Палмер Памела

Неукротимая Страсть

Памела Палмер

Неукротимая Страсть

(Дикие Воины — 3)

ПОЛНОЕ ИЛИ ЧАСТИЧНОЕ КОПИРОВАНИЕ БЕЗ УКАЗАНИЯ ГРУППЫ И ПЕРЕВОДЧИКОВ — ЗАПРЕЩЕНЫ!

Книга не несёт в себе никакой материальной выгоды и предоставлена исключительно в ознакомительных целях.　Просьба удалить после прочтения. Спасибо!

Переведено для группы WonderlandBooK

Переводчики: inventia, leno4ka3486, sbenka, chermerlafemme24, OLLika

Редактор: inventia

Обложка: inventia

Пролог

Вирджиния 1738 год

Недавно отмеченный Дикий Воин — Черная Пантера — вышагивал по плоскому утесу над водами реки Потомак. Вокруг порхали хлопья снега, гонимые резким ветром, пока Пантера ждал начала ритуала, с позволения Богини стать перевертышем, одним из сильнейших существ на Земле.

Месяцы назад дух животного — одного из погибших диких — избрал его. Едва спустя неделю, как Пантера отправился на поиск Дома Диких, его схватила и пленила ведьма Анкрита. Долгие месяцы она пытала его, пытаясь изъять из его тела дух зверя, сжигая душу.

И теперь настало время узнать, удалось ли ей.

Его окружали шестеро Диких Воинов, каждый с оголенным торсом, и на предплечье каждого сверкал толстый браслет. В центре магического круга стояла Радиан — единственная женщина, способная вытянуть силу из земли. Скалу скроют мистическим кругом от посторонних глаз индейцев, изредка охотящихся в здешних лесах.

День стоял пасмурным, холод кусал за оголенную кожу торса со многими следами пыток Анкриты.

Гнев и ярость потекли по венам. Семь месяцев он был в плену ведьмы… третий дикий за последние два года, захваченный Магами.

И лишь двое выжили, Винсент и он. Десять дней назад Винсент сбежал, но девять дней назад, рискуя вновь оказаться в плену или умереть, он вернулся. Пантера склонил голову, позволяя ветру растрепать длинные, черные волосы. Винсент вернулся за ним и, наконец, сегодня, они стояли здесь, чтобы закончить ритуал и переродиться Дикими Воинами.

Волосы Винсента так же были распущены и ветер трепал светлые пряди, закрывая глаза, в которых никогда не угасало веселье, даже несмотря на худшие пытки Анкриты.

Двое новеньких, которые вскоре станут перевертышами, стояли, как один под осторожными, заинтересованными взглядами Диких воинов — гордости расы Териин. Все Воины были высокими, как и Пантера с Винсентом, более шести с половиной футов (~198 см), с мускулистыми, стройными телами.

Пантера вспомнил, какое благоговение и гордость испытал, проснувшись и обнаружив на глазу метку дикого.

Дикие Воины встали в круг и начали напевать. Может магия и помогла укрыться от непрошеных гостей, а вот от погоды она не помогала. Промозглый ветер кусал за кожу, а снег кружился у ног.

Женщина теснее укуталась в плащ и нетерпеливо осмотрела всех.

— Не понимаю, почему мы не можем пару дней подождать, чтобы провести ритуал. Снег же идет!

Лидер диких — Лион — со спокойствием встретил ее недовольство.

— Воины прошли через многое, Удине. Им нужен твой свет, а мне они нужны сильными. Слишком долго нас было всего шестеро.

Женщина фыркнула.

— Ты сам говорил, что они могут оказаться слишком поврежденными ведьмой, что не смогут перекинуться. Может, они вообще бесполезны.

— Замолчи, Удине. — Голос Лиона был слишком резок для такого спокойствия.

Пантера сжал кулаки. Бесполезны. Слово пронзило острым лезвием до самой глубины, превратив кровь в ледяные кристаллы. Неужели Анкрита уничтожила все, ради чего он жил?

С того пробуждения, когда Пантера обнаружил на глазу метку диких, он ждал этого мгновения. Нет, на самом деле, он его ждал с самого рождения. Его бабушка, провидица племени Туксенент, более ста сорока лет назад предсказала его рождение, именно она дала ему имя Черная Пантера, сказав, что однажды он будет ходить по земле и ногами и лапами пантеры.

Все эти годы он верил и ждал

Вчера, наконец, добравшись до Дома Диких, он узнал, что убитый Магом дикий обладал духом черной пантеры. Пророчество бабушки сбылось… Если только Анкрита не уничтожила способность перекинуться в животного, ведь воин, не способный перекинуться, живет не долго

— Мы должны перекинуться, как и было предначертано, — тихо произнес Винсент, обнимая Пантера за плечи. — Не сомневайся.

Пантера встретил взгляд друга, чувствуя глубокую и прочную с ним связь. Все месяцы плена и пыток именно Винсент не давал Пантере сойти с ума, именно Винсент разделял его горе, когда третий дикий — Фредерик — умер, и именно Винсенту удалось сбежать, но вернуться, рискуя всем, за другом.

Он задолжал мужику жизнь.

Пантера кивнул.

— Мы перекинемся. — Из-за напряжения у него ускорилось сердцебиение, Пантера молился богине Териин, чтобы надежда оправдалась.

— Пора, — произнес один из диких — Кугар — с бледными глазами.

Лион повернулся к женщине, радиану.

— Удине, подготовься.

С расстроенным фырканьем, женщина села посреди широкого камня, ветер раздувал ее полы плаща и шерстяную юбку.

Мужчины сформировали широкий круг вокруг нее. Лион кивнул новичкам.

— Присоединяйтесь.

Пантера с Винсентом — чьи чувства потонули в смеси напряженного ожидания и гордости — встали в круг. Кугар сделал надрез на своей груди, ударил по ране ладонью и вытянул вперед кулак. После чего передал нож следующему воину, который повторил его действия. Так один за другим воины повторяли эту процедуру, пока шестой не передал нож Винсенту.

Друг Пантеры с хмурым взглядом взял нож, и сделал надрез на своей груди.

— Дерьмо, — пробормотал он. — Они учились у Анкриты?

— Цыц, — спокойно сказал Кугар.

Когда Винсент передал нож Пантере, он провел окровавленным лезвием по груди, отчего по телу пронеслась вспышка боли, которая быстро угасла, когда порез начал затягиваться. Пантера окропил кровью ладонь, сжал кулак и поднял его вверх с остальными.

Лион кивнул.

— Удине, пора.

Сидя у их ног, Радиан закатала рукава и подняла руки вверх.

Лидер посмотрел в глаза Пантере, затем Винсенту.

— Новые Дикие, вы не можете получать энергию радиана, пока не перекинетесь в первый раз. Если вы коснетесь ее, умрете.

Шестеро воинов встали между Пантерой с Винсентом и радиан. Лион разжал кулак и накрыл ладонью кулак Пантеры, за ним последовал другой и третий дикий. Другие трое сделали то же самое с Винсентом.

Кугар начал напевать, и остальные присоединились.

— Духи восстаньте и объединитесь. Наделите силой зверей под небом. Богиня, освободи своих воинов!

Грянул гром. Пантера напрягся, когда под ногами задрожала скала. Мучительной агонией его тело наполнялось силой. Но он сдержал абсурдное для воина желание завопить в небеса.

Перед глазами запрыгали маленькие огоньки, которые что-то начали менять внутри. Внезапно все тело накрыла волна боли, как от ранения тысячью ножами. Лишь благодаря невероятно выдержке Пантера не свалился на колени от агонии. До его ушей донесся звук смеха Анкриты. Пантера сопротивлялся боли, принимая силу, мчащуюся по нему и преображающую тело.

Внезапно все изменилось. Пантера больше не стоял на двух ногах, а оказался на четырех лапах. Зрение стало четче, слух острее. А на обоняние обрушились запахи снега, леса, реки, мужчин и женщины. У каждого был свой аромат, сердце каждого билось с отличным ритмом, и Пантера, ни с того, ни с сего, все о них узнал

Он испытал невероятную радость, несмотря на боль, продолжающую мучить тело. Задрав кошачью морду, он испустил рев триумфа. Наконец, он и вправду пантера. Анкрита проиграла.

— Пантера, перекинься в человека, — ровным тоном сказал Лион.

Пантера замер. И как ему перекинуться?

Словно услышав его вопрос, Лион произнес:

— Представь себя мужчиной, воином, и все получится.

Пантера так и сделал. Он представил себя человеком, и вокруг вновь замерцали огни, а по телу пронеслась волна боли, но он стал человеком. Задыхаясь от боли, но преисполненный смесью ярости и восторга, он повернулся к Винсенту.

В глазах друга появилось странное уныние.

— Отныне, — донесся голос Кугара, — среди нас тебя будут звать Пэнтер.

Винсент изучал его жестким взглядом.

— Ты исполнил предначертанное, Пантера, и теперь у тебя есть браслет.

Пэнтер перевел взгляд на свое предплечье, где красовался толстый браслет с головой пантеры, в глазницах которой сверкали изумруды. Пэн перевел взгляд на предплечье своего друга, на котором не было золота, тогда он с пронзительной, болезненной ясностью понял.

— Ты не перекинулся. — Осознание пришло во взрыве неверия.

Винсент покачал головой с таким угрюмым выражением лица, которого Пэн у него никогда не видел. Все эти месяцы ужаса, лишь Винсент верил, что они выберутся, что станут дикими воинами. А теперь, получается, у него отняли такую возможность.

Пэнтер нахмурился и мотнул головой.

— Ты ведь перекидывался прежде. По идее ты не мог, но перекинулся.

— Вероятно, поэтому сейчас не могу. Анкрита и ее черная магия испортила… уничтожила единственное хорошее, что было в моей жизни.

— Мы попробуем еще раз, — вставил Лион, обращая на себя все взгляды. Лидер был мрачнее тучи.

Пэнтер же замер.

— А если он не сможет и во второй раз?

Лион покачал головой.

— Дикий Воин, неспособный перекинуться, не сможет заряжаться от радиана, и в итоге погибнет.

Пэн знал, что это правда. Третий пленный — Фредерик — был в плену Анкриты почти два года, когда его бессмертие начало угасать. Он умер от того, отчего ни один бессмертный не смог бы: от потери крови во время пытки Анкриты.

— Мы воюем с Магами, — продолжил Лион. — Мы не можем ждать еще два года, чтобы пополнить ряды.

Ярость забурлила в Пэнтере, и нашла выход, разворачивая его к Лидеру диких. Он подошел к нему вплотную, остановившись лишь в ярде, и стиснул зубы.

— Ты его не уничтожишь.

Лион, предупреждающе, зарычал.

— Тогда он должен перекинуться.

Пэнтер развернулся обратно к другу с яростной решимостью.

— Ты что-нибудь почувствовал. Хоть что-то?

Винсент покачал головой.

— Я слышал смех Анкриты.

— И я тоже, на расстоянии.

— Нет, я слышал ее очень четко, словно она стояла рядом.

Пэнтер оскалился.

— Ее власть все еще в нас, и в тебе больше. — После чего обратился к Лиону. — Ведьма должна умереть. Сегодня, до того, как мы попробуем вновь.

Лион выдержал взгляд Пэна.

— Природа отвечает на убийства Магов, и сегодня она уже приняла одну смерть. Ведьма надежно заперта в нашей тюрьме. Этого достаточно

Пэнтер стоял на своем.

— Она должна умереть. Ее власть должна исчезнуть, чтобы Винсент перекинулся.

Лидер диких выпрямился и покачал головой.

— Мы попробуем вновь, сейчас.

Ярость отказа лишила Пэнтера остатков контроля. Прежде чем Лион отвернулся, Пэнтер выхватил нож из руки Кугара и вонзил в груди Лиона, прижав кончик к сердцу.

Молниеносным движением, Лион схватил Пэнтера за шею, его когти разорвали плоть, и струйки крови потекли по груди. Вокруг зарычали звери, напряжение на скале сгустилось, превращаясь в патоку. Если Пэнтер убьет Лидера, он не сделает и шага. Но никто не смел, нападать, когда была такая угроза сердцу лидера.

У Лиона появились клыки, а глаза стали цвета янтаря.

— Ты меня убить решил? — прорычал он, спокойным, но убийственным тоном.

— Нет, если только у меня не останется выбора. Я на все пойду, чтобы спасти его жизнь, как он спас мою.

На долгое мгновение двое окровавленных мужчин просто смотрели друг на друга. На каком-то уровне сознания, Пэнтер понимал, что ставит под сомнение свой статус Дикого Воина ради Винсента. Но опустошение от этой мысли ничто в сравнении с отчаянием спасения друга.

Наконец, не сводя с Пэнтера взгляда, Лион заговорил скрежещущим и натянутым голосом:

— Приведите ведьму, сегодня она умрет. До того, как мы повторим ритуал.

В его янтарных глазах Пэнтер увидел истину. Лидер диких выбрал вариант удовлетворить желание Пэна. Если бы он выбрал убить его, Пэну бы уже вскрыли горло.

Пэнтер вытащил нож и протянул его Лиону рукоятью вперед. Теперь его ждут последствия его действий, он прекрасно знал закон стаи, так как его воспитывали по законам племени. Если бросаешь вызов главарю, ты должен его убить или умрешь сам.

Если Лион бросит вызов Пэнтеру, он умрет, как воин, каким и родился.

Винсент встал между ними, плечом к плечу, и заговорил жёстким, как гранит, голосом:

— Ты убьешь его только через мой труп.

Лион зарычал низким, рокочущим звуком, и крепче сжал горло Пэнтера, сильнее впиваясь когтями. Но он резко его отпустил, и стоял, переводя взгляд с одного нового дикого на другого.

— Я бы строго наказал вас обоих, но верю, что ведьма и без того на славу постаралась. Вы выбрались из ада, преданы друг другу, что редкость. Расширьте эту преданность на нас девятерых, и станете отличными Дикими Воинами. Если нет… — в его глазах засверкало предупреждение, — … если хоть один из вас еще раз начнет угрожать кому-то, я, не задумываясь, уступлю ваше место другому.

Пэнтер уставился на Лиона, оценивая его силу. И нашел ее и справедливость, что делало его гордым Диким Воином.

— Вернитесь в круг, — приказал Лион.

Пэнтер прижал кулак к сердцу и посмотрел Лиону прямо в глаза.

— Моя преданность твоя.

Лион кивнул.

— Хорошо.

К тому времени, как Анкриту притащили на скалу, у Пэнтера промокли волосы, а руки почти онемели.

Белокурая красавица от страха съежилась у ног Пэнтера.

— Встреть свою судьбу! — отрезал Пэнтер, сжимая нож в руке. Он посмотрел на Винсента. — Голова или сердце?

— Голова.

Пэнтер кивнул, затем уложил трясущуюся ведьму на спину. Он хотел, чтобы она видела, как смерть идет за ней. Когда страх прокрался в ее медные глаза, Пэнтер вновь увидел ту беззащитную юную деву, которой несколько месяцев назад пришел на помощь. За этот порыв рыцарства он столько себя корил.

Он встал на колени сбоку от нее и занес нож, Винсент сделал то же самое с другого бока.

— Умри, ведьма, — в унисон сказали она.

В момент, когда Винсент отрезал голову ведьме, и ее кровь обрызгала его, Пэнтер вырезал твари сердце. По телу пронеслась волна чистого удовлетворения, излечивая душу.

Вот и всё.

Оба, забрызганные кровью, но с угрюмым удовлетворением, встали.

— Готовы повторить ритуал? — спросил Лион.

Винсент кивнул с проблеском улыбки на губах, хотя в глазах сохранялась настороженность и жесткость.

— Готов, как жеребец на случке.

Они вновь встали в круг, на торсах появились надрезы, а окровавленные кулаки поднялись. В этот раз Пэнтер не перекидывался, но в ярком свечении перекинулся Винсент. На месте, где стоял мужчина, теперь свернулась в клубок черно-зеленая змея, а когда он растянулся, в лунном свете сверкнула его чешуя. Девять футов в длину (274,32 см), двенадцать (365,76 см), пятнадцать (457,2 см).

Во второй вспышке света, Винсент перекинулся в человека. Теперь он был лысым, предплечье обвивал браслет в виде змеи, а на лице сияла улыбка.

Пэнтер почувствовал радость в пять раз сильнее, чем в момент, когда перекинулся сам.

— Отныне, — произнес Кугар, — тебя будут звать Вайпер.

Винсент-ака-Вайпер завыл, на его лице отразилась радость, и двое друзей обнялись, хлопая друг друга по спине. Спустя минуту они отстранились друг от друга, но руки с плеч не убрали.

— Разве неудивительно пережить это ощущение смены облика, друг мой? — спросил Вайпер. — Восхищение, полное ощущение благополучия.

— Ты прав, Вайпер, — ответил Пэнтер. Остальные такое же ему говорили, вот только для него перекинуться в зверя стало болью, которая так соответствовала ярости Анкриты, горящей в его душе. Может, ведьма и мертва, но Пэн боялся, что ее следы будут преследовать до самого конца его бессмертного существования.

Он через вечность пронесет ненависть ко всему, связанному с Магами.

Глава 1

Пэнтер дрейфовал между сном и реальностью, пойманный в ловушку чувственного тумана. Вспоминая… она протянула ему руку, девушка неземной красоты с короткими, темными волосами и мягкими глазами цвета летнего неба.

Глаза, в которых горела страсть, пока она вела его за здание Маркета, через парковку и вверх по крутому, заросшему холму вглубь Голубого Хребта Западной Вирджинии. Он даже не знал её имя. Скрывшись от посторонних глаз, он притянул и поцеловал её, в порыве страсти прижимая к ближайшему дереву, отчаянно желая оказаться внутри неё.

Глухой звук, движущегося грузовика послышался в дали. Она целовала его так неистово, словно у них мало было времени. От ощущения ее рук на его молнии, кровь Пэнтера забурлила. Его сердце практически остановилось, когда она пальцами провела по его обнаженной плоти. Нежность и осторожность, будь они прокляты, он нуждался в ней. Засунув руку ей под платье, Пэнтер обнаружил, что на девушке не было белья, и она была готова для него.

Он толкался пальцем глубже, заставляя стонать от силы желания. Задрав ее платье до талии, Пэнтер поднял ее, располагая напротив своей длины. Когда она обхватила его талию ногами, он толкнулся в нее, заполняя одним идеальным толчком. Рай.

Ничто в его жизни не ощущалось таким правильным. Через несколько секунд с криком она кончила, ее внутренние мышцы плотно сжимались вокруг него, подводя Пэнтера к краю.

— Посмотри на меня, — со слезами на глазах, попросила она его. И когда Пэнтер посмотрел в ее глаза, то увидел сияющие медные кольца в них. Глаза Мага.

Пэнтер с трудом прорывался к сознанию, словно мужчина, который прорубал путь себе в охваченных туманом джунглях. Понемногу он разрывал туманные чары, сковывающие его разум, образами, врезающимися в его чувства.

Холодный, грубый камень впился в его спину, пока он лежал с задранными руками над головой. Он размял мышцы и попытался пошевелиться, но в его запястье врезался металл, и послышалось, как цепи бьются о скалу. Пульс Пэнтера участился, когда леденящий ужас неверия когтями вцепился в разум. Он был прикован. Голый. Наконец-то, наконец-то ему удалось прорваться через завесу магии. Пэнтер резко открыл глаза, и попытался оглядеться кругом на его, не обещающий ничего хорошего вид. Он был один. В пещере. Высоко над головой из потолка торчали десятки острых сталактитов. Вокруг них парили небольшие пузыри, в которых было заключено пламя. И это зрелище, которое внушило ужас, Пэн не видел со времени плена у Анкриты.

Маг огня.

Силясь вспомнить, что произошло, Пэн неистово дергал оковы.

Красотка. С невинными и мудрыми глазами цвета летнего неба. Он был внутри нее, разбудил страсть, самую сильную и невероятную, чем все, что ему доводилось вкушать прежде. Пока в момент совершенства, она не явила себя Магом, и Пэн ощутил, как разум сплетает паутиной заклинания. От всплывших воспоминаний у Пэнтера перехватило дыхание и скрутило живот. Второй раз в его жизни он схвачен Магом-ведьмой.

Ярость сотрясала тело, в голове звучал рев опровержения, пока Пэн изо всех сил пытался освободиться.

Этого не может быть! Он не мог вновь попасть в ловушку Мага! Он и в первый раз едва выжил. Богиня, ему нужно выбраться. Он пристально изучил клетку, примерно пятнадцать на пятнадцать футов, со стальной дверью, оставленной открытой. Сквозь проем он увидел каменные стены, что добавляло вероятности к тому, что он находился в одной из пещер Голубого Хребта. Воздух был влажным и холодным, но Пэн едва чувствовал холод сквозь бушевавшую внутри ярость.

Казалось, плита под ним находилась высоко над землей, но все же каким-то образом, являла собой природную своеобразную полку в горе. Стена как раз защищала от минеральных вод, стекающих по сталактитам и собирающихся в лужицы на полу.

Чуть повернув голову, Пэн увидел позади себя странные насадки для душа, торчащие из стены. Сантехника? Значит, это на самом деле цитадель Мага, а не просто тюрьма.

Он повернул голову в другую сторону и замер. На деревянных крючках в стене висели три бесформенных платья с длинными рукавами, которые Пэн узнал. Она.

Ярость ударила в голову, при воспоминании, как он скользил рукой под подол этого платья, касаясь теплой кожи и влажного жара, который так манил к себе. И Пэн понял, что всю оставшуюся жизнь будет об этом сожалеть. Он лишь гадал, осталось ли ему долго или нет.

Лёд сковал сердце. Он пришел в эти горы с единственной целью — найти Вайпера. Несколько недель назад во время ритуала, что-то случилось с его другом. Их всех, в том числе и Вайпера, порезали кинжалом Димена, но в отличие от остальных, Вайпер изменился. Кто-то из диких посчитал, что зло, таившееся в кинжале, похитило его душу.

Пэнтер отказывался в это верить. Он должен спасти Вайпера, как когда-то он спас Пэна. Но для начала его нужно найти. Но вот плен в логово ведьмы никак этому не поможет.

Он изо всех имеющихся сил извивался в оковах, пытаясь выбраться, но безуспешно. Все тело стало мокрым от пота, а запястья кровоточили.

Его прочно сковали; руки высоко над головой, ноги разведены и связаны.

«Ах, Богиня, если бы ты только меня остановила».

Судьбы хуже не придумаешь, и Пен продал бы душу, лишь бы избежать таковой.

«Небеса помогите».

Вероятно, именно его душа и нужна ведьме, чтобы закончить то, что начала Анкрита: разделить дух зверя и человека.

***

— Уходите! Бегите! — Скай хлопнула в ладоши на стадо оленей, собравшееся вокруг нее. Вложив желание в слова, она заставила их броситься наутек, подергивая белыми хвостами. — Я — смерть! — крикнула она, когда олени разбрелись по лесу. — Для вас я не что иное, как смерть!

Но когда прекрасные создания исчезли, Скай знала, они вернуться, как и всегда. Они тянулись к ней так же, как и она к ним. От слез защипало в глазах. Не впервые, она горько сожалела о том, что родилась с этой тягой к созданиям Земли. Дар, который должен был стать счастьем, превратил ее жизнь в кошмар.

Скай откинулась на ствол дерева, ее сердце колотилось от волнения, а в животе тяжестью лежала вина.

— Дорогая мама, — молилась она. — Забери Бирика и пусть он горит в аду!

Но мать никогда ее не слышала. Сколько еще Скай сидеть пойманной в этой тьме, прикованной к горе, как и захваченный ею воин, пусть и путы ее невидимы? Два дня назад ее послали захватить одного из Элитных Воинов — перевертыша. Одного из самых редких существ в мире и, без сомнения, самый красивый. Он показал ей такую необычайную нежность, такую яркую страсть, а Скай отплатила предательством.

Но у нее не было выбора. Если бы только она могла положить конец этому кошмару. Если бы только могла сбежать от Бирика и этой горы! Ощутив толчок в бедро, Скай опустилась на колени, чтобы обнять олениху, вернувшуюся к ней.

— Как всегда, предана, да, Вера? — Скай больше всего любила белохвостую олениху с меткой на ухе. Она была ее другом, которую она никогда не приводила в пещеры.

Олениха ткнулась носом в щеку Скай и уставилась на нее своими огромными карими глазами, предлагая ту единственную верность, которую Скай знала на протяжении многих лет. От горя навернулись слезы, а страх скрутил внутренности. Хотя Бирик уверял, что не намеревался убивать Дикого, Скай ему не верила. Скай крепче обняла Веру, уткнувшись в теплый коричневый мех, мечтая о чуде, которое спасло бы их всех. Но она уже давно перестала верить в чудеса.

Медленно, начали возвращаться другие олени, вместе с десятком других лесных тварей. Каждый из них тянулся к ней, к ее радости… и горести.

Попрощавшись с Верой, Скай отослала ее прочь и выбрала другую олениху в сопровождающие к пещере, вместе с более мелкими существами. Как бы она не боялась гнева, который, как она знала, будет гореть в темных глазах дикого, который лишь недавно смотрел на нее с такой нежностью, ей нужно к нему вернуться.

И молиться, что ей удастся сохранить ему жизнь.

***

Пэнтер ловил аромат — утонченный запах фиалок — ведьмы, за секунды до того, как она появилась в проеме. Изысканная красавица, показавшая дорогу в рай, а затем пленившая его сетями колдовства. Но при виде ведьмы, Пэна вновь обуяла страсть.

Несмотря на ненависть, от которой закипала кровь, Пэн упивался видом. Под бесформенным синим платьем, угадывалась стройная фигура с нежными изгибами. А короткие волосы подчеркивали длинную, изящную шею и милые, но такие не свойственные ведьме, черты лица. Маг или нет, но от нее у него перехватывало дыхание.

Она настороженно наблюдала за ним, поглаживая кролика, которого держала на руках. Рядом с ней стояла олениха, а у ног взволновано прыгали несколько белок.

Он думал, что она человек.

Закрыв глаза, Пэн вознес молитву, чтобы эта грубая ошибка не оказалась последней в жизни. Но, заслышав тихий шелест от ее движения, открыл глаза, наблюдая, как она направляется к клеткам в углу. В нее она усадила кролика и белок, а олениху привязала веревкой. Пэн ощутил сочувствие к зверям, которых она захватила так же, как и его

Казалось, она нравилась животным. Без сомнения, это ее домашние любимцы. Пэн зарычал, он никогда не станет одним из них.

Ненависть внутри была такой чистой и неприкрытой, что если бы Пэн мог убивать взглядом, ведьма уже была бы мертва. Богиня, он не мог припомнить, когда позволил себе думать не головой, а головкой. Веками ни одна женщина не могла пошатнуть его строгий контроль. Лишь он должен был включить тысячи сирен, предупреждающих о том, что эта женщина вовсе не та, кем кажется

— Ведьма, — прорычал он. — Чего ты от меня хочешь?

Она поднялась с грацией танцовщицы и повернулась к нему. В ведьме видна была хрупкость, взывающая к защитным инстинктам Пэна

Но он знал, что это обман, как и все остальное в ней. Если он сможет освободиться из этих оков, вырежет ей сердце, как и Анкрите.

— Не важно чего хочу я. — Даже ее нежный голос с нотками сожаления, в которые Пэн не верил, были музыкой для его чувств. — Мне жаль, что пришлось привести тебя сюда.

— Тогда отпусти меня.

— Не могу. — Она подошла к нему и встала у подножия каменной платформы, к которой Пэн был прикован. К его ужасу, она окинула его взглядом, от которого тело начало возбуждаться, словно она руками его ласкала

До его обоняния долетел слабый аромат возбуждения ведьмы, сильнее распаляя гнев. Сколько раз Анкрита заставляла его возбуждаться, а затем удовлетворяла себя им, прежде чем начать пытки, чтобы отделить душу Пэнтера от духа зверя?

Упершись руками в плиту, доходившую ей до пояса, ведьма подтянула себя на нее и встала на колени перед Пэном.

Он начал перекидываться, входя в состояние между человеком и животным, когда его клыки и когти прорезаются, а глаза из темных превращаются в зеленые.

— Тронешь меня, и ты труп.

Ведьма сцепила руки в замок с такой силой, что костяшки побелели, и положила их на колени, подняв на Пэна взгляд голубых глаз, в которых такими реальными казались сочувствие и сожаление.

— Я была на твоем месте, и не пожелала бы такой участи и врагу. — Она подалась вперед, и продолжила сильным со стальными нотками, но тихим голосом. — Знаю, ты мне не веришь, но не ты мой враг.

— А ты мой, — отрезал Пэн

Она вздохнула:

— Знаю. — Сев на корточки, она чуть расслабила руки. — Мне жаль. Я должна прикоснуться к тебе, но не стану трогать там. — Она посмотрела на его пах. — Нет, пока ты сам не захочешь.

— Сначала я тебя убью.

Кивнув, она положила прохладные ладони на его бедра. От этого простого прикосновения по коже пробежали импульсы чувственности, а тяжелый разряд электричества прострелил по венам

Пэн сопротивлялся желанию, цепляясь за ледяной контроль, который был верным спутником всю его жизнь, но разум, как и тело, предал Пэна. Он мог лишь думать о том, насколько шелковиста кожа ее бедер, которые он разводил, занимаясь сексом с ней в лесу.

Пэна омывал аромат фиалки. Губы ведьмы, такие полные и неулыбчивые, напоминали вкус ее поцелуя — аромат свежего летнего дождя. Даже зная, кто она, понимая, что она заманила его в ловушку страстным голосом сирены, Пэн не мог приказать себе не хотеть ее.

Ведьма скользила ладонями по его бедрам, словно гладила животное. Пэн едва не замурлыкал. Клыки и когти сами по себе втянулись.

— Ты скрыла глаза Мага, — вместо этого прорычал он.

Она скривила губы в сухой, удручающей улыбке.

— Иначе ты бы со мной не пошел.

Пэнтер пытался зарычать, но ее ласки странно влияли не только на те части тела, которые нужны для секса. Словно ведьма успокаивала гнев на Анкриту, много лет, бурлящий в его душе

— Ты красив, — проворковала она. — У тебя такая теплая кожа, словно лучи солнца, а волосы похожи на черный шелк. — Ее слова опутывали его тем же неприглядным удовольствием, что и ласки рук. — Зверь внутри тебя мурлычет.

Пэнтер замер. Проклятье, он даже не… Закрыв глаза, Пэн попытался призвать магию, таившуюся внутри, и перекинуться. Быть может, когда вместо рук и ног у него будут лапы пантеры, он сможет освободиться.

Ничего не произошло.

Когда он открыл глаза, медно-голубой взгляд ведьмы встретил его.

— Наручи лишают тебя силы, воин. Ты не можешь перекинуться, пока они на тебе.

— Как долго ты была в курсе того, что я Дикий?

— С самого первого на тебя взгляда. Я почувствовала зверя внутри тебя. Даже сейчас я чувствую, как ты призываешь к силе, которую он тебе дарует.

Он зарычал.

— Ты не можешь ее чувствовать.

Она смотрела на него своими глазами, такими глубокими, как океаны, но ничего не сказала. Ведьма.

Он напрягся от мысли о захвате, ведь он был не один. А если и Фокса схватили? Он заставил себя посмотреть в лицо сирены, абстрагируясь от ее красоты и подготавливаясь к ответу.

— Скольких из нас ты поймала?

— Только тебя, воин. Тот с кем ты был — ушел.

Пэн уставился на нее, желаю почувствовать облегчение от ее слов, но все так же, не веря ей. Если Фокс сбежал, он бы позвонил Лиону, а они уже собрали бы команду спасения. Пэну было противно, что его неутомимая похоть поставила под удар его братьев, но понимание, что придут другие и что ему не придется провести остаток жизни здесь, помогло унять бурю в голове.

Но эти мысли испарились, когда ведьма подалась к нему с приоткрытыми губами, словно хотела вобрать его в рот.

Из его горло вырвалось рычание, дикое предупреждение, даже несмотря на то, что иррациональная часть Пэна желала ощутить прикосновение важного язычка к длине. Но ведьма прижалась губами слева от налитого члена, оставляя легкий след поцелуя на пах.

Пэнтер резко втянул воздух, с его висков стекал пот. Даже такой легкий поцелуй послал волну дикого желания по телу. Руки, скованные путами, начали дрожать; желание отомстить теперь превратилось в необходимость усадить на себя ведьму и погрузиться в жар ее тела.

Как он мог так сильно ее желать и люто ненавидеть одновременно? Она огонь в его крови. Страсть выходила из-под контроля.

В воздухе сгустился пьянящий мускусный запах ее возбуждения, и Пэн знал, не только его обуревала эта страсть. Ведьма подняла глаза, в которых, словно живое существо, плескался жар желания. В этой женщине сочетались опасная невинность и искусительница. Тело Пэна горело от желания вновь ею обладать.

Она вновь опустила голову и начала прокладывать дорожку поцелуев на его бедре, держа губы в миллиметрах от налитого стержня. Пэн хотел, чтобы она коснулась его, взяла в рот с желанием, граничившим с отчаянием. Но он этого никогда не допустит. Никогда.

«Что она со мной сделает?»

Вспышка темного света под потолком выдернула из мыслей об удовольствии. Пэн нахмурился на темную, дрожащую сферу, которая явно была не огнем. А затем прищурился с пониманием.

Сфера силы. Осмотрев клетку, он увидел другие, которые располагались высоко под потолком, пульсирующие, в такт с его бешено бьющимся сердцем, светом. Словно они каким-то образом питались от него.

Или его страстью.

— Ты собираешь силу, — обвинил он.

Она посмотрела вверх, веки тяжелые, губы влажные. Чертовские, сексуально.

— Вот почему ты здесь.

Он уставился на нее, неуверенный принесли ли ее слова облегчение или больше взбесили. Единственная цель его пребывания здесь — наполнить сферы своей страстью? Быть прикованным, пока его возбуждала ведьма, сводя с ума от желания?

Ни за что. Он слишком хорошо знал Магов, чтобы верить, что ответ так прост.

— Что ты собираешься делать с наполненными сферами?

Она села на корточки, изящно пожимая плечами, ее грудь тяжело вздымалась из-за неровного дыхания.

— Не знаю. Они для Бирика. Я лишь знаю, что если нам не удастся их достаточно заполнить… он не обрадуется. — Она осмотрела клетку, словно изучая сферы и оценивая результат своей игры. — Не достаточно.

Положив одну руку на его бедро, другой она обхватила через платье свою грудь. Ахнув, ведьма выгнулась и запрокинула голову. Член Пэна дернулся от голода по ведьме.

Пэнтера окружил запах возбуждения. По венам потекла расплавленная лава, скапливаясь не в той голове, пока налитый ствол не начал дрожать, словно готовый взорваться от желания оказаться в теле ведьм.

Он изо всех сил старался думать о другом.

— Кто такой Бирик? — даже в его голосе слышалось желание ощутить, как она сдавливает его стержень.

Она медленно опустила свою грудь и убрала руку с его бедра, а затем провела обеими руками по своим коротким волосам.

— Он — верховный колдун этого оплота и правитель всех, кто здесь живет. Он самолично общается с Элементами, — ответила она, с судорожным выдохом.

— И он желает заполучить силу из этой сферы?

— Да.

Силу страсти. Пэн никогда не слышал, чтобы темная магия в таком русле возвышалась, но он мало знал про сферы Магов, и еще меньше о том, как они могли использовать эту силу.

Что, если они создадут оружие против Диких? От этой мысли Пэну стало дурно. Что, если им каким-то образом удастся найти инструмент для уничтожения его братьев?

Богиня, он не сможет с этим жить. Он не должен допустить этого.

Ведьма снова посмотрела на потолок и вздохнула.

— Этого достаточного.

Последний раз, легко хлопнув Пэна по бедру, красотка поднялась с камня и направилась к выходу с естественной грацией босоногой нимфы, оставляя Пэна возбужденным, неудовлетворенным и пульсирующим от желания. Ярость горела внутри, но когда красотка исчезла за поворотом, Пэну потребовалась каждая унция контроля, чтобы не позвать ее обратно.

Глава 2

Скай выбежала из клетки, которая служила ей спальней, и помчалась по извилистым проходам, пока не завернула за скалу с коррозией от воды длиною в вечность.

Открытые пространства и проходы остались нетронутыми, хотя жилье Бирика, как и большинство спален, кухонь и ритуальных комнат были переделаны под современный стиль, со всеми удобствами, включающими ковры, мебель, обои и так далее.

Лишь Скай жила в каменной клетке, но и то там она проводила мало времени, стараясь больше бродить по лесам или по неиспользуемым частям пещеры, куда сейчас и направлялась

Центр ее тела болел от разгоревшейся страсти, а сердце тонуло в сожалении, что ей пришлось пленить прекрасного оборотня

Она добралась до скалистой пещеры, грубой, неотесанной части, где острые камни, сталактиты и сталагмиты торчали со всех сторон, а в воздухе пахло холодной, влажной известью с примесью дыма от единственного огонька, плывшего за ней следом.

Лишь некоторые Маги так глубоко забираются в пещеры. Именно поэтому Скай приходила сюда подумать, когда не была в лесу. Сев на небольшой, сухой камень, прислоненный к стене, она попыталась собраться с мыслями, которые разлетелись с первым прикосновением к мужским бедрам.

Подтянув колени к груди, Скай уткнулась лицом в юбку и задрожала. Её тело нуждалось в той эйфории, которую она пережила с воином в лесу. Временное освобождение от огня, который полыхал внутри неё с первой встречи с воином в Магазине, два дня назад.

Бирик предупредил ее, что воины придут. Он послал ее наблюдать за ними и приказал выбрать для себя одного. Скай понимала, что ничего хорошего ни для нее, ни для оборотня из этого не выйдет, но она давно бросила сопротивляться приказам Бирика и приняла свою судьбу.

Поэтому она подчинилась и направилась в маленький человеческий Магазинчик, поджидая свою жертву. Когда он впервые вошел в Магазин, Скай почувствовала, как земля уходит из-под ног и забыла, как дышать.

Хотя Скай притворялась, что поглощена журналом в руках, она прекрасно осознавала присутствие огромного мужчины, одетого в кожу, знала, что его лицо с высокими, ярко-выраженным скулами и меткой на глазу притягивало внимание, а от его тела исходили волны ярости и напряженного контроля.

А когда он посмотрел на нее темными глазами, ее колени подогнулись, словно ослабли от внезапной, огромной радости. Она улыбалась, несмотря на бешено колотящееся сердце. И лишь когда вышла из Магазина, поняла, что почувствовала его зверя. Осознала, кто этот мужчина. Один из тех существ, пленить которого ее послал Бирик. Но уже было поздно.

И это осознание сдавило тисками сердце, а разум заволокло туманом неразберихи. Глубоко внутри, она знала, что мужчина ее, но понимала, что он и Бирику принадлежит.

Когда на следующий день он вернулся, то направился прямиком в угол, где она его ждала.

Скай так смутили его дикость и мужественность, впрочем, как и ее сумятица, так что она ничего не сказала, а просто скрылась за углом, зная, что он последует за ней. И он не разочаровал, преследуя ее с диким голодом в глазах. Зверь внутри мужчины приветственно поднял голову, накрывая разум Скай теплом.

Оказаться в его объятиях оказалось для неё таким естественным. В момент, когда их губы встретились, страсть вспыхнула в ней, и все мысли вылетели из головы. Время перестало существовать, Бирик и его требования испарились, когда чистый, мужской вкус коснулся языка Скай, а её пальцы запутались в шелковистые волосы воина.

Скай чувствовала, как внутри разгорается дикая страсть, о присутствии которой этот мужчина знал. Он скользнул руками ей под юбку, а когда один длинный палец проник в ее тело, она пережила такое удовольствие, о существовании которого и не догадывалась. Настолько сильного и приятного, за которое можно и умереть. Скай хотела этого мужчину сильнее, чем кого-либо прежде.

Но рыжеволосый друг Пэнтера пришел за ним, и Скай пришлось сбежать.

Это случилось вчера, а сегодня они соединились, так, как Скай и не могла представить. Без боли и жестокости. За нежность она отплатила предательством и пленом, из которого Пэнтер никогда не выберется. Теперь он ее ненавидел с горячностью, от которой рвало душу.

Откинувшись спиной на скалу, Скай запустила дрожащие пальцы в волосы, внутри все болело от сожаления и горя. Он был ее, да, но и плененным врагом.

Если бы только она могла его спасти. Но если она его освободит, Бирик просто прикажет захватить другого. Бирик всегда добивался своего. Всегда.

Ей пришлось выбрать дикого.

А с момента, как она увидела этого дикого, знала, что лишь этого мужчину хотела.

***

Пэнтер не сводил взгляда с двери, ожидая возвращения ведьмы. Часть его не хотела ее вновь видеть, а другая, ненавистная, часть жаждала вновь посмотреть на нее.

Вновь ощутить запах фиалки. Пэн и боялся и ждал, когда ведьма вновь его коснется. Она наложила на него заклятье, без сомнения, очень хорошее.

Она ничего еще с ним не сделала, но он хорошо знал Магов. Скоро наступит время боли. Сейчас он хотел вырваться из плена больше, чем в прошлый раз.

Если ему вообще удастся вырваться.

Он посмотрел на потолок, на одну горящую сферу, парящую над головой. Он впервые увидел эти сферы, когда повстречался с Вайпером. После неудачной попытки спасти барышню, оказавшуюся Магом, он очнулся в затхлой, темной темнице, прикованный цепями, прямо, как сейчас.

Правда, тогда, он был не одинок.

«Добро пожаловать в ад, друг мой, — сказал Вайпер. На его лице читалась ярость и пылкость. — Мы выберемся из этого вместе. Не сомневайся».

И Пэн не сомневался.

Он сжал кулаки, переводя взгляд со сферы на сталактиты и обратно. Слова Вайпера, которые он повторял изо дня в день, позволяли сохранить самообладание во время худших пыток и не давали сойти с ума.

Теперь же он сам дал другу молчаливую клятву: «Я не сдамся, пока не найду тебя, Вайп. Пока не спасу тебя, как ты спас меня. Не сомневайся в этом».

Но, проклятье, ему нужно освободиться, иначе он не принесет никому пользу.

Пэн услышал звук шагов, слишком тяжелых, чтобы принадлежать ведьме, и повернулся к входу.

Чтобы увидеть Вайпера.

Его друг обыденно зашел в комнату, выглядя так же, как и всегда, лысая голова блестела в свете сферы, с мочки правого уха свисала серьга в виде змеи, на голой груди кожаный жилет, а на руке золотой браслет диких.

Сердце Пэнтера от радости забилось чаще, но стоило посмотреть в глаза Вайпера, вся радость улетучилась. Его темно-голубые глаза всегда искрились весельем и теплотой, даже во время худших кошмаров, но сейчас были холодными. Пустыми.

Бездушными.

Глаза незнакомца.

Эту потерю Пэнтер ощутил, как физический удар. Что случилось с другом? Пэн мог лишь молиться, что перед ним тот, кого он знал прежде, которому доверял, что этот мужчина все еще где-то внутри, заперт в ловушке темной магии и полностью растерянный.

— Так, так, неужто это мой старый друг Пантера. Должен сказать, ты выглядишь… голым. — Вайпер направился к нему, улыбаясь, но в этой улыбке не было и толики юмора. — Я знал, что ты придешь меня спасать. Поймать тебя, было проще пареной репы.

— Зачем пришел, Вайпер? — спокойно спросил Пэнтер. Он всегда сдерживал эмоции, скрытые под гневом, с которым он боролся каждую минуту своей жизни.

Вайпер пожал плечами.

— Ты знаешь зачем.

— Разве? Я лишь знаю, что Зафина настроила тебя против нас. Вайпер, что она с тобой сделала?

Вайпер потянул за серьгу, нахмурив брови. На мгновение, Пэнтеру показалось, что в его глазах он заметил прежнего Вайпера.

— Честно говоря, я не уверен, что ведьма что-то делала. Думаю, это случилось тогда, когда мы призывали дух льва. Я порезал себя тем же кинжалом Димена, что и ты, но он меня изменил Пэн. — Он прищурился. — Лишил совести. Я не уверен, что он не забрал душу. — Вайпер холодно, как и его глаза, усмехнулся. — Хреново так жить.

Пэнтер уставился на него, протестуя судьбе. " Только не Вайпер, ты не можешь забрать Вайпера!» Пэн задолжал змею здравомыслие и жизнь. Скрипя зубами, он сопротивлялся гневу. Дикие придут, а ему нужно узнать все, что сможет.

— Неужели Маги все еще пытаются освободить Сатанана и его орду Дименов?

Вайпер теребил серьгу.

— Естественно.

— Зачем? Как ты можешь помогать им, спускать зло с цепи?

Вайпер вновь пожал плечами.

— А что есть зло, Пэн? Сова, убивающая мышь, зло? — Он холодно улыбнулся. — Зависит от точки зрения, да? Сова ты… или мышь.

— Сатанан уничтожит этот мир.

— Разве? Или просто покормится от него? Димены всегда были на верхушке пищевой цепочки.

— Ты не димен.

— Верно. Но я не ищу этой силы. — И вновь старый друг прищурился, а в темно-синих глубинах глаз промелькнуло смущение. — Это принуждение, Пэн, чтобы освободить зло.

— Вайп, зло заразило тебя и контролирует. Сопротивляйся.

Столь же быстро, как появилось, смущение исчезло из глаз Вайпера, и его улыбка стала ледяной.

— Пэнтер, оно меня не контролирует. Теперь меня ничто не контролирует, даже совести нет. — Он пожал плечом, словно признался в слабости к порно. — Думаю, я пристрастился к чужому несчастью.

Пэнтер покачал головой. Перед ним не тот Вайпер, которого он знал.

— Зачем я здесь? — Он поднял взгляд на мерцающую сферу над головой. — Заполнить силой сферы? Или для чего-то еще?

— Зависит от того насколько наполнишь. — С холодной улыбкой, Вайпер поднял руки и развернулся. — Чао, Пэн.

— Вайпер, погоди. Что на счет Фокса? — Ему нужно было знать, говорила ли ведьма правду. Хотя, он и словам Вайпера доверять не мог.

Перевертыш обернулся.

— Он ушел. Ведьма в нем не была заинтересована, а к тому моменту, как Маги сообразили, что в горах одинокий дикий, он уже ушел. Но у горы своя магия. Если он начал подниматься в гору, его опутало заклинание.

От страха у Пэнтера свело живот.

— Какое заклинание?

— Заклинание смятения. Как только оно коснётся Фокса, он забудет, почему был здесь, забудет все о тебе, пока не отъедет на очень длинное расстояние. Но к тому моменту, он забудет, где в последний раз тебя видел.

Вайпер рассмеялся.

— Ты надеялся на спасение? Дикие не придут, Пэн. Фокс не сможет привести их обратно. Ты никогда не выберешься живым.

Пока Пэн смотрел на того, кто раньше был его другом, в глазах Вайпера появился проблеск тепла, намек на боль. В них промелькнул тот Вайп, которого он знал много лет.

Это длилось всего секунду, прежде чем зло подавило этот проблеск, но Пэнтер знал что видел, его пульс ускорился. Вайпер, за которого он отдал бы жизнь, все еще был здесь, подчинялся тьме, но не полностью потерянный.

— Вайпер, сопротивляйся.

— Нечему сопротивляться, Пэнтер, — холодно возразил он. — И никто не поможет тебе. Ты должен сыграть свою роль, как и все мы. — В глазах Вайпера появился безумный огонек. — Пэн, это будет потрясающе. Ты не поверишь в случившееся, но не захочешь это пропустить. И, старый друг, у тебя будет место в первом ряду, я об это позабочусь.

Развернувшись, Вайпер ушел.

— Вайпер! — Пэнтер метался в оковах, гремя цепями, пока его тело не стало влажным от пота, а до носа не долетел запах крови. Отчаяние, ярость и ужас одолевали тело Пэна, пока он изо всех сил старался освободиться.

Фокс был в безопасности, но если Вайпер и ведьма не солгали, он не приведет других сюда. Пэнтер был потерян, как и Вайпер, если только ему не удастся достучаться до друга, скрывающегося под ледяным взглядом и злом. Ели только он не найдет способ спасти их обоих.

Он вспомнил, как думал, что хуже быть не может, когда Зафина пробралась в дом диких и отравила Вайпера. Как же он ошибался.

Теперь он в беде, из-за того, что повелся на голубые глазки. И у Пэна было такое чувство, что неприятности только начинались.

Глава 3

Скай поднялась из своего убежища в пещеру со сталактитами и сняла платье, ее пульс, наконец, пришел в норму — или настолько близко к норме, насколько возможно, находясь рядом с Диким, привязанным к ее кровати. Ей придется вернуться к нему.

Как бы она ни боялась вновь посмотреть в темные, полные ненависти глаза, Скай нужно убедиться, что со всеми ее созданиями всё хорошо… с теми, кто передвигался на лапах, а еще с тем огромным, очень накаченным перевертышем, который пока ходил на двух ногах.

У нее свело живот. Полночь уже близко.

Она шла вперед, огибая лужи и капли, шлепая босыми ногами по холодному камню. На расстоянии она услышала голоса; Маги готовились к вечерним ритуалам, а женщины готовили ужин. В свое время она им помогала, но больше нет. Теперь она не одна из них.

Скай единственная еще с душой.

В животе заурчало, она уже два дня не ела. Но стоило завернуть за угол и увидеть, как Бирик разговаривал со стражником, как весь аппетит пропал.

Бирик был, своего рода, поразителен с палевого цвета кожей, длинными белыми волосами и жестокими зелеными глазами. Высокий, сухопарый и гибкий, как и кнут, которым он ее с детства бил.

Вокруг его шеи вилась крысиная змея, положившая голову ему на плечо, а щиколотки обвили две красные крысиные змеи.

Скай не возражала против змей. Она общалась со всеми созданиями, а вот человек — другой вопрос. Если Скай могла избежать встречи с Бириком, так и делала, но сейчас иного пути в ее комнату не было. Поэтому она потупила взор и направилась дальше, стараясь быть незамеченной.

Но как она не старалась обойти его и змей, Бирик схватил ее за руку, впиваясь пальцами в плоть, останавливая.

По спине пополз страх.

Бирик отпустил ее, но поднял руку и прикоснулся пальцами к щеке, заставляя Скай тяжело сглотнуть. Он неестественно нежно ласкал ее кожу, отчего лишь ускорялся пульс Скай. Его нежность пугала больше, чем обычная жестокость. Скай стояла смирно, прекрасно зная, что лучше не показывать Бирику страх.

— Ты отлично справилась, ведьма. — Его глаза блестели от волнения. — Силы оказалось даже больше, чем я планировал, а ты даже его еще не объезжала.

Она не стала спрашивать, откуда он узнал, что она еще не занималась сексом в пещере с Диким. Бирик всегда знал больше, чем должен был.

— Он еще не готов.

Бирик рассмеялся.

— Он мужчина, и явно заинтересован в тебе. Пара движений руками и языком, и, гарантирую, он будет готов.

Скай вновь сглотнула, кивнув. Спорить бесполезно. Бирику не понять, да и плевать, что ненависть дикого к плену и похитителю заставила сопротивляться влечению или что у нее получилось бы лучше, если мужчине, как и любому существу в плену, дали несколько дней на то, чтобы привыкнуть к прикосновению Скай.

Маг, который был ее хозяином, учителем и мучителем с восьми лет, схватил ее за челюсть с такой силой, что она подумала, что могу сломаться кости. От боли на глаза навернулись, так долго сдерживаемые, слезы.

— Не подведи меня Скай. Тебе не понравятся последствия.

В душе поселилось нехорошее предчувствие. Скай слишком хорошо знакома с последствиями.

— Не подведу.

Когда Бирик отпустил Скай, она поспешила прочь, сбегая по древней лестнице, вырезанной в скале, чтобы оказаться в относительной безопасности тюремной камеры, которая с восьми лет стала для нее спальней. В те годы она сопротивлялась Бирику. Постоянно. И он лишил её комфорта и всего тепла. Но когда и это не сделал её податливой, он причинял ей боль. Много боли и множество раз. Вновь и вновь, пока, наконец, не сломил ее желания. Но сдаться было нелегко. Не в ее характере было уступать, но она не смогла выдержать всю ту боль. Тогда Скай и поняла, что ей ничего не оставалось, кроме как принять свою судьбу.

Приблизившись к двери своей тюрьмы, она подумала о прекрасном мужчине внутри. Что же ей делать? Она прижала кулак к груди, которую сдавливало чувство вины. Не только Скай пострадает из-за контроля Бирика. Если она хотела, чтобы дикий жил, ей нужно заставить его еще больше страдать.

Она вошла в свою спальню и нашла воина таким же, каким и оставила, прикованным и разъяренным. Прикованный и обнаженный мужчина должен выглядеть беспомощным, но в его глазах полыхал гнев, а от тела исходила опасность, заполняющая комнату. Перед ней был самый сильный и тревожащий мужчина из всех, с кем ей доводилось встречаться. Лишь находясь с ним в одной комнате, у Скай ускорялся пульс.

По коже прокатился трепет энергии, заставив поднять Скай взгляд на сферы. Конечно же, Бирик их уже опустошил, но они опять начали наполняться. В воздухе витала страсть. Страсть Скай.

Воин тоже ее чувствовал? В его глазах было столько гнева, такое сложно описать. Но затем Скай скользнула взглядом по крепкому, накаченному телу, останавливаясь на налитом, длинном и толстом члене.

Ох, он определенно чувствовал страсть. И нисколько не был этому рад.

— Освободи меня, — произнес мужчина сквозь стиснутые зубы, впиваясь в нее взглядом хищника.

Скай подошла к животным, безмолвно приветствуя их в ответ. Она провела рукой по шее оленихи и позволила созданию ткнуться носом ей в щеку, как это всегда делала Вера. Но сердце пронзило горе при мысли о будущем оленихи.

— Если бы я могла, то освободила бы. — Освободила бы их всех, включая себя. Но невозможно освободится от Бирика. Она пыталась. Вновь и вновь повторяя попытки, пока он не убедился, что она прекратит.

Последний раз, погладив олениху, она прошла обратно и закрыла тяжелую дверь, которую Бирик поставил давным-давно, чтобы Скай была в безопасности. Она ее больше не закрывала, потому что вряд ли дверь кого-нибудь могла сдержать. Но сейчас закрыла, потому что ей нужно максимум уединения.

Глубоко вдохнув, что никак не помогло успокоиться, Скай медленно направилась к холодной скале, которую многие годы называла кроватью. Дикий наблюдал за каждым ее шагом. Когда она подошла к нему, не смогла найти храбрости, чтобы посмотреть в его, пылающие гневом, глаза, поэтому сосредоточила взгляд на его мужественном теле. Он бесподобен. Маги обычно худощавые и сухопарые, не то, что Дикие.

В частности этот дикий был великолепен. Кожа прекрасного оттенка бронзы, широкие плечи, мускулистая, украшенная замысловатой — переплетением толстых и тонких линий — татуировкой. На одном мощной предплечье был золотой браслет с головой пантеры, в глазницах которой были изумруды. Скай знала, что никто, кроме владельца, не мог снять браслет.

Бирик пробовал.

Глубоко вдохнув, Скай заставила себя посмотреть в темные глаза, наполненные гневом.

И как только их взгляды встретились, воин прорычал:

— Отпусти меня.

— Не могу. — У нее перехватило дыхание, пульс ускорился, и она просто не могла отвести глаз. У Скай возникло странное ощущение, не будь она осторожной, может провалиться в эти темные глубины и стать пленницей, вместо похитителя.

Она протянула к нему руку и провела ладонью по теплой коже гранитной груди, следуя по линиям татуировки. Жёсткие мышцы пульсировали под её кожей. Скай пронзило желание. Его мужской аромат взывал в ней к низменным, плотским удовольствиям.

Зверь в нем гневно расхаживал, поворачивался к ней и скалился.

— Не трогай меня, — отрезал мужчина.

— У меня нет выбора. — Она смотрела в его глаза, заставляя себя выдерживать его взгляд. — Послушай, Дикий. Единственный твой шанс выжить, сотрудничать со мной. Если ты продемонстрируешь бесполезность, Бирик тебя уничтожит. А я этого не хочу.

У него на щеке дернулся нерв.

— Тогда отпусти.

— Не могу. — Она скользнула ладонью ниже, по животу к паху, чтобы провести по краю роста волос вокруг его члена. Под ее прикосновением у мужчины сокращались мышцы. — Позволь мне удовлетворить тебя, воин.

— Никогда. — Но его член дернулся. Воля воина будет отрицать желание тела.

Желание их обоих тел. Скай знала, что он помнил, как и она, что значит соединение их тел. Удовольствие… милостивая матушка Природа, истинное удовольствие. Скай не представляла, что такое возможно. Ею пользовались несметное количество раз, но она никогда и не думала, что секс может приносить что-то иное, кроме боли и ужаса. Пока этот мужчина не вошел в ее жизнь. С момента, когда Скай впервые увидела его, её тело пульсировало, сжималось от желания и между ног становилось влажно. И сейчас страсть, которая витала в комнате, стала гуще.

Из горла дикого вырвался звериный рык.

