Воссоединение (Тело и душа)

Джефф Грабб

Вартан хай Сильвар крался по белым мраморным залам дворца своего бога. Двигался он как вор – причём вор виновный. Его присутствие не могло никого насторожить, ведь он был слугой Лабеласа Энорета. Но вид Вартана мог вызвать вопросы, а он не хотел на эти вопросы отвечать.

Вартан пересёк залы и наконец подошёл к великому хранилищу. Он отпёр дверь ключом, вырезанным из вечного льда. Дверь из потемневшего золота, украшенная подобием спокойного, усеянного множеством глаз божественного лика тихо распахнулась внутрь. Внутри собственным светом сверкали сокровища. Вартан вошёл и запер за собой дверь.

Ключ был подарком от самого Бога Бессмертия, который приказал Вартану регулярно проверять хранилище.

Несмотря на разрешение бога, Вартан прокрался в хранилище как вор, поскольку бог ничего ему не говорил об использовании разных устройств, хранящихся внутри.

Вартан миновал самоцветы проницательности, драгоценности силы и длинные ряды бутылей, содержащих живой мрак. Вартан прошёл мимо застывших во времени огромных чудовищ, по-прежнему живых, но неподвижных в своих бессмертных телах. Он обошёл окаменевшие духи призраков, похожие на леденцы в янтаре. И он прошёл мимо порталов в Королевства и другие места, где почитали эльфийских богов. Некоторые из порталов были закрыты и окутаны мраком. Они могли перенести неосторожных в такие края, где больше не верили в эльфов или бессмертие.

И наконец он подошёл к стене с зеркалами – окнами в измерения за пределами власти эльфийского бога. Большинство из них давно не использовались и были покрыты пылью. Варан снял небольшое зеркальце в резной раме из кости, которое оставалось в лучшем состоянии, чем большинство других. Каждый раз, когда Вартан совершал свои регулярные проверки кладовой божественных сокровищ, он использовал это зеркало.

Вартан протёр зеркало мягкой тряпкой и увидел в нём собственное лицо. Лицо было узким. Лоб покрыт морщинами чуть более глубокими, чем следовало бы для жреца, при жизни служащего своему богу. Его светлые волосы заплетены в длинную косу на спине. Уши, после стольких лет до сих пор красиво заостряющиеся, плавно поднимались вверх, и по мнению эльфа были одной из самых привлекательных черт его внешности. Вартан мог бы провести несколько лет, разглядывая своё отражение, но сейчас у него были другие заботы.

Он подумал о своих друзьях и подул на поверхность зеркала. Отражение эльфа поблекло, сменившись сценой, происходящей в Королевствах внизу. Зеркало стало окном в мир смертных и показало пристань на каком-то острове в море Павших Звёзд. Две фигуры, мужчина и женщина, поднимались на низкий холм, стоящий над этой пристанью. Стояла ранняя весна, трава была ярко-зелёной и казалась почти неестественной в своей пышности. Вартан ощутил укол ностальгии в своём краю бесконечного постоянства. Он скучал по весне. Он скучал по началам. Глядя на пару, Вартан ощутил ещё один укол – на этот раз сожаления о минувших годах. И паладин Агривар, и восточная воительница Иши постарели, как старели все смертные. Оба по-прежнему были гордыми и здоровыми, но Вартан видел в них первые признаки беспощадной старости. Вокруг глаз Иши было несколько линий, которые заставляли её лишь казаться мудрее. Виски Агривара тронула седина, которая заставляла выглядеть его лишь благороднее. Однако паладин по-прежнему был широкоплеч и силён, а Иши по-прежнему двигалась с кошачьей грацией.

Пара прошла по утрамбованной тропинке на вершину холма, где их ожидала железная статуя. Большинство сочли бы бронзовую фигуру големом. Майндер всегда была голосом разума, фундаментом, на котором другие строили свои жизни. Она должна была жить вечно, запертая внутри своей железной формы. Когда пара приблизилась, голем широко развела руки, и её бронзовые губы растянулись в усталой, печальной улыбке.

- Добро пожаловать, - сказала Майндер. – Я рада, что вы смогли прийти.

- Еле получилось, - с усталой усмешкой отозвался Агривар. – Капитан корабля даже не хотел бросать здесь якорь. Ходили слухи о сумасшедшем волшебнике в холмах.

- Я бы не сказала, что он сумасшедший, - отозвалась голем. – Может быть, постоянно озлобленный, но не сумасшедший.

- Как он? – спросила Иши.

Майндер пожала плечами. Её движения были похожи на то, как течёт расплавленное золото.

- Сонный. Большую часть прошлого года он провёл, погрузившись в волшебный сон, и очнулся всего два дня тому назад.

Иши кивнула, потом сказала:

- Но как он?

Рот Майндер сжался в тонкую линию.

- Он устал, - наконец ответила она. – Он очень, очень устал. Может быть, это наш последний шанс. Последний шанс Омена.

Майндер провела двух воинов вглубь острова, к логову волшебника, хотя пара уже много раз ходила этим путём. Царство Омена состояло из нескольких зданий, расположенных над заливом, которые когда-то служили постоялым двором для моряков. Главное здание гостиницы стало жилым помещением и библиотекой, а конюшни использовались для экспериментов. Конюшни несколько раз перестраивали, а земля вокруг них почернела навсегда.

Обстановка в конюшнях менялась в зависимости от экспериментов Омена. Иногда внутри было полно механизмов и шестерёнок, иногда стояла посуда с бурлящими химическими препаратами. На этот раз внутри было полно электричества.

Периметр комнаты загромождали плоские чёрные ящики, а с потолочных балок свисали кабели из витой меди и стали. На огромных сферах, установленных посередине помещения, плясали искры, и земля дрожала от гула машин.

Вокруг машин суетился полурослик, Фоксилон Кардлак, сжимая в руках прорезиненный гаечный ключ. Он носил одежду в синюю полоску. Глаза были прикрыты зеленоватыми защитными очками. Он подтягивал крепление там, стучал по окошку датчика тут и периодически пинал отдельное устройство до тех пор, пока не получал желаемый результат. Он поприветствовал новоприбывших радостным взмахом и вернулся к машинам.

В центре комнаты, в окружении больших сфер, стоял волшебник Омен. Или, скорее, два волшебника Омена. Первый был смертным Оменом, и даже Вартану казалось, что призрак смерти уже склонился над ним. Сгорбленная фигура старика была худой, как у стервятника, щёки запали, глаза были мутными. Его кожа поблекла до оттенка истёршегося пергамента, и даже волосы казались больными и редкими.

Другой Омен, разложенный на столе перед истощённым смертным вариантом, был сделан из меди. Это был Омен, которого помнил Вартан – гордый капитан доброго корабля «Хозяин Королевств». Лицо статуи было мудрым, но не древним, осанка прямой, но не надменной, а волосы, сотканные из нитей жёсткой золотой проволоки, торчали из скальпа, как перья павлина. Омен на столе казался больше похожим на Омена, чем склонившаяся над ним жалкая фигура.

