Аннулет. Книга 2 — Ученик

Глава 1

2 книга.

Первая здесь https://author.today/reader/353536

Глава 1

Аннулет Борей… Что-то неуловимое мелькало на границе памяти. Кто это или что? Где и когда я слышал это имя?

И вдруг, как удар молнии, — воспоминание. Моя смерть, странный сумасшедший профессор, который напоследок, перед тем как вытолкнуть меня в этот мир, требует явиться пред очи этого самого Аннулета. Чёрт, все так хорошо было!

— Еще раз повторю: мы не причиним тебя вреда, не отказывайся от великой чести! Поехали, — старший повернулся и уверенно двинулся вперед, будто не сомневаясь в моем решении последовать за ним. Видать, большой босс, привык повелевать, и чтобы слушались его беспрекословно.

А я что? Отправился следом. Устраивать бучу на улице не имело смысла. Если надо, эти ребята без проблем заберут меня силой. Не моя весовая категория. К тому же, понимаю, что своим вторым шансом на жизнь обязан тому самому долбанутому профессору, и, если есть возможность расплатиться, то надо «сжать яйца в кулак», как говорил мой тренер, и двигаться вперед!

Мы подошли к запыленному «минивэну». Впервые вижу в этом мире такую машину. Почему-то они здесь не слишком популярны. Открыв дверь, меня пропустили внутрь. Быстро юркнув, я устроился на самом удобном сиденье-диванчике в конце салона. Двое мужиков в халатах влезли за мной и уселись напротив. Оставшиеся разместились впереди. Самый молодой сел за руль, а главный — рядом с ним.

— Далеко ехать? — решил уточнить я. Машина тронулась, и после минуты молчания главный решил ответить на мой вопрос.

— К утру будем на месте, — словно нехотя процедил он.

Ничего себе! Я-то думал, мы поедем куда-то в город. Оказывается, впереди десять часов дороги. Как-то стрёмно. Достав телефон, я собрался набрать деду и предупредить его, но один из сидевших напротив резко выхватил аппарат у меня из рук.

— Никаких звонков! — с сильным акцентом произнес он. Нажав на боковую кнопку телефона, дождался выключения и передал вперед — старшему. Тот, не глядя, бросил его в бардачок.

Нормально поездочка начинается. Хорошо хоть поужинать успел. Всегда стараюсь находить какие-нибудь плюсы в любой ситуации. Да и диванчик удобный. Судя по хмурым лицам сопровождающих, настроены они серьезно и общаться не собираются. Ну нет так нет. Лег на диванчик, положив под голову рюкзак, обнаружил на соседнем сидении плед. Отлично! Накрывшись и устроившись поудобнее под неодобрительными взглядами странных мужиков в халатах, прикрыл глаза. Давно знаю, что, если от тебя ничего не зависит, надо расслабиться и получать удовольствие. Машина едет тихо и плавно, время позднее. Значит, надо успокоиться и поспать. В обществе таких суровых дядек мне ничего не угрожает. А утром уже будет понятно, что это за Аннулет, и зачем я ему сдался.

Сам не ожидал, что отрублюсь практически мгновенно. Не знаю, сколько проспал. Разбудили меня яркое солнце и мочевой пузырь, который настойчиво просил сделать остановку.

Сев на сиденье и сбросив плед, я осмотрелся. Один из сопровождающих спал, второй, как положено, — бдил. За окном мелькал наискучнейший пейзаж. Голые пустынные степи, прожаренные солнцем.

Громко затребовал остановку, угрожая, что долго не вытерплю, а салон портить не хотелось бы. Водитель не спеша сбавил скорость и съехал на обочину. Выйдя, я сделал свои дела. На улице было хорошо. Слегка прохладно, я бы сказал — свежо. Встряхнув плечами, я потянулся. Взгляду не за что зацепиться. Совершенно безлюдная местность.

Забрался обратно, поинтересовался, долго ли еще ехать. Ответа не дождался. Ну, как и ожидалось. Парни не отличаются разговорчивостью.

Примерно через час однообразный пейзаж начал меняться. Сначала появились редкие одинокие деревья, потом они стали встречаться все чаще, местность становилась более холмистой, добавилось зелени. То тут, то там вдалеке виднелись стада животных. Мы свернули с основной трассы и закружили среди холмов. Похоже, конечная точка пути уже близко.

Я не ошибся — вскоре мы подъехали к особняку, расположившемуся за очередным холмом. Высокий и широкий, облицован белым, слегка обветренным камнем. Второй этаж поддерживали внушительные колонны. Слева и справа на втором этаже — большие балконы. Правда, больше всего удивляла безлюдность. Ворота открылись автоматически, во дворе никого не было. Когда мы подъехали к крыльцу, дверь не открылась, и никто к нам не вышел. Наш дом в Хадыженске был раз в пять меньше, но жизнь там кипела. Здесь же все выглядело несколько запущенным, будто в этом месте давно никто не жил.

Все так же молча мы выбрались из машины, и главный уверенно направился к дверям. Я, скорее, чтобы позлить его, остался стоять во дворе, с улыбкой наблюдая, как местный босс, излучая уверенность и не сомневаясь, что я послушно следую за ним, открыв дверь, исчезает в холле. Охрана нырнула туда же, за исключением самого молодого, который остановился возле меня. Его лицо оставалось каменным, но я видел, что тонкие губы парня всего на мгновение тронула улыбка. Мы молча наблюдали за закрывшейся дверью. Спустя минуту из нее высунулся один из мужиков и удивленно уставился на меня.

— Сюда иди! — с сильным акцентом коряво прогавкал он. В ответ я пожал плечами. Мужик скрылся, а затем показался босс. К моему сожалению, вывести его из себя было не так просто. Босс все с тем же невозмутимым лицом подошел ко мне и слегка поклонился. Затем рукой показал следовать вперед.

— Аннулет Борей вас ждет. Идемте, — дождавшись, когда я начну движение, он встал за моим плечом. Один из мужиков шел впереди, открывая двери.

Пройдя через холл, мы по широкой лестнице поднялись на второй этаж. Затем прошли через несколько комнат с зачехленной мебелью. Спустя пару поворотов и дверей попали, судя по всему, в кабинет. Вряд ли бы в спальне стоял посреди комнаты огромный П-образный стол, да и стены, отделанные деревянными панелями, выглядели по-рабочему.

У меня из-за плеча вышел старший. Подойдя к одной из стен, приложил руку к только ему видимой точке и толкнул панель влево. Она с тихим шуршанием отошла в сторону, открыв моему взору каменную лестницу, винтом уходящую вниз, в темноту. Стоило замыкающему ступить на первую ступень, как позади закрылась дверь, а в стенах зажглось тусклое освещение.

Спускались мы достаточно долго, явно не два этажа, а все двадцать, пока не вышли в большой зал со стоящим посередине обелиском. Это был не алтарь, как у Кутыевых, а вот прям настоящий обелиск высотой метра три. Он казался абсолютно цельным, совершенно без стыков. Светло-серые грани слегка поблескивали в тусклом освещении. Было видно, что камень очень стар, и время его не пощадило. Во многих местах чернотой сверкали сколы и выбоины.

— Прикоснись к нему обеими руками, — прервал мои размышления голос старшего.

Все остановились в нескольких шагах от обелиска, как будто боясь пересечь невидимую мне черту. Я же, не заметив этого, подошел почти вплотную, — так меня захватили вид и то величие, которое источал старый камень. Пожав плечами, я, не думая, прижал обе руки к обелиску — и через мгновение очутился в уже знакомой комнате чокнутого профессора, который расхаживал по ней с задумчивым видом.

— Ну здравствуй! — улыбнулся он, увидев меня. — Садись, — махнул рукой на старый стул, сам же продолжил ходить по комнате.

Усевшись на неудобное сиденье, я осмотрелся. Стены комнаты были покрыты светлой плиткой, и она чем-то напоминала пыточную из фильмов ужасов. Тут, наверное, удобно кровь смывать с пола и стен — просто поливая водой из шланга. Как будто услышав мои мысли, профессор остановился рядом со мной и щелкнул пальцами. Не успел я и моргнуть, как мы оказались на огромной каменной площадке, расположенной на вершине горы.

— Так лучше? — уточнил у меня всклокоченный тип. — То, что ты видишь, — лишь проекция из твоей головы. Почему-то ты решил, что я — как там? — «долбанутый профессор», и обязан творить свои страшные дела именно в такой комнате. Должен сказать, мне не слишком нравится тот образ, которым ты меня наградил. Вроде, никакого повода для этого я тебе не давал. Почему ты меня не представил архангелом или богом с длинной седой бородой? Что вообще творится у тебя в голове?

— Хм… — я прокашлялся, даже не зная, что на это ответить, — прошу прощения. Но если вы поясните, кто вы и для чего я вам нужен, наверняка ваш образ изменится!

— Мы — Аннулет! — пророкотал он громко, и эхо его голоса отразила долина.

— Очень приятно. Но пока не слишком понятно.

— Мы Аннулет, зовут меня Борей. Смотри же! — В этот миг я перенесся в другой мир. Мы зависли над большим городом, чем-то похожим на древний Рим. Затем двинулись вперед по кругу, облетая его. Я с любопытством рассматривал проплывающие внизу дома, площади, рынки. Здесь жило много людей. Одеты они были в яркие цветные одежды, на их лицах я видел улыбки. Вскоре мы подлетели к роскошному дворцу. Перед ним бил огромный фонтан, было много зелени, цветов. Вазы и статуи украшали дорожки, по которым степенно ходили люди, любуясь окружающей красотой.

— Это мой бывший дом. Столица моей страны, — пояснил Аннулет. После чего мы поднялись выше, и я увидел большую страну с лесами, озерами, морями, — на нашей планете было четыре континента, — мы поднялись еще выше и облетели вокруг планеты. Аннулет показал мне все континенты, между которыми лежали океаны.

— Я правил мирно больше тысячи лет. Мы познали искусство, магию, окружающий мир. Но случилась беда, — мы стали приближаться к другой планете, и я стал замечать черные пятна, которые постепенно разрастались. Это было похоже на сыпь. Сначала маленькую и редкую, потом пятен появлялось все больше, они стали увеличиваться в размерах. Пока эти фурункулы не прорвало, и из них не ринулись нескончаемые толпы людей с оружием.

Аннулет приблизил орду наступающих на город. Те, кого я сначала принял за людей, оказались страшными чудовищами. Люди с головами волков, быки с человеческими руками — все они смотрелись уродливо и жутко неестественно, как будто криворукий ребенок слепил чудовищ из того, что было, совсем не заботясь ни о внешнем виде, ни о функциональности.

— Что это? — удивленно выдохнул я, захваченный этим жутким зрелищем.

Вот они столкнулись с армией людей. Чудовища активно пользовались магией, создавая огромные огненные шары, которые прорубали целые просеки в массе человеческого воинства. Затем вперед выступили другие отряды. Они использовали дубины и мечи. Чудовища двигались вперед, не считаясь с потерями.

— Кто и зачем мог создать такое уродство? Ведь они не могут нормально жить, дышать, есть, размножаться. Они вообще не могут существовать!

— Ты прав — они живут максимум пару дней, при этом страшно мучаясь. Само их существование причиняет им жуткую боль. Представь, что собрали все живое на планете в один чан, тщательно перемешали, потом слепили в один комок и, понемногу отщипывая, даже не глядя на то, что получилось, отправили в бой.

— Это ужасно, — прошептал я враз охрипшим голосом.

— С нашим народом это произошло уже во второй раз. Мы снова бежали, — Аннулет показал большую площадь, забитую людьми, — это я, — указал на мужчину, который возвышался над всеми. Роста в нем было под три метра. Аннулет стоял на вершине лестницы, ведущей к площади и испещренной различными рунами, — наши предки разработали ритуал открытия врат в другие миры. Для этого и нужен Аннулет. Я веками собираю магическую силу только для этого ритуала. Ко мне приходят умирать великие маги и воины, отдавая свои знания и остатки сил во славу следующих поколений. И вот пришла пора отдать всего себя без остатка, чтобы мой народ выжил, — Аннулет закончил ритуал и направил магию в символы. Прямо на глазах он начал усыхать и стареть. Когда предводитель превратился в древнего старика, площадь ритуала покрылась туманом, и вся людская волна, всколыхнувшись, двинулась в него.

— Это был портал в ваш мир. На каждом континенте был свой Аннулет, и мы в один день открыли порталы и продержали их так долго, как смогли, — Борей замолчал, задумавшись о чем-то своем. Скорее всего, вспоминая прошлое.

— Что же было дальше? — прервал я его размышления.

— Дальше… Мой дух вселился в скалу, таким образом запечатав проход в этот мир. Тоже случилось и с остальными Аннулетами. Мы теперь были на страже. Наша задача — охранять людей и вырастить себе смену, передав ей свои знания и умения.

Но была проблема. Ваш мир оказался населен разумными. Практически такими же людьми, как мы сами. Те, кто пришли со мной, растворились в общей массе. Нас спаслось не так много, как хотелось бы. Мы создавали ордена, передавали знания, пытались влиять на людей, чтобы захватить власть и построить свое общество.

Мы не преуспели. Потом люди обнаружили удивительные свойства скал, в которых существовали наши души. Сначала откалывали по кусочку и делали амулеты, потом — стелы и алтари. Через них я говорил и даровал силу родам, что делились со мной магией и знаниями.

Прошло несколько тысяч лет. Мир изменился, и многие знания были утрачены или потеряли актуальность. Большая часть моих сил ушла, и все меньше родов пыталась их восполнить. Один из Аннулетов, Ромул, погиб в Европе несколько тысяч лет назад. Нас осталось трое: Луакорт в Африке, Махерд в Азии и я, Борей, на стыке Европы и Азии. Мы — одно, мы едины, хотя каждый и имеет свое сознание.

— Это как? Типа Змея-Горыныча? Одно тело и три головы? — решил уточнить я.

— Что? — Он обратил свой взор на меня, и я почувствовал, как перематывают мою память. Весьма неприятное ощущение. — Какой странный образ — Змей-Горыныч. Мы, скорее, как триединый бог!

— Ладно, чувствую, мне этого не понять, только мозг сломаю. Так чего ты хочешь от меня? — Мы снова оказались на горном плато.

— Мне нужна твоя помощь. Благодаря тому, что я поймал твое сознание, мы с тобой можем общаться напрямую. Когда ты находился у меня, мне удалось кое-что перестроить. Можно сказать, ты прошел настоящий ритуал, суть которого — выход души из тела. Чем дольше твоя душа находится рядом со мной, тем сильнее она перестраивается. Даже действующий император не рискнул выполнить полный ритуал, ограничившись частичным, и не может держать со мной нормальную связь. Мне удается передавать ему только образы, которым император не слишком доверяет!

— Понятно, — я присел на каменный пол. От свалившейся информации у меня случился нервный перегруз — хотелось смеяться и уже не получалось серьезно все воспринимать, — получается, это из-за того, что я взял себе псевдоним Нео? И теперь я — избранный? — нервно рассмеявшись, попытался пошутить я, но сразу заткнулся, сообразив, насколько это сейчас неуместно.

— Давай не будем дискутировать о причинно-следственных связях. Может, ты подсознательно ощущал свою избранность и именно в этой связи выбрал такой образ? — неожиданно поддержал мой тон Борей. Видать, тоже понял, что мне необходимо разрядить обстановку.

— Так, и что мне делать? Я же ничего не умею. Да и мир спасать… слишком уж я мелкая величина. И по силам, и по умениям, и по сословию, и по финансовому состоянию. Я, по сути, никто. И, признаться честно, не считаю себя достойным стать выше остальных.

— Мир пока спасать не надо. У вас есть лет пятьдесят, а может, и сто, до масштабного вторжения. Для начала помоги мне восстановить силы. Они постоянно уменьшаются, я теряю связь с другими частями. Амулеты, родовые алтари — все перестают отзываться. Осколок моей души, мое дитя, оставался у Кутыевых. Я знаю, ты пытался наладить с ним связь. Верни мне его. Надолго не откладывай, но и спешить не стоит, — Аннулет стал говорить очень быстро. — Сейчас я передам тебе немного знаний. Твое человеческое тело уже мертво. Мы немного задержались, приходи завтра. Сейчас поспеши, у тебя не так много времени. Помни, ты теперь хозяин родового обелиска рода Максютовых, я тебя признал. Тебе придется стать их главой.

После этих слов меня вышибло с плато, и я почувствовал свое одеревеневшее тело. Это были странные и неприятные ощущения. Сердце не билось, руки-ноги не двигались. Как только я осознал себя и свое положение, сразу запустил магию из источника, прогоняя её по кругу. Сердце мгновенно отозвалось мерным стуком, разгоняя кровь, и я смог открыть глаза.

Похоже, Борей ничуть не лукавил, говоря, что мое тело умерло. Не знаю, сколько меня не было в этом мире, но сейчас я лежал на полу и понимал, что со мной все в порядке. Пошевелил руками, ногами. Покрутил головой. Поднялся с пола очень аккуратно, стараясь не касаться обелиска. Я повернулся лицом к своим сопровождающим — они упали на колени и, вытянув вперед руки, распластались на полу. После чего старший, оставаясь по-прежнему в такой позе, приподнял голову:

— Мы рады приветствовать нового главу рода Максютовых, — громко воскликнул он.

Глава 2

Глава 2

Не, ну, прикольно, а чё? Меня так еще никогда не приветствовали.

Мановением руки я поднял людей с пола. Даже не знаю, как их теперь правильно называть. Вассалами? Может, поклонниками? Или адептами?

Что-то меня не туда занесло. Нервы явно шалят, а когда я нервничаю — начинаю юморить. И, как правило, не слишком успешно. В общем, поднял их с пола и направился по винтовой лестнице наверх, в кабинет, где мы со старшим уселись за стол. Он начал объяснять мне диспозицию.

Хоть тело меня слушалось хорошо, учитывая пережитую клиническую смерть, мозги ворочались с трудом. Даже ускорение, которое я применил, не помогло, поэтому я слушал рассказ старика не очень внимательно.

— Меня зовут Ураз Максютов, нашему роду более пяти сотен лет. Нас еще называют «Айдаровы дети», — начал он свое повествование. Еще минут пятнадцать я слушал историю рода и рассказы о славных предках.

— Стоп, — остановил я словоохотливого Ураза, — давай так — вот этот весь ликбез и историю рода оставим на потом. Сейчас ответь просто на пару вопросов. К тому же, я хочу есть, и неплохо было бы отдохнуть. После встречи с Аннулетом в мозгах туман… — честно признался я ему.

— Хорошо, господин. Спрашивайте, — предложил Ураз, а я задумался. Что меня интересует в первую очередь? Оказалось, не так просто уложиться всего в пару вопросов.

— Почему вы признали меня главой рода, и что мне с этим делать?

— Мы — приверженцы традиций, и всегда проходим полный обряд на обелиске рода. Но уже почти сто лет Аннулет не выделял среди нас самого достойного. Я был последним главой рода не по выбору Аннулета, а по старшинству.

— Еще бы понимать, что все это значит. Чем отличается глава рода по старшинству от главы по выбору Аннулета? — слегка поморщившись, уточнил я. Не очень хотелось демонстрировать свою необразованность.

— По старшинству — это по главной крови ветви. Я могу пользоваться силой родового амулета, как и многие другие, прошедшие обряд. Если бы меня выбрал Аннулет, я смог бы пользоваться силой любого представителя рода, носящего амулет. Не только сам пользоваться, но и передавать эту силу другим в роду. Когда ты прошел обряд, все владельцы амулетов ощутили, что появился новый глава рода, признанный Аннулетом! — Ураз слегка поклонился мне. — Я могу отправить людей за официальными представителями властей, чтобы все оформить и передать вам род по документам.

— Но? — Судя по тону, Ураз готов был это все сделать, правда, явно с неохотой. — Есть какое-то «но»? Вижу, что сам ты не одобряешь подобного решения.

— Воля Аннулета священна! Мы всегда следовали ей! — Его глаза на мгновение фанатично вспыхнули.

— Это я уже понял, но что ты сам думаешь?

— Не стоит спешить, — просто ответил Ураз.

— Меня не признают? Или что? Мог бы ты объяснить более подробно?

— Вас признают. Все ощутили изменения. Раньше амулет, — он достал из-за пазухи камешек на веревочке, — только забирал энергию и в случае нужды сам решал, делиться ею или нет.

— Этакий своевольный накопитель, — произнес я свои мысли вслух, чем заработал неодобрительный взгляд собеседника.

— Теперь он постоянно работает, даже не надо обращаться к нему. Так было раньше, мне дед рассказывал.

— Так что мешает мне стать официальной главой рода Максютовых? В роду будут недовольные? Враги оживятся? Давай начистоту, — решил помочь ему я.

— Урон чести. Мы растим своих сыновей, и все они проходят полный ритуал. Аннулет благосклонен к нам. Смертность невысока. Последний раз из девяти участников восемь прошли ритуал. Аннулет хоть и жесток, но справедлив. Говорят, в Африке ритуал проходит, в лучшем случае, один из пятнадцати, — Ураз многозначительно помолчал и продолжил:

— Наша главная проблема — вы чужой человек. Не знаете наших обычаев, наших устоев и истории. Вы не знаете нас, мы не знаем вас. Получается, дети Айдара за сто лет не смогли воспитать достойного, — он взмахнул руками и опустил голову, — но никто не ослушается Аннулета. Я готов отправить людей за чиновниками. Мы смирим свою гордыню, но что скажут другие кланы?

— Давай не будем с этим спешить, — притормозил его я, — мне, как видишь, всего восемнадцать лет, и через пару недель надо будет отправляться в гимназию, где предстоит учиться два года. Так что официально оформлять всё это сейчас не вижу смысла. Я же могу оставаться как бы тайным главой? А ты — моим заместителем, выполняющим функции главы? Никому же не обязательно знать, кто на самом деле занял должность главы?

— Благодарю за понимание, — он с достоинством поклонился, — это хороший вариант. Мы не обязаны представлять нового главу рода и всем сообщать, что он — чужак.

— С этим вопросом разобрались. Какие-нибудь обязанности у меня появились, с которыми ты не сможешь справиться? — задал я интересующий меня вопрос. Пока вообще не хотелось взваливать на себя род. Наверняка там и проблем хватает, которые пришлось бы решать. Не люблю того, что приходит даром, а именно так я расцениваю назначение себя главой. Не заслужил. Да и не воспитывался я для этого, не знаю всех раскладов, обычаев и прочего. Прав Ураз. Да и, честно говоря, не нагулялся я еще! Хочется вольной жизни безо всяких обязательств!

— Для начала прошу принять браслет главы, — Ураз достал из кармана коробочку и протянул её мне. Открыв крышку, я увидел достаточно массивный браслет из серого камня.

— И что мне с ним делать? Надеть? — Я взял браслет в руки и покрутил. Он был достаточно тяжелым. Ходить с такой штукой постоянно мне точно не хотелось.

— Наденьте на левую руку.

— Ладно, — кое-как засунув руку внутрь, я защелкнул браслет вокруг запястья.

— Теперь подайте энергию.

— Сделал, — напитав браслет, отчитался я, с удивлением глядя на происходящие метаморфозы. Камень, как живой, плотно облепил мою руку и начал уменьшаться, пока не превратился в тонкий, почти незаметный легкий браслетик шириной в полсантиметра. Его поверхность была испещрена непонятными символами. То ли руны, то ли местный татарский язык. Ни того, ни другого я не знаю. Удивительно, но я его практически не ощущал. Однако стоило подумать о нем, как руку охватывало тепло, а в голове начинала всплывать информация, которой, похоже, поделился со мной Борей.

С помощью этого браслета я могу забирать энергию у любого члена рода Максютовых, носящего амулет. А могу и передавать энергию, наказывая или поощряя подобным образом. В случае войны такой источник может решить исход даже крупного сражения, ведь его энергию можно использовать безо всяких откатов! Именно с помощью подобных гаджетов раньше обходили ограничения ядра. Правда, осталось их немного. Такие штуки создавали первые люди, пришедшие в этот мир с Аннулетом. Следующие поколения уже не могли делать подобные артефакты.

— Это очень ценная вещь, во всем мире их осталось не больше двух десятков! — поделился со мной Ураз. — Вам удалось активировать его, это лишний раз подтверждает выбор Аннулета, — он снова мне поклонился.

В этот момент к нам заглянули и сообщили, что еда готова. Разговоры решили отложить на потом, а сейчас пора была подкрепиться.

Дом явно ожил: с мебели убрали чехлы, тут и там сновала прислуга, вычищая комнаты. После еды Ураз отвел меня наверх, в спальню, которая сверкала чистотой. В шкафу нашлась свежая одежда моего размера. Костюмы, рубашки, джинсы, халаты. Большой выбор на все случаи жизни. Удивлен, как они все успели подготовить. Сходив в душ, я улегся на кровать — подремать и привести в порядок мысли. Несмотря на сон в машине, нормально выспаться мне не удалось. Да и сейчас уснуть не получалось — слишком уж я был взбудоражен.

Обнаружил на столе свой телефон и первым делом набрал деда. Он не подошел, что было достаточно частым явлением, все-таки у него полно важных дел и не всегда находится время на беседу со мной. Позвонил Ефросинье и узнал, что у них в Хадыженске все в порядке. Поймал себя на мысли, что делаю что-то не то: вместо того чтобы оценить обстановку и новые знания, занимаюсь не пойми чем, откладывая решения на будущее.

Переодевшись в костюм, я, настраиваясь на работу, сел за стол и, достав свой многострадальный блокнот, начал разбирать текущие новости.

Итак, я теперь глава рода, пока номинальный. Думаю, в ближайшие два года мне не стоит рыпаться и менять статус. Своих дел хватает, незачем взваливать на себя лишние проблемы.

Аннулет дал задание разобраться с алтарем Кутыевых. Сроки не ограничил. Для него год, два, да даже пять лет не являются большим сроком. Существо, живущее тысячелетиями, по-другому смотрит на время. С какой стороны подходить к этой проблеме, пока не понятно, но в голове будем держать данную задачу, как приоритетную. Мир спасать не надо — и на том спасибо! Все, что в голову приходит, — надо пробраться к алтарю и попробовать наладить с ним контакт. Вопрос только, как это сделать. Род Кутыевых настроен ко мне враждебно. Не верю, что, если у них появится возможность избавиться от меня, они ею не воспользуются.

Борей передал мне немного знаний. Судя по всему, из-за этого в моей голове было столько тумана. Но сейчас информация улеглась, и мыслить получалось достаточно ясно.

Самое интересное — это знания по магическому ядру. Оказывается, у всех людей оно одинакового размера. Внешне — как грецкий орех, внутри которого бесконечность! Как черная дыра, в которую можно тысячи лет вливать энергию, а она все равно не наполнился. Проблема в каналах и их проводимости туда и обратно. Мне в голову сразу пришла аналогия с электричеством и проводами. Для многих электричество в розетке тоже бесконечно, но, если подключить супермощный прибор, скорее всего, провода сгорят и расплавятся, а не кончится электричество.

С магическим ядром и каналами примерно такая же ситуация. Даже накопив внушительный запас энергии внутри ядра, я не смогу его разом выплеснуть из-за слабых, тонких и нетренированных каналов. И еще проблема в откатах: когда маг начинает забирать много энергии, ядро само её выплескивает, но каналы и так загружены по максимуму, поэтому, если не остановить выплеск, тело просто погибнет.

То, что я вижу разный уровень свечения ядра, говорит не о его наполнении, как я раньше думал, а о мастерстве мага. Когда мастер или магистр готов применить магию, он насыщает ядро энергией изнутри и может долго находиться в таком состоянии. Именно поэтому оно так ярко светится. Уровни «ученик» и «учитель» не могут вызвать энергию и надолго удержать её внутри. Это я уже на себе не раз чувствовал. Кроме того, все мои попытки насытить ядра других людей, деда, например, — бесполезное занятие. Я могу подать энергию только на внешнюю оболочку магического источника. А уже от умения мага зависит, сколько он сможет переработать и отправить внутрь ядра.

В общем, мастерство зависит от того, сколько энергии маг может выделить из ядра для использования в определенный момент, и от развитости его каналов. Один из смыслов проведения ритуала на родовом алтаре — фактическая смерть тела, когда сердце перестает биться, кровь — идти по венам и сосудам. В этот момент магический источник продолжает работать и в авральном режиме пытается запустить тело, оживить его, максимально насыщая магией. Он не встречает сопротивления тела, на инстинктах вкачивая магию, расширяя каналы, заполняя собой и сердце, и легкие, и мозг. По-хорошему, пара подобных ритуалов существенно увеличивает способности магов. Но при этом ядро должно быть как следует заполнено, при этом еще и алтарь добавляет свою магию. Именно из-за необходимости заполненности ядра раньше не учили использовать магию до прохождения ритуала, чтобы кандидат был максимально наполнен, — это увеличивало его шансы на выживание.

Я же в этом мире чувствую себя читером. Повелитель воды — значит, могу энергию воды использовать практически без обращения к своему источнику. Мне моя магия нужна только для контроля этой энергии, и тут уже все будет зависеть от моего мастерства и знаний. Чем лучше я буду контролировать стихию, тем дольше мое ядро не будет идти вразнос. Второй чит — браслет. Тут так же, как и со стихийной магией: просто огромный источник чужой энергии, которым я могу пользоваться напрямую, почти не затрагивая свой. Соответственно, какое-то время смогу применять сильную магию, не опасаясь отката.

Так что, в первую очередь, нужны знания и контроль.

С другой стороны, в чем я видел главную дилемму? Стоит ли мне рвать жилы и становиться сильным магом? Да, сначала я, как полоумный, ринулся в этом направлении. Это вполне понятно — кто не хочет быть магом, тем более, имея такую плюшку, как видение магии и умение управлять стихией?

Но, если здраво поразмышлять, не уверен, что этот путь для меня. Вот в прошлом мире я был пловцом. Отлично развитое тело, хорошая физуха. Чем не чит? Но я не пошел в бокс или борьбу, что с моими данными давало бы мне неоспоримые преимущества. Не взял в руки автомат, не пошел в ВДВ. Так и здесь: магия — это тоже оружие, с которым надо учиться обращаться. И, думаю, на это нужно положить всю жизнь. Не проще ли мне заниматься своими делами и зарабатывать деньги и известность в других областях? Ведь с ними гораздо легче тупо нанять охрану или получить нужные связи. Обрасти вассальными родами, в которых будут маги, готовые встать на мою защиту.

Как мне надоели мои же метания! Вроде, только построил планы на жизнь, как все меняется. Получаю новые знания, вводные, переворачивающие все с ног на голову. Ладно, как говорится, будем посмотреть.

Вечером, после ужина, плодотворно пообщался с Уразом. Завтра с утра отправлюсь еще раз к Аннулету, затем меня отвезут обратно в Екатеринодар. После долгих уговоров ему удалось меня убедить в необходимости сопровождающих. Типа, без свиты мне никуда. Урон чести. Пусть даже её и не будет видно. Сошлись на минимальном количестве людей — два человека поселятся рядом со мной, готовые в любой момент прийти на помощь, подстраховать и решить нужные вопросы. Один из них, мастер, займется моим нормальным обучением. Деда пока не извещаю о сменившемся статусе, и вообще откладываем это дело на два-три года.

Затем Ураз сел на своего любимого конька и долго рассказывал о величии рода и местных раскладах. Правда, род, на мой взгляд, был не так уж и велик. Главный род и восемь вассальных — родственных родов. Общая численность — почти пятьсот человек, что, по меркам Российской Империи, совсем немного. У княжеских родов вассалы считались сотнями, а общая численность могла достигать миллиона человек. Это не только родственники, но и их вассалы, и просто работники, присягнувшие роду. Они не входили в сам род, но защиту имели, и в случае необходимости готовы были встать в строй словом и делом.

Главная особенность рода Максютовых — в силе, которую им даровал Аннулет. Не во многих крупных кланах было больше сотни мастеров, четыре магистра (один из них — Ураз) и две сотни очень перспективной молодежи.

Этот дом переходил в мое полное владение. Здесь останется прислуга, готовая принять меня в любое время дня и ночи. Проход к обелиску теперь для всех закрыт, так как появился настоящий глава рода. Теперь только я смогу провести кандидатов на ритуал. К счастью, проходит он всего один-два раза в году. Это теперь основная моя обязанность, как главы, которую ни на кого переложить не получится.

Еще приятная новость: Ураз выдал мне карточку с деньгами. Пусть я и не публичный глава, но бедствовать не должен. Решил для себя особо не злоупотреблять. Тем более, по словам Ураза, ко мне будут присматриваться. В роду, кроме Ураза, три магистра, и все имеют достаточно сильное влияние на дела рода и людей, входящих в него. Ураз из главной ветви, поэтому стоял во главе рода, точнее, совета, который и принимал все важные решения. Но некоторые превосходят его во влиянии. Они уже знают обо мне — такое не скроешь — и завтра приедут знакомиться.

Глава 3

Глава 3

Утром, неторопливо перекусив, Ураз показал, как открывать дверь из кабинета на лестницу в подвал, затем мы вдвоем спустились вниз. Я с некоторым содроганием подошел к обелиску и, преодолев внутреннее сопротивление, приложил к нему ладони.

— Приветствую тебя, — произнес чуть нараспев Борей.

Мы снова находились на горном плато. Только сейчас я обратил внимание, что образ Борея, как сумасшедшего ученного с всклокоченными волосами и в белом халате, совершенно не сочетается с этим местом, порождая некий диссонанс в восприятии. Слишком вокруг все величественно.

— Здравствуйте! — вежливо поклонился я в ответ на его приветствие.

— Сегодня у нас мало времени, — рядом с Аннулетом появились два кресла и столик, а на нем коробка с папками, — долго ты здесь не выдержишь, поэтому садись. Я обдумал твои слова о том, что ты слаб, — сам он не сел, а ходил быстрым шагом вокруг, — посещение Аннулета помогает, усиливая тело и дух. То время, когда ты находишься со мной, благотворно влияет на тебя. Но без практики это все — ничто. А практика без знаний невозможна. В былые времена великие люди, прожив достойную жизнь, сами выбирали время и приходили ко мне, отдавая свои силы и знания для грядущих. Сегодня такое случается все реже и реже. Чаще мне приносят либо смертельно больных, либо раненых, стоящих уже одной ногой в могиле. Люди слишком держатся за свою жизнь, — он с осуждением покачал головой и начал доставать тонкие папки из коробки.

— Так, что у меня тут есть? Вот, например, сильный целитель. Помню его. Лет триста прошло, силен был. Правда, в те времена даже не подозревали о бактериях и многое лечили кровопусканием, но умение управлять магическими потоками не сильно изменилось, — он положил папку на край стола и, порывшись в коробке достал следующую.

— Вот хороший мечник, привезли всего покромсанного, без руки и ноги, на последнем издыхании. Защищал свой дом. Порубил почти сотню врагов. Владел в совершенстве саблей, — эта папка легла поверх первой, — так, что тут у нас еще? Стихийник ветра, семьсот лет прошло. Но это даже хорошо, нынешние мастера и в подметки ему не годятся. Дальше у нас идет телохранитель главы рода. Сильный маг, неплохой боец. Не смог предотвратить покушение на главу, был легко ранен, глава погиб. Пришел добровольно, выбрав меня в качестве своего наказания, не смог жить с таким позором.

Борей еще пару минут перечислял оставшиеся в коробке папки — воины среднего уровня и главы рода. Они, конечно, были сильными, но глава рода, как правило, останавливался в своем развитии и основное время и силы тратил на возвышение клана.

— Можешь выбрать одного из них. На усвоение тебе понадобится от месяца до полугода. Время поджимает, поторопись, — Борей остановился напротив меня, я же в этот момент полностью завис. Вроде, вчера решил, что развиваться, как магу, в современном мире глупо. Нынче личная сила не имеет большого значения, на дворе все-таки не средневековье. Цивилизация… Знания целителя? Зачем они нужны, к тому же — настолько устаревшие. Сабельный бой на запредельном уровне? А готово ли мое тело к подобному? Да и не ходят нынче с саблями. Что там еще? Телохранитель, проспавший покушение… Может быть, выбрать стихийника? Но тоже с трудом представлю, как применять эти знания. Магические битвы остались в далеком прошлом.

— Что там еще осталось? Если коротко и из тех, кто посвежее? — поинтересовался я, глядя на коробку, которая даже наполовину не опустела.

— Слабые маги, — Борей махнул рукой, — есть воин, еще трое глав кланов, ничем не примечательные… Вот интересный случай — шпион и соблазнитель, его казнили с моей помощью. Еще любопытный паренек из свежих поступлений — все его таланты не раскрыли, но, говорят, был гением в компьютерах и обладал удивительной харизмой. А вот этот каким-то образом усиливал свое тело и регенерировал. Правда, это его все равно не спасло, как видишь. Но для тебя неплохой вариант. С моей помощью передаются не только знания, но и родовые таланты. Но только за последний день жизни. Знания получаешь сразу, полное раскрытие подольше. Нужны тренировки тела и, в случае магов, — каналов. Зачастую требуется наработка рефлексов. Это тоже время.

Вот еще воин, который всю жизнь посвятил хождениям по очагам, пытаясь раскрыть их загадку. В итоге заразился неизвестной болезнью и за три дня сгорел. Обладал способностью сродни невидимости. В свете грядущих событий его знания могут оказаться весьма полезны. Передаются не только знания и рефлексы, но и способности. Это очень важно. Их практически нереально приобрести иным путем. Они либо достаются при рождении, либо ими может наградить Аннулет при прохождении обряда.

Надо было срочно принимать решение. У меня появилось неприятное ощущения жжения в груди, становилось тяжело дышать. Похоже, мое тело снова отключилось.

— Давай того, кто регенерировал и усиливался, — прохрипел я.

— Да будет так! — пафосно воскликнул Аннулет, и под эхо его крика я вывалился в реальный мир.

Снова на чистых инстинктах запустил магию. К счастью, сердце не стало сопротивляться, и «мотор» моего тела мгновенно завелся, позволяя вдохнуть полной грудью. Как же хорошо быть живым!

Поднявшись с пола и толком не придя в себя, я побрел к выходу. В голове туман, мелькают какие-то образы людей, местности. Похоже, это чужие воспоминания смешиваются в моей голове с окружающей реальностью. Поднявшись в кабинет, я рухнул в кресло. Ураз сел напротив, молча ожидая, когда я приду в себя. Игнорируя направленный на меня внимательный взгляд, я закрыл глаза и окунулся в новые воспоминания.

Меня звали Григорий, на дворе шел двадцатый год прошлого века. Мы пришли усмирять татар, которые в это неспокойное время решили отделиться от Империи, создав независимое государство из соседних восточных и южных княжеств. Мне тридцать четыре года, и я — сильный боец. До нормальных званий не дослужился, в разведке это сложно, наши подвиги не слишком заметны. Такая служба любит тишину. У меня есть родовая способность — каменная кожа. Так-то она спит, но в случае опасности активация происходит практически мгновенно. Спасает даже от пули в упор. Были случаи. Да и регенерация у меня сродни чуду. Любая рана почти мгновенно затягивается.

Однако в этот раз все пошло не так. Во время разведки меня учуяли вражеские маги и попытались взять в плен. Пришлось спасаться бегством. Мой верный боевой товарищ, конь по кличке Липа, пал от пуль, а пешком по степи особо не побегаешь. Пара раз от меня отскакивали пули, а я продолжал упорно бежать, грамотно используя местность. Наконец-то стало темнеть, появился шанс оторваться от погони. Но мне не повезло — впереди ждала еще одна засада.

Бой против мечника я проиграл, не дотягивая по уровню мастерства, несмотря на то, что почти по два часа в день отдавал тренировкам сабельного боя. Первые пропущенные удары не смогли пробить мою каменную кожу, но мастер был слишком хорош. Удары сыпались один за другим, и мне удавалось парировать только один из трех. Вскоре способность дала сбой, и я получил первую рану, которая под изумленными взглядами врагов практически сразу затянулась. Но за ней последовала следующая рана, еще одна, и снова, и снова, пока я, обессиленный и истекающий кровью, не рухнул на землю. Тут-то меня спеленали и, посовещавшись, решили возложить на алтарь. Он любит необычных людей. Дальше все было банально: привязали к обелиску и взрезали ножом живот. Может быть, мне и удалось бы выжить, но проклятый алтарь высосал мои силу и душу до дна, даруя успокоение.

Вынырнув из воспоминаний, я огляделся, не сразу придя в себя. В мозгу прояснилось, появилось понимание, что в любой момент я смогу обратиться к памяти Григория, а многие из его рефлексов удивительным образом перекочевали ко мне. Я чувствовал в руках тяжесть сабли и был уверен, что, взяв её в руки, смогу неплохо сражаться. Так же, как и управлять конем, и стрелять из древнего пистолета, который нынче можно достать только в антикварной лавке. Но самое главное — мне было достаточно легкого мысленного посыла, чтобы ощутить, как моя кожа начинает затвердевать. Удивительно. Умение это, конечно, требует тренировки, но я справлюсь.

Что же, не самый плохой выбор. Тем более, учитывая, что я находился в цейтноте и надо было срочно принимать решение. Теперь, поняв, как работает этот перенос памяти, я немного жалел, что не взял память стихийника. Но Борей упоминал, что записываются последние сутки и переносятся только те способности, которые использовались именно в этот период. Так что с Григорием мне повезло — сразу две способности, которые он активно использовал.

— Глава, совет рода собрался и желает проявить вам свое уважение, — прервал мои размышления Ураз, видя, что я уже пришел в себя.

— Идем, — я решительно поднялся со стула и направился вслед за Уразом, который показывал дорогу.

Мы спустились в зал на первом этаже, где, сидя за большим столом, нас поджидало трое мужчин. Увидев меня, они поднялись и поклонились. Я ожидал, что главы отнесутся ко мне с пренебрежением или недоверием. Все-таки я слишком молод и, действительно, чужак, который непонятным образом через их головы взлетел на самый верх. Но во взглядах, направленных на меня, не было ничего такого. Они оценивали, изучали, но не сомневались в правильности выбора Аннулета.

— Глава, — произнес самый молодой, сделав шаг вперед, — позвольте представиться. Михаил Максютов, — чисто европейская внешность, слегка за тридцать лет. Если он мастер в таком возрасте — это очень высокий уровень. Одет в легкий светлый костюм. Достаточно длинные волосы темно-пшеничного цвета, прическа с пробором. Больше похож на средней руки бизнесмена. Внешность располагающая.

— Рад познакомиться, никогда бы не подумал, что у вас татарские корни, — улыбнулся я ему. Михаил произнес что-то очень быстро по-татарски, показывая знания и владения языком предков.

— Мне из-за этого немало доставалось. Мое детство прошло недалеко от этих мест. Хотя моя семья давно живет под Тулой, мы стараемся не отрываться от корней. А внешность у меня в отца. Моя бабушка Диляра, дай бог ей здоровья, родная сестра деда Ураза. Нашла себе достойного, но небогатого мужа, сохранив свою фамилию и продолжая род Максютовых. У нее было трое мужей и четверо детей. Так что наш род в Тульской области достаточно силен и многочислен. А то, что я не слишком похожи на татарина, неважно. Главное — дух и соблюдение традиций, — закончив, он отступил на шаг назад, давая возможность представиться следующему.

— Глава, позвольте представиться, Мухамедюсуф Карамышев, можно просто Юсуф, — поклонился мне следующий. Это был сухощавый мужчина невысокого роста с полностью седой головой. На вид ему хорошо так за шестьдесят, но видно, что по-прежнему силен и крепок. Слегка раскосые глаза смотрели на меня с хитринкой. — Мой род из Башкирии и тоже имеет общих предков с Максютовыми. Все мы — дети Айдара! — произнес он ритуальную фразу и сделал шаг назад.

Последний на лицо был вылитый татарин — темные волосы, татарские глаза — но вот фигура подкачала: невысок и широк в плечах. К своим пятидесяти годам набрал лишний вес. Нельзя было сказать, что он толстый, но то, что погрузнел, однозначно. Его пальцы были украшены золотыми перстнями, и вообще выглядел он богаче остальных, точнее, выставлял напоказ свое богатство. Перстни на пальцах, толстая золотая цепь на шее. Дорогой костюм и последняя модель телефона. Все это бросалось в глаза.

— Павел Богданов, — представился он, — рад приветствовать главу рода, — еще раз поклонившись, продолжил:

— Наш род местный, татарский. Проживаем в городе Бугульма, — его взгляд остановился на моем браслете, который выскользнул из рукава, и мне показалось, что я увидел на лице Павла удивление, — вы решились одеть браслет главы рода, и он принял вас?

— А что, не стоило? — заинтересовался я.

— Считается, что это смертельно опасно. Опаснее полного ритуала. Он взвешивает все ваши поступки, и только лучший из достойных может стать его хозяином. Не ожидал, что такой найдется при моей жизни. Уже сотню лет он не мог найти себе хозяина. Хотя были желающие примерить его.

— Объяснишь? — Я повернулся к Уразу. Хотя, в принципе, его мотивы очевидны: несмотря на признание меня Аннулетом, власть-то терять не хочется. Да даже делиться, как в моем случае. А так, вроде, все по правилам: не выживу, значит, недостоин. Да и я глупо поступил, спокойно ему доверившись. Конечно, никто из носящих амулет Борея не может причинить мне вреда без последствий, но такие вот действия и не запрещены.

Слегка напрягшись, я с помощью браслета начал тянуть энергию из Ураза, пытаясь ускорить его ответ. Тот сразу испуганно поклонился.

— Не было никакого риска. Аннулет вас лично признал, браслет не мог причинить вам вреда после признания Бореем! — Его испуг и суетливость не остались не замеченными. Остальные главы переглянулись и посмотрели на меня, ожидая решения. Что ж, играть роль главы надо до конца. Еще немного подождав, как бы раздумывая, продолжая при этом тянуть энергию из Ураза, я вынес свой вердикт.

— На этот раз прощаю, — милостиво произнес я, прекратив откачивать энергию, — но в следующий раз не смей принимать решения за меня!

— Да, мой господин, благодарю вас!

Затем состоялся торжественный обед, на котором собравшиеся рассказывали о своей жизни и семьях, а также интересовались мной: как живу, чем занимаюсь, чем владею, какие планы на будущее. Каждый пытался навязать своего человека мне в сопровождение. Кто-то сватал дочерей или родственниц. Раз пять разными словами интересовались, не собираюсь ли я распустить совет и править родом единолично. Каждый раз я уверял, что в ближайшие годы мне точно не до этого. Правда, боюсь, убедить окончательно в этом мне их не удалось. Ну да ладно, пройдет год-другой — привыкнут. Думаю, козни строить новому главе не в их же интересах.

После ужина состоялось торжественное вручение подарков новому главе, то есть мне, что для меня было полной неожиданностью. Не разобрался я еще в их традициях, но, если они все такие, мне однозначно нравится был главой татарского рода.

Первым подарок вручил Ураз Максютов. Он преподнес мне традиционный халат с красивой вышивкой золотыми нитками, украшенный драгоценными камнями. По его словам, это одежда достойна главы рода, в такой не стыдно показаться на людях.

Затем Юсуф Карамышев вручил мне саблю в богато украшенных ножнах. Рука привычно вынула её из ножен, и под удивленными взглядами собравшихся я ею вполне профессионально взмахнул, проверяя балансировку, затем сделал пару выпадов. Рефлексы, доставшиеся мне от Григория, не подвели. Эта сабля была продолжением моей руки. Сам не ожидал такого. Сразу же пристегнул её на пояс. Очень уж эта сабля мне понравилась, хотя с трудом мог представить, как я буду с ней смотреться на улицах Екатеринодара.

Михаил Максютов достал роскошную коробку и объяснил, что владеет частью акций тульского завода, а это — уникальный десятизарядный пистолет в подарочном исполнении, который только планируют запустить в производство. В коробке лежали также пачка патронов и несколько вариантов кобуры. Что же, хороший и полезный подарок. В этом мире дворянам для ношения оружия не требовалось никаких разрешений. Сами по себе дворяне — это оружие. Так что ограничивать их смысла не было. Вот еще бы научиться стрелять. Не уверен, что знания Григория в этом деле мне помогут. Но в любом случае даже держать пистолет в руках было очень приятно.

Последним выступил Павел Богданов. Начал он свою речь издалека. Рассказывал, что раньше мне бы подарили или стадо овец, или табун лошадей. Но времена изменились. Однако он остался верен традициям и сегодня вручает мне подарок, достойный главы рода детей Айдаровых, — табун самых красивых лошадей.

Посмотрев, как вытянулись наши лица, пояснил, что этот табун лошадей находится под капотом уникальной машины, протянул мне коробочку с ключами и подозвал нас к окну. Во дворе стояла шикарная «мазератти». В этом мире тоже была такая марка. Очень дорогие автомобили ручной сборки. Не больше пятидесяти штук в год. Так что главная проблема даже не в цене автомобиля, а в очереди, которая расписана на десять лет вперед. Даже не представляю, как ему удалось достать этот автомобиль. Мне вообще показалось, что клан Максютовых не очень богат, а тут такой подарок, да еще и от главы не главной линии. Надо бы найти время и пообщаться с Уразом поподробнее. Кажется, я чего-то не понимаю.

Потом меня всем миром провожали в дорогу. Багажник «мазератти», который оказался совсем небольшим, набили подарками и сладостями. Я сам сел за руль новой машины и отправился вслед за «минивэном».

Со мной ехали двое. Один — пожилой мастер первого ранга. Он представился Арасланом и был ярко выраженным татарином. Именно он будет обучать меня магии. Второй — молодой парень по имени Арсен. Он старше меня лет на пять, но уже учитель второго ранга. При этом является членом семьи Максютовых. То ли чей-то сын, то ли внук. В этих родственных связях сам черт ногу сломит.

Насладившись машиной, через пару часов я поменялся с Арсеном местами, уступив ему руль «мазератти», а сам пересел на пассажирское сиденье «минивэна».

Поздно ночью мы без приключений доехали до моего дома в Екатеринодаре, где, убрав машину в гараж, я отпустил сопровождающих. У них были забронированы места в гостинице неподалеку от моего дома. Обменявшись с ними номерами телефона, я отправился спать.

Глава 4

Глава 4

Утром какое-то время приходил в себя. Только дома я понял, в каком напряжении находился последние пару дней. Незнакомая обстановка, Аннулет, а также общение с Уразом и остальными членами рода Максютовых меня жутко вымотали, в очередной раз подтверждая, что я еще не готов к должности такого уровня. Это только со стороны так кажется, что нет ничего проще. Там поговорил, здесь что-то обсудил. На самом деле ты постоянно напряжен, следишь за каждым своим словом, оцениваешь чужие слова, жесты и взгляды. Даже простое общение превращается в тяжелую работу.

Чтобы снять напряжение, взял саблю и пошел в тренировочный зал. Как и ожидалось, со знаниями Григория предстояло много работы. Вроде, тело помнит, как двигаться, какие делать выпады, повороты. Правильное движение ног, сабли. Но мышцы не справляются. Они просто не готовы к подобным нагрузкам. Уже через пятнадцать минут занятий у меня от усталости отваливалась рука, державшая саблю, а на левой ноге я вообще умудрился потянуть мышцу.

Каменная кожа получалась лучше. Но удерживать её удавалось пока не больше пяти секунд, и то постоянно приходилось быть в напряжении, в то время как Григорий мог держать эту способность, не задумываясь, примерно десять минут.

После тренировки заглянул в гардеробную. Через пару недель идти в колледж, а из половины вещей я умудрился вырасти. Надо ехать в магазин, к тому же, Ураз настаивал, чтобы я активно пользовался картой. После его подставы с браслетом я решил, что стесняться точно не стоит. Для меня деньги на карте не были моими, скорее, воспринимались, как деньги Ураза, так что, пусть и мелко, но отомщу ему, потратив некоторую сумму в первый же день.

Выгнав «мазератти» из гаража, я уселся внутрь. Подстроил сиденье, поправил зеркала. До чего же хороша машинка! Салон — просто сказка. Дорогие породы дерева в сочетании со светлой кожей выглядят безумно красиво и богато. По дороге к торговому центру заметил немало взглядов, брошенных вслед машине. Кстати, вот она по-настоящему рычала, когда я жал на газ, даря ни с чем не сравнимое удовольствие от вождения.

В торговом центре я провел гораздо больше времени, чем ожидал, но собрал себе неплохой гардероб на все случаи жизни. Начиная с формы для колледжа, которая жестко регламентировалась, и заканчивая верхней одеждой, обувью и спортивной формой. Взял самые дорогие комплекты. В итоге мои покупки не влезли в багажник, пришлось класть на заднее сиденье. Денег за один день я умудрился потратить больше пятнадцати тысяч рублей! Да я на весь свой бизнес столько не потратил, как на одежду. Надеюсь, Уразу там икается, а если ему на каждую мою покупку приходит сообщение? В общем, настроение я себе поднял.

Вечером позвонил Дэну, который Ухо. Узнал, как идут дела по подготовке к раскрутке клипа. Он дал мне ссылку на сайт, сообщив, что уже все сделал, и прислал отчет на почту. Сайт вполне себе неплох для местного уровня. На нем можно будет скачать альбом, почитать тексты песен. Информация обо мне практически отсутствовала, только пара фотографий, которые Дэн вырезал из клипа. Я с гитарой, лица не видно, я с микрофоном под дождем, стою вполоборота. Неплохо!

Отчет мне тоже понравился. Имя блогера, сфера, количество подписчиков, даты, когда будут выходить рецензии или будет упоминаться клип, и стоимость. Цены удивительно низкие. Самый дорогой блогер, с более чем сотней тысяч подписчиков, будет стоить всего сорок рублей. Красота! Большинство вообще ни о чем, типа, три рубля, пять. Только те, что более-менее популярны, начинаются от десяти. Как мне сказал Дэн, стандартная такса — десятка, если у тебя уже есть хоть какое-то имя.

Еще раз набрал деда. Он опять не взял трубку. Поболтал с Ефросиньей и с чистой совестью завалился смотреть телевизор. Сегодня был лучший день с момента моего попадания в этот мир. Никакого напряга, одни удовольствия.

Утро снова начал с зарядки. На этот раз благоразумно отложил саблю. Весом она, наверное, чуть меньше двух килограмма. С одной стороны, вроде не много, но как оказалось, не готов я еще махать долго такой гантелей. На замену отыскал швабру и с помощью усиления рук отломал от нее палку. Получилось немного кривовато, но результат меня устроил. Главное — длина почти такая же, как у сабли, а вот вес в разы меньше. На занятия ушел почти час. Григорий с саблей занимался не меньше двух часов в день, но мне пока до него далеко.

Затем занялся магией. Сначала оттачивал контроль. Простейшее упражнение для начинающих, которое вычитал в одном из учебников. Необходимо скручивать энергию и выпускать её из руки. Чем тоньше получается нить, тем лучше.

Затем применял каменную кожу, засекая время. На применение навыка у меня уходило секунд пять, держать каменную кожу выходило три секунды. Потом почти десять минут не получалось его применить. Намучившись, перешел к плетению осветительного шара, но понял, что уже серьезно вымотался.

Последовали душ, завтрак и размышления о своей нелегкой судьбе.

Нормальная тренировка, получается, занимает два-три часа! И это каждый день. По-хорошему, её надо увеличить до трех-четырех часов. Где брать на это время? Скоро я пойду в гимназию. В обычной школе занятия начинаются в восемь утра, но тут же место для аристократов, им, наверное, впадлу рано вставать. Поэтому занятия для них с десяти утра. Чтобы утром позаниматься, потом помыться, поесть, прийти в себя и добраться до гимназии к началу занятий, вставать надо часов в шесть. И это для простой тренировки тела и магии, которую я только что и выполнил.

Не готов я на такие подвиги. Наверное. Сразу вспомнились мои тренировки по плаванию. С пяти лет — шесть дней в неделю по полтора-два часа. Без праздников и выходных. А на сборах, которые проходили каждые три месяца, тренировки занимали по шесть часов! Правда, и результат у меня был очень достойный. Но снова через все это проходить? Нет, я не ленивый, просто меня всего трясет от воспоминаний. Психологическая травма, думаю, многие с подобным сталкивались. У кого-то музыка, у других танцы или еще что-то под строгим надзором родителей и тренеров. Как же я это ненавидел и долгое время считал, что меня лишили нормального детства. Вот, вроде, и время прошло, принял, подуспокоился. Но мысли о подобном расписании в новой жизни меня приводят в ужас!

Затем вдруг вспомнил, что у моего альбома нет обложки. Особо мудрить не стал, взял картинку с теперь уже своего сайта — ту, где я под дождем. Вроде, нормально получилось. Еще раз посмотрел список песен и сообразил, что некоторая часть из них до сих пор не зарегистрирована в авторском обществе! Отругав себя, залил тексты на сайт и поехал с распечатками лично получать отметку.

Затем заехал поужинать и отправился домой, где засел за компьютер — изучать информацию о гимназии. До начала занятий оставалось все меньше и меньше времени, и надо было понять, чем мне это грозит. Походил по местным форумам, но там было мало информации, зато на официальном сайте красовался список учеников первого года обучения. Всего пятьдесят человек. Среди них была и моя фамилия. Мельком проглядел остальных соучеников. Некоторые фамилии я до этого слышал, но ни с кем лично знаком не был. Глянул на нескольких в социальных сетях. Все, как и говорили, — то мажоры, то дети князей, что зачастую одно и то же. Боюсь, будет не просто.

Еще созвонился с Арасланом и Арсеном. Узнал, как у них дела, как устроились. Мы, когда ехали, договорились, что им нужно дня три, чтобы снять себе жилье и наладить контакты с местными. Оказывается, в городе хватало и татар, и башкир, с которыми они вели какие-то свои дела. В общем, как устроятся в городе, Араслан займется моим обучением, а Арсен будет выступать сопровождающим. Он, вроде, неплохо знает Екатеринодар и обещал поводить меня по злачным местам.

Так-то я до сих пор не понимал, зачем мне их навязали. Ходить с ними по своим делам у меня никакого желания не было, как-то это глупо бы смотрелось. А совсем отказаться тоже не мог. Ураз твердо сказал, что надо. И, если я отправлю их домой, то просто приедут другие. А если у меня возникнут какие-либо проблемы, наличие поблизости людей, которым можно позвонить в любое время дня и ночи, может не раз мне пригодиться. В чем-то он, конечно, прав. Именно поэтому я решил оставить все так, как есть, а там будет видно.

Когда я уже готовился ко сну, в дверь позвонили. Кому я мог понадобиться? Странно, но мало ли что. Пошел открывать, на всякий случай перед дверью накинул на себя каменную кожу. Открыв, увидел Курбатова.

— Вениамин Григорьевич? — удивленно поприветствовал его я.

— Добрый вечер, Виталий. Можно, я зайду?

Отступив на шаг, я пропустил его внутрь. Дождавшись, когда Курбатов разуется и оденет гостевые тапки, пригласил на кухню. Выглядел он мрачным и очень уставшим. «Не к добру», — мелькнула мысль у меня в голове. Сев за стол и поставив свой кожаный портфель на соседний, Курбатов поднял на меня взгляд.

— Что-то случилось? — спросил я, садясь напротив.

— Да, — коротко произнес он и после небольшой паузы продолжил:

— Прими мои соболезнования. Вчера, выполняя задание ИСБ, погиб твой дед, Дмитрий Александрович Шувалов.

— Как это произошло? — мгновенно охрипнув, с трудом произнес я.

— Это уже не секрет — вчера произошел теракт, захват заложников. Санаторий в Джубге. Думаю, ты слышал в новостях.

— Нет, — я покачал головой. По телевизору смотрел только музыкальный канал, никаких новостей там не было, и о теракте я ничего не слышал.

— Способности Дмитрия к иллюзии очень помогли при освобождении заложников, но не уберегли от шальной пули. Я был рядом. Смерть практически мгновенная. Не повезло. Но в любом случае он отдал себя всего, без остатка, совершил подвиг. Вряд ли смог бы пережить откат. Может, так было и лучше.

— А говорил, что бумажки перекладывает, — с укором произнес я. Дед толком никогда не рассказывал, чем занимается. Предпочитал отшучиваться. Не думал, что он участвует в боевых операциях. Тем более, в его возрасте.

— Все мы так говорим. Зачем заставлять родных нервничать по пустякам? — Курбатов устало махнул рукой.

Мне было очень тяжело принять такую новость. После смерти мамы у меня не осталось по-настоящему родных людей. Потом появился дед. Пусть отношения наши нельзя было назвать теплыми или близкими, но он был родным. Тем человеком, который готов меня всегда поддержать, несмотря ни на что, и простить любые ошибки. Тем человеком, который заботился обо мне в детстве. В меру своих сил и возможностей. Он был суровым, но скрыть свою любовь не мог. Помню его теплый взгляд, когда первый раз поехал на велосипеде. Как он радовался, когда у меня что-то получалось. Можно сказать, что он заменил мне отца. А теперь его не стало.

