нервный очень.

— Тоже заметил? Слушай, а чего от тебя хотел твой полицейский?

— Работать на корпорацию предлагал.

— Кем? Искателем?

— Да. Тебе тоже предлагали?

— В начале тоже, а когда я отказался, тогда предложил охранником.

— Это ещё опаснее, чем искателем.

— Почему?

— Среди них смертность ещё выше, чем у искателей.

— Ты серьёзно? Что опасного охранять офис или склад?

— Ничего, вот только охранять придётся не офис и не склад, а грузы корпорации, которые корпорация перевозит из города в саванну и обратно, а там, как ты сам понимаешь, хватает желающих захватить любой груз корпорации.

— А сколько стоит этот таршал?

— Не знаю, не интересовался, но дорого.

— Чего-то я не понимаю, вот был бы я совершеннолетний, что можно вот так взять и заставить подписать рабочий контракт?

— Ты знаешь, здесь этим многие пользуются.

— В каком смысле?

— В прямом. Отказался подписать контракт посадят на четырнадцать суток. А в тюрьме и кормят и поят бесплатно. Здесь многие так живут.

— Так корпорации это невыгодно? Это дополнительные затраты.

— Для корпорации это совсем ничего не значащие суммы, зато за две недели можно спокойно убедить подписать контакт.

— В городе с работой совсем плохо?

— Здесь всё сложно. Как я понял, улететь отсюда уволенному из корпорации сложно, а в другую корпорацию не берут.

— Почему в другую не берут?

— У них здесь жёсткая конкуренция между корпорациями. Все опасаются, что таким образом в корпорацию хотят заслать агента другой корпорации.

— А кого они тогда нанимают на работу?

— Нанимают молодых разумных на других планетах и завозят их партиями сюда, плюс реклама в глобальной сети. Когда молодым искателям обещают золотые горы сразу по прилёту сюда. Этот торговец нас за таких и принял.

— Знаешь, по-моему, он заодно с полицией.

— Конечно. Его задача — отловить подходящих кандидатов и под любыми предлогами доставить в полицию, где решают — подходит он корпорации или нет. С тобой ему только не повезло.

— Это почему?

— Мы несовершеннолетние и были не одни.

— Я не понимаю, почему полиция вербует в корпорацию?

— Так полиция принадлежит корпорации.

— Это как так?

— Вот так. Другим корпорациям это не нравится, но это было частью сделки между местными корпорациями.

— Во дела. Частная полиция. Может, и суды здесь частные?

— Нет, суды здесь федеральные.

— Когда ты только успел всё узнать?

— Так заняться было нечем в миграционном центре, вот и читал в сети.

— А много здесь этих корпораций?

— Много, два десятка крупных корпораций, примерно столько же средних и почти полсотни мелких.

— Одно я не понял, а зачем корпорации искатели? Вроде каждый искатель сам по себе?

— Да, сам по себе, но каждому искателю нужно кому-то продавать таршал, также ему нужны продукты и запчасти. Вот он и обязуется продавать и покупать всё это у корпорации.

— На её условиях.

— Разумеется.

— Получается, что все искатели здесь работают на корпорации?

— Получается.

Из дверей полицейского участка появился лейтенант, и мы замолчали, на поясе у него теперь появилось оружие. При этом он был красный как рак.

— Лейтенант, мы уже хотели идти тебя спасать, но ты приказал держать оборону в этом месте, и мы мужественно держались. Нам положена награда за удержание этого квадрата?

— Заткнись!

— Лейтенант, знаешь, мне тоже понравилась местная медик, которая тебя забрала. Интересно, а вам можно? Ты с СБ флота, а она медик корпорации? Как на это смотрят моральные ценности, о которых, помнится, ты мне рассказывал? Или вам ни-ни, совсем нельзя?

— Ещё слово скажешь — пристрелю!

— Лейтенант, тебя не поймёшь. Молчу — плохо, говорю — тоже плохо. Ты уже определись в конце концов.

Лейтенант потянулся к кобуре.

— Доставай, доставай, посмотрим, что у тебя там — пушка или огурец?

В этот момент около полицейского участка стали приземляться четыре больших куба, а за ними следом приземлилось больше десятка полицейских на гравициклах. Из самого участка к ним присоединилось несколько полицейских, и все они стали выводить из кубов подростков и заводить внутрь полицейского участка. Большинство было немного старше нас с Ори, кто-то моложе, у всех были связаны руки. У некоторых присутствовала кровь на одежде, их осматривала медик.

— Кто они? — спросил у Ори.

— Не знаю.

Посмотрел на лейтенанта, но он мне ответил таким взглядом, что я передумал спрашивать. Когда почти всех завели в полицейский участок, из последнего куба стали доставать девушек. Две в крови, третья вообще не держалась на ногах. Медик вместе с полицейским отвлеклись для осмотра раненых девушек. В этот момент третья девушка, до этого едва державшаяся на ногах, стартанула от них в нашу сторону.

Думал, лейтенант сейчас попытается её задержать, но он откровенно проигнорировал этот забег, и девушка без помех пробежала рядом с ним. Обнаружив побег, в погоню за ней бросился полицейский, который помогал медику. Здесь я решил помочь девушке и незаметно сместился за спину лейтенанту, который то ли наблюдал за работой медика, то ли изображал статую, стоящую на самом краю тротуара.

Такой подлянки полицейский точно не ожидал, когда пробегал мимо нас. Моя подножка сработала на все сто — полицейский отправился в полёт. После чего я так же незаметно для лейтенанта сделал шаг назад и оказался у стены рядом с Ори. Полицейский приземлился на тротуар, после чего проехался пару метров на животе. Злобно обернувшись, высказал несколько «ласковых» слов в адрес лейтенанта и продолжил погоню. Впрочем, не он один. За ним следом почти сразу вылетели двое на гравициклах. Чем всё закончилось, к сожалению, узнать не удалось. Все они скрылись за углом здания, а к нам подъехал броневик. Он был уже сильно видавший виды. Обшарпанный и весь в заплатках. Выглядел так, как будто только что выехал со свалки, где его должны были утилизировать. Из него выбрались двое: мужчина и женщина.

Мужчина одет в камуфляж, похожий на пустынный. Он слегка прихрамывал на одну ногу. На лице красовалось несколько приличных шрамов, уже побелевших от времени. Всё говорило о том, что он бывший военный. Его возраст сложно определить, однако седина, покрывавшая большую часть головы, говорила о том, что он уже далеко не молод. Женщина явно моложе его, седины на волосах у нее нет. Одета в комбинезон такого же цвета, подобный тому, что на мужчине.

Женщина сразу отправилась в участок, а к мужчине подошёл проснувшийся лейтенант.

— Где вы ездите? Сколько вас можно ждать! — заорал он на мужчину.

— Ты чего орёшь, лейтенант? Здесь не флот, а я не твой подчинённый, — совершенно спокойно ответил ему приехавший.

— Вы должны были встретить нас ещё у планетарного лифта! — немного понизив тон, ответил ему лейтенант.

— Не получилось. Боливар уже старый и сломался в дороге.

— У меня другие данные, вы даже не выезжали к нам!

— Лейтенант, ты плохо меня слышишь? Я из-за двух подростков гонять боливара не собираюсь, он уже старый, а кредов на новый от вас не дождёшься. Так что ты мог без проблем отправить их на монорельсе.

— У тебя был приказ забрать их лично!

— Тебе подсказать, куда ты можешь засунуть приказ?

— Ты за это ответишь!

— Как страшно. Отвечу, не переживай. У тебя всё?

— Забирай их!

— Этих двоих, что ли? — он с ног до головы осмотрел нас с Ори.

— Да. Вот документ о передаче. Подписывай!

— И что за сыр-бор вокруг них? Чем они такие особенные, что я ради них должен боливара гонять?

— Подписал?

— Нет, я думаю.

— Думай быстрее, мне на станцию нужно возвращаться.

— Ладно, парни, забирайтесь в боливара, позже с вами разберёмся, сейчас нет времени на вас.

Боковая дверь броневика отъехала в сторону. Ори сразу направился туда. Я, немного подумав, последовал за ним.

— Держи, лейтенант, твой документ. Я подписал.

— Вот это другое дело. Поздравляю с приобретением твоей самой большой проблемы!

— О чём это ты?

— Об Отпуске, и даже не мечтай о том, чтобы вернуть мне его обратно. Не возьму ни за что!

— Что всё настолько плохо?

— Ты даже не представляешь, насколько плохо. Вот тебе их досье и приказ от командования флотом.

— Разберёмся.

— Лейтенант, там медик из полицейского участка вышла, сходи к ней. Она тебе вколет что-нибудь успокоительное, а то ты плохо выглядишь и глаз у тебя дергается, — подал я голос из броневика.

— Заткнись или точно сейчас пристрелю! — отозвался лейтенант.

Дверь у броневика закрылась, и не стало слышно, о чём они говорят. Впрочем, они недолго поговорили и разошлись. Лейтенант после этого с ненавистью посмотрел на броневик и пошёл куда-то дальше по улице, второй же зашел в полицейский участок.

— Ори, что это значит?

— Ты о чём?

— Вот об этом броневике?

— Старый совсем, такие давно не выпускаются.

— Ори, я не об этом. Здесь что, такая опасная обстановка, что для езды по городу требуется броневик?

— Нет вроде. Я ничего такого не читал.

— Тогда я ничего не понимаю. Эти двое похожи на военных. Кому он нас сдал? Что-то мне перестало это всё нравиться.

— Не знаю, думаю, скоро всё прояснится.

Пока я осматривался внутри, по углам броневика находились две небольшие лестницы, ведущие наверх. Мне стало интересно, и я заглянул туда. Вверху оборудованы два места для стрелков, но сейчас там кроме кресел ничего больше не было. Когда спустился вниз, выяснилось, что мы уже не одни. К нам присоединилась женщина, что сразу ушла в полицейский участок.

— А вот и наша главная звезда решила спуститься к нам. Тебе кто разрешал туда забираться?

Глава 8

— А мне кто-то запрещал это делать, или вы решили, что я кресло оттуда прихвачу с собой?

— Ясно, тяжёлый случай.

— Дамочка, может, вы представитесь для начала.

— Я тебе не дамочка, а старший воспитатель интерната.

— Понятно, вот с этого и нужно было начинать.

— Не поняла? Дикий? А как к нам попал? — она изучающе посмотрела на меня. — Что молчишь?

— А что я, по-вашему, должен делать? Нацепить юбку из перьев, измазаться в углях, прыгать и завывать вокруг костра?

После этих слов она долго и непонимающе на меня смотрела, потом сказала:

— А этот у нас шахтёр, — и посмотрела на Ори.

— Я не шахтёр, — ответил Ори.

— Понятно, один у нас не дикий, второй не шахтёр. Так и запишем. У меня, собственно, один вопрос остался: почему вас отправили к нам в интернат флота? Вы к флоту точно не имеете никакого отношения?

— У меня тоже всего один вопрос: почему вы нас об этом спрашиваете? — ответил ей.

— Ну, у вас на этот счёт какие-то версии должны быть?

— Вы не забыли, что сейчас дикого спрашиваете?

Дверь броневика открылась и внутрь зашёл мужчина.

— Что, с новенькими знакомишься? — спросил он женщину.

— Пытаюсь разобраться, но всё по ним засекречено. Не понимаю, почему их направили к нам, а не в обычный интернат.

— Потому что этот парень совсем не простой.

— Это я сразу поняла.

— Ничего ты не поняла, посмотри вот на это.

— Ничего себе. Так он уже воевал?

— Отражал пиратский абордаж в составе экипажа тяжёлого крейсера Мстительный.

— Представлен флотом к награде за проявленное мужество и героизм. Тяжёлое ранение. Восемь уничтоженных пиратов лично и больше двадцати в составе группы. Кто ты, парень? — и она удивлённо посмотрела мне в глаза.

— Дикий. Вы зря стараетесь, у меня стёрта память, я ничего не помню о себе, — ответил ей.

— Знаешь, я поначалу не понял, чего это лейтенант СБ так нервничает в его присутствии, пока не прочёл это досье, что он мне дал.

— Это бред какой-то, дикие не умеют пользоваться оружием и уж тем более не валят пачками пиратов. Он кто угодно, только не дикий, их за время службы на флоте я много видела, да и ты тоже. А второй тогда что?

— По второму ничего не дали. С ними разберёмся позже. Наших сейчас выводить будут.

Полицейские стали выводить из участка подростков и заводить в броневик. Внутри их освобождали от стяжек на руках и отпускали. Они молча занимали свободные места в броневике и с интересом посматривали на нас с Ори. Вскоре броневик запомнился полностью, и мы поехали по городу. Мужчина ехал с нами, а женщина управляла броневиком.

— Ардар, кто это с нами? — спросил один из подростков.

— Твоя будущая головная боль, Манир, — ответил ему мужчина. — Что, уже испугался?

— Вот ещё, — ответил подросток.

— А зря. Эти двое — наши новые воспитанники. Они только что прилетели со станции. Официальное представление будет как обычно в интернате.

Между подростками пошло тихое шушуканье, которое сразу смолкло, как только броневик заехал в гараж.

— Все провинившиеся следуют за мной. Вы двое, ждите здесь, — скомандовал Ардар, и все подростки, опустив головы, молча последовали за ним. Последняя за ними ушла женщина.

— Значит, тебя даже наградили? — спросил Ори, когда мы остались одни.

— Ты знаешь, для меня это такая же новость, как и для тебя. Я ничего раньше об этом не знал.

— Если честно, я не верил раньше, что ты участвовал в абордаже.

— Забудь. Это в прошлом. Как я понял, мы теперь в интернате?

— Да, это флотский интернат.

— И чем он отличается от обычного?

— Не знаю.

— Так почитай в сети.

Он достал планшет и стал читать.

— Написано только, что интернат предназначен для детей военнослужащих.

— Тогда почему нас сюда отправили, мы вроде как не дети военнослужащих?

— Не знаю. Может, из-за твоих заслуг перед флотом.

— Да, но у тебя-то нет ничего такого?

— Нет, может, в обычном интернате для нас мест не нашлось, вот поэтому они так долго тянули с нами.

— Похоже, что так. Интересно, какие здесь порядки?

— Думаю, мы скоро это узнаем, — и он посмотрел на открывшуюся входную дверь, за которой раньше скрылись подростки и руководство интерната.

В гаражный бокс зашла женщина уже в сильно пожилом возрасте. Около неё вертелось три маленьких дроида. Первым делом она подошла к стоящему рядом аппарату, очень похожему на автобус, и эти три маленьких дроида забрались на аппарат и стали чистить световые приборы спереди. После чего она подошла к броневику, на котором нас привезли.

— Опять всё испачкали! — сказала она ворчливо, и дроиды перебрались на броневик.

Мы с Ори стояли и не понимали, как нам реагировать. Вскоре она нас заметила.

— Так, а вы что здесь делаете? Почему не с остальными воспитанниками на наказании?

— Мы не успели провиниться, только прилетели со станции, — ответил ей Ори.

— Новенькие, значит. А что здесь стоите?

— Ардар сказал ожидать здесь.

— Сейчас я узнаю, что с вами делать. Поняла. Сейчас отведу. Значит так, новые воспитанники, следуйте за мной.

Она вывела нас из гаражного бокса, и мы оказались в узком коридоре. Её дроиды постоянно перемещались по стенам или полу, при этом что-то чистя. Вскоре узкий коридор закончился и сменился на более широкий, по обеим сторонам которого находились железные двери.

— Вот твоя комната, — показала на одну из дверей и нажала на кнопку открытия.

Мы с Ори посмотрели друг на друга, и он зашёл внутрь. Моя комната оказалась немного дальше по коридору. Как только зашёл внутрь, дверь за мной сразу закрылась. Я попробовал открыть, но дверь не открывалась. Комната сильно напоминала каюту на станции, в которой я побывал, там только было два места и полки расположены одна над другой. От такой каюты Лана отказалась, выбрав другую, больше и с раскладывающейся кроватью.

Воспоминания о Лане отозвались болью в сердце. Чтобы отвлечься, переключился на осмотр комнаты. Вместо верхней полки здесь сделана металлическая конструкция вроде антресоли, заканчивающаяся у самого потолка. С одного боку она соединялась с шкафом для одежды, с другого небольшим туалетом, расположенным рядом с входной дверью. У кровати находился небольшой проход, заканчивающийся металлической тумбочкой. Комната была крохотной, размером немного больше, чем три на два метра.

Похоже, в этом месте я проведу два следующих года. Негусто, конечно, но в целом жить можно. Можно понять, когда на станции или корабле экономили место, но здесь была планета и такая экономия места мне не понятна. Впрочем, крыша над головой есть — уже хорошо, а если кормить будут, то вообще замечательно. Есть хотелось, один очень нехороший разумный поторопил и не дал на станции позавтракать. Наверно, поэтому я был злой.

Станцию мы покинули в середине местных планетарных суток, а сейчас на планете должен быть поздний вечер, вот только не видно, что творится на улице, в комнате нет никакого окна или даже намёка не него. Вернулся к двери и поискал скрытую кнопку, открывающую дверь, но ничего такого не обнаружил, после чего обыскал шкаф и антресоль. В них ни пыли, ни повесившейся мыши. После чего голодный и злой растянулся на койке и только тогда обнаружил небольшую панель, прикреплённую к антресоли и расположенную над головой.

— О, информация! — воскликнул я и нажал включение. Панель включилась и сразу затребовала пароль. Тьфу, да что за день сегодня такой? Расстроенный, немного поворочался и уснул.

* * *

Проснулся от того, что панель над головой заговорила, а потом оттуда заиграла бодрая музыка. Выключил её, повернулся на бок и продолжил спать. После проснулся, когда меня кто-то тряс за плечо. Этим кто-то оказался Ори.

— Ори, как ты оказался в каюте? У меня дверь не хотела открываться.

— Выходите! — услышал со стороны дверей и обнаружил там Ардара.

— Ардар, у вас здесь кормят или еду нужно самому добывать?

— Кормят, выходите, сейчас познакомлю с другими воспитанниками и покажу, что у нас здесь и как.

Вчера я уснул не раздеваясь и, спрыгнув с койки, отправился за ними следом.

— Смотри, — сказал Ардар, — приложи большой палец вот сюда к сенсору.

— Зачем?

— Чтобы ты мог сам открывать и закрывать комнату.

Я приложил палец, как он и сказал. Сенсор сработал и мигнул.

— Теперь кроме тебя и воспитателей к тебе в комнату никто не сможет попасть. Уходя, прикладываешь палец к сенсору, и дверь блокируется. Теперь оба за мной. Значит так, вы находитесь в мужском секторе интерната. Помимо него есть ещё женский и детский. В эти секторы интерната для вас вход закрыт. Предупреждаю сразу — у нас везде камеры и искин все ваши действия фиксирует. Бесполезно потом утверждать, что не совершал или что-то подобное.

— Там панель в комнате была, она работает? — спросил его.

— Работает.

— Она пароль требовала вчера?

— Получите позже.

Двери перед нами открылись, и мы вышли в большой холл. Он был заполнен детьми разных возрастов: от совсем маленьких, до нашего с Ори возраста и даже старше. С некоторыми мы вчера ехали вместе в броневике. Здесь же находилась старшая воспитатель.

— Внимание, воспитанники! — сказал Ардар. — Вчера нам со станции прислали двух новых ребят. Знакомьтесь — это Ори. Он прилетел к нам с другой станции и будет жить вместе с нами. Второго, — и он показал на меня, — зовут Отпуск, он к нам также прилетел с другой станции.

— Меня вообще-то Клим зовут, — поправил его. — Отпуск — это кличка.

— Почему тогда об этом? — он осёкся или передумал. — Может, ты нам тогда расскажешь, почему Отпуск?

Рассказывать всем о Лане и нашем знакомстве я совсем не собирался и, сжав зубы, выдал ему версию, придуманную и озвученную абордажниками Мстительного.

— Потому что в длительный отпуск отправляю.

— У кого ещё есть вопросы к новеньким? — спросил Ардар, обращаясь ко всем.

— Возраст у них какой? — спросил кто-то из заднего ряда.

— Шестнадцать полных лет, — ответил Ори.

— Не знаю, — честно ответил следом за ним.

— Шестнадцать с половиной ему, — сказал Ардар.

— Он что, не знает, сколько ему лет? — с усмешкой послышалось из задних рядов.

— Он потерял память, но его возраст я озвучил. Ещё вопросы есть?

— За что он попал в полицию? — спросил женский голос из задних рядов.

Я посмотрел на Ардара, но он показал, что нужно отвечать.

— С торговцем поспорил на предмет того, кто из нас животное.

— А второй?

— Он ничего не делал. Его за компанию со мной забрали.

— И что стало с торговцем? — снова спросил женский голос из заднего ряда.

— Он признал свою ошибку.

После чего задумался о том, откуда здесь узнали, что мы вчера успели побывать в полиции. Когда туда привезли местных, мы уже вышли из полицейского участка и стояли недалеко от входа. Они не могли видеть того, что мы побывали там. О том, что мы там побывали, могли знать только двое, и это не воспитанники. Спрашивается, откуда тогда эта девочка знает? Умышленная провокация со стороны руководства? — и посмотрел на старшую воспитательницу. Она всё время следила за мной.

— А какое наказание вам будет за это? — спросил тот же женский голос.

— Никакого, мы были не виноваты и нас отпустили.

— Есть ещё вопросы к нашим новым воспитанникам? — спросил Ардар.

Вопросов больше не последовало, но все с интересом разглядывали нас.

— Раз нет новых вопросов, идём на завтрак, — сказал Ардар, и все стали расходиться. — Вы двое, следуйте за мной.

К нам присоединилась старшая воспитатель, и они нас повели по другому коридору.

— Ты подожди здесь, а ты заходи в кабинет, — сказал Ардар, и втроём они зашли в кабинет, а я остался в коридоре.

Подошёл к двери и прочитал табличку на двери «Ардар — руководитель флотского интерната». На соседней двери значилась табличка «Тея — старший воспитатель флотского интерната». На следующей двери «Сорел — заместитель руководителя по хозяйственной части».

— Привет, — услышал за спиной.

Обернувшись, я обнаружил кудрявую девочку лет пяти-семи. Она наматывала на палец кудряшку и с интересом смотрела на меня.

— Привет, красавица.

— Меня зовут Кира, — сказала она.

— Я Клим, новенький здесь.

— Видела тебя на общем сборе. А правда, что ты гроза пиратов?

— С чего ты это взяла?

— А они вчера ругались, а я случайно подслушала.

— Кто ругались?

— Тея с Ардаром.

— Ты ведь мне расскажешь по секрету и на ушко, о чём они ругались? — после сего взял её на руки. Девочка была совсем не против поболтать. — Ну так что они не поделили вчера?

— Тея говорила, что подросток не может уничтожить восемь пиратов, а Ардар говорил, что это не аргумент, и просто так флот к награде не будет представлять.

— И кто победил в их споре?

— Не знаю, я спать захотела и ушла к себе.

— Жаль.

— А пираты страшные?

— Не очень.

— Расскажи, как это было.

— Это случайно произошло, они стреляли в нас, мы стреляли в них, так и получилось. Мы держали оборону около одного прохода на корабле, а они лезли и лезли.

— А ещё они говорили, что тебя там ранили.

— Ранили.

— А покажи ранение?

— Смотри, — немного расстегнул комбинезон и показал место ранения. После капсулы это место было заклеено лентой крест-накрест.

— Значит, точно воевал!

— А ты сомневалась во мне?

— Нет, но небольшие сомнения у меня всё-таки были.

— Надеюсь, я развеял все твои сомнения. Теперь расскажи мне об интернате.

После чего понял, что попал. Она мне со всеми подробностями рассказала, кто здесь с кем дружит и кто с кем в ссоре. Хотя я и не понял почти ничего из того, что она мне рассказывала, потому что не знал никого из тех, о ком она рассказывала, но быстро понял, что здесь есть несколько разных групп, которые не любят друг друга. Под конец рассказа она спросила:

— А твой приятель тоже воевал с тобой?

— Нет, он с шахтерской станции, но на них там тоже напали пираты.

В этот момент дверь кабинета открылась, оттуда вышел Ори и за ним следом Тея. Она сразу хмуро посмотрела на меня.

— Тебе кто ребенка разрешил брать на руки?

— Кира была не против и так нам удобнее разговаривать. Так ведь Кира?

— Да, — подтвердила Кира. — Мы с Климом просто болтали.

— Поставь её на пол и заходи в кабинет. Ори, ты жди здесь. Кира, отправляйся к себе в комнату, — сказала Тея.

Кира сделала вид, что уходит, но маленькая шпионка явно нацелилась поболтать ещё и с Ори. Сам я зашёл внутрь.

— Присаживайся, — сказал Ардар и показал на кресло перед его столом.

Тея подошла и села в другое кресло рядом с ним.

— Расскажи нам о себе, — сказал Ардар.

— А нечего рассказывать, я ничего о себе не помню, а остальное есть в досье флота, которое вы получили.

— Совсем ничего не помнишь?

— Совсем. Медик на корабле сказала, что аграфы мне стёрли память.

— А при чём здесь аграфы?

— Так я был на их станции раньше.

— А как ты там оказался?

— Без понятия.

— Ну что-то ты должен помнить. Своё имя ты ведь вспомнил. Третий? Почему третий, а не второй или первый? — спросила Тея.

— Однажды я видел сон, и во сне меня так называли.

— А что было во сне?

— Когда проснулся, уже не помнил, о чём был сон. Вспомнил только это и решил, что буду совсем не против, если это будет моим именем.

— Не можешь ты не помнить, как оказался на станции, — с явным убеждением сказала Тея.

— Тем не менее я этого не помню.

— А что ты самое первое помнишь?

— Пришёл в себя, рядом двое. Позже выяснилось, что они пираты и захватили станцию. Мне удалось сбежать от них. После в системе появился Мстительный, и пираты оттуда сбежали, но как позже выяснилось ненадолго. Впрочем, я уверен, что это всё есть в досье, которое вы получили.

— Как раз вот этого в нём ничего.

— Там не было ничего интересного и рассказывать не о чем.

— А почему ты ничего не рассказал про креатку? — спросила Тея.

— Это личное и вас никак не касается.

— Ещё как касается, нам только разборок с креатами не хватает для полноты ощущений, у нас здесь и без них разборок хватает.

— Не будет никаких разборок, она улетела.

— Тея, не дави на парня, ему и так досталось, — сказал Ардар. — Скажи мне лучше, ты разбираешься в оружии?

— Не знаю.

— Что это? — и он выложил на стол оружие.

— Бластер.

— А это что? — он выложил ещё одно.

— Игольник.

— Марку и модель бластера можешь сказать?

— Вальвекс-209.

— Отлично. А разобрать и собрать сможешь? — и он мне пододвинул его.

— Не знаю.

— А ты попробуй.

Взял его в руки и сразу обнаружил, что батареи нет на месте. Покрутил его в руках.

— Нет, не знаю, не могу, — и вернул бластер ему.

— А вот это знаешь что? — он встал и открыл сейф, из него он достал очередное оружие.

— Винтовка для стрельбы иглами.

— Марка, модель?

— Ирис Вальдера-609.

— Отлично, вижу, ты в оружии разбираешься. Вот только есть проблема.

— Какая?

— База по оружию, которая у тебя установлена, во-первых, не ставится кому попало. Во-вторых, для её установки требуется нейросеть, а у тебя её нет, как и следов её установки.

— А что такое база?

Глава 9

— Блок знаний или база знаний по оружию. У тебя стоит флотская. Простым разумным её не продают, а на флоте её устанавливают практически всем сразу после подписания контракта.

— Ты хочешь сказать, что мне на флоте установили эту базу знаний? А зачем?

— Твоим создателям виднее.

— В смысле создателям?

— Тем, кто тебя создал.

— Ничего не понимаю, что значит «создал»?

— Не в курсе, что за эксперимент флот проводит, но здесь тебе точно не место. Здесь обычные дети живут, и они могут пострадать из-за тебя.

— Не знаю, что вы навыдумывали себе обо мне, но вы сильно ошибаетесь. Никакого отношения к флоту я не имею.

— Знаешь, я отслужил два контракта на флоте и многое повидал там, но ни за что не поверю, что неподготовленный подросток может уничтожить почти половину пиратского взвода. Вся твоя легенда шита белыми нитками, и ты сразу же попался на элементарной проверке. Вот этой винтовки нет в гражданской базе, она есть только во флотской, — и он показал на сейф.

— Ну и что? От меня ты что хочешь? Ну установили мне эту флотскую базу и меня не поставили в известность об этом. Не знаю где, на корабле или на станции, но я-то здесь при чём? Ты ведь сам только что сказал, что её всем на флоте устанавливают.

— А как тебе её установили?

— Я понятия не имею, как их устанавливают. Я дикий вообще-то. Посмотри в досье.

— Всё это досье на тебя — полная липа. Не был ты ни на каком корабле и награда у тебя липовая.

— Хорошо, не был, и что ты от меня хочешь?

— Правду, зачем ты здесь?

— Правда заключается в том, что я не помню кто я, и как оказался здесь в вашем мире. Мне на ваш интернат глубоко наплевать, я сюда не просился, так что иди и разбирайся с СБ флота, которое меня сюда направило. Лично мне совершенно всё равно, в каком интернате жить, и вообще я жрать хочу, вторые сутки ничего не жравши. И вообще не зли меня, не советую.

— Пробовал я разбираться, — ответил он после паузы и, понизив тон, продолжил. — Командование флотом категорически отказывается тебя куда-то переводить.

— Тогда что ты от меня хочешь?

— Правду!

— Ты её услышал, но не хочешь в неё верить, но это уже не моя проблема. Больше я ни слова не скажу.

— Ладно, последний вопрос. Что за ремонт решили начать у нас, и как это связано с тобой?

— Обратись к медику, у тебя явные проблемы с головой. Судя по всему, служба на флоте сказывается. Ремонта он стал бояться.

— Вижу, что правды я от себя не дождусь. Очень жаль. Вот только зря ты думаешь, что у меня нет возможностей выяснить всё о тебе. Мстительный всё ещё на станции.

— Капитану и Садо привет передавай от меня. Не знаю, с кем ты хочешь пообщаться.

— Думаю, они в курсе твоей легенды, но вот только там есть мой воспитанник, и сейчас я всё узнаю о тебе.

— Вперёд.

Он связался с кем-то по нейросети.

— Ты узнал, что я тебя попросил? — спросил собеседника.

Мне было приятно смотреть на его вытягивающееся от удивления лицо, ведь он был уверен на сто процентов, что это всё липа, придуманная СБ.

— Вдвоём с ней?.. А где остальной экипаж находился?.. Ты сам видел разрушения?.. Чудеса какие-то… Весь экипаж представлен к наградам, и они в том числе? — он посмотрел на Тею. — Да, дела. Понял тебя. Не буду больше отвлекать.

Он посмотрел на Тею потом перевёл взгляд на меня.

— Ну что? Я там никогда не был? — спросил его.

— Скажу, что у тебя хорошая проработка легенды, и СБ просчитало, что я обращусь к своему воспитаннику.

В ответ я рассмеялся.

— Тебе точно нужно к медику, а то скоро черти начнут мерещиться за каждым углом.

— Что же, очень жаль, что мы так и не пришли к взаимопониманию.

— Надеюсь, теперь меня накормят.

— Тея, покажи им, где у нас что находится, и расскажи об установленных правилах.

— Следуй за мной! — сказала Тея.

Ори дожидался нас у кабинета, и мы вместе отправились осматривать местные достопримечательности.

— Значит так! — сказала Тея, подведя нас к пересечению нескольких коридоров. — Вот за этой дверью находится детское отделение. Вам туда нельзя. За этой дверью женское, вам тоже туда нельзя.

— А им к нам можно? — спросил Ори.

— Тоже нельзя.

— А можно сразу перейти к тому, где здесь кормят. Лично меня эти отделения вашего пансионата не интересуют от слова совсем.

— Потерпишь. Идём дальше.

— Ори, нас кормить здесь точно не будут. Придётся добывать пищу самим, — шепнул ему, но Тея услышала.

— Тебе лишь бы пожрать.

— А я и не скрываю. И вообще, на голодный желудок я плохо воспринимаю информацию.

— Идём дальше.

Она нас завела в небольшой закоулок и открыла одну из дверей. Внутри помещения вдоль боковых стен стояли умывальники, поблескивая чистотой, в отливах серебристого металла, из которого они сделаны.

— Здесь у нас мужской туалет и душевая, — сказала Тея.

— Отлично, мне сюда тоже нужно.

Передо мной было две двери, и пока она открыла рот, чтобы возразить, я уже заскочил в правую. Оказалось, что здесь находятся душевые. В двух или трёх кабинка кто-то принимал душ. Туалет оказался за другой дверью.

— Предупреждать нужно, что душевая женская! — заявил им, выйдя из душевой, и сразу скрылся за другой дверью.

— Чего⁈ — и по округлившимся глазам Теи и Ори я понял, что мне поверили.

Я умышленно долго торчал в туалете, пока Ори не зашёл и не позвал меня. Когда я появился, по сузившимся глазам Теи понял, что моя маленькая месть удалась. Я специально не торопясь помыл руки, после чего умылся. Всё это время она пыталась прожечь взглядом две дырки в моей спине.

— Я готов! Теперь можно на завтрак?

— Прошу! — по её взгляду я понял, что она что-то задумала в ответ. — Здесь у нас кладовка, — сказала она, открыв соседнюю дверь — Прошу, заходите.

— А у вас принято в кладовке кормить?

— Нет, но здесь у нас много интересного.

— Раз не кормят, значит, там не интересно.

— Ты отказываешься подчиняться старшему воспитателю?

— Нет конечно, просто мне там не интересно.

— Заходи!

— Придётся подчиниться, — тяжело вздохнув, зашёл внутрь.

Она подробно стала рассказывать о том, что хранится в данной кладовке. После чего мы перешли в соседнюю кладовку и изучили всё там так же подробно. На третьей кладовке я понял, что мой завтрак становится всё дальше и дальше от меня и такими темпами скоро превратится в лучшем случае в обед, а худшем — в ужин. Это находится в прямой зависимости от того, сколько кладовок есть в интернате. Нужно что-то делать!

Осмотревшись, заметил на полу маленького дроида. Вчера три таких бегали около женщины, что привела нас в комнаты. Сделав шаг сторону, взял и одной ногой наступил на него, но ничего не произошло. После чего встал весь на него. Снова ничего не произошло. Вот зараза! И озадаченно почесал затылок.

— Что ты делаешь? — совсем тихо спросил Ори, внимательно наблюдавший за моими действиями.

Посмотрел на Тею, которая сама себе что-то рассказывала спиной к нам.

— Заканчиваю это занудство, а то мы так голодными останемся.

— Мы так точно останемся.

— Не переживай, я не таких голодомучельниц доставал.

— Вчера ты был точно в ударе. Думал, он тебя пристрелит.

— Не пристрелил же.

— А почему ты сказал, что там женская душевая?

— Нужно было отвлечь нашу голодомучетительницу. Что, поверила?

— Конечно, она всю душевую обыскала и кроме трёх парней в душевых кабинках никого не нашла, после чего тебе много хорошего пообещала.

— Значит, сработало. Как эту хреновину сломать? — и попытался попрыгать на ней.

— Не знаю.

— Всё равно сломаю!

Крепкая штуковина попалась! Внешне она напоминала трёхлучевую звезду, тогда я решил отломать что-то изнутри или одну из звёзд. Если весом сломать не получилось, значит сломаем по-другому и поднял её с пола. Внутри оказалось несколько валов с щетками. Хотел выломать один, но эта штука неожиданно включилась, и палец стало затягивать внутрь. С испуга я резко бросил её на пол, но сразу понял, что сейчас она грохнется об пол, и ничего лучше не придумал, чем пнуть её в воздухе.

От моего удара эта штука полетела в сторону, ударилась о стену, срикошетила от стены и грохнулась прямо перед Теей на какой-то непонятный агрегат, о котором она как раз рассказывала сама себе. После чего эта звезда ожила и попыталась уползти от этого агрегата, но агрегат тоже проснулся и решил не отпускать жертву. Закрутились валы у него и эту звезду стало затягивать внутрь. Тея, увидев это, попыталась отнять у аппарата эту звезду. Она схватилась за один из лучей и попыталась вытащить её обратно, вот только аппарат был неумолим, и победа в схватке досталась ему. Он благополучно утащил звезду внутрь. Сам я сильно удивился, как так у меня получилось.

— И что сейчас это было? — спросила Тея грозно, развернувшись к нам лицом, и посмотрела на меня.

— Вам честно ответить? — спросил её.

— Предельно честно!

— Этот аппарат вас сделал! Вы проиграли ему эту схватку.

— Я спрашиваю, как этот дроид оказался в утилизаторе?

— Ну как, вы проиграли схватку утилизатору, вот он и оказался в нём.

— Ты дурака из себя не строй! Как он оказался на утилизаторе?

— А я откуда это могу знать? Я что, похож на специалиста по дроидам? Лежал себе, лежал, потом как прыгнет на стену, от стены отскочил и прыгнул дальше.

— И ты к этому совсем не причастен?

— Нет конечно, я понятия не имею, что это за штука.

— А ты что можешь сказать? — обратилась она к Ори.

— Ничего. Я не видел, что произошло, я внимательно слушал и смотрел за вами, — ответил Ори.

— Всё с вами понятно.

— Не переживайте вы так. Давайте ещё что-нибудь туда засунем, а потом вы попробуете это отнять у утилизатора, — с совершенно серьезным видом предложил ей.

— Тебя бы туда засунуть, но боюсь, он сразу заблокируется.

— Полностью согласен с вами, старший воспитатель, а в других кладовках у вас ещё есть утилизаторы? Я тоже хочу попробовать у него что-то отнять. Это очень увлекательно. Жаль я не успел поспорить с Ори.

— Нет у нас больше кладовок! Идём дальше! — ответила она со сталью в голосе.

— Жаль, вы так не переживайте, мы никому не расскажем о том, что вы проиграли схватку утилизатору.

Я услышал, как она заскрипела зубами, когда пошла на выход, а мы с Ори переглянулись. Оба с трудом сдерживались, чтобы не рассмеяться. Ори, разумеется, прекрасно видел, что произошло на самом деле. Сам я совсем не ожидал и не планировал, что так получится.

Тея нас повела в совсем другое место. Там оказался спортзал. Несколько парней и девушек играли в неизвестную мне игру. Он имела что-то общее с баскетболом, и в то же время сильно отличалась от него. Играли также две команды с мячом, но корзин, куда забрасывать мяч, не было. Вместо корзины, как в баскетболе, у каждой команды было три дыры. Вот в эти три дыры противника и нужно попасть мячом. После попадания, мяч засасывало внутрь, и он выпадал уже в самом центре зала, где его уже поджидали обе команды и сразу начиналась борьба за него. При этом автоматическое табло считало очки у каждой команды. Судя по всему, судья у них — местный искин, потому что голос сверху всё время свистел и сообщал о нарушениях.

Тея нас подвела к площадке, на которой они играли. Немного понаблюдала вместе с нами и спросила:

— Нравится? Хотите поиграть? — неожиданно предложила нам.

— Нет, — ответил я сразу за обоих. — Мы на голодный желудок не играем.

— Тогда пойдёмте дальше. Здесь у нас находятся силовые тренажёры. Вы можете позаниматься на них.

Недалеко от игровой площадки обнаружилось больше десятка силовых агрегатов.

— Мне медик запретила любую физическую нагрузку в ближайшие две недели и Ори тоже.

— Это почему?

— Я не разбираюсь в этом, но медики так сказали.

— Разберёмся, — и она вывела нас из зала.

— Разбирайтесь, мне самому интересно.

Мы снова пошли в другое место. Вообще я понял, что здесь интернат состоит из многих непонятных закоулков и сильно напоминает лабиринт.

— Тея, а почему здесь нигде нет окон?

— Потому что интернат находимся на минус первом этаже здания.

— А я хотел попросить комнату с окном.

— Вот мы и пришли, здесь находится наш обучающий центр, заходим по одному. Отпуск, ты первый.

Я подошёл к двери и остановился.

— А почему там темно?

— Заходи, как только зайдёшь, так сразу свет включится.

— Как-то подозрительно.

— Заходи или боишься?

— Не боюсь.

— Тогда вперёд.

Я осторожно сделал шаг вперёд и за мной сразу закрылась дверь.

— Тея, у вас здесь свет не работает. Темно как…

Договорить я не успел, что-то пролетело у моего уха. Причём я ничего не видел, а скорее почувствовал и сместился. Почти сразу что-то вскользь ударило по ноге. Одновременно полетело что-то сзади и ударило в спину. Отлетев от удара вперёд, ушел от бокового удара и сместился вбок. Почти сразу прилетело туда, куда я смещался. Я понял — главное не стоять на месте, а постоянно перемещаться. Вскоре вполне освоился, видимо, глаза привыкли к темноте, и стал без проблем уклоняться от прилетающих штук. Они напоминали палки, вылетающие из стен, с резиновыми набалдашниками на концах. Неожиданно всё закончилось и дверь открылась, ослепив меня ярким светом. Пришлось прикрыть глаза рукой.

— Ну и как тебе наш тренажёр? — услышал с усмешкой голос Теи, в нём прямо сквозила еле сдерживаемая радость.

— Классный тренажёр, но почему так мало? — ответил ей и услышал, как у неё упала челюсть на пол. — А можно продолжить?

— Нет! — ответила она со злостью — Выходи оттуда!

— Может, всё-таки я ещё там побуду? Мне понравилось, — сказал ей, выйдя оттуда. При этом она осматривала меня всего с ног до головы.

— В следующий раз мы специально приготовим его для тебя, а пока, к сожалению, не получится, у нас этот тренажёр быстро перегревается.

— Жаль. Ну как остынет, я всегда готов его посетить.

— Посетишь, не переживай. Пойдёмте дальше.

Следующим пунктом нашей экскурсии оказался гараж. Со вчерашнего дня там ничего не изменилось.

— Вот здесь находится наш транспорт — автобус и броневик. Иногда мы на них выезжаем отдохнуть на природу.

После чего начался подробный рассказ о том, куда они на нём ездили раньше, и я сразу понял, что это надолго. Значит, план Б. Хотя у меня и плана А не было. Осмотрел броневик в поисках того, что можно бы сломать. К сожалению, здесь сломать нечего. Всё уже было сломано до меня. Тогда я переключился на автобус и мой взгляд сразу нашёл, что сломать.

— Отпуск, куда ты всё время смотришь? — спросила Тея, обнаружив, что смотрю по сторонам.

— Утилизатор ищу.

— Здесь его нет.

— Жаль, этому старому хламу давно место в утилизаторе.

— А ты стал разбираться в технике?

— Я не разбираюсь в технике, но здесь не нужно быть специалистом, чтобы понять, что этот хлам разваливается на ходу, — и пнул по колесу. Датчик или камера, закрепленная на борту автобуса на небольшой ножке, которую я почти полностью срезал лазерным скальпелем, взяла и отвалилась.

— Ну, что я говорил — разваливается! Даже не на ходу.

Она подошла и подняла отвалившийся датчик.

— И как ты это сделал? — спросила она, рассматривая разрез.

— Силой мысли. Вы ведь видели, я находился в совсем другом месте.

— Я знаю, что это сделал ты.

— Это сделала коррозия и старость. Хотите ещё раз пну? Проверим, что у него на этот раз отвалится.

— Стоять! Не смей до него дотрагиваться!

— Ну, нет так нет. Не очень и хотелось, а давайте броневик проверим?

— Не смей к броневику прикасаться! Идём дальше!

— Не очень и хотелось.

На выходе я подмигнул Ори. Потому что он тоже ничего не понимал.

— Как ты это сделал? — спросил он, когда мы от неё немного отстали.

— Ловкость рук и никакого мошенничества.

— Ты её точно доведёшь и нас сегодня не накормят.

— Спокойно, скоро она сдастся.

Глава 10

— Сильно сомневаюсь.

— Вы что отстали? — спросила Тея, заметив, что мы общаемся. — О чём вы шепчись?

— Думаем, как у вас ориентироваться, чтобы не заблудиться. У вас не интернат, а лабиринт какой-то. Потом окажешься где-нибудь не там и вы будете утверждать, что виноват.

— Это ты куда собрался?

— Ну как куда? Туда, где у вас кормят, а вы что подумали?

— Да так.

— Может, вы нам покажете туда дорогу, а то я ничего не гарантирую. Предупреждаю сразу, могу перепутать двери и оказаться не в том месте.

— Я вот никак не пойму, ты такой есть или так притворяешься?

— Разумеется притворяюсь, и вообще я классный парень.

— Издеваешься?

— Ну что вы, как я могу издеваться над старшим воспитателем? Вот вчера я издевался над лейтенантом, так он даже оружие забыл в полицейском участке. Вы случайно ничего не забыли?

— Ох и тяжело же тебе придётся у нас.

— А я трудности люблю. Мне вот интересно, много вы зарабатываете, экономя на завтраках воспитанников?

— Своей смертью ты точно не умрешь! — сказала она, скрипя зубами, чем ещё сильнее укрепила моё подозрение, что весь утренний разговор со мной и вся эта экскурсия сводится к одному вопросу, который мне сразу показался странным, но который их явно взволновал.

— Да пираты пробовали уже. Вам рассказать, что с ними произошло?

— Я в курсе твоей легенды.

— Очень рад, что она вам нравится.

Мы снова немного поплутали по коридору и вышли в какой-то тупик.

— Здесь у нас находится учебный тренажерный класс, — сказала она, но дверь не открывала.

— Такой страшный, что стыдно показать?

— Ты заходишь первым, — и она посмотрела на меня.

— Вот всегда так, чуть что, и я первый.

— Только не говори, что испугался…

— Нет.

— Тогда вперёд.

Глава 11

Она открыла дверь. Света внутри не оказалось, но я смело шагнул вперёд, и сразу за мной закрылась дверь. Одновременно с дверью я приготовился, что мне что-то прилетит, но впереди кто-то негромко хрюкнул и потом сказал «ой». Я понял, что здесь будет какая-то другая подлянка и весь обратился в слух, готовясь в любой момент отскочить от места, где стоял, вот только ничего не происходило. Так продолжалось какое-то время, пока впереди не замигали цветные огоньки, и за ними следом включилась панель. После чего в помещении включился свет. Стало видно тренажёры и детей, которые за ними сидели. Все они довольно улыбались.

— Что, страшно? — услышал я сзади голос Теи.

— Чего я здесь должен бояться?

— Это наш обучающий класс. Здесь на тренажерах учатся управлению.

— Управлению чего?

— Различной техникой.

— А мне можно попробовать?

— Нет, все тренажёры расписаны по времени, и ты уже слишком большой для них.

— Жаль.

— Идём дальше.

Последним пунктом нашей экскурсии оказался холл, где мы с утра бы и отвечали на вопросы остальных воспитанников.