Живой Омен проковылял навстречу гостям. Он пожал Агривару руку и тепло обнял Иши. Со своего наблюдательного поста в другой вселенной Вартан заметил, что оба обращаются со стариком, как с посудой из тонкого фарфора – как с хрупкой и готовой разбиться от малейшего ветерка вещью.

- Хорошо, что вы пришли, - пропыхтел старик.

- Мы всегда приходим, когда ты зовёшь, - ответил Агривар.

- Как ты? – спросила Иши, по взгляду которой было видно, что она уже знает.

- Бывают хорошие дни, а бывают плохие, - сказал Омен. – Хорошие и плохие.

«Плохие чаще», подумал Вартан. Омен был неизлечимо болен. Болезнь сопротивлялась любым попыткам исцеления, в том числе волшебным. Его на короткое время исцелил Лабелас, но для каждого из них цена стала слишком высока. В то время Лабелас был безумен, и они сражались с божеством – все, даже Вартан. Битва стоила им корабля, «Хозяина Королевств», и едва не стоила жизней.

Лабелас оправился от своего безумия и сожалел о своих поступках. Он попытался возместить потери Вартану и остальным. Вартан простил своего бога и поступил к нему на непосредственную службу, но Омен не захотел больше ему доверять и не принял помощь Лабеласа.

- Я не смогу отговорить тебя от этого, старый друг? – спрашивала Майндер.

Омен начал возражать, но его одолел приступ кашля. Присутствующие дождались, пока приступ не пройдёт, после чего волшебник попытался снова.

- Это наш последний шанс. Мы попробовали все остальные возможности и не добились результата.

- Но перенести свою душу в мёртвую оболочку из металла… - сказала Иши.

- Ты больше не сможешь чувствовать вкусы, запахи или прикосновения, как живое существо, - заметила Майндер. – Это не самое приятное состояние. Уж я-то знаю.

- Теперь это даже преимущество, - ответил Омен и снова хрипло закашлялся. – Мы готовы, господин Кардлак?

- Более-менее, - отозвался полурослик, на лице которого отражалась невысказанная тревога.

- Тогда давайте начинать, - сказал Омен. Он повернулся к Агривару и Иши. – Я очень рад, что вы пришли. Когда что-то пойдёт не так, мне может понадобиться помощь.

- Если, - поправил Агривар. – Если что-то пойдёт не так.

- Конечно, - с усталой усмешкой отозвался Омен. – Если что-то пойдёт не так.

Они заняли свои места. Агривар и Иши встали у входа в конюшню. Майндер заняла место под большой хрустальной лампой – она должна была служить шаблоном для магического переноса. Омен улёгся рядом со своим металлическим созданием. Фокси сновал от машине к машине с ключом в руках, выкрикивая числа кода, который понимали только они с Оменом.

- Три-четыре-девять! – кричал полурослик.

- Хорошо, - хрипел в ответ волшебник.

- Два-пять, сила тока тридцать на семь, - сказал полурослик и старик в ответ поднял сухую руку.

- Весь поток – семьдесят дробь семь, - сказал полурослик.

- Прикрути немного, - сказал Омен.

- Показания в пределах оптимальных параметров, - возразил Фокси.

- Прикрути, - повторил усталый маг.

Фокси покрутил ручки, и машина заискрила.

- Семьдесят дробь девять, - сказал полурослик.

- Лучше, - ответил маг.

Иши у входа спросила:

- Это не сработает, правда?

Агривар ничего не ответил, но Вартану хотелось думать, что паладин молча молится о том, чтобы Иши ошиблась. Наконец он сказал:

- Если что-то пойдёт не так, хватай Фокси, а я схвачу Омена.

- Конечно, - ответила воительница, и из другого измерения Вартан увидел, как мышцы женщины напряглись, готовясь к мгновенному действию.

Старый волшебник вытянулся на скамье рядом с металлическим двойником. Он скрестил руки на груди и сказал:

- Врубай!

Фокси потянул за большой рычаг, и вся машинерия в бывших конюшнях ожила. По углам различных чёрных ящиков побежали огоньки, а между большими железными сферами заплясала молния. Свет залил Майндер багровыми отблесками. Омен на широкой плетен напрягся и замер, когда самого волшебника и его статую озарило синим сиянием.

Затем наверху сверкнуло нечто неожиданное. Один из кабелей на стропилах сжёг изоляцию, а через неё – верёвку, которая его крепила. Верёвка с резким звуком разошлась, и кабель из витой меди и стали под напряжением упал на машины внизу.

Замкнулась цепь, которая не должна была замкнуться. Три чёрных ящика по периметру немедленно взорвались с оглушительным рёвом. Пламя ударило в стены. Свет над Майндер превратился в ослепительное солнце. Она бросилась вверх от боли, разбив кристалл в центре лампы. Фокси прилип к одной из рукоятей, его волосы стояли дыбом от проходящего через полурослика тока. Посередине конюшен фонтан искр осыпал двух Оменов.

Иши и Агривар немедленно приступили к действию. Иши перепрыгнула через груду пылающих обломков, оттолкнув полурослика от машины ловким ударом ноги. Фокси завалился на бок, и Иши оказалась под ним, прежде чем он упал. Она схватила полурослика и пригнулась, когда новая машина взорвалась шаром багрового пламени.

Здание быстро заполнялось дымом и пламенем, других товарищей было не разглядеть. Со стороны двери раздался грохот, когда над входом обрушились горящие балки. Там было не спастись.

Иши стиснула зубы и испустила глубокий гортанный крик. Затем она прыгнула на пылающую стену здания, ударяя её ногами.

Она хорошо выбрала точку для атаку, поскольку пламя ослабило стены достаточно, чтобы она пробила их, рассыпая за собой пылающие щепки. Она прижала полурослика к животу.

Снаружи она закашлялась от дыма, вдыхая воздух, чтобы очистить лёгкие. Она опустила полурослика на траву и убедилась, что он ещё дышит.

Когда она подняла взгляд, в пылающей по краям дыре возник Агривар, несущий в руках Омена. Края накидки паладина дымились от искр, а его нос и подбородок были замотаны тканью. Он вырвался в проём, когда часть старого сарая обрушилась позади него. Он покачнулся, и Иши бросилась им навстречу. Паладин передал ей старого мага, потом упал на одно колено.

Иши уложила старика рядом с полуросликом. Тот уже очнулся, отряхивался и сбивал дымящиеся участки с одежды. Омен хрипло застонал и поднял взгляд на Иши. Потом он слабо выругался и сказал:

- Не сработало.

- Боюсь, что нет, - согласился воин. Омен ничего не добавил, охваченный долгим приступом кашля.

Агривар с трудом встал на ноги, когда старый сарай стал заваливаться. Пламя лизало все его стены. Раздался грохот, и передняя половина здания обрушилась. Оставшаяся крыша прогнулась верблюжьим горбом, когда главные балки поддались пламени. Раздался ешё один взрыв, и здание взорвалось, разбрасывая пылающую древесину и горячий воздух. Трое людей и полурослик вскинули руки, когда на них посыпались горящие щепки.