Поднявшись из-за стола, я походил по кухне, пытаясь хоть немного успокоить ту бурю, что бушевала внутри. Достал пару бутылок воды и стаканы. Налив себе, выпил почти до дна, убирая сухость в горле. Курбатов тоже налил себе. Он не смотрел на меня, думая о чем-то своем. Переживая потерю друга.

— Спасибо, что рассказали, — я немного успокоился. Чувствовал лишь холодную отрешенность. Такой защитный механизм организма.

— Ты в порядке? — уточнил Вениамин.

— Пока да.

— Хорошо, нам надо поговорить о делах. Так что держи пока себя в руках. Это важно, а когда мы увидимся в следующий раз, я не знаю, — он открыл портфель и достал из него папку, которую положил на стол.

— Что это?

— Дмитрий был мудрым человеком и подготовился к подобному развитию событий, — начал говорить Вениамин, подвигая папку ко мне, — в ней документы на Хадыженский оздоровительный центр. Он безо всякой волокиты переходит к тебе. Еще документы на автомобиль «рено». Ее купил Алексей на первые заработанные деньги и очень гордился этим. Дмитрий машину называл старой развалюхой, но это не мешало ему хвастаться покупкой сына и продолжать ухаживать за автомобилем. Этот дом тоже оформлен на твоего отца, переоформлением сам займешься. Проблем быть не должно.

— Спасибо, — я взял папку и, не глядя, сдвинул её на край стола. Мне сейчас было не до наследства.

— Твой дед предупреждал, что ты не слишком ориентируешься в раскладах в вашей семье, так что, пока есть время, просвещу тебя. Все имущество деда отойдет роду Шуваловых. После его смерти главой рода станет его младшая сестра Ольга. Ты с ней должен быть знаком.

— Да, припоминаю, — в памяти всплыло лицо тети Оли. Она периодически приезжала на дни рождения деда и всегда пыталась нас строить. Но, вроде, нормальная тетка. Дарила подарки, разговаривала, интересовалась, как у меня дела.

— У тебя несколько вариантов, как быть дальше. Первый, самый простой, — подтвердить, что ты остаешься в роду Шуваловых. Тогда все твое будет принадлежать роду, но и все, что есть у рода, будет твоим. Многие выбирают такой вариант. Он не плох, — Вениамин замолчал, ожидая моей реакции.

— А второй вариант?

— Второй вариант — ты выходишь из рода. В этом случае теряешь наследное дворянство, что автоматически понижает твой статус. Ты по-прежнему будешь Шуваловым, не наследным дворянином. Все, что принадлежит тебе, только твое, и дальше живешь сам, своей жизнью. За тобой никто не стоит, ты будешь сам по себе.

— Немного не понял: если я остаюсь в роду, то моя фабрика все равно же моя?

— Номинально да, но глава может сменить руководство по своему желанию, решив, что ты не справляешься с управлением. Как, например, произошло с оздоровительным центром. Там сейчас директором человек Ольги. Дмитрий особо и не сопротивлялся. Он не любил спорить со своей сестрой.

— А деньги, доходы как же? — Очень странная система.

— Доходы идут в казну рода. Со всех твоих предприятий. Но ты ими можешь пользоваться — суммой, не превышающей суммы этих доходов. Нормальная рабочая система. Заработала твоя фабрика три тысячи рублей, они перечисляются в казну рода. Захотел ты потратить эти три тысячи — тебе без проблем их выдадут. Захотел потратить десять тысяч — обосновал и получил без процентов. Род — это единое целое. Все работает на пользу рода. Если один богатеет — богатеет весь род. Если род богатеет, то и каждый член рода становится богаче. Так что мой тебе совет — оставайся в роду Шуваловых. Здесь так принято.

— Я поищу информацию, посоветуюсь с кем-нибудь. Пока не вижу причин оставаться в роду, — задумчиво протянул я, затем, не удержавшись, добавил, — мое — это мое. И делиться с кем бы то ни было мне не хочется!

— Да, Дмитрий предвидел именно такое твое решение. Оно мне совершенно непонятно. Род — это сила, многие мечтают присоединиться к сильному роду.

— Я подумаю, — упрямо ответил я ему.

— Он просил передать, что верит в тебя, и чтобы ты не действовал сгоряча.

— Спасибо, воспользуюсь советом деда, — произнес я.

— Организацию похорон взяла на себя ИСБ. Завтра отправляюсь в Хадыженск, могу и тебя захватить. Похороны назначены на послезавтра.

— Буду благодарен, — кивнул я ему в ответ.

— Тогда не буду задерживаться, — Курбатов поднялся, застегнул портфель и отправился на выход, я пошел следом. У дверей он повернулся ко мне и, крепко пожав руку похлопал по плечу:

— Держись. Потеря близкого человека — большое потрясение. Ты молод, у тебя еще вся жизнь впереди. Не замыкайся, дай волю чувствам. Переживи это и оставь в прошлом. Дмитрий верил в тебя и доверял. Не разочаруй его.

Как в тумане, я дошел до своей комнаты. Автоматически умылся, почистил зубы и, рухнув в кровать, дал волю чувствам. Расплакался в подушку, как маленький ребенок. Удивительно, но мне стало легче. Не то чтобы совсем отпустило, но сжатая внутри меня пружина слегка расслабилась.

Сел за компьютер и начал искать информацию по родам и взаимоотношениям внутри. Все оказалось достаточно просто. Члены рода — это близкие родственники. Вассалы — это другие семьи, которые по каким-то причинам решили признать над собой главенство рода. Обычно они связаны общими делами или дальними родственными связями. Вассальные семьи отстегивают процент от дохода главному роду и в случае проблем готовы вписаться за главный род. Зато в ответ получают защиту и деньги. Не все семьи могут позволить себе отправить своих детей в дорогие школы и университеты. Род же был готов вкладывать деньги в перспективных вассалов, обеспечивая им необходимые для роста условия. Этакий симбиоз.

Раньше, когда алтарей было много, род могли организовать только их владельцы. Иначе сманить к себе вассалов было практически нереально. Алтарь давал защиту и развитие магии, что делало и род, и вассалов сильнее.

В роду Шуваловых алтаря не было, но и времена нынче другие. Род у нас молодой. Ему около ста лет. Имеются и вассалы. Ветвь Ольги, сестры деда, специализируется на текстильном производстве. У них несколько крупных фабрик и десяток магазинов. К особо богатым Шуваловых отнести нельзя, но они достаточно крепко стоят на ногах. По моим воспоминаниям, дед как-то рассказывал, что под управлением Ольги денег не сильно больше, чем под его, но при этом у неё гораздо больше людей.

Взаимоотношения родов Ольги и Дмитрия немного запутанны. Род моего деда — старший. Ольга же имела отдельный род, получается, вроде как, вассальный. У её первого мужа было швейное производство, у Ольги же имелись мануфактуры по производству тканей, так что они отлично дополнили друг друга. Ольга добавила к своей фамилии Липецкая. По всем официальным документам она стала Шувалова-Липецкая. То есть Ольга не выходила из рода Шуваловых и продолжала совместно с дедом вести дела.

Дед стал первым мужем простой дворянки Тарасовой Анны. По его рассказам, женились они по любви и вскоре у них появился сын Алексей, который тоже женился, не выходя из рода. Появился я. Потом все погибли, кроме меня и деда. Получается, Шувалов Дмитрий — глава рода, Шувалова-Липецкая — глава вассального рода, сохраняющая права на наследство. И я, вроде, тоже Шувалов, но почему-то сам по себе. С одной стороны, странная и не слишком понятная ситуация, с другой — логичная для жителей этого мира. Здесь считается наследие по крови. Шувалова — главная кровь, в отличие от меня, поэтому она — прямая наследница, а я, хоть и в стороне, но хотя бы в роду. Правда, особых прав мне это не добавляет.

Чтобы разобраться во всех этих хитросплетениях, мне понадобилось чертовски много времени. Все-таки мое образование значительно хромало. Спасибо, что есть сеть с её возможностями.

В итоге вырубился от усталости в четыре часа утра. Может, так даже и хорошо, иначе вряд ли получилось бы уснуть.

Глава 5

Глава 5

Разбудил меня звонок в дверь. Глянул на часы — восемь утра. Блин! Поплелся открывать дверь. На пороге ожидаемо встретил Курбатова. Тот был собран и до отвратительности бодр. Рядом с ним стояли пустые коробки.

— Вставать пора! Дела не ждут, — поприветствовал он меня и, схватив коробки, зашел в дом. — Давай, умывайся, одевайся. Позавтракаем по пути. Знаю хорошее место на заправке.

— Что ж в такую рань! — проворчал я и отправился к себе одеваться. На все про все мне понадобилось минут пятнадцать. Спустившись вниз, застал Вениамина за чтением газеты и попиванием чая.

— Собрался, — он одобрительно окинул меня взглядом. Поднялся из-за стола и, взяв коробки, кивнул на дверь, разделяющую мой дом с домом деда, — открывай, надо собрать документы, перенести к тебе. Мало ли что.

Идея понятна: дом деда перейдет Ольге. Кто знает, какие у неё на него планы. Лучше личные вещи и бумаги сразу забрать.

Открыв дверь, я пропустил вперед Курбатова. Тот сразу отправился в кабинет деда. Я же бродил по гостиной, вспоминая теплые минуты, которые провел здесь. Забирать ничего не хотелось. Взял только большую семейную фотографию, где отец с беременной мамой и дед с бабушкой радостно улыбаются фотографу. Сразу отнес её в свой дом и, вернувшись, отправился в кабинет деда.

Курбатов сортировал бумаги из письменного стола, часть из них складывая в коробку.

— Открой пока сейф, — кивнул на железный ящик, спрятанный в шкафу. Он был настроен и на мою ауру. В детстве мне нравилось открывать его тяжелую дверь. Открыв, я начал доставать все из него, выкладывая на стол и с удивлением разглядывая содержимое. Здесь были награды деда, которых я на нём никогда не видел. Пистолет в кобуре и несколько папок с бумагами.

— Я не знал, что у него столько наград, — удивленно крутя в коробочку в руках, я показал её Вениамину.

— В молодости на нашу долю выпало немало сражений, — тот пожал плечами, как бы говоря: мол, ничего особенного.

— Понятно, — с умным видом протянул я, глядя, как содержимое сейфа исчезает в простой картонной коробке.

— Все, здесь, вроде, все, — Курбатов огляделся, — идем, отнесем к тебе и поедем.

Вскоре мы сидели в машине. Вениамин за рулем, я рядом с ним. Какое-то время ехали молча. Но мне стало скучно, да и мысли постоянно сбивались на смерть деда.

— А чем вы занимаетесь? — поинтересовался я. — У вас, вроде, свое охранное агентство?

— Да, свой отряд. Обеспечиваем охрану, сопровождение. Решаем разные дела.

— Иногда с ИСБ работаете?

— Да, призывают. Обычная практика. Люди все проверенные.

— А если я подкину небольшую задачку, возьметесь? С оплатой, конечно.

— Возможно, — он скользнул по мне заинтересованным взглядом.

— Мне надо знать, когда никого из Кутыевых не будет в городе, чтобы проникнуть к алтарю.

— Ты понимаешь, о чем просишь? — Его лицо затвердело. — У вас не объявлена война. О таких заказах я обязан ставить в известность ИСБ! Неужели ты думаешь, что, если я был другом твоего деда, то являюсь и твоим другом? — От него повеяло холодом, да так, что я передернул плечами.

— Прошу прощения, не подумал. Будем считать, что этого разговора не было.

— Ладно, — смягчился он, — это просто тебе урок. Думай, что и кому говоришь. В данном случае ты не ошибся, обратившись ко мне. Но могло быть иначе.

— Спасибо, я вас понял.

— Как ты планируешь проникнуть в особняк? Он защищен алтарем. Защиту, конечно, можно обойти, но для этого нужен очень дорогой и редкий артефакт, который просто так не достать.

— Защита меня пропустит. Алтарь меня признал, но что-то пошло не так. Хочу разобраться.

— Любопытно, — Курбатов задумчиво побарабанил пальцами по рулю, — очень любопытно.

— В сроках я не ограничен. Никуда не тороплюсь. Не могут же они оба сидеть безвылазно в доме? Мне бы просто информацию, что, мол, они уехали из города, а дальше я сам.

— Хорошо, — принял решение Вениамин, — сообщу.

— Сколько я буду должен? — решил уточнить я. Такие вопросы желательно решать сразу.

— В зависимости от нашего участия. Там будет видно. Когда будет все известно, сядем, обдумаем. Возможно, нужно будет отвлечь охрану, организовать пути отхода и прикрытие. Рассчитывай от пятисот рублей до трех тысяч. Устроит?

— Да. Буду ждать информацию. Спасибо.

Позавтракав в кафе на заправке, мы вскоре добрались до города.

— Особняк отойдет Ольге, но пока ты имеешь полное право жить в нем. Я бы сказал, что на данный момент именно ты хозяин. И не давай помыкать собой! — предупредил Вениамин, когда мы въехали в город.

— Не очень-то вы любите сестру деда.

— Не очень, — коротко согласился он со мной, предпочтя не развивать тему.

Заехав в ворота, мы подъехали к крыльцу. Меня удивило количество машин во дворе. Почти десяток! Вениамин уверенно поднялся по лестнице, я немного робко плелся за ним. Открыв дверь, вошли внутрь. Здесь было на удивление шумно. Сновали какие-то люди. Что-то носили, что-то переставляли.

Первой из знакомых мне попалась на глаза наша кухарка, Татьяна Леонидовна. Увидев меня, она бросилась навстречу, без отдыха причитая:

— Ах, какое горе, какое горе. Как же так. Дмитрий Александрович нас покинул. Вы держитесь, господин, держитесь!

Обняв меня, прошептала:

— Приехала Ольга, но я отстояла вашу комнату. Она туда сына заселить хотела. Но застыдила я её, молодой господин, — отодвинувшись от меня, кухарка продолжила причитать:

— Ах, горе-то какое! Мы сейчас вот готовимся. Надо столы расставить, зеркала занавесить. Много гостей завтра ожидается. Часа через два будет обед, я отправлю кого-нибудь вас позвать.

В этот момент я увидел спускающуюся по лестнице с надменным видом сестру деда. Выглядела она для своего возраста молодо. Худая, даже, сказал бы, сухощавая, в темном платье с пиджаком, на лацкане которого расположилась сверкающая бриллиантами крупная брошь. Увидев её, Татьяна Леонидовна упорхнула на кухню. Как и не было.

— Виталик, — Ольга подошла ко мне и тепло обняла, — как же ты вырос. Два года не виделись. Похорошел, — отпустив из объятий, она покрутила меня, — держись, нам всем будет не хватать Дмитрия, но жизнь продолжается. Ты должен понимать, что не остался один. У тебя за плечами целый род Шуваловых. Мы всегда готовы поддержать тебя и подставить плечо. Мы — одна кровь.

— Спасибо, тетя, — ответил я, сбитый с толку такой встречей. Из головы сразу вылетели все слова Вениамина. Мне приятно было ощутить себя кому-то нужным, почувствовать наличие семейных уз.

— Ольга Александровна, — слегка кивнув, поприветствовал её Курбатов, — я готов скоординировать с вами прощание с телом и похороны.

— Вениамин, пройдемте в кабинет, все обсудим, — кивнула она ему, потом повернулась ко мне, — устраивайся, твоя комната свободна. Через часик зайди ко мне в кабинет.

— Хорошо.

Я отправился к себе и, завалившись прямо в одежде на кровать, достал планшет. Настроение было паршивым, да и скопившаяся усталость давала о себе знать. Поискал новости и заметки о теракте. Нашел только в официальных источниках. На форумах не было ни слова: то ли это никого не интересует, то ли ИСБ работает и подчищает подобные сообщения.

По официальной версии удалось составить примерную картину произошедшего.

Четырнадцать человек захватили детский лагерь и выдвинули требования правительству: выплатить деньги и освободить заключенных братьев из тюрем. Ответственность взяла на себя группировка радикальных борцов за свободу из Турции.

Правительство Российской Империи не ведет переговоров с террористами, даже если в плену дети. Ну, это по версии официальных источников. На деле, скорее всего, переговоры были, хотя бы для того, чтобы потянуть время и собрать отряд для штурма.

Потом начались военные действия. Мой дед пару раз упоминался, без фамилии. Типа «заместитель главы отряда, освободивший заложников, обладал уникальной магией иллюзий, что помогло отряду незамеченным подобраться к боевикам и начать освобождать детей». Потом, скорее всего, что-то пошло не так, и началась стрельба. Освободители прикрывали детей. Террористов положили всех. Из отряда погибло два человека, среди них — заместитель главы. Еще четверо ранены, их состояние вне опасности. Да, мой дед — настоящий герой. Посмертно он представлен к награде.

Раздался стук в дверь, и какой-то парень из прислуги сообщил, что меня ожидает Ольга Александровна. Поднявшись, я поправил одежду и отправился за парнем. Он привел меня к бывшему дедову кабинету и, кивнув головой в сторону двери, удалился. Постучав, я открыл дверь и вошел внутрь.

За столом, заваленным бумагами, сидела тетя Ольга, недалеко от тети в любимом дедовом кресле устроился её сын, Влад, от имени Владислав.

— Какие люди, — он снисходительно мне улыбнулся, — давно не виделись!

Мы с ним и правда года три как не виделись. В детстве я его терпеть не мог: он был старше на пять лет и все время издевался надо мной. Ну, просто как сильный над более слабым. По каким-то неведомым причинам его пару раз оставляли со мной с наказом следить, чтобы все было в порядке. Ослушаться Влад не мог, а с такой разницей в возрасте в собеседники я не годился. Так что, чтобы не скучать, он отбирал у меня игрушки и ломал их. Короче, парень с явно садистскими наклонностями.

Не знаю, каким он стал сейчас, может, и взялся за ум, но вряд ли. Судя по ехидной улыбке и самодовольному лицу — настоящий мажор, да и еще чувствующий себя хозяином положения.

— Так, — Ольга оторвала свой взгляд от бумаг и подняла его на меня, — садись. Нам есть о чем поговорить, — она замолчала и побарабанила пальцами по столу, — да, Дима дела запустил. Всегда знала, что служба у него на первом месте. Но ничего, мы это исправим. Первым делом меняем мэра города. На время исполняющим обязанности будет Владислав. Он два года назад закончил Воронежский университет, думаю, справится. А там либо совет города подтвердит его назначение, либо выберем подходящего человека. Но это к делу не относится, просто чтобы ты понимал, что город я не брошу и передам его в надежные руки. Теперь с тобой, — она порылась в бумагах на столе и нашла нужную, — смотрю, Дмитрий переписал на тебя заводик по производству крема, — Ольга подняла свой взгляд, ожидая от меня подтверждения.

— Да, «Хадыж-крем», — кивнул я.

— Точно! Подготовь информацию по нему. Я к вам всего на три дня приехала, оказалось — тут гора дел. Вот, смотрю бумаги по заводу и не могу понять — это безалаберность, транжирство или злой умысел? Месяц назад на счету фабрики было почти двадцать тысяч рублей, а сейчас чуть больше трех. Составь отчет, на что пошли эти деньги. В любом случае директора надо менять. Бывший технолог, как он может управлять заводом? Так, аренда достаточно низкая, коммунальные платежи тоже, а вот площадь очень неплохая. Подумаем, скорее всего, выгодней будет переоборудовать и встроить в существующий бизнес. Дальше. Мне сказали, что ты идешь учиться в первый колледж?

— Вроде как.

— Хорошо, снимем тебе комнату поближе к учебе. На дом Дмитрия в Екатеринодаре у нас уже есть желающие. Будем продавать. Нет смысла содержать дом, если в нем не живешь, нерационально. У нас в Воронеже хватает жилья, а сюда переезжать мы не планируем. Завтра после церемонии похорон приедет мой юрист и, пока тут будут официальные люди, оформит все бумаги. Принятие тебя в клан, доверенность на управление имуществом и заводом. Не переживай, все сделаем быстро, постараемся тебя лишний раз не тревожить. Дальше твое дело — хорошо учиться и не ронять честь рода. Денег выделим. Думаю, даже прислугу подберем, чтобы комнату убирала и еду готовила. Мы тебя не бросим.

— Спасибо, — я был удивлен её напором. К тому же, у меня сложилось впечатление — она уверена, что творит добро и оказывает мне поддержку. Даже на миг стало неудобно, ведь она еще не знает, что оздоровительный комплекс переоформили на меня. Но тут прорезался сыночек:

— Да, и убери свою рухлядь из гаража. Там же твой «рено» стоит? Мне не разрешили его выгнать, — он покрутил на пальце ключи от своей машины, — а то мне не хотелось бы оставлять на улице свой «БМВ».

— На машине я сейчас уеду, но место не занимай. Ты пока не хозяин в этом доме! — излишне напористо произнес я, мгновенно вспыхнув и вызывающе глядя ему в глаза. Тот сразу завелся, видно, не привык, когда ему перечат.

— А не охренел ли ты! — Влад начал подниматься из кресла.

— Сядь! — резко приказала ему мать. — Виталий прав, прошу уважать память моего брата и его деда. Сын, ты здесь не хозяин, а гость. Даже через два дня не тебе решать, что и как делать. Пока я жива, я — глава клана! — поставила Ольга его на место.

— Ну, мам, — неожиданно заканючил он.

— Тихо! Потом разберемся. Ничего с твоей машиной не случится. Переночует на улице. Разговор окончен, — тетя повернулась ко мне, — церемония завтра начнется, в двенадцать часов дня. Ты обязан присутствовать от начала и до конца. Первым у нас идет прощание с телом. Проходить будет в мэрии, там специальный зал для таких мероприятий. Приедут знакомые и друзья Дмитрия, официальные лица из Екатеринодара и ИСБ. Затем близкие родственники едут на кладбище, а почетные гости — к нам в дом. В четыре часа дня мы тоже возвращаемся сюда. Наши клановые дела должны засвидетельствовать человек из ИСБ, паладин и чиновник. Чтобы лишний раз их не тревожить, сразу все бумаги и подпишем. Сейчас можешь быть свободен, у меня еще слишком много дел.

— Благодарю, — я поднялся и, слегка поклонившись, покинул кабинет.

Удивительное дело — внутри меня царило полное спокойствие. Беседа с Ольгой и слова Владислава позволили укрепиться в решении не вступать в клан. Нет никакого желания становиться их ручной собачкой. Когда решение принято, сразу становиться легче. Теперь можно действовать по плану, который сложился в моей голове, не оглядываясь на переживания и угрызения совести.

Заскочил в свою комнату и взял папку с бумагами. Не стоит в этом доме хранить подобные документы. Спустился по лестнице и, устроившись за рулем «рено», покинул территорию особняка. На обед решил не оставаться — нет никакого желания проводить его с подобными родственниками. Набрав Ефросинью, договорился встретиться в ресторане, и, если получится, пусть позовет и отца.

Как и ожидалось, до ресторана добрался первым. Мне ехать было всего десять минут.

Когда я уже доедал свой обед, в ресторан вбежала моя помощница.

— Виталик! Прими мои соболезнования. Хоть я и мало была знакома с Дмитрием Александровичем, но мне он показался хорошим человеком. Очень жаль, что так получилось. Ты как? — голосом, полным сочувствия, поинтересовалась она.

— Спасибо, я, вроде, нормально. Тут дела закрутились. Некогда переживать, — признался я, — сама как?

— Ты слышал, моего отца уволили? Вот так прям взяли и выгнали с должности мэра! А ведь Ольга Александровна еще не стала главой вашего клана. Получается не слишком законно, но отец спорить не стал, — начала она вываливать информацию, — какая разница — днем раньше, днем позже. Ушел с гордо поднятой головой.

— И когда это случилось? — поинтересовался я. Ольга упоминала об этом, но я думал, тетя имела в виду планы на ближайшие дни. А оказывается — уже все свершилось. Быстро она!

— Вчера приехала и сразу с сыном в мэрию отправилась, — понизив голос и убедившись, что нас никто не слышит, продолжила Фрося. — Отец считает, что она давно готовилась. Ну, захватить власть в городе. Дмитрий Александрович не любил с ней спорить, он, конечно, скала, но, если Ольге Александровне что в голову придет, проще уступить. Так мне отец рассказывал. Хотя, будь Дмитрий Александрович жив, неизвестно, как бы все сложилось. Может, он тебе планировал оставить наш город.

— Не уверен, — я покачал головой. Хорошо, что полночи разбирался во взаимоотношениях аристократов, — даже если бы мне отдали город, надо мной постоянно бы, как коршун, висела Ольга, дожидаясь любой моей ошибки. А дед, вроде, отошел от дел и, может, и вправду готов был подвинуться.

— Понятно. Очень грустно это все. Отец столько сил положил на развитие Хадыженска.

— Ну ничего, не грусти. Не в интересах Ольги все рушить. К тому же, есть еще совет из знатных членов города. Им здесь жить. Присмотрят за порядком.

— Это да, нового мэра они еще не одобрили, будет пока ходить с приставкой «врио», — злорадно произнесла она.

— Ты отцу передала мое приглашение встретиться? Какие у него вообще планы? Останется в городе? Будет искать новую работу?

— Работу, конечно, будет искать, но это дело небыстрое. Возможно, и переехать придется. Но пока рано об этом говорить. Я все равно останусь с тобой, — Фрося вдруг резко засмущалась, поняв, как двусмысленно прозвучала эта фраза, — ну, в плане работы.

— Я так и подумал, — серьезно кивнул я ей, — так что насчет встречи?

— Ой, уже надо бежать. Он к трем часам дня обещал приехать на завод. Поехали! — Она резко вскочила со стула.

Глава 6

Глава 6

Пантелея Семеновича мы застали на парковке у здания завода, он как раз выбирался из автомобиля. Выслушав его сочувственные речи, я пригласил бывшего мэра в кабинет, заодно захватив папку с бумагами из машины.

— У меня есть к вам предложение, — начал я, устроившись за столом и достав из папки бумаги на владение оздоровительным центром.

— Любопытно, — Цыпко мельком пробежался взглядом по бумагам, — но получается, вы собираетесь выйти из рода? — сразу уловил он суть.

— Да. Вы уже познакомились с этими моими родственниками. Должны понимать, что мне с ними не по пути.

— Выйти из клана? — Ефросинья удивленно вытаращилась на меня, пытаясь в голове уложить эту информацию, а её отец лишь хмыкнул с понимающим и даже одобряющим видом.

— Ну да, — повернулся я к ней, — у меня есть завод, музыка, теперь еще и оздоровительный центр. С голода не помру.

— Но ведь это клан! Ты же там будешь не последним человеком.

— Ага, — ухмыльнулся я, — за Ольгой, её тремя мужьями, тремя детьми и мало ли кто там еще есть. Там и жены детей появятся, и их дети… вот с их детьми я по крови примерно на одном уровне буду. Когда-нибудь.

— Как–то это… — Фрося замолчала, подбирая слова, — неправильно, не по правилам. Обычно так не поступают. Ты же теряешь в статусе. И все знают, что род — это хорошо, он заботится, помогает.

— Мне пора стать самостоятельным, — покачал я головой, — своих целей я постараюсь добиться сам, — судя по виду Ефросиньи, мне её убедить не удалось.

— Молодой человек прав. И я рад, что у вас хватило смелости принять такое решение. Уверен, Дмитрий бы его одобрил! — поддержал меня Пантелей.

— Тогда к делу, — повернулся я к нему, — предлагаю вам возглавить оздоровительный центр. Но надо делать все быстро. По-тихому сменить директора, чтобы он не успел никак навредить. Оформить все бумаги — и вперед.

— Ольге это не понравится, — с улыбкой произнес Пантелей и, вскочив со стула, начал ходить по комнате, — ох, хотел бы я видеть её лицо, когда она узнает об этом! — Он остановился и мечтательно закатил глаза. — Приехала ко мне вчера с сыном и практически выставила за дверь. А сын чуть ли не в воровстве обвинял. А что это у вас столько денег уходит на молодежный центр, на фига он вообще нужен? А парк зачем ремонтировали? Ведь и десяти лет не прошло с прошлого ремонта! Меня! В воровстве! — Он негодующее воздел палец.

В ответ на это я похлопал в ладоши.

— Браво! Не хотите на сцене фабрики выступить? Какая экспрессия! — Пантелей Семенович все-таки мэр, хоть и бывший. Хороший управленец. Дед знакомил меня с его послужным списком. Его так просто не объедешь. Он с самим дедом умудрялся спорить. Так что это был всего лишь спектакль, который неплохо разрядил обстановку.

— Ладно, — Пантелей совершенно спокойно сел за стол, — я согласен. Сейчас надо делать дело. Едем с тобой в мэрию, регистрируем бумаги, и там же назначаешь меня директором центра. Оклад триста рублей потянешь? — Он с хитринкой глянул на меня.

— Потяну.

— Ну и насчет процентика от прибыли потом обсудим, — потирая ладони, добавил Пантелей.

— Хорошо, — я не стал с ним спорить. Процент от прибыли — хорошая мотивация, только вот, боюсь, разговор о размере этого процента будет жарким. — Завтра в десять утра начинаются официальные мероприятия. Так что позвонить и пожаловаться на наш произвол не получится. У вас будет целый день, чтобы прибрать там все к рукам и навести порядок.

— Никакого произвола! Мы будем действовать исключительно в рамках правового поля. Есть новый директор, есть приказ об увольнении старого. Вот бумаги, забирайте свои вещи, выход вон там, — в нем явно пропадает большой артист.

— Именно так, — я кивнул, — может быть, еще охрану сменить? И лучше ехать сразу с аудиторской компанией. Пусть все проверят. Мало ли что.

— Насчет аудиторов согласен, договорюсь. А охрану менять смысла нет. Охранное агентство центром занимается. Покажу им бумагу, и все, они наши.

— Хорошо, поехали! — Я встал и направился на выход. Ефросинья, до сих пор прибывающая в ступоре от происходящего, отправилась за нами.

Припарковавшись сбоку от мэрии, мы зашли в местную канцелярию. Оформление бумаг много времени не заняло. Цыпко тут не просто хорошо знали, а явно уважали. Многие сотрудники подходили и жали руку, пытаясь выяснить, как им жить дальше и насколько все переменится с приходом новых людей. Тот отвечал кратко, что время покажет, и не стоит суетиться.

Когда мы выходили из здания, я обратил внимание, что у главного входа ведутся подготовительные работы к завтрашней церемонии.

— Жалко, что не получится зайти попрощаться, — Пантелей Семенович печально смотрел, как на фасад здания монтируют большую фотографию моего деда. На ней он был в парадной форме, на груди висели награды. Лицо спокойное и суровое, как бы спрашивает: ты уверен в том, что делаешь? Если уверен, то делай!

— Жалко, — согласился с Цыпко я, — но это можно сделать и позже. Всегда есть возможность заехать на кладбище.

Затем мы зашли в аудиторскую фирму, которая находилась через два здания, и заключили договор. Пришлось внести предоплату в размере ста рублей. Они подкинули идею: объединить все компании в одну и взять на себя основную бухгалтерию. Так, типа, будет легче. Обещал подумать. На заводе с этим было просто, там минимум бумаг, а вот то, что я туда же арт-пространство добавил, их единственного бухгалтера сильно напрягало и пугало.

По-хорошему, для Холкина мы собирались создать другое юридическое лицо, но на это требовались время и деньги. Поэтому пока оставили все на «Хадыж-крем». Сразу выдал поручение Ефросинье — пусть отрабатывает зарплату, посчитает, как выгоднее, предупредив, что пока денег нет, но Станислав обещал, что в течении недели пойдут оплаты от арендаторов и станет полегче.

Так незаметно в делах пролетело время, и мы все той же компанией отправились на ужин домой к Цыпко. Не смог я отказать, когда так настойчиво приглашают.

Ну, что сказать про ужин и семью Ефросиньи? Было немного завидно. Мама, папа, младший брат и даже бабушка. Большая, дружная семья, которая очень тепло приняла меня. Окружили заботой, накормили от пуза и долго не хотели отпускать.

Поздним вечером я вернулся в особняк и обнаружил, что место в гараже уже занято шикарным «БМВ». Были мысли устроить Владу за это какую-нибудь пакость, но я решил не опускаться до его уровня и просто забил. Прошел через гараж, чтобы никому не попадаться на глаза, поднялся по боковой лестнице к себе в комнату и, приняв душ, лег в кровать.

Душевное состояние оставляло желать лучшего. Боль от смерти деда так никуда и не ушла. Стоило расслабиться — и она тут же вернулась. Уснул я только под утро. Разбудил меня настойчивый стук в дверь — через полчаса меня ожидают на завтраке.

Что рассказать про завтрак? Он прошел под руководством Ольги Александровны. Она познакомила меня со своей семьей. Три мужа, две дочки, пятнадцати и девяти лет, и Влад. С некоторыми из них я раньше встречался. Несмотря на наличие мужчин в семье, Ольга подавляла. Она была не просто главой семьи, я бы назвал её, скорее, генералом в юбке. Стоило кому-нибудь начать говорить чуть громче допустимого, ей было достаточно взгляда и неуловимого движения брови — и нарушитель смиренно умолкал. Да, похоже, своих она выдрессировала по полной. Не дай бог стать зависимым от этой женщины!

После завтрака к подъезду подъехали лимузины. Следуя командам Ольги, мы расселись по машинам. Меня разместили рядом с одним из её мужей и старшей дочкой, мрачной девушкой пятнадцати лет. Дорога прошла в молчании.

Потом была торжественная церемония. Мы всей семьей стояли у гроба с телом, при этом меня ожидаемо поставили в самом конце, как самого дальнего родственника, хотя уверен, что, кроме меня и Ольги, никто из них особо с моим дедом и не общался.

Гости подходили к телу деда, прощаясь с ним, затем подходили к нам, высказывая свои соболезнования. Людей было много, и большинство из них искренне переживали из-за смерти моего деда. Здесь были и люди из высшего общества, и купцы, и простые работники. Бесконечный калейдоскоп лиц и бесед утомил. Ближе к концу церемонии появился десяток крепких немолодых мужчин. Молча попрощавшись с дедом, они подошли к нашей семье и так же молча каждому из нас пожали руки. Один из них задержался рядом со мной.

— Илья Березин, — представился мужчина, пожав мне руку, — командир отряда группы быстрого реагирования.

— Виталий, — пожал ему руку в ответ.

— Скину тебе свой номер, — продолжил он, твердо глядя мне в глаза, — многие из нас обязаны твоему деду жизнью. Если будет нужда, обращайся, — больше ничего не добавив, развернулся на месте и вышел из зала.

После окончания церемонии мы поехали на кладбище, где прошла церемония с участием церкви. После этого тело деда наконец-то захоронили в семейной усыпальнице. Я был полностью опустошен и, когда мы вернулись домой, мечтал только об одном — лечь и отдохнуть. От долгого неподвижного стояния гудели ноги, да и есть уже нешуточно хотелось. Тетушка, видя наше состояние, смилостивилась и отпустила всех, дав строгий наказ спуститься примерно через час.

Этого времени мне хватило, чтобы немного прийти в себя. Ко мне забежала Татьяна Леонидовна и принесла поднос — большую тарелку супа и чай с пирогами. Она сидела напротив и смотрела, как я ем. Осмотрев свою комнату, я понял, как много тут вещей, которые принадлежат лично мне. Попросил кухарку по возможности незаметно попросить прислугу упаковать мои вещи. Она понятливо кивнула, пообещав немедленно заняться этим.

Как оказалось, старая прислуга сидела без дела. Вместе с Ольгой сюда приехали люди из воронежского дома, по её словам, весьма заносчивые.

— Скорее всего, они тут и останутся, ведь «Владиславу нужны лучшие слуги, а не то, что тут Дмитрий понабрал», — грустно рассказала мне Татьяна. Так что, скорее всего, ей сегодня-завтра дадут расчет. Но она не унывает — хорошие повара всегда нужны.

Столько было печали в голосе женщины! Я прекрасно её понимал. Татьяна Леонидовна проработала в этом доме почти двадцать лет. Был бы у меня свой большой дом, взял бы её с собой, но в Екатеринодаре моя часть не слишком велика, да и не буду я там регулярно питаться. Дал ей телефон Станислава Холкина, предложив открыть пирожковую на территории фабрики на мои деньги. На ресторан у меня бюджета нет, да и время много на это надо, а вот пирожковая — самое то. Кухарка обещала обдумать мое предложение. Я выслушал очередной шквал сентенций, как же дети быстро растут, и наконец-то выпроводил Татьяну из комнаты.

Набрал Пантелея Семеновича — узнать, как у него идут дела. Тот отчитался, что все отлично — оздоровительный центр под их полным контролем, и вообще никаких проблем. Аудиторы работают, клиенты приезжают и обслуживаются. Порадовал, что бывшего директора задержали полицейские. Так что в ближайшие сутки никакая информация до Ольги не должна дойти. Тот имел неосторожность усомниться в подлинности бумаг, пытался насильно вытолкнуть бывшего мэра за порог и даже поставил синяк на руке. А это уже причинение вреда здоровью и мелкое хулиганство! Так что просидит двадцать четыре часа в отделении и заплатит штраф. Судя по довольному голосу Цыпко, он изначально что-то такое и планировал. Думаю, было не слишком сложно спровоцировать Ольгиного директора. Я поздравил его с новым местом работы и пожелал удачи.

Под конец разговора Пантелей Семенович сообщил, что забронировал для меня отдельный домик и, если что, предлагает приехать на ночевку. Заодно и помянуть Дмитрия Александровича не помешало бы. Обещал подумать.

В принципе, идея нормальная. Боюсь, Ольга будет очень недовольна, когда я не вступлю в род. Так что оставаться здесь на ночь мне не стоит. Ладно, посмотрим, хорошо, что есть запасной вариант. А то думал ехать в Екатеринодар или снять номер в гостинице, с чем могли возникнуть проблемы.

Спустился вниз, в общий зал. Людей собралось много. Вдоль стен стояли столы с закусками. На центральной стене разместили фотографию деда с черной ленточкой в углу. Гости неспешно перемещались по залу, беседуя друг с другом. Я заметил Ольгу — она стояла в окружении своих детей и старшего мужа. Поймав мой взгляд, кивнула, но в свой круг не пригласила.

Мне было не слишком уютно. Оглядывая собравшихся, я понимал, что практически ни с кем не знаком. Иногда кто-нибудь из них подходил ко мне, чтобы высказать свои соболезнования. Некоторые даже задерживались, рассказывая что-нибудь приятное о деде. Многих людей в этом зале что-то связывало с Дмитрием Александровичем. Кого-то работа и дела, кого-то личные отношения. Лишь я жил как бы на отшибе, в своем мирке. В принципе, для замкнутого подростка вполне простительно. Но чтобы чего-то добиться в этом мире, надо заводить как можно больше друзей и знакомых. Думаю, у меня еще будет время для этого.

Прошло почти два часа. Настало время официальных процедур. Все по классике: король умер, да здравствует король. Клан не может и не должен быть без главы. В аристократических родах, имеющих родовой алтарь, мы бы сейчас спустились в подвал и провели необходимый ритуал. Но в нашем случае все должно было пройти значительно проще.

Ко мне подошел старший муж Ольги, Станислав, и позвал за собой. Выйдя из зала, мы поднялись на второй этаж и зашли в кабинет деда. Здесь уже собрались все родственники, а за столом сидел мужчина в строгом костюме, перед которым лежала папка с документами. За его спиной по одну руку стоял Вениамин Григорьевич, а по другую — паладин Никанор, с которым я познакомился во время проведения ритуала у Кутыевых. Он снова был в простых одеждах, на этот раз темных. Свободные штаны, слегка распахнутая рубашка, подпоясанная широким поясом с письменами. На этот раз у него не было повязки на глазах, и мне удалось их разглядеть. Глаза у паладина были чистого голубого цвета и даже слегка светились. Никанор кивнул мне, как бы говоря, что помнит и узнал.

Вдоль стола выстроилась вся семья Шуваловых — Ольга, её мужья и дети. Рядом с Ольгой стоял молодой человек, держащий в руках папку. «Наверное, помощник или юрист», — решил я и встал неподалеку от родственников, однако и не вплотную к ним. Размер кабинета позволял.

— В этот трагический день, когда тело главы рода Шуваловых было предано земле, — начал Никанор свою речь глубоким низким голосом, — мы собрались, чтобы утвердить нового главу рода, дабы не прервалась линия и не пропали деяния Шуваловых втуне. По кровному родству новым главой объявляю Ольгу Александровну Шувалову-Липецкую! Возражений не имеется? — Он обвел всех присутствующих взглядом, но никто не возразил. — Поздравляю Ольгу Александровну с принятием ответственности за род. Во славу рода и Империи! — Никанор отступил на шаг.

— Свидетельствую, — произнес Курбатов.

— Свидетельствую, — произнес мужчина, сидевший за столом. — Ольга Александровна, поставьте свою подпись, — он подвинул бумагу на край стола. Тетя подошла и, макнув перо в чернильницу, расписалась. За ней поставили подписи и Никанор с Курбатовым.

Но церемония на этом не закончилась. Никанор снова сделал шаг вперед.

— Виталий Алексеевич Шувалов, — от его внимательного взгляда, направленного на меня, по телу пробежала дрожь. Такое впечатление, что он вглядывался мне прямо в душу, — готовы ли вы остаться в роду Шуваловых и дать присягу новому главе?

Ко мне подошел Станислав и тихо на ухо прошептал:

— Достаточно сказать: «Присягаю!»

— Не готов, — твердо ответил я, глядя на Никанора. На его лице не дрогнула ни единая мышца. Он продолжал все так же внимательно смотреть на меня с улыбкой доброго дядюшки.

— Я услышал, — произнес он.

Краем взгляда я заметил, как удивленно посмотрела на меня Ольга, а Владислав окинул взглядом, полным презрения. Курбатов лишь слегка улыбнулся.

— Свидетельствую, — произнес Вениамин.

— Свидетельствую, — произнес мужчина за столом и, достав следующую бумагу, подвинул её на край стола. — Поставьте свою подпись, — обратился он ко мне.

Не вчитываясь, я макнул перо в чернила и расписался. Больше всего боялся поставить кляксу, ведь чернила и перо используются только в официальных случаях, и навыка работы с ними у меня не было, но все прошло нормально. Следом за мной расписались Никанор и Курбатов, а также Ольга Александровна.

— Идемте, время представить нового главу рода, — произнес Никанор.

Все молча двинулись за ним, только Ольга, обгоняя меня, прошипела мне в ухо:

— Потом поговорим!

Широко распахнув двери в зал, мы прошли в комнату, полную гостей. Вперед вышел Никанор и зычным голосом объявил:

— Время скорби не может быть бесконечным. Появился и повод для радости. Род Шуваловых продолжается! Представляю вам нового главу рода — Ольга Александровна Шувалова-Липецкая. Во славу рода и Империи!

После его слов Ольга вышла вперед, и к ней выстроилась целая очередь желающих поздравить. Все-таки важное событие, о котором многие присутствующие могли лишь мечтать.

Глава 7

Глава 7

Самое время было уйти без лишнего шума. Что я, собственно, и сделал, оставив тетю почивать на лаврах.

В дверях гаража меня поймала Татьяна Леонидовна и сообщила, что вещи уже переложили в багажник моей машины, а затем крепко обняла и пожелала удачи. Похоже, слуги уже знают, что мой статус изменился, и я больше не хозяин в этом доме, более того, прекрасно понимают, что новые хозяева мне тут не рады. Хотя — это слуги, они всегда все быстро узнают.

Как только выехал за ограду особняка, увидел Курбатова. Тот стоял, облокотившись на свой автомобиль. Заметив меня, махнул рукой, предлагая остановиться.

Несколько минут беседы, один звонок Пантелею Семеновичу, и вот мы едем в оздоровительный центр — устроить поминки небольшой компанией.

Домик, предоставленный мне Цыпко, оказался на редкость уютным. Располагался он на склоне горы. Уже стемнело, и видом полюбоваться не было возможности. Внутри были три спальные комнаты и большая гостиная, совмещенная с кухней. Там-то мы и устроились.

Что сказать — хорошо посидели. Еды и напитков было вдоволь. После пары рюмок языки и Курбатова, и Цыпко развязались, и они начали с воспоминаний о деде, а закончили разговорами о политике и о том, кому на Руси жить хорошо. Мне кажется, в любом мире все пьяные разговоры скатываются к этим темам.

Курбатов решил остаться на ночь в доме, а Цыпко, выдав нам по магическому антипохмелину, заказал такси и отправился домой.

Мне наконец-то удалось нормально выспаться. Разбудил меня свежий и бодрый Пантелей Семенович часов в десять утра, сообщив, что завтрак уже давно остыл, и вообще — впереди много дел! Ему пришлось подождать, пока я соберусь и поем. Курбатов уехал, когда я еще спал. Спасибо, что не стал будить.

На маленькой машинке типа гольф-кара мы поехали кататься по территории. Цыпко показывал мне мои владения. Честно говоря, не ожидал, что оздоровительный центр настолько большой. До этого мне приходилось бывать только в главном корпусе. В нем находятся два комплекса СПА с бассейнами, наполненными термальной водой, и массажными комнатами. Они, в основном, сдаются с почасовой оплатой для тех, кто просто приезжает, без заселения. Также в нём ведут прием доктора, которые назначают лечение. В этом же здании сидит и администрация.

Рядом, буквально в пятидесяти метрах, стоит корпус для отдыхающих. В нём около сорока номеров, рассчитан на сотню человек. Обычно туда заселяют простых людей, которым надо поправить здоровье. По словам Цыпко, в этом корпусе почти стопроцентная заполняемость даже летом. Еще один корпус расположен чуть далее, он подороже, рассчитан, в общей сложности, на двадцать человек и имеет пять номеров. В нем обычно селятся дворяне.

Кроме этого, по территории раскиданы небольшие виллы, в одной из которых я и ночевал. Их десять штук. Подходят для семьи до восьми человек. Во всех корпусах имеются столовые и бассейны с термальной водой. А вот жителям вилл повезло меньше — им, чтобы пройти водные процедуры, нужно посещать главный корпус.

— Так, а в чем смысл оздоровления? Ну, расслабиться, я понимаю, а с медицинской точки зрения? — решил уточнить я, пока мы шли в крыло администрации. Ведь в мире, где целители не такая уж большая редкость, тратить две недели на водах мне казалось несколько нерационально. Тем более, тут и до моря не слишком далеко.

— Тут все просто. Лечение ЖКТ. Снятие нервного напряжения. Омоложение кожи и лечение кожных заболеваний в специальных ваннах. Такие вещи проще и приятнее лечить здесь, чем у целителей, — пояснил мне Цыпко, — тем более, обычные люди к целителям с язвами не ходят. Не их масштаб.

— Ничего себе. Это вы все за один день узнали? — подколол его я.

— Так я же был мэром! Такие вещи должен знать, тем более, не раз вручал полезным людям путевки в этот центр.

— Типа взятка? — уточнил я, с укором глядя на него.

— Да что вы, Виталий Алексеевич! Какие взятки в наше время? Просто с нужными людьми надо уметь поддерживать хорошие отношения. Идемте, нам сюда, — он провел меня в кабинет с надписью «Директор», — вот мое новое рабочее место.

— Неплохо, — осмотревшись, одобрил я. Кабинет был большим, светлым с широким окном, из которого открывался шикарный вид на горы, — ну ладно, полюбовались, я оценил. Теперь расскажите, как вообще дела у центра. Какие доходы, расходы. Что показал аудит?

Пантелей Семенович отлично умел перестраиваться на деловой лад, вот и сейчас его моментально покинуло добродушие, и он начал мне докладывать о состоянии дел центра.

По итогам выходило, что с прибылью дела обстоят очень хорошо. Правда, большую часть съедает зарплата персонала и расходы на обслуживание зданий и территории, но, тем не менее, в месяц чистыми остается от десяти до двадцати тысяч рублей. Очень хорошие деньги!

— Вот еще один важный момент, думаю, вам будет полезно знать. Центр был записан на вашего отца и после его смерти управлялся Дмитрием Александровичем. Два года назад, тот по договору передал управление Ольге Александровне. Именно под управление. В договоре четко указано распределение прибыли. Тридцать процентов идет на счета центра для обновления и развития, двадцать процентов — в бюджет города, как благотворительные взносы, тридцать процентов забирает Ольга Александровна. Оставшиеся двадцать процентов перечисляются на личный счет Дмитрия, — он многозначительно посмотрел на меня.

— В принципе, понятно, условия хорошие. Ольга берет на себя все заботы и получает за это всего лишь чуть меньше трети дохода. Молодец дед. Не забыл и о городе, и о себе. Думал, условия будут хуже, — у меня мелькнула мысль, что на таких договоренностях можно было бы оставить этот центр тете и не портить с ней отношения. Просто живешь дальше и получаешь свои две-три тысячи рублей ежемесячно. Так сказать, без забот и хлопот. Была бы у меня эта информация раньше!

— Да, однако есть проблема. Эти условия соблюдались только первый год. А затем деньги на развитие центра перестали переводить, городу тоже почти не перепадало. Я, как мэр, знаю все поступления. За прошедший год пару раз перевели нам по тысяче рублей — и все. Это же внутренний договор, администрация о нем не знает. А последние полгода они и Дмитрию Александровичу ничего не отправляли.

— Понятно, — я задумался над возможностью вытрясти эти деньги. Все равно отношения испорчены. Но по всем раскладам получалось бесперспективное дело.

— Заставлять их расплатиться с дедом не имеет никакого смысла, все счета перешли им же, — начал я озвучивать свои мысли под одобрительным взглядом Цыпко, — тут как — правой рукой даю, левой забираю. Город тоже не может выставить претензии о недополучении средств, так как это оформлялось, как благотворительность. Захотели — перевели, не захотели — не перевели. Остается только пополнение счета на развитие самого центра. А вот тут можно уже на них поднажать. Договор-то нарушен!

— Да, — он посмотрел на меня, как экзаменатор на студента, который правильно ответил на вопрос, — и любой суд встанет на вашу сторону. По подсчетам, долг накопился чуть больше тридцати пяти тысяч рублей. Аудитор выписал отдельную справку и оформил её как досудебную претензию. А вам уже решать, пускать претензию в дело или нет. Иск-то подать никогда не поздно. У вас на это по закону три года имеется. Да и сумму нужно будет удваивать. Ведь, кроме, фактически, воровства, падает рыночная стоимость и капитализация в связи с обветшанием и непроведением ремонта. Кроме ремонта, на эти деньги можно было построить еще номера, так что любой грамотный юрист докажет наличие недополученной прибыли.

— Спасибо, — я убрал документы себе в папку. Посмотрим, как дело повернется. Однако у меня теперь имелся пусть и небольшой, но рычаг давления на тетушку. Такие вещи не могли делаться без прямой её указки.

Мы еще пообсуждали оздоровительный центр и пришли к выводу, что ничего пока менять не стоит. Прошлый директор был вполне грамотным человеком, дела вел на хорошем уровне. Пусть не креативно, без огонька, зато все стабильно и без проблем. Пантелей Семенович обещал подумать, как можно увеличить прибыль, не ухудшая качество услуг. Договорились, что с каждой дополнительной тысячи прибыли свыше средних восьми он будет получать пять процентов премии.

Тепло попрощавшись, я отправился на арт-пространство. Время уже обеденное, а я сегодня хотел еще попасть домой в Екатеринодар.

Станислав встретил меня у входа и повел на экскурсию по арт-пространству. Я с удивлением вертел головой. Поразительно, как за одну неделю все изменилось. В большом ангаре будет выставочный центр. На него уже, оказывается, целая очередь из художников и фотографов. Там сейчас вешали освещение, а прежде уложили пол и поставили перегородки. В некоторых местах оставили кирпичные стены — для антуража. В помещении бывшего цеха перегородки тоже поставили, превратив большой зал в два коридора с кучей небольших магазинов, часть из которых уже заполнялась. То тут, то там сновали люди, таская тюки с товарами. Кое-где вешали вывески, в общем, жизнь кипела.

Затем зашли в администрацию, и Станислав отчитался о поступлении денег. Ему удалось сдать почти пятьдесят процентов помещений. И на тридцать уже есть предварительные договоренности. Обсудили открытие. Решили делать его пятого сентября, в субботу. Как раз весь народ вернется из отпусков и будет требовать зрелищ. Денег не забрал ни копейки. Пока пусть все идет в дело, тем более, лишних и нет еще. Тратится все, что приходит. Хорошо, что добавлять не надо.

Предупредил, что дал его телефон Татьяне Леонидовне. Она у нас была кухаркой, правильнее сказать, помощником повара. Отвечала за завтраки и выпечку. А вот обед и ужин готовил настоящий повар. Станислав обещал выделить ей место и обсудить условия. Сошлись на том, что мы вполне можем себе позволить купить пару печей и необходимое оборудование, а Татьяне Леонидовне выделить все это дело на открытие чайной. Разрешил ему самому уладить вопрос с оплатой, согласился, что двадцать-тридцать процентов отдавать вполне достойно — и нам выгодно, и ей.

Наконец-то закончив все дела, я отправился домой. Первый раз за рулем на такое расстояние. Но дорога оказалась проще, чем я ожидал. В нужных местах были размещены указатели, да и частая езда на автобусе и на машине в качестве пассажира позволила мне запомнить дорогу, так что карту совсем не пришлось открывать.

Дома оказался не слишком поздно, заказал доставку еды — на ужин и на следующий день. Мы с дедом обычно именно так и питались. Просто к определенному времени приезжал человек из ресторана и сервировал нам обед или ужин. Удобно.

Поужинав, развалился на диване с планшетом — решил освежить и пополнить свои знания по кланам. Может быть, я что-то упускаю, выйдя из-под опеки рода Шуваловых. Понятное дело, надо было этим заняться раньше, до принятия судьбоносного решения, но мне тогда было не до того.

Итак, я теперь простой дворянин, можно сказать, безродный. Если я захочу создать род, то, в первую очередь, мне нужны родовые земли. Это одно из главных препятствий. Все земли в империи принадлежат империи. Например, дом, в котором я сейчас живу, стоит на имперской земле, кусок которой у меня в бессрочной аренде. Но если империи потребуется этот кусочек, меня в любой момент могут попросить его освободить. Да, выплатят какую-нибудь компенсацию за дом, но на этом и все.

С родовыми землями так не прокатит. Правда, и купить их почти нереально. Все участки наперечет.

Первый вариант, чтобы получить земли, — совершить подвиг или долго и исправно служить. В таком случае тебя могут одарить, что и произошло с моими предками. Они получили в награду за подвиг и верную службу небольшой участок родовых земель в Хадыженске. Там теперь стоит особняк рода. Плюсом им дали в управление сам город. Эти земли можно продать, лишившись статуса, или их могут отобрать за какую-нибудь серьезную провинность перед империей.

Родовые земли дают возможность создать род. Потому что теперь есть «родина» — место, которое с родом навсегда. Только имея такое место, можно принимать вассальные клятвы других семей. Еще это дает статус наследного дворянина и некоторые налоговые льготы. Государству выгодно, чтобы семьи собирались в род и брали на себя ответственность за своих вассалов, при этом вкладываясь в них собственными средствами и делая тех сильней.

Второй способ получить родовые земли — раздобыть собственный алтарь. Но это приравнивается к подвигу, так что можно считать продолжением первого способа.

Есть еще возможность купить родовые земли у разорившихся родов. Но и тут надо получить имперское одобрение. Кому попало такую возможность не дадут.

Получается, создать свой род не так просто, как хотелось бы. Именно поэтому многие богатые владельцы фабрик и заводов являются всего лишь простыми дворянами. Для большей части из них создать свой род не в этом, так хотя бы в следующем поколении — самая заветная мечта!

Богатые семьи нашли замену роду — они создают кланы. Например, есть клан Поташевых, с ним договором связано больше десятка семей. По богатству этот клан не уступает среднему княжескому роду. Но вот статус не тот. Нет должного уважения среди аристократии. На приемы не зовут. В совет князя не попасть. Налогами давят. Так что многие кланы мечтают стать родом.

Ну, а я пока не мечтаю. У меня вообще сложилась странная ситуация. С одной стороны, меня рады были бы видеть в роде Шуваловых, но я сам туда не хочу. С другой стороны, я де-юре являюсь главой рода Максютовых, но там меня видеть не слишком хотят. А по официальным бумагам я просто не наследный дворянин, самая нижняя ступень в аристократическом обществе. Статус можно поднять на ступень, если я достигну магического уровня «учитель» или сдам официальный экзамен на повелителя стихий. Тогда мне присвоят звание наследного дворянина.

Еще привел в порядок свои знания по брачному кодексу. Очень уж конфликтовала эта информация в моей голове. Все-таки большую часть жизни я прожил в другом мире, где с этим было проще.

Я, как представитель низшего звена дворянства, мог взять себе в жены простолюдинку, ну, или дворянку, но только простую или наследную. Если я замахнусь на кого повыше, это уже меня возьмут в мужья, и мне придется сменить фамилию и войти в род жены. Причем, скорее всего, лишь вторым или третьим мужем. На роль первого ищут обычно познатнее и побогаче. К примеру, моя тетя состоит в роду Шуваловых, и при этом вторая по крови. Она взяла первым мужем Станислава Липецкого из рода Липецких. Только он в своем роду по крови не так высоко, и шансы возглавить свой род имел весьма призрачные. Так что он перешел в род Шуваловых, но не полностью, фамилия стала двойной, что говорит о том, что он или его дети смогут претендовать на наследство Липецких — при определенных обстоятельствах. Остальные тетины мужья были простыми дворянами, и за каждым из них она получила еще и приданое. При этом на данный момент их дети выше меня по статусу.

Вот такая запутанная система получается, хотя для жителей этого мира она предельно проста и понятна.

А если касаться совместного проживания, то трое мужей — это не гарем, как рисует мое испорченное воображение. Чаще они живут в разных домах. Ведь это, в первую очередь, союз, который направлен на возвышение рода. И, конечно, дети –тоже важная часть усиления. Так что медовый месяц с каждым мужем обычно заканчивается зачатием. А затем он, как половой партнер, теряет свою привлекательность и переходит в разряд деловых партнеров.

Особенно это касается первого мужа. Первый брак — он в девяти случаях из десяти не по любви, а по расчету. Роль первого мужа важна в любой семье. Он зачастую выполняет представительские функции. Ходит на званые ужины, балы. Ему вообще многое позволяется, в том числе — иметь официальных любовниц, детей от которых могут даже принять в род.

Когда речь идет о втором и третьем муже, тут чаще встречается любовь. Но и участь у этих номеров не такая завидная. Им приходится много работать. А еще, если они сильные маги, для рода выгодно иметь от них как можно больше детей, и в крупных родах таких мужчин часто спускают дальше — передают родственникам и вассалам, используя по полной программе для зачатия детей с магическими способностями. Хотя эта функция со временем сильно снижается. Но в некоторых семьях у второго мужа в роду может иметься до пяти детей.

Так что, если я стану главой рода, спокойно могу завести себе две-три жены. А вот оставаться безродным дворянином уже не так здорово. В этой ситуации мне грозит участь стать вторым или третьим мужем. При этом за бесхозного мага может развернуться нешуточная борьба. Об этом еще дед предупреждал меня. И это не та борьба, на которую приятно смотреть. Тут перечень приемов, как правило, не из приятных. От побоев и шантажа до полного разорения. Именно так серьезные аристократы привыкли решать многие проблемы.

Но пока я не закончу гимназию, по идее, подобное мне не должно грозить. Во- первых, считается, что дети должны решать свои проблемы сами, без помощи родственников. Иначе это сильный ущерб репутации. Во-вторых, пока я учусь в гимназии, я считаюсь перспективным магом, могущим принести пользу империи. И Империя меня защищает.

Но вот стоить закончить гимназию — и у меня останется не так много вариантов. Точнее, вообще три: пойти на службу Империи (этот путь выбрали мои отец и дед), вступить в какой-нибудь род, скорее всего, став чьим-то мужем, или же самому стать настолько сильным и ценным, что никому не будет позволено тянуть ко мне свои руки.

Глава 8

Глава 8

Утром ко мне зашел Араслан. Я еще вечером связался с ним и договорился о первом уроке. Начали мы с простой разминки. Потом перешли к контролю энергии. Араслан был не слишком многословен, однако пару раз удостоил меня похвалы, хотя, конечно, больше ругал. Говорил, что мне не хватает фундамента, начальных знаний, при этом — просто чудо! — у меня получаются огненный и взрывной шар. Прям удивительно — как я до сих пор не покалечился, используя подобные заклинания?