— Это у нас холл, — сказала Тая, — где мы каждое утро в одно и то же время собираемся все вместе и проверяем всех. Отсутствие на утренней проверке означает, что вы сбежали или пропали. После чего все данные о вас передаются в местную полицию, и она начинает ваш розыск.

— Видел я вашу полицию, эти непременно всех найдут.

— Другой полиции у нас нет.

— Так, а где здесь выход отсюда?

— Уже передумал и решил вернуться на станцию?

— Нет конечно, так легко от меня вы не избавитесь.

— Очень жаль.

— Так где выход вы сказали?

— Выход у нас там, но помнишь, что я сказала про утреннюю проверку?

— Ори, я тебе с самого начала говорил, что это развод, кормить нас здесь не будут. Пойдём, нужно добывать себе пропитание. У меня на примете даже один кандидат есть.

— Стоять! Я не сказала, что вы можете выходить на улицу!

— Дамочка, меня даже в тюрьме СБ кормили, там давали какие-то синтетические кубики, отвратительные по вкусу, а здесь второй день голодом морят. За них я лейтенанту СБ, который нас сопровождал, фингал поставил. Голодный — я зверею.

— Как-то в это верится с трудом.

— Можете сами с ним связаться и спросить. Заодно и привет от меня передадите.

— Непременно. Следуйте за мной.

Помещение оказалось соседним и всё свободное пространство в нём было заставлено столами и стульями. Здесь же находились три пищевых синтезатора. Из воспитанников в помещении уже никого не оказалось, все давно позавтракали и разошлись по своим делам.

— Пользоваться пищевым синтезатором умеете? — спросила Тея.

— Приходилось пользоваться на корабле, а что?

— Тогда сами разберётесь, — и она вышла из помещения.

Мы с Ори переглянулись и, не говоря ни слова, оба заказали по двойной порции.

— Слушай, чего они тебя так долго держали в кабинете?

— Не поверишь, устроили мне допрос. Утверждают, что я не воевал, и устроили мне проверку. У них кто-то из воспитанников сейчас оказался на Мстительном, вот они и связывались с ним. Разумеется, тот всё подтвердил, но они всё равно не поверили.

— А почему не верят?

— Что у них в головах творится, я без понятия. Скажи, тебя вчера закрывали в комнате?

— Вначале нет, я сходил до душевой и вернулся, а когда собрался сходить покушать, выяснилось, что заперт.

— Меня сразу заперли.

Дверь помещение приоткрылась, появилась кудрявая голова Киры, и мы сразу замолчали. Голова посмотрела по сторонам и появилась целиком. Вскоре Кира уже устраивалась на соседнем стуле.

— Клим, как вам наш интернат?

— Жить можно.

— А правда, что ты прилетел с аграфской станции?

— Правда.

— А какие они — аграфы?

— Высокие и худые. В целом, на нас похожи, но отличаются ушами.

— А креаты?

— Этих не знаю, не встречал.

— А сказали, что у тебя подружка была креатка.

— Кто сказал?

— Ардар.

— Он ошибся.

— Жаль, любопытно на неё посмотреть.

— Посмотри в сети.

— Так не интересно. Интересно в живую.

— А ты видел живых аграфок? — спросил Ори.

— Видел, но не близко, когда их пираты уводили на корабль.

— И что с ними стало?

— Без понятия, наверно, находятся где-то у пиратов.

— А аграфов они не забрали?

— Аграфов тоже забрали. После пиратов на станции не осталось ни одного аграфа.

— Остальных оставили?

— Не успели забрать. В системе появился тяжёлый крейсер Мстительный, и пираты сбежали со станции, бросив даже своих. Их потом отлавливали по всей станции.

— И ты тоже в этом участвовал? — спросила Кира.

— В какой-то степени можно сказать, что тоже участвовал.

— Это как? Расскажи!

— Маленькая ты пока. Вот подрастёшь, тогда расскажу.

— Я не маленькая и на тебя обиделась! — она демонстративно отвернулась.

— И чем всё закончилось? — спросил Ори.

— Отловили всех и передали абордажникам Мстительного.

— А много поймали? — тут же спросила Кира.

— Ты ведь на меня обиделась?

— Обиделась.

— Мы, можно сказать, отловили троих. Теперь ты больше на меня не обижаешься?

— Обижаюсь, но не так сильно.

— Ты ведь об этом не расскажешь Тее и Ардару?

— А что мне за это будет?

— Если расскажешь, я на тебя обижусь.

— Обижайся, я на тебя тоже обиделась, — она показала язык и ушла из помещения.

— А почему ты сказал, что был не знаком с креаткой? Я же видел тебя с ней.

— Специально, чтобы больше всё запутать. Киру к нам прислали, чтобы она побольше узнала обо мне. И вообще использовать ребёнка в своих интересах гнусно! — последнюю фразу я специально громко произнёс, смотря в камеру наблюдения.

Сходил и заказал себе одну порцию завтрака.

— Как только в тебя столько влазит?

— Не знаю, давно есть хочу. После капсулы почему-то особенно сильно хочется есть.

— Не удивительно, тебя лечили двое суток.

Я прикончил третью порцию завтрака и, прихватив с собой ещё одну порцию, отправился на выход. Ори подумал и тоже прихватил себе еды.

— Думаешь, кормить здесь плохо будут? — спросил он у выхода.

— Не знаю, но проверять это я не хочу.

За дверью нас поджидал сюрприз в виде Теи.

— Вы куда? — спросила она.

— К себе в комнату собирались или у нас снова экскурсия?

— Еду выносить из интерната категорически запрещено.

— Ты забыла, что нам запрещено выходить из интерната даже без еды?

— Не забыла. Вы сейчас идёте за мной.

— А мы что, ещё не везде побывали? Впрочем, теперь я готов, и вы можете продолжать водить нас по самым злачным местам интерната.

— Следуем за мной.

Пришлось идти. Впрочем, недалеко. Она нас завела в очередное помещение. Оно было совсем небольшим, и в нём нас ожидала другая женщина.

— Вот они, — сказала Тея.

— А что, это не могло подождать до вечера? Я из-за вас потеряла клиента, и вы мне теперь должны! — ответила ей вторая женщина.

— Интернат тебе платит. Так что приступай!

— Мы так не договаривались!

— Разговаривай об этом с Ардаром, но не здесь и не при воспитанниках.

— Залезайте! — сказала медик и открылись крышки двух медицинских капсул, установленных в помещении.

— Э-э, нет, я только оттуда, хватит с меня капсул.

— Залезай! — потребовала Тея. — Обязательный осмотр обязаны пройти все воспитанники!

— Нет! Это мне решать, и я туда не полезу!

— Будет нужно, мы тебя туда силой уложим!

— Попробуй.

— Парень, обещаю, я ничего не буду с тобой делать, — сказала медик. — Это быстро, я сверю данные и всё, мне самой бежать нужно.

— Это точно?

— Точнее некуда. Раздевайся быстрее, я тороплюсь.

— Ладно тогда.

Ори собирался раздеться, но тоже что-то тянул.

— А она должна находиться здесь, когда мы будем раздеваться? — спросил у медика и показал на Тею.

— Он точно издевается, — фыркнула Тея и вышла из помещения.

После чего мы разделись и легли в капсулы.

— Что у тебя за медицинская лента на груди? — спросила медик.

— Ранение.

— Посмотрим.

И крышка закрылась. Когда крышка открылась, я услышал:

— Нет у него никакой нейросети и никогда не было. Ему рано её устанавливать!

— И никаких следов установки?

— Ты меня не слышишь, что ли? Нет у него никаких следов.

— Вот тебе моё заключение. Всё. Я ушла. Счёт за услуги пришлю позже.

— Вылезай оттуда, парень, — сказала она в мой адрес.

— Она здесь, а я не одет.

— Она и так тебя уже осмотрела всего.

— Я так и думал, что она любит за нами подглядывать, сегодня в душевой за парнями подглядывала.

— Чего? — Тея покраснела, впрочем, почти сразу взяла в руки. — А что по ране?

— Это не имитация. У него было тяжёлое ранение. Я всё написала в заключении. Выведи меня отсюда.

Они ушли, а я вместе с Ори выбрался и оделся.

— Похоже, у нас проблемы.

— О чём ты? — спросил Ори.

— Позже поговорим.

Мы долго ждали Тею около комнаты, но она не появлялась, и мы отправились к себе в комнаты.

— Нам нужно в душевую. Мы грязные, — сказал Ори по дороге.

Ори в ответ только кивнул. Каждый принял душ, после чего собрались в одной душевой кабинке при включенном душе.

— Что происходит? — спросил Ори.

— Думаю, у нас проблемы.

— Какие?

— Серьёзные.

— Не знаю, что за дела у них здесь творятся, но нас приняли совсем не за тех.

— О чём ты?

— Тебя в кабинете спрашивали про ремонт?

— Да. Я ответил, что ничего об этом не знаю.

— Меня тоже. Думаю, они нас принимают за проверяющих от флота. Вроде как ты проверяющий, а я твоё силовое прикрытие.

— Это же полный бред.

— Понимаю, но ничем другим не могу объяснить такую паранойю по отношению к нам. Помнишь я тебя спросил про то, закрывали тебя или нет?

— Помню.

— Так вот, я думаю, нас не просто так закрыли. Скорей всего, что-то вывезли отсюда, пока мы находились под замком.

— Да, но мы никакого отношения к флоту не имеем? Нужно поговорить с ними.

— Сходи поговори. Думаешь, тебе кто-то поверит?

— Почему бы и нет?

— Потому что они уверены в том, что мы агенты флота. Вот только доказать они ничего не могут, и это их сильно пугает. Даже медика нашли, чтобы подтвердить их подозрения. Кто знает, что они здесь за дела проворачивают.

— Думаешь, бесполезно с ними договариваться?

— О чём ты хочешь с ними договариваться? Они своему воспитаннику не поверили, а ты для них никто. Думаешь, тебе поверят?

— А что ты предлагаешь?

— Предлагаю держаться вместе. Скоро начнётся ремонт, уверен, до него они ничего не станут предпринимать, а дальше видно будет. Главное держись естественно и не подавай виду, что мы поняли, что здесь что-то не чисто. Да и в сети осторожно поройся, что об этом интернате пишут. Хотелось бы понять, с чем мы здесь можем столкнуться.

— Сделаю.

— Главное никому об этом ни слова. Помни — мы здесь чужаки и здесь везде камер натыкано.

— Понял.

— Тогда выходи. Я выйду немного позже.

Оделся, открыл дверь из душевой и сразу остановился. Около двери находился Ори и рядом с ним пятеро местных воспитанников. Они перекрыли проход.

— Ори, у нас проблемы? — сделав акцент на слове «нас».

— Пока не понял, — ответил он.

Я осмотрел подростков, вчера четверо из них ехали вместе с нами на броневике из полиции. Все примерно нашего возраста.

— Какие проблемы, парни?

— Да нам сообщили, что ты всем рассказываешь сказки о том, что воевал на флоте, — сказал парень которого Ардар назвал в броневике Маниром.

— И что?

— Вот мы и пришли выяснить, так это или нет.

— Можешь считать, что это сказки.

— Тогда почему ты всем говоришь, что воевал?

— Покажи конкретно, кому я об этом говорил?

— Это неважно.

— Тогда отошёл с моей дороги.

— Ты болтун и сказочник! — и попытался меня ударить.

Его удар я уже ждал и сблокировал. Мой встречный контрудар попал ему в солнечное сплетение, после чего я помог ему и приложил его головой о металлический умывальник. От встречи с его головой на умывальнике появилась приличного размера вмятина, а мой противник оказался на полу в отключке.

— Ну что, кто-то из вас ещё хочет что-то прояснить?

Желающих не нашлось, и мы с Ори без проблем покинули душевые.

— Быстро ты с ним разобрался, — сказал Ори в кабинете.

— Их специально прислали. Он даже нормальный повод для драки придумать не мог. Я его ещё вчера запомнил, когда нас везли сюда.

— Я тоже.

— Ты случайно не разбираешься в базах и нейросетях?

— Немного.

— Скажи, как можно установить базу знаний без нейросети?

— Никак вроде.

— Это точно?

— Вроде точно.

— Можешь выяснить в сети?

— Выясню.

* * *

Утро началось у меня с того, что заиграла панель над головой. Достала — решил я для себя, повернулся на другой бок и продолжил спать дальше.

— Так-так! — услышал я сквозь сон и, открыв один глаз, посмотрел в сторону входной двери. Там стояла Тея. — Ты знаешь о том, что проспал утреннюю проверку?

— Можешь заявить о моей пропаже в полицию.

— Вставай, завтрак проспишь.

— У меня будет завтрак? Это что-то новенькое.

— Ну как знаешь, — она вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

— И что это сейчас было? — спросил сам себя. — А где уговоры и угрозы? Что-то странное здесь происходит. Ладно схожу на завтрак.

Вчера ужин прошёл без инцидентов. Одевшись, направился в местную столовую. Большинство воспитанников уже разошлись, когда я там появился. Ори тоже собирался уходить, но остался, заметив меня.

— Ты где потерялся? — спросил он, когда, заказав завтрак себе, устроился за столом.

— Проспал.

— Тебя Тея спрашивала.

— Она приходила ко мне.

— Что хотела?

— Не знаю, пришла, разбудила и ушла. Я сам удивился отсутствием очередной экскурсии.

— Меня с утра уже приглашали на беседу в кабинет.

— Вчерашней беседы им не хватило?

— Нет.

— И что хотели?

— О тебе расспрашивали.

— А ты что?

— Рассказал, что знаю, но их это явно не устроило.

— Об этом я тебе вчера и говорил.

— А тебя вчера не приглашали в кабинет после инцидента в душевой?

— Нет. Хотя, честно говоря, я его ожидал, но думаю, разговор ещё состоится. Ты выяснил, что я просил?

— Да, я тебе правильно сказал. Большинство баз не установить без нейросети. Исключение составляют совсем небольшие базы. Их вроде можно закачать с помощью медицинской капсулы или с помощью гипнограммы.

— А база по оружию большая?

— Они разные бывают, большинство большие.

— Специализированная флотская?

— Эта точно большая, а вот большинство гражданских баз — это урезанные варианты флотской базы.

— Тогда я сам уже ничего не понимаю.

— О чём ты сейчас?

— Ардар считает, что у меня установлена база по оружию, и не гражданская, а флотская. Интересно, как мне её установили?

— Ты считаешь, что это самая большая странность?

— А что, есть другие?

— Ну как тебе сказать. Ты считаешь нормальным, что у тебя на счету восемь пиратов?

— Да, а какая здесь проблема?

— Посмотри вокруг, думаешь, любой из нас сможет так, как ты?

— Ты знаешь, а меня не спрашивали, могу я или нет, и вообще я был против, но моё мнение никого не интересовало. Мало того я пытался сопротивляться, но меня на место за ногу притащили. Вдобавок у меня крутую пушку отобрали.

— И ты считаешь это нормальным?

— Нет конечно, они не имели права у меня отбирать мою пушку!

— Полностью согласен с тобой, но оружием разрешается пользоваться только с восемнадцати лет.

— Знаю. Вот это и обидно. Как пиратов отстреливать, так всё нормально, а так запрещено.

— Слушай, а почему ты сказал, что не шахтёр?

— Мама была диспетчером на станции, а не шахтёром.

— Что мы всё время обо мне, а ты чем занимался на станции?

— Всем понемногу. Большую часть времени торчал в сети.

— Повезло, у меня был планшет, но я его по собственной глупости отдал.

— А ты не пробовал панелью пользоваться, что расположена над головой?

— Пробовал, но она требует пароль.

— Думаю, нам скоро его дадут.

— Сильно сомневаюсь. Нас никуда не выпускают не просто так. Я сейчас видел, как после завтрака многие воспитанники выходили на улицу, но на нас, как я понимаю, это не распространяется.

— Здесь многие воспитанники утром уходят и возвращаются уже поздно вечером.

— А чем они занимаются?

— Не знаю. Вероятно, кто-то подрабатывает, а кто-то просто аппетит нагуливает.

— Подрабатывают? А что, можно?

— Официально нет.

— Тогда мне это не грозит. У меня здесь нет знакомых, а с моей историей меня никто не возьмёт.

— Тебе здесь кличку дали.

— Какую?

— Терминатор.

— Это после вчерашней душевой?

— Судя по всему, да.

— А тебе?

— Не знаю.

— А откуда узнал?

— Мелкая перед завтраком спросила, где твой приятель-терминатор. Передала, что на тебя по-прежнему обижена.

— Это я переживу.

— Говорят, что Манир до сих пор не может прийти в себя.

— Это хорошо, меньше будет желающих лезть к нам.

— Чем займёмся?

— Не знаю, как ты, а я думаю сходить на тренажёры.

— Тренажёры это не моё.

— А здесь нет других вариантов. Хотя Тея говорила, что можно с другими в игру поиграть, но мне эта игра не понравилась, не моё.

— Я тоже не люблю картбол, хотя на этой планете он популярен. Ребята, что вчера играли, участвуют в чемпионате Аланы. Я в сети видел.

— И как у них успехи?

— Средне, они в середине таблицы.

— Тогда чем займёшься?

— Пойду в сеть, почитаю.

В столовую зашёл Ардар, и мы замолчали.

— Как покушаешь, зайди ко мне, — сказал он и ушел.

— Похоже, по-вчерашнему.

— Тоже так думаю.

Ардар в кабинете ожидал меня вместе с Теей.

— Очередная экскурсия? — спросил его и посмотрел на Тею.

— Экскурсии вчера закончились. Догадываешься, почему я тебя вызвал?

— Сильно подозреваю, что вы решили разобраться с нездоровыми наклонностями старшего воспитателя. По секрету могу рассказать — она любит подглядывать за голыми мальчиками в душевой и медицинском кабинете.

Глава 12

— Вот что я тебе говорила. Он постоянно издевается!

— Ошибся, ты здесь совсем не поэтому поводу.

— Она вчера вчистую проиграла утилизатору, но я ей сразу предлагал провести второй раунд. У неё была возможность отыграться, но она сама отказалась.

— Нет, совсем не поэтому поводу.

— У меня, конечно, есть ещё пара вариантов, но не думаю, что вы бы не стали меня вызывать из-за такой ерунды.

— У тебя последняя попытка.

— У меня есть подозрение, что я ей нравлюсь!

— Размечтался! — фыркнула Тея.

— Вот видите, но я хочу вас сразу успокоить — мне она не интересна. Она даже близко не может сравниться в постели с креаткой.

— Чего? Да как смеешь! — возмутилась Тея.

— Тея, успокойся! Значит, у тебя с креаткой были сексуальные отношения?

— Вы вызвали меня, чтобы обсудить мои сексуальные пристрастия?

— Я тебя вызвал, чтобы разобраться с тем, что вчера произошло в душевой. Что произошло между тобой и Маниром?

— Собственно, ничего не произошло. Там было сыро, он поскользнулся и ударился головой об умывальник.

— И ты при этом совсем ни при чём?

— Нет конечно. Впрочем, там хватало свидетелей, и уверен, они дружно подтвердили, что он сам упал.

— И ты не приложил к этому никаких усилий?

— Я пытался ему помочь, но он выскользнул и приложился головой об умывальник. Мне очень жаль, что так получилось, и я не смог ему помочь.

— Ты посмотри, он сожалеет. Да это ты приложил его головой об умывальник, — возмутилась Тея.

— Тея, прекрати. Отпуск, здесь мы все знаем, что именно ты приложил его головой об умывальник. Мало того, что пострадал Манир, пострадало имущество интерната. Кто за это должен заплатить?

— Манир, разумеется, это его голова повредила умывальник, а лично я к умывальнику не прикасался.

— А кто повредил вчера автобус интерната и уничтожил дроида-уборщика?

— Ну, если бы Тея сильнее старалась, думаю, с дроидом было бы всё в порядке, а автобус у вас сам разваливается от старости. К этому я никакого отношения не имею.

— Чем ты обрезал датчик?

— К датчику я не прикасался, только пнул по колесу, и он отпал. Старый автобус у вас и уже на месте разваливается.

— Вижу, что правду ты говорить не хочешь. За это будешь наказан.

— Что, в угол поставите?

— Нет, отправишься в темную комнату.

— О, классно! Мне там понравилось.

— Видишь, он только издевается! — снова вмешалась до этого молчавшая Тея.

— В этот раз не будет классно. Тея, проводи его.

— Иди вперёд! — сказала Тея.

Тяжело вздохнув, пошёл на выход.

— Заходи, сейчас ты по-настоящему познакомишься с тёмной комнатой! — сказала Тея со злорадством, когда мы пришли.

— А вчера что было не по-настоящему? Кстати, а вчера меня за что наказали?

— За порчу имущества интерната!

— А сегодня повторно?

— Заходи.

Как только переступил через порог, за мной сразу захлопнулась дверь. Одновременно я сразу сместился и прилетевший в меня шомпол попытался поймать. К сожалению, у меня ничего не получилось, и он почти сразу убрался обратно, все последующие попытки также не увенчались успехом из-за увеличившейся скорости. Повезло мне только на пятый раз. Я смог его поймать и повиснуть на нём. Шомпол под тяжестью моего тела согнулся. После чего где-то в аппарате что-то захрустело, и почти сразу появился запах дыма. Ещё через несколько секунд шомпола перестали выскакивать из стен. Когда дверь открылась и внутрь заглянула Тея, я прыгал туда-обратно через погнутый шомпол.

— Тридцать один, тридцать два, тридцать три…

— Ты что сделал?..

— Ничего я не делал. Тренируюсь вот. Тридцать четыре…

— Ты же его сломал!

— Вот почему так? Чуть что так сразу я? Тридцать пять…

— Потому что это мог сделать только ты!

— Что, поломалась любимая игрушка? Понимаю и даже сочувствую, но ничем не могу помочь! А вообще тебе нужно быть аккуратнее с такими игрушками — может порвать.

— Чего? Да как смеешь! Да я тебя! Пошёл вон отсюда!

— Вначале запирают, а потом выгоняют. Обидно.

Я покинул помещение, услышав за спиной:

— Ардар, ты не поверишь, но он его сломал. Как-как⁈ Молча!

* * *

— Лейтенант, ты чего такой довольный? — спросил начальник СБ зашедшего к нему в кабинет лейтенанта. — У тебя, наверно, работы мало?

— Ну что вы, шеф, работы у меня в избытке, я и так ничего не успеваю.

— Тогда чего ты такой довольный?

— Шеф, я оказался прав. Мне прислали уже три просьбы о переводе Отпуска и второго от них в обычный интернат.

— Чего это вдруг?

— А я вам говорил, что он опасен.

— И что он сделал?

— Он за день успел уничтожить дроида-уборщика, сломать умывальник и автобус, а также избить подростка.

— А за что избил?

— Руководство интерната не поверило, что он участвовал в абордаже и решило его проверить. Подослало к нему подростков поговорить. Вот головой одного из них он и сломал умывальник. А сегодня его руководство отправило в качестве наказания в темную комнату, так он и её сломал.

— Не парень, а один талант. Подрастёт, нужно будет его начальником над тобой сделать.

— Чего?

Когда у лейтенанта задёргался левый глаз, начальник понял, что его шутка удалась.

— У тебя осталось совсем немного времени, чтобы ударно поработать и получить повышение.

— Шеф, я стараюсь.

— А нужно ещё больше стараться. Что ещё происходит в интернате?

— Да ничего интересного. Руководство интерната что-то подозревает, не более. Оно считает, что эта парочка — наши агенты.

— Искин интерната взломали?

— Конечно, мы видим и слышим всё, что происходит в интернате.

— Что внутри происходит нас мало интересует. Нужно контролировать все подходы к интернату, и как только братья там появятся, мы должны знать об этом.

— Шеф, всё будет, я под видом ремонта в интернате всё установлю.

— Подожди пока с ремонтом. Вроде группа преследования корпорации вышла на связь. Они идут по следу.

— Тогда как скажете, так я и начну. У меня всё готово, турели лежат на складе и готовы к установке.

— Пока просто установи камеры на дальних подходах к интернату, чтобы там никто незамеченным не проскочил, но ничего не предпринимай. Есть у меня подозрение, что корпорация мне не говорит всю правду. Скоро будет понятно. Отпуска и второго запрещаю куда-нибудь переводить.

— Понял, сделаю.

— Старайся, лейтенант, старайся. С учеными что?

— Вчера закончили погрузку оборудования на наш эсминец. Сегодня эсминец вместе с учёными вылетел на главную базу флота.

Начальник вспомнил Марика Аленоя. Как бы ни старался тот избавиться от учёных, а пришёл приказ от СБ флота и пришлось ему снова лететь вместе с ними. По дороге однозначно что-то произойдёт между ними. Впрочем, это уже не его проблема.

— Отлично, лейтенант, иди и работай. И присмотри за Отпуском, чтобы в интернате с ним и вторым ничего не произошло. Они нам нужны живыми и здоровыми.

— Шеф, ему это не требуется, там нужна защита интерната от него.

— Кстати, а какие базы установили ему?

— Никаких вроде.

— Как никакие? Он же дикий? Ты что закон забыл?

— Шеф, я закон помню, но я был в капсуле и не знаю, возможно, ему что-то установили в медицинской капсуле здесь или на крейсере.

— Сильно сомневаюсь. Значит, выяснишь, установили или нет, нужно обязательно установить все положенные базы по содружеству. В восемнадцать он станет гражданином Аратана.

— Сделаю.

Лейтенант вышел из кабинета и задумался. У начальника однозначно какие-то планы на этого парня. Он представил себе его в СБ и понял, что если с парнем до восемнадцатилетия что-то случится, это будет неплохой вариант.

* * *

— Отпуск, вставай! — услышал я сквозь сон.

— Тея, запиши меня уже навечно в потерявшихся и забудь обо мне.

— Вставай, кому говорю!

— Ну чего тебе не спится?

Я окончательно проснулся и посмотрел на неё. Теперь каждое утро она приходила и будила меня вместо будильника.

— Меня интересует, какие тебе базы устанавливали?

— Вот откуда я могу это знать? Я ведь дикий.

— Значит, тебе ничего не устанавливали?

— Понятия не имею.

— Может, на корабле или станции?

— Ничего мне не устанавливали. По крайней мере мне ничего об этом неизвестно.

— Жаль! — и она вышла из комнаты.

Вместо неё зашёл Ори.

— На завтрак? — спросил он.

— А у нас есть выбор? Пошли.

— Что, будит каждое утро?

— Да, считает это своей почётной обязанностью. Сегодня только какие-то глупые вопросы задавала.

— Какие?

— Устанавливали мне базы или нет. Вот откуда это я могу знать?

— Вообще-то всем подросткам в содружестве устанавливают базу о содружестве плюс к ним юридическая и финансовая база. Все базы бесплатные.

— Зачем? Тебе тоже устанавливали?

— Конечно. Первая база рассказывает об устройстве содружества и разумных, которые в ней живут. Она общеобразовательная. Вторая об основных законах, действующих в содружестве. Третья о финансах, что такое банк, кред и как пользоваться банковским счётом.

— Хорошие базы. Жаль мне ничего такого не установили.

— Вот она и спрашивала. В содружестве в десять лет всем устанавливают эти три базы.

— Значит, мне тоже должны их установить?

— Ты дикий, не знаю, распространяется на тебя это или нет.

— Видимо, придётся разбираться самому.

— Разберёшься, если что, спрашивай.

После завтрака мы разошлись. Ори отправился к себе, а я в спортзал. Заняться мне в интернате нечем, поэтому все три дня большую времени проводил на силовых тренажёрах практически в полном одиночестве. Изредка мне составляли компанию игроки в картбол. Они на тренажёрах выполняли программы, которые им задавал искин, и уходили. Никто из них не горел желанием со мной пообщаться, хотя я и периодический ловил их изучающие взгляды. Уже заканчивал и собирался идти к себе комнату, когда появилась Тея.

— Пойдём со мной, — позвала она.

— Что, темную комнату починили?

— Как только починим, ты первый узнаешь об этом.

Мы снова пришли в медицинский кабинет. В нём находилась знакомая медик и Манир, только покинувший капсулу. Он с ненавистью посмотрел на меня.

— Ничего не хочешь сказать ему? Например, извиниться? — спросила Тея.

— Манир, ты извини меня. Дело в том, что я тогда был в хорошем настроении, а вот если бы был в плохом, я бы твоей башкой все мойки пересчитал. Ты ведь не обижаешься на меня за это?

— Нет конечно, но мы обязательно ещё встретимся.

— Буду с нетерпением ждать нашей новой встречи.

— Не сомневайся, она скоро состоится, — после чего вышел из медицинского кабинета.

— Значит, это ты его? — спросила медик.

— Я не специально, так получилось. Он очень неуклюжий порой.

— Заметно. Тея, что ты ещё хотела?

— Нужно ему три стартовые базы установить.

— Ему? А у него что, не установлены?

— Нет, он дикий.

— Вот это сюрприз. Сейчас посмотрю. Да, точно лимиты, пока не получится.

— Почему?

— Компания Нейросеть порезала у меня лимиты на этот месяц. Установлю базу без проблем, но только в следующем.

— Это долго.

— У меня в этом месяце остались только две базы. Юридические уже закончились.

— Почему?

— Нейросеть не дала. У меня мало покупок у них было в предыдущем месяце из-за этого.

— Они ведь бесплатные, какая им разница?

— От того, что они бесплатные, ты думаешь, их тысячами должны раздавать?

— А им что, жалко? Они всё равно бесплатные.

— Ну ты и наивная. Сами базы бесплатные, а их установка платная, только установку оплачивает нам не клиент, а империя через налоговый вычет.

— Никак нельзя взять базу вперёд?

— Нет. Такие условия у компании Нейросеть.

— Может, из сети скачать?

— Без проблем, сама качай, сама её устанавливай, сама вноси в реестр. Лично я ни в чём таком не участвую и ни о чём таком даже знать не хочу. Мне проблемы с компанией Нейросеть не нужны.

— Ну, а как быть тогда?

— Можешь купить сейчас официальную базу у кого-то из медиков, и тогда я сейчас всё установлю или ждать начала месяца. Тогда они у меня появятся.

— Что значит «купить», она ведь бесплатная?

— Это и значит. Любой медик её продаст по цене немного выше стоимости её установки. Это около пятисот кредов. Терять заработок никто не захочет.

— Пятьсот кредов заплатить за него? Да мне и один кред жалко за него заплатить.

— Тогда ничем не могу помочь. Ждите начала месяца или ведите его в компанию Нейросеть. Там ему всё установят бесплатно. Всё, я ушла.

После её ухода Тея связалась с несколькими медиками, но у всех почему-то не оказалось именно этой базы.

— Гребаные монополисты! — проворчала она и связалась с компанией Нейросеть. Там ей ответили, что без проблем всё установят, но только при моём личном появлении у них в офисе. После чего она сказала, чтобы я шёл к себе в комнату.

— Спрашивается, зачем отвлекала? — поворчал себе под нос и вернулся в зал.

Вечером ко мне в комнату заглянул Ори.

— Ты в курсе, что сегодня Манир вышел из капсулы?

— Мы виделись в медицинском кабинете. Меня заставили извиниться перед ним.

— Тебя? И как, извинился?

— Извинился, но мне кажется, он не принял мои извинения.

— Говорят, что он пообещал разобраться с тобой. Так что будь осторожен.

— Не переживай, это ерунда, он ничего не сделает, пока не получит приказ от Ардара. Думаю, в интернате Ардар не позволит ему ничего сделать. Я другое не понял, — и рассказал ему о разговоре Теи и медика.

— Не знал, что медикам платят за установку этих баз.

— А я не понял, что за реестр?

— Как я понял, туда вносятся все данные о том, кому и когда были установлены базы.

— А зачем?

— Не знаю, — после чего он замолчал и задумался о чём-то своём.

* * *

На следующий день, на выходе из столовой нас ожидала Тея.

— Вы двое, следуйте за мной, — сказала она.

— Что очередная экскурсия?

— Разумеется.

Мы с Ори переглянулись и пошли за ней. Честно говоря, ожидал, что нас отправят в тёмную комнату, но мы пошли на выход. Пройдя через два комплекта стеклянных дверей, мы вышли на улицу, где я радостно вдохнул полной грудью. Повернув голову, обнаружил Манира с приятелями и сразу внутренне собрался, приготовившись к драке. Они с явным интересом наблюдали за нами. Судя по их лицам, они были удивлены нашим появлением не меньше нашего.

— Вы чего здесь стоите? — спросила их Тея. — Вам занятие найти?

— У нас уже есть занятие, — ответил Манир, и они отправились дальше по улице.

Только сейчас я смог осмотреться. Интернат действительно находился в подвальном помещении высокого здания. С другой стороны улицы находилось также высокое здание, архитектурно сильно отличающееся от того, в котором находился интернат.

— Вы что остановились? — спросила Тея.

— А куда идти? — спросил её.

— За мной!

Пришлось нам идти за ней.

— Как думаешь, куда она ведёт нас? — тихо спросил у Ори.

— Не знаю, но очень похоже на ловушку. Будь осторожен.

— У меня такие же подозрения.

Мы около часа шли пешком, и только когда впереди показалось здание корпорации Нейросеть, я понял, куда она нас ведёт. Внутри мы оказались в большом холле. К нам сразу подошла очень приятная девушка, одетая в цвета корпорации, и осмотрела нас с головы до ног. Тея её не заинтересовала, а вот мы с Ори очень даже.

— Рада приветствовать у нас в корпорации! — сказала она. — Чем могу помочь?

— Можете, — ответила Тея. — Я договаривалась установить комплект баз.

— Как я понимаю, молодым людям?

— Совершенно верно.

— Отлично. Какие нейросети будем устанавливать?

— Какие нейросети? Им ещё по шестнадцать.

— Очень жаль, — сказала разочарованно девушка, — но мы можем сейчас это обсудить.

— У меня нет времени на обсуждение. Мне только нужно установить им комплект бесплатных баз, которые устанавливаются всем в содружестве.

— Я поняла вас. Подождите на одном из диванчиков. Я передала и скоро к вам подойдут.

Мы устроились на одном диване, и я посмотрел на Тею. Она явно нервничала. Мне надоело торчать в интернате и по дороге у меня было желание сбежать, но меня останавливало только то, что я пока не знал окружающий мир и не мог заработать себе на питание.

Глава 13

Я рассматривал две очень больших панели, расположенных под самым потолком. С них мне предлагали купить практически даром или индивидуальную нейросеть последнего поколения, или базу геолога-разведчика по смешным ценам. После чего последовало ещё два предложения по базам техника и пилота.

Когда я перевёл взгляд на других клиентов корпорации, ожидающих, как мы, на диванчиках, везде мой взгляд цеплялся на какое-нибудь предложение от корпорации. Честно говоря, все эти предложения меня совсем не интересовали. Я понимал, что на пятьдесят кредов, что у меня были, здесь ничего не купить, но всё равно продолжал читать про очередную акцию корпорации. Так и продолжал, пока к нам не подошёл работник корпорации.

— Добрый день, — поприветствовал он. — Это вы связывались с нами насчёт установки баз?

— Да. Мы вроде вчера договорились обо всём, а приходится вас ждать, — ответила ему Тея.

— Сожалею, но сейчас день и наплыв клиентов. Если бы вы пришли ближе к вечеру, его бы не было. Так что вы хотели установить?

— Бесплатные базы, которые устанавливаются всем в содружестве и ещё вот это. Это общие правила интерната.

— Сожалею, но это установить не могу. Мы устанавливаем только наши сертифицированные базы, а ваша не сертифицирована у нас.

— Очень жаль.

— Вы себе что будете устанавливать?

— У меня ещё за предыдущую базу не выплачено.

— Подумайте пока, может, по акции что-то захотите купить.

— Нет.

— У вас есть время, пока я им всё установлю.

— Тея, у меня базы установлены, — сказал Ори.

— Тогда мне нужно подтверждение этого.

— Не переживайте, молодой человек, если установлены, значит, ничего устанавливать не будем, — сказал сотрудник корпорации. — Посмотрим в реестре и сразу узнаем.

— Я хочу присутствовать, — сказала Тея.

— Это невозможно. Вам придётся подождать здесь. Не волнуйтесь, это совсем недолго.

Вместе с сотрудником корпорации мы поднялись на седьмой этаж, где зашли в медицинский кабинет.

— Итак, молодые люди. Мне нужно, чтобы вы ответили на несколько моих вопросов.

— Слушаем, — ответил Ори.

— С чем связана такая поздняя установка?

— Я жил на станции и мне там устанавливали.

— Это мы сейчас выясним. А второй?

— Я дикий.

— Понятно.

— Имя, фамилия, станция, где устанавливали?

— Ори Тадези станция Шарлих. Это недалеко отсюда.

— Знаю. У нас там филиал есть.

— Действительно устанавливали, вот только ты числишься погибшим.

— Это после пиратского нападения посчитали меня погибшим, но потом всё исправили.

— Значит, с этим разобрались. Теперь у меня к вам, молодые люди, будет деловое предложение.

— Какое? — спросил Ори.

— Интересное. У нас сейчас действует одна акция.

— Зря стараетесь, у нас нет ни креда, — перебил его.

— Ничего страшного, молодой человек. Всё абсолютно бесплатно.

— Тогда мы вас слушаем, — сказал Ори и осуждающе посмотрел на меня.

— Так вот. Вам повезло и у нас сейчас проходит акция. Вместо общеобразовательной юридической базы только в этом месяце вы можете совершенно бесплатно получить юридическую базу третьего уровня.

— И за это нужно отдать почку? — спросил его.

— Что за глупости вы говорите. Ничего отдавать не требуется. От вас только требуется дать согласие на установку трех дополнительных и совершенно бесплатных баз и полного медицинского обследования.

— Так, и где подлянка зарыта?

— Нет никакой подлянки, как вы говорите.

— Мы согласны! — сказал Ори.

Я посмотрел на Ори и хотел сказать, что совсем не согласен, но этот работник не дал мне больше и слова сказать.

— Отлично, раз вы согласны, то быстро раздеваемся и ложимся в капсулы.

Открылись крышки медицинских капсул. Я посмотрел на Ори, который уже скинул с себя одежду, и собирался залезать в капсулу.

— Ладно, раз почку не требуют, — и тоже занял вторую капсулу.

* * *

Руководитель представительства корпорации Нейросеть думал о том, чем займётся вечером, когда поступил срочный вызов от одного из сотрудников.

— Что случилось, Баглисан? — спросил он.

— Шеф, у меня необычный случай.

— Перешли данные.

— Уже отправил.

— Сколько ему?

— Шестнадцать. Он дикий.

— Отлично, задатки будущего псиона.

— Вы структуру его ДНК посмотрите.

— Очень интересно. Изменённая.

— Да.

— В каком он интернате?

— Во флотском.

— Значит, флот на него уже положил глаз. Впрочем, мы ещё посмотрим. Молодец, работай дальше! Как закончишь, все данные по нему пришлёшь вначале мне. Я сам решу, что с ним делать.

— Сделаю.

* * *

Открыл глаза и понял — достали меня эти медики. Очередной медик как раз склонился надо мной.

— Как себя чувствуешь? — спросил он.

— Погано.

— Почему? Я вроде ничего не делал.

— Видеть вас уже не могу.

— Кого «вас»?

— Медиков.

— А кто тебе нейросеть устанавливать будет?

— Надеюсь, не ты. От тебя голова болит.

— Это не от меня, а от полученных знаний. Не переживай, скоро это пройдёт.

— Я и не переживаю.

— Скажи мне, какие у тебя планы на будущее?

— Планы на будущее? А ты с какой целью интересуешься?

— Хотел тебе подобрать интересные предложения к совершеннолетию.

— У меня после этих башка раскалывается, так что ни о каких предложениях больше не хочу ничего слышать. Вон, Ори предлагай — он на всё согласный.

— У него нет твоих данных. Хотя тоже неплохие данные в целом.

— Вот ему и предлагай, а от меня отстань.

— Зря ты так, от нашей компании зависит ваше будущее.

— Моё будущее однозначно никак не связано с вашей компанией.

— На флот решил идти? Скажу сразу, что с такими данными мы предложим вам гораздо более выгодные условия.

— Какими ещё данными?

— Если тебе ещё не сообщили, у тебя все задатки будущего псиона.

— Ничего не хочу даже слышать об этом. Хватит с меня ваших предложений!

Встал и стал одеваться. Ори к этому времени уже успел одеться.

— Сможете сами спуститься в холл? А то мне нужно закончить отчёт по вам, — спросил медик.

— Сможем, — ответил ему Ори, и мы вышли из кабинета.

— Зря ты так, — сказал Ори, когда мы шли по коридору.

— Да достали меня эти медики, видеть их не могу. Я полностью здоров, а из их капсул не вылажу. Чего он от меня ещё хотел?

— Как я понял, у тебя хорошие данные и ты станешь псионом.

— Это ещё что за гадость?

— После объясню, — и он замолчал.

Мы подошли к лифтам, около них находилось много клиентов и сотрудников корпорации. Вскоре подошёл лифт, идущий вниз, и мы зашли внутрь. Вскоре лифт сделал ещё одну остановку и к нам присоединились ещё разумные. Среди них было несколько подростков.

— Фил? — спросил один из них, смотря на Ори. — Ты куда пропал? Тебя же потеряли?

— Привет, Тридо. Давай не при всех.

— Конечно.

Мы спустились в холл. Где Ори попросил их оставить вдвоём. Пришлось мне одному идти к Тее, а она явно пребывала не в духе.

— Вы почему так долго? — спросила она, когда я подошёл к ней.

— Это ещё быстро. Они нам постоянно что-то предлагали.

— Надеюсь, вы не на что не согласились?

— Ну, почти ни на что.

— Чего?

— Ну, можно сказать, что ни на что.

— Что значит «можно сказать»?

— Лично мне предложили базу о том, как правильно ублажать женщин, но на неё я не согласился, взял только базу о сексе с другими расами содружества. Эта база мне показалась более интересной.

— И кто за неё будет платить?

— Не я точно, у меня нет ни креда.

— С тобой всё понятно. А этот что застрял около лифтов?

— Дверью прищемило. Пытается вырваться.

Ори тем временем уже закончил разговор со знакомым и направлялся к нам.

— Так, а тебе что установили? — спросила его, когда он подошёл к нам.

— Только юридическую базу третьего уровня и ещё какие-то. Я не стал выяснять, — он удивлённо посмотрел на меня, в ответ я ему подмигнул.

— И этот туда же. Ладно, сейчас будем разбираться.

Она с вызвала кого-то по нейросети.

— Объясните мне, что у вас происходит? Мы договаривались установить воспитанникам интерната только три бесплатные базы, а вы им установили дополнительные базы. Если вы думаете, что мы за это будем платить, то сильно ошибаетесь…Как кто? Я старший воспитатель флотского интерната… Что значит «бесплатные»? Давно ли у вас сексуальные базы стали бесплатными?.. Как не устанавливали? Он мне только что сказал, что ему установили… Нет, это точно не моя фантазия… Да он любит у нас шутить на эту тему. Тот ещё извращенец растёт, — и показала мне кулак. — Нет, не хочу. А какое предложение?.. Этого не может быть! — и она снова посмотрела на меня. — Вы точно ничего не путаете? А почему я тогда об этом ничего не знаю?.. Присылайте ваше предложение на почту интерната, мы обязательно рассмотрим его.

После чего показала на выход и сама направилась туда. Мы с Ори медленно пошли за ней.

— Скажи мне, как долго ты собиралась скрывать от нас, что он псион?.. Как кто? Ты прекрасно знаешь, о ком я. Об Отпуске…Что значит «это ещё неизвестно», а когда станет известно?.. Даже так.

— Ори, ты чего-нибудь понимаешь, что происходит? — тихо спросил его.

— Ты попал. Если в двух словах.

— А подробнее?

— Когда тебе исполнится восемнадцать, на тебя начнется охота корпораций.

— Почему они все захотят меня убить?

— Не в этом смысле. Они все захотят, чтобы ты работал на них.

— Зачем?

— Псионов мало и они все на учёте. Каждая корпорация стремится заполучить в их свой штат.

— Для чего?

— Это зависит от способностей. В основном они работают в СБ корпорации.

— Думаешь, меня из-за этого СБ флота держало в капсуле?

— Скорей всего. На них тоже много псионов работает.

— А зачем я понадобился корпорации Нейросеть?

— Возьмут к себе в штат или продадут другой корпорации.

— Что значит «продадут»?

— Это и значит, получат выплату от корпорации, когда ты подпишешь контракт с нужной им корпорацией.

— А Тея тогда что засуетилась и стала медику звонить?

— Тоже хочет на тебе заработать. Впрочем, как и медик интерната, почему и скрыла от Теи данное обстоятельство.

— Вот никогда бы не подумал, что так попаду.

— Да ладно, можешь пока расслабиться, это будет только через два года. Только тогда станет известно, станешь ты псионом или нет.

— Время подумать действительно есть. Кстати, что за знакомый?

— Старый знакомый со станции. Он думал, что я погиб.

— Чего он тебя Филом назвал?

— У меня кличка такая там была.

— Слушай, а ты ощущаешь новые знания в голове? Лично у меня кроме головной боли никаких новых знаний не прибавилось.

— А они и не должны сразу появиться, это будет происходить постепенно в течение нескольких дней. У меня тоже болела голова, когда мне устанавливали эти базы. Не переживай, это скоро пройдёт.

— Очень на это надеюсь.

Тея шла впереди и с кем-то тоже общалась, периодически посматривая назад на нас с Ори.

— А твой старый знакомый тоже базы устанавливал?

— Да, ему вчера восемнадцать исполнилось, он нейросеть и базы купил.

— А деньги откуда взял?

— Наверно, в банке кредит получил на покупку нейросети.

— Повезло.

— Не переживай, тебя банки завалят своими предложениями, как и предложениями работы на них.

— Прямо чувствую, что будет жёстко, как-то бы денег заработать к этому времени.

— С этим сложно, нужна нейросеть и базы знаний.

— Ты поищи в сети, может, что найдёшь.

— Да посмотреть-то я посмотрю, но за тобой сейчас будут ещё пристальнее.

— Как думаешь, почему нас не выпускают на улицу, а другие без проблем выходят?

— Я спрашивал, других также не выпускали по началу. Им говорили, что нужно время, чтобы привык, но сильно подозреваю, что для нас этот период сильно затянется. Особенно учитывая твои отношения с Теей.

— Думаю, даже если я сейчас стану вести себя примерно, для них это будет выглядеть подозрительно, так что не вижу смысла что-то менять. Жаль, конечно, что не выпускают на улицу. Хотелось бы осмотреть местные достопримечательности. Слушай, а на пятьдесят кредов можно купить планшет?

— Нормальный вряд ли. Если только полный хлам.

— Жаль.

Вскоре мы вернулись в приют.