— Если придвинешь руку к моему члену, я тебе голову оторву.

Скай выдохнула.

— Я не хочу тебя заставлять.

— Так и не заставляй, — отрезал он

— Ты не понимаешь! — Если бы только у нее было время, чтобы дать ему привыкнуть к ее прикосновениям. Всего несколько дней. Но Бирик нетерпелив. Скай чувствовала ярость Дикого. Нескольких дней, даже и недель, могло не хватить.

— Я понимаю достаточно, — рыкнул он.

Нет, не понимал. У нее не было выбора, кроме как наращивать между ними страсть так, как могла. Скай склонилась к его груди и поцеловала теплую кожу. Мужчина пах ночным лесом, дикостью и неукротимостью. Она лизнула его, наслаждаясь вкусом и запахом тела воина. Все в нем заставляло ее желать большего.

Скай спустилась ниже, прижимая губы сначала к животу, а затем к бедру, втягивая в себя мускусный аромат его возбуждения.

Она подняла голову и посмотрела на воина. Ее дыхание стало неровным, а веки отяжелели от страсти.

— Могу я тебя там поцеловать?

— Нет

Она продолжила скользить губами и языком по его бедрам.

— Ведьма. — Его рычание все еще было яростным, но под ним уже слышалось возбуждение.

— Я хочу, чтобы ты был во мне, воин, — хрипло проговорила она. — Как и ты хочешь. Твое тело жаждет оказаться в моем.

— Я тебя не хочу и никогда не хотел.

— Раньше хотел. В лесу.

— Это было до того, как я узнал что ты.

Она вздохнула. Он считал ее человеком, Бирик помог скрыть медные кольца вокруг радужки.

Когда они вчера поцеловались, что-то произошло. Странная сексуальная энергия зародилась между ними, связывая их неведомым способом. Всю ночь ее тело желало разрядки, той, которую лишь этот воин мог дать. Она проснулась, зная, что он придет за ней.

И он пришел.

К несчастью, приказ Бирика был ясен и резок, как хрусталь. Когда дикий вернется, Скай должна его пленить.

Что она и сделала.

Встав у края скалы, к которой воин был прикован, Скай провела кончиками пальцев по внутренней стороне его бедра, направляясь к паху.

— Позволь прикоснуться к тебе, воин.

— Нет.

Упрямец. Ему нужно время. Если она заставит его сейчас, пойдя против яростной воли, его ненависть лишь возрастет и станет невозможно ее сломить. Она его никогда не успокоит, и не позволит принять его место здесь. А он должен.

Она не могла сдаться.

Альтернатива означала его уничтожение.

***

Ярость заволокла разум Пэнтера, а гнев расфокусировал зрение. Тело горело от желания к ведьме, которая мягкими поцелуями и нежными касаниями рук ласкала его бедра, соблазняя и пытая. Он изо всех сил сопротивлялся влечению, приказывал себе ничего не чувствовать, как множество раз до этого. Но, как и в прошлом, тело жило своей волей.

Сколько раз Анкрита приходила к нему, прикованному в подвале? Сколько раз она делала ему минет? Он все еще мог чувствовать, как ее золотые локоны щекочут его бедра, пока он сопротивлялся возбуждению. И каждый раз проигрывал.

Она поднимала тонны свои юбок и объезжала Пэна, с диким смехом в глазах принимая его сопротивления. Пэн брыкался и пытался скинуть Анкриту, но она так крепко сжимала его член рукой и держала, пока Пэн не переставал дергаться, тогда она вновь садилась на него и вбирала глубоко в свое тело. От воспоминаний пробудилась ненависть. Грегор всегда к ним присоединялся. Пока Анкрита скакала на Пэнтере, пытающимся сдержать семя, Грегор схватывал его за голову и начинал напевать, впиваясь ногтями в череп, пока не пошла кровь, смачивающая волосы. И Пэнтер проигрывал, кончал в приступе удовольствия и ярости, а его разум раскрывался. Грегор пользовался этим моментом, чтобы проникнуть в разум Пэна и попытаться разъединить, с недавно обретенным, духом зверя, принося такую боль, которую Пэн ни до ни после не испытывал. И ненависть.

Потерянный в воспоминаниях, он едва различил блондинку Анкриту с темноволосой ведьмой с голубыми глазами, которая продолжала скользить руками по его бедрам и задевая ногтями волосы на паху.

Из горла вырвался рык, а голову заполнил туман ярости и воспоминаний. Когда ведьма нежной рукой обхватила его ствол, Пэн рассвирепел, выпуская когти и клыки. Он напал на нее единственным доступным способом, вцепился клыками в руку, которую ведьма так неаккуратно приблизился к его рту.

Он впился в предплечье, выдирая кусок плоти. Его рот наполнила теплая кровь, а на место гнева пришло чистое удовлетворения. Он увидел, как ведьма, чье лицо посерело, отскочила, и сплюнул на пол кусок мяса. Ведьма. Если бы он освободился, убил бы ее, перекинулся в пантеру и разорвал ей горло, а затем съел бы ее сердце.

Он огрызнулся, ожидая возмездия и боли, хотя ему было плевать. Но ведьма просто отступила еще, прижимая к себе раненную руку, кровь окропила ее платье, и отступала, пока не достигла дальней стены, затем опустилась на пол рядом с оленихой.

Пэнтер наблюдал за ней, ища удовольствие при виде боли, но наткнулся лишь на сожаление. Он убрал клыки и когти. Она ни Анкрита. Эта ведьма выглядела слишком хрупкой, и не поступила так, как он ожидал. Она не закричала и не заплакала

Анкрита бы побила его первым попавшимся оружием, резала бы и кромсала плоть на куски, с мстительным блеском в глазах.

Эта ведьма сильнее Анкриты контролировала себя? А может, была умнее, и тщательнее продумывала месть?

Пока он наблюдал за ней, кровь остановилась, и кожа наросла. Теперь все было нормально, за исключением кровавого пятна на платье.

Но ведьма все так же сидела там, а олениха ткнулась носом ей в щеку. Ведьма склонилась к животному, закрыв глаза, показывая телом горе. Наконец, она встретила его взгляд, и в ее глазах не было ничего, кроме печали.

Вздохнув, она уставилась в потолок.

— Они не полные, — слабо проговорила она, после чего вновь уставилась на Пэна бездонными глазами. — Нам нужно их заполнить. Знаю, тебе ненавистно, но у нас нет выбора.

Встав, она подошла к нему и села на корточки между его ног. Он ожидал — и хотел — что она будет жестокой, ему нужно было знать, что он разорвал ее спокойный фасад. Но прикосновения ее рук к его бедрам были все такие же нежные, и даже нежнее прежнего.

И этим она его озадачила. Почему в ней не было жестокости? Нежная ведьма? Это оксюморон, которого Пэн не встречал прежде.

— Как ты можешь проявлять ко мне нежность, после нападения? — Пэн услышал свой вопрос.

Она не посмотрела на него.

— Ты сделал то же самое, что и любое существо, пойманное в ловушку.

Он нахмурился, внутри его пожирала вина за то, что он обидел ведьму, свидетельством чего служило пятно на платье.

«Проклятье, я не должен себя винить».

Ее нежность и беззащитность лишь наигранный способ поведения. Пэн был бы дураком, если бы ждал от нее такого, а он уже был достаточным дураком за свою долгую бессмертную жизнь.

Его эффективное нападение и ее молчаливое принятие боли уняли ярость, но ничего не сделали с возбуждением. Когда ведьма опустилась на колени между его ног, лаская руками бедра и живот, а взглядом член, Пэн почувствовал, как сексуальная энергия прокатилась по телу, разжигая кровь.

Пэну стало тяжело дышать, он заставлял себя не двигать бедрами, умоляя ее принять его в свое тело и довести до разрядки. Наконец, она подняла руки и встала сбоку от Пэна, после чего села, прислонившись спиной к скале. На ее щеках играл румянец, а дыхание было тяжелым. Медленно его тело успокоилось без ее прикосновений. И ведьма тоже начала спокойно дышать, пока не положила руку ему на грудь.

— Зверь в тебе успокаивается от моего прикосновения. Я бы хотела, чтобы и ты успокоился, воин.

— Никогда. — Но слово было сказано без запала.

Нежная ведьма? Такое возможно?

Она встала и подошла к животным, снимая с них привязи. Она долго гладила зверей, одного за другим, шепча, когда они требовали ее внимания. Наконец, она пошла к двери. Тело ведьмы было напряжено, отчего звери прижимались к ней, как и тогда, когда она пришла.

— Куда ты идешь? — спросил он.

Она посмотрела на него через плечо.

— Почти полночь, — тихо проговорила она.

Он увидел блеск слез в ее глазах.

Глава 4

Скай танцевала, как и каждую полночь, высоко задрав руки, она двигала телом под музыку земли, одетая лишь в кровь жертвы. Во время танца, сила ее дара скользила по телу, впивалась в мышцы и кости тысячью игл и разрывала сердце. Высоко над Скай, между сталактитами висели сферы с огнем и сферы с энергией. В свободном круге вокруг нее пели колдуны.

— Быстрее, — отрезал Бирик, из угла комнаты, стены которой были в известняке. В холодном свете его волосы отдавали серебром, а холодным взглядом он впивался в сферы силы. Гремучая змея свернулась на его плече. А рядом к камню была привязана олениха.

Скай посмотрела на животное, в огромных глазах которого был страх и отчаяние, а затем перевела взгляд на окровавленный кинжал в руке Бирика. Горе угрожало поглотить ее, но она отвела взгляд и принялась танцевать быстрее, уверенно ступая на окровавленные камни. Казалось, что это её душу убивают. Если бы только ее тело забрызгала кровь Бирика! Но слабая вспышка эмоции была подавлена так же быстро, как и появилась, задушенная сокрушительным опустошением. Не важно, ничего не важно. Многие … многие годы существа, дорогие ее сердцу, умирали в полночь, и ничего не предотвратит этого. Скай никак не могла изменить ни свою судьбу, ни их. Матушка Природа, Богиня, уже давно их всех оставила. И Скай вынуждена была притащить в этот ад мужчину, Дикого. Страх за него резал больнее неровного стекла. Она танцевала, стремясь забыть, заблокировать запах свежей крови, которая покрывала ее волосы и кожу, не позволяя себе думать о дикости происходящего, стараясь не слышать крики оленихи, стремящейся к ней и молящей о спасении. Хотя в душе она кричала от неправильности происходящего и ужаса того, что должна сделать. Скай не могла спасти олениху, никого не могла спасти. Могла лишь попытаться не дать мужчине, дикому, закончить так же, как и ее любимые животные. Должна попытаться. Она лишится души, если ей когда-нибудь придется танцевать в его крови.

Внезапно крики оленихи оборвались, Скай запрокинула голову, в которой звучал болезненный, безмолвный крик, и изо всех сил старалась не показать боль, сковавшую сердце.

Спустя несколько секунд Скай услышала, как подошел Бирик, и закрыла глаза, стоило теплой крови коснуться ее макушки. Кровь струилась по телу, согревая от холодного воздуха пещеры, но выжигая дыры в сердце. Скай еще выше подняла руки, вытягивая силу, которая требовалась Бирику и оскверняя драгоценную связь с созданиями природы.

Кровь бежала по ее щекам, словно слезы.

***

Пэнтер ощутил запах фиалок еще до того, как ведьма зашла в комнату. Но вернулась она без животных. С мокрыми волосами, словно только из душа, и потерянным взглядом. Ни сказав и слова, даже не посмотрев на него, она легла между ним и стеной, свернувшись в клубок. Он чувствовал, как она дрожала. Как бы он не ненавидел ведьму, инстинкты всегда велели защищать женщин и детей. Что-то ранило ведьму. Пэну пришлось напомнить себе, что ему плевать. Но услышав, как ее дыхание выравнивается, и она засыпает, сам начал расслабляться.

Он не знал, как у него получилось уснуть, но проснулся от звука капель, падающих со сталактитов в лужи, то тут, то там образовавшиеся в комнате, и щекотки шелковых волос ведьмы, голова которой покоилась на его груди. Ведьма обняла его за талию одной рукой, а другую вытянула над головой, практически приложив ее ко рту Пэна. Но он больше не хотел вредить ей, нежное прикосновение и принятие его ярости, унесли жажду мести.

Он моргнул, чувствуя себя… странно. Почти… расслабленным.

С неверием, он осознал, что неправильно, или, точнее, что теперь все верно. Та всепоглощающая ярость, что мучила его день и ночь, горя огнем, который запалила Анкрита почти три столетия назад, ушла. Но как? Виновна лишь в этом очередная порция магии? А ему ни все равно?

Прикованный к скале, в плену Мага — второй раз за жизнь — он чувствовал себя спокойнее, чем когда-либо прежде. Умиротворенный, целый, каким уже несколько веков не был.

Неужели, ведьма каким-то чудодейственным образом излечила его? Или ее близость повлияла на него так, как он никогда не ожидал? Скрытый смысл его практически потряс. Пэн надеялся, что во всем виновны чары. Потому что в противном случае, это облегчение после веков пыток, исходящее от нее…

От ведьмы!

Небеса помогите. Меньше всего ему нужно желать ее, даже больше, чем уже.

***

Пэнтера разбудили звуки шагов, после которых стальная дверь ударилась о скалу. Ведьма проснулась, резко подскочила, а Пэна окутал теплый запах фиалки и едкий страха.

В проеме стоял тощий мужчина-Маг, чьи волосы были на десять тонов светлее его бледной кожи. Вытянутое лицо, тонкие губы, радужка глаз окаймлена медным кольцом, а взгляд наполнен ледяной яростью. Пэнтер напрягся всем телом для сражения, в котором принимать участие не сможет. Ярость вновь очнулась, заставляя натянуть путы, что оковы впились в кожу. Необычное спокойствие, которое он чувствовал во сне, исчезло с появлением страха женщины.

— Бирик, — выдохнула ведьма, округлив глаза

— Я тебя предупреждал, — холодно сказал Маг и направился к ним.

— Но…

Маг схватил ее за предплечьем и стащил с кровати. Ведьма споткнулась, а Маг припечатал ее за плечи к стене, о которую ведьма больно ударилась головой

От возмущения, Пэн еще сильнее напрягся, но ублюдок не обратил на него внимания. Он схватил ведьму за лицо, и держал так, пока она не округлила от боли глаза, а до обоняния Пэна не долетел запах обгоревшей плоти и крови. Наконец, Маг отпустил ведьму, которая рухнула на землю. Но Маг не успокоился и несколько раз пнул ее по ребрам, добавив еще удар в голову, после чего, ни разу не обернувшись, вышел. Пэнтер уставился на женщину, лежавшую, словно сломанная кукла, на влажном, каменном полу. По ее щеке текла кровь, вероятно из раны, которая появилась после удара о стену. Долгое время в комнате были слышны лишь звуки падающих со сталактитов капель и слабых, нитевидных ударов ее сердца.

— Ведьма? — тихо позвал Пэн, но она ничем не показала, что услышала его. С каждой прошедшей минутой, сердцебиение ведьмы становилось устойчивее, а тело излечивало раны. Наконец, она пошевелилась, медленно и болезненно свернувшись в клубок, словно стараясь защитить от очередного нападения. Но, как и побои, боль она принимала без стонов и плача. И эта тишина делала ее страдание куда страшнее.

У Пэна свело внутренности от воспоминания, как он накинулся на нее, и как, пострадав, она так же не издавала ни звука. Пэн не знал, что делать. Она скрывала себя, довела до экстаза и пленила его. В ведьме было все, что Пэн ненавидел. А теперь он гадал, а был ли у ведьмы выбор?

Он ее недооценил? Неужели нежная ведьма — возможное понятие? В одном он был точно уверен, ведьма отличалась от Анкриты. Он напрягся, когда ведьма начала подниматься, словно пытался придать ей сил. Она попыталась сесть, но привалилась спиной к стене с гримасой боли, давая понять, чего ей стоила эта попытка. Пэн окинул взглядом ее побитое, окровавленное лицо и захотел стереть в порошок того мудака, что сделал это с ней. Бирик.

— Почему он тебя избил, маленькая ведьма? — Пэн не знал ее имени.

Она медленно открыла глаза, в голубых глубинах плескалась боль.

— Не знаю. — На ее лице появилось натянутое выражение. — Вообще, знаю. Но не знаю, почему именно сейчас. — Она встретила его взгляд. — Он хочет, чтобы я возбуждала тебя.

Пэнтер дернулся, сжав кулаки.

— Нет, — отрезал он. Ни хрена она не станет его возбуждать. От воспоминаний ярости и беспомощности перед Анкритой, его затрясло.

Темноволосая ведьма, так не похожая на Анкриту, вздохнула и откинула голову назад, вперив взгляд в потолок. А может и за него.

— Я хотела дать тебе время принять меня, воин. А он не позволил. — У нее надломился голос, и она опустила, полный страдания, взгляд вновь к Пэну. — Мне жаль.

Она встала, опираясь на стену, затем с гримасой боли медленно направилась вперед. Ее волосы и лицо были в крови.

— Не смей. — Ни за что на свете, он этого не допустит. Кончики пальцев начало покалывать, от неизбежного выпуска когтей.

Но, когда ведьма достигла его, она просто обняла его за талию и положила голову ему на грудь, отвернув лицо. Пэн уставился на ее затылок. Ведьма никогда не делала того, чего он от нее ждал. Внезапно, он почувствовал, что она задрожала, а спустя секунду кожу живота опалили горячие слезы. Если бы руки Пэна были свободны, ему бы сложно было противостоять желанию погладить ее по спине. Ведьма собиралась трахнуть его против воли, а он желал подарить ей толику спокойствия. Всхлипывая, она поднялась, вытерла глаза, подошла к краю камня и, не смотря Пэну в глаза, встала между его ног. Ее горе было настолько острым, что оно без ножа резало Пэна.

Она не Анкрита. Ярость на то, что она планировала… на то, что ей приказали сделать, начала ослабевать и испаряться.

Он расслабился, обнаружив в себе страсть, а значит, ей не придётся его возбуждать. И когда она приблизила рот к его паху, Пэн замер.

— Нет.

Она посмотрела на него, во всем теле читалось поражение.

— Я должна.

— Лучше рукой.

Она свела брови, словно сомневалась, что правильно его расслышала. Затем медленно обхватила холодными пальцами его стержень. От невероятных ощущений Пэн с шипением втянул воздух. Ведьма начала медленно поглаживать его, а другой рукой обхватила яички, нежно сжимая и перекатывая их в ладони. Вся кровь прилила к паху, и через мгновение, Пэн уже был абсолютно возбужден. Не теряя времени, ведьма задрала платье до пояса и присела над ним.

Разумом, в котором горели воспоминания об Анкрите, Пэнтер противился, а телом жаждал вновь ощутить, как женское тело поглощает его длину. Держа крепко, но аккуратно его член, она направила его к входу в лоно и начала медленно опускаться, пытаясь засунуть его внутрь. Но ее тело не было подготовленным и слишком тугим. Ведьма стиснула зубы от явного дискомфорта.

— Ты не готова.

— Не важно, — сказала она натянуто, насаживая себя на него.

Пэн хотел оказаться в ней, податься бедрами вперед и проникнуть глубже, но так он мог сильнее ей навредить.

— Важно. Если помнишь, что было между нами в лесу, то должна понимать, что если ты подготовлена, все будет намного проще.

— Тогда ты меня хотел.

Пэнтер застонал.

— Ты в своей руке держишь неопровержимое доказательство моего желания. — Он посмотрел прямо ей в глаза. — Мне противно то, что он с тобой сделал, и не хочу повторения этого. Кроме того, уверяю, я хочу оказаться в тебе.

Ее глаза начали медленно темнеть.

— Твои слова помогают.

— Хорошо. — Он мог говорить. Ведьма немного расслабилась, но все еще не так, как хотелось бы. Богиня, как же Пэн хотел начать двигаться. — Как тебя зовут, маленькая ведьма?

— Скай.

— Скай с глазами цвета неба. Прикоснись к себе, Скай.

Она бросила на него неуверенный взгляд.

— Между ног. — Он прищурился. — Ты никогда не удовлетворяла себя?

Она нервно покачала головой.

— Прикоснись к себе между ног и продолжай опускаться на меня, найди точку, где тебе приятнее всего и ласкай себя там. Так ты подготовишь свое тело.

Она загадочно, как обычно, посмотрела на Пэна, но сделала, как он велел: опустила руку к естеству и нашла нужную точку, ахнув от наслаждения и слегка оцарапав ногтем член Пэна. Через несколько секунд ее тело раскрылось, как цветок, увлажненный соками страсти.

Что он за дурак, если помогает своему похитителю взять себя против воли? А против ли воли? Богиня, какая же Скай мягкая. Пэнтер откинул голову и поднял бедра, чтобы глубже проникнуть в тело Скай, затем развел ноги, чтобы наблюдать, как она поднимается и опускается на его стержне. Как и в лесу, он почувствовал правильность их единения.

Полуприкрытыми от страсти глазами Скай смотрела на Пэна, а с ее полных губ срывались сладострастные вздохи. В воздухе возросла сила, не совсем приятными потоками омывая плоть Пэна. Но когда сила начала нарастать, движения Скай стали более быстрыми и отрывистыми. Она сильнее и жестче скакала на нем, доводя практически до исступления от страсти, желания и удовольствия. Гортанно вскрикнув, Скай запрокинула голову и кончила, ее внутренние мышцы сжимали его в судорожных спазмах, пока он не последовал за ней, изливаясь глубоко в её теле.

Скай посмотрела наверх, и Пэн проследил за ее взглядом. Темные сферы искрились цветом, словно едва могли сдержать силы. Ведьма посмотрела на Пэнтера, немного расслабившись.

— Мы сделали это, — произнесла она.

— Да. — А что именно они сделали? В какую мрачную цепь Маг направит эти силы? Помог ли Пэн ведьме с грустными глазами подвергнуть опасности свою миссию? Своих людей?

Запертый в этой пещере, он ни в чем не был уверен.

Она еще с минуту сидела на Пэне, продлевая удовольствие, затем поднялась и села рядом с ним, прислонившись к стене. Грудь Скай тяжело вздымалась, когда она трясущейся рукой провела по волосам и посмотрела ему в глаза.

— Спасибо. — Нежная, мимолетная улыбка озарила ее глаза, отчего в его груди разлилось тепло.

И Пэн ощутил странное, неуместное желание улыбнуться в ответ. Богиня, Скай на него так замысловато влияла.

Ее нога едва касалась его, но возникало ощущение, что ей просто необходимо было касаться его.

И ему это тоже было необходимо.

— Освободи меня, Скай. Давай вместе уйдем, прежде чем этот говнюк вновь тебя побьет.

— Не могу. Он меня никогда не отпустит.

— Я тебя защищу.

Она приподняла уголок губ.

— Ты уже несколько раз поклялся меня убить, воин. Я могу раскусить уловку убийства в предложении побега. — Скай пожала плечами и откинула голову к стене. — Даже если я тебе доверюсь, защитить меня никто не сможет.

— Почему ты так важна для него?

— Я общаюсь с животными.

Смысл ее слов дошел до Пэна через несколько секунд, когда он вспомнил истории о Магах, с глубокими связями с аспектами природы.

— Ты Маг-заклинатель.

— Да. — Она вновь посмотрела на него. — Вот почему тебя ко мне тянет, и почему мы смогли пробудить такую силу. Всё благодаря зверю в тебе.

— Лишь поэтому? — Она и вправду не замечает своей привлекательности? Не замечает, что стоит ей войти в комнату, как он уже ее хочет? Пэн чертовски уверен, что дело не только в звере. Они со зверем никогда не общались.

Подавшись вперед, Скай провела ладонью по его груди.

— Не знаю, в этом ли причина, но лишь она важна. Моя сила исходит от зверей.

С этими словами она сползла с камня, расстегнув спереди окровавленное платье, и прошла мимо головы Пэна в дальний конец комнаты. Он запрокинул голову и наблюдал за тем, как Скай отбрасывает платье в сторону, оголяя слишком манящее и изящное тело, которое вновь завело его.

Скай потянулась наверх и включила воду, встав под сильные струи воды. Она взяла с пола брусок мыла и принялась смывать кровь с лица, волос, тела. После чего выключила воду.

— Вода не зальет комнату? — спросил Пэн.

Она взяла с камня потрёпанное полотенце и вытерлась.

— Пол ниже, а в камне есть небольшие пробоины, в которые вода стекает.

— Как давно здесь живет Маг?

— С последней войны с Дикими.

Война 1738 года, которая закончилась захватом трёх новых диких. После того, как Лион пленил почти дюжину колдунов и приспешников Магов и убил их лидера, Элемента, потребовал мира. И получил его. Почти двести семьдесят лет две расы жили в иллюзии гармонии, в основном игнорируя друг друга. Холодная война больше не была таковой.

Пэн наблюдал, как Скай кинула полотенце и взяла с крючка синее платье.

— Как давно ты здесь живешь?

— Не знаю. — Она надела платье. — В этом месте время не имеет значение.

— Ты здесь родилась?

— Нет. Когда мне было восемь, Бирик забрал меня у матери, сделав своей ученицей. Он тоже заклинатель, но не такой сильный, как я. В основном он умеет управлять змеями. — Она слабо нахмурилась, намекая на нрав, который он не замечал ранее. — Он учил меня, направлял и тянул мои силы для своих нужд. С тех пор я не покидала горы.

— Что последнее о событиях мира ты помнишь? Когда тебя привели сюда, ты знаешь, что происходило в мире?

— Они послали человека на орбиту Земли и хотели долететь до Луны.

— Это было в 1960 году. Ты пробыла здесь около сорока лет и все еще так молода.

Она выгнула бровь, в ее глазах явно мерцал вызов.

— А ты старше?

Удивив самого себя, Пэн улыбнулся.

— Мне почти четыре сотни.

Скай улыбнулась в ответ, так ярко и весело, но лишь на мгновение, затем улыбка угасла. Но этот момент, озаривший ее черты, для Пэна стал ударом поддых.

Скай всунула руки в рукава платья и подошла к нему. Ее природная грация вернулась в полном объеме.

Но когда она остановилась рядом, не смотрела Пэнтеру в глаза. Влажные волосы делали ее черты еще более хрупкими, от чего она походила на молодое деревце во время бури. Необходимость защитить Скай яростно пробудилась в Пэне.

Она, наконец, подняла задумчивый взгляд бездонных глаз на него, защемив душу и сердце Пэна.

— Я уже давно ни с кем не разговаривала. Точнее не разговаривала с тем, кто отвечал симпатией. — Наклонившись, она нежно коснулась губами его груди, в которой бушевала буря необъяснимых чувств.

— Спасибо, — тихо добавила Скай.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Всегда, пожалуйста.

Повернувшись, она пошла к выходу

— Куда ты… Скай.

— В леса. — Она бросила на него задумчивый взгляд через плечо. — Мне нужен лес. — Убежище и защита, которые Пэн предоставить не мог.

Когда она исчезла за углом, он еще долго смотрел на пустой проем. У него были сотни проблем, но думать он мог лишь о ней. О Скай.

Без сомнения, он был очарован. Но вот магически ли?

Или женскими чарами?

***

Несколько часов спустя, Скай покинула лес и вернулась в пещеру, ведя с собой очередную олениху и толстенного сурка. Хотя впереди еще день, ей необходима была компания зверей. Скай спускалась по лестнице в пещеры, над ее головой летали два ворона, а вокруг ног прыгали белки.

Опустив сурка, она скользнула на кухню, чтобы захватить немного еды для своего дикого. Она понимала, что он был голоден, но никогда не попросит еды. И она, почему то, ощущала жгучую потребность принести ему что-нибудь. Подарок за его доброту. Конечно, это не то, чего бы он хотел, она просто не могла его освободить, но еда подойдёт. Она завернула пару толстых кусков оленины в две холщовые салфетки и положила по куску в каждый карман своего платья.

Вновь взяв сурка на руки, она повела свой маленький отряд дальше по коридору, а затем вниз по лестнице, которая пронизывала всю скалу. По пути она увидела Бирика, разговаривающего с двумя колдунами и диким, Вайпером, и ее сердце замерло. Олениха, почувствовав ее страх, прижалась к ее бедру. Как всегда, она попыталась пройти мимо, не привлекая к себе внимания, но Бирик грубо схватил ее за руку, скинув сурка. Зверек с шумом приземлился на лапы, запищал, но стоило Бирику кинуть на него взгляд, как сурок тут же спрятался за Скай

— Сработало, — холодно произнес Бирик.

Скай кивнула, лишь на секунду удержав взгляд мужчины, прежде чем отвернуться, изо всех сил стараясь не задрожать.

Вайпер мрачно рассмеялся.

— Я же говорил. Пэнтер рыцарь, готовый прийти даме на помощь. — И посмотрел на ее бедра. — Я чую еду. Несешь ему обед? Награда за отличную службу?

— Да. — Она на секунду подняла на него взгляд, замечая ту же холодность, что была в глазах каждого изо дня в день. Каждого, кроме Пэнтера — ей так нравилось его имя — в его глазах она видела жар. Жар ярости или страсти.

Вайпер кивнул, подняв уголку губ в ледяной ухмылке. Дикий был высок, выше Бирика на добрых шесть дюймов.

— Он станет, есть с твоих рук. — Он повернулся к Бирику. — Как я и думал.

Бирик притянул ее ближе, до боли стискивая предплечье.

— Этого недостаточно.

Она замерла и подняла взгляд к Бирику, ясно осознавая значение этих слов. Силы, которую она с диким собрала… было мало? Сферы искрились от невероятной энергии. Как такого было мало?

— Я попробую вновь. — Но эта мысль не принесла страха, а лишь жар к низу живота.

— Нет. Оставь его. У меня другие планы. — Он отпустил Скай и махнул, чтобы она ушла. — Иди, накорми своего питомца, а затем вернись ко мне.

Скай, сбитая с толку и взволнованная, моргнула.

Как только Бирик отвернулся, она поторопилась прочь, под ускоряющийся ритм пульса. Бирик что-то планировал. Но что?

Сердце рухнуло в пятки. Конечно же, он не мог его убить. Нет. Но Скай слишком хорошо знала, что Бирик более чем способен на такое варварство. Ее дикий мог умереть.

Да, он редкое и прекрасное создание, и она никогда бы не пожелала смерти такому созданию, но дело в другом.

Он другой. Сильный, стойкий. Рыцарь, как назвал его Вайпер. Воин доблести и мужества, способный пленить своего врага даже нежностью, когда контролировал ее жалостью.

Впервые за многие годы, ей напомнили, что в мире еще существовала совесть. Воины с добрыми сердцами.

С душами.

И она не могла смотреть, как уничтожают одного из них.

Она по эгоистичным причинам не хотела его терять. Скай так долго жила в холоде, что практически забыла, что такое тепло.

Его ярость за то, что она схватила его, превратилась в ярость из-за ее избиения. Бесценный дар. Ей было больно, и он не просто принял ее тело, но и помог ей.

Она так долго была одинока, никому не нравилась, никто о ней не заботился. Те, кто был ей дорог — друзья — были отосланы или изменены и преобразованы в элементы, Иниров или солдат.

Прошло так много лет, когда кому-то было не все равно, что ее избили, когда кто-то пытался облегчить ее страдания.

Пока она не захватила темноглазую пантеру, с ненавистью во взгляде и честью в сердце.

А теперь, она боялась, что Бирик, как и всё остальное, заберет его у нее, ради силы.

Глава 5

Наконец, Скай вернулась, принеся с собой запах жареной оленины, от которого у Пэнтера, внимательно наблюдавшего за ведьмой, заурчало в животе. Волосы и платье Скай были влажными, словно она попала под дождь. Ее тихая, хрупкая красота каким-то образом успокаивала, даже если Пэн специально подогревал гнев. И снова ее окружали животные, в этот раз уже другие. Как и раньше, маленьких животных она рассадила в двух клетках, а олениху привязала веревкой к стене. Затем Скай подошла к Пэнтеру, ее взгляд был одновременно тревожным и излучающим теплоту, которая мягко скользнула Пэну в самое сердце.

— Я тебе кое-что принесла. — Доставая завернутую оленину из своего кармана, она бросила взгляд на его запястья, которые были в крови. Она недовольно нахмурилась.

— Ты пытался освободиться от наручников.

— И буду продолжать.

В ее глазах была мольба.

— Смирись со своей судьбой, воин. Тебе больше ничего не остается.

Он покачал головой.

— Прекратить бороться значит потерять свою душу, ведьмочка.

Тревожный взгляд Скай потемнел, когда она развернула салфетку с мясом.

— Я подумала, что ты должно быть проголодался.

— Да.

Она нахмурилась и, склонив голову, спросила:

— Ты снова собираешься меня укусить?

— Нет. — Пэн вспомнил, как ведьма прикрывала рукой рану после его нападения, вспомнил про кровь на ее платье. — Прости за это. Думал, ты получила по заслугам, но теперь вижу, что был не прав.

Ее взгляд смягчился, и на лице появилось некое подобие улыбки.

— Я рада. — Скай поднесла мясо ко рту Пэна, чтобы он откусил толстый сочный кусок.

Свободной рукой она провела по его груди, почти заставив Пэна замурлыкать от удовольствия. Несмотря на то, что ведьма уверенно к нему прикасалась, он все равно услышал, как от страха колотится ее сердце.

— Я тебя не укушу, Скай.

Ее взгляд метнулся к нему.

— Я верю тебе. — Она попробовала его снова покормить, но тот покачал головой.

— Теперь ты ешь, ты слишком худая.

— Я не голодна.

Он нахмурился.

— Мне с трудом в это верится. — Ее взгляд еще больше потемнел. — Скажи что не так?

Она прикусила нижнюю губу и отвернулась.

— Ничего.

— Ты боишься.

— Со мной все в порядке.

— Ты боишься Бирика? — То, как она едва заметно передернулась при его имени, сказало Пэнтеру все, что он хотел знать. — Он снова тебе угрожал?

— Не больше, чем обычно. — Их взгляды встретились, и Пэн заметил, каким несчастным было лицо у Скай. — В этот раз он угрожал тебе.

— Чем угрожал? — Пэнтер стиснул зубы, и каждый мускул в его теле напрягся. Он был готов кинуться в бой, но для этого ему нужно было освободиться.

— Не знаю. Он сказал, что энергии, которую мы накопили, было недостаточно. Но, когда я ему предложила еще раз попробовать наполнить сферы, он отказался. Бирик что-то задумал и это явно что-то очень плохое.

Пэнтер быстро поймал и удержал ее взгляд.

— Освободи меня, Скай. Я возьму тебя с собой подальше от него, где ты будешь в безопасности.

— И куда ты меня возьмешь? Твои люди уже вечность воюют с такими, как я.

— Какая разница куда? Главное — он больше не сможет тебя избивать.

Она покачала головой, и ее рука на его груди сжалась в кулак.

— Я все равно не могу уйти. У меня нет выбора.

— У всех нас есть выбор, Скай. — Он всматривался ей в глаза, надеясь, что она его все же услышала. Его жизнь зависела от этого. — Одни люди предпочитают увидеть для себя выбор, а другие от него прячутся. Так проявляется вся наша сущность. От того, что мы выберем — позволить злу жить или уничтожить его, зависят наши жизни. Выбирай, Скай. Выбирай!

На мгновение ее глаза загорелись от проявления характера.

— Ты не понимаешь.

— Скай…

Она отшатнулась от него.

— Ты не можешь понять! Я боролась с ним. Боролась изо дня в день и все кончилось тем, что я оказалась сломленной и вся в крови. Он слишком силён! И область его влияния велика. Даже если мне удастся сбежать, в чем я сомневаюсь, он будет причинять мне боль до тех пор, пока я не начну умолять его принять меня обратно, чтобы прекратились эти мучения.

— Я тебя защищу.

— Ты не сможешь! — Она развернулась и выбежала из комнаты, все еще удерживая в руках его обед.

— Скай!

***

Он ждал, молился, что ведьма вернется, но она так и не пришла. Он выругал себя за глупость. Она была единственной надеждой Пэна сбежать, его единственной собеседницей помимо животных в клетках, которые взволновано, чирикали и свистели. Он слишком сильно на нее давил и в итоге отпугнул. Спустя некоторое время он все еще изводил себя за ошибку, когда услышал тяжелые шаги в коридоре за дверью. В следующий миг в комнату вошел бледноволосый Бирик, шею которого обвивала зеленая змея. И Пэнтер понял, что его час настал.

Вот только он не знал чего именно ему ожидать.

Маг рассматривал Пэна с жутким любопытством.

— Сегодня твоя великая ночь, дикий. Ночь, которую ты никогда не забудешь. — Маг подошел к нему.

Пэнтер изо всех сил боролся с цепью, пытаясь освободиться, но у него ничего не получилось. Не смог он увернуться и от прикосновения холодной ладони мерзавца к груди. Предотвратить погружение своего разума в сети заклинания он также не смог.

***

— Просыпайся, Пантера

Пэнтер услышал голос Вайпера, звучавший будто издалека. От сильного удара по ребрам он почувствовал боль, которая отозвалась во всем теле, и помогла разуму очиститься от остатков плотного мерзкого заклинания. На сознание обрушилось сразу множество разных ощущений. По гулу других голосов и крикам ворон, он понял, что они с Вайпером не одни. Он учуял резкие запахи старой крови, свежих костров и фиалок. Здесь была Скай. Как и прежде, он лежал на спине, хотя скала под ним показалась ему другой. Под левой голенью и правым плечом собрались лужи с водой. Пэн попробовал было передвинуться, но оказалось, что цепи, лязгнувшие о скалу под его головой, были такими же крепкими, как и предыдущие.

Наконец, его зрение прояснилось. Он осмотрелся и понял, что все вокруг изменилось. В этот раз он лежал на полу другой, более просторной, комнаты внутри пещеры. Здесь было темнее, так как освещение исходило лишь от небольшого луча лунного света, который пробивался через отверстие сверху, и сосудов с раскаленными углями дополнительных костров, расположенных вокруг помещения. Тут полы были голыми, а стены побелены и расписаны графическими символами, которые он определил как часть древнего языка Магов. Среди этих символов он узнал только один. Жертвоприношение.

Ярость, которая все не затихала в нем, взорвалась с новой силой. Он не скот, чтобы его привязывали и забивали. Пэн пытался освободиться от наручников. С яростным ревом он призывал силу зверя, снова и снова пытался перекинуться. Но, как и прежде ничего не выходило.

— Борись сколько угодно, — протяжно произнес рядом с ним Вайпер. — Ты все равно не сможешь убежать, Пантера.

С гневным взглядом он еще раз осмотрел комнату. На одной стороне стояло около дюжины Магов-чародеев в ритуальных мантиях. Ритуальные мантии.　 Богиня, он почуял здесь запах множества слоев засохшей старой крови. Неужели его кровь тоже покроет эти камни? Он искал Скай и, наконец, нашел ее в углу помещения, поглаживающую взволнованную олениху.

Вайпер присел на корточки возле Пэна и, положив локти на колени, взглянул на Скай.

— Не правда ли она симпатичный лакомый кусочек с этими большими оленьими глазами? Я сказал ей, что ты питаешь слабость к девицам, попавшим в переделки. Разве не таким способом Анкрита пленила тебя годы тому назад?

Пэнтер прищурился и посмотрел на того, кто когда-то был ему другом. Злобная улыбка застыла на губах Вайпера.

— Я объяснил ведьме, что нужно всего лишь сыграть жертву и тогда ты станешь, есть из ее рук, дашь ей все необходимое. — Сыграть жертву? Холод плохого предчувствия прополз по спине Пэна. Вайпер пожал плечами. — Бирик должно быть перестарался, избивая ее, если потом он хренову кучу раз извинился, чтобы помириться с ней. Но, как я слышал, их уловка сработала идеально. Ты не только позволил ведьме трахнуть себя, но и помог ей этим насладиться. — Змей-перевертыш ухмыльнулся и сделал вид будто «дал пять» ему. — Так держать, Пантера.

Пэнтер уставился на него. И он должен поверить, что то избиение было наигранным? Ложь, чтобы добиться его сотрудничества? Ни хрена подобного. Он видел лицо ублюдка. Он видел боль и беззащитность Скай. Никакая женщина не смогла бы сыграть так правдоподобно. Холод, который полз по спине, заставил застыть его кровь.

Никакая, кроме ведьмы.

Она ведь могла, используя немного магии, заставить Пэна увидеть и поверить в то, что ей было нужно? Черт возьми. Рев неверия прозвучал у него в голове. Неужели его снова обвели вокруг пальца? Или может это Вайпер все наврал? Как, мать твою, ему понять где, правда? Единственное, что он знал наверняка — он никому из них не может доверять. Правда это уже не будет так важно, если эта ночь закончится тем, чего он опасается. Ничего не будет иметь значения, если он умрет. Запах дыма от сгоревших костров донесся до носа. Пэн пристально всматривался в глаза своего старого друга. Рычание пантеры зародилось глубоко в горле, когда он не обнаружил ни единого проблеска Вайпера, которого когда-то знал.

— Может мне сделать ставку на кровопролитие?

Жестокая усмешка промелькнула на лице Вайпера.

— Если бы ты знал, чего ожидать не было бы так весело.

— Ты стал мерзавцем, Вайпер.

— О, я стал намного хуже, пантера. — Вайпер поднялся.　- Похоже, пришло время начинать.

Когда Маги образовали круг на всю комнату, Скай поднялась. Быстрыми, ловкими движениями рук она сняла платье и отбросила его с такой легкостью, будто ей привычно раздеваться перед столькими людьми. Пэн уставился на нее, осознавая, что перед ним незнакомка.

Бирик подошёл к ней сзади и прижал спиной к своей груди, прикрывая одной рукой груди, а другую опустил ей между ног. От шока у Пэна свело внутренности. Он начал тяжело дышать, наблюдая, как ублюдок ласкал Скай, прикасался к телу, в котором сам Пэн дважды себя потерял. Она задрожала и начала покачиваться под ласками. Она наслаждалась. В голове завертелись мысли. Вчера она готова была трахнуться с ним, неподготовленной и невозбужденной. Потому что она не хотела его… Хотела не его. И он знал, что произойдёт. Бирик хотел, чтобы Скай трахнула Пэна, но должен был сам её подготовить, раз уж на то пошло и она не могла сама о себе позаботиться. Не с перевертышем. Не с Пэнтером. Проклятье. Но Пэн нужен был Скай, нужен был его зверь. Поэтому она изобразила грустные глазки и уязвимость, чтобы он помог ей сексом.

Гнев пронесся по телу Пэна, столь сильный, сколь и древний. Ярость на себя и на ведьму. Как он мог дважды повестись на притворное несчастье ведьмы? Наконец, Бирик отпустил Скай. Не смотря Пэну в глаза, она подошла к нему, перекинула через него ногу и встала над пахом, раскрыв цветок своей страсти. Запах возбуждения ведьмы коснулся ноздрей Пэна, побуждая всю кровь в теле сосредоточиться в пульсирующем члене. Скай с закрытыми глазами стояла, дрожа, а ее сердце бешено колотилось. Но на Пэна больше не действовала её изящная красота. Всё было ложью. Она лгала. В груди больно заныло, то тепло, что Скай распалила в нём, бурлило под доказательством обмана. Пэнтер рвался из цепей, намереваясь сопротивляться без устали, хотя с, рожденным глубоко в душе, отчаянием знал, что тело его предаст. Неважно, насколько разумом ему всё это противно, тело всегда будет искать наслаждения в теле женщины. Он никогда не мог не кончать, когда на нём скакала Анкрита. А сейчас, когда Скай стояла над ним, доводя до исступления одним лишь ароматом своего тела, а не возбуждения, шансов у него ещё меньше.

Ведьма начала напевать, ее мелодичный голос нарастал, пока не стал отдаваться эхом от горы. Затем Скай начала медленно раскачиваться, двигаясь по спирали в такт напеву. Её небольшие груди подпрыгивали от этих движений, распаляя кровь Пэна.

Олениха закричала, и внезапно смолкла. Чувствуя как сочувствие переросло в горе, Пэн посмотрел в лицо ведьмы, ожидая, что она тоже ощутить горечь, но выражение её лица оставалось столь же холодным и безжизненным, как камень. Бирик шагнул к ведьме с ведром в руке. Она даже не вздрогнула, когда он вылил из ведра ей на голову кровь, которая стекала по плечам. Она ожидала этого. С тошнотворным спазмом, Пэнтер понял, почему она приводила зверей в пещеры. Чтобы танцевать в их крови

Его разум застлала ненависть. Ведьма его одурачила.

С ненормальным увлечением, Пэнтер наблюдал, как Скай гладила свои живот и груди, смачивая руки в крови. Затем, склонившись над ним, она обхватила его стержень, размазывая липкий жар.

Пэн призвал зверя, выпуская клыки и когти, зарычал и яростно противился своему телу и женщине, что ласкала его. Но Скай едва на него посмотрела, направляя головку члена между своих ног. Как сотни раз с Анкритой, Пэнтер попытался взбрыкнуть, но ведьма была готова и двинулась с ним вместе, не желая быть отвергнутой. Она направила его в своё тело. Несмотря на подготовку Бирика, ее лоно было тугим, но на лице не отразилась и капля неудобства.

Он ничего не мог сделать, чтобы облегчить её боль, и не стал бы, даже если бы мог. Он хотел сделать ей больно. Будь она проклята. Она медленно начала подниматься и опускаться на его длине, возобновив пение. Колдуны присоединились к напеву, повышая голос, пока напев не стал громовым шумом в такт движениям Скай. В такт движению сердца Пэна.

Напев эхом звучал в крови и члене Пэна, сила нарастала, заставляя шевелиться волосы. Короткие волосы Скай встали дыбом, словно она стояла посреди шторма с молниями. А над её головой появились светящиеся темной силой сферы. Поскольку сила всё нарастала, голубоглазая ведьма начала задыхаться, но вскоре её вздохи превратились в слабые стоны наслаждения. И это наслаждение завладело и Пэном, протекая по груди и конечностям, проникая в каждую мышцу и вену, а страсть и давление в члене дошли до предела. Наслаждение подняло Пэна на ужасающие высоты, и он жаждал оргазма сильнее, чем сделать следующий вдох. Разум Пэна противился страстному пожару, который завладел его телом посреди такой дикости. Но сила, витавшая в комнате, сейчас, обладала ими обоими, и ей нельзя было сопротивляться.

Ведьма вскрикнула и кончила. Её сильные и жесткие спазмы довели Пэна до точки не возврата. Пэнтер поймал взгляд Бирика. Ублюдок стоял над ними и, с маской дикого возбуждения и живым, злобным блеском в глазах, наблюдал за тем, как Пэн терял контроль. Пэн зарычал. Его прожигала ненависть, несмотря на то, что тело изливало семя. Комнату наполнил грохот, воздух раскалился, обжигая рот, горло и кожу. По телу пронеслась волна боли от внезапного порыва огня. Крик отразился от стен, а Бирик триумфально завопил.

Пойманный в ловушку боли, Пэнтер едва заметил, как колдуны перестали напевать и убежали из комнаты, оставив его со Скай наедине. Он посмотрел на ведьму, на лицо, которое когда-то считал таким красивым, но сейчас оно было в крови. Она закрыла глаза, а на лице читалось напряжение от наслаждения… или боли? Боль внутри заменяла горящая ненависть.

Скай попыталась подняться, но шатнулась и упала навзничь у его ног, задыхаясь. Пэн не знал, сколько они так пролежали, в лунном свете и с тлеющими в очаге углями, покрытые кровью и излучающие силу. Они не говорили. Нечего было сказать. И вновь Пэнтер задумался, что же Бирик будет делать с той силой, что они собрали?

Наконец, Бирик вернулся, а за ним по воздуху плыли сферы. Подойдя к Скай, он взял её на руки.

Сучка обняла Мага за шею, когда он выносил её из комнаты, оставляя Пэна одного прикованного. С малой толикой надежды, он потянул путы, в попытке освободиться. Бесполезно. Он в ловушке, словно зверь в клетке. За стенами комнаты послышался душераздирающий крик, за которым последовали вопли радости и триумфа. В груди Пэна появился страх. Богиня помоги, какое зло они затеяли?

Глава 6

Пэнтер не знал, когда они его развязали и перенесли, но когда туман в голове рассеялся, он увидел, что стоял в стеклянном загоне в глубине пещер. Судя по лязгу цепей и холоду металла, он был прикован спиной к скале. Посмотрев на себя, он увидел, что на него надели штаны. Те же кожаные, в которых он был в тот катастрофический день, когда пошёл за Скай в лес. Сколько уже минуло дней? Он столько был в отключке, что не мог сказать, сколько прошло времени. Последнее, что он помнил, его покрывала кровь. Ритуал. Воспоминания, словно паровоз на полном ходу, врезались в него, крадя воздух. Он стиснул зубы и оскалился.

Богиня, ведьма играла с ним.

Пэн с яростью начал осматривать стеклянную камеру четыре на пять метров, пытаясь осмыслить увиденное. В одном углу было много брызг краски… или крови. Пэн прищурился, пытаясь сравнить освещенную, окровавленную пещеру с той, в которой был раньше. Точно, он уже в другом месте. У него встали волосы дыбом. Что же здесь происходило? И почему его приковали так, что он мог видеть окровавленный угол? Он почувствовал Вайпера ещё до того, как тот завернул за угол.

— Вайп, освободи меня, — прорычал Пэнтер.

— Ты должен это видеть, Пантера. Никто этого уже тысячи лет не видел. Смотри. Сейчас начнётся веселье.

Как по команде, в комнату вошли четыре человека, две женщины и два мужчины, в сопровождении одного из стражей Мага. Медленно, один за другим, люди проморгались и сонно осмотрелись, словно только что вышли из транса.

— Они люди?

— Ага. Смотри.

Маг вышел и, спустя мгновение, откуда-то за пределами видимости Пэна, появилась другая фигура. Мужчина, подумал Пэнтер, судя по ширине плеч, на которые накинут тёмный плащ.

У мужчины были длинные, тёмные волосы, которые блестели, словно бриллианты. Он не шёл, а парил в футе от земли. А его плащ… По спине Пэна пронесся холодок. Это не плащ, а нечёткие линии тела. Волоски на теле Пэнтера встали дыбом, он прищурился. Воздух в пещеру упал градусов на десять.

Не мужчина.

От слабого запаха гниющего мяса у Пэна сильнее забилось сердце. Существо обернулось, показав синевато-серое лицо, ужасно искаженное, словно созданное из тающего воска, и острые клыки. Когда оно подняло руки, на его пальцах были острые когти. Сердце Пэна тяжело билось о рёбра в неверии, пока он смотрел на потенциально самое ужасное, что когда-либо видел. Димен. Более пяти тысяч лет назад эти существа были изгнаны с Земли и пойманы в ловушку в кинжале.

— Маги открыли ловушку в кинжале, — прошипел Пэн. Благодаря силе, которую Пэнтер помог собрать. Богиня помоги им всем.

— Чёрная Пантера, не кипятись ты так. Не открыли… ну не полностью. Нам удалось ослабить её, чтобы вытащить несколько духов Дименов. Это рабочие пчёлы мира Дименов, практически безголовые машины без контроля Сатанана. Но они прикольные, да? — Энтузиазм пропитал его голос.

Пэнтер с ужасом уставился на существо из страшных легенд, монстра, которого на протяжении тысяч лет Дикие удерживали далеко от Земли.

И провалились.

— При помощи той силы, которую вы с маленькой ведьмой поставляете, мы пробудем всю армию, — проговорил Вайпер. — Ты нашёл своё призвание, Пантера.

Слова вертелись в голове Пэнтера, и ему пришлось сглотнуть, подступившую к горлу желчь. Он должен это предотвратить. Должен найти способ больше не кормить этих тварей. Но сейчас не мог отвести взгляда от существа. Странно, хотя люди были явно взволнованы видом крови, они не реагировали на самого демона. Казалось, они его не видели. О, Богиня. Конечно, они его не видели, как и дредэнов.

Один мужчина поднял к ним голову.

— Что происходит? Что, черт возьми, вам надо?

— Они не могут его видеть, пока он не нападёт, — пояснил Вайпер, грубым от нетерпения, голосом.

Существо остановилось перед одной из женщин, подняло когтистый палец, и распорол ей щеку до кости.

Женщина с криком отшатнулась и округлила глаза, когда, наконец, увидела напавшего. Её крик превратился в ужас, когда она споткнулась и упала. Крича и плача, она отползала от монстра из самых худших кошмаров.

— Он так её и оставит, — пробормотал себе под нос Вайпер. — Они питаются страхом и болью. Он убедится, что они все его увидят, прежде чем начнёт играть с ними.

— Откуда ты знаешь?

— Ты долго лежал без сознания, Пантера. Мы уже двоих накормили.

Кровью. Без сомнений.

Оба мужчины бросились к женщине, а Димен кружил рядом, затем лег на воздух и вырвал с суставом руку одному мужчине и тот закричал. Люди, у них не отрастают заново конечности. От такой грубости Пэном завладела ярость. Бессмысленно, мерзко…

Пэнтеру пришлось глубоко вдохнуть через нос, пока слова Вайпера укладывались в разуме.

«При помощи той силы, которую вы с маленькой ведьмой поставляете, мы пробудем всю армию». Каждую ночь его тело использовали, чтобы освободить больше зла. Пэн не мог допустить такого. С рыком, он попытался освободиться, но добился лишь того, что всё тело стало потным, а мышцы перенапряглись. Он не мог допустить освобождения армии. Но, несмотря на все силы, брошенные на освобождение, цепи не сдались. Они были крепки, как и клетка, в которой были люди. Пэн хотел не смотреть на них, но не мог. Теперь кричали все четверо, и раны были у всех. Они пытались найти выход, но его не было. Димен впился когтями в руку мужчины, удерживая его. Когда человек ударил свободной рукой Димена в лицо, с того слетели кожа и волосы, кровь брызнула на лицо мужчины.

— Что ты планируешь делать, Вайпер? Пленять одного человека за другим, чтобы питать их? Тебе лучше всего известно, что Дименов нельзя контролировать. Как только они освободятся, ты не сможешь их сдержать.

Вайпер усмехнулся.

— А кто их будет держать?

Пэнтер отвёл взгляд, стараясь отогнать мысль, что эти монстры обрушится на население Земли. За стеклянными стенами, Маги с жадными, взволнованными выражениями наблюдали за происходящим.

Кроме одной. В шести ярдах, прислонившись к стене, стояла, переодевшаяся и вымытая Скай. Она прикрыла рот рукой, а по бледным щекам бежали слёзы, при виде развернувшегося на её глазах ужаса. Вновь проявление ложных эмоций, чтобы одурачить его? Или она и вправду не знала, для чего Бирик использовал ту силу? В груди зародился рык. Не важно. Если в его руки попадётся подлая предательница-ведьма…

Он её убьёт.

***

Скай отвернулась от стеклянной клетки и побежала по коридору пещеры. Через несколько метров она рухнула на колени и её вырвало. После ритуала, она сбежала в лес и только сейчас вернулась. Она не знала… милостивая Матушка-Природа.

Что они натворили? Она слышала, как Вайпер сказал Пэнтеру, что они делали это каждую ночь. Освобождали больше этих… тварей. Вот для чего Бирику нужна была сила с момента, когда Вайпер принёс кинжал. Скай никогда не думала, что её дар может быть использован для такого зла.

Скай опёрлась о стену, слёзы не переставали течь по щекам. Бирик использовал её в стольких сферах. Но в этой… Прошу, матушка, только не так.

Она прижала ледяную ладонь к липкому лбу, тяжело дыша.

У неё нет выбора, и никогда не было.

Но в голове звучал голос Пэнтера, дразня и подстрекая. «Скай, у всех есть выбор».

Она начала вертеть головой, заткнув уши, но голос воина не стихал. «От того, что мы выберем — позволить злу жить или уничтожить его, зависят наши жизни». От рыданий она тряслась всем телом, пока крики людей раздавались в пещерах. «Выбирай, Скай». Она не могла позволить такому происходить. Не могла стать причиной таких страданий. «Выбирай!»

***

Пэнтер вновь не помнил, как его перенесли, но когда очнулся, опять лежал на спине в пещере, рядом стояла Скай и холодными, дрожащими руками заправляла его плоть в штаны. Его тело всё ещё пульсировало от изысканного удовлетворения после сексуальной разрядки.

Пэн вперил в Скай взгляд. Она его использовала. Словно услышав его невысказанное обвинение, она кивнула.

— Мне нужно было быстро привести тебя в чувство, а этот единственный известный мне способ. — Она посмотрела на него со страхом в глазах. — Знаю, ты меня ненавидишь и не доверяешь, но послушай, воин, и очень внимательно.

Срочность, сквозившая в голосе и читаемая в выражении лица, заставила кровь быстрее бежать по венам.

— Я не знала намерений Бирика. Ты сказал мне выбирать, и я выбрала. Я решила, не позволить освободить Димена, а освободить тебя.

Он уставился на неё, сжав зубы и боясь поверить.

— Тебе не выбраться отсюда без моей помощи, и если нападёшь на меня, никогда не сбежишь.

— Освободи меня. — В тишине пещеры раздался одинокий крик.

Скай дёрнулась и кивнула.