Так что вторая часть занятий у нас свелась к основам. Как правильно закручивать энергию в жгуты, как их контролировать и проводить энергию. Как нужно вязать простейшие узелки. Он расписал мне занятия на ближайшую неделю. Заниматься надо три раза в день, но буквально по двадцать минут, пытаясь довести простые действия до автоматизма. Договорились, что Араслан будет заходить ко мне через день.

За чаем мне удалось его немного разговорить.

— Араслан, а чего люди из кожи вон лезут, чтобы стать сильными магами? Понимаю, что вопрос немного наивный, но в современном мире это уже не так актуально. Да и организму на пользу не идет. Раннее старение, проблемы с зачатием… Да и откаты — штука пренеприятная, а иногда и смертельная, — наконец-то удалось задать профессионалу давно мучивший меня вопрос.

— Ну, тут нет никакого секрета. Начнем с низов, с простолюдинов. Они стремятся стать магами, чтобы вырасти в статусе. Ты же знаешь, магия — она вокруг, а тело человека работает этаким магнитом. Магия облепляет каждого из нас, как темной ночью облепляют фонарь мошки. Только у одного из тысячи, если брать простолюдинов, образуется ядро. Если потратить какое-то время и приложить небольшие усилия — станешь учеником пятого ранга, а это автоматически дает тебе дворянство.

— Это я в курсе, а ранг «учитель» дает наследственное дворянство. Тем не менее, у дворян-то такой задачи не стоит. Да у многих и с деньгами проблем нет. А все равно стараются, рвутся…

— Да. Так и есть. Обучение магии опасно. Есть риск и преждевременного старения, и смерти, но на уровне «мастер» всё меняется, и именно к этому уровню все и стремятся. Мастер может поддерживать свой организм в тонусе и даже слегка омолаживать. Совершенно нормально, когда пятидесятилетний мастер выглядит, как тридцатилетний учитель. Мало кому дано, но это не мешает стремиться к подобным вершинам.

Это была новая информация, почему-то она раньше мне не встречалась. Я внимательно присмотрелся к Араслану. Он-то как раз мастер, выглядит лет на сорок…

— А сколько вам лет? — задал я закономерный вопрос.

— Шестьдесят четыре года, — спокойно произнес Араслан, отпивая чай, — но я продолжаю совершенствоваться. Моя цель — стать магистром. Это еще продлит мою жизнь. К тому же, на таком уровне начинаешь очень хорошо понимать себя и ощущать свое ядро, так что мне зачастую удается избегать откатов.

А ведь Ураз тоже мастер, и выглядит при этом лет на восемьдесят. Сколько же ему тогда на самом деле? Как интересно! Теперь мне многое стало понятно. В таком разрезе стоит заниматься магией. Слишком много плюсов. Я тяжело вздохнул: похоже, лучше не отлынивать. А так хотелось забить на это дело! Выучить пару заклинаний и остановиться на достигнутом.

— А что вы знаете про повелителей стихий? — Раз пошел такой разговор, я решил получить максимум информации.

— Повелитель стихии — это, в первую очередь, про понимание и чувства, некое родство. Это малоизученная и малопонятная область. Ты вот знаешь, что среди целителей есть повелители?

— Это как? Там разве есть стихия?

— Вот об этом и речь. Повелитель стихии — неправильное название. Это просто тот уровень, когда ты все понимаешь в своей области знаний. Понимаешь даже не на сознательном уровне, а на уровне рефлексов, в подсознании, когда ты вообще не думаешь — просто делаешь, как надо, и все. Как профессиональный автогонщик, как шахматист в цейтноте, когда на часах осталась пара секунд.

— Образно, — задумчиво протянул я, — но при этом понятно.

— На самом деле всю эту информацию тебе расскажут в колледже. Так что нет ничего удивительного, что ты так мало знаешь об этом. Нет смысла забивать лишними знаниями головы людям, у которых не появилось ядро. А вот как оно появится, настает время обучения, причем теорию наконец-то можно объединить с практикой. Если бы ты пошел учиться в любое учебное заведение для одаренных, то был бы наравне со всеми. Но ты идешь туда, где учатся родовые и высшие аристократы. Им такие знания дают с детства, поэтому, чтобы ты не выглядел неучем на их фоне, пришлю-ка я Арсена с парой учебников.

Тепло распрощавшись с учителем, я сел читать свежий отчет Дэна. Для запуска музыкального проекта все было готово, и стартовать он будет этой ночью. Ровно в ноль часов выйдет первый клип, и альбом станет доступен для скачивания. Но былой энтузиазм у меня пропал. Столько проблем навалилось за эти дни, что мысли о музыке отошли даже не на второй план, а куда-то гораздо дальше. Как и воспоминания о расставании с Никой. Подумать только — прошла всего неделя, а я о ней даже и не вспоминаю.

Вообще, на меня навалились какие-то апатия и меланхолия. Мне никак не удавалось забыть о смерти деда. Особенно давили мысли об одиночестве. Вот я сижу один в этом доме, а за стенкой — дом деда, где я провел столько времени вместе с ним. Может быть, выйти погулять? Но нет, ничего не хочется.

Раздался звонок в дверь. Бросив взгляд на часы, я решил, что принесли обед. Вроде, самое время. Открыв дверь, удивленно уставился на Ольгу Александровну.

— Здрасте, — немного стушевавшись, произнес я. Никак не ожидал её увидеть.

— Я пройду? — поинтересовалась тетя, скорее, из вежливости, заходя внутрь и переобуваясь.

— Да, конечно. Может быть, чаю? — ответил я, настраиваясь на серьезный разговор.

— Будь любезен, — она села за стол и какое-то время смотрела, как я готовлю, — знаешь, когда мне было пятнадцать лет, у Димы появился первый и единственный ребенок. Лешка. Я носилась с ним по всему дому и была по-настоящему счастлива. Гуляла с коляской, хвасталась подружкам. Он был такой смешной и не по годам смышленый. Но через три года меня отправили в колледж, и мне пришлось уехать из дома. Началась моя взрослая жизнь. Хотя на выходные я часто выбиралась в Хадыженск. Потом у меня появился первый муж, я переехала в Воронеж, родила, и мы стали реже видеться. Но Лешка всегда оставался для меня любимым младшим братом. Когда Леше было двадцать, родился ты. Я, уже как опытная мамаша, помогала Лидии ухаживать за тобой. Забрала её тогда чуть ли ни на полгода к себе, надеясь, что проблемы с бывшим родом твоей матери утихнут. Как оказалось, зря, — она отпила чай и замолчала. Сейчас Ольга совсем не напоминала ту деловую и целеустремленную женщину, какой я её видел в последние дни. Обычный человек, сильно уставший от жизни. Мне хотелось обнять и утешить тетю, но я сдержал этот неуместный порыв.

— И что было дальше? — вырвал её из задумчивости мой вопрос.

— Дальше случилась трагедия. Когда, вроде, уже всё устаканилось и наладилось. Остались только ты и дед. Я хотела забрать тебя к себе. У меня уже было два ребенка, и с третьим бы я справилась. Но Дима встал стеной и ни в какую не хотел отдавать тебя. Мы тогда сильно поругались, но спустя годы я поняла, что он был прав. Ты оставался единственным смыслом его жизни. Если бы я забрала эту подпорку, боюсь, все закончилось бы гораздо раньше.

— Думаю, вы правы, — согласился я с ней. Работа у деда, как я теперь знал, была достаточно опасной, и, имея меня за спиной, он старался не рисковать своей жизнью лишний раз.

— Теперь тебе восемнадцать, я помню Лешку в этом возрасте. Вы с ним очень похожи. Он был таким же упрямым и независимым. Думал, что лучше всех все знает, и ему море по колено. Но результат трагичен. Он не дожил до двадцати шести лет. Постарайся не повторять его ошибок, — закончила она.

— У меня своя жизнь, и будут свои ошибки. Иначе как мне расти и взрослеть? Нельзя меня запереть в золотой клетке и думать, что таким образом я стану взрослым и самостоятельным, — высказал я первое, что пришло в голову, и, похоже, попал в точку.

— В этом ты прав, — она удивленно посмотрела на меня, — рассуждаешь не по годам здраво. Сейчас, глядя на Станислава и сравнивая его с Лешей, я остро осознаю твою правоту. Нельзя всю жизнь просидеть у маминой юбки. Поэтому я решила дать ему самостоятельность. Есть шанс, что он повзрослеет, занявшись делом. Жалко, что я это поздно поняла.

— Он не наломает дров? Я понимаю, что Станислав — ваш сын, но он не лучшее впечатление производит на окружающих. Думаю, вам не слишком приятно это слышать. Прошу простить меня, лезу не в свое дело. Но, может быть, ему стоило бы начать с чего-то менее значимого, а не сразу садиться в кресло мэра?

— Ничего, — она по-доброму улыбнулась мне, — мнение другого человека всегда интересно услышать. Более подходящего варианта не нашлось. На самом деле, должность мэра не такая уж значимая. Всем заведует совет, с которым надо научиться договариваться. Ведь все недовольство, в случае чего, выплескивается на мэра, а не на них. Цыпко был хорош в этой должности. Мне неприятно было видеть, как Станислав с ним обошелся, передай, пожалуйста, мои извинения. И пусть по мере сил поможет моему сыну и присмотрит за ним.

— Хорошо, — согласился я. В принципе, она права по всем пунктам. И, если хорошенько подумать, на этой должности сложно все испортить. Совет остался, чиновники — вообще имперские служащие. Думаю, спесь с него быстро собьют.

— И я рада, что ты забрал себе Пантелея Семеновича. Сама хотела подыскать ему место, но так даже лучше.

— А то, что я забрал себе оздоровительный центр?

— Мне подготовили справку по твоим делам. Твое арт-пространство, которое скоро откроется… куда ты влил столько денег… Мне понравилась твоя идея, и то, что ты не прогулял неожиданно свалившиеся на твою голову деньги. Так что потерю оздоровительного центра я переживу. Тем более, новый директор, уверена, не пустит его по миру. Но то, что ты вышел из клана, даже не посоветовавшись со мной, сильно расстроило и задело.

— Извините, — я развел руками. В этом она права, мой поступок выглядел некрасиво. — Действовал на эмоциях. Вы правы. Но, думаю, все равно бы не остался в клане. Спасибо, что решили пообщаться и разобраться в сложившейся ситуации. Боюсь, я не нашел бы в себе силы на подобное.

— Молодец, умеешь признавать свои ошибки. Учти на будущее, что такие ситуации надо сразу решать. Все обсуждать. Иначе обиды имеют привычку накапливаться, а взаимонепонимание — расти. У меня три мужа и три ребенка. Если бы я не умела решать подобные вопросы, моя жизнь превратилась бы в ад.

— Так что, без обид? — решил уточнить я.

— Да. Что твое, то твое. Ни на что не претендую. Просто сравнивала тебя со своим сыном. Ему в восемнадцать лет нельзя было доверить подобные предприятия. Правда, насчет тебя тоже пока не до конца уверена.

— Я сам не до конца уверен. Поэтому оздоровительным центром будет управлять Цыпко, и мы решили там ничего особо не менять, а что с арт- пространством получится — время покажет. Но, вроде, все движется неплохо и в нужную сторону, — признался я.

— И последнее, — она поднялась из-за стола, я тоже встал, — помни, что у тебя есть родственники. Мы — не чужие люди, и, если возникнут серьезные проблемы, ты всегда можешь на нас рассчитывать!

Ольга Александровна подошла ко мне и заключила в объятия. Обняв её в ответ, я почувствовал, как мне стало легче. Какой-то комок, скопившийся внутри груди, стал рассасываться, и я банально, как маленький ребенок, расплакался.

Стоило ей покинуть мой дом, как принесли обед. Я ел, не чувствуя вкуса, и думал, какой же я все-таки глупый. И при этом счастливый. Ошибся в человеке и ситуации, бывает. Но хорошо, что у моей тети хватило ума разобраться с этой проблемой и найти нужные слова. И как же приятно понимать, что я в этом мире не один.

Под вечер заскочил Арсен и притащил пару учебников по магии. Блин, у меня их уже десяток накопился. Может, ну их нафиг, и дождаться начала обучения в колледже? А то я то один учебник начинаю читать, то другой. В итоге в голове какие-то обрывочные знания и никакого фундамента, как сказал Араслан.

С Арсеном мы часик вместе посидели, поболтали ни о чем. Он рассказывал о местных клубах, о каких-то магазинах и модных шмотках. Слушать было интересно, но ничего не понятно. Просто все это для меня — другой мир.

Уснул я быстро и хорошо выспался. Утром позанимался с палкой от швабры вместо сабли, потом сделал упражнения по магии, которые мне показал Араслан. Это было тяжело, но главное — занимало значительно меньше времени, чем раньше, а толку было больше.

Приняв душ и позавтракав, я наконец-то достал планшет. Специально оттягивал эту минуту, тренируя свою силу воли. Не знаю, зачем, но так привык.

Этой ночью вышли мой альбом и первый клип. На сайте посмотрел количество скачиваний — и разочаровался. Пока сам альбом скачали около трех сотен раз. Песню «Дожди-пистолеты» скачали чуть большей четырех сотен человек. Клип просмотрела почти тысяча. Зато комментарии под клипом порадовали. Многим очень понравилось, и практически никто не поливал грязью. В этом мире хейтеров еще было очень мало.

Сразу набрал Дэну — мне казалось, что просмотров могло быть и больше. Тот меня успокоил, сказав, что рейтинг видео еженедельный, и к концу недели мы должны подняться сильно выше. Просто надо подождать пару дней. Сегодня уже начнут выходить выпуски блогеров, и это даст клипу нужный толчок. В общем, остается только ждать.

Нет ничего хуже ничегонеделания. Особенно, когда ждешь результата, а повлиять на него никак не можешь. Это — как на соревнованиях: ты выложился полностью, проплыл, показал отличное для себя время, и остается ждать где-нибудь на трибуне, когда проплывут остальные. Только тогда будет понятно, какое ты занял место. Понятное дело, на крупных соревнованиях все по-другому, но, чтобы до них добраться, надо пройти десятки простых турниров, в каждом из которых участвует немало людей, — и ты каждый раз ждешь. Ждешь и надеешься на лучшее.

Послонялся без дела по дому. Посидел за учебниками. Время тянется ужасно медленно. Перебрал вещи в шкафу, отвез в прачечную костюмы. День прошел.

На следующей день пришел Араслан, позанимался с ним.

Просмотры клипа начали расти, набралось уже почти пятнадцать тысяч, альбом целиком скачали почти пять тысяч раз. Не могу понять — это много или мало для первых суток от никому не известного исполнителя? Лейблы не выкладывают в открытый доступ такую информацию, даже сравнить не с кем.

Зато сегодня вышел новый клип известного исполнителя по имени Нико. Он за пару часов набрал пятнадцать тысяч просмотров. Но там и фанбаза большая, наработанная годами, и денег лейбл в него немало вкладывает. У него на некоторых клипах под полмиллиона просмотров. Зато моим видео гораздо больше людей поделилось. Как сказал Дэн, это очень важный параметр, который в итоге еще скажется. Продолжаю ждать.

Позвонила Ефросинья и долго восторгалась альбомом. Так получилось, что до этого она его целиком не слышала. Зато теперь делится им со всеми знакомыми.

Съездил в химчистку, забрал чистые и поглаженные вещи. Убрал все в шкаф, дел по-прежнему нет. Какая-то апатия. Ничего не хочется делать. Понимаю, что нервы на пределе. Появилась неуверенность в себе. Весьма неприятное ощущение. Постоянно одолевают мысли: зачем я вообще этим занялся? Все это глупости какие-то! Вспомнил, с каким энтузиазмом записывал песни и насколько был уверен в успехе. Мечты, что буду собирать стадионы. В моем прошлом мире это называли «кринж», вот его и словил.

Вечером из болота, в которое я скатывался последние дни, меня вырвали Араслан и Арсен. Они приехали внезапно, без предупреждения.

— Слушай, брат! — начал Арсен, панибратски хлопнув меня по плечу. — Надо развеяться. Я смотрю, ты совсем закис. Понимаю, тяжело пережить смерть деда. Но жизнь продолжается. А ты такой напряженный. Надо скинуть негативную энергию, да и магам в таком возрасте даже по медицинским показаниям нужен секс! И не надо морщится, против природы не попрешь. Сказали — надо, значит, надо!

— Негоже главе рода пропадать в депрессии, — поддержал его Араслан, — я зарезервировал вам номер на море. Завтра езжайте, развеетесь. Отказ не принимается!

Так я оказался в Анапе.

Глава 9

Глава 9

На «мазератти», сопровождаемые завистливыми взглядами, мы въехали на территорию шикарного отеля. Нас любезно встретили сотрудники и, забрав ключи от машины, сопроводили в шикарные номера. Отель состоял из двух корпусов и бассейна между ними. Находился на первой линии, метрах в пятидесяти от моря. Здания выглядели очень современно. Широкие, слегка затонированные окна в пол, белый с синим цвет. Восемь этажей роскоши. Номера нам с Арсеном выдали отдельные, обслуживание пообещали по высшему разряду — ведь за нас замолвил слово сам Ураз.

Как рассказал Арсен, этот отель входит в сеть из восьми отелей, раскидных по побережью Черного моря. Сеть называется «Макс». Многие знают, что это от Максютовых, но в рекламе подразумевалось слово «Максимальный». Отель и вправду предоставлял максимальный уровень комфорта и обслуживания. Мой номер, к примеру, состоял аж из пяти комнат, двух ванных и двух туалетов. Причем размер главной ванной мог бы составить конкуренцию хорошей комнате.

Честно признаться, я был удивлен. До этого думал, что Максютовы занимаются животноводством, что-то такое упоминал Ураз, а тут такой шик. Арсен потом долго еще меня подкалывал на эту тему. Животноводством род Максютовых и вправду занимался, это был, так сказать ортодоксальный бизнес, который нельзя забрасывать. Ибо не по понятиям. А вот прибыль от него можно вкладывать и в более современные проекты.

В первый же день мы сделали набег на магазины, накупив себе пляжной одежды. От плавок до тапочек. Затем настало время развлечений.

Арсен развлекаться любил и умел. В Анапе он был пятый раз и знал все злачные места. Утром мы ходили на пляж, иногда плавали на яхте и катались на водных мотоциклах. А вечером отправлялись в какой-нибудь клуб, либо нас приглашали на очередную вечеринку. Уходили мы не одни, и каждую ночь в моем номере проводила новая девушка, а иногда и две.

На третий день вокруг нас уже собралась команда отдыхающей молодежи. Кого-то Арсен знал раньше, кто-то только присоединился к нам. Мы развлекались и сорили деньгами. Первый раз в жизни я ощутил тебя настоящим мажором. И мне это понравилось. Правда, для меня подобный образ жизни оказался несколько утомительным. Ложились мы спать часа в три-четыре, вставали в двенадцать дня и постоянно куда-то ездили, с кем-то общались. Никакого передыха. Самое спокойное время, когда я мог побыть один, — между девятью и одиннадцатью вечера, когда мы уже поужинали и нагулялись, а в ночной клуб ехать еще рано.

Все, что я успевал, это два раза в день выделить себе по полчаса — позаниматься магией. До обеда и перед ужином. Не забывал тренировать и каменную кожу, правда, прогресса особенно не было, длительность по-прежнему оставалась примерно три секунды, но хотя бы накидывать её у меня получалось с каждым разом все быстрее. Иногда ко мне заходил Араслан и помогал с тренировками. Он разместился в том же отеле, но в наших развлечениях участия не принимал.

Арсалан свел меня с местным управляющим отелем, и мне удалось провести с ним весьма познавательную беседу. Звали его Дмитрий Карамышев. Достаточно молодой, слегка за тридцать. В дорогом костюме он выглядел успешным и уверенным в себе бизнесменом.

— Мне во владение перешел оздоровительный центр в Хадыженске, — начал я разговор с интересующей меня темы, — но опыта у меня в этом деле ноль. Не могу определить даже, насколько его прибыльность соответствует реалиям, и стоит ли что-то менять? — Мужчина с уважением взглянул на меня.

— Я знаю этот центр, даже был в нем пару раз, — удивил он меня ответом, — по прибыльности могу очень грубо сказать. Есть простые методы для расчета. Например, чтобы такой центр построить, надо вложить около десяти миллионов рублей.

— Ничего себе, — присвистнул я. Не думал об этом раньше. Такие огромные деньги!

— Так вот, при вложении таких средств обычно рассчитывают на окупаемость проекта в течении максимум пятнадцати лет. Это средняя цифра. То есть за пятнадцать лет центр должен заработать десять миллионов рублей. Грубо говоря, шестьсот пятьдесят тысяч рублей в год должно оставаться чистой прибыли. Это нам дает примерно шестьдесят тысяч прибыли в месяц.

— Ого! У нас, вроде, раза в два-три меньше эта цифра! — Я удивленно покачала головой и задумался. С одной стороны, пятнадцать-двадцать тысяч в месяц — это неплохо. Но при таких вложениях проект можно считать не очень-то рентабельным.

— Это нормально, — поспешил успокоить меня Дмитрий, — я говорил о коммерческих проектах, но ваш центр — проект, скорее, социальный.

— Что это значит?

— Основной поток ваших посетителей — простые люди, путевки для них стоят недорого. Таким образом вы привлекаете в город гостей, которым надо где-то гулять по вечерам, ходить по ресторанам и развлекаться. Второе — вам стоит поднять бумаги по финансированию стройки, вполне возможно, что часть денег вам дало княжество с условием определенных цен для посетителей. Я не уверен, что род Шуваловых смог бы сам найти десять миллионов на постройку центра, — он, как бы извиняясь, развел руками, мол, против вас ничего не имею, но подумайте сами — откуда у какого-то мелкого рода такие деньги?

— Поищу информацию, — согласился я с ним. Это выглядело разумным.

— Кто сейчас управляет центром?

— Бывший мэр города.

— Цыпко который? — Он удивленно посмотрел на меня. — Весьма достойная кандидатура.

— Вы с ним знакомы?

— Да, пару раз виделся. Хороший управленец. Позвольте совет, — обратился ко мне Дмитрий.

— Конечно.

— Вы, как глава клана Максютовых, можете рассчитывать на участие в ваших проектах лучших людей и больших финансов. Но пока я бы посоветовал оставить все так, как есть. Возможно, с вами свяжутся люди князя и напомнят о каких-нибудь кулуарных договоренностях насчет центра, или вы найдете бумаги и договора. До этого нет смысла что-то серьезно менять.

— Спасибо. Пока и не собирался делать резких движений, — признался я, — а почему вы назвали меня главой?

— Я — носитель амулета рода Максютовых, — Дмитрий снисходительно улыбнулся мне, затем достал из-под одежды амулет, висящий на шее, — рядом с настоящим главой клана, которого признал Аннулет, он нагревается. Как только вы вошли, он сразу сообщил мне, кто вы. Рад познакомиться с вами лично, — он поднялся и с уважением поклонился.

По вечерам, перед очередным посещением ночного клуба, я зависал в сети. Второй клип уже вышел и в первый же день набрал пятьдесят тысяч просмотров! К концу недели оба моих клипа висели в топе и конкурировали только друг с другом. А на улицах все чаще и чаще были слышны мои песни. То в кафе, то из проезжающих мимо машин. Похоже, я все-таки добился своего и стал звездой. Хотя это громко сказано, пока лишь маленькой звездочкой, и от меня зависит, удастся ли мне удержаться на небосклоне и оставить заметный след.

Ближе к концу отдыха, когда мы ехали купаться на косу (пути чуть меньше часа), Арсен поставил в машине мой альбом со словами: слушай, это Нео, новая звезда! Выдал еще кучу лестных эпитетов. О, никогда не забуду его лицо, когда я сообщил: Нео, это, собственно, я и есть! Да, не удержался, но оно того стоило. Особенно весело было смотреть, как Арсена распирало рассказать об этом кому-нибудь, но я предусмотрительно взял с него слово, что он будет молчать. В тот же вечер в нашей кампании как раз зашел разговор о том, кто такой Нео. Строили много теорий, а Арсен чуть не лопнул от попыток сдержаться и не проговориться. Но молодец, удержался, хоть и смотрел на меня, как на самого страшного врага.

Мы с ним неплохо умудрились поладить. Арсен был открытым парнем из глубинки Татарстана. Родился и вырос в городе Буинск, по его словам, парень с улицы. Несмотря на богатство семьи, до восемнадцати лет его во всем ограничивали. И, конечно, как только Арсену удалось вырваться из-под строгой опеки, он решил взять от жизни все. При этом авторитет старших в семье по-прежнему имел для него вес, и совсем безумными вещами Арсен не занимался. Алкоголь употреблял в меру, к наркотикам не притрагивался. За собой следил, занимался магией, продолжал учиться. В общем, весьма разумный парень, который умеет отлично отдыхать.

Пару раз в первые дни нас втягивали в небольшие драки. В основном, из-за девушек, которых Арсен удивительным образом умудрялся уводить из других компаний. Но ничего серьезного не последовало: стоило нам показать свой уровень магии, как все претензии снимались. Арсен умел мастерски, одним ударом кулака, насыщенного энергией, разбивать любую столешницу надвое. Это производило впечатление. Я на своем уровне такой фокус повторить не мог. Хотя мы оба были учениками седьмого ранга. При этом он был не только силен в магии, но и горазд чесать языком. Некоторые ребята, готовые пять минут назад набить нам морду, через пару рюмок присоединялись к нашей компании. Мне бы такие таланты!

К сожалению, все хорошее когда-нибудь заканчивается. Закончился и наш отдых. Да и, честно говоря, я уже и сам устал от такого режима. Бесконечный калейдоскоп лиц, клубов и вечеринок. Девушки, имен которых я даже и не пытался запомнить. Парни, которые постоянно хотят куда-нибудь сорваться и что-то замутить. Не думал, что жизнь тусовщика так тяжела. Хотя, наверное, это зависит от характера. Судя по Арсену, он в таком режиме мог еще долго продержаться.

Второго сентября, сложив изрядно пополнившиеся чемоданы, мы отправились домой.

По пути заехали в Хадыженск, где я сначала пообщался с Пантелеем. Он был рад меня видеть, и, по его словам, у него гора упала с плеч, когда я рассказал о своей беседе с Ольгой. Обещал присматривать за ее непутевым сыночком. Передал ему выводы Дмитрия Карамышева по центру. Тот согласился, сказав, что уже сам думал на эту тему. Обещал поискать нужные бумаги.

Немного поразмышляв, я дал задание поднять цены на путевки на десять процентов с октября. Последний раз они индексировались почти пятнадцать лет назад. Заодно разрешил поднять зарплаты сотрудникам — процентов на пять. Цыпко быстро подготовил нужные бумаги, и я, оставив на них свой автограф, отправился дальше.

Заехали на фабрику, где Станислав и Ефросинья долго ходили вокруг моей машины. Они оказались оба фанатами автомобилей, а тут такой редкий и безумно дорогой экземпляр. Пришлось разрешить им прокатиться за рулем. После этого оба отчитались о подготовке к открытию. Все шло по плану. По дороге в Екатеринодар заметил несколько ярких щитов с рекламой арт-пространства.

Поставив машину в гараж, наконец-то остался один. Как же я соскучился по тишине и одиночеству! Даже смешно стало: десять дней назад я страдал от одиночества, а сейчас вот радуюсь ему.

Позвонил Ураз и, как заботливый дядюшка, поинтересовался, всем ли я доволен. Уверил его, что получил незабываемые эмоции, и отдых был хорош!

Дорога меня утомила, что, в общем-то, хорошо. Удалось уснуть не слишком поздно. Надо входить в рабочий режим. Чуть меньше двух недель осталось до начала учебы.

Позанимавшись утром, понял, что тело устало, магически тоже опустошен, а вот эмоционально — полон энергии. Взял гитару и подобрал пару песен. Одну решил стырить у Мумий-тролля — «Утекай». А вторую написал сам. Текст сложился еще в дороге, сейчас же записал его, подправил и накидал мелодию. На мой взгляд, получилось отлично.

Поискал студии звукозаписи в городе. Позвонил в парочку. Получился полный облом. Студии были, но работали только с лейблами, и бронировать время надо примерно за месяц, а то и за два. Бред какой-то. Порылся на форуме. Хотя бы с музыкантами проблем нет. Правда, с репетиционными базами те же проблемы. В городе почти сотня групп, и все места давно распределены. Есть окна по утрам, но с учебой это совместить нереально. Можно ловить время, если группа отменит репетицию или уедет в тур. Но это надо быть постоянно наготове. Вспомнил, что и в доме творчества в Хадыженске у меня будут проблемы. Там тоже теперь не порепетируешь. База одна, и та занята. Это летом мне повезло, многие были в отпусках, а с сентября уже все, лафа закончилась.

После обеда планировал продолжить отдых, но мои планы нарушил звонок в дверь. Открыв, увидел на пороге Вениамина Григорьевича.

— Наотдыхался, свободен? — вместо приветствия ехидно поинтересовался он.

— Ну, вроде как, «да» по обоим пунктам.

— Тогда обувайся и поехали. Тебя хочет видеть паладин Никанор.

Судя по виду Курбатова и его тону, отказываться и возражать не стоило. Не поеду сам — привезут другим способом, который мне может и не понравиться. Особых грехов за собой я не ощущал, так что спокойно сел в машину и поехал на встречу с паладином.

Мы немного покрутились по улицам, выехали на набережную реки Кубань и еще минут через пятнадцать остановились на холме у храма. Он выглядел привычно. Белый, с куполами и золотым крестом. Все, как в моем прошлом мире. Прошли по тенистой территории, обнесенной кованым забором, и зашли в небольшой двухэтажный домик. Поднявшись по скрипучей деревянной лестнице, попали в обычную приемную комнату. Здесь никого не было, и Курбатов постучал в следующую дверь.

— Заходите, — послышался из-за двери голос паладина.

Мы зашли в кабинет, и я первым делом огляделся. Интересно же было, как живут паладины. Но кабинет разочаровал. Скучный, канцелярский. Ни тебе икон и свечей, ни шикарного дубового стола. Все просто и безвкусно. Только мощный ноутбук на столе Никанора привлекал внимание. Таких в продаже нет — защищенная модель, не боится ни воды, ни огня, ни магии. Никанор кивнул мне, приветствуя, и посмотрел на Курбатова. Тот, похоже, правильно истолковал его взгляд и покинул кабинет, оставив меня наедине с паладином.

— Виталий, садись, — Никанор указал мне на обшарпанный стул рядом со столом, — у меня возникли некоторые вопросы, — начал он, доставая из нагрудного кармана широкую ленту и завязывая ею глаза. При этом я чувствовал, что он по-прежнему не сводит с меня взгляда, и эта странная лента, испещренная славянскими письменами, ему ничуть не мешает, — подними левую руку вверх, — попросил паладин.

Последовал его указаниям — поднял руку вверх. Рукав легкой рубашки спустился до локтя, обнажая браслет главы рода Максютовых.

— Спасибо, можешь опустить, — Паладин снял со своих глаз повязку, аккуратно, никуда не спеша, свернул её и убрал в нагрудный карман, — интересно, — произнес он, с любопытством разглядывая меня, как неведомую зверушку.

— Что именно?

— Тебе же всего восемнадцать, жизнь твоя не была отмечена ничем выдающимся. Обычный парень. Таких много, но получается, что мы либо чего-то не знаем, либо чего-то не понимаем. Либо ты что-то важное скрываешь от нас, а это мы можем расценивать, как угрозу! — В голосе паладина прорезались стальные нотки, а глаза приобрели холодный льдистый цвет.

— О чем речь? — справившись с накатившим чувством страха, спросил я.

— Как и почему тебя призвал и признал Аннулет? Ведь другого пути обрести такой браслет нет!

— Не знаю, — я пожал плечами, — может быть, после неудавшегося ритуала в доме Кутыевых он меня заметил, — эту версию мне при встрече подкинул Борей. Судя по всему, он неплохо ориентировался в политике этого мира и предполагал, что мое назначение главой рода Максютовых многих может заинтересовать, и точно не останется незамеченным.

— Что там произошло?

Я рассказал ему краткую версию: как вошел в контакт с алтарным камнем, услышал его крики о помощи, что потом произошло — не понял, но контакт прервался, как и ритуал.

— Хорошо, — лицо Никанора слегка разгладилось, а взгляд подобрел, — готов принять твою версию. Но как ты попал потом к Аннулету?

— Меня нашли люди из рода Максютовых по указанию Аннулета. Как они это сделали, не знаю. Потом отвезли к нему, и я прошел ритуал.

— Это был уже третий ритуал в твоей жизни, по идее, твое тело и дух переполнены силой, — задумчиво прокомментировал паладин, показывая глубокое знание моей жизни. — Ты выжил, и Аннулет тебя признал. Путь понятный, но слишком рискованный, чтобы кто-то решился его повторить. Это же Борей? — решил уточнить он.

— Да, он так и представился — Аннулет Борей.

— Борей — это хорошо, — думая о чем-то своем, нараспев проговорил Никанор, потом будто на что-то решился и задал вопрос:

— Что ты знаешь об Аннулетах? О паладинах?

— Да почти ничего, — я пожал плечами, — об Аннулетах первый раз услышал чуть меньше месяца назад от Борея. А паладины… ну, тут только общая информация. Вы — часть церкви, но при этом — око государево. У вас полно полномочий и минимум ответственности. Еще слышал, что из-за клятвы вы не можете пойти против императора, поэтому ваши решения не оспариваются и априори признаются принятыми во благо…

— А что ты знаешь о других мирах?

— Только то, что они есть. Аннулет поделился со мной видением, как они покидали свой мир.

— Борей настолько тебе доверился? — Никанор слегка приподнял бровь. — Что же, он имел на это право, видя тебя насквозь. А я доверюсь выбору Аннулета.

Расскажу тебе небольшую историю. Ничего тайного, вся высшая аристократия в курсе. Наш мир принадлежит богу. Просто богу. Его сила простирается и на некоторые другие населенные миры. Где-то у него есть имя, где-то нет. Но речь не об этом. Когда в наш мир явились Аннулеты, он впустил их. Все имеют право на жизнь, но те приняли доброту бога за слабость и попытались занять его место. Конечно, бог не допустил этого, и Аннулеты заключили с ним договор. Они не претендуют на власть над людьми. Просто живут, как умеют, получая энергию и делясь ей в ответ. Аннулеты на протяжении нескольких тысяч лет доказывали свою пользу, усиливая рода. Мы признаем их право на жизнь и их необходимость. Мы не собираемся препятствовать слуге Аннулета выполнять возложенную на него миссию. Я так понимаю, Борей хочет, чтобы ты решил вопрос с исчезновением его частей?

— Да, — согласно кивнул я. Скрывать смысла никакого не было, все лежало на поверхности, и, судя по всему, паладинам невыгодно, чтобы Аннулет потерял свою силу. Сейчас это мелкие рода, а если иссякнет великокняжеский алтарь?

— Хорошо, мы не будем лезть в это дело и даже согласны закрыть глаза на твои возможные неправомерные шаги. Но и защищать тебя не будем, если твои действия приведут к негативным последствиям.

— Меня это вполне устраивает. Привык сам разбираться со своими проблемами.

— Но, так как ты живешь в нашем социуме, скажи, какую способность ты получил от Аннулета?

Тут я задумался — стоит ли раскрывать подобные сведения? Решил, что лучше быть максимально честным. Тем более, методы у ИСБ, к примеру, не самые чистые. Вполне могут спровоцировать ситуацию, когда мне придется применять эту способность. Легче уж сразу рассказать.

— Мне достались каменная кожа и, вроде как, быстрая регенерация, — ответил я.

— Каменная кожа, — паладин пощелкал клавишами на ноутбуке, — ага, понятно. Неплохая способность, но не редкая. Регенерацию и каменную кожу не следует разделять на две способности. Это просто умение менять структуру своего тела. Точнее, кожного покрова. Одно является следствием второго. Получив рану, ты стягиваешь кожу в месте ранения. Простые сосуды тоже соединяются. А вот в случае нарушения внутренних органов такое уже не сработает. Имей это в виду.

— Спасибо, — действительно полезная информация.

— Теперь можешь идти. Постарайся не доставлять нам проблем, — напутствовал он меня на прощание.

Я вышел из кабинета паладина выжатым, как лимон. Десятиминутная беседа вымотала мне все нервы. То ли у Никанора талант такой, то ли я не готов к подобному общению.

Курбатов ждал меня в приемной и, видя мое состояние, лишь покачал головой. Я был рад, что он дождался меня и отвез домой, при этом по пути не лез с разговорами.

* * *

— Что скажешь, — поинтересовался Никанор, когда Вениамин вернулся, отвезя мальчишку домой. Они сидели друг напротив друга, спокойно и расслабленно, как старые друзья.

— Он угрозы не представляет. Пусть выполняет поручение Борея. По нашим данным, за последние десять лет в империи обнулилось восемь родовых алтарей. И еще штук пять ведут себя так же странно, как у Кутыевых. Они перестали пить энергию, а только отдают. Говорят, кто-то нашел способ их взламывать. Это серьезная угроза безопасности Империи. Наши специалисты пока ничего не могут с этим поделать.

— Думаешь у какого-то мальчишки это получится? — Никанор вопросительно поднял бровь, его голос сочился сарказмом.

— Этот мальчишка прошел за свою жизнь, как минимум, три ритуала — и выжил. Его признал Аннулет, он смог приручить браслет главы рода. Это уже не просто «какой-то мальчишка».

— Согласен. Обеспечь ему доступ к алтарю Кутыевых. Но не спеши с этим, — паладин на мгновение задумался, — почему он не стал главой рода Максютовых? Ты же с ним лично знаком. Как можно было отказаться от таких денег и власти? Когда я чего-то не понимаю, это настораживает!

— Ты забываешь, что мальчику всего восемнадцать лет, семнадцать из которых он прожил под крылом деда — практически взаперти. При этом не зная нужды. И он отнюдь не дурак, — спокойно произнес Курбатов уверенным тоном. Ему нравился внук Дмитрия — именно тем, что у него отсутствовали пафос и чинопочитание. Ему не важно было, кто перед ним, — простой человек или дворянин, бедный или богатый. Виталий ко всем относился одинаково, с должным уважением, если человек того заслуживал.

— И как это связано с родом Максютовых? Как раз наоборот — вырвался из- под опеки, стал взрослым, самостоятельным, а еще получил бы род и богатства.

— Это значит — прийти на все готовенькое, ничего не добившись самостоятельно. Дмитрий в него годами вбивал, что он сам должен всего добиться. Его отец был таким же. Сам заработал первые деньги, сам купил себе машину, сам выбрал жену.

— Ага, которую выкрал. Сам развязал войну родов и всех погубил. Не лучший пример для подражания, — фыркнул Никанор явно неодобрительно.

— Ну уж какой есть, — развел руками Курбатов, — но это хороший пример, который многое объясняет. К тому же, Виталий хитрый и при этом ленивый. Не удивляйся, эти качества отлично сочетаются. Зачем взваливать на плечи целый род с его проблемами, если можно оставить действующего главу, при этом получить карточку и отрываться в Анапе, не считая денег рода Максютовых? Всем хорошо!

— Да, — задумчиво протянул Никанор, — это он хорошо придумал. Не поспоришь!

— Но все-таки главная причина в том, что он хочет добиться всего сам. Виталий занимается какими-то проектами в Хадыженске, которые ему интересны. Подробностей не знаю, главное, не сидит без дела. Так что если чего-то добьется, то действительно сам, — Курбатов взял небольшую паузу и продолжил:

— Он как-то произнес при мне такую фразу: мне чужое не нужно, но что мое, то мое!

— А как же деньги Максютовых?

— А это не чужое, думаю, Виталий их относит к своим, считай, они откупились. Взаимовыгодно. Он задействовал родовой алтарь на полную силу, что в последние сто лет мало кому удавалось. Не лезет в их дела по управлению родом. Они ему подкидывают денег. При этом парень сам, наверное, не понимает, как дешево обходится роду. Нынешняя золотая молодежь способна за вечер спустить и пятьдесят тысяч рублей, что для него — немыслимые деньги. Виталий ужин заказывает за три рубля в соседнем ресторане!

— Ладно, — Никанор поднял перед собой ладони, — убедил. Заговора против империи не вижу, остальное — не наше дело. Пока только потенциальная польза. У меня своих дел хватает, Виталик на твоем попечении.

— Договорились.

Глава 10

Глава 10

Пришел я в себя после встречи с Никанором достаточно быстро. Вроде, ничего лишнего не сболтнул, никаких обязанностей на меня не повесили, просто провели профилактическую беседу. Разузнали о намерениях и даже, вроде как, дали свое добро. Так что итог встречи, скорее, положительный. Конечно, напрягает, что обществу паладинов, как и ИСБ, известно обо мне практически все, но с другой стороны — бороться против такой машины бессмысленно и бесполезно. Работа у них такая. Да и Борей меня предупреждал, так что полной неожиданностью их интерес для меня не стал.

Единственное, что напрягает, это Курбатов. То, что он докладывает обо мне, сомнению не подлежит. Единственное — насколько полно? С одной стороны, в самом начале Валентин дал мне понять, что я могу ему доверять, с другой стороны — насколько далеко может простираться это доверие? По вопросу проникновения к алтарю Кутыевых я к нему уже обратился. Думаю, ничего менять не стоит. А вот ближе подпускать поостерегусь. Пусть он и был лучшим другом моего деда, но того уже нет в живых, а служба и обязательства перед империей остались.

Взвесил все и как-то сразу успокоился. Чего теперь нервничать, тем более, пока никак на ситуацию повлиять не могу.

Позанимался немного магией, взял гитару и стал репетировать. Отыграл все песни и даже пару новых. Понял, что мне не хватает пианино или синтезатора, и вообще — хорошо бы организовать комнату для репетиций или домашнюю студию звукозаписи с нормальной звукоизоляцией.

Прошелся по дому. В моем распоряжении имелось три этажа. Первый этаж — гостиная, совмещенная с кухней. На втором этаже спортивный зал и моя спальня. На третьем этаже спальни — родительская и гостевая. Куда тут засунуть студию, совершенно непонятно. Гараж тоже не мог похвастаться размерами. Ровно под одну машину — и все. Подвала в доме не было. Сколько я не ходил по дому, новых помещений не появлялось. Печально.

Залез на форум и почти сразу нашел неплохой подвал в паре минут ходьбы пешком. Прогулялся туда. Дом трехэтажный, на первом этаже — магазины, на втором и третьем — жилые квартиры. Не уверен, что мне это подходит. Вернулся домой разочарованный. Буду думать дальше. Репетировать под магазинами — не лучший вариант. Как ни делай звукоизоляцию, звук все равно пробивается. Плохо, что посоветоваться не с кем, хотя… я вспомнил про Арсена. Вот кто может мне помочь! Позвонил ему и обрисовал ситуацию. Он пообещал что-нибудь придумать.

На следующий день прошелся по музыкальным магазинам, примерно прикинув, сколько мне денег нужно на оборудование. Оказалось, не так уж мало, десять-пятнадцать тысяч рублей! В принципе, карточка Максютовых в моем распоряжении. Но пока подумаю.

Вообще, с этой карточкой вышло забавно. После того как я накупил себе одежды, долго ругал сам себя, что не удержался и таким детским образом выразил свой протест. Но стоило увидеть на отдыхе шикарный отель, который принадлежал Максютовым, осознать, что они совсем не так бедны, как я думал, — и понеслось!

Да и Арсен внес свою лепту, заявив, что те копейки, которые мы прогуляем, — ничто для их рода. Вообще, он сначала не понимал, почему и зачем я экономлю, и долго объяснял, что я, пройдя полный ритуал, стал настоящим главой. Все, кто носит родовые артефакты, благодаря магической поддержке Аннулета теперь стали на несколько рангов выше. Многим это событие добавит, как минимум, по пять лет жизни. А я тут экономлю и вообще веду себя не так, как положено нормальному аристократу. Могу забрать всю власть в клане, и никто не посмеет мне возразить.

Пришлось принять его слова к сведению и перестать стесняться и экономить. Да и, в итоге, мы прогуляли не так много, как я боялся. По моим подсчетам, без оплаты номеров лично я потратил всего тысячи три рублей. И это за десять дней загула! Теперь понимаю реакцию деда, когда он понял, что я за пару дней спустил почти десять тысяч. Пусть и на дело, но он же этого не знал.

Так что оборудование подобрал, но заказывать пока не стал. К тому же, надо сначала понять, сколько времени будет отнимать учеба в гимназии. Может, вполне достаточно дома играть на гитаре, а уже с репетицией и записью песен как-нибудь в Хадыженске вопрос решу.

Вечером позвонил Станиславу, уточнил, все ли готово к открытию. Тот уверил, что все отлично. Ожидается много людей. Вход в день открытия решили сделать дорогим, по три рубля. Иначе может прийти слишком много людей. Но уже на следующий день цена упадет. По будним дням решили установить стоимость в пятьдесят копеек, по выходным — один рубль. Полностью одобрил это решение. Само пространство откроется для посетителей в двенадцать дня, а официальное открытие и шоу-программа начнутся в пять вечера. Обещал быть к этому времени.

Затем набрал Цыпко и попросил забронировать мне домик. Тот сообщил, что уже все готово, и порадовал, что остальные домики все зарезервированы. Договорились, что сначала заеду к нему, — заселиться и бросить вещи, а потом уже отправлюсь на открытие.

Набрал Арсену, который поедет со мной, напомнил об этом и оговорил время выезда.

Наконец-то покончив со всеми делами, улегся спать.

Дорога до Хадыженска пролетела незаметно. Мы с Арсеном болтали, слушали музыку и поедали мороженое, купленное на заправке.

Закинули свои вещи в выделенный нам домик, именно тот, в котором я уже ночевал, и поехали на фабрику за машиной Пантелея Семеновича. Он ехал со всем своим семейством, а Ефросинья запрыгнула к нам на заднее сиденье.

Мы заехали на платную парковку рядом со входом без десяти минут пять. Машин было на удивление много. Стоило нам выбраться из «мазератти», как на горизонте появился Владислав. Он вел под руки двух девушек, при этом, как обычно, вид имел весьма надменный и самодовольный. Рядом с ним шел пожилой толстый мужчина, я его вспомнил — он был на моем дне рождения. Банкир, член совета города. Мужчина вежливо кивнул мне, приветствуя. Я кивнул ему в ответ. Заметив меня, Владислав на мгновение замер, видимо, решая, что делать, затем повернулся и направился ко мне.

— Кого я вижу, безродный явился в гости! — начал он сразу с оскорблений.

— И я рад тебя видеть, — спокойно ответил я ему. Вот еще — опускаться до мелких дрязг!

— Это что еще за фрукт? — громко поинтересовался Арсен, вставая рядом со мной. Одновременно к нам подошли Цыпко и Ефросинья. Заметив их, Шувалов скорчил недовольное лицо.

— О! Это Владислав Шувалов. Мой… двоюрдный дядя и, по совместительству, врио мэра Хадыженска.

— А ты сам кто будешь? — прищурившись, поинтересовался тот у моего приятеля.

— Арсен Максютов, — коротко представился парень.

— Максютов… а, это из пастухов которые? Ну конечно, кто еще будет с таким водиться. Хотя тачка у тебя зачетная, — он кивнул на «мазератти», решив, что она принадлежит Арсену.

— Она не моя.

— Ну, не расстраивайся, дал папочка покататься, может, и подарит, когда сам накатается, — решив, что с Арсеном больше не о чем разговаривать, Владислав повернулся ко мне:

— Интересную штуку ты придумал в моем городе, — надменно произнес он, кивнув на вход, — только смотри, не забывай о своем месте, а то парочка проверок — и не будет никакой фабрики, как и завода. Так что помни, с чьих рук ешь! — сделав это весьма пафосное заявление, он резко развернулся и увел девушек за собой. Что-то кричать ему в спину и возражать было бессмысленно. Член совета задержался, пожал нам всем руки и молча последовал за Владиславом.

— Вот дебил… — высказала общее мнение Ефросинья.

— Как-то даже обижаться на него не хочется, на убогого, — развел руками Арсен, улыбаясь, — а ведь раньше и за меньшее рода уничтожали.

— Да оставь ты его, какой ни есть, но родственник. Их, сам знаешь, не выбирают.

— Нет, ну, я не про войну, а вот морду набить стоило бы! Может, поумнеет, — произнес тот, задумчиво глядя в спину удаляющегося Владислава. Тот о чем-то весело переговаривался со своими подружками.

На территории фабрики было оживленно. Среди людей сновали аниматоры. Где-то показывали фокусы, где-то играли с детьми. Мы прошлись по магазинам, зашли в ангар и посмотрели выставку художников. Пообщались с Никой и её друзьями. При этом, после всех приключений в Анапе, я понял, что больше не ощущаю никакой влюбленности и спокойно могу с ней болтать. Так что мои опасения развеялись.

На площади увидел заведение Татьяны Леонидовны. Пирожки шли на «ура», очередь собралась приличная. Решил не отвлекать её, просто порадовался и отметил для себя, что надо будет узнать потом, как успехи у бывшей поварихи, нет ли каких проблем. Все-таки не чужой человек.

Часов в шесть на сцену поднялся Владислав и толкнул короткую речь, суть который сводилась к тому, что он молодец, и все это — благодаря его прекрасному управлению и прочим талантам. В общем, если бы не он, то вообще бы Хадыженска не было, не было бы фабрики и, наверное, людей тоже. Ему вяло поаплодировали. Затем, один за другим, выступили двое членов совета. Мне тоже предлагали выступить, как хозяину и идейному вдохновителю, но я от этой чести отказался. Все, что я мог бы сказать, тот же Станислав скажет гораздо луче. Так и получилось. Станислав — сразу видно бывшего радиоведущего — рассказал о ближайших планах и мероприятиях ясно и коротко, с шутками, весело и интересно. Всех поблагодарил. Было видно, что многие его внимательно слушают. Опыт, что тут скажешь. После него на сцену вышел стенд-ап комик.

У входа в ангар я заметил Владислава, который гордо вещал в микрофон Ольги, а все это снимал оператор. Ох, помня нелюбовь Ольги к аристократам, думаю, Владислав будет шокирован, когда выйдет его интервью. Хотя, может, по своему скудоумию он и не поймет иронии, которую она вкладывает в выпуски, зачастую выставляя собеседников в неприглядном свете.

Пока длилось выступление комика, Ефросинья потащила нас с Арсеном в гримерку, где собралась музыкальная группа. Я тепло поприветствовал своих бывших музыкантов — Тимура, Бориса, Лёню. Они представили мне вокалистку, симпатичную девушку по имени Люсия. Собственно, группа у них так и называлась — «Люсия».

— А правда, что вы — Нео? — Девушка выглядела просто — в легком сарафане, на голове венок. Тимур рассказывал, что они исполняют песни в стиле фолк. Она отлично соответствовала этому образу.

— Да, — какой смысл скрывать эту информацию? Единственное — я не очень уютно себя чувствовал в том плане, что увел у неё ребят на целый месяц, хотя, вроде как, они свободны были. Но по-хорошему надо было бы с Люсией сначала договориться, — вы же не против, что мы с ребятами порепетировали, пока вас не было?

— Да вы что! Это такая честь! — Она восторженно закатила глаза.

— Да он не понимает пока, какой ажиотаж творится вокруг Нео, — рассмеялся Арсен, хлопнув меня по плечу.

— Правда? — Люсия недоверчиво посмотрела на меня. — Вы же настоящая звезда. Все хотят узнать, кто вы, увидеть вас. Зачем вы скрываете свое имя? Я сначала думала, что, может, вы страшный, или еще что-то такое, но, вроде, все нормуль. Я бы ни за что не стала скрываться!

— О да, — влез в разговор Тимур, — стать звездой, чтобы тебе не давали прохода фанаты!

— Ну да! — согласилась Люсия, не ожидая подвоха.

— Визжали под окнами, — продолжил он, — следили за каждым твоим шагом, просили автограф, хотели с тобой сфотографироваться, где бы ты ни была.

— Да! — Она мечтательно закатила глаза.

— Какое бы у тебя ни было настроение, ты должна им улыбаться. Ходить всюду с охраной, иначе тебя просто разорвут на кусочки. Нигде ты не сможешь побыть одна. Встретиться в кафе с подружками — это надо проводить целую операцию, прятаться и гримироваться, — пока он говорил, лицо Люсии все мрачнело и мрачнело, а на нашим лицах, наоборот, расплывались улыбки.

— Да я поняла, — она резко прервала Тимура, — но другие девушки так живут. Вот та же Агата. Так что не надо сгущать краски и мешать мне мечтать. Есть минусы у подобной жизни, не спорю, но плюсов тоже до фига. Куплю себе крутую машину и шикарную квартиру! — Люсия, похоже, снова начала проваливаться в мечты. Наивная девушка.

— У вас через десять минут выступление, — напомнила Ефросинья.

— Точно! Нео! — обратилась Люсия ко мне. — Можно на «ты»? — слегка понизив голос, поинтересовалась девушка.

— Конечно, — согласился я.

— А ты можешь после нас спеть пару песен? Ну пожалуйста! Ну, хотя бы «Дожди-пистолеты»! А то ребята рассказывали, я обзавидовалась. Ну пожалуйста!

— Не знаю, — задумался я. Выступать не собирался. Да и в костюме это делать неудобно. — Не хочу, чтобы меня узнали, да и одежды подходящей нет.

После этой фразы ребята развили бурную деятельность. Притащили джинсы, рубашку, барабанщик поделился кепкой, а Люсия пообещала решить вопрос с освещением на сцене. Не смог им отказать, да и, честно говоря, самому хотелось выступить.

Мы вышли на площадь. Уже стемнело, по периметру зажгли фонари. Обстановка мне понравилась. Да и настроение у людей было отличным. Уверен, отзывы будут сплошь положительными.

Ребята играли с огоньком, голос Люсии завораживал. Мне всегда нравился этот стиль. Хорошо у них получается, неудивительно, что у неё практически подписан контракт с лейблом. Я заслушался, но Ефросинья была начеку — в нужную минуту она подхватила меня под руку и потащила в гримерку, где я быстро переоделся. Скинул обувь, оставшись босиком, надвинул кепку на глаза. Как раз прозвучал завершающий аккорд.

— Это была группа «Люсия»! — прозвучал голос ведущего со сцены. — Ребята заслужили ваши аплодисменты! — Когда овации утихли он продолжил:

— На этом наш праздничный вечер закончен! Но только сегодня. Всегда рады видеть вас в нашем арт-пространстве! У нас всегда для вас много сюрпризов и всего интересного! Секундочку, Люсия что-то хочет вам всем сказать!

— Спасибо за то, что вы все здесь собрались! А сейчас у нас есть для вас сюрприз! Вы не поверите! — В этот момент ребята начали играть вступление к песне «Мое сердце». — Встречайте, Нео! — Ефросинья заглянула ко мне и, схватив за руку, потащила к сцене. Стыдно признаться, но я впал в ступор, почувствовал мандраж.

На сцене было темно. Поднявшись по ступенькам и каким-то чудом не споткнувшись, я взял у Люсии микрофон. Она тихо пожелала мне удачи. Народ начал скандировать: «Нео! Нео!» Кто я такой, чтобы заставлять людей ждать? Поднеся микрофон к губам, я начал петь. Осветитель хорошо сработал, подав свет на ребят, а середину сцены, где стоял я, оставив в тени.

Почти каждую песню зал подпевал вместе со мной. А что творилось на песне «Дожди-пистолеты», вообще сложно описать — вся площадь пела хором, да так громко, что я сам себя не слышал. Все выступление заняло минут тридцать. Мы с ребятами заранее определили очередность песен. Потом я под нескончаемые крики: «Еще! Еще!» спел снова «Дожди-пистолеты» и сбежал в гримерку, пока ребята доигрывали окончание песни. Быстро переодевшись, вышел к Ефросинье. Навстречу уже бежал народ. Все хотели познакомиться с Нео. На нас никто не обратил внимания.

Люсия со сцены всех поблагодарила за теплый прием, потом микрофон взял ведущий и сообщил, что концерт окончен. Мы же с Арсеном и Ефросиньей стояли в сторонке, глядя на тот сумасшедший дом, что творился за сценой.

— Теперь я тебя понимаю, — задумчиво произнес Арсен, глядя на визжащих девушек.

— Ну вот и я о чем, — согласился с ним я. В этот момент к нам подошел Валера.

— Это было круто! Оператор заснял все выступление! Жалко, лица не видно, но и так пойдет. Я тебе скину! — Он в припадке чувств обнял меня и Ефросинью. Познакомил его с Арсеном. Тут к нам чуть ли не бегом подбежал Владислав. Вот уж кого не ожидал увидеть! Думал, он уже свалил.

— Как⁈ — запыхавшись, спросил он. — Как ты договорился с Нео? Как тебе это удалось? — И куда делась вся его напыщенность?

— А это, случайно, не наш свежеиспеченный мэр? — недобро глядя на Владислава, спросил Валера. — Тот, который с сентября срезал финансирование творческого центра?

— Он, — кивнул я. Владислав мазнул взглядом по Валере и решив, что тот недостоин его внимания, обратился ко мне:

— Ты должен меня с ним познакомить. С Нео. Мне нужны фото с ним и автограф! Ребята лопнут от зависти! — с напором произнес он.

— Не, — я слегка улыбнулся, — ничего я тебе не должен, а сейчас нам пора, — развернувшись, мы пошли к выходу. Владислав мгновение смотрел нам вслед и решив, что я никуда не денусь, а вот Нео может скрыться, направился в гримерку, раздвигая толпу и громко ругаясь, требуя, чтобы его пропустили.

— То есть почти все в городе знают, кто такой Нео, а мэр не знает, и никто ему не говорит? — развеселился Арсен.

— Ну да, — рассмеялась Ефросинья.

— Не совсем, — рассудительно сказал Валера, — многие знают, но тут надо понимать у кого спрашивать, а главное — как спрашивать!

— Боюсь, он еще долго будет оставаться в неведении!

Глава 11

Глава 11

Как-то так получилось, что по окончании мероприятия мы большой компанией собрались в моем домике. Жарили на мангале шашлык, выпивали и веселились. Тут, конечно, помог Арсен. Они с Ефросиньей всех обзвонили и пригласили. Так что тут были и художники с Никой, и группа «Люсия» в полном составе, и Валера, и даже Станислав, который умудрился неплохо вписаться в нашу компанию.

Не знаю, как, но меня убедили раздать всем автографы, при этом еще дружно тренировали красиво расписываться под общий смех и шуточки. Откуда-то взялась гитара, и я снова пел. Потом мы опять ели и немного выпивали.

Вечер прошел замечательно, а утром я проснулся в одной кровати с Никой. Блин, опять⁈ Я совсем не помнил, как так получилось. Но раз уж она здесь…

Нам понадобился еще час, чтобы выбраться из постели. Крепко меня обняв, Ника сбежала, а я выполз в гостиную, где уже сидел Арсен, глядя вслед упорхнувшей от меня девушки.

— Необычная, — резюмировал он и перевел взгляд на меня, — ты чего такой напряженный?

— Да вот, прислушиваюсь к себе. Мы с ней расстались чуть меньше месяца назад. Я тогда переживал. А сейчас прислушиваюсь — и не пойму. Вроде, все нормально, совсем по фигу. Это и удивляет. Да и не понимаю, как и зачем она вернулась. Вроде, сама была инициатором нашего расставания, — поделился с ним я.

— То, что ничего не ёкает, это хорошо, — с видом знатока заключил Арсен, — а как так вышло, тоже понятно. Это инстинкт. Бросить, а потом проверять периодически, страдаешь или нет.

— Что за бредовый инстинкт?

— Ну, такой, брошенной вещи. Вот валяется у тебя старая игрушка. Вообще не нужна, мама говорит — давай выкину или отдам кому-нибудь. А ты понимаешь, что нет! Не дам. Жить без неё не можешь. Вот и тут похожая ситуация. Хотя это — лишь один из множества вариантов. И это не так важно, главное — не загоняйся!

— Да я, вроде, в порядке.

— Ну и отлично! Глянь лучше, что творится в сети! Народ в «Тук-Тук» выложил записи со вчерашнего концерта Нео, все в восторге!

— Это быстро утихнет, — махнул я рукой, — главное, чтобы альбом скачивали и песни слушали.

Мы пообедали в городе и отправились домой.

Следующие дни прошли спокойно. Я занимался магией, читал учебники и писал песни. Выходил погулять. Ничего интересного. Ближе к концу недели мне позвонила Ефросинья и пригласила в Хадыженск. У неё ко мне был важный разговор, да и Станиславу не терпелось отчитаться о делах арт-пространства.