* * *

Ори ошибся, изменения у нас начались с самого утра. Панель над головой, которую я уже дважды пытался безуспешно сломать, меня не просто разбудила, но и сообщила, что мне открыт доступ в сеть, но с ограничениями. Я так удивился, что сразу проснулся. Когда я поинтересовался у неё, что за ограничения на меня наложены. Оказалось, мне запрещен просмотр всего, что касается насилия, сексуальных отношений и креаток. Нет, этот список был более обширный, но кто-то отдельно выделил эти три пункта. Ни секунды я не сомневался в том, кто это сделал. В целом, в этих трёх пунктах я и без сети хорошо разбирался.

За завтраком мне Ори сообщил, что у него также активизировался доступ в сеть, но ему он не нужен, у него он есть на планшете без всяких ограничений. После завтрака я решил отложить тренажеры и пошёл в сеть. У меня был тысяча и один вопрос про жизнь на этой планете. В первую очередь я стал выяснять, кто такие псионы, и вскоре понял, что это разумные с необычными способностями. Как сказал Ори, псионы обладали разными способностями и были разными по силе. Впрочем, мне рано думать об этом и, бросив это занятие, переключился на поиск того, что представляет собой эта планета.

Сразу выяснилось, что здесь нет централизованного управления планетой. Есть вроде совета местных корпораций, которые на планете всё решают. Туда входят семь крупных корпораций и ещё восемнадцать поменьше. Решения принимаются большинством голосов. Большинство этих корпораций занимаются поиском и разработкой таршала. Этот таршал не сказать, чтобы был редким минералом, но встречался только на некоторых видах планет. Когда начали осваивать эту планету, около семидесяти лет назад, нашли здесь целую долину с этим таршалом и решили, что на этой планете его много. Однако последующие исследования показали, что это ошибочное мнение и его не так много на этой планете. Однако к этому времени сюда уже прилетело больше десятка корпораций, которым исследователи планеты продали данные. Остальные корпорации прилетели сюда немного позже.

За семьдесят лет добычи, в долине, где нашли большие запасы таршала, все залежи минерала почти выработали. Таршал встречался на планете во многих местах, но его запасы в других местах были небольшими. Вот поиском и разработкой этих маленьких месторождений и занимались искатели. Многие корпорации, видя, что таршал в долине заканчивается, стали делать ставку на искателей. Вот только если в долине таршала у каждой корпорации имелась своя вооружённая до зубов охрана, то в саванне к каждому искателю охрану не приставишь. Вот и гибли искатели там от рук таких же искателей и другого сброда, желающего их ограбить.

В результате на планете резко образовалась острая нужда в искателях, но так как там сохранялась возможность хорошо заработать, туда стали уходить работники корпораций, имеющие другие специальности. По началу корпорации даже поощряли это, ведь новые искатели по-прежнему работали на корпорацию, вот только большинство таких искателей осталось навсегда в саванне. В результате сейчас у многих корпораций нехватка необходимых специалистов.

Вдобавок им, как и раньше, больше всего нужны охранники и искатели. Ведь охранники корпорации часто работают под грабителей и нападают на конвои других корпораций. Из-за этого на планете в целом наблюдается нехватка колонистов. Всё потому, что желающих прилететь сюда и стать искателем не так много, как требуется, хотя корпорации постоянно завозят с других планет партии будущих колонистов.

Мне стало интересно, почему мало завозят колонистов, и я набрал этот запрос в сети. Оказалось, многие корпорации считают дальнейшую деятельность на этой планете малоперспективной и поэтому завозят будущих колонистов в минимальном количестве. Только для поддержания текущего уровня добычи таршала. Мне в целом стало понятно поведение торговца около планетарного лифта, как и полицейских в участке. Вот только мы оказались несовершеннолетними и по закону с нами нельзя заключать договор. Любой суд признает его недействительным. Можно заключать договор только с нашим представителем, при условии, что мы согласны с его назначением.

Стоп! Откуда я это знаю? Ведь ещё вчера я не знал ничего такого.

Глава 14

Судя по всему, юридическая база знаний заработала. Я подумал про аграфов и понял, что ничего нового о них не знаю. Про креатов также ничего нового не было. Раньше я этим интересовался, и многое узнал о них, как из сети, так и из рассказов Ланы. Исключение было одно — это карта содружества с расположением на ней основных систем креатов, аграфов и других рас. Теперь я хорошо представлял, где они проживают.

Про банки и как пользоваться банковским чипом я уже и так знал от Ори. С установкой и этой базы также ничего нового для меня не было. Кроме информации о том, что любой банк мне обязан предоставить кредит на покупку нейросети и баз в восемнадцать лет. Судя по всему, установленные базы знаний оказались совсем небольшими.

Я попытался понять, что нам ещё установили в качестве бонуса, но ничего нового в памяти не всплывало. Решив, что с этим разберусь позже, снова пошёл в сеть. Меня интересовала сама планета и, собственно, долина, где находится самая большая ценность планеты. Это место обнаружилось сразу. Долиной это место оказалось только на словах. Просто местность в здешней саванне. На видео, сделанного с чего-то летающего, было хорошо видно множество больших комбайнов, вгрызающихся в землю. Рядом с этой долиной находилось большое поселение, сильно растянутое вдоль границы добычи. На карте, вокруг этой долины, обнаружились небольшие поселения искателей. Каждое поселение принадлежало какой-то корпорации и имело такое же название.

Столица планеты имела название Алана, как и планета, и располагалась точно на экваторе планеты. Посмотрев, что находится ещё на планете, обнаружил, что поселения искателей находились не только около долины, где была сосредоточена основная добыча таршала, но в других сторонах от столицы. После чего мне стало интересно, что это за минерал такой — таршал.

Оказалось, что он имеет черную окраску, разную форму и залегает, как правило, не очень глубоко под землёй, иногда выходя на поверхность. Его выходы на поверхность называются трубки. Вот именно поиском этих трубок и занимались искатели. Количество кристаллов таршала в трубке оказывалось всегда разное, здесь как повезёт. Можно было найти десяток кристаллов, а можно и несколько тысяч. Во втором варианте искатель сразу становился очень обеспеченным разумным, если ему повезёт, и он сможет реализовать найденный таршал одной из корпораций.

Стоимость одного кристалла таршала варьировалась в зависимости от колебаний на бирже, качества кристалла и его веса. За большой кристалл хорошего уровня насыщенности можно было получить от десяти тысяч и выше, но такие кристаллы были редкостью. Обычно кристалл стоил от двух до пяти тысяч.

Мне стало интересно, сколько стоит оборудование искателя, которое мне предлагал торговец. Оказалось, что самый дешёвый комбайн для поиска и добычи стоил от трёхсот тысяч кредов, но большинство от трёх миллионов и дороже. Поначалу мне показалось это очень дорого, но потом я посчитал, что при средней стоимости кристалла в три тысячи кредов требуется найти и добыть всего сотню кристаллов. При этом ничего особо не требуется делать — комбайн сам обнаружит трубку таршала и сам её раскопает. От искателя только требуется найти перспективное место и перегнать туда комбайн.

После всего прочитанного, перспектива стать искателем мне показалась весьма заманчивой, но вспомнив про смертность среди искателей, я решил — ну его нафиг. Заработать можно и другими способами, пока для меня неизвестными, но времени всё обдумать у меня было в избытке. Поискал на карте планеты другие поселения или города и почти сразу выяснилось, что вся жизнь на планете сосредоточена вокруг столицы. Мало того, большая часть планеты вообще не исследована.

Северная часть планеты покрыта лесом и представляла интерес для учёных-исследователей. Туда отправилась вначале одна экспедиция исследователей — не вернулась. На её поиски отправилась ещё одна и тоже пропала, а за ней на поиски двух пропавших экспедиций отправилась третья экспедиция и также не вернулась оттуда. Местные спасатели пробовали их искать, но экспедиции не оставили координат, куда направляются, поэтому их поискали больше для виду и забыли о них.

В сети обсуждалось несколько вариантов того, что искали в лесах эти экспедиции. В сети гуляли две основные версии о том, что там произошло. Основная версия состояла в том, что эти экспедиции искали остатки древней цивилизации, а не исследовали обитателей леса, как и сам лес. У сторонников этой теории имелось основание так думать, потому что экспедиции брали с собой слишком много разнообразного оборудования, совершенно не нужного для изучения леса и его обитателей. Вторая группа диванных экспертов утверждала, что эти экспедиции в лесу не искали никакие древние цивилизации и это всё чушь, а в лесу они просто подхватили неизвестную инфекцию и поэтому все там погибли. Все последующие экспедиции постигла та же судьба — они заражались и не смогли вернуться.

Первая группа высмеивала вторую, утверждая, что не могут подготовленные искатели заразиться все сразу, как и последующие экспедиции. Вторая в ответ издевалась над первой, утверждая, что таким продвинутым исследователям с их специальным оборудованием точно не страшны никакие развалины. Даже если с первой экспедицией что-то произошло, две последующие экспедиции не могли наступить на эти же грабли. Там находились подготовленные исследователи, да и нет в лесах никаких опасных древних, которых никто и никогда не встречал.

В ответ первая группа утверждала, что аномальная зона, которая находилась на планете, это тоже остатки древних, а сама аномальная зона, над которой отказывает вся летательная техника, есть охранный барьер древних. Вторая группа парировала тем, что эта аномалия имеет природный характер и высылала снимки с тремя практически разрушенными до основания стенами, которые почти полностью засыпало песком, и утверждением, что эти остатки стен и есть страшное оружие древних, от которого отказывает вся техника. Первая группа ссылалась на то, что в эту зону также была отправлена научная экспедиция и оттуда никто не вернулся. Вторая, что на их поиск были отправлены спасатели, и они нашли почти всё оборудование экспедиции, но всё оно практически разрушено.

Что там произошло, и кто напал на экспедицию — непонятно, но большинство было уверено, что на них напали грабители. Участники экспедиции отбивались сколько могли, и все погибли, перед этим уничтожив оборудование, чтобы оно не досталось грабителям. Вот только был один нюанс. На месте спасатели не обнаружили никого из участников экспедиции или грабителей, также их тел.

Лично мне показалась реалистичной вторая версия, и я решил посмотреть на карте, где находится эта аномальная зона. Думал, что она расположена где-то рядом с лесом на севере, но выяснилось, что в южном полушарии и достаточно далеко от местной столицы и вообще от обжитой местности. На снимках из космоса не было в этом месте никаких остатков здания. Один сплошной песок и кусты.

Окончательно поняв, что у первой группы слишком богатое воображение, решил посмотреть, что представляет собой остальная планета. Вскоре выяснилось, что это один сплошной песок вперемешку с кустами и небольшими островками леса. Если на севере, среди обширных лесов, встречались большие озёра и небольшие речки, текущие к северному полюсу планеты, то на остальной части планеты реки и озёра отсутствовали полностью.

С водой здесь, похоже, напряжённо — решил я для себя, но вскоре прочитал, что это не совсем так. Воды на планете в избытке, но находилась она не на поверхности планеты. Под землёй обнаружились большие запасы воды. Столица Алана как раз и была построена рядом с большим подземным озером. Другие посёлки также находились около подземных источников. Кроме того, в небольших лесных оазисах вокруг столицы вода подходила близко к поверхности и там были сделаны специальные скважины, чтобы любой мог пополнить запас воды. Вот только в таких оазисах часто устраивали засады местные охотники на искателей, и сейчас большинство искателей предпочитали объезжать эти оазисы стороной.

Мне стало интересно, почему половина северного полушария покрыта лесом, а в южном полушарии лес практически отсутствует. Вот только ответа на этот вопрос я не нашёл в сети. Было в сети предположение, что там земли не подходят для произрастания леса, но никаких подтверждений этому не нашлось.

С этим более-менее понятно, посмотрим, как здесь можно отдохнуть и сделал такой запрос в сети. Мне сразу поступило множество уникальных суперпривлекательных предложений, обещающих только сегодня первоклассную развлекательную программу и отдых. В большинстве своём это были различные развлекательные центры, предлагающие оттянуться и оторваться по полной программе. Вот только когда я посмотрел их расценки, сразу понял, что это не для меня. С моими пятьюдесятью кредами там совершенно нечего делать. В этих развлекательных центрах всё организовано в расчёте на удачливого искателя, которому хочется потратить много свежезаработанных кредов.

На мой запрос, где можно отдохнуть бесплатно, сеть показала фигуру из трёх пальцев. Фиг вам, называется. После чего у меня возник резонный вопрос: а чем занимаются другие воспитанники интерната? Этот вопрос я решил прояснить у Ори и направился к нему. Ори обнаружился у себя в комнате, уткнувшимся в планшет. Он удивлённо посмотрел на меня и спросил:

— Ты сегодня не в спортзале?

— Я туда позже загляну.

— Что хотел?

— Я сейчас посмотрел досуг в сети и мне как-то не предложило вариантов, но у меня ограничения стоят. Может, из-за этого?

— А какие ограничения тебе установили?

— Мне запрещено показывать насилие, сексуальные отношения и креаток.

— Жёстко она с тобой. Никаких девчонок сеть тебе не покажет.

— Согласен, но я не переживаю.

— Знаешь, мне кажется, ты ей нравишься, но говорят, что она с Ардаром живёт.

— Меня она не привлекает, ей не сравниться с креаткой в постели.

— Расскажешь потом, как это было?

— Не стану и не проси. Ты лучше выясни у местных, кто чем занимается на улице, а то они меня боятся и не хотят общаться.

— Ты сам в этом виноват. Нужно было не так жёстко действовать, а то в чате интерната до сих пор обсуждают снимки вмятины на раковине, сделанные головой Манира.

— Здесь есть внутренний чат?

— Конечно, и у тебя должен быть доступ туда.

— Не знал, но всё-таки узнай у других, кто чем занимается.

— Ты знаешь, я уже поспрашивал, но все молчат об этом.

— Почему?

— Скорей всего, из-за того, что мы с тобой чужаки и нам не доверяют.

— Жаль. Хотя я не понимаю, что может быть секретного в этом.

— Подозреваю, что это что-то не совсем законное.

— У меня появилось такое же подозрение после твоих слов.

Несколько последующих дней Ори пытался выяснить, кто и чем занимается, но все молчали. Сам я пролистал весь чат интерната и так и не нашёл ничего об этом. Здесь была какая-то тайна, о которой все молчали. Администрация интерната после посещения корпорации Нейросеть для меня как будто пропала. Тея утром перестала приходить и будить меня, а встретив где-то в столовой или в коридоре интерната, просто не замечала. Ори в шутку говорил, что она обиделась на меня за то, что я её уже дважды развёл и теперь готовит ответный удар. У меня самого были схожие подозрения. Вот только удар последовал, но совсем не такой, какой я предполагал.

Неожиданно нам разрешили свободный выход в город. Произошло это утром, когда меня привычно разбудила панель. Она же сообщила, что с сегодняшнего дня у меня свободный выход из интерната. Этой новостью я поделился за завтраком с Ори. Оказалось, что ему тоже открыли свободный выход из интерната. После завтрака мы привычно подошли к внутренней двери, и она непривычно для нас открылась, выпуская на улицу. В переходе между внутренними и наружными дверями никто не обнаружился, тогда я подошёл к наружным дверям. Они, как и внутренние, распахнулись, приглашая нас покинуть интернат.

Честно говоря, я ожидал увидеть на улице какую-нибудь подставу, но около дверей никого из воспитанников интерната не оказалось. Большинство закончили завтракать раньше нас и теперь разошлись по своим делам.

— Ори, выходи, нет здесь никого, — он, как и я, подозревал, что это подстава и оставался около внутренних дверей. Он следом вышел из интерната и осмотрелся.

— Нет здесь никого, если не считать вон тех дроидов-уборщиков, подметающих улицу, но они для нас не опасны, — сказал ему.

— Куда все разошлись?

— Как я понял, наше начальство не любит, когда кто-то ошивается около входа. Вспомни, как Тея прогнала Манира и компанию.

— Тогда и нам нужно отсюда уходить.

— Разумная мысль. Куда пойдём?

— Не знаю.

— У кого из нас планшет?

— У меня.

Мы обошли здание и остановились около центрального входа в здание. Пока Ори в планшете искал, куда отправиться, я осматривался. Мы остановились около входа в корпорацию Даррелла, об этом говорила огромная вывеска размером с несколько этажей здания и ещё несколько вывесок небольшого размера.

— Ори, а почему интернат находится в этом здании?

— А чем это здание тебе не нравится?

— Нравится, просто вроде флот является имперской структурой, а интернат расположен не в имперском здании.

— Аренда дешёвая, скорей всего, вот флот и решил, что дешевле арендовать, а не строить, — ответил он, не отрываясь от планшета.

— А ещё можно что-то незаметно вносить или выносить из здания через интернат или входить и выходить.

— Думаешь?

— Не вижу других причин закрывать нас на ночь.

— Не только нас. Я спросил — всех закрывают на ночь, да и сам интернат тоже.

— Мутят они точно что-то. Ты хочешь выяснить что?

— Зачем мне это? У меня с руководством интерната и так сложные отношения, а здесь к гадалке не ходи — замешана эта корпорация. Добавлять себе проблем ещё с ними мне как-то совсем не хочется.

— Разумно.

— Ты нашёл, куда отправимся?

— Есть один вариант, но пишут, что там часто возникают проблемы.

— Проблемы какого характера?

— Разного. В основном драки.

— Это совсем не проблема.

— Я не умею драться, как ты.

— А это не проблема — научишься, как раз там и потренируешься. Идём!

— Пошли.

Ори повёл нас к остановке аэроэкспресса.

— Кстати, а что там за развлекательная программа? — спросил его уже в вагоне аэроэкспресса.

— У них стриптиз есть.

— Ну его нафиг, у нас всё равно кредов нет.

— Ты за себя говори.

— А ты что, богатый буратино? Колись, где взял?

— Боюсь, это не для тебя. Заработал через сеть.

— Рассказывай! Как сумел?

— Ты что-то понимаешь в программировании?

— Нет.

— Я написал две программки под заказ. Поэтому и говорю, что это не для тебя.

— Жаль, но это действительно не для меня. Может, есть у тебя варианты, как мне заработать?

— Даже не знаю, нужно подумать.

— Я выяснял, здесь много куда требуются охранники или наёмники, но везде нужна нейросеть и возраст от восемнадцати. Так что мне пока ничего не светит.

Вскоре мы добрались до развлекательного центра. Внутрь мы смогли попасть и погулять среди торговых павильонов, но, во-первых, сразу выяснилось, что развлекательная программа начнётся только вечером, а во-вторых, нас туда не пустят. На входе в развлекательную часть центра нас просто завернули охранники, проверив у нас наличие нейросетей. Однако после этого Ори решил не сдаваться, и мы отправились в другой развлекательный центр, находящийся по соседству. Там, со слов Ори, также был стриптиз, а Ори хотел попасть именно на него.

В нём картина повторилась один в один с предыдущим — нас не пустили. В ответ Ори попытался предложить охранникам взятку, чтобы нас пропустили внутрь. Взятка не помогла. Мало того, пришлось оттуда ретироваться бегом, так как они неожиданно захотели нас обыскать. После чего Ори пообещал им все кары небесные, и мы отправились к запасному выходу развлекательного центра.

Глава 15

Там он поколдовал на своём планшете и дальше произошло что-то непонятное. Сработала охрана или вроде того, в торговом центре взвыли сирены. После чего мы покидали уже не только сам торговый центр бегом, но и прилегающую территорию, а также три примыкающих к нему квартала. Там Ори выдохся и нам пришлось перейти на шаг. Расспрашивать, что это было, я не стал, хотя и так понятно, что к этим сиренам в развлекательном центре приложил руку Ори.

После нашего забега у меня в голове вертелось два вопроса: что нам будет за фокусы с развлекательным центром и чем нам сейчас заняться? Вот только зайти я решил издалека.

— Ори, с твоей физической формой нужно что-то делать. Хорошо, что за нами не погнались. Я даже не вспотел, а ты до сих пор тяжело дышишь. Далеко ты бы не убежал.

— Пожалуй, ты прав.

— Завтра начнёшь вместе со мной тренироваться.

— Я видел, какие он нагрузки тебе даёт. От таких я сразу сдохну.

— Разумеется, искин тебе подберёт программу для твоих физических возможностей. Хотя у меня есть сомнения, что у нас завтра получится потренироваться.

— Почему?

— Как я понимаю, сирены не просто так взвыли. Здесь не обошлось без твоего, а точнее, нашего участия. Так что завтра нам за это влетит от руководства интерната.

— Не переживай. Они не поняли, что произошло. Так что, если ты не проболтаешься, никто ничего не узнает.

— Это радует. От меня точно никто ничего не узнает.

Мы дошли до небольшого парка и там присели на лавочку, чтобы Ори пришёл в себя.

— Судя по всему, стриптиз нам сегодня не грозит?– спросил у задумавшегося Ори.

— Очень жаль, что не получилось, я очень хотел туда попасть.

— Это я уже заметил. Чем займёмся?

— Не знаю.

— Думай. Ты у нас голова.

— А ты тогда кто?

— Силовая поддержка.

— А смог бы ты с охранниками справиться?

— Не знаю, но даже если бы справился, думаешь, нам бы дали посмотреть шоу? Уверен, затей мы драку, к ним быстро пришло бы подкрепление, охрана там точно состоит не из трёх охранников, которые нас остановили на входе.

— Ты прав, ничего хорошего из этого бы не вышло.

— Нашёл, куда можно отправиться?

— Местный зоосад не хочешь посетить?

— Хочу.

— Тогда пошли, он здесь недалеко.

У Ори здесь «недалеко» оказалось по факту совсем не близко. Мы почти два часа туда шли не торопясь. Впрочем, я был совсем не против, после месяца под замком мне нравилось осматривать город. Хотя по большому счёту осматривать особо нечего. Если раньше в большинстве своём вокруг располагались высокие офисные здания, то сейчас по обеим сторонам дороги нам попадались производственные цехи за высокой оградой или мастерские по ремонту разной техники.

Среди местных серых заборов урбанизма местный зоосад показался нам большим зелёным островком и радовал глаз даже при приближении к нему. Вот только когда мы добрались туда, у входа выяснилось сразу две проблемы: вход стоит два креда и без сопровождения взрослых внутрь не пускают. На мои просьбы к направляющимся в зоосад взрослым вместе с детьми провести нас внутрь всегда поступали отказы. Последний из них, прилетевший на каком-то крутом летательном аппарате, обозвал нас оборванцами и попытался пнуть меня, когда я после его отказа пошёл от него. У него это не получилось, и он тут же получил от меня в ответ. Мой удар, в отличие от его, оказался точным, и после он и его сыночек с воплями «спасите, помогите» и разбитым носом побежали ко входу в зоосад, а нам с Ори пришлось оттуда ретироваться.

— Зря ты с ним связался! — сказал Ори, когда мы остановились.

— Очень захотелось проучить этого колобка. Ладно, когда отказал в помощи, но мы с тобой никакие не оборванцы.

— Он сейчас все интернаты на планете проверит и нас найдёт.

— Жаль, конечно, если нас снова запрут в интернате. Впрочем, не думаю, что его кто-то пустит в интернат. А интернатов в городе много?

— Без понятия, знаю, что есть другие, а сколько именно — не знаю.

— Тогда он нас долго будет искать. Так! — и посмотрел на высокий забор, за которым находился зоосад. — Раз нас не пускают через центральный вход, значит, будем заходить с тыла.

— Думаешь, у нас получится проскочить через рабочий вход? — спросил Ори задумчиво.

— Нет, не получится, мы будем перебираться здесь. Здесь камер наблюдения нет.

— Это как?

— Прямо через забор.

— Нам не допрыгнуть до верха. Здесь метра три, если не все четыре.

— В принципе ты мог бы забраться мне на плечи, и я подниму тебя, но вот как мне потом забраться? Ты ведь не сможешь поднять меня.

— Не смогу.

— Тогда нам нужна верёвка и крюк. Ищи в планшете, где поблизости это можно купить.

Ори быстро нашёл, и мы отправились в магазин инструмента поблизости. Там мы это приобрели. Спонсором этого мероприятия у нас добровольно выступил Ори. Впрочем, обошлось нам это всего в два креда. Вскоре мы вернулись на место, и когда закончились редкие прохожие, я стал забрасывать верёвку наверх. Со второй попытки мне удалось забросить верёвку, и крюк наверху зацепился. Убедившись, что крюк наверху держится крепко, стал шагать по забору и вскоре оказался наверху. Ори стоял внизу и смотрел на верёвку.

— Ори, забирайся быстрее, пока никого нет.

— Я не уверен, что смогу, как ты.

— Тогда обвяжи верёвку вокруг пояса, и я тебя втащу сюда.

— Ты уверен, что получится?

— Уверен, обвязывайся быстрее.

Ори весил немного и вскоре расположился на заборе рядом со мной.

— Смотри внизу, здесь силовая или электрическая защита, — сказал Ори, немного осмотревшись.

— Это от нас, чтобы мы не могли спуститься, но лично меня она точно не остановит, — после чего спрыгнул с забора, приземлившись немного дальше защиты.

— А я как? — растерянно спросил Ори.

— Бросай мне конец верёвки, я её подержу, и ты по ней съедешь вниз.

Так мы и сделали, и вскоре Ори стоял рядом со мной, скручивая верёвку и по-хозяйски убирая её в рюкзак.

— Правильно, ещё пригодится. Думаю, мы за сегодня всё не осмотрим.

— Наверное, нас после сегодняшнего долго не выпустят из интерната.

— А не переживай, главное мы сумели проникнуть на территорию, а про наши сегодняшние мелкие шалости никто в интернате не узнает.

— Знаешь, здесь так тихо.

— Наверно, глухой уголок зоосада. Так в какую сторону направимся?

Мы забрались в западную часть зоосада, значит нам или на север, или на восток.

— Видимо, на восток. Как-то мне здесь не нравится.

— Да ладно тебе, камеры на заборе я отключил, так что никто не знает, что мы здесь.

— Пошли на север. На восток продолжается забор и на нём точно есть ещё камеры.

После чего зашагал вперёд, вскоре кусты закончились и впереди показались постройки.

— Так, направление нами, похоже, выбрано не верно.

— Говорил я тебе, на восток было нужно.

— О, еда! — услышал я негромко.

— Чего ты сказал? Не понял, какая еда?

— Я молчал, — ответил Ори и стал нервно осматриваться по сторонам.

— Ну я же слышал, только что «О, еда!»

— Двое, но совсем тощие!

— Так, только не говори, что и это не ты сказал.

— Я молчал!

— Не понял и кто тогда с нами разговаривает?

— Не с нами, а с тобой! Он! — трясясь от страха, показал на открытое место. Оттуда к нам не спеша направлялось что-то мохнатое серо-синего цвета.

— Это ещё что такое?

— Махнир.

— Он что, умеет разговаривать?

— Ничего об этом не знаю, но я сейчас вспомнил, что в том году он сожрал двоих работников зоосада.

— Его здесь работниками зоосада кормят?

— Похоже, не только ими, — ответил мне Ори и застыл на месте, трясясь от страха.

Этот махнир приблизился к нам и стал обходить по кругу. Бежать нам некуда. Сейчас я смог его хорошо рассмотреть: весь покрыт густой шерстью и пятнами, где-то она была почти серая, где-то отливала синим. По шесть когтей на каждой лапе. Большой, метра полтора в холке. Внешне сильно напоминал помесь медведя и утконоса. Когда открыл пасть, сверкнуло три ряда острых зубов, и я сразу понял, что он совсем не вегетарианец.

— А ты уверен, что сможешь нас съесть и не подавиться?

— Ты хорошая добыча! — услышал я ответ животного.

— Мы тебе не по зубам. Скоро я с тобой вот что сделаю, — и послал ему мысленную картинку, как завязываю его в узел. После чего этот махнир с визгом удрал в сторону ближайших строений.

— Что это было? — спросил Ори, когда тот исчез из виду.

— Он разумный и мы договорились.

— Я знаю, что он разумный, но что ты сделал, что он с таким визгом удрал от нас?

— Пойдём, нужно выбираться отсюда, и потом я ведь не спрашиваю, что ты сделал там, в торговом центре.

— Понятно.

Хотел сказать, что мне самому не понятно, как я так сумел сделать, но решил промолчать.

Вскоре мы перебрались через второй забор и оказались среди посетителей зоосада. После чего выяснили из табличек на ограждении, что мы оказались в вольере этого махнира. Около вольера толкалось много народу и многие из них нас приняли за работников зоосада и ничего не сказали. Сами мы поспешили побыстрее исчезнуть оттуда.

— Слушай, а почему здесь написано зоосад, а не зоопарк?

— Мне срочно в туалет нужно.

Вскоре туалет обнаружился и Ори исчез в нём.

— Ори, как ты мог оставить в нём все свои свежие ощущения? — пошутил над ним, когда он вернулся.

— Иди ты знаешь куда⁈ — ответил он. — И не говори мне, что не испугался!

— Да я как-то не успел, и вообще ты мог предупредить, что здесь есть опасные животные. Я поначалу решил, что он безобиден, пока он пасть не открыл.

— Я читал в том году в сети о нём, когда его привезли сюда и он съел двух местных работников, но как-то совсем забыл про это.

— А он не местный?

— Нет конечно, его привезли с другой планеты и стоил он очень дорого.

— А здесь ещё есть другие опасные животные?

— Другие животные есть, но он здесь считается самым опасным. Так что ты с ним сделал?

— Послал ему картинку, что с ним сделаю. Судя по всему, он поверил, испугался и удрал.

— Повезло нам, что ты псион.

— Я не псион, и сам не знаю, как это у меня получилось.

— Да это неважно уже.

— Полностью с тобой согласен. Главное, что мы попали внутрь.

— Это точно.

Мы с Ори долго гуляли, рассматривая различные деревья, завезённые с других планет, а также животных, которые были завезены вместе с этими животными. Как правило эти животные совсем не крупные, но их видовое разнообразие поражало.

Вскоре наступил вечер и, посмотрев время на планшете, Ори сказал, что нам пора возвращаться. Сразу возник вопрос: как будем возвращаться? Я предложил уходить так же через забор, но Ори категорически оказался против, заявив, что у него сегодня и так в избытке острые ощущения. Пришлось мне согласиться с ним, и мы решили выйти отсюда через вход, справедливо полагая, что сейчас на выход будет много гостей зоосада, и мы легко сможем проскользнуть среди них.

Впринципе всё шло, как мы и задумали. На выходе оказалось много разумных, и мы без проблем влились в общую толпу покидающих зоосад. Вот только непонятно как за нами в толпе появился толстяк, и он нас заметил. Он молчал до того момента, пока мы не оказались около рамок безопасности. Здесь он заорал:

— Охрана, немедленно задержите этих голодранцев!!! Они преступники!

Когда я обернулся, чтобы посмотреть, кто это сзади орёт, он довольно и ехидно улыбнулся мне с пластырем на носу. Рано радуешься, урод!

— Что будем делать? — тихо спросил Ори.

— Прорываться.

— Но охранник перекрыл выход.

— Вперёд! Прорвёмся! Пока охранник один и не понимает, кого нужно задержать.

Впрочем, этот толстяк сзади не унимался и продолжал орать,и вскоре всем стало понятно, кого он имеет в виду. Толпа шарахнулась в стороны от нас, и мы оказались перед охранником и почти сразу перешли на бег.

— Снизу, — шепнул я Ори.

Он понял и прыгнул ласточкой вниз, решив проскочить между ног у немного растерявшегося охранника. Сам же я вспомнил станцию и тоже прыгнул, уже в воздухе оттолкнулся ногой от рамки безопасности, которая находилась перед охранником, изменив направление полёта. Удар дубинки охранника пришёлся по голове, но по касательной, после чего я врезался головой ему в грудь. Моя голова выдержала двойное столкновение, его бронежилет тоже, но на ногах охранник не удержался, и уже вдвоём мы продолжили полёт. Приземлились мы почти на Ори, которому удалось секундой раньше проскочить у охранника между ног. Только в самый последний момент он сумел отскочить немного в сторону, и мы грохнулись рядом с ним. Именно грохнулись, потому что при этом получилось много шума от встречи его бронежилета и с чем-то похожим на металлический кафель на полу проходной.

После чего из соседнего помещения выскочили двое охранников и ещё двое охранников, сидящие до этого за пультами, решили присоединиться к ним. Я сразу понял, что у нас меньше секунды, чтобы покинуть помещение. Вот только охранник был настроен против. Он схватился обеими руками за мои руки, не давая мне что-то сделать ему. Голова у меня оставалась свободна, и мой удар в его челюсть сразу ослабил его хватку. Одновременно я рванулся, и он выпустил меня из захвата.

Ори уже бежал к закрывающимся наружным дверям. Не медля ни доли секунды, последовал за ним, но уже видел, что не успеваю — наружные двери должны были закрыться раньше. Мне повезло, что на Ори сработала блокировка дверей — не дав дверям закрыться, выскочил следом за ним. Наружные стеклянные двери за нами захлопнулись, отсекая нас от охраны зоосада и посетителей, которые с большим интересом следили за происходящим. После чего я остановился, показал средний палец толстяку, по-прежнему что-то вопившему из задних рядов посетителей, и побежал следом за Ори.

— Это было совсем экстремально! — сказал Ори, когда мы отбежали на безопасное расстояние и убедились, что нас никто не преследует.

— А я тебе сразу предлагал через забор уходить.

— Да у нас что так, что так — всё равно получается экстремально.

— Это точно, сегодня мы с тобой адреналина поймали в избытке.

— А по тебе совсем не скажешь. Давно у меня не было столько экстрима.

— Осталось только успеть вернуться в интернат.

— Успеем.

Мы действительно успели вернуться до закрытия и переполненные впечатлениями разошлись по своим комнатам.

* * *

Утро у нас как-то сразу не задалось. Проснулся я от пищания панели над головой, и сразу почувствовал, что в комнате нахожусь не один. Повернув голову, обнаружил у входа Тею, она была вместе с Ори.

— Одевайся и следуй за мной! — заявила она безапелляционно.

— Что стряслось? Это никак не может подождать до обеда?

— Не может! Я жду.

Пришлось быстро собраться и отправиться за ней. Когда мы шли, одними губами спросил у Ори о том, что происходит. Он так же ответил, что без понятия. Судя по всему, нас вычислили.

— Присаживайтесь, юноши, и рассказывайте о том, как вчера провели день, — сказал Ардар, когда мы оказались у него в кабинете.

— Да ничего интересного, гуляли по городу, знакомились с местными достопримечательностями, — ответил ему.

— И как, успешно?

— Что «успешно»?

— Знакомились.

— Не очень, быстро выяснилось, что здесь невозможно никуда попасть.

— Никакие достопримечательности от вас не пострадали?

— Вроде нет.

— Ты в этом уверен?

— Вот сейчас уже нет.

— Это почему?

— Мне ваши вопросы не нравятся.

— Правильно, что не нравится. Расскажи мне лучше, что вы собирались делать в развлекательном центре?

— Ну это же очевидно — развлекаться. Я вам скажу по секрету — здесь, в интернате, жутко скучно.

— И поэтому вы решили взорвать развлекательный центр?

— Мы? Простите, а чем?

— Ты знаешь, я поначалу не поверил, что у тебя на счету восемь пиратов, но сейчас охотно в это верю. Мне их даже немного жалко. Не повезло им, они встретились с тобой, Отпуск. Ты и есть ходячее оружие.

— Наговариваете вы на меня. Никакой развлекательный центр я и пальцем не трогал, — после чего он посмотрел на Ори. Тот сидел как на иголках.

— Тогда расскажи мне, с какой целью вы туда пошли? Надеюсь, мне не потребуется показывать тебе записи с камер наблюдения.

— Я ведь уже ответил, мы хотели развлечься, но нас не пустили.

— Да врёт он всё! Уверена, что они хотели попасть на стриптиз, но не получилось, — вмешалась Тея

— Тея, я тебя прошу, не встревай пока, — она сразу замолчала. — И тогда вы решили взорвать развлекательный центр?

— Нет конечно, мы просто оттуда ушли.

— Бегом?

— Действительно бегом, сработали сирены, и мы решили, что стоит отбежать от здания.

— И вы к этому совсем не причастны?

Глава 16

— Нет. Мы просто испугались.

— Врёт и не краснеет! — сказала Тея. За что сразу удостоилась осуждающего взгляда Ардара.

— Допустим, — сказал он. — А что тогда произошло в зоосаде?

И здесь я понял, что мы попали по полной программе, но решил не сдаваться.

— А что там произошло? — и попытался сделать удивлённое лицо.

— Это я у вас хочу узнать.

— Ничего особенного там не произошло.

— У меня другие сведения.

— Странно. Нас туда элементарно не пустили.

— Но вас ведь это не остановило?

— Как раз остановило.

— А ты что молчишь? — спросил он Ори.

— Так Клим всё верно рассказывает, — ответил Ори.

— И у тебя нечего к этому добавить?

— Нечего.

— Значит, вы утверждаете, что не были на территории зоосада.

— Ну, нас же туда не пустили, — ответил ему.

— А как тогда вы можете объяснить вот эти записи?

Он включил планшет, лежащий на столе перед ним, и показал нам нарезку записей, как мы гуляем по зоосаду и рассматриваем животных и растения.

— Сознаемся, были мы в саду.

— Теперь расскажите мне, как вы туда попали.

— Ну как, нашли дырку в заборе и пролезли через неё. Нас ведь не пускали через вход.

— Вижу, что говорить правду вы не хотите.

— Почему, мы ведь признались, что были в зоосаде. Мы им хотели честно заплатить за посещение, но нас охрана не пускала. Пришлось проникнуть на территорию таким образом.

— А теперь расскажи мне, что ты сделал махниром?

— Я?

— Да, именно ты. И не нужно говорить, что вас там не было. Вам показать записи, как вы перебираетесь через ограждение его вольера?

— Не знаю я такого растения. Впрочем, их там много было, и, возможно, я что-то забыл или упустил.

— Вот посмотри. Вот вы находитесь у него в вольере, вот перелазите через ограждение вольера.

— Так мы и это не отрицаем, но никакого махнира мы там не встречали и не видели.

— Рассказывай, что ты с ним сделал! После встречи с вами он забился в самый дальний угол и второй день оттуда не вылазит.

— Можно уточняющий вопрос?

— Какой?

— Как я понял, махнир — это какое-то животное. Мы там видели много животных, они сейчас все так же забились в дальние углы и не вылазят?

— Как я понял, пострадал только этот махнир?

— Тогда почему они решили, что он пострадал от нас.

— Не от нас, а от тебя. Видишь ли, дело в том, что этот махнир — пси активен, и ты у нас тоже псион без пяти минут. Какое удивительное совпадение.

— С чего вы это взяли?

— В Нейросети так сказали.

— Вот лично мне ничего такого не говорили, сказали, что возможно, и не сейчас, а к восемнадцати годам. Мне же пока шестнадцать и не чувствую я в себе никаких задатков псиона. Так что вся ваша теория с этим махниром рассыпается на глазах. Больше скажу, мы никакого махнира в глаза не видели.

— Вижу, что правду вы не хотите говорить. Посмотри вот на эту запись. Только не отрицай, что это не ты ему нос сломал.

— Глупо оправдывать очевидное. Вот только на записи хорошо видно, что он попытался пнуть меня, после чего получил в ответ от меня и убежал жаловаться к охране. Так что я оборонялся и ко мне не может быть претензий.

— А ты знаешь, кто это?

— Понятию не имею.

— Вице-президент корпорации Даррелла.

— Всей корпорации или только местного отделения?

— Местного отделения, — он на автомате ответил, сразу задумался и спросил. — А тебе это зачем?

— Думаю, если всей корпорации, улетит потом, сложно искать будет, а так проблем нет.

— А ты в курсе, что они являются спонсорами нашего интерната?

— А вы в курсе, что он нас с Ори назвал оборванцами? И вообще зачем вы звук убрали с записи? Думаете, мы не помним, что он нам сказал? Не находите, что ваш великий благотворитель презирает нас, да и вас вместе с нами?

— Не находим. Уверен, что ты его спровоцировал.

— Не смешите меня. Я всего лишь вежливо попросил его провести на территорию зоосада. Можно всего лишь включить полноценную запись, и она докажет, что я прав.

— То есть ты не находишь ничего особенного в том, что ты избил одного из спонсоров интерната?

— Не нахожу и потом я с ним поступил так же, как он поступает с нами.

— Это как же?

— Я проявил гуманизм и не стал его преследовать, хотя и мог. Тогда они бы не добежали до охранников.

— Кстати о гуманизме. Мне вот любопытно стало, что тебе сделал охранник, которого ты избил?

— Вот насчёт него могу честно признать, что он невинная жертва в этой истории, и готов принести ему свои искренние извинения.

— Хорошо, что ты хоть в чём-то честно сознался. А нашему спонсору не хочешь принести извинения?

— Конечно, хочу. Я приношу свои искренние извинения этому колобку на ножках и искренне не советую попадаться мне. Он мне задолжал.

— Сегодня искренность из тебя прямо брызжет.

— Я рад, что мы понимаем друг друга.

— Посмотрим, как на твои выходки отреагирует руководство флота, а пока вам запрещён выход на улицу.

— Благодарим за наказание. Мы можем идти на завтрак?

— Можете.

Дверь не успела закрыться за нами, как я услышал:

— Ардар, ты что не видишь, он издевается над тобой и это у него получается очень хорошо, — сказала Тея.

— Не суетись, послушаем что ответит флот.

* * *

Мы с Ори вместе дошли до столовой, в которой уже никого не было.

— Похоже, обошлось, — сказал Ори уже за завтраком.

— Не думаю. Вот только кто знал, что этот говнюк окажется спонсором нашего интерната. Я думал, нас отправят в тёмную комнату.

— Её после тебя ещё не починили. Кстати, весь интернат был очень рад, когда ты её сломал.

— Не знал. В чате ничего такого не было.

— Все знают, что там нельзя писать лишнего.

— Ясно, откуда они узнали про зоосад. Но я не понимаю, откуда они узнали про развлекательный центр.

— Кстати, мне самому стало интересно.

— Может, он тоже принадлежит корпорации?

— Посмотри в сети.

— Нет, другой корпорации.

— Это означает, что они за нами следили.

— Может, там тоже кто-то был знакомый?

— Даже если был, то откуда он узнал, что мы с этого интерната? Слишком быстро. Нет, это однозначно за нами следили. Вот только я не понимаю, как они это смогли за нами проследить. За нами никто не шёл, я проверял и не раз.

— С дрона если только.

— Скорей всего, ты прав, а в зоосаде они нас потеряли, деревья нас скрывали от наблюдения. Они нас потеряли и сами запросили информацию о том, что там произошло.

— Встряли, но что сейчас сделаешь.

— Да ничего они нам не сделают. Ты ведь знаешь не хуже меня, до восемнадцати за нас должны отвечать родители, а у нас их нет, так что отвечать некому.

— За нас отвечает флот.

— И что они нам сделают? Отправят в абордажники? Так я там был. Это всё ерунда.

Если нет чего-то серьезного, то ничего не будет.

— Думаю, нам влетит, но позже. Ты же слышал, что они отправили данные по нам на флот.

— Слышал, знаешь, у меня сейчас появились сомнения насчёт этого колобка.

— Какие?

— Как-то легко Ардар нам рассказал о нём и не пригласил его сюда вместе с охранниками корпорации, чтобы разобраться со мной.

— Сюда? Здесь везде камеры наблюдения.

— Камеры ерунда, их можно выключить, когда будет нужно. Он мог пройти сюда незаметно через здание вместе с охранниками. Был бы он самом деле вице-президентом, думаю, руководство интерната ничего не стало отправлять на флот. Всё больше подозреваю, что нас Ардар развёл с ним.

— Не только тебе шутить над ними, здесь тебе прилетела ответочка.

— Ардар рассчитывал, что я испугаюсь и всё расскажу, хотя я и поверил ему, но почти ничего не рассказал.

— У тебя убедительно получается рассказывать, даже я поверил, что именно так всё и было.

— Посмотрим, чем всё закончится.

Через час нас увезли в полицию. Где заставили рассказать, о том, как всё было, после чего вернули в интернат.

* * *

Кабинет начальника СБ станция Алана.

— Шеф, я оказался прав! — сказал лейтенант Обри, зайдя в кабинет.

— О как! И в чём же, интересно знать?

— Я вам говорил, что этот Отпуск замешан во взрывах на станции.

— И ты готов предоставить доказательства?

Здесь лейтенант сразу сник.

— Нет, пока не готов.

— Тогда почему ты так решил? Что, его креатка вернулась?

— Нет, не вернулась, вернее, я не знаю, не выяснял.

— Ничего не понимаю, выкладывай твои основания.

— Шеф, его вчера выпустили из интерната, и он сразу решил взорвать развлекательный центр.

— Вот так сразу, вышел из интерната и пошёл взрывать развлекательный центр?

— Да, ну, почти сразу.

— Целеустремлённый парень. И чем этот развлекательный центр его не устроил?

— Их туда не пустили.

— Значит, он был не один. С подружкой?

— Нет, со вторым. Который с ним находился в миграционном центре.

— О, вот и сообщник у него появился. Лейтенант, я в его возрасте тоже хотел попасть в развлекательный центр, и даже подрался с охраной, когда меня туда с девушкой не пустили. С чего ты решил, что он его захотел взорвать и где он взял взрывчатку?

— Вот запись с дрона, что мне сегодня передало руководство интерната.

— Не вижу на записи ничего интересного. Что произошло после того, как они убежали с развлекательного центра?

— Там до утра искали бомбу, система безопасности всё время сообщала, что у них обнаружена бомба.

— Нашли?

— Нет, но это не значит, что её там не было.

— Это значит, что у них сбоит система безопасности и всё. Я тебе больше скажу, парня проверяли, пока ты прохлаждался в капсуле, и с точностью до секунды установили, что он никакого отношения к взрывам на станции не имеет. Так что хватит ерундой заниматься! Займись делом!

— Шеф, это далеко не всё!

— Что он ещё натворил?

— Он избил вице-президента корпорации Даррелла и сломал ему нос.

— А вот это уже интересно, и где они встретились?

— Около входа в зоосад, вот запись.

— Так, не понял, кто это?

— Как кто, Отпуск.

— Это я вижу, кто тот, кому он нос разбил? Где-то я его видел.

— Это вице-президент корпорации Даррелла.

— У них что, сменился вице-президент?

— Не знаю.

— Грег, привет. Как у тебя дела? Ты по-прежнему вице-президент или тебя уже повысили? Да у меня лейтенант очередной бред несёт, я вот и решил, что ты на повышение пошёл. Понял. Должен будешь, — чуть погодя, вновь обратился к лейтенанту. — Скажи мне, сложно посмотреть в сети, кто является вице-президентом корпорации? Эта информация есть в свободном доступе.

— Тогда кто это?

— Это я тебя должен спрашивать, а не ты меня! И скажи, почему тебя нисколько не смутило, что вице-президент корпорации ходит один и без охраны? Лично я в первую очередь на это обратил внимание, но засомневался.

— Шеф, я был уверен, что он с ним знаком.

— Кто он?

— Руководитель интерната.