Из огненного шара вышла Майндер. Её бронзовая кожа покраснела от жара и почернела от сажи. Она держала под мышкой тело Омена-автоматона, а в другой руке – его немного расплавленную голову. Большая часть твёрдой золотой проволоки поникла, как лапша, и железное лицо статуи исказилось в жуткой усмешке.

Майндер уложила искалеченное тело у ног Омена и сказала:

- Прости. Я пыталась спасти его, пока всё не взорвалось.

Омен лишь кивнул, продолжая кашлять, пока остатки дыма не покинули его лёгкие.

- Ну что ж, - сказал Фокси, постукивая по своим защитным очкам. – Вернёмся к чертёжной доске.

- Нет, - сказал Омен сиплым голосом. – Это был последний раз. Даже в зачарованном сне я не проживу достаточно долго для новой попытки. У нас закончились варианты. Мне… предстоит умереть.

Он окинул взглядом обеспокоенные лица стоящих рядом товарищей.

- И я думаю, что готов к этому.

В Арвандоре Вартан ущипнул себя за переносицу и вздохнул. Лабелас Энорет был эльфийским богом долголетия, и долгая жизнь эльфийского народа была его даром. Видеть, как умирают товарищи, было обычной частью эльфийского существования.  Эльф мог завести близкие знакомства среди людей, но никогда не мог забыть о том, что будет ещё молод, когда они погибнут от старости.

Так почему Вартана беспокоит, что Омен, старый человеческий маг, достиг конца своего пути? Он сражался за жизнь, сражался отчаяннее, чем все, кого знал Вартан, при помощи любого ресурса, волшебного и обычного, которые только были у него в распоряжении. Омен не принял болезнь внутри себя, а сражался с ней на каждом ходу. И его вынуждали отступать, шаг за шагом, пока он не решил принести в жертву собственное тело, чтобы преодолеть болезнь.

Может быть поэтому, подумал Вартан. Эльф принимал свою длинную жизнь как должное, подарок богов, которым она и была. Через несколько сотен лет, когда наступит час самого Вартана, будет ли он таким же упорным, как Омен?

И будут ли рядом с ним друзья, готовые прийти на помощь, рискнуть ради него собственной жизнью?

Вартан позволил зеркалу угаснуть и долго сидел среди блестящих сокровищ. Потом он встал и подошёл к полкам, расположенным у входа. Он взял один из драгоценный и повертел его в руках. Затем подошёл к одному из порталов и долго стоял на краю. Потом сделал глубокий вдох и шагнул в портал.

Он не обратился с молитвой к своему богу, опасаясь, что Лабелас Энорет услышит его. И Вартан подумал, что Лабелас, наверное, не одобрит то, что задумал его преданный жрец.

***

Конюшни были полностью разрушены – их придётся отстраивать заново. Фокси и Агривар поспорили, сколько раз это уже случалось, хотя оба знали, что число уже двузначное. Убедившись, что никто не пострадал, паладин и полурослик ушли на кухню, чтобы приготовить вечернюю трапезу. Майндер разожгла огонь в главном зале гостиницы и начала оттирать сажу с тела. Омен рухнул в большое мягкое кресло, а Иши опустилась на пол рядом с ним.

- Всё кончено, - горько сказал маг.

- Это была лишь временная неудача, - ответила козакурская воительница. – Должны быть другие варианты.

- Это был последний, - просипел старый маг. – Времени не осталось. Больше… - он позволил своему голосу затихнуть, глядя в огонь, и Иши подумала, не потерял ли он нить своих размышлений.

- …не осталось сил, - закончил он. – Я слишком устал, чтобы сражаться.

- На востоке смерть воспринимают как событие, которого не надо бояться. Её надо лишь принять, когда наступит время, - сказала воительница.

Старик выпустил воздух, как будто сдувшийся шарик.

- Я боюсь не смерти, Иши Барасуме.

- Нет?

- Того, как именно я умру, - сказал Омен. – Одно дело – погибнуть в бою, а другое – от усталости. И болезнь действительно вымотала меня, перемалывала меня по кусочку, пока не осталось ничего, кроме пыли. Это Зверь, и он наконец-то пожирает меня.

Ужин был восхитительным, пускай и запоздалым. Пока Фокси и Агривар подавали вкусное, хотя и простое жаркое Майндер заканчивала полировать своё бронзовое тело (в еде она не нуждалась).

Разговоры были вежливыми. Они старались не упоминать о сегодняшних событиях и их последствиях, вместо этого обсуждая другие темы – последнюю моду Глубоководья, кормирскую политику, погоду и угрожай в Долинах. Фокси вспоминал старые истории, в которых они все принимали участие, но никто не поправлял его, когда полурослик то и дело немного преувеличивал.

Наконец Агривар спросил:

- Что дальше?

Иши увидела, как расслабились Фокси и Майндер. Они тоже хотели задать этот вопрос.

Омен покачал головой в ответ.

- Не будет никакого «дальше», - спокойно сказал он. – Я умру, и мне лучше привыкнуть к этой мысли.

Молчание погребальным саваном опустилось на стол. Лицо Фокси скривилось от боли, Майндер помрачнела. Иши подозревала, что сама тоже выглядит не слишком радостно, и задумалась – смогла бы она встретить верную смерть с такой же решительностью.

Нет, решила женщина, она бы сражалась до последнего вздоха.

Молчание нарушил Агривар.

- Эксперимент провалился, но… - начал он, но Омен поднял костлявую руку, и паладин замолк.

- Этот эксперимент, - прохрипел старик. – И прошлый. И позапрошлый. Я пробовал зелья долголетия, волшебные кольца, поля замороженного времени. В лучшем случае я удерживаю Зверя, а в худшем… - но на этих словах у него в горле накопился гной, и четверо остальных молчали, пока он согнулся от кашля. – В худшем случае Зверь продолжает отнимать у меня жизнь. Пробовать больше нечего, друзья мои. Мне остались часы, может быть дни, но я побеждён. Я умру, и с этим никому ничего не поделать.

Старик переводил взгляд от одного собеседника к другому. Фокси готов был поддаться отчаянию, Агривар был хмурым, почти злым. Иши глубоко нахмурилась. Майндер вроде бы спокойно приняла новости, но это было заряженное спокойствие, затишье перед бурей.

- Всегда есть ещё один неиспробованный способ, - раздался в дверях новый голос, знакомый голос, который присутствующие не слышали уже много лет.

В дверях стоял Вартан хай Сильвар, облачённый в свои золотые доспехи. Иши и Агривар поднялись ему навстречу, но первым с хриплым обвинением в голосе заговорил Омен.

- Зачем ты пришёл, золотой эльф? – фыркнул истощённый старик. – Решил заглянуть и поиздеваться надо мной, демонстрируя свою молодость и здоровье?