Взяв Арсена, я отправился к ним.

У входа в административное здание завода нас встретил Станислав.

— Увидел из окна, как вы подъезжаете, очень заметная машина, — с улыбкой поприветствовал он, — мы тут ремонт небольшой затеяли, а то эти старые и страшные кабинеты никуда не годятся. Стыдно в них принимать людей.

В этом я с ним был совершенно согласен.

Мы зашли внутрь и сквозь клубы пыли — рабочие ломали стены — поднялись на второй этаж.

— Вот тут можно нормально поговорить, — Станислав привел нас в самый дальний кабинет, — у меня готов короткий отчет, как прошли выходные и будние дни.

— Рассказывай, — поторопил его я. Судя по довольному лицу управляющего, дела шли хорошо.

— На билетах удалось заработать почти три тысячи рублей, — начал он, передавая мне стопку бумаг, — здесь все отражено. Главное, что, посетив наше арт-пространство, многие, кто еще думал, открываться у нас или нет, приняли решение открыть свои магазины. Сложилась ситуация — желающих больше, чем площадей. Расширяться же смысла нет?

— Думаю, нет. Во-первых, некуда, не выгонять же завод? Во-вторых, слишком большое место тоже неудобно. Люди устанут ходить. Надо выбирать лучших, — ответил я.

— Да, я тоже так подумал. Мы устроим небольшой аукцион на свободные площади среди желающих. Но самое сложное — выбрать рестораны. У нас места под два больших ресторана, а претендентов — шесть!

— Не уверен, что смогу что-то дельное посоветовать, — пожал я плечами, — единственное — мне хотелось бы, чтобы один из ресторанов был не слишком дорогим. Все-таки я планировал арт-пространство, как доступное для всех категорий посетителей, а не как закрытое место для богачей.

— Согласен. Ладно, это мы решим. Главное — вышли на точку безубыточности. И уже начали генерировать прибыль. В первый же месяц работы. Я такого сам не ожидал. Думал, на это уйдет от трех месяцев до полугода.

— Это хорошие новости, — улыбнулся я. Приятно осознавать, что моя задумка оправдалась. Прям тешит самолюбие, — у нас же с октября дождей будет много, это сильно ударит по доходам?

— Не должно, — покачал головой Станислав, — магазины же в ангаре. Выставка — в бывшем гараже. На улице только сцена, но она под крышей. У нас на ближайший месяц распланированы выступления. Ефросинья предложила отличную идею: мы пригласили бесплатно выступать различные кружки по пению и танцам, а также театральные. У нас почти сотня заявок из различных городов. В основном, это детские кружки, но есть и взрослые. У них очень мало возможностей куда-нибудь выехать и показать свои умения. А тут хорошая сцена, всегда найдутся зрители. К тому же, две теплые гримерки, так что, думаю, и зимой будем работать. Да и выезжают они с группой поддержки. Родители, бабушки, дедушки, друзья и прочее. Может быть, установим зонтики и уличные обогреватели. Посмотрим.

— Хорошая идея, но хотелось бы хотя бы раз в месяц устраивать знаковые события. Выставки, перформансы, театрализованные представления. Что-то необычное, запоминающееся. Яркое! Мне не хочется, чтобы арт-пространство превратилось в обычную зону с магазинами.

— Это я уже понял и полностью поддерживаю вашу задумку. В данном направлении работаем. Не переживайте. Постараемся превратиться в передовой центр культуры. Я подниму все свои связи.

Мы еще некоторое время пообсуждали ближайшие планы, затем Станислав убежал по делам, оставив с нами Ефросинью. Она выглядела уставшей и замотанной.

— Чего такая замученная? — поинтересовался я.

— Мало того, что на мне сейчас все договора с новым арендаторами, хотя Станислав обещал найти человека на замену, так еще и твоя музыка!

— А что с ней не так? — удивился я, кивая Арсену на соседнее кресло. Он как раз вовремя вернулся. Ходил погулять по арт-пространству, чтобы не мешать моей беседе с управляющим.

— Телефон разрывают звонками. Ты же в авторском агентстве оставил мой номер, а почту, которую там указал, вообще не проверяешь! — Она укоризненно ткнула в меня указательным пальцем.

— И чего звонят?

— Да по разным поводам. Вот, пару дней назад звонили с музыкального канала, просили скинуть им твои клипы в нормальном качестве. Поставят в эфир.

— Скинула?

— Конечно! Уже начали крутить. Так что смотри телевизор, — порадовала меня Ефросинья.

— Что еще?

— Звонят, чтобы взять интервью, — она выжидающе посмотрела на меня.

— Прока не даю, — отрезал я, никак не реагируя на её тяжелый вздох.

— Зовут выступать. В какие-то непонятные клубы и рестораны. Ну, это я бы пережила, а вчера звонил представитель известного аристократа и не просил, а требовал, чтобы ты выступил на дне рождения сыночка, которому исполняется двенадцать лет. Даже пообещал заплатить тысячу рублей.

— Так, и в чем проблема? Скажи, что меня нет. Уехал на воды, в Баден-Баден!

— Куда? Какой еще Баден-Баден? Ты не понимаешь? Я рылом не вышла посылать таких людей! Нельзя им отказывать, — она растерянно посмотрела сначала на меня, потом на Арсена, ища его поддержки, — он что, правда не понимает всю серьезность проблемы?

— Очень на это похоже, — внимательно рассматривая меня, медленно произнес Арсен, — нельзя просто так взять и отказать высшему аристократу. Ни в чем. Тем более, когда у тебя за спиной никого нет.

— И что будет? Они обидятся? В тюрьму посадят? Пристрелят в подворотне? — по инерции продолжал шутить я, хотя уже понимал, что говорю что-то не то.

Арсен в ответ лишь с осуждением покачал головой закатив глаза.

— Хорошо, — я задумался, совершенно не представляя, как действовать, — а сколько стоит выступление Агаты Гуриеле?

— Откуда мне знать? — Ефросинья пожала плечами.

— Три минуты, — произнес Арсен, доставая телефон и выходя из комнаты.

Пока он отсутствовал, я лихорадочно думал, какие у меня могут быть варианты. Пока единственное, что приходило в голову, — выставить неподъемную цену за концерт. Ну там, типа, сто тысяч рублей. В этом случае это уже выглядело не как отказ. С другой стороны, слишком высокая цена могла быть расценена, как оскорбление. Да и вдруг кто согласится? У меня ни программы толком, ни музыкантов.

— Двадцать тысяч рублей за полчаса выступления на дне рождения, — вернувшись, поделился с нами Арсен. — Но согласовать время надо за два-три месяца.

— Ничего себе! — удивилась Ефросинья.

— Да уж! — согласился с ней я.

— А о чем ты вообще думал, затевая все это? Тем более, без поддержки лейбла? — с любопытством глядя на меня, поинтересовался Арсен. — Честно говоря, думал, за тобой кто-то стоит, и ты скрываешься просто так, создавая ажиотаж. А потом, как напряжение накопится, будешь давать интервью, концерты и все такое.

— О деньгах я думал, — огрызнулся я. Видя в его глазах непонимание, пояснил, — за прослушивание песен капают денежки. За десять дней августа — мне вчера прислали отчет — я заработал почти три тысячи рублей. В сентябре сумма будет, думаю, больше пятнадцати! Это громадные деньги. Вот, думал пока этим ограничиться. А лейблы забирают до девяноста процентов! Мне совсем не хотелось становиться их рабом!

— Пятнадцать тысяч рублей! — Арсен сделал характерный жест «рука-лицо». — И это говорит человек, в кармане у которого карточка с лимитом триста тысяч в месяц! Я не верю!

— Когда я это все начинал, у меня был выбор: пойти курьером к деду за двести рублей в месяц — не тысяч, а просто рублей! — или замутить что-то свое. Мне дед сделал подарок на день рождения, и я вложил деньги в музыку. Почти все десять тысяч, — обиженно произнес я, понимая, что в данный момент это звучит глупо. Но на тот-то момент все было по-другому!

— Нет, ну, если исходить из таких раскладов, то снимаю шляпу, — Арсен шутовски поклонился, — твой гений меня поражает. Теперь даже интересно, как ты будешь выкручиваться!

— Ты бы лучше не ехидничал, а подсказал, что делать!

— А я не знаю, — он развел руками, потом принял серьезный вид, — ты же понимаешь, что твои попытки скрыть себя достаточно жалко выглядят? Думаю, все заинтересованные лица прекрасно знают, кто такой Нео, и главное — что за ним никто не стоит?

— Да, так и есть, — признал я его правоту. Кому надо — без проблем меня вычислят. — Так что делать-то?

— Звонить Уразу. Тот что-нибудь придумает. Не нашего уровня дела. Это уже уровень рода. В вашем княжестве музыка — вотчина княжеского рода Гуриеле, в других княжествах тоже не простые люди держат артистов. А решать вопрос нужно быстро.

— Ладно, согласен. Вечером наберу, — принял я решение. Хотя жутко не хотелось. Получается, я проиграл, даже толком не вступив в борьбу? Позорище! Может быть, еще побарахтаться? Я на днях запустил социальные сети. Дэн посоветовал мне девушку, которая их теперь ведет за меня. Там сразу сотни тысяч подписчиков появились. Можно опубликовать какое-нибудь заявление, если меня начнут серьезно прессовать. Публичность — тоже сила. Никто не любит лишнего шума.

— Так, а мне что делать-то? — спросила Ефросинья.

— Почту я сам разберу, — начал успокаивать её я. Надо принимать всю ответственность на себя. — Кому надо — отвечу письменно. Звонки пока на тебе, извини. Если будут звонить простые кабаки и рестораны, шли на фиг, а если важные люди — извиняйся и говори, что до Нового года я не выступаю. Записывай телефон, скажи: как появится информация — перезвоним. Постараюсь в течении пары недель решить вопрос, а к Новому году сделать программу и начать выступать. Извини, что втянул тебя во все это.

— Да ладно уж. Просто пойми всю серьезность ситуации. Пожалуйста!

— Да понял уже. Был не прав, — через силу признал я. Нелегкое это дело — признавать собственные ошибки и недальновидность. — Но песни-то хорошие!

— Никто и не спорит, — вздохнул Арсен. Он по-прежнему продолжал на меня смотреть, как на тяжело больного человека, у которого явные проблемы с головой.

По дороге в Екатеринодар я сообразил, что меня беспокоит оговорка Арсена.

— Слушай, а откуда ты знаешь, какой у меня лимит на карте? Даже я не знаю.

— У тебя, похоже, сегодня день открытий. Ты забыл мою фамилию?

— Максютов. И что?

— И то, что Ураз — мой родной дедушка.

— Блин! — теперь была моя очередь делать «рука-лицо». — Ты же рассказывал, что детство провел на улице, и все такое. А в роду людей с фамилией Максютов — полно. Как-то не думал, что ты аж внук Ураза.

— Дед стал главой рода чуть меньше десяти лет назад. Так что да, лет до двенадцати я был просто одним из Максютовых, но потом все переменилось. Правда, лично для меня — не слишком сильно. Главой рода стал дед, не я, не мои родители.

— Понятно. А ко мне он тебя приставил следить, чтобы я не тратил лишнего?

— Это, конечно, тоже. Но не основное. Рядом с тобой должен в любом случае быть человек из рода. Так положено. У стариков там целая борьба была, кого отправить. Но дед справился.

— Иметь возможность влиять на главу клана, — предположил я, на что Арсен молча кивнул. Очередное не слишком приятное открытие за сегодня.

Вечером мне позвонил Ураз.

— Рассказывай, что там с музыкой, — коротко приказал он. В сложившейся ситуации мне ничего не оставалось, как не ерепениться и рассказать обо всем.

— Понятно. Мне нужен день, чтобы все обдумать, поставить задачу аналитикам и получить ответ. Постарайся никаких решений не принимать ближайшие пару дней. Думаю, решим вопрос, — сказал Ураз строгим голосом, выслушав мой отчет.

— Принял, — благодарно ответил я. Хорошо, что Ураз не стал ругаться и ворчать, а по-деловому подошел к проблеме. Хотя и имел полное право высказаться.

Вечером залез разгребать почту. Если вначале шли сообщения с просьбами об интервью и приглашения выступить, то два дня назад пришло письмо от лейбла Гуриеле с договором, которые многие бы признали не таким уж и плохим.

Распределение прибыли — восемьдесят на двадцать. Концертов обещали не более двадцати в месяц. Полное обеспечение музыкантами, доступ в студию в любое время. Плюс премия за новый альбом в размере тридцати тысяч рублей. Но это было два дня назад. Сегодня мне прислали письмо — мол, на размышление у меня остался один день. Что будет дальше, предусмотрительно не озвучили. Не думаю, что что-то хорошее. Оставил пока письмо без ответа, переслав его на всякий случай Уразу.

Вроде, сегодня с утра все в моей жизни было хорошо. Отличные перспективы и никаких проблем. Но, как обычно и бывает в таких ситуациях, все пошло прахом.

Недооценил я мир аристократов. Арсен по дороге домой многое рассказал. Главный его посыл был — не стоит вставать на пути у серьезных людей. Если член княжеского рода примет мои слова или действия за оскорбление, то может и на месте прибить. Будь я простолюдином, за подобное ему, скорее всего, назначили бы лишь штраф. Будь я членом рода, род может объявить войну, итог которой будет предрешен. Княжескому роду даже не придется особо напрягаться, чтобы уничтожить наглецов, посмевших бросить им вызов. Если мой род силен, то, чтобы избежать военных действий, от него откупятся вирой. Но в моем случае я — просто дворянин, и за мое убийство их всего лишь пожурит ИСБ, может, возьмет немного денег. И все. Был дворянин — и нет его.

Единственное — последние пятьдесят лет сделали общество более цивилизованным, и простое убийство оставит след на репутации, так нынче не действуют. А вот разорить, сжечь дом, вогнать в долги, принудить к послушанию — такие методы отлично работают. Заодно напомнить окружающим лишний раз, что княжеский род — это сила!

А тут я вылез с песенками, типа, самый умный и самостоятельный. Отличная мишень и возможность напомнить другим людям, кто в этом мире хозяин.

После того, как Арсен все высказал, а я осознал, стало страшно. Нет, я, конечно, не трус… но я боюсь. Не привык сражаться с ветряными мельницами. Я не Жанна д’Арк и не готов за свои убеждения взойти на костер. Надо реально смотреть на мир и оценивать свои силы. К тому же, мне есть что терять.

Утром начали сбываться худшие ожидания.

Глава 12

Глава 12

В почте появилось много новых писем. Половина — от журналистов с просьбой прокомментировать ситуацию. О чем речь, я не понял, пока не нашел письмо, в котором меня извещали, что компания Гуриеле подала иск по авторским правам. К письму было проложено два иска. Один — на песню моего авторства, где заявлялось, что эту песню написал некто Дмитрий еще два года назад. Второй — на песню «Мое сердце», на авторство претендовала — та дам! — Виолетта!

Следом шло письмо, что мой сайт с альбомом заблокирован, так как подозревается в распространении пиратского контента.

Вот так номер! Быстро они взялись за меня. Пробежался по социальным сетям: все работало, но появились сотни комментариев, что на самом деле я не являюсь автором, вообще все своровал, за что гореть мне в геенне огненной.

Ошеломленный, я откинулся на стуле. Достал телефон и набрал номер Виолетты.

— Привет, — произнес я, не зная, как начать разговор, и уже жалея, что поддался эмоциям и позвонил ей.

— Ух ты, сам Нео вспомнил обо мне? — ответил ехидный голос девушки.

— Прости, что раньше не позвонил. Мне вот тут попался очень интересный иск, хотел бы понять…

— А что тут непонятного? Да, это от меня. Гуриеле оказались так любезны, что предложили мне тысячу рублей и хорошее место работы. Тебе с ними все равно не справиться. Так что решай вопрос по-хорошему. А у меня не было выбора. Такой шанс выпадает раз в жизни — меня заметили и оценили. Так что не вини меня. Если бы я не согласилась, они позвали бы кого-нибудь другого, — Виолетта сразу выложила всю информацию.

— Но как так? После всего, что было между нами?

— А что между нами было? Немного секса, а потом ты мгновенно забыл обо мне! А у меня, между прочим, есть свои чувства и желания. Так что я тебе очень благодарна за то, что ты предоставил мне шанс получить отличную работу. Спасибо! И давай, подбери свои слюни и реши вопрос с лейблом. Если тебе больше нечего сказать, то до свиданья, и не звони мне больше! — Не услышав от меня членораздельного ответа, она повесила трубку.

«Черт! — выругался я сам на себя и вскочил со стула. — Зачем звонил⁈ Минутная слабость! Молокосос! Прав был дед: веду себя, как подросток. Сам создаю себе глупые ситуации — и нет, чтобы их по-мужски преодолевать! Идиот!»

Немного успокоившись, уселся обратно. Ураз просил ничего не предпринимать, так что буду ждать его решения. Прав был Арсен — не дорос я еще до подобного уровня. Это только в книгах главный герой решает все проблемы самостоятельно и без напряга, в жизни так не работает. Чтобы подобные дела решать, надо сначала обрести вес и силу. Для этого нужны время, связи, деньги. Команда, в конце концов. У меня же пока ничего этого нет.

Зато появляется стимул становиться сильнее, чего-то добиваться. А то расслабил булки! Деньги есть, песни слушают, бизнес идет. Решил, что успешный, море по колено! А теперь увидел, что я пока — карлик в мире великанов.

Вечером ко мне приехала целая делегация. Араслан, Арсен и незнакомый мужчина.

— Дамир Максютов, — представился он, пожав мне руку, — отец этого недоразумения, — он тепло посмотрел на Арсена. Они были похожи — оба худощавые, высокие, темноволосые. Только у Дамира сильно серебрилась шевелюра от седых волос да взгляд был строгим. Судя по морщинам в уголках губ, улыбался он редко.

Получается такой расклад — Дамир Максютов, сын Ураза, официального главы рода Максютовых. Важный человек в иерархии. Как-то даже неудобно, что его оторвали от дел и направили мне в помощь.

Когда все устроились в гостиной, Дамир взял слово.

— Да уж, задали вы нам задачку. Было бы проще, начни мы решать проблему раньше. До того, как вами заинтересовался род Гуриеле, — он строго посмотрел на меня, пытаясь понять, осознаю ли я всю тяжесть своих прегрешений. Я покаянно опустил взгляд.

— Прошу простить, ни в коем случае не желал взваливать на вас свои проблемы, — извинился я, как умел, — да и сам не ожидал, что они возникнут. Мне уже Арсен объяснил, в чем и где я был не прав. Не подумал, — дополнил я. Масло масленым не бывает. А, судя по всему, напряг Дамира я порядочно.

— Забей, — неожиданно вступился за меня Арсен, — выкрутимся. Если отец взялся за дело, значит, варианты есть!

— Да, — Дамир строго посмотрел на сына, — варианты есть. Аналитики всю ночь работали. По результату у меня сегодня была встреча с представителем клана Гуриеле, — он замолчал, накаляя обстановку.

— Отец, — строго произнес Арсен, — давай ближе к делу. Видно же, что Виталик и так весь на нервах! Будем считать, что осознал и проникся!

— Ладно, — выдохнул тот, — мы создаем свой лейбл «Макс-музыка». Это большой проект, который ты, — его указательный палец вытянулся в сторону Арсена, — будешь вести! Это важное и ответственное дело, хватит тебе бездельничать!

— А может, без меня? — Арсен вопросительно посмотрел в мою сторону, ища поддержки, я в ответ лишь пожал плечами, стараясь не лезть в расклады, которых не понимаю.

— Нео теперь считается нашим проектом. Тебя с Виталиком вместе много раз видели, это вполне укладывается в легенду. Откроешь в городе репетиционную базу и студию звукозаписи. На первых порах, думаю, Виталик тебе поможет, — Дамир посмотрел на меня.

— Конечно! — согласился я.

— Мы выкупили несколько контрактов татарских артистов, будешь их тоже поднимать, заодно ищите новых, — продолжил тот давать поручения Арсену, — за зиму в отелях сети «Макс» оборудуют небольшие концертные залы. По договоренности с Гуриеле, для выступления их артистов будут особые условия. Что еще, — он задумчиво посмотрел на меня, — тебе надо будет с нашим юристом заехать в авторское агентство и переписать песни на новый лейбл. Чем скорее, тем лучше. По условиям завтра все подробно расскажу, но по авторским и прочим отчислениям готовы предоставить семьдесят процентов тебе, тридцать компании. Как бонус, найдем тебе концертного директора, можешь пользоваться студией и всем таким прочим. Устраивает?

— Устраивает! — Конечно, я не стал возражать. Условия более чем достойные.

— Только об этом не распространяйся. Нас не поймут, если узнают.

— Хорошо, можно было и не говорить, понимаю. Уже.

— Гуриеле отзовут иски и разблокируют записи. Пришлось пообещать им отступные в размере тридцати тысяч рублей. Ссориться с нами не в их интересах. А вот дружить — очень даже. Мы можем оказаться весьма полезны друг другу. Отступные будут удержаны из твоих гонораров. И еще один пункт, Гуриеле очень настаивали. Ты должен придумать песню для дуэта с Агатой. Это дочка главы клана, — зачем-то пояснил он. — Она потребовала песню и совместный клип. До клипа не раскрываешь свое инкогнито.

— Возражения, замечания есть? — Он наградил нас с Арсеном тяжелым взглядом.

— Нет, — честно признался я, — спасибо большое за вашу помощь.

— Для меня честь помочь тому, кого признал Аннулет, — Дамир приложил руку к груди, накрыв ею амулет, и поклонился.

Обсудив еще пару вопросов, Дамир и Араслан покинули мой дом, оставив нас вдвоем с Арсеном.

— Повезло тебе, — честно сказал Арсен, — отделался легким испугом и малой кровью, а вот на меня, боюсь, теперь взвалят кучу работы. Старался я от отца держаться на расстоянии, но и тут добрались до меня, — он расстроенно махнул рукой.

— Да не ворчи ты, как старый дед. Извини еще раз за все эти проблемы. Но думаю, тебе понравится управлять лейблом. Если что, помогу и подскажу.

— Ты уже допомогался, сам чуть все не потерял! Ладно, — видя мое лицо, Арсен покачал головой, — забыли. Постараюсь больше не подкалывать. Все понимаю, ты человек творческий, у тебя там всякие эмпиреи, нам не свойственные. Куда тебе думать о делах земных. Небось, и с Аннулетом на «ты», не то что мы, простые смертные!

— А обещал не подкалывать, — устало вздохнул я. Не было никакого настроения поддерживать шутливый тон. Без него понимаю, что прошел по краю.

— Все хорошо, что хорошо заканчивается! — подвел друг итог нашей беседы. — Уверен, Ураз обернет твой косяк на пользу роду. Видишь, благодаря тебе появилось новое направление. Целый лейбл. Меня вот трудоустроили. Глядишь, и для рода денег удастся заработать.

— Не сомневайся, дело перспективное.

— Ты, главное, песню для Агаты хорошую сделай. Эх! Везет же некоторым, — он с завистью посмотрел на меня, — я бы сам с ней не отказался дуэтом спеть, — и похабно подмигнул.

— Иди уже, похититель женских сердец! — Я проводил Арсена и только собирался отправиться ужинать, как в дверь позвонил Курбатов.

Он был страшно раздражен и сразу начал разговор с наезда.

— Ну что, допрыгался? На тебя подали два иска и объявили персоной нон-грата! Если тебе интересно — за этим стоит княжеский род Гуриеле! Не знаю, как ты умудрился перейти им дорогу, но я тебе не папочка, и прикрыть не смогу, — Вениамин не давал мне вставить ни слова, — я так понял, иски — это первый шаг. Дальше будет только хуже. Не знаю, где ты накосячил, но вариантов решения проблемы немного, и все они тебе не понравятся. Подготовь им справку о своем бизнесе. Я смогу выступить посредником. Что там у тебя? Завод и оздоровительный центр? Завод — слишком мелко, а вот центра может хватить, чтобы откупиться.

— А… — Я стоял несколько в шоке и не мог выдавить из себя ни слова. Он серьезно? Как вариант решения проблемы, предлагает отдать Гуриеле оздоровительный центр стоимостью почти в десять миллионов рублей?

— Понимаю, риск все равно остается. Если ты им нанес серьезное оскорбление, они могут пойти на принцип, и никакие деньги не решат проблему. Могу, в память о своей дружбе с твоим дедом, устроить тебя в военное училище. Как внука погибшего героя, они смогут тебя принять вне конкурса. Это позволит обезопасить твою жизнь. Ты станешь собственностью Империи, а на неё посягать даже княжеским родам не позволено! Правда, осложнить твою жизнь они все равно смогут, — Курбатов наконец-то сделал паузу, с жалостью разглядывая меня.

— Спасибо за заботу, — я не знал, плакать мне или смеяться, — но проблемы с Гуриеле уже решены. Не вижу смысла продолжать эту беседу. Покиньте помещение!

Да, что-то я разозлился. Но вот эти его жалостливые взгляды, как на барашка, к которому, вроде, привязался, но резать все равно надо, меня взбесили. К тому же, сложилось впечатление, что он ринулся меня выручать не по собственной инициативе. Явно же кто-то попросил. И этот «кто-то», скорее всего, Никанор, которому интересно получить результат моего посещения алтаря Кутыевых.

— Рад за тебя, — резко сдувшись, Вениамин Григорьевич повернулся на выход. Было видно, что он хочет что-то добавить, но, видать, гонор не позволил. Так и не попрощавшись, Курбатов покинул мой дом.

Налив себе чай, сел подумать — что это сейчас было?

Вряд ли за мной следят и вообще плотно опекают. Тогда бы у Курбатова уже имелась полная информация, и он знал бы, что вопрос решен. Получается, просто стоят какие-то закладки на мою фамилию. Появились иски, в которых я указан, как ответчик, вот огонек и загорелся. Копнули поглубже, узнали о музыке. Далее, скорее всего, поинтересовались у рода Гуриеле, что происходит, а те их окоротили, мол, дела рода.

Но я все-таки не простой человек, а внук друга. И, что гораздо важнее, — внук человека, геройски погибшего на задании ИСБ, спасшего много жизней. Свои же не поймут, если случится какой-то беспредел, а ИСБ допустит подобное. Да еще и Никанор, скорее всего, настойчиво попросил. Так что пришлось Курбатову отрывать свою задницу от стула и ехать ко мне. Что, конечно, не подняло ему настроения. Да и вообще, дипломатия ему чужда, разбираться в деле никакого желания нет. Вот он и действовал прямо и топорно. Наорать на мальчишку, поставить его на место и быстренько откупиться от рода Гуриеле. Гениально! И после этого он будет мне говорить, что это я веду себя, как ребенок.

Анализировать, сопоставлять факты и все такое прочее я умел. Мне нравилось этим заниматься. Главная проблема — я постоянно анализирую опосля. После того, как какое-нибудь событие произошло. В спокойной обстановке, вот как сейчас, за чашкой чая. Надо учиться события предвосхищать, а не разгребать последствия. Тем более, у меня есть уникальная возможность разгонять свой мозг, которой я почти не пользуюсь.

Позвонил Ефросинье и успокоил её, а то она мне уже раза три набирала, все не удавалось поговорить. Сказал, что с исками вопрос почти решили, и вообще, через пару дней сниму с помощницы это направление.

Как-то так получилось, что я перестал Ефросинью загружать новыми задачами, но её моментально пристроили к делу. Там и Станислав постарался, и Пантелей руку приложил. В общем, дел и без меня хватает. А я и не против.

Утром первым ко мне приехал Арсен. Зайдя на кухню, попросил чашку чая и, усевшись напротив меня, начал серьезный разговор:

— Все в нашем роду понимают, что года через два или три ты его возглавишь. У нас большая семья, много вассалов, и каждый из них будет стараться за оставшееся время доказать тебе свою полезность, — что ж, довольно откровенно.

— Смотрю, и ты решил включиться в эту гонку? — спокойно поинтересовался я, понимая, что, скорее всего, он прав: мне не открутиться от должности главы рода.

Я считаю, моя задача на ближайший год — сделать так, чтобы управление делами рода меня не слишком напрягало и не мешало продолжать жить более-менее свободно. Сейчас Ураз остался у руля, и это очень удобно. Причем всех все устраивает, а рядовые члены рода вообще не в курсе, что что-то переменилось. Но их мнение не так уж важно, главное — все члены совета знают обо мне, а носители родовых амулетов поняли, что появился настоящий глава рода, и это не Ураз.

— Ну, набрать немного очков и мне не помешает, — Арсен развел руками, — от главы многое зависит. Раздача должностей и финансов, перераспределение направлений между семьями, да даже место жительства. Мне не очень-то хочется провести свои лучшие годы в каком-нибудь маленьком провинциальном городке. А если будет прямой приказ главы, я не вправе его ослушаться.

— Понимаю тебя и даже согласен. Но не слишком ли прямо ты начал?

— Так я просто говорю о своих намерениях. Полночи размышлял и понял, что мой отец хорошо придумал с созданием лейбла. Хотя наверняка имел несколько вариантов решения проблемы с Гуриеле. Но он дал мне шанс доказать не только ему и себе, но и тебе, как будущему главе рода, что я что-то могу. К тому же, ты прав, это дело и вправду выглядит интересным. Так что, если кто-то вдруг передумает поручить это дело мне, я расстроюсь. Вот и решил поговорить.

— Если это будет в моей власти, я только за, чтобы ты занимался лейблом. Уж в умении общаться и находить общий язык с разными людьми тебе не откажешь. Думаю, и с организаторскими способностями у тебя все в порядке, — две недели, проведенные вместе на отдыхе, позволили мне достаточно хорошо узнать Арсена. Пока лучше кандидатуры я не видел, — к тому же надеюсь, лейбл окажется не только интересным делом, но и весьма прибыльным бизнесом. У меня есть куча идей, правда, многие, наверное, нереализуемы прямо сейчас, но в будущем — вполне, — поделился с ним я.

Что тут сказать — в голове куча мыслей, как развиваться. Благо мой прошлый мир в продюссировании продвинулся куда как дальше. Тут даже нет мальчиковых групп и женских групп по типу «поющие трусы». Я уже говорил, что пока музыка в империи мне напоминает позднюю советскую эстраду — артисты с хорошим вокалом, неплохими текстами, но при этом (в моем восприятии) как-то все блекло и однообразно.

— Я пообщался с отцом вчера вечером и сказал, что без тебя мы лейбл не вытянем. Я в восторге от твоих песен, они — как глоток свежего воздуха. Твоя идея с арт-пространством уже показала свою состоятельность. В общем, я ему твердо сказал, что без тебя никуда, — он внимательно посмотрел на меня, ожидая реакции.

— Спасибо, я же уже сказал, что заинтересован принимать участие в работе «Макс-мьюзик», но не знаю, как у меня будет со свободным временем, — признался я. Хотя, думаю, время найдется. Сейчас в Хадыженске все, вроде, наладилось, ездить туда всего пару раз в месяц, чтобы смотреть отчеты и подкидывать идеи, вполне достаточно.

— Не говори слово «мьюзик», это же англицизм! Сейчас подобное не приветствуется! — поправил меня Арсен.

— Почему вдруг? Так просто мягче звучит, — не говорить же ему, что мне так значительно привычнее? — А почему слово «лейбл» можно употреблять? Вроде, оно тоже английское?

— Просто первые плеера появились в Англии, затем в Европе, и к этому слову уже привыкли. Они первые поставили музыку на поток. Почитай историю.

Нашу беседу прервал звонок в дверь. Открыв, я с удивлением посмотрел на молодого парня с папкой в руках.

— Прошу прощения, мне нужен Виталий Алексеевич Шувалов, — свершившись с записями, произнес он.

— Это я.

— Примите письмо, — одной рукой парень протянул мне небольшой конверт, а другой — планшет, — поставьте отметку о принятии.

Отметив, что письмо принял, я вернулся в гостиную, открывая конверт. Внутри находился лист бумаги с сообщением, что завтра к одиннадцати часам мне нужно явиться в колледж для прохождения медосмотра.

— Это еще зачем? — недоуменно спросил я, подвинув бумагу Арсену.

— А, ну, это нормально. Тебя осмотрит целитель, заодно проверят твой магический уровень на настоящий момент. Обычная практика в подобных заведениях.

— Так я же недавно проходил аттестацию?

— Лично ты — да, а некоторые уже год назад проходили. За это время уровень мог измениться. По-разному бывает. К тому же, в подобном заведении учатся дети очень важных людей. Им там не нужны разные безумцы. Проверят твою магическую и психическую стабильность. Я, когда в университет поступал, тоже проходил подобную проверку. Ничего сложного.

Но обсудить эту тему нам не дали. Хотя слова о нестабильности меня заинтересовали. Просто стал в последнее время замечать за собой что-то не то. То магия взбрыкивала, то какое-то безумие накатывало. Хотелось лежать в депрессии, а через мгновение появлялось желание бегать и прыгать. И мозги работали примерно так же: то думается на огромной скорости, то дикий затуп наваливается, и мозги совсем не шевелятся.

В мой дом прибыла целая компания по-деловому настроенных людей. Здесь был Араслан и Дамир. С ними пришли молодой юрист, Ильдар, как он представился, и девушка, его помощница, которую не сочли нужным представить.

Ильдар достал ноутбук с принтером и разместился в дальнем углу гостиной за низким столиком. К ним подсел и Араслан, как бы обозначая, что в разговоре он не участвует.

Глава 13

Глава 13

— Это предварительное соглашение, которое я хотел бы обсудить, — произнес Дамир, протянув мне пару листов бумаги.

Похоже, предстоят серьезные переговоры. Спасибо Арсену — после разговора с ним мне стало понятно, что есть шансы попробовать прогнуть Дамира по максимуму. Хотя бы только потому, что ему нужно сохранить со мной хорошие отношения, жестить он не будет. Как я понял, Дамир должен быть заинтересован в дружбе со мной, как с будущим главой рода.

Ускорив работу мозга, я начал изучать переданные бумаги. Мне предлагали войти в долю «Макс-музыки». Уставной фонд планировался в размере ста тысяч рублей. Десять процентов и должность директора будут у Арсена, двадцать у меня, двадцать у семьи Карамышевых. Они вместо денег обязуются построить пять концертных площадок в своих отелях, которые перейдут в собственность лейбла. Оставшиеся пятьдесят процентов — у семьи Максютовых, они вносят всю свою долю деньгами. Оставался открытым вопрос: что я вношу в уставной фонд за свои двадцать процентов? По идее, с меня двадцать тысяч рублей? У меня таких денег нет. Есть, конечно, банковская карточка рода Максютовых, но это как-то неправильно — использовать их деньги на выкуп доли у них же. Смешная ситуация, но серьезная.

Есть еще права на мои песни, которые, по идее, за год могли принести немаленькую сумму, но в данный момент это все эфемерно, тем более, тридцать тысяч я уже обязался отдать Гуриеле. Часть денег можно взять с фабрики. Уж десять тысяч там точно накопилось. Можно еще Цыпко потрясти, наверняка и у центра десятка найдется. Итого на свою долю я наберу. Но хотелось бы иметь больший процент в данном предприятии.

— Предложение хорошее, — откинувшись на стуле и глядя прямо в глаза Дамиру, произнес я, — но есть небольшие правки. Чтобы нам успешно стартовать и начать получать прибыль, уставной капитал должен быть увеличен в два раза. По распределению долей у меня тоже есть вопросы.

— В два раза? — удивленно переспросил Дамир.

— Минимум. Объясняю. На запись и раскрутку одного альбома мне понадобилось почти десять тысяч рублей. Сейчас, — я кивнул на бумаги, — у нас получается живых денег меньше ста тысяч. Покупка оборудования обойдется в тридцать-сорок тысяч. Аренда здания, устройство студии и репетиционной базы. Набор сотрудников и их зарплаты. Первый месяц уйдет только на это. Думаю, получится еще тысяч десять. Итого уже пятьдесят. Эти деньги нужны, только чтобы запустить лейбл и начать работать. Дальше нужно искать и отбирать таланты. Готовить им программу, репертуар. Снимать и раскручивать клипы. Репетиция выступлений. На это уйдет от трех до шести месяцев. И все это время деньги будут утекать рекой, а доходов практически не будет!

Дамир очень внимательно меня слушал, как, в принципе, и Арсен. Правда, выражения лиц у них отличались. Арсен слушал с удивлением, явно что-то прикидывая, его же отец, скорее, с недоверием и даже недоумением.

— Мы выкупили два контракта небольших групп из Казани. Они готовы выступать практически сразу, — напомнил Дамир.

— Насколько мне рассказал Арсен, эти ребята исполняют национальную музыку, которая ценится в Татарстане, но за его пределами непопулярна. От слова «совсем». Я же собираюсь поднять лейбл на недосягаемую высоту. Стать законодателями моды в мире музыки. Иначе мне просто не интересно ввязываться во все это, — я ставил вопрос ребром.

Если подумать, мне действительно нет никакого смысла заниматься лейблом, если он будет болтаться где-то внизу рынка. Скучно, бесперспективно. Лучше свое время потратить на что-то более интересное.

— Получается, есть два пути развития, — сразу уловил суть Арсен, — простой — это работать с музыкантами и плыть по течению, и твой — сделать что-то грандиозное?

— Да. В первом варианте я не хочу участвовать. Во втором готов, но на других условиях.

— Я услышал тебя, — задумчиво произнес Дамир, — озвучь свои условия.

— Сорок процентов. Я готов вложить восемьдесят тысяч рублей в это дело. Сразу двадцать тысяч, и в течение полугода каждый месяц по десять тысяч. Но! В этом варианте, я приложу все усилия, чтобы компания за год смогла заработать миллион рублей. Как минимум.

— Это высокая планка. При таких вложениях, я бы даже сказал, малореальная. Мы планировали получать прибыль сто-двести тысяч в год. Что тоже немало. Переводя на язык цифр, это больше ста процентов прибыли от вложений. Миллион же при вложении двухсот тысяч рублей мне кажется совсем нереальным, — Дамир с недоверием посмотрел на меня.

Я его понимал. Как крупный бизнесмен, он привык оперировать большими деньгами. В его мире доходы совсем другие. Там, где люди управляют десятками и даже сотнями миллионов, речь идет не о больших заработках, а о возможности сохранить свои деньги и о доходе в размере чуть больше инфляции. А если заходит речь о целых пятнадцати процентах дохода, это считается очень удачным вложением средств.

— Хорошо, возьмем, к примеру, мой музыкальный альбом. Вы знаете, сколько я потратил денег на выпуск. По моим прикидкам, за год только авторские отчисления мне принесут от трехсот до пятисот тысяч рублей. А если я начну давать концерты, эта сумма, как минимум, утроится. При этом тридцать процентов с этих денег осядут на нашем лейбле. Это почти сто тысяч рублей! И за эти деньги я ничего не требую взамен.

— Но мы решили вопрос с Гуриеле, — вскинулся Дамир, неодобрительно глядя на меня.

— Благодарю вас, — слегка насмешливо склонил я голову, — но вы решили этот вопрос за мои же деньги. Получается, он мне обошелся, как минимум, в сто тридцать тысяч рублей! Учитывая процент, который я буду должен вам отдавать. И это только за первый год. Вы считаете это нормальным решением? Да, у меня нет должных связей и знакомств, чтобы напрямую выйти на этот род, и честно говорю, что даже не пытался сам заняться этим вопросом, так как Ураз пообещал все решить. Но, думаю, я смог бы попытаться договориться с ними на меньшие деньги, — я, конечно, немного лукавил. У меня не было такой уверенности. Но в данный момент было важно показать, что оказанная услуга не настолько значима, как её пытаются мне подать.

— Пример с альбомом показательный, — согласился со мной Дамир, — но это разовый рисковый проект, который по непонятным мне причинам стал успешным. Это не означает, что какой-то другой проект повторит данный успех. Я понимаю, что ты молод и излишне амбициозен. Но род не готов рисковать такими деньгами.

— Тогда и нет смысла затевать все это, — я был недоволен. Видно было, что Дамир совсем далек от мира шоу-бизнеса и не понимает, какие деньги там крутятся. Он не видит никаких перспектив, и что-то доказывать ему бесполезно.

— Хорошо, — спокойным тоном произнес Дамир, — останавливаемся на первоначальном варианте. «Макс-музыка» с минимальным уставным фондом. Ты регистрируешь свои песни на нас за тридцать процентов. Мы выплачиваем Гуриеле отступные из своих денег и вычитаем их из твоих авторских отчислений.

— Если мы идем по этому варианту, то небольшое замечание. Мне надо, чтобы ваш лейбл отрабатывал эти деньги. Как я уже говорил, за год может накопиться порядка ста тысяч рублей. За что мне отдавать их? Дайте мне стандартный договор с артистом, я готов его изучить, — на мои возражения Дамир поморщился, но кивнул головой и отошел к юристу, оставив меня вдвоем с Арсеном.

— Скучно получается, — печально произнес он.

— Ничего, будете отрабатывать мои деньги, — я похлопал его по плечу и погрузился в свои мысли.

Жалко, что не получилось создать полноценную компанию. Самому мне не потянуть подобный проект. И даже не по финансам. Главная проблема — отсутствие достойной аристократической крыши. Которая, вроде как, и есть, но в случае проблем они просто отдадут мой бизнес и не будут за него сражаться.

Обиднее всего, что я понимал резоны Дамира. Кого он видит перед собой? Восемнадцатилетнего парня, которому успех вскружил голову. Сколько за свою жизнь он видел подобных людей? Все они обещали золотые горы, и многие ли из них чего-то достигли?

Следует признать, что я неправильно оценил ситуацию. Решил, что добрые отношения со мной действительно важны для Дамира, и он будет готов рискнуть вложиться и довериться мне. Тем более, первый вариант договора, предложенный отцом Арсена, тоже был неплох, но я захотел большего. В итоге вышло гораздо хуже, чем я рассчитывал.

Дальше мы еще полчаса обсуждали новый договор, включив туда обязанности — как лейбла, так и мои. Самый жаркий спор вызвал срок договора. Стандартно с артистами его заключали на семь лет. Мне же удалось договориться на один год. «Макс-музыка» имеет приоритет при выборе мной в дальнейшем, с кем заключать договор.

Юрист заодно составил доверенность на переоформление моих песен, которую я подписал. Не придется лишний раз ездить в авторское агентство.

Когда наконец-то все ушли, мы остались вдвоем с Арсеном.

— Извини, я неправильно оценил заинтересованность отца в сотрудничестве с тобой, — признался Арсен.

В чем-то он был прав. Из-за него и я неправильно оценил свою позицию. С другой стороны, у меня своя голова на плечах имеется.

— Это для вашего рода слишком большие деньги, чтобы ими рисковать? — решил уточнить я. Бюджет моей карточки — триста тысяч рублей в месяц, и я не думал, что значительно меньшая сумма может стать препятствием.

— Не знаю, — он задумчиво пожал плечами, — я так понял, что отцу совсем не сдалось заниматься каким-то там лейблом. У него своих дел хватает. А тут еще за нами присматривать. Да и сумма не такая уж и маленькая. Эти траты пришлось бы обосновывать на совете рода. До пятидесяти тысяч можно брать деньги рода просто под отчет. А личные он наверняка не захотел тратить.

— А моя карточка? Траты с неё как проводятся?

— Она привязана к личному счету деда. Что-то вроде отступных — за то, что ты его не сместил, — улыбнулся друг, — так что ты тратишь мое потенциальное наследство! Будь с ним аккуратней, — Арсен, рассмеявшись, хлопнул меня по плечу.

Вот чем он мне нравился, так это умением всегда найти повод для шуток. В отличие от меня, Арсен не предавался долгим раздумьям, а был человеком действия, у которого даже если что и не получалось, то и ладно. В другой раз получится. Мне бы такую легкость характера!

— Уговорил, буду беречь твое наследство!

— Так это, я теперь твой начальник? — продолжил он шутить. — Буду вызывать тебя играть концерты на день рождения к своим друзьям!

— Не, не, не! Это не так работает! Я теперь — твоя курочка, несущая золотые яйца, и ты обязан исполнять все мои капризы! — нашелся я.

— А не желает ли наша курочка отправиться в кабак и напиться на деньги из моего наследства?

Я не видел повода отказываться. Тем более, мне требовалась разрядка. Не то чтобы я устал, но вот настроение от очередной неудачи сильно подпортилось.

Ну что рассказать? Вечер в компании Арсена прошел замечательно. Посетили пару модных мест. Выпили, потанцевали, склеили девчонок, с которыми отправились в отель. Там сняли большой номер с двумя спальнями и оторвались по полной.

Утром я поехал домой и, приведя себя в порядок, отправился в колледж — проходит медицинское освидетельствование.

Колледж находился в первом круге города, то есть практически в самом центре, в двух шагах от главной площади. Четырехэтажное задние из красного кирпича с высоким крыльцом стояло прямо у дороги, на которой было припарковано множество автомобилей. С трудом найдя место, я припарковал свой «мазератти».

Поднявшись по ступеням, зашел внутрь и оказался в большом светлом холле. Высокие потолки поддерживали колонны, а мраморный пол блестел так, что слепил глаза. Передо мной была лестница, слева и справа — коридоры.

Здесь было удивительно безлюдно. Я замер на пороге, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, куда мне идти.

Раздались шаги, которые эхом отражались от стен, и из коридора появился мужчина в ливрее.

— Добрый день, господин. Позвольте, я вас провожу, — слегка поклонившись, обратился он ко мне.

Я представился, и он провел меня к одной из дверей. Постучав, мужчина зашел и представил меня, после чего пригласил внутрь.

Кабинет был скучным. Не такого я ожидал от подобного места. Разделен на две комнаты. В первой сидели молодая симпатичная женщина в строгой одежде серого цвета и пожилой мужчина в костюме. Их столы располагались так, что они сидели друг к другу лицом. На столе у мужчины стоял большой монитор, у женщины компьютера не было. Перед ней лежали лишь планшет и куча бумаг.

Дверь во вторую комнату была приоткрыта. Внутри она больше напоминала больничную палату. Две кровати, застеленные белым бельем, пара стульев — и все.

— Что же вы замерли в дверях, — кивнул мне с добродушной улыбкой мужчина и, указав рукой на стул подле него, продолжил, — садитесь, — он открыл компьютер и, видимо, нашел мое дело. Читая его, мужчина периодически бросал на меня взгляд и что-то бубнил под нос, — так-с, частичная потеря памяти, восстановился, потом драка — и снова в больницу, тест сдавал чуть меньше месяца назад.

Я сидел боком к нему, спиной к женщине. Краем глаза заметил, что она встала и подошла ко мне. Сначала я уловил её запах, а потом неожиданно почувствовал дыхание у себя на шее. От этого по всему моему телу пробежали приятные мурашки. Наклонившись ко мне, женщина томно произнесла:

— Расслабься, я осмотрю тебя, — она взяла мою руку и пристально посмотрела в глаза. Не знаю, что произошло, но меня охватило внезапное сильное желание. Желание обладать этой женщиной. Дыхание сперло, мой взгляд опустился ниже, заметив, что пуговки на блузке слегка расстегнуты. Она наклонилась ко мне очень удобно, давая возможность заглянуть в её роскошное декольте. В голове пронеслись образы: я срываю с женщины одежду и овладеваю ею прямо на этом столе. Мне стоило больших усилий совладать со своим желанием и отвести взгляд от её груди.

Женщина слегка отступила, продолжая держать меня за руку. Поймав её насмешливый взгляд, я окончательно успокоился и пришел в себя.

— Что скажете, голубушка? — поинтересовался мужчина.

— Хороший мальчик, — произнесла женщина, томно облизав губы, — отличный контроль!

— Да, я заметил, — он кивнул и застучал по клавиатуре.

— Ядро мощное, хорошо наполненное, но каналы слабо развиты. Видно, недавно образовалось, — продолжила она давать отчет.

— Это что вообще сейчас было? — вернув ясность сознания, поинтересовался я у них.

— Екатерина Игоревна — наш целитель. Надо было проверить твой контроль, — решил объяснить мужчина, — вызвать небольшой всплеск нужных веществ и гормонов для неё не составляет сложности. Приятные ощущения?

— Не уверен. А если бы я не справился? — Еще немного, и мой мозг мог бы затуманиться до такого состояния, что я бы накинулся на женщину, невзирая ни на что.

— Все предусмотрено: небольшое воздействие — и ты бы потерял сознание. Никакой опасности, — мужчина равнодушно махнул рукой.

— Понятно.

— Контроль для мага очень важен, — продолжил мужчина, — у тебя хорошо наполнено ядро, и без контроля над магией и чувствами ты можешь представлять опасность. Помни, что ты уже не обычный человек, а личинка мага.

— Практически уровень учителя, что еще опасней, — пояснила целительница.

— Вот! При этом каналы развиты слабо, значит, возможны всплески энергии. Следи за этим и трать энергию каждый день по максимуму.

— Гормоны нестабильны, — продолжила Екатерина Игоревна, — тут тоже без вариантов — только секс. Два-три раза в неделю. Иначе такие всплески будут происходить совершенно неожиданно и непредсказуемо. Вот зашел ты в магазин — и набросился на продавщицу, — продолжила она своим сексуальным голосом, опять распаляя мое воображение.

— Если нет постоянной партнерши, посещай специальные места, — после этих слов мужчина встал и, подойдя, положил свою руку мне на голову, — что же, последствий от травм не вижу. Ты не замышляешь ничего во вред императору? — как бы невзначай поинтересовался он, продолжая держать на моей голове свою руку.

— Нет.

— Против соучеников? Есть ли к кому-нибудь личная неприязнь, ненависть? К какой-нибудь из княжеских семей? Желаешь ли смерти кому?

— Нет.

— Хорошо, — он сел обратно за стол, — хороший мальчик! Мы закончили, можешь идти. Сейчас зайдешь к директору — и свободен.

Больше они не обращали на меня внимания. Я молча покинул кабинет, чувствуя себя так, будто меня только что использовали, как вещь, не поинтересовавшись моим мнением. Порылись в голове, проверили лояльность. Подразнили, похлопали по плечу и отправили восвояси. Очень неприятно, мягко говоря.

Постоял некоторое время в коридоре, прислонившись к стене и приходя в себя.

В общем, ничего страшного не произошло. Главная проблема в том, что мне на самом деле почти тридцать лет. И то, что юноша воспринял бы спокойно, меня, мягко говоря, раздражает. Что с этим делать — совершенно непонятно. Тяжело, пожив самостоятельной взрослой жизнью, снова зависеть от кого-то. А ведь впереди еще учеба. Мало того, что мне надо будет находить общий язык со сверстниками, так еще придется как-то подстраиваться под учителей!

Глава 14

Глава 14

Директором оказался серьёзный мужчина с военной выправкой. Он вышел из-за стола мне навстречу и, пожав руку, предложил присесть. Мы сели не за стол, а за кофейный столик. Наша встреча выглядела неофициально, что было для меня полной неожиданностью.

— Меня зовут Аркадий Семёнович Болховский, — представился он, — директор этой гимназии. Обращаться ко мне во время официальных мероприятий нужно «Ваша светлость», при личном общении — по имени-отчеству или «господин директор».

— Хорошо, Аркадий Семёнович. Меня зовут Виталий Шувалов, — представился в ответ. Обращение «Ваша светлость» означает, что его род относится к великокняжескому. Значит, он какой-то там родственник действующему императору и даже состоит в списке престолонаследников. Вряд ли его положение в этом списке высоко, потому что эту фамилию мне не доводилось слышать.

— Мне нравиться знакомиться с учениками в такой вот неформальной обстановке, — пояснил директор моё приглашение. Хотя, на мой взгляд, это была всего лишь игра в неформальную обстановку. Мы находились в кабинете директора гимназии, и такое «доверительное общение» ничуть не обманывало. Меня, скорее всего, продолжают тщательно изучать.

— В первую очередь, — продолжил он, — примите мои соболезнования по поводу гибели Дмитрия Александровича. Я был знаком с вашим дедом лично.

— Благодарю.

— Хочу вам рассказать немного о колледже. У нас строгий отбор по магической силе. Она должна быть не ниже шести единиц уровня «ученик». Как правило, этим требованиям соответствуют дети высшей аристократии. Но иногда попадаются и гении из других слоёв общества. На данный момент вы — безродный дворянин, но с выдающимся уровнем магии, которым вам нужно овладеть. Помните, что это — ваша основная задача на ближайший год, — директор внимательно посмотрел на меня и, убедившись, что я слушаю, и мне нечего сказать, продолжил:

— С одной стороны — вам с вашим статусом будет непросто. Вас будут задирать, провоцировать. Не стесняйтесь отвечать. Зная вашего деда и отца, я надеюсь, что характером вы пошли в них.

— Драки не запрещены? — решил уточнить я.

— Конечно, нет, — он удивлённо всплеснул руками, мол, как я мог подумать о такой глупости, — молодёжь должна выплеснуть наружу всю дурь, которая накопилась. Пусть это происходит в колледже, а не на улице. Да и, сами понимаете, это хороший стимул становиться сильнее.

— Понимаю, но не одобряю, — я вяло пожал плечами. Детские игры в песочнице. И мне придётся принимать в них участие.

— Самое главное правило — никаких увечий и убийств! — Глаза директора грозно сверкнули, мгновенно превращая его в смертельно опасного бойца, но он взял себя в руки. — Также проблемы внутри колледжа не должны выходить за его пределы. Это правило, в первую очередь, полезно для вас и других людей с более низким статусом. Ведь вы ограничены в людях и ресурсах. Поэтому ближайшие два года империя защищает вас от любого произвола за этими стенами.

— Хорошая система, — согласился я, — куёте высшую аристократию за счёт простых дворян. Не вижу пока ничего справедливого.

— А кто говорил о справедливости? — улыбнулся Аркадий Семёнович. — Это жизнь. В ней нет места слабости и справедливости. Сила, ум, знания, знакомства — если ты слаб в этих пунктах, даже деньги не помогут.

— Понятно все. Мне еще наверное каждому, кто выше меня по статусу кланяться? — Ехидно поинтересовался у него.

— Вот это как раз не обязательно. В школе все ученики равны и рекомендуется обращение друг к другу по имени, без упоминания статуса ученика.

— Но не следует не забывать, что среди равных всегда есть те, кто равнее других — задумчиво добавил я.

— Какое мудрое изречение, — не опроверг мои слова директор.

— Тогда у меня вопросов нет, начну учиться, разберусь, — бодро отрапортовал я в ответ.

На этой ноте мы с ним и распрощались.

Перед тем как покинуть здание, я поинтересовался у привратника насчёт парковки, тот важно сообщил, что места там только для преподавателей, а нам не положено. Ну и ладно, приеду на такси или на автобусе. Вроде, остановка рядом.

* * *

После того как младший Шувалов покинул его кабинет, Аркадий Семёнович спустился вниз, к целителям. Интересно было услышать мнение Екатерины Игоревны насчёт этого парня.

Он был хорошо знаком с его отцом. Не то чтобы они были друзьями, просто примерно в этом же возрасте учились вместе в кадетском училище. Вместе ездили на практику и участвовали в паре дел. Алексей был сильным магом, и очень гордым и упрямым парнем. Всегда лез напролом, что Аркадий не одобрял, но уважал. Судя по всему, Виталий характером пошёл в отца. Гордый и независимый. Да уж, таким, как он, тяжело приходится, тем более — в его колледже.

— Екатерина Игоревна, — директор с улыбкой зашёл в кабинет.

Уже два года Аркадий Семёнович ухаживал за этой неуступчивой женщиной. Шансы на рождение детей от него стремились к нулю, но у директора уже было достаточно наследников. Первые две жены были по расчёту, с ними так и не удалось наладить тёплых отношений, о которых он мечтал. А вот с целительницей у них были и романтика, и даже, хотелось бы верить, взаимная любовь. Но она хотела своих детей, а он не мог исполнить это желание. В общем, как говорит современная молодёжь, — всё сложно.

— Аркадий, — она тепло улыбнулась ему.

— Господин директор, — её коллега Серафим Герасимович поднялся из-за стола.

— Сидите, — отреагировал директор, — я насчёт Шувалова. Есть что сказать?

— Интересный экземпляр, — Серафим Герасимович открыл свои заметки, — очень большой потенциал, но с другой стороны — слабо развиты энергоканалы.

Аркадий Семёнович перевёл взгляд на Екатерину.

— Крепкий паренёк. С характером. Хорошо держится. Я ему вплеснула такую порцию гормонов, что разум должно было затуманить напрочь. Но он сдержался. Быстро пришёл в себя. Для его возраста это удивительно.

— Тест на лояльность прошёл. Был спокоен, отвечал правдиво, — дополнил Серафим Герасимович. Он был слабым целителем, зато отлично мог отличить ложь от правды, считывая поверхностные мысли, ловя различные образы. Вообще, существовали «камни правды» — небольшие артефакты, не слишком дорого стоившие, но умение Серафима было намного достовернее.

— Имеете личный интерес? — полюбопытствовала Екатерина.

— Знаком был с его отцом. Тот ещё упрямец. Виталий похож на него. Всколыхнул воспоминания, — директор задумчиво пригладил волосы, — если он в него, год будет интересным.

* * *

Стоило прийти домой, как ко мне зашёл Араслан. Не ждал его сегодня. Первым делом он уточнил, какой мне определили магический уровень. Рассказал о своей беседе с целителями в колледже.

— Этого следовало ожидать, — Араслан покивал головой и, удобно устроившись в кресле, продолжил:

— Благодаря Аннулету, твой уровень ядра поднялся, но тело к этому не готово. Для этого есть специальные упражнения. Думаю, на учёбе вы как раз ими и будете заниматься, но есть более важная вещь.

— Какая же? — Не люблю все эти паузы и многозначительные молчания. Араслан — человек восточный, поэтому обожает подобную манеру речи.

— Ты прошёл полный обряд. Получил большое преимущество над остальными. Ты видишь свою магию и можешь заняться самостоятельно своим ядром. Обычно такая возможность открывается на уровне мастера.

— Что за возможность? — Я не скрывал своей заинтересованности.

Информация о том, что я — видящий, вроде как, не секрет. Правда, есть один очень важный нюанс. Большинство видящих видят только свою магию. Они могут разглядеть собственные энергоканалы и ядро. В зависимости от уровня, могут влиять на то и другое.

Вообще, видящие после ритуала и те, кто обрёл данную способность путём развития мастерства, различаются. После прохождения ритуала человек видит свою магию, но на то, чтобы что-то изменить, уходит слишком много времени. Не хватает знаний и мастерства. Мастера с этим легко справляются. А ещё они могут видеть магию вокруг и работать с артефактами. Но разглядеть магию в чужом теле не могут, для этого надо быть целителем. Правда, им необходим телесный контакт с пациентом. Магию вокруг они не видят. Я же, получается, полный видящий, что очень большая редкость. Но, по совету деда, держу это в тайне. Пока Араслану об этом знать не обязательно, как и другим членам рода Максютовых.

— Присмотрись внимательно к своему источнику. Сейчас энергоканалы отходят прямо от него. Когда он сильно напрягается, появляется вибрация, которая приводит к откату. Мастера научились создавать сферу вокруг ядра. Она соединяется с источником тысячами мелких нитей, по которым идёт энергия. Чем дальше расположена сфера, и чем она больше, тем лучше, — пока он говорил, я прикрыл глаза и разглядывал его магический источник. Он действительно отличался, если присмотреться. Источник окутывал шар плотного тумана, из которого прорастали каналы.

— И что дальше?

— Дальше самое сложное. Надо обрубить каналы, которые идут напрямую из ядра, — произнёс Араслан и поморщился — видно, воспоминания были не из приятных.

— Это не опасно?

— Не слишком, — он покачал головой, — но получишь незабываемые ощущения. Хотя тебе должно быть легче — твоё тело ещё не настолько привыкло к магии. Я это проделал, когда мне было под пятьдесят. Почти неделю лежал без движения, пока каналы не приросли к внешнему кольцу, и по ним не побежала магия.

Это весьма болезненный процесс, тем более, в таком возрасте. Вылезают все хронические болячки, ощущения не из приятных. Как будто ты был молодой и резвый, а тут раз — и превратился в старого больного деда.

— И что, теперь откатов нет?

— Есть, моя сфера не слишком велика, но даже так магию могу использовать значительно дольше и на большую мощность. Так что все мастера сильно отличаются по уровню. Чем раньше ты начинаешь формировать её, тем сильнее будешь.

— Как мне создать подобную сферу? — перешёл я к практической части.