— Да охрана даже близко не подпустила бы этого Отпуска к нему. Учишь тебя, учишь, а всё не на пользу.

— Шеф, я всё выясню.

— Где-то я его точно видел. Сейчас проверю. Точно! Это он!

— Кто это?

— Владелец одной юридической конторки на планете. В своё время он доставил нам много проблем. Передашь все данные Мей из юридического отдела. Скажешь ей, что это подарок от меня. Посмотрим, как он теперь будет выкручиваться. Неспровоцированное нападение на несовершеннолетнего. Мей однозначно будет рада.

— Шеф, но это он пострадал от Отпуска.

— Очень жаль, что Отпуск ему так мало отгрузил, он заслужил гораздо больше.

— Шеф, там ещё махнир в зоосаде от него пострадал и охранник немного.

— Ты, лейтенант, не забыл, где работаешь?

— Нет, в СБ.

— Лейтенант, я прямо чувствую, что у тебя мало работы. Неужели ты думаешь, что мы должны заниматься какими-то махаонами?

— Махниром.

— Да мне плевать, как он называется. Займись делом! Хватит ерундой заниматься!

— Я понял. Дело сегодня же передам юристам. А что мне передать руководству интерната? Они просят их перевести в другой интернат.

— Я тебе уже в прошлый раз ответил. Они будут жить в этом интернате!

— Понял, а что по братьям Сапфиро?

— Ничего. Пропали и они, и группа, которая пошла за ними. Иди, работай и не отвлекай меня из-за такой ерунды. Махнир у них пострадал, понимаешь ли.

* * *

Прошло уже больше месяца, как нас заперли в интернате. Ори стали выпускать из интерната уже две недели назад, а мне только три дня назад разрешили выход на улицу, но категорически запретили приближаться к зоосаду и к развлекательному центру. Впрочем, мне туда сильно и не хотелось. Ори со своих прогулок стал приносить разные сладости и угощать меня и девчонок. Я оказался совершенно равнодушен к сладкому, девчонки же его попытки познакомиться почему-то по большей части игнорировали или брали сладости и уходили к себе, что его расстраивало. Вот и сейчас мы сидели в столовой в гордом одиночестве.

— Видел? Взяла и ушла.

— Ори, я думаю здесь что-то не то. Наверное, им просто запретили с нами общаться.

— Почему?

— Нас боятся. В основном, конечно, меня, а тебя опасаются, как моего приятеля.

— И что нам делать?

— Дружище, есть другие девушки, на этом интернате свет клином не сошёлся.

— Нас в развлекательные центры не пустят.

— Нам и запретили к ним приближаться.

— Тогда что делать?

— Отлавливай их на подходе к клубу.

— Что значит «на подходе»?

— Ну как-то они в клуб попадают.

— Попадают.

— Вот там и лови.

— Ты со мной?

— Нет, это точно без меня.

— Что, никак не можешь забыть креатку?

— Не могу. Мне теперь все девушки кажутся не сексуальными.

— Сочувствую. Что-то такое я читал в сети.

— Не береди эту рану.

— Чем тогда займёшься? Тебе уже три дня назад открыли выход, а ты по-прежнему никуда не выходишь?

— Не хочу. Да и некуда мне идти. Кредов нет.

Он посмотрел на камеру над нами и, прикрыв рот рукой, одними губами спросил:

— Опасаешься подставы?

— Да, — точно так же ответил ему.

— Правильно.

Мы разошлись, он отправился на улицу, а я спортзал. Честно говоря, я не верил, что мне всё сойдёт с рук. Как выяснилось, этот махнир — самая дорогая зверюга зоосада, а владелец зоосада однозначно не беден. Это уже не говоря про колобка. Этот числился вторым в списке моих «доброжелателей». Третьей в списке значилась администрация интерната. Они однозначно хотят избавиться от нас.

Все трое могли устроить мне какую-нибудь гадость. Сам же я понял, что мне нечего делать на улице и поэтому решил пока никуда не ходить. Уже привычно проводил время на спортивных тренажёрах. Хотя от меня никто не шарахался, но и в друзья мне никто не хотел набиваться. Все местные держали дистанцию. Видимо, такое моё поведение поставило администрацию в тупик, и во второй половине дня в спортзале появилась Тея.

— Ты чего здесь сидишь в полном одиночестве? — спросила она.

— Почему в одиночестве? Или ты уже не считаешься?

— Тебе разрешён выход в город.

— Я знаю.

— Сходил бы проветрился.

— У меня кредов нет, а без них нечего там делать.

— В парк сходи, он рядом находится, это бесплатно.

— Сходил уже один раз. Потом… В общем, не хочу.

— Зачахнешь здесь в одиночестве.

— Начну чахнуть — тебя позову.

— Только не говори, что за ум взялся — не поверю.

— Нет конечно, и не надейся.

Она развернулась и ушла.

Задёргались — это хорошо. Значит, я не ошибся, и мне приготовили на улице какую-ту гадость.

* * *

За завтраком Ори был хмур.

— Что случилось? — спросил его.

— Твой план оказался не очень.

— Мой план?

— Ты ведь предложил знакомиться с девчонками у входа в развлекательный центр.

— И что пошло не так?

— Всё! — ответил он и замолчал.

Посмотрел на его физиономию: нос и левая щека ободраны, справа на скуле синяк.

— И кто тебя так?

— Да есть специалисты.

— Из наших?

— Нет. Я не знаю его.

— Рассказывай, что у тебя произошло?

— Не при всех.

Когда почти все разошлись, к нам за столик неожиданно подсела одна из девушек.

— Ты зачем полез к нему? — спросила она, обращаясь к Ори.

— Я думал, ей помощь нужна.

— И как? Помог?

— Нет.

— Ты тоже там была? — спросил девушку.

— Нет, но мне рассказали.

— Объясни ему, что не стоит пытаться дергаться. Говорила я тебе, чтобы ты уходил оттуда, но нет, распустил хвост перед Алей — болван. Теперь из-за тебя у меня будут проблемы.

— Что-то я уже совсем ничего не понимаю? — спросил её.

— Как раз всё понятно, объясни ему, что нужно делать, когда я ему сказала, что нужно делать. Ушёл бы тихо и сам, ничего бы не было, но нет, он решил показать ей, что у него полно кредов.

— Так, я по-прежнему ничего не понимаю. Что произошло?

Глава 17

— А он тебе ничего не рассказал?

— Нет.

— А Алей рассказывала, что он пообещал им, что ты от них мокрого места не оставишь.

— Кто такая Алей, и кому он пообещал?

— Алей — это его вчерашняя подружка. От которой он вчера весь вечер отлипнуть не мог. Надеюсь, у вас хватит мозгов не устраивать разборки. Сразу скажу, в полицию идти бесполезно.

— А при чём здесь полиция?

— Вам виднее, если что, я вас предупреждала.

Она развернулась и ушла из столовой.

— Это звиздец какой-то. Прилетела, чего-то много наговорила и исчезла. Ори, ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Хочу, но не здесь. Пойдём подышим свежим воздухом.

— Пойдём.

Мы вышли из интерната и немного отошли от входа. В этом месте находилось небольшое углубление между вмонтированными в здание двумя колоннами, уходящими далеко наверх. В нём мы спрятались от камер наблюдения, установленных над входом в интернат. Место было тихое и сумрачное.

— Я тебе говорил, что нужно ожидать подставы, а ты не верил, — сказал я Ори.

— Вначале я также подумал, но потом почитал в сети и понял, что это у них бизнес такой.

— У кого «у них»? И при чём здесь эта девушка? Я даже не знаю, как её зовут.

— Я тоже не знаю. В развлекательном центре она выступала как Асиль.

— Так, стоп! Я уже ничего не понимаю! Рассказывай всё по порядку. Сразу после того, как вышел из интерната.

— Вышел, погулял по городу, а ближе к вечеру направился в клуб.

— Как ты туда смог попасть?

— Смог.

— Каким образом?

— Меня Алей провела.

— Кто такая Алей, и как ты с ней познакомился?

— Как ты мне и сказал, я решил знакомиться около клуба. Вот там и познакомился с Алей. Она направлялась в клуб и провела меня внутрь через чёрный ход.

— А ты ей сказал, что несовершеннолетний?

— Нет конечно, я что, похож на дурака?

— Есть такие подозрения. Что было дальше?

— Она сказала, чтобы я шёл в зал и что скоро будет выступать на сцене.

— А ты?

— Сделал всё, как она сказала.

— И что произошло дальше?

— Она выступила, после выступления вышла в зал и пришла ко мне. Клим, ты не представляешь, какая красивая девушка.

— Она что, певица?

— Нет, она танцевала стриптиз.

— А тогда эта из интерната как там оказалась?

— Она тоже танцевала стриптиз.

— Она?.. Ты ничего не путаешь? Она ведь несовершеннолетняя, как и мы.

— Ничего не путаю, но она там была сильно накрашена, я её сегодня с трудом узнал.

— И что было дальше?

— Мы с Алей сидели в баре, она присоединилась к нам. Когда Алей ушла в туалет, сказала мне, чтобы я быстро проваливал из клуба.

— А ты не пошёл?

— Нет конечно, я собирался продолжить вечер у Алей дома.

— А что она говорила про то, что ты кредами разбрасывался?

— Я не знал, что ответить на вопрос, кто я, вот и ответил, что я искатель. А потом было нужно соответствовать.

— Так они тебе и поверили. Ладно, проехали, что было дальше?

— Мы ещё немного посидели в баре.

— И за всю выпивку платил ты?

— Да, а потом мы пошли к ней. Немного отошли от клуба и появилась эта троица. Главный у них сказал, что Алей — его девушка, и что я должен заплатить ему компенсацию.

— Судя по твоей физиономии, ты отказался.

— Отказался, вот только это не помогло, они забрали всё. Клим, мне плевать на креды, их не жалко, а вот планшет жалко, там было много нужного.

— Ори, она же сказала, что бесполезно идти в полицию, и я склонен ей верить. Она тебя и в клубе предупреждала о том, чтобы ты уходил, но ты не послушал.

— Может, попробуем их найти? — спросил он с надеждой в голосе.

— Как ты предлагаешь это сделать? Да и думаю, нет у них твоего планшета. Продали они его.

— Думаешь, продали?

— А зачем он им? Продали в ближайший магазин.

— У меня сейчас нет ни креда, они банковский чип забрали, и выкупить планшет не получится, а мне нужен планшет, чтобы заработать ещё кредов.

— У тебя много на банковском чипе было?

— Оставалось немного, кредов двести. Алей заказывала дорогую выпивку. Давай найдём их и выясним, где планшет.

— Как ты предлагаешь это сделать?

— Я с утра почитал сеть. Пишут, что эти трое часто грабят клиентов около этого клуба.

— Ори, они однозначно не стоят на том же месте, где ограбили тебя. Думаю, эта твоя Алей, когда ходила припудрить носик, заодно вызвала их.

— Думаешь, они заодно?

— Не сомневаюсь.

— Не верю я в это.

— Всё совсем плохо. Ори, ты слеп, открой глаза, ты сам мне только что сказал, что это не первый случай там. Даже если вечером мы сумеем перехватить у клуба Алей, она нам ответит, что их знать не знает. Тогда что мы будем делать с ней? Пытать?

— Нет, пытать мы её не будем.

— А правду добровольно она нам точно не скажет. Она ведь не полная дура. И как нам тогда их искать? В полицию бесполезно идти, как нам эта девушка из интерната сказала, и я склонен ей верить.

— Не знаю, может, с ней поговорить.

— С кем «с ней»?

— С девушкой у нас в интернате.

— Ори, видимо, ты после вчерашнего до сих пор не пришёл в себя. Этой девушке плевать на тебя и помогать тебе она точно не станет. Подошла она к нам только по одной причине — боится полиции и не хочет, чтобы мы туда пошли.

— Почему?

— Потому что она несовершеннолетняя, а уже работает и совсем не хочет потерять работу из-за тебя. Вернее, не из-за тебя, а из-за полиции, ведь если будет проводиться полицейское расследование, может легко выясниться, что она несовершеннолетняя и её уволят.

— Парни, где здесь флотский интернат? — услышал я за спиной.

— А тебе кого там нужно? — спросил в ответ и развернулся. Сзади стояло трое.

— Нужно найти кое-кого и побеседовать с ним. Ты, как я понимаю, оттуда?

— Правильно понимаешь.

— Это они, — шепнул сзади Ори.

— Серьёзно? Ну и везёт же тебе, — негромко ответил ему, после чего громко сказал. — Парни, вы уже нашли, кого искали!

— Вон он! Вчерашний тощий уродец, за ним прячется, — сказал один из троицы у них главному, рассмотрев за моей спиной Ори.

— Значит, ты и есть тот Отпуск, которым он нам вчера грозил? — спросил у них главный.

— Сам догадался или снова твоя шестёрка подсказала?

— Сам догадался.

— Тогда слушай меня внимательно. Дело в том, что у нас с вами проблема, и мы как раз собирались вас искать, чтобы её решить. Я очень рад, что вы сами, так сказать, добровольно пришли для её решения.

— Рид, я не понял, — сказал главарь, обращаясь к тому, что стоял справа от него, — этот тощий нам вчера обещал, что парень крутой, а он оказывается только заговаривать умеет.

— Я не закончил! — перебил его. — Так вот, вы вчера обидели моего друга, забрали у него его вещи и креды. Поэтому предлагаю вам добровольно вернуть ему все его вещи и выплатить компенсацию.

— Ты знаешь, — ответил главарь, — он нам вчера всё сам добровольно подарил и под запись. За ним остался только долг в две тысячи кредов. Мы как раз за ним пришли.

— Всё, что он вам должен, я прощаю, а вот его имущество придётся вернуть. Пока предлагаю вернуть всё добровольно, и тогда я забуду о вашем существовании.

— Пора заканчивать этот балаган! — сказал главарь. — Рид, забирай тощего, а я сейчас с этим придурком разберусь.

Придурок легко сблокировал сильный боковой удар в голову и мгновенно ответил ударом снизу в челюсть, к чему главарь оказался совсем не готов и отлетел назад. Второй было дернулся к Ори, но сразу остановился, не понимая, что произошло с их главарём. Вот только я совсем не собирался ждать, когда он примет какое-то решение и сам обрушился на него с градом ударов. Парень оказался шустрым, но два раза я смог его достать хотя и вскользь. Под градом ударов он стал постоянно отступать от меня, а я был вынужден его преследовать.

Наконец он не успел отойти и мой удар в его колено достиг цели. Уже заканчивал с ним, когда боковым зрением заметил, что Ори решил схватиться с третьим. Зря он это сделал, зря. Его попытка нанести удар в голову третьему противнику нарвалась на контрудар, подобный моему. После него Ори отлетел назад, приложился головой о здание, отключился и медленно сполз по стене на тротуар. К этому времени я уже отправил отдохнуть на тротуар второго противника и развернулся к третьему. Тот посмотрел на второго, потом на пытающего встать с бетона главаря и выдернул откуда-то сзади нож. Вот значит как.

Меня это не смутило, а вот его даже очень. Он совсем не ожидал, что я не только не испугаюсь, но и сам пойду к нему навстречу. В результате он стал махать передо мной ножом, пытаясь достать до лица. Без проблем я отклонялся назад, и он меня не доставал. После одного из его махов рывком оказался рядом с ним и захватил руку с ножом. Рывок! Крик боли противника. Нож полетел в одну сторону, парень в другую. Двумя ударами закончил с ним. Остался только главарь. Он уже поднялся на ноги и даже встал в стойку, чтобы встретить меня.

— Ты сегодня у меня будешь вместо груши.

— Мы это ещё посмотрим, — ответил он и посмотрел на лежащий недалеко нож.

Было видно, что он всё ещё не пришёл в себя от моего удара. Хотя он попытался сблокировать град из моих ударов, но у него это плохо получалось. Он пропустил два или три удара в корпус и последний в голову, после чего снова оказался на тротуаре, но в этот раз в отключке.

Всё, победа! Я осмотрелся по сторонам и увиденное меня не обрадовало. К моему большому сожалению, обычно пустой переулок между двумя высотками сейчас не был пуст, и наша драка не осталась незамеченной. У входа в интернат находилось четверо или пятеро воспитанников интерната, которые видели если не всю драку, то финальную часть точно. Рукой им показал им, чтобы зашли в интернат, но они совсем не собирались это делать. Пришлось стаскать эту троицу в закуток, в котором мы разговаривали с Ори. Подобрал нож и забрал ножны от него. После чего подошёл к Ори. Он по-прежнему находился в отключке, посадил его и прислонил к стене.

— Ори, подъем, уже всё закончилось, — и слегка пошлёпал его по щекам.

Он поначалу что-то промычал в ответ, а потом открыл глаза.

— Где они? — спросил он, немного придя в себя.

— Здесь, — и кивком показал на закуток.

— Все трое?

— Все там, — подтвердил ему. — Ты как? Сможешь встать на ноги?

— Наверно, — и попытался встать на ноги, но было видно, что он всё ещё не пришёл в себя после удара. Пришлось ему помочь. После чего мы зашли в закуток. Все трое грабителей по-прежнему находились в отключке. В закоулке стоял сумрак, и почти наощупь пришлось обыскивать этих троих. К моему удивлению, я нашёл только банковский чип у главаря. У двух других грабителей банковских чипов не оказалось.

— Ори, проверь, это твой? — и отдал чип ему.

— Нет, это не мой. Свой я сразу узнаю. Он у меня красный, а этот обычный.

— Жаль. Планшета у них тоже нет. Впрочем, было бы удивительно, если бы они взяли его с собой.

— И где его сейчас искать?

— Хороший вопрос. Кстати, что они там говорили о двух тысячах кредов?

— Я сам первый об этом слышу.

— Тогда подумай и ответь на вопрос: что им здесь было нужно? Хотя ответ на этот вопрос примерно понятен. Им нужен ты. Они хотели стрясти с тебя ещё кредов. Вопрос в том, откуда они узнали о том, что ты здесь проживаешь?

— Не знаю.

— Ты им говорил об этом, может, вчера?

— Нет, ничего такого точно не было, я всем говорил, что я искатель.

— Так тебе и поверили.

— Думаешь, не похож?

— Однозначно не похож. Скажи, а ты много потратил в клубе?

— У меня на чипе числилось около четырёх тысяч.

— А оставалось двести. Всё с тобой понятно.

— Что понятно?

— Твоя подружка сообщила этой троице, что ты тратишь креды на неё не задумываясь, а это значит, что у тебя кредов много. Ты ведь оплачивал её выпивку не задумываясь.

— Я как-то вообще не думал об этом.

— А стоило бы. Сегодня они выяснили, что у тебя на чипе осталось всего двести кредов и сильно расстроились. После чего решили навестить тебя. Вот только я не понимаю, как они узнали, что ты в этом интернате проживаешь.

— Не знаю, может, она им сказала? — и кивком показал в сторону входа в интернат.

— Вряд ли. Может, она тоже замешана, но тогда она бы не стала тебя предупреждать в клубе.

— Испугалась тебя.

— Меня не было в клубе, и она об этом прекрасно знала.

— Тогда откуда?

— Это я у тебя хотел узнать. Может, в планшете было что-то?

— Не было вроде.

— Ладно, тогда сейчас у них спросим, — и залепил хорошую оплеуху главарю.

Тот немного зашевелился, пришлось отгрузить ещё одну оплеуху, и только тогда он открыл глаза.

— Это опять я, — сказал ему. — Мы здесь приятелем поспорили, сколько ты продержишься.

— Продержусь? — спросил он непонимающе.

— Ну да, я сейчас тебя начну резать вот этим ножиком, — и показал ему лезвие. — Гарантирую, будет очень больно. Впрочем, ты можешь ответить всего на один вопрос, и я передумаю.

— Какой вопрос?

— Очень простой. Где его планшет?

— Да пошёл ты!

— Отлично! Время пошло!

Несильно воткнул нож ему в бедро и стал делать вращательные движения. Он заорал, и я сразу прекратил.

— Вот, по глазам вижу, что ты хочешь поделиться с нами информацией.

— Да пошёл ты!

— Зря, вижу, твой приятель уже пришёл в себя, и я сейчас займусь им. Я ему колено сломал и достаточно будет просто нажать на него. Ну что, ты не хочешь мне рассказать, где находится планшет? — обратился ко второму.

— Рид, молчи! — сказал главарь.

Почти сразу в ответ я вогнал нож ему в ногу, и он снова взвыл от боли, и я сразу прекратил

— Ну что, Рид, теперь твоя очередь. Так где планшет?

— Мы его в лавку продали, — ответил Рид.

— Отлично. В какую?

— У Сида.

— Так, что здесь происходит? — услышал я у себя за спиной.

— Тея, ты очень не вовремя, — и развернулся к ней лицом — Сходи погуляй немного, я позже всё объясню.

Она напряжённо посмотрела на нож в моей руке с каплей крови на самом кончике, не зная, что ответить. В этот момент сзади раздался крик второго:

— Спасите! Убивают! — его сразу подхватил главарь, и они на пару стали вопить, что их убивают. Вдобавок около входа в интернат появился Ардар, и я понял, что поговорить по душам с грабителями у нас уже не получится.

— Не смей трогать их! Я уже вызвала полицию! — заявила Тея.

— Зря ты это сделала. Ори, пойдём.

— Стоять! Я вас никуда не отпускала!

— Пока полиция не прилетела, мы сходим подышим воздухом, а то потом снова не выйдешь никуда. Ори, пойдём!

— Я вас не отпускала!

— А ты попробуй меня остановить!

Ори остался с ними, а я ушёл. Впрочем, недалеко. Обошёл здание интерната, напротив входа в корпорацию была разбита небольшая цветочная аллея со скамейками, и я устроился на одной скамеек. По пути закинул нож в небольшую вытяжку или техническое отверстие у здания корпорации. Это мой единственный трофей, и я был уверен, что у меня его отберут в полиции. Минут двадцать я просидел в одиночестве, когда рядом приземлился гравицикл.

— Ты Отпуск? — спросил полицейский.

— Я Клим!

— А у меня познание выдало, что ты Отпуск!

— Отпуск — это моя кличка, а зовут меня Клим.

— Об этом нет ни слова в твоём деле.

— Бардак значит у вас.

— Ладно, сам пойдёшь в полицию или…

— Сам пойду.

— Чего высматриваешь? — спросил его, когда мы оказались в полиции.

— Смотрю, кто из следователей раньше освободится.

— Да не усложняй, пошли.

— Э, ты куда?

— В кабинет, — открыл дверь и зашёл внутрь.

В кабинете оказалось двое. Начальник и Ардар.

— Здорово, начальник, это снова я! — поздоровался с ним.

— Опять ты⁈ — спросил начальник.

После чего на меня удивлённо уставился Ардар и полицейский, который меня привёз.

— Так получилось, но я ни в чём не виноват.

— Подожди с ним пока за дверью, — сказал он полицейскому, и нам пришлось выйти.

После того как Ардар вышел от него, полицейский завёл меня в кабинет и сам ушёл.

— Вижу, что спокойно тебе не живётся в интернате.

— Начальник, я ни при чём.

— Сегодня ты избил троих ни в чём не виноватых разумных. Совсем недавно от тебя пострадал махнир и охранник в зоосаде. Что дальше?

— Начальник, не верьте Ардару, он специально на меня наговаривает.

— Почему?

— Я вам по секрету скажу, он хочет от меня избавиться, но я буду держаться за интернат до последнего!

— Скажи мне по секрету, зачем ты избил троих разумных и пытал их?

Глава 18

— Вот снова сплошное враньё. Это они напали на меня, а не наоборот.

— Допустим, а что ты хотел от них?

— Они вчера ограбили Ори. Я совершенно культурно поинтересовался у них, куда они спрятали то, что вчера забрали у него.

— И куда?

— Сказали, что сдали в лавку, но какую — не успел выяснить, появилась Тея и помешала нашей беседе.

— Ты хотел сказать твоей пытке.

— Ну какая пытка? Говорю же, мы мирно беседовали.

— А вот по словам пострадавших, ты собирался их прикончить. Кстати, где нож?

— Врут они всё, откуда у меня нож? У меня нет ни одного креда, чтобы его купить.

— А откуда у твоего приятеля планшет?

— Вот этого я не знаю, когда мы познакомились, он уже был у него.

— Давно это было?

— Не очень.

— А точнее?

— Недели за две до нашей первой встречи.

— Я думаю, что ты мне врёшь, и всё было совсем не так. Твой приятель познакомился в сети с этими тремя разумными и назначил им встречу рядом с интернатом. После чего позвал тебя для силовой поддержки. Вы планировали ограбить и убить этих троих разумных с целью завладения их имуществом. У вас всё шло по плану, пока из интерната не вышла старшая воспитатель. Она, заметив неладное, вызвала полицию и попыталась вас остановить, и это ей удалось.

— Браво, начальник! Вы нас раскусили! Осталось только найти переписку в сети и дело можно закрывать.

— Найдём, не переживай.

— Успехов. Только помните о статье 3487 галактического кодекса. Заведомая фальсификация доказательств по делу наказывается от пяти до двадцати пяти лет отдыха на рудниках.

— А говорил, что дикий?

— Дикий и есть.

— Сети начитался?

— Нет, получил от Нейросети юридическую базу.

— Грамотный теперь?

— Совершенно верно.

— Снова врёшь, в сети начитался.

— Вот не верите вы мне, начальник, а я вам правду говорю.

— Некогда мне твои сказки слушать. Расскажешь их следователю.

— Начальник, ты снова забыл про 2059 статью межгалактического кодекса. Ты не имеешь права допрашивать меня без моего представителя.

— Твой представитель уже ожидает тебя около входа в мой кабинет.

— Это вы об Ардаре?

— Да.

— Тогда уточните, когда конкретно я назначил его своим представителем?

— А ты против него?

— Против, к тому же моего представителя вы прекрасно знаете — это лейтенант СБ, с которым я находился здесь в прошлый раз. Или это вы также будете отрицать и утверждать, что я вру?

После этих слов, начальник полиции хотя и пытался не показать, но я по его лицу сразу прочитал, что он совсем не хочет вмешивать сюда флот, а тем более СБ флота и мало того, ему всё происходящее совсем не нравится.

— Нет, не буду отрицать, — ответил он после небольшой паузы.

— Тогда пригласите сюда моего представителя.

— Тебе пригласят его во время допроса.

В кабинет зашёл полицейский, и мы с ним пошли к нему. Когда мы зашли в небольшой закуток, где он работал, с полностью прозрачными стенами, на одной из стен включилась небольшая панель, и появилась девушка в форме флота.

— Вы кто? — спросил у неё полицейский.

— Меня зовут Мэй, я представляю юридический отдел флота. Лейтенант Обри попросил меня представлять законные интересы этого разумного.

— Скорее, уже неразумного.

— Сейчас разберёмся.

Мне пришлось повторно рассказать полицейскому о том, что произошло и ответить на несколько совсем не понятных мне вопросов. После чего следователь показал мне фотографии нескольких разумных, которых я никогда не встречал. На этом допрос закончился, и девушка на экране отключилась. С меня сняли наручники и вывели к ожидавших меня у входа в полицейский участок Тею Ардара и Ори. Как я и думал, Ардар не стал устраивать разборку на месте, и мы пошли пешком обратно в интернат. Руководство интерната шло впереди, а мы с Ори немного сзади.

— Как ты? — негромко спросил Ори. Заметил, что он выглядит совсем не очень.

— Плохо, голова болит и тошнит постоянно.

— Сочувствую.

— Они мне не верят.

— Тебя ведь предупреждали об этом. Надеюсь, ты ничего не сказал про эту девчонку из интерната.

— Нет, но следователь мне сказал, что будут проверять Алай.

— И ты по этому поводу расстроен?

— И по этому тоже. Он не верит мне и говорят, что это всё ложь.

— Я ведь тебе сказал, чтобы ты шёл за мной, ты почему остался?

— Решил не усугублять и было нужно всё объяснить Тее.

— Ну и зря, объяснить ты ей мог и потом, а у нас было бы время, чтобы выработать общую позицию в том, что говорить в полиции.

— Я рассказал правду.

— Кому стало легче от твоей правды? И как тебе это поможет вернуть планшет?

— Думаешь, не вернут?

— Ты же сам сказал, что тебе не верят. Тогда с чего они тебе что-то вернут? Мне начальник участка сказал, что это ты всё придумал, нашёл этих троих в сети, а потом позвал меня на помощь. Так что у нас ты главарь, и мы собирались этих трёх разумных ограбить и убить.

— Они всё время про нож спрашивали.

— И что ты ответил?

— Что не знаю, откуда у тебя нож и куда ты его дел. А тебя спрашивали об этом?

— Спрашивали, сказал, что выбросил. Потом долго выясняли куда.

— А откуда он у тебя взялся?

— Нож не мой, а твоего противника. Он, после того как приложил тебя, достал его и попытался меня им прикончить.

— Не знал, я думал, он твой.

— Ори, откуда у меня креды на его покупку?

— У тебя оставалось немного на чипе.

— Там на нож не хватит.

— Как-то я не подумал об этом.

— Интересно, почему их интересует этот нож. Он что, особенный какой-то?

— Не знаю, я в ножах не разбираюсь.

Дальше мы пошли молча, каждый думал о своём.

— Конечно, ты постоянно вечно занят, а он ко мне с ножом повернулся и с ножа кровь капает! — возмутилась идущая впереди Тея.

— Тея, успокойся! — ответил ей Ардар.

— Сам успокаивайся! Ты его глаза не видел! Да ему разумного прикончить ничего не стоит! Я думала, он сейчас меня прикончит! — она повернулась и посмотрела на меня.

— Тея, я тебя не трогал и не собирался, но когда вежливо просят, стоит прислушиваться к таким просьбам! — ответил ей.

— Да ты… — и она замолчала.

— Тогда садись сзади, ты вроде не буйный.

— Вам вроде нельзя возить никого сзади?

— С чего ты это взял?

— Да так.

— Руки давай.

На меня надели наручники, после чего мы вылетели в уже знакомый участок. В участке уже находилась троица грабителей, Ори, Тея. Все они беседовали с полицейскими. На Ори, как и на мне, надеты наручники, а вот на грабителях их не было. Полицейский, с которым мы прилетели, находился рядом и что-то высматривал.

Дальше они шли молча, но, похоже, активно общаясь по нейросети. Когда мы пришли в интернат, я думал, нас пригласят в кабинет на разбор происшествия, но руководство ушло к себе, а нас отправили в свои комнаты.

Ещё больше они меня удивили на следующий день. Нам не запретили выходить из интерната. На завтраке я хотел поговорить с Ори, но к нам примкнула одна мелкая разведчица и пришлось перенести наш разговор. Кира вообще теперь частенько садилась завтракать рядом со мной и задавала много вопросов. Я не прогонял её, она забавная. Вот и сейчас она стала расспрашивать о вчерашнем происшествии. Пришлось поделиться с ней подробностями, после чего она перебралась за столик к девушкам и поделилась с ними полученной информацией. Поговорить нам с Ори удалось, только когда все разошлись.

— Ори, ты что-то понимаешь? Нас не наказали. Не понимаю, что происходит.

— Сам ничего не понимаю, но это даже хорошо.

— Это почему?

— Кажется, я нашёл на карте лавку этого Сида. Она недалеко отсюда.

— Даже если это окажется нужная лавка, ты что придёшь и скажешь «Верните мне мой планшет?»

— Конечно, свой планшет я сразу узнаю.

— Ты считаешь, что он такой единственный на планете и другого подобного не найти?

— На нём есть две мои отметки.

— Даже если ты опознаешь его, никто его тебе не вернёт. Этот Сид заявит, что это его планшет, и он владеет им с детства. Что ты тогда будешь делать?

— Даже не знаю.

— У тебя два варианта: идти в полицию или попытаться завладеть планшетом силой. Могу с почти стопроцентной гарантией сказать — оба варианта провальные. В полиции тебя никто слушать не будет, и из лавки ты с планшетом вряд ли сумеешь выскочишь, там наверняка стоят системы безопасности, и ты снова окажешься в полиции.

— Мрачная перспектива.

— Согласен.

— А что делать тогда?

— Ты выяснил, сколько кредов было у главаря на банковском чипе?

— Нет, и просто так это не выяснишь.

— Тогда нужно выяснить в сети, где и как это сделать.

— Не получится. Такой информации нет в сети, да и чип забрали полицейские.

— Зачем ты им его отдал? Сказал бы, что твой.

— Они меня проверили металлодетектором и спросили, есть ли у меня банковские чипы? Пришлось сказать, что есть. Тогда они запросили логин и пароль к чипу. В итоге сознался и заявил, что он не мой.

— И ты надеешься, что после этого они станут тебе верить? Сказал бы, что забыл коды доступа. Впрочем, наверняка бы его забрали в любом случае.

— И что теперь делать?

— Не знаю. Кредов, чтобы выкупить планшет, у нас нет, а просто так планшет никто не вернёт.

— Я пробовал занять в сети, но никто несовершеннолетнему не даёт даже один кред.

— Да уж, ситуация, куда не плюнь — везде клин. А сколько стоит твой планшет?

— Не знаю точно, думаю, около тысячи кредов сейчас.

— Всё ещё хуже, чем я думал.

— Может, у Теи или Ардара занять?

— Ну да, дадут они тебе такую сумму. Впрочем, есть вариант, — и стал осматривать столовую. Она уже была пуста. Только в самом дальнем углу сидели три парня из спортивной команды и что-то негромко обсуждали между собой.

— Кого ты ищешь?

— Девушку, что работает в клубе.

— Не думаю, что она нам поможет.

— Нужно с ней поговорить.

В этот момент в столовую заглянула Кира, явно ища кого-то.

— Кира! Ты мне нужна.

— Зачем? — сразу заинтересовалась она.

— Позови сюда, пожалуйста, девушку из вашего отделения.

— Понравилась? — спросила она с явным интересом.

— Нет, просто поговорить нужно.

— А тебе что, никто из девушек не нравится?

— Ты нравишься.

— Ну ладно, так и быть, позову. Кого тебе нужно?

— Я даже не знаю, как её зовут. Брюнетка такая яркая.

— Трини её зовут, — подсказал Ори.

— Трини многим нравится, и у тебя будет много конкурентов. Впрочем, это не твоя проблема, — и с деловым видом покинула столовую.

— Какая забавная.

— Вырастет, красавицей будет, — добавил Ори.

— Это точно.

Трини долго не появлялась и когда она пришла, у неё на лице было написано, что она совсем не горит желанием с нами общаться.

— Чего тебе? — спросила она.

— Поговорить нужно.

— Что, решил шантажировать? Так мне плевать на твой шантаж.

— Во-первых, успокойся, а во-вторых, никто тебя шантажировать не собирается.

— Тогда чего тебе нужно?

— Поговорить. Сядь, не нависай, не люблю.

— Я слушаю тебя, — и она села напротив, рядом с Ори.

— Может, на улице поговорим? Здесь камеры?

— Я что, похожа дуру? Мстить решил? Так я не при делах и предупредила этого придурка. Не моя вина, что он не послушал.

— Ты всё неправильно понимаешь, и ты нам должна. Мы не сдали тебя полиции.

— Вот спасибо. Только благодаря вам я осталась сейчас без работы. Так что поздно бояться.

— А я так не думаю, эти трое сами вчера сказали, что шли сюда, чтобы найти его. Вопрос: как они узнали о том, что он с этого интерната?

— Думаешь, что я навела? Лучше спросили у него, что он ей наобещал.

— Сейчас это уже неважно. Можешь узнать у своей подруги, куда они дели его планшет?

— Нет и не подруга она мне. Меня ваши дела не касаются. У меня и так из-за вас с ней проблемы возникнуть могут. Это не говоря о том, что клуб закрыли на время полицейской проверки, и я осталась без заработка. Так что помогать я вам точно не собираюсь.

— А если я тебе предложу заработать?

— Я не шлюха и не сплю с клиентами.

— А я этого и не предлагал.

— Ничего другого ты мне предложить не можешь.

— Значит, я сейчас тебя удивлю.

— Попробуй, но сильно сомневаюсь, что у тебя получится.

— Знаешь ли ты, что они забрали у него планшет?

— Не знаю, и меня не интересуют подробности.

— Вчера мы с ними не успели договорить, мне Тея помешала.

— Мы? Очень оригинальная версия. Видимо, он тебе помогал, отдыхая на тротуаре.

— Твоя ирония неуместна. Он не струсил и не сбежал, а дрался, как и я.

— Вначале накосячил, а потом прилёг отдохнуть, а ты за него отдувался. Очень удобная позиция. Вот только я так и не услышала твоё предложение.

— Предложение простое. Нужно найти и выкупить его планшет.

— Так выкупайте, я здесь при чём?

— У него не осталось кредов. Нужно, чтобы ты выкупила его планшет.

— Я? Вы решили, что я полная дура?

— Нет конечно. Ты умная девушка и не дослушала предложение до конца.

— Тогда слушаю.

— Думаю, ты знаешь, что у него креды были.

— Он может смело забыть о них.

— Он и забыл, но чтобы заработать ещё, ему нужен этот планшет. Предложение такое: ты выкупаешь планшет, он стоит около тысячи кредов. Ори зарабатывает с его помощью ещё кредов и отдаёт тебе уже две тысячи. Как видишь, тебе ни с кем спать не придётся.

— И в чём подвох?

— Ни в чём и тебе не придётся ради этих денег трясти твоими сиськами.

— А чем тебя мои сиськи не устраивают? Вон он с большим удовольствием на них пялился.

— Меня с ним не было, и я не мог их оценить. Так что по предложению скажешь?

— Скажу нет.

— Почему?

— Потому что он полный придурок и у него также его где-нибудь или отберут, или он его потеряет. Каким образом он мне тогда вернёт мои креды?

— Твоё предложение?

— Я соглашусь только при условии, что он отсюда никуда с ним не будет выходить. Это раз. Второе, если он не сможет отдать долг, ты переходишь в моё рабство.

— Я? А при чём здесь я? Это сделка между вами.

— А при том, что мне с него никакого проку, а тебя я придумаю, как использовать.

— Так не я же буду должен тебе, а Ори?

— Ты будешь поручителем у него. Гарантией того, что он мне вернёт креды. Если не согласен, дальше нет смысла обсуждать условия.

— А есть ещё условия?

— Конечно. Я хочу не две, а четыре тысячи кредов.

— Ты не находишь, что это совсем грабительские проценты?

— Не нахожу.

— А я считаю, что триста процентов ни за что — это в чистом виде грабеж.

— Это плата за риск, но если не хочешь, значит и говорить больше не о чем.

— Я согласен, — неожиданно сказал молчавший всё время Ори.

— А я нет, — ответил ему.

— Ну нет, так нет. Тогда больше разговаривать не о чем, — и она направилась на выход, виляя бедрами, зная, что мы смотрим ей в спину.

— Нужно было соглашаться — сказал Ори, когда она покинула столовую.

— Ори, она знает, что у тебя сложное положение, вот и пользуется ситуацией. У неё рисков практически никаких. Даже если ты не сможешь отдать креды, она почти ничего не потеряет. Продаст планшет этому же торговцу. Подумаешь, потеряет немного кредов из-за этого.

— Я без проблем отработаю и отдам.

— Да я тебе верю, но всегда можно организовать для тебя какой-нибудь форс-мажор, и не нравится мне, что у неё на меня какие-то планы. У этой девочки акулья хватка.

— Да, сука она ещё та. Это я ещё в клубе понял. Вот только как быть с планшетом?

— Нужно подумать, у кого ещё есть креды здесь. На ней варианты не закончились.

— А ты знаешь ещё кого-то, у кого есть работа?

— В том-то и дело, что я никого больше не знаю. А ты поспрашивай у ребят. Думаю, она не одна здесь работает. Только не распространяйся о ней.

— Поговорю. Тем более многим интересно, что вчера произошло.

Мы разошлись, я привычно отправился в спортзал, а он пошёл кого-то искать.

Несколько часов пыхтел на тренажерах, когда Ори появился в спортзале, но не один, а вместе Трини. Обычно в это время я тренировался в гордом одиночестве, вот и сейчас скинул с себя одежду и в одних трусах потел на силовом тренажёре. Трини осмотрела меня с головы до ног.

— Отлично сложен! — сказала она с ехидной улыбкой. — Теперь я даже знаю, как тебя использовать!

Мышцы после длительной гибернации пришли в норму. К тому же в последнее время я не вылазил с тренажёров и теперь был обладателем спортивного торса без грамма лишнего жира.

— С чего это вдруг? Мы вроде не договорились?

Глава 19

— Как раз договорились. Осталась только твоя подпись.

Она дала мне небольшой планшет, и я прочитал текст договора. Всё было правильно за исключением суммы. В договоре стояла сумма в три тысячи двести кредов.

— Ты решила уступить по сумме?

— Мы с ним сошлись на этой сумме, — я посмотрел на Ори, он согласно кивнул. — Подписывай.

Тогда я тоже приложил палец к планшету, чтобы заверить договор.

— Отлично! Одевайся! Пойдём теперь выкупать его планшет. Встречаемся у входа в интернат, — она развернулась и вышла из спортзала.

— Ты решил договориться с этой акулой?

— Я поговорил с ребятами, все скрывают, где и как зарабатывают. Утверждают, что не работают и кредов нет.

— Жаль, я тоже не против где-то подзаработать. Ты точно сумеешь рассчитаться с ней, а то совсем не хочется попасть в зависимость от неё.

— Не переживай, я быстро всё отработаю. Лишь бы торговец планшет не успел продать.

— Вот не думаю, что он его продал. Судя по всему, он его припрятал, понимая, что планшет криминальный. Здесь скорее возникнет сложность в том, захочет ли торговец показать планшет нам.

Впрочем, разберёмся, а пока я быстро в душ.

Когда я вышел в холл, Ори с Трини стояли здесь, но здесь же находилась Тея.

— Наконец-то! — сказала Трини. — А то я уже собиралась идти и тебя из душа выгонять.

После этих слов Тея как-то с прищуром посмотрела меня.

— А что я-то сразу? — ответил на её взгляд. — Это её идея была, а не моя.

— Потому что я тебя знаю! — ответила мне Тея. — Вы куда собрались?

— Подышать свежим воздухом и купить Ори новый планшет. Ты не против?

— Точно купить?

— Можешь с нами сходить. Мы совсем не против.

— Трини, ты с ними?

— Я проконтролирую, чтобы было всё в порядке, — ответила Трини.

— Тогда нет проблем. Следи за ним, он — одна большая ходячая проблема, да и второй такой же.

— Всё будет в порядке, Тея.

Мы втроём вышли из интерната, и я сразу посмотрел по сторонам. Вроде никого не было, и мы пошли в лавку.

— Думаешь, они тебя здесь тебя поджидают?

— Кто их знает.

— Они сейчас зализывают раны в какой-нибудь дыре.

— Значит, ты всё-таки знакома с ними?

— Знакома — это громко сказано. Они и подходили ко мне и предлагали долю от награбленного, но я отказалась. Мне проблемы с полицией не нужны.

— Следовательно, и к остальным подходили.

— Скорей всего подходили. В клубе девочки все разные, но большинство не особо общительные.

— Алей с ними заодно? — спросил Ори.

— А ты только сейчас это понял? С кем я связалась.

— Да ладно тебе, понравилась она ему очень.

— Ты сколько тогда коктейлей выпил?

— Не помню, много, — ответил Ори.

— Тогда это коктейли в нём говорили. Клиентам добавляют в коктейли легкий афродизиак.

— Зачем?

— Ну, а ты как думаешь?

— Ты ведь не спишь с клиентами?

— Я не сплю, а другие девочки спят, но за очень хорошие креды.

— Тогда почему она не предложила мне переспать за деньги? — спросил Ори.

— Она же не дура спать с несовершеннолетним.

— Она не знала, что я несовершеннолетний.

— Наивный, для этого нужно всего лишь посмотреть на твою шею. Меня поначалу удивило, что ты оказался в закрытом клубе, но всё стало понятно, когда ты стал оплачивать коктейли в баре.

— Я тебе тоже оплатил два!

— Четыре, а чего теряться, ты ведь был готов оплатить коктейли всем девочкам в баре. Сама щедрость. Много заплатил за вход?

— Двести кредов.

— Хорошо Алей заработала на тебе.

— А Алей это её настоящее имя? — спросил Ори задумчиво.

— Да ты влюбился.

— Ты не ответила.

— Вообще псевдоним, в клубе все девочки выступают под псевдонимами, но иногда некоторые оставляют свои настоящие имена. Про Алей — не знаю. Она не особо разговорчива.

Так за разговорами мы не заметили, как дошли до лавки.

— Вы остаетесь здесь, внутрь я иду одна.

— Почему? — сразу спросил Ори.

— Потому что вас хозяин будет опасаться, а меня нет.

— Это разумно, Ори. Пускай идёт одна.

— А как она отличит мой планшет от другого?

— Я позову тебя, и ты сам его опознаешь. А пока стойте здесь и в лавку не заходите.

Она ушла в лавку, а мы остались около соседней лавки, чтобы не попадать в камеры наблюдения.

— Зря мы не пошли с ней, — сказал Ори.

— Не дергайся. Если планшет у торговца, она договорится. Хватка у неё акулья.

— Вот этого я и опасаюсь.

— Ты стал переживать за торговца?

— Нет, за планшет.

— Кстати, что за торговец? Ты наверняка навёл справки о нём в сети.

— Навёл, ничего особенного. Написано, что занимается скупкой краденного и награбленного, но здесь почти все этим занимаются. Что-то долго она.

— Да не дергайся.

— Как думаешь, что нам будет за драку?

— Не знаю. Да и какая драка? Ты, можно сказать, в ней не участвовал. Если накажут, то только меня.

— Это же неправильно.

— Правильно — неправильно, у нас нет ни одного доказательства нашей правоты. А у них нейросети и записи с них наверняка есть. При правильной подаче этих записей мы выглядим, как напавшими на них. Нас спасает пока только наше несовершеннолетие. Да флот.

— А флот здесь при чём?

— У тебя кто был представителем?

— Ардар.

— А у меня лейтенант СБ флота, но он передал полномочия юридическому отделу флота.

— Ты серьёзно? После того как он пообещал тебя пристрелить?

— Серьезно, он сам назвался моим представителем, его за язык никто не тянул.

— Зачем ты это сделал?

— Мне этот вариант показался самым интересным из всех. Конторы явно не любят друг друга. Поэтому юридическая служба флота по крайне мере проверит дело, не позволив полиции делать, что ей захочется.

— Мне как-то такое не пришло в голову. Вот только учитывая, как к тебе относится лейтенант, это может и не помочь.

— Согласен, но я посчитал, что здесь больше шансов.

— Посмотрим. Ну вот где она?

— В лавке, где ей ещё быть?

— Пойдем, проверим, что-то долго её нет.

— Не суетись, всё испортишь.

Пришлось нам ещё минут десять ждать, пока она не появилась из лавки и позвала Ори. Они вместе ушли в лавку и вскоре вернулись вместе с планшетом. Ори уткнулся в планшет и что-то смотрел в нём.