— Лишь она выжила. Как только она умрёт, толпа разойдется, и я уже тебя не вытащу. Два выхода из пещеры выходят на поляну, но я знаю ещё один. Без меня ты его не найдёшь.

Чёрта с два, он не найдёт путь отсюда. Вот только сначала заберет то, за чем пришёл. Вайпера.

Скай отцепила ноги Пэна, затем руки. У него затекли мышцы, но он почти с жестоким удовлетворением опустил руки и встал на ноги. Затем посмотрел на Скай с высоты своего роста и боролся с соблазном выместить зло на ней, как когда-то на Анкрите. Ведьма. Но жесткий контроль, управляющей его жизнью удержал его. Она ему ещё пригодится.

— Где Вайпер?

— Не знаю, но если попытаешься его найти, никогда не уйдёшь отсюда. Кандалы пропитаны магией. Бирик может вновь приковать тебя ими на расстоянии. Несмотря на стены пещеры или леса. Вероятно, магия распространяется и дальше.

Он схватил её довольно сильно, заставляя сморщиться от боли.

— Сними оковы.

— Не могу! Я не обладаю такой магией. — Она с мольбой смотрела на него. — Пэнтер, времени нет! Это твой единственный шанс сбежать. Спасайся сам и спаси всех нас.

Необходимость найти Вайпера, сразиться с врагом, забрать кинжал Димена и убить Дименов горели огнём в груди.

Но если Скай права, сбежать сейчас, пока Бирик не понял, что она освободила его, может быть единственной возможностью. Он собрал бы диких, и они напали бы разом.

Пэнтер отпустил Скай.

Одну настороженную минуту, она мешкала, затем развернулась и побежала к двери.

— Пойдём.

***

Скай привела Пэнтера к заднему выходу. Добравшись до области сталактитов, она обратилась к грозному дикому, маячившему позади:

— Аккуратнее будь. Если заденешь головой сталактит, и он упадёт, нас поймают.

Он ничего не ответил, лишь взгляд обещал медленную и насильственную смерть. Сердце колотилось в груди Скай, она уже подумала сбежать и позволить дикому самому найти выход.

Но он не найдёт. И тогда они снова окажутся там же где и были. Они вновь станут освобождать Дименов. «Выбирай». Вздохнув, она направилась вперёд и повела Пэнтера за собой по опасному пути, где пол и потолок сужались, а сталактиты и сталагмиты соединялись в подобии острых клыков. Скай очень часто здесь ходила, но была намного меньше Пэнтера, а он, идя позади, не издавал ни звука. Она обернулась и увидела, как он плавно и бесшумно, как кошка, что жила в нём, двигался между камнями. Скай услышала в отдалении оборвавшийся крик и возбужденные голоса. Пульс ускорился, время почти вышло. Мало кто здесь ходил, но многие знали путь. Если кто-то увидит ее с диким, забьёт тревогу, и шанс на побег исчезнет.

Сердце бешено колотилось, пот стекал по груди, когда Скай, наконец, вывела Пэнтера из узкой пещеры на широкое пространство. За следующим поворотом был небольшой проем, ведущий к лесу и свободе. Даже отсюда Скай чувствовала ночной, прохладный и влажный от дождя воздух.

Сглотнув для храбрости, она повернулась к Дикому.

— Когда выйдешь наружу, беги и не оглядывайся. Оковы не дадут тебе перекинуться. Я не знаю, как далеко распространяется сила Бирика. — Она встала между двумя сталагмитами и махнула рукой. — Сюда, воин. За этой скалой ты найдёшь выход наружу. Береги себя. Беги!

Пэнтер схватил её за запястье, а на лице читалось омерзение.

— Думаешь, я оставлю тебя, ведьма, когда могу лишь думать о том, как отыграться?

От страха у Скай подогнулись колени.

— Прошу, я не могу уйти. Он не отпустит меня.

Пэнтер прижал её к своей груди, сжимая другой рукой горло Скай.

— Свобода выбора закончилась, ведьма.

Когда в голове стало пусто из-за страха, Пэнтер надавил на точку за её ухом. Затем перед глазами потемнело.

Глава 7

Холодные капли дождя падали на голову Пэнтеру, стекали струйками по обнажённой груди и стучали по кандалам, пока он бежал по тёмным, мокрым полям. Он уже пробежал несколько миль, но не остановится, пока не убежит ещё дальше, неся на плече бессознательную ведьму.

Она сказала, что его могут вернуть при помощи кандалов, и хотя он должен сомневаться в каждом её слове, рисковать не стал. Побег из того места, не забрав с собой Вайпера — был самым тяжелым поступком из всех в жизни Пэна. Но он был бы бесполезен для Вайпера или любого другого, если бы Бирик его поймал и вновь приковал. Он задумался, сколько прошло времени между ритуалом и показом Димена? Он мог поклясться, что кровавый ритуал проходил ночью, но когда он сбежал из пещер, на землю опускались сумерки. Он потерял день? И сколько прошло дней с момента, как ведьма заманила и пленила его?

Сейчас он шёл вдоль тёмной дороги, стараясь держаться незамеченным. Полуодетый, с кандалами и с девушкой без сознания он привлёк бы куда больше ненужного внимания людей и стал бы лёгкой добычи для Мага, если такового за ним послали. Первостепенно, ему надо найти телефон и позвонить Лиону. А потом найти нож. Он ещё не успел привлечь дредэнов, но это пока. Так далеко от Радиана не было стай, Слава Богине, но редкие дредэны-отшельники могли быть где угодно. Рано или поздно, если поблизости обитали дредэны, они его найдут.

Добравшись до тёмного дома, он решил, что взлом и проникновение единственная альтернатива.

Он уложил Скай на землю у деревьев на склоне холма и надавил большим пальцем на точку под ухом, чтобы убедиться, что она останется без сознания. Пэн уставился на её влажное, худое лицо, а внутри него бушевали эмоции. Он ненавидел её за то, что она его зацепила, за то, что заставила верить, будто ей нужны утешение и защита, а на самом деле, она — коварная сука. Но, даже зная, кто она, её хрупкая красота манила к себе.

Пэнтер нахмурился и встал, отвернувшись от сирены, манящей его даже во сне. Он сказал ей правду. Пусть это будет последним, что он сделает, но он отомстит.

Он подкрался, как кот, к дому, жалея, что не мог перекинуться в зверя. До обоняния не долетел запах собаки, что поможет сохранить в тайне его появление. Задняя дверь оказалась не заперта, и Пэн скользнул в неё. На кухне он схватил нож со стойки и нашёл телефон.

Он набрал номер Лиона, надеясь, что Лидер ответит.

— Алло?

— Это Пэнтер. — Он говорил тихо, на случай если в доме кто-то был.

— Хвала Богине. Где ты?

— Отличный вопрос. — Осмотревшись, он заметил журнал, лежащий на углу стола, и прочитал адрес.

— Тай и Джаг уже два дня ищут тебя в горах.

— Двойник Тая?

— Уничтожен. Тай в порядке.

Пэнтер закрыл глаза, без слов вознеся благодарность небесам.

— Лучшая новость за последние дни. Что на счёт Фокса?

— Он здесь. Как обстановка? Поддержка нужна?

— Нет. С нападением придётся подождать. На мне заколдованные кандалы, и я не могу рисковать подбираться к тому месту.

— Тогда я пошлю за тобой Тая и Джага.

— Ро, я не один. Забрал ведьму, которая пленила меня. У нас есть незаконченное дело, — признался он мрачно.

Лион помолчал несколько секунд.

— Меньше всего нам нужна очередная ведьма в доме.

— Её нужно допросить

Молчание, а затем низкий рык.

— Приведи её, но я хочу, чтобы она была со связанными руками. А ты, когда вернёшься, должен будешь очиститься от магии. Позвонить Эванджелине?

— Да. — Эванджелина его сексуальный партнер уж несколько десятилетий. Их отношения никогда не выходили за рамки секса, и это его вина. Благодаря Анкрите, у него больше не было нежности, которую можно подарить женщине.

— Позову Шамана. Я верю, что он знает заклинание, не дающее ведьме колдовать. И, может, он знает, как избавить тебя от оков. Погоди, Кари дозвонилась Таю. — Он повторил адрес, который ему дал Пэн. — Они в часе езды от тебя, Пантера. Они тебя найдут. А здесь мы уже соберем силы.

— Согласен.

Пэнтер тихо поставил телефон на подставку и так же тихо, как и вошёл, покинул дом, направляясь к Скай. Поднявшись на холм, он услышал низкое рычание собаки. Его сердце замерло. Он оставил Скай без защиты и без сознания.

Но небольшая дворняга легла рядом с ней, словно защищая.

— Уходи! — тихо приказал Пэн. Пёс подскочил и начал лаять. Пэн призвал пантеру и оскалился. Собака убежала, поджав хвост.

Даже без сознания, Скай притягивала животных. Он посмотрел на неё, на то, как платье прилипло к слишком стройному телу, и не мог отрицать, что испытывал такое же желание защищать. Когда он подумал, что дворняга мог ей навредить, взбесился.

Пэнтер нахмурился. Даже без сознания она оплетала его чарами? Хрена с два защитить, он должен хотеть, чтобы она страдала.

Но не мог.

Может, когда он освободится от оков, сможет ясно видеть? Разглядит в ней расчётливую суку, которая играла на его жалости и притворилась побитой и уязвимой, чтобы отыметь его и собрать силы для пробуждения тварей.

Он сел на землю рядом с ведьмой и откинулся на толстый ствол дерева, с его места видно было дорогу, чтобы заметить Лэнд Ровер Тая.

Он инстинктивно потянулся к ней, но замер и отдернул руку, сопротивляясь желанию положить её себе на колени и скрыть от дождя. Даже зная, что она такое, он ощущал необходимость в прикосновениях к ней, в объятиях.

Отчего ненавидел её ещё сильнее.

Он отомстит, помоги ему Богиня, ещё как отомстит. Она проклянёт тот день, когда направила печальный взгляд голубых глаз на него и околдовала.

***

— Пэнтер, чувак, — протянул Джаг, сжимая предплечье Пэна в традиционном рукопожатии. — Рад, что ты выбрался, Джеронимо[1]

Пэнтер кивнул и повернулся к Таю, с которым обнялись. Из-за ярости, которая поглотила жизнь, у Пэна возникало мало эмоций, но он почувствовал облегчение, что его старый друг вернул душу.

— Ты, наконец, добрался до двойника.

— Чёрт, да. — Тай отступил. В его глазах блестели сильные, тёплые эмоции. — Мы несколько дней тебя искали.

Ему не нужно было говорить вслух о страхе, что Пэн погиб.

— Сколько меня не было? Я потерял счёт времени.

— Почти шесть дней. — Он кивнул на Скай, всё ещё лежащую на траве. — Эта ведьма

— Да.

Тай нахмурился

— Мы всерьёз хотим ещё одну привести в дом?

— Я её не оставлю. Но нужно связать ей руки. Есть верёвка?

Тай протянул руку Джагу.

— Дай ремень.

Джаг заворчал, но вытащил ремень из военных штанов и протянул Пэну, который опустился на колени рядом со Скай и крепко связал ей руки за спиной. Чаще всего Маги могли заколдовать диких и Териин лишь через прикосновения. Скай утверждала, что не могла такого, но Пэн ей не доверял.

Когда он перекинул ведьму через плечо, из внедорожника Тая вышла привлекательная брюнетка и подошла к ним. Когда Тай обнял её, Пэнтер выгнул бровь. Он слышал, что Тай взял себе в пару человека, но считал, что это только ради того, чтобы она не предала его, а он использовал ее, чтобы захватить двойника.

— Пантера, это Делейни.

Женщина протянула ему руку, и Пэн пожал её, поражаясь бесстрашному, прямолинейному подходу. Он не выглядел спокойным. В прочем ни один дикий так не выглядел.

Пэнтер кивнул ей.

— Здесь опасно для человека.

Женщина улыбнулась, посмотрев в его глаза пронзительным взглядом.

— Как выяснилось, я больше не человек. Точнее, больше не смертная.

Пэн перевел удивлённый взгляд на Тая. Парень усмехнулся.

— Правда. Это долгая история. Давай…

— Дредэны, — предупредил Джаг. — Маленькая стая.

И в этот момент полтора десятка ублюдков спустились с воздуха. Пэнтер схватил нож, который взял в доме и начал всаживать его в сердца ближайших врагов, пока его друзья разбирались с остальными.

— Давайте убираться, пока другие нас не обнаружили, — сказал Тай, закрывая нож. Пэнтер принёс ведьму к джипу и уложил в багажник, а сам сел рядом с Джагом, Делейни и Тай сели впереди. Если Скай очнётся, он успеет её схватить до того, как она кого-нибудь коснется.

Ему меньше всего нужно, чтобы под её чары попал ещё один дикий. Особенно, пока он подозревал, что сам под ними.

***

Ещё до того, как Скай полностью очнулась, её сердце колотилось с бешеной скоростью. Она лежала на боку, но всё равно двигалась, до слуха доносился низкий рокот двигателя. Машина.

Этого не могло случиться. Бирик никогда бы её не отпустил. Но очевидно, каким-то образом, она сбежала из пещер.

Память резко вернулась. Она попыталась освободить Пэнтера, он её схватил, отключил и… Он пленил её.

А его последние слова звенели в ушах, заставляя от страха сжиматься внутренности.

«Думаешь, я оставлю тебя, ведьма, когда могу лишь думать о том, как отыграться?»

Скай задрожала, а на спине выступил пот. Медленно и аккуратно, она открыла глаза и обнаружила, что лежит темноте, которая прорезается вспышками света из окон наверху.

— Как Фокс?

Послышался поблизости голос Пэнтера, странно успокаивающий и наполняющий страхом одновременно. Он был зол на неё, так как думал, что все её слова — ложь. Вайпер и ей многого не говорил.

Если бы ей удалось убедить его, что она не враг, что ненавидит Бирика сильнее, чем Пэнтер, что всем сердцем хотела ему помочь, как он, когда Бирик её побил.

А если нет…

У неё пересохло во рту. Если нет, она будет страдать.

— Фокс в порядке, — с передней части машины послышался мужской голос. — Он убежал, но всё же, какое-то заклинание в него запустили. Он не мог вспомнить, где вы с ним разошлись.

Третий мужчина, находившийся прямо перед ней, хмыкнул.

— Ему трижды потребовалось трахнуться, чтобы избавиться от магии.

— Следи за языком, Джаг, — вставил второй мужчина.

С передней части приплыл теплый женский смешок, который Скай бы понравился не будь она так напугана.

— За шесть лет в ФБР, я слышала выражения и похуже, поверь. Но мне всё ещё с трудом верится, что секс избавляет от магии. Похоже на слоган, который я когда-то слышала. Что-то типа: «Но дорогая, тогда у тебя пройдут прыщи».

— Дело в моменте… — начал мужчина.

— Знаю-знаю, — перебила его женщина. — Дело в моменте пика сексуального удовольствия, когда разум и душа наиболее открыты. — Она со смешком выдохнула. — Я не сомневаюсь в том, что это правда. Но это одна из сотен вещей, которые я должна осмыслить.

— Знаешь, Ди, побывав в машине с ведьмой… — Голос мужчины стих, оставив намёк висеть в воздухе.

Женщина рассмеялась, таким знойным звуком.

— Словно тебе оправдание нужно. — В ее голосе слышались тепло и глубокая привязанность.

Скай моргнула. Сколько времени прошло с момента, когда она слышала такую привязанность между двумя людьми? Уже много лет назад, она так же разговаривала с Люцианом. Она почти стала взрослой, когда они влюбились друг в друга за спиной Бирика. Но затем пришёл Инир, и глаза Люциана стали ледяными, как и у других. И тогда он решил, что мучить её куда интереснее, чем любить.

— Нам всем нужен отличный трах после поездки в одной машине с ведьмой, — протянул тот, кого назвали Джагом. — Эй, ФБР, никогда не пробовала насаживаться на два члена сразу? Мне без разницы, в какую дырку.

Рычание водителя вышло низким и порочным. Машина вильнула, отчего Скай перевернулась на спину, а воздух наводнил запах крови.

— Тай, рули, — отрезал Пэнтер.

— Тогда перегрызи ему глотку за меня, — отрезал Тай.

— Джаг… — голос Пэнтера был твёрд, но с разочарованием. — Это чересчур даже для тебя.

— Я просто поддерживаю разговор. — Никакого намека на угрызения совести в голосе Джага, но слышалась нотка самодовольства. Но Скай чувствовала зверя в нём, ягуара, и слышала его тихий стон боли. Скай инстинктивно потянулась успокоить его, но зверь зашипел на неё. Джаг низко зарычал, обернулся и уставился на неё со злобой в глазах.

— Твоя ведьма связалась с моим зверем.

Скай попыталась сесть и прислониться к двери багажника, её сердце дико стучало. На Пэнтере может, и были оковы, не дающие перекинуться в зверя, но не на остальных. И в каждом из них крылись огромные, безжалостные кошки. Пэнтер тоже повернулся, его лицо скрывала тень, но недовольство было ощутимым. Она по старой привычке напряглась, ожидая удара. Но его не последовало.

— Прекрати, Скай. Перестань издеваться над их животными.

Она уставилась на него, замечая гнев в глазах. Гнев, но не насилие. Пока, что.

— Я… не хотела, — тихо ответила она.

— Она умеет управлять животными, — холодно бросил Пэнтер. — Она их убивает.

Скай открыла рот, чтобы поспорить, но закрыла его, когда Пэнтер продолжил.

— А затем танцует в их крови.

Она поджала губы, сердце забилось тяжелее. Она не могла поспорить с тем, что танцевала в крови животных. И хотя она никогда не убивала животных, нельзя отрицать, что она вела их на смерть. Даже если вместе с ними умирала частичка её души.

Как ей убедить Пэнтера, что она не по своей воле этим занималась? Он уже настроился против неё. Она чувствовала, как его зверь почувствовал и поприветствовал её, его мурлыканье немного успокоило ритм сердца.

Но кот Джага всё ещё шипел на неё, и кот третьего мужчины — вроде, тигр — тоже не очень радовался её присутствию. Почему? Животные всегда радовались ей. Почему не эти? Враждебность мужчин по отношению к ней, повлияла на животных внутри? Или, может, она не могла общаться с животными, которые одновременно и мужчины.

За исключением Пэнтера.

Когда Джаг отвернулся, она на мгновение встретилась с настороженным взглядом Пэнтера, а затем отвернулась к окну. Она ничего не могла сделать. Не могла контролировать их зверей, как и людей.

Внутри нарастал страх, пока взгляд отвлекал широкий спектр автомобилей и зданий, освещенные тысячью огней. Впервые во взрослой жизни, она была свободна от пещеры. Свободна от побоев.

Понимание этого на мгновение принесло облегчение и тревогу. Наконец, её драгоценные создания были в безопасности. А она нет. У Бирика длинные руки. Сбежав, она помешала ему, нарушила планы, и расплата будет жестокой. Мысли об этом заставили её задрожать, но даже страх не мог притупить тепло в сердце, от того, что её существа больше никогда не будут страдать из-за нее.

Что бы ни случилось, она не могла позволить диким отослать её обратно.

Пейзаж сменился, дома остались позади, сменившись офисными зданиями и шоссе, и, наконец, длинная подъездная дорожка подсказала, что они достигли пункта назначения. Дом Диких, она слышала, что так его называют. Дом Диких Воинов.

Великолепный трехэтажный кирпичный дом с темными ставнями на окнах и мансардными под крышей был скрыт от дороги. В каждом окне горел свет, придавая теплоту и радушие, и горькой тоской напоминая Скай дом Маг, где она жила в детстве.

Любое проявление тепла было иллюзией. Для неё в доме диких не было радушия.

На парковке было множество машин, от спортивных с низкой посадкой, до простого седана.　 Машина остановилась, двигатель затих. Мужчины и женщина вышли из машины, исчезая во тьме и захлопывая за собой двери.

Скай подалась вперёд к сидениям, когда сзади открылась дверь. Пэнтер, с жестким и мрачным выражением лица, потянул Скай за руку и поставил на землю босыми ногами. Она стояла в свете, льющемся из окон, а дрожащие руки были связаны за спиной. Пока прохладный ветерок теребил подол её платья, она наблюдала, как мышцы на руках и прессе Пэнтера сократились, когда он закрыл багажник.

Он — прекрасное создание. Сильное. Мощное. Если он решит, что она должна умереть, она умрет за секунду. Повернувшись, он подошёл к ней с опасной кошачьей грацией, которая манила её, хотя должна была напугать. Ни за что она не хотела бы стать врагом этого мужчины.

Не смотря Скай в глаза, он опять схватил её за руку, стиснув зубы, и повёл вверх по кирпичной лестнице, как если бы она была узником перед смертью. Скай мимолетно подумала, сможет ли она ещё хоть раз вдохнуть ночной воздух?

Пара, как она предположила Тай и его пара, ждали их. Тай был красавчиком в классическом понимании, с короткими светлыми волосами и недружелюбным взглядом. Женщина, с тёмными волосами и прямой осанкой, тоже была красивой. Она смотрела на Скай оценивающим, любопытным взглядом.

— Интересные глаза, — пробормотала она. — А эти медные кольца не указывают на глаза Мага? — спросила она у мужа.

— Да, но некоторые Маги могут скрывать кольца. Так она поймала Пэнтера.

Наконец, после стольких лет, она была с теми, у кого были души. С теми, кто обладал честью и самопожертвованием. Любовью и добротой. Но не по отношению к ней. Потому что Скай — Маг. Враг. А Дикие Воины известны своей безжалостностью к врагу.

Пэнтер провел её через парадную дверь в теплый интерьер экстраординарного дома. Внутри было роскошнее, чем в пещерах, где она жила все эти годы, в квартире Бирика и его колдунов, куда она редко и неохотно ходила. Скай предпочла бы собственную загородную клетку в лесу, где бы ее оставили в покое.

Но её взгляд был сосредоточен на великолепии открывшемуся взору. Фойе было наполнено светом, почти ослепляя, пока она осматривала красоту высокой трёхэтажной комнаты. Лестница вела вверх с двух сторон, а высоко над их головам висела огромная хрустальная люстра, подобно которой она никогда не видела. На стенах висели картинами в позолоченных рамках, с изображением цветов и животных. А самая большая из картин лежала под ногами Скай. На ней был изображён лес с голыми мужчинами и женщинами и всевозможными существами, которые больше не существовали.

Заслышав шаги, Скай дернулась и подняла взгляд, обнаружив трёх людей, идущих в фойе — два огромных диких шли ровно, возвышаясь над блондинкой между ними.

— Пэнтер! — закричала женщина, улыбаясь с облегчением. Скай подумала, что это пара Пэнтера. — Мы так волновались. — Но когда она бросилась вперёд самый крупный мужчина, с властным выражением лица и густыми золотистыми волосами, удержал её.

— Лион… — начала блондинка.

— Спокойно, Кари. Он держит ведьму.

Кари перевела взгляд голубых глаз на Скай, в них читались осторожность и немалая доля враждебности. Женщина прижалась спиной к груди мужчины, который обнял её. Этот мужчина явно был ее парой. Странно и глупо, но Скай была рада

Женщина вновь настороженно посмотрела на Пэнтера.

— Рада, что с тобой всё хорошо.

— Спасибо, Радиан.

Прижимая к себе женщину, Лион подошёл к Пэнтеру и приобнял его с трогательным и радушным выражением лица.

— Рад, что ты вернулся Пантера.

Мужчина, стоявший рядом, также поприветствовал Пэнтера, ничего не сказав, но облегчение в бледных глазах было очевидным. Когда он отпустил Пэнтера, посмотрел на Скай холодным, как снежный день взглядом и пригладил бородку.

— Она манит моего зверя.

— И моего, — сказал Лион, пригвоздив Скай взглядом, прежде чем посмотреть на Пэнтера. — Шаман уже едет. Я хочу, чтобы до его приезда она находилась под замком.

— Согласен.

— Эванджелина и Женовия тоже едут. Хочу, чтобы каждый из тех, кто был в машине, тоже очистились. — Он посмотрел на Тая. — Вы с Делейни можете очистить друг друга.

Тай усмехнулся и притянул к себе шатенку. Улыбка превратила его жесткое лицо с саму порочность. Он втянул аромат волос своей пары.

— Ну, раз надо.

Женщина легонько толкнула его в бок, заставляя рассмеяться.

Лион посмотрел на мужчину с бледными глазами.

— Кугар и Джаг присмотрите за Пэнтером, пока мы не выясним под чарами ли он до сих пор. — И вновь перевел взгляд на Пэнтера. — Если ещё этого не сделал, избавься от её кэнтрика.

Скай побледнела. Каждому Магу вживляли плетеный медный круг зрелости. Кэнтрик действовал как средоточие и ускоритель магии. Обычно, он был спрятан в плоти ягодиц, где его никто не увидит, кроме другого Мага. Но не у Скай.

— Вы не можете, — тихо возразила она.

— Черта с два не можем, — рыкнул Лион, посмотрев на неё с такой злобой, что она отступила назад, прижавшись к Пэнтеру. Который обнял её за талию, крепко прижав к груди.

Из горла Лиона вырвался дикий, львиный рёв.

— Теперь ты наша, ведьма, и мы будем делать всё, чего бы, чёрт возьми, не пожелали. Смерть одного Мага не нарушит природный баланс. — Лион перевел жестокий взгляд на Пэнтера. — Запри её. Я позову тебя и Джага, когда приедут женщины. Когда ты очистишься, встретимся в оперативном центре.

Пэнтер отпустил её, затем взял за руку и повёл по коридору и вниз по длинному лестничному пролёту.

— Пэнтер. — Она с трудом сглотнула. — Я тебе не враг. Если бы им была, не помогла бы сбежать.

Он сильнее сжал её руку.

— Не хочу ничего слышать. — От его голоса несло холодом.

— Я ненавижу Бирика так же, как и ты. Даже сильнее! Я сильно его ненавижу.

Он дёрнул её, и она потеряла равновесие, но он не дал ей упасть.

— Замолчи.

С нарастающим чувством страха, она так и сделала. Достигнув последней лестницы, он повёл её по длинному пути, освещённому электрическими светильниками на стенах. Пэн и Скай прошли мимо тёмной комнаты и вошли в огромный, хорошо освещенный тренировочный зал. Скай задумалась, могли ли тренажёры перестраиваться в орудия пыток? Но Пэнтер не замедлился, а потащил её через зал к стеклянной стене, которая оказалась дверью. Пэнтер толкнул Скай в длинный узкий проход, который, казалось, был сделан из камня и был очень холодным под ногами. Наконец, проход закончился широким, простым тюремным блоком, каждая клетка отделялась от следующей толстыми каменными стенами.

Живот Скай свело от осознания судьбы. Насколько? Увидит ли она ещё солнечный свет?　Бирик столько раз запирал её. Но она всегда знала, что для свободы ей нужно было сотрудничать. В конце концов, у неё всегда была сила, чтобы освободиться.

В этот раз, всё иначе. От страха она тяжело задышала. Он говорил про месть. Скай привыкла к боли. Но переносить её от этого мужчины, который, как она хорошо знала, был добрым, могло её сломить. Она начала дрожать.　 Пэнтер подвёл Скай к одной из камер, в которую открыл дверь.

— Оставьте нас, — бросил он двум мужчинам, идущим позади.

— Не могу, Гайавата[2], - протянул Джаг.

Пэнтер уставился на него, а затем заговорил жестким тоном.

— Вы оба вернитесь в тренажёрку и закройте за собой дверь. Нам с ведьмой нужно… кое-что обсудить. И я не желаю аудитории.

Если его слова не подразумевали боль, то хватка на ее руке — да. У Скай пересохло во рту, и она еле поборола желание вырваться из рук Пэнтера.

Да и не вырваться ей. Никогда. А если попытается, наказание станет хуже. Так всегда было с Бириком. Казалось, сам воздух отказывался наполнять её лёгкие.

Мужчина с бледными глазами хлопнул Джага по спине.

— Пошли, — затем добавил уже Пэнтеру. — Не убивай её. Пока что.

Двое здоровенных мужчин ушли, а Скай пыталась проглотить комок слёз. Намного труднее видеть жестокость того, кто был к тебе добр. Предательство Люциана разбило сердце, а избиения Бирика никогда. Отпустив её руку, Пэнтер подтолкнул Скай в камеру.　Она повернулась к нему лицом, отчаянно пытаясь достучаться до него.

— Прошу, Пэнтер. Ничего, из того что я делала, не было по собственной воле. За исключением того, что освободила тебя.

— Замолчи, Скай.

— Он управлял мной. У меня не было выбора. Никогда не было!

Схватив её, Пэн её развернул и толкнул к стене, холодный камень вжался ей в щеку.

— Заткнись!

Она почувствовала, как он задирает её платье и закрыла глаза, пряча горячие слёзы.

н больно ощупал одну ягодицу, затем другую.

— Где он? Где твой кэнтрик? — Он начал больно проверять бёдра.

— Когда мне было восемь, его вживили мне в сердце.

Он резко замер.

— Невозможно.

Она с трудом сглотнула, вспоминая слова своего лидера.

«Затолкать в неё кэнтрик».

— Пэнтер, прошу.

Он тянул и дергал её руки, пока внезапно не освободил их. Обхватив Скай за плечи, он развернул её к себе лицом и впился жестоким взглядом.

— Снимай одежду.

Она уставилась на него. Он не убьёт её. Пока. Конечно, нет, подумала она. Он ведь ещё не отомстил. Дрожащими руками она подняла подол и одним движением стянула через голову платье. Нагота не беспокоила её. Уже привыкла. Но платье она не бросила на пол, а смяла и прижала к груди, как щит. Нет, нагота её не волновала. Скай пугало то, зачем Пэнтер попросил её раздеться. Какое наказание должно пережить её тело?

Её сердце часто и неровно забилось. Содрогаясь всем телом, Скай посмотрела на Пэнтера.　В его глазах пылал огонь и обещание боли. Сколько бы она не пережила боли от Бирика, эта будет в стократ хуже. Потому что у Бирика не было души. Он получал наслаждение от избиений как ото всего другого. Почему-то, в этом не было личного.

Поэтому боль от пыток Бирика никогда не трогали разум и душу Скай.

Но Пэнтер не Бирик. Она знала, что он был добрым. Чувствовала. Грелась в его доброте.　Любое наказание, которое Пэнтер решил ей вменить будет очень-очень личным.　 Любая боль от него заставит её душу пролить кровь.

Глава 8

— Время расплаты, — зарычал Пэнтер. Оставив Скай, которая прижалась к стене и прикрывала платьем грудь, в клетке, он схватил со стены небольшой моток веревки. Он чертовски зол на нее. Он узнал, кем она является! Еще она глупо улыбалась, умоляла и манипулировала его симпатией к ней. Играла с ним. И до сих пор играет с ним!　- Теперь мое время связать тебя, ведьма. Но тебе же нравится, когда идет кровь? Посмотрим, как тебе понравится, когда это будет твоя собственная кровь?

Ножом, который он принес из дома, Пэн начал отрезать веревку и привязывать ее к болтам с кольцами, торчащими из стены на равном промежутке, предназначенные специально для этой цели. Привязав последнюю веревку, он поднялся и уставился на Скай, которая, дрожа, стояла и прикрывала себя в притворной скромности. Сливочные плечи плавно переходили в длинную, изящную шею.

— Прекрати притворяться, Скай. Я знаю, кто ты. Ложись. Пришло время почувствовать, каково это раздвинуть ноги для удовольствия другого.

Богиня, мысли о том, что она раздвинет эти прекрасные ножки, и он, наконец-то, сможет в полной мере прикоснуться к ней, заставил поток крови пульсировать и собраться глубоко внизу.

— Я знаю, каково это, — ее голос дрожал от страха и вторил с пустотой. — Те цепи были еще до тебя.

Он встретился с ее взглядом, как только понял сказанное. Эта скала, где он привязанный пролежал шесть дней. Её платья висели на стене, словно этот несчастный осколок камня был ее клеткой, а не его. Проклятье. Он не будет ее жалеть! Это то, чего она желала. Просто акт.

Но когда он смотрел на нее, в эти медно-голубые глаза, он был бы проклят, если бы увидел в них хоть какую-либо хитрость. Она, должно быть, очаровала его, потому что все, что он видел в ней, так это ужасную бледность. И она пробирала до костей.

«А что если я ошибаюсь на ее счет?»

Наблюдая за ним, в глазах Скай заблестели слезы. Слезы точно такие же, которые текли по щекам Анкриты, когда она бежала к нему в тот день, в разорванном платье и с выставленной полной грудью. Она продолжала смотреть вниз, чтобы он не могу увидеть медные ободки Мага, но эти слезы на ее щеках просто убивали его. И захватили в плен.

Слёзы. Как и Анкрита, Скай играла на его чувствах.

— Ложись!

Стиснув зубы, Скай дерзко вздернула подбородок. Он сократил расстояние между ними, расставив руки по обе стороны ее головы. Ее грудь вздымалась, тело дрожало, но она не умоляла и не сжималась. Вместо этого, безнадежно взмахнув ресницами, она закрыла глаза.

— Я не такая, как ты думаешь.

Её запах окутал его, будоража кровь в жилах. Он хотел подмять ее под себя, но все внутри требовало отомстить за то, что поработила его и привезла в ту адскую дыру. За то, что она заставила испытывать его чувство жалости к ней, чтобы он смог бы — помог ей — использовать его.

Одна слеза вырвалась из клетки ее ресниц, и Скай быстро вытерла ее обнаженным плечом. Свет поймал слезу. Каким-то образом это одинокая, сверкающая капля на ее совершенном плече прокляла его. Он боролся с порывом жалости, который снова взывал к ложному чувству защитить Скай.

Это ложь!

Он сжал её подбородок, заставляя посмотреть себе прямо в глаза.

— Открой глаза, ведьма. Я уже однажды купился на этот твой обман. Бедная, несчастная жертва. Но больше не поверю. Открой глаза!

К его удивлению, она открыла глаза, в которых стояли слёзы.

— Я не знаю, чего ты от меня хочешь! Как может страх быть обманом? Даже если бы я была такой бездушной, какой ты меня считаешь, я бы все равно боялась сейчас. Любая женщина боялась бы. Я не могу сражаться с тобой.

— Ты бросаешь вызов мне, когда отказываешь лечь.

Она отвела взгляд, но затем снова уставилась на него, даже тогда, когда ее нижняя губа начала дрожать.

— Я не буду помогать тебе, насиловать меня.

Его живот скрутило. Никогда, более чем за четыреста лет, он не брал женщину силой. Он убивал других за это. Проклятье. Она ведьма! Такая же, как Анкрита.

Нет. Она не такая.

Анкрита пытала его несколько месяцев для собственного удовольствия. Скай никогда не причиняла ему боли. Он отпустил ее, развернувшись, кулаками ударил в каменную стену. Вот в чем проблема. За все время, пока он находился в ее милости, она ни разу не причинила ему боли. Даже после того, как он напал на нее. Если бы здесь с ним находилась Анкрита, у него не было бы проблем причинить ей боль, точно так же, как она причиняла ему все те месяца, когда ее глаза переполняла злобное ликование.

Но Скай не Анкрита. Он ненавидел, что Скай врала ему, заставляя думать, что она подвергается насилию, чтобы он трахнул ее. Он презирал то, как она заботилась о животных перед тем, как убить. Но больше всего, он ненавидел то, как она заставляла заботиться его о ней, защищать ее.

Но насколько он помнил, она никогда ничего не делала, чтобы причинить ему боль. Как он мог наслаждаться тем, что будет причинять ей боль? Даже от ее страха Пэнтер чувствовал себя ужасно.

Да она удерживала его против воли, но он не мог притворяться, что здесь есть какое-то сходство. Когда она насаживала себя на него во время того ритуала, он был в ярости. Но она не навредила ему. До тех пор, пока сила не промчалась по нему, а сам физический акт принес ему одно удовольствие.

Но так не будет, если он заставит ее. Нет, если она не будет влажной и готовой для него. Богиня, он не мог так поступить. Он хотел ласкать и прикасаться к ней до тех пор, пока она не станет извиваться от желания под его руками. То, что он мог вызвать в ней. Желание, которое он не хотела.

Наказание.

Но он не мог выкинуть из головы мысль о ней на этом камне, скованной цепями, как он сам. Для чьего удовольствия? Бирика?

Ярость прожигала его, но она была направлена на обидчиков, а не на нее. Черт.

Все что он знал, всеми мыслями в его голове управляло ее ловкое очарование.

Наспех он вышел из маленькой камеры, не оглядываясь назад и запирая за собой дверь. Пришло время очиститься ему от этой магии. И единственный способ это сделать заключался в хорошем сексуальном удовлетворении. Теплое и готовое тело Эванджелины справится с этим превосходно. Но, Богиня, единственную кого он хотел, была та, которая очаровала его.

Скай.

***

Поднимаясь из подземелья, Пэнтер сжимал наручники из холодного металла на запястье. Мрачный гнев превратился в раскаленную ярость, которая была часть его магии, позволяющей перекидываться в зверя. Магия пропитала и эти кандалы, которыми его приковали к скале. Он впился пальцами в свою руку, пытаясь проникнуть под наручник. Пэнтер хотел избавиться от этой херни! Ведьма утверждала, что они магические, а значит, Маги могли с ним что-то сделать. И лишь богине известно что. Лишь кандалы останавливали его от того, чтобы вернуться обратно в пещеру и схватить Вайпера прежде, чем тот найдёт Пэна. Душа Вайпера ещё внутри него, Пэнтер был в этом уверен. Душа, скованная злом, которое уже и без того многое у него забрало.

Если это будет последним, что Пэн сделает, он выманит Вайпера из пещер и избавит от тёмной магии.

Пэнтер вошёл в фойе, где нашёл Эванджелину, смотрящую на него голодным взглядом. Она оделась специально для него, идеально подчёркивая изгибы красным платьем, достаточно коротким, чтобы продемонстрировать длинные ноги. Тёмные волосы она распустила, как он и любил.

— Где Женовия? — спросил он.

— Джаг уже ушёл с ней наверх. — Она протянула к нему руку, медленно растягивая губы в понимающей улыбке.

Он не шевельнулся. Не взял её за руку. Впервые за века эта улыбка, это пышное, соблазнительное тело ничего не пробудило в его теле.

Вина Скай. По иронии, единственный способ распутать ее чары вокруг него заключался в том, чтобы взять Эванджелину. И он возьмет. Проклятье, возьмет.

Через минуту.

— Чего-то хотела? — Он прошел мимо нее в гостиную, столь же цветастую и показную, как и остальная часть дома. Захватив виски из бара, Пэн наполнил бокал и одним глотком опустошил его.

— Хочу тебя, — мягко сказала женщина, скрестив руки под грудью и прислонившись к дверной раме. Она проницательно посмотрела на него, скользнув взглядом, она пристально уставилась на его пах и на явно отсутствующую эрекцию.　 — Но меня ты сегодня не хочешь. Что случилось, Пэнтер? — В ее тоне не было никакой злости. Никакой боли. Их отношения, основывались на сексе и не более. На физическом удовольствии и удовлетворении низменных потребностей. Он любил и уважал ее, и всегда старался принести ей столько удовольствия, сколько и она ему. Их отношения не выходили за пределы спальни.

— Я был очарован. Наверное, и до сих пор, под чарами.

Эванджелина кивнула.

— Именно, поэтому Лион позвал меня. — Она выпрямилась и протянула ему руку. — Пойдем, воин. Давай очистим тебя от этой магии. А затем, когда ты снова заинтересуешься, то я доставлю тебе второй раз удовольствие, если будешь не против, конечно.

Пэнтер наблюдал за ней, ожидая потока тепла, который должен был появиться от ее слов. Но разочаровался его отсутствию. Однако она была права. Чем раньше он очиститься от чар ведьмы, тем лучше. Не прикасаясь к ней, он повел её наверх в свою спальню, в свое личное убежище. Предыдущая Радиан — Беатрис — настояла на том, чтобы разделить свою любовь к искусству со всеми дикими. Поэтому две стены его комнаты украшали картины с изображением индейцев на конях. А вот мебель из грубого дерева и коллекция оружия со стрелами были его личными.

Пэнтер закрыл дверь и наблюдал, как Эванджелина раздевается, оставшись лишь в паре крохотных трусиков и бюстгальтере, которые не оставляли простора воображению. Эванджелина очень фигуристая, с пышными и чертовски сексуальными изгибами. По крайней мере, он всегда так думал. Но когда представил, как снимет эти кусочки кружева и доберётся до женственных местечек, ничего не почувствовал. Тело отказалось возбуждаться.

Он разочарованно фыркнул.

Эванджелина нахмурилась.

— Она действительно околдовала тебя?

С рычанием, он сократил между ними расстояние, развернул Эванджелину и прижал спиной к своей груди, обхватив руками пышные груди. Не то. Руки зудели обхватить небольшую грудь на стройной фигуре.

— Проклятье.

Эванджелина вырвалась из его хватки.

— Закрой глаза, Пэнтер. Возможно, это поможет. Закрой глаза и думай о ней.

— Эва…

— Делай все, чтобы возбудиться, воин. Мы должны очистить тебя от ее магии.

Он прислонился к двери и, закрыв глаза, сделал то, что она просила. В этот момент в разуме всплыло лицо Скай, когда он впервые увидел ее. Волнение в ее глазах, когда она оторвалось от журнала, и встретилась с ним взглядом. Он думал, как она выглядела с запрокинутой назад головой от экстаза, когда Пэн входил в нее. Тело возбудилось при мысли о ней. Пэнтер почувствовал нежные руки на паху, как расстегнули ширинку и обхватили тёплой ладонью налитый ствол. Он выгнулся, жар проносился по телу

До его носа долетел запах жасмина, и Пэн замер, всё внутри забунтовало. Жасмин, а не фиалка. Он не хотел жасмин. Он не хотел… Эванджелину.

Единственная, кто могла утолить его голод, была Скай.

Он открыл глаза, и посмотрел на женщину, готовую удовлетворить его ртом. Слишком длинные волосы. Чересчур пышное тело. Всё не то.

Его член опал. Издав звук отвращения, Пэн отстранился, застегнул молнию на штанах и принялся ходить по комнате, как зверь в клетке. Проклятье! Он может и не прикован больше к скале, но ведьма всё так же держала его в плену.

— Пэнтер, что я должна сделать? — тихо спросила Эванджелина.

— Не знаю. — Перед ним находилась прекрасная, практически обнаженная, желающая его женщина, и прямой приказ лидера найти сексуальное освобождение. А он не мог. Он не желал войти в тело этой женщины. Ни её рот, ни её лоно. Он даже прикосновений её не хотел.

Богиня, ведьма околдовала его.

— Если ты не позволишь мне очистить тебя, Пэнтер, сделай это сам. А я посмотрю, чтобы убедиться. Мы не можем оставить эти чары в тебе.

Чёрт!

Остановившись там, где запах Эванджелины не достигал его, Пэн закрыл глаза и подумал о Скай. О дне, когда он первый раз её поцеловал, думая, что она человек. Он приказал Фоксу вернуться в придорожный Магазин во второй раз, чтобы увидеть ее снова. Он не ожидал её встретить, но она ждала его. И когда она скользнула к нему в объятия и прижалась губами к его… огонь разгорелся внутри, распаляя тело. А когда она скользнула языком к нему в рот. Все мысли о нежности улетучились из головы. Прижимая её к себе, он начал неистово вторгаться в её рот языком.

У неё был вкус дождя и фиалок. Пэн мог лишь думать о том, как оказаться в её теле. Скай опустила руку с шеи к его паху, давая понять, что её мысли такие же примитивные и плотские, как и его. Пэн скользнул рукой по её спине, затем вверх, задирая подол платья. Он опустил руку ниже, скользя по горячей коже между ног Скай к влажной, горячей сердцевине. Женщина не надела нижнего белья. Улыбка коснулась его губ, и Пэн начал жестче целовать Скай, проникнув в её жар пальцем.

Открыв глаза, Пэн направился в ванну, оставив дверь открытой. Он достал из штанов налитый ствол и начал двигать по нему рукой над раковиной, мысленно вернувшись к Скай.

Тогда Фокс прервал их, и он не взял её прямо тогда и там. А так хотел. Как и она.

Проклятая ведьма!

Он вновь представил, как она скачет на нём в первый раз и начал двигать рукой. Богиня, в моменты страсти Скай была прекрасна, с её губ срывались всхлипы.

А затем, она кончила…

Он напрягся, вспоминая, как её оргазм вызвал его. С низким стоном, он кончил в раковину, удовлетворяясь лишь немного. Схватив полотенце, он вытерся, затем застегнул штаны и обернулся к Эванджелине, наблюдавшей за ним в дверном проёме. В её глазах пылала страсть.

Но в его теле она не отозвалась. В груди разлилась паника. Он очистился от магии. Она должна была уйти!

Подавшись к Эванджелине, он обнял её и тут же отпустил, понимая, что хотел её ещё меньше прежнего. В памяти всплыл образ стройного тела Скай, её запах… этого он жаждал.

— Проклятье! — он прошёл мимо Эванджелины в спальню, его кровь разогревала извечная ярость. Он услышал позади звук неверия от Эванджелины.

— Да, она околдовала тебя, вот только не магией. Воин, ты запал на неё.

Пэнтер обернулся к своей едва одетой собеседнице.

— Я не запал на ведьму!

— Может не эмоционально, но физически, да. Ты её хочешь, да так, что никто другой не нужен.

Пэнтером завладел дикий гнев, он стиснул зубы, а из подушечек пальцев проглянули когти. У кого-то из его братьев пойдёт кровь.

— Успокойся, воин, — без страха произнесла Эванджелина. — Пэнтер, это пройдёт. Ты не первый мужчина, который желает запретный плод. И не последний. Рано или поздно, ты её перерастёшь.

Пэнтер сильно стиснул зубы и кивнул.

— Рано или поздно. — Он заставил себя успокоиться и убрать когти. Лучший способ положить конец этой безумной одержимости — избегать ведьмы. Он привёл её сюда для допроса, и выудить всю возможную информацию. И как только она всё расскажет, оставлять ей жизнь смысла не было. Вот тогда он её и перерастёт.

Вернувшись в ванну, он закрыл дверь, разделся и принял горячий душ, смывая запах пещер и ведьмы. Вытираясь полотенцем, он уже для себя решил. Он отдаст ведьму на суд Ро. Позволит Лидеру решить, что с ней делать. Потому что, очарованный или нет, он не мог ясно думать, кода дело касалось ведьмы. А на кону стояло слишком много, чтобы он мог совершать ошибки. Пэнтер быстро оделся в чистую пару кожаных брюк и черную футболку, пристегнув к поясу ножны.

Ведьма больше не сможет иметь над ним власть.

Если только он, хоть на одну чертову минуту, перестанет её хотеть.

Глава 9

Вновь одевшись, Скай встала спиной к стене камеры под домом диких. Она дрожала и пыталась выровнять дыхание. Её одолевал страх того, что Пэнтер сделает, когда вернется и возмездия Бирика. Сколько раз Бирик ей говорил, если она когда-нибудь сбежит, он заставит её долго возвращаться… или долго умирать. Если бы она только могла сбежать от них. Но куда пойдёт?

Домой. Она пойдёт домой.

Слёзы жгли глаза, когда тоска по матери завладела ею. Правда, Скай не знала, как найти свою мать. Её мир был настолько узок и скрыт, что она даже не задумывалась о возвращении к родным. Она не представляла, в каком человеческом городе… да даже штате раньше жила. Никаких контактов с родными. И никак не узнать, потеряли ли они души и стали ли частью армии Инир.

Скай утёрла слезу, скатившуюся по щеке. Это неважно, потому что ей никогда не освободиться. Дикие воины никогда её не отпустят. Уверенности, что её не убьют после того, как она расскажет, что знает о Бирике и Дименах, не было. Перед глазами вновь вспыхнула недавняя картина, отчего Скай опять едва не вырвало. Она отчётливо почувствовала ужаса тех людей, их крики звенели в ушах, а в носу свербело от гнилостного запаха Димена. Скай закусила костяшки пальцев, сжатых в кулак. Именно по этим причинам, она не должна допустить возвращения к Бирику. Он продолжит использовать её силы и пробудит других Дименов. Даже если не захватит Пэнтера, найдёт другой способ. Но она лучше умрёт, прежде чем поможет освободить ещё хоть одного монстра. Скай медленно осела на пол под гнётом ожидающего её будущего. Прежняя жизнь кончена, и её уже не вернуть. А сидя в тюрьме диких, начать новую невозможно. И что же делать? Она откинулась на холодную стену, проигрывая в голове слова Пэнтера и плача. «От того, что мы выберем — позволить злу жить или уничтожить его, зависят наши жизни. Выбирай, Скай».

Она тихо всхлипнула. Выбора не было.

Но ведь она уже однажды выбрала, так? Скай освободила Пэнтера и ушла от Бирика в процессе. И это был правильный выбор, неважно, что случится с ней. Когда дикие придут допрашивать, она расскажет всё, что знает. Может, она могла бы помочь им победить Бирика и Дименов? Может, удалось бы, в какой-то небольшой степени компенсировать все страдания, которые она причинила своим даром. Затем, если они всё так же будут намерены убить её, да будет так. Что это за жизнь, когда из-за неё умирало и умирает столько существ? Сильно дрожа, она притянула колени к груди и обхватила их руками. Да будет так.

«Но, матушка-природа, я не хочу умирать».

***

Когда Пэнтер спустился с Эванжелиной вниз, Лион открывал дверь Шаману. Видно было, что вошедшему мужчине не больше пятнадцати, одетый в белую рубашку и чёрные бриджи из ушедшей эпохи. Кивнув Лиону, Шаман посмотрел на Пэнтера. В его глазах читалось слишком много древних знаний для столь юного лица.

Шаман кратко ему кивнул.

— Воин.

— Шаман. — Из горла Пэнтера вырвался рык. — Сними эти чёртовы оковы.

— Сделаю, что смогу.

Пэнтер и Шаман направились в гостиную. Как и в каждой комнате дома диких здесь висело множество картин маслом, датированных серединой девятнадцатого века. Пэнтер сел в одно из мягких кресел, а Шаман опустился перед ним на пуфик, взял руку Пэнтера и положил тонкие пальцы на поручень. После чего закрыл глаза и начал распевать себе под нос на языке, которого Пэнтер не знал, но слышал от Шамана прежде. Текли минуты… долгие и напряжённые минуты, в которые Пэнтер забыл, как дышать, напрягаясь всем телом и моля, чтобы магия Шамана сработала.

Когда Шаман открыл глаза и поджал губы, Пэн захотел завопить от гнева.

Шаман покачал головой.

— Извини, воин. Магия очень-очень сильна. Мне нужно провести больше исследований, чтобы найти другой способ.

Пэнтер закрыл глаза, сдерживая ярость, подпитываемую разочарованием. Ему необходимо вернуть способность перекинуться в зверя! А пока на нём кандалы, он пленник Мага.

Он посмотрел Шаману в глаза.

— Ведьма в тюрьме. Лион хотел, чтобы ты связал её магию.

Шаман сильнее сжал губы и кивнул. Как и для Пэна, для Шамана судьба припасла нападение Магов. В тот момент он был юн и после перестал взрослеть. Хотя, он один из старейших Териин, выглядел, как подросток и всегда будет так выглядеть. Пэнтер встал и проводил Шамана в фойе, где их ждал Лион, скрестив руки на груди. Когда они вошли, Лион посмотрел на кандалы, и на его лице появилось угрюмое выражение.

— Не повезло, — отрезал Пэнтер.

— Как только Шаман свяжет ведьму, приведи её в оперативный центр.

Пэнтер кивнул.

— А что потом, Ро? Она должна быть на ответственности кого-то другого. Со мной всё сложно.

Лион бросил на него упрекающий взгляд.

— Я думал, ты очистил себя.

— Да. Поэтому и хочу, чтобы кто-то другой смотрел за ней после этого.

Лион осмотрел его тяжёлым взглядом, затем кивнул.

Пэнтер вёл Шамана по винтовым лестницам и через подземные камеры. Когда они добрались до тюрьмы, Скай поднялась с присущей ей грацией и посмотрела прямо на них, гордо вздёрнув подбородок. В её глазах он увидел смесь мужества и отчаяния, как будто она ожидала худшего, но была готова столкнуться с чем угодно. И то странное влияние, которое Скай имела над ним, пробудило в Пэне желание подойти и обнять её, успокоить, сказать, что всё будет хорошо. Но он не мог успокоить её, даже если бы хотел. В доме диких ведьмы недолго жили. И не без причины.

— Она не связана. — Шаман отступил назад. — Я не подойду к ней, пока её не свяжут.

Скай поджала губы и отвернулась. Пэнтер открыл дверь клетки и схватил одну из длинных верёвок, на которых планировал её подвесить. Скай завела руки за спину, не сопротивляясь. Как только он коснулся её кожи, тело тут же отреагировало. Он весь напрягся и подобрался, будто не кончил только что в ванной. Зверь внутри Пэна хотел тереться о её волосы и прижаться к её великолепным изгибам. Руки чесались прикоснуться к тем местам, куда падал взгляд. Он сильнее необходимого затянул верёвку. Лишь от прикосновения по его телу опаляющей и дикой волной пронеслось желание. Богиня, что она с ним сделала? Скай повернула голову, и Пэнтеру пришлось изо всех сил сдерживаться, чтобы не прижаться губами к нежной коже изящной шеи. А затем провести языком и прикусить. С рычанием глубокого разочарования он закончил связывать её и вышел из камеры, позволив Шаману занять своё место. Шаман наблюдал за ней с теплотой, приготовленной для шипящей кобры. От отвращения его глаза потемнели, пока он продолжал кружить вокруг ведьмы, повторяя заклинание связывания.

Скай опустила взор на свои босые ноги.

Где-то глубоко внутри проснулось сочувствие. Ну и что, что её все ненавидят? Она — Маг. Он не должен сочувствовать ведьме.

Шаман резко остановился.

— Ты не забрал её кэнтрик

— Не смог его найти. Она сказала, что он похоронен в её сердце.

— Невозможно. — Он кивком головы подозвал к себе Пэнтера. — Держи её, пока я проверю.

Скай подняла на него настороженный взгляд.

Он знал, о чём она думала.

— Шаман не станет тебя резать, ища кэнтрик, ведьма. Успокойся. — Встав позади, он обхватил нежные плечи, ощущая силу в костях, которую от Скай не ожидал. Может, она не настолько хрупка, как выглядит. Разум играл с Пэном шутки, напоминая о привлекательности этих обнажённых плеч. Кожа Скай на вкус так же сладка, как и её поцелуи? Он представил, как приспускает платье с одного плеча и касается его губами.

С рычанием, он подавил одержимость своего тела этой женщиной.

Шаман, ростом со Скай, встал впереди и провёл рукой перед её грудью. Затем, его ладонь замерла прямо над сердцем Скай. Шаман закрыл глаза, словно услышав мелодию, которая звучала лишь в его голове.

— Он в её сердце, как она и говорила. Ты не сможешь забрать кэнтрик, не вытащив сердца.

И убив при этом Скай.

— Как она вообще пережила внедрение кэнтрика в сердце?

— Думаю, она была ещё ребёнком.

Пэнтер кивнул, вспоминая слова Скай.

— Ей было восемь.

Восемь лет. Ублюдочные Маги разрезали грудину восьмилетней девочки, чтобы вживить медное кольцо в её сердце. Она могла умереть.

Шаман кивнул.

— Это всё объясняет. У магии непредсказуемые последствия для детей. В данном случае, она, очевидно, выжила, когда взрослый должен был умереть. Кэнтрик врос в сердце. — Он возобновил напев. Обойдя Скай два раза, он вышел из клетки. — Она связана, но… — Шаман мотнул головой. — Я не могу гарантировать, что она больше не опасна. Будь осторожен, воин.

Да, верно, она опасна. Пэнтеру лишь нужно оказаться рядом и он её хотел. Чёрт, он вообще только о ней и думал. Схватив Скай за предплечье, Пэнтер вывел её из камеры.

Она подняла на него взгляд.

— Я не могу ранить тебя. У меня нет таких сил. Да даже если бы были, не могла. — В её словах было столько же уверенности, сколько и в её глазах. Она оплетала его разум, пытаясь смягчить его настрой против нее.

— С чего мне верить твоим словам?

— Потому что я говорю правду.

Где именно правда? Кто такая Скай? Опасный враг? Невинная жертва? Или, вероятно, и враг и друг, способный сбить Пэна с толку и обречь диких воинов на провал миссии.

С огромным беспокойством, Скай шла с Пэнтером из подземелья, пытаясь не думать о предстоящем допросе. Лакированный пол холодил стопы босых ног. Скай слабо помнила, каково это носить обувь, ведь уже давно у неё таковой не было. Бирик обеспечивал её необходимым: парой платьев и минимумом еды.

Перед тем, как та малая толика имеющихся друзей, стали Инирами, они баловали её куклами, ожерельями, милым нижним бельём… но Бирик всегда находил подарки и уничтожал их.