— Ты умеешь выпускать чистую энергию и оборачивать ею кулаки, это одно из первых умений, которое осваивают при обучении магии. Второй шаг — ты научился уплотнять энергию, закручивать её в нити и выпускать наружу, формируя заклинание. Это необходимая основа. Следующий шаг — забрать энергию из источника и выпустить её большим облаком вокруг ядра.

— Звучит легко, — с сомнением в голосе произнёс я. Не верилось, что всё так просто.

— Да, но удержать это облако гораздо труднее, чем кажется, — подтвердил Араслан мои сомнения, — я цеплял его за нити энергоканалов. Когда ты научишься удерживать облако, начинай его уплотнять. Этот процесс может занять весьма продолжительное время. У меня ушло месяцев шесть. А я уже был мастером и видящим. Чем дальше от ядра, чем больше у тебя получится сфера, и тем лучше.

— Логика понятна, — согласно кивнул я головой, переваривая полученную информацию.

— Потом всё просто: обрываешь каналы, цепляешь их к сфере. Ядро само начинает выращивать нити, ища внешний источник энергии.

— Спасибо. Процесс ясен, осталось начать его осваивать, — это и вправду весьма полезное знание.

— Думаю, ты с этим делом справишься в течение ближайшего года. Но спешить не стоит. Работай понемногу. Ты, в некотором роде, сейчас уникален. Сильный источник, прошёл полный ритуал. Тело к магии ещё не привыкло. Всё должно пройти гораздо быстрее и безболезненнее.

— А что делать с каналами? В том плане — как их развить? — Я вспомнил целительницу из колледжа, которая заявила, что каналы совсем никакие.

— Есть несколько вариантов. Как можно чаще прогонять магию из источника по всему телу. Можно ещё самому их формировать, используя способность видящего. Но для этого тебе нужно достать атлас со схемой каналов. Правда, на этом этапе я бы не советовал. Не вижу в этом смысла. Тело само знает, что и как правильно сделать. Просто не спеши, — посоветовал он.

В принципе, ничего нового по этой теме я не услышал. Последние месяцы как раз и занимался развитием каналов, прогоняя магию по своему телу. Но слишком медленно происходят изменения.

Араслан поднялся из кресла:

— Мне надо уехать по делам рода. Не забрасывай свои занятия. Советуйся с учителями в коллеже. Там хорошие мастера преподают. Вернусь, наверное, через месяц, посмотрим на изменения. Может быть, посоветую ещё чего.

Поблагодарив Араслана, я проводил его до дверей.

Поднявшись в зал, приступил к тренировке. Как и ожидалось, ничего сразу не получилось. Самое первое — мне необходимо было войти в состояние медитации для работы с энергией. И вот на этом шаге я и застопорился. Не моё это. Слишком много мыслей в голове, и, хотя дед меня заставлял в детстве медитировать, и у меня даже получалось, сейчас никак! А без этого состояния энергия не хотела меня слушаться. Точнее, я мог её отправить циркулировать по кругу, но остановить на месте и собрать в облако внутри тела не получалось.

В итоге, дело-то я полезное делал — гонял энергию, насыщаясь, что должно увеличивать существующие энергоканалы и порождать новые. Но к оболочке ядра ни на шаг не приблизился.

Забив на это дело, сходил в душ, переоделся и взял гитару.

Все эти дни я не забывал о том, что с меня взяли обязательство написать песню и спеть дуэтом с Агатой Гуриеле. В первый раз, как услышал об этом условии, решил, что нет ничего проще. Но стоило начать перебирать всё, что помню, как оказалось, что дело не такое простое.

Что у меня в голове крутилось из дуэтов? Чичерина и «Би-2» — «Мой рок-н-ролл». Хорошая песня, но для этого мира не слишком подходит. Дуэт Басты и Зиверт — «Не болей». Отличный вариант, но для восемнадцатилетнего парня — слишком взрослая песня. Ещё были какие-то молодёжные дуэты, слов не помню, но мелодии и настроения вполне достаточно, чтобы самому что-нибудь написать. Правда, боюсь, это слишком смело для местной публики, и сама Агата такую песню завернёт.

От дуэтов перешёл на группы с двумя вокалистами. Хороший вариант «Гости из будущего», но, кроме «Ты где-то», ничего не вспомнил, а в этой песне мне особо и не спеть. Что там ещё? Артик и Асти? Там тоже вокалист особо не поёт. Вспомнил отличный дуэт «Потап и Настя», но рэп местные не поймут. А, ещё есть «Непара», но у тех песни для взрослых. Блин, не ожидал, что это окажется такой проблемой!

Открыл на планшете информацию об Агате. Удивился, что ей всего девятнадцать лет. Почему-то был уверен, что девушка старше. Выступает уже четыре года. Выигрывала какие-то детские конкурсы. Потом перешла на взрослую эстраду. Ну, с такой-то поддержкой рода отчего не перейти?

Включил её песни. Очень неплохой уровень. Высокий голос, хорошо поёт. Сами песни, правда, скучноваты. Не хватает ярких хитов. Но вокальные данные на уровне. Надо признать, дело не только в деньгах. Талант, безусловно, наличествует. Действительно, приятно будет с ней поработать. И без всяких пошлых мыслей. Поёт она красиво, вот бы и песню хорошую подобрать!

Взяв гитару начал просто играть всё, что придёт в голову. Сначала боем, потом перебором. Что-то крутилось в голове. Вот оно! Я ухватил мысль, и в голове услышал голос Агаты в одной из песен, что-то было знакомое в её интонациях. Вот это вот мяуканье…

Отложил гитару, походил, напевая себе под нос. Наверное, со стороны я сейчас напоминал сумасшедшего с улицы.

Вот оно! Агутин и Варум, песня «Февраль»! Идеально! То, что надо. Удивительно подходит для нас обоих.

Бегом схватил и сел за стол. Пока накатило, надо писать. Мелодию вспомнил и подобрал достаточно быстро. Половину слов забыл, главное — припев помню отлично. Задействовал магию для усиления мышления, такой способ и на память действовал. Удалось вспомнить практически все слова!

Выжатый, как лимон, откинулся в кресле. Песня готова. Я даже записал демоверсию на планшет. Качество, конечно, не очень, зато мне удалось спеть её на два голоса.

Блин! Даже не хочется отдавать такую песню. Так мне понравилось. Надо будет посмотреть живьём на эту девушку. Подойдёт ли ей под характер, может быть, всё-таки что-то другое придумать, а «Февраль» отложить на потом?

Записал текст и мелодию, надо будет отдать Арсену, чтобы зарегистрировал песню.

Кстати, на прошлой встрече мне юрист разъяснил один важный момент. Оказывается, отчисления за авторство идёт полностью мне, и эти права не продаются и не передаются. А вот владение песней и исполнение — это уже другое. То есть в своих расчётах я немного ошибся. Из десяти тысяч от авторского агентства половина — это именно авторские, а вторая половина — права на исполнение. Вот из них и списываются проценты лейблу. При этом я, как автор, не могу запретить исполнять свою песню другим артистам, если они договорятся с моим лейблом.

Так что мой заработок с авторских отчислений упадёт не на тридцать процентов, а всего на пятнадцать. Что очень даже и хорошо.

Осталось спеть дуэтом с Агатой. И желательно договориться с ней на хорошие условия. Песня того стоит.

Глава 15

Глава 15

Утро снова началось с попытки помедитировать, и я в очередной раз убедился, что это не мое. Наверное, проще научиться управлять магией в обход медитации, как-то напрямую, чем поймать нужное состояние.

Вообще, утренним занятием я остался недоволен. Араслан мне за этот месяц неплохо помог, но недостаточно. То ли у меня внутренней дисциплины не хватает, то ли просто понимания. Перескакиваю с одного на другое, и не получается полноценного занятия. Тренируюсь с саблей, потом каменную кожу, потом магия — плету простейшие заклинания, и снова сабля.

Возможно, все дело в том, что я пытаюсь объять необъятное, и все это уложить в два часа занятия. При этом думаю вообще не пойми о чем. О девушках, о музыке, о деньгах.

Нужен учитель из классических фильмов про кунг-фу. Такой, чтобы палкой избивал меня, заставляя концентрироваться на нужном. А так какая-то профанация получается.

Вот почему в книгах и кино все легко и просто, а у меня — через одно место⁈

Но, наверное, главная проблема в том, что я слишком спешу. Если здраво подумать, план тренировок не так уж и плох. Просто прогресс слишком мал. Хочется большего. А это глупо. Нужны годы тренировок, что бесит.

Мои терзания прервал до обидного бодрый Арсен.

— Здорово! Можешь поздравить, я теперь директор лейбла «Макс-Музыка»! — радостно поприветствовал он меня, наливая себе чая.

— Поздравляю, — вяло ответил я ему, плюхаясь в кресло напротив.

— Только есть проблема! Мне выделили десять тысяч рублей. И небольшое помещение. Что дальше делать, совсем не представляю! — жизнерадостно заявил друг.

— И… — Настроение у меня было не настолько хорошим, чтобы шутки шутить.

— Поехали, покажу помещение. Будем думать, что делать дальше!

— Что можно сделать на десять тысяч рублей? — Я посмотрел на потолок в поисках ответа, но это не помогло. — Поехали, — печально вздохнув, пошел переодеваться.

Помещение оказалось не таким уж и плохим. Род Максютовых владел рестораном, который находился в отдельном здании неподалеку от окраины города. Большая веранда, пристроенная к двухэтажному кирпичному дому. Если зайти с торца, видишь два входа. Один ведет на кухню, а второй — как раз в помещение лейбла.

В нашем распоряжении имелись лестница, три комнаты на втором этаже, две комнаты на первом — и еще можно было отгородить большую часть подвала, который ресторан практически не использовал.

— Что думаешь? — после того как мы обошли помещения, спросил меня Арсен.

Мы стояли на улице у подъезда. В комнатах не было вообще никакой мебели, даже стула, а ресторан еще не открылся. По будним дням он работал только с шестнадцати часов.

В принципе, подвал для репетиционной базы вполне подойдет. Наверху можно сделать студию звукозаписи, а на первом этаже — кабинеты для сотрудников. Только вот денег выделили совсем немного. Непонятно, что на них можно купить.

Поделился с Арсеном своими мыслями. Мы еще раз обошли все помещения и решили отправиться в ближайшее кафе, чтобы нормально все обсудить.

— Смотри, я накидал по сотрудникам, и что и как вижу, — начал Арсен, доставая планшет, — Сначала нам нужен концертный директор, ну, или просто менеджер. Чтобы принимал звонки и выезжал на точки, договариваясь о концертах. Надо сделать страничку лейбла, выложить там список наших артистов. Их песни и тексты. Фотографии, интервью…

— С этим я могу помочь, дам тебе контакт одного паренька. Берет недорого, делает все быстро, — я сразу скинул ему телефон Дэна. И Арсену помощь, и пареньку лишняя копейка.

— Спасибо, дальше надо обставить офис. Сделаем его на втором этаже. Там комнат больше. Хочу себе кабинет! — Он с вызовом посмотрел на меня, но я не собирался его отговаривать. Ну, хочет директор иметь кабинет директора, что в этом такого?

— Получается, нужна отдельно комната для менеджера, — продолжил Арсен, — отдельная комната для переговоров. И мой кабинет. На нормальную студию денег же все равно не хватит? — Он оторвался от плана помещений и посмотрел на меня.

— Не хватит, но, наверное, должно хватить обставить репетиционную базу. Надо будет убраться в подвале, сделать перегородки и звукоизоляцию. Твоим артистам надо же где-то репетировать. Да и мне, похоже, не избежать концертов.

— Тогда жду список, что надо закупить!

— М… честно говоря, извини, не слишком разбираюсь. Нужны барабаны, комбики. Но конкретно модели не знаю, — я развел руками, — просто посети музыкальный магазин и посоветуйся. А лучше несколько магазинов. И на какую-нибудь базу репетиционную сгоняй, глянь, что у них как. Вряд ли они откажутся поделиться опытом.

— Отличная идея! Так и сделаю.

— Главная проблема сейчас для меня — музыканты! Мне просто не с кем выступать. Вы же выкупили пару артистов. Узнай, что у них по музыкантам? Может быть, мы сможем с ними сработаться. Нужны барабанщик, басист, желательно — гитарист. Идеально бы еще клавишника.

— Хорошо, — он сделал очередную пометку в планшете.

— И подумай насчет студии. Свою строить пока нет денег, может, с вашими связями удастся договориться с какой-нибудь чужой? У меня новый альбом пока не горит, но весной я бы занялся. Хотя, может, к тому времени денег уже поднимем и сделаем свою студию.

Мы еще час обсуждали разные нюансы.

Изначально я планировал сыграть в обиженку и дистанцироваться от лейбла. Ну, типа, меня не хотят там видеть, не выделили долю. По сути — послали. Но потом понял, что это попахивает ребячеством. Ведь на самом деле я заинтересован, чтобы все получилось и хорошо работало. Мне это нужно, как артисту. Чтобы было хорошее и удобное место для репетиций, с нормальным оборудованием. А если и возможность записывать песни появится, то вообще отлично! Так что я задавил детские порывы и пытался помочь Арсену всем, чем мог.

Кстати, Арсен предложил отличную идею: послушать внимательно группы, с которыми у лейбла теперь контракт. И, может быть, написать для них песни. Тогда я буду получать авторские. Еще можно помочь им со старыми песнями.

— Это называется «продюссирование», — решил объяснить ему я тонкости музыкальной индустрии, — есть такая должность, не знаю, как правильно называется, но суть в том, что я могу послушать песни и сделать так, чтобы они звучали более качественно и современно. Пока не уверен в уровне своего мастерства, но попробовать надо. Хуже точно не сделаю.

— Звучит интересно! — согласился Арсен.

— Осталось придумать, как меня финансово заинтересовать работать с другими артистами. Боюсь, свободного времени у меня будет не слишком много.

— Блин! — Арсен хлопнул себя ладонью по лбу. — Тебе же завтра в колледж! Прими мои соболезнования, школьник! — Он слегка ударил меня по плечу.

— Это не смешно! — Я пребывал в печали. Как же мне не хотелось тащиться снова в школу!

Асрен проводил меня домой, где я, немного помаявшись, решил наконец ознакомиться с группами, которые теперь входят в «Макс-музыку».

Групп было две. И, как я и предполагал, обе исполняли песни на татарском языке. Первая называлась «Милэш» — женский вокал и очень странный инструментал. Например, непонятная дудочка и загадочный струнный инструмент, нечто среднее между балалайкой и домброй. Не силен я в национальных инструментах. Пришлось порыться в сети, чтобы разобраться, что это такое. Дудочка называлась «курай», а балалайка — «думбыра».

Звучала группа «Милэш» необычно и завораживающе. Слушая их песни, я даже забывал, что они исполняются на татарском языке. Это было не важно. Честно признаюсь, мне понравилось. Добавить им немного электронного звучания — и выйдет вообще отлично!

Вторая группа называлась по имени вокалиста «Салават». Ему было слегка за тридцать лет, полноватый, невысокий. Не сказать, что красавец. Зато голос у Салавата был силен. Правда вот музыка никуда не годилась. Они пытались играть поп-рок, но получалось у них плохо. Гитарные партии были очень скучны и шаблонны, при этом гитарист явно любил длинные соло. Барабанщик вообще стучал не пойми что, а Салават просто прекрасно пел, не обращая на них внимания. Только ритм ловил, тот, который издавал скучающий бас-гитарист. А еще для антуража у них была домбра, которая зачем-то издавала визжащие звуки.

Группа гаражного типа, которая непонятным образом умудрилась заключить договор с лейблом и даже давала концерты и имела четыре записанных песни.

Я озадачено прослушал их еще раз. Может быть, я чего-то не понимаю? Нет, все равно не понимаю. Даже страшно браться за них. По-хорошему, всех выгонять, оставлять одного Салавата и менять ему репертуар. Голос у него похож на голос Марата Насырова. Думаю, если поднапрягу мозги, вспомню пару песен Марата. Главное, задать направление, а дальше пусть сами разбираются. Не собираюсь тащить всех на своем горбу.

Глянул в темное окно — блин, уже почти ночь. А завтра в школу. Как же это глупо звучит! Делать нечего, пошел собираться, чтобы утром не суетиться.

Встал с трудом в шесть утра. Пытаюсь сразу привыкать к подобному графику. Немного позанимался магией, потом сделал физические упражнения. Разогрелся, сходил в душ, поел и переоделся в форму гимназиста. Она была едина для всех учеников старших классов. Смотрелось неплохо.

На часах полдевятого, а в колледж к десяти утра. Потупил немного в сети и заказал такси. Решил приехать немного раньше. Заодно разберусь, куда там идти.

Приехал полдесятого, зря думал, что это рано. У крыльца уже бурлила людская толпа. Подъезжали машины, высаживая учеников. Некоторых провожали родители, что смущало молодых людей. Поднявшись по ступеням, я зашел в холл.

Сквозь гул голосов прошел к стендам, которые выставили посередине зала.

Так, группа первого года обучения, список из сорока семи человек. Просто фамилии, и все. Первое занятие в аудитории два-два. Второй этаж. Затем расписание на ближайшие три дня и пометка, что оно дублируется на планшеты учеников.

Открыл планшет, да, расписание есть. После второго урока завтрак, после пятого обед. Потом еще один урок. Это сегодня, в следующие дни по семь уроков, до семнадцати часов. Первые два урока длятся по часу, следующие — по тридцать минут.

Система, может, и непривычная, но для старшей школы этого мира вполне объяснимая. Первые уроки — длинные и самые сложные. Потом уроки попроще, где разбирают новые темы и дают домашние задания. Зачем тратить лишнее время на то, что ученик может сделать самостоятельно?

Сделав шаг в сторону, я столкнулся с девушкой, внимательно изучающей расписание.

— Извините, — произнес я и мельком глянул на неё. Обычная девушка в форме. Темно-синее платье, светло-голубая блузка. Русые волосы, забранные в сложный пучок.

Она кивнула, поясняя, что не имеет претензий, и отступила на шаг, давая мне пройти, но из-за её плеча вышел высокий парень.

— Ты совсем охренел, не видишь, куда прешь? Посмел толкнуть Татьяну? — Он явно нарывался на драку. Драться мне совсем не хотелось. Надо сначала понять местные расклады. Или, наоборот, стоит сразу показать себя и проявить агрессию? Ох уж эти детские войны!

Глупо признаваться, но я завис, размышляя на эту тему. А вот парень, наоборот, действовал мгновенно. Не успел я и рта открыть, как получил мощный удар под дых. От боли потемнело в глазах, я согнулся, пытаясь вдохнуть, и пропустил следующий удар — кулаком в голову. Я упал на пол и увидел несущийся к моей голове ботинок. Попытался направить энергию к голове, чтобы создать защиту, но не успел.

Очнулся я в кабинете целителей, лежа на кровати. Рядом стояла Екатерина Игоревна. Она водила руками по моей голове, и я чувствовал, как боль отступает.

— Что это было? — прохрипел я, присаживаясь.

— Похоже, самый сильный в магическом плане парень в первый же день отхватил, — иронично произнесла женщина, — вроде, все нормально, но пара боковых зубов выбита. Боль и отек я сняла. Зубы отрастут дня за три. Ешь побольше кальция. А сейчас беги, занятия начнутся через пять минут, — немного помолчав, она добавила, — добро пожаловать в наш колледж!

— Благодарю, приветствие было что надо, — сыронизировал я в ответ.

Выйдя от целительницы, я отправился искать нужную аудиторию. Пока шел, ощупывал языком десну, где не хватало двух зубов. Вот это я, конечно, лоханулся. Права Екатерина Игоревна — отхватил. И даже не в первый день, а в первые же минуты! Не ожидал я такого жесткого начала. Ученики обычно пытались поговорить, погрозить друг другу. И дело редко доходило до драки. Так было в прошлой школе. А вот так, чтобы сразу выписать, не разобравшись, это не по правилам! Отморозок какой-то. Нельзя такое без ответа оставлять. Делаем выводы: в случае зарождения конфликта сразу накидываю каменную кожу и насыщаю кулаки магией. Это поможет сдержать первый удар и достойно ответить. Дальше видно будет.

Открыв дверь, я зашел в аудиторию. Это был большая комната, устроенная по типу колизея. Этакий полукруг, спускающийся вниз. Зайти удалось незаметно, единственное, пришел я поздно, и свободных мест особо не было. Нашел глазами своего обидчика, он мельком глянул на меня, ухмыльнулся и сразу отвернулся.

Мой взгляд остановился на единственном знакомом лице. Вот уж кого я не ожидал увидеть в своем классе, так это наследника рода Кутыевых. Михаил Несмеянов, теперь, наверное, уже Кутыев. Мы с ним вместе учились в школе, правда, в параллельных классах. Почти не общались. Магическое ядро у него образовалось примерно год назад, и для нас он был сильным, так как быстро освоил усиленный удар кулаком. Но по стандартным меркам — так, середнячок. Вроде, третий, максимум — четвертый ранг. В общем, в магии особого будущего у него не было. Именно поэтому я сначала удивился, обнаружив его в классе. Потом сообразил, что виной всему алтарь рода, который повысил всем Кутыевым магическую силу. Заодно и пареньку помог пробиться в этот колледж.

Свободное место было в первом ряду, на нем стояла женская сумка достаточно скромного размера. За партой сидела обычная, ничем не примечательная девушка. Увидев меня она убрала сумку, как бы освобождая место и приглашая меня присесть рядом. Благодарно кивнув устроился за столом. Как раз во время.

На кафедру вышел преподаватель и, представившись, начал рассказывать об обучении в колледже.

В нашей группе почти пятьдесят человек. Нас разделят на три группы под номерами один, два и три. Но это не значит, что мы будем заниматься таким составом. Нас будут периодически перетасовывать в зависимости от успеваемости по определенным предметам. То есть определенный ученик может входить в первую группу по занятиям магией, в третью группу по иностранному языку и во вторую группу, например, по истории. Все уроки одинаковые, но, в зависимости от номера группы, разные классы и преподаватели.

Система, на мой взгляд, не очень удобная, но, возможно, надо просто привыкнуть.

Потом он еще что-то вещал о колледже, его создателях, традициях. Но я быстро заскучал, да и щека заныла. «Травматическая ампутация зубов» давала о себе знать. Скривившись, я приложил руку к больной щеке.

— Меня зовут Алисия Краскова, — неожиданно произнесла моя соседка, — я наследная дворянка, род Красковых. Седьмой ранг. Я целитель. Давай сниму боль, — она участливо посмотрела на меня.

— Виталий Шувалов. Дворянин, безродный, — представился в ответ, — если получится, буду благодарен, — добавил я, убирая свою руку от щеки.

Ее слегка прохладные пальцы прикоснулись к моему лицу, и буквально через мгновение я почувствовал облегчение.

— Боль сняла и немного ускорила регенерацию. До вечера не должно больше болеть, — тихо произнесла она.

— Круто! — произнес я, прислушиваясь к себе. — Спасибо!

Больше она не произнесла ни слова, а я продолжил слушать скучную речь преподавателя, периодически поглядывая на соседку. Мне казалось, что целители должны обучаться в специальных колледжах.

В это время преподаватель закончил свою речь сообщением, что на планшеты сейчас придет номер группы и класс, куда мы должны сразу отправиться. Посмотрел — группа номер два, класс три-четыре. Третий этаж, четвертая комната. Урок мировой истории.

Найти класс труда не составило. На этот раз я пришел одним из первых и занял удобную парту в среднем ряду. Стоило положить свои вещи, как появилась Краскова и, не спрашивая разрешения, уселась рядом со мной.

— А ты всегда такой молчаливый? — Не понимаю, как одним вопросом ей удалось передать столько смыслов. В ее тоне прозвучали и обида, и недоумение, и даже снисходительность.

— А есть повод быть разговорчивым?

— Вообще, я сразу сказала, что целительница! — Девушка обиженно выпятила верхнюю губу.

— И что? Мне теперь болтать, не переставая? А я — рок-звезда! — Теперь была моя очередь снисходительно улыбаться ей.

— Между прочем, это звучит обидно! Я не просто сказала, что целительница, но и помогла тебе. А ты чем докажешь, что рок-звезда? Что это вообще такое?

— Извини, ты права. Ляпнул, не подумав. Но это не отменяет моего вопроса: вот ты целительница — и что? Что я должен делать с этой информацией? Спасибо я тебе уже сказал. Дальше-то что? — Этот разговор начинал меня раздражать. Мало у меня проблем, еще и девица эта привязалась и чего-то хочет от меня. — Может быть, мне пересесть?

— Да ладно, сиди уже! — снизошла она и замолчала.

Как раз вошла преподавательница и представилась:

— Меня зовут Зинаида Мироновна. Я буду вести у вас мировую и российскую историю. Это разные уроки, и по ним будут отдельные экзамены, — она внимательно оглядела собравшихся. Выглядела эта дама строго, лет ей был прилично за шестьдесят. Я бы назвал её бодрой старушкой. Боюсь, с Зинаидой Мироновной будет непросто, знаю я такой тип учителей. Семь потов спустит!

Рассказывала Зинаида Мироновна интересно. В старших классах проходили свежую историю, период за последние пятьдесят лет. Как оказалось, я мало что знал по этой теме. Сегодня мы разбирали правящие рода Европы и Азии. Тема была большая и сложная. За час занятия нас прилично загрузили, да еще и выдали кучу домашнего задания.

Весь класс с облегчением выдохнул, когда закончилось занятие, и мы нестройными рядами отправились в столовую.

Обратил внимание, что в нашей группе пятнадцать человек, и при этом мало кто знаком друг с другом. Или знакомы, но не дружат. Все шли по отдельности, присматриваясь к соученикам, никто не спешил заводить беседу.

Только я шел не один — рядом со мной пристроилась Алисия Краскова, прямо за моим правым плечом. Достаточно близко, чтобы окружающие решили, что я не один, но при этом на таком расстоянии, чтобы я не решил, что мы вместе. Удивительное создание!

Глава 16

Глава 16

Столовая была не очень большой, где-то десяток столов, за которыми можно было удобно разместиться по пять-шесть человек. Набрав еды — в основном, сейчас предлагались салаты и бутерброды, — я сел за самый свободный стол.

Конечно, ко мне вскоре подсела Алисия. Мы молча ели, а когда перешли к чаю, девушка не выдержала и наклонилась ко мне:

— Ты не хочешь со мной знакомиться?

— Почему? — Не понимаю, чего ей от меня надо? — Вроде же, познакомились. Я Виталий, ты Алисия. Что не так?

— Я целительница!

— Да, я в курсе, уже раз пятый слышу!

— Все хотят подружиться с целительницей. А еще жениться и забрать к себе в род. Тебе что, не нужна целительница? — Она удивленно и очень невинно похлопала глазками, как маленький ребенок.

— Блин! У меня и рода нет! Зачем мне целительница? Я сюда не жену искать пришел, мне надо спокойно отучиться и забыть обо всем этом, как о страшном сне! — Видно было, что мои слова ее задели.

Неужели она серьезно думала, что вот все сейчас из кожи лезть будут, чтобы с ней познакомиться и задружиться? Может быть, родители её так настроили? Вроде, и не похожа на наивную девушку.

— Это проблема, — задумчиво протянула Алисия, как будто я сейчас сделал ей предложение руки и сердца, — вдвоем мы род не потянем. Первой женой тебе нужна богатая, а вот второй можно взять меня, красивую и умную. Да еще и целительницу!

— Стоп, стоп! — Я ошалело уставился на неё. — Притормози. С чего ты решила, что меня все это интересует? Еще раз повторю — я здесь не в поисках жен. Ни первой, ни второй. У меня своих дел хватает, еще и жену искать! Да и я тебе зачем сдался такой? Смотри, нас тут почти полсотни учеников на первом курсе, если тебе так неймется, найди нормального парня из хорошего рода. Я-то тут при чем?

— Так это, — она наклонилась ко мне еще ближе, — я же целительница! Я видела, какое у тебя ядро. Ты сильнее всех на курсе. Зачем мне другие слабаки?

— Ага, — я устало усмехнулся, — то-то я в первые же минуты побывал в нокауте, и меня Екатерина Игоревна привела в сознание.

— А это ты был в Анапе на «мазератти»? Точно ведь ты! Отель «Макс», говорят, самый шикарный номер занял, — все так же интимно шепча мне в ухо, поинтересовалась Алисия, — так что ты там говоришь? «Бедный слабый сирота»?

— Да блин! — Я закатил глаза. Чем сильнее буду отпираться, тем неправдоподобнее это будет выглядеть. Оно мне надо? Только и жениться мне точно сейчас не к месту. И что с ней делать?

— Не волнуйся, я не выдам твою тайну, — Алисия улыбнулась, как мелкая заговорщица, подмигнула мне и наконец отодвинулась.

Ребята, сидящие за нашим столом, удивленно наблюдали за нашим диалогом. Говорили мы тихо, но, судя по всему, некоторые фразы они услышали и, явно заинтересовавшись, решили познакомиться.

Представились: Александр, Дамир и Коля. Все из Екатеринодара, простые наследные дворяне из не очень богатых родов. Я у них интереса не вызвал, а вот Алисия произвела фурор. Она сразу заявила, что целительница. Конечно, ведь это её главный козырь! У услышавших такое ребят заблестели глаза, и они сразу попытались взять Алисию в оборот, распушили перья.

Глядя на них, я понял, какого интереса от меня ожидала юная целительница. Судя по всему, родители этих учеников старательно подготовили их к колледжу. Объяснили, что правильные знакомства — это важно, найти жену — вообще замечательно. А привести в дом целительницу — грандиозный успех! Никто из них не хотел упускать возможности произвести впечатление на Алисию.

Меня к такому жизнь не готовила. Да и ладно, не очень-то мне и нужна сейчас жена. Хотя я поймал себя на том, что ревниво посматриваю на ребят, общающихся с девушкой. Вот как так получается — пять минут назад мечтал, чтобы она от меня отвязалась, а теперь переживаю, как бы её не увели?

Поднялся из-за стола, оставив этих голубков ворковать, и вышел из столовой.

За дверью столкнулся с девушкой, из-за которой с утра произошел конфликт. Не думаю, что встреча была случайной, скорее всего, они поджидали меня, так как из-за её спины злобно пялился на меня парень, от которого я отхватил.

— Хотела извиниться за своего брата, он излишне агрессивен, — произнесла девушка милым голосом, — меня зовут Татьяна Елецкая, княжеский род Елецких. Это мой брат, Семён.

— Приятно познакомиться, — слегка кивнув, произнес я в ответ, — Виталий Шувалов. Просто дворянин.

Парень смерил меня презрительным взглядом.

— Безродный, к княжьим детям положено обращаться «ваша светлость»! Неотесанный болван! — произнес он, злобно глядя на меня, но по-прежнему не выходя из-за плеча своей сестры.

— Прошу прощения, ваша светлость. Просто директор школы, Аркадий Семенович, возможно, неправильно меня проинформировал. Он сказал, что, вне зависимости от титулов за пределами этой школы, внутри ко всем ученикам следует обращаться просто по имени. Возможно, он ввел меня в заблуждение? Зайду, уточню этот момент, — спокойно ответил этому засранцу, с удовольствием наблюдая за тем, как его лицо наливается кровью. Похоже, со стабильностью у него большие проблемы, как такого Екатерина Игоревна пропустила? Никакого контроля.

— Ты смелый? Или просто глупый? — задумчиво разглядывая меня, произнесла княжна. — Снова нарываешься? Моя маменька любит таких мальчиков, — её взгляд оценивающе прошелся по мне, — она как раз задумалась о третьем муже. Расскажу о тебе.

— Оу, ты тогда будешь называть меня папенькой? — нашелся я с ответом. Не хотелось спускать подобные фразы. При этом потихоньку начал активировать каменную кожу. Было видно, что Семён сейчас опять слетит с катушек.

— Пф… не дорос еще! — Она передернула плечами.

Братец не выдержал и, отодвинув Татьяну, сразу кинулся в атаку. Первый удар он нанес мне в живот правой рукой и почти одновременно махнул левой, целясь в голову. Только вот эта связка не сработала. Удар в живот не доставил мне никаких проблем, я не согнулся, как он ожидал, и второй кулак пролетел мимо.

Семён замер, пытаясь осознать произошедшее и тряся отбитой рукой, я же зарядил ему ответку. Так же, кулаком под дых, предварительно усилив его магией. Удар наткнулся на защитное поле, но мало того, что я усилил кулак, с него до сих пор не спала каменная кожа, что делало посыл еще мощнее. Защиту удалось пробить, Семён согнулся и получил от меня левым кулаком в ухо. Этого хватило, чтобы он свалился к моим ногам без сознания.

Поквитался. Побил княжича его же оружием. Символично. На душе сразу потеплело. Жаль, зубы не выбил, но, думаю, не последний раз деремся. Семён валялся на полу, дергая ногами, пытаясь встать, но, похоже, в сознание еще не пришел. Тут же появились двое мужчин в ливреях и, подняв поверженного на ноги, быстро потащили его к целительнице.

Оглядевшись, я увидел, что за развернувшимся боем наблюдали другие ученики. Алисия, поймав мой взгляд, победно улыбнулась — мол, я говорила, что ты сильный. Пожав плечами на этот её взгляд, я направился на следующий урок.

Это оказалась математика. Моя группа сменилась, и Алисия в классе отсутствовала. Зато через две парты сидел Михаил Кутыев, полностью игнорируя меня. Математика оказалась несложной. Это был один из предметов, в котором я не плавал, и, думаю, мог бы сдать экзамены сразу за оба курса.

Потом был урок физики, что тоже оказалось несложным, и литература.

Обед пролетел так же незаметно. Я сел за стол, за которым оставалось всего одно свободное место, и Алисия, которая появилась в столовой позже меня, расположилась за соседним.

Еще один урок — и я на сегодня свободен.

Выйдя из колледжа, быстрым шагом направился, куда глаза глядят. Я здесь еще не слишком хорошо ориентировался. Решил просто побродить по центру, прогуляться по магазинам и осмотреться.

В принципе, день прошел не так уж и плохо. Один раз мне наваляли, один раз я навалял. Но, глядя на остальных учеников, я понимал, что мой случай, скорее, исключение, чем правило. Больше никаких драк я не заметил.

Надеюсь, что, после того как я показал свою силу во второй драке у всех на виду, желающих задирать меня поубавится. Хотя, думаю, Семёна это не остановит. Слишком он неуравновешенный. Легко впадает в ярость. Но при этом, если я буду готов, особых проблем в драке с ним не предвидится.

Нагулявшись, я пошел домой. По пути набрал Арсена — узнать, как у него дела. Он предложить поужинать вместе в ресторане.

Заказав еду, Арсен откинулся на стуле.

— Ну, рассказывай, как первый день прошел?

Пришлось рассказать о новых знакомых и о драке.

— Нормально, — резюмировал он, поедая жареного цыпленка. — Этих Татьяну с братом я знаю. Виделись пару раз на вечеринках. Она, вроде, ничего, да и брат был нормальным, пока ядро не образовалось. Где-то полгода назад пересекались на чьем-то дне рождении. Татьяна выступает в роли няньки. У Семёна башку сносит, если что не так. Поэтому мой тебе совет — сразу вырубай его. А то у меня такое впечатление, что он перестает боль чувствовать. На каждой вечеринке дрался и не по одному разу, пока их не прекратили приглашать. Так что Татьяна сама не рада такой обузе. Но там родители строгие, не побунтуешь, даже в таком возрасте.

— Да, я уже понял. Дикий просто он какой-то. Сразу, без разговоров, начинает кулаками махать, — вспомнив первую драку, я поморщился и провел языком по десне. Зубы даже и не думали появляться.

— Ты спрашивай, я прошел через подобный колледж, что знаю — расскажу, — не отрывая глаз от тарелки, сказал Арсен.

— Еще вопрос по целителям. Я думал, они отдельно занимаются.

— Не, в колледже дают общие знания, а потом идут уже по специальности. А что, много у вас в классе целителей?

— Не знаю, но одна точно есть.

— Круто! У меня в классе было два целителя, и оба — парни, так за них такая борьба развернулась, просто красота! Девки их облепили и друг на друга волками смотрели.

— И что такого в них, что они всем нужны?

— Вот именно! Они всем нужны. Свободный целитель на вес золота. А свободный он в период с семнадцати-восемнадцати лет, как появилось магическое ядро и выявили предрасположенность, до окончания старшей школы, в твоем случае — колледжа. Всё. За эти два года их разбирают!

— Алисия говорила, что у неё вся семья — целители. Могли бы и раньше забрать. Типа, в младенчестве обручить.

— Не, — он покачал головой, разбрызгивая куриный жир вокруг, — а вдруг она будет исключением и не станет целителем?

— И что, большой выкуп надо заплатить, чтобы получить её в род?

— Да, сразу видно, что ты не нормальный аристократ. Но я никому не скажу, — Арсен рассмеялся, а мне было не смешно. По его лицу было понятно, что я задаю элементарные вопросы, ответы на которые известны всем образованным людям. Как-то дед спустя рукава относился к моему обучению. А в школе такого не рассказывали.

— Ты не издевайся, лучше объясни.

— Ладно, не обижайся. Короче, целитель лучше реализует свой потенциал в нормальной семье. Где она любит мужа, ну, а если это он, то жену. Тогда он растет в силе и может не только лечить, но и слегка омолаживать, и продлевать жизнь любимым людям. Ты бы знал, как тещи целителей с них пылинки сдувают! У меня есть знакомая семья. Парень стал целителем. Ему девок пачками подсовывали, а он нос воротил. Все ждал любовь. И, самое смешное, дождался. Вот тогда уровень у него и попер. К тому же, важный критерий, чтобы партнер был сильным, желательно — очень сильным. Тогда и уровень быстрее растет.

— Я думал, целителей много. Пару раз попадал в больницы за последние три месяца, и каждый раз меня осматривал целитель.

— Ну, немало. Но все зависит от уровня. В любом случае их общее количество среди магов весьма невелико. Не знаю точно, но на тысячу магов — один целитель. Правда, не все они достигают серьезного уровня. Некоторые так и остаются работать вместо рентгена.

— То есть осмотреть и найти проблему?

— Ну да. А то, что ты с ними сталкивался часто, легко объяснить. Все целители обязаны три дня в неделю работать в государственной клинике, остальное время уже на свое усмотрение. Кто-то частную практику открывает, кто-то изредка на дому принимает за очень большие деньги. В больнице же они особо не лечат. Просто осмотрят, слегка помогут — и все. Лечить тебя будет доктор. Клизмой и таблетками! — Арсен снова рассмеялся. Его хорошее настроение было заразным.

Мы еще часик поболтали, и я отправился домой, где дисциплинированно уселся делать домашние задания. В первый же день нас прилично загрузили. Если на математику ушло немного времени, то вот история давалось мне тяжело. Пришлось подключить магическое ускорение мозга. В этом режиме задания пошли влет. Мало того, что я быстрее соображал, так еще и скорость чтения увеличилась в разы, при этом я успевал все понять и запомнить. Жалко, что сейчас продолжительность такого буста у меня где-то минут пятнадцать. Дед говорил, что он почти час мог работать под ускорением. Есть куда расти.

Закончив заниматься, перешел к музыке, а потом настало время ложиться спать.

На следующий день первым уроком у нас было магическое искусство. Он проходил в аудитории два-два. Собрался весь класс, почти пятьдесят человек. Место рядом со мной занял один из вчерашних парней, вроде, Коля его зовут.

На кафедру вышел крепкий мужчина и внимательно осмотрел собравшихся.

— Все на месте, рад вас приветствовать, — его голос разносился по всему классу, видно, усилил голосовые связки магией. На пении мы тоже тренировали подобный способ, — меня зовут Василий Николаевич Нелидов, я преподаю магическое искусство в вашем колледже. Если вдруг кто-то не знает — вас собрали в этом учебном заведении, так как вы соответствуете критериям начинающего мага. Обычное образование вы всегда можете получить в другом месте. Хотя и здесь мы стараемся, чтобы вы не остались совсем уж безграмотными. Но главная наша цель — развить вашу магию, чтобы у империи была опора!

Он еще раз внимательно осмотрел всех собравшихся и продолжил:

— Это значит, что сконцентрироваться вам в первую очередь надо на моих занятиях. Даже если вы получите «неуды» по остальным предметам, но будете успевать по моему, ваше обучение будет продолжаться. Если произойдет наоборот, то добро пожаловать к дуболомам! Для непонятливых поясню: получили «неуд» за полугодие — до свидания, колледж, до свидания, мамочка и папочка! Добро пожаловать в армию! Она заменит вам и родителей, и меня! Все поняли?

В ответ раздались нестройный выкрики:

— Поняли!

— Да!

— Хорошо!

Видимо, удовлетворенный ответами, он продолжил:

— Расскажу коротко, как будет проходить обучение магии. У вас занятия в колледже пять дней в неделю. В понедельник и четверг на магическое искусство выделено по одному уроку. Это то время, когда мы будем заниматься теорией. В пятницу у вас нет других предметов, кроме магии. Это называется «практика магического искусства». Завтра пятница, всем взять с собой сменную одежду, и мы с инструкторами посмотрим, что вы можете!

Затем Василий Николаевич перешел непосредственно к теории. Рассказывал он хорошо. Коротко, четко и понятно. Этакая армейская подача информации. В конце занятия назвал учебник и главы, в которых можно найти более подробные сведения по прошедшему занятию.

На сегодняшнем занятии нам дали самые основы. Что такое магическое ядро, как оно устроено и работает. Этакий минимум, который, судя по окружающим, все давно знали. Да и я это знал, наверное, даже подробнее большинства одноклассников. Слишком много разных учебников по магии я в последнее время прочитал. Тема для меня была очень интересной, вот и разбирался.

Алисия, пристроившись после первого урока, так и не отходила ни на шаг, следуя за мной тенью. При этом она умудрялась меня игнорировать, делая вид, что обиделась. Молча садилась рядом на каждом уроке, у нас они получались общие, и, гордо задрав нос к небу, молчала, ожидая, наверное, что я первый начну беседу, а еще лучше — извинюсь. Но не на того напала!

В общем, первая половина дня прошла спокойно и интересно, пока мы не пошли на обед.

Глава 17

Глава 17

Перед столовой был небольшой холл с парочкой диванчиков. Мы как раз подходили к дверям, когда я обратил внимание на поднявшихся с них нам навстречу людей. Они явно дожидались меня, так как сразу перегородили мне дорогу.

— Виталий, — поприветствовала меня высокая темноволосая девушка. Рядом с ней стояли молодой человек и Агата Гуриеле, я сразу её узнал.

На видео и фотографиях она выглядела постарше. Сейчас, разглядывая девушку вживую, казалось, что она даже младше меня. Светлые слегка вьющиеся волосы, красивое лицо, зеленоватые глаза. Длинные ресницы и направленный на меня восторженный взгляд. Агата выглядела, как кукла. Такая же красивая, скорее, сказочной красотой.

— Привет, — улыбнулся я ей, игнорируя стоящую впереди девушку. Агата смешно смутилась и спряталась за свою подружку. Я перевел взгляд на неё. — Добрый день.

— Виталий, — темноволосая произнесла это явно с осуждением, заметив, как смутилась Агата. Затем посмотрела на Алисию, по-прежнему стоявшую у меня за плечом и с любопытством наблюдающую за нами. — Остальных я не задерживаю, можете идти! — Она произнесла эту фразу холодным аристократическим тоном, сразу давая понять, что за её плечами — целые поколения славных предков.

Алисия, слегка замешкавшись, проскользнула мимо и скрылась за дверью в столовую. Мы же отошли в сторону, чтобы не мешать проходить мимо остальным ученикам, многие из которых с любопытством поглядывали на нас.

— Меня зовут Полина Мурузи, княжеский род Мурузи. Агата — моя лучшая подруга, — представилась темноволосая, недовольно сверля меня взглядом. — Посмеешь обидеть её, будешь иметь дело со мной! — Она отступила в сторону буквально на шаг, давая Агате выйти вперед. Молодой человек по-прежнему молча стоял рядом, безучастно наблюдая за нами.

— Виталий! — радостно воскликнула Агата, потом, спохватившись, взяла себя в руки и чинно поклонилась. — Агата Гуриеле.

— Очень рад познакомиться с тобой лично, — ответил я с улыбкой. Агата была удивительно милой и непосредственной, совсем не такой я её себе представлял.

— Хотела договориться о встрече и узнать насчет совместной песни, — все так же не поднимая глаз, сказала княжна.

— Песня у меня готова. Были некоторые сомнения насчет неё, но теперь, глядя на тебя, понимаю, что она идеально подойдет! — честно признался я ей. После этой фразы щечки Агаты заалели.

И это — восходящая звезда? Как можно быть известной певицей, оставаясь такой невинной? Наверное, её родители всячески оберегают, а в колледже вон какая подруга прикрывает, не дает в обиду этот комнатный цветочек. Подобное нормально в шестнадцать лет, но в девятнадцать-то уже пора обретать самостоятельность и взрослеть. Ладно, не мне судить.

— Может быть, в субботу вы сможете приехать к нам на студию? Часам к двенадцати? — робко поинтересовалась Агата.

— Кончено, и давай на «ты». Я, если что, младше тебя!

— Хорошо, вы дадите мне свой номер телефона? Я скину вам адрес, — робко поинтересовалась девушка, так и не перейдя на «ты».

Обменявшись номерами, мы расстались. Я отправился на обед, поймав перед уходом строгий и предупреждающий взгляд княжны Мурузи, который обещал, в случае чего, оторвать мне ноги и руки. И, наверняка, еще кое-что. Но нас таким не запугать!

В столовой, набрав еды на поднос, я огляделся в поисках места и, конечно же, увидел Алисию, настойчиво машущую мне рукой. Было видно, что её прямо распирает от любопытства. В глазах целительницы застыл вопрос: зачем со мной встречались княжна Мурузи и Агата Гуриеле, которую тут все знают?

Устроившись рядом с ней, я приступил к обеду, продолжая игнорировать бросаемые соседкой на меня взгляды. Она же, вроде как, со мной не разговаривает. Любопытно, как Алисия выкрутится?

Когда еда была съедена, я перешел к чаю. Терпению Алисии можно было позавидовать, но оно оказалось не безграничным. Не выдержав, она наклонилась ко мне:

— Ты знаком с Агатой? Чего им от тебя надо было?

— Ты говоришь? — шутливо изобразил я испуг.

— Пф! — Она стукнула меня кулаком по плечу. — А я тебе расскажу, кто у нас еще в группе есть из целителей! — решила подкупить меня информацией Алисия.

— С Агатой знаком не был, вот только познакомился. Она оказалось моей фанаткой, я же тебе говорил, что я — рок-звезда!

— Опять шутишь! Я же серьезно спрашиваю, мне любопытно. Она такая милашка!

— Правда, только познакомился. Взять у нее автограф для тебя?

— Да! — громко выкрикнула девушка и сама же засмущалась. — Нет, ну, я не то чтобы фанатка, но это же Агата!

— Договорились, возьму автограф, — пообещал я ей, чем заслужил полный благодарности взгляд.

Удивительно, но более подробно расспрашивать Алисия не стала, чем заслужила небольшой плюсик от меня. Похоже, понимает, что есть некоторые границы, которые переходить не стоит.

— Смотри, вон тот паренек, — она указала на крепкого хмурого парня, за столом с которым сидело четыре девушки, — его зовут Григорий, он целитель. Пока не очень сильный. Первый в своем роду.

Я внимательно присмотрелся. Парень, скорее, был похож на деревенского увальня. Даже форма сидела на нём неказисто и явно жала в широких плечах. Григорий поедал борщ, абсолютно не обращая внимания на щебетавших вокруг него девушек. Судя по всему, такое общество его явно тяготило, но и избавиться от них было не так-то просто.

— Второй вон, сидит с Татьяной Елецкой. Она всех девиц от него отвадила, взяла под свою опеку. Ромочка его зовут, — как-то без уважения произнесла она.

Ромочка сидел за одним столом с Семёном и Татьяной. Они втроем занимали пятиместный стол, но никто не рисковал подсаживаться к этой бешеной семейке. Татьяна снисходительно посматривала на Ромочку, как на непутевого ребенка. Он был очень худым и нескладным. Школьная форма на нём висела, как на вешалке.

— Откуда ты все это знаешь?

— У нас вчера после занятий было дополнительное занятие для целителей. У вас завтра магия целый день, а мы будем заниматься отдельно, с Екатериной Игоревной. Я же целитель, а не бесполезный маг! — ответила Алисия, гордо задрав нос.

Вечер опять прошел за подготовкой домашних заданий. Не так я представлял себе обучение. Надеялся, что свободного времени будет побольше.

Утром взял спортивную форму и к десяти был в колледже.

Наша курс собрался дружной толпой в холле. Я встал у стенки и приготовился к ожиданию. Но надолго в одиночестве простоять не удалось. Заметив меня, подошли двое парней с нашего курса.

— Привет! — один из них протянул мне руку. — Влад Калинин, — пожав его ладонь, я представился в ответ.

— Меня зовут Платон Панаев, — пожал мне руку второй и продолжил:

— Мы сегодня после занятий собираемся в небольшом ресторане. Познакомиться, поболтать. Может, выпить немного. Ты как, присоединишься? Я знаю вполне достойное место.

— Почему бы и нет, — согласился я.

— Отлично, тогда в общем чате напишу, — он, кивнув, отошел с приятелем.

Пришлось лезть в планшет и искать общий чат. Оказывается, такой там был, и меня в него добавили. Полистал немного, ничего интересного. Пока разговоры чисто об учебе.

По лестнице спустился Василий Николаевич и, открыв двери во двор, повел нас на практическое занятие.

Оно должно было проходить в специальном здании, которое расположилось на небольшой лужайке позади корпуса колледжа. Этакая коробка для занятий спортом. В ней имелись большая раздевалка и площадка для занятий спортом размером с маленькое футбольное поле. Для пятидесяти человек тесновато.

Переодевшись в форму, мы вышли в зал, где нас встречал Василий Николаевич. Он стоял в центре поля. Рядом с ним находились двое крепких мужчин.

— Выстроились все! В линию! — Василий Николаевич показал на линию, вдоль которой мы и встали.

— Мои помощники. Гнедой, — один из мужчин с полностью седой головой сделал шаг вперед, — и Правша, — второй мужчина просто кивнул, разглядывая нас. У него в руках был планшет, в который он периодически что-то листал. Скорее всего, знакомился с информацией об учениках.

— Для начала мне хотелось бы понять, кто что умеет. Итак, кто умеет создавать щит?

Пятеро человек подняли руки.

— Хороший крепкий щит! — решил уточнить преподаватель. Две руки опустились. — Хорошо, выходите ко мне, — он кивнул поднявшим руки, показывая на место перед собой.

Ребята вышли. Одним из них был Платон. Невысокий и крепкий парень. Я бы даже сказал, широкий. Не знаю, каким он видом спорта занимался, но фигура была необычной.

— Начнем с тебя, как зовут? — Василий Николаевич выбрал первую жертву.

— Аркадий Пономарев!

— Хорошо, Аркадий, сейчас создаешь щит, Гнедой его проявляет, я давлю. Начали!

Гнедой направил свою руку в сторону парня, и я с удивлением увидел, как магия, которую выпускает ученик, начала окрашиваться в темно-коричневый цвет и стала видна невооруженным взглядом. Наблюдать за ней подобным образом было куда как интереснее, чем в магическом зрении. Вот тело парня покрылось пленкой, затем она стала раздуваться, как пузырь, после чего её площадь начала уменьшаться, при этом все сильнее насыщаясь магией. Когда этот пузырь закрыл половину тела, Аркадий выставил руку ровно по центру и отступил на шаг. Щит так и остался на месте, придерживаемый рукой. Он подвигал им в разные стороны.

— Давлю! — предупредил Василий Николаевич и начал давить ладонью на щит. Сначала слегка, потом сильнее, при это он комментировал свои действия:

— Это сложный щит, который защищает еще и от кинетического удара за счет воздушной прослойки внутри. Он сделан как бы из шара, который просто сплюснули. Получаются двойная стенка и воздушная прослойка, — ему надоело давить, и преподаватель резко ударил по щиту. Мы увидели, как тот слегка прогнулся, и по нему пробежала волна.

— Больше не могу! — Лицо Аркадия покраснело, а я увидел, что его ядро пошло вразнос, что говорило о приближающемся откате. Я невольно передернул плечами — парня ожидают не самые приятные минуты.

— Все, иди, садись. А лучше ложись там, у стеночки, — Василий Николаевич показал рукой направление, — лежа откат проще пережить. Сегодня все там побываете! — пообещал он.

Щиты остальных были значительно слабее — просто тонкая пленка, которую ученики научились отделять от тела и придерживать рукой на расстоянии. Я и такого не умел. Василий Николаевич заставил их держать щиты до отката.

— Пока из интересного только щит Аркадия. Вот что значит старая аристократия. Хорошая порода, хорошие учителя. Свои секреты, — он оглядел собравшихся, — отпрыски княжьих родов готовы что-нибудь показать? Если не защитную технику, так атакующую?

Не знаю, сколько у нас таких имелось в классе, но ученики промолчали.

— Мельчает порода, — пробормотал преподаватель, недовольно поджав губы.

— Я умею, — не выдержал Семён Елецкий и сделал шаг вперед.

— Представься и иди к нам, — скомандовал Василий Николаевич.

— Елецкий Семён, сын княжеского рода, — гордо заявил тот.

Встав рядом с преподавателем, он показал достаточно мощный магический диск. Это было не заклинание, а чистая магия. Двумя руками создавался шар, потом сплющивался и отправлялся в полет. Мощная штука, создается достаточно быстро, при этом можно сделать разного размера. Удобно, надо будет взять на заметку. Думаю, подобное у меня получится повторить, с моим видением магии — тем более.

Затем вышли еще несколько человек и продемонстрировали свои умения. Я пока стоял и размышлял: стоит мне показывать огненный шар или нет? С одной стороны, меня так и подмывало вылезти вперед и утереть всем нос. Это же не работа с чистой магией, это уже настоящее заклинание! С другой — не хотелось высовываться лишний раз. Но доводы разума проиграли.

Встав перед неровным строем, я продемонстрировал свое умение, создав весьма внушительный огненный шар и добавив даже узел, который отвечал за взрыв. Я его редко тренировал и боялся не справиться, но все прошло, как по нотам. Запустил шар по кивку преподавателя в сторону Правши, который мгновенно окутал его облаком тумана, полностью растворив! Вот это монстр! Играючи справился с моим заклинанием!

— Так, — задумчиво посмотрел на меня Василий Николаевич, — смотрю, тебе не стало плохо?

— Он к уровню «учитель» подбирается, — прокомментировал Гнедой, заглянув в планшет.

— Так дело не пойдет, все должны словить откат. Ставь щит!

Кое-какой щит я сумел поставить. Он был размером чуть больше ладони. Зато достаточно плотный, и я его мог быстро перемещать. У всех преподавателей уровень был не ниже магистра, и они могли видеть чужую магию, когда она выходила из тела. То есть им мой щит был прекрасно виден.

— Отведи в сторону, чтобы, как пробьем, не задели тебя, — скомандовал Гнедой.

Стоило только отвести руку чуть в сторону, как в мой щит полетели различные заклинания. При это скорость, с которой их выпускали учителя, была запредельной. Маленькие диски, сосульки, огненные шары. Магия на поддержку щита текла рекой. Я не продержался и минуты, когда щит замерцал.

Успев отдернуть руку от очередной партии огненных шаров, я ощутил жжение в груди, в районе магического ядра.

— Давай двигай быстрее к остальным, — скомандовал Правша.

Слегка покачиваясь, я прошел десяток шагов и свалился на пол. Оказывается, я был одним из последних, кто оставался на ногах. Сейчас вся наша группа лежала и корчилась от боли. Кто-то легче переносил, терпел, просто стиснув зубы, кто-то стонал и катался по полу. Татьяна, например, сидела, опершись о стену. Её лицо побелело, по виску стекала капелька пота, но вид княжны оставался надменным и безразличным.

Тут меня и накрыло. Ядро внутри вспыхнуло, передавая импульс боли по всему телу. Закрыв глаза, я попытался расслабиться, что-то сделать с этим. Но все было бесполезно. Надо просто перетерпеть. Это как с зубной болью — если уж болит, то ничего не помогает. Даже таблетки имеют свой предел. Тут примерно так же. К счастью, пульсация постепенно начала стихать.

— Сегодня вы ощутили, что такое магический откат, — возвышаясь над нами скалой, произнес Василий Николаевич, — некоторые — в первый раз. Но обещаю вам, что не в последний. Чтобы понять свои границы, вам еще не раз придется доходить до грани. Только так вы сможете правильно рассчитывать свои силы. Примерно через пяток откатов вы уже будете четко ощущать ту грань, за которую не стоит переходить.

Он немного помолчал, рассматривая нас.

— В понедельник у нас теоретическое занятие. Начнем с простейших заклинаний. Осветительный шар и прочее. Сейчас по одному подходим к Гнедому, отвечаем на его вопросы. Основная группа занимается со мной, другие уровни — с Правшой и Гнедым. Те, кто пришел в себя, вперед. Раньше начнем, быстрее закончим! — толкнув эту речь, преподаватель отошел и сел за стол рядом с Гнедым.

Достаточно быстро выстроилась очередь. Те, кто ответил на вопросы, далеко не отходили и с любопытством слушали остальных.

Гнедой задавал стандартные вопросы.

Умеешь ли гонять по кругу магию, насыщать магией одновременно несколько участков тела? Ставить защиту? До этого пункта почти ни у кого не было проблем. А вот дальше многие ничего не умели.

Следующие вопросы: умеешь выпускать из тела магическую каплю, вязать энергию в жгуты, связывать жгуты в заклинания? Какие заклинания знаешь?

К своему удивлению, я почти всё из вышеперечисленного мог и умел. Да, у тех же Елецких заклинаний набралось почти десяток, но в большинстве своем они были слабыми и бытовыми. Например, нагреть или охладить воду.

Получается, я не так уж и плох в магии для своего возраста? Хотя до этого занятия был уверен в обратном. У меня из примеров только мастера да Арсен. Но и его заурядным магом не назовешь.

С другой стороны, гордиться пока особо нечем. Просто большинство слабее, чем я думал. От высшей аристократии я ожидал большего. Может быть, прав Василий Николаевич, — мельчают?

Глава 18

Глава 18

В раздевалке мы просидели достаточно долго, приходя в себя. Вроде бы, времени на урок ушло всего пара часов, но все ученики выглядели измученными, как будто только что пробежали марафон. Платон подсел ко мне и сообщил, что после такого надо точно собраться и выпить. Возражать я не стал, мне и самому хотелось отдохнуть после первых дней учебы. Да и познакомиться с сокурсниками поближе явно не мешало.

Собрались мы вечером в небольшом ресторане, заняв почти всю левую половину заведения. Нас было немного, человек пятнадцать, в большинстве своем парни, но были и несколько девушек, ну и, конечно, Алисия, куда без неё. Она села по правую руку от меня, слева разместился Платон. На вопрос, почему так мало народу пришло, он коротко объяснил это дело сословным неравенством.

— Да, просто некоторым не по чину сидеть с нами за одним столом, — поддела собравшихся Алисия, — они же княжеские дети, а мы — простые дворяне! Статусом не вышли.

По словам Платона, у нас в группе человек десять из высшего дворянства. Это княжеские рода с длинной родословной, хорошим влиянием и тугим кошельком. Есть еще «прихлебатели» — так Алисия назвала их друзей. Для них тоже считается зазорным общаться с нами. Это у нас почти вершина пирамиды, точнее, второй уровень. На первом обычно великокняжеские дети, но на нашем потоке таких нет.

Правда, второй уровень неоднороден. Там свои расклады и внутренние течения. Например, Елецкие считаются самыми сильными, но почти ни с кем не общаются. Думаю, скорее, из-за неадекватности Семёна. Там, получается, кроме них, еще две группы. Первая — местные княжеские дети. Многие из них знакомы друг с другом с детства. Кто-то учился вместе в школе. Есть и парни, и девушки. Кто-то из серьезных родов, кто-то из вассальных. И вторая группа — приезжие и родовитые. Горячие южные парни и девушки. Они тоже держатся вместе. Вот про них Платон предупредил особенно, мол, ребята резкие и с гонором. На что я заметил, что Семён Елецкий тоже подходит под это определение, и не мне их бояться.

А внизу пирамиды — все остальные. Примерно человек двадцать. Дворяне, боярские дети и дети обедневших княжеских родов. Причем последние тоже не желают общаться с нашей компанией, так как отсутствие денег и влиятельности у их родов не убавляет гонора. Я сразу вспомнил Кутыева. По статусу он выше любого из нашей компании, но по остальным параметрам ему очень далеко до тех же Елецких.