— Ну что, твой? — спросил его.

— Мой. Он мой рюкзак не вернул, — ответил он, не отрываясь от планшета.

— А мы и на рюкзак не договаривались, но ты сам можешь у него его выкупить. Если, конечно, у тебя креды есть, — ответила ему с ехидцей Трини. Настроение у неё было явно отличным. — Впрочем, я могу его тоже выкупить, но с тебя будет ещё тысяча плюсом.

— Нет уж, обойдусь.

— А ты что молчишь? Мой раб? — обратилась она ко мне.

— С чего это? Он сказал, что не сможет тебе вернуть креды?

— Пока не может, значит, ты мой раб. Я вот думаю заставить тебя нести меня на руках до интерната.

Видимо, от моего охреневшего взгляда она рассмеялась и передумала.

— Ладно, я для тебя что-то поинтереснее придумаю, — и взяла меня под руку.

Мы с Ори молча переглянулись, после того как мы в интернате расстались с ней.

— Ори, ты не затягивай с решением этой проблемы, а то жопой чувствую, она нас не только на руках носить заставит.

— А ты знаешь, что она оказывается знакома с этим торговцем?

— Да ладно, откуда ты узнал?

— Он её по имени назвал.

— Ну это ещё ничего не значит.

— Он ей продал его за семьсот кредов.

— Что здесь можно сказать — хорошо торгуется.

— А я думаю, это она навела на нас с Алей на эту троицу и Алей совсем ни при чём.

— И зачем ей это?

— Доля от награбленного. Прикинь, она получила долю от награбленного и сейчас ещё получит.

— Послушай меня, в тебе сейчас говорят гормоны, а не голова, думаю, она не при делах. Она далеко не дура и прекрасно понимает, что при малейших проблемах вылетит с работы. Поэтому не станет связываться с этой троицей. Вот восемнадцать исполнится, тогда будет другой разговор, а сейчас я уверен — это не она.

— Тогда откуда они узнали про интернат?

— Ты проболтался в клубе этой Алей или нашли что-то про интернат в твоём планшете.

— Или она им рассказала.

— Послушай, для нас это сейчас неважно.

— Для меня важно.

— Пообещай мне одну вещь.

— Какую?

— Что ты не будешь что-то выяснять и общаться с этой Алей.

— Почему?

— Потому что для тебя это закончится плохо.

— Я хочу разобраться!

— Тогда так, можешь разбираться с этой Алей сколько влезет, но только после того, как отдашь Трини долг. Ты не забыл, что я поручился за тебя?

— Не забыл.

— Тогда рассчитайся и отложи кредов на лечение. Они тебе понадобятся.

— Ты не со мной?

— Я считаю, что это Алей виновата.

— Ты ошибаешься.

— Не думаю. Ты главное помни, вначале нужно вернуть долг и только потом устраивать разборки с этой Алей.

— Я помню.

Мы разошлись по комнатам. Думал, как мне убедить Ори не делать глупости, но ничего в голову не приходило. Решив, что это может подождать, уснул.

Проснулся от того, что по мне кто-то полз. В комнате было темно. Светильник наверху в ночном режиме совсем плохо светил. По началу я решил, что мне приснилось, но услышал:

— Ну что, мой раб, я тебе придумала наказание получше! — услышал я голос Трини.

— Трини?

— А ты кого ждал?

— А как ты сюда попала?

— Так я и тебе рассказала все свои секреты.

Почувствовал, как её губы сливаются с моими. Обалдевший от такого сюрприза, рефлекторно ответил. Одновременно я понял и почувствовал, что она уже находится на мне, но не это самое страшное. Рефлекторно в темноте потрогал её, оказалось, что трогаю её за грудь — на ней ничего из одежды. С надеждой опустился ниже пояса и сразу понял — и здесь мимо. Одежды и там не было, вдобавок формы у неё очень даже привлекательные.

— Продолжай, мой раб. Мне нравится! — сказала она, раздвигая ноги. — Целуешься ты классно, сейчас посмотрим и проверим, что в тебе креатка нашла.

Понял, что я уже не могу отказать ей и что это залёт по полной программе, а также что она имела в виду, когда говорила про рабство и наказание. Наказание с небольшими перерывами продлилось почти до самого утра. Под самое утро она также незаметно исчезла из комнаты. Только я закрыл глаза, как заиграл планшет над головой, сообщающий, что уже наступило утро и нужно идти на завтрак.

Абсолютно не выспавшийся, оделся и пришёл в столовую. Ори уже сидел за столом и ждал, когда освободится пищевой синтезатор. Он выглядел не лучше меня — такой же не выспавшийся и взъерошенный, чем сразу вызвал приступ моей подозрительности.

— Ори, ты чего такой невыспавшийся?

— Всю ночь работал. Нужно же креды зарабатывать.

— Я уже подумал, что ты встречался с Алей.

— Нет, да и когда? Я всю ночь работал.

— Я рад, что ты отказался от этой идеи.

— Ничего я не отказался. А ты чего такой невыспавшийся?

— Можно сказать, что тоже всю ночь работал, — ответил ему, решив, ничего ему не говорить о том, что произошло этой ночью.

Вот только у кое-кого имелись другие планы на это счёт. Кира появилась как обычно неожиданно. Как только я заказал себе завтрак и устроился за столом, она заказала себе булочку с напитком и устроилась рядом.

— Как у тебя дела с Трини? — неожиданно спросила она меня, и я подавился после этого. Прокашлявшись, спросил её:

— Нормально, но почему ты меня об этом спрашиваешь?

— Да так, — ответила она и хитро посмотрела на меня.

У меня сразу появились подозрения, что ночной визит Трини ко мне не остался незамеченным. Вскоре в столовой появилась сама Трини. Она, как и я, также выглядела невыспавшейся.

— Мелкая, подвинься. Это теперь моё место, — сказала она Кире. И когда Кира перебралась на другую сторону стола, Трини заказала себе завтрак и заняла место рядом со мной. Мелкая с большим интересом наблюдала за ней. Впрочем, Трини и не собиралась ничего скрывать.

— Вы что, сейчас вместе? — спросила её Кира.

— Угу, — ответила она Трини, жуя булочку и запивая напитком.

— А моим мнением не нужно поинтересоваться? — спросил у неё.

— Ты мой раб. А у рабов не спрашивают, — ответила она, также продолжая жевать булочку.

— Я так и думала, Трини, — сказала мелкая с восторгом в голосе.

— Настоящий самец! Теперь я понимаю, что в нём нашла креатка, — и погладила меня ласково по руке.

Они позавтракали и хихикая покинули столовую. Сам же я молча доедал свою двойную порцию завтрака. Ори тоже доедал свою, при этом постоянно бросая взгляды на меня. Только когда они скрылись за дверьми, он сказал:

— Только не говори мне, что мне это показалось. Я думал, меня вырвет.

— Не показалось.

— Значит, ты сейчас с ней?

— Ори, ты всё не так понял. Поверь, я сам в шоке от этого. Она пришла ночью, я не понял, как это произошло.

— И как она это сделала? Если нас закрывают на ночь по комнатам?

— Я сам хотел бы это знать. Сказала, что это её секрет.

— Да я ни разу её такой довольной не видел, она только не мурлыкает от счастья. Вот хитрая сука!

— Думал, это останется в тайне.

— Да сегодня весь интернат по секрету будет знать о вас.

— Понимаю, но не смог я ей отказать. Она была очень убедительна.

— Как позавтракаете, зайдите в кабинет руководителя интерната, — сказала зашедшая в столовую Тея.

— Вот и начальство уже в курсе, — сказал Ори, как только Тея ушла из столовой.

— Тогда почему нас вызывают, а не меня с ней?

— Наверно, её тоже позвали, просто мы это не видели.

— А ты тогда при чём? Свечку вроде ты не держал?

— За компанию.

— Не преувеличивай, нас вызывают по какой-то другой причине.

— По какой другой?

— Не знаю, возможно, ещё что-то произошло.

— Что могло ещё произойти?

— Узнаем.

После завтрака мы с Ори пошли сдаваться начальству. В кабинете привычно для нас уже находились Ардар и Тея.

— Проходите, не стесняйтесь, вы уже должны быть привычные, — сказал Ардар.

— Вроде ничего не совершали вчера? — осторожно спросил его.

— А это не вчера было.

После чего я облегчённо выдохнул.

— Полиция провела расследование вчерашнего инцидента и сегодня прошло судебное заседание. По результатам расследования, вы признаны виновными в нападении на трёх разумных.

— Мы? — переспросил Ори.

— Именно вы.

— Да это они напали и ограбили меня!

— Данный факт не подтвердился. Никаких записей, подтверждающих твоё нахождение в клубе и встречу с одной из девушек клуба по имени Алей нет. Также установлено, что никто из опрошенных сотрудников клуба и девушек клуба тебя не помнит и не знает. Трое избитых вами разумных также отрицают факт вашей встречи около клуба. Кроме того, во время так называемого нападения на тебя, все трое пострадавших находились в одном из спортивных баров. О чём свидетельствуют записи с камер наблюдения бара и показания свидетелей.

— Этого не может быть! — возмутился Ори.

— Я не закончил и не смей меня перебивать!

— Извините!

— Пострадавшие утверждают, что напавшие на них, двое воспитанников интерната, угрожали им расправой, когда они подошли к ним с целью спросить дорогу. После чего были избили ими с целью ограбления. Однако на суде представителем флота была предъявлена видеозапись с камер наблюдения интерната, которая опровергла данное утверждение. Вы ничего не хотите мне сказать? — спросил он, глядя на меня.

— А я сразу это утверждал и для меня ничего нового вы не открыли.

— Как это ничего нового? Откуда запись взялась?

— Вы же сами только что сказали, что запись с камер наблюдения интерната.

— Вот только в этом месте нет никаких камер наблюдения.

— Тогда что за запись там была?

— Вот об этом я вас и спрашиваю.

— А мы откуда это можем знать? Ваши камеры, вы и разбирайтесь, откуда она взялась. Лично я, о каких-то записях первый раз слышу.

— А ты? — и он посмотрел на Ори.

— Я тоже ничего не знаю.

— По-моему, вы мне много что не договариваете.

— Послушайте, мы и о суде, и о записи первый раз сейчас от вас слышим.

— Тогда откуда она взялась?

— Об этом нужно спрашивать тех, кто её сделал, то есть вас.

— Я тебе только что сказал, что там нет камер наблюдения.

— Значит, они там есть, вот только вы сейчас разговариваете с диким, стрелять я умею, драться тоже умею, а вот пользоваться камерами наблюдения и делать записи не умею.

Глава 20

— О тебе речь и не идёт.

— Тогда о ком?

— О твоём приятеле.

— Боюсь, я вас огорчу, он тоже не мог сделать никакие записи, так как находился почти всё время в отключке, и это должно было быть на записи.

— Это есть на записи, но он мог сделать запись раньше.

— Я ничего не знаю ни о записи, ни о каких-то дополнительных камерах, — ответил Ори.

— Вижу, что правду вы говорить не хотите, — сказал с тяжёлым вздохом Ардар. — Я должен вам зачитать приговор суда.

— Уже что-то решили и нас не спросили? — удивлено спросил Ардара.

— Вы дали показания, в суде ваше присутствие не требуется. Вас представляли ваши представители. Вы пока несовершеннолетние. Так вот, зачитываю решение суда. Решением суда вам запрещается приближаться на расстояние ближе ста метров к напавшим на вас троим разумным. Также вам запрещено приближаться ближе, чем на сто метров к клубу «Изгиб тела» и общаться с персоналом клуба.

— Но как? Но почему? — возмущенно спросил Ори.

— Что «почему»? — переспросил Ардар.

— Почему нельзя общаться и встречаться?

— В суд было подано ходатайство клуба, и оно удовлетворённо судом.

— Но это же несправедливо! Я там был!

— Вот поэтому суд и удовлетворил ходатайство клуба. Ты несовершеннолетний и тебе нечего там делать. Вам понятно решение суда?

— Решение суда понятно, но я не понял, почему мне запрещено? Я ведь в том клубе не был.

— Он тоже не был. Это всё его разыгравшаяся фантазия.

Хотел спросить, как быть с тем обстоятельством, что мы живём в одном интернате с одной из работниц клуба, но решил промолчать. Вчерашняя бурно проведённой с ней ночь совсем не располагала к таким откровениям.

— Значит, с решением суда я вас ознакомил и не советую нарушать решение суда. Вы оба с юридическими базами теперь и должны знать, какие последствия вас ждут за нарушение решения суда.

— Мы знаем, — ответил за обоих.

— Теперь объясни мне, почему ты решил назначить своим представителем лейтенанта СБ?

— Он сам себя назначил. Собственно, я просто не стал возражать.

— И как ты можешь объяснить вмешательство в оба судебных процесса юридического отдела флота?

— В смысле оба? А их что, было два?

— А ты думаешь, что ваши дела в зоосаду вам просто так простят?

— Не знаю, я вообще об этом в первый раз слышу.

— Был процесс, но в него вмешалась юридическая служба флота, защищая твои интересы, и истцы свои иски сразу отозвали. На сегодняшнем процессе была точно такая же картина — снова появляется юридическая служба флота, причём заметь, не рядовая сотрудница, а одна из лучших юристов флота, и предъявляет на суде неизвестную запись и вас снова суд вас никак не наказывает.

— У меня такое чувство, что вы мне завидуете.

— Я просто не понимаю, что происходит. Только не говори мне, что это совпадения. Может, ты мне всё-таки объяснишь, что происходит?

— Вы можете мне не верить, но я только что узнал от вас и о прошедших судах и том, что на меня там представлял кто-то от флота.

— Не верю я тебе. Ты можешь идти. Ори, останься.

Перед тем как выйти, посмотрел на Ори — он выглядел совсем несчастным. Это решение суда стало для него полнейшей неожиданностью. Он явно собирался встретиться снова с этой девушкой из клуба, но решение суда похоронило все его планы.

Лично для меня понятно, почему клуб пошёл на такие меры. Эта троица и руководство клуба однозначно знакомы, раз они ходили и предлагали часть доли с награбленного танцовщицам клуба. Да и руководство клуба однозначно не отличалось щепетильностью, беря на работу несовершеннолетних. Впрочем, я сильно подозревал, что здесь не обошлось без участия Трини. Она могла рассказать начальству о планах Ори, и сделала она это с корыстной целью — сохранить и приумножить свои инвестиции в Ори.

Я ушёл в спортзал и, занимаясь на тренажёрах, стал ждать Ори. Он появился только через час.

— Чего такой грустный? — спросил его. — Повезло нам, легко отделались.

— Ты это называешь «легко»? Да они меня целый час пытали о том, что да как.

— Надеюсь, ты им ничего не рассказал? — и подмигнул в камеру наблюдения, — Они решили, что ты слабое звено и тебя можно разговорить.

— Тебе лишь бы приколоться.

— Сочувствую, но всё не так плохо, как могло бы быть.

— Они не верят, что я был в клубе.

— Забудь, теперь это неважно.

— Вот видишь, и ты тоже не веришь мне.

— Ори, я верю тебе, иначе не стал бы вписываться за тебя и подписывать договор.

— И что нам делать теперь?

— Жить дальше. Надеюсь, ты сделаешь правильные выводы и не будешь больше ходить по клубам с планшетом.

— Как думаешь, если я с ней встречусь около клуба, это будет считаться нарушением судебного решения?

— Конечно. Уверен, она тебя и сдаст в полицию. Это ходатайство клуба не просто так попало в клуб. Они явно опасаются тебя.

— Скорее тебя.

— Нет, в этот раз именно тебя. Обиженный и влюблённый ты опасен как никогда.

— Может, можно как-то с ней встретиться? Ты ведь встречаться будешь с Трини.

— Вот только мы встречаться будем здесь. В суде никто не знал, что она там работает, и мы не виноваты в том, что живём с ней в одном помещении.

— Ну да, а кто-то не только живёт.

— Да ладно тебе, я же говорю, это случайно получилось.

— Слушай, а может, на этом основании отменить это судебное решение?

— Какой умный, и как ты это сделаешь?

— Пойти в суд и заявить об этом обстоятельстве.

— А ты не забыл, сколько тебе лет? И кто тебя там будет слушать? Или ты думаешь, что Ардар будет этим заниматься? Скажи спасибо, что обошлось и нам ничего не было.

— Как не было?

— Хорошо, почти не было, но это ничего не отменяет.

— Как думаешь, как мне с ней увидеться?

— Боюсь, ты меня не слышишь. Встретишься с ней и сразу отправишься на рудники. Кстати, а куда здесь отправляют?

— Тоже на рудник. Он корпоративный на планете.

— Мрачная перспектива. Учитывая, что полиция здесь тоже корпоративная.

— Так что будем делать?

— Ори, если ты не можешь с ней встретиться, но если тебе совсем невтерпёж, попробуй найти и поговорить с ней через сеть.

— Пробовал найти, но её нет в сети.

— Разумеется, она там зарегистрирована не как Алей. Ты в этом спец, вот подумай, как это можно сделать. Я бы на твоём месте поговорил с Трини. Однако станет она тебе помогать или нет — большой вопрос. Не знаю, что ты вчера ей наговорил.

— Правду.

— Боюсь, тогда без вариантов. Забудь эту девушку и живи дальше.

— Ты забыл свою креатку?

— Нет.

— Вот и я не забыл, — и он грустно побрёл к себе в комнату.

Посмотрел ему в спину и у самого защемило сердце — нахлынули воспоминания о Лане. Даже не знаю, что я бы ей сказал, если бы мы встретились. Увеличил себе нагрузку и к вечеру полностью вымотался. Ночью Трини не пришла, и я решил, что вчера была разовая акция.

* * *

Прошло три месяца, как мы оказались во флотском интернате. Жизнь у нас постепенно успокоилась. Ори успешно зарабатывал через сеть и большую часть долга уже выплатил Трини. Одновременно с этим выяснилось, что Трини не собиралась ограничиваться единственным посещением и периодически заходила в гости. Объяснила она это тем, что ей тоже после работы нужно снимать напряжение. Поначалу я попытался сопротивляться, но потом плюнул и тоже снимал с ней напряжение. Вот и сейчас за завтраком она устроилась рядом, всем видом показывая, что мы вместе.

— Клим, сходишь сегодня со мной? — неожиданно спросил Ори, сидевший напротив и неприязненно наблюдающий за Трини.

— Куда?

— По делам. Есть заказ, но я не уверен, что там нет подставы.

— Это ты куда собрался? — сразу среагировала Трини.

— Тебя это не касается! — огрызнулся Ори.

— Ещё как касается. Ты мне четыре тысячи должен!

— Вот выполню эту работу и сразу всё отдам. Надеюсь, после этого не увижу больше твою довольную рожу.

— Ты сначала отдай! А потом говори. Пока твой долг только растёт.

Здесь я удивлённо посмотрел вначале на одного, потом на другую.

— Так, рассказывайте, что происходит, и о чём я не знаю? Почему долг вдруг вырос?

— А он тебе не рассказал? — спросила Трини.

— Нет.

— Этот дурачок заплатил три тысячи за координаты Алей в сети.

— В смысле «заплатил»?

— Разумеется, не заплатил пока, долговую расписку только подписал. Скоро он ко мне в пожизненное рабство перейдёт! — сказала она с ухмылкой. — Раб, сделай довольное лицо и радуйся! Скоро я тебя заставлю носить меня на работу и обратно.

— Ори, это правда про креды?

— Да, — ответил он и отвернулся.

— Только не говори мне, что эта встреча будет с ней?

— Нет, с заказчиком.

— Ори, откажись от этого. Ты же понимаешь, что это ничем хорошим не закончится.

— Это не с ней встреча. Хотя очень бы хотелось.

— Планшет только оставь здесь, когда пойдёшь на встречу, — сказала Трини. — Помнишь условия договора?

— Мне он нужен выполнить заказ.

— Ты мне тоже нужен, чтобы отдать долг. Запретить идти тебе на встречу я не могу, но запрещаю тебе выносить планшет из интерната. Как понял меня?

— Понял я тебя, — ответил ей Ори.

Она погрозила ещё ему пальчиком и довольная покинула столовую вместе с мелкой.

— Ты со мной? — спросил Ори после этого.

— Ори, я с тобой, если это не касается этой дамочки, ты моё мнение о ней знаешь.

— Знаю,

— И, как я понял, ты уже пообщался с ней.

— Пробовал.

— Вижу, что её ответ тебя не устроил.

— Я не сдамся!

— Послушай, это глупо. Очнись! Даже здесь много красивых девчонок.

— Мне нужно только она.

— Это ничем хорошим не закончится для тебя.

— Это моё дело.

— Ладно, что там с заказчиком и как собираешься решать проблему без планшета?

— Она об этом ничего не узнает.

— Ори, очнись. Мы заключили сделку и обязаны выполнять условия сделки. Она честно выполнила свою часть сделки. Почему мы должны обманывать её?

— Потому что это была нечестная сделка.

— Ори, ты мог отказаться от сделки? Мог! Но ты согласился и подписал все её условия. Я не понимаю этого. Если ты взял на себя обязательство, значит должен его выполнять или нечего было соглашаться!

— Вижу, что она на тебя плохо влияет.

— Ори, нет никакого влияния, если пообещал, значит должен делать.

— Ладно, есть у меня запасной вариант. Ты со мной?

— С тобой. Что ты задумал?

— Нужно купить ещё один планшет. Давно собирался это сделать. Так что мы сейчас идём вначале за планшетом.

— А креды?

— Есть, только поступили.

— Это другой разговор.

К моему удивлению, мы отправились в ту же лавку, в которой выкупили его планшет.

— Ты постой здесь, а я один внутрь схожу, — сказал Ори.

— Да без проблем.

Вернулся он оттуда сильно загруженный.

— Что, не получилось купить? — спросил его.

— Получилось, но не то, что я хотел. Не понимаю, как она смогла его тогда уговорить? Сейчас он и кред отказался скинуть.

— Это потому что ты не девушка и не имеешь таких физических данных, как у неё. Не знаю, заметил ты или нет, она перед, тем как зайти, прилично расстегнула блузку.

— Заметил.

— Тогда какие могут быть вопросы? Нужно было её брать тогда и скидку бы получил.

— Мне бы эта скидка обошлась в пару тысяч кредов.

— Ты сам виноват в этом, согласился три тысячи заплатить за координаты девушки в сети. Понятно, что она теперь постоянно будет предлагать тебе что-то купить.

— Я не знал, как по-другому выяснить координаты Алей.

— Цена этой информации от силы сотня кредов.

— Она не соглашалась за меньшую сумму.

— Ладно, проехали. Куда сейчас?

— В интернат, мне нужно перекинуть на этот планшет нужные программы. Скажи, у тебя всё серьезно с Трини?

— Ори, ты ведь знаешь, что нет. С её хваткой она себе быстро найдёт богатого парня, а у меня нет кредов и поэтому я ей не интересен.

— Думаешь, Алей такая же?

— Не знаю, я её не видел никогда, но думаю, такая же, если не хуже.

После интерната мы направились на место встречи. Место оказалось на самой окраине города, и там, куда мы приехали, находилось много разнообразных складов. Большинство выглядело, как хорошо укреплённые военные объекты или осажденные крепости. Высокие, укреплённые заборы вокруг каждого склада дополняли автоматические плазменные орудия на специальных вышках и крыше склада, готовые в любую секунду залить плазмой непрошенного гостя. Яркие вывески на заборах говорили о том, что склад принадлежит такой-то корпорации.

— Ори, ты уверен, что мы туда идём?

— Совсем не уверен, но по схеме вроде туда.

— Такое чувство, что здесь каждая корпорация готовится к осаде.

— А у меня такое чувство, что эти пушки сейчас в нас стрелять начнут.

— Мрачно здесь как-то.

Впрочем, склады корпораций вскоре закончились и пошли помещения гораздо меньше размерами и не так сильно укреплённые. Мы долго шли среди них, пока не вышли к небольшому складу. Вокруг него не было орудий и ограждений. Вокруг него относительно невысокий забор, по сравнению со складами корпораций. В сотне метров от склада заканчивались городские строения, дальше начиналась савана, заросшая высоким кустарником.

— Ори, мне здесь не нравится. Пусто вокруг, нет никакого из местных.

— Мне тоже.

— Сюда, мне кажется, стоит соваться отлично вооружёнными и экипированными, а у нас даже простейшего ножа с собой нет.

— И что будем делать?

— Даже не знаю. У нас один вариант, если что-то пойдёт не так — бежать вон туда в саванну и прятаться в ближайших кустах.

— Может тогда не будем встречаться?

— Зря, что ли, столько шли? Свяжись с ними и попроси выйти кого-нибудь и встретить нас.

— Хорошая мысль.

Он стал переписываться с кем-то в сети, а я пока осматривался по сторонам. Кроме небольшой группы хорошо вооружённых и экипированных разумных, которые прошли мимо нас и зашли на соседнюю территорию, пока никого не было. Эти шестеро, перед тем как зайти на территорию, внимательно осмотрели нас с ног до головы. Мне это совсем не понравилось, Ори же, как назло, завис в планшете.

— Ну что там у тебя?

— Говорят, чтобы мы заходили на территорию, но я отказываюсь.

— А выйти и нас встретить никто не хочет?

— Говорит, что занят.

— Тогда уходим. Не нравится мне здесь.

— Мне тоже, уходим.

Мы развернулись и быстро пошли обратно, но, видимо, нас поджидали — открылись ворота территории, куда нас приглашали, и оттуда выехал багги.

— Ори, беги! — успел сказать Ори, но он уже сам всё понял и стартовал ещё раньше меня.

Однако я его быстро догнал и обогнал. Дороги здесь как таковой не было. Насыпан лишь мелкий щебень, обозначавший дорожное покрытие, который уже прилично раскатала местная техника. Багги быстро нас догонял и, заметив узкий проход между двумя огороженными территориями, мы свернули туда. Пробежав ещё немного, мы остановились и посмотрели назад. Багги однозначно не должна была проехать в этот проход. Для нас непонятны их намерения. Очевидно, они могли нас подстрелить с установленного на багги орудия, но они не стреляли.

С багги спрыгнули двое и побежали за нами. Пришлось нам снова стартовать от них. Бегуны из них оказались так себе и вскоре они стали отставать. Вот только этот узкий проход между двумя ограждениями скоро закончился, и мы снова оказались на щебёночной дороге. Свернув направо, мы побежали по ней дальше, вот только почти сразу из-за поворота выскочила багги и погналась за нами. Она притормозила около прохода, и двое, что бежали за нами, запрыгнули на неё.

— Нам не убежать от них! — сказал Ори, заметив сзади багги.

Глава 21

— Заткнись и беги!

Хотя и понимал, что шансов скрыться у нас мало. Был бы я один, возможно, и смог бы убежать, но видно, что Ори уже тяжело дышал и понятно, что скоро выдохнется. Так и оказалось.

— Всё, больше не могу! — сказал он и почти остановился.

Пришлось остановиться и вернуться. Подхватив его за руку, потащил вперёд.

— Я не могу больше.

— Потерпи немного. Нам нужно успеть добежать вон до того склада.

Последнюю сотню метров я практически тащил его за собой. Мы вбежали в охранную зону корпорации перед воротами и нам пришлось почти сразу остановиться. Потому что на нас нацелились две турели, установленные по обеим сторонам входных ворот. Я поднял руки и показал, что мы не вооружены. Ори сделал то же самое. Подъехала багги и остановилась на небольшом расстоянии от нас.

— Вы двое, садитесь в машину! — скомандовал водитель.

— Сейчас всё бросим и сядем, — ответил ему.

— Я вам пока по-хорошему предлагаю.

— А я тебе по-хорошему предлагаю проваливать отсюда, пока не началось. Звони нашей крыше, — и локтем ткнул в бок пытающегося отдышаться Ори.

В ответ он удивлённо посмотрел на меня, достал планшет и стал что-то делать на нём.

— Вы ещё здесь? Впрочем, подождите немного, они уже летят сюда.

После чего четверо в багги стали усиленно что-то выяснять между собой. Закончилось это тем, что багги с пробуксовкой развернулась и поехала обратно. Перед этим водитель нам пообещал, что мы ещё встретимся. Как только они скрылись, из ворот вышли двое с винтовками и взяли нас на прицел.

— Вы кто такие? — спросил один из них.

— Просто прохожие, — ответил ему

— Что они от вас хотели?

— Не знаю, наверно, ограбить хотели. Они выехали с одной из закрытых территорий и погнались за нами.

— А у вас есть что грабить?

— Планшет есть, наверно, его хотели отнять.

— Ладно, проваливайте отсюда.

— Не можем, я полицию вызвал, — сказал Ори, когда я уже сделал шаг, чтобы покинуть охранную зону.

— Да полиция здесь лет сто не бывала, вон там её подождите, а не около ворот, — он кивком показал на другую сторону дороги.

Пришлось нам перейти дорогу и устроиться на обочине. Когда охранники вернулись к себе, спросил у Ори:

— Ты серьёзно вызывал полицию?

— Ты же сам сказал, чтобы я звонил нашей крыше.

— Да я блефовал, и потом давно ли полиция стала нашей крышей?

— А я не знал, кому ещё позвонить, вот им и позвонил.

— Это была не очень хорошая идея. Сейчас снова придётся множество объяснений давать. Что будем им говорить насчёт того, что мы здесь делали?

— Правду.

— Это плохая идея.

— Почему?

— Тогда они станут выяснять о том, кто и на какую работу тебя хотел здесь нанять.

— Пускай выясняют, ничего незаконного я не делал.

— Тогда зачем эта багги гналась за нами?

— Не знаю.

— Ори, это твои дела и меня они не касаются, но полиция не поверит тебе однозначно, потому что даже я не верю в это. Ты придумай, пока их нет, более убедительную версию и заодно вычисти планшет. Он сразу уткнулся в планшет и стал на нём что-то делать.

Мы прождали больше часа, но так никто и не появился. Ори посмотрел данные у искина полицейского управления и почти сразу выяснилось, что мы зря их ждём. Вызов Ори у искина был отмечен как ложный.

— Это как? — удивился он.

— Пошли отсюда. Вот так, пока нас не стали преследовать снова.

Обратно мы долго шли непонятным тропинками, которыми нас вёл не Ори, а его планшет. Нам удалось выбраться и уже в вагоне экспресса спросил его:

— Ори, ты ничего не хочешь мне рассказать?

— О чём?

— Об этих на багги.

— Я правда их не знаю. Они сами связались со мной и предложили десять тысяч за работу. Для меня это огромные деньги, но я испугался, что здесь что-то не так и взял тебя.

— Это всё понятно. Мне интересно, зачем ты им понадобился?

— Не знаю.

— Но подозрения какие-то должны были быть у тебя?

— Думаю, они хотели, чтобы я выполнил работу для них бесплатно, а десять тысяч пообещали, чтобы выманить меня. Они категорически не соглашались на то, чтобы я выполнил для них работу удалённо.

— Похоже, ты прав. Ты когда тренажёрами займёшься? Я устал тебя тащить за собой.

— Обязательно займусь, но пока нужно долг отработать.

— Похоже, мне придётся тебя силой заставлять, а иначе никак.

— Я займусь, обещаю.

Всю следующую неделю тренажерами он так и не занялся, обещая каждый день заняться, но всегда ссылался на работу. Вот и сегодня он сослался на занятость, когда я его позвал после завтрака, но быстро вернулся.

— Слушай, мне снова предложили работу не удалённо, но в этот раз другие.

— Пошли их далеко. Это те же на багги, но решили тебя по-другому заманить.

— Я тоже сначала так подумал, но потом проверил, это другой.

— Уверен, что они хотят то же самое — заставить тебя работать бесплатно.

— Может, проверить их как-то?

— Назначь им встречу напротив полицейского участка и сразу предупреди, что готов выполнить работу только там и никуда с ними не поедешь. Думаю, они после этого сразу откажутся.

— Попробую.

Он достал планшет и стал с кем-то переписываться в чате.

— Они согласились. Что теперь делать?

— Много они тебе пообещали?

— Две тысячи. Там сложный случай и я не уверен, что справлюсь с ним.

— Проси креды вперёд.

— Не хочу брать креды вперёд. Не уверен, что смогу справиться с работой.

— Ничего страшного, вернёшь им креды и всё.

— Они напишут в сети об этом, и тогда я всех клиентов потеряю.

— У всех бывают накладки. Впрочем, тебе виднее.

— Ты пойдёшь со мной?

— Пойду, не бросать же тебя одного. Хотя мне кажется, всё это закончится снова в кабинете начальника полицейского участка.

Впрочем, долги нужно отдавать.

* * *

Вскоре мы уже стояли рядом с входом в полицейский участок в ожидании заказчика Ори. Заказчик опаздывал, о чем известил Ори.

— Знаешь, неудачное место ты выбрал, — сказал он, посматривая на очередного проходящего нас мимо полицейского.

— Ты знаешь лучший вариант?

— Ну не знаю, может, в парке или на парковке, где много разумных, здесь как-то совсем не комфортно.

— Так, а что это вы здесь сделаете? — услышали мы за спиной и обернулись.

— Начальник, ты не поверишь, — ответил ему.

— Это почему?

— Тебя ждём.

— Зачем?

— Мы решили доказать, что у полиции мало работы. Вот стоим считаем и записываем. Есть у нас весомое подозрение, что ваш искин врёт.

— Что за бред ты несёшь?

— Вот видишь, я ведь говорил, что он нам не поверит, — сказал, обращаясь к Ори.

Ори же пребывал в состоянии лёгкого шока от моего общения с начальником полицейского участка и, видимо, не знал, что ответить.

— Да ладно, начальник, расслабься, мы здесь немного посчитаем и уйдём. Ты не переживай, дорогу обратно мы знаем и сами дойдём.

— Ну-ну, — сказал начальник задумчиво. — Юные счетоводы!

— Не переживайте, мы все данные передадим СБ флота, чтобы они всё перепроверили.

— Здесь не их компетенция, — он достал упаковку галет, вынул из неё одну и положил в рот.

— А это неважно, мы решили туда идти работать, когда нам исполнится восемнадцать. Надеюсь, нам это зачтётся.

После чего начальник подавился галетой. Прокашлявшись он сказал:

— Вы в СБ? Я очень хочу посмотреть на это. Вы же две ходячие катастрофы. Да вас даже близко нельзя подпускать к станции.

— Зря вы так и мы там уже были.

— А я всё думал, чего это тогда так станцию разнесло, но сейчас мне всё сразу стало понятно.

Рядом с нами приземлился полицейский на гравицикле. Начальник запрыгнул на пассажирское место и гравицикл с ними сразу взлетел.

— Ну ты выдал, — сказал молчавший до этого Ори, как только гравицикл скрылся из виду.

— Да ладно тебе, я пошутил. Думаешь, он поверил? Нет конечно.

— Может, про подсчёт и не поверил, а про СБ точно поверил. И как тебе такое только в голову пришло?

— Сам не знаю, мне нравится их сталкивать.

— Они подъезжают.

— Делаем так. Я остаюсь на месте, ты идёшь к ним. Что бы они ни предлагали, ни за что не соглашайся с ними куда-то поехать. Если их транспорт полетит или поедет, не высадив тебя, я сразу поднимаю тревогу и заявляю в полицию, что тебя похитили.

— Думаешь, тебе поверят после того, как ты наговорил начальнику, что мы тут их считаем?

— А это неважно, если что, я в них вон камнем запущу.

— Так тебя сразу задержат.

— Зато потом не сумеют отвертеться, заявив, что это был ложный вызов.

— Осталось только камень найти, — ответил Ори, уткнувшись в планшет.

Недалеко от нас подъехал и остановился небольшой грузовик с широкими и большими колесами. Было хорошо видно, что он предназначен для езды по пескам и песчаным дюнам, и этих дюн он преодолел немалое количество. Вместо кузова у него установлен большой кунг. Выглядел грузовик изрядно потрёпанным. Выгоревшая от времени краска, местами оплавленная на кабине, дополнялась металлическими заплатками на кунге, небрежно заваренными и окрашенными по принципу «и так сойдёт».

— Это они подъехали, — сказал Ори.

— Я уже понял. Иди к ним и помни, о чём договаривались.

Он кивнул в знак согласия и скоро скрылся внутри кунга. Сам я спрятался за одну из опор, на которых держался навес над входом в полицейский участок. Мне показалось неразумным торчать на открытом месте — подстрелят меня нейротиком и спокойно увезут Ори. Ори долго не было, я уже начал нервничать, не зная, что думать. Однако он вскоре вышел их кунга с двумя разумными. Они недолго поговорили около машины и разошлись. Ори направился ко мне, а эти двое сели в машину, она развернулась и уехала обратно.

— Как прошло? — спросил у Ори, когда он подошёл ко мне.

— Порядок. Пришлось, конечно, повозиться. Предложили ещё работу, но я отказался.

— Чего так? Не заплатили?

— Заплатили, как договорились. Работа в саванне. Нужно ехать с ними в саванну.

— Правильно, что отказался. Мне вечерами нравится читать, что пишут искатели в сети, и я пришёл к выводу, что риск там очень большой. Я даже познакомился с двумя. Нормальные ребята.

— Что пишут?

— Пишут, что хорошо зарабатывают. Они с какой-то перенаселённой планеты. Там работали в мастерской за копейки. Заработки здесь для них просто огромные по сравнению с теми, что на той планете. Меня звали в искатели.

— Не обращай внимания. Им за это платят. Уверен, что с ними выходят рекламные ролики у них на планете.

— Откуда ты узнал?

— Потому что это никакие не искатели. Это рекламный искин с тобой общается. Ты уже на карандаше у одной из местных корпораций.

— Какой искин? Это как? Их что, не существует?

— Возможно и существуют. Даже скорей всего существуют. Просто они заключили рекламный контракт и теперь корпорация общается с тобой от их имени. Тебе они не показывали фотки или записи, где они вместе с какой-нибудь техникой корпорации?

— Показывали видео, как они добывают эти черные кристаллы. Забыл, как они называются.

— Таршал.

— Точно.

— Ты просто не обратил внимания, пересмотри запись, наверняка увидишь где-то случайно проскочившую эмблему корпорации. Так ты сможешь узнать, какая корпорация тебя взяла на заметку.

— Обязательно посмотрю. А ты откуда это знаешь?

— Я как-то помогал маме настраивать подобный искин. Она мне объясняла, как это работает.

— А тебя тоже взяли на заметку?

— Конечно, три корпорации, но я не иду на контакт с их искинами.

— А я как последний лопух развесил уши и верил всему, что они писали, считая, что общаюсь с живыми искателями.

— Не переживай, многие на это попадаются.

* * *

Вскоре мы дошли до интерната. В холле нас встречала Тея.

— Вы двое, следуйте за мной! — сказала она.

Я вопросительно посмотрел на Ори. Он в ответ также вопросительно посмотрел на меня и пожал плечами. В кабинете нас прогнозируемо ожидал Ардар.

— Наконец-то появились, — сказал он.

— Со всей ответственностью хочу заявить, мы никого не трогали и, если что, это были не мы. Уверен, нас кто-то хочет подставить.

— А у меня другая информация.

— Какая?

— Что вы сейчас делали около полиции?

— Начальник, ты не поверишь.

Глава 22

— Это почему?

— Мы просто стояли. Это вроде пока не запрещено?

— Не запрещено, но у меня другая информация.

— Какая?

— Что вы там считали?

Я посмотрел на Ори, а он на меня. Первым не выдержал Ори. Вначале просто хрюкнул, потом откровенно рассмеялся. Я его почти сразу поддержал. Мы долго смеялись под ничего непонимающими взглядами Теи и Ардара.

— Я что-то смешное сказал? — спросил Ардар.

— Нет, — ответил ему. — Мы действительно там просто стояли, а весь этот бред про подсчёт я придумал. Вот никогда бы не подумал, что начальник полиции в это поверит.

— Ты порой бываешь очень убедительным, — ответил Ори.

— А что вы там тогда делали? — спросил Ардар.

— Я правду сказал. Мы просто стояли и знакомого ожидали.

— Ты хочешь сказать, что не собираешься работать в СБ флота?

— Нет.

— Да врёт он всё! — вмешалась Тея.

— Тея, ты же мне поверила, что мне в Нейросети сексуальную базу установили. И что? Это оказалось правдой? Вот никогда бы не подумал, что начальник полиции поверит в этот бред.

Тея сразу замолчала и даже закусила губу.

— Просто со мной связалось СБ и поинтересовалось, что вы там насчитали? — сказал Ардар.

— Передайте им, что мы сбились на первой сотне, но мы при первой же возможности обязательно вернёмся и всё пересчитаем.

— Непременно передам. Да, а что им передать насчёт вашей службы в СБ флота?

— Когда нам исполнится восемнадцать, мы обязательно обсудим с Ори этот вопрос.

— Тогда идите, но думаю, мы ещё вернёмся к этому вопросу.

Когда мы вышли из кабинета, Ори сказал:

— Клим, завязывай с такими шутками. Они ведь не верят, что ты так пошутил.

— Да я даже не мог предположить, что они поверят в этот бред, но ты прав, больше не стоит так шутить.

— Думаешь, это правда про СБ флота?

— Думаю, это он нас пытался развести, как я Тею, ответочка за неё, так сказать. В СБ флота, даже если узнали об этом, точно не поверили бы в этот бред.

* * *

Утром за завтраком Ори перечислил Трини последнюю тысячу по нашему договору. В ответ Трини подтвердила, что все обязательства по договору мы выполнили и планшет теперь принадлежит Ори.

После чего Ори перечислил ей вторую тысячу уже по второму долгу.

— С тобой приятно иметь дело! — сказала Трини после этого. — Может, тебе ещё чьи-то координаты нужны? Ты не стесняйся, спрашивай.

После этих слов мне стало жалко Ори. Эта Алей послала его и не захотела с ним общаться, как бы он ни старался. Кроме того, Трини сегодня ночью проболталась, что она договорилась с ней, и эта Алей за двести кредов сама дала свои координаты в сети. Они договорились, что Алей сразу пошлёт его, как только он с ней свяжется. Честно говоря, я не знал, как на это реагировать. Ведь я неоднократно предупреждал Ори, чтобы он забыл эту девушку, но он ничего слышать об этом не хотел. Сейчас на него было больно смотреть.

— Трини, прекрати над ним издеваться.

— Да не могу удержаться. Очень приятно на него смотреть. Ему ведь нормальным языком было сказано, что она не будет с ним встречаться, но он ничего слышать не хотел. Кстати, ты даже не думай, всё равно остаёшься моим рабом.

— Оставь его. Видишь же, плохо ему. Ори, пошли на тренажёры. Хорошая тренировка и ты забудешь обо всём.

— Не получится, мне нужно поработать.

— Зря.

Он встал и грустно побрёл к себе в комнату.

— Мне тоже пора, у меня дела, — и Трини следом за Ори исчезла из столовой.

— Вот что мне с ним делать? — и посмотрел на доедающую свой завтрак мелкую.

— Что здесь сделаешь? Это любовь! — закинув посуду в утилизатор, маленький философ также отправилась по своим делам.

Окинув взглядом пустую столовую, решил, что мне тоже пора.

Когда я уже больше часа пыхтел на тренажёрах, Ори пришёл в спортзал.

— Ты решил потренироваться?

— Нет, я всего на пару минут.

— Что случилось?

— Ты у нас выдумщик, придумай что-нибудь, как мне с ней встретиться?

— Ты ведь знаешь судебное решение.

— Знаю, но в законе есть оговорка, если она не против, то можно.

— Вот только она против.

— Вот и придумай, как её уговорить на свидание.

— Ори, ты ведь знаешь моё мнение — забудь её. Вот лучшее для тебя решение.

— Не могу.

— Ори, она не будет с тобой встречаться, что бы ты ни сделал. Забудь её!

— Нет, не могу.

— Это плохо для тебя закончится.

— Мне плевать.

— Ори, в тебе говорит не разум, а гормоны. Одумайся.

— Значит, помогать ты мне не будешь?

— Нет, и не рассчитывай на меня в этом вопросе.

— Ладно, сам что-нибудь придумаю.

Он развернулся и ушёл.

Почти неделю он ходил грустный и не хотел ни с кем общаться. Сегодня он пришёл на завтрак с блеском в глазах.

— Вижу, что у тебя что-то произошло? — спросил его.

— Да! Она согласилась со мной встретиться!

— С чего это вдруг?

— Ну как тебе сказать…

— Да уж говори, как есть.

Он посмотрел на Трини и промолчал.

— Так, Трини, что произошло?

— А я здесь при чём? Он меня уже конкретно достал.

— Трини, ну я же тебя просил.

— А я ничего и не делала. Он меня попросил поговорить с ней, я и поговорила.

— Разумеется не бесплатно.

— Ну, а почему я должна от кредов отказываться? Мне скоро предстоит нейросеть покупать.

— И сколько?

— Шесть тысяч. Он сам предложил, я здесь совсем ни при чём.

— А она сколько?

— Нисколько.

— Да ладно, ты думаешь, я в это поверю?

— Хочешь верь, хочешь нет.

— Ори, это так?

— Да.

— Так и в чём подвох? Ни за что не поверю, что она согласилась встретиться с ними за просто так.

— Ну, не совсем просто так… — сказал Ори.

— О, это уже ближе к правде. Так что ты должен сделать за это?

— Сводить её в оперу.

— Куда?..

— В Гарден оперу — это клуб такой, — ответила за него Трини.

— И как я понял, он совсем не дешёвый?

— Правильно понял, самый дорогой в городе.

— Трини, и сколько стоит вход туда?

— Шесть тысяч кредов. Там живая опера.

— О как, какое совпадение.

— Может, ты меня тоже туда сводишь?

— Обязательно сходим, как только найду завалявшиеся где-то двенадцать тысяч.

— И почему я не удивлена.

— Потому что у меня нет талантов, Ори. Да и столько глупости в голове.

Как только Трини вместе с Кирой покинули столовую, посмотрел на поникшего Ори и спросил:

— Ори, скажи мне, ты что, совсем головой не дружишь? Ты не понимаешь, что они вдвоём тебя разводят?

— Понимаю, но ничего не могу с собой поделать, я хочу с ней встретиться.

— Тогда открой тайну, где ты возьмёшь столько кредов? Тебе, чтобы сходить в эту оперу, нужно двенадцать тысяч, и ты должен Трини уже десять тысяч. А уже молчу про креды, которые тебе понадобятся в этой опере. Там она тебя ещё разведёт на несколько тысяч.

— Я как раз думаю над этим вопросом.

— Ори, ты потерял остатки разума. Это всё, что могу тебе сказать. Радует, что ты не сможешь заработать столько никогда, — после чего встал и вышел из столовой.

Через два часа он пришёл в спортзал, когда я уже закончил тренировку.

— Клим. Разговор есть.

— Говори, здесь кроме нас никого нет.

— Здесь такое дело. Мне предложили работу.

— Я рад за тебя.

— Ты не понял, работа в саванне.