Вартан действительно казался молодым. Не просто хорошо сохранившимся или неподвластным времени, как все эльфы, из-за чего они с каждым десятилетием становились ещё более худыми и невесомыми. Вартан выглядел молодым, его взгляд искрился энергией, а голос – силой. Казалось, он просто вышел на мгновение – и вернулся таким же, каким был в их последнюю встречу.

Вартан посмотрел на Агривара и Иши. В другое время они бы обнялись и пожали руки, но после обвинения Омена между ними повисла напряжённость. Он улыбнулся их паре, потом обратился к самому Омену.

- Я здесь не для насмешек. Я пришёл, чтобы помочь.

Вартан вышел вперёд и положил на стол крупный драгоценный камень. Это был большой розоватый камень, который пульсировал светом как будто сам по себе. Его грани были исписаны забытыми рунами и нечитаемыми надписями.

- Он называется камнем проницательности, - сказал эльф. – Это инструмент, которым пользуется Лабелас Энорет в Арвандоре. И он может предоставить решение… твоей проблемы.

Фокси подался вперёд, заинтригованный размером сверкающего камня. Омен подтянул колени к груди, как капризный ребёнок.

- Уходи, эльф. Мне не нужна твоя помощь – или помощь твоего бога.

- Я слышал, что ты поступил на прямую службу к Лабеласу Энорету, - сказал Агривар.

- И я по-прежнему у него на службе, - ответил Вартан.

Паладин покачал головой.

- Однажды мы уже отказались от помощи Лабеласа, когда «Хозяин Королевств» был разрушен. Остаётся слишком много ниточек, когда ведёшь дела с твоим богом. Нам придётся снова отказаться от твоей помощи.

Иши посмотрела на Омена, подтянувшего костлявые коленки к подбородку и пристально разглядывающего камень. Наконец она сказала:

- Не следует вот так сразу отказываться от предложения помощи, но я думаю, что Агривар прав. Твой бог дурно обошёлся с нами в прошлом. Даже если он желает нам добра, какие доказательства его намерений можешь ты предъявить?

Вартан почесал кожу у основания шеи и издал смущённый звук:

- Ну, по правде говоря, я понятия не имею, какие у него намерения. Он пока не знает, что я это сделал.

Наступила тишина, потом Агривар сказал:

- Он не знает?

Вмешалась Майндер:

- Ты взял что-то у своего бога, не спрашивая его разрешения?

Фокси выглянул из-за края камня.

- Ооо, значит он краденный. Это намного лучше!

Вартан выдавил слабую улыбку.

- Я знаю о твоей борьбе, Омен, и – как и ты – не могу успокоиться, пока мы не испробуем всё. Я знал, что ты не захочешь иметь дел с моим богом, поэтому я просто… забыл… попросить разрешения.

Его голос утих, и он закончил предложение пожатием плеч.

- Волшебная вещь, украденная у бога, - сказал Агривар. – Ничего хорошего это не сулит.

- Мы должны обдумать любые варианты, - ответила Иши. – И если это сработает, камень всё равно можно будет вернуть Лабеласу.

- Кража есть кража, - ответил паладин, - и я не думаю, что Омен хочет помощи от Лабеласа, даже если сам бог не будет об этом знать.

- Как он работает? – спросил Омен.

Агривар повернулся и уставился на старика. Тот подался вперёд. Отсутствующий и обреченный вид пропал, сменившись худым, голодным обликом человека, которому дали ещё один шанс.

Вартан коротко взглянул на Агривара, потом обратился к Омену:

- Паладин говорит разумно. Даже если я принес тебе камень не по воле Лабеласа, в нём содержится частица его божественной силы…

- У меня нет времени, - просипел Омен. – Как. Он. Работает?

По лицу Вартана пробежала тень. Он забыл, каким раздражающим бывает старик.

- Его используют, чтобы погрузиться в глубины души и тела. Зачастую его применяют для духовных поисков. Пользователь настраивается на камень и входит в него, чтобы столкнуться с тем, что его беспокоит. Часто его применяют духи эльфов на внешних планах, которые страдают от безумия или разбитого сердца. Во время путешествия они встречаются со своими болезнями и побеждают их.

По мере того, как эльф говорил, оживление пропадало с лица Омена, а в его глазах умирала надежда. Наконец, старик покачал головой.

- Войти в камень, - сказал Омен. – Духовные поиски.

Он вытянул свои хрупкие руки.

- Боюсь, я не готов к путешествиям. Твоё предложение пришло слишком поздно. Я не способен на путешествие. Было глупо ожидать другого.

- Могут ли другие отправиться в путешествие вместе с ним? – спросила Иши.

- Или вместо него? – предложила Майндер.

Вартан потёр подбородок.

- Возможно, - сказал он. – Но это очень рискованно. Смерть или помехи во время путешествия могут убить странника.

- Риск невелик, - сказала Майндер.

- Оно того стоит, - добавила Иши.

- Хуже нового взрыва всё равно не будет, - сказал Фокси.

Вартан посмотрел на Агривара, который молчал во время этого обсуждения, потирая подбородок костяшками. Наконец, паладин сказал:

- Я не доверяю твоему богу и всему, что с ним связано.

- Тем больше причин пойти с нами, - сказал Вартан. – Нам нужен тот, кто будет готов к любым неожиданностям.

Паладин молчал ещё какое-то время, потом покачал головой и улыбнулся.

- Ты не утратил своего умения спорить, Вартан. Выходит, то, что я с тобой не согласен – и есть причина отправиться с тобой?

- Именно, - подтвердил эльф.

- Очень разумно, - заявил Фокси. Все посмотрели на полурослика, и тот сказал: - Ну правда же!

Агривар покосился на Омена, потом на остальных. Наконец он сказал:

- Ну ладно, попробуем этот последний вариант. Когда будем начинать?

***

В центре гостиной очистили место, отодвинув к стенам низкие столики и кресла. Агривар помог Омену усесться на один из пышных диванов.

- Я пошёл бы, если б мог, - слабо сказал старик.

- Я понимаю, - ответил Агривар.

- Просто я так слаб в последнее время, - жалобно продолжил Омен, и паладин кивнул. Омен посмотрел на Агривара и сказал:

- Ты же не считаешь меня трусом за то, что я слабый и старый, правда?

Агривар открыл рот, но потом закрыл его. До этого мгновения он совсем не считал Омена трусом. Но теперь, глядя в глубоко посаженные глаза друга, он видел это. Страх. Может быть, Омен был слаб, но что важнее – он боялся того, что они могут встретить в глубинах его души. И вместо того, чтобы встретиться с этим самому, он был готов отправить друзей.

- Я не думаю, что ты слабый, - сказал Агривар, желая утешить волшебника. – Я никогда не считал тебя слабым.

- Ты останешься с Оменом, - сказала Майндер Фокси.

Тот ответил:

- Не понимаю, почему идти должны ты, Агривар, и Иши, и Вартан. Вы не берёте меня, потому что боитесь, что я что-то сломаю, украду или потеряю.