С каждым шагом по коридору, пульс ускорялся. Между грудей скользнула капля пота. Ещё до того, как они дошли до комнаты, в которой их ждали дикие воины, она услышала грохот мужских голосов и почувствовала животных внутри воинов. В основном крупные хищники: кошки из джунглей, собаки и одна хищная птица. Пэнтер ввел Скай в большую комнату с деревянными панелями, где домИнировал огромный овальный стол, за которым сидели мужчины… более полудюжины огромных мужчин. С ними стояла женщина, с которой Скай уже встречалась в фойе. Кари. Все резко посмотрели на Скай со смесью любопытства и неприязни. Звери сначала проснулись поприветствовать её, а затем начали рычать и шипеть, повторяя враждебность мужчин, в которых жили. Трое мужчин выпрямились, настороженно смотря на неё, а затем с огромным облегчением на Пэнтера.

Мужчина с резкими чертами лица и соболиными бровями двумя ладонями сжал предплечье Пэнтера.

— Хоук, — проговорил Пэнтер.

— Приятель, ты нас поволноваться заставил, — он долго сжимал руку Пэнтеру. — Рад, что ты сбежал.

— И я.

Когда Хоук отошёл, второй мужчина, самый крупный в комнате сжал его руку.

— Вулф.

— С возвращением Пэн.

Третьего мужчину Скай уже видела, молодой, с копной взъерошенных рыжих волос. Фокс. Он был с Пэнтером, когда Скай встретилась с ними в маркете. Пэнтер сжал предплечье молодого человека, затем отпустил и положил руку на его плечо.

— Рад, что с тобой всё хорошо, пацан. Но это последний раз, когда я прислушиваюсь к твоим инстинктам.

Парень застонал.

— В итоге, она оказалась не такой уж и хорошей для тебя

— Можно и так сказать.

— Садитесь, — произнес Лион.

Пэнтер усадил Скай на стул с краю. Со связанными руками, она не могла откинуться на спинку, хотя и без того у неё не было роскоши расслабиться. Не в этой комнате, когда мужчины кидали на неё враждебные взгляды. Лион, сидевший во главе стола, практически вибрировал от напряжения, когда повернулся к Шаману, вошедшему следом.

— Есть вероятность, что Пэнтер всё ещё под чарами?

— Вероятность есть всегда. Я не чувствую никаких доказательств чар, но на нём кандалы. Я не могу сказать точно, как они на него влияют. Ведьма может использовать их, чтобы контролировать его

Лион перевёл напряженный взгляд на Пэнтера.

— Пэн, что произошло? И что мы должны сделать, чтобы положить конец этой угрозе раз и навсегда?

Пока Пэнтер рассказывал о захвате, Вайпере и Дименах, Скай наблюдала за ним, радуясь, что все враждебные взгляды отвернулись от неё. Пэнтер скрывал силу, которую не мог превзойти ни один из здесь присутствующих, за возможным исключением самого лидера. Силу, которую она чувствовала всякий раз рядом с Пэнтером. Силу, которая воспламеняла кровь Скай. Пока он говорил, смотрел то на лидера, то на остальных. Он вертел головой, а волосы скользили по плечам, и шрамы под глазом становились отчётливее. Его лицо было прекрасным и экзотическим, с этими высокими, ярко выраженными скулами, но строгое и живое. Слова Пэнтера были пропитаны гневом, но пантера, скрытая внутри, мурлыкала и тёрлась о разум Скай, как домашняя кошка трётся о лодыжки, словно не верила, что весь гнев был направлен на Скай. Казалось, лишь эмоции Пэнтера расходились с эмоциями его зверя, в отличие от остальных диких. Возникало ощущение, что у Скай есть друг в этой комнате. К несчастью, дух пантеры никогда не сможет помочь ей, если другие — даже мужчина, с которым зверь делил тело — встанут против неё.

— Ведьма, — рыкнул Лион, заставляя посмотреть на себя. — Какие у Бирика планы?

Скай выпрямилась, ощущая взгляд каждого на себе.

— Бирик не рассказывал мне о своих планах. Я лишь знаю, что он жаждет власти, и мой дар помогал ему в этом. Я слышала то же самое, что и Пэнтер — Бирику нужны Димены. Целая армия Дименов. И он хотел пробудить их с нашей помощью. Даже если он не вернёт Пэнтера, найдёт способ использовать мою силу. — Она встретила взгляд лидера диких, сжимая пальцами свои запястья. — Вы не должны позволить этому случиться. Не должны вернуть ему меня. — Лион, прищурившись, осмотрел её, словно не веря ни единому слову. Она хотела, чтобы он её понял. — Там я была таким же узником, что и Пэнтер. И не хочу возвращаться. Но неважно чего хочу я. Важно не дать Бирику осуществить задуманное. — Она уставилась на лидера, желая, чтобы он услышал правду. — Вы должны не дать ему вновь использовать мои силы. — Хотя она не могла заставить себя произнести это вслух, мысль ясно читалась в её глазах. «Если придется — убейте меня».

В комнате воцарилась тишина. Скай явно чувствовала присутствие Пэнтера и повернулась к нему, натолкнувшись на непроницательный взгляд тёмных глаз. Будто Пэнтер пытался понять её, увидеть правду.

Пытался.

Двое — пара из машины — проскользнули в комнату, рука об руку, выглядя и довольными и глуповатыми.

— Извините, — сказал Тай. — Мы немного увлеклись.

Лион кивнул, затем вновь обратился к Скай.

— Сколько Магов в пещере?

— Двадцать семь, включая меня.

— Сколько входов и выходов?

— Три. Два больших и маленький, редко используемый проход, через который я вывела Пэнтера. Но я не знаю, сможете ли вы пройти через чары горы, чтобы добраться до пещер. Знаю, что люди не могут.

— Она опять творит херню с моим зверем, — рыкнул Джаг, нахмурив брови, после чего встал и направился к ней.

Скай напряглась.

— Джаг… — предупреждающе сказал Лион.

Пэнтер поднялся и встал между Джагом и ею.

— Она не может этому противостоять. Звери тянутся к ней.

Джаг чертыхнулся.

— Мой не тянется, а раздражается и я с ним.

— Сядь, Джаг, — приказал Лион. — Нам нужно понять, что происходит, прежде чем разберёмся с ведьмой.

Его слова совсем не упокоили Скай. Как и дикого воина. Джаг оскалился. Он не шёл к ней, но и на место не вернулся, а принялся расхаживать взад-вперёд, как зверь в клетке, готовый откусить руку первому, кто к нему потянется.

Пэнтер встал за спиной Скай.

— Как Маги восстановили древнюю магию? — потребовал Лион.

— Они не восстанавливали.

— Ты нас за дураков держишь? — голос Лидера диких был обманчиво мягким.

— Нет, я думаю, что лишь вы стоите между миром и истинным злом. Маги не восстановили древнюю магию, а прибегли к темной.

Лион прищурился, но уже без враждебности.

— Поясни.

Скай сплела пальцы.

— Я не знаю всей истории, но слышала, что элемент-Инир много лет назад был заражен тёмным духом. Он был простым стражем, но через несколько месяцев возвысился до ранга руководящего. Я знаю… он меняет людей. И думаю, что давным-давно, ещё до меня, он изменил Бирика. Несколько лет назад, я сама видела изменения, когда Инир приходил в пещеры.

— Сколько лет назад?

— Не уверена. Я уже была такого роста, но еще незрелая. Предположу, что минуло восемь-девять лет после того, как меня туда привели. Тридцать или около того лет назад. Он что-то делает с Магами. Думаю, крадёт души. Теперь они служат цели Высшего Димена

В комнате повисла гробовая тишина, а спустя секунду раздался рык.

— Сатанан не восстал, — сказал Лион.

— Нет. — Скай мотнула головой. — Инир намереваются освободить его.

Шаман кивнул, подавшись вперёд.

— Тёмные духи всегда стремились освободить зло. Некоторые считают, что тёмный дух, оставленный в мире — часть самого Сатанана, крошечные кусочки его сознания, оставшиеся здесь, когда он был заключен в тюрьму.

Лион вперился в Скай.

— У тебя нет души? — Жилы на шее Лиона стали заметнее.

Пульс у Скай ещё ускорился.

— Я единственная, кого не тронули Инир. Бирик боялся, что я потеряю способность взывать к животным, боялся потерять источник моей силы.

— Но ты можешь скрывать глаза Мага, — проговорил Пэнтер. — Уже тысячелетие Маг не обладал такой способностью.

Она обернулась и встретила пронзительный взгляд чёрных глаз Пэнтера.

— Бирик дал мне кратковременное заклинание, чтобы я могла схватить тебя. И больше я не могу их скрывать.

— Наша первая задача — Бирик и его цитадель в пещерах. — Скай вновь посмотрела на Лиона, говорившего со своими людьми. — Мне нужно, чтобы оттуда вы вытащили Вайпера и кинжал, а Дименов уничтожили. — Затем лидер посмотрел на Шамана. — Что нужно, чтобы освободить Пэнтера от оков?

— Не знаю.

— Подумай. Он мне нужен. — Лион повернулся. — Ждать мы не можем. Кугар, Вулф и Хоук вы немедленно отправляетесь к Голубому Хребту. Как только узнаете место расположения пещеры, мы перегруппируемся и двинемся к ней полной силой.

Фокс подался вперед с натянутым выражением лица.

— И я. Возьми меня, Лион. Я уже там был и узнаю область.

— Ты ни хрена не знаешь, пацан, — протянул Джаг. — Или и это забыл?

— Лион? — настаивал Фокс.

Лидер диких покачал головой.

— Фокс, ты остаёшься здесь. Тебя уже коснулась эта магия, и я не хочу повторения. — Он повернулся к Хоуку. — Идите. Я не знаю, что она делает с нашими зверями, но чувствую это. Как только вы уйдёте, станет лучше. Фокс и Пэнтер могут направлять вас по телефону.

Хоук кивнул, все трое встали и вышли. Скай смотрела им вслед, гадая, почему животные так разволновались. И никто не отрицал этого. Все кроме Пэнтера. Почему? Она ничего не делала, чтобы настроить диких против себя, и определённо не желала навредить животным. Почему же они становились всё злее и злее?

Джаг начал рычать, смотря на неё.

— Ведьма, твоя жизнь в твоих руках, — предупредил Лион.

— Я не знаю, что такого делаю. — Скай начала дрожать. — Даже если и делаю, то не специально.

Джаг вновь направился к ней, а Пэнтер опять заслонил её собой. Но в этот раз, Джаг не отступил. У него показались клыки и когти, а глаза стали похожи на глаза кошки.

Пэнтер, готовый к драке, напрягся и чуть раскинул руки в сторону.

— Назад, Джаг.

— Если ты не можешь сделать так, чтобы она перестала мучить наших зверей, это сделаю я.

К ужасу Скай, Джаг кинулся на Пэнтера, царапая его огромными когтями. Она пригнулась, боясь, что они приземлятся прямо на нее, но Пэнтер уверенно встретил нападение. Оба мужчины, наполовину превратившись в зверей, рухнули на пол, клубком зубов, когтей и огромных кулаков.

— Хватит! — взревел Лион.

Драка продолжилась ещё десять секунд, прежде чем оба окровавленных воина встали и втянули когти, но не сводили взгляда друг с друга, словно собираясь вновь сражаться.

Сердце Скай бешено колотилось.

— Никто, кроме меня её не тронет, — отрезал Пэнтер

Скай почувствовала, как что-то теплое и дикое разливается в груди, когда поняла, что он защищал её. От своих же людей.

— Уведи её отсюда, Пэн, — отрезал Лион. — Я не знаю, какого хрена она делает, но я сейчас перекинусь. Запри её в клетке, затем возвращайся. Нам нужно закончить обсуждение.

Пэнтер стиснул зубы, отчего скулы стали ещё более выражены. Наконец, он кивнул и повернулся, кинув краткий взгляд на Скай, он поднял её со стула и вывел из комнаты.

— Какого чёрта ты с ними сделала? — спросил он, ведя её вниз по лестнице.

— Ничего. Я не поняла, что произошло. На меня всегда реагировали звери, но проявляя дружелюбие, а не злость. Лишь твоя пантера не взбесилась.

Больше Пэнтер не сказал и слова, просто привёл обратно в клетку и запер. Затем ушёл, даже не обернувшись, пока она провожала его окровавленную спину взглядом. Он защищал её. И до сих пор не мог навредить. В нём скрывалось добро. И доблесть. Она видела их прежде, поэтому верила в Пэнтера, и сейчас даже сильнее. Но это не означало, что она в безопасности. Пока он убеждён, что Скай его враг — странная реакция духов зверей лишь подтвердила это — она была в смертельной опасности от силы, которой восхищалась. Специально или нет, но, казалось, Маги и дикие не могли не навредить друг другу. Даже если вред этим людям последнее чего бы Скай желала сделать. Она сидела на твёрдом полу, неловко — из-за связанных сзади рук — прислонившись к стене. Хоть она и боялась того, что сделают с ней дикие, Бирика боялась больше. Потому что знала, что сделает он.

А время почти полночь.

Глава 10

Пэнтер вернулся в оперативный центр.

— Нас слишком мало. Я обратился за помощью к Защитникам, — сообщил Лион, как только Пэнтер занял своё место.

Джаг усмехнулся.

— Защитники — просто кучка Териинов. Что, чёрт возьми, они могут сделать?

— Териины или нет, но они превосходные воины, — огрызнулся Лион. — Да, от них немного проку в сражении с дредэнами, но они могут помочь в другом. Пока мы здесь разговариваем, небольшой отряд уже на пути к нам.

Пэнтер слушал разговор вполуха, потрясённый тем, с какой яростью он набросился на Джага, защищая Скай. Влечение к ней бесило. Он же должен был очиститься от чар, но, похоже, коготки Скай зацепили его сильнее, чем он думал.

Лион положил ладони на стол и посмотрел на Пэнтера.

— До тех пор, пока на тебе эти кандалы, будешь охранять Дом Диких. Я не хочу, чтобы ты выходил.

— Отлично. Теперь я ещё и под домашним арестом, — с раздражением ответил Пэнтер, но не мог не согласиться, что, на этот раз, Лион прав.

— Тай и Фокс, дежурите первыми. Пэнтер, меняешься с Джагом.

Пэн посмотрел на Лиона.

— С каких это пор, чтобы охранять дом, нужно столько воинов?

— С тех самых, как один из этих воинов притащил домой ведьму и всё ещё носит кандалы. Я не собираюсь подвергать опасности Радиан, да и других женщин в доме. — Он повернулся к остальным. — Если вопросов нет, заканчиваем.

В ответ не последовало ни слова. Все поднялись со своих мест. Пэнтер нахмурился. Ему не нравилась игра, в которую Маг втянула его. Теперь даже лидер ему не доверял. Но хуже всего то, что он сам не мог себе доверять.

К нему подошла Кари. Её взгляд излучал тепло и уверенность.

— Я хочу, чтобы ты принял энергию, Пэнтер. После всего, что тебе пришлось пережить, думаю, это необходимо.

Пэнтер склонил голову в знак уважения и признательности. Он был глубоко привязан к этой маленькой изящной женщине с сердцем львицы.

— Это честь для меня, Радиан.

— Какого хрена?! — вдруг взревел Джаг и схватился за спинку стула.

Похоже, и Лиону с Таем тоже было не по себе.

— Что происходит? — потребовал Пэнтер.

— Твоя ведьма, — пробормотал Тай, стиснув зубы от боли. — Мне кажется, это из-за неё, ей больно.

Пэнтер в один прыжок оказался у двери, бросился к лестнице, которая вела в подвал к камерам, и полетел вниз, перепрыгивая четыре ступеньки за раз. Оставшееся расстояние до камеры Скай он бежал в отчаянии. Ни единого звука не доносилось до Пэнтера, но как только он увидел её, у него перехватило дыхание.　Скай лежала на спине в луже крови, её истерзанное тело выгнулось в мучительной судороге, а руки всё ещё были связаны за спиной. Глубокие порезы искажали прекрасное лицо, шею и руки. Множество порезов. Ярость волной прокатилась по телу Пэнтера, трясущимися руками он схватил ключи от камеры. Лион и остальные воины примчались следом и уже стояли у него за спиной. Повернувшись к Лидеру, Пэнтер глухо прорычал.

— Я убью того, кто это сделал.

Он повернул ключ в замке. Лион подошёл и встал рядом с ним.

— Посмотри на её ноги, Пэнтер.

Обезумев от гнева, Пэн не мог ничего понять. В голове словно был густой туман. На ногах Скай появлялись порезы, словно какой-то призрак орудовал невидимым клинком. На платье разрастались кровавые пятна, окрашивая в алый цвет живот, бёдра, руки. Но само платье оставалось целым, на нём не было разрезов. Скай резали изнутри.

— Кто это делает? — упавшим голосом спросил Пэнтер, открывая дверь камеры. Он бросился внутрь и опустился перед Скай на колени. Медленно, превозмогая боль, Скай подняла на него глаза со склеенными кровью ресницами. — Что происходит, маленькая ведьма?

Она попыталась заговорить, но голос сорвался, вынуждая Пэнтера наклониться к ней ближе.

— Бирик. — Тело и лицо Скай съёживались от боли, она с трудом открывала рот, силясь произнести хотя бы слово. — Луна… ритуал…

— Ритуальное убийство животных?

— Да, — задыхаясь, прохрипела Скай. — Наказание… за не… — Она всё ещё шевелила губами, пытаясь что-то сказать, как вдруг уродливый и глубокий порез проступил прямо на губах Скай. Будто кто-то нарочно располосовал её рот поперёк, чтобы в очередной раз наказать за неповиновение.

Пэнтер в ужасе смотрел на Скай, на эти страшные порезы, которые с всё возрастающей скоростью оскверняли её тело. Смысл сказанных слов медленно проникал в сознание Пэнтера, всё ещё находящегося в плену собственной ярости. Бирик наказывал Скай за то, что она не исполнила ритуал. Можно подумать, когда её похищали, у неё был выбор.

Вот ублюдок.

Порезы на теле Скай появлялись так быстро, словно пять человек зараз терзали её измученное тело. Тёмная лужа крови медленно растекалась по полу. Страдания Скай разрывали Пэна на части. Но ведь то, что происходит сейчас с ней, не должно волновать. Она не должна волновать его. Но волновала.

— Как это остановить, Скай?

— Никак. Скоро всё закончится.

«Она уже проходила через всё это раньше», — подумал Пэнтер. — «Но сколько раз? Один, два?..»

Она опять выгнулась от нестерпимой боли, закатив глаза, но, не издав ни звука. Скай терпеливо переносила боль, пока, наконец, не потеряла сознание. Пэнтер снова и снова представлял себе, как она лежала на полу в пещере, окровавленная и сломленная после побоев Бирика. Он убьёт его. Даже если это будет последним, что сделает в своей жизни, он убьёт этого сукина сына. Ярость захватила его целиком. Ярость, рождённая ненавистью к беспощадной жестокости. Пэнтер смотрел на красоту Скай, едва различимую под кровавыми порезами, пересекающими лицо. И, наконец, принял то, о чём с самого начала твердило его внутреннее чутьё. Эта ведьма была другой. Она была не виновата в жестокости и предательстве Анкриты. Скай невинна.

— Наконец-то, мы можем понять, в чём предназначение её кэнтрика, — раздался позади голос Шамана.

Пэнтер взглянул на него через плечо, заметив небольшую группу людей, столпившихся рядом с камерой Скай.

— О чём это ты?

— Всё думаю, зачем кому-то понадобилось вживлять кэнтрик прямо в сердце. В общем, есть у меня одна мысль. Тот, у кого кэнтрик в сердце, никогда не сможет избавиться от него.

— В смысле?

— Полагаю, кэнтрик вживлён в сердце, чтобы её контролировать. Наказание, как она это называет. Маг, который это сделал, наложил заклятье на кэнтрик, чтобы наказывать каждый раз, когда она нарушает запреты или, наоборот, отказывается делать то, что от неё требуется. — Как в случае с исполнением лунного ритуала…

— Поэтому он вживил кэнтрик туда, откуда она никогда не сможет его извлечь.

— Похоже на крайнюю меру, — высказал своё мнение Тай.

— Согласен, — Шаман поправил кружевные манжеты на рукавах, а потом задумчиво продолжил. — Начинаешь задумываться, как сильно она сопротивлялась ему, что он прибегнул к такой крайней мере.

— Получается, она была рабыней? — спросил Тай. — У своего собственного народа?

Пэнтер сжал руки в кулаки.

— У одного человека.

У Бирика. О, Богиня, он не знал, какая она. Он вообще больше ничего не знал. Но ведь было же очевидно, что с ней плохо обращались. Только вот тот ужасный ритуал. Казалось, она полностью растворилась в кровавой бойне и сексе. Она заставляла его трахаться с ней против воли. И он поверил Вайперу. Поверил тому, что все слова Скай обман. Сейчас же, возвращаясь к той ночи, Пэнтер явно помнил, как зажата она была, даже несмотря на попытки Бирика подготовить её к совокуплению. Он допускал, что её влечение к нему было поддельным. Но теперь-то точно знал, что их секс был против воли обоих.

Пэнтер в который раз посмотрел на хрупкую, искалеченную красоту. Казалось, так ясно он видел её впервые. С восьми лет она сражалась с Бириком, как маленький котёнок. Но ради чего?

Ради своих животных.

Пэнтер взглянул на Лиона.

— Скай — волшебница.

— Волшебница? — переспросила Кари.

Ей ответил Шаман.

— Истинный дух природы, из которого произошли Маги. Волшебниц почти не осталось. Я видел, как они призывают птиц или бабочек. Иногда пчёл. Но воздействовать на ваших животных — это что-то невероятное.

— Что именно она делала для Мага, Пэн? — спросил Лион.

— Точно не знаю. Скай призывала из леса животных, сразу пять или шесть, которых Бирик потом приносил в жертву. Он убивал их, а её всю, с головы до ног, обливал их кровью, пока она… исполняла… ритуал. Именно этот ритуал помог Бирику вытащить из кинжала три духа Дименов.

Шаман нахмурился.

— Значит, жертвоприношения нужны ему, чтобы вызвать тёмную силу. Только вот убийство животного противоречит самой природе истинной волшебницы.

Пэнтер кивнул.

— Вот почему в кэнтрик заложено наказание.

Всё вдруг стало ясно. Хотя… не совсем. То, что Скай не хотела убивать животных, ещё не означает, что она питает какую-то привязанность к Диким воинам и Териин, вечным врагам Магов.

— Почему же наши животные так реагируют на неё? Ведь она же, наоборот, должна притягивать их к себе? — вдруг спросил Тай.

Шаман повернулся и задумчиво посмотрел на него.

— Не знаю. Возможно, они просто чувствуют, что вы не доверяете ей, поэтому так себя и ведут. Или, может быть, им самим в ней что-то не нравится. В любом случае, будьте осторожны. Неизвестно, что ещё было заложено в кэнтрик. Она, сама того не желая, может представлять для вас серьёзную опасность.

— Думаешь, он может попытаться использовать её как оружие против нас? — спросил Лион.

— Всё возможно. Просто будьте предельно осторожны.

Пэнтер посмотрел на маленького человека.

— Есть ли хоть какой-нибудь способ очистить кэнтрик от магии?

— Пока жив тот, кто сотворил заклинание, нет.

— Он жив. Но ненадолго.

Порезы перестали появляться на теле маленькой ведьмы. Убедившись, что всё закончилось, Пэнтер вытащил нож и разрезал верёвки, связывающие запястья Скай. Затем подхватил её на руки и встал.

— Поместишь в другую камеру? — спросил Лион.

— Нет, она останется со мной.

Лион поджал губы.

— Ты же слышал, что сказал Шаман. Да, Скай сопротивлялась Бирику в прошлом, но это не означает, что сейчас она не опасна.

— Слышал. Но я перед ней в долгу.

— Как ты можешь быть перед ней в долгу? Она ведьма, Пэн.

Пэнтер выдержал взгляд своего Лидера.

— Я помню это. Но Скай заслужила доверие, и я намерен ей помочь.

— Помочь ты можешь и здесь.

Пэнтер покачал головой, развернулся и зашагал прочь. Конечно, если рассуждать логически, он знал, что Лион прав. Скай всё ещё представляла для них угрозу, хотела она того или нет. Но стремление защищать, которое он пытался подавить с тех самых пор, как впервые увидел Скай, набирало обороты подобно скорости света.

— Пэн…

— Увидимся утром, Ро.

Пэнтер нёс Скай в душ, не переставая думать о том, что произошло. Сейчас он признавал, что интуиция его не обманула. Скай не его враг, и никогда им не была. Она — почти всю свою жизнь — была такой же пленницей Бирика, как и он сам. Пэнтер зашёл в душевую, открыл кран, дождавшись, когда вода станет тёплой, прислонил голову Скай к своему плечу и, не раздеваясь, шагнул внутрь. Долгое время Пэнтер стоял под горячей струёй воды и держал свою маленькую ведьму, думая обо всём, что она говорила ему. О жестокости, свидетелем которой он стал, и глубокой грусти, казалось, навеки поселившейся в её глазах. Но ни разу не видел он, как Скай сжималась от страха. Она ведь знала, что если освободит Дикого из плена, гнев Бирика будет ужасен. Но Скай сделала это. Несмотря ни на что. Возможно, он и спас её от немедленного возмездия, но заставил страдать по-другому.

Именно из-за этой стойкости и силы перед лицом такого страшного насилия, Пэнтер поверил в заявление Вайпера о том, что Скай добровольный и искусный участник своего собственного избиения. И, всё же, в глубине души он не верил этому. В ней всегда было что-то невинное. Что-то неестественно наивное. Теперь Пэнтер это понимал.

Он положил Скай на скамейку и стал стаскивать с неё промокшее платье. Его ошарашенный взгляд остановился на множестве поблёкших порезов, которые в бесчисленном количестве пересекали грудь, соски, нижнюю часть живота и вместе составляли рисунок, напоминающий решётку. Как она вытерпела такую боль, не издав при этом и звука, Пэнтер не мог понять. Или это ещё один урок из тех, которые преподал ей Бирик? Ведь Скай было восемь, когда этот мудак вживил ей в сердце кэнтрик. Всего восемь.

Пэнтер снял с себя грязную одежду и снова подхватил Скай на руки. Затем взял мыло и сел прямо на плитку под тёплую струю воды, скрестив ноги в манере, присущей его предкам. Устроив Скай у себя на коленях, он тщательно, но осторожно стал смывать следы крови с её тела. Порезы медленно исчезали. Смыв остатки пены, он завернул Скай в толстое пушистое полотенце, а другое обернул вокруг своей талии. Затем понёс её наверх, в свою спальню. Натянув на себя спортивные штаны, Пэнтер одел Скай в одну из своих шёлковых рубашек и уложил в постель. Едва он забрался на другую половину кровати, как Скай шевельнулась, а её ресницы дрогнули. Но как только Пэнтер опять посмотрел в её глаза и увидел отражающиеся в них медные кольца, его как будто обожгло острой волной воспоминаний. В голове всплыл злобный взгляд других глаз с такими же кольцами. Старая ненависть вспыхнула с новой силой.

Скай смежила веки.

— Скай… — Пэн потянулся к её руке и стал нежно перебирать пальчики. — Не бойся, маленькая моя. На сегодня ты в безопасности.

Ничего не отвечая, Скай повернулась на бок, пододвинулась и положила ладонь ему на грудь. Она нуждалась в утешении и защите, даже если это исходило от человека, который относился к ней, как к врагу. Этот простой жест, исполненный доверия, глубоко тронул Пэнтера. Скай снова провалилась в сон, рука соскользнула с его груди. На этот раз Пэнтер прижал ведьму к себе, и она обвилась вокруг него, как тогда в пещере. Теперь голова Скай покоилась на груди Пэна, а он обнимал её и чувствовал, как зарождающаяся внутри нежность освобождает душу от разъедающей злости.

Что Пэн будет делать со Скай? Даже если она совсем не похожа на Анкриту, всё же остаётся могущественным Магом. Ведьмой, которую контролирует человек без души.

Что если Шаман прав насчёт её кэнтрика, и она навредит им, сама того не желая? Неужели он и правда рискует Дикими и их миссией ради неё?

Нет. И всё же… В глубине души Пэнтер знал, что он никогда и никому не позволит причинить ей вред.

Глава 11

На пару восхитительных моментов, Скай показалось, что она спит. Ей было тепло и уютно, и кто-то нежно гладил её по спине. Этот сон из другого времени и места. Но сейчас не мама её гладила. Под щекой Скай слышала биение сердца, а её саму окутывал насыщенный, мужской аромат.

Аромат Пэнтера.

Она напряглась и попыталась разобраться, что к чему. Под щекой Скай чувствовала тёплую кожу, влажную от долгого контакта с её. Очевидно, она лежала у него на груди, как тогда в пещерах, но в отличие от того раза, пленница теперь она. Может это сон? Как мог это опасный дикий, который её чуть не изнасиловал, так нежно гладить её по спине? И хоть это казалось смехотворным, чувство, что о тебе заботятся, пусть и возникшее всего на мгновение — было таким сладостным, что у неё на глаза навернулись слёзы. Она не хотела, чтобы момент кончался. Старясь не шевелиться, она сдерживала слёзы, потому как не желала расплакаться на груди Пэнтера и раскрыть чувства. Память о случившемся медленно возвращалась. Скай вспомнила, как сидела в камере, ожидая полночи, а затем ощутила первое прикосновение невидимого клинка. А от произошедшего дальше, она задрожала.

Пэнтер убрал руку со спины и начал нежно гладить её голову.

— Я знаю, что ты проснулась.

Тяжело вздохнув, она приподнялась на локте, стряхнула слёзы, и вдруг ей стало неловко. Она насторожилась. Почему сейчас он так хорошо к ней относился? Может, он хочет сблизиться с ней, чтобы сделать ей вновь больно. Скай заставила себя сесть рядом, но не смотрела на Пэнтера. Она разглядывала его серые брюки, затем золотой браслет на руке, и только после взглянула в глаза Пэнтеру, который тут же напрягся.

Она ему противна.

Скай инстинктивно увернулась от удара под звук бешено колотящегося сердца.

— Скай, — сказал он обиженным голосом. — Я не сделаю тебе больно.

Но когда он шевельнулся, у неё бешено заколотилось сердце. Она зажмурилась, сопротивляясь инстинкту, который вдолбил в неё Бирик, и повернулась к Пэнтеру. Он сидел к ней слишком близко, но агрессии в его чертах не было. Ну, у Бирика, перед побоями, тоже не было агрессии. Низко рыкнув, Пэнтер отвернулся, поднялся с кровати и неслышно, с грацией дикой кошки, подошёл к окну. Упёршись руками в раму, он уставился на улицу.

— Я увидел медный ободок в твоих глазах, и на мгновение, это выбило меня из колеи. В прошлом, у меня был неприятный опят с Магом, но тебя я не собирался бить.

— Если не решишь, что я враг.

Пэнтер ничего не ответил. Он и не должен был. Они оба знали, что это правда.

***

Пэнтер повернулся и встретился взглядом со Скай. Он оставался возле окна, чтобы дать ей пространство. Внутри клокотала старая ярость, которая, как он думал, навсегда была врезана в душу. Но та ярость исчезала всякий раз, когда маленькая ведьма, свернувшись в клубок, спала у него под боком. Это произошло в пещере и повторилось прошлой ночью. Он проснулся и чувствовал себя практически спокойным. Но облегчение, что тогда, что сейчас было временным. Почти сразу, когда она села, покой покинул его. Как всегда, он спрятал ярость в железной хватке ледяного контроля. Последнее, чего он хотел — напугать Скай ещё больше. Даже отсюда он слышал, как неистово колотилось её сердце, словно пыталось вырваться из груди. Он напугал Скай вспышкой ненависти, о которой даже не говорил, и которая вовсе не предназначалась ей. Скай отреагировала лишь взглядом, тем же, какой был в ту ночь, когда Бирик избил её до полусмерти.

— Почему он наказал тебя этими порезами? — спросил он, хотя уже знал ответ.

— Из-за того, что я не провела лунный ритуал.

— Жертвоприношения?

Она кивнула, а затем подтянула к себе ноги и обняла их руками, как будто хотела таким образом защититься. Сидя на его кровати в короткой рубашке, она выглядела маленькой и хрупкой.

— Как часто он заставляет тебя проводить ритуал?

— Каждую ночь, — ответила она грустно.

«Каждую ночь?»

— Я нахожу животных, которых он в полночь убивает, пока я наращиваю нужную ему силу.

Пэнтер почувствовал, что сильно стиснул кулаки и заставил себя расслабиться. От мысли, что Скай объезжала светловолосого козла так же, как и его, под кожей разлилось что-то, напоминающее ревность. Но мысль, что такое было, когда Скай было всего восемь… Пэнтер едва не свихнулся от гнева.

— Он всегда был твоим… сексуальным партнёром?

Она вздрогнула.

— Нет. Секс не был частью ритуала. Пока не появился ты. Я обычно просто танцую.

От прилива облегчения у него едва не подогнулись колени.

— Слава, Богине.

Она посмотрела на него, в её глазах он увидел вопрос и неуверенность.

— Почему?

— Как давно ты проводила для него ритуал?

— С момента, как он забрал меня

— С восьми лет?

— Да.

— Понятно теперь почему?

Она взглянула на него, а потом отвернулась, словно внезапно заинтересовалась картиной на стене. Что-то было в Скай… эта внезапная хрупкость, подсказывающая, что одно неверное слово может сломить её. И он понимал это.

— Он всегда тебя избивал, да? В детстве. — Она никак не отреагировала, а он не стал давить. — Скай, тебе не нужно говорить. Я лучше других пойму тебя.

Она медленно повернулась к нему, со смесью боли и силы в глазах. Она встретила его взгляд и удержала его, словно старалась понять самого Пэна.

— Почему ты хочешь меня понять?

«Почему так добр ко мне сейчас, хоть прошлой ночью чуть не изнасиловал?» Ей не нужно было говорить это вслух.

Пэнтер отодвинулся от окна и оперся плечом на стену, скрестив руки на груди.

— С самого начала меня раздирали противоречивые чувства по отношению к тебе. Решительная сирена с печальными глазами, заманившая меня в лес и в своё тело, а затем пленившая меня. Смиренная ведьма, которую жестоко избили за то, что не взяла меня силой. Инстинкты подсказывали мне, что ты не похожа на других ведьм и что ты невинна. Вот почему я не смог навредить тебе, хотя та часть меня, ненавидящая Магов, требовала этого. — Он посмотрел на потолок и с, сокрушающей болью, вспомнил прошлую ночь.　 — Скай, когда я увидел те порезы… — Он опустил взгляд и обнаружил, что Скай смотрела на него с насторожённостью и слезами на глазах. — 　Когда увидел те порезы, понял, что инстинкты оказались верны. Там ты была такой же пленницей. Я судил, не зная тебя, увидел медные кольца на радужке и ждал самого худшего. И даже когда не дождался, списал на магию и уловки. — Затем пожал плечами и продолжил. — Я впервые выслушаю тебя, Скай. Хочу понять кто ты. И постараться судить о тебе, как о человеке, а не о Маге.

Насторожённость в её чертах стала исчезать. Скай смахнула одинокую слезинку, успевшую скатиться из уголка глаза, пока Пэнтер говорил, и посмотрела на него.

— Впервые Бирик изнасиловал меня через две недели, после того, как забрал у матери.

«Богиня».

— Мне жаль. — Он внезапно растерял уверенность выслушать историю до конца, но и отвернуться не мог. Не после того, как сам попросил её раскрыться. — Почему она позволила ему тебя забрать?

— Она пыталась меня спрятать, но я не дала.

— Ты хотела пойти с ним?

— Нет. — Скай убрала упавшие на глаза волосы. — Мне меньше всего хотелось уходить с ним, — решительно и с горячностью сказала она. — Не знаю, как он узнал, что я волшебница, он просто пришёл. И с самой первой встречи он был мне отвратен. Даже в столь юном возрасте, я поняла, что у него нет души. Он сказал мне подойти, но я отказалась. Тогда он схватил меня. Одна из моих собак напала на него. К сожалению, маленькая. Большие псы были снаружи. — Она опять обняла колени. — Он магией убил собаку.

— И вновь я сожалею.

Она пожала одним изящным плечом.

— Возможно, это было даже на пользу. Так я поняла всё, что мне было нужно знать о Бирике. В ту ночь лидер нашего клана, верховный колдун, сказал маме, что я обязана пойти с Бириком — он слишком силён и опасен, чтобы противиться. Но, когда я легла спать, мама пришла ко мне и сказала бежать. За пару лет до этого, я подружилась с одной человеческой девочкой, жившей по другую сторону леса, мы даже несколько раз играли. Она хотела, чтобы я отправилась к ним, считая, что люди смогут меня спрятать. — Скай покачала головой, и посмотрела на него со страхом. — Я так боялась, что Бирик убьёт мою подругу и её семью, как убил собаку. И я точно знаю, что именно так он и поступил бы. В тот вечер я спряталась в лесу за домом, чтобы мама не попыталась увести меня и подставить себя, а когда наступило утро, пришла к Бирику и сказала, что пойду с ним. — Она прижалась щекой к коленям. — Не знаю, простила ли меня мама за это, — Скай говорила тихо и нежно, словно сама с собой. — Она была так расстроена.

— Простила. Неважно, Скай, понимала она, зачем ты это сделала или нет, но никогда не винила тебя за это. Она лишь пыталась тебя защитить.

Скай подняла голову и взглянула на него с благодарностью в глазах.

— Надеюсь, что ты прав. Не знаю, спасла ли я кого-то в итоге. Быть может, уже у всего моего клана забрали души.

— Ты никогда больше не видела свою мать?

— Нет, я больше никогда ничего о них не слышала. Они исчезли из моей жизни. Я часто мечтала сбежать от Бирика и вернуться, но не знала, где они. — Она ближе притянула колени к груди и уставилась в пустоту. — После того, как мы ушли из клана, Бирик привёл меня в пещеры и показал ритуальные танцы Магов. Хотя я противилась танцевать обнажённой, но Бирик настаивал. Затем он вывел меня на улицу и сказал призвать животных. Пришли десятки. Оглядываясь назад, я понимаю — его бесило, что я могла призвать разные виды, а он только змей. Когда он выбрал самую красивую олениху и её оленёнка, мы привели их в ритуальную пещеру. Я обрадовалась, ведь была напуганной и одинокой, а животные меня утешали. Бирик обещал, что они посмотрят на мой танец. — У него скрутило живот. — Он убил их прямо передо мной. — Она поджала губы, а через пару секунд кивнула. — Я была шокирована и отказалась танцевать. А потом пыталась сбежать, но всё напрасно. Каждую ночь он тащил меня в ритуальную пещеру, но я продолжала отказывать. Он наказывал меня самыми разными способами: забрал из той комнатки, которую для меня подготовили его люди, и кинул туда, где приковал тебя; отобрал одежду; морил голодом, но я всё равно отказывалась танцевать. И вот однажды ночью, он решил наказать меня иначе. Схватив за волосы, он потащил меня в ритуальную комнату, по лестнице, о каменные ступени которой я билась обнажённой спиной. Но я всё равно не стала делать того, что он хотел. Он швырнул меня на пол и изнасиловал, а затем приказал остальным колдунам сделать то же самое. И они один за другим часами меня насиловали. — Пэнтер был в шоке от пережитых ужасов Скай. От ярости в ушах стоял барабанный бой, Пэн оскалился, представляя, как каждого из этих ушлёпков он разрывает клыками пантеры. — Каждый раз после насилия, он приказывал танцевать, и я отказывалась. Мои создания стояли там и наблюдали за мной, и ради них я не сдавалась.

Пэн уважал её храбрость и решительность. Ей было восемь.

— Ты упрямая.

К его удивлению, она улыбнулась. Слабо и лишь одним уголком губ. Улыбкой, не коснувшейся глаз, но, тем не менее, улыбнулась

— В ту ночь я обрезала волосы, чтобы он больше никогда не смог затащить меня наверх по лестнице, и больше их не отращивала. У Бирика огромная сила, а заставить танцевать он меня не мог, поэтому и бесился. Он приковывал меня, как и тебя, и пользовался мной неделями, обещая, что остановится, когда я начну танцевать. А затем, одному из его колдунов пришла в голову мысль о кэнтрике.

— Поместить его тебе в сердце. Ты могла умереть.

— Для него я была бесполезна. С кэнтриком в сердце, я сопротивлялась больше не ему, а себе. Каждую ночь… — Она закрыла глаза и содрогнулась

Пэнтер попытался представить ту упрямую, но решительную девочку, страдающую от таких порезов, и почти рухнул на колени.

— Это единственное наказание?

— Нет… хотя я не представляю, что за заклинания он туда поместил. Я не могла покинуть гору. Каждая попытка заканчивалась тем, что я врезалась в невидимую стену, и на меня накатывала волна невероятной боли. Я не представляю, как ты вынес меня.

— Ты была без сознания. Если ты и страдала, то я не знал об этом. — Он нахмурился, когда в голову пришла ещё одна мысль. — Как ты оказалась в Магазине? Чары настолько растягиваются?

— Совсем недавно такими стали. После появления Вайпера, Бирик задумался, какую силу я смогу получить с диким. Между мной и Вайпером появились искры, но не те.

Что-то кольнуло в груди.

— Вайпер навредил тебе?

— Не совсем. Он поцеловал меня, а мне было противно. Я никогда не могла призвать змей, да и с бездушными плохо контактировала.

— Он не бездушный, — тут же возразил он, но заметив, как Скай напряглась, смягчился. — Его душа ещё там. И я собираюсь найти способ освободить его.

Она посмотрела ему в глаза

— Надеюсь у тебя получиться.

Пэнтер кивнул. Получится.

— Продолжай.

— Вайпер заверил Бирика, что придут другие Дикие. Он знал, что ты придёшь его искать. Так что Бирик растянул чары до Магазина. — Её губы тронула мимолётная улыбка. — Впервые с самого детства я смогла увидеть мир. Я два дня провела в Магазине, смотрела телевизор, листала журналы и пускала слюни на всю вредную еду, пока, наконец, не появился ты.

— Пускала слюни? Ты ничего не покупала?

— У меня не было денег.

Это простое заявление подтвердило, что у неё не было сил контролировать разум человека и брать то, что хотела. Опять же, он подумал о том, что даже если бы смогла, Скай не стала бы так поступать. Не в её природе воровать, как и убийство невинных. Он не понимал, откуда такая уверенность, но мог поставить на это все деньги.

— Откуда Вайпер узнал, что я окажусь в Магазине?

— Он единственный на всей горе.

Пэнтер обдумал ей слова.

— Я не верну тебя.

— И я не хочу возвращаться. — В её глазах сияла сила. — Я говорила то, что думала. Я не стану освобождать дименов. — В сине-медных глазах вспыхнуло пламя, когда Скай встала на колени. — Пэнтер, ни тебе, ни твоим людям я не враг. Я ненавижу Бирика и ненавижу все его деяния, и сделаю всё, чтобы помочь вам остановить его. Всё, что потребуется. Знаю, ты никогда не станешь мне полностью доверять, но в это поверь. Прошу.

Он оттолкнулся от стены и подошёл к ней, манимый и жаром её слов и самой женщиной. Скай не отстранилась, когда он сел на край кровати, всего в дюймах от её колен.

— Я верю тебе. — Он взял её за руку. — Но хочу, чтобы ты мне тоже верила. Поверь, когда я говорю, что не бью женщин, не без причины. — Большим пальцем он начал рисовать круги на её руке, и от прикосновения искры наслаждения проникали в него. — Мне потребуется время привыкнуть к медным ободкам твоих глаз. Они как символ того, что я так долго пытался забыть. — Он потянулся к её лицу и обрадовался, что она не отпрянула. Когда он скользнул пальцем по линии её подбородка, между ними в воздухе искрило понимание. — Но тебе, Скай, я не наврежу.

К его удивлению, она протянула руку и так же, как и он, скользнула пальцем вдоль линии его челюсти. Её глаза наполнились нежностью и блеском, отчего сердце в груди ёкнуло.

— Что бы ни случилось, — тихо проговорила она и провела пальчиками по его щеке, заставив до боли хотеть стиснуть её в объятиях. — Не важно, что тебе придётся со мной сделать, хочу, чтобы ты знал — ты лучший мужчина из всех, кого я встречала.

Он хотел возразить. Он хотел её только защищать, но не мог такое обещать. Особенно, когда так много не знал о её роли во всём. Кроме того, её слова пробудили совесть.

— Как ты можешь так говорить, когда я причинил тебе столько боли?

Он не только грубо с ней обращался, но напугал их обоих тем, что почти сделал в тюрьме.

— Ты никогда не причинял мне боли без причины. Никогда не делал этого забавы ради. — Она запутала пальцы в его волосах, расчесала их, заставляя его захотеть мурчать. — Даже когда напугал, даже когда я думала, что ты побьёшь меня, я понимала почему. То, что я схватила тебя достойно осуждения.

— У тебя не было выбора.

Она отвела взгляд, и до боли потянула его за локон волос. А когда вновь подняла глаза, они были полны сожаления.

— У меня был выбор. Тогда, в лесу, я почти призналась тебе. Я была напугана тем, что с тобой будет, если я тебя схвачу. Бирик заверил меня, что я смогу оставить моего дикого, что он не собирался убивать тебя, но я точно знала его намерения. Его слово ничего не стоит. А ещё я понимала, что если отпущу тебя, Бирик поймает другого дикого. — Она провела большим пальцем по его щеке, скользя к губам. Нежные прикосновения её пальчиков посылали огонь возбуждения по венам. Скай подняла глаза к его, и в них он увидел тот же жар, что чувствовал сам. — Пэнтер, я бы не захотела другого Дикого. И сейчас не хочу никого, кроме тебя. Из-за эгоизма я привела тебя в лес. Я желала ощутить тебя в себе. Хотела тебя себе.

Её признание должно было разозлить, но оно лишь сильнее возбудило. Потому что, по правде говоря, с самого первого взгляда на Скай, он тоже её хотел. Запустив руку в её волосы, Пэн притянул её к себе и прижался к губам в нежном поцелуе, предназначенном для ласки, а не домИнирования. И Пэн хотел разделить эту ласку, а не урывать её. Он медленно и чувственно двигал губами по её, наслаждаясь пьянящим ощущением ласки. Когда Скай провела по его губам языком, он поймал его зубами, слегка прикусил и втянул в рот, сплетаясь своим языком с её. Из-за вспыхнувшей страсти у Пэна перехватило дыхание. Ему нужно почувствовать Скай с широко раздвинутыми ногами, под собой. И это было бы так просто. Просто из-за того, что под верхней одеждой у неё ничего нет. Абсолютно ничего.

Всего несколькими прикосновениями он может заставить её хотеть его так же сильно, как и он хотел её. Теперь, она пленница, а вся власть у него.

Поэтому он и сдерживался. Не хотел воспользоваться ею. Не тогда, когда столькие уже это сделали. Но, Богиня, как он хотел. Он накрыл её рот своим и скользнул в него языком, упиваясь вкусом капель дождя. Она обняла Пэна за шею и запутала нежные руки у него в волосах, отвечая на поцелуй. Движения её языка вторили его: быстрые и сильные.

Его дыхание, как и её, стало рваным и тяжёлым, словно они только что пробежали марафон. Пэнтер начал думать, что с радостью утонул бы во вкусе Скай и запахе фиалок.

Скай скользнула рукой по его обнажённой груди, почти грубо задевая сосок, затем поднялась к плечу и ласково погладила от него до кисти.

Пэнтер продолжал твердить себе, что это просто поцелуй, но с каждой секундой страсть всё разгоралась. Если бы в комнате появились те сферы для силы, они бы начали искрить. Что такого в Скай, что могло отправить его страсть за орбиту, а его самого заставлять гореть ярче солнца?

Пэнтер опустил руку к маленькой, идеальной груди Скай, и к его ладони сквозь материал футболки прижался твёрдый сосок. Пэн задрожал и напрягся от желания.

«Не спеши».

Но ему просто необходимо было почувствовать её обнажённый пик на ладони.

Понимая, что если хотел сохранить хоть каплю здравомыслия, ему нельзя было задирать рубашку Скай, так что он расстегнул три верхние пуговицы, чтобы его рука свободно скользнула внутрь. Когда он обхватил идеальную грудь, вторую ладонь он положил Скай на затылок и стал целовать её жёстче и отчаяннее. Он вдыхал её аромат, нуждаясь в ней самой. Когда в момент близкий к безумию, Скай положила руку на его возбуждённую длину, Пэнтера вернуло из неги страсти на землю. Вспомнив все её страдания, Пэнтер заставил себя отстраниться, аккуратно взять её за запястья и поднять руки к своему рту.

Скай посмотрела на него, в её глазах он, пока целовал одну ладонь за другой, заметил жар и неуверенность.

— Ты не хочешь, чтобы я прикасалась к тебе там? — спросила Скай без притворной невинности. Её неуверенность была искренней

— Я не хочу пользоваться тобой.

Она свела тонкие брови.

— Как мои прикосновения относятся к тому, чтобы пользоваться мной?

Он аккуратно сжал её руки.

— Ты многие года отдавала себя множеству людей.

— Не правда. Я никому себя не отдавала. Они просто брали. Пэнтер, тебя единственного я захотела. Лишь к тебе вот так прикасалась.

От его слов в груди стало тесно, а страсть распалилась сильнее.

Скай вырвала руки, забралась к нему на колени, прижала ладони к его щекам и посмотрела на него. В её глазах были и нежная уязвимость и неистовый жар.

— Ты не хочешь меня? — хрипло спросила она.

Он схватил её за талию, так как не мог не прикасаться к ней.

— Не в этом дело.

— Думаю, в этом. Твоё тело, Пэнтер, желает меня, но давить я не стану. Потому что знаю, как ты относишься к Магам.

Он сильнее стиснул её.

— Я ничего не смогу сделать с тем, что ты — Маг. И хочу тебя, маленькая ведьма, до дрожи в теле. Просто, считаю, что нам нужно медленнее действовать. Ты этого заслужила.

Смягчив выражение лица, Скай подалась вперёд, запечатлела на его щеке поцелуй и обняла за шею, после чего потёрлась своей щекой о его, словно изголодалась по ласке. Тут до Пэнтера дошло, что так и было.

Он теснее прижал её к себе.

— Я хочу того, что было у нас в лесу. До того, как ты узнал кто я, — начиная дрожать, шептала она ему на ухо. — Прежде и после, такого не было. Я хочу, чтобы ты вновь прикоснулся ко мне так. — Она немного отстранилась, чтобы посмотреть ему прямо в глаза с доверием и нежностью, которые убивали его. — Прошу, Пэнтер. У нас больше никогда не будет такого шанса, а мне это нужно.

Она сметала все его благие намерения, но он начинал понимать. Да, её использовали, но самое худшее из того, что натворил Бирик — изоляция. Он лишил её доброты и комфорта, нежности и прикосновений. Даже животные оставались ненадолго, прежде чем их убивали. Но Скай нуждалась в ласках своего вида. Он вспомнил, как она лежала рядом с ним на каменной кровати. Даже после того, как он напал, причинил боль, она во сне обнимала его. Практически всё время, что они провели в той комнате, она прикасалась к нему. Может, она и не дикая, в которой живёт зверь, нуждающийся в физическом контакте, но она больше зверь, чем большинство. И она явно тосковала по ласкам.

Его ласкам.

Смягчая Пэна, внутри расцвела нежность к Скай, заставляя думать, что его разорвёт. Без сомнения, она заколдовала его, соткав сеть вокруг его сердца. И Пэн не был уверен, что хотел вырваться из этой сети.

— Ты хочешь меня, — пробормотал он у её виска и опустил руку к её бедру, схватив за подол футболки.

— Да, Пэнтер, да.

Он медленно провёл пальцами по её бедру, а затем скользнул на внутреннюю сторону, несмело поднимаясь выше.

Глава 12

Скай обняла Пэнтера за шею, пока он скользил по её бёдрам. Она хотела большего, просила прикоснуться к себе, умоляла взять её. Тело дрожало от предвкушения, а сердце переполняла зарождающаяся привязанность к человеку, у которого было слишком много причин ненавидеть её, но который относился к ней с большей заботой и добротой, чем другие, не считая, матери.

Скай отстранилась и посмотрела на Пэнтера, взглядом лаская мужественное лицо с высокими скулами и огрубевшими рубцами. Затаив дыхание, она не сводила глаз с его чувственного рта. Губы приоткрылись в страстном желании почувствовать вкус его поцелуя. Словно читая её мысли, он потянулся к губам Скай. Она — к его. Их губы слились. Языки переплелись, лаская друг друга. Скай жаждала его поцелуев и прикосновений. Три раза Пэнтер обладал ею, но лишь один только раз был свободен и мог прикасаться к ней. Только тогда, в лесу, в тот единственный раз, когда Скай взяла его в плен. К тому же всё случилось так быстро.

— Приподнимись, — пробормотал Пэнтер, не отрываясь от её губ. Скай почувствовала, как он сильными руками сжал её бёдра и поднял. Она снова отстранилась, на этот раз, наблюдая за потемневшими от страсти глазами Пэнтера. — Раздвинь свои ножки для меня, красавица. Позволь прикасаться к тебе.

Внизу живота Скай скопился густой жар, она сделала так, как просил Пэнтер, не сводя взгляда с его глаз. Она крепко держалась за его плечи, пока он опускал руку к её животу и ниже. Скай затаила дыхание в безумном ожидании, а Пэнтер скользнул другой рукой под рубашку Скай и накрыл её грудь, отчего по телу пробежали искры страсти. Она ахнула и впилась ногтями в плечи Пэнтера, который ущипнул вершину её груди. С губ срывались томные вздохи, пока Скай тянулась к ласкам Пэнтера, моля о большем. Пэнтер опустил руку к источнику жара, и ей пришлось схватиться за него, переживая волны наслаждения. Пэнтер вновь и вновь ласкал центр её естества, заставляя Скай стонать и выгибаться навстречу. Затем он скользнул пальцем в её тело, растягивая стенки, и вышел только для того, чтобы проникнуть жёстче и глубже, потом опять и опять, пока перед глазами Скай всё не поплыло.

— Пэнтер.

Он добавил второй палец и вновь толкнулся в неё, двигающуюся навстречу и стенающую от удовольствия.

Пэнтер подался вперёд и обхватил ртом её грудь. Никто и никогда так не ласкал её. Никто не старался доставить столько наслаждения. Никто, кроме Пэнтера.

Когда он втянул в рот сосок, придерживая Скай одной рукой за спину, а пальцами другой, скользя в тело, она затерялась в волнах блаженства. Пэнтер выпустил её грудь и скользнул к плечу, затем прижался к изгибу шеи, перемещая руку со спины Скай на голову, чтобы наклонить и предоставить себе лучший доступ. По позвоночнику скользнула дрожь опасности от понимания, насколько Скай уязвима. Если Пэнтер перекинется в полу зверя, который может одним пальцем её сломать, он её убьёт. Но, с другой стороны, он настолько превосходил её по силе, что мог убить в любой момент. Она верила ему. Здесь и сейчас, верила.

Пока он целовал её шею, она получала наслаждение от движений его пальцев, тяжело дыша и готовясь получить разрядку, хотя сомневалась, что удовольствие может быть сильнее.

Он убрал пальцы, и она застонала.

— Пэнтер.

— Ш-ш-ш-ш, Красавица. Терпение. — Он схватил подол её рубашки и стянул её через голову одним нетерпеливым движением, затем поставил её, встал сам и грациозно снял с себя штаны. Его тело было вершиной мужского идеала. Она уже видела его возбуждённым, но сейчас при взгляде на его налитый, толстый и длинный член у неё перехватило дыхание. Он в два раза крупнее любого Мага. А она более чем готова для него.

С низким, животным рычанием он уложил её на кровать и лёг сверху. Скай посмотрела на него, ожидая, что он толкнётся в её лоно, но Пэнтер не двигался. Долгие секунды он просто смотрел на неё, отчего Скай казалось, что она проваливается в чёрные глубины его глаз. В груди сдавило тёплое чувство, лишая возможности глубоко вдохнуть. Она его обожала. Если бы только он мог быть её.

Пэнтер провёл костяшками пальцев по её щеке, а затем прижался к губам, вновь пробуждая страсть. Его мягкие волосы падали и ласкали щеки Скай, пока Пэнтер скользил ладонью по её талии, бедру и ягодице, затем обратно, с едва сдерживаемой страстью. Скай крепко обняла его за шею, но свободолюбивый дикий не останется в клетке, даже если та из её рук. Он прижался губами к её щеке, затем скользнул к шее, разорвал её объятия, и опускался поцелуями по ключице, груди, животу и ниже. Его тёплое дыхание щекотало внутренние стороны её бёдер, когда Пэнтер процеловал дорожку до самых её колен. Затем, всё с той же кошачьей грацией, он встал на колени между её ног и с нескрываемым голодом уставился на её лоно. Скай задрожала от предвкушения, и улыбка тронула её губы.

— Что ты делаешь?

Он посмотрел на неё греховным взглядом.

— Наслаждаюсь зрелищем. — Он развёл ей ноги, чтобы полностью открыть её тело для себя. Затем начал ласкать её обеими руками и от каждого прикосновения по телу проходила дрожь удовольствия. — Прекрасна, — шёпотом добавил Пэнтер.