— В смысле в саванне? И кем?

— Кем и сейчас. Ты со мной?

— В смысле с тобой? Совсем ничего не понимаю. Поясни, не понимаю.

— Мне предложили работу, но не в городе, а в саванне.

— Ничего не понимаю, тебя что, не на постоянную работу берут?

— Не на постоянную. Это разовая работа.

— Вот оно что. Тогда пошли их подальше.

— Почему? Они предлагают хорошие креды.

— Потому что это саванна, и там тебе не выжить. Тебя ограбят и убьют, как только покинешь город. Там работает закон пушки. У кого она больше — тот и прав.

— Я думал, ты со мной.

— Ори, ты видишь у нас пушки? А там делать без оружия нечего. Поэтому пошли их подальше.

— Там будет сопровождение.

— Это там никого не волнует. Там нападают даже на отлично вооружённые конвои корпораций. И потом я не понимаю, зачем тебе нужно туда ехать? Это очень смахивает на ловушку.

— Говорят, что нужно технику разблокировать.

— Пускай её везут сюда, и ты в городе без проблем её разблокируешь, а сейчас это похоже на ловушку. Даже не непохоже — это однозначно ловушка. Заманивают дураков в саванну, чтобы они потом на них долго и главное бесплатно работали. После чего там и прикопают.

— Мне тоже страшно, но креды нужны.

— Страх — хорошее чувство, не стоит она того, чтобы ты погиб там из-за неё.

— Ты не со мной?

— Однозначно нет и тебе говорю, чтобы ты отказался от этой затеи.

Отрабатывай долг в городе.

— Это долго.

— Запомни, торопыги на свидания не ходят, они собой местную саванну удобряют.

— Я тебя понял.

Он пришёл ко мне в каюту, когда я уже собирался спать.

— Скажи, сколько ты хочешь кредов, чтобы сходить со мной в саванну?

— Ни сколько.

— Почему?

— Потому что это самоубийство. Или ты решил, что вдвоём веселее умирать будет?

— А если нам дадут оружие?

— Ну, допустим, я умею пользоваться оружием, а из тебя какой стрелок?

— Никакой, поэтому я и прошу тебя пойти со мной.

— Оружие, конечно, повышает шансы на выживание, но не думаю, что намного.

— Так с нами поедет хорошо вооружённая группа и будет нас охранять.

— Ори, откажись от этой идеи, пока не поздно.

— Что скажешь насчёт пяти тысяч кредов?

— Креды, конечно, хорошо, но я прямо чувствую проблемы, связанные с этим. Поэтому нет.

— Жаль, я очень на тебя рассчитывал.

Половину ночи я думал о том, как остановить Ори, но так ничего не придумал и уснул.

Утром Ори попросил меня сходить к ним, и никакие мои доводы не помогали. Он уже решил для себя, что поедет. Сам я не знал, что мне делать. Меня обуревали противоречивые чувства. С одной стороны, Ори я ничего не должен, и если ему так хочется рискнуть своей головой, пускай рискует, это его дело, кто я такой, чтобы ему мешать, но с другой стороны, он был моим единственным другом. Не станет его, мне и поговорить будет не с кем. Никто в интернате не претендовал на роль моего друга, а многие меня вообще опасались. Причём я был уверен, что Тея умышленно настраивала их против меня. Раньше меня это как-то совсем не волновало, но сейчас я задумался об этом. По дороге я сделал ещё одну попытку его отговорить.

— Ори, как ты объяснишь в интернате своё отсутствие?

— Да никак. Скажу, что потерялся.

— Тебя закроют надолго в интернате и будут искать через полицию.

— Пускай закрывают и ищут. Я выяснял, у них здесь розыск такой же, как вызов на происшествия. Крайне выборочный.

— Ну это не удивительно, вот только кто тебя будет искать в случае чего?

— Вряд ли кто-то будет. Можно спасателей вызвать, но эта услуга платная здесь.

— Одумайся пока не поздно.

— Клим, я уже всё решил. Я должен рискнуть.

— Риск должен быть оправданным. Ты даже оружием пользоваться не умеешь!

— Я считаю, что ничего опасного в этом нет, да и пользоваться мне не нужно, меня охранять будут.

Глава 23

— Ты хотя бы аванс с них проси побольше.

— Договорились на пятьдесят процентов. Договор я юристу вчера давал на проверку.

— А ты ему сказал, что ты несовершеннолетний?

— Сказал, он от своего имени будет заключать его, а я подписал доверенность ему.

— Вижу, что ты со всех сторон подготовился.

— Повезло нам, что мы базы юридические получили бесплатно.

— Повезло.

— Жаль, что ты не со мной в этот раз.

— Ори, откажись от этой затеи, пока есть такая возможность.

— Не могу, я пообещал, а ты сам говорил, что обещания нужно выполнять.

Мы вдоль высокого забора дошли до проходной, Ори направился внутрь, а я остановился.

— Я тебя здесь подожду.

— Пошли, не переживай, нас ждут и внутрь пропустят.

— Мне нечего там делать.

— Просто постоишь около здания, пока я внутри все вопросы утрясу.

— Здесь безопаснее.

— Да ты не переживай, я уже был у них. Всё будет в порядке, — и он зашёл в проходную.

— Не понял, а зачем тогда я здесь? — вот только Ори был уже внутри и не слышал меня. — Послушай, а зачем я здесь? — переспросил его, когда зашёл за ним в проходную.

— Пошли, по дороге всё объясню, — и посмотрел на охранника.

Нас действительно без проблем пропустили внутрь.

— Ори, что происходит? — спросил его, когда мы остались вдвоём.

— Я сейчас вернусь и всё тебе объясню.

Он зашёл в небольшое здание, оставив меня одного около входа в него. Мне это совсем не нравилось, я чувствовал какой-то подвох. После чего стал осматриваться. С одной стороны от здания, в которое зашёл Ори, находились боксы для техники. Один из боксов был приоткрыт и хорошо виднелся внутри грузовик с кунгом. Этот грузовик сильно похож на тот, с которым мы встречались около полиции. Здесь я вспомнил, что ещё тогда предлагали Ори работу, и я понял, почему он согласился и сам пришёл сюда. Впрочем, меня это не касается. С другой стороны здания находились склады. Сейчас они были закрыты.

— Ты, что ли, новенький? — спросил кто-то за спиной, вздрогнул и обернулся.

За спиной стоял реальный шкаф. Однозначно за два метра ростом и в плечах косая сажень. Здоровенная голова, украшенная далеко не одним шрамом, мне криво улыбнулась и стало как-то совсем не по себе.

— Нет, ты ошибся.

— А здесь есть ещё кто-то? — развёл в стороны две руки, сильно напоминающие лопаты

— Не знаю, возможно, я не местный.

— Ты Отпуск?

— Я вроде… был когда-то… — добавил после паузы, совсем не понимая, чего он от меня хочет.

— Тогда чего ты мне голову морочишь? Зассал, что ли? Да не ссы, я малышей не обижаю.

— Да я не зассал.

— Ну да, а чего тогда заикаться начал? Так повернись боком, нужно с тебя размер снять.

— Не понял, какой размер?

— Самый обычный.

Я осторожно повернулся боком, совершенно не понимая, чего ему от меня нужно, и готовый в любой момент стартовать.

— Да уж, маловат. И что я на тебя должен подобрать? А второй ещё дохлее? — немного подумав, он сказал. — Пошли за мной. Попробуем во что-то тебя одеть, боец.

— Чего?

— Да ничего, пошли.

Он пошёл вдоль здания и, пройдя несколько метров, открыл дверь и зашёл внутрь. Сам я уже ничего не понимал. Поначалу у меня было сильное подозрение, что он меня с кем-то перепутал. Подумаешь, клички совпали, но он сказал про второго и у меня закрались смутные подозрения. И потом что значит «боец»⁈

Я осторожно пошёл за ним. Когда заглянул внутрь, оказалось, что он роется в одном из больших шкафов.

— Ты чего там топчешься? Заходи, не стесняйся. Кого только Крит берёт в бойцы, — услышал я ворчание из шкафа.

Внутрь я не решался зайти и наблюдал за ним от входа, на всякий случай посматривая по сторонам. Вот только на территории больше никого не видно. Было слышно, что кто-то есть в приоткрытом боксе. Он ругался с кем-то невидимым и обещал собеседнику куда-то вставить резонансный глушитель, если тот не починит что-то к сроку. Причём в этом вопросе он был весьма красноречив и убедителен, и даже я поверил — непременно вставит. Здесь я заметил Ори вышедшего из здания и крутящего головой явно в поисках меня. Он заметил и, опустив голову, направился ко мне.

— Что это значит? — спросил его, когда он подошёл.

— Извини, я должен был сразу тебе сказать.

— О чём?

— Я выписал доверенность адвокату от нас двоих, и договор он тоже заключил от имени нас двоих.

— И как ты это сделал?

— Просто, ты ведь оставил отпечаток пальца у меня на планшете, когда подписывал под договором с Трини, а скопировать его из договора и отправить адвокату было совсем не сложно.

— Ты жулик!

— Послушай, тебе тоже креды пригодятся, сводишь Трини куда-нибудь.

— Чего? Вот значит откуда ветер дует. Сам бы ты точно до этого не додумался. Уверен, это Трини тебя надоумила. Ну встречусь я с ней!

— Ты ошибаешься, и ты ей нравишься. Пойми ты, я бы один не рискнул, а с тобой совсем другое дело. И потом, если я погибну, ты получишь все креды и за меня, и за себя. Ты же планшет хотел купить. У тебя будут креды не на один хороший планшет.

— Хватит там торчать! Идите сюда! — услышал я злой рык здоровяка из склада.

Ори сразу зашёл внутрь. Мне пришлось последовать за ним.

— А этот совсем дохлый! — сказал здоровяк, критически осмотрев Ори. — И вот где я на вас найду амуницию? — после чего полез рыться в соседний шкаф.

Из шкафа здоровяком было вывалено много разной одежды. На некоторой одежде виднелись следы застарелой крови и прожжённые дырки от бластерного оружия. Этой одежды много, к тому же вся разная. Сложно представить, со скольких погибших она была снята. Я ткнул Ори локтем и показал на дырки в одежде.

— Вот на что ты нас подписал!

После этого Ори как-то сразу побледнел.

— О, нашёл! — сказал здоровяк и достал что-то похожее на накидку. — Так, а где остальное? — и он продолжил рыться в шкафу. — Ага нашёл! Так, держи! — и он отдал мне гору непонятной одежды, а сам продолжил искать что-то в шкафу.

Сам я стал разбираться с тем, что он мне выдал. Какая-то накидка, сделанная в форме плаща, вся дырках и крови как дуршлаг. Верхняя часть костюма также была в застарелой крови и дырках. Третьей и нижней частью оказались штаны — единственное, что более-менее выглядело целым. Им тоже досталось, но по сравнению с остальным, они имели всего несколько дырок и крови на них не так много.

— Что рассматриваешь? Знаешь, что это? — спросил неожиданно вернувшийся из шкафа здоровяк.

— Нет.

— Это лёгкий бронекостюм Химера.

— А это что? — и показал на два кругляшка на уровне груди.

— А это под сиськи. Что ты хотел, это бронекостюм женский.

— Это что, прикол такой?

— Прикол? Это бронекостюм Лагот. Она была первоклассным бойцом. Около пяти лет назад погибла. Мы тогда попали в засаду. Она пошла в обход и наткнулась на ежа.

— Ежа? Это что?

— Есть умельцы, делают такие. Он вылетает из песка и от него в разные стороны разлетаются иглы, поражая всё вокруг. Вот такой она и поймала. Говорил я ей, возьми броню посерьёзнее — не послушала. Сейчас бы была жива, но она всегда отказывалась, говорила, что тяжело ей среднюю броню носить. Пока отбились, пока её нашли… Не довезли мы её до капсулы, слишком тяжёлые ранения у неё оказались. Она считалась одной из лучших бойцов отряда, так что можешь гордиться тем, что тебе её бронекостюм достался.

— Да, но как быть с этими кругляшками на груди?

— Они тебе мешают?

— Нет, но как я это буду носить?

— Молча! Всё равно ничего другого нет, подходящего под твой размер. С вторым всё ещё хуже. Броню на него я ещё как-то подгоню, а вот как быть с одеждой — даже не знаю. Что стоишь столбом? Вот это примерь, — и он вытащил из шкафа несколько вещей.

Ори стоял как манекен и на автомате натягивал на себя то, что ему говорил надеть здоровяк. Вся одежда на нём висела мешком и была на несколько размеров больше. Сам я попытался надеть на себя бронекостюм, что он мне выдал. Штаны с меня откровенно спадали. У предыдущей хозяйки задница была на два размера, если не на три, больше моей. А верхняя часть бронекостюма оказалась узка в плечах. Это не говоря про выпирающие спереди два бронекружка вполне приличного размера.

— Да уж, боец из тебя в таком виде совсем никакой, — сказал здоровяк оценивающе. — Придётся переделывать. Пойдёшь к Тахиру, вроде она у него его заказывала.

— Тахир — это кто?

— Дам координаты.

— А за чей счёт будет переделка?

— За твой, конечно.

— Но его ведь придётся вернуть после?

— Придётся, конечно.

— А мне креды за этот ремонт вернут?

— Нет.

— Тогда зачем мне это нужно?

— Можешь ехать и в таком виде, мне плевать.

— Ори? — он молчал, задумавшись о чём-то своём. — Ты что, меня не слышишь?

— Слышу, — ответил он, вернувшись.

— Иди и решай с руководством, сколько оно попросит за этот старый дырявый хлам?

— Стоять! Я ещё не закончил с вами. Тысяча кредов, и она твоя.

— Тысяча вот за этот старый хлам? Оставь его себе. За тысячу я найду себе костюм получше. Этому костюму две сотни красная цена.

— Боюсь, ты не представляешь, сколько он стоит новый.

— Здесь речь о новом и не идёт. Посмотри на него. Он весь дырявый, как дуршлаг, и его нужно переделывать под меня. В таком виде он бесполезен и ничего не удержит.

— Ладно, семьсот.

— Триста.

— Дешевле пятисот не продам.

— Договорились! Вычтешь их из моей доли.

— Вам доля не положена. Вы не входите в отряд.

— Тогда из моего гонорара.

— Я зафиксировал факт продажи.

— Скинь тогда на планшет координаты этого Тахира.

— Не этого, а этой.

— Это неважно. Подожди, у вас что, нейросеток нет?

— Нет, нам нет восемнадцати.

— И как я вас тогда вооружу?

— А вот это уже не моя проблема.

— Крит совсем сдурел, детей в отряд набирает. Вы ведь и оружие не знаете.

Он с кем-то связался по нейросети.

— Крит, как я должен вооружать их? Они оружие не знают и пользоваться не умеют. Говорят, что один умеет? Какой из них? Да что они могут знать без баз? Ладно, понял.

Он отключился и посмотрел на меня.

— Говоришь, в оружии разбираешься?

— Я?

— Нет, я, — он развернулся и открыл большой металлический шкаф, находящийся за его спиной.

В нём находилось оружие, ровными рядами стоящее на полках. Среди оружия не было почти повторяющегося. Ряды мощных переносных пушек сменялись весьма скромными экземплярами. Этот шкаф напомнил мне оружейку Мстительного. Только там оружейный шкаф гораздо скромнее и в нём не было такого порядка, как здесь.

— Что же найти для вас? — сказал здоровяк, рассматривая ряды оружия, и почесал затылок. После чего полез что-то искать на дне шкафа.

Сам я пробежался взглядом по рядам оружия, в поисках моей любимой винтовки. Вскоре я её нашёл на второй полке снизу.

Глава 24

Подошёл и взял в руки. Винтовка оказалась похожей на ту, что была у меня, но имелись и отличия. В первую очередь отличался прицел. Во вторую приклад. Были и другие отличия, но когда я начал их рассматривать, здоровяк повернулся и посмотрел на меня.

— Эта тебе точно не подойдёт. Ты не сможешь из неё стрелять.

— Уверен?

Взял одну из батарей, лежащих рядом с винтовкой, вставил её в винтовку и активировал подключение. Не снял только с предохранителя. Винтовка активировалась, загорелась индикация зарядки и прицел винтовки. После чего навел её на здоровяка.

— Вижу, что с такой винтовкой ты знаком, — после чего одним движением вырвал её у меня из рук, — но ещё раз на меня наведёшь оружие — убью!

Разрядил винтовку и поставил на место.

— Не только знаком, но применять приходилось.

— Да рассказывай. У тебя сил не хватит с ней справиться.

— Я хочу эту винтовку.

— У неё прицел под нейросеть, и как ты собираешь прицеливаться?

— Прицел можно поменять.

— Нет у меня таких прицелов и эта винтовка не для тебя. Так, держи, это тебе, — и он выдал Ори игольник.

Он был уже старый, на корпусе краска сильно ободралась, виднелся металл и ржавчина.

— Вообще я такого не держу, но этот когда-то давно завалился, так и валяется с той поры, — он посмотрел на Ори, который не знал, что ему с ним делать. — Умеешь таким пользоваться?

— Нет, — ответил Ори.

— Да я с таким играл, когда мне пять лет было. Как можно не уметь пользоваться игольником?

Ори пожал плечами и посмотрел в ствол.

— Дай сюда, застрелишься ещё, — он забрал у Ори игольник. — Сам его приведу в порядок, — после чего посмотрел на меня. — Что же мне с тобой делать? Погоди-ка, кажется, у Лагот на винтовке прицел универсальный, да и по весу винтовка тебе должна пойти.

Он полез в шкаф и из самого нижнего ряда извлёк винтовку. Он сдул с неё слой пыли и посмотрел на меня.

— Даже жалко давать её тебе. Отличное оружие в умелых руках.

— Так не давай. Судя по слою пыли, она у тебя из шкафа сто лет не доставалась. Пускай ещё полежит.

— У нас никто с таким оружием на выезды не ездит, вот и лежит. Знаешь, что за оружие?

— Знаю, игольчатая винтовка Баресс-198.

— Ты смотри, и правда что-то знаешь. Может, стрелять умеешь?

— Не стрелял я из такой. Мне привычнее с той винтовкой.

— Всё с тобой понятно. Знаете, когда выезд?

— Да, через два дня, — ответил Ори.

— Забирайте сейчас это барахло и направляетесь к Тахир, а через два дня жду вас здесь. Оружие к тому времени будет готово. Сняв с себя всё, что он нам выдал, мы пошли на выход. Нас со всем этим без проблем выпустили с базы. Ори было проще, он всё сложил в рюкзак, а мне пришлось всё это нести в руках. Посмотрел на его рюкзак, похоже, и свой рюкзак он успел выкупить.

Мы долго тащились на другую часть города, по адресу, что нам дал здоровяк. Здесь оказалась небольшая ремонтная мастерская и магазин. Тахир оказалась крепкой женщиной уже явно за пятьдесят. Несколько шрамов на лице говорили о её бурной молодости.

— Вот, — и выложил бронекостюм на стол перед ней.

— И что это?

— Это бронекостюм раньше был.

— Я вижу, откуда он у тебя?

— Выдали. Отправили к тебе. Ты ведь Тахир?

— Тахир я только для друзей, а вот вас я среди них не помню.

— Нам здоровяк дал этот адрес и сказал спросить Тахир.

— Здоровяк? Что за здоровяк?

— Да не знаю я, как его зовут. Он нас привёл на склад, выдал вот это и отправил к тебе ремонтировать.

— Что, вот так просто взял и выдал, а потом отпустил?

— Ну, почти. Один дурак с ними договор заключил, — и я посмотрел на Ори.

— А ты за компанию с ним?

— Вроде того. Я приложение к нему. Придётся теперь с ним ехать.

— И с кем едете?

— Крит его зовут, — ответил Ори.

— Бари зовут этого здоровяка. Понятно теперь, от кого вы.

— Просила я его раньше продать мне этот бронекостюм, а он уперся и ни в какую не хотел продавать.

— Я его выкупил у него. Могу продать.

— Сейчас уже не нужно, я себе другой прикупила.

— Тогда нужно переделать в мужской и убрать эти два круга с груди.

— Это самое большое, что тебя волнует? — она подняла верхнюю часть и посмотрела на свет.

— Дырки на спине тоже желательно убрать, но у нас мало кредов. Сколько это будет стоить?

— Сложный случай. Скажу откровенно. Здесь много что нужно смотреть.

— Да мне всё не нужно, мне только броню почините и эти кругляшки с груди уберите.

— Было бы всё так просто.

— Тогда просто кругляшки уберите, у нас с кредами сложно.

— Поняла тебя. Тебе что-то Бари говорил про бывшую хозяйку?

— Сказал, что погибла. Не заметила ежа, когда пошла в обход.

— Она и не заметила. Ладно, посмотрю, что можно сделать. А у второго что?

— Вот! — и Ори выложил вещи на стол. — Нужно подогнать под мой размер.

— Так, теперь оба покрутились на месте. Мне нужно с вас мерки снять. С этим понятно, а что тебя с бронёй? — спросила она Ори.

— Здоровяк сказал, что подгонит среднюю.

— Узнаю Бари. Чем толще бронник, тем лучше. Вот только в бою ему тяжело придётся.

— Посмотрим, — ответил ей Ори.

— Чуть не забыл, мне ещё штаны нужно уменьшить. У меня задница меньше, и они с меня спадают.

— Это я уже заметила и задница у тебя что надо, — и подмигнула мне, чем меня сильно смутила.

— Мы через два дня уходим. Нужно к этому времени сделать. Успеете?

— Постараемся. Скажи мне, красавчик, как вы сумели к ним попасть?

— Да есть у нас талант, — и посмотрел на Ори.

— Они обычно никого со стороны не берут. Тем более таких зелёных, как вы.

— А почему?

— Не знаю. Меня это и удивило.

— А что с ними не так?

— Да вроде всё так. Обычные наёмники. Здесь таких хватает.

— Тогда не вижу проблемы. Вы нам сообщите, когда будет готово?

— Конечно. Сообщу. Координаты оставьте.

Ори достал планшет, перекинул ей координаты, и мы направились на выход.

— Подождите, вы что, без нейросетей?

Я подтолкнул Ори на выход, и мы вышли из помещения.

— Ты чего? — спросил он на улице.

— Слишком много вопросов для торговки. Будешь с ней общаться, держи язык за зубами.

— Она ведь знакомая Бари?

— Чем меньше разумных будет знать о нас, тем безопаснее для нас. Кстати, Ори, если ты кому-то проболтаешься про этот бронекостюм… Ну, ты меня понял.

— Понял. Никому ни слова. Хотя ты в нём забавно смотришься.

— Вот поэтому никому ни слова.

— Послушай, я должен тебе давно рассказать, но всё никак решиться не мог.

— Что ты ещё натворил?

— Много чего. Меня зовут не Ори, а Фил.

— Вот даже как, а почему Фил?

— Так мама назвала, и не был я никогда ни на какой шахтерской станции. Я с другой планеты. Прилетел сюда после гибели мамы и жил здесь, пока не встретился с убийцами мамы. Они даже здесь смогли найти меня. Поэтому я решил сменить имя и спрятаться здесь.

— А что, так можно?

— Можно, если умеешь. Мама у меня была хакером и многому научила, пока не погибла.

— Не понял, она погибла или её убили?

Он подробно рассказал мне о том, что с ним произошло до момента нашей встречи.

— И что ты по этому всему теперь думаешь?

— Тебе сказать правду или не стоит?

— Конечно правду.

— Она горькая.

— Давай!

— Ты сам просил. Думаю, что твоя мама резко ослепла и поглупела, когда связалась с ними, и ты точно такой же — совсем не видишь, с кем связался. Сильно подозреваю, что это у вас семейное.

Впрочем, не стоит ворошить прошлое. Будем считать, что ты мне ничего не рассказывал. С другой стороны, правильно, что рассказал. Теперь я уверен, что тебе можно доверить спину.

— Надеюсь, в случае чего, ты меня не бросишь там.

— Не брошу, но ты объясни мне, зачем им понадобилось тащить тебя в саванну?

— Им нужно, чтобы я что-то там взломал. Что конкретно, не знаю.

— А кто у них раньше эту работу делал?

— Видимо, никто. Крит сказал, что это разовая операция.

— А далеко придётся ехать?

— Точно не знаю, но он сказал, что не очень далеко.

— Это радует. Подожди, получается, что этот парень, с которым мы встретились в Нейросети, тебя знал?

— Мы вместе раньше жили в элитном интернате здесь, на планете.

— А откуда у тебя креды, чтобы оплачивать элитный интернат? Хотя я понял.

— Также подрабатывал взломом в сети. Просто раньше всё уходило на оплату интерната.

— А теперь уходит на твою дурость. В том интернате наверняка охрана хорошая. Зачем ты оттуда сбежал?

— Ты просто братьев Сапфиро не знаешь. Их никакая охрана не остановит. Ты же видел, что они устроили на станции.

— Видел. Тогда ты правильно сделал. Так безопаснее и для тебя, и для остальных в том интернате. Братья ведь никого не пожалеют, и всех положат там.

— И даже не поморщатся.

— Капитан СБ на эсминце говорила, что Лана ради меня схватилась с ними и убила троих, и о том, что они будут мстить ей. Наверно, они её ищут теперь.

— Она вроде улетела.

— Улетела, и я не знаю куда.

— Что, совсем ничего не сказала?

— Да я сам не понял, что произошло. Привела меня к миграционному центру и там оставила. Пока я пытался понять, что произошло, и из-за чего так поступила, она взяла и улетела неизвестно куда. Я пытался выяснить у СБ куда, но они ответили, что это их не касается.

— Не хотят связываться со старшей расой.

— Вроде того. Хотя бы письмо прислала, где всё объяснила, но так…

— А как ты с ней познакомился?

— Это сложно назвать знакомством. Я спрятался от пиратов в вытяжке. И потом долго полз по вытяжке неизвестно куда. Пока сам не приполз к ней, весь чумазый и грязный, она меня поймала и вытащила из вентиляции. Не знаю, чем я тогда понравился ей. Я попытался удрать от неё, но какое там от неё не удерёшь. Вот так и познакомились.

— Интересное у вас было знакомство.

— Забудь! Это уже в прошлом.

Так за разговорами мы дошли до интерната и разошлись по комнатам. У себя в комнате я понял, что готов был отправиться с ним. Не правильно бросать единственного друга, даже если он и делает глупость.

Утро у нас началось как обычно. Ори зашёл за мной, явно собираясь что-то обсудить за завтраком, но мы не успели дойти до столовой, всех собрали в холле, и мы пришли туда одними из последних.

— Послушайте, воспитанники, — обратился к нам Ардар, — у нас не хватает пяти воспитанников. Вчера утром они ушли из интерната и до сих пор не вернулись.

Все стали оглядываться по сторонам в поисках того, кого среди нас не хватает. Лично я помнил меньше половины воспитанников интерната в лицо, но ещё меньше я знал по именам, поэтому не стал даже пытаться выяснять, кто же сегодня проштрафился. Трини я сразу заметил в компании девушек. Кира привычно крутилась рядом с ними и посматривала по сторонам.

— Многие из вас сейчас пытаются выяснить, кого мы сегодня не досчитались. Я вам подскажу. Не хватает Манира, Алена, Радига, Шерлая, Вила.

Глава 25

— Вся компания Манира отсутствует, — негромко сказал Ори.

— Странно. Троим осталось несколько месяцев до восемнадцати. Как я слышал.

— Залёт им сейчас не нужен, они вроде на флот собирались.

— Так я о том же.

— Кто-то знает что-то о них или причину их отсутствия? — спросил Ардар, обращаясь ко всем.

Все стали шептаться, но, видимо, никто ничего не знал. Эта компания была самая старшая в интернате, где и чем занимаются они особо не распространялись.

— Ори, ты не знаешь, из-за чего они в прошлый раз попали в полицию?

— Драку устроили с городским интернатом.

— А из-за чего?

— Не знаю точно, все молчат, вроде они наших обидели и наши им забили стрелку. Вот там их всех и повязали полицейские.

— Понятно.

— Думаешь, это городские?

— Да кто их знает и что у них там за дела с ними были.

Ардар прошёлся вопросительным взглядом по всем воспитанникам, а потом почему-то остановился на нас с Ори.

— Вы ничего не хотите мне сказать? — спросил он.

— Нет.

— После завтрака оба зайдите ко мне. А теперь все на завтрак!

Планировал поговорить с Трини после завтрака, но она сегодня решила позавтракать с другими девушками. Вместо неё устроилась мелкая.

— И чего вы в этот раз натворили? — спросила она, когда все заказали еду.

— Кудряшка, мы сами не знаем, чего это он, — ответил ей. — Мы ничего не совершали, — и посмотрел на Ори.

— Ардар просто так не вызывает к себе.

— Это для нас стало таким же сюрпризом, как для остальных.

— Ты Манира прикончил?

— Ты что такое говоришь?

— Ну, а что, он сам виноват. Нечего было лезть к тебе.

— Нет, я его не видел. Последний раз видел вчера здесь и больше мы не встречались.

— Ну ладно, — забрав еду, направилась за столик к девушкам.

— Что думаешь, зачем он нас вызвал? — спросил Ори.

— А твой юрист не мог сообщить ему?

— Зачем ему это?

— Не знаю. Других мыслей у меня нет. Компании наёмников, с которыми мы собираемся ехать, не выгодно сообщать Ардару о нас, и они точно не будут это делать.

— Может, эта торговка? Она вчера много вопросов задавала.

— Не знает она, кто мы и откуда. Так что вряд ли. Знают только адвокат и наёмники, больше никто. Или ты ещё кому-то рассказывал, типа Трини или Алей?

— Нет, знают только эти двое.

— Впрочем, может, Ардар с Теей ничего и не знают, а так решили проверить. Если что, молчи и делаем вид, что ничего не знаем.

— Понял.

После завтрака мы направились в кабинет Ардара. Они нас уже дожидались вместе с Теей. Они что-то обсуждали между собой и сразу замолчали, как только мы вошли.

— Зачем звали? — спросил их.

— Где вы вчера были? — спросил Ардар.

— С утра здесь, а потом пошли погулять по городу.

— Куда конкретно ходили?

— Просто гуляли по городу. Нам же никуда нельзя.

— Меня интересует конкретный маршрут.

— Каким образом я его должен запомнить? Вы не забыли, что я дикий, а не местный?

— А как тогда ты нашёл дорогу обратно в интернат?

— Это просто, я остановку экспресса запомнил.

В принципе это было так — в городе я путался, и маршрут куда-то и назад обычно прокладывал Ори. Проезд на аэроэкспрессе у нас как у интернатовских был бесплатным.

— С тобой всё понятно. Ты, как обычно, врёшь. Ори, я знаю, у тебя планшет есть. Куда вы вчера ходили и ездили?

— Я не запоминал маршрут. Мы были на северо-востоке города, а потом поехали в его западную часть.

— Примерный маршрут можешь обозначить на планшете.

— Очень примерно. Мы действительно не запоминали. Просто гуляли и смотрели город.

— Теперь скажи мне, что ты знаешь про Манира?

— Ничего. Мы виделись с ним в последний раз в столовой вчера за завтраком и больше его не видели.

— А остальных?

— Точно так же.

— Ты вроде общаешься с Вилом?

— Мы общались всего два раза, и я бы не назвал это общением.

— Искин с тобой не согласен. Он утверждает, что вы разговаривали два дня назад. Около столовой.

— Было такое, но ничего интересного. Он спросил о наших планах после совершеннолетия. Мы об этом говорили.

— Ему больше года до совершеннолетия, почему его этот вопрос заинтересовал сейчас, и почему он его решил обсудить с тобой?

— Не знаю, это сами у него спрашивайте.

— У тебя какие-то предположения этого есть? И почему он решил обсудить это с тобой, а не, скажем, с Отпуском?

— Только мои предположения, не больше. Он собирался на флот и хотел поговорить со мной, потому что я со станции, а не с планеты.

— Вон он тоже со станции и что? — и показал на меня.

— Учитывая, что Манир с Климом не ладят, это вполне понятно.

— Вот мы и подошли к главному. Поэтому, я должен каждому из вас задать этот вопрос и не советую мне врать! Вы вчера во время прогулки встречали Манира и других из его компании?

— Нет, — ответил Ори.

— А ты? — спросил меня.

— Нет, и мы с Ори были всё время вместе.

— Что же, до конца полицейской проверки вам запрещён выход из интерната.

— Да мы-то здесь при чём? — возмутился Ори.

— При том, что он — основной подозреваемый в исчезновении их, а ты его помощник. Твоей задачей было выяснить у Вила, куда они направляются.

— Это полный бред. Я сказал правду.

— Полиция всё проверит, а вы пока посидите в интернате. Всё! Можете идти и заниматься своими делами.

Мы вышли из кабинета и пошли в свои комнаты.

— И что будем делать? — спросил Ори.

— А что здесь сделаешь? Они нам не верят и их не волнует, что мы говорим. В их понимании мы вчера прикончили Манира с компанией.

— Но это же полный бред. Может, они где-то с девушками зависли, а мы из-за них должны страдать.

— А что ты можешь сделать? Теперь наша поездка отменяется. Это история надолго.

— Может, быстро проверят.

— Ты сам в это не веришь. Пока проверят, куда они пошли или поехали. Потом будут проверять, куда мы ездили. Я сразу почувствовал, что неспроста он меня стал про маршрут расспрашивать. Потом будут проверять возможные пересечения маршрутов.

— Это точно затянется не на один день.

— Знаешь, а если с ними что-то произошло, полиция сильно постарается, чтобы это повесить на нас. Так что нас сейчас долго не выпустят из интерната. Связывайся как-то осторожно с адвокатом и отменяй всё. Только, думаю, твой планшет полиция тоже проверять будет.

— Точно. Я сейчас всё почищу.

— Давай.

Я уже заканчивал разминку в спортзале, когда он появился там.

— Не получится ничего отменить.

Я посмотрел на камеру и повернулся к ней спиной.

— Прямо чувствую, что придётся две бронированные двери интерната выносить твоей головой, по-другому никак.

— Завязывай с шуточками, ситуация у нас совсем не шуточная. Адвокат сказал, что договор начал действовать, и расторгнуть его можно, только выплатив неустойку и ему, и наёмникам.

— Веди себя естественно и улыбайся, здесь камеры, а то решат, что мы хотим сбежать и нас запрут не здесь, а в камере полиции.

— Не могу, что нам делать?

— Тогда иди к себе и подумай, а когда успокоишься, поговорим там, где нет камер.

* * *

Он ушёл, встретились мы с ним в душевой через два часа.

— Рассказывай, что там с контрактом?

— Адвокат сказал, что он вступил в силу и мы можем его расторгнуть, только выплатив неустойку. Неустойка состоит из полученного аванса и полной стоимости сделки.

— Это сколько?

— Вся сумма контракта двадцать пять тысяч. Пять тысяч тебе и двадцать мне, половину суммы я вчера получил авансом. Хорошо, что немного потратил. Оплатил только три тысячи за перешивку амуниции. Две тысячи она запросила за починку и переделку твоего бронекостюма и тысячу за подгонку моей амуниции.

— Проще говоря, нам нужно найти тридцать четыре тысячи пятьсот кредов, а у нас есть только девять тысяч пятьсот кредов.

— Немного меньше, я тысячу Трини сегодня заплатил. Она пристала, и я не знал, как отвязаться от неё.

— Тысяча для нас всё равно ничего не решает.

— Даже если мы сможем продать твой бронекостюм, нам ещё нужно найти где-то тридцать тысяч.

— Больше, я не выкупил его. Да и за твою амуницию придётся заплатить.

— Что нам делать?

— А что здесь сделаешь? Эти придурки не вернулись, кстати?

— Нет, я узнавал.

— Тогда точно придётся выносить входные двери твоей головой, другого варианта нет. Может, после этого в ней появятся мозги, которые не позволят тебе больше заключать подобные контракты.

— Я не думал, что так может получиться.

— Нам теперь по любому нужно ехать, иначе никак.

— Вот только как покинуть интернат?

— Попроси наёмников, чтобы по пути заскочили к нам и вынесли две бронированные двери. Вот только после этого далеко мы не уедем.

— Почему?

— Он ещё спрашивает. Да нас полиция сразу начнёт преследовать. Сбежали из-под домашнего ареста. Вот только наёмники ничего не будут делать.

— Почему?

— А это не их проблема. Их неустойка устроит, и потом мы будем долго и усиленно отрабатывать эти креды.

— Что делать тогда?

— А что ты можешь сделать, ты хакер или как?

— Я проверял входные двери. Они не автономны и полностью подчинены искину интерната.

— А что с искином интерната?

— Я пробовал в нём поковыряться. Он флотский и просто так его не хакнешь. Нужно много времени для взлома. Боюсь, что это сразу станет известно и флоту, и руководству интерната. Кроме того, там полиция сейчас.

— Да уж, если сбежим, считай, признали вину, если с ними что-то случилось. Не сбежим — попадаем на большие деньги. Даже не знаю, что лучше. Может, вытяжки есть какие или неизвестные нам проходы в другую часть здания?

— Может, но я ничего об этом не знаю.

— Тогда займись выяснением этого вопроса, а я займусь вариантом гараж. Вероятно, есть возможность сбежать через него. Хотя наше поведение однозначно вызовет много вопросов. Думаю, теперь каждый наш шаг отслеживается.

— У нас выбора нет.

— Выбор есть всегда. Расходимся вначале по своим комнатам. И только через некоторое время выходим и начинаем поиск.

— Понял.

— Встречаемся завтра за завтраком.

* * *

Утро у нас с Ори выдалось совсем не добрым. Ардар снова собрал всех в холле и сообщил, что выход сегодняшнего дня для всех закрыт, пока не выяснится, куда пропали пятеро.

— Ори, если они сейчас вернутся, им весь интернат вломит по полной программе и не посмотрят, что старшие.

— Да уж, у многих проблемы будут. Особенно у спортивной команды. У них вроде сегодня игра.

— Я вот подумал, нас так же будут искать или нет?

— По-моему, начальству на нас наплевать. Они будут только рады.

— Местные обидятся.

— Они это переживут. Нас всё равно никто искать не будет. Может, для вида спросят и забудут. Мы здесь чужаки, пропали и ладно, только рады будут. С нами здесь никто общаться не хочет.

— Ори, ты становишься циником.

— Жизнь заставляет.

— Трини, думаю, если не знает, то что-то подозревает о нас.

— Я ей ничего не говорил.

— Она не дура, сама догадалась. Интересно, как она сейчас будет на работу ходить?

— Да остальных завтра всех выпустят.

— Посмотрим. Как-то она не выглядит переживающей по этому поводу.

Ардар как раз закончил обращаться к совести воспитанников, пообещав всем, кто сообщит информацию об этих пятерых, будет свободный выход из интерната, после чего отправил всех на завтрак. Вот только многие отправились не в столовую, а к его кабинету. Мы остановились около входа в столовую и посмотрели им вслед.

— Ори, ты смотри, сколько сразу появилось желающих сообщить начальству о том, где могут находиться эти пятеро.

— Ребят из команды можно понять, у них сегодня игра.

— Их-то можно понять, а остальные тоже в команду решили записаться?

— Кто их знает.

Столовая оказалась заполнена немного больше, чем наполовину.

— Никогда бы не подумал, что здесь столько стукачей.

— Может, и нам сообщить что-то начальству? Глядишь, и нас выпустят.

— Что мы им можем сообщить?

— Не знаю.

— Ты сам понимаешь, что это совсем не вариант. Мы у них главные подозреваемые. У нас есть только один вариант — признаться, что это мы их мочканули, а тела прикопали в саванне, но, боюсь, нас после этого точно никуда не выпустят.

Глава 26

— Жаль, как у тебя вчера прошло?

— Плохо. Там всё время находилась Сорел вместе с её дроидами-уборщиками и близко подойти не получалось. Пришлось перенести на сегодня. Надеюсь, она там вчера всё очистила.

— У меня тоже всё плохо. Схема этого здания засекречена как самая большая тайна корпорации. Даже кусочков этой схемы достать не получилось. Визуально я походил и посмотрел. Большинство вытяжек ведут от нас на женскую часть интерната. Что у них дальше — непонятно. Да и не пролезть нам через них. Маленькие они.

— Час от часу не легче.

— И как нам выбраться?

Пришлось замолчать, к нам за столик пришла Кира. Она деловито устроилась рядом со мной.

— Кира, а где Трини? — спросил у неё.

— Не знаю, у неё какие-то дела были с утра.

— Стоит, наверно, в очереди в кабинет, — сказал Ори.

— Думаешь, она с ними общается?

— Не знаю, может быть.

— С кем общается? — спросила Кира.

— С Маниром и его компанией.

— Они не ладят. Маниру она нравилась, но отказала ему. Теперь она с тобой, а он тебя боится, так что ему теперь нравится Нела.

— Вот даже как.

— Все думают, что это ты с ними разобрался.

— Зря думают, не трогал я их.

Кира так же быстро исчезла после завтрака, как и появилась.

— Что будем делать? — спросил Ори, когда мы вышли из столовой.

— А какие у нас остались варианты?

— Вроде всё попробовали?

— Остался один вариант — через гараж.

— Пошли, проверим.

— Нет, подозрительно будет. Нужно вести себя как обычно. Ты сейчас к себе в комнату, а я в спортзал. Потом проверишь один, есть там Сорел или нет, и тогда заходишь за мной в спортзал. Надеюсь, к тому времени вся утренняя шумиха утихнет.

— Так и сделаем.

— Слушай, а может, с Трини поговорить?

— На какую тему?

— Как-то она приходит к тебе ночами.

— Ну ты сравнил. Она ведь не выходит ночью на улицу. Скорей всего, знает, как обмануть систему.

— Нужно с ней поговорим.

— Я спрашивал, она ответила, что это секрет.

— Давай встретимся, надавишь на неё.

— Как ты это себе представляешь? И потом, если она меня пошлёт, что мне делать? В спортзале или столовой начинать пытать её под камерами? И потом одно дело внутри интерната и совсем другое — выход на улицу. Кому как не тебе это не знать.

— На входе действительно серьёзная система безопасности и просто так через неё не пройдёшь.

— Вот видишь. А ты искин интерната не пробовал взломать?

— Пробовал, это долгая история, не успею точно к сроку, если вообще получится взломать. Кто-то установил хорошую защиту.

— Флот, кто ещё мог это сделать.

— Нам от этого не легче.

— Это точно.

Мы разошлись, как и договорились. В спортзале сегодня обнаружилось как-то непривычно много желающих его посетить. Большинство пришло посмотреть тренировку команды, но часть воспитанников решила составить мне компанию и позаниматься на тренажёрах. В результате почти все тренажёры оказались заняты. Нормальная тренировка у меня не получалась, и когда пришёл Ори, я решил, что не стоит сегодня продолжать. Мы вместе вышли из спортзала.

— Как-то сегодня все решили потренироваться, — отметил Ори.

— Совсем не привычно, но сегодня большинству нечем заняться, вот все и пришли в зал.

— Даже многие девчонки здесь.

— Да они не тренироваться, а мне глазки строить пришли. Постоянно так выгибаются, что начинаешь совсем думать не о том.

— Чего это они?

— Сам ничего не понимаю. В столовой не замечают, а здесь и подходили поболтать.

— Я Трини не заметил среди них.

— А её и не было.

— На завтраке тоже не было. Ты ничего ей не говорил?

— Нет.

— А Алей?

— Тоже нет. Сказал только, что скоро свожу её в Гарден оперу.

— А ты оптимист, учитывая наше положение.

— Да это было ещё до подписания контракта.

— Подождёшь меня, я быстро в душ и сразу пойдём.

— Конечно.

Я быстро заскочил в комнату за чистым бельём и, открыв шкаф, обомлел.

— Кудряшка, как ты здесь оказалась?

— В гости к тебе пришла.

— А ничего, что здесь мужская часть интерната и девочкам сюда нельзя?

— Ничего, я ведь ненадолго, никто и не узнает. Правда ведь?

— Ну, даже не знаю. Как ты у меня в комнате оказалась?

— Это тайна, и я не могу её тебе рассказать.

— Ты чего застрял? — и, заметив Киру, удивлённо добавил. — Она откуда у тебя в комнате?

— Сам ничего не понял. Открываю шкаф, а она в нём.

— Это Тея решила тебя так подставить. Представляю, что будет, если она сейчас появится и обнаружит её у тебя в шкафу.

— Так, мелкая, сознавайся! Это Тея тебя надоумила? Сейчас пойдём вместе к Ардару!

— Нет, я сама.

— Сама бы ты не смогла сюда попасть, и ты не знала, в какой комнате я живу.

— Знала, это все знают.

— А, тогда как ты сюда попала?

— Это секрет!

— Вот у Ардара ты его и расскажешь!

— Не расскажу и не рассчитывай! И потом я думала, что ты мне друг! А друзья не предадут друзей!

— Вот именно! Рассказывай, что ты здесь делала?

— Тея пообещала всем, кто узнает что-то о Манире, поощрение в сто кредов, а мне очень нужны сто кредов.

— Не понял, а при чём здесь мой шкаф?

— Ну как, все знают, что вы враги.

— Не понимаю, а при чём здесь мой шкаф? Хотя, кажется, я понял. Ты решила забраться в него, чтобы подслушать меня и Ори.

— Да, — смущённо сказала она и мотнула кудрявой головой.

— Недорого же ты оценила нашу дружбу, всего сотню кредов.

— Ничего ты не понимаешь. Это сто кредов! И потом ты ничего не должен был узнать.

— Понимаешь, Ори, почему девчонки вдруг появились на тренажёрах?

— Тоже сотню хотят заработать.

— Конкурентки! — сказала мелкая с недовольной физиономией.

— Интересно, как далеко они готовы зайти ради сотни кредов? — задумчиво спросил Ори.

— Ты решил это выяснить? Она готова за сотню нас продать.

— Если она сюда смогла пробраться, значит и другие могут.

— Ты это сейчас к чему?

— К тому, что не только она знает, как пробраться к нам, и к нам могут прийти другие гостьи.

— Трини им устроит тогда! — задумчиво сказала мелкая.

— Она и не узнает, — ответил ей Ори. — А зачем тебе нужна сотня?

— Нужна!

— А поточнее?

— Фари хочу!

— Фари — это что такое?

— Ну ты и отсталый!

— Я тоже не знаю, — поддержал Ори.

— Ну так и быть, — сказала она и выбралась из шкафа. После чего забралась на мою кровать и стала что-то быстро набирать на панели. — Вот это Фари!

Я вместе с Ори подошел и посмотрел на экран.

— Это что, игрушка? — спросил её.

— Точно дикий! Это Фари!

— Девяносто семь кредов. Это её цена?

— Да, я очень её хочу!

— Тогда я предлагаю сделку. Ты нам рассказываешь, как сюда попала, а мы купим тебе Фари! — сказал Ори.

— А у вас есть креды? — спросила она с прищуром.

— Есть!

— А Трини говорила, что ты все креды должен ей.