Голем опустился на колено рядом с полуросликом.

- Вовсе нет. Но я хочу, чтобы рядом с Оменом был кто-то умелый, смекалистый, находчивый и преданный.

- Ты забыла красивого, - добавил полурослик.

Майндер сумела тепло улыбнуться.

- И красивый. Я хочу, чтобы когда что-то пойдёт не так, с Оменом был тот, кому я доверяю.

- Если что-то пойдёт не так, - поправил Фокси.

- Если что-то пойдёт не так, - согласилась голем.

Вартан поднял камень проницательности и прошептал какие-то слова на древнеэльфийском. Пульсирующий свет внутри камня начал становиться сильнее, пока комната не заполнилась горячими, пляшущими тенями собравшихся героев. Агривар заслонил глаза рукой, глаза Иши превратились в узкие щёлочки. Майндер стояла неподвижно, как статуя, её железные мускулы напряглись от беспокойства и предвкушения.

Вартан коснулся руническим камнем лба Омена. Казалось, Омен расслабился от прикосновения. Майндер сделала два шага вперёд, но камень запульсировал снова, на этот раз слабым, трепетным светом, не таким ярким и быстрым. Фокси взял Омена за запястье и заметил, что Омен потерял сознание. Слабые вспышки камня совпадали с пульсом волшебника.

Из пульсирующего камня потёк туман. Его длинные узкие полосы закручивались вокруг самих себя, удваиваясь и учетверяясь, пока наконец не приобрели плотность. Узловатый поток тумана превратился в низкий арочный проход, и внутри этой арки вертелись и сливались огни. Неожиданно она превратилась в ворота, ведущие в неизвестность.

Вартан протянул пульсирующий камень Фокси.

- Не отпускай его, - приказал он. Полурослик кивнул, и золотой эльф шагнул в арку, исчезнув в пульсирующих цветах. За ним отправилась Майндер, даже не оглянувшись.

Иши и Агривар переглянулись, затем кивнули друг другу и шагнули в арку одновременно.

Они оказались на чёрной дороге, петляющей по непостоянному, изменчивому ландшафту. Сама дорога отличалась глубочайшей чернотой. Вокруг неё расходились следы, как вокруг панциря черепахи в воде. Дорогу окружал постоянно изменяющийся ландшафт из бурлящих цветов. Сама земля была похожа скорее на вздымающийся и опадающий океан с неопределёнными твёрдыми кусками, возникающими из земли, как обломки, носимые штормом.

Среди водоворотов на мгновение возникали замки и погружались обратно. На миг движущаяся почва застыла, демонстрируя пасторальную сцену с деревьями и ручьями, затем её смыло новой волной, разбросавшей куски сцены по сторонам.

- Где мы? – спросил Агривар.

- В душе Омена, - сказал Вартан. – По крайней мере, в том, что мы способны воспринимать. Чувства, память, эмоции – всё прямо здесь. Чёрная дорога кажется самой постоянной частью ментального полотна. Если будем держаться её, то наверное сможем… Иши?

Козакурская женщина опустилась на колено, одной рукой упираясь в землю, другой хватаясь за живот. Её лицо было нездорово-зеленоватым.

- Всё двигается, - пробормотала она, когда Вартан опустился рядом. – Больно смотреть.

- Тогда не смотри, - посоветовал золотой эльф. – Смотри на дорогу. Просто сосредоточься на дороге. Она не двигается.

- Глупо, - сказала она, дыша коротко и неровно. – Я же не страдаю от морской болезни.

- Это не море, - отозвался Вартан. – Посмотри на дорогу и сделай глубокий вдох. Два, три, четыре. Теперь выдохни. И ещё раз. Два, три, четыре.

Агривар заметил, что голем пристально вглядывается в бурлящий хаос, плескающийся по краям их эбенового пути.

- Ты в порядке, Майндер? – спросил он.

Майндер кивнула.

- Я понимаю, в чём беда Иши, - сказала она. – В море бывают те, кто видит закономерности в океане, кто ищет порядок среди волн и облаков. Когда они находят порядок, море больше их не беспокоит. Но здесь нет заметного порядка, и это вызывает у неё трудности.

- А что насчёт тебя? – спросил паладин.

- Я вижу закономерность, - сказала Майндер. – Я много лет служила рядом с Оменом, и этот ландшафт так же непостоянен, как и волшебник. Не могу это объяснить, но вижу.

Она посмотрела на Агривара

- Скорее всего, Вартан обладает защитой в результате своей жизни в Арвандоре. Но что насчёт тебя, паладин? Ты служишь Порядку. Почему тебя это не тревожит?

Агривар покачал головой и негромко сказал:

- Это напоминает мне о недельном запое, который был у меня однажды в Глубоководье. Не самый приятный опыт в моей жизни.

Майндер кивнула, и они повернулись туда, где Вартан помогал Иши подняться на ноги. Оттенок зеленого на её лице стал немного здоровее, но взгляд девушки был прикован к дороге. Её дыхание было медленным и размеренным, и она сказала:

- Я в порядке.

- Может, тебе стоит вернуться обратно, - предложил Агривар. – Мы можем взять Фокси… может быть, ему будет не так тяжело…

- Я в порядке, - ответила восточная воительница тоном, не допускавшим дальнейших возражений.

Агривар поднял руки в знак того, что сдаётся.

- Ты в порядке. В полном порядке. Никогда не выглядела лучше. Давайте идти дальше.

Иши пробормотала что-то на родном языке. Майндер и Вартан не расслышали, но Агривар поморщился. Потом она шагнула вперёд, опустив голову, и остальные пошли следом. Вздымающийся ландшафт, по оценке Агривара, продолжался около мили, хотя в этом безземелье расстояние было слабо применимо. Знакомые ему здания из Глубоководья и Долины Теней вертелись вокруг, как танцоры, а из-за завесы тумана возникла эскадрилья летучих кораблей Халруаа, лишь для того, чтобы быть поглощённой склоном холма с пасущимися овцами. Один раз сам «Хозяин Подземелий» взлетел на гребне большой волны, его паруса раздувались, когда корабль обгонял шторм. Затем перед ним прошла стена кроваво-красного дождя, и корабль тоже исчез.

Местность медленно начала успокаиваться, волны двигались не так быстро, превратились в густой сироп с клубящимися вокруг воспоминаниями Омена. Начали возникать огни, похожие на звёзды в грозовую ночь. Огни стали более многочисленными, когда клубящийся ландшафт наконец замер, и Агривар заметил, что это драгоценные камни, каждый – с мужской кулак размером. По мере их продвижения камни стали более многочисленными, собираясь в грозди, похожие на заросли кактусов.

- Я вдруг обрадовался, что мы не взяли с собой Фокси, - сказал Агривар.

Вартан кивнул.

- Не знаю, что эти камни собой представляют, но не думаю, что полурослик смог бы удержаться и не подрезать один. Майндер, в чём дело?