Она ожидала, что он накроет её своим телом и проникнет внутрь, но он скользнул руками под неё и приподнял.

— Пэнтер, что?..

— Закинь ноги мне на плечи, Красавица.

— Зачем?

Он посмотрел на неё взглядом довольного кота.

— Чтобы я мог доставить тебе… нам обоим удовольствие.

Она покраснела, но сделала так, как он просил, готовая довериться ему. Когда она закинула ноги на него, он накрыл ртом самое её естество. От силы наслаждения она закричала

Он приподнял, всего на дюйм, голову и пронзил её взглядом тёмных глаз.

— Нравится?

— Да.

Пэнтер ласкал её языком и скользил внутрь, заставляя Скай извиваться и молить об освобождении. Она комкала простыни, пока внутри скручивалась спираль наслаждения. Затем он втянул в рот тот чувствительный комок, который помог ей найти в ту ночь, после побоев Бирика, в пещере, и она вновь закричала. Удовольствие было едва терпимым. Едва.

Он вновь и вновь втягивал этот комок внутрь, дразня его языком, отчего спираль закручивалась сильнее и сильнее, пока Скай не содрогнулась всем телом и не закричала, желая, чтобы он заполнил её тело. Тогда Пэнтер опустил её на кровать. Скай потянулась к нему, раскачивая бёдрами с неослабевающим желанием его. Только его.

— Пэнтер, прошу, войди в меня. Ты нужен мне.

Он её не разочаровал. Оказавшись в её объятьях, он одним мощным толком вошёл в неё, растягивая тело с восхитительным давлением. Внутренние мышцы пульсировали вокруг его ствола, и Скай толкнулась навстречу, желая, чтобы он проник ещё глубже, нуждаясь быть лишь с ним. Опёршись на локти, Пэнтер прижался к её губам и продолжал толкаться в её тело, вновь и вновь восхитительным образом её заполняя. Заполняя и тело и душу.

Спираль удовольствия закручивалась туже, пока, наконец, не раскрутилась, омывая её тело блаженством с такой силой и глубиной, словно Скай никогда прежде не кончала. Пока её тело сжимало его ствол, Пэнтер толкнулся в неё глубже, раз, другой, третий, и сам со стоном достиг пика, после чего положил голову ей на плечо. Нежность омыла Скай, когда она обняла Пэнтера и провела рукой по его влажной спине.

«Если бы только мы могли остаться здесь. Навеки».

Наконец, Пэнтер вышел из неё и встал, после чего взял её на руки с улыбкой на губах.

— Что ты делаешь?

— Направляюсь в душ. А затем найду чего-нибудь поесть. Твоим костям не хватает мяса.

Он внёс её в ванну, включил воду и просто стоял. Она подняла голову с его плеча.

— Чего ты ждёшь?

— Когда вода нагреется.

— Тёплый душ, — с удовлетворением пробормотала она. — Вода в пещерах всегда холодная.

Он поцеловал её в висок.

— Больше не будет холода, Скай. Я буду тебя согревать. — Наконец, он зашёл в душ и аккуратно поставил Скай на ноги под тёплые струи. Но когда повернулся, чтобы взять мыло, она под давлением сильнейших эмоций, обняла его и прижалась к спине. По щекам свободно стекали слёзы, смешиваясь с каплями воды. Никто прежде так не заботился о ней.

Она влюблялась в него. Но Пэнтер не мог быть её, у них нет будущего. Они принадлежат двум разным мирам.

Нет, это не совсем так. Он принадлежал миру Диких. А она ни к чему.

Глава 13

Пэнтер повёл Скай вниз. Желудок у него урчал, требуя еды. Тело же почти насытилось, а разум и сердце были в смятении. Женщина рядом с ним — Маг. Но всё же он не мог отрицать, что искренне заботится о ней и начинал испытывать к ней чувства.

«И насколько же это отвратно?　Во имя Богини, она же моя пленница».

Несмотря на всё, что Скай пережила, Пэн видел в ней поразительную силу. Мягкость. Нежность. И до боли глубокое одиночество. Скай изголодалась по прикосновениям и ласке и не боялась дарить их в ответ. В душевой она обнимала его, прижималась к нему, испытывая острый недостаток — Пэн был уверен — не в физической близости, а в духовной. Он повернулся к ней, взял на руки и просто держал под тёплой струей воды долго-долго. Так долго, пока она, чуть отодвинувшись, не принялась целовать его шею, плечи, грудь, снова и снова разжигая в нём страсть. Пэн взял её прямо в душе. Скай обхватила ногами его бёдра, и как только он вошёл в неё, откинула голову назад и с наслаждением застонала, что взволновало его ещё сильнее. Прижав её спиной к плитке, он начал толкаться в её тело вновь и вновь, пока не почувствовал, как она сжала его внутренними мышцами, кончая. Через пару секунд он последовал за ней в волны наслаждения, а затем просто стоял, не выходя из её тела, и гадал, как он так глубоко закопался в её чары?

Он все еще продолжал себя спрашивать, что, черт возьми, будет с ней делать?

Они дошли до фойе, и Пэн вновь посмотрел на Скай, не в силах сдержаться. И при каждом взгляде у него сжималось сердце. Её аромат фиалок, смешавшись с запахом его шампуня, сотрясал систему и чувства Пэна, затачивая, и без того вечно заострённое, возбуждение. Он всегда при взгляде на неё испытывал что-то глубокое и сильное, но с момента, как нашёл в тюрьме, истекающую кровью из-за заклинания Бирика и избавился от недоверия, эти чувства становились крепче. Крепче и ярче.

Скай, несомненно, прекрасна, даже в его спортивных штанах, которые ему пришлось утянуть на слишком тонкой талии, чтобы не сваливались. А сверху на ней была его фланелевая рубашка, в которой он охотился на дредэнов зимой. Рукава пришлось закатать три раза и теперь они топорщились на сгибе, но не скрывали изящных запястий. Обуви не было, так как его размер точно был не по ней, и ему нужно бы попросить пару у Кари или Делейни. Даже одетая, как уличный мальчишка, она несла себе естественное очарование танцовщицы.

Словно почувствовав его взгляд, она заправила за ухо выбившийся локон тёмных волос и посмотрела на Пэна. В её глазах засверкала улыбка, отчего внутри у Пэнтера всё перевернулась. И всё же, он не мог смотреть на неё и не видеть медного ободка вокруг радужек. Они нашёптывали ему тёмные воспоминания о предательствах и обмане. Фокс сильно полюбил Зафину, готов был сделать её своей парой. Но всё оказалось ложью. Чувства Фокса были спроектированы магией Зафины.

Несмотря на убеждение Пэна, что Скай не похожа на Зафину, каждый раз, когда он видел эти медные кольца, появлялись сомнения.

Он глубже затолкал мрачные мысли, решив защитить Скай от них так же, как от всего, что может причинить ей боль. Он погладил Скай по влажным волосам. Она откинулась на него, усмиряя сомнения. Он вернул руку на ее маленькую спину, и повел в сторону столовой, откуда доносился запах жареного мяса.

— Ты такая же голодная, как и я?

— Не уверена, — загадочно ответила она.

Через широкие, просторные окна проникал солнечный свет, освещая столовую, а лучи, отражаясь радужными бликами в хрустальных люстрах, танцевали на стенах. Беатрис была склонна к дворцовому стилю, и сильнее всего это было заметно в столовой. Убранство дома всегда лежало на плечах Радиан, и, хотя Пэн чувствовал, что Кари не особенно разделяла вкусы своей предшественницы, слишком практична и мудра, чтобы потратить время и силы на такое легкомыслие, когда ситуация с каждым днём становилась сложнее. Если Бирику и его хозяину, Иниру, удалось найти способ освободить Сатанана, то миру, каким они его знали, придет конец.

За столом сидели и ели мясо лишь двое — Фокс и Джаг. Остальные вскоре, как только аромат мяса доплывёт до комнат, присоединятся. Но у Тая и Лиона теперь были пары, а тёплая и желанная женщина, как правило, перевешивает голод. По крайней мере, некоторое время. А, на данный момент, лишь они оставались в доме диких.

Когда он подвёл Скай к столу, стоящему у окна, оба мужчины подняли головы. В глазах Джага Пэн увидел извечную враждебность. Но увидеть её у Фокса стало удивлением. Пэнтер не знал, откуда она взялась, но когда Фокс посмотрел на Скай, враждебность усилилась. Из уважения оба встали и поприветствовали его, но было четко ясно, что они не довольны появлением здесь Скай. А чего они ожидали от него? Что он свяжет ее и отнесет еду наверх? Если бы на ее месте был какой-нибудь другой Маг, именно так Пэн и поступил. Но она ни какой-то там Маг. Она — Скай.

Пэнтер подвёл её к дальнему концу стола и выдвинул стул. Скай и двух диких разделяло несколько мест. Когда она села, из кухни вышла Пинк, держащая в руках с перьями тарелку. Пинк ростом с человека, только с ногами фламинго, а руки и лицо пусть и человеческие, были в перьях. Она кивнула Пэнтеру, поставив тарелку на стол, но когда посмотрела на Скай, в птичьих глазах появился холод. Не дав возможности Пэну представить Скай, Пинк развернулась и исчезла за дверями кухни.

Пэнтер уставился вслед Пинк. Никто в этом доме не горел желанием дать Скай шанс. Это из-за того, что вражда и предрассудки по отношению к Магу так глубоко въелись в разум?

«Прошу, Богиня, пусть это будет не из-за того, что они видят правду, к которой я слеп».

Он посмотрел на Скай, которая встретила его взгляд с сухой улыбкой. Нет, слеп не он, а они. Сердце никогда ему не врало, а в Скай оно распознало родственную душу. Бойца, который вынужден был прогнуться, но не сломаться. Пленницу, готовую рискнуть и подвергнуть себя страшному наказанию, чтобы другие не страдали от ужасающих, мучительных смертей, которые несут Димены.

Когда Пинк вернулась, неся кувшин с водой и кувшин с соком, Пэн взял пустые тарелки из стопки в центре стола и начал накладывать ароматное мясо на первую. А затем посмотрел на Скай.

— Тебе нравится свинина?

— Я… — Она быстро покачала головой. — Нет.

Закончив накладывать еду на тарелку, Пэнтер сел в конце стола рядом со Скай и поставил перед собой тарелку.

— Здесь есть что-нибудь, что ты могла бы поесть?

Она посмотрела на него мучительным взглядом.

— Я не ем животных.

И тут его озарило. Конечно, нет. Она тянулась к животным, а они к ней.

— Ты связана с ними даже после смерти?

— Не знаю. Возможно, это просто мое воображение, но я не могу заставить себя есть их.

Пинк поставила на стол графины и уже начала разворачиваться, как Пэнтер остановил ее.

— Скай вегетарианка, Пинк. У нас есть что-нибудь для нее?

— Я только что поставила в духовку булочки с корицей для Делейни и Кари, — ответила наполовину фламинго, наполовину человек.

Он повернулся, чтобы задать вопрос Скай, но блеск волнения в ее глазах и легкая улыбка на губах сказали ему всё, что нужно было знать.

— Спасибо, Пинк, — сказал он, не поворачиваясь. Просто не мог отвести взгляд от красавицы рядом.

— Ты любишь булочки с корицей, — сказал он и тоже начал улыбаться.

Ее резкий кивок и расширяющиеся глаза радовали его.

— Я не ела их с самого детства.

Он отрезал кусок мяса.

— Прости, что ем перед тобой, но…

Она тряхнула головой.

— Ешь.

Ковыряясь в своей тарелке, он наблюдал за Скай.

— А что ты ела в пещерах?

Она водила пальцем по краю пустой тарелки.

— Летом — ягоды и грибы, если находила. Иногда повар приносил яблоки или орехи, я их тоже ем. Раз в месяц он пёк хлеб. Другие заставляют, есть мясо.

— Я и не знал, что Маги мясоеды, те которых я знал, не были.

Она пожала плечами.

— Мясо уже было там.

Сочувствие ужалило его, и он понял.

— Они готовили твоих животных. Тех, что были убиты во время жертвоприношений.

Она поджала губы.

— Да.

Он вспомнил, как ласково Скай гладила животных, и как они прижимались к ней. Неудивительно, что она не могла заставить себя съесть их. Как и то, что она была такой худой.

— Существующие Дикие все мясоеды, — сказал он. — До появления Кари, которая предпочитает разнообразие, Пинк готовила только мясо. Но теперь она выяснила слабое место Кари, и на столе регулярно появляются булочки с корицей.

— Что она такое? — тихо спросила Скай. — Пинк. Она выглядит как животное, но она не животное.

Он с любопытством посмотрел на нее.

— Ты не чувствуешь в ней животного, как в других диких?

Скай медленно покачала головой.

— Нет.

Ему было жаль слышать подобное.

— Мы всегда верили, что её животное было уничтожено, но наверняка не знали. Жаль, что мы оказались правы.

— Что случилось?

— Она должна была стать Диким Воином, хотя и не хищным. Фламинго всегда были слабыми. Когда погиб последний воин, зверь переместился к самому сильному из линии потомку. К сожалению, он нашёл прибежище в эмбрионе девочки, который вот-вот должен был разделиться на близнецов.

— Дух оказался в ловушке?

— Видимо. Девочки родились наполовину фламинго, наполовину людьми. Близняшку Пинк убили в надежде, что зверь сможет вернуться к Пинк, но не сработало. Она никогда не верила, что внутри живет дух зверя. Очевидно, она права.

— Она не может перекидываться?

— Нет. Она такой была всегда. Она живет с Дикими, потому что даже без животного внутри, ей нужна энергия радиана.

— И ей нужно безопасное место, чтобы жить вдали от других.

Пэнтер кивнул.

— Да.

Заметив движение в дверях, они посмотрели вверх. Тай и его пара вошли в комнату. Делейни была одета в черные брюки и белую рубашку, а на талии в кобуре висел пистолет. Увидев Скай, в её проницательных, темных глазах загорелся интерес.

Тай нахмурился и обнял Делейни за талию.

— Давай возьмем завтрак и поедим на улице. Сегодня прекрасное утро.

Скай, словно её ударили, опустила взгляд в пустую тарелку. И вновь Пэнтер ощутил за неё боль. Несмотря на всю заслуженность враждебности, жить с ней постоянно станет для Скай нервным. И ему это не понравилось. Делейни повернулась к Таю и серьезно на него посмотрела.

— Она настолько опасна? Думаешь, мне навредит сесть рядом с ней за стол?

Тай низко зарычал.

— Если бы я так думал, она бы уже была мертва.

Тогда Делейни ярко улыбнулась.

— Тогда я хочу поесть здесь. Мне интересно узнать о ней больше.

Тай нахмурился.

— Ди… ты чертовски любопытна. — Но когда Делейни выскользнула из его объятий, он отпустил ее. — Не прикасайся к ней. Они обычно очаровывают через прикосновение.

Пэнтер встал, когда Делейни — в привычной прямолинейной и бесстрашной манере и с блеском интереса в глазах — подошла к столу. Она выдвинула стул прямо напротив Скай, но Тай потянул её дальше. Закатив глаза, она протянула руку Пэнтеру.

— Доброе утро, Пэнтер.

Он весело пожал ее руку.

— Доброе утро, Делейни.

Пока Пэнтер традиционно приветствовал Тая, Делейни села, сложив руки на столе и уставившись на Скай. Не дружелюбно, но и не враждебно. Просто оценивающе.

— Нас должным образом не представили. Я Делейни Рэндал.

Пэнтер видел, как Скай посмотрела на другую женщину с настороженностью и уязвимостью в глазах, которые так его трогали. Без сомнений, Скай ждала больше враждебности. Но подняла голову и прямо встретила взгляд Делейни.

— Я Скай.

— А фамилия есть?

Она покачала головой.

— Если мы не живем среди людей, то Магу она ни к чему.

Делейни кивнула, косясь на Тая и Пэнтера, пока те занимали места.

— То же самое с Териин, да?

Тай осторожно посмотрел на девушек, явно не желая участвовать в этой дискуссии. Но не сильно лёгкий удар Делейни локтем по руке, заставил его заворчать и ответить:

— У большинства Териин есть фамилии, потому что они живут и работают среди людей. У диких — нет.

Делейни перевела взгляд на Тая.

— Тогда почему в твоих водительских правах написано Джон Тай?

Тай выгнул бровь.

— Ты рылась в моем бумажнике?

Она улыбнулась.

— Я из ФБР. Ты прекрасно знаешь, что я вынюхиваю при любом удобном случае.

Тай обхватил Делейни за шею и, притянув к себе, чмокнул в висок.

— И мне придется мириться с этим вечно? — Его голос был низким, а взгляд переполнен любви, и Пэнтер потерял последние из своих сомнений, почему его друг взял в качестве пары эту женщину. Тай нашел свою вторую половину.

— Мы все используем имя Джон для документов. Среди прочих псевдонимов.

Делейни закатила глаза.

— Хорошо, что я теперь на вашей стороне. Я узнала слишком много. — Она повернулась к Скай. — Так ты действительно ведьма?

— Я Маг, хотя женщин-Магов часто называют ведьмами. — Уголки её губ поникли. — И у некоторых из нас все же крючковатые носы с бородавками.

Нотки веселья в ее голосе удивили Пэна. Глаза Делейни загорелись.

— Так ты не летаешь на метле?

К удивлению Пэнтера, губы Скай растянулись в ответной улыбке.

— Никаких метел и, к сожалению, никаких полетов. Хотелось бы мне уметь летать.

— И мне. А что насчет… — Делейни подняла палец и прикоснулась к носу и пошевелила им.

Слабый смешок — такой нежный и искренний — казалось, удивил саму Скай больше, чем Пэнтера.

— «Моя жена меня приворожила»[3]! — Восторг в глазах Скай очаровал его. — Я обожала этот сериал в детстве. Саманта щелчком пальцев или подёргиванием носа могла заставить вещи появиться и исчезнуть. Даже Табита могла так!

— О, боже мой, ты видела тот эпизод, где Табита…

Когда запах булочек с корицей наводнил столовую, Пэнтер встретил взгляд Тая, а две женщины продолжили говорить о сериале, который Пэн никогда не видел. Тай явно был недоволен энтузиазмом, с которым его пара разговаривала с ведьмой. Его друг перевёл настороженный взгляд на Скай и замер, как человек, готовый защитить свою пару от дикого и опасного зверя. Как бы не были ненавистно Пэну за недоверие к Скай, он не мог винить Тая. Не каждый Териин находит себе пару, с которой проводит вечность, а дикие воины — не считая тех, которых выберет радиан — никогда не надеялись таких найти. Кари и Лион, как до этого Беатрис и Вулф. Только вот Лион, казалось, был более чем счастлив, быть с радиан, в отличие от Вулфа. Хотя пары должны быть совершенными друг для друга. Теперь таким был Тай. Пэнтер тряхнул головой, наблюдая за собственническим инстинктом, не в силах понять такую озабоченность одной женщиной, ради которой Тай отказался на вечность от остальных. Но когда его взгляд упал на Скай, которая с удовольствием на лице рассказывала о сериале, мог — почти — понять. Иногда одна женщина способна изменить всё.

В глазах Скай танцевали радостные огоньки, а губы расплылись в само ироничную улыбку, когда она склонилась к Делейни.

— Я всегда жаловалось маме на несправедливость, что, будучи ведьмой, я не могла такое делать.

Делейни пристально наблюдала за ней с ошеломительной улыбкой.

— Ничего из этого? А что тогда можешь? — Она перевела взгляд на Тая. — Должна быть причина, почему все тебя так боятся?

Наслаждение медленно покинуло черты Скай.

— Маги, которые меня воспитывали, были способны лишь на простые заклинания, порчи и зажигание огней… — она подняла руку и повертела пальцем в воздухе. — В основном, плавающие свечи. Ещё могли увеличить урожай сада или исцелить лёгкие недуги. Обладали даром предвидения или умением читать чужие мысли. Ничего, чем могли бы навредить Териин. Лишь некоторые могут очаровывать и захватывать разум одним прикосновением. Опасный трюк, так как жертву без усилий похищают и делают безвольной. Но не все маги обладают такой способностью. И у меня нет её.

— Ты захватила меня, — Пэн замер.

Выгнув бровь, она встретила его взгляд и нагло ухмыльнулась.

— Да. — Её щеки заалели. — Но мне потребовалось гораздо больше, чем простое прикосновение.

От воспоминаний, как именно она захватила его, как он толкался в неё, Пэн вновь начал возбуждаться.

— Я не слышал эту часть, — низко пророкотал Тай. — И судя по тому, что между вами происходит, я так полагаю, она… э… открыла тебе твой разум?

— Да.

— Не очаровав тебя сначала?

— Она скрыла глаза Мага, если ты об этом.

— Не в твоих правилах отвлекаться на женщину.

Пэнтеру это отлично известно. И всё же… Когда Скай посмотрела на него, когда их взгляды встретились, он ощутил её глубоко внутри, почувствовал, как она прикоснулась к тому тугому узлу в груди.

— Я никогда не встречал такую женщину, — тихо ответил он.

От нежной улыбки Скай, Пэн едва сдержался, чтобы не зарыться носом в изгиб её шеи и не втянуть её аромат.

Тай низко зарычал.

— А ты не думал, что она тебя очаровала?

— Конечно, она очаровала его, — рыкнул Джаг с другого конца стола. — Она трахает мозг моему зверю с тех пор, как появилась тут. Круглосуточно!

Пэнтер обернулся к двум другим диким, натыкаясь на гневные взгляды. Не стоило приводить Скай в столовую, но он не собирался уводить её, не дав поесть. Она заслуживала большего.

— Какого черта она тут делает?

Лион стоял в дверях, а рядом с ним была Кари. Пэнтер застонал, потом встал, чтобы поприветствовать лидера. Но Лион остановился и толкнул Кари себе за спину, словно защищая.

Пэнтер стиснул зубы.

— Ей нужно поесть.

— Она даже не связана.

— Я думала, Шаман связал ее магию, — ровно протянула Делейни.

— Мы не можем знать наверняка, сработало ли это.

Джаг фыркнул.

— Лидер, я прямо сейчас могу ответить точно. Не сработало. Она продолжает сводить с ума моего зверя! — Джаг начал мерцать, словно собирался перекинуться. В столовой разразился хаос, когда на стуле Джага появился ягуар. Стул с грохотом упал на пол, а кот приготовился к нападению.

— Какого чёрта?! — потребовал Лион.

«Это всё она! — голос Джага пронёсся в голове Пэнтера, как и у всех диких.　Когда воин в облике зверя, мог телепатически говорить с кем хотел, если этот человек близко к нему.　- Я не хотел перекидываться, но ощутил, как она тащит моего зверя и тут же превратился в ягуара. — Кот медленно и плавно обошел стол. Его походка была смертельной.　- Я собираюсь вырвать горло этой сучке».

Пэнтер вскочил со стула и встал перед Скай.

— А вот хрен тебе. Это не ее вина, Джаг.

«Нет? Она творит магию и это не ее вина? Тогда кто виноват? Лион? Кари? А может Санта Клаус?»

Джаг приготовился к прыжку.

— Я не могу перекинуться, — сказал Пэнтер Таю, когда схватил Скай со стула и толкнул ее к стене, защищая своим телом.

— Я могу. — Во вспышке огней и полосатого меха, Тай перекинулся в тигра и прыгнул одновременно с ягуаром, столкнувшись с ним в воздухе над столом. Обе кошки рухнули на посуду с едой, отправляя тарелки, кувшины и приборы на пол.

Пэнтер потащил Скай прочь от дерущихся, методом, строго запрещенным кодексом диких, кошек.

— Джаг, перекинься. Немедленно! — приказал Лион.

Но ягуар лишь рыкнул в ответ, погружая клыки в предплечье тигра, который откинул его в сторону огромной и тяжёлой лапой. Лион повернулся к Пэнтеру.

— Уведи ее отсюда, или я ее сам убью!

Фыркнув, Пэнтер притянул к себе Скай, но спорить не стал. Специально она это делала или нет, результат один.

— В тюрьму, Пэн, — орал Лион, пока Пэнтер уводил Скай из комнаты. — Я не хочу, чтобы она была поблизости с другими.

В коридоре Пэнтер взял Скай за дрожащую руку и увидел в её глаза страх. Тот, который нашёл отклик в глубине его души. Потому что, делала ли она это намеренно или из-за кэнтрика, вживлённого в сердце, он не мог подвергать опасности друзей. Когда он вёл её вниз по длинной лестнице в тюрьму, понял, что выбор у него невелик и мрачен. Какая ирония, обнаружить редчайшее существо, добрую и нежную ведьму. Тем не менее, она Маг, а значит опасна. А у опасной ведьмы, угодившей в ловушку Диких, единственное будущее. Безрадостное.

Глава 14

Как только они дошли до тюрьмы, которая находилась внизу, Скай повернулась лицом к Пэнтеру. После того, что произошло за столом в столовой, её трясло, внутри всё сжималось от боли.

В попытке добраться до Скай, ягуар Джага вёл себя всё более безрассудно. Не потому, что его влекло к ней. И прыгнул он не для того, чтобы поздороваться, в отличие от пантеры. Джаг вёл себя так, будто его тянуло сделать это против воли. Что-то распаляло его. Вызывало жестокость.

— Я не хотела этого.

Пэнтер взглянул на неё. Губы плотно сжаты, в глазах — беспощадность.

— А я этого и не говорил.

— Да, но ты думаешь, что я виновата.

— Не ты, а кэнтрик.

— Как? Не понимаю, для чего Бирику нужно было закладывать в кэнтрик заклинание, которое приводит Диких в бешенство? Он не мог знать, что я освобожу тебя, а уж, тем более что позволю себя похитить. В этом нет никакого смысла.

Пэн открыл дверь камеры, как раз напротив той, где Скай истекала кровью в полночь. Но там было чисто, кто-то смыл всю кровь.　Он пропустил Скай внутрь, следом зашёл сам. В камере была деревянная скамья. Скай села, а Пэнтер остался стоять у двери. Неподвижный, со скрещёнными на широкой груди руками и с бесстрастным выражением лица.

— Возможно, в этом нет никакого смысла, но единственный другой вариант, который приходит мне на ум — ты делаешь это намеренно.

— Я — нет.

Пэн внимательно посмотрел на Скай.

— Я тебе верю. — Она закрыла глаза, впитывая в себя звуки этих слов. — А значит дело в кэнтрике. — Он сел рядом с ней. — Или в чём-то ещё, о чём мы ещё не подумали.

Когда он вытянул ноги, Скай посмотрела на него.

— Что ты собираешься делать, Пэнтер?

Он встретил её взгляд.

— То есть?

— Со мной. — Она понимала, что её жизнь под угрозой. И знала, что Пэнтер её убьёт. — Я хочу помочь остановить Бирика. Больше всего в жизни хочу. Но не знаю как.

Он потянулся и обнял её за плечи, притягивая к себе.

— Понимаю, и тоже не знаю как.

— Ты не можешь отпустить меня, ведь Бирик вновь может поймать меня и использовать для освобождения других дименов. Но Лион же не позволит мне остаться здесь? Не тогда, когда я причиняю столько страданий вашим животным.

— Может, пока достаточно того, что ты побудешь здесь. Что-нибудь придумаем, красавица. — Он нежно сжал её в объятиях, затем встал и обернулся. — Сиди здесь, я пойду, принесу тебе еды.

— Я не голодна.

Он положил ладони ей на щеку.

— Я сейчас вернусь. — Затем он запер клетку и исчез в длинном коридоре, оставляя Скай дрожать в одиночестве. Всю свою взрослую жизнь она жаждала доброты. И нашла её, влюбившись в хорошего мужчину.　Но не всегда любви достаточно.

***

Пэнтер шёл по подземелью, кляня себя за то, что не мог предложить Скай что-то ещё.

«Ложь».

Слова надежды.

«Надежда это хорошо». Эти слова Вайпер повторял каждый день их плена три века назад, не давая Пэну сойти с ума и заставляя в это верить.

— Мы сможем выбраться, все трое. Не сомневайся. Никогда не сомневайся.

Для Федерика, третьего пленника, слова оказались ложью. Он умер в темнице, истёк кровью после того, как Анкрита, забавы ради, отрезала ему ногу, чтобы увидеть, сколько уйдёт времени на то, чтобы отросла новая. Этого не случилось. Не все трое выбрались оттуда. Фредерик так и не стал ягуаром, метку которого заполучил. Почти два года спустя в Дом диких пришёл Джаг и начал тут же настраивать всех против себя. Они думали, что ягуар так и не придёт. По сей день, почти три века спустя, большинство желало, чтобы и не приходил. Фредерик, с его тихой силой и остроумием, стал бы отличным дополнением команды, но у него не было шанса, несмотря на все заверения Вайпера. Но иногда, остаются лишь слова.

Дойдя до первого этажа, он увидел, как Лион приветствует трех незнакомцев, двух мужчин и женщину у входной двери. Лидер перевёл взгляд на Пэнтер и кивнул ему.

— Защитник, Пантера.

Защитник европеец, обученный на Британских островах, и, как известно, был жестоким бойцом. Пэнтеру было занятно понять, что главный в команде — миниатюрная женщина в брючном костюме и на высоких каблуках с огненно-рыжими волосами до плеч.

Пэнтер каждому пожал руки. Мужчины говорили с британским акцентом, а женщина — Оливия — с шотландским, провинциальным говором.

Когда Лион повернулся, чтобы направиться с гостями в гостиную, Джаг ворвался в фойе.

— Эта ведьма должна уйти! Такое ощущение, что её магия ползает под кожей, — прорычал он, затем резко остановился, заметив вновь прибывших. Он впился взглядом в Оливию, осмотрел её с головы до ног и обратно. — Ты подойдёшь.

— Джаг… — предупредительно начал Лион, но воин, естественно не услышал и приобнял рыжеволосую за плечи.

— Как насчёт того, чтобы подняться ко мне и раздвинуть ножки, Сладенькая? — протянул он.

— А как насчёт отказа? — промурлыкала она, хотя в её глазах появился ледяной взгляд.

Джаг этого не заметил. Он спустил руку с её плеча на грудь.

— Я буду хорошим.

— Уверена, — проговорила она, наступая шпилькой на ногу Джагу.

— Твою ж! — Джаг отскочил и поднял ногу. После чего впился ядовитым взглядом в женщину.

Оливия повернулась так, чтобы не выпускать Джага из поля зрения, но смотреть на Лиона, и выгнула идеальную бровь.

— Что вы там говорили?

Пэнтер изо всех сил старался сохранить серьёзное выражение лица.

— Я сейчас видел то, что видел? — спросил Тай, подходя к ним.

— Да.

Лион ошеломлённо осмотрел женщину.

— Я говорил, что ценю вашу готовность помочь. Мы объединим воинов и сможем расширить зону поиска.

Рыжая кивнула, посмотрела на Джага, а затем вновь перевела взгляд на Лиона.

— Мы готовы. Столько, сколько вам понадобится.

— Значит, ты одна из воинов? — спросил Лион.

— Конечно. Не позволяй внешности обмануть себя, воин. Многие, к сожалению, уже совершили такую ошибку.

В глазах Лиона появилось восхищение и веселье при виде Джага.

— Не сомневаюсь. И буду рад вашей помощи. От каждого из вас, — сказал он и посмотрел на мужчин.

Тай усмехнулся и посмотрел на Пэнтера.

— Думаешь, Лион поставит её в пару с Джагом? Она могла бы научить его манерам.

Пэнтер хохотнул.

— Сто баксов на рыжеволосую.

Джаг взглянул на них и зарычал. Внезапно на его коже засияла огни, и в следующую секунду по фойе выхаживал разъяренный ягуар. Лион нахмурился и посмотрел на Лиона.

— Проверь свою ведьму.

Пэнтер кивнул и ушёл. Тай пошёл следом на кухню, где Пэн хотел взять Скай еды.

— Пока ты был внизу, звонил Хоук. Они возвращаются.

— Что произошло?

— Они нашли ферму, откуда мы тебя забрали, и Вулф уловил твой запах. Он шёл по нему около четырех миль, а потом потерял след. Они всю ночь искали, но не нашли ничего похожего на пещеру.

— А что насчёт Маркета? — Они дошли до столовой, где Фокс, Кари и Делейни помогали Пинк навести порядок. На столе стояла тарелка, наполовину заполненная булочками с корицей.

— Его они тоже не могут найти. — Тай взял одну булочку и откусил. — М-м-м-м, неплохо.

Пэнтер взял тарелку и положил на неё четыре булочки.

— Потом они почувствовали, что теряются и Лион приказал возвращаться.

— Магия.

— Да. Должна быть.

— Проклятье. Я не могу вернуться туда, пока не сниму чёртовы оковы.

— От шамана что-то слышно?

— Нет. Если он в ближайшее время что-то не придумает, мне придётся отрезать руку и посмотреть отрастёт ли она вновь. — Он не мог не содрогнуться при воспоминании, как Анкрита отрезала ногу Фредерику, но тот был уже год как без энергии Радиан. Он считался смертным, как и все молодые дикие, пока не найдёт дом диких.

А с Пэнтером такого не случиться. Его рука снова вырастет. Он надеялся.

Тай поморщился.

— А если не сработает?

Пэнтер посмотрел на него.

— Если Маг найдёт способ освободить Сатанана из кинжала, потерянная рука будет самой маленькой из проблем.

Он взял тарелку и начал спускаться вниз в подземелье, но когда приблизился к концу лестницы, в затылке появилось странное ощущение, будто что-то капало на голову и растекалось под черепом. Тарелка с булочками выскользнула из руки и со звоном свалилась на пол. В голове зашептали сотни голосов, а разум заволокло туманом, пока по коже растекалось знакомое чувство.

Рабство.

Туман захватил сознание, и Пэнтер ничего больше не понимал.

***

Скай откинула голову на стену, пытаясь понять, что произошло наверху. Тупое волнение сжало желудок. Если ей не удастся найти способ, остановить что бы то ни было, и убедить диких, что Скай им поможет, она в серьёзной опасности. Пэнтер будет защищать её так долго, как только сможет, но если лидер решит, что она опасна, он ничего не сможет поделать.

Возникало ощущение, будто звери в диких и тянулись к ней и избегали. Скай думала, что это путаница со стороны животных из-за враждебности воинов. К сожалению, это не объясняет произошедшее с Джагом. Она чувствовала внутреннюю боль Джага, как и боль Фокса, Лиона и Тая. Как будто с ними что-то не так. Её дар не позволял доставлять животному страданий. Даже если она хотела, не могла. Не тогда, когда шаман связал её магию.

Скай замерла. Может в этом и проблема? Может, шаман фундаментально изменил целенаправленность её дара?

Как только Пэнтер вернётся, она спросит об этом.

Она услышала шаги, и поняла, что идёт Пэнтер. По коже пронёсся жар, а сердце бешено застучало от предвкушения, грудь распирало, пока Скай не начала думать, что лопнет. Как за такой короткий промежуток времени Пэнтер стал для неё миром?

Но когда он показался из-за угла, она поняла, что-то не так. Он шёл к ней с напряжением и жестким выражением лица. И шёл без еды.

— Что случилось? — спросила она, когда он открыл дверь.

— Нам нужно уйти.

— Почему? — Она вытерла вспотевшие ладони о брюки, которые ей одолжил ей Пэнтер. Лион уже приказал её убить?

Пэнтер, озираясь по сторонам, протянул ей руку. Она вложила свою в его и пошла следом через подземелье в спортзал.

— Пэнтер, ты можешь сказать, что случилось? — У неё начало бешено колотиться сердце от страха.

Пэнтер не ответил. Когда они достигли коридора, который вёл к лестнице, он повёл ее к паре двойных дверей. Отпустив руку Скай на мгновение, он отпёр двери и приоткрыл одну так, чтобы они проскользнули. Затем закрыл дверь и схватил Скай за руку и повёл по широкой лестнице. Дневной свет освещал им путь, в лучах солнца танцевали пылинки.

— Куда мы идём? — тихо спросила Скай, и он опять не ответил. — Пэнтер? — Сердце замерло, а в голове зазвонили тревожные колокольчики. — Пэнтер, посмотри на меня. — Она попыталась вырвать руку из его хватки, но не смогла. — Посмотри на меня!

Наконец, он бросил на неё взгляд. Но его глаза заволокла магия.

Пэнтера околдовали.

Бирик пришёл за ними.

Глава 15

Скай хотела позвать Лиона, но Пэнтер накрыл ей рот ладонью. Скай вырывалась, но Пэнтер без особых усилий потащил её вверх по лестнице, отпер дверь и вынес на суровый солнечный свет. Бирик не мог призвать Пэнтера с горы, значит, спустился с неё сам или послал приспешников, которые теперь их ждали, таща Пэнтера через магию кандалов.

Нет! Она туда не вернётся. Стоило закрыть глаза, как всплывало воспоминание о Димене, разрывающим тех людей на куски. Но что гораздо хуже, Пэнтер вновь будет прикован и подконтролен Бирику.

У себя в голове Скай кричала. С ближайших деревьев птицы вспорхнули ввысь, вдали завыли собаки, ощущая её страх. Магия, как оказалось, никак не повлияла на её способность призывать животных.

Пэнтер потащил её через заросший деревьями двор, одной рукой затыкая рот, другой — держа за талию. Скай отчаянно вырывалась, но он поднял её, словно пёрышко, заставляя ноги болтаться в воздухе. Она должна что-то сделать! Не могла же позволить этому случиться.

Но на её зов приходили лишь животные. Но даже огромная собака не могла остановить Пэнтера.

Она замерла. Но в этом лесу есть и другие животные. Звери в телах людей.

Молясь, чтобы дикие услышали её страх, Скай открыла разум и сердце и послала мольбу на ветер. Через мгновение стали появляться животные. Белки выпрыгивали из зарослей, из-под ближайшего куста выполз сурок, а на деревья садились птицы всех мастей и расцветок. На её зов пришли десятки животных.

Но среди них не было тех, кто мог остановить Пэнтера от того, чтобы вновь стать пленником.

***

Лион пожал руку каждому стражу, а в конце Оливии, их лидеру.

— Где вы остановились.

— В анклаве Териин Бетесда, — ответила она с намеком на шотландский акцент.

Лион кивнул.

— Буду на связи. — Как только он выяснит, что делать с чёртовой ведьмой Пэнтера. Он дошёл до двери и остановился, занеся ногу для следующего шага, когда его зверь поднял голову на рёв страха. Спустя секунду, по телу Лиона прошла волна странной энергии. Сила омыла его, но он не призывал эту силу, и почувствовал, как перекидывается. Лион попытался сопротивляться магии и провалился.

Твою же мать.

Его ракурс в зверином облике — большого африканского льва — сузился.

Один из стражей закричал:

— Великолепно!

«Какого чёрта?» — услышал он голос Тая. — «Я только что перекинулся! И не могу вернуть человеческий облик!»

Лион злобно заревел.

«Ведьма».

— Тай! — голос Делейни донёсся с лестницы, когда в фойе вбежал огромный тигр. За ним бежала Делейни, тараторя: — Я только что видела в окне Пэнтера и Скай. Он нёс её через двор, зажимая рот. Она вырывалась.

«Здесь что-то серьёзно не так», — пробормотал Тай.

Лион был согласен.

«Оливия, я был бы признателен, если бы ты осталась. Ты нам можешь понадобиться», — а затем обратился к Таю: — «Пошли».

Делейни подбежала к задней двери, раскрыла её и отошла. В проём пробежал Лион, а затем Тай. Когда они выбежали во двор, Лион обратился к своей паре:

«Кари, запри двери и оставайся в доме. У нас проблемы».

Он услышал её стон.

«Это не в новинку, Лион. Будь осторожен».

«Всегда, малышка».

Он увидел сквозь деревья вспышку цвета. Пэнтер и ведьма. Как Делейни и говорила, Пэнтер тащит её против воли.

«Сучка-ведьма опять за своё», — протянул Джаг, появившись рядом в облике ягуара. — «Где Фокс? Он ушёл в Магазин, и надеюсь, оказался вне досягаемости её призыва».

Лион был согласен.

Кошки бежали на четырёх лапах, преодолевая многие метры одним шагом. Лиону редко удавалось вырваться на свободу в облике льва, и сила звериного тела наполняла радостью, соперничающую лишь с той, которую ощущал в объятьях Кари.

Кошки кружили вокруг убегающей пары, отрезая им путь.

«Пэн, остановись», — потребовал Лион, но дикий лишь попробовал пройти мимо. — «Пэнтер!»

«Ро, с его глазами что-то не так», — заметил Тай.

Точно, расфокусированы. Пэнтера заколдовали. Но не ведьма его вела, она, наоборот, изо всех имеющихся сил вырывалась. Когда его упорядоченный мир превратился в такую трясину хаоса?

«Нам придётся его вырубить», — сказал он Таю. — «Её не убивать, пока не выясним, что она сделала».

«Согласен».

Тай перегородил Пэнтеру дорогу, а Лион обошёл вокруг. Сгруппировавшись, Лион прыгнул вперёд, ударяя Пэнтера задними лапами в спину, а затем перевернулся, чтобы не ранить друга.

Ведьма освободилась.

«Кари, любимая, нам нужна верёвка. Оливия, ты нужна здесь».

Когда Пэнтер упал на землю, огромный тигр приземлился на него, своим весом удерживая на месте.

Ведьма встала и отошла.

«Делейни, не дай ей уйти. Пристрели, если придётся». — Лион пронзил ведьму взглядом. — «Что ты сделала? Почему мы не можем перекинуться обратно?»

Маг покачала темноволосой головой, широко распахнув голубые глаза.

— Не знаю.

«Ты проваливаешь испытание, ведьма. Назови хоть одну причину не убивать тебя».

В её глазах появились слёзы. Она бессильно подняла и опустила руки.

— Не могу

Мучительная честность прошептанных ею слов в сочетании с мужеством перед лицом угрозы остановили Лиона и спасли ей жизнь. Но он не знал насколько долго.

***

Скай стояла у входа в камеру, прислонившись виском к холодной решётке, и смотрела на Пэнтера в клетке напротив. Он стоял посередине и дрожал от ярости.

— Выпустите меня! — кричал он, но по глазам, она понимала, что он ещё под руководством Бирика.

Чтобы затащить Пэнтера в дом и в тюрьму понадобились три Териинца, Делейни, Кари и четыре перевёртыша. Вся его одежда была изорвана и окровавлена, хотя раны от кошачьих зубов и когтей уже зажили.

За камерами вышагивали огромные кошки.

Териин ушли несколько минут назад, когда вернулись Вулф, Хоук и Кугар. Теперь три диких стояли с угрюмыми выражениями на лицах.

Лион подошёл к её клетке, тряхнув огромной головой и великолепной гривой. От него волнами исходила ярость.

«Если тебе дорога твоя или его жизнь, расскажи всё, что случилось, ведьма».

Скай выпрямилась, смотря в янтарные глаза льва, и рассказала всё.

— И я придумала позвать ваших зверей.

— Так вот почему двор внезапно наполнился птицами, — сказала Делейни, стоявшая у тигра и гладя его. — Картина напоминала фильм ужасов.

Скай посмотрела на льва.

— Я надеялась, что ваши звери услышат меня и остановят Пэнтера. Но я не знаю, почему из-за моего призыва вы перекинулись.

Делейни отошла от тигра и направилась к Скай, но кошка преградила ей путь.

— Тай, — простонала Делейни. — Скай, ты можешь это обратить?

— Я пробовала всё, что знаю, и отослала животных, но на диких никакого эффекта.

Даже её дар обернулся против неё.

***

Пэнтер словно издалека слышал голоса и рычание диких.

Но голос Делейни донёсся громко и ясно.

— Джаг случайно перекинулся за завтраком, но смог вернуться обратно через несколько минут.

— Джаг провёл с ведьмой больше времени? — спросил Шаман.

— Скай ночью была в комнате Пэнтера, — заявила Кари. — А комната Джага рядом.

— Очевидно, это дело рук ведьмы, — проговорил Шаман. — Вопрос в том, как она это сделала? Джаг, дай мне прикоснуться к твоей голове.

Туман чар в голове медленно начал проясняться, и Пэнтер стал осознавать окружающий мир. Он находился за решеткой одной из тюремных камер со связанными за спиной руками. Дикие вышагали рядом с клеткой, Вулф прислонился к стене, а Делейни стояла с тигром.

Шаман положил руку на голову ягуара.

— Интересно. Я чувствую зов заклинательницы, заключенный в прочные лозы магии. Магии, которая не принадлежит ей.

Пэнтер увидел Скай, прислонившуюся к дальней стене камеры напротив, словно хотела уйти как можно дальше от происходящего. Скай.

— Что ты со мной сделала? — спросил он тихо, но она округлила глаза, подлетела к решётке и уставилась на него

— Ты вернулся.

Он тряхнул головой, стараясь прояснить её.

— Что произошло?

«Что ты помнишь?» — раздался голос Лиона в голове.

Он задумался.

— Я нёс Скай булочки с корицей, которые уронил.

Вулф заворчал.

— А я-то думал, почему булочки на лестнице валяются.

«Пэн, тебя заколдовали», — сказал Лион. — «Ведьма утверждает, что виноваты кандалы, что Бирик призвал тебя через них».

— С горы? — недоверчиво спросил он.

«Нет, Шаман думает он или его люди были неподалёку. Где-то за милю. Хоук и Кугар ищут их след».

— Могу я потрогать один из наручей? — спокойно спросил Шаман.

Медленно моргая, Пэнтер обернулся и сжал один из наручей. Стиснув зубы, он подавил старые муки чистейшей ярости.

Шаман заворчал:

— Магия, призвавшая ваших животных, исходила из кандалов, а не от ведьмы. И думаю, что они действуют, словно увеличитель для её природного дара. Она легко призывает зверей.

«То есть, пока не снимем кандалы, не сможем перекинуться? — не веря, спросил Джаг.

Лион заревел.

«Шаман, найди способ снять их».

— Поверь, воин, я старался. Но ни к чему не пришёл. Я могу разобраться с магией, но я не Маг.

Пэнтер отдернул руку.

— Развяжите верёвки и дайте нож. Я избавлюсь от оков.

«Какой прок от ножа?» — спросил Лион.

— Я отрежу себе руки и ноги. Правда, кто-то должен будет отрезать мне правую руку.

«Чёрта с два. Неизвестно, сработает ли это».

— Есть одна возможность, — начал Шаман. — Хотя, я считаю её маловероятной.

«Говори».

— Разумосвежевание.

Пэнтер застонал. Процедура не из приятных.

— Если думаешь, что сработает, вперёд.

— Я очень сомневаюсь, что это сработает. Та магия, которую мы пытаемся разрушить, скорее всего, не даст мне проникнуть в твою память. Так что мне предстоит ещё найти другой вариант.

«И что точно ты будешь искать?» — спросил Лион.

— Заклинание, при помощи которого на него надели кандалы. А затем я смог бы вылепить обратное заклинание.

Лион раздражённо зарычал.

Шаман пожал плечами.

— У тебя есть идея лучше?

— Да. — Скай схватилась за стальные прутья своей клетки. — Когда-то на мне были такие же кандалы.

Все взоры обратились к ней, когда невысказанное предложение стало ясно. Где-то в её голове скрывалось обратное заклинание.

— Нет, — зарычал Пэнтер. — Это больно.

Скай возразила:

— Но это лучше, чем ты отрежешь руки, чтобы освободиться.

— Они отрастут обратно.

— Пэнтер, я справлюсь.

— Будет больно.

Шаман покачал головой.

— Может ей и не будет больно. Мозг Мага выстроен по-другому, и вполне вероятно, ей не будет больно, как Кари. Воспоминания Кари были специально заблокированы. Мне пришлось удалить слои магии, чтобы добрать до того, что было нужно. Но с ведьмой, этого не надо будет. Я просто доберусь до воспоминаний, которые за пределами досягаемости её сознания.

— Видишь. — Скай склонила голову на бок. — Всё просто.

Пэнтеру это не нравилось. Что, если Шаман ошибается? Он безоговорочно доверял мужику в делах диких и Териин, но тот ненавидел Магов. Что, если Шаман навредит ей, нечаянно или нет? И всё же… он стиснул зубы на боль при виде льва, тигра и ягуара, вышагивающих у его клетки. Клетки, из которой он вряд ли уйдет далеко после произошедшего. На карту поставлено гораздо больше.

— Ты не начнёшь, пока я не окажусь рядом с ней.

«Согласен», — произнёс Лион. — «Вулф».

Вулф взял ключ и отпёр клетку Пэнтера, затем вытащил нож из кармана, и Пэнтер повернулся спиной, чтобы друг разрезал верёвки. После чего Пэнтер повернулся и поприветствовал Вулфа, а затем направился к Скай. Как только он вошёл в камеру, Скай оказалась у него в объятьях. Он крепко прижал её к себе, уложив голову на плечо и запутав руку в волосах.

— Красавица, расскажи, что произошло. — Она вкратце рассказала ему, что произошло, он нежно гладил её, ощущая под руками её дрожь. — Тише, малышка. — Но он не мог винить её за страх. Особенно, учитывая, блуждающих у клетки зверей, которые смотрели на неё так, словно готовы сожрать. Конечно же, они не станут. Им лучше вообще не думать об этом. Низко зарычав, он опустил голову и захватил её рот, указывая братьям, чья она. Скай моя. От поцелуя стало легче, и Пэнтер с неохотой отступил, на миг, нежно обняв её лицо ладонями. После чего пустил Шамана.

— Сделаешь ей больно, и умрёшь.

Скай коснулась его руки.

— Пэнтер, всё хорошо. Я справлюсь.

— Я видел, на что ты способна, — он не сводил злобного взгляда с Шамана, — но у него глубоко укоренившееся предубеждение против Магов, и я бы не хотел, чтобы оно проявило себя в его действиях.

К чести Шамана, он спокойно встретил яростный взгляд Пэнтера.

— Клянусь, я не стану намеренно вредить ей. Но я никогда не пробовал разумосвежевание на Магах, воин. Не могу быть уверен, в результате.

Пэнтер зарычал, но кивнул.

— Сделай это.

Шаман повернулся к Скай.

— Ложись.

Держа её за руку, Пэнтер опустился на каменный пол. Когда Шаман сел на колени у её ног, Пэнтер принялся поглаживать пальцами её руку.

Его тело пронзила боль, но он беспокоился лишь о Скай, крепко держа её, пока Шаман обхватывал её голову руками. Пэнтер присутствовал, когда Шаман залезал в голову к Кари. Та боль… Богиня. Он уже видел, как Скай страдает, хотя она стойко всё выдерживала, и каждый раз рвал его сердце на части. Он не сможет выдержать этого снова. Особенно, когда она слишком много стала для него значить.

Когда Шаман начал напевать, Пэнтер приготовился к первой волне боли, накатившей на Скай.

— Как давно, ведьма?

— Скай, — отрезал Пэнтер. — Её зовут Скай.

— Сколько тебе было лет, Скай? — спросил Шаман.

— Восемь.

От мысли, что Скай была прикована к скале, как и он… Пэнтер сильно стиснул её руку. Бирик умрёт.

Она поджала губы и напряглась.

— Ей больно, — прорычал он.

Скай сжала его руку.

— Всё хорошо.

— Чёрта с два.

— Скай, я собираюсь достать твои воспоминания о том времени. Они могут утянуть тебя за собой, но когда всё закончится, ты вернёшься. Ты должна найти заклинание и произнести его. Готова?

— Да.

Шаман возобновил пение одинаково-непонятных слов, но резко остановился.

— Мы должны были уже добраться.

Всё тело Скай натянулось.

— Сколько тебе лет, Скай? — спросил Шаман.

— Восемь. — У неё изменился голос, стал тоньше, моложе. Пэнтер смотрел на неё, как начала дрожать её нижняя губа, а из глаз потекли слёзы. — Я хочу к маме.

Она говорила, как восьмилетняя девочка. На ужасающее мгновение, он увидел Скай ребёнком.

— Скай, — позвал Шаман, удивительно нежно. — На тебе есть оковы?

— Да.

— Он вживил в тебя кэнтрик?

— Я… слишком мала для кэнтрика. — От страха она округлила глаза. — Он идёт. Я слышу его шаги. — У неё надломился голос. — Он опять сделает мне больно.

Пэнтер чувствовал, как сильно она стискивала его руку и погладил её по голове, ненавидя того человека, который сотворил с ней такое.

— Скай, он не причинит тебе страданий. Больше никогда.

Шаман посмотрел на него, а потом заговорил с ней:

— Скай, ты теперь старше. Я хочу, чтобы ты перепрыгнула на пару дней вперёд. Тогда, когда он снял наручи.

Под рукой Пэнтера, когда он убирал волосы с её лба, кожа Скай была холодной, но влажной.

— На тебе ещё надеты кандалы, Скай?

— Мне они больше не нужны. Он их снял.

— Скай, повтори заклинание. Повтори то, как Бирик снял с тебя кандалы.

Тихо, едва громче шёпота, она начала петь заклинание на древнем языке Магов. Шаман схватил руку Скай и положил её на оковы Пэнтера. Магия начала танцевать на его запястьях и лодыжках, от неприятного ощущения начало жечь кожу. Металлические кандалы превратились в золотые, затем в бронзовые, отражающие свет, воздух наполнился запахом раскаленного металла и горящей плоти. Его плоти. Во внезапном, ослепляющем взрыве Пэнтера пронзила боль. Он откинулся на стену, перед глазами всё потемнело, когда огонь из оков распространился на руки и ноги, желая уничтожить тело в раскалённой агонии.

— Уходи оттуда! — донёсся голос Лиона человека.

— Нет! — Пэнтер вслепую потянулся к Скай и почувствовал, как её стройная, нежная рука сжимает его, будто может удержать от падения. Он прижал Скай к себе, когда почувствовал сильные руки одного из своих братьев.

— Тише, Пэн, — сказал Тай.

Скай крохотной рукой гладила его по спине.

— Тебе нужно сесть.

Его голос был сиплым от боли.

— Что ты со мной сделала?

— Ничего. — Голос Скай казался слабым и ранимым. — Тебя больше не сдерживают оковы.

— Нет? — Он дотянулся до запястий и… на них ничего не было. — Будь я проклят.

— Кари даст тебе энергию, Пэн. — До него долетел голос Лиона. — Тебе нужно отпустить ведьму.

— Не ведьму. Скай. — Он, наконец, мог видеть. Лион перекинулся в человека, и сейчас стоял в дверях камеры, без одежды. Пэнтер встретился с взглядом янтарных глаз друга. — Ро, ранишь её, и я тебя убью.

— Мы не причиним ей вреда.

Скай освободилась от его хватки, а в поле зрения появилась Кари. Её светлые волосы как обычно были собраны в хвост, а в глазах стояло беспокойство, когда она сжимала его запястье.

— Готов, Пэнтер? — тихо спросила она.

— Действуй.

Кари закрыла глаза. Через несколько секунд, её рука стала теплее, а ещё через несколько во вспышке белого света, её кожа засияла радужными, сияющими бликами. Но вместо тёплого всплеска энергии, который он обычно ощущал, в запястье выстрелил разряд силы, протаранив всё тело и откинув его на каменную стену.

Прежде чем он потерял сознание, услышал, как Кари говорила:

— Лион, посмотри на его глаз! Метка дикого исчезает.

Глава 16

Пэнтер ударился о стену и ощутил хватку Тая, когда энергия взорвалась в нём, посылая тёплую волну по телу и смывая боль. Вновь ощутив прилив сил, он выпрямился, стараясь не корчиться.

— Ты в порядке? — озабочено спросил Тай.

Он быстро и судорожно помотал головой, проясняя её.

— Это средняя сила.

Он осмотрелся и нашёл Скай, которая наблюдала за ним, с другой стороны камеры, с беспокойством в широко распахнутых глазах. Он потянулся к ней, и она подбежала в его объятия. Он крепко прижал её, и внутренняя суматоха немного ослабла. Немного, но этого хватило. Пэн посмотрел на Лиона.

— Оковы сняты. Я готов найти эту пещеру.

Скай в ужасе ахнула.

Лион словно не слышал его слов.

— Перекинься.

— Думаешь, не могу? — прорычал Пэнтер.

— Пэн, метка дикого исчезает. Я хрен его знаю, что это может быть, но пока ты не можешь перекинуться и близко к Магам не подойдёшь.

— Ладно. — Он хотел раздеться, чтобы не уничтожить одежду, но быстро посмотрев вниз, понял, что корабль уже уплыл. Даже кожаные штаны были изодраны когтями и зубами его братьев. — Я не хочу перекидываться в этой клетке.

Ещё раз, нежно обняв Скай, он её отпустил. Лион отступил на шаг и указал встать на каменный пол посреди камеры. Напрягаясь в ожидании порыва боли, который всегда сопровождал момент перевоплощения, он призвал силу зверя, силу, которая была столь же естественной частью его, как дыхание в течение почти трехсот лет. И ничего не случилось. Проклятие.

— Пэн?

Пэнтер посмотрел на Лиона.

— Дай мне минуту. — Он должен перекинуться! Убрав с лица волосы, он призвал зверя, напрягаясь в попытке достичь этого прилива боли и силы, пока шея и спина не покрылись потом.