— Сто кредов я найду.

— Ну, я даже не знаю.

— Клим, пошли тогда сдадим её Ардару, незаконное проникновение в комнату к мальчикам. Думаю, влетит ей…

— Я согласна! Только вы должны пообещать, что ничего не расскажете!

— Обещаем.

— А ты? — и посмотрела на меня.

— Обещаю, я буду молчать.

— Но в начале Фари, я не дура!

Ори улыбнулся и достал планшет. Он быстро нашёл игрушку в сети под чутким руководством Киры и оплатил её. Заплатив ещё кред за доставку.

— Всё, в течение часа привезут тебе твою игрушку.

— Это не игрушка! Это Фари!

— Теперь мы ждём твой секрет.

— На! Так и быть, — сказала она и отлепила от пальца тоненькую резинку.

— Что это? — спросил Ори.

— Отпечаток пальца Теи. Прикладываешь его и проходишь. Только нужно лицо скрыть накидкой, а то искин не пропустит.

— Вот оно что, — сказал Ори задумчиво.

— А ты что сидишь? — и она посмотрела на меня.

— А что я должен делать?

— Неси меня на руках обратно. Мне нравится, когда ты меня на руках носишь!

— А нас выпустит искин?

— Вот всему вас учить нужно! Полотенце на меня накинь, чтобы меня не видно было.

Пришлось накинуть полотенце и вернуться вместе с ней в холл, где я её поставил на пол.

— Помните, вы обещали молчать! — сказала она с суровым видом.

— Мы помним! — ответили мы дружно.

После чего исполнила перед нами танец в стиле джиги-дрыги и с радостным воплем «Фари! Фари! Фари!» упрыгала на женскую часть интерната.

Мы же накинули полотенце на голову Ори и отправились к входу в гараж. К нашему сожалению, скоро выяснилось, что мы сотню потратили напрасно — любую комнату воспитанников это открывало, а вот дверь, ведущую в гараж, эта штука открывать категорически отказалась. Ори сказал, что, похоже, на этой двери установлена двойная система безопасности и помимо отпечатка пальца требуется подтверждение с нейросети. После чего я решил отправиться в душ, а Ори на всякий случай отправился проверить центральный вход в интернат, хотя и был уверен, что там такая же система безопасности.

Когда я вернулся из душа к себе в комнату, в неё буквально влетел Ори.

— Клим, они вернулись!

— Так, успокойся и выдохни. А теперь спокойно расскажи, что произошло.

— Я стоял около выхода и делал вид, что играю на планшете, а на самом деле проверял дверь.

— И что?

— Да ничего не получилось. Нужно подтверждение с нейросети. Хотел уже уходить, как появились трое пропавших из компании Манира.

— А он сам?

— Его не было. Говорю же, их всего трое было.

— Странно, интересно, где он сам?

— Да нам-то какая разница⁈ Они теперь подтвердят, что мы не встречались и ничего им не делали. Нас завтра должны выпустить.

— Где они? Нужно с ними поговорить!

— Зачем? Пришла Тея, и они ушли в кабинет Ардара.

— Они не просто так пропали. Что-то точно случилось. Так что ты рано радуешься.

— Но мы ведь к этому не причастны.

— Мы нет, но мы считаемся частью интерната. Кто знает, что произошло и что скрывает наше начальство. Думаю, Манир и руководство интерната какие-то мутные дела вместе делали. Неспроста они сразу задёргались, когда эта компания пропала.

— Думаю, это не связано. Кто бы ни пропал, они бы задёргались.

— Да, но сотню кредов точно бы не стали платить. За нас бы, к примеру.

— Пойдём, подождём их около кабинета Ардара, поговорим и всё выясним.

— Сильно сомневаюсь, что они с нами будут говорить, особенно со мной. Ты лучше один сходи и поговори. Ты вроде с одним общался?

— Это громко сказано, я правду рассказал у Ардара.

— Тогда лучше отзови его и с ним один на один поговори. Кстати, как они выглядели?

— Потрёпанными.

— Без ранений?

— Не видел вроде ранений.

— Иди тогда туда, только не светись у кабинета.

— Понял.

Вскоре он вернулся.

— Ты оказался прав, их забрали в полицию. Ардар и Тея улетели вместе с ними.

— Вот этого я и боялся. Для полиции мы здесь все заодно. Ладно, всё равно ничего теперь не выяснишь. Завтра с утра станет всё понятно.

* * *

Утром я ещё сладко дремал, когда в комнату влетел Ори и сообщил радостную новость:

— Нам разрешили выход из интерната!

— Я знаю. Мне только что панель сообщила.

— Похоже, сегодня всех выпустят.

— За завтраком узнаем.

— Жалко, что они не сегодня пришли.

— Не понял? Тогда бы нас не выпустили бы?

— Зато девчонки бы в гости ночью пришли.

— Размечтался, никто бы к нам не пришёл. Побоялись бы, и потом, как же тогда твоя Алей?

— Алей это другое.

— С тобой бесполезно на этот счёт разговаривать, у вас это семейное, пошли лучше на завтрак.

Оделся и мы отправились на завтрак.

— Нужно амуницию успеть забрать. Тахир написала вчера, что всё готово, но я боюсь опоздать, — сказал Ори по пути в столовую.

— Не переживай, без нас не уедут, вернее, без тебя.

— Как-то я нервничаю. Всю ночь не спал.

— Ну ещё бы, всю ночь девчонок ждал, а они не пришли. Трини, кстати, тоже давно не заходила.

— Она вообще где-то пропала.

— Вчера её не видел с самого утра. Посмотрим, будет ли она на завтраке.

— Трини уже находилась в столовой и завтракала вместе с девушками, которые вчера крутились около меня в спортзале.

Глава 27

У меня сразу закрались смутные подозрения насчёт её и других девушек. Ладно Кира, она ребёнок, но она что, тоже решила меня сдать за сотню? Меня от моих подозрений отвлекла Кира, как ураган влетевшая в столовую, абсолютно счастливая, вместе с игрушкой в руках.

— Вот это Фари! — показала она игрушку мне, не выпуская её из рук.

— Ты что, вместе с ней спала?

— Конечно. А как ты узнал?

— След от её носа остался у тебя на щеке.

— Она классная! Посмотри, какая красивая!

Игрушка постоянно меняла цвет.

— Очень красивая.

— Я всегда о такой мечтала!

— Вы двое, зайдите в кабинет после завтрака! — сказала зашедшая в столовую Тея.

После чего мы с Ори переглянулись, а Кира нахмурилась.

— Вот видишь, рано ты обрадовался.

Ори не ответил, видимо, думал о том же, о чём и я. Причина, по которой нас вызывают к руководству, непонятна. Сам я перебирал все косяки, которые за мной числились, но ничего подходящего не пришло в голову. В последнее время я ничего не делал и вообще вёл себя как пай-мальчик. Единственный вариант, пришедший мне в голову, состоял в том, что они узнали о моих отношениях с Трини. Может, сама рассказала? И посмотрел на неё. Она мне улыбнулась в ответ и вместе с подругами покинула столовую. Непохоже, что по этому поводу, она бы точно не улыбалась. Что может быть ещё? Судя по лицу, Ори терзал тот же вопрос.

Мы вышли с завтрака и направились в кабинет.

— Есть идеи за что? — спросил у Ори.

— Ни одной.

— У меня также.

— Так-так, — сказал Ардар, когда мы зашли, и посмотрел на Тею.

— Совсем не так, мы ведь вам говорили, что не причастны к делам Манира и компании, но вы нам не верили. В чём сейчас мы, по-вашему, провинились?

— Ты ведь не будешь отрицать тот факт, что купил игрушку Кире?

— Нет. Признаю, что этот смертельный грех принадлежит мне. Как наказывать будете? Предлагаю за это год меня не выпускать из интерната.

— Не ёрничай! Откуда у тебя креды на покупку?

Я посмотрел на Ори, не зная, что ответить на этот вопрос. Мой банковский чип надёжно припрятан в комнате. Вместе с остальными моими ценностями. Ори заплатил за игрушку со своего чипа и со своего планшета. Рассказывать им, как он зарабатывает, совсем не хотелось.

— Не переживайте, они мне достались честным трудом.

— Это каким же?

— Ну как, мне честно выдали винтовку, хотя вру, винтовку мне не хотели давать, выдали только ручной бластер, а винтовку я потом забрал сам.

— Очень интересно. Это у кого же?

— У пиратов. Они, правда, совсем не хотели отдавать, но наши аргументы оказались весомее их.

— Трофейные, значит.

— Вы сегодня непривычно догадливы.

— И с какой целью ты это сделал? — спросила Тея.

— Я решил порадовать её, она мой маленький друг.

— А ты не подумал о том, каково сейчас другим воспитанникам?

— До других мне нет дела, они мне не друзья.

— Я всегда знала, что ты эгоист, а мы здесь живём одной дружной семьёй.

— Не смешите меня. Чего тогда из вашей дружной семьи пятеро удрали? — после чего получил тычок от Ори в бок и понял, что перегнул.

— У них имелись весомые причины, и потом трое уже вернулись, а скоро и остальные вернутся. Вот только ты этому не будешь рад.

— У вас всё? А то мне на тренировку пора.

— Не всё, — ответил Ардар.

— Но больше я ничего не покупал.

— Мы запрещаем тебе что-то покупать Кире и другим воспитанникам интерната. Если не поймёшь, мы изымем у тебя банковский чип.

— Обыскивать меня, надеюсь, Тея будет?

— Можете идти. Ори, тебя это точно так же касается.

Выйдя из кабинета, мы оба облегчённо выдохнули.

— Вот ведь, игрушка им не понравилась, — сказал Ори. — А я уже подумал, что эти трое про нас что-то навыдумывали и нас снова закрыли.

— Я тоже совсем не ожидал такого.

— Как думаешь, почему они так среагировали?

— Боятся, что мы расположим ребят к себе таким образом.

— Пошли быстрее, мы уже сильно опаздываем.

Мы быстро заскочили вначале к Ори. Он забрал рюкзак и свои вещи, потом ко мне, где я закинул несколько комплектов нижнего белья, что мне выдали в интернате. Далее мы отправились на выход из интерната. Входные двери открылись, и мы направились к остановке аэроэкспресса.

— Ори, давай заскочим по пути в одно место?

— Мы и так опаздываем.

— Это быстро, нужно нож проверить. Возможно, он всё ещё там, где я его припрятал.

— А чего ты его не забрал раньше?

— Опасался, что за нами следят, да и в интернат его не пронесёшь, детекторы стоят на входе.

Нож оказался там, где я его оставил, и вскоре мы подходили к лавке Тахир.

— Сегодня я с ней буду говорить, — сказал Ори.

— Да без проблем, говори, — и мы зашли внутрь.

— Наконец-то появились, а я подумала, что вы пропали совсем и не будете забирать заказ.

— У нас было много работы, не успеваем совсем, и нас уже ждут, — ответил ей Ори.

— Кто, Крит? Вы, ребята, точно нашли себе правильную команду. Они, как и вы, также всегда и везде опаздывают.

— Можно наш заказ и мы побежим?

— Что, даже примерять не будете?

— Нет, у нас совсем нет времени на это.

— Подожди, Ори, нужно примерить, и она права — без нас они точно никуда не уедут.

— Они уже спрашивали, где мы.

— Ответь им, что мы здесь и заканчиваем с амуницией.

— Сейчас.

— Очень разумный подход, красавчик, тем более, тебе много что нужно и изучить, — сказала Тахир.

— Много чего? — непонимающе переспросил её и сразу внутренне собрался.

— Да я многое восстановила. Сама не ожидала. Тебе повезло.

— Боюсь, я тогда не уложусь в бюджет.

— Не переживай на этот счёт, говорю же, тебе повезло, ничего особо важного не повредилось. Держи. Примерь вначале накидку.

Я накинул накидку. Накидка стала короче, но дырок в ней теперь не было.

— Теперь браслеты, — и она застегнула на запястьях два браслета, вмонтированных в края накидки.

— А они зачем?

— Управление накидкой. Она умеет принимать разный вид. Попробуй, должно работать. Вообще бронекостюм обычно управляется нейросетью, но, как я понимаю, это совсем не ваш вариант.

Только я дотронулся до одной из кнопок, как меня что-то укололо, и я сразу отдёрнул руку.

— Что-то колется.

— Это нормально, привязка на нового владельца сработала.

Я снова попробовал и нажал на одну из кнопок. Плащ поменял цвет и стал совсем черным.

— Отлично, ночной режим работает. Попробуй ещё.

Нажал другую кнопку, и он стал серо-белым.

— Надо же, не думала, что старые настройки сохранились.

— Это что такое?

— Режим имитации под камень. С этим разберёшься сам. Теперь надевай бронекостюм.

— А откуда он берёт питание?

— Раньше он сам заряжался от света, но сейчас накопители энергии у него плохо работают, и один вдобавок повреждённый. По уму их нужно заменить, но у меня таких нет.

— Понятно.

— Ничего ты не понял. Береги накидку. Если попадут в этот накопитель, он может рвануть не хуже гранаты.

— А может тогда его убрать совсем?

— Не дай себя подстрелить. Тогда будет всё окей. Без этого накопителя ничего работать не будет. Вы что стоите, как две статуи? Примерять больше ничего не будете?

— Так неудобно при тебе раздеваться, — ответил Ори.

Он тоже примерил накидку, как и я.

— Ну надо же, я очень рада, что вы стесняетесь.

Чего там, я скинул с себя комбинезон и стал натягивать штаны от бронекостюма. Она обошла вокруг.

— Хорошо сидят. Жаль мне не удалось восстановить соединение с верхней частью. Кто-то вырвал крепление с мясом.

Извернувшись, посмотрел на себя сзади — теперь всё сидело как влитое. Впрочем, меня больше волновала верхняя часть и я развернул её. На груди стояли две ровные пластины, и я облегчённо выдохнул.

— Нравится?

— Да. Они не от этого костюма, но должны выдержать попадание иглы. К сожалению, все остальные функции бронекостюма не удалось восстановить из-за того, что нет соединения с нижней частью.

— Главное пластины заменили, а остальное неважно.

— Запомни, там не бывает мелочей. У вас, как я поняла, первый выход?

— Первый, только не выход, мы поедем, не пешком пойдём, — ответил Ори, как и я, надевая на себя одежду.

— Туда пешком никто не ходит. Скоро всё сами узнаете.

— Вы там часто бывали? — спросил у неё.

— Раньше постоянно ездила, а сейчас у меня другой бизнес.

— Посоветуйте нам, что ещё с собой взять?

— Оружие есть?

— Есть. Здоровяк нам подобрал.

— Нужна вода и еда. Есть?

— Нет.

— Не нужно, нас будут там кормить, — сказал Ори.

— Нужно. Там в саванне всякое может случиться. Можешь остаться совершенно один. Самое плохое — остаться без еды и воды. Тогда саванна убьёт тебя за несколько дней, это при условии, что ты будешь не ранен. Вода в первую очередь. Еда во вторую.

— А что есть? — спросил у неё.

— Только у нас с кредами проблема, — добавил Ори.

— При таком раскладе только эконом вариант, — она достала десяток кубиков и две фляжки.

— Это то, о чём я думаю? — и показал на кубик.

— Не знаю, о чём ты думаешь, это синтетика. На вкус полнейшая дрянь, конечно, но жаре не портится.

— Знаю, кормили меня такой, когда сидел в камере.

— Это в какой камере и за что?

Здесь я понял, что ляпнул лишнего.

— Да за драку посадили.

— Понятно всё с тобой, красавчик. Подраться, значит, любишь.

— А чего они!

— Мы спешим! — поторопил нас Ори.

— Тогда нам два десятка таких кубиков.

— Аптечки будете брать?

— Будем, две.

— Хватит одной!

— Нет, две.

— Запасную зарядку к ним будете брать?

— Не будем! — ответил Ори.

— Только не говори мне, что ты всё потратил!

— Не потратил, но креды нам понадобятся. Ты что, забыл про Гарден оперу? — спросил он шёпотом.

— Я забыл? Зачем она мне нужна? Я никому и ничего не обещал.

— Тогда бери, что знаешь.

— Советую и тебе взять, покойники не ходят по операм.

— У тебя и так почти ничего не осталось. На починку костюма ушло только две тысячи, плюс на выкуп пятьсот. Что у тебя останется?

— Я лучше все креды потрачу на амуницию.

— Как хочешь.

— Так, Тахир, что нам ещё нужно?

— Чем он вас вооружил?

— Игольники.

— Иглы какие?

— Не знаю, не выясняли как-то.

— Нужен размер.

— У меня пятерка, у него тройка.

— Мне не нужно, — ответил Ори.

— Тогда только пятёрку для винтовки.

— Разбираешься в оружии?

— Немного.

— Какие возьмёшь? — она выложила на стол три коробки.

— Что посоветуешь?

— Это от тебя зависит и от того, как хорошо ты стреляешь.

— Тогда давай по две каждой. Такой винтовкой мне не приходилось пользоваться.

— А как ты их понесёшь? — спросил Ори.

— К тебе сложу.

— Не влезет уже. Да и не унести мне столько.

— Тахир, нам нужен рюкзак, — но посмотрел на недовольную физиономию Ори и добавил. — Если можно какой-нибудь старый и самый дешёвый.

— Для тебя, красавчик, посмотрю, — отозвалась Тахир.

Вскоре дроид привёз со склада рюкзак. Он мало того, что был старым и выцветшим на солнце, так ещё прострелен в нескольких местах из бластера, и калибр у стрелявшего был совсем не маленьким, судя по дыркам в нём.

— Это чего, Тахир? Он же совсем дырявый.

— Ты сам просил старый.

— Да, но не дырявый же.

— Других вариантов нет. Могу зашить, но это часа через два, не раньше.

— У нас нет на это времени, — ответил Ори. — Мы его не берём!

— Это почему не берём? Берём! Я потом его зашью.

— Зачем тебе дырявый рюкзак?

— Сказал же, зашью потом. Тахир, что нам ещё нужно? Теперь место есть.

— Я бы тебе посоветовала взять гидросборник.

— Это что такое?

— Вот такая штука.

Дроид привез что-то вроде чёрной безрукавки.

— И зачем мне это?

— Надеваешь под бронник. Хорошо охлаждает и собирает внутрь весь твой пот. После чего делает его пригодным для питья.

— Отличная штука! Берём!

— Не нужна она нам, ты уже фляжки взял. Они также сами заполняются водой.

— Вот только очень медленно.

— Берём.

— Нет, не берём.

— Ори, прекрати, я беру на свою долю.

— Она закончилась сразу после ремонта бронекостюма.

— Я хочу эту штуку!

— Вот получишь вторую половину выплаты, тогда и покупай.

— Чего? Это ты меня подписал на это дело, я совсем не собирался никуда ехать! Так что будь добр купить то, что мне нужно.

— Зачем тебе это всё? Мы едем на несколько дней и сразу обратно. Что ты после этого со всем этим будешь делать?

— Это моё дело! И я сам решу, что мне покупать и для чего! Так что купи всё, что мне нужно!

— У нас нет кредов!

— И куда они делись?

— Их нет.

— Мы берём эту штуку и это не обсуждается, или ты поедешь один!

— Ладно, берём.

— Запасные обоймы будете брать? — спросила Тахир с улыбкой.

— Будем! Две обоймы запасные.

— Куда ты их сложишь? У тебя ни одного кармана нет.

— В рюкзак.

— Мы больше ничего не берём!

После чего я тяжело вздохнул. Было понятно, что Ори успел куда-то потратить креды, впрочем, куда и на кого он их потратил можно не спрашивать, это и так понятно. Пока они торговались с Тахир по каждой вещи и каждому креду, сам я разбирался с накидкой. Ори купил мне гидросборник, вот только совсем не новый, который хотел я, а сильно видавший виды и весь в заплатках. Кредов у него также не хватило на одну упаковку игл и вместо двадцати синтетических кубиков он взял только пятнадцать. Меня это разозлило. Молча надел этот гидросборник. Тахир помогла мне подогнать гидросборник под мою фигуру, чтобы он плотно прилегал к телу, после чего надеть сверху верхнюю часть бронекостюма. Ори молча наблюдал за этим. Когда закончили с этим, Тахир молча обошла вокруг меня.

— Отлично сидит, но чего-то не хватает. — сказала она. — Ремня не хватает!

— Ты же знаешь, что у нас нет больше ни креда.

— Знаю. Потом отдашь. Вот, держи, — она достала из-под прилавка ремень и надела на меня.

— Вот это другое дело. Теперь ты готов!

Я подошёл и стал складывать в рюкзак всё, что лежало на прилавке. В этот момент дверь в лавку открылась и зашёл новый посетитель. Высокий, лицо загоревшее и обветренное, как и его выгоревшая на солнце одежда. С правой стороны на поясе красовался бластер, на другом бедре солидного размера тесак.

— Привет, Тахир! — сказал зашедший в лавку и с головы до ног осмотрел нас с Ори.

— Ты за заказом? — спросила Тахир.

— Да, заскочил на минутку, скоро выезжаем.

— Ты раньше срока, придётся пару минут подождать, ещё не готово.

— Да не проблема, я не спешу. Это что у тебя за детский сад?

— Клиенты.

— Что, деточки, никак в искатели решили податься?

— Деточку в зеркале увидишь, — ответил ему.

— А деточки у нас грубияны. Совсем никакого уважения к ветеранам не проявляют, — и вытащил тесак из ножен. — Ой, а что сейчас делать будете?

Глава 28

Одним движением полоснул ножом по его руке с ножом, одновременно переместился за спину и приставил ему нож к горлу.

— Ну, дедуля, что ты сейчас делать будешь?

Не видел, но почувствовал, как он потянулся к кобуре с бластером.

— Думаешь, успеешь?

— А ну-ка, оба прекратили!

Непонятно откуда в руках Тахир появилась винтовка, и целилась она из неё мне в голову. Причём было видно, что она совсем не шутит.

— Ты, быстро убрал руку с кобуры.

— Всё, убрал, Тахир, — сказал несостоявшийся учитель.

— Теперь ты, убрал нож от его горла!

Честно говоря, я не знал, что делать. Прикончу я его сейчас и нас ждёт полиция вместо поездки, но и отпускать совсем не хотелось, он мог в любой момент выхватить бластер.

— Ну! Я жду!!! — повысила голос Тахир.

— Отпусти его! — сказал Ори.

— Ладно, — убрал нож от его горла.

— Забирайте свои вещи и уходите! — сказала Тахир, держа его на прицеле.

Подошёл и закинул рюкзак к себе на плечи. После чего мы с Ори пошли на выход.

— Мы ещё встретимся! — сказал он, когда я проходил мимо.

— И этот день станет для тебя последним!

— Мы это ещё посмотрим.

— Мальчики, будут трофеи, заходите! — ласково сказала Тахир перед тем, как за нами закрылись двери.

Мы вышли на крыльцо, и я остановился, чтобы убрать нож в припрятанные ножны. Окна были приоткрыты, и я слышал, о чём говорят изнутри.

— Ты мне должен, Дирк! — сказала Тахир. — Я только что спасла тебя.

— Я ещё встречусь с этим зверёнышем, и мы посмотрим, кто кого.

— Дирк, да ты совсем плох стал. Они не искатели, они из команды Бари. У тебя стало много здоровья, и ты решил наехать на его команду?

— Ты сейчас серьезно? Бари что, стал детей набирать в команду?

— Видимо, ты не заметил, но этот, как ты выразился, ребёнок, только что чуть не прикончил тебя.

— Заметил, но я просто не ожидал и был не готов. Есть чем перевязать руку?

— Найду.

Решив дальше не подслушивать их разговор, пошёл догонять ушедшего вперёд Ори и спешащего к остановке аэроэкспресса.

— Ори, я не буду тебя спрашивать, куда ты потратил креды, но, если ты ещё раз так сделаешь, пеняй на себя.

— Клим, это мои креды. Я могу их тратить, куда захочу. А ты нас оставил совсем без кредов.

— Вот только я не давал своего согласия на это всё и не подписывал никаких договоров. Это сделал за меня ты!

— Я думал, мы друзья, и ты сам говорил, что хочешь заработать.

— Мы друзья, и только поэтому я с тобой. Другого бы послал подальше.

— Ладно, забыли.

— Ты наводил справки об этих наёмниках?

— Наводил. Самые обычные наёмники. Работают на того, кто платит.

— Боятся их здесь.

— Совсем не удивлён. Ты ведь видел этого Бари. Да мне от одного его вида страшно становится.

— Действительно здоровый.

Ори явно был не настроен на разговор, и поэтому я замолчал. Хотя сильно хотелось ему высказать за то, что он не купил себе экипировку. Пока мы ехали, я экспериментировал с настройками накидки. Их оказалось много и, запутавшись в них, бросил это занятие, решив, что с этим нужно разбираться с помощью сети, а планшет у Ори был занят. Он сам что-то читал в сети.

На проходной нас без проблем пропустили на базу. Когда мы вышли из проходной, сразу попали под множество взглядов. Больше десятка наёмников сидело в тени центрального здания базы и смотрело на нас. По многим заметно, что они с серьёзного похмелья. Все сидели и молчали. Честно говоря, меня это смутило.

— Здорово, парни, — решил сам заговорить с ними.

— Да и здоровей видали, — отозвался один из них. Остальные промолчали.

— Бари где?

— Да кто его знает. Где-то здесь. Вы что, с нами поедете?

— Да.

— Отлично, все в сборе! — сказал Бари, появившийся из своей каморки. — Что разлеглись⁈ Подъём! И получаем оружие!

— Бари, не ори так, голова и так разламывается! — ответил ему наемник, который со мной общался.

— Тади, у тебя здоровья стало много? Так я сейчас из тебя быстро всю дурь выбью! — прорычал в ответ Бари.

Наёмник сразу заткнулся, и все лениво потянулись к Бари на склад. У большинства на лице написано, что они сильно недовольны тем, что их потревожили. В маленьком складе Бари сразу стало тесно.

Мы с Ори даже внутрь не стали заходить. Вскоре наемники по одному стали выходить со склада, надевать полученную амуницию и заряжать оружие. Все надевали гидросборники под броню, некоторые подходили к крану поблизости и обливали водой гидросборники водой и только потом надевали броню. Я тоже решил последовать за ними и, скинув верхнюю часть бронекостюма, тоже окатил себя водой. После чего почувствовал, как гидросборник сам наполнился водой. Наёмники с интересом посмотрели за мной, но ничего не сказали. Бронезащита у всех была совсем не чета моей, и когда они её надевали, становились на несколько размеров больше. По разным местам на броне раскладывались ножи, запасные обоймы и другие полезные вещи.

На головах у всех были одинаковые шлемы с неизвестными мне дополнениями. Впрочем, многие шлемы не надевали, а просто пристегивали к плечу. Вооружены все по-разному, но большинство плазменными винтовками, дополненными, как правило, ручным бластером или игольником.

— Вы чего здесь стоите? — спросил вышедший на улицу Бари. — Команда получать оружие была для всех!

— Так внутри для нас места не было? — ответил ему.

— Заходим и получаем оружие!

Внутри уже никого не оказалось.

— Так, что у вас за косяк был у Тахир? — спросил он, осматривая нас с Ори. — Просмотрел я и про обувь совсем забыл, а она у вас никуда не годится, — сказал сам себе задумчиво и почесал затылок, после чего полез в шкаф рыться. — Что молчите?

— Да ничего особенного не произошло, — ответил ему.

— Ты в этом уверен? — спросил он и, повернув голову, посмотрел на меня из шкафа.

— А чего он нам ножиком решил угрожать!

— Ладно, Тахир не в претензии, так что прощается. Где-то у меня были ещё одни. Так, вот это тебе, а это тебе.

Мы получили по паре берцев. Мне мои без проблем подошли, а вот Ори долго возился со своими. Хотя мои берцы оказались далеко не новыми и изрядно поношенными, но мне понравились, а вот Ори был не в восторге от своих, судя по выражению его лица.

— Так, с обувью разобрались. Теперь броня на него, — он достал бронекостюм и, критически его осмотрев, сказал. — Приказано подобрать на тебя бронник посерьёзнее.

После чего передал его Ори. По сравнению с его бронекостюмом, мой был больше похож на одно название от бронекостюма. Впрочем, почти все наёмники были одеты в подобные. Бари быстро подогнал его под Ори.

— Теперь на голову держите шлемы.

Он надел вначале на Ори шлем такой же, как были у большинства наёмников, а потом и на меня.

— Знаете, что это? — и он показал на шлем.

— Нет.

— Это БЭШ или как у нас любят называть — горшок. Боевой энергетический шлем. Вообще большинство его функций вам не доступно, поэтому для вас включено только две функции: камеры кругового обзора и рации. Включается кнопкой у правого уха, могу также я их включить или отключить. Понятно?

— Да.

— Так, теперь по оружию. С тобой всё понятно, — и он выдал Ори кобуру с игольником. — А вот с тобой всё непонятно. Не уверен, что ты справишься с винтовкой. Тяжеловата она для тебя.

— Я справлюсь.

— Ладно, пойдём попробуем.

Он достал винтовку из шкафа и вставил в неё обойму, и мы вышли на улицу.

— Камеру наблюдения видишь?

— Вижу.

— Твоя задача — её уничтожить.

— А не жалко камеру?

— Нет, стреляй!

— Как здесь прицел включается?

— Сбоку кнопка.

Нашёл кнопку и нажал её. В прицеле сразу забегали ряды циферок. Что они означают, я не понимал, но поймал камеру наблюдения в прицел.

— Э-э-э, ты куда прицелился?

— В камеру наблюдения. Ты же сам сказал стрелять в неё.

— Так не в нашу же камеру наблюдения.

— А в какую?

— Вот в ту, у соседей. В эту и слепой попадёт.

— Понял.

Камера находилась значительно дальше и, захватив её в прицел, долго пытался разобраться с цифрами, что постоянно менялись в прицеле.

— Ты долго собираешься её рассматривать? Стреляй!

Захватив камеру в прицел, я нажал на выстрел. Винтовка практически беззвучно отправила иглу в полёт.

— Промах! Ушла вправо на три часа.

Я отвлёкся от прицела и посмотрел на прицел. Как внести поправку — непонятно. Рядом стоял Бари и, отвлёкшись от бинокля, посмотрел на меня.

— Что ты собираешься делать?

— Прицел поправить.

— А сумеешь?

— Не знаю.

— Тогда стреляй так.

Пришлось снова прицелиться и выстрелить.

— Промах! Ушла влево. Много взял. Ладно, будем считать, что стрелять ты умеешь. Внимание всем! Забираем всё добро и грузимся по машинам!

Ворота гаража открылись и оттуда вначале выехали две багги, а за ними бронетранспортёр. Высокий четырёхосный, с двумя большими башенными орудиями наверху, выкрашенный в песчаный цвет. Наемники, которые раньше неторопливо потягивали что-то из своих фляжек, сразу поднялись и, забрав со склада несколько больших баулов, потащили их к выехавшей технике. Часть баулов была погружена в багги, но большая часть в бронетранспортер.

— А нам куда? — спросил у Бари.

— Со всеми в бронетранспортёр.

Он надел на себя броню, после чего стал сильно напоминать ходячий танк и прихватив с собой большой баул с оружием пошёл за нами следом к бронетранспортёру. Нам показали на два свободных кресла в самом хвосте бронетранспортёра и сказали, чтобы мы пристегнулись. При этом большинство наёмников уже пристегнуло себя и оружие, делая вид, что дремлет. Бари занял командирское кресло, сразу за водителем.

— Внимание всем! — услышал в ухе я голос Бари. — Как меня слышно?

— Отлично! — отозвалось сразу несколько голосов.

— Новенькие, не слышу вас?

— Отлично слышно, — ответил ему.

— Слышу, — также подтвердил Ори.

— Дозор один, Дозор два на связь!

— Дозор один на связи, — откликнулось сразу три голоса.

— Дозор два на связи, — подтвердила следом вторая багги.

— Связь порядок. Проверка вооружения.

Закрутились двое наемников, сидящих в орудийных башнях бронетранспортёра.

— Оружие порядок. Выдвигаемся.

Глава 29

Первым выдвинулся бронетранспортёр, за ним поехали обе багги. Мы быстро поехали по улицам города. Рядом со мной находилось небольшое смотровое окно для стрельбы, сейчас закрытое бронестеклом, и через него было хорошо видно, где мы проезжаем.

В кресле приятно покачивало и меня тоже тянуло в сон. От наёмника в соседнем кресле несло перегаром и уже доносились периодические всхрапывания. Впрочем, большинство наёмников уже или дремало, или похрапывало. Ори не спал, он привычно уткнулся в планшет.

— Ори, у тебя есть контакт Трини в сети?

— Есть.

— Отправь ей сообщение. От моего имени.

— Не понял? Зачем?

— Вспомни Манира, нас наверняка будут искать, как и их.

— И что? Не понимаю. Зачем?

— Кто общался с нами? Они будут опрашивать всех. Вот только этот список небольшой: Кира и Трини. Киру в расчёт никто брать не будет. Остаётся Трини.

— Всё равно не понимаю.

— Да чтобы от неё отстали. Напиши ей, пусть за сотню кредов передаст моё сообщение Тее.

— Диктуй.

— Трини, с нами всё в порядке, мы пропадём ненадолго, но скоро вернёмся. Передай это сообщение Ардару, чтобы за нас не переживали. Мы устали и решили немного отдохнуть от них, но пускай не расслабляются, мы вернёмся!

— Отправил.

— Порядок теперь.

— Переживаешь за неё?

— За кого?

— За Трини.

— Я переживаю за последствия для нас, а она и без нас прекрасно выкрутится и ещё денег с тебя стрясёт.

— Ну и зря.

— Ори, ты неисправим! — я был уверен, что он сейчас переписывается с этой Алей.

Сам я занялся тем, что стал разбираться со шлемом. Снял его и, осмотрев, сразу обнаружил сбоку небольшую кнопку. При нажатии на неё опустился лицевой щиток, при повторном он затонировался, при ещё одном нажатии — открылся. С этим все понятно. С другой стороны шлема обнаружилось шесть кнопок. Из шести кнопок рабочей оказалась одна. Она выдвигала небольшую панельку напротив глаза.

Надев шлем, я выяснил, что с этой панельки прямо на сетчатку левого глаза транслируется картинка с двух камер наблюдения, расположенных в задней части шлема, и владелец шлема видит все происходящее вокруг себя на триста шестьдесят градусов. Повторное нажатие на кнопку включало фонарик, расположенный у правого уха. Последующие нажатия этой кнопки, как других, так и комбинаций кнопок не включало и не выключало больше ничего у шлема. Однако я решил, что заставлю этот шлем работать на полную и продолжал над ним экспериментировать. Оторвал меня от этого увлекательного занятия рык шлема. Он голосом Бари прорычал:

— Внимание всем! Прибываем на место! Смотреть в оба! Дозорным осмотреться!

— Принято! — ответили дозорные, одновременно закрутились стрелки в орудийных башнях.

Как-то быстро мы добрались — решил я про себя. Все, кто спал, сразу проснулись и прильнули к смотровым щелям. Сам Бари смотрел в некое подобие перископа для подводной лодки. Вскоре бронетранспортёр остановился. Вперед умчались только две багги. Они покатались по ближайшим песчаным дюнам и на двух самых высоких остановились.

— Все на выход! Осмотреться! — поступила очередная команда от Бари.

— Началось, — совсем тихо проворчал наёмник в соседнем кресле, стал выкладывать запасные обоймы и запихивать их под сидение. Остальные занимались этим же. Захватив с собой только оружие, они потянулись на выход из бронетранспортёра. Ори остался на месте, я посмотрел на него и тоже остался сидеть. Бари, отвлёкшись от своего перископа, посмотрел на нас:

— А вам что, отдельная команда нужна? — спросил он нас.

— Вы должны нас охранять, и мы не обязаны выполнять ваши команды, — ответил ему Ори.

После этих слов водитель бронетранспортёра отвлекся от своих приборов и с интересом посмотрел назад, и я понял — сейчас что-то будет. Бари спокойно встал из кресла и подошёл к Ори. После того, как он навис над Ори, Ори сразу как-то сник.

— Ты контракт подписал? — спросил Бари.

— Подписал, — ответил Ори.

— Пункт шесть часть три тебе зачитать?

— Я сам прочитаю.

— Я тебе его поясню, согласно этому пункту с сегодняшнего дня вы двое становитесь частью нашей команды. А теперь ответь мне, кто здесь командир этой команды?

— Ты, — ответил совсем поникший Ори.

— А теперь запомни раз и навсегда, второй раз я повторять не буду. Если я скажу умирать, значит ты будешь умирать вместе со всеми. Скажу срать — будешь срать по моей команде вместе со всеми! А теперь взял оружие и бегом из бронемашины!

Последнюю фразу он проорал, после чего Ори быстро исчез из машины, я сразу отстегнул винтовку и последовал за ним.

— Бари, ты аккуратнее с ними, а то они без команды начнут здесь гадить, — сказал водитель с улыбкой, перед тем как я покинул бронетранспортёр.

— Им полезно! — ответил ему Бари хмуро и вышел за нами из бронетранспортёра.

Когда я вышел, не обнаружил Ори. Посмотрел назад. Не очень далеко от нас виднелась окраина города. Бронетранспортёр сейчас находился около руин здания. От него сейчас осталась всего две стены. Кроме этих обломков в этом месте не было ничего, куда ни посмотри — везде один песок. Решив, что Ори находится за стеной, заглянул туда и не ошибся. Ори что-то бормотал себе под нос и одновременно искал в планшете.

— Ты чего там спрятался? — спросил его.

— Сейчас, контракт читаю, пятый пункт, где шестой? — ответил он.

Он нашёл пункт, про который ему сказал Бари, и сразу поник.

— Что, есть такой пункт?

— Есть.

— Понятно, легкая прогулка отменяется. Впрочем, двадцать пять тысяч никто просто так не заплатит. Слишком большие деньги для двух подростков. Придётся за них попахать.

— Ну, поговорю я с этим адвокатом.

— Так, все оправились? — услышал я в шлеме голос Бари.

Хотел ответить, что нет, но передумал.

— Значит так, косячники! — прорычал Бари. — Вы все вчера отличились и не думайте, что я ничего не знаю про ваши подвиги. Мне всё известно, но с этим мы разберемся, когда вернёмся, а сейчас будем из вас изгонять алкогольный дух, а то в салоне дышать из-за вас невозможно, и это плохо действует на молодые неокрепшие мозги, которые меня выводят из себя.

Все сразу осуждающе посмотрели на нас с Ори, но ничего не сказали.

— Сегодня мы будем отрабатывать захват господствующей высоты.

Сразу раздалось несколько тяжёлых вздохов. А я стал осматриваться в поисках этой самой высоты. Никакой господствующей высоты в зоне видимости не наблюдалось, и непонятно, что Бари под этим подразумевает. Впереди находилось только несколько небольших дюн, на которых сейчас располагались две наши багги, но высотами их можно назвать весьма условно.

— Косячники, сегодня высотой у нас будет вон та дюна, — и показал на дюну рядом с багги. — Кто первый добежит, будем считать, что все его косяки прощены.

Все наёмники стали строиться в линию кроме нас с Ори.

— А вы что стоите? — спросил он нас. — Вас это также касается!

— Так мы вчера с ними не косячили и алкогольный дух в нас отсутствует, — ответил ему.

— А кто устроил разборку у Танир? Так что тоже косячники! Марш к остальным! Задача та же.

Хотел сказать, что мы ни в чём не виноваты, но заткнулся и присоединился к остальным. Ори подошёл следом и задумчиво посмотрел на дюну впереди.

— По моей команде стартуем. Кто стартует раньше, будет дисквалифицирован и побежит повторно.

Мне стало понятно, почему многие выкладывали всё лишнее из карманов и оставляли в бронетранспортёре. Ведь бежать нужно с оружием и в полной экипировке.

— Старт! — скомандовал Бари.

Все побежали. Мы с Ори стартовали последними. Я сразу получил прикладом винтовки по заднице и понял, что пока я добегу, она всё сзади отобьёт. Притормозил, чтобы перевернуть винтовку. В результате оказался последним.

— Бежать! — проорал Бари над ухом и для убедительности сопроводил это пинком.

Сказочный пендель меня сразу ускорил и вскоре я догнал основную группу. Она уже растянулась. Последним бежал Ори. Хотя ему бежать было легче остальных. Из оружия у него только игольник на бедре. Легко его обогнал, а после стал обгонять одного наёмника за другим. Впереди бежало трое, они значительно оторвались от остальных, но вскоре твердое покрытие под ногами закончилось и начался песок. Они стали сдавать, и всех троих я прошёл один за другим. Бежать становилось всё тяжелее, ноги вязли в песке, но на тренажёрах я каждый день пробегал гораздо большие расстояния и вскоре добрался до верха дюны, остановился и оглянулся. Ближайшим ко мне было бежать ещё прилично.

Добежавший вторым, сказал:

— Бегун, бл,, — и рухнул на песок рядом.

Глава 30

Остальные также тяжело добегали до верха. Последним бежал Ори. Рядом с ним бежал Бари. У него в руках была верхняя часть бронекостюма Ори. Пинками, матюгами и угрозами он пытался заставить бежать Ори. Ори же еле-еле передвигал ногами и уже никак не реагировал на все попытки его ускорить. Видимо, на последних силах он всё-таки добежал и рухнул рядом. Бари бросил верхнюю часть бронекостюма рядом с Ори и задумчиво посмотрел на меня, после чего сказал:

— Ну что, команда? Могу откровенно сказать, что это позор!

— Да почему позор? — отозвался один из наёмников, всё ещё лежавших на песке.

— Потому что вас всех сделал салага и как красиво сделал. Мало того, из всех вас он стартовал самым последним.

— Зато второй прибежал последним, а этот точно бегун какой-то, — ответил ему прибежавший вторым.

— Да в легком броннике и я выиграю! Так нечестно! — сказал ещё один из наёмников.

— Ладно, у тебя будет возможность реабилитироваться. Обратно побежите с товарищем на плечах, — ответил ему Бари.

— Шада, сука ты, кто тебя за язык тянул⁉ — услышал я сразу несколько голосов наёмников, сопровождающими совсем не литературными выражениями в адрес Шады.

— Чур я тащу задохлика! — сказал один из наёмников

— А я второго! — тут же поддержал его второй голос.

— Ну да, размечтались. Глир, посмотри на него, и как он тебя потащит? — ответил им Бари и показал на меня.

— Это его проблема, он хорошо бегает.

Я посмотрел на наёмника. Он заметно уступал Бари размером, но был самым высоким и крепким из остальных наёмников. Я весил, наверно, раза в два меньше его. У меня сразу возник вопрос: смогу ли я его поднять?

— Он потащит задохлика, а не кого-то из вас. Вы выбираете напарника среди вас, — ответил ему Бари.

После чего началось активное обсуждение того, кто кого понесёт. Его прекратил Бари:

— Так, все разобрали напарников и готовимся к старту. К нам приближается конвой.

Многие после этого облегчённо выдохнули. Сам я подошёл к Ори. Он как упал на песок рядом, так и лежал. Надел на себя верхнюю часть его бронекостюма, а потом поднял его и закинул на плечо. Ори, до этого вообще не подававший признаков жизни, сказал:

— Убью этого адвоката!

— Говорил я тебе, тренироваться нужно было.

— Старт! — скомандовал Бари.

Все стартовали и почти сразу стали зарываться в песок, в результате головы тех, кого несли, оказались в песке. Многих спасло то, что они успели закрыть лицевые щитки шлемов, но Ори не сделал это и изрядно хватанул песка, постоянно отплёвываясь от него, пока мы съезжали вниз, и после чего снова пообещал, что прикончит адвоката и замолчал. Для меня он был не тяжёл, даже с учётом его экипировки, и лёгкой трусцой я потрусил к бронетранспортёру. Поначалу некоторые попытались держаться в моем темпе, но вскоре отстали и к бронетранспортёру я прибежал первым.

Последним привычно прибежал Бари, ускоряя три последние пары. После чего критически осмотрел лежавших около бронетранспортёра наёмников, а потом на меня, сидящего у колеса и лежавшего рядом Ори.

— Всё ещё хуже, чем я думал. Он вас всех в очередной раз сделал! — сказал он после этого.

— А я сразу говорил, что он бегун. Посмотри на него, он даже не устал, хотя в одиночку притащил сюда задохлика, — ответил ему наёмник, прибежавший на дюну вторым.

— Это нечестно. Они должны были меняться, и, если бы они поменялись, он бы не выиграл, — сказал Шада.

— Заткнись, Шада! — услышал он сразу несколько голосов в ответ.

— Так! Конвой подъезжает! Все по местам! — скомандовал Бари, и все потянулись в открывшуюся дверь бронетранспортёра.

Ори немного пришёл в себя и сам забрался внутрь. Последним в бронетранспортёр зашёл Бари. Двое наёмников, как и раньше, заняли места в орудийных башнях, остальные стали занимать места около бойниц. Что происходило, осталось для меня загадкой. Вернув Ори верхнюю часть бронекостюма, как и все, занял место у бойницы. Честно говоря, я совсем не понимал, от кого мы вдруг собрались обороняться и что за конвой мы ждём. Об этом Ори мне ничего не говорил. Повернувшись, я посмотрел на Ори. Он сидел в кресле, потягивал воду из фляжки и, судя по блуждающему взгляду, его совершенно не интересовало происходящее снаружи.

— Это дозорный один. Вижу приближающийся конвой.

— Принял, — ответил Бари.

Активно закрутились стрелки в башнях в поиске противника.

— Дозорные, как у вас обстановка? — спросил Бари через несколько минут ожидания.

— Дозорный один. У меня никого.

— Дозорный два. У меня тоже чисто.

Вскоре показался конвой. Впереди ехал бронетранспортёр вроде нашего, только поменьше и с одной орудийной башней. За ним ехал длинный восьмиосный грузовик, который за собой тащил ещё несколько груженых платформ. На кабине и в середине грузовика были установлены по две спаренные плазменные пушки, вроде тех, что стояли у нас на багги, которые осматривали в основном воздушное пространство в поисках воздушных целей. За ним показался точно такой грузовик, потом ещё один. Последним ехал ещё один бронетранспортёр. Они подъехали и остановились рядом с нами.

— Порядок! Всем отбой! — скомандовал Бари, все опустили оружие и расслабились. Бари отвлёкся от своего перископа и посмотрел в салон.

— Это что у нас за курортник появился? — спросил он, посмотрев на Ори.

Ори не понял, что обращаются к нему, и стал крутить головой по сторонам.

— Тебе кто дал команду снять бронник?

— Так здесь же безопасно, — ответил ему Ори.

— Понятно, до кого-то плохо доходит, — сказал он совершенно спокойно, после чего прорычал. — Надел бронекостюм и попробуй только его снять без команды!

Ори сразу надел верхнюю часть бронекостюма.

— Ничего, я из тебя сделаю нормального бойца, — сказал Бари и вышел из бронетранспортёра.