Голем стояла абсолютно неподвижно, посередине дороги, с широкой усмешкой на её металлическом лице.

- Сирень, - сказала она. – Я чувствую запах сирени.

И она шагнула к краю дороги.

Агривар сначала ничего не понял, но Вартан закричал:

- Остановите её, пока она не сошла с пути!

Агривар быстро схватил голема сзади, потянувшись, чтобы обхватить её за шею. Он был всё равно, что котёнок, пытающийся повалить старого охотничьего пса. Иши не уступала ему в скорости, но справилась лучше. Она нырнула в ноги голема и воспользовалась своим телом, чтобы сделать крупному конструкту подсечку. Майндер с криком рухнула вперёд и распростёрлась на дороге в дюймах от края с Агриваром на спине.

Вартан присоединился к паладину, и Майндер попыталась встать под их общей тяжестью.

- Я в порядке, - наконец сказала она.

- Чувствуешь какой-нибудь запах? – спросил эльф.

- Нет, ничего, - ответила голем после паузы.

- Уверена? – уточнил Вартан.

- При чём здесь запахи? – спросил Агривар.

- Она голем, - резко ответил Вартан. – Она не должна чувствовать запахи.

Майндер неуверенно поднялась на ноги.

- Сирень. Неожиданно я почувствовала сирень, - сказала она. Агривар мог поклясться, что она покраснела. – Это мои любимые цветы, и Омен позволял собирать их и приносить на корабль, хотя я не могла чувствовать их запах.

- Воспоминания – это не только визуальные иллюзии, - сказал Вартан. – Давайте продолжать путь.

Дорога вела в огромный город, вырезанный на вершине горы. Там стояла огромная статуя какого-то огненноглазого мага, возможно, собственного учителя Омена, и крипта с радугой из свежих цветов. Они прошли в большую библиотеку, заполненную книгами. Одна была в пределах досягаемости, но когда Агривар коснулся её, сгорела синим дымом.

Они прошли через огромную палату, украшенную картой Королевств. Те места, в которых они бывали, были изображены в мельчайших деталях, а те, которые Омен не посещал, оставались безжизненными линиями на карте.

Они прошли по останкам поля брани. Всюду валялись разбитые осадные машины и искалеченные тела, вдалеке кричал человек. Агривар ощутил потребность оказать помощь, но не стал сходить с дороги.

Затем дорога раздвоилась. Впереди она снова раздваивалась – а потом ещё и ещё, образуя огромное ветвящееся дерево троп, которые разделялись и сходились снова и снова.

- Куда? – спросил Агривар.

Вартан покачал головой.

- Не знаю. Только один путь здесь правильный. Остальные – иллюзия. Должно быть, мы уже близко. Болезнь начинает обороняться.

- Сюда, - резко сказала Иши.

- Откуда ты знаешь?

- Я смотрю на эту дорогу уже половину вечности, - прорычала воительница. – Я знаю, где настоящий путь. Просто знаю. Идите за мной.

И она отправилась по правому пути.

Вартан посмотрел на Агривара. Тот просто пожал плечами, и все трое пошли за Иши, которая выбирала один поворот за другим. Спустя какое-то время пути стали соединяться в главный маршрут, окружая их забвением. Была видна только грубая дорога.

- Мы приближаемся, - сказал Вартан.

Появились личные демоны. Они налетели со всех сторон на своих кожистых крыльях, бросаясь на путешественников с трезубцами и копьями. Они не могли ступить на саму дорогу, но пикировали на авантюристов, пытаясь сбить их с тропы.

Агривар отразил укол копья собственным мечом и заметил, что у демонов – человеческие лица. Некоторых он узнавал, другие были ему незнакомы. Один был похож на огра-мага, с которым они когда-то сражались, другой на лича, а третий на капитана Халруаа. Был один, похожий на огненноглазого колосса, и несколько, которые носили глазные повязки и напоминали бога Лабеласа Энорета. И один выглядел в точности как Вартан.

Этот последний демон-Вартан пронёсся над золотым эльфом и издевательски расхохотался. Вартан прорычал несколько слов на эльфийском и поднял руки над головой. Он произнёс ещё несколько слов в точном, отмеренном порядке, и его руки вспыхнули обжигающим светом. Свет превратил демонов в бледных, полупрозрачных существ, и они сбежали во тьму вокруг.

- Вон! – закричал он на отступающих демонов.

- Ты знал, как это делается, - спросила Майндер, - или просто разозлился, что у одного из демонов Омена – твоё лицо?

Вартан бросил на голема красноречивый взгляд и указал на крупное пятно мрака, тёмный утёс. Путь исчезал в пещере у основания утёса.

- Там, - сказал золотой эльф.

Вход в пещеру был погружён в зловонную сырость, и дорога стала скользкой, погружаясь в сердце чёрной горы. Вокруг них поднялись стены. Лохматые, мясистые существа висели по бокам. Поначалу Агривар решил, что это летучие мыши или какой-то висячий мох, но лохмотья были частью самой пещеры, удаляясь от поверхности по мере своего разложения.

В лицо дул горячий ветер, пахнувший разлагающейся плотью и испорченным мясом. Агривар прижал руку ко рту и заметил, что Иши уже обвязала рот и нос шарфом. Вартан немного позеленел. Только на Майндер не подействовал запах.

Дорога превратилась в поток, чёрный ручей, который тёк перед ними через тёмную гору. Теперь звучали крики – уставшие, измученные крики последних мгновений человеческой жизни. Агривар задумался, что происходит в мире снаружи. Если Омен погибнет, что с ними произойдёт?

Стены разошлись в широкую пещеру, освещённую синими венами сверкающей плоти среди гниющего мрака. Ручей втекал в огромное озеро посередине пещеры, а посередине озера поднимался белый остров.

Это был бледный остров из прозрачной плоти, его цвет был болезненным, как глаза старика, и его рассекали тонкие чёрные полосы. Агривар не знал, сковывают ли они остров или просто поддерживают его, не позволяя плоти развалиться. Тёплый, липкий ветер исходил из огромных пор на его боках и почти ошеломлял.

- Он огромен, - сказала Иши, и её голос затерялся в огромном пространстве вокруг них.

- Думаю, мы пришли, - сказал Вартан.

- И что мы будем делать? – спросила Майндер.

Когда слова сорвались с её губ, остров задрожал. Волнистый каскад плоти прошёл как волна по его поверхности. В центре острова складки плоти разошлись, открывая большое, подрагивающее око, на поверхности которого пульсировали сосуды черноты. Остров на миг посмотрел на них и в этот же миг – узнал.

Остров закричал, вдоль его основания открылись рты, когда он рванулся вперёд, на четырёх товарищей. Оставшиеся чёрные нити удержали его на месте. Он забился, и волны хлынули на берег.

Все четверо отошли на шаг, и зловонная вода по краям бассейна вспенилась на мгновение, а затем взорвалась от щупалец. Каждое из щупалец было тонким, бледным червём, сплетённым из главного тела острова. Они бились, как змеи, и у каждого на конце была человеческая голова.

