Ох уж этот Мин Джин Хо — 7

Глава I

Я машинально отступил назад, а девушка выпрямилась, сразу же зафиксировав рулетку на нужной отметке. После чего работницы синхронно развернулись и распахнули створки внутренних дверей, работая как единый и давно отлаженный механизм.

— Проходите, господин. Вам всё объяснят и проинструктируют.

Нос уловил запах, напоминающий аромат бани. А воздух явно был чуть более влажным, чем ему следовало быть в закрытом помещении.

Я окинул взглядом двух замерших девушек и усмехнувшись, зашагал вперёд. Похоже, в этот раз Чжи действительно выбрала не самое обычное место.

Встретили меня сразу же после входа — из бокового проёма в коридор выскочила девушка, которая немедленно согнулась в поклоне.

— Вам сюда, господин.

Если две первые были в униформе, то эта оказалась одета в короткий белый халат. А когда я зашёл в помещение, откуда вела пара дверей, сотрудница заведения сразу проскользнула вперёд и открыла одну из них.

— Здесь вы можете переодеться. При необходимости — принять душ. Не стесняйтесь пользоваться нашими удобствами, но помните, что вас уже ждут.

Я повернул к ней голову.

— Переодеться?

По её лицу скользнуло удивление и на секунду замявшись, девушка с лёгкой тревогой уточнила.

— Вы ведь Мин Джин Хо?

Я медленно кивнул.

— Верно. Приехал, чтобы встретиться с Чжи Чен.

Работница моментально расплылась в улыбке и судя по мимике, полностью успокоилась.

— Получается, она вас не предупредила?

Пройдясь взглядом по помещению, я слегка качнул головой.

— О чём она должна была предупредить?

Она открыла было рот, но моментально его захлопнула.

— Раз вам хотят сделать сюрприз, я никак не могу препятствовать. Извините, господин.

В дверях появилась ещё одна девушка, которая протянула мне запечатанную прозрачную упаковку, внутри которой угадывались плавки.

— Должны быть вашего размера, господин.

В глазах той работницы, которая встретила меня в коридоре, плясали весёлые искорки. Я же пытался сообразить, что ждёт меня дальше?

Соблазн использовать методики воздействия и выяснить всю интересующую информацию, безусловно, имелся. Но угрозы я здесь не чувствовал. Как минимум, по той причине, что мимика девушек указывала на отсутствие скрытых мотивов. Поэтому позволил себе расслабиться и просто двинулся в комнату, на которую мне указывали.

Внутри она оказалась разделена на пару отсеков — небольшую гардеробную и душевую, где можно было привести себя в порядок. Правда, суть фразы о «переодевании» я уловил не совсем — если место, где можно оставить одежду, тут имелось, то вот никаких сменных вариантов, которые можно было бы надеть, не было. Не считая тех самых плавок, которые мне принесли.

Ситуация немного прояснилась, когда я приоткрыл дверь, собираясь уточнить, во что мне, собственно, необходимо одеться? Снаружи обнаружилась всё та же пара девушек, которые сначала попросили меня выйти, а потом ловко принялись за дело. Облачили в кусок тонкой белой ткани, обмотав на манер тоги. И добавили к ней металлический кругляш с гравировкой, который крепился на булавку.

Отступив на шаг назад, окинули меня оценивающими взглядами. После чего одна отошла к стене, снова сгибаясь в поклоне, а вторая, чуть наклонив голову, указала рукой в сторону двери.

— Прошу следовать за мной, господин.

Шагая следом за ней по коридору, я наконец понял, что именно мне напоминает эта одежда. Тоги древних римлян. Точной копией это точно не было, но стилизация просматривалась отчётливо.

Распахнулись ещё одни двери и в нос буквально ударила волна специфического запаха. Того, который можно почувствовать только в одном случае — если ты находишься в бане.

Сопровождающая быстро двинулась дальше, пересекая помещение, которое, судя по всему, служило чем-то вроде разделительного барьера между двумя частями комплекса. Остановившись около очередной двери, развернулась ко мне.

— Вас ожидают, господин. Наслаждайтесь отдыхом и знайте, что пока вы не вызовете персонал, вас никто не побеспокоит. Отдыхайте спокойно и не тревожьтесь.

Эту дверь я открыл сам. А шагнув внутрь, на мгновение замер, оглядываясь по сторонам. В воздухе же немедленно зазвучал звонкий женский голос.

— Если поспешишь, еда будет ещё горячей.

Пройдя мимо растущих в громадных кадках растений, которые формировали самые настоящие заросли, похожие на невысокий лес, я увидел Чжи. Девушка же довольно улыбнулась.

— Впервые вижу, чтобы ты был чем-то удивлён.

Я усмехнулся, выразительно обводя взглядом громадное помещение, где не было никого кроме нас. С одной стороны от Чжи тихо плескала о бортики вода бассейна, а сама она сидела перед массивным камнем, который был опоясан тонким журчащим ручейком. Верхняя часть куска горной породы была плоской и использовалась в качестве столешницы. На боковых выступах, которым мастера придали вид естественных, расставили закуски и мелочь вроде салфеток.

Справа и слева возвышались зелёные заросли, за которыми было абсолютно не видно стен. А за спиной девушки виднелись прозрачные двери, что вели в самую настоящую баню. Судя по отделке мрамором и общему виду — стилизованную под римские термы.

Сама Чжи была одета в наряд, похожий на мой. Только более замысловатый и куда сильнее открывающий тело.

Заметив мой взгляд, она едва заметно пожала плечами.

— Что? Ты и так всё видел не один раз. А под тканью у меня бельё. Наверное… Если не забыла надеть…

С усмешкой посмотрев, как я располагаюсь напротив, сразу же схватилась за палочки — несмотря на стилизацию под Древний Рим, еда здесь была исключительно корейской.

Я же, ещё раз пройдясь взглядом по окружающей нас обстановке, медленно кивнул.

— В этот раз у тебя действительно вышло меня удивить.

Девушка довольно рассмеялась, взмахнув в воздухе палочками.

— А я знала! Эксклюзивный клуб. Доступ по личной рекомендации. Будь ты трижды миллиардером или президентом, без поручительства одного из клиентов, даже на порог не пустят.

Не прекращая улыбаться, продолжила.

— После того, как тут закончим, тоже сможешь получить карту.

Не успел я ответить, как она тут же прищурила глаза и чуть качнула головой.

— Хотя нет, никакой тебе рекомендации. Будешь потом ещё кисэн всяких водить. Сюда — только со мной и никак иначе!

Удовлетворённо хмыкнув, принялась орудовать палочками, а я потянулся к своим и распечатав их, поинтересовался.

— Какой у нас план на вечер?

Она быстро стрельнула в меня глазами.

— Ну… Поесть. Поплавать. Посидеть в термах.

Неопределённо махнув в воздухе рукой, тихо добавила.

— А там, как знать…

Усмехнувшись, я последовал примеру девушки и отправил в рот одну из креветок. Сама же она, чуть подождав, заговорила вновь.

— Не молчи, рассказывай что-то. Как сегодня день прошёл? Кому успел сломать ноги по дороге ко мне?

Рассказывать о встрече с Га Рам Хуром сейчас точно бы было лишним — пусть информация и была важной, но обстоятельства совсем не располагали обсуждать дела. Так что я лишь развёл руками.

— Да практически никому. Была одна интересная беседа, но об этом лучше потом.

Телефон, который я взял с собой и положил на пол, завибрировал от входящего сообщения, а Чжи немедленно нахмурилась.

— Никакой работы! Понятно? Даже если северяне сойдут с ума и запустят ракеты, мы никуда отсюда не пойдём!

Я продемонстрировал улыбку и утвердительно наклонил голову, а через секунду завибрировал уже её собственный телефон, лежащий на полу рядом с камнем. Девушка негодующе покосилась на аппарат.

— Ащщщ… Просила ведь всем передать, чтобы не беспокоили.

Вернув взгляд на меня, добавила.

— Раз ты слово «практически» использовал, значит кому-то сегодня всё же не повезло?

Я отложил палочки, взяв в руки чашку с чаем. Пусть перед нами и были выставлены в основном морепродукты, но если потом ждут водные процедуры или баня, наедаться будет лишним.

— Небольшой инцидент, не заслуживающий внимания.

Чжи глянула на меня с лёгким подозрением.

— Бушующий кит, который не хвастается очередным затопленным кораблём — это неправильный бушующий кит. Рассказывай!

Я с лёгкой усмешкой выдохнул.

— Да там и нечего почти рассказывать. Кто-то решил использовать Сеульский университет, чтобы подставить Ми Ён.

Девушка хмыкнула, поджав губы.

— Ми Ён? То есть, ты с ней сегодня в Сеульский университет ездил? А потом вечером сюда, ко мне пришёл? Даже у горных духов не такая гибкая мораль, Мин Джин Хо!

Девушка отложила палочки и потянулась к глиняному кувшину, который, как быстро выяснилось, был наполнен вином. Я же озадаченно цокнул языком.

— Я ни с кем не встречаюсь, если ты об этом забыла. И ничего предосудительного сегодня не совершал.

Она протянула мне металлическую чашу, на которой были выгравированы изображения римских легионеров и возмущённо фыркнула.

— Продолжишь в том же духе — совсем ни с кем встречаться не будешь. Этому нарвалу глубоководному сюрприз готовят, а он с Ми Ён по университетам разъезжает! Так и хочется спросить, кем ты себя возомнил, но ты у нас всё равно ведь непробиваемый!

Я лишь успел зафиксировать тот факт, что вторая девушка за день жалуется на устойчивость моих внешних барьеров, а Чжи уже вытянула вперёд руку со своей металлической чашей.

— За то, чтобы каждый кит помнил, что внутри него течёт горячая кровь. И пользовался не только своим мозгом!

Хмыкнув, я слегка ударил по её «бокалу» и сделал глоток вина, которому явно было немало лет. После чего посмотрел на девушку, что хмуро меня разглядывала.

— К твоему сведению, киты в курсе, что у них горячая кровь.

Чжи состроила ироничную гримасу.

— Действительно? Почему они тогда никак этого не показывают?

Я с невозмутимым видом пожал плечами.

— Как знать. Может быть им не представляется хорошей возможности. Или причина в том, что над их головой постоянно кружат китобойные суда, которые не прочь загарпунить очередную цель.

Она медленно склонила голову.

— Возможности не представлялось? Ни разу? Совсем?

Я тихо кашлянул.

— В моём ответе была и вторая причина.

Девушка небрежно махнула рукой.

— Что тебе эти китобойцы? На один удар хвостом. А вот шансов было хоть отбавляй!

Сделав ещё один глоток вина из чаши, посмотрела на меня заблестевшими глазами.

— Или ты забыл?

Улыбнувшись, я тоже отпил, коснувшись губами прохладного металла.

— Помню. Точно так же, как и ситуацию, когда мы были буквально в кольце врагов.

Девушка отставила чашу в сторону и потянулась.

— Но это прошло. Сейчас мы уже на вершине. Не самой высокой во всей горной гряде, но тем не менее. Можно позволить себе расслабиться.

Утверждение было весьма спорным. Раньше ни меня, ни Чжи никто не воспринимал всерьёз, что заметно облегчало задачи. Сейчас же враги представляли на что я способен, и действовали соответственно. А выросший объём моих ресурсов компенсировал изменения только отчасти.

— Возможно, мы и на вершине. Но вокруг горные племена, которые только и ждут, пока падёт цитадель, чтобы ворваться внутрь и всё разграбить. По склонам же кружат отряды воинов врага, ищущих слабые места в обороне. Вся разница в том, что и первые, и вторые теперь нас опасаются, потому что видели, как мы насадили на пики головы предыдущих противников.

Она шумно выдохнула.

— Ащщщ… Договаривались же, ни слова о делах!

Сказать, что она заговорила о них первой, я не успел — девушка порывисто вскочила на ноги.

— Всё! Идём в терму! И ни слова больше!

Шагнув вперёд, вцепилась в мою руку, поднимая на ноги — я только и успел, что осторожно поставить на пол чашу. А спустя минуту мы уже оказались за стеклянной дверью, окунувшись в горячий воздух.

Чжи на момент остановилась, давая телу привыкнуть. Повернувшись, искоса глянула на меня хитрыми глазами.

— Раздевайся. Полотенца вон там в шкафчике.

Прищурившись, иронично добавила.

— Или можешь побыть ханжой и остаться в шортах.

Договорив, сразу же отвернулась и принялась за своё собственное одеяние, быстро избавляясь от прикрывающей тело ткани. Спустя считанные секунды, стало понятно, что единственным предметом одежды под ней являются крохотные кружевные трусики. Ни под каким углом зрения не похожие на часть купального костюма.

Показательно не смотря в мою сторону, девушка двинулась к тем самым шкафчикам, откуда достала полотенце, сразу же прикрыв им своё тело.

Я тоже сбросил тогу, оставив её на широкой скамейке. После чего оценил температуру воздуха в предбаннике, представил, что будет дальше, и стянул шорты.

Шагнув в сторону шкафчика, увидел как широко распахнулись глаза Чжи, чей взгляд метнулся вниз. На секунду она замерла, присматриваясь. Потом до девушки дошло, как это выглядит со стороны и она круто развернулась, встав ко мне спиной.

Услышав, как я открыл шкафчик, доставая своё полотенце, спутница судорожно выдохнула. После чего шагнула к следующей двери.

— В Риме это помещение называли тепидариумом. Обычно оно располагалось в центре термы и оттуда можно было выбраться в зал с горячим воздухом или к прохладному бассейну. Но мы всё-таки в Сеуле, так что эта баня устроена чуть иначе.

Она отчаянно старалась говорить сухим тоном, имитируя лектора, который рассказывает туристам о какой-то достопримечательности. Но я отлично слышал, как подрагивает голос. Да и нотки сейчас в нём появились совсем иные. Вполне определённого характера.

Помещение оказалось залом со стенами облицованными камнем и такими же каменными полками по периметру, на которых лежали небольшие подушечки. Пол был приятно тёплым — ровно той температуры, чтобы прогревать ступни, но не обжигать их.

Чжи, чуть помедлив, направилась к одной из полок и усевшись на неё, скользнула по мне взглядом. Поправила волосы. А после того, как я двинулся к ней, заговорила вновь.

— За той дверью — кальдарий. Самое горячее помещение термы. Там же большой бассейн с горячей водой.

Расположившись на соседней полке, я посмотрел на девушку.

— А стены каким камнем отделаны?

Та повела вокруг взглядом, впадая в задумчивость.

— Если честно не знаю. Наверное…

Осёкшись, впилась в меня возмущённым взглядом.

— Ащщщ! Шутить надо мной вздумал? Я тебе что экскурсовод?

Я пожал плечами.

— Нет. Но с таким упоением рассказываешь об устройстве терм, как будто всю жизнь только этим и мечтала заниматься.

Она выдохнула, а взгляд на секунду снова опустился к моему паху.

— Ты… Ты несносен, Мин Джин Хо! И ничего не понимаешь!

Откинувшись назад, я прислонился спиной к приятно тёплому камню и улыбнулся.

— Я многое понимаю. Но вот один вопрос сейчас меня волнует больше остальных.

Когда она повернулась, в глазах плескались интерес и надежда, к которым примешивались оттенки страха.

— Какой?

Выдержав короткую паузу, я чуть повернул голову, чтобы хорошо видеть её лицо.

— Что будет, если из-за меня Чен Групп снова окажется в центре войны?

На лице девушки проступило отчётливое негодование.

— Я же сказала — никаких разговоров о делах! Не слышал?

Рывком развернулась ко мне, едва не потеряв своё полотенце и продолжила.

— А что, по-твоему, будет? Всё как всегда — пройдём по трупам врагов, сокрушим крепостные стены, спалим их города или захватим и поднимем свои знамёна. Ты вообще к чему это всё?

Договорив, тут же тряхнула головой.

— Ащщщ! Не отвечай! Лучше сиди и молчи! Пока тело не прогреется и не заработает, как надо!

Отвернувшись, уставилась в сторону. Я же усмехнулся. Эмоциональный выплеск был мощным, а ответ спонтанным. Идеальная ситуация, чтобы оценить намерения человека. И пусть определённые выводы по поводу Чжи я сделал задолго до этого, но сейчас получил ещё одно подтверждение.

Впрочем, сразу после понимания этого, возник ещё один вопрос — насколько я сам этого хочу? Определиться требовалось прямо сейчас — поэтому пришлось заметно ослабить самоконтроль. Иначе взглянуть на ситуацию под нужным углом не вышло бы.

А потом я почувствовал, как моей руки коснулась женские пальцы. Моргнув, повернулся и столкнулся с чуть смущённым взглядом Чжи.

— Я слишком много кричу, да? Ты поэтому уже пятнадцать минут молчишь?

Раздражённо нахмурившись, тихо пробурчала.

— Полотенце уже дважды падало, если что. А у тебя нулевая реакция. Как будто по венам и правда холодная кровь бежит.

Пожалуй я слишком глубоко погрузился в себя, раздумывая над сакральным вопросом. Настолько, что потерял ощущение окружающей среды. С другой стороны — на мир я сейчас смотрел несколько иначе, что почувствовала и сама девушка. Увидев, как мой взгляд скользит по её фигуре, неожиданно смутилась, отведя взгляд в сторону.

— Всё. Погрелись и хватит. Время кальдария и горячего бассейна.

В помещении, которое являлось самым горячим местом термы, действительно было жарко. От поверхности воды в большом круглом бассейне поднимался пар, а жар обрушился на тело, обволакивая его со всех сторон.

Вместо полок здесь были скамьи, на одной из которых мы и расположилась. Девушка неуверенно стрельнула в мою сторону глазами.

— Если что, тут ещё массажная комната есть. В Риме там обычно профессионалы трудились. Но тут… Только если самим друг другу всё делать.

Я посмотрел на неё и усмехнувшись, кивнул.

— Возможно, и заглянем. Сразу после горячего бассейна, о котором ты столько говорила.

Вот теперь в её глазах полыхнуло изумление. Потом радость. Следом лёгкий оттенок подозрения.

— Если это снова твои шуточки, Мин Джин Хо…

Заканчивать фразу она не стала. Тем не менее, подтекст был абсолютно понятен. А когда девушка поднялась и зашагала к бассейну, я поймал себя на том, что рассматриваю её ягодицы, абсолютно не прикрытые полотенцем.

Остановившись у края, она сделала несколько шагов по широким каменным ступеням, которые вели вниз. Оглянулась на меня, уже вставшего на ноги и идущего следом. После чего с выдохом сбросила с себя полотенце и рывком двинувшись вперёд, погрузилась в воду.

К моменту, когда девушка привыкла к горячей воде и развернулась лицом ко мне, я уже скинул полотенце и тоже забрался в бассейн. Она же недовольно нахмурилась.

— Ащщщ… Так нечестно! Мог бы и подождать!

Усмехнувшись, я развёл руками, рассекая плотную горячую воду.

— А ты могла поспешить.

Она ударила кулачком по поверхности воды, подняв брызги.

— Вот ещё! Стану я спешить, чтобы полюбоваться на…

Оборвала фразу на середине, не зная, как продолжить её, не используя вульгарных слов. Я же оттолкнулся ступнями от дна бассейна, уровень воды в котором доходил мне до плеч, и плавно переместился ближе, оказавшись в метре от девушки.

— Совсем не станешь спешить?

Чжи облизала губы. Скосила взгляд вниз, пытаясь что-то рассмотреть через толщу воды. Потом осторожно придвинулась чуть ближе.

— Это же не шутка? Да? Ты ведь не…

Уверенная в себе воительница, легко разбрасывающаяся угрозами сломать ноги и утопить в реке Хан, куда-то пропала. На её месте оказалась робкая девушка, которая не могла поверить в происходящее.

Вытянув под водой правую руку, я обхватил её пальцы, притягивая ближе к себе. Коснулся пальцами левой руки девичьей спины. Провёл ими вдоль позвоночника, заставив Чжи чуть прикрыть глаза. Скользнул ниже.

Она подалась вперёд, прижимаясь всем телом и обвивая руками. Охнула, почувствовав результат физиологической реакции моего организма. А как только наши губы соприкоснулись, внезапно грохнула дверь и помещение огласил громкий голос.

— Простите госпожа! Я ни на что не смотрю, госпожа! Умоляю, извините госпожа!

Мы синхронно повернули голову в сторону входа, где стояла уже знакомая девушка в белом халате, чей взгляд был устремлён в пол.

— Звонила ваша подруга. Та самая, что дала рекомендацию. Настояла, чтобы мы немедленно вам сообщили!

Кричать в настолько горячем помещении, тем более нырнув сюда из прохладной комнаты, было тяжело, поэтому работница сделала ещё одну паузу. И набрав в лёгкие прогретого воздуха, продолжила.

— У вас срочная ситуация, госпожа! Пожар! Горит центральный офис Чен Групп!

Глава II

Пару секунд я молча смотрел на ворвавшуюся внутрь работницу. Потом глянул на тяжёло дышащую Чжи, которая по-прежнему обнимала меня, не желая отпускать.

Попытка слегка изменить позицию, привела к тому, что определённые органы, скрытые водой соприкоснулись. Девушка прикусила губу, впившись ногтями в мою спину. Прижавшись ещё теснее, жарко зашептала.

— Может… Пусть горит? Потушат. Я же не пожарный.

Мысль была соблазнительной. Настолько, что в какой-то момент я едва не поддался искушению. Но потом представил себе кадры телевизионных репортажей, в которых упоминается об отсутствии на месте происшествия председателя Чен Групп и каких-то комментариев со стороны руководства чеболя. Плюс, растерянных корпоративных юристов, впавшую в прострацию пресс-службу, ликующих медийщиков врагов и потенциальную угрозу атаки через СМИ. Не говоря о том, что в теории полиции ничто не мешает «найти» нечто компрометирующее во время осмотра места возгорания. Ну а в том, что масштаб проблемы действительно велик, я был полностью уверен — из-за какой-то мелочи нас бы точно беспокоить не стали.

— Горит твой центральный офис. Я тоже не прочь остаться, но ты сама понимаешь, что это не лучший вариант.

Та отвела голову чуть назад, смотря мне в глаза. Убрала одну руку с моей спины, погрузив её в воду. Проведя пальцами по чувствительному месту, хрипло поинтересовалась.

— Что скажешь теперь?

Я усмехнулся.

— Скажу, что это будет самый дорогой секс в твоей жизни.

Несколько секунд она размышляла, гневно раздувая ноздри и не отрывая от меня взгляда. В конце концов отстранилась.

— Ащщщ! Найду тех, кто это сделал и сама их сожгу! Они на коленях о милости умолять будут!

На момент замолчав, повернулась в сторону выхода и крикнула.

— Можешь уходить! Мы сейчас выйдем!

Сотрудница заведения сразу же выскочила, захлопнув за собой дверь, а Чжи негодующе вздохнула.

— Ворвалась, кричит, так ещё и не ушла сразу. А если бы мы уже…

Я выдохнул, приводя мысли в порядок и концентрируясь. С одной стороны, ослабление собственноручного поставленного барьера, сказалось благотворно — сейчас я чувствовал солидный прилив сил. Ну а с другой — процесс завершён не был. Из-за чего приходилось прикладывать определённые усилия, чтобы держать разум в узде. Да и общий уровень эмоциональности заметно вырос.

Направившись к ступеням, я принялся подниматься. Оказавшись наверху, повёл вокруг взглядом, пытаясь отыскать шорты. И услышал, как сзади протяжно выдохнула Чжи. Оглянувшись, обнаружил, что девушка застыла на одной из каменных ступеней, наполовину высунувшись из воды и пожирая меня жадным взглядом.

В момент, когда она облизнув губы открыла рот, собираясь что-то сказать, я отрицательно качнул головой.

— Нет. Думаешь, если бы там была какая-то мелочь, твоя подруга стала бы тебя беспокоить?

Сверкнув глазами, она ударила правой рукой по воде.

— Ащщщ! Почему именно сейчас? Они не могли на час позже загореться⁈

Шорты я в итоге надевать не стал — смысла в этом всё равно было немного. Тем более сейчас всё равно требовалось облачаться в старую одежду. Ограничился тем, что обмотал вокруг бёдер полотенце. Потом скользнул взглядом по Чжи, чьи промокшие трусики сейчас были едва заметны. Усмехнулся, почувствовав отклик собственного организма. И всё же заставил себя отвернуться.

Когда мы оказались возле выхода из зала, закутанная в полотенце Чжи мрачно уточнила.

— Мы сюда ещё вернёмся. И доведём начатое до конца! Меня их крестьянские уловки не остановят!

Я покосился на хмурую девушку, которая шла рядом.

— То есть любое другое место тебе не подходит?

Она даже притормозила, смотря на меня с чуть приоткрытым ртом и ошеломлённым видом. Потом отрывисто выдохнула.

— Подходит. Любое место подходит…

Я взялся за дверную ручку, а сбоку прозвучал задумчивый и печальный девичий голос.

— Жаль в моей машине переборки между салоном и водителем нет.

Похоже намёк она восприняла слишком буквально. Впрочем, это вполне объяснимо — даже мне приходилось прикладывать усилия, чтобы унять бушующую внутри бурю из эмоций и химических веществ, которые яростно протестовали против идеи покинуть терму. Чжи наверняка приходилось намного жёстче.

К моменту, когда мы покинули здание, девушка уже слегка успокоилась. На персонал поглядывала весьма недобро, но не срывалась — понимала, что на самом деле те ни в чём не виноваты.

Поехали мы в итоге на моей машине — автомобиль Чжи двинулся следом. Что интересно, оба водителя восприняли подобный поворот без малейшего удивления. Как будто это само собой подразумевалось. Только мой втянул ноздрями воздух и мельком глянул в зеркало заднего вида. Всё, на что у нас хватило времени — быстрый душ, который только частично смыл запах термы.

Свой телефон я проверил сразу, как оказался в гардеробной. Обнаружив послания от всех лидеров команд, сообщавших одно и то же — главный офис Чен Групп в огне и к нему съезжаются машины пожарной службы, скорой помощи и полиции. Детали пока неизвестны.

Бэк Хён выдвинулся на место, чтобы при необходимости обеспечить прямую трансляцию и заложить базу для информационной кампании. Ещё несколько человек из команды маркетинга были наготове дома, держа под рукой ноутбуки. А Геон Шин и Сэ Ян, которые сегодня подписали договор на аренду квартиры, готовились при необходимости оказать поддержку со своей стороны.

Справа зазвучал тихий голос Чжи, которая погрузилась в чтение сообщений на телефоне, параллельно отвечая и раздавая команды.

— Ащщщ… Только и знают, что паниковать. Никакой конкретики.

Глянув на неё, я уточнил.

— Совсем ничего?

Девушка хмыкнула.

— Загорелось что-то на пятом этаже, в кладовке. Пока охрана по камерам заметила, огонь добрался до коридора, а там…

На момент замолчала, раздражённо вздохнув и продолжила.

— Там легкоспламеняющийся материал, которым стены обшиты. Два года назад во время ремонта им пятый и четвёртый этажи отделали. Так что огонь за минуту всё охватил. Охранникам повезло, что не попали под удар. Дрожащими коленями отделались.

Я медленно кивнул.

— А сейчас что происходит?

Чжи, которая снова принялась что-то набивать на телефоне, недовольно вздохнула.

— Пожарная служба пытается тушить. Верхние этажи полыхают, нижние вроде отстояли. Но ремонт точно обойдётся дорого. Да и документы, который были на бумажных носителях придётся восстанавливать. Ащщщ… Какая змея рискнула подпалить мой офис?

Прямо сейчас я думал о том же самом, так что сразу поинтересовался.

— Записи с камер наблюдения же остались?

Спутница мельком покосилась на меня.

— Да. По крайней мере о проблемах с айти-сектором не сообщали. Сейчас прикажу скопировать и сохранить в безопасном месте.

Раз пожар начался в кладовке, откуда быстро добрался до коридора, версию поджога можно было ставить в приоритет. По той причине, что в подсобных помещениях, которые используются уборщики, не так много вариантов для возгорания. Разве что проводка могла где-то закоротить. Но вечером, когда в здании почти никого нет и электричеством никто не пользуется, такое казалось маловероятным.

Самый очевидный вариант, который казался логичным — пожар спровоцировали. Намеренно попытавшись спалить центральный офис Чен Групп.

Когда мы оказались рядом со зданием, вокруг уже было выставлено полицейское оцепление, не пускающее зевак и журналистов. А на заднем плане работали пожарные, рядом с которыми располагалось несколько безопасников Чен Групп в костюмах.

Возможность проехать отсутствовала, так что водитель припарковался на свободном месте около тротуара и мы пешком добрались до полицейского кордона.

Чжи попыталась сразу же пройти между двумя сотрудниками, поднырнув под натянутую ленту. И едва не врезалась в одного из них, резво рванувшегося в сторону, чтобы преградить дорогу.

— Проход закрыт. Вы что ленту не видите?

Девушка сдавленно выдохнула, но всё же постаралась сдержаться — вместо того, чтобы обрушиваться на стража порядка, просто кивнула в сторону здания.

— Там горит мой офис. А между пожарных носятся мои люди. Хочу получить доклад из первых уст.

Парень отступил назад, слегка качая головой. Оглянулся на подходящего офицера.

— Тут девушка какая-то. Приехала вон с тем мужчиной. Пахнет алкоголем, требует пропустить её на место пожара. Говорит это её офис.

Приблизившись мужчина смерил Чжи плотоядным взглядом и его губы скривились в усмешке. Я же почувствовал, как внутри кольнуло давно забытое и казалось бы уже напрочь мёртвое чувство — ревность.

С технической точки зрения, офицера можно было понять. Насколько я понимал, после термы Чжи намеревалась либо отправиться ночевать вместе со мной, либо поехать домой спать. В обоих случая внешний вид был не так важен, чем и оказался обусловлен выбор платья. Длиной до колена, облегающего и с глубоким европейским декольте, грубо попиравшим все корейские традиции.

Шагнув вперёд, я встал около ленты, привлекая к себе внимание полицейского. А когда его взгляд сместился на моё лицо, заговорил.

— Перед тобой председатель Чен Групп, чьё здание не так давно подожгли, заставив бросить все дела и мчаться сюда. А ты препятствуешь получение информации из первых рук. Ухмыляясь при этом так, как будто вырос на севере и сегодня впервые увидел мясо.

На момент замолчав, добавил.

— Тяжело наверное делать карьеру с таким скромным содержимым черепной коробки. Как думаешь, выживешь, оказавшись в роли никому не нужного бродяги на улице?

Судя по лицу офицер хотел было возмутиться. Но тембр моего голоса и звучащая в нём уверенность сбили его с толку. Потом мужчина посмотрел за наши спины, где виднелись два стоящих «Генезиса» с парой вышедших водителей поблизости и на мгновение впал в ступор.

Узнать к каким выводам он пришёл мы не успели — за спинами зазвучал голос Ун Хонг.

— А вы почему здесь стоите? Мин Джин Хо — ты что, хватку потерял? Расслабился? Давай уволь их главного, Бён Хо позвони, президенту на крайний случай напиши. Чего ты их жалеешь?

Мужчина в полицейской форме посмотрел на явившуюся девушку. Перевёл неуверенный взгляд на меня и я увидел, как губы зашевелились, тихо проговаривая моё имя. Видимо пытался вспомнить, где именно и при каких обстоятельствах его слышал.

Спустя секунду он отступил в сторону и посмотрел на подчинённого.

— Ты что идиот, не видишь, кто перед тобой стоит? Немедленно пропусти! Понабрали на службу людей с улицы! Только и делаете, что полицию позорите!

Вернув внимание на нас, продемонстрировал лёгкий поклон.

— Прошу прощения. Новый сотрудник. Ещё не знает, как и с кем себя положено вести.

Парень, который изначально пытался остановить Чжи, мрачно прошептал что-то про инструкцию, но мы его уже не слышали — мчались в сторону машин пожарной службы, около которых находились безопасники.

Правда, информация от них ничего нового не дала. Ни один из сотрудников смены не мог точно сказать, кто именно последним заходил в подсобное помещение. А проверить видео прямо сейчас не представлялось возможным — доступ к базе данных был только у главы службы безопасности и личного помощника Чжи. Плюс, ещё у неё самой, но для этого требовался корпоративный ноутбук с установленным софтом. Который по понятным причинам находился в её квартире.

Зато вышло получить оперативную информацию от сотрудников противопожарной службы — они уже заканчивали тушение очага возгорания на пятом этаже и если верить их профессиональной оценке, само здание не пострадало. В том плане, что пламя не достигло того порога, за которым могло последовать обрушение перекрытий. Ущерб ограничился содержимым кабинетов, отделкой этажей и проводкой.

Журналисты уже были здесь, но давать комментарии Чжи отправила пресс-секретаря, который примчался на место пожара через десять минут после нас. Переодеться здесь было негде, а попасть на фото и видео в таком наряде, означало нанести серьёзный удар по своей репутации.

Именно поэтому, полицейские пропустили мой «Генезис» вплотную к автомобилям пожарной службы, чтобы мы могли загрузиться туда их прикрытием. В момент, когда Чжи только прошла через полицейский кордон, никто из присутствующих репортёров её не узнал. Они были сосредоточены на самом здании, от которого валили клубы дыма и на тот момент ещё виднелись языки пламени. Но потом на место стали прибывать иные руководители Чен Групп и их поведение дало журналистам понять, что объявился кто-то из руководства. Так что теперь они ждали, пока он покажется им на глаза, чтобы получить комментарии.

Впрочем, пресс-секретарь был проинструктирован достаточно детально, чтобы не провалиться на каком-то неожиданном вопросе. А Бэк Хён прямо сейчас запустил прямую трансляцию с видом на чадящее здание и принялся рассказывать, какой жестокий удар был нанесён по Чен Групп беспринципными конкурентами. Пока без всякой конкретики, поскольку никто из не представлял, кто именно мог организовать пожар, но базис для последующей реакции парень уже закладывал.

Мы же ехали к Ун Хонг. Если быть более точным — в новый офис игровой студии, который только вчера закончили отделывать, готовя для разработчиков. Численность последних заметно выросла и их решили выделить в относительно автономную структуру, которая будет размещаться в отдельном здании. Где мы планировали на какое-то время расположиться, чтобы спокойно уложить в голове все события и подумать.

Конечно, можно было поехать и к ней домой. Или к Чжи. Как вариант — в офис «Бушующего Кита». Но если предположить, что кто-то из журналистов сейчас пытается отыскать главу Чен Групп, чтобы задать пару неудобных вопросов, каждый из этих вариантов будет рассматриваться в качестве возможного местоположения. А вот о новом офисном здании Хонг Гейминг, скорее всего никто не вспомнит.

На место тушения пожара уже явился начальник службы безопасности, поднявший по тревоге часть персонала. А следом за ним приехали и юристы, готовые сопровождать полицейских и сотрудников прокуратуры во время осмотра здания. С тем, чтобы исключить вероятность неожиданной «находки» чего-то запрещённого и могущего ударить по репутации Чжи или Чен Групп в целом.

До нужного места оказалось недалеко — спустя десять минут, мы проехали через автоматические ворота, которые Ун Хонг открыла пультом. А спустя ещё две вошли в здание, которое сторожила всего пара охранников, изрядно удивлённых поздним визитом руководства. Один из них вовсе спал и был разбужен напарником только после нашего приезда, что бросалось в глаза. Но Хонг, с учётом ситуации, решила не обращать на это внимания.

Пройдя по первому, административному этажу, поднялись на второй, где располагалось рабочее пространство разработчиков и нырнули в комнату отдыха. Если более точным — настоящий небольшой зал с диванами, креслами, автоматами с напитками, игровыми приставками и массой разнообразных атрибутов, которые компания приобрела для отдыха персонала.

Здесь Ун остановилась и развернувшись, внимательно нас оглядела. Потом демонстративно втянула носом воздух. Посмотрела на Чжи.

— Понимаю, что у тебя там сейчас офис сгорел, но могу я кое-то спросить?

Моя спутница раздражённо фыркнула и опустилась в кресло, закинув ногу на ногу.

— Что спросить? Да, мы были в ресторане. Вернее, в бане. То есть в…

Осёкшись, девушка махнула рукой.

— Неважно! Эти сволочи сожгли моё здание! Ещё и нас прервали! Кем себя возомнили? Бессмертными?

Вздохнув, я кивнул на сумку с корпоративным ноутбуком, который передал девушке шеф её безопасности.

— Нужно отсмотреть видео. Чем быстрее найдём поджигателя, тем выше шансы взять его живым.

Покосившись на меня, Чжи поднялась с кресла и нагнулась, поднимая сумку. А брови Ун Хонг моментально взлетели вверх.

— Прервали вас, говоришь… То есть сегодня ты всё-таки одержала победу и добралась до сладкого?

Чжи, которая вернулась в кресло, мрачно посмотрела на подругу, а та пожала плечами.

— Что? Белья же на тебе нет.

Глава Чен Групп бросила быстрый взгляд в мою сторону и насупившись, заклацала по клавиатуре, после чего опустила палец на сенсор биометрии. И недовольно пробурчала.

— О том, кто там собирался воткнуть ложку в десерт, я бы ещё поспорила… Но нас в любом случае прервали.

Теперь на лице Ун появилось выражение понимания.

— А я то думаю, чего ты настолько разъярилась. Не погиб вроде никто. Да и здание цело. Только ремонт сделать нужно будет и обставить заново.

Покачав головой, протянула.

— Не завидуя я тем, кто это организовал. Плохой момент выбрали. Смертельный для самих себя.

Чжи только хмыкнула, повторно подтверждая вход отпечатком своего пальца. А я достал из кармана завибрировавший телефон. И с лёгким удивлением хмыкнул. Вот от кого я точно не ожидал звонка, так от своего бывшего шефа из Чен Маркетинг, который когда-то отправил меня на помощь Чжи. По идее у него даже моего нового номера не было. Тем не менее, зрение не подводило — на экране высвечивался номер Мён Квака.

Глава III

Чжи не предполагала, что этот вечер окажется именно ТАКИМ. В конце концов, она множество раз грезила и предполагала, что Мин Джин Хо уже в её руках. А тот раз за разом ускользал, оставаясь вне пределов досягаемости. Единственный случай, когда она на самом деле могла сделать абсолютно всё, что захочет, имел место в первые дни после их встречи. Тогда Джин Хо настолько переработал, что фактически превратился в сомнамбулу. Правда физиологически вполне функционирующую и оттого соблазнительную.

Но в тот момент, девушка искренне считала, что он сам станет штурмовать её крепостные стены и пытаться добраться до центрального зала цитадели. Не предполагая, что всё окажется ровным счётом наоборот.

Теперь приходилось пожинать плоды своего решения — сидеть в в коротком платье на голое тело и гасить терзающее изнутри чувство неудовлетворённости. А ведь всё было так близко и реально — руку протяни и всё. Собственно, она и протянула. Успешно кое-что нащупав.

— Ащщщ…

Девушка тихо зашипела и скрипнув зубами, наконец запустила софт, который обеспечивал доступ к записям видеокамер. А рядом послышался голос Мин Джин Хо.

— Мён Квак звонит. Странно.

Чжи повернула голову, непонимающе приподнимая брови.

— Кто?

Мужчина посмотрел на неё и девушка почувствовала, как внутри укололо раздражение. Она не понимала, как у него так получается — в терме его взгляд казалось обжигал кожу и ощущался на физическом уровне. Как будто одновременно с ним её тела касались подушечки чужих пальцев. А сейчас он снова выглядел военачальником, который готовился к тяжелой битве.

— Мой бывший начальник в Чен Маркетинг. Сейчас работает там же заместителем директора.

Ответив, Мин Джин Хо принял звонок и отошёл чуть в сторону, о чём-то тихо разговаривая. Ун Хонг проводив его взглядом подошла ближе и тихо прошептала.

— Так ты там и правда пробилась сквозь ледяную стену? Или это была просто очередная попытка.

Чжи подняла взгляд. И только увидев, как отшатнулась назад подруга, поняла, что внезапно появившийся странный звук — это скрип её зубов. Выдохнув, разжала челюсти и негромко прошипела.

— Мы уже в бассейне были. Без одежды. А тут эта крестьянка врывается и кричит, что мой офис горит.

Хонг задумчиво пожала плечами и бросила взгляд на Мин Джин Хо.

— Ну… Можно было и задержаться.

Глава Чен Групп, которая всю дорогу убеждала себя в невозможности этого варианта, яростно посмотрела на собеседницу.

— Если бы офис Хонг Гейминг полыхал, ты бы тоже осталась развлекаться?

Та поджала губы и после короткой паузы, всё же признала.

— Пожалуй, нет. Так можно и репутацию потерять, и лояльности сотрудников лишиться. Да и вообще… Масса последствий.

Мин Джин Хо прервал разговор и вернувшись назад, остановился напротив них, о чём-то размышляя. Поняв, что обе девушки вопросительно на него смотрят, слегка пожал плечами.

— С ним связался секретарь Джи Хё. И предложил работать на неё.

* * *

Мён Квак говорил сбивчиво и сильно нервничал. Оно и неудивительно — несмотря на то, что звонок происходил в мессенджере, если выяснится, что он сдал нам жену бывшего председателя, ничем хорошим это для мужчины не закончится.

Хотя верным мог оказаться и совсем иной вариант, в котором он нервничал из-за того, что приходилось лгать мне. Какая из теорий верна, точно можно будет утверждать только после личной встречи.

А пока я рассказывал девушкам историю своего бывшего начальника. О том, как сегодня с ним связался новый секретарь Джи Хё, которого она наняла среди доверенных сотрудников, оставшихся на свободе, но при этом уволенных из Чен Групп. И предложил простую схему — до определённого момента Мён Квак передаёт ему всю интересую информацию, касающуюся внутренних дел Чен Групп, а получив отмашку, демонстративно уходит в отставку и нанимается работать к ним. Получив более солидную должность и высокую зарплату.

Причина по которой мужчина позвонил мне, была очевидна. Мён Квак лично знал старого Мин Джин Хо. Годами наблюдая за тем, как он безуспешно старался вырваться из низшей категории служащих. После чего собственными глазами оценил мой рывок к вершине. И судя по всему сделал для себя вывод, который казался мужчине максимально логичным — раз я не поднялся по карьерной лестнице раньше, предприняв ни одной сколько-нибудь результативной попытки, значит так было нужно. В целях маскировки, само собой.

Не знаю, что именно он придумал в своей голове и насколько величественной вышла эта теория заговора, но судя по всему, она прекрасно объясняла разгром всех соперников и казалось бы невозможную победу Чжи на выборах председателя.

Теперь же, он попросту боялся. Будучи полностью уверен, что у Джи Хё ничего не получится, а раз так, то встав на её сторону, он останется лежать на поле боя. Как минимум фигурально — потеряв работу и все перспективы роста внутри структур чеболя.

По крайней мере, именно такая рабочая версия сложилась у меня в ходе беседы. Её я девушкам тоже изложил. Сразу после того, как озвучил всё сказанное Мён Кваком о предложении Джи Хё.

Когда я закончил, Ун Хонг задумчиво поинтересовалась.

— А на самом деле, хороший ведь вопрос. Я им до сих пор задаюсь. Почему ты так долго сидел на позиции младшего специалиста? Мог ведь запросто стать директором. Да что там, с твоими талантами ты мог собственное агентство открыть. Или в Самсунг устроиться и там к самому подножию трона пробиться.

Я пожал в ответ плечами.

— Рассказывал ведь уже. Источника вдохновения не хватало.

Девушка улыбнулась и кивнув, покосилась на подругу.

— Ну да. Трусиков Чжи. Поэтому ты их сорвал? Чтобы вдохновение всегда было с тобой?

Глава Чен Групп с силой ударила по одной из клавиш и недовольно посмотрела на подругу.

— Ащщщ… Есть бельё, нет белья — какая разница? Что ты, как старшеклассница, в самом деле? Давайте лучше видео посмотрим.

Её тон оказался достаточно убедительным, чтобы Ун Хонг оставила опасную тему. А мы принялись за изучение видео — ситуация с Мён Кваком, была увлекательной и потенциально ценной, но вот отследить поджигателя, прямо сейчас представлялось более важным.

Впрочем, много времени это не заняло. Мы попросту промотали запись ближе к концу рабочего дня и уже через десять минут просмотра в ускоренном режиме нашли того, кто последним посещал подсобку. Прокрутка вперёд помогла убедиться, что после этого человека туда действительно никто не заходил. Когда видео подошло к концу, Чжи озадаченно вздохнула.

— Из новых кто-то видимо, лица я не помню. Посмотрю сейчас в базе.

Ун сразу же отметила ещё один вариант.

— Или вообще не из Чен Групп, а проник снаружи.

Её подруга взмахнула рукой.

— К нам просто так не пролезть. Не выйдет.

Директор Хонг Гейминг улыбнулась.

— Ну да. «Ким и Шон» тоже так думали. Пока и у них небольшой пожар не случился.

После прошлой нашей беседы о взаимном доверии, мы коротко обсудили и ситуацию с юридической фирмой. Но вот о пожаре я не упоминал, из-за чего вопросительно приподнял брови. А девушка пожала плечами.

— У нас же разработчиков сейчас всё больше. Комьюнити айтишников не такое глобальное — многие друг друга знают. В конце концов, с кем-то же им общаться надо — обычные люди их профессиональные темы не поймут. Так что информация просочилась.

Усмехнувшись, добавила.

— Хорошая порция соджу нейтрализует любую подписку о неразглашении.

Кивнув, я повернулся к Чжи, собираясь забрать у неё ноутбук и самому поискать нужного сотрудника. Но девушка уже оторвала взгляд от экрана.

— Стажёр из отдела снабжения. Устроился на работу всего пять дней назад и отвечал за расходники для уборщиков. Поэтому у него ключи от кладовки и были.

Я подошёл сбоку к её креслу и наклонился, изучая личные данные объекта. Параллельно набрал Хё Рин и коротко объяснил ей задачу, поручив передать всю информацию Геон Шину, после чего приступать к поиску.

Следом набрал сообщение в чат команды маркетинга, давая отбой всем кроме Бэк Хёна и одного дежурного стажёра — первый всё ещё вёл прямую трансляцию, а второй должен был обеспечить её небольшую подсветку в ночи, плюс мониторил ситуацию с нашей кампанией по биодобавке. Пока Корея спала, остальной мир бодрствовал. А заказы на продукт, поступать к нам всё ещё продолжали.

Чжи Чен тоже отзвонилась главе службы безопасности, приказав разыскать поджигателя, после чего сдать его полиции. Перед этим допросив и выяснив имя заказчика.

Моя инструкция была похожей — установить точное местоположение цели, после чего вызвать дежурную группу безопасников, только вчера сформированную Хён Ву. И сразу же связаться со мной, чтобы к месту событий явились люди Чен Групп. После чего совместно вытащить из него всю информацию. Ещё лучше — если получится сделать всё без прямого физического контакта и угроз, а при помощи информации на его устройствах.

Когда я договорил, Чжи поднялась со своего места и зашагала к аппарату с напитками, который стоял около стены. Наклонилась, изучая ассортимент, а рядом демонстративно закашляла Ун Хонг. Поймав взгляд подруги, которая не меняя позы, повернула голову назад, заметила.

— Тебе лучше так не выгибаться. По крайней мере, пока не вернёшь на место предмет вдохновения Мин Джин Хо.

Та выпрямилась, смущённо одёргивая платье. После чего уверенным шагом двинулась к кофемашине и зажала кнопку, запуская аппарат.

Хонги с улыбкой покачала головой и посмотрела на меня.

— Что думаешь делать с Мён Кваком?

Оценив выражение моих глаз, резонно отметила.

— Мы акциями меняемся, не забыл? Два процента Хонг Групп будут принадлежать тебе. К тому же, если всё будет развиваться такими же темпами, ты скоро станешь первым джентльменом Чен Групп. А Чжи, как ни крути, моя лучшая подруга.

На момент замолчав, выдохнула и подвела итог речи.

— Так что в стороне я не останусь. Либо расправимся с врагами все вместе, либо так же, всей компанией пойдём на дно.

Чжи, которая запустила кофемашину в работу и возвращалась к нам, хорошо расслышала последние слова. Усмехнувшись, звонко цокнула языком.

— Джин Хо хотя бы раз проигрывал? У наших врагов нет ни единого шанса. Я бы на них и вону не поставила.

Хонг согласно кивнула, а я подавил вздох. Их уверенность безусловно радовала. Как минимум она способствует тому, что девушки станут меньше нервничать и действовать более продуктивно. Но если смотреть на ситуацию реально — победить можно далеко не всегда. Просто мы ещё ни разу не сталкивались с противником, который выступал бы во главе относительно монолитной структуры без единой трещины. Или действовал бы на ином интеллектуальном уровне — как тот бирманский принц, о похождениях которого я нашёл в сети несколько роликов. Этот просто бы вогнал своему оппоненту пулю в голову и пошёл бы по своим делам дальше.

Вспомнив о Мьянме, я чуть поморщился и окинул девушек взглядом.

— Предлагаю взбодриться кофе. А потом обсудить Мён Квака и ещё один вопрос, который пожалуй даже более интересен.

Дискуссия по поводу сотрудника Чен Маркетинг много времени не заняла. Схема действий по отношению к нему была простой — организовать встречу со мной, чтобы была возможность побеседовать лично, и если его слова подтвердятся, превратить в нашего агента. Человека, который будет контролируемо сливать информацию Джи Хё, одновременно передавая нам всё, что получится из неё вытащить.

Вот рассказ о встрече с Га Рам Хуром потребовал куда больше времени и вызвал живую реакцию — Чжи то и дело хмурилась, а Ун Хонг задумчиво щурила глаза и отбивала пальцами дробь на подлокотнике кресла.

Когда я закончил, глава Чен Групп вскочила на ноги, оставив бумажный стакан кофе в подстаканнике и эмоционально прошлась по широкому проходу между креслами. Вернувшись обратно, яростно выдохнула.

— Не полечу я ни в какую Мьянму! Если КейДжи меня ради этого на встречу позвали, пусть сами и летят! У их председателя внучка вроде есть, лет двадцати трёх. Сойдёт в качестве замены. Вернут потрёпанной и с новыми впечатлениями, зато контракт окажется исполнен.

Я поднял руку, останавливая поток слов, который судя по выражению её лица, уже был готов продолжиться.

— Никто и не даст тебе полететь в Мьянму. Но вот послушать, что именно и в какой форме озвучит председатель КейДжи Групп стоит. А потом встретиться с Га Рам Хуром и оценить ситуацию с другой стороны.

Обсуждать подобные вопросы в чужом офисе было не совсем комфортно. Но с другой стороны Хонг гарантировала, что прослушки тут быть не может — её люди проверили всё здание после завершения работ и больше сюда никто не входил. На входе располагались камеры наблюдения, позволяющие круглосуточно мониторить ситуацию. Да и весь периметр тоже был под наблюдением. Тогда как внутренние помещение пока от записи видео были избавлены.

Чжи, услышав мои слова, на пару секунд застыла. Потом шагнула ближе и чуть наклонилась смотря мне в глаза.

— Не даст? Захочу и полечу! Скину их правительство и поставлю новое! Или саму себя королевой объявлю! Всегда мечтала посидеть на золотом троне.

Ун Хонг удивлённо посмотрела на подругу, а потом не выдержав, рассмеялась. Я тоже усмехнулся и подался вперёд, сократив расстояние между нашими с Чжи лицами до нескольких сантиметров.

— Боюсь в таком случае мне придётся искать новый источник вдохновения. Чего делать бы очень не хотелось.

Девушка выпрямилась. Сделав шаг назад, окинула меня взглядом.

— И всё? Если эти туземцы меня прикончат, это единственное, что ты сделаешь?

Посмотрев в её глаза, где помимо показного юмора светились и вполне серьёзные эмоции, я отрицательно качнул головой.

— Ещё придётся убить всех, кто замешан. Для перестраховки — каждого военного и полицейского в городе. Но одно не отменяет другого.

Ошарашенно моргнув, девушка опустилась в своё кресло. Подумав, чуть пожала плечами.

— Ащщщ… Ладно… Не полечу я в твою Мьянму.

Озвучить слова о том, что я этого как раз не предлагал, у меня не вышло — слева зазвучал голос Ун Хонг.

— У тебя порой бывают странные шутки, Мин Джин Хо. От которых мороз по коже пробирает. Особенно, когда ты говоришь таким серьёзным голосом.

Чжи порывисто выдохнула и глянула на подругу.

— Не только мороз. И не только по коже…

Втянув в себя воздух, цокнула языком, видимо пытаясь вернуть под контроль свои мысли. Посмотрела на меня.

— Зачем со всем этим возиться, если мы всё равно не полетим в Мьянму?

Я взял свой бумажный стаканчик с кофе, который недавно принесла девушка, приготовившая напиток и мне. Сделал глоток.