— Пэнтер? — нежный голос Скай заставил его посмотреть на неё через решётки. — Позволь мне прикоснуться к тебе.

— Зачем? — потребовал Лион.

Скай без колебаний встретила жестокий взгляд Лидера и ответила:

— Его зверь отвечает мне. Я считаю, что Пэнтер и дух его зверя всегда был разобщены, но кандалы усугубили всё до такой степени, что они больше не могут функционировать единым фронтом. Возможно, я смогу преодолеть это.

Лион посмотрел на Шамана.

— Такое возможно?

Шаман кивнул.

— Я всегда чувствовал надрыв в магии дикого у Пэнтера, и без сомнений, всё могло ухудшиться. Тем более у него исчезают метки Дикого. Может ли ведьма помочь ему, я не знаю.

Пэнтер потянулся к Скай.

— Тогда, мы выясним.

Все расступились, давай Скай проход к нему. Она встретилась взглядом с Пэнтером, и он увидел неуверенность в её медно-голубых глазах.

— Попробуй, Красавица.

Она опустила голову и взяла его за руку.

— Мне нужно касаться тебя. Позволь я положу руку тебе на грудь.

Пэнтер одним движением стянул изодранную футболку. Скай прижала тёплые ладони к его груди. И он тут же ощутил покой. Он накрыл её руки своими.

— Если сработает… когда увидишь искры, отпрыгни или окажешься подо мной.

Уголки её губ немного приподнялись, а в глазах появился слабый интригующий блеск.

— Предпочту оказаться под тобой, — тихо возразила она.

К несчастью, слух у Диких очень острый. Периферийным зрением он заметил понимающую улыбку на лице Тая.

Пэнтер смотрел Скай в глаза.

— Хорошо, давай попробуем. — Он вновь призвал зверя, но, как и прежде, ничего не произошло. Ярость, которую он тщательно сдерживал, кипела прямо под кожей, и Пэн начал бояться, что потеряет контроль. Он уже готов был оттолкнуть Скай ради её же безопасности, когда почувствовал, поднимающуюся из глубин, силу. По началу, лёгкая струйка, которая набирала силу и крепла, пока не стала потоком боли и дикого, первобытного удовольствия. Тело окутали искры, когда Скай отскочила, и Пэнтер, наконец, перекинулся. Обращение всегда сопровождала боль, но в этот раз было куда хуже. Никогда у Пэнтера не проходило всё спокойно. В теле пантеры, он потянулся и встряхнулся, а затем задрал морду и издал рык, ощущая странное удовольствие, прорывающееся через боль. Он повернул голову в сторону источника удовольствия. Скай стояла перед ним, словно маяк, распространяющий свет и тепло. Пэн понял на первобытном уровне, почему существа бежали к ней. Шаман назвал её духом природы. И Пэн знал, что это правда.

Мышцы дрожали, тело умоляло пробежаться по лесу, но слишком много было поставлено на карту, чтобы позволить так потратить время на себя, к тому же он никогда не сможет оставить свою ведьму с братьями. В Доме Диких она не в безопасности.

— Можешь обратно перекинуться? — спросил Лион.

Пэнтер зарычал. Вопрос дня. Закрыв глаза, он представил своё человеческое тело. Вновь ничего не произошло. Будь всё проклято.

«Красавица, мне нужна помощь».

Скай, не мешкая, опустилась на колени и обняла пантеру за шею, облегчая боль и наполняя странным, но сильным удовольствием. Его реакция на неё не была с сексуальным подтекстом, не в облике зверя, но её прикосновение отозвалось в теле и душе, смывая мрак, впуская свет в глубины души, согревая и очищая. Очищение на самом глубоком уровне. Поэтому существа молят об её прикосновении.

— Попробуй ещё раз, — произнесла она.

И он попробовал. В этот раз, когда Скай касалась его, сила пришла, стоило к ней обратиться, и он вновь принял облик человека. Пэнтер повернулся к лидеру.

— Я могу перекинуться, когда рядом Скай. Мы сейчас же идём.

Выражение лица Лиона стало жёстким.

— Ни за что на свете.

— Ро…

— Слушай, Пэн, я понимаю, что ты хочешь найти Вайпера и остановить Бирика. И полностью поддерживаю твоё желание. Но если ты встретишь Мага, а ведьма окажется далеко, тебя вновь околдуют. Пока ты не можешь перекидываться, на тебя легко наложить чары. А это неприемлемо.

Злость пошатнула и без того слабый контроль, и Пэн с жестоким выражением лица пошёл на лидера.

— А какова альтернатива, Ро? Лишь я могу найти ту гору. Мы идём.

— Нет.

— Ро… Лион… Я теряю связь со зверем. Но сейчас ещё могу использовать её. Позволь, я сделаю свою работу, пока ещё могу, чёрт подери.

Выражение лица Лиона стало суровым, но в его глазах Пэн увидел заботу.

— Нет, Пэн. Посылать тебя туда вот так, верная погибель. И я не пойду на это.

— Тогда ты не даёшь и шанса на спасение Вайпера. Я уже не исцелюсь. Связь со зверем ухудшается.

— А может, исцелишься, — задумчиво протянул Шаман, стоящий позади.

Пэнтер развернулся и уставился на невысокого мужчину в рубашке с оборками.

— Думаешь, он исцелится? — удивлённо спросил Лион.

— Не один. Я посмотрел на работу заклинательницы, и думаю, что она может ему помочь. С правильным руководством.

Пэнтер нахмурился.

— Руководством?

— Воин, выслушай меня, — начал Шаман. — Я знаю того, кто может помочь, если захочет. Тебе может и понадобиться всего одна ночь. Это старый Маг. Иезикиль. Я уже очень-очень давно его знаю.

— У тебя есть друг Маг? — с неверием спросил Тай.

— Он не друг, но я ему верю. В его сердце никогда не было тьмы. У него всегда было мало сил, да и та толика, что присутствовала, почти исчезла. Его жена — заклинательница. Если кто и сможет научить твою ведьму призывать добрую энергию, так это Иезикиль. Если он захочет. После смерти жены, он отвернулся от своего вида, как и от всех остальных. Он больше ни с кем не встречается.

Пэнтер свёл брови вместе.

— И с чего ты взял, что он встретится с нами?

— Твоя Скай заклинательница, воин, а они редкость. Она напомнит Иезикилю о потерянной женщине. — Он перевёл взгляд древних глаз на Скай. — Ведьма, призови животных. Только не чаек. Любое существо с куском хлеба может призвать этих глупых птиц. Но если ты призовёшь кого-то ещё, он вас примет.

— Где он? — спросил Пэнтер.

— У него дом в Королле на Внешней отмели, но лишь Маг увидит дом сквозь защиту. Ты не найдёшь его без ведьмы.

— Я могу полететь с ними туда, — вставил Тай. — Всего-то пять часов лёту.

Лион покачал головой.

— Не хочу, чтобы ты так долго был с ней. Если ты перекинешься, управляя самолётом…

Тай заворчал, но спорить не стал. Пятнадцатифутовый бенгальский тигр в кабине самолёта не лучшая затея.

Шаман протянул Пэнтеру ключи.

— У меня домик недалеко отсюда, прямо на пляже. Останься там на ночь, пока я посмотрю, смогу ли хоть как-нибудь очистить магию твоей ведьмы с этих Диких.

Пэнтер взял ключи и сжал их с такой силой, что металл впился в кожу. Ему нужно отправиться к той горе. Нужно найти Вайпера.

— Ро…

— Проклятье! — Джаг исчез и вновь перекинулся в ягуара.

— Пэн, это приказ, — Лион с яростью посмотрел на Скай. — Уведи её отсюда и исцелись.

Пэнтер спрятал Скай за собой и перевёл взгляд с лидера на шипящего ягуара, который прижал уши к голове.

— Уходим.

***

Спустя немного времени, они уже были в пути. Скай нервно приглаживала джинсы, которые не носила с детства. Перед тем, как они ушли из Дома Диких, Делейни настояла на том, чтобы одеть Скай. Джинсы были немного велики, но ремень и мягкий свитер скрывали этот факт. Оказалось, что размер ноги у неё такой же, как у Кари, которая отдала ей пару кед. Она не привыкла носить обувь и носки, но они были удивительно удобными. Она пощипывала джинсы, а пульс бешено колотился. Что если эта поездка будет напрасной? Что если Иезикиль не захочет её видеть?

Пэнтер накрыл её руку своей, слабо сжимая.

— Он захочет встречи с тобой. Может, он нам даже поможет.

Она повернулась и посмотрела на его волевой профиль.

— Ты мои мысли читаешь?

На мгновение слабая улыбка смягчила черты его лица.

— Ты не перестаёшь мучить джинсы с момента, как мы сели в машину.

— А если Иниры уже добрались до него? И он уже потерял душу?

— Нет. Шаман может и не называет этого Мага другом, но не послал бы нас туда, не будь уверен в Иезикиле. — Он вновь сжал её руку.

Скай положила на его руку ладонь.

— Прости, что сделала тебе больно, когда произнесла заклинание, снимающее оковы.

— Ты не виновата. Уверен, вина лежит на Анкрите и том, что она столько лет назад сделала со мной.

— Пэнтер, что произойдёт, если ты полностью потеряешь связь с духом зверя? — эта мысль её пугала.

— Не знаю. Может, дух окажется свободным и отметит кого-то другого.

— А тебя вновь он может отметить?

— Не думаю.

— И ты вернёшься к Териин? — она провела рукой по его бицепсу вверх и вниз, а затем сплела их пальцы. Она ждала ответа. И ждала. И ждала. Наконец, она посмотрела на него, замечая стиснутые зубы. — Пэнтер?

— Быть отмеченным зверем меняет тебя. — Он говорил натянуто, контролируя голос. Чрезмерно контролируя. — Но лишение метки обратно тебя не изменит. — Он развернул руку ладонь к ладони, сжал руку и сплёл пальцы. Но больше ничего не сказал. Да и не нужно было. Она всё поняла. Если он потеряет связь с животным, умрёт.

***

Скай пыталась вырваться из верёвок и отвернулась, чтобы в лицо не попала дюжина камней, которую запустили Маги. Камни ударили её, ломали рёбра, острые края резали щеки и нагое тело, пока Скай не пришлось бороться за следующий вдох. И пока камни летели на неё, лицо Бирика с оскаленными зубами стояло перед глазами.

«Вернись ко мне Скай или будет хуже. Каждый раз, когда ты уснёшь, будешь переживать муки, которые я придумал для тебя, и так будет продолжаться, пока ты не начнёшь бояться закрывать глаза. Пока ты не перестанешь отличать реальный мир от кошмаров. Пока твой разум не рухнет под тяжестью ужаса. Вернись ко мне сейчас же. Ты никогда не сбежишь от меня, глупенькая. Никогда!»

— Скай.

Она проснулась, вздрогнула и отдёрнулась от окна машины. Всё тело болело, дыхание было болезненным и поверхностным. Было больно, как если бы она по-настоящему пострадала. Тёплая рука Пэнтера лежала на её плече.

— У тебя колотится сердце. Тебе приснился кошмар или что-то страшнее?

— Думаю, страшнее. Мне угрожал Бирик.

— Он может добраться до тебя на расстоянии?

— Не знаю. — Она прижала дрожащую руку к потному лбу, пытаясь выкинуть кошмар из головы. — Он был одет в зелёную тунику, которую я годами не видела, и был выше ростом. Намного выше.

— Или ты была меньше. Мог ли он поместить этот кошмар тебе в голову, когда ты ещё была девочкой?

— Да, думаю, мог.

— Ты расскажешь мне, что видела?

Она посмотрела на него, и в его глазах увидела беспокойство.

— Я словно под наркотиками была. Он сказал, что кошмары ухудшатся, и я не смогу отделить реальность от сна.

Пэнтер низко зарычал.

— Маг сдохнет. — Он сжал пальцами её плечо. — Никто больше не навредит тебе. Я не позволю.

Его прикосновение было тёплым и надёжным, но даже Пэн не сможет защитить её от ада, в котором окажется, если не вернётся к Бирику. Но и вернуться не могла, ведь знала, на что он станет использовать её силы. Она словно призрак, парящий между двух миров, ни в одном из которых ей нет места. Если останется на свободе, страдание станет и душевным и телесным. А если вернётся к Бирику, поможет освободить Дименов, ценой своей души.

И ни один из вариантов не предлагает того, чего она хотела больше жизни. Лишь его одного

Пэнтера.

Глава 17

Часы спустя, они добрались до небольшого городка Короллы на берегу Северной Каролины. Солнце садилось, небо блестело розовыми и оранжевыми цветами, вдоль пляжа на высоких сваях выстроились домики. Ещё тёмные и пустые, среди песка и диких трав этого узкого, продуваемого ветрами барьерного острова, потому что туристам только предстоит прокладывать себе путь к пляжам.

Немного ранее Пэну звонил Лион и сказал, что Хоук и Кугуар не нашли никаких признаков Мага, который призвал его через кандалы. Вероятно, контроль Бирика проник глубже, чем они думали. Лион попросил быть осторожным.

Пэнтер посмотрел на Скай, которая уставилась в пассажирское окно. Он, всё так же держал её за руку, сплетя пальцы. Почему-то, её прикосновения успокаивали его. Уравновешивали. Казалось, что и его прикосновения делали то же самое в ней.

— Красавица, мы приехали.

Наконец, отпустив её руку, он протянул распечатанную перед отъездом карту, на которой звездой Шаман отметил место в квартале от пляжа.

— Всё зависит от тебя. Если Шаман прав, я увидеть не смогу.

Он ехал по дороге, следуя указаниям Шамана.

Скай ткнула пальцем.

— Туда.

Он видел лишь участок песка между двумя большими тёмными пляжными домиками, стоявшими на высоких сваях.

— Поверю тебе на слово. — Он припарковался на обочине и вылез. Когда он помог Скай выйти, она встретила его пристальный взгляд.

— Шаман велел призвать животных, но, когда я делала это в последний раз, заставила перекинуться диких, и вернуться в облик человека они не могли. Что, если сейчас будет с тобой что-то не так?

Пэнтер пожал плечами и провёл рукой по волосам.

— В этот раз не так усердно призывай.

Она слабо улыбнулась.

— Хорошо.

Когда она закрыла глаза, Пэн еле сдержался, чтобы не наклониться и не поцеловать её. Но магия Скай и без того непредсказуема, лучше не мешать. Через несколько минут к Скай побежали три дикие кошки и две лисы. Когда она опустилась на колени, чтобы погладить их, голуби, вороны и с десяток чаек собрались вокруг неё, пара сели ей на плечи и голову. Она лишь улыбнулась и потянулась, чтобы погладить и их. С ошеломительной улыбкой на лице она встала и посмотрела на Пэна.

— Готов? — Она повернулась и открыла ворота, которые он не видел. Когда Пэн последовал за ней через заросли морского овса, увидел в десятке метров от них мужчину с яростным выражением лица. Старый, по словам Шамана, но, как и всем бессмертным, на вид дашь не больше тридцати. Только одет был так же, как люди в моменты зарождения цивилизации, в простую коричневую робу до лодыжек с поясом. На ногах шлёпанцы с завязками. Длинные и сальные каштановые волосы на голове, борода и усы скрывали половину лица.

Пэнтер обхватил Скай за талию и потянул за собой её, птиц и всех остальных.

— Что ты себе позволяешь? — потребовал Маг.

Пэнтер низко зарычал.

— Нам Шаман сказал, где тебя найти, Иезикиль.

— Маленький Териинский придурок. — Махнув на них рукой, он отвернулся.

— Скай — заклинатель, и ей нужна твоя помощь.

Иезикиль замер, затем медленно обернулся и посмотрел на животных, на её плечах и у ног. После перевёл взгляд им за спины и округлил глаза.

— Ну, я это вижу.

Услышав тихое фырканье, Пэнтер обернулся и уставился на двух лошадей. У Скай на лице читался восторг. Когда она медленно подошла к ним, Пэнтер настороженно посмотрел на Иезикиля.

— Мустанги?

— Да, только сильнейший заклинатель мог их призвать.

Он посмотрел на Скай, которая гладила лошадей по гладкой, коричневой шерсти на шее. Мустанги — дикие животные на острове, их потомки высадились на берег с испанскими исследователями примерно в то время, когда родился Пэнтер. Скай отослала лошадей и подошла к Пэну.

— Иезикиль, нам нужна твоя помощь, — сказала она уверенно, беря Пэна за руку. — С самого детства главный колдун Бирик использовал мои силы для накопления тёмной энергии. И сейчас он пытается вскрыть кинжал Димена. Нам нужно его остановить.

Маг заворчал:

— Я ничем не могу помочь. — Но не отвернулся.

Скай холодными пальцами сжала руку Пэна.

— Дикие остановят его, но из-за нападений Магов, этот воин может потерять связь со зверем. Шаман считает, что я могу помочь, если научусь пользоваться доброй энергией. И мне нужно, чтобы ты научил меня этому.

— А мне-то что?

Отпустив Пэна, Скай подалась вперёд, но Иезикиль, подняв руку, остановил ей. Она смотрела на него и не сопротивлялась.

— Ты знаешь, что происходят с Инирами? — спросила она.

— У них крадут души, — пробормотал он.

— Да.

— Мою он не забрал, и не заберёт, потому что никто не знает, что я здесь! Или им всё равно, — добавил он с ворчанием.

— Шаман сказал, что в твоём сердце нет тьмы, — тихо произнесла Скай. — Я вижу это в твоих глазах. Уже давно я не встречала Мага с душой.

Иезикиль нахмурился на неё.

— Почему ты с диким?

— Он спас меня от Бирика. Лишь меня не обратили в Инира.

— Тогда, Бирик придёт за тобой.

— За нами обоими. Благодаря нам, он освободил три духа Дименов из кинжала. Я видел, что они делали.

Маг пробормотал что-то неразборчивое себе под нос, отворачиваясь. Внезапно, на месте заросшего участка появилось небольшое каркасное сооружение, намного старше остальных. В отличие от тех домов, этот находился всего в нескольких футах от земли, как будто неохотно признавая океан. Странный, с двумя мансардными окнами, двухэтажный, но недавно окрашенный и удивительно ухоженный.

— Входите, — сказал он, махнув рукой и поднимаясь по лестнице.

Пэнтер посмотрел Скай в глаза.

— У тебя получилось.

Она слабо ему улыбнулась, вроде и ликуя, но и испытывая неуверенность. Они входили в дом Мага… что их ждёт, не знает никто. Пэнтер крепко сжимал руку Скай, поднимаясь по лестнице в дом, но рабочая рука оставалась свободной.

Старый отшельник провёл их через устаревшую гостиную и в кухню, в которой, казалось, не было ремонта в течение полувека.

— Садитесь, — сказал Маг, поднося чайник к раковине. — Чай?

— Да, пожалуйста, — сказала Скай, садясь за грубо обтёсанный, обеденный стол.

— Нет, — отказался Пэнтер, может и грубо, но ему было всё равно. Он ничего не примет от Мага. Может, Шаман ему и верит, но Пэн — нет.

Пока Иезикиль брал две большие кофейные кружки и опускал в каждую по чайному пакетику, Пэнтер изучал мужчину, замечая пакли, а не волосы, падающие на плечи. Хотя от Мага не воняло, он далеко не так хорошо заботился о себе. Одна из опасностей одиночества, предположил Пэнтер. Иезикиль перевёл любопытный и жёсткий взгляд на Пэнтера.

— И как же к Бирику попал клинок Димена?

— Несколько месяцев назад в дом диких пробралась Маг. Ведьма способная прятать от нас глаза. Одного из нас обратили.

Маг наполнил кружки кипятком, затем поднёс их к столу и поставил перед Скай, вместе с маленькой тарелкой и ложкой для чайного пакетика.

— Спасибо, — тихо поблагодарила Скай.

— Он потерял душу, — сказал Маг, встретив взгляд Пэнтера.

— Нет. Душа Вайпера ещё внутри. Я разговаривал с ним в пещерах Бирика, после того, как Скай меня пленила.

Иезикиль переводил взгляд с него на неё и обратно.

— Пленила? Я думал, он тебя спас.

Пэнтер нахмурился.

— Мы спасли друг друга. Как я сказал, в Вайпере ещё осталась человечность. Она глубоко спрятана, но всё же есть. Я знаю, что видел.

— Такое возможно, — Иезикиль подтолкнул к Скай большую тарелку с печеньем, и взял себе. — Ужасный сладкоежка, — признался он, прежде чем откусить. Когда Скай быстро потянулась за печеньем, Пэнтер вспомнил, что поесть ей не удалось. Он загладит свою вину и накормит её, как только они уйдут.

— Не раз за века я встречал эту болезнь бездушья.

— Века? — спросил Пэнтер.

Иезикиль кивнул.

— Всякий раз, когда Маг заражается темным духом, цикл вновь повторяется.

— О чём ты? — спросила Скай.

— Когда Сатанана пленили и заточили в клинок Димена, слабые потоки тёмного духа остались на земле, скрытые в пещерах и расщелинах. Многие тысячелетия с момента захвата Сатанана, большинство этих потоков нашли места обитания в существах, подчиняя душу и превращая в чистое зло. Большинство из этих существ были людьми. Пока живут люди, они несут ужас и страдания в мир, но они не вечны, и когда умирают, тёмный дух умирает вместе с ними. Но не в этом дело, страшнее, когда тёмный дух заражает одну из бессмертных рас. Считается, что смерть всей расы Ллина, тысячи лет назад, произошла из-за столкновения тёмного духа и королевы Ллин — женщины величайшей силы, которая, вероятно, понимала, что происходит, и принесла огромную жертву, чтобы не допустить распространения тьмы. К сожалению, у Магов всегда была тяга к тёмной силе. На протяжении тысячелетий происходили многочисленные случаи заражения Магов тёмным духом, с неудачными результатами. Хуже всего, Инир, Элемент. До заражения он был тёмной и опасной душой. И я, например, верю, что дух, заразивший его, обладал не просто следом сознания Сатанана. Один тёмный дух обращает человека во зло, но Инир завладевает огромными запасами знаний, которые были утеряны много веков назад. Я считаю, Сатанан через Инир пытается освободить себя и орду из кинжала.

Когда Скай схватила очередное печенье, Иезикиль нахмурился.

— Тебя не кормили, что ли?

Пэнтер заворчал.

— Я пытался утром, но всё пошло не так. А Бирик кормил её тушами животных, которых они призывала.

Иезикиль уставился на Скай, а затем сморщился.

— Бирик идиот и бездушный мудак. — Он встал и убрал тарелку с печеньем. — Спагетти с томатным соусом, салат и чесночный хлеб, подойдёт?

Улыбка, расцветшая на её лице, была такая чистая и красивая. У Пэнтера защемило сердце.

— Спасибо, звучит замечательно.

На секунду лицо Мага озарила слабая улыбка. Иезикиль достал из шкафа кастрюлю.

Пэнтер заставил себя сосредоточиться на словах Иезикиля.

— Как Инир заражает других, если тёмный дух нельзя так передать?

— Не совсем так, — Иезикиль включил кран и наполнил кастрюлю водой. — Я сам всё пытаюсь разобраться в этом, и верю, что сильные души переживут атаку тьмы, что в этих личностях тьма обратима. Вопрос в том, как это сделать.

Иезикиль поставил кастрюлю с водой на плиту, затем достал из холодильника овощи и начал делать салат.

— Значит, Бирик заставлял тебя, Скай, призывать тёмную энергию?

— Да.

— Ритуал жертвоприношений при луне?

— Да, каждую ночь.

— Долго?

— Десятилетия.

— Был ли хоть один ритуал без жертвоприношения? Как и должно быть.

— Нет. Пока Шаман не сказал, что ты можешь о таком знать, я и не догадывалась о его существовании.

Иезикиль кивнул.

— Знаю. И ты вполне можешь исцелить своего друга Дикого.

Скай посмотрела на Пэнтера с облегчением и волнением в глазах. Но ему сложно было поверить в то, что его можно изменить.

— Останешься здесь до полуночи. После еды, я научу тому, что ты должна знать, хотя я и не заклинатель. Моя Барбара была.

Боль от утраты любимой в голосе Мага тронула что-то в душе Пэна.

Скай подалась вперёд.

— Думаешь, это остановит диких от постоянной смены облика.

Иезикиль с интересом выгнул бровь и хохотнул.

— Случайно перекидывались? Мне нужно это услышать в подробностях.

***

Пэнтер стоял в дверях между кухней и гостиной, смотря на то, как Иезикиль учил Скай песнопениям и танцам, чтобы призвать силу, для чего и была рождена. Они работали над этим часами, но он понял, что совершенно не возражал. Пэн ощущал радость и растущее волнение Скай от приближения полночи, как ощущал и то, что всё больше к ней привязывался.

Если всё сработает, она больше не станет страдать от наказания Бирика и, впервые направляется на путь истинного предназначения. Может, есть вероятность, что на этом пути, она и ему поможет. Дюжину раз он молился богине, чтобы всё сработало, чтобы Скай была свободна от наказания Бирика.

— Танцы без одежды традиционны, — пояснил старый Маг, — хотя и в ритуальных тогах тоже уместны и ни в чём не отстают. Под луной лучше, но моя Барбара была столь же рада, танцуя в палатках, пещерах и… — он откашлялся, — спальне.

Скай посмотрела Пэнтеру в глаза, тайна улыбкой подняла уголки её губ, наполнив его удовольствием.

— Продолжай танцевать, девочка, пока я принесу нам воды, — от манер Иезикиля становилось теплее, и Пэнтер заподозрил, что отшельнический образ жизни он выбрал не специально, а просто не захотел попасть в поле зрения Инир. Мужчина явно наслаждался компанией. Или ему просто нравится общество Скай. Он низко зарычал, когда Маг слишком приблизился к Скай. Видимо, ревность как-то проявилась, потому что Иезикиль остановился и посмотрел на Пэнтера чистым и честным взглядом.

— Дикий, я ни за что ей не наврежу. Она — самый чистый дух природы, который мне доводилось встречать. Чрезвычайно редкое существо. — Он помотал головой. — Бирик призывал через неё тёмную энергию ночь за ночью многие годы, и всё же её это не испортило. На её душе нет ни малейшей тени. Она чудо.

— Ты её не получишь.

К его удивлению, Маг улыбнулся.

— Она знает, что ты в неё влюбился?

— Я не влюбился.

— Нет? — Его глаза заблестели от неверия. — Тогда, я ошибся. — Кивнув, он прошёл мимо Пэнтера на кухню. Пэнтер низко зарычал. Он не влюбился. Конечно же, нет. А если и да, это неважно. Она — Маг, чёрт подери. Он не сможет взять её в супруги. В доме диких Мага не будут жаловать.

И куда же она направится после всего? Скай уже говорила, что семью не найдёт.

Проклятье, сюда она должна направиться, к Иезикилю. Скрыться от Магов, которые лишь опять воспользуются её силой против неё же самой. Ему стоит расположить к себе старого Мага, а не запугивать.

Он не влюбился.

Но, да поможет ему Богиня, он предпочел бы вырезать себе сердце, чем увидеть её в объятиях другого.

Глава 18

— Пора. — Скай взяла его за руку. Пэнтер посмотрел ей в глаза, в которых искрилось нервное предвкушение, а боль ушла. Она ещё никогда не была так прекрасна.

Скай кинула взгляд через плечо на Иезикиля.

— Ты идёшь?

— Нет, девочка, подожду здесь.

Она немного омрачилась.

— Я бы хотела, чтобы ты пошёл.

Он покачал головой.

— Всплывут слишком болезненные воспоминания, если ты понимаешь, о чём я. Последняя чаровница, которую я видел танцующей под луной, была моя Барбара. Кроме того, твой дикий немного ревнует. Я подожду тебя здесь.

Скай отпустила руку Пэнтера, подошла к Иезикилю и быстро поцеловала его в щеку.

— Спасибо.

Пэнтер подавил ревность, когда Маг улыбнулся

— Пожалуйста, Скай

В её глазах плескалось возбуждение, когда она развернулась и схватила Пэнтера за руку. Он изо всех сил сдержался, чтобы не обнять Скай, не притянуть к себе и не оставить метку прямо здесь и сейчас, а просто позволил ей потащить себя к задней двери. Спускаясь по ступенькам к песку, морской бриз окутал его, словно прохладный влажный туман.

Скай посмотрела на него и улыбнулась.

— У меня предчувствие, что должно сработать. — Она сняла обувь, затем сбросила остальную одежду, когда луна пробилась сквозь облака и осветила совершенство её кожи.

Пэнтер сдерживался ровно три секунды. Затем притянул к себе Скай и поцеловал, скользнув рукой по голой спине к заднице, танцуя языком внутри её рта, пробуя свежий и чистый вкус Скай, смешанный с ароматом пищи.

Скай отстранилась.

— Я чувствую, как оно приближается.

Когда она, с ощутимым волнением начала поворачиваться, у него до боли сжало грудь. Скай начала напевать слова, которым её научил Иезикиль, и танцевать.

Но понемногу её восхищение утихало, а движения потеряли грацию.

— Скай, в чём дело?

— Не получается.

— Я его убью, — проскрежетал Пэнтер.

— Нет, дело не в нём. — Скай посмотрела на него мрачным взглядом. — Шаман связал мою магию, — шёпотом добавила она и выгнулась от боли, когда первый порез появился на обнажённой груди.

Пэнтер бросился к ней и надавил большим пальцем ей под ухо, отключив Скай, затем поднял её на руки, стараясь не зареветь от ярости в небеса.

— Внеси её, — сказал Иезикиль, высовывая голову из задней двери.

Пэнтер пытался сохранить контроль, смотря на Скай, и не был уверен, что может снова пережить её мучения. К его глубокому облегчению, на коже появились только три отметины. Видимо, в бессознательном состоянии проклятье не работает. Богиня, он желал безопасности для Скай. Пэнтер повернулся к старому Магу, а внутри ревность боролась с потребностью защитить Скай. Он не мог быть с ней, даже если бы сильно захотел. Здесь, где Бирик и Иниры её не найдут, ей будет лучше.

— Что случилось? — спросил Иезикиль, придерживая дверь Пэнтеру, внёсшему Скай.

— Шаман связал её магию, чтобы она не призывала каждого дикого в доме. А Бирик поместил в её кэнтрик проклятье, если она не будет исполнять ритуал.

Иезикиль зарычал.

— Будь они оба прокляты, особенно недоверчивый Териинец. Ему нужно было лишь взглянуть на неё и увидеть, насколько она чиста.

— Ты можешь освободить её магию?

Старый Маг уставился на Скай, затем покачал головой.

— Раньше, да, сейчас… нет. Больше у меня нет таких сил.

Стоя посреди кухни, Пэнтер повернулся к старому Магу.

— Она может остаться здесь с тобой? Ты обеспечишь ей безопасность?

— Насколько?

Дальнейшие слова для Пэнтера были на вкус, как земля.

— Так долго, как ты позволишь. Навсегда.

Иезикиль с любопытством посмотрел на него.

— Воин, она может быть твой единственный шанс. Как только чёртов Шаман развяжет её магию, она может тебе помочь вернуть связь со зверем. Без неё, боюсь у тебя остались считанные дни.

— Со мной всё будет хорошо. Её некуда пойти, а я не уверен, что смогу её защитить.

— Ты ставишь её защиту превыше своей жизни, но всё же не любишь?

— Просто я… не хочу, чтобы она пострадала. Она чертовски хрупкая.

Маг рассмеялся.

— Может она такой и выглядит, но сильна, воин. И тебе это прекрасно известно. Не думаю, что ты переживал бы за неё, узнай, что её сила равна твоей. — Иезикиль посмотрел на Пэна, и в его взгляде читалась мудрость веков. — Знай, Дикий, вместе вы сильнее.

***

Было уже далеко за полночь, когда они приехали на юг Нагс-Хед в пляжный домик, принадлежащий шаману. Двухэтажный дом, стоящий на сваях и обитый серым деревянным сайдингом, оказался тёмным, но привлекательным. На веранде, залитой лунным светом, колыхался красочный флюгер. Скай, измученная и горько разочарованная неудавшимся ритуалом, смотрела на дом. Она думала, что наконец-то, нашла цель своему дару, но всё в её жизни шло наперекосяк.

Пэнтер припарковался у дома. Скай хотела свернуться клубком и уснуть, но боялась, что Бирик вновь нашлёт на неё кошмар. Больше сна ей нужна свобода. Нужно почувствовать ветер.

Когда Пэнтер открыл ей дверь, она посмотрел ему в лицо.

— Я хочу побыть немного на улице, если ты не против.

Он протянул ей руку и помог выбраться из машины.

— Если ты поможешь мне перекинуться, я бы побегал. Мы спустились бы на пляж.

Она улыбнулась.

— Помогу, и мы вдвоём побегаем.

— Ты же дух природы.

— Я дни напролёт проводила в лесах. На улице мне лучше.

Они вошли в дом, убранство которого являло непринужденное, уютное сочетание дерева и яркой обивки. Три спальни на втором этаже. Потолок гостиной был на этаж выше. Осмотревшись, они оставили сумки в самой большой спальне. Скай смотрела на кровать со смесью предвкушения и тревоги. Предвкушения, потому что она разделит её с Пэнтером. Но кровать, так или иначе, означала сон. И опасность ночных кошмаров.

Пэнтер разделся, кинув вещи на кровать, затем повернулся к ней. Его огромное, мускулистое тело явно было возбуждено.

Она слабо улыбнулась.

— Я думала, мы на прогулку пойдём.

— Да. — И начал подходить к ней, словно опасный хищник, кем, по сути, и был.

Она многозначительно взглянула вниз.

— Сейчас или позже?

В его глазах появился порочный блеск.

— Сейчас. — Но он обнял её, прижимая к своему твердому, готовому телу, и целовал до тех пор, пока у Скай не закружилась голова, а ноги не ослабли. Он накрыл её грудь, оторвался от губ и проследил дорожку из поцелуев по щеке к шее, где прижался носом, целовал и кусал, пока её тело не запылало от страсти.

— Мы можем позже прогуляться, — проговорила она.

— Нет. — Но он скользнул пальцами по её животу, под свободный пояс штанов и в трусики. Другой рукой он притянул её бёдра вперёд, скользя пальцами между складок и в её тело. Скай вцепилась в его руки, задевая браслет дикого.

— Пэнтер.

Он прижимался губами к основанию её шеи.

— Я хочу побегать.

— Твои слова противоречат действиям.

— Из-за тебя я перестаю ясно мыслить. — Он целовал и кусал её вдоль линии подбородка. — Я хочу тебя, но не хочу торопиться.

У Скай ускорился пульс, а тело воспламенилось.

— Войди в меня. Войди… в… меня… Медленно будет в другой раз.

Быстрыми, неистовыми движениями он расстегнул её джинсы и спустил их вместе с трусиками до коленей, а затем развернул Скай.

— Наклонись, красавица. — Он говорил хрипло из-за желания, наклоняя её и сжимая руку на бедре. Притянув Скай ближе, он встал сзади и вошёл в неё по самые яйца, заполняя и принося дикое удовольствие. Скай вскрикнула, достигнув пика и наслаждаясь криком Пэнтера, когда он следом кончил. Когда всё закончилось, он вышел из неё, развернул и чувственно поцеловал. Когда, наконец, отстранился, посмотрел на неё. В тёмных глубинах его глаз она увидела теплые эмоции, которые сдавили грудь. Пэнтер убрал с её лица волосы, затем натянул обратно джинсы и застегнул их. Взяв руки Скай в свои, он прижал ладони к своей груди.

— Помоги мне перекинуться, маленькая колдунья, а затем побегаем.

Когда она коснулась его, зверь понял голову в приветствии. Пэнтер обратился к силе, одновременно со Скай, выпуская зверя на свободу. Во вспышке искр, мужчина обратился в кошку из джунглей — чёрную пантеру. Как и прежде, Скай поразилась его красоте, изумрудному цвету глаз и чёрной шкуре. Она опустилась на колени и погладила кота.

— Ты прекрасен.

«Как и ты. — Он лизнул её в щеку, отчего Скай расхохоталась. — Мне нравится этот звук».

— Какой?

«Твой смех. Ты редко смеёшься».

Она уставилась в его изумрудные глаза, видя любимого мужчину.

— У меня не было причин смеяться. Но рядом с тобой я счастлива.

«Я рад. Пошли, пробежимся».

Она разулась и сняла носки, затем встала, открыла им дверь и они вместе побежали к пляжу. Прохладный бриз овевал лицо, а рядом бежала кошка джунглей. Присутствие Пэнтера успокаивало. Когда они добрались до дюн, пантера отбежала.

«Сейчас вернусь».

Скай шла по мягкому песку, а когда добралась до пляжа, перешла на бег, чувствуя, что дух начинает парить. Луна освещала воду, заставляя ее искриться и танцевать. Недалеко от берега на поверхность всплыл дельфин и позвал Скай. Она послала любовь прекрасному существу. Мгновение спустя дельфин взмыл в воздух, вращаясь, а затем нырнул обратно. Ещё два дельфина повторили его действия, и Скай остановилась у кромки воды, наблюдая за их танцем. Они были свободны. И вроде бы они и жилы в одном мире, вот только она такой свободной никогда не станет. По пляжу к ней направлялась пантера, которая подошла и села у ног. Скай погладила её по холке.

«Ты их призвала?»

— Не специально.

«Выпендрёжники. — Он боднул её в ногу. — Я чувствую твою печаль».

— Я в порядке. — Она отошла туда, где песок не был мокрым и села, пантера легла с боку, положив голову ей на колено. Скай чувствовала в пантере что-то натянутое и неуместное.

Она погладила его по голове.

— Тебе больно.

«Ничего страшного. Подарок Анкриты».

— Расскажи мне, пожалуйста.

Пантера издала звук, напоминающий вздох.

«Когда мои братья перекидываются, испытывают невероятный прилив радости. Я сотни раз слышал, как они говорили об этом. Даже будучи в облике человека, они могут общаться со своими зверями, чувствовать их эмоции и слышать рык и рев у себя в головах. Они едины с животными так, как я никогда не был, благодаря Анкрите. Каждый раз, когда я перекидывался, мне было больно».

— Другие знают?

«Только Вайпер. Если бы Лион узнал, снял бы с охоты на дредэнов, а мне это ненавистно. Потому что даже если мне постоянную больно в облике зверя, чему-то внутри меня становится легче. Мне нужно бегать. Теперь это часть меня самого».

Она продолжала гладить его.

— Пэнтер, мне нужно попробовать помочь тебе. Нужно убедить Лиона развязать мою магию.

«Мы это сделаем. Не смогу ещё раз смотреть, как тебя режут. Как только ты сделаешь всё возможное, чтобы исцелить меня, я пойду на гору. Не оставлю Вайпера там дольше. Он меня не бросил, и я не стану».

— О чём ты? Когда он тебя не бросил.

Кошка повернула голову, положив подбородок на бедро Скай. Смотря на неё изумрудными глазами, он рассказал ей о Вайпере и Фредерике. О том, как плохо Вайпер перенёс смерть Фредерика. Как Вайпер перекинулся в змею, хотя не был в состоянии без энергии и магии диких, но гадюки всегда отличались.

— У них есть яд, да?

«Да. В старину, до появления дименов и последующей войны, которая закончилась потерей основной магии и Териин и Магов, гадюки были врагами и изгоями мира Териин. Злодеями. Теперь существует единственный способ перекинуться, поэтому он — дикий воин. Вайпер — один из лучших воинов, которых я знал. Настоящий Вайпер. Когда в ту ночь в подземелье Анкриты, он перекинулся, уменьшился до размера чуть больше червя и уполз между камней. После нескольких месяцев плена и пыток, он ушёл. Оказался на свободе. Но вместо того, чтобы отправиться на поиски дома диких, как и должен был, он разработал план спасения одного человека. Меня. Ему следовало найти дом диких и вернутся обратно с воинами, но не знал, где этот дом, и сколько времени уйдёт на его поиски. Тогда путешествия длились очень долго, особенно в зиму. Он боялся, что меня перевезут, и он потеряет меня. Вайпер рисковал своей свободой и жизнью, чтобы вытащить меня. И ему это удалось. Теперь он в ловушке, и я не могу оставить его там. Я должен спасти его, как он спас меня».

Скай погладила его мех.

— Пэнтер, я помогу тебе. Исцелю, клянусь. Сделаю, что смогу, чтобы помочь тебе освободить его.

Пантера поднялась и подалась вперёд, чтобы лизнуть её в щеку.

«Спасибо, красавица, но я не позволю тебе приблизиться к той пещере. Мы с дикими разберёмся».

— Не думаю, что вы пройдёте через защиту той горы без меня.

«Посмотрим. Я пообещал, что ты будешь в безопасности, маленькая ведьма, и намерен сдержать обещание».

— Знаю. — Она зарылась лицом в его мех.

«Помоги мне перекинуться обратно».

— Ты будешь голым.

В её голове зазвенел его смех.

«Голый мужчина на пляже привлечёт куда меньше внимания, чем чёрная пантера. В любом случае, здесь никого нет, а мне срочно нужно тебя поцеловать, красавица».

От его слов на её глаза навернулись слёзы. Она сделала, как он просил и, спустя мгновение, перед ней сидел мужчина, который притянул её к себе на колени и обнял.

***

Пэнтер прижал к себе Скай, сидя голым на песке. Ночь выдалась ясной, лунный свет серебрил волны, а мягкий шум прибоя сливался с тяжелым биением его сердца. В теле бушевало желание, когда Пэн прижался к губам Скай, целуя её, пробуя сладкий вкус и вдыхая нежный аромат фиалок. Необходимость быть рядом со Скай, прикасаться к ней стала напоминать зависимость, от которой невозможно избавиться. Богиня, что Скай с ним сделала? Чем дольше он с ней, тем больше она была ему нужна. И не только в сексуальном плане. Прикосновения к ней стали важны не меньше дыхания.

Когда она обняла его за шею, он скользнул ей под свитер и накрыл грудь ладонью, аккуратно сдвинув кружевной бюстгальтер. После чего зарычал, раздражённый преградой. Легким рывком он стянул с неё свитер и отбросил его в сторону, а за ним последовал лифчик. Кожа Скай сияла в лунном свете, как перламутр, маня его взгляд… и рот. Пэнтер наклонил голову и провёл губами по её плечу. На вкус она, словно лес, капли дождя и сладость. И она будила в нём эмоции, которые он никогда ни к кому не испытывал.

Она запутала пальцы в его волосах.

— Ты переживаешь из-за дредэнов? — спросила она.

— Если придётся, я перекинусь, — проговорил он, затем скользнул языком по её плечу к шее. Скай вздохнула и затрепетала. Ей маленькие гады нипочём, они не нападают на Магов. А Пэнтеру просто необходимо заняться сексом под луной со Скай. Он накрыл одну идеальную грудь ладонью, в которую упёрлась твёрдая вершинка, отчего желание лишь разгорелось. Подсунув одну руку под колени Скай, а другую под спину, Пэнтер начал её разворачивать.

Скай рассмеялась.

— Что ты делаешь?

Он посмотрел на неё взглядом, полным голода, который, как был уверен, виднелся и в чертах лица.

— Это. — Подняв Скай, он поднес её грудь прямо ко рту и застонал от чистой сладости плоти, когда втянул бутон в рот. Он вновь и вновь дразнил его языком, пока Скай не впилась ногтями в его шею и не застонала. Затем, Пэн уложил Скай спиной себе на колени и посмотрел на прекрасное тело. Скай же порочно улыбнулась.

— Ты ещё прекраснее в лунном свете, — проговорил он. — Я не думал, что такое возможно.

Она улыбнулась шире.

— Как и ты, мой воин. Хочу, чтобы ты был во мне.

— Я больше нигде не хочу быть. — Он её поцеловал, укладывая на мягкий песок, и скользнул рукой по её телу. Но наткнулся на джинсы. — От них следует избавиться.

Но когда он встал на колени, чтобы расстегнуть ремень, Скай села и погладила его по руке.

— Пэнтер…

Он замер, услышав неуверенность в её голосе. Скай смотрела на него с вожделением, но… и чем-то большим.

— В чём дело, красавица?

Она медленно потянулась к нему и сжала его ствол руками. Пэн резко вдохнул от изысканного удовольствия её прикосновений.

— В пещере… ты не позволил мне ласкать тебя тут, но доставил столько удовольствия мне, целуя внизу. У мужчин всё иначе?

Сама невинность. Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Нет. Это может вызвать самые эротические чувства… когда делает та самая женщина. Анкрита пользовалась мной, и, боюсь, нахлынут неприятные воспоминания.

Но, даже говоря эту правду, от мысли, что Скай возьмёт его в рот он едва не кончил. Он положил ладонь ей на щеку.

— Ты — та самая, красавица. Если хочешь…

Она внимательно смотрела на него.

— Я не знаю, как делать правильно. Никогда раньше этим не занималась.

— Нет неправильного способа. Как тебе нравится. Но сначала я хочу, чтобы ты разделась, маленькая ведьма. — Он поцеловал ее, а затем расстегнул ремень. — На тебе ещё много одежды.

Пэнтер встал ей между ног и стянул джинсы с трусиками, откидывая вещи в сторону, впиваясь взглядом в нежную плоть. Но Скай свела ноги и поднялась, надавливая руками Пэну на плечи.

— Моя очередь.

Он мог бы в одно мгновение уложить Скай, но ему понравился намёк на властность в её тоне.

— Пэнтер, ляг, пожалуйста.

Он лёг на холодный, влажный песок, наблюдая, как она садится на колени рядом с ним и изучает его член, не зная с чего начать. Тело заныло от нетерпения и задрожало от страсти. Грудь сдавили чувства так, что Пэн едва мог дышать. Она взяла в руку его ствол, затем медленно, так медленно опустила голову и лизнула головку, заставляя Пэна стонать.

Скай наблюдала за ним, их взгляды встретились в момент, когда она открыла рот…

Он внезапно замер, сдерживая себя, чтобы не оттолкнуть Скай. Она поняла это и отпустила его.

— Извини.

Пэнтер сел и схватил её за плечи, когда она начала отстраняться.

— Нет, не останавливайся. Только думаю, что мне лучше сидеть.

Она понимающе кивнула. Лежать на спине, словно вновь оказаться в той ситуации.

Она вновь медленно пустила голову, но не остановилась. Он скользнул пальцами в её волосы, когда почувствовал горячий влажный рот на своём члене и едва не закатил глаза от наслаждения.

— Скай… Как приятно.

Она скользнула по нему языком, втянула в рот, доводя до отчаянного края безумия. Пэн хотел тоже её ласкать. Он провёл рукой по её спине и смял ягодицу, после чего скользнул по ложбинке вниз, пока не коснулся пальцами жара. Когда она обвела языком его головку, он вошёл в её тело двумя пальцами, вызывая чувственный стон у Скай. Другой рукой он приглаживал её шелковистые волосы, удерживая на месте, лаская. Любя. Она начала сосать сильнее, пока он не подумал, что собирается кончить.

Богиня, ему необходимо оказаться в ней. Он вытащил пальцы из её тела и поднял её голову.

— Хватит, красавица. Мне нужно быть в тебе.

Мягко улыбнувшись, она легла на песок и раскрыла объятия Пэнтеру. Лунный свет озарил её лицо, заставляя глаза искриться и сильнее стягивая узел в его груди.

Скай тянулась к нему.

— Займись со мной любовью, Пэнтер.

Он уставился на неё.

— Займусь. — И он знал, что это правда. Несмотря ни на что, вопреки всему, что он считал вероятным, он влюбился в Мага. Он лёг в её объятия. — Я люблю тебя, Скай.

Она уставилась на него, а в глазах стояли слёзы и радость.

— И я тебя люблю. Так люблю.

Её слова ласкали его сердце, наполняя теплом и яркостью. Удерживая её взгляд, он скользнул длиной в её тугие, влажные ножны, соединив вместе две половины целого. Она его. И все же существовала дюжина причин, по которым она не могла быть его.

Он отодвинул мрачные мысли, когда она обняла его. Снова и снова он скользил внутри неё, затем практически выходил, и вновь проникал на всю длину. Всё быстрее и быстрее, он вел их обоих к вершине удовольствия, когда Скай выгибалась ему навстречу. Её тело напрягалось, как и его. Она кончила с криком радости, и он последовал за ней, пролив семя и переживая момент такого совершенства, что не был уверен в повторении его.

Но когда он её поцеловал и вышел из тела, на них обрушилась реальность, угрожая украсть этот короткий момент счастья. Они вернулись в пляжный домик, и дредэны им так и не встретились, затем приняли душ и, уставшие, легли в постель. Некоторое время спустя Пэнтер проснулся от всхлипов Скай. Он прижал её к себе, она обняла его и спрятала голову на груди. Он начал поглаживать её по спине, и дрожь начала утихать.

— Вновь Бирик? — тихо спросил он.

— Да.

Пэн чувствовал себя чертовски беспомощным. Он пообещал сохранить безопасность Скай, но эти сны… Бирик её мучает, а Пэн никак не мог помочь. Он так хотел обезопасить её… запереть в стенах дома диких, где никто никогда не навредит ей снова. Но она не могла остаться в доме диких, где не рады Магам.

Пэн поцеловал Скай в макушку, и она запрокинула голову, смотря на него с любовью в глазах. В этой любви он увидел отчаянную надежду на будущее. Но опасался, что этого будущего у них не было.

Глава 19

Скай прижалась к боку Пэнтера и пошла с ним по подъездной дороге дома диких. Сердце было полно тепла и хрупкой радости. Пэнтер любил её.

Всю дорогу к дому, он держал Скай за руку, наполняя счастьем и надеждой, превышающие всё, что она желала в жизни. На карту было поставлено ещё так много, и другие дикие воины так и не доверяли ей, но Пэнтер переубедит их. Ей нужно в это верить. Потому что он её любит. И она его до боли любит.

Они были уже на пороге, когда дверь распахнулась. Пэнтер задвинул Скай себе за спину, когда мимо пробежал Тай, а Делейни вышла следом.

— Джаг и Фокс натолкнулись на пару Магов, — бросил Тай, остановившись на ступенях. — Зовут прикрытие.

— Где?

— Джефферсон стрит.

Пэнтер отпустил руку Скай и повернулся к ней.

— Тебе нужно остаться здесь.

— Пэнтер, нет. — Меньше всего она хотела сейчас в одиночку столкнуться с Лионом. — Тебе может понадобиться перекинуться.

Он три секунды думал, затем схватил её за руку.

— Хорошо, я поведу, Страйп. В Эскалейде теплее.

Тай посмотрел на неё вроде и не дружелюбно, но и не враждебно, а затем кивнул.

Солнце исчезло, день мгновенно стал пасмурным и поднялся ветер. Тай посмотрел в небо и нахмурился.

— Я поеду сзади, — сказала Скай, когда они подошли к внедорожнику Пэнтера.

— Нет, — резко ответил Тай, не оставляя ей выбора, кроме как сесть впереди с Пэнтером. Очевидно, он не доверял ей сидеть с его парой. Как только все сели, Пэнтер тронулся. По обочине дороги деревья гнулись под сильным ветром, впереди упала маленькая ветка. Они проехали небольшое расстояние в молчании.

— Вон Мустанг Фокса, — сказал Пэнтер, когда они свернули на жилую улицу всего в паре кварталов от дома диких. На обочине дороги стояла красная машина, казавшаяся брошенной.

— Видишь их? — спросил Пэнтер.

— Нет, вероятно, они в лесу. — Но спустя мгновение, Тай продолжил уже напряжённым тоном: — Я связывался с ними ментально, никто не ответил. Если они преследуют Магов, должны были перекинуться.

Пэнтер достал телефон и сделал пару звонков.

— Не отвечают.

— Придётся выследить их.

Пэнтер съехал на обочину и остановился. Тай открыл дверь и вышел, после чего перекинулся в домашнего кота.

— Он может менять облик, — удивлённо пробормотала Скай.

Делейни подалась вперёд.

— Многие дикие могут. Так легче скрыться среди людей. Дикие звери привлекают нежелательное внимание.

Скай посмотрела на Пэнтера, желая спросить, мог ли он так, но тот был сосредоточен. Вероятно, с ним разговаривал Тай.

Он резко открыл дверь.

— Вперёд.

— Они ему ответили? — спросила Делейни.

Скай открыла дверь и крепко вцепилась в неё, когда налетел сильный порыв ветра.

— Нет, — мрачно ответил Пэнтер. — Он учуял кровь.

Пэнтер схватил Скай за руку, и они побежали туда, где стоял Тай — уже в облике человека. Скай почувствовала запах крови, прежде чем они дошли до края леса, и молилась, чтобы Тай не нашел тела диких воинов. Но когда он поднял взгляд, в его глазах промелькнуло мрачное удовлетворение, и она поняла, что там.

— Маги, — сказал Тай. — Теперь я понимаю внезапную смену погоды. Мать Природа в бешенстве.

Скай закрыла нос, при виде двух изувеченных тел. Груди были вспороты, а сердца почти съедены. По остаткам от лиц, Скай их узнала.

— Я их знаю.

— Твои друзья? — аккуратно спросил Тай.

Она без злости посмотрела на него.

— У меня нет друзей среди Магов Бирика.

Тай кивнул, видимо, удовлетворённый ответом, но на его лице всё равно читалось замешательство.

— Этих двух убили животные. Дикие. Так, где же Джаг и Фокс?

Пэнтер отпустил руку Скай и отошёл, стягивая футболку.

— Давай найдём их. — Когда он полностью разделся, Скай подошла к нему и положила руки ему на грудь. Он накрыл её ладони своими, а затем начал перекидываться. Скай отскочила, когда на месте мужчины появилась пантера, которая умчалась в лес. А вот тигр за ней не последовал. Огромная полосатая кошка уставилась на Скай убийственным взглядом зелёных глаз. А после в голове зазвенел голос Тая:

«Если сделаешь что-то Делейни, ведьма, умрёшь».

Она ответила ему так же ментально:

«Она хорошая, Тай. Я никогда ей не наврежу».

Предупредительно рыкнув, тигр развернулся и помчался вслед за пантерой.

— Он тебе угрожал? — спросила Делейни, встав рядом. Ветер трепал её распущенные волосы, закрывая лицо, словно тёмным туманом. Скай бросила на неё лукавый взгляд и снова стала наблюдать за кошками.

— Ты его хорошо знаешь.

— О, да. Они чертовски суровые с теми, кто не входит в узкий круг друзей. Но когда ты попадаешь в него — берегись. Пещерные люди ничто в сравнении с этими парнями, защищающими своих.

— Это здорово, когда тебя так рьяно защищают.

— А Маги так не делают?

— Защищают своих женщин? Некоторые. Когда я была маленькой, жила среди Магов, которые рисковали всем, чтобы уберечь меня от внешнего мира. К сожалению, меня захотел другой Маг, и они никак не могли остановить его. — Она вздохнула. — Единственный, кто в пещерах пытался меня защитить — Пэнтер, но он был прикован.

Она почувствовала пристальный взгляд Делейни.

— Он не просто защищает тебя. Я видела, как он смотрит на тебя, Скай. Так Тай смотрит на меня. Некоторые дикие думают, что ты околдовала Пэнтера, но я так не считаю.

Скай посмотрела Делейни в глаза.

— Я люблю его. И он сказал, что чувствует то же самое.

Делейни ухмыльнулась.

— Ну, вот, пожалуйста. Похоже, мы станем невестками… или кем-то друг другу. Сводные жёны Диких Воинов?

Скай улыбнулась, но от прилива тоски сердце заныло.

— Было бы мило. — Не просто мило. Завести друзей, дом, семью — мечта, которую Скай едва позволяла себе лелеять.

«Посмотри налево!»

В голове послышался голос Тая, обрывая любые лучики надежды. Делейни тоже дёрнулась влево и Скай поняла, что Тай разговаривал с ними обеими.

«Двое мужчин. Скай, ты узнаёшь кого-то?»

Скай заметила двух мужчин, будто бы прогуливающихся. Одеты в простые джинсы и лёгкие куртки, а не в синие туники стражей Бирика. Но когда один обернулся, она увидела его профиль.

«Это люди Бирика, Тай».

Две кошки бросились к ним. Маги тут же разбежались в разные стороны.

«Быстро в машину и запри… Заприте её. Полезайте обе», — отрезал Тай.

Делейни разочарованно фыркнула.

— Ненавижу, когда меня низводят до роли беспомощной… — Она резко развернулась с пистолетом наизготове. — Стоять!

Скай развернулась и увидела третьего мужчину, бегущего прямо на них с Делейни. И этого она узнала. Деврил, один из жестоких стражей Бирика.

— Он Маг. — А ментально прокричала: — «Тай! Пэнтер!»

Звук выстрелов оглушил. Делейни стреляла в мужчину, но он бессмертен, и пули его не остановят.

— Скай, беги!

Скай мешкала, желая помочь подруге, но сделать она ничего не могла. Кроме того, понимала, что её Маги искали. Она развернулась и побежала в сторону, куда умчался Пэнтер.

«Красавица! Что случилось?»

«Третий Маг. Делейни стреляла в него, но… — Она обернулась и мысленно вскрикнула. — Она упала! Он бежит за мной».

«Беги, красавица! Я иду».