Одна человекоголовая змея бросилась на Агривара, и он встретил её своим клинком. Реакция паладина была мгновенной и инстинктивной, и только когда его меч прошёл через тело бледного червя, он понял, что лицо на конце щупальца принадлежало Омену.

Он понял, что это всё были лица Омена. Молодого Омена, Омена-ребёнка, злого Омена, больного Омена – слишком много истощённых больных лиц – и все пытались опутать тех, кто проник в их логово.

Ещё одна змея-Омен бросилась на него и встретила такую же судьбу. Иши рядом ловко скользила среди змеящихся щупалец, уворачиваясь от их ударов и отвечая собственными смертоносными уколами. Майндер просто стояла на месте и ловила змеиные лица, когда они атаковали её. Она хватала лица Омена своими крупными железными руками и сворачивала их. У её ног уже росла целая груда голов.

Особенно плотный и решительный узел бледных червей-Оменов оттеснил Вартана назад, прочь от озера и остальных. Эльф бил каждую по очереди своей булавой, но на смену каждой разбитой голове приходили две новых, и он был уже почти у края пещеры. При каждой возможности головы колотили Вартана.

К Агривару скользнула ещё одна змея, пытаясь обвиться вокруг ног. Он обрушил свой меч на её узлы, и из обезглавленной змеи хлынула чёрная кровь. Тогда-то Агривар и заметил, что первая змея-Омен, которую он убил, не отступила. Вместо этого её рана сомкнулась, и на ней уже пузырилась новая плоть. На глазах у Агривара эти пузыри превратились в новое лицо Омена. Восстановленная змея-Омен зашипела на Агривара и свернулась для нового удара.

Агривара потянули за левое плечо, и паладин развернулся, чтобы обнаружить, что вокруг него обвилось ещё одно щупальце-Омен, сковав его левую руку. Он попытался вырвать руку, но змея-Омен просто засмеялась, затягивая узел потуже.

Казалось, руку поймали в тиски. Агривар выругался, пытаясь ударить мечом. Но вторую руку тоже опутали бледные кольца другой змеи, а третья и четвёртая уже оплетали его лодыжки.

Агривар закричал, прося о помощи, но положение других было немногим лучше. Вартана захлестнули кольца, колотившие его со всех сторон и тянувшие его к озеру. Майндера похоронили под огромной грудой змей. Периодически из этой массы появлялась её рука – лишь для того, чтобы быть похороненной под новым напором. Иши опутали почти так же, как и его, за запястья и лодыжки, и тащили к берегу озера. Она вырывалась, но новое щупальце быстро обвивало и снова опутывало её.

Агривар пытался сопротивляться, но змеи тянули слишком сильно. Он скользил вперёд на несколько футов, пытался упереться в землю покрепче, потом снова скользил. По лбу катился пот, пока его медленно, шаг за шагом тащили к непроницаемой чёрной воде.

- Стойте! – закричал знакомый голос. И щупальца, хотя не отпустили свою прочную хватку, прекратили его тянуть.

- Освободите их, - сказал тот же голос, и щупальца на миг замешкались, как будто от нерешительности. – Я сказал, освободите их, - повторил голос, и щупальца медленно сползли с его тела.

Ноги и руки Агривара были будто мёртвые, и он сумел выдохнуть:

- Омен?

У входа в пещеру действительно стоял Омен. Его окружало желтоватое мерцание, от которого у Агривара болели глаза. Он казался прямым и высоким, но таким же истощённым и дряхлым, и в его взгляде виднелся призрак безумия. Из-за волшебника выглядывал Фокси.

Огромное жуткое око в центре острова посмотрело на живого Омена и сразу же его узнало. Рты вдоль основания острова оглушительно взвыли от боли, и щупальца вернулись в густую воду, со всплесками втягиваясь в основное тело.

Агривар посмотрел на остальных. Вартан был без сознания, Иши медленно поднималась на ноги. Майндер, казалось, не пострадала и уже начала возражать.

- Фокси, - сказала она. – Ты же должен был оставаться с ним!

- Я и остался! – сказал полурослик. – Он пришёл сюда, и я оставался с ним на каждом шагу.

Он поднял руку.

- Камень я тоже сохранил!

- Омен, - сказал Агривар, поднимаясь с берега. – Тебе не следовало приходить.

- Я должен был, - спокойно сказал маг, - хотя не сумел бы сделать это без вас и других, которые проложили путь.

Он на мгновение замолчал и добавил:

- Я не слаб.

Агривар устало кивнул.

- Я никогда такого и не говорил.

- Теперь это мой бой, - сказал Омен. – Забирайте Вартана и отойдите от берега.

Агривар посмотрел на старика, потом кивнул. Он схватил упавшего золотого эльфа за плечо, Иши взялась за другое, и вместе они потащили его к выходу.

Оглянувшись, пара увидела Омена на берегу чёрного озера, Майндер с одного его бока, Фокси – с другого. Остров не атаковал своими змеями и на самом деле как будто боялся присутствия Омена. По чёрной плоти бежала заметная дрожь, а единственное бледное око сочилось кроваво-красными слёзами.

Омен заговорил, но Агривар не различал слов. Вместо них он слышал только поднимающийся и опадающий голос Омена – его тон то нарастал, то опускался. Как волны на берегу – или как удары человеческого сердца.

Бледный остров задрожал ещё раз и начал тонуть. Сначала медленно, но потом быстро. Рты закричали, когда он погружался, их голоса медленно стихали, как и ветер, испускаемый этой тушей. С каждым мгновением она погружалась всё быстрее. Наконец, остался лишь жалкий обрубок – и тот полностью исчез под поверхностью озера, оставив после себя лишь пузыри.

Омен опустился на колени, наклонился и вытащил что-то из воды. С Фокси и Майндер он вернулся туда, где ждали два человека и эльф. Вартан только начал приходить в чувство.

Агривар увидел в руках Омена искривлённую массу, которая была живым островом. Теперь она стала маленькой, копошась на сложенных лодочкой ладонях мага.

- Это оно? – спросила Иши. – Это Зверь?

Омен кивнул.

- Тогда убей его, - сказал Агривар. – Уничтожь его раз и навсегда.

Омен покачал головой и сказал:

- Я не могу уничтожить его, потому что это – часть меня. Я считал это создание противником, чем-то внешним, нарушителем. Поэтому все мои эксперименты так или иначе закончились неудачей. И поскольку я это отрицал, оно становилось сильнее. Единственный способ победить это создание – заточить его. И есть только одна возможная тюрьма.

Он поднял копошащуюся массу к груди. Иши закричала, но оказалась недостаточно быстрой, поскольку бывшее существо-остров проникло в грудь Омена, как будто состояло из редкого воздуха.

Старик глубоко вздохнул, и жёлтое мерцание вокруг него стало ярче. Когда оно угасло, он стоял там – высокий, прямой – и улыбался.