— Во-первых, мне уже выложили, как минимум часть информации об этом деле. Во-вторых, встречи с главой КейДжи Групп не избежать и если он действительно собирается озвучить предложение, то мы его всё равно услышим. В-третьих, информация это одновременно и ценный товар, и мощный рычаг давления. В зависимости от ситуации.

Девушка вздохнула и качнула головой.

— Ты к тому, что раз легко и просто выйти из диалога не выйдет, лучше выяснить всё возможное и потом решить, как использовать?

Я кивнул, а Ун Хонг задумчиво отметила.

— Как бы эта игра не зашла слишком далеко. Дипломатическая делегация, заложники-туристы, тайные переговоры. Пока всё выглядит, как сценарий дешёвого боевика, который продюсер снял на остатки бюджета, инвестировав всё остальное в карманы тайских шлюх. Но раз в деле люди вроде Га Рам Хура и главы КейДжи Групп, значит за фасадом прячут что-то серьёзное. И опасное.

Чжи перевела взгляд на подругу, собираясь что-то сказать, но тут завибрировал мой телефон. На который пришло сообщение от Геон Шина.

«Мы установили его местоположение, сонбэним. Но есть один маленький нюанс. Сейчас я вам всё перешлю.»

Глава IV

Информацию, глава технической команды прислал буквально через несколько секунд. Как выяснилось, они смогли получить доступ к телефону сестры этого самого стажёра. А обнаружив у неё сообщение от брата, в котором тот утверждал, что на какое-то время покидает страну в связи с командировкой, перехватили и его собственный аппарат — отправив сообщение от имени авиакомпании об аннулировании билета.

К сожалению, отменить его вылет за рубеж в реальности, у Геон Шина возможности не имелось. А вот билеты в телефоне объекта на самом деле нашлись. Вернее всего один — до Бангкока. Что намекало на возможность вылета оттуда уже под чужим именем.

Больше ничего интересного не обнаружилось. Либо всё общение происходило при помощи другого телефона, либо парень попросту почистил чаты в мессенджерах.

Глянув на часы, я сверил время. Посадка на рейс уже была в процессе, а до вылета оставалось не так долго. Тем не менее, какое-то время он проведёт в пути. Что значило — при наличии юридических оснований, его можно взять в аэропорту тайской столицы

— Что-то важное прислали? — Чжи не выдержала, поинтересовавшись содержимым послания.

Ун Хонг молчала, но в глазах девушки тоже плескался интерес. Я же окинул подруг взглядом.

— Нужны контакты в штабе полиции. Ещё лучше, если будет кто-то из Национальной разведки. Подозреваемый на борту самолёта, который вот-вот вылетит в Бангкок.

Хонг с интересом посмотрела на телефон в моих руках. Но интересоваться источником информации не стала. Вместо этого осторожно уточнила.

— А у тебя своих людей там разве нет? В разведке?

Судя по взгляду, вопрос был с подтекстом — в продолжение недавней беседы о причинах моего бездействия в Чен Маркетинг.

Глянув на неё, я отрицательно покачал головой.

— Своих — ни одного. Можно попробовать использовать Га Рам Хура. Но боюсь потом мы окажемся ему солидно должны.

Девушка поморщилась — идея быть должницей старого политика ей явно не понравилась. А в глазах на момент мелькнуло вполне логичное желание возразить. Я даже предполагал в каком ключе — озвучить сентенцию о том, что к этой проблеме Хонг Гейминг никакого отношения не имеет и сама она ветерану политических баталий ничего должна не будет.

Тем не менее, девушка сдержалась. Что не могло не радовать — вырвись у неё сейчас эти слова и это вызвало бы у меня серьёзные вопросы по поводу планируемого союза. Не говоря уже о том, что такой поворот полностью противоречил бы её недавней позиции «либо победим, либо проиграем, но вместе».

Как итог — обе они взялись за телефоны. А я позвонил Бён Хо, решив воспользоваться и его контактами. Высокопоставленных приятелей у бывшего офицера не имелось, но порой нужную поддержку способен обеспечить даже служащий невысокого ранга.

Естественно, нашу осведомлённость было необходимо как-то обосновать. Поэтому Геон Шин организовал отправку на телефон Чжи анонимного сообщения, в котором указал имя подозреваемого и данные его билета до Бангкока. Мы же, со своей стороны, могли подтвердить правоохранителям, что зафиксировали его на видеокамерах.

С одной стороны, не самая надёжная легенда. Но если посмотреть под иным углом зрения — на месте Чжи любой бы попытался проверить информацию.

Выйти на нужных людей у нас получилось почти одновременно. Правда разными способами. В моём случае Бён Хо отыскал помощника одного из профильных офицеров, который мог доложить ему о ситуации и ввести в курс дела. Проведя беседу в присутствии кого-то ещё и лишив шефа возможности отдать приказ обо всё забыть. Текущее место работы знакомому Бён Хо не слишком нравилось и тот собирался уходить в частный сектор. Тем более такая мелочь, испортить отношения с его сонбэ не могла. В число заказчиков поджога офиса Чен Групп он точно не входил.

Чжи отыскала выход через своего университетского приятеля, который располагал целой сетью социальных контактов в силовых ведомствах. А Ун Хонг воспользовалась связями своего отца, который к тому моменту тоже включился в процесс.

Действие сразу по трём направлениям дали необходимую синергию и уже через полчаса полиция отправила запрос в Бангкок, плюс попросила помощи по дипломатической линии. Заодно отправив заявку на розыск в Интерпол.

Из минусов — спустя десять минут в сети появились данные подозреваемого в поджоге здания Чен Групп. Кто-то из полицейских сразу же слил всё репортёрам, заработав небольшую сумму денег. Но это было мелочью — как ни крути, из летящего самолёта на полном ходу не выпрыгнуть и не сбежать.

Основное бремя общения с полицией взяла на себя Чжи. Учитывая, что она являлась председателем и ключевым собственником пострадавшей компании, это было логично. Поэтому, когда её телефон вновь зазвонил — уже пятый раз за последние двадцать минут, мы с Ун не удивились.

Но вот новость в этот раз поступила совсем не та, которую девушка ждала. Брови взлетели вверх, черты лица разом изменились, а во взгляде полыхнула ярость. Коротко ответив, что всё поняла, она сбросила звонок и медленно опустив руку с телефоном, посмотрела на меня.

— Его нет на борту. Полицейские наконец разобрались с руководством диспетчерской службы и те обеспечили связь с капитаном самолёта. А тот поинтересовался у старшего бортпроводника личностью пассажира.

Выдохнув, разочарованно покачала головой.

— Этот человек не проходил посадку.

Я оживил в памяти хронологию событий — от сообщения Геон Шина, после которого телефон подозреваемого оказался под нашим управлением, до вылета рейса. Выходило, что доступ к аппарату цели был получен практически во время начала посадки на самолёт. Либо незадолго до неё — персонал далеко не всегда начинал пропускать пассажиров точно по расписанию, порой задерживаясь на пять-десять минут.

Если предположить, что сразу после сообщения, юноша связался с нанимателями, а те сообразили, что именно произошло, это позволяло выстроить рабочую версию.

— Скорее всего, он уже мёртв.

В меня уткнулось два вопросительных взгляда и я пожал плечами.

— Скорее всего запаниковал и попросил помощи у своих работодателей. А те догадались, что к чему. Или просто решили перестраховаться.

Ун Хонг мрачно хмыкнула, а Чжи клацнула по экрану телефона, набирая номер. И почти сразу заговорила.

— Раз он не прошёл контроль, значит ещё в Корее. Возможно это было уловкой, а может быть его вывезли, как-то образом узнав, что мы получили данные по рейсу. Получите доступ к камерам аэропорта и поищите его на записях городской системы наблюдения. Если он был в здании, то должен был засветиться.

Сделав короткую паузу, выслушала ответ собеседника и гневно сверкнула глазами.

— Я знаю, что это вы полицейский и в курсе, как делать свою работу. Только вот нашли этого урода вы лишь после моего звонка. И до сих пор камеры не просмотрели. Раз вы профессионал, так делайте что-то, а не штаны протирайте! У меня офис сожгли, а вы там всё пятки себе камнями мнёте, вместо того, чтобы работу делать!

Тот ответил что-то ещё, на что девушка озвучила пожелание поспешить. Опустив руку с телефоном на подлокотник кресла, покачала головой.

— Ащщщ… Откуда они их таких берут? Самомнение, как у короля, мозгов, как у тощего кролика.

Её подруга с интересом приподняла брови.

— Почему именно у тощего?

Глава Чен Групп со вздохом посмотрела на неё.

— Если тощий, значит не может отыскать еды. Что намекает на уровень интеллекта.

Директор Хонг Гейминг усмехнулась, а вот Чжи огляделась по сторонам.

— Еда тут, кстати, какая-то есть? Или только сладости с напитками?

Ун Хонг развела руками.

— Есть кухня, где должны работать повара. Но пока там никого.

Сделав короткую паузу, добавила.

— А вы там разве не поели?

Чжи слегка прищурилась, смотря на неё с лёгким подозрением.

— Мне кажется или ты специально напоминаешь о том, как нас прервали подлые и рождённые змеями разбойники?

Снова поднявшись на ноги, опустила взгляд на подругу.

— Идём. Покажешь нам свою кухню.

Та растерянно моргнула, смотря на девушку без особого понимания в глазах.

— Зачем? Я же говорю — никого из поваров там нет.

Председатель Чен Групп вздохнула.

— Первых сотрудников ты уже завтра ведь начинаешь перевозить? Значит вся техника работает и запас продуктов на месте. Зачем нам повара? Сами ужин приготовим.

Хонг ошарашенно уставилась на неё. Покосилась на меня. Потом вернула внимание на Чжи и медленно кивнула.

— Раз ты так хочешь, давай попробуем… Но вообще, можно и доставку заказать.

Девушка пренебрежительно махнула рукой.

— Сами разберёмся. Корейские женщины мы в конце концов или кто?

Кухня, на которой мы спустя минуту оказалась, была просторной и с виду удобной. По своему уровню скорее напоминая кухню ресторана или кафе, а не офиса игровой компании.

Девушки устремились изучать запас продуктов, распахивая шкафчики и холодильные камера.

— Можно роллы сделать. Быстро и просто, — предложила Ун Хонг, держа в руках рулон рисовой бумаги.

— Ну какие роллы, онни? Сделаем рамён с говядиной и жареным яйцом. Креветок ещё приготовим, раз ты морепродуктов хочешь, — парировала Чжи, которая уже достала лапшу.

Обе переглянулись. Потом почти синхронно посмотрели на меня, выражая взглядами немой вопрос. Мол, раз ты тут единственный мужчина и третий член команды, который пока не высказался — время определиться.

Я пожал плечами.

— Рамён меня вполне устраивает.

Хонг весело фыркнула.

— Другого я и не ждала. После того, что между вами было у Джин Хо просто нет выбора.

Чжи стрельнула взгляд в мою сторону. Потом, прищурившись посмотрела на подругу.

— Ты меня не слушала, онни? Вся проблема как раз в том, что ничего не было!

Глава Хонг Гейминг беззаботно улыбнулась.

— Ну… Вы прямо сейчас в здании с множеством пустых комнат.

На момент замерев, Чжи покосилась на меня. Посмотрела в сторону выхода из кухни. Глянула на упаковку с лапшой в своих руках. И разочарованно выдохнула.

— Не сейчас…

Судя по выражению лица, Хонг была не прочь поинтересоваться, почему? Но глядя на подругу, задать подобного вопроса не рискнула. А через минуту девушки приступили к делу.

Причину, по которой Чжи захотелось приготовить ужин своими руками, я понимал. За последнюю пару часов на девушку обрушился мощный и разноформатный стресс, а подобное занятие отвлекало и успокаивало.

Хотя, пожалуй более точным было сказать, что процесс позволял перенаправить эмоции в иное русло. Потому что спокойной их готовку назвать было точно нельзя.

— Что ты делаешь с креветками, онни? Они же сгорят! — Чжи, которая только что залила соусом говядину, покосилась на подругу.

— Всё будет в порядке. Всегда так готовила и каждый раз всё получалось. Тут главное не пропустить момент. Ошибёшься и вот тогда они правда сгорят, — невозмутимо парировала Ун Хонг, которая колдовала над сковородкой с креветками.

Подобными фразами они перебрасывались ежеминутно, что каждый раз вызывало усмешку. Сам же я был на связи с Геон Шином, который пытался отыскать дополнительную информацию. В том, что исполнителю оставили жизнь, я искренне сомневался. Но возможно кто-то из его окружения был в курсе его контактов перед гибелью. И обсуждал это в переписке со знакомыми.

Поэтому, когда телефон в очередной раз завибрировал, я ожидал обнаружить там сообщение от Геон Шина. Но вместо этого на экране высветилось послание от Вэньмин Тана.

«Извини, не смогу приехать, как договаривались. Срочные дела, которые потребуют моего полного внимания буквально через считанные минуты. Хотел попросить — если не сложно, зайди ко мне домой и полей цветы. Им достаточно одного раз в семь дней, но если получится заходить хотя бы раз в десять дней, уже будет неплохо. Или хотя бы один раз в месяц.»

Быстро пробежав взглядом по тексту, я было хотел ответить. Потом остановил собственные пальцы. «Потребуют моего полного внимания через считанные минуты» — китаец явно намекал, что вот-вот будет недоступен и пытаться с ним связаться не следует.

Всё остальное на первый взгляд выглядело бессмыслицей. Но если посмотреть на это с точки зрения шифровки, определённая логика прослеживалась. Говоря о доме, менеджер Банка Шанхая указывал мне на место, которое следует посетить. А всё остальное напоминало наспех замаскированную цифровую комбинацию. Оставалось только решить — следует ли мне выполнять его просьбу или лучше оставить беднягу-ханьца на съедение акулам?

Аппарат снова завибрировал — на этот раз сообщением от Геон Шина, который дублировал свой предыдущий доклад. Ничего нового за последние пятнадцать минут не нашлось.

Кухню огласила мелодия телефона Чжи и девушка быстро сняла с огня сковороду, после чего схватила устройство, приняв вызов. Говорил в основном собеседник, а она лишь озвучивала короткие ответы. Наконец прервала связь и мрачно взглянула на меня.

— Ты не поверишь, Мин Джин Хо. Этого придурка на самом деле утопили в реке Хан. Десять минут назад труп на набережной нашли.

Выдохнув, покачала головой.

— Криминалисты дадут заключение к утру. Пока полиция проверяет камеры и ищет свидетелей. Если вдруг появятся свежие ночные новости — дадут знать через адвоката. Но офицер сказал, что скорее всего свяжется уже утром и обрисует полную картину.

Ун Хонг, которая закончила разбираться с креветками, тихо цокнула языком.

— Это кто же такой наглый выискался? Откуда вылез?

Вопрос был весьма резонным. И несмотря на соблазн спихнуть всё происходящее на Кханг Групп, поддаться ему стало бы неправильным решением. Возможно их председатель был не прочь убрать меня и такой ход казался ему логичным. Но устраивать проблемы Ми Ён и поджигать офис Чжи — совсем иное дело. Да и про Джи Хё, которая внезапно отыскала источник финансирования, забывать тоже не следовало.

Другой очевидный вариант — отец Ми Ён. Изгнанный из семейной компании и покинувший страну, но сохранивший определённое влияние и деньги. Правда тут всё упиралось в иной вопрос — объём финансов, оставшийся в его распоряжении. И готовность старых социальных контактов оказывать поддержку рухнувшему с небес дракону, которому спалили крылья.

Плюс, мотивация атака на Чжи всё равно оставалась непонятной. Как и поддержка Джи Хё.

Либо каждое из этих действий совершила отдельная фигура и передо мной не один противник, а целая группа людей, каждый из которых точит стилет, лелея надежду вогнать его мне в бок.

— Всё готово! Идём есть! Я там как раз подходящий стол видела.

Голос Чжи вырвал из размышлений и я было собрался помочь отнести блюда, но неожиданно нарвался на гневный взгляд девушки.

— Ты себя перепутал с кем-то? Иди садись и жди, пока перед тобой всё на стол поставят!

Я с удивлением хмыкнул, а Ун Хонг, которая шла мимо с большой тарелкой креветок, звонко рассмеялась.

— Мало того, что Чжи мужчине еды приготовила, так ещё и помогать запрещает. Вот теперь я точно уверена, что всё серьёзно.

Нахмурившаяся Чжи потянулась к полотенцу и подруга сразу же ускорилась, направляясь к выходу.

Вторая попытка взять одно из блюд встретила такую же реакцию, как в первый раз — по непонятной причине, девушка считала, что мне к еде прикасаться не следует. Поэтому я расположился за столом в комнате отдыха, который они выбрали под трапезу и открыв новостной агрегатор, пробежался по заголовкам последних материалов.

Напротив остановилась Чжи, которая наклонилась, выставляя тарелки на стол и я на момент отвлёкся, скользнув взглядом по декольте, где в такой позиции открывался занимательный вид. А со стороны прохода послышался голос Ун Хонг.

— Ащщщ… Забыла, что тебе лучше не наклоняться?

Чжи, которая уловила мою реакцию, лукаво улыбнулась и выпрямившись, развернулась к подруге.

— Послушай, онни. А соджу для своих работников вы тоже закупали?

* * *

В закреплённом комментарии — результаты голосования за образ Чжи Чен в терме. Плюс, бонус — ссылка на пост с подборкой образов Чжи после термы (того самого рокового платья, в котором она сейчас).

Глава V

Водитель председателя Чен Групп привык к специфическим чертам характера своей госпожи. А каждый раз, когда его тянуло разразиться руганью и напомнить ей о традициях, напоминал себе, что девушка училась в Европе. Где нахваталась всякого. Тем более сейчас и Сеул разительно менялся. На декольте всё ещё поглядывали с неодобрением, но процент молодых девушек, которые не стеснялись подобного в одежде, становился всё выше. Можно было сказать, что новая глава чеболя лишь следует за тенденциями. Самую малость их опережая.

Это позволяло держать в себя в руках и не выказывать неодобрения. Потому как в таком случае, карьера мужчины, который приехал в Сеул из деревни, чтобы найти работу и прокормить семью, могла одномоментно закончиться. Что он прекрасно осознавал.

Тем не менее, сегодняшний день изрядно выбил его из колеи. Мало того, что сначала госпожа отправилась в поездку, одетая так, как будто собирается прямо в лав-отель ехать. Так потом выяснилось, что от истины эта догадка была недалека. Потому что прибыла она в сомнительного рода заведение, куда потом явился уже знакомый работнику мужчина — Мин Джин Хо. Тот самый, которого не так давно обвинили в целом ряде преступлений, но он выскользнул сухим из воды.

Внешний вид госпожи намекал на цель визита весьма однозначно. Но вот, что находилось внутри здания, водитель понять не мог. На профильную гостиницу, где парочки могли слиться воедино, это не походило. Ресторан тоже не напоминало. Да и в целом, скорее выглядело, как засекреченный и хорошо охраняемый объект, чем развлекательное заведение, которое посещают представители высшего общества.

Попытка что-то выяснить у своего коллеги, успехом не увенчалась — парень, который привёз Мин Джин Хо, тоже вышел из машины, чтобы размять ноги, но на контакт упорно не шёл. Вернее об отвлечённых вещах говорил запросто, но стоило коснуться дел его сонбэ, как сразу же принимался уходить от ответов.

Впрочем, надолго эта парочка там не задержалась. Через какие-то полчаса оба буквально вылетели из дверей. Растрёпанные, с влажным волосами и легко узнаваемым запахом бани, что шокировало и провоцировало на весьма неприличные мысли.

Потом была поездка к штаб-квартире Чен Групп, из окон которой валили клубы дыма, а в оцеплении стояли полицейские, что расступились перед Мин Джин Хо, стоило тому сказать несколько слов их старшему офицеру. Следом — ещё один бросок по вечерним улицам к офисному зданию Хонг Групп. Причём всё это время госпожа ехала вместе с Джин Хо. Мужчиной, который был намного старше неё и значительно уступал в социальном статусе. Что раздражало.

Сам он никогда даже не задумывался над тем, что можно заполучить такую вот женщину. Да, когда был молод, то засматривался на девушек, которых показывали на экранах ТВ. Мечтал о том, что одна из них может оказаться в его постели. Или он в её — маленький дом слабо подходил для приёма гостьи подобного уровня.

Но всё ограничилось мечтами и мыслями о том, что когда-нибудь он переедет в Сеул. Потом была женитьба, дети, изматывающая работа, семейные ссоры и вечная нехватка денег. Так жили многие — постепенно истачивая себя, забывая о всех старых мечтах и таща лямку до конца своей жизни.

Конечно, были и исключения — сразу двое из его школьных друзей вырвались далеко за пределы родного дома. В момент отъезда, оба стали главной темой для обсуждения — каждый второй намекал, что парни бросили семьи без помощи, лишив родителей дополнительных рабочих рук. Находились и те, кто их поддерживал, утверждая что в карьере нет ничего зазорного и не всем копаться в земле, как их предкам. Но таких были единицы.

Тогда эти двое были изгоями. А вот спустя десять лет превратились в героев. С хорошей работой, красивыми жёнами и дорогими автомобилями. Да и семьям своим, они деньгами тоже помогали.

Сам водитель в Сеул попал всего три года назад. Если быть совсем точным — по сути сбежал, не выдержав тягот семейной жизни, которая постепенно превратилась в настоящее пекло. Теперь, его общение с родными ограничивалось парой поездок в месяц, во время которых он виделся с детьми. Да сообщениями на номер жены с информацией об отправленных деньгах.

Поэтому, мужчина, который был младше него на какой-то десяток лет, не блистал происхождением и при этом смог полностью завладеть внимание девушки вроде Чжи Чен, вызывал глухое раздражение. Служа невольным напоминанием о том, что он тоже мог бы сорваться в Сеул ещё десять лет назад и попробовать построить карьеру. А не гнить на одном и том же месте, с бесперспективной работой и нулевыми шансами на успех.

Именно из-за этого, уже отвезя госпожу домой, он ещё четверть часа сидел в машине, пытаясь успокоить бурлящие в голове мысли. Глава Чен Групп была нетрезва, слегка раздраженна и общалась голосовыми сообщениями с подругой. Пусть тихо, но водитель уловил контекст — девушка переживала из-за того, что их с Мин Джин Хо прервали на «самом интересном моменте». В ту секунду, когда они уже были готовы перейти к делу.

Это попросту не укладывалось у него в голове. Почему из-за такой вещи переживает ОНА? Тут скорее должен кусать локти возрастной буйвол, которому привалило такое счастье. Никак не наоборот.

Когда водитель наконец совладал с потоком собственных мыслей и завёл двигатель, собираясь отвезти машину в гараж, а потом отправиться на отдых в служебную квартиру, рядом с автомобилем возникла чья-то фигура. После чего в боковое стекло осторожно постучали.

Повернув голову, он увидел прилично одетого мужчину в костюме-тройке, который с интересом его рассматривал. Помня об относительно недавнем нападении, шофёр огляделся вокруг. Никого не заметив, снова смерил взглядом неизвестного. И немного опустил стекло.

— Вам что-то нужно?

Тот улыбнулся, наклонясь ниже, чтобы его было хорошо слышно.

— Всего лишь поговорить. Я собирался сделать это позже, но вы так долго сидели на месте, что показалось, этим лучше заняться прямо сейчас.

Сотрудник Чен Групп поморщился. О вещах вроде вербовки шпионов в чужих компаниях, он слышал много и часто. Но не думал, что столкнётся с подобным лично. Каким вообще надо быть идиотом, чтобы вот так внаглую лезть к человеку, который каждый день возит своего шефа?

— Не думаю, что у нас с вами есть общая тема для разговора.

Озвучив отказ, он собирался нажать на кнопку стеклоподъёмника, но собеседник сразу же заговори вновь. Мягко и вкрадчиво.

— Я не враг госпоже Чен. И вам. Скорее наоборот — хочу оградить её от лишних проблем.

Водитель заколебался, всматриваясь в лицо неизвестного. А тот достал телефон и развернув его продемонстрировал фотографию с парой улыбаюшихся подростков.

— Вы ведь ради них поехали в Сеул? Чтобы обеспечить лучшее будущее детям? И наверняка хотите, чтобы они гордились своим отцом?

* * *

Дома я оказался ближе к пяти часам утра. Изрядно уставший и дико желающий спать.

Безусловно, время прошло относительно плодотворно — если оставить за скобками все беседы на личные темы и периодические шутки Ун Хонг, обсудить мы успели многое. В том числе основную версию по атаке на Кханг Групп. Но и времени это заняло немало.

В итоге, после возвращения, моих сил хватило лишь на то, чтобы быстро зайти в душ, а сразу после этого рухнуть в постель. Где я и проснулся от бьющего по ушам звона будильника.

На то, чтобы привести себя хотя бы в какой-то порядок, ушло двадцать минут и большая чашка кофе. Только после этого мозг пришёл в себя и стал адекватно реагировать на окружающую действительность. А я начал проверять сообщения на телефоне.

Адвокат Чжи уже прислал краткую выкладку по данным, пришедшим от полиции. Как и следовало ожидать, конкретики было немного. Вернее она вовсе почти отсутствовала. Бывшего стажёра Чен Групп ударили чем-то по голове, после чего связали конечности и бросили в воду. Правда при этом не привязали ничего тяжелого и не попытались спрятать труп как-то иначе. Что намекало либо на невысокий уровень профессионализма этих конкретных исполнителей, либо на их желание показать мёртвое тело миру.

На записях городских камер его обнаружили, но только урывками. Единственный ценный факт — номер такси в которое тот сел, когда уезжал из аэропорта. Самого таксиста уже нашли и допросили — он оказался бесполезен. Мог лишь назвать адрес, до которого довёз своего клиента, не более того.

Как тело этого парня оказалось в реке Хан, кто именно его прикончил и куда они потом уехали, оставалось непонятным. Равно как и весь остальной контекст ситуации.

Геон Шин, который отправился спать, пока мы ещё были в офисе Хонг Гейминг, тоже не смог отыскать ничего интересного. А в моей голове роилось множество теорий, каждая из которых имела право на жизнь. Слишком мало было фактуры, чтобы выбрать одну из них в качестве приоритетной.

Спустившись к ожидающей меня машине, к которой теперь добавился автомобиль сопровождения, я дал команду ехать к ближайшему из работающих магазинов одежды. Крупные торговые центры были закрыты, но некоторые из заведений, расположеные вне их стен, уже открылись и работали. А мне было нужно срочно пополнить гардероб — пары старых костюмов и нескольких рубашек не хватало. Собственно, одной из целей посещения магазина, была смена одежды сразу после приобретения новой — я планировал оплатить её и переодеться в кабине.

Водитель вбил указанный адрес в навигатор и тронул машину с места. Потом бросил на меня взгляд в зеркало заднего вида.

— Я хотел кое-что вам сказать, сонбэним…

Под моим вопросительным взглядом мужчина на момент замялся, после чего всё же продолжил.

— Помните водителя госпожи Чен, который вчера её возил?

Я с лёгким удивлением кивнул, восстанавливая в памяти образ шофёра — мрачного мужчина лет сорока пяти, который смотрел на окружающий мир с долей тоски и раздражения. Тем не менее, к самой Чжи он никакого негатива не выказывал, скорее наоборот — демонстрировал искреннее восхищение. Причём не плотского, а платонического характера.

— С ним что-то не так?

Мой сотрудник чуть поколебался, выруливая на крупную улицу. Потом всё же заговорил.

— Да вроде бы всё так. Вопросов просто задавал много. И вставлял их так, чтобы интерес лишний раз не демонстрировать. Вот вроде про деревню свою рассказывает и о проблемах с женой, а потом раз и уже интересуется, чем наша компания занимается. Или как мы с Чен Групп связаны. Откуда вы родом, спрашивал. Всякое разное. Вроде бы и ничего такого, но всё равно странно.

Я тихо хмыкнул. Интересно. Скорее всего водитель девушки попросту желал выяснить максимум информации о её партнёре, возможно отчасти раздражённый моим присутствием. Но на всякий случай, информацию стоило проверить. Потому как подобная самодеятельность в любом случае выглядела чудно. Особенно, если вспомнить, что он не был её секретарём. На эту должность девушка пока никого не подобрала. Тогда как обычному водителю не должно было быть никакого дела, с кем именно встречается его нанимательница и чем занимается.

Задав ещё несколько уточняющих вопросов, я выяснил детали и к моменту, когда добрался до магазина, успел полностью погрузиться в процесс размышлений. Одежду выбирал практически на автомате. А когда расплатился и заперся в кабине, чтобы переодеться, телефон завибрировал входящим сообщением от Ми Ён.

«Мама только что сказала, что к нам дядя приезжает. Ещё один двоюродный брат отца, который всё это время жил в Европе — дедушка его почему-то не выносил и отправил подальше отсюда, за границу. А теперь он возвращается.»

Пробежавшись по тексту, я было развернул клавиатуру, чтобы набить ответ и поинтересоваться подробностями — из послания было не совсем понятно, чего именно девушка от меня хочет и какой тут контекст. Но от неё уже пришло ещё одно сообщение.

«Только она какой-то странной была, когда мне о нём говорила. Вроде и очень рада, но одновременно сильно встревожена. На прямой вопрос сказала, что мне всё показалось. Мы можем встретиться? Он уже вечером может прилететь. Или завтра днём — пока точно непонятно.»

Вот это уже было несколько странно. Хотя, как знать, что за семейные тайны могут скрываться в сумраке правящей семьи Хёнде?

Прикинув своё расписание на сегодняшний день, я отправил ответ. Сообщил, что возможно получится пересечься ближе к вечеру, если не возникнет срочных дел.

Отложив телефон, продолжил одеваться. Застегнув рубашку, оценивающе глянул на себя в зеркало. И на момент застыл, прокручивая в голове новую мысль, которая появилась буквально только что.

Возвращение Джи Хё. Поджог офиса Чен Групп. Попытка подставить Ми Ён. Три проблемы, которые на первый взгляд, казались разноплановыми. Если первые две можно было запросто между собой увязать, то третья из общего ряда выбивалась. Тем не менее, кое-что общее у них было.

Достав телефон, я развернул переписку с Ун Хонг и быстро набил сообщение.

«Проверь свою систему безопасности и всех сотрудников. От стажёров до ветеранов. Убедись, что в инфраструктуре нет уязвимостей. И на всякий случай — поищи надёжных партнёров на стороне, которые смогут убедиться в безопасности игрового приложения. Желательно не из Кореи. И не из Европы. Компанию, которая точно окажется максимально далека от политических игр и никак не будет пересекаться с партнёрами чеболей.»

Стоило отдать девушке должное — заваливать меня лавиной вопросов она не стала. Лишь коротко ответила, что всё сделает. А при встрече, которая, как она надеется, произойдёт максимально скоро, поинтересуется причинами.

Собственно, резон у меня был всего один — та самая теория, которая только что родилась в голове. О том, что всё это — лишь дым, за которым прячется настоящая угроза. И вовсе не от Кханг Групп, которые уже были на прицеле. Здесь играл кто-то иной. Ловко создающий видимость реальной опасности и заставляющий расходовать ресурсы на противодействие сразу по нескольким направлениям.

Конечно, я мог ошибаться. Вводных данных было немного и рассматривать их можно было под самыми разными углами. Но если прав — некто специально создаёт конфликтные ситуации. При этом располагает серьёзным влиянием и хорошо представляет уровень угрозы с моей стороны.

Надев новый пиджак, с которого срезали все бирки, я ещё раз посмотрел в зеркало. Если быть честным с самим собой — фактов для того, чтобы делать подобные утверждения, слишком мало. Впрочем, перестраховаться лишним не будет. А если Ун Хонг отыщет что-то подозрительное, это станет прямым доказательством моей правоты.

Не успел я покинуть кабину, как снова просигналил телефон. Сразу двумя уведомлениями — Мин Со прислала очередной отчёт по поводу двух кампаний в медиа, а Хё Рин напомнила, что сегодня назначены собеседования с потенциальными продажниками. Теми самыми, которые временно будут находиться под моим прямым руководством. Конечно, если я одобрю хотя бы одного из троих кандидатов.

Как только я пробежал глазами сообщения, аппарат завибрировал, давая знать о звонке, а на экране высветился контакт Чжи Чен. Подняв трубку, я услышал сонный женский голос.

— Уже проснулся? Читал сообщения от адвоката?

Хмыкнув, я зашагал к выходу, держа телефон в правой руке, а левой сжимая пакет с покупками.

— Читал. Предсказуемый результат.

Она зевнула и с лёгким раздражением заметила.

— Полиция они или кто? В аэропорту камер полно, новые кварталы ими тоже усыпаны. А человека найти не могут. Бездельники.

Сделав короткую паузу, поинтересовалась.

— Ты почему такой бодрый? Уже поднялся и на работу едешь?

Я кивнул кланяющейся консультантке, которая озвучивала слова благодарности и выйдя за дверь, усмехнулся.

— Поднялся. Но пока доехал только до магазина.

Чжи удивлённо хмыкнула.

— Зачем?

Втянув прохладный утренний воздух, я изобразил в голосе недоумение.

— Ну как же. Раз ты сама не можешь позволить себе такую роскошь, как нижнее бельё, придётся подарить. Что люди подумают о делах компании, если у её председательницы денег даже на то, чтобы прикрыть самое ценное, не хватает.

Собеседница момент помолчала. Потом угрожающе зашипела.

— Ты совсем страх потерял? Какие ещё люди? Вчера я не для каких-то крестьян так одевалась! А для… Да что ты о себе возомнил?

Я усмехнулся.

— Теперь ещё скажи, что в реке Хан меня утопишь и ноги сломаешь. Чтобы полный комплект был.

Девушка возмущённо вздохнула. Потом резонно заметила.

— Знаешь, после вчерашнего, такие фразы будут смотреться уже немного иначе. Так что я на пару дней воздержусь.

На мгновение замолчав, добавила.

— Какие у тебя планы на день? Сегодня встретимся?

Двинувшись к машине, я подавил вздох. Дел было немало. Даже пожалуй слишком много. Настолько, что ощущалось лёгкое чувство цейтнота.

— Возможно. Но пока я не уверен, что получится. Сегодня очень плотный график.

Она обиженно вздохнула.

— График… Так найди способ выделить пару часов на бедную девушку, чьи ожидания вчера так коварно обманул. Желательно вечером. Можно даже ночью.

Отреагировать она мне не дала — сразу же сбросила звонок. Впрочем, когда я забрался в машину, от девушки пришло сообщение.

«А ещё я теперь жду комплект белья. Или два. Даже интересно, что именно ты выберешь.»

К тексту был прикреплён задумчивый эмодзи и после недолгого размышления, я ответил в таком же стиле. Отправив девушку, которая крутится перед зеркалом, примеряя наряды. После чего поднял взгляд на водителя.

— Помнишь отель, где я встречался с китайцем?

Чуть подумав, тот кивнул. А я добавил.

— Сейчас едем туда. Только припаркуйся где-нибудь в стороне. И предупреди сопровождение, что им нужно оставаться на месте. Чтобы без моей команды даже из машины не выходили.

Глава VI

Отель, который облюбовал для своих встреч Вэньмин Тан, в этот раз бурлил жизнью. Около стойки рецепции толпилось не меньше десятка гостей и ещё столько же ждали в стороне, выстроившись организованной группой. Все до одного китайцы и судя по виду туристы.

На мгновение у меня даже возникло подозрение, что это может быть связано с моим визитом и сообщением от менеджера Банка Шанхая. Но за пятнадцать минут наблюдения из кресла в дальнем углу вестибюля, я так и не заметил ничего подозрительного. Ни один даже не посмотрел в мою сторону. Да и эмоции не выдавали ничего странного.

Когда они наконец загрузились сразу в два больших лифта и поехали наверх, я подошёл к стойке. Остановившись, окинул взглядом двух работниц.

— Чем можем помочь, господин? — вежливо поинтересовалась та, что стояла напротив и старательно делала вид, что совсем не волнуется.

Хотя, на самом деле мимика отражала серьёзный уровень стресса. Девушка явно меня узнала и поняла, для чего я здесь. Хотя раньше мы ни разу не виделись.

— Мой приятель, с которым мы здесь встречались, просил полить его цветы. Говорит, так привык к номеру вашего отеля, что даже купил туда парочку растений.

Она медленно наклонила голову. Покосилась на свою коллегу, которая поспешила отвернуться в сторону. Снова посмотрела на меня.

— Господин Т. предупреждал, что кто-то зайдёт. Идите за мной.

Конспирация была на уровне клуба юных разведчиков. С другой стороны, основной тест я прошёл, когда оказался около стойки рецепции и меня узнали в лицо. Всё сказанное после этого, по большому счёту было не столь важным. Потому как, судя по всему Вэньмин снабдил их моим фото и приказал впустить, как только я появлюсь.

Что интересно — похоже свой постоянный номер у него тут и правда имелся. По крайней мере работница вела меня по коридорам весьма уверенно. Затормозив около одной из дверей, приложила к электронному замку ключ-карту. Потом повернулась ко мне и на миг замявшись, без особой уверенности проговорила.

— Наш хозяин просил передать господину Т., что после такого, долг его семьи полностью оплачен. Если у вашего приятеля есть хотя бы капля чести, он больше не станет беспокоить своими просьбами. А ещё лучше — навсегда забудет о его существовании.

Если начало звучало вяло и эмоционально слабо, то к последней фразе китаянка излучала солидную долю агрессии. Судя по всему, с владельцем отеля её связывали не только рабочие отношения.

Посмотрев на девушку, я пожал плечами.

— Когда я увижу его в следующий раз, обязательно передам эти слова.

Секунду та помолчала, настороженно меня рассматривая. Потом кивнула и отступила в сторону, давая понять, что диалог завершён.

Что интересно — цветы в люксе и правда обнаружились. Заботливо переставленные на комод в спальне.

Обыскав его и ничего не обнаружив, я осмотрел сами растения. Потом, после короткого раздумья, сдвинул комод в сторону и наклонился, осматривая стену. В ней самой ничего интересного не обнаружилось, зато нашлось нечто странное на полу — целая секция паркета, которая слегка продавливалась, стоило на нее наступить.

Тридцать секунд элементарных манипуляций привели к результату — подняв паркет, я обнаружил внутри встроенный в бетон сейф. Похоже владелец отеля и правда был сильно должен Вэньмину. Мало того, что у ханьца был отдельный номер-люкс, так ему ещё и позволили внести подобные изменения.

Глянув на табло восьмизначного цифрового кода, оживил в памяти сообщение Тана. И вбил последовательность: один, семь, один, один, ноль, один, три, ноль.

Код был не самым сложным. С другой стороны, если смотреть на это с точки зрения безопасности, основной расчёт делался на местоположение сейфа, а не на уровень защиты. В конце концов, его банально можно просто вырезать из бетона и вскрыть в нужном месте. Модель была не настолько серьёзной, чтобы с ней долго возиться. Но имелся нюанс — для начала его следовало найти. Попав в номер отеля, который недоступен для бронирования и провернув всё под камерами наблюдения. Плюс, каким-то образом поняв, что здесь в целом должно быть нечто подобное.

Крышка с щелчком открылась. Как выяснилось, пространства внутри было совсем немного — сейф был плоским. А единственным предметом внутри оказалась ещё одна флеш-карта.

Её содержимое я просмотрел уже в машине. Изрядно впечатлившись ловкостью Вэньмин Тана.

Во-первых, китаец оставил информацию о деньгах некоторых коллег по партии. Включая и того самого отставного генерала, о котором изначально шла речь. Только вот тогда, он предоставил данные лишь по его делам на территории Кореи. Здесь список был более полным. Подставные компании в Юго-Восточной Азии, которые и отмывали деньги, и вели реальный бизнес. Нелегальные контакты с группировками, которых смело можно было отнести к глобальному криминалу и многое иное. То, без чего не обойтись ни одному крупному деятелю в системе, похожей на ту, что выстроила соседняя империя. Почему он изначально не доверил эту информацию мне — понятно. Хотел посмотреть, как будет развиваться ситуация и возможно всё же выбраться в Сеул для личной встречи. Но с этим у менеджера Банка Шанхая не сложилось.

Во-вторых, он оставил данные доступа к своим личным счетам. Анонимным и открытым за рубежом — я мог получить доступ без предоставления документации, исключительно за счёт специальных файлов, которые размещались здесь же, на флеш-карте. Не сказать, что там была прорва денег, но пять с половиной миллионов долларов, тоже были неплохой суммой.

Всё указывало на то, что у Вэньмина начались действительно сложные времена. Потому как сейчас он поставил на карту последнее, что у него оставалось. Полностью доверившись человеку, которого не слишком хорошо знал. Ничто не мешало мне снять деньги, забыть про полученную информацию и жить дальше. В конце концов, пять с половиной миллионов — сумма на которую можно неплохо устроиться в любой части этого света.

Половину дороги до офиса, я размышлял. Анализировал. Выстраивал схемы. А потом открыл мессенджер и принялся рассылать сообщения. Процесс атаки на Кханг Групп был уже запущен, но пока находился на начальной стадии. Теперь же следовало внести в него небольшие корректировки. Немного усложнив схему, но зато сделав ее более эффективной.

Стоило мне закончить, как телефон завибрировал сообщением от Мин Со.

«Посмотри на результаты по уточкам! Мы в топе! Спорим, их захочет весь мир? Через десять минут уже запускаем продажи.»

В приложенном скриншоте была статистика самых популярных хештегов в социальных сетях, судя по которой, наш основной тег находился на восемнадцатой позиции. Вроде бы не так высоко, но если вспомнить, что это статистика по всем языковым сегментам, показатель был очень высок.

Вернувшись к сообщению, я быстро набил ответ.

«Отличная работа. Их производители наверняка сильно удивятся.»

Сопроводив сухой текст эмодзи, сразу же получил ещё одно послание от главы команда маркетинга.

«Мой сонбэ сегодня будет в офисе? Последнее время он только и делает, что разъезжает по делам.»

Тут тоже имелся эмодзи — с опечаленным женским лицом.

«Будет. Минут через десять. А пока у меня есть для тебя новая задача. Сейчас на твою третью почту придёт письмо с детальной инструкцией. Внимательно прочитай и приступай. Сделай всё сама, никого не привлекая.»

Девушка подтвердила получение команды, а я зашёл в почтовый ящик. «Третьей почтой» мы называли те адреса, которые использовались для максимально закрытых вопросов. Которые не должны были выходить дальше круга лидеров команд. Иные люди, включая Вон Шика и Сэ Ян, могли вводиться в курс дела только после моего личного одобрения.

Набрав письмо, я обозначил девушке группу людей, которым нужно было двадцать четыре часа в сутки показывать рекламу одного и того же предложения. Разнообразив ее настолько, чтобы они считали каждый контакт уникальным. Звучало сложно, но на деле никаких трудностей вызвать было не должно. Таргет под подобную группу подобрать было несложно — в некоторых социальных сетях вовсе можно было обойтись списком айди их аккаунтов, вручную загрузив их в рекламный кабинет. В случае с контекстной рекламой, действовать либо по гео-локации, либо подцепиться к месту работы. Это немного поднимет расходы, но на эффективности никак не скажется. Особенно если задрать цену клика до самого неба, чтобы именно в этом узком сегменте, наши объявления раз за разом выигрывали аукцион.

Учитывая скромный размер аудитории, бюджет потребуется небольшой. Зато каждый из этих людей, заходя в сеть, с высокой долей вероятности увидит нужную рекламу. И будет наблюдать её постоянно, в самых разных форматах.

Добравшись до офиса, я столкнулся на входе с Хён Ву, который уважительно наклонил голову, а потом мрачно оглядел моё сопровождение.

— Охрана усилена. Вчера поставили внешние камеры по всему периметру. И я взял на себя смелость, добавить к ним датчики на окна. Если кто-то попробует проникнуть, сработает сигналка.

На момент замолчав, добавил.

— Ещё несколько камер поставили на крыше. На всякий случай.

Я с лёгким интересом посмотрел на главу безопасности. До ближайшего здания от нас было не меньше двух десятков метров. Сложно было предположить, что некто сумеет преодолеть их незамеченным. Вероятность того, что кто-то станет в стиле киношного ниндзя карабкаться вверх по стене, вовсе сводилась к нулю. Тем более весь периметр находился под видеонаблюдением.

Мужчина мой посыл уловил и с лёгким смущением пожал плечами.

— Кто-то подпалил офис Чен Групп, сонбэ. И я слышал у Чжи Чен был какой-то конфликт с сыном нового главы военной хунты из Мьянмы. Который совсем отмороженный, даже на фоне предыдущих.

Сделав короткую паузу, продолжил.

— Такие люди могут начать мстить абсолютно на ровном месте.

Подобная теория в моей голове тоже проскакивала. Но я счёл её маловероятной. Поджог, с готовым планом отступления и резервной схемой, предполагающей стремительную ликвидацию исполнителя — не тот стиль, которого можно ждать даже от кадровых военных. Не говоря уже о полевом командире, что дал бы поручение одному из своих соратников. Ещё более ограниченному в этом плане, чем он сам.

— К поджогу в Чен Групп он точно не имеет никакого отношения. Тем не менее, в чём-то ты прав. Враг есть и скорее всего он подбирается всё ближе.

Сделав шаг, подошёл ближе к нему и тихо добавил.

— Внимательно наблюдай за всеми стажёрами. Я приглядываю, но людей сейчас стало больше, а я один. Если что-то покажется странным и вызывающим вопросы — немедленно сообщай.

Тот молча кивнул, а я двинулся дальше. Поднявшись на второй этаж, поприветствовал вскочивших со своих мест сотрудников. А зайдя в секцию команды маркетинга, через которую добирался до своего кабинета, сразу же наткнулся на взгляд Мин Со.

— Вот и мой сонбэ. Наконец снизошёл до того, чтобы вернуться к своему воинству.

Усмехнувшись, я обошёл стол, оказавшись у неё за спиной. Бросил взгляд на экран ноутбука, где отображался интерфейс одной из рекламных систем. Девушка, обернувшись, задрала голову, чтобы видеть моё лицо.

— С таргетом я уже разобралась. Теперь заливаю посты, по мере того, как нейросеть набрасывает креативы.

Прикусив губу, мельком глянула в сторону Вон Шика. Снова посмотрела на меня.

— Можно с тобой поговорить, сонбэ?

Я опустил взгляд вниз. Чуть смущённое выражение лица, тонкая рубашка, под которой легко угадывалось прозрачное бельё. Короткие шорты. И наличие определённой толики уверенности в глазах.

— Конечно. Идём ко мне.

Подставив руку, дал девушке опереться о неё, чтобы встать на ноги. Впрочем ранение и правда заживало быстро — перемещалась она всё ещё с костылями, но прогресс был налицо.

Когда мы оказались у меня, я закрыл перегородку, что вела в секцию команды маркетинга. Повернув голову, убедился, что выход к технарям тоже заблокирован и расположился за своим столом. Посмотрел на усевшуюся напротив девушку.

Мин Со, к моему удивлению, на какое-то время замялась. Даже опустила глаза вниз. Наконец снова подняла взгляд на меня и выпалила.

— Я тебе нравлюсь, сонбэ?

Вопрос на секунду ввёл в состояние лёгкого ступора — захода именно с этой стороны я не ожидал. А сама девушка сразу продолжила.

— Просто ты постоянно с леди из высшего света крутишься. То туда с ними поедешь, то сюда. И я вижу, как они на тебя смотрят. Кто-то хочет просто в постель запрыгнуть и галочку поставить, другие может и замуж выйти не прочь. Ты же их корпорацию потом в самые верхние строчки рейтинга выведешь.

Тяжело вздохнув, впилась в меня взглядом.

— Ты ведь наверняка уже думал о своих вариантах, так? Возможно даже целый десяток версий наперёд проработал. Я всего лишь хочу узнать, какое мое место во всех этих версиях?

Я медленно кивнул.

— А на каком месте ты сама себя там видишь?

Несколько секунд девушка молча на меня смотрела. Наконец осторожно заговорила.

— Рядом со своим сонбэ и по его правую руку. Но…

Замявшись, опустила глаза, что ей было абсолютно несвойственно. И я чуть подтолкнул.

— Но тебя что-то беспокоит?

Искоса глянув на меня, кивнула.

— Та ночь. Ты…

Выдохнув, нахмурилась, собираясь с мыслями.

— Тогда я была рада. А потом поняла, что ты ничего не осознавал. И по сути… Ну… Я тебя использовала. Как биологического робота с крепким инструментом и правильным лицом.

Теперь ход её мыслей стал чуть более понятен. Я же, после короткой паузы, уточнил.

— Насколько я понимаю, у этой мысли должно быть продолжение?

Глава команды маркетинга, со вздохом кивнула.

— Продолжение есть…

Снова помолчала, рассматривая стену. Наконец посмотрела на меня.

— Ты мне нравишься. Честно. Если бы ты захотел, мы прямо сейчас отправились в постель, несмотря на мою ногу. Но если бы ты правда этого хотел, мы бы уже давно там оказались.

Тихо хмыкнув, решительно посмотрела на меня.

— Мне нравится быть рядом с тобой. И предложи ты мне стать твоей, я бы не сомневалась ни секунды. Наверное даже замуж бы пошла. Но ещё мне страшно. Ты взлетишь к самым горным пикам, а то и выше. Стоит просто оглянуться вокруг, чтобы это понять. Недавно ты работал в Чен Маркетинг, а теперь управляешь фирмой, на счетах которой миллионы. И всё это за сколько? Месяц?

Улыбнувшись, выдохнула, как будто стравливая напряжение внутри себя.

— Я не уверена, что выдержу такой полёт и что вообще его хочу.

Увидев, как я удивлённо поднимаю брови, она печально усмехнулась.

— До определённого момента — да. Новый чеболь основать, например. Чужой захватить. Въехать в Синий Дом и пить соджу на его балконе, тролля журналистов. Но ты ведь не остановишься… Если честно, это пугает.

Пару мгновений я посидел, собирая её слова воедино и осмысливая. По сути девушка только что сказала, что отказать мне в текущем моменте времени попросту не смогла бы, но сама этого, не так уж сильно и хочет. Когда у людей есть всепоглощающее желание, они не колеблются и не боятся. Да и вопросов о предстоящем жизненном пути перед ними не стоит. Это не слишком рационально и логично, да. Но на то они и чувства, чтобы не поддаваться рациональной оценке.

Подавшись вперёд, я положил руки на стол.

— А теперь давай перейдём к твоему предложению. К той самой финальной части, о которой ты прямо сейчас размышляешь.

Мин Со улыбнулась и в буквальном смысле слова, показала на меня пальцем.

— Вот об этом я и говорю. Как ты каждый раз такое вытворяешь? Не может же человек так!

Секунду помолчав, качнула головой.

— Я думаю, нам стоит остаться в плоскости рабочих отношений. К этому я готова.

Услышав, как я иронично хмыкнул, девушка сразу же нахмурилась.

— Что? Я рекламщик. Максимум, чем буду заниматься — медиа-кампании нацеленные на наших врагов. Ты же не отправишь меня с секретной миссией в Дели и не прикажешь полететь в Колумбию, чтобы свергнуть правительство. К тому же быть сотрудником одно. Находиться рядом с тобой двадцать четыре часа в сутки, пропуская всё через себя — совсем другое.

После короткой паузы, я кивнул.

— Хорошо. Предложение принимается.

Она подождала, видимо рассчитывая на продолжение. Когда его не последовало, опёрлась о стол и поднялась на ноги, прежде чем я успел подойти, чтобы помочь. Весело фыркнула.

— Ещё дня три-четыре и попробую без костылей ходить. Рана лёгкая, заживает быстро.

Сделав несколько шагов, задержалась около перегородки, за которой находилась секция команды маркетинга. Оглянулась на меня.

— И ещё кое-что… Если моему сонбэ нужно будет снять стресс, он всегда знает к кому обратиться.

Заметив лёгкое удивление, скользнувшее по моему лицу, чуть дёрнула плечами.

— Что? С таким графиком я себе всё равно никого не найду. А физиологию никто не отменял. И вообще, ты уже меня…

Осеклась и недовольно поморщившись, продолжила.

— Ты понял о чём я. Сразу добавлю — никаких обязательств и лишних вопросов.

Блеснув глазами, перешла на совсем иной тембр голоса.

— А ещё тебе понравится. Обещаю.

Не дав ответить, отодвинула в сторону перегородку, возвращаясь к себе. Я же, проводив девушку взглядом, вернулся в кресло. С одной стороны, беседа была относительно ожидаемой. А с другой — я предполагал, что она пройдёт немного иначе.

От размышлений отвлёк звук вибрации телефона, на который пришло сообщение от Ун Хонг.

«Знаешь, сколько уточек мы УЖЕ должны отправить? Угадаешь? Могу поспорить, даже не представляешь!»