В чужих кроссовках ноги казались тяжёлыми, пока она бежала по лесу, перепрыгивая через корни и неровности. Ветер, пахнущий лесом, хлестал по лицу. Сердце колотилось в ушах, а ужас полз по спине.

Она не вернётся туда!

Птицы садились на близлежащие ветви. Белки сердито болтали на деревьях, словно собираясь ей помочь, но она не звала их. Они только пострадают.

Скай услышала за собой низкий напев Мага, и сердце ухнуло. Спустя несколько секунд камень размером с кулак воспарил с земли и полетел в Скай. Она отпрянула и подняла руку, но камень всё равно угадил в плечо, сбивая с шага. За первым полетели ещё несколько камней, будто кошмар Бирика ожил. Камни попадали в ноги, и Скай споткнулась, упав на спину с глухим стуком. Не успела она подняться, Деврил стоял над ней, смотря ледяным взглядом глаз с медным кольцом вокруг радужки. Он поднял Скай и, несмотря на её сопротивление, потащил к дороге. Хотя он не так силён, как Пэнтер, всё же сильнее Скай.

«Пэнтер!»

«Иду, красавица».

Спустя мгновение, краем глаза она увидел что-то тёмное.

Деврил отпустил её и вытащил нож из-за пояса. Когда пантера кинулась на Деврила, желая разорвать горло, он полоснул ножом по рёбрам животного. Дикая кошка повалила человека, оставляя две огромные царапины на груди и горле, а затем вцепилась в запястье и оторвала Магу руку. Из артерии хлынула кровь, а кошка встала на человека и оскалилась прямо в лицо. Хвост дергался, мех блестел от крови, пантера смотрела на пленника, как охотник, собирающийся откусить сочный кусок добычи.

Пантера рычала, глаза горели изумрудным пламенем, но когда Скай сделала шаг к кошке, она с нежностью посмотрела на неё.

«Ты в порядке?»

— Да, а ты? — с беспокойством спросила она.

«Нормально, красавица. — Зарычав, пантера вновь посмотрела на Мага. — Кто тебя послал?»

— Б-Бирик, — запинаясь и с дрожью в голосе, ответил мужчина.

— Где мои друзья?

— Забрали. Другие… забрали.

— Зачем?

— Праздник Духа Луны. Три диких… смогут открыть кинжал.

У Скай сжалось сердце.

— Он принесёт их в жертву.

— Да. Бирик и тебя хотел вернуть, если нам удалось бы тебя схватить. В противном случае, он воспользуется силой призыва змей.

«Вы её не вернёте. Никогда. — Пантера посмотрела на неё. — Есть хоть одна причина сохранить ему жизнь?»

— Кроме той, что Природа разозлится сильнее?

Пантера повернула морду к ветру, будто только поняла, что погода изменилась.

«Кроме этого».

— Нет. Он заслужил того, что ты с ним сделаешь.

***

Пэнтер смотрел на неё кошачьими глазами, пока тело пылало от боли, как всегда, когда он был в облике зверя, утроенное ножевыми ранами, которые заживали медленнее, чем следовало бы. Он оттолкнул беспокойство, затуманившее разум, и сосредоточился на Скай и отголосках старой боли и глубокой ненависти в глазах цвета летнего неба. Боль, которая резала больнее ножей.

«Он сделал тебе больно». Не было необходимости спрашивать, правда написана на её лице.

— Ему нравиться издеваться над другими.

«И над тобой?»

Она отвела взгляд на секунду, а затем вновь посмотрела ему в глаза.

— Когда Бирик приковывал меня к стене, звал колдунов и стражей попользоваться мной, полагая, что так я быстрее сдамся. В то время у его людей ещё были души, и немногие приняли предложение. Этот приходил ко мне каждую ночь, обычно с двумя лезвиями. Один из плоти, другой из стали.

Пэнтер зарычал, а грудь сдавила ярость за ту девочку, с которой так зверски обошлись. Он уставился на пленника.

«Ты умрёшь. Твоя смерть — её месть».

Он убедился, чтобы и Скай слышала это.

Мужчина закричал от страха, когда Пэнтер оскалился и разорвал горло, затем раскрыл грудь и взял в пасть сердце. Он посмотрел на Скай, и если бы увидел ужас в её глазах, отбросил бы сердце. Но голубые глаза горели благодарностью и поддержкой, поэтому, пристально глядя на Скай, он съел сердце.

«За тебя».

По небу прокатился раскат грома.

— Я бы тебя поцеловала, но ты слегка испачкался.

Пантера по-кошачьи ей улыбнулась, а затем обратилась к Таю.

«С Делейни всё хорошо?»

«Да. С тобой».

«Сейчас придём. — Он посмотрел на Скай. — Помоги мне перекинуться, красавица».

Упали первые градинки. Природа была в ярости, но станет куда хуже, когда Пэнтер доберётся до Бирика.

Скай прикоснулась к меху и помогла перекинуться с болью, которая чуть не поставила Пэна на колени. Будучи в облике человека, он притянул к себе Скай, защищая от града, и повел обратно к дороге.

— Куда делась кровь? Ты чистый.

— Поэтому я переодеваюсь, чтобы перекинуться. На мне ничего не сохраняется.

— Тебе даже душ принимать не надо?

— Не совсем. Тем более, я тут обнаружил, что люблю принимать душ.

Он практически почувствовал, как она покраснела. Прижимая к себе Скай, он ощутил, как всепоглощающая опека завладевает им. Никто больше не причинит ей вреда, пока он дышит.

Град становился крупнее, сильно ударяя по обнажённой спине Пэна. Чёрт, на Эскалэйде, наверняка, много вмятин, но это ерунда. Богиня, всё остальное ерунда. Он убил одного из мучителей Скай и чувствовал себя на вершине мира.

Скай прикоснулась к его руке.

— Уверен, что всё хорошо? Раны не исцеляются?

— Исцелятся. — По большей части. Что-то с его телом не так, и это серьёзно начинало беспокоить. Он отлично помнил, как тело Фредерика перед смертью стало смертным. Ярость, сильнее прежней, прожгла разум, требуя жесточайшего в жизни контроля. И боль трансформации становилась всё сильнее. Боль как душевная, так и телесная. Боль, шепчущая о потере, изоляции и смерти.

Если Пэн лишиться духа пантеры — умрёт. А он только начал жить, в объятиях чародейки.

Глава 20

Скай прикрывала лицо от ветра и снега, пока Пэнтер не привёл её в фойе дома диких. Град закончился, но Мать Природа ещё не простила диким смерть трёх Магов. С душами или без, Маги — часть природы, как и всё прочее.

За ними, Тай внёс свою пару, которая громко протестовала.

— Тай, я в порядке! — Но тот игнорировал её, пока они все входили и закрывали дверь, прячась от метели. — Тай, поставь меня! Живо.

— Что произошло? — потребовал Лион, влетая в фойе с Кари под руку.

Пэнтер стряхнул с волос Скай снег и капли, а затем посмотрел в глаза лидера.

— Фокс и Джаг пропали, на Делейни напали и вырубили…

— Но, Тай, я в норме, поставь меня уже на ноги.

— … Но она в порядке. Мы нашли двух мёртвых Магов и убили третьего, после того, как узнали от него, что Бирик собирается принести в жертву Фокса, Джага и Вайпера сегодня в полночь. Ничего не забыл?

Тай заворчал:

— Ничего, кроме того, что не можешь перекинуться без помощи ведьмы.

Лион натянул суровое выражение лица и перевёл взгляд с Пэнтера на Тай и обратно.

— Дьявол. В оперативный центр. Живо.

— Попрошу Пинк принести кофе. — Кари направилась на кухню. — Мне кажется вам всем нужно что-то тёплое.

Пэнтер погладил Скай по голове, затем приобнял и повёл по коридору вслед за Лионом. Когда они вошли в комнату, Скай посмотрела в большое окно, с удивлением отмечая, что снег — так же внезапно, как и начался — закончился, лишь слегка укрыв землю белым полотном. Мать Природа, очевидно, успокоилась.

Пэнтер выдвинул Скай стул, и она села за огромный стол. Вместо того чтобы сесть рядом, Пэнтер встал позади неё, словно сильнейший щит. Он её любит. Тай и Делейни сели напротив, а Вулф и Хоук по краям стола. Лион выхаживал взад-вперед.

— Как поймали Фокса и Джага?

— Не знаем. Мы нашли трёх живых Магов и двух мёртвых. Но никаких признаков Джага или Фокса. И мы не знаем, сколько там было Магов до нашего появления.

— Всё равно, их не могли поймать, они же дикие воины, в конце концов.

К ним присоединился Кугар, оставшись у двери, пока Лион встревоженным взглядом смотрел на своих воинов.

— Ро, Маги больше не такие, каких мы знали, — тихо заметил Тай. — Тёмные силы крепчают.

Лион зарычал, словно живой лев.

— Расскажи о жертвоприношении.

Пэнтер сжал плечи Скай.

— Если верить Магу, которого я убил, они забрали Джага и Фокса в пещеры. Бирик намерен принести их и Вайпера в жертву сегодня в полночь, на празднование.

Лион посмотрел на Скай, в янтарных глубинах глаз крылась огромная сила и напряжённость.

— Он может призвать такую силу? Опасную силу?

Она переплела пальцы рук, лежащих на коленях.

— Я верю, что да. Бирик — заклинатель змей, а смерть Вайпера поможет его дару. Смерть других диких, наряду с множеством змей, может призвать опасную силу.

— Хватит освободить ещё Дименов, или даже самого Сатанана?

Она очень хотела дать ему такие необходимые ответы, но их не было.

— Извини, я не знаю.

Лион нахмурился и посмотрел на Пэнтера.

— Нам нужно идти в пещеры и идти нужно прямо сейчас. Ты исцелился?

— Нет. Иезикиль — не-совсем-друг Шамана — научил Скай призывать добрую силу, но так как её магия связана, ничего не вышло. — Он убрал руки с плеч Скай, и она обернулась и увидела, как он скрестил их на груди. — Но это неважно. Я пойду.

— Нет, — резче пули ответила она. Пэнтер бросил на неё расстроенный взгляд. Лион должен понять, раз Пэнтеру мешает упрямство. Она посмотрела Пэнтеру в глаза. — Ты не переживешь.

— Красавица… Со мной всё будет хорошо.

— Пэнтер, гора пропитана магией. Невозможно сказать, сколько ещё вреда она может нанести твоей связи со зверем. И если тебя поймают, снова закуют в кандалы, и зверь не выдержит. Ты лишишься духа.

— Выбора нет. Я — единственный шанс Вайпера. Никто не сможет найти ту гору.

— А Скай? — спросил Тай.

Скай повернулась к нему и покачала головой.

— Я не знаю, где гора. До прошлой недели я никак не контактировала с человеческим миром, и не уходила с самого детства. Если кто-то сможет доставить меня на гору, я с легкостью найду пещеру.

— А поблизости был город? Что-нибудь помнишь?

— Через лес я ничего не видела. Только ферму и небольшой Маркет, где встретила Пэнтера. Если город и есть, я о нём никогда не слышала.

Тай посмотрел на Лиона.

— Значит, Пэнтер может привести нас к горе, а затем ждать у неё.

— Чёрта с два.

Хоук постучал пальцами по столу.

— Если магия в том районе настолько сильна, что дезориентировала нас, когда мы просто пытались найти Маркет, нет никаких оснований полагать, что удастся подняться на гору и в пещеру. Нам почти наверняка понадобится проводник. — Его взгляд упал на Скай.

Пэнтер сжал её плечи.

— Она и близко не подойдёт к тому месту.

Хоук не отступил.

— Лишь так мы сможем туда добраться.

— Я вас отведу, — заявила Скай, боясь растерять храбрость.

— Ни без меня, — проговорил Пэнтер. — А как только мы откажемся в пещере, ты со всех ног побежишь в Маркет.

Вновь разнёсся рык льва.

— А как же ты, Пэн? Что, если она права? Вдруг чары сильнее тебе навредят?

Пэнтер встретил взгляд лидера с упрямым настроем.

— Альтернативы нет. Только я был в пещере и знаю, как выглядит Бирик. Кроме того, Скай без меня не пойдёт.

Упрямец. Он не переживёт. Скай встала, заставляя Пэнтера отступить.

— Альтернатива есть. Я могу его исцелить. Сейчас. До того, как мы уйдём.

Лион выгнул брови.

— Я думал, твоя сила может прийти лишь в полночь.

— В полночь моя сила на самом пике. Но я призываю силу через животных. Может, если я призову созданий леса, смогу ему помочь.

— Может ли энергия помочь? — спросила Кари, внося поднос с кофейными кружками.

— Нарастить силу, — вставил Хоук. — Нужно призвать силу животных. Силу пантеры.

Лион нахмурился, и долгое время просто молча расхаживал по комнате, а в его янтарных глазах были видны тысяча мыслей. Скай стояла и ждала, когда он примет решение. Она могла помочь Пэнтеру. Но он должен дать ей шанс. Наконец, Лион остановился и повернулся к Пэнтеру.

— Пэн, она ведьма Магов, которая уже продемонстрировала тревожную власть над нашими зверями. Если она не та, за кого себя выдаёт — захватит контроль или своей силой подавит и уничтожит нас. Если дикие сгинут, Сатанан выигрывает. Ты уверен… уверен, что можешь ей доверять? Без тени сомнения?

Скай сложила руки перед собой, ожидая того, что Пэнтер скажет им то, что говорил ей. Но в комнате воцарилась зловещая тишина. Он не сделал заявления. Он вообще ничего не сказал. Холодок пробежал по спине.

Она медленно повернулась и увидела, что Пэнтер смотрел на неё с мириадами эмоций в глазах. Но чувствовала она лишь одно, и от этого будто ей в сердце вогнали кол. Она увидела сомнения. Он говорил, что любит её. Как можно любить, хотя не доверяет и думает, что она предаст его и всё, что ей дорого?

Грудь сдавило от боли, а глаза наполнились слезами.

Он её не любил. Даже не знал её, если считал, что она могла его предать.

Она скользнула за него и выбежала за дверь.

— Скай… — В голосе слышалось сожаление, но Пэнтер её не остановил.

С внезапной, всепоглощающей потребностью вдохнуть воздух, она пробежала через дом и вырвалась во двор. Остановившись на снегу, она крепко обняла себя и дала волю слезам. Рухнули её глупые мечты, которые она плела в голове с того момента, как Пэнтер сказал ей, что любит. Она позволила себе поверить и надеяться, что его любовь к ней изменит всё. Что он наконец-то сможет, если не забыть, то без опаски смотреть в прошлое. Он сказал, что любит её. Но если бы любил, доверял. А веры не было.

Потому что она Маг.

От холодного ветра слёзы превратились в льдинки, холод просачивался внутрь, паутиной распространяясь по сердцу.

«Я люблю тебя, Пэнтер, и могу помочь. Но я та, кто я есть и другой не буду».

***

Пэнтер уставился в окно, на стоящую на улице Скай, вокруг которой собирались звери. Собаки, олени, белки и птицы кардиналы шли к ней, прижимались, требовали внимания и дарили утешение. Но она не ласкала их и даже не видела, а просто стояла, обнимая себя. Никогда ещё он не видел никого более одинокого. И его сердце разбилось. Он причинил ей эту боль.

— Я ранил её. Сомневался в ней.

Лион потребовал обещания, что она не предаст, но прежде чем он раскрыл рот, голову наводнили воспоминания. Как Анкрита бежала к нему в разорванном платье, а потом пленила, как влюблённый по уши Фокс смотрел на Зафину, которая настолько обвила его разум паутиной Мага, что дикий, сам того не подозревая, убил Беатрис, свою радиан.

На ужасающую долю секунды, Пэн подумал, что сам стал Фоксом, опутанным паутиной Мага. Как он мог рисковать своими братьями, доверяя ведьме? Но как он мог сомневаться в Скай?

Лион встал рядом.

— Зная твоё прошлое, я вообще не понимаю, как ты мог подумать, ей доверить.

— Ро, я доверяю ей. Хоть не всегда могу забыть, кто она. А она одна из самых чистых душ, которых мне доводилось встречать.

Они стояли и просто наблюдали за тем, как Скай окружали звери и птицы. Лион пробормотал:

— Говорят, животные и дети видят сердце человека. Пэн, многое стоит на карте, но вариантов мало. Если я чему и научился у Кари, то тому, что иногда нужно верить сердцем.

— Ро, я доверю Скай жизнь. Если бы на кону стоял лишь я, без колебаний согласился бы.

Лион хлопнул его по плечу, заставляя посмотреть на себя.

— Если доверяешь ей свою жизнь, мне этого достаточно. Я позвоню Шаману и попрошу приехать и освободить магию. Затем мы отправимся к камню богини.

Пэнтер ощутил груз и одновременную лёгкость от этих слов. Богиня, он любил Скай. И даже больше, он знал, какая она на самом деле.

Он тоже положил руку на плечо Лиону, затем развернулся и поспешил выйти.

«Иногда, ты просто должен верить сердцу».

А его сердце было отдано Скай.

***

Скай невидящим взглядом смотрела в лес, а вокруг собирались животные, ища ласки, которую она не могла дать. По холодным щекам продолжали катиться слёзы, и Скай не могла остановить поток, как и не могла уберечь сердце от ран. Она скорее почувствовала, чем услышала Пэнтера, идущего слишком тихо.

— Скай, — тихо позвал он, прежде чем обнять её за плечи. — Извини.

— Всё нормально. — Дело в том, что она не могла винить Пэнтера за осторожность, Ведь так много поставлено на карту. Виновата лишь Скай и её глупое сердце за то, что слишком много увидела в его признании.

Он развернул её к себе, но она не могла поднять голову, потому что слёзы продолжали течь. Но Пэнтер всё равно притянул её к себе, положил одну руку ей на спину, а другую запутал в волосах, заставляя поднять голову. С сожалением в глазах он утёр со щёк слёзы.

— Красавица, не плачь. — Он наклонился и без колебаний и сомнений прижался к её губам, вложив в поцелуй ярую нежность, которая требовала и тела и души. Поцелуй одержимости. Собственничества. Обещания.

Наконец, он отстранился. Потрясенная и запутанная, Скай закрыла глаза и обняла его, даже не понимая, как её руки потянулись к нему.

— Скай, посмотри на меня. — Когда она подняла голову, он положил руки ей на щеки. — Я доверяю тебе, маленькая ведьма. Доверяю свою жизнь.

Она вздохнула.

— Пэнтер… всё нормально. Я понимаю. У тебя много причин не доверять Магам.

— Да. — Он стиснул зубы. — Но ты не давала причин не доверять тебе.

Он скривила губы от печали.

— Если не считать того, что я тебя очаровала и пленила?

К её удивлению, на лице Пэнтера мелькнула слабая улыбка.

— Не считая этого. Я люблю тебя и доверяю, потому что знаю тебя. С самого начала я видел в тебе доброту, хотя и было трудно поверить, что такая красивая душа могла родиться Магом. Я доверяю тебе свою жизнь, Скай. Я колебался только потому… — Он вздохнул и прижался лбом к её. — Доверие даётся нелегко. А эти люди — моя семья. Мои братья. До тебя они были всей моей жизнью.

Она цеплялась за любовь в его голосе и словах.

— Я никогда ничем не наврежу ни тебе, ни им.

Он отстранился и посмотрел на неё.

— Знаю.

Кончиками пальцев она проследила линии губ Пэнтера.

— Пэнтер, ты стал моей жизнью. Я не могу дать тебе страдать, если в состоянии помочь. Не могу дать умереть. — «Я не могу жить без тебя». Но эти слова она не сказала вслух, потому что, несмотря на признание в любви, Скай поняла, он ни разу не говорил о будущем, в котором была она.

Он погладил костяшками пальцев её по щеке.

— Лион позвал Шамана освободить твою магию. И когда всё будет готово, мы призовём силу животных.

— Лион согласен?

— Да.

— Хорошо. — Но в животе начали порхать бабочки. Она так хотела, чтобы ей дали шанс, но получив его, внезапно появились сомнения. Что, если она не справится?

Пэнтер вопросительно посмотрел на неё.

— В чём дело?

— Вдруг я слова забуду?

Он поцеловал её в лоб.

— Я помню. Мы вместе произнесём их.

Между ними протиснулась чёрная голова большого лабрадора.

— Ревнивец, — ласково отругала его Скай.

Не обращая внимания на собаку, Пэнтер поцеловал Скай ещё раз, скользнув языком ей в рот и наслаждаясь её вкусом. Но собака стала настаивать, и Скай рассмеялась. Со смехом, Пэнтер отпустил Скай и отступил.

— Иди. Они заслуживают твоего времени, а Шаман ещё с час не приедет из-за внезапного ухудшения погоды.

Скай заметила в его глазах веселье и рассмеялась. Как возможно любить кого-то так сильно? Скай начинала гадать, остановится ли её сердце, если он умрёт? А когда она повернулась к животным, вся радость угасла под гнётом слёз. Что, если она вообще не сможет помочь Пэнтеру?

Глава 21

Два часа спустя дикие и их пары брели по заснеженному лесу. Когда они спустились к широкому плоскому камню — камень Богини — Скай посмотрела на бушующую внизу реку Потомак. Хотя снег и прекратился, ветер — ледяной и промозглый — всё ещё бушевал.

Пэнтер прижал к себе Скай.

— Мы соберёмся в Круг Диких, чтобы призвать Магию и не дать чужим приблизиться.

К ним подошёл Лион.

— Кари призовёт энергию, чтобы растопить снег и у Скай не замёрзнут ноги. — Он опустил руку на плечо Пэнтера. — Жаль, Пэн, что ты не можешь присоединиться к нам. Может, если всё получится…

Скай задрожала, и Пэнтер плотнее закутал её в шерстяное пальто, под которым было лишь тонкое шёлковое платье без рукавов. Кари назвала его ритуальным одеянием. Кари и Делейни выбрали платье яркого синего цвета, которое, по их словам, подчеркивало цвет её глаз.

— Как только мы будем готовы, призовем силу пантеры. — Лион посмотрел на неё. — Нужно, чтобы ты подождала за пределами круга с Кари и Делейни, пока я не позову тебя. Тогда ты можешь делать… что бы ты там не собралась делать.

Скай кивнула, прижавшись к Пэнтеру и наблюдая, как остальные дикие собираются вокруг Кари, пять огромных мужчин закрыли собой женщину. Лион взял Кари за руки, а остальные дотронулись до её шеи, рук или лодыжек.

Скай лишь однажды такое видела, когда была в тюрьме и с нетерпением ждала повторения.

— Готовы? — спросила Кари.

— Действуй, крошка-радиан, — тихо ответил Лион.

Кари загорелась, будто проглотила две дюжины огненных фитилей. На улице под облаками эффект был удивительнее. Она была похожа на ангела, пришедшего на Землю. Или солнце в человеческом облике.

— Удивительно, правда? — выдохнула Делейни, стоявшая рядом и поднявшая воротник пальто от ветра. — Я никогда к этому не привыкну.

Скай встретила взгляд Делейни, отмечая в её тёмных глазах тепло и ум, сильную душу и дружбу. Она тепло улыбнулась в ответ.

— Удивительно.

Вокруг ног Кари и мужчин снег таял, будто кто-то подогревал скалу изнутри. Когда свет погас, мужчины отступили и разделись до пояса. Золотые браслеты на предплечьях тускло светились. Дикие воины прекрасно сложены, сильные и грациозные. Но лишь от мужчины позади у Скай быстрее билось сердце.

Пэнтер крепко обнял её, а затем развернул к себе и жар его рук просачивался в тело даже сквозь пальто.

— Готова?

Ароматы тёплой кожи и мужчины наводнили холодный воздух, согревая Скай. Глядя в тёмные глаза Пэнтера, она сказала правду:

— Я боюсь, что не смогу тебе помочь. В остальном, готова.

Он сжал её плечи.

— Красавица, ты сделаешь всё в лучшем виде. О большем я не прошу.

— Готов, Пэн? — спросил Лион.

Пэнтер поцеловал её, и его волосы защекотали её щеку. Затем он отстранился и стянул футболку, чтобы присоединиться к кругу. Кугар начал напевать, пока дикие делали надрезы на груди и прижимали к ранам ладони. Наконец, Пэнтер порезал грудь и окропил ладонь кровью, чтобы потом вскинуть кулак в воздух. Один за другим дикие присоединяли кулаки к его, выполняя грубый ритуал крови и силы.

— Скай, подойди, — позвал Лион.

Она сбросила длинное пальто и протянула его Делейни, а затем разулась. Сделав глубокий вдох для храбрости, она босиком прошла по мокрой скале, вошла в круг и встала перед Пэнтером. Он уставился на неё, медленно скользя взглядом по телу. Затем запрокинул голову и закричал облакам, и его глубокий, сильный голос пронёсся над скалами и ветром:

— Духи придите и присоединитесь. Дайте силу зверю под этим небом.

Остальные вторили ему, и их слова дрейфовали и скользили вокруг Скай. Прокатился раскат грома. Скала под ногами задрожала.

— Танцуй, Скай. — Пэнтер опустил голову и взревел. — Призываю дух пантеры!

Пока энергия витала вокруг, Скай закрыла глаза и развернулась, ноги двигались сами собой, когда она начала произносить слова, которым научил Иезикиль.

— Остановись! — приказал Пэнтер ей на ухо, грубо сжимая ей плечи. Она распахнула глаза и с ужасом увидела, как дикие согнулись пополам от боли. Скай вырвалась из хватки Пэнтера и повернулась к нему.

— Что случилось?

— Не этим словам тебя учил Иезикиль, — прорычал он с болью в словах.

— Этим. — Она положила дрожащую руку на лоб. — Я думала, что этим. — И прошептала пару слов.

— Нет. Эти слова я слышал в пещере.

Скай сильно задрожала и закрыла лицо руками. Этого она и боялась! Они сделала больно диким. Бирик и его тьма запятнали душу.

— Ш-ш-ш… — Пэнтер обнял её сильными руками и притянул к себе, хотя напрягался от боли. А затем начал нашёптывать Скай слова, которые слышал прошлой ночью. Скай начала повторять за ним, и с каждым разом всё громче, затем вырвалась из объятий и обернулась. Дикие выпрямились, выражение боли исчезало с их лиц.

Глубоко внутри она почувствовала, как начинает подниматься сила. Хвала Природе. Но когда Скай развернулась, её прожгла внезапная боль от огромной раны в груди, будто кто-то ударил кинжалом. Скай схватилась за грудь, заставляя ноги продолжать двигаться, но боль превратилась в обжигающую агонию, и Скай не смогла дышать. Она споткнулась, голова закружилась от боли. Пэнтер удержал её за плечи.

— В чём дело? Я чувствую, как получается.

— Грудь… — Она внезапно поняла. — Кэнтрик не позволяет мне… — Она охнула. — Проклятье! — Она посмотрела на Пэнтера. — Помоги. Произноси слова со мной.

— Нет, если тебе больно.

— Говори!

Он напрягся, но повторял с ней слова и помогал танцевать, хотя она едва могла стоять, перед глазами всё плыло, а говорить было невероятно трудно. Она чувствовала, как пантера пытается вернуться к Пэнтеру. Но чем дольше она держалась, тем сильнее становилась боль.

Пэнтер остановил её.

— Красавица, хватит

— Нет! — Его пантера зарычала, требуя помощи. И Скай поможет!

— Скай, достаточно. Мне лучше, я сильнее. Хватит.

Пантера внутри завыла от разочарования.

— Нет, не хватит! Он пытается дотянуться до тебя, и я могу помочь.

Она сурово посмотрела на него, и он крепко прижал её к себе.

— Нет, иначе ты умрёшь. Я в норме.

— Пэнтер… — Агония в груди медленно перетекла в ноющую боль. — Мне нужно исцелить тебя.

— Посмотри на его глаз, — проговорил Тай.

— Пэн, метка дикого вернулась. Попробуй перекинуться самостоятельно.

Скай отстранилась и посмотрела на лицо Пэнтера. Шрам на глазу стал отчётливее. Она отпустила его и сделала шаг назад, а Пэнтер снял штаны, затем, во вспышке сверкающих огней, перекинулся в пантеру. Мгновение спустя он вернулся в человеческий облик и надел штаны.

— Спасибо, Скай. — В голосе Лиона слышалось удовлетворение.

Она кивнула, но глубоко внутри Пэнтера его зверь продолжал бешено бросаться к ней, умоляя продолжить.

Она помогла.

Но этого мало.

***

— Не выходит! — рычал Пэнтер спустя несколько часов. Гнев внутри кипел и вертелся, словно живое существо. Они со Скай вернулись на Голубой Хребет, и теперь стояли у Маркета с Таем, Делейни, Хоуком и Вулфом. Уже почти стемнело. У Вайпера, Джага и Фокса всего несколько часов. Но как они ни старались, не могли пройти через защиту.

Пэнтер нашёл Маркет, но подняться на гору оказалось невозможным. Три раза Скай пыталась вести их, и каждый раз, когда он проходил мимо того места, где занимался с ней любовью, всё начинало разваливаться. Они терялись. Сбивались с пути. Хоук перекинулся и попытался перелететь через ограждение, но тут же по спирали упал на землю, сломав крыло.

В последний раз, они со Скай пошли вдвоём, но и это оказалось бесполезным. Оставалось лишь одно — Скай отнесла бы Пэнтера, а она не сможет. В отличие от других диких, он не мог менять размер зверя. Когда он перекидывался, становился огромной пантерой. Точка.

Тай, Делейни и Хоук сидели на остатках выброшенного дивана. Кугар прислонился к кирпичной стене Маркета, а Скай, окруженная лесными зверьми, уселась под деревьями на холме.

Пэнтер выхаживал взад-вперёд.

— Есть идеи?

— Одна, — тихо проговорила Скай и подошла к ним. — Я помню контрзаклинание. Могу пойти туда и освободить Джага и Фокса.

— Нет.

— Если они сбегут, Бирика, вероятно, не удовлетворит жертва Вайпера. Одного дикого недостаточно для ритуала.

— Ты не пойдёшь туда одна.

Она посмотрела на него.

— Я не могу привести туда вас.

По его спине побежал холодок

— Ты можешь отвести меня туда так же, как в прошлый раз. Околдуй.

Тай зарычал.

— Пэн, даже не думай об этом. Ты просто станешь четвёртой жертвой.

Он посмотрел в глаза друга.

— Но есть шанс.

— Сотни вещей могут пойти не так.

Скай посмотрела на Пэнтера полным беспокойства взглядом.

— Тай прав.

— Вероятно, это единственный шанс. Ты можешь снять заклинание, когда мы окажемся внутри?

— Это не просто и процесс долгий. — Она сложила перед собой руки. — Я должна открыть твой разум и снять заклинание, а секс с зачарованным мужчиной затяжной. Тем более, Бирик узнает, что я в пещере, как только я сделаю шаг за чары на входе. Сомневаюсь, что смогу освободить тебя до того, как нас найдут. И я никак не смогу притвориться, что вернулась одна. Мы оба окажемся в цепях и будем бесполезны.

— Так что единственный способ войти — быть тобой пленённым.

Закованный. Снова. Лишь от мысли об этом, ярость готова была им завладеть, но он должен попасть туда, дьявол разбери. Ему нужно спасти своих братьев. И это — единственный шанс. Он посмотрел на Скай, запоминая каждую черту её лица. Если ничего не выйдет, она снова станет пленницей и рабыней этого монстра.

Скай вложила руки в его.

— Мне не нравится твой план, но он может быть единственным.

Он положил руки ей на плечи.

— Я не могу позволить тебе вернуться к нему.

— Он не убьёт меня. — Она положила руку ему на щеку и притянула к себе для поцелуя. Он наслаждался мягкостью её губ. А когда она отстранилась, в её глазах он увидел своё будущее и прошлое. — Я знаю, что случится, если ты ничего не предпримешь, — тихо сказала она. — Если ты позволишь Вайперу умереть, хотя, возможно, можешь спасти — умрёшь внутри, по частичке, пока ничего от тебя не останется. — Она погладила его по щеке. — И я не хочу участвовать в этом, Пэнтер, мы можем рискнуть. Поверь, я выполню свою часть и дам тебе шанс выполнить свою.

— Тай прав, очень многое может пойти не так.

— Знаю. Но выбора нет. У Бирика реальный шанс освободить Сатанана. Против такого рискнуть жизнью — малая цена.

Пэнтер прижал Скай к груди и вдохнул аромат фиалок. Он лишь хотел сохранить ей безопасность, а на свою жизнь плевать хотел. Скай обняла его.

— Пэнтер, я сильнее, чем кажусь. Не важно, что случиться, со мной всё будет хорошо.

Он сомневался не в её силе, а в своей, потому что не мог позволить, чтобы с ней что-то случилось. Его осенило, что он позволит ведьме околдовать себя не моргнув глазом. Он доверял Скай. Абсолютно и безоговорочно.

А сам волновался лишь о её безопасности. Маленькая ведьма права — выбора, кроме как попробовать нет. Стоит помолиться, чтобы удача сегодня была на их стороне.

Им понадобится любая возможная помощь.

Глава 22

— Это здесь, — сказал Пэнтер, когда они подошли к дереву, у которого тогда занимались любовью, и притянул к себе Скай. Ночь быстро приближалась, и очень скоро появятся дредэны. Пора уже проникнуть в пещеры.

От мысли, что он позволяет себя очаровать и войти в логово врага слепым, глухим и беспомощным, у него кровь стыла в жилах. Но от него зависели его люди. Он их единственная надежда.

Скай обняла его за талию и прижалась щекой к груди. Он знал, что она боится. Чёрт, он сам был в ужасе. Что угодно могло пойти не так. Пэнтер жил за счёт жесточайшего контроля, но сейчас сам вручал его в руки другого. А ещё он всё своё существование доверял лишь паре людей и ненавидел Магов. Но всё же, охотно вручал свою жизнь и судьбу диких воинов — если не всего мира — в руки ведьмы Магов в своих объятиях. Удивительно, но делал он это без колебаний. Скай сделает всё возможное, чтобы ему помочь. Его пугало то, что этого не хватит. Что Скай не сможет освободить его, и шанса сразиться не представится. Каждый воин погибает в пламени битвы и только так. Мысль о том, что он погибнет, как муха, пойманная в ловушку на липучке, неспособный спасти друзей, не говоря уже о себе, пробудила ярость. А от идеи, что он не сможет спасти любимую женщину от урода, который принёс ей столько боли, у него плакала душа.

Но выбора не было.

Он зарылся лицом в волосы Скай, ища силы.

— Всё должно получиться, — проговорил он. — Красавица, тебе нужно лишь освободить меня.

Она отстранилась и посмотрела на него.

— Я не подведу. Обещаю.

Смотря в голубые с медным ободком глаза, Пэнтер увидел своё будущее. Свой мир. И каким-то непостижимым способом, он знал, что, несмотря ни на что, они найдут способ быть вместе.

— Я люблю тебя, — тихо проговорил он.

— И я тебя люблю. — В её глазах стояли слёзы и невысказанные сомнения. Она взяла руку Пэнтера и поцеловала в ладонь, давая волю слезам.

Он знал, что должен сделать. Лишь одним способом она могла его зачаровать, да, даже если не надо было, то желание заняться с ней любовью пересилило желание сделать следующий вдох. Пэнтер положил руку на затылок Скай и поцеловал, ощущая вкус слез на языке. Скай со страстью и нежностью, которая наполнила Пэна любовью и ранила сердце, ответила. Он не мог её потерять. И не потеряет. Он любил Скай. Как это чувство могло пробудить бессилие, но в то же время наполнить силой богов? Страсть, которая пробуждалась каждый раз, когда Скай и Пэн прикасались друг к другу, обрушилась на них, превращая поцелуй в порочный. Пэнтер скользнул в её рот языком, желая всеми способами быть к ней ближе. Он расстегнул на ней джинсы и помог снять их и трусики, затем подхватил под попку и поднял. Плоть Скай была теплой и мягкой, сердцевина влажной и готовой. Как бы он ни хотел медленно и томно заниматься с ней любовью, времени не было. Он расстегнул молнию и высвободил член.

— Обними меня, красавица, — прошептал Пэнтер, и Скай обняла босыми ногами его за талию. Он вошёл в её тёплое, обожаемое тело, в котором хотел провести вечность. Он чувствовал, как их окружает любовь, пока смотрел в её глаза.

— Я люблю тебя, воин, — произнесла она, когда он кончил, и завеса чар вновь окутала его разум.

***

Скай поправила их одежду, а затем повела Пэнтера по лесу к входу в пещеру. Она не видела причин скрываться. Бирик скоро узнает, что она пришла. У неё до боли быстро колотилось сердце. Запах сырости, известняка и дыма от факелов долетели до носа, заполняя голову горькими воспоминаниями, пока она вела Пэнтера вниз по крутым ступеням пещеры. Если не сработает, если, познав свободу, она снова окажется в ловушке, её душа усохнет и умрёт. С другой стороны, сердце будет уже мертво, потому что, если она окажется в ловушке, Пэнтер умрёт. А если выживет, найдёт способ ей спасти. Она знала.

Крик эхом отразился от камня, когда стражник передал новость о её возвращении с пленником. Несомненно, Бирик через мгновение явится сам. У Скай руки стали влажными от пота. Если бы только у неё были силы ведьмы из сериала. Она бы моргнула и перенесла Пэнтера с другими дикими прочь из пещер, а затем наслала бы одну из змей Бирика сожрать его сердце.

Она уловила всполох белых волос на лестнице внизу, и поняла, что он идёт. У Скай задрожали ноги, и она крепко сжала руку Пэнтера, беря силы от ощущения его теплой ладони и мужского присутствия, даже если он никак не мог защитить её. Когда Бирик, в сопровождении Вайпера, приблизился, часть Скай, которая так упорно сопротивлялась Магу все эти годы, хотела смотреть на него и не дрожать. Но единственный шанс освободить диких зависел от веры Бирика в то, что ничего не изменилось. Что она не изменилась. К счастью, показывать страх не так-то сложно. К несчастью, Скай совсем не притворялась напуганной.

Они дошли до неё, Вайпер возвышался над Магом, и его лысина отражала огонь факелов. Бирик остановился тремя ступенями ниже и посмотрел на неё с любопытством и подозрением.

— Ты вернулась.

Вайпер порочно и зло улыбнулся.

— Пэнтера можно было бы обмануть раз, но не дважды. Он позволил тебе очаровать его, да, маленькая ведьма? Он хотел сюда вернуться.

Скай отвела взгляд, сердце бешено колотилось.

— Да.

Бирик подался вперёд и схватил Скай за подбородок, сжимая до боли.

— Какой у него план?

Слёзы застилали взор.

— Хотел, чтобы я спрятала его до момента, пока рассеяться чары, затем он нашёл бы друзей и сбежал с ними. — Скай подняла взгляд на Вайпера. — Всех друзей, — тихо добавила она, молясь, чтобы Пэнтер оказался прав, и душа всё ещё жила в теле этого дикого.

Вайпер фыркнул.

— Отличный способ спрятать его — провести через парадную дверь.

Скай вновь потупила взор, прежде чем кто-то из них заметит ложь во взгляде.

— Я знала, что не смогла бы его спрятать и сказала ему об этом, но он настоял, чтобы я попробовала.

Бирик нахмурился.

— Глупец. Как он мог подумать, что сможет меня победить?

Вайпер усмехнулся.

— Дикие упрямы. Я же говорил, он вернётся. Из-за какого-то неуместного чувства чести и справедливости, Пэнтер думает, что обязан мне жизнью, ведь я, якобы, сыграл какую-то роль в его спасении.

Бирик ударил Скай по губам.

— Почему ты сбежала?

Скай прижала тыльную сторону ладони к пульсирующим губам.

— Я не сбегала. Он утащил меня. — Это правда.

— Ты его отпустила?

— Он стряхнул с себя чары прежде, чем я его заперла. — А это ложь. Он избавился от чар, будучи в её теле.

— Ты показала ему выход.

— Он меня заставил, иначе бы убил. — Честно говоря, это Бирик её заставил. Освободив Дименов и натравив их на невинных людей, он заставил её сделать трудный выбор. Но она никогда не пожалеет.

Бирик погладил её по щеке.

— Кроткая мышка. И этот дикий заставил тебя вернуться сюда.

— Нет. Я предложила помочь. Мне нужно было вернуться. — Она сглотнула страх. — Я хотела, чтобы прекратилось наказание. Прошу, Бирик, прошу. Я не думала предавать тебя, это он заставил меня уйти. Но я вернулась и привела дикого.

— Кто убрал его наручи?

— Шаман. — Не совсем так, но близко к правде. И Вайпер должен бы поверить в это.

— Мне на самом деле всё равно, зачем он здесь. Теперь, когда вы снова у меня, сегодня почти наверняка клинок получиться открыть. И всё будет иначе. — Бирик потянул Пэнтера от Скай и махнул стражникам. — Возьмите верёвку и отведите чаровницу в лес, — сказал он. — Мне нужны четыре взрослых оленя, свяжите их и доставьте в зал для пиршеств в полночь. Не выпускайте из зоны видимости ведьму. Там, где один дикий, вероятно, будут и другие. Как только она поймает оленей, заприте всех в её камере до полуночи, и приставьте стражу. — После чего сдавил скулы Скай, пока неё перед глазами не полетели звёздочки. — Скай, ты больше не сбежишь от меня. Если попытаешься предать, будешь молить отдать на растерзание Дименам, чтобы завершить мучения.

Через мгновение Бирик ушёл, а его слова звенели в ушах. До полуночи она будет заперта в своей камере, и не сможет найти Пэнтера. Ни единого шанса освободить диких до самого последнего момента. И этот момент может наступить слишком поздно.

***

— Добро пожаловать на вечеринку. Отличный план спасения.

Пэнтер пробирался сквозь туман колдовства, идя на язвительный голос Джага. Туман медленно рассеялся, и Пэнтер очутился в небольшой нише пещеры. По крайней мере, он стоял, но руки были прикованы над головой. Рядом был прикован Джаг, за которым стоял и хмурился Фокс.

— Ты серьёзно сюда специально вернулся?

Пэнтер посмотрел на него.

— А ты как думаешь?

— Супермен спешит на помощь, — протянул Джаг. — Остальных уговорить присоединиться к празднику не удалось, да, Кочис[4]?

Пэнтер низко зарычал.

— Войти был лишь один способ — оказаться заколдованным. А Скай околдовать может только одним способом

— Не смог вынести мысли, что кто-то ещё её будет трахать? — проговорил Джаг.

— Ни за что. — Он потянул цепи, пробуя вырваться, как делал сотни раз прежде, но, как и тогда цепи не поддались. Быть прикованным вот так, когда рядом ещё два пленника, всколыхнуло непрошеные воспоминания о подземелье Анкриты. Вайпер — или Винсент тогда — и Фредерик постоянно разговаривали, в основном шутили по-чёрному. Пэнтер никогда не присоединялся к болтовне — был слишком серьёзным — но иногда улыбался, тогда они с ликованием хохотали.

Фредерик не должен был умереть.

Пэнтер посмотрел на двух мужчин, которые были с ним сейчас. Фокс — которого он знал пару лет и Джаг, которого знал почти всё время, что был диким воином. Хотя частенько задумывался, а знал ли он Джага вообще. И всё же они — его братья. И цель Пэнтера — спасти жизнь братьям, Вайперу и Скай и вытащить из пещеры в безопасность. Если по пути он сможет вернуть клинок Димена ещё лучше. Но в приоритете парни, и Вайпер.

— Как вас Маги схватили? — спросил он.

Джаг скривился.

— Пацан кинулся на меня.

— Нет! — возразил Фокс.

Пэнтер свёл брови и переводил взгляд с одного дикого на другого.

— Что случилось?

Джаг нахмурился.

— Мы поехали в магазин со списком Пинк, когда мистер Интуитивный почувствовал поблизости Магов. Конечно, он не сказал мне, почему мы едем по Джефферсон стрит, пока не догнали двух Магов. Я позвал на помощь, мы перекинулись и разобрались с ними. Но когда закончили, появились ещё двое. Тогда внезапно лисья морда забыл, с кем должен драться и стал увеличиваться в размерах, пока не перерос моего ягуара, и сдавил мне шею. Маг заковал нас, пока Фокс прижимал меня к земле, и следующее, что я помню, мы оказались здесь.

— Я на тебя не нападал, — угрюмо сказал Фокс.

У Джага челюсть отвисла.

— Хочешь сказать, что случайно твои клыки в моём горле оказались? Думаешь, я совсем идиот?

Пэнтер смотрел то на одного, то на другого. Ему совсем не нравилось услышанное.

— Пацан, чего помнишь?

Парень посмотрел на него со смесью злости и запутанности в глазах.

— Я бы не стал на него нападать!

— Но ты ничего не помнишь.

Фокс потупил взор.

— Не помню.

Пэнтер перевёл взгляд на Джага и увидел в его глазах ту же тревогу, которую чувствовал.

— Фокс, они тебя зачаровали. Это единственное объяснение.

Парень замотал головой.

— В облике животного? Даже не прикоснувшись? — Он хмыкнул. — Такое невозможно.

— У тебя имеется лучшее объяснение произошедшему?

Фокс подёргал цепи, звеня ими о камень.

— Нет! Но как? Маги не могу зачаровывать в облике зверя. Все это знают.

— Теперь Маги могут творить чего захотят, — проворчал Джаг.

— Может, и нет. — Пэнтер посмотрел на Джага. — Они не очаровали тебя.

Фокс нахмурился.

— О чём ты?

— Я говорю о том, что контроль Зафины над тобой мог выйти за рамки ожидаемого.

— То есть теперь я их щенок?

— Не знаю, пацан. — Пэнтер и Джаг обменялись тревожными взглядами. Если они больше не могли доверять Фоксу, были в полном дерьме.

Глава 23

Пэнтер не знал, сколько прошло времени, когда Вайпер — с улыбкой прежнего Вайпера и блестящей лысиной — вошёл в небольшую клетку. В его глазах не было ни тепла. Ни человечности.

— Напоминает праздник прямо. Пэн, рад, что ты присоединился. Я сказал Бирику и для тебя установить ритуальный стол. Я знал, стоит лишь тебе узнать, что мы все лишимся сегодня головы, и ты придёшь нас спасать. Я ведь хорошо знаю своего друга.

— Чёртов предатель, — огрызнулся Джаг.

— Это не Вайпер, — спокойно сказал Пэнтер. — Вайпер, как и мы, в плену зла.

Вайпер фыркнул.

— Если ты так считаешь. Я был одним, но сейчас изменился. — Он иронично выгнул бровь. — В лучшую сторону, конечно.

— Ошибаешься. Мужчина, за которого я бы отдал жизнь, ещё внутри тебя, и он не даст нам умереть.

— Точно, — сухо ответил Вайпер с жёстким взглядом. — Но даже если ты прав, и я мог бы вас спасти, этого мало. Не только я в арсенале Магов.

Пэнтер посмотрел на пацана.

— Мы знаем, что Бирик может контролировать Фокса.

— О, Пэн, не просто контролировать.

Фокс неверующе фыркнул.

— О чём ты?

— Пацан, это здорово. — Вайпер потянул за свою сережку. — Ты даже не понимаешь, кем стал. Что делает из тебя мощнейшее орудие.

У Пэнтера кровь похолодела.

— Кем я стал?

— След Зафины, который должен был бы исчезнуть после её смерти… Вот только, как сказал Бирик, Зафина забрала твою душу, оставив совесть и личину, чтобы никто из нас не догадался. Даже ты не догадался. Юность в сочетании с чутьём сделали тебя особенно податливым. Ты убил Беатрис, заменил клинок ритуальным ножом на скале Богини, когда мы призвали силу льва. Я потерял душу той ночью благодаря этому клинку. Когда я нашёл Бирика и отдал ему клинок, рассказал про тебя. Я знал, что Пэнтер придёт меня спасать и правильно угадал, что он возьмёт с собой тебя, ведь у тебя отличное чутьё. Конечно, тебя сюда не чутьё привело, всё это время ты действовал по командам Бирика. Он приказал тебе приехать на Голубой Хребет и остановиться у Маркета, где Скай ждала дикого.

В голове Пэнтера началась пульсация. Встреча со Скай не была случайностью. Фокс отдал его в руки Скай

— Зачем ты всё это нам рассказываешь? — прорычал Джаг. — Ты сейчас напоминаешь преступника из какого-нибудь фильма. Раскрываешь всю подноготную.

— Джаг… — простонал Пэнтер. Если он когда-нибудь выберется отсюда, вздёрнет этого кота за хвост.

Вайпер с ухмылкой посмотрел на Джага.

— Просто подумал, что вы хотели бы знать. — Но когда посмотрел на Пэнтера, что-то было в его глазах. Пэн увидел отпечаток друга. Настоящий Вайпер раскрывал карты, надеясь, что Пэнтер сможет воспользоваться информацией.

— Значит, я не избежал плена, когда Скай поймала Пэна? — писклявым голосом спросил Фокс.

— Конечно, нет. Они призвали тебя в пещеры, поиграли с разумом и убедились, что ты ещё под контролем Бирика. После отослали прочь, чтобы дикие нас не нашли, — ответил Вайпер. — Бирик недооценил храбрость маленькой заклинательницы и нацеленность Пэна на побег. Как только они сбежали, он подослал приспешников, чтобы они через наручи вернули Пэна, а когда этого не произошло, призвал тебя.

— На Джефферсон стрит, — проговорил Джаг.

Вайпер пожал плечами.

— Всё остальное шло своим чередом, как я и предсказывал — Пэн спешит на помощь, Скай возвращается. — Его взгляд стал самодовольным. — Теперь всё на своих местах, джентльмены. Сегодня мы можем освободить Сатанана.

— Зафина не забирала мою душу, — проныл Фокс. — Не стала бы!

— Пацан, боюсь, так и было. Посмотри на это с позитивной стороны. Бирик убьёт сегодня тебя, избавляя диких от необходимости самим уничтожить кого-то из своих.

Фокс побледнел, отчего на лице ярче выделились веснушки.

— Я испорчен, — прошептал он.

Вайпер хохотнул.

— Бирик планирует и совести тебя лишить перед ритуалом на случай, если что-то пойдёт не так. Скоро будешь в его лагере. А после полуночи умрёшь. — Он пожал плечами. — Мы все умрём.

— Вайп. — Пэнтер пришпилил Вайпера взглядом. — Мы выберемся. Вместе. Не сомневайся.

Он вновь увидел этот проблеск сознания и человечности за холодным взглядом, наряду с воспоминаниями о словах, которые Вайпер повторял, когда они находились в ловушке подземелья Анкриты. Друг услышал его. Вайпер нахмурился, затем повернулся к двери.

— Наслаждайся фантазиями, Пэн. Я собираюсь насладиться праздником перед великой ночью.

Когда Вайпер ушёл, в камере стало тихо, как на кладбище. Пэнтер посмотрел на молодого дикого, и сердце сжало сожаление.

— Не отчаивайся, пацан. Тьма могла заставить Вайпера солгать. Мы не можем верить его словам. — Но если он прав, за этим всем крылся истинный Вайпер, который поведал правду.

Фокс поднял глаза, в которых читалось одновременно и ярость и ужас.

— Пэн, она не могла забрать мою душу. Я знаю!

Джаг рыкнул.

— Неважно есть или нет у тебя души. Они тебя контролируют. — И печально посмотрел на Пэнтера. — Надеюсь, у тебя есть план.

Пэнтер вздохнул.

— И я надеюсь.

***

Желудок Скай свело, глаза горели от непролитых слёз, по коже ползли мурашки от страха, когда она вела Веру и трёх других оленей в зал пиршеств, как приказал Бирик. За ней шли два стража. Олени прижимались к ней, чувствуя страх, а Скай прижималась к Вере. В тот момент, когда она вышла наружу с двумя стражами, поняла, что произойдёт. Вера первой ответила на зов. Скай пыталась прогнать её, но подруга не ушла. И один из стражей Бирика поймал её.

Скай изо всех сил старалась сделать глубокий вдох, чтобы хоть немного успокоиться. Если всё пойдет по плану, олениха не умрёт. Ни одно существо или дикий не умрёт. Но всё шло вопреки плану. Уже почти полночь.

«Сотни вещей могут пойти не так», — сказал Тай. Как оказалось многое уже шло наперекосяк.

Приблизившись к залу, Скай услышала звуки передвигаемых столов. Зал огромен, с высоким, изогнутым потолком, с которого свисали сталактиты. По нему тут и там были разбросаны колонны и перегородки из камня, образовавшиеся за миллионы лет. Зал не просто одно из огромных помещений в пещерах, но и одно из самых роскошных после апартаментов Бирика. Тысячи огненных сфер плавали по воздуху, и их свет отражался в позолоте, гнущихся от хрусталя, столов и стульев с красной парчой. На полах лежали толстые ковры, и хотя здесь сталактиты были как сосульки, не осмеливались капать на эти ковры.

Когда она впервые пришла в пещеры, каждый приём пищи сопровождался симфонией живой музыки. Но это было раньше. В сердцах, лишенных душ, не играла музыка. Сейчас же, когда Скай вошла с Верой и другим оленями через широкую арку, увидела, что пещеру украсили к празднику Духа Луны — самой могущественной ночи календаря Магов. Сегодня энергии луны и земли были в зените. От сфер дугой гнулись радуги, делая стены пещеры разноцветными. Как и подозревала Скай, зал освободили от столов и стульев, ковры свёрнуты и убраны. Она никогда не проводила ритуалы здесь, и гадала, зачем Бирику столько пространства. И от этого тугой узел в животе становился тяжелее.

На открытом пространстве, рядом с естественными колоннами, разделявшими зал, в больших котлах горели костры, образуя большой ритуальный круг. Внутри него находились четыре клетки. Ведя оленей по залу, Скай заметила, что клетки почти переполнены змеями.

«Сколько тварей Бирик собирается убить сегодня?»

Тогда она и заметила, что за колоннами располагались ещё костры. Второй круг. Два круга? Конечно же. Бирик принесёт в жертву Вайпера и змей, а Скай должна то же самое сделать с оленям и другими дикими. Если две энергии сольются воедино, смесь будет взрывоопасной.

Она обогнула первый круг, направляясь ко второму, и когда вышла из-за колонн, ее пульс ускорился.

Внутри круга стояли три деревянные платформы, наклоненные под небольшим углом. Бессознательные Джаг и Фокс были прикованы к двум вниз головами. На полу под каждой платформой стоял большой чан для крови. Пэнтер, голый и прикованный, как в ту ночь, когда они освободили Дименов, лежал на полу в центре круга. И, как и его друзья, без сознания. Или же очарованный.

Живот скрутило. С момента входа в пещеры, она прокручивала в голове заклинание, чтобы снять кандалы, но от этого никакого толку, если они так и будут под чарами.

Дикие без сознания не смогут сражаться, даже без кандалов.

«Матушка природа, что же мне делать? Не дай умереть ни этим мужчинам, ни животным».

Она провела зверей между кострами, стараясь не смотреть на Пэнтера, но страх и любовь переполняли её, и она не смогла отвести взгляд. Тёмные волосы были убраны за спину, открывая татуировку на груди и горле, как и следы когтей на глазу. Даже под чарами, к нему манила и возбуждала Скай скрытая сила и безмолвное обещание возмездия каждому, кто посмеет встать на пути.

Как она сможет жить, если он умрёт? Она заставила себя отвернуться. Он не умрёт. Она не позволит.

Одним прикосновением она отправила оленей на пустую платформу, на которой Бирик их убьёт. Борясь со слезами, она обвязала вокруг их шеи веревку и прикрепила к петле, ввинченной в скалу. Затем Скай опустилась на колени и принялась успокаивать, как могла, зверей. Она посмотрела в тёмные глаза Веры, молясь, чтобы ей удалось всех спасти. Услышав за спиной тихие шаги, она обернулась и увидела приближающегося Вайпера. Какая-то внутренняя часть Скай, та, которую слишком много раз в стенах этих пещер избивали и порочили, хотела проигнорировать его или убежать и прижаться к стене. Но что-то случилось с ней в доме диких. В сильных, нежных объятиях Пэнтера, она восстановила большую часть силы, которой прежде обладала. И теперь не хотела терять эту силу вновь. Глубоко вдохнув, она встала и посмотрела на него, стиснув в кулаки подол платья, в которое переоделась, когда вернулась.

— Великая ночь, — с ухмылкой, не тронувшей глаз, протянул Вайпер.

Скай пыталась связать этого холодного, опасного человека с другом, который когда-то рисковал всем, чтобы спасти Пэнтеру жизнь. Сцепив руки в замок, она склонила голову.

— Ты ведь понимаешь, что Бирик тебя убьёт?

— Конечно.

— Вайпер, почему ты готов пожертвовать ради него жизнью?

Он дёрнул серёжку.

— Не ради него, ведьма, а ради Сатанана.

— Ты отдашь жизнь, чтобы освободить зло, с которым поклялся сражаться? Зло, которое уничтожит всех и вся? Которое уничтожит этот мир?

Что-то вспыхнуло в его глазах. Понимание. Боль. Пэнтер был прав. Настоящий Вайпер, тот, что с душой, всё ещё был здесь. Но ударил её со скоростью змеи злой Вайпер. Она упала, лицо пульсировало, пока она смотрела, как огромный дикий уходил.