Хотя команды и не последовало, но остальные потянулись за ним на выход. Остались только мы с Ори и водитель.

— Ори, соберись! — попытался его поддержать.

— Мы на такие бега совсем не договаривались, — ответил он.

— Ты же сам подписал контракт. Теперь придётся отрабатывать.

— Знаю! — ответил он со злостью и замолчал.

— Парень, ты лучше не зли его. Не советую. Устанешь бегать до ближайших дюн, — сочувственно сказал водитель.

— Он мне об этом уже сообщил, — ответил ему Ори.

— Сочувствую, до вас у нас тоже было двое новеньких. После того, как мы вернулись на базу, они исчезли в неизвестном направлении и от всех кредов отказались, только ради того, чтобы расторгнуть контракт.

— Почему? — спросил у него.

— Не выдержали нагрузок Бари.

После чего Ори задумался, достал планшет и стал что-то читать в нём. Сам, чтобы не орать через весь салон, решил перебраться к водителю поближе.

— Можно? — спросил у него.

— Садись, поболтаем, — и кивком показал на сидение рядом с ним.

— А это чьё место? — спросил, разместившись в кресле.

— Последней Тарил ездила, но её давно нет с нами. Сейчас никто не ездит, это место считается несчастливым.

— Почему?

— В первую очередь стреляют в это место, чтобы остановить бронетранспортёр.

— Понятно.

— Как по мне, так удобно и хорошо видно, всё впереди и сбоку. Кстати, а чего мы здесь делаем?

— Ждем остальных участников конвоя.

— Это ещё не все?

— Нет. Прибыла только одна корпорация. Будут ещё две корпорации и сборная солянка в конце.

— Не понимаю, если мы ждали эту корпорацию, зачем готовились с ними воевать?

— Было пару раз, но не с нами. Охрана конвоя также ждала корпорацию, а вместо неё под видом корпорации приехали грабители. В результате они перебили и охрану конвоя, и охрану подъехавшей другой корпорации. Забрали груз и исчезли. Так что теперь, пока подъезжающие не передадут специальный код, они считаются грабителями.

— Интересно, как они так сумели? Ведь где-то было нужно взять такие грузовики и броневики, как у подъехавших. В городе я такие ни разу не встречал.

— Да понятно, что без другой корпорации здесь не обошлось. Нарисовать на бортах нужную эмблему совсем не сложно.

— И что? Нашли грабителей?

— Нет. Они исчезли в саванне. Да и никто их не искал. Эти корпорации почти все друг с другом на ножах. Вот нападут на конвой, думаешь, они помогут соседней корпорации?

— Что, не помогут?

— Нет. Рядом может идти бой, но они ничего не предпримут. Там конкуренты. Зато могут без проблем добить соседа, если увидят, что есть возможность захватить груз.

— Подожди, если у каждой корпорации своя охрана, то зачем мы здесь?

— Для этого мы и здесь. Мы поедем первыми и в случае нападения примем первый удар на себя. Ну и чтобы охраны корпораций не перебили друг друга по дороге. Они в дороге обязаны подчиняться нашим приказам. Нам они за это платят.

— Зачем, они что, сами не могут доехать?

— Могут, конечно, но специально объединяются, чтобы груз безопасно доставить. На большой караван не многие рискнут напасть, а для корпораций креды, что они нам платят за сопровождение, совсем не деньги.

— А если две корпорации начнут стрелять друг в друга в караване?

— Получат приказ от нас о прекращении стрельбы. Если не выполнят, ждём, когда перестреляют друг друга, и добиваем победителя. После чего сами доставляем их грузы и получаем с корпораций неустойку, но так ни разу не было. Бари обычно сразу слушаются.

— Серьезно у вас здесь всё.

— По-другому никак. Кстати, ты где так бегать научился?

— В интернате тренажёры стоят, я каждый день занимался на них.

— Интернатовские, значит, а как нам попали?

— Хороший вопрос. Лично я никуда не собирался. Да вот он за меня всё решил.

— Он что, тренажёры не посещал вместе с тобой?

— Нет.

— Это заметно. Тяжело ему придётся.

Услышали сообщения из шлемов:

— Это дозор два, вижу две колонны.

— Дозор один, подтверждаю колонны.

— Возвращайся на место.

Только я вернулся на своё место, как остальные наёмники вернулись в бронетранспортёр и заняли свои места. Не хватало только Бари. Впрочем, его хорошо было видно через бойницу. Он находился в сотне метров от бронетранспортёра и разговаривал с одним из охранников подъехавшей корпорации. Вскоре приехали ещё две колонны и остановились рядом с нами. Поступила команда отбой, и вскоре к Бари подошли ещё четверо из числа только что приехавших, и там шло активное обсуждение. Все, кроме Бари, размахивали руками и что-то активно доказывали, но до драки у них пока не дошло.

— Слышишь, Черный плащ, ещё раз так убежишь от нас, огребёшь от нас по полной программе! — услышал за спиной и, обернувшись, обнаружил за спиной троих наёмников, стоящих рядом. В середине стоял наёмник, прибежавшим вторым.

— Не понял, а в чём проблема, парни? Была команда бежать, я и бежал.

— В том, что из-за тебя нас Бари сейчас гонять будет больше.

— Я могу вообще не бегать, во мне нет алкогольного духа.

— Прикажут — побежишь, но не вздумай так сильно отрываться от нас, а лучше беги среди всех. У тебя косяков нет, так что нечего побеждать.

— Да ладно тебе, Фини, он хотя бы сам бегает и вам не приходится их таскать на себе, как предыдущих новичков, — отозвался спереди водитель.

— Заткнись, Лами, ты не бегаешь с нами, и не видел довольную ухмылку Бари, когда он убежал от нас с задохликом на плече.

— Прямо чувствую, Фини, что вчера вы накосячили как-то совсем серьёзно.

— Ты нас понял? — спросил меня Фини.

— Понял. Первым не прибегать.

— И этого таскать будешь сам.

— Буду, не проблема.

— Тогда договорись, как зовут тебя, бегун?

— Клим.

— А задохлика?

— Ори.

— Внимание! Говорит дозорный один. Фиксирую неопознанный дрон. Летит в нашу сторону.

— Дрон уничтожить! — сразу отозвался Бари.

— Принято! — ответило ему сразу несколько голосов, и наёмники дружно повалили на выход.

Вышел за ними. Все искали в воздухе этот дрон. Присоединился к ним. Вот только откуда он летит и куда — совсем непонятно. Заговорили пушки на обоих багги, в воздухе над ними что-то вспыхнуло и сразу погасло.

— Дозорный два. Цель уничтожена.

— Дозорный один, — обиженно. — Это я уничтожил!

— Началось! — сказал стоящий рядом наёмник.

— Дозорный один, ты мазила! Это я его уничтожил!

— Дозорные, оба прекратили препирательства в эфире! — услышал я голос Бари и вскоре заметил его идущим к нам.

— Все внутрь, выдвигаемся, — скомандовал он, когда подошёл к нам.

Как только все оказались внутри, бронетранспортёр пополз вперёд.

— Лами, не торопись. Дай им занять позиции, — скомандовал Бари водителю, и броневик совсем медленно пополз вперёд. Остальные стали выстраиваться в цепочку за нами. Следом поехал бронетранспортёр из приехавшей первой корпорации. За ним поехали грузовики корпорации.

— Бари, что так долго решали? — спросил Лами.

— Никто не хотел ехать последним. Пришлось бросать жребий.

— Большой сегодня конвой получается.

— Да, в последний момент как-то много частников присоединилось, их не планировали брать. Поставил их между корпорациями, а то две корпорации сзади сильно не любят друг друга.

— Лишь бы не устроили разборку.

— Их предупредили, что любимые конкуренты будут в конвое, но они решили ехать, так что это не наши проблемы.

Мы стали постепенно втягиваться в проход между дюн.

— Внимание! Это дозорный два. Фиксирую дрон. Направляется в нашу сторону.

— Плохое начало! — сказал задумчиво Бари.

Глава 31

— Это дозорный один. Фиксирую ещё один дрон, направляется также в нашу сторону. Дрон крупный, есть подозрение на беспилотник.

— Это дозорный один. Цели разделись. Заходят на конвой с разных сторон.

— Конвой, принять координаты целей и предполагаемые места атаки на конвой, — сказал Бари.

— Внимание всем, это дозорный один. Опознание. Это беспилотники полиции. Огонь не открывать.

— Принято, дозорный один, — откликнулось сразу несколько голосов в эфире.

— Бари, входящий вызов от полиции, что делаем? — спросил Лами

— Конвой, стоп! Только их мне не хватало. Прими вызов и переведи его только на меня.

— Сделал.

Бари несколько раз отвечал невидимому собеседнику «да» или «нет» после чего совсем замолчал, оторвался от своего перископа и посмотрел на нас.

— Что там? — спросил его Лами.

— Летят сюда. Приказано ждать.

Сам я посмотрел в бойницу. Совсем рядом с конвоем в воздухе барражировало два беспилотника полиции и можно было рассмотреть два десятка ракет, подвешенные снизу к их корпусам. Вот кого бы я сейчас не хотел встретить, так это полицию. Вряд ли нас ищут, но Трини могла сразу передать наше сообщение руководству интерната и тогда нас могут уже искать.

— Ори, Трини ответила на моё сообщение?

— Не знаю, связи нет. Я пытался связаться с адвокатом, но всё бесполезно.

— Не нравится мне это, нам встречаться с полицией совсем не резон.

— Что, тоже успели накосячить? — спросил наёмник, сидящий рядом с Ори и слышавший наш разговор.

— Есть немного, — ответил ему.

— А я тебе говорил, что твои шуточки над начальником полицейского управления ничем хорошим не закончатся, — ответил мне Ори.

— Да ладно тебе.

— О как, а ты что, знаком с начальником полицейского управления? — спросил наёмник.

— Да, начальник сразу вздрагивает, когда его приводят к нему в кабинет, — ответил за меня Ори.

— Я виноват, что всё время попадаю к нему.

— Надо же, а я вот ещё ни разу не попадал к нему, — сказал задумчиво наёмник. — Похоже, сработаемся.

Вскоре рядом бронетранспортёром приземлилось два полицейских куба.

— Всем закрыть и затемнить забрала шлемов, — поступил приказ от Бари.

Впрочем, я не один закрыл и затонировал сразу после приземления полиции. После чего Бари вышел к ним. Из приземлившихся кубов выбрался десяток полицейских. К ним подошёл не только Бари, но и охранник из корпорации, что двигалась за нами, а потом к ним подтянулись охранники с других корпораций.

— Что им нужно? — спросил у наёмника?

— Они требуют, чтобы все караваны регистрировались у них.

— Есть сложности с регистрацией?

— Сложностей с регистрацией нет, но никто не хочет регистрироваться.

— Почему?

— Потому что от них эта информация утекает в сеть, а потом напавшие на караван рассказывают, что купили эту информацию в сети за тысячу кредов.

— Понятно.

— Сети тоже поэтому нет?

— Глушится всё, чтобы никто не мог сообщить о маршруте движения колонны.

— Значит, теперь полиция будет знать маршрут нашего движения.

— Да кто им его скажет. Однако о том, что вышел большой конвой, они теперь будут знать, да и не только они.

— Послушайте, что вы собираетесь проверять? Нам ехать нужно, — донеслось с улицы голосом Бари.

Посмотрел — на улице вся компания, состоящая из полиции и охранников корпораций, подошла к бронетранспортёру, и они разговаривали около открытых дверей.

— Будем проверять всё! — ответил ему полицейский. — Если не зарегистрировались, значит везёте что-то запрещённое!

— Мы ведь вам объясняем, что мы как раз собирались зарегистрироваться, — ответил ему охранник корпорации.

— Вот все так говорят, после того как их задержат. Вначале не хотят сообщать о конвое, а потом заявляют о нападении на незарегистрированный конвой, — ответил ему полицейский. — А мы потом должны разбираться с вашими уничтоженными конвоями. Показывайте, что там у вас!

— Смотрите. У нас секретов нет, — ответил ему Бари.

Сразу трое полицейских зашли внутрь бронетранспортёра. За ними зашёл Бари. Двое полицейских разошлись по салону. Один стал осматривать баулы, что лежали в салоне. Второй стал с неизвестным прибором ходить по салону. Третий остался около входа вместе с Бари.

— Здесь что? — спросил полицейский, который ходил с неизвестным мне прибором по салону, и показал на большую емкость, стоящую в самом конце салона.

— Вода. Пробы брать будете? Могу выпить при вас, — ответил ему Бари с усмешкой.

— Нет, — он продолжил ходить по салону, по непонятной причине его заинтересовал я. Он поводил этим прибором около моей головы, потом его заинтересовал рюкзак, стоящий у моих ног. — Здесь что?

— Ничего интересного для вас! — ответил ему.

— Покажи.

— Покажи ему! — приказал Бари.

— Пускай смотрит.

Он перерыл весь рюкзак, после чего переключился на рюкзак Ори. Не найдя и в нём ничего криминального, он снова походил по салону, после чего подошёл к третьему полицейскому, стоящему вместе с Бари у входа. Первый полицейский перерыл все содержимое баулов и не торопясь складывал всё обратно в баулы. Возникло ощущение, что они умышленно тянут время.

— Ну что, нашли что-то запрещённое? — спросил Бари.

— Скажи, чтобы багги подъехали.

— Нет, они останутся на местах. Хотите проверить, сами полетайте к ним.

— Ладно, мы их осмотрим в самом конце, а пока проверим остальной конвой.

И сразу понял, что это надолго. Полицейские вышли из бронетранспортёра, Бари вышел за ними следом.

— Судя по всему, мы здесь надолго застряли, а жрать хочется, — сказал мой сосед.

— Ралог, тебе бы только пожрать, — ответил ему спереди Лами.

— Да, пожрать было бы неплохо, судя по всему, это надолго, — поддержал моего соседа кто-то из наёмников спереди.

После небольшого совещания наёмники приняли коллективное решение — пожрать. Из баулов извлекли сухие пайки, которые стали все активно поедать. Нам с Ори также выдали по пайку. Пайки состояли из сухих мясных галет, соуса к ним и небольшого пакета кислой витаминизированной жидкости. Лично мне они понравились, а вот у Ори не было аппетита от слова совсем. Он не стал ничего есть, только выпил пакет с жидкостью, а всё остальное отдал нашему оголодавшему соседу.

— Ну что, парни, рассказывайте, что вчера накосячили? — спросил Лами.

— Ты ведь был с нами.

— Я ушёл раньше, знаете ведь, что мне машину нужно готовить к выезду.

— Тогда ты самое интересное пропустил. Фини похитил танцовщицу прямо с танцпола, — ответил ему кто-то из наемников.

— В каком смысле «похитил»?

— В самом прямом. Мы поспорили с ним, и я проспорил.

— А охрана?

— Охрана оказала ожесточённое сопротивление, когда мы её хотели вынести из клуба.

— Вынесли?

— Почти, прилетела полиция и нам пришлось её бросить.

— И чем всё закончилось?

— Мы смогли уйти от них, правда, не все. Там мы потеряли троих.

— Двоих, я сам потерялся, — сказал другой наёмник.

— После чего решили разделиться и направились в «Фортуну», но нас туда не пустили. Тогда мы пошли в «Изгиб тела», нас и туда не пустили. Мы попытались подкупить охрану, но они нас сдали полиции.

— Жаль, там классные девчонки.

— Ладно мы, а вон они нарвались на корпоратов и с ними устроили разборки.

— А что за корпораты?

— Да они сами не поняли, темно там было. Теперь гадают, кто это был.

— А ты куда потерялся?

— Да я сам не понял. Проснулся — лежу в кустах около неизвестного забора.

— Когда полиция прилетела, он стартовал так, что мы не поняли, куда он исчез. Думали, мы его в клубе, забыли.

— Смотрите, парни, сейчас что будет, корпораты беспилотники прислали, — и все прильнули к бойницам.

Посмотрев на улицу, обнаружил, что беспилотников стало больше. Если раньше над колонной кружило два беспилотника, то сейчас я увидел уже восемь. Корпораты с полицией ушли совсем недалеко от бронетранспортёра, и разговор между корпорантами и полицией шёл явно на повышенных тонах. Можно было понять, что корпораты отказываются от досмотра их грузов полицией, а полиция настаивает на досмотре. Бари находился вместе с ними, но не вмешивался в их разборки.

— Думаете, стрелять начнут? — спросил он из наёмников.

— Вряд ли. Сейчас руководство корпораций договаривается. Наверное, договорятся.

— Ставлю сотню, что не договорятся.

— Отвечаю.

После чего все остальные наёмники стали делать ставки. Они не успели закончить делать ставки, как полиция резко передумала. Они погрузилась в свои кубы и улетели в сторону города в сопровождении беспилотников.

— Что это сейчас было? — спросил наёмник, который первым поставил сотню на то, что они не договорятся.

— Боссы корпораций всё решили между собой, вот и полиции поступила команда не задерживать больше колонну, — ответил ему тот, который ставил на то, что договорятся. — Гони сотню!

В бронетранспортёр буквально залетел Бари.

— Наконец-то они всё решили между собой! — и занял своё место. — Лами, поехали! Врубай нашу песню!

Пропел звонкий девичий голос:

Развивает ветер грусть-печаль мою,

Про себя тихонько имя повторю.

Я лечу на крыльях, я схожу с ума одна.

Напевает песню звонкая капель.

Ты непостоянный как шальной апрель

Что со мной случилось?

Расскажи весна-краса.

Припев подхватила вся толпа наёмников:

Первые фиалки. Первое «люблю».

Я тебе, любимый, своё сердце, если хочешь, подарю,

Дарю! Дарю! Дарю!

Пели уже мы с Ори вместе со всеми:

Первые фиалки. Первый поцелуй.

Помоги мне, ночка,

В моей жизни больше счастья наколдуй.

Колдуй! Колдуй! Колдуй!

— Так! Все собрались! — сказал Бари, когда песня закончилась. — Начали мы неудачно, но, надеюсь, этим всё и закончится.

Бронетранспортёр ехал всё дальше, город уже не стало видно, его теперь скрывали песчаные дюны. Виднелись две наши багги, которые то появлялись на очередной дюне, то снова исчезали.

— Подскажи, чтобы было бы, если корпораты не договорились с полицией? — спросил у соседа.

— Стрелять бы начали и потом у корпорации появилось бы много проблем. Все законы на стороне полиции, и они не требовали чего-то незаконного. Впрочем, эти корпорации давно не любят друг друга и уже выдвигали обвинения против друг друга и не один раз. Думаю, полиция с беспилотников рассмотрела на грузовиках эмблемы любимого конкурента и решила заставить его понервничать. Они это любят.

— А почему нас не сопровождают беспилотники корпораций, что прилетали?

Глава 32

— Думаю, потому что другие корпораты в конвое против. Они друга боятся. Впрочем, они могут их вызвать в любой момент, если им потребуется помощь.

— А почему корпораты не доставляют груз по воздуху? Это ведь и быстро, и безопасно? — задал я давно мучающий меня вопрос.

— Это, конечно, быстро, но не безопасно. Многие так и делают, если что-то срочное нужно доставить.

— Почему не безопасно?

— Потому что потери стали чувствительными для корпораций. Раньше все так и доставляли грузы. Не было никаких колонн, как сейчас. Пока корпораты не стали заказывать друг друга и вооружать нападавших. Тогда грузовые флаеры одной корпорации летали беспрепятственно, а у их конкурентов большинство сбивалось. Разумеется, через какое-то время прилетела ответочка, в результате стало сбиваться всё летающее. У них дошло даже до того, что они все спутники друг у друга уничтожили, якобы по ошибке. Говорят, правда, что у крупных корпораций до сих пор есть спутники-шпионы, но я в это не особо верю. Сейчас все корпораты следят друг за другом очень пристально.

— А много стоит грузовой флаер?

— Не очень много, а вот груз таршала внутри стоит в несколько раз дороже самого флаера.

— В сети совсем всё по-другому описано.

— Да там обычно всякий бред пишут.

— Это я уже заметил.

— Ты за что в полицию попал?

— За драку в последний раз.

— А до этого?

— За зоосад.

— Не понял, а что там клубы есть?

— Вроде не было.

— Это в смысле, их после тебя не стало?

— Не, нас просто туда не пустили, но мы туда через забор попали. В общем, закончилось всё полицией.

— Кстати, интересный вариант.

— Внимание! Это дозорный один. Наблюдаю впереди две неопознанные цели.

— Колонна, стоп! — скомандовал Бари, и все сразу прильнули к бойницам.

— Что там, дозорный один? — спросил Бари.

— Не знаю. Похоже на сгоревший грузовик или что наподобие.

— Выпусти дрона — проверь.

— Готово.

В эфире долго было тихо.

— Это дозорный один. Впереди остатки конвоя. Посторонних вроде нет.

— Дозорный два, как у тебя?

— Тихо, никого не наблюдаю.

— Принято. Лами, двигаемся медленно вперёд. Всем смотреть в оба!

Как только бронетранспортёр подъехал к остаткам конвоя, Бари нас выгнал из него, и мы пошли рядом с ним. Впрочем, на мой взгляд, это лишние предосторожности. На двух соседних песчаных дюнах стояли наши багги. Скоро мы доехали до сгоревшей техники и остановились. Поступила команда осмотреться и все стали ходить и осматривать сгоревшую технику.

— Совсем свежая, — сказал мой сосед. — Вчера сожгли.

— Как ты это определил?

— По запаху. Пахнет сильно гарью, значит свежак. Здесь дуют постоянные ветра, и запах гари быстро выветривается.

— А где погибшие?

— Если нет на месте, значит смогли отбиться, и сейчас в столице. Частники это, не корпораты. Наверняка везли таршал на продажу в столицу, но их кто-то перехватил.

— Что-то я не вижу здесь ни одного кристалла таршала.

— Даже если он здесь был, забрали весь. Смотри под ноги, могли ежей здесь оставить.

— Что значит «даже»?

— Частники так часто делают. Впереди тащат две пустышки вроде этих.

— Зачем?

— Как обычно действуют грабители. Они подрывают или выводят из строя, первые одну или две машины, немного постреляют и уходят.

— Зачем?

— Куда ты после этого денешь груз из машин?

— Перегружу в другие машины.

— А если они битком?

— Вызову помощь.

— Дорого встанет, а грабители отошли, но не ушли. Обычно бросают часть груза и едут дальше, а грабителям достаётся, что бросили. Вот здесь такие пустышки и бросили. Только это не касается корпораций, эти ничего не бросают, но и простым грабителям они не по зубам. Так, а здесь у нас что?

Он забрался в кузов грузовика и стал скидывать остатки обгоревшего тента с механизма, стоявшего в кузове.

— Бари, ты лучше меня разбираешься, что это?

— Похоже на остатки бурового механизма искателей, — откликнулся Бари. — Только сильно покореженного.

— Интересно, чем его могло так разворотить?

— Сложно сказать. Возможно, влепили чем-то серьёзным.

— Так, а здесь у нас что? — он ножом отковырнул кусок прилипшего и обгоревшего тента, и под ним обнаружилась эмблема.

— Что-то знакомое, — ответил ему.

— Ещё бы тебе это не было знакомо. Этот знак ты только что видел.

— Полиция?

— Да, корпорации Мидланд.

— Не понимаю и что это значит?

— Это значит, что они везли товар корпорации Мидланд, но не довезли, — ответил мне Бари. — Понятно теперь, откуда здесь их беспилотники.

— Думаешь, они искали тех, кто напал? — спросил его мой сосед.

— Конечно, и обнаружили нас. Парни, возвращайтесь. Здесь всё осмотрено до нас.

Разошедшиеся вокруг грузовиков наёмники стали не торопясь возвращаться к бронетранспортёру. Мы ещё не успели погрузиться, как сзади показалась колонна. Они подъехали, и мы сразу двинулись дальше.

— Я одного не понял, как товар корпорации Мидланд оказался в этом конвое? — спросил у соседа.

— А вот это хороший вопрос. Как и почему груз оказался в частном конвое — непонятно, но кто-то в корпорации конкретно ложанулся.

* * *

— Они сейчас весь город на уши поставят в поисках того, кто это сделал, — ответил ему Бари.

— Думаешь, из городских кто-то сработал? Это скорее работа кого-то из корпоратов.

— Корпораты не стали бы так топорно работать. Они знают, куда стрелять, а эти всё уничтожили вместо того, чтобы захватить. Молодёжь скорей всего какая-то.

— Я так не думаю. Вероятнее кто-то умышленно из корпоратов сделал, чтобы доказать их некомпетентность. Посмотрите, они свой товар не могут доставить безопасно, что говорить о безопасности в городе. И атаковали их специально почти у самого города.

— Может, ты и прав, но так или иначе мутная история, так что всем смотреть в оба и не расслабляться!

Мы ползли всё дальше и дальше от города. Почти везде был один песок. Песчаные дюны около нас меняли форму и высоту, периодически сменялись зарослями высокого кустарника. Ветер, гонявший песок, всё время менялся и порой казалось, что мы вообще едем по кругу.

Уже стемнело, когда мы доползли до большой открытой площадки. Дюн поблизости не наблюдалось, лишь редкие кустарники местами произрастали на ней. От Бари пришла команда об остановке конвоя, и все радостно потянулись на выход. Дозорные расставили на ближайших дюнах датчики движения и вернулись к нам.

Весь конвой разбился на несколько групп, и каждая готовила себе ужин. Среди них выделялись корпораты. Все одеты в одинаковую одежду корпоративных цветов. Особенно выделялись корпораты, что ехали за нами — одеты в оранжевые с белым комбинезоны. На бортах их грузовиков красовалась эмблема такого же цвета, что резко контрастировало с песчаными дюнами вокруг нас.

За ними находилась другая совершенно разношёрстная компания. Среди них можно только техников разобрать по их замасленным комбинезонам. Кто остальные, чем занимаются и зачем едут вместе с нами — можно только догадываться. Большинство одето в камуфляж песочных цветов, такой же надет на нас с Ори и всех наёмниках. Среди них насчитывалось много девушек и женщин. За этой группой находились ещё две группы корпоратов, одетых, как и наши соседи, в корпоративные цвета, но находились они далеко и их можно было рассмотреть только с помощью прицела винтовки.

— Ты что здесь делаешь? — спросил подошедший Бари.

— С прицелом винтовки пытаюсь разобраться, да и пристрелять её было бы неплохо.

— Иди поешь. Потом можешь сходить вон туда, там установишь камни и пристреляешь винтовку по ним. Только не увлекайся, игл для неё немного.

— Хорошо.

Оказалось, что пока я рассматривал соседей, наёмники вытащили из салона баулы. Достали и собрали небольшой агрегат, набрали в него воды, покидали туда десяток кубиков и через несколько минут всё это закипело и забулькало. Оттуда донёсся приятный аромат чего-то мясного. Когда Бари сообщил, что готово, и все наёмники повалили к нему с тарелками, а я зло посмотрел на Ори. Тарелки мы не купили, впрочем, как и ложки.

— Если бы ты не потратил все креды на твою подружку, у нас были бы ложки и тарелки.

— Я не на неё потратил.

— А на что?

— Забронировал места в Гарден опере. Там был нужен аванс.

— Это то же самое и как мы теперь будем ужинать?

Ори выкрутился тем, что принёс две пластиковые упаковки от пайков, что нам выдавали, и нам Бари налил в них. Там же было пластиковое подобие ложки. Похлёбка мне показалась очень вкусной, после синтезированной пищи в интернате и на станции.

— Нужно будет где-то достать ложки и тарелки, — сказал ему после ужина.

— У нас нет ни креда.

— Это действительно проблема.

— Может, что продать?

— Например?

— Аптечку или иглы.

— А потом бегать с одной аптечкой на двоих. Это совсем не вариант. Нас обоих могут подстрелить.

— Тогда иглы, у нас их много.

— А кому ты их продашь? Кроме нас ты видишь ещё кого-то с игольчатым оружием?

— Конвой большой, у некоторых есть игольники.

— Ну, попробуй, — только мне было очень жалко иглы.

Вот только планам Ори было не суждено сбыться.

— Значит так, предупреждаю сразу некоторых особо озабоченных, от бронетранспортёра не отходить! — предупредил Бари и посмотрел на водителя Лами.

— А что сразу я⁈ — отозвался Лами.

— Ты думаешь, я не вижу, в какую сторону ты постоянно посматриваешь и Дозор два вместе с тобой? Кастрирую обоих тупым ножом! Поняли меня?

— Поняли, — ответили они с грустью.

— Всех касается!

После чего он отправился в бронетранспортёр и через несколько минут оттуда раздался его громогласный храп.

— Ну что, теперь ведь не уснёшь? — задумчиво спросил Лами и посмотрел на остальных.

— Нет, он нас загоняет завтра, а тебе не бегать с нами, — сразу стали отказываться наёмники.

— А ты, бегун? — спросил он меня.

— Мне нужно винтовку пристрелять.

— Потом пристреляешь, я там видел много классных девчонок. Пошли знакомиться.

— Боюсь, это не для меня. Мне нужно с прицелом разобраться.

— Ну, а ты со мной? — спросил он у наёмника с багги.

— Нет, у меня и так много косяков.

— Эх вы!

Забрав рюкзак, отправился пристреливать винтовку, куда мне указал Бари. С трудом нашёл там три небольших камушка и поставил их на большой камень. Первая игла ушла правее и выше. Вторая ниже. Мои эксперименты с настройками прицела ни к чему не приводили. Они просто не менялись.

Отправив в молоко ещё несколько игл, я понял, что здесь самая большая проблема — это ветер, он постоянно менял направление. Прицел мне подсказывал его направление и силу, но я поначалу не понимал, что прицел мне показывает. Кроме того, заметил, что прицел закреплён немного кривовато. После чего вообще его снял и здесь меня ждал сюрприз. Под креплением прицела обнаружилась небольшая пластинка. Что это, я не знал, но решил её не выбрасывать. Убрав её в карман, вернул прицел на место. После чего тремя выстрелами сбил три камушка и у меня закончилась обойма. Заполнив две, купленные мной, дополнительные обоймы бронебойными иглами, не стал заполнять обойму винтовки. Решив, что завтра заявлю, что расстрелял все иглы и выклянчу ещё игл у Бари.

Глава 33

Когда я вернулся, большинство наёмников храпело внутри бронетранспортёра. Около входа сидели только Ори и Лами.

— Вы что не спите? — спросил у них.

— Да как здесь уснёшь, когда так заливаются, — ответил Ори.

— Ори говорит, что у тебя в подружках была креатка?

Мне совсем не понравилось, что Ори рассказал ему об этом, и я осуждающе посмотрел на него.

— Была.

— А ты талант оказывается, вот никогда бы не подумал. Всегда хотел с креаткой и аграфкой замутить.

— Боюсь, у тебя нет ни одного шанса. К ней многие подкатывали, в лучшем случае, отделывались сломанным носом, в худшем — лечебной капсулой.

— Ну ты же сумел это как-то сделать? Вот и поделись с нами секретом успеха.

— Я не сумел и не стремился к ней подкатить. Мало того, я сделал всё, чтобы от неё удрать. Так что для тебя это совсем не вариант.

Ты ведь бывал в клубе «Изгиб тела»?

— Доводилось? А что?

— Алей знаешь?

— Знаю, красивая девочка, капризная и очень дорогая.

— Насколько дорогая?

— Со мной вообще отказалась переспать, а с Фини согласилась за шесть тысяч.

— Всего шесть тысяч?

— Да, это офигеть как много.

— Слышал? Всего шесть тысяч, — спросил у Ори.

— Слышал, — ответил он, насупившись. — А Асиль знаешь? — спросил он у Лами.

— Знаю. Эта вообще жуткая капризуля. Даже за десятку не согласилась.

— Он с ней спит.

— Да ладно? Вот это талантище! Уважаю!

— Ори, заткнись или сам будешь бегать!

Продолжать этот разговор мне совсем не хотелось, и я ушёл спать в бронетранспортёр. Внутри бронетранспортёра были развешены гамаки, большинство наёмников спало в них. Найдя свободный гамак, забрался в него и сразу уснул.

* * *

— Парни, подъем! — услышал громогласный рык Бари и чуть не вывалился из гамака от неожиданности.

Видимо, только на меня и на Ори произвела впечатление такая утренняя побудка. Остальные наёмники только лениво потягивались в своих гамаках.

— Так, кому-то сейчас будет выписана утренняя пробежка до дюны.

После чего наёмники сразу стали выбираться из гамаков. Видимо, посчитав, что бежать до ближайшей дюны совсем не близко. Вот только всех опередил Ори, самым первым выбравшийся из соседнего гамака и выскочивший на улицу. Остальные наёмники с ленцой сложили свои гамаки в баул и потащили на улицу баул для приготовления еды. Местное светило только поднялось над ближайшими дюнами, когда караван двинулся дальше.

Мы проехали всё открытое пространство, снова начались дюны.

— Кажется, обошлось, — сказал мой сосед.

— Что обошлось? — спросил у него.

— Полиция не послала за нами никого.

— Заткнись! Накаркаешь ещё! — ответил ему Бари, и мой сосед замолчал. Мы долго ползли среди дюн.

Светило находилось в самом зените, когда впереди показались зелень и деревья. После чего Бари остановил колонну. Он собирался обойти оазис стороной, но корпораты и особенно частники настаивали на том, чтобы зайти в него и набрать воды. Они долго препирались, в результате Бари проиграл. Вперёд полетели дроны, за ними наши дозорные понеслись вперёд, за ними двинулся бронетранспортёр.

Все предосторожности оказались ненужными. Мы обыскали весь оазис, и он оказался пуст. После чего корпораты взяли пробы воды и проверили её приборами — вода чистая. После чего весь караван приехал к оазису. К воде выстроилась очередь. Все стремились заполнить имеющиеся емкости. Мы сами уже заполнили все фляжки и емкость в бронетранспортёре и с интересом наблюдали за остальными.

Бари находился с нами и ворчал, что здесь низина и опасно, но его не хотели слушать, начальники охраны корпораций, что находились рядом с ним. В этом месте действительно было вроде большой впадины, вот только наверху дежурили наши дозорные. В воздухе находились дроны и не только наши, но и корпоратов. Никто не мог подкрасться незаметно и атаковать на нас. Сам я выпросил у Бари игл и теперь сидел вместе с остальными, заряжал обойму и наблюдал, как девушки плескались у воды. Лами также покинул бронетранспортёр и присоединился к нам.

— Смотри, какие красивые девчонки есть, а ты вчера не хотел идти, — сказал он, усаживаясь рядом.

— Вон Ори брал бы, а я занят был.

— Я не могу, — ответил Ори. — Мне потом не добежать до ближайшей дюны.

Посмотрел на него — видно, что это пугало его, но он так никакие выводы не сделал после вчерашнего разговора.

— На него они не клюнут, а вот на тебя очень даже должны.

— Это без меня.

— Что я тебе говорил! — сказал ему Ори.

— Что ты говорил?

— Да ничего, не обращай внимания.

— Скучно, парни, разомнёмся? — спросил один из наемников.

— В кротос? — спросил второй.

— Давай, — ответил третий.

Двое сходили за столиком.

— Как обычно по соточке?

— Да, — сразу откликнулось несколько наёмников.

— Эй, внизу, сместитесь немного вправо, а то нам не видно, — услышал я голос одного из дозорных.

— Дозорные! Вы там куда смотрите? — в ответ рявкнул Бари.

— Вдаль! — ответили оба.

Однако столик незаметно немного подвинулся вправо. Двое заняли места за столиком и стали бороться на руках. Победитель, положивший руку противника на стол, получал сотку от побеждённого. Остальные ставили на одного или другого. За столиком несколько раз менялись пары, пока не закончились желающие.

— Парни, кто выйдет против меня? — спрашивал Глир, самый высокий из наёмников. — Тади?

— Не, Глир, у меня с прошлого раза рука болит.

— Фини, давай ты?

— Без меня сегодня.

— Лами, давай хотя бы с тобой?

— Против тебя я больше не выйду.

Он посмотрел на меня.

— Может, ты?

— Не получится, у меня нет ни креда, — ответил ему.

— Парни, кто заплатит за новенького?

Все задумывались и после отрицательно качали головой.

— Я готов заплатить сотню за парня и поставить на него, — сказал кто-то сбоку, и абсолютно все удивлённо посмотрели на него.

Ведь это сказал не кто-то из наших, а один из начальников охраны корпораций, которые стояли рядом с Бари и что-то негромко обсуждали между собой. Это явно не понравилось Бари.

— Ты это чего задумал? Решил парня у меня увести? — спросил у него с явным подозрением Бари.

Посмотрел на него и сразу вспомнил. Вчера, когда я рассматривал через прицел конвой, он организовывал стоянку в ближайшей к нам корпорации и тогда несколько раз смотрел в мою сторону.

— Бари, не будь таким подозрительным. Никто ведь из твоих не захотел заплатить за него сотню, а я в парня верю. Готов за него заплатить сотню и поставить на него, скажем, тысячу. Готов ответить?

— Да легко.

— Подождите, я тоже хочу поставить. Кто у вас принимает ставки? — неожиданно спросил начальник охраны другой корпорации, чем не только меня удивил. Все наёмники стали с любопытством переглядываться, а Бари как-то совсем нехорошо посмотрел на меня.

— Я! — отозвался Шада.

Когда к ним присоединился начальник третьей корпорации и трое из числа гражданских, я уже не понимал, что происходит. После них начали делать ставки остальные наёмники. При этом в эфире было очень активно. Ставки делали наши дозорные и ещё кто-то, судя по разговорам в эфире. Кто и на кого поставил, я не понимал уже, все активно обсуждали между собой на кого поставить.

Честно говоря, я не знал, что мне делать. Меня мучила дилемма. Бари поставил против меня, и если я выиграю, мне будет однозначно не весело. С другой стороны, нам нужна посуда и сотня нам также нужна. Мы с Глиром заняли место за столиком. Корпораты встали у меня за спиной. Бари и большинство наемников за спиной Глира.

— Начали! — скомандовал Бари.

Глир решил закончить со мной и сразу начал давить, но я сопротивлялся. Он смог только довольно сильно отклонить мою руку, но я не сдавался. Для себя решил — сотня важнее, а наказание я отбегаю, это не так сложно.

— Глир, у нас абсолютный чемпион, так что плакали ваши креды, — сказал радостно Бари корпоратам, видя, что он почти положил мою руку на стол.

— Посмотрим, — ответил ему совершенно спокойно корпорат.

Мне нужна моя сотня! Разозлившись на себя, я вложил все силы и стал давить в ответ. Это стало полнейшей неожиданностью для Глира. В результате я вернул всё, что проиграл, и теперь стал давить, чтобы положить его руку на стол. И теперь Глир сопротивлялся изо всех сил, чтобы я не победил.

— Глир, ты что творишь⁉ Быстро положи его руку на стол! Глир, это приказ! Не вздумай ему проиграть! — поддерживал его Бари вместе с остальными наемниками.

На лице Бари было написано, что он готов в любую секунду сам вмешаться и уложить мою руку на стол. Сзади корпораты не менее активно поддерживали меня. В эфире стоял полнейший галдёж. Даже девушки около воды и другие корпораты бросили все свои дела и наблюдали за нами. Ори снимал всё на планшет и пытался мне что-то сказать, но я всё равно ничего не слышал из-за криков. Впрочем, я понял, что он мне говорил. Он повторял одно и то же: «Проиграй, проиграй, проиграй!»

Глава 34

Русские не сдаются! И совсем не собирался сдаваться. Чувствовал, что могу выиграть, даже несмотря на то, что Глир сумел выровнять ситуацию в поединке. Силы у нас были равны. Кто быстрее выдохнется, тот и прогорает, поэтому я старался беречь силы.

— Используй пси, — тихонько шепнул у уха корпорат.

Ну да, используй, ещё бы знать как. Я попытался вспомнить, что я тогда сделал в зоосаде со зверюгой и попытался сделать то же по отношению к Глиру. На какую-то долю секунды сопротивление прекратилось и в то же мгновение я положил его руку на стол.

— Да! — раздался радостный вопль за спиной и поддержанный в эфире. Причём радовались не только корпораты, но некоторые из наёмников. Больше всех расстроился Бари.

— Как ты мог ему проиграть? — сказал он, с грустью смотря на Глира.

— Бари, я старался, но он силён как чёрт.

— Посмотри на него, ты должен был сделать его одной левой.

— Бари, ты не расстраивайся, просто Габи всегда выигрывает такие споры, — сказал второй корпорат, как и первый поставивший на меня.

— Захочешь к нам в корпорацию, приходи, всегда будем рады, — снова шепнул на мне на ухо корпорат и сразу отошёл.

— Так, что он там ему шепчет? — с подозрением спросил Бари.

— Не переживай, Бари. Я просто поздравил его с заслуженной победой, — ответил ему корпорат.

— По-моему, ты решил забрать у меня парня!

— Да ладно тебе, Бари, проигрывать нужно достойно, а парень действительно хорош.

Он и все вместе снова немного отошли от нас, а ко мне подошёл Ори с банковским чипом. На лице у него читалась вековая грусть. Глир перебросил ему сотню и вернулся к остальным наёмникам. Среди них шло активное обсуждение поединка, и кто на кого поставил. Оказалось, что на меня поставил Лами и двое из дозорных. Остальные поставили на Глира. Думал, мне сейчас выскажут за то, что не проиграл, но никто не высказал мне ни одной претензии. Все претензии шли в адрес Глира. Он всем отвечал, что пускай сами попробуют со мной потягаться. Мне же было непонятно, почему этот корпорат поверил в меня, и откуда он узнал, что у меня есть пси способности? Ори сидел рядом хмурый как туча.

— Ты не рад моей победе? — спросил у него.

— Говорил я тебе, проиграй. А ты?

— А я честно выиграл сотку и у нас есть теперь есть креды, чтобы купить посуду.

— Зато Бари и остальные проиграли, и теперь он нам устроит.

— Не нам, а мне. Ты ведь не ставил и не участвовал.

— А сейчас прилетит нам обоим. Бари с нас за каждый кред спросит.

— Да что так, что так, всё равно мне за нас обоих отдуваться. Мне вот интересно, что ты понял про Алей?

— Не верю я ему. Она не такая.

— Это однозначно у вас семейное.

Я совсем перестал понимать Ори. Впрочем, его креды, пускай тратит, куда хочет.

Рядом наёмники по-прежнему обсуждали наш поединок. Один из них никак не мог успокоиться, видимо, много поставил на Глира.

— Глир, ты точно поддался ему. Шада, он ставил на кого-нибудь?

— Теди, всё было честно, он поставил на себя тысячу и так же, как ты, проиграл, — ответил ему Шада.

— Никому я не поддавался, следующий раз ты против него сядешь, и там я поставлю совсем не на тебя, Теди.

— Лами, а ты почему поставил на парня? — не хотел униматься Теди.

— Я не особо верил в него, но решил поставить, так как был уверен, что вы все поставите на Глира.

— Если ты не верил в него, почему поставил?

— Очень уверенным выглядел это корпорат, я и решил попробовать.

— Уверен, что ты что-то знал!

— Ничего я не знал. Только слышал о нём, что он очень удачливый.

— Ага, так я и знал! А чего не поделился с остальными?

— Да ты же первый кричал, что Глир его сейчас быстро сделает.

— Не думал я, что он так силён.

— У него креатка в подружках была, а чтобы с ней справиться, надо силёнок совсем не мало. Так что я не удивлён, что он победил Глира.

— Да ладно? — не поверил Теди, и все наёмники разом посмотрели на меня. — А я сижу гадаю, откуда в нем столько силы.

Чего я боялся, то и получилось — теперь все знали. Я осуждающе посмотрел на Ори и собирался ему всё высказать, но услышал от Бари:

— Парни, грузимся и выдвигаемся дальше!

Я прихватил столик, и все вернулись в бронетранспортёр. Через несколько минут колонна поползла дальше. Мы весь день почти без происшествий ползли дальше. К хвосту конвоя два раза пробовали подлететь неизвестные дроны, но были уничтожены корпоратами на подлёте. Уже стемнело, когда небо озарила яркая вспышка.

— К бою! — проорал Бари.

Завертелись стрелки в башнях в поисках целей, остальные прильнули к бойницам в поисках противника. Было плохо видно, что происходит — дюны и небо вокруг периодически озарялись вспышками от плазменного оружия. Совершенно непонятно, кто стреляет и откуда.

— Дозорные, доклад! — прорычал Бари.

— Это дозорный один. Противника не вижу.

— Дозорный два. Ситуация такая же. Впереди стреляют, но кто это, не вижу.

— Оставайтесь на местах.

— Это дозорный один. Думаю, их скрывает дюна, готов выпустить дрона.

— Нет, его сразу заметят и нас обнаружат.

Он отвлёкся от своего перископа и посмотрел на меня.

— Иди сюда.

Мы вместе вышли из бронетранспортёра.

— Значит так. Ты у нас лучше всех бегаешь. Видишь вон ту высокую дюну?

— Вижу.

— Вон в том месте она снижается, твоя задача — занять там позицию. Мы прикроем тебя. Пошёл!

Я побежал. Знал, что будет ответка от Бари, но не думал, что такая. Можно было дрон послать, а не меня. Спиной чувствовал, что за мной наблюдают через прицелы своих пушек множество разумных, и от этого мне становилось совсем не по себе. Впереди возвышалась высокая полукруглая дюна. Мы должны были проехать рядом с ней, оставив её справа по ходу движения. Перед ней находились две дюны, малышки по сравнению высокой дюной. Первая совсем небольшая, вторая в два раза выше первой. На первую дюну я взбежал, даже не запыхавшись, и сразу услышал:

— И вот как с ним можно соревноваться?

— А я говорил — бегун! — ответил ему второй голос.

— Заткнулись все! — прорычал Бари и в эфире наступила тишина.

Сам я уже сбегал вниз с первой дюны. Подъем на вторую дюну мне дался уже не так легко, как на первую. Пришлось попотеть, песок под ногами всё время съезжал вниз. С трудом забрался наверх и побежал по самому верху дюны.

— Слышишь, как там тебя, Черный плащ, скройся с верха дюны, подстрелят, — услышал я голос Бари. Пришлось немного спуститься вниз, бежать сразу стало сложнее. Песок под ногами сползал вниз, грозя и меня стащить вниз.

Добежав до основания самой большой дюны, остановился и через прицел винтовки посмотрел наверх. Убедившись, что наверху нет никого из разумных, стал карабкаться наверх. Вскоре я добрался почти до самого верха, закрыл забрало шлема и, накинув капюшон, активировал ночной режим у накидки и почти сразу услышал:

— Куда он пропал? — спросил кто-то из наёмников.

— Активировал режим химеры. Не думал я, что он у него работает, — ответил ему Бари.

После чего добрался до самого верха и осторожно посмотрел вниз. У основания дюны шёл бой.

— Говорит Третий! Занял позицию! Наблюдаю противника! Готов работать по противнику.

Content

Третий. Том 2.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34