И был здоровым. Омен снова был здоровым и сильным.

- Пойдём, - сказал маг, предлагая Агривару руку. – Давайте выбираться отсюда, пока очередная часть моего тёмного прошлого не захочет выйти к нам навстречу.

***

Они вернулись и обнаружили гостиную в том же виде, в каком оставили её. Судя по часам, их не было всего лишь несколько минут. Следующий час Омен провёл в бесконечных проверках здоровья, которые только могли вспомнить Майндер и Фокси. Вартан мог поклясться, что некоторые они выдумывали прямо на ходу.

Эльфу было очевидно, что они добились успеха. Старик излучал жизнь, когда с ворчанием проделывал каждое упражнение и жаловался на каждое ощупывающее касание.

Фокси и Майндер продолжали спорить по поводу нормальной человеческой температуры, а Иши с Агриваром отступили на кухню, чтобы приготовить праздничную трапезу. Вартан занялся собственными ранами. Сейчас камень проницательности был у него в кармане, и он размышлял, как вернуться в Арвандор, прежде чем его отсутствие заметят. Он надеялся, что у старого мага найдётся что-то подходящее в книге заклинаний.

Золотой эльф почувствовал мягкое прикосновение где-то на границах сознания и невольно вздрогнул. Прикосновение было знакомым, и он сразу же понял, что попал в неприятности. Как сказал бы Фокси, игры всё-таки кончились.

Эльф медленно встал и подошёл к двери. Остальные не обратили внимания. Вартан вышел из гостиницы и обошёл стену рухнувших конюшен. С этой стороны открывался вид на залив внизу. Его ждала фигура в церемониальных эльфийских доспехах. На броне и глазной повязке сверкало заходящее солнце.

- Милорд бог, - сказал Вартан, глядя под ноги фигуре и не смея поднимать глаза.

- Приветствую тебя, Вартан хай Сильвар, - сказал Лабелас Энорет. – Старик хорошо себя чувствует?

- Наверное, мне следует объяснить… - начал Вартан.

- Наверное, тебе следует ответить на мой вопрос, - резко сказал эльфийский бог.

- Старик ворчит, жалуется и абсолютно уверен, что полностью контролирует ситуацию, - сказал Вартан. – Другими словами, он пришёл в себя.

- Хорошо, - сказал бог.

Вартан поднял взгляд и увидел, что бог улыбается.

- Я доволен, Вартан, - сказал Лабелас Энорет. – Тебя это удивляет?

Вартан попытался найти слова, но дар речи его подвёл. Вместо этого он только открывал и закрывал рот. Наконец эльф выдавил:

- Вы это спланировали.

- Да и нет, - ответил бог. – Да, я поставил тебя в положение, при котором у тебя был доступ ко всем необходимым для спасения твоего друга инструментам. Да, я знал, что если ты продолжишь следить за делами Омена, то должен будешь что-то предпринять. И да, зная об этом, я ничего не сделал, чтобы тебя остановить. Но нет, я не планировал то, что ты сделаешь, и не сопровождал тебя в твоём путешествии по душе Омена.

- Но почему? – изумился Вартан.

- Я мог действовать не так тонко, - сказал бог. – Но этот паладин может заметить отпечатки моих пальцев за пятьдесят шагов, а если не он – так волшебник, и все они отказываются от любой моей помощи. Я по-прежнему задолжал твоим бывшим товарищам. Но теперь я могу выровнять чаши весов, и от моей помощи они не могут отказаться, поскольку я её не предлагал.

Вартан задумался на мгновение, пытаясь переварить услышанное от бога. Наконец он сказал:

- Но вы знали, как я поступлю.

Лабелас поднял руку.

- Я подозревал. Я верил. У меня… была вера. Но не могу сказать, что знал, как ты поступишь.

Он снова улыбнулся.

- Знаешь ли, поэтому у вас смертных и есть свободная воля. Она позволяет нам всё отрицать.

Вартан глубоко вздохнул и задрожал.

- Я… украл у вас, господин. Я забрал камень, чтобы помочь друзьям.

- Да, - сказал бог с волчьей усмешкой. – Боюсь, это ужасное преступление. И ты поступил бы точно так же снова, не правда ли?

Вартан промолчал, но кивнул.

- Ты даже не раскаиваешься, - сказал бог, качая головой. – Что ж, придётся покарать тебя за твои поступки. Давай посмотрим, какое есть подходящее наказание для таких преступлений?

Вартан закрыл глаза. Он мог придумать по крайней мере дюжину вариантов в пределах способностей Лабеласа, которые обеспечат ему вечность боли.

- Да, - сказал бог. – Я знаю. Худшее, что я могу сделать с верным последователем. С этих пор ты изгнан из моего царства. Ты мне больше не слуга и не посредник. Ты стал простым смертным – и моим жрецом. Да, я думаю, это подходящее наказание.

Вартан приоткрыл один глаз.

- И это всё?

Лицо Лабеласа оставалось бесстрастной маской.

- Разве есть наказание более суровое, чем расставание с моим величественным присутствием?

- Да, - сказал Вартан. – То есть нет. То есть… вы бесконечно мудры в своих суждениях, господин. Пускай вам вечно поют хвалу.

- Для этого ещё будет время, - сказал бог. – Но поскольку я доброе божество, я не оставлю тебя брошенным на этом острове с простыми людьми. Я дам тебе подходящий способ его покинуть.

Бог взмахнул руками, и у пристани возник корабль. Не просто корабль, а сам «Хозяин Королевств», полностью оснащённый и в точности повторяющий оригинал вплоть до носовой фигуры.

Вартан изумлённо уставился на корабль, но покачал головой.

- Господин, вы же знаете, что другие не примут от вас такой дар.

- Я вручаю его не им, - резко сказал бог. – Я вручаю его тебе. А ты, как хороший последователь, его примешь, не так ли?

Вартан посмотрел на корабль у пристани и сказал:

- Конечно. Как всегда, я в долгу перед вам.

- Считай это… выходным пособием, - сказал бог. – В конце концов, ты только что потерял лучшую должность для любого эльфа.

Вартан мог лишь кивнуть, и когда он кивнул, Лабелас начал растворяться, становясь полупрозрачным.

- Ещё одно, последнее, - улыбаясь, сказал он. – Тебе потребуется капитан и команда. Полагаю, что с этим ты справишься.

И бог исчез окончательно. Вартан остался один.

Вартан долго стоял, глядя на гавань и отстроенный корабль. Он думал о том, что скажет остальным. Думал, сколько скажет им того, что сказал ему Лабелас.

Наконец, он услышал, как Фокси зовёт его присоединиться к празднованию. Вартан покачал головой, решил просто сказать правду и позволить им решать самостоятельно. Улыбнувшись, он понял, что с нетерпением ждёт возможности представить им нового владельца «Хозяина Королевств». Одно лишь выражение лица Омена будет стоить всего, что произошло.

Спонсор перевода VyachyNOS

Content

Воссоединение (Тело и душа)
Джефф Грабб