Заставив себя подняться, она заметила приближающегося Бирика, руку, как и шею которого обвивала чёрная змея. Когда он подошёл, она, как всегда, отвела взор.

— Пора начинать. Когда скажу, начинай танцевать, затем оседлай своего дикого. Тебе придётся самой подготовиться, или хочешь, чтобы об этом позаботился один из моих людей?

Она мотнула головой. Её телом столько раз пользовались. Но после прикосновений Пэнтера, от мысли, что её коснётся кто-то другой, появлялась тошнота.

— Я сама.

Бирик кивнул.

— Колдуны зальют тебя кровью оленей. Но ещё до момента твоей кульминации, мы принесём в жертву трёх диких одновременно. Прилив энергии должен быть… поразительным. Приготовиться.

Он отвернулся и громко приказал Магам приготовиться. Голос эхом разнёсся по пещере. Колдуны, стражники и ведьмы прошли через входы и начали собираться в круг.

У Скай сжалось сердце. Дикие были без сознания.

— Бирик… — Когда он повернулся, Скай опустила глаза, прежде чем он увидел в них беспокойство и начал что-то подозревать. — Мне нужно… нужно, чтобы они были в сознании.

— Так безопаснее. Прикажи пантере возбудиться, он послушается, а если нет, у тебя есть руки.

Если они останутся без сознания, ничего не выйдет, а если Бирик что-то заподозрит, никогда не освободит их от чар. С колотящимся сердцем она бросила взгляд на своего мучителя и рискнула сказать слишком много.

— Я не чувствую их животных. Я… боюсь, что не смогу призвать силу через них. — Не совсем правда, она чувствовала животных, но со слабой энергией. Существовала вероятность, что она действительно не сможет призвать такую силу.

Она чувствовала ледяной взгляд Бирика на себе.

— Ты права. Их сила слаба. — Но он не шевельнулся, а просто стоял, пронзая Скай взглядом, пока она не подумала, что он знает каждую мысль, каждый план. Она не двигалась. Не реагировала. Просто стояла и смотрела в центр облаченной в тунику груди.

Наконец, Бирик повернулся и подошёл к диким, коснулся одного за другим и освободил от чар, которые, так или иначе, исчезли бы сами, будь на то время. Скай смотрела на диких, затаив дыхание. Она ждала, но ничего не происходило, дикие не двигались. Чары Бирика для них словно наркотик, на выведение которого нужно время. Но не было его. Полночь стремительно близилась.

Звери очнулись, встали, и вяло приветствовали её. Но мужчины всё ещё были под чарами.

Времени не остаётся!

Когда колдуны в кроваво-красных одеяниях с капюшонами собрались за пределами двух кругов пламени, Бирик положил кинжал на сломанную колонну между ними. Скай посмотрела на оружие и поняла, что это клинок Димена, тюрьма Сатанана и его орды, в которой они томились пять тысяч лет.

По спине пополз холодок.

Бирик кивнул ей, молча наставляя подготовить себя, а затем снял тунику. Как и Скай, он выполнял ритуал нагим. На теле не должно быть ничего кроме крови жертв.

Она посмотрела на Пэнтера, пытаясь не слишком очевидно пялиться. Сердце от страха едва не останавливалось. Она схватилась за подол платья и стянула его, бросив под одну из платформ.

Пэнтер открыл глаза и моргнул, но не отвёл взгляда от потолка.

«Очнись, Пэнтер, прошу!»

Обернувшись на Джага и Фокса, она увидела, что они смотрели на неё стеклянными глазами.

По коже полз холод пещер, когда Скай подходила к Пэнтеру. Бирик сказал подготовиться, а она не могла прикоснуться к себе на глазах у диких. Но был и другой способ. Она встала на колени перед Пэнтером.

— Ты меня слышишь?

— Да, красавица, хотя голова словно набита ватой.

Скай склонилась над ним.

— Может, мне удастся её прочистить. — Она поцеловала его. Он открыл рот и впустил её язык, сплетая со своим. Спустя секунды поцелуй из нежного и ленивого превратился в жесткий и требовательный. Когда она отстранилась, в его глазах появилась ясность.

— Где остальные?

— Здесь. Уже полночь.

— Берегись Фокса, Скай. Его обратили против нас.

Она хотела спросить, почему он так думал, и как это произошло, но времени не было. Она встала и увидела, что колдуны встали у каждого костра, а стражи окружили их. Если Пэнтер прав, и Фокс больше не на их стороне, получается двое против стольких людей. Лишь чудо поможет им победить. Но если она их не освободит, все умрут.

Когда колдуны начали напевать, Скай принялась танцевать. В голове она повторяла заклинание, освобождающее от оков. Она посмотрела на Фокса, потом на Джага, который с ожиданием наблюдал за ней. Когда она посмотрела на Пэнтера, заметила ненависть в выражении лица и любовь в глазах.

— Ведьма, — отрезал он. — Красавица, — едва слышно добавил. Это слово, сказанное с благоговением, отозвалось в сердце.

Пора.

Скай запрокинула голову, закрыла глаза и произнесла слова, освобождая диких от оков. Она почувствовала, как звери одобрительно взревели, и открыла глаза. В воздух взметнулись искры, когда дикие перекидывались в животных.

— Остановите их! — прокричал Бирик с другого конца зала.

В мгновение ока Маги с ножами и заклятьями бросились на зверей. На двух зверей. Фокс, в облике человека, подошёл к ней. В его глазах стоял холод, которого она раньше не видела. Холод, который знала слишком хорошо. Пэнтер был прав. Они забрали душу Фокса.

Развернувшись, она побежала, но Маг преградил ей путь, а Фокс схватил прежде, чем удалось вернуться.

«Скай! Убегай из пещер», — прозвенел в голове голос Пэнтера.

Но было поздно. Для всех них. Фокс надавил на точку за её ухом, и разум окутала тьма. Слишком поздно.

Глава 24

Не успел Пэн перекинуться в животного и вскочить на лапы, его окружили Маги с ножами в руках. Они не могли зачаровывать в облике зверя, но если он промедлит, ему вырвут сердце прежде, чем появится шанс атаковать. Единственный способ победить Мага в битве — вырвать ему руки, чтобы он не смог тебя зачаровать. Так Пэн и сделал — прыгнул на ближайшего противника, сжал челюстью запястье Мага и оторвал руку. Ублюдок отрастит новую, но пока у него оставалась одна рука, которой он не сможет зачаровывать или орудовать ножом. Оставалось оторвать ещё пятьдесят девять рук.

«Джаг! — телепатически крикнул Пэнтер. — Найди Скай и клинок Димена и убирайся отсюда!»

«Ни за что»

«Красавица!»

Жгучая боль пронзила живот, когда лезвие скользнуло между ребрами. Краем глаза он увидел ягуара, сражающегося так же яростно, как и он сам.

«Красавица?»

Где Фокс? Если он забрал Скай…

«Джаг, это приказ!»

В голове послышалось фырканье Джага.

«Пошёл ты, Джеронимо. Ты не расходный материал. Мы уйдем отсюда вместе, или вообще не уйдем. Сколько здесь Магов?»

«Тридцать с чем-то. И двое диких-перебежчиков».

«Ах, точно, я про них забыл. Нам капздец».

Пэнтер зарычал.

«Как представиться шанс, уходи и найди Бирика. Он должен умереть».

«Понял».

Пэнтер отрывал руку за рукой, но в правое заднее бедро вошёл клинок. Пэн споткнулся от боли и раны. Он исцелиться, если получиться. Маги активно нападали. Он лихорадочно искал взглядом Скай.

«Красавица?»

Ответа не было. И признаков Фокса тоже. Пэнтер понял, раз юный дикий не сражается рядом с ними, значит он на стороне врага. И Скай у него.

***

«Скай?»

Громкий голос звенел в голове.

«Пэнтер».

«Красавица! Где ты?»

«Не знаю. — Вокруг слышались приглушённые голоса, но она еще пыталась прийти в сознание и не открывала глаза. Как давно Фокс схватил её и отключил? Сейчас она, голая, как в начале ритуала, лежала спиной на толстом ковре. — Пэнтер, ты в порядке? А Джаг? Там так много Магов».

«У нас все руки… Точнее пасти заняты, но мы справимся. Я в порядке, особенно зная, что с тобой всё хорошо. Скай, я найду тебя. Когда выяснишь, где ты, скажи. Я найду тебя!»

Скай медленно открыла глаза, оценивая ситуацию и окружение. У неё ухнуло сердце, когда окинула взглядом знакомый роскошный декор.

«Пэнтер, я в апартаментах Бирика».

Остальные пещеры не шли ни в какое сравнение с этой. Стены были выкрашены и завешаны ярко-красным и жёлтым шёлком. И хотя тут были сталактиты, влаги, пронизывающая большую часть остальных пещер, не чувствовалось. Позолоченная мебель стояла тут и там, искусно вырезанные столы, нагруженные декоративным хрусталем и сферами силы. Кое-где на стенах висели головы животных, которых Бирик пожертвовал во славу сил — несколько бурых медведей, которые приходили к ней в лес многие года, пара диких кошек и четыре оленя с огромными рогами. Каждого Скай завлекла своим даром, и каждого убил Бирик, а затем она танцевала в их крови.

Она ненавидит его. Ненавидит!

— Что мы тут делаем? — спросил Фокс. — Почему не сражаемся с остальными?

— Закройте двери!

Когда голос Бирика заглушил остальные, она застыла, затем медленно повернула голову. Бирик сидел на огромном троне в дальнем конце комнаты, а по бокам три сильнейших колдуна, Вайпер и Фокс. Вокруг по дуге выстроились двенадцать стражей, каждый из которых был вооружен полудюжиной ножей. Личная охрана Бирика.

«Пэнтер…»

Она быстро передала ему увиденное.

Бирик с презрением посмотрел на молодого дикого.

— Ты здесь, потому что я не позволю тебе уничтожить их. Или помочь. — После чего посмотрел на Скай. — Ты очнулась.

Скай заставила себя встать и посмотреть прямо ему в глаза. Бирик сошёл с трона и подошёл к ней, только чтобы сдавить горло.

— Ты их освободила. Откуда узнала, как снять наручи?

Она не могла говорить, пока он сжимал ей горло.

— Разумосвежевание, — скучающим тоном ответил за неё Фокс.

Бирик сильнее сжал.

— Ты им помогла.

Фокс фыркнул.

— Она девчонка Пэна. И не будь Магом, он бы её своей парой сделал.

Если бы не была Магом. Слова резали, но Скай знала, что это правда. Даже если им удастся выбраться живыми, у них не будет будущего. Пэнтер никогда не сможет сделать её своей парой.

Бирик сжал так сильно, что она едва могла стоять и практически ничего не видела. Ещё чуть-чуть, и он свернет ей шею.

— Ты охотно развела ноги перед этим зверским отбросом?

Сквозь отчаяние прорвалась ярость. Пэнтер не отброс! Маги всегда считали себя выше Териинцев, но именно Териинцы и дикие поступали с честью и мужеством. И именно они сражались за сохранение мира, а не его уничтожение.

Она пронзила его взглядом, на что слишком много лет не хватало смелости. Удивление в его глазах порадовало.

«Скай! — голос Пэнтера прорвался сквозь боль. — Мне нужно что-то, чтобы их отвлечь. Призови силу, маленькая ведьма. Добрую силу».

«Не могу… вспомнить слова».

«Я скажу их вместе с тобой».

Бирик уже практически сломал ей шею, когда голос Пэнтера начал скандировать в её голове слова Иезикиля. Скай закрыла глаза и повторяла их, произнося одними губами. Она призывала силу, истинную силу через единственное теплокровное животное в комнате, которое жило внутри Фокса. Боль пронзила грудь из-за возражений кэнтрика, но с болью пришёл тёплый прилив энергии. Собрав силу, она наращивала и наращивала её, затем открыла глаза, поймала взгляд Бирика и бросила силу в него.

Неверие вспыхнуло в глазах Бирика за секунду до того, как он отлетел и упал на стол за собой. Хрусталь и сферы разбились, когда стол сломался под весом сухопарого Мага.

Позади дверь разлетелась в щепки, и комната наполнилась глубоким рычанием кошек джунглей, ворвавшихся внутрь — ягуар и чёрная пантера. Самая прекрасная пантера, в которую влюбилась Скай.

«Скай, позади!»

Она слишком поздно дёрнулась. Бирик схватил её и всадил в грудь нож, пронзая тело жгучей болью.

— Ещё раз призовёшь силу, и я вырву твоё сердце, — громко сказал Маг. — И если твой дикий хоть дёрнется, результат будет тем же. Понял, котёночек, шевельнешься, и она умрёт.

***

Пэнтер замер, готовый кинуться на Мага, который всадил кинжал в грудь Скай.

«Красавица!»

«Пэнтер, нет, не останавливайся! Убей его!»

«Он, не мешкая, убьёт тебя».

«Моя жизнь ничего не значит».

«Значит».

Проблема в том, что он не знал, как спасти Скай и не оказаться зачарованным в процессе. Нож между глаз Бирика, ещё один в запястье. Сложно, так как кидать нож он должен в облике человека.

«Джаг, ты можешь забрать пару ножей у этих ублюдков?»

«Ничто не доставит мне большего удовольствия, Гайавата. Но если ты не научился швырять их хвостом, можешь точно быть околдованным».

«Просто дай мне ножи, Джаг. Остальное я сделаю сам».

Не колеблясь, Джаг напал на ближайших стражников и забрал их ножи, кинув оружие Пэну. В мгновение ока Пэнтер перекинулся и схватил лезвия. Но когда приготовился бросить их, замер, пойманный в какую-то магическую сеть. Слишком поздно, он заметил трёх колдунов справа от Бирика, которые смотрели на него и бормотали себе под нос. Боль пронзила голову и тело.

«Джаг, убирайся! Они поймали меня. Убирайся, пока они не поймали нас обоих».

«Чёрт», — пробормотал Джаг, но крик охранника сказал ему, что Джаг послушался приказа.

— Пусть ягуар уходит, — приказал Бирик. — Другие его поймают. А если нет, плевать. Я этого дикого хочу.

Боль пронзала и прожигала изнутри, но Пэнтер с облегчением отметил, что Бирик отпустил Скай и оттолкнул ей. Она упала на пол, пытаясь отдышаться, но всё так же с сердцем в груди. Для бессмертного, это было важнее всего. Она повернула голову и посмотрела ему в глаза с такой болью. И болела она за него.

— Что ты собрался с ним делать? — скучающе спросил Фокс. Пэнтер обернулся к юному дикому, которого знал три года, пытаясь выяснить, контролируют ли его или на самом деле обратили? Хотя сейчас это не имело значения. Если только Фокс не был чертовски хорошим актёром. А так казалось, что он точно на стороне Бирика. — Убьёшь?

— Убью? Нет. Я заберу у него душу. Теперь в моем распоряжении трое диких, а когда поймают ягуара, будет четверо. Я не верил, что поймать диких вообще возможно, но начинаю понимать, что из-за глупой преданности друг другу это сделать до смешного просто. Пока вы здесь, сюда будут приходить остальные. И когда я поймаю всех и заберу души, вы откроете клинок Димена и освободите Сатанана раз и навсегда.

Черта с два, но он прав. Дикие чертовски преданы друг другу. Остальные будут планировать попытку за попыткой спасения, пока не спасут их всех или пока не окажутся все пойманными. Такое было с теми семнадцатью дикими, чьи духи животных больше никогда не вернуться. Не в характере диких бросать друзей и братьев. И именно эта преданность станет их погибелью.

Боль стиснула голову, странного цвета туман окутал разум и тело. Острые, невидимые крюки впивались в плоть и тянули. Он нашёл взглядом Скай и смотрел на неё, сопротивляясь магическим силам, лишавшим его души. Боль и страх не давали видеть чётко.

Он знал, что в тот момент, когда потеряет душу, его любовь к ней, ко всему, умрёт. Он причинит ей боль, став орудием зла, орудием против людей, ради защиты которых пожертвовал жизнью. Его тело продолжить жить и убивать, но мужчина, способный на любовь умрёт.

Когда боль стала невыносимой, он закричал, изливая всю ярость и отчаяние.

***

Скай вскочила на ноги, раны почти зажили, а сердце сжималось от ужаса того, что Бирик совершал над мужчиной, которого она любила. Над дикими. Над миром.

Вайпер с холодным, бесчувственным выражением лица и сцепленными за спиной руками, стоял за Бириком. Скай подошла к нему.

— Он любит тебя, — тихо произнесла она в отчаянии. — Он рисковал всем, чтобы прийти и спасти тебя.

— Он дурак, — холодно бросил Вайпер, но что-то блеснуло в его глазах. — Я ничего не смогу сделать. — Его голос стал другим, чуть теплее и с горечью.

Рискуя всем, она схватила его за руку.

— Вайпер, только ты можешь его спасти. Анкрита сделала тебя таким, нанеся рану, которая позволила Магам вонзить в тебя когти. А сейчас они собираются уничтожить Пэнтера.

Вайпер смотрел куда угодно, только не на неё, но то, что он не стряхнул её руку и не ударил, давало надежду. Но слушать её недостаточно.

— Винсент! — Он поднял на неё глаза, в которых плескался ужас. — Винсент, не дай Анкрите победить!

Скай увидела момент, когда в глазах Вайпера вновь появился лёд, затмевая человечность. Небрежным взмахом руки он ударил Скай, и она отлетела в стену, а затем сползла на пол. В голове гудело, тело болело. Но она ощутило, как существо внутри Вайпера поднялось, шипя и плюясь. Не на неё, а на что-то внутри. На невидимого врага. Битва между добром и злом в чистом виде бушевала внутри перевёртыша змея, и каждый стремился завладеть телом, разумом и душой.

Скай попыталась подняться, но голова закружилась, и она на четвереньках поползла к нему, пытаясь прошептать слова и дать ему силу, но они не пришли!

«Пэнтер!»

Но Пэнтер больше уже не в облике зверя и не мог слышать её телепатически. Если бы она позвала его вслух, привлекла внимание Бирика к себе и, возможно, к битве, происходящей внутри Вайпера.

Её голова и тело болело, она встала там, где Пэнтер мог её видеть. Где она могла бы посмотреть ему в глаза и попросить о помощи. Но когда он посмотрел на неё, в глазах не было ни тепла, ни любви. Только боль. И холодная пустота бездушия.

Глава 25

Холод, который пронесся по телу Пэнтера, когда зло завладело сердцем, был жгучим и пронизывающим, но удивительным. Холодное очищение, которое избавит от сомнений и беспокойства, от вины, печали и совести. Появилась боль трансформации, но она означала возрождение, и он ликовал.

Позади Бирика встала Скай, впиваясь в него взглядом. Она так тихо зашептала, что лишь дикий мог слышать.

— Пэнтер, нужны слова. Помоги спасти Вайпера! Помоги спасти тебя! — Зачем его спасать? — Пэнтер, скажи слова. — Ей нужно петь, но тогда придёт сила. — Я люблю тебя, Пэнтер!

Какая разница, что она к нему чувствовала? Старого Пэнтера больше не существовало, а возрожденный не нуждался в любви.

Но глубоко в медленно каменеющем сердце вспыхнул огонь. Отчаянная любовь. Яростная потребность помочь Скай. Огонь боролся с холодом. И вдруг он произнёс эти слова, и его голос зазвенел в пещере.

— Остановите его! — прокричал Бирик.

Скай схватила Вайпера за руку и начала повторять слова вместе с Пэнтером. Её лицо исказилось от боли, подпитывая и укрепляя решимость держаться, бороться ради Скай. Ради Вайпера. Ради себя. Несогласие оттеснило зло, когда он почувствовал сражение внутри Вайпера, хотя сам переживал такое же, благодаря силе Скай, пытающейся спасти их обоих.

— Остановите его! — вновь крикнул Бирик.

— Он сам остановится, — возразил один из колдунов. — Когда мы заберём его душу.

Тогда Бирик повернулся к Скай, схватил её и ударил по щеке, после чего начал оттаскивать от Вайпера.

Пэнтер почувствовал всплеск холода внутри, зло манило и уничтожало на фундаментальном уровне. Голову затягивал мрак, но Пэн продолжал петь, цепляясь за Скай. Только она удерживала его и давала силу, за которую нужно держаться.

К сожалению, он проигрывал. Напев стих, так как слова больше не вспоминались. Сквозь туман в голове он увидел, как появляются и искрятся огни. Там, где раньше стоял Вайпер, теперь сидела огромная змея, которая становилась больше с каждой секундой, пока не стала шириной с человека и в пять раз длиннее. Змея, извиваясь, проползла к колдунам и вздыбилась рядом с ними. Пока тьма смыкалась, змея посмотрела на Пэнтера. И в этих глазах он увидел боль и радость, горе и любовь. Он увидел друга. Змея нанесла молниеносный удар, оторвав двум колдунам головы. Третий успел сбежать.

На мгновение Пэнтеру показалось, что слишком поздно, затем в комнату ворвалось тепло, рассеивая холод, и невидимые узы исчезли. У Пэна закружилась голова, он опустился на одно колено, и в этот момент душа вернулась.

Тёплый, глубокий голос Вайпера зазвучал в голове:

«Голова или сердце, Пэн? Бирика нужно убить?»

Пэнтер поднял голову с хищным оскалом.

«Сердце. С возвращением, Вайпер».

После чего призвал силу и, в порыве боли и яростной радости, перекинулся в пантеру, затем бросился к Вайперу. Змея издала такое знакомое Пэнтеру шипение. Боевой клич гадюки.

«Мы выберемся из этого вместе, Пэн, вперёд!»

— Схватить их! — завопил Бирик.

Стражи обнажили клинки, когда в голове Пэна зазвенел — с любовью и радостью — голос Скай:

«Пэнтер, помоги вновь произнести слова!»

Пэнтер кинул полный любви взгляд на Скай и произнес слова, прыгая с Вайпером на Бирика. Скай громко проговаривала заклинание, и её голос эхом отражался от камня. Сила пробудилась и Скай направила её в стражников, отшвыривая их. Пэн чувствовал боль, слышал её в голосе Скай, но в душе его ведьма упрямый маленький боец. Она сдерживала стражу.

Бирик хотел было побежать на выход, но Пэнтер прыгнул на него и опрокинул. А когда вгрызся в грудь, змея оторвала колдуну голову. Пэнтер достал из груди сердце Бирика и проглотил его.

Земля под ним начала дрожать и разразился хаос. Маги побежали на выход. Пэнтер перекинулся в человека и кинулся за Скай. Она встретила его на полпути, обняла за шею и крепко прижалась к нему.

— Ты в порядке, — прошептала она.

За ними слышались звуки борьбы. Драки животных. Пэнтер поставил Скай на ноги и спрятал её за собой. Затем повернулся и увидел Джага и Фокса, сражающихся, как не должны. Они сжимали горло друг другу в смертельной хватке. Мех Джага пропитался кровью там, где огромная лиса вырвала кусок плоти с шеи. Половина морды Фокса свисала на коже. Каждый сражался насмерть.

— Фокс!

Но лиса не обратила на него внимания.

«Я пытался его остановить, — сказал Джаг. — Он вновь напал на меня. Пэн, у него пустые глаза. Души больше нет».

— Жди здесь, — сказал Пэнтер Скай, но когда собрался перекинуться, Вайпер кинулся на лису, погрузив пятнадцатисантиметровые клыки в крестец зверя. Почти сразу же лиса упала на спину и, ударившись об пол, перекинулась в человека. Кусок скалы свалился с потолка и раскололся, когда земля задрожала сильнее.

Пэнтер схватил Скай, желая укрыть от падающих камней.

— Нужно выбираться.

Вайпер и Джаг перекинулись в людей, и Пэн со Скай подошли к ним. У их ног корчился и стонал от боли Фокс, который окинул их всех взглядом и остановился на Пэнтере. Глаза его были пустыми и холодными. Бездушными.

— Вайпер… был прав. — Лицо Фокса скривилось от боли. — Я… не знал… Всё это время… я… был… оружием Магов и… не знал.

Пэнтер посмотрел на Вайпера.

— Сколько?

— Яда? Смертельная доза.

Пэнтер уставился на друга, затем кивнул и посмотрел на Фокса.

— Пацан, мне жаль. — И, во имя Богини, это правда. У парня впереди были такие перспективы. Когда-нибудь он мог стать отличным диким. Маг уничтожил ещё одну душу, которая заслужила шанса быть красивой. — Всё не так должно было кончиться.

Фокс открыл рот, будто хотел заговорить, но из его рта не вылетело ни слова, а тело расслабилось.

— Он умер, — тихо сказал Скай.

Огромный сталактит свалился с потолка и развалился на осколки, осыпая всех дождём из камней.

— На выход, — сказал Пэнтер. — Живо.

Вайпер поднял Фокса, а Пэнтер прикрывал Скай.

— Где клинок Димена? — спросил Джаг.

Вайпер мотнул головой.

— Последний раз я видел его между двух кругов.

Когда они вышли в коридор, Пэнтер повернул направо, но Скай сопротивлялась.

— Нам не сюда? — спросил он.

— Сюда, но я должна спасти Веру. Иди с Вайпером, встретимся снаружи.

— Чёрта с два. Что ещё за Вера?

— Олениха, я должна её спасти.

— Скай…

— Я не оставлю их здесь умирать!

Джаг схватил её за руку, но смотрел в глаза Пэна.

— Я иду за клинком и освобожу олениху.

— Я иду с тобой… — начал Пэнтер, но сталактит, обрушившийся сверху, чуть не раздавил их. Пэн едва успел укрыть Скай.

— Иди, Пэн! Спасай её.

— Джаг, у тебя три минуты, потом я иду за тобой.

— Договорились.

***

Вайпер вывел их из пещер, навстречу ураганным ветрам и проливному дождю. Мать природа была в ярости, но Скай всё равно. Пэнтер жив, Бирик мёртв, Вайпер спасён. Оставалось только, чтобы Джаг, Вера и другие олени выжили. Пэнтер крепко прижимал Скай к груди, холодный дождь хлестал по обнажённому телу. Она посмотрела на Вайпера, который держал Фокса и обыскивал взглядом лес. Он больше не был тем холодным, жестоким диким, которого она знала в пещерах. Но из-за тёмной, бурлящей силы, которую Скай чувствовала в нём, он всё так же был опасен. Внутри она чувствовала змею, свернувшуюся и взволнованную, но на этот раз она не думала, что это имеет к ней какое-то отношение.

— Видишь хоть какие-то их признаки? — спросил Пэнтер.

— Нет. Маги может и бездушные, но с мозгами. Здесь их больше нет.

— Три минуты, — тихо, сам себе проговорил Пэнтер. — Тогда, ты заберёшь Скай и уберёшься отсюда, Вайп. Она отведёт тебя к остальным.

— Нет, — возразила Скай. — Мне нужно увидеть Веру.

Пэнтер прижал её к себе, пока ледяной дождь хлестал сверху.

— Красавица, мы не найдём в машине места для оленихи.

— Я не заберу её у семьи. Мне просто нужно знать, что она выжила. Хочу попрощаться.

Вайпер положил Фокса на землю и раздел его, протягивая одежду Пэнтеру.

— Тебе вещи нужнее.

Пэнтер надел футболку Фокса на Скай. Мягкая хлопчатобумажная вещица доходила Скай почти до колен. Затем сам натянул штаны и ботинки.

Земля продолжала дрожать.

— Вайпер, уведи её с горы, прежде чем та рухнет.

Но Скай покачала головой, потому что ощутила притяжение животных.

— Джаг идёт. — Когда дикий вышел из пещеры с четырьмя оленями, внутри Скай вспыхнул восторг. Всё кончено, и они выбрались. Все, кроме Фокса. Скай отошла от Пэнтера и побежала к Джагу, который держал оленей за верёвки, хотя в этом не было необходимости, потому что Вера прижималась к нему так, как обычно жалась к Скай. И это удивительно, учитывая, что Джаг — наполовину хищный кот. А ещё она заметила, как Джаг нежно поглаживал олениху по шее. Скай протиснулась между собравшимися вокруг оленями и поцеловала дикого в щеку. Затем опустилась на колени и стала снимать верёвки с шей оленей. Джаг нахмурился от пронизывающего ветра и дождя.

— Можешь благодарить, Глинда. Я говорил, что выведу их и вывел. Ты спасла нас, я спас твоих друзей. Мы квиты.

— Кинжал? — спросил Пэнтер.

— Ни единого его признака. И зала больше нет. Обрушился через две секунды после того, как я вывел Бэмби и её друзей.

Одному за другим оленем Скай заглядывала в глаза, разделяя их радость выживания, чувствуя тепло их любви и отвечая взаимностью, затем отсылала прочь. Наконец, пришла очередь Веры.

— Иди, дорогая и береги себя. — Вера мешкала, затем прижалась щекой к щеке Скай и убежала. Скай встала и обернулась к Джагу со слезами на глазах. — Джаг, ты намного лучше того, кем хочешь казаться, — тихо проговорила она.

Он поморщился.

— Ты не права, Сабрина. Моё сердце черно и всегда таким было.

Она видела правду этих слов в его глазах… Ну, или правду, в которую он верил. Но он ошибался. И Скай поняла, что не стоит ему об этом говорить.

Земля начала трястись сильнее. Пэнтер прикрыл голову Скай.

— Нужно уходить. Живо! Джаг, скольких Магов ты убил?

— Восемь. Может девять.

Вайпер рассмеялся.

— Отлично поработал.

— Ага. А теперь, давайте убираться отсюда, пока ярость природы не разрушила гору прямо под нашими ногами.

Скай взяла Пэнтера за руку и побежала, когда земля начала прогибаться. Бирик и пещеры сгинули. Возврата не будет. И Скай боялась, что будущее, которого желала с Пэнтером, не более чем мечта.

***

— Как умер Фокс? — угрюмо спросил Тай по дороге в дом диких.

— Я его убил, — прозвенело в машине грубое признание Вайпера.

Пэнтер посмотрел на него, морщась на боль в голосе друга. Они ехали в Лэнд Ровере Тая. Делейни сидела рядом с парой, Вайпер, Скай и Пэнтер сзади. Тело Фокса лежало в багажнике. Хоук, Джаг и Вулф ехали за ними на Эскалейде Пэнтера.

— Не ты его убил, Вайп, — возразил Пэнтер, желая, чтобы друг поверил в эти слова. — А Маги, когда забрали его душу.

Воцарилась тишина, если не считать скрипа дворников и свиста ветров, обдувающих Лэнд Ровер. Радость возвращения Вайпера и Джага омрачилась жестокой правдой смерти Фокса и заявления Вайпа, что утром освободили ещё трёх духов Дименов. Лишь Богине известно, куда делись эти духи, но Пэнтер был уверен, что как только найдутся тела первых жертв, дикие найдут духов.

А его удовлетворение от освобождения Вайпера омрачила боль, которая резкими волнами прокатывалась по телу. Он не знал, что колдуны сделали с ним, когда пытались украсть душу, но чувствовал себя странно. Будто внутри ещё что-то было.

Скай подняла голову с его плеча.

— Что-то не так с духом твоего зверя, Пэнтер. Он словно болеет. Я переживаю.

Он посмотрел в любимые голубые с медью глаза.

— И я, красавица. И я. — Вновь положив её голову себе на плечо, Пэнтер крепче обнял Скай, нуждаясь в этих ощущениях.

— Если это прозвучит нетактично, скажите и я заткнусь, — проговорила Делейни со своего места. — Что теперь будет? С Фоксом? Или духом лисы?

Тай без колебаний ответил ей:

— В течение следующих нескольких недель будет отмечен новый дикий. Примерно через год или два он найдёт дорогу к нам. Если же нет, умрёт, давай дорогу тому, кто найдёт.

Вайпер посмотрел на Пэнтера поверх головы Скай.

— Не могу решить, отблагодарить ли за то, что освободил меня или убить. — Его глаза наполнились чувством вины. — Не уверен, что смогу жить с тем, что натворил, Пэн.

— Сможешь, Вайп. Потому что это делал не ты, а тьма, которая тебя поработила. А еще, потому что я тебя никогда не брошу, как и ты не бросал меня.

Пэнтер увидел, как Скай протянула руку к Вайперу. К изумлению и облегчению, его друг не отстранился, а обхватил рукой маленькую ладошку Скай и держал так, будто только это прикосновение не давало разлететься ему на миллион осколков. Крошечный завиток ревности скользнул по сердцу, а затем рассеялся. Пэнтер собирался взять в пару заклинательницу, к которой на подсознательном уровне будут притягиваться все дикие. И хотя Скай сказала, что особой привязанности к змеям нет, у неё огромное сердце, в котором теплиться забота и о двуногих и о четвероногих. И о тех, у кого вообще нет ног, если на то пошло.

Прошло мгновение, прежде чем до него дошло, что он сказал сам себе без колебаний. Он собирался взять в пару…

Он ошеломлённо уставился в окно… Хотя в душе крепла уверенность. Он возьмёт Скай в пару, если она согласиться, и свяжет себя с ней навечно. Они, конечно, не смогут жить в доме диких, учитывая магию Скай, но это неважно. Он найдёт дом поблизости и будет делить время между дикими и Скай. Эта женщина никуда от него не денется. Никогда. Он мог лишь надеяться, что происходящее в нём не помешает воплотить планы в действительность.

Глава 26

Скай снова стояла на скале Богини, одетая лишь в ритуальное платье. Кари и Делейни стояли по бокам, все ждали, когда дикие призовут силу. Ветра немного стихли, и дожди закончились, но небо всё ещё было тёмным, несмотря на близкий рассвет.

Пэнтер стоял с остальными, напрягаясь от боли. Скай молилась, что ей удастся снять эту боль. Пантера, жившая внутри него, больше не прыгала ей навстречу, а едва приподнимала голову. Но она чувствовала её волю к жизни и желание помощи Скай.

Тай по дороге позвонил Лиону и сказал, что Пэнтер в плохой форме. Когда они приехали в дом диких, их уже ждал Шаман, готовый снять заклинание Бирика с кэнтрика. Кари помогла переодеться в ритуальное платье, когда он закончил. Как только Скай была готова, Лион отвёл всех к камню Богини. Всех, кроме Вайпера, который остался в доме диких, как приказал Лион. Он обрадовался возвращению воина, но пока ещё не доверял. Как и остальные дикие, за исключением Пэнтера. Печально, что они доверяли Скай больше, чем одному из своих.

Пэнтер подошёл и взял её за руки.

— Готова?

— Мне нужно кое-что знать. Я думала, как всё исправить, и мне нужно знать, что Анкрита натворила, чтобы в тебе случился такой разлад. Это может быть важно для исправления. — Она прикоснулась к его лицу и посмотрела со всей любовью в глаза. — Расскажи, что помнишь.

— Очень мало. — В его глазах сияла любовь, но и боль присутствовала. Метка на его глазу вновь пропадала. — Раскрыла разум, затем напела какие-то слова, которые я не могу вспомнить.

— Мне не нужны слова. Хватит силы. Но, кажется, нужно, чтобы твой разум был открыт для силы.

Он провёл пальцем по линии её подбородка.

— Ты хочешь сделать что-то наедине?

Она печально ему улыбнулась.

— Я уже давно преодолела стеснительность в отношении нагого тела. Нет, думаю, нужно сделать это здесь. Необходимо призвать силу пантеры, потому что она проделает большую часть работы, Пэнтер, но она слаба. Пантере нужно преодолеть разрыв между вами, и ей понадобится вся сила.

Скай прижала ладони к обнажённой груди Пэнтера. Он был одет только в кожаные штаны, все дикие были с голыми торсами для ритуала. Скай ментально погладила зверя, рассказывая, чего она от него хочет и, объясняя, что будет происходить.

— Он знает, что мы будем делать? — Пантера коснулась разума Скай, рыча от благодарности и одобрения. Она кивнула. — Знает и готов.

— Меня удивляет, как ты его понимаешь

— Если всё получиться, то и ты сможешь.

— Вперёд. — Он привёл её в круг, рассказал друзьям, что будет происходить, затем развернул Скай в руках и страстно поцеловал. Правда на мгновение отстранился и прорычал друзьям: — Закройте глаза.

Вокруг разнеслись стоны и хохотки, но Скай закрыла глаза и не обращала на них внимания. Главное — исцелить пантеру и любимого мужчину.

— Посмотри на меня, Скай.

Она так и сделала, всматриваясь в суровое, любимое лицо Пэнтера и падая в тёмные глубины его глаз. Не разрывая зрительного контакта, он потянулся к её груди, лаская и дразня, заем наклонил голову и впился в губы жестким, страстным поцелуем. Скай знала, что Пэнтер намеревался сильно возбудить её и точно знал, что делать. Он скользнул рукой по спине к бёдрам, задрал платье и провёл пальцами по набухшей плоти, отчего Скай чуть не растаяла. После Пэн скользнул пальцем в её тело. Его запах, вкус, ощущение накаченного тела и ласки пальцев в теле быстро возбудили Скай, заставляя стонать.

Пэнтер отстранился, расстегнул штаны, освобождая налитый член, и обхватил Скай за попку

— Обними меня за шею, красавица, и держись.

***

Пэнтер задрал платье Скай до пояса, схватил её за талию и поднял, размещая сердцевину прямо у головки члена. А спустя мгновение вонзился в тугие, влажные ножны.

Скай в удовольствии запрокинула голову.

— Ох, Пэнтер.

Его имя на её губах разрушило весь контроль. Он практически вышел из неё, чтобы войти на всю длину второй раз, третий. Снова и снова, каждый толчок был отчаяннее предыдущего. Удовольствие было настолько сильным, что Пэн практически забыл причину.

— Красавица, начинай говорить слова, я помогу найти правильные. — Они вместе призвали силу.

Его голос прервался на полуслове.

— Я уже так близко. Богиня, с тобой всё быстрее, чем… — Он жестко поцеловал её, а затем со стоном отстранился. — Сила зверей! — крикнул он. — Сейчас!

Скай схватила его за голову, борясь с ранами, нанесенными Анкритой много лет назад. Дикие сузили круг, пока Пэнтер продолжал вонзаться в Скай. Запах крови смешался с ароматом секса. Пэнтер понял, что каждый дикий сделал надрез на груди.

— Скай, отстранись, — проговорил Лион. — Мне нужно сделать надрез на его груди.

Она выгнулась, давая Лиону немного места, чтобы он просунул нож. Пэнтер немного сдвинул Скай, держа её одной рукой, а другую прижал сначала к окровавленной груди, а затем вскинул кулак в воздух.

— Призываем дух пантеры!

Вновь прогрохотал гром. Сила поднялась из земли, потоком удовольствия и боли она перекинула Пэнтера и Скай за грань. Когда экстаз окутал тело, Пэн почувствовал, как в нём пробудилась сила в десять раз сильнее прежнего. Он закричал наполовину от удовольствия, наполовину от боли. Скай вторила ему. Вокруг закричали дикие, но не от боли, а от удовольствия и триумфа.

— Твою мать!

— Ты почувствовал?

Возбуждённые голоса диких доносились со всех сторон. Скай, теперь уже сама, продолжала шептать слова, которым её научил Иезикиль. Кэнтрик дезактивирован, и помощь ей не нужна. Пока она бормотала слова, давление в голове всё росло, И Пэну казалось, что голова взорвётся.

— Пэнтер, тянись к нему! — простонала Скай. — Он пытается добраться до тебя, иди навстречу!

Пэнтер закрыл глаза, отчаянно пытаясь понять, куда идти. И вдруг почувствовал, как существо пробивается к нему сквозь толстый яркий барьер. С силой и решимостью дикого он накинулся на невидимую стену, используя каждую унцию ментальной силы. Она разбилась. Во вспышке света барьер лопнул, и в радужном тумане стояла красивая чёрная пантера. Существо, дух, которого он никогда не видел, но чувствовал в самых глубинах своего существа. Пантера взревела, ликуя и восторгаясь. Затем прыгнула, и внезапно они стали одним целым, их мысли переплелись, как две части головоломки. И как один, они посмотрели на Скай, которую Пэн всё ещё держал на руках, прижимая к себе. Они оба любили эту женщину.

На секунду Пэнтер приревновал, что зверь любит Скай так же сильно, как он. Потом он рассмеялся про себя. Громко. И почувствовал, как зверь ласкает его разум.

А за смехом пришло отчаянное желание перекинуться. Он опустил Скай на землю, нежно поцеловал и отошёл.

Впервые в жизни, ему не нужно было обращаться к силе, а стоило лишь подумать о себе, как о звере и во вспышке искр он им стал. Трансформация прошла удивительно легко, без боли. Он почувствовал прилив удовольствия, которое пронеслось по телу, заглушая боль, смывая ярость, с которой он жил в течение трехсот лет. Он стоял на скале, пока холодный влажный ветер дул ему в морду. Зрение стало чётче, чувства острее, тело сильнее, энергичнее, живее. Пэн упивался ощущением духа, скользящим в разуме. Едины. После всех этих лет, наконец, едины.

Он посмотрел на Скай. Со своим зверем он един, но ещё не весь. Неполноценен.

Подумав о себе, как о человеке, он перекинулся и с опозданием понял, что ветер прекратился, небо разъяснилось, и на востоке начало подниматься солнце. Он потянулся к красавице, которая владела его сердцем и… остановился, уставившись на рукав.

— Как такое возможно? Одежда всегда превращалась в клочья.

— Способности приходят с силой зверя. Тебе не хватало этой силы. — Улыбка Скай была самой любимой. — Теперь, когда вы едины, оба будете сильнее.

Он притянул Скай к себе, подхватил на руки и закружил, смеясь. Наконец, он поставил ей и повернулся к диким, которые с ошеломлением смотрели на него.

— Кажется, я никогда не слышал, как ты смеёшься, — произнёс Тай с улыбкой на лице и удивлением в глазах.

— Я чувствую себя… перерождённым, — сказал Пэнтер.

Братья подошли к нему, хлопали по спине и крепко обнимали. Его лишь разочаровывало, что Вайпера не был рядом. Но он дома и свободен от зла. Чтобы вновь ему доверять потребуется время, но всё вернётся. Он должен в это верить.

Лион пожал ему руку, затем притянул в объятия. А когда отстранился, на его лице играла редкая улыбка.

— Пэн, ты выглядишь обновлённым.

— Так и есть. Спасибо Скай. — Пэн потянулся к ней и прижал к себе.

Лион протянул ей руку с серьёзным взглядом янтарных глаз. Простой жест доверия. Она мешкала, но всё-таки вложила ладонь в руку Лиона, и он её сжал.

— Дикие воины в долгу перед тобой, Скай. Если что-то понадобиться, просто скажи. И добро пожаловать в дом диких настолько, насколько нужно.

На её глаза навернулись слёзы, а на губах расцвела милая улыбка.

— Спасибо, Лион.

В сердце Пэнтера горела любовь.

***

Скай с удивлением посмотрела на Пэнтера, когда он потянул её за руку, останавливая по пути к дому диких. Она слышала, как он сказал, что словно переродился, но она не думала, что и она входила в это. Впервые в жизни Скай использовала добрую силу без боли, и этот прилив был захватывающим. Чудесное тепло абсолютное, сильное и правильное текло по телу. Она исцелила Пэнтера и порадовала Лиона. Лидер диких принял её и сказал, что она может остаться. Счастливая улыбка изогнула губы. Хотя его предложение вызвало слёзы на глазах, решение от неё не зависело. Она могла остаться, только если захотел бы Пэнтер.

— Пэн, проблемы? — спросил Тай, обнимавший Делейни.

Пэнтер улыбнулся, заставляя её сердце биться чаще.

— Просто хочу поговорить со Скай без зрителей, Страйп. Мы вас догоним.

Когда остальные пошли дальше, он притянул к себе Скай и просто обнимал. Но она чувствовала напряжение в его теле и заволновалась. Сейчас он скажет, что какая-то его часть будет её всегда любить, но быть вместе они не смогут? Что он ценит её помощь и желает удачи в жизни?

Она уткнулась лицом в его теплую грудь и приготовилась к словам, отказываясь показывать печаль. Она не станет так с ним поступать. Ни с кем из них.

Пэнтер погладил её по волосам.

— Посмотри на меня, красавица.

Глубоко вздохнув и изо всех сил стараясь скрыть боль разбитого сердца, она отстранилась и посмотрела в любимое лицо. Выражение его лица стало бесконечно нежным.

— Я люблю тебя, Скай. С того момента, как увидел в Маркете, был тобой одержим. Даже когда думал, что ненавижу тебя, любил. И теперь знаю, что хотя мы с пантерой наконец-то стали одним целым, мы не едины. И мы никогда не будем целыми без тебя.

Из глаз потекли слёзы.

— О чём ты?

Он положил на её щеки ладони.

— Скай, я хочу, чтобы ты стала моей парой. Чтобы была рядом. Всегда. Я не могу без тебя жить.

Он просто смотрела на него, не веря, что услышала именно те слова, о которых так долго мечтала.

— Пэнтер… я Маг.

Он улыбнулся.

— Это ничего не говорит.

Не смешно. Слёзы и от радости и от горести жгли глаза.

— Пэнтер, не шути со мной. Они меня никогда не примут.

Он тут же стал серьёзным, но нежность из черт никуда не делась.

— Малыш, не плачь. Они примут тебя. Рано или поздно примут. А до этого момента, мы не будем жить в доме диких. Найдём жильё, защищённое от дредэнов, поблизости. Всё получиться, красавица. Обещаю. — Выражение его лица стало напряженным, почти отчаянным. — Ты настоящий боец, Скай. Не позволяйте им напугать тебя. Прошу, борись. Ради меня. Ради нас троих.

— Троих?

Он слабо улыбнулся.

— Ты, я и пантера. Он упрямец и рычит, желая, чтобы ты согласилась. Скай, ты мой мир, моё сердце и душа. — Подавшись вперёд, он поцеловал Скай в лоб, затем отстранился и посмотрел на неё влюблёнными глазами. — Будь моей парой.

По её щекам катились слёзы.

— Да, Пэнтер. Сотню раз да.

Пэнтер обнял её и поцеловал так отчаянно и страстно. Скай могла о таком только мечтать.

Остальные ждали у машин, когда они, наконец, догнали их.

— Скай согласилась стать моей парой, — заявил Пэнтер. — Мы найдём жильё недалеко от дома диких.

— Ты не хочешь жить с нами? — спросила Кари, посмотрев на Скай. — В доме диких, конечно, сумбурно, но, думаю, тебе понравиться.

Лион посмотрел на своего зама.

— Я бы предпочёл, чтобы вы жили в доме диких, Пэн. — Затем посмотрел на неё. — Если ты, Скай, не хочешь жить с нами, я приму, но хочу, чтобы ты передумала. Я не шутил, когда говорил добро пожаловать в дом диких. Мы будем рады, если ты присоединишься к нам.

Скай посмотрела на Пэнтера, но он не посмотрел в ответ, а просто стоял, стиснув зубы.

— Это мнение всех? Я не хочу, чтобы изо дня в день к ней предвзято относились.

— Предвзято? — спросил Тай. — Ты обратил внимание на нас на скале? Мы, как придурки, лыбились. У твоей женщины волшебное прикосновение, Пэн в самом лучшем смысле слова.

Джаг зарычал.

— А если её народ вновь будет её искать? Она должна будет с ним сама сражаться? Она останется здесь, где мы сможем её защитить.

— Это мнение всех? — вновь зада вопрос Пэнтер.

Они кивнули. Скай готова была вновь расплакаться.

Пэнтер повернулся к ней.

— Что думаешь?

Она проиграла битву со слезами, и пока они текли по её щекам, она всё сказала:

— Я потеряла семью в восьмилетнем возрасте, и очень долго искала другую. — На последнем слове у неё оборвался голос.

Кари подбежала к ней и обняла, а спустя мгновение, так же поступила улыбающаяся Делейни.

— Что я тебе говорила? Сводные жёны.

Кари покачала головой, переводя взгляд с Делейни на Скай и обратно.

— Нет. Сёстры.

Делейни кивнула.

— Сёстры.

Когда женщины отпустили Скай, она повернулась к Пэнтеру, продолжая плакать, а он её просто обнял.

— Надеюсь, это слёзы радости.

Рассмеявшись, Скай обняла его и расцеловала всё лицо.

— А ты как думаешь?

Пэнтер улыбнулся.

— Думаю, что я чёртов везунчик.

Скай положила руки ему на щеки и отстранилась, чтобы посмотреть в глаза.

— Теперь я намерена сделать целью своей жизни твоё счастье.

От порочного блеска его глаз, они рассмеялись. Затем Пэнтер поцеловал её и весь остальной мир исчез.

Эпилог

Неделю спустя

Пэнтер стоял у изножья кровати, скрестив руки на груди и прислонившись плечом к высокой стойке. Он с улыбкой смотрел на Скай, сидевшей посреди кровати, скрестив ноги в новых приталенных джинсах, её стройную фигуру и небольшую грудь подчёркивала фиолетовая футболка. На плече у Скай сидел попугай корелла, который подался вперёд и потёрся о её щеку, а на коленях щенок шнауцера играл с полосатым котёнком. Скай рассмеялась, а Пэн никогда не перестанет наслаждаться её смехом.

Двадцать четыре часа назад они официально стали парой, и дикие продолжали осыпать её подарками. Тай под руководством Делейни купил ей два новых наряда, включая тот, в котором она была сейчас. Хоук подарил кореллу. Джаг сразу после церемонии бросил ей на колени котёнка, а Вулф привязал к двери спальни щенка. Они не взяли его, потому что были заняты, а в самый интимный момент щенок начал выть. Когда Скай взяла щенка и расплакалась, Пэн простил Вулфа за то, что прервал их.

Чёрт, каждый дикий приносил что-то Скай. За исключением Вайпера. Вайп ночи напролёт сражался с дредэнами. В основном один. А днём редко выходил из комнаты. Пэнтер пытался поговорить с ним, но Вайп каждый раз спокойно, но твёрдо уходил от разговоров.

Скай посмотрела на него полными беспокойства глазами.

— В чём дело?

— Ни в чём. — Ничего такого, с чем ни справилось упорство диких. Вайпер придёт в себя. Пэнтер позаботится об этом. Между тем, он хотел вернуть счастье в глаза пары. Усмехнувшись, он покачал головой.

— Что? — спросила она со смехом.

— Думаю, нужно купить второй дом для животных. Может даже ферму.

Она озорно улыбнулась ему, но беспокойство никуда не делось.

— Ты не возражаешь?

— Ни разу. — Он сел рядом с ней и поцеловал её. — Я хочу, чтобы ты была счастлива, а твоё счастье всегда будет включать в себя животных.

Она положила ладонь ему на щеку.

— Моё счастье всегда будет включать тебя.

Он вновь её поцеловал, уже глубже с обещанием продолжения, пока не услышал стук в дверь.

— Войдите.

Лион просунул внутрь голову.

— Готовы?

— Сейчас придём.

Скай недоумённо на него посмотрела.

— Оба придём?

Он встал и протянул ей руку.

— Подарок Лиона немного сложнее. Мы уедем на весь день. Кари сказала, что присмотрит за животными.

— Куда мы направляемся?

— Увидишь.

***

Спустя несколько часов машина, которую Лион арендовал в аэропорту, остановилась перед домом Иезикиля. Скай посмотрела на Пэнтера со смущением и без малейшего трепета. Потому что на этот раз они пришли не одни. Лион, Тай — который привёз их на частном самолёте — и Вулф были с ними, и все дикие вооружены ножами. Пэнтер крепче обнял её, когда Лион заглушил двигатель.

— Доверься нам.

Скай положила голову на плечо Пэнтера.

— Верю. Но он же Маг.

Она почувствовала, как Пэнтер поцеловал её в макушку.

— Не все Маги наши враги. — Когда она подняла взгляд, в его глазах сверкала любовь и что-то ещё. Что-то предвкушающее.

— Пэнтер, что происходит?

— Скоро увидишь.

Четыре огромных мужчины вышли из машины. Пэнтер держал Скай за руку, помогая выйти, и вместе они направились вперёд. Тут до Скай дошло, что дикие не просят показать дорогу.

— Вы всё видите?

— Он нас ждёт, — пояснил Пэнтер.

В это мгновение открылась дверь, и на крыльцо вышел Иезикиль, одетый в современную одежду и с чистыми волосами, стянутыми на затылке. Словно он и впрямь ждал гостей. За ним стоял Шаман. Дрожь нервного возбуждения сотрясла спокойствие Скай. Поднимаясь вместе с дикими по лестнице, она чувствовала, как их напряжение нарастает, и сама начала напрягаться.

Иезикиль ей улыбнулся, она подошла и поцеловала его в щеку.

— То, чему ты меня научил, спасло жизни.

— Я рад, Скай, рад. А теперь входи. Кое-кто очень хочет тебя увидеть.

Она посмотрела на Пэнтера, который взял её за руку. Лион и Тай вошли в дверь первыми. И пока Лион не кивнул, Пэнтер не входил.

В центре гостиной стояло трое, миловидная женщина с длинными чёрными волосами, тонкими чертами лица и слезами в медных глазах, и её окружали два вооруженных до зубов стража Магов с выражениями мягкой радости на лицах. Скай осмотрела одного за другим и задрожала, когда узнала. Глаза защипало от слёз при взгляде на женщину.

— Мама? — Её голос сорвался под тяжестью радости.

— Малышка. Моя Скай. — Голос мамы сорвался от слёз. — Это правда ты. — Скай кинулась в её объятия и оказалась в руках не только мамы, но и стражей, любимых дядей. Она посмотрела каждому в глаза, видя слёзы, любовь и тёплые, заботливые души. Она прикоснулась к лицу каждого, не в силах поверить, что это правда.

— Иниры до вас не добрались.

— Нет, — прошептала её мама. — Я сорок один год мечтала об этом дне, малышка, и не думала, что у меня получиться тебя увидеть.

— Как и я. — Скай рассмеялась и обернулась к Пэнтеру. — Это ты сделал?

Он улыбнулся, но Скай заметила предательскую влагу в глазах.

— С удовольствием бы сказал, что я, но это дело рук Лиона, Шамана и Иезикиля.

Она обняла маму, затем отстранилась, подошла к Лиону и поцеловала его в щеку.

— Спасибо.

Лидер диких, в глазах которого светилось тепло, кивнул.

— Всегда, пожалуйста, Скай. Но, должен признать, что я сделал это ещё и по личным мотивам. Иезикиль.

Когда Пэнтер притянул к себе Скай, Иезикиль пояснил:

— После того, как ты ушла, я кое-что проверил и обнаружил, что твой анклав исчез вскоре после начала похищения душ. Примерно половина анклавов исчезла. — Он подмигнул. — Может, я и отшельник, но связи у меня хорошие. Я нашёл твою мать и связался с Шаманом.

Лион кивнул.

— Магам, которые противостоят Инирам, пришлось затаиться. Мы сошлись на том, что пришло время объединить усилия, как это было пять тысячелетий назад, если надеемся победить зло. Этого бы не случилось без тебя, Скай. После стольких веков ненависти мы забыли, что во всех расах всегда существовали хорошие, благородные мужчины и женщины. Твоя чистота сердца и духа напомнила мне и всем нам об этом. Доверие даётся нелегко, но с тобой, в роли моста между расами, у меня есть надежда, что оно придёт.

— Иногда, просто надо верить сердцем, — проговорил Пэнтер ей на ухо, затем отстранился и посмотрел взглядом полным гордости и любви. — А моё сердце навек твоё.

Конец книги!!!

Данная электронная книга предназначена только для личного пользования. Любое копирование, выкладка на других ресурсах или передача книги третьим лицам — запрещены. Пожалуйста, после прочтения удалите книгу с вашего носителя.

Примечания

1

Джеронимо; имя чирикауа Гоятлай, означает «Тот, кто зевает»; 16 июня 1829 — 17 февраля 1909 — легендарный военный предводитель чирикауа-апачей, который в течение 25 лет возглавлял борьбу против вторжения США на землю своего племени. В 1886 году был вынужден сдаться, когда против 36 его соплеменников, включая женщин и детей, выступило 5 тыс. американских солдат, и до конца жизни оставался военнопленным.

2

Гайавата (англ. Hiawatha, также известный как Айенвата (Ayenwatha), Айонвата (Aiionwatha), или Гайенвата (Haiëñ'wa’tha на языке Онондага)] был вождём коренных американцев доколониальной эпохи и одним из основателей Конфедерации Ирокезов. Согласно преданиям он был вождём племени или онондага, или племени мохок, или обоих. Есть версия, будто он родился в племени онондага, но потом был принят в племя мохок. Гайавата был последователем Великого Миротворца Деганавиды (Deganawida)

3

Моя жена меня приворожила — американская комедия положений, выходившая 8 сезонов на канале ABC с 1964 по 1972, а затем неоднократно повторявшаяся. Саманта Стивенс — главная героиня сериала — ведьма, которой для колдовства стоит только подёргать носом.

4

Вождь чоконенов, одной из групп чирикауа-апачей, и лидер восстания, которое вспыхнуло в 1861 году. Кочис являлся наиболее значительной фигурой в истории Американского Юго-Запада в XIX веке и одним из величайших лидеров среди североамериканских индейцев. Округ Кочис в Аризоне назван в его честь.

Content

Палмер Памела Неукротимая Страсть

Памела Палмер Неукротимая Страсть (Дикие Воины — 3)

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог

Примечания