По словам Платона, сейчас затишье. Люди наверху пирамиды обнюхиваются друг с другом, заодно и присматриваются к нам.

— Вообще, — вещал Платон, — к концу учебы обычно свободных дворян не остается. Это хорошая возможность стать вассалами сильного рода. Так что не только они к нам присматриваются, но и мы к ним.

— Ты планируешь потерять независимость? — удивился я.

— Я планирую на втором курсе получить дворянство. Сотрудничество с княжеским родом может многое дать мне и моей семье. Так что да, планирую подобрать хороший род и получить приемлемые условия.

Многие из нашей компании поддержали его.

Для меня все это звучало дико. Но, с другой стороны, ребята относились к этому легко. Подумав, нашел аналогию. Это так же, как во время учебы в институте тобой начинают интересоваться работодатели. При этом не просто интересоваться, а еще и вкладывать деньги в твое обучение и развитие, при этом конкурируя друг с другом. Правда, это был идеальный вариант, очень далекий от действительности. Из разговора с Арсеном я знал, что у них в Казани все сводилось к банальному силовому давлению на более слабых учеников. Посмотрим, как с этим будет дело обстоять в нашем колледже.

Вечер прошел хорошо. Немного выпили, люди расслабились и перезнакомились.

Платон Канаев рассказал о себе более подробно. Сам он из боярского рода. Получается, не дворянин даже. Хотя это ненадолго. Стоит ему поднять свой магический статус до уровня «учитель», как звание ненаследного дворянина окажется у него в кармане.

Семья Канаева достаточно богата. Владеет сетью продуктовых магазинов в двух великих княжествах. Платон печально сообщил, что ему не повезло стать сильным магом, пришлось идти учиться в колледж. При взгляде на него у меня возникал прям-таки когнитивный диссонанс. Внешне Платон был широким, крепким парнем. Скорее, похожим на борца. Никак от подобного типажа не ожидаешь такой располагающей улыбки и общительности. Как-то незаметно он взял управление нашей компанией в свои руки. Удачно шутил, рассказывал разные истории. Подсаживался то к одной группе ребят, то к другой. Я с завистью наблюдал за Платоном, понимая, что мне далеко до его умения общаться и заводить знакомства.

Алисия стала вторым центром притяжения. Вокруг неё постоянно вились ребята, о чем-то расспрашивая, что-то рассказывая и подливая вино в бокал. Девушка периодически бросала на меня многозначительные взгляды, мол, поторопись, а то упустишь! Я по-прежнему их игнорировал, опасался только, как бы её не споили окончательно. Но Алисия держалась, периодически прогоняя по своему телу магию к внутренним органам, ускоряя обмен веществ, что из собравшихся мог видеть только я.

Утром я долго прихорашивался. Все-таки предстоит важная встреча. Когда понял, что готов, выгнал «мазератти» из гаража, решив, что ехать на «рено» к Агате не стоит. Поймал себя на мысли, что хочу произвести на нее впечатление. В принципе, ничего плохого в этом нет. Как девушку, я её пока не воспринимал, но отдавал дань красоте и таланту княжны. Не хотелось ударить лицом в грязь.

Ехать пришлось почти через весь город, в северную часть Екатеринодара. К двенадцати часам дня припарковался у ничем ни примечательного здания из белого камня в офисном районе.

Поднявшись на крыльцо, позвонил в дверь. Звонка не услышал, но дверь мне почти мгновенно открыла женщина в деловом костюме. На вид ей было около тридцати пяти лет. Она внимательно осмотрела меня с ног до головы и отступила в сторону, позволив мне пройти.

— Идите за мной, — произнесла женщина, закрыв дверь и направившись прямо по коридору. Мы прошли пару дверей и вышли в большой просторный зал. Здесь было светло. Широкие окна занавешены полупрозрачными шторами, белые стены расписаны пейзажами. Посреди комнаты стоял рояль, за ним сидела Агата в белом платье и что-то играла. Моя сопровождающая подошла к девушке и положила ей руку на плечо.

— Ой! — воскликнула Агата и, подскочив, повернулась ко мне. — Виталий! ТЫ пришел!

— Мы же договаривались! — Тут уже я немного смутился — слишком радушно меня встречают.

— Знакомься, это мой менеджер Ангелина Сергеевна, она же и главный надсмотрщик! — Последнее девушка произнесла, понизив голос.

— Агата! — строго сказала Ангелина.

— Приятно познакомиться, — я вежливо кивнул менеджеру.

— Ты принес песню? — Агата подбежала ко мне.

— Нужна гитара, — ответил я и достал бумаги из папки.

— Идем!

Агата прошла в конец комнаты и открыла дверь. Зайдя, мы оказалась в классической студии. Вдоль стен стояли гитары, их было штук десять! В центре комнаты располагался микшерский пульт, а за стеклянной перегородкой — большая комната для записи и репетиций. Еще одна маленькая комната была оборудована для записи вокала.

— Неплохо, — улыбнулся я, увидев все это.

— Неплохо? — приподняла бровь Ангелина, как бы говоря: мальчик, ты знаешь, сколько все это стоит? У тебя никогда не было таких денег!

— Выбирай гитару, — Агата махнула рукой на ряд с гитарами, а сама стала читать текст песни.

Зайдя в репетиционную комнату, я подключился, все проверил и исполнил несколько раз песню. Вскоре ко мне присоединилась Агата. Я ее поправлял в некоторых моментах, но в целом она справилась выше всяких похвал.

Затем появился мужчина, лет сорока. Он был плотный, я бы сказал, слегка толстоватый. Скорее всего, сидячий образ жизни сказался на его фигуре. Представился по-простому — Тимофей. Дядька колоритный. Лысая голова и большая, темная с проседью, борода. Какое-то время он слушал нас, затем подыграл на басу, после чего постучал на барабанах.

Мы с Тимофеем обсудили мое виденье песни, он высказал свои предложения. Сразу понятно, что разговариваю с настоящим профессионалом. Даже завидно стало — до такого уровня мне еще расти и расти.

— Молодцы, — Тимофей остановил нашу репетицию, — с песней все понятно, запись я сделал, поработаю. Надо дать отлежаться.

— Отличная песня, спасибо! — Агата неожиданно кинулась мне на шею. — Ты молодец. Я знала!

— Тс… — Я с трудом отцепил её от себя. Не привык я к подобным проявлениям чувств.

— Какой план дальше? — обратился я к Тимофею.

— Через неделю скину минус. Послушаешь, выскажешь свои мысли, — сначала он отнесся ко мне настороженно, но долгие споры, которые между нами возникли, явно прибавили у Тимофея уважения ко мне. — Если что, поправлю. Потом репетиция и запись. Песня легкая в музыкальном плане. Соглашусь с тобой, что не стоит мудрить. А раз так, то и тянуть нет смысла.

Затем меня взяла в оборот Ангелина, подсунув бумаги на подпись. Все внимательно просмотрел и огорошил её новостью, что песня уже зарегистрирована, и права на неё у «Макс-музыки», так что бумаги придется переделывать и подписывать с Арсеном. Она недовольно поджала губы, но удержалась и не высказалась. Дал ей номер своего приятеля.

Собрался уходить, но меня нагнала Агата.

— Подожди, ты не пообедаешь со мной? — скромно встав рядом, поинтересовалась она.

— Ну, можно, — задумчиво протянул я. Девушка мне, безусловно, понравилась, но сближаться не хотелось. Агата — птица не моего полета. У неё за спиной богатая и влиятельная княжеская семья, которая точно не будет в восторге даже от намека на близкие отношения.

— Тут рядом ресторан есть, — засуетилась Агата, — только мы с Ангелиной пойдем, одну меня никуда не отпускают, — и столько печали было в её голосе, что я рассмеялся. Очень здорово Агата умела менять свое настроение. То скачет и веселится, то командует и спорит, как петь, доказывая, что лучше знает. То скромница, а теперь вот — заговорщица и жертва родительского произвола.

— Ну, что делать, буду обедать с двумя дамами. Это честь для меня! — шутливо поклонился я, давая свое согласие.

— Сейчас! — Агата убежала из комнаты, оставив меня вдвоем с Ангелиной, которая совершенно безразлично скользнула по мне взглядом и снова уставилась в планшет.

Вскоре прибежала Агата с блокнотом.

— Вот! Я собираю автографы, распишешься, Нео⁈ — Она протянула мне книжку и ручку. Пролистав до пустой страницы, обратил внимание, что записей там много. Написал ей пожелание и расписался, думая о том, что вовремя придумал подпись и потренировал её. Вроде, вполне красиво получилось.

Взамен попросил автограф для Алисии. Агата снова убежала и вернулась с блокнотом, на обложке которой была её фотография. Быстро подписав, схватила меня за руку и повела обедать.

Обед прошел спокойно. Девушка рассказывала о своей музыкальной карьере, о песнях. Затем зашел разговор о моем альбоме. Ей очень понравились мои песни и клипы. Оказалось, что за внимание со стороны Гуриеле надо благодарить Агату. Именно она заметила меня и настучала папочке. Правда, Агата долго извинялась, говоря, что не хотела доставить мне проблем, а желала только познакомиться со мной и спеть дуэтом.

Поинтересовался учебой в колледже.

— Знаешь, мне не хотелось туда идти. Столько плохих слухов о нем ходит. Но у меня шестой ранг ученика, так что пришлось. Да и отец настаивал, он говорит, что знания и умения защитить себя мне пригодятся, — девушка развела руками. — Весь первый курс было непросто. Мало того, что учиться много надо, так эти уроки по магическому искусству выжимают почти досуха. Я за год раз десять откаты ловила! — Она посмотрела на меня с жалостливым видом.

— Да уж, — согласился я с ней, — у нас вчера было первое занятие. Все откаты словили, — я передернул плечами.

— Вот, вот! — Агата вздернула нос. — Я, княжеская дочка, должна валяться на полу и терпеть эту боль!

— Ничего, это полезно, — равнодушным голосом, оторвавшись от планшета, произнесла Ангелина, — зато ты теперь знаешь свои границы, да и, в случае чего, всегда сможешь защититься. Фанаты бывают разные.

— В чем-то она права, — поддержал я женщину.

— Да я сама понимаю, но приятного мало. Зато, говорят, второй курс легче пройдет. У меня старшая сестра тоже закончила этот колледж. Так что я тебе сочувствую — то, что я прошла, тебе еще только предстоит пережить!

Мы еще почти час говорили о разном. Оказывается, Агата слышала об открытии фабрики и даже собиралась в следующие выходные посетить выставку. Честно скажу, не удержался и похвастался, что это — мое детище. После чего она выпросила индивидуальную экскурсию. Пришлось отвечать за свои слова и пообещать, что в субботу буду ждать Агату на фабрике. Проведу по всем закоулкам, все покажу и со всеми познакомлю.

Выйдя из ресторана, пошел проводить дам обратно до студии, тем более, там стояла моя машина, которая на девушку явно произвела впечатление.

— Ух ты! Какая красивая! — сказала она, обходя вокруг «мазератти». — А меня папа катает на больших черных машинах, и на права не разрешает сдавать. А я уже не маленькая! — Агата обиженно притопнула ногой.

— А ведешь себя, как маленькая, — поддел я её, рассмеявшись. Уж очень забавно девушка выглядела.

— Вот и ты туда же! — Она надула губы, но тут же забыла о мимолетной обиде. — А можно внутри посидеть?

— Да садись, — я открыл машину. Она сначала села на пассажирское сиденье, потом на водительское.

— Все! Хочу такую же, только красную! Попрошу у папы на день рождения. И пусть только попробует отказать!

Ангелина закатила глаза, я же улыбнулся, представив, какой концерт Агата может устроить отцу.

— Когда у тебя день рождения? — поинтересовался я у неё.

— Через месяц!

— Не успеет, — огорчил я девушку, — говорят, там очередь на полгода.

— Пф! Он все может! — уверенно произнесла она, задрав подбородок.

На этой ноте мы с Агатой расстались, и я отправился домой. Завтра хотел съездить в Хадыженск, узнать, как там дела. Нужно держать руку на пульсе.

* * *

Татьяна Елецкая ужинала с матерью и братом. Семейная традиция — по выходным принимать пищу всем вместе. Правда, отца сегодня не было, уехал на неделю по делам.

Обеденный зал был большим и полутемным. Шторы слегка задернуты, чтобы помещение излишне не нагревалось. Родители не признавали технического прогресса в стенах старинного семейного особняка, так что кондиционеров тут не было. Это была не только дань традициям, но и жизненная необходимость из-за родового алтаря. Как итог, в обеденном зале было душно, что раздражало Татьяну.

— Как учеба, дочь? — обратилась к ней мать, Влада Елецкая, стройная женщина в годах, одетая в старомодное платье.

— Да нормально все. Вон, Семён уже успел подраться пару раз. Может, успокоительных ему каких? — недовольно произнесла Татьяна, ковыряя вилкой в содержимом тарелки.

— Татьяна! — строго сказала Влада, после чего обратилась к Семёну:

— Как это ты умудрился подраться в первые же дни?

— Да, а чего он? — обиженно засопел парень. — Я, вообще-то, отстаивал честь и достоинство сестры. Он столкнулся с ней и не извинился, как положено. Вот и получил!

— Ага, а потом что ты там отстаивал, когда сам получил? — ехидно поинтересовалась Татьяна.

— Да, а чего он? — насупился Семён. Он знал, что с мамой лучше быть немногословным, иначе точно нотациями замучает.

— Семён, веди себя подобающе, ты не парень с окраины, а княжеский сын. Что за фразы! Выпрями спину, подбородок выше! — Парень закатил глаза.

— Хорошо, мама, — ответил он, выпрямившись.

— Ты не могла бы собрать данные на Виталика Шувалова, — обратилась к матери Татьяна, — а то в соцсетях его нет.

— Зачем? Что в нем особенного?

— Он странный. Непонятный. Я этого не люблю. Сначала Семён его поколотил. Это нормально, но то, что он ответит и так легко победит нашего дикого мальчика, я не ожидала, — она бросила насмешливый взгляд на брата.

— И это все? — уточнила Влада. Она хорошо знала свою дочь и видела, что та явно не договаривает.

— Ну, не совсем. Он — простой дворянин, безродный. Слишком спокойно ведет себя в нашем присутствии. Задирается, смотрит в глаза. Ты сама понимаешь, это странно. Потом, к нему прицепилась целительница. Ни на шаг не отходит. А еще его поджидали Полина Мурузи и Агата Гуриеле, и они о чем-то разговаривали, — выдала полную версию Татьяна.

— С безродным? — переспросила Влада. — М-да, странно. Мурузи — влиятельный род. Вряд ли у них какие-то совместные дела.

— Да может, бастард чей-то? Он вообще слабак. Я ему наваляю! — не выдержал Семён.

— Бастардов в княжеских родах не бывает. Все дети признаются и имеют равные права, — недовольно покачала Влада головой. Растишь сына, растишь, учишь его, а мозгов не прибавляется. — И, если попал в ваш колледж, по определению не может являться слабаком, — добавила она.

— Так узнаешь насчет него?

— Хорошо. Ты меня заинтересовала. Теперь расскажи, как продвигаются дела с целителем?

— Пф! Вот кто слабак! Ты представляешь, он представляется Ромочкой! Не Роман, не Рома, а Ромочка! — Под строгим взглядом матери Татьяна выпрямила спину и приняла серьезный вид. — Нормально всё у нас. Отвадила от него всех этих глупых девок, чуть ли не с ложечки кормлю. Ма-ам! Мне противно общаться с таким слабаком!

— Я тебе уже объясняла. Сила целителя растет в зависимости от партнера. Ты сильна, да и он уже, как минимум, шестого ранга. Так что не упусти шанс забрать его в наш род. Можно и вторым мужем тебе. С вами на потоке учатся целых три целителя. Это большая редкость. Так что только посмей не забрать его к нам! — Глаза Влады сверкнули. — Ты меня поняла?

— Да, мама! — кротко ответила дочь. Она знала, что в такие моменты с матерью лучше не спорить.

После обеда Татьяна отправилась к себе в комнату — бороться с обидой на мать и весь род. Зачем ей обихаживать этого Ромочку? У них и так крупный род, как-то жили до этого без целителя, проживут и дальше. Не очень все это вяжется с тем, что в неё годами вдалбливали об исключительности семьи Елецких, об их величии. Как же оно так получается, что ей приходится переламывать себя и улыбаться какому-то жалкому дворянину из незнатной семьи?

Татьяна давно смирилась, что первого мужа ей выберут родители для укрепления рода. У старших аристократов это в порядке вещей. Первый брак работает на род. А вот второй обычно по любви. А какая может быть любовь к этому сопливому Ромочке?

Была еще возможность самой уйти в чужой род, но тогда жених должен быть из великокняжеской семьи, выше её по статусу. А таких на всё их княжество человек пять. И с равными по статусу тоже проблемы. Таких было немало, но Елецкие слишком горды, чтобы отдавать дочь на сторону. Ну и, конечно, богаты, что, безусловно, приятно, но прожить всю оставшуюся жизнь в этом доме? Без электричества и кондиционеров… Такая перспектива ее пугала.

А еще в голове засел этот странный Шувалов. Она хорошо запомнила его насмешливый, неожиданно взрослый и все понимающий взгляд. А уж как он уложил братика его же приемами — на это можно было смотреть вечно!

Когда дети покинули столовую, Влада позволила себе расслабиться и приказала принести вина. Планов на вечер не было, можно и отдохнуть.

Взяв бокал, женщина вышла на веранду и села в плетеное кресло. Здесь стоял охлаждающий артефакт, благодаря чему воздух был свеж и прохладен. У их рода имелся родовой алтарь, но тот был слаб, и, чтобы не нарушать его работу, в доме практически не использовались магия и электричество. Так было у многих древних родов. А переехать в городскую квартиру, которая у них имелась, они не могли. Надо дождаться, когда дети наконец-то вырастут. Сейчас им, как никогда, требовалось находиться как можно ближе к родовому алтарю.

Мысли перескочили на просьбу дочери. Это первый раз, когда она заинтересовалась каким-то мальчиком. Нет, Влада знала, что дочка уже не раз встречалась с мальчиками, но никто из них не смел бросить вызов её брату, а уж победить его — самый верный путь обратить на себя её внимание. Надо будет разузнать об этом Шувалове, даже если не из-за дочери, то хотя бы из-за сына. Тот так просто не спустит свое поражение. Он весь в отца. Сильный и упрямый. К сожалению, не очень умный, но для ума в их семье есть женщины.

«Главное, чтобы глупостей не наделал», — думала женщина, потягивая вино из бокала, который красочно сверкал в лучах заходящего солнца.

После прохождения ритуала магических сил у него прибавилось, а вот психика стала нестабильной. Владе пришлось перечитать много литературы, чтобы научиться удерживать сына, не давать ему срываться.

Неполный ритуал считается безопасным. Последние сто лет обычно его и используют. Суть — прервать ритуал в середине, когда пульс кандидата замирает. В этом случае реанимация практически стопроцентная. Но полный контакт с алтарем такой способ не дает наладить. Также не дает приобрести способность. А главное — не дает контроля над собственными силами. Ядро часто находится на грани отката, что делает человека раздражительным и злым. Тело периодически непроизвольно наполняется магией, которую надо куда-то выплеснуть. Это туманит мозги и делает человека опасным.

Целительница колледжа обещала присмотреть за Семёном, заявив, что ученикам полезно будет иметь в классе такой раздражитель. Это неприятно было слышать, но что-либо изменить было не в силах Влады. Держать Семёна дома опасней для него же самого. А в колледже постараются научить контролю над ядром. Остается только верить в успехи преподавателей и надеяться, что сын не влезет в какие-нибудь проблемы вне школы.

Глава 19

Глава 19

Утром разбудил телефонным звонком Арсена, заявив, что пора собираться. Он обещал показать, что успел сделать в помещении лейбла, и хотел съездить со мной в Хадыженск. Правда, Арсен не ожидал, что я соберусь так рано.

Встретились мы у помещения лейбла. Над ним висела витиеватая золотая вывеска с названием.

— О, ты решил выгулять свою красавицу? — Арсен радостно хлопнул по капоту «мазератти».

— Ну не стоять же ей без дела в стойле, — пожал я ему руку, — показывай, что успел.

— Вчера вот вывеску повесили! Вход же начинается с вывески. Как человек с костюма.

— Ну-ну! — ухмыльнулся ему в ответ. Арсен открыл дверь, и мы поднялись на третий этаж.

— Все обставил. Два дня люди таскали мебель! В понедельник можно принимать гостей, — гордо заявил Арсен.

Я прошелся по комнатам. Что можно сказать? Дорого, богато. Лакированное дерево, хрустальные люстры, мягкие ковры.

— Сколько же денег на это все ушло! — Интерьер впечатлял. Как будто я попал в кабинет к зрелому солидному дядьке, а не к молодому управляющему музыкальным лейблом.

— У меня еще осталось. Ровно две тысячи! — гордо заявил Арсен, оглядывая свои владения.

— В две тысячи уложился? — решил уточнить я.

— Не, две тысячи осталось!

Сделав жест «рука-лицо», я плюхнулся в мягкое кресло для посетителей.

— Ты понимаешь, что потратил почти все деньги непонятно на что? — тихо поинтересовался я.

— Мы — солидная компания. Слово «Макс» в названии говорит о многом. Нам нельзя выглядеть просто. Это же основа основ! Люди не поймут, — заявил он, поглядывая на меня свысока.

— Какие люди? Кто сюда собирается приезжать? Артисты? Так им не важно, какой у тебя кабинет, им важно, какое оборудование стоит в студии и в репетиционной базе. Важно, сколько концертов ты можешь обеспечить и за какие деньги. А это все, — я обвел рукой интерьер, — им не нужно!

— Ты не понимаешь, — насупился Арсен, — мы должны выглядеть круто!

— Кому должны? — устало поинтересовался я, не ожидая ответа.

Сам я бизнесом не занимался, но у меня было много разных друзей и знакомых. Некоторые тоже начинали подобным образом, вбухивая почти все деньги, чтобы солидно выглядеть. Но, как показала практика, настоящие деньги зарабатывали те, кто тратил не на внешний вид, а на сам бизнес. Лучше купить подороже оборудование и вложиться в рекламу, нанять хороший персонал, чем потратить эти средства на дорогой стол в приемной. Понятно, что на уровне, где зарабатываются миллионы, обстановка должна соответствовать, но до миллионов надо еще дорасти.

— А что с репетиционной базой? — Я решил махнуть рукой и не спорить с Арсеном. Трудно будет объяснить этому «золотому» мальчику свою позицию. Тем более, я, вроде как, никакого отношения к лейблу не имею. Кроме того, что являюсь подписанным артистом.

— Надо покупать все. Времени не хватило, — ответил он и, немного стушевавшись добавил, — да и денег.

— И на что покупать? У меня сейчас совсем денег нет. Я еще Гуриеле должен.

— Так у тебя карточка есть, от Ураза!

— Нет, это мои личные деньги, которые я стараюсь не тратить. А это, — я обвел рукой помещение, — это бизнес рода, который к моим деньгам отношения не имеет. А вот обязанности передо мной у лейбла есть. Такие как обеспечить мне условия для репетиций и записи. Для начала! — Я начал раздражаться.

— Да я все устрою. Что ты переживаешь?

— Ладно, поехали, — махнув рукой, я пошел на выход. Кажется, я переоценил таланты Арсена.

Ехать на такой машине, как у меня, одно удовольствие. По дороге удалось совсем успокоиться. Арсен болтал на отстраненные темы, светило солнце, играла музыка. Накатили спокойствие и умиротворение.

Ефросинья встретила меня радостно. Обняла, сообщила, что скучала, и покрутилась передо мной:

— Видишь? Я подросла. Скоро фигура выправится. Отец обещает, что стану красавицей! — Она и правда стала выглядеть гораздо лучше. Прибавила в росте пару сантиметров, грудь увеличилась, руки и ноги стали более пропорциональными. И это всего за месяц.

— Очень рад за тебя, — искренне ответил я ей, — как у нас дела?

— Мне наконец-то прекратили звонить и требовать концерты Нео! — В голосе Фроси слышалось столько облегчения, что я рассмеялся.

— Поздравляю! — Я посмотрел на Арсена, который стоял рядом и улыбался с гордым видом.

— Ага, теперь мне звонят. В авторском агентстве теперь номер «Макс-музыки», да и Ефросинья отправляет всех ко мне.

— И что ты им говоришь? — с подозрением поинтересовался я.

— С двадцатого декабря у тебя концерты. Как раз каникулы начинаются! — заявил этот красавец.

— И… у меня все готово к концертам? Есть группа, аппаратура? Может, все отрепетировано?

— Да еще три месяца, успеем. Ты, вон, за два месяца целый альбом записал!

— Я с утра до ночи все репетировал, а потом безвылазно сидел в студии. А сейчас у меня колледж. Я учусь почти до пяти часов вечера. У нас нет ни базы для репетиций, ни людей. Искать надо уже сейчас! Эти три месяца очень быстро пролетят. Мне кажется, ты не слишком серьезно относишься к этому делу. Хотя… разбираться тебе предстоит, если концерты сорвутся, — предупредил его я.

— Ты прям, как мой папочка, — Арсен закатил глаза, — я все решу. Доверься мне и не парься.

— Идем, — я взял Ефросинью под руку. — Холкин на месте? — Мне надо было отвлечься от разговора с Арсеном. Подобное отношение к делу меня раздражало и выводило из себя.

— Конечно, здесь, мы ждали тебя.

— А выходные у вас есть?

— У Станислава выходные воскресенье и понедельник. А у меня — суббота и воскресенье. Так что нормально, мы следим за этим. Не переживай, — успокоила она меня. Правда, сегодня воскресенье, и они оба на работе. Нехорошо с моей стороны, буду стараться по субботам приезжать. У всех должны быть нормальные выходные.

Арсен отправился на прогулку по фабрике, а мы зашли в кабинет к Станиславу.

Ремонт закончили, и комната стала выглядеть очень современно. Открытое пространство на четыре рабочих места, диванчики для посетителей и, за прозрачной перегородкой, небольшой кабинет Станислава.

— Привет, — он пожал мне руку и пригласил к себе в закуток.

— Хорошо получилось, — я кивнул на отремонтированную рабочую зону. Сюда бы Арсена — показать ему, что значит функционально, недорого и красиво. А не вот это все, пыль в глаза, как у него.

— Спасибо, мне тоже нравится. Главное — удобно, сразу видно, кто работает, кто нет, — расплылся в улыбке Станислав.

— Набрал людей? — уточнил я, глядя сквозь стекло перегородки на рабочие места.

— Да, пока двух человек взяли. Договорами заниматься и прочими бумагами. Очень уж много времени на это уходит.

— Какие результаты по финансам? Как народ, еще идет? — Прошло уже три недели с момента открытия. Еще, конечно, рано подводить итоги, но, тем не менее, какое-то понимание хотелось бы иметь.

— Все отлично. Выставки решили обновлять раз в месяц. Так что еще неделя — и новая будет. Мы тут совет творческий создали, на общественных началах. Планируем вместе с ними выставки и представления. Главная заводила у нас там Ника. Очень деятельная девушка. Ты не против?

— Против совета или участия Ники? — решил уточнить.

— Да и то, и другое.

— Не против, — честно сказал я. Насчет девушки я перегорел, а вот совет — хорошая идея. Жалко, что мне не удается принимать активное участие в жизни арт- пространства. Как рассказывала Ефросинья, куча молодежи из дома творчества теперь тусит у нас на территории. Да и вообще всячески помогает. Дела-то в доме творчества сейчас идут не очень. Часть секций пришлось закрыть, новый мэр денег не выделяет.

— Вот отчет, — прервал мои размышления Станислав, — в двух словах — все хорошо. Из арендаторов никто не съехал. Один ресторан заключил договор и начал ремонт. Это из вариантов доступных цен. Более дорогие пока думают.

— А по деньгам как, останется что-нибудь? — У меня меркантильный интерес. Личные деньги закончились совсем, деньги за песни пока не перевели, и жил я сейчас на карточку Ураза, что доставляло мне некоторый моральный дискомфорт. Из разряда — я ни на что не годен, кроме как тратить чужие деньги. Не слишком приятно.

— За сентябрь после всех выплат останется тысяч пять-шесть. Думаю, в дальнейшем прибыль может достигать десяти тысяч рублей в месяц.

— Неплохо.

Хорошая прибыль получается, если учесть, что денег вложить пришлось в общей сложности около пятидесяти тысяч рублей, из них живыми деньгами пятнадцать, остальное — авансы за аренду и обеспечительные платежи. Не сравнить с оздоровительным центром, в который вложены миллионы, а прибыль всего в три- четыре раза больше. Правда, так не совсем правильно считать. Мы пользуемся помещением завода, которое не строили. Хотя что мешало бы платить аренду в подобной ситуации?

Еще часик я посидел над бумагами, разбирая траты и доходы. В среднем магазин платил аренду от пятидесяти до пятисот рублей в зависимости от площади. Магазинов было чуть больше полусотни, что давало почти двенадцать тысяч в месяц. Вычитаем коммуналку, охрану, сотрудников. Остается тысячи три-четыре. Плюс продажа билетов — как на выставки, так и на территорию. Правда, авансовые платежи за аренду и залоговые мы потратили на ремонт помещений и территории, но даже в этой ситуации, по словам Станислава, в сентябре немного денег останется. Он сказал, что их можно мне отдать, но лучше потратить на подготовку к дождям и зиме. Надо крыши проверить, навесы сделать, решить проблему с обогревом помещений. Имеющихся мощностей явно недостаточно.

По итогу, с одной стороны, все хорошо, и могу деньги забрать, с другой — лучше не только не забирать, но и добавить, а то мало ли что?

Договорился, что мне оформят зарплату в размере тысячи рублей ежемесячно. Это пойдет, как обязательный платеж. А прибыль уже будем откладывать и выплачивать раз в полгода. Вроде, неплохие деньги. Помню, дед признавался, что сам жил примерно на такую же сумму. Правда, без учета крупных покупок, но у меня, вроде, они не предвидятся.

Позвонил своим музыкантам и пригласил их на фабрику пообщаться. Думал попробовать договориться на концерты, да и просто увидеться хотел.

Ребята приехали через час. Я как раз успел перекусить и поболтать с тетей Таней. Она тепло меня приняла и отказалась брать деньги за еду, сообщив, что теперь зарабатывает очень хорошо и вообще планирует вызвонить внучку себе в помощницы, а то местные ничего не умеют.

— Виталик! — крикнул Тимур, первым заметив меня. Я поднялся им навстречу.

— Привет, ребят, давно не виделись! — Я обнялся с каждым.

— Альбом вышел — бомба! Я всем рассказываю, что играю там на барабанах. Только мне никто не верит, — продолжил, захлебываясь, Тимур.

— А я никому не говорю, как ты просил, — перебил его спокойный Борис.

— Да, альбом прям классный. Меня в школе все ребята узнали по клипу, — поддержал беседу Лёня, усаживаясь рядом со мной, — хорошо я там получился!

— А я знал, что все получится, сразу вам говорил, — продолжил Тимур, ткнув локтем в бок Лёню.

— Может, еще поиграем или выступим где? С Люсией тоже классно выступать, но драйва не хватает.

«Это хорошо, что он сам поднял эту тему», — усмехнувшись про себя, подумал я.

— Да я-то не прочь, у меня вообще планируются концерты с конца декабря. Боюсь, на все каникулы затянутся. А с вами мы уже сыгрались! Сможете присоединиться?

— Не, — Леня покачал головой, — у нас договоренности с лейблом Гуриеле. Мы работаем с Люсией. А декабрь, сам понимаешь, то время, которое кормит артиста целый год. Я плана еще не видел, но, говорят, там и по три концерта в день будет. Так что извини, но мы никак.

— Понятно, — кивнул я.

Это было ожидаемо. Конец декабря для артистов — самая горячая пора. А уровень Люсии совсем неплох, мне так вообще зашел. Так что уверен, работа для них найдется. Тем более, это первый год, когда лейбл взялся за Люсию серьезно. Им сейчас нельзя облажаться.

— Но, если что, ты зови. В ноябре или в начале декабря вполне можно разок- другой выступить. Особенно, если не надо далеко ехать. Да и, может, опять с Люсией замутить двойной концерт? Сначала она на разогреве, потом ты. Думаю, в этом случае удастся договориться, — дипломатично предложил Лёня, — тем более, нам достаточно пару репетиций устроить, и все.

— Хороший вариант, — согласился с ним я, — обязательно подумаю! Но если у вас есть свободные музыканты, пусть звонят!

Мы еще часик погуляли по фабрике, прошлись по магазинам, зашли на выставку, и ребята ушли по своим делам, на прощание выпросив у меня еще немного автографов для своих друзей.

К Цыпко решил не ехать, не хотелось отвлекать его в воскресенье от семьи. Мы и так недавно созванивались, да и отчет он мне каждую неделю присылает на почту. Очень ответственный работник мне попался.

Нашел Ефросинью и сообщил, что, скорее всего, в субботу приеду с Агатой Гуриеле, пусть предупредит Станислава и придумает нам программу.

— Обалдеть! С самой Агатой? — Она смотрела на меня, как на спустившегося с небес бога.

— Ну да, скажу тебе по секрету, мы с ней песню дуэтом готовим, — похвастался я, чуть понизив голос.

— Мне даже не верится! Я увижу Агату! А вы клип будете делать?

— Скорее всего.

— Может быть, у нас тут снимете? — предложила Ефросинья.

— Хм… пока не думал на эту тему, но мысль интересная, привлечет к нам дополнительных людей. Подумай, где это можно сделать? На сцене снова мне не нравится. Игровой клип я тоже не хочу. Вообще, думал записать в студии, как мы поем песню.

— Необычно. Я такого еще не видела!

«Эх! Многого ты еще не видела», — вздохнул я про себя, вспомнив, сколько всего разного наснимали в моем мире — и не всегда достойного.

— Виталий! — перебил нас радостный голос Валеры. — Мне тут сказали, что ты в городе, вот, заехал. Когда будем снимать клип на третью песню?

— Как так получилось? — удивленно вытаращилась на Валеру Ефросинья. — Мы как раз клип обсуждали, а тут ты!

— Запах денег и славы! Он — как путеводная звезда! — рассмеялся Валера. Он сегодня был непривычно веселым, что ему шло. А то вечно задумчивый и серьезный.

— Пока не знаю насчет клипа. Денег нет, но я о тебе помню, — я развел руками, мол, как только, так сразу, — а ты чего такой веселый?

— Да выходной, отдыхал с ребятами, а тут мне звонят, типа, сам Виталий нас посетил. У меня после твоих клипов целая очередь выстроилась на разные ролики и рекламу! Так что ты приносишь удачу, дай, дотронусь до тебя! — И он потрогал меня за плечо.

— Ну, раз такое дело, может быть, скидку сделаешь на клип? Процентов… сто?

— Не-не-не! Тогда удача уйдет. Нельзя с ней так. Не положено, она девушка капризная. Где это видано — работать за бесплатно! Отвернется еще… Могу наценку сделать, все-таки мы не абы кто, а снимали клип самому Нео! — Валера важно воздел палец вверх.

— Может быть, через месяц. Буду пытаться уговорить одних людей, чтобы тебя взяли режиссером. Хочу снять клип в студии, как я пою дуэтом с одной девушкой. Подумай пока над этим. Что там надо — ракурсы, фигакурсы. Ты лучше разбираешься. К следующей субботе если накидаешь, будет круто. Песню скину, только качество не очень. Сам записывал, пою на два голоса. Кто второй будет, думаю, догадаешься. Так что не подведи. Если все успеешь и подготовишь нормальную идею, клип будет твой! — выдал я внезапно пришедшую мне в голову мысль.

Клип же Гуриеле точно будут снимать. Мы это обговаривали. А если Валера к субботе все подготовит, то сможет напрямую презентовать Агате. А уже она продавит согласие. Тем более, с Валерой я уже работал, и мне понравилось. А кого там нам подсунет лейбл Гуриеле, неизвестно.

— Понял, — Валера враз посерьезнел, — все сделаю. Кидай прям сейчас песню, за качество не переживай. Главное, чтобы текст был понятен. Короче, положись на меня, я такой шанс не упущу! — Он крепко пожал мне руку. — Жду песню!

Еще немного погуляв, я набрал Арсена, тот заявил, что домой сам доберется, у него тут нашлись какие-то друзья. Пригласил и меня, но я отказался. И так наобщался я за день на неделю вперед.

Сев за руль, поехал не спеша домой, любуясь дорогой и раздумывая над своими дальнейшими шагами.

Пока все идет своим чередом и практически не требует моего участия. Значит, можно спокойно сосредоточиться на актуальных делах.

Первое — это колледж. Как показала практика, не так страшен черт. Заданий много, но коллектив вполне нормальный. Особо не задирают, а бешеный Семён не в счет. Хотя, конечно, еще рано говорить, но все выглядит вполне пристойно.

Следующий и основной пункт — музыка. Арсен явно не справляется, но и спешить пока не стоит. Запишу дуэт с Агатой, сниму клип. Вот через месяц, если ничего не изменится, уже стоит начать суетиться. Может, я зря не доверяю Арсену, и он справится? Даю ему время до середины октября, решил я.

Что у меня еще по задачам? Есть задание Аннулета, но здесь все просто — жду отмашки от Курбатова. Никанор пока не беспокоит. Каменную кожу тренирую.

На самом деле, все эти раздумья от одиночества. Мне об этом психолог четко говорил. Когда нет дома, в котором тебя кто-то ждет, хотя бы родственники, ты ощущаешь себя никому не нужным. А если еще и не имеешь цели, дело совсем плохо. Вот я сейчас именно в таком состоянии и нахожусь.

Какая у меня глобальная цель? Спасти мир, как хочет Аннулет? В эту цель мне очень сложно поверить. Даже примерить на себя не получается.

Стать известным музыкантом? Ну, почти стал. Самолюбие тешит. Я — молодец, правда, половина альбома — чужие песни, что практически перечеркивает все мои достижения.

Магию осваиваю. Не спеша. Очень не спеша. Правда, по уровню, что приятно, оказался сильнее большинства учеников в классе.

Заехал в гараж, поставил машину и зашел в дом. Да, накатила тоска. Время только девять вечера, а делать нечего, и не хочется ничего. Так со мной бывает обычно после того как потрачу кучу энергии на общение с другими людьми. Все-таки я больше интроверт, чем экстраверт, и мне нужен отдых в тишине и покое.

В итоге для поднятия настроения залез в сеть. Просмотры клипов росли бешеными темпами. Посмотрел свою странички в социальных сетях. Ничего особенного, но подписчиков уже больше ста тысяч человек, а ведь там только расплывчатые фотки и фразы из песен.

Почитал комментарии. Кто-то восторгается и признается в любви, кто-то ругается, пишет, что это все не музыка, а песни ни о чем. Некоторые обсуждают иски по авторским правам, которые на меня подали, но есть люди, которые встали на защиту Нео, и даже приложили фотографии с информацией о том, что все претензии сняты, и это было недоразумение.

Жизнь вокруг Нео бурлила, при этом практически не затрагивая меня. Наверное, не совсем это правильно. Хорошо бы самому поотвечать на комментарии и принять во всем этом участие, но где взять время?

Главный итог моего сидения в сети — меланхолию как рукой сняло. Появилась уверенность в себе и в том, что я двигаюсь в правильном направлении.

Глава 20

Глава 20

Утро в колледже началось с интересной лекции, которую читал Василий Николаевич. Он рассказывал о магическом ядре и как избежать откатов. Весь класс слушал очень внимательно:

— Представьте, что ваше ядро — это бочка, заполненная водой. Когда вам нужно использовать магию, вы зачерпываете ладонью воду. Она расплескивается, пока вы ее несете, при этом и в бочке появляется волнение. Чем больше вам надо магии, тем чаще вы её зачерпываете. Некоторые начинают черпать двумя ладонями, быстро-быстро! Результат — вода в бочке не просто колышется, а бурлит и начинает выплескиваться. Именно это и приводит к откату, — он внимательно оглядел собравшихся и, пригладив ежик седых волос, продолжил:

— Сейчас ваша задача — научиться черпать воду из бочки чайной ложечкой, при этом не побеспокоив основной водоем — ваше ядро, — на столе у Василия Николаевича стояла полная чашка с чаем. Взяв ложечку, он аккуратно начал черпать чай, выпивая его из ложки, — видите, чашка полная, но я не разлил ни капли. Однако стоит чуть увеличить скорость, как появляются круги на воде, — преподаватель сразу продемонстрировал сказанное, начав с большой скоростью черпать чай из чашки.

Один из учеников поднял руку и после разрешительного кивка задал свой вопрос:

— Но ведь это очень мало? Что мы с таким количеством магии сможем сделать?

Меня тоже интересовал ответ. Василий Николаевич привел хорошую аналогию, но что делать с таким мизерным количеством, если следовать его совету?

— Это просто первый шаг. Сначала чайная ложечка, потом столовая, а потом и половник!

— А как этому научиться? — поинтересовалась девушка в первом ряду. — Нам правда ложечку представлять?

— У каждого из вас свой путь. Ваше задание к следующему понедельнику — научиться наполнять средний аккумулятор за шестьдесят секунд, не словив отката.

— Так обычно на него уходит пять минут! А если быстрее, можно откат получить! — раздался чей-то недовольный голос.

— Так и есть, — кивнул преподаватель, — но вы сами увидите, как маленькие порции — чайной ложкой, но частые, — дают гораздо больше, чем пять раз зачерпнуть полной ладонью. И не бойтесь откатов, на начальной стадии вам без них не обойтись. Другого пути ощутить свои границы просто нет!

— Но ведь откаты не только болезненны, но и сильно вредят организму. Могут привести к повреждениям внутренних органов и преждевременному старению, — не выдержав, задала вопрос Алисия.

— Вы, безусловно, правы, — с неожиданным уважением обратился к ней преподаватель, — но пока ваш организм молод и полон сил. Он может справиться с негативными последствиями самостоятельно. После двадцати пяти лет такой возможности уже не будет. Соответственно, лучше научиться работать с источником сейчас, словив необходимое количество откатов, чем получать их в более зрелом возрасте со всеми вытекающими последствиями.

Лекция была познавательной и заставила задуматься. Мне-то, в принципе, легче — я вижу свою магию и улавливаю малейшие колебания в ядре. А остальным будет не так просто. Только вот для меня аналогия преподавателя не работала. Я не зачерпываю магию, а подаю её по каналам, два из которых подсоединены к ядру. Как бы открываю кран и высасываю, как насосом. В принципе, тут идея проста: открывать кран не на полную, как я привык делать, а маленькими, но частыми порциями. Буду пробовать.

— Ты заряжал когда-нибудь аккумулятор? — обратилась ко мне Алисия.

— В детстве только, пока еще не появилось ядро, — признался я ей.

— Меня до сих пор родители заставляют заряжать. Не то чтобы мы экономили, но мама говорит, что, раз я могу, то должна приносить пользу семье, — она недовольно поджала губы, — не представляю, как можно за минуту зарядить средний аккумулятор!

— Будем пробовать, — к нам подошел Платон, — я тоже ни разу не заряжал средний аккумулятор. Но если Нелидов говорит, что справимся, значит, будем пробовать, — он дружелюбно улыбнулся Алисии. На вечеринке они, вроде, поладили, и, судя по всему, Платон, не получив сразу отпора от целительницы, решил обратить на себя её внимание.

Остальные уроки в этот день прошли достаточно спокойно. Было много новой информации по истории, особенно зарубежной, которую еще предстояло осмыслить. А последний уроком была медитация, где нас разделили на три группы.

Занятия проходили в небольших полутемных классах, где на полу были расстелены маты. Разувшись у входа, мы зашли внутрь. Преподаватель, молодой парень чуть старше нас, представился Владимиром Сергеевичем.

— Рассаживайтесь и поднимите руку, кто быстро умеет входить в состояние медитации? — Он сидел на коленях у дальней от входа стены.

— Быстро — это насколько? — решил уточнить я.

— Хороший вопрос, — он помолчал, ожидая, когда все устроятся, — быстро для вашего возраста — это десять-пятнадцать минут. Так что, кто может уложиться в это время?

Я оглядел собравшихся — никто руку не поднял.

— Это нормально, не переживайте. У вас ядро образовалось совсем недавно. У кого-то пара месяцев прошла, у кого-то год. Считается, что в течении трех лет с момента появления ядра организм нестабилен. Ядро пульсирует, пытается врасти в ваше тело, максимально интегрироваться в нём. При этом и само тело меняется под воздействием магии. Возможны гормональные встряски, непроизвольные всплески магической энергии. Это вы сами знаете, и не сомневаюсь, что на себе прочувствовали.

После его слов по классу разнеслись шепотки. Многие из моих товарищей были знакомы с эффектом нестабильности. Мне он особо не мешал, но для некоторых являлся большой проблемой.

— Медитация не снимет этого эффекта, но позволит дать вам время прийти в себя и отдохнуть. Если вас внезапно переполнили гнев или страх, у некоторых может случиться депрессия или появятся признаки ничем не спровоцированной агрессии. Это все последствия перестройки вашего организма. Именно медитация даст вам возможность отдохнуть и на некоторое время убрать негативное влияние на ваш организм…

Владимир Сергеевич все занятие рассказывал о необходимости медитации и о том, как в неё войти. Что я могу сказать? Очень интересно, но ничего не понятно. Это умение мне пока недоступно от слова «совсем». Причем раньше у меня получалось входить в подобное состояние. Например, перед соревнованиями я научился расслабляться и ни о чем не думать, это что-то, близкое к медитации. Но здесь и сейчас мне никак не удавалось хотя бы приблизиться к подобному душевному спокойствию и равновесию.

Одно успокаивало — из нашей группы ни у кого не получилось. Так что я не сильно расстроился. Как предупредил учитель по медитации, на освоение может уйти от месяца до полугода.

Вечером я достал парочку аккумуляторов. Это были металлические болванки размером со спичечный коробок из специального сплава. В доме их набралось приличное количество. Например, централизованного горячего водоснабжения в городе не имелось. Зато в каждом доме или квартире имелся магический нагревать воды, работающий на средних батареях. Вообще, часть техники работала от электричества. Например, телевизор, освещение. Но некоторые вещи использовали магию. Те же чайник и плита, а еще холодильник. Не знаю, на каких принципах это основывалось. Почему одни вещи запитываются от электричества, а другие — от магии. Раньше как-то даже не задумывался на эту тему. Но в данный момент это было не важно.

Взяв накопитель в руку и установив его в специальный преобразователь энергии, сначала попробовал наполнить стандартным методом, собирая энергию вокруг и через прибор загоняя её в накопитель. При этом я использовал обычную технику для простолюдинов, без применения энергии ядра. После пяти минут мучений заполнил накопитель только на пять процентов. Вспомнил свои мысли, что таким образом можно зарабатывать деньги, усмехнулся. Полный малый накопитель принимают по два или три рубля. Средний — по пять-семь рублей. Обычный человек в день может заполнить малый накопитель. Некоторые умудряются и два заполнить. Но на это уйдет пара часов, как минимум. Надо ждать, когда магия снова аккумулируется.

Переключившись на магическое зрение, я начал подавать магию из ядра. Но тут возникла первая сложность. Обычно, беря магию из ядра, я обволакивал ею кулаки или плел заклинание, для чего просто разок зачерпывал — и все. Тут же накопитель начинал тянуть из меня магию, расшатывая ядро. Хорошо, что я успел вовремя прервать этот процесс, банально отпрыгнув от прибора, что позволило избежать отката.

Значит, надо зачерпывать чайными ложечками, при этом перекрыв доступ к ядру. Казалось бы, что может быть проще, но нет! Накопитель тянет энергию, как пылесос. В результате после часа мучений я умудрился словить откат.

Рухнув на диван, переждал мучительные последствия своей неосмотрительности. Да блин! Как же победить этот чертов накопитель? Попробовал еще раз — и получилось! А нет, просто накопитель наполнился и перестал вытягивать из меня энергию.

Взяв следующий накопитель, я решил пойти другим путем. Держа руку на расстоянии, просто капал на него магией — капля за каплей. Это упражнение мне было хорошо знакомо, и оно дало свой результат. В каждой капле была концентрированная магия, и оказалось — для зарядки достаточно всего десятка капель!

После четвертого заполненного накопителя я задумался. С одной стороны, упражнение выполнено. На зарядку уходит секунд сорок! Но! Проблема в том, что я зачерпываю из ядра по-прежнему много, никак этот процесс не регулируя. Только перед выпуском энергии из тела я её контролирую. С другой стороны, сейчас накопитель энергию не вытягивает, и мне должно стать проще. Решил отложить это на завтра, и так уже перенапрягся.

Следующие два дня были ничем не примечательны. Учился, делал уроки и пытался разобраться с зарядкой накопителя. Пока не догадался открыть один из учебников по магическому искусству, который нам выдали в колледже.

Там было описано целых три способа зарядки аккумуляторов. Не знаю, почему я раньше не догадался посмотреть. Но чувствовал себя очень глупо.

Один способ — как раз просто капать энергией, как я и делал. Но этот способ считается для учеников самым сложным. Для него необходимы хороший контроль и умение концентрировать магию.

Второй по сложности способ — собрать магию в руке, как можно больше, и, перекрыв доступ к источнику, просто выплеснуть её в накопитель.

Ну и самый просто способ — как можно сильнее сузить канал и начать подавать энергию. При этом накопитель начинает её вытягивать, но из-за узости канала ядро не идет вразнос. Похоже, именно этот вариант большинство магов и используют. У меня как раз минут пять ушло на заполнение среднего накопителя. Удобно и безопасно. Хотя и медленно.

Занялся изучением второго способа: умение ставить шлюз, чтобы накопитель не тянул из меня магию, явно будет очень полезным. Описание, правда, в учебнике было достаточно скупым. Но с моим видением и умением управлять потоками магии внутри своего тела мне было не сложно нагонять магию в ладонь и ставить заглушку. Правда, рука после этого сильно зудела и чесалась. Наверное, что-то я делаю неправильно, надо будет подсмотреть, как остальные справились с этой задачей.

На следующий день у нас как раз первым уроком было магическое искусство. И, как оказалось, почти никто не справился с поставленной задачей за три дня.

На вопрос преподавателя продемонстрировать успехи руку подняло всего три человека. Одним из них был я, вторым — Елецкая, а третьего я не знал. Какой-то заносчивый парень, явно родовитый, так как с нашей компанией он не общался. Они показали второй способ наполнения аккумулятора, с трудом уложившись в отведенное время. Я выдал оба способа под одобрительным взглядом преподавателя.

После нашей демонстрации Василий Николаевич решил объяснить нам наконец-то теорию, упомянув об учебнике, в котором была эта информация.

Главное, что я вынес для себя, — ни в коем случае нельзя полностью закрывать ток магии к конечностям. Нам дали месяц, чтобы научиться сужать потоки.

На обед я отправился вместе с Алисией, Платоном и его приятелем Владом. Ребята как-то незаметно прибились к нашей компании. Точнее, точкой притяжения являлась Алисия. Тут я себе не льстил — не настолько я заметная и важная личность.

У входа в столовую нас поджидала троица сокурсников, один из которых сделал шаг вперед и, надменно осмотрев нас, обратился ко мне:

— Слушай меня, повторять не буду. Еще раз увижу тебя с целительницей — пожалеешь, — затем обвел взглядом всю нашу компанию и добавил:

— Это касается и остальных.

Платон и Влад под его взглядом сделали шаг назад, как бы показывая, что приняли и претензий не имеют, оставив меня с Алисией вдвоем.

— А то что? — решил уточнить я.

— Продемонстрирую, кто самый сильный на курсе, — лениво ответил тот, посматривая на меня, как на букашку.

— Так демонстрируй, — продолжал нарываться я. Сам же как можно быстрее начал формировать каменную кожу, помня о том, какие тут резкие парни учатся.

Первый удар прилетел сбоку — один из сопровождающих наглеца сделал очень быстрый шаг в мою сторону и мгновенно ударил кулаком, целясь в мое ухо. Я успел слегка сместить голову. Бил он размашисто, но медленно, удар прошел вскользь, однако в голове зашумело. Алисия, которая по-прежнему стояла за мной, положила свою руку мне на плечо и влила капельку энергии, которая мгновенно сняла все последствия удара. Я ударил в ответ, усилив кулак. При этом прекрасно видел сформированный щит, прикрывший голову и грудь парня. Это позволило мне пробить его по незащищенному месту. Удар в печень — весьма неприятная вещь, а если сделать его с усилением… Парень мгновенно согнулся и надолго выбыл из игры.

— Знай свое место, — картинно заявив это, мой собеседник самолично вступил в бой. Напитав оба кулака магией, он начал избивать меня. Судя по скорости и точности ударов, драться парень умел на хорошем уровне. Мне до него было далеко. Первые удары я пропустил, приняв их на каменную кожу, но вскоре она спала. Пока дольше пяти секунд я не умел её держать. Дальше я уклонялся, пытаясь ударить его в ответ, но не один из моих ударов не прошел. Не помогало даже умение видеть магию. Он был слишком быстр. Закономерным итогом стало то, что я словил несколько сильных ударов в голову и свалился на пол без сознания.

Очнулся, как и ожидалось, в кабинете целительницы. Екатерина Игоревна как раз производила надо мной процедуры, а рядом сидела Алисия, впитывая знания.

— Смотри, ты, если участвуешь в бою, не только лечишь, но и впитываешь боль, — вещала главная целительница колледжа, — чужая боль — это тоже сила, которая помогает тебе расти. В этом главное отличие целительницы от обычного мага. Чем чаще твой избранник вступает в бой, тем больше силы ты получаешь.

— Так это ей надо выбирать самого слабого, чтобы его постоянно били, — не выдержал я. Было видно, что фразы Екатерины Игоревны предназначались не только Алисии, но и мне.

— Я не закончила, — она строго посмотрела на меня, заставляя прикусить язык, — кроме боли, ты получаешь излишки магии, которая выплескивается не только в бою, но и во время секса, — эта фраза заставила Алисию покраснеть и смутится, она отвела от меня взгляд, — сильный организм вырабатывает много магии, которая не только оседает в ядре, но и выплескивается наружу. Для этого нужны сильные эмоции, переживания. Драки, секс, потрясения.

— Вот уж чего хотелось бы избегать, — проворчал я.

— Этот объект достаточно интересен, — кивнула Екатерина Игоревна на меня, продолжая поучать Алисию, — правда, на твою беду, у него хороший контроль чувств, что для тебя не так выгодно. В вашей группе отличный вариант — мальчик Елецкий. Там контроль практически отсутствует, ему не помешала бы рядом целительница. Да и тебе это поможет быстрее набрать силы. Хотя в долгосрочной перспективе Виталий — не такой уж плохой вариант. Его потенциал лучше всех в группе. Так что подумай, что тебе важнее: быстро набраться сил или понемногу, но с длительной перспективой?

— Я уже выбрала, — Алисия упрямо вздернула подбородок и посмотрела мне в глаза. На этот раз уже я отвел взгляд, ощутив, что мое тело слишком сильно среагировало, и в штанах мгновенно стало тесно.

— Тогда ты знаешь, что надо делать, — усмехнулась Екатерина Игоревна, явно заметив мое состояние, — теперь идите, у вас еще один урок остался.

Покинули комнату мы молча. Алисия снова пристроилась за моим плечом.

— Странно все это, — начал я беседу, остановившись у окна, — как ты можешь впитывать боль и при этом усиливаться?

— Ты совсем ничего не знаешь о целителях? — Алисия села на подоконник, свесив ноги, и внимательно посмотрела на меня.

— Мое образование, похоже, сильно хромает. Отец погиб, когда мне было пять лет, а дед, ну, он, по сути, скорее, военный, чем аристократ. Да и учился я в обычной школе, где о таких вещах не рассказывали, — признался ей.

— Нас усиливает не боль, а сильные чувства. Боль — это просто одно из проявлений. Магическое ядро реагирует на боль, выплескивая энергию, пытаясь вылечить или снизить эти ощущения. Остатки этой энергии позволяют нам развиваться.

— А при чем тут переживания и секс в таком случае?

— То же самое: ядро реагирует таким же образом, пытаясь привести организм в норму. Самый лучший путь развития для целителя — найти партнера, у которого только недавно образовалось ядро, — произнесла девушка явно с намеком на меня, — оно еще до конца не прижилось и в большом количестве вырабатывает нужную нам энергию.

— Получается, энергия не однородна, — сделал я вывод из слов Алисии, — то есть она разная.

— Конечно, — она удивленно посмотрела на меня, — в зависимости от целей, магическое ядро вырабатывает разную энергию. Ты же не можешь лечить себя и других людей. Твоя обычная энергия с этим не справится.

— Но… я, вроде, себя подлечивал, — замешкался я. С другой стороны, на деда у меня не получалось воздействовать — только используя энергию повелителя воды, я мог кое-как улучшить его состояние.

— Себя ты именно что подлечивал. Когда у тебя ушиб, мелкие травмы, порезы и прочая мелочевка, ты гоняешь энергию по своему телу. Ядро в мизерных количествах может выдавать целебную энергию, которой хватает, чтобы слегка подлечиться.

Наш разговор прервало окончание урока. Ученики выбрались из классов в коридор, и мы с Алисией разошлись на последний урок, он был у нас в разных классах.

Глава 21

Глава 21

После уроков Платон пристроился ко мне и поделился информацией о парне, с которым я дрался. Звали того Богдан Регель, и был он из нашего княжества, из города Темрюк. Достаточно сильный и влиятельный род, с которым Платон опасался связываться. Он извинился, объяснив, что не готов к противостоянию с Богданом. Напоследок предупредил, что и мне стоило бы отступить, иначе меня так просто не оставят. И оказался прав.

У входа в колледж меня поджидала Алисия. Подойдя ко мне, она радостно кивнула:

— Богдан уже пришел, хорошее утро, улучшить мой источник.

— То есть ты радуешься, что меня сейчас будут бить? — уточнил я. Какая странная ситуация.

— Истинный воин куется в боях, так же и целитель! — гордо заявила девушка и, положив мне руку на плечо, недовольно добавила:

— Ты не волнуешься!

— Было бы лучше, если бы волновался?

— Конечно! Страх заставляет твое ядро реагировать нужным мне образом. А ты не боишься, — Алисия недовольно посмотрела на меня, делая своими словами ситуацию еще абсурдней.

— Идем, — я решительно открыл дверь в колледж.

Сегодня была пятница, и нас ждали практические занятия по магии. В холле собралось уже достаточно большое количество учеников, многие из которых с любопытством посмотрели на меня, явно ожидая продолжения вчерашнего представления. Среди них я заметил и Кутыева, который радостно усмехнулся, поймав мой взгляд.

— Я смотрю, ты не внял, — вышел ко мне Богдан и без подготовки ударил меня. Успев накинуть стальную кожу, я кинул в него огненный шар, который сформировал в руке еще на входе.

Магический шар пробил выставленный щит и врезался в грудь Богдана, того снесло силой удара и с громким хрустом впечатало в стену. Богдан сполз на пол бесчувственным мешком. Мгновенно появились двое служащих и, подхватив его тело, быстром шагом понесли Богдана в сторону кабинета целительницы.

— Один-один, — произнес я негромко и, усмехнувшись, посмотрел на Кутыева, который явно был недоволен произошедшим. Он отвел взгляд, подарив мне еще одну, пусть и маленькую, но победу.

Насладиться своим триумфом мне не дали: ко мне подошел один из охранников и настойчиво потребовал, чтобы я прошел за ним к директору.

— Применение боевой магии в стенах колледжа строго запрещено, — произнес Аркадий Семенович яростно хмуря брови, — подобного я не потерплю! Еще раз оступишься — загремишь в кадетский корпус! — пообещал он.

— Ага, а значит, колотить учеников кулаками, наполненными магией, можно?

— Можно, это не приводит к трагическим последствиям, а наоборот, мотивирует учеников хорошо учиться, — он все так же сверлил меня гневным взглядом.

— Двойные стандарты, — нагло хмыкнул я в ответ, — магический шар, думаю, тоже неплохо стимулирует!

— Не смей мне перечить, мальчик! — Директор заговорил тише, таким вкрадчиво-опасным голосом. — Не думай, что ты самый умный. Мои слова — не просто сотрясание воздуха, подумай об этом. Кадетский корпус, класс для проштрафившихся. Ты этот путь готов выбрать? Могу устроить прям сразу. Выходной один раз в месяц при хорошем поведении, жизнь в казармах. Там много разных прелестей, которые могут тебе понравиться, если ты настаиваешь на этом… — Он многозначительно замолчал.

