Шериз Синклер

Зима волка

Информация о переводе:

Автор: Шериз Синклер

Название на русском: Зима льва

Серия: Наследие дикой охоты

Перевод: RF, SvetaTar,

Сверка: helenaposad

Бета-коррект: Ольга Романова, Marishka

Редактор: Amelie_Holman

Оформление: Skalapendra

Глава 1

Сиэтл. Новолуние

Я выиграла, я выиграла, я выиграла! Когда Бринна Галлахер въехала на парковку своего жилого комплекса, в ее венах, словно шампанское, бурлило возбуждение. Ее пятиярусный шоколадно-ореховый торт занял первое место на конкурсе кондитеров Северо-запада США. Девушка подпрыгивала на месте, улыбаясь, как идиотка.

Еще невероятнее, что два лучших ресторана в центре Сиэтла предложили ей работу. Не то, чтобы она согласилась — у нее было всё, что ей нужно прямо здесь. Ресторан, в котором Бри проработала много лет, находился на верхушке рейтингов и располагался недалеко от того места, где она жила со своей сводной сестрой Эшли. В конце концов, у нее была стабильная жизнь, о которой девушка всегда мечтала, и Бринна планировала всё это сохранить.

Но, безусловно, уже можно просить своего босса о повышении.

Припарковавшись в конце стоянки, Бри открыла дверь машины. Громкая музыка в стиле «техно» доносилась от одного из трех зданий в жилом комплексе, перекрывая даже шум уличного движения на соседней автостраде I-5. Настроение девушки померкло, стоило ей свернуть с шоссе, и совсем испортилось, когда она припарковала машину и, выйдя из нее, остановилась, позволяя глазам привыкнуть к темноте. Фонари не горели, на небе новолуние, поэтому парковка выглядела чертовски жутко. Поплотнее запахнув пальто, чтобы защититься от влажного зимнего воздуха, Бринна поспешила к своему дому.

Приблизившись к более освещенному месту, девушка замедлила ход и огляделась, но не увидела яркой желтой машины Эшли. Ничего, скоро она будет дома, и тогда они смогут отпраздновать. Потому что я победила! Воспрянув духом, Бринна исполнила победный танец в центре парковки. Я молодец! Пока она кружилась, на стоянку въехала машина, ослепив Бри слишком яркими фарами. Вскрикнув, девушка отпрыгнула в сторону и споткнулась о припаркованный мотоцикл. Приземление было довольно жестким, оставившим царапины от столкновения с асфальтом на руках и коленях Бринны. С пылающим от смущения лицом девушка опустилась на колени, чтобы отдышаться. Кровь сочилась из царапин на ладонях.

Ух ты, как можно свалиться с пьедестала победы.

— Вы в порядке? — кто-то взял ее за руку и поднял на ноги.

— Да, в порядке. — Бри подняла голову. Мужчина был огромным, ростом более шести футов (прим.: 6 футов = 182,88 см), и от него пахло как от мусорного бака, наполненного гниющими апельсинами и куриными тушками. Фу. Выдернув свою истекающую кровью ладонь из его руки, девушка поспешно отступила. — Что ж. Спасибо за помощь.

Двустворчатая дверь в здание открылась, выпуская поток света и группу девочек-подростков. Бри поспешно прошла мимо них и оглянулась только когда вошла внутрь. Мужчина стоял и смотрел на нее своими коричнево-красными — цвета запекшейся крови — глазами. Холодок пробежал по спине Бри, когда незнакомец поднес руку к лицу и лизнул ладонь. Направляясь в холл, Бринна услышала его голос, такой же маслянистый, как холодный бекон.

— Так-так-так.

*****

Она испекла партию печенья с шоколадной крошкой, лучшее лекарство от выбивающих из колеи эмоций. Так как Эшли всё еще не было дома, Бри вытащила свою памятную коробку. Она улыбнулась фотографиям Эдвардов и Питерсонов, ее любимых приемных семей, затем зло посмотрела на фото извращенца мистера Харви. Жаль, что у нее тогда не было черного пояса, иначе она бы оторвала ему член. Повернув фото лицом вниз, она перешла к ленточкам, полученным за победы в кулинарных конкурсах. С грустным вздохом девушка погладила фотографию, с изображением невысокого жилистого мужчины на турнире по каратэ. Сэнсэй был самым близким — заменившим отца — человеком (прим.: Сэнсэй — в Японии вежливое обращение к учителю, врачу, писателю, начальнику или другому значительному лицу или значительно старшему по возрасту человеку). Он бы гордился ею сегодня. Я скучаю по тебе.

Осознав, что путешествие по закоулкам памяти не помогло, Бринна взяла горсть очищенных орехов из пакета на кухне. Дверь квартиры находилась в левой части гостиной. Но девушка пошла в другую сторону, и через раздвижную стеклянную дверь вышла в благоустроенный дворик. Прохладный воздух холодил босые ноги, когда она побежала по траве к большому клену, освещенному декоративными фонариками на солнечных батареях. Стоя на цыпочках, Бри положила угощение на нижние ветки.

— Угощайся, Динь-Динь!

Радостно пища, маленькое существо, которое Бри называла древесной феей, побежало вниз по стволу. Бринна невольно засмеялась. Фея была размером с куклу Барби, практически воздушная, с ярко-зелеными глазами. И у нее не было крыльев, так что это была не настоящая фея. Но очень похожа. Девушка засмеялась, когда Динь-Динь попыталась поднять миндаль, который был больше ее ладони.

— Эй, Бри, ты здесь? — ее соседка по комнате, Эшли Кэрриган, стояла в дверях, ветер растрепал по плечам ее рыжие волосы.

— Сюда!

— Эй, подруга. Я видела в новостях — ты победила! — Эш своими семимильными шагами пересекла двор и обняла Бри. — Поздравляю!

Бринна покраснела от удовольствия. Нет ничего лучше, чем иметь того, с кем можно разделить хорошее и плохое.

— Спасибо, сестренка.

Эш отступила назад и взглянула на дерево, очевидно, увидев орехи.

— Ты снова кормишь это несуществующее создание?

— Конечно. Воображаемые существа зимой голодают.

Бри ухмыльнулась, когда ее соседка украдкой посмотрела на дерево. За все годы, прошедшие с тех пор, как они познакомились в приюте, Эш никогда не видела ни одного существа несмотря на то, что очень старалась.

— Знаешь, с твоим воображением тебе следовало бы писать детские книжки.

— Ага. С твоей слепотой, может быть, тебе стоит надеть очки.

К сожалению, это было слабое оправдание, поскольку никто, кроме Бри, никогда не видел сказочных существ, которые жили в деревьях и цветах. Или крошечных троллей в сточных канавах. Или мерцающих существ в Пьюджет-Саунд, похожих на рыб с мордами (прим.: Пьюджет-Саунд — система заливов в штате Вашингтон (США), вблизи которой расположен Сиэтл). Почему, черт возьми? Почему она была единственной, кто их видел? Но это не имело значения. Маленькие существа в свое время добавили света и волшебства в ее мир, и продолжали это делать, по сей день.

— Так почему же не… — Динь-Динь понюхала воздух, уронила миндаль и прыгнула в темноту верхних ветвей. Что напугало ее? Бринна оглянулась, но ничего не увидела. Небольшая, покрытая газоном площадка, не была популярным местом в сырую зимнюю ночь. — Давай вернемся. У меня ноги замерзли.

Когда они подошли к открытой стеклянной двери, Эшли нахмурилась.

— Сколько времени ты потратила на создание этого победного шедевра? Ты выглядишь измотанной.

— Не так много. Со мной всё хорошо. — Честно говоря, дело было не во времени, потраченном на приготовление торта. Неважно, много или мало она делала, Бри всегда была уставшей. Ее врач считал, что у нее «синдром хронической усталости», хотя и признавал, что ее симптомы не совсем подходили. — Вероятно, нехватка шоколада. Я испекла печенье, так что всё хорошо.

Квартира окутала Бри теплом, и девушка пошевелила холодными пальцами на ковре. Уютная атмосфера комнаты, оформленной в солнечных тонах с веселыми цветущими растениями, компенсировала уныние Сиэтла. Устала она или нет, у Бринны была хорошая жизнь — замечательная сводная сестра, хорошая работа и уютное место для счастливой жизни.

— Я остановилась по дороге и взяла бутылку вина и пару фильмов, чтобы отпраздновать дома. — Эш покачала головой. — Я подумала, ты будешь слишком уставшей, чтобы захотеть пойти куда-нибудь… и какой смысл идти с тобой куда-то есть, когда ты и так провела весь день в ресторане?

— Звучит прекрасно. Что ты взяла?

— Для меня — «Сбежавшая невеста», для тебя — «Смертельное оружие 4». — Эшли прищурила свои серые глаза. — Но если ты начнешь критиковать каратэ в фильме, я выключу его.

— Я буду хорошо себя вести. — Кроме того, большая часть удовольствия указывать на ошибки исчезла после смерти Сэнсэя. Боль скорби снова сжала грудь девушки. Забрав Бри с улицы, он направил ее на путь независимости. Почему он не мог прожить достаточно долго, чтобы увидеть ее расцвет? Бринна запретила себе печалиться. Сегодня праздник, а не траур.

— Неси печенье, а я включу фильм, — сказала Эш.

— Какой первый?

— Давай начнем с самого интересного, того, что связано с действием. И я не имею в виду секс, поняла?

Она принесла печенье из кухни, вдыхая сладкий аромат. Вопль, крики и звуки выстрелов разрезали воздух, Бри подпрыгнула, едва не уронив тарелку.

— Черт бы побрал этого мальчишку! Он, должно быть, включил громкость на максимум.

Подросток из соседней квартиры увлекался жестокими фильмами.

— Мужчины и их громкие игрушки. — Эш фыркнула. Она отодвинула коробку Бри в сторону, чтобы освободить место для еды, затем кивнула на серебристый браслет и смятую фотографию с изображением пары, держащей на руках совсем юную Бринну. — Всё еще хранишь их, да?

— Это же мое наследство.

Другие люди получают антикварный фарфор, фотоальбомы и драгоценную мебель, но у нее были только фото и браслет, когда егерь обнаружил ее потерянной в лесу в возрасте трех лет.

Эш постучала пальцем по фото.

— Знаешь, если бы захотела, ты могла бы выяснить личности своих родителей. В Интернете сейчас можно найти множество баз данных.

Когда шум в соседней квартире немного стих, Бри села на диван и налила себе вина.

— Нет. Либо они мертвы, либо я им не нужна. Зачем напрягаться?

— Может быть, ты просто заблудилась, и они искали тебя. Хотели отвезти домой.

Отец Эшли сидел в тюрьме, ее мать была наркоманкой, поэтому она хотела, чтобы родители Бринны оказались замечательными, богатыми и любящими, словно герои одного из фильмов Уолта Диснея. Подруга понимала, что Дисней создавал фантазии, такие же фальшивые, как и мысли о том, что родители Бри бросили ее.

— Значит, плохо искали. Прошло уже более двадцати лет. — Бри покачала головой. — Кроме того, кому они нужны? Ты моя семья. И у меня есть идеальный дом прямо здесь.

— Ну… я хотела поговорить с тобой об этом. — Эшли подняла бокал с вином и принялась вертеть его в руках.

В прошлый раз, когда Эш выглядела такой взволнованной, она призналась, что хлопнула дверцей духовки, в результате чего десертное суфле Бри опало. Бри опустила пульт на стол.

— В чем дело?

— Мой босс говорил со мной сегодня. Они открывают филиал в Сан-Диего. — Лицо Эш сияло от гордости и волнения. — Он попросил меня возглавить отдел программного обеспечения.

— Сан-Диего? Н… но ты живешь здесь. — Я живу здесь.

Румянец на лице Эшли немного потух.

— Ты ведь поедешь со мной, верно? Мы снимем квартиру и…

— Нет. — Переехать? Бри поднялась, обхватив себя руками. — Мой дом здесь. — Эта квартира. Этот город. Моя работа.

— Иисус, Мария и Иосиф, мы живем в этом доме вечность. Ты работаешь в этом ресторане еще дольше. Ты можешь быть поваром где угодно. Разве ты не хочешь увидеть или сделать что-то еще?

— Нет. — Бри открыла раздвижную стеклянную дверь, вдыхая холодный воздух. — Я достаточно переезжала, когда была маленькой.

Из приюта в приют, новые семьи, новые районы, новые школы. Разная еда, незнакомые порядки, чужие кровати. Ничто не оставалось прежним.

— Но… — Эшли закусила губу, — я устала от дождя. Я хочу жить где-нибудь, где солнечно. Я хочу, чтобы ты тоже поехала.

Бри покачала головой. Сама мысль о переезде вызывала тошноту. Это был ее дом.

— Я… я не могу. Переезд — это твоя мечта. — Но как она сможет пережить одиночество, если ее сводная сестра уедет?

— Черт возьми, Бри, ты… — слова Эш были заглушены кинематографическим взрывом из соседней квартиры.

Бри закрыла раздвижную дверь и остановилась. Что-то двигалось по двору. Кто-то четвероногий и крупнее собаки. Медведь? В Сиэтле? Крошечные волоски на ее затылке встали дыбом.

— Что случилось? — Эшли присоединилась к сестре.

— Я думаю, что это…

Огромная черная фигура направлялась к квартире, набирая скорость.

— Назад! — Бри отступила, увлекая за собой Эш.

К ее шоку, животное бросилось прямо на раздвижную дверь. Стекло разбилось от ужасного удара, и зверь прорвался сквозь него. Эш пронзительно закричала, застыв прямо на пути медведя.

— Нет! — Бри толкнула стул перед медведем и бросилась за диван, увлекая Эш за собой.

Сердце колотилось, девушка повернулась к… Это не медведь. О Боже, что это за существо? Злые красно-коричневые глаза уставились на нее. Размером с гризли, но бронированный, словно динозавр с костяными пластинами. Акулоподобная голова демонстрировала массивные острые зубы. Вонь от него была как от сырого мяса, оставленного в мусоре на несколько дней. Или даже хуже.

Мгновение Бринна стояла окаменев, холод пробежал по позвоночнику. Зверь сделал шаг вперед. Ее разум кричал: убегай, убегай. Но она не хотела — не могла — повернуться спиной к существу. Девушка сделала медленный шаг назад. Не отрывая взгляда от существа, она скользнула рукой вверх по стене и вытащила боккэн из стойки (прим.: Боккэ́н — деревянный макет японского меча, используемый в различных японских боевых искусствах, в том числе айкидо, для тренировок). Знакомая рукоять деревянного меча в ее руках успокаивала. У Эш не было ни оружия, ни подготовки.

— Иди за помощью, — приказала Бри едва слышно. — Быстрее!

— Но…

— Иди.

Когда Эш отошла, Бри прыгнула вперед, размахивая мечом, отвлекая существо.

— Отвали! Убирайся отсюда. — Удерживая зрительный контакт, девушка отступила назад. Иди за мной, зверь.

Следуй за мной.

Звук открывающегося засова заполнил комнату. Голова существа повернулась, и он устремился к Эш.

— Нет!

Изо всех сил Бри ударила мечом по черепу. Деревянный клинок раскололся. Не сбавляя скорости, существо прошло мимо, отбросив девушку назад. Она с грохотом врезалась в стену. Повернув голову, Бринна поднялась на ноги и увидела, как монстр прыгнул на Эшли. Он ударил, кусая Эш за плечо, притягивая ее к земле и терзая. Ее крики почти заглушили его ужасное рычание.

— Нееееет. — В ужасе и бешенстве, Бри бросилась через комнату. — Отстань от нее! — Она развернулась, пиная зверя в живот. Боль пронзила ее ногу. Существо едва качнулось. — Эш, беги!

Массивная голова монстра резко повернулась, и покрытые кровью зубы вцепились в лодыжку Бринны, забрызгав ее джинсы слюной и кровью. Кровью Эшли. Бри отскочила назад, ожидая, что сестра встанет. Чтобы пройти к двери. Почему она не шевелится? Бринна бросила взгляд на зверя и замерла. Не в состоянии двигаться. Думать. Шея Эш была разорвана. Кровь везде. Ее серые глаза были открыты. Пустые. О, Эш. Бри сделала шаг вперед. Нет, нет, нет. Этого не может быть. О, пожалуйста, нет. У нее перехватило дыхание.

Чудовище наблюдало за ней с открытым ртом, словно смеясь. Когда существо обнюхало лужу крови возле тела Эшли, в голове Бри взревела ярость. Убить его, убить его, убить его. И всё же ужас сотрясал ее до костей, мешая дышать. Монстр был весь в крови и стоял между ней и входной дверью квартиры.

Взять нож. Ее пульс стучал в ушах, когда Бринна быстро отступала на кухню. Но чудовище преследовало девушку, красно-карие глаза не отрывались от ее лица. Подобно густому дыму, ощущение зла душило Бри. Цоканье заставило девушку взглянуть вниз. У зверя были массивные когти — каждый больше пальца.

О Боже. Смогу ли я убить его?

Вязкие розовые слюни капали изо рта монстра на кафельный пол, когда он остановился, поймав Бринну в ловушку на кухне. Ее спина ударилась о столешницу. Девушка потянулась назад, и ее рука нащупала подставку для ножей. Этот. Или этот. Пальцы сомкнулись на ноже для мяса. Глубоко вздохнув, затем еще раз, Бри попыталась отодвинуть страх в сторону, как на турнире по боевым искусствам. Но это не сработало. Куда его ударить? Деревянный меч раскололся в ее руке. Шипастая броня на спине монстра выглядела слишком толстой. Шея?

Существо бросилось на нее. Бринна скользнула в сторону, нацелив нож на его горло, и лезвие прошлось по пластинам, цепляясь за канавки. Голова монстра развернулась. Черт! Она отдернула руку, и зубы существа сомкнулись с противным щелчком на пустоте. Глупая! Нужно звать на помощь. Она закричала, громко и пронзительно, и еще раз. Существо бросилось на нее. Бри полоснула его ножом по шее. От шока у нее дрожала рука. Лезвие сломалось возле рукояти.

— Нет! — Она ударила монстра по шее ребром ладони. Ее рука отскочила, кровоточа от острых граней пластин. Она может разбить бетон, но не их? — Почему ты не умираешь?

Сделав кувырок, девушка поранила ладони о броню, но приземлилась позади монстра. Бри ударила его в ногу. Кость в ее ноге сломалась. Звук и боль вызывали тошноту, и она отшатнулась. Адское существо развернулось. Челюсти зажали ее руку, монстр крутанул девушку. Бринна врезалась в столешницу, застонала от боли и ударила существо кулаком по глазам. Но он был слишком защищен, слишком упрятан в броню. Челюсти сильнее сжались на ее руке. Боль пронзила девушку, и ее колени подкосились. Она боролась как беспомощная мышь, когда он тащил ее по полу в гостиную. Тряхнув головой, монстр швырнул Бринну через всю комнату.

Свободна. Бри перевернулась и отскочила в сторону, сломанная рука безвольно повисла на боку. С диким рычанием животное прыгнуло на нее, повалив лицом на пол. Когти впились ей в спину. От гнилостного зловония у нее перехватило горло. Я умру. Это неизбежно. Зубы монстра впились в ее плоть, разрывая плечо. Больно, Боже, как больно. Девушка закричала и перевернулась на спину, чтобы нанести удар ногой. Но пинать его было бесполезно, словно стучать по танку.

Внезапно монстр отступил. Бри попыталась встать и потерпела неудачу. Ее рука скользила по крови, впитавшейся в ковер. Моя кровь. Девушка стиснула зубы, слезы затуманили зрение. Там, где был монстр… Зверь расплылся и превратился в человека. Мужчину. Нет. Бринна вздохнула, пытаясь сфокусировать зрение. Это был парень с парковки. Голый. Его мощная безволосая грудь была покрыта засохшей кровью. Кровь капала с его рта и подбородка.

Он облизнул губы.

— Ты не похожа ни на кого из тех, что я пробовал, — его голос был маслянистым. — Я ощутил что-то… особенное в твоей крови. Что ты такое? Откуда ты? — Его голова наклонилась, и на лице появилась безумная улыбка. — Есть ли еще похожие на тебя? — проворковал он. Слюна розового оттенка скатилась по подбородку, когда он уставился на нее.

Бринна вздрогнула. Ее пальцы впились в ковер, и она попыталась отползти в сторону.

— Ты выглядишь как человек. — Он вытер свою забрызганную кровью щеку, понюхал, затем провел языком по ладони. — Ммм. Ты не пахнешь по-другому, но я никогда раньше не пробовал ничего подобного.

Она подняла ноги, чтобы пнуть его, чтобы удержать его подальше. Одна рука не поднималась, и Бри быстро теряла кровь. Мужчина сделал шаг вперед.

— Ублюдок! — Она резко ударила его по колену.

Он зашипел от боли и превратился в существо. Злобно рыкнув, монстр бросился на нее. Зубы прокусили ее джинсы и впились в бедро, крики девушки эхом отозвались в комнате. О Боже, почему никто не приходит? Ее глаза потеряли фокус, и тогда он снова стал мужчиной, облизывая губы. Смеясь.

— Вкус у тебя чертовски великолепный. — Он навис над ней, огромный и злой. — Убить тебя сегодня будет расточительством. — Мужчина взглянул на тело Эшли. — Я могу питаться ею. Но сначала… — его рука скользнула вниз по животу к члену — ужасающе возбужденному — и обхватила его.

*****

Айлилл-Ридж, территория Рейнир. Новолуние

До рассвета оставалось всего несколько часов, и в небольшом горном городке Айлилл-Ридж было тихо. Густые облака закрывали звезды в безлунную ночь, но холодный ветер с горы Рейнир принес зловоние гниющей плоти, смешанное с тошнотворным привкусом плесневеющих апельсинов. Аромат исходил из передней части одноэтажного дома, и Зебулон Дамрон остановился в тени дуба, высматривая любое движение.

Адская гончая была рядом. Зеб будет сражаться сегодня вечером, даже если его партнер по патрулю Шей первым доберется до собаки-демона. Даже Шей не может убить пса в одиночку, хотя, возможно, этот одержимый идиот попытается.

Зеб ощутил прикосновение Херне — Бога Охоты. Энергия хлынула в его тело кахира, словно вино в бокал, давая силу, намного превышающую силу обычного оборотня. Обогнув участки снега, которые могли выдать его, мужчина направился за угол дома. Шипы куста розы оцарапали шею, и Зеб замер, молча проклиная всех женщин и их злобные растения. Запах свежей крови предупредил бы гончую о его присутствии.

Мужчина проверил свое оружие. В ножнах на его правом бедре кинжал для глаз собаки-демона, обоюдоострый кинжал для ее живота, на левом — пистолет для глаз, хотя пули были почти бесполезны. Было бы неплохо, если бы у кахира было так же мало уязвимостей, как у адских гончих.

Так, где же он? Кахир рискнул быстро проверить узкий боковой двор. Добрый вечер, адская гончая. Поставив передние лапы на ящик для цветов, демоническое отродье заглядывало в окно. Зеб вытащил клинок из ножен, на правом бедре. Крошечный уязвимый участок на животе зверя был на виду. Если бы он мог добраться до него раньше…

Оттолкнувшись своими мускулистыми задними конечностями, адская гончая прыгнула в окно, разбив стекло. Блять.

— Шей. Внутри! — Зеб крикнул своему напарнику, находящемуся на переднем дворе.

Убрав нож в ножны, мужчина прыгнул в окно. Осколки стекла по краям оцарапали обтянутые кожей плечи. Черт возьми, хоть раз войти бы в дом, используя дверь. Перекатившись и встав на ноги, Зеб вытащил кинжал и оглянулся. Пустая гостиная. Какая-то женщина пронзительно закричала, и этот звук был наполнен таким ужасом, что по спине Зеба пробежал холодок. Моя сестра кричала так же? Кахир отбросил эту мысль.

Стекло разлетелось вдребезги, когда Шей прыгнул в окно в передней части дома, в волчьем облике он был таким же здоровенным, как и в человеческом. Его лапы заскользили по плиточному полу, в поисках опоры. Зеб побежал по коридору, его напарник прямо за ним. Они вместе ворвались в спальню, хорошо отработанный прием потому, что Шей всегда сражался в обличии волка. Зеб предпочитал иметь в руках нож или пистолет.

Шей двинулся влево, Зеб — направо. В центре адский пес следовал за женщиной, съежившейся справа от двери. Она была оборотнем, и запах страха исходил от нее — адская гончая будет поглощать это чувство, как гризли — только что убитого оленя.

Внимание адского пса переключилось на него, и Зеб собрался с духом. Этот экземпляр был нормального размера, примерно по пояс и больше, чем любой волк, покрытый пуленепробиваемыми пластинами, как гребаный динозавр. Монстр зарычал, и костлявая заостренная морда обнажила острые как бритва клыки.

Зеб зарычал в ответ, мысленно ругаясь. Вот тебе и сюрприз. Зверь шагнул вперед, когти, как у медведя царапали по паркету.

— Клянусь Херне, ты такой урод.

Мужчина проверил Шея, который собрался атаковать сзади, маневр, позволяющий Зебу упасть, перевернуться под гончей и разрезать узкую кожистую часть его брюха. Иногда это срабатывало.

Зеб посмотрел на женщину и понял, что она беременна. Его защитные инстинкты зашкалили. Осмотрев гончую, он двинулся вперед на пару шагов, оставив место между ним и стеной, затем поймал ее взгляд и оглянулся.

— Беги туда, маленькая самочка, так я смогу защитить тебя.

Несмотря на свой ужас, она кивнула ему. Удовлетворенный, кахир снова обратил внимание на глаза нечисти. Краснота в зрачках наполнилась яростью. Значит скоро нападет.

С громким рычанием Шей ринулся вперед. Его челюсть сжала заднюю лапу гончей, пытаясь проникнуть под уложенные внахлест пластины. Адский пес взревел и закружился. Зеб присел для броска вперед… Бросившись бежать, женщина споткнулась, падая сзади Зебу под ноги. Мужчина пошатнулся, упав на одно колено, когда она вскочила на ноги и выбежала в дверь. С другой стороны комнаты Шей взвизгнул. Его тело громко ударилось о стену. Тишина.

— Черт!

Стратегия провалилась, кахир атаковал существо, что жестоко обошлось с его партнером. Кожа Зеба порвалась, когда он врезался в шипастое плечо гончей, отбросив ее на шаг назад. Он наклонился, пытаясь нанести удар в живот. Лезвие царапнуло пластины, задев узкую кожистую полоску на животе и сделало неглубокий надрез. Он едва поцарапал этот гребаный танк. Мужчина отскочил назад. Слишком медленно.

Челюсти гончей в мгновение ока оторвали кусок его правой руки, причиняя адскую боль. Блять. Когда монстр полностью развернулся, Зеб отпрыгнул. Адский пес рванул вперед, хромая на заднюю ногу. Шею, должно быть, удалось прокусить там тонкие пластины.

Зеб напрягся, когда пес двинулся вперед. В этот раз не выживу. Быть один на один с адской гончей это самоубийство. Так тому и быть. Но существо поранило Шея, поэтому Зеб должен его убить. Должен. Возможно, коридор даст ему шанс использовать свой пистолет.

Кахир увернулся от первой атаки и рискнул взглянуть в сторону. Нога его партнера была залита кровью, но большой волк пытался подняться. Жив, хвала Матери. Бросившись к двери, Зеб вытащил револьвер. Когти адского пса царапали пол, когда он бежал. Одолев половину коридора, мужчина развернулся. Он прицелился — глубоко посаженные глаза были единственным местом, где пуля была эффективной — и нажал на спусковой крючок, стреляя, снова и снова.

Но бросившийся в атаку монстр наклонил голову вниз, поэтому пули отскакивали от бронированной головы и срикошетили о стену. Бесполезно. Зеб отступил, но гончая ударила его. Кахир упал на спину, и существо рвануло к его горлу. Оружие отлетело, мужчина схватил пса за шею, чтобы удержать челюсти подальше. Зеб пнул монстра в бок, чтобы увернуться от когтей. Адский пес попытался избавиться от его хватки. Извиваясь и бросаясь вперед. Снова и снова.

Блять. Пес еще не добрался до его горла… пока… но Зеб не мог воспользоваться своим ножом. Тупиковая ситуация, и он чертовски хорошо знал, кто из них устает раньше. Если бы у него не было дополнительной силы кахира, дарованной Херне, он был бы уже мертв. Мышцы рук начали дрожать. Смерть Зеба отражалась в красно-коричневых глазах. Его кинжал всё еще был в ножнах. Сможет ли он вонзить его в глаз, когда пес вырвет ему горло? Не могу… не могу позволить ему убить Шея. Челюсти медленно приближались, вонь была отвратительной.

— Знаешь, он действительно хочет попробовать тебя на вкус. — Резким движением Шей вытащил кинжал Зеба из ножен на бедре и вонзил его в глаз адской гончей.

Рев наполнил комнату, и существо рухнуло на Зеба, выбив из мужчины весь воздух. Содрогаясь, монстр умер, превратившись в человека секунду спустя. Очень мертвого, очень голого мужчину. Огромного, как и все адские гончие.

Кахир оттолкнул тело и, пошатываясь, встал на ноги. Коридор закружился вокруг него. Мужчина наклонился, уперев руки в колени, чтобы отдышаться. Просто сделать вдох было больно, как будто железная ловушка захлопнулась на его груди. Должно быть, сломал ребро. Рука кровоточила, ладони были ненамного лучше и болели еще сильнее. Зеб ждал низкого воя своего напарника, означающего песнь победы над адской гончей. Над смертью. Ничего.

Кахир с трудом выпрямился.

— Шей?

— Извини, я был медленным, — успел сказать его партнер, прежде чем рухнуть на пол.

Черт, черт, черт. Горло сжалось, Зеб упал на колени рядом с напарником. Всё еще в человеческой форме и обнаженный, Шей был весь в укусах, царапинах, на правом бедре и ноге зияла рваная рана. Кровь медленно текла по его бледной коже.

Зеб разорвал простыню и перевязал одну из больших ран Шея. Его глаза затуманились от воспоминаний о его братьях и сестре — его однопометниках. Как их плоть была оторвана от костей, как кровь текла вокруг них. Шей будет жить. Но без целителя в этом районе ему долго будет больно. Чувство вины охватило Зеба. Это моя вина. Не подумал заранее, не увернулся от женщины, должен был двигаться быстрее.

Дрожащими руками, кахир убрал револьвер в кобуру и вложил ножи в ножны. Крякнув от боли, он осторожно поднял своего напарника. Холодный ночной воздух обжигал кожу. Звездный свет расплылся и рассеялся, пока Зеб, пошатываясь, брел по узкой улочке. Через минуту он поднял лицо к безлунному небу и взвыл свою песнь победы и смерти, о затянувшейся скорби по своей семье. Песнь одиночества.

Глава 2

Сиэтл. Первая четверть луны.

Спустя неделю после нападения Бри вошла в свою квартиру и щелкнула замком. Прислонившись лбом к входной двери, девушка уговаривала себя продолжить движение. Было чертовски больно. Нога, плечо, рука — все ее раны горели так, словно зубы того существа снова и снова рвут их. Когда боль немного утихла, Бринна медленно вдохнула, ощутив резкий запах чистящих средств.

Ладно, я смогу это сделать.

Девушка медленно повернулась, испытывая страх перед тем, что может увидеть. Но ни тела, ни засохшей крови, ни кровавых луж не было. Стеклянная дверь — отремонтирована, на полу новый бежевый ковер. Плечи Бри расслабились. Конечно, домовладелец успел навести порядок. В полиции сообщили, что тело Эшли забрал убийца. Мысль об этом заставила Бринну содрогнуться.

Увидев кровавые отпечатки лап, полицейские решили, что убийца привел с собой собаку. Они, конечно же, «не купились» на ее рассказ о монстре, который превратился в человека. Хотя и детективы, и врачи, и медсестры, и психологи сочувствовали ей, Бри понимала, что ни один здравомыслящий человек ей не поверит. Девушка не винила их, но как полиция найдет это существо, если они не понимают, кого нужно искать?

Глубоко вздохнув, Бринна заставила себя отойти от двери — после того, как трижды проверила замок. Не то чтобы от замка было много толку. В конце концов, раздвижная дверь на прошлой неделе тоже была закрыта, когда зверь вломился прямо через стекло. Слава Богу, миссис Джонсон выгуливала своего терьера и заметила разбитое стекло, иначе Бри истекла бы кровью.

Но помощь пришла не так быстро, чтобы предотвратить смерть Эш или не дать чудовищу… Живот Бри скрутило, и она едва добралась до туалета. Девушку рвало снова и снова, пока желудок не опустел. Желчь обожгла рот, и Бринна рухнула на холодный кафельный пол, словно использованное полотенце.

Использованная — подходящее слово. Она была использована.

Бри снова бросилась к туалету. Когда рвотные позывы, наконец, прекратились, девушка прислонилась к ванне, холодный пот высыхал на ее коже. Бринна старалась не думать об этом, но приходилось смотреть правде в глаза. На нее напало, терзало, кусало, разрывало какое-то… существо, а затем оно ее… Девушка снова сглотнула. Ее изнасиловали.

Прополоскав рот, Бри на дрожащих ногах пошла на кухню. Вкус диетической колы стер последние следы тошноты с ее рта, а кофеин зарядил энергией. Из-за кошмаров девушка почти не спала. И почти ничего не ела.

Горький смех вырвался у нее. По крайней мере, она была чистой, учитывая, сколько раз она принимала душ — днем и ночью. Но как бы часто Бринна ни мылась, она всё равно ощущала запах монстра на своей коже. И, Слава богу, она не была беременна. Жизнь на улице преподала Бри несколько уроков:

1. Жизнь небезопасна.

2. Случайная беременность, это глупо.

Девушка принимала противозачаточные таблетки с тех пор, как смогла их получить, да и больница предоставила ей дополнительные лекарства в рамках лечения после… «нападения»… таков протокол.

Держа в руке банку с колой, Брианна опустилась на диван и заметила, что кто-то собрал ее рассыпанную коробку памяти. Сверху лежала фотография маленькой Бри с людьми, которых все считали ее родителями. «Знаешь, если бы ты захотела, ты могла бы выяснить личность своих родителей». В своем воспоминании девушка так ясно услышала голос Эш, что даже огляделась, но… квартира была пуста. Всегда будет пуста.

Всё, что осталось в этих комнатах, это… ужас. Рыдания сдавили грудь, причиняя боль и пытаясь вырваться наружу. Всё, ради чего она работала — ее прекрасный стабильный мир — было разрушено. Я хочу всё вернуть. Мою Эшли, мой дом, всё. Пожалуйста, Боже, верни всё обратно. Рыдания вырывались судорожными всхлипываниями. Уткнувшись лицом в подушку, Бри плакала, мучительно и долго.

В конце концов, она взяла себя в руки. Вытирая слезы со щек, прерывисто вздохнула. Что сделано, то сделано. Пришло время с этим разобраться. Сделав решительный глоток колы, девушка расправила плечи и начала строить планы.

Во-первых, она больше не могла здесь жить. Когда губы дрогнули, Бри сразу же сжала их. Больше никаких слез. Ей нужно найти другую квартиру в Сиэтле. Всё остальное можно оставить прежним — и работу, и город. Просто новая квартира. Если повезет, она найдет место на несколько этажей выше и с охраной. А если монстр сможет пройти эти меры предосторожности? Тело охватила дрожь.

Бринна использовала свои кулаки, ноги, даже меч и нож. Ничего не сработало. Бри обхватила себя руками, стиснув зубы, когда это движение натянуло швы на руке и плече. Если не сработали кулаки, ноги или лезвия, нужно найти что-нибудь лучше. Пистолет. Сможет ли пуля пробить эти костяные шипы? Сложив пальцы, девушка направила их на стеклянную дверь,

— Бах, бах, бах. — Даже притворная отдача заставила Бри уронить воображаемый пистолет и схватиться за плечо. — Оооу.

Но… пистолет сработал бы. Настроение поднялось. Она могла застрелить монстра. Стреляла бы снова и снова. Пока от него не остались бы просто кровавые ошметки.

Когда Бринна откинулась на подушки, ее рука и плечо сильно пульсировали. К сожалению, владение пистолетом не поможет, если она не сможет стрелять из него. Нужно найти безопасное место для жизни, пока раны не заживут. Скорее всего, лучше уехать из Сиэтла. Вздохнув, Бри провела пальцем по лицам предполагаемых родителей на фотографии. Существо сказало, что она была чем-то другим, задавалось вопросом, была ли она человеком, и были ли еще, такие как она.

Есть еще, такие как я? Больше никто из ее знакомых не видел цветочных фей. Что, если она унаследовала это от матери или отца? Может, они знают об этом монстре?

Она никогда не пыталась найти своих родителей — видимо настолько любящих, что они позволили ей потеряться. Но если ей придется покинуть город на время выздоровления, возможно, стоит попытаться найти ответы на некоторые вопросы? Глаза запекло от свежих слез.

Послушай, Эш, я собираюсь найти своих родителей, как ты и хотела.

Девушка моргнула и вздернула подбородок. Теперь у нее был план на следующие несколько недель. Уехать из города. Найти родителей. Вылечиться. И купить самый большой пистолет, который она сможет поднять.

*****

Айлилл-Ридж, Территория Рейнир. Первая четверть луны.

— Ты выгоняешь нас?

Ошарашенный этими новостями Зеб недоверчиво уставился на козантира — защитника и правителя территории Рейнир, назначенного Херне. Когда Пит Вендел вызвал его и Шея на встречу к себе домой, Зеб не думал, что речь пойдет об этом. Он полагал, что владелец дешевого местного бара пожаловался толстяку Питу из-за стульев, которые Зеб сломал в драке в прошлые выходные. Но это… В его животе образовалась дыра.

— Выгоняю тебя? — Пит положил руки на кухонный стол и расширил глаза в наигранном шоке. — Конечно, нет. Просто козантир территории Северных Каскадов нуждаются в кахирах, которые знают, как убивать адских гончих. Ты и Шей — самые опытные здесь.

Сидящий рядом с Зебом Шей издал пренебрежительный звук.

— В этом районе всё еще есть и всегда будут адские гончие. И сейчас, следуя вашей безупречной логике, вы отсылаете своих самых опытных кахиров? — Зеб медленно и мучительно вздохнул. Здесь у него всё было хорошо. Не так, как на территории Банфа, где альфа и бета были настолько агрессивны, что каждые несколько дней он вступал в драки.

Руки Пита сжались в кулаки: — Мои собственные кахиры могут справиться с любыми проблемами здесь. С тех пор, как я закрыл рыболовный лагерь, вы двое остались без работы. Ничто не удерживает тебя на моей территории. У тебя нет семьи или друзей, даже среди твоей волчьей стаи.

Это была правда. Зеб не заводил друзей. Не был ни с кем связан. У него не было семьи. Он жил, пытаясь игнорировать растущую внутри пустоту.

— Я догадываюсь, почему вы хотите, чтобы я ушел. — Мужчина взглянул на красивую блондинку, сидящую в гостиной.

Гретхен скривила губы в крошечной ухмылке. Она, может быть, и была великолепна, но нарциссизм и мстительность сделали ее самой непривлекательной женщиной, которую он когда-либо встречал. Он не желал тратить свое время на спаривание с такой, как она.

Взглянув на женщину, Зеб сказал: — Однажды я был с ней, и она захотела большего. — Мужчина не отрывал взгляда от Гретхен. Обычно она даже не разговаривала с ним, но в период течки ее инстинкты брали верх. — Я отказался.

Женщина покраснела, ее губы сжались от гнева.

Зеб продолжал говорить спокойным голосом, несмотря на растущую ярость: — Но зачем отсылать Шея?

Шей откинулся на спинку стула, закрыв его своим огромным телом. Выражение его лица стало жестким: — Бьюсь об заклад, твой брат надоумил тебя. Как альфа стаи Роджер должен быть в состоянии доминировать надо мной, но ему это не под силу.

Пит покраснел от оскорбления — козантир не должен идти на поводу ни у родственников, ни у женщин. Мужчина сжал губы от злости, — Вам не обязательно переезжать в Каскады. Вы двое можете идти, куда хотите. Вам не рады на моей территории. В моем доме. За моим столом.

Даже сквозь ярость Зеб отчетливо видел козантира. Вокруг его тела не было ауры силы, свидетельствующей о том, что бог Херне поддерживает его. Это не была истинная воля козантира. Он и Шей могли оспорить его решение. Если бы захотели.

Мужчина посмотрел на своего партнера. Шей пожал плечами, его глаза стали холодными серо-голубыми, как зимнее горное озеро, — Оставь их адским гончим. Мне никогда не нравилась эта территория… и дом… и стол… — Зеб поднялся и помог встать Шею. Когда его напарник, прихрамывая, вышел из комнаты, мужчина потерял самообладание. Он ударил кулаками по столу, расколов дерево по центру.

Звук падения стола и проклятия Пита сопровождали его до самой двери.

Глава 3

Колд Крик, территория Северных Каскадов

«По крайней мере, сборы не заняли много времени» — подумал Шей О'Доннелл на следующий день. Все их вещи поместились в кузове грузовика Зеба. Печально.

Когда Зеб свернул на стоянку таверны «Дикая Охота», Шей стиснул зубы. Нога болела так, словно адская гончая вонзила в нее зубы, от долгой езды кожа зудела. Чертова железяка. Было бы здорово, если бы изобрели пластиковые машины.

Веселая выдалась неделя. Никто не предоставил целителя для его ран, только несколько дней на выздоровление, а затем выгнали с территории. Вероятно, через некоторое время им снова придется собираться в путь, если слухи об их репутации бегут впереди них.

Слишком часто он был более доминирующим, чем лидер стаи территории. Несмотря на то, что он обходил стороной реальные проблемы, раздраженные альфы провоцировали беспокойство в стае и борьбу за лидерство. И еще был его партнер по патрулю. Покрытый шрамами. Озлобленный. Черт, Зеб пугал почти всех — кроме тех случаев, когда во время сходок оборотней женщины в течке искали самых сильных мужчин.

Отлично, они сделают всё необходимое, получат отказ, а затем решат, что делать дальше. Возможно, пойдут разными путями, поскольку Зеб решил придать новое значение определению «одинокий волк».

Шей посмотрел на хмурое лицо своего партнера. Ровная спина, прямые плечи, едкий запах напряжения. Ни один оборотень не сможет жить один вечно, особенно волк. Сколько отказов сможет принять мужчина, прежде чем сломается и станет фералом?

Сколько я смогу принять? Но из-за его связи с Богом Охоты он не может стать диким. Просто одиноким.

Шей вылез из грузовика и, держась за дверь, внимательно осмотрел местность, ожидая, пока боль отступит. Как и в Айлилл-Ридж, население Колд Крик, предположительно, в большей части составляли даонаины — оборотни, — чем люди. Это было красивое место: город был окружен горами так же, как лес огибал двухэтажную бревенчатую таверну. В воздухе чувствовался мороз, подслащенный ароматом сосновых лесов и нотками кедрового древесного дыма.

— Готов? — черные глаза Зеба были полны цинизма.

— Давай быстрее покончим с этим.

Запах пива и жареного арахиса наполнял тускло освещенную таверну. За множеством разбросанных столов и стульев, в задней части помещения возвышалась длинная барная стойка из темного дуба, как в вестернах. В этот поздний час комната была в почти пуста. За стойкой бара сидели две женщины-оборотня. Одна из них была очень соблазнительной, и Шей бросил на нее заинтересованный взгляд. Три человека играли в бильярд в нише справа, увидев Зеба, они сгруппировались, словно обороняясь. В левом углу мужчина размером с кахира пил пиво.

— Где козантир? — спросил Шей.

Зеб кивнул на черноволосого бармена: — Может он?

Будь он проклят, если мужчина не был окружен тонким мерцанием силы Херне. Бармен поймал взгляд Шея и кивнул головой на угловой стол, за которым сидел одинокий мужчина.

Когда Зеб и Шей подошли, пьющий пиво мужчина встал и протянул руку: — Я Алек МакГрегор. Рад видеть тебя снова, кахир, — сказал он Зебу с легкой усмешкой.

Уголок рта Зеба приподнялся в его варианте улыбки, — Взаимно, кахир.

Как защитники клана, кахиры, как правило, отличались огромными размерами. Алек был типичным кахиром: рост примерно 195 см, сильная мускулатура и синяя метка Херне в форме клинка на щеке. Он повернулся к Шею и протянул в приветствии руку, — А ты Шей О'Доннелл.

Шей кивнул. У Алека была крепкая хватка без какого-либо проявления силы. Походка подошедшего к ним козантира была характерна для оборотня-кошки. Всего на пару сантиметров ниже Шея и чуть менее широкий в плечах, он был таким же мускулистым, как любой кахир. И, в отличие от их старого козантира, сила Херне текла вокруг мужчины в светящейся ауре.

— Садитесь, кахиры. — Он поставил кружку темного пива перед Зебом и кружку светлого перед Шеем.

Шей посмотрел на Зеба и поймал циничное подтверждение. Козантир провел свое расследование, если знал вид пива, которое они пьют, в таком случае… он также знал, как другие не хотели видеть их на своей территории. Черт.

Ну, поскольку Херне не зовет Шея в каком-либо конкретном направлении, он мог пойти куда угодно. Возможно, Зебу было бы интересно посетить Скалистые горы. Там было полно адских гончих.

— Я — Калум МакГрегор, — сказал козантир.

— МакГрегор? — спросил Шей, взглянув на более светлый тон кожи на лице Алека МакГрегора.

Калум кивнул: — Алек мой однопометник. — Он сел и сцепил пальцы на столе. — Я говорил с людьми о вас и решил…

Шей поднял руку. Зачем тянуть с этим? Он поймал обреченность в черных глазах Зеба и наклонился вперед, — Давайте не будем тратить время на любезности, козантир. Я понимаю, что вы не знали, кого Пит отправит, пока не стало слишком поздно, чтобы отозвать нас. Мы закончим с нашими напитками — я благодарю вас за них — и уберемся с вашей территории.

Алек рассмеялся и покачал головой.

— Я так не думаю. Пей свое пиво и слушай. — Козантир не повысил голос, но приказ был настолько убедительным, что Шей сделал глоток, прежде чем осознал это.

— Козан… — начал Шей, но видя, как темнеет серый взгляд козантира, он закрыл рот.

Зеб упоминал о встрече с этим парнем на какой-то сходке, сказал, что он очень опасный. Шей откинулся на спинку стула. Во взгляде своего партнера он увидел намек на веселье.

Алек отсалютовал своим бокалом в явном одобрении демонстрации самосохранения, и Шей зарычал на него.

— Я знаю, что ваш козантир не наслаждался вашим пребыванием на его территории. Вы оба слишком склонны к дракам. Вы не являетесь их зачинщиками, но за вами повсюду следуют битвы за доминирование, — взгляд Калума остановился на Шее, прежде чем повернуться к Зебу, — и вы пугаете как людей, так и оборотней.

Шей пожал плечами, потягивая пиво. Нет ничего лучше, чем когда тебя отчитывают перед тем, как выгнать со скандалом.

Калум мягко произнес: — Сомневаюсь, что эти качества вызовут проблемы на моей территории.

Шей моргнул, повторил про себя слова и осушил свой стакан. В нем затеплилась надежда.

— Вы хотите, чтобы мы остались?

— Совершенно верно. Я был рад, когда ваш козантир заявил, что вы покидаете его территорию. Вы именно те, на кого я надеялся.

— Почему?

Алек наклонился вперед: — У нас есть, по крайней мере, одна адская гончая в этом районе, может, больше. Два месяца назад мы потеряли молодого самца, а в прошлом месяце — самку.

Он и его брат переглянулись, их горе и ярость были очевидны. Оберегающие оборотни, оба. Приятно видеть.

Алек продолжил: — Кроме меня, на нашей территории есть только пара кахиров — Оуэн и Бен. Ни у кого из нас нет опыта поиска адских гончих, не говоря уже об их убийстве. Вы двое лучшие из тех, о ком я слышал.

Комплимент? Как давно ему их говорили?

Алек потер ухо и медленно улыбнулся: — Моя спутница жизни говорит, что есть три слова, которые оказывают на нее чрезвычайно сильное влияние.

Шей уставился на него. Во имя рогов Херне, какое отношение к этому имеет его пара?

— Могу предположить. Она говорит о словах «я люблю тебя»?

Козантир наклонил голову, возвращая взгляд Шею. С искренней улыбкой он сказал: — Нет, кахир, не слова «я люблю тебя», это слова, — мужчина сделал паузу, — «вы нужны нам».

Три простых слова ощущались для Шея, словно удар под дых, и заставили его замолчать.

Зеб выглядел ошеломленным. Он встретил взгляд Шея, выглядя таким беззащитным, каким Шей никогда не видел опасного волка, но через секунду партнер кивнул.

Шей прочистил горло: — Если мы нужны вам, то вы нас получите.

Алек и Калум проводили их до грузовика. Когда Зеб открыл дверцу и скользнул за руль, то чувствовал себя, словно человек, ступивший на осыпающийся склон и потерявший равновесие. И всё же, может быть… может быть, это сработает, по крайней мере, на время. Калум был известен как хороший козантир. Открытый. Справедливый.

Калум схватился за дверцу, прежде чем Зеб успел ее закрыть: — Последняя деталь. Находясь на моей территории, вы живете вместе. Под одной крышей.

Челюсть Зеба отвисла, когда он ощутил что-то похожее на страх, — Я живу один.

— Раньше ты жил один. Теперь нет. — Калум пристально посмотрел на Зеба. — Я обнаружил, что волки функционируют лучше, если они рядом с другими волками. Если вы предпочитаете присоединиться к кому-то еще, это будет приемлемо. Герхард Шмидт — альфа волков на этой территории, если вам понадобится помощь.

Шей нахмурился и сказал то, о чем думал Зеб: — Такого рода указы прерогатива альфы стаи. Для козантира, особенно для оборотня-кота, это немного…

— Самонадеянно, — сказал Калум с легкой улыбкой, — я знаю. Тем не менее, указ не подлежит обсуждению.

Не дожидаясь ответа, мужчина вернулся в свою таверну.

— Черт. Я знал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Шей откинул голову назад и сердито посмотрел на таверну.

— Знаешь, если бы мы оба сразились с ним, мы бы…

— Умерли. Жалко. — Зеб всё равно был склонен попробовать. Но нет. — Даже когда Пит призывает Херне во время ритуала, он не получает такой силы.

— Да уж, МакГрегор выглядит как ходячая лампочка. — Шей нахмурился. — Авторитетный козантир — что-то новое. Мне он понравился, за исключением этого его дерьма «живите вместе».

— Угу. — Зеб хотел что-то сказать, но слова не шли. Слова никогда не приходили. Он провел слишком много лет как волк, прежде чем вернуться в цивилизацию. Черт, он не мог этого сделать.

Шей подождал, а затем покачал головой: — Хорошо, так и быть, я скажу это. Как ты думаешь, мы сможем жить вместе? Не убив друг друга?

— Я никогда… — Зеб был один с тех пор, как ему исполнилось тринадцать, когда умер его дядя и однопометники. Он моргнул, прогоняя нахлынувшую волну горя и вины. Херне, он не хотел никого в своем логове. Ему никто не нужен.

Шей ждал. Прошло более двух лет с тех пор, как Шея вызвали на территорию Рейнир. Два года, что они работали вместе как партнеры, пожалуй, единственное правильное решение, которое Пит когда-либо принимал.

Зеб стиснул руль так, что его костяшки побелели. Он доверял Шею свою жизнь. Мог ли он сделать это? Черт. Его горло сжалось, и его хриплый голос звучал грубо: — Я попытаюсь.

Шей внимательно посмотрел на партнера, но сказал только: — Уже хорошо.

Зеб завел двигатель, но затем выключил его, — Куда, черт возьми, мы едем?

Когда Шей рассмеялся, Зеб увидел Алека, прислонившегося к грузовику, ожидая их ответа на решение козантира. Мужчина подошел. Он не спрашивал, что они решили, вероятно, не нужно было.

— У вас двоих есть место на примете?

— Нет. — Зеб едва сдерживался, чтобы не зарычать на него.

— Хорошо. У нас с Калумом есть идея.

— Почему я не удивлен? — огрызнулся Шей.

Ухмыльнувшись, Алек указал на свой потрепанный пикап: — Следуй за мной, и мы посмотрим, подойдет ли оно вам.

Зеб повел свою машину к дороге. Отъехав от города примерно пятнадцать километров, они повернули налево к знаку с надписью «Лесные домики», и направились прямо в сосновый лес. Грунтовая дорога была усеяна глубокими выбоинами. Когда грузовик подпрыгнул, мужчина уловил запах боли. Шей побледнел и держался за травмированную ногу.

Зеб замедлился, объезжая выбоины.

— Я в порядке. — Челюсть его была напряжена, Шей указал подбородком на исчезающий пикап Алека. — Не останавливайся.

Скорее Ад замерзнет, чем этот идиот пожалуется на боль.

Зеб нахмурился. Отстойно, что в Айлилл-Ридж не было целителя. Из-за этого их раны заживали медленно. У Зеба всё было в порядке, но травмы Шея были ужасными. К сожалению, даже если в Колд Крик был целитель, теперь уже слишком поздно.

Массивная двухэтажная бревенчатая хижина — по дизайну похожая на таверну — появилась в поле зрения, и Зеб припарковался возле машины Алека. Сразу за зданием дорога сужалась, и крошечные тропинки расходились к маленьким деревенским домикам. «Лесные домики». Хорошее название.

Зеб выпрыгнул из пикапа. Мужчина сделал глубокий вдох, позволив свежему сосновому воздуху стереть зловоние выхлопных газов грузовика и пота Шея, наполненного болью. Колд Крик был определенно ближе к первобытной природе, чем Айлилл-Ридж. Покружившись на месте, Зеб уловил запахи оленей и лис и горький минеральный запах гномов, — Ваши горы хорошо пахнут.

Голос Алека донесся от входной двери здания: — Теперь это и ваши горы тоже. Несите свои задницы сюда и скажите мне, что думаете.

Зеб захлопнул дверь грузовика, пытаясь сдержать раздражение. Ему понравился оборотень, когда они встретились прошлой осенью на сходке. Но запах боли Шея терзал его нервы, собственная рука болела, и, черт возьми, понимание того, что ему придется жить с кем-то, — в общем Зеб почувствовал себя загнанной в угол жертвой.

Если МакГрегор не проявит осторожности, он разобьет ему лицо. Выпрямив спину, Зеб последовал за Шеем в домик. Алек посмотрел на Зеба, затем отошел и прислонился к стене.

Медленно вздохнув, Зеб огляделся. Спертый воздух свидетельствовал о том, что место было закрыто какое-то время. На нижнем этаже были полированные деревянные полы и большие окна. Слева расположилась небольшая стойка регистрации с кабинетом за ней. Дальше — зона отдыха вокруг камина. Справа было еще одно место с диванами, игровыми столами и книгами.

Зеб проследовал за Алеком и Шеем к задней двери. Комната с телевизором и тренажерный зал были слева. В центре задней части дома располагалась обеденная зона с разномастными столами — очевидно, это место можно было использовать как мини-гостиницу. Справа была кухня в деревенском стиле с круглым дубовым столом. Запах лимона и мыла указывал на то, что кто-то недавно убирался, но Зеб не заметил никаких следов живущего здесь домового, поэтому эту задачу выполнил человек или оборотень.

Дом был… уютным. Мышцы в груди Зеба расслабились, позволяя мужчине дышать глубже.

После продолжительного молчания, Алек сказал: — На втором этаже шесть спален и три ванных комнаты. — Он указал на широкую лестницу, отделяющую переднюю часть дома от задней.

— Здесь много места, — проворчал Шей. Мужчина был бледен, и Зеб сделал шаг к нему.

Взгляд Алека переместился с лица Шея на его ногу, а затем кахир опустился в кожаное кресло рядом с камином, — Позвольте мне рассказать вам, нашу идею.

Он сделал паузу, очевидно, не собираясь продолжать, пока мужчины не сядут. Пока Шей не сядет. Манипулятивный оборотень. Он начинал нравиться Зебу. Он выбрал один из диванов. Шей нахмурился, прежде чем занять другой диван. За его приглушенным вздохом облегчения последовало хмурое выражение лица, отражающее недовольство собственной слабостью.

— Говори, — сказал он Алеку.

— Мы слышали, что вы двое управляли небольшим рыболовецким лагерем в клане Рейнир. По слухам, он терпел убытки до вашего приезда.

Зеб кивнул. И этот мудак Пит снизил доход клана, закрыв лагерь.

Алек продолжил: — Это место приносило деньги, пока было открыто. Почти стопроцентная заполняемость в летний период. Зимой всегда есть несколько заядлых рыбаков, да и оборотни бронируют день или два, когда приезжают в город каждый месяц на сходки.

Козантир хотел, чтобы они управляли этим местом? Зеб мог бы взяться за эту идею.

— Владелец зарабатывал на хорошую жизнь — не роскошную, но хорошую, — сказал Алек. — Джеймс умер прошлой осенью, наследников нет, поэтому домик перешел на попечение козантира. Он предлагает вам попробовать. Управляйте этим сами. Документы от банковского счета домика находятся в кабинете — средств достаточно, чтобы вы смогли начать работу. Когда начнете получать прибыль, платите десять процентов в фонд Северных Каскадов.

Зебу удавалось сохранять невозмутимое выражение на лице, но рука сжала подлокотник дивана: — Мы не будем работать на вас?

Алек ухмыльнулся: — Калум говорит, что вы слишком независимы, чтобы быть хорошими наемными работниками.

— Черт, — сказал Шей. — Твой козантир экстрасенс?

— Хуже, — сказал серьезно Алек. — Он был адвокатом.

Зеб рассмеялся, прежде чем взглянуть на своего партнера и коротко кивнуть. Несмотря на постоянные приказы Пита, Шей в основном занимался бизнесом в лагере Рейнир — решение будет за ним.

— Я не беру долгосрочных договоренностей. — Шей нахмурился, его пальцы очертили шрам от клятвы на щеке. — Я дал клятву Херне убивать адских гончих. Когда Он зовет, я иду.

— Понял, — сказал Алек.

Сжав челюсть, Шей раздумывал: — Хорошо. Мы возьмем это место и посмотрим, как пойдет.

— Хорошо. — Алек посмотрел на часы и поморщился. — Я бы помог вам разгрузиться, но моя смена начинается через десять минут. Я вернусь завтра, чтобы обсудить адских гончих.

Мужчина добрался до входной двери, когда Зеб спросил: — Кем ты работаешь?

Улыбка Алека была озорной: — Я окружной шериф. — Он вышел и закрыл дверь.

Уставившись на дверь, Зеб думал о своей драке в баре две недели назад. И как он и Шей буянили в центре Айлилл-Ридж — разбили уличный фонарь и клумбу. И как он бросил оборотня в окно во время потасовки на сходке. Любой идиот старается избегать человеческих правоохранительных органов. Но шериф-оборотень, который также был кахиром?

— Мы влипли.

Глава 4

Колд Крик, территория Северных Каскадов

Ну что ж, я здесь. После того, как решила покинуть Сиэтл четыре дня назад, я здесь.

Четыре дня назад Бри решила начать поиски родителей и уехала из Сиэтла. Увеличив фотографию, она сумела разобрать вывеску на здании, изображенном на заднем плане — таверна «Дикая охота». Единственный во всех Соединенных Штатах бар с таким названием оказался в крошечном городке, расположенном глубоко в Каскадах.

Въезжая на своей «Тойоте» в Колд Крик, Брианна смотрела во все глаза.

А вот и таверна! Ее родители действительно были здесь. Ух, ты. Девушка затормозила, затем вздохнула и продолжила движение. Еще будет время со всем разобраться. Для начала нужно найти место где остановиться.

Примерно в квартале от таверны она заметила вывеску с надписью «Лесные домики». Бри надеялась остановиться в гостинице с завтраком в центре города, но сейчас — в межсезонье — та была закрыта на ремонт. Закон Мерфи[1] снова в действии. Владелец гостиницы сказал, что домики недавно вновь открылись и, возможно, там будет свободен хотя бы один.

Хорошо бы. Бри устало вздохнула. Если она не найдет место для ночлега, то, вероятно, разрыдается, как ребенок.

Брианна свернула на узкую грунтовую дорогу. Пока машина скрипела и жаловалась на каждую грязную выбоину, руки девушки крепче сжимали руль. Стиснув зубы, Бри старалась не падать духом. Посмотрите на меня. Мисс никогда-не-бывавшая-за-городом собралась остановиться в охотничьем домике в глуши. Класс! Но жалобный голос внутри нее, плачущий «я не хочу быть здесь», было сложно игнорировать. Я хочу домой.

Припарковав машину перед домиком, Бри скрестила руки на руле и опустила голову. Она ужасно устала. Глаза жгло, едва затянувшиеся раны на руке, спине и ноге ныли от долгих часов, проведенных в дороге.

Брианна вылезла из машины и закрыла дверь, чувствуя себя так, словно закрыла дверь и в свое прошлое. Но когда девушка вдохнула ледяной воздух, а раннее полуденное солнце согрело ее плечи, настроение немного поднялось. Снег таял, превращаясь в миниатюрные ручейки, словно в угоду крошечной фее, подглядывающей за ней с нависшей ветки. Расположенный за домиком и коттеджами склон поднимался всё выше и выше к покрытым ледниками горам.

Девушка поднялась по ступенькам на крыльцо. Не зная, стоит ли входить, Бри постучала в закрытую дверь.

— Подождите, — мужской голос.

Через минуту дверь открылась. Парень был огромным, ростом около метр восемьдесят и сложен как футболист, который принимал слишком много стероидов.

Чувствуя, как кровь отхлынула от лица, Бри поспешно сделала шаг назад. Живот неприятно скрутило. На днях, когда она заехала за своей зарплатой в ресторан, то обнаружила, что большие мужчины теперь ее… пугают. Очень пугают.

И внешность этого парня соответствовала его размеру. У него было худое лицо, со следами, словно он недавно побывал в драке. Твердая челюсть с ямочкой. Мужчина буквально источал тестостерон.

Брианна напряглась, ожидая, что парень двинется на нее.

— Я могу вам помочь? — он не шевельнулся.

Прилив адреналина иссяк, оставив ее истощенной и озябшей.

— Да, — девушка собрала всю свою решимость. — Я хотела бы арендовать домик. Есть ли у вас свободные, и можно ли их посмотреть?

Взгляд мужчины задержался на ее теле, и Бри напряглась, пока не заметила, что его внимание было сосредоточено на ее сжатых в кулаки ладонях.

Его глаза сузились, но он спокойно ответил:

— Да, у нас есть один свободный домик, и вы можете его увидеть. — Когда мужчина улыбнулся, вокруг его серо-голубых глаз появились морщинки от смеха, и девушка расслабилась.

Парень вернулся в домик и снял связку ключей с гвоздя.

— Предыдущий владелец «Лесных домиков» умер несколько месяцев назад, и это место было закрыто. Поскольку мы приехали сюда всего два дня назад, то еще не всё успели привести в порядок. Я Шей О'Доннелл. — Его глубокий голос был бархатистым и странно успокаивающим. Он кивнул на узкую грунтовую дорожку за хижиной. — Домики есть по всей тропинке, но мы успели привести в порядок только один. Сколько человек в вашей компании?

— Только я.

— Тогда хорошо. Там одна спальня. — Он, прихрамывая, прошел по крыльцу и спустился по ступенькам, явно стараясь не нагружать правую ногу.

Ну, по крайней мере, хромота замедлит его, если он попытается ее схватить.

— Как ты получил травму? — Она покраснела. Любопытная. — Прости.

— Ничего. Я столкнулся с кое-чем большим и быстрым. И проиграл.

Мужчина был, видимо, сильно раздражен из-за проигрыша. Девушка сразу же вспомнила о напавшем на нее монстре. Ах, нет, Бри, не будь глупой. Может, это был медведь. Она взглянула на деревья, которые могли укрыть кого угодно. Или, возможно, он просто попал в обычную автомобильную аварию.

— А что насчет тебя? — спросил мужчина.

Черт. Но это было честно.

— То же самое.

Определенно большой и быстрый, определенно проиграла. Брианна заставила себя дышать ровно и проигнорировала его любопытный взгляд. Они свернули на тропинку с грунтовой дорожки. Окруженный лесом бревенчатый домик казался крошечным на фоне гигантских деревьев.

— Домик Гензеля и Гретель? — пробормотала она.

— Как в сказке, верно? — Его медленная улыбка разгладила морщины боли возле рта.

Сколько ему лет? Около тридцати? Лохматые каштановые волосы падали ему на лоб и немного вились сзади, но Бри не заметила в них седины. Хотя, он выглядел довольно потрепано. Лицо боксера-профессионала. Нос был сломан, по крайней мере, один раз. Два голубоватых шрама выделялись на загорелой скуле: один в форме ножа, другой — примитивный набросок оленьих рогов. Тонкие параллельные шрамы пересекали его челюсть. Дрожь беспокойства пробежала по ее телу. Как он получил так много повреждений?

Мужчина открыл дверь, жестом пригласил ее внутрь и стал ждать, пока Брианна осмотрит помещение.

Стиль был деревенским. Она прошла через гостиную с дровяной печью, у которой стояли коричнево-зеленый диван и два потертых кожаных кресла. В задней части было жалкое подобие кухни и маленький круглый стол с тремя стульями. Ванная слева, крошечная, но чистая, с темно-зелеными полотенцами. В спальне стояла двуспальная кровать с красивым стеганым одеялом ручной работы, комод и прикроватная тумбочка. Не было шкафа, в котором можно спрятать скелет. Одним местом для беспокойства меньше.

Входная и задняя двери были из массивного дуба. Переднее окно было большим и… девушка присмотрелась к нему. Внутри окна стояли металлические решетки, открывающиеся внутрь. Брианна снова вспомнила, как легко монстр прошел через стеклянную дверь. Девушка развернулась, проверила другие окна и пошла в спальню. На всех окнах были решетки. Возможно, владелец действительно столкнулся с медведем. Она тоже предпочла бы медведей монстрам. Бри обернулас.

— Я возьму…

Мужчина стоял в спальне, его большая фигура загораживала дверь. Девушка задохнулась и отступила так быстро, что врезалась в стену. Боль пронзила ее раненое плечо и руку, а ноги задрожали. Сердце колотилось, Бри подняла кулаки и встала в стойку. Будь она проклята, если всю жизнь будет бояться всего и всех. Не сейчас. Она это уже проходила, и получила черный пояс за опыт.

Мужчина вдохнул, и его ноздри расширились, пока он изучал ее.

— Расслабься, милая. Я не нападаю на женщин. — Он отступил назад и прошел в гостиную.

Бри раздраженно выдохнула и прижалась к стене. Мне нужен пистолет. Конечно, застрелить хозяина означало бы, что сегодня ей негде будет спать, а ей действительно нужно где-то остановиться. Если он вообще позволит ей сейчас арендовать этот дом. Вероятно, он подумал, что она сумасшедшая. Она вышла из спальни и увидела, что мужчина опирается на дальнюю стену.

— Прости. Слишком много кофеина делает меня нервной, — сказала она.

— Да, я слышал, что так бывает, — выражение его лица говорило, что он не поверил ни единому слову.

— Зачем вам металлические решетки на окнах?

— Когда домики пусты, твари могут быть проблемой.

Твари. Она вздрогнула. Глаза цвета зимнего неба изучали ее.

— Слишком много кофеина, ага, — сказал он сухим голосом.

***

Она подписала документы об аренде и протянула чек.

Боже, три недели — слишком долгий срок для отсутствия. Выпив обезболивающее, — она действительно сильно ударилась об стену, — Брианна приняла душ и заставила себя прекратить мыться. Наступит ли когда-нибудь время, когда она перестанет ощущать вонь этого существа на своей коже? Не будет чувствовать себя грязной?

Распаковав вещи, девушка легла на кровать, но попытка расслабиться с треском провалилась. Это было не ее место. Здесь всё было чужим. Она хотела вернуться домой. Этого не произойдет, так что смирись с этим, Бри.

С другой стороны, у нее никогда не было дома в детстве, поэтому она пропустила этап тоски по дому, и ей нужно было пережить это сейчас. Ее губы изогнулись в кривой улыбке. Сейчас ей нужно просто поспать.

Но она не могла выкинуть из головы металлические решетки на окнах. Они выглядели легко открывающимися изнутри, а сможет кто-то или что-то открыть их снаружи?

Не в силах избавиться от навязчивой мысли, Бри подняла окно и вышла на улицу. Протянув руку за окно, она попыталась достать защелку, которая позволяла ей открыть решетку. Не удалось. Она прислонилась лицом к стеклу, чтобы проверить, докуда дотянулись ее пальцы.

— Если ты пытаешься проникнуть внутрь, попробуй через дверь. Она открыта, — мужской голос звучал как скрип гравия.

Бри развернулась и врезалась в стену домика. Боль пронзила плечо. Черт возьми! Поставив ноги в стойку, она подняла кулаки и взглянула на человека.

Ее позвоночник заледенел, словно зажатый в ледяной руке. Приказывая своим легким снова работать, она уставилась на мужчину. Он был даже выше владельца домика, на одной щеке виднелась такая же, похожая на клинок, синяя отметина. Зловещие белые шрамы покрывали его шею. Предплечья. Его сильные руки. Его глаза были темно-карими, почти черными, ужасающе холодными, словно не принадлежали человеку.

Парень выглядел так, будто он убивал щенков ради забавы.

— Я не вламываюсь, — сказала девушка, стараясь не вести себя как парализованный кролик. Она медленно отошла от стены и опустила кулаки. — Это мой домик.

Прямые черные волосы спадали мужчине на плечи, и у него был смуглый цвет лица как у коренных американцев. Его брови поднялись, — У нас есть арендатор?

У нас? Пожалуйста, скажите, что этот жутко выглядящий тип не был ее арендодателем. Он не был похож на Шея. Ну, кроме того, что он был действительно огромным. Шей был довольно милым, а этот парень выглядел так, словно мог разорвать на части медведя. Голыми руками.

— Шей сдал мне этот домик. — Не ты.

— Я Зеб Дамрон. Шей и я вместе управляем этим местом. — Он навис над ней — слишком похоже на ее кошмары — и протянул руку. — У тебя есть имя?

— Брианна Галлахер.

Девушка стиснула зубы. Я в порядке. В порядке. Я могу прикоснуться к нему. Она покончила с этим страхом еще подростком, после того как мистер Харви попытался ее изнасиловать. Она просто должна справиться с этим снова. Поэтому, когда его покрытая шрамами, огрубелая рука сомкнулась на ее, Бри сильно сжала ладонь, пытаясь сломать его кости и показать ему, какая она сильная сука.

Выражение его лица не изменилось.

— Я заставляю тебя нервничать. — В его голосе не было ни тени сомнения, так же, как и триумфа. Просто сухое утверждение.

Она отдернула руку: — Не то что бы…

— Не лги, — его ноздри расширились. — Или «пугаю» будет более подходящим словом?

Определенно. Зубы снова стиснуты вместе.

— Может быть, я просто не люблю напористых парней. — О да, Бри, взбеси огромного арендодателя.

Уголок его рта слегка приподнялся.

— Прости.

— Я… — Как он перешел от того, что напугал ее, до того, что заставил чувствовать себя грубой? — Ты… вокруг никого нет… — Молодец, глупышка, намекни, насколько здесь уединенно. — Ты большой. И мужчина.

— Ни один мужчина не причинит вреда женщине, — сказал Зеб, его слова были удивительно похожи на слова Шея. Его темные брови нахмурились, а глаза смотрели пристально. — Но ты не веришь этому.

— Я знаю, что это неправда. — Тяжесть навалилась на нее, придавливая к земле. По телу снова пробежала дрожь.

Скрестив руки на груди, мужчина внимательно изучал Бри. Закатанные рукава его фланелевой рубашки открывали его запястья, которые были толщиной с ее предплечья.

— Маленькая женщина, если тебя беспокоит мужчина, скажи мне. Я позабочусь о нем для тебя. — Его щека сморщилась. — Одна из услуг в «Лесных домиках».

Он был серьезен. Он был действительно серьезен. Как мог мужчина напугать ее до смерти и в то же время заставить ее чувствовать себя в безопасности?

Он пах свежим сосновым лесом и ничем не напоминал чудовище. Ей почти удалось улыбнуться.

— Гм. Да. Спасибо.

Мужчина кивнул и направился обратно в лес. Молча.

***

Зеб вошел в хижину и принюхался. Запаха говядины и лука, наполнявшего воздух, было достаточно, чтобы издать голодный волчий вой. Он нашел Шея на кухне, где тот размешивал что-то в кастрюле. Кухонные столешницы были завалены кожурой от овощей, мясом и грязной посудой.

Зеб постарался не поморщиться: — Ужин?

— Да. Я нашел продуктовый магазин. Крошечное место в центре города. А завтра готовишь ты, сынок.

Зеб зарычал. Шей вырос в одной из более изолированных от внешнего мира деревень даонаинов, которые всё еще жили древними традициями и языком. За последние два года Зеб выучил несколько слов.

— Я тебе не сынок. — Сынок, еще чего. Типичный доминантный волк, увлекающийся всем отцовским. Ему нужна была стая, чтобы нянчиться, а не партнер. — Ты даже не на десять лет старше меня.

Шей фыркнул: — Я чувствую себя старше. Кстати, я сдал соседний домик.

— Да, я встретил ее. Милая маленькая женщина. Хоть и напугана.

Она активировала каждый защитный инстинкт в его теле — только вот испугалась она его. Зеб проверил холодильник. Шей купил темное и светлое пиво. Хороший парень. Он схватил каждого по бутылке и сел за кухонный стол, отодвигая разбросанные газеты. С пивом или без, наличие человека в его жилом пространстве было странным. Черт.

— Определенно напугана. — Накрыв кастрюлю крышкой, Шей сел и положил свою травмированную ногу на соседний стул. — Она вела себя как пойманная в ловушку мышь, когда я загородил дверь в домике.

Темное солодовое пиво было холодным с мягким привкусом.

— Да. Она продемонстрировала то же самое мне. Я ей сказал об этом.

— Зеб, у тебя такта, как у гнома.

Это было обидно. Гномы были самыми грубыми из всех Других Существ, хуже некуда.

— Она сказала, что я большой, а вокруг никого и дом в изоляции. По крайней мере, она не убежала с криком. — Зеб потягивал пиво.

Да, он видел ужас в этих больших голубых глазах, но девушка пыталась не показать страха. Она даже подняла свои маленькие кулачки. Восхитительно.

Брови Шея сошлись: — Изолирован? Она боится мужчин?

— Возможно. Она двигалась, как будто травмирована, пахла свежей кровью, но не типом лунного цикла. С другой стороны, она женщина — их трудно понять. — Он никогда не проводил время с женщинами за пределами ночи сходки.

— Да. И человек. Их модели спаривания странные. — Шей потер подбородок. — Мы должны выяснить, есть ли у нее повод для беспокойства. Не хотел бы я, чтобы какой-то придурок явился сюда и беспокоил нашего первого арендатора.

— Ты выясняешь. Я проинструктирую мужчину по поводу манер.

— Я поговорю с ней, и мы оба изобьем его до полусмерти.

Зеб нахмурился. Пожал плечами. Без разницы. Главное, что ему не придется расспрашивать ее. Чувства такта не было в его коротком списке талантов.

Шей поставил свой напиток на стол.

— Ужин еще готовится. Давай проведем разведку.

Хорошо бы знать, чего ожидать до следующего новолуния. Большая часть снега сошла, но следы могут остаться в грязи. Адские гончие были тяжелыми.

— Твоя нога готова к этому?

— Клянусь копытами Херне, я выгляжу так, будто мне нужна мама?

Мужчины разделись и вышли через боковую дверь в зону, скрытую деревьями и кустами. Предыдущий владелец был осторожным даонаином.

Первая четверть луны была высоко в черном небе. Неся холод с заснеженных вершин, ветер качал кусты и заставлял шуметь голые ветви деревьев. Зеб трансформировался в животную форму, чувствуя, как дар любви Матери пробегает по нему, и слушая сладкую песню дикой природы. Он навострил уши, чтобы поймать шорох крошечных зверушек на мертвой траве, медленный взмах крыльев совы над головой. Запах Шея смешался с более слабыми запахами оленей и пумы, спускающихся с горы. Шей тоже трансформировался, превратившись в ширококостного тяжелого волка со светлым серебристо-серым мехом.

Зеб увидел проблеск желтого света в кустах, указывающего, что маленькая человечка еще не спит. Хорошо, что он запер окна ее домика. Она будет в безопасности. С другой стороны, адские гончие предпочитали оборотней людям, поэтому ее будут игнорировать, если только поймают запах оборотня первым.

Шей гавкнул, привлекая его внимание, и прыгнул в лес. Зеб последовал за ним.

***

В понедельник Бри сидела на скамейке и рассматривала улицы Колд Крика. Горный городок был дружелюбным маленьким местом, решила она. Полосы движения были разделены причудливыми зелеными островками, которые проходили по центру каждой улицы. Железные скамейки, старинные уличные фонари и высокие деревья на прямоугольных площадках, придавали городу атмосферу «присядь и останься здесь надолго».

Жизнь здесь текла медленнее. Никто не спешил — люди гуляли, останавливались, чтобы пообщаться с друзьями. И, судя по всему, они в основном ходили пешком, так как в каждом квартале были припаркованы только две или три машины. Брианна покачала головой, чувствуя себя здесь чужой.

Прошлой ночью отсутствие уличного шума беспокоило ее больше, чем уханье совы и шорохи за окном. Когда она встала, в ее домике было холодно, даже холоднее, чем в городе, когда шел снег.

Девушка закусила губу, ощущая, как в животе образовался большой комок тоски по дому. Я хочу в свою квартиру со своими вещами — моей кухонной утварью, моими книгами, удобной кроватью, заваленной яркими подушками и мягкими простынями. И я хочу пойти на работу и печь пироги и торты, которые делают людей счастливыми.

Обхватив себя руками, Бри раскачивалась взад-вперед. Я хочу Эшли. Я хочу своих друзей. Эрик будет скучать по ней — она всегда нянчит его по воскресеньям. Будет ли он думать, что она забыла его?

Под одним из обнаженных деревьев двое малышей, не обращая внимания на мать, играли в луже растаявшего снега. Брианна вздохнула, ее сердце болело, желая, чтобы у нее была такая же пара деток. Как маленький Эрик. Но шансы на это были ничтожны и становились все меньше. Ни один мужчина не вызвал у нее интереса, а теперь только одна мысль о сексе вызывала дрожь.

Разве это не весело быть напуганной?

Вздохнув, девушка выпрямила спину, чувствуя, как внутри разливается холод. Это, а также головные боли, странные взрывы слез и смеха, внезапные страхи были неприятными, но она испытывала эти чувства раньше и знала, что они со временем исчезнут. Она пережила почти изнасилование в подростковом возрасте, переживет и сейчас, и станет сильнее.

Еще один раунд, такой же, как первый.

В качестве определенной терапии в то время, Сенсей учил ее защищаться. Значит нужно сделать то же самое сейчас, только что-то более эффективное, чем кулаки. Не обращая внимания на пульсацию в ноге, девушка направилась через улицу.

Небольшой магазин хозяйственных товаров — старомодный с деревянным полом и наполненный ароматами металла и масла, — был не больше угла в гипермаркете Walmart. В одной из сторон прилавка находились спортивные товары и оружие, и Брианна склонилась над ним, пытаясь сообразить, что взять.

Молодой продавец подошел ближе, явно желая помочь, и девушка обратилась к нему.

— Мне нужен пистолет. Что-то большое, способное остановить медведя-монстра.

— Вам нужно оружие? — Глаза продавца расширились, прежде чем он спохватился. — Ой. Хорошо. Позвольте мне показать вам, что у нас есть.

Он выложил пистолеты на прилавок, и она остановилась на крупнокалиберном самозарядном пистолете. Он был впечатляюще огромным.

— Срок оформления пять дней, прежде чем вы можете его забрать. — Парень убрал пистолет обратно в прилавок.

— Я знаю. — Иначе купила бы пистолет еще в Сиэтле. — Эм. — Бри взглянула на бейдж продавца. — Уоррен, я не умею стрелять. Есть ли здесь полигон, где я могла бы научиться?

— Не в Колд Крик. Люди здесь используют винтовки, а не пистолеты. Только шериф носит пистолет.

Девушка покачала головой. Ей сейчас не хотелось общаться с правоохранительными органами.

Продавца озарило: — Эй, есть два новых ка… ээм, два новых человека, которые только что переехали сюда. Оба они используют пистолеты для охоты… судя по тому, что я слышал, они очень хороши в этом.

Ну, это была блестящая рекомендация.

— Замечательно. Как их зовут?

— Шей и Зак или З… как-то. Они управляют «Лесными Домиками».

Бри сглотнула, и ее предвкушение испарилось, как будто мистер «З… как-то» наступил на него своим огромным ботинком.

Глава 5

Крепкий ночной сон и целый день безделья способны творить чудеса. Айпод и Элвис составляли Бри компанию, когда она делала уборку под бодрый припев: «Ты всего лишь гончая собака».

Но домик был небольшой, и теперь ей стало безумно скучно. Ни друзей, ни работы. Она даже не может тренироваться, пока не поправится еще немного. Пфф.

Девушка взглянула на фотографию и браслет на кофейном столике. Пора начать поиск родителей.

После душа — третьего за день — Бри надела толстовку и сунула фото в карман джинсов. Дым от дровяной печи всё еще тянулся из трубы, когда она вышла на улицу. Взглянув на свою машину, девушка пошла пешком по заснеженной грунтовой дороге. Прогулка пойдет ей на пользу, да и день был прекрасным. Тихий снегопад прекратился после полудня, оставив небо поразительно синим, а воздух — свежим. Деревья раскачивались на легком ветру. Снег сыпался с более высоких веток, щекоча щеки холодными поцелуями.

Когда Бри достигла конца короткой дороги, ведущей к «Лесным домикам», ее раненое бедро начало гореть. Девушка замедлила шаг, улыбнулась, заметив бескрылую фею, выглядывающую на нее из дупла в дереве. В лесу их было намного больше, чем в Сиэтле.

Справа испуганно вскрикнула птица и вспорхнула из высокого дуба. Бри резко обернулась и замерла.

Гигантская собака вышла из кустов на дорогу. Когда пасть зверя открылась, обнажая длинные острые клыки, всё внутри Бри похолодело. Нет, нет, не снова. Девушка сделала шаг назад, сердце бешено стучало в грудной клетке.

Пес остановился и помахал своим пушистым хвостом. От страха по спине Бри катился пот, когда она уставилась на животное. Затем девушка вздохнула. У него был мех. Собачья морда. Тоже мне повод для паники, дурочка. Это был не какой-то ужасающий костлявый монстр, а просто собака с пушистым мехом, красивыми желтовато-карими глазами, виляющая хвостом, что было хорошим знаком, даже она это знала. Не то чтобы она встречала много больших собак в многоквартирных домах.

Может быть, я могу погладить его. Бри протянула руку.

— Посмотри на себя. Разве ты не милый?

Густой серебристо-серый мех на спине переходил в золотистый по бокам и… ох, он держал одну лапу поднятой.

— Тебе больно, малыш? — она опустилась на колени на дороге. — Можно посмотреть?

Он, — а это был определенно он, как заметила Брианна, — слегка поскулил и подошел к ней. Черт, он был действительно большим. Большой и лохматый, но любой мог заметить, что он одарил ее характерной собачьей улыбкой.

Девушка погладила пса, потрепала его мех и почесала под подбородком, пока серебристая собачья шерсть не покрыла ее темно-синюю толстовку.

Постепенно она успокаивала его, чтобы осмотреть его лапу. Мех там был испещрен морщинистыми красными полосами, но открытых ран не было.

— Держу пари, это больно, но я думаю, что уже слишком поздно везти тебя к ветеринару, чтобы тебя осмотрели, малыш. — Он сунул нос под ее руку, требуя больше ласки. Она засмеялась и подчинилась. — Ты явно охотничья собака, всё в порядке. И милашка. Ни в одной из моих приемных семей не было собак. — После этого жизнь на улице, а затем и в квартире, не предусматривала для нее никаких пушистиков. — Итак, Элвис. — Она улыбнулась, довольная, что дала ему имя. — Приходи сегодня вечером к моему домику, и я поделюсь с тобой стейком. — К дикому восторгу девушки, он взмахнул хвостом взад-вперед, и гавкнул один раз, прежде чем убежать в лес.

Через несколько минут она уже стояла на стоянке около «Дикой Охоты». Бри вытащила старую фотографию из кармана и подняла ее. Двухэтажное бревенчатое здание ничуть не изменилось за последние двадцать с лишним лет. Мурашки побежали по телу. Ее мама и папа стояли прямо здесь, держа ее на руках. На мгновение они показались девушке очень реальными.

Брианна отодвинула это чувство в сторону. За прошедшие годы их значимость уменьшилась. Больше всего на свете она просто хотела вписаться куда-нибудь. Иметь дом. Не быть странным человеком, который видит невидимых существ.

Дверь таверны была тяжелой, и потребовались усилия, чтобы ее открыть. Когда Бри вошла внутрь, ее плечо и рука заболели одновременно с ногой, и девушка чувствовала себя измотанной. Ей ведь всего двадцать шесть лет, а казалось, что она старуха.

Войдя, Брианна огляделась. Круглые дубовые столы были безупречно чистыми, настенные светильники сияли, как и длинное зеркало на дальней стене. Попкорн и жареный арахис создавали успокаивающий аромат, а звуки кантри, доносящийся из музыкального автомата, довершали картину. Бри совершенно точно понравилась идеальная атмосфера таверны.

Более того, люди соответствовали обстановке. Футболки, фланелевые рубашки, джинсы, жилетки. Определенно более непринужденно, чем в городе, но не в плохом смысле, и гораздо более приятные, чем на мясном рынке Сиэтла.

Итак, кому начать задавать вопросы? Может, бармену? Девушка пересекла комнату и скользнула на барный стул. Когда бармен подошел, она нахмурилась. Похоже, все мужчины здесь были ростом выше метр восемьдесят. Разве средний рост не должен быть метр семьдесят пять? Белая рубашка бармена подчеркивала смуглый цвет лица и поджарую мускулатуру. Он был не таким огромным, как два ее арендодателя, но все же… Может быть, все они рубят дрова в свободное время?

— Что я могу предложить вам выпить? — его легкий английский акцент и угловатые черты лица не совсем соответствовали обстановке кантри, как и черные волосы до плеч, завязанные сзади лентой.

— Диетическую колу, пожалуйста.

Через минуту он поставил перед ней полный стакан.

— Если не трудно… — она протянула ему свою потрепанную фотографию, — я думаю, что снимок был сделан перед вашей таверной.

Мужчина взял фотографию, посмотрел на нее, и черная бровь изогнулась.

— Она довольно старая.

— Не меньше двадцати трех лет, думаю. — Это было ее лучшее предположение, учитывая, что ее социальный работник сказал, что ей было около трех лет, когда ее нашли. — Может быть, вам знакомы люди на ней?

— Мне жаль, но нет. — Он перевернул фотографию и слабо улыбнулся, увидев фиолетовые каракули на обратной стороне. — Этот ребенок это вы?

— Ммммм. Я надеюсь, что кто-нибудь в Колд Крик узнает этих людей.

Судя по сочувствующему взгляду, он всё понимал и был достаточно тактичным, чтобы не задавать лишние вопросы.

— Некоторые люди живут здесь уже сорок или пятьдесят лет. Вы можете спросить у Джо Торсона в книжном магазине или у Альберта Бати в бакалейной лавке.

— Спасибо. Я так и сделаю.

Брианна забрала фотографию, чувствуя себя опустошенной. Она действительно думала, что может взмахнуть ею в воздухе, и кто-то поспешит к ней со словами: «Моя давно потерянная дочь вернулась ко мне». Ее родители, вероятно, просто остановились, чтобы выпить по пути в другое место. Тем не менее, это была отправная точка. Завтра она вернется в Колд Крик.

— Я не помню, чтобы видел вас здесь раньше. — Бармен изучал ее, вытирая пятно на сверкающей барной стойке. — Ты остановилась в городе?

— Она арендовала домик. — Зеб скользнул на стул рядом с девушкой.

Она развернулась так быстро, что чуть не опрокинула колу. С колотящимся сердцем Бри оторвалась от своего табурета и встала на ноги, увеличивая расстояние между ними.

— В следующий раз пошуми немного или что-то в этом роде, хорошо?

Но она больше злилась на себя, чем на него. Нужно преодолеть эту реакцию, как у мыши.

— Прости. — Глаза цвета самого темного шоколада изучали ее. — Хочешь, чтобы я сел подальше? — он указал подбородком в конец бара.

Да.

— Нет. Всё в порядке.

Она вдохнула и начала расслабляться. Монстр из Сиэтла пах гниющим мясом, а у Зеба был чистый, интригующий запах, похожий на лес за ее домиком. Бри заставила себя вернуться на стул, старательно игнорируя, насколько широкими были его плечи.

— Какие-то проблемы? — ледяным тоном спросил бармен Зеба. Когда Зеб не ответил, он взглянул на нее. — Мисс?

— Почему все мужчины в этом месте такие чертовски высокие? И большие? — спросила она, не подумав.

Зеб фыркнул.

— Наверно, в воде что-то есть, — сказал бармен без тени улыбки. Он поставил пиво перед Зебом, а затем снова обратил свое внимание на Бри. — Я Калум. Пожалуйста, зови меня, если понадобится помощь. — Он наклонил голову к Зебу и добавил, — Однако боюсь, я не могу сделать его меньше.

Она заставила себя улыбнуться: — Спасибо.

Разве это не обидно? Если бы Зеб был ниже — скажем, около метр семьдесят — она могла бы найти в себе силы попросить научить ее стрелять.

Когда Калум ушел, невысокая брюнетка подошла к стойке и хлопнула по ней ладонью.

— Эй, бармен, четыре темных и светлое пиво.

Калум повернулся, его брови грозно нахмурились: — Виктория? Что ты здесь делаешь? Где Рози?

Официантка, казалось, ничуть не испугалась.

— У ее дочери начались схватки. Ее не будет сегодня вечером.

— То есть ты сегодня будешь ее заменять?

Девушка оглядела комнату: — Это не проблема. Людей не так много… — ее взгляд остановился на Зебе, и она покраснела от своего глубокого декольте до лба.

***

Улыбка Зеба померкла, когда маленькая самка, с которой он почти спарился осенью на сходке, стала ярко-красной. Из-за стойки послышалось яростное рычание козантира.

Ох, черт. Зеб соскользнул со стула и попятился. Он повернул голову. Нехорошо — глаза козантира стали цвета ночи.

Зеб заговорил осторожно: — Вики, козантир расстроен.

Девушка посмотрела на бармена, и у нее отвисла челюсть: — Черт! Хм, Калум? Это… я просто не ожидала… — она беспомощно посмотрела на Зеба.

— Калум, — тихо сказал Зеб. — Наша единственная встреча была на сходке. Она не хочет меня. — Он протянул руку к Вики. — Дай мне свою руку. Медленно.

Ее маленькие пальчики были размером с пальцы Брианны, заметил он. Когда поднял ее руку, он увидел два парных браслета. Виктория была связана с двумя мужчинами, и, очевидно, одним из них был Калум. Ее запястья были пусты прошлой осенью. Новые связи не всегда были стабильными. Надеясь, что ему не разорвут горло, он поцеловал ее в запястье, услышав еще один низкий рык.

Даже не потрудившись проверить запах, он протянул руку Вики к ее спутнику.

— Никакого притяжения. Просто сходка.

Наклонившись над стойкой, Калум взял запястье девушки в свою руку и вдохнул запах. Успокоился. Прижав ее руку к груди, он закрыл глаза, делая глубокий и медленный вдох. Прошло несколько секунд. Когда он открыл глаза, его радужки снова стали темно-серыми.

Зеб облегченно вздохнул и попытался расслабить мышцы.

— Прости меня, кахир, — сказал Калум. Он поцеловал пальцы своей пары, прежде чем отпустить ее. — Я слишком остро отреагировал.

— Новая пара. — Зеб пожал плечами. — Если бы мне не нравилось быть в шаге от смерти, я бы не был кахиром.

Калум поморщился, затем перевел взгляд на свою спутницу жизни: — Виктория, могу я поговорить с тобой на кухне? — И направился туда, не дожидаясь девушки.

— Черт возьми, это было жутко. — Вики откинула длинные каштановые волосы назад и улыбнулась Зебу. — Прости. Я слышала о приезде новых кахиров, но не думала, что один из них, это ты. Прошлой осенью была моя первая и единственная сходка, поэтому я всё еще… — она снова покраснела. — Черт. Добро пожаловать в Колд Крик?

— Спасибо. — Зеб дернул головой в сторону кухни. — Иди, пока он не вышел за тобой.

— В самом деле. Этот паршивец может сделать это.

Зеб наблюдал, как ее спутник схватил Вики, едва девушка прошла через кухонную дверь. Учитывая, какой маленькой она была, она почти исчезла в объятиях Калума. Посмеиваясь про себя, Зеб поднял пиво и сделал большой глоток. Жаль, что Вики уже связалась с Калумом и Алеком, когда он встретил ее — ему бы доставило наслаждение спаривание с ней. Если подумать, завтра полнолуние. Будет сходка.

Какой-то шум вернул мужчину в реальность. Он взглянул на женщину, сидящую рядом с ним. Ее глаза были такими большими и голубыми, что смотреть в них было всё равно, что окунуться в горное озеро.

— Он собирался напасть на тебя?

О, черт, они устроили это представление перед человеком. И говорили неосмотрительно. Как это исправить? Что-то быстро придумывать было задачей Шея.

— Ах, его… у нас с его женой была в прошлом, — почти спаривающаяся, — встреча. — Они с Калумом женаты недолго, и он всё еще незамедлительно начинает ее ревновать. — Тот тип ревнивца, который выпотрошит мужчину и оставит его кишки разбросанными по полу.

— Серьезно? — она отхлебнула свой напиток, а затем эти голубые глаза уставились на него, как фары полицейской машины. — Что означает Кахир и Ко-зан-что-то?

— Местный сленг. — Когда дверь бара открылась, Зеб обернулся, надеясь выкрутиться из ситуации.

Алек. Это сработает. Всё еще в форме, шериф пересек комнату, помахав женщинам, играющим в бильярд. Просто дружелюбный полицейский с подкрадывающимся шагом верпумы. Обе женщины смотрели на него с неприкрытым вожделением.

Алек остановился рядом с Зебом.

— Кa… — взглянув на Брианну, он быстро исправился, — может, сядем за стол?

— Хороший план. — Пойти туда, где они могли бы говорить, не подвергая цензуре свою речь из-за человека.

— Позволь мне взять выпивку, — Алек нахмурился из-за отсутствия бармена, посмотрел на кухню, и его брови поползли вверх. — Должен сказать, что обслуживание в этом заведении, к сожалению, за последние несколько месяцев сильно упало.

Зеб проследил за его взглядом. Калум одной рукой удерживал за талию свою пару, а другой — ее задницу, и целовал так, словно это была ночь сходки, и Вики была в течке. Он фыркнул.

Когда Бри засмеялась, Алек слегка улыбнулся ей: — Вы недавно в городе?

Зеб нахмурился и придвинулся ближе к маленькой женщине.

— В воде определенно что-то есть, — пробормотала она, переводя взгляд с Алека на Зеба. — Брианна Галлахер, и я снимаю номер в «Лесных домиках».

После секундного колебания девушка протянула руку. Вчера она не вызвалась пожать руку Зебу.

— Алек МакГрегор. Добро пожаловать в Колд Крик. Если я смогу чем-нибудь помочь тебе на новом месте, дай знать.

— Спасибо.

Алек улыбнулся Зебу и пошел за барную стойку, чтобы взять себе напиток.

Когда Зеб повернулся, чтобы отойти, Бри протянула руку. Через мгновение она фактически коснулась его руки.

— Я… я действительно хотела поговорить с тобой. Об обучении стрельбе из пистолета.

— Стрельбе? Зачем женщине оружие?

Она закатила глаза.

— Я думала, что все динозавры вымерли. Стрельба по мишеням — мое новое хобби, и мне нужны уроки.

— Нет.

— Мужчины. — Со спутанными волосами и распухшими губами Вики подошла и улыбнулась Брианне. — Они невыносимы, но если у тебя есть оружие, по крайней мере, ты можешь застрелить их.

— Именно так я и думала. — Бри раздраженно посмотрела на Зеба, а затем прикусила нижнюю губу между белыми ровными зубами.

Мягкие губки. Розовые и…

— Если я не буду брать уроки, — сказала она, — я, вероятно, прострелю себе ногу.

— Я слышала, что Зеб чертовски меткий, — сказала Вики. — Лучшего инструктора и не придумаешь.

Что, черт возьми, сейчас делает пара козантира? Разве кто-то не говорил, что она чертовски хороша в бою и с оружием? Почему тогда она бросила его к… этой голубоглазой человечке?

Брианна бросила на него умоляющий взгляд, всё еще кусая губу. Эти губы просто умоляли о мужском рте. Но она — человек. Зеб нахмурился. Девушка вздрогнула и сделала шаг назад, в воздухе появился запах страха.

— Не беспокойся. Я найду кого-нибудь еще.

Он должен привыкнуть к тому, что его не любят и, блять, ему было всё равно, если он пугал мужчин. Но было больно знать, что он пугал маленьких самок.

— Ты получишь свой пистолет, — прорычал Зеб, еще больше разозлившись, когда девушка снова отступила на шаг от него. — По крайней мере, я покажу тебе, что значит скучать по своей ноге.

В ее запахе всё еще ощущался страх, но когда она улыбнулась, то ему пришлось прикрыть веки, чтобы не смотреть в эти голубые глаза. Блять. Вики, возможно, и подтолкнула его, но он был тем, кто предложил свое горло. Человеку.

Глава 6

Колд Крик, Территория Северных Каскадов ~ Полнолуние

Бри проснулась за пару часов до рассвета. Поднявшись с кровати, она ступила на холодный пол и, ворча, натянула одежду. Бросив взгляд на обогреватель, она выхватила из корзины полено, опустилась на колени у еще теплой дровяной печи и открыла дверцу. Горячие угли тлели под белым пеплом. Поднялся шквал искр, когда что-то в углях шевельнулось. Голова, похожая на голову ящерицы, поднялась, и черные глаза-бусинки сверкнули на нее. Взвизгнув, Бри упала на задницу, прямо на заживающую рану. Существо уставилось на нее, пошевелило своим змееподобным телом и успокоилось.

Вау. Бри в ответ уставилась на него. Почти такого же размера, как бескрылые феи, но, черт возьми, она никогда не видела их в огне. Существо не выглядело злым, не было похоже на монстра. Или таракана.

На самом деле, оно было почти милым, как рептилия, со светящимися чешуйками, которые светились красным, как угли. Его голова повернулась к полену, которое Бри уронила, и существо снова начало извиваться.

— Ты хочешь больше огня? — медленно спросила она.

Очень восторженное шевеление.

— Когда моя жизнь успела стать такой странной? — Она положила полено на угли рядом с рептилией. Дерево быстро загорелось, посылая вверх довольно яркое пламя. Бри наблюдала за существом, когда его длинный хвост мерцал то сильнее, то слабее. Как могло там что-то жить?

Но оно прыгнуло в огонь и закружилось в пламени, словно с любовником. После того, как в дымоход взлетел фонтан искр, существо нырнуло обратно в угли, игривое, как дельфин на волнах. Пламенный танцор. Усмехнувшись, Бри откинулась назад, чтобы насладиться шоу.

В конце концов, ее нога объявила, что ее нужно размять, и она поднялась.

— Извини, приятель, мне нужно заняться делом.

Рептилия ответила дерзким взмахом хвоста, когда девушка закрыла стеклянную дверцу.

Бри бродила по своему медленно прогревающемуся домику и хмуро смотрела на плохо оборудованную кухню. Почему она не упаковала свои кастрюли и сковородки с медным дном? И несколько ножей. Специи. Она покачала головой. С таким же успехом можно готовить на костре — по крайней мере, это принесло бы приятный бонус в виде аромата дымка. Ящерицы жили в печах? Они были как феи в цветах и чем-то, что могла видеть только она?

— Хотела бы я знать, существуют ли эти существа на самом деле, или меня нужно упрятать в психушку, — пробормотала она. Чтобы успокоиться, она включила Леонарда Коэна с какой-то меланхоличной песней, сварила кофе, и, решив испечь хлеб, поставила подниматься тесто.

На этом изобретательность закончилась. В очередной раз обойдя все комнаты в домике, она чувствовала поднимающееся раздражение от одиночества. Эй, кто-нибудь? — и заметила, что сквозь синие занавески в передней части домика просачивается свет. Она посмотрела сквозь них.

Свет исходил от полной луны. Ну, неудивительно, что она была раздражительна. Ей всегда нездоровилось, и она становилась беспокойной в полнолуние.

Как ее подруги с ПМС — что-то такое, чего она никогда не испытывала.

ПМС. Черт, я чуть не забыла. Она направилась в ванную, чтобы найти косметичку с туалетными принадлежностями. Черт, черт, черт. Противозачаточных таблеток не осталось, вчера она приняла последнюю. Аптека, в которой она сделала заказ, уже отправила по почте таблетки на ближайшие три месяца, поэтому коробка, вероятно, находилась в почтовом ящике ее квартиры. К тому времени, как она переместит посылку сюда, ее цикл будет полностью нарушен.

С таким же успехом она могла бы отказаться от таблеток на месяц, а затем начать принимать их снова в Сиэтле с началом следующей менструации. Еще не рассвело, а день уже шел под откос.

Натянув куртку, она вышла на крыльцо и позволила ледяному воздуху скинуть с себя раздражительность. Прислонившись к столбу крыльца из неотесанных досок, она вытянула ноющую ногу и огляделась вокруг.

Огромная золотая луна нависала над западными горами, и свет был таким сильным, что, казалось, отражался в ее костях. Лес вокруг нее разговаривал сам с собой — скрипели обнаженные ветви, журчал размороженный центр ручья, шуршали животные. Этот шорох в сухом кустарнике — что бы это могло быть?

Негромкое чириканье заставило ее поднять глаза как раз вовремя, чтобы увидеть крошечное тело, исчезающее в отверстии ствола дерева. Видимо, она наделала достаточно шума, чтобы разбудить фею. Могли ли ее родители видеть их? Боже, она должна выяснить, кто она и откуда.

По крайней мере, ее первая цель была на пути к достижению. Она купила пистолет. И нашла инструктора. Который пугал ее до смерти, с его позицией, как у Вин Дизеля: «я предпочитаю убивать людей, а не разговаривать с ними». Но убийство было именно тем, чему она должна была научиться.

И как можно скорее.

Через три недели ей придется вернуться в Сиэтл и собрать вещи. Что, если монстр снова найдет ее? «Я вернусь, чтобы снова попробовать тебя», — прошептал он, прежде чем она потеряла сознание. Бри сглотнула, борясь с рвотным позывом, и оттолкнула необходимость в сотый раз принять душ, чтобы с усилием тереть свою кожу мочалкой.

Дыши медленно. Почувствуй чистый воздух. Смотри, как красивая луна скользит за горы.

Когда спазмы в желудке успокоились, она услышала голоса. Женский смех. Бри посмотрела на узкую дорогу слева. В сторожке было темно и тихо. Может, это доносятся голоса людей из таверны? Заметив в небе ворону, та находилась от нее примерно в квартале или около того, Бри отметила, как ясно звук разносится в тихих горах. Но разве бары не должны закрываться в два часа ночи?

Хотя, там вроде весело. Брианна села на единственную ступеньку крыльца и прислушалась. Мужчины и женщины прощаются, хлопают дверцы машин. Она скучала по звукам людей. Там, в Сиэтле, работая в ресторане, она каждый день была окружена людьми, здесь же, ей было ужасно одиноко.

Слабый хруст сапог на снегу заставил Бри замереть.

Зеб и Шей шли по дороге, два огромных человека, которые двигались так же грациозно, как животные. Они действительно были великолепны.

Вспомнив про подругу, Бри вдруг подумала, что будь Эшли здесь, то наверняка бы глупо флиртовала с Шеем. Бри вздохнула, чувствуя себя очень одинокой. Я скучаю по тебе, Эш.

Возле домика Зеб поднял голову, словно принюхиваясь, и что-то сказал. Шей посмотрел на нее. Когда его партнер вошел в домик, Шей направился к домику Бри.

По ее позвоночнику пробежала нервная дрожь, и она встала.

Внезапно ночь показалась ей слишком пустой, настолько, что захотелось забежать внутрь и запереть дверь.

Бесшумной походкой по мокрой грязи он подошел ближе.

— Ты либо рано поднялась, либо не ложилась совсем. Проблемы? — Луна позади него оставила его лицо в тени и, казалось, делала его тело больше, чем оно было на самом деле. Его плечи заслоняли собой целый горный хребет.

Она подавила вздох.

— Нет. Я проснулась, и больше не смогла уснуть. Вы были там на вечеринке? — Она кивнула в сторону «Дикой Охоты».

Когда он прислонился к столбику крыльца, она расслабилась. Он повернулся так, что она могла видеть его лицо, изгиб его губ, волевой подбородок. Не человек-монстр, воняющий гниющим мясом; просто сильный мужчина с мыльным ароматом недавнего душа.

— Мы провели там некоторое время, — согласился он. — Почему ты не можешь уснуть? Что-то не так с домиком?

Она засмеялась. Настоящий хозяин гостиницы.

— Вовсе нет. Я прислушивалась к лесу, пытаясь понять, что слышу. Но не все здесь звуки мне понятны — я никогда раньше не уезжала из Сиэтла.

— Городская девушка. Посмотрим, смогу ли я помочь. — Он наклонил голову, прислушиваясь, а затем указал на дорогу. — Там скунс.

Бри наклонилась вперед.

— Где?

Шей встал позади нее, вытянув руку вдоль ее линии обзора.

— У большой кучи снега.

Маленький черно-белый зверек плелся вдоль линии деревьев, изогнув хвост.

— О, это он! Кажется, я его уже видела.

Его смех был глубоким и ровным.

— Хорошее зрение, дорогая, он живет где-то здесь. Этой весной он каждую ночь будет приглашать в свою берлогу новую самку. — Шей положил руку ей на плечо и слегка развернул. — В кустах сидит лань. — Прищурившись, она разглядела коричневую тень и движение головы. Олень ступил на дорогу в лунном свете так грациозно, что у нее перехватило дыхание.

— Она прекрасна.

— Да. — Его рука все еще лежала на ее плече, очень теплая, очень большая, и она могла чувствовать его дыхание на своей шее, жар от его тела на спине.

Когда она попыталась отодвинуться, Шей обхватил ее за талию, прижимая спиной к твердой груди.

— Ш-ш-ш, посмотри направо.

Ее желание убежать исчезло, когда маленькое животное — собака? — рысью пересекло поляну. Его шерсть сверкнула красным в лунном свете.

— Кто это?

— Лиса.

— Вау. — Когда лиса скрылась среди деревьев, Бри осознала свое положение. Одна рука мужчины покоилась на ее животе, как железный прут, в то время как другой он сжимал ее бедро, удерживая на месте. У нее перехватило дыхание. Она отстранилась, почти удивившись, когда он выпустил ее. Бри отступила на шаг, и ее нервозность рассеялась, Шей так и остался стоять на месте. Она улыбнулась ему.

— Это было потрясающе. Как ты их так хорошо видишь?

— Опыт. — В уголках его глаз появились морщинки. — Мне нравится делиться своим лесом.

— Даже не знаю, как тебя отблагодарить. — Может, ей испечь ему пирог или…

— Дорогая, это делается вот так. — Одним пальцем он приподнял ее подбородок, и коснулся ее губами. Твердые, потом бархатисто мягкие.

Просто слабая затяжка. Он отступил назад и полностью сошел с крыльца, прежде чем она успела запаниковать.

Шей одарил ее своей медленной улыбкой.

— Вот как женщина благодарит мужчину. — Он повернулся и зашагал прочь.

Прижав руку к покалывающим губам, она попыталась призвать силу воли, чтобы назвать его напыщенным придурком. И не смогла. Глубоко внутри нее вспыхнуло тепло — то, чего она никогда раньше не чувствовала.

Глава 7

В воскресенье, спустя четыре ночи после Сходки, Шей отправился в «Дикую Охоту» на встречу с Козантиром. В таверне уже было шумно из-за оборотней, что сидели за столами и стояли вдоль стен.

Опоздали. Он сердито посмотрел через плечо на Зеба. Необщительный ублюдок остановился, надеясь, что Шей обойдется без него.

Стоя за барной стойкой, Калум разговаривал с людьми за ближайшими столиками. Кивнув нескольким людям, которых он уже встречал, Шей выбрал незаметную позицию в тылу. Как кахиры, он и Зеб были намного крупнее других мужчин, и только оборотни-медведи любили, когда на них пялились.

— Я хотел бы привлечь ваше внимание. — Когда тихий голос Калума прорезал разговоры, словно клыки — мягкого кролика, люди затихли. — После смерти Криса Андерсона и Нэнси Минг я вызвал еще двух кахиров для защиты нашей территории. — Он кивнул в сторону задней двери. — Даонаины, встречайте Шеймуса О’Доннелла, известного как Шей, и Зебулона Дамрона, известного как Зеб. Оба волки.

После того, как аплодисменты и приветствия закончились, Козантир продолжил.

— Об этом мало кому известно, но каждый из них убил больше адских гончих, чем любой другой кахир. — Правда? После первых нескольких он сбился со счета.

— Они знают свое дело, — сказал Калум. — И это то, о чем они хотят поговорить сегодня.

Зеб крякнул, как будто кто-то ударил его.

— Черт.

— Шей, — пристальный взгляд Калума был направлен на него. — Расскажи Даонаинам об адских гончих. Предположим, мы ничего не знаем. Лучше, если твой рассказ будет носить поучительных характер, так есть шанс, что мы не упустим жизненно важную информацию. — Когда Шей выпрямился, Зеб сказал себе под нос, — Лучше ты, чем я.

Шей пожал плечами. Он был не прочь поделиться всем, что знает об адских гончих, но с чего начать?

— Фейри-оборотни и люди скрещивались, создавая нас, Даонаинов. Адские гончие — горючая смесь. Во-первых, безумный фейри-оборотень в форме рептилии спарился с демоном. — Он фыркнул, представив, насколько отвратительным должно быть был секс. — Потомок изнасиловал человеческую самку, создав первого адского пса — смесь демона, фейри и человека.

Многие в толпе выглядели потрясенными.

— Как и мы, адские гончие имеют человеческую и животную формы. Правда, в отличие от нас, в человеческом облике они могут иногда оплодотворять людей. В противном случае адские гончие вымерли бы, так как у них рождаются исключительно самцы.

Шепот подсказал ему, что некоторая информация была для них новой.

Будучи изолированными, жителям Колд-Крик до сих пор везло. Но теперь цивилизация добралась и сюда, а туда, куда пошли люди, последовали демоны.

— В обеих формах адские гончие пахнут гниющим мясом …

— И заплесневелыми апельсинами, — добавил Зеб.

— Расскажите нам об их формах, — настаивала пожилая женщина, владелица закусочной.

Шей поставил ногу на пустой стул и положил руки на бедра.

— Светоненавистническое наследие демонов означает, что адская гончая трансформируется в животное только в новолуние. Он будет трансформироваться, по крайней мере, один раз в эту ночь.

В комнате воцарилась тишина. Старик с таким же количеством шрамов, как у Зеба, зарычал: — Они не нападают, если это не новолуние?

— В форме адской гончей — только в новолуние. В человеческом обличье они могут насиловать, нападать или убивать в любое время ночи. — Его губы сжались, когда он вспомнил одну тошнотворную ночь, когда опоздал, чтобы спасти маленького мальчика. — Демоны питаются сильными эмоциями. В животной форме он жаждет плоти. Хотя люди — это хорошая пища, оборотень для гончей подобен героину, и магия в нашей крови доводит их до безумия. — Он остановился, его горе стало тупой болью, когда он вспомнил, как его братья были разорваны на части. — Он не станет нападать на человека, если почует оборотня.

— Это значит, что они могут жить в нашем городе. Это может быть кто угодно. — Пронзительный голос женщины средних лет перерос в истерический. Запах страха усилился. Шей увидел, как Калум выпрямился.

— Нет. — Ровный, жесткий ответ Зеба заставил всех присутствующих в комнате замолчать. — Используйте мозги, которыми вас одарила Мать. Мы можем почувствовать их в обеих формах.

Несколько оборотней откинулись на стульях.

Удивительно, но Зеб продолжил.

— Им нужна анонимность больших городов. Адская гончая рождается от изнасилования. Где-то в двадцать лет он впервые оборачивается, и демонические инстинкты берут верх. Поскольку они не общаются друг с другом, они не знают своей собственной истории. — Он нахмурился, глядя на Шея, явно раздраженный тем, что его втянули в разговор.

— До сих пор у вас всё было спокойно, — сказал Шей, чем заслужил настороженные взгляды на себе. — Но как только адская гончая обнаружит вкусное сообщество оборотней, он будет возвращаться каждое новолуние. В другие ночи месяца он может появиться в человеческом обличье. — Он замолчал, не в силах придумать, что еще добавить.

— Хорошая предыстория, кахиры. — Взгляд Калума впился в Зеба, как кошачьи когти. — Зебулон, что должны делать наши люди, чтобы защитить себя?

На мгновение Шей подумал, что Зеб оставит вопрос без ответа.

Но пока Калум стоял, терпеливо ожидая, как кот возле кормушки для птиц, Зеб сдался… и это выглядело довольно забавно.

— Тяжелые железные решетки на ваших окнах с креплениями глубоко в раме. Укрепите двери. В человеческом обличье, адская гончая так же сильна, как и кахир. И намного сильнее в форме демона. — Он посмотрел на Шея.

Шей добавил: — Мы переоборудовали домики. В качестве наглядного примера можете приехать и посмотреть. — Он мило улыбнулся Зебу, заставляя того продолжать.

— Проверьте незнакомцев в городе. Подойдите поближе, чтобы почувствовать их запах, — отозвался Зеб.

Люди закивали.

— Один на один, у вас не получится выиграть бой. — Зеб потер лицо, невольно привлекая внимание к шрамам. — Новолуние — самое опасное время. Просто оставайтесь дома, черт возьми. — Поставив точку в своем рассказе, Зеб скрестил руки на груди и хмуро посмотрел на Калума.

К чести Калума, он не засмеялся, а объявил: — Официальная встреча окончена. Все желающие могут остаться и задать вопросы. — Когда Зеб зарычал, как волк в клетке, Шей хлопнул его по руке.

— Неплохо, сынок. Давай пообщаемся. — Это принесло ему еще одно рычание.

В отличие от измученных жителей Территории Рейнир, оборотни здесь были чрезвычайно благодарны как за информацию, так и за присутствие Зеба и Шея. Их так много раз благодарили, что смуглое лицо Зеба приобрело красноватый оттенок.

Одна долговязая женщина, от которой пахло полиролью для мебели, протиснулась через толпу и спросила: — А как же дети? Иногда они выходят после наступления темноты, навещают друзей и тому подобное.

Зеб повысил голос.

— Слушайте сюда.

Тишина.

— У демонической формы адской гончей есть пуленепробиваемое покрытие. Единственные уязвимые места — это глаза или узкий участок на животе. Один на один вам не выиграть с ним бой.

Живот Шея сжался. Дети были такими хрупкими.

— Никогда не выпускайте их в новолуние. В противном случае, убедитесь, что их сопровождают несколько хорошо вооруженных взрослых.

Шей наклонил голову в сторону Зеба, когда разговор возобновился.

— Будь я проклят, а ты хорош. С этого момента всеми ознакомительными лекциями у нас занимаешься ты.

— Пошел к черту. — Его черный взгляд обещал Шею удар кулаком в лицо.

Усмехнувшись, Шей огляделся, чтобы узнать, остались ли ещё вопросы.

Вместо этого он увидел, как трое мужчин пересекли комнату, сопровождаемые волной тестостерона. Совершенно очевидно, кем они были.

Его рот сжался. У него не было ни времени, ни интереса тратить время впустую с каким-то альфа-волком, который упивался своей силой.

Тот, что шел впереди, был ростом около шести футов одного дюйма, весил больше двухсот фунтов и вонял враждебностью. Его редеющие светло-каштановые волосы были коротко подстрижены. Судя по сходству в чертах лица и телосложении, двое других были его однопометниками. Альфа стаи не остановился, пока не оказался в личном пространстве Шея.

Пытается доминировать.

Удачи тебе, гад. У обычного волка было два варианта при встрече с альфой. Потупить взгляд, чтобы признать его, как доминанта. Или бросить вызов.

Шей отступил. Не опустил взгляда.

Пока альфа пытался понять, что это значит, Шей услышал за спиной удивленное фырканье. Зеб подвинулся, прикрывая ему спину. Черт возьми, это было приятно.

Альфа выпятил грудь.

— Я Герхард Шмидт. Это мои братья Дитер и Клаус. — Оба беты уставились на Шея. Вероятно, им было за шестьдесят, хотя он не был уверен, поскольку оборотни не выглядели старыми до девяноста.

— Приятно познакомиться, — приветливо сказал Шей. — Когда следующая пробежка?

Герхард придвинулся ближе, теперь находясь в паре сантиметров от Шея, его агрессия превратилась в отвратительное зловоние.

Клянусь гигантскими шарами Херне, это отстойно. Его доминирующие инстинкты требовали, чтобы он расплющил напористого ублюдка. Но даже если бы он не был связан клятвой, он не хотел быть альфой. Никогда больше.

— Герхард, меня не интересуют игры. Не дави на меня, и я не, — сомкну челюсти на твоем горле, — буду давить на тебя. — Герхард скользнул в сторону, чтобы обойти его.

Когда волосы у него на затылке встали дыбом, Шей начал поворачиваться — никогда не позволяй врагу оставаться в тылу, — но потом понял, что ему это не нужно.

Тепло от тела Зеба согревало его плечи. Спина к спине.

Он услышал, как вожак стаи остановился перед Зебом, понимая, что и здесь Герхард не получит никакого удовлетворения. Зеб никому не подчинялся, и очень немногие были готовы рискнуть смертью в его глазах. Альфа Рейнир очень осторожно вел дела с Зебом.

Но он никогда не переставал пытаться доминировать над Шеем.

Шей видел, что Калум наблюдает за ними, но Козантир не вмешивался в политику стаи.

Герхард закончил кружить вокруг них и снова оказался лицом к лицу с Шеем. — Стая охотится за день до полнолуния. — Герхард был достаточно глуп, чтобы добавить, — В следующий раз мы дадим тебе несколько уроков хороших манер.

— Мне нравится учиться. — И он и его инструкторы — боль и кровь — всегда заканчивали тем, что преподавали этикет.

Нахмурившись в последний раз, Герхард зашагал прочь, сопровождаемый своими однопометниками.

Когда Зеб встал рядом с ним, Шей сказал, — Все прошло хорошо, не так ли?

— Ты когда-нибудь встречал альфу, которого бы ты не разозлил?

— Те, что постарше и поумнее не занимаются подстрекательством. — Шей потер лицо. — Но почему они всегда цепляются именно ко мне, а не к тебе? Ты подчиняешься не больше, чем я.

— Я не излучаю альфа-флюиды, а ты рожден, чтобы быть вожаком. — Глаза Зеба блеснули весельем, прежде чем он стал серьезным. — Ты должен быть…

— Я хочу пива. — Шей отошел. Он был альфой.

У него была стая… и он привел ее прямо к смерти.

Глава 8

В понедельник, чуть больше недели спустя после приезда, Бри припарковала машину в центре города. Уже выходя из машины, она порезала палец о древнюю пластиковую обивку сиденья.

— Ау! — Как раз то, что ей нужно — еще одна рана. Раздраженно хмыкнув, она сунула палец в рот. Проведя языком по разорванной коже, она ощутила металлический привкус.

Монстру понравилась ее кровь. Сказал, что она была другой.

Почему? Лабораторные анализы с ее регулярных медосмотров всегда были в норме. У нее первая положительная. Так что же особенного было в ее крови? Знали ли об этом ее родители?

Бармен предложил ей посетить книжный магазин и бакалейную лавку. Она взглянула на невзрачную вывеску «КНИГИ» и улыбнулась. Владелец, вероятно, тоже не любил причудливые французские соусы или сложные десерты.

Внутри магазина седовласый мужчина прикреплял железные решетки к внутренней стороне витрины. Действительно ли дикие животные были проблемой в центре города? Она уже хотела было спросить, но неожиданная мысль вызвала у неё улыбку. Мысль, что Зеб однажды будет выглядеть как этот пожилой мужчина — крепкий, покрытый шрамами, все еще немного пугающий.

Мужчина кивнул ей. Никакого приветствия. Да, определенно, как Зеб.

Хорошо, она будет вежливой.

— Здравствуйте.

Вздох был почти, но не совсем, неслышен.

— Мисс, чем могу вам помочь?

— Калум из «Дикой Охоты» посоветовал мне зайти сюда. — Она вытащила фотографию из джинсовой сумочки и протянула ему. — Возможно, вы знаете этих людей? Снимок был сделан около двадцати трех лет назад.

Когда он взял фотографию, Бри обратила внимание на его руки. Они были покрыты таким количеством тонких белых линий, что казалось, будто он собирал ежевику каждый день своей жизни. От чего могли появиться такие рубцы?

Он покачал головой.

— Сожалею.

— Никто из них не жил в Колд-Крик?

— Нет, а я живу здесь почти пятьдесят лет.

Ой. Ее надежды таяли, как мороженое на солнцепеке, оставляя ее опустошенной внутри.

— Ну, спасибо, что посмотрели.

— Не за что.

Когда на глазах выступили слезы, она поспешно отвернулась и… врезалась в твердое тело.

Слишком высокий, слишком большой. Монстр. Его ужасное прикосновение, противный запах, то, как он разрывал ее, — Бри ударила вслепую.

Монстр поймал ее руки в беспощадную хватку.

— Нет! — Она попыталась вырваться и не смогла. О Боже. Судорожно вдохнув, она почувствовала запах густых горных лесов. Такой мужской и чистый.

— Полегче, малышка, полегче, — сказал глубокий голос.

Это не существо. Схватки не будет.

Бри обмякла в его руках, как пойманный кролик, и ее наполненные паникой голубые глаза наполнились облегчением.

— Зеб. — Его имя, слетевшее с ее губ, доставило странное удовольствие.

— Маленькая женщина, — подтвердил он.

Когда она снова могла стоять на ногах, ее подбородок поднялся, а спина выпрямилась, как молодая сосна.

— Прости. Похоже, я выпила слишком много кофе.

Шей упоминал ее объяснение. Он наклонился достаточно низко, чтобы прошептать ей на ухо: — Шей не купился на это оправдание, и я тоже.

Когда ее лицо залилось румянцем, он почувствовал легкое веселье.

Теперь она не выглядела напуганной им.

Все еще держа ее за руки, Зеб кивнул владельцу книжного магазина.

— Торсон.

— Ты пришел, чтобы помочь мне установить это дерьмо? — Взгляд старика был хмурым, но в глазах светилось веселье.

— Да.

— Ну, не буду мешать тебе работать, — сказала Брианна. Она отстранилась и направилась к книжным полкам.

Очаровательная крошка. С этими золотыми волосами и аппетитными формами. Зеб секунду наблюдал за ней, после чего перевел взгляд на то, что успел сделать Торсон.

— Хорошее начало. — Он взял сверло.

Закончив с установкой решеток на первое окно и перейдя ко второму, взгляд Зеба то и дело продолжал возвращаться к Брианне. Ему нравилось, как ее полная грудь натягивала рубашку, когда она тянулась за книгой, как ее джинсы облепляли ее круглую попку.

Он надавил отверткой себе на пальцы, и Торсон зарычал: — Она симпатичная, но она человек. Нехорошо разбивать им сердца.

Зеб кивнул. Все слишком верно, и обычно это не было проблемой.

Люди привлекали Даонаинов не больше, чем медведи — койотов. Но ее запах, хоть и человеческий, был странно приятным.

Пока Зеб работал, в книжный магазин вошел мужчина с двумя мальчиками, которые еще не прошли стадию неуклюжих щенков. Их красные ботинки были не длиннее его пальцев. Милые. Они помчались через магазин слишком возбуждённые для выбора книг. Когда мужчина последовал за ними, Зеб отошел от окна, чтобы оценить свою работу. В правом углу стояли невысокие полки с книгами, крошечный стол и деревянная коробка с разноцветными игрушками.

Зеб посмотрел на Торсона.

— Ты любишь детей?

— Пусть дети будут заняты, и у родителей появится время для покупки книг. — Рот седеющего оборотня приподнялся от смеха детей. — Самка Калума предложила это, вероятно, чтобы она могла прийти и поиграть с детенышами.

— Женщины хитры. — Он чувствовал запах Брианны на своих руках: ваниль и клубника, женский десерт.

Сзади раздался глухой стук. Пронзительный детский крик.

Зеб резко обернулся. Один из мальчиков лежал на полу, держась за колено.

— Тайлер, эй, все в порядке. — Отец лихорадочно похлопал мальчика по плечу. Детеныш продолжал кричать.

Каждый инстинкт Зеба кричал о том, чтобы помочь, но с лицом, испещренным шрамами, он бы еще сильнее напугал мальчика. Ему оставалось лишь беспомощно наблюдать.

Брианна вышла из-за стеллажей. Поставив свои книги на пол, она села рядом со щенком.

— О, у тебя бо-бо, — сказала она, ее красивый голос был почти мурлыкающим.

Крики прекратились, когда Тайлер уставился на нее большими глазами, по его щекам катились крупные слезы.

— Можно мне посмотреть? — Она задрала его джинсы и нахмурилась, глядя на колено. — О, смотри, никакой крови. Может, поцелуй улучшит ситуацию? — Она приподняла брови.

Выпятив нижнюю губу, маленький мальчик торжественно кивнул, и Брианна наклонилась, чтобы звонко поцеловать его в колено.

— Вот так. Теперь тебе лучше посидеть со мной, пока работает волшебство. — Подмигнув отцу, она усадила ребенка себе на колени.

Когда отец опустился в крошечное кресло, Брианна укачивала Тайлера, бормоча истории о неуклюжих кроликах и глупых мышах. Икнув пару раз, малыш затих, прислонившись к ее груди и посасывая большой палец.

— Удивительно, — пробормотал Торсон. — В прошлый раз, когда этот проказник поранился, Брейди пришлось отнести его к матери, прежде чем он успокоился.

— Любит женщин.

Торсон фыркнул: — Какой мужчина не любит?

Но привлекательность Брианны заключалась не только в том, что она была женщиной.

Ее улыбка, ее глаза, все ее тело излучало спокойствие так сильно, что Зеб почувствовал это через всю комнату. Когда другой мальчик прижался к ней, она обняла и его.

— Спасибо, — сказал отец и подарил Брианне улыбку, не имеющую ничего общего с обычной благодарностью.

Зеб зарычал себе под нос.

— Пожалуйста. — Брианна даже не взглянула на мужчину, и Зеб почувствовал себя немного лучше. — Я уже давно не заботилась о детях. И у вас прекрасные малыши. — Она поцеловала одну и вторую маленькую макушку, прежде чем прошептать им, — Вы, ребята, смотрели в коробку? Я видела там очень страшного динозавра. Я чуть не закричала от страха.

Поднялись две головы, и дети побежали копаться в ящике с игрушками.

— Вот! — Раненый малыш метнулся назад и положил динозавра ей на колени, как хорошо обученный щенок, глядя на нее в ожидании одобрения.

— О нет! Он будет рычать на меня? — Она помахала им с таким тихим провокационным рычанием, что Зеб затвердел.

Она человек. Меня не привлекают люди. Он повернулся, чтобы сосредоточиться на своей работе.

Он услышал, как один ребенок сказал: — Меня зовут Люк. А тебя?

— Брианна… но ты мне нравишься, поэтому можешь звать меня Бри. Так меня называют мои друзья.

Поиграв с детьми еще несколько минут, она подошла к стойке, чтобы купить несколько книг и открытку с изображением Колд-Крик. На выходе она остановилась рядом с Зебом.

— Сегодня я забираю свой пистолет.

— Угу. — Ее аромат подорвал его контроль, и он провел пальцем по ее щеке. Кожа такая мягкая и гладкая, как он и думал.

Неожиданно Брианна попятилась назад, как будто он укусил ее, широко раскрыв глаза от… недоумения. В ее запахе чувствовался лишь след страха.

Зебу хотелось другого.

Торсон прочистил горло.

— Время идет, малец.

Малец? Зеб скривил губы, глядя на старого кота-оборотня, затем с недовольным ворчанием отступил от самки.

****

Пока Бри ждала, когда продавец откроет коробку с ее пистолетом, дверь в оружейный магазин открылась.

Увидев вошедшего Зеба, она невольно сделала шаг назад.

Черная фланелевая рубашка, черные джинсы, черные глаза и волосы. Сам мистер Смерть. Он взглянул на Уоррена, и молодой человек отступил за прилавок. Темный взгляд остановился на ней.

— Покажи мне, что ты выбрала.

Уоррен толкнул «Дезерт Игл» через прилавок.

Когда Зеб поднял его, огромный пистолет, казалось, идеально подходил для его огромной руки. Он взвесил в руке оружие, поиграл с затвором и проверил прицел, прежде чем передать его ей.

— Направь его на стену. — Бри отодвинулась, напомнив себе, что они не одни. И что Зеб пытается помочь. Рана на плече болезненно пульсировала, пока она пыталась прицелиться из тяжелого пистолета. Ствол колыхался, как флаг на сильном ветру.

— Используй затвор сверху.

Ей удалось отодвинуть затвор лишь на немного, прежде чем тот вернулся в прежнее состояние.

Он бросил на Уоррена мрачный хмурый взгляд, заставив парня сглотнуть.

— Копыта Херне, если женщина настаивает на пистолете, дайте ей тот, с которым она справится. Отдача от этого разобьет ей лицо. Покажи мне все револьверы, что у тебя есть.

— Она хотела большой пистолет. Я не подумал о… — Уоррен смерил ее взглядом. — Я никогда не продавал оружие женщине. Она ужасно маленькая для такого пистолета, не так ли? — Несмотря на хмурый взгляд Бри, Уоррен забыл о своей нервозности при разговоре. Он осмотрел ряд пистолетов под стеклянным прилавком, затем вытащил один.

— Попробуй этот. «Смит и Вессон». Легче, но стреляет хорошо. 357 калибр.

Зеб взвесил пистолет и кивнул. Он выдернул «Игл» из ее рук, заменив его револьвером.

Она направила его на стену и спустила курок. Была очевидная разница, особенно если держать эту штуку на расстоянии вытянутой руки.

Зеб одобрительно хмыкнул.

— Начнем с патронов 38 калибра. 357-ой калибр оставим на потом.

Бри протянула Уоррену револьвер.

— Думаю, так я и сделаю.

— Рекомендую вам еще взять защитные наушники. — Уоррен начал складывать коробки на прилавок.

Бри улыбнулась Зебу.

— Спасибо. Я рада, что ты помог мне с выбором.

Скрестив руки на массивной груди, он снова нахмурился: — Для чего, черт возьми, тебе нужно оружие?

Потому что нож не сработал. Ее пальцы все еще хранили воспоминание о том, как ее нож для разделки мяса сломался о пластины монстра. Она сглотнула. Горло так сдавило спазмом, что был слышен явный щелчок.

— Это действительно не твое дело.

Его глаза сузились, прежде чем он кивнул.

— Первый урок завтра в десять. — Он посмотрел на Уоррена. — У тебя где-нибудь есть рукоятки для топоров? Мой сломался.

— Да, сэр. Дайте секунду, и я покажу. — После того, как Уоррен сделал финансовую дыру на счете кредитной карты Бри, он передал ей «убийцу монстров» и жестом подозвал Зеба.

Когда мужчины направились в заднюю часть магазина, Бри сбежала. Уф. Оружие заставляло ее нервничать, а Зеб — еще больше.

И все же само его нежелание учить ее успокаивало. Если бы он стремился завладеть ее… телом… он искал бы повод провести с ней время.

Она покачала головой. Самый страшный парень, которого она когда-либо встречала, но она чувствовала, что он может защитить ее. Озадачена, Бри?

Мне явно нужен шоколад. Крошечная бакалейная лавка находилась по соседству, и даже если печь в домике не соответствовала ее стандартам, шоколадное печенье было невозможно испортить.

— Привет, Брианна.

Она обернулась на звук своего имени

Вики шла через дорогу, рядом с ней вышагивала девушка-подросток со светлыми волосами.

— Раньше у нас не было возможности познакомиться поближе. Я Вики. Как тебе Колд-Крик?

— Бри. Я здесь наслаждаюсь тишиной.

— Ну, тогда держись подальше от нее, она очень шумная, — Вики обняла девушку. — Бри, это моя дочь, Джейми. Ну, формально, она ребенок Калума, но теперь и мой тоже. Джейми, Бри остановилась в коттеджах Уайлдвуда.

— Приятно познакомиться, Джейми. — Бри моргнула. Учитывая черные волосы Калума и смуглый цвет лица, его светлокожая голубоглазая малышка выглядела скорее, как ребенок Бри. Острая боль пронзила ее. Я бы хотела иметь детей.

— Привет. — Джейми внимательно изучала ее. — Вы приехали сюда порыбачить?

— Нет, мне просто нужно было отдохнуть от города. — Бри не особо хотела распространяться о причинах, почему она здесь, но, с другой стороны, чем больше людей узнают о ее поисках, тем больше шансов у нее на успех. — Я ищу информацию о своих родителях.

Глаза девушки слегка расширились, и веснушки сморщились на носу.

— Вы потеряли родителей?

— Или они потеряли меня.

Хлопнула дверь оружейного магазина.

— Привет, Зеб, — поздоровалась Вики.

Зеб кивнул ей, нахмурился на Бри и посмотрел на Джейми. Девочка попятилась, скользнув за спину матери.

Лицо мужчины напряглось. Он ушел, не сказав ни слова.

Вики оглянулась через плечо.

— Почему ты прячешься там?

— Ну, МамаВи, парень действительно страшный. Разве ты не заметила?

— На самом деле, нет. — Вики смотрела на него некоторое время. — Он большой и весь в шрамах, и… Ладно, я понимаю, что тебе может показаться страшным, но он также — я не знаю — уязвим или что-то в этом роде.

Бри уставилась на нее.

— Ты случайно, в свободное время, не поглаживаешь гремучих змей?

Вики фыркнула.

— А то. Еще не совсем одичала в своем домике?

— Ну… — Да.

— Приходи сегодня вечером в таверну. Я куплю тебе выпить. Хотя, сразу предупреждаю — если в заведении будет много народу, Калум, скорее всего, попросит тебя поработать барменшей.

Бри улыбнулась. Когда ей исполнилось шестнадцать и Сэнсэй решил, что у нее нет таланта к боевым искусствам, он подыскал ей работу в ресторане. Таким образом, она не только нашла свое истинное призвание, но также оплатила кулинарную школу, работая официанткой.

— С удовольствием.

Глава 9

Этой ночью на окраине Колд-Крик, Зеб с нетерпением ждал, когда Алек догонит его. Хотя его мех защищал от холода, снег, застрявший в подушечках лап, был чертовски неудобен. Сейчас он бы не отказался посидеть в теплой таверне и выпить пива.

Он услышал, как качаются сосны, как фея шуршит в дупле… и затем едва слышную поступь, когда огромная пума вышла из-за дома. Лапы пумы были размером с обеденную тарелку, и Зеб насторожился — на всякий случай — а потом чуть не рассмеялся. Что же чувствовал маленький человек, когда он был рядом?

Взмахнув хвостом, Алек набросился на своенравный лист, как котенок, очевидно, чтобы успокоить Зеба.

Чертовски наблюдательный шериф. Зеб направился в лес, принюхиваясь. Обычные запахи. Олень. Ласка. Заяц.

Уловив след чего-то мерзкого, он опустил нос вниз, двигаясь медленно, нюхая воздух. Там. Огромный отпечаток. Тяжелые следы от когтей были больше, чем у гризли. Он заскулил, чтобы привлечь внимание Алека.

Пума присоединилась к нему, коснувшись его плеча. Принюхиваясь, изучая. Низкий рык.

Несколько минут спустя, уже в пещере, Зеб обратился в человека. Завязав волосы на затылке, он надел одежду, которую оставил в нише в каменной стене. Хорошо здесь все обустроено. Спрятанный туннель под таверной позволял оборотням войти в лес без риска, что человек наткнется на гору одежды.

После того, как Алек натянул форму шерифа и провел пальцами по своим рыжевато-каштановым волосам, он кивнул Зебу.

— Хорошо поработали.

— Следы были старые, но они вернутся в новолуние.

— На этот раз мы будем готовы. — Голос Алека был мрачным.

Главный кахир Каскадов воспринял гибель людей на своей территории, как личную утрату. Зеб обнаружил, что под спокойствием Алека скрывается стальное сердце и логический ум. Теперь коп знал, что искать, и высматривал новые следы, как изголодавшаяся по зиме ласка.

Алек указал на лестницу.

— Пойдем, я угощу тебя пивом.

Шериф угощает меня выпивкой, а не пытается запереть.

Удивленный, он последовал за Алеком наверх через потайную дверь в шкафу, затем, из отдельной комнаты, вниз по коридору и в саму таверну. Пока они бродили по лесу, место заполнилось людьми, и Зебу в нос ударила волна запахов: пиво, вино, духи, одеколон, пот. Музыка в стиле кантри, может, и была хороша, но болтовня слишком большого количества людей заглушала ее.

— Сегодня полно народу. — Алек остановился у барной стойки и посмотрел на часы. — Мне нужно вернуться и посмотреть, какой ущерб Дженкинс нанес городу.

— Мы нужны тебе завтра? — К тому времени Шей должен закончить с бухгалтерией и быть в лучшем настроении. Ранее он обнаружил, что «записи» предыдущего владельца — это просто квитанции, засунутые в ящик стола, и непрерывное рычание, доносящееся из кабинета, выгнало Зеба из домика. После долгих лет одинокого волчьего полета он, мать его, не был готов иметь гребаного соседа по комнате.

— Завтра да. В то же время жду тебя здесь. Можешь снова рассчитывать на пиво. — Алек хлопнул его по плечу, чем шокировал Зеба. Люди старались не трогать его. Слишком большой, слишком злобный. Но кахир, похоже, этого не замечал.

Подняв один палец своему товарищу за стойкой бара, Алек зашагал прочь.

Зеб оперся локтем о барную стойку и внимательно оглядел толпу.

Заметив трех гномов за дальним угловым столиком, он вежливо склонил голову и получил приветствие в ответ.

Пара Козантира, Вики, снова работала барменшей, хотя она также была одной из помощников Алека.

Когда Зеб встретил ее на сходке, она была поражена своей первой течкой. Теперь она смеялась и обменивалась шутками с посетителями. Он был рад видеть, что она приспособилась и нашла свое место.

Сладкий голос привлек его внимание. Неся небольшой поднос, с легкостью удерживая его одной рукой, Бри принимала заказы на напитки. Когда она пробиралась между столами, ее солнечные волосы блестели в свете бара. Волнистые концы её волос заканчивались чуть выше талии, привлекая внимание к тому, как джинсы обхватили ее круглую задницу. На дюйм или два выше Вики, она была еще более соблазнительной и чертовски привлекательной. Блять.

Другие тоже это замечали. Она ловила на себе заинтересованные взгляды всей мужской части бара, даже Даонаинов. Но, что характерно, неприятности начались с людей.

Пьяный, человек и мужчина звучит как заноза в заднице, а за центральным столиком сидели четыре таких занозы.

Один достаточно крепко вцепился в руку Бри, и она не могла вырваться, не расплескав напитки. Другой имел наглость схватить ее за задницу.

Так как Зеб был выше, чем все остальные в таверне, он все прекрасно видел.

Он начал проталкиваться сквозь толпу.

Бри нахмурилась и что-то со злостью сказала, но мужчины только рассмеялись. А потом она развернулась и ударила ногой в живот того, кто схватил ее за задницу. Человек упал вместе со стулом, проехав несколько футов, пока не уперся в соседний стол.

Она даже не пролила ни капли.

Она повернулась к другому мужчине и вырвала свою руку из его. Взмахнув светлыми волосами, она двинулась прочь, как будто ее никто и не останавливал.

Чертовски потрясающе. Зеб поправил джинсы вокруг стояка и вернулся к бару.

Калум ждал его.

— Не мог бы ты оказать мне любезность и вынести мусор? Только этих двоих. Вежливость не обязательна. Остальные могут остаться.

— С удовольствием, Ко… Калум.

Уходя, он услышал, как Калум пробормотал:

— Я так и думал…

Подойдя к столу этих придурков Зеб остановился рядом с червем, который схватил Брианну за руку.

— Да? Что? — спросил человек.

Зеб наклонился и тихо сказал:

— Хозяин говорит: «Уходи». Но я очень надеюсь, что ты останешься.

Парень выскочил за дверь прежде, чем Зеб выпрямился. Вот черт. Лишил его удовольствия. Второй придурок вернулся на свое место. Положив руку на живот, он все еще выглядел зеленым.

Губы Зеба дрогнули. Бри не пожалела силы для удара.

Еще один кусок мусора, от которого нужно избавиться. Он схватил ублюдка за ворот рубашки и потащил его, как тушу оленя, через всю комнату. Одним движением руки он выбросил мусор за дверь и остановился, чтобы убедиться, что тот не вернется. Очевидно, у человека были срочные дела в другом месте. Какая жалость.

Зеб взглянул на двух других сидящих за столом. Они подняли руки, как будто он вытащил пистолет. Поэтому он кивнул. Когда он вернулся в бар, его стул по-прежнему оставался пустым.

Калум поставил перед ним темное пиво.

— От Алека. И это была хорошая работа. Спасибо. — Тот снова принялся разливать напитки, прежде чем Зеб успел осознать сказанное. Было чертовски странно, когда благодарили за хорошее времяпровождение.

Пиво было холодным и солодовым, и каким-то образом в таверне царила приятная атмосфера.

Через несколько минут Бри остановилась рядом с Зебом. Поставив поднос на стойку, она улыбнулась ему, в ее глазах плясали веселые искорки.

У него перехватило дыхание, а по телу разлился жар. Улыбка маленькой женщины, направленная на мужчину, была смертоносной. Ради всего святого, она же человек. Он не понял, что нахмурился, пока она не сделала шаг назад.

Он не собирался причинять ей боль.

Затем ее подбородок поднялся, и она заставила себя восстановить дистанцию, на которую отступила. Храбрая маленькая самка. Ее губы снова изогнулись, когда она сказала: — Когда Калум сказал мне, что мусор будет убран, я подумала, что он имел в виду уборку столов. А потом я увидела тебя… — Ее смех напомнил ему бурлящую воду в каменистом ручье. — В любом случае, спасибо, — закончила она.

Не раздумывая, он провел костяшками пальцев по ее щеке, и она замерла, уставившись на него, как воробей на рысь. Черт. Он положил руку обратно на стойку.

— Ты сама справилась с проблемой. Я только убрал мусор.

— И очень аккуратно. — Хотя произнесенная фраза далась ей легко, выражение ее лица стало осторожным. Она смотрела на его руку так, словно та могла взлететь и ударить ее.

— Маленькая женщина. — Он подождал, пока она встретится с ним взглядом. — Ты не побоялась надавать по заднице двум пьяницам. — Он знал, как она пахнет, когда боится, — именно этот запах он уловил сейчас. — Но здесь только я, один, и ты напугана.

Она начала отрицательно качать головой.

— Не лги.

— Хорошо. — Блеск в ее глазах потускнел из-за ужаса. — Они были маленькими… Нет, не были, — поправила она. — Просто ты такой большой. Недружелюбный. И пугающий. И из-за разницы в росте, буквально нависаешь надо мной.

Она повернулась, чтобы взять свой поднос с барной стойки, и остановилась.

Забрав заказы на напитки с подноса, Калум наблюдал за ними. Он наклонил голову в сторону Бри.

— Я снова сожалею, но его будет трудно уменьшить в размерах.

Двойной смысл не ускользнул от Зеба, и он поднял пиво в знак признательности.

Когда Козантир отошел, перелистывая заказы, Бри посмотрела на Зеба.

— Никак не пойму. Ты ему нравишься или нет?

— Будь я проклят, если смогу сказать. — Зеб посмотрел в ее большие голубые глаза и неторопливо провел костяшками пальцев по нежной щеке. Почему он чувствовал необходимость заставить ее привыкнуть к его рукам?

Зеб видел, как она напряглась, борясь с инстинктом к отступлению.

Дерзкий человечишка. Он спросил: — Есть предложения, как подружиться с людьми?

— Я подумаю об этом. — Одним ловким движением она оттолкнула его руку от лица. — Пожалуй, я составлю тебе длинный список.

****

Час спустя на кухне таверны Бри неохотно натянула куртку и направилась к двери. Было так весело снова оказаться среди людей, в окружении разговоров и смеха. Но теперь ее отправили домой, как ребенка. Черт.

Чуть ранее Калум заметил, что она хромает и велел ей сделать перерыв. Она честно пыталась отдохнуть несколько минут, но сидеть, пока Вики работала, было невозможно. К несчастью, когда Бри передала ему новую стопку заказов, Калум поблагодарил ее, забрал из ее рук поднос и приказал идти домой.

Она оглянулась назад. Да, владелец таверны следил, что она идет именно домой.

Хорошо. Я ухожу. И, возможно, он был прав. Ее бедро пульсировало так, словно в него вонзились зубами. И хотя поднос она носила здоровой рукой, раненая все равно болела. Как и ее плечо. Немного перестаралась, глупая?

Когда дверь за ней закрылась, заглушая гул голосов, она медленно вдохнула холодный ночной воздух. Наверху большие звезды усеивали черное небо. На востоке в убывающем лунном свете поблескивали белые вершины гор. Сиэтл был прекрасен, но от него никогда так не захватывало дух.

Улыбаясь, она направилась вдоль стены здания к кратчайшему пути, который обнаружила ранее. Останавливавшиеся в домиках рыбаки проложили тропу через лес, ведущую к таверне.

Стоило ей отойти от освещенных окон, ее тут же охватило беспокойство. Выйдя в сумерках, она не подумала о том, что по пути домой станет так темно. Где же этот чертов четвероногий Элвис, когда он ей так нужен?

Из тени вышел огромный мужчина.

От ужаса у нее перехватило дыхание. Все инстинкты подсказывали бежать — но таверна была слишком далеко. Бри отшатнулась назад, принимая защитную стойку. Когда больная нога задрожала под тяжестью ее тела, живот скрутило от тошноты, зная, что ее ждет.

Монстр не двигался, лишь многострадально вздохнул.

— Ты будешь угрожать мне каждый раз, как видишь? — Он шагнул в круг света. Черные волосы, широкие плечи, уголок рта приподнят. Зеб.

От облегчения ноги стали ватными, и она привалилась к стене.

— Прости. Я не видела, что ты там стоишь.

— Слабое извинение.

Ее руки дрожали.

— Это было объяснение, а не извинение.

— Ага. — Он взял ее за руку и потянул вперед. Без особых усилий. — Пошли.

— Что значит, пошли?

Он кивнул в сторону переполненной парковки.

— Там нет машины. Значит, ты шла пешком. — Давление его руки на ее поясницу заставило ее двигаться.

Лишь бы не давать ему повода оставить свою руку там — прямо над ее задницей.

— Ты ждал меня?

— Ночью небезопасно. — Он посмотрел вниз, и от лунного света его шрамы теперь казались белыми. — Особенно для маленьких женщин.

— Ой. — Он хотел защитить ее? Бри нахмурилась, понимая, что начинает привыкать к нему — почти. — Я ценю это. — Зеб, конечно, был молчалив, но его присутствие рядом по дороге длиной в квартал странно успокаивало. Ладно, очень успокаивало. Даже монстр дважды подумает, прежде чем ввязаться с ним в схватку.

Для кромешной тьмы он шел слишком быстро. Когда она споткнулась о корень дерева, он схватил ее за плечи. От ощущения его сильных рук ее пронзил страх, но Зеб поставил ее на ноги, отпустил, и, не говоря ни слова, стал ждать.

Через минуту, когда ее сердце ушло в пятки, она выдавила: — Спасибо.

Он хмыкнул в ответ, но сократил свой длинный шаг к ее более короткому… самый галантный грубый мужчина, которого она когда-либо встречала. Он вообще знал, как разговаривать с женщиной?

Ее нервозность сменилась весельем.

— Итак, ты всю жизнь прожил в Колд-Крик? Ты же из этих мест? — Его брови сошлись на переносице, и он недоверчиво нахмурился, как бы говоря: ты хочешь, чтобы я поговорил?

Подавив смешок, она подняла брови и стала ждать.

— Шей и я только переехали сюда. — Он сделал паузу и добавил, — Я вырос в Канадских горах.

Образ горца очень подходил ему, но она не могла представить его ребенком.

— Твоя семья все еще там?

Мускулы его лица напряглись и могли соперничать с твердостью гранита.

— У меня нет семьи.

Ее сердце смягчилось от жалости.

— У меня тоже.

— По фотографии не удалось ничего выяснить?

— Нет. Никто никогда не видел их. — Нет семьи, теперь она совсем одна. Стало очень грустно. Я так скучаю по тебе, Эшли.

Они шли еще пару минут в тишине, затем Зеб сжал свою руку на ее руке, останавливая Бри. Он указал вперёд и прошептал:

— Рысь. — С серо-коричневым мехом и черными кисточками на ушах, она выглядела как кошка на стероидах.

— Какая красивая.

Он действительно ухмыльнулся, и на его темном лице мелькнули белые зубы. Ее сердце сжалось. На секунду она увидела в нем не огромного защитника или угрозу, а мужчину. Не самого красивого… но убийственно мужественного.

Тяжело сглотнув, она снова начала идти. Быстрее.

Тропа закончилась на грунтовой дороге Уайлдвуда у сторожки.

Он не произнес ни слова, когда они миновали ее и свернули на более узкую дорогу, ведущую к ее домику.

Отперев дверь, она уже хотела было войти внутрь, но путь ей преградила мускулистая рука.

— Подожди. — Зеб вошел в домик, и проверил каждую комнату. Вернувшись к входной двери, где Бри так и осталась стоять, он кивнул.

— Спокойной ночи, маленькая женщина.

— Не называй меня так, — сказала она.

Он снова коснулся ее щеки костяшками пальцев, бесконечно нежное скольжение, которое вызывало нервную дрожь.

— Но ты такая и есть. — Его взгляд пробежал от пальцев ее ног до макушки, оставляя за собой тепло. — Определенно маленькая. — Он вздохнул, и на его щеке появилась ямочка. — И очень женственная.

Зеб наклонился и коснулся губами ее губ.

— Очень мягкая. — Его губы снова скользнули по ее губам, так легко, не настаивая, но уговаривая, пока она не наклонилась к нему, потерявшись в ощущении его твердых губ на своих губах.

Неожиданно, Бри отпрянула от него. О чем она только думала?

— Эм… — Она бросила на него настороженный взгляд.

С непроницаемым выражением лица он провел пальцем по ее влажной нижней губе.

— Спокойной ночи, маленькая женщина. — Зеб вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Она смотрела ему вслед и чуть не подпрыгнула, когда он громко произнес: — Запри дверь.

Она так и сделала.

Впервые за три недели она проспала всю ночь.

Глава 10

Полуденное солнце светило ярко и ясно, когда Шей опустил стекла своего грузовика, надеясь, что свежий воздух охладит его пыл, прежде чем он доберется до сторожки. Колд-Крик был слишком мал, чтобы избежать встречи с Герхардом, но, если альфа-придурок еще раз оскалит клыки на Шея, то будет плеваться зубами целый месяц.

Нет, черт возьми, ударить его было плохой идеей, поскольку альфа воспринял бы это как вызов. Будь вежлив, мохнатая морда. Шей недовольно зарычал и свернул на грунтовую дорогу. Большинство пунктов в его списке задач были выполнены: запасное постельное белье взято, новый холодильник для пятого домика лежал в задней части грузовика, контрольная проверка воды из колодца, откачка септика сделаны. Дела в Уайлдвуде шли хорошо.

Припарковавшись возле сторожки, он выскочил из кабины, его кожа зудела так, словно ему под одежду заползли муравьи. Проклятый металлический грузовик. Он почесал грудь, жалея, что не может трансформироваться и поваляться в грязи.

Когда он ступил на крыльцо, характерный щелчок пистолета расколол горную тишину. Шей напрягся. Звук доносился из-за домиков, откуда-то из леса.

Еще один выстрел. Еще два. Кто-то либо попал в беду, либо охотился на запрещенной территории.

Он бросил взгляд в сторону домика Брианны, чувствуя дрожь беспокойства. Ее машина стояла на месте, но внутри домика движения не было.

Лучше пойти проверить. Если повезет, стрелок окажется нарушителем, и у Шея будет подходящая цель для усмирения своего пыла. Он прошел через сторожку, вышел через боковую дверь, и уже начал было снимать рубашку, но остановился. Если он будет бегать вокруг в волчьем облике, его могут изрешетить пулями. С раздраженным ворчанием он остался в облике человека и направился в лес.

Еще три выстрела. Шей побежал.

Через несколько минут он понюхал воздух. Не нарушители…

Брианна и Зеб. Дойдя до поляны, он замедлил шаг и остановился, чтобы посмотреть.

Они стояли к нему спиной. Зеб сделал несколько выстрелов, каждый из которых попал в нарисованную от руки бумажную мишень, прежде чем передать пистолет Брианне. Шей поднял брови. Уроки стрельбы? Мысль о вооруженной женщине вызывала тревогу, но, возможно, для людей это было в порядке нормы.

Его напарник устроил хороший полигон. Массивное дерево повалилось набок и образовало в склоне дыру, которая остановит любые шальные пули. Куртка Зеба, рюкзак с чехлом для оружия и коробки с патронами лежали поблизости.

Шей молча наблюдал, как Зеб демонстрирует правильную позицию. Сосредоточенно нахмурившись, Брианна повторила его позу, как детёныш, подражающий своей матери.

Не нужно мешать уроку. Шей уже хотел вернуться назад, когда ветер переменился.

Зеб фыркнул и обернулся:

— Привет.

Брианна резко развернулась, направив пистолет в грудь Шея. Тот поспешно шагнул за соседнее дерево.

Зеб оттолкнул ее руку и выхватил револьвер.

— Не целься, если не собираешься убивать. Убивай плохих парней, а не хозяина своего домика.

Она закусила губу и кивнула, затем робко улыбнулась Шею.

— Прости. Что ты здесь делаешь?

— Услышал выстрелы. — Он вышел вперед. — Отличная стрельба, Зеб.

Зеб отмахнулся от комплимента и вернулся к инструктажу.

— Смотри обоими глазами. Выдохни. Сжимай осторожно, как если бы ты гладила мужские яйца. — Его губы изогнулись.

— Оу ну, конечно, — пробормотала Брианна. Ее бледная кожа покрылась румянцем.

Есть ли что-нибудь более привлекательное, чем краснеющая женщина? Шей рассмеялся.

Она услышала. Ее палец яростно дернул спусковой крючок, прежде чем она посмотрела прямо на Шея.

— Погладить вот так?

Зеб посмотрел на него с весельем в глазах.

— Черт, дорогая. — Шей покачал головой. — Из-за тебя я неделю буду ходить на кривых ногах.

Несмотря на то, что ее румянец стал ярко-красным, она рассмеялась. Низкий и мелодичный, звук пробежал по его спине, окутывая нежной лаской.

Очевидно, что на Зеба это подействовало также, и он прочистил горло.

— Продолжай стрелять.

Слишком заинтригованный, чтобы уйти, Шей вытащил несколько затычек для ушей из пакета, что лежал на земле. Прислонившись плечом к стволу дерева, он вставил их в уши, заглушая раздраженную болтовню лесной феи над ним.

Брианна была очень прилежной ученицей. Каждая реплика, сказанная Зебом, была услышана и осуществлена. Ее меткость продолжала улучшаться, и в итоге попаданий стало больше, чем промахов.

Примерно через пятнадцать минут Зеб посмотрел на солнце.

— Время вышло. Я обещал Алеку, что приду… — он взглянул на Брианну и поправился, — куплю ему пива. Шей останется с тобой.

— Нет.

— У меня есть время. — На самом деле Шей не мог придумать ничего более веселого.

— Маленькая женщина, запоминай все, что говорит Шей. — Зеб постучал пальцем по ее подбородку и нахмурился. Схватив свою куртку, он побежал по тропинке к сторожке.

Закусив нижнюю губу, Брианна секунду выглядела несчастной, затем расправила плечи. Шей почти слышал, как она говорит: Мне не страшно. Не обращая на него никакого внимания, она перезарядила револьвер и стреляла до тех пор, пока не опустошила его.

Он придвинулся ближе, как только ее обойма опустела. Он не собирался пугать упрямую женщину с заряженным пистолетом, особенно учитывая то, как она отреагировала на шутку Зеба о поглаживании яиц. Он тихо засмеялся. Будучи в образе Элвиса, он успел понять, что у нее своеобразное чувство юмора. То, которое ему нравится.

Но иногда он забывал, что она не знала его в человеческом облике.

— Подожди минутку.

Она посмотрела на него.

— Сосредоточься на цели, дорогая. Передняя часть твоего пистолета должна быть размытой.

Подняв пистолет, она перевела взгляд со ствола на мишень.

— Поняла. — Ее следующие выстрелы все были на бумаге, хотя и разбросаны.

— Гораздо лучше.

Улыбка осветила ее лицо. Опустив пистолет, она сняла джинсовую куртку. Ее ярко-красный свитер обтягивал высокие упругие груди, и у Шея пересохло во рту.

Он резко отвел взгляд. Что, черт возьми, с ним не так? Она была человеком. Только отчаявшийся мужчина-оборотень — тот, кто не смог заполучить женщину-даонаина — мог бы спариться с человеком.

Она закатала рукава свитера и снова подняла револьвер.

Не обращая внимания на остальные части тела, Шей изучал ее руки. У нее был хороший мышечный тонус, за исключением… Он обошел ее справа и хмуро посмотрел на розово-красные отметины над запястьем.

— Что случилось?

Брианна поморщилась.

— Гм. Что-то большее и более быстрое, чем я. Но мне уже лучше.

Возмущенный мыслью, что кто-то мог напасть на женщину, Шей подошел ближе.

— Должно быть, это было больно. — Неосознанно он взял ее за руку и повернул, чтобы видеть нижнюю сторону. Зазубренные отметины, ямочки на коже там, где человеческий врач сшил ткань. Розовая и хрупкая. Вероятно, меньше месяца.

— Кто укусил тебя?

Она выдернула свой локоть из его хватки.

— Я не совсем уверена. Все произошло слишком быстро. — Она прицелилась и яростно выстрелила. Снова и снова, пока курок не щелкнул на пустой магазин.

— Неплохо, — рассеянно сказал Шей, пытаясь вспомнить всех животных с такими большими челюстями. Не адская гончая — она не оставит жертву в живых. Собака? Медведь? — Нападающий отхватил еще и кусок от твоей ноги? Поэтому ты хромаешь? — Ее лицо побледнело, но пальцы не дрогнули, когда она перезаряжала пистолет.

— Да, поэтому.

Шей отступил назад и позволил ей заниматься. За все свои годы он никогда не видел такой женщины. Достаточно страха, чтобы наполнить озеро и гору решимости, чтобы соответствовать ему.

— Ты начала клониться влево, — отметил он. — Прими позицию. — Она приняла позу, которой ее учили, — отлично.

Но ее меткость становилась все хуже. Не из-за ее травмы руки, решил он. Но координация была нарушена. Он положил руки ей на плечи.

Она вскрикнула и резко отодвинулась, но слишком поздно. Он почувствовал углубления в мышцах.

— Он укусил тебя и в плечо? — мягко спросил он. Ярость захлестнула его вместе с желанием разорвать на части того, кто причинил такой вред женщине. Этой женщине.

— Да.

— Дай мне пистолет. — Он протянул руку, и через секунду она подчинилась. Он разрядил его, игнорируя протест в ее глазах. — На сегодня ты закончила, девочка. Еще немного, и ты повредишь себе мышцы.

— Но… мне нужно практиковаться. Мне нужно. В любом случае, это мои мышцы.

У нее были самые большие голубые глаза, какие он когда-либо видел, и, клянусь копытами Херне, ей было трудно сказать «нет».

— Ты можешь стрелять каждый день. Но не так долго.

— Я даже не знаю, как долго это продолжалось.

— Смотри. — Он обнял ее за талию и повернул лицом к мишени. Испугавшись в первый раз, сейчас она не была против контакта. Никакого запаха страха, только женский аромат с ноткой ванили. Он наслаждался, обнимая ее на следующее утро после сходки, и ее губы были сладкими.

Что, черт возьми, с ним не так? Человек, помнишь?

Он отпустил ее — плохой волк — и указал на мишень.

— Посмотри на дыры, в самом начале стрельбы и когда у тебя начало получаться. Но этот последний раунд? Твои выстрелы сместились влево, когда тебе стало больно.

Она тяжело вздохнула.

— Ты прав.

— Конечно, я прав. — Он улыбнулся ей и поймал ответную улыбку. — Когда ты начинаешь уклоняться от цели, бросай. С каждым днем ты сможешь тренироваться все дольше.

Она вздохнула.

— Ладно. Звучит неплохо.

Свободной рукой он убрал ее шелковистые волосы за ухо и провел пальцами по шее. Шелковистая кожа, теплая и влажная, с женским притягательным ароматом. Крошечные веснушки, разбросанные по ее носу и щекам, просто кричали, чтобы их облизали.

Человек. Она человек. Он отступил. Затем сделал еще один шаг для верности. — Пошли.

***

В полночь Зеб вернулся в пещеру. Он патрулировал восточную часть города, Шей — западную. Он не нашел ничего нового, но им не стоило расслабляться. С луной в последней четверти у них оставалась всего неделя до смертоносной темной ночи.

Под «Дикой Охотой» он обратился и оделся, ворча, вспомнив последний приказ Козантира — докладывать после каждого патруля.

— Если вас вдруг убьют, как я еще об этом узнаю? — спросил Калум, а затем исправился, — Я бы предпочел узнать, не пропал ли кто-нибудь из вас прежде, чем проверять свою территорию после закрытия. — Тревожное напоминание о том… как связь Козантира с Херне позволяла ему находить любого оборотня в пределах своих владений.

Нахмурившись, Зеб поднялся по ступенькам к шкафу, прошел через запертую комнату и оказался в коридоре. Ему нравился этот мудрый Козантир — ему явно было не наплевать на свой народ и своих кахиров, — но иногда он чувствовал себя так, словно его держат на привязи.

Жизнь в переполненном логове была в тягость. Если бы его бросили в дом не с Шеем, а с кем-нибудь другим, он бы уже давно вырвал тому чертово горло. Хотя, если его напарник и дальше продолжит гадить ему, именно это он с ним и сделает. Грязная, властная, болтливая дворняжка.

Когда Зеб вошел в бар, его передернуло от людского лепета. Громко звучала музыка в стиле кантри, в зале было полно народу. Суббота. Он совсем забыл, что сегодня выходные.

Гребаный приказ Козантира.

Он зарычал, и люди расступились с его пути, как овцы от горного льва. Это только еще больше разозлило его.

Какой-то сопляк занял излюбленное место Зеба в конце бара — то, где ему не приходилось стоять спиной к двери. Парень оглянулся, побледнел и попятился. Зеб даже не усмехнулся.

Калум стоял за стойкой, выполняя заказы, когда он пришел.

Казалось странным, что Козантир работал кем-то вроде прислужника, но управление баром — отличный способ следить за всем в городе. Подлый кот-оборотень.

Калум протянул ему темное пиво и повысил голос, стараясь перекричать шум.

— Проблемы?

— Все тихо.

— В таком случае, воздержись от запугивания моих посетителей. — Зеб фыркнул.

— Я всех пугаю. Какая…

— Нет, Зебулон. — Калум спокойно посмотрел на него. — Кахиры могут быть пугающими, да. Однако, когда ты подкрадываешься, как будто собираешься кого-то выпотрошить, ты пугаешь людей. Контролируй себя.

Он отошел, оставив Зеба пялиться ему в спину. Или что?

Чертов высокомерный ублюдок.

— Проблема? — Шей шагнул в почтительное пространство, покинутое всеми остальными. — У тебя такой вид, будто лапа застряла в капкане.

Везде, куда бы он ни пришел, какой-нибудь мудак заводил с ним разговор.

— Черт возьми. Если мне будет нужно твое мнение, я выбью его из тебя.

— О, ради Бога. — Шей со стуком поставил бутылку пива на стойку бара. — Ты и какая армия?

Это было уже слишком. Зеб зарычал и ударил своего гребаного соседа по комнате прямо в его громкий рот, отбрасывая его назад к другим посетителям. Внутри взорвалось удовлетворение. То, что доктор прописал. Никакой силы, подкрепленной Херне, только кулаки.

Шей вытер губу, посмотрел на кровь на руке и нахмурился. Его руки сжались в кулаки; костяшки пальцев хрустели с громкими хлопками в такт музыке кантри.

— Давненько не виделись.

— Слишком чертовски долго.

Шей сделал ложный выпад в сторону головы Зеба, а затем нанес тому сильный удар в живот. Зеб с ворчанием проглотил боль и нанес удар в скулу Шея. Толпа с криками и воплями разбежалась. Стул упал на пол.

Шей взревел, и битва началась.

Бри уставилась на двух мужчин, стоявших нос к носу и избивающих друг друга. Когда после одного из ударов Шея Зеб повалился на стол, она вздрогнула.

— О, черт, они репетируют для Битвы Титанов? — Вики поставила свой поднос на пустой стол. — Думаю, нам пора вмешаться.

— Нам? Ты с ума сошла?

— Барменша-вышибала. Такова моя должностная инструкция.

— Но не моя. Я вообще здесь помогаю ради удовольствия. — Бри услышала глубокий, хриплый рев. Зеб. Посетители шумели. Закричала какая-то женщина.

— Вики, они огромные. Твой муж тебе не позволит …

— Ты так думаешь? — Вики кивнула в сторону бара. Калум мотнул головой в сторону бойцов в очень четком приказе. Смеясь, Вики зашагала к дерущимся.

— О небеса! Почему они не могут быть нормальными парнями? — Бри приложила руку к бурлящему животу. Как она могла сражаться с мужчинами размером с монстра? Я не хочу. Ее пистолет лежал в сумочке на кухне. Может, ей просто пристрелить этих идиотов?

Брианна поспешила за Вики. Она не могла позволить подруге сделать это в одиночку. Сердце бешено билось в груди, казалось, еще немного, и треснут ребра. И тогда Вики придется убирать и ее кости с пола.

Проталкиваясь сквозь толпу, она увидела, как Зеб оттолкнул Шея на середину комнаты.

— Прекрасно. Ты берешь Зеба, а я Шея, — распорядилась Вики.

Бри поморщилась. Ой, ну спасибо. Шей был более благоразумен. Взять на себя Зеба было чистым самоубийством. Она загнала свой страх глубоко в живот. Ладно, хорошо, она и раньше сражалась с большими парнями — и их было много — и побеждала. Черный пояс она заработала не за вязание дома, у камина.

Когда Зеб двинулся вслед за своим противником, Бри скользнула ему навстречу, встав в позицию и готовая к бою.

— Никаких драк в баре. — Два очка в ее пользу — ее голос даже не дрогнул.

Он не ответил, просто схватил ее за плечо, чтобы оттолкнуть в сторону.

Бри ударила его по руке и осталась стоять перед ним.

— Отойди, маленький человек, — прорычал он, вытирая кровь с лица.

Человек? Что это за уничижительный термин?

— Я не маленькая, — прорычала она, — и я не сдвинусь с места. — Он схватил ее за рубашку быстрее, чем она успела блокировать удар. Без видимого усилия он поднял ее, отрывая от пола, как заблудившегося щенка, и отставил в сторону. Она ударила его кулаками по предплечьям, вырвавшись из его хватки, и снова встала у него на пути.

— Черт, а ты упрямая. — Он смерил ее убийственным взглядом. — Я могу сделать тебе больно. Очень больно.

Приступ страха свел ее с ума. Она ответила ему свирепым взглядом.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать тебе больно. Очень больно.

Он громко выдохнул и посмотрел поверх ее головы на кого-то позади нее.

— У тебя тоже проблемы?

Отступив в сторону, Бри проследила за его взглядом.

Уперев руки в бока, Вики преградила путь Шею, у которого было такое же раздраженное выражение лица, как и у Зеба.

— Вы закончили? — спросила Вики у Шея.

— Черт. — Шей посмотрела на Зеба. — Мы закончили? — Зеб обхватил лицо Бри разбитой рукой, и так нежно провел по ее губам большим пальцем, что по ее телу пробежала дрожь. — Думаю, мы закончили, — пробормотал он.

Шей потянул Вики за волосы, затем, прихрамывая, подошел к Бри.

— Храбрый маленький воин, не так ли? — Он заправил ее растрепанные волосы за ухо, прежде чем повернуться к Зебу. — Самое веселое, что у меня было за последние недели. Пойдем, я угощу тебя пивом.

Бри смотрела, как двое парней бок о бок направились к бару. Вокруг нее люди расставляли столы и стулья и убирали пролитые напитки. Некоторые пробормотали что-то о проклятых кахирах, что бы это ни значило. Она покачала головой.

— Сначала они пытаются убить друг друга, а теперь стали лучшими друзьями?

— Мужчины. Придурки. Без разницы.

Когда Бри последовала за Вики к бару, Калум улыбнулся и поставил их рабочие напитки. Диетическая кола для Бри, вода для Вики.

— Хорошая работа. Спасибо.

Даже оценив комплимент, Бри не могла не спросить:

— Разве мужчина не должен беспокоиться о том, что его жена может пострадать?

— Моя пара могла бы уложить этих двоих со связанными за спиной руками, — сказал он мягко. — Даже без преимущества. — Услышав оклик клиента, он двинулся вдоль стойки.

— Какого преимущества? — спросила Бри у Вики.

— Быть женщиной. — Вики отпила воды и посмотрела на Зеба и Шея. — Любой об… большинство мужчин здесь скорее умрут, чем причинят вред женщине. Пока мы были достаточно упрямы, чтобы оставаться у них на пути, они не могли сражаться. Но если бы вмешался Калум, парни с радостью превратили бы это в знатную потасовку. — Она вздохнула. — Хотя, было бы гораздо веселее, если бы они нанесли пару ударов.

— Господи, ты такая же сумасшедшая, как и они. — Бри нахмурилась, глядя на бармена. — Не знаю, то ли ужаснуться, то ли удивиться, что он рискнул тобой.

— Калум использует все свои ресурсы, даже меня. Это одна из причин, почему я люблю этого властного ублюдка.

Калум, очевидно, услышал. Его глаза потемнели, когда он посмотрел на жену взглядом, который вполне мог сойти за рентгеновский. Еще более странно, Бри могла поклясться, что слышала мурлыканье Вики.

Брианна подавила вздох. Она бы все отдала за то, чтобы какой-нибудь мужчина смотрел на нее так, словно она была для него целым миром.

Глава 11

С бешено колотящимся сердцем, Бри выскочила из дома. Почувствовав во рту вкус крови, она едва сдержала рвотный позыв. Мистер Харви попытался засунуть ей в рот свою штуку, и она укусила его. Ублюдок сильно схватил ее за волосы, и теперь голова просто раскалывалась. Она дошла до конца квартала и обернулась. Она не вернется. Никто никогда не поверит, что приемный отец мог домогаться пятнадцатилетнего ребенка.

Бри вздрогнула, проснувшись с колотящимся сердцем, затем почувствовала прикосновение меха к своей руке и тепло пушистого тела рядом. Элвис растянулся рядом с ней на гладком валуне на лесной поляне. Она расслабилась.

За последние несколько дней пес с янтарными глазами почти всегда сопровождал ее во время ее неспешных походов. Теперь его хромота почти прошла. И она тоже выздоравливала, как психологически, так и физически. Каждое утро она спала допоздна, читала книги и расспрашивала горожан о своей фотографии.

К сожалению, никто не помнил ее родителей.

Днем она упражнялась в стрельбе — ее успехи день ото дня становились все лучше. Несмотря на то, что Шей разрезал мишень пополам, она все еще могла попасть в нее, хотя и не была столь точна, как мужчины. Какая жалость, что она не может забрать их с собой в Сиэтл для защиты? Привет, ребята. Не могли бы вы помочь мне упаковать вещи… и, если несуществующий монстр ворвется в дверь, пожалуйста, убейте его. Да, и захватите с собой оружие. Оно вам понадобится. Она закатила глаза, представляя себе их реакцию.

Нет, она вернется в Сиэтл одна. И на этот раз будет более умной. Она остановится в отеле, пока будет подыскивать квартиру. Тогда, может быть, она устроит себе грандиозную вечеринку по случаю переезда, чтобы собрать вещи и погрузить их в окружении людей.

Если повезет, шум заглушит ее воспоминания о смеющемся, бранящемся голосе Эшли. О ее криках. Моих криках.

Ее дрожь привлекла внимание Элвиса, а затем он принялся лизать ее лицо и шею, смывая ее горе и заставляя хихикать, когда она пыталась отбиться от него.

— Фу, собачья слюна. Это просто отвратительно.

Он одарил ее собачьей улыбкой, высунув язык, совершенно не раскаиваясь.

— Уже поздно, приятель. Нам лучше вернуться. — Последний раз проведя языком по ее подбородку, он спрыгнул с валуна и начал спускаться по тропе.

Следуя за ним, она усмехнулась. Властный пес никогда не позволял ей идти впереди… Что, может быть, и к лучшему.

— Знаешь, я бы, наверное, заблудилась, если бы тебя не было со мной. — Он завилял хвостом в знак безусловного согласия.

— И признаюсь, теперь мне стало проще ориентироваться по местности. — Остановившись на мгновение она огляделась. Да, она узнала этот маршрут. — Это не моя вина. Я никогда раньше не ходила пешком. Вообще-то до этой поездки я никогда даже не покидала Сиэтл. Разве это не странно?

Пес навострил уши. Лучший слушатель, которого она когда-либо встречала.

— Я боялась уезжать из города. — Ее походные ботинки глухо стучали, когда она шла по деревянному мостику. Солнечный свет отражался от ручья и плавил лед на его берегах. — Меня нашли где-то в лесу, по крайней мере, так сказал социальный работник, и с тех пор мне снятся кошмары о том, что я заблудилась. — Ветер шелестел в кронах вечнозеленых деревьев, ветви стонали. Ручей журчал и пел, а в небе кричал одинокий орел. Влажный зеленый запах леса наполнил воздух, приправленный запахом снега. — Кто же знал, что горы так великолепны?

Несколько минут спустя она улыбнулась при виде своего домика.

Нет, это не было ей домом, лишь хорошим убежищем.

Услышав глухие удары, она обошла здание и подошла к главному входу. Элвис последовал за ней.

Сбросив пальто на землю, Зеб перенес охапку дров с тачки на крыльцо. Когда он поднял несколько поленьев, его мускулистые бицепсы и плечи вздулись.

Ворот его фланелевой рубашки был расстегнут, обнажая шрамы, которые спускались по шее на грудь. Так много шрамов.

Бри вздрогнула и прочистила пересохшее горло.

— Спасибо за дрова.

Он кивнул, затем поднял одну бровь, заметив собаку.

— Завела приятеля?

Странно, как ее успокаивало присутствие рядом Элвиса, даже несмотря на то, что Зеб больше не пугал ее. Не слишком. Она обняла собаку, лизнувшую ее в лицо, и рассмеялась. — Элвис просто прелесть. Ты случайно не знаешь, кто его хозяин?

— Элвис? — Зеб фыркнул от смеха. — Вряд ли кому-то нужна эта шумная дворняжка. Оставь себе, если хочешь, только перед этим, рекомендую кастрировать его. — Пес обнажил клыки и зарычал на Зеба.

У Бри отвисла челюсть.

Что еще более поразительно — Зеб действительно ухмыльнулся.

***

Следующим вечером Бри обошла вокруг своего стола.

Шишки и веточки, которыми она дополнила сервировку, смотрелись вполне уместно и по-деревенски, в сочетании с тяжелой керамикой.

Подготовлено три места.

Ее холодные руки дрожали, когда она поправляла салфетку.

Ужин был почти готов, стол накрыт. Теперь ей предстояло пригласить гостей. Она положила руку на дрожащий живот.

Два здоровенных мужика. Она с тоской посмотрела на свою сумочку у двери, заткнуть за пояс револьвер, было бы невежливо.

Честное Слово, Бри. Возьми себя в руки. Она выпрямила спину. Если она не могла даже пригласить пару парней — неважно, какого роста те были — то как она собиралась вернуться в город, заполненный мужчинами?

Зеб и Шей были очень добры. И эй, каждый из них поцеловал ее — если эти легкие прикосновения вообще можно назвать поцелуями. Странно, но после того, как она перестала шугаться их, ей захотелось большего. Она фыркнула. Как будто ей посчастливиться получить больше поцелуев, если она с криком побежит в лес.

Итак, следующий шаг. Десенсибилизация[2]. Так назвала это ее подруга-аллергик, когда доктор вводил ей все более высокие дозы амброзии. Если этот метод сработает, в конце концов она перестанет бояться огромных парней.

Ну, ладно. Натянув пальто, она поспешила к сторожке и постучала в дверь.

Брианна пискнула, когда та распахнулась.

— Что за хрень… о! — Зеб опустил взгляд, и в этих темно-шоколадных глазах вспыхнул веселый огонек. — Маленькая женщина, ты стучишь так, как будто у тебя вместо рук лапы медведя.

— Ты когда-нибудь перестанешь называть меня маленькой женщиной? — Он изучал ее в течение бесконечной минуты, его взгляд переместился с ее ног и двигался вверх по ее телу так, что у нее перехватывало дыхание. Жар залил ее щеки.

— Нет.

Она моргнула.

— Что «нет»?

— Нет, я не перестану называть тебя маленькой женщиной. — Когда позади Зеба, появился Шей, Брианна подумала, что было бы неплохо снести половину стены дома, чтобы эти двое поместились в дверном проеме. — Зеб тебя беспокоит? Мне врезать ему?

— Вы двое уже подрались прошлой ночью. Калум был зол?

Шей склонил голову набок.

— Он что, злится?

— Да, — сказал Зеб. — Не ходи туда.

Бри вспомнила свой первый визит в бар и то, как потемнели серые глаза Калума.

— Он не злится из-за драки. Просто хочет, чтобы мы починили то, что сломали, — сказал Шей.

— Но ты здесь не поэтому? — Зеб скрестил руки на груди. — Не просто пришла поболтать, да?

— Мой отпуск закончился. Я уезжаю в субботу, — неловко сказала Бри.

— Какая жалость. — Шей внимательно посмотрел на нее. — А почему ты…

— Я приготовила кастрюлю спагетти, — поспешно перебила она. Никаких вопросов, пожалуйста. — Чтобы поблагодарить вас за все, что вы для меня сделали. Дрова, уроки стрельбы и ремонт. Эскорт-услуги. Продукты.

Шей прислонился плечом к дверному косяку, медленно улыбаясь.

— Если ты хочешь нас накормить, мы готовы. — Зеб просто кивнул, его взгляд снова стал спокойным и настороженным.

— Хм. Хорошо. Ужин через двадцать минут. — Уходя, она чувствовала их взгляды на своей спине. Иди медленнее. Не веди себя как котенок, убегающий от собаки. Им не нужно знать, что ее сердце бешено колотится о грудную клетку.

***

Будучи человеком, самка никогда не видела, как едят кахиры, понял Зеб, наслаждаясь ее удивлением, когда они с Шеем покончили с салатом, чесночным хлебом и целой кастрюлей спагетти. Та дрянь из банки, которую они привыкли есть, даже и близко не была такой вкусной. С запахами еды, древесного дыма и женщины, в хижине пахло так, как он представлял себе дом.

Так как Шей поддерживал разговор, несмотря на нервозность Бри, Зеб мог есть и наслаждаться видом. На маленькую самку определенно стоило посмотреть, даже несмотря на то, что она была человеком.

Велев им оставаться на месте, она начала убирать со стола.

Каждый раз, когда она поворачивалась, ее длинные волосы переливались разными цветами. Некоторые пряди были цвета солнца, другие — белые, как ледники на Рейнире. Очаровательно. Его волосы были черными и… черными.

Шей наклонился вперед и тихо сказал.

— Если ты и дальше продолжишь смотреть на нее, как удав на кролика, я разобью тебе лицо.

— Ты и какая стая? — Не его вина, что он помнил ощущение ее губ, ее запах. Ее синий свитер выглядел мягче волчьего пухового подшерстка и обхватывал ее полные груди так, что его член был в полной боевой готовности. Они будут тяжелыми, наполняя его ладони, и будут на вкус как… черт возьми, почему, во имя Херне, его так тянет к ней? Люди были достаточно милы, но не для секса. Он знал нескольких мужчин, которые трахались с кем попало, но он не был одним из них.

И все же она притягивала его — ее запах, ее тело, даже ее личность. Особенно ее личность.

Она хотела заботиться обо всех, начиная с обнимания детей в книжном магазине и заканчивая кормлением его и Шея. И она, должно быть, самая упрямая, самая храбрая маленькая женщина, которую он когда-либо встречал. Когда ее округлый подбородок поднялся, а губы сжались, она не отступила от принятого решения. Особенно когда дело дошло до стрельбы из этого гребаного пистолета.

Или остановить драку. Маленькая человечка двигалась с уверенностью кошки. Учитывая то, как легко она разорвала его хватку и как грациозно пнула того мудака, что лапал ее, она определенно владела каким-то видом боевого искусства.

Пара Калума тоже двигалась таким образом… и год назад Вики тоже была человеком. Что не так с человеческими мужчинами, что их женщины должны учиться драться и обращаться с огнестрельным оружием?

— Ты уезжаешь в субботу. В Сиэтл? — спросил он, хотя при этой мысли его пронзила острая боль.

Она поколебалась, потом вздернула подбородок.

— Да.

— Поэтому ты и купила пистолет? — Он уловил слабый запах ее страха, пробуждая в своем теле инстинкты защитника.

— В городах опасно. Женщинам иногда приходится защищаться.

Итак, что бы ни заставило ее испугаться, это случилось в Сиэтле. Бесстрашная человечка возвращается, чтобы встретиться со своим страхом лицом к лицу.

Замечательно. Но как, черт возьми, вообще получилось, что она пострадала? Почему ни один мужчина не встал на ее защиту? У такой сладкой малышки определенно кто-то должен быть, кто будет защищать и оберегать ее. — Не думаю, что…

— Верно, — вмешался Шэй, одарив его взглядом типа «заткнись-или-я-воткну-свои-клыки-в-твою-шею». — Ты не думаешь.

Бри рассмеялась, ее запах страха рассеялся.

— Вы двое такие забавные. Как, скажите на милость, вы оказались партнерами?

— Ну… — Шей откинулся на спинку стула. — Зеб работал в рыбацком лагере. Он отлично справляется с обслуживанием и ремонтом, но владелец хотел, чтобы кто-то занимался продвижением и бизнесом.

Другими словами, кто-то, кто не отпугнет рыбаков. Зеб сжал губы.

Нежная рука накрыла его руку. Бри пристально посмотрела на Шея, потом на Зеба своими нежными голубыми глазами, чистыми, как горное озеро. — Эти вещи переоценивают. Мне нравятся люди, которые говорят правду, какой бы жестокой она ни была. — Она защищала его? Его взгляд встретился с взглядом Шея, разделяя и юмор, и недоверие… Но тепло, которое он почувствовал от ее слов, он оставил при себе.

Он понял, что она о чем-то спросила.

— Что?

— Ребята, вы любите шоколад? Я испекла брауни.

Зеб уставился на нее. Брауни рождаются, их не пекут. — Ты не могла…

— Да, черт возьми, мы любим шоколад, — перебил его Шей. Когда Бри направилась на кухню, он тихо сказал, — У людей есть жевательный пирог, который они называют брауни. Она не имела в виду других людей.

Еда? Они что же едят и десерты под названием «гном» и «пикси»? Это было просто неправильно.

Тем не менее Зеб взял один из темных квадратов. Вкус шоколада взорвался у него во рту, как горная весна, и он зарычал от удовольствия, прежде чем взять еще один.

Когда Брианна рассмеялась и пододвинула тарелку поближе к нему, он заметил шрамы на ее руке. Он обхватил пальцами ее крошечное запястье.

— Зеб? — Она попыталась вырваться.

— Шей сказал, что ты ранена. Я посмотрю. — Крепко держа ее, свободной рукой он закатал ее рукав, обнажая уродливые следы укусов на ее светлой коже. Шрамы были такими же широкими, как и у него. — Что это было? — Это не могло быть адской гончей, иначе ее бы уже не было в живых.

Что бы ни напало на нее, он с удовольствием убьет это существо.

Она отдернула руку и опустила рукав.

— У тебя манер меньше, чем у…

— Это я уже слышал. — Он проигнорировал смешок Шея. — Ответь мне.

Она бросила на него ледяной взгляд.

Он ждал.

Звук, который она издала, был почти рычащим и до нелепости возбуждающим.

— Прекрасно. Собака — очень большая собака. Доволен? — От того, как дрожал ее голос, ему захотелось заключить ее в объятия и окружить безопасностью. Но он знал, что лучше ей бежать от него.

— Он мертв? — резко спросил Шей.

В ее глазах появилось затравленное выражение.

— Убежал. — Ему захотелось убить его. Он не мог. В городе, состоящем из бетона, металла и слишком большого количества тел, выследить его было бы невозможно. Он смотрел, как она теребит свой рукав. Все еще расстроенная.

Несчастная. Это он виноват.

— Прости, Бри.

Она с удивлением подняла голову.

— Ты никогда раньше не называл меня по имени.

Шей рассмеялся.

— Она тебя раскусила, не так ли? — С усилием Зеб оторвал от нее взгляд и попытался отвлечься. На кофейном столике лежала фотография. Он подошел, чтобы посмотреть, нуждаясь в том, чтобы избежать растущего осознания ее как женщины. Возможно, это и хорошо, что она уезжает.

Это была та самая фотография, которую она показывала Торсону.

Шей подошел к напарнику.

— Ты была хорошенькой малышкой, линнан.

Когда она улыбалась, на ее щеках появлялись ямочки.

— Спасибо, А теперь скажи мне, что значит «линнан»?

— Это что-то вроде «милая» или «дорогая», — сказал Зеб.

Очевидно, Шей тоже был не против кролика на завтрак, и, тем не менее, это знание не вызывало раздражений у Зеба.

— Дорогая. Это почти так же покровительственно, как маленькая женщина. — Бри нахмурилась, глядя на Шея, который бросил злобный взгляд на Зеба.

Когда Зеб отложил фотографию, он увидел спасательный браслет.

Серебряные диски переходили от тонкого полумесяца к полному кругу и обратно. Усиленные магией серебряные звенья между ними гарантировали, что браслет изменит размеры во время оборота.

Как он попал к человеку?

— Ты нашла это где-то здесь?

— Нет. Он был у меня, о, уже целую вечность. — Она одарила его улыбкой, такой же хрупкой, как браслет. — После того, как меня бросили, со мной остались только эти две вещи.

Может, человек нашел браслет и отдал его щенку в качестве игрушки? Но на фотографии была изображена «Дикая Охота», подразумевающая связь с даонаинами.

Но она не принадлежала к клану. От нее не пахло оборотнем, и она была далеко за пределами того возраста, когда даонаин совершает свой первый оборот. Возможно, ее родители знали некоторых оборотней.

— Ты заблудилась в лесу, когда тебя нашли, — сказал Шей.

— Ну, да. Откуда ты знаешь? — спросила Брианна.

Шей поморщился. Очевидно, Брианна разговаривала со своим собачьим другом. Что еще было известно Элвису?

— Я думал, что Зеб имел в виду именно это, — невинным голосом ответил Шей.

Ее глаза сузились.

Кто-то постучал в дверь.

Когда Бри вздрогнула, Зеб инстинктивно встал между ней и входом.

Шей помедлил и открыл дверь.

— Добрый Вечер, Алек. — Алек все еще был в форме шерифа.

— Я не смог найти тебя в сторожке, а потом услышал голоса здесь. Я думал, мы встречаемся в одиннадцать.

Зеб взглянул на небо, видневшееся в дверном проеме. Поздно.

— Прости. Мы потеряли счет времени, — сказал Шей. — Наш арендатор накормил нас, как гусей на убой. — Шей вернулся к Бри и протянул ей руку. Через секунду она вложила свои пальцы в его ладонь. — Спасибо, Брианна. Это была лучшая еда, которую я ел за последнее время.

— Не за что. Спасибо вам за помощь. — Прежде чем она успела отстраниться, Шей поднес ее руку к губам и поцеловал ее ладонь так медленно и нежно, что на ее щеках вспыхнул румянец.

Когда Шей присоединился к Алеку, Зеб занял его место. Не в силах удержаться, чтобы самому не подразнить ее, он обхватил ладонью ее щеку. Шелковистая, гладкая и бледная. Маленькая самка была похожа на древесину персикового дерева, тонкая зернистая, но невероятно прочная.

— Я тоже благодарю тебя. — Он сделал паузу. — Бри.

У нее перехватило дыхание.

Его охватило наслаждение, потому что вместе со слабым запахом страха он уловил нечто более неуловимое — запах возбуждения.

Глава 12

Колд Крик. Территория Северных каскадов. Темная луна.

Моя последняя ночь здесь. Три недели пролетели незаметно, и завтра она уедет домой. Только у нее больше нет дома, не так ли?

Меланхолия окутывала ее, Бри стояла в дверях, глядя в ночь. На небе не было луны, и царила тьма. В домике эхом отдавалась пустота.

Слабая музыка кантри доносилась из «Дикой Охоты», как приглашение. Она вошла в домик, чтобы взять пальто и сумочку. В таверне будет людно и шумно. Как раз то, что ей сейчас нужно.

Через несколько минут она въехала на полупустую стоянку. Странно — в пятницу вечером здесь обычно полно народу.

Когда она схватила сумочку и выскользнула из машины, знакомая мелодия Boot Scootin’ Boogie рассекла воздух, заглушая громкие голоса.

Неважно. Калум и, вероятно, Вики будут там.

Может, и Шей с Зебом тоже, потому что в сторожке было темно.

Мысль об этих двух мужчинах заставила ее улыбнуться. Шей поцеловал ее ладонь, и выражение его глаз говорило, что он хотел большего. Гораздо большего. Одна только мысль о нем вызывала желание и тянущие ощущения внизу живота.

И не только о нем. Воспоминание о том, как Зеб обхватил ее лицо своей большой ладонью, казалось, согрело холодную ночь.

Плохая Бри. Как она могла увлечься и Шеем, и его партнером? Но так и было. Она обхватила себя руками, вспоминая, как темные-темные глаза Зеба весело блестели, как уголок его рта чуть ли не против воли приподнимался, когда она что-то говорила. Она хотела, чтобы он обнял ее своими мускулистыми руками.

Она уставилась на таверну, потрясенная тем, что впервые по-настоящему заинтересовалась парнями… как совершенно нормальная женщина. Боже, это было так удивительно.

Довольная собой, она развернулась в бледном свете уличного фонаря и остановилась, услышав звук справа.

Маленькая фигурка, что-то держа в руках, перебежала дорогу. Светлые волосы поблескивали в свете фонарей на парковке. Худенькая.

Юная. Дочь Вики.

Застегнув толстовку, Бри подошла к ней.

— Джейми, что ты здесь делаешь?

Девушка остановилась, так разогнавшись, что загудела, как мотор гоночного автомобиля. — Привет, Бри. — Она держала на руках извивающегося щенка. — Я услышала, как кто-то скулит, и улизнула. Должно быть, какой-то турист сбросил его в канаву. — Она хихикнула, когда пушистик энергично лизнул ее подбородок. — Разве он не милый? — Бри погладила пушистые мягкие ушки. — Он очарователен. — Она посмотрела на канаву, потом на второй этаж, где, по словам Вики, они жили. — Ты услышала его оттуда?

— У меня хороший слух. — Джейми переступила с ноги на ногу, нервно поглядывая на таверну. — Мне нужно домой. Мы не должны выходить сегодня вечером после наступления темноты, и, если папа узнает, я буду мыть посуду целый месяц.

Мы?

— Беги. — Надеюсь, девушке не попадет за свое доброе дело.

Когда Джейми побежала к воротам справа от здания, Бри направилась к бару. Ее предвкушение начало расти. Будет ли Зеб или Ш…

Испуганный крик разорвал ночной воздух. Вопль полный боли.

Бри развернулась и бросилась бежать.

— Джейми? Джейми! — Вот она — растянулась на земле, пытаясь встать.

Щенок съежился у ее ног.

— Ты в порядке?

— Я что-то видела. Что-то ужасное. — Джейми поднялась на ноги и схватила собаку. Она повернулась и ее юное лицо исказилось от страха.

Вглядываясь в темноту, Бри почувствовала этот запах. Гниющее мясо, гнилые апельсиновые корки. Чудовище. Ее сердце бешено заколотилось.

Неужели оно последовало за ней из Сиэтла?

Справа послышался шорох, едва различимый за музыкой кантри. Вероятно, никто внутри не слышал крика ребенка. В отличие от монстра.

Тихо, несмотря на дрожь в руках, Бри вытащила пистолет из сумочки. — Иди сюда, Джейми. Сейчас же. — Она бросила сумку и толкнула ребенка за спину. Воспоминание о том, как она проделала то же самое с Эшли, пронзило ее, но искра гнева прогнала страх. На этот раз… на этот раз она убьет эту тварь.

— Бри, — прошептала Джейми. — Это…

— Ш-ш-ш. Ты побежишь… — Бри замолчала. Существо напало на Эшли первым. Неужели бег спровоцировал его? — Подождешь, пока оно нападет на меня. А потом ты побежишь. И позовешь на помощь. — Шаг за шагом они приближались к таверне. Пожалуйста, Господи, дай мне подвести ребенка поближе, чтобы она могла забежать внутрь.

— Это адская гончая. — Джейми придвинулась ближе. — Я не думаю… — зашелестели голые кусты на краю стоянки, и чудовище шагнуло вперед. Огромный. Весь из костяных пластин. Глаза цвета засохшей крови.

Это… это действительно чудовище. Руки Бри похолодели и онемели, она судорожно хватала ртом воздух, но не находила его. Когда ее тело вспомнило ужасную боль, каждый нерв закричал, призывая ее бежать. Крики эхом отдавались в ее памяти. Она развернулась… и врезалась в Джейми.

Ребенок. Бежать нельзя. Она боролась со спазмом в легких.

У меня есть оружие.

Монстр сделал несколько шагов вперед, его красно-карие глаза сфокусировались на них. Но он казался меньше. Тоньше.

Он и был меньше. Не то же самое существо? Их что, много?

Со злобным рычанием адская гончая рысцой побежала к ним через стоянку.

Бри сделала шаг вперед и прокричала:

— Беги, Джейми! — Когда Джейми побежала, пронзительно крича, Бри прицелилась. Она трижды нажала на спусковой крючок. Пули попали твари в голову и плечи. Глухой стук. Звон, как будто что-то ударилось о бетон. Почему раны этой твари не кровоточат? Почему не умирает?

Ужас сковал ее тело, когда существо шаг за шагом приближалось. Она не могла остановить его. Голова, похожая на акулу, повернулась к Джейми.

Нет, нет, нет. Ее ты не получишь. Бри бросилась вперед и нажала на курок. Если бы она могла отвлечь его достаточно долго…

Даже когда пистолет издал пустой щелчок, существо повернулось к ребенку.

Бри врезалась ему в плечо. Монстр отшатнулся на шаг и обернулся.

Челюсти сомкнулись на ее предплечье. Зубы прокусили ее толстовку, кожу, плоть. Боль пронзила ее руку. Больно, очень больно. Зрение затуманилось, колени подогнулись.

Что-то врезалось в существо.

Оно отпустило ее и обернулось.

Бри ахнула.

— Нет, Джейми! — Но это был не ребенок.

Зеб попал в цель. Стоя на четвереньках, он попытался увернуться, но адская гончая схватила его за ногу. Он застонал от боли.

Нет! Рука горела огнем, Бри вскочила на ноги.

Элвис выскочил из темноты и атаковал с тыла.

Рычание большого пса наполнило воздух.

С рычанием монстр отпустил Зеба и развернулся.

Элвис отпрыгнул — слишком медленно. Он взвизгнул, когда чудовище схватило его, встряхнуло и швырнуло на бетон.

Зеб вскочил на ноги, вытаскивая пистолет из привязанной кобуры.

— Эй!

Чудовище повернулось, и Зеб выстрелил. Пули с глухим стуком упали на землю. Некоторые из них срикошетили от шкуры, пробив бетон.

— Гадство. — Зарычав, Зеб вытащил нож из ножен на бедре и расставил ноги.

Неудержимый крик вырвался из горла Бри. Нож тут не поможет. Он сломается, как и ее собственный. Мужчины понятия не имели, что это за тварь.

Монстр бросился на Зеба.

Схватив с земли револьвер, Бри швырнула в монстра сначала его, потом в ход пошел гравий.

— Отойди от него!

Тварь повернулась к ней…

Элвис снова атаковал. Чудовище развернулось и вцепилось в мохнатую шею собаки. Элвис издал болезненный, выворачивающий внутренности скулеж.

Зеб бросился вперед в низком прыжке, ударившись плечом о тротуар, он перевернулся на спину. Оказавшись под монстром, он вонзил нож в брюхо зверя.

Нож вошел в тело твари. Бри смотрела, как Зеб рубанул монстра по задним ногам, потроша его, как цыпленка.

Хлынула темная кровь. Всюду. Непрерывно рыча, существо пошатнулось. Упало. Оно тяжело приземлилось на Зеба, и тот выругался.

Когда глаза цвета ржавчины наполнились пустотой, Бри тяжело задышала. А вдруг оно встанет? В кино монстры всегда оживали.

Чудовище не двигалось. А Зеб был жив, он выругался и попытался вылезти из-под этой штуки.

Элвис. Его мохнатое тело лежало неподвижно.

— Нет. Нет, этого не может быть. — Слезы застилали ей глаза, Бри направилась к нему. Только не Элвис. Только не еще одна смерть. Ну, пожалуйста. Она упала на колени рядом с собакой. Он заскулил. Все еще жив. Она обняла его здоровой рукой. — Ты спас нас. Пожалуйста, держись. — Но кровь лилась из его израненной плоти, теплая на ее озябших пальцах. Слишком много крови.

Задыхаясь от рыданий, она попыталась проверить, насколько сильно он ранен, но вокруг было слишком темно и становилось все темнее. Она слышала, как люди бегут, кричат. Все ближе и ближе, хотя шум постепенно затихал…

Шей! Зеб попытался выглянуть из-под адской гончей, но чертова туша придавила его ноги к бетону.

Звук, который издал Шей, звенел у него в ушах. А Бри? Где была она? Обливаясь потом от страха, Зеб толкнул адскую гончую, разрывая ее кожу, а затем и кожу на острых концах доспехов. Наконец, тварь содрогнулась и умерла, трансформируясь в свою более слабую человеческую форму.

— Чертова демоническая мразь, — Зеб оттолкнул труп и, пошатываясь, поднялся на ноги. Боль пронзила его ногу, когда он, прихрамывая, рванул к Шею.

Нужно найти Бри. Черт, сильно ли она пострадала? В городе оборотней ни одна адская гончая не нападет на человека. Должно быть, существо охотилось на ребенка Калума.

Когда Зеб подошел к Бри и Шею, он попытался встать на колени. Его нога подогнулась, и колени ударились о мостовую в приступе агонии.

— Черт! — Стиснув зубы, он придвинулся ближе.

Бри лежала поперек волка, и была без сознания.

— Черт возьми, маленькая самка. — В груди сдавило, когда он вспомнил, как она специально отвлекала внимание адской гончей на себя. Такая ужасающе смелая. Он осторожно отодвинул ее от Шея, чтобы осмотреть их раны.

Внутри у него все сжалось. Кровь была повсюду, от них обоих: она покрывала мех на плече и шее Шея, пропитывала темнотой бледно-голубой рукав толстовки Бри. Черт, и с чего ему прикажете начать?

Человек более слабый. Он оторвал рукав ее толстовки.

Клянусь Богом охоты, ее рука выглядела так, будто ее засунули в пилораму. Нежная женская кожа — неправильно видеть ее поврежденной. Воздух наполнился запахом крови. Слишком поздно. Снова слишком поздно.

Он прижал ладонь к ее ранам, пытаясь остановить ужасающе быстрый поток крови.

Подошли люди, наконец-то, черт возьми. Со стороны дороги через стоянку бежали три кахира. Из таверны хлынул новый поток людей, и он понял, что битва длилась всего минуту или около того.

Заметив Калума и его дочь впереди, Зеб завопил:

— Принесите лекарства!

— Уже, — тявкнул детеныш Козантира. — Я принесу их. — Она развернулась и бросилась обратно к бару.

Калум добежал до них первым, на ходу отрывая рукав своей белой рубашки. Он опустился на колени рядом с Шеем и использовал ткань как повязку, надавливая на рану на шее волка.

Шей не издал ни звука.

Черт возьми, Шей. Зебу стало трудно дышать.

— Он что…?

— Он жив. — Калум подозвал одного и кахиров. — Оуэн, вчера вернулся Донал. Тащи его сюда.

— Да, Козантир. — Оуэн вытащил из кармана сотовый телефон.

Понизив голос, Калум приказал другому кахиру.

— Бен, уведи отсюда людей, пока не пришел целитель.

— Будет сделано, Козантир.

— Мы услышали крики. — Алек опустился рядом с Зебом, хмуро глядя на его ногу и руку Бри. — Дело дрянь.

Детеныш Козантира резко затормозил.

— Папочка, вот аптечка. — Задыхаясь от рыданий, она поставила на землю металлическую коробку.

— Спасибо, Джейми. А теперь возвращайся в таверну. — Калум взглядом заставил ее замолчать. Когда она ушла, он одной рукой откинул крышку аптечки и протянул Зебу бинты. — Займись своей ногой.

Когда Зеб взял бинт, Калум сказал:

— Алек, посмотри, что с девчонкой. — Все собственнические инстинкты Зеба взбунтовались. Моя. Подавив протест, он начал перевязывать ногу.

Достав из коробки бинты, Алек прижал их к руке Бри. Девушка застонала, и попыталась отстраниться.

С рычанием Шей вскочил на ноги и набросился на Алека.

Коп отдернул руку.

— Какого хрена ты творишь, Шей. — Из плеча и шеи Шея текла кровь, он навис над Бри и зарычал.

— Шей, уймись. — В голосе Зеба звучало облегчение — его напарник был жив.

Когда Алек попытался дотронуться до Бри, Шей снова зарычал.

— Что ж, весьма угрожающе, — сказал Алек, держа бесполезные бинты. — Можно подумать, он ее пара.

— Похоже на то, — сказал Калум.

Два других кахира все еще уводили людей.

Свет фар струился по дороге, когда парковка опустела. Несмотря на трясущиеся руки, Зеб наконец завязал гребаную повязку на ноге. Бри истекала кровью. Он должен…

— Зебулон.

— Козантир?

— Возьми бинты и перевяжи руку Брианне. Возможно тебе Шей позволит прикоснуться к ней.

Наконец, получив возможность сделать то, что ему было нужно, Зеб выхватил у Алека марлевые салфетки и бинты. Он приложил комок марли к разорванной шее своего напарника, и накрыл рукой, удерживая. Плечом он толкнул волка в бок.

— Отодвинься, болван.

Когда волк сделал шаг в сторону, Зеб использовал марлю в своей свободной руке, чтобы надавить на то месиво, которое адская гончая сделала из руки Бри.

Ее болезненный крик разбил Зебу сердце.

Шей зарычал, и он зарычал в ответ.

— Укусишь меня, и я выбью твои гребаные зубы.

Тихонько заскулив, Шей прислонился к боку Зеба, и тепло было успокаивающим. Но кровотечение у Бри не останавливалось, и марля, которую Зеб держал на шее своего напарника, уже пропиталась кровью. Твою мать. Неужели этот идиот никого не подпустит к себе, чтобы позаботиться о ране на его плече?

На стоянку с ревом въехала машина и остановилась в нескольких футах от них.

— Благодарю Матерь, — пробормотал Алек.

Когда долговязый водитель рванулся вперед, Зеб заметил серебристый полумесяц на его скуле — знак целителя — и повторил слова Алека.

Шей слабо зарычал, когда мужчина приблизился.

Зеб раздраженно выдохнул.

— Это целитель, и, клянусь большими яйцами Херне, он тебе нужен. — Быстрее. Даже кахир не мог истекать кровью вечно.

У человека времени еще меньше. Он посмотрел на Козантира. — А как же Бри?

— Скорая помощь уже едет из долины. Продолжай давить на ее руку, — глаза Калума потемнели от гнева, когда он подошел к Оуэну. Зеб все понял. Сила Козантира не включала в себя способность выслеживать адских гончих.

Это была работа кахира. Чувство вины Зеба усилилось.

— Это новый кахир, верно? — Целитель опустился на колени и потянулся к Шею.

Волк изогнулся и носом подтолкнул руку целителя к Бри.

— Она не Даонаин, Шей, — сказал Алек. — Целитель не может ей помочь.

Шей зарычал на Алека, потом заскулил на Зеба.

Неужели Шей думает, что она оборотень? Это невозможно. Она пахла человеком. И все же адская гончая напала на нее, а не на Джейми.

С запахом Даонаинов в этом районе, адская гончая не должна была тратить время на человека. Зеб уставился на Бри, пытаясь уловить ускользающую мысль, стараясь не паниковать от того, сколько крови теряют Бри и Шей. Может быть… может быть.

— Козантир?

Калум обернулся и с силой сжал плечо Зеба.

— Что такое, кахир?

Он старался говорить быстро, но в то же время, чтобы было понятно.

— Я думаю… Когда она была ребенком, ее нашли со спасательным браслетом.

— И что? — пробормотал Калум. — Продолжай.

— Адская гончая напала на нее, вместо того чтобы преследовать Джейми.

— И Шей…

Несмотря на потерю крови и дрожь, сотрясавшую его тело, волк все еще пытался защитить Бри.

— Не так оборотень ведет себя по отношению к человеку, — закончил Зеб, пытаясь сохранить давление на шее волка и вселить силу в своего партнера через прикосновение. Черт, эта упрямая дворняжка истечет кровью прямо у них на глазах.

— Нет. Не так. — Каллум опустился на колено рядом с Зебом, поймал его взгляд и удержал его. — Как ты относишься к Брианне, Зебулон?

— Как Шей. — Безумное желание защищать и ограждать от посягательств.

— Так-так-так. — Косантир задумался лишь на секунду. — Донал, попробуй сначала вылечить девочку. Посмотрим, получится ли у тебя.

— Но… — в серебристо-серых глазах Донала отразился протест.

Козантир склонил голову в безмолвном приказе.

— Как пожелаете, Козантир. — Заняв место Зеба, Донал отодвинул бинт и зашипел, когда увидел рану на руке Бри. Он взглянул на Калума с явным неодобрением, видимо, не желая тратить время на человека, затем наклонил темноволосую голову и обхватил рану руками.

Зеб притянул Шея поближе, и, продолжив надавливать на рану, стал наблюдать.

Магия мерцала в воздухе, когда успокаивающая сила Матери двигалась через целителя. Кровотечение замедлилось. Зеб затаил дыхание, словно посторонний шум мог снова спровоцировать поток крови.

Целитель сдвинул белые сухожилия вместе, и они срослись. Остановился. Затем продолжил продвигаться к мышцам, слой за слоем. Его прикосновения были медленными, осторожными, тщательными. Наконец, он сдвинул кусочки кожи вместе, как мозаику, и только тонкие розовые линии свидетельствовали, что Бри была ранена.

Хвост Шея стукнул по земле.

— Клянусь Матерью, — прошептал Зеб. — Она одна из нас.

— Теперь волк, — сказал целитель, вытирая рукой пот со лба. Он жестом отодвинул Зеба от Шея.

Зеб с радостью подвинулся. Целитель. Шей будет жить.

— Одна из нас? Это дает ответы на пару вопросов, — прокомментировал Алек.

— И поднимает еще больше, — сухо заметил Калум. — Она не пахнет оборотнем, и я не ощущаю ее как оборотня. Если бы ей было тринадцать, это имело бы смысл, но она слишком взрослая, чтобы никогда не оборачиваться.

По боли в ноге Зеб понял, что упадет, если попытается встать. Вместо этого он прополз по бетону к маленькой самке. Когда ее глаза распахнулись, он не смог удержаться, и прижал ее к себе. Маленькую, мягкую и такую чертовски храбрую.

Положив руку на шею Шея, Донал оглянулся через плечо.

— Козантир, неважно, сколько ей лет, эта женщина-оборотень, и у нее серьезные проблемы.

***

— …оборотень…

Очнувшись, Бри услышала мужской голос. Она было запаниковала, но потом вспомнила: чудовище было мертво. Зеб убил его.

Ее окружало тепло. Рев боли в руке стих, превратившись в ноющие отголоски.

Через мгновение она поняла, что кто-то держит ее на коленях.

Ее щека лежала на твердой груди — мужской груди. Его сердцебиение глухо отдавалось у нее в ушах.

Когда она попыталась сесть, то услышала гул отрицания, и ее руки напряглись.

— Оставайся на месте, маленькая самка.

— Зеб? — Она отклонила голову, но увидела только его мускулистую шею и сильную, четкую линию подбородка. Крепко прижимая ее к себе, он медленно, успокаивающе поглаживал ее спину.

Она вздохнула, когда усталость затуманила ее разум. Все были живы, но… ранены. Она резко выпрямилась, и Зеб застонал от боли.

— П-прости, — пробормотала она. Его нога — чудовище укусило его. Он истекал кровью, а она удобно устроилась у него на коленях.

Он сошел с ума?

— Дай мне встать. Мне нужно проверить твою ногу. И Элвиса тоже.

— Ш-ш-ш. — Он крепче прижал ее к себе, и его длинные волосы коснулись ее щек в успокаивающем поцелуе. — Я в порядке. Донал позаботится об… Элвисе.

Она все равно должна проверить. Из уроков Сэнсэя она уяснила, что мужчины никогда не признаются в том, что им больно. Бри попыталась встать, несмотря на хватку Зеба, но мышцы не слушались ее.

— Почему я чувствую себя такой слабой?

— Исцеление использует часть твоей собственной энергии. Какое-то время ты будешь уставать.

— Что?

— Ложись, черт возьми. — Мужской голос.

Бри подняла голову. Повсюду люди. Калум, Алек и другие.

Элвис стоял перед ней и Зебом, отвернувшись. Высокий темноволосый мужчина уговаривал собаку лечь, но Элвис не двигался. Он охранял их.

— Черт, Шей, — сказал Зеб и попытался встать, держа ее на руках.

— Отпусти меня, — борясь с хваткой Зеба, Бри начала искать глазами Шея. Он мог бы помочь с Элвисом.

Раздраженно хмыкнув, незнакомец повернулся к Калуму.

— Козантир, он слишком взволнован, так я не смогу ему помочь. Люди ушли. Заставьте его обернуться.

— Шеймус. — Калум ухватился за отвисшую кожу на шее собаки, удерживая Элвиса, несмотря на все его попытки вырваться. Его голос стал глубже, вибрируя, как самая низкая клавиша на церковном органе.

— Трансформируйся.

Пес расплылся, словно его окутал туман, а потом появился Шей, стоявший на четвереньках. Обнаженный. Никакого пса.

— Нет! — Чудовище изменилось также. В ее квартире. Стало человеком. А потом… паника охватила Бри, и она боролась с безжалостной хваткой Зеба. — Отпусти меня!

— Ш-ш-ш. — Его глубокий хриплый голос был якорем, против накрывшей ее волны ужаса. — Это Шей. Ты же знаешь Шея. Он никогда не причинит тебе вреда, Бри.

Она вздрогнула от неожиданности. Шей. Не монстр.

Плечо мужчины представляло собой жуткое, изуродованное месиво. С шеей было еще хуже. Как когда-то у Элвиса.

Слезы жгли ей глаза и катились по щекам.

— Он истекает кровью. Мы должны ему помочь.

— Целитель обо всем позаботится.

Алек положил одеяло на землю рядом с Шеем. — Вот, кахир. Возьми.

Все еще стоя на четвереньках, с трясущимися руками, Шей не двигался.

Его стально-голубые глаза остекленели, когда он посмотрел на нее и Зеба.

— С ней все в порядке, — сказал Зеб. — Тащи свою гребаную задницу на одеяло и дай целителю сделать свое дело.

Шей откинул волосы с глаз, пристально глядя на нее.

— Я в порядке, — прошептала она.

С тихим стоном Шей рухнул на бок. Белое одеяло на глазах начало перекрашиваться в красный.

— Приступим. — Темноволосый парень опустился на колени и сунул руки прямо в открытую рану на шее. Лицо Шея исказилось от боли.

Бри начала вырываться из хватки Зеба.

— Нет, он делает ему больно. Что он делает? — Шей не издал ни звука, хотя мышцы его челюсти напряглись.

— Ш-ш-ш. Все в порядке, — пробормотал Зеб. Его руки заключили ее в ловушку.

Она напряглась в его объятиях и… кровотечение у Шея замедлилось. Когда пальцы мужчины подталкивали зияющие края ближе, плоть соединялась вместе.

Она моргнула и покачала головой. Почудилось? Собака превратилась в Шея? Человек останавливает кровотечение? Как он это делает?

Мужчина осел, его лицо побледнело. Его плечи вздымались, когда он хватал ртом воздух.

Калум схватил его за воротник и тянул до тех пор, пока тот не оказался на приличном расстоянии от Шея.

— Остановись, пока ты не навредил себе, Донал.

— Я могу…

— Ты не можешь. — Калум взглянул на брата. — Алек, найди женщин, с которыми спаривался Донал.

Алек усмехнулся.

— Уже, брат. Вызвал парочку. Должны быть здесь с минуты на минуту.

— Он говорит по-английски, но в его словах нет смысла, — туманно прошептала Бри Зебу.

Он издал низкий звук, почти смех, и… уткнулся носом в ее волосы.

На стоянку въехала машина, из нее выскочила женщина. Без пальто. Застегнутая не на все пуговицы рубашка. Когда Донал поманил ее к себе, она опустилась на колени и обняла его сзади.

Донал оживился, словно женщина была водой в пустыне. Наклонившись вперед, он обхватил руками разорванную плоть на плече Шея.

Бри могла только зачарованно наблюдать.

Еще через минуту Шей отстранился. Рана почти затянулась. Больше не кровоточит.

— Довольно, целитель. Помоги Зебу, пока ты не истощил свои силы. — Решительно сжав губы, он заставил себя сесть на одеяло.

Понаблюдав за Шеем примерно минуту, целитель кивнул.

— Тогда поменяйся местами со своим братом.

— Он не… — начал было Шей. Остановился.

Целитель пристально посмотрел на него.

— У большинства братьев одна утроба. Некоторые, наоборот, разделяют жизнь, кровь и смерть. — Шей повернул голову и уставился на Зеба с непроницаемым выражением. Боль, усталость и… что-то еще.

— Хорошо. — Его голос был хриплым, напряженным. — Пожалуй, ты прав.

Бри поняла, что Зеб перестал дышать. Его мышцы были напряжены.

Шей позволил Алеку помочь ему подняться. Сделав шаг вперед, он посмотрел на Бри. И Зеба. — Брат, отдай мне Бри, и пусть целитель позаботится о тебе.

Тишина.

Грудь Зеба расширилась, когда он медленно втянул воздух. Его голос звучал так, словно он проглотил гравий.

— Брат. — Плечи Шея расслабились. Не сводя глаз с Зеба, он поднял Бри на руки.

Пока целитель помогал Зебу забраться на одеяло, Шей устроился на тротуаре, располагая Бри у себя на коленях.

Она почувствовала, как его щека на мгновение коснулась ее макушки.

— Клянусь Богом, ты напугала меня, Брианна, — пробормотал он. — Я разберусь с тобой позже.

— Хорошо. — Она прислонилась к его плечу, впитывая тепло его тела. По спине пробежала дрожь, и все же, как и в случае с Зебом, она чувствовала себя в большей безопасности, чем когда-либо.

Я сижу на голом мужчине, который всего несколько минут назад был собакой.

Казалось, это не имело значения. Усталость захлестнула ее и утащила обратно в глубину.

***

Несколько часов спустя, в домике, Шей наблюдал за спящей Брианной.

Клянусь копытами Херне, она была так близка к смерти. Ее крошечные веснушки выделялись на чистом белом лице. Желая убедиться, что она жива, он провел костяшками пальцев по ее щеке. Теплая.

С ней все будет в порядке.

Со стоном изнеможения он вышел в главную комнату.

Вытянув ноги перед собой, с пивом в руке, Зеб сидел в кресле и смотрел на огонь в маленькой дровяной печи.

Мой брат. Когда он сконцентрировался, Шей почувствовал связь с Зебом, согревающую что-то глубоко внутри. Он разделял ту же связь со своими сородичами, прежде чем те умерли. Эта связь, возможно, существовала уже давно, но признание целителя вытянуло ее на свет.

Он больше не был одинок в этом мире.

— Мой брат. — Мой брат.

Зеб поднял голову, и в его глазах промелькнуло признание. Не то чтобы грубый волк хотел что-то сказать.

Не то чтобы нужно было что-то говорить.

Шей придвинул потертое кожаное кресло поближе к дровяной печи и, подражая Зебу, взял со столика холодное пиво для себя. Успокоенный потрескиванием огня, он смотрел, как в пламени пляшет саламандра. Его кости были словно налиты свинцом, знакомые последствия исцеления, и его частично зажившие раны и синяки болели. Впрочем, это не имело значения. Не тогда, когда они все были живы.

А может, и нет. Если бы они с Зебом не отправились назад, чтобы доложить о случившемся, Брианна и Джейми были бы мертвы.

Если бы Брианна не была безумно храброй и не отвлекла внимание адской гончей, они с Зебом погибли бы. А если бы не было целителя, они все могли бы вернуться к Матери.

Он дотронулся до плеча и шеи — нежные, но целые. На этот раз никаких новых шрамов. Если Мать удостаивала оборотня своим прикосновением, она не оставляла шрамов. Только тепло и любовь. Каково это — быть целителем и чувствовать, как это ощущение проходит через тебя? Он покачал головой и открыл пиво.

Зеб посмотрел на шею своего брата, потом на свою ногу.

— Колд-Крик в разы меньше, чем Айлиль-Ридж, но у них есть целитель. — Странно, как часто их мысли следовали по одному и тому же пути. — Если бы ты был целителем, кого бы ты выбрал своим Козантиром? Калума или Пита?

— Хороший вопрос. — Зеб снова перевел взгляд на огонь. — Она оборотень.

— Это объясняет спасательный браслет.

— Я не понимаю, почему браслет надет на детеныша.

— Моя мать разрешала нам носить его. Только на минутку. Это дает тебе ощущение Матери, почти как когда ты оборачиваешься. Улыбнувшись воспоминаниям, Шей взглянул на своего нового брата. Неужели мать Зеба никогда не делилась с ним? Или, возможно, она не была спутницей жизни. Не все матери были такими.

— Думаешь, она надела браслет, когда погибли ее родители?

— Похоже на то. Автомобильная авария. Адская гончая. Лавина. Она может никогда не узнать, что произошло. — Шей оглядел спальню, прислушиваясь к ее медленному дыханию.

— Не непростой способ начать новую жизнь. — Зеб отпил пива, и на его лице появилась редкая улыбка. — Когда она проснется, Элвис может оказаться кастрированным.

Шей поморщился. — Ей-богу, она расстроится. — Сначала он сопровождал ее в облике волка, потому что она беспокоила его.

Такая слабая, но решительная идти по тропинкам. Но когда она окрепла, он оказывался рядом просто потому, что ему нравилось ее общество. Нравилось видеть, как она все больше радуется лесу.

— Да. — Зеб откинул голову назад, его лицо оказалось в тени.

— Она оборотень, брат. Что будем с этим делать?

Шею потребовалась секунда, чтобы осознать, что это его называют братом, прежде чем он понял, о чем спрашивал Зеб. Хотели ли они попытаться завоевать ее как свою пару? — Я… пас. — Во рту у Шея появился горький привкус. — Ты можешь ухаживать за ней, но я не могу. Ни одна женщина не захочет меня в качестве партнера.

— Обязательства?

— Да. — Шей потер подбородок, подыскивая слова. — Когда Козантиры посылают запросы о помощи с адскими гончими, я могу выбирать, как и ты. Но если Херне вызывает меня на место, я должен повиноваться. Моя пара должна будет следовать за мной, куда бы меня ни послали, адские гончие — самое дерьмо. Она никогда не будет в безопасности. Я связан клятвой до самой смерти, и, поверь мне, моя жизнь не будет долгой. Какой женщине это понравится? — За те два года, что они были партнерами, Зеб ни разу не спросил о прошлом Шея. Теперь в его молчании таился вопрос.

Шей был обязан рассказать брату правду.

— Я вел свою стаю всего год, а потом потерял одного из членов из-за адской гончей. — Мейсон был тощим подростком с зелеными глазами. Адская гончая почти ничего не оставила после себя. Шей был в ярости, что что-то, что бы это ни было, оно убило одного из его волков. — Хотя кровь щенка была еще теплой, старейшины не советовали идти за этим существом. Они слышали об адских гончих. — Шей горько усмехнулся. — Я их проигнорировал. Я взял самцов, и мы пошли по следу. Мы с братьями шли впереди.

Он увидел адскую гончую и бросился в атаку. Так глупо. — Тварь схватила меня, встряхнула, как крысу, и швырнула на дерево. — Горло Шея сжалось, но он выдавил из себя эти слова. — К тому времени, как я очнулся, мои братья были мертвы.

— Адский пес оставил тебя в живых? — недоверчиво спросил Зеб.

— Близился рассвет. Сражение задержало адского пса, и он попытался сбежать… слишком поздно. Солнце поймало его, заставило принять человеческий облик, и мои волки разорвали его на части.

— Вам повезло.

— Да. — Демон мог убить всю его стаю.

— Когда я увидел… — Питер и Томас умерли в агонии, потому что пытались спасти его никчемную шкуру. Теперь, когда его сородичи ушли, у Шея осталась только жажда мести. — Я отдал стаю более мудрому волку и предложил Херне свою клятву в обмен на то, что он сделает меня кахиром. — Кахир обладал размерами и силой, достаточными, чтобы сражаться с адскими гончими. Он откинул голову назад.

Хотя огонь в камине догорел до углей, и по краям комнаты пополз холодок, Шей почувствовал тепло братской связи внутри. Мысль о том, чтобы потерять его, была тяжелой, но он выдавил из себя эти слова. — В конце концов, Херне вызовет меня на следующую территорию, которая нуждается во мне. — В громкой тишине он добавил, — Если ты хочешь Брианну, ты должен остаться здесь.

Зеб повернулся с непроницаемым лицом.

— Ты меня бросаешь?

— Брат? — В его голосе прозвучала боль. — Клянусь Богом, нет. Не по своей воле.

— Мое место рядом с тобой, придурок. — И все же Зеб бросил взгляд на дверь спальни, и его несчастье было таким же, как и у Шея.

Брианна была особенной, притягивающей Шея так, как никто и никогда раньше. Но она заслужила жизнь. Пытаться завоевать ее, увидеть, выберет ли она их — этого не должно случиться. Боль от осознания этого присоединилась к боли в его костях.

Но, по крайней мере, когда уедет отсюда, он будет с братом.

Шей медленно втянул воздух.

— Тогда мы путешествуем вместе.

— Чертовски верно. — Зеб открыл дверцу дровяной печи и бросил полено на догорающие угли. Когда дерево загорелось, саламандра вновь поднялась, чтобы кружиться и танцевать в золотом пламени.

Глава 13

Просыпаться — полный отстой. У Бри разболелась голова. И не только, болело все тело. И в окно проникало слишком много солнечного света. Она раздраженно прищурилась.

Шей спал в кресле рядом с ее кроватью. Морщины у его рта углубились, и он выглядел таким же усталым, как и она.

Когда она пошевелилась, он тут же проснулся.

— Только посмотрите, кто это вернулся к жизни. — Он наклонился вперед, чтобы убрать волосы с ее лица. Его рука была нежной, и она прижалась щекой к его теплой ладони, нуждаясь в утешении.

Откуда взялось это забытое чувство? Когда она приподнялась на кровати, ее руку прострелило болью.

— Подожди. — Он встал. Обхватив ее за талию, он легко подвинул ее, заставив принять сидячее положение. Его лицо было так близко, что она могла видеть темно-серый круг вокруг его голубых радужек.

— Лучше? — пробормотал он, пристально глядя на нее.

Чересчур ощущая силу его рук, она не могла пошевелиться, не могла отвести взгляд. — Ух. Теперь да.

Его губы изогнулись. Вернувшись на свое место, он наклонился вперед и уперся локтями в колени. Рукава его сине-зеленой фланелевой рубашки были закатаны, демонстрируя мощные мускулы предплечий и золотистый загар.

Она знала, что он весь такой загорелый, потому что видела его голым прошлой ночью. Бри покачала головой. Правильно. Мечтай, Бри.

— Брианна?

Она нахмурилась.

— Почему ты здесь? — В моей спальне?

— Ты была очень сильно ранена. Целитель залечил раны на твоей руке, но ему не понравилось, что потом ты потеряла сознание. Мы волновались.

Целитель. Раны. Холодок пробежал по ее спине, когда она посмотрела на свою окровавленную, разорванную толстовку. Ее правая рука была покрыта уродливыми бугристыми красными шрамами, оставленными месяц назад. На ее левом предплечье имелись участки нежной розовой кожи, и оно было идеально гладким.

— Это был не сон? — прошептала она, ее грудь сжалась. Чудовище. Ее руки сжались. В кустах, запах, крики Джейми. — Тварь напала на нас. — Боль, когда зубы разрывали ее одежду, ее кожу. Ее страх за Зеба. Элвис весь в крови. Калум забирает собаку…

Она напряглась. Калум схватил Элвиса за шею, а потом появился Шей.

— О Боже, ты просто собака. Элвис. — Ее голос сорвался на писк. — Это ведь сон, верно? — У него даже бороды не было — откуда взяться меху?

— Это не сон, линнан.

Зеб вошел в спальню с дымящейся чашкой в руках.

Несмотря на его хмурый взгляд, она почувствовала себя ужасно женственной. И обнаженной.

Бри натянула одеяло повыше и выставила вперед подбородок.

— Что?

— Ты напала на адского пса, — прорычал он. — Ты что, совсем спятила?

— О, ну, в следующий раз я позволю ему убить маленькую девочку. — Джейми умерла бы точно так же, как Эшли. Разодранная на части. Воспоминание застряло у нее в груди и душило ее. Она повернулась лицом к стене, усиленно моргая.

— Брианна? — Глубокий голос Шея был нежен.

Но он трансформировался, как и та тварь в ее квартире.

А затем существо-человек… она сглотнула. Не думай об этом.

Все произошедшее прошлой ночью было искажено, как тогда, когда она читала оригинальные сказки — те, у которых не было счастливого конца, и маленьких мальчиков и девочек убивали. Или они были приготовлены злой ведьмой. Съедены волком.

Холодок пробежал по ее спине, когда она посмотрела сначала на Зеба, потом на Шея.

Я совсем не знаю этих людей. Шей превращался в собаку.

— Вон, — сказала она. — Вы оба. Убирайтесь.

— Но… — запротестовал Шей.

Она указала пальцем на дверь, вздрогнув при мысли, что они могут и не уйти.

Зашагав прочь, Шей протиснулся мимо Зеба.

— Отлично сработано, тупица.

— Мы поговорим позже, маленькая женщина, — жесткий взгляд Зеба окутал ее вниманием, словно шерстяное одеяло, колючее, но теплое. — Насчет прошлой ночи. И о том, что случилось в твоем городе, что до сих пор так сильно расстраивает тебя. — Он со стуком поставил чашку на прикроватную тумбочку и вышел, закрыв за собой дверь.

Она замерла, почти ожидая их возвращения. Прошла минута.

Ее рука дрожала, когда она взяла стакан. Она подозрительно принюхалась. Бульон. Что ж, если бы они хотели ее смерти, то прошлой ночью у них была такая возможность. Когда она проглотила немного, чудесный жар скользнул к ее животу.

Сделав еще глоток, она попыталась собраться с мыслями. На нее напал монстр — адский пес, но не тот, что в Сиэтле. Тот был больше. Она вздрогнула. В городе жил еще один. Но теперь у нее был пистолет.

Только… ее выстрелы не сработали. Она крепко зажмурилась, вспомнив, как стреляла из револьвера. Адский пес продолжал приближаться. У меня нет никакой защиты от этого.

Когда ее рука задрожала, бульон расплескался по стенкам чашки.

Подождите. Зеб зарезал это существо, и оно умерло. Значит, монстра можно убить. Возможно.

Она выпила еще бульона, чтобы подкрепиться, затем осмотрела свою укушенную руку. Несколько часов назад она сильно кровоточила, но теперь остались только розовые линии. Сегодня Зеб не хромал. На шее у Шея не было повязок. Этот человек с серебристыми глазами действительно проделал какой-то исцеляющий фокус. Она посмотрела на свою руку и улыбнулась.

На самом деле, я совершенно не против такого исцеления.

Но уж точно не всего остального, особенно превращение Элвиса в Шея. Она нахмурилась. Она ни за что не поверит в это.

Э-э… Кроме того, она видела собаку и Шея одновременно. Разве нет? Она прикусила губу. Зеб пошутил насчет кастрации, а Элвис зарычал. Пес слушал ее, склонив голову набок, как будто понимал. Боже, она столько всего рассказала Элвису о своем прошлом.

Неужели она попала в сказку — или в кошмар? Она обхватила себя руками. В этом мире были монстры, собаки, которые были людьми, и люди, которые могли собрать плоть вместе. Это совсем не моя жизнь. Я хочу вернуться в свой город, на свою работу, в свою квартиру. В мой дом. Ее желание умерло, когда она вспомнила, что в Сиэтле есть монстр.

Бри судорожно вздохнула. Так, ладно. Единственный способ пройти через это — шаг за шагом. Это все равно, что следовать новому рецепту. Она поморщилась. Ее первая буханка хлеба была тверже бетонных блоков, которые она разбивала в карате. Рецепты не всегда срабатывают.

Так, Шей превратился в собаку. Она напряглась. Собака? Или волк? Был ли он оборотнем? Ее сердце бешено заколотилось. Неужели она тоже превратится в существо? Нет, нет, нет. Ее руки сжались в кулаки под одеялом. Но он не укусил ее. Ее дыхание замедлилось. Она была с ним наедине в долгих-долгих походах, и он никогда не причинял ей боли.

Прошлой ночью он напал на чудовище. Пытался ее спасти.

Ее руки медленно разжались. Оборотень он или нет, но она обязана псу и Зебу жизнью. Ее губы сжались. И они, черт возьми, просто обязаны ответить ей на множество вопросов.

Откинув одеяло, она увидела кровь на своей толстовке. По ее коже побежали мурашки. Чудовище причинило ей боль. — Он только укусил меня, — прошептала она, — и больше ничего. — Ее самоуверенность не помогла. Она была грязной. Испачканной изнутри и снаружи. Она чувствовала зловоние, исходящее от ее тела. Мне нужно принять душ.

Когда она встала, стены заплясали и закружились. Желудок неприятно скрутило. Она чувствовала себя ужасно, даже хуже, чем после первой атаки адского пса, хотя тогда она была травмирована гораздо сильнее.

Да что со мной такое?

***

В главной хижине вместе с Зебом Шей ждал, прислушиваясь к звукам душа и шорохам в спальне.

Дверь открылась.

Опираясь на дверной косяк, Брианна остановилась. Она переоделась в джинсы и свободного покроя темно-зеленый свитер. То, как двигались под ним ее полные груди, говорило о том, что она не надела лифчик. Шей старался не замечать этого. Безуспешно.

Мертвенно-бледная, она все еще оценивала комнату, как воин. Он и Зеб начали подниматься, но она покачала головой.

Ее походке не хватало обычной грации, и ему пришлось стиснуть зубы, чтобы не броситься к ней на помощь. Медленно, как больной артритом старик, она опустилась в кресло.

— У меня есть вопросы к вам двоим. — Красота ее голоса победила ее попытку казаться твердой. Боже, она прекрасна.

Зеб протянул ей содовую, которую захватил из сторожки. Когда она уставилась на банку, как на скорпиона, он нахмурился.

— Мы же парни. Мы не сидим на диете.

— Хорошо. Спасибо. — Она сделала глоток, глядя на стеклянную дверцу дровяной печи. Еще одна саламандра присоединилась к первой, и они бросились друг за другом в дымоход. Когда ее взгляд проследил за их движениями, Шей понял, что она действительно видит других существ. У нее было «зрение», как и у Даонаинов.

Сделав медленный вдох, она хмуро уставилась на Шея.

— Ты что, превращался в собаку и ходил со мной гулять?

— Довольно прямолинейно, — пробормотал Шей. Будь он проклят, если она не заставила его почувствовать себя чертовски грубым или что-то в этом роде, поэтому его ответ был столь же резким. — Да.

Она моргнула, и на ее щеках появились ямочки.

— Думаю, я это заслужила. Прости.

Клянусь копытами Херне, ее способность смеяться над собой привлекала его так же сильно, как и ее мужество.

Она отпила еще содовой.

— Ребята, вы можете объяснить, что происходит? Пожалуйста.

Взгляд Зеба говорил о том, что трусливая дворняжка возлагает эту задачу на Шея.

По крайней мере, Калум приказал им все рассказать Брианне, и ему не нужно было скрывать правду.

— Нас называют оборотнями или Даонаинами. Мы произошли от Фейри-оборотней. И ты — одна из нас. — Она побледнела.

Зеб сердито посмотрел на него. Ладно, может быть, он слишком поторопился.

— Я действительно превращаюсь в…

Она подняла руку, призывая его замолчать, и он увидел, как работают ее мысли. Женщина была настолько логична, что это пугало.

— Ты сказал нас. Ты не единственный, кто превращается в собаку?

Шей вздохнул.

— Прекрати оскорблять меня. Я — волк, а не какое-то чертово домашнее животное.

— Оборотень? Так ты кусаешь людей?

— Чертовы человеческие фильмы. — Зеб нахмурился. — Нет. Мы не кусаем людей.

Ее красивые голубые глаза сфокусировались на Зебе, как прожекторы полицейской машины. — Ты тоже оборотень?

— Да.

— И ты думаешь, что и я оборотень?

Черт, она была спокойна. Шей улыбнулся, прежде чем увидел, как ее руки с побелевшими костяшками сжали банку. Не спокойна. Контролирует себя. — Мы знаем, что ты оборотень, потому что наш вид исцеления не действует на людей. Так что да, ты с легкостью можешь превратиться в животное — кошку, медведя, или волка.

— Кот-оборотень? — Она моргнула. — Как Персидская или Сиамская? — Зеб поперхнулся пивом.

— Больше похоже на горного льва, — Шей добавил, — Калум, Алек и Вики — коты-оборотни.

Ее глаза расширились.

— Вики? Нет. Ни за что. Вы накачали меня наркотиками? — Бри попыталась встать, но не смогла. — Вот почему я так слаба. Вы накачали меня наркотиками и у меня галлюцинации.

Решительный стук заставил Бри замолчать. Она закрыла глаза, стараясь не закричать и не впасть в настоящую истерику. Вики? Какая-то кошка? Либо Бри сошла с ума, либо ее накачали наркотиками. Кто-нибудь, дайте мне волшебную пилюлю, чтобы это все закончилось.

Зеб открыл дверь, и произнес глубоким хриплым голосом:

— Козантир.

Без пальто, в черной рубашке с длинными рукавами и черных джинсах, вошел Калум. Она хмурилась, наблюдая затем, как он шел — нет, крался — по комнате, как кот или что-то в этом роде.

Она покачала головой. Последний шанс сохранить реальность, Бри. Следующая остановка — закрытое заведение. Опять же, даже психушке нужны хорошие повара.

— Ты пришел, чтобы помочь мне и все объяснить? — спросила она Калума.

— Не совсем. — Он оценивающе посмотрел на нее стальными серыми глазами. — Я пришел, чтобы назначить Шеймуса и Зебулона твоими наставниками. — Он взглянул на двух мужчин. — Ей нужно немедленно обернуться.

— К чему такая спешка? — спросил Шей.

— Мы пополняем наши магические запасы, когда трансформируемся. Ее исцеление истощило то скудное количество магии, которой она обладала. Донал думает, что если она не обратится в ближайшее время, то не выживет. — Он нахмурился, глядя на Бри. — На самом деле, он был шокирован тем, что ты вообще жива.

Ого. Вместо ужаса она почувствовала облегчение. Не потому ли она слабела с каждым месяцем? Но об этом она подумает позже. Прямо сейчас… О каких странных вещах говорил Калум?

Зеб и Шей смотрели на нее так, словно она была взболтанной газировкой, готовой взорваться.

— Послушай, что бы ни делал наставник, пусть это будет женщина, как Вики. И вообще, кто ты такой, чтобы мне что-то «поручать»? — Она снова попыталась подняться. Ноги подкосились. Дрожа, она обхватила себя руками.

— Прошло меньше года с тех пор, как Вики стала оборотнем, недостаточно долго, чтобы наставлять кого-либо. Единственные Даонаины, с которыми ты проводила время, — это Шеймус и Зебулон. — Губы Калума изогнулись в слабой улыбке. — Я тот, кто попытается подтолкнуть тебя к твоему первому обороту.

Зеб быстро повернул голову.

— Она не сможет обернуться сама?

— Донал думает, что вряд ли, иначе она бы уже давно это сделала. Как только дверь откроется, она сможет вернуться. Открыть ее в первый раз может оказаться непросто. — Глаза Калума зловеще потемнели.

— Шей, объясни, что произойдет. Сейчас. Пока мы разговариваем, она слабеет.

— Я не… — запротестовала Бри.

Не обращая внимания на ее возражения, Шей подхватил ее на руки, как куклу, и усадил к себе на колени. Даже когда ее разум дрожал, тело расслабилось. Он был теплым, а ей так холодно.

— Слушай. — Шей притянул ее ближе, пока она не услышала его голос, грохочущий в груди. — Когда оборотень достигает половой зрелости, дверь в дикую природу — это путь к превращению в животное — появляется в нашем сознании. Маленькая дверь в задней части головы.

— Ты ведешь себя странно. — Дверь в моей голове. Потом он скажет мне, что в Сиэтле продается большой мост…

— Закрой глаза и представь, что ты ходишь кругами. Ищи ее.

Она подняла голову и недоверчиво посмотрела на него, но он просто ждал. Хорошо. Она закрыла глаза, представляя, как вращается лезвие блендера. Нет, Бри, они не шутят. Отнеситесь к этому серьезно. Она действительно посмотрела и почувствовала, как по рукам поползли мурашки. — Тут что-то есть. Я не уверена, что это дверь — там ужасно темно. — Она открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как рот Зеба сжался. — Что?

Он взглянул на Калума. — Козантир поможет тебе открыть ее. — Его напряженный голос напугал ее.

— Я не думаю, что хочу…

— Альтернатива — смерть. — Шей специально выбрал это слово, чтобы напугать ее. — Итак, как только ты сделаешь это — а первый раз это ужасный шок — ты поворачиваешься и находишь эту дверь в своей голове снова. Ты должна пройти через нее, чтобы вновь стать человеком. Калум не может сделать это за тебя, верно, Козантир?

— Я не смогу. Подталкивать тебя к трансформации — рискованно. Если я вмешаюсь и верну тебя назад, прежде чем ты успеешь добраться до двери, ты можешь совсем заблудиться. Чтобы остаться в живых, оборотень должен вернуться сам.

— Значит, как только ты встанешь на четыре ноги, ты найдешь свою дверь. А потом мы побегаем по лесу. — Шей сжал ее плечо. — Брианна, быть животным — это чудесно. Нет ничего прекраснее. — Его слова звучали убедительно, а взгляд — еще убедительнее.

Зеб встретился с ней взглядом, чтобы сказать то же самое.

Она больше не могла контролировать свое дыхание, а в голове все затуманилось. Хуже того, Калум был прав. Она чувствовала, что оседает, как пирожное, из которого вытекает начинка.

Калум открыл заднюю дверь и стал ждать.

— Хорошо, — прошептала она.

Зеб выхватил ее из рук Шея и вынес наружу. Когда он поставил ее на дрожащие ноги, его железная рука обхватила ее за талию, удерживая в вертикальном положении. Холодная мокрая земля холодила ее босые ступни.

— Мне нужны туфли. Куртка.

— Нет, не нужны… Первый урок. — Шей повернулся к ней. — Снимай одежду. У животных нет пальцев, и ты будешь рвать на себе одежду, пытаясь ее снять. — Он продемонстрировал шокирующее отсутствие скромности и стоял перед ней совершенно голый. Боже, он был великолепен. Твердые мускулы его груди вздрагивали, когда он двигался.

Затем ее зрение, казалось, размылось. Затуманилось. Он исчез, и его место занял пушистый пес — нет, волк.

— Элвис?

Он подошел и сел у ее ног.

— Это удивительно. — Стараясь оттянуть время, она наклонилась, чтобы погладить его мягкий мех. Ужасающе.

Когда она выпрямилась, Зеб сказал:

— Раздевайся, маленькая самка. — Не дожидаясь ответа, он одной рукой стянул с нее свитер через голову.

Она ахнула и попыталась прикрыть свою обнаженную грудь. Его рука крепко держала ее, пока он расстегивал молнию на ее джинсах. Приостановился.

— Все, Бри.

Шей сделал это, но… я? Голая перед Калумом и Зебом.

Он ждал. Как и Калум, явно довольный тем, как ее так называемые наставники управляются с ней.

Поскуливая, Шей так осторожно гладил ее босые ноги, что она едва чувствовала царапанье его когтей.

— Ладно, хорошо. — Ее пальцы дрожали, когда она стянула джинсы с бедер и позволила им обвиться вокруг лодыжек. Зеб поддержал ее, когда она вышла из них. Она попыталась сделать вид, что не происходит ничего особенного. Но в последний раз, когда она была обнаженной перед мужчиной, монстр сделал это… По ее телу пробежал холодок.

— Бри. — Зеб приподнял ее подбородок и заставил посмотреть в его черные глаза. — Оставайся здесь. Это урок оборота, и ничего больше. — Его пронзительный взгляд вернул ее в настоящее.

— Точно. — Она попыталась улыбнуться и прошептала, — Спасибо.

На его щеке появилась ямочка, хотя губы оставались прямыми.

— Козантир. Сейчас самое время.

Калум бесшумно появился с другой стороны. Зеб не отодвинулся, и его близость была утешением. Калум обвил рукой ее затылок, крепко сжимая.

— Посмотри на меня. — Она уставилась на пуговицы его рубашки. — Сейчас, Брианна. — Этот приказ нельзя было игнорировать. Она подняла взгляд и была поймана в ловушку, когда его глаза из серых превратились в непостижимо черные. Она задрожала, застыв на месте.

— Превращайся, — сказал он холодным и глубоким голосом. В широко открытом потоке электричества энергия вливалась в нее, поднимая каждый волосок на ее теле. Темная дверь в ее сознании дрогнула, и боль обожгла ее вены, когда та распахнулась.

Она чувствовала покалывание во всем теле и то, как ее толкают через это пространство силой.

Падение. Она приземлилась на четвереньки, закричала от ярости и услышала визг. Она была… ее пальцы исчезли.

Она уставилась на тонкие, покрытые мехом ноги и лапы. Ее лапы. В грязи. О. Мой. Бог.

Сияющее тепло поднялось сквозь нее, смахивая неприятное покалывание и наполняя ее мягкой энергией. Это было похоже на День Благодарения, когда она готовила для друзей.

Снаружи лил дождь, но ее дом был наполнен благоухающими ароматами и смехом. Здесь, на краю дикого леса, она снова почувствовала это. Любовь. Принадлежность.

Когда ощущение исчезло, она покачала головой и почувствовала, как хлопают ее уши. Как у собаки.

— Значит, волк-оборотень, — сказал Калум.

Задыхаясь от волнения, она подняла глаза. Зеб возвышался над ней, и она попыталась отступить. Но ее слишком большое количество ног переплелись друг с другом, она запуталась и пошатнулась.

— Полегче, маленькая самка. — Зеб присел на корточки и провел рукой по ее щеке. Пока все внутри нее гудело от удовольствия, она придвинулась ближе, принюхиваясь. От него очень, очень хорошо пахло.

— Бри, — сказал он.

В основании ее позвоночника что-то дрогнуло. Перемахнуло. Хвост. У нее был хвост. Настоящий. Если она сосредоточится, то сможет им управлять.

— Брианна.

Она посмотрела на него, и ух ты, ее хвост двигался туда-сюда сам по себе.

— Найди эту чертову дверь. — Темные глаза Зеба напряженно сверкнули.

С усилием она отключилась от всего и заглянула в свой собственный разум. Ну, привет. Дверь была большая, блестящая и даже слегка светилась.

— Ты нашла ее?

Она завиляла хвостом.

— Хорошая девочка. — Его голос был дрожащим и хриплым. — Когда придет время, открой дверь и войди. Тебе это ясно, маленькая самка?

Она завиляла хвостом и снова огляделась. Так много нужно увидеть.

Зеб раздевался.

Шей, все еще собака — нет, волк — шагнул вперед. Его морда коснулась ее, затем он обошел ее, принюхиваясь, прежде чем снова встать перед ней.

Боже, он тоже пах чудесно, как сила и горы с мускусным неуловимым ароматом. Она задрожала и высунула язык, чтобы лизнуть его морду. Как будто это было просто необходимо сделать.

Он лизнул ее в спину, отчего она безудержно завиляла хвостом.

Она увидела Зеба без одежды. Мгновение — и он превратился в волка.

С почти черным мехом, он был выше, но более обтекаем, чем Шей. Если такое вообще было возможно, в образе волка Зеб выглядел еще более смертоносным.

Он тоже обошел вокруг нее, принюхиваясь. Его плечо ударилось о ее плечо, давая ей почувствовать, насколько он тяжелее и сильнее, и заставляя что-то дрожать глубоко внутри нее.

Она заскулила.

Шей повернул голову к Калуму.

Хотя темнота исчезла из его глаз, воздух вокруг Калума дрожал, как волны, поднимающиеся из раскаленной печи. Он улыбнулся ей.

— Ты прекрасно справилась, Брианна. Слушай своих наставников и наслаждайся своим первым оборотом. — Даже стоя на четырех ногах, Шей нависал над ней. Он лизнул ее мордочку, и ее внимание переключилось на него. С низким лаем он отскочил в сторону, направляясь в лес. Зеб подошел к опушке леса и оглянулся.

С резким тявканьем, которое она не смогла сдержать, Бри прыгнула за ними, стараясь не смотреть вниз. Четыре ноги… У меня четыре ноги.

Глава 14

Ауч! Бри взвизгнула, когда туфли слетели с ее задних лап, а свитер сбился в кучу, путая передние лапы.

Она заскулила, стараясь не паниковать, когда оказалась пойманной в ловушку собственной одеждой. Дрожа, она стояла неподвижно. Запахи дома — дровяной дым, ореховый кофе, травяное мыло из душа — окутали ее. Ветерок, проникавший в окна, приносил аромат сосен и снега. Горы звали ее. Она сделала шаг в том направлении и остановилась, когда ее джинсы соскользнули с бедер.

Дверь, дверь, где эта проклятая дверь? Время растянулось до вечности, прежде чем она нашла ее и мысленно открыла. Она шагнула внутрь… и оказалась на четвереньках посреди своей комнаты. Когда магические мурашки заплясали по ее коже, она склонила голову. Пот выступил у нее на лбу. Ну, разве это не забавно?

Сделав пару глубоких вдохов, она поднялась на ноги и поправила джинсы. Неужели я оборотень? Похоже на то. Почему в фильмах все выглядит так просто? Со смиренным смешком она поправила бюстгальтер, который застрял у нее подмышками. Может, ей на время отказаться от нижнего белья, пока она не освоится с этим делом? Сегодня она уже дважды принимала волчий облик.

Она с тоской посмотрела на заднюю дверь, но Шей и Зеб сказали, что ей не стоит гулять по лесу без них.

Еще нет.

— Няньки. В моем-то возрасте. — Она отряхнула руки и зачесала волосы назад. — Огромные няньки. — Опустившись на диван, она положила ноги на кофейный столик ручной работы.

Шокирующие откровения или нет, но физически она чувствовала себя великолепно. Когда в последний раз она чувствовала себя настолько здоровой? По-настоящему живой? Неужели она медленно угасла бы в Сиэтле? Она прикусила губу. Вероятно. Но теперь она собиралась жить, только… она была оборотнем. Но я не ем людей. Фу.

И она не превратилась в нечто гротескное, как в кино.

Прошлой ночью в домике Шей подвел ее к зеркалу в ванной. Зеб встал рядом с ней. Она выглядела такой хрупкой рядом с ними. Ее мех был блестящим и светлым, как лунный свет, по бокам и ногам. Темно-серая полоска бежала по ее спине и помечала уши.

Мех на ее щеках и шее был совершенно белым. Действительно, в облике волка она была гораздо красивее, чем в облике женщины.

Волчица. Чёрт побери. Я приняла это достаточно легко, не так ли?

Если бы только она знала, что будет дальше. Прошлой ночью мужчины начали отвечать на ее вопросы, но она заснула прямо на диване. Один из них, должно быть, отнес ее на кровать и уложил. Они действительно были рядом очень долго. Воспоминание о сильных руках Зеба и его рокочущем голосе заставило ее расплавиться внутри. А с Шеем, таким большим, что он почти поглотил ее, она чувствовала себя маленькой и хрупкой, и такой защищенной. Видели ли они в ней женщину или просто очередную рутинную работу?

А что именно она хотела, чтобы они увидели в ней?

Она покачала головой. По одному вопросу за раз. А пока она должна научиться управлять этим волчьим обликом. Как отличить все запахи казилиона. Как управлять ногами — что она могла бы сделать, если бы не думала об этом. Маневрировать ушами, поворачивая одно ухо вперед, а другое назад. Она усмехнулась. Это было так здорово.

Как долго она пробудет в Колд-Крик? Может, ей остаться? Эта мимолетная надежда испугала ее, а потом и вовсе повергла в ужас. Это не мое место. Ни капельки. Я должна вернуться в Сиэтл. Там мой дом. Но как оборотень выживет в городе? Она нахмурилась. Что скажут бегуны в парке Дискавери, если к ним присоединится волк?

***

Солнце стояло высоко над головой, когда Зеб повернулся и рысью побежал вниз по склону. Бри держалась молодцом, ее выносливость улучшилась за последние четыре дня.

Она была чертовски быстрой маленькой волчицей — до тех пор, пока не становилась слишком задумчивой и не путалась в ногах. Он наклонил ухо назад, прислушиваясь к ритму ее лап на тропе. Она держалась рядом. Ледяной ветер с горных хребтов хлестал его мех — желанная прохлада после тяжелого бега, который они закончили — и доносил до него ее запах. У нее и раньше был притягательный запах; теперь, с диким привкусом оборотня, он был почти неотразим.

Ветер изменил направление и Зеб уловил запах крысы, запутавшейся в сухих ветках впереди. Он позволил Бри догнать себя, а затем поднял морду и принюхался.

Ей нужно было научиться обращаться с добычей, и грызун был хорошим стартом. Когда она уловила запах, он отступил, предоставляя волчице возможность справиться самой.

Бри подождала слабого предательского шороха, затем набросилась на добычу. И вот, крыса у нее в зубах. Хруст и хлесткое движение сломали зверьку шею. Хорошо. Она завершила свою первую охоту, какой бы короткой она ни была. Ее первый вкус теплой крови.

Инстинкты взяли верх, и она наполовину съела грызуна, прежде чем включились мозги. А потом она попятилась от трупа, как будто пчела ужалила ее в нос. Через секунду она уже была человеком. Стоя на коленях, она уставилась на беспорядок и потерла лицо руками. Она посмотрела на пятна крови на ладонях и сморщила нос.

Черт, неужели она собирается запаниковать? Обеспокоенный, Зеб обратился.

— О Боже, я съела крысу. — Она посмотрела на него полными ужаса глазами. — Я убила ее и съела. Фуууу. — Что-то внутри него защекотало, пока не увеличилось до неконтролируемого взрыва хохота. Она свирепо смотрела на него, делая только хуже, пока он не уперся руками в колени и просто не взревел.

Ее губы неохотно изогнулись.

— Я никогда не слышала, чтобы ты так смеялся. Но это не смешно.

— Это всего лишь обед. — Он подумал и добавил, — Хотя я бы предпочел полевых мышей. Хрустящие, как попкорн. — Она бросила на него возмущенный взгляд и тяжело сглотнула.

Зеб попытался подавить очередную волну смеха. Клянусь Богом, он не смеялся так сильно… никогда. Мужчина прислонился к дереву и наблюдал за ней. Хорошенькая маленькая самка, ее волосы блестели золотом на солнце, а крошечный носик сморщился от отвращения. Обычно она краснела от смущения, но сейчас ее кожа была ровного кремового цвета. Ее груди были великолепно большими, с сосками того же цвета, что и губы. Его руки дрожали от желания прикоснуться к ней.

— Ты все еще голодна?

Она отвела взгляд от кровавого месива и покачала головой.

— Возможно, я больше никогда не буду есть.

Он кивнул и обратился в волка, задержавшись достаточно долго, чтобы прикончить крысу. Хорошая закуска — хотя, судя по тому, как волчица прижала уши, она, вероятно, не приняла бы сейчас его приглашение на обед.

***

Бри последовала за Зебом через небольшой ручей к своему домику. Ее мышцы были разогретыми и напряженными от бега. Подняв нос, она проверила воздух. Древесный дым из сторожки, затяжной аромат овсянки после завтрака, какой-то грызун в корнях куста на углу. Даже когда ее уши навострились, она сказала себе, что больше никаких крыс. Никогда. Фу-фу-фу.

Когда она превратилась в человека, ветер хлестал вокруг ее тела, заставив слишком остро ощутить отсутствие одежды.

Очевидно, оборотни не беспокоились о наготе.

А она, да. Она положила руку на дверную ручку, намереваясь как можно скорее надеть джинсы и рубашку, которые оставила внутри.

— Подожди, Бри.

Она обернулась.

Все еще обнаженный, Зеб подошел к ней так близко, что его тепло проникло в нее сквозь холодный полуденный воздух. Его кожа хранила темный аромат, такой подавляюще мужской.

Она сделала шаг назад и наткнулась на закрытую дверь.

— Эм. Что?

Мускулы перекатывались по его рукам и плечам, когда он положил одну руку на стену и оперся на нее. Под черными волосами на груди, шрамы покрывали его кожу различными узорами — и ее живот сжался, когда она поняла, что некоторые из- них, должно быть, оставили когти адского пса.

Он рассказывал, как они с Шеем сражались с чудовищами, что они были кахирами, которые охраняли Даонаинов. Надо будет расспросить об этом поподробнее… когда-нибудь.

Ниже, на животе у него были те самые шесть кубиков, которыми мужчины любят хвастаться, а его мужской инструмент был… — она резко подняла взгляд. Жар залил ее щеки.

Он ничего не сказал, но выражение его лица изменилось, как у мужчины, смотрящего на женщину, которую он хочет.

— Гм, ты что-то хотел? — Да уж, не очень удачная фраза. — Что-то сказать?

Он изучал ее лицо, заставляя нервничать еще больше.

— Не забудь про сегодняшний вечер. Альфа проводит пробежку, чтобы представить тебя стае.

— Я помню. — Светское мероприятие. Кучка волчьих оборотней выбираются на ночную пробежку. Только она будет голой, если обернется.

Дрожь беспокойства пробежала по ее телу.

— Альфа — это, типа, босс-волк?

Уголок его рта приподнялся.

— Вроде того. Его зовут Герхард.

Немец? Одна из официанток была немкой. Настоящая милашка. И стая звучало неплохо. Как мгновенная семья.

Она скучала по женщинам вокруг. Но там будут мужчины, которых она не знает. — А они… не будут приставать ко мне? Мужчины? — Заигрывать? Насиловать?

Когда он легонько провел костяшками пальцев по ее щеке, она почувствовала покалывание.

— Нет. У нас не хватает женщин. Тебя будут лелеять. Защищать.

— А как насчет с-секса?

— Ты когда-нибудь расскажешь мне, что случилось? — Никогда. Она покачала головой.

Его губы сжались, потом он сказал: — По поводу секса, если самка не хочет, то ничего не происходит.

Он что, шутит?

— Прекрасно, тогда не должно быть никаких проблем. — Слишком хорошо понимая, насколько он близок, она попыталась оттолкнуть его.

Под ее ладонью его кожа туго натянулась на твердых, как камень, мышцах груди. Он был таким горячим. Она отдернула руку.

— Я не люблю мужчин. Я лесбиянка.

Его ноздри раздулись, а глаза весело заблестели.

— Нет, это не так.

— О, как будто ты з-знаешь. — Ее голос дрогнул.

— Я чувствую твой интерес, маленькая самка.

Ее сердце бешено колотилось.

— Ты меня не интересуешь.

— Не лги.

— Я…

Он поцеловал ее. Легкое прикосновение его теплых губ к ее губам. Пауза и он сделал это снова, наклонившись ближе.

Когда шелковистые волосы на его груди коснулись ее, у нее перехватило дыхание.

— Отойди.

— Нет. — Он обхватил ее лицо сильными руками и завладел ее губами, затем ртом, погружая свой язык внутрь, покоряя ее.

Она вздрогнула, сбитая с толку необычными ощущениями, пробежавшими по ее телу. Ее кожа стала чувствительной, напряженной, жаждущей прикосновений… и он это делал.

Когда его язык исследовал ее рот, он погладил руками ее обнаженную поясницу, талию. Его большие пальцы скользнули по груди.

У нее перехватывало дыхание, кости плавились, как масло на раскаленной сковороде.

Он углубил поцелуй, прежде чем отступить.

— Не интересую, ха. — Его голос понизился до хрипоты.

— Я… — О, Боже, она чувствовала влагу на внутренней стороне бедер. Она посмотрела в сторону леса. Бежать, бежать, бежать.

Он положил большой палец ей под подбородок, чтобы приподнять ее лицо. Заставить ее посмотреть на него. Когда он встретился с ней взглядом, земля под ее босыми стопами дрогнула. — Ты не лесбиянка, Бри. — Он провел ладонью по ее руке, и его пальцы сомкнулись вокруг ее запястья. Твердо.

— Зеб. Подожди.

— Если женщина заинтересована, ее запах меняется. — Его длинные волосы скользнули по ее руке, когда он поднес ее запястье к своему лицу и понюхал. — Мужчина может это учуять.

— На запястье? — Вернись к реальности.

— На коже. Везде. Мы наполовину животные — запах очень важен. — Его губы скривились. — Но вместо того, чтобы обнюхивать задницы, мы довольствуемся запястьями. Более вежливо, тебе не кажется?

Мысль о том, что его голова окажется где-то рядом с ее лобком, заставила ее внутренне содрогнуться.

— Эмм. Да. Вежливость — это хорошо. — Другая его рука все еще лежала на ее ребрах, большой палец нежно поглаживал ее грудь, вызывая жар внизу живота. Его взгляд выражал удовлетворение. — Твой разум может и не хочет меня, маленькая самка, но твое тело… — Проведя пальцем по ее влажной нижней губе, он сделал несколько шагов назад, расплылся и превратился в темного волка. Он оглянулся через плечо своими серо-карими глазами и вприпрыжку побежал в лес.

Воздух коснулся ее кожи, поразительно холодный после жара его тела. Ее кости словно превратились в заварной крем, и она прислонилась к двери. Грудь болела так, словно на коже ожог. Так вот на что похоже возбуждение. Господи, помоги мне.

Глава 15

— Забег стаей — это вечеринка на четырех лапах, — подумала Бри, радостно труся позади. Сначала они охотились на оленя, потом делили добычу, и пока она не думала о сыром кровавом мясе, оно было восхитительным на вкус. Тартар из оленя — гораздо лучше крысы.

Стая развернулась и понеслась по склону. Кровь пела в ее жилах, когда она вдыхала холодный ночной воздух, чуя запах разных волков, ее плечо касалось других. Чувство принадлежности росло в ней, заполняя пустоты в сердце.

Стая остановилась на гребне холма, возвышавшегося над лесом. Над темными деревьями медленно, хлопая крыльями, пролетела сова. Снежные сугробы сверкали белизной в лунном свете.

Альфа-волк, Герхард, дважды гавкнул, прежде чем поднять нос и издать долгий медленный вой. К ним присоединились его братья Клаус и Дитер, а затем и остальные волки. Бри уловила темный аромат Зеба и более резкий запах Шея, когда они подошли к ней. Шей поднял морду, и его вой был звучным и красивым. Зеб присоединился к нему, его голос был глубже и грубее.

Бри тоже попыталась. Сначала полаяла, потом песня поймала ее, увлекая за собой, выше, прекраснее. Лунный месяц светил вниз, серебря темный и светлый мех. Если бы она была в человеческом обличье, то плакала бы от такой красоты. Вместо этого она погрузилась во все это. Я жива, и здесь мое место.

Когда завывания стихли, Альфа побежал вниз по склону, направляясь обратно в лес. Стая устремилась за ним.

Бри начала было следовать за ним, но потом поняла, что Зеб и Шей не двигаются с места. Зеб принюхался, и Бри, подражая ему, уловила неприятный запах. Адская гончая. Мех на ее загривке встал дыбом, даже когда она испуганно заскулила.

Шей двинулся в направлении запаха, и остановился. Он посмотрел на Зеба, потом на нее. Словно услышав его слова, она поняла, что он велел Зебу остаться с ней. Но что, если поблизости адский пес?

Она ответила ему, довольная тем, как легко у нее получилось обернуться.

— Не смей идти один. Возьми стаю.

Шей навострил уши и зарычал. На секунду он испугал ее. Потом он тряхнул головой, словно отгоняя муху, и снова стал похож на ее милого Элвиса.

О Боже, ему определенно не нравилась идея взять стаю на охоту за адским псом. Но он не справится с монстром в одиночку. Если он пострадал из-за нее… Она повернулась к Зебу.

— Вы оба идите. Я останусь с остальными. — Шей даже не пошевелился.

Она вздохнула.

— Я буду на тропе со взрослыми волками. — Хотя бегать с младшими было веселее. Она была быстрее большинства из них.

Никакого движения.

Бри скрестила руки на груди, пораженная ощущением обнаженной кожи.

— Зеб сказал, что это твоя работа кахира. Так что иди туда.

Шей прижал уши — Мистер Босс не любил подчиняться приказам — потом слегка махнул хвостом.

Она одержала победу! Усмехнувшись, Бри обратилась.

Словно говоря ей, чтобы она была осторожна, Зеб задел её плечо и лизнул в морду так, что у нее внутри все затрепетало.

Заняв его место, Шей предостерегающе прикусил ей ухо и лизнул в нос. Его запах окутал ее, как одеяло возбуждения.

Ей нужно было уйти от них, пока она не растаяла, как снег на солнце. Тявкнув, Бри бросилась за стаей.

Догнав их, она заняла место в тылу вместе со старшими волками.

Прекрасная песня с хребта все еще жужжала в ее венах, пока они петляли по горам, взбирались по крутой тропе и поднимались на открытую местность. Волки образовали круг, и Бри присоединилась к группе самок.

Над головой облака скользили в свете луны и отбрасывали тени на темную траву. Стая молчала. Так что же теперь будет? Хвост Бри поник от неуверенности. Черт побери, она любила, чтобы все было последовательно.

Рутинно. Или, по крайней мере, знать, что было запланировано.

Альфа шагнул в центр круга и превратился в человека. Остальные волки последовали его примеру. Кроме Бри. Голая в толпе? Ни за что.

Подошел Герхард, крупный мужчина с темно-красным лицом и толстым животом.

— Оборачивайся. — Она почувствовала внутренний толчок, потребность повиноваться, напомнивший ей о том времени, когда ей было пять лет и приемный родитель отдал ей приказ.

Хотя она понимала, что может сопротивляться приказу Герхарда, все остальные были в человеческом обличье. Возможно, она была груба. С чувством обиды она прошептала что-то, обернулась и отступила за спину других женщин. Герхард не был таким пугающим, как Шей и Зеб, но все же он был крупным мужчиной. И ещё, он был голым.

Он вернулся на середину поляны.

— Волки, — сказал он, и его грубый голос нарушил красоту ночи. — У нас появилась новая женщина — незамужняя. Брианна, сделай шаг вперед. — Он протянул ей руку, словно ожидая, что она подойдет и возьмет ее.

Мечтай дальше, приятель. Бри подняла руку.

— Всем привет.

Брови Герхарда сошлись на переносице.

— Двигайся. — Какая-то крупная женщина толкнула ее, и Бри пошатнулась, пытаясь найти опору. Чёрт побери. Пройдя несколько футов в центр поляны, она пришла в себя и сцепила руки перед собой. Чувство принадлежности исчезло, оставив ее опустошенной.

Альфа взглянул на нее, но не как на женщину, а как на долг.

— Сегодня ты останешься одна в хижине в сторожке. Завтра ты переедешь в дом стаи, пока не найдешь себе пару.

Она уставилась на него. Она слышала, что он и два его брата жили в доме стаи с различными популяциями других волков. Вежливой. Будь вежливой, Бри. — Спасибо за предложение, но я совершенно счастлива там, где нахожусь.

— Волки не живут одни, особенно самки. — Его лицо стало темно-пунцовым, и он скрестил руки на своей выпуклой груди. — Это не вопрос выбора.

Она чувствовала, как в ней поднимается раздражение, и понимала, что не в силах его сдержать. Она ни за что не сможет жить с кучей незнакомых мужчин, особенно таких больших, как он и его братья.

— Я со…

И снова она почувствовала непреодолимое желание подчиниться — альфа творил какие-то странные ментальные вещи. Ее желание быть вежливой исчезло. Она сердито посмотрела на него.

— Нет.

В ее ресторане шеф-повар всегда уходил от спора. Теперь она поняла почему. Они не могут спорить, если тебя здесь нет. Не обращая внимания на недоверчивые перешептывания, она протиснулась сквозь толпу и направилась к тропе. Когда она скрылась за деревьями, то вздохнула с облегчением. Отличная возможность поиграть с волчатами, Бри.

Слишком потрясенная, чтобы сдвинуться с места, она замедлила шаг, обдумывая варианты.

Идти по крутой тропинке в темноте на человеческих ногах было бы самоубийством. Что еще хуже, она не совсем понимала, где находится ее дом. Если я пойду прямо под гору, то в конце концов найду Колд-Крик. Я надеюсь.

Сверху послышались шаги, и один из братьев Герхарда — Клаус-побежал вниз по тропе. В тусклом свете он, казалось, улыбался.

— Хорошо, в конце концов, мне не придется напрягаться. — Он оглянулся назад, вверх по склону. Стаи нигде не было видно. — Так что же, Брианна? Есть кое-что, что ты должна понять… — Он указал вниз по тропе.

Она повернулась, чтобы посмотреть — и его кулак врезался ей в лицо.

Кожа на скуле треснула. Боль пронзила ее, как огонь. Обхватив себя руками, она попятилась назад… и сошла с тропы, вниз по крутому каменистому склону.

Упала. Камни хлестали ее по спине и бокам, били по голове.

Ее кожа оцарапалась, рвалась, когда она попыталась ухватиться за что-нибудь, за что угодно. Ничто не замедляло ее падения. Пожалуйста.

Она врезалась в массивное дерево, и удар выбил воздух из ее легких. Голова закружилась, она хватала ртом воздух. Услышав, что кто-то идет за ней, она попыталась встать.

— О, неужели эта болтливая сука упала? — Клаус рывком поднял ее на ноги. Одной рукой вцепившись ей в волосы, а другой обхватив за локоть, он потащил ее вверх по склону. Пытаясь отдышаться, с кружащейся головой, Бри не могла бороться.

— Мы возвращаемся на собрание. Ты будешь делать именно то, что говорит Герхард. — Он дернул ее за волосы, и от его мерзкого смеха у нее скрутило живот. — Если ты этого не сделаешь, то в следующий раз упадешь со скалы. Новый оборотень. Неуклюжий. Никто даже не подумает сомневаться.

— Ты этого не сделаешь.

— О, поверь мне, я сделаю.

Злорадные нотки в его голосе звучали убедительно. Не отвечай. Она все расскажет Зебу и Шею. Они…

— Это твое слово против моего, сука. Если твои друзья-кахиры покажут свои клыки, мой брат вышвырнет их с территории. — Слышать его склизкий смех было тошнотворнее, чем есть крысу, и она сглотнула желчь.

Больно схватив ее за руку, он потащил ее вверх по тропе, сквозь толпу, в центр собрания.

Герхард, подумала она, хотя в глазах все время двоилось, — остановился на полуслове.

— Клаус, что случилось?

— Твоя новая волчица сбилась со следа и упала с тропы. Хорошо, что я ее нашел.

— Упала? — Голос Герхарда стал нейтральным. — Я рад, что ты спас ее, Клаус. — Он посмотрел на нее. — Так ты передумала?

Струйки крови стекали по ее лбу, икре, плечу. Боль от падения начинала расцветать… повсюду. Ребра ныли при каждом болезненном вдохе.

Несмотря на это, она попыталась вырваться, и хватка Клауса усилилась.

Инстинкт самосохранения кричал, что она должна согласиться на все его требования.

Она не могла.

— Нет. — Ее голос дрожал сильнее, чем ноги, и она заставила себя успокоиться. — Никаких проблем. Я покину твою дурацкую территорию.

Пальцы, обхватившие ее руку, болезненно сжались.

— Новый оборотень не может уйти, пока Козантир не разрешит, — сказал Герхард. — Это займет по меньшей мере несколько месяцев.

— Мне плевать.

— Должно быть, падение сбило ее с толку, Герхард. Я отведу ее обратно в таверну, — уродливый голос Клауса и его враждебный запах действовали ей на нервы. Он попытался оттащить ее назад через толпу.

На этот раз он меня убьет. Словно вызванный страхом адреналин прочистил голову Бри, она почти увидела, как нахмурился Сэнсэй. Он никогда не сдавался, никогда не позволял ей сдаваться. В сердце одного вдоха она нашла свой центр.

— Бедная девочка, она…

Развернувшись, она пнула Клауса в голень. Он завопил, и его хватка ослабла. Она вырвалась. Стоя достаточно близко, чтобы ее затуманенное зрение не было проблемой, она ударила его по лицу.

Под костяшками ее пальцев хрустнул хрящ — его нос.

Когда он отшатнулся, она ударила его ногой по колену, заставив зарычать.

Вид колеблющихся фигур, приближающихся к месту схватки, отвлек ее, и Клаус ударил ее кулаком по ребрам, опрокинув на колени. Боль окатила ее огненными волнами. Пытаясь восстановить дыхание, она чувствовала себя как в кошмарном сне, окруженная врагами, и никто не мог ее спасти.

***

Когда Шей добрался до задней части стаи, он понял, что его напарник остановился под деревом, чтобы поймать своенравную мышь. Судя по немногим фактам, которыми поделился Зеб, он оставался волком в течение многих лет после того, как потерял свою семью. Он не только умудрился жить один, не одичав, но и — Шей усмехнулся — научился никогда не отказываться от закуски.

Улыбка Шея погасла. Они с Зебом нашли следы адского пса. Им нужно было поговорить с Калумом и Алеком. Запах был незнакомым, а это означало, что на территории все еще обитает адская гончая.

Оглядевшись по сторонам, он увидел, что все были в человеческом обличье, поэтому он обратился. Впереди послышались крики и шлепки плоти о плоть. Вероятно, молодые самцы играют в игры. От него пахло здоровым потом. Гневом.

Затем, когда женщина закричала:

— Нет! Оставь ее в покое. — Шей уловил наполненный страхом запах Брианны. Что-то внутри него скрутилось и лопнуло от гнева. Он не мог ее увидеть. Рычание вырвалось наружу.

В центре круга Герхард обернулся. Их взгляды встретились.

Шей начал проталкиваться сквозь толпу.

Альфа выкрикнул команду, и самцы намеренно преградили Шею путь. Клянусь Богом, они еще пожалеют об этом. Он схватил первого за руку и швырнул в следующего на своем пути. Обойдя их, он расплющил тощего мужчину, который встал у него на пути.

Сзади послышался рев Зеба и чей-то визг. Мужчина завопил, а потом закричал от боли. При появлении Зеба, оставшиеся препятствия растаяли на их пути.

Когда он добрался до центра, Шей увидел Брианну, стоящую на четвереньках. Четверо мужчин окружили ее, словно волки поверженного оленя. Герхард стоял рядом.

Шей нырнул вперед, ловко обратившись в воздухе в волка. Откинув назад уши, его шерсть поднялась дыбом, он встал перед Брианной, заняв позицию охранника.

Один из братьев Герхарда отступил, как и двое других мужчин. Клаус остался, его лицо исказилось от ярости.

Кровь размазалась по его лицу и капала с подбородка.

Зеб встал между ним и Шеем.

— Давай придурок, рискни. — Клаус нахмурился, но отошел на шаг в знак отступления. Зеб наблюдал, его запах был едким от гнева.

Когда несколько секунд никто не двигался, Шей обернулся и опустился на колени рядом с Брианной. Она истекала кровью из множества порезов и царапин, и красные пятна разбитых кровеносных сосудов виднелись на ее светлой коже. Глаза остекленели, она не видела его, когда попыталась встать. Но она была жива, слава Богу.

Его ярость слишком разошлась, чтобы сдержать ее.

Гнев все еще управлял его братом.

— Зеб. — Он кивнул в сторону Брианны. Охраняй ее, пока я буду говорить.

Зеб все понял. Он медленно вдохнул, явно борясь за контроль, и встал позади нее. Она поднялась на колени, но его рука на ее плече не позволила ей подняться.

Когда она замахнулась на него, Зеб наклонился и что-то прошептал ей на ухо. По ее телу пробежала дрожь, и она крепко сжала его руку.

Шей встал и повернулся лицом к Альфе, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. Не угрожая.

— Что происходит?

Обычно румяное лицо Герхарда было почти багровым. — Она напала на Клауса. Он попытался помочь ей, но она ударила его. Она дикая.

Идиот.

— Она не более дикая, чем ты. — Шей взглянул на Клауса и увидел, как напряглись мышцы оборотня. — Я вижу, кто из них выглядит более поврежденным. Что ты с ней сделал?

— Ничего. Она вышла из себя. Пошла прочь и упала с тропы, — сказал Герхард. — Клаус нашел ее и привел обратно. И она ударила его, сломала ему нос.

— Это не похоже на Брианну, — сказал Шей. Вы, паршивые псы, лжете. — Что ее так разозлило?

— Я приказал ей переехать в дом стаи. Она отказалась. — Выражение лица Альфы было упрямым. — Женщина не может жить одна. Это закон стаи.

— Твой закон стаи — это бред.

Потрясенные вздохи волков сказали Шею, что он зашел слишком далеко. Ему было плевать. Его и Зеба вышвырнули с их последней территории, подумаешь, одной больше, одной меньше. Низкий рык Зеба выражал согласие.

Герхард зарычал.

— Ты и твой бр…

— Брианна была воспитана человеком. До прошлой недели она даже не знала о существовании Даонаинов. Ты думаешь, она знает законы стаи? — Когда Шей повернулся по кругу, многие пристыженно отвели взгляды в сторону. Двое мужчин, которые не были братьями Герхарда, скользнули в толпу.

— Она всего лишь маленькая волчица, — тихо сказал Шей. — И она боится мужчин. Твои сегодняшние действия усилили этот страх.

Бормотание пробежало по стае, как шепот ветра в соснах.

Кровь бросилась Герхарду в лицо.

— Она не может жить одна. Она…

— Она знает нас с Зебом и уже месяц живет по соседству. Она может переехать в наш домик, пока не найдет кого-нибудь, кто ей больше понравится.

Брианна промолчала.

Шей оглянулся, чтобы проверить ее реакцию, но это зрелище снова привело его в ярость. — Ради милости матери, посмотри на нее. — Порезы, синяки, царапины. — Она едва оправилась после спасения дочери Козантира.

Герхард напрягся, напомнив себе, что лучше действовать осторожно.

Шей взглянул на Зеба — его брат был близок к тому, чтобы потерять контроль и разорвать нескольких мужчин на куски. Пора сделать шаг назад.

— Если ты заботишься об этом маленьком члене своей стаи, Альфа, позволь ей остаться там, где ей будет комфортно. — Он сумел вложить в свои слова намек на мольбу, хотя уступка была отвратительной на вкус.

Герхард скрестил руки на груди.

— Но вдруг она откажется жить с тобой? Если так… — Блеск в его глазах показал, что он надеется, что она даст ему повод заставить ее подчиниться.

Не обращая внимания на Герхарда и его братьев, Шей опустился на колени рядом с Брианной. Зеб выпрямился, насторожившись.

Глаза Брианны прояснились. Она встретилась с ним взглядом.

— Ты слышала, что сказал Герхард? — спросил Шей.

Она молчала, хотя слезы боли текли по ее щекам. Как эта женщина научилась молча переносить такую боль?

Он изо всех сил боролся с желанием притянуть ее в свои объятия. — Ты согласна пока остаться со мной и Зебом?

Ее губы сжались. Она собиралась отказаться.

Он дотронулся до ее щеки, почувствовал, как она вздрогнула, и наклонился ближе, чтобы прошептать, — Одиночество плохо влияет на нас, линнан. Вот почему Калум заставляет нас с Зебом жить в одном доме.

Дрожь сотрясала ее тело, когда она думала.

— Ладно. — Она медленно вздохнула, и ее голос успокоился. — Пока. Пока я не смогу покинуть это ужасное место.

Ее голос был достаточно громким, чтобы его услышали все. Снова появились хмурые лица. Как только новый оборотень достигнет адекватного контроля, она сможет идти туда, куда захочет. Стая редко покидала свою территорию, но эта маленькая самка знала, что там был целый мир.

Прежде чем встать, Шей погладил ее по волосам. Он выдержал пристальный взгляд Герхарда, пока Альфа не согласился:

— Она может жить с вами. Пока.

— Давай, маленькая самка. Пора к целителю. — Несмотря на гнев, исходящий от него волнами, Зеб очень нежно, очень осторожно поднял ее на руки. — Плохая неделя. Сначала тебя чуть не разорвали в клочья, когда ты сражалась с адским псом. — Он смерил Герхарда убийственным взглядом. — Затем Альфа пытается закончить его работу.

Стая была совершенно безмолвна.

***

Оказавшись вдали от других мужчин, в безопасности — с Бри на руках — Зеб снова взял себя в руки. Пройдя дальше по тропе, оказавшись на ровном месте, он поставил Бри на ноги.

— Если мы понесем тебя, то путь назад займет много времени.

— Я могу идти. — Упрямая маленькая женщина сделала два неуверенных шага, прежде чем ее колени подогнулись.

— Клянусь Херне, я не это имел в виду. — Когда он поймал ее, его руки заскользили от ее крови. Его гнев усилился, и он сделал шаг вверх по склону. — Я убью их.

— Нет, бхратхайр (прим.:брат). — Голос Шея звучал мягко, хотя его ярость была осязаема. — Не бросай ему вызов. Из тебя получится паршивый Альфа.

— Лучше, чем эта дворняжка. — Потом Зеб вздохнул, соглашаясь, что сойдет с ума, если все эти люди будут смотреть на него, как на лидера.

— Отлично.

Шей коснулся щеки Бри.

— Оборачивайся в волка. Четыре ноги работают лучше, чем две, твой мех согреет тебя, и мы быстрее спустимся с горы. Ты можешь это сделать? — Она задумалась. Ее подбородок решительно поднялся, прежде чем она превратилась в волчицу. Кровь залила ее светлый мех, хвост поник, но она последовала за Шеем, не издав ни звука.

У Зеба заныло в груди, когда он вспомнил, как час назад маленькая волчица танцевала от счастья.

Ее упрямая решимость привела ее почти к самому спуску с горы. Когда ее силы иссякли, он и Шей по очереди несли ее. Что-то внутри него успокаивалось, когда он держал ее в своих объятиях, в безопасности, где мог защитить.

Наконец, они добрались до пещеры под «Дикой охотой». Одев Бри и завернув ее в одеяло, Шей отвез их в дом целителя на Камберленд-стрит, всю дорогу ругаясь по-гэльски.

Дверь открыл Донал О'Коннор, одетый только в спортивные штаны.

— Вы на часы смотрели? — Он нахмурился при виде Бри. — Я думал, что вылечил ее. Что теперь с ней случилось?

Бри открыла глаза, увидела целителя и ее пышное тело напряглось.

— Нет, — сказала она тонким голосом, из которого исчезла вся мелодичность. — Я не хочу, чтобы он прикасался ко мне.

Донал фыркнул.

— Женщины. — Он отступил назад, чтобы они могли войти. — Теперь ты знаешь, почему у меня до сих пор нет спутницы.

В молодости Зеб согласился бы.

— Где ты хочешь ее осмотреть?

— У меня такое чувство, что медицинский кабинет будет не лучшим местом. — Донал натянул серую толстовку и направился в гостиную.

Комната имела сводчатый потолок и была размером с одну из их хижин. С креслами и диваном в зеленоватых тонах и темно-коричневым ковром на деревянном полу, в комнате ощущался уют летнего леса.

— Мило.

— Спасибо. — Донал указал на диван. — Положи ее туда.

Зеб осторожно опустил ее.

— Нет. Я этого не хочу, — Бри попыталась встать.

— Упрямая женщина. — И все же он был рад предлогу держать ее в своих объятиях. Он подхватил ее на руки и усадил на подушки, держа на коленях.

То, как она расслабилась рядом с ним, чертовски радовало его.

Донал покачал головой.

— Никогда не видел, чтобы кто-то так яро отказывался от исцеления. В чем же я виноват?

— Ты родился с членом, — ответил Шей. Он занял место за диваном, склонившись над плечом Зеба. — Займись этим, целитель.

Когда Донал откинул одеяло, чтобы обнажить руки и плечи Бри, он зашипел, при виде синяков, порезов и ссадин. — Вы, мальчики, играете в жестокие игры. Если так вы получаете свое удовольствие, больше сюда не приходите.

Этот гребаный навозник думал, что они с Шеем были… зарычав, Зеб начал подниматься, но Шей удержал его.

— Это были не мы, Донал, — сказал Шей. — Она не согласилась с Альфой. Очевидно, она убежала от стаи, сбилась со следа и упала с тропы.

Донал с отвращением хмыкнул.

— Какое счастье, что я кот-оборотень — мы подчиняемся только Козантиру. — Он встретился взглядом с Зебом. — Прости. Я поспешил с выводами. Но этого бы не случилось, если бы в прошлом году сюда не переехал человеческий самец, и ему нравилось бить свою пару во время игр.

— Я бы его убил, — руки Зеба сжались вокруг маленькой женщины, пока она не начала извиваться. Он ослабил хватку.

— Мой первый порыв был таким же, но это не работа целителей. — Донал открыл искусно вырезанный шкаф, заполненный медицинскими принадлежностями.

— Надеюсь, все закончилось хорошо. — Шей протянул руку через плечо Зеба, чтобы погладить Бри по волосам. — Так что там в итоге произошло?

— Они пробыли в городе неделю, когда Энджи притащила сюда женщину. Она была человеком, поэтому я не мог исцелить ее, но я перевязал то, что смог. У нее были следы от переломов, старые и новые шрамы, но она отказывалась говорить об этом. — Донал бросил марлю на поднос. — Шериф и Козантир все равно рано или поздно узнали бы об этом, но я намекнул. Немного, но Алек быстро соображает. — Он добавил еще повязку. — Он поручил своей подруге — она помощник шерифа — все проверить. Не знаю, что увидела Вики, но она вышла из себя и выбила из парня все дерьмо.

Зеб весело фыркнул. Приятельница шерифа, кошка-оборотень, была хорошей партией для кахира.

— У нее были неприятности?

— Алек стоял и смотрел. — Донал усмехнулся. — И смеялся.

Зеб подвинул Бри и уткнулся носом в ее волосы. Запах ванили и навязчивый дикий аромат женщины-оборотня были похоронены под запахом крови и боли. Ему захотелось кого-нибудь ударить.

— Этот засранец все еще в городе?

— Нет. Он уехал в тот же день. Алек нашел среди местных человека, который отвез женщину к ее родственникам. — Донал поставил поднос с марлей, физраствором и антибактериальной мазью на кофейный столик.

Опустившись на одно колено, он стянул одеяло с Бри.

Зеб почувствовал, как Бри встрепенулась.

— Нет. — Бри оттолкнула руку незнакомца, ее сердце забилось быстрее. Боль пронзила ее тело, смешивая все воедино — Клаус бьет ее, мужчины окружают ее, зубы адского пса, человек-монстр толкает ее вниз и…

Паника затопила ее вены, заглушая способность думать.

— Не прикасайся ко мне. — Она попыталась спрятаться, уткнувшись головой в твердую грудь Зеба. Он был безопасным. Они с Шеем спасли ее. — Нет, пожалуйста.

— Маленькая самка, — раздался в воздухе рокочущий голос Зеба. — На месте некоторых отметин останутся шрамы. Это может повлиять на твою мобильность. Пусть Донал поработает.

Одеяло сотрясалось от ее дрожи. Она знала, что ведет себя как побитая собака, но ее разум никак не мог справиться со страхом.

Шей сел, прижавшись бедром к ее вытянутым ногам. Он взял ее руки в свои большие ладони. — Девочка, неужели ты думаешь, что мы позволим Доналу причинить тебе боль? — Глаза у него были серьезные, серо-голубые. — Неужели ты нам не доверяешь?

Она повернулась и уставилась на Донала, ее мысли рассыпались на осколки. Ее грудь тяжело вздымалась, когда она пыталась восстановить дыхание.

— Донал, начни с чего-нибудь менее… интимного. — Шей помолчал, а потом приказал, — сначала вылечи ее спину.

Несмотря на ее протесты, Зеб решительно стянул одеяло вниз, и переместил ее так, чтобы ее лицо оказалось в ложбинке его плеча, ее груди прижались к его груди. Его волосы были достаточно длинными, чтобы скрыть часть ее лица, и от него пахло лесом и безопасностью. Шей все еще держал ее за руки, его пальцы были теплыми и, как якорь, удерживающими.

Незнакомец прикоснулся к ней.

— Неееет. — Боль пронзила ее, когда его пальцы вошли в открытую область на ее плече. Горячее покалывание захлестнуло все ее чувства. Она всхлипнула.

— Ш-ш-ш. — Зеб крепче обнял ее. — Ты в безопасности, Бри. Шшш.

Руки мужчины шевельнулись. Ожог. Покалывание. Она боролась, пытаясь вырваться.

Он стянул одеяло пониже, и она заскулила, как раненая собака.

— Извини, девочка, но там идет кровь. Похоже, ты ударилась о камень.

Она упала, потому что Клаус ударил ее наотмашь.

Сбил ее с ног. Она открыла рот, но потом вспомнила, что он сказал, что убьет ее, если она расскажет.

Шей и Зеб ему не позволят.

Но он сказал, что Герхард их выгонит. Может ли Альфа сделать это? Ладонь целителя прижалась к ее боку, и по ощущениям это было похоже на сломанное ребро. Она поморщилась, когда он надавил на нее, словно желая загнать покалывание глубже.

— Я удивлен, почему ты до сих пор не возглавил стаю, Шей. Ты доминируешь, — сказал целитель, как будто он вел непринужденную беседу, а не прикасался к ней. Его ладонь легла на ее руку, и он провел пальцем по болезненной ране.

— Я связан клятвой. — Шей сжал пальцы Бри, отвлекая ее. — Я нигде не задерживаюсь надолго — Херне посылает меня туда, где находятся адские псы.

— Тяжелая жизнь, — сказал Донал. — Переверни ее, Зеб. Мне нужно осмотреть её спереди.

Она попыталась высвободить руки, чтобы вцепиться в Зеба, но Шей держал крепко, и Зеб безжалостно развернул ее. Когда Шей опустился на колени и прижал ее руки к бокам, целитель опустил одеяло до талии, обнажив грудь.

Не в силах смотреть на него, она зажмурилась. Слезы обожгли ей щеки, и Зеб издал такой звук, словно она пнула его.

— Полегче, девочка. Все не так уж плохо, — пробормотал целитель.

Бри почувствовала прикосновение к своей груди. Словно ливень, ее охватила паника.

— Нет! — Она боролась с руками, удерживающими ее, прикасающимися к ней. Чудовище было повсюду, и она не могла убежать.

Целую вечность… казалось это продолжалось целую вечность, пока она не услышала крик в своей голове и грохот собственного пульса. Грубый голос Зеба смешался с резонирующим глубоким голосом Шея:

— Мы тебя спасли. Ты в безопасности. Никто не причинит тебе вреда, — как только их слова дошли до нее, она обмякла, обессиленная. Задыхающаяся.

— Черт возьми, она действительно не хочет этого, — сказал Донал. — Я бы сказал, оставим как есть, но парочка ран оставят ужасные шрамы, и есть, по крайней мере, еще одно сломанное ребро. Брианна, извини, я постараюсь как можно быстрее.

Шей взял ее запястья, держа их одной рукой. Он положил ладонь ей на щеку и повернул ее лицо к себе. Его голос стал глубже, требуя ее внимания. — Посмотри на меня, — ее пристальный взгляд встретился с его напряженным, и он не сводил с нее глаз. — Скоро все закончится, линнан.

— Мне здесь ничего не видно, — пробормотал Донал. Чья-то рука обхватила ее левую грудь и приподняла ее. Бри всхлипнула.

— Это я, маленькая самка, моя рука, — прошептал Зеб. Глаза Шея были полны боли, и она попыталась взять себя в руки.

— Прости, — прошептала она. — Я не могу… — Она вздрогнула, ее руки оказались в ловушке, ее тело в ловушке, руки на ее теле, ощущение было слишком похожим…

— Я видел такое пару раз раньше, — сказал целитель, его гнев был очевиден. — С человеческими женщинами, которые подверглись изнасилованию.

— Изнасилованию, — прорычал Зеб.

— Да, — голос Донала был почти таким же рычащим. — Еще один, и мы закончили. Только еще один, Брианна. — Пальцы снова коснулись ее, боль и жжение в верхней части груди.

— Тебя изнасиловали, Бри? — спросил Зеб.

Когда она сглотнула, ее желудок скрутило, Шей зарычал.

— Черт возьми, Зеб.

Но целитель уже знал. Дрожь пробежала по ее телу, когда ей удалось кивнуть.

Она поняла, что звук в ее ухе был рычанием Зеба, низким и глубоким. Такой же грохот раздался и от Шея. Почему эти звуки не пугали ее, казалось, это не имело смысла.

— Вот — готово. — Донал вздохнул. — Дай мне секунду, чтобы выйти из зоны поражения и тогда она может подняться.

Шей слабо рассмеялся и отпустил ее руки. Секунду спустя он уже накрыл ее одеялом.

Зеб усадил ее поудобнее у себя на коленях.

— Отпусти меня, — прошептала она.

— Секунду. Ты была… — Он положил щеку ей на макушку и нежно обнял ее. — Мне нужно чувствовать, что с тобой все в порядке.

В его словах она услышала такую ярость и печаль, что ее глаза наполнились слезами. Она позволила ему прижать себя к груди. Почему это так его расстроило?

Шей присоединился к ним на диване, поглаживая ее по волосам, как щенка.

— Если бы мы остались со стаей, этого бы не случилось. Я поговорил бы с Герхардом. Она бы не убежала и не упала.

Руки Зеба напряглись, как будто он согласился, но вместо этого он сказал:

— Это не твоя вина, брат. Ты собирался отправить меня с ней, помнишь? И я, вероятно, ударил бы Герхарда, даже не задумываясь.

Шей фыркнул.

— Тоже верно.

Донал убирал свои припасы в шкаф. Он оглянулся через плечо.

— Разве то, что вы перечите приказам Альфы, не подразумевает, что вы должны покинуть территорию? Вы, ребята, теперь одинокие волки?

Бри попыталась сесть, паника смешалась со стыдом.

— Он ведь не заставит тебя уйти, правда?

Шей слегка потянул ее за волосы, и улыбка осветила его глаза.

— Ты ведь не следила за последней частью этого, да?

— Все было расплывчато.

— Мы не изгнанники, Брианна.

Я не могу рассказать им о Клаусе. Если они нападут на брата альфы — а они нападут, — то Герхард вышвырнет их вон. Она не могла так поступить с ними.

— Почему она убежала от стаи? — Донал опустился в кресло.

— Он приказал ей жить в доме стаи. После этого — похоже, у нее были проблемы с братом Альфы. Что случилось, Брианна? — спросил Шей.

Не могу сказать правду. Не могу допустить их изгнания.

— Он пытался помешать мне снова уйти, — сказала она.

— Мне это не нравится, — Зеб фыркнул. — Одно радует, ты сломала нос ублюдку. Отличная работа.

— Я думаю, стая была шокирована тем, как быстро все произошло, — сказал Шей. — Мы заставили Герхарда отступить, и она будет жить с нами.

— Хороший план, — сказал Донал. — Ей достаточно стрессов.

Бри удалось взглянуть на целителя, увидеть его длинное, худощавое тело, честность в его строгих серебристо-серых глазах. У него был шрам на скуле, как у Шея и Зеба, только в форме полумесяца, как новолуние. Она встретилась с ним взглядом.

— Спасибо.

Взгляд Донала смягчился.

— Всегда пожалуйста. Я рад, что все еще был в городе. — Он взглянул на Зеба и Шея. — Отведите ее домой, кахиры. У нее был плохой день.

***

В сторожке они поселили маленькую женщину в спальне наверху. Она свернулась калачиком под одеялом, как щенок, и от ее шепота «спасибо» у Зеба заныло в груди. Так мало и так больно. И он не защитил ее.

Когда Зеб вошел в гостиную, Шей протянул ему пиво.

Зеб отвинтил крышку, сделал большой глоток и опустился в кресло у камина. — Твою мать.

Шей сел на диван и положил ноги на кофейный столик.

— Ты узнаешь, кто ее изнасиловал, и мы убьем его.

— Делать это следует осторожно, не сразу. — Рот Шея сжался в тонкую линию. — Но рано или поздно мы выудим из нее эту информацию.

Зеб отсалютовал кружкой с пивом.

— Нам с тобой по пути, брат.

— Но у нас еще одна проблема.

Черт возьми, нет.

— Что на этот раз?

— Ее реакция на прикосновения. Она боится мужчин. Была изнасилована. Как она будет вести себя на собрании? Она выросла не с оборотнями и понятия не имеет, что будет дальше.

— О, черт. Как и подруга Калума. — У Бри было не лучшее прошлое, а будущее и вовсе может показаться сущим кошмаром. — Прошлой осенью у Вики был первый сбор. Это ошеломило ее, а она сильная женщина. — Он провел пальцами по волосам, вспоминая, как отступил назад, позволяя той успокоиться.

— Как и наша маленькая волчица. — На лице Шея медленно расплылась улыбка.

— Она проделала огромную работу по изменению формы носа Клауса, — Зеб почувствовал прилив жара при этом воспоминании. У Бри был сильный удар.

— Да.

— Мужественная она или нет, но она может запаниковать на собрании. Нам надо что-то делать.

— Нам? — Зеб почувствовал, как в нем поднимается паника.

— Она нам доверяет. Мы можем прикоснуться к ней. Может, мы сможем помочь ей преодолеть часть этого страха.

— Я стараюсь держаться на расстоянии. — За исключением сегодняшнего утра. Ее груди терлись о его грудь, ее губы были мягкими, сладкими. Податливыми. Несмотря на затвердевший член, внутренности Зеба сжались. Он не был уверен, что переживет, если она снова начнет его бояться.

— Итак, что у нас есть? — Шей сделал паузу, прикидывая. — Всего неделя, чтобы приучить ее к мысли об этом.

— Черт.

Глава 16

Бри разбудил стук в дверь. Застонав, она села на кровати и огляделась. Не моя комната. В голове тут же всплыли воспоминания о вчерашнем вечере, и она поежилась. Клаус бьет ее, боль, падение с холма, мужчины вокруг нее…

Уже после, крепко прижимая к себе, Зеб нес ее на руках. Шей гладил ее по волосам, уговаривая не паниковать. Забавно, что его взгляд и твердый голос удерживали ее так же крепко, как руки Зеба.

От еще одного громкого стука в дверь Бри едва не подпрыгнула.

— Войдите.

Шей открыл дверь.

— Брианна, у Калума есть… — Его глаза светились счастьем.

Что?

— Я — Боже! — Она натянула одеяло до подбородка и сердито посмотрела на него.

— Линнан, я уже видел тебя без одежды. — Солнечные морщинки в уголках его глаз стали глубже. — Но на тебя всегда приятно смотреть.

Жар пополз вверх по ее лицу.

— Ты ведь постучал не просто так?

— Боюсь, что да. Калум приказал нам явиться. Всем троим. Желательно поскорее.

Успеет ли она принять душ? Подождите. Она должна выпрыгнуть из постели только потому, что так приказал Калум?

— Шей?

Он вошел и сел на ее кровать, втиснувшись в ее личное пространство, что было совсем на него не похоже. Одеяла помешали ей отодвинуться.

По смешинкам, что плясали у него в глазах, было понятно, что он точно знал, как сильно нервирует ее.

— Ты хотела о чем-то спросить?

— Хм. — Спросить? А, ну да. — Кто такой Калум? Все вздрагивают и становятся по стойке смирно, когда он что-нибудь говорит. А вы, ребята, называете его Козан… что-то в этом роде. Почему именно он заставил меня обратиться, а не ты или Зеб?

— Иногда я забываю, как мало ты знаешь. Из нас с Зебом не очень хорошие учителя.

Она пожала плечами.

— Я все время забываю спросить. — Потому что она была так очарована превращением в волка.

— Горные хребты поделены на территории. У каждой из них есть хранитель. Козантир.

Козантир.

— Значит, Калум вроде как главный. Но… — Шей положил руку ей на колено, останавливая. Даже сквозь одеяло она чувствовала тепло его ладони. Почему ее кожа, казалось, умоляла о большем? Больше прикосновений, больше тепла.

— Не совсем так. — Шей поглаживал ее большим пальцем. — Козантира назначает Херне — Бог, и тот получает полномочия, необходимые для выполнения этой работы.

Ее губы скривились.

— Как Герхард?

— Больше. Сила Герхарда исходит от стаи. Сила Козантира исходит от Херне. — Его глаза сузились, когда он задумался. — Козантир всегда знает, где и какие оборотни находятся на его территории. Он единственный, кто может заставить обернуться. — Ее неверие в происходящее отступило на шаг. Она определенно испытала на себе этот я-заставлю-тебя-обернуться дар.

— Получается, на своей территории он… как там это называл мой дед? Высшее, низшее и среднее правосудие? Он может изгнать оборотня или убить его одним прикосновением?

— Да Бог с тобой! — Козантир начинал ассоциироваться с телевизионным проповедником. Чудеса совершались каждый вечер в семь часов.

— И Божий наместник на земле проводит свои дни, содержа бар?

Шей усмехнулся.

— На самом деле, до того, как Херне сделал его Козантиром, он был адвокатом. И со слов Алека, Калум был очень зол из-за того, что его призвали.

Адвокат?

— Не думаю, что когда-нибудь пойму это место.

— Ты поймешь, Брианна, поймешь. — Он провел пальцем по ее обнаженному плечу, заставляя ее вздрогнуть. — Сегодня будь поосторожнее. Целители не излечивают мелкие повреждения. Пару дней еще поболит.

Это точно. Она чувствовала себя так, словно упала с горы и ударилась обо все камни на пути вниз. О, подожди. Так и было.

— Обещаю быть осторожнее.

— Хороший ответ, маленькая волчица. Люблю, когда мне подчиняются. — Шей наклонился и прикоснулся к ее губам. Прежде чем она успела отстраниться, он прикусил ее нижнюю губу, посылая по телу волну жара. Его твердые губы требовали большего, и ее губы смягчились под быстрым натиском.

Он отстранился и вскочил с кровати прежде, чем она успела ударить его. И именно так она бы и сделала, если бы мгновение назад ее мозг не превратился в кашу.

— Шей, — предупреждающе произнесла она, чувствуя на губах вкус мяты.

— Брианна. — Его серо-голубые глаза были такими же спокойными, как и голос. — Я наслаждался этим… — Он глубоко вдохнул через нос и одарил ее озорной усмешкой. — И ты тоже, девочка.

Она смотрела, как за ним закрывается дверь. Неделю назад она, наконец, задышала полной грудью, потому что почувствовала себя женщиной, потому что ее тело начало откликаться на ухаживания Шея и Зеба. Но ей не хотелось больше никаких перемен. Не сейчас.

Этот жар и желание, струящиеся по ее телу, определенно были переменой.

Через минуту она покачала головой. Встреча. Нужно пошевеливаться.

Посмотрев по сторонам и не найдя своей одежды, она завернулась в одеяло и направилась в ванную комнату в конце коридора.

Уже стоя перед зеркалом, она сбросила одеяло и впервые увидела порезы и синяки, покрывающие ее тело. От подступившей тошноты скрутило желудок, и Брианна поспешно шагнула в душ, под струи горячей воды. Взяв мочалку, она намылила ее, и принялась тереть кожу, одновременно с этим пытаясь стереть из головы воспоминание о том, как стояла голой среди толпы мужчин. Побитой. Хватка Клауса была такой же, как у монстра. Я грязная. Уродливая. Почувствовав на себе запах адского пса, Бри начала тереть мочалкой сильнее.

Только когда вода окрасилась в розовый цвет, она пришла в себя

и поняла, что делает. Из порезов и царапин сочилась кровь. Остановись, Бри. Остановись. Слезы жгли ей глаза, отчаяние переполняло.

Она думала, ей становится лучше. Несмотря на горячий душ, внутри был лютый холод.

Бри заставила себя выключить воду и вышла из душевой кабины. Снова взглянув на себя в зеркало, ее взгляд застыл на царапинах. Какая красота. Разноцветная красота. Хотя зажившие порезы были нежно-розового цвета, темно-красные и фиолетовые синяки вовсю благоухали на ее руках и плечах, ребрах, спине и ногах. Она потрогала опухшую щеку и поморщилась от боли.

Мне не нравится это место. Или любое другое место, где живут такие люди, как Клаус. Он получал удовольствие от того, что ударил ее.

Больной придурок.

Когда стая бежала, Бри чувствовала себя в ней своей. Но не теперь. Как скоро она сможет уехать?

Она осторожно вытерлась насухо. Герхард сказал, что это решать Козантиру. Так что сегодня она заставит Калума понять, что пробудет здесь еще максимум неделю. Она разузнает все, что ей нужно, стараясь при этом всячески избегать встречи с Клаусом.

Неделя. Это означало, что ее время, проведенное рядом с Шеем и Зебом, было ограничено. Чувство пустоты, охватившее ее, приводило в замешательство. Когда она успела так привязаться к ним?

Вздохнув, она завернулась в полотенце. Откинув назад мокрые волосы, Бри открыла дверь ванной и… столкнулась с Зебом. Бри взвизгнула.

Его смешок прозвучал так, словно заскрежетали друг о друга камни. Он протянул ей джинсы, свитер и нижнее белье.

— Из твоего домика.

— Спасибо. — Она улыбнулась ему, и у нее перехватило дыхание.

Его глаза были расплавленной темнотой, когда его взгляд медленно опустился с ее лица на обнаженные плечи, где полотенце едва прикрывало ее грудь. — Ты вся розовая, маленькая женщина, — пробормотал он, протягивая ей одежду.

Пока ее руки были заняты, он провел своими мозолистыми пальцами по ее шее и плечу. Он повернул руку и провел костяшками пальцев по верхушкам ее грудей. Его кожа была такой теплой, что у Бри внизу живота разлилось ответное тепло.

— Помочь одеться? — спросил он. Его указательный палец скользнул под край полотенца между ее грудей.

Секунду она стояла, как вкопанная, с отвисшей челюстью, а спустя мгновение бросилась обратно в ванную, захлопнув дверь у него перед носом. Ее руки дрожали, когда она надевала джинсы и кашемировый свитер, которые он принес.

Боже, как он смотрел на нее. Прикасался к ней.

С ним она не чувствовала себя грязной, но он разбудил странное… тревожное… чувство глубоко в ее животе. И это был не страх. Совсем нет.

От стука в дверь она подпрыгнула на месте.

— Поторопись, женщина.

По дороге в таверну Бри слушала, как мужчины лениво обсуждали, какие хижины нуждаются в ремонте, какая в ближайшие дни будет стоять погода, кто сегодня патрулирует территорию, защищая Колд-Крик от проникновения адских гончих.

Адские гончие. Не одна адская гончая, множество. Брианна проигнорировала холодок в животе и заговорила более твердым голосом:

— Зеб, когда я стреляла в адского пса, мои пули отскакивали. Из чего вообще сделаны эти существа?

— Что-то вроде костяного покрытия.

Шей добавил:

— Палеонтолог сказал, что у некоторых динозавров чешуйки на коже были не хуже бронежилета, у адских псов тоже. — Он похлопал себя по животу. — Центральная линия на животе — единственное место, где нет брони.

Неудивительно, что ее клинок сломался. Она нахмурилась, глядя на Зеба.

— Когда ты был под ним, ты ударил его ножом. Почему ты не воспользовался пистолетом?

— Верный способ умереть, — сказал Зеб.

Не особо содержательный ответ. Она бросила на него неприязненный взгляд.

— По двум причинам. Во-первых, неправильный угол, чтобы попасть в сердце, — объяснил Шей, сжалившись над ней. — Удар ножом вниз перережет главную артерию, но пули могут не попасть в нее, и второй попытки у тебя не будет. Если адская гончая не умирает сразу, она убивает кахира.

Бри с трудом сглотнула. Зеб мог так легко умереть.

— А другая причина?

— Пули обычно вонзаются в броню, но иногда отскакивают, — сказал Шей с намеком на юмор в глазах. — Если, оказавшись внизу, ты промахнёшься и попадешь в броню, велика вероятность погибнуть от собственной пули.

Чёрт побери.

— Вы двое выглядели как команда акробатов. Скольких ты уже убил?

— С Шеем? Около дюжины, — рассеянно ответил Зеб.

Из-за нехватки воздуха Бри вцепилась ему в руку.

— Так много?

— Некоторых еще до того, как мы встретились. — Шей потянул ее за волосы.

— Мы с Зебом охотимся на них, помнишь? И похоже, что одна из тварей все еще находится в районе Колд-Крик.

Кровь отхлынула от ее головы.

— Полегче, маленькая женщина, — Зеб положил руку ей на плечо, и тепло его тела немного растопило холодок. Она сосредоточилась на медленном вдохе, на ощущении тепла Зеба рядом с собой, твердости его тела, на наблюдении за походкой Шея, такой уверенной и сильной.

— Эй, ты не видела гнома под седьмой хижиной? — беспечно спросил Шей.

Она попыталась улыбнуться ему, зная, что он ради нее сменил тему. А Зеб, нелюдимый Зеб, всю дорогу прижимал ее к себе.

Подойдя к таверне, Шей открыл дверь и жестом пригласил ее войти. На секунду она остановилась у входа, чтобы дать глазам отвыкнуть от яркого света снаружи. Музыкальный автомат был включен на минимальную громкость, и в баре было почти пусто, если не считать пары дальнобойщиков.

Калум заметил их и кивнул на столик у окна. После того, как она и мужчины сели, он принес поднос с напитками и раздал их.

Бри изучала его поверх ободка стакана с диетической колой. Значит, он был как король в этом районе? По общему признанию, этот человек казался весьма авторитетным. Но все же…

Он встретил ее взгляд с легкой улыбкой, прежде чем повернуться к Шею и Зебу.

— Я слышал о прошлой ночи. И рад, что Брианна останется с вами.

Шей кивнул.

Калум посмотрел на нее.

— Я хотел поговорить с тобой о твоем будущем.

— Превосходная идея. — Она поставила стакан на стол. Герхард сказал, что Козантир не позволит ей уйти. Вот сейчас и посмотрим.

Прежде чем она успела заговорить, он продолжил:

— Новых оборотней, независимо от их возраста, учат старые. Как и ты, Виктория стала оборотнем в зрелом возрасте, и ей не хватало знаний, которые мы обычно получаем в детстве. Сейчас она в деревне Старейшин, получает уроки истории и обычаев Даонаинов.

— Ох. А я все думаю, куда она подевалась. Я скучаю по ней.

— Как и я. В обычной жизни я бы отправил тебя в деревню, чтобы ты получила официальное признание. Но, при сегодняшней ситуации, Шей и Зеб нужны мне здесь, а ты еще не готова расстаться со своими наставниками. Я отправлю тебя туда через месяц или два.

— Месяц или два? — Она уставилась на него. Герхард был прав? Как долго, по их мнению, она пробудет здесь?

Он кивнул Шею и Зебу.

— Я бы хотел, чтобы Старейшины также признали и вас. Как только другие кахиры будут обучены, один из вас сможет отправиться с Брианной, встретиться с ними и вернуться. Позже другой может пойти и привести ее обратно. Тогда я смогу должным образом заботиться о клане здесь. — Бри поджала губы. Он определенно не стеснялся планировать ее жизнь. Паршиво. Ей не хотелось ехать в какую-то деревню и знакомиться с новыми людьми. Плохих и здесь хватало.

— Послушай, Калум, я не хочу идти…

— Брианна, — перебил он ее. — Это традиция и требование для новых оборотней. К сожалению, наши Старейшины именно такие — пожилые — и они не могут путешествовать, чтобы встретиться со всеми вами. Было бы очень любезно, если бы вы согласились посетить их.

Черт возьми, если она скажет «нет», это прозвучит невежливо по отношению к пожилым людям.

— Ты хитрее, чем я думала. — Его глаза весело блеснули.

— Спасибо. А пока у тебя есть чему поучиться и здесь.

Этот большой придурок хотел сказать, что она надолго застряла здесь?

— Ты ведешь себя так, будто я останусь здесь, но ты ошибаешься. Мне нужно вернуться в Сиэтл. — Ресторан не будет вечно держать за ней ее рабочее место.

— В обозримом будущем ты будешь жить здесь. После того, как твое обучение закончится, и ты достигнешь контроля над своей сущностью, можешь идти куда пожелаешь.

Ее губы сжались. Он не уступал ни на дюйм, не так ли?

— Брианна, мы прятались тысячи лет. Уверен, ты понимаешь почему.

На самом деле, она понимала. Все научно-фантастические фильмы показывали, что происходит, когда инопланетяне — или что-то подобное — сталкиваются с военными или учеными. Она кивнула.

— Потому что разоблачение станет катастрофой для всех нас, наш закон гласит, что, если оборотень откроет людям существование Даонаина, он будет убит. — Его жуткие глаза потемнели до черноты, цвета смерти.

— Ох. — Это была не пустая угроза.

— Поскольку мы обычно оборачиваемся, по крайней мере, один раз в месяц, чтобы оставаться здоровыми, большинство живет в дикой местности или городах в горах. — Он откинулся на спинку стула. — Оборотням не пристало жить в городах, окруженных людьми и металлом.

Но это мой дом. Ее желудок сжался.

Шей покачал головой.

— Не могу представить, как шум и запахи не беспокоили тебя.

— Тогда она не была оборотнем. — Зеб нахмурился. — Но… ты когда-нибудь слышал, чтобы Даонаин не обращался?

— Донал задавался тем же вопросом, — сказал Калум. — Окружение металлом может задержать магию на год или два, но не на десятилетие. Ты должна была умереть, Брианна.

— Я слышал много гадостей о городских жителях. Может, наркотики? — Темно-синие глаза Шея сузились. — Ты принимала наркотики, маленькая волчица? Все в порядке, можешь сказать нам — мы не станем осуждать.

Он произнес слово «наркотики» так, словно оно было иностранным, и Бри закатила глаза. — Нет, большой волк. Я пробовала раз или два, еще в подростковом возрасте, но кайфа не испытала. Вероятно, кровь оборотня. — Она искоса взглянула на них. — Единственное лекарство, которое я когда-либо принимала, — это противозачаточные таблетки. С пятнадцати лет. — Они уставились на нее так, словно она была голой или что-то в этом роде, и Бри скрестила руки на груди. — Что?

— Ты все еще принимаешь их? — медленно спросил Калум.

— Нет. Я облажалась, и мои запасы отправились в Сиэтл.

— Думаешь, дело в этом, Козантир? — спросил Шей.

— Весьма вероятно. Между подавлением магии в городе и препаратом, которое искажает гормональный фон, она, возможно, вошла в своего рода подвешенное состояние. — Он с минуту изучал ее.

— Ты когда-нибудь испытывала непреодолимую потребность спариться?

— Нет. — Охренеть, вот это вопрос. От вспыхнувшего жара ее лицо стало цвета помидора. Калум все еще ждал от нее ответа, поэтому Бри добавила, — Я вообще никогда не интересовалась сексом.

Теплая рука Шея накрыла ее холодную.

— Хорошо, что до встречи с нами ты продолжила принимать лекарства.

— А разве это так важно?

Калум кивнул.

— То, что мы произошли от Фейри, означает, что мы отчасти волшебники, если это можно так назвать. Животная форма связывает нас с источником — Матерью Землей — и пополняет нас силой. Ты медленно умирала в городе. С момента как ты бросила принимать свои лекарства, ты была уже на пути к смерти. — Рука Шея, как и челюсть, болезненно сжались. Зеб выглядел точно так же.

— Ну, я не умерла, — беспечно сказала она.

— Нет. — Калум откинулся назад. — Но мне интересно, есть ли еще потерянные оборотни в городах.

— Это не очень хорошая мысль, — сказал Шей. — Хватит и одного.

— Так как долго я должна оставаться здесь? — спросила Бри, возвращаясь к своему главному вопросу.

— Пока твои наставники не решат, что ты способна жить самостоятельно. — Калум постучал пальцами по столу. — Большинство оборотней осваивают все за пять или шесть месяцев.

Месяцев?

— Но там же мой дом. — Не здесь. Сиэтл был ее домом. Друзья. Рутина. — У меня есть… работа. На что я буду жить?

— Ах. Шеймус, предоставьте ей бесплатное жилье в «Диком Лесу».

У нее отвисла челюсть.

— Ты не можешь заставить Зеба и Шея приютить меня. Они занимаются бизнесом, а не благотворительностью.

— Как яро она вас защищает, не правда ли? — пробормотал Калум.

На щеке Зеба появилась ямочка, словно он пытался сдержать улыбку.

Шей усмехнулся.

— Спасибо, Брианна, но не беспокойся. «Дикий Лес» принадлежит Козантиру, так что это его благотворительность.

— О. — Ну, класс. Теперь она чувствовала себя глупо. Ее взгляд скользнул к Калуму. — Прости. — И запоздало добавила, — Спасибо.

— Всегда пожалуйста. — В его глазах светилось веселье. — Это отчасти личный интерес. Незамужняя женщина-оборотень никогда не будет нуждаться в приюте, но твое пребывание в «Диком Лесу» будет беспокоить мою территорию меньше, чем другие альтернативы.

Шей фыркнул.

— Мягко сказано.

— Что касается дополнительного заработка, то «Дикая Охота» никогда не откажется от лишней пары рук по пятницам и субботам. — Его серые глаза были добрыми. — Ты помогала Виктории ради забавы. Позволь мне заплатить тебе за твое время.

Она не собиралась спорить с ним. Похоже, Бри, ты действительно застряла здесь на какое-то время. О Боже, каким-то образом ей придется избегать встреч с Клаусом.

Ее сердце сильно забилось от нахлынувшего страха.

Но в то же время ей не нужно было сразу возвращаться в свою квартиру. Словно маятник эмоций, ее тело окутало облаком спокойствия. Находиться рядом с Зебом и Шеем было… безопасно.

И все же ей хотелось домой. Мой город, мои друзья, моя работа. Необходимость быть окруженной уютной рутиной потрясла ее.

Но до тех пор, пока она не справится с внезапными превращениями в волчью форму, она не сможет вернуться в Сиэтл. Страшно представить себе реакцию ее босса, если у нее вдруг появятся четыре лапы и хвост.

И предостережение Козантира не заставит себя долго ждать. Превращение в волка в неподходящем месте не только лишит ее некоторых друзей, но и станет ее смертным приговором.

***

В тот же вечер Шей, наконец, закончил с бумагами. Он раздраженно хмыкнул. Клянусь Богом, предыдущий владелец, должно быть, учился бухгалтерии у гномов, которые верили, что математику изобрели демоны. Размяв затекшие мышцы спины, он схватил с тарелки на столе леденец. Может, ему помочь Зебу залатать ванну наверху.

Выходя из кабинета, он бросил взгляд в сторону библиотеки и остановился.

Склонившись над широким дубовым столом, Брианна собирала паззл. Ее золотистые волосы рассыпались по плечам, ярко выделяясь на фоне пушистого голубого свитера. Она сжала губы и сосредоточилась.

Играть с маленькой волчицей будет куда веселее, чем конопатить швы. Он подошел поближе.

— Я могу помочь?

Она подпрыгнула и уставилась на него.

— Ты мог бы подходить не так незаметно? Предупредить девушку о своем появлении?

— Ах, но подкрадываться к уязвимым женщинам — это так весело. — Он стоял рядом с ней, так близко, что ее плечо касалось его. Когда она напряглась, он взял фрагмент паззла.

Небесно-голубой — как и цвет ее глаз.

Через несколько секунд она расслабилась.

— Я все равно хотела поговорить с тобой. — Она поместила фрагмент паззла в то, что в конечном итоге могло бы стать бревенчатой хижиной. — Сегодня я встретила женщину. У них с мужем клининговая компания. Джоди сказала, что предыдущие владельцы сами занимались уборкой в домиках — как и вы — а вот для более серьезных загрязнений обращались к специалистам.

— Серьезных?

— Гм. Да. Потому что, когда кто-то слишком много пьет, — она сморщила свой маленький носик, — или дерется, то он оставляет повсюду кровь. Неужели рыбаки так часто дерутся? — Шей подавил улыбку. Не рыбаки. Записи указывали, что каждое полнолуние в хижины заселялись несвязанные узами оборотни, которые приезжали в Колд-Крик на Собрания. Одинокие самцы всегда дрались, надеясь произвести впечатление на самок.

— Воспользоваться услугами клининговой компании довольно неплохая идея. Я не самый лучший домохозяин в округе. Не то, что Зеб.

— Ты все время оставляешь в доме беспорядок, и в один прекрасный день он надерет тебе задницу. — Ее хихиканье схватило Шея за яйца и сжало. — Мне интересно — как вы научились уживаться друг с другом?

— В последнее время у тебя много вопросов, — задумчиво произнес он. — Я должен стребовать с тебя какую-нибудь благодарность за ответы на них.

Она озадаченно посмотрела на него.

— Я покажу тебе, как женщина благодарит мужчину. — Он взял ее за подбородок, приподнял и поцеловал. Мягкие, нежные губы. Женственный аромат с ванилью и корицей, сладкий, как выпечка. Он почувствовал, как она напряглась… но не от страха.

Шей был таким нежным, подумала Бри. Его губы коснулись ее, затем он облизнул ее нижнюю губу. По ее позвоночнику пробежала дрожь, и скопилась теплым озером внизу.

— Ммм, еще, — пробормотал он. Он покусывал ее губы, пока она не открыла рот, а затем скользнул внутрь.

Вкус мяты и силы Шея опьянял. У Бри закружилась голова и она схватила его за руки, смущенная тем, как под ее пальцами напряглись мышцы. Тревога пробежала по ее телу, и она отстранилась.

Шей улыбнулся и снова повернулся к столу, словно это не он только что заставил пол уплыть у нее из-под ног.

Бри смотрела на него еще секунду, а потом — ее сердце все ещё бешено колотилось в груди — взяла фрагмент паззла. Тот выпал из ее дрожащих пальцев.

С веселым блеском в серо-голубых глазах Шей протянул его ей и ответил на вопрос.

— Я был на Территории Соутута, когда почувствовал зов Херне, призвавшего меня в Рейнир. На территории Айлил Ридж встречается гораздо больше адских гончих, чем у нас, и они потеряли пару кахиров. На тот момент Зеб пробыл там уже около месяца.

— Подожди. Зов Херне. Что это значит? — Когда он потянулся к ней, она увернулась. — Эй, ты еще не ответил на мой вопрос.

— Как владелец охотничьих домиков, я научился брать плату вперед. — Звук его мягкого хрипловатого голоса усилил жар, поднимающийся в ее венах. Он обнял ее за талию и притянул к себе. Его грудь, такая большая, широкая, и она прижалась к ней лбом, пытаясь здраво мыслить.

— Брианна?

Когда она подняла голову, его губы завладели ее ртом. На этот раз никакого легкого поцелуя. Его язык скользнул внутрь, овладевая ею. Одной рукой он обнимал ее за талию, прижимая к себе, в то время как другой сжимал ее ягодицы.

Ураган ощущений обрушился на нее. Чувствуя, как подкашиваются ноги, Бри обняла его за шею. Внизу, между ног, потягивало, покалывало, горело желанием.

Слегка прикусив ее нижнюю губу, Шей отстранился. Но прежде, чем Брианна успела отойти в сторону, он обхватил ее подбородок своей большой рукой и внимательно изучал ее лицо. Его губы изогнулись в довольной усмешке.

— Мой ответ? — спросила она, задыхаясь.

— Много лет назад я поклялся сражаться с адскими гончими за Бога Охоты. Херне. — Он провел пальцем по отметине на щеке, которая по своему контуру напоминала синеватые рога. — Такая клятва создает своего рода связь между ним и мной. Конечно, это совсем не похоже на тот Божественный путь, который есть у Козантира.

— О, конечно. — Ее смех стих, когда она вспомнила мерцающий воздух вокруг Калума, как сила вливалась в нее, когда он заставил ее обратиться. — Продолжай.

— Так вот, Зеб любит переезжать с место на место. Никакого конкретного направления, просто туда, где есть адские псы. Поскольку я связан клятвой, когда Херне нуждается во мне, меня тянет в том направлении. Я пакую вещи и следую за зовом, к конечному пункту назначения. — Пакует вещи и уезжает? Вот так просто? Годы, проведенные в разных приемных семьях, научили ее тому, что такое переезд. Никакого постоянства, всегда что-то новое. А все, что ожидало Шея — это кровь и смерть? Ей захотелось обнять его.

— Когда я добрался до территории Рейнир, Козантир поручил мне поработать с новеньким кахиром-Зебом. Сказал, что он злой волк.

Бри подавилась смехом.

— Так это правда.

— Ага. Сначала мы больше боролись, чем сотрудничали. — Шей ухмыльнулся. — Он не любит подчиняться приказам.

— А Шей никогда не перестает их раздавать, — раздался грубый голос.

Бри оглянулась. Зеб прислонился к стене, скрестив руки на груди. Его волосы были распущены, черный занавес падал на плечи. Он выглядел сердитым, звучал сердито, но теперь она знала его. Эта крошечная ямочка на правой щеке означала, что он старался сдержать улыбку. — Итак, как же ты с этим справился? — спросила она.

— Ну…

— Подожди. — Шей слегка потянул ее за волосы. — Эта маленькая волчица зарабатывает свои ответы поцелуями. Оплата вперед.

— Но… — Ее голос затих, а глаза Зеба потемнели. Он шагнул вперед, настоящий хищник, заставляя ее чувствовать себя беззащитным кроликом в открытом поле.

Он был гораздо выше Шея, поняла она, когда он взял ее запястья и обхватил ими свою шею. Его запах был таким же темным, как и его сильно загорелое лицо. Изучая ее черными глазами, он неумолимо притянул ее ближе, и Бри оказалась прижатой к его твердому телу. Его голос превратился в низкий рокот.

— Ты получишь свои ответы. — Зеб завладел ее губами.

Твердо, требовательно, немного грубовато, и в то же время нежно.

Когда ее губы расслабились, он повторил, влажно, глубоко и настойчиво, и Бри почувствовала резкий приток крови к низу живота. Когда ее груди потерлись о его грудь, ее соски напряглись, как будто кто-то ущипнул их.

Она крепче обняла Зеба за шею.

Когда он, наконец, отстранился, ему пришлось поддержать ее. Шей обхватил ее сзади за талию, помогая Бри устоять на ногах. Две пары мужских рук держали ее, и почему-то она не боялась. Все, что она видела, это огонь, горящий в глазах Зеба, когда он смотрел на нее.

— Она заплатила, так что отвечай на ее вопрос, бхратхайр (прим.: брат), — сказал Шей с явным весельем в голосе. Его огромные руки гладили ее в районе талии, и она затаила дыхание, гадая, не скользнет ли он ими куда-нибудь еще.

От мрачного голоса Зеба, кожа Бри покрылась мурашками.

— Адский пес гнался за маленькой девочкой. Слишком близко. Я выпустил всю обойму, чтобы заставить эту тварь повернуться ко мне. Думал, что умру. Но этот идиот… — он взглянул на Шея, — обернулся, хотя ни одному волку не под силу победить адского пса. Он напал сзади.

— Никто и не подозревал, что наши клыки могут проникнуть между пластинами меньших размеров. Я просто пытался уберечь Зеба от смерти. На самом деле, пробиться сквозь броню было сюрпризом, — сказал Шей. Его рука скользнула вокруг ее талии, и он прижал ее спиной к своей груди. Она что-то почувствовала — он был возбужден.

О Боже.

Зеб провел костяшками пальцев по ее щеке, привлекая ее внимание. — До этого он пытался уговорить меня пользоваться отвлекающими маневрами и работать в команде. Но меня это не интересовало.

— Ты упрямее лося в гоне.

— Но, когда адский пес погнался за Шеем, я воспользовался одной из его причудливых идей. Нырнул, выпотрошил тварь, выкатился наружу. — Зеб снова прижался губами к ее губам, словно не мог насытиться. — Его план сработал.

Шей фыркнул.

— Вот такие мы партнеры, — закончил Зеб. — Мне до сих пор иногда хочется его убить.

— Тебе и какой армии?

Зеб поглаживал ее ребра, пока костяшки его пальцев не коснулись нижней части ее груди. Руки Шея по-прежнему обнимали ее за талию. Ощущение было… неописуемым.

С легкой улыбкой Зеб посмотрел поверх ее головы на брата и прошептал ей на ухо:

— Спрашивай еще, маленькая женщина.

Глава 17

В начале следующей недели Бри, хмурясь, шагала по дороге в город. Целая миля. Пешком. Выбор был невелик, поскольку во время поездки в машине ее тело зудело и чесалось. На что Шей рассмеялся и сказал:

— Оборотни и металл не особо ладят. — Приятно знать, черт побери.

С другой стороны, нет ничего плохого, чтобы прогуляться пешком. Да и чем еще занять свое время, исключение составляли разве что редкие уроки по трансформации в волчий облик.

Она перестала упражняться в стрельбе по мишеням. Какой в этом смысл?

Пули не убивают адских псов, но стоят денег, которых у нее нет.

Живя в домике, она могла пользоваться библиотекой, игровой комнатой, тренажерным залом и кинотеатром, но даже эти развлечения успели поднадоесть. Она привыкла работать. Ей нравилось работать.

Конечно, Калуму нужна была официантка на несколько часов по выходным, но это не та работа, о которой она мечтала. Она не платила за проживание в домике, но как насчет еды? Одежды? Даже книги? Мне нужна работа.

После нескольких теплых дней большая часть снега растаяла, в воздухе пахло влагой и сладостью. Войдя в город, она остановилась взглядом на клумбе с нарциссами, чьи бутоны спешили раскрыться, пожить пару дней, успеть до приближающихся холодов и метелей. Зима до конца не отступила. Бри вздохнула, скучая по Сиэтлу.

На автостоянке между дорожными полосами она сделала круг, хмуро оглядывая каждый магазин по очереди, в поиске объявлений о наборе сотрудников. Так мало людей, такие маленькие магазины. Может, в отеле, отстроенном в Викторианском стиле требуется горничная?

Или… ее глаза сузились. По соседству с отелем находилась закусочная Энджи. Хммм.

Когда Бри вошла внутрь, то решила, что это место было именно таким, каким, по ее мнению, должна выглядеть деревенская закусочная. С деревянным полом, высоким потолком и квадратными столами, покрытыми синими клетчатыми скатертями, здесь царила дружелюбная атмосфера. Кухня находилась за дверью слева, за длинной стойкой.

На застекленных полках стояли тарелки с выпечкой. Она принялась изучать содержимое. Пироги, очевидно, были прямо из коробки. Ни торта, ни кексов, ни печенья. Окей, приступим.

Из кухни вышла женщина средних лет с выцветшими светлыми волосами и острыми голубыми глазами, вытирая руки о белый фартук, надетый поверх джинсов.

— Хочешь кусочек пирога? — Она показалась ей знакомой.

— Я вас знаю? — спросила Бри.

— Не совсем. Я Энджи, и мне стыдно признаться, но я часть волчьей стаи. — Губы женщины плотно сжались.

Щеки Бри вспыхнули. Неужели все в городе видели ее голой? Стоящей на земле на четвереньках? Черт возьми!

— Это вы крикнули: «Оставь ее в покое»?

Энджи пожала плечами.

— Не думаю, что кроме тебя меня еще кто-нибудь слышал. А вот действия двух кахиров выглядели куда более убедительно.

И слава Богу, что так.

— Да уж. — Бри замолчала, не зная, как продолжить разговор.

— Спрошу еще раз, хочешь кусочек пирога? Кофе?

Эта женщина умела расположить к себе. Прямолинейная, добросердечная, самоуверенная. Бри вытерла вспотевшие ладони о джинсы.

— Кофе, если вы присоединитесь ко мне. Я бы хотела обсудить с вами одну идею.

Энджи удивленно подняла брови.

— Хорошо. Только возьму чашки. — Они устроились за столиком поближе к стойке на случай, если Энджи придется встать.

— Вы сами управляете этим заведением и готовите еду? — спросила Бри.

— В основном, да. Ты ищешь работу?

— Не совсем. — Бри медленно вздохнула. — Я работала кондитером в Сиэтле, но Калум сказал, что я должна остаться здесь на несколько месяцев.

— Долго добираться, — сухо заметила Энджи.

Бри усмехнулась.

— Я заметила, что ваша выпечка не домашняя. И совсем не разнообразная.

— Знаешь, твои слова звучат немного оскорбительно, но, кажется, я понимаю, к чему ты клонишь. Продолжай.

— Может, я могла бы печь для вас пончики, пирожные или свежие пироги? А вы тем самым расширили бы свой ассортимент. Я действительно хороший пекарь.

— А я ненавижу печь. — Энджи достала из кармана фартука карандаш и бумагу. — Не вижу причин не попробовать. Давай накидаем кое-какие цифры.

Час спустя Бри вышла из закусочной и глубоко вздохнула. Сосны с гор, нарциссы в круглых кашпо, кофе, аромат которого доносился из открытой двери книжного магазина. Какой прекрасный мир.

Она получила свой первый заказ. Трепет, бурлящий в ее венах, смешивался с тревогой. У нее не будет постоянной зарплаты. Не думай об этом.

С чего начать? Припасы. Хорошо, ее мозг работал… вроде того. Мука, масло, фрукты, сахар. Учитывая количество, которое указала Энджи, возможно, владелец бакалейной лавки сделает ей скидку. Мелочь, а приятно.

Еще нужно купить продуктов домой. Ребята мало что понимали в том, как делать запасы на кухне. И до сих пор ей было все равно. Между исцелением и долгими пробежками в волчьем обличье Бри была слишком измотана, чтобы приготовить что-то большее, чем суп, и иногда засыпала, так и не доделав его. Но она начинала потихоньку приспосабливаться.

Вчера вечером она хотела испечь пирог, но ингредиентов для него в доме не оказалось.

Когда она направилась к продуктовому магазину, из-под бордюра выглянул гном, дерзко пошевелив короткими пальцами.

Гномы были такими.

— Уф. — Она ударилась о чье-то тело и отшатнулась, осознав, что чуть не сбила женщину с ног. — Простите.

— Кого я вижу, новый член нашей стаи — крольчонок, которого пришлось спасать кахирам. — Нагло ухмыляясь, высокая темноволосая женщина смотрела на Бри сверху вниз.

Вау. Кто плюнул тебе в кофе? Бри задумалась, потом нахмурилась. Это была та самая женщина, которая толкнула ее на собрании стаи. Бри попыталась стряхнуть с себя враждебность.

— Привет. — Существовал ли какой-то этикет для приветствия других оборотней?

Брюнетка молча обошла Бри кругом.

Вздыбив шерсть, Бри повернулась лицом к женщине.

— Проблемы? — наконец огрызнулась Бри.

Женщина подошла совсем близко, ее верхняя губа приподнялась.

— Не огрызайся на меня, кролик, или я разорву тебя на куски, — она толкнула Бри.

Не раздумывая, Бри ответила тем же. Она не сильно ударила женщину в грудь, заставив ту отступить на шаг назад.

Шок, а затем гнев сделали знойную красоту женщины уродливой.

Отлично. Хороший способ завести друзей.

— Послушай, я не хочу…

— Какие-то проблемы? — Этот голос.

Бри резко обернулась. Клаус стоял в дверях бакалейной лавки.

Когда его недоброжелательный взгляд задержался на исчезающих синяках на ее лице и шее, к горлу подступила желчь. Она тяжело сглотнула, затем вздернула подбородок и демонстративно уставилась на его все еще распухший нос.

В его глазах вспыхнула ярость.

— Что случилось, Тайра? — спросил он.

— Ты видел, Клаус? — Тайра махнула рукой. — Она ударила меня… она проявила ко мне неуважение.

— Я видел. Ты хочешь созвать собрание?

— О, будь реалисткой, — сказала Бри, и в ее голосе прозвучала тревога. — Ты толкнула меня, я толкнула тебя в ответ. Ты что, пятилетний ребенок?

— Наглая сука, — прошипела женщина. — Ты узнаешь свое место. Я разберусь с тобой на охоте стаи.

— Не получится, — сказал Клаус. — Герхард отменил пробежку, потому что она у нас только что была.

— Тогда прямо сейчас. В это время года парк пуст. — Тайра указала на скрытый от людских глаз парк, тянущийся вдоль склона позади магазинов. — Я соберу несколько женщин стаи. Клаус, проследи, чтобы кролик не убежал.

— Обязательно, — мужчина облизнул губы. — Всегда приятно дисциплинировать своих самок. Особенно интересно на это смотреть.

Пока Тайра шла по улице, желудок Бри скрутило, как в блендере, включенном на полную мощность. Она начала отходить от него. Убираться из города.

— Давай, кролик, — сказал Клаус у нее за спиной. — Герхард надеется, что ты облажаешься и дашь ему повод выгнать тебя из сторожки. Чтобы определить тебя под более строгий надзор. — От этой мысли ее тело окатило ледяной волной. Итак… что такого плохого могла сделать Тайра — накричать на нее перед всеми?

Расправив плечи, Брианна перешла улицу.

В маленьком парке было холодно, под голыми ветвистыми деревьями лежали сугробы. Пустые качели поскрипывали на усиливающемся ветру. Бри вздрогнула, глядя на тусклые серые облака над западными предгорьями. Надвигалась еще одна буря.

Клаус стоял под деревом неподалеку. Зеб назвал его скотоголовым куском дерьма. Прямо в точку.

Женщины начали собираться в парке, некоторые приветствовали Бри кивком головы. Большинство избегали ее взгляда, а двое из младших свирепо ухмылялись. Когда Энджи не пришла, последняя надежда Бри на отсрочку умерла.

Когда женщины образовали круг, Тайра неторопливо прошла в центр.

— Ты готова, кролик?

Горечь пробежала по венам Бри. В очередной раз она стала участницей идиотского обычая оборотней.

— Мне очень жаль, но я понятия не имею, что происходит. Может, кто-нибудь объяснит?

— Люди, должно быть, вырастили тебя на дурацких таблетках. — Тайра громко вздохнула, чем вызвала смех у двух молодых женщин.

Гнев вспыхнул в животе Бри.

— Дело вот в чем, кролик, — сказала Тайра. — Я альфа-самка, а это значит, что я отвечаю за самок стаи, включая тебя. Ты делаешь то, что я говорю, когда я говорю, и делаешь это с уважением — или я разорву тебя на куски. Я достаточно ясно объяснила?

Где они только понабрали этих лидеров-чудаков на букву «М»?

— Понятно. Прости, я не знала, кто ты такая. — Извинения застряли у нее в горле, как сухой хлеб.

— Я позабочусь, чтобы ты запомнила это на следующий раз. — Черт. Смирившись с тем, что драки не избежать, Бри приняла оборонительную стойку. Судя по тому, как двигалась эта женщина, ее легко было сбить с ног. Но такой человек, как она, станет еще противнее, если проиграет.

Губы Тайры холодно изогнулись.

— Оборачивайся.

— Что?

— Мы сражаемся в волчьем облике, идиотка. Мы — стая. — Говоря это, Тайра раздевалась, и ее холодные карие глаза скользнули по Бри. — Оборачивайся, или я буду сражаться с тобой в этом обличье. — Сражаться с взрослым волком в облике человека? Воспоминание о зубах адского пса, впившихся в ее руку, заставило ее желудок сжаться. Смаргивая слезы разочарованного гнева, Бри сорвала с себя одежду. По крайней мере, мех хоть немного защитит ее.

Превращаясь в волка, она испытала то чудесное чувство принадлежности к Земле, но это длилось недолго.

Она посмотрела на Тайру. Тяжелокостный волк с темной шерстью.

Намного больше, чем Бри. Когда ее желтые глаза сфокусировались на Бри, она оскалилась, обнажая длинные клыки.

Бри почувствовала, как шерсть на ее шее и спине встала дыбом. Она нервно отодвинулась в сторону. Ее передние ноги запутались, и по телу пробежал холодок. Я не умею драться в этой форме.

Тайра бросилась в атаку, хватая ее за морду. Бри попыталась увернуться, и волчица врезалась ей в плечо. Бри тяжело рухнула на землю.

Стараясь найти точку опоры, Бри попыталась защититься, но волчица уже нависла над ней, кусая за уши, лицо и тело.

Бри приподнялась на задние лапы, чтобы сразиться, но размер и вес противника перевесили ее.

Бри упала на бок. Челюсти сомкнулись на ее горле, зубы сжались.

— Убей ее, Тайра, — крикнул Клаус, его уродливый голос стал хриплым от предвкушения.

Бри боролась, тщетно перебирая лапами. Я не могу дышать.

— Что, во имя Матери, здесь происходит? — Твердый голос Энджи.

Челюсти сжались. Темнота заволокла зрение Бри.

— Тайра, ты победила. Ты убьешь ее, и Козантир изгонит тебя. Я тебе говорю.

Тайра зарычала. После долгой секунды она отпустила Брианну.

Воздух. Высунув язык, Бри втянула воздух. В полубессознательном состоянии она попыталась встать. Попробовала еще раз. Наконец она встала, широко расставив лапы и тяжело дыша.

Тайра уже успела обернуться и даже натянуть на себя одежду. Она с презрением посмотрела на Бри.

— Запомни свой урок, кролик. — Когда она вышла из парка, Клаус и остальные женщины последовали за ней. Задержалась только Энджи.

Тайра обернулась.

— Уходи, Энджи. Немедленно.

Энджи стиснула зубы, но подчинилась.

Опустив хвост и голову, Бри стояла одна.

Через минуту она превратилась в человека. Ледяной ветер хлестал по ней, и она безудержно дрожала, внутри было также холодно, как и снаружи. Она неуклюже натянула одежду, ткань болезненно царапала укусы и кровавые раны. Теплая струйка стекала по ее лицу — на щеке была длинная рана. Тайра была настоящей волчицей, не так ли?

Когда упали первые капли холодного дождя, Бри на нетвердых ногах вышла из парка. Ненавижу это место.

***

Шей взбежал по ступенькам крыльца и вошел в домик.

Несмотря на проливной дождь, удовлетворение свернулось внутри него, как довольный щенок.

Развалившись на большом кожаном диване в главной гостиной, Зеб оторвался от своего занятия.

— Ты был в курятнике у фермера?

Усмехнувшись, Шей опустился в соседнее кресло.

— Я сдал домики с пятого по седьмой на две недели.

— Так рано?

— Какая-то государственная контора в Олимпии закрылась на ремонт, предоставив своим людям неожиданный выходной. Кучка бухгалтеров захотела уехать из города.

— Хорошо. — Зеб нахмурился. — Сколько у нас в итоге сейчас занятых номеров?

Шей уставился в потолок, мысленно подсчитывая. — В домиках номер три и четыре две пары проводят здесь длительные выходные. Они уезжают во вторник. В десятом старик. Летун.

— Тощий. Борода до пояса?

— Ага. Как недокормленный карлик. — Шей улыбнулся. — Знаешь, сезон еще даже не начался. У нас все будет хорошо, бхратхайр. — Он встал и рывком поднял Зеба на ноги.

— Давай выпьем пива и отпразднуем. Где Брианна? Я не видел ее с самого утра.

— Похоже, на кухне кто-то есть.

— Ну, у нас нет брауни. Должно быть, это она. Готовит еду. — В животе у Шея заурчало от предвкушения.

— Кстати, о Брауни, как думаешь, мы могли бы заманить их сюда?

Мысль была привлекательной. Маленькие существа содержали бы кухню в чистоте в обмен на сливки и сладости.

Шей покачал головой.

— Они въезжают только тогда, когда семья крепкая. Это не про нас.

— Ох. Верно. — Вспышка разочарования на лице Зеба быстро исчезла.

Его брат хотел остаться в Колд-Крик. Чувство вины легло на плечи Шея.

Зеб остановился в дверях кухни и оглянулся.

— Поскольку это ты виноват, что у нас нет брауни, уборка за тобой.

На сердце у него стало легче.

— Даже лапой не ступай на этот след, — Шей с глухим стуком отшвырнул Зеба в сторону и вошел первым. В кухне пахло жирным жареным мясом, и слюнные железы Шея заработали на полную мощь. — Что ты готовишь, линнан? Поделишься?

— Ростбиф. — Брианна наклонилась, чтобы заглянуть в духовку, и ее попка в обтягивающих джинсах теперь напоминало форму пухлого сердечка. Шей мгновенно затвердел, чувствуя, что проснулись другие аппетиты. Его пальцы сжались, воображение тут же подкинуло горячие картинки, как он обхватывает ее бедра, удерживает для своих толчков. Он медленно выдохнул.

Зеб бросил на него понимающий взгляд и поправил джинсы.

Издав мелодичный и очень-очень женский смех, Брианна вылила что-то на мясо. — Конечно, я поделюсь.

— Я хочу поделиться. Тобой. С моим братом. Шей закрыл глаза. Плохой волк.

— Херне, помоги нам, — бормотание Зеба прозвучало так же хрипло, как необработанная древесина. — Один холодный напиток на подходе. — Пока Зеб рылся в холодильнике, Шей подошел к дубовому столу и поправил свою весьма заметную эрекцию. В центре стояла большая салатница, наполненная зеленью. Шей расставил тарелки и столовое серебро.

Бри закрыла дверцу духовки и повернулась.

Хотя он знал, что ее лицо раскраснелось от жара духовки, а не от возбуждения, это знание не убедило его член расслабиться. А потом он увидел длинную рану на ее щеке, испещрившую ее светлую кожу. — Клянусь рогами Херне, что случилось? — Вздрогнув от его громкого голоса, она отпрянула назад и врезалась в духовку.

Зеб обернулся посмотреть и зарычал. Когда он шагнул к ней, комната наполнилась запахом его гнева.

— Кто тебя ударил? — Она подняла руки, словно хотела оттолкнуть их.

Они оба сделали шаг назад, но, клянусь Херне, это было трудно, и стало еще труднее, когда Шей заметил следы укусов на ее запястьях и руках, в тех местах, где были обнажены закатанными рукавами свитера.

Кончик ее уха был разорван. Глаза Шея сузились. Под джинсами на одной ноге, что-то выпирало — бинты.

— И твоя нога тоже.

— И бок, — добавил Зеб. — Ты с кем-то подралась.

— Мы не сердимся на тебя, девочка. — Шей смягчил свой тон. — Просто расскажи нам, что случилось.

Несчастье, отразившееся в ее глазах, разрывало ему сердце.

Не в силах сопротивляться инстинктам, Шей сделал шаг вперед и заключил ее в объятия.

После секундного напряжения, она растаяла в его руках, ее мягкие изгибы и сладкая женственность.

Он закрыл глаза, когда удовлетворение от того, что в нем нуждаются, заполнило пустоту внутри него. Не в силах оторваться, он посмотрел на Зеба, но получил в ответ лишь кривую улыбку.

Так хочется удержать ее, но ты не можешь. Их стая, состоящая исключительно из двух человек, должна бежать одна. Вздохнув, Шей отстранился и крепко сжал плечи Брианны. Она останется здесь, пока он не получит ответы на свои вопросы.

— Поговори с нами. — У нее на глазах выступили слезы, но она сморгнула их. Такая сильная волчица. Такая потрепанная.

Зеб сел за стол.

Тишина заставила ее заговорить быстрее, нежели крик.

— Я встретила Тайру, — в ее глазах вспыхнула искра гнева. — Очевидно, в стае есть не только альфа-самец, но и альфа-самка.

— Это сделала самка? — недоверчиво переспросил Зеб.

— Ох. — Брианна вздохнула. — Конечно, это сделала она. — Ошеломленный Шей отпустил ее, и она села за стол напротив Зеба.

— Мы обязаны были предупредить тебя о самках, — сказал Шей. — Мне очень жаль, Брианна.

Челюсти Зеба были плотно сжаты, когда он повторил:

— Нам очень жаль.

— О, ребята. — Она потянулась через стол, чтобы похлопать Зеба по руке, и на лице кахира отразилось удивление. Шей почти улыбнулся. Его напарник не привык извиняться.

— Вообще-то я сомневаюсь, что предупреди вы меня, это как-то помогло мне, — сказала она. — Если кто-то толкает меня, я толкаю в ответ. Вот и все, что потребовалось. Она решила, что я должна быть дисциплинированной.

— Все эти травмы ее рук дело? В моем па… — Боже, что он говорил? — Первый раз вижу, чтобы альфа-самка нанесла такие серьезные повреждения.

— Эта чертова стая искорежена, как доска под дождем, — лицо Зеба смягчилось. — Насколько серьезно ты ранена?

Брианна пожала плечами.

— Ты сам всё видишь. Я в порядке. — Ее голос прозвучал хрипло и тут до Шея дошло. Он схватил ее за плечо и стянул с шеи свитер с высоким воротом. Красно-фиолетовые синяки украшали ее горло.

С другого конца стола донеслось низкое рычание.

— Разве ты не прекратила драться, когда она вцепилась тебе в шею? — Шей старался говорить ровным тоном. Даже в мужских состязаниях победитель редко заходил так далеко.

Бри вырвала свой свитер из его рук.

— Я обмякла в ту же минуту, как почувствовала ее зубы на горле, и после того, как она лишила меня воздуха, я не могла особо драться.

— Лишила воздуха? — Снова рычание Зеба. — Она пыталась убить тебя?

Брианна нахмурилась.

— По-моему, Тайра просто увлеклась. Она отпустила меня, когда появилась Энджи, та сказала что-то о Козантире.

Гнев горел внутри Шея жарче, чем духовка позади него. Он был бессилен. Что он мог сделать…

— Самцы не могут вмешиваться в разборки между самками.

— К черту это. Я убью ее, — прорычал Зеб.

Шей бросил на него полунасмешливый взгляд, даже несмотря на то, что поддерживал его в его желании.

— Можешь попытаться, но не думаю, что получится. — Инстинкт мужчины — защищать женщину, как бы он ни злился. Знал ли Герхард, что творит его альфа-самка?

Вздохнув, Шей обхватил ладонями лицо Брианны, морщась при виде раны.

— По крайней мере, теперь твое исцеление будет проходить быстрее.

— Это… О, еда! — Она отстранилась и побежала к духовке. — Как раз вовремя. — Она начала вытаскивать сковородки, и запахи, наполнившие комнату, заставили Шея застонать. — Вы, ребята, заканчивайте накрывать на стол и принесите напитки, а я пока приготовлю соус.

— Соус? — Шей смотрел, как она накладывает ростбиф, картофель и морковь. Она вытащила что-то еще из духовки, и он узнал запах своего детства. — Булочки? Ты сделала булочки? — Черт возьми, он готов был обнажить горло ради домашних булочек.

Они с Зебом едва сдерживались, пока она не села. А потом началось пиршество.

Быстро разобравшись с едой, Брианна, подперев подбородок рукой, наблюдала за ними. — Наверное, всем этим мускулам нужно много калорий.

То, что самка обратила внимание на тело мужчины — отличный знак. Следующим шагом было заставить ее нежные руки скользить по всем этим мускулам. Шей выругался себе под нос. Если он не перестанет думать об этом, то будет страдать от постоянного стояка до самого полнолуния.

На этот раз на Собрании будет Брианна.

Мысль о том, как она будет тереться об него, рычать от желания, когда он возьмет ее, как он погрузится так глубоко в ее скользкую плоть, что — он покачал головой — это будет долгая, причиняющая неудобство неделя.

Боже мой, ребята ели так, словно голодали целый месяц. Бри нравилось наблюдать за ними.

Она увидела недовольство Зеба, когда тот пытался использовать нож и вилку для жаркого, и поняла, что ему нужна только вилка. Он зажмурился от удовольствия еще на первом кусочке картофеля.

Шей проглотил пять булочек, и его блаженная улыбка была такой же впечатленной на последней булочке, как и на первой. Наконец он со стоном откинулся назад и похлопал себя по животу.

— Это лучшее, что я когда-либо ел. За всю свою жизнь. Твои люди в Сиэтле, должно быть, очень скучают по тебе.

Ее улыбка погасла, когда она вспомнила завсегдатаев, посещавших ее ресторан. Она сделала глубокий вдох. Это мой дом. Мне нужно домой. — Я тоже по ним скучаю.

Шей взял ее за руку и поцеловал пальцы.

— Прости, линнан. Я не хотел тебя расстраивать.

— Бри, — черный взгляд Зеба смягчился, словно он почувствовал ее боль. — Ты хотела бы готовить для кого-то еще?

— Здесь? — Она посмотрела на Шея, который выглядел смущенным.

Зеб поставил локти на стол.

— Торсон, владелец книжного магазина, сказал, что в «Диком лесу» каждое второе воскресенье, в течение сезона, устраивали барбекю-вечеринки. Где, за определенную цену, можно есть все, что хочешь. В этот день «Дикий лес» открыт не только для гостей сторожки, но и для горожан.

— Действительно. — Глаза Шея сузились. — Похоже, у тебя будет много работы.

— Готовить барбекю не так уж трудно, — перебила его Бри. — Должно быть, поэтому гриль на заднем дворе такой большой. Если один из вас займется этим, я смогу взять на себя остальные блюда.

— Я хорошо готовлю на гриле. — Заметив ее удивление, Зеб добавил, — старший, с которым я остался… — в его глазах промелькнула печаль, а челюсти напряглись. — Старейшина Лейн умел готовить только барбекю.

— Тогда Шей может заняться рекламой, приглашениями и финансами. — Бри ухмыльнулась, в ней поднимался восторг. Вызов. — В конце концов, у него это получается лучше всего.

— Эй, мой жареный цыпленок просто фантастичен.

— Когда он не сгорел, — ответил Зеб, чем заработал свирепый взгляд. — В сарае полно столов и стульев из красного дерева. Их только нужно очистить и слегка отполировать.

— Гриль тоже нуждается в ремонте. — Шей постучал пальцами по столу, что-то прикидывая. — Потребуется время.

— Давайте запланируем вечеринку на последнее воскресенье этого месяца. — У них в запасе почти две недели. За это время она успеет составить меню, ознакомиться с причудами этой кухни и докупить все необходимое, хотя, Бри не могла отрицать, кухня была на удивление хорошо оборудована. Кто-то здесь явно любил готовить. — Должны уложиться к этому времени.

— Нужно кинуть клич о планируемом мероприятии. Брианна, обязательно сохраняй чеки на все, что покупаешь. Мы будем вести этот бизнес отдельно от гостиничного, и ты сможешь получать процент от прибыли, — сказал Шей. — У меня такое чувство, что идея должна сработать. В городе не так уж много светских развлечений.

— Процент? — Она всегда работала только за зарплату. Теперь у нее была договоренность с закусочной, и она будет получать деньги с барбекю-вечеринок в «Диком лесу». Это будет ее собственный бизнес. Тело Бри покалывало от трепета и волнения, будто она выпила лучшее в мире шампанское. — Договорились, — выдавила она, стараясь говорить, как можно спокойнее.

Когда оба мужчины рассмеялись, она могла только ухмыльнуться в ответ.

***

Двумя ночами позже Бри упала на ворсистый ковер перед камином в гостиной и застонала. Тепло, исходящее от потрескивающего огня, успокаивающе согревало ее, когда она перевернулась на живот и потянулась. Боже, болело все.

Послышался глухой удар и низкий голос:

— Что случилось? — Она открыла глаза.

Зеб. Он опустился на колени рядом с ней, на его покрытом шрамами лице отразилось беспокойство.

— Ты ранена?

— Прости, я тебя не заметила. — На полу лежала его книга, на обложке которой красовалась картинка с окровавленным телом. Неужели ему не хватает жестокости в схватках с адскими гончими, что читает изобилующий сценами насилия роман? — Ты такой загадочный.

Его губы дрогнули.

— Ты не ранена.

— О, конечно, ранена, ты садист. — Она попыталась сесть и застонала, плюхнувшись обратно. Бри закрыла глаза. — Знаешь, сколько столов я начисто отшлифовала?

Низкий смешок.

— Болит?

— Ты даже не представляешь, как.

Она услышала движение у себя за спиной, а потом почувствовала, как Зеб навис над ней и оседлал, обхватив коленями ее бедра.

Бри охватила паника. Она попыталась скинуть его с себя, на что Зеб легонько шлепнул ее по заднице и прорычал: — Оставайся на месте, маленькая самка. — Когда его запах окутал ее, напомнив о поляне в тени, которую она нашла возле ручья, Брианна расслабилась.

Его вес переместился, и его огромные руки сомкнулись на ее ноющих плечах, сжимая и отпуская, когда его большие пальцы впивались в узлы рядом с ее позвоночником.

— О-о-о, да.

Раздался его смех. Он расслабился и провел ладонями вверх и вниз, теплом снимая напряжение со скованных мышц спины.

— У Калума были для тебя какие-нибудь новости с других территорий?

Почувствовав укол боли, Бри решила отпустить ситуацию.

— Почти ничего. Мои родители, возможно, жили в Грэй Клифф на территории Рейнира, но некоторое время назад из-за адских гончих город был стерт с лица земли. — Она вздохнула. — Ты знаешь, что в полиции Сиэтла работает оборотень?

— Слышал об этом.

Бри улыбнулась, услышав явное отвращение в голосе Зеба. — Он сказал, что в то лето, когда меня нашли, в районе часто происходили наводнения и автомобильные аварии, а также было зафиксировано несколько убийств адской гончей. Никто не знает, что с ними случилось.

— Это тебя беспокоит?

— Немного. Знаешь, я всегда думала, что меня бросили, но Калум сказал, что оборотни фанатично относятся к детям. Это меня слегка успокоило. — Зеб надавил на мышцы нижней части ее спины, и она вздохнула. — А какими были твои родители? — Руки замерли, и лишь спустя мгновение продолжили свои размеренные движения.

— Никаких отцов — мои сородичи и я были рождены в полнолуние. Моя мать умерла через несколько лет после нашего рождения, и мой дядя взял на себя заботу о нас. — Его голос был ровным.

— Не лучший отец? — беспечно спросила Бри.

— Он ненавидел людей. Ненавидел детенышей. Не общительный. Совсем, как я.

— Вряд ли. Ты любишь людей. Просто не хочешь, чтобы кто-нибудь об этом знал.

Его руки замерли, и она закрыла глаза. И ты знаешь об этом, не так ли Бри? Но это была правда. Удивительно, что с таким дядей Зеб вырос не полным придурком, а просто грубым, местами жестким.

Он молчал, но его руки продолжили свою работу. За несколько минут он превратил ее в бескостную массу желатина.

Зеб почувствовал, что Бри начала погружаться в сон.

— Переворачиваемся, — пробормотал он и перевернул ее на спину.

Ее глаза распахнулись.

Он оседлал ее, перенеся вес на колени — и, прежде чем Бри успела запаниковать, она поняла, что Зеб изучает ее. Ждал, что ее реакция будет именно такой.

— Ты в порядке?

Это же Зеб.

— Думаю, да.

Но… он собирается массировать ее спереди? Его руки легли ей на ключицу. Его большие пальцы впились в ноющие мышцы, двинулись к груди, но остановились. Он массировал ей верхнюю часть груди и плечи, затем вверх и вниз по рукам, сжимая их до боли. Узлы распались, и кровоток по венам усилился. Она вздохнула.

Наконец, когда она могла поклясться, что вот-вот расплывётся лужицей и утечёт между тонкими трещинами в деревянном полу, Зеб лег рядом с ней.

Бри широко раскрыла глаза. Подперев голову рукой, он наблюдал за ней.

— Спасибо.

Он приподнял одну бровь, как бы напоминая ей о недавней игре Шея, затем обхватил ладонью ее щеку, большим пальцем удерживая ее за подбородок, с другой стороны и… поцеловал.

Его губы были такими же теплыми, как и руки. Приподнявшись на локте, он лениво предавался поцелую, дразня и требуя ответа. Его рука скользнула от ее талии вверх, касаясь груди. С каждым медленным движением ее кожа становилась все более чувствительной, соски напряглись и болезненно сжались. Ее спина выгнулась навстречу его прикосновению.

Звук шагов на крыльце возвестил о приходе Шея.

Бри быстро села, глядя на Зеба.

— Иди и сядь в свое кресло, — приказала она.

На его щеке появилась ямочка, когда он провел пальцем по ее губам.

— Ты выглядишь хорошо зацелованной, маленькая самка, и ни один волк не пропустит запах в этой комнате.

Запах. Румянец обжег ее лицо. Когда Шей открыл дверь, Бри вскочила на ноги и побежала вверх по лестнице.

Глава 18

Колд-Крик, территория Северных Каскадов ~ Полнолуние

— Вики сегодня не вернется. — Шей вошел в библиотеку, чувствуя себя так, словно какой-то рыбак связал его внутренности морским узлом. — Калум сказал, что она вывихнула лодыжку, и останется в Деревне Старейшин еще на несколько дней.

Зеб выронил из рук книгу, и та приземлилась на пол. От охватившего его ужаса, лицо кахира стало мрачнее ночи.

— Это дерьмовая шутка, бро.

— Это не шутка. Клянусь Богом, Зеб, мы должны предупредить Брианну о том, чего ожидать на Собрании. Черт, нам не стоило откладывать этот разговор и давно самим все рассказать. — Но они надеялись, что Вики поможет им с этим, ведь всего год назад она сама была человеком, и смогла бы объяснить суть Собрания.

Теперь же они попали в собственную ловушку с железными зубьями.

— А у Брианны есть подруги? — Зеб задумался.

— Пара волчиц, но альфа-сука приказала всем самкам держаться подальше, пока Бри не принесет публичные извинения. Чтобы закончить урок. — Политика стаи. Шей щелкнул зубами. Он хотел бы вонзить свои клыки в Тайру, чтобы той самой преподать урок вежливости. Но это мог сделать только альфа-самец.

— Больше никого?

— Из самок никого.

Зеб нахмурился.

— Нужно было давить сильнее, брат. Поцелуев и ласк недостаточно, чтобы подготовить ее к сегодняшнему вечеру.

— Будь мы настойчивее, она бы убежала. По крайней мере, она нам доверяет. — Шей прошелся по комнате. — Она только недавно приняла свою сущность. Может быть, еще не время для течки.

— Возможно. В любом случае, это поможет преодолеть ее страхи.

Шей пнул ногой край ковра, жалея, что это не Тайра. — Мы ничего не можем сделать.

— Ничего. — Зеб нахмурился. — Вот, черт.

— Что? — Шей свирепо уставился на него. — У нас нет другого выхода.

— Чертовски верно. — Зеб потер лицо, как раздраженный енот. — Ты говорил с ней о спаривании или о взаимоотношениях между самцами и самкой?

Шей уставился на него, чувствуя нарастающее смятение. Люди спаривались только дуэтом — один мужчина с одной женщиной — но оборотни… — Клянусь копытами Херне, ее наверняка заметят.

***

Энджи сообщила, что посетители закусочной смели с полок всю выпечку и просили еще. Бри не могла перестать улыбаться, поднимаясь по ступенькам в домик.

Ее улыбка погасла. Энджи также сказала, что им запрещено общаться, пока Бри публично не извинится перед Тайрой. Энджи была в ярости из-за этого указа, но, очевидно, альфа-самка обладала властью навязывать свои правила.

Настроение испортилось, и Бри с грохотом захлопнула дверь.

Мысль о том, чтобы извиниться перед этой сукой, вывела ее из равновесия сильнее, чем крыса, которую она съела несколько дней назад. Но пока у нее не было идей насчет того, как избежать этого. Никак, если она хотела подружиться с женщинами в стае. Слава Богу, Вики была пумой и не подчинялась Тайре.

Повесив пальто, Бри сделала шаг и остановилась.

Шей сидел в библиотеке, за столом, где она собирала паззлы, Зеб в кресле рядом, и оба смотрели на нее с беспокойством.

От волнения у Бри вспотели ладони.

— Что случилось?

— Ничего. — Шей поднялся. — Нам нужно с тобой кое о чем поговорить.

— Ладно. — Неужели они хотят, чтобы она ушла? С трудом волоча ноги, она пересекла комнату, и села на диван рядом с креслом Зеба. — Что случилось?

— Это… — Зеб беспомощно посмотрел на Шея.

Шей вздохнул.

— Мы учили тебя пути Даонаинов. Как обращаться. Как быть волком. Но в наших обычаях есть нечто большее.

— Ещё законы стаи?

— Не только стаи, — сказал Шей. — Всех оборотней-мужчин и женщин. Я говорю о спаривании.

Лаааадно. Ее желудок сжался.

— Я не совсем неопытна, ребята. — И Слава Богу, что до того, как она была изнасилована, Бри несколько раз занималась сексом. — Я помню, как это бывает. Мужчина встречает женщину. Они влюбляются друг в друга. Занимаются сексом — ну, или если говорить на вашем языке, спариваются. Верно?

— Не совсем так. — Шей присоединился к ней на диване. Под его весом подушки смялись, и он коснулся свои бедром бедра Бри. — Клянусь рогами Херне, это трудно объяснить.

— Бри, — Зеб поймал ее взгляд. — Каждое полнолуние у способных к деторождению самок Даонаинов наступает период течки.

Течки.

— Течка, это как у собак или у кошек? — шокировано спросила Бри.

Зеб кивнул. Одним взглядом он перевел разговор на Шея.

Теплая рука Шея сомкнулась вокруг ледяных пальцев Бри.

— Сегодня полнолуние, и твое тело захочет спариться с самцом.

Бри горько усмехнулась.

— Да ничего такого не будет…

— Раньше тебя окружали только люди, — сказал Зеб.

Шей согласился.

— Даонаинов не привлекают люди. — Эта мысль на секунду развеяла ее растущее беспокойство.

— Так вот почему я никогда не испытывала особого желания к парням? Потому что я оборотень? Вот почему с вами двумя я… — О Боже, что она чуть не сказала?

Будь проклят Зеб за эту великолепную ухмылку.

— Поэтому.

— Самодовольный индюк, — пробормотала она, смотря на свои руки, а не на Зеба. — Значит, сегодня я буду так возбуждена, что могу наброситься на одного из вас?

— Все не так просто, — пробормотал Зеб.

— По закону Даонаинов, каждая территория проводит Собрание в полнолуние, — сказал Шей. — Там каждая самка спаривается с самцами, которых она выбирает.

Ты, должно быть, шутишь. Бри сглотнула.

— А что, если мне никто не понравится?

— Выбирать будет твое тело. Не голова, — голос Зеба был глубоким и твердым. — И выбирать оно будет не один раз.

Она вырвалась и встала. Ее сердце колотилось в груди так сильно, что легкие не могли набрать воздуха, дыхание перехватило.

— Нет. Исключено.

— Тише, линнан. — Шей встал, явно надеясь успокоить ее. — Закон требует только, чтобы не связанные узами особи провели ночь на Собрании. Если ты не захочешь спариваться, никто не может заставить тебя.

— Да? — Бри снова начала дышать. Она могла просто спокойно потусоваться. Пусть они устраивают оргию без нее. — Тогда ладно. Но я хочу, чтобы ты знал — это отстой.

— И да и нет. — Шей провел ладонями вверх и вниз по ее холодным рукам. — Способность превращаться в волка — удивительная вещь. И животная природа имеет свои преимущества — дополнительные сорок лет жизни, быстрое исцеление, обостренные чувства и недюжинная сила. Но у всего есть свои недостатки.

— Так что там с этим дурацким законом?

— Только благодаря нашим законам и традициям Даонаины до сих пор существуют. Наша способность к деторождению намного ниже, чем у людей, и у нас рождается в пять раз больше мужчин, чем женщин. Единственное, что нас спасает, — это то, что большинство рождают близнецов или тройняшек. И эти Собрания…

Его деловитый голос успокаивал. Бри оперлась бедром о стол.

— Неужели на этом Собрании я столкнусь с еще более странными законами?

Зеб на секунду задумался.

— Собственническое поведение недопустимо. — Он одарил ее полуулыбкой. — Однако в другое время, все послабления отменены.

Шей продолжил.

— Мужчины могут сражаться, чтобы завоевать расположение женщины, но закон запрещает убивать или калечить. Наказанием будет изгнание.

Так вот почему Тайра остановилась?

— Изгнание означает, что ты должен покинуть территорию?

— Хуже. — Голос Зеба стал хриплым. — Ни один Даонаин не увидит его, не услышит и не заговорит с ним.

Она пожала плечами.

— Значит, он переедет в другое место, где его никто не знает.

— Козантир делает на лице глубокую царапину. — Зеб согнул пальцы и провел ими по щеке.

— Херне делает шрамы черными, — добавил Шей. — Если Мать в конце концов простит преступление, шрамы побелеют, и оборотень сможет вернуться.

Холодные пальцы сомкнулись на спине Бри, когда она представила, как бродит по миру людей, которые не признают ее существования. — Это ужасно.

— Многие умирают, — тихо согласился Зеб.

— Довольно об этом. — Шей потерся лбом о ее лоб.

— Ты не будешь драться, маленькая волчица. Сегодня ночь спаривания. — Лучше драться буду я. Зеб посмотрел ей в глаза с полным пониманием.

— Луна взойдет через два часа, — сказал Шей. — Давайте приведем себя в порядок и поедим. Мы пойдем в таверну вместе.

Брианна не могла пошевелиться. Мужчины там будут давить на нее, чтобы она занялась сексом. Она понимала это. Я не могу этого сделать.

— Маленькая самка, — огрызнулся Зеб. — Мужчина не трогает незаинтересованную в нем женщину. — На его щеке появилась ямочка, и взгляд потеплел. — Я показывал тебе, как мы это узнаём. — Она уставилась на него, вспоминая тот день, когда он держал ее за запястье, вдыхая аромат. Низ живота обдало жаром.

Уголок его губ приподнялся.

— Именно так. — Ну, ладно. Она не заинтересуется ни одним парнем, так что никто не побеспокоит ее. Наверное, это будет похоже на девичник Амелии в стриптиз-клубе. Много пьяных похотливых женщин и счастливых мужчин. Я посижу в баре и посмотрю.

***

Пару часов спустя, когда она с мужчинами подошли к таверне, Бри по-прежнему держалась стойко.

Не обращая внимания на табличку «ЗАКРЫТО ДЛЯ ЧАСТНОЙ ВЕЧЕРИНКИ», Шей открыл дверь и пропустил ее вперед.

Сделав шаг внутрь, она остановилась. Добро пожаловать на мясной рынок Колд-Крика. Женщины, и много, очень много мужчин. Повернувшись по кругу, она вытаращила глаза. Один парень был одет в обтягивающие джинсы, которые плотно обхватывали его задницу. Высокий блондин снял рубашку и теперь поверх его мускулистой груди бы надет только жилет. У одного была подстриженная борода, у другого — пятичасовая щетина, от желания прикоснуться к которой у нее покалывало пальцы.

Запахи были ошеломляющими. Зеб был прав. Она чувствовала запах возбуждения и… тестостерона. Темный и мускусный. Каждый вдох согревал ее, и она почувствовала себя так, словно погрузилась в горячую ванну. Ее кожа ощущалась странно наэлектризованной и чувствительной. Когда она двигалась, одежда дразнила ее новыми ощущениями. Ее лифчик терся о грудь, от чего соски болезненно напряглись.

Она старалась не обращать на это внимания. Господи, она же не животное, чтобы ею управляли гормоны.

— Дай мне пальто, девочка. — Шей плавным движением стянул с себя куртку.

М-м-м, его глаза были стального синего цвета, такие внимательные, и… Возьми себя в руки, тупица. — Хм. — Ее голос прозвучал обескураживающе хрипло, как будто она пробежала трусцой через гору. — Как насчет пива?

Потому что, черт возьми, ей нужен алкоголь. Или ледяная вода. Калум, должно быть, установил термостат печи на девяносто градусов. — И как долго нам придется здесь оставаться?

Шей усмехнулся.

— Достаточно долго, чтобы хотя бы войти в комнату.

Фыркнув в знак согласия, Зеб положил руку ей на спину и подтолкнул дальше в комнату. Жар от его ладони, само ощущение его руки было таким, как будто он проникал в нее и ласкал до возбуждения. О небеса, что со мной происходит?

С серьезным видом Зеб изучал ее.

Бри уставилась на него. Его жесткий подбородок был невероятно мужественным, немного темнее, чем остальная часть его лица, хотя он и побрился. Его губы изогнулись. Брианна вспомнила ощущение его губ на своих губах и снова захотела этого. Она провела пальцами по его груди, наслаждаясь твердыми мускулами.

Он издал грохочущий звук, и его рука сомкнулась вокруг ее запястья. Он поднес его к лицу. Вдохнул.

— Маленькая самка, не думаю, что тебе удастся уйти.

Звук его глубокого, скрипучего голоса действовал ей на нервы, и она качнулась к нему. Затем до неё дошел смысл его слов.

— Уйти? Да, я ухожу. Я здесь не останусь, Зеб.

Он прижался поцелуем к ее запястью, заставляя ее голову кружиться от легкого прикосновения, и омывающего кожу теплого дыхания. Она медленно придвинулась к нему.

— Рад слышать. — Он взглянул на Шея. — Займём угол?

— Таков был план. Но это будет сложнее, чем я думал. — Низкий голос Шея был гладким прикосновением горячего шелка, притягивая ее к себе, как будто он потянул за поводок.

Она подошла ближе, вдыхая свежий ледяной аромат, принадлежавший только ему. От него пахло мужчиной. Его грудь была вдвое шире ее, а плечи закрывали собой всю комнату.

От его безжалостного взгляда у нее подкосились колени.

— Брианна, пойдем с нами.

Речной камень. Голос Зеба был похож на зазубренный гранит, голос Шея — на речной камень, круглый и гладкий, но все еще твердый.

— Брианна?

— Ох. — Она моргнула и покачала головой. — Угол. Конечно. Я все время… отвлекаюсь или что-то в этом роде. — Каждый нерв в ее теле полыхал огнем. — Сенсорная перегрузка, я полагаю? Пальцы Шея сомкнулись на ее обнаженном предплечье. Ссадины на его мозолях были пьянящими, и она придвинулась ближе.

— Ты убиваешь меня, линнан, — пробормотал он. Пока они пробирались сквозь толпу, Бри уловила новые запахи. Мужчины.

Повсюду. Они уставились на нее, их взгляды, словно огненные языки, щекотали ее кожу.

В переднем углу у камина Зеб сдвинул столы, создавая своего рода отгороженную зону с небольшим входом.

— Ты уверен, Шей? Дать ей начать с незнакомца?

— Клянусь рогами Херне, я уже ни в чем не уверен. Я просто знаю, что, если кто-то из нас попытается, и она запаникует, она почувствует, что мы предали ее, и у нее не останется здесь никого, кому она доверяет. — Шей вздохнул. — Если она справится с одним или двумя самцами, посмотрим, заинтересуют ли ее еще два грубых кахира.

— Звучит неплохо.

Бри слышала их разговор, но слова текли как вода, ускользая от ее понимания. И все же прелестно. Как и в волчьей песне, их голоса сплетались друг с другом, создавая красивый узор.

Зеб подошел ближе. Он взял ее за подбородок, приподнял лицо, поймал ее взгляд, и она утонула в глазах цвета ночного неба.

— Блять. — Он зарычал, и этот звук пронзил ее насквозь, вызывая желание. Нужду.

— Бри, послушай.

Она моргнула.

— Я тебя услышала. То есть я слушаю.

— Оборотни придут сюда. Красивые самцы. Крепкие самцы. Если кто-то тебе понравится, он отведет тебя наверх и… э-э… поцелует.

— Ладно. — Она наклонилась вперед и потерлась о него грудью.

— Блять. — Его низкое рычание заставило ее киску покалывать, но затем Зеб усадил ее в кресло.

Кресло? Она начала подниматься.

— Оставайся там, девочка. — Взгляд Шея требовал повиновения. — Мужчины придут к тебе.

Когда двое мужчин отошли, температура воздуха понизилась, и в голове у нее прояснилось. Немного. Заняв позиции по обе стороны забаррикадированного входа, они махали рукой одному за другим, пока не подошли двое более низкорослых. Не маленькие, чуть меньше шести футов.

Один был худощав и суров на вид, с великолепными бирюзовыми глазами. Другой казался менее жестким.

Сладеньким. Не таким интересным. После того, как Шей поговорил с ними, они пошли в ее угол.

— Меня зовут Уэйн. — Сладенький опустился на колени справа от нее.

Его светлые волосы блестели в свете настенных бра.

— Меня зовут Эван. Я из-за границы. — Опустившийся на колени слева от нее худощавый мужчина был смуглым, его улыбка была почти такой же яркой, как у Зеба.

Зеб. Она уставилась на него, потом на Шея. Почему они не пришли к ней? Она поймала взгляд Зеба.

Он шагнул к ней, потом сжал губы и отвернулся. Когда Шей сделал то же самое, она почувствовала, что связь оборвалась.

Чья-то рука погладила ее по бедру, и она подпрыгнула.

— Как тебя зовут, красавица? — спросил Эван голосом, который притягивал ее, нежным, но в тоже время твердым.

— Бри. — Его лицо было угловатым, скулы высокими и напряженными.

У него были усы, густо-каштановые, как и его волосы, шелковисто-мягкие на ощупь. Она дважды провела по ним пальцем, удивляясь, как аккуратно те изгибаются вокруг уголка его рта. — Я никогда не целовалась с усатыми, — пробормотала она. Будет щекотно?

Какими будут ощущения?

— Хочешь поцеловать меня, красавица? — Он взял ее за руку.

Его ладонь была твердой, шершавой и чудесной, и когда он целовал ее пальцы, его губы были мягкими, как лепестки. Усы щекотали ей костяшки пальцев. Когда его губы сомкнулись на кончиках ее пальцев, она почувствовала его влажный язык и застонала. Жар разгорелся внутри нее, как огонь в духовке, и она наклонилась к нему.

Он поцеловал ее запястье, вдохнул и встал, притягивая ее к себе и прижимая ближе. Его рука обвилась вокруг ее талии.

— Пойдем наверх, где не так шумно, — пробормотал он. Его теплое дыхание коснулось ее щеки, и она кивнула. — Извини, Уэйн, — сказал он.

Рядом был кто-то еще? Она была груба. Бри попыталась повернуться, но, когда Эван просунул пальцы под ее рубашку, чтобы найти обнаженную кожу, разгорающийся огонь выжег все мысли из ее головы. Пульсация между ног нарастала.

Каким-то образом Эван повел ее вверх по лестнице, но она почти ничего не замечала, не переставая чувствовать его руки — одна дразнила ее пальцы, другая лежала на талии. Он провел ее в крошечную комнату. В настенных подсвечниках мерцали свечи с желтым светом.

Подушки были разбросаны по мягкому полу.

Ее ноги подкосились, когда она поняла, для чего предназначалась эта комната.

Когда она опустилась на четвереньки, дрожь страха пробежала по ее телу.

Эван опустился рядом с ней.

— Все в порядке, красавица. Кахиры сказали, что это для тебя в новинку. Мы просто посидим немного, хорошо? — Его улыбка была самой приятной вещью в нем, — подумала она, пока он не взял ее за руку. Почему ссадины на его ладони заставляли нижнюю часть ее тела плавиться — и вспыхивать одновременно?

Глядя на нее сине-зелеными глазами, он лизнул ее пальцы, один, потом другой и еще один. Его язык был горячим и мягким, но с небольшой шероховатостью, так отличающейся от его рта.

Его рот. Пристальный взгляд Бри остановился на нем, на том, как гладко он выглядел под шелковистыми каштановыми усами. Его губы изогнулись в довольной улыбке.

— Иди сюда, и ты увидишь, щекочут ли усы, — пригласил он, притягивая ее ближе. Когда она наклонилась к нему, он нежно поцеловал ее. От прикосновения его губ и усов по ее телу пробежал жар, а соски напряглись. — О да, — пробормотал он. — Ты очень сладкая. Мы не будем торопиться. — Он целовал ее снова и снова, покусывая ее губы, скользя языком по ее рту, пока она не открылась навстречу его требованию.

У него был вкус яблок и корицы, и когда его язык погрузился глубоко, она так сильно нуждалась в нем, что взяла его руки и положила их себе на грудь.

Когда он ущипнул ее за соски, она застонала. Он обхватил ладонями ее груди и поцеловал еще глубже, и от этой смеси ощущений у нее закружилась голова. Улыбаясь, он поднялся на ноги, чтобы расстегнуть рубашку и снять ее. Подойдя ближе, он навис над ней огромной тенью, подсвеченной свечами.

— Я…

— Нет! — Задыхаясь от страха, Брианна отползла от него подальше.

Нет, нет, нет.

— Бри. Подожди. — Он остановился, неподвижный, как хищник, все еще держа рубашку в одной руке. Его ноздри раздулись. — Клянусь Богом, ты в ужасе.

Зажатая в углу, она тяжело дышала и пыталась набрать достаточно воздуха, чтобы говорить, кричать, бороться. Вместо этого ее грудь сжалась так, что она не могла дышать.

Он сделал шаг назад. — Расслабься, красотка. Ничего не случится, если ты не увлечена этим — а прямо сейчас ты действительно не увлечена.

Когда он натянул рубашку, ей, наконец, удалось сделать глубокий вдох. Она уставилась на него, чувствуя, как внутри все сжимается.

Изучив ее в течение секунды, он попятился еще дальше, направляясь к двери.

Эван не собирался ничего предпринимать. Он просто был милым.

От стыда ей захотелось повесить голову, но мужество удержало ее от этого.

— Мне очень жаль.

— Мне тоже. Ты очень сладкая. — Его улыбка все еще была приятной, особенно на расстоянии. — Давай я отведу тебя вниз.

И встретиться лицом к лицу со всеми этими людьми. Опять?

— Можно мне остаться здесь на минутку? Немного прийти в себя?

Он кивнул.

— Я подожду снаружи и провожу тебя вниз. — Чтобы он притаился в холле? Дрожь пробежала по ее спине.

— Одна я справлюсь лучше. Мне действительно очень жаль.

Он выглядел так, словно хотел подойти и успокоить ее, но не двинулся с места.

— Не беспокойся, Бри. В Штаты я возвращаюсь только в следующем году. Если хочешь, как-нибудь можем попробовать еще раз? — Он вышел в темный коридор. Когда дверь за ним закрылась, она услышала, как кто-то заговорил с ним.

Она была одна. Уткнувшись лбом в колени, она вздрогнула. Как она так быстро перешла от желания к панике? Что же ей теперь делать? Она вытерла вспотевшие ладони о джинсы. Когда ее пульс вернулся в норму, жар внутри усилился. Ее кожу начало покалывать, грудь тоже…

Дверь открылась, и она подняла голову.

— Эван? — Не Эван. Клаус. Клинок страха вонзился ей в грудь.

Он закрыл за собой дверь.

— Ну что, кролик. Возникли проблемы?

— Уходи. — Ее голос звучал тихо и слабо. Когда она поднялась на ноги, мягкий пол прогнулся под ее весом, и она пошатнулась.

— Нет, я так не думаю. Мне нужно кое-что закончить. — Улыбка исказила его глубокие черты, превратив их в зло. — Только не трахать тебя. Ни одной суке не позволено разбивать мне нос, еще и жить, и хвастаться этим. — Ее мозг застыл от воспоминаний о том кошмарном падении, его угрозах, его кулаках. Она инстинктивно отступила назад. Ее губы дрожали, несмотря на все попытки сжать их.

Клаус заметил это и медленно вдохнул.

— О, теперь ты боишься. — В его голосе послышалось удовлетворение, а глаза с тяжелыми веками сверкнули жестокостью, когда он двинулся к ней.

Ужас нарастал, Бри начала хватать ртом воздух, не в силах закричать.

Она едва справилась с одной панической атакой, и у нее не было резервов, чтобы справиться с другой. Ее пальцы похолодели. Онемели. Сердце болезненно заколотилось в груди, и она боролась с темнотой, окружавшей ее зрение. Нет, Бри. Ты должна бороться.

Он замахнулся, и она увернулась, затем блокировала его следующий удар. Ее ответный удар в живот был слабым.

Его кулак ударил ее в скулу со взрывом боли, отбросив ее назад. Ее плечи врезались в стену, и все вокруг закружилось. Опираясь на доски для равновесия, она ударила его ногой прямо в живот.

Он хмыкнул, сгорбившись.

Да! Она замахнулась на его висок, но он отбил ее кулак и тыльной стороной руки повалил на пол. У нее была сломана челюсть. Бри попыталась сесть. Кровь капала ей на рубашку.

Когда он стоял над ней, монстр, ее голова сотрясалась от пронзительных криков — ее, Эшли. Стены покраснели, словно насквозь пропитались кровью. Всхлипывая, она боролась с ужасом, пытаясь подняться на ноги. Зверское зловоние его гнева и удовольствия заполнило комнату.

Сквозь визг в голове она услышала его злорадный смех. Он ударил ее ногой в живот.

Боль. Боже. Тошнота наполнила ее мир, и она тяжело вздохнула. И все же это избавило ее от приступа паники. Ее тело взяло верх, сказывались годы тренировок по каратэ. Поднявшись на ноги и все еще пошатываясь, Бри посмотрела на дверь. Слишком далеко.

Клаус направился к ней.

Глава 19

Зеб побежал вверх по лестнице, не обращая внимания на любопытные взгляды, которые бросали на него в отсутствии партнерши.

С явным беспокойством Эван доложил ему и Шею о том, что произошло с Бри. Зеб нахмурился. Если не сработало с коротышкой-оборотнем, то тогда с кем? Может, ему или Шею стоит все же попытаться, оставив одного из них на случай, если она запаникует. Мысль о спаривании с Бри наполнила его теплом. Никогда еще так сильно он не хотел быть с женщиной.

И все же, если он напугает ее… ее… это полностью разрушит его.

Наверху лестницы Зеб замедлил шаг. Первая комната направо, сказал Эван, и, клянусь Богом, Зеб не хотел открывать не ту дверь. Взявшись за ручку двери, он принюхался и уловил запах Бри так же четко, как и запах Эвана… и еще одного мужчины?

Почувствовав запах агрессии и страха, Зеб услышал звук удара, такой непохожий на звуки секса. Приглушенный крик боли.

Он врезался плечом в дверь, и та с грохотом отскочила о стену.

Загнанная в угол, как добыча, Бри стояла лицом к брату Альфы, на чьем подбородке красовалась красная отметина размером с маленький кулак. Гордость Зеба засияла. Маленькая самка была напугана, но стояла на ногах и боролась.

Зеб шагнул в комнату.

— Что происходит… — Брианна повернулась, и он увидел ее окровавленное лицо. Еще больше красного было разбрызгано на ее рубашке. Когда ярость превратилась в неконтролируемую бурю, он взревел и бросился в атаку.

Клаус отскочил назад.

— Это не то, что…

Зеб ударил его так сильно, что треснуло по меньшей мере три ребра, а тело мужчины вдавилось в стену. Схватив скотоголового за шею, Зеб вышвырнул его из комнаты.

Сбросил с лестницы.

Пытаясь отползти на четвереньках, бормочущий что-то себе под нос, трус, обмочился, когда Зеб спрыгнул на нижнюю ступеньку лестницы. Схватив его за воротник, Зеб потащил его в центр таверны.

Закричала женщина, пронзительно и раздражающе. Крики. Мужчины приблизились. Осторожно.

— Зеб! — Шей оттолкнул двоих зевак в сторону.

— Бри наверху. Ты ей нужен. Сейчас.

Шей побежал к лестнице.

Зеб боролся со своими инстинктами, с желанием разорвать на части мужчину, который причинил боль Бри — моей Бри. Его кулаки разжались и сжались.

Где этот чертов Козантир?

Клаус сумел подняться на ноги, что-то бормоча все увеличивающейся толпе оборотней.

— Она это заслужила. Она… — Воспоминание о перепуганном лице Бри раскололо контроль Зеба, как топор о гнилое дерево. Его кулак метнулся вперед.

Хруст и треск ломающихся костей доставляли удовольствие, но бальзамом на душу был душераздирающий крик агонии Клауса. Засранец растянулся на полу. Он никогда больше не причинит боль другой женщине этой рукой.

Гнев пульсировал в голове Зеба; каждый удар создавал картину лица Бри. Кровь, такая красная на ее побелевшем лице.

Ужас и мужество. Зеб двинулся вперед. Бей его снова и снова. Будь уверен, что самец никогда не сможет…

— Зебулон. — Голос Калума был похож на зимний туман, гасящий огонь. — Прекрати. Немедленно.

Зеб глубоко вздохнул. Найдя пространство спокойствия и мгновенной тишины, он отодвинулся на дюйм. Ещё один. Красные полосы в его глазах исчезли, и он увидел полные ужаса взгляды окружающих его людей. Когда он посмотрел на побитого человека у своих ног, то понял, что обречен.

Герхард рванулся вперед, больше похожий на буля, чем на волка. Стоя над Клаусом, тот оценивал повреждения.

— Он искалечил моего брата. Во время Собрания! — Его рука дрожала, когда он указал на раздробленную руку Клауса, где из кожи белели кости. — Я требую решения Козантира. Я требую…

— Тишина. — Приказ Козантира заставил всех присутствующих в комнате замереть, оставив только звон стакана и всхлипывания Клауса.

Серые глаза Калума медленно потемнели и стали черными, как у Бога.

— Зебулон. Я требую объяснений.

Зеб стиснул зубы, борясь с желанием ответить.

Он нарушил закон боя и будет изгнан, что бы он ни говорил. Любое объяснение, которое он даст, откроет, почему Бри была так напугана — что она подверглась насилию, чему не подвергалась ни одна самка-оборотень. Она показала, как ей было стыдно. Другие, как Тайра, используют это, чтобы причинить ей боль.

Не имея другого объяснения, толпа просто подумает, что брачный бой вышел из-под контроля. Оставь все как есть. Клаус больше не сможет причинить ей вреда. Зеб покачал головой.

— Просто прогони меня и оставим это.

Его отказ вызвал ропот шока среди оборотней, окружавших их.

Непроницаемый взгляд Козантира задержался на нем, затем переместился на Клауса. — Объяснись.

— Она хотела меня и затащила в комнату, — задыхаясь, выпалил Клаус. — Мне было интересно, но она начала выкрикивать проклятия в адрес Герхарда. И ударила меня. Я дал ей пощечину, чтобы она успокоилась, чтобы я мог уйти.

Зеб закрыл глаза, не в силах смотреть на лежащего скотоголового. Если бы только он мог заткнуть уши, то так бы и сделал. Он был здесь чужаком, навсегда. Никто не поверит ему больше, чем брату Альфы.

До него донесся сладкий женский запах, ванили и корицы. Руки Бри сомкнулись вокруг его руки. Ее пальцы дрожали, и все же она стояла рядом с ним. Рядом с ним против всех. От потрясения у него перехватило дыхание, как будто он упал со скалы и тяжело приземлился.

Шей подошел к нему с другой стороны, касаясь своим плечом плеча Зеба.

— Козантир, это еще не все. — Сила кипела в Калуме, больше, чем могло быть заключено в его теле, достаточно, чтобы создать волны в воздухе вокруг него. Он ничего не сказал, только наклонил голову в сторону маленькой женщины.

Она шумно вздохнула.

— Я… Я…

— Нет. — Зеб приложил ладонь к ее мягким губам. — Это не поможет. Приговор не изменится. Не делай этого с собой.

Калум раздраженно фыркнул, и черные глаза пригвоздили Зеба к месту, словно удар когтей пантеры.

— На колени.

Колени Зеба подогнулись, и он упал на пол.

Бри ахнула и сжала его плечо крошечными холодными пальцами.

Козантир внимательно посмотрел на нее.

— Он купил тебе право хранить молчание.

— Я этого не хочу. Черт побери, Зеб, я не буду прятаться за тобой, как какая-то… какая-то мышь. — Голос ее звучал вызывающе, но рука дрожала не переставая. — Он… — Она указала на Клауса. — Я была одна в той комнате наверху, а он вошел, закрыл дверь и сказал, что не будет меня трахать.

Зебу нужно было обнять ее, защитить, но ноги не слушались. Черт бы побрал этого гребаного Козантира. Он посмотрел на Шея и кивнул в сторону Бри.

Шей хлопнул его по плечу и шагнул вперед, чтобы обнять ее.

— Продолжай, девочка. Я тебя прикрою, — пробормотал Шей.

Зеб мог только беспомощно смотреть, не имея возможности помочь ей.

Брианна судорожно вздохнула.

— Клаус сказал, что нам нужно кое-что закончить. Он имел в виду встречу со стаей, когда он столкнул меня с тропы, и я ударила его, чтобы он отстал от меня.

Ярость бушевала в Зебе. Шей зарычал. Она не упала — Клаус толкнул ее.

Она коснулась своего лица и багрового подбородка.

— Наверху, он бил меня. Пинал. Я сопротивлялась — отбивалась! — только меня так трясло, и… и тут вошел Зеб. Он спас меня, — мягкое удивление в ее словах было слышно всем.

Взгляд Козантира не дрогнул.

— Почему самка оказалась в комнате для спаривания одна?

— Клянусь Богом, ты… — начал Зеб.

— Тишина. — Когда у Зеба перехватило горло, Калум снова повернулся к Бри.

Она громко сглотнула.

— Я… я поднялась наверх с Э-Эваном и попыталась, но мне стало страшно. — Ее голос опустился до шепота. — Я запаниковала, а он был милым и ушел, но я хотела… хотела взять себя в руки, прежде чем спуститься вниз.

Калум кивнул и заговорил, не поворачивая головы:

— Оуэн, пожалуйста, проверь комнату наверху.

— Да, Козантир. — Кахир рысцой удалился. На лестнице послышались глухие шаги.

— Она запаниковала? — Стоя рядом с братом, Герхард усмехнулся. — Как будто кто-то поверит, что сука в течке может запаниковать. Она лжет, Козантир.

Бри схватила Зеба за плечо, словно хотела, чтобы он поддержал ее.

— Я не лгу. Меня и-изнасиловали как раз перед тем, как я приехала сюда, и с-секс… я не… — Когда ее ногти впились в его кожу, Зеб рискнул обхватить рукой ее бедро, которым она прижималась к нему. Её трясло.

— Спасибо, Брианна, — тихо сказал Калум. — Как твой Козантир, я ценю храбрость, которую ты проявила, рассказывая, когда могла промолчать.

Оуэн подбежал и остановился с другой стороны от Зеба, становясь с ним в одну шеренгу. Исходящий от него запах гнева был настолько силен, что подавлял любой другой.

— Козантир.

— Говори, Кахир.

— В комнате пахнет кровью женщины. И страхом, — Оуэн дернул подбородком в сторону Клауса. — От этого не пахнет возбуждением. Только агрессией.

Герхард побледнел.

Клаус съежился, а Козантир уставился на него и наконец заговорил:

— Тебе нравится причинять боль другим. Особенно женщинам. В ночь нашего священного Собрания ты напал на перепуганную самку.

Клаус захныкал.

Калум коснулся белых шрамов на щеке Клауса.

— Ты был изгнан раньше и прощен. На этот раз твое изгнание… — Воздух вокруг Козантира запульсировал… сгустился. Его голос превратился в лавину звуков, возвещавших о приходе Бога Охоты. — Никакого изгнания. Этот Даонаин покорежен изнутри. Он не изменится в этой жизни. Женщины должны быть защищены.

Резкий вздох Зеба эхом повторил вздох Шея. Это был Божий приговор. От ужаса желудок Зеба скрутило.

Черный взгляд Козантира обратился к Герхарду.

— Отойди.

Герхард открыл рот, но не издал ни звука.

Слезы наполнили его глаза, когда он поднялся и отступил назад.

Клаус закинул руки за голову, словно защищаясь от удара.

Голос Козантира был его собственным, когда он тихо сказал:

— Возвращайся к Матери, Клаус. — Когда он схватил Клауса за плечо, сила потекла рекой.

Жизнь покинула глаза оборотня. С долгим выдохом его тело обмякло. Он упал боком, и глухой удар его тела об пол был ударом в сердце. Его глаза оставались открытыми, уставившись в никуда.

Комната наполнилась зловонием страха, воцарилась тишина, время словно остановилось. Даже если бы Зеб мог двигаться, его кости, даже его дух превратились в лед. Он бы охотно убил Клауса за то, что тот сделал, но сейчас было холодно. Черт, он никогда не думал…

Опустив плечи, Козантир вздохнул, затем выпрямил спину так же медленно, как старик зимним утром.

— Оуэн, Бен, пожалуйста, помогите Герхарду с телом Клауса.

— Да, Козантир, — пробормотал Оуэн. Бен кивнул. Когда двое мужчин подняли мертвого оборотня, люди зашевелились и послышались голоса.

Козантир пригвоздил Зеба долгим взглядом.

— Встань, Кахир.

Зеб моргнул, не в силах понять, что происходит.

— Но… — В комнате снова воцарилась тишина.

— Заткнись, тупица, — прошипел Шей. — Подними свою задницу и скажи «спасибо». — Он отпустил Бри и рывком поднял Зеба на ноги.

— Я… — Я не буду изгнан? — Я…

— Твоя реакция была чрезмерно агрессивной, но вполне объяснимой. Инстинкт Кахира — защищать, а защищать самок превыше всего. — Глаза Калума были успокаивающего серого цвета. Он устало улыбнулся Зебу. — Возможно, в будущем ты не будешь так поспешно выносить себе приговор. Вот почему они платят мне бешеные деньги, не так ли?

Наконец Зеб нашел нужные слова.

— Спасибо, Козантир.

— Правда не требует благодарности, Кахир.

Зеб покачал головой — он так ошибался — и, наконец, повернулся к Брианне. Глаза широко раскрыты, как у убегающей лошади, дрожит, как осиновый лист, в глазах слезы, лицо совершенно бледное.

— Клянусь Богом, маленькая женщина, ты в полном беспорядке. — Оборотни разошлись, возбуждение сменилось шумной болтовней, когда все начали обсуждать случившееся. Запах женщин в течке снова наполнил комнату.

Бри уставилась на него — зрачки расширены — и сделала шаг ближе.

Но через мгновение отпрянула назад.

— Нет. Нет, нет, нет. — Ее соски напряглись, хотя дрожь усилилась. — Я не буду. — Ее лицо исказилось от ужаса, голос сорвался. — Я не хочу этого.

— Черт. — Он притянул ее к себе. — Калум, она больше не выдержит.

Калум внимательно посмотрел на нее, потом огляделся.

— Донал, ты не мог бы присоединиться к нам?

Целитель подбежал к нему.

— Чем помочь… — Он хмуро посмотрел на избитую и истекающую кровью женщину. — Черт возьми, опять?

— Опять, — пробормотал Шей, гладя ее по волосам.

Калум вздохнул.

— Донал, пожалуйста, усыпи ее на ночь. Целитель кивнул. Он приподнял подбородок Брианны. — Брианна, посмотри на меня.

Зеб почувствовал, как она вздрогнула, поймав его взгляд.

— Спи, малышка, — прошептал целитель. — Спи, пока снова не взойдет солнце.

Когда Бри начала оседать, Зеб подхватил ее на руки.

Где ей самое место.

***

На следующее утро Бри проснулась в своей спальне.

Солнечные лучи косо пробивались сквозь щель в занавесках. Снизу доносилась музыка. Кантри-вестерн, что означало, что Шей дома. Чувство безопасности наполнило ее, теплее, чем пушистое одеяло, которым кто-то укрыл ее.

Она потянулась и поморщилась от боли в ребрах, потом стиснула зубы и спустила ноги с кровати. У нее болела челюсть, и она осторожно прикоснулась к ней. Должно быть, она выглядела так, словно побывала в драке в баре. Но тот парень…

Внутренности Бри скрутило. Тот парень мертв. Конечно, они могли просто арестовать его. Но Калум сказал, что внутри он покорежен… Нет, это говорил не Калум. Она вздрогнула. Их Бог вынес приговор, а не Калум.

Пошатываясь, она добралась до ванной и проверила свои синяки в зеркале. Ничего страшного. В поединках по карате она зарабатывала и похуже. Угнетало лишь то, как плохо она обошлась с тем парнем. Заметка для себя: пора заканчивать с паническими атаками. Или, по крайней мере, не запускать их одну за другой. Или держаться подальше от маленьких комнат, предназначенных для секса.

Она смотрела в зеркало, и румянец заливал ее лицо. Если бы Эван не напугал ее… если бы он не стоял над ней, как тот человек-монстр, она, вероятно, совокуплялась бы с ним, как сумасшедшая. По ее коже побежали мурашки, и Бри почувствовала себя настолько грязной, словно только что выбралась из канализации.

Отчаянно желая помыться, она сдернула с себя одежду, провонявшую страхом и кровью, и включила душ. Тот помог с воспоминаниями, но не с фактами. Она была неврастеничкой, психопаткой. Может, через несколько миллионов лет она снова будет готова заняться сексом.

Но люди говорили, что такая течка будет случаться каждое полнолуние.

Бри ударила по стене с кафельной плиткой с такой силой, что у нее заныла ладонь. Черт бы побрал этих оборотней!

Что ж, если ей придется потерять контроль над своим телом, она сделает это на своих собственных условиях. Она вспомнила, как они с Эшли пробовали текилу. Эш всю ночь блевала, но Бри этого не помнила, поскольку мгновенно отключилась.

До следующего полнолуния у нее в комнате будет по крайней мере одна бутылка. И я буду пить ее, пока не потеряю сознание.

***

Душ наверху выключили. Сидя за кухонным столом, Шей вздохнул с облегчением. Когда он услышал шум воды, то едва удержался, чтобы не броситься наверх и убедиться, что с Бри все в порядке.

Стоя у плиты, Зеб склонил голову набок.

— Она сильная, правда?

— Удивительная. На ее месте я бы прятался под кроватью.

— Ты туда не поместишься, — Зеб вылил яйца на сковородку.

Шей наблюдал за ним, стараясь забыть тот ослепляющий страх, когда подумал, что Зеб будет изгнан. Шей глубоко вздохнул. Клянусь Богом, он уже потерял двух сородичей, и будь он проклят, если потеряет этого брата.

Послышались легкие шаги, и в кухню вошла Брианна.

Шей поднялся.

— Подойди пожалуйста, я хочу осмотреть твое лицо. Донал побоялся его чинить — сказал, что это разбудит тебя и ты, вероятно, предпочла бы синяк.

— Как же он был прав. Все не так уж плохо. Правда. — Шей поднес палец к ее нежному подбородку и поднял лицо к свету. Ее светлая кожа над подбородком распухла.

Уродливый струп был окружен пурпурно-красными кровоподтеками. Шей крепко сжал губы, чтобы не сорваться на грязные слова.

Клаус заплатил за это своей жизнью, самое страшное наказание, но вид изуродованного лица Брианны все еще вызывал у Шея жгучую ярость.

— Жить будешь, — легко сказал он. — Может, приложить лёд?

— Нет. — Она приподнялась на цыпочки, и ее губы коснулись его подбородка. — Спасибо за спасение, — прошептала она.

Шей удивлённо замер, когда она отошла. На месте поцелуя кожу покалывало от ее мягких губ, и он не мог не улыбнуться. Брианна поцеловала мужчину, по собственной инициативе.

Клянусь Богом, она была такой храброй. Такой нежной. Она притягивала его с каждым вздохом, и с каждым днем он хотел ее все больше. Он хотел разделить ее со своим братом. Видеть, как она расцветает и округляется, вынашивая их щенков. Слышать ее смех, видеть ее большие голубые глаза по утрам, держать ее на коленях по вечерам. Он жаждал ее больше, чем пищи, чем воды.

Шей смотрел, как она дергает Зеба за рукав. Когда его брат посмотрел вниз, он тоже получил поцелуй и слова благодарности. Он что-то пробормотал в ответ и сосредоточился на своей стряпне, несомненно, чтобы скрыть то же самое невозможное желание. В этой комнате находились самые смертоносные Кахиры всей Северо-Западной территории, и маленькая самка одним прикосновением превращала их в пушистых кроликов. Ад.

— Черт. — Зеб шлепнул лопаткой по столу, схватил Брианну за руки и сердито посмотрел на нее. — Клаус ударил тебя, сбил с ног во время бега стаи. Ты нам ничего не сказала.

При этом напоминании в Шее вспыхнул гнев.

— Ты фактически позволила нам поверить в ложь.

Зеб слегка встряхнул ее.

— Почему?

Она посмотрела на него, потом на Шея.

— А что бы ты сделал, если бы я тебе сказала?

Разорвал ему горло.

— Ударил его. Научил его хорошим манерам.

— Мое слово против его, — сказала Бри. — Кому, как ты думаешь, поверил бы Герхард?

Шей нахмурился.

— Своему брату.

— Именно. Если бы ты избил его брата без веской на то причины, разве Герхард не выгнал бы тебя из стаи? Со своей территории?

У Зеба отвисла челюсть.

— Ты солгала, чтобы защитить нас?

Брианна скрестила руки на груди и нахмурилась, глядя на них.

— Ну, да.

Глава 20

На табличке было написано: «ОБОЙТИ СБОКУ», а стрелка указывала вправо. Когда Зеб закончил прикреплять ее к перилам, он заметил Бри рядом.

— Какие-то проблемы? — спросил он.

Со времени Собрания прошла неделя, и наконец-то Бри выглядела выздоровевшей и отдохнувшей. Они с Шеем по очереди вытаскивали ее из комнаты и бегали с ней по горным тропам. Что было не так уж трудно. Ему нравилась компания маленькой волчицы.

Она пыталась защитить меня. Уже дважды. Черт, он все еще не мог справиться с тем, как она действовала на него.

— Как думаешь, кто-нибудь придет? — спросила она.

Женщины любят волноваться, не так ли?

— Расслабься. — Он провел пальцем по морщинке между ее изящно изогнутыми бровями, довольный тем, что Брианна не отступила. — Придут Калум с семьей, владельцы магазинов, наши гости в хижинах, другие Кахиры с их семьями. Этого более, чем достаточно.

Она вздохнула.

— Знаешь, я устраивала в ресторане грандиозные мероприятия и никогда так не нервничала. Не понимаю, что со мной происходит. — На это у Зеба был ответ. Он обхватил ее лицо ладонями и почти потерял способность думать. Что такого было в ее гладкой коже, что вызывало вожделение прямо в его паху?

— В Сиэтле ты проводила мероприятия для людей. Здесь же, все исключительно для твоего клана. Ставки выше.

Бри выдохнула, обдавая теплым воздухом его запястье.

— Ты совершенно прав. Это то, что обычно люди чувствуют?

— Понятия не имею. — Он никогда в жизни не устраивал приемов.

Отстранившись, она посмотрела на него.

— Ты слишком часто прикасаешься ко мне.

— Мне нравится прикасаться к тебе. — Он взял ее за руку и вдохнул аромат ее запястья. И тебе нравятся мои руки на тебе.

Когда он встретился с ней взглядом, она густо покраснела и вернулась в дом.

Розовый становился его любимым цветом в мире, особенно на светлокожих женщинах. Какие оттенки он найдет на ней в другом месте… и как они будут ощущаться на вкус под его губами и языком?

Бри поспешила обратно на кухню, ее кожу покалывало там, где рука Зеба обхватила ее лицо. Когда он делал что-то подобное, ей хотелось позволить ему большее. Его руки были так искусны во всем. Строительство и ремонт. Драка и стрельба.

А как насчет секса?

От этой мысли ее тело обдало жаром.

Возьми себя в руки, Бри. Заниматься сексом с Зебом — плохая идея… Что, если она отреагирует так же, как на Эвана? После этого она не сможет встретиться с ним лицом к лицу. Черт побери, она никогда не сможет остаться здесь, в домике, и, вероятно, не в Колд-Крике.

Нет. С этими двумя парнями придерживайся хороших дружеских отношений на расстоянии. Никаких дружеских прикосновений.

Она нахмурилась. Учитывая то, как Зеб вдохнул ее запах и едва заметно улыбнулся, у нее могли возникнуть проблемы с этим планом.

На кухне она проверила печеные бобы, наслаждаясь ароматом ветчины и патоки. Миски с картофельным салатом и макаронами ждали в холодильнике — и теперь она понимала, почему холодильник был таким большим. Закуски были готовы: хрустящие овощи с соусом, пироги со шпинатом и чипсы для самых маленьких. Кукуруза была подготовлена для гриля. Напитки стояли в холодильнике.

Вечеринка начинается.

Когда снаружи послышались голоса, ее внутренности скрутило, как будто она проглотила крысу — живую. Расслабиться. Я знаю всех этих людей. Только от этого стало еще хуже. Сделав глубокий вдох, она схватила поднос с закусками и вышла из кухни.

Поставив поднос на столик с закусками, Бри огляделась. У увитого виноградом входа Рози собирала деньги с горожан. Пожилая женщина охотно вызвалась помочь поработать контролером и кассиром в обмен на бесплатную еду.

К радости Бри, несколько гостей уже разбрелись по патио. Ближе к центру за столом сидел Калум и смеялся над чем-то, сказанным Зебом.

Словно почувствовав ее взгляд, Зеб обернулся, и его черные глаза, словно твердые руки, пробежали вверх и вниз по ее телу. Она покраснела, осознав, что пристально смотрит на него. Задумчивая улыбка, искривившая его губы, и расплавленный жар в глазах говорили о том, что он знал.

— Присоединяйся к нам, маленькая самка.

От грубого звука его голоса у нее по спине пробежала дрожь.

Она подошла к ним.

— Ты выглядишь лучше, Брианна, — сказал Калум. Когда она напряглась, его улыбка исчезла. — Сожалею, что ты пострадала от рук Клауса, но ты, вероятно, спасла других от худшего. У другой женщины, возможно, не было бы рядом Кахира, способного защитить ее.

Его слова сняли большую часть вины, давившую на нее. Он был прав. Клаус не остановился бы на ней.

— Он нарушил закон, Брианна, а Херне вынес приговор и привел его в исполнение. — Обеспокоенное выражение его лица вмиг избавило ее от жалости к себе. Что за кошмары ему снятся? Он спас ее, но какой ценой?

— Спасибо, Козантир, — тихо сказала она. Брианна наклонилась и быстро поцеловала его в щеку.

Затем она встряхнула головой, словно это был ее мех. Хватит о прошлом. В конце концов, сегодня у них вечеринка. — Ладно, ребята, — сказала она. — Мне интересно, вы двое созванивались друг с другом, чтобы договориться кто что оденет? — Она потянула Зеба за футболку. — Черный, черный и… О да, еще черный. Возможно, мне придется пройтись по магазинам, чтобы составить вам компанию.

Лицо Калума просветлело.

— По крайней мере, это эффектно, — фыркнул Зеб и шагнул в ее личное пространство, близко и интимно. — Желтый тебе идет, маленькая самка. Оставь черный цвет уродливым самцам. — Он провел пальцем по причудливой вышивке бисером на ее свитере с V-образным вырезом, иногда касаясь ее кожи, а не ткани.

Волнующий разряд пробежал по телу, и ее соски напряглись. Она сделала шаг назад. По изгибу его губ она поняла, что ей следовало бы надеть более плотный бюстгальтер.

— Что бы ты хотел выпить, Калум? — поспешно спросила она.

— У нас есть пиво, чай со льдом, «Кулэйд», лимонад, вино и вода.

— Чай со льдом был бы очень кстати. — В его глазах плясали веселые огоньки.

— Сейчас принесу. — Она бросила хмурый взгляд на Зеба и увидела тот же смех в его глазах.

Мужчины.

На кухне она налила Калуму напиток и положила сахар, салфетку и ложку на крошечный поднос. Напоив его чаем — Зеб, черт возьми, мог бы и сам его заварить, — она ходила взад и вперед, вынося здоровенные стеклянные кувшины с чаем, «Кулэйдом» и лимонадом. Рядом со столом стояли кружки и бокалы с охлажденным пивом.

Сидя за барбекю, Шей поднял брови, молча спрашивая, стоит ли ему начинать. Она оценила количество людей — люди, ура! — и кивнула.

Первый бифштекс с шипением упал на решетку, испуская пьянящий аромат мяса, замаринованного в чесноке и масле. Блюстители холестерина — бегите, пока можете.

Бри улыбнулась, когда Вики вошла во внутренний дворик вместе с Алеком.

Женщина вернулась как раз вовремя.

— Приветик.

Когда они подошли, Бри нахмурилась, видя, как Алек обнял Вики за талию, гладя обнаженную кожу под коротким топом. Вики была замужем за Калумом.

Неужели Алек не понимает, что его брат может убить любого одним лишь прикосновением? Да даже если бы не мог, связываться с замужней женщиной было неправильно.

— Итак. — Она заставила свой голос звучать бодро. — Как поживаешь? Эм, вы оба?

Вики сверкнула глазами. — Бри, никогда не играй в покер.

Бри тяжело вздохнула. Когда она жила на улице, то умела угонять машины и воровать не хуже других. Но лгать? Она каждый раз все портила. — Я просто спросила, как ты.

— И ты подумала, почему Алек обнимает меня, а Калум нет, верно?

— Господи, просто скажите мне всё, как есть, — пробормотала Бри, краснея и бросая взгляд на Алека.

— Нет, не впутывайте меня в это. Мне удалось избежать обсуждения этого вопроса, когда Злючка впервые появилась. И теперь я уж точно не собираюсь участвовать в этом разговоре. — Алек наклонился и поцеловал Вики — с языком — и неторопливо подошел к остальным мужчинам.

— Черт, этот мужчина творит своим языком что-то невероятное, — пробормотала Вики.

— Э-Э, Вик? Ты знаешь, что такое СМИ?

Фырканье.

— Слишком много информации? — Усмехнувшись, Вики откинула назад свои темные волосы. — Что ты видела между мной и Алеком? Шей попросил меня обсудить это с тобой.

К чему ей вообще эта информация о внебрачных связях Вики? — Сейчас не самое подходящее время. — Да и вряд ли для этой темы оно когда-нибудь будет подходящим.

— Верно, но утром я снова уезжаю в Деревню Старейшин.

— А разговор о тебе и Алеке — он мне вообще зачем?

Вики рассмеялась.

— Упс, долбаная коммуникация. Я имела в виду, что должна поговорить с тобой о спаривании.

Боже, этого еще не хватало!

— Для этого точно не самое подходящее время. Ребята мне все объяснят.

— Спустись на землю. Алек, который говорит на любые темы — и то отказался обсуждать это со мной. Неужели ты думаешь, что твои дикие Кахиры научат тебя практикам спаривания?

— Они рассказали мне о Собрании.

— Они ждали до последней минуты, когда не смогли найти никого другого?

Несмотря на беспокойство, копавшееся внутри нее, как червяк, Бри не могла не рассмеяться. — Совершенно верно.

— Мужчины такие засранцы. Но учитывая то, как они следят за тобой, тебе нужно знать пару вещей. В чужих культурах необходима хорошая разведка.

Они следят за мной? Бри огляделась по сторонам. Зеб разговаривал с владельцем книжного магазина. Но Шей? Да, он наблюдал за ней, и от собственнического выражения на его лице тело Бри вспыхнуло жаром, от пальцев ног до головы.

— Понимаешь, что я имею в виду?

— Ага. — Ух ты. — Обычно он этого не делает…

— Здесь есть и другие мужчины, а оборотни очень заботятся о своих женщинах.

— Я не их…

Вики перебила.

— Самое основное: мужчин рождается гораздо больше, чем женщин.

— Это я знаю.

— Хорошо. Тогда ты поймешь, почему брак — это, как правило, одна женщина с двумя или более парнями.

Земля покачнулась, как будто Бри ступила на подвесной мост. Больше одного мужчины? Как мормоны, только наоборот?

— Ни за что.

— Да, кстати. Мужчины, как правило, являются сородичами, потому что братья не ревнуют друг к другу. Но если кто-то еще претендует — это война.

Подожди, подожди, подожди, Алек и Калум — братья.

Однопометники. Бри обернулась. Смеющийся взгляд Алека встретился с ее взглядом, показывая, что он точно знал, что объясняла Вики.

— Ты замужем за ними обоими?

— И чертовски рада этому. Джоди довольна своим трио. — Вики кивнула в сторону, где за столиком сидели невысокая темноволосая женщина и трое мужчин.

Три мужа? Это за гранью…

Пока Бри пыталась справиться с потрясением, Вики налила себе лимонада.

— К следующему Собранию я вернусь, и мы сможем поговорить накануне вечером. С алкоголем. Он тебе понадобится.

— Я бы и сейчас от него не отказалась.

— Черт возьми, как же мне знакомо это чувство. — Вики потягивала лимонад. — Моя подруга, Хизер, иногда появляется на наших сборищах, я прошу ее посещать их, на случай если я еще чего-то не знаю. — Она с теплотой посмотрела на Калума и Алека. — Между нами говоря, мы доведем тебя до боевой готовности.

— Ты действительно была морским пехотинцем? — Бри улыбнулась. — Да, мэм. Я была бы вам очень признательна. — У меня есть друг.

— Тогда это наш план. — Вики посмотрела через плечо Бри и приказала, — А теперь возвращайся на свою вечеринку.

Бри обернулась. Святая корова. Она прижала руку к своему беспокойному животу. Внутренний дворик был заполнен несметным количеством людей: загорелые гости из домиков, вернувшиеся с рыбалки и явно предвкушавшие отличное времяпрепровождение; горожане, включая владельца бакалейной лавки Мистера Бати и владельца книжного магазина Мистера Торсона; несколько человек — студенты колледжа; семьи с детьми, снующими вокруг, как щенки.

Волчья стая стояла у столика Рози на входе. Бри почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица, когда она увидела, что Герхард тоже пришел.

Как только Вики отошла, рядом с ней появился Шей. Он прижал Бри к своей широкой груди, одной рукой обхватив ее за талию. Положив подбородок ей на плечо, он прошептал ей на ухо:

— Это была вина Клауса, линнан, а не твоя, и мы справимся с последствиями, как нам нужно. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

— Я знаю, что не позволишь, — сказала она. Он защитит ее, как и Зеб. Смерть Клауса не ее вина. Ей нужно продолжать убеждать себя в этом.

Она изучала небольшую толпу волков-оборотней у входа. Они привели с собой детей и улыбались.

Они приехали на вечеринку, а не вершить самосуд. Тугой комок в животе ослабился.

— Все в порядке, маленькая волчица?

Бри неохотно отстранилась. Почему эти мускулистые руки, обнимающие ее, заставляют ее кости таять?

— Я в порядке, большой волк.

Он одобрительно улыбнулся ей.

— Я принесу остальную еду. — Она также хотела воспользоваться моментом, чтобы восстановить душевное равновесие в убежище своей кухни.

Слишком много потрясений. Не только стая с разъяренным Альфой, но и неожиданное открытие — больше одного мужчины на женщину?

С едой я справлюсь, а вот остальная часть моей жизни — сплошная неразбериха.

Когда Брианна поспешила прочь, Шей вздохнул. Он наслаждался тем, как она расслабилась в его объятиях. Она, вероятно, понятия не имела, какое удовольствие доставляет мужчине то, что женщина принимает его защиту.

Не то чтобы он проделал очень хорошую работу. Казалось, каждый раз, когда она исчезала из его поля зрения, кто-то причинял ей боль. Конечно, если бы она рассказала им о поведении Клауса на забеге стаи, у этого придурка не было бы шанса напасть на нее во второй раз.

Понимание того, что она пыталась защитить его и Зеба, выбивало их из равновесия.

Тем не менее, решение проблемы было очевидным — он просто привяжет ее к себе. Да. А сейчас ему нужно вернуться к работе.

Подойдя к грилю, он закончил выкладывать бифштексы, пересчитал количество людей и добавил гамбургеры и хот-доги.

Несколько минут спустя Брианна проверила результаты его готовки, одарила его довольной улыбкой и унесла блюдо. К ней вернулось самообладание, и она слегка подпрыгивала при ходьбе.

Клянусь Херне, она представляла собой прелестное зрелище. У ее свитера был свободный вырез, который постоянно соскальзывал вниз, оставляя ее бледное плечо обнаженным и умоляющим о том, чтобы мужчина прикусил мягкую кожу. Если бы он сдвинул ткань еще ниже, то обнажил бы — обрамляя — твердую, полную грудь. Он хотел покусать эти груди еще до того, как узнал, что она оборотень.

Его член затвердел. Плохой волк. Но, клянусь Богом, ему нравилось наблюдать за ней.

Она была в своей стихии. Смеясь, она уверенно разогнала назревающую драку между подростками, затем подхватила растерянно выглядевшую девушку из колледжа и познакомила ее с группой подростков ее возраста, нашла стул для старого чудака и втянула в игру, привлекая к его столу еще нескольких человек.

Нет, больше, чем ее стихия, это были ее владения, где она правила. И справлялась с этим прекрасно.

Следуя ее примеру, он повернулся к ближайшей группе своих постояльцев.

— Как рыбалка, ребята?

— Привет, я поймал сегодня утром пару радужных форелей. — Этот двадцатилетний зануда надулся так, будто спас мир от голода. — Только я не знаю, что с ними теперь делать.

— Ты их выпотрошил? — Пожалуйста, скажи, что ты их выпотрошил.

— Да. Дэвин показал мне. Но вот как их готовить?

— Проще всего бросить в кастрюлю, налить немного масла, посыпать пшеничной или кукурузной мукой, посолить, поперчить и поджарить. Если ты хочешь поизысканнее, попроси Брианну. — Он мотнул головой в ту сторону, где она расставляла большие миски с бобами и салатами.

— О Боже, я так хотел с ней познакомиться. Спасибо! — Ботаник и его друзья поспешили прочь.

Шей зарычал, но быстро взял себя в руки. Они были людьми. Значит, не заинтересуют Брианну.

Однако раздражающий гнев — ревность — не исчез, и он покачал головой. Предполагалось, что его путь будет одиноким. И все же у него появился брат. Потом Брианна. Черт, да весь город. Раздраженно хмыкнув, он заметил девушку, терпеливо ожидавшую его внимания.

— Эй, ты. Бургер, хот-дог или стейк?

Золотоволосая, с россыпью веснушек, она напоминала ему волчонка-подростка — угловатость и никакой грации.

— Мне, пожалуйста, хот-дог. Я — Джейми, а ты — Шеймус, верно?

Шеймус, ну естественно.

— Ты разговаривал с Калумом.

Протянув руку, другой рукой он передал хот-дог.

— Зови меня Шей, и я рад познакомиться с тобой, Джейми. — Он нахмурился. Будь я проклят, если она не показалась мне знакомой. Он где-то слышал ее имя. — Мы уже встречались?

— Нет, сэр. Не совсем. Вы с Зебом спасли меня и Бри от адского пса. Я хотела поблагодарить тебя.

К его удивлению, она обняла его. Его, ужасного адских-псов-убивающего Кахира.

Секунду он держал руки в воздухе, потом сдался и обнял ее в ответ. Черт.

— Не за что, Джейми.

— Ты серьёзно пострадал, — сказала она, ее голос был приглушен его рубашкой.

— Все было не так уж плохо. — Отстранившись, Шей увидел слезы на ее щеках и чуть не запаниковал. Осторожно, неуклюжими пальцами он вытер слезы. — Послушай, детеныш. Я не знаю никого, кого бы мне хотелось спасти больше, чем тебя и Брианну. Это была честь для меня. Окей?

— Окей. — Она шмыгнула носом, а затем ее улыбка вспыхнула, как солнечный свет после пасмурного дня. Когда она подбежала к Алеку, Шей покачал головой. Алек и детеныш Калума — неудивительно, что она была в замешательстве. Еще более ужасным было то, что ее мачехой была смертоносная Вики. Шей с улыбкой взял лопатку. Через несколько лет девчонка будет ввергать в хаос самцов.

Он перевернул еще несколько гамбургеров и огляделся.

За столом для пинг-понга в конце патио сидела группа молодых гостей, а шахматная доска, которую он оставил, привлекла внимание Торсона и Бэти. Старающиеся казаться крутыми подростки играли в бадминтон и обменивались шутками с противоположным полом. Он заметил, что к ним присоединилась Джейми. За столиками болтали пожилые люди, постукивая ногами в такт «Beach Boys» из стереосистемы.

Барбекю, похоже, удалось.

— Иди к гостям. Я разберусь с этим, — Зеб появился у его локтя. — Избегай стаи, Герхард рвется в бой.

— Альфа-дырка. Он знал, каким был Клаус. Ему следовало посадить его в клетку, а не игнорировать проблему.

— Теперь уже поздно. — Зеб выхватил длинную вилку из руки Шея. — Никаких драк. Я только что закончил ремонт после нашей драки в таверне.

Подавив улыбку, Шей направился исполнять обязанности хозяина.

Его брат продержался дольше, чем того ожидал Шей. Даже лучше, он отставил я-прикончу-тебя выражение лица, которое обычно носил на публике. Колд-Крик шел ему на пользу.

Стоя рядом со столиком с напитками, Шей взял в одну руку бутылку вина, а в другую — кувшин с холодным чаем, и стал обходить стол. Он поспорил с Торсоном об одной книге, восхитился двумя новорожденными детенышами и увернулся от стаи мельтешащих малышей. Он встретил Джоди и ее мужчин, которые владели местной клининговой компанией, и задержался с ними, чтобы обсудить цены.

Услышав радостные возгласы, он обернулся и увидел восхищенное выражение на лице Брианны.

Когда Бри принесла десерты, бурные аплодисменты привели ее в восторг. Она испекла пирожные с густой липкой глазурью и добавила к ним мороженое, а также множество печенья для тех, кто не хотел выпачкаться.

Тарелка с брауни была потому, что она заслужила шоколад после этой паршивой недели. И, может быть, потому что ей нравилось видеть блаженное выражение лица Зеба, когда она протягивала ему пирожное.

Даже стая расслабилась, поскольку все наслаждались сахарной лихорадкой.

С пирожным в руках, большинство мужчин — включая Герхарда — отправились смотреть игру в бадминтон.

Некоторые остались. Когда волосы на затылке Бри встали дыбом, она обернулась. Окруженная женщинами стаи, Тайра свирепо смотрела на нее.

И именно поэтому я хотела, чтобы ты была здесь. Бри расправила плечи и подошла к альфа-самке.

Тайра открыла было рот, несомненно, чтобы сказать что-то гадкое, но Брианна опередила ее.

— Раньше я не понимала правил, — быстро сказала Бри. — Я уверена, ты в курсе, что я выросла, не зная об оборотнях, и я все еще только учусь. Надеюсь, вы все мне поможете. — Она улыбнулась другим женщинам, прежде чем посмотреть Тайре прямо в глаза. — Пожалуйста, прости меня за мою ошибку, Альфа. — Она опустила глаза, и это потребовало от Бри немалых усилий.

Тишина.

Бри уставилась на свои ноги, ее беспокойство было подавлено желанием рассмеяться. Большинство женщин стаи были здесь, свидетели того, что Бри была очень скромной и вежливой. При Козантире, других оборотнях, не входящих в стаю, и кучке людей, Тайра едва ли могла подойти к волчице и избить ее, или даже быть откровенно грубой. Попалась, сука.

— Извинения приняты, — наконец отрезала Тара. — Сделай так, чтобы этого больше не повторилось.

Бри кивнула, не поднимая головы. Не хихикай.

Следи за лицом. Она услышала, как альфа-самка ушла, сопровождаемая большей частью стаи.

Чье-то бедро ударилось о бедро Бри, и она подняла голову.

— Хорошая работа, девочка. — Серьезное выражение лица Энджи противоречило смеху в ее глазах. — Очень хитро придумала.

— Ну, спасибо.

— Когда ты завтра принесешь свои лакомства, мы с тобой поболтаем.

Да!

— Звучит неплохо.

Поджав губы, Энджи подошла к игрокам в шашки:

— Торсон, когда ты выиграешь, следующая партия моя.

Сияя от своей победы, Бри подошла к столу с десертами, чтобы оценить ущерб. Шей все еще стоял возле мороженого, жестикулируя ложкой, пока разговаривал с Алеком. Большая часть торта исчезла, как и половина печенья. Воздух наполнился смехом, гудели разговоры.

Барбекю удалось на славу.

***

Мероприятие подошло к концу, гости неохотно начали расходиться, и в конце концов остались только Шей, Зеб и Брианна. Шей закончил вытирать решетку от гриля и закрыл крышку. Клянусь рогами Херне, он чувствовал бы себя менее уставшим, если бы гнался за стадом бизонов по Великим равнинам. Брианна была не единственной, кто волновался.

— Мне все понравилось. За исключением Стаи.

Зеб закрыл мусорную корзину.

— Все прошло неплохо.

— Да, силы потрачены не зря. — Шей схватил банку пива из ледяной воды в контейнере и протянул еще одну Зебу. С облегченным вздохом он опустился на стул, положил ноющие ноги на стол и залпом выпил половину банки. — Первое пиво, которое я выпил за ночь.

Устроившись напротив него, Зеб поднял банку с пивом в знак приветствия.

— И я.

— Здесь хорошие люди, бхратхайр. — Шей откинул голову назад. По мере того, как угасал солнечный свет, на черном небе начали появляться звезды.

Рядом ухнула сова. Древесная пикси, наблюдавшая за вечеринкой весь день, удалилась в свое гнездо.

— Согласен.

— Знаешь, я не задерживался ни на одном месте с тех пор, как мне исполнилось двадцать три или около того. — С тех пор, как умерли его братья. Он вздохнул.

— Я устал от переездов.

— Щенки не должны давать пожизненных клятв.

Шей провел пальцами по двум отметинам на скуле.

Рога Херне для клятвопреступников. Клинок Кахира. Оба шрама появились с принятием Херне его клятвы, как раз перед тем, как начались мучительные изменения в массивного Кахира.

— Я не видел для себя никакого будущего. Был слишком переполнен гневом. — Черные глаза Зеба встретились с его глазами в полном понимании. И сожалении.

— Привет, ребята. — Брианна бедром сбросила ноги Шея со стола, а затем поставила поднос. Тарелки были заполнены сэндвичами с мясом и картофельным салатом. — Я видела, что сегодня ты ничего не ел.

Когда до Шея донесся запах мяса, в животе у него заурчало громче, чем ужаленный пчелой медведь. Он взял бутерброд.

— Ты, линнан, настоящее сокровище.

— Я знаю, — сказала она. С душераздирающим стоном она положила ноги на соседний стул. — Эта работа гораздо сложнее, чем быть просто барменшей.

Шей одарил ее улыбкой.

— Но и платят лучше. Мы неплохо заработали.

— Круто. Я могу купить кое-что на кухню. Энджи хочет подписать контракт. — Она просияла, глядя на них. — У меня есть бизнес.

— Ты выглядишь счастливой, девочка.

— Так и есть. — Проведя пальцами по волосам, Бри призналась, — Я ненавидела Калума за то, что он заставил меня остаться здесь. Ведь я никогда не выезжала из Сиэтла, и там было мое место. Мой дом.

— А теперь? — спросил Шей.

— Маленькие города — это совсем другое дело, не так ли? Люди остаются на своих местах, не переезжают. Они стабильны. А мне очень, очень нравится стабильность. — Она схватила бутерброд с подноса. — Я все время переезжала, когда была маленькой, и ненавидела это. Но здесь… здесь у меня может получиться. Я останусь в Колд-Крик и сделаю это место своим домом.

Зеб встретился взглядом с Шеем. Слишком скоро их отзовут. И тогда им придется оставить ее.

Глава 21

До полнолуния оставалось всего четыре дня, и ребята были где-то далеко, обучая Кахиров Колд-Крик убивать адских псов. Держать мир оборотней в безопасности. После пары бокалов вина Бри приняла душ — еще один — и уже приготовилась ко сну, но в домике было слишком пусто.

Повременив со сном, она спустилась вниз, одетая во фланелевую пижаму. Бросив стопку мягких одеял у застекленного камина, она поставила бокал и бутылку вина на каминную полку.

Вздохнув, Бри устроилась в своем гнездышке и налила себе еще вина. Уровень жидкости в бутылке приятно снижался. После откровений Энджи ей понадобилось два душа и много жидкой храбрости. Было бы лучше, если бы один из парней был дома, но эй, так мне достанется больше алкоголя.

Затемненное дымом стекло камина показывало саламандр, танцующих в пламени, сплетающихся в очень сексуальные узоры.

Да. Секс. Вот почему она была пьяна и подавлена.

Со своей обычной прямотой Энджи посмеялась над планом Бри напиться до беспамятства на следующем Собрании.

Она сказала, что не важно, насколько Бри опьянеет, она все равно попытается спариться. Возможно, она отключится на пару часов, но это не продлится всю ночь.

Бри собиралась навестить Донала в следующий раз. И поговорить, как бы унизительно это не было. Но он не вырубит ее без приказа Козантира — а Калум не отдаст его. Не для того, чтобы нарушить закон.

Так что она обязана посещать эти Собрания.

И заниматься другими вещами тоже. Она взяла бокал и отпила половину. Энджи спарилась с Зебом на Собрании. Бри хотела влепить пощечину пожилой женщине и сказать ей, чтобы та держала свои руки подальше, но Энджи не сделала ничего плохого. Предположительно, спаривание во время полнолуния не создавало никаких связей.

И… очевидно, на Собраниях Зеб и Шей привлекали самок, как койоты падаль. Если парень был избран Богом — как Кахир, Козантир, целитель или маг клинка, — то женщины хотели получить эти гены.

Она сердито посмотрела на саламандр. Те смотрели на неё в ответ, замерев неподвижно, их глаза были похожи на блестящие черные угли на пылающей коже. Пугаешь детей, Бри? Она вздохнула.

— Извините, ребята.

Взмахнув хвостами, они начали играть в пятнашки, ныряя в угли и посылая в воздух сверкающие искры.

Пора взглянуть фактам в лицо. Собрания и забеги должны были стать частью ее жизни, а это означало, что она должна заниматься сексом… без панических атак.

И у нее не будет огромных нянек, чтобы охранять ее. Энджи была впечатлена тем, что Зеб и Шей остались с ней, но Козантир не позволит этому длиться вечно. Гены Кахиров ценились в клане.

Бри печально улыбнулась. У этих двоих были отличные гены. Шей был великолепен, Зеб смертельно опасен, и оба были потрясающе мужественны. Она прикоснулась холодным стеклом к щеке. Казалось, их влечет к ней. Они всегда прикасались к ней. Целовали. Обнимали. Каково это — зайти дальше?

С кем из них она хотела бы заняться любовью? Она спросила Энджи о том, что такое брак нескольких мужчин и одной женщины, и та рассмеялась.

— По одному вопросу за раз. Если ты не занимаешься сексом, то количество мужчин не имеет особого значения.

Верно подмечено.

Звук стука по крыльцу заставил ее подпрыгнуть. Прохладное вино расплескалось по краям бокала, и потекло по ее пальцам.

Дверь открылась, и Шей вошел внутрь. Его плечи и волосы были покрыты белым. Когда он поставил ботинки на полку, она поняла, что это он стряхивал с них снег. Должно быть, разразилась буря.

Больше никто не вошел.

— А где Зеб?

Шей бросил куртку на вешалку.

— Он проиграл жеребьевку и должен идти по маршруту с младшими не-кахирами, обучая их искусству выживания.

О Боже, Мистер-считай-каждое-слово будет брюзгой, когда вернется. Она хихикнула.

Шей склонил голову набок, его серо-голубые глаза пронзили ее насквозь.

— Я никогда не видел, чтобы ты пила в одиночестве, линнан. Что-то не так?

— Да. — Она нахмурилась, глядя на бутылку вина. Осталось совсем немного. — Энджи сказала мне, что мне не удастся напиться настолько, чтобы пропустить Собрание, и Донал не вырубит меня на этот период.

— А-а… — Он подошел ближе и присел перед ней на корточки. Его твердая рука обхватила ее подбородок, приподняв голову. — Я и не подозревал, что ты надеешься избежать этого.

— Мне это показалось хорошим планом.

Когда она надулась, его глаза наполнились весельем.

— Вместо этого у тебя появился новый план?

— Да. — Если бы она могла произнести эти слова. Брианна сглотнула, в горле у нее ужасно пересохло. — Займешься со мной любовью?

Ее мужество встретиться лицом к лицу со своими проблемами рано или поздно разобьет ему сердце. Шей закрыл глаза. Это будет так же опасно, как красть мед с пчелиного улья. По крайней мере, для него.

Он даст ей то, что ей нужно, но… это не будет занятием любовью, как она сказала.

Он не должен пытаться завоевать ее, чтобы она стала его и Зеба парой, как бы ему этого ни хотелось. Не губи ее жизнь, пушистая морда. Шей посмотрел в ее большие голубые глаза.

— Да. Если ты этого хочешь.

Когда он опустился перед ней на колени, ее запах был наполнен страхом, а не возбуждением. Вот сейчас она испугается и отступит еще до того, как он пошевелится. — Дай мне руку. — Она вложила свою руку в его. Красивые пальчики дрожали в его большой ладони.

— Брианна, я когда-нибудь делал тебе больно?

— Нет.

— Ты доверяешь мне?

— Я не уверена. — Ее брови сошлись на переносице. — Хм. В основном.

Он разразился лающим смехом.

— Ну, зато честно. — Он поцеловал один палец. — Тебе было больно?

— Н-нет.

Он поцеловал другой, позволяя своим губам ласкать ее кожу, чередуя поцелуи с небольшими облизываниями. На вкус Брианна была как сахар и яблоки. Шей придвинулся ближе и поцеловал ее запястье, вдыхая зарождающееся возбуждение. В мире не было лучше этого запаха, и на коже Брианны он был пьянящим. — А так больно?

Она подавилась смехом.

— Просто перестань, ладно? Я понимаю к чему ты ведешь.

Он был достаточно близко, чтобы обхватить ее лицо ладонями и встретиться с ней взглядом в пляшущем свете камина.

— Я знаю, что ты боишься. — Она попыталась отстраниться, но Шей не позволил, держа руку на ее лице и не сводя с нее глаз.

Его рука была горячей, а глаза — серо-синими, когда он поймал ее в ловушку своим взглядом и своими прикосновениями.

— Шей, я…

— Брианна, давай просто попробуем. — Медленная улыбка осветила его лицо. — У меня есть друг, который увлекается связыванием, плетьми и тому подобным. Он странный, но ему это нравится, как и его женщинам.

— Ты собираешься выпороть меня? — Ее свободная рука сжалась в кулак. Я не могу…

Его сердечный смех эхом отразился от бревенчатых стен. — Клянусь рогами Херне, нет. Но его партнерши говорят особое слово, если что-то слишком сильно — боль, веревки, что угодно. Если он слышит его, то сразу же останавливается. Мы используем Элвиса. — Шей наклонился ближе, его тело почти касалось ее. — Скажи это. Какое слово может прекратить все?

Внутри ее живота началась дрожь.

— Элвис, — прошептала она. Ее пес, который рисковал жизнью, чтобы спасти ее. — Элвис.

— Хорошая девочка. Если ты скажешь «нет» или «стоп», я сбавлю обороты. «Элвис» — это полная остановка. — Его глаза были с ней на одном уровне.

Если потребуется, он остановится. Страх Бри начал понемногу рассеиваться.

— Ну вот, теперь ты заставила меня волноваться, и за это ты должна меня поцеловать. Отважишься на такое?

Поцелуй. Брианна уставилась на него.

Когда он улыбнулся, солнечные морщинки в уголках его глаз стали заметнее. У него не было ямочек на щеках — слишком мощная челюсть — но была небольшая ямочка на подбородке. Ей захотелось прикоснуться к ней.

Конечно, она могла поцеловать его. Она делала это и раньше, только не в качестве прелюдии к… Бри поднялась на колени и все еще была слишком низкой. Шей не двигался. Ее рука дрожала, когда она положила ее ему на шею. Его густые волосы обвились вокруг ее пальцев, когда она проследила линии мышц. Она потянула его голову вниз и подняла лицо.

Его губы были нежными. Гладкими. Проведя своими губами по его губам, Бри уже начала отстраняться, как Шей пробормотал:

— Еще.

Ее сердце билось слишком быстро, но она могла дышать. Его рот приоткрылся под ее губами, его язык прошелся по ее губам. Она вздрогнула от этого ощущения. Шей прикусил ее подбородок, нежно пососал нижнюю губу и скользнул языком внутрь.

Жар затопил ее внутренности, когда он исследовал и уговаривал ее язык принять участие в игре. Губы мужчины на ощупь отличались от ее губ. Более твердые. Когда он потерся щекой о ее щеку, дневная щетина слегка царапнула ее кожу.

Шей поднял голову, его глаза потеплели от желания.

Не помня, как, Бри прижалась к нему, и теперь ее груди касались его твердой груди. Она попыталась отстраниться, но он положил руку ей на поясницу, останавливая.

— Чего-то слишком много, девочка? Используй свое слово, если нужно.

Она замерла.

Пока он ждал, его рука медленно скользила вверх и вниз по ее спине. Это успокаивало, и все же ощущение его твердой ладони, даже через фланелевую ткань было… возбуждающим.

— Брианна?

— Я в порядке.

— Хорошая девочка. — Одобрение в его глубоком голосе согрело ее. — А теперь можно тебя обнять? Отважишься на такое?

Пока она пыталась решить, он обнял ее за плечи и придвинул ближе, пока ее колени не коснулись его, и она прижалась к нему всем телом.

— Тебе хорошо, моя линнан. — Его руки напряглись. — Поцелуй меня еще раз.

Судорожно вздохнув, Брианна подняла голову.

На этот раз Шей взял на себя ответственность за поцелуй, завладев ее ртом так требовательно и глубоко, что у нее закружилась голова. Его руки двинулись вниз по ее спине, и обхватили ягодицы, сжимая их через фланелевую ткань. Возбуждение просочилось в ее кровь.

Он поднял голову и прошептал ей в губы:

— На нас слишком много одежды.

Пуговица за пуговицей он расстегивал ее пижаму, не сводя глаз с того, что открывалось его взору.

Когда воздух коснулся ее обнаженной груди, Брианна схватила его за руки и замерла. Я хочу этого.

— Я могу раздеться сама.

Его взгляд с тяжелыми веками хранил тепло вместе с нежностью, которая превратила ее тело в кашу.

— Почему бы тебе не позволить мне сделать это за тебя? — Не отрывая от нее взгляда, он завел руку ей за спину. Другая его рука скользнула под расстегнутую рубашку и легла ей на шею, на ключицу. — Ты такая красивая, маленькая волчица, и кожа у тебя такая гладкая. — Он глубоко вдохнул. — От тебя пахнет ванилью и сахаром. Интересно, ты пахнешь так везде?

Когда его ладони коснулись ее груди, Бри охватила паника. Ее дыхание сбилось, и она попыталась вырваться, но и на этот раз ее попытка была остановлена безжалостной рукой позади нее.

Шей молчал. Ждал. Спустя мгновение, его ладонь вновь начала движение по ее коже. На этот раз она почувствовала тепло его руки. Тело покалывало. Внизу живота тянуло. Хотелось большего. Точно так же, она чувствовала себя на Собрании.

Он стянул с ее плеч рубашку. Обнаженная по пояс, Бри уставилась на него.

— Клянусь Богом, ты прекрасна, — сказал он. Со скоростью густого сиропа его руки скользнули по ее рукам и вернулись обратно к груди. Не приближаясь к соскам, он ласкал нежную нижнюю часть полушарий в долгом, сладком потоке ощущений. — Твоя грудь была создана для такого мужчины, как я, с большими руками. Прикоснись ко мне, Брианна. Я хочу почувствовать на себе твои руки.

Она смотрела на него, загипнотизированная ощущениями, которые пронизывали ее.

Он потерся носом о ее нос, чем заставил ее улыбнуться.

— Ты снимешь с меня рубашку?

Его одежда. Руки Бри дрожали, как будто она выпила полный кофейник кофе, но ей удалось расстегнуть пуговицы на его рубашке и сбросить ее с широких плеч. Она замерла. Нет, Бри, ты видела его голым много раз.

Но сейчас все было по-другому. Он прикасался к ней. Она прикасалась к нему в ответ.

Чувствуя себя так, словно ее тело покачивалось на краю пропасти на сильном ветру, Бри провела руками по его плечам и вниз. Шей замурлыкал от удовольствия, когда она коснулась его груди, ощущая плоские твердые мышцы. Короткие волосы на его груди завивались, как пена, вокруг ее пальцев, когда она исследовала его соски, пока те не сжались до крошечных точек.

Мышцы его плеч напряглись, когда она провела по ним и вниз по рукам. Его округлые бицепсы напоминали гранит.

— Ты такой твердый. Такой крепкий.

— А ты мягкая, нежная женщина, — в его голосе слышалось отвлекающее рычание. Когда Шей снова завладел ее губами, он притянул ее ближе, положив руки ей на спину.

Бри коснулась сосками жестких волос на его груди, и от нахлынувших ощущений у нее закружилась голова.

Шей придвинулся еще ближе, вжимаясь своей эрекцией ей в живот. Даже сквозь джинсы та была огромной, и Бри могла поклясться, что чувствовала пульсацию его члена. Сквозь стиснутые зубы из ее горла вырвался всхлип.

Шей немного отодвинулся назад, всего на долю дюйма, продолжая гладить ее спину. Его пальцы слегка погружались под пояс ее пижамных штанов.

— Мы пойдем медленно, Брианна. У тебя есть слово, чтобы все прекратить, помнишь? Он не собирался отступать, поняла она со смешанным чувством тревоги и возбуждения. Она сжала его бицепсы, пока его руки неумолимо двигались по ней. Он поцеловал изгиб ее шеи, потом плечи, его губы были такими теплыми. Воздух в комнате сгустился, и ее тело стало податливым, двигаясь под его прикосновениями. Она прижалась ближе.

Тихо рассмеявшись, Шей уложил их на мягкие одеяла, а затем уверенными, твердыми руками перевернул ее на спину. Брианна уставилась на него, ее тело напряглось, в ожидании, что он опустится на нее.

Вместо этого он лег на бок рядом с ней, слегка приподнявшись на локте. Шей изучал ее, положив ладонь ей на живот.

— Ты все еще здесь со мной, маленькая волчица? — Ее сердце тяжело колотилось в груди, и страх сгущался вокруг, как дым, но кожа жаждала больше его прикосновений.

Ее соски были напряжены и болели.

— Да, большой волк.

— Какая храбрая самочка, — пробормотал он. Шей положил свою большую руку ей на плечо — никакого беспокойства — и удивил ее, медленно поглаживая ее спереди, скользя извилистыми линиями по внешней стороне груди дразнящими медленными движениями.

Только теперь каждое неторопливое прикосновение его пальцев посылало испепеляющий жар от ее кожи туда, где внутри нее скапливалось возбуждение.

Желая подарить ему то же ощущение, Бри провела рукой по его груди и по твердым мышцам живота.

В его глазах блеснул опасный жар. Склонившись над ней, Шей снова завладел ее губами, ладонью лаская ее правую грудь.

У Брианны перехватило дыхание. Его пальцы нежно поглаживали ее, обводя сначала один сосок, потом другой. Она не могла думать, не тогда, когда его язык заполнял ее рот. Шей отстранился, но только лишь для того, чтобы вновь наброситься на ее губы, настойчиво их кусая и углубляя поцелуй.

Ее соски болели, нуждаясь… а затем его пальцы сомкнулись на одном из них и слегка потянули.

Удовольствие вспыхнуло прямо в ее клиторе, и Бри впилась пальцами в грудь Шея.

— Мммм!

Его смех был сексуальным и мягким. Он разжал ее пальцы, вновь прижимая ее руку к своей груди, прежде чем снова начать терзать ее грудь. Он зажал один сосок между пальцами, и она выгнулась от этого восхитительного ощущения.

— Ах, ты здесь очень чувствительна? — пробормотал он. — Тогда тебе может понравиться вот это. — Скользнув вниз, он взял сосок губами, и жар его рта на ее коже расцвел и в нижней части живота.

Его рот был мягким и влажным, когда он обвел языком ноющую вершинку. Когда он сосал, укол вожделения проник прямо в ее лоно.

— О Боже.

Решив дать груди Бри небольшую передышку, Шей начал спускаться еще ниже, оставляя дорожку из поцелуев. Оттянув на дюйм пояс ее пижамы, он лизнул обнаженную кожу. Еще один отвоеванный дюйм. Он обвел языком ее пупок, и Бри задрожала. Ее бедра слегка приподнялись. Инстинктивно. Хочу большего. Нет, не надо.

— Шей, я…

Слишком легко он стянул с нее пижамные штаны, полностью ее обнажая. Большой мужчина, склонившийся над ней. Ее глаза расширились от ужаса, а жар превратился в лед.

— Нет. Нет, не надо. — Тяжело дыша, она оттолкнула его руки.

— Брианна. Я делаю тебе больно?

Уверенный в себе. Решительный. Ее волчица откликнулась на его голос. Ее наставник. Шей. Но ей не хватало воздуха.

— Я делаю тебе больно? Скажи, — приказал он.

Не делал… Он даже не прикасался к ней.

— Нет, — прошептала она. С трудом набранное дыхание принесло ей его запах, не отвратительный, а чистый и дикий. Мой Шей.

Рядом с ней потрескивал огонь в дровяной печи, в остальном мир был безмолвен. За окном, должно быть, падал снег.

Его серо-голубые глаза изучали ее, следя за выражением ее лица, за ее дыханием. Он узнал ее страх; поймет ли он, как сильно она нуждается в продолжении?

Шей успокаивающе провел рукой по ее животу.

— Тебе больно?

— Нет. — Но я голая. Напуганная.

Он сделал это снова, еще медленнее, и на этот раз ее кожа проснулась под его прикосновением. Он провел пальцем по складке между ее ногой и бедром, и она вздрогнула от тяжелого чувства, растущего внутри нее. Его рука поглаживала внутреннюю поверхность ее бедра, и когда он приблизился к киске, ее внутренности сжались.

— А, вот и мы, — пробормотал он. — Ты снова со мной. — Он раздвинул ее ноги, опускаясь между ними, пока его дыхание не коснулось ее лобка.

О небеса! Прилив желания был таким же горячим, как и на Собрании, и продолжал усиливаться, пока он целовал нежную кожу на внутренней стороне ее бедра. Шей придвинулся ближе, прямо к ее половым губам. От прикосновения его горячего языка к ее коже, внизу живота болезненно заныло.

Клитор обдало горячим дыханием, и тот требовательно запульсировал, словно живой. Прикоснись ко мне. Ее пальцы запутались в его волосах.

Шей поднял голову и посмотрел на нее. Взгляд, поймавший ее собственный, хранил тепло. Удовольствие. Понимание. Брианна беспомощно смотрела на него, и в уголках его глаз появились морщинки.

— Ты готова к большему, моя линнан?

Нет. Да. Пожалуйста.

Он скользнул своими сильными руками под ее ягодицы, слегка приподнял ее, и его рот опустился на ее клитор.

Горячий. Мокрый. Электричество зашипело в ее венах, а внутри все сжалось.

— А-а-а.

Его смех вибрировал на набухшем бугорке, добавляя еще больше ощущений. Шей удовлетворенно пробормотал, — Ничто в мире не имеет такого прекрасного вкуса, как ты. — Его язык дразнил ее вход, ее половые губы и кружил вокруг клитора, который пульсировал в такт ударам ее сердца.

Шей опустил свои широкие плечи, открывая ее еще шире, держа ее ноги раздвинутыми.

Бри охватила паника, когда она почувствовала, как Шей убрал одну руку из-под ее ягодиц, и провел пальцем между ее складочек, продолжая кружить языком вокруг ее клитора. След страха улетучился под усиливающимся жаром.

Ее внутренности напряглись, когда он лизнул ее клитор сверху вниз. Пальцы коснулись ее половых губ, скользкие, дразняще кружили вокруг входа, слегка погружаясь. А потом он ввёл в неё палец. Медленно. Твердо.

Брианна напряглась от мучительного потока воспоминаний.

— Нет, нет, пожалуйста.

Шей поднял голову, но палец не убрал.

— Посмотри на меня, Брианна.

Тяжело дыша, в отчаянии, она посмотрела в его уверенные… неумолимые… глаза.

— Доверься мне, я проведу тебя через это, линнан, — сказал он.

Внутри закружился вихрь эмоций, ее тело охватили сильное возбуждение и страх. И Шей это знал. В промежутке между вздохами она отдалась его знанию, его приказу. Когда Шей пристально посмотрел на нее, ее страх отступил, словно мужчина загородил ее от него своим телом.

— Храбрая Брианна, — прошептал он, целуя сначала внутреннюю сторону одного бедра, а потом другого. Обдал теплым дыханием ее влажную киску, Бри содрогнулась. Шей медленно вытащил палец, и… сунул его обратно. Бри поняла, что ей не больно. И она была такой мокрой.

Двигая им внутрь и наружу, он сомкнул губы на ее клиторе, посылая море удовольствия, пронзающее ее. На этот раз его язык грубо щелкнул по набухшему комочку, и ее киска сжалась на его пальце, посылая крошечные каскады ощущений через нее. Бри потянула Шея за волосы.

— Хорошая девочка. — Его голос был более глубоким, чем обычно, более хриплым.

Его палец двигался внутрь и наружу, медленно, очень гладко, совсем не причиняя боли. Потом он добавил еще один. Наполняя ее, растягивая.

О Боже, ее клитор казался еще более набухшим, когда все, к чему он прикасался, превратилось в бурлящее наслаждение. Она задыхалась, но не от страха, а от возбуждения, и сейчас комната напоминала сауну. Пот выступил по всему ее телу.

Брианна застонала, не в силах думать, когда ее мир сузился до его прикосновений, его рта.

Его пальцы двигались быстрее, погружаясь в нее, вырываясь наружу. Его грубые костяшки пальцев добавляли еще больше ощущений. А потом он пососал ее клитор, зажав его между губами и языком. Когда тиски давления вокруг набухшего комочка сжались, то же самое произошло и внутри нее. С каждым новым толчком его твердых пальцев и движением языка, мир Бри окрашивался в более яркие цвета. Надвигающийся оргазм был подобен лавине, каждый нерв в ее теле натянулся, еще немного, и ее накроет с головой.

Шей зарычал и провел языком по самой верхушке ее клитора, слегка надавливая. Словно кулак, ее внутренности сжимались все туже и туже, а мышцы напряглись, когда она зависла над пропастью. И тут напряжение взорвалось. Миллион кусочков удовольствия вырвались наружу в буре ощущений. О Боже. Последовала еще одна волна, и Бри судорожно сжалась вокруг его твердых пальцев. Другая…

Ее мышцы внезапно расслабились, и бедра упали на одеяло.

Он лизнул ее в последний раз, медленно вытягивая пальцы, и по ее телу прокатилась еще одна волна удовольствия, уже меньшая по своей силе. Комната, казалось, замерцала от жара, когда она попыталась отдышаться. Ее сердце колотилось так сильно, что грудь вздрагивала с каждым ударом.

Скользнув руками по ее бедрам, Шей оттолкнулся и встал на колени между ее ног.

— Ты восхитительна, маленькая волчица, — сказал он, слегка улыбаясь и изучая ее лицо.

Ошеломленная, Бри уставилась на него. Неужели именно это чувствуют нормальные женщины, занимаясь любовью? Неудивительно, что Эшли жалела ее. Легкая дрожь все еще пробегала по ее мышцам крошечными волнами удовольствия.

— Это было…

— Тогда следующий шаг, Брианна. — Шей наклонился вперед, провел руками по ее телу и медленно опустился на ее, накрывая собой, словно теплым одеялом.

У нее была пара секунд чистого счастья, а затем на нее обрушилась реальность его веса и размера. Брианну захлестнула буря страха, лишая дыхания, разума…

Она толкнула его в плечи, осознавая только тяжесть.

— Нет!

Шей слез с нее, но, прежде чем она успела вздохнуть с облегчением, он оседлал ее бедра, и теперь сидел на корточках, едва касаясь ее.

— Брианна. Посмотри на меня. — Он схватил ее за подбородок. — Посмотри на меня, моя линнан, — его глаза были цвета озера, которое он показал ей однажды днем. Под его пристальным взглядом ее паника начала затихать. Отступать.

— Я делаю тебе больно?

Она тяжело вздохнула, не зная, что раздражает ее больше — ее поведение или этот вопрос.

— Нет.

— Я собираюсь снова лечь на тебя. Скажи мне, если будет больно.

На этот раз она ждала, что снова запаникует, но почувствовала только удовольствие, когда его ноги оказались между ее ног, а горячее тело накрыло ее.

Он захватил ее рот поцелуем, его губы требовали ответа.

— Давай, девочка, — пробормотал он, приподнимаясь на локте. — Теперь мы на краю. Я собираюсь войти в тебя. — Он снова поймал ее взгляд. — Скажи мне, если будет больно. Что ты скажешь, если захочешь, чтобы я притормозил?

Он терпеливо ждал, пока она подыскивала нужное слово.

— Нет. — Ох, она уже сказала это, и он сел. Заговорил.

— Спасибо.

В уголках его глаз появились морщинки.

— Не за что.

А что ты скажешь, если захочешь, чтобы я полностью остановился?

— Элвис. — Она нахмурилась. — Я еще не отплатила тебе за то, что ты водил меня за нос, таскаясь со мной в облике собаки.

— Волка. — Он криво улыбнулся ей. — После сегодняшнего вечера я не уверен, кто кому должен. Ты нужна мне так сильно, что мне больно.

— Неужели? — Правда отразилась на его напряженном лице. И все же он не двигался. В груди стало невероятно тепло, но не от жара секса, а от его нежности. Ее сердце разрывалось от желания подарить ему удовольствие в ответ. — Можешь поцеловать меня и… — Давай, пока я не струсила.

Шей наклонился, его рот накрыл ее, такой теплый, по сравнению с ее холодными губами.

Она почувствовала его член у себя между ног. Огромный, толстый, с твердым намерением войти в нее. Ее всхлип прозвучал тонко в тихой комнате.

— Дыши, Брианна. — Шей наклонился, погрузив пальцы в ее влагу. Он медленно погладил ее клитор, вновь возвращая к жизни каждое нервное окончание в ее теле. Брианна выгнулась под его рукой.

— Вот так, — прошептал он, пуская огненные линии по ее клитору, и затем она почувствовала, как он входит в нее. Огромный, медленно погружающийся, все глубже. Растягивая ее… слишком похоже… вокруг ее ребер сомкнулись тиски. Не могу.

— Маленькая волчица. — Шей обхватил ее щеку своей большой рукой, приподнимая ее лицо, заставляя ее посмотреть на него. — Я делаю тебе больно? — Брианна покачала головой, слегка задыхаясь, балансируя на грани паники. Она чувствовала себя такой заполненной, растянутой. Беспомощной.

Рука Шея скользила вверх и вниз по ее телу, бедра не двигались. Он просто гладил ее. Она медленно расслабилась и поняла, что его пах прижимается к ее. Шей вошел в нее практически полностью.

— Храбрая маленькая волчица, — пробормотал он. — Ты хорошо ощущаешься, Брианна. Плотная. Мокрая и горячая. Ты сжимаешь меня так, что мне хочется выть.

Его пальцы безжалостно погладили ее клитор, пробуждая возбуждение, которое по нарастающей начало закручиваться спиралью внизу ее живота. Шей очень медленно вышел, прежде чем снова войти, каждое его движение было чуть быстрее предыдущего. Бедра Бри напряглись. Она приподнялась под его пальцами, и он вошел глубже. Каждый толчок его члена, его пальцев усиливали ощущения, бомбардирующие ее. Брианна начала изгибаться под ним, вонзаясь пальцами в бедра Шея.

Его скорость возросла, и это было приятно, очень приятно. Каждое погружение сопровождалось касанием, дразнящим ее клитор — она не могла сказать, что возбуждало её больше.

Когда ее внутренности сжались вокруг него, она встречала его толчки своими собственными, и тогда стало слишком. Ей нужно было больше.

Нечто большее. Она сбилась с ритма.

Расстроенная, Бри заскулила, ее бедра бесконтрольно двигались, пальцы Шея скользнули по ее клитору.

— О-о-о. — Ее сердцевина взорвалась огненным шаром ощущений, от которых перед глазами побелело. Жар волнами поднимался от ее центра наружу, пронизывая до самых кончиков пальцев рук и ног.

Шей замурлыкал от удовольствия. Затем его рука скользнула под нее, он приподнял ее бедра, начав вбиваться в нее сильно и быстро. Настойчиво, глубоко. Его низкий стон и горячая разрядка вызвали у нее новый приступ удовольствия.

Прежде чем Бри успела перевести дыхание, он перевернул их, устраивая ее сверху. Он все еще был внутри нее, и она чувствовала себя близко, слишком близко к нему.

Когда ее мышцы превратились в растопленное масло, она растянулась на его теле, чувствуя, как сердце колотится под ребрами.

Положив голову в углубление его плеча, Брианна вдохнула и почувствовала запах секса и их запахи, смешавшиеся вместе. Она улыбнулась.

С усилием она приподнялась, ее мокрые от пота волосы упали ей на лицо.

Шей провел пальцем по ее щеке.

— Спасибо за доверие, маленькая волчица. Это очень ценный подарок. — Выражение его лица было серьезным, без тени усмешки.

Он говорил серьезно. Это потрясло ее. Шей был невероятно осторожен с ней. И все же он не позволил ей сдать назад.

И она так сильно хотела его. Кончила, и это было потрясающе.

— Я никогда раньше не испытывала ничего подобного.

Его глаза сузились.

— Не испытывала чего?

— Хм. Оргазма, — призналась она. Даже мастурбируя, ей ни разу не удалось достичь его, вероятно, виной всему были таблетки и метаболизм оборотней. В конце концов, я не асексуалка. Это знание изменило ее эмоции так же, как превращение в волка изменило ее тело. Я совсем не тот человек, каким себя считала.

Шей одарил ее очень довольной, очень мужской улыбкой.

— Рад быть полезным. — Он убрал ее волосы за спину. — Может, нам стоит закрепить знания. — Когда он начал твердеть внутри нее, Брианна очень остро ощутила, как его руки ласкают ее ягодицы. — Клянусь Богом, ты прекрасно себя чувствуешь. На этот раз ты можешь остаться сверху.

***

Покончив с обучением и отправив молодых самцов восвояси, Зеб вернулся в сторожку. Войдя внутрь, он остановился, вдыхая запахи вина и… секса.

Бри и Шей. Надежда и тревога поднялись в нем. С ней все в порядке?

Он нашел Шея на кухне, тот ел прямо из контейнера с картофельным салатом.

— Не дай Бог это увидит Бри.

Шей только хмыкнул.

Зеб достал из холодильника пиво и сел за стол.

— Как все прошло?

— Я никогда в жизни так не боялся.

— А Бри?

— Она выпила бутылку вина еще до того, как я вернулся домой. Когда я вошел, она попросила меня заняться с ней сексом. Мечта, ставшая явью. — Его ухмылка исчезла. — А потом у нее случилось с полдюжины панических атак, даже после первого спаривания.

Зеб поморщился.

— Храбрый Кахир. Ты выяснил, что их провоцирует?

— Некоторые… Не стой над ней, если она лежит на земле. — Шей сделал паузу. — Возможно, именно это и сделал Эван на Собрании. Ей нужно видеть твое лицо. И ей будет лучше, если она сверху.

Зеб недоверчиво уставился на него.

— Ты позволил ей быть сверху? — Очень доминантные волки редко позволяли себе такое положение, и они были менее доминантными, чем Шей.

— Это было нелегко. — Шей печально улыбнулся ему, прежде чем его губы сжались. — Я бы сделал все, что угодно, лишь бы не напугать ее снова.

— Ты молодец. — И я хочу ее так сильно, что у меня болят кости.

— Она чертовски храбрая. — Шей поставил контейнер обратно в холодильник. — Я с нетерпением жду возможности разделить ее с тобой. Вместе. Как братья.

Тепло наполнило Зеба, а за ним последовал холод.

— Нет. Она была воспитана человеком. Один самец, одна самка.

— А теперь послушай, она…

— Брат, мы не можем ее оставить. — Как бы им этого ни хотелось. Его горло сжалось, когда он вспомнил, как она положила свою руку на его, чтобы утешить. Она отдавала себя так свободно, ничего не скрывая. Но она была еще и хрупкой. Ранимой. — Она больше не должна страдать.

— У тебя мозги гнома, если ты думаешь, что ее не влечет к тебе.

От уверенности в голосе Шея Зеб воспрянул духом. Каково это — чувствовать, что женщина желает его вне ночи Собрания?

— Поспи немного. Я попытаюсь снова забраться к ней в постель, не напугав ее. — Шей с грустным видом посмотрел на него. — Я бы убил любого, кто напугал ее… только на этот раз это был я.

Глава 22

Двумя ночами позднее, Бри проснулась от звука открывающейся двери. Сквозняк принес ей запах Шея, и она снова завернулась в одеяло. Еще одна привилегия оборотня — возможность понять, кто есть кто, не включая свет.

Он тихо разделся и скользнул в постель. Коснувшись ногами ног Бри, он отпрянул.

— Господи Боже.

— Что?

Огромный зверь откинул одеяло.

— У тебя вместо ног сосульки.

— Думаешь, если их раскутать, будет лучше? — Она села и схватилась за одеяло.

С тихим смехом он толкнул Бри обратно и закутал так, что теперь ее ноги торчали наружу. Устроившись у изножья кровати, Шей положил ее ноги себе на колени, обхватив их своими большими руками.

Тепло окружило ее холодные пальцы.

— О-о-о, как мило.

— Ты слишком мало ешь, линнан. — Шей массировал ее пятки, свод стопы, пальчики. — Кровообращение нуждается в хорошем топливе. Ты готовишь для всех, кроме себя.

— М-м-м. — Ее глаза почти закрылись от удовольствия.

— Тебе не следует бегать босиком — для этого в домике недостаточно тепло.

Она еще глубже зарылась в одеяло, погрузившись в комфорт.

Он мог читать ей лекции сколько угодно, лишь бы его руки не останавливались.

— Конечно, есть более быстрый способ улучшить кровообращение. — Он поднял одну ногу, и его губы сомкнулись на мизинце. Его язык скользнул по ее коже, невероятно горячий, как бы в напоминание о том, как он любил лизать другие места. Когда он перешел к следующему пальцу, а затем к следующему, посасывая каждый, возбуждение вернуло ее к жизни. Ее киска пульсировала, требуя внимания.

К тому времени, как он закончил с ее второй ступней, тело Бри было до неприличия разгоряченным. Безжалостными руками Шей откинул одеяло и раздвинул ее ноги. Разведя пальцами ее розовые лепестки, Бри увидела, как на секунду на его лице вспыхнула улыбка.

— Похоже здесь достаточно тепло, но я должен проверить.

— Я спала, ты, засранец. А-а-а! — Легкий укус клитора отозвался по всему телу ярким желанием.

— Ты ведь больше не спишь, не так ли? — Он сосал ее клитор, дразня языком, пока ее руки сжимались в кулаки на отброшенных одеялах. Все внутри нее напряглось, когда она балансировала на грани оргазма, а затем он намеренно толкнул ее через край.

— О, Боже. — Удовольствие пронзило ее, обжигая по венам до кончиков пальцев.

Шей засмеялся и двинулся вверх по ее телу, останавливаясь, чтобы покусать ее грудь. Он потерся носом о ее нос и легонько поцеловал. — Я просто прослежу, чтобы ты согрелась… как внутри, так и снаружи. — Раздвинув ее ноги шире, он одним толчком глубоко и жестко вошел в нее.

***

Проходя через гостиную, Бри услышала, как вокруг домика завывает ветер. Прошлой ночью налетели тучи, а около полудня и вовсе пошел снег, но в домике было уютно. За стеклянными дверцами камина тихо потрескивали горящие поленья, обогревая комнату. Она пошевелила пальцами ног и улыбнулась, глядя на носки в сине-зеленую полоску. Шей купил ей пушистые следочки, чтобы согреть ноги.

Она посмотрела в сторону крошечного кабинета, где он занимался бумажной работой. Он мог быть таким милым. Таким сексуальным.

За последние три дня он использовал любую возможность, чтобы заняться с ней любовью, независимо от времени суток. Этим утром она даже не успела проснуться, когда он начал будить ее, и в ту же секунду, как она ответила, он перевернул ее на спину и взял.

Не тот парень, чтобы спрашивать разрешения. Она усмехнулась. Хотя он всегда следил за тем, чтобы она была «с ним» и наслаждалась жизнью, Шей определенно был главным. Почему это так ее возбуждало, она не знала.

Он мне очень, очень нравится. И Зеб ей тоже очень, очень нравился. Она хотела заботиться о них обоих, хотела заняться с ними двумя любовью. Все внутри нее говорило, что это неправильно, но в обществе оборотней иметь двух мужчин было нормой. Нормой. Ха.

Бри потерла ладонями обтянутые свитером руки, жалея, что выросла, не зная правил.

Сегодня утром, когда она вызвалась помочь с приготовлением еды для встречи Кахиров, Шей долго и крепко целовал ее, а затем передал ее Зебу, чтобы тот сделал то же самое. Зеб целовал ее так глубоко и основательно, что у нее подкосились ноги. После, мужчины ушли, плечом к плечу, обсуждая свои планы на день. Между ними ничего не изменилось, оттого что Зеб ласкал женщину, с которой спал Шей.

Они делились друг с другом.

Они разделят ее, если она им позволит. На что это будет похоже?

Зеб был грубее, но все же не такой напористый, как Шей. Как он будет заниматься любовью? Когда ее нижняя половина растаяла словно дрожащее желе, она покачала головой. Неужели она действительно думает об этом?

От стука в дверь Бри едва не подпрыгнула. Должно быть, прибыл первый из Кахиров — больше никто так не стучал в дверь.

Зеб вышел из тренажерного зала и хищной походкой направился к выходу. Он открыл дверь.

— Бен. Заходи.

В дом вошел Кахир, ростом не выше Зеба, но однозначно шире в плечах. По сравнению со смертоносной грацией Зеба, Бен выглядел сильнее и мощнее, очень похож на свою медвежью форму. Он сел на стул поближе к огню и улыбнулся ей.

— Брианна, хорошо выглядишь.

— Если ты так разговариваешь с женщинами, неудивительно, что ты не спариваешься, — сказал Шей, стоя прямо у нее за спиной.

Бри повернулась, ее сердцебиение участилось.

— Это делается вот так, моя кариада. — Шей взял ее за руку. — Ты прекрасна сегодня, Брианна.

Его голубовато-стальные глаза поймали ее взгляд, когда он поцеловал ее пальцы. Когда он коснулся языком ее ладони, она покраснела, чувствуя себя так, словно он лизнул ее в другом месте. Внизу живота болезненно заныло.

Улыбка Шея стала дикой, когда он медленно вдохнул. Его хватка усилилась, и он потащил ее из гостиной на кухню. Запустив пальцы в ее волосы, он откинул ее голову назад и завладел ее губами.

От него пахло мятой и жаром, и мысль о сопротивлении напрочь покинула разум Бри. Прикусив ее губы, он скользнул языком внутрь, чтобы подразнить ее и заставить ответить.

С тихим стоном он потерся щекой о ее щеку.

— Плохой ход. Теперь я так же возбужден, как и ты. — Его эрекция была огромной, вжимаясь ей в живот, когда он вновь набросился на ее губы.

Противоречивые ощущения сотрясали ее, как снежная буря в горах: нервозность от того, что ее держат так крепко, и в то же время восторг, что он так сильно хочет ее. Восторг победил, и огонь растопил ее внутренности, когда он не спеша наслаждался ею, покрывая поцелуями ее шею.

Когда он попытался отстраниться, она поняла, что ее руки обвились вокруг его шеи. Черт возьми, она была буквально приклеена к нему.

Потрясающее чувство — и доставляющее удовольствие.

Шей тоже выглядел довольным.

— Ты становишься все более требовательной, моя линнан. Мне это нравится. — Его глаза искрились желанием, когда он обхватил ее зад, потирая ее о свой член. Когда из гостиной послышались новые голоса, он вздохнул, схватил ее за плечи и отодвинул от себя. — Я созвал собрание. Не стоит опаздывать.

— Бросаешь меня ради кучки Кахиров. Надеюсь, позже я все еще буду в настроении, — поддразнила она и отвернулась.

Ее развернули так быстро, что у нее закружилась голова. Одной рукой Шей сжал ее волосы, а другой скользнул между ее бедер, прижимаясь к клитору. Бри ахнула, когда он провел по ее мягкости, сильнее разжигая желания.

— Думаю, так и будет, — прошептал он ей на ухо. Прикусив ее за подбородок, Шей вышел из кухни.

Глядя ему вслед, она прислонилась к столу, пытаясь восстановить дыхание.

Боже мой! Она была влажной между ног, и ее набухший клитор пульсировал от желания. Бри начала поднимать поднос с едой и остановилась. Мой запах. Каждый парень в этом доме узнает, что она возбуждена. Как, черт возьми, женщины-оборотни справляются с этим?

Окинув взглядом огромный поднос с лакомствами, она добавила еще несколько ломтиков салями. Конечно, никто ничего не почувствует, кроме запаха чеснока.

Она на мгновение остановилась и прислушалась. Говорил Шей:

— …По крайней мере, один адский пес. С комендантским часом все оборотни, кроме нас, будут в безопасности дома. По сути, мы сами по себе служим приманкой. Бен, Оуэн и Алек, вы будете работать вместе. Я хотел бы обсудить сроки и области, которые необходимо охватить.

Когда она вошла в комнату, Зеб взглянул на нее, медленно вдохнул, и уголок его рта приподнялся.

Черт возьми! В следующий раз она добавит немного сыра Бри. Поставив поднос на кофейный столик, она попыталась не вспоминать, как Шей уложил ее на него вчера и…

Оуэн с отвращением посмотрел на нее, и ее чувства пошатнулись, возбуждение сменилось стыдом. Казалось, он знал, что она испачкана. Грязная глубоко внутри.

Бри нахмурилась в ответ, отгоняя эти чувства. Это не у меня проблемы. Она уже однажды встречалась с этим Кахиром, и его неприязнь к женщинам — не только к ней — была очевидна. Ростом Кахир был шесть футов пять дюймов, слегка худощавый, мускулистый и с дикой грацией, одетый в черное, внешне очень похожий на Зеба. Только теперь она поняла, что Зеб безмерно защищает женщин. Оуэн, похоже, был из тех, кто бросает их с обрыва.

К черту этого женоненавистника-идиота, если она ему не нравится, то фиг ему, а не ее еда. Бри отодвинула поднос на другую сторону стола, подальше от Оуэна и поставила его перед Беном, который поглощал всё, как пылесос.

Зеб весело фыркнул, а Шей подмигнул ей.

Когда мужчины начали обсуждать свои патрули, Бри услышала пронзительное хихиканье из задней части домика. Что за чертовщина…? Она последовала за звуками в комнату с телевизором и открыла дверь.

Тайлер и Люк смотрели «Короля Льва». Нора вязала в углу.

— Привет, Нора. — Улыбаясь на приветственные крики детей, Бри опустилась на колени, чтобы обнять маленького мальчика. — Что вы, ребята, здесь делаете?

Спицы Норы слегка звякнули, когда она сосредоточилась на своей задаче.

— Бонни, Брэди и Ван приглашают стаю на ужин и не хотят, чтобы дети путались под ногами. Поскольку Оуэн был в городе, он согласился посидеть с детьми. Но потом Шей созвал это собрание Кахиров. Я просто присматриваю за детьми, пока все не закончится.

— О. — Боль ударила Бри, как нож для чистки овощей, не глубоко, но больно. Очевидно, даже после того, как она извинилась, она была нежеланной гостьей на мероприятиях стаи. Зеб и Шей тоже не были приглашены.

— Прости, дорогая. — Нора сочувственно посмотрела на нее. — Бонни хотела, чтобы ты и Кахиры пришли, но Тайра отказала ей. Из-за Герхарда. Бонни не может игнорировать приказы альфа-самки.

Альфа-сука казалась такой же диктаторшей, как некоторые европейские повара, с которыми работала Бри. Она заставила себя улыбнуться.

— Что ж, приятно видеть тебя и мальчиков. — Бри села на стул рядом с Норой. — Что ты вяжешь?

— Это будет шерстяное покрывало. — Нора подняла готовое одеяло — несколько длинных рядов темно-синего и белого цветов.

— Оно прекрасно. — Бри погладила пряжу. — Обожаю такие цвета.

— Спасибо. Это… О Боже, я забыла сменить здесь цвет. — Охая и причитая, Нора распустила стежки и переключилась на белую пряжу. — Знаешь, в последнее время мой мозг не очень хорошо работает, — призналась она, снова принимаясь за вязание. — С тех пор, как моя последняя пара вернулась к Матери, мое тело катится вниз. Я не могу вспомнить, где оставила вещи и какой сегодня день. — Она с нежностью посмотрела на детей. — По крайней мере, еще ни разу я не теряла ни одного из них.

— Это хорошо. — Бри села на широкий диван и рассмеялась, когда мальчики подпрыгнули, чтобы присоединиться к ней, прижимаясь, как котята, к ее бокам.

Она поджала губы. Может, Тайра и стерва, но она не выиграет. Бри обустраивала здесь свое собственное место. Создавала бизнес. Приготовление пищи для закусочной и барбекю было более полезным, чем любая ресторанная кухня. И кроме пары противных женщин, все остальные здесь были милыми.

Энджи, Вики и Джоди стали ей хорошими подругами.

Рядом с ней Нора с удовольствием возилась с покрывалом. Она все еще была полезна, как член стаи.

Вот как я хочу состариться. Да, теперь это был ее город — ее дом.

***

После окончания встречи Зеб повел Оуэна в комнату, где дети смотрели телевизор. Старая Нора тихонько похрапывала в углу. На диване Бри обнимала ребенка. Его маленькое личико прижалось к ней, когда он удовлетворенно сосал большой палец и смотрел телевизор. Другой щенок спал, положив голову ей на колени. Бри гладила его по волосам.

Зеб замер, пораженный красотой этой сцены. Здесь было все, что он поклялся защищать. И даже больше. Прилив тоски потряс его. Его сердце было подобно дереву, вырванному с корнем дождями, упавшему в реку и унесенному потоком. Вот чего я хочу. Тряхнув головой, чтобы восстановить равновесие, он кашлянул и тихо сказал:

— Бри, детенышам пора уходить.

Нора проснулась, фыркнув от его голоса, увидела Оуэна и взяла свое вязанье.

Бри хмуро посмотрела на Оуэна, как будто сомневалась в его способности справиться со щенками, а затем окликнула детей. — Тайлер. Люк. Пора возвращаться домой.

— Пусть спит, — сказал Оуэн. — В моем номере достаточно тихо. — Он взглянул на Зеба. — В следующее новолуние я сниму хижину. Она подходит мне больше, чем это причудливое викторианское заведение.

С неожиданной нежностью Оуэн поднял проснувшегося детеныша, поцеловал его в лоб и передал Зебу.

Зеб застыл, инстинктивно обнимая мальчика. Весит меньше енота и бесконечно хрупок. Он старался не дышать слишком тяжело. На лбу у него выступил пот. Просто отнести его к чертовой машине. Конечно, он сможет сделать это.

Оуэн взял другого ребенка, укачивая его, пока мальчик моргал и бормотал:

— Дядя Вен, Сим сбежал.

Мужчина нахмурился и посмотрел на Бри.

— Симба сбежал, — объяснила она и улыбнулась. — Если у Бонни нет дома DVD, они могут вернуться и посмотреть финал здесь.

Оуэн коротко кивнул и вышел из комнаты, Нора следовала за ним по пятам.

Когда Зеб двинулся следом, Бри подошла к нему и остановилась, чтобы убрать волосы с лица ребенка.

— Ну разве он не очарователен? — прошептала она.

Зеб наклонился и поцеловал ее мягкие губы, вдыхая стойкий запах детенышей и удовлетворения. Я бы все отдал, чтобы удержать тебя.

— Ты очаровательна, — пробормотал он. — А он слишком маленький и хрупкий.

Затем, ступая очень осторожно, Зеб последовал за Оуэном и Норой к машине.

Глава 23

Колд-Крик. Территория Северных каскадов. Темная луна.

Закатав рукава свитера до локтей, Бри оглядела кухню в поисках чего-нибудь еще, что можно убрать. В комнате стоял аромат соуса для спагетти, специально приготовленного к завтрашнему особому блюду. Столы и столешница были чистыми. Никакой грязной посуды. Она загрузила посудомоечную машину.

— Хочешь, я запущу её сейчас?

— Нет. От этого шума я начинаю нервничать. — Энджи повесила фартук и криво усмехнулась Бри. — Еще сильнее нервничать. Я заварила ромашковый чай, пока ты убиралась. Пойдем выпьем по чашечке. — Взяв большой белый чайник, она кивнула в сторону обеденного зала.

Бри взяла пару чашек и последовала за ней.

Она усмехнулась, глядя на пустую комнату. Хотя Козантир установил комендантский час для оборотней в темные лунные ночи, закусочная Энджи оставалась открытой для посетителей-людей. Теперь уже нет.

По словам Джоди, Зеб был в ярости. Он сказал Энджи, что адская гончая может войти в облике человека, а затем превратиться… и хозяйка закусочной станет главным блюдом.

Сегодня вечером, задолго до захода солнца, она повесила табличку «Закрыто» и опустила жалюзи. Любому человеку, желающему поесть, не повезло.

Единственный свет в комнате лился из открытой кухонной двери, и Энджи выбрала столик в темноте у окна.

— Отсюда мы можем наблюдать за внешним миром. — Она показала пальцем. Щель между жалюзи открывала вид на пустынную улицу.

Бри потерла руки, чтобы прогнать внезапный озноб. Кахиры были там, патрулируя город в холодной ночи. Охотились сами или были приманками.

— С ними все будет в порядке, — тихо сказала Энджи.

— Конечно, будет. — Пожалуйста, будьте осторожны. — Спасибо, что позволила мне остаться на ночь. В домике одной, мне было бы жутковато.

— Я рада, что ты здесь. Если бы моей дочери не было в городе, я бы вздрагивала от каждого шороха.

Когда Бри села, темнота успокоила ее, а железные решетки на большом окне придавали чувство уверенности. Она посмотрела сквозь жалюзи. От проливного дождя старомодные уличные фонари сделались совершенно бесполезными, а в центральном парке ветви деревьев боролись с порывистым ветром.

— Я не привыкла чувствовать себя загнанной. Как вы все это терпите?

— Для нас это тоже в новинку. Колд-Крик всегда был изолирован и безопасен, пока неподалеку от нас не построили пансионат для престарелых. Калум был недоволен, но это не в нашей власти.

— Значит, адским псам не будет конца?

Энджи поморщилась.

— Кахиры могут убить одного, но в конце концов нас найдет другой. Или сразу несколько. — Они обе вздрогнули. — Слава Матери, Козантир заставил Зеба и Шея тренировать наших Кахиров. Жаль, что они не могут остаться здесь навсегда.

Бри нахмурилась, глядя на чашку.

— Мне тоже. Они выглядят такими счастливыми, заботясь о «Диком лесе».

— Калум попросил их остаться. Но Шей связан клятвой, и там, куда идет один брат, идет и другой. — Энджи снова наполнила их чашки.

Колд-Крик без Зеба и Шея. Бри смотрела в окно, чувствуя, как холодный ветер пронизывает пустоту в ее груди. Где-то внутри, далеко от ее логического разума, ее подсознание спланировало будущее. С ними. Этого не случится. Ей нужно смириться с этим.

На улице колыхались тени.

— Энджи, что это? — Смутно различимое в темноте и дожде, что-то двигалось к закусочной. Сердце Бри бешено заколотилось, а руки похолодели. — Кто-то… что-то там есть.

Энджи наклонилась вперед, вглядываясь в темноту.

— На двух ногах, не на четырех. Должно быть, какой-то идиот вышел прогуляться под дождем. Надеюсь, он не придет сюда, ожидая, что его накормят.

— Но ведь его убьют. Мы должны предупредить.

— Нет, Шей сказал, что адская гончая в городе учует оборотней и сосредоточится только на нас. Люди для нее будут все равно, что мебель.

Мышцы Бри расслабились.

— Хорошо. Это хорошо.

Борясь с мокрым снегом, закутанный то ли в одеяло, то ли в плед человек двинулся вверх по улице. Ужасно маленький. Женщина? Когда Бри заметила корзину на руке женщины, она напряглась.

— Это Нора?

Под дождем женщина подняла лицо, бледное в мерцающем свете уличного фонаря.

Энджи застонала.

— Клянусь грудью Матери. Нора… — Они побежали к выходу. Бри щелкнула множеством замков и открыла дверь.

Из темноты улицы вынырнула фигура, блеснули мокрые костяные пластины. Адский пес ударил Нору сзади. Та взмахнула руками, как крыльями, и упала с пронзительным криком.

Ее голос резко оборвался.

— Не-е-ет! — Бри начала было выходить, но Энджи затащила ее обратно.

— Ты не можешь сражаться с этой тварью голыми руками! — Энджи высунула голову и закричала, — Помогите! Адский пес! Помогите! Главная улица!

Монстр резко обернулся.

Энджи отскочила назад, захлопнула и заперла дверь.

— Херне, помоги нам, — простонала она. — Нора.

— Голыми руками. — Бри побежала на кухню. Они не могли убить его, но отвлечь на время, пока не придут Кахиры, было им по силу. На стойке лежал нож. Но она знала, что это не сработает.

Может, громкое отвлечение? Дрожащими руками она сгребла в охапку чугунные кастрюли и сковородки, самые тяжелые, какие смогла найти.

С мертвенно-бледным лицом Энджи уставилась на груз Бри. Ее губы сжались, и она кивнула.

Бри взглянула на огромную кастрюлю с кипящим соусом для спагетти.

— Принеси и это. — Она бросила свою ношу справа от входной двери.

Энджи поставила соус рядом со сваленными в кучу кастрюлями и сковородками.

Струйка пота от страха побежала по спине Бри, когда она взяла огромную сковороду. — Открой мне дверь. Закрой её сразу же, как я брошу.

— Поняла. — Энджи открыла замки и распахнула дверь.

Бри заставила себя выйти наружу. Адский пес поднял голову от безвольного свертка, которым была Нора. Кровь размазалась по его морде, когда он уставился на Бри. Она замерла, каждый нерв дрожал, паниковал, кричал. Земля качалась вверх и вниз, как будто Бри была пьяна, и она почувствовала, как сковорода выскальзывает из онемевших пальцев.

Я не позволю ему победить. Ее пальцы сжались на рукоятке. Крякнув от решимости, она изо всех сил швырнула сковороду. Металл ударил адского пса по черепу с ужасным глухим стуком.

Монстр зарычал от ярости и бросился в атаку. Бри рванула обратно внутрь. Энджи захлопнула дверь и щелкнула замками.

Секунду спустя адский пес ударился о дерево с такой силой, что крошечная стеклянная панель треснула.

Крик Бри застрял у нее в горле, сердце болезненно колотилось о ребра. Ее внутренности затряслись, когда она схватила чугунный горшок.

Тишина. Неужели он ушел?

Монстр отвратительно и протяжно зарычал, и волоски на шее Бри встали дыбом. Энджи отпрянула на шаг. Секунду спустя адский пес рысью вернулся к своей жертве. Бри прислонилась к стене, ее ноги ослабли. Смогут ли они сделать это снова? Был ли в этом смысл? Скорее всего, Нора мертва. Печаль о жизнерадостной старушке ныла, как натянутая мышца, когда Бри выглянула через треснувшее окно на улицу.

— Эй, демоническая мразь! — Донесся снизу громкий голос Бена. Бри с облегчением прислонилась головой к стене. Кахиры здесь.

Три фигуры приближались к адскому псу. Двое мужчин со сверкающими ножами: Алек, его лицо было искажено яростью, Бен, неуклюжая гора мышц. Оуэн, в форме пумы, промелькнул перед ними и ударил адского пса. Взмах, удар, но безрезультатно, когда кошачьи когти прошлись по панцирю. Кугуар отпрыгнул в сторону, и бесполезный щелчок зубов адского пса был громче дождя.

Двое мужчин бросились на монстра, но тот не уступал.

Адский пес прыгнул вперед и протаранил Алека, отбросив того назад, прежде чем броситься на Бена.

Бен отскочил от его плеча. Существо встало на дыбы, и его челюсти сомкнулись на руке Бена. Мужчина закричал от боли. Похожая на акулу голова мотнулась из стороны в сторону, а затем адский пес небрежно отшвырнул его прочь. Кахир ударился о железную скамью в центре парке и так и остался лежать на земле без движения.

Адский пес уставился на Алека, слизывая кровь со своей морды. Внутри у Бри все похолодело, лед наполнил ее вены. Эти Кахиры не могли убить чудовище. Они могут пострадать. Умереть.

Оуэн снова атаковал сзади, перекатившись на спину, как котенок. Передние лапы пумы сомкнулись вокруг задней ноги существа, когти задних лап царапали его живот.

Руки Бри сжались в кулаки.

— Сделай это, сделай это, сделай это, — повторяла она нараспев. Убей его.

Чудовище повернулось, вцепившись зубами в ногу пумы, и отшвырнуло кошку прочь. Когда адский пес последовал за ним, Оуэн перекатился. Его золотистый мех был залит кровью. Бри затаила дыхание, когда он вскочил и отпрыгнул в сторону, его грация исчезла.

Алек поднялся на ноги и встал перед монстром с одним только ножом.

— Он умрет. — Оставайся здесь, веди себя тихо, будь в безопасности.

Я не могу. Бри открыла дверь и схватила кастрюлю с дымящимся соусом для спагетти. Такая тяжелая и большая, что ее ноги едва не подкашивались. Дождь хлестал ее по лицу, когда она, пошатываясь, вышла на улицу. Дальше. Ее челюсть сжалась, сдерживая крики, рвущиеся изнутри. Я не смогу этого сделать. Еще два шага.

Вращаясь по кругу, она швырнула спагетти, кастрюлю и все остальное в адского пса. Струи соуса обжигали ей руки.

С глухим лязгом кастрюля ударилась о панцирь монстра. Соус потек по его бокам. Когда Бри отступила, тот взревел от боли. В этот момент Алек нанес удар, поднырнув под него и вонзив нож. Лезвие соскребло пластину, войдя в живот под углом.

Издав еще один рык, адский пес развернулся, нож торчал сбоку. Недостаточно глубоко.

Алек откатился в сторону и…

Энджи подошла к Бри и сунула ей в руки чугунную голландскую сковородку, а потом еще одну, уже побольше.

С громким воплем Бри бросила, что есть силы. Обе попали в цель, отвлекая существо.

Алек вскочил на ноги и побежал. Бен тоже стоял на ногах, но одна его рука безвольно повисла. В другой руке он держал нож. Золотая вспышка, и рядом с ними, кружа, оказался Оуэн. Все трое Кахиров были ранены и с трудом двигались.

У Бри сжалось сердце.

***

Нет. Пожалуйста, Херне, не надо. Пульс Шея грохотал в ушах. Если Брианна сделает еще хоть шаг, если адский пес бросится на нее, ему придется атаковать.

К его облегчению, внимание демона было обращено на Кахиров.

Не позволяйте ему переводить взгляд на женщин. Шей двигался по тротуару, бесшумно ступая лапами по мокрому бетону, стараясь держаться позади существа и не попадаться тому на глаза. Утопленные в броню глаза адского пса имели ограниченное поле зрения — то, что они с Зебом научились использовать против него.

— Попробуй меня, чертов пес. — Мрачный голос Зеба прозвучал сквозь рычание пумы. Чудовище повернулось к нему лицом.

Как человек-снайпер, Зеб неторопливо шел по улице.

Шей пристроился за спиной демона, рассчитывая время его атаки.

Еще чуть-чуть. Когда Зеб подошел ближе, задние лапы адского пса опустились, готовясь к прыжку.

Шей бросился вперед, сомкнул челюсти на нижней части задней ноги, куснул, быстро двигая зубами, пока клык не нашел щель между тонкими пластинами. Едкая кровь демона обожгла ему рот. Он тут же отпустил ногу, заметив, как та безвольно повисла. Адский пес развернулся и схватил Шея за плечо. Вспышка боли. С рычанием Шей вырвался из его хватки.

Вспомнив о другой добыче, адский пес развернулся. Зеб стоял под правильным углом, всего в футе от него.

Он произвел два выстрела.

Черная кровь брызнула из прикрытого броней глаза. Адский пес неподвижно замер, как статуя смерти, а затем рухнул.

Ударившись о землю, он превратился в человека. Мертвый и готовый.

Шей поднял нос и издал протяжный вой, празднуя победу. Когда звук эхом отразился от гор, голос Зеба, менее мелодичный из человеческого горла, присоединился к нему, превратив мелодию в нечто сильное и прекрасное.

Когда они закончили, был слышен только шум падающего дождя и шелест ветвей деревьев на ветру.

Стоя под дождем, Бри слушала волков, их песню, смелую и славную, наполняющую ее сердце, погружающую ее в мелодию, говорящую ей, что она принадлежит им. Она была частью стаи. Ее глаза наполнились слезами.

Энджи обняла ее за плечи и прижалась к ней. Ощущение было правильным; она тоже была стаей.

Когда песня закончилась, Бри глубоко вздохнула. Реальность вернулась, когда ее взгляд упал на маленькую корзинку, разноцветные нити которой рассыпались по грязной улице. О, Нора. Как и проливной дождь, горе окутало ее. Вместе с Энджи они неохотно двинулись к старушке, едва переставляя ноги, поскольку те будто превратились в бетон. Она не хотела этого видеть…

Внезапно, сильные руки сомкнулись на ее плечах, поднимая ее в воздух. В панике Бри взвизгнула.

— Черт возьми, самка! Ты с ума сошла? Пытаешься умереть? — Рев Шея заполнил улицу, город, всю долину. Обнаженный и разъяренный, он держал ее в футе от земли, глядя ей в лицо. Шей встряхнул ее так, что у нее щелкнули зубы. — Что, во имя Херне, ты здесь делаешь? Никогда, слышишь, больше никогда не смей делать такую глупость снова. — Он еще раз сильно встряхнул ее.

Бри знала, что у нее вечно путаются мозги, но он ничуть ее не пугал. Весь его гнев и возмущение исходили от беспокойства о ней, и это знание растопило ее сердце.

Шей поставил ее на ноги и притянул к себе, прежде чем она успела упасть. Он прижал ее лицо к своей груди, и похоже пытался задушить в объятиях. Ребра затрещали.

— Клянусь Богом, я чуть не умер, увидев тебя здесь. — Он зарычал и, черт бы его побрал, казалось, сжал ее сильнее.

— Шей, она маленькая самка. Не раздави ее, — в грубом голосе Зеба смешались гнев и веселье.

Железные обручи ослабли. Бри втянула воздух и подняла лицо, чтобы сказать… что-то, но Шей развернул ее, не слишком нежно, лицом к своему брату.

Глаза Зеба пылали черным огнем.

Шей схватил ее за плечи и зарычал ей на ухо:

— Сегодня. После того, как я возьму тебя всеми возможными способами, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке, я планирую еще немного поорать на тебя. Гораздо громче. — У нее перехватило дыхание от этой плотской угрозы, от этого предупреждения.

Он подтолкнул ее к Зебу.

— Твоя очередь кричать на нее, бхратхайр. А я пойду расскажу нашим Кахирам обо всем, что они сделали не так, — руки Зеба сомкнулись на ее руках в тех же самых местах. Болезненно. Но потом он притянул ее к себе. Его объятия были крепкими. Собственническими. Он что-то пробормотал ей в волосы. Чувство безопасности окружило Бри, и она обмякла.

Адреналин рассеивался с каждым ударом ее пульса, и на смену ему пришел холод. Адская гончая. Монстр был мертв. Она была жива. Когда Бри прижалась ближе, ее начало трясти.

Зеб молча обнимал ее, пока она дрожала в его объятиях. Мужчины были живы. Но Нора… эта милая, растерянная старушка. Глаза Брианны наполнились слезами.

Руки Зеба сделались нежными, скользя вверх и вниз по ее спине, а щека согревала ее макушку, когда она плакала о Норе, когда она рыдала от ужаса.

Его дыхание, медленное и ровное, стало якорем для нее самой, пока его спокойствие не передалось ей.

С дрожащим вздохом она поняла, что ее руки обвились вокруг него. Одна рука вцепилась в его зачесанные назад волосы, как в спасательный круг. Бри не хотела отпускать его.

— Спасибо, — с трудом выдавила она.

— Смелая, находчивая самка. — Его скрипучий голос был так же нежен, как теплая рука, скользнувшая под ее волосы и обхватившая затылок. — Я никогда не видел ничего подобного. Алек обязан тебе жизнью. — Зеб уткнулся носом ей в шею и отпустил.

Брианна отступила назад, пошатываясь, но держась прямо. Теперь она могла справиться сама, и, по крайней мере, он не кричал на нее. Ей нужно проверить Нору, проверить Энджи…

Зеб схватил Бри за подбородок мозолистой рукой, заставив ее встретиться с ним взглядом. Его черные глаза горели той же яростью, что и у Шея.

Она попыталась сделать шаг назад, но потерпела неудачу. Вау, волки не на шутку разозлились, да?

— Маленькая самка, — его голос звучал так, словно он проглотил гравий. — Скажи спасибо, что не я взял тебя, иначе сегодня я бы заставил тебя заплатить за свои действия. — При ее испуганном вздохе в его глазах вспыхнула искорка юмора. — Прости, кариада, милая. Я забыл, что ты не привыкла к реакции мужчины, когда он видит женщину в опасности.

Он развернул ее, держа неподвижно в своих больших руках. Рыча все это время, он укусил ее за затылок.

Сильно.

***

Уже светало, когда Шей закончил смывать с себя грязь, пот и засохшую кровь. Позаботившись о Бене и Оуэне, Донал вылечил плечо Шея, несмотря на его протесты, что оно не стоит внимания. Целитель рассмеялся, сказав, что Шей и Зеб получили достаточно боевых отметин, чтобы производить впечатление на женщин. В большем нет необходимости.

Шей посмотрел на свое тело. У него было не так много шрамов, как у Зеба, и они не так хорошо выделялись на его светлой коже, но да, у него их было довольно много.

Брианна, казалось, не возражала.

Ее не оказалось в его постели, как он надеялся. Все еще не уверена в себе? Шей вошел в ее спальню. Хотя она вернулась в домик на рассвете, она уже крепко спала. У этой храброй маленькой самки была тяжелая ночь.

Когда к нему вернулись воспоминания о том, как она напала на демона, его гнев и страх пробудились, как пламя от тлеющих углей. Адская гончая могла разорвать ее на куски.

— Брианна, — прорычал он.

Она вздрогнула и проснулась. В ту же секунду, как она признала его, он подхватил ее на руки, заставив заскулить, и это снесло напрочь его терпение. Мягкая женщина, теплая и разгоряченная сном, благоухающая женским мускусом и мылом.

Моя.

Он повалил ее на свою большую, размером с полигон, кровать на спину и лег на нее сверху. Никакого страха на ее лице, только растущее возбуждение. Ее запах увлек его вниз по ее телу.

Раздвинув ее ноги, он обнажил ее влажную кожу.

— Шей, я…

— Не разговаривай со мной, пока я не возьму тебя хотя бы раз, — сказал он. Ее глаза расширились. — Если только я не сделаю тебе больно. — Затем, чтобы быть уверенным, что она не пострадает, он лизнул ее киску, наслаждаясь пьянящим мускусом, дрожью, которая прокатилась по ней. Его язык дразнил ее внутри, затем над бугорком, и, несмотря на то что она извивалась, он безжалостно держал ее открытой, когда толкал ее через край.

Ее долгий стон заставил его улыбнуться. Теперь она кончала так легко.

Слава Богу, потому что он больше не мог ждать. Каждый раз, когда он расслаблялся, перед глазами возникала картинка, как Бри стоит лицом к лицу с демоном. Ее мужество внушало ему благоговейный трепет, и одновременно заставляло сжиматься внутренности от ужаса. Это приводило его в бешенство. Бросать сковородки в адского пса. Соус для спагетти.

Безжалостными руками он перевернул ее.

Бри почувствовала, как тревога сдавила ей горло, когда Шей рывком поставил ее на четвереньки. Он никогда не пытался взять ее таким образом, особенно после того, как она запаниковала в первую ночь.

Его огромное тело склонилось над ней, заставляя ее чувствовать себя слишком маленькой и беспомощной. И все же его рука была невероятно нежной, когда он ласкал ее грудь и дразнил сосок. У нее было такое чувство, будто он разжигает огонь под кастрюлей на плите. Шей прикусил ее плечо и уткнулся носом в затылок.

Ее страх был заглушен растущей жаждой, теплом его тела, его осторожными прикосновениями. Это был Шей. Как она могла бояться?

— Вот так, — прошептал он ей на ухо. — Брианна, я собираюсь взять тебя жестко. Скажи, если будет больно, но мне нужно чувствовать тебя рядом, слышать твое сердце и дыхание. — Он нуждался в ней. Боже, эти слова просто смыли всякое сопротивление.

— Возьми меня. Как хочешь. — Его рычание пронзило ее, когда он заскользил своим членом по ее влаге. На мгновение он поддразнил ее вход, а затем одним сильным толчком вошел в нее.

От шока ее влагалище содрогнулось вокруг него, и она ахнула.

— Клянусь Богом, ты прекрасно ощущаешься, Брианна. — Его голос был низким и резким, когда он вышел и снова вошел.

От непривычных ощущений Бри закатила глаза. В этой позе он ощущался иначе. Глубже, чем обычно, касаясь новых точек.

— Держись, волчица. — Как будто следуя собственному приказу, его руки сомкнулись на ее бедрах в неизбежном захвате, и он дернул ее обратно на свой член с довольным мурлыканьем. Жестко. Быстро. Решительно. Он взял ее, как и сказал, держа так, как хотел. Толчок за толчком.

— Еще, — захныкала она.

Он раздвинул ее ноги еще шире, входя еще глубже, и неумолимый ритм начал пульсировать внутри нее. Давление нарастало и закручивалось в ее сердцевине, как пережатая пружина. Бри сжалась вокруг него, нуждаясь в большем.

Он усмехнулся и скользнул одной рукой вниз по ее клитору, дразня настойчивыми пальцами, лишая разума. Каждое движение его члена подталкивало ее к его руке.

Бри застонала и закрыла глаза, чувствуя только его скользкую тяжелую эрекцию, входящую и выходящую, пока его твердый палец гладил ее клитор.

Когда его член вошел глубже, а палец надавил сильнее, быстрее, его зубы сомкнулись на ее затылке, и укус боли пронзил ее до самой сердцевины. В течение одной секунды все внутри нее балансировало на острие, а затем пружина внутри нее взорвалась. Неотвратимое наслаждение выплескивалось наружу пылающей волной за волной, пока она не перестала понимать, где начинается и заканчивается ее тело.

Шей издал низкий стон. Его хватка была такой сильной, что обязательно останутся синяки, но он оставался неподвижным, пока его член содрогался внутри нее.

Удовлетворенно напевая ей на ухо, он слизал боль от укуса, а затем перевернул их на бок. Он обнял ее, прижимая спиной к своей груди.

Ее руки и ноги растворились в матрасе, когда она положила голову на его твердый бицепс.

Прижимая ее, член Шея все еще оставался глубоко внутри.

— Спасибо, линнан, — прошептал он.

Она усмехнулась. Нет, спасибо тебе. Не только за оргазм, но и за открытие, что она может наслаждаться жестким и быстрым сексом.

— Не за что.

Она убрала его руку со своей груди и укусила за палец. Его ответом было то, что он снова был твердым внутри нее.

— Спасибо, что спас мне жизнь.

— В этом не было необходимости. — Шей положил свою руку обратно на ее грудь, и Бри почувствовала, как ее сосок напрягся. Забавно, что ее поглаживание ничего не давало, но под его мозолистой ладонью каждый ее нерв ожил.

Когда он зажал ее сосок между пальцами, ее киска сжалась вокруг его члена, заставив его зарычать от удовольствия.

Шей поцеловал ее волосы, притягивая ближе.

— Но сегодня ты спасла других. Откуда в тебе столько храбрости? Твои родители были воинами? — Он поморщился. — Прости. Ты, наверное, не знаешь, не так ли?

— Нет.

— А что люди делают со своими сиротами? — Он выскользнул из нее и развернул Бри лицом к себе.

Она уткнулась носом ему в грудь, вдыхая аромат мыла и их любви.

— Ты что, никогда не смотрел телевизор?

— Нет. У людей мужчины так плохо обращаются со своими женщинами, что хочется научить их хорошим манерам. — Его рука сжалась в кулак с такой силой, что хрустнули костяшки пальцев. — И все такие грубые.

Она попыталась представить, как мистер чрезмерно-заботливый-вежливый-воин смотрит комедийное шоу или даже что-то вроде «Крепкого орешка». У нее вырвался смешок.

— Сироты? — Напомнил он ей.

— О. Нанимают людей для ухода за группой детей. Я долго не разговаривала, поэтому они подумали, что я умственно отсталая, и меня не торопились удочерять. Как-то меня воспитывала милая пара, но приемный отец потерял работу, и они были вынуждены уехать из штата. Еще в одной семье забеременела приемная мать, и они не хотели иметь двоих детей. Я много переезжала с места на место. В моем последнем приемном доме, парень пытался… — глаза Шея сузились.

Притормози. Не очень хорошая история на данный момент.

— Ну, я сбежала до того, как что-то… случилось, и жила с уличной бандой.

— Бандой детей?

— Не всегда, но это была просто кучка детей, отсиживающихся на заброшенном складе. Рылись в мусоре и воровали. — Она улыбнулась. — Я была симпатичной, поэтому из меня получился хороший карманник и магазинный воришка. И я отлично разбиралась в машинной проводке.

— Но ты так и не стала воришкой.

Она сморщила носик.

— Я пыталась вытащить бумажник из… Ну, ты бы назвал его воином. Сэнсэй преподавал боевые искусства, и вместо того, чтобы превратить меня в малолетнюю преступницу, он отправил меня работать в его школу самбо.

Шей коснулся ее носа.

— Храбрость у тебя уже была, но он научил тебя сражаться.

— Да. — Брианна поморщилась. — Хотя против адского пса это не очень-то помогает.

Ей-Богу, неужели она должна напоминать ему об этом снова? Воспоминание о ней на улице вернулось, такой самоотверженно храброй, пытающейся спасти жизнь Кахира. Копыта Херне, она могла бы украсть сердце прямо из его груди.

Он изучал ее бледное милое лицо с россыпью веснушек. Она сражалась не с отвагой воина, а с яростью матери-волчицы, охраняющей своих детенышей. Шей провел пальцем по ее щеке. Он видел, как она обнимала щенков Бонни, видел рисунок карандашом, который она приклеила к их холодильнику. Ей было не все равно. Это был ее секрет: она просто заботилась. У этой женщины сердце больше, чем ее крошечное тело.

И она украла его сердце. Он закрыл глаза. Неизбежность любви к ней была подобна оседанию горы. Он мог бы сказать себе, что она всего лишь любовница, и, конечно же, даже в этом случае он беспокоился бы о ее благополучии. Но это было бы ложью. Она была для него гораздо большим.

Шей вздохнул, и странное напряжение в его груди ослабло с признанием того, что он чувствовал.

И все же… забота о Брианне создаст сложности.

Не с Зебом, конечно. Он улыбнулся и потерся лицом о ее душистые волосы. Цветы и цитрусовые; ей нужен новый шампунь. Зеб уже привязался к ней всем сердцем, даже если пытался притворяться, что это не так.

Проблема была в Шее. Я связан клятвой. Ни одна из причин, которые он назвал Зебу, не изменилась. Переезжать с ним и Зебом было бы слишком тяжело для нее. Но что, если они ей небезразличны? Он думал, что это так, хотя что он вообще понимает в женщинах? Каков был правильный путь, как не осрамить честь и удовлетворить свою потребность в ней?

Ему придется подумать еще немного. И даже если они с Зебом захотят ухаживать за ней, закон гласит, что женщина должна сначала посетить хотя бы одно Собрание. Самкам необходимо научиться отделять физические реакции от эмоциональных.

Но все это было в будущем, а сейчас она была здесь, в его постели.

Бри жевала губу, напряженно размышляя.

— Как получилось, что, когда Зеб стрелял из пистолета, пули пробили броню адского пса?

— Что? — Его брови сошлись на переносице, когда он попытался переключиться от романтики к смерти.

— Пули, — терпеливо повторила она. — Каким образом адского пса удалось убить из пистолета?

Шей уставился на нее. Она была там, на улице, когда Зеб застрелил адского пса. Ее маленькое мягкое тело было слишком близко. В памяти вспыхнули изуродованные тела его братьев. В его груди раздалось рычание.

— Что? Шей?

Она жива. Он должен продолжать убеждать себя в этом. Доказывать это.

Шей резко соскочил с кровати, перевернул ее на спину и потащил вниз, пока ее сладкая попка не оказалась наполовину на краю.

— Не стоит напоминать самцу, как близка ты была к смерти, маленькая волчица.

Ее глаза расширились, когда он положил ее ноги на сгибы своих локтей, открывая ее для себя. Она жива. Он вошел в нее одним быстрым толчком.

Глава 24

Бри вышла из кухни и потянулась. Каждый мускул в ее теле болезненно ныл. Для бросания чугунных сковородок, по-видимому, были задействованы все группы мышц. Это вам не просто поднятие тяжестей. И секс с разъяренным Кахиром…

Она положила руку на живот. Милостивые небеса.

Секс был потрясающим. То, что он так заботился и беспокоился о ней, заставляло ее дрожать внутри.

Не привязывайся, Бри. Ему не нужны отношения.

Как только они с Зебом закончат обучение Кахиров, они отправятся в новое место. Ей нужно ограничиться благодарностью за то, что встретила такого мужчину. Смогла бы она когда-нибудь оправиться настолько, чтобы заняться сексом, если бы тот не был таким понимающим и таким упрямым?

Да, она заботилась о нем, но ему не обязательно знать об этом.

Вместо этого она… каким-то образом… отправит его на войну с поцелуем, а не обременит его знанием того, как она будет несчастна.

Она вздохнула. Встряхнув головой, чтобы избавиться от грустных мыслей, Бри услышала тихую классическую музыку. Должно быть, Зеб. Она пошла на звук, направляясь к передней части домика.

В библиотеке Зеб, развалившись в кресле, читал.

На обложке книги, что он держал в руках, красовалось мертвое тело и окровавленный нож.

Сумасшедший Кахир.

— Маленькая самка? — Он похлопал по подлокотнику своего мягкого кресла.

Брианна обогнула стол, на котором они собирали паззлы, и оперлась бедром на подлокотник кресла. Ответит ли он на ее вопросы? Нет, если он поймет, почему она спрашивает.

Даже несколько мгновений ее размышлений заставили его нахмуриться.

— Проблемы?

— Ты знаешь, что у тебя седые волосы? — Он не носил кожаной ленты. Бри пропустила сквозь пальцы одну темную, словно ночь, прядь.

— Наверное, от того, что я увидел, как ты пытаешься убить адского пса соусом для спагетти. — Его голос звучал, как грузовик с гравием, а выражение лица стало свирепым.

Ее сердце пропустило удар. И все же он больше не пугал ее.

И он, о-о-так-кстати, начал тему, которую она хотела обсудить. Давай, девочка!

— Твой пистолет показался мне немного более эффективным, чем спагетти. Почему раньше пули отскакивали? На этот раз у тебя был пистолет побольше?

— Нет. — Он убрал ее руку со своих волос и, поднеся к губам, прикусил ее пальцы. От дразнящих укусов по ее руке побежали мурашки. — Фокус в том, чтобы попасть ему в глаз.

Он что, сошел с ума?

— С помощью пули?

— Стилет работает, но адские гончие уворачиваются так быстро, что, если ты промахнешься, окажешься у него в челюстях.

Брианна уставилась на него. В челюстях? Она попыталась представить, что делает что-нибудь, кроме крика.

— Тогда пистолет — лучший выбор, — хрипло сказала она. — Но это ужасно маленькая мишень.

— Чертовски маленькая. — Зеб поцеловал внутреннюю сторону ее запястья, затем вверх по руке. Жар от его губ просачивался в кожу и скапливался внизу живота. — Утопленные глаза означают, что ты должна стрелять прямо в цель.

— Что? — Ее кожа проснулась, а грудь отяжелела.

— О. Точно. Прямо в цель.

Она попыталась убрать руку. Как она должна была думать о…?

Зеб дернул ее за руку и усадил к себе на колени. Не обращая внимания на ее нерешительные попытки сопротивляться, он уверенными руками уложил ее, пока ее плечо не прижалось к его твердой груди. Его левая рука поддерживала ее спину, когда он перекинул ее ноги через подлокотник. С зажатой между ними правой рукой она не могла встать с кресла. Ее сердцебиение участилось, но она не испугалась. Сильно.

— Уже лучше, — проворчал он, потирая подбородок о ее макушку. — У меня шея болит смотреть на тебя снизу вверх. — Угу. Возможно, ему просто не нравилось, когда кто-то выше него.

Отношение Кахиров было за пределами её понимания.

Он завел руку ей за спину так, чтобы ладонь могла обхватить ее ребра ниже груди. Если он сдвинет ее вверх…

Она оттолкнула его руку, но он переплел свои пальцы с ее. С каждым вздохом она терлась нижней частью груди о его пальцы, и внутри вспыхивало возбуждение.

Как, черт возьми, он мог завести ее, когда она спала с Шеем? Лю-заботилась о Шее? Не поднимай эту тему.

— Эм. — Какие там чертовы вопросы она хотела задать?

— Да? — Его полуулыбка была полна удовлетворения.

— Если адские гончие живут в городах, почему в новостях не сообщают о разорванных телах?

— Адский пес ничего не оставляет после себя. Если он убьет только одного, он унесет тело, чтобы закончить в течение ночи.

О Боже, Эшли.

Когда она сморгнула слезы, Зеб обнял ее, и медленный стук его сердца был таким же успокаивающим, как и его крепкие руки, обнимающие ее.

— Мне очень жаль Нору, кариада.

Он мог быть таким милым. Бри потерлась влажными щеками о его мягкую фланелевую рубашку.

— А почему адские псы не наводнили мир?

Его правая рука скользнула по ее бедру и вниз.

За прикосновением последовало тепло.

— Они в форме адских псов только в полнолуние. В остальное время они люди — и настолько жестокие, что их, как правило, убивает ваша полиция. — Когда он погладил внутреннюю сторону ее бедра, ее тело опалило жаром. Его пальцы остановились в дюйме от ее киски, вырисовывая дразнящие круги. Несмотря на то, что Бри была в джинсах, она чувствовала себя незащищенной. Она попыталась высвободить свои пальцы из его другой руки, но Зеб только усилил хватку.

— Я касаюсь только твоей ноги, маленькая самка, — прошептал он ей в волосы. — Или тебе противно мое прикосновение?

Она подняла лицо, чтобы ответить, как вдруг его губы накрыли ее. Нежно. Твердо. Его язык скользнул внутрь и наружу, прежде чем она успела опомниться. Он пососал ее нижнюю губу, затем провел по ней языком.

О небеса!

Он отклонил ее назад еще дальше, чтобы взять ее рот более свободно, обнюхивая, посасывая и проникая.

Ее тело пылало, а внизу живота нарастал жгучий комок желания. Его рука поднялась на последний дюйм, ладонь прижалась к ее киске, удерживая ее открытой, в то время как его большой палец потирал ее клитор. Именно там, где ей было нужно. Там, где она хотела. И все это через ткань джинсов. Брианна застонала.

Зеб усмехнулся, тихо и глубоко, и оторвался от ее губ.

К ее ужасу, его рука отодвинулась и легла ей на колено.

Все ее тело было чувствительным и изнемогающим от желания, и она посмотрела на него, чувствуя себя так, словно попала в торнадо.

Его черные глаза горели от голода, а ее бедро упиралось в массивную эрекцию. Зеб легонько поцеловал ее.

— Я бы попробовал тебя более… тщательно, но сейчас не время. — Когда он наклонил голову, Бри услышала шум подъезжающей машины.

— О. — О Боже, а что, если это был Шей? Чувство вины просочилось сквозь пелену удовольствия. — Что я наделала? — Как я могла быть такой шлюхой?

Зеб нахмурился.

— Что?

Она оттолкнула его.

— Не могу поверить, что позволила тебе так прикасаться ко мне. Я сплю с Шеем.

Он убрал ее руку со своей груди и поцеловал кончики пальцев.

— Братья делятся своими женщинами. И ты это знаешь.

— Да. Вики говорила, но… — Но ее знания — и рассуждения — исчезли под натиском чувства вины.

— Я знал, что у тебя возникнут проблемы, маленький не-человек. Я планировал держаться подальше, но увидел, что ты в опасности.

У Бри пересохло во рту. Они оба хотели ее. И она… она хотела их.

Большим пальцем он приподнял ее подбородок и поймал ее взгляд.

— Сейчас не время брать тебя, но это скоро случится. Решай сама, как тебе к этому относиться. — Он поставил ее на ноги и пошел открывать дверь, оставив ее смотреть ему в спину. Это было обещание или угроза?

***

Бри направила револьвер на цель и выстрелила. Когда в выпуклом глазу появилась дыра, по горам прокатился звук. Вы только посмотрите. Месяц, проведенный без практики, а результат не мог не радовать. Более того, после своего рода тяжелой атлетики мышцы стали крепче, а револьвер легче.

Получив свою часть прибыли от барбекю, она купила патроны. Даже если шанс убить адского пса был невелик, она чувствовала себя лучше, зная, что это не безнадежно.

Вчера она получила уведомление, что срок ее аренды в Сиэтле истекает в середине мая. От неожиданного напоминания ей приснился такой кошмар, что пришлось принимать душ в три часа ночи. Ее губы недовольно изогнулись. Шей думал, что она сошла с ума.

Осторожно перезарядив пистолет, Брианна собралась с мыслями. Ей нужно вернуться, собрать вещи и уехать. Но она не пойдет туда в полнолуние.

Ни за что. Она выстрелила и попала в цель. И луна или нет, она была уверена, что сможет защитить себя.

Прицелилась… выстрелила. Бри нахмурилась. Ее гостиная была маленькой, и адский пес был бы рядом. Почему она упражняется на дальней мишени? И глаз был размером с четвертак, а не с тыкву, как у нее сейчас. Ей нужно переделать стрельбище.

Сложив бревна, ветки и кусты, она создала нечто размером примерно с адскую гончую. Настолько же большое. Холод пробежал по ее спине. Остановить его.

Она прикрепила две мишени размером с глаз к своей имитации адского пса, затем отступила. Неплохо. Если бы он прошел через стеклянную дверь, она была бы примерно… на таком расстоянии. Бри приняла правильную позу и выстрелила. Промахнулась мимо глаза.

Снова и снова. Одна пуля попала в цель. Со слов Зеба все выглядело так просто, но, черт возьми, глаз — это маленькая мишень. Плотно сжав губы, она перезарядила оружие.

***

Посасывая леденец, Шей шагал по грунтовой дороге к домикам в конце. Их состояние было одним из худших. По мере того, как предыдущий владелец становился старше, он, видимо, все свои силы и средства вкладывал в домики, которые находились рядом с главным корпусом. Починив их первым делом, Зеб перешел к следующим строениям на той же линии, ворча так, словно их отвратительное состояние было личным оскорблением.

Идя на стук, Шей вышел на Зеба. Удобно устроившись у дерева, он вдыхал запах свежесрубленной древесины и влажного леса, наблюдая за работой брата.

Щебечущая фея сидела на ветке, бросая в Зеба палки. Когда крошечный снаряд отскочил от его спины, он рассмеялся.

Шей улыбнулся. Будь я проклят, если это не был прекрасный звук. Колд-Крик был хорош для Зеба. Потом была братская связь. Потом появилась Брианна. Почесывая плечо о ствол дерева, он перебирал в уме аргументы. Согласится ли его брат? И если так, что скажет Брианна?

— Ты собираешься стоять там весь день? — Зеб отложил молоток и повернулся.

— Слышал меня?

— Да, черт возьми. Ты двигаешься, как лось, страдающий запором. — Вот это было оскорбление. Когда Зеб переместил свой вес в лучшую боевую позу, Шей подумал о том, чтобы размяться. Но земля была грязной, и бороться на ней с кем-то требовало больших усилий.

Когда Шей не двинулся с места, Зеб расслабился и оперся бедром о ветхие перила крыльца.

— Что случилось?

— Ничего плохого. Рыбаки с Аризоны предложили мне хорошую плату за то, чтобы я проводил их до Долины восьмого озера. Мы уезжаем через час, и при всем желании я вернусь не раньше рассвета.

— Бри знает?

— Да. — Шей замялся. — С тех пор, как умерла Нора, ей снятся кошмары.

— Хочешь, я займусь рыбаками?

— Черт возьми, нет. У них едва хватило смелости просить меня об этом, что говорить про тебя. Просто присматривай за ней.

— Заметано.

Шей не двигался. Как он объяснит свою внезапную перемену в настроении?

Глаза Зеба сузились.

— Что-то ещё?

— Я тут подумал.

— Вот это сюрприз.

Не получив никакого ответа от Зеба, пикси отодвинулась дальше на своей ветке и бросила еще одну палку. Быстрым рывком Зеб поймал снаряд и отбросил его назад. Взвизгнув от удивления, пикси увернулась, а затем сердито чирикнула.

— Никогда раньше не видел, чтобы ты с ними играл, — заметил Шей.

— Они напоминают мне Бри, когда она напугана, — сказал Зеб, улыбаясь. — Тот же тихий писк. — Шей фыркнул от смеха, узнав этот звук.

Но это и было той темой, которую он хотел обсудить.

— Кстати, о Брианне… — Он решил очень медленно высказать Зебу свои надежды. Он будет двигаться к цели так же осторожно, как выслеживает барсука. Но его рот взял верх и разрушил его осторожную стратегию. — Я хочу завоевать ее. Для нашего союза.

Глава 25

Бри подошла ближе к раздвижной стеклянной двери, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте. Большой. Четыре ноги. Идет прямо к квартире. Стекло разлетелось вдребезги. Ужасный запах. Она не могла пошевелиться и…

— Просыпайся, маленькая самка, — раздался глубокий грубый голос. Сильные руки подняли ее и слегка встряхнули.

У нее перехватило дыхание. Зловоние рассеивалось, сменяясь на свежие запахи мыла и сосны. Она открыла глаза.

— Зеб.

— Правильно, с первого раза.

— Мне приснился кошмар.

Он быстро потер ее руки, удерживая в настоящем.

— Я слышал.

— Я наделала столько шума? — Неужели она перепугала всех зверей в лесу?

— Я не спал. — Он приподнял одеяло и скользнул под него.

Его ноги коснулись ее ног. Босые ноги. Голая грудь.

— На тебе нет никакой одежды.

— А на тебе ее слишком много. — Прежде чем она успела опомниться, он стянул ее футболку через голову. — Так лучше.

— Зеб… — Без одежды. Большой мужчина. Страх скользнул вверх по ее спине.

Без паники.

Он лег на спину. Через секунду он взял ее руку и похлопал себя по груди.

— Твоя голова должна быть здесь.

Они просто прижмутся друг к другу? Бри поняла, что на ней все еще были трусики, и волны страха немного ослабли. Он не собирался набрасываться на нее. И ей очень, очень хотелось, чтобы он был здесь.

Пот все еще холодил ее кожу после ночного кошмара. Ни один адский пес не пройдет мимо Зеба.

— Хорошо. — С легким вздохом она позволила ему потянуть себя вниз и положила голову ему на плечо. Зеб был божественно теплым, сплошные твердые мышцы и гладкая кожа.

Он притянул ее ближе, пока ее грудь не прижалась к его боку.

— Ты отлично подходишь мне. — Голос Зеба зазвучал еще громче под её ухом. — Положи свою ногу на мою. — Бри колебалась.

Он укусил ее за пальцы.

— Хорошо, хорошо. — Она скользнула ногой по его ноге. Когда ее лобок прижался к его бедру, Брианна напряглась, но он не набросился на нее.

Его грудь поднималась и опускалась в медленном, ровном ритме. Жесткие волоски на его ногах дразнили ее ступню, и она пошевелила пальчиками, заработав раздраженное ворчание.

— Спи давай, маленькая самка.

Бри почувствовала, как ее дернули за волосы, и поняла, что Зеб играет с ее длинными волосами. Это было так же успокаивающе, как если бы ее гладили, и мускул за мускулом она расслабилась и заснула.

***

Она знала, что спит, и ей было все равно, когда она выбежала на луг. Ветер с гор трепал ее шерсть, а солнце согревало. Высокая трава хлестала по ногам. Бри легла и перекатилась, и каким-то образом Зеб оказался рядом. Его твердые руки пробежались по ней.

Тепло разлилось по животу, когда она вернулась в реальность, обнаружив, как мужская ладонь успокаивающе гладила ее по спине.

— Ты проснулась, маленькая самка. Я заслуживаю поцелуя за свое терпение.

Брианна все еще прижималась к Зебу, и все ее страхи испарились во сне.

— Хм.

Он не стал дожидаться разрешения. Его пальцы запутались в ее волосах, запрокинув ее голову назад, и он завладел ее ртом, переходя от сладкого к откровенно плотскому в течение одного вздоха.

Он зарычал, и через секунду Бри уже лежала на спине, а он оседлал ее бедра.

— Зеб!

Он сделал паузу, и жар его взгляда был подобен солнцу.

После долгого молчания на его губах появилась улыбка.

— Ты не боишься, — наклонившись, он прикусил ее губы, потом подбородок. Он поцеловал ее в шею и лизнул под ухом, заставляя ее вздрогнуть.

Его прямые волосы развевались вокруг них, как занавес, щекоча ее кожу. Он прикусил Бри за плечо, посылая тепло по всему ее телу. Нет, она не боялась.

Подложив одну руку ей под спину, он легко приподнял ее плечи, и втянул сосок в свой горячий рот. Он посасывал, дразня языком и водя по зубам.

Желание, как огонь, пронзила ее тело.

— Зеб. — Он оставил ее грудь, чтобы глубоко взять в рот сосок. Внизу живота запульсировало, и ее бедра непроизвольно приподнялись.

Легонько поцеловав ее, он сказал:

— Я найду дорогу туда, маленькая самка. Но у меня есть и другие потребности, которые я должен удовлетворить в первую очередь. — Она непонимающе посмотрела на него. Другие потребности?

— Попробовать на вкус твою кожу. — Он поцеловал ее в шею, затем сунул руку под трусики, касаясь ее так интимно, что у нее вырвался стон. Убрав руку, он слизнул влагу с пальцев. — Попробовать тебя на вкус.

Нет, подожди. Ее ноги сомкнулись, и он укоризненно покачал головой. Быстрым движением он схватил ее за лодыжку… погладил ступню… поцеловал пальцы ног.

Она попыталась отдернуть ногу, но он крепко держал ее и пробирался вверх — икра, колено, нежная внутренняя поверхность бедра — используя зубы, губы и язык. Каждый дюйм делал ее кожу более чувствительной и усиливал пульсацию внизу живота.

Бри была так неподвижна, что он бы забеспокоился, если бы не запах ее возбуждения. Нервничает, да. Не уверена, да. Это знание усилило его потребность в ней, желание доставить ей удовольствие.

Зеб приподнялся, и скользнул руками по ее пышным грудям, нежно лаская ее. Клянусь Матерью, у нее была прекрасная, большая грудь. И чувствительная.

Он уткнулся носом между ними, вдыхая легкий аромат ванили, затем прижал их друг к другу так, чтобы можно было лизать один сосок и другой, дразня их до состояния самых твердых пиков.

Ее сердце глухо застучало, когда он прикусил вершинку.

Брианна ахнула и сжала в кулаках простыни.

Он не брал женщин между Собраниями — без жара полной луны, чтобы наслаждаться ими, женщины боялись его. Слишком много шрамов, слишком большой, слишком грубый. Он не понимал, как отсутствие женской настойчивости позволит ему замедлиться и насладиться всем происходящим.

Он намеревался насладиться ей полностью. Много раз.

Ее рука осторожно коснулась его головы, и когда ее пальцы запутались в его волосах, тепло, которое наполнило его, не было похотью. Встречал ли он когда-нибудь такую сладкую самку?

Двигаясь вниз по ее телу, он целовал изгиб ее талии, округлость живота, маленький пупок. Когда его губы коснулись верхней части бедра, ее ноги задрожали. Он улыбнулся теплой коже и провел языком по шелковистой складке, затем проделал то же самое с другой стороны. Ее дыхание участилось, но она не двигалась.

К этому времени женщина в течке уже приказала бы ему взять ее.

Будь он проклят, если это ему нравится не больше.

Зеб стянул с нее крошечные трусики, не обращая внимания на ее протестующий шепот. Полумесяц новых начинаний опустился около полуночи, и свет раннего рассвета пробивался сквозь окно, слабо освещая ее кожу. Ее бледно-розовые соски были под стать губам. Прикрытая золотисто-белыми волосками, ее киска блестела от возбуждения. Он никогда не видел ничего более красивого.

Запах этой обнаженной киски притягивал его, как магнит. Он вдохнул аромат ее мускуса и медленно выдохнул, чтобы взъерошить вьющиеся волосы на стыке ее бедер.

Ее бедра приподнялись, затем Бри свела ноги вместе, словно смущенная своим ответом. Черт, люди были странными.

Он не позволит ей оградить себя от его взгляда, его пальцев или его рта.

Он раздвинул ее колени и предостерегающе прикусил внутреннюю сторону бедра. Ее мышцы дрожали под его губами.

Встав на колени между ее ног, он схватил тяжелые подушки со стула рядом с кроватью. Положив руку ей под задницу, он подтолкнул обе подушки под ее бедра. Лучше. Ее киска была не только наклонена вверх, чтобы он мог насладиться зрелищем и использовать свои руки, эта поза была хороша и для того, чтобы погрузиться в нее членом. Он вдохнул ее пьянящий аромат и провел пальцем по набухшим складочкам. Ее резкое дыхание было серьёзным ударом по его выдержке.

Шей предупреждал, что она все еще учится спариванию.

Учить эту маленькую самку ее собственным нуждам было удовольствием.

Одной рукой он раздвинул ее складочки, выставляя напоказ ее киску. Блестящую и скользкую. Его член затвердел до боли. Пальцем он нежно обнажил ее клитор, открывая своему взору красивую розовую жемчужину. Все еще пытающуюся спрятаться от него.

Как сильно она сможет разбухнуть?

Жар охватил Бри волной смущения и возбуждения. Она была полностью выставлена напоказ.

Ее плечи были ниже бедер, и кровь прилила к голове.

Безжалостные пальцы Зеба раздвинули ее половые губы, когда он провел пальцем вокруг ее входа, а затем коснулся клитора.

Медленно. Она беспомощно вздрогнула, пока его палец исследовал, потирая и потягивая ее складочки, скользя вокруг клитора, кружа вокруг ее входа.

Снова. И снова. Между ее ягодицами потекла влага.

Клитор набух, пульсируя, пока Зеб держал ее открытой. Брианна поймала блеск его глаз и поняла, что, когда он прикасался к ней, он наблюдал за ее лицом так же пристально, как любой хищник.

— Зеб…

— Ш-ш-ш, — он постучал пальцем по местечку прямо над ее клитором, и все ее тело содрогнулось.

Еще один медленный круг. Ее бедра задрожали, когда давление внутри начало усиливаться.

Он наклонился и лизнул ее языком — таким горячим и мягким, совсем не похожим на его палец. Брианна слышала свои жалостливые всхлипы, когда он кружил вокруг нее, но не совсем… там. Ее внутренности сжались от нетерпения, а бедра неудержимо приподнялись.

Я готова. Хочу тебя внутри. Она погладила его ногу одной ногой, подталкивая его к себе.

— Э-э-э… Это мой маршрут, — слишком быстрым движением он схватил ее за лодыжку и укусил за свод стопы.

— А! — Вся ее нога дернулась от ощущения его острых зубов, и легкая боль послала жар вверх.

Он положил свою большую руку ей на живот, удерживая ее, в то время как сам вернулся к ее киске. Медленное скольжение вверх по одной стороне ее клитора, легкое прикосновение сверху, медленно вниз по другой. Снова и снова, пока комочек не распух и не стал тугим, словно вот-вот лопнет.

Ее нижняя половина изнывала от желания.

Он просто дразнил ее. Еще никогда ее так не мучили.

У нее вырвался стон.

— Зеб, пожалуйста.

Его смех, темный и низкий, был таким, какого она никогда раньше не слышала. — Маленькая самка, ты слишком хороша на вкус, чтобы остановиться сейчас. — Он облизал ее вход и погрузил свой язык внутрь нее.

— А-а-а! — Бри извивалась, пока Зеб продолжал погружаться в нее.

Его рука пригвоздила ее к месту.

— Ты будешь лежать тихо, пока я развлекаюсь.

Когда ее клитор запульсировал, требуя большего, он заменил язык пальцем, медленно входя в нее. Нервы внутри нее ожили от безжалостного наступления. Вдох и выдох, затем два пальца. Чёрт побери. Все сжалось вокруг проникновения, и ее киска запылала от этого ощущения.

Без предупреждения он резко толкнулся в нее пальцами, и ее ноги задрожали на подушке. Бри попыталась приподнять бедра, но Зеб помешал этому. Ощущение того, что ее держат открытой, прижатой, и что у нее нет контроля над тем, что он делает, должно было напугать ее — только, казалось, от этого она возбудилась еще больше. Брианна почувствовала, как сжимаются стенки влагалища вокруг его пальцев, и все ее внимание сосредоточилось на одном месте.

Зеб опустил голову, и его рот полностью сомкнулся на ее клиторе, окутывая его влажным теплом.

Боже. Брианна попыталась выгнуться, но Зеб прижал ее к себе, в то время как его язык настойчиво терся о тугой бугорок.

Один удар, другой, она была так близко, почти, почти рядом… все в ней напряглось. Бри перестала дышать.

Затем его губы сжались вместе, вбирая ее клитор в рот, и он начал сосать, языком продолжая терзать тугой комок.

— О-о-о-о, не-е-е-ет. — Удовольствие фонтаном поднялось вверх, взрываясь в ее теле длинными, жесткими волнами ощущений, когда она судорожно сжалась вокруг пальцев Зеба. Волны удовольствия прокатывались по ее телу, а пальцы покалывало, как от бенгальских огней четвертого июля.

В его смехе звучал нескрываемый восторг, которого она никогда раньше не слышала.

Когда же ударная волна ее наслаждения начала ослабевать, Зеб выпрямился. Стоя на коленях, он положил руку ей на бедро.

А потом она почувствовала его эрекцию у своего входа, дразняще скользящую вверх и вниз по ее внутренним губам, смачивая головку. Зеб неумолимо надавил сильнее, проталкиваясь внутрь, растягивая ее. Он был большим, толстым и намного, намного длиннее, чем его пальцы.

Потрясенная этим вторжением, Брианна всхлипнула. С ее бедрами, расположенными высоко на подушке, он заполнил ее — слишком глубоко, слишком плотно. Она попыталась отстраниться, чувствуя, как внутри все болезненно пульсирует.

— Ш-ш-ш, маленькая самка. Не двигайся. — Зеб схватил ее за бедра, прижимая к себе.

Брианна вздохнула, когда Зеб наклонился вперед, опираясь на одну руку, и заскулила, когда в этом положении он вошел в нее еще глубже.

Взяв ее левую руку, он поцеловал и покусал ее пальцы, прежде чем положить ее себе на шею. То же самое он проделал с ее правой рукой. Когда он уткнулся носом ей в шею и пососал мочку уха, Бри почувствовала, как ее тело расслабилось вокруг него. Его темный лесной запах успокаивал ее. Возбуждал.

Он поднял голову, поймав ее взгляд своими черными глазами.

Его рука сомкнулась на ее груди, лаская. Затем он ущипнул сосок, и, когда укус удовольствия пронзил ее, ее влагалище сжалось вокруг его члена.

Горячее веселье вспыхнуло в его глазах. Он переключился на другую грудь, медленно поглаживая ее, а затем его грубые пальцы нашли сосок. Сжав его большим и указательным пальцами, он послал поток чистого тепла прямо к ее клитору, к ее киске, и все снова напряглось.

Ее пальцы непроизвольно запутались в его волосах, таких шелковистых и длинных, а бедра приподнялись.

Зеб удовлетворенно зарычал и вышел, заставив ее вскрикнуть, а потом еще раз, когда снова вошел в нее. Он продолжал, увеличивая темп, пока у нее не перехватило дыхание. Он был так глубоко внутри нее, так плотно. Одна из его рук терлась о ее плечо, словно железный столб, удерживающий его.

Другой рукой он ласкал ее груди, сжимая, нежно теребя соски с каждым толчком, пока Бри не перестала следить за отдельными ощущениями. Все ее тело горело.

Но она не могла… Ей нужно было кончить.

— Зеб, — прошептала она.

Он поцеловал ее в губы.

— Скажи мне.

— Пожалуйста. Я не могу… — Впиваясь пальцами ему в плечи, Бри сдалась, отдавая остатки контроля.

Он потерся о нее щекой.

— Кариада, я позабочусь о тебе.

Зеб выпрямился, перенеся вес тела на колени, его член все еще был глубоко внутри нее. Его руки скользили вниз по ее животу, пока не достигли ее лона. Бедрами Бри лежала на подушках, поэтому он мог входить в нее, стоя на коленях… и одновременно играть с ее киской. О, небеса!

Его пальцы нашли ее скользкий, набухший клитор и обвели его легким, как перышко, движением. Каждый нерв в ее теле подпрыгивал и шипел, пока скольжение его члена и прикосновение его пальца не слились в одно восхитительное невыносимое ощущение.

Но прежде, чем она успела кончить, он перевернул их на кровати. Оказавшись сверху, Брианна удивленно моргнула от непривычного положения.

Зеб аккуратно расставил ее ноги так, чтобы колени оказались рядом с его бедрами, и она оседлала его. Все еще находясь внутри нее, в этом положении, он казался еще длиннее. Каждое движение посылало через нее волны жара.

Оставшись без оргазма, ее клитор болезненно горел, и Бри наклонилась, чтобы потереться им о его таз. О да, вот так, хорошо. Когда она наклонилась вперед, Зеб требовательным движением взял ее груди в свои руки.

Он пристально смотрел ей в лицо, наблюдая за ее реакцией.

Каждый раз, когда он трогал ее соски, она сжималась вокруг него, а он рычал от удовольствия. Ее груди были упругими и горячими, как и клитор, и она двигалась со свирепой настойчивостью.

— Продолжай двигаться. — Его руки крепко сжали ее бедра, чтобы приподнять со своего члена, а потом резко опустить обратно. Он был таким большим внутри нее, что каждый раз, когда она опускалась на него, у нее перехватывало дыхание. Зеб направлял ее движения, пока она не вошла в нужный ритм.

Одной рукой он снова принялся ласкать ее грудь, в то время как другая рука скользнула вниз к клитору, поглаживая твердый бугорок каждый раз, когда она опускалась.

Больше. Она стала двигаться быстрее. Быстрее. Тяжело дыша от нетерпения.

Ее бедра задрожали, нарушая ритм, и она вцепилась в его твердые плечи, впиваясь в них ногтями.

— О Боже, Боже.

— Посмотри на меня, маленькая самка.

Брианна подняла взгляд на его горящие глаза. Он ущипнул ее за клитор так же сильно, как щипал соски, и все внутри нее вскипело, разливаясь по нервам и венам в горячем наслаждении. Ее спина выгнулась, когда тело окатило новой волной оргазма.

— Ты чертовски красива, — пробормотал он.

Бри удивленно моргнула. И прежде, чем она успела заговорить, он схватил ее за бедра, двигая ее вверх и вниз, получая собственное удовольствие. Ее нервы дрожали от его сильных толчков. А потом он зарычал, низко и глубоко, наполняя ее своим жидким теплом.

Она долго держалась прямо, слишком довольная, чтобы пошевелиться, прежде чем ее мышцы не выдержали. Распластавшись на нем, она почувствовала, как его сердце колотится напротив ее груди.

Зеб намотал ее волосы вокруг своей руки и приподнял ее лицо, чтобы поцеловать, долго, медленно и сладко.

Как только он отпустил ее, она положила голову ему на плечо, прижалась ближе и заснула, укрывшись в безопасности его сильных рук.

***

Когда Бри снова проснулась, в окно лился яркий солнечный свет. Должно быть, она спала как убитая. Зевая, она подняла глаза.

Приподнявшись на локте, Зеб уставился на нее. Его челюсти были плотно сжаты, а глаза холодны и неподвижны.

Ее тело напряглось.

— Что?

Он пробежал пальцами по ее плечу, руке, ноге, его мягкость была ошеломляющим контрастом с гранитной твердостью его лица.

Он трогает мои шрамы.

Его взгляд вернулся к ней, и он провел пальцем по ее щеке.

— Ты не сделала ничего плохого, маленькая самка. Но я хочу знать, что с тобой случилось. На этот раз ты ответишь мне честно.

— Я же говорила, это был зверь. — Она начала садиться, но большая рука пригвоздила ее к кровати, как жука.

— Из-за твоей человеческой скромности мы с Шеем отворачивались, когда ты была обнажена. Но когда вы с ним спаривались, он внимательно рассмотрел тебя и также попросил меня посмотреть.

Ох-ох.

— У медведя гризли может быть челюсть такого размера, — задумчиво произнес он, глядя на ее плечо. Его черные глаза остановились на ней, как и его рука, поймавшая ее в ловушку. — На тебя напал медведь гризли?

Она облизнула пересохшие губы.

— Нет.

— Тогда кто? — спросил он очень тихо.

— Адский пес. — Она уставилась в стену, и ее охватил стыд. Она чувствовала себя уродливой, грязной. Оно проникало в нее, проникало… — в Сиэтле, в моей квартире.

Зеб положил руку ей под подбородок, поворачивая ее лицо к себе. Его ладонь была теплой и такой же непреклонной, как и голос.

— Расскажи мне.

Потребность спрятаться была сильной, но он не позволил ей отвернуться.

— Он прошел через стеклянную дверь. Я не могла остановить его. Моя подруга, — она прерывисто вздохнула, — Эшли была там, и я пыталась скрыть это от нее, но чудовище услышало, как она открывает замки, и оно…

Зеб издал рык, и морщинки вокруг его глаз стали глубже.

— Она кричала, существо убило ее. Он разорвал ее… Там повсюду была кровь. Она вся в крови. — Он слизал кровь. Эшли лежала неподвижно, ее серые глаза не мигали и были безжизненными.

Неправильно. Лицо Зеба было словно в тумане, когда слезы наполнили глаза Бри. Существо, превращающееся в человека. Смеющееся.

— Э-это все.

Теплая рука Зеба обвилась вокруг ее затылка, и он притянул ее к своей груди.

— Расскажи мне остальное, Бри. — Его голос был спокойным. Никакого шока. Никакого ужаса.

— Я пнула его ногой. Ударила ножом. Ничего не помогало. Он укусил меня и потащил обратно в гостиную. Я не могла уйти. — Его зубы впились в нее-боль. — Я закричала, но никто не пришел.

С сочувственным рычанием Зеб обнял ее за талию.

Она прижалась ближе, ледяной холод проник в нее. Его обнаженная грудь была скользкой от ее слез. Но слезы не помогали очиститься.

Она чувствовала, как грязь покрывает ее, и чувствовала запах мерзости монстра на своей коже. Ее губы были плотно сжаты.

— Это еще не все, — сказал Зеб.

Он знал… он знал, и все равно вынуждал ее сказать это? Гнев вспыхнул, раздробив лед внутри нее. Пузырь боли поднялся, выливаясь в слова.

— Он превратился в человека. Это был мужчина и… он изнасиловал меня. Ему п-понравилась моя кровь. — Она поперхнулась, вспоминая. — Сказал, что вернется.

Тишина. Вздох.

— В твоей крови было достаточно магии, чтобы запутать его. Если бы ты была человеком или оборотнем, ты бы умерла прямо тогда, на месте. — Мышцы Зеба вокруг нее были похожи на железные решетки на окнах. Его объятия были безопасными, но больше не успокаивающими, не нежными, и потеря ранила ее изнутри.

Она была испорчена, и теперь он об этом знал. Брианна оттолкнула его.

— Дай мне встать. Мне нужно… — Куда-нибудь. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.

Он не отпустил ее. Медленно вздохнув, Зеб притянул ее еще ближе, прижимая к себе, пока между ними не осталось ни дюйма свободного пространства.

— Я бы отдал свою жизнь, чтобы спасти тебя от этого, — прошептал он ей в волосы.

Он не собирался позволять ей сбежать, и она закрыла глаза, чувствуя его дыхание на своем виске. Его твердая рука погладила ее по спине. Когда он наконец отстранился, чтобы посмотреть на нее, она не смогла встретиться с ним взглядом. Его пальцы приподняли ее подбородок.

— Я грязная, — прошептала она, наконец признавшись в самом худшем. — Он сделал меня грязной. От меня пахнет им, и я не могу отмыться.

— Бри. — Зеб закрыл глаза на бесконечно долгую минуту.

Когда он снова посмотрел на нее, темнота закружилась в его взгляде.

— Моего дядю и его сородичей убил адский пес. — Его голос звучал напряженно, как и у нее после той ночи криков. — Мы с моими сородичами совершили налет на холодильник, поэтому дядя в наказание запер нас в хижине. Но нам было по тринадцать, и мы только-только научились трансформироваться. Я тайком выбрался, чтобы потренироваться при свете звезд у озера. Когда я вернулся, вся моя родня была разорвана на части.

— О Боже, Зеб. Мне так жа…

— Мою сестру изнасиловали.

Глаза Бри наполнились слезами. Его сестре должно быть было тринадцать. Такая юная. И Зеб всё видел. Знал.

— Если бы ты встретила ее сейчас, ты бы сказала ей, что она грязная?

— Нет! Конечно, нет.

— Тогда и ты тоже, маленькая самка, — прошептал Зеб, обнимая ее, как котенка. — И ты тоже.

Рыдания застали ее врасплох, сотрясая грудь, вырываясь из нее ужасными уродливыми звуками, которые она не могла остановить. Его сестра. Эшли. Я… так много боли. Ее тело дрожало под натиском, гнев и горе смешались воедино. Бри боролась с его объятиями, нуждаясь в том, чтобы уйти, спрятаться, а он прижал ее ближе, и все, что ей оставалось, это плакать, плакать и плакать.

Когда она выдохлась, едва дыша, Зеб все еще держал ее. Твердый, теплый, безопасный.

— Я сожалею, — прошептала она ему в грудь. Ее голова отяжелела, когда она подняла глаза.

Его губы изогнулись в нежной улыбке, а глаза потеплели от одобрения.

— А я — нет. — Он пальцами вытер влагу с ее щек. — Мою сестру ты тоже оплакивала?

Она кивнула, понимая, что именно это вызвало у нее слезы, открыло ей ее собственное горе.

— Спасибо, кариада. — Зеб придвинулся, и Брианна прижалась к нему, положив голову ему на плечо. — Поспи немного. Сейчас еще рано, а мне хочется задержать тебя на некоторое время. — Она успокоилась, чувствуя, как поднимается и опускается его грудь, внезапно обнаружив, что все еще нуждается в его объятиях.

***

Когда они окончательно проснулись, Зеб потащил Бри в ванную, чтобы принять крайне необходимый душ. У нее не было возможности помыться самой, так как он настоял на том, чтобы вымыть ее самому — настолько тщательно, что они оба возбудились. На этот раз он положил ее руки на стену и взял сзади, жестко и быстро, одной рукой сжав ее бедра, удерживая их на месте, пальцами другой руки на ее клиторе требуя ответа. Она кончила, дрожа и вскрикивая, царапая ногтями кафельную стену.

Закончив, он снова толкнул ее под воду.

На этот раз она шлепнула его по рукам, заработав низкий смешок и согласие.

Несколькими минутами позже, она последовала за ним вниз по лестнице, ее волосы все еще были влажными, а воздух в хижине холодил разгоряченное тело.

Когда они вошли, Шей был на кухне. Он провел пальцем по ее распухшим губам и улыбнулся.

— Ты выглядишь очень довольной. — Она почувствовала, как краска прилила к ее лицу, и оба мужчины улыбнулись.

Затем улыбка Шея исчезла. Его брови сошлись на переносице, когда он наклонил ее голову к свету. — Твои веки такие же красные и опухшие, как и рот. Клянусь Богом, Зеб. — Ярость застыла на его лице.

Бри встала перед Зебом.

— Нет, Шей. Зеб ни при чем.

— Шрамы от адского пса, — прямо сказал Зеб.

Шей замер.

— Адский пес?

— Да. — Зеб провел костяшками пальцев по ее щеке и подтолкнул Бри к брату. — Ее нужно поддержать. Я разожгу огонь. Здесь слишком холодно для нее, — когда он вышел, Бри посмотрела ему вслед. Возникло неприятное чувство пустоты.

Шей обнял ее, крепко прижимая к себе, и прошептал ей в волосы объяснение, которое снова сделало ее мир правильным:

— Он знает, что мне нужно поддержать тебя, линнан, и мой брат не эгоистичный самец.

***

Пообнимав Брианну так долго, как она позволила, Шей оставил ее на кухне готовить что-то сладкое для закусочной Энджи.

Как только он узнал всю историю от Зеба, его гнев был настолько глубок, а желание убивать — настолько сильным, что гостиная окрасилась в ярко-алый цвет.

С кипящей в нем яростью Зеб ничем не мог помочь.

— Мне нужно идти, — сказал Шей. В таком настроении он ничем не поможет маленькой волчице.

Зеб мотнул головой в сторону двери, и Шей согласился.

Проходя мимо более отдаленных хижин, он заметил кучу дров, топор был воткнут в пень. Что-то, с помощью чего можно выпустить пар.

Он положил полено на пень, размахнулся, и дерево раскололось, куски разлетелись в разные стороны. Другое. Расколол пополам.

И продолжил…

Глава 26

На следующее утро, привлеченная запахом бекона, Бри спустилась по лестнице и направилась на кухню, на ходу натягивая тяжелый свитер поверх майки. Утренний воздух был прохладным, хотя кто-то развел огонь в камине. Ее камине. В животе у нее заурчало, и она улыбнулась. К ней возвращался аппетит. Хорошо. Большую часть вчерашнего дня она провела на грани тошноты и слез.

Вопросы Зеба вернули ей все воспоминания, которые она считала побежденными, а ярость Шея довершила эмоциональный вулкан. После того, как Шей вернулся, мужчины потащили ее в лес играть в волчьи пятнашки, бороться, прыгать и вести себя, как щенки. Это помогло. Животные не чувствовали себя грязными.

Сегодня утром она приняла душ, на удивление, не израсходовав всю горячую воду. Она знала, что не полностью исцелилась, но… стало лучше.

И она прекрасно выспалась. Прошлой ночью Шей свернулся вокруг нее в своей большой кровати. Некоторое время спустя к ним присоединился Зеб.

Разве кому-то, зажатому между двумя кахирами, могут сниться кошмары?

Когда она вошла в кухню, Зеб готовил яичницу с беконом. Мне следует почаще спать допоздна.

— Ты готовишь?

— Только завтрак. — Он мгновение изучал ее, а затем, явно удовлетворенный увиденным, провел костяшками пальцев по ее щеке. — Одно блюдо, никаких гарниров, никаких овощей. Слишком просто, чтобы не справиться.

Шей выдвинул для нее стул и нежно погладил Бри по волосам, когда она села.

Она заметила, что они всегда были осторожны с ней, но сегодня они вели себя так, словно она была чем-то хрупким. Ладно, да, их поведение вызывало у нее теплые чувства, но, Боже правый, она не собиралась сдаваться. Бри принялась за еду.

— Я умираю с голоду.

Губы Зеба дрогнули.

— Учитывая, как мало ты вчера съела, я не удивлен.

— Я ничего не ела.

Шей фыркнул.

— Нет, ела, линнан.

Нет, не ела. После того утра, когда Шей был так зол, она вообще опасалась возвращаться на кухню. Как могли эти мужчины подумать… ох! В лесу она проголодалась, и большие придурки заставили ее поймать свой собственный обед. Ей удалось схватить только тощую мышь. Один укус — сырая. Фу. Брианна нахмурилась, глядя на них.

— Я не люблю грызунов на вынос.

Губы Зеба растянулись в усмешке.

— Тебе придется улучшить свои охотничьи навыки, если хочешь еду более высокого класса, — сказал Шей.

За едой они обсуждали планы на день, бронирование хижин, находили новые вещи, которые требовали ремонта. Приближалось следующее барбекю, и они обсуждали меню. Зеб, о-такой-ужасный-кахир, хотел построить отгороженную игровую площадку для маленьких детей, а также тренажерный зал в виде джунглей.

Бри медленно доела свою еду, не желая нарушать мирное настроение. Как странно планировать день с двумя спокойными мужчинами. Эшли была бы в восторге. Знакомое горе нахлынуло на нее, тут же сменившись тупой болью.

Налив себе еще одну чашку кофе, Шей положил локти на стол. Его стальные голубые глаза пристально смотрели на нее так, что у Бри внутри все затрепетало.

— Что? — спросила она, желая добавить, что я этого не делала, что бы это ни было.

— Я тут подумал. Ты не боишься животных, но ты купила пистолет и сказала мне, что тебе «нужно» попрактиковаться. — Его брови сошлись на переносице. — Кого ты собираешься убить из этого револьвера, волчонок?

Ее желудок сжался. Рассказать правду было бы все равно что вылить воду во фритюрницу; гнев мужчин разлетится во все стороны.

Зеб понимающе прищурился. Его чашка с кофе ударилась о стол с такой силой, что жидкость расплескалась по стенкам.

— Вот почему ты расспрашивала меня о том, как застрелить адского пса из пистолета.

Их напряженные взгляды были тяжелым грузом.

— Ну что, Брианна? — тихо спросил Шей.

Это её решение, черт бы их побрал. Она вздернула подбородок.

— Ты сам догадался. Срок аренды истек, и мне нужно собрать вещи в квартире. Я не собираюсь быть беззащитной. — Не в этот раз.

— Ты пойдешь одна? — Голос Шея не повысился, но его рука сжалась в кулак так сильно, что костяшки пальцев хрустнули со зловещим треском. — И надеешься остаться в живых, если он придет за тобой?

— Даже с двумя опытными кахирами иногда побеждает адская гончая. Против одной маленькой самки один на один? — Выражение лица Зеба было убийственным.

— Эй, я же не дура. Я не собираюсь идти туда в новолуние. — Она выдохнула, медленно и ровно. Если бы они увидели, как она напугана, то заперли бы ее в комнате.

— Ты этого не сделаешь, — решительно заявил Зеб.

— Это не тебе решать.

Шей оттолкнулся от стола и прошелся по кухне. И обратно. Он положил руку ей на плечо, намеренно нависая над ней, сволочь.

— Сегодня утром мы с Зебом встречаемся с Козантиром. Ты будешь сопровождать нас.

— Я так не думаю. — Во рту у нее пересохло, но руки дрожали так сильно, что она не рискнула поднять стакан.

— Брианна, — сказал Шей ровным голосом. — Новый оборотень должен получить разрешение от Козантира, прежде чем покинуть территорию.

— Я еду туда только для того, чтобы собрать вещи. — Конечно, она могла бы арендовать грузовик и погрузить все за день или около того.

— И все же.

Еще одно чертово правило, о котором она никогда не слышала.

— Отлично. Я пойду с вами.

Зеб сделал глоток кофе. Его рука была тверда как камень, с горечью заметила она.

— Ты также расскажешь Козантиру, что с тобой случилось. Если ты этого не сделаешь, это сделаю я.

— О, конечно, объяви об этом всему миру, пока ты здесь. — Она сердито посмотрела на него. — Ты уже поделился более чем достаточно с… — она оборвала фразу.

Нахмурившись, Шей взял ее за руку.

— Ты не собиралась рассказывать мне?

— Я… я… может быть.

— Мы гораздо большее, чем просто сожители, Брианна. Мы с Зебом хотим… — Он взглянул на Зеба и добавил, — это то, что я должен знать. — Он укусил ее за руку так сильно, что ей стало больно. — Это понятно?

Ее руку обожгло. Он стоял, ожидая ее ответа. Его глаза выдержали ее взгляд.

— Более чем. — Она сердито посмотрела на него. Хорошо. Да, я действительно живу здесь, и да, мы занимаемся сексом. Но поскольку он планировал уехать в ту же минуту, как только его назойливый Бог позовет, это было не то, что она назвала бы серьезными отношениями. По крайней мере, с его стороны. Черт бы его побрал!

— Но я не живу с Калумом. У него нет права голоса…

— Есть, — решительно сказал Шей.

Боже, это будет забавная встреча, не так ли?

Она нахмурилась, потом решила, что если они позволили себе так разозлить ее, то что мешает ей сделать то же самое. Пора спустить пар.

***

В середине утра Бри вошла в город, оказавшись в ловушке между двумя мужчинами. Хотя они хмуро смотрели на нее, когда она вернулась с тренировки по стрельбе — миссия выполнена — ей было наплевать.

Это была хорошая сессия, и ее пули наконец-то достигли цели. Подойдя достаточно близко к мистеру монстру, чтобы не промахнуться, она начала отступать шаг за шагом. Правда, она все еще была ближе, чем ей хотелось бы, но до истечения срока аренды оставалось еще около трех недель. Она будет готова.

Пистолет или нет, но мысль о том, чтобы провести несколько часов в своей квартире, вызвала у нее озноб.

Зеб потянул ее за волосы.

— Все будет не так уж плохо. — Она, недоумевая, уставилась на него, потом поняла, что он имел в виду встречу с Козантиром.

Когда они добрались до закусочной, Калум уже ждал их за столиком, поставив перед собой чайник с чаем.

С Зебом и Шеем позади нее Бри прошла мимо длинной стойки, где пожилой мужчина сидел на табурете за голубой столешницей, открыто наслаждаясь куском яблочного пирога, который она испекла вчера. Она бы позволила себе возгордиться, если бы ее внутренности не были так плотно стянуты в тугой узел.

Как всегда вежливый, Калум встал и пододвинул ей стул.

После того, как все расселись, он поднял бровь на Шея, очевидно ожидая объяснений присутствия Бри.

Прежде чем Шей смог ответить, Энджи выскочила из кухни с тремя чашками в одной руке и кофейником в другой.

— Кто-нибудь желает сделать заказ?

Желающих не оказалось.

— Тогда я оставлю тебе меню. — Она похлопала Бри по плечу. — Позовите меня, если вам что-нибудь понадобится.

— Спасибо, Анджелина, — сказал Калум, получив в ответ довольную улыбку. Он переключил свое внимание на Бри. — Могу я тебе чем-нибудь помочь, Брианна?

Я его не знаю. Я не могу этого сделать. Она попыталась отодвинуть стул, но тот врезался в ногу Зеба.

Он молча мотнул головой в сторону Калума, расскажи ему или это сделаю я.

Она умоляюще посмотрела на него. Позже. Я расскажу ему позже.

Его ответный взгляд был циничным; он знал, что она никогда не заговорит об этом.

Ну и ладно.

— Перед тем, как приехать сюда из Сиэтла, я пострадала. Тот, кто… — Она не смогла закончить фразу.

Рука Шея накрыла ее ладонь.

— Брианна, он должен знать.

Калум прищурился.

Сжав руку Шея изо всех сил, она продолжила:

— На меня напала адская гончая. Он убил мою подругу, прежде чем, — станет ли когда-нибудь легче говорить об этом? — прежде чем, он превратился в м-мужчину и и-изнасиловал меня.

Глаза Калума потемнели. Его рот сжался в тонкую линию.

— Продолжай.

— Это все. За исключением того, что срок моей аренды истекает через три недели, и я должна вернуться, чтобы собрать вещи в своей квартире. — Она поспешно добавила, — Мне хватит одного дня, чтобы собраться.

— Ты и близко не подойдешь к этому городу, — процедил Зеб сквозь зубы.

Странно, что он больше не пугал ее.

— Прости, Зеб, но я поеду.

Хватка Шея сменилась с нежной на почти сокрушительную.

— Даже если это не новолуние, адский пес может вернуться за тобой в человеческом облике. Мы с Зебом пойдем вместо тебя.

— Нет, — сказала она, несмотря на то что ее переполняло тепло. Облегчение.

Пожалуйста, пойдемте со мной. — Это не твоя работа. Я могу постоять за себя.

— Брианна. Я посмотрю, что можно сделать, чтобы освободить твою квартиру, — тихо сказал Калум.

Кто-то другой мог это сделать? От нахлынувшего облегчения у нее закружилась голова. Она даже не подумала об этом, потому что, честно говоря, едва ли могла позволить себе арендовать грузовик. Нанимать дорогих грузчиков? Ха.

Но впустит ли управляющий квартирой кого-то кроме нее?

— Я… мне, наверное, нужно быть там.

— Нет. — Его глаза были почти черными, и когда он встретился с ней взглядом, ее горло сжалось, как будто чья-то рука сжала его. — Ты не можешь покинуть эту территорию — по крайней мере, в течение нескольких месяцев — до тех пор, пока не исчезнет возможность твоего случайного превращения. — Его взгляд обратился к мужчинам. — Кахиры не сражаются на землях людей. Твои дары от Херне не будут там с тобой, не в городе из металла, так далеко от Его лесов. Вам это запрещено, кахиры.

Зеб и Шей хмуро посмотрели на него.

Руки Бри сжались в кулаки. Боже, как она устала от того, что ей указывали, что делать. — А если я все равно пойду?

Когда внимание Калума снова переключилось на нее, сердце Бри замерло.

— Наказание за привлечение внимания к даонаинам — смерть, приговоренная судом Козантира, нанесенная рукой кахира. Не заставляй своих любовников убивать тебя, Брианна, — очень тихо сказал Калум. Его черный взгляд скользнул по столу, как горячий ветер перед лесным пожаром.

Она не дышала, пока он не вышел из закусочной.

***

Когда они с Шеем молча покидали город, Зебу нужно было выпустить пар. К несчастью, Шей уже переколол все дрова. Чертова дворняга.

— Что ж, все прошло хорошо, — пробормотал Шей.

— Какого черта ты сказал ему, что мы хотим пойти вместо нее?

Шей бросил ему в ответ ты-что-совсем-тупой? взгляд.

— Мы должны охранять Колд-Крик. Вдруг Калум захочет узнать, где мы.

Да, он был настолько глуп.

— Блять.

— Именно. — Шей нахмурился. — На самом деле она не хочет возвращаться. Я это вижу. Я думаю, все будет хорошо, а ты?

Гнев тлел в Зебе с тех пор, как он понял, почему она купила гребаный пистолет — тот, из которого он научил ее стрелять. — Ты такой умный. Сам во всем разберешься.

Шей зарычал и ударил Зеба кулаком в лицо, отчего того отбросило назад.

Челюсть Зеба пронзила боль. Он вытер кровь, опустил голову и бросился в атаку. Головой ударив Шея в живот, он повалил их обоих на землю.

Следующие несколько минут были чередой ударов, ворчания и рычания, пока Шей не отшвырнул Зеба. Тот тяжело приземлился и покатился, ожидая, что на него напрыгнут сверху.

Шей не шевельнулся. Он сидел в паре ярдов от него, втягивая воздух. Кровь стекала по его подбородку, на челюсти красовалась длинная ссадина. Когда его губы изогнулись в печальной усмешке, он поморщился и потрогал нижнюю губу.

— Я чувствую себя лучше. А ты?

— Да. — Зеб со стоном встал — Шей получил подлый пинок под ребра — и поднял брата на ноги.

— Думаю, нам просто придется присматривать за ней.

***

Все прошло хорошо, не так ли? Бри с сарказмом вспоминала произошедшее, входя в продуктовый магазин. Необходимость забрать несколько вещей для завтрашнего барбекю была ее оправданием, чтобы остаться в городе.

В противном случае, всю обратную дорогу ей бы читали нотации о женской беспомощности два чересчур заботливых кахира. Она покачала головой, чувствуя, как теплота смешивается с разочарованием. Они хотели защитить ее. Это было странно… и чудесно.

Брианна кивнула мистеру Бати, который заполнял её пакет. По крайней мере, Калум запретил им ехать в Сиэтл. Потому что Зеб прав. Даже кахиры могут умереть. При мысли о том, что им причинят боль, у нее скрутило живот. Один друг… монстр уже лишил ее одного друга.

Но и ей Козантир тоже не позволил ехать в Сиэтл.

Властный мудак. Бри дотронулась до своего горла, вспоминая, как задыхалась. Ладно, она понимала его беспокойство по поводу того, что она превратится в волка. Но он привык к тому, что новые оборотни были подростками. Она не попадет в такую ситуацию — и разве это не звучало так, будто она намочит штаны? — случайный оборот, по крайней мере, на пару дней.

Она медленно вздохнула и призналась:

— Я не хочу возвращаться. Ни за что на свете. Она даже не протестовала — не совсем — когда Калум обрушился на нее со своим Козантирским дерьмом. Бри посмотрела на полку, затем взяла бутылку миндального экстракта.

Честно говоря, если бы он организовал компанию по переезду и каким-то образом прошел мимо ее управляющего жилым комплексом, она была бы в восторге.

Так что, да, она не сможет попрощаться с людьми, разве что в письме. Ей еще нужно было уволиться.

Она и так слишком долго тянула.

Но… Брианна расправила плечи. Хотя парни думали, что победили, они не собирались делать все по-своему. Она фыркнула. Ее практика стрельбы по мишеням продолжится. Если повезет, она больше никогда в жизни не увидит ни одного адского пса.

Но если когда-нибудь это случится, у нее в руках будет что-то более серьезное, чем кастрюля со спагетти.

***

Последние несколько дней прошли спокойно, решил Зеб, раскладывая дюймовые доски, которые он вырезал для крыльца хижины.

В прошлую субботу, проведя пару часов в раздражении, как мокрая рысь, Бри вернулась к своему обычному солнечному состоянию.

В воскресенье барбекю привлекло еще больше народу, как людей, так и оборотней. Стая вела себя вежливо, хотя Герхард избегал любого взаимодействия — так же как Бри избегала Калума.

Приколачивая первую доску, Зеб улыбнулся, вспомнив, как крошечные детеныши кувыркались вокруг наспех сделанной им игровой площадки. С тех пор каждый вечер он работал над созданием небольшой горки. К тому времени, когда они с Шеем двинутся дальше, возможно, он закончит детскую площадку, которую задумал. Это было бы что-то осязаемое, что он мог оставить после себя. Вероятно, это станет единственным, что будет напоминать о его существовании. Кахиры, сражавшиеся с адскими псами, редко доживали свой век.

И он будет сражаться с демоническими псами, пока не умрет.

В шатком старом стекле хижины было видно его лицо. Почти скрытая его темным загаром была новая отметина, которую он обнаружил вчера — синие рога связанного клятвой. Братья делятся, подумал он с кривой усмешкой.

Знакомый щелкающий звук расколол тихий полдень и эхом разнесся по горам. Пистолет.

Рука Зеба крепче сжала молоток. Клянусь большими яйцами Херне, Бри снова стреляла, несмотря на то что Козантир отказал ей в разрешении покидать Колд-Крик.

Если она собиралась подчиниться, с чего бы ей тренироваться?

Он ударил по гвоздю с такой силой, что доска раскололась пополам.

— Гадство.

Несколько минут спустя он вышел на площадку для стрельбы по мишеням, остановившись позади маленькой самки. Пушистый розовый свитер придавал ей женственный и беспомощный вид, а «Смит-и-Вессон» портил это впечатление.

Она держала пистолет в идеальной позе, нажимая на спусковой крючок так осторожно, как он ее учил. Воспоминание о примере, который он использовал, поглаживая мужские яйца, заставило его напрячься. У него все еще не было времени научить ее всем способам, которыми два человека могут доставить удовольствие друг другу.

Когда он подошел ближе, ярость пронзила его так глубоко, что он едва мог говорить. Больше никаких круглых выпученных глаз — она создала нечто размером с адского пса с глазами в качестве мишени.

— Ты. Ты… — голос подвел его.

Брианна резко развернулась и сделала два поспешных шага назад.

— Зеб, я…

— Нет. Нет, ты этого не сделаешь. — Ты не поедешь в Сиэтл. Ты не встретишься лицом к лицу с адской гончей. Ты не позволишь ему разорвать тебя на куски. С неудержимым рычанием он схватил ее за предплечье и вырвал револьвер из ее руки. — Нет.

Когда он уходил, слыша, как она проклинала его словами, которые ни одна женщина не должна использовать, он знал, что у него никогда не будет шанса научить ее любить… но, по крайней мере, она будет жива, чтобы ненавидеть его.

Глава 27

Большая часть стаи уже скрылась в лесу.

Лениво почесывая спину о холодный ствол дерева, Шей ждал брата у входа в пещеру. С тех пор как он застрял с доставкой, а Зеб работал над домиками, они не разговаривали весь день.

Наконец появился Зеб, все еще в человеческом обличье.

Солнце зашло совсем недавно, и нижние предгорья все еще вырисовывались розово-золотыми силуэтами. На востоке серебристое сияние вокруг белых вершин возвещало о восходе луны и давало достаточно света, чтобы разглядеть морщины на лице Зеба и боль в его темных глазах.

— Она до сих пор не разговаривает с тобой? — спросил Шей, прежде чем Зеб успел ответить.

Зеб покачал головой.

— А теперь спроси, не все ли мне равно.

— Черт, я знаю, что тебе не все равно, иначе ты бы вернул ей пистолет. — После конфликта атмосфера в домике накалилась до предела.

Последние пару дней Брианна провела с Энджи в городе. Зеб же словно с цепи сорвался и огрызался на все, что говорил Шей.

Брианна была слишком мила, чтобы долго злиться, но время поджимало.

— Собрание состоится завтра.

Зеб бросил на него раздраженный взгляд.

— Как думаешь, она все сделает правильно? Ты собираешься быть там? — спросил Шей.

До скрежета в зубах стиснув челюсть, Зеб произнес: — Я буду там.

***

Когда луна поднялась над горами, Бри пересекла стоянку, направляясь в «Дикую Охоту». В тихом ночном воздухе она слышала, как стая поднимается в гору: случайный вой или лай молодого волка, скулеж или тявканье, когда более агрессивный из них отчитывал другого. Волчье общение. Она вздохнула. Единственный забег стаи, который она пережила, был замечательным. Окруженная другими волками, она на мгновение почувствовала, что действительно принадлежит им. И теперь инстинкты требовали, чтобы она забыла обо всем и присоединилась к ним.

Ее человеческий мозг знал, что это было бы самой глупой вещью, которую она только могла сделать. Зеб будет там. Слезы защипали ей глаза. Этот высокомерный, чрезмерно заботливый всезнайка. Она не собиралась возвращаться в Сиэтл вопреки приказу Козантира, но дал ли он ей шанс сказать это? Не-е-е-ет. Он разозлил ее так сильно, что она всадила бы в него пулю — если бы он не забрал ее револьвер.

Она уныло усмехнулась. На самом деле, она была очень близка к тому, чтобы простить его. Трудно ненавидеть того, кто рисковал ради тебя своей жизнью.

Но были и другие причины держаться подальше от стаи. Их было три: Тайра, Герхард и Дитер. Может, к следующей охоте враждебность утихнет.

На данный момент ее встреча с Вики была хорошим предлогом, чтобы отсутствовать, и Энджи принесла бы ее извинения Альфе.

Уютная атмосфера таверны окутала Бри, когда она вошла. Это был типичный субботний вечер.

Уэйлон Дженнингс развлекался с музыкальным автоматом рядом с молодой парой. За одним бильярдным столом в алькове сидели мужчины в бейсболках, фланелевых рубашках и рабочих ботинках, другой был окружен аккуратно одетыми парнями из колледжа в Аберкромби и Фитче. Большинство столиков в зале были заняты, и Бри вытянула шею, пытаясь найти Вики.

Неся поднос с напитками, Рози замедлила шаг и кивнула в сторону камина.

— Вон там.

— Спасибо. — Бри направилась в указанном направлении.

— Как раз вовремя, копуша. Я уж подумала, ты решила пойти со стаей. — Вики ногой отодвинула стул. — Бри, это Хизер. Она управляет бизнесом по разработке программного обеспечения на территории Рейнира.

— Привет. — Бри кивнула другой женщине, чья долговязая фигура имела больше мышц, чем изгибов. — Приятно познакомиться.

Одетая в джинсы, белый свитер с высоким горлом и бирюзовую фланелевую рубашку, которая подходила к ее глазам, рыжеволосая женщина подтолкнула кружку через стол. — Это твое.

Пиво было холодным и вкусным. Бри выпила добрую треть и со вздохом поставила стакан на стол.

— Именно то, что мне было нужно.

— В «Дикой охоте» лучшее разливное пиво. — Хизер улыбнулась. — Даже не знаю, из-за чего я больше посещаю Собрания в Колд-Крик: из-за пива или из-за самцов.

— Я думала, что парни путешествуют, а женщины остаются на месте. — Бри изучала бар с дрожью беспокойства. Сколько мужчин были оборотнями, с которыми она… встретится… завтра ночью?

— Это норма, а не закон. Я посещаю Собрания здесь, а потом могу навестить свою маму в Деревне старейшин.

— Там я и познакомилась с Хизер, сразу после того, как узнала, что я оборотень, — сказала Вики. — И я, вероятно, была так же растеряна, как и ты.

— Если ты такой же позднообернувшийся оборотень, как и я, почему парни ведут себя так, будто я какая-то необычная?

— Я пришла к оборотням другим путем. Оказалось, что умирающий оборотень может подарить свою магию человеку. В то время я думала, что это был чертовски паршивый подарок. — Вики сделала глоток пива. — Бедняжку Хизер завербовали для объяснения жизненных фактов. Например таких, как Собрания.

Бри хихикнула.

— Она, вероятно, справилась с работой лучше, чем парни.

— Самцы пытались наставлять тебя? — Нахмурившись, Хизер повернулась к Вики. — А следовало бы тебе.

— Эй. Это не моя вина. Калум отправил меня в Деревню старейшин на эти проклятые занятия, оставив Зеба и Шея на линии огня.

— Зеб и Шей — кахиры из Ренье? — Губы Хизер дрогнули, и она разразилась хохотом. — Бедный ты щенок.

***

Волки последовали за Альфой к небольшому озеру глубоко в горах. Почти в середине стаи, рядом с братом, бежал Зеб. Грязь под его лапами была влажной. Свежий, как снег, воздух с высот доносил запах горного козла. Чуть ближе слышался запах бобра с близлежащей плотины.

Он всегда любил сумерки, время, когда ночь сменяла день, когда сила Херне пульсировала в его венах, а любовь Матери была такой же пьянящей, как ее луна над головой.

На лугу, окруженном черным лесом, озеро было спокойным, над поверхностью ленивыми завитками клубился туман.

Лунный свет превратил обнаженное тело Герхарда в серебро, пока он расхаживал взад и вперед вдоль береговой линии. Волки медленно улеглись вокруг него.

Зеб заметил, что волки разделились на группы, и распределение было не равномерным. Справа стояли старшие, умудренные опытом головы — Бати и Энджи, а также трое владельцев хозяйственной лавки. Странно. Разве в стае такого размера не должно быть больше стариков?

Ближе к фронту альфа-самка господствовала над не состоящими в браке самками. Как ни странно, младший щенок завис на периферии без наставника.

Слева были молодые агрессивные самцы. Зеб нахмурился.

У волков не бывает группировок, по крайней мере, в хорошо управляемой стае. Он взглянул на Шея. Судя по наполовину прижатым ушам, брат тоже видел раскол.

Хорошо, что Бри не пришла сегодня, хотя Зеб скучал по ней до боли в ребрах. Он не мог вспомнить, когда был так чертовски несчастен, но будь он проклят, если вернет ей оружие.

— Слушайте, — рявкнул Герхард, прерывая разговоры. — Мы идем в ту сторону. — Он указал на север.

Зеб нахмурился. Он был там пару недель назад.

В труднопроходимой долине с крутыми склонами и остатками лавины охота не будет легкой.

— Там должны быть олени, и мы поймаем одного из них, — объявил Герхард. Он обернулся и бросился вперед в быстром беге.

Зеб зарычал от отвращения. Луна даже толком не взошла.

В долине будет темно, местность труднопроходима, особенно для стариков с менее острым зрением. Перед смертью старейшины Лейна Зеб узнал, какими хрупкими становятся пожилые волки. Стайная пробежка должна была быть комфортной для всех волков, от самых новых оборотней до самых старших. Сложные охоты больше подходили для молодых мужчин и женщин.

Игнорируя непреодолимое желание слепо следовать за Альфой, Зеб повернулся к Шею.

Шей навострил уши, глядя на старшую группу, и посмотрел на Зеба. Зеб помахал хвостом в знак согласия.

Затем Шей наклонил голову к новому оборотню, показывая, что он будет нянчиться с щенком.

Хороший план. Зеб подождал, пока старшие волки выйдут, и побежал за ними.

Бати и Энджи бежали хорошо, мордами вперед, наслаждаясь пробежкой. Остальные трое также хорошо держались в первой части забега.

Однако каменистые склоны были слишком круты, и все трое отставали все дальше и дальше. Планируя рискнуть гордостью и предложить им вернуться, Зеб подошел ближе.

На покрытой осыпью тропе один самец поскользнулся. Когда осколки камней выскользнули из-под него, он неудачно приземлился, и был отчетливо слышен хруст кости. Бесполезно карабкаясь, он балансировал на краю.

Черт. Зеб прыгнул вперед и вцепился зубами в загривок старого волка. Упираясь ногами, он держался, не в силах сделать больше.

Любое неловкое движение, и они упадут, а почва была чертовски далеко внизу.

Два других волка превратились в людей и потащили их обратно на тропу.

Когда они перенесли раненого волка на ровное место, по морщинистому лицу женщины потекли слезы.

— Я знала, что нам следует прекратить эти пробежки. Я так и знала. — Она опустилась на колени рядом со своим раненым партнером и спросила другого волка, — Ты можешь сказать, насколько все плохо, Квентин?

Квентин провел руками по задней лапе, и волк заскулил от боли.

— Приличный перелом, Уолтер. Ты неуклюжий идиот.

Зеб подошел поближе. К его удивлению, женщина повернулась и погладила его по спине.

— Спасибо, кахир, что спас мою пару. — Она посмотрела через край и вздрогнула. — Вряд ли бы он выжил после такого падения.

Лицо Квентина вмиг стало мрачным.

— Он может не пережить обратную дорогу. — Он положил руку на раненого сородича. — Предстоит долгий путь назад, брат.

И слишком крутой для старого волка, у которого всего три ноги. Зеб принял человеческий облик.

— Оставайся волком, Уолтер, — приказал он. — Так тебя будет легче нести.

— Но… — начал Квентин.

Зеб поднял раненого волка на плечи.

— Путешествие будет легче для вас двоих, если вы примете облик волков. Оборачивайтесь.

Старые волки держались рядом, когда Зеб повернул назад, изо всех сил стараясь удержаться на ногах. Камень царапнул его босую ступню, и еще один, он молча проклинал гребаного Альфу с каждым болезненным порезом и подскальзыванием.

***

Шей заметил, когда старшие волки начали отставать, и был благодарен брату за то, что тот решил присмотреть за ними.

Будучи самым независимым волком на свете, Зебу было все равно, один он, или с несколькими волками, или в середине стаи.

Шей же, в отличие от него, был другим. Хотя с годами он научился терпимо относиться к одиночеству, быть окруженным товарищами по стае наполняло его душу так, как ничто другое. Как например сейчас, когда он жадно впитывал звуки и запахи. Справа от него волк набросился на грызуна и радостно тявкнул. Два молодых самца поссорились, выясняя, кто из них сильнее. Другие волки на бегу задели Шея. Ароматы женщин добавляли радости этому вечеру. Шей позволил разуму успокоиться, и его инстинкты вышли вперед.

Тем не менее, он держал самую молодую самку в пределах видимости и запаха, слегка отставая от нее и задаваясь вопросом, где ее наставник. Наставник всегда оставался рядом с новым оборотнем, пока тот не достигал определенного уровня знаний. Этот щенок был довольно далек от подобного.

К тому времени, как они достигли дна долины, маленькая волчица начала слабеть. Гигантское дерево преградило узкую охотничью тропу, и волки перелезли через него. Молодая самка прыгала, тщетно пытаясь преодолеть преграду. Волки разделились вокруг нее, игнорируя ее и оставляя позади. Положив обе передние лапы на ствол, она печально смотрела поверх бревна, как стая исчезает на тропе.

В нескольких футах позади нее Шей ждал, когда она заметит его, и был возмущен ее неосведомленностью. У нее, должно быть, паршивый наставник.

Она наконец почуяла его запах и развернулась. Ее уши навострились, а хвост был поджат между ног.

Он не пошевелился. Неужели влияние Клауса распространилось настолько глубоко, что самка стала бы бояться товарища по стае?

Он заморгал, притворяясь, что не учуял ее страха.

— Есть пара трюков, которые можно использовать, когда прыгаешь на что-то большое. Хочешь, я покажу?

Она навострила уши и медленно помахала хвостом.

Хорошо, что она не сдавалась. Он вернулся к волчице и показал ей, как найти вмятины передними лапами, а затем заменить их задними лапами, чтобы получился толчок. Наконец ей это удалось, и она встала на верхушку ствола, яростно виляя хвостом и радостно тявкая.

Шей снова превратился в человека. Он улыбнулся ей.

— Сделай это еще два раза, тогда ты никогда не забудешь. — Она повиновалась, и действительно, с каждым разом получалось все лучше.

— Отлично. Давай догоним остальных.

Когда она пошла по следу, он покачал головой.

— Используй уши, щенок. Где стая?

Она навострила уши вперед, назад, затем носом указала на запад.

— Да. Они кружат. Мы встретимся с ними. — Быстрый оборот, и он повел их под углом.

Когда они присоединились к стае, и Шей понял, что Герхард ищет добычу, у него вырвался рык отвращения. Большинство Альф обследуют местность перед охотой стаи. И продолжать здесь охоту? Где же нос Альфы? Запах оленя был старым. Здесь не будет большой добычи, особенно когда предгорья покрыты зеленеющей травой, а на кустах и деревьях появились новые почки.

С разочарованным рычанием Альфа направился назад, игнорируя отставших, таких как Бати, Энджи и волка с порезанной лапой.

Вернувшись туда, откуда они начали, Герхард обернулся, и нахмурившись, уперся ногами в землю.

— Шум от всех вас, неуклюжих дебилов, должно быть, спугнул всю добычу.

Его брат, тоже обернувшись, кивнул в знак согласия.

Почуяв Зеба, Шей огляделся.

— Мне нужна помощь, — раздался голос Зеба из-под укрытого дерева. — У Уолтера сломана нога.

Герхард и Дитер подошли посмотреть на тяжело дышащего волка.

— Плохо дело, Уолтер, — сказал Герхард. — Спускайтесь вниз медленнее. — Эти двое снова превратились в волков и побежали прочь, сопровождаемые Тайрой.

Гребаные ленивые засранцы. Шей обернулся в человека и подошел к Зебу.

— Насколько все плохо?

Лицо брата, несмотря на холодный воздух, покрылось испариной.

— Задняя лапа, но у него артрит, и он ни хрена не балансирует на трех ногах. — Зеб откинул волосы назад. — Я наложил шину, но выглядит он ужасно.

Гнев Шея близился к точке кипения. Это старейшина стаи, и никому не было до него дела. Энджи и Бати поспешили к нему, но они были слишком стары, чтобы помочь.

К ним присоединился молодой мужчина.

— Папа, что случилось? Он опустился на колени, и Шей узнал Уоррена из хозяйственной лавки.

— Энджи, где ближе всего можно достать носилки? Вернуться в город? — спросил Шей.

Она опустилась на колени рядом с Уолтером и похлопала его по плечу.

— В четверти мили отсюда есть хижина. Калум держит там предметы первой помощи и носилки.

— Уоррен, принеси их. Мы начнем медленно спускаться, так что просто догоняй.

— Да, кахир, — молодой человек резко повернулся и помчался прочь с поляны.

Клянусь Богом, Шей был сыт по горло отсутствием сплоченности стаи. Он подошел к молодым мужчинам, которые обменивались историями о пробежке.

— Нам нужна помощь со старшим волком. Разбейтесь на пары примерно одинакового роста и постройтесь для спуска. Мы будем нести его по очереди.

Один из юношей усмехнулся.

— Какого хрена мы должны делать то, что ты говоришь? Ты не альфа.

Его сотоварищ придерживался того же мнения.

Шей подошел ближе и выпустил свою доминантную натуру, которую прятал, когда был в стае.

Они поспешно отступили на шаг.

Он улыбнулся и мягко сказал: — Вы будете делать все, что я скажу, или я оторву вам руки и набью ими ваши поганые рты.

Их лица побледнели.

— Постройтесь вон там.

Когда они поспешили туда, куда он указал, остальные присоединились к ним.

Урегулирование положения завершено.

Вскоре Уоррен догнал их, и благодаря усилиям молодых волков, они без проблем добрались до пещеры «Дикой Охоты».

Шей поднял старика, чтобы отнести его наверх.

— Подожди, — сказал Уолтер. Его лицо было бледным и искаженным болью, но он повысил голос, чтобы его услышали. — Спасибо всем. Я бы не справился без вашей помощи.

Молодые мужчины уставились на него, словно не понимая, что происходит. Как будто стеснялись, что их благодарят.

Шей, сохраняя невозмутимое выражение лица, одобрительно кивнул им.

— Молодцы. Вы должны гордиться собой. — Когда он нес Уолтера вверх по лестнице, то увидел, как щенки ухмыльнулись друг другу и словно стали еще выше, чем раньше.

Усадив старика на диван в отдельной комнате и отправив Уоррена звонить целителю, Шей натянул на себя одежду. Уже одетый, Зеб молча пытался натянуть носки и ботинки на свои израненные, кровоточащие ноги.

Они встретили Сэнди в коридоре.

— Не знаю, как бы мы справились, — сказала она, протягивая руки, чтобы поцеловать их в щеки. — Огромное вам спасибо.

Когда они вошли в бар, Шей увидел, что лицо Зеба стало темно-красным, и он почувствовал жар в своем собственном.

— Брат, — пробормотал Зеб, — мне нужно пиво.

— Я куплю.

***

Бри хихикнула, когда Хизер закончила рассказ о своем первом Собрании. Ранее Вики поделилась своим опытом о том, как быть человеком, потом оборотнем, а затем иметь двух партнеров. Они выпили еще пива. Потом Бри поведала свою историю о Собрании, правда для этого потребовалась еще одна порция выпивки.

— Первое Собрание само по себе страшно, а с такой травмой как у тебя и подавно, — сказала Хизер, похлопав ее по руке. — У тебя был кто-нибудь с тех пор?

Лицо Бри вспыхнуло, даже когда она улыбнулась.

— Да.

Вики рассмеялась.

— И ты, похоже, тоже этим очень гордишься. Зная тебя, Мисс Никогда-Не-Отступай, держу пари, что ты попросила одного из парней помочь тебе.

Брови Хизер поползли вверх.

— Вот это был умный ход. Кого ты выбрала?

— Шея. — Бри улыбнулась, вспомнив его глубокий ровный голос, который уговаривал ее шаг за шагом. Хорошая девочка. Можно мне теперь тебя обнять? Это не напугает тебя? — Он был великолепен.

— Зеб не пытался помочь? — поддразнила Вики. — Я видела, как он на тебя смотрит.

— Зеб? И Шей? — Глаза Хизер расширились. — Ты сказала, что осталась в домике, но я не знала, что ты в отношениях с ними.

Бри кивнула.

— Я спаривалась с этими самцами, но только в течке. Будь другая ситуация, вряд ли я бы осмелилась. — Хизер усмехнулась. — Клянусь матерью, ты храбрее, чем кажешься.

Ревность ударила Бри в грудь, и она поперхнулась пивом. Ее кашель заглушил гнев и горечь в голосе. —

Ты. А они? — Хизер была такой эффектной, такой умной, и они занимались с ней любовью? Мои Шей и Зеб?

— Остановись. — Вики накрыла ладонью руку Бри. — Ты можешь ревновать где угодно, только не на Собрании. Разве ты не заметила, как на тебя подействовала течка?

Бри закусила губу, видя смятение Хизер. Эта женщина не хотела причинить ей боль. На самом деле, она сказала, что спаривалась с мужчинами только во время той течки. Зеб и Шей жили на территории Рейниров уже пару лет. Они, несомненно, были со многими самками — смятение спутало ее мысли — Боже, парни переезжали так часто, что, вероятно, переспали с каждой женщиной даонаином в западных штатах.

Брианна оглядела комнату. Кто из присутствующих здесь знал Зеба и Шея в библейском смысле? Черт бы их побрал. Не зная, на кого она больше злилась — на женщин или на мужчин, она криво улыбнулась Хизер.

— Прости. Это человеческие глупости.

— Даонаинам тоже свойственно собственничество, — пожала плечами Хизер. — Но нам вдалбливают, что Собрание — это священное время, поэтому ревность недопустима. — Она протянула ей руку. — Если это хоть как-то успокоит тебя, то между мной и этими самцами не было ничего, кроме жара полной луны.

Бри сжала пальцы рыжеволосой девушки.

— Это успокаивает. Спасибо. — Она взяла свою кружку, но та была пуста. Как и у остальных. — Теперь моя очередь идти за пивом.

Проходя через комнату, она чувствовала, что ее мир перевернулся, и не из-за алкоголя. У меня есть двое любовников, которые хотят разделить меня, и две другие женщины думают, что это нормально.

Калум заметил ее и вопросительно поднял вверх три пальца.

Она кивнула, зная, что получит марку именно того пива, которое пила каждая из трех женщин. Память у этого человека была, как стальной капкан. Она поморщилась. Возможно, ловушки были не лучшим сравнением для использования с животными-оборотнями.

Табурет опустел, и Бри скользнула на сиденье. Прислонившись спиной к барной стойке, она огляделась. Сегодня полно народу. Одинокие парни столпились вокруг бара с женщинами помоложе. Пожилые женщины и компании из разных возрастных категорий предпочитали сидеть за столиками. Члены стаи были разбросаны тут и там.

Их пробежка, должно быть, закончилась.

Женский голос, громкий и резкий, заставил внутренности Бри сжаться в тугой клубок. Тайра. Она оглянулась через плечо и увидела Альфа-суку и ее закадычную подругу Кэндис с потрясающе великолепной блондинкой за соседним столиком.

Резкий голос Тайры прорвался сквозь болтовню.

— Нет, Герхард все еще наш Альфа. Шей ведет себя так, как будто хочет взять бразды правления в свои руки, но у него не хватает смелости.

Бри напряглась, и ее рука сжалась в кулак.

— Он был таким же в Ренье. — Смех блондинки был высоким, похожим на звон разбитых бокалов для вина. — У тебя уже были проблемы с Зебом? — Ее голос стал громче, как будто она хотела привлечь к себе внимание.

— Этот кахир. — Кэндис вздрогнула. — Он так отвратительно выглядит со всеми этими шрамами, и он всегда затевает драки.

— О, он делает и кое-что похуже, — сказала блондинка еще громче, на что люди начали оборачиваться. — С женщинами… О, мне не стоит говорить.

Тайра наклонилась вперед.

— Расскажи нам.

— Он жесток во время спаривания и даже оставил некоторых самок истекать кровью. Раненными. Плачущими.

Сердитое бормотание донеслось от людей поблизости. Гретхен продолжила:

— Он жестоко обращается с каждой самкой, с которой спаривается.

Гнев пронзил Бри быстро и сильно. Она хлопнула ладонью по барной стойке и сердито посмотрела на женщину.

— Я не знаю, кто ты, но ты врёшь.

Блондинка ахнула.

— Вовсе нет. Я спаривалась с Зебом и…

— Я тоже, — Бри откинула волосы назад и злобно усмехнулась. — Часто. И если повезет, я продолжу. Этот мужчина великолепен в постели.

— Ну, может быть, ты не…

— Бедная Гретхен. — Энджи протиснулась плечом вперед, чтобы встать рядом с Бри. — Продолжаешь порочить честь любого мужчины, который не идет за тобой по пятам, обнюхивая твою задницу? — Энджи обвила рукой талию Бри. — Насладившись вниманием Зеба на Собрании, я должна сказать, что Бри совершенно права. Этот самец может завоевать мое расположение в любое полнолуние.

Хизер встала из-за стола и подняла руку, как будто была ученицей в школе.

— Я согласна. Он спаривается так же великолепно, как и дерется.

Рот блондинки открылся и закрылся.

Бри подавила ухмылку. Побывав в такой толпе, она поняла, когда наступил перелом. Она схватила пиво, которое Калум с напряженным лицом поставил на барную стойку.

— Итак, продолжим. Этот кахир каждый месяц рискует жизнью, чтобы спасти нашу с вами, и он чертовски хорош в постели. — Она подняла кружку с пивом. — Выпьем за Зеба!

По всему бару подняли бокалы, и до нее донесся рев: — За Зеба!

Секунду спустя она поняла, что все внимание сосредоточилось у нее за спиной. Она обернулась и, о… Боже, увидела, что Зеб стоит рядом с Шеем.

Она никогда раньше не видела такого обеспокоенного выражения на его лице.

Усмехнувшись, Шей хлопнул его по плечу и подтолкнул к ней.

— Легче пережить нападение адского пса, — прохрипел Зеб, приближаясь. Он кивнул Энджи, и та подмигнула ему, прежде чем вернуться за свой столик. Он повернулся к Бри и изучающе посмотрел на нее непроницаемым взглядом. — Я думал, мы в ссоре.

Бри поднялась на цыпочки, чтобы прошептать ему на ухо:

— Я ненавижу ее больше, чем тебя.

— Ну тогда. — Запустив пальцы в ее волосы, он откинул ее голову назад и прижался губами к ее губам в требовательном, собственническом поцелуе. Твердой, как железо, рукой обняв ее за спину, Зеб притянул Бри к себе и продолжил — погружаясь все глубже.

Влажнее. К тому времени, как он закончил, жар, как кипящее масло, побежал по ее венам, и весь бар кричал и аплодировал.

Он прикусил мочку ее уха, добавив щепотку боли, и прошептал:

— Ты можешь наслаждаться моим вниманием в любое время, когда пожелает твое сердце. Моя дверь будет открыта.

Усадив ее на барный стул, он кивнул Шею и направился к выходу, терпя прикосновение чужих рук, которые хлопали его по спине, и поднятые тосты.

Глава 28

Колд Крик. Территория Северных каскадов. Полнолуние.

Под хор приветствий Бри вошла в комнату Хизер, которую ту сняла в викторианском отеле. Энджи красила ногти на ногах, а Хизер стояла у старинного комода с зеркалом и завивала волосы.

Вики выскочила из ванной, одетая в обтягивающие джинсы, трикотажную рубашку с глубоким вырезом и макияжем, от которого ее темные глаза казались огромными.

— Привет, Бри.

— Вау, ты только посмотри на себя. Я думала, люди, связанные парой, не посещают Собрания?

— Так и есть, — Вики отбросила свои длинные волосы назад через плечо. — Но мои ребята по очереди присматривают за таверной, и я хочу убедиться, чтобы они не думали, что что-то упускают. Слишком много красивых женщин приходит сюда на Собрания.

— Никогда не видела, чтобы Алек или Калум смотрели на кого-то еще, — сказала Бри.

Хизер покачала головой.

— Говорила и продолжаю говорить Вики, что связанные — это больше, чем просто кольцо и клятва. Связанные пары — это на всю жизнь.

— О, да. — Вики прижала руку к груди. — Это притягивает, как магнит, только на ощупь похож на светящийся огонек. — Затем она усмехнулась и одернула рубашку, еще больше обнажая декольте. — Но среди обычных людей я видела чертовски много женатых мужчин, трахающих других женщин.

— Я бы чувствовала то же самое. — И было бы тяжело видеть Зеба или Шея с кем-то другим. Улыбка Бри померкла.

— Что у тебя в рюкзаке, девочка? — спросила Энджи.

— Я принесла одежду. — Бри бросила свой рюкзак на пол. — Я помню женщин, одетых сексуально на Собрании, но мои воспоминания размыты. — Ведь все ее внимание тогда было приковано к мужчинам. — Ты можешь помочь мне подобрать наряд?

— Без проблем, — ответила Энджи. — Покажи нам, что ты принесла, и я надеюсь, что это лучше, чем та скучная одежда, которую ты обычно носишь.

Вряд ли деловую повседневную одежду, из которой в основном и состоял ее гардероб, можно считать гламурной.

Бри взглянула на нарядные брюки свободного кроя, которые она упаковала.

Думаю, это не пойдет. Она вытащила пару джинсов, те, что с более высокой посадкой, так как фасоны с заниженной талией утягивали ее бока так, что над поясом появлялись характерные «ушки».

— Они должны хорошо тебя облегать, — решила Хизер. — Давай посмотрим.

Натянув их, Бри порылась в рюкзаке и показала свой выбор топов. Белая рубашка с длинными рукавами вызвала шквал недовольных возгласов. Свитер с капюшоном был явно подходящего цвета, но Энджи сказала, что в таверне будет жарко, поэтому он вернулся в сумку. Ее последний выбор — зеленый шелковый топ был отвергнут из-за высокого горла.

— У тебя нет сексуальной одежды? — недоверчиво спросила Хизер. — По всей видимости у тебя ситуация похуже, чем была у Вики.

— У меня красивые вещи. Только не кричащие: сними-с-меня-их-немедленно. Никогда не преследовала цель привлекать к себе внимание. — Как, собственно, и сейчас, если только это не Зеб и не Шей. Внутренности Бри стянуло в тугой узел, но не от возбуждения, а от страха. Что, если Зеб и Шей ни разу не выберут ее? Там будет много других женщин… и они уже спаривались с ней. Она прикусила губу, чувствуя себя нежеланной дворняжкой.

Хизер все это время внимательно изучала ее.

— Хм. Есть у меня один интересный топ. Даже на мне он смотрится достаточно сексуально, а с твоей грудью будет просто бомба.

— Мужские языки будут волочиться по полу, — хихикнула Вики.

— Сними лифчик. — Хизер протянула ей ярко-синий топ в цветочек.

— Но…

— Твои девочки не обвисают, — сказала Энджи. — Будь практичной. Снимать лифчик, когда ты готова к спариванию, — та еще заноза в заднице. — Кивки были единодушны. Бри бросила лифчик на пол и надела ярко-синий топ. У него был эластичный вырез, и он не казался таким уж сексуальным, пока Энджи не опустила присборенные рукава, обнажая плечи.

От криков и аплодисментов создавалось впечатление, что в комнате находилось около сотни женщин.

Бри посмотрела в зеркало.

— О, Боже! — Вырез открывал… глубокую… ложбинку, и облегающая тонкая ткань не скрывала ее прелестей без лифчика. При каждом, даже малейшем, движении, ее грудь покачивалась.

— Возможно, сегодня Доналу придется иметь дело с несколькими сердечными приступами, — пробормотала Энджи.

— Идеально, — произнесла Хизер. — А теперь давай посмотрим, что мы можем сделать с твоим совершенно никудышным макияжем. — Бри посмотрела на нее широко раскрытыми глазами.

Вики хихикнула.

— Она очень похожа на моего первого сержанта по строевой подготовке.

— Ты альфа-самка в своей стае?

— Мать запрещает. — Хизер поморщилась. — Я слишком занята, чтобы брать на себя еще какие-то обязанности. Кроме того, от альфа-самца меня тошнит.

Бри нахмурилась. У альфа-самки были обязанности? Тайра, казалось, никогда ничего не делала. И обязательно ли, чтобы Альфы нравились друг другу? Тайра и Герхард не жили вместе.

Вопросы, которые нужно задать ребятам или Энджи. Мне нужно составить список.

— Я собираюсь добавить строчку в свое резюме, — беззаботно сказала Хизер, подталкивая Бри к зеркалу. — Люди, взятые за шкирку и отправленные в страну оборотней. Броско, да?

***

Шей сидел за барной стойкой. По разговорам в таверне чувствовалось возбуждение оборотней: пониженные мужские голоса, хриплые женские. Мимо проплывали различные запахи: пожилая женщина, молодая, затем агрессивный, знакомый запах.

Тайра.

Несмотря на то, что трое мужчин боролись за ее внимание, она бросила на него долгий задумчивый взгляд.

Не заинтересован, Альфа-сука. Его член даже не дернулся.

Намеренно грубо он продолжил осматривать толпу. Он выберет женщину и в конце концов поднимется наверх, потому что это было необходимо, но он хотел — нуждался — убедиться, что с Брианной все будет в порядке.

Хотя, увидев ее с другим мужчиной, он мог бы его убить. Ревность здорово разозлила его. Оборотни не становятся собственниками, по крайней мере, не в ночь Собрания. Почему у него было такое чувство, будто кто-то изменил правила в отношении него?

Рядом с Шеем Зеб тоже был не в лучшем настроении. Его верхняя губа приподнялась в беззвучном оскале.

— Мне больше хочется драться, чем трахаться, но, если мы сорвем Собрание, Калум может оторвать нам яйца.

Неприятная мысль. Он видел Козантира в облике пумы, и не хотел, чтобы эти смертоносные длинные когти приближались к его гордости.

— Никаких драк, — согласился он.

— Хочешь пойти и притвориться патрульным? — спросил Зеб.

— Да. — Черт возьми, он даже не затвердел. — Но давай сначала убедимся, что она справится.

Зеб кивнул в сторону входа.

— Она здесь. — Брианна стояла в дверях спиной к комнате, разговаривая с кем-то снаружи. Ее длинные светлые волосы доходили почти до талии, джинсы плотно обтягивали пышную попку. Она обернулась.

Да спасет меня Мать. Ее глаза почему-то стали больше, губы блестели и были красными. И все, о чем он мог думать, это как эти блестящие губки будут смотреться вокруг его члена. Он медленно вдохнул, так как воздух в баре превратился в пар.

Ее блузка обнажала плечи, гладкие и бледные, а грудь… член Шея не только встал, но и грозил вырваться из джинсов.

Зеб выпрямился.

— Самцы на нее пялятся. — В его тоне слышалось рычание неминуемой атаки.

Шей в сдерживающем жесте хлопнул брата по груди.

— Она не наша. Ночь Собрания. — Он судорожно втянул в себя воздух. — Она будет спариваться с другими самцами.

— Нет. Если. Они. Мертвы. — Зеб уставился на нее и встал.

— Нет, — отрезал Шей, и Зеб вздрогнул, словно стряхивая воду со своего меха. Стиснув зубы, он прислонился спиной к стойке бара.

— Мы останемся здесь до тех пор, пока она не выберет кого-нибудь, — процедил Шей сквозь зубы. — И позаботимся о том, чтобы она благополучно добралась до дома. Остальное оставим на потом. Дадим ей шанс побыть с другими.

***

Войти в таверну было все равно что войти в сауну — наполненную ошеломляющими запахами и звуками. Задержавшись у двери, Бри сумела протиснуться дальше в комнату.

Когда Хизер последовала за ней, Бри увидела, что ее лицо покраснело.

Бри, вероятно, выглядела так же, поскольку ее нервы ощущались так, словно их натерли до обжигающей чувствительности. По дороге ее грудь колыхалась при каждом шаге. Бри чувствовала, что та набухла, и было ощущение, словно на ней надет лифчик, но на размер меньше.

Вспышка паники охватила ее, и она замерла. Вдох, еще один, и ей удалось расслабиться. Правда, ее гормоны сорвались с поводка, но после того, как была с Зебом и Шеем, она могла справиться с чувством возбуждения.

И у меня был секс. Со мной все будет в порядке.

Она медленно вдохнула и осмотрела помещение.

Хотя Вики ушла, чтобы присоединиться к Алеку в их доме над таверной, Хизер и Энджи стояли неподалеку.

Бри улыбнулась. Хорошо иметь друзей. Но им нужно было уйти и заняться спариванием.

— Я справлюсь с этим. Идите играть. — Она решительно кивнула им.

Обе женщины ухмыльнулись, вошли в комнату и разошлись по разным сторонам, занимая свою собственную маленькую территорию. Мужчины следовали за ними по пятам, и Бри рассмеялась, увидев, как Оуэн тащится за Хизер, словно на поводке. Удачи, Хизер.

— Ты красивая самка. — Мягкий голос.

Бри подняла глаза и увидела стройного мужчину. Ее счетчик интереса даже не запищал, поэтому она вежливо улыбнулась ему и отрицательно покачала головой.

Он выглядел разочарованным, но скользнул обратно в толпу.

Эй, это сработало. Ее мимолетный восторг исчез под новой волной жара. Черт, мне нужно пиво. Она направилась к бару. Ее тело было горячим, жаждущим. Запахи мужчин вокруг нее поначалу были пьянящими, но потом запах становился неправильным. Противоречивые ощущения переполняли ее.

Мужчина коснулся ее руки, и от прикосновения его мозолистой ладони все внутри нее растаяло, но, когда он что-то сказал, ее разум прояснился. Ее тело остыло. Он удалился.

— Брианна. — Калум стоял в конце бара — очевидно, его услуги бармена сегодня не требовались. Он пристально посмотрел на нее, и в его глазах мелькнула тревога. — Тебе что-нибудь принести?

— Я очень, очень хочу пива.

Он слабо улыбнулся ей.

— Я могу это устроить.

Появился еще один мужчина — Бен размером с медведя. Он улыбнулся ей.

— Хочешь подняться со мной наверх?

Она хихикнула.

— Разве ты не должен… ну, быть вежливым и флиртовать или что-то в этом роде?

— Некоторые так и делают. А некоторые, нет. — Он откинул волосы с ее лица. Его рука была такой же большой, как у Зеба. — Я не волк, чтобы заниматься играми.

Он ей нравился. Сможет ли она лечь с ним в постель? Он был милым.

— Ну…

Стук по барной стойке возвестил о прибытии ее пива.

— Брианна, — сказал Калум. — Если у тебя нет непреодолимой потребности подняться наверх, то ты вежливо отказываешься. — Его улыбка дрогнула. — Когда появится нужный, ты не сможешь сказать «нет».

— О. — Она прикусила губу и посмотрела на Бена. — Пожалуй, я могу сказать «нет».

— Думаю, можешь. — Его улыбка была очаровательна. — И мне очень жаль, хотя это, вероятно, убережет меня от того, чтобы мне вырвали горло.

— А?

Он кивнул в сторону другого конца бара, где сидели люди. Яростные черные глаза поймали ее взгляд.

Жар внутри нее вспыхнул с такой силой, что у нее подкосились ноги. С лающим смехом Бен схватил ее за руки и остановил падение.

Раздалось низкое рычание. Зеб. Ее пульс участился при этом смертельно-эротическом звуке.

Бен отпустил ее, подталкивая к Зебу.

— Веселись, милая.

Веселье было не тем, в чем она нуждалась, поскольку воздух пульсировал от жара, исходящего от ее тела. С каждым шагом топ задевал ее свободную грудь. Соски затвердели, превратившись в пики, которые жаждали прикосновения… мозолистой руки.

Она подошла к нему, смутно замечая, как люди расступаются у нее на пути. Он сидел на барном стуле, опершись локтем о стойку, и смотрел на нее горящими глазами, которые проникали ей в самое нутро и пульсировали.

Зеб вдохнул, и по его телу пробежала дрожь.

— Маленькая самка, я изо всех сил стараюсь не схватить тебя.

Его голос проскрежетал над ней, заставляя каждый нерв покалывать от желания.

— Схвати меня. — Она раздвинула его колени и встала между ними. Когда его ноги сомкнулись, обхватив ее бедрами, она задрожала от удовольствия.

— Брианна, это неразумно. — Голос Шея окружил ее, окутывая бархатом. Его запах ласкал ее ароматом ветра с ледников и легким привкусом твердых мятных леденцов, которые он так любил. Она стиснула его рубашку, и фланель мягко коснулась ее пальцев. Бри притянула его к себе, чтобы облизать его губы. Такие твердые, с привкусом мяты.

Он зарычал. Его рука вцепилась в ее волосы, оттягивая ее голову назад, когда он взял ее губы и завладел ртом.

Ноги Зеба напряглись, удерживая ее от падения. Он натянуто рассмеялся, когда она застонала.

— Она собирается трахнуть их обоих прямо здесь?

От этого голоса в ней вспыхнул гнев, и она уставилась на великолепную блондинку Гретхен.

Блондинка указала на Шея.

— Отведи его наверх и спаривайся там, как и положено. — Затем ее взгляд, полный похоти, обратился к Зебу.

— Я так и сделаю. — Губы Бри приподнялись в оскале. Она не отпустила свою руку, удерживающую рубашку Шея, но другой рукой обхватила запястье Зеба. Ее пальцы прошлись по толстым вздутым венам, по шрамам.

Так тяжело и… вверх по лестнице.

— Я возьму их обоих.

— Брианна. — Шей замолчал, когда она потянула его вперед.

Его она тоже схватила за запястье и потащила своих мужчин за собой. Мои.

На верхней площадке лестницы она остановилась. Как выбирают комнату? Существуют какие-то правила?

Фыркнув от удовольствия, Зеб шагнул вперед и толкнул приоткрытую дверь.

Хорошо. Не отпуская их запястий, она повела их в комнату. В крошечном камине потрескивал огонь. Море шелковистых зеленых подушек покрывало пол. У нее мелькнула вспышка страха, воспоминание о том, как ей было больно, а затем ее обняли.

Глубокий голос Шея прошептал:

— Здесь только мы, линнан, и больше никого. — Он притянул ее к себе, прижав спиной к своей груди, его эрекция была твердой и всецело для нее. Она потерлась о него ягодицами, и он застонал.

Каждый нерв в ее теле требовал, чтобы он взял ее. Сейчас.

Она обернулась. Его грудь была такой широкой, мышцы напрягались при каждом движении. Она расстегнула его рубашку, нуждаясь в том, чтобы ее руки коснулись этих мышц. Шей рассмеялся и помог ей.

Руки обхватили ее груди. Запах Зеба. Он прислонился к ней сзади, и прижался щекой к ее щеке. Его ладони были теплыми, когда он взвешивал ее груди, придавая им форму. Большими пальцами он дразнил ее соски, вызывая пульсацию у нее в паху.

Больше. Она высвободилась и стянула через голову топ. Вернувшись на свое место, она снова положила его руки себе на грудь.

Смех застрял у него в горле.

— Маленькая самка может быть довольно требовательной. Мне это нравится.

— Но не ей говорить, что нам делать, — сказал Шей. Он развернул ее лицом к Зебу, затем обнял, прижав ее локти к бокам. — Избавься от ее джинсов, бхратхайр.

У Бри была секунда, чтобы почувствовать, как Зеб расстегивает молнию на ее джинсах, прежде чем Шей поцеловал изгиб ее шеи, его дыхание было горячим, а губы атласными. Ее брюки были стянуты вниз. Шей слегка приподнял ее, чтобы Зеб смог снять с нее туфли и джинсы. Прохладный воздух омыл ее разгоряченную плоть.

— Черт, — сказал Зеб напряженным голосом. — Шей, ее запах… открой ее для меня, брат.

Что?

Шей просунул свое колено между ее ног. Поставив ступни между ее босыми ногами, он широко раздвинул ее ноги.

Мозолистые руки обхватили ее ягодицы, сжимая и заставляя ее вздрагивать. Низ живота обдало горячим дыханием, а затем Зеб лизнул складку на стыке ее бёдер медленно и жарко.

Ее спина выгнулась, и она задохнулась от этого ощущения.

Смеясь ей в ухо, Шей пошевелился и положил руки ей на грудь. От прикосновения его ладоней к ее соскам у нее перехватило дыхание, и каким-то образом жар проник прямо в ее сердце.

Язык Зеба дразнил ее лобок, задерживаясь чуть выше клитора. Жарко, влажно и чудесно. Ее голова закружилась, и она начала безудержно извиваться, возбуждение внутри нее продолжало нарастать.

— Мне нужно…

— Мы доберемся туда, линнан, — сказал Шей, пощипывая ее соски.

Клитор словно поразил разряд тока — Бри почувствовала прилив крови к нему.

— О, пожалуйста.

Зеб вздохнул.

— Ладно. — Он начал подниматься.

— Нет, Зеб. Сначала насладись ею, — приказал Шей. — Она никуда не денется.

Зеб откинулся на пятки, и его черные глаза ласкали ее с тем же жаром, что и руки Шея на ее груди. — Так и есть, не правда ли? — Его глаза встретились с ее, и на его щеке появилась ямочка. — У меня никогда не хватало духу мучить женщину во время течки. Это может быть забавно. Я могу продвигаться так медленно, как захочу.

— И именно так ты и сделаешь, — согласился Шей.

— Боже, ты не можешь, — Бри начала извиваться. — Возьми меня, пожалуйста, я больше не могу.

Безжалостные пальцы раздвинули половые губы, полностью обнажив ее. Воздух щекотал влагу у ее входа. Клитор казался просто огромным, когда его губы сомкнулись вокруг него, и ее колени подогнулись от нахлынувших ощущений, удовольствия и потребности и…

— А-а-а-а, а-а-а-а.

Его рот отпустил ее, и язык обвел тугую, твердую вершинку. Ее бедра напряглись навстречу его прикосновению, и лоно заныло от пустоты, требуя чего-то, чтобы наполнить ее.

Обняв за талию, Шей приподнял и удерживал ее. Другой рукой он ласкал ее груди, перекатывая соски между пальцами.

Она вздрогнула, когда ее тело попыталось привыкнуть к этим ощущениям. Шей прикусил мышцу ее плеча, в то время как Зеб задел зубами клитор.

— О, пожалуйста. — Воздух сгустился, Бри начала задыхаться. Зеб скользнул в нее пальцем, пробуждая ее нервы.

Растягивая ее. Бри хныкала и неудержимо дрожала.

— Заканчивай, бхратхайр. Я хочу быть внутри нее, — сказал Шей хриплым голосом.

— Да, черт возьми. — Зеб вновь вошел в нее пальцами, задавая ритм.

Она выгнулась от всплеска ощущений, а затем рот Зеба сомкнулся на ее набухшем клиторе. У Бри перехватило дыхание.

Он водил языком по вершине, делая длинные пульсирующие посасывания, от которых все нервные окончания в ее теле сконцентрировались в одном месте — прямо там.

Ее киска сжалась вокруг его пальцев. Брианна попыталась пошевелиться, но рука Шея удерживала ее неподвижно. Она впилась ногтями в его предплечье, а все вокруг сжималось все туже и туже…

Зеб увеличил скорость, посасывая, толкаясь, поднимая ее все выше, пока ничто не могло остановить ее. Давление достигло мучительного предела — и лопнуло. Ее спина выгнулась дугой, когда удовольствие пронзило ее тело вибрирующей дрожью.

Мгновение спустя, пока Бри выравнивала дыхание, Шей грубо ущипнул ее за соски. О, Боже! Влагалище конвульсивно сжалось вокруг пальцев Зеба, посылая через нее все новые и новые волны ощущений.

Ноги подкосились, и только рука Шея, обнимавшая ее за талию, удержала ее от падения.

— Черт, это было забавно. — Зеб сидел на корточках, облизывая свои пальцы. — Мы должны были сделать это раньше. — Бри прислонилась к Шею, приказывая ногам работать. Боже, помоги — они бы убили меня насмерть.

Зеб ухмыльнулся, когда Бри попыталась бросить на него свирепый взгляд, но попытка оказалась провальной. Ее глаза были прикрыты тяжелыми веками, губы мягки. Забавно, как хороший оргазм может распылить всю жажду противоречий из женщины.

Ее мышцы задрожали, когда он провел кончиком пальца по внутренней стороне ее бедра, где кожа была почти такой же мягкой, как и под грудью.

Он увидел удовольствие в глазах Шея. Делиться с братом.

Может ли что-нибудь казаться более правильным?

Но что теперь? Как делятся двое мужчин? Вспышка боли омрачила его настроение. Его братья умерли в тринадцать лет, прежде чем у тех появился шанс спариться. Его горло сжалось, когда он попытался объяснить это Шею.

— С моими сородичами я никогда…

Шей обнял Бри, и протянул руку, чтобы сжать плечо Зеба в знак понимания. Они стояли так секунду, прежде чем губы Шея изогнулись.

— Я думаю, это означает, что я буду отдавать все приказы — как и положено. — Его ухмылка стерла печаль из сердца Зеба. — Раздевайся, бхратхайр, и начинаем играть.

Шей уткнулся носом в шею Бри и дразнил ее грудь, пока девушка в его руках не начала извиваться и требовательно пищать. Зеб поспешно стянул с себя одежду, отбросив ту в сторону.

— Готов? Вот, держи. — Шей подтолкнул вперед маленькую самку.

Зеб обнял ее и зарылся лицом в ее волосы. Клянусь Богом, она подарила ему сердце.

Придвинувшись ближе, Бри потерлась своим мягким животом о его член, заставляя Зеба упасть на подушки. Он притянул ее к себе и завладел ее ртом. Губы бархатные, теплые и податливые. Ее пальцы запутались в его волосах, слегка потянув, когда она поцеловала его в ответ.

Она была восхитительна в своей настойчивости. А также сильной, имеющей твердые мышцы под гладкой женской оболочкой.

Закончив раздеваться, Шей бросил одежду рядом с грудой подушек.

— Готова к большему?

Когда Бри села, ее взгляд остановился на его твердом члене, а затем на члене Зеба. Ее глаза расширились.

— Хм.

Зеб провел костяшками пальцев по ее щеке, изучая выражение ее лица. Несомненно, ее жар отступил вместе с оргазмом, оставив главенствующую роль мозгу. Маленькая самка передумала брать сразу двух самцов. Как и следовало ожидать. Если бы она только знала, какие плотские мечты у него были о том, чтобы разделить ее с Шеем, она, вероятно, сбежала бы из комнаты. Но Шей придумает, как справиться с этой ситуацией.

Как-нибудь.

Словно в ответ, Шей указал на подушки в углу рядом с его одеждой.

— Зеб, сядь вон там.

Подушки просели под его тяжестью. Зеб откинулся назад, чувствуя себя царем на троне.

Шей подхватил Брианну на руки и последовал за ним, не упустив момента, укусив ее за грудь.

Зеб ухмыльнулся. У его брата определенно был фетиш на женскую грудь.

— Раздвинь ноги, — сказал ему Шей, затем поставил Бри на четвереньки между бедер Зеба.

Зеб напрягся. Конечно, Шей не собирался…

Не говоря ни слова, его брат приподнял ее и устроил так, что ее подбородок оказался прямо над его эрекцией.

Вместо того чтобы возразить, Бри улыбнулась. Ее нежные руки сомкнулись вокруг члена Зеба, а ее дыхание омыло чувствительную головку.

Блять… Он тяжело вздохнул и попытался взять себя в руки. Он спаривался с женщинами только во время Собрания, а когда у женщины течка, она хотела только одного — члена внутри себя. Она не стала бы тратить время, отсасывая у мужчины.

— Ты привык отдавать. Теперь ты будешь по ту сторону. — Шей усмехнулся. — Тебе понравится… если только она не будет кусаться.

Бри покраснела еще сильнее, и ее запах стал более притягательным. Ощущение ее крошечных рук вокруг него заставило его задрожать. Ее золотистые волосы рассыпались шелковистым, прохладным водопадом по его паху, когда она оглянулась через плечо.

— Шей?

— Брианна, я хочу, чтобы ты сосала член Зеба, пока он не кончит. Ясно?

Ее большие голубые глаза смотрели на эрекцию в ее руках. Когда она облизнула губы, Зеб не мог оторвать взгляда от крошечного розового язычка. У нее перехватило дыхание, и она пошевелила попкой.

— Я постараюсь, но…

Но самке в период течки нужен член.

— Все в порядке, кариада. Я не…

— Да, ты постараешься, — перебил его Шей. Он опустился на колени позади Бри, положив руки ей на бедра. — Я дам тебе то, что нужно, моя линнан, а ты дашь Зебу то, что нужно ему.

— Хорошо, — прошептала она. Она повернулась к Зебу и крепче сжала его эрекцию. После секундного изучения, она одарила его лучезарной улыбкой и лизнула основание головки горячим и влажным языком.

О, черт. У Зеба перехватило дыхание. Ее руки сжались сильнее, заставляя его пульсировать с каждым ударом сердца. Клянусь Богом, он может и не продержаться долго.

Когда ее рот скользнул по его члену, он почувствовал легкое прикосновение ее зубов, то, как ее губы сомкнулись вокруг него. Когда ее язык потерся о нижнюю сторону, от разнообразия ощущений Зеб закатил глаза. Его пальцы запутались в ее волосах, и он заставил себя позволить ей делать то, что она хотела. Она вбирала его все глубже и глубже.

Терпеливо ожидая, Шей усмехнулся. После секундного размышления Зеб понял, что тот дает ей время привыкнуть сосать член, прежде чем взять ее сзади.

Она была такой милой. Отдающейся. Любая другая женщина потребовала бы, чтобы ее трахнули сию минуту, Бри же изо всех сил сосредоточилась на том, чтобы угодить ему, несмотря на собственную потребность.

Встречал ли он раньше кого-нибудь похожего на нее? Жар его члена и близко не был сопоставим теплу внутри его груди.

Зеб провел пальцем по ее розовой щеке. Наша.

Глава 29

Сосать член было потрясающе. Бри провела языком по толстым извилистым венам на стволе Зеба — тугим, но упругим. Что еще я могу сделать? Она попыталась попеременно лизать и вбирать его глубоко в горло.

Когда его рука сжала ее волосы, на секунду ее охватила паника. Ее голова дернулась вверх, и, как только Зеб ослабил хватку, она встретилась с ним взглядом. Таким черным. И все же, несмотря на вспыхнувшее румянцем от возбуждения лицо, он внимательно наблюдал за ней, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Бри улыбнулась. Боже, как же ей нравилось делать это для него!

Она остановилась, чтобы потереться носом о волосы рядом с его членом. Здесь его темный лесной запах был более мускусным, насыщенным. Когда она вдохнула, ее киска налилась кровью, пульсируя от голода.

Брианна попыталась отодвинуть свои желания в сторону, но они уносили ее прочь, затуманивая ее мысли. Шей придвинулся ближе. Его руки заскользили по ее ягодицам, а его тело согрело заднюю поверхность ее бедер. Когда огонь зашипел в ее венах, она застонала.

Зеб дернулся и втянул в себя воздух. Шей усмехнулся.

— Сделай это еще раз, линнан. Моему брату нравится. — Правда? Она снова застонала. Замурлыкала. Зарычала. И на этот раз, когда пальцы Зеба вцепились ей в волосы, она не запаниковала.

Брианна хихикнула.

— Ты убиваешь меня, маленькая самка. — Голос Зеба стал на октаву ниже, отчего по ее коже побежали мурашки.

Вместо ответа Бри покачала головой, начав втягивать воздух с каждым движением вверх.

— Очень мило, — сказал Шей. Его звучный голос заполнил все пробелы, которые оставил Зеб, как будто добавляя другую мелодию к канону Пахельбеля. Он обхватил ее бедро одной рукой, другой направляя член к ее лону.

О, пожалуйста, сейчас. Она задохнулась, сбилась с ритма, и рука Зеба вернула ее обратно.

— Брианна, что бы ты ни сделала с Зебом, я сделаю это с тобой. — Шей медленно вошел в нее, наполняя ее, растягивая.

Все ее тело дрожало от наслаждения, от растущей потребности.

Глубже. Наполни меня. Возьми меня.

— Если хочешь помедленнее, то помедленнее, — сказал Шэй. — Ты прекратишь. Я остановлюсь. Засоси его глубже, и я войду еще глубже. — Его член выскользнул наружу, остановившись всего в дюйме от нее. Не двигаясь.

Не-е-е-ет. Она безрезультатно пошевелилась, прежде чем поняла, что ее губы слегка сомкнулись над головкой члена Зеба. Не двигаясь.

О. Когда она опустила голову и втянула член Зеба в рот, Шей снова наполнил ее, накрывая волной жара.

Она выпустила член Зеба изо рта и Шей тут же выскользнул из нее.

Дрожь пробежала по ее телу. Требовалось больше. Она крепче сжала основание члена Зеба, и в ответ руки Шея крепче сжали ее бедра. Когда ее губы сомкнулись на бархатистой головке, между грудей потекли струйки пота. Комната, казалось, превратилась в сауну. Ее киска пульсировала… почти так же, как и эрекция в ее руках.

Она отважилась взглянуть на Зеба. Его веки были полуприкрыты, но она видела, что он наблюдал за ней. Оглянувшись через плечо, она увидела, что челюсть Шея напряжена, а его мускулы почти вибрируют от желания вонзиться в нее. Чувствовала ли она когда-нибудь себя такой нужной? Желанной?

Но он не двинулся с места. Он уже ждал ее. Ее губы изогнулись. Подлый Шей. Мы все будем наслаждаться этим.

Она втянула член Зеба в рот так быстро и сильно, что тот застонал.

Шей вошел в нее так глубоко и жестко, что ее тело словно пронзило разрядом тока.

Работай, Бри. Она так и сделала, покачиваясь, посасывая и делая все возможное, чтобы член Зеба был как можно глубже у нее в горле. Быстрее и сильнее. Шей вонзался в нее, быстрее и сильнее, в точности повторяя ее движения.

Ее мысли унеслись прочь, потребность внутри нее возросла, и она сжалась вокруг члена Шея.

Когда она подняла голову, пальцы Зеба в ее волосах сжались, не больно, но крепко. Его бедра прижались к ее бокам, мышцы напряглись. Он был уже близко.

Основание его члена утолщилось, и с отчаянным рычанием он притянул ее обратно к себе. Она расслабила горло, принимая его глубже… и он кончил. Пораженная, но обрадованная, Бри судорожно сглотнула, и соленый, мускусный вкус поднял ее возбуждение на более высокий уровень.

Закрыв глаза, Зеб удовлетворенно застонал. Радость охватила ее. Я причина удовольствия на его лице.

Улыбаясь, она нежно лизнула его, когда он обмяк.

Шей приостановился.

— Черт возьми, Бри. — Зеб открыл глаза и обхватил рукой ее лицо. — Это было прекрасно. Спасибо. — Его удивление и благодарность вызвали слезы на ее глазах. Неужели никто никогда не ставил этого человека на первое место?

Он провел большим пальцем по ее нижней губе.

— Твоя очередь, маленькая самка. — Он взглянул на Шея.

Руки Шея сжались на ее бедрах.

— Держись, линнан, я собираюсь взять тебя жестко.

Вместо того, чтобы напугать ее, эта идея показалась прекрасной.

Шей ухмыльнулся, когда маленькая волчица снова насадилась на его член, и ее мускусный запах возбуждения подтолкнул его к действию. Несмотря на сильную боль в пояснице, Шей почувствовал, как удовлетворение согревает его душу. Смотреть, как Зеб удовлетворяет Брианну, а потом она делает то же самое с ним, было радостью. Воспоминания о его братьях — их голосах и запахах — когда они спаривались, закружились вокруг него, а затем рассеялись, побежденные реальностью этой женщины.

И этот мужчина. Зеб был достойным братом. Брианна была бы достойной парой, но согласится ли она? У нее было слишком много причин сказать «нет». Шей отогнал эту мысль. Живи настоящим.

Зеб отодвинулся в сторону, чтобы играть с грудью Брианны. Когда он взял сосок в рот, она испуганно выдохнула, и ее влагалище сжалось на Шее, как тиски.

Клянусь Богом.

— Хорошо, бхратхайр, — сказал Шей. — Продолжай в том же духе.

Зеб прорычал в знак довольного согласия.

Проводя руками по ее спине, бокам и пышной попке, Шей наслаждался атласным ощущением ее кожи. С тихим стоном Бри пошевелилась, нуждаясь в большем. Нуждаясь в том, чтобы ее трахнули.

Усмехнувшись, Шей отпустил свое животное, то самое, которое заставило его взять ее жестко и глубоко, дать ей свое семя и заставить ее кричать от удовольствия. Он раздвинул ее ноги еще шире, наслаждаясь видом своего члена, входящего и выходящего из ее гладкой розовой киски. Наша.

Он вошел в нее, и шлепок плоти сопровождался ее довольным ворчанием и урчанием удовольствия Зеба. Звуки их удовольствия добавились к его собственному.

По мере того, как влагалище Брианны сжималось вокруг него, давление в его позвоночнике становилось все ниже, а каждый толчок — все сильнее. Он стиснул зубы.

Ещё нет.

Ноги Бри задрожали, и она приподняла свою пышную попку.

Удобнее. Шей схватил пакетик со смазкой из кучи одежды рядом с подушками и разорвал его зубами. У него было предчувствие, что маленькой волчице это понравится.

Когда-нибудь они с Зебом в полной мере насладятся этим.

Боже, ей нужно кончить, подумала Бри. Кончить снова. Скольжение толстого члена Шея было самым изысканным из ощущений. Одновременно Зеб сосал и щипал ее соски, создавая огненный путь от груди к клитору. Комбинация была слишком хороша.

Она была близко, отчаянно близко. Ее пальцы сжались на подушках, когда она покачнулась, не в силах достичь пика.

— Я не могу.

Шей тихо рассмеялся.

— О, ты сможешь. Стой смирно, маленькая волчица.

Какая-то жидкость капнула на ее попку и начала стекать между ягодиц, пугающе холодная на ее разгоряченной коже. Брианна попыталась отодвинуться от него, но Шей обхватил ее бедро рукой.

Его толчки замедлились, и она заскулила.

— Бхратхайр, теперь вместе. Используй свои пальцы на ней. — Глубокий смешок. — Я использую свои сзади. — Пауза, затем Зеб хрипло рассмеялся.

Что он имеет в виду?

Рука Зеба коснулась ее лобка, и клитор бешено запульсировал.

— О, пожалуйста. — Это было как раз то, что ей нужно. Клитор был болезненно набухшим и напряженным.

Затем палец Шея скользнул между ее ягодиц, обводя гладкое колечко мышц. Она вздрогнула от неожиданности и попыталась напрячь ягодицы, чтобы удержать его от вторжения.

Коленями Шей еще сильнее раздвинул ее ноги. И слегка надавил пальцем. В местечко, что…

Зеб провел подушечкой пальца по ее клитору, и Бри ахнула, чувствуя, как ее внутренности начали закручиваться в тугую спираль.

— Держись, девочка. Будет сильно, — сказал Шей. Он ввел в нее палец, медленно, неуклонно, обжигая, пока растягивал ее. Внутри зародились странные ощущения.

— Ой, не надо, — простонала она. Шей убрал палец — но потом снова вошел — и ощущение было таким, таким необычным. Неправильным. Эротичным.

— Не делай этого.

Шей снова убрал палец из ее попки, и его член тут же вонзился в ее киску. О, Боже. Все ее нервы слились воедино, выстреливая в странной последовательности.

Зеб усмехнулся.

— Ее соски похожи на крошечные камешки. — Его язык оставил огненный след вокруг одного из них.

— Тебе больно, Брианна? — спросил Шей.

Да. Нет. Нет, не так.

— Нет. Но я не хочу… — Шей пошевелил членом из стороны в сторону, задевая каждый нерв внутри нее, продолжая скользить пальцем сквозь туго кольцо ее мышц.

— Это другое, но я думаю, тебе понравится. Я добавляю палец. Хватит у тебя на такое смелости?

Те же самые слова, которые он произнес в первый раз, когда они занимались любовью.

— Почему бы тебе не поцеловать меня? У тебя хватит на такое смелости? — Он был так осторожен и с каждым шагом уводил ее все дальше от ее страхов. Эта странность на самом деле не причиняла боли. — Наверное…

— Хорошая девочка. — Его одобрение согрело ее. Его член медленно входил и выходил, его палец в ее попке сохранял тот же темп. Зеб потер одну сторону ее клитора, потом другую. Не быстро и не жестко, просто безжалостная стимулируя.

Спираль из ощущений внутри затянулась еще сильнее, подталкивая ее к еще более глубокой пропасти.

— Зеб, сейчас, — сказал Шей.

Зеб грубо посасывал один сосок, в то время как его палец скользил прямо по ее клитору, настойчиво потирая. Шей врезался в нее своим членом, жестко и глубоко.

Ее мышцы напряглись, когда бурлящее напряжение усилилось на одну бесконечную, невероятно ошеломляющую секунду… а затем все взорвалось. Она вздрогнула, когда волны удовольствия прокатились по ней одна за другой.

Когда ощущения замедлились до пульсации, ей удалось перевести дыхание… а потом Шей ввёл два пальца ей в попку. Бри почувствовала жжение, нервы вспыхнули, и она кончила снова, так сильно, что закричала.

Ее влагалище сжалось, как кулак, вокруг его толстого члена, а анус сжался вокруг его пальцев. Это было слишком; она была слишком полна — и все же все внутри нее продолжало содрогаться в порывах удовольствия.

Пальцы Шея выскользнули из нее, и Брианна ахнула от пустоты. Дрожа всем телом, она хватала ртом воздух.

— Теперь я возьму тебя жестко, моя линнан. — Шей схватил ее за бедра. — Приготовься. — Он почти выскользнул из ее киски и снова вошел так глубоко, что еще больше толчков сотрясли ее тело.

Видя, как руки Бри едва слушаются ее, Зеб притянул ее голову к своей груди, чтобы поддержать.

Шей наклонился вперед, его горячая грудь прижалась к ее спине, одна рука обвилась вокруг ее талии. Двое мужчин прижали ее к себе, крепко держа, пока Шей вколачивался в нее короткими, быстрыми ударами.

Когда он вошел в Бри до предела, зубы Шея сомкнулись на ее плече, и он кончил.

Клянусь Богом, она убивала его. Пульс Шея ревел в его голове, как огненный шторм, когда он опустошал себя снова и снова горячими струями. Это чувство породило первобытное желание, чтобы его семя — и семя Зеба — обрело свой дом.

Неохотно, медленно, он вышел из нее и опустился на подушки рядом с ней.

Лоб Бри был прижат к груди Зеба, тело неподвижно, как будто она не знала, стоит ли двигаться. Или слишком устала, чтобы даже пытаться.

— Пора отдохнуть, маленькая самка. — Плавным движением Зеб перевернул ее на спину и уложил рядом с Шеем.

Они оба придвинулись к ней ближе, запах удовлетворенной женщины был лучшим ароматом, известным оборотням.

Зеб лениво покусывал кончики ее пальцев; он никогда не выглядел таким довольным.

Шей приподнялся на локте и улыбнулся ей. Лицо раскраснелось, губы и соски покраснели и набухли.

— Ты выглядишь хорошо оттраханной, линнан. — Он обхватил рукой ближайшую к нему грудь. Такая тяжелая, полная и мягкая. И шелковистое ощущение соска…

Он провел по нему пальцем.

Бри со смехом посмотрела на него.

— Мои подруги часто рассказывали о своих парнях. Один из них был озабоченным на грудь мужчиной. Это так на тебя похоже.

— Это правда. — Мягкий после оргазма сосок начал реагировать на его прикосновения. Крошечные бугорки собрались, и вершинка удлинилась.

Закрыв глаза, она вздохнула, как довольный щенок.

— Что дальше?

— Мы немного отдохнем. — Зеб пососал ее палец. — Потом я хочу посмотреть, сумеешь ли ты так же хорошо отсосать Шею. — Ее глаза распахнулись, и она недоверчиво уставилась на Зеба.

— Еще?

— Черт возьми, да.

Шей увидел выражение лица брата и рассмеялся про себя. Инстинкт мужчины дать женщине свое семя был так же силен, как и ее течка. Шей провел пальцем по раскрасневшейся щеке Брианны. Он должен был признать: когда мужчина заботился, этот инстинкт возрастал до такой степени, что борьба становилась невозможной.

***

Примерно через час Бри вернулась в главную комнату таверны, и села на барный стул. После того, как парни поцеловали ее, словно пытаясь заклеймить, Шей оттолкнул Зеба в конец бара, оставив ее в заточении, как мышь в комнате, полной кошек.

— Я принес тебе свежее пиво. — Калум поставил перед ней стакан.

Пиво было холодным, и легкий вкус дразнил ее язык и успокаивал пересохший рот. Слишком много стонов. Криков.

Она нахмурилась. Слишком много мольбы. Зебу очень, очень нравилось дразнить ее.

Она сделала еще один глоток, пытаясь сосредоточиться на вкусе. Но это не помогло. В отчаянии она почувствовала, что ее тело снова проснулось. Жар нарастал, требуя удовлетворения.

Не раздумывая, она повернулась туда, где сидели Шей и Зеб, которые не сводили с нее глаз. Мой Шей. Мой Зеб. Но они сказали, что спаривание с ней снова сегодня вечером было против правил Собрания. Глупые оборотни и их дурацкие правила.

Боже, они были большими. Замечательными. Великолепными. И она любила их. Обоих. Очень, очень сильно. Она хотела, чтобы они прикасались к ней, брали ее, чтобы…

— Брианна. — Калум постучал стаканом по барной стойке. — Посмотри на меня.

Сила, прозвучавшая в его голосе, нарушила умиротворение. Она тряхнула головой, чтобы прояснить ее, и нахмурилась, глядя на него.

— Калум?

На его лице не отразилось никакого веселья.

— Брианна, ты опасно близка к созданию связи с Зебом и Шеем. Ты должна быть уверена, что это именно то, чего ты хочешь.

Я люблю их.

— Разве они не хотят меня? — Господи, это не звучало жалко?

— Проблема не в этом. Тебе нужно понять, что связанный клятвой не может быть спутником жизни. — Его брови сошлись на переносице. — У людей есть жрецы? Те, кто живет отдельно, обещаны вашему Богу? Оборотни, которые поклялись Херне, могут жить с кем угодно, но последний шаг — связывание — не может произойти. — Ну, Шей точно не соблюдал целибат. Ее улыбка погасла, когда она поняла намек Калума.

— Поскольку Шей предан Херне, он не может, скажем так… жениться.

— Именно. — Он похлопал ее по руке. — Обычно принесшие клятву старше и уже давно живут одни, или они потеряли свою пару. Я никогда раньше не сталкивался с такой дилеммой. Не хочу, чтобы ты пострадала, Брианна.

Слишком поздно. Она убрала руку и сухо кивнула ему.

— Значит, я должна…

Калум наклонил голову в сторону оборотней, которые окружили ее в надежде привлечь ее внимание.

— Выбирай из тех, кто может отдать свое сердце или, по крайней мере, отвлечь тебя от того, чтобы тратить свою жизнь на двух мужчин, которыми ты никогда не сможешь обладать. — Ее сердце болело, но в его словах был смысл. Шей сказал, что они уедут из Колд-Крик. Он определенно не давал ей никаких обещаний. Она невольно взглянула на него, и все внутри нее растаяло. Кожа на его высоких скулах натянулась, он уставился на барную стойку с таким же измученным выражением, как и у Зеба. Ее пальцы помнили, какими густыми и мягкими на ощупь были его волосы. Какой шершавый у него был подбородок, и… она соскользнула с табурета.

Калум наклонился вперед и схватил ее за плечо.

— Брианна.

— О. Точно.

— Я приказал им выйти на патрулирование. Найди здесь мужчину, который тебе понравится.

Они бросают ее? Опустошение охватило ее, уничтожая все следы тепла. Тем не менее, она повернулась и посмотрела на мужчин вокруг. Высоких и низких. Темных и светловолосых. Старше, моложе и как раз ее возраста. Бри заставила себя улыбнуться.

Даже не глядя, она знала, когда Зеб и Шей вышли из бара.

***

Луна медленно пересекала небо, направляясь к западным горам. У Зеба болели ноги — обычно он не патрулировал в человеческом обличье всю ночь, но ни он, ни Шей не собирались рисковать тем, на что были способны их животные инстинкты.

Теперь пришло время доложить Козантиру и отвезти Бри домой.

Возможно, она спаривалась с другими самцами. Тогда он почувствует на ней чей-то запах. Зеб сжал челюсти и стиснул зубы, пытаясь взять себя в руки.

Но она закончила свое первое Собрание, имея свободу выбора. Даже если бы они не могли связаться с ней на всю жизнь, они могли бы попросить ее пойти с ними, когда они уедут.

И их пребывание здесь будет не слишком долгим. Он чувствовал глубокое внутреннее притяжение, тянувшее его на восток. Зов Бога.

Захочет ли Бри остаться с ними? Черт, они так мало могли ей предложить.

Следуя за Шеем Зеб вошел в таверну. В кружащихся ароматах он уловил неповторимый запах Бри… и отсутствие какого-либо возбуждения. Хмурый взгляд Шея отражал его, когда они вошли в бар.

Козантир разговаривал с пожилым владельцем книжного магазина. Он жестом подозвал их к себе.

— Кахиры.

Зеб сосредоточился на Калуме, не глядя по сторонам. Черт, его контроль никогда еще не был таким шатким. Если он увидит, как мужчина прикасается к Бри, он легко может уничтожить таверну.

— Ты застрял здесь на всю ночь? — спросил Шей у Калума.

— Нет, Алек некоторое время наблюдал за Собранием. Я спустился, чтобы поговорить с вами, прежде чем Торсон заменит меня. — Зеб кивнул владельцу книжного магазина. Кот-оборотень был стар, но Зеб дважды подумает, прежде чем связываться с ним. Хороший выбор для наблюдения за Собранием, и у Калума будет шанс присоединиться к своему брату и их паре.

— И о чем же ты хотел с нами поговорить? — спросил Зеб.

Рот Калума сжался в жесткую линию.

— Брианна отказала каждому мужчине в этой комнате. Она не боится. У нее просто нет интереса.

Зебу показалось, что от слов Козантира у него остановилось сердце.

— Так ведут себя только связанные женщины.

— Так и есть.

Зеб встретился взглядом с Шеем, видя его беспокойство. Даже если бы она привязалась к ним, они не смогли бы завершить связь. Не могли быть ее спутниками жизни.

— Чем ей это грозит?

— Если вы окажетесь на достаточном расстоянии ее привязанность к вам в конечном итоге исчезнет. В противном случае… — Калум нахмурился. — Я не уверен.

— Боже милостивый, — сказал Шей хриплым голосом. — Что мы наделали?

— Ты ни в чем не виноват, — сказал Калум. — Возможно, если бы я разделил вас, когда мы узнали, что она оборотень, это можно было бы предотвратить. С другой стороны, она могла бы умереть во время своего первого оборота, если бы с ней рядом не оказалось того, кому она могла бы доверять.

Голос Шея был напряжен.

— Нам не стоило спариваться с ней.

— Возможно. — Голос Торсона был таким же потрепанным, как его руки и лицо. — Но, если бы вы этого не сделали, она была бы здесь, в течке и в панике. У нее не было бы никаких связей ни с кем, чтобы удержать ее от одичания.

Черт. Зеб застыл на месте. Даонаин, не имея близких, ради которых оборотень принимает человеческий облик, мог впасть в безумие, живя только в своей животной форме, неспособный трансформироваться обратно. Вывернутые изнутри, охотящиеся на себе подобных. Фералы породили большинство ужасных легенд, которые приводили людей в ужас.

Торсон кивнул.

— Ты делаешь все, что в твоих силах. Только Херне знает все тропы в лесу.

— Что же нам делать? — спросил Шей у Калума. — Мы собирались попросить ее остаться с нами, но я не могу быть ее спутником жизни.

— Шеймус, она уже привязана. Это не настоящая связь — не благословленная Матерью — но ты не можешь этого изменить.

Зеб склонил голову, гнев и горе бурлили в нем.

Он бы держался от нее подальше, если бы знал. Хотя, с другой стороны, как сказал Торсон, возможно, этот выбор был бы еще хуже.

Она жива.

Они с Шеем хотели, чтобы она была с ними. Даже если они не смогут стать ее спутниками жизни, она получит всю их любовь и заботу. Будет ли этого достаточно?

***

Огонь в дровяной печи в спальне радостно потрескивал, распространяя по комнате желанное тепло. Бри еще теснее прижалась к Зебу. Шей прижался к ее спине, его рука тяжело легла ей на бедра. Ее киска припухла, и то другое местечко, ее анус, болело. Она почувствовала, как ее лицо вспыхнуло. Это было потрясающе.

В конце концов, Собрания не так уж и плохи.

После того, как Шей и Зеб привезли ее домой, они снова занялись любовью, на этот раз так нежно, что она заплакала. Как она вообще сможет пережить их отъезд? Бри отогнала эту мысль. Живи сегодняшним днем.

— Брианна, — сказал Шей. — Давай немного поговорим. — Лежа на боку, Шей приподнялся на локте. Справа от нее Зеб откинулся назад и повторил его позу.

Поговорить? Обычно это означало неприятное откровение или очередной странный закон оборотней. Она перевернулась на спину и посмотрела на него.

Когда его глаза не загорелись смехом, страх пробежал холодной рукой по ее спине.

— Подожди.

Она схватила подушку с той стороны кровати, где лежал Зеб, положила ее на свою и немного поерзав, устроилась, пока ее голова не оказалась на одном уровне с их. — Ладно, рассказывайте.

— Я не знаю, как это сказать. — Морщинки возле рта Шея напряглись. — Брианна, ты знаешь, что я связан клятвой. Ты понимаешь, что я не могу быть спутником жизни?

Это было больно. Больно, когда она думала об этом; еще больнее, когда он это говорил.

— Калум сказал мне. — Чтобы он не терзал ее сердце дальше, она сделала это за него. — Я понимаю, что ты уйдешь, когда Херне призовет тебя. — Мне не нравится твой высокомерный Бог. Я уже упоминала об этом? Она думала, что держится хорошо, пока не увидела пристальный взгляд Зеба на своих сжатых пальцах.

— Я не вижу пути, по которому мы должны идти, но мы с Зебом решили, что ты имеешь право знать все. Решай сама. — Шей разжал ее пальцы и обхватил ее руку своей. — Мы лю… — Он запнулся, но тут же продолжил, — Мы будем заботиться о тебе. Мы оба.

От этих слов кровь забурлила в ее жилах, как вода в каменистом русле ручья.

— Правда?

Зеб взял ее за другую руку.

— Да, черт возьми.

Взрыв смеха сотряс ее.

— Так поэтично.

— Мы хотим, чтобы ты осталась с нами. Жила с нами, — сказал Зеб.

Остаться с ними. Ее сердце воспарило, взмыло в небо — да, да, да — а затем рухнуло, как камень. — Но… Но вы не останетесь здесь. — Она с трудом сглотнула. — Вы хотите, чтобы я отправилась с вами? — Оставила Колд-Крик? — И переезжала каждые несколько месяцев. У вас нет дома.

Она переходила от одной приемной семьи в другую, из одной школы в другую, никогда не заводила друзей, никогда не знала людей, с которыми у нее была бы общая история. Чтобы остаться с парнями, ей придется отказаться от своих новых друзей и своего начинающего бизнеса.

Ее горло сжалось.

А если она заведет друзей в другом месте…

— Вы отправитесь туда, где находятся адские псы. Где оборотней убивают. — Даже если она найдет других друзей, их могут убить. Как Нору. Как Эшли.

— Да. — Взгляд Шея был ровным. Он знал, о чем просит.

— Вы будете сражаться с монстрами. — Месяц за месяцем она будет приходить в ужас, ожидая услышать, не убили ли их. Не разорвали ли на части, как Эшли.

— Да. — Глаза Зеба наполнились болью. — Маленькая самка, мы хотим быть с тобой, — его губы сжались, как будто он старался не сказать лишнего, — но это не самый счастливый образ жизни, особенно для женщины.

— И еще… — Шей поцеловал ее пальцы. — Ты заботишься о нас.

— Да, — прошептала она. Ее сердце разрывалось от боли. — Но я не знаю, смогу ли сделать это. — Эш называла ее домоседкой. Каждый переезд — в детстве и после — отрывал кусочки от ее души и оставлял их позади. Сможет ли она пережить это снова?

Не просите меня об этом.

Но как она могла позволить им уйти, когда могла быть с ними? Слезы навернулись на ее глаза, когда она слезла с кровати. В груди у нее было такое чувство, словно на нее навалился гигантский дуб, раздавив ребра и сердце.

— Я не… — Ее голос дрогнул, и она выбежала из комнаты, как последняя трусиха.

Глава 30

Зеб прислонился спиной к дереву, наблюдая за серебристыми ундинами, кружащимися на мелководье. Горное озеро стало зловеще серым, когда темные тучи затянули небо. Освежающий ветер взбивал крошечные волны в белую пену.

В волчьем обличье Шей лежал на животе, уставившись в воду.

Его мысли были такими же неприятными, как и у Зеба.

Ни один из них не хотел говорить об ужасном окончании той ночи. Он судорожно сглотнул. Какого черта он позволил себе надеяться?

И о чем они только думали? Черт, она только что потеряла свою лучшую подругу из-за адского пса, и они хотели, чтобы она, увидела — а она, несомненно, увидит — как их постигнет та же участь. Он и Шей были самыми глупыми оборотнями из когда-либо рожденных.

Этим утром, после того как Бри отправилась на кухню готовить еду, выглядя так, словно наступил конец света, Зеб потащил Шея к озеру. Каким-то образом они должны были исправить ситуацию ради маленькой самки. Несколько минут назад ему пришла в голову одна идея.

Он легонько толкнул волка ногой.

Не добившись от того никакой реакции, Шей рявкнул на него.

— Оборачивайся брат. Пора поговорить.

Губы волка скривились, ветер взъерошил его мех, но он превратился в человека. Сев, он вздрогнул и посмотрел на облака.

— Мы сейчас промокнем.

— Жизнь сурова. Нам нужно поговорить о Бри.

— Я знаю. — Лицо Шея напряглось. — Клянусь Богом, я больше всего на свете хочу, чтобы она была с нами. Но нам не следовало просить.

Зеб кивнул. Он никогда не видел ее такой несчастной.

— Ты не давал клятву, бхратхайр. Ты можешь остаться — братья не всегда живут вместе. Ты заслуживаешь того, чтобы кто-то любил тебя так же сильно, как она.

Это был удар ниже пояса. Шей не хотел оставаться братьями? И тут Зеб увидел отчаяние в его глазах — глупая, самоотверженная дворняжка.

— В твоей идее так чертовски много неправильного, что я не знаю, с чего начать.

— Например, что?

Зеб поднял палец.

— Она любит нас обоих, а не только меня. — Второй палец. — Мы братья. Только смерть разрушает эту связь. — Третий палец. Он не собирался упоминать об этом, надеясь, что Шей не заметит. — Я не могу быть ее спутником жизни так же, как и ты.

— Номер три — я что-то упустил.

— По-видимому. — Зеб потрогал пальцем знак кахира на правой скуле и новый знак внизу. Поскольку его темный загар делал отметину почти невидимой, он повернул голову и позволил слабому солнечному свету осветить ее.

— Что за…! — Шей схватил его за подбородок и провел пальцами по бледно-голубым отметинам, по рисунку напоминающих рога, связанного клятвой.

— Независимо от того, кто дает клятву, братья делятся, — сказал Зеб. Ужасное чувство вины на лице Шея было именно той причиной, по которой он раньше не упоминал о шраме.

— Зеб. — Шей упал на траву. — Клянусь Богом, Зеб, мне очень жаль. Я не…

— Я не предвидел этого, но я бы не поступил так, если бы знал.

С минуту Шей молчал.

— Я всех подвел. Я бы попросил освободить меня от клятвы, если бы думал, что это принесет какую-то пользу.

— Никогда не слышал, чтобы Херне кого-то отпускал.

— Я тоже.

— Я чувствую какое-то притяжение. Словно что-то тянет меня куда-то. — Зеб пристально посмотрел на Шея. — Это тот самый призыв?

— Да. И я тоже его чувствую. — Он изучал свои руки. — Он станет сильнее. — Печаль свинцовым грузом легла на плечи Зеба, когда он прочистил горло. — Я слышал, что Мать может разрушить связь, если она еще не благословила союз.

Шей задумался, и молчал почти целую минуту.

— Ты хочешь, чтобы мы попросили Мать разорвать узы, которые сформировала для нас Брианна.

— Черт возьми, нет, но я больше ничего не могу придумать. Бри не сможет жить, переезжая из города в город, ожидая нашей смерти. Это неправильно, брат. Она заслуживает лучшего. Семью. Детей.

— Клянусь Богом, мне больно думать о ней с кем-то другим.

— Да. — Больше, чем больно. Зебу казалось, что его душа медленно разрывается на части.

***

Формальное обращение к Богам с просьбой о внимании и действиях, требовало от даонаина немалых усилий. У Козантира была открытая линия связи с Херне; все остальные должны были постараться, чтобы быть услышанными. Старейшины говорили, что на первом плане должно быть желание души, все остальные потребности, такие как голод, жажда, истощение, должны отойти на второй план.

Потребности должны были исчезнуть.

И они побежали.

Час за часом. Ни еды, ни воды, ни крова. Открытые для инстинктов. Постепенно, по мере того как росла усталость Шея, его разум успокаивался. Духи направляли его лапы. Его мех слипся от проливного дождя, уши оглушены раскатами грома, доносившимися с перевалов.

Зеб не отставал, темная тень справа от него.

Незадолго до рассвета облака начали расходиться, показывая полную луну. Он остановился на темном от дождя гребне скалы, острове среди ледников, сползающих с вершин.

Лунный свет мерцал на белом пространстве. Лес покрывал долину внизу, и запахи сосны и кедра, мокрого гранита и оленей поднимались вверх. Зеб прижался своим плечом к его плечу, создавая небольшой очаг тепла.

Сквозь лапы он ощутил сладкое прикосновение Матери-Земли и низкий гул, похожий на гром, который прошел, отмечая присутствие Херне.

Он медленно формировал свое желание. Мысль о потере Брианны и Зеба ранила его сердце и душу, но он был тверд в своих намерениях перед Богом и Матерью.

Не желание Зеба — чтобы маленькая волчица была свободна и искала любовь в другом месте. Она не будет счастлива. Она будет одна, а ему невыносимо думать об одинокой Брианне. Или увидеть печаль в глазах Зеба, когда они покинут ее. Заставить Зеба жить жизнью, о которой он не просил.

Нет, клятву давал Шей. Он должен быть единственным, кому придется идти по этому пути до конца.

Пожалуйста. Снимите с Зеба узы брата — и клятвы. Позволь ему быть свободным, чтобы стать спутником жизни Брианны. Пусть она любит его одного, чтобы никто не горевал, когда я пойду по пути Бога, и этот путь для меня одного.

Желания Зеба противоречили желаниям Шея, и ни одна из этих просьб не могла быть удовлетворена.

Ощущение присутствия Херне усилилось, подавляя мягкое прикосновение Матери, а затем полностью исчезло. Резкое осуждение прошло по сердцу Шея, а затем исчезло. Ему было отказано.

Отчаяние наполнило его, и его скорбный вой эхом отразился от скал.

Зеб тихонько заскулил и толкнул его в плечо.

Оставаться не имело смысла. Шей повел их обратно вниз по склону горы. Каждая миля казалась длиннее предыдущей, а им еще предстояло пройти несколько часов.

Над белыми вершинами забрезжил рассвет. Измученный до мозга костей, Шей, спотыкаясь, остановился у журчащего ручья. Ледяная вода успокоила его пересохшее горло.

Закончив пить, Зеб выпрямился и поднялся на ноги.

— Прости, брат. Думаю, просить Мать о помощи было хреновой идеей.

Боль в его голосе вырвала Шея из мрачных мыслей.

Он поднял голову. Лучи утреннего солнца падали на напряженное лицо Зеба.

Шей попятился назад и встряхнулся, как будто это действие могло заставить его мозг — или глаза — работать. Игра света? Он растерялся.

— Зеб.

— Что?

Это сработало. Боги ответили на его просьбу. Зеб был свободен. От накатившей тоски, сердце и горло Шея сжалось, голос стал хриплым.

— Твоя метка исчезла.

С выражением шока на лице Зеб коснулся своей щеки.

— Метка Херне?

Шей чувствовал пустоту в том месте, где была их связь.

— Какого хрена…? — лицо Зеба потемнело. — Ты попросил об этом. Чтобы наша братская связь была разорвана. Чтобы тебя оставили в покое.

— Да. Ты нужен Брианне, — прошептал Шей. — Прости, брат…

— Да пошел ты.

Кулак врезался ему в лицо, и Шей приземлился на задницу. Он пошевелил челюстью — пульсирующая боль не могла соперничать с той, что была внутри.

— Черт возьми, я…

— Заткнись, мать твою.

Шей приготовился к новому удару.

Когда Зеб посмотрел вниз, ярость в его черных глазах исчезла. А потом он рассмеялся.

— Пощупай свою щеку, брат. — Шей коснулся своего лица холодными пальцами. Он провел пальцем по слегка приподнятой метке кахира, а под ним… ничего. — Метка Херне исчезла.

Связь, которую он потерял, была не братской — эта связь осталась, золотая нить между ним и Зебом. Вместо этого он ощущал легкость там, где тяжесть клятвы Богу охоты покоилась внутри него. Шей изучал свои огромные руки.

— Он оставил меня кахиром.

Ухмылка Зеба была белой вспышкой на его темном лице.

— Думаю, он позволит нам сражаться за него. Но мы можем создать другую связь. Союз спутников жизни.

— Я… — у Шея перехватило дыхание. Будущее расстилалось перед ним, почти пугающее своей открытостью, словно он свернул с узкой горной долины на равнину. Он мог видеть все от горизонта до горизонта, ноги сами несли его куда угодно.

— Ну, теперь мы знаем, почему Мать отказала. У них была другая идея. Интересно, спорили ли они из-за этого? — Глаза Зеба весело блеснули.

Шей опустился на колени, несмотря на промерзшую землю.

— Мне нужна минутка. — Сколько лет его клятва определяла его жизнь? Как теперь ему собраться с мыслями?

Зеб сжал его плечо.

— Обернись, брат, пока не замерз. Пока ты тут думаешь, я поохочусь и организую нам завтрак. — Он повернулся и понюхал воздух, прежде чем вприпрыжку скрыться в лесу.

Шей смотрел ему вслед. В конце концов, почувствовав холод под голыми коленями, он обернулся в волка. Пока облака плыли по бледно-голубому небу, он наблюдал за усиливающимся сиянием солнца на востоке.

Глава 31

Не найдя добычу во время последней вылазки, Герхард призвал стаю к дополнительной охоте. В этот раз Бри не смогла придумать хорошего оправдания, и охотилась вместе со всеми. Какое-то время она бежала рядом с Джоди и Бонни, затем присоединилась к Энджи. Хотя Тайра укусила ее один раз за то, что она «слишком неуклюжа», она хорошо проводила вечер, если не считать отсутствия Зеба и Шея, как будто кто-то удалил часть тела… возможно, ее сердце.

Бри замедлила шаг, позволяя волкам пробежать мимо нее.

Вчера утром она испытала облегчение от того, что они оставили ее в покое, дав время подумать и успокоиться. И поплакать. Да, она сделала довольно много из этого. Она написала причины, по которым ей следует или не следует присоединиться к ним. Ответом было подавляющее «нет». Всю свою жизнь она искала дом, и здесь, в Колд-Крик, она нашла свое место.

Подобно струящемуся потоку, стая бежала по лугу, и лунный свет покрывал их мех, отражаясь, словно блики на воде. Но там не было огромного серебристо-серого волка с темным смертоносным братом рядом с ним. Когда отчаяние пронзило Бри, ее ноги запутались, и внезапно она оказалась на четвереньках в человеческом облике.

Слезы навернулись ей на глаза, когда она поднялась на ноги, дрожа на холодном ветру.

Зеб и Шей не вернулись прошлой ночью. Не вернулись и сегодня. Что, если они пострадали во время той страшной бури? Что, если их унесло потоком воды? Чувство вины было подобно удару ножа в живот, когда она вспомнила, какими несчастными они выглядели вчера утром. Как будто они уже знали ее ответ. Это она сделала их такими несчастными.

Как будто я счастливый турист? Она посмотрела на луну, и сияние, казалось, осветило ее сердце. Честно говоря, даже если она бросит Колд-Крик и своих друзей, сможет ли она быть несчастнее, чем сейчас? Все инстинкты самосохранения в мире не помогали, когда все внутри нее хотело быть со своими мужчинами.

Но они, вероятно, умрут ужасной смертью. Ее горло сжалось.

Каждый божий день она будет переживать за них, зная, что в конечном итоге будет оплакивать их, как сейчас оплакивала Эшли.

Но… Ветер развевал ее волосы, когда она печально рассмеялась. Хотела бы я отказаться от того времени, которое у меня было с Эш? Даже если бы она знала, как Эш умрет, отступила бы тогда?

Нет, все умирают. Ее мужчины могли умереть страшной смертью раньше других, но они делали важное дело.

Спасали жизни.

Но это мой дом. Здесь. Но так ли это? Если бы здесь не было Энджи, Вики, Калума и других ее друзей, чувствовала бы она себя в Колд-Крик как дома? Нет. Когда Шей и Зеб уедут, ее дом по-прежнему будет здесь? Не это ли Эшли пыталась заставить ее увидеть? Дом — это не место, это люди.

И она чертовски хорошо знала, кто ее люди. Бри провела руками по лицу, вытирая слезы.

Похоже, ей придется вытащить свой чемодан обратно из шкафа.

И ей нужно сказать Калуму, чтобы тот не торопился договариваться о том, чтобы забрать вещи с ее квартиры. Нет необходимости перевозить все дважды.

Покинуть Колд-Крик будет нелегко. Брианна тяжело сглотнула, думая о своих друзьях. О её договоренности с закусочной.

Она будет скучать по дому. Главное не забыть запастись шоколадной крошкой. Но на этот раз, когда она переедет, она заберет свой дом — свою семью — с собой. Теперь остается только дождаться, когда Зеб и Шей притащат свои задницы назад, и она им все расскажет.

Улыбнувшись, Бри обратилась в волка. Луна освещала все небо, пока волчица прыгала по горному лугу. Мягкая новая трава издавала аромат, от которого ее лапы танцевали, и Бри закружилась по кругу, гоняясь за своим хвостом. Затем, взвизгнув, она догнала стаю.

***

В часе езды от Колд-Крик Шей поднял свою уставшую голову и принюхался. Волки. Стая волков. По тому, как заострились уши Зеба, Шей понял, что тот также уловил запах.

С ними ли Брианна? Вероятно. Она пропустила пробежку прошлой ночью. Волна чистой потребности увидеть ее захлестнула его. Ему захотелось обнять ее и рассказать, что случилось.

Когда они с Зебом вышли из-за деревьев на длинный горный луг, крики заглушили все остальные звуки.

Запахи были отвратительными. Агрессия и страх. Боже, что на этот раз? Он слишком устал для игр; все, чего он хотел, — это обнять Брианну.

Когда они подошли к стае, он увидел, как Герхард кричит на молодого самца. Ничего нового.

Джоди заметила их и подошла ближе.

— Привет. Бри только что сказала, что вы трое скоро уезжаете. Не знаете, кто будет новым хозяином сторожки? Можно ли вас попросить оставить положительные рекомендации о работе нашей службы по уборке помещений?

Что сказала Брианна? Шей обратился, спустя секунду это сделал и Зеб. Они поднялись и встали плечом к плечу.

— Уезжаем втроем? — повторил Зеб грубым голосом. — Бри тоже?

— По крайней мере, она так сказала, — губы Джоди дрогнули. — Я буду скучать по ней — и по тем калорийным вишневым пирогам. — Радость бурлила в венах Шея. Она все-таки выбрала их.

— Хорошо, — сказал он неуверенно.

Взгляд Зеба встретился со взглядом Шея.

— Хорошо. — Его голос тоже был неуверенным.

— Нет! — Голос Брианны — тот самый яростный, которым она говорила, если Зеб использовал ее тонкий филейный нож для обстругивания дерева. Шей ухмыльнулся и посмотрел, кто заслужил ее гнев.

Его улыбка погасла. Герхард. Альфа превратился в волка и преследовал молодого самца. Он ударил, и щенок взвизгнул. Рыча, Дитер нарезал круги вокруг них, также готовый броситься в атаку.

Брианна подошла ближе к альфе.

— Прекрати. Он всего лишь ребенок! — Дитер преградил ей путь. Черт возьми, неужели она так ничему и не научилась?

И все же сердце Шея забилось быстрее от ее смелости.

За ней последовали еще две женщины, потом несколько мужчин. Ропот голосов пронесся по лугу, как шепот ветра.

Еще больше оборотней вышли вперед.

Герхард не заметил этого, слишком поглощенный тем, чтобы растерзать детеныша.

Обрати внимание на это, альфа-ублюдок.

— Что здесь происходит? — рявкнул Шей.

Люди подбежали, и драка прекратилась.

Пока Герхард трансформировался, Брианна и Энджи пробежали мимо него, чтобы позаботиться о молодом волке.

— Держись от этого подальше, кахир, — отрезал Герхард. — Этот неуклюжий дурак лишил нас добычи этой ночью.

— Тогда научи его, а не наказывай. — Беспечная жестокость вызвала гнев в его венах. Он пытался убедить себя, что у альфы есть право вершить правосудие — даже если он был неправ. Но этот идиот постоянно ошибался. Его решения принимались не для блага его волков, а потому, что он наслаждался властью.

Шей нахмурился. Главный инстинкт альфы — защищать, но это было явно не про Герхарда. Должно быть, нездоровое желание Клауса к доминированию, не прошло бесследно для его сородича. Герхард, возможно, когда-то и был хорошим альфой, но он больше не годился для того, чтобы возглавлять стаю.

Шей сжал челюсти. Если он, Зеб и Брианна останутся в Колд-Крик, они так и будут сражаться с альфой.

Приняв молчание Шея за согласие, Герхард снова обратился в волка.

Брианна побледнела, но встала перед мальчиком. Ее фон изменился, и Шей понял, что своим первым ударом, она, вероятно, убьет Дитера.

Клянусь Богом, он любил ее. И он умрет до того, как эти недоношенные дворняги прикоснутся к ней своими клыками. Когда Шей зарычал, громко и протяжно, волки замерли.

— Я бросаю вызов. — Герхард резко повернул голову, его глаза вспыхнули от шока.

— Ты не можешь, — пробормотал кто-то в толпе. — Ты связан клятвой с Херне.

— Он отпустил нас, — сказал Шей, наклоняя лицо к лунному свету, чтобы все могли видеть его чистую от шрамов щеку.

Герхард обнажил свои клыки.

— Давай сделаем это, ты, трусливая дворняжка, — сказал Шей. — Я не хочу тратить луну впустую.

Отпустил? Сердце Бри взлетело достаточно высоко, чтобы присоединиться к звездам в небе. Они могут остаться со мной? Мы можем…

Стая образовала широкий круг вокруг Герхарда. Боевое кольцо. Нет, о нет. В стороне разговаривали Зеб и Шей.

Что я наделала? Она схватила Шея за руку.

— Не делай этого. Я могу… я извинюсь перед Герхардом. Тебе не нужно драться.

Он накрыл ее руку своей, пристально глядя ей в глаза. С нежностью.

— Моя линнан, день, когда я позволю тебе извиниться перед этим мудаком, — это день, когда я вернусь к Матери. — Вокруг его глаз появились морщинки. — И это будет не сегодня.

— Не надо. Пожалуйста. — Он может пострадать. Серьезно.

— Совсем не веришь в меня?

Ей захотелось ударить его. Она повернулась к Зебу и увидела ту же решимость. Они оба хотят, чтобы их вышвырнули вон? Ее глаза начали гореть. Это была ее вина.

Шей положил руку ей на затылок и притянул Бри к своей груди.

— Не плачь, волчонок. Это было неизбежно, если бы мы остались.

Брианна обняла его. Я так тебя люблю.

Но вслух не проронила ни слова. Ему не нужно было отвлекаться.

Вместо этого она сжала его так сильно, как только могла, пытаясь наполнить его дополнительной силой. Шей поцеловал ее в макушку и передал Зебу, который впился в ее губы долгим и страстным поцелуем.

Прежде чем она смогла продолжить спор, они трансформировались: один мощный темный волк, и один волк с серебристым мехом. Когда оборотни открыли путь для Шея, чтобы войти в круг, Зеб проскользнул сквозь толпу и остановился рядом с братом Герхарда. Охраняя Шея с тыла.

Бри протолкнулась вперед. Холодная ладонь скользнула в ее руку, и молодая оборотень, Лейси, бросила на нее испуганный взгляд.

Энджи и Джоди присоединились к ним.

Шей прошел в центр, скривив губы и обнажая клыки. Они с Герхардом ходили вокруг друг друга, насторожив уши, оба высоко держали головы. Поднятая дыбом шерсть на спине Шея делала его огромным.

Последний раз, когда он бросал вызов альфе, подумал Шей, он был очень молод. Уже нет. Он двигался медленно, оценивая своего противника. Герхард был чертовски большим волком.

Уверенный в себе и опытный. Но основная часть борьбы за лидерство происходила в голове, и альфа-придурку не хватало решимости, необходимой ему для победы.

Это было заметно. Не в силах ждать, Герхард бросился первым, рыча и хватая Шея за затылок.

Шей поднялся на задние лапы, сбивая того с ног. Он попробовал укусить его, но Герхард встал, оказывая ему сопротивление. Они сцепились. Шей уклонился от передних лап и все же укусил своего противника за шею.

Герхард оттолкнулся, и они закружились в схватке. Кружили и сталкивались. Снова и снова. Шей понял, что их силы были слишком равны, по крайней мере сегодня. Хотя всплеск адреналина ненадолго взбодрил его, он всю ночь провел на ногах. Сначала взбирались высоко в горы, а после спускались обратно. Его лапы волочились, как будто на них налипло по пуду грязи.

Герхард снова бросился в атаку. Его клыки впились в плечо Шея.

Вспышка боли. Шей укусил Герхарда под глазом. Брызнула кровь, и гаденыш вырвался на свободу. Они попятились друг от друга, рыча.

Герхард слегка присел, готовясь к атаке. Шей приготовился.

Голос Брианны:

— Нет!

Что-то сместилось в одну сторону. Не глядя, он увернулся. Зубы щелкнули в воздухе — и Герхард атаковал, воспользовавшись тем, что Шей отвлекся.

Позади него раздалось рычание, затем высокий визг. Люди кричали. Шей выбросил это из головы; Зеб прикрывал его спину.

Встав на задние лапы, Шей оттолкнул Герхарда в сторону, используя любую возможность укусить. Свежая кровь заполнила его рот, и Герхард зарычал. Ответный удар послал боль, взорвавшуюся в боку Шея. Он укусил своего противника за шею, но густой мех и дряблая кожа смягчили укус.

Они падали на бок, катались и кусались. Он разорвал Герхарду морду. Зубы его противника вцепились ему в ногу, посылая вспышку боли через него, и Шей изо всех сил старался не поддаться ярости. Равновесие, мохнатая морда.

Он вырвался и обошел противника по кругу. Еще одна атака. Шей отклонился в сторону и положил лапу на плечи волка, пытаясь… Герхард ударил другой лапой, и Шей увернулся.

Встав на задние лапы, они сцепились. Клыки Герхарда полоснули его по шее. Шей толкнул его, заставив Герхарда потерять равновесие настолько, что тот зацепился за мех на затылке. Шей дернул головой в сторону, сбросив Герхарда на землю, начав наступать на него. Его челюсти сомкнулись на горле Герхарда, и он сжал их, борясь с желанием разорвать плоть.

Герхард обмяк. Шей не отпустил его. Гаденыш заскулил. Его хвост изогнулся между его лап в знак поражения.

Шей отпустил его, но сохранил свою позицию, оскалив зубы рядом с шеей противника, усиливая доминирование. Секунду. Другую.

Он сомкнул челюсти на морде Герхарда. Тот не пошевелился, лишь снова заскулил.

Потребность убить все еще бушевала в его венах, Шей отвернулся, словно в безразличии, навострив уши на случай, если у мужчины не было мозгов. Но движения за его спиной были медленными.

Он услышал, как волк отступил и побежал через луг.

А потом Брианна опустилась на колени рядом с ним. Ее руки обхватили его так крепко, что он едва мог дышать.

— Ты сделал это. Я очень горжусь тобой. Мне было так страшно за тебя. Никогда больше так не делай. — Слова стали неразборчивыми, когда Бри зарылась лицом в его мех.

Ее запах окружил его, согревая, и боевой настрой начал постепенно утихать, а через мгновение и вовсе исчез. Шей повернулся и лизнул Бри в шею, уткнувшись мордой в ароматную впадинку между шеей и плечом.

— Хорошая работа, брат. — Зеб поднял Брианну и обнял ее. — Хотя это заняло у тебя слишком много времени.

Шей щёлкнул зубами в знак недовольства, затем трансформировался.

— Спасибо за поддержку. Кто это был?

— Брат. — Зеб мотнул головой в сторону волка, следовавшего за Герхардом. — Чед пытался помочь Дитеру. Глупо, но я думаю, что он исправится.

Шей обернулся. Юноша в человеческом обличье держался за окровавленное ухо, в то время как Альберт Бати орал на него.

— Достаточно хорошо. — Шей огляделся. Когда стая — его стая — подошла ближе, их широкие улыбки поразили его. Они были рады? Он повернулся по кругу, осматривая каждого, прежде чем взглянуть на небо. — У вас есть время, пока облака не очистят луну, чтобы поговорить, а после я хочу, чтобы вы все были в форме волка. — Он крепко поцеловал Брианну, борясь с необходимостью спариться с ней здесь и сейчас, пометить ее своим запахом. Вместо этого он со вздохом отступил. — Оборачивайся, волчонок. — Если у них будет будущее в Колд-Крик, он каким-то образом должен объединить эту группу волков в настоящую стаю.

Через несколько минут он повел своих волков в лес. Его уши повернулись назад, слыша мягкий стук лап, дыхание, шорох и тихое рычание, когда младшие толкали друг друга, стараясь занять более выгодную позицию. Моя стая.

Когда они устремились в гору за ним, что-то внутри него расслабилось, и непонятная боль рассеялась, как туман с горы.

***

Луна клонилась к западу, когда волки вернулись в пещеры, расположенные под таверной. Бри следовала за ними, стараясь держаться чуть позади.

Она чувствовала удовлетворение, исходившее от волков рядом с ней. После недолгой пробежки, Шей остановился на поляне и рассказал об изменениях, которые он планировал внести. Он давал людям возможность высказаться, ходя вокруг и разговаривая с различными группами.

А потом он повел их на охоту. Старшие чуть отстали, в то время как молодые и смелые волки пошли с Зебом, чтобы окружить стадо оленей и погнать их к остальной части стаи. Погоня за оленями была захватывающей. Все хорошо пообедали.

Шей — и Тайра — поели первыми.

Тайра с Шеем вели стаю. Даже сейчас они бежали бок о бок, время от времени задевая друг друга плечами — намеренно со стороны Тайры.

Когда Бри попыталась держаться поближе к Шею, Тайра напала на нее, укусила и загнала ее в тыл к старым волкам.

Шей повернулся и оттолкнул Тайру от Бри, возникла неразбериха, и вся стая остановилась. Во второй раз, когда это случилось, Бри сдалась и осталась сзади.

Когда Зеб не брал молодых волков на дополнительную прогулку, он бежал рядом с ней. И Бри заметила озадаченные взгляды волков. Зеб был бетой — вторым по положению в стае — и его место было сразу за альфой.

Теперь, когда они достигли пещеры, Шей и Тайра обернулись первыми. Тайра притворно вздрогнула, вот же сука, и прижалась к Шею, проводя рукой вверх и вниз по его груди. С холодным взглядом он оттолкнул ее руку и направился к Бри. Тайра смотрела ему вслед.

Мой. Видишь? Он мой. Только Бри чувствовала связь между ним и Тайрой так же, как чувствовала связь между ним и Зебом. Что это значит?

— Брианна. — Шей обнял ее. Его тело было теплым и твердым, его руки успокаивали, когда он целовал ее. Но что-то исчезло, и ее беспокойство вытеснило удовольствие.

Когда он отпустил ее, вокруг них пронесся шепот, сопровождаемый более растерянными выражениями лиц членов стаи. У входа в пещеру стояла Тайра, ее взгляд был таким пылающим, что мог запросто прожечь дыру на теле.

— Я поговорю с тобой чуть позже, девочка, — сказал Шей. Она никогда не слышала, чтобы его голос звучал так несчастно. Опустив плечи, он вошел в туннель.

Бри повернулась к Зебу.

— Что происходит? Я думала…

— Мы не. Подумали. Черт, Шей вообще не думал. — Он прислонился своим лбом к ее лбу. — Давай уйдем, тогда и поговорим.

Но как только он отошел от нее, его окружили молодые парни, поэтому Бри решила не терять время и одеться. Страх засел холодным комом в ее животе.

В конце концов, она поднялась наверх, через отдельную комнату в коридор. Когда она вошла в таверну, было почти два часа ночи, и осталось всего несколько оборотней, не входящих в стаю. Возле камина Тайра стояла рядом с Шеем, и Бри узнала позу королевы рядом с королем.

Но… разве он не мой? Она прикусила губу и посмотрела на Зеба.

Тот стоял у стойки бара. Молодые самцы вокруг него хвастались своими успехами в поимке оленя, борясь за внимание Зеба.

За соседним столиком Энджи сидела с Альбертом, они разговаривали:

— Разве это не чудесно? Я уже много лет так хорошо не проводила время.

Он кивнул:

— Все остались довольны. Я и не подозревал, насколько плохо Гер… — Он сжал губы и покачал головой.

— Бри! — Лейси пробежала через комнату, чтобы крепко ее обнять. — Ты видела меня? Я помогла убить оленя. Это было круто или как?

— Ты хорошо справилась. Джоди была с тобой во время пробежки?

— Да, Шей попросил ее стать моим наставником. Кэндис была, но… — Лейси поморщилась, — из этого ничего не вышло. Джоди безумно смелая. Она просто великолепна.

Еще раз сжав ее в объятиях, Лейси умчалась прочь, оставив Бри в одиночестве. И что теперь?

Теперь ничего. Она не собиралась присоединяться к толпе вокруг Шея… и Тайры. К черту все это.

Бри выскользнула наружу. Облака медленно закрывали луну, приглушая ее свечение. В лесу к востоку от таверны все ухала и ухала сова, ожидая ответа, которого так и не последовало.

Дверь открылась. Вышла Тайра, одетая в обтягивающие джинсы и креповую блузку, которая подчеркивала ее грудь.

— Теперь он мой.

Не нужно спрашивать, кого имела в виду Тайра.

— Это мы еще посмотрим.

— Ты действительно глупая. — Тайра закурила сигарету. — Ты хоть знаешь, что значит быть альфа-самцом и альфа-самкой?

— Вы возглавляете стаю, у вас есть первенство в еде. Что-то вроде этого. — Бри выдавила небрежный тон, несмотря на то что ее сердцебиение участилось.

— Альфы связаны друг с другом, дура. Он мой — и, поскольку Зеб его брат, он тоже будет моим. — Бросив сигарету на влажный гравий, Тайра ушла в ночь.

Спустя какое-то время светящийся окурок сгорел дотла.

***

Шей оглядел комнату. Где Брианна? В баре Зеб пытался ускользнуть от молодых волков, соперничавших за его внимание. Наконец ему это удалось, возможно, не так вежливо, как следовало бы, но Шей почувствовал ту же необходимость.

— Мне очень жаль, народ, — сказал он волкам, собравшимся вокруг него. — Мне нужно кое с кем поговорить.

Группа пропустила его, и он направился через комнату.

Проклятые порядки. Почему он не подумал о последствиях того, что он альфа стаи? Он догнал Зеба у дверей таверны.

— Где Брианна?

— На улице. — Зеб нахмурился. — Где альфа-сука?

— Она ушла несколько минут назад, слава Богу. Брат, что я наделал?

Зеб покачал головой, не отвечая.

Шей заметил Брианну снаружи, прислонившуюся к стене.

Тусклый лунный свет омрачил ее невыразительное лицо.

Ее поза говорила об отчаянии.

Все, чего он когда-либо хотел, — это чтобы она была счастлива, и он полностью разрушил это. Он притянул ее в свои объятия. Такая маленькая и ароматная, пахнущая ванилью и затяжной дикостью волка.

— Брианна. Я…

— Нет, Шей. Я не могла позволить, чтобы мальчика разорвали. — Она уткнулась лицом ему в плечо. — И ты тоже не смог бы. Это не твоя вина. — Она обняла его, заняв его мир… и показав ему все, что он терял.

Его руки напряглись, затем он со вздохом отпустил ее, позволив Зебу насладиться ее объятиями. Его брат тоже нуждался в ее утешении.

В течение нескольких коротких часов мир был правильным. Его сердце пело, когда он спускался с горы. Он спланировал, как они попросят ее стать их спутницей жизни. Планировал навестить местного мага, который сделает им браслеты. Я все разрушил.

После долгих объятий Брианна поцеловала Зеба в щеку.

Когда они шли по тропинке к домику, она сказала:

— Тайра сказала мне, что альфы создают пары. Как далеко это заходит? — Далеко. Шей нахмурился. Эта сучка, вероятно, ткнула этим в лицо Бри. Внутри него начал медленно разгораться гнев.

Тени омрачили лицо Зеба.

— Точно сказать не могу. Я не вникал в это. Брат?

Шей шел молча, подыскивая правильные слова.

— Это еще один вид связи. Как между супругами, только по-другому.

— Раньше, когда ты возглавлял стаю, ты был в паре с альфа-самкой? — спросил Зеб.

— Да. Она была старше, лет сорока, может быть, но была хорошей грамотной альфой. — Теперь, оглядываясь назад, он понял, как ему повезло со своей стаей, со своими наставниками. Альфа-самка научила его всему. — Между нами не было ничего, кроме альфа-связи, но она мне нравилась. — Тайра по сравнению с ней пустой звук. — Брианна, мне очень жаль.

— Это как связь с Херне, не так ли? Если у вас есть это — или что-то в этом роде с альфа-самкой — вы не можете сблизиться с другой женщиной. — Она медленно вдохнула, прежде чем взглянуть на Зеба.

— Будучи братьями, вы тоже связаны с Тайрой. Я понимаю. Это совсем не то, чего вы хотели. — Выражение ее лица разгладилось.

Единственными звуками были их шаги по тропинке и шорох ночных существ. Каждый раз, когда он смотрел на Брианну или Зеба, Шей думал, что его сердце вот-вот разорвется. Этого не может случиться.

Но всю ночь он боролся против связи с альфа-самкой — безуспешно. Когда стая была рядом, связь с Тайрой издавала постоянный гул, как включенный магнит. Он пытался отодвинуться от нее, и в ту минуту, когда его внимание ускользало, связь вновь сводила их вместе.

Как он мог это исправить?

Глава 32

На следующее утро Бри стояла на коленях за стойкой закусочной, заполняя полки кондитерскими изделиями. От сладкого запаха пирогов и пирожных ее пустой желудок скрутило от тошноты.

Как все могло пойти так неправильно? Прошлой ночью у нее был момент взлета, когда у нее была семья и дом, а потом она упала с неба. И сильно ударилась. Все ее тело болело.

Пока Энджи весело болтала о новом вожаке стаи, Бри пыталась сдержать гневный крик — на Тайру и ее злорадство, на Энджи и ее счастье, на Шея за его слепую честь. Черт возьми, ей также хотелось наорать на их глупых Богов.

Это нечестно. Ее рука сжалась в кулак, сминая булочку с клубникой. Когда она разжала пальцы, позволяя красной слизи и крошкам упасть на поднос, она поняла, что Энджи замолчала.

— Бри?

Она посмотрела на пожилую женщину.

— Тайра сказала, что они с Шеем будут… теперь как пара. И Зеб тоже. Шей пытался объяснить, но правда ли это?

— Ну, ради любви Матери! — Брови Энджи сошлись на переносице. — Я не думала о Тайре, как об альфе.

— Но?

— Она права. Если альфа-самец или самка уже спарены, эти связи не могут быть разорваны, и пара альфы становится новой альфа-самкой. К сожалению, у Шея нет спутницы жизни, поэтому инстинкт стаи берет верх, и альфы становятся парой. Это связь, с которой они не могут бороться. — Энджи вытерла руки о фартук. — Он действительно не может, Бри. — Пара. Связь. Слова врезались ей в грудь.

— А Зеб?

— Они братья. Зеб почувствует связь через Шея. — Глаза Энджи наполнились сочувствием. — Я видела их с тобой. Это, должно быть, разрывает их на части.

— Я знаю. — Она видела отчаяние на лице Зеба. Вина Шея… и горе. Не только ей было больно. Бри молча вытерла руки. Ну что ж, теперь у нее были ответы на все вопросы. Хорошо. Она могла справиться с этим. Эй, она никогда не думала, что у нее в принципе будут мужчины. Или дом.

Переедет ли Тайра в домик? Мысль была ужасной. Она сморгнула слезы.

— Я не могу там оставаться.

— Переезжай сюда, — тут же сказала Энджи. — Здесь живем только я и моя дочь. У меня есть дополнительная комната. — Друг. Бри медленно выдохнула. Даже когда все остальное становилось черным, у нее всегда были друзья.

Может, это были дары Богов, чтобы компенсировать все остальное. Она встала и крепко обняла Энджи.

— Спасибо. Я заберу свои вещи.

***

Шей вошел в опустевшую кухню, и его голод тут же исчез. Отсутствие Брианны отзывалось болью внутри него. Сегодня, пока их с Зебом не было в сторожке, маленькая волчица собрала свои вещи. На прощание она оставила им записку, в которой говорилось, что она переехала к Энджи.

Он причинил ей боль, черт возьми, сильно ее обидел. Как быстро он сможет это исправить? Он решил попросить Козантира помочь ему найти сильного волка с чужой территории. Того, кто сможет управлять стаей. Шей горько покачал головой. Интересно, какой-нибудь альфа сможет похвастаться тем, что предал две стаи?

Конечно, ему придется покинуть территорию, поскольку его присутствие подорвет авторитет нового альфы. Но он мог бы быть счастлив где угодно, если бы Зеб и Брианна были с ним.

Послышались шаги, и Тайра, покачивая бедрами, вошла в кухню, как будто она была хозяйкой этого места.

— Шей, я хочу, чтобы ты пригласил меня поужинать вечером. В закусочной сегодня итальянский вечер.

— Нет. — Тяга никуда не делась, черт возьми, и никогда не исчезнет, но пока стаи не было рядом, он мог держаться на расстоянии.

— Что ты имеешь в виду? — Надув губы, как ребенок, Тайра провела рукой по его груди.

Он почувствовал, что его тело, несмотря на раздражение, отвечает на ее прикосновения.

— Шей, ты получил… — Зеб увидел это и нахмурился. — Неважно. Не бери в голову.

— Нет, не уходи, бхратхайр. Тайра уходит. — Шей отодвинул ее от себя.

— Нет, — сказала она. — Я хочу…

— Я никуда не пойду. — Шей скрестил руки на груди. — Я не могу изменить тот факт, что мы оба альфы. Или что мы должны быть вместе во время сборов стаи. — Следующая часть заставила его внутренне сжаться. — И мы, вероятно, в итоге спаримся. — По мере того как луна становилась все ярче, крепла и связь между ними. Его челюсти сжались. — Но я не хочу, чтобы ты была здесь.

— Ше-е-е-ей.

Он заскрежетал зубами от ее жалобного воя. Он уже хотел было сказать ей, что он о ней думает, но воздержался. Им нужно было уметь работать вместе на благо стаи.

— Ты не в моем вкусе, Тайра, — наконец сказал он. — Мы — альфы. Это единственное, что нас может связывать.

Через мгновение ее рот скривился, превращаясь в нечто уродливое.

— Да кому ты вообще нужен? Я просто пыталась извлечь из этого максимум пользы. — Она оттолкнула Зеба, который стоял у нее на пути, и вышла из кухни. Несколько секунд спустя дверь захлопнулась с такой силой, что задрожали стекла.

Зеб рассмеялся.

— У тебя неплохо получается ладить с женщинами, не так ли, брат?

Ощущение его кулака на челюсти брата ничуть не помогло.

***

На крошечном лугу было тихо, даже легкий ветерок не шевелил мертвую траву. Раздвинув коричневые стебли, Бри увидела зеленые ростки, торчащие из грязи. Новая жизнь.

Но не для меня. Она чувствовала себя мертвой внутри и снаружи.

Собрав вещи, она оставила парням записку. Трусливо, конечно. Но она не могла больше видеть их страдания.

Прошлой ночью Зеб хотел поговорить, но впервые за все время она заперла дверь в свою комнату. Разве это не смешно? Даже когда она боялась его, ей никогда не приходило в голову запереть дверь.

Она откинула голову назад. На небе кружил стервятник, лениво оседлав теплые воздушные потоки. Это напомнило ей о Тайре.

Сегодня попозже она навестит Калума. Несомненно, Козантир найдет ей новых наставников и другую территорию. Вздохнув, она бросила веточку в спокойное озеро. Та ударилась почти без брызг, и рябь исчезла, не достигнув берега.

Как и время ее пребывания в Колд-Крик, сначала было легкое беспокойство, но затем оно исчезло.

Но что насчет влияния мужчин на нее? О, теперь это больше походило на лавину, сорвавшуюся с горного склона, оставив позади черную безлесную скалу. И иногда случалось так, что больше на ней ничего не росло.

И, Боже, разве она не становилась сентиментальной?

С отвращением зарычав, Бри встала, подняла массивную ветку и бросила ту в озеро. Всплеск вызвал небольшую приливную волну, оторвавшую часть берега. Она уперла руки в бока. Вот так вот.

Глубоко вздохнув, она посмотрела на горы вокруг себя. Она будет скучать по вершинам, лесу, ручьям.

Несомненно, Калум поможет ей найти хорошее место для жизни, но все же… это место стало ее домом.

У меня нет ни дома, ни семьи. Снова. В груди защемило, когда она направилась к тропе, вниз с горы.

Вдруг, из леса вышли три волка, не сводя с нее глаз.

Ее сердце сильно забилось, прежде чем она уловила их запах.

Оборотни. Энджи, Джоди и Бонни, диспетчер шерифа.

Почему-то она сомневалась, что они просто вышли на пробежку.

Рассказала ли Энджи остальным о том, что произошло? Прибавила ли она к ее страданиям еще и унижение?

— Леди, — ровным голосом произнесла она.

Они трансформировались. Энджи расчистила место на мягкой траве у берега и со стоном улеглась.

— Прошлой ночью я пробежала больше, чем за весь прошлый месяц. Эта смена руководства обернется для меня смертью. — Джоди опустилась рядом с пожилой женщиной. Бонни села по другую сторону, выбрав тенистое место, чтобы защитить свою светлую кожу.

Все трое посмотрели на Бри.

Три обнаженные женщины. Жизнь, конечно, может стать странной.

— Что происходит?

— Сядь, — раздраженно сказала Энджи. — У меня от тебя сводит шею.

Бри устроилась так, чтобы видеть всех троих.

К сожалению, появилось ощущение, будто она против них.

Определенно в меньшинстве.

— Бри, — начала Бонни своим мягким голосом. Она была матерью Тайлера и Люка и была ужасно нежной, воспитывая этих сорванцов. — Энджи рассказала нам о твоих вопросах. — Ожидаемо. Бри уставилась на Энджи.

— Ах, нет, не вини ее, — сказала Джоди, и в ее грубом голосе послышалось веселье. — Мы с Бонни завтракали в закусочной и видели, как ты уходила.

Бонни покачала головой. — Прошлой ночью мы видели, как упорно Шей боролся с альфа-связью. Альфы всегда держатся вместе, но он продолжал двигаться, чтобы быть с тобой. И Зеб тоже.

— О. — Бри почувствовала, как на глаза набежали слезы и сморгнула их. — Приятно это слышать. Но вам не о чем беспокоиться. Я скоро уезжаю, и с ними все будет хорошо.

— Клянусь грудью Матери, ты все неправильно поняла. Послушай, мы поговорили и, — Джоди заправила свои короткие каштановые волосы за уши, — я не знаю, как вежливо спросить об этом. Ты бы хотела сражаться за своих мужчин? Бросить вызов альфа-самке и занять ее место?

— Сразиться с Тайрой? — Они что, с ума сошли?

Все кивнули.

— Должно быть, вы помните, что она разнесла меня в пух и прах в прошлый раз? — вежливо сказала Бри. — Или вы не смотрели?

— О, я помню. — Джоди поморщилась и потрогала шрам на плече. — Я уже проходила это. Я бросила ей вызов пару лет назад. И проиграла.

Бри моргнула.

— Но ты все еще здесь? Я думала, что проигравшие должны уйти. — Герхард и его брат уже переехали из Колд-Крик. Никто не казался несчастным.

Джоди пожала плечами.

— Мужчины, как правило, уходят, но это скорее связано с их тестостероном. Женщины более практичны.

— Ты тоже не стремилась стать альфой, — отметила Энджи. — Это не было похоже на то, что Тайра разрушила твои амбиции, выиграв бой.

— Верно. Я просто ненавижу подчиняться приказам тупицы, и, поскольку у меня есть спутник жизни, мне не пришлось бы спариваться с Герхардом. — Ее нос сморщился. — Быть как чертова падаль.

Бонни подавилась смехом.

— Черт, Джоди. Брианна, когда ты дралась с Тайрой, ты была оборотнем всего — сколько — две недели?

— Эм. — Бри попыталась подсчитать. Казалось, это было так давно. — Немного меньше.

Женщины ждали.

— Думаешь, я была слишком неопытной, чтобы выиграть с ней бой? — Бри подумала о том, какой неуклюжей она была. Какой чертовски глупой. Черт возьми, она никогда даже не видела, как дерутся собаки. Не самое лучшее мое выступление. — Правда, я облегчила ей задачу. Но она также в два раза больше меня и намного тяжелее.

— Более опытна, да. И крупнее. — Взгляд Энджи был прямым. — Она делает на это ставку. — Бри открыла рот. Закрыла. Повернувшись, она уставилась на озеро. Она много лет участвовала в уличных драках и турнирах по карате. Если кто-то больше и тяжелее, это не гарантирует победу.

На самом деле она выиграла больше состязаний с крупными противниками, чем с теми, кто был ее размера.

— Вы хотите сказать, что она не умеет драться… умно?

Энджи улыбнулась, как учительница, когда до студента наконец-то дошло.

— Вики говорит, что ты сражаешься так же хорошо, как и она. Эта штука с кунг-фу или что-то в этом роде.

Да, я просто великолепна в карате. Мимолетная надежда умерла. Схватка зубами и лапами сводила на нет любое умение наносить удары ногами и руками.

— Я не думаю, что карате соответствует стилю волка.

— Однако скорость и хитрость — да, — сказала Бонни. — Я наблюдала за тобой с Лейси прошлой ночью. Может, ты и маленькая, но ты действительно сильная и такая быстрая, что Лейси на твоем фоне выглядела так, словно стояла на месте.

— На скорости без опыта далеко не уедешь, — сказала Бри.

— Без навыков ты бы каждый раз проигрывала. — Джоди наклонилась вперед. — Мы не можем сражаться за тебя, но ты можешь использовать нас для тренировок. Между нами, мы наблюдали и дрались во множестве поединков. Мы можем дать тебе советы. Указать, где ты могла бы быть лучше.

Будь я проклята, если у меня снова не зародилась надежда.

Бонни пожевала прядь волос, прежде чем признаться:

— Это будет нелегко.

Ни одна из женщин не соответствовала росту или весу Тайры, но все они были довольно крупными. Бри знала, как превратить свое тело в оружие, как бороться с болью и продолжать двигаться дальше.

Было ли этого достаточно?

Имело ли это значение? Могла ли она отказаться от Зеба и Шея, не попытавшись?

— Нет, — решительно сказала она и увидела, как три лица вмиг стали грустными. — Я имею в виду, нет, эта сука не заберет моих мужчин. Не без чертовски серьезной борьбы.

Бонни радостно вскрикнула.

Энджи усмехнулась.

— Я так и знала. Давайте начнем.

Глава 33

Крик боли разнесся по солнечной поляне.

Бри немедленно отпустила ее руку. Превратившись в человека, она опустилась на колени рядом с Бонни.

— О Боже, прости меня. Я не хотела…

Пушистая светлая волчица щелкнула зубами перед лицом Бри, а затем трансформировалась. Сев на пятках, Бонни нахмурилась.

— Плохой волк. Никогда не прекращай драться из-за того, что твой противник кричит. Честно говоря, Бри, ты раньше занималась карате; ты как никто должна это понимать.

— Да, но я укусила тебя. Я терпеть не могу причинять вам боль, ребята. Вы мои друзья. — И они заполняли дыру, которую оставила в ее сердце Эшли.

Бонни изучила красные отметины на бледной коже своей ноги.

— Ты даже кровь не пустила, и это еще одна проблема. Так или иначе, тебе нужно практиковаться в потрошении, не нанося увечий.

— Это звучит просто ужасно.

— Думаешь, Тайра испугается такой детской отметины, как эта?

— Я бы укусила сильнее, если бы это была она.

Бонни покачала головой.

— Тебе нужно… — Когда что-то прорвалось сквозь кусты на горе, она резко обернулась. — Кто…

На поляну выскочила рыжевато-коричневая пума, заставив Бонни и Бри вскочить на ноги.

Бри встала перед Бонни, но расслабилась, когда Бонни засмеялась и сказала:

— Эй, Вики, что у тебя там? — Кошка подошла и бросила маленького оленя к ногам Бри.

— Я что, выгляжу голодной? — спросила Бри.

Вики трансформировалась и встала.

— Неа. Но Энджи сказала мне, что ты не знаешь, как сильно нужно укусить. Алек говорил, что молодые самцы иногда тренируются на мертвых животных. — Она указала на оленя. — Поэтому я принесла тебе игрушку.

— Это умно. — Подавив желание сказать «фу-у-у-у», Бри добавила, — Спасибо.

— Пожалуйста. — Вики села рядом с Бонни.

Отлично, публика. Бри трансформировалась, отступила на несколько футов и прыгнула на оленя. Представила, что это Тайра. Схватив за заднюю ногу, она прикусила ее, отпустила и бросилась прочь. Повернувшись, она побежала обратно, чтобы проверить ногу. Черт возьми. Никакой крови.

— Хорошие вмятины, убийца. — Когда Бри прижала уши и взглянула на Вики, та только хихикнула. — Тебе нужно добиться большего, волчица.

***

Четыре дня спустя Бри спустилась по лестнице в пещеру под «Дикой Охотой». Люди слонялись вокруг, раздеваясь и превращаясь в волков. Шей ввел еженедельные пробежки, установив время вскоре после захода солнца, чтобы у молодых было время потом повеселиться, а супруги могли вернуться домой к своим детям. Еще один пример, как сказала Энджи, того, каким хорошим альфой был Шей.

Он был таким, и она очень им гордилась. Ему нужно остаться здесь и вести их.

Что бы ни случилось сегодня.

Запахи и шум были слишком сильными, и ее желудок скрутило, как будто она съела что-то тухлое. Бри запихнула одежду в нишу и поспешила наружу, оставаясь в человеческом облике. Холодный воздух ударил по обнаженной коже, приветствуя ее.

Инструкции от Энджи наполнили ее голову: «Это должно быть сделано на глазах у стаи. Будь громкой. Будь агрессивной». Вот уже несколько минут, как село солнце, и легкий туман кружил на ветру. Трава перемежалась с грязью, которая холодно хлюпала между пальцами ног. Она огляделась по сторонам.

Зеб уже был в форме волка. Он уловил ее запах и направился к ней.

Шей и Тайра еще не трансформировались и стояли вместе на одной стороне поляны. Тайра продолжала тереться о него, как голодная кошка, следя за каждым его шагом.

Ревность — и гнев — захлестнули Бри, зажигая ей нервы. Укусить эту суку не было такой уж большой проблемой.

Она вышла в центр небольшой поляны.

Это было оно. Время шоу. Ее руки вспотели, а живот неприятно скрутило. Очень жаль, тело, сказала она себе, но сейчас не самое подходящее время, чтобы вывернуть свой желудок. Бри выпрямила спину.

— Тайра. — Ее громкий голос эхом разнесся по горам. — Я бросаю тебе вызов.

Удивленный шепот пробежал по поляне, как порыв ветра.

Тайра оторвалась от Шея. Ее высокомерное выражение лица просто умоляло, чтобы ее ударили.

— Ты? Приди в себя! — На лице Шея отразилось беспокойство. Зеб наклонил голову, навострив уши.

Бри сосредоточила свое внимание на Тайре.

— Ты сдаешься?

— Такому тощему кролику, как ты? Конечно, нет. — Потянувшись больше для того, чтобы произвести впечатление на мужчин, она сказала: — Не волнуйся, мой альфа. Я выиграю. — Она потерлась грудью о Шея.

Он положил руки ей на плечи — то ли чтобы притянуть ее ближе, то ли чтобы оттолкнуть — Бри не могла сказать точно.

Тайра обняла его за талию.

— После этого мы будем смеяться над ее глупой любовной тоской по тебе… как мы это делали прошлой ночью.

Словесный удар отбросил Бри на шаг назад. Неужели Шей действительно смеялся?

Когда стая — люди и волки — образовала круг в центре поляны, Бри потеряла Шея из виду и попыталась выбросить это из головы. Никаких эмоций. Главное борьба.

Тайра вошла в круг.

— Ты, очевидно, слишком тупа, чтобы чему-то научиться, кролик. На этот раз я оставлю шрамы. — Сенсей говорил, что бои выигрываются в голове, и Тайра уже использовала Шея, чтобы заработать очко. Больше такого не произойдет.

Бри одарила ее довольной улыбкой.

— Это справедливо, поскольку я намерена сделать то же самое. Когда я закончу, гномы, смотря на твое лицо, будут блевать.

Ох, черт. В глазах Тайры промелькнуло беспокойство, прежде чем превратилось в чистую ненависть. Она обернулась в волка и зарычала.

Бри быстро трансформировалась и сделала глубокий вдох. Никакого запаха страха от Тайры, но много от Шея и Зеба. О какой женщине они беспокоились? Она оставила эти мысли.

Сейчас ее должно заботить не это.

В волчьей форме Энджи встала рядом с одним из приятелей Тайры, который тоже трансформировался.

Мимо пронесся неуловимый запах — пума. Вики, вероятно, сидела на ближайшем дереве. Хорошо все-таки иметь друзей.

Бри встряхнулась, поправляя мех и успокаиваясь.

Женщины не играли в те же игры доминирования, что и мужчины, и у нее не было желания выпендриваться, как это делали они. Она хотела перейти к делу.

Зарычав и обнажив острые клыки, Тайра слегка опустила плечи.

Бри приподняла верхнюю губу, чтобы показать собственные зубы, затем щелкнула челюстями — то, что всегда побуждало Бонни нападать.

Тайра бросилась вперед.

Бри уклонилась, быстро повернулась и укусила суку за заднюю лапу с такой силой, что Тайра взвизгнула, и Бри почувствовала вкус крови во рту.

Она бросилась прочь, и Тайра щелкнула пастью по пустоте.

Они кружили. Походка альфы была неровной. Запах крови на траве вызвал у Бри дикую ярость, и она изо всех сил старалась не потерять контроль над своими животными инстинктами.

И снова Тайра бросилась в атаку — опасность возникла бы, если бы та остановилась — и снова Бри уклонилась, на этот раз задев зубами большие мышцы Тайры на той же ноге. Очко в ее пользу. Бри отпрянула, чувствуя, как оцарапали клыки Тайры ее заднюю лапу, на которой сразу же почувствовалось жжение. По ноге Тайры текла струйка крови.

Теперь разъяренная Тайра преследовала ее по поляне, и Бри позволила ей, двигаясь достаточно быстро, чтобы избежать постоянных атак. Снова и снова…

Зарычав, Тайра снова бросилась вперед. Уворачиваясь, Бри поскользнулась в грязи. Огромное тело ударило ее, сбив с ног. Когда она вскочила на ноги, зубы соперницы полоснули ее по плечу. Она взвизгнула от вспышки боли.

Бри бросилась прочь. Огонь в плече вызывал панику, а боль в передней ноге, при движении, только усиливала её. Блокируй это. Живот свело от страха.

Тайра направилась к ней. Сделав ложный выпад, Бри вместо этого бросилась вперед, по пути разорвав ухо Тайры, за чем последовало ужасное рычание.

Она развернулась и приготовилась к следующей атаке, от боли и усталости усиливалась тяжесть в ногах.

Тайра тоже тяжело дышала и хромала, но она была такой чертовски большой. Сделав шаг в сторону Бри, она остановилась и застыла.

Не двигается.

Сердце Бри пропустило удар. Альфа-сука сохраняла свою глупость дольше, чем предполагала Бри. Достаточно долго, чтобы измотать себя. Но теперь она поумнела. Как недавно отметила Джоди, Тайра могла стоять там всю ночь, и она победила бы.

Претендент должен победить альфу. Черт возьми.

Прежде чем Тайра смогла понять, что тактика изменилась, Бри бросилась прямо на нее. В последнюю секунду она решила нанести удар и — Треск! — боль пронзила левый глаз Бри. Белая метель заполнила взор, и Бри пошатнулась, ослепленная и ошеломленная.

С ужасающим рычанием Тайра набросилась на нее, сбивая с ног, огрызаясь и кусаясь.

Бри ничего не видела, боль кричала отовсюду. Она попыталась бороться, встать. Не удалось. Зубы соперницы впились ей в горло, перекрывая доступ кислорода. Бри охватила паника, ее тело обмякло.

Яростный крик Зеба и надрывный Шея прорвались сквозь рев в ее ушах.

Мои мужчины. Борись. Игнорируя нехватку воздуха, Бри отчаянно вцепилась задними лапами в брюхо Тайры. Сука поморщилась. Передвинулась. Бри вырвалась, разрывая кожу на горле. Боль жгла ее шею, но она была свободна.

Больше никакого бегства. Бри развернулась и атаковала, пытаясь добраться до шеи Тайры. Промазала. Сука изогнулась, но клыки Бри зацепили кожу под ее глазом и скользнули вниз. Рот наполнился вкусом медной горячей крови.

Тайра вырвалась, но ее высокие крики заставили Бри замереть, и она заколебалась. Она не хотела причинять боль…

— Атакуй! — кричала Джоди.

Никакой жалости. Бри использовала всю силу своих мускулистых ног, чтобы врезаться в Тайру. Это было сродни удару о стену, но альфа пошатнулась. Бри щелкнула зубами, добравшись до открытого горла соперницы. Тайра попыталась вырваться.

Бри качнула головой, и от этого движения ее зубы впились еще глубже. Она сжала челюсти, пока в рот не потекла кровь.

Рыча, дрожа, царапаясь, Тайра пыталась вырваться.

Бри держалась. Не могу убить ее, не могу покалечить, не могу отпустить.

Опасная ситуация. Она сжала сильнее, боясь, что заденет яремную вену.

Вдруг волчица обмякла и рухнула на землю. Бри последовала за ней, держа, цепляясь, вгрызаясь, пока жалобный скулеж не прозвучал искренне, и хвост Тайры изогнулся между ее ног в знак капитуляции.

Ослабив хватку, Бри подняла голову на два дюйма и ждала, оскалив зубы. Рыча.

Тайра осталась на месте.

Секунду спустя вокруг поляны раздался звук:

— Ю-ху! — от Джоди.

Бонни кричала:

— Бри, Бри, Бри!

Радость обрушилась, как взрыв фейерверка. Я сделала это!

Господи, теперь я альфа-самка. Празднуя победу, она встала в центре, высоко подняв голову и хвост — Мисс Доминантная Сучка — ожидая, пока Тайра, пошатываясь, выйдет из круга и ее запах улетучится.

Кричали две женщины.

— Мне жаль. Я не хотела этого делать! — пронзительно крича, подруга Тайры, Кэндис, выбежала из толпы.

— Тебе нравится бросаться камнями? Мне тоже! — завопила Джоди. Два с силой брошенных камня ударили Кэндис по голой заднице, прежде чем та успела скрыться в туннеле.

Камень. Неудивительно, что у меня болит голова. Бри посмотрела на толпу оборотней, пытаясь отыскать Зеба и Шея, и ее сердце забилось сильнее, чем во время боя. Они расстроены? Неужели Шей действительно хотел Тайру? Стал бы он…

Твердое тело ударило ее сбоку, полностью перевернуло, и она зарычала. Затем ее окутал запах Шея, когда огромный волк положил одну лапу ей на ребра и принялся с энтузиазмом лизать ее морду. С любовью.

Боже, она хотела его. Ее охватил огонь.

Стая принялась скандировать: альфы, альфы, альфы.

Бри заскулила на него, принимая его заботу, готовая и желающая принять гораздо, гораздо больше. Судя по его пробирающему до костей плотскому рычанию, он почувствовал это на ней.

Зеб оттолкнул его в сторону, нежно прикусил ее за ухо и лизнул в нос. Его глубокое рычание походило на мурлыканье кошки.

Нет, они не были недовольны. Ее сердце забилось сильнее, и стало казаться, что радость бьет фонтаном вокруг нее.

Секунду спустя они оба отступили. Бри перекатилась, вскочила на ноги. Ждала.

С протяжным восторженным воем, которому вторил Зеб, Шей вывел стаю с поляны. Когда Бри догнала его, он подвинулся. Новая альфа-самка с одной стороны, Зеб — с другой.

Нас трое. На секунду Бри попыталась вспомнить, была ли она когда-нибудь так счастлива, затем сдалась и побежала в гору. Мои мужчины. Моя стая.

***

Той ночью у входа в туннель Шей стоял рядом с Брианной, стараясь не прикасаться к ней, когда члены стаи слегка поклонились ему. Он был счастлив, когда они сделали то же самое Брианне. Старшие начали использовать жест уважения вскоре после того, как он стал альфой, затем его подхватили младшие. Никто никогда не поклонялся Тайре.

Губы Шея сжались. Со стаей еще многое предстояло исправить. Его мысли оборвались, когда подошел Зеб, уходивший последним.

Он остановился перед Брианной, схватил ее за обнаженные плечи и сильно встряхнул. — Маленькая женщина, — прорычал он. — Ты. Мать твою, напугала меня до смерти. — Она открыла было рот, чтобы ответить ему, но он, переведя дыхание, продолжил, — Нет. Я чертовски горжусь тобой, но никогда больше так не делай. — Отпустив ее, он бросил взгляд на Шея, и его губы изогнулись. — Веселись, альфа.

Когда Зеб направился вверх по лестнице, Шей огляделся. Он видел… Ах, вот оно что. Взяв Брианну за руку, он попытался не обращать внимания на то, как между ними возникла альфа-связь — как это было каждый раз, когда они соприкасались во время пробежки.

Контроль. Сохраняй контроль. Он схватил одеяло с каменной полки и вывел Бри из пещеры.

— Шей. — Она пыталась возразить ему.

Зеб прав. Она была маленькой женщиной, и у нее не было никаких шансов против его размера и веса кахира. Не обращая внимания на ее протесты, Шей пересек поляну и спустился на ровную площадку на берегу ручья. Бросив одеяло на клочок мягкой травы, он повернулся.

— Что, по-твоему, ты делаешь? — Ее глаза блеснули в свете звезд.

Клянусь Богом, она была прекрасна, и она принадлежала ему. Со вздохом облегчения он уступил притяжению. В мгновение ока он стал тверже гранита. Зарычав, он притянул ее в объятия, заставив ее взвизгнуть, прежде чем поцеловал. Он целовал ее и целовал, крепче сжимая в объятиях, пока между ее мягким телом и его не осталось и малейшего промежутка.

Ее живот прижался к его эрекции, и, глубоко погрузив язык в ее рот, Шей обхватил руками ее круглую задницу и сжал.

У Бри закружилась голова. Не переставая рычать, он целовал ее с таким напором, что у нее подогнулись колени. Ее собственные рычащие звуки усилились, когда он потерся о нее своим членом, и она почувствовала, какой он твердый.

Когда он попытался поднять голову, она схватила его за волосы и оттянула назад. Не оставлять ее — нет, не мог. Шей снова поцеловал ее, исследуя ее рот, лаская ее ягодицы, прежде чем отстранился со сдавленным смешком.

— Ложись, моя Линнан.

Когда она не пошевелилась, он подхватил ее и усадил на одеяло. Стоя над ней, он смотрел вниз, его лицо было в тени. Его мускусный аромат был подобен взрыву тестостерона и похоти.

— Перевернись.

Дрожа от желания, Брианна повиновалась, тут же оказавшись лицом вниз на грубой ткани.

— Раздвинь ноги.

Воздух холодил ее обнаженные интимные места, когда он опустился на колени между ее ног. Он схватил ее за бедра и рывком поставил на четвереньки. Бри сжала одеяло в кулаке, когда его колени раздвинули ее, раскрывая еще больше.

Одна рука крепче сжала ее бедро, в то время как другая скользнула эрекцией по ее усиливающейся влажности. Вверх и вниз, поглаживая ее клитор, дразня, пока каждая часть ее тела не наполнилась желанием. Она заскулила и приподняла зад.

С низким рычанием он вошел в нее одним резким толчком. Брианна ахнула. Он был огромный, толстый. Ее внутренности содрогнулись от вторжения, когда его пах прижался к ее ягодицам. Глубоко войдя в нее, Шей опустился так, что его грудь потерлась о ее спину.

— Шей? — всхлипнула она, не зная, чего хочет.

Больше, ей нужно больше.

Он дал ей больше. Даже когда его зубы сомкнулись на ее плече, его пальцы потянули и сжали ее сосок. Боль была острой, посылая жар прямиком в низ живота. Ее киска сжалась на его члене, и он застонал.

От его первого движения, скольжения назад, движения между ее гладкими опухшими складками, Бри ахнула. Он снова укусил ее, одновременно ущипнув за грудь. По ее телу словно пустили разряд тока, будто он вместо этого прикусил ее клитор.

Он вышел из нее, и снова вошел, осторожно, дюйм за дюймом. Медленное скольжение было таким изысканным, что она застонала.

Снова вышел, и снова вошел. Ей хотелось большего. Все ее тело было напряжено, пульсировало от потребности, ее нервы требовали скорости. Брианна прижалась к нему, пытаясь направлять его движения. Свободной рукой Шей сжал ее бедро, заставляя ее подчиняться его ритму, его контролю.

— Не-е-ет, — простонала она, — я хочу быстрее. — Ее нутро сжалось, как кулак, каждый безжалостный удар посылал в нее все большую потребность.

— Не торопись, — пророкотал он ей на ухо. Толчок за толчком.

Он стал еще тверже внутри нее. Больше.

Брианна тяжело дышала, почти рыдая, борясь с его хваткой. Ее бедра задрожали. Ее клитор был таким тугим. Я не смогу этого вынести.

С тихим смехом он раздвинул ее ноги еще шире, открывая ее для своих прикосновений. Его пальцы коснулись именно того места, где она больше всего нуждалась, и он очертил круги вокруг ее клитора. Бри неудержимо заерзала. Но его рука прижалась к ее боку, и Шей прикусил ее за плечо, удерживая на месте для своих толчков. Сильнее, глубже.

Его пальцы ласкали клитор, безжалостно подталкивая ее вверх.

Он зарычал, она захныкала. Давление в нижней части ее тела усилилось, и с каждым движением его пальца клитор увеличивался в размере, становясь более чувствительным.

Все внутри нее напряглось, сжимая его. Тело застыло, балансируя на краю, в ожидании… и ещё…

Его член толкнулся глубже, чувственно пронзив ее, и его палец скользнул по комочку нервов, прямо сверху.

Каким-то образом внутри сжалось еще сильнее, и ее тело пронзил огненный шар чистого блаженства. О Боже, Боже! Удовольствие бурлило в ее венах, заставляя покалывать каждое нервное окончание. Взрывы поменьше заставляли ее вздрагивать вокруг него, пока он, наконец, не кончил сам с низким рыком.

Когда толчки прекратились, и он обмяк внутри нее, Бри опустила голову между дрожащими руками.

Выйдя из нее, Шей перекатился на спину и уложил ее рядом с собой. Она положила голову ему на грудь, наслаждаясь упругими волосами под щекой. Его рука крепко обнимала ее, и она перекинула одну ногу через его и прижалась ближе.

Удовлетворение просачивалось в нее, как настойчивый прилив.

Он коснулся порезов на ее шее, плече и предплечье:

— Хорошо, что мы оборотни, мое сердце. Ты быстро поправишься.

Это хорошо, не хотелось долго терпеть боль. После боя кровотечение быстро прекратилось, а радость от победы и бега не давала ей почувствовать большую часть последствий. Завтра она, несомненно, почувствует каждый укус.

— Когда ты бросила вызов Тайре, я испугался за тебя. — Он фыркнул и добавил, — Клянусь Богом, ты напугала меня. Но, как и мой брат, я очень горжусь тобой.

Она тоже была горда, но в основном просто счастлива. Теперь мужчины принадлежали ей. Мои, чтобы кусать и целовать. Она лизнула его плечо, чувствуя вкус соли, и он замурлыкал от удовольствия. От запаха пота и мускуса по ее телу пробежала дрожь. Мой.

Шей сделал паузу.

— Но я никогда не видел таких хитрых боев. Где ты этому научилась?

Пальцами она обвела его грудные мышцы, затем крошечные соски под золотистыми волосами на груди.

— Энджи, Джоди и Бонни давали мне уроки. О, и Вики притащила мне оленя, чтобы я потренировалась на нем.

— Даже не будучи альфой, ты победила бы лучших женщин в стае.

Удовлетворение в его голосе согрело ее, но все же … Беспокойство продолжало нарастать.

— Тебе жаль потерять Тайру? Ты бы предпочел, чтобы я не дралась?

Когда он обнял ее второй рукой и прижал к себе, она не променяла бы это неудобное положение ни на какое другое в мире.

— Мне не нравится Тайра, — прямо сказал он. — Но узы, связывающие альф — ты их почувствовала.

— Я понимаю. У тебя не было выбора. — Она попыталась скрыть ревность в своем тоне, но безуспешно.

— Просто чтобы ты знала, связь между тобой и мной намного сильнее. Я никогда не спаривался с ней, Брианна. — Он засмеялся себе под нос. — Но с тобой? Никакая сила в этой вселенной не смогла бы удержать меня от того, чтобы взять тебя сегодня.

Он навалился на нее сверху всем телом, прижал ее руки над головой и прикусил за подбородок.

— Так же как никакая сила не удержит меня от того, чтобы взять тебя снова.

Глава 34

На следующий день Бри опоздала к Энджи и была немного раздражена, как любой другой, окажись на ее месте. Она могла бы исцелиться быстрее, но из-за недостатка сна и всех укусов, порезов и синяков после драки ее тело чувствовало себя так, как будто ее стащили вниз по склону горы.

Когда она вошла, последний из завтракающих посетителей уходил.

— Можно рассчитывать на то, что сегодня ты испечешь вишнево-шоколадный торт? — спросил один старожил.

Она посмотрела на его полное надежды лицо и на ходу пересмотрела свое меню.

— Конечно.

Он улыбнулся ей, сверкнув золотым зубом, и поспешил за своим таким же дряхлым другом.

— В углу, — крикнула Энджи из-за стойки. Она взяла две чашки и кофейник.

Бонни и Джоди уже сидели за столом. Одетая в офисную одежду Бонни, вероятно, отдыхала от своей работы диспетчером. Джоди была в обычных джинсах и футболке, от нее слегка пахло чистящим раствором.

— Я вас двоих не заметила, — сказала Бри, крепко их обнимая.

— Ты победила! — Бонни крепко сжала ее. — Я так горжусь тобой.

Джоди изучила лицо Бри и рассмеялась.

— У тебя след от укуса на подбородке, щеки горят румянцем, и ты выглядишь так, будто не спала всю ночь.

Бонни хихикнула.

— Я так понимаю, Шей был доволен новой альфа-самкой?

— Вот это румянец, — прокомментировала Энджи, наливая две чашки кофе и садясь к ним за стол. — Должно быть, это была та еще ночка.

Бри устроилась за столом, сделала глоток кофе и призналась:

— До вчерашнего вечера я не понимала, насколько сильна связь между альфами.

Энджи откинулась назад.

— Шей ни на секунду не потерпел бы Тайру, если бы что-то не заставляло его. Уверена, сегодня он виляет хвостом.

— Мы оба виляем. На самом деле, все трое, — поправила Бри, вспомнив чрезвычайно чувственный поцелуй Зеба, когда тот нашел ее на кухне.

Она посмотрела через стол на друзей. Друзья.

— Этого бы не случилось без вашей помощи. — Ее глаза наполнились слезами. — Большое вам спасибо.

— О, черт, не делай этого. — Непробиваемая Джоди была не единственной, чьи глаза заблестели.

Все они на мгновение переключились на свои напитки.

— Хорошо, теперь, когда я альфа-девочка, что, черт возьми, я должна делать? — легко и беспечно спросила Бри. — Я знаю, что у Шея есть определенные обязанности альфы. А что насчет меня?

— У тебя тоже они есть, — сказала Джоди. — Но Тайру это никогда не интересовало.

— Шей заботится обо всей стае, уделяя особое внимание самцам. Твоя работа — благополучие женщин и детей. — Энджи указала на женщин за столом. — Например, ты можешь поручить самкам помогать молодым мамам и присматривать за детенышами.

— Ты должна следить за тем, чтобы детеныши были в безопасности во время активности стаи, — сказала Джоди. — На другой моей территории дети были везде, и волки по очереди присматривали за ними. — Она вздохнула. — Как же я скучаю по щенкам.

— Это напоминает нам о нашей цели, о том, что стая — это нечто большее, чем просто охота и вой, — мягко сказала Бонни.

Бри кивнула.

— Продолжайте. Я хочу узнать все. — Она понимала, о чем говорил Шей: стае не хватало сплочённости. Я могу это исправить.

***

Беспокойство прожигало дыру в его животе, когда Зеб последовал за Шеем в «Дикую Охоту». Перед началом вечерней суеты в таверне было тихо. Одинокий гном за угловым столиком отвесил сдержанный поклон.

Двое лесничих, игравших в бильярд, кивнули.

Неся грязные кружки и напевая Джорджа Стрейта, маленькая Джейми улыбнулась им, затем за два шага дошла до кухни. Она была безусловно энергичным детенышем.

Калум, стоявший за барной стойкой, посмотрел на них:

— Я слышал, у тебя новая альфа-самка. Поздравляю.

— Спасибо. — Шей скользнул на стул.

Не в силах расслабиться настолько, чтобы сесть, Зеб встал рядом с ним.

Согласится ли Козантир?

— Могу я предложить вам выпить?

— Нет. — Шей оперся локтем о барную стойку. — Козантир, мы хотим поговорить.

— Слушаю.

— Мы с братом хотим остаться в Колд-Крик, — сказал Шей.

Мы с братом. Зеб понял, что это все еще согревает его.

Хотел бы он когда-нибудь услышать «моя пара» от маленькой самки.

— Ничто не доставит мне большего удовольствия, — сказал Калум, вернув внимание Зеба. — Вы продолжите с Вайлвуд?

Зеб кивнул.

— Да, продолжим.

— И еще. Хотя мы с Зебом больше не связаны клятвой, но чувствуем, будто оставляем работу незавершенной. Демоны повсюду, и кахиры умирают, пытаясь убить их.

Зеб решил, что пришла его очередь вмешаться. — Вместе мы учили кахиров сражаться с адскими гончими на территории Рейнир, а теперь и здесь.

Калум кивнул.

— Вы оба удивительно хорошие инструкторы.

Ожидая возражений, Зеб мог только удивленно смотреть на него.

— Итак, — сказал Шей, — ты позволишь нам учить кахиров за пределами территории, как сражаться с гончими?

— Мы могли бы разместить их в домиках, — сказал Зеб. — И использовать лес в качестве тренировочной площадки.

Калум медленно сказал:

— Отличная идея. Техники, которые вы так болезненно освоили, могут спасти жизни. — Он кивнул. — Думаю, эта идея будет принята другими Козантирами — и у вас есть моя поддержка.

Через несколько минут на стоянке Зеб обменялся улыбкой с Шеем, чувствуя головокружение.

— Тогда, все решено.

— Да. Теперь мы занимаемся обучением, а также домиками. — Шей потер лицо. — Я еду в город получить разрешение на оборудование. Ты домой?

Зеб кивнул.

Когда Шей направился к пикапу, Зеб свернул на дорогу, ведущую к домикам. К женщине, которая, как они надеялись, станет их парой.

Сделав глубокий вдох и почувствовав приближение весны, Зеб ускорил шаг.

***

Лежа на спине на скамье для жима, Бри подняла штангу и застонала.

— Девять. — Еще одно повторение. Она сделает это, черт возьми. Пусть она была самой маленькой альфой в волчьей стране, но она точно станет самой сильной.

И, эй, она уже занималась аэробикой сегодня, благодаря своей глупой ненадежной машине.

Дрожащими руками она опустила штангу на грудь — ей не следовало добавлять пятифунтовые блины — и медленно подняла ее вверх. На полпути ее мускулы не выдержали, и штанга, опустившись, придавила грудь, как будто кто-то сел на нее. Бри попыталась снова толкнуть ее наверх, чувствуя, как ее лицо становится фиолетовым.

Черт возьми, однажды парни найдут ее мертвой на скамейке со штангой на груди.

Когда покрытые шрамами пальцы обхватили середину перекладины, Бри вздрогнула.

Зеб приподнял штангу на долю дюйма.

— Жми, маленькая самочка. — Он заставил ее работать, ослабляя вес лишь настолько, чтобы штанга продолжала подниматься дюйм за дюймом. Когда она, наконец, уронила ее на стойку, все ее тело тряслось. Руки безвольно упали со скамейки.

— Не знаю, благодарить тебя или проклинать. — Усмехнувшись, Зеб обошел вокруг скамьи и опустился на колени рядом с ней.

Бри начала уже садиться, но он положил большую руку ей прямо между ее грудей.

— Мне нравится, когда ты лежишь на спине. — Его темные глаза вспыхнули, когда он осмотрел ее… медленно.

Тело обдало волной жара, и тонкая майка не могла скрыть ее напрягшихся сосков.

На щеке Зеба появилась ямочка.

— Эм. — Бри снова попыталась сесть, но он без усилий удержал ее. Она выдавила смешок, несмотря на то, что его сила послала жар прямо ей в низ живота.

Одна мысль отрезвила ее.

— Я знаю, что вы с Шеем братья, но… я просто хочу уточнить. Теперь, когда он альфа, вам все еще разрешено делиться?

Он взял ее за руку и прикусил пальцы, прежде чем одарить хищной улыбкой.

— Да. И это хорошо, потому что, если бы я не был его братом, Шей разорвал бы мне глотку за то, что я собираюсь сделать с тобой сейчас. — Плотский взгляд в его глазах послал волну тепла прямо в ее центр.

— Ну, тогда хорошо. — Она задыхалась. — Где…

Зеб задрал ее майку, обнажая грудь. Прохладный воздух коснулся ее влажной кожи.

— Здесь.

— Н-но…

Он наклонился, сомкнув губы вокруг ее соска. Его горячий язык обвел вершинку, и спина Бри выгнулась, прижимаясь ближе к его губам. Зеб обхватил ладонью другую ее грудь, лаская ее, пока сосок не затвердел. Это послало электрический разряд от груди к киске, которая моментально увлажнилась.

Подняв голову, он осмотрел свою работу из-под полуприкрытых век. Ее соски торчали вверх, как горные вершины, один из которых был ярко-розовым от его поддразнивания.

— Розовый выглядит лучше. — И он взял в рот более бледный, начав более активно работать языком. Когда он укусил ее, вспышка огня чуть не лишила ее дыхания.

Зеб все еще был полностью одет, когда стянул с нее спортивные штаны, затем поставил ей ноги, по одной с каждой стороны скамьи, открывая ее своему взгляду. Обхватив ладонями ее ягодицы, он потянул ее на себя, располагая у самого края.

— Так лучше. — Он вплотную приблизился к ней.

Когда он провел пальцем по ее вьющимся лобковым волосам, Бри покраснела.

— Зеб, это… Что, если кто-то войдет сюда? — У нее не хватило слов, и она попыталась подняться.

— Если ты снова попытаешься сесть, я положу эти блины тебе на грудь. — По взгляду его темных глаз Бри поняла, что он не шутил.

— Ты влажная, маленькая самка, и горячая. — Он вошел в нее пальцем, всего на дюйм, вызвав приводящие в замешательство взрывы в нервных окончаниях.

С прошлой ночи ее киска была слишком чувствительна, ткани протестовали против его больших пальцев, когда он надавил еще сильнее.

И все же, о небеса, потрясающие ощущения. Ее бедра приподнялись.

— Клянусь Богом, собрания переоценены, — пробормотал он. — Мне это нравится больше. — Он вытащил палец, оставив ее дрожащей от потери.

— Зеб… — Ее тело начало болеть. Гореть.

Прищурив глаза, он изучил ее грудь, затем киску.

— Твои губки не ярко-розовые. Люблю порядок во всем. — Безжалостными пальцами он раздвинул ее внутренние складочки, впуская воздух в горячие влажные места.

Бри попыталась сомкнуть ноги, но ее укусили за бедро, и она взвизгнула.

— Ты останешься открытой для меня. — Его черные глаза встретились с ее, усиливая команду, и Бри опустила взгляд.

— Хороший волк, — мягко сказал он. Его рот опустился на нее, язык облизывал одну сторону клитора, затем другую, очень медленно, снова и снова. Но он так и не добрался до того места, где ее нервные окончания были наиболее чувствительны.

В отчаянии Брианна приподняла бедра, они дрожали от необходимости прикоснуться к ее центру.

Его палец снова скользнул в нее, и это чувство было совершенно восхитительным. Когда она застонала, он засмеялся напротив, и вибрации в киске заставила ее снова застонать. Когда он добавил еще один палец, его губы достигли того места, которого она ждала.

— О, ох… — Так близко. Все ее тело сосредоточилось там, когда его язык провел по верхушке клитора, а затем подразнил его. Ее нижняя половина тела медленно закипала, пытаясь достигнуть пика. Дыхание замедлилось до бесконечно малого, а тело напряглось. Бри попыталась приподнять бедра, но Зеб прижал ее предплечьем к скамье.

— Зеб, пожалуйста. Пожалуйста.

Зарычав, он слегка прикусил зубами по обе стороны клитора.

Огонь пронзил ее насквозь. Все внутри нее закипело, выплескиваясь через край огненным удовольствием. Спазмы сотрясали ее тело, а Зеб все продолжал терзать ее киску пальцами, безжалостно посасывая клитор.

— О-о-о-о. Это чудесно. — Бри попыталась пошевелиться, но ее тело растаяло, превратившись в лужу на скамейке.

Звук расстегивающейся молнии.

Она открыла глаза. Его ремень был расстегнут, джинсы тоже. Эрекция была огромной.

Твердой ладонью он раздвинул ее ноги еще шире, наклонился над ней и положил руку ей на плечо. Головка его члена вошла в нее, и она поморщилась, все еще чувствуя боль с прошлой ночи.

Зеб остановился, и его черные глаза поймали ее взгляд. Он наблюдал за ней, покачивая бедрами, медленно и безжалостно пронзая ее.

Ее влагалище сжалось вокруг него, протестуя против проникновения, но все же посылая волны удовольствия через нее.

Когда Зеб полностью вошел в нее, Бри с трудом перевела дыхание. Он приподнялся, чтобы посмотреть на нее сверху вниз, и она почувствовала себя так, словно он разложил ее на скамейке, как пиршество для поглощения. На его щеке опять появилась ямочка, когда он увидел, что ее соски снова превратились в тугие пики. Каждое движение его твердых пальцев создавало пульсацию внутри нее, вокруг его члена, как будто ее киска и грудь были соединены.

Он вышел и снова вошел. Настолько медленно, как будто он смаковал это чувство и не хотел торопиться. Опустив голову, он облизал ее губы, затем завладел ее ртом. Когда он задвигал языком внутри ее рта в такт своему члену, все ее тело запульсировало в его ритме.

Она чувствовала себя потерянной, неспособной контролировать свои собственные реакции. Брианна вздрогнула.

— Зеб. Я не могу…

— Маленькая самка, я хочу от тебя большего. И ты дашь мне больше. — Он опустил руку вниз, и его пальцы скользнули в ее влажность, натягивая центр всех ее нервов. Его глаза не отрывались от нее, пока он гладил ее, и потребность снова начала пульсировать в ее крови. Глаза Бри закрылись, наслаждаясь ощущением, как его член скользит по стенкам ее влагалища.

Ее ноги приподнялись на цыпочки, подталкивая бедра вверх, навстречу ему.

— Хорошая волчица, — пробормотал он, и звук его глубокого серьезного голоса заставил что-то внутри вырваться на свободу. Ее нутро напряглось, а затем содрогнулось от чистого удовольствия, вздрагивая под его пальцами, вокруг его твердого члена. Крик эхом разнесся по комнате, высокий и дикий. Голос был ее.

Зеб провел губами по ее губам в знак одобрения. Его рука скользнула ей под ягодицы, и он приподнял ее бедра ближе к своим, толкнулся сильнее. Глубже. Быстрее. С резким звуком он глубоко вошел, и она почувствовала, как его член дернулся, наполняя ее своим семенем.

Прижавшись своим лбом к ее лбу, его теплое дыхание коснулось ее губ. Она почувствовала струйку его семени и обняла его за шею, прижимая ближе.

Зеб улыбнулся ей, и она улыбнулась в ответ, гадая, удастся ли ей когда-нибудь снова встать. Ее ноги обмякли, превратившись в переваренную лапшу.

Сильной рукой под ее ягодицами Зеб прижал ее к себе, поднимая их обоих со скамьи. Когда он выпрямился и встал, Брианна поняла, что он все еще внутри нее и снова становится твердым.

— Моя потребность слишком велика, чтобы не торопиться, но теперь — теперь мы воспользуемся наклонной скамьей.

***

Кухня благоухала ароматом горячих булочек, когда Бри закончила готовить соус. Желая отпраздновать это событие — не только сексом — она приготовила жареного цыпленка. Это должно отвлечь мужчин.

Она улыбнулась. Ее любимым развлечением было смотреть, как они ссорятся из-за порций, но не сегодня. Либо Зеб, либо Шей убрали ее кухню, даже удалив сложные пятна с раковины, и этот парень получит самую большую порцию всего.

Когда эти двое вошли, довольные улыбки на их загорелых лицах заставили ее сердце забиться быстрее. Боже, она любила их.

Обоих.

Шей поцеловал ее в макушку, а Зеб — в щеку, когда они прошли мимо, чтобы помыть руки, толкая друг друга, как маленькие мальчишки.

— Я не думал, что ты здесь, — сказал Шей, вытирая руки. — Твоей машины нет.

— Когда я была в городе, двигатель отказался заводиться. Капризная вещь.

— Хочешь, я посмотрю? — спросил Зеб.

— Неа. Кевин Мерфи был в закусочной. Сказал, что это генератор. Он заказал новый, тот придет через пару дней. — Она вздохнула. Это была обратная сторона жизни в крошечном городке. В автосервисе мегаполиса вопрос с заменой автозапчасти решился бы быстрее.

Она протянула Зебу молоко, а Шею — столовое серебро.

Поставив корзину с булочками на стол, Бри рассмеялась над жадными выражениями их лиц. Что может быть лучше, чем готовить для голодных мужчин?

Ну, разве что, заниматься сексом с голодными мужчинами. Она уже с нетерпением ждала сегодняшней ночи в большой кровати Шея, где все они так хорошо помещались.

Когда мужчины накрывали на стол, они никогда не упускали возможности прикоснуться к ней. Шей провел рукой по ее спине, перекладывая документы на стул. Зеб обнял ее за талию, пробуя заправку для салата, которую она приготовила. Поцелуй здесь, легкий укус там. Будет ли она когда-нибудь чувствовать себя так же свободно, прикасаясь к ним по очереди?

Или она просто стеснялась? Надо значит надо.

Сделав шаг вперед, она обняла Зеба за твердую талию, прижалась к нему и провела рукой по его заднице. К ее удивлению, он зарычал, обнял ее и завладел ее губами в горячем, влажном поцелуе. Комната закачалась у нее под ногами, и он усадил ее на стул.

— Ах…

Он провел пальцем по ее подбородку и приподнял лицо. — Мне нравятся твои руки на мне. — Его пристальный взгляд усилился. — Бри, я… — Внезапно, Зеб замолчал и отступил.

Почему-то ей казалось, что он все еще держит ее в объятиях.

Когда мужчины сели, Шей потянулся за блюдом с курицей.

— Э, нет. — Бри подняла руку, чтобы остановить его. — Тот, кто убрался на кухне, получит первую порцию. — Оба обменялись недоуменными взглядами.

— Не вы это сделали? — Бри уставилась на них. — Тогда кто? Утром здесь царил полный беспорядок.

— Правда? — Зеб выпрямился. Его взгляд блуждал, остановился, и он указал туда, где в угловом плинтусе виднелась дыра размером с мячик для софтбола. — Похоже, у нас есть домовые.

— Ну, что же. — Шей медленно улыбнулся. — Нам нужно будет каждый вечер оставлять им сливки и выпечку.

Домовые? Другие? Бри уставилась на дыру.

Оттуда выглянуло маленькое морщинистое личико. Острый подбородок и острый нос. Одно длинное заостренное ухо было загнуто на кончике. Домовые — и они приходят только в том случае, если люди свили там семейное гнездышко. Как семья. Мы — семья. Обхватив себя руками, Бри наслаждалась моментом абсолютного счастья.

Глава 35

Шей поднял глаза, когда в кабинет вошла Брианна. Губы опухли, шея и щеки поцарапаны. Она выглядела красивой… и уставшей. Они с Зебом не давали ей спать последние две ночи, чтобы у нее не было сомнений в том, что им нравится делить ее.

На самом деле, ему вообще было трудно выпускать ее из постели. Он хотел ее и раньше, но с новой альфа-связью он становился твердым всякий раз, когда улавливал ее запах. Как сейчас.

— Ты рано приступил к бумажной работе. — Она улыбнулась ему. — Это не может подождать до вечера?

— Нет. — С тех пор, как она переехала, у них выработался распорядок дня.

Он занимался бумажной работой в библиотеке, где Зеб читал, а Брианна собирала паззл. Пока Шей работал, они обсуждали дела, строили планы и делали заказы по каталогам. Брианна и Зеб спорили о модернизации домика и хижин.

Шей не знал, насколько важен дизайн дверной ручки или кухонной защелки, но он никогда не уставал их слушать.

— Сейчас новолуние, поэтому нам с Зебом нужно патрулировать. Ты останешься с Энджи?

Ее лицо побледнело так, что веснушки выступили на нем крошечными пятнышками.

— Я забыла. Хотела забыть. Вы же будете осторожны, правда? — Ее глаза выражали страх за них и согревали его сердце.

Сколько времени прошло с тех пор, как кто-то в последний раз беспокоился о нем?

— Будем. — Он обошел стол. Притянув ее к себе, он прижал ее мягкое тело к своему, пока их дыхание не участилось и не слилось в унисон, и их сердца не забились вместе.

— A chuisle mo chridhe, — пробормотал он.

Она потерлась лбом о его грудь.

— Ты и твой гэльский. Переведёшь?

— М-м-м. — Ты — пульс моего сердца. — Что-то вроде «милая». — Он поцеловал ее, желая произнести эти слова вслух.

Но он должен подождать. Зеб посетит сегодня меченосца, и тогда они все сделают правильно. Брианна заслужила, чтобы все было сделано правильно.

— Так что вы, ребята, планируете сегодня вечером? — Он улыбнулся, наслаждаясь тем, как она за ними следила. Если они работали рядом с домиком, она приносила им теплые угощения, только-только из духовки. — Зеб пошел в город, чтобы помочь Джоди поставить решетки на их офисное здание. Обещал вернуться после обеда. У меня назначена встреча в центре города с поставщиком через, — он взглянул на часы, — пятнадцать минут.

— Ладно. Я приготовлю вам что-нибудь вечером. — Бри уже начала было уходить, но остановилась. — Ой. Вот почта. — Она положила стопку ему на стол.

Он просмотрел письма и поднял конверт. — Это для тебя.

— Правда? — С довольным выражением лица она просмотрела письмо. — Это от Эрика — того маленького мальчика, о котором я тебе рассказывала. Интересно, это еще один новый рисунок. — Их холодильник был увешан рисунками, и не только Эрика. За последние пару дней щенков в стае прибавилось. Они обожали Брианну.

Шей улыбнулся. Она никогда не отказывалась от возможности потискать детеныша… и каждый раз благоговейное выражение на лице Зеба было душераздирающим. Судя по тем крохам, упомянутым Зебом, его никогда не обнимали.

Разве Брианна не выглядела бы прелестно с его и Зеба детьми на руках?

Пока она просматривала письмо, он прислонился бедром к столу, изучая свои письма. Рекламные буклеты, счета, запрос на бронирование. Что-то в молчании Брианны заставило его поднять глаза.

Ее лицо побелело, как и костяшки пальцев, сжимавшие бумагу.

— Волчонок? Что случилось?

— П-просто, — она прочистила горло, — плохие новости. Друг умер.

— Мне очень жаль, моя линнан. — Он обнял ее, желая сделать больше. Чтобы ни одна печаль или разочарование никогда не коснулись ее.

Она прижалась к нему на минуту, прежде чем отстраниться. — Я в порядке. Тебе нужно идти, иначе ты опоздаешь.

— Я могу все отменить.

— Иди. Увидимся позже.

***

Бри упала на кровать и снова развернула письмо.

В верхней части страницы Эрик написал: «Я люблю тебя, Бри». Буква «Б» стиралась и переписывалась так много раз, что на этом месте бумага почти протерлась до дыр.

— Я тоже тебя люблю, Эрик, — прошептала она.

Ее взгляд скользнул вниз и увидел записку от его матери.

«Я скучаю по тебе, Бри, и Эрик каждый день спрашивает, вернулась ли ты. Но я рада, что тебя здесь нет. По правде, не стоит тебе возвращаться в комплекс. Происходит что-то ужасное. Девон, в квартире по соседству, пропал в первую неделю марта. Его машина все еще стоит на стоянке. Ничего из его вещей не пропало, и вся его квартира была в крови». Бри увидела, где были зачеркнуты слова «как твоя». Записка продолжалась.

«Затем в первую неделю апреля Мэрилу из квартиры напротив твоей тоже исчезла. То же самое — кровь, ничего не пропало, тела нет. Копы не знают, что делать. Джим хочет переехать, но мы пока не можем себе этого позволить.

Надеюсь, у тебя все хорошо. Пожалуйста, напиши и дай нам знать, как у тебя дела.

Люблю тебя,

Диана»

Бри почувствовала себя так, словно кто-то ударил ее в живот.

Девон только устроился на свою первую работу после окончания колледжа и никогда раньше не уезжал из Небраски. Он иногда заходил, спрашивая рецепт мясного рулета. После этого они с Эш часто приглашали его на ужин.

Мэрилу была — была — разведена. Она плакала, когда ее новый друг прислал ей розы на день рождения.

Как они могли исчезнуть?

Это из-за меня. Знание нахлынуло, ужасное и острое. Адский пес сказал, что вернется. Поскольку Бри там не было, он убивал других. Чувство вины сдавило ей горло, даже при осознании, что она никак не смогла бы предотвратить эти смерти.

Если бы она не ушла, то умерла, а монстр продолжал бы убивать.

Понимание не уменьшило чувство вины. Она была здесь, влюблялась, обустраивала уют, в то время как ее друзья умирали. Ее рука казалась тяжелой, когда она положила письмо на тумбочку. И что ей теперь делать?

Перед домиком грузовик Шея завелся с характерным ревом, затем шум стих, когда он поехал по переулку в сторону шоссе. В сторожке было пусто.

Я должна вернуться. Бри сглотнула, борясь с тошнотой. Она единственная, кто знает, как его убить.

Может, позвонить в полицию? Рассказать им об адской гончей? Конечно, Бри. Как, в первый раз получилось? Даже если бы копы поверили ей насчет монстра — а они не поверили бы — тогда, как только их заметят, они попытаются застрелить его и будут убиты.

Шей и Зеб могли бы убить адскую гончую. Они помогут спасти ее друзей. Они будут настаивать. Бри встала и снова опустилась на кровать.

Козантир сказал «нет». «Кахиры не покидают территорию, чтобы сражаться. Даров Херне не будет с тобой, не в металлическом городе, так далеко от Его лесов. Вам запрещено, кахиры».

Козантир казнил Клауса за нарушение «Закона». Она никогда, никогда не могла так рисковать Зебом и Шеем.

Только — если она выживет — когда она вернется, они будут в ярости, что она им не сказала. Они бы…

Мне тоже запрещено туда идти. Козантир смотрел на нее чернотой Бога в глазах. «Не заставляй своих любовников убивать тебя, Брианна».

Мужчины никогда не причинили бы ей вреда, но, если они не подчинятся Козантиру, их отправят в ссылку или казнят. Ее внутренности сжались, а кости превратились в лед. После того, как она уйдет, она не сможет вернуться в Колд-Крик. Никогда.

Она судорожно вздохнула. Всего несколько дней назад она планировала оставить мужчин и уехать. Так почему же сейчас ей было так больно, как будто кто-то вскрыл ей грудную клетку и влил внутрь кислоту?

Сглотнув, она старалась не заплакать. Она никогда больше не услышит грубого голоса Зеба, называющего ее «маленькой женщиной». Никогда не проснется от поцелуев Шея. Никогда не увидит удивления в глазах Зеба, когда она испекла что-то специально для него. Больно.

Им тоже будет больно. Но они будут живы.

И у нее не было выбора. Сегодня вечером новолуние, и адская гончая будет в жилом комплексе. Значит кто-то умрет.

Она вздернула подбородок и выпрямила спину. Ни один человек не умрет. Только существо. Монстр не доберется до тебя, Эрик. Или Диана. Больше никого не поймает.

Растирая боль в груди, Бри вытащила свой чемодан из шкафа. Она не вернется. Если она выживет, ей потребуется одежда.

Беспорядочно собирая вещи, Бри размышляла. До Сиэтла было несколько часов езды. Лучше уйти сейчас и успеть уговорить Диану и Джима остаться в другом месте. Может, в отеле.

Упаковав чемодан, она схватила сумочку и… Моя машина. У нее не было рабочей машины. А в Колд-Крик не было проката автомобилей. Растерянная, она остановилась посреди комнаты.

Одолжить автомобиль? Ха. Ни Зеб, ни Шей не предложили бы ей, не для поездки в Сиэтл. Ее глаза сузились. Зеб, как обычно, отправился в город пешком. Его грузовик был припаркован перед домиком. Ключ был у него, но завести без ключа старые «Форды» так же легко, как вскипятить воду.

Эй, а что по большому счету изменит еще одно преступление?

Она подняла чемодан. Снова опустила. Мне нужен пистолет. В любом случае, черт возьми, Зеб — гиперопекающий волк. Волна горя сдавила ей горло. Сильно моргая, она прошла по коридору в его комнату. Где он мог спрятать пистолет?

Его пистолет она нашла в прикроватной тумбочке, вместе с одним из его ножей. Она знала, что со вторым ножом он никогда не расставался. Бри уставилась на его оружие, подумывая забрать все, что только можно было унести в руках.

Но сегодня было новолуние. Что, если ему придется драться здесь с адским псом?

Ей просто придется поискать свой собственный пистолет.

Двадцать минут спустя она нашла свой S&W в шкафу, приклеенный скотчем к дверце. Никогда в жизни она не нашла бы его, если бы ей не пришлось встать на стул, чтобы проверить верхнюю полку. Этот человек был предусмотрительным параноиком. Он разрядил его, но у нее в комоде были коробки с патронами.

Приведя комнату Зеба в порядок, она остановилась, чтобы обнять его подушку и вдохнуть его стойкий запах. Он не спал в своей комнате уже пару ночей. Нет, они спали на огромной кровати Шея. Все они.

Бри с сожалением положила подушку. Если она уедет сейчас, то будет в Сиэтле вовремя.

***

Вернувшись в сторожку, пребывая в отвратительном настроении, Зеб захлопнул за собой дверь. Гребаный щенок. Мой чертовски дурной характер.

За стойкой регистрации Шей оторвал взгляд от регистрационной книги.

— Проблема?

Зеб попытался подавить свой гнев.

— Чад нагрубил и толкнул этого нового волка, Лейси. Я сначала приложил его лицом к стене, чтобы показать ему, каково это.

— Звучит неплохо. И что?

— Я должен был сначала поговорить, а потом дисциплинировать. — Зеб потер лицо. Он и его чертов характер.

— Как обычно. — Шей постучал пальцами по столу. — Но не сейчас. Из-за Клауса Козантир наблюдает за стаей — и он больше не потерпит травм среди самок. Если мы не приструним его раз и навсегда, этот щенок будет изгнан.

— Хорошо. — Он не напортачил?

— Знаешь, в конце концов, детёныши впитают твою позицию.

Зеб фыркнул.

— Мою позицию?

— Ага, брат, ту гиперопекающую, на которую жалуется Брианна. И стая от этого выиграет. — Проблеск гордости в ухмылке Шея заставил Зеба моргнуть.

— Иди, возьми сладкое. Брианна оставила нам пирог.

— Вишневый? — В животе у Зеба заурчало. Он пропустил обед, а он любил вишневый пирог.

— И яблочный тоже, — самодовольно сказал Шей.

Зеб был на полпути к кухне, как вдруг остановился. Перед домиком стоял только один грузовик. Он изменил направление и открыл входную дверь. — Где, черт возьми, мой пикап?

— Что? — Шей присоединился к нему. — Кому мог понадобиться этот кусок дерьма?

— Этот кусок дерьма мой, и я выпотрошу того, кто его взял, — прорычал Зеб. Он похлопал себя по карману. — Ключи у меня. Где… где Бри?

— Не знаю. Я не чувствую ее через связь, так что она не близко. — Шей медленно повернулся. — Однажды она сказала, что в городе научилась заводить машины без ключа.

— Думаю, он ей зачем-то понадобился. Но сегодня в городе я свою машину не встречал.

— Ты думаешь…? — Челюсть Шея напряглась, затем он расслабился.

— Нет. Она бы не вернулась в Сиэтл в новолуние. — Беспокойство скрутило позвоночник Зеба, как удушающая лоза. — Проверь ее комнату.

Шей догнал его на лестнице.

— Ее чемодан пропал. — Блять. Что она задумала? Зеб обнаружил, что его пистолет все еще лежит в тумбочке. Как и нож. Он открыл шкаф и хлопнул рукой сверху по двери. Его ладонь ударилась о стену, и кусок скотча упал на пол.

***

Десять минут спустя Шей въехал на своем грузовике на стоянку «Дикой Охоты». Каждая клеточка его тела приказывала ему отправиться прямиком в Сиэтл. Но они не могли.

Калума в баре не оказалось.

Рози указала большим пальцем вверх. Калум, Алек и Вики жили на втором этаже со своей дочерью. Мужчины вышли на задний двор и взбежали по ступенькам. Шей постучал в дверь.

Джейми открыла ее, и, бросив один взгляд на их лица, закричала.

— Папа, я думаю, ты им очень срочно нужен.

Калум вышел из кухни в сопровождении Алека.

— Входите, кахиры, — сказал Калум. — Садитесь.

Шей вошел внутрь и Зеб присоединился к нему. Он чувствовал, что его брат горит нетерпением, таким же сильным, как его собственное.

— Брианна взяла свой пистолет и направилась в Сиэтл, чтобы убить адскую гончую.

— Это же чистое самоубийство. — Алек нахмурился. — Зачем?

— Адская гончая, напавшая на нее, преследует ее жилой комплекс. Вероятно, ищет ее, и не найдя, довольствуется другими людьми. — Шей передал Калуму письмо, которое он нашел в ее комнате.

Калум пробежался по нему глазами, прежде чем передать Алеку.

— Я понимаю ее беспокойство. Но новым оборотням запрещено ездить в человеческие города. Если она ранена или напугана…

— Можете ли вы увеличить патрули, чтобы перекрыть нашу территорию? — спросил Шей Алека.

Понимание смягчило выражение лица шерифа.

— Мы разберемся с Колд-Крик.

Глаза Калума потемнели, но его голос был мягким.

— Вам тоже запрещено, кахиры.

Зеб наконец заговорил. — Убей нас позже, Козантир. После того, как мы убережем нашу самку от смерти.

Они не стали дожидаться его ответа.

Когда они завернули за угол, Шей услышал крик Алека,

— Торопитесь, кахиры. До заката осталось не так много времени. — Клянусь Богом, он знал это слишком хорошо.

***

С таким же успехом она могла вести собственную машину. Черт.

Выйдя из автосервиса, не в силах усидеть на месте, Бри почувствовала, как капли росы от тумана осели на ее волосы и лицо. Зебу нужно было всыпать за то, что он не поддерживал свой пикап в должном состоянии. Ей следовало этого ожидать. Ему нравилось работать с деревом, но он абсолютно ненавидел металл и двигатели.

Как такое могло с ней случиться? И именно сейчас!

Она заглянула внутрь. Капот грузовика Зеба был открыт, и механик возился с его внутренностями. Обернувшись, она посмотрела на запад. Сквозь серые облака заходящее солнце светило угрюмо-красным за небоскребами Сиэтла и «Спейс-Нидл».

Ее руки сжались в кулаки в карманах куртки.

— Вы не могли бы поторопиться? Пожалуйста?

— Все будет готово, когда будет готово, леди.

Глава 36

Сиэтл ~ Новолуние

— Держись подальше от этой красной машины. Водитель пьян. — Зеб схватился за дверную ручку. Он думал, что зуд — худшая часть пребывания в автомобиле. Черт, он был неправ.

— Да, я вижу. — Челюсти Шея сжались так сильно, что выступили мускулы. Он замедлил грузовик. — Надеюсь, адская гончая появится, — пробормотал он. — Мне нужно кого-то убить.

— Как столько людей может жить в одном месте? — Зеб уставился сквозь лобовое стекло в туманные сумерки. В трех полосах движения впереди ровными рядами двигались автомобили, светя задними фонарями, иногда вспыхивая более ярким красным светом стоп-сигналов. По другую сторону разделительной полосы пронеслись еще три линии светящихся фар. Просигналили машины. В машине впереди басы были настолько громкими, что эхо отдавалось в его костях. Отвратительная музыка. — Ты слышишь слова этой песни?

— Было бы хорошо встретиться с певцом, научить его, как следует обращаться с женщинами и говорить о них.

— Среди Даонаинов тоже попадаются придурки.

— Ага, и посмотри, чем все закончилось для Клауса. — Лицо Шея застыло, пока музыка продолжалась. — Я мог бы протаранить этого засранца и сломать ему радио.

— Заманчиво, — признал Зеб. Он проверил карту. — Нам направо.

Несколько минут спустя он зарычал.

— Сколько чертовых огней может понадобиться одному городку?

— Это город. — Шей снова сбавил скорость. — Никогда не бывал в них раньше?

— Никогда даже не интересовался.

— Я жил в Портленде в детстве. Думал, это будет захватывающе. — Шей рассеянно потер грудь и вызвал у Зеба желание почесаться.

Гребаный металл.

— Ну и как? — Зеб мельком заметил красные очертания Олимпийских гор. Солнце уже село. Его руки сжались в кулаки. Неужели она уже сейчас столкнулась с адской гончей?

— Боже, нет. Я продержался всего два дня. Люди безумны. — Взглянув на дорожный знак, Шей повернул направо. — Некоторые владеют особняками. Другие живут в картонных коробках.

Зеб уставился на квартал, заполненный большими квадратными строениями, до жути одинаковыми. — А некоторые живут друг на друге. Ты прав, брат. Они ненормальные. — Цифры на зданиях медленно росли. — Другой. Еще. Стоп. — Шей остановил пикап у обочины огромного квадратного здания. — И она здесь жила? — Зеб дважды проверил обратный адрес на конверте.

— Та самая улица, и номер дома совпадает. — Он выпрыгнул. — Пойдем. — Никакого дверного звонка. Шей постучал в дверь из темного стекла.

Никто не ответил.

Зеб нетерпеливо распахнул дверь и обнаружил длинный коридор с номерами на каждой двери. Это объяснило еще один номер в адресе. Возможно, если бы он время от времени смотрел телевизор, он бы понял человеческие обычаи.

— Ищи два-два-пять.

— Точно. — Шей зашагал по коридору. — Здесь нет. — Может, они ошиблись зданием? Зеб нахмурился, а потом вспомнил, какой высокой была коробка. Наверняка наверху еще есть двери. — Впереди была лестница. — Они побежали обратно ко входу, и Шей повел их наверх.

Номера этих квартир исчислялись двумя сотнями.

На полпути Зеб остановился.

— Здесь. — Не пугай людей. Он позволил Шею постучать.

Дверь открылась, и мужчина — лет двадцати с небольшим с опаской посмотрел на них.

— Привет, — сказал Шей. — Вы Джим?

— Никаких агентов. — Мужчина начал закрывать дверь.

Шей положил руку на нее, держа ее открытой.

— Подождите. Мы друзья Брианны.

Женщина подошла к Джиму. Вероятно, это Диана, которая написала письмо.

— Вы видели Бри? С ней все в порядке?

— Она в порядке. — Шей улыбнулся им. — Она выздоровела. — Люди расслабились. При желании, его брат мог быть чертовски очаровательным.

— Она направлялась сюда, — сказал Шей, — и мы за нее беспокоимся. Это небезопасное место, и я уверен, вам это известно.

— Я ее не видела, — сказала женщина.

Ее перебил Зеб:

— Какой номер у нее на двери?

— Сто шестнадцать, — сказал Джим. — Вниз по лестнице.

Шей повернулся к Зебу и сказал себе под нос:

— Иди. Я уговорю их выбраться из этой ловушки.

Вернувшись к лестнице, Зеб спустился на один этаж вниз и побежал по коридору. Сто шестнадцать.

Дверь, конечно же, была заперта. Он постучал. Ни ответа, ни звуков внутри.

Черт возьми, Бри, где ты? Она уже как несколько часов должна быть здесь. Солнце уже село. Живот Зеба сжался от страха, он снова постучал. Ничего. Дверь из дешевого дерева и пустотелая. Осмотрев коридор, он наклонился, и, пытаясь заглушить звук, ударил кулаком в дерево рядом с ручкой. Потребовалось больше усилий, чем он предполагал. Определенно больше.

Просунув руку в дыру, он отпер дверную ручку и щеколду над ней и вошел. Быстро принюхавшись, он понял, что попал в правильную квартиру. Спертый воздух говорил о том, что это место уже некоторое время пустовало. Он огляделся. Красивая комната, с мягкими цветами и тканями. На кухне было множество кухонных принадлежностей: кастрюли с медным дном, больше ножей, чем должно быть у любой женщины, приправы вдоль стены. Да, это было жилище его женщины.

Он нахмурился, глядя на стеклянную раздвижную дверь. Ради Бога, она говорила о том, что не в состоянии защитить свою пещеру. Зеб уже разворачивался, чтобы уйти, как стекло разбилось вдребезги.

Он повернулся. Адская гончая бросилась через комнату.

Зеб отскочил в сторону, на диван. Сильно ударившись о пол, он вскочил на ноги и потянулся за ножом. Адский пес врезался в него, повалив на спину. Когда клыки глубоко вонзились в его руку с ножом, его пронзила боль. Он бесполезно пнул тварь ногой.

Черт, ему конец.

***

Эти люди были невероятно упрямы. Шей попробовал еще раз.

— Вы не понимаете. Здесь кого-то убьют. Сегодня ночью.

— Откуда ты это знаешь? — глаза Джима подозрительно сузились. — Я не могу позволить себе отвезти свою семью в отель на несколько недель, пока они не поймают этого парня.

— Только на сегодня. — Шей заметил детеныша, весь в веснушках и с большими глазами.

— Ты действительно большой, — сказал мальчик.

— Я с гор. Мы все там большие. — В глазах отца мелькнула искорка юмора.

— Ты же Эрик, не так ли, — догадался Шей. — Ты тот, кто крепко обнимает?

Сияя, мальчик улыбнулся, демонстрируя отсутствие зуба.

Клянусь Богом, он не мог позволить адской гончей убить эту семью.

Шей вытащил отца в коридор.

— Слушай. У тебя прекрасный сын. Не рискуй им.

Мужчина снова покачал головой.

— Я не могу…

— Адская… убийца нападает в новолуние. — Шей в недоумении посмотрел на него. — Ночь без луны. Одна ночь в месяц. После захода солнца. Сегодня.

Когда понимание наполнило глаза мужчины, он побледнел, сделался почти серым.

— Диана, приведи Эрика. Мы собираемся навестить Шона и Сьюзи.

— Джим. — Диана пристально посмотрела на Шея. — Мы не можем просто взять и уехать. У меня завтра работа.

Вздохнув, Шей приготовился начать все сначала.

***

Боже, могло ли что-нибудь еще пойти не так сегодня? Бри ворвалась в жилой комплекс с задней парковки и взбежала по задней лестнице на второй этаж. Было уже темно. Если адская гончая уже побывала у нее дома, теперь она искала другую добычу. У нее было видение Эрика, разорванного на части, как Эшли, и она вздрогнула. Нет, не ходи туда. Ей нужно вытащить их оттуда. Сейчас же.

***

Адский пес мотнул головой, швырнув Зеба через всю комнату. Тот плюхнулся в кресло. Путаясь в мыслях, он, пошатываясь, поднялся на ноги. Что, черт возьми, с ним не так?

Пес-демон сделал шаг, провел языком по окровавленной морде и остановился как вкопанный. Его глаза цвета ржавчины сосредоточились на Зебе с новым интересом.

Да, у меня в крови магия. И, мать его, магия была причиной того, что он был чертовски слаб. «Твоих даров от Херне не будет с тобой, не в металлическом городе, так далеко от Его лесов». Будь проклят Козантир за то, что прав.

Он пнул стул на пути адского пса и вытащил нож, чувствуя слабость в разорванных мышцах. Возможно, у него не хватит сил вонзить лезвие в его кожистое брюхо.

Сможет ли он достаточно быстро воспользоваться другой рукой?

Враг тоже был медленнее. Черт, он, вероятно, погибнет, пытаясь добраться до существа, особенно без отвлечения внимания.

Где, черт возьми, Шей?

В этом нагроможденном месте крик вряд ли будет услышан.

Но… Он выхватил пистолет из левой кобуры и прицелился в адского пса. Не сработает, но шуму наделает.

***

Звук выстрела из пистолета вызвал у Шея страх.

Зеб или Брианна. Он оттолкнул Джима в сторону и побежал по коридору. Он спустился по лестнице, перепрыгивая через четыре ступеньки за раз. На первом этаже Шей на бегу проверил двери.

В комнате под номером сто шестнадцать была дыра размером с кулак.

— Зеб! — взревел он. Не удалось снять одежду достаточно быстро, чтобы трансформироваться.

Шей вытащил нож. Когда он ворвался в комнату, то уловил запах крови и боли, а также отвратительную вонь демонической плоти.

Мало места. Слишком мало. Загнанный в угол адским псом, Зеб держал в одной руке нож, а в другой — стул. Когда Шей бросился через комнату, зверь начал поворачиваться, лишая его шанса вспороть ему броню. Шей сделал выпад, чтобы полоснуть его по задней ноге. Нож соскользнул, не попав между пластинами. Клыки работали лучше, черт возьми.

Адская гончая зарычала и бросилась на Шея.

Шей увернулся и полоснул его в глаз, но тварь была достаточно взрослой, достаточно умной, чтобы повернуть голову так, что лезвие пронзило только лицевую броню. Его челюсти почти схватили его за руку, и Шей уклонился, врезавшись в мебель.

Адская гончая продолжала наступать.

Шей отчаянно перепрыгнул через кофейный столик и приземлился на бок, зная, что из этого ему не выбраться. В комнате было слишком тесно.

— Черт, нет! — Зеб ударил адского пса сзади, когда Шей, пошатываясь, поднялся на ноги.

Адская гончая развернулась, и Зеб отскочил, ударившись о край стола. Он упал перед дверью. Адская гончая бросилась за ним.

Нет! Шей побежал вперед — поздно, слишком поздно.

***

Резкие звуки выстрелов заставили Бри вздрогнуть, когда она поднялась на второй этаж. Мгновение и она спустилась вниз по лестнице на первый. Послышались звуки глухих ударов и рычание. Ее квартира.

Кто-то был в ее квартире. Стало страшно.

Адская гончая должна быть там. Ее пульс участился, рев в ее голове был достаточно громким, чтобы заглушить все остальные звуки. Голос внутри нее закричал: «Уходи. Убегай!». Вытащив пистолет из сумочки, она заставила свои ноги двигаться дальше. К ее квартире.

Дверь была открыта, на ковре красные брызги. И… чудовище.

Его вонь обрушилась на нее, и она замерла. Крики Эш, кровь, зубы, вонзающиеся в нее. Боль, боль, боль. Ее мир сузился, стал серым. Звуки стихли. Паралич охватил ее, она не могла пошевелиться.

— Брианна, нет! — Голос Шея доносился откуда-то издалека. — Беги!

Кровь залила морду чудовища. Розовая пенистая слюна стекала по его челюсти и капала, медленно, капля за каплей. Ее пристальный взгляд следил за жидкостью, которая, казалось, парила в воздухе, опускаясь и приземляясь на человека. Мужчину. Зеба.

Он стоял над Зебом.

Мир резко сфокусировался. В ее уши доносились звуки: крики, рычание.

Когда монстр повернулся к Бри, ее рука поднялась, ее позиция была совершенно правильной. Она осторожно нажала на курок — точно так же, как гладила мужские яйца.

Пуля попала ровно в красно-карие глаза.

Адская гончая упала на Зеба, выбивая воздух из его легких. Снова. Зеб со стоном попытался оттолкнуть его. Ничего не получилось.

— Черт, — выдохнул он. — Почему я всегда снизу?

— Потому что я альфа? — спросил Шей напряженным голосом.

Он схватился за бронированную ногу, и тут появилась Бри, толкая с другой стороны. Когда демон превратился в человека, и Шей отбросил ее в сторону, Бри упала на колени.

— Боже, Зеб! — Она обвила руками его шею, грозясь сломать ему позвоночник.

Он притянул ее ближе. Теплая, нежная женщина, льющая слезы ему на грудь, пахнущая страхом и ванилью. Милая, милая Бри. Ее сердце колотилось так сильно, что на его ребрах наверняка останутся синяки. Когда он зарылся лицом в ее шелковистые волосы, на секунду его мир стал правильным.

— Mo chridhe, ты его задушишь. — Веселый тон говорил о том, что Шей не был серьезно ранен, но вряд ли дворняга кому-то скажет об этом.

После нежного прикосновения губ ко лбу Зеба она вскочила и вместо этого изо всех сил старалась задушить Шея. Шей обнял ее, прижался щекой к ее макушке и посмотрел на Зеба. Его губы сложились в одно слово.

— Наша.

О, да. Боль вспыхнула в его руке, как лесной пожар, когда он сел, но Зеб все же сумел улыбнуться.

— Наша.

Глава 37

Дождь хлестал по грязному лобовому стеклу грузовика Зеба. Когда он вывернул руль влево, чтобы заехать на стоянку мотеля, его рука вспыхнула от боли. Казалось, что зубы гребаного адского пса все еще вонзались в его плоть. Он остановился рядом с грузовиком Шея, не выключая двигатель, когда его брат зашел внутрь.

На пассажирском сиденье зашевелилась Бри.

— Где мы?

— В мотеле. — Не лучший выбор места для ночлега, но, по крайней мере, они проехали достаточно долго, чтобы убраться подальше от всего этого металла и бетона. Хотя он не был уверен, что задумал Шей…

Колд-Крик находился на востоке, а не на юге.

— Ох, хорошо. Нам нужно тебя подлатать. — Бри нахмурилась, глядя на пропитанное кровью кухонное полотенце, которое он обернул вокруг своей руки. — Ты должен был позволить мне вести машину.

— Угу. Руки прочь.

Она бросила на него злобный взгляд, даже не пытаясь скрыть, что ее трясет, как осину на сильном ветру.

В квартире, когда Бри увидела, что ее пуля сделала с адской гончей, она позеленела и бросилась в ванную. Но она вернулась на своих двоих и, услышав вой сирены, вывела их из здания. Ей Богу, она была сильной женщиной.

Появился Шей с пакетом в руках и запрыгнул в грузовик.

Зеб проследовал к задней части мотеля и припарковался, одобрительно кивая. Небольшие коттеджные постройки была намного лучше, чем огромное здание впереди.

Их коттедж был в самом конце. Обняв Бри за плечи, Зеб вошел внутрь. Номер был чистым и оформлен в приятных бело-зелёных тонах. С одной стороны, была своего рода кухонная зона с круглым столом и стульями. На стойке стояли микроволновая печь, крохотный холодильник и кофейник.

В центре стояли небольшой диван и телевизор.

У дальней стены — кровать, лишь немного меньше той, что была в их домике. Нет, это больше не их домик. В лучшем случае теперь они были изгнаны из Колд-Крик; возможно, их уже можно было считать бездомными.

Он медленно вздохнул, отгоняя боль потери. Сладкая женщина, прижимающаяся к нему, была достаточной компенсацией для любого мужчины.

— Что у тебя там, брат? — спросил он, когда Шей поставил пакет на стойку.

Брат достал несколько контейнеров с супами, которые можно разогреть в микроволновой печи, и пакетики с горячим шоколадом, а также несколько белых футболок с изображением Спейс-Нидл.

— Ты купил сувениры? — недоверчиво спросила Бри.

Шей рассмеялся.

— После того, как Зеб примет душ, я перевяжу его руку специальной сиэтлской повязкой. — Он похлопал по футболкам.

— Хороший план. — Зеб нахмурился, увидев вину на лице Бри, и поцеловал ее в макушку. — Разогреешь мне суп, маленькая женщина?

Она неуверенно улыбнулась ему и кивнула.

* * *

Парни по очереди быстро приняли душ, и Бри была благодарна, что пошла последней, чтобы не торопиться. Наконец, снова почувствовав себя чистой, она надела одну из огромных сиэтлских футболок и вышла.

За столом Шей рвал футболки на клочки ткани, пока Зеб пил суп из чашки. Оба мужчины были только в джинсах.

Шей улыбнулся ей.

— Иди сюда. Мне нужно обнять тебя, прежде чем я накричу на тебя.

Когда его руки сомкнулись вокруг нее, она вдохнула его мужской аромат снежных гор — аромат безопасности, комфорта и любви.

— Я понимаю, почему ты думала, что тебе нужно вернуться сюда. — Его голос превратился в низкое рычание. — Но, если ты когда-нибудь снова сделаешь что-то настолько опасное, то поймешь, что дисциплина Герхарда была пустяком.

Она потерлась лицом о жесткие волосы на его груди.

— Угу. И что ты сделаешь?

Он прикусил ее за ухо в язвительном упреке.

— Я обнажу твою задницу и отшлепаю ее.

— Звучит забавно. — Зеб наклонился вперед и легонько шлепнул ее. — Может нам сначала потренироваться?

— Хорошая мысль. — Большие руки Шея массировали ее ягодицы, разжигая тепло внутри нее. — Может, после того как я немного отдохну.

— Тоже чувствуешь себя уставшим? Думаю, Козантир был прав, говоря, что в городе мы слабее. И медленнее, черт возьми. — Зеб перевернул руку, осматривая укус.

Она уставилась на разорванную плоть.

— Здесь нет целителя.

— Не в первый раз. — Не поднимая глаз, он зажал рану, пытаясь сдвинуть разорванные края вместе. Еще больше крови потекло по предплечью.

Он пострадал из-за нее.

— Мне жаль, — прошептала она, моргая, слезы навернулись на ее глаза. — Мне очень жаль.

— Подумаешь, еще одна отметина. — Он поднял полоску футболки.

Бри не могла смотреть, что с ним стало из-за неё.

Ему уже столько раз причиняли боль. Она отвернулась, и, несмотря на все ее усилия, всхлипнула.

Зеб тихонько застонал от боли, и его стул заскрипел по линолеуму. Встав перед ней, он положил палец ей под подбородок и приподнял ее лицо. Его глаза были темными и пристальными.

— Тебя беспокоят шрамы, маленькая самка?

— Конечно, нет, — с трудом выдавила она.

— Тогда зачем слезы? — Большим пальцем он вытер их с ее щек и убрал руку.

Неужели он ничего не понял?

— Это моя вина. И… — Ужас поднялся внутри нее, когда она поняла кое-что еще, вспомнила, почему она ничего им не сказала. — У вас проблемы из-за того, что вы поехали за мной? — Она посмотрела на одного мужчину, потом на другого. Неужели я разрушила их жизни? — Вы не можете вернуться, не так ли?

— Нет, моя линнан. Пока ты не перечишь Козантиру, то можешь жить на его территории. — Шей сложил кусок футболки в квадрат. — Я позвонил, пока ты была в душе. Рози присмотрит за домиком, пока мы не вернемся и не покинем Колд-Крик официально.

Уголок рта Зеба приподнялся.

— Мы выждем несколько дней, чтобы дать ему остыть, может нам повезет, и он не бросит наши мертвые тела в грузовик.

У Бри перехватило дыхание.

— Не возвращайтесь.

— Это было бы нечестно. — Шей покачал головой. — Нет, я думаю, он просто вышвырнет нас со своей территории. Зеб в основном шутил о том, что он нас убьет.

— В основном? — Она вздрогнула, вспомнив, как жизнь утекала из глаз Клауса. — Мне жаль. Я не хотела втягивать вас в это.

— Похоже, ты бы прекрасно справилась и без нас. Ты сама убила адскую гончую. — Шей задумчиво посмотрел на нее. — Зная тебя, у тебя был план.

— Да, я собиралась сложить мебель так, чтобы, пробив стеклянную дверь, он бы направился прямиком ко мне. Я подумала, что таким образом выстрелю ему четко в глаза.

Зеб провел костяшками пальцев по ее влажной щеке.

— Хороший план. Неплохие шансы, что сработал бы.

— Только у меня не было бы времени на подготовку после того, как сломался пикап. Так что я рада, что вы были здесь, но теперь Козантир…

— Эрик — милый ребенок, — сказал Шей, прерывая ее. — И он мог стать следующей жертвой. Или ты. Мы были там, где должны были быть.

Зеб согласно кивнул и протянул ей чашку с супом.

— Поешь, пока Шей заматывает мне руку.

Стараясь не плакать, она заставила себя сделать глоток, пока мужчины дружелюбно спорили о том, как правильно наложить повязку. Она полностью разрушила их жизни. Стая потеряет Шея как альфу.

Зеб не успеет закончить домики. Маленькие домовые только что переехали в их домик, теперь им придется снова съезжать. Страдание охватило ее, сдавливая грудь, пока ей не стало трудно дышать.

Смеясь над одним из оскорблений Шея, Зеб взглянул на нее. Его брови сошлись вместе.

— Бри. Что такое?

— Мне жаль. Мне очень, очень жаль. — Она шмыгнула носом. Как она могла причинить боль людям, которых любила больше всего на свете?

— Вы не можете вернуться. Я все испортила — стая, город, домовые.

— Ей Богу, все в беспорядке. — Зеб начал подниматься и остановился по жесту Шея.

Шей поставил ногу на стул и оперся на бедро, глядя на нее.

— Ты собираешься винить себя?

— А как по-другому? — Под его пристальным взглядом ей пришлось отвернуться. — Я должна уйти. Может, если я уйду, Калум… — Рука ударила по столу, заставив ее подпрыгнуть.

— Нет, — сказал Зеб убийственным голосом. — Даже не думай об этом.

— Посмотри на меня, Брианна. — Шей подождал, пока она подчинится.

— Мне потребовались годы, чтобы простить себя за ошибки, которые я совершил как вожак стаи. Ты не представляешь сколько людей мне нужно было спасти, прежде чем я решил, что искупил свою вину. — Шей потер лицо. — Я бы сделал все, что угодно, лишь бы избавиться от этого чувства вины.

Сжав губы, Зеб понимающе кивнул.

Она поняла. Она разрушила их жизни и будет жить с угрызениями совести вечно.

— Мне очень жаль, — снова прошептала она.

— Тебе и должно быть. Потому что я в ярости. — Рука Шея сжалась в кулак, костяшки пальцев хрустнули. Она почувствовала притяжение альфы, его гнев прошел по ней. — Не за попытку спасти ребенка, а за то, что не дала нам шанса помочь тебе. — Что она могла сказать? Она не могла позволить им пострадать. Но…

— Тебе плохо, потому что Зеба ранили, а Козантир может нас изгнать, но мы злимся не поэтому. Даже близко не поэтому. — Он изучал ее. — Пока ты не избавишься от чувства вины, ты не поймешь остального.

Что он имел в виду?

— Я…

— Хороший родитель — или альфа — дисциплинирует, чтобы обучать, — сказал Шей. — Будучи ребенком, я не понимал, как наказание может уменьшить гнев и чувство вины. Или как после наказания исчезает вина. Никаких следов не остается.

Она вспомнила боль от наказания Тайры. Неужели они действительно нападут на нее? Растерзают ее, как волки? Но если от этого им станет легче… Она глубоко вздохнула.

— Хорошо. Я могу это вынести.

Зеб выпрямился.

— Шей, ты что, ненормальный? Ты решил ее покусать? — Мрачная улыбка промелькнула на лице альфы.

— Покусать? Нет. Хотя это будет трудно — я никогда не бил женщину. — Он сел на кровать. — Иди сюда, Брианна.

Она колебалась. Но что бы он ни хотел с ней сделать, она выдержит. Когда она встала рядом с ним, он схватил ее за футболку спереди и потянул вниз к своим твердым бедрам.

Он задрал подол до талии и потер ее голую попку. Только тогда она поняла, что он задумал. Отшлепать меня? Ее охватило чувство унижения.

— Нет! — Бри начала сопротивляться.

Он прижал ее за плечи.

— Да. Я не хочу этого делать, но ты по уши погрязла в чувстве вины. И не слышишь, что мы говорим. — Его рука легонько ударила ее.

Она услышала рычание Зеба.

— Dùin do bhuel.

— Это ты заткнись и…

— Брат, ей это нужно. — Шей опустил руку. Сильно. Шлепок отразился эхом от стен, и ее задница вспыхнула. — Я бы хотел, чтобы кто-нибудь тогда избавил меня от чувства вины. — Еще один удар, на этот раз посильнее. И еще.

— Нет! — Когда она пнула его, он безжалостно зажал ее ноги своими, а затем начал шлепать ее по-настоящему. Удар за ударом, по одной ягодице, затем по другой. Покалывание на ее коже превратилось в жжение, а затем в огонь. Это было больно.

— Ты придурок!

Сопротивляясь, она услышала его голос:

— …Это за то, что не сказала мне. Это за то, что не поделилась письмом. Это за то, что солгала мне. Это за то, что не позволила нам защитить тебя… — Сильная боль росла и росла, она заплакала. — Это за то, что не дала нам решить, чем нам рисковать и что мы считаем важным.

Когда что-то толкнуло кровать, Шей остановился.

О, слава Богу. Задыхаясь от рыданий, она попыталась подняться.

Безжалостная рука на спине остановила ее. Она увидела ноги Зеба. Тот присоединился к Шею.

— Теперь я понимаю. Но если я воспользуюсь рукой, у меня снова начнется кровотечение, — сказал Зеб.

— Я буду держать ее для тебя, брат.

И ты, Зеб? От его предательства она зарыдала еще сильнее.

— Ненавижу смотреть, как ты плачешь, Бри. — Зеб нежной рукой убрал ее волосы с мокрого лица. — Но я тоже злюсь. И я хочу, чтобы ты поняла почему. Может быть, это избавит тебя от чувства вины, и ты сможешь услышать, о чем мы говорим. — Он не стал дожидаться ее согласия, а подошел к Шею с другой стороны.

Он ударил ее. Его ладонь была такой же твердой, как у Шея, и более грубой. Новая боль огненной волной пронеслась по коже. Влево, вправо.

Когда он ударил ее по бедрам, ее ногти впились в джинсы Шея.

Постепенно Зеб рассказывал о том, из-за чего он злился: не пришла к нему с проблемой, не позвонила, когда грузовик сломался. Каждый удар обжигал кожу.

— Мы вместе. Все мы. — Шлепок. — Даже если нам придется сразиться со всем гребаным миром, мы сделаем это вместе. — Еще один удар. — Мы семья, и ты, черт возьми, это поймешь.

Семья. Они злились не из-за того, что они были ранены или будут изгнаны, а из-за того, что она не относилась к ним как к семье. Мы против всего мира. Что-то внутри нее треснуло, затем взорвалось, и тепло разлилось по местам, которые были холодными и пустыми.

Она, вероятно, могла сделать с Зебом все, что угодно, и ему было бы все равно, пока она его любила. Калум сказал ей, что Шей планировал отказаться от стаи ради нее. Потому что он любил ее. Семья.

Боже, у нее была семья.

— Мы семья, — прошептала она, и каким-то образом они услышали ее.

— Да.

— Ты поняла. — Голос Зеба был хриплым.

Шей вздохнул и погладил ее горящую задницу, заставив ее зашипеть от боли.

— Тебе будет сложно сидеть день или два. — Он приподнял ее и усадил к себе на колени. Она подпрыгнула, когда грубый материал его джинсов соприкоснулся с ее воспаленной кожей. — Полегче, моя линнан. — Он обнял ее.

Бри обмякла у него на груди, ненавидя его. Она ненавидела их обоих за боль — и она любила их больше жизни.

С беспокойством Зеб обхватил ее лицо ладонями и поцеловал влажные щеки.

— Ты в порядке, маленькая самка? — Его неуверенность помогла. Она все равно ненавидела их и впилась в него взглядом. — Ты все еще чувствуешь себя виноватой? — Неожиданно на лице Зеба сверкнула улыбка. — Или нам продолжить порку?

Она проглотила грубое слово, которому научилась у него. Его руки тепло обхватили ее лицо, не давая отвести взгляд.

— Брианна? — подтолкнул Шей.

Черт бы их побрал. Обоих. Она сделала глубокий вдох и остановилась. Напряжение в ее груди исчезло, и тяжелый груз вины спал. Не весь, но достаточно, чтобы она могла признать, что сделала все, что могла. И, эй, откуда она могла знать, что они так много чувствовали? Не то чтобы эти немногословные кретины когда-либо говорили ей об этом.

Семья.

Она посмотрела Зебу в глаза.

— Мне лучше. — И черт возьми, у нее болела задница. Она нахмурилась. — Но я не собираюсь вас благодарить.

Шей фыркнул.

— Я и не думал, что ты это сделаешь. Я никогда не благодарил старейшину за наказание, когда был щенком. — Смех прокатился по его груди. — Но мы еще не закончили. Полностью.

Она испуганно взвизгнула, когда он повалил ее на кровать. Он перевернул ее на спину и прижал ее плечи руками.

— Ты помнишь, что происходит с оборотнями, когда их самка оказывается в опасности? — Глаза Шея вспыхнули.

— Нам с Зебом нужно убедиться, что ты жива. — Бри начала осознавать их намерения, когда Зеб снял джинсы.

Глава 38

Рука Шея горела от порки, поэтому он мог представить, как, должно быть, пылала нежная задница Брианны. Чувство вины скребло его изнутри за то, что он причинил боль женщине. Своей женщине. Но, изучая ее, он увидел, что ее покрасневшие глаза больше не были омрачены несчастьем.

Он потерся щекой о ее щеку, и она обвила руками его шею. Слава Богу, она согласилась. Увидев ее лицом к лицу с адской гончей, он почувствовал непреодолимую потребность взять ее.

Бри села и начала натягивать рубашку, чтобы прикрыться. Зря конечно, но ему понравилось, как ее полные груди колышутся под тонкой тканью.

— Теперь мы закончим твое наказание, Брианна, — сказал Шей, садясь рядом с ней.

Ее глаза расширились, и он усмехнулся.

Зеб лишь приподнял бровь, готовый поддержать Шея.

— Что? — Ее голос был хриплым от слез, но он почувствовал, как она начала возбуждаться.

— Ты согласишься на все, о чем мы с Зебом попросим тебя сегодня. Едва не потеряв тебя, мы будем очень и очень требовательны.

Она сглотнула, и ее соски затвердели.

— Я… Это справедливо.

— Хорошо. Начнем с того, что снимем футболку.

Зеб, ухмыляясь, сдернул с нее футболку и бросил ту на пол.

Шей опустился на колени с другой стороны и опрокинул ее на спину. Ради всего святого, у Брианны была великолепная грудь. Он провел по ней пальцами, и она резко вдохнула. Как скоро они смогут заставить ее стонать? Заведя ее руки за голову, он завладел ее губами, сначала нежно, потом жестче.

Он почувствовал, как она дернулась и заерзала от того, что делал Зеб.

Она застонала и пососала его язык, дразня его своим собственным, пока он не отстранился. Клянусь Богом, ему нужно было попробовать ее на вкус в другом месте, ощутить на себе ее запах.

— A бхтайр, — сказал он напряженным голосом. — Ей нужно что-то пососать. Помоги ей.

Зеб подвинулся на кровати и повернул к себе ее лицо. — Маленькая самочка, я хочу, чтобы эти губы обхватили мой член. — Шей усмехнулся, обрадовавшись тому, как мило она открыла рот. Зеб глубоко погрузил свой член, его стон был низким и хриплым.

Наша пара. Шей провел руками по ее телу, дразня соски. Уже покраснели — Зеб с ними играл.

Какой мужчина мог устоять? Он провел рукой по легкой округлости ее живота, к упругим бело-золотым завиткам на лобке. Раздвинув ее ноги, он вдохнул ее мускусный аромат. Его член болезненно затвердел.

Ноздри Зеба раздулись.

— Думаю, тебе это нравится, кариада. — В ответ она так мощно засосала его, что рука Зеба вцепилась ей в волосы.

Шей ухмыльнулся. Желание Бри свести Зеба с ума сдерживалось тем, как Шей гладил ее тело. Он был таким резким во время порки и таким нежным сейчас.

Он скользнул руками вверх по внутренней стороне ее бедер, раздвигая ее ноги еще шире. И, Боже, его пальцы остановились в нескольких миллиметрах от ее пульсирующего клитора.

Сосредоточься. Она поцеловала упругую бархатистую кожу члена Зеба, прошлась по его набухшим венам языком, и его дыхание стало глубже. Когда она слегка царапнула зубами по головке, его низкое рычание было песней удовольствия и потребности.

Резкий укус на ее лобке заставил ее подпрыгнуть, и Шей засмеялся. Он втиснул плечи между ее бедер, и она замерла в ожидании.

Его дыхание коснулось ее киски.

— Она такая набухшая и влажная для нас. — Его палец коснулся ее клитора, и она ахнула, ее бедра дернулись вверх.

Зеб потянул ее за волосы и вытащил член у нее изо рта.

— Я слишком устал, чтобы брать тебя сегодня несколько раз. — Его черные глаза впились в ее. — Поэтому я хочу быть глубоко внутри тебя, когда кончу. — Он провел костяшками пальцев по ее щеке. — Конечно, ты женщина. Не имеет значения, устала ты или нет.

Шей усмехнулся.

— Мы были слишком снисходительны к ней. Время пошалить.

— Согласен.

О небеса. Ее соски сжались до боли. Она сглотнула, чувствуя вкус Зеба.

— Я не хочу, чтобы вы шалили. — Я думаю.

— Правда? — Зеб провел пальцем по ореолу ее соска, и усмехнулся. — Я не чувствую запаха страха, маленькая самка. Только возбуждение. — Он безжалостно сжал ее руки над головой. — В этой постели не допускаются человеческие заботы. — Его грубый поцелуй заглушил любой протест.

Даже когда Зеб поцеловал ее, Шей дразнил ее киску, издавая рокочущий звук, что означало, что он был доволен. Он лизал и покусывал ее складки, посылая вспышки легкой боли, обжигающие ее нервы. Глубоко внутри давление начало нарастать.

— Ах, я забыл. Быстро и жестко, — пробормотал Шей. Его рот сомкнулся на ее клиторе, окутывая его жаром и влажностью, под стать поцелую, который дарил ей Зеб.

На легкие посасывания Шея, ее бедра неудержимо дернулись.

Он положил руку ей на таз, удерживая ее неподвижной, пока его язык ласкал ее клитор. Он продолжал сосать снова и снова.

Лизнул. Пососал. Ее мир закружился.

Зеб запечатлел легкий поцелуй на ее губах и обхватил левой рукой ее грудь.

В следующий раз, когда Шей пососал, Зеб сильно ущипнул ее за сосок, и ощущения захватили ее, перерастая в жар в ее животе. Ей нужно было прикоснуться к ним, поэтому она извивалась и дергала руками, чтобы освободиться. Зеб безжалостно держал ее запястья; Шей прижал ее бедра.

Она оказалась в ловушке между двумя мужчинами, каждый из которых пытался свести ее с ума. — О Боже.

С грохочущим смехом Зеб переключился на другую грудь.

Шей засосал еще сильнее.

Нарастающее давление надвигающейся кульминации заставило ее тело напрячься. Каждый нерв горел желанием кончить. Она закрыла глаза.

— Нет, кариада, посмотри на меня, — сказал Зеб напряженным голосом.

Она посмотрела на него отсутствующим взглядом, а затем Шей сильно пососал ее клитор, ударив языком по верхушке. Все внутри нее сжалось так же сильно, как у Зеба, разом отпустило и вырвалось наружу волной чистого удовольствия.

Она попыталась приподнять бедра, но ничего не вышло, поскольку Шей удерживал ее, его язык ласкал ее до тех пор, пока малейшее прикосновение не стало слишком сильным, и даже его дыхание заставляло ее вздрагивать.

Когда ее взгляд более-менее прояснился, Зеб все еще смотрел на нее, его темные глаза были мягче, чем когда-либо.

— Впервые вижу, когда так красиво кончают. — Он провел костяшками пальцев по ее раскрасневшейся щеке, затем поднялся. — Моя очередь, брат.

— Да. — Шей отошел от кровати.

Когда он оглянулся на нее, Бри поняла, что ее ноги широко раздвинуты. Она попыталась сесть.

Зеб толкнул ее.

— Оставайся там, где мы тебя положили, женщина, — прорычал он. Одной рукой он прижал ее запястья за головой, другой ласкал ее грудь. — Сегодня ты наша. Скажи «да».

Бри вздрогнула, возбуждение вновь нарастало, хотя она только что кончила.

— Да, Зеб, — прошептала она.

— Хороший ответ.

Шей вернулся из кухни и протянул Зебу что-то, что его рассмешило. Бри подняла голову, пытаясь разглядеть, что там, но Шей встал на место Зеба рядом с ней, положил руку ей на лоб и надавил.

— Лежи, волчонок. — Зеб приподнял ее бедра и подсунул под нее подушку, заставив ее взвизгнуть, когда ткань соприкоснулась с чувствительной попкой. Оба мужчины засмеялись, животные. Она пристально посмотрела на них. Да, ее чувство вины определенно исчезло. Как она могла позволить им отшлепать себя?

С другой стороны — она видела горящие серо-голубые глаза Шея — как она могла не позволить? Она была свободна от чувства вины. Свободна думать, как сильно она их любила.

Словно прочитав ее мысли, он прошептал,

— A chuisle mo chridhe, — и страстно поцеловал ее.

— Что это…

Твердыми руками Зеб согнул ее колени и устроился между ее ног.

Она попыталась сдвинуться с места и поняла, что рука Шея все еще лежит у нее на лбу, удерживая ее.

Его глаза смеялись, когда она нахмурилась на него.

— Просто представь себя мясистой костью, с которой можно поиграть парочке волков. Жевать. Кусать. Рвать. — Он потянул ее за левый сосок. Ее груди набухли от внимания Зеба, и, ощутив мозолистые пальцы Шея, Бри вздрогнула.

Она услышала, как что-то разорвалось, но Шей продолжал удерживать ее голову, чтобы она не могла увидеть. Чувство беспомощности перед лицом их силы заставило ее вздрогнуть. — Просто возьмите меня.

— О, я так не думаю. — Уголки глаз Шея сморщились.

— Черт бы тебя побрал. — Жар вспыхнул под ее кожей, и это было пугающе, как будто она попала в поток и не могла вырваться на свободу. Она оттолкнула руку Шея, лежащую у нее на лбу.

Зеб фыркнул от смеха.

— Меня она тоже всегда пытается оттолкнуть, брат.

Шей схватил ее за запястья, заведя ей руки за голову.

— Держи руки здесь, или я их свяжу. — Он медленно улыбнулся. — И мне бы это тоже понравилось.

— Хорошая идея, — сказал Зеб, и у Бри перехватило дыхание от его темного опасного взгляда.

Черт возьми. Мысль о том, что она будет связана, пока мужчины… что-то… с ней делают, послала жар по всему ее телу. Она извращенка или что?

Шей обвел пальцем ее сосок.

— Посмотри, какие они твердые. Мы не единственные, кому это понравится.

Зеб изучал ее, переводя взгляд с груди на лицо. Уголок его рта приподнялся. — Давай посмотрим, так ли это. — Он взял со стола длинную полоску ткани.

Пока Шей держал ее в железной хватке, Зеб обмотал ткань вокруг ее правого запястья, а затем завязал узел. Пропустив другой конец ткани через решетчатое изголовье кровати, он закрепил ее левое запястье, затянув полоску ткани так, чтобы обе руки были скованы над ее головой.

В его глазах вспыхнула волна жара. Она потянула за оковы, понимая, что, если ей действительно, действительно будет нужно, она сможет освободить руки… хотя для этого потребуются усилия и время. Что они собирались с ней делать?

— Однажды мы с тобой договорились, что, если когда-нибудь тебе станет страшно, ты используешь одно слово. Скажи его Зебу. — Шей убрал волосы с ее лица.

Острие страха исчезло, оставив после себя только нервы и предвкушение. Она облизнула губы и почувствовала вкус Зеба.

— Элвис.

Зеб на самом деле рассмеялся. Он уткнулся носом в ее шею, его дневная щетина на ее коже была грубой по сравнению с его мягкими губами, а затем подошел к изножью кровати.

Когда руки Шея сомкнулись на ее груди, она дернулась.

Чувство беспомощности усиливалось, когда она потянула за свои оковы.

Наблюдая за ее борьбой, Шей улыбался.

— Я и не представлял, насколько это может быть весело. — Он покрутил ее соски между пальцами. Ощущение было неописуемым, и Бри выгнула спину, прижимаясь грудью к его рукам.

Зеб приподнял ее ноги, раздвинул колени. Подушка приподняла ее зад, так что поза Бри обнажила… все.

Он посмотрел вниз на ее киску, и на его лице отразилось удовольствие. Проведя пальцами между ее складками, он ввел в нее один палец. Она вздрогнула, когда ее влагалище усилило всплеск удовольствия, струящийся вверх.

— Она очень мокрая, — мягко сказал он.

— Хм-м. — Пристальный взгляд Шея задержался на ее лице, когда он слегка ущипнул ее за сосок, и чистый жар проник прямо в ее киску.

Зеб сказал:

— Что бы ты ни сделал, она просто сдавила меня. Сделай это снова.

Улыбка Шея стала шире.

— С удовольствием.

Бри попыталась пошевелиться, когда Шей опустил голову, но ее руки тщетно дергались в оковах. Зеб добавил второй палец, посылая через нее противоречивые ощущения.

Шей лизнул сосок, затем слегка пососал. Ощущение сдавило что-то глубоко внутри нее, и она почувствовала, как ее клитор набухает. Он осторожно прикусил самый кончик.

Она ахнула, крошечная боль резко рванула вниз, и ее киска ответила.

— Хорошо, — прорычал Зеб. Когда его рот коснулся клитора, комната расплылась. Его язык, о Боже, его язык. Грубый и мягкий одновременно, такой влажный и…

Шей переключился на другой сосок и Бри застонала, желание превратилось в ужасающие тиски. Еще один укус ее груди.

В то же время, Зеб в требовательном ритме входил и выходил пальцами из нее. Ее внутренности сжались вокруг него, и она почувствовала, как ее оргазм нарастает от пальцев ног и поднимается всё выше. Он пососал ее клитор, поласкал его языком, затем остановился, прежде чем она смогла кончить. Бри застонала, непроизвольно прошептав «пожалуйста».

Зеб усмехнулся.

— Нет, маленькая самочка, не сейчас. — Он вытащил пальцы, оставив ее пустой и ноющей внутри. Ее клитор, казалось, мог взорваться от прилившей к нему крови.

— Здесь нужна дополнительная рука, — сказал Зеб, и Шей скользнул одной рукой вниз к ее холмику, дразня ее пальцами, как будто он играл на клавиатуре. Бри задрожала.

— Открой ее шире, — приказал Зеб, и Шей развел пальцы, раздвигая ее половые губы. Прохладный воздух, словно поцелуй, коснулся ее клитора, как будто он был сам по себе, а от крепкого натяжения Шея он стал еще тверже.

Чья-то рука сомкнулась на ее ягодицах, слегка сжимая. Она вздрогнула, ее кожа все еще болела от порки, и начала выпрямлять ноги.

Зеб подтянул ее колени выше.

— Если ты пошевелишься, я отшлепаю твою хорошенькую розовую задницу.

Боже, нет. Она перестала сопротивляться, слишком хорошо осознавая, как подушка приподнимает ее киску вверх, делая более доступной.

Шей подул на ее сосок, заставляя тот напрячься еще сильнее.

— Не двигайся, маленькая самка, — предупредил Зеб, а затем она почувствовала — о Боже, — как его палец скользнул по ее анусу и надавил. Так же, как Шей делал на Собрании и пару раз после.

О Боже, что они задумали?

— Подожди…

Оба мужчины одновременно усмехнулись, пробормотав что-то успокаивающее. Палец медленно продвинулся вперед, затем скользнул внутрь.

— Шей… — заскулила она, прежде чем поняла, что это он купил смазку.

— Пара пальцев там тебе понравились. — Она почувствовала решимость своего альфы, когда тот сказал: — А сегодня там будет член. — Он поцеловал ее.

Она почувствовала прикосновение холода, затем Зеб ввел второй палец. Больше жара. Она попыталась увернуться, и он издал предупреждающий звук.

Она замерла.

Зеб что-то пробормотал. К ее удивлению, Шей высвободил ее руки и поднял ее.

— Твоя рука не удержит тебя. Значит, ты будешь снизу, — сказал Шей Зебу.

Зеб фыркнул.

— Как будто бы ты позволил что-то другое. — Он занял место Бри, лег на спину, свесив колени с края кровати. Шей уложил Бри верхом на него, и теперь ее возбужденные соски терлись о его грудь.

Запустив пальцы в ее длинные волосы, Зеб притянул ее к себе для нежного поцелуя, а затем улыбнулся, глядя ей в глаза. Ее сердце ныло от боли, которую она ему причинила, но согрелось от любви в его взгляде, как будто она была сокровищем, которое он нашел.

Хотя его эрекция терлась о ее лобок, он просто играл с ее грудью, говоря:

— Мне нравится, когда они ложатся мне в руку.

Позади нее Шей потерся эрекцией о ее ноющую попку. Когда она вздрогнула, он усмехнулся.

— Бедный волчонок. Ноющая задница сделает это только интереснее. Для тебя.

Интереснее? Она закрыла глаза, когда он раздвинул ее ягодицы и нанес еще больше холодной смазки. Он скользнул пальцем по ее анусу, заставив ее дернуться.

Она вздрогнула.

— Ты слишком большой. Слишком большой.

— Вот сейчас и узнаем. — Шей добавил еще один палец, растягивая ее, прежде чем выйти. Больше смазки. Ее глаза широко раскрылись, когда она почувствовала, как член скользнул между ее ягодиц.

— Не-ет. — Шей легонько шлепнул ее по попке, заставив Бри взвизгнуть.

— Если тебе это не понравится, мы остановимся, моя линнан. Но с пальцами ты кончила сильнее, так что, думаю, тебе понравится. Я буду двигаться медленно. — Шей был огромен. Он двигался медленно, как и обещал, вводя и выводя головку, даже когда Зеб провел пальцем по ее клитору, посылая через нее волны удовольствия.

Она извивалась, все ее чувства звенели от желания кончить и от желания увернуться от члена, пытающегося войти в нее. Руки Шея сжали ее бедра, удерживая на месте. Он надавил сильнее, и она захныкала, когда он растягивал ее, пока ее анус не стал гореть так же сильно, как и ее задница.

Зеб ущипнул ее клитор, и это ощущение поглотило боль.

Мне нужно…

Ее руки сжались в кулаки, а затем головка члена Шея вошла с тихим шлепком.

— Вот так. Теперь будет легче, милая. — Он раскачивался, с каждым разом продвигаясь все дальше.

Она подпрыгнула от холода, когда он добавил смазки и скольжение стало легче.

Скользнул слишком далеко.

Пылающая, слишком наполненная и…

— Я весь внутри, — сказал он. Его бедра ударились о ее ноющие ягодицы, и она взвизгнула и попыталась отстраниться, но ничего не вышло.

Зеб ущипнул ее за клитор, и Бри заерзала.

Шей зарычал низко и опасно.

— Брианна, как ты ощущаешься … — Он наклонился вперед, покусывая ее шею, целуя плечо, и этим движением продвигаясь еще глубже.

Она захныкала.

Шей замер, хотя его член пульсировал, требуя, чтобы он взял ее жестко. Но если ей было больно, ему придется остановиться.

Да, многим женщинам это нравилось, особенно с участием другого мужчины, но у него была одна женщина, которой не понравилось.

— Больно? — Он скользил внутрь и наружу, и ее тело задрожало. Такая мягкая. Такая женственная. Моя.

В молодости он думал о женщинах только с точки зрения секса. Не для дружбы и любви. Затем, будучи связанным клятвой, он старался не думать обо всем, что потерял.

Но теперь…

— Брианна. — Он провел руками вверх и вниз по ее бокам, массируя бедра, мягко проталкиваясь вперед. — Ты большее, о чем я когда-либо мечтал, — пробормотал он и прижался щекой к ее волосам.

— Черт, ты снова заставил ее плакать. — Голос Зеба звучал раздраженно, но хрипотца говорила, что он чувствовал то же самое. — Я думаю, ей нужно отвлечься. Мы должны быть противными, помнишь?

Все тело Брианны напряглось от тревоги, когда Зеб начал вводить свой член в ее влагалище.

Шей поставил одну ногу на кровать, прижав колено к ее бедру для устойчивости. Он крепче сжал руки на ее бедрах.

Давление вокруг его члена усилилось, когда Зеб осторожно наполнил ее.

— О Боже, я не могу дышать. — Она прислонилась лбом к груди Зеба, ее голос дрожал.

Зеб замер.

Но она дышала просто прекрасно, сообразил Шей.

Зеб поднял ее лицо и мгновение изучал ее. Он улыбнулся и взглянул на Шея.

— Слишком много ощущений? — легко сказал Шей. — Давай добавим. — Он кивнул Зебу, который положил руки ей на грудь.

Ее внутренности сжались так сильно, что Шей чуть не кончил. Он застонал и слегка вышел, подождав, пока Зеб выскользнет, прежде чем снова войти. Как всегда, с его партнером — его братом — их движения объединились, и через несколько фрикций они оказались в идеальном ритме.

Все тело Брианны дрожало, но он не уловил запаха боли или страха. Тем не менее, он хотел, чтобы она кончила с ними, все вместе. Шей слегка выпрямился, чтобы дотянуться до ее клитора. Этот маленький комочек нервов. Брианна была такой влажной, что его пальцы легко скользнули по клитору.

Она издала вызывающее жар стон, и ее задница сжалась вокруг него. Когда он продолжил, ее бедра дернулись, отчего у него закружилась голова. Черт, она была тугой, особенно с Зебом одновременно.

Глаза Зеба встретились с его, и он кивнул. Они могли бы продолжать в том же духе и дольше, но завтра ей будет слишком больно ходить. Соединение таким образом было тем, чего он хотел, отмечая то, что они живы и вместе.

Зеб ускорил темп, и Шей последовал за ним, используя пальцы, чтобы снова подразнить ее клитор, делая его твердым. Зеб проделал то же самое с ее сосками, и он мог только представить, как всепоглощающе это ощущалось. Ее ноги задрожали.

— О-о-о, Боже. — Она уперлась лбом, и ее спина выгнулась. Шей почувствовал, как ее анус напрягся у основания его члена, а затем наступил ее кульминационный момент, пульсирующий вокруг него, мягко ударяя по его стволу. Она издала восхитительный высокий визг, когда кончила.

Он ухмыльнулся Зебу, разделяя радость от того, что они удовлетворили их женщину. Затем Зеб задвигался быстрее, Шей последовал за ним. Зеб кончил первым, вены на его шее напряглись, когда он толкнулся глубже.

Шей схватил Брианну за бедра, погружаясь глубже. Его собственный оргазм впился когтями в его позвоночник, прошел сквозь яйца и член, наполняя женщину жаром. Он задержался на мгновение: осторожно толкаясь, полностью изливаясь, и наслаждаясь ощущением того, как его сжимают.

Когда он наконец вышел и отпустил ее бедра, она со стоном упала. Смеясь, Зеб обнял ее, прижимая к себе и удовлетворяя потребность женщин в том, чтобы их потом обнимали.

Шей покачал головой — как будто мужчинам это не нужно. Он вытерся и вытер ее тоже.

Наконец, Шей лег на кровать. Зеб крепко спал, прижимаясь к Брианне сзади. Проснувшись ненадолго, она сонно поцеловала его и сказала: — Я люблю тебя, — прежде чем снова уснуть.

Шей уставился на нее. Она сказала это. Она любила их — о, он знал это — но она действительно сказала это. Его сердце было переполнено чувствами. Он придвинулся ближе, наслаждаясь ее мягкостью у своей груди и запахом их любви в воздухе.

Вот они: его пара и его брат. В его постели.

Крепко спящие. Он устроился рядом с ними с долгим вздохом совершенного счастья.

Глава 39

Национальный заповедник Олимпик

В слабом лунном свете Зеб присел на корточки на берегу ручья в заповеднике Олимпик, наслаждаясь представлением.

Бри пыталась ловить рыбу. Ее хвост с надеждой вилял, когда она замечала одиноких речных форелей, а затем она прыгала.

Вода плескала, рыба скользила у нее между лапами, и она тщетно огрызалась на уплывающую добычу.

Безнадежно. Хорошо, что он остался в облике волка, иначе ему пришлось бы подавлять попытки не рассмеяться. Ее мягкий светлый мех был мокрым и с него капала вода, но она не сдавалась. Только не Бри — она никогда не сдавалась.

Упрямая, храбрая и любящая.

Последние четыре дня и ночи они провели в горах Олимпик, в облике волков, охотясь, играя и укладываясь в кучку для сна. Время от времени они трансформировались и занимались любовью в пышной траве лугов. Потом они грелись на солнце и разговаривали.

Он узнал больше о своем брате и Бри. Как и он, они пережили боль и смерть, и все еще боролись с этим.

Черт, он любил их. Каждую ночь он благодарил Мать за ее дары: за своего брата, за то, что нашел эту маленькую самку, за ее ответную любовь к ним. За то, что он жив.

Бри упустила еще одну рыбу. Когда она посмотрела на него, Зеб опустил подбородок на землю и прикрыл глаза лапой.

Она тихонько зарычала и щелкнула пастью в знак оскорбления.

Воистину, хорошо, что он остался волком.

Когда лунный свет заиграл на влажной шерсти Бри и заплясал по плещущейся воде, Зеб уловил запах Шея.

Как раз вовремя. Еще до наступления темноты он вернулся к грузовику, уклоняясь от вопросов Бри о том, почему.

Он выскочил из леса, и Зеб увидел, как на его ноге поблескивает металл. В нем нарастало предвкушение. Прошлой ночью луна была крошечной, такой маленькой, что ее почти не было видно. Сегодня вечером ясно виднелся полумесяц растущей луны. Это было время для новых начинаний.

Когда Шей достиг берега, в траву плюхнулась толстая форель. Бри подскочила, высоко подняв хвост в знак победы, Зеб отвел уши назад. Ни он, ни Шей не думали, что у нее получится. Казалось, её попыткам не будет конца.

Как будто слыша его мысли, она сильно затряслась, забрызгав его и Шея холодной водой из ручья.

Зеб зарычал и посмотрел на Шея.

На полусогнутых Шей обежал Бри и распластался на земле рядом с ней. Зеб бросился вперед, врезавшись в нее плечом с противоположной стороны, сбивая ее с ног. Она споткнулась о Шея и упала.

У нее перехватило дыхание, а затем они оба набросились на нее, покусывая ее за живот и бока. Шей с одной стороны, а Зеб с другой, она не могла ни перевернуться, ни сбежать. Вскоре ее лапы забились в воздухе, в безуспешных попытках.

Когда ее хвост хлопнул ей по животу, Зеб уткнулся носом ей в шею и лизнул нос. Положив лапу ей на грудь, Шей сделал то же самое.

Она трансформировалась.

— Садистские кретины, — пробормотала она с хихиканьем. Она смахнула грязь со своих плеч так, что ее груди соблазнительно подпрыгнули. — Я отомщу вам, клянусь.

Зеб трансформировался и не смог удержаться от смеха. Черт, она была самой милой женщиной, которую он когда-либо встречал.

После того, как Шей принял облик человека, он изучил луну в темном ночном небе и кивнул Зебу. Время пришло.

Руки Зеба похолодели. Они с Шеем думали, что знают, что чувствует к ним Бри, но она была воспитана человеком. И она была женщиной. Их он тоже никогда не понимал. Что, если они ошибались? Может, это все испортит? Разъединит их? Ему стало неуютно в своем теле, как будто он переоделся в кожу не своего размера.

Ей-Богу, как мужчинам вообще удавалось это делать? По мере того, как его храбрость иссякала, ему захотелось прикоснуться к ней, почувствовать ее рядом с собой. Он рывком поднял ее на ноги.

— Бри, поцелуй меня. — Стоя достаточно близко, чтобы почувствовать тепло, исходящее от тела Зеба, Бри посмотрела на него снизу вверх. Его глаза были затенены в тусклом лунном свете, мышцы челюсти напряжены. Минуту назад он смеялся. Она положила руку ему на щеку.

— Что-то не так?

— Нет, кариада. Мне просто нужен поцелуй. Сейчас, пожалуйста. — Его голос звучал надломленно.

Что случилось? Встав на цыпочки, она обвила руками его шею. Ее пальцы запутались в его прямых черных волосах, когда она притянула его к себе.

Зеб с жадностью набросился на ее губы, прижимая к себе, и она почувствовала, как его член увеличивается у ее живота. На мгновение, Бри в очередной раз удивилась, как быстро эти парни становились твердыми, прежде чем он выцеловал эту мысль из ее головы.

Тяжело вздохнув, он поставил ее на ноги. Шей прижался к ней сзади, его руки обхватили ее грудь. Она оглянулась на него, и он завладел ее губами в хищном поцелуе, таком же страстном, как и Зеб.

Когда он отпустил ее, ее тело гудело от желания. Она немного пошатнулась, чувствуя холодный ветерок на своей обнаженной коже там, где всего секунду назад стояли два мужских тела. Она покачала головой, пытаясь сориентироваться.

— Ребята, что…?

Они стояли на коленях перед ней, бок о бок, огромное тело Шея рядом с худощавым мускулистым телом Зеба. Свет и тьма, день и ночь. Оба смертельно опасные. И потрясающие.

— Что происходит?

Зеб взглянул на Шея с выражением, которое означало, что говорит он.

В лунном свете глаза Шея мерцали, как драгоценные камни. На его лице не отразилось ни тени смеха.

— Ты знаешь, что некоторые братья создают связь — женятся — на одной и той же женщине, разделяя ее всю свою жизнь.

Ее дыхание остановилось, и она обхватила себя руками, пытаясь сдержать растущую надежду.

— Зеб и я… мы любим тебя, Брианна. Мы хотим, чтобы ты была нашей женщиной. Нашей парой. — На его ладони лежал браслет с крошечными серебряными дисками, освещенными лунным светом. Браслет, похожий на тот, с которым ее нашли. Зеб тоже раскрыл ладонь, чтобы показать еще один.

— Я… — В горле встал ком, и она не смогла выдавить из себя ни слова. О Боже, неужели это действительно происходит? Они были серьезны; они действительно хотели ее. Навсегда.

— Я… — Шей нахмурился.

Свободная рука Зеба сжалась в кулак, и он хмуро посмотрел на нее.

— Ответ — да, самочка.

Бри рассмеялась и наконец смогла заговорить.

— Боже, я люблю тебя, — сказала она Зебу, — ты властный дикарь. — Она повернулась к Шею. — И ты ничем не лучше, мистер Альфа, и я люблю тебя так же сильно.

Они замерли на месте. В ожидании. Ее губы изогнулись, и слово далось легко.

— Да.

Шей вскочил на ноги. Он осторожно надел браслет на ее левое запястье, затем его руки сомкнулись на ее плечах, и он приподнял ее на цыпочки для долгого, влажного поцелуя.

— Tha gaol agam ort. — Он прижал ее к своей массивной груди. — Клянусь Богом, я люблю тебя.

Эти слова превратили ее внутренности в пудинг, и она сморгнула слезы. Она видела, что Зеб ждет своей очереди, его лицо ничего не выражает, но его глаза… его глаза горели. Шей отпустил ее, и она сделала шаг к нему.

Зеб надел браслет ей на руку.

— Я никогда не думал, что сделаю это. — Он притянул ее в свои объятия, держа так, словно думал, что она ненастоящая, боялся, что она исчезнет. Судорожно вздохнув, он начал отпускать ее, затем вновь схватил ее и прошептал ей на ухо, — Наша пара. Я люблю тебя. — Когда он, наконец, отпустил ее, у нее закружилась голова от такого сильного сжатия.

— Хорошо.

Шей улыбнулся и протянул два браслета.

— Это тебе, чтобы ты надела на нас.

Она вспомнила, что видела такой же на руке Калума, и усмехнулась. Мои мужчины — помечены и все такое. Один она надела на ширококостное запястье Шея, а второй — на жилистое запястье Зеба, и ничто никогда не выглядело настолько красиво.

— Они будут трансформироваться вместе с нами?

— Верно. — Зеб провел пальцем по металлическим дискам на ее руке, оставляя за собой след покалывания.

Когда она подняла глаза, двое мужчин улыбались ей так, как она уже успела полюбить. Эти улыбки посылали жар в нижнюю часть ее тела. Замечательная идея. Она шагнула вперед и потерлась грудью о грудь Зеба. Его лицо потемнело от голода.

Шей остановил ее.

— Еще нет, chuisle mo chridhe. — Его глаза были полуприкрыты. — Мы собираемся бежать, пока луна на небе, чтобы Мать могла благословить свои новые узы. — Он накрыл ее грудь рукой, его большой палец дразнил сосок и посылал жар через нее. — Трансформируйся.

Сейчас? Но лунный свет мерцал вокруг нее, как теплый дождь, и, когда она обернулась, то почувствовала это более отчетливо — одобрение и любовь Богини.

Мужчины тоже трансформировались.

Шей побежал прочь от ручья, через лес, поднимаясь все выше в горы. Когда они достигли крошечного луга, заросшего шелковисто-мягкой молодой травой, он остановился.

Бри уставилась на черное небо. Звезды были разбросаны щедрой рукой, и полумесяц на западе освещал горные белые вершины золотом. Что за мир. И такой. Такой красивый в этой форме.

Когда она огляделась в поисках своих компаньонов — своей пары — Шей стоял рядом, открыв пасть в волчьей усмешке. Это было приглашение поиграть, и она инстинктивно отреагировала, бросившись к нему, чтобы укусить его, прежде чем броситься прочь. Он радостно взвизгнул и прыгнул на нее, как и Зеб, и они играли в лунном свете.

Танцевали.

Танец медленно менялся. Покусывания самцов сменились облизыванием ее носа и подбородка, а затем обнюхиванием ее тела… повсюду.

О Господи, ее тело насторожилось. Потребность скапливалась в ней, и незнакомые инстинкты заставляли ее задевать волков, побуждая их преследовать ее. Зеб скользнул рядом с ней и положил ей на спину большую лапу. Он прикусил ее за загривок, посылая дрожь по ее телу. Его мускусный волчий запах окутал ее, и она заскулила, чувствуя, что в ее шерсти будто выросли нервные окончания.

Хотя он спрыгнул, ее лапы, казалось, прилипли к влажной луговой траве, не давая ей двигаться. Когда Зеб подошел к ней сзади, ее хвост странным образом дернулся в сторону. Ее нервы вспыхнули от жара, а разум был подавлен напором инстинктов. Она начала отодвигаться.

Волк преградил ей путь. Шей. Когда он успокаивающе лизнул ее в нос, сила альфы пробежала по ней.

Она вздрогнула. Лапы Зеба держали ее плечи, его тяжелый вес удерживал ее на месте. Его член прижался к ней, ища вход, и она инстинктивно подняла зад выше, предоставляя ему доступ.

Он медленно проник в нее, и его член становился длиннее и толще с каждым толчком.

Она дрожала, ощущение было другим, первобытным. Его лапы изогнулись перед ней, удерживая ее, когда его толчки стали сильнее.

Затем она почувствовала мерцание оборота и поняла, что стоит на четвереньках в мягкой траве, ее браслет сверкает на запястье. Зеб скользнул ладонью по ее груди, его обнаженная грудь потерлась о ее спину.

— Наша пара, — прорычал он ей на ухо, погрузившись глубоко в нее очередным толчком. Слегка приподняв ее бедра к себе, он опустил руку ниже.

О Боже. Его пальцы скользнули по ее лобку и зажали клитор. Ее тело балансировало на лезвии бритвы и взорвалось от удовольствия. Зеб засмеялся, вошел глубже, и его член дернулся от собственной кульминации.

Боже мой! Ее руки дрожали, а голова опустилась, когда она тяжело дышала.

Он укусил ее за затылок, заставив вздрогнуть, а после накрыл место укуса поцелуем.

— Я люблю тебя, маленькая женщина, — прошептал он ей на ухо, посылая через нее тепло иного рода.

Когда он вышел, Бри заскулила, желая, чтобы ее снова взяли.

От прохладного воздуха, коснувшегося ее разгоряченной потной кожи, Бри вздрогнула и уже начала вставать.

Зеб положил руку ей на плечо.

— Что? — спросила она.

Приподняв ее подбородок, он провел пальцем по ее губам. Его темный пристальный взгляд встретился с ее.

— Трансформируйся.

Опять? Но его глаза пригвоздили ее к месту, и она не могла ему отказать. Дверь в ее животную форму еще не полностью закрылась, и она, не задумываясь, скользнула в волка. Счастье разлилось по ней, когда Зеб погладил ее по шерстке и потянул за уши.

Он отступил, и она огляделась в поисках Шея.

Там. Прилив вожделения поразил ее, но, Боже, он был прекрасен. Он стоял в центре луга, выставив уши вперед, высоко подняв хвост, лунный свет поблескивал на его серебристо-серой шерсти. Ее сердце наполнилось любовью, когда она побежала. Секундой позже к ним присоединился Зеб, его темный мех задевал ее.

Шей гавкнул один раз и побежал вприпрыжку по шелковистой траве, пугая кроликов и мышей, когда повел их с луга.

Бри последовала за ним, ударяясь лапами о мягкую траву, хвост высоко поднят. Ощущение бега с парой было пьянящим. Мощным. Она могла вспомнить медленное ухудшение своего здоровья, свое истощение в конце каждого дня и свое одиночество. Теперь она была здорова, любима и связана узами.

С каждым шагом она старалась выразить Матери свою благодарность.

Тропа вилась все выше и выше, пока они не вышли на покрытый травой холм, высоко над долиной. Луна задержалась над горами, ее свет казался мягкой лаской. Их окружали темные леса и покрытые белым покрывалом вершины.

Зеб растянулся на траве. Бри уже хотела было присоединиться к нему, но подошел Шей. Его тело было огромным, излучая тепло и силу. Он медленно обошел ее, принюхиваясь, облизывая ее нос и подбородок. Его запах был мускусным и очень мужским, пробуждая в ней жгучую потребность. А потом он оказался позади нее, его дыхание коснулось ее скрытых частей тела. Она раздвинула задние лапы, ее хвост слегка отклонился в сторону.

Одним рывком он оказался на ней, гораздо тяжелее Зеба. Она была скользкой и готовой, когда его член вошел в нее, и с каждым толчком он становился все толще, пока почти не стал больше, чем она могла выдержать. Его передние лапы прижимали ее, когда он врезался в нее, и ее голова кружилась от радости, что ее взяли, что она желанна.

Боже, она так сильно любила их обоих.

Его зубы сомкнулись на ее загривке, посылая дрожь по ее спине. Потом все расплылось, и она снова стала человеком.

Ее руки сияли белым в лунном свете. Она увидела загорелое мощное предплечье Шея рядом со своим на секунду, прежде чем он схватил ее за бедра. Он приподнял ее выше, прижимая к себе, и она задохнулась от этого ощущения.

Ее руки стали резиновыми, и она опустилась на локти, когда его ритмичное покачивание охватило ее тело. Давление внутри нее росло все больше и больше, пока она не взорвалась сокрушительным взрывом, посылая удовольствие струиться по ее венам, как будто она впитала сам лунный свет.

Пока она тяжело дышала, руки Шея болезненно сжались, и он сделал глубокий и сильный толчок. Он кончил с низким рычанием, которое сменилось на песню любви, когда его лоб прислонился к ее спине.

— Tha gaol agam ort, волчонок. — Он встал и поднял ее на ноги. Обхватив ее руками, он прижал ее к себе. В своих обычных объятиях он ласкал ее задницу и напористо целовал. С довольным вздохом он передал ее Зебу.

После того, как Зеб закончил целовать ее, он убрал ее мокрые от пота волосы со лба. Его зубы блеснули белым на его смуглом лице.

— Ты выглядишь сбитой с толку, маленькая женщина. — Кто, я? Она вздрогнула при воспоминании о лапах на ее пушистых плечах, о запахе…

— Мы были волками. Я имею в виду, мы занимались любовью и…

Когда Шей уткнулся носом в ее шею, Зеб провел костяшками пальцев по ее щеке и сказал:

— Под луной Матери, связанные узами оборотни одного вида, могут спариваться в обеих формах.

— Это еще одно благословение Матери. — Шей посмотрел на луну, едва показавшуюся над вершинами гор. — Давайте споем ей. — Он обернулся, встряхнулся и подошел к краю холма над лугом. Зеб встал рядом с ним, темный мех рядом со светлым, а затем Бри.

Шей трижды гавкнул, задрал нос и издал долгий одинокий вой. Зеб присоединился к нему, его вой был ниже и грубее. Затем Бри добавила свой, и их голоса слились воедино, наполнив долину примитивной мелодией, столь же прекрасной, как мир вокруг них.

Они пели до тех пор, пока последние отблески лунного света не исчезли с горных вершин.

Глава 40

Колд-Крик, Территория Северных Каскадов

Их путешествие подошло к концу и пришло время возвращаться обратно. Не желая расставаться, они все забрались в грузовик Шея. Пока тот вел машину, Зеб смотрел в лобовое стекло, стараясь не обращать внимания на боль в груди. Деревья по обе стороны дороги проносились мимо, слишком быстро, на его взгляд. Приближая их к концу. Над головой солнце пробилось сквозь утренние дождевые тучи, как луч надежды. Луч надежды. Зеб фыркнул. Если бы.

Бри села между ним и Шеем, и в ее глазах блестели слезы. Зеб взял ее за руку и нежно сжал.

Прошлой ночью они пересекли территорию Калума. Приветствие от Херне и Матери, которое получает каждый оборотень, возвращаясь на свою родную территорию, было мучительно сильным. Хотя лес Олимпик был прекрасен, все внутри Зеба вибрировало от осознания того, что территория Северных Каскадов была его домом.

Бри не была готова — черт, он тоже. Возвращаясь домой, он никогда раньше не испытывал такого чувства.

Она плакала. Его милая женщина, которая сталкивается с трудностями с высоко поднятой головой, плакала так сильно, что это разбивало ему сердце. У нее никогда не было дома — и она знала, что и у них тоже. Она страдала из-за чувства утраты и своей вины за них. В итоге они разбили лагерь прямо там, в лесу.

Несомненно, Калум почувствовал, что они вторглись на его территорию, но Бри этого не знала, иначе она бы нервничала еще сильнее.

По крайней мере, Козантир не послал кахира выследить их прошлой ночью. Зеб не был уверен, почувствовал ли он облегчение или нет.

Шей положил руку Бри на колено.

— Мы поговорим с Козантиром, затем соберем вещи и уедем. Быстро и легко.

— Конечно. — Ее подбородок вздернулся, как будто она покидала не первый дом, который знала.

Губы Зеба сжались. Нечестно. Она не сделала ничего плохого. Но выбора не было.

— Мы будем вместе, — грубо сказал он.

— Спасибо Матери за это, — пробормотала Бри.

— Наконец-то разобралась со своими Богами? — радостно спросил Шей.

— Да, ну, после прошлой недели, ее трудно отрицать. — Шей проехал через Колд-Крик и свернул на главную улицу. — Ой-ой.

Две козлы для пилки дров перегородили улицу у закусочной Энджи. Сбоку была припаркована машина шерифа, к которой прислонился Алек. Люди — в основном оборотни — выстроились вдоль тротуаров.

Перед козлами, в одиночестве посреди улицы, Козантир ждал, скрестив руки на груди.

— Похоже, нас ждут, — пробормотал Зеб. Его внутренности сжались. Они с Шеем заверили Бри, что Калум не бросит их замертво на месте, но у Козантира была власть и право, если он решит это сделать.

— Похоже на средневековую виселицу. — Нахмурившись, Шей припарковался на обочине. Он подарил Бри долгий поцелуй, прежде чем выйти.

Зеб сделал то же самое. Прежде чем закрыть дверь, он провел костяшками пальцев по мягкой щеке Бри, желая прикоснуться к ней в последний раз. Так, на всякий случай. Затем он взял ее за подбородок.

— Оставайся здесь. Не выходи из грузовика. — Независимо от того, что ты увидишь.

Он догнал Шея, затем плечом к плечу они подошли к Козантиру. В его глазах была чернота Бога, и Зеб почувствовал, как его сердце пропустило удар.

Калум посмотрел за них, и его брови зловеще сошлись на переносице.

— Ты сказал ей, чтобы она оставалась в грузовике? — От страха у Зеба скрутило живот. Планировал ли Козантир наказать и ее? Он сглотнул. Избивай меня, убей меня, не трогай Бри.

— Да. Козантир, пожалуйста… — Козантир слабо улыбнулся.

— Так не пойдёт. — Секунду спустя он услышал топот шагов, а затем Брианна протолкнулась между ним и Шеем. — Кал… Козантир. Это была моя вина, что они ушли, все по моей вине, так что если тебе нужно кого-то убить, это должна быть я.

— Действительно.

Черт, все шло не очень хорошо. Бри вздрогнула, когда глаза Калума, черные, без единого проблеска света, поймали ее взгляд. Сила в нем была подобна раскату грома в ее костях.

— Люди видели вас?

— Только в человеческом обличье, чтобы предупредить их об убийце в том районе, — ответил Шей. — Мы вообще не трансформировались. — Черный пристальный взгляд блуждал по их телам, задержавшись на руке Зеба, хотя его рукав прикрывал рану.

— Адская гончая?

— Мертва. Мы оставили его тело в квартире Бри, — сказал Зеб.

— Мы начисто вытерли ее револьвер и выбросили его в Пьюджет-Саунд, — добавил Шей. — Люди могут быть сбиты с толку, но ничто не укажет на Даонаинов.

— Козантир, — сказала Бри. Парни заверили ее, что с ними все будет в порядке, но она могла сказать, что Козантир заставит их заплатить. Она должна вывести отсюда своих мужчин. — Мне пришлось вернуться. Он убивал моих соседей, пока искал меня. — Она выставила руки перед своими мужчинами, как будто могла помешать ему причинить им боль. — Зеб и Шей просто пытались уберечь меня. Это не их вина.

Выражение его лица не изменилось. Она никогда не представляла, каким холодным может быть его лицо.

— Брианна. Поскольку твои действия не разоблачали существования Даонаинов, и поскольку ты новый оборотень, ты прощена.

Она почувствовала, как мужчины расслабились, и знала, что эти болваны беспокоятся не за себя, а только за нее.

— Спасибо, Козантир, — сказал Шей, и Зеб вторил ему. Благодарность в их голосах заставила ее зарычать. Они шагнули вперед, прикрывая Бри собой, как будто боялись, что он передумает.

— На колени. — Мужчины упали на колени, будто у них подкосились ноги.

Холодок пробежал по телу Бри, когда она вспомнила, как умер Клаус.

— Нет! — Она обошла их, увернувшись от хватки Зеба. Встав перед Козантиром, она сложила руки на груди в умоляющем жесте. — Козантир, пожалуйста, они только…

Со сверхъестественной скоростью оборотня Калум схватил ее за левое запястье и поднял его в воздух. Ее серебряные браслеты блеснули на солнце.

— Брианна, Зебулон и Шеймус — твои спутники жизни?

Ее взгляд остановился на двух сверкающих полосах, ее сердце было слишком переполнено, чтобы сдержать радость, которая вылилась в ее слова.

— О, да, так и есть, — прошептала она.

Вспышка удовлетворения на лице Калума исчезла слишком быстро, чтобы она могла быть уверена в том, что видела. Он отпустил ее руку. Когда чернота в его глазах стала серебристо-серой, он отодвинул баррикаду из козел в сторону.

Бри перестала дышать, слыша только учащенное биение своего сердца. Никто не сдвинулся с места.

— Козантир? — спросил Шей после долгой паузы. Он был таким храбрым. — Значит, мы прощены?

— Да. — Губы Калума скривились. — Херне не встанет между женщиной и ее спутниками жизни. У Матери были бы его… рога. — Его рот изогнулся в настоящей улыбке. — Кахиры, Брианна, добро пожаловать домой.

Когда облегчение охватило Бри, она пошатнулась.

— Мы можем остаться? Правда, правда можем? — Она обняла Калума и крепко прижала к себе. — О, спасибо. — Он усмехнулся, обнял ее в ответ и осторожно протолкнул через козлы. Она услышала восторженный возглас Джоди, была поймана в крепкие объятия Энджи и Вики и поцелована в щеку Бонни. Секунду спустя Бри была окружена женщинами.

Шей ухмыльнулся, когда самки взяли в кольцо свою альфу, и их счастье хлынуло в него, как бурлящий ручей.

Стоя тихо, самцы его стаи ждали, и их поддержка и радость по поводу его возвращения отражалась тихим гудением в его костях. Моя стая, моя пара. Твердое плечо, что терлось о его, завершило его мир. Мой брат.

Встав на ноги и рывком подняв Зеба, он заметил, что владельцы магазинов выносят столы и стулья. Миски и тарелки с едой появлялись из разных машин и магазинов.

Проверив Козантира, который отошел в сторону, чтобы поговорить со своим однопометником, Шей понизил голос:

— Брат, или в Колд-Крик любят смотреть, как их Козантир убивает людей, или…

— Или нас подставил этот гребаный кот, — пробормотал Зеб. — Снова.

— Ты знал об этой штуке с узами? — сказал Шей себе под нос.

— Черт возьми, нет. — Зеб понизил голос еще больше. — Интересно, как близко мы были к тому, чтобы нас поджарили?

Калум повернулся и мрачно улыбнулся им.

— Очень, очень близко.

Шей поморщился. Козантир определенно обладал слухом горного льва. Калум добавил:

— Если бы в Сиэтле что-то пошло не так, Мать не смогла бы вмешаться. Помогает то, что Херне благосклонно относится к своим бойцам с адскими гончими — он был рад уступить вам, особенно после того, как вы убили еще одного демона. — Шей настороженно посмотрел на Козантира. Что это за человек, который разговаривает с Богом и Матерью?

Алек толкнул Калума в плечо.

— Черт побери, никто не наложил в штаны. Ты теряешь хватку, брат.

Глаза Калума загорелись весельем.

— Я постараюсь оправдать твои ожидания в следующий раз, шериф. — Его взгляд вернулся к Зебу и Шею, и снова вспыхнула тьма. — Сделайте так, чтобы в следующий раз это были не вы.

— Конечно, Козантир. — Шей слегка поклонился и услышал, как Зеб хмыкнул в знак согласия.

Когда Калум направился к толпе и началу празднования, глаза Шея сузились. Все эти приготовления были спланированы заранее. Когда же Козантир успел побеседовать с Богами?

Он потер подбородок, вспоминая, где они разбили лагерь прошлой ночью. Он повернулся к Алеку:

— Калум уже знал, что мы были связаны, не так ли?

— Да. Он сказал, что вы были настолько хорошо связаны, что осветили край его территории, как огненный шар. Он был чертовски доволен. Как и я. — Алек протянул руку. — Хорошая работа, кахиры. — Они пожали ему руку и отважились войти в толпу людей. Похлопывание по плечу от самцов стаи, объятия самок, поздравления горожан.

Когда им наконец разрешили воссоединиться с Брианной, Энджи сунула им в руки бокалы с шампанским. Шум стих, и все выжидающе посмотрели на них.

Посмотрев на сбитую с толку Брианну, Вики сказала:

— В Колд-Крик молодожены произносят первый тост.

Шею даже не пришлось думать. Он шагнул вперед и поднял свой бокал.

— За наших друзей.

Плечо Зеба потерлось о его, когда он сказал грубым голосом:

— За нашу семью.

Брианна втиснулась между ними, и ее нежный голос был наполнен радостью:

— За наш дом.

— Конец ~

Примечания

1

Прим.: закон Ме́рфи — шутливый философский принцип, который формулируется следующим образом: «Всё, что может пойти не так, пойдёт не так»

2

Прим.: аллерговакцинация

Content

Шериз Синклер
Зима волка

Информация о переводе:

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Примечания