Как только я дочитал, на устройство пришло ещё одно послание.

«Двенадцать тысяч игрушек! За одиннадцать минут после старта пожертвований! Ты гений Мин Джин Хо! Не будь Чжи моей подругой, я бы за тебя свою двоюродную сестру выдала. Она модель, если что. Почти без пластики.»

Последние фразы заставили улыбнуться. С недавних пор люди стали живо интересоваться статусом моей личной жизни. Причём под самыми разными ракурсами.

Отправив ответное сообщение, поздравил главу Хонг Гейминг. Поднявшись на ноги, заблокировал перегородку, которая вела в секцию маркетинга. И достал из сумки второй телефон, который вчера по моему распоряжению приобрёл Хён Ву, оформив на какого-то бродягу. Разблокировав, запустил приложение для айпи-телефонии, вбив туда нужный номер. Тот самый, что был отпечатан золотым тиснением на визитке бирманского принца.

Чуть подождал, выбирая между вариантами начала беседы. И позвонил. Спустя несколько гудков, трубку подняли и послышался раздражённый голос юноши.

— Кто это? Откуда у тебя этот номер?

Усмехнувшись, я ответил на чистом бирманском.

— Это жених Чжи Чен. И у меня есть один очень важный вопрос к твоему отцу. Насколько сильно он желает завершить гражданскую войну?

Глава VII

Председатель Кханг Групп скосил взгляд на мерцающий баннер, который призывал принять участие в международной конференции, организованной компанией «Золотой Дельфин». Досадливо рыкнул, кликнул по нему.

На упоминание этой компании он натыкался уже седьмой или восьмой раз. В основном с предложениями о покупке компонентов микроэлектроники. Включая тот вариант, которого сейчас Кханг Групп экстренно не хватало. Заключая контракт с Хёнде, они обещали, что тот будет выполняться безукоризненно. И заложили в свои расчёты расширение производства. Кто же знал, что курирующий один из проектов человек, решит привлечь в качестве основного субподрядчика своего родственника? А тот в свою очередь передаст работу каким-то оборванцам с улицы, которых в их сфере никто не знал.

Последние такому заказу, естественно обрадовались. Расширили штаты, стремительно набрав нужное количество людей и принялись за дело. Вот только специалистов с требуемой квалификацией среди их персонала почти не оказалось. Как итог — сорванные сроки, судебный иск и кадровые решения в корпорации. Виновника с позором выгнали, заклеймив предателем и лишив права на бонус в виде акций. Работу он теперь вряд-ли найдёт. А его жена, узнав о наличии у мужа сразу двух любовниц, покинула дом вместе с ребёнком. Да и сама недвижимость была взята в ипотеку, платить которую этому ублюдку уже нечем.

Но растоптанная чужая жизнь успокаивала слабо. Потому что новый подрядчик, которого в этот раз выбирали среди лучших, выставил двойную стоимость за срочность и сразу обозначил, что к назначенной дате всё закончить не успеет.

Срывать сроки поставок Хёнде Групп было чревато последствиями. Как финансовыми убытками из-за неустойки, так и потенциальным расторжением контракта — в случае подобного инцидента, партнёр получал для этого законные основания. Учитывая, что личность нового председателя пока была скрыта туманом, вручать ему в руки такое оружие не хотелось. Равно как и портить собственную репутацию.

Возможность покупки на стороне, с использованием сторонней компании-посредника, стала первым же вариантом, который они рассматривали. Но спрос на рынке был слишком велик — все производители, которые могли закрыть нужный объём, оказались связаны долгосрочными контрактами. И могли обеспечить столь крохотное количество необходимых компонентов, что связываться с такой мелочью не имело смысла.

А сегодня он увидел рекламу «Золотого Дельфина»…

Пробежав глазами список участников и просмотрев неплохо сделанный сайт, глава Кханг Групп поднял телефонную трубку. Сейчас все привыкли пользоваться мобильными аппаратами, но традиционный вариант был комфортнее. И безопаснее — в здании была проложена внутренняя телефонная сеть, прослушать которую извне было невозможно. Простой, надёжный и дешевый метод защиты внутренних переговоров.

Набрав номер главы профильного департамента, мужчина подождал. Услышав слова приветствия, снова покосился на экран, где всё ещё был открыт сайт конференции.

— Ты что-нибудь слышал о «Золотом Дельфине»?

Мужчина на другом конце провода тихо хмыкнул.

— Это те, что из Таиланда?

Председатель чуть прищурился, а в голосе послышались оттенки раздражения.

— Так ты о них знал? И был в курсе, что они продают нужные нам чипы? Почему молчал?

Спустя секунды тишины в трубке послышался обеспокоенный голос собеседника.

— Только сегодня о них впервые услышал, сонбэним! Приказал проверить информацию — нашлось не так много, но на паре ресурсов пишут, что у них есть какие-то связи на Тайване. Сами тайцы ничего не производят, но активно перепродают и зарабатывают.

Глава Кханг Групп поморщился.

— Перепродают… Насколько этим ресурсам можно доверять?

Собеседник на миг замялся.

— Ну… Это площадки в даркнете, сонбэ. Опубликовать данные может каждый.

Секунду помолчав, добавил.

— Но в двух случаях из трех, размещенные там сливы оказывались близки к реальности. Мои люди их регулярно используют.

Старик, что руководил чеболем, забарабанил пальцами по столу. Подумал. И уточнил.

— Насколько достоверной кажется информация в этот раз?

Подчиненный вздохнул.

— Сложно сказать. Оба поста размещены одним и тем же человеком, которого по его словам уволили из-за конфликта с руководством компании. Текст полностью совпадает.

На лице председателя появилась скептическая усмешка.

— Вчера его уволили и он разместил сообщения, а сегодня мы узнаем о потенциальном поставщике. Занятное совпадение.

Глава департамента на момент задумался. Потом медленно заговорил.

— Выглядит это всё подозрительно. И в Таиланде про них никто не слышал. С другой стороны, у них на сайте в качестве партнеров указаны компании из Штатов и Европы. Крупные корпорации. Вернее не они сами. Поставщики, которые с ними работают. Насколько это правдиво — сказать сложно. Даже если правда покупают и перепродают, нам об этом никто не расскажет.

Руководитель Кханг Групп подобрался в кресле, подавшись вперёд.

— И что, ни одной дружественной нам фирмы?

Его сотрудник с печалью в голосе признал.

— Ни одной, сонбэним. Их там всего пять и мы с ни с кем ни разу не пересекались.

Председатель ненадолго задумался. С одной стороны — как-то слишком удачно все складывалось. Подозрительно. Но с другой — они в ситуации цейтнота. Если ничего не сделать, то последствия обойдутся настолько дорого, что об этом даже думать сейчас не хотелось.

А если ушлые тайцы правда получают продукт из Тайваня по низким расценкам, с нарушением, как минимум бизнес-этики, а как максимум — законодательства обеих стран, то наличие о них небольшого объёма информации в сети, вполне объяснимо. Было бы неплохо всё это проверить и получить подтверждение, но времени на это критически не хватало.

— Выйди с ними на контакт и запроси объём, который они способны поставить в Корею. Раз рекламируются у нас, значит какой-то точно должен быть. Если подтвердят, что могут — лети в Бангкок. Возьми с собой лучших людей. Убедись, что они надёжны.

Мужчина на противоположном конце линии связи, растерянно выдохнул.

— Но… Как я это сделаю, сонбэним? Там же другая страна. Не лучше будет нанять кого-то из…

Председатель грохнул кулаком по столешнице, прерывая собеседника и повышая голос.

— Ты на своём месте засиделся? Отупел? Естественно, ты наймёшь тайских детективов. И юристов. Из тех, что смогут найти связи в полиции. Корейцы, рыщущие по Бангкоку привлекут слишком много внимания и ничего не сделают. Мы для них почти такие же фаранги, как европейцы. Только разрезом глаз чуть похожи.

Чуть успокоившись, продолжил.

— Найди пару агентств из тех, у которых сложилась хорошая репутация. Плюс две адвокатские конторы. Пусть достанут всё, что есть на эту фирму. Вытащат данные из полиции и бюрократов. А ты оценишь людей, которые придут на переговоры и посмотришь на их офис. Если получится — заглянешь на склады и взглянешь на всё своими глазами. Постоянно будь на связи и докладывай. А сейчас звони им!

В трубке сразу же зазвучал голос собеседника.

— Слушаюсь, сонбэним! Сделаю любой ценой!

Глава Кханг Групп откинулся в кресле. Мрачно посмотрел на телефонный аппарат.

— Как же… Любой ценой… В эпоху Чосона, за провал могли голову отрубить. Вот это, понимаю, цена. А сейчас? В какие времена живём…

Поцокав языком, вновь потянулся к устройству стационарной связи. Настало время позвонить ещё одному человеку. Тому, кто в состоянии помочь с оценкой внезапно объявившегося контрагента.

* * *

Кандидаты на позиции продажников появились спустя пять минут, после того, как я закончил долгие и тяжелые переговоры с Мьянмой.

Это было на самом деле сложно — пришлось на полную погрузиться в состояние фокуса, чтобы просчитывать варианты и эффективно обрабатывать собеседников. Тем более принц ещё долго пытался перевести беседу на обсуждение Чжи Чен. Используя самые разные инструменты — то угрожал убить меня, то предлагал десять миллионов долларов, если я отстану от девушки. В какой-то момент вовсе пригрозил послать авиацию бомбить Сеул.

Очень хотелось ответить ему, что их самолёты такое расстояние не преодолеют, а международная реакция на такой ход последует весьма мощная. Не говоря о том, что Синий Дом тоже будет вынужден отреагировать. А если вспомнить про военный кластер корейской промышленности, президент страны был в состоянии вооружить до зубов любую из группировок противостоящих военной диктатуре и обеспечить им перевес. Сложно будет удержать столицу, когда у тебя только сотня старых танков и дряхлые вертолёты, которым по тридцать лет, а противник располагает новенькой техникой, к которой полно боеприпасов.

Тем не менее пришлось держать себя в руках. Отвечать достаточно агрессивно, чтобы он почувствовал сильного собеседника, но при этом не передавливать, минимизируя шанс того, что принц попросту бросит трубку.

Впрочем, свою задачу первая фраза отработала — в противном случае, он бы точно не стал обсуждать с незнакомцем политику Мьянмы. И уж тем более не поделился со мной номером отца, заранее предупредив его о моём звонке. Скорее всего попросту сбросил бы звонок, услышав первые слова. Максимум — обложил бы в ответ руганью.

Сейчас же он был убеждён, что я отношусь к высшей прослойке корейской элиты, поскольку являюсь женихом главы одного из чеболей. К тому же, важную роль играло инстинктивное желание сохранить какую-то связь с Чжи Чен. Продлить тот промежуток времени, внутри которого они будут на одной орбите. Дополнительные мотивационные рычаги, который на мой взгляд, вполне могли оказаться решающими.

С его отцом всё было несколько проще. Если у сына был личный интерес, который пусть и помог, но тем не менее заставлял лавировать, выстраивая линию разговора так, чтобы не сломать собеседника, то вот военного диктатора Мьянмы интересовало только одно. Сохранение своей власти.

И пусть переговоры вышли крайне интенсивными, что тоже изрядно утомило, но результата добиться получилось. Конечно, оставался ещё человеческий фактор — если главе новой военной хунты что-то ударит в голову и он всё отменит, повлиять на это из Сеула не получится. Но какие-то мозги у него всё-таки были. Равно как и общее понимание принципа своей выгоды. Собственно, обладая минимальным интеллектом до крупного полевого командира ополчения не подняться. Максимум вырастешь до условного лейтенанта. Этот же сколотил собственную группировку, а потом вырезал предыдущее правительство. Уровень кругозора у него был крайне узкий, звериная жестокость просматривались даже в процессе беседы, но инстинкты работали, как надо. Что позволяло надеяться — соглашение он выполнит. Потому как с его точки зрения оно было исключительно выгодным.

Беседу с продажниками я провёл относительно быстро — один отсеялся сразу же, второй занял у меня всего десять минут и был принят. Единственным, на кого потребовалось почти полчаса, стал третий. Но в конце концов я принял решение и по нему — дав команду немедленно выходить на работу.

Буквально вчера у нас появился сайт, с указанными на нём контактами. До того я о дополнительных продажах услуг не думал, но ввиду изменения концепции деятельности компании, решил, что лишним это не станет.

Как итог — на почте уже имелось пять заявок от компаний разного масштаба, а на телефон, который был обозначен в качестве официального номера «Бушующего Кита» звонили уже трижды. Один из стажёров команды маркетинга принял звонки и зафиксировал всю информацию, но для полноценной работы требовались специалисты по продажам.

Изначально я планировал заниматься подобными встречами лично и брать их с собой. Но сейчас решил от этой затеи отказаться. Времени и так критически не хватало, а у обоих кандидатов имелся определённый опыт. Тем более моим арсеналов методик воздействия они всё равно не располагали, а обучать им я пока никого не планировал. К тому же это всё равно долгий и муторный процесс, который при отсутствии нейро-модулей способен растянуться на долгие годы.

Когда последний из соискателей покинул помещение, получив полную инструкцию и отправившись на рабочее место, где их должен был проконтролировать Вон Шик, временно откомандированный для этой задачи, в дверь заглянула Хё Рин.

— Помнишь, я говорила, что нашёлся неплохой бугхалтер? Ты ещё глянул его резюме и сказал, что в принципе он подходит?

Поняв к чему она ведёт, я с усталой улыбкой кивнул. Женщина же продолжила.

— Я ему позвонила и он оказался совсем рядом. Взяла на себя смелость, пригласить в офис. Сможешь сейчас провести собеседование?

С одной стороны, следовало со мной проконсультироваться. Но если глянуть под иным углом зрения, я сам предварительно одобрил его кандидатуру. А ещё упоминал, что нам срочно нужен финансист — вся бумажная работа по одобрению платежей ложилась на мои плечи, что отнимало некоторое время. Не говоря о том, что по мере роста доходов и усложнения их структуры, начнут возникать самые разнообразные вопросы с налогами. Вещь, которая неизменна для правительств любого формата — желание поглубже залезть в карман каждого, кто зарабатывает деньги и загрести себе кусок побольше.

— Приглашай.

Глава команды разведки, которая временно стала ещё кадровиком, скрылась из виду. Я же поморщился от мысли, что специалиста по кадрам нам, по идее тоже следовало бы отыскать. Чем крупнее компания, тем больше требуется узких профессионалов. Хотя бы в единственном числе.

Спустя несколько секунд в кабинет зашёл бодрый старичок, который закрыл за собой перегородку и подойдя к столу, устроился на кресле для посетителей.

Оглядевшись, остановил взгляд на мне.

— Ман Шик Джонг. Тридцать пять лет опыта работы с финансами. Моё резюме вы наверняка уже читали. Какие у вас есть вопросы, господин?

Держался он вполне уверенно. Негатива я пока тоже не заметил. А вот лёгкий интерес в глазах мужчины светился.

— Почему вы поругались со своей внучкой?

Тот растерянно моргнул. Потом печально усмехнулся.

— Это действительно важно?

Я в ответ пожал плечами.

— Она замужем за сыном директора компании, где вы работали. А потом неожиданно уволились, после чего разорвали с ней все контакты.

Насчёт последнего момента, полной уверенности у меня не было, но судя по выражению лица, версия оказалась верной. Что до самого конфликта — о нём узнала Хё Рин, банально проверив социальные сети сотрудников фирмы, где мужчина работал ранее и его родственников. Мало того, что после увольнения, внучка удалила его из друзей, так она еще и оставила в сети пафосно-слезливый пост о том, что «у неё больше нет деда». А сам он спешно продал свой дом и переехал в какую-то конуру на окраине Сеула.

Во всём остальном его резюме вопросов не вызывало. Да и эмоции человека, что сейчас сидел напротив, казались вполне располагающими. Тем не менее, я хотел услышать его видение истории, прежде чем мы начнём копать глубже.

Какое-то время помолчав, собеседник определился. И принялся излагать.

— Понимаете, господин, до ее свадьбы я работал совсем в другой фирме. Должность слишком высокой не была, но на говядину по праздникам и рыбу в будний день, хватало. Да и стопочку соджу с коллегами по вечерам опрокинуть было приятно. А потом решил помочь родной крови. Раз она замуж за сына директора и владельца вышла, значит мои правнуки когда-то эту фирму унаследуют. Отчего не помочь сделать ее богаче и крепче?

Сделав паузу, грустно поджал губы.

— Я на многое там насмотрелся, но обычно глаза на всё закрывал. Финансовые компании всегда чего-то недоговаривают или подправляют. Всякое бывает. Если вести себя честно, проиграешь конкурентам и рухнешь в пропасть. Но…

Сокрушённо вздохнув, посмотрел на меня.

— Тяжело говорить, господин. Был у них один интересный проект. Но свободных средств не хватало. Тогда как прибыль обещала быть очень высокой. И всё казалось надёжным. Я решил помочь и пригласил знакомого по старой работе. У него были накопления — всю жизнь собирал и в акции лет двадцать назад вложился неплохо. Убедил его инвестировать. Пообещал, что всё будет хорошо.

Я медленно кивнул и уточнил.

— Но проект провалился?

Ман Шик Джонг грустно покачал головой.

— Нет. Он оказался успешным, как и предполагалось. Одна проблема — я убедился, что с документами о его инвестициях в компанию всё чисто. Но не проверил деньги, которые они вложили в тот самый проект.

С печальной улыбкой добавил.

— Ни одного упоминания имени моего знакомого там не было. Официально фирма вложила свои собственные средства. А его финансы, согласно бумагам ушли в другой стартап, который разорился спустя месяц. Надо ли говорить, что во втором случае, никто этих денег не видел, господин?

Откинувшись в кресле, я вопросительно приподнял брови.

— Ты пригласил человека, уговорил его рискнуть всем накопленным и не убедился в надёжности документов?

Старик мрачно улыбнулся.

— Семья, господин. Я думал, что нет ничего важнее семьи. Что внучка с зятем никогда даже не подумают о том, чтобы солгать мне или воспользоваться моим доверием. Но жизнь меняется, люди становятся иными. Весь мир становится иным, господин.

В целом, мотивация была объяснима. И что-то подсказывало — ранее он попросту не увязывал в одну связку родственники и крупные деньги. Иначе доверять настолько безоглядно точно бы не стал.

Я стал задавать вопросы дальше. Выяснив, что причина продажи дома была связана с потерей денег — он пытался хотя бы частично компенсировать знакомому сгоревшую сумму. Ну а уволился он после того, как свекр его внучки, прямым текстом сказал, что клиент сам виноват. Мол, стоило подумать, как обезопасить себя юридически, а не верить на слово. Старику же предложил процент от «заработанного».

Анализируя его в процессе разговора, я ничего подозрительного не заметил. И в конце концов попросил подойти завтра. Приступив к своим обязанности на позиции бухгалтера, с испытательным сроком в две недели. Если за это время проявит себя с лучшей стороны — мы его утвердим.

Проводив старика взглядом, я подумал о том, что секретарь мне всё же понадобится. А ещё лучше — заместитель по административным вопросом с соответствущими полномочиями. Оставался только один вопрос — где такого найти? Чтобы был эффективен и не вызывал вопросов по поводу лояльности?

Хмыкнув, я проверил сообщения на телефоне и перешёл в мессенджер. После чего открыл аккаунт Мён Квака, принявшись набивать сообщение.

Глава VIII

С Мён Кваком мы встретились в лапшичной, куда он якобы заехал, чтобы перекусить после встречи с клиентом. Выглядел мой бывший начальник напряжённо. Постоянно оглядывался по сторонам, нервничал, потел и был похож на стажёра национальной разведки, которого в первый же день службы отправили на важное задание.

Когда я расположился напротив него, он вовсе сделал вид, что мы с ним не знакомы. Намекнуть на нелепость подобной маскировки сразу не вышло — помешала подошедшая официантка. Заказав у девушки порцию кофе, я подождал, пока она удалится к стойке, и с легкой иронией посмотрел на Мён Квака.

— Ты так волнуешься, как будто приехал в Пекин, чтобы лично украсть сокровища императора.

Мён Квак в ответ глянул на меня без тени улыбки.

— Это не тебя, если что, в реку Хан с куском бетона на ногах сбросят.

Я пожал плечами.

— Ты всерьёз так опасаешься Джи Хё?

Тот слегка нервно рассмеялся.

— А ты бы на моём месте не опасался? Она вышла под залог, нашла деньги, возвращается в Сеул и собирается воевать. Этого мало?

Окинув его взглядом, я оценил мимику. Присмотрелся. И понял, что это не поверхностный стресс. Мужчина на самом деле боялся. Настолько, что с трудом себя контролировал. Даже сейчас, во время нашего разговора, он продолжал озираться по сторонам, подозрительно смотря на каждого нового посетителя.

— Зависит от точки зрения. Один раз она уже пробовала подняться на вершину. И тогда в её руках были куда более серьёзные ресурсы. Абсолютно несравнимые с теми, которые ей кто-то мог одолжить.

Собеседник тяжело вздохнул и покачал головой.

— Ты не понимаешь, Мин Джин Хо. Она не просто вернётся. Джи Хё собирается въехать в Сеул верхом и встать во главе армии. Её возвращение должно стать триумфальным. Старая ведьма планирует стать новой императрицей, которую сразу же поднимут на руки и понесут к самым ступеням Синего дома.

Самое интересное, что говорил он всерьёз. И ладно бы просто верил в то, что Джи Хё отыскала настолько мощного покровителя, что сможет без проблем вернуться на вершину. Но имелся один небольшой нюанс. Оговорка про Синий дом, которая, скорее всего, таковой не была.

— Она связана с одним из кандидатов в президенты? Решила прибегнуть к помощи будущего вана Чосона?

Мён Квак нервно улыбнулся, смерив подозрительным взглядом проходящую мимо официантку. Посмотрел на женщину, что пила кофе за соседним столиком, и снова взглянул на меня.

— Если бы у меня было столько деталей, Мин Джин Хо, я бы тут с тобой не сидел.

Я с удивлением приподнял брови и слегка иронично уточнил.

— А с кем бы разговаривал? Сидел в Синем доме, беседуя с президентом?

Сотрудник Чен Маркетинг недовольно поморщился и посмотрел на меня с долей укоризны во взгляде. Правда, ответить ничего не успел — подошла официантка, которая принесла наш заказ: кофе, чай, две порции десерта и маленькую бутылку минеральной воды для Мён Квака.

Когда девушка удалилась, мужчина сделал глоток чая и задумчиво посмотрел на меня.

— Безусловно, я верю в твою победу, Мин Джин Хо. Но давай будем честны — Джи Хё — это не деревенская старуха. Скорее, вдовствующая королева с агентами, информаторами и наёмными убийцами. Способная оплести паутиной любую часть дворца и завлечь туда любого.

Пару секунд помедлив, снова сделал глоток чая. Ещё мгновение поколебавшись, наконец озвучил вопрос, который для меня и так был очевиден.

— Что я получу за свою помощь? Ты-то выйдешь сухим из воды. Или, скорее ты сам затащишь врага под воду и утопишь на самом дне океана. Именно так, вроде бы, поступают бушующие киты. Но у меня так не получится.

Я сделал глоток кофе, изучая его мимику. Потом попробовал десерт. Не спеша прожевал. К моменту, когда я расправился с лакомством, на лице Мён Квака отражались вполне искренние опасения. Судя по всему, он ожидал, что я немедленно уцеплюсь за возможность что-то выяснить и не стану медлить.

Снова выпив кофе, я поставил чашку на стол и улыбнулся.

— Если ты намекаешь на оплату твоих рисков, то подход разумный. Я бы сказал, рациональный. Тем не менее, раз мы отталкиваемся от рациональности, стоит понимать, что твой уровень риска не так уж высок.

В глазах мужчины блеснуло искреннее возмущение. Он подался вперёд, едва не опрокинув чашку с чаем и навалился на столешницу всей массой своего тела.

— Это у меня невысокий уровень риска? А у кого он выше? Если Джи Хё узнает, что я её предал, в реку Хан меня, может, и правда не сбросит. Но и жить я после такого буду не слишком долго. И уж точно совсем не счастливо.

Похоже, впечатление, которое произвело на него время правления Джи Хё, оставило глубокий отпечаток на личности бедолаги. Настолько, что он боялся её до сих пор. Если начистоту, на секунду мне стало даже интересно, что такого могла сделать эта женщина, что Мён Квак, в обычной ситуации всегда демонстрирующий определённый уровень невозмутимости и самоуверенности, сейчас казался перепуганным шпионом, которого поймали посреди императорского дворца.

— Во-первых, она никогда не узнает, кто именно нам помог. Для этого нужно, чтобы проболтался ты сам или проговорилась Чжи Чен.

Усмехнувшись, я продолжил.

— Как ты сам понимаешь, вероятность подобного, мягко говоря, не велика. Во-вторых, не думаю, что Джи Хё продержится долго. С высокой долей вероятности, через месяц Сеул напрочь забудет и саму императрицу, и её планы, и тех несчастных, что решили поддержать вернувшуюся паучиху.

Мён Квак угрюмо вздохнул. Надо сказать, несмотря на все методики воздействия, которые я использовал, особой уверенности в его глазах не наблюдалось. Там по-прежнему преобладало беспокойство, хотя его уровень несколько снизился.

— Даже если предположить, что я поверю, это не отменяет того факта, что меня могут обнаружить. И ты прекрасно знаешь нрав Джи Хё. Когда она поймёт, что один из её людей переметнулся на сторону врага, то…

Откинувшись на спинку стула, я внимательно на него посмотрел. Скорректировал свою позу. Изменил тембр голоса. И озвучил ответ.

— Она не узнает. К тому же, у неё будет такое количество дел, что времени на детальную проверку всех сторонников попросту не останется. Тем более, мы не дадим ей ни единого повода тебя подозревать.

Секунд тридцать он сидел на месте. Пил чай, поедал десерт и косился на посетителей. В конце концов, определился — поставил чашку с чаем на стол и решительно глянул на меня.

— Двести пятьдесят тысяч долларов. За такую сумму я готов рискнуть своей жизнью, Мин Джин Хо. Предложишь меньше — просто развернусь и уйду.

Я усмехнулся. Четверть миллиона долларов. Стоило признать — свою жизнь Мён Квак оценивал крайне высоко.

— Ты же понимаешь, что за эти деньги можно купить любого. И не одного. Как минимум, десятка полтора человек, с которыми Джи Хё связывалась в Сеуле.

Мён Квак нахмурился и нервно побарабанил пальцами по столешнице. Бросил быстрый взгляд в сторону выхода. Я же спокойно смотрел на него, не выказывая ни тени волнения.

— Сто тысяч долларов, гарантии трудоустройства на ближайшие десять лет и неплохие карьерные перспективы, если окажешься достаточно эффективен. Это моё последнее и самое щедрое из всех возможных предложений. Делаю я его только по той причине, что когда-то мы работали вместе.

Лицо собеседника стало ещё более угрюмым, и он нахмурился.

— Я был твоим сонбэ, не забывай про это. Именно я отправил тебя в Чен Энтертеймент. Без этого ты бы сейчас здесь не сидел.

Я молча пожал плечами, смотря на него. Сделал ещё один маленький глоток кофе. Подождал. Поняв, что процесс раздумий у Мён Квака затянулся, достал телефон. Впрочем, как только я разблокировал аппарат, мужчина сразу оживился.

— Хорошо. Я согласен.

Положив руки на стол, он переплёл пальцы и пристально посмотрел на меня.

— Заметь, я верю тебе на слово и не требую никаких письменных гарантий.

Сделав короткую паузу, он выдохнул и заговорил вновь:

— Джи Хё собирается вернуться с триумфом, как я уже говорил. Основать свою компанию. Создать нового чеболя. И действительно работает с одним из кандидатов в президенты. С каким именно — не знаю. Но один из них использует старуху в своих целях.

Заметив лёгкое удивление на моём лице, он победно усмехнулся.

— Что я говорил? Эта информация стоит своих денег. Каждого доллара из четверти миллиона, которые я хотел получить.

Вновь замолчав, устремил на меня выжидающий взгляд, как будто предполагая, что я прямо сейчас вернусь к старой сумме сделки.

— Мне нужны детали. Фамилии, названия медиа, выплаченные суммы и её планы.

Мён Квак отвёл взгляд в сторону, проводив им какую-то женщину, выходившую из лапшичной, и снова посмотрел на меня.

— Детали… Старая ведьма собирается сколотить медиахолдинг. Собрать под своим крылом десятки самых разных СМИ. Превратить их в личную преданную армию, которая сможет разорвать в клочья любого.

— О каких именно СМИ идёт речь? — уточнил я, приподняв брови.

Тот печально усмехнулся.

— Не о планктоне, что рождается и умирает каждый день. В ее сетях будет полно крупной рыбы. Теперь понимаешь? Речь о больших деньгах. Настолько серьёзных суммах, что свои собственные риски я отнюдь не преувеличивал. Скорее, наоборот.

— Может быть. Тем не менее, пока она ещё не в Сеуле, и о потенциальных новых чеболях никто ничего не слышал.

Чуть наклонив голову, я посмотрел ему в глаза и озвучил очевидный момент:

— Мне нужны не только общие слова, Мён Квак. У тебя же есть какие-то факты?

Тот нервно кивнул. Вытащил из кармана телефон и разблокировав его, посмотрел на меня.

— Нужна почта, на которую ты сможешь принять данные.

Ход был относительно ловким. Физический носитель — это угроза, даже если тот защищён. А вот отыскать какой-то файл на облачном сервисе, при условии, что ты не имеешь никакого представления, какими конкретно ресурсами пользуется цель и где у неё может оказаться аккаунт, практически невозможно. По крайней мере, если не сохранять доступ к облаку в связке ключей или памяти браузера.

Через десять секунд на моем «третьем ящике» появилось новое письмо. Не сказать, что информация была полностью исчерпывающей, но, как минимум, теперь у меня в руках были названия двенадцати медиа, которые собиралась включить в свою новую компанию Джи Хё. Часть из них была известна Мён Кваку по той простой причине, что представитель Джи Хё интересовался, нет ли у меня там контактов. То ли хотел подстраховаться, получив дополнительный рычаг влияния на ситуацию, то ли просто искал, как подступиться к тому или иному объекту. Впрочем, у меня имелся ещё один, более солидный источник информации. Данные от «Ким и Шон», которые платили солидному числу журналистов из самых разных СМИ. И, если на момент получения этой информации я не совсем представлял, ради чего они это делают и какая у них конечная цель, теперь всё встало на свои места. Противник не искал минутной краткосрочной выгоды. Джи Хё нужны были гарантии, что определённые люди поддержат её в нужный момент времени. Либо используют свою позицию внутри издания для того, чтобы надавить на руководство и собственников, либо расколят коллектив и уведут к ней часть журналистов, объявив о создании новых СМИ.

Идея была дерзкой и рискованной. Тем не менее, в случае успеха Джи Хё получала мощный инструмент влияния не только на Сеул, но и на всю Корею в целом. А её покровитель обеспечивал себе поддержку на выборах, получив в её лице абсолютно подконтрольную фигуру. Как ни крути, женщина всё ещё находилась под следствием.

Мён Квак покинул лапшичную спустя десять минут. Несмотря на то, что мужчина сильно желал обсудить подробности получения обещанных денег, убраться отсюда и почувствовать себя в безопасности он хотел ещё больше. Второй фактор оказался настолько сильнее первого, что дольше десяти минут у него высидеть на месте не вышло.

Проводив изрядно нервничающего рекламщика взглядом, я снова взял в руки телефон. На мгновение задумался, кому первому позвонить и дать знать о новостях, но сделать окончательный выбор не успел — аппарат сам завибрировал в моих руках, на экране высветился номер Ми Ён.

Подняв трубку, я услышал голос девушки, которая в этот раз обошлась без всякого приветствия:

— Я сейчас в городе. На машине. Куда к тебе можно подъехать?

Хмыкнув, я задал вопрос, который пришёл в голову:

— Что-то произошло?

Ми Ён на мгновение замялась.

— Дядя… Я… Лучше встретиться, я всё лично объясню. Так будет проще.

Судя по голосу, проблемы у неё действительно были. Как минимум, морального характера. Достаточно серьёзные, чтобы наплевав на всё, позвонить мне и поставить меня перед фактом встречи.

— Где именно ты сейчас находишься?

Оказалось, девушка была не так уж и далеко. Всего в четырёх кварталах отсюда. Так что, в итоге, мы пересеклись ровно на середине пути в небольшой и судя по украшениям около входа, совсем недавно открывшейся кофейне.

Когда мы заняли один из столиков и Ми Ён заказала кофе, я понял, что ситуация несколько серьёзнее, чем казалось. Руки девушки заметно дрожали. А вела она себя так, как будто стоит на краю пропасти. Либо уже находится в режиме свободного полёта, приближаясь к её дну.

Подождав, пока официантка удалится на достаточное расстояние, я озвучил логичный вопрос:

— Что случилось?

Девушка замялась, опустив глаза вниз. Несколько секунд просидела, сверля взглядом в столешницу. Потом резко подняла лицо, посмотрев на меня.

— Я попробовала поговорить с мамой.

Сжав губы, на мгновение отвернулась в сторону. Шумно вздохнула. Провела рукой по внезапно блестящим глазам и снова посмотрела на меня.

— Честно, лучше бы я этого не делала. И ничего бы не знала.

Когда пауза перевалила за десяток секунд, я развёл руками, вопросительно смотря на девушку.

— Чего именно не знала?

Судя по её поведению и эмоциям, что кипели во взгляде, вопрос был не в бизнесе. Да и с деньгами в целом, никак не связан. Скорее, что-то личное. Настолько глубокое, что эта новость буквально сжигала её изнутри.

— Дядя…

Она снова осеклась, как будто на полном ходу врезавшись в невидимую стену.

— Он… Он и моя мама… Я даже вслух сказать не могу! Как так вообще можно⁈

Неожиданно. Не сказать, что совсем внезапно, тем не менее, развитие ситуации по этому сценарию я практически не ожидал. Скорее, предполагал, что её дядя окажется давним конкурентом отца Ми Ён во внутрисемейной борьбе. Эта версия казалась логичной и как-то объясняла эмоции матери. Она могла радоваться прибытию потенциального союзника и одновременно опасаться, что тот станет рассматривать их с дочерью не как автономных игроков, а как часть семьи своего давнего соперника. Со всеми вытекающими последствиями. Но реальность оказалась куда более запутанной.

Девушка наконец взяла себя в руки и, смотря на меня, медленно проговорила:

— Дядя и моя мать встречались. Когда она уже была замужем. И не просто по ресторанам вместе ходили, если понимаешь о чём я…

Пару секунд помолчав, она отчётливо скрипнула зубами.

— Отец так и не сделал тест ДНК. Боялся узнать. Боялся выяснить, что я не его дочь.

Глава IX

Несколько секунд я молчал, осмысливая информацию. Потом сделал глоток кофе и взглянул на лицо Ми Ён, которое переполняли эмоции.

— А твоя мать? Она в курсе, чья ты дочь?

Девушка растерянно и одновременно смущённо улыбнулась, явно не совсем представляя, как реагировать на этот вопрос.

— Она… Она сама не знает.

Судя по выражению лица, собеседница хотела продолжить, но толком не представляла, что именно говорить. Могу поспорить, в её голове рождались десятки вариантов, и ни один не казался подходящим. Собственно, сложно представить человека, который знал бы, что сказать в такой ситуации.

— Раз так, значит, надо удостовериться. Дома генетический материал твоего… Мужа твоей матери остаться был должен.

Она тихо хмыкнула, выпуская через сжатые зубы воздух, и посмотрела на меня.

— Я сама не уверена, что хочу знать. Тем более…

На миг замолчав, отвела взгляд в сторону, потом снова взглянула на меня.

— Мать почти ничего не рассказала о дяде. Не хочет углубляться в эту тему. Но я задала вопросы паре слуг, которые работают в нашем доме ещё с тех времён. Вот они рассказали о нём многое. И не все их слова можно отнести к приятным. Скорее наоборот.

Чуть помолчала, хмурясь и разглядывая свой кофе. Потом продолжила.

— Скажем так, человеком он был весьма специфическим. И таким остаётся. Что-то мне подсказывает, в Корею он возвращается не просто так.

Я медленно кивнул. Звучало логично. У человека, который переспал с женой своего двоюродного брата действительно должен быть специфический склад ума, особенно если это не семья рабочего класса, а клан, владеющий одной из крупнейших корпораций Южной Кореи. В данном случае, разногласия между родственниками — не просто личная неприязнь и прерванные на десятилетия отношения. Скорее пахло гражданской войной. Если раньше, ее останавливала фигура старого председателя, теперь этот сдерживающий фактор из уравнения был исключён.

А отца Ми Ён, который попытался стать новым центром принятия решений, мы собственноручно выкинули за пределы страны. Внутри корпорации образовался вакуум, который вполне мог заполнить её двоюродный дядя.

Информацию о нём, я детально не изучал но кое-что выяснить успел. Например, о наличии связей среди руководства корпорации и о некоторых сотрудниках, которые работали под его началом в те времена, когда он был одним из старших менеджеров. Некоторые из них с тех пор изрядно выросли в должностях и могли оказать поддержку старому сонбэ, рассчитывая на ответную услугу.

— В любом случае, нужно выяснить, кто на самом деле является твоим биологическим отцом. Как минимум для того, чтобы ты знала, как жить дальше.

Что это может оказаться критически важно для расстановки сил внутри корпорации, я говорить не стал. Впрочем, это было настолько очевидно, что объяснять подобные вещи вслух, на мой взгляд, не требовалось. Она и так всё прекрасно осознавала.

— Ты же понимаешь, что он возвращается не для того, чтобы восстановить отношения с моей матерью? Уж тем более не для того, чтобы познакомиться с дочерью, жизнью которой никогда не интересовался?

Девушка чуть подалась вперёд, впившись в меня взглядом.

— Дядя собирается захватить власть. До этого шансов у него не было. Сейчас они появились. Он может стать новым горным драконом. Одним из тех, что определяют судьбу всей Кореи. Без всякого ограничения по срокам нахождения на посту.

Логика в её словах была. Если совместить все факторы, включая наличие старых связей и то, что сейчас её дядя являлся вторым из взрослых и дееспособных членов семьи, который находился на территории Кореи, у него были шансы победить на выборах председателя. С другой стороны, длительное отсутствие в Сеуле должно было сыграть против него: за это время внутри корпорации успели сформироваться мощные кланы, которые вряд ли обрадуются тому, что место главы компании займёт абсолютно чужой для них человек.

Впрочем, сейчас меня больше занимал другой вопрос: что с этим всем делать? На первый взгляд ситуация внутри Хёнде Групп никак не пересекалась с моими делами. Но в этом была замешана Ми Ён, и, как ни крути, это касалось её личной жизни.

— Чего ты сама хочешь? — уточнил я, посмотрев на девушку.

Закусив губу, она посмотрела в сторону. Пару секунд подумала.

— Разобраться. Понять, насколько верны слова прислуги о моём дяде. И если они вдруг подтвердятся, не дать ему управлять нашей жизнью.

Звучало логично. Чтобы ввязаться в битву за власть внутри Хёнде Групп, ей банально не хватало ресурсов и поддержки среди менеджмента среднего звена, которая была критически важна. Хёнде — это не та компания, где можно поменять всех лояльных сотрудников и разом сломить сопротивление, как в Чен Групп. Главы подразделений — по сути вассальные князья, которые могут верно служить своему вану, а могут и работать против него.

— Когда он прилетает? — уточнил я, заглянув девушке в глаза.

— Не уверена. Скорее всего, сегодня вечером.

В её глазах мелькнула тень страха. Было понятно, что она переживала не только за будущее матери, но и за свою судьбу. Да и встречаться с человеком, который когда-то разрушил всю её семью, девушке было страшно.

Откинувшись на спинку стула, я ненадолго задумался. Ввязываться в подобный конфликт с учётом всего происходящего было опасно. Особенно если предположить, что противник в ближайшем будущем может стать председателем Хёнде Групп. В этом случае он сможет раздавить нас без особых усилий.

Но был и другой момент. Если слова о его специфическом характере верны, то он в любом случае попытается нас уничтожить. Хотя бы потому, что мы уже справились с его братом и представляем потенциальную угрозу.

Ми Ён, которая до этого молча разглядывала свою чашку с кофе, подняла глаза и снова заговорила:

— Могу я попросить тебя встретиться с ним? Ты ведь неплохо понимаешь людей.

Заметив мелькнувшее на моём лице лёгкое удивление, поспешила продолжить:

— В том смысле, что обычно ты знаешь, кто из собеседников настроен против тебя, а кто не представляет никакой угрозы. Было бы неплохо, если ты оценишь, насколько он опасен. И опасен ли вообще?

Я медленно кивнул и озвучил логичный вопрос:

— А если всё окажется правдой и он будет представлять угрозу?

Девушка шумно втянула воздух и сжала пальцы так, что они побелели.

— Тогда его будет необходимо остановить. Я надеюсь, ты сможешь в этом помочь.

Её глаза светились надеждой, пробивавшейся сквозь печаль, боль и растерянность. Вот только на этот раз противник был совсем иного уровня. И скорее всего, уже был в курсе, что изгнание его двоюродного брата было организовано с моей помощью. Что значило — в какой-то мере представлял себе мои возможности.

С подобным врагом я ещё не сталкивался. Теоретически к фигурам такого уровня можно было отнести отца Ми Ён или главного прокурора Сеула. Но были серьёзные отличия. Главный прокурор не подозревал, на что я способен, а отец Ми Ён подставился настолько глупо, что я до сих пор удивляюсь, как его не уничтожили раньше.

— Дай мне знать, когда он прилетит в Корею. Попробуй вытащить его на беседу в ресторан или иное место, подходящее для разговора. Я появлюсь там и постараюсь сделать выводы.

Ми Ён поморщилась и нахмурилась.

— А это не слишком откровенно? Он же всё поймёт.

Я пожал плечами.

— Он в любом случае всё поймёт. Вопрос скорее в его реакции и в том, какие выводы я смогу сделать по итогам встречи.

Откинувшись на спинку стула, она подумала пару секунд, а потом согласно кивнула.

— Хорошо. Сделаем так.

Не слишком уверенно глянула на меня.

— А если он окажется того же сорта, что и мой отец? Ты поможешь?

Хотелось ответить, что это будет зависеть от многих факторов, включая анализ его связей и ресурсов, которыми тот располагает. Но в текущей ситуации она могла воспринять подобный вариант единственно возможным образм — как отказ. Поэтому я ответил иначе:

— Если выяснится, что твой дядя представляет опасность, мы найдём способ его остановить. А пока мне нужна вся информация, которая у тебя есть по иным кандидатам на пост председателя Хёнде Групп. Их имена, ключевые моменты биографии, связи в правительстве, союзники в медиа и всё остальное, что сможешь вспомнить. Ты ведь наверняка со многими из них знакома.

Лицо девушки озарила улыбка, и она радостно подалась вперёд.

— Конечно. Я всё сделаю.

Судя по уверенности, которая светилась в её глазах, в победе над дядей девушка совершенно не сомневалась. С одной стороны, это радовало — подобная уверенность могла оказаться полезной. Но с другой, мне предстояло объяснить ей, что далеко не из каждой битвы можно выйти победителем. Оставалось придумать для этого подходящий формат, такой, который не подорвал бы её веру в мои способности. А потом скорректировать его для Чжи Чен и Ун Хонг.

Ми Ён покинула кофейню спустя двадцать минут, в конце концов согласившись сделать тест ДНК и прояснить ситуацию с её биологическим отцом. Это был крайне важный фактор. По крайней мере с точки зрения обоих мужчин. Если же посмотреть под иным углом — чьей бы дочерью она ни оказалась, как минимум одного потенциального союзника мы получим. Как минимум, рычаг давления для того, чтобы сделать его таковым. Оставалось надеяться, что мать Ми Ён ограничилась контактами всего с двумя мужчинами. В противном случае, нас ждали два разъярённых дракона, жаждущих крови как матери, так и её дочери.

Когда Ми Ён скрылась в дверях, на прощания обняв меня, телефон звякнул, сигнализируя о сообщении — Мин Со Пэк прислала очередной отчёт по нашим кампаниям в медиа. Просмотрел я его уже в машине, убедившись, что всё идёт по плану. В случае с благотворительным фондом Хонг Гейминг, ситуация вовсе развивалась даже более успешно, чем я предполагал.

Потом пришло сообщение от Хё Рин — она прислала краткую выжимку по делу Народного патруля, добавив к ней информацию о расследовании в отношении задержанного в Пусане прокурора. Последний был арестован, и новости о нём всё ещё заполняли страницы СМИ, хотя их стало гораздо меньше на фоне первого дня. Однако никаких публичных заявлений от имени Национальной разведки пока сделано не было. Конечно, это можно было объяснить самыми разными причинами. Самой банальной из которых, было нежелание раскрывать детали следствия.

Но мог быть и другой вариант, более опасный для нас — закулисные переговоры между руководством разведки и прокуратуры, в которых последние пытались убедить первых не освещать дело в прессе. Естественно, ради небольшой фигуры вроде прокурора они бы так стараться не стали… Но в данном случае речь могла идти о репутации всей прокуратуры в целом. После ареста главного прокурора Сеула, который был обвинён в связях с триадами, по их имиджу был нанесён сокрушительный удар. А теперь, ещё один сотрудник был задержан при получении взятки, всё от тех же триад.

Прокуратура и так не была популярным государственным институтом в Корее. В свете же последних новостей она вовсе представлялась рассадником преступности и коррупции. На месте министра юстиции и генерального прокурора я бы всерьёз озаботился этим вопросом.

Когда я был уже на половине пути к офису, телефон снова подал сигнал. На этот раз сигнализируя о входящем звонке в мессенджере.

Приняв вызов, я услышал напряжённый женский голос:

— Мы только что раскопали кое-что… вернее, Геон Шин раскопал, а я проанализировала. Когда ты будешь на месте?

Бросив взгляд в окно, я пожал плечами.

— Минут через десять-пятнадцать, в зависимости от светофоров. Что именно вы нашли?

Хё Рин на мгновение замялась. Потом неуверенно ответила:

— Думаю, тебе лучше самому взглянуть. Кажется, вырисовывается связь между Народным патрулем и компанией, которую в какой-то мере можно отнести к государственным.

Я удивлённо поднял бровь. Контекст намекал, что речь либо о государственном предприятии, либо о фонде связанном с правительственными структурами, либо об оборонном секторе, работающем в тесной связке с правительством и Синим Домом.

— Как только доеду до офиса, зайду к тебе. Постарайся подготовить краткий отчёт.

Женщина подтвердила получение команды и прервала звонок. Я же погрузился в мысли. Внезапный поворот событий. Как минимум, я не совсем понимал, зачем кому-то связанному с властями, могла понадобиться организация вроде Народного патруля. Пара версий у меня появилась, но они были настолько безумны, что их вероятность я бы оценил буквально в пару процентов.

От размышлений меня отвлекло очередное сообщение. Хё Рин сбросила ссылку на прямую трансляцию. Увидев подгрузившееся описание, связанное с Джи Сок Ра, я кликнул по ссылке и передо мной развернулась картинка видео. Бывший главный прокурор Сеула был без наручников, а одежда на нём совсем не напоминала тюремную робу. Вполне приличный костюм и выглаженная рубашка с галстуком. Выступление больше подходило речи политического деятеля, чем человеку, находящего под следствием по обвинению в связях с триадами.

Какое-то время я слушал, вникая в суть происходящего. Затем переключился на мессенджер, собираясь отправить сообщение Геон Шину, но не успел — на экране снова высветилось окно вызова. Теперь со мной желал побеседовать Га Рам Хур.

Глава X

Га Рам Хур перешёл к делу сразу после приветствия:

— Ты же помнишь о своём долге, Мин Джин Хо? Том самом, что ты мне пока ещё не вернул?

Я утвердительно угукнул.

— Надеюсь, твоя просьба будет соразмерна оказанной услуге.

Он скрипуче рассмеялся:

— Естественно, мой дорогой друг. Именно так всё и работает. Иначе уже я окажусь должен тебе. А этого очень хотелось бы избежать.

Я тихо хмыкнул в ответ:

— Видимо нам потребуется встретиться?

Он снова коротко рассмеялся:

— Не сегодня. И не только со мной. Ты не поверишь, но я хочу исполнить твою собственную просьбу. Помнишь ведь, как просил меня устроить встречу с человеком, который предложил неплохую работу?

Это было неожиданно. Буквально недавно Га Рам Хур говорил, что встреча с его таинственным кандидатом в президенты практически невозможна. А теперь сам предложил мне личный контакт, что наводило на мысли об определённых изменениях в стратегии кандидата.

В любом случае, отказываться было бы глупо. Во-первых, я сам просил встречи. А во-вторых, встретившись с ним лицом к лицу, смогу оценить этого человека. Плюс достоверно выяснить его личность, пусть определённые догадки на этот счёт у меня уже имелись.

— Когда, где и в какое время? — спросил я.

Га Рам Хур вздохнул:

— Думаю, в эту субботу. Вечером. Точное время пока назвать не могу, но думаю, ради такой беседы ты сможешь освободить один вечер в своём расписании.

После того, как ответил коротким «Смогу», он продолжил:

— Послушай старого мудрого человека, Мин Джин. Такой шанс выпадает раз в жизни. Ты уже неплохо поднялся по горному склону, и тебе кажется, что дальше всё тоже будет легко и просто. Но ты должен прекрасно понимать — любая масштабная лавина снесёт тебя к самому основанию горы. Завалит камнями, погребёт под ними и не даст подняться. Если присоединишься к этому человеку, сразу окажешься среди драконов. Поднимешься в небо и станешь неуязвим для любых земных катаклизмов.

Со старым политиком я попрощался спустя пять минут, когда машина уже подъезжала к офису. Впрочем, единственное, что он за это время пытался сделать, — настроить меня на правильное восприятие будущей беседы. Правильное, с его точки зрения, само собой.

На самом деле, упорство и настойчивость, с которыми неизвестный кандидат в президенты пытался заполучить меня в свою избирательную кампанию, настораживали. Нанять маркетолога, который неплохо себя проявил в бизнесе, — логично. Рассчитывать, что он обеспечит результат и обещать за это неплохую оплату, — рационально. Но приглашать его на позицию главы всей кампании или даже на место руководителя команды, которая станет заниматься концептом этой самой кампании, обещая при этом сделать специалиста министром, — за пределами логического мышления. А предложение сделать меня собственником нового чеболей, вовсе лежало абсолютно в иной плоскости.

Единственные две теории, которые приходили мне в голову, были кардинально противоположны. Первая — потенциальный наниматель не слишком здраво оценивал окружающий мир и принимал решения, отталкиваясь от эмоций и интуиции. Вторая была куда более интересной. Она предполагала, что тот в курсе большинства моих свершений на территории Кореи. Учитывая, что Га Рам Хур вряд ли бы стал связываться с кем-то, принимающим решения, опираясь на эмоции и чутьё вместо фактов, приоритетной однозначно становилась теория под номером два. Только вот я никак не мог понять, каким образом некто мог получить доступ к информации о моих проектах?

Даже если предположить, что среди новых стажёров есть крот, которого я каким-то чудом пропустил, он никак не мог слить данные, к которым не имел доступа. К тому же, если говорить о внутрикорпоративной войне в Чен Групп, я действовал практически в одиночку. А потом работал с теми людьми, которым сейчас доверял на все сто процентов. Конечно, оставался ещё У Рам Ха, но парень сейчас находился в больнице и вряд ли мог кому-то что-то рассказать. Безусловно, какую-то часть информации он уже благополучно выложил, и кто-то из людей Джи Сок Ра мог передать её дальше. Но это не могло создать настолько прекрасного впечатления, чтобы обещать кому-то место в правительстве или гарантировать создание новой корпорации.

Впрочем, прямо сейчас ломать голову было бесполезно. Как минимум по той простой причине, что даже если у меня и были теории по поводу фигуры кандидата в президенты, союзником которого стал Га Рам Хур, для понимания ситуации требовалось куда больше фактуры.

Поднявшись наверх, я первым делом отправился в кабинет Хё Рин. Женщина встретила меня взглядом, в котором плескалась целая гамма эмоций — от радостного удовольствия до лёгкого беспокойства, — и молча откатилась на кресле в сторону, открывая доступ к своему ноутбуку.

Текстовые файлы, которые она подготовила в качестве отчёта, были небольшими, зато информация в них содержалась весьма интересная. Пакет финансовых транзакций между тремя корейскими компаниями. Одна из них была дочерней фирмой крупного оборонного концерна, с контрольным пакетом акций государства, другая — консалтинговым агентством, которое оказывало первой услуги в виде консультаций. А вот третья была куда интереснее — она владела рынком. Пусть не самым большим, но тем не менее достаточно масштабным в рамках Сеула.

Если отталкиваться от перечня платежей, то выходило, что дочерняя фирма оборонного концерна регулярно выплачивала консалтинговому агентству неплохие суммы за услуги в формате бизнес-консультаций. А само агентство снимало офис на территории рынка. По крайней мере, именно такое назначение стояло в платежах. Правда, отталкиваясь от местоположения того самого рынка, я искренне сомневался, что их помещения могут сдаваться по такой стоимости за квадратный метр. Собственно, в нижней части отчёта уже имелась информация о свободных площадях, которые предлагались на территории рынка. Хё Рин успела пробежаться по объявлениям и выяснить, что стандартные расценки аренды там кратно ниже.

Впрочем, самое интересное ждало меня в другом файле. Транзакции от компании-собственника рынка в общественную организацию, которая управляла Народным патрулём Кореи. Что интересно, общий объём платежей практически полностью совпадал с теми суммами, которые консалтинговое агентство отправляло за аренду. Более того, был идентичен объёму денег, которые поступали в это самое агентство от оборонной фирмы.

Дочитав до конца, я посмотрел на Хё Рин. Та довольно улыбнулась:

— Представляешь, что будет, когда мы это опубликуем? Сколько голов покатится вниз?

Я покосился на экран ноутбука, где отображался текст, после чего с некоторым скепсисом хмыкнул:

— Чьи-то головы, безусловно, полетят. Но это будут совсем не те люди, которые нам нужны.

Хё Рин слегка нахмурилась. Тоже посмотрела на экран:

— Мы можем копнуть глубже. Это громадная оборонная корпорация. Десятки производственных площадок, тысячи специалистов, масса контрагентов. Уверена, Геон Шин найдёт подход. А там, где отыщется пара слабых звеньев, рано или поздно получится добраться до всей цепи.

Улыбнувшись, женщина добавила:

— Мы можем вскрыть такое, что часть нашего генералитета лишится погон, а тюрьмы пополнятся сотнями военных бюрократов.

Я усмехнулся:

— Ты же понимаешь, что это оборонная корпорация? По сути, армейская структура. Знаешь, что произойдёт, если мы попробуем влезть туда?

Женщина слегка нахмурилась, секунду подумала и пожала плечами:

— А что произойдёт? Мы ударим первыми и уничтожим их до того, как они успеют ответить. Как это всегда и было.

Я с трудом сдержал тяжёлый вздох. После посещения римской термы и размытия барьера, который сдерживал эмоции, контролировать своё собственное поведение стало куда сложнее. Поэтому, сейчас я решил дать себе чуть свободы. Тем более в данном случае были все основания намекнуть бывшей полицейской, что мы не всесильны. Даже если сумеем вцепиться в горло настолько крупному зверю, в конце концов он нас раздавит. Возможно, весом своего падающего тела, но легче нам от этого всё равно не станет.

— Любая попытка покушения на оборонную промышленность — шпионаж. Ты прекрасно знаешь, как реагируют на подобные обвинения в нашем обществе. Национальная разведка — не та структура, с которой можно разыгрывать свои собственные схемы.

Хё Рин с легкой иронией приподняла брови, и я сразу же поправился:

— Схемы, которые связаны с оборонной промышленностью Кореи. И выглядят несколько более глобально, чем уничтожение одной мелкой прокурорской фигуры.

Женщина нахмурилась. Мельком бросила взгляд на экран ноутбука. Посмотрела на меня:

— Предлагаешь оставить всё как есть? Никого не трогать? Ты же сам видишь — они финансируют общественную организацию. И ладно бы это было что-то полезное, или речь шла банально о краже денег. Военные чиновники берут деньги из оборонного бюджета, чтобы оплатить счета структуры, которая подозрительно напоминает боевые уличные отряды.

Я медленно кивнул. В целом, её точка зрения была верной, и я её прекрасно понимал. Использовать государственные деньги, чтобы финансировать частную политическую деятельность — для Кореи не слишком типично. Воровать деньги из бюджета — это своего рода нонсенс. Обычно чиновники зарабатывали на услугах для чеболей, иностранного бизнеса, в принципе для любого, кто был готов достаточно заплатить. Но это были финансы за преференции. За то, что они закрывали глаза на определённые действия, выдавали разрешения на проведение работ, вносили необходимые изменения в законы. Здесь же всё было сделано куда более грубо и прямолинейно. Единственное, с чем создатели схемы немного повозились, так это с каналом отправки денег Народному патрулю.

— Даже если мы что-то отыщем, и это будет нечто настолько ценное и громкое, что снесёт со своих позиций массу людей в пошитых на заказ пиджаках, использовать подобную информацию всё равно будет проблематично. Ты же сама это прекрасно понимаешь.

Женщина покрутила в руках ручку. Задумчиво посмотрела на меня. Потом аккуратно положила её на столешницу и озвучила вопрос:

— Так что тогда делать? Геон Шин наизнанку вывернулся, чтобы достать данные. И теперь нам остаётся их просто утилизировать? Просто выкинем всё на свалку?

Я снова покачал головой:

— Нет. Мы их используем. Но только тогда, когда для этого будет максимально подходящее время. И уж точно не будем прыгать обеими ногами в расставленные капканы.

Несколько секунд подумав, Хё Рин уже совсем иначе посмотрела на строчки текста, что отображались на экране её ноутбука. Я же поинтересовался:

— Почему вы вообще занялись этой фирмой?

Женщина снова схватила со стола ручку и принялась медленно крутить её между пальцев:

— Геон Шин добрался до списка жертвователей Народного патруля, выделил самых крупных и начал действовать. Никакой информации со стороны не поступало, если ты об этом. Это было полностью самостоятельное решение.

Раз так, эта небольшая операция всё ещё могла сохраниться в тайне. И если нам повезёт, никто ничего не узнает. По крайней мере, до того момента, как мы со всем разберёмся и начнём действовать.

— Составь полный отчёт, используя данные из публичных источников, которые есть по этим компаниям. Плюс, собери всё по оборонной корпорации. Нужны все данные по крупным и средним контрактам, заключённым за последние десять лет. Как внутри Кореи, так и за её пределами.

В глазах полицейской мелькнуло лёгкое удивление:

— Я бы не сказала, что это что-то крупное, — покачала она головой, взглянув на экран ноутбука. — Там скорее наоборот, мелочь.

Я улыбнулся, подошёл чуть ближе и посмотрел на неё:

— Если люди воруют небольшие суммы, значит, они способны украсть и крупные. Это не вопрос масштаба, это вопрос концепции. Если деньги уходят на сторону, значит, из бюджета украдено не только это. И рискну предположить, для своих личностей, суммы они забирают куда более серьёзные.

Хё Рин молча кивнула. А спустя минуту я уже покинул её кабинет, отправившись к технической команде.

Сообщение в чат я успел отправить, когда уже был около офиса. Тем не менее у главы технической команды имелось немного времени на подготовку. И к моменту, когда я оказался в его секции, он уже приступил к работе. Стоило мне зайти, как парень сразу же начал говорить:

— Пока двенадцать целей, которые определила Мин Со: семь крупных блогеров и пять медиа. Все выпустили материалы о заявлении Джи Сок Ра, буквально через пару минут после того, как тот завершил трансляцию. Двое вообще не стали дожидаться её конца.

Стоило замолчать, как в беседу включилась Сэ Ян Бэ:

— Ещё неплохо было бы проверить заместителя министра юстиции. Он лично приезжал к Джи Сок Ра, чтобы проконтролировать его подготовку к выступлению перед прессой.

Я поднял брови, демонстрируя удивление, и девушка развела руками:

— Что? Отыскала одного из охранников в приложении для знакомств и немного поболтала. Мужчина никогда не бывает более разговорчивым, чем когда пытается впечатлить девушку.

Я машинально покосился на Геон Шина, и она немедленно добавила:

— Персонаж в приложении знакомств сгенерирован нейросетью. Все фотографии тоже. Из моего там только текст в переписке, не более.

Лидер технической команды вздохнул. Судя по всему, несмотря на относительную невинность данной операции, она ему всё равно не слишком нравилась. Зато сам ход был ловким.

— Попробуйте выяснить, кто за этим стоит? Джи Сок Ра точно не смог бы обеспечить всё сам. Будь у него подобные ресурсы, он бы не стал торчать столько времени за решёткой.

Геон Шин глянул на свой экран и посмотрел на меня:

— Ты говорил с Хё Рин? Я кое-что нашёл, и это на самом деле важно.

Я кивнул:

— Говорил. Мы всё обсудили и через пару минут я сброшу концепт задачи в чат лидеров команд. По третьему протоколу.

Красноволосая стажёрка, которая сейчас по сути занимала позицию заместителя руководителя команды, чуть нахмурилась, но возмущаться вслух не стала. Хотя на её месте я бы об этом подумал — как ни крути, операция с «Ким и Шон» далась ей непросто. Уровень угрозы для девушки зашкаливал. Не говоря уже о том, что авторство самой идеи тоже принадлежало ей.

Добравшись до кабинета, я действительно набросал небольшой концепт и отправил его в чат руководителей команд. Чтобы все знали о потенциальных угрозах и представляли, с чем мы имеем дело. Плюс знали, какие задачи им предстоит отработать в первую очередь.

Следующий раз меня потревожили буквально через пятнадцать минут. Снова Хё Рин и опять по тому же самому поводу. В этот раз женщина проверила название оборонной корпорации и её дочерней фирмы в другом источнике — копии данных с флеш-карты Вэньмин Тана. Естественно, у неё была только часть информации, предоставленной китайцем. Тем не менее, перечень всех юридических лиц, связанных с корейским партнёром китайского генерала, там имелся. Этого хватило — дочерняя фирма входила в число компаний, которые использовались, как промежуточные узлы в системе распределения чёрных средств. В том же списке оказалось и консалтинговое агентство, которое, судя по их веб-сайту, активно работало с контрагентами на территории всей Кореи.

Тот факт, что я упустил этот момент, намекал на необходимость полноценного отдыха. А вскрывшиеся факты заставляли совсем иначе взглянуть на ситуацию. Получалось, Народный патруль финансировали не просто какие-то условные военные бюрократы или даже кто-то из армейских генералов, о которых я ничего не знал. Сын Джи Сок Ра получал деньги от человека, тесно сотрудничающего с влиятельной фигурой из соседней империи, что окрашивало картину в совершенно другие тона.

Не успели в моей голове сложиться детализированные версии, как Хё Рин снова объявилась на связи. Прислала текстовый файл, в котором были транзакции всё того же самого рынка, который получал деньги от консалтингового агентства. Только в этот раз упор был сделан на переводы от совершенно другой компании — одной из торговых фирм, которые занимались оптовыми поставками рыбы в розничные сети Кореи. Фирма арендовала на рынке склады, регулярно оплачивая суммы, куда выше рыночной стоимости. Дальше эти деньги выплачивались ещё одной компании, которая, судя по документам, занималась вывозом мусора и следила за чистотой территории рынка. Как можно было догадаться, дальше они отправлялись всё туда же — в Народный патруль. Имелась только одна проблема — собственник рынка в материалах Вэньмин Тана не фигурировал. Либо ханец его банально пропустил, либо в данном случае речь шла о кооперации корейского генерала с кем-то ещё.

Следом за текстовым файлом, Хё Рин отправила в чат руководителей сообщение:

«Решила проверить все бухгалтерские документы рынка, раз у нас есть к ним доступ. В первую очередь выбрав контракты, где суммы отличались от их стандартных расценок. Вот что получилось.»

Очередной упавший в чат файл содержал информацию о транзакциях сразу по трём договорам аренды. Точно такая же схема, которую использовали в предыдущих случаях: рынок получал деньги по завышенным ставкам. А анализ исходящих платежей, позволял определить сразу два юридических лица, которые получали ровно такие же суммы, если отталкиваться от общего объёма транзакций за месяц. Единственное, что оставалось непонятным, — кого именно финансируют по такой схеме и чем те занимаются. Для полной идентификации данных требовался доступ к бухгалтерии новых целей, но факт оставался фактом — мы вскрыли ещё один компонент нелегальной финансовой сети.

Я планировал погрузиться в изучение полученных данных и заняться их анализом, а перед этим просмотреть полную версию выступления Джи Сок Ра. Но не успел я даже толком сфокусироваться, как тихо захрипела рация.

— У нас посетитель, сонбэним. Говорит, что хочет с вами поговорить. Представился как Е Джун Кханг. Из Кханг Групп.

Глава XI

Стоит признать, такого я услышать точно не ожидал. Сама мысль о том, что кто-то из руководства Kханг Групп возьмёт и заявится в офис «Бушующего Кита», казалась откровенным бредом.

Тем не менее, Е Джунг Кханг был здесь. И если исключить безумную вероятность, что кто-то представился его именем, ко мне в гости явился младший из принцев Кханг.

Я потянулся к рации, чтобы дать посту номер один команду пропустить неожиданного гостя, но тут телефон завибрировал сообщением от Хён Ву. Глава безопасности сообщил, что Е Джунг Кханг действительно стоит перед входом и ждёт, пока его пропустит охрана. Вместе с парой своих телохранителей и двумя сопровождающими. Цель визита, понятное дело, не озвучил, ограничившись общими словами о необходимости поговорить. Но, если верить оценке Хён Ву, агрессии он не демонстрировал. Равно как и сильного беспокойства.

Безусловно, бывший полицейский мог ошибаться, как и любой другой человек. Тем не менее, когда мы встретились в комнате, которую я выделил в качестве переговорной, и пригласил туда неожиданного гостя с парой его помощников, наблюдения Хён Ву подтвердились. Е Джунг Кханг действительно выглядел относительно спокойно. Я бы сказал, на его лице превалировало раздражение из-за нахождения в моем офисе, полностью подавляющее иные эмоции. Грубо говоря, парень был недоволен тем, что его отправили на переговоры, полагая, что вести их должен кто-то другой, стоящий намного ниже его по иерархии.

Когда мы расположились за большим прямоугольным столом — с одной стороны Е Джунг с двумя своими сопровождающими, а с другой я вместе с Мин Со, — он какое-то время молчал, видимо, ожидая, что я начну разговор первым. Поняв, что этого не произойдёт, заговорил сам:

— Мы хотели бы нанять вас для реализации одного проекта. Здесь изложены условия.

Один из помощников подвинул в мою сторону папку с бумагами, которую до того положил на стол. Усмехнувшись, я открыл её.

Проект они действительно предлагали. Более того, он полностью соответствовал профилю «Бушующего Кита» — рекламная кампания нового подразделения по производству пластиковой посуды. Даже документацию составили по всем правилам рынка маркетинга — с графиками, анализом данных, конкурентами, информацией о целевой аудитории и прочими данными, которые обычно запрашивают рекламные агентства перед началом работы.

Оторвав взгляд от документов, я посмотрел на Е Джуна:

— У меня всего два вопроса. Почему «Бушующий Кит»? И с чего вы взяли, что я соглашусь на эту работу?

В глазах парня мелькнула тень раздражения:

— Ты сумму видел? Не знаю, сколько ты обычно зарабатываешь на контрактах, но мы предлагаем гораздо больше средней цены по рынку. Там ещё и процент включён.

Он сделал надменный вид, покачав головой, и откинулся на спинку стула. Посмотрел на меня, всем своим видом изображая разочарование:

— И после этого эксперты говорят, что у нас проблемы в экономике? Как без них, если люди отказываются от денег, которые им суют в карман.

Довольный своей репликой, он покосился на одного из помощников. Потом на второго. Увидев, что те сидят с каменными лицами, стараясь не демонстрировать никаких эмоций, с лёгкой обидой поджал губы.

Что самое интересное, ни один из его сопровождающих тоже не был в курсе ситуации. Они не подозревали, что председатель Kханг Групп организовал покушение на мою жизнь. Единственная причина, по которой эти двое сидели с застывшими масками на лицах, — корпоративная выучка. Как ни крути, они были наемными сотрудниками. Если сын председателя мог позволить себе определённое количество вольностей на переговорах, у них такой свободы действий не было.

Сидящая слева от меня Мин Со, которая прислонила костыли к столу, внимательно посмотрела на Е Джуна и немного подалась вперёд:

— А ты представляешь, сколько у нас работы? Сколько клиентов? Сколько они платят? С чего ты взял, что мы берём со всех остальных по стандартным рыночным расценкам?

Девушка коротко рассмеялась, после чего сразу же добавила:

— У нас прорва работы, Е Джун Кханг. Понимаешь? И целая очередь желающих заполучить «Бушующего Кита» в союзники. Каждый из них готов заплатить гораздо больше, чем предлагаете вы.

Парень недовольно скривился, мельком глянул на меня, потом вернул взгляд на девушку:

— Ты даже документы не посмотрела. Откуда знаешь, сколько именно мы готовы заплатить? Kханг Групп — это тебе не какая-то мелочь. Мы преуспевающая семейная корпорация, готовая щедро платить за качественный сервис.

Последнее слово он постарался выделить голосом, намекая, что сейчас разговаривает всего лишь с «обслугой», чья задача — удовлетворять потребности и желания Kханг Групп. С его точки зрения, это, видимо, должно было выглядеть внушительно.

Мимика Мин Со была видна мне лишь боковым зрением, но этого хватало, чтобы понять — девушка вот-вот взорвётся. Учитывая, что она была в курсе, кто стоял за покушением, реакция была вполне ожидаемой. Тем более с учётом поведения юноши. Не сказать, что он вообще старался наладить контакт или хотя бы выглядеть дружелюбным.

Поэтому я заговорил первым, опередив главу команды маркетинга и не позволяя ей сорвать переговорный процесс:

— Мин Со абсолютно права. Работы у нас невпроворот. Боюсь, ты не совсем понимаешь, куда именно пришёл и с кем ведёшь переговоры.

Улыбнувшись, я встретился с ним взглядом. Чуть изменил позу. Слегка наклонившись вперёд, скорректировал тембр голоса:

— Мы работаем с клиентами, которым согласны дать рекомендации наши партнёры. Те, которым мы можем доверять и в которых полностью уверены.

Пожав плечами и не разрывая зрительного контакта, поинтересовался:

— Кто может дать рекомендации Kханг Групп?

Вот теперь на лице парня отразилось негодование. Такого поворота событий он явно не ожидал:

— Тебе нужны рекомендации для того, чтобы работать с Kханг Групп? А для дел с Синим домом, тоже рекомендации попросишь? Или для Самсунг Групп? Что ты о себе возомнил, Мин Джин? Решил, что раз провернул пару фокусов, теперь все будут стоять перед тобой на коленях и умолять заняться их рекламой?

Насмешливо фыркнув, он хлопнул ладонью по столешнице:

— Посмотри ещё раз на цифры в документах, прикинь прибыль, подумай, сколько ты сможешь заработать. Это что, по-твоему, плохое предложение? Кто-то больше платит тебе за рекламные кампании?

Если смотреть на ситуацию объективно, некоторая доля истины в его словах была. Kханг Групп действительно предложила неплохие условия рекламного контракта. Они были готовы платить с самого раннего этапа. С того момента, когда мои креативщики откроют перед собой пустые документы, положат пальцы на клавиатуру и задумаются, что такого сделать для раскрутки продукции? За успех же обещали солидные бонусы, плюс процент от общего объёма продаж. Не от прибыли как в случае с биодобавкой, а от всей полученной суммы. Нам предлагали два процента от валовых продаж пластиковой посуды внутри Кореи и четыре процента от каждого зарубежного контракта. Это было много. Особенно с учётом всех остальных денег, которые мы должны были получить от Kханг Групп.

Впрочем, почему предложение звучало именно так, мне было понятно. Председатель забрасывал удочку. Хотел посмотреть, как мы отреагируем на предложение, от которого, по его мнению, не отказался бы ни один рекламщик Южной Кореи. Отсюда и настолько щедрые условия.

Расчёт был прост. Резкий отказ, агрессия против его младшего сына или иная странная реакция — любой из этих вариантов подтверждал подозрение по поводу моей информированности. Председатель наверняка был в курсе проблем внутри юридической компании «Ким и Шон». Естественно, предполагая, что информация могла каким-то образом добраться до меня. А там, как знать, возможно, даже считал меня виновником возникновения тех самых проблем, что в целом, было даже справедливо.

В этот раз опередить Мин Со я не успел. Девушка заговорила первой:

— Значит, ты явился сюда без всякого согласования, бросил нам стопку бумаг, сидишь с пафосным видом и говоришь всякие разные глупости, а мы должны кивать головами, как роботы, и на всё соглашаться? Ты так это видишь? Привык сидеть у подножия трона и смотреть, как слуги рвут друг друга на куски за право поцеловать тебе пятки?

Е Джун Кханг смешался. Посмотрел было на одного из своих помощников, видимо, рассчитывая получить от него поддержку. Но стоило тому повернуться к своему господину, как парень уже изменил точку зрения и устремил взгляд на Мин Со.

— Ты что, сериалов про чеболей пересмотрела? Мы здесь для того, чтобы обсуждать бизнес. Да, я приехал без предупреждения, потому что отец внезапно решил, что хочет работать именно с вами. Но это хорошее предложение. Щедрое. Стоит нам объявить тендер и в нем примет участие каждый. Абсолютно все рекламные агентства Сеула. Даже иностранные подтянутся. Таких условий на рынке больше нет.

Один из сопровождающих едва заметно занервничал. Маска на его лице оставалась неизменной, но вот глаза забегали. Судя по всему, определённые инструкции председатель им всё-таки озвучил. Например, попросил не говорить о том, что рекламная кампания является его инициативой. Могу поспорить, в качестве фигуры, которая предложила компанию «Бушующий Кит», должен был выступить совсем другой человек. Но Е Джун Кханг уже озвучил нужные слова, и откатывать ситуацию назад было поздно.

Мин Со собиралась ответить, а я, в свою очередь, планировал прервать её. Но в тот момент, когда мы одновременно заговорили, внезапно распахнулась дверь, и на пороге появился Бэк Хён Цой. Окинув нас взглядом, с невинным выражением лица задал вопрос:

— Там какой-то дедушка хочет, чтобы я подписал бумаги на семьсот тысяч долларов. Причём в этот раз не нам, а кому-то ещё. Мне подписывать или нет, сонбэним?

Под «дедушкой» он, видимо, имел в виду нашего нового бухгалтера Ман Шик Джонга, который к концу рабочего дня прибыл на место, мотивировав это необходимостью разгрести срочные дела с налогами. В итоге занялся делом под бдительным присмотром сначала самого Хён Ву, а потом одного из безопасников, что раньше работал в команде, занимавшейся финансовыми расследованиями.

Маска спокойствия на лице помощников Е Джун Кханга треснула и рассыпалась в пыль, обнажив живой интерес к словам нашего штатного блогера. Я же спокойно повернул голову и ответил:

— На всякий случай уточни детали у Хё Рин. Но в целом, это наш новый финансист, так что можешь смело подписывать.

Парень с лёгким неудовольствием нахмурился:

— Зачем нам такой финансист, который требует кому-то деньги платить? Надо же наоборот, чтобы платили нам.

Цокнув языком, он закрыл дверь и скрылся из виду. А на лице Е Джун Кханга отразилось вполне искреннее изумление. Посмотрев на меня, он уточнил:

— Семьсот тысяч долларов? Вы чем тут занимаетесь? Людьми торгуете? Или для красных имперцев контрабанду переправляете?

Я с невозмутимым видом пожал плечами:

— Тем, чем и должны. Рекламными кампаниями. Как видишь, вполне неплохо. Прибыльный бизнес.

Младший сын главы Kханг Групп несколько секунд молча смотрел на меня. Потом бросил взгляд на папку с документами, немного подумал и вздохнул:

— Ну… Если в таком ключе смотреть, наше предложение, может, будет и чуть поменьше по объёмам. Зато вы получите деньги по всем контрактам, заключённым на протяжении ближайших двенадцати месяцев.

Мгновение помолчав, сразу же добавил:

— Заключённым в течение двенадцати месяцев после окончания рекламной кампании.

Я с улыбкой кивнул:

— Неплохое условие. Тем не менее, нам необходимо немного подумать.

Мин Со фыркнула. Думаю, девушка прекрасно понимала диспозицию и осознавала, что сидящий перед нами член семьи Kханг не в курсе действий своего старшего родственника. Тем не менее, факт того, что приходится разговаривать с ним в спокойном ключе, ещё и обсуждая дела, её изрядно раздражал. Поэтому она впилась взглядом в лицо парня и с оттенком гнева заявила:

— Да что тут думать? Вломился к нам в офис, ведёт себя как дикарь, считая себя выше нас. А мы ещё должны с ним разговаривать? Сколько нам этот контракт принесёт? Полмиллиона максимум? Можно вычесть их из бонуса Бэк Хёна, он даже не заметит.

Помощники Кханга синхронно посмотрели на девушку. Сам парень тоже сначала глянул на неё, но потом вернул взгляд на меня:

— Бэк Хён… Это тот, что заходил? Он у вас кем работает? Креативщик, маркетолог, трейдер и айдол в одном лице?

Мельком взглянув на Мин Со, я заставил девушку остановиться. Она уже собиралась продолжить свою тираду, и могу поспорить, выдала бы куда более интересные сентенции. Сам же я спокойно улыбнулся и ответил:

— Внештатный помощник по поручениям широкого профиля.

Глаза Е Джун Кханга сверкнули изумлением:

— Помощник? И чем же он таким…

Оборвал себя на середине фразы, поняв, что задаёт вопрос, на который точно не получит ответа.

— Ладно. Сколько времени понадобится на размышление?

Я сделал вид, что размышляю над вопросом. Выждав несколько секунд, озвучил ответ:

— Думаю, пары суток будет достаточно. Возможно, определимся чуть раньше. Или наоборот, немного позже. Зависит от ситуации.

Мельком глянув на дверь, он задумался. Могу поспорить, прямо сейчас парень размышлял о том, что внезапно появившийся сотрудник, который говорил о крупной сумме в долларах, запросто может оказаться подставным, а всё это — банальным рычагом давления и попыткой пустить пыль в глаза. Но высказать свои подозрения вслух не успел. Дверь снова распахнулась, и внутрь вошёл всё тот же Бэк Хён. Только на этот раз в правой руке он сжимал лист бумаги с распечатанным текстом.

Подойдя к столу, он положил его передо мной и опустил сверху шариковую ручку:

— Прошу извинить, сонбэним. Дедушка сказал, что это важно и всё нужно сделать прямо сейчас. Иначе придётся платить штраф.

Смотря на меня с долей грусти и растерянности, он пожал плечами. То ли переживал по поводу того, что отвлекает нас от переговоров, то ли грустил из-за семисот тысяч долларов, которые должны были пополнить бюджет Южной Кореи. Операции с ценными бумагами из иностранных юрисдикций, порой оказывались весьма затратными с точки зрения налогообложения.

Быстро пробежав взглядом по документу, я убедился, что всё в порядке, и поставил свою подпись. После чего протянул бумагу обратно. Бэк Хён печально посмотрел на неё, а потом взглянул на меня:

— Может, ну их, эти семьсот тысяч? Ну что, они беднее, что ли, от этого станут? Пусть кого-то ещё грабят, а не нас.

Мин Со яростно взглянула на парня и положила руку на костыль, прислонив его к столу. Бэк Хён мгновенно намёк понял. Склонив голову, попятился назад и через секунду скрылся в проёме, закрыв за собой дверь. В комнате же на несколько секунд воцарилась тишина.

Нарушил её Е Джун Кханг, в голосе которого уже не слышалось прежней уверенности и превосходства:

— Ладно… Подумайте. Но я жду ответа в течение ближайших двух дней. Вот моя визитная карточка.

Выудив прямоугольный кусок картона, положил его на стол, подвинув в мою сторону. Я в ответ протянул свою собственную визитку. Мин Со заказала их ещё пару дней назад, а сегодня утром первую партию доставили из типографии.

Наш офис Е Джун Кханг покидал в расстроенных чувствах. Поглядывал на строителей, которые продолжали перепланировку второго этажа, косился на суровых телохранителей, что внимательно наблюдали за ним и его людьми, и явно испытывал всё больше сомнений по поводу статуса «Бушующего Кита» в сеульской иерархии. Этот пафосный отпрыск даже подал руку на прощание, а Мин Со Пэк, которая вместе с нами добралась до выхода отвесил поклон. Глядя на это, сразу же согнулись в глубоком поклоне и его помощники.

Когда они уехали, мы двинулись обратно. На ступеньках я протянул девушке руку, за которую она немедленно ухватилась. А после того, как мы преодолели один пролёт, Мин Со Пэк задумчиво покосилась в мою сторону.

— Ты не обижаешься, сонбэним?

В её голосе чувствовался оттенок смущения, к которому добавлялась неуверенность. Я в ответ вопросительно приподнял брови:

— На что именно?

Глава креативного отдела маркетинга пожала плечами:

— Ну… Из-за того, что я сказала. Возможно, ты рассчитывал на иное.

Я усмехнулся и посмотрел ей в глаза, где сейчас светился целый набор эмоций.

— Ты говорила честно. Это ключевой момент. Всё остальное… Поверь, если бы я был недоволен, ты бы это поняла.

Мин Со Пэк хмыкнула. А когда мы дошли до второго этажа, снова взглянула на меня:

— Как-то не слишком уверенно звучит. Вернее, немного двусмысленно.

Заметив лёгкое удивление в моём взгляде, тут же добавила:

— Я же спросила, обижаешься ты или нет. А ты мне в ответ рассказал, что рад моей честности. Это ответ совсем на другой вопрос.

Доля правды в её словах была. Поэтому я повернул голову и произнёс то, что она хотела услышать:

— Я не обижаюсь. Вот тебе прямой ответ.

Несколько секунд она постояла на месте, потом быстро кивнула:

— Хорошо. И… Насчёт того, что я сказала в конце, это было всерьёз.

Прикусив губу, на мгновение замерла, а затем тихо добавила:

— Графики у нас обоих жёсткие. Времени мало. Но ты мне очень сильно нравишься. А ещё я хотела бы попробовать, как оно всё будет, когда ты в полном сознании.

На последних словах девушка вовсе опустила глаза в пол, а на её лице отразилось смущение, что в случае с Мин Со происходило крайне редко.

Остаток пути мы проделали в тишине. Я молчал по той простой причине, что любую мою реакцию девушка сейчас могла истолковать абсолютно неверно. Сама же она, видимо сказала всё, что хотела, и посчитала задачу выполненной. Хотя моя реакция её всё равно интересовала — время от времени Мин Со бросала косые взгляды в мою сторону, как будто пытаясь понять, о чём именно я сейчас думаю.

Оказавшись в своём кабинете, я немедленно погрузился в работу. Несмотря на то, что бóльшую часть задач выполнял Геон Шин, которому активно помогала Мин Со, мой личный уровень нагрузки тоже был высоким. Тем более в случае с подставными компаниями цели приходилось выбирать осторожно. Нельзя было просто взять и работать по площадям, как мы это делали раньше. Одного сигнала тревоги было бы достаточно, чтобы противник отреагировал. Как минимум, это могло выразиться в экстренном схлопывании открытой нами части финансовой сети. Как максимум — в активных ответных мерах.

Что касалось Джи Сок Ра, его ход был внезапным и в чём-то даже красивым. Судя по всему бывший главный прокурор не просто рассчитывал освободиться из заключения и снять с себя все обвинения. Во-первых, на своей пресс-конференции он заявил о дискредитации прокуратуры со стороны группы людей во власти и попытки подчинения государственного института политическим целям. А во-вторых, добавил к этому весьма прозрачный намёк на возможное участие в грядущих парламентских выборах.

Технически это было реализуемо двумя способами, каждый из которых казался мне не слишком вероятным. В первом случае убирался один из номеров партийного списка и партия выбирала Джи Сок Ра кандидатом на его место. Во втором — снимались сразу все кандидаты по одному из округов, что автоматически требовало перезапуска выборов на этой конкретной территории.

Учитывая, что по партийным спискам в Национальное собрание избиралась крохотная часть депутатов, приоритетным был второй вариант. Но представить округ, в котором Джи Сок Ра сможет вынудить сняться с выборов всех кандидатов, было сложно. Даже если бы ему удалось договориться с ведущими партиями, всегда найдётся хотя бы один независимый кандидат, который не упустит шанса наконец занять кресло в Национальном собрании.

Конечно, это могло быть всего лишь уловкой. Дополнительным фактором давления и информационным шумом. Заголовки о том, что помещённый в заключение прокурор собирается идти на выборы в парламент, были куда более заметными, а значит, и более привлекательны для медиа. Это, в свою очередь, означало более высокий уровень проникновения информации.

О «Бушующем Ките» и обо мне лично он не упоминал. Тем не менее и так было очевидно, что атака на прокуратуру предполагала организатора, из-за которого Джи Сок Ра оказался за решёткой. Основной вопрос был в том, зачем это его покровителю? Если учесть, что Народный патруль финансировался за счёт компаний, связанных с заместителем командующего ВВС Кореи, выходило, что преференции для бывшего прокурора организовал тоже он. И как я предполагал, он же стоял за тем самым кандидатом, с которым хотел познакомить меня Га Рам Хур.

Пытаться привлечь меня в избирательную кампанию, одновременно разворачивая против меня атаку при помощи одной из своих фигур? С какой стороны я ни пытался взглянуть на эту ситуацию, логика не прослеживалась. Выстроить какую-то схему, которая объяснила бы эти манипуляции, тоже не выходило.

Параллельно я занимался вопросами атаки на Кханг Групп, которая постепенно начинала превращаться в нечто куда большее, чем просто ответный удар по корейскому чеболю. Теперь это напоминало сложную многоступенчатую и трансграничную операцию, которая должна была снести с игрового поля сразу целый набор фигур. Естественно, это требовало времени. Тем более основную массу задач приходилось решать лично мне. Единственным доверенным человеком, который сейчас находился за пределами Кореи, возглавляя оперативную часть операции, был Кён Чхве. Бывший айтишник Чен Энтертеймен и нынешний секретарь председателя Чен Групп. Он координировал работу команды специалистов, которую мы собрали в скоростном режиме буквально за пару дней. Сейчас они базировались в одном из туристическом городов Таиланда. Где было такое количество туристов, что группа из десятка мужчин и женщин на их фоне попросту терялась.

К этому добавлялись куда более рутинные задачи, вроде проверки текущих сводок по компаниям или консультаций со строителями, вопросы у которых возникали куда чаще, чем хотелось бы.

В какой-то момент я бросил взгляд на часы, осознал, что время уже перевалило за восемь вечера. При этом все главы команд находились на своих местах и продолжали работать. А глядя на них, в офисе оставались и стажёры. Наверняка уже изрядно уставшие и оттого не слишком эффективные.

Откатившись в кресле назад, я хрустнул пальцами. Поднявшись на ноги, размял шею. После чего взял в руки телефон и отправил сообщение в чат руководителей команд, распорядившись отпустить людей домой и отправиться отдыхать самим. Даже мне выдерживать текущий темп работы было непросто. Что уж говорить о них? Конечно, нагрузка на их нервную систему была куда ниже из-за отсутствия необходимости использовать фокус. Тем не менее настолько бешеный темп всё равно выматывал.

Убедившись, что все получили приказ, я и сам начал собираться домой, перед этим пробежавшись по своим последним выкладкам и отправив пару сообщений в мессенджере. Плюс, изучил короткий доклад Кён Чхве, который отправлял их каждые шестьдесят минут, высылая сразу на два аккаунта — мне и Чжи Чен.

Наконец закончив с делами, я направился к выходу и даже успел сообщить водителю о планируемой поездке домой. Но добраться до машины не вышло. Когда я прошёл через секцию команды маркетинга, в кармане завибрировал телефон. На этот раз там было сообщение от Чжи.

«Нам нужно встретиться. Срочно. Где ты сейчас?»

Секунду подумав, я принялся набирать ответ.

«В римской терме мне понравилось. Но боюсь, прямо сейчас я слишком устал для активного отдыха. Придётся отложить на следующий раз.»

Когда я добрался до лестницы, на телефон пришло новое послание.

«Я тебе не нимфоманка какая-то. Это по делу. Кажется, я нашла предателей.»

Глава XII

Мы встретились в ресторане. Я предложил заскочить в небольшую кофейню по дороге, но девушка предпочла выбрать более солидное заведение с закрытыми кабинками, где нам не мешали бы другие посетители.

Выглядела она раздраженной и агрессивной, а в глазах отчетливо читалось негодование.

— Вот скажи мне, почему людям всегда всего мало? — начала Чжи. — Зарплата хорошая, бонусы есть, карьерные перспективы отличные. Но при этом они всё равно продают своих работодателей, даже не моргнув глазом.

Девушка хлопнула ладонью по столешнице и прищурила глаза.

— Почему каждый третий считает, что должен быть как минимум министром в королевском дворе? Хотя сам не умеет больше простого садовника, которого к королевским кустам и близко не подпустят.

Она приехала первой и уже успела сделать заказ, так что сейчас мы были одни. Сидели друг напротив друга за традиционным корейским столом и ждали, пока официантка принесёт блюда.

— Люди не склонны ценить то, что имеют. Им всегда кажется, что те, кто поднялся к вершинам, сделали это не за счёт собственных усилий.

Улыбнувшись, я продолжил:

— Обычная человеческая зависть. Каждый из них считает себя не хуже тебя или любого другого председателя. А крохотный пыльный кабинет, в котором он трудится, воспринимает как великую несправедливость. Вопиющую, жестокую и тотальную.

Девушка протяжно выдохнула, качнула головой, смотря на меня.

— Ты так говоришь, как будто я их всех в каморках держу и заставляю работать по шестнадцать часов в день, без отпусков, выходных и страховки.

Я пожал плечами.

— Объективная реальность их не интересует. Ты же сама это прекрасно понимаешь. А вот сравнить свой кабинет с твоим — куда более занимательно. Не говоря уже о машинах, тратах на развлечения и всём остальном.

Чжи Чен возмущенно выдохнула и открыла рот, собираясь что-то ответить, но в этот момент перегородка отъехала в сторону и в помещении появилась официантка. Следом за ней вошла вторая, которая несла в руках ещё один поднос, уставленный блюдами.

Мы сделали паузу, подождав пока девушки выставили еду, что заняла добрую половину столешницы, а затем покинули помещение, закрыв за собой перегородку.

После того как они удалились, я посмотрел на Чжи.

— А теперь рассказывай детали. Что именно ты узнала, о ком и кто заплатил за эту информацию?

Собеседница угрюмо нахмурилась.

— Предателей сразу трое. Кён Чхве после перехода на место секретаря, поставил надёжного человека в айти-департаменте. По крайней мере, он за него поручился. А после того как у нас произошёл пожар, я поручила проверить аккаунты каждого сотрудника.

Мне оставалось лишь приподнять бровь и задать очевидный вопрос:

— Хочешь сказать, они общались с твоими врагами прямо через корпоративную почту?

Чжи усмехнулась и слегка покачала головой.

— Нет, они вели переговоры через телефоны. Вот только не подумали, что аппараты куплены корпорацией. Это наша собственность. Что означает — мы можем поставить туда любой софт. Как выяснилось, у моих айтишников есть возможность проделать это полностью удалённо, отключив уведомления и сохранив операцию в секрете. Они занялись этим сразу после поджога, уже на следующий день анализировали информацию по каждому из сотрудников.

Усмехнувшись, девушка продолжила:

— И знаешь, я ожидала чего угодно, но только не троих предателей сразу, в своём собственном центральном офисе. Не в филиале, не в другом подразделении, не где-то ещё, а в центральном офисе. Прямо рядом со мной. Те самые люди, что клялись в верности, обещали сделать всё ради процветания компании и заверяли, что выполнят любой приказ. Как только совести хватило?

Судя по её лицу, девушка с трудом сдерживала рвущуюся наружу ярость. Удивлён, что она вообще сначала приехала ко мне, а не решила разобраться с этим собственноручно. Не думаю, что дело на самом деле дошло бы до крайних мер, но устроить выволочку или даже привлечь безопасников Чжи Чен вполне могла.

— Кем они были? И кому сливали информацию? — я чуть скорректировал голос, стараясь успокоить девушку. Но стоило признать, что прямо сейчас моя собственная нервная система была не в лучшем состоянии. Эмоции девушки невольно раскачивали мой разум, заставляя его испытывать раздражение. Безусловно, не с такой же интенсивностью, но тем не менее.

— Двое из финансового департамента, третий в аналитике. Кому именно уходили данные, пока непонятно.

Постучав пальцами по столу, Чжи бросила взгляд на принесённые блюда.

— И зачем столько всего заказала? Бесит! Я теперь себя чувствую как королева, которую предали её же министры.

Посмотрев на меня, выдохнула и сразу же продолжила:

— Я решила сначала поговорить с тобой. Все трое переписывались с одним и тем же номером. Вернее, с аккаунтом в мессенджере, к которому он был привязан. Но судя по контексту разговора, сами не знали, на кого именно работают. Мои люди тоже ничего выяснить не смогли. Пришлось посвятить в дело пару безопасников, но и они ничего дельного не отыскали.

Я медленно кивнул, сделал глоток чая и посмотрел в разъярённые глаза Джи Чен. Потом опустил взгляд ниже, на её декольте, которое в данном конкретном случае было весьма скромным. Девушка на момент застыла, наблюдая за мной, потом медленно поинтересовалась:

— Эй, ты что, сейчас на мою грудь пялишься? В терме не насмотрелся?

Я с улыбкой пожал плечами.

— Может быть и нет. А может быть, да. Сложно сказать, знаешь ли. Противоречивые эмоции.

Её глаза слегка расширились, и там заискрился совсем другой набор чувств.

— Если так хочется поглазеть, зайди в нашу переписку и открой фотографии. Там разных хватает, если ты не забыл.

Слова звучат логично, но настроение у неё поменялось. Гнев и желание крушить всё на своём пути слегка отступили, уступив место совсем иным эмоциям. Чего я, собственно, и добивался. В её старом состоянии вести осмысленный диалог было проблематично. Не говоря уже о том, что девушка могла в любой момент сорваться и направить свою ярость на троицу предателей.

— Так я там уже всё видел. Ни одного свежего фото. Скучно.

Её брови взлетели вверх, в глазах плеснуло негодование, а губы сжались в тонкую полоску. Подавшись вперёд, Чжи хлопнула обеими ладонями по столешнице.

— Фотографий новых нет? Ты себя кем возомнил, Мин Джин Хо? А меня за кого принимаешь? За кисэн, что по твоему запросу будет устраивать фотосессии? Или целое видео записать, чтобы тебе скучно не было⁈ Может, ещё и список своих пожеланий отправишь, чтобы я понимала во что одеваться и какие позы принимать?

Я отпил чаю. С невозмутимым видом взглянул на неё и чуть склонив голову вбок, посмотрел прямо в глаза.

— Знаешь, насчёт списка это не самая плохая идея. А вот по поводу видео нужно подумать. Не самый простой вопрос.

На несколько мгновений она замерла, не отрывая от меня взгляда, и, видимо, пытаясь понять, как отреагировать. Или просто была слегка шокирована подобной откровенностью. Чем я благополучно воспользовался, озвучив вопрос, возвращающий беседу в старое русло.

— Какой там был номер телефона? Корейский? Зарубежный? Есть какая-то информация по человеку, на которого он оформлен?

Ещё мгновение девушка смотрела на меня с лёгким изумлением. Потом прищурилась. Выдохнула. И всё ещё разглядывая меня, начала отвечать.

— Все данные по переписке у меня с собой, — она достала флешку и положила её на стол, — там же вся информация по поводу этого телефонного номера, которую нам удалось найти.

Чуть помедлив, девушка поджала губы и продолжила.

— Ты специально так делаешь, да? Я приехала, готовая отрывать головы и сжигать деревни, а ты взял и сбил мне весь настрой. Теперь хочется либо в терму, либо в фотостудию, либо в постель.

Последние слова она произнесла с лёгким придыханием и совсем иным тембром голоса. Звучало, как однозначный намёк, который в какой-то степени был соблазнительным. Не будь одного маленького «но» — зашкаливающей усталости. Не хотелось бы внезапно отключиться прямо в процессе и абсолютно ничего не запомнить. Тем более в таком состоянии я даже говорить не смогу, что будет выглядеть весьма странно.

— Постель — это неплохо. Хороший и крепкий сон ещё никому не мешал.

Смысл сказанного до неё дошел не сразу. Но уже через несколько секунд глаза Чжи Чен сверкали неподдельной яростью. Какое-то время она молча сверлила меня взглядом. Потом начала говорить.

— Ты… Я даже не знаю, как тебя назвать, Мин Джин Хо! Кем надо быть, чтобы вот так издеваться над бедной несчастной девушкой?

Я с невозмутимым видом приподнял брови, не разрывая зрительного контакта.

— С каких пор, забота о чьём-то отдыхе и здоровье стала ассоциироваться с издевательством? Когда мир успел настолько стремительно поменяться?

Она помолчала. Бросила быстрый взгляд в сторону двери. Нахмурилась.

— Знаешь, если постоянно прибегать к такому фокусу, на тебя рано или поздно банально набросятся и заставят продемонстрировать всё на что ты способен. Нельзя так долго мучать женщину и обойтись без последствий.

Я слегка пожал плечами.

— Рискну предположить, до того, как это произойдёт, мы повторно посидим в терме. Или посетим какое-то иное место.

Чжи иронично усмехнулась и посмотрела на меня.

— Думаешь, одного раза в терме хватит? Ничего не слышал о физиологических потребностях женского тела? Про минимум один раз в день, например? Или оптимум — два? Либо, мой любимый максимум с цифрой три?

Я улыбнулся, поставив на место чашку с чаем. Протянув руку над столом, забрал флеш-карту, едва ли не физически ощущая напряжение девушки. Убрав её в карман, снова посмотрел на председателя Чен Групп.

— С этим будем разбираться позже. Возможно, даже обсудим. Либо посмотрим, как оно сложится само собой на практике. Возможно, так будет надёжнее.

— Ты снова уходишь от вопроса? Уверен, что ты рекламщик, а не чосонский бюрократ? Честное слово, мне начинает казаться, что ты вовсе не человек.

Я достал свой телефон, включил фронтальную камеру и демонстративно посмотрел в неё. Потом перевел взгляд на Чжи.

— Вроде бы человек. По всем признакам подхожу. Единственное «но» — очень уставший человек, который готов в любой момент отключиться. Боюсь, если бы не бодрящий разговор с тобой, мог бы вырубиться прямо здесь и сейчас.

Собеседница недоверчиво покачала головой. Потом расстроенно вздохнула.

— По тебе не скажешь, что ты сильно устал… Выглядишь бодрым. Хоть сейчас в…

Закончить фразу она не успела — по перегородку тихо постучали, а потом она сдвинулась в сторону, открывая проход для официантки. Девушка всего лишь принесла десерты, которые глава Чен Групп попросила доставить через определённый промежуток времени. Тем не менее Чжи прожигала её настолько яростным взглядом, что работница заведения изрядно смутилась и постаралась убраться как можно быстрее.

Дождавшись, пока перегородка вернётся на своё место, Чжи посмотрела на меня.

— Так вот, вид у тебя вполне бодрый. И не то чтобы я настаиваю, но…

Зазвонивший телефон заставил её с раздражённым видом замолчать. Я же с удивлением обнаружил, что мне звонит Геон Шин, который, судя по времени, уже давно должен быть дома. Они вместе с Сэ Ян Бэ уехали на такси, и по идее водитель должен был привести их ещё минут пятнадцать назад.

Взяв трубку, я услышал срывающийся голос юноши.

— Сэ Ян! Они хотели забрать Сэ Ян! Представляете? Я уже вызвал полицию, но не уверен, что делать дальше. Вы поможете?

На секунду я замер, осмысливая услышанное, потом уточнил:

— Что именно произошло? Кто пытался забрать Сэ Ян Бэ? Где ты?

Парень на том конце линии помолчал, потом взял себя в руки и принялся излагать более стройно.

— Рядом с нашим домом, сонбэ. Они напали на нас прямо здесь. Четверо. Если бы не охранник, пришлось бы совсем туго.

Я выдохнул, сдерживая рвущиеся с языка крепкие слова, и поймал на себе напряженный взгляд Джи Чен. После чего тихо спросил:

— Кто именно на вас напал? Что с Сэ Ян? Коротко опиши ситуацию. Только внятно и по делу.

На этот раз Геон Шин помедлил около пяти секунд, видимо, пытаясь взять себя в руки. Наконец начал медленно говорить.

— Её дядя. И трое друзей. Или наёмников, не знаю. Ждали в машине около дома. Когда мы подходили к подъезду, они вышли. Сэ Ян Бэ сказала им пару не слишком ласковых слов и они полезли в драку. Одного она вырубила, ещё одного неплохо потрепал я. Но… И если бы не охранник, они бы всё равно взяли верх.

Я вспомнил дядю Сэ Ян Бэ и оживил в памяти все его слова, которые тот произносил в офисе, черты лица, мимику, тембр голоса. В тот момент он не походил на человека, готового пустить в ход физическую силу. Уж тем более рисковать, нападая на сотрудника компании, что работает с Чен Групп. Но, судя по всему, жалкий ублюдок накрутил себя до достаточной степени, чтобы наплевать на последствия и ринуться вперёд, не разбирая дороги.

— Отправь геолокацию в чат лидеров групп. Я сейчас же попрошу Хён Ву послать к вам безопасников. Оставайтесь на месте и ждите. Сам я выезжаю прямо сейчас.

В итоге, вместо того чтобы закончить разговор, мы с Чжи загрузились в мою машину и помчались к месту событий — к тому самому дому, где молодая парочка совсем недавно арендовала «квартиру мечты».

Прибыли мы одновременно с полицией. Патрульные, которые судя по всему только что покинули машину, беседовали с Геон Шином и стоящей рядом Сэ Ян Бэ, на плечи которой была наброшена куртка охранника. Причина по которой она понадобилась, стала очевидна, как только мы подошли: рубашка, в которой девушка была на работе, оказалась наполовину разорванной. Постарался кто-то из нападавших. На правой руке красовалось несколько синяков, по животу шла длинная кровоточащая царапина, а правая щека уже начала отекать после удара. У Геон Шина ситуация была не лучше — завтра парень будет выглядеть, как начинающий боец без правил после своего первого поединка.

Первое желание, что у меня появилось — напомнить о правилах безопасности и тактике. Например, о том, что в случае нападения стоит бежать, а не оставаться на месте и сражаться с превосходящим противником. Уничтожить его можно будет и позже, когда перевес будет на твоей стороне. Но если вы в меньшинстве и есть свободные пути к отступлению, именно так стоит поступить — нет никакой чести в том, чтобы позволить врагу победить, когда на его стороне очевидное преимущество.

Но от нравоучений я благополучно удержался. Вместо этого вступил в переговоры с полицией, заодно выяснив все детали нападения. Тут меня ждал небольшой сюрприз. Внешние камеры наблюдения, установленные на доме, до этой площадки не доставали. А охранник нападавших пусть и видел, но, если отталкиваться от его слов, лиц не разглядел, о чём уже заявил полицейским. Конечно, поменять показания он при необходимости сможет, и в принципе это можно даже обосновать. Но выстраивать всё дело на словах одного единственного свидетеля, которого придётся обрабатывать и, скорее всего, подкупать — такая себе затея. Не слишком надёжная.

Оставались сами пострадавшие. И выходило, что их слово будет против слов четверых нападавших. Конечно, ещё имелись видеокамеры наблюдения, которые наверняка зафиксировали, как четвёрка ублюдков скрывалась с места преступления. Да и их дорогу сюда они тоже должны были заснять. В теории можно было бы опросить курьеров либо таксистов, которые работали на этом же маршруте, после чего воспользоваться записями видеорегистраторов. Но всё это в любом случае было лишь косвенным доказательством. Видео, на котором они едут в машине к нужному адресу, не является подтверждением нападения. Максимум, с его помощью можно обосновать факт их присутствия здесь и сделать вывод, что те действительно могли напасть. Но будет ли этого, вкупе с результатами медицинского освидетельствования, достаточно для обвинительного приговора? Сложно сказать.

Впрочем, прямо сейчас я озаботился текущей ситуацией. Во-первых, связался с Хён Ву и запросил двух человек из завтрашней смены. Они на всякий случай должны были отправиться с Геон Шином и Сэ Ян в больницу. Пусть полицейские и утверждали, что там они будут в полной безопасности, но наличие поблизости двух охранников лишним не станет. Во-вторых, пригласил одного из адвокатов Чжи. Это быстро перевело ситуацию на совершенно иной уровень. Изначально девушка выступала в роли помощницы, на которую стражи порядка толком не обратили внимания. Стоило ей представиться и обозначить необходимость дождаться адвоката, как тон общения кардинально поменялся. Впрочем, это было скорее данью уважения и лёгким оттенком страха — выехавшие на обычную драку патрульные никак не предполагали столкнуться с главой чеболя. Из-за чего немного нервничали и судя по их лицам, пытались выстроить теории, которые объясняли бы её присутствие.

Когда всё закончилось и глава технической команды вместе со своей стажёркой уехали на скорой в больницу, сопровождаемые охраной, я повернулся к Чжи.

— Поедешь домой или отправишься со мной?

Девушка нахмурилась. Бросила взгляд вслед уезжающей скорой. Снова посмотрела на меня.

— Ты же не собираешься реально топить их в реке Хан?

Я тихо рассмеялся. Подойдя ближе, шепотом ответил:

— Если мне когда-нибудь понадобится спрятать труп, река Хан станет последним местом в моём личном рейтинге. На всякий случай, имей в виду. А сейчас я собираюсь навестить дядю Сэ Ян Бэ.

Увидев в её глазах немой вопрос, я после короткой паузы добавил:

— Поговорить. Я хочу всего лишь с ним поговорить.

Глава XIII

Дядя Сэ Ян Бэ жил в старом трёхэтажном доме, к которому мы подъехали сразу тремя машинами: на наших с Чжи «Генезисах» и внедорожнике сопровождения, внутри которого находились трое безопасников. Открыли нам не сразу. Несмотря на то что за дверью отчётливо слышались голоса жильцов, ждать пришлось не меньше пяти минут. Дядя девушки отреагировал только после того, как я недвусмысленно намекнул, что мои люди вполне в состоянии вышибить старую хлипкую дверь, чтобы создать условия для нашей милой беседы.

Когда он открыл, стало понятно, чем было обусловлено ожидание. Судя по его лицу, мужчина пытался скрыть синяки. Вполне классическим для Кореи способом — при помощи тонального крема. Полностью завершить процесс ему не дали, поэтому выглядел он сейчас немного комично. Если бы не ситуация, это пожалуй даже было бы смешно.

Стоило перешагнуть порог, как в прихожей раздался сварливый женский голос:

— Вы вообще кто такие? Я сейчас полицию вызову! Кто вам дал право угрожать людям?

Повернув голову, я столкнулся взглядом с женщиной в затёртой домашней одежде, с некрасивым лицом и начавшей расплываться фигурой. Не знаю, как насчёт дяди, но в данном случае причины ненависти к Сэ Ян Бэ были налицо.

Озвучить ответ я не успел. Первой заговорила Чжи Чен:

— Я например, председатель Чен Групп. Желаете выгнать меня из квартиры?

Тётя Сэ Ян Бэ замерла, округлив глаза, и уставилась на девушку. Потом, с лёгкой растерянностью, посмотрела на своего мужа. Затем перевела взгляд на меня. Рискну предположить, она точно не ожидала визита главы корпорации в своё скромное обиталище. Уж тем более в такое время и по такому поводу.

Шагнув вперёд, я посмотрел на хозяина квартиры:

— Зачем вы напали на вашу племянницу и её парня?

Тот отлепил взгляд от Чжи Чен, на которую ошеломлённо пялился, и с растерянностью посмотрел на меня. На свою жену. Снова на меня. Вздохнув, я подтолкнул его:

— Полиция уже берёт показания. На камерах вы наверняка тоже есть. Уйти от наказания не получится. Не знаю, что вы собирались сделать — избить, убить, изнасиловать или похитить — с этим разбираться предстоит прокуратуре. Но вы однозначно отправитесь за решётку. Все четверо.

Дядя моргнул, открыл рот, закрыл его, снова покосился на жену, и в конце концов заговорил:

— Да мы не хотели ничего такого… Мы… Поговорить просто хотели…

Рядом вспыхнул гневный взгляд Чжи.

— Поговорить? Вчетвером? С юной хрупкой девушкой? Ты кем себя возомнил, сволочь? Великим обманщиком? Тогда тебе стоит учиться лгать получше, потому что в эту ложь не поверит ни один разумный человек!

Дядя Сэ Ян Бэ сглотнул слюну. Секунду подумав, обратился ко мне:

— Вы не понимаете. Мы просто ехали по Сеулу и я увидел, что они идут по улице. Мы вышли, чтобы узнать, как у неё дела и пообщаться. А потом…

Он замолчал, на момент задумавшись. Затем продолжил:

— Потом она начала отвечать, как обычно. Мол, это не ваше дело и это её собственная жизнь. Все эти раздражающие бредни. А дальше, слово за слово…

Я мрачно усмехнулся и кивнул:

— В итоге вы решили разобраться при помощи силы. Прямо там, почти в центре города. Где вы оказались, конечно же, случайно. Вместе с тремя мужчинами, которые без раздумий набросились на вашу племянницу и её спутника? Серьёзно считаете это хорошей версией для защиты?

Не успел я договорить, как в прихожей вновь зазвенел голос Чжи Чен:

— Да вас всех на двадцать лет посадят! Думаешь, тебе это сойдёт с рук? Считаешь, можно безнаказанно напасть на девушку в центре города, и тебе за это ничего не будет?

Дядя Сэ Ян Бэ отступил назад. Испуганно смотря на главу Чен Групп, попытался выстроить линию защиты:

— Да не собирались мы нападать, госпожа. Поговорить хотели. Убедиться, что всё хорошо. Я же не виноват, что она не следит за своим языком.

Мужчина был испуган. Настолько, что страх вытеснил все остальные эмоции, полностью захватив разум. А вот лицо его жены отражало не только боязнь, но и вполне искреннюю ненависть. Что-то подсказывало, именно она была двигателем этого процесса. То ли ненавидела Сэ Ян Бэ исключительно из-за её возраста и внешности, то ли выплёскивала агрессию за её стиль поведения. Могу поспорить, бессознательно сравнивала её жизнь со своей собственной юностью, и результат точно был не в её пользу.

— Ты хочешь оказаться в тюрьме? — Я сделал шаг вперёд и сразу же заговорил вновь, смотря на мужчину. — Нет, не так. На сколько лет ты хочешь угодить в тюрьму? На пять? Двадцать?

Глаза дяди Сэ Ян Бэ изрядно округлились. Видимо, цифра «двадцать» показалась ему слишком впечатляющей. Переведя взгляд с меня на Чжи и обратно, мужчина принялся сыпать словами:

— Да не хотел я ничего такого, вы что? Стал бы я нападать на кого-то прямо в центре города? Я что, по-вашему, на идиота похож?

Чжи Чен медленно кивнула:

— Ты похож не просто на идиота. Ты напоминаешь мне очень опасного идиота, которого нужно обязательно упечь за решётку.

Входить в состояние фокуса было тяжело — нагрузка сегодня выдалась достаточно жёсткой. Тем не менее мне удалось сконцентрироваться, после чего я переключил внимание на женщину:

— Гражданский иск будет подан уже завтра. Мы в любом случае заберём всё, что у вас есть. Накопления, эту квартиру и всю иную собственность. В качестве компенсации за моральный и физический ущерб, нанесённый Сэ Ян Бэ. Ваш муж отправится в тюрьму, а вы останетесь гнить на улице.

Тётя девушки отреагировала моментально. Отчаянно всплеснув руками и едва ли не закричав:

— Какой ещё ущерб? Мы её кормили и давали крышу над головой! А она повела себя как неблагодарная сволочь! Мало того, что перед всем районом опозорила, так теперь ещё и здесь нагадила!

В этот раз я успел остановить Чжи, махнув рукой и прервав поток слов, который, судя по всему, уже был готов вырваться из её рта. Вместо этого обратился к женщине сам:

— Это ваша позиция. Тогда как наш адвокат будет заявлять о том, что вы серьёзно повредили её психику, издевались над несовершеннолетней, подвергали её психологическому насилию и вполне вероятно, использовали физическое. Совокупность этих факторов потянет не только на стоимость вашей квартиры. Скорее всего, это обернётся ещё одним уголовным делом. В рамках которого вы станете обвиняемой. Отделаться одним только разорением не выйдет.

Эмоции на лице женщины отражались вполне однозначные. Могу поспорить, будь на нашем месте кто-то другой, она бы уже выдала целый поток оскорбительных комментариев. Но рядом стояла Чжи Чен — председатель одного из чеболей Южной Кореи. Да, Чен Групп не входила в число самых влиятельных семейных корпораций. По сути, она даже до среднего звена не дотягивала. Но с точки зрения обывателя это была компания, способная за считанные дни перемолоть его жизнь в порошок. Присутствие здесь её председателя многократно усиливало каждое моё слово, делая угрозы осязаемыми и реальными.

В конце концов женщина приняла решение — именно то, на которое я рассчитывал.

— Это всё он! Старый консерватор! Хотел, чтобы она была как девушки его юности. Говорил, что нужно с детства прививать моральные правила. Вдалбливать кодекс, по которому должна жить каждая приличная корейская девушка.

Я внимательно посмотрел на женщину, старательно изображая интерес к её словам и та сразу же продолжила.

— Инициатором всегда он был. Я вообще ни в чём не виновата. Будь моя воля, у Сэ Ян Бэ в жизни ни одной проблемы не возникло.

Усмешку удалось сдержать. Несмотря на паршивое состояние и не самое глубокое погружение в фокус, психотип женщины я определил вполне верно. Как минимум в плане инстинкта самосохранения. Чтобы уйти от волчьей стаи, она без особых раздумий, воткнула нож в ногу собственного мужа, оставив его зверям.

Сам мужчина глянул на неё с неподдельным изумлением:

— Ты же сама сказала поехать и встретиться с ней! Напомнить, что она нам обязана! А теперь говоришь, что ни при чём⁈ В комнате её запирала тоже ты! И без еды девчонку оставлять — твоя идея!

Именно на это у меня и был расчёт. По крайней мере, он появился после того, как я увидел их лица, оценил мимику и спрогнозировал реакцию. Изначально сценариев развития ситуации у меня в голове было несколько, но определиться оказалось несложно.

Женщина нахмурилась, с гневом уставившись на мужа:

— Это ты что придумал? Меня во всём виноватой выставить? А самому выскользнуть? Значит, как на неё кричать и наказывать — так ты всегда первым мчался. А как пришло время ответственность на себя взять, так сразу решил сбежать куда-нибудь подальше? Забиться в горную пещеру и носа оттуда не показывать?

Мой водитель, стоящий за спиной, особого внимания к себе не привлекал, и поэтому никто не заметил, что в своей правой руке, опущенной вниз, он всё это время держал телефон с включённый видеокамерой, которая фиксировала общение кровных родственников Сэ Ян Бэ.

Следующие пять минут мы наблюдали, как двое родственников Сэ Ян Бэ поливают друг друга грязью, обвиняя во всём, что только возможно, включая немало конкретных случаев. В процессе спора они вспомнили, как минимум семь отдельных эпизодов, в которых обвинили друг друга. И, судя по их описанию, каждая из этих ситуаций тянула на полноценный срок. Законодательство о защите детей, как и в большинстве стран мира, в Корее работало криво и плохо. Тем не менее наказания там были прописаны весьма суровые. Единственное, что требовалось — доказательная база, которую мы прямо сейчас и добывали.

В конце концов они замолкли, и женщина с лёгким подозрением взглянула на нас:

— Так что вам нужно? Зачем приехали?

Я пожал плечами, мрачно разглядывая их:

— Приехали получить доказательства. И вы нам их успешно предоставили.

Бросив взгляд на часы, я усмехнулся:

— Через пару минут здесь будет полиция. Я бы советовал собрать вещи. В тюрьме бывает холодно.

Они переглянулись, а потом женщина всё же обратила внимание на аппарат в руке моего телохранителя и указав на него пальцем, противно закричала:

— Это незаконно! Вы не имеете права! Нельзя снимать человека без его разрешения! В качестве доказательства это не пройдёт!

Я спокойно кивнул и показательно развёл руками:

— Вы уж извините, случайно вышло. Мой водитель записывал видео для знакомого, а потом, вместо того чтобы выключить камеру, случайно нажал не туда, вот и всё. Он даже телефона не поднимал, чтобы захватить ваши лица. Всё это время держал его в руке. Даже если что-то заснял, это абсолютная случайность.

Усмехнувшись, продолжил:

— Тем не менее, раз эта случайность уже произошла, стоит признать: в нашем распоряжении есть видео, на котором вы признаётесь в совершении преступлений.

Довести мысль до логического конца я не успел. Женщина снова подалась вперёд, буквально сжигая меня взглядом:

— Это нельзя использовать в суде! Ни один судья такое не примет в качестве улики! Даже я это знаю, хоть и не юрист!

На последней фразе она покосилась в сторону Чжи Чен, намекая, что глава компании могла бы быть в курсе юридических норм своей собственной страны. Но ответить девушке я не позволил, хотя судя по её лицу, ей этого очень хотелось.

— Так эта запись не пойдёт в суд. Вместо этого её увидит вся страна. Понимаешь, в чём дело: блогеры это не судьи. И такое видео они опубликуют с радостью. А потом оно моментально разлетится по всем социальным сетям. Пара дней и ваши имена будут знать все жители Кореи. А если судья вдруг вздумает вас оправдать, боюсь, его жизнь резко осложнится. Тяжело расти по карьерной лестнице, когда под твоими окнами каждый день собираются десятки, а то и сотни протестующих.

Дядя Сэ Ян Бэ уже всё понял. Прислонившись к стене, шокировано пялился на нас и, судя по лицу, отчаянно пытался придумать, как выкрутиться из ситуации. А вот тётя девушки так просто успокаиваться не собиралась:

— Мы сами в суд подадим! И в полицию заявление напишем! Это незаконная съёмка! Вы сами преступники!

Я задумчиво хмыкнул. Обернулся, посмотрев на своего водителя. Затем вернул взгляд на женщину и озвучил очевидное:

— Обратиться в полицию, вы безусловно, можете. И гражданский иск подать тоже никто не помешает. Возможно у вас даже получится отыскать адвоката. Вдруг кто-то решит помочь парочке закоренелых преступников, которые издевались над дочерью их кровных родственников. А когда та вырвалась из-под их опеки и сумела сбежать из тюрьмы, в которую парочка выродков превратила свой дом, они попытались избить её и похитить, чтобы вернуть назад.

На секунду прервавшись, внимательно посмотрел на неё и сделал шаг навстречу, сокращая дистанцию:

— Как думаешь, что скажут люди, увидев это видео? И какие мысли зародятся в их головах после того, как в социальных сетях появится множество записей, где Сэ Ян Бэ в деталях рассказывает о своём прошлом? Сколько ещё обвинений вам выдвинут? Не хочешь посчитать? Пожизненное заключение и ненависть каждого корейца. Вот, что вы получите в итоге.

Мужчина, который до того изображал молчаливого зрителя и наблюдал за всем, прижавшись к стене, наконец пришёл в себя. Оттолкнувшись от своей опоры, рухнул на колени, впившись взглядом в лицо Чжи:

— Что нам сделать, госпожа? Как искупить вину? Как спастись?

Это было быстро. Мы не просто подвели их к мысли о сотрудничестве с полицией, параллельно подавив волю к сопротивлению, но и вот-вот могли получить чистосердечное признание.

Глава Чен Групп мельком глянула на меня, после чего склонилась к лицу дяди Сэ Ян Бэ:

— Признайте вину! Расскажите всё! Заключите соглашение со следствием! Только так выйдете из тюрьмы до того, как умрёте.

Мужчина, который смотрел в пол, медленно поднял глаза, изумлённо глянув на девушку. А увидев её лицо, согнулся вновь. В этот раз настолько сильно, что врезался лбом прямо в дешёвый паркет.

— Я всё сделаю, госпожа! Всё, что вы сейчас сказали! Это не моя вина! Всё расскажу, в деталях, с подробностями! Только не оставляйте меня умирать в тюрьме!

Его жена что-то взвизгнула и бросилась было к мужу, но её перехватил мой телохранитель, мягко оттолкнув обратно. Я же, глядя на мужчину, который так и стоял, уткнувшись лбом в пол, заговорил:

— Признайте вину, дайте показания и расскажите, как всё было на самом деле. Сделаете так и получите не больше десяти лет. В противном случае, все наши ресурсы будут брошены на то, чтобы обеспечить вам пожизненное заключение.

Тётя Сэ Ян Бэ снова что-то закричала, но на этот раз помощь телохранителя не понадобилась. В квартиру вошли полицейские — оперативная группа, вызванная адвокатом, который сейчас находился в клинике вместе с Геон Шином и Сэ Ян Бэ.

Связей на высоком уровне у юриста не имелось, но оперативников он обеспечил более чем лояльных. Лишних вопросов они не задавали, на фразы подозреваемых по поводу незаконной съёмки не реагировали, а вот чистосердечное признание дяди Сэ Ян Бэ зафиксировали с радостью. После чего забрали обоих родственников стажёрки из квартиры и увезли в участок.

Когда мы оказались снаружи, Чжи тяжело вздохнула, проводив взглядом удаляющуюся полицейскую машину с проблесковыми маячками. Покачала головой:

— Как так можно? Ну вот как? За такое надо сразу ноги вырывать, ослеплять и бросать в горах. Откуда они только берутся…

Посмотрев на девушку, я собирался ответить, но тут меня внезапно повело в сторону. Настолько, что телохранитель был вынужден подхватить за руку, чтобы я не рухнул прямо на асфальт.

Чжи Чен моментально уставилась на меня испуганным взглядом:

— Это что сейчас было? Тебе плохо? Может, в клинику отвезти? Что делать? Не молчи, скажи что-нибудь!

Улыбнувшись, я со спокойным лицом отрицательно качнул головой:

— Небольшое утомление. Посплю — всё пройдёт. Всё, что мне сейчас требуется, так это крепкий здоровый сон.

Девушка на мгновение поджала губы. Потом разочарованно вздохнула. После нашей беседы в ресторане она, вероятно, рассчитывала на несколько иное окончание вечера. Тем не менее, Чжи только что своими собственными глазами наблюдала причину, по которой все активные развлечения следовало отложить на потом. Как минимум до того момента, как я посплю и меня прекратит качать из стороны в сторону.

В итоге спустя пару минут я уже ехал домой, расположившись на заднем сиденье своего «Генезиса». Водитель моё состояния тоже прекрасно видел и завести беседу не пробовал. Ограничился тем, что доставил меня точно по адресу и поднялся вместе со мной до дверей квартиры.

Собственно, он хотел проконтролировать и финальную часть процесса, убедившись, что я благополучно добрался до кровати. Но это предложение я решительно отверг, приказав ему отправляться домой. Сам же, оказавшись в квартире, разделся, на пару минут заскочил в душ и направился к своей постели.

На мгновение показалось, что душ взбодрил достаточно, чтобы ещё немного поработать. Но стоило забраться под одеяло, как сознание моментально отключилось. Я даже не уловил момента, когда подступило то пограничное состояние, что обычно приходит перед сном.

Будильник у меня, к счастью был выставлен с ежедневным повтором, так что проснулся я вовремя. Спустив ноги на пол, уселся на кровати, лишив себя соблазна отключиться снова. Зевнув, развернул список уведомлений на телефоне. И усмехнулся. Пожалуй, стоило сказать Чжи, что далеко не все мои слова следует воспринимать настолько буквально.

Глава XIV

Когда мы вчера разговаривали в ресторане, мне казалось, что слова про отсутствие фото и видео — вполне очевидная шутка. Но, похоже, девушка восприняла их как тонкий намёк, потому что действительно прислала видео. Стоило признать, несмотря на весьма интимный формат, там даже прослеживался некоторый сценарий, который пусть и оказался, по понятным причинам смазан к финалу, но отчётливо прослеживался невооружённым взглядом. А в концове немного подвело состояние единственной актрисы, режиссёра и сценариста в одном лице. Тем не менее, усилий девушка точно приложила немало. Если же судить по времени отправки, времени у неё на это точно ушло немало. Раз я отключился в районе полуночи, получается, она приехала в себе приблизительно в этот же момент. Тогда как видео мне пришло в район двух часов ночи.

Сразу после него в истории переписки имелось сообщение:

«Если утром ты это проигнорируешь и ничего мне не напишешь, я с тобой сутки разговаривать не буду. Нет, пять суток! Вообще разговаривать не буду! И номер заблокирую! Вообще не знаю, зачем я тебе это отправила…»

После этого она прислала ещё одно сообщение, но что именно там было написано, к сожалению, узнать не вышло — девушка благополучно его удалила. Впрочем, судя по тому, что видео осталось на месте, в конце концов, она, видимо, решила, что поступила правильно.

После короткого размышления я развернул клавиатуру и быстро набил ответ:

«Сценарий неплох. Режиссура — на среднем уровне. А вот актриса выложилась по полной. Я бы сказал, мне скорее понравилось, чем наоборот.»

Вернувшись из ванной, уже освежившийся, с чистыми зубами и более-менее ясной головой, я обнаружил ещё одно входящее сообщение:

«Бессмертным горным духом себя возомнил? Чтобы я тебе ещё что-то отправила? Да никогда такого больше не будет!»

Усмехнувшись, я отправил ответ:

«Поговорим об этом вечером.»

Что занятно, это послание девушка проигнорировала. То ли восприняла в качестве намёка, то ли решила приступить к реализации своего обещания не разговаривать со мной целый день, пусть оно и было озвучено в качестве угроз совсем по иному поводу.

Водитель ждал внизу, машина сопровождения тоже была на месте. Так что спустя четверть часа мы уже стояли в сеульских пробках, где меня и настигло сообщение от Мин Со.

«Журналисты только что опубликовали заявление о пресс-конференции. Сегодня, через полтора часа.»

Ссылка на пост прилагалась, так что я смог быстро изучить первый источник. Правда никакой более детальной информации там не содержалось. Единственное, что можно было добавить к самому факту проведения пресс-конференция — это адрес здания, где та должна была состояться. Не более того. Впрочем, суть замысла Джи Хё я уже знал. По крайней мере, предполагал, что знаю. Тем не менее оценить ситуацию следовало. Желательно, сделав это из первых рядов.

Поэтому я принял самое простое решение — отправил туда Бэк Хёна. Он был не настолько популярным блогером, чтобы его сходу узнали в лицо или по нику и идентифицировали с «Бушующим Китом», но при этом подписчиков у парня было достаточно, чтобы получить аккредитацию. Тем более он позиционировал себя как независимого автора, и если организаторы пресс-конференции не слишком погружены в тему, они и не задумаются, что он может быть связан с противниками Джи Хё. Далеко не факт, что они вообще в курсе нашего противостояния, по крайней мере, в его нынешнем формате.

Со стороны Бэк Хёна никаких вопросов к заданию не возникло. Всё, чем он поинтересовался — есть ли там дресс-код и необходимо ли ему сохранять суровый внешний вид, чтобы поддерживать имидж нашей компании? На этом перечень моментов, что интересовали юношу, исчерпался.

Остаток дороги до офиса я провёл, уткнувшись в телефон. Новости, аналитика, статьи, посты в блогах и множество иных материалов. В данном случае дело было не в в том враге, которого нам подсовывали под нос. Джи Хё являлась лишь марионеткой. Удобным инструментом для воздействия на объекты. И пусть ей, скорее всего, обещали предоставить определённую свободу действий после выполнения основной задачи, я сомневался, что это будет реализовано на практике. Кукловод наверняка оставил себе достаточно вариантов для контроля над ценным ресурсом. В конце концов, она не только получила от него деньги, но и юридически становилась собственником целой компании, которая к тому же будет работать в медиа-сфере, что автоматически обеспечивало ей немалое влияние. Оставить подобную фигуру без поводка было просто невозможно.

Что меня по-настоящему интересовало, так это финансы. Те самые, что частично шли на финансирование «Народного патруля», а основной своей массой растекались по всей Корее. Они поступали на счета компаний, а потом превращались в абсолютно законные деньги, при помощи которых можно было финансировать всё что угодно: от покупки личной яхты или бизнес-джета до пожертвований на развитие общественных организаций, вроде той, что возглавлял сын Джи Сок Ра.

Ситуация вокруг самого прокурора тоже складывалась интересно. Не сказать, что его пресс-конференция взорвала Корею или стала центральной новостью информационного пространства. Тем не менее отклик был достаточно серьёзным. Политические аналитики уже принялись гадать, к какой партии примкнёт Джи Сок Ра и как вообще собирается реализовать своё желание избираться. Препятствия они при этом видели точно такие же, как и я, да и варианты решений приходили те же самые. И так же, как в моём случае, никто не понимал, каким образом Джи Сок Ра собирается реализовать свой план.

Оказавшись в офисе, первым делом я столкнулся с Хён Ву, который встретил меня на входе и выглядел слегка напряжённым.

— Насколько вы доверяете госпоже Чен?

Вопрос поставил меня в тупик, и это, видимо, хорошо отразилось на моём лице, потому что глава службы безопасности немедленно уточнил:

— Переформулирую. Насколько вы доверяете её умению оценивать людей?

Формулировка всё ещё звучала довольно странно, но была уже чуть более понятной.

— Не на все сто процентов, — признался я, — но определять лояльных себе людей она вполне способна.

Мужчина с хмурым видом кивнул, бросил взгляд в сторону двух охранников, стоявших на входе метрах в семи от нас, и тихо уточнил:

— Речь о её водителе. Мои люди наблюдали за ним вчера, пока он ждал свою госпожу, и утверждают, что выглядел он достаточно странно.

Хмыкнув, я немедленно поинтересовался.

— В каком плане?

Бывший полицейский пожал плечами:

— Понимаю, звучит странно. Тем не менее факт остаётся фактом: в сторону наших парней он посматривал с заметной злостью, а когда вы вместе с госпожой Чен вдвоём вышли из подъезда, и вовсе скривился так, как будто перед ними блюдо с тухлой рыбой поставили.

Я сосредоточился, пытаясь вспомнить выражение лица водителя, и быстро убедился, что, выходя из подъезда, я банально не посмотрел в его сторону. Уровень усталости был слишком высок, чтобы обращать внимание на детали.

— Раз так, это стоит проверить. Сообщи Геон Шину, пусть займётся.

Глава службы безопасности молча кивнул, отступая в сторону. Я же двинулся к лестнице, поднимаясь наверх.

Оказавшись на нужном этаже, первым делом проверил работу строителей. А убедившись, что они работают чётко по плану и никаких проблем не предвидится, отправил сообщение в чат лидеров команд. С распоряжением о проведении срочного совещания руководства.

* * *

На свою судьбу Бэк Хён Цой не жаловался. Да, когда-то ему не повезло попасться на продаже запрещённых веществ, но с другой стороны, из-за этого он встретился с Мин Джин Хо. А теперь и вовсе стал популярным блогером. Если сначала эта идея показалась просто увлекательными способом себя занять, то теперь парень понимал, что это едва ли не работа его мечты. Снимай видео, пиши интересные посты, развлекайся вместе с подписчиками и зарабатывай при этом приличные деньги. Даже сейчас, когда на его профиле было всего чуть больше ста двадцати тысяч подписчиков, уже приходили предложения о размещении рекламы. При этом Бэк был уверен, что в процессе он точно перевалит планку в миллион человека, а там, как знать, возможно, станет международно известным блогером, за которым будет следить весь мир, а транснациональные компании станут предлагать миллионы за подписание рекламных контрактов.=

О подобном юноша читал в биографиях и новостях о других блогерах. Вдохновлённый своим новым назначением, он решил скопировать метод Геон Шина, который встречался с его «сестрой», и воспользовался поисковой системой, чтобы просмотреть профильные материалы. В конце концов, раз глава технической команды чем-то настолько понравился Сэ Ян Бэ, значит, у него точно было чему поучиться.

Вспомнив вчерашнее нападение, Бэк Хён настолько сильно сжал телефон, что его пальцы побелели, а сам аппарат жалобно захрустел. Опомнившись, парень выдохнул и ослабил хватку. Чего ему сейчас точно не нужно было, так это ломать свой основной инструмент.

Постаравшись выбросить из головы мысли о грязных ублюдках, которые сейчас находились за решёткой и наверняка понесут заслуженное наказание, Бэк Хён огляделся вокруг. Журналисты, блогеры, персонал бизнес-центра, где арендовали конференц-зал — помещение было заполнено массой людей. Не меньше сотни, если оценивать на глаз. Возможно, даже чуть больше.

Заметив свободное место в первом ряду, парень устремился туда, отчаянно работая локтями и пробиваясь сквозь толпу. Добравшись до цели, он издал победный возглас и опустился на стул, сразу закинув ногу на ногу. Сосед слева не обратил на него ровным счётом никакого внимания, а вот сосед справа посмотрел с явным интересом.

— Позвольте, я вас знаю? Мы раньше не встречались? Вы знаете, что это место зарезервировано?

Бэк Хён Цой чуть повернул голову, демонстративно оглядел мужчину и отрицательно покачал головой.

— Не думаю, что мы виделись… Вы бы меня точно запомнили.

Тот посмотрел на парня с лёгким изумлением, явно не совсем понимая, как реагировать. Но придумать ответ не успел — пресс-конференция уже началась.

Джи Хё в строгом чёрном костюме напоминала персонажа классического бизнес-фильма. Дополнительное сходство придавали двое мужчин, стоявшие за её плечами. Вытянувшись, они застыли каменными статуями, смотря в одну точку, изображая то ли телохранителей, то ли личных помощников, то ли просто декорации.

— Приветствую всех, кто откликнулся на мой зов. Сегодня вы пришли сюда не зря. Каждый из вас станет свидетелем рождения новой легенды Сеула.

Голос Джи Хё, усиленный техникой, прокатился по залу. Она обвела собравшихся внимательным взглядом.

— Как вы все знаете, совсем недавно я была за решёткой. Сидела в тюремной камере.Но сейчас я не стану рассказывать вам о несправедливых обвинениях, купленных прокурорах, давлении со стороны властей или ударах в спину от родственников. Вместо этого я расскажу о другом. Главной мысли, что посетила меня в этом мрачном и суровом месте.

На несколько секунд она сделала паузу, вглядываясь в зал. Бэк Хён, который снимал всё это на видео, тихо хмыкнул и с лёгким раздражением покачал головой. Сосед справа бросил на него ещё один быстрый взгляд, но сразу же переключился на свой собственный смартфон, при помощи которого вёл прямую трансляцию.

— Я поняла одну очень простую вещь: если ты не контролируешь дело всей своей жизни, то это на самом оно вовсе не твоё. Нельзя тратить своё бесценное время на то, что тебе не принадлежит.

Во время следующей паузы Бэк Хён постарался сдержать свои эмоции, хотя ему очень хотелось сделать несколько едких комментариев. Впрочем, Мин Джин Хо озвучил чёткий и однозначный приказ — никакого вмешательства в процесс конференции ровно до момента её завершения. По крайней мере, официальная часть. Вот когда журналисты начнут задавать вопросы, у Бэк Хёна появится возможность проявить себя. Конечно, если ему этого захочется.

— Именно поэтому сегодня я объявляю о создании новой корейской компании, которая войдёт в историю нашей страны. Став крупнейшим медиахолдингом, который соберёт под своей крышей десятки изданий. Обеспечит каждого корейца качественной, непредвзятой и объективной информацией.Пока мы планируем работать только в интернете, но я думаю, что в ближайшем будущем речь пойдёт и о телевидении. Мои юристы прямо сейчас прорабатывают вопрос об отправке заявки на запуск нового кабельного телеканала.

Голос Джи Хё гремел, заставляя журналистов переглядываться и тихим шёпотом обмениваться мнениями. После её заявления о создании нового медиахолдинга, помещение ненадолго заполнилось гулом голосов. Видимо, большинство собравшихся такого не ожидали.

Бэк Хёк старательно держал себя в руках. Не смеялся, не ругался, не пытался запустить в Джи Хё стулом, и даже ироничные шуточки отпускал только в своей голове. Ровно до того момента, как женщина объявила, что теперь каждый из репортёров может задать ей вопрос.

Зал моментально взорвался десятками голосов. Первым хотел оказаться каждый из присутствующих. Интерес был понятен. Мало того, что женщина внезапно вышла из тюрьмы и пропала из поля зрения, так теперь ещё вернулась в Сеул, заявив о создании новой компании. Всё это при том, что её старые счета оставались заблокированы и никакой собственности, которую можно было бы продать, у Джи Хё не имелось. Единственным исключением были акции Чен Групп, но даже самые ленивые из репортёров проверили, на кого зарегистрирован её пакет ценных бумаг. Все были в курсе, что та небольшая доля, которая у женщины, до сих пор оставалась в её собственности.

Именно поэтому десятки людей кричали, пытаясь задавить конкурентов громкостью голоса, и размахивали руками, привлекая внимание.

Бэк Хён огляделся по сторонам, усмехнулся и покачал головой. Его сосед справа, до того казавшийся чопорным и консервативным, вскочил на ноги и, едва ли не подпрыгивая на месте, выкрикивал вопросы об источнике денег,

Учитывая ситуацию, достучаться до Джи Хё при помощи классического варианта было невозможно. Поэтому Бэк Хён прибегнул к нестандартному методу решения вопроса. Вскарабкавшись на стул, включил экран своего телефона и поднял руку с устройством вверх. Через мгновение помещение огласил звук ревущей сирены, выведенный на максимум. Не сказать, что динамик телефона позволял использовать аппарат в качестве звукового оружия, но этого было достаточно неожиданным, чтобы больше сотни журналистов замолкли и попытались отыскать глазами источник звука.

Сам Бэк Хён моментально воспользовался ситуацией. Выключив сирену, он устремил взгляд на Джи Хё и прокричал:

— Это правда, что целый год вы скрывали гибель своего мужа? Что насчёт вашей племянницы? Вы действительно пытались убить её? Вы на самом деле управляли корпорацией, не располагая на это никакими законными полномочиями? Насколько верны слова некоторых ваших сотрудников о том, что вы превратили компанию в криминальную организацию?

Толпа, которая сначала притихла из-за внезапного звука сирены, потом прислушалась к выкрикам блогера, снова зашумела. Часть возмущалась его поведением, другие пытались выяснить кто он такой и откуда вообще взял информацию? Третьи же зацепились за его слова и дублировали те же самые вопросы. Сама Джи Хё впилась в юношу гневным взглядом.

— Это ложь и клевета! Ни единого слова правды! Я подам в суд на каждого, кто это заявляет!

Журналисты снова примолкли, на этот раз из-за силы голоса самой Джи Хё. Бэк Хён же, не став терять время, озвучил следующий вопрос:

— А разве не за это вас арестовали? Кто оплатил ваш залог? Что за человек поднял женщину вроде вас из крепостного рва, наполненного кровью и снова отправил убивать?

Джи Хё раздражённо указала пальцем на другого блогера, который начал задавать вопрос, но остановить Бэк Хёна было не так просто.

— Почему вы оказались на свободе? Как так вышло, что ваш сын до сих пор в тюрьме, а вы на свободе? Он гниёт в камере, а вы даёте пресс-конференции и разъезжаете на роскошных автомобилях?

На этот раз реакция Джи Хё оказалась куда более острой. Отключив микрофон, она тихо сказала что-то одному из мужчин, стоявших за её спиной и тот немедленно сорвался с места. Спустя пару минут Бэк Хёна, который кричал о свободе слова, нарушении прав прессы и призывал всех быть свидетелями на судебном процессе, выволокли из зала.

Глава XV

Когда все лидеры команд собрались в комнате для совещаний и расселись по своим местам, на меня медленно уставились четыре вопросительных взгляда. Что понятно — до этого я подобных мероприятий не проводил. По той простой причине, что в них не было необходимости. Сейчас же ситуация изменилась.

Бегло посмотрев на каждого из них, я начал говорить:

— Сразу перейду к делу. Вполне вероятно, нас ждёт новая война. Отличающаяся от всех предыдущих и смертельно опасная.

Я сделал короткую паузу и ещё раз прошёлся взглядом по лицам, оценивая мимику с настроением. Техники я сейчас не использовал. Если бы я пустил в ход методики воздействия, совещание потеряло бы всякий смысл. Тем более, если рассуждать с моральной точки зрения, проще было бы обработать каждого из них индивидуально, вынудив сражаться за меня до самого конца. Этот вариант был бы самым эффективным с технической точки зрения. Но при этом он же являлся самым мерзким с моральной точки зрения.

— Вы прекрасно знаете, с кем мы сражались до этого. Наверняка думая, что это были серьёзные противники. С какой-то стороны так оно и есть. Тем не менее, сейчас перед нами новый потенциальный враг. Такой, с которым мы раньше не сталкивались. Абсолютно иной породы.

Лидеры команд переглянулись и после короткой негласной жеребьёвки первым заговорил Хён Ву

— О ком вы сейчас говорите, сонбэ? Вы собираетесь идти в президенты?

Усмехнувшись, я покачал головой.

— Нет, на президентские выборы я не собираюсь. Как ты видишь, деньги зарабатываются и без политической власти. А желание въехать в Синий дом и четыре года балансировать на тростинке между подлокотниками трона у меня отсутствует. Для такого нужно быть человеком с очень серьёзной психологической девиацией.

Бывший полицейский согласно кивнул, а вот Хё Рин нахмурилась.

— Ты же не планируешь напасть на того генерала, о связях которого мы недавно собирали информацию?

По лицу Хён Ву скользнула тень беспокойства, Мин Со слегка прищурила глаза, а Геон Шин уставился на меня с полным изумлением. Формулировка вопроса настолько его удивила, что он даже не стал дожидаться моего ответа. Вместо этого заговорил сам:

— Это же армия. Заместитель командующего ВВС. Нельзя просто так взять и…

Оборвавшись на середине фразы, он замолчал, не зная, как продолжить. В воздухе зазвучал голос Хё Рин:

— В этом я с ним согласна, сонбэним. Атаковать армию — плохая идея. Тронете одного, за него стеной станут другие. Особенно если поймут, что это грязный удар по репутации всего генералитета. А где генералы — там военная промышленность, национальная разведка, профильные медиа, связанные с ними компании. Политики в конце концов.

На мгновение замолчав, женщина цокнула языком.

— Тронем их — начнётся такое, что даже просто выжить в этом пекле будет чудом. Не говоря уже о победе.

Судя по лицам всех остальных, они разделяли позицию Хё Рин и, судя по всему, не совсем понимали, ради чего нам необходимо ввязываться в эту битву. Точнее не осознавали, почему у нас просто не останется выбора. И с высокой долей вероятности, произойдёт это уже в самом ближайшем будущем.

Откинувшись в кресле, я положил руки на подлокотники и снова прошёлся взглядом по их лицам.

— Будь у меня выбор, я бы предпочёл никогда не сталкиваться с подобным противником. По крайней мере, до тех пор, пока мы не поднялись до его весовой категории. Но скорее всего именно этот генерал и стоит за таинственным кандидатом в президенты, с которым пытается состыковать меня Га Рам Хур. Вероятно, он же поддерживает Джи Хё.

По лицам всех четверых скользнула тень удивления, и я взмахнул рукой в воздухе, добавив:

— На мой взгляд, это самое логичное объяснение. Совокупность факторов — наличие денег, нужного уровня влияния и заинтересованности именно в таком объекте. Плюс, полностью совпадает по почерку с кадровым подходом в отношении Народного патруля. Только масштаб и формат несколько иные.

Они снова обменялись взглядами, и Хё Рин осторожно поинтересовалась:

— Ты в этом уверен? Пока у нас ни единого доказательства связи Джи Хё и кого бы то ни было из генералитета. Финансового следа, который вёл бы к ней из той сети, что мы обнаружили, тоже нет.

На мгновение помолчав, чуть иным тоном добавила:

— Твоим суждениям я доверяю, но хотелось бы понимать логику. Сам понимаешь, чего нам может стоить один неверный вывод. А помимо генерала, которого слил нам Вэньмин Тан есть и другие заинтересованные фигуры.

Кивнув, я озвучил свои резоны:

— Да, ещё имеется отец Ми Ён Чон. Плюс, в теории это могло быть операцией Кханг Групп. Но вероятность обеих этих версий в разы ниже, чем вовлечённости нашего генерала.

Прежде чем кто-то из них начал говорить, я добавил важное уточнение:

— Есть ещё одна фигура, по поводу которой пока нет полной ясности. Надеюсь, она появится в ближайшее время. Тем не менее, независимо от того, кто именно окажется спонсором Джи Хё, прогноз критично не изменится. В любом случае вероятность нашего столкновения с системой, выстроенной одним конкретным генералом, крайне велика.

Мин Со, которая до того внимательно меня слушала, чуть подалась вперёд:

— Но если кандидат Га Рам Хура связан с этим генералом, мы ведь можем просто договориться? Он ведь сам приглашает тебя в свою избирательную кампанию. Что мешает согласиться, выставив свои условия?

Судя по лицам остальных, единственным, кто не разделял сейчас точку зрения девушки, оказался Хён Ву. В целом, суть предложения на первый взгляд выглядела абсолютно логично: никто не мешал выйти на этого кандидата и провести переговоры, обезопасив себя и свою группу. Возможно, получить поддержку в вопросах безопасности. Тем более бонусы за участие предлагались более чем щедрые.

Основная проблема этого варианта заключалась в поверхностном понимании происходящих процессов. В случае Мин Со это было объяснимо. У девушки имелся опыт работы в маркетинге, да и креативная разработка получалась отлично. Но вот к сложным и многослойным политическим интригам она была непривычна. Тем более к их глубокому анализу.

Я тоже приблизился к столу, положив на него руки, и посмотрел на неё.

— Скрытая сеть, чёрные деньги, связи с коррумпированными чиновниками из соседней страны, амбиции по контролю над Синим домом. Как ты думаешь, чего может добиваться такая фигура?

Глава команды креативной разработки на мгновение задумалась. Неуверенно покосилась в сторону Хё Рин, но та сидела, погружённая в раздумья, и на вопросительный взгляд Мин Со никак не отреагировала. Тогда девушка вернула внимание на меня.

— Власти? Безопасности? Контроля над своим будущим?

Я отрицательно покачал головой.

— У него уже хватает денег и более чем достаточно власти, чтобы чувствовать себя комфортно. Учитывая возраст текущего командующего ВВС Кореи, его заместителю осталось подождать всего пару-тройку лет, чтобы занять его место. Если не допустит серьёзных ошибок, до самой старости останется членом верхушки генералитета. Армия — не гражданское правительство, и должности здесь от политической ситуации не зависят. Это состав министров меняется после каждых выборов. Военных же отправляют в отставку либо за ошибки, либо по состоянию здоровья или достижению определённого возраста. Карьера с точки зрения стабильности куда более выгодная, но и путь к вершине куда дольше. Никто из вышестоящих по собственной воле не освободит тебе место. Только если сам продвинется на ступеньку выше или уйдёт в отставку.

Хён Ву посмотрел на меня с лёгким удивлением. Побарабанил пальцами по столу и внезапно заговорил:

— Считаешь, он готовит что-то более глобальное, чем просто захват Синего дома? Армия давно не лезет в политику. Пусть определённый авторитет у них сохраняется, но если кто-то из генералов попытается использовать войска для установления собственного режима, людям это не понравится. А солдаты не станут стрелять по своим собственным гражданам. Это исключено. Скорее пристрелят командира, а потом арестуют заговорщиков.

Усмехнувшись, я медленно кивнул.

— Если армия попробует захватить власть, всё так и произойдёт. Но ты не рассматриваешь иной сценарий. Что будет, если люди сами захотят, чтобы кто-то навёл порядок? Станут просить об этом?

Хо нахмурился, внимательно посмотрев на меня. Несколько секунд помолчал, а затем тихо поинтересовался:

— Действительно думаешь, что кто-то готовит нечто подобное? Это же государственный переворот. Нужно быть безумцем, чтобы пойти на такое.

Я пожал плечами.

— Либо человеком с полной уверенностью в своей победе.

Теперь замолчали все. Желание говорить у лидеров команд больше не наблюдалось. Четверо моих ближайших соратников сверлили меня взглядами, ожидая продолжения. Я же решил, что пора перейти к сути дела.

— На все сто процентов, что всё обстоит именно так, я не уверен. Это самый негативный из возможных сценариев. Но на всякий случай, именно от него стоит отталкиваться. Суть в том, что если он окажется верным, у нас просто не останется выбора, кроме как вмешаться. Я не знаю, в каком формате это будет происходить. Мне неизвестно, как будут разворачиваться события. С какой скоростью, интенсивностью и уровнем угроз. Но я полностью уверен, что это будет крайне опасно. Как для вас самих, так и для членов ваших семей.

Сделал короткую паузу, давая им время осмыслить услышанное, после чего продолжил:

— В субботу вечером я встречаюсь с тем самым неизвестным кандидатом. После этой встречи станет понятно, в каком ключе стоит рассматривать генерала и насколько глубоко придётся в это ввязаться. Возможно, мои выводы неверны и на самом деле ситуация обстоит иначе. Но если я не ошибаюсь и происходит именно то, о чём я думаю, нам придётся сражаться. Либо забыть о самостоятельности и стать рабами. Служить новому королю, убивая его врагов и сжигая мятежные деревни. Третий вариант — бежать за границу. Основать новую компанию в Европе, Штатах или Азии, начав всё с нуля.

Хён Ву, который не отрывал от меня взгляда, нахмурился.

— У тебя же здесь Чен Групп с их председателем, а ещё одна союзница — младшая принцесса Хёнде Групп.

Следом за ним заговорила Хё Рин:

— Плюс, Хонг Гейминг и их директор.

Я посмотрел на них, слегка подняв брови, и кивнул головой:

— Всё так. Это одна из причин, по которой покидать страну я не собираюсь. Вместо этого хочу дать бой и уничтожить противника. Причина, по которой я собрал вас сегодня здесь, — откровенно всё рассказать и задать важный вопрос. Будете ли вы биться вместе со мной, рискуя погибнуть, или отойдёте в сторону? Скажу сразу, если выберете второй вариант, я не обижусь. И никаких последствий для вас этот выбор не принесёт. Но если вы решите сейчас сказать, что останетесь и примете бой вместе со мной, мне нужно быть на все сто процентов уверенным в вашей готовности. Вы должны понимать весь масштаб потенциальных угроз и представлять, с чем нам придётся столкнуться.

На несколько секунд в помещении установилась полная тишина. Все раздумывали, подбирая аргументы в пользу каждого из возможных вариантов. Первым заговорил Геон Шин:

— Я в любом случае останусь с тобой, сонбэ. Чтобы там ни случилось и что бы ни произошло. Без вариантов.

Логику юноши я прекрасно понимал. С одной стороны — стремительный рывок в карьере и доходах, который позволил ему арендовать шикарную квартиру для своей девушки. С другой стороны — та самая девушка. Красноволосая сорвиголова, которая точно не упустит случая нырнуть в бурлящий от крови океан и насладиться битвой. К тому же, «Бушующий Кит» стал единственным местом, где она может реализоваться, не пытась носить социальной маски. Тем более, что с последней задачей она справлялась крайне плохо. Поэтому у главы технической команды, по сути, не имелось выбора. Или остаться, или остаться. Отступать было некуда.

Следующим подал голос Хён Ву:

— Сражаться я готов, сонбэ. Но… Нам нужно обеспечить безопасность семьям. Как минимум родственникам руководителей команд и ключевых сотрудников.

Он замолчал на секунду, затем сразу добавил:

— Ещё стоит поговорить с Бён Хо. Не скажу, что я полностью доверяю всем членам его профсоюза, но какое-то количество лояльных людей у него имеется. Если подтвердятся худшие прогнозы, они могут пригодиться.

Предложение было дельным. Семья — самая большая уязвимость каждого человека на Земле. По крайней мере, если он любит своих родственников. Не может быть ничего проще, чем приставить условный пистолет к голове одного из близких людей и выдвинуть требования. А учитывая структуру современного мира, таких «пистолетов» может быть множество. Оставалось только выбрать подходящий вариант и воспользоваться им.

Имелась только одна маленькая проблема. Я не совсем представлял себе, где и как можно спрятать членов семей своих сотрудников. Особенно если вспомнить, что солидная часть из них работала, дети учились, а кто-то вовсе жил и трудился за пределами Сеула. Чуть подумав, я согласно кивнул.

— Думаю, мы можем организовать для них что-то вроде корпоративного отдыха. Специальный бонус для сотрудников компании, предполагающий программу релаксации для их родственников. Где-нибудь за пределами Сеула, на территории объекта, который мы сможем полностью арендовать и изолировать, обеспечив безопасность периметра. Совсем идеально, если получится отсечь их от сети и сотовой связи.

Хён Ву саркастически усмехнулся, переглянувшись с Хё Рин. Вернул взгляд на меня.

— Уже представляю, как сын попытается оттуда сбежать. Без интернета он и дня не протянет.

Фраза бывшего полицейского заставила всех улыбнуться, а следом заговорила Мин Со:

— Вы понимаете, что если мы выбросим всю информацию о сети компаний, через которую прогоняют деньги, это вызовет такую лавину, что нас просто сметёт? Не говоря уже о всех остальных данных…

Девушка медленно покачала головой, не отрывая взгляда от моего лица. Потом кивнула своим собственным мыслям и продолжила:

— Но я буду с тобой, сонбэ. Раз войны не избежать, нам остаётся только сражаться и побеждать.

Я слегка кивнул, обозначив, что услышал и понял. Затем посмотрел на Хё Рин, которая в ответ лишь пожала плечами.

— Я не стану покидать корабль из-за того, что к нам приближается эскадра, сонбэ. Если эти глупцы так сильно желают попробовать на вкус наши пушечные ядра, чтобы вдоволь напиться солёной морской воды — пусть. Мы разнесём их корабли в клочья, а оставшихся на плаву заставим удирать до самой линии горизонта. Я остаюсь.

Пару секунд я молчал, изучая их лица. Затем всё же задал уточняющий вопрос:

— Вы хорошо представляете себе масштаб? Когда мы влезем в противостояние, против нас окажутся брошены все ресурсы. Всё, что у них есть. И далеко не факт, что у нас получится свалить их с первого удара. Это было бы неплохо, но стопроцентной гарантии успеха дать никто не может. В том числе и я. А если схватка затянется, уровень угроз окажется безумным. Всё равно что участвовать в гонках на автомобиле с неисправными тормозами.

Какое-то время все четверо молчали. А потом, один за другим подтвердили, что всё прекрасно понимают, осознают и готовы сражаться.

Они уже были в курсе операции против Кханг Групп, но не знали о последних нюансов. По крайней мере, не обо всех. Поэтому, следующую четверть часа я описывал изменения в плане нашей операции, после чего сразу же обрисовал вариант, при котором мы наносим удар ещё и по корейскому генералу. Хотя я и надеялся, что он не пригодится, тем не менее, его стоило проработать. Чем они и должны были заняться. Потому что после начала реализации нашей схемы, «Бушующий Кит» станет основной ударной силой. Если базис атаки закладывался в основном за пределами Кореи, то после того, как весь механизм заработает и его винтики закрутятся, наступит этап, когда всё будет зависеть исключительно от наших действий. Чтобы всё сработало, необходимо сделать их максимально активными.

На то, чтобы сформировать детальный план, расписав каждому его задачи, обозначив приоритеты и обсудив меры безопасности, у меня ушло чуть более полутора часов.

Когда же я сообщил о завершении совещания, и все начали подниматься со своих мест, Геон Шин неожиданно издал удивлённое восклицание. После чего замер, сжимая в руках телефон и слегка растерянно глядя на экран. Затем бросил взгляд на меня:

— Мне только что прислали объявление из даркнета, сонбэ.

Юноша на мгновение замялся, ещё раз посмотрел на экран своего телефона и медленно продолжил:

— Один из пользователей ищет пятерых человек для опасной и рискованной работы. Сегодня вечером, около девяти часов.

Я приподнял брови, не совсем улавливая контекст. Остальные тоже посмотрели на главу технической команды с немым вопросом на лицах. Тот растерянно моргнул. Потом наконец, поняв, чего от него хотят, и добавил:

— Это тот же самый пользователь, что в последние дни искал людей для акций Народного патруля.

Глава XVI

Первая мысль, которая пришла мне в голову, была о внедрении своего человека в число «работников». Собственно, именно этим мы немедленно и занялись.

Процесс несколько осложнялся необходимостью наличия профиля в Даркнете. С другой стороны, этот же фактор делал задачу немного проще. Геон Шину понадобилось всего несколько минут, чтобы найти другой ресурс, где продавались аккаунты для различных платформ, включая этот самый форум. Мы перевели несколько тысяч долларов в криптовалюте и получили доступ к старому аккаунту с репутацией, отзывами и длительным сроком регистрации. От имени которого отправили заявку на выполнение работы.

Когда работодатель вышел на связь, обсудили детали. А Хён Ву нашёл исполнителя, который мог сыграть наёмника в реальной жизни. Одного из своих охранников он использовать не стал, опасаясь, что его могут узнать или заснять в процессе, использовав это против «Бушующего Кита». Однако, найти человека, готового на подобную подработку, для бывшего полицейского труда не составило.

Спустя полчаса у нас был свой человек, успешно внедрённый в группу из пятерых наёмников, которую собирал «Народный патруль». Конечно, в теории можно было подумать, что это чьё-то личное дело, не имеющего к ним никакого отношения. Но за последние две недели этот пользователь занимался исключительно тем, что собирал людей на мероприятия «Народного патруля». Безусловно, название организации не указывалось, но достаточно было посмотреть новости и сравнить акции «Народного патруля» с датами и временем, указанными в объявлениях данного пользователя, чтобы всё понять.

Разобравшись с этим, я вернулся к текущим делам, параллельно прорабатывая планы, которые мы сформировали во время совещания. Даже успел кое-что сделать. Внёс корректировки в медиакомпанию по фонду «Хонг Гейминг». Потом просмотрел предложения для трёх клиентов, которых уже зацепили наши продажники. Всем троим требовались рекламные кампании, и Мин Со Пэк со своими людьми разработала вполне неплохие варианты. Тем не менее, определённые правки потребовались. Правда, ничего сверхкреативного этим заказчикам не требовалось, да и специальные проекты нужны не были. По сути, все трое запросили обычный онлайн-маркетинг, не более того. Классическая схема с объявлениями, лендингами и конечным финансовым результатом. Всё упиралось в уровень конверсии на каждом из этапов и окончательную стоимость лида. Плюс, один из клиентов дополнительно заказал разработку концепта для наружной рекламы в Сеуле.

Не то чтобы я планировал превратить «Бушующий Кит» в рекламное агентство. И уж точно речь точно не шла о превращении в компанию, которая занимается обычной рекламой. Тем не менее, какая-то часть персонала и команды должна была работать над подобными задачами. Во-первых, чтобы создавать имидж фирмы, которая действительно занимается маркетингом и зарабатывает на этом. Во-вторых, чтобы, когда мы начнём расти, у меня под рукой было классическое и эффективно работающее рекламное агентство, способное обеспечить безукоризненную реализацию всех маркетинговых процессов, которые могут понадобиться.

Плюс, это было необходимо для минимизации вопросов со стороны. Они так или иначе наверняка уже у многих возникли. Если же компания не будет работать со стандартными клиентами, а сосредоточится исключительно на решении сложных задач отдельных чеболей, периодически ещё и вмешиваясь в политику, это привлечёт ненужное внимание. Естественно, те кто контактировал с нами или был погружён в определённые процессы сеульского бизнеса или политики, были в курсе, что такое «Бушующий Кит» на самом деле. Тем не менее, если компания станет избегать классической работы с клиентурой, на неё обратят внимание не только подобные люди, но и более широкий круг лиц. Чего совсем не хотелось.

Что касалось будущего, то рано или поздно мы столкнёмся с задачами сбыта продукции или продажи услуг. Причём, в большинстве случаев для этого потребуется самая обычная, классическая реклама. Качественно сделанная, эффективная, с хорошей конверсией. Но всё же это будет стандартный вариант, без сложных схем с манипуляциями и управлением общественным мнением. И если для последнего мне нужна небольшая команда проверенных и хорошо разбирающихся в своей сфере специалистов, то для классических задач подход требовался иной.

Поэтому я планировал отточить навыки стажёров, доведя их до определённого профессионального уровня, выделить людей, которые смогут возглавить группы внутри команды, и в конце концов, когда придёт нужное время, выделить условных «классических рекламщиков» в отдельное подразделение. Пока же все они работали вместе. Как минимум по той причине, что у меня не было достаточно квалифицированных и лояльных людей, которым можно было доверить те или иные процессы.

Как только я закончил с третьей кампанией и собирался просмотреть отчёт Геон Шина, который прислал очередной массив данных касательно незаконных переводов денег между корейскими компаниями, на экране телефона появилось уведомление о сообщении от Чжи Чен. С вопросом о том, что я делаю этим вечером.

Я быстро набрал ответ, что пока не уверен и лучше поговорить об этом чуть позже. Но председатель группы оказалась более настойчивой, чем можно было подумать. В итоге она оставила меня в покое только после полусотни сообщений, двух десятков фотографий и трёх коротких видео, на которых она якобы демонстрировала отделку своего нового офиса. Хотя куда чаще я видел интересные ракурсы её отражения в зеркале, а не дизайн помещений.

Стоило закончить переписку и открыть файл, присланный Геон Шином, как устройство связи снова завибрировало, сообщая о входящем звонке. Звонил Бён Хо Шон с весьма неожиданным вопросом: не случилось ли у меня какой-то размолвки с Га Рам Хуром?

Причина, по которой мужчина так считал, была проста. Он несколько раз пытался связаться с политиком, ни разу не добившись успеха. Когда я поинтересовался, зачем Бён Хо понадобился глава Новой консервативной партии Кореи, бывший полицейский ненадолго замялся, а затем ответил.

— Понимаешь, в чём дело, сонбэ. Я вот сейчас сижу и смотрю на открытый документ с полным списком членов профсоюза. Не так много, на самом деле. Всего восемьсот шестьдесят два человека. Из них сто четырнадцать подали заявки на выход из организации. Сегодня. Почти одновременно.

Бён Хо Шон тяжело вздохнул, а я откинулся на спинку кресла.

— Говорил уже с кем-то из них? Есть данные, подтверждающие давление? Фактура, которую можно кинуть кому-то в лицо?

Собеседник скептически хмыкнул.

— Они же все из полиции, сонбэ. Никто ничего не говорит. По крайней мере, из числа этих ста четырнадцати человек. Но те, кто остался… они рассказывают всякое. Моего заместителя вчера перевели на более низкую должность, ещё двоих отстранили от работы на время служебного расследования, пятьдесят шесть человек получили взыскания. Самые разные, от мелких до вполне серьёзных, угрожающих дальнейшей карьере. Понимаешь?

Я втянул воздух. Посмотрел на экран ноутбука, где был открыт документ с массивом данных от Геон Шина. Момент для своей атаки, штаб полиции выбрал удачный. Впрочем, сомневаюсь, что они в курсе о состоянии дел внутри «Бушующего Кита». Скорее, это было просто совпадение. Тем не менее для офицеров штаба Национальной полиции Кореи оно оказалось весьма успешным.

При этом, оставлять Бён Хо Шона в таком положении было бы ошибкой. Среди его бывших подчинённых был тот, кто получил пулю, защищая меня, ещё двое занимали важные позиции в моём офисе, а сам Бён Хо Шон оставался моим союзником. Даже если отбросить моральные обязательства, оставить его без помощи я никак не мог.

— Где ты сейчас? Через сколько сможем встретиться?

Мгновение он задумался, затем снова тяжело вздохнул.

— Ты уверен? Я понимаю, что у тебя хватает своих проблем, сонбэ. Ввязываться в борьбу против штабистов — дело не самое простое. Ресурсов оно потребует серьёзных. Не хочу тебя о таком просить.

Голос Бён Хо Шона звучал мрачно. Судя по всему, перспективу своей организации он сейчас видел исключительно в тёмных тонах.

— Давай для начала всё обсудим, а потом уже решим, как стоит действовать? Далеко не факт, что это потребует действительно серьёзных ресурсов. Возможно, удастся обойтись малой кровью.

На последнюю фразу бывший страж порядка печально рассмеялся.

— Вот такие настали времена, сонбэ. Рассуждаем, как одним полицейским отбиться от других полицейских, обойдясь при этом «малой кровью».

Чуть помолчав, добавил:

— Хорошо. Давай через двадцать минут в твоём офисе. Или через полчаса, если застряну в пробке.

Я бросил взгляд на часы и, после короткой паузы, предложил другой вариант:

— Лучше минут через пятнадцать, где-нибудь на середине маршрута. В офис компании тебе приезжать не следует.

Заведение мы согласовывать не стали, решив встретиться и поговорить прямо в машине. Надёжных мест для таких разговоров у меня не было, а те, что обеспечивали необходимую конфиденциальность, требовалось бронировать заранее. Уж точно не за четверть часа до встречи. Да и допустить, чтобы нас с Бён Хо Шоном зафиксировали вместе, было никак нельзя. Не в текущей ситуации.

Определившись с конкретным адресом, я отправился туда вместе с водителем и машиной сопровождения, которая уже стала привычной частью моей жизни. Пусть это и выглядело несколько печально. Если начинаешь ездить в сопровождении сразу троих дополнительных телохранителей, значит, что-то где-то пошло не так.

Бён Хо Шон приехал один. Сидя за рулём собственной машины и выглядя заметно уставшим. Когда мы остановились в небольшом проулке около новопостроенного, но ещё не заселённого дома, он перебрался в мой «Генезис». Сразу бросил взгляд на водителя, и я ответил на его молчаливый вопрос:

— Полностью надёжен. Слышит все мои разговоры в машине. Поводов сомневаться в нём не имеется…

Шофёр тихо хмыкнул, отчаянно пытаясь скрыть засиявшую в глазах гордость, а Бён Хо Шон задумчиво посмотрел на меня.

— Сейчас пришли обновлённые данные по кандидатам. До этого момента было больше пятисот новых заявок, а сейчас осталось меньше двухсот — остальные свои заявления отозвали.

Мужчина нахмурился и добавил:

— Таким темпами, ещё пара недель — и у меня останется не больше сотни людей. Что делать — непонятно. Я не знаю, кто именно всем управляет. Не знаю об уровне его влияния и не представляю границы возможностей. Единственные кого можно обвинить прямо сейчас — главы участков. Но это бесполезно. Множество мелких частных дел, которые никому не будут интересны.

В целом он был прав. Подойти к проблеме с этой стороны и доказать факт сговора между множеством старших офицеров будет сложно. Особенно, если вспомнить, что солидная их часть находилась за пределами Сеула и с коллегами практически не пересекалась. Требовалось связующее звено.

— Что говорят твои контакты? Знакомые тех, кто остался в профсоюзе? Они же должны что-то знать.

Бён Хо Шон отвернулся, посмотрел в окно, затем вернул внимание на меня и чуть дёрнул плечами.

— Говорят много. Но толку от этого мало. Никто не собирается подставляться перед коллегами или начальством. А слухи от рядовых сотрудников или даже коллег среднего звена в качестве доказательства не представить. По бумагам всё чисто, обычные бюрократические процедуры. Ничего выходящего за рамки закона. Никого ноги не ломают, под машину не толкают, открыто покинуть ряды организации не приказывают. Но все так или иначе понимают, что происходит.

Я посмотрел на него с лёгким удивлением.

— Надавить за одну ночь на сотню человек, не допустив ни одного прокола или утечки? Это невозможно.

На его лице снова появилась печальная улыбка.

— Не все ведь такие, как ты, сонбэ. Наверняка есть и те, кто сказал что-то не то. Озвучил слова, за которые его можно привлечь к ответственности. Зацепившись за него, можно раскрутить дело до самой верхушки, двигаясь от одного звена цепи к другому. Но это требует времени и сил. Плюс, далеко не факт, что этот умозрительный эпизод вообще вскроется — для такого нужен активный свидетель, который не побоится говорить. Либо хотя бы понимание, что такой свидетель вообще существует и его имя, чтобы убедить человека заговорить.

Несколько секунд мы сидели молча, пока Бён Хо Шон о чём-то размышлял. Затем он заговорил вновь. Уже куда менее уверенно:

— Если честно, я думал о пресс-конференции. Собрать журналистов, выступить, рассказать о происходящем. Объяснить, что на нас оказывают давление. Предоставить данные о массовом выходе людей из профсоюза.

Я посмотрел на него, уже собираясь ответить, но в этот момент снова зазвонил телефон. Как только потянулся за устройством, аналогичный звук прозвучал и у Бён Хо. Взглянув на экран, я выдохнул. Видимо, противник тоже подумал о том, что Бён Хо Шон может собрать пресс-конференцию и сделал упреждающий ход. Прямо сейчас я смотрел на статью, которую переслала мне Мин Со Пэк. Оформленную в виде анонимного интервью с бывшим членом организации. В ней профсоюз представлялся едва ли не тоталитарной организацией, в которой безраздельно властвует Бён Хо Шон. Они буквально так и написали: "Напоминающий секту и возглавляемый безжалостным лидером, который не терпит возражений'.

Идея у врагов была неплохая. По крайней мере, они сработали на опережение. А вот Бён Хо оказался на шаг позади. Теперь, если глава профсоюза действительно выйдет к журналистам с обвинениями в давлении, у тех будет контраргумент. Причём весьма мощный. Мол, люди выходят из организации вовсе не из-за внешних факторов, а по вполне понятным причинам, о которых можно прочитать в прессе. Заодно наносился удар по репутации самого главы организации. Учитывая активность предвыборной кампании и постоянно обновляющуюся новостную повестку, фигура экс-полицейского, который бросил вызов прокурору, стала забываться. Тем не менее, какой-то рейтинг популярности у него всё ещё оставался. Те профильные агентства, чьл продолжали включать его в списки кандидатов на пост президента, оценивали популярность в стране на уровне пяти-семи процентов. Очень скромно, если рассчитывать на кресло в Синем доме, но более чем достаточно, чтобы стартовать в политике. Так что запущенная новость поражала сразу две мишени: с одной стороны давала противникам Бён Хо Шона основания для обвинений, а с другой — позволила очернить его репутацию.

Я посмотрел на Бён Хо Шона, который сжимал телефон так, что корпус последнего жалобно хрустел, и озвучил новую идею:

— С пресс-конференцией придётся подождать. По крайней мере, до момента, когда мы выясним, кто за всем этим стоит.

Бён Хо резко оторвал взгляд от экрана и уставился на меня.

— Если я подожду, то от профсоюза не останется и следа. Ты же понимаешь? Стоит проигнорировать такие обвинения, как все решат, что это правда.

Я медленно покачал головой.

— Мы должны выяснить, кто стоит во главе, прежде чем наносить ответный удар. Сейчас для этого возможности нет. К тому же, они наверняка просчитали настолько очевидный шаг, как твоя пресс-конференция. И готовы обернуть её против тебя же.

Несколько секунд он сидел, мрачно разглядывая меня и о чём-то раздумывая. Потом отвернулся, глянув в окно. Снова посмотрел на меня:

— Как же я не люблю эти политические игры… Так что делать? Если не пресс-конференцию, то что?

Я обозначил движение ключами:

— Сложно сказать. Мало информации. Требуется конкретика. Какие-то ниточки, которые связывают людей из штаба с происходящим.

Бён Хо Шон с угрюмым видом кивнул:

— Это было бы неплохо. Но я не представляю, как это можно реализовать. Откуда мы возьмём информацию? Как её накопаем? У этих ублюдков везде свои люди, да и официальными каналами коммуникаций они не пользуются. Ты же сам это прекрасно понимаешь.

Я кивнул, размышляя о совсем ином моменте — реакции главы Новой консервативной партии. Раз Га Рам Хур не ответил ни на один из звонков Бён Хо, значит был в курсе ситуации и прямо сейчас играл на стороне наших противников. Загоняя потенциального конкурента в политической сфере в угол. Как ни крути, у Бён Хо Шона были шансы ворваться в большую политику. А уитывая позицию главы полицейского профсоюза, он вполне мог реализовать свои амбиции на следующих выборах в Национальное собрание Кореи. Га Рам Хур, такие варианты вероятно тоже рассматривал.

Впрочем, у него могли быть и другие, более прозрачные причины отказаться от поддержки Бён Хо Шона. Что-то подсказывало — политик запросто мог обменять его на преференции, влияние или поддержку со стороны полиции. Хорошие связи в подобной структуре нужны абсолютно всем. А формат «услуга за услугу» никто не отменял.

Всё, как обычно: если несколько групп договорились между собой и заключили соглашение, то кто-то иной обязательно проиграл. Возможно, не напрямую, а косвенно, но тем не менее. Если же воспринять отказ Га Рам Хура от помощи Бён Хо как разрыв нашего негласного пакта о союзе и ненападении, то это звучало весьма тревожным звонком. Хотя, сейчас меня больше занимали мысли о том, как переломить ситуацию с профсоюзом?

Какое-то время помолчав, я посмотрел на Бён Хо и начал говорить.

— Кажется у меня есть решение. Вернее, его наброски. Пока тебе стоит сократить контакты с прессой до абсолютного минимума и постараться раскрывать как можно меньше данных своим соратникам. Неизвестно, кто из них работает на противника, а кто действительно тебе предан.

В глазах собеседника отразилась лёгкая растерянность.

— Ты говоришь так, как будто я и правда устроил диктатуру по примеру северокорейских царей. Профсоюз управляется советом, у которого имеется масса полномочий. А всё чего я хочу, чтобы полиция стала честной и просто выполняла свою работу. Не участвуя в политических играх и не выпуская чебольских принцев даже после того, как они размажут на машине очередного бродягу…

Я слегка покачал головой.

— У любой организации есть первое лицо. В стране — это президент, в армии — начальник штаба или командующий, а в данном конкретном профсоюзе — ты. Люди всегда смотрят на лидера и следуют за ним. Если на его месте окажется не тот человек, всё начинает рушиться.

Бён Хо Шон мрачно цокнул языком.

— У меня уже всё рушится. Хочешь сказать, что я «не тот человек», сонбэ?

Голос мужчины звучал печально, но при этом полностью искренне, без примеси фальши или сарказма.

— Ты как раз тот человек, который должен быть на этом месте. Встань на твоё место кто-то другой — уверен, организация развалилась бы гораздо быстрее. Скорее всего её бы вовсе уже не существовало.

Судя по его лицу, с такой точки зрения, Бён Хо ситуацию не рассматривал, так как на нём появилось выражение изумления.

— Ну, если так подумать… Может быть, ты прав. Возможно…

Замолчав, посмотрел на меня.

— Так что мне прямо сейчас делать? Вернуться в офис, запереться в кабинете и никому не отвечать?

Я на мгновение задумался. Бросил взгляд на телефон, где всё ещё был открыта статья, и предложил:

— Переберись к какому-то надёжному знакомому. Либо съезди в отель, если будешь уверен, что там смогут обеспечить твою конфиденциальность. Подожди, пока у нас на руках появятся козыри.

Бён Хо коротко кивнул.

— Хорошо. Один надёжный друг у меня есть — попрошу о помощи. Но сегодня вечером у нас назначено заседание управляющего совета.

На момент замолчав, подумал,. И почти сразу продолжил.

— Правда людей теперь в нём гораздо меньше, я думаю сегодня проведём всё в какой-нибудь лапшичной. Лучше обсудить всё в неформальной обстановке — этим людям нужно принять самостоятельное решение, останутся они со мной на поле битвы или выберут стабильность со спокойствием.

Похоже, сегодня ему придётся решать ту же самую задачу, которой совсем недавно занимался я сам. Так что эмоции бывшего полицейского я прекрасно понимал. Спустя десять минут мы закончили обсуждать детали и Бён Хо перебрался обратно в свою машину. А я поймал в зеркале заднего вида взгляд водителя.

— Куда теперь, сонбэним?

Я открыл список уведомлений на телефоне, и мельком глянул на телохранителя.

— Возвращаемся в офис. Только по дороге остановимся где-то, чтобы купить кофе.

В этот раз кейтеринг обеспечил слишком малое количество порций, и они уже закончились. Либо мой персонал слишком любит подзаряжаться порциями кофеина. Что-то подсказывало — второй вариант более вероятен.

Впрочем, самому мне отправляться за кофе не пришлось. Водитель озвучил мою просьбу сопровождению, как только мы тронулись с места. А когда наши машины остановились возле небольшой кофейни, один из охранников сразу же помчался внутрь. Когда он снова появился в дверях, неся в каждой руке по упаковке с четырьмя полными стаканами, на мой телефон пришло новое сообщение. В этот раз от Ми Ён Чон.

«Через полтора часа я обедаю с дядей в ресторане. Еле смогла убедить. Ты сможешь приехать?»

Глава XVII

Естественно, просто так явиться в ресторан было нельзя. Конечно, дядя Ми Ён, которого звали Гын Хо Чон, скорее всего и так обо всём догадается. Подобная встреча априори выглядела подозрительно. Даже для самого обычного человека. Что уж говорить об искушённом в интригах, опытном корейском бизнесмене. Тем не менее, хотя бы какое-то прикрытие было необходимо.

В качестве легенды мы выбрали деловые переговоры. Роль потенциального партнёра согласилась сыграть Ун Хонг. При её участии эта схема приобретала хотя бы немного правдоподобности, одновременно лишая Гын Хо возможности сразу же отказаться от беседы. Одно дело — попросить удалиться мужчину, которого ты видишь впервые и который не слишком широко известен в деловых кругах. Совсем другое — отослать прочь вице-председателя Хонг Групп. Одного из руководителей пусть не самого влиятельного, но всё же чеболя. Формально Ун Хонг являлась частью сеульского высшего света, и оскорблять её без причины никто бы не стал.

Технически, куда более эффективным было бы привлечь к делу Чжи Чен, но имелись нюансы. Сомневаюсь, что она бы одобрила идею поддержки Ми Ён в настолько личном вопросе. Тем более, как знать, в какую сторону мог повернуть наш разговор?

Мы с Ун Хонг прибыли в ресторан заранее. Минут двадцать посидели за столиком, обсуждая продвижение благотворительного фонда, темпы его развития и стратегию. После того как в зале появилась Ми Ён, сопровождаемая мужчиной лет пятидесяти в костюме-тройке, мы ещё минут десять поговорили, а затем неспешно поднялись и направились к выходу. Оказавшись на одной линии со столиком Ми Ён Чон и её дядей, я сделал вид, что только их заметил. Встретившись взглядом с девушкой, махнул ей рукой и направился к ним.

Что было интересно — её дядя ничуть не удивился. Скорее наоборот, выражение его лица показывало, что он чем-то доволен. Признаю, это заставило немного напрячься. Выходило, что он предполагал подобное развитие событий и был к нему готов.

После того как Ми Ён меня представила, Гын Хо Чон встал из-за стола и протянул руку.

— Гын Хо, двоюродный дядя этой прелестницы, — сказал он.

Кивнув, я пожал его руку.

— Мин Джин Хо, основной владелец и директор компании «Бушующий Кит».

Чуть позади меня Ун тоже шагнула вперёд и поспешила представиться:

— Ун Хонг, вице-председатель Хонг Групп и глава Хонг Гейминг.

Покосившись на меня, она добавила:

— Мин Джин Хо является совладельцем Хонг Групп и Чен Групп. Одновременно с этим будучи нашим бизнес-партнёром.

Для Гын Хо это заявление стало неожиданностью— его брови слегка поднялись, а в глазах мелькнуло удивление. Уже неплохо. По крайней мере, всей полнотой информации о моей жизни он не располагал, что не могло не радовать.

Приглашение присоединиться к обеду последовало незамедлительно. Через пару минут мы сидели за столиком на четверых, куда официанты быстро перенесли заказы.

Первой молчание нарушила Ми Ён:

— Дядя только сегодня прилетел из Европы. Он давно не был в Корее, так что сегодня заказываем только национальную кухню, — сказала она с улыбкой, глядя на Гын Хо.

Тот ответил ей тем же, а затем посмотрел на меня.

— Могу я поинтересоваться, откуда вы с моей племянницей знакомы?

Мужчина превосходно владел мимикой. Настолько, что даже мне было сложно уловить его эмоции. Точно было понятно одно — в этот ресторан он явно шёл не ради лёгкого обеда с родственницей. Скорее готовился к тяжёлым переговорам.

— Случайно встретились, когда она принимала немецкую делегацию, — ответил я со спокойным лицом.

Ми Ён Чон, вспомнив тот момент, смущённо опустила глаза, а Гын Хо проявил живой интерес.

— Немецкая делегация? В какой роли вы там были? Переводчика? Консультанта?

Я отрицательно покачал головой.

— Просто проходил мимо, случайно услышал разговор и счёл необходимым вмешаться.

— Так вы говорите по-немецки? — поинтересовался он.

— Немного, — ответил я. — Но достаточно, чтобы понять общую суть беседы и уловить контекст.

Гын Хо вежливо кивнул и спросил:

— А какой профиль у вашей компании? Извините моё нескромное любопытство, но когда я слышу, что относительно молодая фирма оказывается совладельцем двух семейных корпораций, мне невольно становится интересно, как так вышло?

Он старался говорить подчеркнуто вежливо. Тем не менее, собеседник очевидно пытался перевести разговор в нужное ему русло. Гын Хо оказался из тех людей, кто в совершенстве владеют самоконтролем. Что означало — для его вывода из состояния равновесия придётся серьёзно постараться.

— Мы занимаемся самыми разными задачами. От решения уникальных проблем нестандартных людей до ликвидации их врагов. В метафорическом смысле, конечно же.

Ун Хонг поперхнулась чаем и осторожно поставила чашку на стол, с удивлением покосившись на меня. Ми Ён Чон, хоть и держалась лучше, всё же бросила на меня напряжённый взгляд, явно не понимая, зачем я использовал именно такую формулировку.

Гын Хо, казалось, удивился не меньше, но постарался это скрыть:

— Вот как? Значит моей племяннице вы тоже помогли?

— Можно сказать и так. Помогли. Хотя не факт, что она ваша племянница. В остальном ваша формулировка верна.

На лице Ун Хонг проступило самое настоящее изумление, а Ми Ён Чон устремила взгляд куда-то вдаль, стараясь не смотреть на дядю.

— Она дочь моего брата, пусть и двоюродного, так что приходится мне племянницей, — спокойно ответил Гын Хо, добавив: — Конечно, если значение этого слова за последние несколько часов не изменилось.

Мой ход был не слишком этичным, но и я не рассчитывал встретить здесь настолько серьёзного противника. Согласовывать же линию поведения с Ми Ён было некогда. Гын Хо оказался гораздо более опасным, чем я предполагал.

— Значение слов меняется не так часто, господин Чон, а вот люди порой могут сильно удивлять, — ответил я, внимательно наблюдая за ним.

В глазах Гын Хо на момент мелькнуло раздражение и он слегка нахмурился. Но затем быстро взял себя в руки и даже улыбнулся, откинувшись на спинку стула.

— Знаете, Мин Джин Хо, я уже отвык от того, что кто-то так нагло пытается со мной играть. В каком-то смысле это даже приятно. Никогда не отказываю себе в удовольствии усадить на место зарвавшихся людишек, что возомнили себя повелителями драконов.

Он мельком взглянул на Ми Ён. Затем снова перевёл взгляд на меня.

— Понимаете, о чём я? Речь о человеке, который считает, что может летать верхом на драконах. Но дракон позволяет забраться к себе на спину лишь по своей доброй воле. Стоит его настроению измениться, и человека просто сбросят вниз, где его ждёт неизбежный конец.

Я на мгновение изобразил задумчивость, после чего спокойно ответил:

— Это верно, если говорить о человеке, что оседлал дракона. Но ситуация выглядит совершенно иначе, если речь идёт о драконе, который хочет стать вожаком стаи.

Гын Хо негромко рассмеялся, затем посмотрел на меня и покачал головой:

— Ну что вы, Мин Джин Хо? Вы произвели неплохое первое впечатление. Почти безупречно попытались меня раскачать, не побоявшись пустить в дело мощное оружие. А потом так бездарно ошиблись. Вы не дракон. И никогда им не станете. Это я могу вам гарантировать.

Я продолжил, не обращая внимания на девушек, которые наблюдали за нашей беседой с некоторой долей тревоги и недоумения:

— Если быть драконом означает предавать своих близких, то, может миру не нужны такие драконы? Как знать, возможно человечеству куда больше требуются охотники на них?

Гын Хо снова улыбнулся. Странно, но судя по мимике, мои слова его абсолютно не зацепили. Как и предыдущее утверждение по поводу возможного отцовства. Отпив чаю, он поставил чашку на блюдце и вздохнул:

— Я ожидал интересной беседы, обмена интеллектуальными ударами и состязания умов.

Сделав паузу, он с показательным разочарованием глянул на меня.

— А ты решил вывести меня из равновесия и спровоцировать на агрессию самым элементарным способом. Даже не подумав, что это может не сработать. Жаль, что я ошибся в твоём уровне, Мин Джин Хо.

Договорив, он снова взглянул на Ми Ён, которая сейчас была настолько сбита с толку, что не знала, как реагировать на происходящее.

— Интеллектуальная дуэль возможна только в одном случае — если обе стороны признают друг за другом такой статус. Соперники должны уважать друг друга.

Задержав взгляд на нём, я продолжил:

— Вы явились в Корею только после того, как ваши братья потерпели поражение. Если бы прибыли раньше и дали открытый бой, возможно, вы могли бы назвать себя драконом. А теперь вы лишь собираетесь воспользоваться плодами чужой победы. Не более того.

Губы Гын Хо снова разошлись в улыбке. И меня озарило — это и было его настоящее лицо. Не маска, которую тот нацепил, а истинное обличье. Именно поэтому мне не удавалось прочитать его эмоции — по той простой причине, что они практически отсутствовали. Сидящий напротив меня человек кардинально отличался от среднестатистического. Полностью безэмоциональным он не был, но восприятие мира и набор ощущений заметно отличались от тех, к которым все привыкли. Что в корне меняло весь контекст нашей беседы.

— Не думаю, что ты понимаешь всю картину происходящего, — проговорил он, выдержав короткую паузу. — Но скоро поймёшь. И впечатлишься настолько, что сам признаешь своё поражение. Конечно, если ты хотя бы наполовину так умен, как о тебе говорят.

Взглянув на Ми Ён, он мягко добавил:

— Ты пойдёшь со мной или останешься в этой милой компании?

Девушка дёрнула плечом, явно нервничая. Посмотрела на меня. Потом вновь перевела взгляд на своего дядю. Тот безмятежно улыбнулся:

— Если хочешь, можешь остаться. Ты раскрыла ему все семейные тайны, значит, доверяешь. Возможно, он и правда постарается тебя защитить. Только я бы на твоём месте помнил, что у него нет ни единого шанса.

Оперевшись руками на столешницу, он медленно поднялся. Глянул на Ун Хонг, которая наблюдала за происходящим, Гын Хо кивнул ей, затем снова посмотрел на меня. И молча улыбнувшись, неспешно направился к выходу.

Ми Ён проводила его растерянным взглядом. Затем повернулась ко мне:

— Что это было? Что за морской дух в тебя вселился? Зачем ты всё вот так в открытую выложил?

Она хотела сказать что-то ещё, но замялась, посмотрев на Ун Хонг и в итоге продолжать не рискнула. Я же пожал плечами.

— Он знал, что ты меня позовёшь. И был полностью готов к беседе. Ещё один момент — ему наплевать на тебя и на твою мать. Для него вы лишь инструменты для борьбы и манипуляции.

Брови главы Хёнде Инвестментс взлетели вверх. На мгновение она замерла, ошеломлённо глядя на меня. Потом быстрым движением поднялась на ноги. Бросив взгляд на дверь, куда ушёл Гын Хо, вернула взгляд на меня и прошептала:

— Я разве давала разрешение рассказывать об этом направо и налево? Это моя семейная тайна, Мин Джин Хо! О которой не должны знать посторонние!

Девушка вскочила на ноги так быстро, что я едва успел поймать её за руку. А когда она впилась в меня разъярённым взглядом, спокойно объяснил:

— Он всё равно опубликует эту информацию. Уверен, утечка произойдёт в ближайшие сутки. А когда это случится, он постарается сделать так, чтобы обвинить меня или кого-то из моих людей. Чтобы ты винила во всём меня. Двух косуль одной стрелой — неплохая тактика.

Увидев удивление в её глазах, я добавил:

— Он желает разозлить твоего отца. Заставить его действовать импульсивно, и броситься в атаку с теми силами, что у него есть. Тогда его можно будет остановить раз и навсегда.

Ми Ён Чон покачала головой:

— Его реальный конкурент — глава Хёнде Хэви Индастрис. Отец ничего не сможет сделать, находясь за границей. У него нет ни денег, ни связей, ни союзников.

Я усмехнулся:

— Возможно, к концу интриги голова директора Хэви Индастрис тоже должна будет покатиться по ступеням. Сложно сказать, сколько именно слоёв в плане твоего дяди.

Девушка задумалась, затем убрала свою руку и посмотрела на меня с явным раздражением.

— Сначала ты рассказываешь мою тайну, а теперь что? Пытаешься убедить, что Гын Хо обо всём расскажет и опозорит нашу семью на всю Корею? После такого его самого затопчет яростная толпа, а о репутации можно будет забыть навсегда.

Я попытался объяснить:

— Он подаст это в выгодном для себя ключе. Например как историю великой любви. Могу поспорить, статья выйдет именно в таком ключе. Люди обожают сочувствовать тем, кто борется ради своих чувств. Так что никакого позора не будет. Наоборот — это вызовет симпатию к нему. Если при этом он сможет ударить по главе Хёнде Хэви Индастрист и опозорить твоего отца, то реальный претендент на трон останется только один.

Ми Ён Чон какое-то время молчала, затем задумчиво посмотрела на меня:

— Мне нужно побыть одной. Хотя бы несколько часов. Это требуется переварить.

Сделав несколько шагов к выходу, остановилась и повернула ко мне голову:

— Ты уверен, что он не испытывает никаких эмоций по поводу меня или матери? Это на самом деле так?

Я кивнул, понимая, что она уже уловила смысл. Пытаясь успокоиться, девушка на мгновение замерла, поджав губы. Потом добавила:

— Возможно, ты прав. До этого ты никогда не ошибался. Но мне всё равно нужно время, чтобы всё обдумать.

Ещё раз посмотрев на меня, она развернулась и устремилась к дверям. А через несколько секунд рядом послышался голос Ун Хонг:

— Вот уж не думала, что окажусь в центре семейной драмы Чон. Кто бы мог подумать? Сейчас как будто внутри сериала побывала.

На её лице играла лёгкая улыбка. Но глаза оставались серьёзными — девушка отлично понимала уровень угрозы, который несёт ситуация.

— У меня не было выбора. Либо увидеть его своими глазами, прояснить ситуацию и действовать по обстоятельствам, либо сидеть и ждать, пока он ударит первым.

Хун Хонг прищурилась:

— Почему ты так уверен, что он вообще собирается атаковать?

— В Корее Гын Хо появился сразу после исчезновения основного конкурента, с которым у него были серьёзные разногласия. Единственная причина, которая могла его сюда привезти — схватка за трон председателя Хёнде Групп. Рано или поздно он бы столкнулся с Ми Ён. А значит, и со мной.

Хун Хонг скептически хмыкнула:

— Даже если всё так, как ты говоришь, зачем ему уничтожать Ми Ён? Предположим её отца он и правда может попробовать разозлить. Но чем ему может угрожать она сама?

Я медленно покачал головой:

— Сама по себе она угрозы действительно не представляет. Но если добавить в уравнение меня и «Бушующий Кит», ситуация меняется.

Ун Хонг на мгновение задумалась. Потом кивнула:

— Возможно, ты прав. Но как ты собираешься сражаться с титаном вроде Гын Хо? Понадобятся серьёзные союзники. Гораздо сильнее Чен Групп или даже Хонг Гейминг. А Га Рам Хур не станет с этим связываться. В такую бойню он не полезет.

Кивнув, я отпил чаю. Она была права — союзники мне определённо понадобятся. Или мощные фигуры, которых можно будет столкнуть лбами с противником. Но исходя из того, что я только что увидел, выбора всё равно не было. Гын Хо обязательно нацелится на меня, чтобы ликвидировать потенциальную угрозу.

— Всё верно. Но разбираться с этим всё равно придётся.

Ун Хонг бросила взгляд на выход. Затем снова посмотрела на меня:

— А что насчёт Чжи Чен?

Озвучив первую фразу, она немного замялась и продолжила.

— Вы же с ней… Как бы это помягче сказать… Перешли на новый уровень общения? Думаешь, она будет спокойно смотреть, как ты разбираешься с проблемами Ми Ён и её семьи? Ради этого влезая в кровавую битву, которая развернётся за место главы Хёнде? Ты же представляешь себе уровень рисков? Она же всё правление чеболя захочет в реке Хан утопить. А вместе с ними и семью Чон в её полном составе. К тому же, я всё равно не понимаю, как ты планируешь победить? На поле этой битвы будет столько тяжеловесов, что опрокинуть их будет очень сложно.

В её взгляде сквозило некоторое смущение — тему она сейчас затронула весьма личную. Но видимо любопытство оказалось сильнее. Либо желание предупредить меня о грядущих сложностях.

— Риски я осознаю очень хорошо. Более того, прекрасно понимаю, что в таком противостоянии будут задействованы самые влиятельные фигуры Кореи — от лидеров политических партий до министров и прочих высокопоставленных винтиком бюрократической машины. Но мне не нужно продвигать определённого кандидата. Всё, что требуется, — уничтожить репутацию одного из претендентов, исключив его из гонки. Это куда проще, чем вести на престол своего человека.

На мгновение замолчав, я вздохнул.

— А с Чжи я поговорю сегодня вечером. Надеюсь, у нас получится обсудить вопрос непредвзято.

Ун Хонг рассмеялась. Но в её смехе отчётливо слышались нотки нервозности. Либо, она представляла, к чему может привести этот разговор, либо беспокоилась о возможных последствиях всей истории в целом.

Не успел я отреагировать, как снова завибрировало телефон. На экране же высветился входящий звонок от Геон Шина. Поднял трубку, я услышал его голос:

— Тот парень, которого нашёл Хён Ву, только что прислал первый отчёт. Их наняли, чтобы спровоцировать драку с группой людей. Сейчас сброшу все подробности.

Сообщение с данными пришло через несколько секунд. Я пробежался по нему взглядом и остановился на адресе. Который неожиданно оказался мне знаком — это было то же самое заведение, чьё название недавно прислал Бён Хо Шон. Лапшичная, где планировалось заседание управляющего совета полицейского профсоюза.

Глава XVIII

С главой Хонг Гейминг я попрощался через десять минут. Вопросы, касающиеся развития благотворительного фонда, мы обсудили ещё в самом начале, пока ждали прибытия дяди Ми Ён. К тому же там не было никаких проблем, всё шло просто отлично — начатую нами волну подхватили почти все мировые медиа. И хотя количество материалов о проекте несколько снизилось, их оставалось достаточно, чтобы люди постоянно натыкались на всё новые и новые статьи. К тому же это оказалось благодатной темой для блогеров. До этого на проблему игровой зависимости обращали немного внимания, так что она стала свежей нишей, в которой было относительно легко привлекать трафик. При этом его объёмы оказались достаточно серьёзными, чтобы представлять коммерческий интерес.

В результате профильные блогеры с радостью ринулись осваивать новые просторы, принявшись штамповать свежие материалы. А так как основным источником новостей по данной теме выступал благотворительный фонд Хонг Гейминг, на сайте которого почти каждый день публиковались свежие аналитические данные вкупе с личными историями пострадавших, вполне логично, что именно он стал основным источником информации, на который все ссылались.

Результат был предсказуем — ресурс Хонг Гейминг, стал номером один в данной нише, со всеми вытекающими последствиями. Ун Хонг результатами проекта была донельзя довольна. Помимо прямой прибыли, которую, как бы странно это ни звучало, приносил благотворительный фонд, росли показатели в игровых проектах. Прирост новых пользователей составил около восьмидесяти процентов, при сохранении прежнего рекламного бюджета. Даже внутриигровые покупки выросли примерно на четверть, если считать пропорционально количеству игроков. Либо новые пользователи были более платежеспособными, либо это было следствием роста лояльности игроков. В любом случае Хонг Гейминг получила всё, что хотела, и даже немного больше. А «Бушующий Кит» стабильно зарабатывал на каждой проданной уточке. Одновременно принося деньги одному из владельцев складов в порту Ульсана.

Покинув ресторан, я сразу же переключился на решение вопроса с Бён Хо. Прямой связи с нашим агентом не было, но определённую информацию он всё же передал. Если исходить из неё, всё было довольно просто. Задачей группы из пяти человек было заранее явиться в ту самую лапшичную, заказать еды, добавив к ней приличное количество соджу и вести себя, как классическая компания. Общаться, есть и выпивать. А после того, как соберутся все члены управляющего совета профсоюза, развязать конфликт. Варианты провокации были проработаны заранее, и, если верить нашему человеку, выглядели вполне жизнеспособными.

Закончиться всё это должно было появлением «Народного патруля», члены которого задержали бы соратников Бён Хо вместе с ним самим и обвинили бы их в нарушении общественного порядка. Более того, предполагалось, что все пятеро наёмников окажутся замешаны в расследовании как свидетели, которые дадут показания о неподобающем поведении сотрудников правоохранительных органов. Детали наш человек уточнить не успел. Всё, что он успел передать — несколько коротких сообщений, так что бо́льшую часть информации я улавливал по контексту. Но было очевидно, что дело не ограничится простым обвинением в нарушении порядка. Вероятно, кто-то из штаба полиции решил окончательно расправиться с Бён Хо Шоном, посадив его за решётку. Заодно отправив туда и его окружение. Особенно тех, кто будет стоять на своём и не согласится давать ложные показания против своего сонбэ.

Ещё одно важное обстоятельство: среди людей, окружавших лидера профсоюза, явно находился предатель, который сообщил о времени и месте проведения совета. Наверняка он тоже будет свидетельствовать против Бён Хо.

На первый взгляд схема казалась безупречной. Но только в том случае, если никто не узнает о ней заранее и не подготовится. И вот здесь противник допустил критическую ошибку.

Первым делом я отправил на место событий Бэк Хён Цоя. После пресс-конференции Джи Хё, которую в прямом эфире транслировали два телеканала, его лицо стало относительно узнаваемым. Поэтому парень надел толстовку с капюшоном, который скрывал лицо. А позицию ему в зале мы выбрали такую, чтобы привлекать меньше внимания. Бэк Хён занял угловой столик в самой дальней части зала, уткнувшись в экран телефона. Плюс его расположения был в отличном обзоре стола, за которым должны были разместиться полицейские. Тогда как Бэк Хён должен был всё это снимать. А чтобы придать событию большей остроты, ещё и запустить прямую трансляцию.

В идеале стоило бы привлечь Национальную разведку, но надёжных контактов у меня там не было. Единственный из имеющихся был получен от Га Рам Хура и я не был уверен в его надёжности. Конечно, брат этого офицера сейчас был счастлив как король Чосона, впервые усевшийся на трон. Но это вовсе не гарантировало лояльности его родственника. К тому же Сеул был не его зоной ответственности. А использовать кого-то из его коллег было бы слишком рискованно. Поэтому мы обратились к адвокату Чжи Чен, который второй раз за день обеспечил наличие оперативной группы. На этот раз прислав с ней одного из следователей, который мог бы на месте заняться допросом свидетелей до того, как вмешается руководство. Потому как последнее наверняка попробует развернуть дело в обратную сторону. Или просто попытается его замять. Конечно, мы минимизировали подобный риск, подключив Бэк Хён Цоя, но такая вероятность всё же оставалась. В любом случае, если на руках оперативников окажутся результаты «полевых допросов» свидетелей, хуже от этого не будет.

Пресс-релиз от имени профсоюза тоже был готов. Его предполагалось разослать сразу после задержания членов «Народного патруля». Текст был предельно прост: обвинение «Народного патруля» в сотрудничестве с коррумпированными полицейскими высшего ранга, плюс факты давления на профсоюз, подкреплённые выкладками, цифрами и списками офицеров, участвовавших в этом процессе. Как я уже говорил Бён Хо Шону, подобный сухой перечень бюрократической информации вряд ли привлёк бы внимание журналистов, сам по себе. По той причине, что из такой фактуры сложно сделать яркий и живой материал. Но всё менялось, если информация шла в связке с новостью о нападении членов «Народного патруля» на бывших и действующих сотрудников полиции, которые при этом являлись руководителями независимого профсоюза. При таком раскладе, интерес к новости был обеспечен, а список доказательств выступал дополнением к горячему материалу. Он наверняка привлечёт внимание части читателей, которые не поленятся досконально изучить списки фамилий, выискивая там знакомые. Чтобы упомянуть их при встрече с соседями.

Я следил за операцией, сидя в машине, припаркованной за квартал от лапшичной. Арендовать гостиницу или квартиру мне показалось излишним. Не хотел привлекать к себе внимание и ставить под удар весь замысел. Стоит потом кому-то подтвердить моё местонахождение и связать это с происшествием в лапшичной, как позиция профсоюза в одночасье станет куда более шаткой. Поэтому остановился на варианте с автомобилем.

Бэк Хён Цой уже был на месте и отправлял сообщения в созданном оперативном чате, комментируя посетителей, официантов и окружающую обстановку. Пару раз даже попытался снять видео, но к счастью, его удалось вовремя остановить. В конце концов донеся до блогера мысль, что в данной ситуации нужно жёстко соблюдать «режим секретности».

В ожидании начала действия я открыл ноутбук, продолжив изучать данные. Вечером у меня была запланирована встреча с Чжи Чен, так что свободное время следовало использовать с толком. Хотя на самом деле уверенности в том, что сегодня мы состыкуемся, у меня уже не было. На часах была половина десятого, а моё физическое состояние оставляло желать лучшего.

Когда я закончил изучение очередного массива данных по тайским компаниям, всплыло уведомление от Бэк Хён Цоя:

«Полицейские пришли и рассаживаются. Наши цели на месте, пара человек уже успели всерьёз залиться соджу и на самом деле пьяны. Жду начала спектакля»

* * *

Джи Хё сделала глоток вина и посмотрела на сверкающий множеством огней ночной Сеул. Облокотившись на стеклянную ограду балкона, она глубоко втянула воздух. Да, он был пропитан запахом бензина, выхлопов машин и прочими ароматами мегаполиса. Если сравнивать его с чистотой курортной атмосферы, столичный явно проигрывал. Тем не менее, у него имелся один громадный плюс, который перевешивал все минусы — это был воздух Сеула. Города, который ломал судьбы одних людей, а других поднимал на вершину успеха. Столица Кореи, где решалась судьба страны. И куда Джи Хё недавно вернулась.

Вспомнив об идиоте, устроившем скандал на её пресс-конференции, она недовольно нахмурилась. Замять инцидент сразу не получилось. Да и в ближайшем будущем скорее всего тоже не выйдет. Журналисты почуяли запах горячих новостей и принялись засыпать её вопросами. В таком количестве, что их было невозможно игнорировать. Единственным выходом оказалось прекращение конференции и уход от общения с прессой.

Возможно, это была не самая лучшая схема поведения, но во время вечернего разговора её покровитель согласился, что в сложившейся ситуации времени для анализа и выработки решения не было. В любом случае, конференция состоялась, новость разлетелась по всем СМИ, и о возвращении Джи Хё заговорили. Основная задача была выполнена. Мотивация журналистов, которых заранее простимулировали финансово, осталась на прежнем уровне, и инцидент на их работу не повлиял. Да, у некоторых наверняка возникли вопросы, но выполнять свои обязательства они продолжили.

Конечно, в будущем это создаст немало проблем. Противники получат удобное оружие, которое будут использовать на постоянной основе, критикуя медиа-холдинг. Но к этому она была готова. Как и её помощники, которых прислал покровитель. Он так и не пожелал встретиться с Джи Хё лично. Всё, что она знала — тот был мужчиной. Скорее всего. Потому что в теории он мог изменить и голос, который женщина слышала по телефону.

Достав аппарат, Джи Хё проверила уведомления. Увидев сообщение от одного из троих помощников, удовлетворённо усмехнулась. Пусть холдинг ещё не был до конца юридически оформлен, но уже контролировал одиннадцать небольших медиа. Сегодня они впервые должны были нанести синхронный удар. Как только этого идиота, Бён Хо Шона, которого Джин Хо использовал в качестве тарана, задержат, подконтрольные СМИ немедленно опубликуют заранее подготовленные материалы. Составленные настолько остро, что они абсолютно точно привлекут внимание публики.

Женщина снова отпила вина и посмотрела на огни ночного города. Улыбнулась.

— Думали, что справились со мной? Выбросили, как ненужную собачонку? Посмотрим, как вы будете скулить и умолять о пощаде, жалкие отбросы. Возомнили себя драконами этого города. Я полюбуюсь, как вы станете пытаться подняться в воздух, когда вам оборвут крылья!

Улыбнувшись ещё шире, поставила бокал на небольшой столик и вернулась в квартиру. Пентхаус в одном из небоскрёбов Сеула был просторным и шикарным, с великолепным видом на город. Достаточно комфортным для владельца будущей корпорации.

Оказавшись в комнате, Джи Хё опустилась в кресло и посмотрела на экран открытого ноутбука. Одиннадцать небольших медиа были лишь началом. В её планах стояло создание мощного информационного холдинга, который охватит все сферы. Конечно, никто бы не позволил ей бесконтрольно скупать все СМИ подряд — законы не позволяли концентрировать такую власть в руках одного человека, даже если у него имелось достаточно денег. Поэтому основной упор предполагалось сделать на блогеров. В последние годы они стали настолько популярны, что по охвату аудитории обгоняли традиционные СМИ. А если говорить о влиянии на общественное мнение и скорости распространения информации, то мощный пул блогеров мог легко изменить информационную повестку в отдельно взятой стране, отработав всего сутки. Единственным серьёзным противником оставались телеканалы. Именно поэтому стратегический план развития холдинга включал наличие двух агентств по работе с блогерами и покупку или создание трёх разноформатных телеканалов. Пока кабельных, но этого уже было достаточно, чтобы влиять на информационный фон страны.

Первые из работников камеры и телефона уже были в её распоряжении. Переключившись на общий чат, где состояли двое её помощников и двадцать три автора среднего уровня, с которыми были достигнуты договорённости о сотрудничестве, Джи Хё пробежала взглядом по переписке. С удивлением задержав внимание на последних сообщениях. Учитывая, что операция уже началась, там должно было обсуждаться задержание членов профсоюза. Но вместо этого блогеры почему-то говорили о задержании самих «народных патрульных».

На то, чтобы разобраться в происходящем у неё ушло десять секунд. После чего она яростно ударила ладонью по столу.

— Ащщщ! Опять Мин Джин Хо! Да кем он себя возомнил? Героем Чосона? Как он посмел⁈

Она хотела добавить что-то ещё, но её прервал звонок. А на экране телефона высветился номер одного из её помощников.

* * *

Домой я попал только в половине одиннадцатого вечера. После того как полицейские уехали в участок, забрав с собой членов «Народного патруля», пятерых нанятых ими людей и попросив проехать с ними пострадавших. Трансляция с демонстрацией Бён Хо Шона и его соратников сыграла свою роль — противник пытался представить ситуацию иначе, разыгрывая изначальный сценарий, но выглядело это жалко и нелепо. Особенно когда один из сотрудников лапшичной внезапно начал рассказывать о том, как члены профсоюза оскорбляли, унижали и чуть ли не пытались убить «бедных посетителей», которые всего лишь пили соджу за соседним столиком.

Признаться, когда Бэк Хён Цой навёл камеру на лицо этого работника, это был весьма забавный момент. Официант не сразу понял, что его снимают, и уж тем более не сразу осознал, что это прямой эфир. Безусловно, Бэк Хён нарушил закон о запрете на съёмку, но при этом у него имелось и объяснение. Мол, он просто записывал видео для своего блога, а потом решил включить прямой эфир, так как опасался за свою жизнь и подозревал, что на его глазах нарушают закон. Аргументировав это тем, что увидел назревающий конфликт и тот показался ему крайне странным.

Юридически к этому можно было прицепиться, но объяснение выглядело достаточно правдоподобным, чтобы аудитория в него поверила. Всё остальное на данном этапе было неважно. Если общественное мнение окажется на нашей стороне, у противника просто не останется шансов. Запись получилась убедительной, а факт лжесвидетельства со стороны сотрудника лапшичной явно указывал на сговор.

Наш человек, внедрённый в группу, тоже должен был дать показания — почти полностью правдивые. Единственное, в чём его слова расходились с истиной, — мотивация, из-за которой он оказался в этой пятёрке. Всё остальное было чистой правдой. Что до факта его участия в преступлении — он должен был утверждать, что остался на месте исключительно из страха перед подельниками и опасений, что они могут причинить ему физический вред.

Запись Бэк Хён Цоя его слова полностью подтверждала. Во время провокации, наш человек остался около стола за которым расположилась пятёрка наёмников и даже не пытался приблизиться к членам профсоюза. Плюс, не проронил ни единого слова. Это снижало вероятность выдвижения ему обвинений почти до нуля, тогда как его показания против остальных участников конфликта служили веским основанием для арестов.

Итогами операции я был доволен. Мы не только предотвратили атаку на профсоюз, на который у меня были большие планы, но и получили возможность серьёзно ударить по репутации «Народного патруля». Связи с коррумпированными штабистами и нападение на честных полицейских — для организации, которая позиционировала себя борцом за порядок в Сеуле, это было сокрушительным ударом.

В свой подъезд я вошёл один, оставив водителей снаружи. Они предлагали сопроводить меня до квартиры, но мы договорились, что я просто отправлю сообщение, как только окажусь дома. Тем более на входе в подъезд дежурил охранник, а периметр был под видео-наблюдением.