— Все понял, — я покорно кивнул. Подобное учебное заведение точно не входило в мои планы, — приношу свои извинения, — с трудом выдавил из себя. Иногда надо и уступить.

— С этого и надо было начинать, — немного успокоившись, произнес директор.

— Тогда не дадите ли мне один совет, — не сдержался я, — получается, этот Богдан или кто-то другой может без последствий избивать меня хоть три раза на дню, и им ничего за это не будет?

— Все именно так, — с доброй улыбкой согласился он со мной, — становись сильнее и давай отпор. Твои магические показатели весьма высоки. Просто учись!

— Понял вас. Только вот если они вдвоем или втроем нападут? Создадут реальную угрозу жизни? И в этом случае я должен безропотно все сносить? Может быть, мне пасть к их ногам и умереть на месте, облегчив им жизнь? — Что-то меня понесло, в груди полыхнула ярость. Только минуту назад я удержал её в узде, а тут нахлынуло.

— Да, это тоже вариант. Пойми, в случае твоей гибели виновник отправится в кадетский корпус. Но более ему ничего не будет. Ты по роду своему — никто. Так что, да, ты — хорошая мишень, чтобы отточить на тебе свои умения, — директор перешел на отеческий тон, — учись договариваться, решать подобные вопросы мирно. Всегда найдется кто-то сильнее тебя, — Аркадий Семенович развел руками, — тебе остается либо найти союзников или покровителей, либо стать сильнее. Есть еще вариант — просто сдаться на милость победителю. Путей много, выбирать тебе.

— Я понял вашу позицию, — придавив ярость и гордость, я слегка поклонился. Надо закругляться, а то чувствую, еще немного — и наговорю лишнего. А там и до кадетского корпуса рукой подать.

— Можешь идти, — голос его опять стал твердым, — но помни о нашем разговоре.

Выйдя из кабинета, я неожиданно увидел Алисию, которая стояла и ждала меня. При этом ярость изнутри меня просто распирала, захотелось сорваться, накричать на девушку.

Она положила мне на плечо руку и, прикрыв глаза, радостно вздохнула:

— Ух, как вкусно! Ты такой яркий!

Я прислушался к своим ощущениям и понял, что совершенно успокоился. Совсем не злюсь. Навалилось удивительное умиротворение. Мысли бегали вяло. Да, директор прав, я — никто, и моя смерть пройдет незамеченной. А вот если я какого-нибудь княжеского сынка, пусть и случайно, прибью, тут уже можно ждать ответки. Такое мне с рук не сойдет. Поэтому никакой боевой магии в стенах колледжа.

— Стоп! — опомнился я. — Ты что сделала?

— Взяла немного лишней энергии, — Алисия пожала плечами с совершенно невозмутимым видом.

— А спросить разрешения? Может быть, я не хотел этого? Не слишком красиво с твоей стороны!

— О, — она все еще держала свою руку у меня на плече, — продолжай! Сильные эмоции — это хорошо!

— Блин, — я стряхнул её руку с плеча, — ты прям, как вампир из кино, только тот кровью питается, а ты энергией!

— Не, я — как изгоняющий злых духов, — рассмеялась девушка в ответ.

Алисия отправилась на занятия по целительству, а я на практический урок.

Сегодня нас разделили на три группы — по умениям и силе. Но занимались мы вместе, в одном зале, да и упражнения были примерно одинаковые. Две группы учились превращать магию в нить. Следующим шагом было выпустить её из тела. В моей группе все уже умели делать такое упражнение, и мы занимались контролем. Надо было выпустить нить строго определенной длины, что оказалось не так-то просто. Когда выпускаешь магию из тела, она сама по себе струится, ты как бы открываешь кран. Но перекрыть его вовремя получается с трудом. При этом перекрывать требовалось не в руке, как я до этого делал, а на уровне источника.

Два часа занятий меня выжали, как лимон. А еще бесил взгляд Семёна Елецкого, который тот периодически снисходительно бросал на меня. У него-то это упражнение получалось гораздо лучше, хотя Екатерина Игоревна говорила, что с контролем у парня беда. Видно, не тот контроль имелся в виду. Как результат, в группе я был самым отстающим, но ничего, никто не отменял занятий дома и упорства, которое лично у меня часто переходило в упрямство.

Вышел из колледжа я вместе с Алисией. Платон, увидев, что я не один, просто махнул мне рукой на прощание. То ли решил дать побыть с девушкой наедине, то ли опасался приближаться к ней из-за возможной мести со стороны Богдана.

— Ты отведешь девушку в ресторан? — вцепившись в мою руку, спросила наглая целительница.

— Что-то я немного устал, — признался я в ответ.

— Удивительно! — прокомментировала она. — Парень признается девушке, что устал! Тебе точно не шестьдесят лет?

— Точно, — огрызнулся я в ответ. Хотелось побыть одному, подумать и отдохнуть. Да и мысли о том, что надо становиться сильнее, грызли меня изнутри. Если боевую магию применять нельзя, я становлюсь слишком легкой мишенью. Драться толком не умею. Каменная кожа держится около пяти секунд. Шансы вырубить того же Богдана с первого удара, как у меня получилось с Семёном, близки к нулю. Он, в отличие от меня, хорошо подготовлен.

Я шел, размышляя, и совсем не замечал, что Алисия по-прежнему держит меня под руку и тактично молчит. Вдруг почувствовал, что начал успокаиваться, злость таяла, как снег под солнцем.

— Ты опять! — высказался я.

— Ага, — она радостно расплылась в улыбке, потом осмотрелась и кивнула на ресторан, мимо которого мы проходили, — здесь! Пойдем, — потянула меня за руку.

Не став сопротивляться, я зашел с ней в ресторан. Мне и вправду хотелось пообедать.

Обедали мы практически молча. Так, перекидываясь иногда парой фраз. Когда перешли к напиткам, решил разузнать у неё подробности про целителей

— Слушай, с тобой я все понял. Когда я испытываю боль, злость или другие чувства, мой источник выделяет какую-то полезную для тебя энергию. Так?

— Ага, — Алисия взяла вазочку с мороженым и, зачерпнув немного, сексуально облизала ложку, наблюдая за моей реакцией. Реакция была ожидаемой — я завис. — Так что ты там начал спрашивать?

— Да, с тобой понятно, а вот тот же Ромочка и другие целители мужского пола? Как они набирают нужную энергию? Вряд ли девушки дерутся так же часто, как и парни.

— Девушки зато нервничают и злятся гораздо чаще. Елецкая, думаю, хороший вариант для Ромочки. Судя по её виду, эту княжну все бесит. Начиная с брата и заканчивая необходимостью общаться с самим Ромочкой. Да и по морде она может надавать. Все-таки с братом живет в одном доме. А там, знаешь ли, до драки рукой подать. У меня двое младших братьев, знаю, о чем говорю!

Мы сидели друг напротив друга за небольшим столиком, и наши колени периодически соприкасались. Алисия продолжала есть мороженое, нарочито облизывая ложку и наблюдая за мной. С каждой минутой мне все труднее было удержаться. Сам не ожидал от себя подобной реакции. Пришлось прогнать магию по телу, сделав несколько кругов. Возбуждение немного спало, но не прошло до конца.

— Фу! Зачем ты это сделал? Было так весело наблюдать за тобой, — она обиженно посмотрела на меня.

— Ты издеваешься? — решил уточнить я, хотя понимал, что девушка намеренно провоцирует меня. Непонятно только, зачем.

— Ну, есть немного, — рассмеялась Алисия, — у тебя столько ярких чувств! Возбуждение, негодование, обида, ярость. Такой вкусный коктейль, — после этих слов я ощутил, как напряжение стало спадать.

— Понятно, — я недовольно поморщился, — тебе достаточно любого телесного контакта? Даже коленкой? — догадался я.

— Ага.

— Мне не нравятся твои игры. Пропадает всякое желание продолжать с тобой общение. Ты не спрашиваешь разрешения и играешь на моих чувствах. Так дело не пойдет, — серьезно заявил я. Пока прекращать эти странные игры.

— Извини, — Алисия потупила взгляд, — я просто учусь. Для меня это все в новинку и так интересно!

— Значит, найди себе другую цель и экспериментируй на ней. Мне не нравится роль подопытного кролика, — произнес я холодно, поднимаясь из-за стола.

— Подожди, — она резко вскочила, опасаясь, что я развернусь и уйду, — правда, извини меня. Постараюсь держать себя в руках!

— Ладно, — я нехотя согласился, все еще раздумывая, зачем мне все это надо, — постарайся больше не выкидывать таких фокусов и не провоцируй меня.

— Хорошо, — Алисия смиренно потупила глазки, — как скажете, мой господин, — поклонилась она.

— Опять издеваешься?

— Что вы. Правда. Постараюсь держать себя в руках!

Оплатив счет, я проводил девушку до автобуса и отправился домой.

Первым делом набрал Агату и уточнил — все ли в силе и приедет ли она завтра в Хадыженск? В итоге десять минут выслушивал её щебетание о том, как продвигаются дела с песней, что вообще все готово, надо срочно записывать. И что песня отличная, и вообще у неё дела хорошо. И концертов много запланировано, и какие она платья себе присмотрела, и вообще — у неё не концерт, а целое шоу! Было тяжело принимать этот нескончаемый поток, но я героически выдержал и еще раз уточнил насчет завтра. Наконец-то смог договориться, где и во сколько мы встретимся.

Затем набрал Арсена и сообщил, что завтра с Агатой планирую ехать на фабрику. Он загорелся вполне ожидаемым энтузиазмом и сказал, что в десять утра будет у меня.

Следующий звонок был Ефросинье. Я подтвердил, что мы приедем, заодно попросил её забронировать мне домик в оздоровительном центре и предупредил, что хорошо бы её осмотреть. Потом набрал Валере. В общем, вечер закончил весь в делах.

Арсен приехал раньше, чем я ожидал. На часах было всего девять утра, когда раздался звонок в дверь. Я только сел завтракать.

Пройдя на кухню, он скептически осмотрел меня.

— Вижу, ты помылся, побрился и вообще привел себя в порядок, молодец! — выдал друг.

— Да, я так-то слежу за собой, — ожидая продолжения, я посмотрел на него.

— Но вот оделся ты просто. Едешь прогуляться со звездой южного княжества, которую знают по всей империи. Наверняка будут фотографировать, да и многие зададутся вопросом — а с кем это Агата прогуливается под ручку?

— И что? — Я еще раз осмотрел себя. Вроде, нормально одет.

— У тебя нет образа! Пусть не все знают, что ты — Нео, но информация уже просочилась. Просто, пока нет концертов и каких-нибудь интервью, тебя нельзя назвать медийной личностью, но, тем не менее, интерес есть — и немалый. Прогулка с Агатой его точно подогреет.

— Возможно, но насчет образа не понял. Нормально же выгляжу? — Встав из-за стола, я подошел к зеркалу и осмотрел себя в полный рост.

— Нормально, но не как звезда. Обычный скучный школьник, — слова Арсена заставили меня задуматься. В чем-то он прав.

— Почему нельзя школьнику быть рок-звездой? — уточнил я.

— Потому! Это разные миры. Ты можешь быть школьником в свободное время, но когда ты гуляешь с Агатой — ты гуляешь, как звезда! Так что соответствуй. Или тебя растопчут!

— Ладно, ты прав, — я почесал затылок, раздумывая, во что бы одеться, — так, и что делать? Нам выезжать через час!

— Пойдем к тебе, показывай гардероб!

Оделся я, в итоге, достаточно просто. Голубые джинсы, которые тут носили, но редко, считая одеждой простолюдинов. Не знаю, откуда они у меня взялись, но оказались весьма кстати. Джинсы слегка подвернул, оголяя щиколотки, одел белоснежные кроссовки и светлую рубашку, слегка расстегнув верхние пуговицы. Но не до пупка, как любил делать тот же Агутин. Рукава закатал. Арсен поделился со мной парочкой браслетов, среди которых как раз затерялся родовой. Образ был закончен. Вроде, ничего сложного, но часа нам хватило впритык. Слишком долго мы спорили и выбирали.

— Красавец! — подвел итог Арсен, заставив меня покрутиться. — Станешь законодателем молодежной моды. Будь готов, что твои фотографии после сегодняшнего дня разойдутся по страницам в сети и газеткам.

— Я готов!

— Ты же не хотел привлекать излишнего внимания, — удивился моему ответу Арсен.

— Так все закручивается, что от этого никуда не денешься. А если не можешь что-то предотвратить, стоит это возглавить! — пожал я плечами. — Скоро выйдет совместная песня с Агатой, так что лишняя шумиха не помешает. К тому же, мы и клип будем делать. Да и все, кому надо, уже знают, кто я такой.

— Вот! Другое дело! А то эти попытки отмазаться смотрелись по-детски, извини за прямоту, — он хлопнул меня по плечу, — пойдем, прокатишь меня на «мазератти»!

По дороге в Хадыженск у нас с Арсеном состоялся важный для меня разговор.

— А что ты можешь рассказать о целителях? — спросил я его на всякий случай. Все-таки общение с Алисией меня заставило задуматься о многих вещах. Одна из них — то, как мало я знаю о целителях.

— Смотря что ты хочешь узнать. Лечат практически всё. Чем сильнее целитель, тем проще и быстрее он излечивает. Конечно, современная медицина не стоит на месте, но там и скорость не та, да и не все могут излечить. Так что целители очень ценятся.

— Да это я и сам знаю, — я задумался, как получше сформулировать, и решил объяснить ситуацию, — у нас в группе три целителя учатся. Одна из них, кажется, положила глаз на меня. Не пойму, что с этим делать.

— Честно говоря, я не в теме, — покачал голос Арсен, — слухов про них ходит много. У меня в классе целительниц не было, но отец говорил, что, если удастся познакомиться, не отпускать. Они каждому роду нужны.

— А что по слухам?

— Ну… типа, они сами выбирают себе партнера. Могут гулять то с одним, то с другим. А еще на них можно подсесть, как на наркотики. Не знаю, — он озадаченно пожал плечами, — с одной стороны, если тебя выбрали постоянным партнером, это хорошо и полезно. С другой стороны — говорят, они любят поиграть на чувствах, привязать к себе, а потом бросить. Поутешать — и снова бросить.

— Что-то больно похоже на правду, — я вспомнил, как Алисия пыталась играть со мной.

— Но ей, наверное, нет смысла связываться с тобой, пока ты не стал официальным главой рода. Иначе её за тебя просто не отдадут. Значит — что? Поиграется и бросит! Она же не знает твоего истинного положения, так что сам делай выводы, — авторитетно заявил Арсен.

Глава 22

Глава 22

Мы припарковались на стоянке у фабрики. Погода была отличная. На дворе конец сентября, небо закрыто облаками, в разрывы иногда проникают лучи солнца. Температура комфортная — градусов двадцать пять.

«Хорошая осень в южных краях», — думал я, дожидаясь Агату. Она с минуты на минуту должна была приехать.

К нам подошли Ефросинья и Станислав, пожали руки, поздоровались. «У нас тут уже целый комитет по встрече», — ухмыльнулся я про себя.

Тут как раз подъехали две машины. Первая остановилась рядом с нами, и водитель, выйдя, открыл заднюю дверь. Оттуда выпорхнула Агата, вслед за ней появилась её подруга Полина Мурузи.

— Привет! Наконец-то добрались, — радостно улыбнулась мне Агата. Она была в светло-жёлтом платье, волосы распущены. — Здесь столько людей! — Девушка удивлено огляделась. Сегодня суббота, самый активный день на нашей фабрике. Людей действительно было много, что однозначно грело мою душу.

Я представил своих друзей — Ефросинью и Станислава, а вот Арсен представился сам:

— Меня зовут Арсен Максютов, княжеский род Максютовых. Очень рад познакомиться, — гордо выпрямив спину, он щёлкнул каблуками. Пожал тонкие пальчики Агаты и, наклонившись, поцеловал руку Полине. Она с любопытством взглянула на него. Похоже, заинтересовалась.

— Не ожидала, что у мимолётного увлечения Агаты есть друзья, которые знакомы с хорошими манерами, — высокомерно произнесла Полина. Вот он, настоящий талант, — оскорбить меня, не сказав, по сути, ни одного обидного слова.

— О, несмотря на отсутствие манер, у Виталика много других достоинств, — вступился за меня мой друг.

— Полина! — Агата обиженно уставилась на подругу. — Мы приехали в гости к Виталику, веди себя соответственно!

— Скучно! — выдала та свой вердикт и замолчала.

Из второй машины выбрались охранники, и мы прошли на территорию арт-пространства. При этом Агата смело взяла меня под руку и с любопытством оглядывала всё вокруг.

Прогулка по фабрике оказалась утомительной. Для меня, во всяком случае. Агата хотела зайти почти в каждый магазин, где она могла долго примерять одежду или выбирать разные аксессуары. К концу прогулки я устало плёлся рядом с девушкой, слушая её восторженные речи, позади нас двигались нагруженные покупками охранники, а Арсен с Полиной вообще где-то затерялись. Ходить по магазинам с девушками — всё-таки не моё. Хотя можно воспринимать это, как тренировку терпения. Да и приятные моменты тоже присутствовали. Агата даже спустя пару часов прогулки продолжала излучать позитив и радость.

Наконец мы добрались и до выставки, где очень вежливый Данила тепло поприветствовал нас с Агатой и провёл небольшую экскурсию, а в конце вручил Агате в подарок пару картин. Она даже попозировала для фотографий с ними.

Затем нас отловил Валера и отвёл в небольшую комнату, которая располагалась в галерее. Там он представил своё видение клипа.

Надо честно сказать, подготовился режиссёр знатно — принёс целый альбом с раскадровкой, рассказал, что и как видит. Умеет же! Даже я заслушался. Агата пообещала, что уломает своего менеджера именно на этот клип, но призналась, что подобные решения сама не принимает. Обещала связаться с Валерой и позвать его на встречу.

— Наконец-то мы вас нашли, — в комнату вошли Полина с Арсеном, причём она держала его под руку. Полина подозрительным взглядом окинула нас, но увидев, что мы сидим на должном расстоянии и заняты делом, успокоилась.

— У нас будет клип! — радостно поделилась с ней новостью Агата. Это прозвучало, как: «У нас будет ребёнок!» Полина на это неожиданно смутилась.

— А… очень рада за вас, — немного заторможено ответила она.

— Это Валера, режиссёр. Он снял оба клипа Нео, тебе же они понравились! — продолжала давить на неё Агата.

— Ну да, неплохо, — взяла себя в руки Полина, снова задрав высокомерно свой нос, — для провинции, — добавила она.

— Кстати, клип на песню «Моё сердце» телеканал «Музыка» номинировал на лучший клип года! — поделился с нами новостью режиссёр, при этом неодобрительно поглядывая на Полину, которая имела наглость усомниться в его мастерстве.

— Ой, поздравляю! — радостно захлопала в ладоши Агата. — Надеюсь, мой клип с Нео тоже номинируют!

— Пф… не переигрывай, — ответила Полина, — клип ещё надо снять. Да и песня у вас пока не записана!

— Точно! — Агата повернулась ко мне. — В четверг удобно будет на студию приехать? Часам к шести?

— Да, без проблем, — согласился я.

После этого мы отправились перекусить и проводили наших гостей.

Перед тем как сесть в машину, Агата порывисто обняла меня и чмокнула в щёку, при этом умудрилась тут же смутиться.

— Спасибо! Давно так здорово время не проводила. Было очень интересно! — быстро проговорила она и запрыгнула в машину. Полина неодобрительно посмотрела вслед подруге и, чинно со всем попрощавшись, покинула нашу компанию, забравшись следом за Агатой на заднее сиденье. Водитель закрыл за ними дверь, и машины покинули стоянку.

— Уф-ф, — устало выдохнул я, глядя вслед автомобилям, увозившим Агату и Полину, — устал, как будто весь день в поле работал! — признался я Арсену.

Честно говоря, непривычно было провести целый день с девушкой, которую так и распирает от любопытства. Ей хотелось осмотреть всё, при этом и потрогать, и померить. И познакомиться с интересными людьми. И поговорить с ними. При этом ещё Агата умудрялась постоянно мне что-то рассказывать. Да и прохожие, те, кто посмелее, постоянно просили разрешения сфотографироваться с ней, а более стеснительные просто делали фотографии издалека.

— Ну, не нагнетай, — хлопнул меня по плечу Арсен, — очень милая девушка. Да и ты был на высоте. Такой галантный и внимательный! Не ожидал от тебя. Ты обычно ведёшь себя, как бука. Признайся честно, тебе понравилась Агата?

— Есть немного, — задумался я, — с одной стороны, устал, но с другой — как-то забыл обо всех проблемах, прям отдыхал душой.

— Только ты вёл себя с ней, как с младшей сестрой, знаешь, такой мелкой, любопытной. А тут ты, старший брат, большой и мудрый. Выслушивает все капризы, всё терпеливо рассказывает и показывает. Не лучший способ завоевать сердце принцессы.

— Ты прав, не воспринимаю я её, как девушку. Да и не думаю, что она меня воспринимает, как мужчину, — пожал я в ответ плечами.

У нас и правда сложились какие-то странные отношения с Агатой. В её обществе я ощущал себя взрослым и мудрым. Хотя, когда рядом с нами находилась Полина, мне становилось не по себе. Приходило понимание, что я «недостоин». Неприятно. Она взирала на нас свысока, как на расшалившихся детишек.

— А Полина ревнует, — прочитав мои мысли, кивнул Арсен, — ты занял её место. Вот так, просто, без напряга. Я, например, не смог бы так с Агатой общаться. Она для меня — звезда, честно признаюсь, робею как-то рядом.

— Серьёзно? — удивился я подобному откровению. — С Полиной спокойно общаешься, а с Агатой проблемы?

— Ну да. Я же сам из княжеского рода. Мы с Полиной одинаковый статус имеем. Да и в колледже и институте я с подобными девушками много общался. А вот со звёздами эстрады как-то не доводилось.

— Надеюсь, она не будет капать на мозги Агате, чтобы та не общалась со мной? А то нам ещё клип снимать, да и мало ли как дальше всё сложится? Может, это не последний наш дуэт.

— Не переживай, Полина выше этого. Но… — Он задумчиво посмотрел на меня, — мне кажется, что она заинтересовалась тобой. Не знаю, правда, в каком плане. Полина много о тебе расспрашивала. Не каждый дворянин может похвастаться своим музыкальным альбомом, и подобным бизнесом, и знакомствами, — он кивнул на ворота фабрики, — так что учти, на роль второго или третьего мужа ты вполне годен, — Арсен рассмеялся.

— Ладно, если я всё правильно понимаю, сначала нужен первый муж, которого у Полины нет. И только потом уже пойдёт речь о втором. А это обычно только лет через пять после первого. К той поре я вряд ли буду котироваться — в силу возраста.

— Ну да, но, если ты возьмёшь род Максютовых в свои руки, то можешь взять себе в жёны любую княжескую дочь. Агату вряд ли тебе отдадут, а вот Полина… — Он мечтательно закатил глаза.

— Похоже, ты сам положил на неё глаз, — усмехнулся я.

— Ну… девушка мне понравилась. Признаюсь честно. И отец уже все нервы вымотал, что жениться мне пора. Чем ближе двадцатипятилетний возраст, тем меньше шансов завести наследника. Так что мне дали время до весны. И, если сам не найду достойную кандидатуру, в дело вступит дед… — Арсен озадаченно почесал затылок, — а он выберет выгодную партию для рода, что, сам понимаешь, вряд ли будет интересно мне!

— Ох ты ж, бедненький ты мой! Последние свободные денёчки догуливаешь? — Я хлопнул его по плечу.

— Ничего, ничего, — злорадно усмехнулся Арсен, — посмотрим, как ты запоёшь через пару лет!

Мы ещё немного поболтали с Арсеном, затем он отправился к своим друзьям. Оказывается, за месяц, который прошёл с открытия арт-пространства, это место стало весьма модным, тем более, по субботам здесь устраивались танцевальные вечеринки, на которые собиралась молодёжь, причём не только с окрестных городов, но и из столицы княжества не гнушались заглянуть.

Вызвонив Ефросинью, я отправился с нею в оздоровительный центр.

Нас встретил Пантелей Семёнович и, поприветствовав, позвал к себе в кабинет.

— Виталий, тут интересный факт открылся, — начал он разговор, усевшись в кресло, — я занялся учётом рабочего времени сотрудников и обнаружил странную вещь. Каждые два дня проходит уборка в одном доме. При этом этот дом как бы не входит в территорию центра и нигде не учтён.

— Это как? — удивился я.

— Вот и я задался подобным вопросом. Пришлось порыться в документах и в кабинете твоего деда, да, у него здесь был собственный кабинет, извини, что открыл его, — он посмотрел на меня.

— Да ничего, вряд ли там хранилось что-то важное, — пожал я плечами. Зная паранойю своего деда, уверен — всё действительно важное он хранил только в родовом особняке. И вообще, любил полный порядок в бумагах.

— Хорошо, просто я и сам не знал, что это кабинет твоего деда. Думал, ещё одна комната, в которой убираются, но её никто не занимает. Так вот, там, в столе, оказались любопытные бумаги, — он взял со стола папку и протянул её мне.

Бумаги и правда оказались интересными. По всему получалось, что на вершине горы располагалось небольшое здание, указанное в бумагах, как «Берлога». При этом она размещалась на родовых землях Шуваловых, которые передаются по наследству только по мужской линии! Любопытно и непонятно.

— Что это значит? — Я удивлённо уставился на Цыпко.

— Мне пришлось порыться в архивах, но я разобрался, — с гордостью продолжил тот, — твой прадед получил за заслуги в управление Хадыженск и вдобавок два участка под родовые земли. На одном теперь расположен ваш особняк. А вот второй на вершине этой горы, — он кивнул за окно, — там он выстроил небольшой домик и назвал его «Берлогой». Прожил прадед там лет пять, пока строился ваш особняк. Затем твой прадед решил построить оздоровительный центр. Взял в аренду земли и открыл его. При этом родовые земли под «Берлогой» передаются только по мужской линии. По закону они теперь твои. Ни дед, ни твой отец, правда, на них не оформили прав, хотя и знали о «Берлоге», но это не важно. Ты тоже можешь официально не вступать во владение. Просто плати небольшой налог — и всё. Хотя налог и так платится центром, автоматически.

— Интересно, вы там были?

— Конечно! Идём, всё покажу. Думаю, тебе стоит остаться там на ночь. Место тихое, уединённое и красивое.

Мы отправились с Ефросиньей следом за Пантелеем. Дороги нормальной не было. Пришлось минут двадцать подниматься по узкой, едва заметной в темноте тропе. Хорошо ещё луна вышла из-за облаков и ярко освещала нам дорогу.

— Ого! — удивлённо произнесла Ефросинья. — Отсюда такой красивый вид!

Мы стояли на террасе бревенчатого дома. Он и вправду оказался небольшим. Всего три комнаты. Гостиная и две спальни. Зато расположился на самой вершине горы, в уединённом месте, скрытом деревьями. Вид с террасы открывался на обратную стороны горы, у подножия которой расположились деревушки, угадывающиеся в темноте только по свету фонарей вдоль дорог. С обратной стороны дома, из гостиной, открывался вид на Хадыженск.

Подошли мы к дому сзади, по тропинке, сразу попав во двор. Центральное крыльцо выходило к небольшому забору, за котором проглядывалось полотно дороги.

— Это дорога? — решил уточнить я. — Сюда можно попасть на машине?

— Да, там дальше небольшой посёлок. Отсюда до Екатеринодара значительно ближе ехать. Правда, этим ответвлением дороги давно не пользовались, но мы приведём её в порядок. Ещё тут есть небольшая пещера, — управляющий повёл меня дальше по малозаметной тропе. Мы прошли буквально тридцать шагов и остановились у железной двери в выступе скалы. Потянув за ручку, Пантелей Семёнович открыл дверь, — здесь есть электричество, — он щёлкнул выключателем, и я увидел пещеру, посреди которой расположилось небольшое озеро.

— Это что? — Я подошёл поближе и опустил руку в слегка бурлящую воду. Она была горячей.

— Термальный источник. Хорошее место. Здесь не зазорно принимать гостей. В общем, я понимаю твоего прадеда — настоящая мужская берлога для усталых мужей! — улыбнулся Цыпко.

Я прошёлся вокруг источника. Озером, конечно, это назвать нельзя. Просто огромная овальная ванна с водой, утопленная в камне. Шагов двадцать с одной стороны и столько же с другой. Вдоль стены расположились лежаки. В углу стояли холодильник и массажный стол. В шкафу лежали полотенца.

— Смотрю, тут тоже убираются, и полотенца свежие, — сделал я заключение.

— Да. Вот так вот управляешь оздоровительным центром и даже не знаешь, что здесь спрятался такой брильянт. Думаю, прошлые директора и не подозревали об этом месте!

— Похоже на то! — усмехнулся я и, снова окунув руку в воду, прислушался к своим ощущениям. Стихия воды здесь ощущалась очень ярко.

— Пожалуй, вы правы. Останусь на ночь в этом доме. Сейчас, если вы не против, осмотрю Ефросинью.

— Конечно, конечно, — разом засуетился Пантелей Сергеевич. Видно было, что он любит свою дочку и сильно волнуется.

Мы прошли в дом, переоделись и, накинув халаты, вернулись в пещеру с источником. Ефросинья погрузилась в воду и расслабилась. Медленно опустившись рядом с ней, я взял девушку за руку и начал осматривать её магическим зрением.

В принципе, всё было хорошо. Магия циркулировала по кругу, слегка задерживаясь в тех местах, где раньше были запруды. Я попробовал повлиять своей магией, но, как и ожидалось, ничего не получилось. Теперь я хотя бы знал причину: моя магия — это просто магия, а вот у целителей она чем-то отличается. Ещё бы понять — чем?

Призвал стихию воды, аккуратно и совсем немного. Получилось достаточно быстро, всё-таки в этом месте она была особенно отзывчивой. Направил полученную от стихии энергию внутрь Ефросиньи — она отлично работала. Ускорил ток магии внутри тела девушки и смыл последние остатки плотины. Ещё раз осмотрел её. В принципе, всё, что мог, я сделал. На большее точно замахиваться не стоит. Слишком мало у меня знаний в области целительства.

— Всё, можешь идти, а я тут ещё побуду, отдохну, — отпустив руку девушки, произнёс я.

— Со мной всё в порядке?

— Да, я ещё немного улучшил твоё состояние. Думаю, моя помощь больше не потребуется. Выздоровление идёт полным ходом. Твой организм с ним справляется. Прогоняй только магию по телу, не давай ей застаиваться, — выдал я свои рекомендации.

— Спасибо! — Ефросинья выскочила из воды. — Я попрошу тебе свежий ужин принести, правда, идти сюда далеко и не слишком удобно, так что только через час накроют.

— Не переживай, я пока расслаблюсь. Пусть не спешат.

Она вышла из пещеры, закрыв за собой дверь. Я бы даже сказал — выбежала. Наверняка сейчас обрадует отца. Приятно сделать хорошее дело. Прикрыв глаза, я полностью расслабился.

Горячая вода омывала моё тело. Я обратился к стихии, а она как будто только этого и ждала. Наполнила меня теплом, я чувствовал её аккуратное касание, как будто мать гладит по голове ребёнка. Не знаю, сколько так пролежал, восприятие времени напрочь исчезло. Возможно, это состояние можно назвать медитативным. То, что мне обычно никак не давалось.

В конце концов я начал приходить в себя. Вспомнил, что хотел поработать с источником, опробовать метод стать мастером, которым со мной поделился Араслан. Что там надо сделать? Обернуть источник в шар?

После некоторых мучений вокруг источника получилось создать достаточно большую сферу. Правда, стоило ослабить контроль, как она исчезла. После пятой попытки на меня навалилась усталость. Решил больше не экспериментировать. Возможно, я делаю что-то не так, но, скорее всего, просто не хватает мастерства и опыта. А это — дело поправимое.

Ещё немного понежился в ласковых объятиях стихии и вылез из источника. При этом я чувствовал, что энергия стихии ещё осталась во мне. Права была целительница, когда рассказывала о разных типах энергии. Подойдя к бару, я налил себе воды и, прислонившись к прохладной стене, начал пить маленькими глотками.

Моё внимание привлёк щелчок, как будто открылся замок. Быстро глянул на входную дверь — она была закрыта.

Внимательно огляделся вокруг и заметил, что в стене, практически рядом со мной, появилась небольшая щель. Не надо иметь много мозгов, чтобы понять, — здесь спряталась дверь. Подойдя, я с опаской распахнул её и заглянул внутрь.

За дверью оказалась небольшая, тускло освещённая магическими светильниками комната со столом и парой кресел. Немного помешкав на пороге, я зашёл внутрь.

Глава 23

Глава 23

В комнате совсем не было пыли, обстановка спартанская. Никаких излишеств. Грубый стол, и пара стульев, даже не кресел. Сев за стол, я взял в руки стопку листов, что лежали на нём. Освещения было вполне достаточно, чтобы прочитать послание.

«Я надеюсь, что ты носишь фамилию Шувалов, и, раз смог зайти в этот кабинет, то тебе покорилась стихия воды», — начало было любопытным. Устроившись поудобнее на стуле, продолжил чтение.

«Меня зовут Александр Шувалов. Я мастер и повелитель стихии воды. К сожалению, мои дети не унаследовали дар владения этой стихией. Но надеюсь, род Шуваловых не прервался, и среди моих потомков найдётся достойный. Так что оставляю эти записи для него. Если ты не Шувалов, но мой род ещё жив, передай полученную информацию и получишь награду», — отложив лист в сторону, я взялся за следующий, размышляя, как всё удачно сложилось. Прадед может быть спокоен: я и Шувалов, и повелитель стихии воды.

«Быть повелителем воды — большая ценность и великая честь. В первую очередь, это склад ума и понимание. Надо быть достойным. Но это только первый шаг, на котором многие и останавливаются. Мало кто знает, что сродство со стихией может помочь поднять магический уровень. Следующие три страницы расскажут тебе, как достичь уровня мастера с помощью магии стихии».

Я пролистал следующие страницы. Любопытно — там рассказывалось об умении видеть магию внутри своего тела, которое даёт стихия, и о возможности создавать магические каналы внутри тела. По идее, они сами формируются у магов, но на это могут уйти десятки лет, зато с помощью стихии срок можно сократить — и уложиться в двенадцать месяцев. Описание было достаточно подробным. Александр Шувалов писал мелким разборчивым почерком, кое-где дополняя текст картинками с проекцией частей тела и нанесёнными на них схемами магических каналов.

Вот оно как получается! Магия стихии помогает выращивать каналы. В принципе, я сам это уже понял, когда подлечивал деда и решал проблему Ефросиньи. Схемы сильно облегчают прокачку своего тела. Там был описан и более простой, но долгий путь. Просто насыщать себя раз в неделю стихией воды, а организм сам разберётся, что и как лучше сделать. Я подсознательно чувствовал правильность подобного подхода и планировал заняться этим. Теперь же, с новыми данными, мой путь должен сильно упроститься.

На последней странице инструкции было описание, как стать мастером.

'Вряд ли ты достиг ранга мастера. Для большинства магов это слишком сложная и длительная задача, которую не каждый рискует выполнить. Но для стихийника она решается проще. Главная сложность в том, что ты должен оборвать все нити, связывающие твоё тело с ядром магии, перед этим накопив магию в организме. Только отключив ядро, ты сможешь создать вокруг него сферу защиты. Для простого мага это опасно и болезненно. Нужен максимальный контроль и умение ощущать все потоки внутри своего тела. Ты должен правильно рассчитать свои силы, чтобы создать сферу нужного размера и при этом оставить силы для подсоединения источника. Такое по силам обычному магу с очень высоким контролем и пониманием. Стихийникам проще. Отключив свой источник, ты можешь поддерживать себя с помощью энергии стихии. Звучит, конечно, просто, но на деле по-прежнему важны контроль и умение.

Первая сложность — призвать стихию с отключённым источником. Для начала просто тренируй призыв стихии, практически не затрагивая источник.

Второй шаг — насыщай тело своей магией перед отключением источника. Нельзя создать сферу только магией стихии, иначе, стоит тебе потерять контакт с ней, сфера развеется. Научись сплетать стихию со своей магией'.

В общем, прадед очень подробно всё описал, огромное ему спасибо за это. После прочтения инструкции мне стало понятно, что я делал не так. Сферу-то я создавал, но! Во-первых, делал её, не отключив источник, а во-вторых, шёл по простому пути — создавал сферу из стихийной магии. Стихия была очень послушна, и я мог сделать с ней всё, что захочу. А вот обычная магия сопротивлялась и не желала меня слушаться. Тут нужны тренировки и ещё раз тренировки.

Последний лист меня порадовал информацией о самом Александре Шувалове. Он рассказал, что стал стихийником в сорок лет. После этого отстроил «Берлогу» и, призвав стихию, поднял термальные воды. Почти пять лет у него ушло на то, чтобы стать мастером. При этом Александр пользовался разными обрывками сведений, потом свёл их воедино, на основании чего создал свой метод, которым и поделился со мной.

По его словам, если не слишком напрягаться, мне понадобится всего пара лет, чтобы достичь его уровня. По проторённой дорожке легче идти. Правда, предок упомянул, что этот метод подходит только для полностью сформированного тела. То есть для тех, кому больше двадцати пяти лет. В этом плане я, конечно, уникум. Моему-то телу всего восемнадцать.

«В ящике стола ты найдёшь артефакт — кольцо повелителя стихий. Я добыл его в Персии, оно позволяет общаться со стихией напрямую. Вызывать даже там, где её нет. Чтобы им пользоваться, необходимо быть мастером, и тогда ты сможешь призвать стихию даже в пустыне!»

Приоткрыв ящик стола, я увидел кольцо с арабской вязью. Взяв в руки, удивился его тяжести. Немного подумав, убрал обратно. До мастера мне пока далеко, а эта комната, наверное, самое безопасное место, которое у меня есть. Открыть дверь сможет только человек, обладающий стихией воды.

Решив на потом не откладывать, закрыл дверь в тайную комнату и залез обратно в воды источника. На бортик положил один из листов, где была расписана схема каналов. За лист не переживал — он явно был обработан магией, так что не боялся ни воды, ни огня.

«Так, сначала надо нарастить каналы вокруг источника», — пробормотал я, вглядываясь в схему и пытаясь её запомнить. Это оказалось достаточно сложно, пришлось ускорять своё мышление магией.

Призвав стихию воды, я начал трудиться. Рекомендации прадеда очень сильно помогали. Сначала я просто насыщал энергией стихии пространство вокруг источника и наблюдал, как сами по себе начинают образовываться тонкие нити. Но стоило убрать энергию стихии, как они исчезали. Выбрав несколько нитей, которые исчезали самыми последними, я стал вливать в них энергию стихии, добавляя магию из источника. Процесс оказался долгим и муторным, но, главное, результативным. Мне удалось создать несколько нитей, которые даже без насыщения магией продолжали оставаться в моём теле. Не знаю, сколько я убил на это времени, — когда ты сосредоточен, ничего вокруг не замечаешь, но выложился я основательно.

Печально взглянул на схему и сравнил её со своим источником. Нитей надо было создать около двухсот штук, при этом их все следовало в дальнейшем прокачать — укрепить и насытить. Сейчас у меня появились всего три дополнительных канала. Были они тонкими и блеклыми. Но основа положена.

Добравшись до дома, увидел накрытый стол и понял, насколько я проголодался. На часах уже была полночь. Получается, в источнике я провёл часа три-четыре. Поужинав, завалился спать.

Утром меня разбудила Ефросинья.

— Привет! — Она, не стесняясь, вломилась в дом. — Я завтрак принесла.

Девушка пригляделась ко мне:

— Что-то ты плохо выглядишь.

— Зато ты слишком бодрая, — проворчал я в ответ и посмотрел на часы, — сейчас же только восемь утра!

— Ага, — радостно кивнула она, — пора завтракать!

Выгнав Ефросинью из комнаты, я отправился в душ, а затем, завернувшись в халат, вышел к завтраку.

Стол был накрыт на двоих, а Ефросинья разливала кофе по чашкам.

— Поем с тобой? — поинтересовалась она.

— Конечно, — согласился я.

После еды самочувствие улучшилось. Всё-таки большая разница — смотреть на мир голодным или сытым взглядом.

— Вот, держи, — Ефросинья достала из своей сумки толстый конверт, — это отчёт лаборатории по крему, который производит твоя фабрика. Ты как-то спрашивал насчёт исследований, отец мне подсказал, куда можно отправить образцы. Извини, долго делали.

— Нормально, — я начал распечатывать конверт, — честно говоря, забил я на этот заводик. Работает и работает, — и безразлично пожал плечами.

Устроившись поудобнее в кресле, начал листать бумаги. Какие-то формулы, описания воздействий, температурные характеристики, вязкость… Честно говоря, мало что было понятно, пока не дошёл до заключения на последнем листе. Оно, конечно, тоже, на мой взгляд, было кривым.

Образец один относится к элитным кремам. Далее следовала характеристика с описанием вязкости, запаха, впитываемости и прочего. Магическое насыщение высокое. Свойства омолаживания кожи лица под воздействием крема подтверждены. Сравнение с образцами из аналогичного сегмента — далее перечислялись пять образцов. Выявлено пересечение в девяносто процентов с кремом «Живица». Представленный в лабораторию образец имеет более насыщенный магический фон. Аллергий не выявлено. Лаборатория готова рекомендовать данный крем к производству и продаже в категории элитных кремов после трёхмесячных испытаний.

Выдан сертификат на представленный образец по качеству повышенной категории крема.

— Уф… — оторвался я от чтения, — тут мозг можно сломать, но на последней странице самое интересное, — я протянул лист Ефросинье, а сам сходил за планшетом. Интересно было посмотреть, что за крем такой «Живица», который на девяносто процентов соответствовал крему производства моего завода. Есть вариант, что они используют наш крем в качестве донора, слегка разбавляют и продают уже по элитной цене. Это, конечно, стоило ещё проверить, но я сразу заподозрил, что с заводом не всё чисто.

Поискав в сети крем «Живица», я достаточно быстро нашёл его в сетевых магазинах. Маленькая баночка стоила от восьми до десяти рублей! А у нас бочка стоит пятьдесят! Правда, это директор называете их «бочками», по мне — скорее, бочонок ёмкостью в десять литров. Это выходит, отпускная цена за сто миллилитров на нашем заводе — пятьдесят копеек. Поделился информацией с Ефросиньей.

— Получается, ты был прав. Даже если добавить к цене упаковку, маркетинг, доставку и прочие расходы, то, как ни крути, на твоём заводе кто-то здорово наживается! — Она посмотрела на меня с таким видом, будто готова сразу сорваться в бой, стоит мне отдать подобную команду.

— Не будем пороть горячку, — задумавшись, произнёс я, — а кто наживается, тут есть информация, — Я снова взял в руки планшет.

— Фабрика, которая производит крем «Живица», называется «Платов-крем», город Новочеркасск. Принадлежит роду Платовых. Посмотри завтра в бумагах у Прокопьева — они напрямую у нас закупают? Может, я зря на них думаю, и имеется какой-то хитрый посредник, который берёт наш крем и перепродаёт другим фабрикам.

— Здравая идея, — девушка с уважением посмотрела на меня, — посмотрю.

— Если это так, давай, я сейчас напишу распоряжение поднять отпускные цены до двухсот рублей за десятилитровый бочонок. Заодно посмотрим, как среагирует Сергей Сергеевич.

— Это рискованно, а вдруг перестанут покупать? — Ефросинья удивлено посмотрела на меня. — Ты готов рискнуть? Как зарплату платить, если совсем не будет выручки?

— Готов! — Я решительно поднялся. — Идём в офис центра, там все бумаги подготовим.

Подписав нужные распоряжения, я сел в машину и поехал домой. В пути было время подумать. Не слишком ли я рискую, повышая цены на крем? Скорее всего, нет. Насколько я помню, последние пять лет цена вообще не поднималась.

К тому же, заключение лаборатории говорит о том, что я хоть сейчас могу продавать нашу продукцию в средней ценовой категории. Что-то типа от двух до пяти рублей за маленькую баночку. В крайнем случае, у нас работает расфасовка в баночки объёмом шестьсот миллилитров. Будем фасовать, а Ефросинью озадачу поиском оптовых покупателей. Были бы время и деньги, стоило бы запустить линию фасовки в маленькие баночки. Линия куплена и установлена ещё моей матерью.

Наверное, мне стоит поискать грамотного директора завода, и его озадачить всеми этими вопросами. За свою жизнь я вывел главный принцип бизнеса — делом должен заниматься человек, который в нём хорошо разбирается. Где я, а где завод? Не моё это точно, но и смотреть, как мои деньги уходят в чужой карман, тоже не слишком приятно! По-хорошему, стоит серьёзно заняться делами «Хадыж-Крема», но на это нужно время, которого мне катастрофически не хватает.

Мысли свернули в сторону колледжа, и настроение сразу упало. Боюсь, Богдан так просто не отстанет. Как я уже понял, целительница — достойный приз, за который многие готовы биться. А я невольно встал у них на пути. Кроме Богдана, есть ещё Елецкий, который последнюю неделю не слишком заметен, но тут, скорее всего, надо сказать спасибо нашему расписанию — мы почти не пересекались.

Получается, главный вопрос: как мне противостоять Богдану, не используя атакующую магию? Печально, но директор колледжа очень убедительно расписал все возможные последствия. Так что же делать? Драться я не умею, так, могу кулаками помахать, но против опытного Богдана мне не выстоять. Это с Семёном я могу справиться, он сам не силен в этом деле. Но Богдан…

Что у меня есть? Я могу использовать больший объём источника, чем мои сокурсники. Но пока это не сильно помогает. Каменная кожа у меня держится максимум пять секунд. А если честно, то вообще три. Значит, в моём распоряжении только защитная магия. Я могу долго держать щит. Но одним щитом драку не выиграть.

Значит, буду тренироваться. Чтобы попробовать разные варианты, нужен партнёр. Придя к таким выводам, я набрал Арсена. Тот только недавно встал, но согласился ко мне приехать через пару часов.

Когда Арсен добрался до меня, я обрисовал ему свою проблему.

— Ты умеешь пулять магические шары, да ещё и разрывные? — Он удивлённо уставился на меня.

— Да, блин! При чём тут это? Я не могу пулять их в колледже, — раздражённо выдохнул я. Мне нужен нормальный совет, а Арсен, как всегда, зацепился за ничего не значащую деталь.

— Ты крут! Я только учу огненный шар. Ты знаешь, что там куча сложностей, — он восторженно начал рассказывать про боевую магию. Не ожидал, что Арсен такой фанат.

— Если хочешь шар запустить на дальнее расстояние, надо добавлять руну аэродинамики и самонаведения, можно и без последней, но это не круто. Если вблизи, можно добавить руну защиты. То есть шар взорвётся, а в твою сторону ничего не полетит. Там куча хитростей. Можно замедление на взрыв поставить, шар врежется во врага, а потом взорвётся!

— Стой, стой! — прервал его я. — Боевая магия — это, конечно, здорово, но мне надо решить более важный вопрос: как побить соперника, который умеет драться лучше меня, при этом не используя боевую магию?

— Давай пробовать, — он просто пожал плечами и поднялся, — я сначала буду не сильно бить, а ты просто ставь щит. Ты говорил, что у тебя сильный источник. Так вот, даже в простой драке усиленными кулаками присутствует элемент битвы источников. Я же насыщаю свои кулаки магией и держу свой щит. Расход — будь здоров!

— Точно! — Я хлопнул себя ладонью по лбу. Как же я сам не догадался. Богдан, когда бьёт, насыщает оба кулака магией, и при этом наверняка держит щит. То есть, если я буду в ответ тратить магию только на щит, у него просто быстро закончится энергия, и я смогу его свалить одним ударом. А в худшем случае он ещё и откат словит.

Я вспомнил тренировку. Учеников хватало от силы на пару минут, а потом ядро шло вразнос и наступал откат. Правда, в драке две минуты — это очень долго, но, если Богдан будет использовать усиление по максимуму, вряд ли его хватит на столько времени. А моё магическое зрение — уникальный чит! Я могу увидеть момент, когда у него щит ослабнет или совсем спадёт!

— Слушай, а я не прибью случайно, если ударю усиленным кулаком человека без магической защиты? — решил уточнить я. Как бы то ни было, не хотелось в обычной драке угробить Богдана. Проблем не оберёшься.

— Не, — покачал головой Арсен, — маги сами по себе крепче обычных людей. Убить не убьёшь, но вырубить сможешь.

В итоге мы отправились в тренировочный зал и достаточно долго занимались. Арсен отлично ощущал тот момент, когда у него может случиться откат. Для отдыха ему хватало пяти минут, и в эти перерывы мы обсуждали тактику, потом снова переходили к упражнениям. В отличие от меня, Арсен драться умел. Не так хорошо, как Богдан, но значительно лучше меня. После трёх-четырёх подходов, когда он меня побеждал за счёт скорости и грамотных ударов, я наловчился перемещать щит так быстро, что перестал пропускать опасные атаки.

Мой план показал себя на «отлично». Пока Арсен тратил магию на усиление обеих рук и защиту, я просто держал свой небольшой щит, быстро смещая его, закрываясь от кулаков. При этом иногда напитывал то одну, то другую руку и умудрялся огрызаться. Магию я тратил в разы меньше. Так что, несмотря на то, что мой соперник был сильнее меня и по уровню магии, и по умениям, я начал побеждать практически в каждой схватке.

— Всё, дальше точно откат будет! — остановил меня запыхавшийся Арсен. — Ты просто монстр какой-то. Тебя не пробьёшь! Думаю, достаточно на сегодня!

Мы заказали ужин на дом и по очереди сходили в душ.

Когда я спустился в гостиную, ужин как раз принесли, и Арсен раскладывал еду по тарелкам.

— Хорошо потренировались, — произнёс он, открывая баночку пива, — ух… как хорошо, — сделав большой глоток из банки, парень счастливо зажмурился. — У меня тоже есть новости. Хорошие и не очень.

— Давай с плохих, — предложил я, накидываясь на еду.

— Меня отец снял с довольствия. Заявил, что я теперь работаю, и сам способен о себе позаботиться. Только оплату квартиры взял на себя. А на счету «Макс-музыки» вообще денег не осталось. И как мне теперь платить себе зарплату? Да и жить на что? — Он укоризненно посмотрел на меня, как будто я являюсь главной причиной его проблем.

— В чём-то твой отец прав. Ты же уже большой мальчик. Пора начинать жить самостоятельно! — Арсен явно не этих слов ожидал от меня. Слишком уж комично вытянулось его лицо, так что я не удержался и рассмеялся.

— Не, ну так-то я тебе сочувствую. Но мой совет тебе не понравится. Просто начни зарабатывать деньги на «Макс-музыке».

— Ну спасибо, ты прям поддержал меня, смотрю. Как настоящий друг. Может, тогда посоветуешь, как мне начать зарабатывать? — Он мгновенно перестроился на деловой лад. — Готов записывать все твои гениальные советы, — с иронией в голосе добавил Арсен.

— У тебя же есть два артиста в обойме лейбла. Организуй им концерты. Не знаю, какой у вас с ними договор, но, думаю, вы будете забирать не меньше пятидесяти процентов!

— Семьдесят! — Он гордо выпрямился. — И это ещё хорошие для них условия! — Арсен воздел вверх указательный палец. — И нам хорошо, и для них тоже. А вот ты, — он повернул палец в мою сторону, — очень невыгодный клиент! С тебя мы будем иметь всего тридцать процентов. Не знаю, — Арсен задумчиво уставился в потолок, — стоит ли заниматься организацией за такие копейки?

— Арсен, сначала хоть один концерт организуй, а потом гни пальцы, — я не смог удержать серьёзное лицо, — к тому же, с моими концертами работы не так много. Люди же сами звонят и требуют!

— Виталий, ты забываешь один момент: ты — дворянин, и не должно тебе выступать на днях рождения у простолюдинов или в заштатных барах. А организовать нормальный концерт на хорошей площадке не так уж и легко. Как оказалось, — добавил он с печалью в голосе.

— Пожалуй, ты прав, площадки надо бронировать, наверное, уже сейчас. Интересовался? — Я как-то не задумывался об этом. Для меня сословная разница всё ещё непривычна. Не въелась под кожу, как у большинства жителей этого мира. А ведь замечал на страницах артистов приписку типа «дворянин». У меня тоже такая имелась. Как бы сразу отсекаются варианты, недостойные моего сословия.

— Как на меня звонки перевели, начал искать, где организовать твой концерт. В Екатеринодаре всего три приличные площадки. Пока только одна из них выдала свободную дату в конце декабря. Остальные все заняты. Поставил тебя на двадцать восьмое число. Сейчас ищу в других крупных городах. В столицы соваться уже бесполезно. Оказывается, за девять месяцев разбирают всё! Сейчас ещё можно запланировать концерт в столице на следующее лето или осень. А на весну уже тоже мест нет.

— Молодец! — Я действительно удивился. Думал, он только болтать может, а оказывается, работа уже идёт. — Только помни, что для тура у меня даже музыкантов нет. Я ещё молчу о том, что выступление не отрепетировано. Если будут хорошие музыканты, профессионалы, за пару недель, надеюсь, мы управимся. Хотя хотелось бы не просто выступление, а целое шоу устроить!

Я сразу вспомнил концерт «Рамштайна», на который когда-то сходил. Вот где было настоящее шоу! Такое просто концертом даже стыдно называть. Но в этом деле спешить не стоит. Слишком много денег на него придётся потратить. Ещё найти нужных людей, всё отрепетировать. Не раньше следующего года.

— С понедельника серьёзно займусь, не переживай. А насчёт концертов для наших артистов — это хорошая мысль. Спасибо! Думаю, смогу организовать, заодно и опыта наберусь, — Арсен замолчал в задумчивости.

— Эй! А что за хорошая новость? — не выдержал я.

— Вот, — он схватил свой планшет, — глянь, тут, оказывается, уже организовали твой клуб фанатов! — Арсен начал тыкать экраном мне в лицо.

— Да подожди, дай, сам посмотрю, — я отобрал у него планшет и пролистал несколько страниц в сети. Действительно, кто-то организовал настоящий фанатский клуб Нео. Там было достаточно много моих фотографий, включая свежие, со вчерашней прогулки с Агатой. Мы очень хорошо вместе смотрелись. Имелось и видео с концерта, когда я выступал на открытии своего арт-пространства.

— Уже больше десяти тысяч человек вступило! — похвастался Арсен, как будто это было его личное достижение.

— Это много или мало? — Трудно оценить цифры, не имея никакой статистики.

— Для пары дней существования клуба это очень много! У Агаты клуб существует уже два года, и там чуть больше ста тысяч человек, а у тебя за один день почти десять!

— Новость приятная, только непонятно, что с этим делать, — я пожал плечами.

Вроде, здорово: люди слушают мою музыку, вот ещё одно подтверждение того, что она интересна. Но в моем представлении фанаты — это такие настойчивые и даже назойливые люди, от которых нет никакого спасения. Так что появление клуба, скорее, напрягает. Поделившись своими мыслями с Арсеном, услышал успокаивающий ответ:

— Фан-клуб — это хорошо. Кто-то взялся и создал его. Точнее, организовал неравнодушных к тебе и к твоему творчеству людей. Такие клубы как раз и создаются для того, чтобы получать информацию о тебе, не преследуя на каждом шагу. Это большой плюс для артиста. Клуб поможет решить вопросы с раздачей автографов и фотографированием. Тебя не будут подлавливать у колледжа или в ресторане, а цивилизованно организуются. Короче, не переживай. Вижу, ты в этом ничего не смыслишь, возьму работу с фанатским клубом на себя. Завтра же свяжусь с ними.

Успокоив меня, Арсен отправился дальше тусить, а я, почитав на ночь учебники, завалился спать.

Глава 24

Глава 24

Утром отправился на учёбу пешком. Идти было минут сорок. Хорошая прогулка по городу, есть время подумать и настроиться на учебный день.

У крыльца колледжа уже стояла Алисия, явно поджидая меня. Она радостно улыбнулась и, подойдя ко мне, положила руку на моё плечо. Я уже привык, что целители здороваются подобным образом.

— Привет, — произнесла она и замолчала. Я заметил, что в тот момент, когда рука Алисии легла на моё плечо, девушка втянула небольшую часть моей энергии, как бы делая вдох, только через руку.

— Привет, — ответил ей, следя за странной реакцией девушки. У неё округлились глаза и заалели щеки.

— Что это? — с трудом выговорила Алисия, втягивая снова в себя мою энергию и жмурясь от удовольствия. — Откуда? М… как же хорошо!

В этот момент мимо нас по лестнице поднимались Елецкие. Семён бросил на меня злобный взгляд, видно, хотел что-то сказать, но его руку сжала сестра, и он промолчал. За ними шёл, как на привязи, Ромочка. Проходя мимо нас, он резко дёрнулся. Сделал шаг по лестнице вверх. Остановился, повёл носом, как собака, учуявшая что-то вкусное. Глаза Ромочки округлились, и он неуверенно шагнул в мою сторону.

— Пошёл вон! — рявкнула на него Алисия. Ромочка, вжав голову в плечи, двумя быстрыми шагами догнал Елецких, которые стояли на верхней ступени крыльца и недоумённо взирали на эту сцену. Татьяна высокомерно взглянула на меня, и троица скрылась за дверью.

— Это что сейчас было? С тобой вообще всё нормально? — повернулся я к Алисии.

— От тебя пахнет чистой стихией. Это действует на целителей, как валерьянка на котов, — она прижалась ко мне, пытаясь обнять, — м… откуда это, как? — Девушка заглянула в мои глаза снизу вверх.

— Наверное, это от источников. В Хадыженске есть оздоровительный центр. Там термальные источники. Говорят, они насыщены стихией воды. Вчера отлёживался в них, — пожав плечами, как можно безразличнее произнёс я.

— Хочу туда! — Алисия обиженно поджала губы. — Ты должен отвезти меня туда!

— Ничего я не должен, — стряхнув её руку со своего плеча, я поднялся по лестнице и, не дожидаясь целительницы, зашёл в дверь.

Вопреки моим ожиданиям, утро прошло спокойно. Никто ко мне не цеплялся. Богдан пару раз попадался на глаза и сверлил меня злобным взглядом, но короткие перемены не дали возможности перейти к стычке.

Зато после окончания занятий он со своими дружками поджидал меня в холле. Тяжело вздохнув, я направился на выход, как обычно, с Алисией за плечом.

— Ты! Как ты посмел использовать против меня боевую магию! — Богдан перегородил мне дорогу к выходу.

— Слушай, извини! Не знал, что это запрещено! — Я с максимально дружелюбным видом развёл руками, чем вогнал его на мгновение в ступор.

— Ты ответишь за свой поступок! — Богдан продолжал сам себя накручивать, но я с удивлением увидел в его взгляде, направленном на меня, скрытый страх. Надо же! Видно, он до сих пор не получал серьёзного отпора?

— Да без проблем, — безразлично ответил я, желая только одного — чтобы он поскорее напал, и мы закончили с этим делом на сегодня. Можно подумать, мне больше заняться нечем, кроме этих детских игр. При этом и провоцировать Богдана у меня желания особого не было. После вчерашней тренировки с Арсеном во мне поселилось чувство уверенности в своих силах.

— Ты смеешь мне грубить, безродная чернь! — продолжал он, при этом почему-то до сих пор не нападая.

— Слушай, может, я и безродный, но точно не чернь, — всё так же спокойно и добродушно улыбаясь, ответил я, — короче, ты определись: будешь гавкать или драться? Если драться, то вот он я, если поболтать хочешь, то я пошёл. Нет у меня времени на все эти разговоры.

— Ах ты! — Он, не выдержав, встал в стойку и начал наносить по мне удары.

Присмотревшись, я обратил внимание, что, как мы с Арсеном и предполагали, Богдан напитал магией оба кулака, да и перед лицом держал щит. Мне не составило особого труда удерживать свой щит на небольшом расстоянии от тела. Его удары были быстры, но размер щита позволял укрываться от них. Правда, мне пришлось встать поудобнее, потому что от особо сильных ударов меня шатало.

Ускорив работу мозга, я начал поспевать за движениями противника. Решил не стоять без дела. Голову Богдан прикрывал отлично. Он прятался за кулаками и щитом, а вот быстрый удар по печени у меня получился на «пятёрку»! Мой соперник расслабился, видя, что я не атакую, и, благодаря внезапности, мой удар прошёл. Усиленный магией кулак со всей силой врезался в бок Богдана, и тот упал на пол.