Выйдя из лифта на своём этаже, я замер. Огляделся. Здесь было всего две квартиры: моя и соседская. Вторая последние три года пустовала, и я сильно сомневался, что именно сегодня туда кто-то туда заехал. Тем не менее ощущение чьего-то присутствия покидать меня упорно не желало. Как будто я слышал чужое дыхание, но настолько слабое, что мозг никак не мог зафиксировать его на сознательном уровне.

Единственным местом, где мог укрыться человек, была небольшая ниша в стене. Назначение её было техническим, а размеры — совсем скромными, но спрятаться там в теории было возможно.

Достав телефон, я отправил сообщение телохранителям с приказом немедленно подняться, если через пятнадцать секунд они не получат от меня отбой. Геройствовать и полагаться только на свои силы — это, конечно, хорошо, но небольшая страховка всегда увеличивала шансы на выживание.

Сделав пару шагов, приблизился к нише и замер, когда оттуда появилась человеческая фигура. Однако под образ наёмного убийцы моя гостья явно не подходила. Конечно, если в мире не появилась новая категория киллеров, которые в качестве хобби руководили семейными корпорациями.

Чжи Чен прищурилась, внимательно разглядывая меня. На мгновение застыла, поджав губы, будто взвешивая что-то.

— Ты же не надеялся сбежать от меня сегодня, Мин Джин Хо?

Её голос слегка вибрировал, а глаза сверкали добрым десятком эмоций. Когда же девушка развела в стороны полы лёгкого плаща, под ним не обнаружилось ничего, кроме чулок и комплектa белья. Настолько крохотного, что я мог бы спрятать его внутри сжатого кулака.

Глава XIX

Первое, что я услышал утром, открывая глаза, был шум воды. Причём, что неожиданно, он доносился вовсе не из ванной комнаты, как можно было бы подумать, а из кухни, на которую я не заглядывал с момента заселения в эту квартиру. Судя по отсутствию рядом со мной Чжи, генератором всех звуков была именно она.

Откинув в сторону одеяло и опустив ноги на пол, я потянулся, разминая мышцы. Прислушался к ощущениям своего тела и улыбнулся. Пусть мышцы и чувствовали себя уставшими, но это был совсем другой вид усталости. Не тот, которую испытываешь после тяжелой работы. Думаю, в этом со мной согласились бы абсолютно все мужчины этого мира.

Я собирался подняться и открыть ящик комода, чтобы достать бельё, как в дверях появилась Чжи.

— Ты в курсе, что у тебя на кухне совсем нет продуктов? Чем ты по утрам питаешься, бушующий кит? Горничной у тебя тут тоже нет — я проверяла. Неужели каждый раз доставку ждёшь, как обычный крестьянин?

Я прикрыл стратегически важные части тела тканью и повернул голову к Чжи. Одетая лишь в мою вчерашнюю рубашку, выглядела она весьма соблазнительно. Девушка в ответ слегка нахмурилась и добавила:

— Зубная щётка у тебя тоже одна. И запасной одежды нет. Видишь, в чём приходится ходить?

Взявшись за ткань рубашки, показательно дёрнула её, обнажая бедра, после чего возмущённо посмотрела на меня. Я же пожал плечами.

— Завтраки в мой распорядок дня не входят. А в офис еду привозят уже к обеду. Что касается одежды…

На секунду я прервался, разглядывая её, а затем усмехнулся:

— Если честно, твой наряд мне нравится куда больше иных. К тому же, откуда мне было знать, что понадобится одевать гостью?

Чжи Чен возмущённо нахмурилась и подошла ближе:

— Ты же вроде умный, Мин Джин Хо. Неужели не понял, что от меня всё равно никуда не деться? Или считал, что можешь сбежать из термы, бросив там распалённую девушку и за это не придётся расплачиваться? Это с учётом того, что я прекрасно знаю, где ты живёшь?

Медленно качнула головой, продолжая разглядывать меня. Изогнув одну бровь, продолжила:

— А ты сегодня сильно спешишь на работу?

Реакция организма на тембр ее голоса не заставила себя ждать. Барьер, который ранее изолировал мои эмоции, сейчас практически полностью рухнул. Из-за чего при виде полуголой девушки, в голове завихрились те же самые мысли, что у самой Чжи. Правда оставался один нюанс.

— Для начала мне нужно в ванную. Утренние процедуры, сама понимаешь.

Чжи медленно кивнула, проводя пальцем по бедру и задирая рубашку настолько высоко, что вид открылся абсолютно неприличный.

— У тебя пять минут, бушующий кит. Не больше. А я пока отвлекусь на заказ продуктов.

Со стандартной утренней программой я разобрался за четыре минуты. Не то чтобы я специально считал, но мозг внезапно принялся автоматически фиксировать время. Когда же я распахнул дверь ванной, передо мной стояла Чжи в расстёгнутой рубашке. Спустя ещё секунду мы избавились от ткани, прикрывающей наши тела, а минутой позже квартиру наполнили её сладострастные стоны.

Друг от друга мы оторвались только через сорок минут. Навыки психоэмоционального контроля порой давали неожиданные преимущества. Всё же основной центр удовольствия человека находится в его голове. И хотя фразу «оргазм в голове» чаще применяли к женщинам, на самом деле в этом вопросе разницы между полами нет. По крайней мере, если говорить про людей с интеллектом чуть выше среднего.

— Как ты это делаешь… расскажешь? Где-то в Корее есть тайная база, где готовят таких «специалистов»? — выдохнула Чжи, переворачиваясь на бок и укладываясь на мою грудь. Следом уложила свою ногу поверх моих и скосила на меня лукаво блестящие глаза.

— Приобретённый жизненный навык. Никакой специальной подготовки, — усмехнулся я.

В её взгляде на секунду мелькнуло раздражение.

— Навык, говоришь? А с кем ты его приобрёл? За сколько подходов? — она приподнялась, впиваясь взглядом в моё лицо, но запнулась не зная как именно продолжить, чем я и воспользовался, прижав её к себе. Что заставило её разом забыть о своих вопросах.

На ноги мы поднялись только через десять минут, когда охранник сообщил, что продукты доставлены, и курьер ждёт разрешения подняться. Оказалось, что бедняга находился внизу уже треть часа, ожидая пока у безопасника получится со мной связаться. В итоге, наверх он так и не поднялся — доставку наверх принёс один из телохранителей. Когда я открыл дверь, в глазах мужчины светилось восхищение. А поклонился он мне с таким видом, будто я разорвал целую волчью стаю голыми руками.

Видеть главу корейского чеболя, крутящуюся на кухне в одной рубашке и готовящую завтрак, было зрелищем редким и отчасти сюрреалистичным. Заметив мой взгляд, сама она фыркнула:

— Не привыкай. Каждый день такого не будет. Обычно горничная всё заказывает заранее, и к моему подъёму завтрак уже ждёт. Два-три варианта, чтобы было из чего выбирать.

Она разбила ещё одно яйцо на сковородку и снова посмотрела на меня:

— Когда переедем в новую квартиру, там будет работать такая же система. Хотя…

На мгновение она замолчала, а затем улыбнулась:

— Если каждое утро будет начинаться так же, возможно, придётся готовить самой каждый день.

Прикусив губу, окинула меня хитрым взглядом, после чего отвернулась к плите. Я же, с лёгким удивлением, уточнил:

— Мы уже куда-то переезжаем?

Чжи оглянулась, бросив на меня быстрый взгляд:

— Предлагаешь жить здесь? Или хочешь переехать в мою старую квартиру? Для нас двоих там места маловато. И одежду тебе тоже придётся куда-то складывать… Пока её у тебя почти нет, но скоро всё изменится.

Голос девушки вибрировал безапелляционной уверенностью. Я же хмыкнул и покачал головой:

— Не думаю, что с этим вопросом стоит спешить. Если ненадолго его отложим, ничего страшного не случится.

На мгновение Чжи Чен замерла, а потом повернулась, посмотрев мне прямо в глаза.

— У тебя нет продуктов и нет прислуги, которая могла бы заранее заказать завтрак. Я даже переодеться утром не могу — хожу в твоей рубашке.

Я улыбнулся:

— И надо сказать, выглядишь в ней превосходно.

Её лицо озарилось довольной улыбкой, которую она даже не попыталась сдержать.

— Неужели первый комплимент от бушующего кита? Всего-то нужно было явиться к нему в наряде кисэн, провести вместе ночь и оказаться почти голой на его кухне, готовя завтрак. Ты бы хотя бы инструкцию составил и заранее прислал. Не пришлось бы столько ждать.

Я рассмеялся и пожал плечами.

— Кто же знал, что ты окажешься такой упорной?

В её глазах промелькнуло возмущение:

— Ты так говоришь, как будто я за тобой по всем подводным течениям гонялась! Кем себя возомнил?

Я иронично посмотрел на неё, и Чжи смутилась, отвернув взгляд. Правда тут же вернула его обратно:

— Не смей хвастаться своей «победой» перед другими, Мин Джин Хо. Если что — я буду всё отрицать и рассказывать красивую историю о том, как ты меня добивался.

Развернувшись к плите, сняла сковородку, после чего снова покосилась на меня:

— А теперь надень штаны и садись завтракать.

Через минуту мы уже сидели за столом, поедая приготовленный на европейский манер завтрак. Жареные яйца, нарезанные овощи, колбаски, ветчина и немного сыра. Мой голод после бурной ночи оказался так силён, что я смел всю порцию за пару минут. Чжи, которая только начала разделываться с содержимым своих тарелок, с прищуром посмотрела на меня:

— Собираешься это прокомментировать? Как тебе еда? Не так много мужчин могут похвастаться тем, что им завтрак готовила сама Чжи Чен.

Посмотрев на неё, я с улыбкой кивнул:

— Что-то подсказывает, они и других вещей с тобой не делали из того, что произошло ночью.

Чжи Чен отвела взгляд. Сделала глоток кофе. Снова посмотрела на меня:

— Может быть… Но я уже сказала, бушующий кит, не зазнавайся. Иначе я улечу в Канаду.

Я тихо хмыкнул в ответ.

— Почему именно в Канаду?

Её брови тут же сошлись на переносице.

— То есть сам факт того, что я могу улететь, тебя не волнует?

Я спокойно доел последний кусок яичницы и посмотрел на неё:

— А ты на самом деле собираешься улететь? Это всерьёз?

Девушка плотно сжала губы и с лёгким раздражением ответила:

— Нет, конечно! Но ты должен был сделать испуганное лицо и умолять меня никуда не лететь. Понимаешь?

Я отрицательно покачал головой, с трудом сдерживая улыбку:

— Если честно, не совсем. Саму концепцию я улавливаю и её суть осознаю. Но вот расшифровать её скрытый смысл и применить её к себе — не выходит.

Она тяжело вздохнула. Наклонилась чуть ближе, открывая ещё более откровенный вид на своё декольте, которое в моей рубашке выглядело весьма смело. Что было неудивительно, если вспомнить про четыре растёгнутые верхние пуговицы.

— Ащщщ… Ты просто невыносим, Мин Джин Хо. Почему ты мне вообще нравишься?

Я с невозмутимым видом пожал плечами:

— Рискну предположить, что это из-за того, что я прекрасен. К тому же умён. А серия твоих утренних оргазмов намекает на ещё одну причину.

В этот раз она не отвела взгляд, а наоборот, долго и пристально смотрела на меня:

— Скромности тебя в детстве точно не учили. Но, наверное, именно этим ты и отличаешься от всех остальных, — задумчиво добавила она.

Я слегка приподнял брови, и Чжи Чен тут же добавила:

— А ещё способностью сметать любых врагов на своём пути, естественно.

Я усмехнулся. Отпил глоток кофе. Снова взглянул на неё:

— Думаю, по дороге нам стоит заехать в магазин. Одежды с собой ты явно не взяла, а явиться в офис в таком виде — не самый лучший вариант.

Чжи, как раз подхватившая кусок ветчины палочками, посмотрела на меня с некоторым недоумением:

— Ты хочешь, чтобы я в таком виде отправилась в магазин выбирать себе одежду? Признаюсь, идея интересная, и, возможно, когда-нибудь мы её воплотим в жизнь. Но только за пределами Кореи, где моё лицо не настолько известно. А прямо сейчас я закажу одежду на твой адрес.

На самом деле мой план был немного иным, но её вариант тоже был неплох. Правда, «немного одежды» быстро превратилось в десятки наименований, среди которых она собиралась выбрать что-то одно. Само формирование заказа заняло не меньше двадцати минут. Плюс, ещё полчаса пришлось ждать доставку.

За это время я успел ознакомиться с утренними отчётами, разослать ответы сотрудникам и прочитать свежие аналитические выкладки по благотворительному фонду Хонг Гейминг. Помимо этого, получил неожиданный массаж от Чжи и успешно пресёк её попытку ещё раз затащить меня обратно в постель. Хотя идея и выглядела весьма соблазнительно, но никак не укладывалось в график. Я и так задержался дома на полтора часа.

Когда одежда наконец прибыла, Чжи немедленно заняла место перед зеркалом, один за другим примеряя варианты. В конце концов, остановила выбор на деловом костюме с узкой короткой юбкой и слегка декольтированным пиджаком. Под пиджак надела тонкую рубашку, настолько невесомую, что та едва укладывалась в рамки приличий. По крайней мере, если рассматривать её как компонент гардероба главы крупной корпорации.

Спустя ещё пять минут девушка определилась с туфлями и, проверив сообщение от водителя, подошла ко мне.

— Сегодня вечером у тебя или у меня? Не забудь, нам ещё нужно выбрать жильё. Ты вообще что предпочитаешь? Квартиру, особняк, бункер под «Синим домом»? Может быть дом в горах? Списанную шхуну, которую превратили в плавучую жилую базу?

Её голос звучал с долей юмора, но мимика подсказывала, что это вовсе не шутка. Чжи всерьёз намеревалась найти нам жильё для совместной жизни.

— Думаю, нам стоит обсудить это при следующей встрече, — заметил я.

Чжи Чен слегка нахмурилась и фыркнула:

— Ты не отвертишься, бушующий нарвал. Даже не думай. Тем более после сегодняшней ночи и утра. Стоит любой женщине Сеула попробовать такое и она не отстанет от тебя до конца жизни. Твоей или своей. Я не намерена рисковать.

Усмехнувшись, я напомнил:

— Ты тоже из Сеула. И, насколько я понял сегодня ночью, определённо относишься к женскому полу.

Чжи сверкнула глазами и подошла ближе. Настолько, что едва не прижалась ко мне своей грудью;

— Ащщщ… Ты лучше думай о том, какое жильё хочешь выбрать. А не дразни меня этим воспоминаниями. Я и так буду думать о них до самого вечера! До того самого момента, когда мы снова встретимся и выберем дом. Или квартиру. А может, бункер.

Она смотрела мне прямо в глаза, а голос девушки чуть дрожал от эмоций.

— Если честно, мне всё равно, какой вариант в итоге окажется на столе. Главное — что-то выбрать. Так что думай и определяйся, бушующий кит.

Резко подавшись вперёд, впилась в мои губы поцелуем, обвив руками шею. После чего развернулась и цокая каблуками, направилась к выходу.

Смотря ей вслед, я внезапно вспомнил о важном вопросе, который хотел прояснить. Том самом, что вчера благополучно вылетел из головы.

— Постой. Твой водитель… Как долго он у тебя работает? И насколько ты ему доверяешь?

Чжи Чен притормозила, обернулась и моргнула, растерянная.

— Водитель? Он уже несколько лет в Чен Групп. Большую часть времени проработал у меня. Из какой-то деревни, где не так много работы, так что старается изо всех сил, чтобы прокормить семью. Пару раз его уже пытались подкупить, но ничего не вышло. Не думаю, что он представляет угрозу.

По-хорошему, стоило бы побеседовать с этим водителем лично, убедившись в его лояльности и проверив эмоции. Только вот времени на это не оставалось. Чжи Чен спешила в офис, да и мне следовало заняться. Тем более, Бён Хо уже прислал несколько сообщений, судя по которым ему срочно требовалось что-то обсудить.

Я кивнул, решив сдвинуть эту задачу на будущее:

— Думаю, мне стоит посмотреть на него лично. Оценить и вынести вердикт.

Чжи Чен неожиданно расплылась в улыбке:

— Беспокоишься за меня? Переживаешь, как бы чего не случилось? Умеешь быть милым, Мин Джин Хо. Это даже немного возбуждает.

Не прекращая улыбаться, двинулась ко мне обратно. А спустя десять секунд и ещё один поцелуй, всё же покинула квартиру.

Сам я какое-то время постоял около двери, обдумывая всё произошедшее. Потом оглядел себя в зеркало, задумчиво хмыкнул и отправился одеваться. По пути разблокировав телефон и открыв переписку с Бён Хо.

Глава XX

Бён Хо Шон, который после вчерашних событий снова стал одной из самых медийных личностей Южной Кореи, предлагал встретиться. В чём именно дело, бывший полицейский не написал, но обозначил общее направление — «Народный патруль» и связанные с ним фигуры.

Возвращение к рабочему ритму далось мне не сразу. На то, чтобы сознание снова переориентировалась на деловые задачи, прекратив радовать себя картинами из прошлой ночи и сегодняшнего утра, ушло какое-то время. Когда разум наконец вошёл в рабочий режим, я отправил ему встречное сообщение, задав логичный вопрос — о чём именно пойдёт речь?

Глава профсоюза отреагировал к моменту, когда я уже заканчивал одеваться. Телефон завибрировал сообщением, а его содержание меня слегка удивило.

«Я подумал над ситуацией с „Народным патрулём“ и кажется нашёл неплохое решение, которое позволит уничтожить их окончательно. Нам нужна своя, точно такая же организация.»

Концепт был достаточно внезапным. По крайней мере, услышать такое от Бён Хо я никак не ожидал. Тем не менее, определённый здравый смысл в этой идее имелся. Так что отвергать её сразу я не стал. Вместо этого обозначил место встречи, условившись, что буду там через 20 минут.

Спустившись вниз и указав водителю нужный адрес, я поймал в зеркале заднего вида восхищённый взгляд телохранителя. Поняв, что я это заметил, мужчина сразу же перевёл взгляд на дорогу. А осознав, что я продолжаю на него смотреть, решил объясниться.

— Вы только что исполнили мечту каждого простого парня, сонбэ, — начал он.

Увидев в моих глазах лёгкое удивление, водитель продолжил:

— Могу поспорить, каждый неженатый мужчина Сеула мечтает проснуться в постели с девушкой из подобной семьи. Да что уж там, две трети женатых мечтают о таком же. Только вот до этого момента я даже историй не слышал о том, чтобы кому-то это удалось. А в вашем случае лицезрел доказательства собственными глазами.

Судя по тембру его голоса, водитель всерьёз гордился тем, что его шеф переспал с молодой главой корпорации. Воспринимая это сразу в двух областях — как личное достижение, к которому он причастен и как победу всей нашей компании.

Я тихо хмыкнул и снова взглянул на него в зеркало.

— Никогда не стоит определять свой выбор социальным статусом женщины. Это путь в никуда. Если говорить точнее — в пропасть, наполненную болью, разочарованием и страхом. На дне которой тебя ждёт преждевременная смерть из-за истощения нервной системы.

Водитель слегка нахмурился, прислушиваясь к моим словам и бросая косые взгляды в зеркало заднего вида. Я же, после короткой паузы продолжил:

— В данном случае тот факт, что Чжи является председателем Чен Групп, не является определяющим. Занимай она другую социальную позицию, я бы всё равно оказался в её постели. Вернее, она бы осталась на ночь в моей.

Водитель сделал вид, что понял. По крайней мере, кивнул довольно убедительно. Но в его глазах по-прежнему светилась примитивная гордость, которая появляется, когда человек из одной социальной группы добивается признания в совсем другой социальной прослойке. В данном случае — переспав с девушкой из высшего общества.

Бён Хо, с которым мы встретились спустя четверть часа, был озабочен совершенно иными мыслями. Если говорить конкретнее, бывший полицейский всерьёз загорелся идеей создания альтернативы «Народному патрулю». По сути, он желал сформировать точно такую же добровольческую организацию, с той лишь разницей, что инструкторами и командирами в ней станут ветераны полиции. Те, кто уже покинул службу, но сохранил достаточно сил, чтобы заниматься активной деятельностью. К тому же было немало тех, кто оказался уволен из-за конфликтов с руководством. Какая-то часть из них тоже с радостью бы присоединилась к проекту.

Если верить словам Бён Хо, подобных людей можно набрать немало. В одном только Сеуле, по его подсчётам, имелось не меньше сотни кандидатов. Если же говорить о масштабах всей страны, их было куда больше.

Бывший полицейский предложил запустить проект немедленно, используя ресурсы профсоюза. Среди его соратников, в которых он был уверен, имелось несколько человек уволенных со службы, и они могли совмещать обязанности в обеих организациях. Насколько я понимал, лидера профсоюза всерьёз зацепила попытка подставить его и ближайших соратников, окончательно уничтожив организацию. Теперь он желал отомстить, предполагая, что полный разгром «Народного патруля» станет весомым ударом по противнику, кем бы тот ни являлся.

С одной стороны, собеседник был прав. Но с другой, если мои выкладки верны, «Народный патруль» являлся частью куда большей системы, контролируемой крайне влиятельными людьми. Развернув атаку на организацию, Бён Хо мог вызвать совсем не ту реакцию, которую ожидал.

Тем более прямо сейчас, ему опасаться было нечего. Позиции стали куда прочнее, а медиа вспомнили о старом герое. Более того — давление на членов профсоюза резко ослабло. Сразу двое начальников полицейских участков были вынуждены подать в отставку. Оба тесно сотрудничали на своей территории с «Народным патрулём», что стало весомым основанием для обвинений в подготовке и реализации атаки в лапшичной. На самом деле, за действиями «Патруля» стояли иные фигуры. Тем не менее, отставка двух открытых противников Бён Хо однозначно играла нам на руку.

В итоге мы пришли к своего рода соглашению. Прямо сейчас глава профсоюза о создании новой организации никаких заявлений делать не станет. По крайней мере, публично. При этом продолжит строго следовать медийной стратегии, которую подготовила для него команда маркетинга. Одновременно начнёт готовить базовую структуру новой организации — на случай, если обстоятельства сложатся благоприятным образом и у нас получится её запустить.

Если подумать, располагать такой силой, которая будет лояльна как мне, так и Бён Хо, было бы неплохо. Тем не менее, заняться строительством нового проекта можно будет только после того, как у нас освободятся ресурсы, которых сейчас критически не хватало. Во-первых, это касалось самого профсоюза, по которому оставалась масса нерешённых организационных моментов и до сих пор шёл процесс формирования отделений. По окончанию которого должны пройти новые выборы в управляющий совет. Во-вторых, ресурсы «Бушующего Кита» тоже были ограничены. Сейчас у нас имелось более чем достаточно проектов, в которых были задействованы абсолютно все сотрудники. По крайней мере, если говорить о тех, кого можно было допускать к чувствительной информации. А для медийного сопровождения новой структуры требовались именно такие люди.

В итоге, спустя двадцать минут разговора, Бён Хо поехал к себе в офис, а я попросил принести счёт и развернул список уведомлений на телефоне. Первым оказалось сообщение от Чжи, прошедшее пять минут назад.

«Не могу перестать думать о прошедшей ночи. И отчаянно жду вечера. Бесишь! Не мог оказаться менее умелым? Как мне работать⁈ Теперь ты мне должен, нарвал! Готовься платить по счетам!»

Усмехнувшись, я отправил ответное сообщение.

«Отвлекись. Посмотри варианты жилья в Сеуле, например. Или подумай, во что ты будешь одета этой ночью.»

Мне принесли счёт, по которому я расплатился. А как только официантка отошла от стола, телефон снова завибрировал. Вполне ожидаемо пришло сообщение от Чжи Чен.

«Ащщщ! Ты в курсе, что совсем не помогаешь? Или ты это специально?»

В этот раз ответ я отправить не успел — когда развернул клавиатуру и уже начал набирать сообщение, телефон снова просигналил о новом послании. На этот раз — от Мин Сон Пэк.

«Мой сонбэ должен это увидеть. Немедленно. Кажется, мы теряем Бирму.»

Вместе с текстом пришла ссылка, которая вела на результаты поиска внутри одного из новостных агрегаторов. А поисковый запрос был посвящён Мьянме. Дождавшись, пока страница загрузится, я пробежался по заголовкам новостей и понял, что девушка не шутила. Мы на самом деле теряли Бирму. Прямо сейчас. В режиме реального времени.

* * *

Председатель Кханг Групп не любил принимать решений под давлением обстоятельств. И как правило, старался не допускать подобных ситуаций, выкручиваясь из них всеми возможными способами. Но от текущего расклада увернуться было невозможно. Контракт с Хёнде Групп уже был подписан. Обязательства требовалось выполнять. А учитывая отсутствие фигуры лидера, договариваться об отсрочке было не с кем. Он уже пробовал прозондировать почву на этот счёт и понял, что никакой определённостью среди членов совета директоров даже не пахло. Одни выступали за кандидатуру главы Хёнде Хэви Индастрис, другие склонялись к директору европейского филиала Хёнде Групп, третьи вовсе считали, что компании нужен независимый председатель — профессионал со стороны, который не будет замешан во внутрисемейных дрязгах Чон.

Кто в итоге победит, оставалось непонятным. Тем более имелся ещё один претендент на трон, который был выдворен из страны, но как показывали события последних дней, это отнюдь не являлось непреодолимым препятствием.

Впрочем, этот вопрос волновал председателя Кханг Групп не слишком сильно. Ключевым моментом было отсутствие фигуры, с которой можно было бы договориться прямо сейчас. В сам процесс выборов нового председателя глава Кханг Групп вмешиваться не собирался. Учитывая несопоставимые масштабы двух компаний, это было бы равноценно самоубийству.

Однако обязательства по подписанным контрактам никто не отменял. Выполнять их по-прежнему требовалось. Поэтому прямо сейчас председатель Кханг Групп изучал отчёты. От своего человека, который поехал в Таиланд и благополучно проверил компанию «Золотой дельфин», удостоверившись, что она действительно занимается профильной торговлей. Если быть более точным, фирма работала в самых разных направлениях — от инвестиций в недвижимость до морских перевозок. И была связана с определёнными людьми в правительстве Таиланда. Более того, ходили слухи, что некоторая доля её прибыли отходила одному из младших членов королевской семьи. Это значительно повышало её статус в глазах любого потенциального партнёра и делало фактически неприкасаемой для местных правоохранительных органов. Да и офицеры иностранных ведомств, располагая такой информацией, двадцать раз подумают, прежде чем начинать расследование против подобного юридического лица. Дипломатический скандал или личная месть со стороны монаршей семьи Таиланда — не лучший способ обеспечить себе карьерный взлёт. Скорее гарантированный способ оказаться на обочине истории и до конца своих дней работать простым охранником.

На первый взгляд всё выглядело абсолютно чисто. У компании имелся офис, заполненный сотрудниками, были склады с продукцией, а в собственности находилось более десяти сухогрузов. Сразу в целой группе юрисдикций функционировали представительства и дочерние компании. Команда Кханг Групп, прибывшая в Бангкок, побывала на добром десятке объектов, связанных с данной компанией, и могла подтвердить всё лично.

Что смущало председателя, так это форма правовой регистрации компании. «Золотой дельфин» по сути являлся зонтичным брендом, под которым работало несколько десятков разноформатных юридических лиц. С одной стороны, вполне нормальная практика, особенно для государств вроде Таиланда. Однако договор предлагалось заключить не с центральным юридическим лицом, которое так или иначе контролировало все остальные, а с одной из новых фирм, зарегистрированной всего пару дней назад. Якобы это могло помочь снизить риски и укрыть контракт от внимания прессы. Заодно снизило бы уровень внимания профильных служб, в первую очередь корейских. Потому как тайских, учитывая положение «Золотого дельфина», можно было не опасаться.

Стоило признать, звучало это предложение относительно логично. Тем не менее, какой-то червячок сомнения продолжал глодать председателя Кханг Групп изнутри. Вроде бы всё было в норме — чисто, относительно легально, с прикрытием людей из коридоров власти и даже с контактами на уровне правительства. Тем не менее он никак не мог успокоиться, раз за разом просматривая документы. Слишком много нестыковок видел его опытный взгляд. Заключение договора с новым юридическим лицом, наличие именно того компонента, который нужен Кханг Групп, контакт с «Золотым дельфином» точно в тот момент, когда это требовалось. Каждая по отдельности была объяснима. Но их общее количество смущало.

К тому же, если говорить о самом продукте, который требовался Кханг Групп, то его не было на складах. Поставки из Тайваня предполагались, и их даже подтвердили, но физически товара в Таиланде не было.

Естественно, он попытался проверить правдивость слов возможных контрагентов. А учитывая, что договор на поставки в правовом поле отсутствовал, действовать пришлось другими путями.

На первый взгляд и здесь всё было чисто. Сразу три человека, которые обычно выступали посредниками между корейским бизнесом и тайваньскими триадами, подтвердили наличие договорённости между тайцами и островными предпринимателями. Но и тут возникал момент сомнения. По той простой причине, что он не мог на сто процентов доверять ни одному из этих посредников. Да, они работали с корейцами и чаще всего озвучивали достоверную информацию. Но никаких рычагов контроля у председателя Кханг Групп не было. Не тот уровень. Он прекрасно понимал, что если предположить безумную теорию заговора и представить, что посредники его обманывают, сделать с этим ничего не сможет. Банально не хватит ресурсов, чтобы дотянуться до этих людей на острове и уничтожить их жизни.

Всё это раздражало. Пожалуй, единственное, что раздражало ещё больше, — реакция Мин Джин Хо на проведённую разведку. Отправив к нему младшего сына, председатель рассчитывал точно понять — знает ли глава «Бушующего Кита», что именно он стоит за покушением на его жизнь? Предполагая, что в случае положительного ответа на этот вопрос приём младшего Кханг Групп будет весьма насыщенным и агрессивным. А в противоположном случае Мин Джин Х однозначно ухватится за возможность сотрудничества.

В итоге не произошло ни первого, ни второго. Этот наглый выскочка не проявил агрессии. Но при этом взял время на раздумья, создавая у сына впечатление, что его фирма занимается настолько крупными заказами, что может позволить себе обдумывать предложение Кханг Групп.

Откинувшись на спинку кресла, председатель прикрыл глаза, обдумывая варианты. Как бы он ни старался, отыскать решение, которое позволило бы избежать контракта с тайским «Золотым дельфином», не удавалось. Контракт с Хёнде Групп, который казался настоящим подарком небес, стал громадным молотом, нависшим над его корпорацией. С каждым часом опускающимся всё ниже. Ещё немного — разобьёт Кханг Групп на мелкие кусочки.

Подняв веки, мужчина тяжело вздохнул и потянулся к телефону. Он долго тянул с этим решением, но ждать дальше было нельзя. К тому же председатель прекрасно понимал, это исключительно самообман. Ему в любом случае придётся рискнуть и подписать договор о поставках. Потому что другого выхода не было. К тому же предоплата составляла всего сорок процентов. Сущая горстка медяков, если сравнивать с потерями от невыполнения обязательств перед Хёнде.

Глава XXI

Суть происходящего в Мьянме была крайне проста. Нашёлся ещё один полевой командир, решивший, что президентское кресло больше подойдёт именно ему. Собственно, у него имелись все основания выдвигать подобные претензии. Если предыдущее военное правительство хотя бы состояло из кадровых военных, в своё время назначенных вполне законной властью, которую они же потом свергли, то нынешний глава страны не располагал даже намёком на легитимность.

К тому же он так и не смог наладить взаимодействие со всеми сегментами бюрократической структуры. Кадровые военные, командующие отдельными соединениями, далеко не всегда были готовы выполнять его приказы, а прибывать в столицу и вовсе отказывались. Банально опасаясь ареста и казни. Полсотни расстрелянных генералов и офицеров, чьи тела полдня валялись перед президентским дворцом, служили достаточно серьёзным предостережением от посещения центрального города страны. Те гражданские чиновники, которые ещё продолжали работать в провинциях и обеспечивать функционирование хотя бы каких-то государственных институтов, поддерживать нового «президента» тоже не спешили. Работу свою они, безусловно, выполняли, но в политическом плане старались придерживаться нейтралитета.

Что до иных полевых командиров, то с некоторыми у нового короля Бирмы отношения сложились вполне неплохие. Проблема была лишь в том, что, как правило, это были лидеры относительно мелких соединений, имеющие небольшой вес. И по этой причине спешащие примкнуть к лидеру, чтобы получить все причитающиеся им блага в обмен на лояльность.

Ситуация усугублялась активизацией противников. Сразу три повстанческие группировки, которые до этого суммарно контролировали не более трети страны, начали наступление. Стоит признать, весьма успешное — на данный момент под их контролем находилось не менее сорока процентов Бирмы. Если темпы сохранятся прежними, то в ближайшее время они будут могли захватить большую площадь, чем центральное правительство.

В данном случае, одной из ключевых проблем являлся тот самый вопрос легитимности. Договор о перемирии с этими тремя организациями подписывался старым военным правительством. Именно эта договорённость сдерживала все стороны от возобновления активного противостояния. Сейчас же противники центрального правительства увидели возможность и решили воспользоваться ею по полной, найдя удобный предлог. Понятное дело, прошлое правительство с точки зрения международного права тоже было абсолютно незаконным. Когда военные врываются в правительственные здания, арестовывают или расстреливают на месте законно избранных чиновников, после чего занимают их места, это всегда и везде квалифицируется одинаково. Тем не менее мятежники уже заявили, что подписанное соглашение недействительно ввиду того, что подписавший его глава государства мёртв, как и все его соратники.

Пока машина везла меня в офис, я вникал в детали и набрасывал сценарии. Не сказать, что текущий глава Бирмы был мне симпатичен. Скорее наоборот. Тем не менее его альтернативы были ещё хуже. Плюс, он играл важную роль в осуществлении моего плана. И как в любой относительно сложной схеме, исчезновение одного компонента могло привести к полному разрушению всей стратегии. Из чего следовал простой и банальный вывод — мне было необходимо оставить в президентском кресле именно этого человека. Оставался сущий пустяк — понять, как это сделать, если тот настроил против себя половину страны и находится за несколько тысяч километров от тебя?

Добравшись до офиса, я поднялся наверх, стремительно направляясь в свой кабинет. Проходя через секцию команды маркетинга, столкнулся с Мин Со Пэк, которая уже обходилась без костылей.

— Ты посмотрел последний отчёт, сонбэ?

Затормозив, я глянул на неё и чуть качнул головой.

— Пока нет, но сейчас обязательно посмотрю. Есть какие-то идеи?

Теперь уже она отрицательно покачала головой.

— Если честно, не представляю, что нам делать. Разве что надеяться, он сам справится. Или срочно искать наёмников в Бангладеше.

Усмехнувшись, я двинулся дальше и спустя тридцать секунд уселся за свой рабочий стол. Отсутствие у девушки вариантов меня не удивляло. По той простой причине, что я сам точно не представлял, как быть. С одной стороны, был мятежный генерал, что двигался на столицу. Правда, ещё утром он носил официальное звание майора, но точно так же, как и нынешний президент, самостоятельно поднял себя в чине. Что до расстановки сил, она была не в пользу текущего президента. Половину верных ему солдат он разбросал гарнизонами по ключевым объектам на территории страны. В итоге для защиты столицы у него оставалось около семи тысяч человек. Плюс, ещё несколько тысяч могли бы подойти в самое ближайшее время. Но в данном случае речь шла о союзниках — тех самых небольших отрядах, которые выбрали его сторону. Никаких гарантий, что они не переметнутся к противнику, если им предложат более интересные условия, не было.

При этом кадровый офицерский корпус был настроен крайне критически по отношению к обоим «кандидатам». Судя по новостному контексту, ни одна из кадровых частей не сдвинулась с места, хотя приказы они получали с обеих сторон. И самый критический момент для нынешнего главы государства — ему отказались подчиняться военно-воздушные силы. По вполне понятной причине — все армейские пилоты являлись кадровыми офицерами, которые, мягко говоря, не слишком позитивно восприняли его методы борьбы за власть. Если действовать против старых врагов они ещё были готовы, то участвовать в разборках двух полевых командиров, решительно отказались. Как я полагал, с их точки зрения оба претендента казались обычными криминальными элементами.

Безусловно, президент пытался переломить ситуацию. Правда, выбрал не совсем верный инструмент воздействия — простое и грубое силовое давление. Как итог — с одной из военных баз, которую контролировали его солдаты, самолёты всё-таки взлетели. Сразу четыре. Промчались по воздуху до другой базы, где держал круговую оборону батальон стрелков ВВС, и благополучно там приземлились. Не став выполнять боевую задачу. А офицеры военной авиации сделали совместное заявление — если какая-то из стороны тронет членов их семей, то они начнут наносить удары по обоим, не разбираясь кто и где находится. Станут бомбить их с воздуха, пока не прикончат двух генералов или не дождутся захвата власть третьей фигурой.

На первый взгляд ситуация выглядела удручающе. Единственным внешним игроком, который мог бы вмешаться и остановить конфликт, был Китай. Именно он организовал несколько последних раундов переговоров между центральным правительством и его противниками. Плюс, поддерживал экономические контакты с хунтой, даже сейчас сохраняя немало рычагов влияния на ситуацию. Но, судя по тому, что ничего подобного пока не произошло, империя решила остаться в стороне. В конце концов, это с прошлым правительством у них были относительно тесные контакты. Новый президент такими доверительными отношениями похвастаться не мог.

Расположившись в кресле, я мониторил ленту новостей, один за другим прокручивая в голове сценарии. Погружение в состояние фокуса прошло куда проще, чем раньше — после активного отдыха разум работал лучше. Тем не менее эффективного способа стабилизировать ситуацию я пока отыскать не мог.

Геон Шин, Мин Со, Хё Рин и Сэ Ян занимались мониторингом информации. Плюс, анализировали профили всех ключевых участников процесса, заодно оценивая ситуацию на международной арене. Основных вариантов решения бирманского уравнения имелось всего два — либо обеспечить президенту дополнительную военную силу, либо вынудить противника остановиться, используя иные методы убеждения. Собственно, именно вокруг этих двух подходов и строились мои версии. Правда, сформировать такую, чтобы она выдержала бы мою собственную критику, пока не выходило.

В какой-то момент я получил новые отчёты от всех трёх команд, которые сейчас занимались мониторингом. Пробежав текст взглядом, на мгновение застыл. Потом откинулся в кресле и несколько минут раздумывал, крутя в голове возникшую идею. После чего взял телефон, открыл мессенджер, нашёл профиль Бён Хо и позвонил. Услышав приветствие бывшего полицейского, который сейчас должен был находиться в офисе профсоюза, сразу же озвучил свой вопрос.

— Помнишь, во время разговора ты упоминал, что было бы неплохо в конце концов зарегистрировать свою политическую партию. Как бы ты её назвал?

Мужчина удивлённо хмыкнул, на несколько секунд задумался и наконец озвучил ответ.

— «Корея будущего». Наверное, так. Это ты к чему? Говорил же, что пока не собираешься лезть в политику.

Я тяжело вздохнул. Выходить на политическую арену я действительно не планировал. По крайней мере, настолько рано и без веской причины. С другой стороны, схема, что сейчас зародилась в моей голове, не предполагала реального участия в выборах. Как и создания политической партии. Всё, что мне требовалось, — создать видимость, чего было вполне достаточно. Тем не менее, если кто-то решит проверить факты и сможет пробиться к Бён Хо, необходимо, чтобы он всё подтвердил.

— Прыгать в кишащее змеями болото я не собираюсь, но нужно, чтобы некоторые люди подумали прямо противоположное. А ещё мне требуется структура, от имени которой можно озвучить предложение. Ты не против на сутки или двое стать лидером пока ещё не существующей, но находящейся в процессе создания, политической силы?

Теперь уже Бён Хо издал тяжёлый вздох. Пару мгновений подождав, поинтересовался:

— Насколько это важно?

Вопрос был предсказуем, и ответ на него у меня уже имелся.

— Критически. Больше прямо сейчас сказать не могу, но позже обязательно всё объясню.

Ещё несколько секунд помолчав, Бён Хо озвучил своё согласие, после чего мы коротко обсудили детали и распрощались. Следующий номер, который я набрал, принадлежал нынешнему главе Бирмы, чьё правление находилось под угрозой. Ответил тот не сразу — пришлось звонить трижды. А когда в трубке наконец послышался голос мужчины, то в нём звучало неприкрытое раздражение и ярость.

— Ты новости не читаешь? У меня тут война началась! Сейчас не до тебя! Перезвони завтра.

Прежде чем он сбросил звонок, я успел вклиниться:

— Сколько ты готов заплатить за устранение угрозы?

Собеседник на секунду замолчал, а потом, полным ярости голосом, поинтересовался:

— Ты с меня ещё деньги требуешь? После всего, о чём мы договорились? Скажи, как ты вообще собираешься мне помочь? У тебя пара танковых бригад на границе есть?

Как и следовало предполагать, наживку он захватил моментально. Оставалось лишь грамотно разыграть ситуацию.

— Во-первых, нужны не только деньги. Во-вторых, это не для меня. В-третьих, люди, которые сделали предложение, действительно могут тебя спасти. Вопрос только в том, пойдёшь ли ты им навстречу?

Несколько мгновений король Бирмы молчал, переваривая услышанное, а потом задал предсказуемый вопрос:

— Кто эти люди? Чего они хотят? И как способны помочь?

Я глянул в сторону переборки секции маркетинга, которую сейчас открыла Мин Со Пэк, и кивнул ей. Убедившись, что девушка поняла сигнал и заблокировала вход, расположившись рядом с ним, я продолжил:

— Для начала мне нужно услышать твой ответ. Что до их желаний, то тут всё стандартно. Поставки металлов, контракты на восстановление инфраструктуры, зелёный свет и полная безопасность для инвесторов. Плюс одна небольшая уступка международному сообществу — парламент.

Бывший полевой командир яростно выдохнул и скрипнул зубами. Я немедленно заговорил вновь, не дожидаясь его вербальной реакции:

— Ты можешь сделать его каким угодно. Основной момент — чтобы он в принципе существовал.

Какое-то время он размышлял. Настолько долго, что я уже собирался изложить свою идею более детально, но тут собеседник всё же заговорил:

— Но… Как же наблюдатели? Кого-то на выборы ведь точно пришлют. Если они всё зафиксируют, выйдет неудобно. А расстреливать их, вовсе неловко. Дипломатический скандал.

На миг внутри меня возникло желание сбросить звонок и оставить этих представителей рода человеческого разбираться с проблемой самостоятельно. На то, чтобы справиться с приступом, у меня ушло несколько секунд.

— У тебя в стране нет ни одного независимого медиа. Выборы будут только на территориях, которые контролируют твои войска. А юстиция может регистрировать партии весьма избирательно, если ты понимаешь, о чём я.

Поколебавшись, мужчина уточнил:

— Имеешь в виду отказывать всем, кто мне не понравится?

Сдержав вздох, я медленно ответил:

— Именно так. Парламент нужен исключительно формальный. Чтобы предъявить его мировому сообществу и дипломатам. Ты согласен с условиями? Времени у нас не так уж и много.

Само собой, немедленно он не согласился. На то, чтобы окончательно убедить «президента», у меня ушло ещё добрых десять минут. Тем не менее в конце концов он подтвердил, что готов выполнить все озвученные пункты. Да, это были лишь слова. С другой стороны, для него вселенная была миром, где более сильный игрок может уничтожить слабого без всяких оглядок на такие глупости, как законы и мораль. А если всё пойдёт по плану, в ситуацию вмешается такое государство, с которым бирманский король играть не захочет.

Завершив разговор, я вопросительно посмотрел на Мин Со Пэк. Девушка тут же шагнула к столу:

— Я хотела сказать, что выбрала группу политиков, которые специализируются на Юго-Восточной Азии. В основном из Европы, плюс пара из Штатов. Всего семь человек. Их можно было бы задействовать в качестве рычага давления. Связи в регионе у них точно есть. У тебя на почте файл, где изложены варианты их мотивации и общий переговорный концепт.

Сделав короткую паузу, она сразу добавила:

— Но как я вижу, у тебя уже есть свой собственный план. А значит, нужды в моём больше нет.

Я коротко кивнул. На самом деле, её вариант тоже звучал неплохо. Уверен, если детально ознакомиться с профилями всех семерых политиков, которых отыскала девушка, найдутся точки соприкосновения с Мьянмой. Вот только времени у нас на это не было. Спасать ситуацию требовалось прямо сейчас.

Дождавшись, пока Мин Со покинет кабинет, я набрал ещё один номер — секретариата министерства иностранных дел Индии. Поднявший сегодня мятеж полевой командир безусловно умом не блистал. Тем не менее прекрасно понимал, что его семья будет куда лучше жить за пределами охваченной войной страны. Именно поэтому его родители, жена с детьми и сестра проживали на территории Индии. Более того, сестра оказалась владельцем компании, которая формально занималась торговыми операциями. На деле же, скорее всего, служила неплохим вариантом легализации «заработанного» на бирманской земле. Что открывало немало возможностей для давления на бунтовщика.

Естественно, сразу с министром меня соединить никто не стал. Зато, использовав всю свою убедительность, мне удалось пробиться к одному из его помощников. Дождавшись, когда тот возьмёт трубку, я сразу начал говорить:

— Я представляю партию «Корея будущего». Хотел бы задать вам вопрос: желаете стать страной, которая остановит кровопролитие в Бирме?

Собеседник на момент смешался, а потом с некоторым удивлением уточнил:

— «Корея будущего»? Не слышал, чтобы корейская диаспора создавала свою собственную партию.

Говорил я с ним на хинди, так что допущение дипломата о звонке от кого-то из местных было вполне допустимо. Впрочем, это заблуждение я быстро исправил, объяснив, что звоню из Кореи и представляю местную политическую структуру, у которой имеются определённые связи на территории Бирмы. И возможность оказать большую услугу правительству Индии, превратив его в силу, которая завершит долгий конфликт.

В данном случае процесс шёл куда медленнее — мне потребовалось около получаса, чтобы убедить заместителя министра, а потом ещё столько же для изменения позиции его шефа. Плюс, около сорока минут у них ушло на проверку внутренней информации. Перед тем как продолжать переговоры, индийцы хотели убедиться, что сестра мятежного полевого командира действительно живёт на их земле и владеет коммерческой компанией.

А вот финальный раунд переговоров оказался крайне быстрым и занял не больше четверти часа. Судя по всему, глава министерства иностранных дел согласовал свои действия с премьером и получил одобрение, за счёт чего нам оставалось обсудить лишь технические детали.

Естественно, индийцы попытались обеспечить себе страховку — министр ни разу не озвучил своего имени и должностной позиции. За исключением самых первых фраз, он не упоминал структуры индийского правительства, стараясь обходиться максимально общими формулировками. Да, вариант был не самым лучшим, но с другой стороны, иных опций у них всё равно не имелось. Потому как линии правительственной связи в офисе «Бушующего Кита», понятное дело, не было.

Наконец, урегулировав все детали, я снова позвонил нынешнему президенту Бирмы и осчастливил его новостью о завершении мятежа, сразу после чего изложил все подробности. Не сказать, что тот был счастлив. Но моя схема, предполагала лишь потерю денег, тогда как неконтролируемое развитие ситуации легко могло закончиться его гибелью. Либо, в лучшем случае, бегством из страны. Так что отец Тхун Лина был в серьёзном выигрыше. Как и индийское правительство, которое, во-первых, получало доступ к местной экономике и выгодные контракты для своего бизнеса, а во-вторых, щёлкало по носу своего старого соперника. До этого основным игроком в Мьянме считался Китай, который, если посмотреть со стороны, самоустранился от участия в конфликте. Тогда как Индия смогла крайне оперативно решить вопрос, заодно обеспечив своё влияние на бирманской земле. Не говоря уже о том, что успешное завершение подобной операции крайне благоприятно скажется на их международном имидже.

Закончив разговор, я откинулся в кресле и некоторое время размышлял. После чего открыл чат с лидерами команд и отправил сообщение:

«Мне нужен телефон секретаря председателя Самсунг Групп. Срочно.»

Глава XXII

Гын Хо Чон был спокоен. Он немало слышал о Мин Джин Хо и полагал, что встретит огнедышащего дракона, но вместо этого обнаружил перед собой обычного пастушьего пса, который разогнал пару небольших волчьих стай и вообразил себя великим воином.

Да, он вмешался в ситуацию с отцом Ми Ён и смог заставить его убраться из Кореи. Но, судя по всему, тогда ему просто повезло. По крайней мере, ни одной причины опасаться этого человека Гын Хо Чон пока не видел.

Серьёзных связей наверху у него тоже не было. Единственным, к кому он мог бы в теории обратиться за помощью, являлся Га Рам Хур. Но с ним вопрос уже был решён. И даже если старик вдруг решит изменить позицию, это не станет глобальной проблемой. Максимум, что тот сможет сделать, — немного осложнить им всем жизнь. Но остановить движущийся локомотив ему будет не по силам. Да и не станет он так рисковать. Только не сейчас, когда смог наконец вернуться в высший эшелон. Захватить большинство в Национальном собрании у него однозначно не выйдет. А значит, самостоятельным игроком Га Рам Хуру не стать. Тогда как в связке с ними, у него был неплохой шанс занять позицию премьер-министра, либо стать спикером парламента. Оба варианта были более чем неплохи и делали его частью высшего политического истеблишменте.

Прямо сейчас Гын Хо направлялся на важную встречу. Одну из тех, что должны были привести его на пост председателя Хёнде Групп. А один из его основных конкурентов вот-вот должен был отправиться на дно. Если подумать, это было даже немного смешно. Какой-то наёмный менеджер внезапно решил, что сможет взять под контроль Хёнде Групп. Даже успел заручиться поддержкой среднего звена и глав некоторых подразделений. Самоуверенный безумец, по карьере которого вот-вот будет нанесён сокрушительный удар.

Мало того, что пролоббированный контракт с государственным концерном Бирмы окажется безвозвратно потерян, так его, вместе со сторонниками, ещё и обвинят в сотрудничестве с кровавой диктатурой. После свержения которой в прессе появится масса разнообразных и весьма детальных новостей. Работать на территории Мьянмы зарубежным корреспондентом было опасно, но уровень жизни в стране сейчас был такой, что найти фрилансеров, готовых рискнуть жизнью за пару сотен долларов, труда не составляло. Поэтому материалов было заготовлено немало. Фактурных, красочных и шокирующих. По крайней мере, обыватели из мирной и уютной Кореи точно станут хвататься за сердце и лить слёзы.

Гын Хо Чон посмотрел в окно и довольно улыбнулся. А потом его руки осторожно коснулись пальцы секретаря, который ехал на заднем сидении рядом со своим сонбэ. Чуть повернув голову, Гын Хо увидел протягиваемый ему планшет.

— Вы должны это увидеть, сонбэним.

Мужчина молча взял планшет в руки и опустил взгляд на экран, где была открыта страница браузера. Посмотрел на заголовок новости, которую просматривал его секретарь, и ощутил, как внутри шевельнулось давно забытое чувство — злость.

Ситуация в Мьянме должна была завершиться ожесточёнными боями за столицу. Ввергать в хаос всю страну не предполагалось. Настолько масштабный конфликт неизбежно привёл бы к вмешательству Китая, что моментально обнулило бы все их усилия. Плюс, это могло развернуть ситуацию в абсолютно непредсказуемом направлении. Поэтому планировалось лишь создать яркую картинку отчаянной битвы за столицу, чего с лихвой хватило бы для всех мировых телеканалов.

Вариант при котором Китай вмешается даже при таком развитии событий тоже рассматривался, но они пришли к выводау, что пока дело не дойдёт до глобальных столкновений, имперцы проявлять инициативу не станут. И до текущего момента всё шло точно по составленному плану. Однако какой-то момент они всё-таки упустили.

Потому что прямо сейчас он смотрел на новость, где описывались миротворческие успехи индийской делегации. Которая буквально полчаса назад прибыла в Бирму и уже усадила обе стороны за стол переговоров. Более того, в прессу просочился вариант предварительного соглашения между двумя полевыми командирами. Согласно ему, один из них оставался на позиции президента, а второй получал должность главы одной из провинций, сохраняя за собой звание генерала и лояльных солдат. Индийцы подали это как результат тайных дипломатических усилий, предпринимавшихся с того самого момента, как в Бирме сменилась власть. Мол, до этой секунды все детали и сам факт переговоров держались в тайне, а сегодняшний день стал кульминацией, которую они решили продемонстрировать всему миру.

Естественно, всё это было бредом. Индия даже не пыталась лезть в процессы внутри Бирмы. У них хватало своих проблем, которые требовали внимания. К тому же это была сфера влияния Китая, который не стал бы молча смотреть на действия своего старого конкурента. Даже если предположить, что индийские дипломаты действительно пошли на подобный риск, китайцы должны были об этом знать. А значит, были бы в курсе и их союзники из восточной империи, у которых имелись неплохие связи при дворе правителя.

Как будто этого было мало, за этой новостью шла ещё одна. О согласии нынешнего главы Бирмы на проведение выборов в парламент, которые, по его собственным словам, должны были пройти на свободной и конкурентной основе. Безусловно, это тоже был обычный маркетинговый ход, предназначенный для того, чтобы вмешательство индийских дипломатов не выглядело исключительно меркантильной миссией. Одно дело, когда ты приводишь к перемирию противоборствующие стороны исключительно ради личной выгоды. Совсем другое — если твои усилия направлены на стабилизацию жизни в регионе.

Само собой, в новостях ничего не говорилось о трёх мятежных группировках, которые все последние годы противостояли военной хунте. Речь шла исключительно о парламентских выборах на территории, подконтрольной центральному правительству. Тем не менее это уже было солидным успехом с точки зрения международной дипломатии, лавры которого индийцы сейчас пожинали.

Секретарь кашлянул и, потянувшись, провёл пальцем по экрану, переключая внимание своего господина на ещё одну статью. Которая заставила мужчину тихо скрипнуть зубами. Гын Хо Чон не рассматривал главу Хёнде Хэви Индастрис в качестве серьёзного противника. Скорее считал его спойлером, который создаст иллюзию борьбы на выборах. В отличие от конгломерата независимых директоров, которые давно и всерьёз озаботились формированием групп поддержки внутри корпорации, его брат подобным не занимался. Собственно, он даже на своих собственных людей полностью рассчитывать не мог, не говоря уже о других подразделениях.

Теперь же всё изменилось. По той элементарной причине, что глава Хёнде Хэви Индастрис был представлен в качестве одного из соавторов плана мирного урегулирования. Человеком, который использовал свои личные связи, чтобы помочь индийским дипломатам установить контакт с новым бирманским правительством, а затем обеспечить надлежащие условия переговоров. Впрочем, сама по себе это было не страшно. В конце концов, где Мьянма и где Сеул? Корейцы забудут о новостях из этой страны буквально за пару дней. Чего явно маловато для формирования общественного рейтинга. К тому же симпатии граждан никак не помогут на выборах председателя чеболя. Гын Хо Чон не стал бы переживать по этому поводу, если бы не одно веское «но». Наряду с его братом, в числе авторов мирного плана назывался ещё один кореец — глава Самсунг Групп, который с довольным видом позировал журналистам на пресс-конференции в столице Бирмы. Сидя рядом с главой Хёнде Хэви Индастрис, рассказывал о том, как две крупнейшие корпорации Южной Кореи забыли о разногласиях ради спасения жителей Бирмы. Что невольно наводило на мысли о возможном союзе. Которые появятся не только у него — мужчина был уверен, что уже сегодня многие поспешат выйти на контакт с его родственником и присягнуть тому в верности.

Дочитав до конца, Гын Хо повернул голову к секретарю.

— Как это возможно? Откуда они все там взялись? И почему мы об этом ничего не знали?

Подчинённый едва заметно дёрнул плечами, а в глазах плеснул страх. Он прекрасно знал, что если сонбэ начинает проявлять признаки злости и нервозности, значит, дело пахнет кровью. Масштаб нанесённого ущерба он тоже прекрасно осознавал.

— Я выясню, сонбэним! Выясню любой ценой! Запрос китайцам отправлен, другие каналы тоже задействованы. Но пока никто не может сказать ничего дельного. Они всем сами не понимают, что произошло и как это возможно.

Гын Хо вернул взгляд на экран планшета. Пролистал новости дальше, бегло просматривая заголовки и знакомясь с содержанием. Потом снова посмотрел на своего помощника.

— Ты же установил наблюдение за Ми Ён?

Сотрудник, не отрывая взгляда от своего сонбэ, сразу же кивнул.

— Как вы приказывали, сонбэним. Полноценная группа наблюдения, одни из наших лучших людей.

Гын Хо мрачно хмыкнул.

— Тогда свяжись с этими «лучшими людьми» и попроси их ознакомить тебя с маршрутом девчонки за сегодняшний день. А если окажется, что она встречалась с моим братом, поинтересуйся — откуда они узнали секрет бессмертия? Потому что такую ошибку я им точно не прощу.

Секретарь закивал и сразу же потянулся к телефону, чувствуя, как ослабевает напряжение, которое тисками сдавливало разум. Раз господин не обвинил его сразу, значит, считает, что его личной ошибки тут нет. И страдать будут совсем другие люди.

Подчинённый принялся звонить, а Гын Хо Чон отложил планшет в сторону, достав вместо него свой телефон. Открыв на нём файл с досье на Мин Джин Хо, забегал взглядом по тексту. Мужчина прочитал его далеко не один раз. Но был почти полностью уверен, что упустил нечто важное.

* * *

Звонок от Га Рам Хура застал меня в офисе. В момент, когда по сути, всё было завершено. Буквально за полдня мы остановили начавшийся конфликт и привели стороны к соглашению. Если быть более точным, оформили на бумаге договорённость, к которой смогли прийти в ходе телефонных разговоров. Всё, что потребовалось от индийских дипломатов, — прилететь в столицу Бирмы, обеспечить наличие прессы и выступить перед ней с заявлением. Даже финальный текст соглашения, с конкретными формулировками и детально прописанными пунктами, готовил я сам.

Впрочем, кое-что от этого я всё-таки получил. Помимо того, что один из ключевых компонентов моего плана остался на своём месте, а весь механизм не развалился — у Самсунг Групп, которые стали подписантами нового контракта с государственным холдингом Бирмы, теперь была обязанность оплачивать неплохие комиссионные по факту каждой поставки. Забавно, но как выяснилось, аналитики из окружения председателя Самсунг Групп были в курсе моего существования. Поэтому, когда я связался с одним из его помощников, тот сразу же переключил меня на секретаря. А тот, выслушав моё предложение, ничуть не удивился и спустя десять минут вывел меня на самого председателя. Дальнейшее оставалось делом техники. Предложение, которое я им сделал, безусловно, было рискованным, но и потенциальная выгода была высока. Тем более, действовать им предлагалось не в одиночку, а совместно с индийскими дипломатами.

Бирманское правительство разорвало старый контракт, используя пункт о форс-мажоре, под который вполне подходила попытка государственного переворота и марш-бросок войск на столицу. А сразу после этого, они подписали новый договор — на этот раз, всего с двумя корейскими корпорациями. Самсунг Групп и Хёнде Групп, которую представлял глава Хёнде Хэви Индастрис. Поставивший свою подпись в качестве главы подразделения. Ещё один контракт был заключен с группой индийских компаний. По сути, все ресурсы государственного промышленного холдинга Мьянмы в ближайшем будущем станут работать исключительно на выполнение этих обязательств.

Изначально я рассчитывал вклинить Самсунг Групп для укрепления своих позиций, полагая, что индийская сторона будет более уважительно относиться к партнёру, предполагая что за его спиной стоит настолько крупная компания. А само руководство Самсунг планировал заинтересовать дешёвыми ресурсами. Однако, как быстро выяснилось индийцы сами были не против участия корейских компаний. Более того — настаивали на этом. И были крайне рады, когда я заявил, что у меня есть возможность задействовать фигуры сразу из двух крупных корпораций. Судя по всему, индийские дипломаты до самого конца не были уверены в успехе мероприятия, а присутствие значимых фигур из корейского истеблишмента казалось им определённой гарантией. Это было логично — ввести в заблуждение индийское министерство я вполне мог, но обвести вокруг пальцы это корейские корпорации, имея бизнес в Сеуле и живя здесь же, — верный путь на дно реки Хан.

Как итог, последние семь часов я был плотно занят переговорами, практически не выходя из режима фокуса и непрерывно общаясь с людьми. А теперь, когда всё завершилось и пресс-конференция в столице Бирмы подходила к концу, мне позвонил Га Рам Хур.

— Не отвлекаю тебя от дел, Мин Джин Хо? — голос старого политика звучал не так, как обычно. В нём было куда меньше довольства и больше скрытой агрессии. А ещё чувствовались нотки раздражения и разочарования.

— Ты же знаешь, я всегда рад поговорить с умным человеком. Дела могут подождать.

Он тихо хмыкнул.

— Ну да… Наверное, могут. Конечно, если ты не планируешь ещё чего-то масштабного. Что у тебя дальше по расписанию? Стравить Таиланд с Лаосом? Поменять премьера в Индонезии? Жениться на дочери японского императора?

Я отреагировал недолгим смехом, стараясь сделать его как можно более искренним.

— Ты мне льстишь, Га Рам. Не думаю, что японский император вообще догадывается о моём существовании.

Пару секунд мужчина помолчал. Потом продолжил уже более серьёзным тоном.

— Император, возможно, и не догадывается. А вот я точно знаю, что во внутренние дела Бирмы ты влез сегодня с головой. И вчерашний скандал с «Народным патрулём» наверняка тоже твоих рук дело.

Вот это было интересно. Если в случае с «Народным патрулём» ещё можно было проследить какую-то опосредованную связь с Га Рамом, то о том, что корейский ветеран политики вовлечен в попытку переворота в Бирме, я и подумать не мог. Тем не менее, тот явно был замешан. А мой разум уже начал набрасывать версии.

— Предположим, я действительно слегка коснулся обоих процессов. Но я не думал, что у тебя есть интересы в Бирме. А «Народный патруль» пытались использовать, чтобы уничтожить Бён Хо. У меня попросту не оставалось выбора.

Га Рам тяжело вздохнул. Мгновение подумал. Затем заговорил вновь.

— Знаешь, сейчас я скажу тебе две вещи. Вернее, даже три, но последняя — просто технический момент.

Замолчав, он выдержал паузу в несколько секунд, после чего продолжил.

— Во-первых, не забывай, что ты человек. Не дракон, не горный дух, не девятихвостый лис. Обычный человек, который, как и все остальные, подвержен неприятностям. А во-вторых, когда в следующий раз соберёшься кого-то сокрушить или вмешаться в чужие планы, подумай о том, какие ещё фигуры могут быть там задействованы. И чьи интересы ты нарушишь своими действиями. В случае сомнений всегда можешь проконсультироваться со своим мудрым старшим товарищем. Со мной.

Эмоциональная часть моего разума кипела от желания ответить аналогично. Максимально резко и жёстко, что моментально превратит Га Рам Хура в противника. Но контроль остался за той частью сознания, которая предпочитала мыслить рационально. Поэтому я лишь тихо цокнул языком.

— Всё это звучит логично, но у меня есть встречное предложение. Если кто-то из твоих знакомых соберётся сожрать кого-то из моего окружения, посоветуй ему этого не делать. Либо выведи его на меня, и мы попробуем мирно решить разногласия, не доводя до открытого столкновения. Что касается зарубежных вопросов, там всё несколько сложнее. Тем не менее, думаю, мы сможем прийти к общему знаменателю после того, как встретимся.

Теперь рассмеялся собеседник. Фальшиво и слегка нервно.

— А это как раз тот самый технический момент. Человек, с которым ты хотел встретиться, завтра будет занят. Поэтому ваш разговор переносится на вечер воскресенья. Послезавтра.

Больше нам говорить было не о чем. Так что мы обменялись парой формальных фраз, и попрощались. С усмешкой покачав головой, я положил телефон на стол и окинул взглядом присутствующих.

На улице уже стемнело, так что большинство стажёров отправилось домой. А в моём кабинете собралась небольшая рабочая группа: Мин Со, Геон Шин, Хё Рин, Сэ Ян Бэ и Ми Ён. Последняя была необходима для обеспечения контакта с людьми из Хёнде Групп. Выступая в качестве посредника между главой Хёнде Хэви Индастрис, с которым я сегодня смог побеседовать, и независимыми директорами. Теми самыми, что лоббировали предыдущий контракт с государственным холдингом Бирмы.

Ещё один интересный момент — по словам Хён Ву, за Ми Ён велась слежка. Его люди зафиксировали как минимум два автомобиля наблюдения, которые вели её машину. Прямо сейчас к ним были прикреплены наши собственные наблюдатели из числа людей Хё Рин. Теперь оставалось выяснить, кому те служат и куда отправятся после завершения смены.

На лицах соратников читался немой вопрос, и я уже собирался озвучить суть проблемы, когда хрипло запела рация.

— Тут девушка, сонбэним. Очень сердитая и злая. Ваш водитель сказал её пропустить, поэтому останавливать мы не стали. Но если нужно, прямо сейчас пришлём кого-то в офис.

О ком идёт речь, было понятно. Была только одна девушка, которую мой водитель решил бы пропустить в офис без вопроса в мой адрес. И этот вопрос стоило с ним детально обсудить. А вот сейчас, я ничего сделать не успел — не вышло даже сообщить о появлении в нашем офисе Чжи Чен. С этой задачей она прекрасно справилась сама. С грохотом отодвинув в сторону одну из перегородок, замерла в дверном проёме. А её негодующий взгляд уткнулся прямо в лицо Ми Ён.

Глава XXIII

Чжи выглядела так, словно одним своим взглядом могла обратить всё вокруг в пепел. Как разъярённый дракон, который обнаружил непрошенных гостей в своей сокровищнице и оказался этим крайне недоволен.

— Великий воин снова занят своей бесконечной битвой? — с едва скрытым сарказмом бросила она. — В компании прелестной принцессы?

Лидеры команд переглянулись, а Ми Ён смущённо отвела глаза в сторону, стараясь не встречаться взглядом на Чжи.

— Мне понадобилась помощь Хёнде Групп, ничего более, — спокойно ответил я. — Если тебе нужны детали, позже я всё объясню.

Ноздри девушки затрепетали, а губы сжались в тонкую полоску.

— А мне кажется, ты решил спасти очередную юную драконицу, заодно помогая ей захватить все сокровища семьи.

Чуть помолчав, она добавила:

— И я бы это поняла, соизволь ты ответить на мои сообщения. Но кто-то их даже не открыл! Хотя там было кое-что важное, — в голосе девушки зазвенели стальные нотки, и она сделала шаг вперёд, приближаясь к столу.

Двигалась она, как готовая к броску хищница. И выглядела соответственно — Геон Шин инстинктивно дёрнулся, едва не вскочив на ноги. А вот Хё Рин глянула на меня с лёгким сочувствием.

Сама Чжи остановилась возле стола и сложив руки на груди, молча впилась в меня взглядом.

Сообщения от неё я действительно пропустил. А потом, девушка видимо каким-то образом выяснила, что в офисе находится Ми Ён и сопоставила факты в голове. Правда совсем не под тем углом зрения, который требовался.

— Ты же в курсе, что сейчас происходит? Знаешь о Бирме и понимаешь, насколько она важна.

Чжи тихо хмыкнула, смотря на меня с некоторой обидой.

— Конечно. Но причём тут она? — её взгляд метнулся к Ми Ён. — Зачем усложнять всё ещё больше, вплетая сюда Хёнде Групп? Или ты решил, что надо побывать в постели у каждой драконицы Сеула?

Ми Ён, которая до этого молчала, взглянула на Чжи и нахмурилась.

— Я здесь исключительно по делу, Чжи. Если у тебя есть какие-то сомнения, просто задай мне всего один вопрос.

Чжи Чен прищурилась, переведя на неё взгляд.

— По делу? Каждый раз, когда под стенами твоей крепости появляются очередные бандиты, ты используешь это как предлог, чтобы втянуть Мин Джин Хо.

Сместив фокус внимания на меня, добавила.

— А мой бушующий кит никогда не отказывает красавицам из хороших семей.

Слово «мой» она выделила голосом настолько отчетливо, что если у кого и оставались сомнения по поводу статуса девушки, теперь они безвозвратно развеялись. Ми Ён же, тихо вздохнула и начала говорить, опередив меня буквально на секунду:

— Нам нет смысла сражаться, Чжи. Союзники всегда сильнее армий, что бьются в одиночку.

Чжи саркастично изогнула бровь.

— Союзники? — она усмехнулась. — Ащщщ… Коалиции заключаются не таким образом, принцесса! Не благодаря вниманию чужого мужчины.

Слова по-прежнему звучали резкие, но вот голос у неё стал чуть мягче. То ли сработали слова Ми Ён, то ли просто начал спадать изначальный накал, с которым сюда ворвалась девушка.

— Речь о бизнес-интересах, а не о личных желаниях, — добавил я, вплетая в тембр голоса успокаивающие нотки.

Окинув взглядом присутствующих сотрудников, сразу же продолжил.

— Возвращайтесь на рабочие места. Основные вопросы решены, осталось лишь дожать ситуацию. А нам с этим двумя прекрасными леди требуется немного приватности.

Мин Со Пэк поднялась первой, украдкой бросив на меня взгляд, в котором легко читалась некоторая печаль. Возможно до этого девушка рассчитывала на продолжение «корпоративного романа». Предполагая, что мы ещё окажемся в одной постели. Сейчас же стало очевидно, что подобного развития событий ждать не стоит.

Несмотря на пока сохраняющуюся хромоту, глава команды маркетинга, покинула мой кабинет первой. Следом вышел Геон Шин, буквально тащивший за руку Сэ Ян Бэ — ему и так пару раз пришлось останавливать красноволосую оторву, которая желала вклиниться в разговор. Последней вышла Хё Рин — судя по лицу женщины, ситуация её немного забавляла. Впрочем, сочувствие в мой адрес из взгляд бывшей полицейской тоже никуда не исчезло.

Когда комната опустела, я посмотрел на оставшихся девушек.

— Предлагаю расставить всех копейщиков по своим местам и больше к этому вопросу не возвращаться.

Остановив взгляд на Чжи, добавил.

— И не устраивать публичных скандалов в офисе моей компании.

Глава Чен Групп чуть смутилась. А вот Ми Ён, взглянув на неё, начала говорить.

— Давай сразу проясним одну вещь, — сказала она, внимательно глядя на Чжи Чен. — Между мной и Мин Джин Хо ничего нет. Мы не встречаемся, и у меня нет никаких претензий на твоего мужчину. Не спорю, возможно они имелись в прошлом, но сейчас я об этом не думаю. Всё, что меня интересует, — победа.

Чжи Чен выдохнула. Поза девушки стала более расслабленной, а из взгляда практически полностью исчезла ярость.

— Хорошо. Если это действительно так, давай обсудим и посмотрим, что мы можем сделать вместе. Зачем тебе вообще этот союз? Кто тебе угрожает? Пока я не вижу на горизонте ни одного противника, которому было бы интересен разгром Хёнде Инвестментс, а с юридической точки зрения твои позиции защищены почти идеально.

Ми Ён покосилась на меня. Тихо выдохнула. И начала размеренным тоном излагать.

— Мой дядя. Тот, что недавно вернулся из Европы и на самом деле может оказаться моим отцом. Он планирует захватить Хёнде Групп. Будь уверена — в таком случае, его люди придут за каждым, кто связан со мной. Или с Мин Джин Хо.

Вот теперь Чжи смотрела на неё с искренним изумлением. В первую очередь связанным с неожиданным личным признанием. И тем уровнем доверия, который Ми Ён ей только что выказала. Сама же глава Хёнде Инвестментс продолжила.

— Сейчас мы нанесли ему первый удар, но у него достаточно ресурсов, чтобы оправиться и прийти в себя.

Чжи Чен, ещё несколько секунд молча постояв на месте, медленно кивнула.

— Ладно, — тихо сказала она голосом, в котором не чувствовалось и намёка на прежний сарказм. — Что конкретно ты предлагаешь?

Обстановка окончательно разрядилась — беседа свернула в конструктивное русло. А я решил озвучить концепцию, которая успела сложиться в голове за сегодняшний день.

— Союз трёх чеболей. Чен Групп, Хонг Групп и Хёнде Групп.

Взгляд Чжи сразу же метнулся ко мне. А уровень изумления в ее глазах ещё немного вырос.

— Как ты себе это представляешь? Хёнде — транснациональная корпорация с интересами по всему миру. А мы — две локальные компании, которые даже внутри Кореи чувствуют себя не слишком уверенно.

Я пожал плечами.

— Фонд Хонг Гейминг прогремел на весь мир. Их новые игровые проекты стремительно набирает обороты. А Чен Фармасьютикал заключил почти полсотни международных контрактов на поставки биодобавки.

Усмехнувшись, добавил.

— Со стороны это выглядит, как начало успешной экспансии за пределы Кореи.

Чжи слегка нахмурилась. Но ответить не успела — первой заговорила Ми Ён.

— Мой дядя всегда предпочитал действовать из тени. Его возвращение — это не спонтанное решение, а амбиции могут простираться куда дальше поста председателя Хёнде Групп. Вероятнее всего он попытается изменить структуру собственности, поставив под свой контроль крупный пакет акций. И уверена, он связан с кем-то из политических фигур.

Глава Чен Групп прищурилась, оценивая услышанное. После чего озвучила те же мысли, что крутились в моей голове.

— Выходит, он может стоять за возвращением Джи Хё? И наверняка связан с кем-то из кандидатов в президенты?

Ми Ён грустно улыбнулась.

— Возможно. Доказательств у нас пока нет. Но одно я могу сказать точно — если дядя вышел из тени и начал игру, значит рассчитывает на победу.

Чжи наклонила голову, а в глазах девушки снова проявилась ярость. В этот раз, направленная на совсем иные объекты.

— Ащщщ… Вообразил себя мудрым стратегом, который победит всех врагов парой закулисных ходов? С радостью посмотрю на его лицо, когда он осознает, что его флагман идёт ко дну, а от флота остались лишь обломки.

На момент она обратила взгляд в мою сторону, прозрачно намекая, кого именно видит автором будущей победы. Потом снова взглянула на Ми Ён.

— Что насчёт Самсунг Групп? Они ведь участвовали в переговорах. Их называют неформальными гарантами соглашения, наряду с Хёнде Хэви Индастрис. Глава которой, как я понимаю, стал нашим естественным союзником. Он сможет воспользоваться их влиянием? Настолько сильный союзник может разом изменить весь расклад.

Я усмехнулся — Чжи всё-таки заметила эту важную деталь.

— Общий язык председатель Самсунг Групп и глава Хёнде Хэви Индастрис, врод бы нашли. А их интересы теперь тесно пересекаются — контракт с Мьянмой вынуждает сотрудничать. Но Самсунг не станет открыто занимать чью-то сторону только на основании этого. Их нужно подтолкнуть. И убедить в хороших шансах на победу.

Ми Ён, которая с задумчивым видом слушала меня, сразу же добавила.

— Мы пересекаемся с ними в некоторых областях, но всерьёз ни разу не воевали. Обид, которые нельзя было бы забыть, нет. А если в итоге получится договориться о взаимодействии…

Девушка не договорила, но суть была ясна. Коалиция двух гигантов корейской экономики — сила с которой будет вынужден считать каждый. В том числе и далеко за пределами Кореи.

— Это вопросы будущего. Пока же, я предлагаю вернуться к настоящему. И обсудить детали.

Следующие полчаса девушки активно обговаривали подробности союза, который формировался прямо на моих глазах. В какой-то момент подключив к общение и Ун Хонг, попросту набрав ту по видеосвязи.

Учитывая, что они сами предложили «Бушующему Киту» обменяться ценными бумагами с их корпорациями, подобная коалиция выглядела логичной. Особенно, если учесть, что директор Хёнде Хэви Индастрис, за время нашей недолгой беседы, успел дать одно важное обещание — в случае победы Ми Ён получит позицию вице-председателям всей Хёнде Групп.

Безусловно, масштаб компаний был разным. Но если смотреть на ситуацию в текущем моменте — участниками коалиции становились Хёнде Инвестментс и Хёнде Хэви Индастрис. А если у нас получится одержать верх, то Ми Ён займет место вице-председателя. При этом оставшись в плотном контакте с союзниками. Даже если ее второй дядя благополучно забудет про все остальные свои слова, этого уже будет достаточно, чтобы Чен Групп и Хонг Групп вышли на абсолютно новый уровень влияния. Если у тебя имеется прямой номер вице-председателя Хёнде на быстром наборе, в глазах собеседников ты становишься весьма могущественной фигурой.

Когда переговоры закончились и Ми Ён нас покинула, Чжи медленно подошла ко мне и остановившись рядом с креслом, сверкнула глазами.

— Ты ведь так и не прочитал мои сообщения?

Я было потянулся к телефону, но она перехватила мою руку.

— Раз я здесь, то могу рассказать всё сама. Сегодня бушующего кита ждёт интересный сюрприз. Отличный способ избавиться от стресса и снять напряжение.

Взглянув на неё, я улыбнулся.

— Звучит интригующе. Но сначала мне нужно разобраться с последними делами на сегодня. А потом посмотрим, что у тебя за сюрприз. Подождёшь в комнате отдыха?

Спустя минуту Чжи покинула кабинет, на прощание обдав меня обжигающим взглядом. Я же вновь собрал лидеров команд — в этот раз на короткое и финальное совещание. По большому счёту, все процессы были запущены и сейчас не требовали плотного контроля с нашей стороны. Тем не менее, определённые задачи перед нами всё ещё стояли. К тому бирманская эпопея была внеплановой операцией. Помимо неё имелось множество иных задач. Плюс, сейчас было крайне важно вскрыть связи Гын Хо Чона и понять, на кого именно он может опираться в Сеуле?

Совещание прошло оперативно — буквально за двадцать минут. Подвели итоги, обсудили оставшиеся вопросы и распределили задачи на остаток вечера и следующий день.

Длительное нахождение в состоянии фокуса сказывалось — говорил я сухо и в основном по делу, машинально переходя на максимально лаконичный формат общения. Из-за теперь не только Хё Рин, но и все остальные смотрели на меня с изрядной долей сочувствия. Видимо считая, что меня настолько измотал разговор с двумя девушками.

Когда я показался в комнате отдыха, Чжи ждала меня, сидя на краю стола и покачивая ногой. Заметив меня, девушка довольно улыбнулась.

— Готов к новым свершениям?

Судя по игривым ноткам голоса и блестящим глазам, сама девушка уже успела настроиться на совершенно иную волну. Благополучно выкинув из головы все мысли о работе.

— Более чем, — усмехнулся я в ответ.

Из офиса мы вышли вместе, столкнувшись с главами команд, которые отреагировали поклонами, отдавая дань традиции. Во-первых, провожали своего сонбэ, а во-вторых выказывали уважение статусу Чжи. Молодой главе чеболя, которая шла со мной под руку.

Когда мы вышли из здания, Чжи сразу же направилась к моему автомобилю, как будто это было само собой разумеющееся. Моя водитель моментально распахнул перед ней дверь, а я бросил взгляд на машину самой девушки. Но рассмотреть лицо её работника сейчас не вышло — «Генезис» стоят так, что его салон был скрыт в тени.

— Вперёд к сюрпризу? — спросила девушка, когда я оказался рядом с ней на заднем сиденье.

Чуть качнув головой, я хотел поинтересоваться адресом, на который нужно ехать, но девушка уже заговорила вновь.

— Координаты я твоему водителю уже дала. Чтобы ты не догадалась раньше времени.

На самом деле её слова вполне четко обрисовывали цель нашей поездки, но говорить я этого не стал. Вместо этого озвучив водителю команду начать движение.

Машина мягко мчалась по вечерним улицам, а Чжи откинулась на сиденье, не скрывая своей улыбки. Потом вытащила из своей сумочки небольшой планшет.

— Сегодня я просмотрела выборку жилья в Сеуле и нашла пару неплохих вариантов. Хочешь взглянуть?

Стоило мне повернуть к ней голову, как перед глазами оказался экран с открытым на нём фотографиями.

— Пентхаус почти в самом центре. Два ярус, пятьсот квадратных метров. А вот это — главная спальня. Ты только посмотри на неё! Красиво ведь, правда? Кровать делали на заказ. Индивидуальный проект.

Я молча наклонил голову. Квартира и правда выглядела великолепно. Правда кровать была на мой взгляд слишком громадной. В такую запросто можно уложить целый десяток человек.

— А это загородный дом. Почти тысяча квадратных метров, свой сад, гараж и три гектара земли. Сможешь выстроить там любой охранный периметр на свой вкус.

Я чуть приподнял брови и Чжи обозначила движение плечами.

— Что? У мужчин свои игрушки. Когда дед встречался со своими приятелями, они каждый раз защиту своих особняков обсуждали. Один вообще из Англии бывших спецназовцев нанял, только для того, чтобы перед друзьями похвастаться. Шестнадцать человек. За безумные деньги и с пятилетним контрактом. Они домой миллионерами вернулись.

Девушка перелистнула к следующему варианту, но я схватил ее пальцами за запястье.

— Боюсь, прямо сейчас я слишком выжат, чтобы принимать настолько важное решение. Давай отложим это хотя бы на сутки?

Мгновение она помолчала, недовольно поджав губы и смотря на меня. Потом отодвинула руку с планшетом.

— Ащщщ… Устал он. Как решать проблемы Ми Ён, так сил полно, а как выбирать дом со мной, так сразу уставший.

В зеркале заднего вида отразились наполненные шоком и изумлением глаза водителя. Я же усмехнулся.

— Вы только что всё обсудили и пришли к соглашению.

Чжи вернула планшет в сумку и покосилась на меня.

— Я помню. Уже поняла, что в постель она тебя затащить не хочет. А даже если хочет, то не станет. Но всё равно раздражает.

Водитель, услышав новую порцию откровений, закашлялся. Тогда как я накрыл руку девушки своей.

— Обещаю, что подумаю над твоими вариантами. И завтра всё просмотрю.

На лице сразу же засветилась радость. Как будто я не пообещал взглянуть на выбранное жильё, а подтвердил, что мы точно снимем какой-то из объектов.

— А если снова что-то случится? — в глазах Чжи на миг мелькнуло подозрение.

— Я найду время. Не беспокойся.

Этого оказалось достаточно — спустя несколько секунд девушка положила свою голову мне на плечо и прикрыла глаза. А через двадцать минут прибыли к месту назначения. Зданию, где располагалась римская терма, в которой нас так бесцеремонно прервали в прошлый раз.

Почувствовав торможение машины, Чжи подняла голову с моего плеча и открыла глаза. Поняв, что мы достигли цели, торжествующе улыбнулась.

— В этот раз нам точно не помешают. А внутри тебя ждёт ещё один небольшой сюрприз. Который лучше увидеть собственным глазами.

Договорив, девушка хитро блеснула глазами. И потянула на себя ручку двери, покидая машину.

Глава XXIV

Я проснулся от тихого звука шагов и аромата свежесваренного кофе. Приоткрыв глаза увидел солнечные блики на роскошном деревянном изножье. Просторная кровать, шёлковое постельное бельё, дорогая мебель — всё, как и положено для спальни девушки из высшего света.

На столике в стороне от кровати стояли накрытые металлическими крышками блюда: скорее всего те самые варианты завтрака, о которых в прошлый раз говорила Чжи. Но если еду девушка оставила там, то вот чашку кофе поставила на прикроватную тумбочку. Остановившись рядом и наблюдая за мной с выражением сытой хищницы.

— Завтракаешь в спальне? — спросил я, поднимаясь на локтях. — Это всегда так или сделала исключение ради меня?

Она усмехнулась и села рядом. Взяв чашку кофе, протянула её мне и легонько провела пальцами по моей руке.

— Ты думаешь, я сама потом всё это убираю? Горничная не только заказами завтраков занимается. Она ещё и за квартирой следит.

Секунду помолчав, чуть иным тоном добавила.

— Кофе, я кстати сама сварила. Ну как сварила… Пару кнопок на кофемашине нажала. Но сама!

Я улыбнулся и, отпив кофе, прислонился к подушке:

— Ты оказывается ещё и кофе варить умеешь. А не только гладиаторские бои устраивать.

Улыбнувшись, посмотрел на чуть смущённую девушку, которая сразу же отвела свои глаза в сторону, и продолжил.

— Вчерашний сюрприз был впечатляющим. Костюм гладиаторши… Я даже не подозревал, что такие вещи можно купить в Корее.

Чжи тихо рассмеялась и придвинулась чуть ближе ко мне.

— А он и не из Кореи. Доставили самолётом из Бангкока. Вышло дорого, но эффект того стоил. Видел бы ты своё лицо, когда я в нём вышла;.

Я сделал глоток кофе и взглянул в довольные глаза девушки.

— Надо признать, твоя версия гладиаторских боёв мне однозначно пришлась по душе.

Она довольно улыбнулась, поднимая брови.

— Меня тоже всё устроило. Даже собственное поражение.

Выдохнув, провела пальцем по моему корпусу.

— Такому воину и проиграть не стыдно.

Я рассмеялся, отставив в сторону чашку кофе.

— Звучит, как неприкрытая лесть, знаешь ли.

Она шутливо прищурилась, смотря на меня.

— При этом являясь абсолютно чистой правдой.

Девушка изменила позу и ойкнув, поморщилась, потянувшись пальцами к своей ноге, которую почти не прикрывало короткое домашнее платье.

— У наших вчерашних развлечений оказались последствия? — я вопросительно взглянул на Чжи.

Она хмыкнула, продолжая слегка массировать пальцами свою ногу.

— Скажем так, теперь я понимаю, почему римские гладиаторы были такими выносливыми. Мышцы болят так, словно я бегала целый день без перерыва. Не стоило нам затевать ту акробатику возле бортика.

Я усмехнулся.

— Не думаю, что римляне тренировались в таком же виде. Да и сами тренировки, у них наверняка отличались.

Чжи взглянула на меня с хитрым прищуром.

— Возможно. Но… Ащщщ… Это был… интересный опыт. Хотя ты мог бы быть чуть мягче.

Замолчав продемонстрировала мне запястья, на которых отчетливо были видны легкие синяки на тех местах, где кожи касались мои пальцы.

— А на ягодицы лучше вообще не смотреть. Кто-то вчера здорово увлёкся.

Я согласно кивнул.

— Хорошо. Раз говоришь не смотреть, значит не буду. Договорились.

Чжи сразу же нахмурила брови.

— Ащщщ… Ему тут жалуются, а он всё свои шутки шутит. Будь серьёзнее, бушующий кит.

Я тихо хмыкнул.

— Руки у меня между прочим, тоже до сих пор ноют. Столько продержаться в подобной позе — почти мифический подвиг. И вообще, я не заметил, чтобы ты вчера жаловалась.

Она фыркнула и взяли с тумбочки мою чашку кофе, делая из неё глоток.

— Я и не жалуюсь. Мне всё понравилось. Просто не привыкла, к… — Чжи слегка потянулась, подбирая слова. — К настолько интенсивному отдыху.

— Значит понадобится перерыв, — кивнул я. — А потом ты возможно получишь шанс на реванш.

Она встрепенулась, впившись в меня взглядом.

— Перерыв? Даже не мечтай! Просто на пару дней стоит воздержаться от акробатических номеров. И не настолько жестко…

Чжи замялась, не зная, какую формулировку подобрать, а я с усмешкой наклонил голову.

— Попробую. Но ничего не обещаю. Когда разум сильно устаёт, порой он начинает действовать в почти автономном режиме. Остановить я его могу, но не сразу. А вчера это вовсе показалось мне лишним.

— Вчера его останавливать было не нужно. Лучше бы наоборот, — её голос звучал почти мечтательно. — А вот в следующий раз, наверное обойдёмся без гладиаторских тренировок. Хочется чего-то более… царственного, что ли.

— Царственного? — я усмехнулся. — Собираешься заказать костюм царицы Севера?

— О, звучит заманчиво, — она лукаво улыбнулась, — посмотрим, кто из нас тогда окажется победителем.

— Даже не думай фантазировать на эту тему. У тебя нет ни единого шанса, — парировал я.

Чжи, отчего-то притихнув, посмотрела на меня и поставила чашку кофе на тумбочку.

— Вчерашний вечер был идеален. Я хочу, чтобы таких моментов было больше, — её голос стал мягче и в нём появились абсолютно новые для меня нотки. — Если уж строить свою империю, это должно быть не только о делах и власти. Порой… такие вот вечера важнее.

На лице девушки присутствовала тень смущения. Тем не менее говорила она вполне уверенно.

— Как правило империи строят ради силы. Или из-за желания оказаться вписанным в человеческую историю. Пусть даже в качестве кровавого тирана.

Она слегка прищурилась:

— Я же не об империи Цин тебе говорю, Мин Джин Хо. Речь о бизнесе. Но знаешь, когда стоишь на вершине — очень важно, кто с тобой рядом. Если это совсем не те люди, победа сразу потеряет большую часть своего смысла.

Чжи наклонилась ближе, словно собираясь что-то прошептать, но вместо этого провела рукой по моей щеке.

— Значит ты это так видишь? — спросил я, чувствуя, как её пальцы нежно касаются моего лица.

— Именно. А ещё понимаю, что если всё продолжится в том же духе, мои знамёна на самом деле станут реять над Сеулом. Но это лишь ткань и символ победы. Маленькая часть триумфа. А всё остальное, это ты.

Внутри шевельнулось давно позабытое чувство. То самое, о котором я долгое время не вспоминал и уже изрядно подзабыл, как оно ощущается.

— Что драконица станет делать, когда захватит всё, что ей нужно? — спросил я, пытаясь свести всё к обмену шутливыми репликами.

Она легла спиной на мои ноги, вытянувшись поперёк кровати, а мой взгляд скользнул по ее бёдрам, которые оказались полностью открыты.

— Для начала, подумает о том, как удержать захваченное. Казнит врагов и приведёт к присяге вассалов. Соберет армию, которой не видывал свет. А потом задумается над тем, кто правит на самом деле — она или мужчина, который сидит рядом на троне и заставляет её кричать от удовольствия по ночам?

Я рассмеялся, и она присоединилась ко мне. Тем не менее, какая-то доля серьёзности в её словах имелась. Пусть и совсем крохотная. Чжи не была идиоткой и какой бы мощной не была пелена перед её глазами, прекрасно понимала, что в некоторых моментах я использовал ресурсы Чен Групп в личных целях. Как правило, компенсируя это иными операциями, но тем не менее.

Вытащив из под неё ноги, я заставил девушку ойкнуть и встал с постели. Посмотрев на спутницу, чей взгляд моментально оказался прикован к паху, поднял с пола своё бельё.

Чжи недовольно поджала губы, наблюдая за тем, как часть моего тела скрывается под тканью.

— Как несчастную римлянку наказывать, так ты не стеснялся. Хотя я тогда под куда более интересным ракурсом стояла. А сейчас значит, одетым решил походить?

Вздохнув, повела взглядом в сторону двери, за которой скрывалась ванная комната, выход в которую имелся прямо из спальни.

— Только не задерживайся.

Молча кивнув, я отправился заниматься утренними процедурами. А когда вернулся, Чжи уже сидела за столиком, читая новости на своём телефоне. Бросив на меня быстрый взгляд, усмехнулась:

— Ну что, готов к выбору?

Я чуть приподнял брови, располагаясь напротив неё:

— К какому ещё выбору?

— Завтрака, конечно.

Она отложила телефон и чуть подалась вперёд, принявшись приподнимать крышки.

— Здесь четыре варианта. Классический омлет с беконом и круассаны — на случай, если ты хочешь что-то европейское. Корейский — рис, суп из водорослей и кимчи, чтобы зарядиться энергией. Третий родом из Таиланда: кхао том, рисовый суп с креветками и пряностями. И мой любимый вариант — авокадо-тост с яйцом-пашот. На случай, если захочешь быть на одной волне со мной.

Я усмехнулся, разглядывая блюда.

— И ты так выбираешь каждый день?

Она пожала плечами и откинулась в кресле:

— Хватит из себя крестьянина изображать. Просто сделай выбор. Или мне определиться за тебя?

— Пожалуй попробую корейский вариант.

Чжи на миг поджала губы, бросив взгляд на тарелку, где оставалась второй тост с яйцами пашот. Но тут же улыбнулась.

— Хороший выбор, — заметила она, подвигая ко мне нужное блюдо и поднимая крышку.

Я съел первую ложку горячего супа и, глядя на Чжи, поинтересовался:

— По поводу знамени над Сеулом. Это было всерьёз? Или шуткой?

Чжи прищурилась, явно довольная тем, что я запомнил её фразу.

— Представь себе Корею, в которой всё зависит от мнения Чен Групп. И даже председатели Самсунг с Хёнде опускают глаза в землю, истово кланяясь, когда меня завидят. Как думаешь, лет пяти на это хватит?

— Ты уже всё спланировала, — усмехнулся я, прерывая её монолог. — И даже сроки обозначила?

Чжи задумчиво посмотрела на меня, а в её глазах появился азартный блеск.

— Конечно, — ответила Чжи, поднимая брови. — У меня всегда есть план. Если справимся с дядей Ми Ён и поставим её на нужное место в Хёнде, следующим этапом станет экспансия Чен Групп. На рынке фармацевтики мы закрепляться постепенно начали. Но это всего одна ниша. После победы настанет время расширить свои границы.

Чуть помолчав, продолжила.

— Контракты на биодобавки это прекрасно, но недостаточно. Нам нужны новые отрасли и рынки. Европа, Америка, Азия и даже Африка — мы ворвёмся в каждый из этих регионов.

— И как ты собираешься это провернуть? — спросил я, разделавшись с половиной порции супа.

Чжи чуть наклонила голову, а её губы изогнулись в хитрой улыбке.

— У меня есть наброски плана, — сказала она, дожевав кусок сендвича. — Стратегии взрывного развития ключевых подразделений. Либо развертывание новых направлений бизнеса, которые позволят нанести удар там, где этого никто не ждёт. Проломить стены конкурентов и оказаться внутри их торговых кварталов, прежде чем те осознают происходящее.

Девушка излучала абсолютную уверенность в своих словах и похоже ни капли не сомневалась в успехе. Что было занимательно, так как я слышал об этом её плане впервые.

— И когда я смогу увидеть эту стратегию во всех её версиях? — поинтересовался я.

— Как только она будет закончена. А мы разберемся с текущими вопросами. Когда ты засел на вершине горы и по каждому из её склонов поднимаются вражеские войска, стоит заниматься обороной, а не мечтать о штурмах чужих городов.

Пожалуй, вчерашний вечер повлиял на неё благотворно — выглядела девушка куда более расслабленной и спокойной. Да и разум у неё явно работал куда активнее.

Разобравшись со своим завтраком, Чжи взяла со стола телефон и поклацав по экрану, протянула его мне.

— Знаешь, о нас уже пишут в светской хронике, — сказала она, показывая мне статью на экране. — Вот, смотри. "Юная глава Чен Групп и директор Бушующего Кита могут встречаться — новая сеульская сенсация'. Кто-то получил информацию о моём к тебе визите и посещениях офиса. Вчера появились первые статьи, а сегодня их постепенно стали растаскивать жёлтые блогеры.

Забрав у неё телефон, я пробежался взглядом по тексту. Никакой фактуры, кроме наших встреч, тут не было. А фразы о том, что мы встречаемся, сопровождались словами «предположительно» или «возможно» — от потенциальных исков журналисты застраховались. Но вот сам формат был забавным — «молодая и успешная Чжи Чен, владеющая многомиллионной империей, всё чаще появляется в компании начинающего бизнесмена Мин Джин Хо, чей возраст близок к сорока». Технически никакой лжи, но выглядело это достаточно провокационно. В комментариях же, вполне предсказуемо выстраивали всё новые теории заговора. Которые в основном крутились вокруг моих предполагаемых связей или родства с кем-то из влиятельных фигур.

Наблюдающая за мной Чжи, тихо хмыкнула.

— Знаешь, парочка новых знакомых тоже тобой интересовались. Спрашивали, когда у нас свадьба.

Я поднял на неё удивлённый взгляд и девушка пожала плечами.

— Что? Это когда я была «одной из», со мной дружила только Ун. Сейчас каждая вторая кисэн Сеула пытается набиться в подружки. Некоторые из приличных семей, так что посоветовать им прыгнуть в реку Хан с моста не нельзя.

— Что ты им ответила? — качнув головой, уточнил я.

— Отшутилась конечно. Сказала, что перед обсуждением свадьбы, нужно завоевать мир. Но после того, как мы съедемся, вал вопросов будет уже не остановить.

Протянув ей телефон, я улыбнулся.

— Мы можем какое-то время подождать. Никто не заставляет арендовать жильё прямо сейчас.

Взгляд Чжи моментально заледенел и девушка чуть подалась вперёд, всматриваясь в мои глаза.

— Во-первых, жильё мы купим. Ты не с крестьянкой какой-то съезжаешься. А во-вторых, я и так долго ждала. Не хочу каждую ночь мучаться мыслями, приедешь ты или нет. И если второе, то где и как будешь спать? Не окажется ли там какой-то кисэн под боком?

На секунду замолчав, шумно выдохнула.

— Ащщщ! Умеешь ты из себя вывести… Скажи лучше, когда посмотришь варианты? Если что я старалась и лично отбирала. Сама. Без помощи персонала. Там не меньше пары десятков вариантов, и я не собираюсь ждать целую вечность, пока ты наконец соизволишь на них взглянуть.

Я усмехнулся, рассматривая взбудораженную девушку. Безусловно, переезд был серьёзным шагом. С другой стороны, я всё решил ещё в тот момент, когда мы впервые были внутри римской термы. Раз так — упираться никакого смысла не было. Не говоря уже о том, что жить вместе, будет банально комфортнее.

— Если получится, то сегодня посмотрю. Конечно, если ты дашь слово, что воздержишься от приступов ревности.

Она недовольно поджала губы.

— Ты бушующий кит или кто? Сделай так, чтобы получилось. А приступов ревности у меня нет. Скажи Ми Ён заранее, что не имеет на тебя претензий и резонов мчаться в твой офис, чтобы переломать ей ноги, у меня не было бы.

— Переломать ей ноги? — я в лёгком удивлении приподнял брови.

— Я же образно! Ну кто в наше время людям ноги ломает в общественных местах?

Качнув головой, я бросил взгляд на свой собственный телефон и заметив время, поднялся на ноги.

— Боюсь, совсем скоро мне придётся покинуть общество прекрасной леди.

Чжи вздохнула, наблюдая за мной. Потянулась, подняв руки руки вверх, и позволяя тонкому шёлку домашнего платья очертить соблазнительные изгибы тела. А заметив, что мой взгляд задержался на ней, довольно улыбнулась.

— Снова работа? — её голос был полон легкого сарказма. — Планируешь оставить меня одну на весь день? Это же утро субботы, если ты не забыл. Я рассчитывала провести время куда интереснее, — в глазах девушки, которая прищурившись, наблюдала за мной, заплясали весёлые искры. Сама же она изменила позу в кресле, открывая мне вид на крохотные кружевные трусики.

— Нам обоим нужно в офис. У тебя там тоже груда дел, так что не притворяйся, — напомнил я ей об очевидном факте.

Чжи слегка нахмурилась, тоже поднимаясь на ноги.

— Тут ты прав. Но хотелось бы иногда выныривать из этого хаотичного безумия. В конце концов, сейчас субботнее утро, а мы с тобой снова отправляемся на войну, вместо того, чтобы наслаждаться друг другом. Не находишь это печальным?

— Ты сама сказала, что «хочешь поднять знамёна над Сеулом». Да и про международную экспансию говорила вполне уверенно.

— У тебя слишком хорошая память, Мин Джин Хо, — сказала она с насмешливой улыбкой, возвращаясь к креслу и допивая остатки кофе из кружки. — Знаешь, с тобой будет страшно спорить. Мужчина, который помнит абсолютно всё, это самый большой женский страх, если ты не в курсе.

Она внезапно шагнула ближе ко мне и обвила руки вокруг шеи. Приблизив лицо настолько, что наши кончики носов еда не соприкоснулись, тихо прошептала.

— А если я не позволю тебе уйти? Это моя квартира. Чтобы ее покинуть, ты должен попросить разрешения, — озвучивая слова, она прижалась всем телом, не отрывая взгляда от моих глаз.

Я зафиксировал звук вибрации мобильного телефона, который звучал третий раз за минуту и чуть отстранился.

— Разрешения? — я приподнял бровь, демонстрируя показное изумление. — Кажется, одна дерзкая гладиаторша забыла вчерашний вечер. И как кричала, умоляя меня о самых разных вещах. Надеюсь, звукоизоляция у них там действительно так хороша, как они сами утверждают.

Девушка чуть смутилась и выдохнув, убрала руки. Потом отступила назад,

— Считай, что тебе удалось отбиться, — Чжи провела ладонями по платью и снова посмотрела на меня. — Но только потому, что у нас война. И кто-то должен командовать.

Обойдя меня, она вышла в коридор, откуда сразу же направилась в гардеробную. А я двинулся в гостиную, где вчера оставил всю свою одежду, за исключением нижнего белья. Когда мы оказались у Чжи дома, усталость уже брала своё, так что тратить время на поиск более подходящего места я не стал.

На то, чтобы облачиться во вчерашний костюм у меня ушла буквально пара минут. А вот Чжи пока находилась в процессе. Выйдя в коридор и посмотрев в сторону открытого проёма гардеробной, я обнаружил её в том же самом коротком шелковом платье, предназначенном для дома. Девушка пока даже не определилась с выбором одежды на сегодня.

Услышав мои шаги, Чжи повернула голову, скользнув по мне взглядом.

— Может, тебе тоже стоит заказать сюда одежду? — донёсся её игривый голос из-за двери. — Последовать примеру одной мудрой женщины? И вообще, будет удобнее, если здесь появится пара твоих костюмов. Я даже освобожу под них место.

— Я подумаю над этим, — ответил я, оперевшись плечом о стену и наблюдая за девушкой.

— Ты хорошо подумай. Потому что, если одежда испачкается или порвётся, то запасных вариантов у тебя не останется. Либо заказывать и ждать доставки, либо брать что-то из моего, — последние слова прозвучали с нотками юмора.

— Боюсь, это не совсем приемлемый для меня вариант, — парировал я.

Посмотрев на часы, которые обнаружились всё в той же гостиной, напомнил.

— Минут через сорок мне нужно быть в офисе. Если ты хочешь поехать вместе, стоит поторопиться.

Она на секунду обернулась, бросив на меня негодующий взгляд. Потом быстро сорвала несколько вещей с вешалок и положила их на конструкцию в центре гардеробной. Стянула с себя короткое платье, оставшись в одних трусиках. И стоя ко мне спиной, глубоко наклонилась, принявшись надевать чулки.

— Всё ещё хочешь уехать один?

В голосе звучали провокационные нотки. Я же вздохнул, безжалостно гася вспыхнувшее было желание. Да, сейчас не вчерашний вечер и уровень усталости совсем иной — разум не станет срываться в почти неконтролируемый отрыв. Тем не менее, мне и правда было необходимо добраться до офиса — в рабочем мессенджере уже висело несколько свежих докладов от лидеров команд. Которые было куда эффективнее обсудить с ними лично. Да и план нашей операции по Кханг Групп требовалось доработать. Они уже подписали контракт. Оставалось проверить весь механизм и настроить его. Заодно добавив в него незадокументированную деталь, превращающую тот в оружие массового уничтожения. На тот случай, если завтрашняя встреча с кандидатом в президенты, пройдёт не самым лучшим образом.

Чжи разобралась с чулками и выпрямившись, с лёгкой обидой посмотрела на меня.

— Одна из самых красивых девушек Сеула выгибается перед ним, как пантера, а он и бровью не ведёт? Где твои манеры, Мин Джин Хо?

Я обозначил движение плечами.

— На прежнем месте. А вот время продолжает уходить.

Несколько секунд она пристально меня рассматривала. Но когда мой взгляд опустился на её грудь, а потом скользнул ещё ниже, удовлетворённо хмыкнула. И потянулась за одеждой.

Гардеробную Чжи покинула спустя пять минут. В тёмной брючном костюме, под который девушка выбрала тонкую рубашку без декольте. Правда определённую вольность она себе позволила, заменив бюстгальтер наклейками на соски. Впрочем, в глаза это сильно не бросалось. По крайней мере, до тех пор, пока пиджак оставался на ней.

— Видишь? Я сама скромность. Никаких декольте, если моего мужчины нет рядом.

Судя по её взгляду, от меня ожидалось нечто в таком же духе. Завуалированное обещание верности. Но учитывая, что мы только недавно обсуждали эту тему, я предпочёл ответить в ином формате.

— Хорошее правило. Мне нравится.

Ноздри девушки затрепетали от гневно выдыхаемого воздуха. Но ответить она не успела — мой телефон завибрировал очередным сообщением. На этот раз от водителя.

«Вам нужно срочно спуститься вниз, сонбэним. Вы должны сами всё увидеть.»

_____

Конец седьмой части. Сентябрь 2024 года.

Следующая книга уже начата и находится вот здесь: https://author.today/reader/378958

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ох уж этот Мин Джин Хо – 7

Content

Ох уж этот Мин Джин Хо — 7

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII

Глава XVIII

Глава XIX

Глава XX

Глава XXI

Глава XXII

Глава XXIII

Глава XXIV

Nota bene