Отступив на пару шагов, я посмотрел на приятелей Богдана. На их лицах не было любви ко мне, но и ненависти я не заметил. Похоже, вступаться за своего лидера они не собираются. Пожав плечами, я развеял щит и, развернувшись, покинул колледж.

— Это было скучно, — вновь надув губки, обиженно произнесла мне в ухо Алисия.

— Ты была бы больше довольна, если бы меня побили? — Остановившись, я резко развернулся и раздражённо посмотрел на девушку.

— Ну… — Она задумчиво улыбнулась, — да! Если не побили, так ты мог хотя бы понервничать! А то стоял, как столб, даже не испугался и не разозлился!

— Может, ты сделала неправильный выбор? Вон, смотри, — я кивнул на крыльцо колледжа, — Богдан — хороший вариант. Он и злится, и огребает. Как раз то, что надо такой извращенке, как ты!

— Ах ты так! — Алисия упёрла руки в бока. — Я думала, что нравлюсь тебе, а ты готов от меня отказаться?

— Стоп! — остановил я её. — Чтобы от чего-то отказаться, для начала надо этим обладать или хотя бы желать. Это ты навязываешься мне, а не я тебе, — но она не дала мне договорить.

— Ты ещё пожалеешь! — Алисия резко развернулась и ушла в сторону стоянки такси.

Я некоторое время стоял, глядя ей вслед. Может быть, я в чём-то не прав, но за этот день девушка умудрилась меня прилично утомить своими претензиями.

От размышлений меня отвлёк хлопок по плечу.

— Что, поругались? — рядом стоял Платон и тоже наблюдал за Алисией которая, так ни разу и не обернувшись, садилась в такси.

— Похоже на то, — равнодушно ответил я.

— Есть хорошее лекарство — дом свиданий, — слегка понизив голос, произнёс он, — ты уже был там?

— Нет.

— Мы с Владом как раз собираемся. Идём с нами? — К нам подошёл Влад.

— Екатерина Игоревна настойчиво рекомендует посещать подобные места, как минимум, раз в неделю, — сказал он назидательно.

— Знаешь, а пойдём! — легко согласился я. — Давно хотел посмотреть, что это за место такое!

— Да и пар спустить не помешает, заодно и поужинаем, — улыбнулся в ответ Влад.

Идти оказалось недалеко. По пути парни рассказали, что мы направляемся в дом свиданий, расположенный в первом круге города. Вход в него стоит пять рублей. Во втором круге цена более демократичная, но и обстановка, и посетители там попроще.

Здание расположилось за невысоким забором. Пройдя через калитку, мы оказались в небольшом саду. Ребята уверенно направились к дверям. Я робко плёлся за ними. То, что для магов нормально, я имею в виду — посещение дома свиданий, для меня казалось неправильным. Не то чтобы я испытывал сильные моральные терзания, но подобный поход подрывал веру в себя. Ведь я же весь такой умный и красивый. Зачем мне какой-то дом свиданий? Достаточно сгонять вечерком с Арсеном в клуб, и, уверен, без девушек мы оттуда не уедем. К тому же, буквально вчера приятель намекал на подобное. Его же сняли с довольствия, а я мог выступить спонсором.

Внутри нас ждала небольшая комната с гардеробной, куда мы сдали свои ветровки. Взамен нам выдали маски. Они слегка фонили магией. Приложив маску к лицу, я обнаружил, что она сама держится и совершенно не мешает. Маска закрывала только верхнюю часть лица. Удобно. Тут же мы оплатили вход и прошли в следующую комнату, где нас встретила молодая женщина.

— Добро пожаловать, — она подошла к нам, — расскажу о правилах.

— Мы уже бывали у вас, — с видом старожила произнёс Платон.

Женщина перевала взгляд на меня.

— Я здесь первый раз.

— Правила просты: вы можете знакомиться с девушками, отдыхать, развлекаться, как вам нравится. У нас есть и танцы, и караоке. В нашем заведении выбор делает девушка. Если она протягивает вам ключ, вы можете принять его и провести девушку в номер, — или отказаться. Это ваше право. Собственно, всё, главное — будьте джентльменами, — мы дружно кивнули и отправились дальше. — Напоминаю, что, по указу императора, предохраняться запрещено! — произнесла женщина нам вслед.

Мы зашли в большой полутёмный зал. На стенах в канделябрах горели свечи, наполняя комнату удивительным ароматом. Интерьер — под древний замок. Каменные столы, картины с охотниками и портреты в старомодных одеждах. Играла спокойная музыка.

— Это тихая зона, — наклонившись ко мне, произнёс Влад, — здесь можно поесть и расслабиться. В следующем зале — бар и танцевальная зона.

— Предлагаю сначала перекусить! — Платон похлопал себя по животу. — Нам силы ещё понадобятся, — и он кивнул на свободный столик с диванчиками вокруг.

Меня удивило, что большинство столов уже было занято. И это в понедельник, в шесть часов вечера! При этом парней было совсем немного. Группа девушек за соседним столиком с интересом поглядывала на нас. Да и другие тоже присматривались.

— Слушай, а почему девушек так много? — поинтересовался я.

— Простая статистика, — пожал плечами Влад, — парней пускают в возрасте до двадцати двух лет. А девушки и в тридцать пять приходят.

— Выбирай тех, что постарше, — важно добавил Платон, — они опытные и очень горячие!

— Для аристократок, которые не из слишком знатных родов, найти второго мужа — большая проблема, — продолжил спокойный Влад, — а иметь одного ребёнка в семье — позор для рода. Вот и остаётся у них единственный вариант — дом свиданий. Именно поэтому запрещено предохраняться. Ты здесь не только для того, чтобы снять напряжение и стабилизировать свой гормональный фон, но и чтобы сделать ребёнка для продолжения аристократического рода.

— Как-то это… неправильно, что ли? — задумчиво протянул я, пытаясь разобраться в своих чувствах. — Это же будет мой ребёнок, а я даже о нём знать не буду. Как он будет расти, в каких условиях…

— Ну ты даёшь, — рассмеялся Платон, — условия наилучшие! Да и какая тебе разница? Твоя только сперма, а ребёнок не твой. Относись к этому проще. Получай удовольствие и будь полезен Империи!

Его слова не очень-то меня убедили. Хотя я понимал, что для этого мира подобное отношение является нормой, и то, что я так это воспринимаю, только мои проблемы. Но и перестроиться сразу у меня пока не получалось.

Нам принесли вполне приличную еду и графинчик с водкой. Когда мы закончили с едой и попросили второй графинчик и закуски, из-за соседнего столика поднялись наблюдавшие за нами девушки. Решительно направились к нам.

— Мы присоединимся? — произнесла самая старшая из них. Из-за маски сложно было определить её возраст, но по уверенности и умению держать себя я бы дал около тридцати.

— Добро пожаловать, — расплылся в улыбке Платон.

Девушек было четверо. Две сели по сторонам от Платона, зажав его между собой, одна разместилась рядом с Владом, а предводительница опустилась на диванчик рядом со мной.

Мы познакомились. Платону достались Александра и Наталья, Владу — скромная девушка по имени Олеся, мне же перепала Дарьяна.

Девушки оказались вполне компанейскими. Заказали тоже водочку и, ничуть не стесняясь, выпили с нами. После совместно распитого графинчика все как-то разом расслабились. Платон много смеялся, рассказывая разные истории. Александра и Наталья оказались теми ещё хохотушками. Олеся больше молчала и скромно прижималась к Владу. Мне показалось, что она, в отличие от своих подружек, здесь в первый раз.

Зато Дарьяна взялась руководить всей нашей компанией. Видя, что мы уже весёлые, потащила нас танцевать. Положив мои руки себе на талию, она закружила меня в танце. Врубили медляк, и Дарьяна, прижавшись ко мне, сдвинула мою руку на свою попу, которая, признаюсь честно, была упруга и прекрасна. Близость разгорячённого женского тела не могла оставить меня равнодушным, что не осталось не замеченным девушкой.

— Я смотрю, ты рвёшься в бой? — усмехнувшись, она скосила глаза на мои штаны, которые распирало от желания.

— Как устоять перед такой девушкой?

— Так, может, и не стоит время зря тратить? — Дарьяна хитро улыбнулась, вкладывая в мою руку ключик. — Джентльмен готов проводить даму?

— Хоть на край света!

— Так далеко не стоит, — чарующе рассмеялась она.

Думаю, нет смысла рассказывать, что было дальше. Домой я вернулся только в полночь. Усталый, выжатый девушкой до предела, но очень довольный.

Утро в колледже началось с урока истории. Алисия была в другой группе и не мешала мне слушать преподавателя, который рассказывал интересные вещи.

— Меня зовут Аристарх Дмитриевич, и сегодня мы поговорим о княжеских родах Российской Империи, — начал он свою лекцию. Это был сухонький старичок, который, щурясь, смотрел на собравшуюся группу, опираясь на трость, — знаю, что в вашей группе есть представители княжеских родов, именно поэтому вам вдвойне важна информация, которой я с вами поделюсь.

Оглядевшись, я сообразил, что здесь собрались обычные дворяне. Никого из знатных родов не присутствовало.

— В российской Империи более трёх сотен княжеских родов. Да, это очень много. Так получилось, что в средние века, которые ещё именуются «тёмными годами», многие рода отправлялись завоёвывать земли и «княжить» на них. Земли отвоёвывали обратно, потом приходили другие дружины, снова завоёвывали — и так по кругу. В ту пору сильные маги ценились на вес золота, и не принято было уничтожать род под корень. Побеждённые просто покидали земли, но род уже имел право носить приставку «княжеский». В начале девятнадцатого века оказалось, что почти вся аристократия стала княжеской. У всех привилегии, и всем подавай землю.

Старичок прошёлся по комнате, опираясь на трость, отпил из стакана воды и продолжил:

— Вы все знаете о революции, которая состоялась в то время. Обычный народ, к которому с презрением относится высшая аристократия, называя чернью, этот самый народ, который добывает нам с вами хлеб, работает на заводах, строит дома и дороги, устал и взбунтовался. Князья начали жёстко подавлять бунты. Пролилось много крови, но вмешался император. Как итог, княжеские привилегии в большинстве своём остались в прошлом. Император приструнил вольницу. Теперь княжеский род мало отличается от другой аристократии. Только строчкой о том, что он когда-то княжил.

— Зачем вы нам это рассказываете? — спросил один из парней, сидевших в первом ряду.

— Чтобы вы понимали, что ничем не хуже княжеских детей. Да, вы простые аристократы. Кто-то во втором, кто-то в третьем поколении. У некоторых история рода может насчитывать сотни лет. Но в последние пятьдесят лет сословные различия размываются и становятся более условными. Между вами нет особой разницы. Вам надо научиться понимать это и принимать то, что вы тоже являетесь аристократами, которым зазорно гнуть голову перед всеми, кроме императора.

— Это какие-то революционные речи! Я расскажу отцу, — не выдержал всё тот же парень.

— Это современный мир, молодой человек, — улыбнулся ему Аристарх Дмитриевич, — либо вы меняетесь и принимаете его, либо он вас прожуёт и выплюнет!

«Очень прогрессивный дед, — подумал я, — несмотря на его возраст».

— Мы являемся вассалами княжеского рода, — не унимался парень в первом ряду, — мы гордимся этим!

— Поздравляю вас, — голосом, полным сарказма, ответил преподаватель, — но с таким взглядом на жизнь у вас нет будущего. Каждый аристократ должен стремиться подняться. Создать свой род, стать сильнее, богаче, более независимым. Это на пользу не только вам, но и Империи. Подумайте об этом! — Он обвёл внимательным взглядом собравшихся. — Поднимите руку те, чьи семьи тоже являются вассалами княжеского рода.

Единственная поднявшаяся рука была всё того же парня. Он с презрением осмотрел остальных.

— Слабаки, — прошипел сквозь зубы.

— Представьтесь, — попросил преподаватель.

— Василий Колов.

— Так вот, Василий, как давно ваш род стал вассальным?

— Три года назад, — гордо выпрямившись, заявил он, обведя всех взглядом победителя.

— То есть три года назад вы тоже были слабаками? Давайте прекратим этот спор и вернёмся к теме урока. Думаю, мои занятия лично для вас будут очень полезны. Вы же не хотите проявить свою неграмотность в общении с главным родом?

Занятие продолжилось. Аристарх Дмитриевич рассказывал интересные вещи. Например, что история, которую преподают в школе обычным людям и простым дворянам, сильно отличается от истории, которую рассказывают высшей аристократии. В принципе, это вполне понятно. Как говорится, историю пишут победители. Ещё он добавил нам всем по вторникам урок по этикету. Это занятие было факультативным, его можно было и не посещать, но я решил, что лишним для меня оно точно не будет.

Затем преподаватель выдал нам домашнее задание — написать доклад о любом из княжеских родов, который сгинул в «смуту» — так называли первую и единственную революцию в Российской Империи. Дал на это дело две недели. Вот уж не было забот!

В раздумьях я отправился на обед. Любопытный урок получился. Как-то я не задумывался, о том, как много в империи княжеских родов. Ну есть и есть. Но, если подумать, в этой школе учится десяток представителей высшей аристократии. Да и Арсен тоже к ним относится. Получается, старичок прав — князей у нас много. А по правам особой разницы нет, князь ты или наследный дворянин. Только вот как быть с количеством знатных предков, знаний и родовых секретов? Знакомства в высших сферах, свои люди на важных постах. Их же никто не отменял. Эти рода однозначно сильнее и богаче простых дворян, а главное — влиятельней. Ведь это такое дело, которое не измеряется никакими деньгами.

С другой стороны, я опять смотрю на всё со своей позиции. Мне всегда казалось, что князь — это круто. Это не просто какой-то там дворянин, а целый Князь! Но Аристарх Дмитриевич посоветовал хоть и относиться к княжеским родам с уважением, но всё же не возводить их в касту неприкасаемых. В общем, зарядил позитивом. В современном мире даже простой дворянин имеет достаточно прав, чтобы победить несправедливость. Правда, боюсь, это лишь слова. Если бы Гуриеле захотели взяться за меня серьёзно, мои шансы победить в этом противостоянии были бы минимальными.

Алисия села рядом со мной, как будто мы вчера не ссорились.

— О чём задумался? — поинтересовалась она, беря из моей тарелки жареную картошку.

— Да вот, рассказали нам, что князья — не небожители, а обычные люди, — поделился я с ней.

— Ну да, так и есть. Что в них особенного? Так же стоят в очереди за целителями, и не против меня затащить в свой род, — она украдкой глянула на меня.

— Так пусть тащат, — огрызнулся я в ответ. Надоели эти её игры. Наверное, будь я на самом деле восемнадцатилетним парнем, Алисию ждал бы оглушительный успех, и прежний Виталик с радостью бы исполнял все капризы и пожелания молодой целительницы.

Но у меня все её потуги и ухищрения поймать меня в свои сети вызывали разве что улыбку, а иногда и раздражение. Тем более, сейчас, когда прошлой ночью я спустил весь накопившийся пар. Мы с Дарьяной три часа не вылезали из кровати. Это сильно помогло смотреть на мир более спокойно, особенно на других девушек. Права была Екатерина Игоревна: секс для начинающего мага — это не только развлечение, но и большая польза для организма.

От воспоминаний я радостно зажмурился. Думаю, в этот момент со стороны смотрелся, как сытый довольный кот, объевшийся сметаны. Алисия прикоснулась ко мне и, прислушавшись к своим ощущениям, обиженно насупилась, явно поняв, что со мной происходит.

Глава 25

Глава 25

Быстро съев обед в компании молчаливой целительнцы, я вышел в коридор. У меня было три пропущенных вызова от директора завода «Хадыж-Крем». На занятиях я ставлю телефон на беззвучный режим. Если что-то важное, напишут в сообщении. Сейчас было самое время перезвонить Прокопьеву.

— Добрый день, Виталий Алексеевич, — усталым голосом поздоровался со мной Сергей Сергеевич. Он сразу подошёл к телефону. Явно ожидал моего звонка.

— Добрый день, что-то случилось?

— Нет, нет, всё в порядке. Просто хотел обсудить один момент. Мне вчера Ефросинья принесла ваше указание поднять отпускную цену на продукцию. Я всё понимаю, индексацию производили слишком давно, но вы хотите поднять цену в четыре раза!

— Да, именно так, — уверенно перебил его я, — мы получили анализ крема из лаборатории, и его качество никак не соответствует столь низкой цене!

— Возможно, вы правы, но это так не работает! У нас с покупателями заключены договора с фиксированной ценой. Каждый год договора продлеваются. Мы не можем вот так просто взять и поднять цены больше, чем на десять процентов, — он грамотно играл интонациями, что было неожиданно для бывшего технолога производства. Не возмущался, а так, слегка свысока пытался объяснить желторотому юнцу прописные истины. Давно обратил внимание, что Прокопьев не воспринимает меня, как начальника, так, поставили мальчишку порулить, и не более того.

— Хорошо, перешлите мне договора. У нас же всего два основных покупателя? — Сейчас было не лучшее время ставить его на место, но строгости в голос я всё же добавил.

— Да.

— Жду тогда договора с ними на почту. Посмотрю, что можно сделать. И не тяните с этим!

— Хорошо, сейчас всё сделаю, — Прокопьев произнёс это по-деловому сухо, — мне нужен час, чтобы всё отсканировать и отправить вам. У нас только бумажные версии.

— Жду, — коротко ответил я и закончил разговор. Нечего с ним рассусоливать. Вообще, давно пора найти нормального директора. Руки всё не доходят. Как бы работает, зачем что-то менять.

Поднявшись с диванчика, я собирался выйти на улицу — подышать воздухом. Время до урока ещё оставалось. На обед нам выделялся целый час. Но моим планам не суждено было сбыться. Из открывшейся двери столовый вышли Елецкие с Ромочкой.

Семён, заметив меня, направился в мою сторону. Явно запахло дракой, и я, переключив зрение на магическое, чтобы не пропустить атаку, создал перед собой щит. А то этот Семён — резкий парень, бьёт без разговоров.

— Кого я вижу, — расплылся он в улыбке, — мелкий гордый дворянчик. Смотрю, бросила тебя целительница? Немного времени ей понадобилось, чтобы понять, что ты — слабак!

— Успокойся, не обращай на него внимание, он недостоин этого, — неожиданно вмешался в разговор Ромочка и хлопнул Семёна по плечу. Я заметил, как небольшой комок энергии из Елецкого перекочевал к целителю. Тот неожиданно злобно оскалился, а Семён, наоборот, слегка расслабился. Похоже, Ромочка и посильнее, и поопытней будет, как целитель, чем Алисия.

Возможно, в другой раз я бы и спустил это, просто развернулся и молча ушёл, но настроение у меня после разговора с Прокопьевым было не очень. А хорошая драка помогает избавиться от тяжких дум.

— Если я слабак и побил тебя, то кто тогда ты? К тому же, я хотя бы не обнимаюсь с парнями, — кивнул я на целителя, который положил свою руку на плечо Сергея. Тот мгновенно смахнул её и ринулся на меня.

— Разотри его! — злобно выкрикнул Ромочка. В этот момент он больше всего напоминал жадного хорька, который увидел добычу.

Стоявшая рядом Татьяна устало закатила глаза. Было видно, что ей уже порядком поднадоела постоянная агрессия брата.

Сделав два быстрых шага и почти вплотную приблизившись ко мне, Семён начал махать кулаками. Иначе это и не назовёшь. Бил он быстро, размашисто, но техники никакой. Зато силы немерено. Этакий кузнец, без устали машущий молотом. Какое-то время я успевал прикрываться щитом, но сильные удары сдвигали меня всё ближе и ближе к стене. Так бой с ним не выиграть. Надо срочно принимать контрмеры.

Неожиданно я понял, что с Богданом было легче. Тот работал технично. Удар, удар, отойти, подождать, посмотреть, снова пара ударов, и опять отойти. У меня было время двигать щит и искать его слабости. Этот же машет кулаками, как ветряная мельница. Щит, конечно, защищает, мне даже особо не приходится его смещать, почти все удары летят в голову, но и сквозь щит ощущения не из самых приятных. Надо бы научиться его держать на большем расстоянии от тела.

Я попробовал пару раз огрызнуться, но под таким шквалом ударов это было сложно. Пришлось задействовать ноги, чтобы отогнать Семёна подальше и получить большее пространство для манёвра. Ещё немного, и мой источник не выдержит и пойдёт вразнос. Я, одновременно держа щит, напитал магией кулаки и обе ноги. Слишком большой и резкий расход энергии.

Краем глаза я заметил, как в коридор выскочила Алисия и, подбежав ко мне, положила руку на моё плечо. Удивительно, но это помогло немного стабилизировать источник. Но ненадолго. Я свалился на пол, а рядом свалился Семён!

Так мы оба и корчились на полу под любопытными взглядами соучеников, которые дружно покидали столовую.

— Я ещё доберусь до тебя, — прохрипел Семён, приходя в себя. Ромочка помог ему подняться. Татьяна всё так же делала вид, что она тут — случайный прохожий, но я поймал заинтересованный взгляд княжны, направленный на меня.

— Всегда к твоим услугам, — ухмыльнулся я в ответ, направляясь на улицу под руку с Алисией, которая явно была довольно произошедшим.

Выйдя на крыльцо, я вдохнул полной грудью свежий, слегка прохладный воздух. Недавно прошёл дождь, и мне, разгорячённому дракой, было приятно охладиться.

Да, определённо, хорошая драка прочищает мозги и улучшает настроение. Даже то, что у нас оказалась ничья, совсем меня не расстраивало. Не проиграл же, не валяюсь побитым в лазарете. Значит, всё хорошо. Думаю, ещё и стоящая рядом Алисия на меня воздействует своей магией, — вся злость как будто испарилась.

— Мне полегчало, спасибо, — вежливо произнёс я. И чего я на неё раньше злился? Сейчас понимаю, что польза от целительниц есть. Особенно в такие моменты. И откат облегчила, и злость убрала.

— Я же говорила, что с тобой интересно, — улыбнулась Алисия в ответ, — и полезно, — добавила она чуть слышно.

— Угу, — кивнул я, разглядывая пустынную улицу. Людей практически не было, будний день, все работают. Только стайки учеников собрались у крыльца, но на нас никто не обращал внимания, — и чего ко мне все прицепились. У нас полкласса обычных дворян, а лезут только ко мне.

— Так ты даёшь отпор, — Алисия пожала плечами, — тот же Платон избегает драк и предпочитает решать всё мирно. Ты же сам лезешь на рожон. К тому же, ты явно не так прост, как пытаешь казаться. Я сразу это поняла, — она прижалась ко мне, — сильный, смелый, с тобой сама Агата о чём-то говорила! Я сделала хороший выбор, — девушка заглянула мне в глаза.

— Возможно, — миролюбиво согласился я, понимая, что вчерашнее посещение дома свиданий пошло прахом, и близость тела Алисии снова заставляет мой организм реагировать — так, как и следует молодому здоровому телу. А ещё это заметила и целительница. Хитро улыбнувшись, она отцепилась от меня, сделав небольшой шаг назад.

— Ну, если ты сам отталкиваешь меня и не желаешь со мной общаться, мне остаётся только отступить. Как бы ни был прекрасен приз, насильно мила не будешь, — Алисия скромно потупила глазки. Играет превосходно.

Подойдя к девушке, я обнял её. Совсем уж разрывать наши странные отношения мне не хотелось.

— Спасибо за помощь, в награду забронирую тебе посещение источника в эти выходные. Отдельный домик, все процедуры включены, всё оплачено! Адрес скину, — наклонившись, прошептал я ей на ухо, ощутив, что она остро реагирует на мою близость, как бы ни пыталась этого скрыть. Шейка покрылась мурашками, а щёчки заалели.

С победной улыбкой я поднялся по лестнице, Алисия последовала за мной. Что ж, очко в мою пользу, правда, и в её копилку тоже можно записать очко. Не стала кочевряжиться, а достойно приняла награду.

Оставшиеся уроки прошли незаметно. Прокопьев прислал договора, которые я скинул в юридическую компанию в Хадыженске, с которой уже работал. Заодно отослал и комментарии. Поставил задачу — найти лазейку чтобы изменить цены или разорвать контракты.

После урока мне как раз перезвонили юристы и проинформировали, что вообще никаких проблем. Оказалось, договор надо продлевать каждый год. Его должен подписывать владелец, у директора весьма ограниченное право подписи. Контракты на сумму больше ста тысяч рублей — только за подписью владельца. Не знал таких нюансов. Так вот, первые три года мой дед всё подписывал, а потом как-то забил на это дело. Продавец продавал, покупатель оплачивал и покупал. В общем, обычная безалаберность. Договора давно не продлевали, и юристы уже подготовили письмо с новыми ценами и предложением продлить контракт на новых условиях.

Переслал его Прокопьеву, разъяснив всё и дав указание приостановить поставки и отправить наше предложение с новыми ценами покупателям.

Вечером слушал подготовленный в студии у Гуриеле материал и репетировал песню. В четверг будем записывать, не хотелось облажаться. Думаю, за пару дней подготовлюсь.

Позвонил Ефросинье и попросил домик в оздоровительном центре на субботу и воскресенье для Алисии. Обещала всё сделать. Сразу скинул целительнице координаты и сообщил, что домик будет, и можно ехать компанией до шести человек. Вряд ли она одна отправится.

Следующие дни прошли тихо и спокойно. В колледже никто не задирал, в занятия я уже втянулся. Правда, раздражало большое количество домашних заданий, зато лучше стал разбираться в этом мире. Его истории, устройстве и магии.

Да, мне ужасно не хотелось идти учиться в колледж, но сейчас я понимаю, насколько он мне полезен! «Уж точно лучше кадетского училища», — усмехнулся я, вспомнив, что выбора-то у меня особо и не было.

В четверг после занятий я сразу поехал на студию, где меня уже в нетерпении ожидала Агата. Она сегодня была не только с менеджером, но и со своей подругой Полиной, которую лично я не ожидал здесь нынче увидеть.

— Привет! — Агата поздоровалась со мной очень чинно, хотя по глазам было видно, как трудно ей сдержать свои эмоции.

— Рад тебя видеть, — слегка склонившись, ответил ей. Затем поздоровался со всеми остальными.

— Полина хотела посмотреть, ей очень нравятся твои песни, ты же не против? — слегка наклонившись ко мне, тихо поинтересовалась Агата.

— Нет проблем, — пожав плечами, я подошёл к звукачу. Тот с трудом выбрался из кресла, в которое, казалось, уже врос.

— Учёл все твои пожелания, вроде, хорошо получилось, — он пожал мне руку, напряжённо ожидая ответа. Ещё в прошлый раз я заметил, что он очень уважительно отнёсся к моим знаниям и прислушивается к моему мнению. Необычно. Из своей практики я привык: подобные люди считают, что знают всё лучше каких-то там исполнителей.

— Не хорошо, а отлично, — бодро хлопнул я его по плечу, чем заслужил благодарную улыбку.

Агата встала за синтезатор и приступила к распевке. Она сама приехала недавно и ещё не успела разогреть голосовые связки. Её пальчики быстро скользили по клавишам, девушка играла, не глядя, слегка прикрыв глаза, полностью отдавшись музыке и пению.

После стандартной распевки Агата неожиданно перешла на песню из моего репертуара:

— Город-сказка, город-мечта, — запела она, а я присоединился. Когда мы закончили, все собравшиеся начали хлопать в ладоши. Я шутливо раскланялся.

Затем мы с Агатой приступили к делу, ради которого здесь все и собрались. Записывали свои куплеты по очереди. Как и припевы. Пару раз записали припевы одновременно, в два микрофона. На всё ушло часа два.

— Закончили! — возвестил звукач. — Молодцы, будет с чем работать. Черновой вариант сделаю к субботе, а на финальный мне нужно пару недель.

— Как здорово, — у Агаты ещё осталась куча энергии. Она запрыгала на месте и захлопала в ладоши. Я же ощущал себя полностью опустошённым.

— Отличная песня, — подошла к нам Полина. В её голосе слышалась лёгкая досада, но к чему она относится, мне было непонятно. То ли к песне, то ли к тому, что Агата скачет вокруг меня, снова позабыв о приличиях.

— У нас в субботу запись клипа. Твой Валера — молодец, так быстро всё подготовил! Так что едем к нему! — радостно сообщила она. — Ой, ты же сможешь?

— Ну не могу же я пропустить запись собственного клипа, — улыбнулся я Агате.

— Можешь, как в прошлый раз, одеться? Мне понравилось. Мы же хорошо вместе смотрелись? — обратилась она к Полине.

— Нормально, — кивнула та, приняв равнодушный вид, — для клипа подойдёт.

— Вот! Я буду в тёмном платье, а ты — в светлой рубашке. Только вот тёмно-синее или тёмно-зелёное? — Агата задумчиво закусила нижнюю губу.

— Розовое! — улыбнулась Полина.

— Точно! Решено, я тогда в розовом, а ты в салатовой рубашке! — Агата мечтательно закатила глаза.

Я с укоризной посмотрел на Полину. Та в ответ пожала плечами, мол, чего ещё ожидать от этой милой девушки?

— Нет, — я одним словом разбил мечты Агаты, — давай, ты в светлом, а я в тёмном. Песня же не детская, розовый там ну совсем ни к чему. Февраль — зимний месяц. Снег, солнце…

— Метели, лёд, — добавила Полина.

Взгляд Агаты озадаченно метался с меня на подружку и обратно.

— Я тогда возьму разные платья. И ты тоже разные рубашки и брюки. На месте посмотрим. Ты же поедешь со мной, — она скорчила милую рожицу, повернувшись к Полине, — мне без твоих советов никуда!

— Конечно, помогу, — растаяла подружка.

— Отлично! Первый раз так быстро всё делаем! У нас на запись и клип может полгода уйти, а тут — раз! — и готово! — призналась девушка.

— Ещё ничего не готово, — спустила её с небес на землю Полина.

— Ну, почти, но всё равно — очень быстро. С тобой, Виталик, здорово работать.

— Спасибо. Мне тоже нравится работать с тобой, — отплатил я той же монетой, — но лучше восторги отложить на потом. Когда всё будет готово, и мы выпустим песню.

— Вот! У Виталика голос разума прорезался, — не слишком любезно поддержала меня Полина.

— Он никогда и не умолкал, — отреагировал я, — просто не все в состоянии его услышать!

Мы ещё некоторое время занимались пикировкой, а потом доставили пиццу, и мы прямо в студии поужинали. На моё замечание о вредности подобной пищи для фигуры Агата только рассмеялась, заявив, что в такой день можно и позабыть о правилах.

Как итог, мы не только песню записали, но и время провели весело. Я, конечно, по-прежнему был слегка насторожён при общении с обеими девушками. Всё-таки, Агата — девушка непростая, из непростой семьи. Да и вообще — старался не обидеть случайным словом. Она выглядит очень ранимой. Зато Полина как-то расслабилась и всё чаще улыбалась.

Наши пикировки стали менее напряжёнными. Но она по-прежнему держала дистанцию. Возможно, виной тому аристократическое воспитание, или, как предположил Арсен, — ревность ко мне из-за внимания Агаты. Не знаю, но всё больше мне казалось, что ревность здесь ни при чём, и всё чаще в голосе Полины звучало уважение ко мне, что тоже было неожиданно. Сыграл им пару своих песен под гитару, и наконец-то меня отпустили.

Время уже приближалось к десяти часам вечера. Я пошёл пешком до дома. В колледж на машине ездить перестал, а в такое время автобусы ходят очень редко. Брать такси не хотелось. Лучше уж насладиться последними тёплыми денёчками.

По дороге строил планы на будущее. Это я люблю. Подумать, пофантазировать. Вообще, после записи песни появилось воодушевление. Вот чем я действительно хочу заниматься! Петь песни, записывать их, давать концерты. А в итоге что? «Хадыж-Крем»? Прекрасно!

Глядя на Агату, пришло понимание, что всё можно успеть. Она рассказала о своих концертах, репетициях и прочем, связанном с жизнью эстрадной звезды. Уж если девушка с пятнадцати лет живёт в подобном ритме и всё успевает, то почему я не смогу так же? Да, за моей спиной нет богатого рода и серьёзного лейбла, но тут главное — выбрать направление и двигаться, а не метаться из стороны в сторону.

Хотя, конечно, род есть. Максютовы готовы меня признать ни много ни мало главой. Я не хотел входить в род вассалом, но главой — почему бы и не стать? Оставить совет рода, поставить там главным Ураза, пусть они всё разгребают.

Самому же отработать концертную программу и летом отправиться в тур. Вполне реальный план.

* * *

Татьяна Елецкая после ужина зашла в кабинет своей матери. На столе стояли свечи, под потолком разместилась парочка магических светильников. Электричество в родовом особняке старались использовать по минимуму.

Кабинет был скучным и унылым. Девушка знала, что и мать его не любит, а предпочитает работать в своём офисе, который находился в современном деловом центре, расположенном почти в самом центре города. Несмотря на это, мама часто брала важные бумаги домой, стараясь поработать перед сном в спокойной обстановке.

— Ты что-то хотела? — Влада отвлеклась от бумаг и устало посмотрела на дочь.

— Зашла проведать, заодно узнать про Виталика Шувалова. Сегодня Семён опять сорвался и подрался с ним.

— И Ромочка его не удержал? — Мать удивлённо приподняла бровь. — Или этот Виталий был слишком наглым?

— Да и то, и другое.

— Судя по виду сына, он не проиграл? — равнодушно спросила Влада. Она не любила все эти детские драки. Но понимала, что от этого никуда не деться. Мужчинам просто необходимо доказывать себе и окружающим, что они круче всех. В школе и колледже, как правило, это выливается в драки. В более взрослом возрасте появляются другие способы. Кто-то разбивает сердца девушкам, кто-то зарабатывает деньги, а кто-то продолжает драться для пользы рода.

— Ну, — замялась Татьяна, — не проиграл и не выиграл. Оба заработали откат. Но Виталий на удивление хорошо держался.

— Понятно, надеюсь, это слегка остудит пыл твоего брата. Вроде, среди мальчишек считается не зазорным схлопотать по морде, а вот откат словить и не выиграть бой — это проигрыш чистой воды.

— Что-то типа этого, — пожала плечами Татьяна, — так что там с информацией по Шувалову?

— Да ничего интересного, — Влада, порывшись в бумагах на столе, достала тонкую папку. — Мать и отец — наследные дворяне. Род Шуваловых. Погибли, проиграв в войне с родом Кутыевых. Что интересно, новый Кутыев учится с вами в одном классе. Но они в войне не принимали участие, вряд ли он точит зуб на паренька. Скорее, должен быть благодарен за то, что Шуваловы освободили им место, позволили взять себе новую фамилию и продолжить княжеский род.

— Что ещё?

— По магии парень достаточно силён. Шестой ранг, ученик. Но, сама понимаешь, шансов на нормальное развитие почти нет. Он не вошёл в род, да и род Шуваловых достаточно слаб. Алтаря у них нет, дар не развить. Способностей в роду не было.

— Тогда чем он так заинтересовал целительницу? — Пока получалось, что Виталик ничем не примечателен, и таким и останется. Резкий скачок после открытия магического ядра ничего не значит. Шансов стать мастером почти нет.

— Может быть, тем, что постоянно лезет в драки? — ухмыльнулась мать. — Семён помогает ему становиться сильнее, так же, как и его целительнице. Пусть дерутся. Твоему брату это тоже полезно. Может быть, поймёт, что не всё можно решить с помощью кулаков.

— А почему он безродный? Вроде же, был в роду?

— Шуваловых возглавила сестра деда Виталика. Он почему-то решил не вступать в новый род. Странный поступок, глупый, на мой взгляд, но чего ещё ждать от восемнадцатилетнего парня?

— Что-то ещё?

— Он не богат, но на жизнь средства имеются. Мелкий завод в Хадыженске, там какой-то смешной оборот типа ста пятидесяти тысяч в год, и оздоровительный центр. Это уже получше, — она перелистнула страничку, — песенки поёт, играет на гитаре. Даже альбом выпустил с помощью какого-то мелкого лейбла. У них всего три артиста, включая Виталика.

— Альбом? — удивлённо переспросила Татьяна, представив Виталика с гитарой, поющего романтические песни. Что-то этот образ не вязался со сосредоточенным видом парня, особенно, когда он постоянно дерётся с братом.

— Да, альбом. Не понимаю, зачем аристократу так позориться! Петь песни на потеху народу. Это недостойно, — мать недовольно сжала губы и с осуждением покачала головой.

— Ну… а как же Агата Гуриеле?

— У неё богатый и влиятельный род, ей можно. Да и имя ещё придумал себе какое-то дурацкое — Нео!

— Нео⁈ Точно, Нео?

— Ну да, — мать недоумённо посмотрела на дочь, — он не афиширует это, но особо и не скрывает. Да было бы чем гордиться.

— Виталий Шувалов — это Нео⁈ — Подобная мысль никак не укладывалась в голове Татьяны. С другой стороны, это объясняло его знакомство с Агатой. Да и представить этого парня поющим песни Нео было не так уж и сложно. Обалдеть!

— Да что ты заладила — Нео, Нео? Как бы его ни звали, что это меняет?

— Ты не понимаешь! Это другое! Просто обалдеть! Виталик, оказывается, Нео! Блин! Расскажу подружкам, что учусь в одном классе с Нео, — они обзавидуются!

— Что в этом такого? — Влада Елецкая строго посмотрела на свою дочь. Её начинало раздражать поведение девушки. Подумаешь, певец какой-то. Да их тысячи! Кому они нужны?

— Нео — это новая звезда сети. У его клипов сотни тысяч просмотров. Я его альбом уже две недели слушаю почти без перерыва. Да все девчонки мечтают познакомиться с ним и узнать о нём побольше!

— Успокойся! — резко произнесла Влада. — Не теряй головы. Что это за поведение? Подумаешь, ещё один певец!

— Извини, мама, — скромно произнесла Татьяна, — просто слишком неожиданная новость. Ты права, ничего такого. Просто певец, — девушка встала и, слегка поклонившись, оставила маму работать дальше с документами.

Постучавшись, она зашла в комнату к брату — Татьяну так и распирало поделиться с кем-нибудь неожиданной новостью.

— А ты знаешь, что Виталий Шувалов — это певец Нео? — поинтересовалась она, глядя на Сергея.

— Он ещё и песни поёт? И что? — несколько безразлично удивился тот.

— Да ничего, — девушка, разочаровано выдохнув, вышла из комнаты, оставив брата в недоумении — и чего приходила?

Сев за планшет, Татьяна начала искать в сети информацию о Нео. Оказывается, у него уже есть фанатский клуб, и на их страничке даже недавно разместили фотографии, где Виталий с Агатой гуляют по какому-то модному месту. «Похоже, не слишком скрывает своё истинное лицо, хотя и не кричит на каждом углу, что он — Нео», — удивилась Татьяна.

Жаль, что в колледже у неё нет подружек. Так хочется с кем-нибудь всё это обсудить!

Глава 26

Глава 26

Пятница, как обычно, была посвящена магической практике. Нас разбили на три группы — в зависимости от умений. Я оказался в группе с Богданом и Семёном. Оба смотрели на меня, как на врага, но при этом в драку не лезли. Ещё в группе было четыре парня, с которыми я так и не познакомился толком, но, судя по тому, что поглядывали они на меня свысока, эти явно не из простых родов. Ещё в нашу компанию попали две девушки. Итого, в самой сильной группе было девять человек.

Мы под контролем преподавателя отрабатывали осветительные шары. Другие группы пока не умели формировать заклинания. А мы могли.

Хуже всего получалось у Семёна. Как объяснил Василий Николаевич, у него плохой контроль. Шар, вроде, формировался, но постоянно срывался, из-за чего парень пыхтел, краснел и излишне напрягался. Это не улучшало контроль, а, скорее, действовало негативно. От этого Семён злился ещё сильнее. Этакий замкнутый круг получался. Нет чтобы успокоиться, подумать, послушать преподавателя, который, что удивительно, ничем тому не помогал.

Лучше всего получалось у Богдана. Он достаточно быстро формировал нужное заклинание, при этом вкладывая совсем немного сил. Шар получался небольшим и тусклым, но Василий Николаевич именно за это его и хвалил, заявляя, что у парня очень высокий контроль.

Я же по успехам шёл прямо за ним. У меня шар получался медленнее, зато большим и ярким. Мне посоветовали уменьшить размер и насыщенность магией, но с этим заданием справиться никак не получалось. Стоило только слегка уменьшить подачу энергии, как заклинание срывалось. Тем не менее, меня грела мысль, что второе место по контролю в нашей группе именно у меня. Весьма почётно. Хочется, конечно, быть первым, но и так неплохо. Так что я пытался выполнить задание, но особо не переживал из-за своих неудач.

На более сложные заклинания мы не переходили. Учитель заставлял отрабатывать осветительный шар до полного автоматизма. Чтобы, даже резко проснувшись, щёлкнув пальцами, мы могли сформировать нужное заклинание, не задумываясь.

Словив по два положенных отката и серьёзно утомившись, мы по одному покидали занятия. В нашей группе я продержался дольше всех.

Переодевшись, я отправился домой, а затем, прихватив Арсена и карточку с деньгами Ураза, поехал прогуляться по городу и купить мне одежду для записи клипа. Арсен заявил, что ни за что не пропустит такое событие и поможет подготовить мой гардероб. Особого смысла возражать я не видел. Тем более, он разбирался и в местных магазинах, и в современной моде. В отличие от меня.

Закупились мы почти на две тысячи рублей. На мой взгляд, очень дорого за пяток рубашек, пару штанов и две пары кроссовок.

Вечером сел за компьютер и решил «подбить бабки». Надо понять, сколько заработал, сколько потратил. И главное — что у меня вообще осталось по деньгам.

Мне по-прежнему не слишком нравилось тратить чужие деньги. Это я о карточке, которую мне предоставил Ураз. Хочется стать взрослым и независимым, а пока получается, что я своего всё ещё не добился. Просто с шеи деда пересел на другую шею. И если дед был моим родным, и это ещё нормально, то в случае с Уразом ситуация совсем не красит меня.

Что в итоге получалось? Со всех компаний я вытряс зарплату по тысяче рублей в месяц и уже получил их в середине этой недели. Итого — три тысячи рублей. Затем пришли авторские — аж восемь тысяч! Но я должен тридцать тысяч Гуриеле. По нашей договорённости их надо оплатить до нового года. Они планировали списывать их с авторских напрямую, но оказалось — это не так просто. Закон подобное не позволяет, защищая авторов от различных махинаций. Так что перевёл пять тысяч своих денег на их счёт. Надеюсь, в следующем месяце удастся оплатить больше.

В итоге личных денег осталась пара тысяч рублей. Не то чтобы много, но жить можно.

Удивительно, как быстро я привык к большим деньгам и считаю пару тысяч мелочью. При этом и сказать, что я транжирю деньги, было бы неправильно. Можно, конечно, сэкономить и не питаться в дорогих ресторанах, мои ужины стоят от тридцати до пятидесяти рублей. Но зачем отказывать себе в удовольствии? Лучше просто заработать побольше денег.

Затем я связался с Ухом. Он мне всю неделю шлёт сообщения, что подписчиков много, и надо зарабатывать деньги. Пообщался и согласился с его планом. В общем, немного рекламы в социальных сетях с хорошей оплатой мне не повредит. Только договорился, что буду сам одобрять нужные посты. Никаких казино и разводил! Всё-таки, я — аристократ, мне нельзя пятнать своё имя.

Оказалось, небольшая реклама раз в три дня может принести достаточно большие суммы. За пост готовы платить от тысячи до трёх тысяч рублей! Так что есть шанс, что в следующем месяце я полностью закрою свои долги.

Как-то так получилось, что спустя месяц после выхода альбома у меня подписчиков оказалось почти сто тысяч человек! Как объяснил Ухо, большую роль в этом сыграло то, что интервью я не даю, концертов тоже, и информации обо мне практически нет. Зато социальная сеть ведётся активно, а мои песни уже пошли на радио, да и клипы снова запустили по телевизору. К тому же, как ни странно, скандал с авторством сыграл мне на руку, добавив моим песням популярности.

Ухо пообещал более активно заняться моими социальными сетями и просил побольше фоток, особенно, когда узнал, что завтра планируются съёмки клипа с самой Агатой. Пришлось пообещать ему. Чего только не сделаешь ради денег! Тем более, и парень заинтересован — мы с ним оговорили небольшой процент, вознаграждение за каждую выпущенную рекламу.

На арт-пространстве меня с Арсеном встретил Валера. Он был одет в костюм и вообще выглядел, как успешный офисный сотрудник, а не как режиссёр из мелкого провинциального городка. Тепло поздоровавшись, повёл нас в комнату, которую подготовили для съёмок клипа. Оказывается, люди из компании Гуриеле уже всё оплатили и согласовали. Так что Валера всю неделю усиленно готовился, и к нашему приезду обычная комната превратилась в настоящую студию. Стены оклеили звукопоглощающим поролоном. Поставили комбики, которые взяли в аренду у творческого центра. Подготовили несколько гитар и пару микрофонов. Расставили свет и камеры.

— Круто! — высказался я, осмотрев всё это. — Хорошо, что гитары взяли, сам я не догадался!

— А то! — с гордостью произнёс режиссёр. — Мы теперь работаем с настоящими звёздами, и всё должно быть максимально быстро и удобно. Ваше дело — приехать и спеть, моё дело — всё организовать, чтобы звёзды потратили как можно меньше времени и ни в чём не нуждались!

Вышли встретить Агату. Она приехала с целым кортежем машин. С ней прибыли не только охрана, но и костюмерша, она же стилист, и две девушки-визажистки, которым предстояло отвечать за нашу красоту в кадре. Также здесь были менеджер Агаты и её подруга Полина Мурузи — всё такая же холодная и надменная.

Не теряя времени, мы отправились переодеваться. Под пристальным взглядом стилиста, сопровождаемые весёлым смехом Арсена и Полины, наряды наконец-то выбрали. Затем нас загримировали. Съёмка планировалась крупным планом, и мне строго заявили, что отвертеться от грима не получится. Полчаса терпел измывательства над собой. То кисточка, то пудра. Зачем-то подвели глаза и подкрасили губы. В общем, кошмар. Потом ещё час ждал, пока закончат наводить красоту Агате. Мне же строго запретили выходить на улицу. Не дай бог, вспотею или попаду под дождь! Тогда придётся начинать всё заново.

Сама съёмка заняла часа два. Что, по словам Агаты, было невероятно быстро!

Арсен помогал мне делать фото и напоминал о необходимости селфи. Ещё в дороге я объяснил, что мне нужно, так что он взял на себя роль моего продюсера, не забывая пинать в нужные моменты, напоминая, что пора делать фото. В результате материала для соцсетей у меня набралось достаточно. В эту игру даже включились Агата с Полиной, заставив меня переодеваться в разные наряды и делать фотографии в разных позах и местах. То я с гитарой, то с микрофоном, то просто иду по коридору. Короче, утомился от этого я больше, чем от съёмки клипа!

Затем Валера принёс кучу пакетов с едой и пару бутылок шампанского — наступило время отпраздновать завершение съёмок. Это, по его словам, являлось обязательной традицией. Перекусив и слегка выпив, начали разъезжаться по домам. Мы все хорошо поработали и достаточно сильно устали.

Проводив Агату и Полину, я прошёлся по арт-пространству. Людей здесь хватало. С гордостью прогулялся в компании Арсена, понимая, что ничего делать не надо, всё работает и без моего участия. Как же хорошо, что мне удалось найти нормального директора, который взял все заботы и проблемы на себя.

Начинало уже темнеть и я, сев в машину, отправился в свою «берлогу». Решил подъехать сегодня по дороге, заодно всё и разведать. Да и утром проще будет ехать в Екатеринодар.

Конечно, по пути немного заплутал. Ни указателей, ничего, а ориентироваться просто по вершине горы, к которой мне надо было попасть, оказалось не так-то легко. Дороги вели куда угодно, но только не в нужную мне сторону.

Кое-как добрался, открыл ворота и загнал машину внутрь, почти к самому дому. Ещё в прошлое посещение Пантелей Семёнович выдал мне ключи.

Поднявшись в дом, я позвонил на ресепшн оздоровительного центра и заказал себе ужин. Обещали в течение. часа доставить. Переодевшись в плавки и надев халат, я отправился в пещеру с источником.

Занырнув в источник, наконец-то расслабился. Какой же это кайф — лежать в воде и ничего не делать! Но долго разлёживаться себе не дал. Надо работать над магическими каналами, чтобы поскорее вырасти, как маг. Всю неделю читал доступные книги по магии — и получалось: чем больше каналов, тем дольше можно пользоваться магией до отката. Если вспомнить моё последнее противостояние с Семёном, которое закончилось, вроде как, вничью, получается, мне просто надо продержаться в драке дольше, чем сможет он. А что мне для этого надо? Развивать сеть каналов в своём теле!

Вот этим я и занимался. Получалось тяжело.

Закрыв глаза, я направлял стихию то в одну руку, то в другую, стараясь удерживать её в конечности максимально долго, но стихия так и рвалась наружу, не желая находиться в заточении моего тела. Обычной магией я перекрывал ей пути отступления. Пока я держал её в заточении, часть стихийной магии решала, что моя рука вполне подойдёт для дома, и начинала строить гнездо, ну, то есть каналы. Понимаю, что это звучит смешно, но именно так я и воспринимал всё происходящее. Наверно, какой-нибудь профессор магии посмеялся бы надо мной, но мне так было легче. Визуализация происходящего очень помогала. Но процесс был болезненным.

Мне приходилось терпеть боль от сопротивления стихии, которой не нравилось быть запертой, строительство «гнезда» тоже сопровождалось весьма неприятными ощущениями, как будто мне под кожу загнали муравейник с тысячей мелких муравьёв, которые бегают туда-сюда и прокладывают свои ходы.

Когда в очередной раз стихия прорвалась сквозь мою руку наружу, я понял, что больше не смогу терпеть это, и просто расслабился, ни о чём не думая, наслаждаясь тёплой водой и покоем.

Понимая, что вот-вот усну, я с трудом заставил себя вылезти и, накинув халат, едва переставляя ноги, пошёл в дом.

Стол уже был накрыт. Нравится мне подобный сервис. Еда готова, всё разложено по тарелкам — и никого. Можно посидеть в тишине и, любуясь ночным звёздным небом, спокойно поесть.

Ужин придал мне сил. Хорошая отбивная с гарниром из овощей гриль, сырная нарезка и бокал вина. Жизнь прекрасна, тем более, и муравьи внутри моего тела давно перестали бегать. Включив музыкальный канал, я налил себе ещё бокал и только собрался выйти на веранду как раздался настойчивый стук в дверь.

«Кто это ко мне пожаловал?» — удивлённо подумал я и пошёл открывать.

— Ты меня обманул! — За дверью стояла Алисия и сверлила меня взглядом, полным негодования.

— Чего? — удивлённо выдохнул я, стоя с бокалом вина. Вот кого-кого, а её я точно не ожидал увидеть на своём пороге.

— В источниках совсем мало стихии! Там целый день надо лежать, чтобы хоть что-то получить! — Она резво выхватила из моих рук бокал вина и отпила из него, потом посмотрела на меня. Взгляд из яростного стал удивлённым. Девушка провела рукой по моей щеке. Жест был абсолютно лишён какого-либо сексуального подтекста. — Точно! Обманул! От тебя так и прёт магией стихий! — Её глаза азартно заблестели. Сейчас целительница напоминала ищейку, вставшую на след.

— М… — только и успел произнести я. Алисия прошла в дом и начала по нему быстро ходить, что-то усердно разыскивая. Хотя я догадывался, что.

— Где⁈ — Она требовательно уставилась на меня, залпом допив вино из моего бокала.

— Идём, — я устало выдохнул, понимая, что отвертеться не удастся. Спалился по полной. Насыщен магией стихии по самое горлышко. Признаваться, что я сам — повелитель, точно не имеет смысла. Судя по всему, молчать она не умеет. А такое известие привлечёт ко мне слишком много внимания. И, наверняка, серьёзно осложнит мою жизнь.

Алисия радостно улыбнулась, подхватила бутылку вина и вприпрыжку отправилась за мной.

Когда мы вошли в пещеру с источником, девушка остановилась на пороге и, осмотревшись, изрекла:

— Обалдеть! Как ты мог скрывать такое сокровище! — Её глаза загорелись от возбуждения. Алисия отпила вино прямо из горлышка бутылки и неуверенной походкой подошла к источнику. Сев на корточки, она несмело опустила руку в воду и, закрыв глаза, с наслаждением простонала:

— Обалдеть!

Алисия некоторое время так и сидела в этой странной позе. Глаза закрыты, одна рука в источнике, вторая сжимает бутылку вина, из которой она периодически прихлёбывает.

— Этот источник тебя устроит? — Я решил нарушить затянувшееся молчание.

— И ты такое всё это время скрывал? Откуда здесь столько стихии? — Она посмотрела на меня затуманенным взглядом.

— Это берлога моего прадеда. Он был стихийным магом воды, и сам призвал источник сюда. А потом построил оздоровительный центр, и там тоже создал источники, — чего уж скрывать, решил я, и выдал ей часть информации, которую, думаю, не так уж сложно раскопать и проверить

Алисия облизнула губы и решительно сняла с себя всю одежду, ничуть не стесняясь моего присутствия. Разделась догола. Совсем, не оставив на себе даже трусиков. После чего медленно погрузилась в воду, то и дело постанывая от наслаждения.

Приоткрыв глаза, посмотрела на меня и усмехнулась:

— Ну, и долго ты там будешь стоять? Сколько мне тебя ждать? — Девушка сексуально потянулась.

Мы лежали на кровати в моём доме. Алисия мирно сопела, закинув на меня ногу и дыша мне в область подмышки.

То, что с нами произошло в источнике я мог бы обозначить одним словом — феерично! Мне никогда не доводилось испытывать таких ярких чувств и получать такое удовольствие от секса. Мы буквально были одним целым. Это было бесподобно, как будто во сне, который был только для нас двоих.

Навалившаяся усталость взяла своё, и я отрубился.

Утром меня разбудил громкий писк Ефросиньи, которая заглянула в спальню — сообщить, что завтрак подан, и обнаружила меня голым в компании обнажённой девушки. Алисия изумлённо распахнула глаза.

— И часто тебя будят девушки с завтраком? — ехидно поинтересовалась она.

— Это моя помощница, ей можно, — махнув рукой, ответил я, любуясь прекрасным телом целительницы, которая даже не думала прикрываться.

— Ну… тогда ладно, раз помощница, — иронии в её голосе было хоть отбавляй. Алисия выбралась из кровати и потянулась, явно дразня меня. Затем, накинув мой халат, отправилась в душ.

Поняв, что мне ничего не светит, я достал из шкафа ещё один халат и вышел в гостиную где застал смущённую Ефросинью.

— Прости, не думала, что ты не один, — начала она, слегка покраснев.

— Да я сам не ожидал, — тепло улыбнувшись, я сел за накрытый стол.

Еды было много, мои переживания, что не хватит на двоих, не оправдались.

Налив себе из большого кофейника кофе и добавив немного молока, я устроился ждать Алисию.

— Мне уйти? — робко спросила Ефросинья.

— Да нет, наливай себе кофе, садись.

Вокруг стола было четыре кресла, так что мы удобно разместились. На улице шёл дождь, и капли воды стекали по стеклу. В горах осень — красивое время года. Вершины разукрашены жёлто-красными мазками крон деревьев. Я распахнул дверь на веранду, в комнату проникли свежесть и запах дождя, что настраивало на философский лад.

— А вот и я! — радостно выскочила Алисия, всё так же в моём халате. — Ужасно есть хочу! — Она заметила накрытый стол и быстрым шагом подошла к нему, заглядывая в каждую баночку и плошечку. Здесь были и блины с разными видами варенья, и яичница, и сосиски, сыры, колбасы, свежий хлеб. В общем, полный стол еды.

— Это Ефросинья, — представил я свою помощницу.

— Угу, — вполне приветливо кивнула головой Алисия, бросив на мою помощницу быстрый взгляд и одновременно макая блинчик в плошку с мёдом.

— Это Алисия, мы с ней учимся в одной группе. Она целительница, — представил я её Ефросинье.

— Приятно познакомиться, — слегка кивнув и с уважением глядя на жадно поедающую завтрак девушку, ответила Ефросинья.

Мы немного поболтали ни о чём. О погоде, последних новостях, о городе. Затем Ефросинья отправилась по своим делам. Я же, повернувшись к Алисии, внимательно рассматривал её, пытаясь понять, как себя с ней дальше вести. Да и какие у нас теперь отношения, хотелось бы прояснить.

Вчера точно было не до раздумий. Утром она не убежала, а осталась в доме и вела себя, как хозяйка, не постеснявшись даже присутствия моей помощницы. Теперь надо понять, что всё это значит, и хотя бы прикинуть, к чему может привести.

— Как ты у меня оказалась? — начал я разговор.

— Приехала с родителями и братом. Заселилась и пошла на источники. Но там совсем мало стихии, — она осуждающе покачала головой, как будто я был в этом виноват!

— И что?

— Спросила где живёт хозяин всего этого, но никто не знал. Ты представляешь? Сотрудники не знают, кто хозяин! Как такое возможно? — с возмущением высказалась Алисия.

— Ты не отвлекайся, как меня нашла?

— Ну… там, на кухне, за ужином пошепталась с официантками. Девочки всё знают! Одна как раз недавно тебе ужин относила — и показала дорогу. Вот и пришла. Но с этой тропой надо что-то делать! Жуть просто! Можно все ноги переломать.

— Понятно. А родители знают, что ты со мной осталась? — Я поморщился — не хватало мне ещё разборок с её родителями.

— Знают, конечно. Ну… я сказала, что переночую в другом месте. Тебя не упоминала.

— Они так просто тебя отпустили? — удивился я в ответ. В другом городе девушка уходит и говорит, что у кого-то там переночует. Я бы не отпустил.

— Да! Я же большая уже! Они мне не перечат и доверяют, — Алисия гордо задрала нос и расправила плечи, из-за чего слегка распахнулся халат, заставив меня смотреть на то, что находилось под ним, и путая мысли в моей голове.

Алисия, заметив мой взгляд и состояние, поднялась со стула и села мне на колени, обвив руками мою шею. Впилась в губы поцелуем.

— Мы вчера толком и не поцеловались. Не очень-то это красиво с твоей стороны — сразу затащить девушку в постель! — отклонившись назад, заявила она.

— Хм… — Я попытался возразить — ещё кто кого затащил, но мой рот снова запечатали поцелуем.

В итоге мы переместились в спальню.

Когда наше общение в горизонтальной плоскости закончилось, Алисия, посмотрев на часы и что-то пробурчав, убежала в свой домик, к родителям.

Мы так и не поговорили толком, но, с другой стороны, не очень-то я об этом и жалел.

Утром в понедельник Алисия, как ни в чём не бывало, встретила меня у крыльца колледжа и весь день вела себя так, как будто между нами ничего и не было. Никаких лишних касаний, поцелуев и прочего. Под конец учёбы мне наконец удалось остаться с ней наедине, и на мой вопрос о том, какие у нас отношения, она просто фыркнула и пожала плечами, заявив, что отношений пока никаких и нет. Но если я буду стараться, то у меня есть шанс. Многозначительно посмотрев на меня, целительница убежала по своим делам.

Озадаченный подобным ответом, я отправился домой.

У крыльца моего дома стоял достаточно дорогой представительский автомобиль. Стоило мне подойти ближе, как пассажирская дверь открылась, и мне навстречу вышел пожилой мужчина, одетый в строгий чёрный костюм.

— Виталий Шувалов, — его взгляд цепко пробежался по мне.

— Да, это я. Кто вы и чего хотите?

— Меня зовут Даниил Семёнович. Я представляю интересы рода Платовых, — значительно произнёс он и сделал небольшую паузу, наверное, чтобы я проникся важностью момента, — мои доверители поручили передать вам бумаги, — он протянул мне небольшой конверт.

— Это что? — Я удивлённо взял в руки письмо.

— Это предложение рода Платовых о покупке вашего завода «Хадыж-Крем» за сто тысяч рублей, — продолжил он, не обращая на меня никакого внимания, — у вас есть три дня на принятие решения. Потом, боюсь, такую высокую цену мы не готовы будем предложить.

— Ага… — сказал я ошарашенно. Сто тысяч рублей? Это просто смешно!

— Честь имею, — не дожидаясь моего ответа, представитель рода Платовых повернулся и сел обратно в автомобиль.

Конец 2 книги

Если понравилось не забудьте поставить лайк!

Третья книга уже ждет вас https://author.today/work/361384

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Аннулет. Книга 2 – Ученик

Content

Аннулет. Книга 2 — Ученик

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene