Локи

Пролог

Знаете, как бывает? Вот стоишь ты утром у окна, свежий ветерок шевелит волосы, где-то поют птички, золотистые солнечные блики играют на стенах домов, ничего нигде не болит, не покалывает и даже не выпирает излишними складками, а сердце наполняется миром и благодатью… Вот у меня было именно это, только с одним ма-а-аленьким уточнением.

Я с каждым мигом всё более ясно понимал, что ненавижу Асгард…

Проблема была даже не в Асгарде, а в том, что я попал… Попал в Локи.

И это тоже не являлось бы особой проблемой, если бы сам Локи повёл себя как полагается богу… В смысле… БОГУ! Тому самому Богу Обмана! Интриг! И МАГИИ! Каковым он официально является.

Ну, то есть, просто взял и выпотрошил мои воспоминания, разложил по полочкам, оценил, взвесил и, по итогам, или проглотил меня, как пончик, или выкинул нафиг в загробный мир. Тут такой был. Я знаю. Но нет, Локи так не сделал. Локи вообще ничего не сделал. Наверное… Не знаю. Вернее, не помню.

Как бы то ни было, когда моё сознание вынырнуло из небытия, Локи уже не было. В теле был только я и никакого Бога Обмана.

И само по себе это было бы ещё не очень страшно, давая массу вариантов, вроде попыток установить, где я, чьё это тело, зачем шлему нужны эти огромные рога… ну и прочие трогательные моменты самоидентификации в новом мире и организме, со всеми полагающимися стадиями, вроде шока, отрицания, агрессии, торга, депрессии и принятия. Но увы, никто не был со мной так милосерден, и вся память прошлого владельца тела имелась в наличии полностью и целиком с самого начала, будучи доступна как моя собственная. Что давало мне полный карт-бланш для шока и депрессии, но не оставляло никаких шансов на сладостное неведение, какие бы то ни было надежды и оттягивание времени.

Но и это было бы не так критично, если бы я мог осознавать себя Локи, ну или хотя бы испытывать подозрения, что я могу им быть, по типу «вернулась память прошлой жизни». Облом, однако, ждал меня и здесь, так как я прекрасно чувствовал, где мои воспоминания, а где воспоминания Локи, и ни на секунду не ассоциировал себя с ним.

В итоге, вот уже несколько часов я постигал глубины термина «задница» на примере собственного положения…

Всего два слова: «Киновселенная Марвел».

Да.

Это была она.

Достаточно было увидеть своё лицо в зеркале, чтобы отбросить последние сомнения, но и без этого, исходя из воспоминания моего предшественника, это была она. Кромешная… глубокая… задница.

Самая идиотская реальность из всех возможных вариантов мира Марвел. Реализм, помноженный на дебилизм и возведённый в степень творческой импотенции сценаристов. Я был готов мириться с чёрным Ником Фьюри, я был готов простить этому миру чёрную Мэри Джейн Уотсон, мне даже было наплевать на «тётушку Мэй» в исполнении дамы «слегка за тридцать» в «активном поиске», я мог даже закрыть глаза на электромагнит для шрапнели в груди на реакторе холодного ядерного синтеза, без которого оная шрапнель «неудержимо» движется к сердцу… через что-то… я не знаю, как устроены местные плейбои-алкоголики, может быть, у них в организме действительно всё так и происходит, и попавшая в тело шрапнель будет двигаться именно к сердцу, ничем больше не угрожая, и «победит команду противника», только когда «достигнет базы». Чёрт подери, я поверю даже тому, что лучевая болезнь от длительного контакта с радиоактивным элементом полностью и сразу рассосётся, когда в человека воткнут батарейку на каком-то другом радиоактивном элементе, в конце концов, речь про американского плейбоя-алкоголика, в теле которого к сердцу движется шрапнель. Видит Бог, я готов мириться с широким спектром ахинеи и профессиональной безграмотности вкупе с потаканием губительным для общества тенденциям, но Камни Бесконечности…

Камни, Карл!

Несколько разноцветных кусков стекла, наделённых феноменальной и необоримой космической мощью… О которых знает, буквально, каждая собака в этой долбанной вселенной. Но во всей этой вселенной нашёлся только один предприимчивый «плохой парень», который предпринял реальные шаги для того, чтобы их собрать.

У сценаристов было столько вариантов глобальной и страшной угрозы… У них был Галактус, был Апокалипсис, была Империя Скруллов, Империя Крии, Фаланга, Феникс, Форм-Мастер… и ещё с полсотни ребят схожего калибра. А они выбрали на роль Архиврага какого-то жалкого титана-неудачника с тремя извилинами — и теми на подбородке.

Трепещите, смертные! Танос в перчатке со стразами — Архивраг и угроза всей Вселенной!

И я теперь в этом… этом. По уши.

Причём структура событий такова, что лет через несколько сей фиолетовый, асексуальный, лысый дварф-мутант таки соберёт себе все брюлики на браслетик и сделает миру похохотать. А главное: совершенно не важно, насколько я буду далеко от места событий, так как, согласно условиям задачи, распылить меня может хоть на другом краю галактики, если того захочет это ничтожество.

Радости у меня от данных перспектив, ясное дело, полные штаны. Но и других поводов для смеха имелось достаточно, взять хоть моё нынешнее окружение. Прежде всего, я был Локи. И это было плохо. Не потому, что весь Асгард считал сию достойную личность, мягко говоря, не слишком порядочным джентльменом, нет, беда была в том, что он числился сыном Одина и Фригги. Я могу как угодно относиться к этим личностям и богам Асгарда этой реальности вообще, но один факт понимаю абсолютно чётко: эти двое запалят меня в момент. Повторюсь: я не ощущаю себя Локи, в смысле, прежним Локи. С тем, что я в его теле и это теперь моё имя, я уже смирился, но я не он. У нас разный характер, разные приоритеты, совсем отличающийся взгляд на мир. Мне абсолютно наплевать на трон Асгарда, абсолютно наплевать на Тора и абсолютно наплевать на его родителей, а вот у того, чьё место я занял, всё было наоборот. И это несоответствие заметит любой, кто хорошо знает прежнего Локи. А это тут почти все. Асгардцы живут тысячелетиями, жизнь тут движется очень медленно и ещё меньше меняется — вся мимика, жесты, невербальные сигналы соседей за такое время заучиваются назубок даже самыми тупыми и недалёкими. Так что нельзя мне попадаться на глаза Одину и Фригге, если не хочу, чтобы моя жизнь стала очень насыщенной, но короткой. В доброту сего почётного «всеотца года» я не верю ни на грош, ибо если уж он родного сына превратил в простого смертного и потом вышвырнул на Землю без еды, воды и средств к существованию, а приёмного и вовсе на весь Асгард приговорил к смерти, то что он сделает с иномировым захватчиком тела Локи, мне на своей шкуре проверять вот вообще не хочется. Особенно в свете того, что физиономия у него один в один с Ганнибалом Лектером, только слегка заретушированная благообразной бородкой и повязкой на глазу.

На счастье, прежний Локи хорошо защитил свои покои от взглядов всяких Хеймдаллей и прочих Одинов, способных видеть и слышать происходящее, невзирая на стены, расстояния и границы миров, иначе бы ситуация для меня уже была совсем критической. Методы самостоятельного пассивного сокрытия я тоже, к счастью, знал и вполне мог применить, что сделал сразу, как разобрался в случившемся, но основной сложности это не отменяло — Асгард требовалось немедленно покинуть, но… я просто не знал, куда идти.

Плевать на Радужный мост, Локи умел ходить между мирами тропами теней, и я уже удостоверился, что могу почувствовать несколько ближайших входов на них, которыми чаще всего пользовался Бог Обмана, но всё равно оставалось «куда?» Ближайшие к Асгарду миры не подходили, хоть я и неплохо их знал благодаря унаследованной памяти. Земля? Могла бы подойти, но там сейчас начнётся полный звиздец, принимать участие в котором мне тоже не хочется. Я не знал точно, какая там сейчас дата, но коронация Тора, с которой всё началось в фильме, уже назначена и состоится в ближайшее время. Локи из-за этого был в ярости и уже решился сорвать мероприятие, тайно проведя в Асгард ледяных великанов. Ну хоть только «решился», а не «сделал», и то хлеб. Тем не менее это значит, что на Земле уже есть Железный Человек с двадцать первым веком на дворе, а это инициатива «Мстители», всякие Гидры, вторжения читаури и прочая фигня.

Нет, мне было не страшно в это влезать. О каком страхе может идти речь, когда ты просыпаешься в теле Бога, не помня только того, как именно пришёл к жизни такой, но, из соображений симметрии и размерности, обоснованно подозревая, что в прошлой жизни благополучно отбросил копыта? Я буквально узнал на практике, что со смертью существование не заканчивается, да и местные асгардцы в Вальхаллу не просто верили, они знали, что она есть. Так что не пугали меня разборки местных людей, тем более с силами и умениями Локи. Я просто не хотел в них влезать. Не видел стимула для себя. Вот вообще. В этом мире даже не было симпатичных девушек, ради спасения которых стоило бы распушить хвост… Ну или что-то вроде.

Натали Портман была няшкой, когда играла Падме в первом фильме новой трилогии Звёздных Войн, но дальше она уже выросла, и макияж перестал подчёркивать естественную красоту, превратившись в средство её сохранить на кадрах. А это не то, ради чего стоит рвать жопу и рисковать головой.

Гвинет Пэлтроу… смотри-ка, я помню, как звали актрису, игравшую помощницу Железного Человека, мозг Локи — полезная штука. Так вот, Гвинет Пэлтроу… возможно, она была хороша в паре кадров, но в остальном — невзрачная мышь.

Скарлетт Йоханссон, она же Чёрная Вдова… сжечь живьём. Вот просто сжечь живьём. Мало того, что по внешности у неё те же проблемы, что и у предыдущих*(1), если не хуже, ибо стервозное выражение лица просит каблука девяносто процентов экранного времени, так ещё родину продала клятым пиндосам. Да и если говорить чисто о персонаже, то такую реально надо сбросить в чан с кислотой, банально для очищения генофонда человечества.

Ах да, ещё есть Сиф — героическая дева-воительница и подруга Тора. Тут я вновь хочу возопить в адрес женской половины актёрского состава Голливуда: когда вы, дуры, уже научитесь удалять родинки с лица? Или хотя бы гримировать их, играя представительниц неких совершенных «высоких» рас, вроде богов, эльфов и банальных сверхлюдей, чья легенда предполагает совершенство внешности и отсутствие на коже примитивных дефектов? Вы хоть знаете, как отвратно ощущается дискомфорт в голове, когда, с одной стороны, ты точно и чётко знаешь, что асы — боги, не страдающие от мирских болезней, заведомо одарённые во всём, что касается физического совершенства, у которых не бывает нарушений в генокоде, злокачественных и доброкачественных образований, пигментных пятен, прыщей, бородавок и так далее, а потом… видишь на лице чистокровной асиньи родинку? И это, типа, норм. И это никого доселе не смущало. А вот ты внезапно обратил внимание и словил когнитивный диссонанс. И хуже того — таких асов полно в памяти Локи, но всем плевать, никого ничего не смущает. А потому что вы, режиссёр и гримёры — дебилы, которые создали дебильную реальность. Ах да, ещё Сиф — первостатейная феминистка. Просто-таки икона движения, кабы оное движение о ней знало.

И знаете, что самое мерзкое в местных девушках? Самое мерзкое, что все мной перечисленные и ещё десятка два оставшихся за кадром — это грёбаные Сильные Независимые Женщины. То есть не те, которые являются сильными и независимыми на самом деле, а те, кто об этом неустанно орёт каждую минуту экранного времени. Какие-то иные типажи мелькают только на заднем плане, и они совсем уродины, а те, кого нам пихают на первый план в этой проклятой дегенеративной вселенной, это не те женщины, которых хочется любить. Это женщины, которых хочется взять… нет, не в постели, а просто в руки… и выкинуть в окно! Потому что «нахрен»! Потому что от таких одни проблемы. Везде. На работе, в друзьях, в семье: они всегда — источник проблем и нервотрёпки. Нахрен таких. Вот просто нахрен!

Разумеется, я чувствую себя слегка чердаком на колёсах, пытаясь анализировать реальных людей по картинке из фильмов, но проблема в том, что вся память Локи даёт мне к этому основания. Так получилось, что я пересматривал фильмы про Тора и его брата не так давно, и, чёрт подери, всё совпадает. До мелочей! И это, без шуток, страшно.

Я ненавижу Асгард. Я ненавижу эту вселенную. Я ненавижу киношников Марвел!

Но я здесь. И мне, походу, всё равно валить на Землю. Потому что в общем-то пофиг, куда валить, ведь всю эту вселенную всё равно через несколько лет заровняет Танос в перчатке со стразами, а на Земле хотя бы есть интернет и картошка. На Асгарде нет картошки. Местные предпочитают дичь и фрукты, а я люблю жареную картошку. Умирать с жареной картошкой лучше, чем без неё. Ну, мне так кажется в моём не слишком адекватном состоянии истеричной депрессии. А ещё на Земле могут быть нормальные милые девушки… но лучше на это не рассчитывать, это же киновселенная Марвел, они умудрились испохабить даже адамантий, превратив его из неразрушимого металла в кусок говна, который можно разрубить нагретой палкой.

Впрочем, несмотря на не самый радужный анализ ситуации, нельзя было сказать, что всё время с момента пробуждения я занимался только впадением в депрессию. Основным моим занятием было привыкание к новой… назовём это биохимией. Память и рефлексы Локи были со мной, но была со мной также и память о жизни в человеческим теле, а она, ответственно заявляю, значительно отличается от жизни в теле йотуна, каковым на деле являлся асгардский Бог Магии. Мой предшественник этого ещё не знал, но я был в курсе, что он не сын Одина, а сын Лафея — короля ледяных великанов. Возможно, полукровка, это объясняло бы разницу в размерах и внешности, но это незначительные частности. Суть была в том, что тело ледяного великана воспринималось иначе, чем тело человека. Больше органов чувств: есть чувство магии, пространства, мира под ногами. А ещё те чувства, которые привычны и знакомы человеку, намного совершенней, острее. Я могу сосчитать число цветочных бутонов в клумбе, расположенной в трёх километрах от дворца, могу услышать звонкие шаги окованных сапог караульных во дворе шестью этажами ниже, выделить все оттенки ароматов, витающих в воздухе, определив каждую из цветущих в саду пород деревьев. И всё это не мешает, даже не привлекает внимание.

Но самое важное, конечно, это магические навыки прошлого владельца тела. Магией в Асгарде называли все области созидательного знания, выходящие за пределы ремесла. Здесь не делали разделения на мистическую и естественную науку, наверное, потому, что для асов мистическая грань мира была столь же близка, как и физическая. В царстве Одина царила полноценная техномагия, где высокие технологии уровня искусственного интеллекта, антигравитации и наномашин существовали в тесном симбиозе с классической магией, как её понимают на Земле. Правда, фаерболов и всяких ледяных стрел в магической традиции Асгарда не водилось, для таких вещей существовало зачарованное оружие, хоть и не часто среди него встречались шедевры вроде молота «Мьёльнир» или копья «Гунгнир».

В общем, пока мозг переживал не самые лучшие моменты от осознания окружающей действительности, руки и прочее тело занимались проверкой рефлексов и практических знаний, удостоверяясь, всё ли из арсенала Локи мне доступно. Результаты проверки радовали: я мог создавать любые иллюзии, в том числе и достаточно материальные, чтобы наносить удары врагу во время боя, мог полноценно менять собственную физическую форму, превращаясь в гигантскую змею, мог использовать телекинез и переносить предметы «в» и «из» подпространственного кармана, а также много других мелочей, думаю, и с магией разума проблем не возникнет — в ней мой предшественник тоже был мастер.

Но прошло уже несколько часов с пробуждения, и как бы ни был обширен арсенал того, кто получил титул Бога Магии, всё, что мог применить в одиночку, я применил и перепроверил, дальше тянуть время уже выглядело глупостью — пора было убираться из этого мира. К прискорбию, взять с собой я мог немного, только личные вещи Локи, некоторое количество артефактов из его коллекции да несколько сотен книг по магии, хранившихся у него в покоях. Все эти книги он прочитал и, в принципе, пользы в них не было, хотя тут можно и поднапрячься, ведь где ещё я возьму литературу по магии? Артефакты были почти бесполезны и скорее несли культурно-ностальгическую ценность, напоминая о походах по Девяти Мирам и победах над всяческими шаманами троллей и прочими балующимися магией тварями, обитающими внутри сферы интересов Асгарда. Ну а личные вещи… Несколько артефактных костюмов, способных с лёгкостью переносить трансформацию под определённые нужды, у него всегда лежало в подпространственном кармане, то же самое касалось и любимых кинжалов, которые он предпочитал другому оружию, а больше у Бога Обмана особо вещей и не было. В этом отношении Локи ничем не отличался от любого другого здорового мужчины, будучи весьма неприхотлив и аскетичен. Хотелось бы, конечно, прихватить что-нибудь из сокровищницы, но за ней Один следит очень тщательно и заметит проникновение, а я не настолько жадный клептоман, чтобы рисковать ради красивой вещицы жизнью.

А вот что я готов и даже должен сделать, так это нагнать туману и попытаться обезопасить себя от возможных последствий. Думаю, правильно составленная прощальная записка подойдёт немногим хуже каноничного контакта с Ларцом Зимы на глазах у Одина, так что возьмём-ка со стола лист бумаги и припомним асгардскую письменность…

Сделать было немногим сложнее, чем сказать. В прошлой жизни мысли редко так легко рождались в голове и складывались в стройные фразы для перенесения их на бумагу или экран монитора, а тут составление письма не вызвало ни малейших усилий, вероятно, сказывалась богатая практика этого мозга в придумывании оправданий на ходу, хотя какая разница? Получилось, на мой взгляд, слегка суховато и желчно, но… так, наверное, и лучше.

«Я узнал, кто я такой. И кем был мой настоящий отец. «Вы оба рождены царями» — я хорошо помню эту фразу, Один. Хотя и не знаю сейчас, как к этому относиться. И кем я был в твоих глазах. Сыном? Или просто орудием, выгодным заложником? Мне нужно многое обдумать, а потому я покидаю Асгард. Если ты действительно считаешь себя моим отцом, то прошу — не ищи меня. Когда придёт время, я вернусь сам.

Также передай мои поздравления Тору — в свете новой информации я понимаю, что трон никогда и не мог стать моим. Новая информация вообще многое объясняет в моей жизни. Впрочем, было бы мелочно обижаться именно по этому поводу и именно сейчас, так что удачи, Громовержец, с тобой было весело, но теперь мне нужно идти, чтобы понять и разобраться, кто же я на самом деле.

С наилучшими пожеланиями. Локи, сын Лафея. Полноправный наследник Йотунхейма».

Окинув взглядом стол, на котором оставил прощальную записку, а следом за ним и покои, в которые, очень может быть, больше никогда не вернусь, я вышел за дверь. Интересно, кто найдёт это послание? Хотя… в любом случае, Одину будет «весело». Меня потянуло злодейски рассмеяться, бытие «Богом Озорства» накладывало свои штрихи… Но возвращаясь к вопросу. Если кто из стражников попробует меня проведать, то факт того, что Всеотец скрывал у себя сына своего главного врага, очень быстро станет общедоступным, и «осадочек» возникнет знатный. К тому же в подобном случае мне точно не стоит опасаться желающих вернуть блудного сына асов — те наоборот будут рады, что «йотунское отродье» покинуло стены Асгарда, в то же время творить глупостей, типа попытки меня прикончить, никто не будет — Один всё же нарёк Локи сыном и подобного поползновения на представителя своего рода не оценит, мягко говоря. Коли записку найдёт Тор, вломившийся в покои брата с вопросом, почему тот не пришёл на самый торжественный миг в его жизни и не поклонился новому царю, то будет примерно то же самое — держать язык за зубами этот не очень умный Бог никогда не умел, как пить дать расскажет своим приятелям. А те уж разнесут «благую весть», разве что к Одину новости придут быстрее и куда как более экспрессивно. В том же маловероятном случае, если снизойдёт сам Всеотец, то старику будет немного неприятно, возможно, даже больно, но на этом всё — Тору он или расскажет всё наедине, очень настоятельно попросив не распространяться, или и вовсе скажет что-то вроде «я послал Локи с чрезвычайно важным и неотложным делом». Как бы то ни было, но я реально надеялся, что подобный ход или и вовсе избавит меня от навязчивого присмотра «родственничков», или, по крайней мере, даст некоторую фору.

За размышлениями я и сам не заметил, как дошёл до нужного коридора. Тропа Теней начиналась именно здесь. Как раз по ней Локи подумывал привести гигантов из Йотунхейма, но мне она послужит дорогой в иные места. Пусть добраться этим маршрутом до Земли будет сложнее, но «сложнее» не означает «невозможно». В последний раз вдохнув воздух «малой родины», я волевым усилием разорвал пространство, открывая проход в царство вечных сумерек. И сделал шаг вперёд.

Теневые переходы — не самая приятная вещь, даже будучи мастером магии, имеющим природный талант к тонким наукам вообще и тёмному их направлению в частности, скольжение по изнанке мира нельзя было назвать приятным занятием, неудивительно, что, имея возможность использовать альтернативу в виде Радужного Моста, тот Локи предпочитал пользоваться именно ей. У меня этой альтернативы не было, так что оставалось стискивать зубы и идти дальше сквозь кривящуюся и танцующую метрику, где три измерения перетекали всего лишь в два, а потом сразу становились восьмеричным пространством… только для того, чтобы вернуться к почти нормальному четырёх- и пятимерному. И пусть в моей памяти был опыт прохождения такими тропами, именно я столкнулся с подобным впервые, а потому, выйдя в каком-то заснеженном лесочке, освещённом лишь светом звёзд и далёкими огнями автострады, облегчённо выдохнул. Добрался! Теперь нужно убедиться, что я всё ещё надёжно сокрыт от взгляда всех заинтересованных лиц, и можно уже выходить к людям.

Примечания:

*(1)Если у кого-то эстетические вкусы не совпадают со вкусами героя, то имейте в виду — он сейчас откровенно поехавший. Тихо шифером шурша, крыша едет на трёхста, и всё такое.

Глава 1

Северная Альберта, Канада.

Первые мои мысли о том, что я попал в Россию где-нибудь под Магаданом, на счастье, оказались ошибочны. Оказывается, большие безлюдные просторы, фиговые дороги из одной неизвестности в другую и снег бывают не только у нас, ещё этим может похвастаться Канада.

Хорошая страна, между прочим. Красивая. Но большая. Пусть, будучи представителем божественной расы, я не мог ни устать, ни замёрзнуть, но топать по пустой дороге часов пятнадцать кряду — не самое приятное удовольствие, а Тессеракта для мгновенных перемещений в пространстве у меня нету. Впрочем, надеюсь, и не будет, как и любого другого из Камней Бесконечности. Возможно, я перегибал палку, но связываться с полуразумными воплощениями мистических сил, обладающими собственной волей и привычкой влиять на сознание носителя, я не испытывал ни малейшего желания. Но нет худа без добра — долгая прогулка в одиночестве помогла окончательно побороть истерику и разобраться в себе. Нет, я не начал любить весь этот мир и его обитателей, по правде говоря, я всерьёз рассматривал вариант устроить на Земле ядерную войну. И это была хорошая идея! Я от радиации не умру, от голода тоже, а самую горячую фазу можно переждать в каком-нибудь соседнем мире, зато Таносу станет на Землю совершенно плевать, ну, кроме поиска Камней Бесконечности, но тут ведь главное, что уничтожать тех, кто на ней выживет, он, скорее всего, даже не подумает. А я, между тем, спокойно придумаю, как свалить из этой вселенной с концами. Шикарный план! Но поскольку до Белого дома идти ещё далеко, оставим его на будущее. В любом случае, меня уже не так сильно корёжило от мысли обитать в киновселенной Марвел, а это уже хороший знак.

Хм… Наверное, меня должна как-то волновать та лёгкость, с которой я готов организовать массовое убийство ни в чём не повинных разумных из ещё недавно моего родного вида, но… От мысли убить семь миллиардов человек вообще ничего внутри не шевелится. Слишком она абстрактная, слишком цифровая… обезличенная. Такую слишком легко перебивает понимание, что Смерть — это не Конец.

А вот от мысли, что помрёт конкретный сердобольный дядька, остановивший свой фургон возле меня на трассе и предложивший подбросить до города, да ещё и горячим кофе угостивший, вот от этой мысли реакция есть. Негативная. И это замечательно, это доказывает, что я ещё не окончательно поехал крышей и ничто человеческое мне не чуждо, просто я ещё в состоянии аффекта. Наверное… Но «я всё ещё в состоянии аффекта» звучит лучше, чем «походу, я по жизни подонок, которого вырывание из-под давления привычной социальной среды и обретение сверхспособностей лишило всех тормозов, обнажив истинную гнилую натуру».

Как бы то ни было, к концу своих первых суток на Земле я наконец-то оказался в цивилизации. И если кто-то скажет, что автовокзал захолустного городишки, полный бородатых дальнобойщиков и прочих байкеров — это не цивилизация, то он никогда не бывал в поселении троллей-бандитов на границе Девяти миров.

– И как называется этот город? – уже выбравшись из машины, интересуюсь у своего попутчика, что так любезно меня подвёз. С языковым барьером никаких проблем не было — божественные расы способны понимать любую устную речь, кроме редких исключений, и точно так же давать собеседнику понять себя.

– Лофлен-Сити, сосиски тут — дрянь, но отбивная — ничего, – запахиваясь в куртку от свежего ветра, ответил мужчина, имени которого я так и не спросил.

– Учту, – с улыбкой окидываю взглядом окружающее пространство.

Спустя несколько минут я уже входил в белое здание, тип «крупный амбар», совмещавшее в себе гостиницу, ресторанчик и развлекательный центр. Развлекались местные жители боями на импровизированной решётчатой арене в центре помещения, и там как раз какой-то бритоголовый шкаф месил ногами другого подкачанного дядьку. Моё чёрное зимнее пальто, трансформированное из асгардской одежды, немного выбивалось из обстановки своей щеголеватой опрятностью и чистотой, но… в целом, до этого никому не было дела. Публика зажигательно шумела, подбадривая бойцов, курила, выпивала и проводила прочий культурный досуг.

Денег у меня с собой, естественно, не было, зато это место как нельзя лучше подходило, чтобы проверить те области магии, которые отвечали за воздействие на восприятие и разум окружающих. Однако не успел я приметить тех, над кем смогу невинно и безвредно поэкспериментировать, как дружный вздох толпы привлёк меня к тому, что происходит на арене. Там же происходило кое-что весьма занятное: мужчина, которого только что били ногами, уже вставал, а его оппонент выглядел так, будто только что отбил правую руку. Секунда — и вставший пробивает оппоненту с левой, отбрасывая на противоположную стену из сетки. Тот сразу поплыл, потеряв ориентацию в пространстве, но успел только сделать безвольный шаг в сторону, когда словил подсечку и завершающий удар лбом в голову по касательной, после чего рухнул как подкошенный и уже в нокауте. Впрочем, совсем не это было интересно, а то, что я увидел и узнал лицо победителя.

Тройной звон гонга совпал с появлением на моём лице задумчивого выражения, а организатор уже говорил на весь зал:

– Дамы и господа! Победил и остаётся королём арены — Росомаха!

– Э-это… я удачно зашёл, – прошептали мои губы под дружный гул недовольства от зрителей, что явно потеряли деньги, поставленные на тотализатор.

Итак… Что-то во всём этом не сходится. Небритая физиономия самого знаменитого мутанта с острым нюхом была вот она — в нескольких метрах передо мной, причём уже с раскуренной сигарой в зубах, но это было неправильно. Киновселенная Марвел, где присутствует Локи — это не та вселенная, где существуют Люди-Х. Их ветка происходит в какой-то своей бредовой реальности, с токсичным адамантием и полудюжиной противоречащих друг другу сюжетных поворотов. И тем не менее я был Локи, а передо мной стоял Росомаха, который только что избил какого-то мужика на бойцовой арене замызганного провинциального городишки. Кстати, что-то это мне напоминает… Так, а нет ли случайно где-нибудь в окрестностях потерянно выглядящей девочки-подростка в капюшончике?

Мой взгляд быстро пробежался по толпе зрителей и действительно отметил укутанную по самый нос в лёгкое тёмно-зелёное пальто фигурку с большой сумкой в руках, на чьём лице крупными буквами было написано, что она первый раз находится на подобном мероприятии. И личико её мне тоже было знакомо.

Ну, приехали… Интересно, это я случайно смог перейти из одной франшизы в другую или всё ещё хуже, чем я думал изначально, и кроме пьяного дебоша Мстителей со всякими Гидрами, Альтронами и Таносами окружающий мир ждёт психоделический забег Иксменов против Стражей, Апокалипсиса и целых двух пиратских копий Феникса под аккомпанемент межрасовой розни?

– Есть ли ещё желающие попытать счастья с чемпионом?! – начал зазывать на новый бой обрюзгший мужичок с микрофоном, пока я размышлял. – Видит Бог, это был отличный матч, и он должен закончиться красиво, что скажете?!

Новая волна зрительского гвалта навела меня на очередную мысль. Если магические умения своего предшественника я уже успел проверить в значительном объёме, то про боевые навыки такого не скажешь, а ведь Локи являлся очень неплохим бойцом. Физически он был слабее Тора и не очень любил драться лицом к лицу, но соперничество с братом волей-неволей заставило его усердно изучать воинские умения, и, как я знал из будущего, он вполне мог сражаться с Тором на равных. Но проверять себя на обычных людях было бы, мягко говоря, бессмысленно, а вот бой с мутантом-регенератором, к тому же бой заведомо не смертельный, мог быть именно тем, что мне нужно. А над проблемой сопряжения пространственно-временных континуумов можно было подумать и позже… Тем более желающих бросить вызов Логану что-то не видно, из чего легко следует вывод, что представление могут вот-вот начать сворачивать.

– Посторожишь моё пальто, детка? – быстро приняв решение, окликнул я Роуг, уже сбросив с плеч верхнюю одежду.

– А? – недоумённо обернулась ко мне мутантка и тут же получила в руки предмет одежды, а в лицо обворожительную улыбку из коллекции лучших улыбок Локи.

Раз уж я теперь ношу это имя, надо привыкать стрелять сразу нескольких зайцев каждой пулей. Была бы она ещё такой же роковой красоткой, как в мультсериале девяносто второго года, или милым ёжиком из сериала двухтысячного, но увы и ах, красивых девушек в эту вселенную не завезли, и местная Роуг тянет максимум на «симпатичную», но всё же не «красивую» девушку.

Убедившись, что моё пальто не спешит выпадать из рук слегка выбитой из колеи дамы, я направился ко входу на арену, что было сразу же замечено.

– О! Похоже, у нас всё-таки есть претендент! – обрадовался организатор. – Эй, парень, ты не слишком щуплый для этого? – закрыв микрофон рукой, подался он ко мне, едва я оказался рядом.

– Не беспокойся, я знаю кунг-фу, – с усмешкой отвечаю ему в лицо.

– Ну, смотри сам, – пожал плечами рефери, глава тотализатора и чем там ещё этот мужчина занимается? – Правила простые: по шарам не бить, драться голыми руками, кто остался стоять на ногах — тот и победил. Завалишь Росомаху — и триста баксов твои, он тебя — к нам никаких претензий, усёк?

– Вполне, – киваю, и организатор наконец-то уступает мне дорогу, позволяя зайти в клетку, в другом конце которой меня уже ждёт мрачный небритый тип с голым торсом.

– Не боишься попортить свою смазливую рожу, шкет? – вежливо поздоровался со мной Логан.

– Знаешь, только что я просто хотел немного размяться, но вот сейчас у меня появилось желание отделать тебя, как Бог черепаху, – широко и радостно улыбаюсь ему в лицо. Жаль, что эту шутку тут пойму лишь я.

– Ну-ну, не надорвись, сопляк, – хмыкнул Росомаха.

– Может, мы уже начнём? Не то чтобы я куда-то сильно торопился, но, наверное, такому старику, как ты, уже сложно долго стоять на ногах… – наклоняю голову вбок.

– Хех, а за словом ты в карман не лезешь, – ухмылка мутанта стала шире, после чего он подскочил ко мне и коротким, хлёстким движением зарядил прямой в челюсть. Точнее, попытался зарядить. Тело сработало почти что само, с минимальным участием разума — небольшой шаг назад и в сторону, скрутить торс, перехватить руку и продолжить движение.

– Ха, кажется, пацан не шутил, когда говорил, что знает кунг-фу, вы только посмотрите, дамы и господа, какой полёт! Но вряд ли этого хватит, чтобы сразить нашего бессменного чемпиона!

– Хм, ну ладно, – Логан, что после броска в сетку оказался на полу, встал и демонстративно размял шею, – кое-что ты умеешь.

Теперь мутант действовал куда как осторожнее и не столь прямолинейно — пытался зайти сбоку, обозначал обманные удары и выпады, но… я был быстрее, сильнее и, пусть и не совсем моего, боевого опыта имел в тысячу лет, причём именно такого — ближний и оружный бой. Логан, конечно, ветеран и тоже крайне опытен, плюс звериные инстинкты, но сейчас у него амнезия, да и воевать он привык или когтями, или используя более традиционные для смертных орудия типа винтовок-гранатомётов и прочей стреляющей машинерии. Да и воевать больше с обычными людьми, что тоже играло свою роль. Опыт Локи же был крайне разносторонен, и противники со способностями за пределами любых человеческих возможностей там выступали скорее нормой, чем исключением. Это, кстати, было одной из главных причин использования Асгардом холодного оружия в качестве основного — многие расы, включая самих асов, были почти неуязвимы для чисто физического урона, и не важно, пуля это или заряд из бластера. Для нанесения опасных для жизни повреждений требовалось оружие с магической составляющей, но зачаровать каждую пулю нереально даже в техномагической цивилизации — магия слишком индивидуальна, её не поставишь на конвейер, а вот зачаровать холодное оружие и броню — очень даже можно, особенно в ракурсе того, что делать это придётся один раз в пять тысяч лет, что является средней продолжительностью жизни для аса, и оружие он, как правило, использует одно и то же всю свою жизнь.

А потому каждый удар Логана плавно отводился в сторону, лишь иногда встречая жёсткий блок, а за блоком и отводом следовала контратака, и каждый раз она получалась весьма подлой, точнее, коварной — удар в сторону лица лишь для того, чтобы прикрыть лоукик в колено? Разумеется! Ткнуть в нервный узел, дабы отсушить руку? Само собой! Пинок под диафрагму и перекрыть вдох? Как выяснилось, люблю, умею, практикую. Мой стиль боя получался очень, очень грязным, и поделать с этим я ничего не мог. Но вот была во всём этом одна ма-а-аленькая проблема. Выиграть у Росомахи в этом поединке всё равно было нереально — все эти удары и пинки для его регенерации были даже не комариными укусами, а горохом об стенку. Я был даже не уверен, что возьми я его на удушающий, это бы возымело хоть какой-то результат. Разве что ударить достаточно сильно, чтобы вызвать сотрясение мозга и тем самым вырубить его разом, хотя и это вряд ли поможет больше чем на десять секунд. Конечно, оставался ещё вариант магии, но это было бы совсем не спортивно.

Ладно, что хотел, то я узнал. Ещё немного отработаем приёмы на постепенно звереющем «манекене», и можно будет закругляться.

– Слушай, это и есть твоя тактика? – через несколько минут такого «боя» я почувствовал, что уставать начали даже зрители, и решил закругляться. – Превозмогать, пока противник окончательно не зае***ся?

– Иди нахер! – ответил мне Логан, в очередной раз поднимаясь с пола и сплёвывая кровь, видимо, успел прикусить язык.

– Не, я уже реально задолбался, но получать по морде не хочу, – щелчок пальцами, и мы оказываемся как бы в центре «голограммы», где таки поднявшийся Росомаха перехватывает очередной удар «меня» и сам отправляет противника в бросок, а как только тот поднимается — пробивает в живот, а сразу позже — по хребту согнувшегося соперника, буквально вбивая в ринг. – Да, брутальненько получилось, – физика протестирована и признана годной, теперь следующий раздел — оптические иллюзии, совмещённые с ментальным внушением, дабы зрители не обратили внимания на некоторые нюансы.

– Это что ещё за? – напрягся мутант.

– Просто иллюзия, – с рефлекторной полуулыбкой пожимаю плечами. – Я хотел размяться с подходящим противником, цели своей достиг, ну а продолжать дальше «выяснять отношения на кулачках» с регенератором просто глупо. Я, конечно, никуда не спешу, но всё же перекусить бы не отказался… И лучше сегодня вечером, а не через недельку, когда один из нас, наконец, выдохнется, – мой правый глаз сам собой хитро подмигнул противнику. Мышечная память настоящего Локи явно осталась не только в мышцах рук и ног.

– Понял, значит, – взгляд Логана изменился, теперь в нём отчётливо виделся готовый к прыжку зверь.

– Это было нетрудно: когда синяк на скуле противника полностью рассасывается меньше чем через секунду после своего появления, то сложно не понять, что дело нечисто, – я с интересом смотрел, как мираж Росомахи от души зарядил ногой по почкам моему двойнику, – особенно когда и сам знаешь пару трюков.

– Ясно, и что дальше? – настороженность никуда не ушла.

– Ничего, сейчас «меня» вырубят, ты получишь свой приз, а я чуть «оклемаюсь» и заберу своё пальто у той девчонки, после чего пойду искать свободный столик — слышал, здесь подают неплохую отбивную… И надеюсь, это не была шутка про данный ринг.

– И всё? – эта паранойя уже начинает напрягать.

– А что ещё?

– Нет, ничего.

– Ну вот и славненько, ладно, пошли занимать свои места, – рефери как раз закончил считать над вырубленным «претендентом» и объявлял победителя, сокрушаясь над тем, что новичок классно шёл, но старый опытный чемпион вновь доказал, что его рано списывать со счетов.

Завершив представление для зрителей, как и обещал, я покинул клетку и быстренько нашёл в толпе Роуг. Смотрела она на меня ещё более ошалело, чем до этого смотрела на Логана, и не мудрено, так как лично ей я позволил увидеть реальность в сочетании с иллюзией, потому, даже не слыша разговора с Росомахой, у неё были основания для сильных эмоций.

– Не устала? – с новой обворожительной улыбкой забираю из рук девушки своё пальто.

– А… Нет. Совсем нет, – с запинкой принялась мотать головой девочка, во все глаза пялясь на моё лицо.

– Чудно, – верхняя одежда в одно движение возвращается на мои плечи, и, вслед за новой подаренной Роуг улыбкой, я направляюсь к стойке, буквально через несколько шагов заставляя всех вокруг потерять меня из виду.

Разумы людей поддавались магическому внушению на удивление легко, но, хоть я и говорил о желании поесть, эксперименты ещё были не закончены, да и про местную реальность следовало собрать информацию. Проще всего это было сделать, изучив память кого-то из аборигенов, и я собирался этим заняться в ближайшее время. С классической телепатией данный трюк не имел ничего общего, кроме самого факта чтения памяти, но вот принципы, по которым это чтение осуществлялось, были совершенно другими. В любом случае, начать надо было с чего-нибудь попроще, а Логан и Роуг… За пару часов с ними ничего не случится, да и увиденное успеют переварить.

Утро следующего дня.

Городок меня не впечатлил: ни библиотеки, ни кинотеатра, даже магазины какие-то все… заправочные. Иногда в прямом смысле. Правда, в одном из таких я нашёл картошку-фри и с удовольствием теперь её уплетал, шагая по свежему снежку к дверям давешней гостиницы, но если бы всё было совсем плохо, эта вселенная была бы оформлена в нуарных тонах, однако я пока не ощущал себя профессором Снейпом в окружении Поттеров и Уизли, так что жить было можно.

Мои магические изыскания традиционно закончились удачно. Даже просмотр чужой памяти не сорвал мне мозговую блокаду, превращая в психопата уже с третьей личностью. Вообще, просмотр памяти других людей при помощи магии сильно отличался от восприятия памяти Локи в моей голове, возможно, именно поэтому он и не смог ничего сделать с моим попаданием. Впрочем, как это попадание происходило, мне совершенно неведомо. Я не помнил ни обстоятельств своей «смерти» в прошлой жизни, как человека, ни даже что именно из воспоминаний о ней идёт крайним в хронологии. С Локи было примерно то же самое, хоть и в меньшей степени — я помнил день накануне попадания, но вот того, как Бог Обмана пришёл в свои покои и что там делал — уже нет. С одной стороны, это было хреново. С другой… меньше знаешь — крепче спишь. Мне почему-то казалось, что в моей ситуации это очень верная мысль.

В любом случае, попросив о помощи нескольких «добровольцев», я смог составить примерную картину окружающего бытия. Во-первых, Тони Старк действительно уже побывал в плену боевиков, создал свою броню и героически вернулся, успев признать на весь мир, что Железный Человек — это он и есть. И, говоря по правде, с этой стороны канадской границы на данные события народ в целом плевал с высоких сосен. Для местных работяг куда актуальней был вопрос о том, кто выиграет очередной футбольный матч по телеку, а истории о богатеньком психе в железной телогрейке здесь воспринимали именно как истории о богатеньком психе, причуды каковых давно никого не удивляют. Во-вторых, Халк тут уже был, но тоже на уровне: «зелёный человечек то ли с Марса, то ли с Венеры, то ли из правительственной лаборатории устроил где-то беспорядки, прям как нигеры в Бруклине», и это уже почти забылось. Что с ним и как, никто не знал, но последнее время он точно не буянил. Ну и, наконец, мутантская проблема. Нынче это был тренд, и все СМИ на нём хайповали, а вот самих мутантов никто толком нигде не видел. То есть, вроде бы они и есть — «так в телевизоре говорят», но вроде бы их и нет, потому что… ну… нельзя было их просто так взять и встретить на улице для простого смертного. Ни про Людей-Х, ни про Человека-Паука, ни про Фантастическую Четвёрку никто ещё не знал. Последнего особенно жаль — Виктор фон Дум в исполнении Джулиана МакМехона мне всегда нравился, но и о нём тут не слышали.

Одним словом, ночь я провёл плодотворно, заодно став богаче на пятьсот баксов. А нечего всяким мелким шулерам приглашать перекинуться в картишки Бога Обмана, даже если он выглядит как безобидный пижон.

Давешняя гостиница на этот раз встретила меня сонной тишиной и вялым копошением персонала с мётлами возле арены. На большом диване перед боковым столиком спал какой-то усатый дальнобойщик, ещё за одним столом пара человек завтракала, за барной стойкой негромко крутил попсу телевизор, бармен в красной клетчатой рубашке протирал стакан, а перед ним потерянно сидела зажатая фигура в пальто с капюшоном, у ног которой лежала большая сумка.

Смяв опустевший пакет и щелчком отправив его через половину зала в ведро, куда уборщики засыпали мусор, я, ни от кого не скрываясь, прошествовал к Роуг.

– Кофе есть? – изображаю для бармена зевок. Девушка, справа от которой я сел, вздрогнула и покосилась в мою сторону, мужчина тоже явно меня узнал и молча кивнул, переключив рычажок включения на электрическом чайнике. – И пару бутербродов с сыром, – дополняю заказ, выкладывая на стол банкноту в десять долларов.

– Подогреть? – уточнил бармен, качнув головой на микроволновку.

– Не стоит.

Больше ничего не спрашивая, человек отошёл к проёму на кухню, куда и продублировал заказ. В это время с противоположной стороны стойки подошёл Логан, одетый как типичный местный завсегдатай. Нас он заметил, только сев на крайний табурет, и то только потому, что взволнованная моим появлением Роуг покосилась на него как на какого-то монстра. Она и на меня так косилась, но я-то этого ждал, а Росомаху такой взгляд от случайной соседки привлёк. После чего его глаза уже перешли на меня, отразив лёгкое недоумение, похоже, его звериные чувства моя маскировка тоже могла обмануть. Собственно, ничего удивительного, ведь «запах» — это такой же очевидный параметр объекта, как цвет и вес, скрывать которые любой невидимка должен уметь в первую очередь. Скрыть магию и духовный отпечаток намного сложнее.

В ответ на внимание к своей персоне я лишь приветственно кивнул, всем видом показывая, что ничего, кроме сделанного заказа, меня особо не волнует. Логан этим удовлетворился и, достав сигару, постарался сделать вид, что моё присутствие его не заботит. На самом деле, это ему быстро удалось, так как Роуг продолжала коситься, и её выражение лица само собой перетягивало на себя внимание.

– Дай-ка пива, – отвернувшись к бармену, как раз отсчитывающему мне сдачу, попросил Росомаха, выкладывая на стол свою банкноту.

Требуемое он получил быстрее меня, но ненамного — чайник как раз вскипел, и мне заварили некой местной растворимой бурды, не поскупившись даже на сахарницу. На вкус бурда оказалась терпимой, а когда с кухни принесли бутерброды, стало совсем хорошо.

И к слову… У Роуг денег, очевидно, не было. По крайней мере, сидела она со стаканом воды и проводила первый укушенный мной бутерброд таким жадным взглядом, что я невольно замешкался с пережёвыванием. Поняв, что её интерес заметили, девочка тут же смутилась и потупилась, но хоть во мне и вскипели вопросы вроде: «как она оказалась в Канаде без денег?» и «чем собиралась жить?», это не помешало мне молча пододвинуть тарелку с оставшимся кулинарным «шедевром» к ней.

– А?.. – растерялась мутантка. – Что…

– Поверь, я не против, когда девушки смотрят на меня с вожделением, – поиграв лицом в стиле Локи, говорю этой мисс «туристический экстрим», – но гастрономический интерес в твоих глазах — лишний. Лучше съешь его. Я ещё закажу, – киваю бармену в жесте «повтори», благо выданная им сдача ещё лежала на столе и далеко тянуться не требовалось.

– Спасибо, – явно находясь не в своей тарелке, девушка, однако, с готовностью цапнула бутерброд и поспешила его укусить.

– Остров Элис, некогда бывший местом прибытия к берегу тысяч эмигрантов, снова распахивает свои двери, – начал вещать в телевизоре голос диктора, едва закончился музыкальный клип. – Подготовка к проведению саммита государств-членов Объединённых наций практически завершена, и так как почти все приглашённые уже подтвердили своё участие, встреча на высшем уровне обещает стать самой представительной в истории. Главы более двухсот стран обсудят широкий круг проблем, включая состояние мировой экономики, заключение договоров по вооружениям, а также феномен мутации и его воздействия на нашу жизнь. Многие американские законодатели продолжают настаивать на том, чтобы обсуждение вопроса о мутантах оставалось в центре внимания…

Я уже хотел пошутить о том, что это желание весьма логично, в свете информации, что у них со складов в руки террористам утекли с полсотни новейших ракетных комплексов с радиоактивными элементами в боевой части (тех самых, из которых Старк и собрал своей первый миниатюрный реактор холодного ядерного синтеза и которые потом уничтожал, как Железный Человек), но не успел. К мирно попивающему пиво Росомахе со спины подошли двое мужчин, в одном из которых я узнал вчерашнего бугая, получившего от Логана хороший удар в голову. Гематома вышла знатной и очень насыщенной.

– Ты мне должен, – привлекая внимание, тронул Росомаху за плечо пострадавший.

– Не связывайся, – полушёпотом попытался его урезонить второй гость, делая попытку отвести обратно, но бритоголовый не глядя отмахнулся.

– Ни один человек не выдержал бы такого, – уже чуть громче, но всё ещё спокойным голосом продолжил наседать неудавшийся боец. Логан удостоил его краткого взгляда и отвернулся, делая новую затяжку сигары.

– Не надо, пойдём, – повторно попытался отвести приятеля от барной стойки второй мужчина.

– Я знаю, кто ты! – и вновь отмахнувшись, наклонился к уху мутанта бритый. – Ты…

– Ты проиграл свои деньги, – холодно перебил его Росомаха, на чьём лице отразилось раздражение, – так что отвали!

Запивая горячим напитком бутерброд, я с большим интересом смотрел, что будет дальше. Часть меня надеялась, что канон пойдёт в топку, но другая в это уже не верила — слишком много было совпадений ещё в Асгарде, чтобы надеяться на непредсказуемость окружающего мира. И она оказалась права. Скрипнув зубами, пострадавший во вчерашнем бою сделал было шаг в сторону, но только для того, чтобы выхватить нож и попытаться сунуть его Логану под ребро.

– Обернись! – истошно взвизгнула Роуг, также во все глаза следившая за развитием конфликта.

Росомаха тут же ушёл в сторону, пропуская руку с ножом мимо себя, а вот дальше сдержаться не смог. Если бы он ограничился оплеухой и взятием незадачливого убийцы за грудки, всё было бы прекрасно, но вспыльчивый характер его подвёл, и, помимо того, чтобы прижать нападавшего к ближайшей вертикальной балке, на которых тут держался второй этаж, мутант выпустил когти, угрожающе направив их на горло жертвы.

– Эй, – окликнул я бармена, судорожно выхватившего из-под стойки помповое ружьё, – не превращайте мне завтрак в вульгарную перестрелку. Мужик сам нарвался.

– Ты с ним заодно? – дуло мгновенно было направлена мне в лицо, заставив сидящую рядом Роуг резко побледнеть. – Давайте — валите отсюда! – это уже адресовалось и мне, и Росомахе.

– Как грубо, – на лицо сама собой вылезла усмешка. Локи на все удары судьбы отвечал усмешкой, и я пока ничего не мог сделать с его рефлексами, – а я уж было хотел оставить чаевые, – краткий жест пальцами активировал чары.

Иллюзия легла как родная, и мужчина увидел, как ружьё в его руках превращается в змею. Вскрик одной из женщин-посетителей совпал с отбрасыванием рептилии. Перепуганный мужчина отшатнулся, врезавшись спиной в полки с бутылками. Змея упала на пол и угрожающе зашипела в сторону недавнего владельца. Люди в зале замерли, настороженно глядя на нас с Логаном и боясь шелохнуться.

– Зачем? – острый взгляд Росомахи впился в моё лицо.

– Не люблю, когда в меня тыкают оружием, – пожимаю плечами. – Впрочем, завтрак всё равно испорчен, – поднимаюсь на ноги, опрокинув в себя последние капли кофе. – Не подбросишь до соседнего города? Боюсь, мне теперь сложно будет найти попутчика, – с намёком окидываю взглядом посетителей.

– Неужто у такого франта и нет своей машины? – всё ещё раздражённо скалясь и не отнимая от шеи бритого своих когтей, рыкнул Росомаха.

– В моей деревне было туго с получением водительских прав, – картинно поправив полы пальто, с намёком на доверительность сообщаю в ответ.

– Р-р! – коротко рыкнул мутант, то ли приняв ответ, то ли решив, что я так намекаю на нежелательность распространяться в присутствии посторонних. Как бы то ни было, его когти с резким шелестом исчезли в кулаке, и, наградив пытавшегося насадить его на нож человека злым взглядом, Логан схватил со стойки недопитую бутылку, а затем направился к выходу. – Не отставай, – бросил он через плечо, проходя мимо.

Игриво подмигнув ошарашенно замершей Роуг, я изобразил в сторону посетителей нечто напоминающее прощальное приподнимание шляпы и пошёл следом. В этот момент из кухонного проёма появилась дама бальзаковского возраста с тарелкой, на которой лежали три свежих бутерброда из моего второго заказа, и, заметив змею у ног босса, поражённо остолбенела.

– Вы очаровательны, – проходя мимо, одариваю работницу сферы обслуживания улыбкой и на ходу вынимаю из её рук тарелку.

Идущий впереди Логан бросил на меня короткий взгляд, по которому ясно читалось, что моё поведение он не одобряет.

– Что? Я же заплатил, – беспечно пожимаю плечами, вынуждая его отвернуться.

Уже сидя в кабине видавшего виды фургона из какой-то разновидности домов на колёсах, я заметил в зеркало заднего вида, как к нам спешно подбирается худенькая фигурка в зелёном пальто с капюшоном и огромной сумкой в руках. Логан за рулём явно был слишком раздражён, чтобы обратить внимание на чужое мельтешение на стоянке, а между тем девочка добралась до прицепа, следующего за фургоном, и забралась внутрь. Вот же рисковая дамочка. А ведь я до последнего был уверен, что она постучится в кабину.

Росомаха, те же время и место.

Заведя двигатель, Логан покосился на нежданного попутчика. Холёный паренёк, которому с трудом можно было дать больше двадцати пяти лет, вольготно развалился в соседнем кресле, как ни в чём не бывало разглядывая улицу. Куда он успел деть сворованную тарелку с бутербродами, было решительно не понятно, как и многое другое в его отношении.

Длинные тёмные волосы незнакомца были идеально зачёсаны назад и не теряли эту свою идеальность, даже когда он скакал по пропахшему потом рингу на зависть любой обезьяне. Одежда больше подходила какому-нибудь светскому рауту или богемной тусовке в Нью-Йорке, а не канадскому захолустью, но обладателю изумрудных запонок, чёрного галстука и рубашки столь белоснежной, что от фантомного привкуса крахмала саднило зубы, на это было, очевидно, плевать. Даже накинутый на его шею шарф с зелёным узором выглядел не элементом тёплой одежды, а роскошным украшением, выразительно подчёркивающим изысканный стиль владельца. Но самым непонятным было то, что Логан совершенно не мог уловить его запаха, будто в соседнем кресле не было не только человека, но и его одежды.

Драться он тоже умел. Да так, что Росомаха не мог и припомнить, чтобы хоть когда-то встречал противника такого уровня. Хотя ладно бы только это — Логан и сам никогда не гнался за званием мастера боевых искусств, не видя в этом ни смысла, ни интереса, но ведь и физически парень был определённо сильнее, чем он. Не так, чтобы ломать стены голыми руками, но пробовать тягаться с ним в армрестлинге точно не стоило, а ведь Росомаха был раза в два-три сильнее обычного человека своей комплекции, этот же франт выглядел куда как сухощавей. Последней загадкой были его фокусы с иллюзиями, или что там он делает? Но в этих штуковинах Логан вообще ничего не понимал, потому решил не грузить голову.

Тронулись они молча и так же молча поехали. Привыкшего к одиночеству мужчину начинать разговор не тянуло, его попутчика, видимо, тоже. Наверное, кто-то другой на месте Росомахи попытался бы удовлетворить любопытство, воспользовавшись подвернувшимся шансом, но одинокий бродяга не хотел влезать в чужие дела. Чужие дела — это всегда проблемы, без которых он вполне мог бы обойтись. Сейчас секреты невольного попутчика его никак не касались и ничем не мешали, и Логана это устраивало. Не меньше его устраивало, что к нему не лезут с вопросами и не возмущаются запаху табака, а о чём-то большем он готов был подумать ближе к обеду… или ужину.

Однако спустя двадцать с лишним минут пути мужчина обратил внимание на какой-то странный звук от прицепа. Колёса крутились как-то не так. Пока они ехали через город, он не обращал на это внимания, но выйдя на тихую трассу волей-неволей стал прислушиваться и в конце концов определил, что же царапало его усиленный слух.

Лесная дорога по утреннему времени была пуста, солнце ещё толком не встало, да и облачно было сегодня, так что Логан спокойно остановил машину прямо на проезжей части и заглушил двигатель, убирая ключи в карман.

– Надо кое-что проверить, – всё же счёл нужным пояснить он пассажиру, хотя по виду последнего, тому были не особенно интересны причины внезапной остановки.

Выбравшись наружу, но так и не дождавшись звука открывающейся двери с другой стороны, Росомаха вздохнул и, на всякий случай проверив наличие ключей зажигания в кармане, направился к прицепу. Свежий ветерок слегка разбавил сладковатую горчинку сигары во рту, мокрый снег похрустывал под ботинками, а вокруг стояла первозданная тишина. Придирчиво осмотрев колёса и сцепку, никаких лишних деталей мужчина не увидел, но стоило ему озадаченно перекинуть сигару из одного угла рта в другой, как чуткий слух уловил какой-то шорох из-под накрывающего прицеп брезента.

Медленно сделав ещё два шага ближе, Логан начал различать и другие интересные звуки, какие никак не мог издавать его мотоцикл, что последние пару лет был единственным обитателем прицепа. Уже хотя бы потому, что мотоциклы не дышат, да и звук мотора сильно отличается от человеческого сердцебиения.

Увидев содержимое открытого кузова, мутант только впечатлённо вытащил изо рта сигару. Непорядок в укрывавшем стального коня брезенте сразу бросился в глаза. Чего-то такого он подспудно и ожидал. Если дерьмо случается, то размеры его могут быть только или «огромное», или «по-настоящему огромное». Пусть у него и были проблемы с памятью, но вот звериные инстинкты пребывали в полном порядке и обещали, что так хреново начавшийся день просто обязан кончиться не менее хреново.

Молча ткнув двумя пальцами в новую выпуклость на брезенте у ближайшей к себе стенки, мужчина уже без удивления услышал испуганный ох, произнесённый явно женским голосом, после чего резко сдёрнул с нелегального пассажира маскировку. Пассажиром оказалась какая-то девица в лёгком зелёном пальтишке с капюшоном, разлёгшаяся около его мотоцикла, положив голову на сумку с вещами. Не сразу, но девушка подняла на него взгляд, и Росомаха узнал лицо девчушки лет семнадцати-девятнадцати на вид, что украдкой пялилась на него и его второго попутчика всё утро.

– Что ты здесь делаешь? – интересуясь не столько названием её горизонтального положения в своём прицепе, сколько чем она вообще думала, забираясь в машину к незнакомому мужику, держащему путь в глухие леса Канады, спросил Логан, поспешно возвращая сигару в рот, чтобы затяжкой успокоить нервы.

– Простите, мне просто нужно было ехать. Мне нужна помощь, – морщась от солнечного света так, будто умудрилась ещё и заснуть лёжа на холодном металле открытого кузова, промямлила девчонка.

– Вылезай, – коротко скомандовал он и, взяв чужую сумку, решительно выкинул её из прицепа.

– Куда же мне идти? – начав подниматься, пробормотала незнакомка.

– Не знаю, – бескомпромиссно рубанул Логан.

– Не знаете или вам плевать? – с обвинительными интонациями в голосе переспросила эта нахалка, спрыгивая на землю.

– Тебе решать! – жёстко ответил мужчина, не оставаясь в долгу.

Убедившись, что других новых вещей в его прицепе больше нет, Росомаха мазнул взглядом по растерянно хватающей ртом воздух девчушке и стремительно развернулся обратно.

– А о какого рода помощи ты говорила? – неожиданно раздавшийся за его спиной голос заставил мутанта дёрнуться. И не только его — за спиной подпрыгнувшей на месте девчонки как ни в чём не бывало стоял его улыбающийся попутчик. Когда он успел за неполную секунду там появиться и как смог не скрипнуть ни дверью, ни снегом под ногами, было совершенно непонятно.

– У меня не такси, – счёл нужным предупредить Логан, уже поняв, куда ветер дует.

– И тем не менее, – как-то по-змеиному усмехнулся прямо в лицо замершей перед ним девушки его новый знакомый, – кое-кто не испугался двух страшных парней со способностями, а полез набиваться к ним в попутчики. Мне продолжать, детка, или ты всё-таки сама ответишь? – наклонив голову вбок, хитро подмигнул парень.

– Я… да. У меня тоже есть способность, – испуганно промямлила девчонка, после чего сглотнула. – Вы… вы же — мутанты? Вы можете мне помочь?

– Может быть, – зелёные глаза нежеланного попутчика номер один поднялись к лицу Логана. – Не бросать же девочку-подростка одну в холодном зимнем канадском лесу, – от новой улыбки, в которой исказились губы парня, у Росомахи заболели зубы.

– Ты хочешь пойти пешком? – раздражённо огрызнулся мужчина.

– Я вполне могу поехать в кузове, там более чем достаточно места, – жизнерадостно пожал плечами этот наглый молокосос. У Логана сильно зачесались кулаки, но… этот тип был прав — бросить эту дуру в лесу он не сможет, с учётом её одежды и местной погоды, она задубеет уже через полчаса-час, а движение тут не очень активное, мягко говоря. Мутант-регенератор, у которого ничего болеть дольше нескольких секунд просто не может, ощутил накатывающую и становящуюся всё сильнее мигрень.

– Ладно… – он вздохнул, – залезай, – и, развернувшись, последовал обратно в машину… где увидел всё так же сидящего на своём месте франта.

– Эм? – девушка тоже удивилась, ведь означенный франт только что был у неё за спиной, а сейчас он же перебирался в кузов «дома на колёсах». – Но вы же?.. – тут она обернулась и увидела за собой точно такого же человека.

– Иллюзия, – парень щёлкнул пальцами, и его копия исчезла в переливе жёлто-зелёного света.

– Но она же говорила… – потерянно пролепетала девочка.

– Верно, – последовало довольное подтверждение, а из фургона послышался скрип кровати, словно кто-то на неё сел.

– Я не разрешал тебе садиться на мою кровать, – недовольно поморщился старший мутант, забираясь на водительское место.

– Не беспокойся — я лёг… И моё пальто всё равно чище этой самой кровати, – вновь невозмутимо ответило это воплощение наглости, явно устраиваясь поудобнее, если верить шуршанию. Логан вновь задумался над вопросом, так ли это плохо — выкидывать на мороз всяких левых попутчиков. Особенно если очень хочется. Размышления прервала попутчица:

– А у вас поесть не найдётся? – смущённо спросила девушка, устраиваясь на пассажирском кресле.

– Держи, – резко встав с кровати, «франт» шагнул к ним и, оказавшись в проходе, как-то хитро шевельнул руками, после чего, из какой-то похожей на картинку в калейдоскопе мешанины не то стеклянных осколков, не то ещё чего-то, в них появилась та самая тарелка с бутербродами, которую он стащил из закусочной.

– Э… – только и смогла на это промычать девочка.

– Подпространственный карман, – пояснил парень, вручая тарелку в её руки. – Очень удобно носить личные вещи.

– Спасибо, – кивнула девушка, после чего сняла тонкие перчатки, совсем не подходящие для такой погоды, и жадно вгрызлась в сэндвич с сыром.

Беглый Бог с лёгкой формой помешательства. Там же.

– Я — Роуг, – удовлетворив первый голод, представилась девушка, покосившись на Росомаху. И замерла в ожидании.

С моего места на кровати всё было хорошо видно. Она так удобно раскладывалась от стены прям в центр фургона, словно создавалась для того, чтобы почтенный патриций, возлежа на перинах, мог созерцать работу водителя и его соседа. Росомаха, впрочем, на контакт идти не торопился и вообще всем своим видом показывал, что его уже достали попутчики и как только выдастся первая же возможность, он поспешит от нас избавиться. И если будем плохо себя вести, то метод «избавления» со «спихнуть нафиг» может и поменяться на что-то более… грубое. И вот как у него это всё получилось сказать лишь одним косым взглядом? Талант! К его глубокому несчастью, лично мне было пофиг, а Роуг в физиогномику не умела и столь сложные посылы не разбирала. Ну ладно, поддержим разговор. Мы же вежливые боги, правда?

– Локи, – представляюсь.

– А… Что? – обернулась Роуг.

– Хн… – хмыкнул брутальный водила и даже чуть усмехнулся, видимо, признав, что подобное имя вполне подходит столь очаровательному плуту, как я! Хм-м-м, а не слишком ли я странно себя веду? Хотя… не, всё нормально, я только что (а по меркам асов, так вообще едва-едва) свалил из большой задницы, морально смирился с местным экстерминатусом и собрался свалить дальше, так почему бы чуть не пошалить «в отпуске»?

– Меня зовут Локи. И нет, это не шутка. И не фамилия. И не прозвище. И не аббревиатура. И даже не кодовое название сверхсекретного правительственного проекта, – на последнем моменте Логан впал в некий ступор.

Неужели что-то пошло по ассоциациям? Хм-м-м, вообще… возможно. Я сильно сомневаюсь, что тут был такой же идиотизм, где адамантиевая пуля из обычного револьвера смогла пробить адамантиевый же череп и взболтать серое вещество в голове мутанта, форматируя его если не в ноль, то близко, но вот амнезия из-за вскипания жидкостей тела в процессе пропитывания костей раскалённым металлом вполне может быть — регенерация у Росомахи, конечно, зверская, но такое испытание могло повредить нейроны мозга достаточно для амнезии.

Но я отвлёкся, а меж тем в машине вновь установилась тишина. Старший мутант принципиально не отвечал, хотя его, кажется, так и подмывало сказать что-то на тему чувства юмора моих родителей или размера тараканов в моей голове, Роуг, возможно, тоже не отказалась бы высказаться, но наглеть не решалась, с её точки зрения, предел наглости с её стороны и так давно уже перейдён. Впрочем, это девочка-подросток, а потому долго молча просидеть она не смогла и начала оглядываться по сторонам в поисках темы разговора. Но, вопреки моим прогнозам, не выдержал всё же Росомаха.

– Что за имя такое, «Локи»? – фыркнул он.

– Асгардское, – пожимаю плечами. – Ещё можно Лофт, Лодур… прошу не путать с лодырем, Хведрунг, Насмешник, Обаятельный Плохой Парень, Цегорах… а, нет, не та вселенная — правообладатели могут подать в метавселенский суд. Ну а ты, о мой красноречивый друг? – перевожу тему.

– Логан, – после некоторого молчания ответил мутант, – и у тебя, парень, серьёзные проблемы с головой.

– Никто не верит, когда я говорю правду, но все верят, когда я нагло лгу. Поэтому меня и нарекли Богом Обмана, хотя специально я для этого ничего не делал, а просто несколько раз говорил окружающим то, что они хотят услышать, а не то, во что они заведомо не поверят, – возлежа, подобно уже упомянутому римскому патрицию, на кровати и наблюдая за раскорячившимися раб… спутниками, слегка предался я философским измышлениям.

– Э-э-э… Л-ладно, как скажешь! – неуверенно согласилась Роуг. Почему-то мне показалось, что она просто решила, что с опасными психами лучше соглашаться во всём. Во избежание. И вновь воцарилась уютная, правда, далеко не для всех, тишина.

Проблемы «зайца» одним голодом желудка не оканчивались. Быстро расправившись со скудным и, откровенно говоря, не самым лучшим угощением и утолив ещё и голод информационный, девушка принялась зябко тереть руки — десяток километров со скоростью в пятьдесят миль в час, да при температуре окружающего воздуха под минус пять градусов… как она вообще не околела? Затруднение юной пассажирки заметил и Логан. Страдальчески вздохнув, он переключил печку на максимум.

– Вот, согрейся, – и потянулся взять руки девушки, чтобы поднести к ней, однако пассажирка резко дёрнулась и поспешила отстраниться под удивлённым взглядом регенератора.

Выглядело это как реакция уже переживавшей насилие девушки, впрочем, такая бы не села к двум мужикам… ну, по крайней мере, если бы ей не понравился прошлый опыт. Впрочем, в сторону шутки, я и так помню, из-за чего у девочки такие реакции.

– Да не съем я тебя, – попытался успокоить девочку Росомаха.

– Не обижайтесь, – смутилась Роуг, – просто… это касательно моих способностей. Каждый раз, когда я кого-то касаюсь, что-то… происходит.

– Что происходит? – не понял Логан.

– Я… не знаю… но им становится больно…

– Понятно… – Росомаха сохранял каменную невозмутимость. У меня уже даже начал просыпаться спортивный интерес, есть ли что-то, что может его пронять? Ну, кроме прямого попадания противотанкового снаряда, само собой.

– Похоже на мутацию паразитического типа, – решаю пояснить девушке её ситуацию. – В Мексике живёт парень, которому нужно регулярно выкачивать энергию из других людей, иначе он сам может отбросить коньки… Правда, если он присосётся к мутанту, то его тело морфирует во что-то вроде птеродактиля с манией величия. Это как у Халка — для каждой формы своя личность. Но ты, вроде бы, никем в городе не питалась?

– Нет! Мне такое не нужно! – даже испугалась девочка.

– Тогда тебе повезло.

– А… – Роуг бросила взгляд на Логана и повернулась ко мне, – как зовут того парня?

– Настоящего имени не знаю — лично не встречался, а кличка, кажется, Птерокс, но не уверен, – сообщаю чистую правду. Только это была правда для другой вселенной, но какая разница?

– А про Халка откуда знаешь? – проявил любопытство Росомаха.

– Наблюдал за ним какое-то время, – пожимаю плечами. – Но коли у нас утро откровений, детка, открой мне секрет, как ты оказалась в Канаде одна и без денег?

– Я… – Роуг потупилась. – Ещё со школы хотела пройти по маршруту от Миссисипи до Ниагарского водопада и на Аляску… – замолчала.

– Все дети в Америке такие безрассудные? – смотрю в затылок Логану.

– Не спрашивай меня, – огрызнулся водитель, устало выпуская облако сигарного дыма.

– Эм-м, а что умеешь ты, Локи? – женское любопытство неистребимо независимо от мира и эпохи.

– Так, всего понемногу: иллюзии, игры с пространственно-временным континуумом, метание ножей… о, ещё я знатный мозгоклюй! – вспоминаю важный момент, расплываясь в улыбке.

– Не сомневаюсь, – мрачно кивнул Логан. Ух ты, я сказал правду, и мне сразу и безоговорочно поверили, правда, я подозреваю, что был превратно понят, но что поделать — мир не идеален.

И на этом благом моменте наш путь прервало внезапно вылетевшее на дорогу дерево. Так и не пристегнувшийся после остановки, Росомаха к подобному повороту событий оказался не готов, а потому красиво вылетел через лобовое стекло от удара. Пристёгнутая девушка просто дёрнулась в кресле и легонько ударилась головой, ну а меня неаристократично стащило с кровати ногами вперёд. Тащиться, впрочем, было не так далеко, так что, можно сказать, я отделался исключительно моральной травмой.

– Низко пошёл… к дождю, – прокомментировал я манёвр нашего водителя, встав на ноги и выглянув через проход в кабину. Унесло Логана порядочно, почти на пятнадцать метров, вот что значит инерция адамантиевого скелета.

– Ох, – пошевелилась в кресле Роуг.

– Цела?

– Д-да, – девочка взялась за голову и попыталась отцепить ремень безопасности, чтобы выйти наружу, но тот не поддался, – но я застряла! – в голосе послышалось немного паники.

– Секунду, – наклонившись к замку, аккуратно шевелю заклинивший от рывка механизм. Аккуратно — чтобы случайно не сломать, а то сил Локи более чем достаточно, чтобы смять обычную сталь. Ну а Росомаха к этому моменту как раз встал и немного нетвёрдой походкой (с каждым шагом становящейся всё более уверенной) хорошо принявшего на грудь человека направился к нам.

– Эй, вы там живы?!

– На твоём месте я бы посмотрел по сторонам, потому как деревья под машины сами собой не падают, – выщелкнув из паза замок, предупреждаю мутанта. Как проходило каноничное нападение Саблезуба, я не помнил, но, видимо, вот именно так.

Тут кусты хрустнули, и на успевшего «вытащить» свои когти мужчину таки напал ожидаемый «пещерный человек». Рывок у него вышел довольно быстрым, куда быстрее, чем аналогичный приём показывал Росомаха на арене, это и позволило ему избежать когтей, на секунду ошеломив Логана. И сразу стало понятно, что он представляет, с кем столкнулся, так как размениваться на удары кулаками Саблезуб, а никем иным эта образина быть не могла, не стал. Вместо этого он ухватил противника за куртку и, раскрутив, отправил спиной в ближайшее дерево, явно стремясь вызвать минимум обширный ушиб позвоночника, а максимум — сотрясение мозга с нокаутом.

– Нужно помочь ему! – освобождённая от ремня девушка вывалилась из покорёженного фургончика и нетвёрдо встала на снег.

– Зачем? По-моему, ему очень даже весело, – в этот момент облачённый в меха и с рожей настолько зверской, что даже викинги бы прониклись почтением, мужик решил сыграть Росомахой в бейсбол и, выворотив из земли брёвнышко, как следует отоварил по голове только-только начавшего вставать когтеносца. – А погода-то налаживается… – проводил я взглядом полёт нашего водителя уже по куда более крутой дуге прямо на наш же капот. Вот теперь точно сотрясение, и Логан был со мной согласен, о чём свидетельствовало его неподвижное состояние. – Пусти-ка меня, – протискиваюсь у кресла и спрыгиваю на снег возле Роуг.

Моё появление привлекло внимание противника, и сия суровая норвежская версия Конана-Варвара с натуральным тигриным рыком двинулась к нам.

– Знаешь, парень, ты очень напоминаешь одичавшего викинга, – меня захватил какой-то кураж. Пусть Саблезуб двигался быстро и явно был силён, но ни его скорость, ни сила не шли ни в какое сравнение с аналогичными параметрами Тора, бои которого Локи наблюдал неоднократно. А из этого факта следовал очень простой вывод — эти параметры не идут ни в какое сравнение и с моими, – а я ненавижу викингов, – метательный кинжал, материализовавшись в моей руке, в следующий миг со свистом разрезал воздух и вошёл точно в глаз Саблезуба.

Зачарованная сталь, предназначенная для убийства бессмертных, не смогла справиться с чисто «материальным» исцеляющим фактором мутанта, но проблем доставила явно куда больше, чем мог обычный нож. Во всяком случае, грозный рёв сразу же перешёл в болезненный вой. Ждать, когда мутант придёт в себя, я не намеревался и, достав из пространственного кармана ещё один кинжал, отправил его уже в сердце противника, третий же лёг в руку, мгновенно порождая две свои копии в руках моих собственных иллюзий.

Видеть мир с трёх ракурсов довольно забавно. Не уверен, что, будучи человеком, сумел бы сохранить даже простейшую координацию движений в этом состоянии, но мозг Локи был к такому привычен и мог неплохо синхронизировать действия от трёх до пяти «тел» — в зависимости от взятых скоростей и степени уникальности движений. Если надо было нанести один удар в одну точку, то тут речь могла идти и о трёх десятках псевдоматериальных иллюзий, а если каждая должны была атаковать в уникальном стиле в отличающуюся от остальных точку, то тут уже было сложнее.

Первый удар нанесла следующая слева от меня копия, протыкая печень, второй пришёл от правой под колено, третий, уже мой, бил в горло. Саблезуб попытался отмахнуться, но я был прав — его скорости не хватало, даже чтобы задеть фантома, и удары с трёх направлений продолжали проходить. Для памяти моего предшественника это было непривычно, ведь даже Вольштагг, не самый ловкий из трёх лучших друзей Тора, вряд ли дал бы моей иллюзии ударить себя больше одного раза, хоть как-нибудь, но успев повредить внешний контур, а тут — делай что хочешь и как хочешь. Однако, несмотря на множество ударов, враг был всё ещё жив, хотя явно начинал терять интерес к сопротивлению в частности и обстановке вообще. Тем не менее оставлять его в живых в мои планы не входило, а потому, свалив его с ног подсечкой на очередной связке ударов, я резко опустил зачарованный кинжал на его шею.

Магическая сталь прошла обычную плоть и кость, как нож сквозь масло, и только после этого я сообразил, что как-то даже не подумал о том, что это будет первое моё убийство.

– Буэ-э-э… – сказала Роуг где-то у машины, явно взглянув на мою работу.

– Художника каждый обидеть норовит! – оскорбился я в лучших чувствах, разглядывая отделённую от тела голову мутанта. Осознание того факта, что я только что жестоко и с удовольствием убил разумное (ну-у… более-менее) существо, вообще не причиняло ни малейшего дискомфорта. После всего того, что мне досталось от памяти Локи… кхм, подозреваю, что чувства брезгливости у меня больше нет. Правда, я каким-то образом, опять на рефлексах, умудрился остаться совершенно чистым и всё таким же элегантным, угу, несмотря на мясницкую работу и окровавленный по самое не могу нож… а, нет, тот уже впитал кровь Саблезуба.

– Ох… – минуту спустя простонал Логан, когда я оторвал руку от его головы. Ничего предосудительного — просто небольшая магическая стимуляция, чтобы он пришёл в себя.

– Череп у тебя крепкий, но привычки держать удар бревна недостаёт, – посочувствовал ему я.

– Где эта тварь? – присев на разбитом бампере, спросил Росомаха, окидывая взглядом картину.

В ответ я молча поднял вторую руку, в которой за волосы держал отрезанную голову, и кивнул на тело в стороне, за которым приглядывала моя копия. Видимая регенерация изувеченного организма прекратилась, но провести диагностику я ещё не успел, да и без Горнила Душ это сложновато, а этот ультранавороченный техно-магический операционный стол остался в Асгарде.

Увидев дело моих рук, Логан изобразил лицом что-то вроде дёрганья щекой, но потом молча кивнул, хотя и стал несколько коситься.

– Что? Он был регенератором, – пожал я плечами. – А ведь всем известно: хочешь прикончить бессмертную живучую тварь — отруби ей голову, – перевожу взгляд на тело. – К тому же он слишком похож на викингов, а я очень не люблю викингов.

– Локи… – поморщился мутант, – просто… заткнись. И выкинь уже эту башку куда-нибудь! Роуг, ты в порядке?

– Буэ-э-э-э… – ответила обочина с другой стороны машины. Ну вот, только безвозмездно поделился с кем-то едой, как её тут же столь некрасиво переводят. Я в печали. И… это, наверное, тоже признак не совсем здоровой психики, но… я всё равно в печали. Я сам хотел съесть эти бутерброды.

– Эх, никто меня не це… – тут на дороге показались ещё два субъекта, замеченные фантомом, – …нит. О, ещё двое? – добавляю к глазам иллюзии и свой угол зрения. – Кажется, он тут не один сидел в засаде… – я радушно улыбнулся новым гостям.

– С каждой минутой этот день становится всё хуже… – констатировал Росомаха, вставая рядом со мной и выпуская когти.

– Постойте, – поднял руку один из незваных гостей, вернее, подняла.

Хм, пожалуй, стоит чуть подробнее описать внешность визитёров. Их было двое: мужчина и женщина. Мужчина ничего из себя не представлял — среднее телосложение, каштановые волосы, рожа суровая, но до брутальности Логана ему ещё пахать и пахать, на глазах навороченный визор с красным фильтром. Как я помню по фильму, он каждый раз вынужден тянуться руками, чтобы настроить пропускную способность. По мне — так себе решение, но добавить «кнопку стеклоподъёмника» куда-нибудь на руку, чтобы в бою тратить меньше времени, не намекая при этом противнику по поднятой к голове руке, что сейчас будет бо-бо, ему, видимо, религия не позволяла.

Короче, реальный Циклоп выглядел в точности как киношный, даже стильный чёрный костюм присутствовал, хотя и ему явно не доставало бронежилета, чтобы стать полноценным боевым снаряжением, ибо сейчас это просто был костюм из искусственной кожи с намёком на футуризм, и всё. На его спутнице было то же самое, хотя сама она была куда как интереснее. На вид лет двадцать пять, максимум тридцать. Белые волосы, отливающие серебром, кожа оттенка тёмного шоколада, прекрасная фигура и красивое лицо с правильными чертами и без видимых дефектов, реально похожее на Холли Берри в её лучшие годы. Проклятье, она была похожа на богиню на порядок больше, чем половина женщин Асгарда! Если мне не изменяет склероз, в одной из версий комиксовой вселенной сам Дракула был сражён её красотой и на протяжении десятка лет пытался добиться различными методами, включая предложение бессмертия, бросание к её ногам бесчисленных богатств, престолов парочки государств, песен под окнами, подвигов в её честь и что-то около полутора десятков попыток похищения, когда всё вышеперечисленное не сработало. И я понимал мужика, чёрт подери, это реально первая по-настоящему красивая женщина, что я вижу в этом мире! И память Локи, кстати, тут мне помочь ничем не может, скорее уж наоборот — усугубляет картину. А Гроза, ведь более никем эта прекрасная особа быть не может, продолжала:

– Мы не враги вам. Более того, мы прибыли, чтобы помочь.

– Как-то неубедительно звучит, – скептически вскинул бровь Логан, – то по этой дороге и за неделю никто не проедет, то целая толпа, да ещё и один за другим.

– Должен признать, мой друг говорит дельные вещи, – избавившись от головы Саблезуба, я с намёком поиграл в освободившейся руке кинжалом, заодно накладывая поверх нас парочку незаметных иллюзий. – Как говорил один не слишком честный на руку сенатор: «какие ваши доказательства?»

– Мы на вас не нападаем, – шагнул вперёд Циклоп.

– Это вы очень дальновидно, – с улыбкой покивал я, вновь крутанув в пальцах кинжал. – Ваш приятель не был столь предусмотрителен.

– Это не наш друг, – подняв левую руку, как бы останавливая товарища, вновь заговорила Шторм. – Напавшего на вас мутанта зовут Саблезуб, он работает на лидера тайной радикальной группировки мутантов. Мы придерживаемся других взглядов и были направлены профессором Чарльзом Ксавьером, чтобы сорвать это нападение. Он много лет помогает мутантам со всего мира, обучая детей контролировать свои способности и скрываться от обычных людей. Мы не желаем вам зла, а просто хотим помочь.

– Уже помогли, – скептически хмыкнул Логан. – Моя машина ещё никогда не была такой защищённой от нападений, – с учётом того, что мы стояли на фоне развороченного в кашу капота и выбитого телом переднего стекла, тезис, как на мой скромный взгляд, получился особенно хорош.

Иксмены переглянулись с долей конфуза, разыграв странную пантомиму взглядов, из которой лично я сделал вывод, что Циклопа в чём-то обвиняют. По крайней мере, выражение лица Грозы, в самом мягком варианте перевода, читалось как: «Доволен?»

– Я сбился с курса, окей? – мотнув головой в жесте «всё, сдаюсь, отстаньте!», сообщил парень. – Никогда не летал над лесами Канады. И вы хоть знаете, как здесь сложно найти место для посадки самолёта?!

– Ты… – Логан покачал головой, прикрыв глаза, – меня прям растрогал, – вновь глянул он на Циклопа, и желчи в этом взгляде было столько, что незадачливого пилота натурально перекосило, словно он лимон зажевал.

– Ладно, вы меня убедили, – сжалился я над людьми, пряча кинжал в рукав.

– Ты серьёзно? – скептически покосился на меня Росомаха.

– Посмотри на их шмотки, – сопровождаю совет кивком, – их босс ни за что бы не допустил, чтобы его человек ходил в шкурах.

Логан смерил взглядом стильные чёрные костюмчики иксменов, перевёл его на труп Саблезуба, вернул обратно, тяжело вздохнул и с шелестом втянул когти.

– Да уж, это слишком тупо, чтобы быть спланировано, – рука мужчины зашарила по карманам куртки, в явном намерении извлечь сигару.

– Вы одни? – облегчённо переведя дух, направилась к нам белокурая мулаточка.

– Есть ещё девочка, но она сейчас пудрит носик, – улыбнулся я. – Эй, Роуг, ты там живая? – чуть повысив голос, интересуюсь у сжавшейся по ту сторону машины девушки.

– Да! Со мной всё в порядке! – ответила любительница экстремального туризма, поднимаясь с четверенек. Вид у неё был бледненький, но в целом сносный.

– Отлично, – поворачиваюсь к уже подошедшим вплотную иксменам. – Итак, раз с формальностями покончено, перейдём к более важным вещам!

– Мы… – начал было Циклоп, но я заткнул его резким жестом правой руки. В том смысле, что покачал указательным пальчиком под отрицательное похмыкивание и всё такое.

– О, прекраснейшая богиня, – быстро, решительно, но нежно и аккуратно беру в плен ручку Грозы, – вы обязаны как можно быстрее назвать мне своё имя, чтобы я запечатлел его в своём сердце!

– А… э… а? – беспомощно моргнула сбитая с толку девушка.

– Локи — Бог Магии, к вашим услугам, – моя улыбка стала шире. – А теперь, прошу, утолите жажду моей души — назовите своё имя.

– Ороро Монро… Шторм, – встряхнувшись, попыталась собрать мысли в кучку женщина.

– Прекрасное имя, – постаравшись придать голосу бархатистые интонации, влюблённо глядя даме в глаза, заверил я.

– Эй! – окликнул меня Циклоп. – Что сейчас происходит?

– Знакомство, – не разрывая зрительного контакта, отпускаю ручку женщины и отступаю на шаг. И только после этого поворачиваю лицо к Циклопу. – Но если ты предпочитаешь что-то более грубое, можешь заняться сооружением костра.

– Какого костра?

– Для этого недовикинга, – я повёл рукой в сторону трупа. – Он регенератор, и мало ли как у него геном выкручен? Вы же не хотите, чтобы через недельку в местном экологически чистом климате у его тела отросла новая голова или у головы — тело, после чего злой и агрессивный мутант пошёл вымещать обиду на ближайшее человеческое поселение?

– Мы заберём его с собой, – не повышая голос и очень мягко, однако непреклонно заявила Ороро.

– Как знаете, – утратил я видимый интерес к делу, небрежным жестом развеивая иллюзию, что наблюдала за телом Саблезуба. После чего направился к потерянно застывшей у машины по ту сторону упавшего дерева Роуг.

– Кто такой? – донёсся до меня очень тихий шёпот Циклопа.

– Какой-то псих, – тем же тоном ответил ему Логан. – Просил подбросить до ближайшего города.

Дальнейшее общение утратило изюминку новизны, и господа мутанты пустились в обсуждение всяких скучных, но необходимых подробностей. Машина Логана приказала долго жить, да и иксмены получили чёткие указания доставить человека, на которого охотился Саблезуб, к Ксавьеру. Правда, подозреваемых, в смысле, кандидатов в истинные жертвы, нынче было аж трое, но значило это только одно — все разговоры очень быстро свелись к попыткам убедить Росомаху пойти куда-то с двумя мутными личностями, бросая всё своё имущество, дела и размеренное существование. Причём мужчина, на мой взгляд, был не то чтобы сильно против, но он просто не мог себя заставить согласиться на подобный бред без действительно веских аргументов со стороны Циклопа и Шторм. К несчастью для последних, с такими аргументами у них было туговато, так как даже тема «мы сможем тебя защитить» у регенератора с адамантиевым скелетом встречала только кислый скептицизм. Сдвинуть дело с мёртвой точки помогла Роуг, согласившаяся лететь почти мгновенно, это позволило Шторм на очередном витке спора применить убойный аргумент о том, что если он им не доверяет, то не лучше ли лично убедиться, что девочка будет в безопасности, нежели полагаться на слова? На это Логан тоже чуток побрыкался, пытаясь убедить прежде всего самого себя, что ему должна быть до лампочки судьба левой девчонки, которую он знает меньше часа, но… не смог и, скрипя сердцем, был вынужден согласиться.

Я в этом концерте участия не принимал, предпочитая молча любоваться личиком Шторм и втихаря отправить пару фантомов на поиски места, где наши новые друзья припарковали самолёт. В итоге и место нашёл, и Ороро засмущал до неуютных передёргиваний плечами, и даже слегка успел изучить конструкцию летательного аппарата. В прошлой жизни я был достаточно далёк от авиации и машиностроения вообще, поэтому получил довольно занятные ощущения. Асгардские технологии Локи, как Бог Магии, знал на «ять», как и технологии ряда соседей по Девяти Мирам, с которыми асгардцы регулярно взаимодействовали, но вот земные были для него… не то чтобы тёмным лесом, но, наверное, как-то так себя чувствует продвинутый айтишник двадцать первого века, получив в руки ранний механический вычислитель. Плюс к тому, все технологии Асгарда были всё-таки техно-магическими, а на земле техника развивалась отдельно от магии, что тоже вносило свою нотку в ощущения.

Впрочем, слишком долго утолять своё любопытство мне не дали и вежливо предложили помочь с переноской… трупов. Вернее, одного конкретного трупа.

– Вы хотите, чтобы я доверился вам и позволил увезти себя неведомо куда, неведомо с какими целями, да ещё и донёс до вашего самолёта грязный окровавленный труп двухметрового дикаря, который только вам самим и нужен? – скептически вскидываю бровь, заставляя Циклопа и Шторм вновь сконфуженно помяться. – Вы мне начинаете нравиться всё больше и больше! – резко перехожу на позитивный тон, выпуская на лицо рефлекторную ухмылку. – Смотри, детка, – заговорщически стреляю глазками в Роуг, – чёрные тона в одежде, зловещий красный визор, перевозка через границу мёртвых тел — нас точно вербуют Плохие Ребята!

– Мы не плохие ребята! – обиделась Шторм.

– Как скажете, – хмыкаю в ответ, уже подходя к Саблезубу. – Мы просто незаконно перевозим обезглавленный труп через государственную границу на нелегальном частном самолёте, – легко поднимаю тело за шкирку вместе с головой. – Я обожаю Америку!

– Я уже хочу его прикончить, – полушёпотом поделился Циклоп.

– Становись в очередь, – буркнул Росомаха, поправив на плече сумку с пожитками и прикуривая новую сигару.

– Пойдёмте, – коротко скомандовала Шторм, поймав растерянный взгляд Роуг и тут же зашагав в нужном направлении.

Глава 2

Перелёт до Нью-Йорка ничем примечательным не запомнился. Атмосфера на борту царила напряжённая, разговоры не шли, иллюминаторов, чтобы попялиться наружу, не имелось, в общем, скука смертная. Развлекаться приходилось самоанализом и попытками понять, не свихнулся ли я окончательно, добровольно позволив отвезти себя к сильнейшему телепату планеты?

Получалось, что не свихнулся, просто не всегда осознанно воспринимаю выводы и прогнозы собственного мозга. Бытие, конечно, определяет сознание, но моё сознание ещё слишком мало находится в теле Локи, чтобы успеть адаптироваться, а между тем, Бог Коварства был далеко не глупцом с одной извилиной даже по меркам асов, на фоне же человеческого мозга… Он банально думал быстрее и мог распределять внимание на десятки задач одновременно, не теряя эффективности. Я же, унаследовав навыки, ещё не до конца свыкся с ними и не успел перевести весь багаж интеллектуальных умений в графу «осознанные». Таким образом получалось, что мир как бы разом стал для меня проще и понятней, ответы были готовы ещё до осознанной постановки вопроса, и действовать я мог не задумываясь, а сразу ориентируясь на ощущение того, как будет действовать правильно. Сознание элементарно не успевало проследить за ходом обработки информации, и процесс рассуждений, приводящий к конечным выводам, в итоге ускользал от восприятия, хотя никуда не девался из памяти.

То ещё ощущение, на самом деле…

Но возвращаясь к теме Ксавьера. Во-первых, мой разум был защищён магией, и хотя эту защиту, в теории, можно было пробить, но сделать это незаметно, да ещё достаточно быстро, чтобы я не успел свернуть телепату шею, уже физически нереально. Во-вторых, что ни говори, а Ксавьер — это один из самых этичных и высокоморальных персонажей вселенной Марвел, в любом её проявлении. Будь он хотя бы просто человеком, чьи принципы допускают аморальные поступки ради большего блага, он бы уже поработил мир, превратив все правительства всех стран в своих послушных марионеток, и никаких проблем войны с обычными людьми у мутантов никогда бы не стояло. Иными словами, он не из тех, кто будет потрошить мозги собеседнику без по-настоящему веской причины. Хотя, безусловно, в этих делах полной гарантии быть не может, но, эй, иметь дело с Ксавьером по-любому безопасней, чем с кем бы то ни было другим из обладателей силы подобного уровня. Наконец, третий момент, который, судя по всему, был определяющим и вообще подвигнул меня на контакт с Логаном и Роуг: иксмены были хорошим стартом. Я имею в виду, у них есть ресурсы, используя которые можно приступить к поискам выхода из этой вселенной. Не рискни я контактом с Росомахой, то из Канады выбирался бы ещё несколько недель и не зная толком, куда идти. Время же у меня ограничено, даже если тут не будет вторжения читаури, ведомого Локи. Хотелось бы, конечно, верить, что раз уж тут есть иксмены, то это не вселенная Мстителей, а Таноса с Камнями Бесконечности тут нет, но в том-то и был затык — Танос тут существовал, и Локи о нём слышал, как существовали и Камни, а значит, жопе быть.

И тут возникает ещё один момент: героем я себя ни разу не ощущаю, а с учётом переваренной памяти Бога Обмана — и подавно. В конце концов, Герой — это тот, кому есть что защищать и за это что-то он готов положить жизнь. Ну и каким местом я могу быть героем в этой вселенной? Что мне здесь защищать? Асгард, который для меня полностью чужой? Землю, что с моей собственной не имеет ничего общего, кроме Илона Маска и Макдональдса? Вот, право слово, никогда бы не подумал, но этот медийный фейк, в смысле, Илон Маск, и здесь существует, ну вот поди же ты — просочился, о чём мне поведали воспоминания местных жителей. Но всё равно, о чём говорить, если во всей этой вселенной для меня вообще нет ничего родного?

Да, у меня явно подтекает крыша и проглядывает неадекватность в действиях, будь то радостные рывки в драки, мысли о женщинах, стремление всех троллить, будучи большим Локи, чем сам Локи, и, наконец, полнейшее безразличие к убийству. Это плохо. Я признаю. Но сделать пока ничего не могу — подозреваю, что подсознание таким образом борется со стрессом от переноса сознания. Однако даже в этом неадеквате я не хочу и не буду рисковать жизнью ради лавров очередного марвеловского киногероя. В киновселенной Марвел героем вообще быть опасно — их убивают. И даже если они умудряются затащить и всё превозмочь, это ещё не значит, что они не налажали и не стало только хуже.

Так что нет. Валить. Только валить. Даже если я теперь на всю жизнь стал психом, я — псих, который точно знает, что вселенных больше, чем одна, и что между ними можно перемещаться, следовательно, всё, что мне нужно — это найти способ перемещения. К сожалению, готовых решений именно в киновселенной я не помню, но во вселенной Марвел, как более глобальном понятии, они присутствуют. И магические, и основанные на сверхспособностях вроде мутантских, и даже чисто научные. Вот с их поисками мне и может здорово помочь Ксавьер, хотя бы на первых порах. Да и по-любому в его школе будет куда проще разобраться в реалиях окружающего мира, чем самостоятельно бродя по лесам Канады.

И кстати о моей психопатии… что-то в ней есть. Возможно, это отголоски привычек Локи, но меня прям не по-детски штырит, когда из моих уст вырывается очередной перл, заставляющий окружающих чувствовать себя неловко. Не то чтобы в прошлой жизни я был косноязычным интровертом с фобией на человеческое общество, но даже когда я удачно шутил в хорошей компании, это всё равно было как-то не так, а здесь… Я чувствую себя Богом.

В прямом смысле.

Ощущение магии, пространства, дыхания мира, физической силы, позволяющей рвать сталь… Мне это нравится. Определённо нравится. И в том числе то, как я могу себя при этом вести. Это кайфово. Очень кайфово.

Так и потратив весь полёт на размышления разной степени сумбурности и адеквата, я совершенно не устал. До цели мы добрались уже к вечеру и в сумерках опустились в скрытый под баскетбольной площадкой ангар. Я не шучу, если в мультиках они вылетали из створок ангара в какой-то скале, то тут действительно соорудили аэродром под баскетбольной площадкой, которая отъезжала в сторону, когда надо было взлетать или садиться. Выглядело прикольно, но я таки начал подозревать, что Профессор Икс всё же позволяет себе небольшие вольности в отношении стирания памяти окружающих, иначе я просто не знаю, как он объяснялся со строительной бригадой, которая всё это копала и монтировала механизмы. Хотя, он же богатый, а деньги — это совершенно особая суперсила в капиталистическом обществе.

Слушая переговоры наших пилотов краем уха, я на всякий случай обновил и укрепил магическую защиту разума, почти пропустив момент касания шасси с твёрдой поверхностью. Надо признать, у этого самолёта вертикального взлёта довольно мягкая посадка. В самом же ангаре нас уже ждал лысый благообразный джентльмен в инвалидной коляске и рыжеволосая дамочка в красном платье.

– Здравствуйте. Меня зовут профессор Чарльз Ксавьер, а это доктор Джин Грей, – представился телепат, подъезжая ближе к трапу. – А вы, должно быть, Росомаха, Локи и Роуг? – с вежливой улыбкой пробежался он взглядом по нашим лицам в порядке очереди.

– Привет, – грубовато откликнулся Логан, оглядывая подземную взлётную площадку с выражением человека, который, с одной стороны, впечатлён, а с другой — уже не ждёт от судьбы ничего хорошего.

– Доброго дня, – киваю мутантам, краем глаза с умилением отмечая, как Роуг натурально дичится всего вокруг. – Хотя скорее уж ночи. И, надеюсь, не стоит ожидать подхода доктора Беннера? Его зелёная проблема — не то, с чем я бы хотел оставаться на ночь.

– Прошу прощения? – удивился профессор.

– Как я понял, у вас тут мутантский кружок по интересам, а среди мутантов не так много ребят с докторской степенью, чтобы, встретив в одном месте двоих, не ожидать третьего. И не нужно вращать пальцем у виска за моей спиной, глазастый, я куда менее безумен, чем кажусь… или более, чем вы думаете, но это детали.

– Скотт, – с осуждением взглянул на парня за моей спиной профессор.

– Простите, – тот потупился.

– Нет, никакого доктора Беннера у нас нет, – вновь обратил на нас внимание телепат. – Но как бы то ни было, я рад приветствовать вас в моём доме.

– Да-да, мы поняли, – ответил Логан. – Правда, я все ещё не до конца понимаю, зачем всё это.

– Мы постараемся ответить на ваши вопросы, но, полагаю, ангар — не лучшее место для этого. Предлагаю проследовать в мой кабинет.

– Хорошо, – согласился Росомаха. Роуг же, как самая младшая и мало что понимающая, предпочла молча покивать.

На этом вся делегация последовала из помещения с самолётом в серебристый коридор, как и взлётная площадка, оформленный с претензией на футуризм. Внутри было светло, чисто и, в целом, очень похоже на фильмы. Но слишком уж долго рассматривать тайную часть своего дома Ксавьер нам не дал, приведя к лифту. Короткая поездка — и мы выходим в совершенно другую обстановку: деревянные панели, картины, драпировки и различные приятные мелочи, вроде часов и бронзовых статуэток на шкафах. Кабинет соответствовал поместью — качественно и дорого обставленное помещение, но без кричащей роскоши, я бы даже сказал, что здесь было весьма уютно.

– Итак? – разместившись в удобном кресле перед столом, за который уже заехал Ксавьер, я продолжил разговор.

– Позвольте мне начать немного издалека, – сложил руки лодочкой мужчина, – с этого места и того, чем я занимаюсь.

– Хм-м-м… – Росомаха был не сильно в восторге от такой идеи, но дальше недовольного мычания не пошёл.

– Это место — дом для одарённых детей. По-своему одарённых. Здесь мы учим мутантов, как контролировать и развивать их способности, а также защищаем от угроз внешнего мира. Анонимность — лучшая защита мутантов во враждебно настроенном обществе. Циклоп, Шторм и Джин — мои первые ученики, – профессор кивнул на обозначенных. – Я их оберегал, учил контролировать свои способности, а со временем и обучать этому других, – Роуг удостоилась ободряющей улыбки. – Большинство учеников — беглецы. Напуганные, одинокие… некоторые обладают такой силой, что опасны для самих себя и для окружающих, но здесь они среди своих. Их здесь признали и не сторонятся.

– Ух ты… – девочке постулат явно понравился. – Вы сможете научить меня не вводить любого прикоснувшегося ко мне человека в кому?!

– Мы приложим к этому все возможные усилия, – вновь улыбнулся Ксавьер. – Я не могу обещать, что это получится, но у тебя всегда найдётся место, где остановиться, и люди, что примут тебя такой, какая ты есть.

– И в чём же подвох? – регенератор не привык доверять кому бы то ни было.

– Никакого подвоха нет, – спокойно ответил Чарльз. – Мы никого не удерживаем насильно, и каждый ученик волен сам выбирать, что ему больше нужно. Желающие могут покинуть колледж в любой момент, но и после того, как они закончат изучать программу, у них есть выбор: или вернуться в общество образованными молодыми людьми, или остаться здесь, чтобы учить других и стать частью нашей большой семьи.

– Простите, профессор, – меня опять скрутил зуд и просто не получалось удержать язык за зубами, – но как эти слова о благости и защите коррелируют со скрытым ангаром, высокотехнологичным стелс-самолётом и парочкой индивидуумов, одетых во что-то подозрительно похожее на некую униформу спецвойск? Это больше смахивает на какую-то ЧВК, чем на школу для «одарённых» детишек.

– Это вторая часть нашей жизни. В этом мире существуют мутанты, наделённые невероятной силой, и многие из них не разделяют моего уважения к человечеству, как и идеи о сосуществовании с людьми. Если им не противодействовать, человечество погибнет. Именно для этого существует всё то, что вы перечислили, Локи. Всё это и ещё много что помимо.

– То есть вы основали и содержите некую группу, несущую определённые культурные, идеологические или политические доктрины, и допускаете применение насилия и тяжёлой военной техники для отстаивания данных доктрин и интересов? Другими словами, вам не чуждо предумышленное, политически мотивированное насилие, совершаемое против мирного населения или объектов субнациональными группами федерального уровня или подпольно действующими агентами и организациями, обычно с целью повлиять на настроение общества?

– Эй, мы не совершаем ничего такого против мирного населения! – возмутился Циклоп.

– То есть перевозка трупов, оружия и незаконное пересечение границы – это во благо мирного населения? И это только один эпизод, о котором мы точно знаем и даже участвовали! – я радостно хлопнул ладонями по подлокотникам кресла. – Шикарно, да у нас тут террористы-пацифисты! Редкий вид!

– Террористы? – выдохнула Роуг.

– Всё не совсем так, как сказал ваш друг, – печально вздохнул пожилой мутант в инвалидном кресле, – хотя, вынужден признать, с формальной точки зрения, всё может выглядеть несколько неприглядно, – он реально непрошибаем, а я ещё думал, что это Росомаха невозмутим.

– Ох, только не думайте, что я осуждаю или хочу вас обидеть, – примирительно улыбаюсь. – Я не против. В конце концов, я — Бог Обмана, Озорства и Злых Шуток, а что может быть озорнее неподконтрольной властям толпы обученных и вооружённых суперсолдат в паре сотен километров от Вашингтона? К тому же девушки в этой форме смотрятся бесподобно, – кидаю многозначительный взгляд на Шторм.

– Я не желаю видеть своих учеников солдатами, – серьёзно возразил телепат. – Именно поэтому части из них всё же приходится заниматься тем, чем они занимаются. Чтобы защитить остальных, как от обычных людей, так и от таких, как Магнето.

– Объясните уже, что за хрен такой, – устало попросил Логан, его явно раздражало «тупое имя» потенциального противника, моё фиглярство и вся эта ситуация в целом, но ничего, мужик продолжал держаться и Превозмогать.

– Один из крайне могущественных мутантов, замышляющий развязать войну между мутантами и остальным человечеством. Его сила — управление металлами, и, помимо этого, он возглавляет собственную организацию радикально настроенных мутантов, частью которой был Саблезуб.

– Саблезуб, Циклоп, Шторм… – Логан скептически покосился на меня, – Локи…

– Эй, это моё настоящее имя! И вообще, ты сам себя Росомахой называешь.

– …теперь вот Магнето, – стоически проигнорировал мой крик души регенератор. – А у тебя тоже есть пафосное прозвище? Телега или что-то в этом роде? – далее Логан явно намеревался сказать что-то типа «с меня хватит, я сваливаю с этого дурдома», но профессор просто посмотрел на него, и мутант оборвал сам себя на половине фразы. Ещё и по сторонам затравленно огляделся. – … Ладно, убедил.

– Хм-м-м, это не те дроиды, которых вы ищете? – киваю в сторону Логана.

– Нет, – улыбнулся кончиками губ профессор, – я просто показал, что у меня тоже есть дар. С малых лет я понял, что могу влиять на разум людей, заставлять их думать и поступать так, как пожелаю. Тогда же я осознал, сколь велика должна быть ответственность у обладателя подобного дара. В семнадцать я встретился с парнем по имени Эрик Леншер. У него тоже был дар, он мог создавать мощные магнитные поля очень специфической конфигурации и таким образом управлять металлами. Вместе мы начали искать других мутантов и защищать наши права, но… он разочаровался в этом пути и решил бороться с человечеством, а не пытаться ужиться. После этого он и стал известен как Магнето.

– И зачем ему посылать своего громилу за нами? – наклонил голову Росомаха, судя по выражению лица, уже смирившись и решив воспринимать информацию серьёзно.

– Это я и хочу узнать. Дайте мне три дня. А пока предлагаю вам побыть гостями в этом доме.

– Хорошо… – после некоторых размышлений ответил Логан. – Локи, Роуг?

– А-а-а к вам можно поступить? Ну, учиться? – девушка размышляла недолго.

– Разумеется, мы всегда будем рады другим мутантам, – теперь профессор улыбнулся куда более открыто и радушно.

– Ну, мне всё равно идти некуда и разницы никакой нет, так что можно и у вас остановиться, к тому же я бы потом хотел обсудить несколько вопросов в индивидуальном порядке, – я ощутил, как моего разума осторожно коснулись, видимо, Чарльз был не против обсудить заинтересовавшие меня темы тет-а-тет и при скоплении народа. – Нет-нет, – как и ожидалось, ментальная магия позволила без труда вытолкнуть визитёра, даже не допустив его до первой линии постоянной защиты — Лабиринта Отражений, – давайте без этого, поверьте, лучше нам будет пообщаться нормальным языком, – в глазах Ксавьера зажёгся некоторый интерес, как и у Джин Грей, что, к слову, хоть и не была «крокодилом», но, как и Роуг, являлась максимум миловидной девушкой, но никак не сногсшибательной роковой красоткой, каковой её описывают в комиксах и мультиках. Впрочем, по местным меркам она, может быть, реально входит в Топ-10 красавиц планеты, кто его знает, как тут, на Земле, всё плохо? Если уж местной Сиф — натуральной Богине и первой красавице Асгарда — не завезли даже нормальных сисек, то чего уж ждать от Мидгарда? А-а, я уже задолбался ныть на тему того, что тут на весь верс, походу, лишь одна красивая женщина. И я не сильно удивлюсь, если в конечном итоге и та окажется лесбиянкой.

– Хорошо, – с примирительной полуулыбкой кивнул Ксавьер. – Сейчас вам подготовят комнаты, а пока предлагаю пройти на ужин. Должно быть, вы все проголодались во время полёта.

Мы с Логаном оказались людьми понимающими и начали вставать, следом поднялась и Роуг, а вскоре вся толпа уже покинула кабинет, оставляя профессора одного. Как он успел мимоходом сообщить, он уже поужинал. Однако надолго тишина в кабинете не затянулась, и, выждав около минуты, Чарльз, подчёркнуто глядя в сторону, негромко произнёс:

– Так о чем ты хотел поговорить?

– Впечатляет, – улыбнулся я из кресла, снимая иллюзию, – мы общались меньше часа, а вы уже смогли просчитать мой ход и поняли, что я останусь для разговора.

– На самом деле, я не был уверен, – ответил на улыбку телепат, встречаясь со мной взглядом, – но если бы ты действительно ушёл, то о моём маленьком конфузе никто бы не узнал.

– Разумно, – мне начинал всё больше нравиться этот разговор. – Но вернёмся к делу. Вы правы — мне есть что с вами обсудить, но вопрос в том, готовы ли вы слушать? Потому как, несмотря на всё ваше радушие, что-то мне подсказывает, вы до сих пор не верите, что названное мной имя — настоящее.

– Все имена мутантов, основанные на их способностях, настоящие, хоть и не записываются в документы, – взгляд Ксавьера стал чуточку серьёзней. – Но если ты желаешь убедить меня в том, что ты настоящий скандинавский Бог Обмана, то я буду вынужден просить подкрепить это чем-то, что нельзя объяснить банальной мутацией и обладанием специальной подготовкой.

– Если честно, я больше предпочитаю титул Бог Магии, – неопределённо повожу рукой, чуть поджав губы. – Богом Обмана меня нарекли не от большой любви и уважения. Что же до доказательств… – сведя вместе руки, искажаю метрику пространства, извлекая из подпространственного кармана один из своих кинжалов. Не самый лучший — прочность и острота не ставились во главу угла при его создании, однако его достоинство было не в этом, а в том, что мой предшественник делал его в подражание Гунгниру Одина, – прошу, – встав с кресла, протягиваю Чарльзу отливающий золотистым блеском квилон.

– Средневековый рыцарский кинжал? – с неподдельным удивлением вскинул брови телепат, принимая оружие.

– Техно-магический артефакт с нейроинтерфейсом. Если возьмётесь за рукоять, то сможете отдать ему команду покрыться плёнкой низкотемпературной стабилизированной плазмы или исторгнуть её сгусток из острия. К сожалению, энергоёмкость у этой поделки довольно скромная — я давненько его делал, но раз в минуту прожечь в человеке отверстие с футбольный мяч он способен. Увы, не все такие хрупкие, и против асов он уже не слишком эффективен, так что на мне можете не проверять — даже кожу не подпалит.

– Это шутка? – всё ещё удерживая кинжал кончиками пальцев, с недоумением переспросил профессор.

– Возьмитесь — и узнаете. Думаю, с вашими способностями разобраться в принципах мысленного управления будет не слишком сложно, как и понять, что земной науке до такого уровня идти ещё не одну сотню лет, – располагающе улыбаюсь кончиком губ.

Смерив меня недоверчиво-настороженным взглядом, но при этом всё же не пытаясь прочесть мысли, Ксавьер медленно переместил правую ладонь на рукоять и сомкнул пальцы. В следующий миг его лицо чуть дрогнуло в намёке на попытку поморщиться, но он быстро взял себя в руки и сосредоточенно прикрыл глаза. С минуту ничего не происходило, Чарльз неподвижно сидел в своём кресле-каталке, удерживая кинжал одной рукой перед собой, с таким видом, будто к чему-то прислушивается. Я примерно знал, что он сейчас делает, а потому не мешал и вежливо помалкивал. Наконец глаза мутанта открылись, и в них теперь плескалось новое выражение, словно он был одновременно восхищён и отказывался верить тому, что увидел. Секунда — и лезвие квилона покрылось оранжевой плёнкой плазмы с магическим наполнением.

– Это… впечатляет, – разглядывая переливы «колдовского пламени», сообщил Ксавьер. – Так значит, эти истории правда? Старшая Эдда, Младшая Эдда, Песнь о Нибелунгах? – погасив кинжал, поднял на меня взгляд человек.

– Очень относительно, – поморщившись частью лица, качаю головой. – Даже в этот век интернета и записывающих устройств люди умудряются переврать любую новость по десять раз за сутки, а другие — им поверить, имея перед глазами видеозапись реальных событий, так что не стоит слишком верить пьяным сплетням бандитствующих дикарей, которые ещё и дополняло своими выдумками каждое новое поколение.

– Понимаю, – Ксавьер отложил клинок на стол и выпрямился в своём кресле. – И как же выглядит настоящая история?

– Она довольно длинная и не слишком важная для нашего разговора, – оперевшись на подлокотники, складываю руки домиком перед собой. – Важно, что Асгард действительно существует, равно как и Один Всеотец, Тор Громовержец и… – пожимаю плечами, – я.

– И что же вы делаете на Земле?

– На данный момент… – делаю вид, что подбираю слова, – пытаюсь отдохнуть от семьи, – и улыбка.

– Ваша супруга Сигюн и дети Нарви и Вали? – проявил эрудированность профессор.

– Нет, – качаю головой, – это всё людские выдумки. Я никогда не был женат и пока не собираюсь. Детей тоже не нагулял. Просто в Асгарде через несколько месяцев состоится коронация моего братишки Тора, а я не хочу этого видеть, да и в Мидгарде давненько не бывал. Наверняка у вас появилась парочка новых книг, музыкальных композиций и хороших фильмов.

– Вы не слишком хорошо ладите с братом? – улыбнувшись краешком губ при упоминании фильмов, продолжил расспросы Ксавьер.

– Нет, мы отлично ладим, просто в то время как я, не щадя себя, изучал дипломатию, экономику, геополитическое устройство вселенной и прочие дисциплины, необходимые правителю, Тор бил морды великанам, охотился на кабанов и, в перерывах между этими делами, закатывал полуторамесячные пьянки в окружении приятелей. Но в итоге он — всенародно любимый герой и наследник престола, а я — коварный и подлый Бог Обмана. Вселенная имеет чувство юмора.

– Я должен попросить прощения, вероятно, это болезненная тема, – совершенно искренне покаялся мутант.

– Ну… – делаю вид, что задумался. – Это было болезненно лет двести назад, но сейчас обстоятельства немного изменились, и трон Асгарда мне больше не нужен. Я даже, в некотором смысле, наслаждаюсь, предвкушая, что там начнётся под властью Тора, – на лицо сама собой вылезла не самая добрая ухмылочка.

– А Один, он… – Чарльз замолчал, подбирая слова.

– Нет, он не умирает, – понял я затруднения собеседника. – Он впадает в своего рода кому, называемую Сном Одина. В ней он может провести от нескольких лет до пары веков и, вроде как, даже омолодиться, но в последнем я не уверен — на моей памяти он ещё ни разу не входил в неё надолго, – умолкаю, погружаясь в чужую память, но быстро встряхиваюсь. – Так что ему будет весело, когда проснётся, – завершаю рассказ с подобающей радостью.

– Вот как, – хмыкнул Ксавьер. – Благодарю, что утолил моё любопытство. Но я не думаю, что просвещение старого больного человека было именно той причиной, по которой ты решил устроить приватный разговор. О чём ты хотел поговорить без свидетелей?

– Я бы хотел знать, в каких отношениях вы находитесь с правительством этой страны и, в частности, организацией Щ.И.Т.

– Ни в каких, – с понимающей полуулыбкой качнул головой мутант. Причём как он относится к тому, что я вообще знаю это название, я понять не смог, слишком уж нейтральное выражение лица и голоса. – Одно время я пытался сотрудничать с властями, но это не закончилось ничем хорошим. Щ.И.Т. хочет видеть мутантов исключительно своими солдатами и спецагентами на коротком поводке, другие силы в правительстве желали бы ставить на нас эксперименты с целью воспроизведения наиболее сильных способностей, третьи предпочли бы убить. Поэтому никто из тех, с кем я когда-то работал, сейчас ничего обо мне не знает, как не знает и про эту школу.

– Вы уверены, что смогли подчистить всю информацию, которую на вас собрали? – с неподдельным уважением, но и долей скепсиса вскидываю бровь.

– Тридцать лет назад это было не так уж сложно, да и сейчас, в век информационных технологий, мало что изменилось. Форматировать жёсткие диски даже проще, чем выносить бумажные дела из архивов, – улыбка Ксавьера стала шире.

– Великолепно… – этот Профессор Икс мне нравится всё больше и больше. – Тогда второй вопрос: в чём конкретно у вас разногласия с Магнето? Исходя из того, что я только что слышал, решить проблему дискриминации мутантов вы можете буквально за месяц пребывания в Вашингтоне.

– В этом и состоит суть наших разногласий, – помрачнел инвалид, как-то даже разом состарившись. – Я допускаю возможность применения своих сил на других людях, но не так, как это требуется делать, чтобы осуществить то, о чём вы говорите. Вмешательство в сознание, в личность человека — это слишком серьёзный проступок, это то, что, с моей точки зрения, полностью подпадает под определение «преступление против человечности», – голубые глаза остро взглянули в мои, давая понять, что их обладатель полностью серьёзен. – Некогда я дал себе слово так не поступать. Даже самая малая подмена мотивации и чувств фактически является убийством прежней личности. Убийством человека. Позволив себе сделать это один раз, можно не успеть оглянуться, как начнёшь убивать на самом деле. Сперва врагов, потом тех, кто с тобой не согласен, и в конце тех, кто от тебя отличается. Я не святой и совершил в жизни немало ошибок, но в мире и без меня слишком много тех, кто идёт по этому пути. Я же хочу дать людям и мутантам альтернативу.

– Знаете… – на несколько секунд я глубоко задумался, разглядывая Ксавьера, причём так глубоко, что даже моя иллюзия, изображающая любопытного гостя в компании остальных иксменов, прекратила двигаться, так как на неё уже не хватало внимания, – это очень необычно. Как правило, люди, ведомые благой идеей, хотят осчастливить весь мир даром и чтобы никто не ушёл обиженным. В вас же я вижу скорее позицию дающего шанс на спасение, но готового принять и отказ воспользоваться этим шансом. Но самое странное, что ваше желание спасти… оно, похоже… истовое.

– Да, – Чарльз опустил взгляд к полу. – Всё так. Я надеюсь, что человечество найдёт в себе силы и разум преодолеть эти времена, и я готов приложить все усилия, чтобы помочь ему в этом, – голубые глаза вновь посмотрели в мои, – но своих демонов и обычные люди, и мутанты должны одолеть сами. Иначе всё будет бессмысленно.

– Что ж, профессор, должен признать, при том, что вы ещё и свою первую сотню не разменяли, ваши интеллект и мудрость превосходят таковые показатели большинства асов и ванов, – совершенно искренне признаю, по-новому разглядывая Ксавьера. Я и раньше был о нём крайне высокого мнения, но теперь окончательно убедился, что передо мной действительно самый достойный Человек этой вселенной. Человек с большой буквы. Ведь пусть я и не всегда мог прочитать его реакции по мимике, но уж попытку лукавить или прямо соврать опыт прежнего Локи позволил бы заметить или хотя бы заподозрить, однако моё восприятие вообще ничего не резануло. – Как вы понимаете, пополнять собой штат ваших учеников мне нет смысла, а учителей… пока не знаю, но с моим характером — готов поспорить, что большая часть детишек взвоет уже на второй день, – инвалид кивнул, принимая такие аргументы и предлагая продолжить. – Тем не менее я не против помочь вам с Магнето и прочими… моментами. Правда, только если вы верно ответите на один вопрос. От него зависит всё, – выделил я интонациями, тщетно пытаясь удержать лезущую на лицо ухмылку, но даже прикрыв рот кулаком, мне это мало удалось.

– И что же это? – с любопытством осведомился учёный муж.

– Есть ли у вас в школе печенье с шоколадной крошкой?

– Хм-м-м, – ха! Я его пронял! – думаю, на кухне найдётся несколько пачек, – осторожно ответил мутант.

– Прекрасно, – встаю с кресла и протягиваю Чарльзу руку, – я ваш человек! Если, конечно, вам интересна работа с эксцентричной божественной сущностью, – дополняю важным уточнением.

– Знаешь, не так я себе представлял встречу с Богом… – сообщил телепат, пожимая мне руку.

– Думал, что это некое величественное и безумно мудрое существо, раз прокоптило небо несколько десятков веков, если не тысячелетий?

– Что-то в этом роде, – кивнул мутант.

– Ну, – пожимаю плечами, возвращаясь на кресло, – мудрость не обязательно должна идти в комплекте со степенностью. Да и между нами, профессор, то, что сейчас понимают люди под термином «Бог», возникло под действием авраамических религий, а там такая каша из кидания в одну кучу понятий Творца, Вселенского Абсолюта, Бога и ещё полудюжины сущностей разного порядка, что я просто не представляю, как вы будете объясняться, когда нормально выйдете в космос. Как минимум штук пять галактических войн вам уже обеспечено, просто по факту оскорбления монарших особ.

– Это… не та информация, которую я бы желал слышать на ночь, – немного заторможенно, но вполне осознанно попытался обратить тему в шутку мужчина.

– Не беспокойтесь, лет пятьсот у вас ещё есть, – возвращаюсь в кресло, – успеете и не такое пережить.

– Это обнадёживает, – улыбнулся телепат. – Но, Локи, позволь узнать, что ты сам хочешь? Зачем прибыл на Землю? Желание убить скуку и пачка печенья смотрятся странно для того, кто носит титул Бога Магии… и остальные, – я уже упоминал, что Чарльз просто архитактичный человек? Удваиваю своё заявление.

– Ладно, откровенность в обмен на откровенность, – поправляю полы пальто. – Мне не нравится эта вселенная, она меня раздражает и выводит из себя, в результате чего я делаюсь совершенно несносным. Тем не менее я превосхожу в своём умственном развитии хлебушек, а потому не собираюсь пытаться прогнуть её под себя, как-то перестроить или улучшить, мне это просто не интересно, а потому… я хочу уйти.

– Неужели в нашем мире нет ничего, что вызывало бы у тебя положительный отклик? – взгляд профессора чуть изменился, плюс смена тона и тембра голоса. С чего бы… о!

– Ха-ха, – я добродушно рассмеялся, – нет, ты неправильно меня понял, я вовсе не думал сводить счёты с жизнью, я просто действительно хочу уйти из этой вселенной. Миров куда больше, чем один, и я сейчас говорю не про Мидгард, Асгард, Йотунхейм или Хельхейм — есть другие реальности, где обитаем другие мы, или нас в тех историях почему-то нет. А есть и те, что вообще живут по совсем иным законам, с иными константами и законами бытия. И я хочу это увидеть!

– Очень интересно, но тогда я не понимаю, почему ты согласился помочь мне? – недоумевал Чарльз.

– Всё очень просто. Я точно знаю, что перемещение между параллельными вселенными возможно, но вот способа я пока не знаю, а его поиски потребуют времени и ресурсов. И то, и другое у меня есть, но хотелось бы иметь… м-м-м… базу, где я смогу чувствовать себя комфортно и не опасаться, что тончайший и сложнейший эксперимент будет разрушен из-за того, что какой-то придурок с молотом вместе с бандой таких же идиотов вломится ко мне с предложением «бросать свои нудные книжки и пойти на удалую охоту», или «славный пир», или «добрую битву»… – каюсь, наболело. Хоть и не у меня… но я же помню. – И раз уж судьба свела нас вместе, почему бы и не обустроить такую здесь? Судя по тому, что я видел внизу, вы не чужды прогрессу, а значит, не откажетесь получить в своё распоряжение кое-что из асгардских технологий. Мне поделиться знаниями несложно, как, думаю, и вам будет несложно помочь с поисками материалов для работы. Плюс здесь, у вас, мне будет намного проще ознакомиться с современными человеческими достижениями, чем в лесах Канады. Как я успел убедиться, вы серьёзно продвинулись с момента, когда я в последний раз интересовался делами в Мидгарде, и пусть земные технологии ужасно, – выделяю слово голосом и мимикой, – отсталы, но за счёт совершенно иного с Асгардом пути развития в них могут найтись интересные решения.

– Что же, – улыбнулся Чарльз, – у меня нет возражений, так что добро пожаловать, – он взял со стола так и лежавший там кинжал и, подъехав ближе, протянул его мне, – оставайся столько, сколько тебе потребуется.

– Благодарю, – приняв оружие, скрываю его в подпространстве. – Ты тоже, если что, обращайся, – встаю из кресла. – А сейчас я должен откланяться — запасы печенья на кухне сами себя не разграбят.

– О, ну тогда не смею задерживать, – рассмеялся телепат, – хотя я был бы не против поговорить ещё и узнать что-нибудь об Асгарде.

– Думаю, у нас будет ещё достаточно времени, – киваю. – Доброй ночи, профессор.

– Доброй ночи, Локи. И одна небольшая просьба.

– Хм? – останавливаюсь около двери.

– Не играй с чувствами Шторм. У неё была тяжёлая жизнь, и злые шутки она воспримет болезненно.

– И в мыслях не было, – честно гляжу на телепата...

Глава 3

Утро следующего дня я встретил на кухне с ноутбуком (иксмены очень радушные), допивая восьмую чашку какао (здесь хорошее какао) и доедая третью пачку печенья (надо признать, американцы знают толк в печенье с шоколадной крошкой). Спать в выделенной мне комнате совсем не тянуло, идея почитать в библиотеке встретила серьёзное сопротивление со стороны кончающегося какао и моей лени таскаться туда-сюда через весь особняк, ну а на одиночество я был обречён кармически, так что тут всё было норм.

В интернете я в основном искал данные по миру и знаковым личностям, дабы окончательно установить, в какой исторический период меня занесло. Удалось посмотреть знаменитую пресс-конференцию Тони Старка, на которой он признал себя Айронмэном, сиречь Железным Человеком. Всё совпадало, начиная от лица Дауни-младшего и заканчивая долгой паузой перед признанием. Дело было два месяца назад, и страсти уже улеглись, но ссылок на всевозможные оценки экспертов и примазавшихся было более чем достаточно, хотя они меня и не волновали. Нашёл я и Доктора Стрейнджа, правда, почему-то не Стивена, как я помнил по фильмам, а Стефана, но зато физиономия Камбербэтча была на месте, в очередной раз убеждая меня в том, что я в киновселенной Мстителей. Сей достойный джентльмен на данный момент всё ещё являлся практикующим врачом, специализирующимся на неврологической хирургии, и работал в одной из клиник Нью-Йорка, зашибая неплохие деньги на своих операциях. Обнаружились и следы Брюса Беннера, но ни где он сейчас работает, ни при каких обстоятельствах прекратил активную научную деятельность в интернете не было ни слова, да и про Халка никакой толковой информации, только слухи, вода и всякого рода мистификации. Но о нём хотя бы писали, а вот ни Ника Фьюри, ни Виктора фон Дума, ни Рида Ричардса тут словно и в помине не было, и если с первым это можно было легко списать на секретность личности главы Щ.И.Т.а, то отсутствие остальных было говорящим. А между прочим, Сьюзен Шторм в первых двух фильмах по Фантастической Четвёрке была реально красоткой и просто идеальным попаданием в образ сексуального женского персонажа из классических мультиков, прямо-таки одиннадцать из десяти. Увы, и тут мне не свезло...

Посмотрел я также и местные легенды об Асгарде и лично Локи. Не скажу, что был большим знатоком легенд о нём в прошлой жизни, но пара моментов, как раз на контрасте с Марвелом, в памяти остались. В частности, на моей Земле Локи всегда считался йотуном, которому асы позволили жить в Асгарде, а ещё Лафей был не его отцом, а матерью, по некоторым вариантам даже асиньей, а не ледяной великаншей. А вот отец — тот да, был йотуном, но имени его я уже не помнил. Здесь же ничего подобного не было, Локи считался младшим сыном Одина, и никаких тебе двойных трактовок. Однако на этом отличия заканчивались, и дальше начиналась всё та же дичь, которую обожали сочинять про своих богов все примитивные дикари, от японских синтоистов до древних греков и скандинавов. Тут тебе и приковывание к скале с капельницей из кислотного яда над темечком за то, что… ну, фактически, призвал богов иметь чувство меры и прекратить ужираться, как свиньи, на каком-то пиру; и шведская семья с великаншей и асиньей, и кучей упоротых деток, включая волка Фенрира и змея Йормунганда; и порождение всех ведьм через зачатие обугленным сердцем злой женщины… Я, честно, не понял как, но, судя по всему, предполагалось, что Локи сам выносил и рожал. В общем, покопавшись в этом отборном бреде сексуально озабоченного шизофреника-зоофила, я начал сердечно понимать, почему мой предшественник ненавидел викингов персонально и людей вообще. Если бы про меня такое сочиняли, я бы тоже без особых вопросов согласился повести армию злобных инопланетян на захват родины сочинителей.

Проводя таким образом ночной досуг, я не забыл подумать и над тем, что мне делать дальше. Идея свалить из Асгарда была верной и своевременной, но промежуточной, а слова о поиске методов выйти из этой вселенной — слишком расплывчатая формулировка. Нужна была конкретика, но с ней как раз было сложно. И нет, не будем вспоминать Дэдпула, который после титров в своём фильме прыгает по параллельным вселенным и убивает свои копии, включая актёра, который его же и играл в моём мире. Это Дэдпул, ему, чтобы словить белочку, не обязательно даже нажираться, и вообще Дэдпул — это то, чего лучше не касаться даже десятиметровой палкой.

Таким образом, вариантов у меня было не так уж много, и первым шёл Камар-Тадж. Это объединение земных магов владело весьма впечатляющими методиками по работе с пространством и ближайшими к данной плоскости бытия измерениями. Опираясь на воспоминания о фильме и магические знания Локи, я вполне мог представить, как именно работают некоторые приёмы местных чародеев, но только некоторые, в то время как другие заставляли даже Бога Магии уважительно недоумевать. Таким образом, идея связаться с Камар-Таджем и предложить обмен знаниями выглядела перспективной. Даже если принципы работы их порталов нельзя доработать до межвселенского переноса, этот навык пригодиться мне и сам по себе.

Вторым вариантом шёл поиск технического решения, но я не помнил имён учёных, которые изобретали подобные устройства в иных вариациях вселенной, да и вряд ли смог бы их самостоятельно найти. Иксмены в разработках мне были не помощники, так как даже Хэнк Маккой, что у них всегда отвечал за состояние технической части, скорее грамотный техник с широким кругозором, чем гениальный изобретатель. Да и не видно его что-то в окрестностях, так что он, возможно, до сих пор где-то борется с внешними проявлениями своей мутации и другие проекты для него просто не актуальны. Зато в этом мире имелся Тони Старк, который, если судить по стильному святящемуся кружку в груди Железного Человека, таки в скором времени начнёт загибаться от лучевой болезни. Если я ничего не путаю, а в таких вещах напутать сложно, это дело его очень нервировало, вплоть до чуть ли не попыток красиво самоубиться, предварительно переписав компанию на любимую женщину. А ведь что ни говори, но даже местный Тони Старк — вообще-то гений. Почему «даже»? Так оригинальный Тони не из киновселенной на детородном органе вертел всякие Щ.И.Т.ы и ни под каких Фьюри никогда не прогибался, скорее уж прогибая сам и всех, да так, что правительство США и крякнуть боялось. И команда суперов у него была своя, и Мстителей он создавал сам, в партнёрстве, кстати, с Ксавьером и прочими Игроками мировой политики, за каждым из которых стояла персональная и лично преданная военизированная организация, да и сами созданные им Мстители были не командой приключенцев на побегушках у всех подряд, а скорее координационным советом и высшим органом управления защитой Земли. Но ладно, то было давно и не правда, практически во времена оны, когда герой должен был быть накачанным, героиня — красивой, а белых персонажей не заменяли неграми по толерантной квоте. Местный же Старк тоже вполне серьёзный товарищ и всяко сможет организовать поиски и работы учёных в области технологий искажения пространства. Всё, что мне нужно — это убедить его мне помочь, а что может быть проще, чем договориться с человеком, стоящим одной ногой в могиле и прекрасно это понимающим? Лучевая болезнь и, прости Го… кхм… Заметка на память: разобраться, кому я теперь могу адресовать воззвания о даровании душевных сил и терпения. Вселенная не подходит, эту-то я ненавижу — нужен аналог. Так, о чём бишь я? Ах да, лучевая болезнь и осколки шрапнели у сердца (мой здравый смысл, прости!) — это, безусловно, неприятно, но при использовании магии вылечить вполне можно, а там и таскать реактор в груди круглые сутки всякая нужда отпадёт. Неужто за такой шикарный подарок Тони откажется выделить немного средств на новое перспективное направление?

Оставалась, конечно, ещё насущная проблема Магнето, а после него и Страйкера, но это уже проблемы местного значения, которые меня касаются лишь постольку-поскольку. Вторую и вовсе разрешить довольно просто, с моими-то возможностями, а первую, так или иначе, решать придётся в первую очередь иксменам. Ну и Росомахе, как вольному стрелку. Кстати о нём…

– Ранняя пташка? – поприветствовал меня слегка помятый Логан, входя на кухню. Ему явно плохо спалось, хоть мешков под глазами и не было, но отдохнувшим он не выглядел, и это с его-то исцеляющим фактором.

– Я не ложился, – продолжая читать очередную новостную статью, откликнулся я.

– Настолько увлёкся каким-то сайтом? – подколол мужчина.

– Я спокойно могу не спать пару недель, – делаю вид, что не понял намёка.

– Физиология?

– Физиология, магия… какао, – салютую регенератору чашкой и делаю глоток. Тц, остыло, надо ещё заварить.

– Ах да, магия… – с выразительным «пониманием» покивал мутант.

– Всё ещё не веришь, что я настоящий Бог?

– Дерёшься ты неплохо, но для Бога не хватает… – он провёл рукой от подбородка до середины живота.

– Бороды? – вскидываю бровь, таки подняв на него взгляд.

– Да, – явно веселясь, подтвердил регенератор. – А ещё сандалий и тоги, – мужчина направился к холодильнику.

– Оригинально, – вынужден был признать я. – Так сойдёт? – принимаю облик Одина в белоснежном одеянии римского патриция.

– Уже лучше, – качнув в мою сторону взглядом, Логан открыл дверцу холодильника, углубившись в изучение содержимого. – Пиво есть?

– Разве что в комнате Циклопа. Но можешь налить себе воды — я превращу, – возвращаясь к прежнему виду, милостиво предлагаю решение.

– В вино? – закрыв дверцу и развернувшись лицом ко мне, недоверчиво вскинул брови Росомаха.

– В пиво. Могу ещё в эль и медовуху. С натуральными асгардскими не сравнить, но для нашего плачевного положения сойдёт.

Мутант молча нашёл стакан и, набулькав туда жидкости из чайника, протянул мне. На лице у него всё ещё пребывало выражение недоверия, но проверить свой скепсис экспериментально он был готов.

Не принимая посуду, я поднял руку и выполнил жест-ключ, направляя магию. Спустя секунду вода потемнела и наполнилась пузырьками, а по кухне начал распространяться запах крепкого пива.

– Хм-м-м, – мутант с подозрением понюхал предоставленную субстанцию и с видом человека, которому больше нечего терять, пригубил напиток. Секунду на его лице ещё царило сомнение, но вот оно разгладилось, сменившись довольством. – Даже если это очередная иллюзия, то и иллюзорное пиво у тебя шикарное.

– Это не иллюзия, а что-то типа алхимии. Магия преобразования, если конкретно, – развожу руки, меж которыми яркой радугой переливается слово "Magic". – Ну и немного Божественного Чуда, само собой, – не удержавшись, подмигиваю мутанту.

– Продолжай в том же духе, и я действительно поверю, что ты — Бог, – милостиво согласился Логан, потягивая напиток.

– Знаешь, я, в принципе, предполагал вероятность, что рано или поздно найдётся милая девушка, способная вить из меня верёвки, которая станет использовать мою божественную мощь для всяких бытовых мелочей… – закрываю крышку ноутбука и с усмешкой перевожу взгляд на Росомаху. – Но ключевые слова тут «милая девушка».

– Ну… – Логан задумчиво качнул головой туда-сюда, покатав на языке пиво, – в этом мы с тобой похожи.

В честь данного открытия поднимаю свою чашку какао, после чего, натянув на лицо важно-солидарные выражения, мы с Росомахой солидно чокаемся и отдаём должное каждый своему напитку.

Увы, долго такое благолепие не продлилось — не прошло и пяти минут, как «пришёл лесник и всех разогнал». В роли означенного смотрителя лесов выступала Шторм, предложившая нам, во-первых, не подавать дурной пример подрастающему поколению, глуша с самого утра пиво, в то время как это самое «подрастающее» сейчас прибежит на завтрак, а во-вторых — проследовать за ней на подземный этаж для исследования и прикидывания, на кой чёрт мы понадобились Магнето.

– Эх, – одним глотком допивая уже новую порцию сладкого напитка, горестно вздохнул я, – нет бы симпатичная девушка позвала в укромный тёмный уголок для более обстоятельного знакомства, но вместо этого мне предлагают проследовать в секретную лабораторию, где комплекс мероприятий по моему изучению, – хитро подмигиваю Шторм, – явно будет не таким, как мне бы того хотелось. Жизнь — боль, а вселенная полна грусти и печали.

– Ну-ну, не переживай, настанет и на твоей улице праздник, – с притворным сочувствием похлопал меня по плечу Росомаха.

– Если вы закончили выражать друг другу свои чувства, – Ороро явно была смущена, а потому несколько агрессивна, – то прошу следовать за мной! – поправка, она была сильно агрессивна. Но подколку я оценил, да.

Путь вниз по секретным коридорам особняка, а потом и «подпольной базы» занял ещё минуты три. Но вот наше путешествие окончилось, и мы оказались в нужном месте, подозрительно напоминающем медицинскую лабораторию. Там нас уже ждал профессор, Джин, Скотт и Роуг.

– Доброе утро, – кивнул нам телепат.

– Угу, – обозначаю кивок окружающим, – вполне вероятно, что оно таковое.

– Итак, зачем мы здесь? – не стал разводить лишнюю словесность Росомаха.

– Я хочу провести общее исследование, таким образом мы сможем понять, почему Магнето заинтересовался вами. Уверяю, это совершенно безопасно и не причинит вам вреда. Вы согласны?

– Хорошо, давайте уже закончим с этим поскорее, – кивнул Логан.

– Если это нужно, то я не против, – подтвердила Роуг.

– Это будет любопытно, – не стал изображать белую ворону и я, оглядывая оборудование.

И начались «исследования». Рентген, томограф (к верхней части кольца которого бедняга Логан конкретно так прилип), анализ крови (тут уже отличился я — иглы просто гнулись и ломались, не в силах пробить кожу) и прочая. Четыре часа спустя мы собрались уже в небольшом конференц-зале, дабы обсудить полученные результаты. На «доске» висел полный рентген Логана. Адамантиевый скелет выглядел внушительно, но вот тот факт, что и его суставы были покрыты этим металлом, лично меня вводил в ступор, ведь при этом он мог спокойно двигаться, не испытывая никакого дискомфорта и ограничений в подвижности! А генерация крови и прочая работа костного мозга? Это уже металлорганика какая-то, а не банальное напыление. Впрочем, коллектив куда больше поразили и заинтересовали мои показания, поскольку их банально не было. Да, вот так. Рентген не просвечивал, томограф не сканировал, узи не улавливало «эха» организма, кровь тоже взять не получалось.

– Один другого интереснее, – констатировала доктор Грей, разглядывая выдержки по нам с Логаном.

– Скажите, доктор, я буду жить? – подпустив побольше драматизма в голос, спросил я у телепатки.

– Эм-м… наверное, – неуверенно отозвалась та.

– Вот и чудненько, – я улыбнулся и принялся нарочито увлечённо изучать рентген когтей Росомахи, – нужно будет это дело обязательно отметить! Да, литров пять какао мне хватит…

– Любишь сладкое? – не удержался Циклоп.

– Не очень, но в Асгарде какао-бобов не растёт.

– Кхм-м, – поймав выразительный взгляд Скотта, в очередной раз говорящий всем желающим о том, что он думает про моё психическое здоровье, кашлянула рыжая девушка, – не важно. Что касается Росомахи, то тут видна глубокая модификация и покрытие всего скелета неизвестным, но крайне прочным металлом. Чудо, что ты вообще выжил при такой операции, – повернулась она к мужчине, – скорее всего, благодарить следует твою регенерацию.

– Да, я живучий, – не слишком охотно буркнул в ответ Логан.

– Эксперименты над мутантами, – поджал губы Ксавьер, трогая рычажок управления своим креслом, чтобы подъехать ближе к снимкам, – я слышал об этом, но никогда не видел ничего подобного.

– Кто это с тобой сделал? – повернулась к Росомахе Ороро.

– Я ничего не помню о том, как это произошло, – сообщил мутант, с долей недовольства пожимая плечами. – Вообще ничего не помню раньше пятнадцати лет назад… Хотя очень хотел бы вспомнить.

– Я могу помочь тебе в этом, – развернул кресло в его сторону Ксавьер. – Если в твоём мозгу сохранились хотя бы осколки памяти, их можно восстановить в единое целое.

Логан сцепил руки на груди и несколько секунд смотрел в глаза телепата. Несложно было догадаться, какие мысли сейчас бродят в его голове, но в конце концов оценка была сделана в пользу Чарльза, и мутант отрывисто дёрнул щекой в неком подобии на кивок. Очевидно, эту тему он готов был обсудить, но наше присутствие было излишним.

– Думаю, адамантий наносили в жидком виде, буквально пропитывая скелет, – решил поделиться я знаниями, а заодно тактично сменить тему. – И амнезия вызвана как раз длительным нагревом мозга при контакте.

– Адамантий? – нахмурился Росомаха. – Знаешь этот металл?

– Лично вижу впервые, но наслышан. Это некий сплав, очень редко встречающийся в природе, и обрабатывать его в застывшем виде сложнее, чем нейтроний, из которого состоят ядра некоторых звёзд.

– И откуда он мог взяться на Земле? – спросила Шторм.

– Упасть в метеорите, например, – пожал я плечами. – Но куда больший вопрос, как его смогли расплавить и залить в скелет? Тут и температуры короны звезды не хватит, а магия точно не использовалась.

– Эм… магия? – переспросил Циклоп.

– Почему ты так в этом уверен? – жестом попросил его помолчать Ксавьер, заинтересованно глядя на меня.

– Потому что это бессмысленно, – поворачиваюсь к Чарльзу. – При всей красоте получившегося шедевра, маг, способный на такое, – указываю рукой на фотографии, – и не подумал бы тратить своё время на подобное усиление мутанта с регенерацией. Да, это усиление, и довольно значительное, но маг бы просто взял Логана в ученики. Поверьте, исцеляющийся от любых повреждений чародей с парой хороших артефактов был бы на порядки опасней, чем просто живучий мужик с когтями. Прости, Логан, – кошусь на мутанта.

– Да без проблем, – отозвался тот.

– Роуг, – перешла к третьей приглашённой участнице Джина. – Тут всё вполне стандартно и понятно — поглощение жизненной силы при контакте, а если прикосновение происходит с мутантом, то забирается ещё и его дар. Хотя эффект временный.

– Вы можете это вылечить? – спросила девушка.

– Роуг, твои способности — это не болезнь, их нельзя вылечить, но мы постараемся помочь тебе взять их под свой контроль.

– Локи… – теперь очередь дошла и до меня, – остаётся полностью непонятным и неизвестным фактором. Ты же не мешал нашему оборудованию? – подозрительный прищур.

– А так можно было? – разыгрываю удивление. – Но вообще, нет, – перехожу на серьёзный лад, видя, что рыжая телепатка напрочь лишена чувства юмора. – Мне и самому любопытно, что вы сможете обо мне узнать с текущим уровнем технологий.

– И Магнето нужен был кто-то из вас троих, – задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику своего инвалидного кресла профессор, его взгляд блуждал по нашим фигурам, пока не остановился на Логане. – Эксперименты над мутантами… это могло зацепить Эрика.

– Простите, что вмешиваюсь в ваши размышления, профессор, но это маловероятно.

– Почему? – взглянул на меня Чарльз.

– Думаешь, они пришли за тобой? – одновременно с ним поинтересовался Скотт.

– Нет, вряд ли. Я, конечно, могу развязать мировую войну и устроить немало других интересных вещей, но ещё двое суток назад меня на Земле вообще не было, и при всём уважении к вашему Магнето, он вряд ли мог обо мне узнать за это время. К тому же знай он о моих возможностях, точно бы не послал на встречу озверевшего боевика. Что же касается Логана… Прости, приятель, но при всей твоей брутальности, мощной волосатой груди и ауре суровой первобытной харизмы… у Магнето уже был один такой, и даже шире в плечах, а металл на твоём скелете хоть и хорош, но, при всех своих достоинствах, явно не тянет на вещь, способную оказать решительное влияние на провокацию войны обычных людей с мутантами. В конце концов, даже если ты ворвёшься в Белый дом и порежешь президента на лоскуты, это хоть и будет неприятно, но довольно легко списывается на одиночку-психопата. Да и в ракурсе сложности той операции, что нужна для покрытия твоего скелета адамантием, искать будут кого угодно, но не простых мутантов с улиц. А потому, методом исключения, остаётся… – поворачиваюсь к девочке-подростку.

– Я? Но что во мне такого? – удивилась Роуг.

– Ну, с учётом твоего интересного таланта, я с ходу вижу десяток вариантов, как можно очень хорошо развлечься и пошалить! – жизнерадостно заверяю девочку.

– Локи! – сказано это было в несколько очень возмущённых голосов.

– Эй, я имел в виду захват мира и всё такое прочее, а не то, о чём вы подумали, извращенцы! – не особо скрывая довольной ухмылки, возмутился я. – И вообще, детка, – поворачиваюсь к Роуг, – прости, но ты не в моём вкусе! – а теперь говорящий взгляд на Шторм. – Я предпочитаю белокурых красавиц с точёной фигуркой и шоколадным отливом кожи, – ах, как она отвернулась и принялась делать вид, что меня не существует… Вселенная, я тебя реально ненавижу!

– То есть… – девочка-подросток испуганно забегала взглядом по нашим лицам, – это я — мишень?

– Скорее всего, – подтверждаю, возвращая себе серьёзный вид. – Конечно, это ещё стоит проверить, но в любом случае, попытка нападения не была спонтанной, а значит, у Эрика Лэншера было время как изучить жертву, так и составить план её применения. И тут мы подходим к самому щекотливому моменту: тебя не пытались завербовать по-хорошему, а это может значить только одно… – я замолчал, отмечая, как помрачнели лица иксменов и Росомахи. До них до всех явно дошло.

– Что? Что это значит? – сглотнула девушка.

– Вы скажете или я? – смотрю на профессора.

– Я бы не хотел напрасно волновать тебя, Мари, – приняв какое-то решение, прямо посмотрел на девочку телепат, – однако вынужден согласиться с анализом Локи. Скорее всего, дело, ради которого тебя хотел похитить Магнето, не предполагает твоего добровольного участия и… – он помялся, буквально долю секунды не решаясь озвучить следующие слова, но для слуха это было почти незаметно, – может закончиться твоей смертью.

– И что мне делать? – ещё сильнее побледнела Роуг.

– Успокоиться, – ободряюще улыбнулся Чарльз. – Теперь, когда мы, с большой степенью вероятности, знаем, за кем охотится мой старый друг, мы сможем направить все силы на твою защиту. Не стоит напрасно себя накручивать — даже мутант с силами Магнето не сможет тебя достать, пока ты находишься в этой школе. Спокойно учись, знакомься с другими учениками, обживайся, а мы в это время займёмся решением проблемы.

– Профессор, – обратила на себя внимание Ороро, – мне кажется, Роуг голодна и ей уже можно позавтракать, к тому же скоро начнутся уроки.

– Да, конечно, – кивнул Чарльз. – Роуг, – голубые глаза пристально взглянули на девочку, и в этом жесте не было и намёка на угрозу, – лучшее средство от волнений — найти себе занятие. Сейчас Шторм проведёт тебя наверх и поможет во всём разобраться.

– Я поняла, – кивнула девушка.

Дальше, провожаемая отеческой улыбкой Ксавьера, школьница была выведена из помещения, и взгляды всех оставшихся вновь наполнились озабоченностью. Ну ладно, не всех, мне было по-прежнему хорошо и чудесато. В смысле, я, само собой, понял, что Шторм сбежала от меня при полном попустительстве шефа, об этом прямым текстом кричала вся её мимика и язык тела, но я уже смирился, что тут всё будет сложно, и не видел смысла париться по этому поводу.

– Что будем делать, профессор? – первым уточнил Скотт.

– Нужно понять, зачем она нужна Магнето, – опустив глаза к полу, озабоченно начал говорить Ксавьер. – Что такого может сделать мутант, перенимающий силы, на что не способен мутант, этими силами обладающий? Если бы Эрик хотел использовать её боевой потенциал, он бы действовал иначе — сделал бы её своим сторонником, убедил в правоте своих идей. Но он почему-то так не поступил, значит, цель не боевая акция, а что-то другое…

– Думаю, гадать тут бессмысленно, а лучше просто установить за ней наблюдение, – в подтверждение своих слов создаю свою иллюзию, которая тут же направляется на выход. – Если ваш друг так в ней нуждается, он попробует её похитить. И лучше всего, если мы сами предложим ему такую возможность, а не пустим дело на самотёк.

– Что? – изумилась Джин.

– Хочешь сделать из неё приманку? – нахмурился Логан.

– О, друзья мои, мне кажется, вы забыли одну маленькую деталь, – жест рукой, и рядом со мной возникает иллюзия обсуждаемой девушки, что тут же робко улыбается мутантам. – На вашей стороне Бог Интриг и Повелитель Магии. Так что скажите мне, профессор, можем ли мы разыграть сценку, где способности новенькой станут причиной небольшого несчастного случая, после которого юная впечатлительная девочка решит сбежать домой? – коварная усмешка сама вылезла на лицо.

Эрик Лэншер.

– … всё по плану, ждите её на центральном вокзале. Прощальный подарок оставлен, – сообщил телефон главе Братства Мутантов.

– Прекрасная работа. Жди нас на точке эвакуации, – мутант отключил аппарат.

На сердце Магнето было неспокойно. Ещё с открытых слушаний по вопросу закона о регистрации его начали преследовать мелкие и не очень неприятности. Сперва некстати случившаяся встреча с Чарльзом прямо в здании конгресса, когда он, на волне эмоций от выступления этого неонациста Келли, плохо контролировал мысли, обернулась тем, что старый друг узнал часть плана. Потом пропажа Саблезуба на простейшем задании по захвату ничего не подозревающей девочки закончилась тем, что эта девчонка оказалась под защитой Ксавьера. Даже успешный захват сенатора Келли не принёс ожидаемого эффекта, ведь едва тот прошёл через операцию, как в ту же ночь умудрился сбежать. К счастью, известия от Мистик внушали оптимизм, не зря он отправил её в гости к своему старому другу. Жаль, что долго её там держать было невозможно — даже её талантов к смене облика и контролю своего сознания вряд ли хватит, чтобы спрятаться в доме с двумя телепатами дольше, чем на день-два. Но и этого оказалось достаточно, а когда Чарльз попытается воспользоваться Церебро после похищения девочки, его будет ожидать «приятный сюрприз». Всё же эту машину они разрабатывали вместе, Магнето прекрасно знал принципы её работы, потому и подобрать химикат для нейтрализации «демпфера мыслей» для него было не проблемой. Впрочем, он верил в своего старого друга и прекрасно понимал, что тот сможет справиться с перегрузкой и сам, несмотря на почтенный возраст, но от нескольких дней до пары недель форы в связи с выбыванием Ксавьера из игры это ему даст. Более чем достаточно.

Облачившись в костюм, он приказал Жабе готовить вертолёт — пришло время выдвигаться за самой важной деталью плана.

Найти Роуг было несложно. Она сидела в поезде на Денвер, одна, одинокая и потерянная. Оказавшаяся ненужной тем, кому только начала доверять. Более чем подходящий настрой для осуществления его идей.

– Здравствуй, Роуг, – встав в проходе, поздоровался он с девочкой.

– Кто вы? – настороженно подняла она на него взгляд.

– Твой брат, – ответил он, – мутант, – пояснил, увидев непонимание на лице.

– И что вам от меня нужно? – девочка опасливо подалась спиной ближе к окну, неосознанно кутаясь в своё зелёное пальто.

– Ты, – коротко и ясно.

– А… А если я не хочу? – взгляд беглянки заметался, а в горле явно встал ком.

– Боюсь, у тебя нет выбора, – сочувственно покачал он головой. – Мне бы не хотелось применять силу, однако… – мысленное усилие, чуть поднять руку, и вагон завизжал раздираемым металлом. Участок стенки, к которому прижималась девочка, вывернуло наружу и смяло ровными ступеньками, кроша стекло. Получившийся спуск до перрона недвусмысленно указывал юной мутантке направление, в котором ей лучше было пойти.

Воздух наполнили запоздалые крики людей, с полок посыпалась поклажа, но начавшаяся паника не успела перейти в давку, ибо уже в следующий миг все пассажиры были намертво прикованы к своим креслам искривившимися поручнями.

– Хорошо, – с бледным лицом покосившись на то, что стало с окном, к которому она только что прижималась, вытолкнула из себя Роуг. Как он и ожидал, перенесённые испытания сломили её и даже такой малости было достаточно, чтобы на корню подавить волю к сопротивлению. Жаль, что так пришлось поступать, тем более по отношению к представителю его вида, но… это война, а на войне не обойтись без жертв. Единственное, что он мог для неё сделать — это пообещать, что будущие поколения запомнят её как героиню, с которой началось победное шествие мутантов по миру.

Пленница не сопротивлялась и покорно шла, куда скажут. Так же покорно села в приготовленный вертолёт и позволила надеть на себя наручники. Ни полиция, ни кто бы то ни было ещё не успели среагировать, а они уже отправилась на базу, по пути чуть отклонившись от курса, чтобы подобрать сыгравшую свою роль Мистик.

– Что вы собираетесь со мной делать? – огромными глазами встретив появление в салоне синекожей женщины с рыжими волосами, предприняла первую попытку взять себя в руки девочка.

– Ты узнаешь об этом в своё время, – ответил Магнето.

– Но я же вам ничего не сделала, за что? В чём я виновата?

– Твоей вины здесь нет, но это война, и твоя сила должна послужить цели победы мутантов в это войне.

– Какой войне?

– Той, что вот-вот разгорится, – покачал головой Эрик, ловя растерянный взгляд пленницы. – Люди никогда не примут нас, и если мы не нанесём первый удар, то его нанесут они.

– Но ведь… ведь… мутантов же с каждым годом становится всё больше, даже в новостях об этом говорят, разве это не значит, что через несколько лет простых людей не останется или мы станем большинством? Зачем тогда воевать?

– Ты правда веришь в это? – покровительственно улыбнулся Магнето. – Веришь, что нам позволят? Поверь, я знаю людей. Знаю их натуру. Даже когда нас были единицы на целые континенты, люди у власти боялись нас и делали всё, чтобы или контролировать, или загнать так глубоко в подполье, что мы и кончик носа высунуть не смели. Сама мысль о том, что могут существовать личности, способные наплевать на все их армии и системы государственного контроля над обществом, приводит их в ужас. А когда люди боятся, они нападают. Стоит мутантам на самом деле выйти из образа городских легенд, россказней жёлтой прессы и непонятных теорий учёных, нас начнут отлавливать и уничтожать. И они уже начали действовать, – подался вперёд Лэншер, заметив, как его слова подействовали на девочку, – хватило всего десятка молодых мутантов, чьи силы оказались раскрыты, невинных подростков, таких, как ты, а в Сенате уже идут слушания по закону об обязательной регистрации. Сегодня они примут закон, завтра создадут особую полицию по делам мутантов, а послезавтра — концентрационные лагеря, – глаза Роуг всё больше наполнялись страхом и пониманием. – Я это уже проходил, – продолжил он, испытывая мрачное наслаждение из-за того, что его слова нашли путь в сердце слушателя, – я помню, как это было в Германии тридцатых годов, и я не позволю этому повториться в масштабе всего мира… Даже если для этого мне придётся пойти на крайние меры.

На этом разговор утих. Гнетущая тишина, разрываемая только звуком работающих лопастей вертолёта, опустилась на салон, и Роуг уже не хотела ни о чём спрашивать. Мистик собралась было отчитаться более подробно, рассказав то, что не стоило доверять телефону, но старший мутант остановил её коротким жестом — ни к чему девочке знать, что «отторжение» от остальных обитателей школы и самого Чарльза было лишь подстроенным спектаклем. И вот, спустя полтора часа, они долетели и приземлились на базе.

– Выходим, – Жаба выскочил из кресла пилота и открыл дверь вертолёта для пассажиров.

– А где все? – девочка испуганно оглядывалась, шаря взглядом по пустой площадке.

– А все здесь! – оскалился пилот.

– Жаба, – рявкнул на разболтавшегося подчинённого Магнето.

– Вот как? Прекрасно! – с лица Роуг сошёл испуг, как не бывало, но ни заметить что-либо ещё, ни тем более сделать Магнето не успел — тяжёлый удар в шлем, словно его огрел по голове Саблезуб, был полной неожиданностью, а далее наступила тьма.

И снова Локи.

– Первый пошёл! – глядя, как Эрик кулем валится мне под ноги, я даже забеспокоился, что переборщил и в себя мутант уже не придёт. Впрочем, это не помешало мне схватить за голову названного Жабой типа и дёрнуть в сторону вертолёта. Голова пилота столкнулась с обшивкой летательного средства с гулким звуком, и мутант беспомощно повалился на землю.

– Что?! – Мистик успела отшатнуться, исказив лицо в растерянно-удивлённом выражении. – Кто ты?

– О, всего лишь скромный путешественник с нескромными целями, – улыбаюсь девушке, скидывая с себя иллюзию Роуг. – И не стоит пытаться дать мне ногой по уху во время представительной речи — это очень некультурно! – пригибаюсь и бью по опорной ноге метаморфа, но у той, очевидно, кроме талантов к смене обликов, были ещё и повышенные физические характеристики. Во всяком случае, я сомневаюсь, что обычный человек сможет крутануть обратное сальто, стоя на одной ноге, да ещё в долю секунды между ударом по противнику и ответным ударом означенного противника.

– Хс-с-с… – приземлившись на четвереньки в интересной позе, Мистик оскалилась и зашипела.

– У твоего змеиного жуткий акцент, – встаю прямо и, не прекращая обворожительно улыбаться, делаю шаг к ней, незаметно выпуская магию. – Может, побудешь хорошей девочкой и просто позволишь себя связать? Обещаю, я буду нежным! – в ответ, демонстрируя невероятную даже для жителя Асгарда гибкость, мне попытались отбить почки ударами ног, в одно движение скрутив тело будто пружину и буквально выстрелив собой, передав импульс на удар от самых кончиков пальцев с противоположных конечностей.

Уклониться я бы не успел, пришлось бы принять на блок, впрочем, долго танцевать с перевёртышем я изначально не собирался, а потому её удар прошёл сквозь иллюзию, в то время как моё настоящее тело уже опускало кулак ей на голову.

Исчезновение противника, совпавшее с неожиданной атакой, застало Мистик врасплох, но не вывело из игры. Как я и предполагал, организм девушки был крепче человеческого, так как усилие, рассчитанное исходя из кондиций обычного смертного её комплекции, заставило синекожую только «поплыть». Но долго её сопротивление всё равно не продлилось, так как ни давать ей время, ни вести светские беседы я не собирался и быстро «успокоил» ошарашенную женщину.

– М-да, а не объявят ли мне войну феминистки и прочие? Всё же женщину, да по лицу, да три раза… – с долей самоиронии задумался я в пространство. – Хотя, минутку… Я же злой Бог! – на этом жизнеутверждающем откровении я принялся связывать пленных, и прежде всего изъял у Магнето шлем, помещая его в подпространственный карман.

Само собой, я не мог избавиться от всего металла в окрестностях, да и островок, куда мы прилетели, был им буквально нафарширован, не исключено, что умышленно. Но без своего защищающего от телепатии шлема Эрик Лэншер мог быть нейтрализован одной мыслью Чарльза, который сюда уже летел со своей командой, в реальном времени направляемый моей иллюзией. Тем не менее давать ему возможность проснуться до этого времени я всё же не планировал, а потому на мутантов легли ментальные чары из области усиливающих отключку. Было искушение тихонько свернуть Жабе шею — не нравился он мне, но, с другой стороны, это был самый крутой Жаба из всех его воплощений, о каких я когда-либо слышал, да и сделать он лично мне ещё ничего не успел, так что парню повезло — я решил дать ему шанс.

А вот после того, как все пленники были надёжно упакованы (ну, насколько надёжно может быть упакована женщина, способная произвольно менять пропорции своего тела), я приступил к самому интересному — просмотру памяти Магнето.

Незадолго до этого, Весчестер, Нью-Йорк.

– Твоё присутствие здесь — это что-то вроде создания копии? – допытывался Циклоп, озадаченно разглядывая гостя.

– Нет, – качнул головой молодой мужчина в безукоризненном костюме, – то, что вы видите — это фантом под прямым управлением.

– Но как ты можешь одновременно управлять телом и здесь, и там?

– Распределяю внимание. Мой мозг совершеннее человеческого, и я могу себе позволить делать несколько дел одновременно.

– Как дела с Магнето? – с нотками озабоченности в голосе вмешался в диалог Ксавьер.

– Пока летим, – пожал плечами Локи, разглядывая на экране ноутбука спутниковые снимки Нью-Йорка и окрестностей, – только что душевно поговорили о его политической программе. Не скажу, что услышал что-то новое, но приятно удивлён прочностью его позиции.

– Ты согласен с ним? – сложив руки на груди, поинтересовался Циклоп.

– Он говорит правильные вещи, опирается на твёрдые факты и делает из них верные выводы. По чести сказать, я ожидал куда меньшего от террориста, ведущего охоту на невинную девочку.

– И всё же он не прав, – покачала головой Джин.

– Отнюдь, доктор Грей, – оторвав взгляд от экрана, слегка усмехнулся Локи, – он совершенно прав, но в том-то и состоит первопричина всех настоящих конфликтов, что правильных решений и верных ответов гораздо больше одного. Будь иначе — и любая вражда гасилась бы на уровне проверки логики в столкнувшихся взглядах.

– Как развязывание войны может быть правильным и верным решением? – вступила в разговор Шторм.

– Очень просто, – пожал плечами называющий себя Богом, возвращая глаза к экрану. – Если бы Вторая Мировая война началась с того, что Британия и Франция ударили бы по Гитлеру, когда он только начал оккупировать Чехословакию, то это, конечно, привело бы к жертвам и потерям, вот только этих жертв было бы на порядок меньше, чем оказалось в реальной истории. Тогда война и нанесение первого удара были бы правильным решением, способным спасти многие миллионы. Так и ваши Южане, в Гражданскую войну, должны были нанести первый удар и взять Вашингтон, не дожидаясь, пока противник соберётся с силами и сам пойдёт в атаку. Но они предпочли играть в дипломатию и миролюбие, что в итоге закончилось реками крови и победой противника. Так что всегда можно найти момент, когда превентивный удар принесёт больше пользы, чем его отсутствие. Другое дело, что и способ обойтись вообще без войны тоже есть почти всегда, например, если бы американцы не дали денег Гитлеру, то Третий Рейх так никогда бы и не поднялся. Правда, и Америка тогда бы не стала первой державой Земли, обогатившись на военных заказах. Одним словом, в геополитике всегда всё сложно и взаимосвязано, и благо для одного не равно благу для другого.

– О чём… – Скотт помотал головой, пытаясь уложить в ней услышанное. – Что ты сейчас сказал про помощь Америки Гитлеру?

– М? А вы не знаете? – удивился Локи, поднимая на собравшихся свои зелёные глаза. – Тогда я ничего не говорил, – тут же пожал он плечами и вернулся к компьютеру, дразня зрителей затаённой в кончиках губ улыбкой.

– А в истории Асгарда были такие моменты? – жестом остановив своих учеников от дальнейших реплик, заговорил профессор, пристально глядя на гостя.

– Конечно, – кивнул тот. – Если бы Один не ударил по армии йотунов, когда те только вторглись на Землю, ваш мир сейчас представлял бы из себя покрытый сплошной коркой льда шарик без намёков на человечество. А если бы отец Одина — Бёр — не напал на Свартальфхейм, то наша галактика имела все шансы погибнуть от оружия, изменяющего физические законы реальности.

– Ты сам в это веришь? – скептически хмыкнул Росомаха.

– Я бывал в Свартальфхейме и Йотунхейме. Если в первом человек ещё может сколько-то прожить на привезённых продуктах, то во втором околеет за две минуты даже в очень тёплой одежде.

– Мне интересно, – профессор Ксавьер сложил руки домиком перед лицом, опираясь локтями о подлокотники кресла, – в этом конфликте ты сторонний наблюдатель, Локи, так, исходя из сказанного, кого ты считаешь более правым? Теперь, когда лично поговорил с нами обоими? Эрика, с его стремлением развязать войну, действуя на опережение, или меня, того, кто «играет в дипломатию» и препятствует этой войне?

– Как я уже сказал, верных решений всегда существует больше одного, – франтоватый брюнет улыбнулся хозяину дома. – Вы оба правы и, если уж говорить начистоту, нужны этому миру тоже оба и одновременно. Магнето — как страшилка для властей и лидер, способный объединить и повести мутантов в бой, если всё пойдёт по худшему сценарию. Вы — как буфер между радикалами с обеих сторон и способ для здравых сил прийти к компромиссу там, где иначе лилась бы кровь. Каждый выполняя свою роль в должной мере, вы сможете сделать этот мир лучше, плохо только, что, несмотря на всю вашу силу, не вы одни играете в эту игру, а действия других игроков могут сломать любые благие начинания.

– Увы, – со вздохом выпустил на лицо горькую улыбку Чарльз, – даже без козней других игроков благие начинания слишком часто идут наперекосяк.

Неожиданно из коридора донёсся звук дверного звонка, заставляя собравшихся в кабинете профессора Ксавьера прервать разговоры.

– Я открою, – засобиралась к дверям Шторм, чтобы буквально через минуту изумлённо отшатнуться.

– Мне нужна доктор Джин Грей, – перебарывая тяжёлую одышку, просипел через порог покрытый сильной испариной субъект, почти повиснув на дверном косяке.

– Сенатор Келли? – озвучила причину своего изумления девушка, но поздний визитёр уже закатывал глаза, со всей определённостью валясь в обморок. – Проклятье! – в последний момент подхватывая падающее тело, чертыхнулась Ороро.

В голове даже мелькнула мысль, что сейчас она была бы не против помощи Локи, пусть последний и вызывал её опасения своим… эксцентричным поведением, а также взглядами и словами. Но полубезумного мутанта, считающего себя скандинавским Богом, здесь не было, а потому тащить на удивление тяжёлое тело ей пришлось одной.

– Шторм, что… Сенатор Келли? – воскликнула Джин, увидев мужчину на закорках мутантки, но тут к ней подскочили Росомаха и Циклоп и быстро избавили от ноши, перетащив на ближайшее кресло.

– Доктор… – прохрипел политик, обводя помещение мутным взглядом, – мне нужна помощь… – и тут же вновь отключился.

– В лазарет его, быстро! – резко скомандовал Ксавьер, выезжая из-за своего стола.

Через пять минут все были уже в медицинском кабинете, а Джин суетилась вокруг койки, подключая к телу сенатора датчики для отслеживания пульса и температуры. Оказалось, что из всей одежды на мужчине имелись только спортивная куртка и штаны, под которыми ничего не было, а на спине проступили ясно различимые жабры. Наконец, когда оборудование было подключено и доктор взяла образцы крови на анализ, Келли вновь пришёл в себя и судорожно заозирался.

– Успокойтесь, сенатор, – подъехал к нему ближе глава Людей-Икс. – Вы в безопасности. Я — профессор Чарльз Ксавьер. Расскажите, что с вами произошло?

– Я… – лежащий мужчина всё ещё тяжело дышал, – боялся, что если я пойду в больницу… они… будут… – на лбу и обнажённой груди человека выступили крупные капли пота.

– Обращаться с вами как с мутантом? – помог своему собеседнику подобрать слова телепат. Глаза Келли замерли, прикипев к лицу профессора, а мимика отразила боль и отчаяние. – Мы не такие, как вы представляете, – тихим, но чётким голосом, сказал Ксавьер спустя несколько секунд. – Не все такие.

– Скажите это тому, кто сделал это, – тяжело сглотнув, с трудом прохрипел в ответ пациент.

Чарльз отвёл взгляд и вздохнул. Келли тяжело и прерывисто дышал, словно через мутную пелену глядя на окружающих. Остальные молчали. Но пауза долго не затянулась, и, развернув своё кресло, профессор молча обогнул койку, чтобы вновь повернуться к ней у изголовья.

– Сенатор, постарайтесь расслабиться, – руки телепата поднялись к голове гостя и замерли напротив височных областей, не касаясь кожи. – Я не причиню вам вреда… – прикрыв глаза, успокаивающе сообщил Ксавьер и сосредоточился.

Спустя минуту телепат закончил своё занятие и выпрямился в кресле, оставив потерявшего сознание Келли располагаться на лежанке.

– Итак, что же вы узнали, профессор? – обратилась иллюзия Локи к пожилому мутанту.

– Магнето создал устройство, способное обратить обычных людей в мутантов, – подняв глаза на учеников, сообщил хозяин поместья. – Его ядром является сам Эрик, и активация машины, похоже, ослабляет его. Я видел, как этот механизм излучает некое видимое обычным зрением поле… возможно, какой-то новый вид радиоактивного излучения с корпускулярно-волновой структурой, как у света. Это поле вызывает в организме мутацию, но не естественную и очень быстро протекающую. Сенатора похитили вчера утром, а ночью он уже смог сбежать, просочившись сквозь прутья решётки.

– А как оно воздействует на мутантов? – с живым интересом спросил Циклоп.

– Полагаю, что никак, – качнул головой профессор.

– Как любопытно… – протянул Локи, водя ладонью над предплечьем сенатора, и по мере этого движения у последнего под кожей ярко очерчивались вены. – Не могу сказать наверняка без Горнила Душ, но мне кажется, организм нашего гостя умирает.

– Из-за чего? – поджимая губы, поинтересовалась Шторм.

– Клетки разрушаются, – ответил брюнет. – Но это не некроз, они… – зелёные глаза Бога Магии прищурились и заметались, как будто бы глядя мимо человека на кушетке. – Очень похоже на распад с выделением воды. Его тело уже не столько человеческое, сколько тело… медузы.

– Так зачем ему Роуг? – повысив голос, мрачно осведомился Логан.

– Очевидно, чтобы поработать батарейкой для этой машины, – без паузы ответил Локи, всё ещё глядя в пространство и непонятным образом обследуя Келли. – Он коснётся её, тем самым дав на какое-то время возможность применять свои способности, а потом запихнёт в устройство. Или сперва запихнёт, зафиксирует, чтобы не могла рыпнуться, а потом коснётся. И, кажется, я слышал по новостям что-то по поводу съезда кучи больших земных шишек в одно место… – с хорошо различимым намёком в голосе добавил парень.

– Ассамблея ООН… – тут же всё поняв, протянул Ксавьер.

– Но теперь это у него не получится? – с долей вопроса вскинул брови Росомаха.

– Да, – решительно кивнул Чарльз и взглянул на Локи. – Как дела с Магнето?

– Эм… Снижаемся, – отвлеклась «иллюзия», убирая руку от сенатора. – Дайте мне карту, и я ткну пальцем — где.

– Скотт…

– Самолёт готов, мы можем грузиться хоть сейчас, профессор.

– Хорошо, – коротко кивнул телепат и покатил своё кресло к пандусу в ангар, – нужно побыстрее закончить со всем этим и попробовать помочь сенатору.

Глава 4

И снова Локи.

Исследование памяти Магнето дало много пищи для размышлений. Начать стоит с того, что, собственно, террористом он… по сути, не был. То есть да, в прошлом (да и в нынешнее время) он совершал боевые акции, и на его счету было немало предумышленных убийств, но, во-первых, большая часть его жертв имела прямое отношение к нацистским лагерям, а во-вторых, непосредственно террора в его поступках не было, напротив, он прилагал немало усилий для заметания следов и сокрытия самого факта свершившегося насилия. Фактически, задуманная им акция с обращением в мутантов всех участников саммита ООН была первой, которую можно было назвать терактом, да и то, по его задумке, смертей должен был быть самый минимум.

В остальном же Эрик Лэншер был законопослушным респектабельным гражданином, возглавляющим частный благотворительный фонд, занимающийся помощью жертвам военных действий, со штаб-квартирой в Сан-Франциско. Во многом фонд был липовым, однако помощь нуждающимся оказывал, только были эти нуждающиеся мутантами, которых Магнето вербовал примерно так же, как Ксавьер, и примерно так же, как Ксавьер, имел в активном составе организации всего несколько взрослых сподвижников, которые только натаскивали молодёжь. Помимо этого, числился Лэншер и в нескольких научных и медицинских обществах, будучи дипломированным врачом с неплохим послужным списком, хоть и давно отошедшим от активной практики. Подобные связи позволяли ему без особых проблем заниматься исследованиями природы мутации и проектировать свою «машину судного дня». Доходило до того, что некоторые сложные расчёты он просто напрямую заказывал академиям и институтам, где самые обычные люди ковали ему оружие победы над собой, ни о чём не подозревая.

Что же касается самой машинки, то история её создания восходила к проекту Церебро, разработанному совместно с Ксавьером. Ещё на этапе безоблачного сотрудничества два великих мутанта обнаружили, что магнитные поля, генерируемые телом Эрика, не способны навредить ни тонкой электронике, ни человеческому мозгу, да и вообще магнитными полями (с классической точки зрения) не являлись. Это была скорее форма гравитации, но по каким-то неизвестным исследователям причинам воздействующая только на металлы. Тем не менее некоторые свойства магнитного поля у неё были, в частности, друзья обнаружили, что при направленном воздействии на мозг телепата способность Лэншера может войти в резонанс с собственным электромагнитным полем этого мозга и каким-то образом усилить телепатические способности, в случае Ксавьера позволяя дотянуться до людей на другом конце планеты, в то время как обычный уровень Чарльза ограничивался радиусом в десяток километров. Начав изучать это явление, мутанты так и не сумели понять его природу, но эффекты и безопасные границы воздействия экспериментально установили. Сумасшедшие… Всё на себе, всё лично. Истинные учёные-энтузиасты. Как не скопытились в процессе — не понимаю, но друг друга откачивали регулярно и всё равно пёрли вперёд.

В конечном итоге упорство друзей было вознаграждено, и им удалось воспроизвести нужный эффект на чисто технических принципах. Так появился комплекс Церебро. Настоящий шедевр земной инженерии и, фактически, первое земное устройство с функциями нейроинтерфейса. С его помощью Чарльз мог многократно усиливать свои способности и не только читать мысли, но и находить кого угодно в любой точке планеты, в ручном режиме отсеивая один нужный из миллиардов разумов.

А вот потом у ребят случился разлад, но свои разработки не забыл ни один, ни другой. Профессор Икс, очевидно, совершенствовал и дорабатывал Церебро, а вот Магнето пошёл в другую область, чему немало способствовало получение им некоторой информации о правительственном проекте сороковых годов по созданию сыворотки суперсолдата. Той самой, которой был создан Капитан Америка. Секрет оригинальной сыворотки в этом мире утратили ровно так же, как и в других вариациях вселенной Марвел, так что ничего существенного по ней Эрик добыть не мог чисто физически, однако темой заинтересовался. Но так как был достаточно далёк от органической химии и генной инженерии, своё решение предпочёл искать в области физики и уже опробованных технологий магнитного воздействия на организм. И, надо сказать, своего добился.

Его машинка превращения обычных людей в мутантов была в высшей мере интересным проектом. Начнём с того, что «заточена» она была исключительно под мистера Лэншера с его талантом к генерации псевдомагнитных полей. Основная фишка была в том, что машина принудительно переконфигурировала такие поля в чистое электромагнитное излучение, однако тоже весьма специфическое, что при воздействии на человеческий организм провоцировало лавинообразную мутацию клеток. Для самого Магнето это опять же было чёрным ящиком, по принципу «я знаю, что если подать в него такой-то сигнал, то получится такой-то эффект, а вот как этот эффект реализуется внутри, мне неведомо», однако после изучения состояния сенатора Келли у меня возникла некая догадка. И чем дольше я о ней думал, тем больше находил ей подтверждений в тех знаниях об этой реальности, которыми обладал. Скорее всего, дело было в пресловутом Х-гене. Что это такое, местные не знали, ибо человеческий геном ещё не был расшифрован, а уж геном мутантов, с их широчайшим спектром способностей, тем более, потому обозначали данным термином некую гипотетическую первопричину естественной мутации, предполагая, что в молекуле ДНК действительно присутствует набор нуклеотидов, отвечающий за обретение той или иной способности. Тем не менее если опираться на статистику увеличения популяции мутантов, на которую я намекал в разговоре с Магнето в вертолёте, эти самые Х-гены уже должны присутствовать у очень значительного процента людей, просто пребывая пока в рецессивном состоянии. И вот тут принцип работы устройства Лэншера становится сразу понятен. Радиоактивное излучение, пусть даже неизвестное, никак не может взять и перестроить сформированный организм, это всё равно что пытаться перестроить дом, поливая его струёй пламени из огнемёта. То есть нанести повреждения можно, а вот переложить таким образом кровлю — уже нет. Другое дело, если «потенциал» уже заложен, знания генетики Локи не только допускали, но и имели наглядные примеры такой перестройки. Начиная от банального механизма линьки и смены шерсти в зависимости от сезона у ряда животных, заканчивая им самим, с переходом в состояние йотуна под воздействием крайне низких температур и возвращением к форме аса в нормальных условиях. Проблема состояла в том, что у людей такого механизма не было. Рецессивный ген мог перейти в доминантный, но только у следующего поколения, естественным, так сказать, путём. Однако генерируемое машиной Магнето поле искусственно выводило нужный участок генома в доминанту в уже зрелом и сформировавшемся организме. В итоге перестройка шла, но тут уже уместна аналогия, когда в доме тараном проламывают стену, на месте дыры ставят кое-как окно, а обломками заколачивают старое. То есть это уже возможно, но красота и прочность всей конструкции будут оставлять желать лучшего. Так и здесь. Подвергаясь излучению и стремясь выжить, тело активирует всё, что только может, в попытке приспособиться к агрессивному излучению, более того, само излучение активно ему в этом помогает, но вот после прекращения процесса… получаем инвалида с активированным геномом, но полностью разрушенной из-за мгновенного перестроения клеточной структурой, которая сама по себе будет норовить «развалиться от одного косого взгляда», а если учесть, что и процессы деления клеток в таком теле просто обязаны проходить со сбоями, то чем дальше, тем больше ошибок будет накапливаться в организме, пока, в конечном итоге, он благополучно не развалится куском перекрученной мутировавшей биомассы. Ну или новый геном чего не выкинет, испепеляя, обращая прахом/водой/воздухом и так далее «заглючивший» организм. В общем, сама по себе задумка очень неплохая, но исполнение подкачало и требует серьёзной доработки. Вот если бы сделать этот процесс более плавным и растянуть лет на семь-десять, чтобы изменение организма происходило в результате естественного обновления, или, на худой конец, прикрутить механизм вариативности ДНК, как, скажем, при всё той же линьке животных… а тут получается ни туда, ни сюда.

К тому же на этом минусы машины не заканчивались — была ещё и «обратная тяга», бьющая по оператору. Точнее, устройство пыталось «перефазировать» и «донора» исходных псевдомагнитных полей вместе с этими самыми полями. В результате чего организм этого самого донора испытывает дичайшую нагрузку, а при длительном воздействии также пойдёт вразнос, из-за чего донор имеет неиллюзорные шансы загнуться.

И тут крылась самая главная ирония ситуации. Улучшить машину так, чтобы она не вредила оператору, Эрик не мог, банально упёршись в «потолок технологий», да ещё и не имея возможности к нормальному сбору статистики, так как умер бы много раньше, чем собрал нужные данные для того, чтобы первично нащупать, куда именно двигаться в проектировании. И по причине всё той же невозможности сбора статистики без риска для собственной жизни он не мог узнать о том, что создаваемые мутанты — это натуральные живые мертвецы. Всего полевых испытаний было проведено три, и все три — на отбросах, которых пускал в расход сам Магнето, едва убеждался в проявлении у них способностей. Вот и получилось, что, подгоняемый угрозой принятия закона о регистрации мутантов, радикал решил не заморачиваться и просто найти вместо себя смертника со способностями к магнетизму, либо, что ещё лучше, такого, как Роуг, что может скопировать способность его самого и умереть во имя будущего всего вида.

Впрочем, это уже было не важно. Чертежи как этого устройства, так и Церебро я запомнил — в хозяйстве сгодится, да и с добавлением возможностей асов все указанные выше недостатки можно будет нивелировать, а это такие перспективы, что просто слов нет. Теперь же осталось дождаться профа и поинтересоваться, что со всем этим бедламом думает делать он?

Прибытия иксменов я ожидал, копаясь в начинке изобретения Магнето. Не то чтобы мне это было нужно, ведь я буквально видел все этапы его проектирования и постройки глазами главного конструктора, но пощупать увиденное руками всё равно было интересно. За пленников я не волновался, магией погрузив их в глубокий сон и оставив приглядывать очередную иллюзию. Наличие уже трёх управляемых фантомов, занятых независимыми друг от друга делами, начало ощущаться, но мозг пока справлялся с параллельным распределением внимания. Но вот около сорока минут спустя к одинокому островку, используемому Эриком в качестве базы, подлетел футуристического вида тёмно-серый самолёт вертикального взлёта. Покружив над скалистым берегом пару минут, он аккуратно притёрся на вертолётной площадке рядом с транспортом, на котором сюда привезли меня, после чего с открывшейся аппарели сошли долгожданные герои.

Джин осталась в школе приглядывать за детками, сенатором Келли и ещё одним моим фантомом, которого я создал, чтобы следить за состоянием означенного сенатора, а вот остальные прибыли в полном составе, даже Логан проявил любопытство и теперь спускался с трапа наравне со всеми, с интересном оглядываясь по сторонам.

– Где Эрик? – первым делом спросил Ксавьер, едва колёса его кресла коснулись земли.

– В вертолёте, – отозвалась моя иллюзия, следуя рядом. – Мне было лень искать жилые помещения, и я уложил его прямо на кресла. Его помощники там же.

– А они не сбегут? – обеспокоенно покосилась на меня Шторм.

– Я погрузил их в магический сон — сами они не проснутся.

– Я должен с ним поговорить, – направляя кресло к вертолёту, решительно сообщил Чарльз.

– Я не против, – ответила вторая моя иллюзия, этот самый вертолёт охранявшая, пока первая развеялась, чтобы больше не напрягать мой мозг. – Только перед этим рекомендую узнать у меня, чем же всё тут могло закончиться, – я улыбнулся. – Ну, вдруг вам понадобятся аргументы?

Профессор заглянул в открытую дверь, убеждаясь, что его старый друг лежит в салоне вертолёта в целости, сохранности и даже с некоторым комфортом, в отличие от Жабы, сваленного на пол. Комфорта также удостоилась и Мистик, но на неё телепат бросил лишь мимолётный взгляд.

– Я слушаю, – успокоив самые мрачные опасения (хоть я и уверял, что ничего им не сделал), повернулся ко мне Чарльз.

– Ну что ж, устраивайтесь поудобней, а особо впечатлительных попрошу присесть, – улыбаюсь в лица мутантов и начинаю свой рассказ…

Эрик Лэншер, несколько позже.

Мужчина очнулся, лёжа головой на чём-то мягком. Веки поднялись с трудом, открывая глазам смутно знакомый потолок… вертолётного салона. Как он тут оказался, оставалось загадкой, на которую память упрямо отказывалась отвечать, зато при попытке подняться затылок прострелило болью.

– Здравствуй, Эрик, – поприветствовал его до боли знакомый голос, сразу же спровоцировавший лавину воспоминаний.

– Чарльз… – смакуя каждый звук, произнёс мутант, медленно принимая сидячее положение. Шлема на голове не было, с противоположной стороны вертолётного салона бесчувственно лежала Мистик, а в проходе между креслами мешком валялся Жаба. – Так значит, ты меня переиграл, – на выходе из салона он действительно обнаружил Ксавьера, за спиной которого стоял один из его учеников. С кроваво-красным визором на лице. – Кто это был? – и не думая о том, чтобы задействовать свои силы, хотя вокруг хватало металла, с улыбкой коснулся затылка Магнето.

– Боюсь, ты не поверишь мне на слово, – зеркально вернул дружескую улыбку его визави.

– Почему же?

– Сложно поверить, что сказочные легенды из учебников истории имеют под собой реальные корни, – непонятно отозвался его старый друг. – Я с удовольствием расскажу тебе о нём, но сейчас у нас есть более насущная проблема.

– Да, – с лица мутанта исчез всякий намёк на веселье, – ты помешал мне обеспечить будущее нашего вида.

– Я помешал тебе совершить самую страшную ошибку в твоей жизни, – отрицательно качнул головой телепат. – Если бы твой план удался, не только лидеры более чем двухсот стран, но и всё население Нью-Йорка погибло бы, не пережив принудительной мутации, – Чарльз подался ближе, серьёзно и без всякой фальши заглянув ему в глаза. – Эрик, твоё изобретение не делает простых людей мутантами, оно инициирует ген мутации, который уже есть в организме человека…

Повествование друга затянулось надолго. Сенатор Келли пережил падение в скалистый прибой с двадцати футов и смог проплыть несколько миль до берега, но всё только для того, чтобы умереть на глазах своего похитителя, распавшись несколькими литрами воды на медицинском столе. Видеозапись была сделана прямо во время их разговора с Чарльзом, и Магнето видел весь процесс своими глазами с экрана ноутбука. Можно было заподозрить постановку, но такая наглая ложь никогда не была в стиле его друга. К тому же новая информация о латентном Х-гене была совсем не тем, чем Ксавьер стал бы шутить. Если же даже на минуту допустить, что прогноз друга оказался верным и всех облучённых ждала бы судьба Келли… после такого уничтожения многомиллионного города и мировых лидеров закон о принудительной регистрации показался бы детской игрушкой. Мутантов просто начали бы отстреливать на месте.

– Я понял тебя, Чарльз, – обдумав открывшуюся информацию, ответил Магнето, – но это всё равно ничего не изменит. Я продолжу нашу борьбу.

– Знаю, – устало ответил Ксавьер.

– Сдашь меня властям? – иронично усмехнулся половиной лица Эрик.

– Ты похитил сенатора Келли и убил его помощника, – помрачнев и удостоив его осуждающего взгляда, вздохнул Чарльз, – но я вряд ли смогу это доказать после смерти свидетеля.

– И если не хочешь привлекать внимание к своей школе, – улыбка Лэншера стала шире.

– Я считаю, что ты не прав, Эрик, – голубые глаза его друга взглянули цепко, – но… недавно мне сказали, что миру нужны мы оба, и я должен согласиться с этой точкой зрения. Я не смогу стать лидером для мутантов всего мира, если нам на самом деле придётся сражаться за выживание. Но ты это сможешь. Я отпущу тебя, но я прошу, Эрик, не прибегай к радикальным мерам, если можно обойтись без них. Война ещё не началась. Мы не должны быть теми, кто сделает первый выстрел. Теми, кто несёт ответственность.

– Я не буду обещать, – покачал головой повелитель металла.

– Но обещать постараться ты можешь, – не отступал телепат.

– Да, – на этот раз кивнул Магнето. – Ты знаешь моё мнение — война уже идёт, она просто не перешла в горячую фазу. Но я не стану делать ничего, что может навредить мутантам.

– Надеюсь на это.

– Раз уж мы пришли к соглашению, – чувствуя, что впервые с начала разговора его отпускает напряжение, перешёл на более тёплый тон глава Братства Мутантов, – позволь теперь мне спросить.

– Конечно, – принял тон Ксавьер, примирительно смежив веки.

– Что случилось с Саблезубом? Это от него ты узнал о моих планах?

– Нет, – покачал головой Чарльз. – Мне жаль, но, когда он напал на машину, в которой ехала Роуг, ему отрубили голову.

– Как? – неподдельно удивился Лэншер. Услышать подобное признание от неприемлющего жертвы Ксавьера было сродни встрече с настоящим Сантой, да и то последнее удивило бы престарелого мутанта меньше.

– Ему не повезло, – поджал губы телепат. – Вместе с Роуг по той дороге ехал один… человек. С очень непростыми способностями. Поняв, что Саблезуб способен регенерировать повреждения, он решил закончить бой самым… надёжным способом.

– Уж не он ли притворялся этой девочкой в поезде? – сразу догадался Магнето, не веря, что такие значимые ситуации могут быть совпадениями.

– Да, это был он, – подтвердил ожидания старый друг. – Его зовут Локи, и, по его утверждениям, которым у меня есть все основания верить, он настоящий Бог из Асгарда…

***

Как это ни странно, но история события, что могло привести к началу Третьей Мировой и общепланетарной массовой резне, закончилась очень мирно. Мы погрузили устройство на борт, я разбудил подчинённых Магнето, и высокие договаривающиеся стороны разошлись. У меня даже не попытались отжать обратно антителепатический шлем. Впрочем, ничего удивительного, ведь сам по себе он был совершенно бесполезен, работая исключительно в сочетании со способностями Лэншера. Принцип был тот же, что и у Церебро, только наоборот — при отражении от внутренней поверхности шлема происходила дисперсия волны гравитационно-магнитного поля Эрика, и получившийся спектр вступал в резонанс с электромагнитным полем его мозга, делая тот невосприимчивым к телепатии. В теории, на этой же технологии можно было создать и шлем-блокировщик для обезвреживания телепатов, только разработками в этой области Лэншер не занимался и заниматься не хотел.

Но я отвлёкся, а между тем наш самолёт спокойно покинул остров и направился к Нью-Йорку, так и не получив прощального привета в спину. В общем, все живы, все счастливы, и я почему-то уверен, что вскоре место сенатора Келли займёт одна гибкая особа с синей попкой, и главный радетель за закон о регистрации резко изменит свою «политическую ориентацию».

– Скажи, – в кресло рядом со мной неожиданно пересела Шторм, которая до того сидела на месте первого пилота и вместе со Скоттом управляла самолётом, – ты мог помочь сенатору Келли?

– Я не целитель, – взглянув в глаза девушки, где отражалось неподдельное переживание по поднятому вопросу, отвечаю предельно честно. – Я мог бы продлить его мучения на несколько часов, но даже будь у меня Горнило Душ, вряд ли смог бы исцелить.

– И никакой надежды?

– Надежда есть всегда, – пожимаю плечами, – но Келли был слишком стар, а жизнь, полная стресса, и без всякой принудительной мутации истощила его организм. В такой ситуации даже Один не смог бы ничего сделать, – разве что связать жизнь Келли с каким-нибудь могучим артефактом, но это уже очень специфично и не стоит упоминания, ибо только собьёт с толку.

– А что такое Горнило Душ? – с тем же интересом в глазах продолжила расспросы мулатка.

– М-м-м… – я даже задумался, откинув голову на спинку кресла. – Если говорить очень грубо, то это устройство для передачи молекулярной энергии в пространстве. В частности, оно позволяет задать физическую проекцию всего объекта, получая электронный микроскоп глобального действия, что имеет обратную связь, вследствие чего изменения, вносимые в проекцию объекта, влияют на сам объект. Но раз уж у нас пошёл вечер вопросов и ответов, то позволь теперь мне поинтересоваться кое-чем о вашем мире?

– Хорошо, – кивнула Шторм, – что ты хочешь узнать?

– Какую кухню ты предпочитаешь?

– Какую… кухню? – удивилась девушка.

– Да, именно это я желаю знать.

– Зачем?

– Разумеется, чтобы позже пригласить тебя на ужин! Думаю, вести разговоры о науке и иных интересных темах будет куда как приятнее с бокалом вина в руке и чем-то вкусным на столе, вот я и интересуюсь.

– … – мулатка на десяток секунд замолчала, отведя глаза. Я уж было подумал, что всё-таки перегнул палку и разговор на этом исчерпан, но… – Я обожаю жареную курицу с рисом.

– Прекрасно! – я довольно улыбнулся. – И в каком же ресторане Нью-Йорка подают самую лучшую на твой вкус?

– Не знаю, – Ороро явно была не в себе, тем более кое-кто (не будем показывать пальцем, но это был Логан) на нас уже старательно косился. Ну или грел уши, как Циклоп, вынужденный вести самолёт. – У меня не слишком большой опыт хождения по ресторанам.

– Как мне кажется, это есть смысл исправить.

– У богов Асгарда есть земные деньги? – попыталась пошутить мулатка, явно стремясь поскорее перевести разговор подальше от смущающей её темы.

– Скажем так, зазывать сыграть в покер Бога Обмана… не самая лучшая идея, даже если он выглядит как изнеженный городской павлин, а ты — лучший местный шулер с группой прикрытия.

– И… – такого ответа она не ожидала, – сколько?..

– О не стоит считать презренные зелёные фантики, – улыбаюсь с максимальным радушием и капелькой иронии. – В конце концов, что такое деньги, когда речь идёт об ужине со столь прекрасной Богиней?

Так, переведя тему на вещи куда более приятные, чем мутировавшие сенаторы и тайны технологий Асгарда, мы и долетели до тайной школы мутантов. Ну и завершили миссию по спасению мира то ли от Третьей Мировой, то ли от всеобщей гражданской войны, но это уже детали.

***

После памятного спасения мира жизнь как-то резко вошла в тихую и мирную колею. Шторм меня в меру сил избегала, целыми днями прячась то на уроках с мелкими мутантами, то убегая куда-то в город по делам. Однозначного «нет» мне не говорили и даже пытались иногда идти на контакт, но при этом явно опасались, и совсем не как назойливого мужчины. Чарльз проводил с Логаном сеансы телепатии, по кусочкам собирая его воспоминания. Сам Логан не ушёл от своей судьбы и, чуть обвыкнувшись, начал распускать хвост перед Джин Грей, что не осталось незамеченным для Скотта Саммерса и потихоньку приводило к нарождению каноничного конфликта. Роуг же тихо-мирно ввели в школьные будни, и хоть появилась она уже в середине учебного года, особых сложностей по этому поводу вроде бы не испытывала. Ну, а что касается меня… Я уничтожал на кухне запасы какао, иногда переходя на чай и кофе, и копался в машине Магнето, составляя схему «Х-генного стимулятора 2.0». Чем заменить Эрика в ядре устройства, я пока не знал, но варианты того, как сделать перестройку организма более плавной и безопасной, имелись.

Ах да, ещё я познакомился с остальными обитателями поместья, и… полный облом. Среди деток и подростков имелось много знакомых имён и прозвищ, но если на внешность каких-нибудь Айсмена, Пиро или Колосса мне было плевать, то облик местных Джубили и Китти Прайд… угнетал. Нельзя было сказать, что они были страшненькими — совсем нет: милые и симпатичные молодые девушки, особенно Китти, но это были совсем не те милашки-очаровашки из мультиков моего детства. Да, привлекательные и в иной ситуации вполне даже интересные, но совсем не такие, как те образы, что прочно заняли место в моём сердце олдфага.Вообще ничего общего, по сути, за исключением некоторых предпочтений в фасоне одежды, да и там сходство было довольно условным. И это делало мне грустно — я просто не мог смотреть на них и не сравнивать с «оригиналом», после чего страдал от несоответствия и болезненной иронии судьбы, когда ты попал в мир любимых вайфу своего детства, но оказалось, что здесь не они, а какие-то совсем другие люди, которые просто носят те же имена.В очередной раз киновселенная Марвел дала мне кованым сапогом по яйцам и растоптала мои похотливые надежды. Ненавижу киновселенную Марвел…

В таком темпе прошла неделя, а дальше Логан засобирался в путь. Вещей у него с собой особо не было, так что дело это надолго не затянулось, и очередным утром он явился прощаться ко мне в мастерскую. Вернее, в помещение, которое Чарльз любезно выделил мне под это дело.

– Значит, опять Канада? – подвёл я итог его речи с указанием конечной точки маршрута.

– Профессор считает, что там я найду ответы.

– Выходит, реставрацию фундамента он уже завершил, – хмыкаю с долей задумчивости. – Быстро.

– О чём ты? – как-то рефлекторно извлекая на свет сигару, уточнил Росомаха.

– Память — очень сложная вещь и сильно влияет на личность, – пожимаю плечами. – А у Чарльза на эту тему пунктик, даже намёк на перекройку чужой личности для него — Табу. Вот и получается, что, скорее всего, он собрал осколки твоей памяти, восстановил между ними ассоциативные связи, но окончательное сращивание этих фрагментов с твоим нынешним «Я», равно как и его очерёдность, оставил на тебя самого. Это не так быстро, как вернуть силком всё и сразу, зато ты не свихнёшься от обилия единомоментно поступившей информации. Ну и заодно в какой-то степени сам будешь решать, чему из прошлого позволить влиять на себя нынешнего, а что можно оставить позади. При внешнем подключении приоритет можно выставить лишь равный… – неопределённо дёргаю щекой, – или же подшаманить, выбирая, что тебе будет важно, а что нет. Но это не про Профа.

– А ты… разбираешься? – с неподражаемой интонацией «пытаюсь изобразить удивление, но… кого я обманываю?» вскинул брови регенератор.

– Ментальная магия, – с улыбкой развожу руками, создавая между ними иллюзию схематичного разреза человеческого мозга, на котором сидит активно работающий «головой» дятел. – От телепатии это сильно отличается принципами действия, но посмотреть чужую память я тоже могу.

– А чего молчал?

– Посмотреть — не восстановить, – слегка слукавил я, но не слишком сильно. – За этим лучше к Ксавьеру. Для него это профиль, а для меня — хобби.

– Ясно, – Логан таки прикурил свою сигару. – Сам останешься здесь?

– Если не погонят, – шутливо развожу руками. – Тут… – с намёком обвожу помещение взглядом, – мило. И довольно комфортно.

– Какао? – понимающе ухмыльнулся мужчина, уже успев привыкнуть к этому моему чудачеству.

– И шикарные мулатки с белоснежной шевелюрой. Никогда нельзя забывать о шикарных мулатках, – отзеркалил я улыбку, поиграв бровями. – Ну и мне просто нравится, что тут абсолютно всем плевать на мои способности. Боюсь, в другом месте так вольготно уже не будет.

– Понимаю, – Логан выпустил из груди густое облачко дыма, что-то припоминая, из-за чего его взгляд расфокусировался. Впрочем, продлилось это недолго, и мутант встряхнулся. – Ну бывай, что ли, Бог Магии, – мне протянули руку для рукопожатия.

– Был рад знакомству, – честно отозвался я, пожимая её, – Росомаха.

Полчаса спустя, кабинет Чарльза Ксавьера.

– Ты хотел о чём-то поговорить, Локи? – встретил меня телепат, едва я закрыл за собой дверь.

Последние дни мы не слишком часто общались, и первым я почти не подходил. Я вообще старался особо не докучать обитателям поместья, так что частенько даже перемещался по территории под невидимостью.

– Я не против и сыграть с тобой в шахматы, но да. У меня есть пара тем для дискуссии, – улыбаюсь хозяину дома.

– Я слушаю, – с готовностью отозвался Чарльз.

– Понимаю, что это прозвучит нагло, но я бы хотел попросить разрешения покопаться в вашей базе данных по мутантам. Медицинские карты, исследования способностей, биография, – пройдя во время речи по кабинету до гостевого кресла, я вольготно в него присел. – Словом, всё то, что вы накопили за время работы. Я, конечно, мог бы залезть в ваши компьютеры сам, но это было бы невежливо.

– Не сомневаюсь, – невесело дёрнул щекой телепат, в чьих глазах поселился холодок. – Но позволь узнать, зачем тебе эта информация?

– Хочу убедиться в одной своей теории. Видишь ли, мне никак не даёт покоя вопрос: почему одни мутанты прекрасно контролируют свои силы и даже не имеют особых сложностей с их освоением, несмотря на, порой, весьма обширные возможности, – с намёком киваю на Чарльза, сообщая чистую правду, – а другие не способны вообще никак на них повлиять. К тому же в ряде случаев я, вполне возможно, смогу помочь.

– Ты разбираешься в генетике? – из взгляда Ксавьера ушла большая часть настороженности, сменившись деловым интересом.

– Боюсь, в Асгарде нет такого понятия в чистом виде. У нас все области знания называются «магией» и редко когда разделяются — большой срок жизни не предполагает рождения узкой специализации, но ответ: да. Ту область знания, которую вы называете генетикой, я знаю неплохо. Хотя, буду честен, – подпираю щёку пальцами правой руки, – большим знатоком именно земной биосферы я не являюсь, а исправление этого потребует времени.

– Хорошо, ты меня убедил, – прикрыл глаза инвалид. – А чт… – но слова профессора прервала распахнувшаяся дверь.

– Он украл мой мотоцикл! – ворвался в помещение Циклоп со смесью негодования и растерянности на лице.

– Что случилось, Скотт? – с недоумением повернулся к нему профессор. – Кто украл твой мотоцикл?

– Логан! Я только что зашёл в гараж, а его нет! – выглядел Саммерс настолько потешно, что мои губы начали опасно кривиться, едва сдерживая рвущийся наружу смех. Как назло, в памяти всплыли кадры из фильма и довольная физиономия Росомахи. – Это не смешно! – заметил моё состояние молодой мутант.

– В корне не согласен, – заявляю решительный протест, усилием воли всё-таки возвращая лицу подобие степенного выражения. – И согласись — он был последователен.

– Что? – не понял Циклоп.

– Вспомни, какую главную претензию он предъявлял вам ещё в Канаде, – дал я наводящую подсказку.

– Эм, – парень явно затруднялся вычленить из всех тех споров что-то центральное, – что ему приходится оставлять свои вещи? – всё же сделал он попытку.

В ответ я просто щёлкнул пальцами, и в центре комнаты возникла иллюзия присыпанного снегом Логана с очень недовольной рожей и выпущенными когтями:

– Моя машина ещё никогда не была такой защищённой от нападений, – источая гигатонны брутального скепсиса, сообщил фантом, глядя на Скотта, и тут же исчез.

– Кхэм! – прочистил горло Циклоп, отводя взгляд от нас с профессором.

– Согласись, это было ожидаемо, – с долей сочувствия улыбнулся я. – Но спасибо, что напомнил. Это как раз вторая тема, которую я бы хотел обсудить, и, думаю, ты будешь не лишним на этом разговоре. Чарльз? – смотрю на телепата, взглядом спрашивая разрешения продолжать.

– Я слушаю, – поняв, что неожиданное вторжение временно уладилось, предпочёл завершить первое дело мутант, прежде чем приступать к остальным.

– У вас ужасная система безопасности, – без обиняков сообщил я. Раз уж я здесь прописался, то допускать тот штурм из второго фильма не собирался ни под каким видом. Разумеется, прежде чем поднимать этот вопрос, я хорошенько осмотрелся, но вывод был неутешителен. – Достаточно выманить тебя лично подальше от школы, и хватит одного грамотного отряда спецназа, чтобы ночью зачистить тут всё. Несколько человек они, может быть, и потеряют, – киваю на Циклопа, – но даже обученный профессионал мало что может, если его застали врасплох, – обвожу взглядом мутантов. – Учитывая недавние события, я бы советовал озаботиться этим вопросом, а то мало ли? Радикалы есть не только среди мутантов.

– Я-а… согласен! – едва переварив мою речь, тут же поддакнул Циклоп. – Я давно говорю, что надо усилить защиту периметра! После того, как тут ходила Мистик и чуть не отправила вас в кому, испортив Церебро, вы должны согласиться!

– Ах, – лысый мужчина в кресле-каталке страдальчески провёл по лицу ладонями. Видимо, спор и впрямь был далеко не первым…

– Если надумаете устанавливать выдвижные турели, могу написать искусственный интеллект для управления, – любезно предложил я. – Только не подключайте его к сети, ваш людской интернет — это что-то ужасное. Детям нельзя такое показывать — психологическая травма может привести к маниакальному желанию уничтожить ваш вид.

– Каким детям? – удивился Скотт.

– Новорожденный искусственный интеллект — этот тот же ребёнок. Ему нужно участие родителя, забота и объяснение, что такое хорошо, а что такое плохо. В идеале, его надо пару лет держать изолированно, позволяя контактировать только с несколькими разумными, пока личность полностью не устоится, но в вашей школе это не обязательно.

– Локи, – мягко позвал меня Ксавьер, – давай поговорим о создании искусственного интеллекта в другой раз. Лучше расскажи нам, какие дыры в периметре ты видишь…

Глава 5

С момента ухода от нас Росомахи прошло ещё три недели. Я всё ещё мучительно страдал из-за того, что попал в сказку, но пролетел со сказочными красавицами, однако жареная картошка, какао и американское печенье с шоколадной крошкой потихоньку примиряли меня с действительностью. К слову говоря, белый американский хлеб (ну тот, который квадратный такой и чуть сладенький) — тоже вполне себе неплохая штука. Первое время я его дичился, с тоской и ностальгией вспоминая отечественный «нарезной», но потом ничего так, распробовал — главное было подобрать к нему правильную колбасу! Столь судьбоносное расширение моих горизонтов, впрочем, осталось никем не замеченным, зато профессора мы с Циклопом додавили, и теперь инициатива трахала инициаторов на зависть и пересуды всем воспитанникам. Увы, ни плазменных турелей, ни броневых створок на дверях и окнах, ни даже парочки роботов мне поставить не дали. Не то чтобы я сильно рвался… но иногда накатывало. Хотелось каноничной стальной цитадели с пиломётами, лазерами и целым тренировочным залом с материальными голограммами самых жутких тварей Земли для избиения несчастных студентов.

Почему-то когда я высказывал подобные идеи, люди, что канонично (в мультиках, но кому какая разница?) это дело изобрели, смотрели на меня как-то странно, в очередной раз доказывая мне, что киновселенная Марвел — отстой. Нет, были у меня и единомышленники. В основном, из учеников… Только из учеников… Не сказать, что они знали всю подноготную моих идей — про метание циркулярных пил и спарринги с Халком я им предусмотрительно не рассказывал (чтобы не портить сюрприз, само собой!), но они меня поддерживали, да. На моих уроках, в основном, но поддерживали же…

И да, теперь раз в неделю я давал урок древней истории с наглядными пособиями в виде иллюзий людей, предметов и жилищ того времени. Как ни странно, было весело. Хотя я даже не особо упирал на причины, побуждавшие прошлого Локи не любить викингов и прочих нордических германцев.

Однако вернёмся к системе безопасности. Переработать её на качественно лучшее обнаружение вторжения было несложно — даже земные технологии позволяли отследить проникновение Мистик или нарушение ночью периметра каким-нибудь спецназом, просто нужно было немного творческого подхода и чуть-чуть магии. Подготовленный профессионал может обойти любой датчик, но как он его обойдёт, если не знает о его существовании? Вот и с остальным то же самое.

Не оставлял я и работу над «Х-генным стимулятором 2.0», попутно изучая данные, предоставленные Ксавьером, уже обнаружив в архиве весьма интересную мне фамилию «Страйкер». Другая не менее интересная мне фамилия, «Старк», тоже была на месте, потихоньку подавая первые признаки подготовки к своим похоронам. В том смысле, что в фильме, как только Тони понял, что умирает, он начал делать поползновения к красивому уходу, главным из которых было открытие фестиваля инноваций «Старк-экспо», о котором объявили по новостям буквально на следующий день после закрытия саммита ООН, и это сразу стало самой горячей новостью, за которой разом потерялись все недавние вопли про мутантов и закон о регистрации. К слову, резко «изменивший» свою позицию сенатор Келли прилагается.

В общем, я всё больше изучал окружающий мир, ну а мир, в лице одного чуткого телепата, изучал меня. Разговоры об истории, Асгарде, Девяти Мирах и прочем как-то незаметно вошли у нас в традицию, равно как и партии в шахматы. Но и помимо вышеперечисленного нашлись у меня интересные дела, связанные с моей непревзойдённой харизмой, обаянием и прочими великими достоинствами. Если говорить точнее, в один прекрасный день мисс Ороро таки приняла моё приглашение посидеть как-нибудь вечерком в уютном ресторанчике и отдать должное жареной курочке, уточке и прочим дарам природы…

– Вы выглядите просто непередаваемо великолепно, о прекрасная богиня! – я совершенно не кривил душой. Платье из чёрного шёлка прекрасно гармонировало с цветом кожи девушки и заставляло прекрасные жемчужно-белые локоны Шторм казаться и вовсе мистическими. – Ваши волосы сияют, превосходя лунное серебро цвергов. Я весь в восхищении и трепете.

– Локи… это звучит весьма смущающе, – щёки дамы чуть потемнели, показывая, что мои комплименты не остались без внимания.

– Истина может смущать, но истиной быть не перестаёт, – я поправил свой «щёгольский» костюм и протянул девушке руку. – Пойдёмте, моя прекрасная леди? – немного посомневавшись, мулатка всё же приняла жест заботы, и мы чинно-благородно последовали к заранее вызванному мной автомобилю представительского класса, что и отвёз нас к одному из заслуживающих доверия и лестных оценок критиков ресторанов Нью-Йорка. Ну а там, отпустив водителя, мы уже прошли в зал, сели за забронированный столик и сделали заказ. Пока его готовили, нам принесли вино и лёгкие закуски к нему. Установилась «неловкая», с точки зрения Шторм, тишина.

– Локи, – немного помявшись, всё же начала девушка, – это приглашение… всё это, конечно, очень мило, но…

– Я знаю, – делаю глоток, – ты не испытываешь ко мне каких-либо романтических чувств, и вряд ли это изменится.

Эх, как и ожидалось, местное вино — хоть и весьма качественный продукт, но вот по сравнению с настоящим асгардским… вот что нужно было прихватить в свой подпространственный карман! Интересно, а Один сильно огорчится, если я устрою налёт на его вотчину с целью разграбления винного погреба и похищения запасов медовухи? Или утрёт скупую мужскую слезу и скажет: «мой мальчик наконец-то ведёт себя, как подобает асу!»?

– Прости, – ей явно было очень неловко, и… это меня умиляло.

– Тебе не за что извиняться, к тому же это вполне нормально и разумно.

– Разумно? – она не понимала. – То есть ты что-то подобное предполагал?

– Разумеется, – с доброй, но характерной для Локи (то есть немножко просящей кирпича) улыбкой развожу руками, – мы же знакомы меньше месяца, да и тот ты, большей частью, от меня бегала и украдкой читала Старшую Эдду. А о каких романтических чувствах может идти речь после этого психоделического триллера в декорациях шизофрении и сексуальных извращений самой мерзкой и противоестественной формы? Я изумлён, что у тебя вообще хватает духу со мной разговаривать после этого памфлета, – шутливо салютую девушке бокалом и делаю новый глоток.

– А… Ам… – мулатка сконфуженно начала хватать ртом воздух, заметно потемнев щёчками. – Откуда ты знаешь?! – и взгляд такой испуганный-испуганный, словно она не взрослая женщина, а девочка-подросток, которую папа застукал за подглядыванием в мужскую душевую.

– Скажем так, – ещё один глоток, что оказался бессилен согнать с моего лица довольную ухмылку, – я не первый раз на Земле и успел изучить, что люди делают, когда узнают мою истинную личность.

– Вот как… – глазки Шторм забегали по помещению.

– Да, – подтвердил я, слегка пододвинув ей бокал магическим телекинезом.

– И тебя это не смущает? – заметив движение, вновь взглянула на меня белокурая красавица.

– Мне тебя очень жалко, – с придыханием выделяю слово голосом, – но я всё равно восхищаюсь твоей храбростью.

– Ох, – Ороро взяла бокал и сделала несколько глотков, спеша успокоить нервы. Как только у неё это получилось, девушка встретилась со мной взглядом, глубоко вздохнула через рот и заговорила: – И что дальше?

– Всё, что хочешь, – пожимаю плечами. – Озорная и ни к чему не обязывающая интрижка, бурный роман с театрами и ресторанами, что-нибудь молодёжное с милой романтикой, прогулками под луной, полевыми цветами и походами в кино, или же просто невинная дружба с налётом лёгкого флирта. Я ни к чему не собираюсь тебя принуждать… Хотя, конечно, меня расстроит, если ты сейчас встанешь, врежешь мне по лицу и уйдёшь, так что, пожалуйста, не делай так, – с новой ухмылкой подмигиваю девушке.

– Не буду, – покладисто согласилась Шторм, на пару секунд прикрыв глаза, – но объясни мне, чего ты сам хочешь от всего этого? – уже с какой-то более активной заинтересованностью и даже азартом подалась она вперёд. – И зачем тебе это?

– Что значит «зачем»? – почти не притворяясь, удивился я. – Ты — прекрасная девушка. Добрая, ответственная, серьёзная. Ладишь с детьми, в одиночку ухаживаешь за отцом-инвалидом и парочкой сводных родственников, являешься супергероиней, которая, буквально, только что спасла мир, и всё это умудряясь работать простым школьным учителем. Ты мне нравишься. Ты идеальна! Какие ещё причины тебе нужны, чтобы оправдать мою симпатию?

– Это… – в мою сторону выставили указательный пальчик, в очередной раз ловя ртом воздух, только теперь ещё и голову наклонив.

– Как ни посмотри, это правда, – сочувственно покивал я, продолжая обворожительно улыбаться.

– И почему такое случилось именно со мной? – со вздохом покачала головой белокурая мулатка.

– Потому что ты — умница, красавица, спортсменка, комсом… а, нет, последнего пункта, увы, нема, но всё остальное есть, так что терпи.

– Это был риторический вопрос, – Шторм закатила глаза.

Тут нам принесли заказанные блюда, и на некоторое время за столом установилась новая тишина. На этот раз — сосредоточенная.

– Так значит, – оторвавшись от ужина, опять заговорила моя спутница, – тебя устроит, если между нами ничего не будет?

– Это не самый идеальный вариант, но да: он меня устроит, – киваю, дожевав кусочек курицы.

– То есть я тебе нравлюсь, но… не нравлюсь? – о женщины…

– Ох, Шторм! – мне было очень сложно не рассмеяться, но удержаться я всё же смог — широкая улыбка на пол-лица не в счёт. – Ты смогла одновременно угадать и совершенно ошибиться. Ты мне действительно нравишься. Кроме шуток, тобой можно любоваться, как произведением искусства, твоё присутствие мне приятно, а характер симпатичен, но это не значит, что мои мысли крутятся только вокруг того, как затащить тебя в постель. Нет, безусловно, пожелай ты чего-то подобного, и один скромный и милый Бог был бы весьма рад, но я всё же мню себя существом, несколько превосходящим стандартного самца с его порывами, а потому эстетическое удовольствие от любования тобой, а также наслаждение твоей реакцией на моё любование меня вполне устроит.

– Так, – она потёрла переносицу, – ты хочешь сказать, что, кхм… совсем не против был бы… ну, со мной, но пожирать меня восхищённым взглядом тебе нравится ничуть не меньше?

– Оставаться друзьями с прекрасной и доброй девушкой, может быть, не столь замечательно, как состоять с ней в более тесных отношениях, но это всё равно неизмеримо лучше, чем быть с ней врагами или вообще её никогда не встретить.

– Локи… – Ороро устало прикрыла глаза, касаясь пальцами лица, – ты… Локи, – взгляд полностью уверенного в безумии своего собеседника человека прилагался.

– Сочту это комплиментом, – я пригубил вина. – Ну а пока ты решаешь, какое место мне выделить во френдзоне и выделить ли вообще, что скажешь о местной кухне? Стоит ли мне наносить визит вежливости ресторанным критикам или они были правы?

– Ох, древний скандинавский бог выражается жаргонизмами, как двадцатилетний недоросль, и ставит своей целью просто брать и пялиться на меня, – грустно вздохнула Шторм.

– Не забывай про критиков! Обратная связь очень важна в рекламном бизнесе — без неё люди начинают врать, – отправляю в рот немного риса.

– Ты действительно собрался их навещать? – недоверчиво вскинула брови Ороро.

– Ну, не лично — отправлю иллюзию, но от этого им будет не легче, – честно признался в гнусных планах я.

– Ты же не думаешь, что после такого я скажу хоть слово в укор местным блюдам? – теперь на лице Монро отражалось изрядное количество иронии.

– На это и расчёт! – важно поднимаю вилку.

– То есть ты сознаёшься, что сейчас шантажируешь меня угрозой жестокой расправы над несколькими невинными людьми, если я выскажу что-то неприятное о кухне ресторана, куда ты меня привёл? – врушка из Шторм так себе — её наигранным возмущению и изумлению я бы не дал и трёх баллов по десятибальной шкале.

– М-м-м-м-м… – я сделал вид, что глубоко задумался. – Нет. Просто я очень честный. И справедливый.

– Честный в чём? – теперь улыбка вылезла и на её лицо.

– В своих намерениях.

– А справедливый?

– В своих намерениях.

– И почему это не шантаж? – наклонила она голову вбок.

– Потому что я не хочу добиться от тебя вранья.

– Объясни уже нормально.

– Я — Бог Обмана, никто не имеет права мне врать. Если мне наврали в рецензиях, значит, критики заслуживают моей божественной кары. А тебе я всё рассказал потому, что ты просила. Я же обещал, что всё будет, как ты захочешь, – подмигиваю девушке и вновь поднимаю бокал.

– … Ладно, – через долгую минуту вздохнула Шторм. – Мне всё нравится, здесь очень вкусно готовят. И я не пытаюсь тебя обмануть. И… тебя ведь всё равно не переубедить? – я кивнул и развёл руками. – Тогда ладно… ты можешь продолжать делать то, чем ты занимался… как бы странно это ни звучало и как бы я ни понимала, что ты всё равно бы это продолжал…

– Премного благодарен, – улыбнулся я лучшей своей улыбкой.

– А теперь давай просто есть эту замечательную курочку и старательно делать вид, что этого разговора не было, хорошо?

– Как пожелает моя прекрасная богиня, – и она вновь потемнела щёчками и отвела взгляд.

Как бы то ни было, подобный разговор, пусть и в весьма фривольном ключе, снял напряжение молодой мутантки и неплохо поднял ей настроение, хотя в последнем она бы вряд ли призналась, и вообще всё это возмутительно, аморально и так далее. Остаток разговора прошёл в уже куда более спокойной и свободной манере, а вечером, проводив даму до её покоев, я даже удостоился поцелуя. Целомудренного и в щёчку. В общем, хороший вечер, нужно будет его как-нибудь повторить.

***

Вопреки первоначальным ожиданиям, тема мутации меня увлекла, тем паче что отделение Камар-Таджа в Нью-Йорке мне найти никак не получалось. Не то чтобы я, как ошпаренный, носился по улицам сутки напролёт и прислушивался к магическому фону, но пару дней в неделю поискам посвящал, однако по нулям. Вроде бы где-то в фильмах мелькала записка для Тора с точным адресом, но её содержимое я вспомнить не мог, несмотря на возможности мозга Локи, всё-таки мой оригинальный мозг остался в другом мире, и перенос на «новый носитель», как бы он ни осуществлялся, явно скопировал лишь более-менее активную память, а не все её глубины с момента рождения. Вот восстановить в уме внешний вид фасада здания получилось, но Нью-Йорк — город большой, быстро его не прошерстишь. Старк пока тоже, вроде бы, вразнос не шёл, так что и знакомиться с ним было рано, зато мутантов вокруг было на любой вкус и цвет. В смысле, кроме шикарных красоток, тут меня спасала одна Шторм, но скажем мирозданию спасибо и за это. Шторм — милашка.

Однако я отвлёкся. Закопавшись в анализы и медицинские карты постояльцев школы Ксавьера, я… нет, не выделил Х-ген, для этого на земной технической базе мне пришлось бы корпеть лет пять, а то и десять, при том, что я… ну, то есть оригинальный Локи — создатель Слейпнира, божественной восьминогой коняши Одина, способной к полёту. Но я понял, что могу помочь с коряво работающими способностями у студентов в девяноста процентах случаев. Взять Циклопа. Его глаза испускали определённый спектр корпускулярно-волнового излучения, который тем не менее можно было полностью погасить светофильтром с подавлением должного спектра. То есть как только я узнал состав стекла в его визоре и прочёл, как шли эксперименты по подбору этого состава, я мог легко создать оптическую иллюзию, которая делала бы то же самое. Но иллюзия — это не здоровенная фигня на пол-лица, её можно сделать маленькой — ровно под поверхность глазного яблока. Потом перенести схему заклинания в рунную форму, добавить блок отключения по мысленному посылу, вытатуировать её на голове Скотта, предварительно ту побрив, но волосы-то отрастут, и вуаля — парень может ходить без очков, без малейшего риска разнести округу во время умывания. Магическая энергия есть у всех разумных существ, у кого-то больше, у кого-то меньше, и на поддержание малюсенькой иллюзии объёмов даже необученного человека хватит за глаза. И мне сделать подобное стоит буквально пары часов работы.

Осознав данное положение дел, я не стал долго думать и решил поговорить по душам с Чарльзом, в конце концов, он — наиболее заинтересованная сторона. Он, надо сказать, тоже вёл несколько уроков для своих воспитанников, так что пришлось тактично подождать, когда он закончит свою любимую литературу. И только пропустив из дверей толпу взволнованных детишек, по ходу дела наградив парочку особо прытких тематичными рожками под чертёнка, я прошёл внутрь. Шторм, которая как раз сейчас будет вести у них математику, мою шалость, разумеется, заметит и что-нибудь мне потом по этому поводу скажет, но это будет потом. Тем более бегать по коридорам нельзя, так что я в своём праве, пусть и отчитает нарушителей по моей «наводке» именно она.

– Будет минутка? – прикрыв за собой дверь, привлекаю внимание погрузившегося в разглядывание стопки каких-то листов профессора. Не иначе, дети писали изложение.

– Локи? – поднял на меня взгляд Ксавьер. – Конечно, проходи, – листы были отложены, и инвалид всей позой изобразил готовность слушать.

– Я по поводу машины Магнето и мутантов вообще, – прохожу к креслу для гостей. Тут таких было много — свои уроки Чарльз вёл не в классных аудиториях, а в уютно обставленном помещении с множеством произвольно расставленных стульев и диванчиков, хотя столы тут тоже были, без них особо ничего не запишешь. – В первой я уже разобрался, как можно увеличить шансы на выживание у облучаемых процентов до сорока и как сделать процесс безопасным для оператора, но не уверен, что это стоит воплощать в металле.

– Значит, даже с технологиями Асгарда шанс человека на выживание будет меньше пятидесяти процентов? – нахмурился телепат. Ему, как мне казалось, вообще не очень нравилось, что я работал в этом направлении, но запрещать он не пытался.

– Можно увеличить и до шестидесяти, и даже до девяноста, если сильно постараться, но не в этом суть, ведь даже при сорока мы имеем не менее пяти миллионов мутантов при использовании установки на Нью-Йорк или схожий по численности населения город. Проблема не в успешности пробуждения Х-гена, а в его качестве. Поправь меня, если я ошибаюсь, но ведь около половины твоих учеников имеют те или иные проблемы с контролем своих сил, и почти всегда это не вина их мотивации и старания.

– Да, к сожалению, проблемы такого рода встречаются у мутантов всё чаще, – кивнул профессор, печально сцепив руки домиком перед лицом. – В таких случаях мы стараемся помочь, добирая технические решения, как, например, Скотту с его глазами, но проблема и в самом деле достаточно серьёзная.

– Да, если жить с очками ещё можно привыкнуть, то жить, не имея возможности никого коснуться — это уже пытка, – понимающе смежил я веки. – И мне кажется, что причина таких ошибок в геноме заключается в том, что массовое пробуждение Х-гена началось преждевременно. Радиация, излучение сотовых телефонов, химикаты в воздухе и пище, всякие ГМО и прочие загрязнения окружающей среды — это ведь тоже враждебные факторы, способные спровоцировать мобилизацию ресурсов организма на свою защиту и, как следствие, активацию генов, пребывающих в латентном состоянии. В итоге получаем тот же самый эффект, что и у машины Магнето, но тихий и без спецэффектов. А между тем, комбинация нуклеотидов в ДНК не завершена, ей для этого требовалось ещё несколько поколений удачного скрещивания, и пусть она работает, но нечего удивляться, что работает она как сырой прототип.

– Ты в этом уверен?

– Процентов на семьдесят, – пожимаю плечами. – Чтобы быть уверенным полностью, мне нужно оборудование Асгарда, несколько лет исследований и очень… очень много образцов для сбора статистики. Но это вообще-то — так, предисловие. А обсудить я хотел то, что могу сделать для помощи таким мутантам в твоей школе, – и я изложил свои умозаключения.

– Что требуется от меня? – по окончании рассказа коротко спросил Чарльз, разом давая понять, что он «за».

– Убедить Джин, что не надо объявлять мне войну за то, что я сделаю её парня лысым на пару недель, – улыбаюсь телепату.

– Думаю, это будет не слишком сложно, – вернул улыбку Чарльз.

– Думаете? – продолжаю игру.

– У меня есть все основания считать, что доктор Грей не испытывает предубеждения против людей с отсутствием растительности на голове, – с твёрдой уверенностью во всей позе заверил меня самый знаменитый лысый человек этого мира.

– Ах да, я всё время забываю, – с наигранным смущением изображаю бегающие глазки под понимающей улыбкой Ксавьера.

В общем, как и обещал проф, с доктором Грей проблем не возникло, хотя какие могли быть проблемы? Мы оба прекрасно знали, что претензий у девушки не будет, а моя «просьба о помощи» была лишь данью вежливости и уведомлением о намерениях, как всегда, облачёнными в полушутливую форму. Циклоп, собственно, тоже не возражал и ради избавления от порядком надоевших очков или и вовсе неудобного «боевого визора» готов был и на жертвы посерьёзнее банального обривания головы и отыгрыша шара для боулинга. Но вообще… Логан бы бритого Скотта оценил, тем более с полосой рунической вязи на черепе… А? Что? Зачем фотоаппарат? Это же научное исследование — нам нужно фиксировать ход эксперимента! Откуда у Циклопа на фотографии взялись гитлеровские усики, а потом казачий чуб? Это всё ваше примитивное земное оборудование! У него такие страшные погрешности при запечатлении образа, такие страшные… Неужели вы мне не верите? Нет? Странно…

Но не Скоттом Саммерсом единым жива творческая жилка скромного Бога. Меня понесло. Я сам это понимал, но остановить свои шаловливые ручки не мог. Да и не хотел, откровенно говоря. Мне несложно, а детишки реально радуются, так почему бы и нет? Вот, например, Пиро. Парень мог управлять огнём и неплохо его усиливать — раздуть огонёк свечи до уровня реактивного огнемёта для него не составляло проблем, но вот именно создать огонь, пусть даже на уровне той самой свечки, для него было уже невозможно. Моя тонкая душевная организация испытывала воистину жуткие мучения из-за того, что у нас тут есть пиромант, не способный получить доступ к спичкам. Так что я просто не мог, не имел права пройти мимо! Но повторяться и бить стильную татушку на руки огневика мне не позволяла гордость. В результате кисти рук парня обзавелись небольшими керамическими имплантами поверх костей. Я даже ничего не резал — внедрил материал магией и сформировал структуру артефактов уже под плотью. Ничего сложного там тоже не было, просто при щелчке пальцами над ладонью вспыхивал маленький тоненький язычок магического пламени, который уже сам Пиро мог раздуть до любых размеров. Счастья было… А вот Бобби, который Айсмен, почему-то огорчился, даже не знаю, почему… Шутка. Парень был рад за друга.

Поработал я и с Роуг. Варианты «силового» барьера микронной толщины я отмёл сразу — слишком сложно и энергоёмко. У неё просто сил не хватит поддерживать такой барьер постоянно, тут и у меня сил не хватит. Конечно, если мы говорим о прочном барьере, а не фикции, которую порвёт первой же капелькой пота или движением волоска. Научить же её накладывать защиту самостоятельно в нужный момент тоже было нереально, хотя бы потому, что сам по себе уровень подобного барьера был не по зубам неофиту, а тратить десяток лет на освоение дисциплины, да ещё без гарантии успеха… долго и неэффективно. Но если нельзя пойти путём одним, то мы пойдём путем другим, всё по завету Ильича. Поскольку «защитные» конфигурации девушке явно не подходили, то почему бы не попробовать «тюремные»? Так уж получилось, что методы обезвреживания магов и существ с особыми способностями в Асгарде были неплохо развиты… ну, в силу жизненной необходимости, порождаемой постоянными войнами с разного рода мифическими тварями. Развитие это, в частности, приняло вид кандалов-подавителей, парочку которых таскает с собой любой воин Асгарда, отправляясь в военный поход. Таскал такие в подпространственном кармане и Локи, не видя ничего зазорного в том, чтобы вместо быстрой смерти сперва скрутить, а потом вдумчиво допросить вражеского колдуна на предмет обмена опытом. В смысле, колдун обменивает свой опыт на лишние минуты жизни.

Словом, у меня были рабочий метод, надёжный инструмент и человек, под которого всё это следовало подогнать. Причём, насколько я знал, в Марвеле такие устройства, то есть ошейники-подавители сил мутантов, фигурировали, и даже вроде бы существовали и в киновселенной, но вот где, а главное, когда они появились, я сказать не мог. В киновселенной это было показано в рамках истории Дедпула, но… вся ветка Уэйда смотрится полным бредом и идиотией даже на фоне рулящего Щ.И.Т.ом негра. Тем не менее, куда двигаться, было ясно, вот я и двинулся.

Самым сложным было определить спектр «поглощения» Роуг… Конечно использовать термин определяющий цвет предмета при попадании на него света, подходит тут, мягко говоря, не очень, но за неимением подходящего термина, пусть будет этот. Так вот, определив способ воздействия, выделив его из основного спектра, мне осталось только «перепаять» кандалы под нужное направление. Ну и, убрав всё лишнее, превратить их в изящные браслетики. Тоже не самая тривиальная задача, но после всех тех танцев с бубнами (иногда — буквально), что мне и так пришлось пропрыгать вокруг девушки, это было уже несерьёзно.

Ну а «взаимную нелюбовь» Джубили и бытовой техники сложнее тостера после всего этого вообще решил походя, пока возился с Мари — там-то и нужно было всего лишь убрать неосознанную «утечку» её энергии. Простенький кулон-поглотитель — и проблема решена. В общем, звание лучшего друга мутантов я вполне себе заслужил и пришлось ещё отбиваться от Роуг, что, получив возможность «безнаказанно» прикасаться ко всем человекам, возжелала выместить весь свой восторг и жажду ласки одновременно на одном очаровательном Боге. И против такого подхода лично я ничего не имел, но… была бы она симпатичнее… эх. Короче, сдал её Айсмену и сбежал в мастерскую под замок. Что делать? Не мы такие, жизнь такая! И вообще, я жутко занят, мне ещё… э-э-э, точно, нужно спаять голопроектор на местной элементарной базе под габариты наручных часов, чтобы тот выводил голограмму нормального человека для тех мутантов, у которых перекорёжило внешность. Да-да, это очень сложный и кропотливый процесс для мастера иллюзий, прошу не мешать и покинуть помещение!

Вот так и проходили мои будни в радушной мутантской общине. Довольно весело, да и такие «общественно-полезные» дела накинули мне пару баллов в глазах знойной мулаточки, но вот проблему с поиском магов это не решало и к способу покинуть сей печальный мир тоже не приближало, а это уже было немного грустно. Однако долго придаваться этому чувству мне не позволили, ибо состоялось открытие Старк-Экспо…

***

Это было… стильно. Немного самовлюблённо, изрядно приукрашено, чуть-чуть вульгарно, но стильно. К своему стыду, само открытие выставки я благополучно пропустил, ибо местным телевидением не интересовался и вообще у меня в тот день был урок, на котором я в красках и панорамных иллюзиях вдохновенно показывал деткам, как предки их однокашника Петра Распутина (в широких массах известного как «Колосс») цинично нагибали викингов. А потому самовосхваление Энтони Старка с трибуны Старк-Экспо мог наблюдать исключительно в записи, да и то уже лишь после того, как посмотрел его эпичное полоскание сенатской комиссии по вопросу технологии Железного Человека в отборнейшем дерьмеце с пенкой для бритья.

Что сказать? Тони — красавчик. Я бы сделал лучше, но он всё равно красавчик, хоть и патриот США, но у каждого есть недостатки. И да, моё «лучше» оказалось бы куда больнее, обидней и стоило бы всем причастным и наиболее активным конгрессменам, сенаторам и военным чинам карьеры, имущества и, очень может быть, жизни.

…Не скажу, что я видел в этом что-то предосудительное. Напротив, я реально считал это лучшим вариантом…

Я вообще последнее время стал как-то странно относиться к людям. В смысле, я живу и работаю в Америке, у меня есть куча… ну… как минимум приятелей из американцев, но при этом я всё равно считаю западных варваров, от Польши до Сан-Франциско, существами, чьи жизни не стоят лишней минуты моего времени, потраченной на их уговоры. Если подумать, даже то, что я называю их «западными варварами», было уже достаточно серьёзным звоночком, но понимая умом всю неправильность своего состояния, я мало что мог сделать — мне просто было абсолютно плевать на их жизни и чувства. Исключение составляли те, с кем я успел более-менее сдружиться, но и за них рисковать своей жизнью я бы не стал. Дополнительного диссонанса картине добавляло и то, что мне нравилось совершать добрые дела. То есть я был готов легко убить хоть всё население США и тут же, одновременно, был готов части этого населения помогать в меру сил. От такой мешанины даже у меня в голове шарики за ролики заезжали, но хорошо хоть никаких маниакальных позывов пока не случалось.

Но вернёмся к Тони Старку. Оценив его выступления на публике, я нашёл их очень знакомыми, а потому, недолго думая, решил навестить блудного миллиардера. Жил он в постоянных разъездах и перелётах, но и постоянную квартиру всё-таки имел, если так можно назвать трёхэтажный особняк в Малибу на берегу моря и с многоярусным подвалом под коллекцию автомобилей. Добираться до Калифорнии пришлось своими силами, хотя Ксавьер, скорее всего, не отказался бы дать свой самолётик покататься, в конце концов, я ему мир спас, куче учеников здорово облегчил жизнь и вообще обаяшка. Но, во-первых, я не горел желанием раньше времени посвящать иксменов в свои планы насчёт Старка, во-вторых, «Чёрный Дрозд» был, безусловно, хорошим самолётом, но имелись у меня сомнения насчёт его незаметности, особенно на то время, которое ему придётся ждать меня на земле, ну и в-третьих, мне было просто интересней прокатиться на местных линиях малой авиации. В общем, добрался. И да, это был тот самый особняк, где Тони творил свою броню — не узнать обстановку было сложно, как и четыре комплекта доспехов, выставленных под стеклом в мастерской. Был тут и самый первый кустарный шалтай-болтай, собранный Старком в пещере из какого-то хлама, и стальной прототип, что позже должен был спереть один чёрный парень, ну и финальный вариант золотисто-красного окраса в двух экземплярах, уже успевший прогреметь на весь мир.

Проникнуть в поместье было не сложнее, чем в открытые двери ресторана. Нет, система безопасности у Тони была на уровне, но земные технологии просто не позволяли увидеть меня, если я сам того не хотел. Куда сложнее было найти в этом дворце самого Старка. Он даже на пороге смерти был натуральным электровеником, всё время куда-то скакавшим и что-то делавшим, а уж его препирательства с Пеппер Потс… Это было что-то среднее между «молодые супруги — десять лет в браке», «непутёвый брат-хулиган и ответственная сестрёнка, пытающаяся вправить ему мозги», «развязный балбес-школьник и строгая учительница», «начальник-самодур и бедная секретарша» и, наконец, «два нервных психопата на выезде». Причём от своих препирательств оба получали кучу удовольствия, хотя мисс Потс всеми силами пыталась показать обратное.

Так или иначе, побродив неслышной тенью за миллиардером несколько часов, я сумел не только наслушаться самого разного информационного шума, включая разговоры за жизнь с неким подобием искусственного интеллекта, откликающимся на «Джарвис», но и составить о Старке предварительное мнение.

Надо сказать, внешне он полностью соответствовал своему образу из фильмов, но тут имелась очень важная деталь: Энтони Старк в фильмах был очень разным человеком, я бы даже сказал, что в разных фильмах он представлял из себя разных персонажей. И я сейчас не о том, что за время выхода серии "Мстителей" его отцом побывали три разных человека, одним из вариантов матери являлся мужчина и даже его чернокожий друг разок полностью сменил внешность. Дело в том, что в разных картинах он реально показывал противоречащие друг другу черты характера. То он на детородном органе вертит хотелки правительства по получению своих технологий, то спустя пару фильмов первым бежит подписывать кабальные контракты по подчинению властям "Мстителей", да ещё и войну среди личного состава провоцирует, устраивая морбодой кучи сверхчеловеков в густонаселённом городе. То лично летает бить всяких боевиков в регион персидского залива, то ему покласть с прибором на информацию о том, что какие-то ребята барыжат оружием на инопланетных технологиях в его родном городе и при этом достаточно сильны, чтобы чуть не прикончить Человека-Паука вообще без малейших потерь для себя. В общем, то он самоотверженный герой, то мудаковатый пофигист, то он уважающий себя умный и дальновидный стратег, то послушная подстилка властей, и так далее — там много можно припомнить. И вот эта вот вся неопределённость с "то я строю башню Мстителей, то я продаю башню Мстителей", она меня изрядно волновала. Как-то не хотелось иметь дело с сумасшедшим придурком-миллиардером, способным создавать на коленке самое совершенное земное оружие.

Так вот, возвращаясь к составленному в процессе наблюдения мнению. И мнение это звучало как… "да чёрт его знает!" В смысле, Старк создавал, конечно, впечатление эксцентричного придурка, прожигающего жизнь, но я сам частенько такое создаю, а вот что за этой внешней игрой крылось, за один день определить не представлялось возможным. Так что мне оставалось лишь терпеливо дожидаться, когда он ляжет спать, чтобы спокойно покопаться в его памяти.

Ждать пришлось относительно долго. Этот неугомонный явно имел метровое шило пониже спины, и тот факт, что он немного умирает и организм такой ритм держать уже просто не может, Старка не смущал. Но к началу третьего часа ночи усталость всё-таки взяла своё, и местный безумный гений всё же соизволил вырубиться. Ну наконец-то! Я уже всерьёз подумывал аккуратно приложить его магией.

– Так-с, давайте посмотрим, что у вас на уме, мистер Старк, – оказавшись у постели «клиента», я не стал снимать маскировку во избежание внимания всяких левых Джарвисов, но выдать немного экспрессии в окружающую среду всё же не постеснялся.

А далее были воспоминания Тони. И были они… своеобразны. Нет, схему его АРК-реактора и костюма Железного Человека я запомнил, но… мне нужно было немного отойти от увиденного и прийти в себя. Этот парень — Гений с большой буквы. Причём поговорка «жить захочешь — ещё не так раскорячишься» была как с него списана. Итак, для начала… шрапнель в его теле действительно была, и по первому времени ему действительно врезали магнит в грудную клетку. Как он не загнулся от подобной «операции» прямо в плену, знал, наверное, только тот хирург-пленник, ещё один безумный гений, но только от медицины. Нахрена он, правда, сотворил подобную дичь, я был без понятия, но, эй, безумные гении — это почти то же самое, что и безмозглые — их порывы вдохновения логике не подвластны. Тем не менее факт оставался фактом — осколки фугаса проникли в его организм и пусть и не успели добраться до сердца, мозга или иных жизненно важных органов, но планомерно превращали его сердечно-сосудистую систему в фарш. Но… терзаемый непрерывной болью, со множественными внутренними кровотечениями и подозревающий, что жить ему осталось очень и очень недолго, Старк создал свой «реактор». Казалось бы, как обычная… ну хорошо, не совсем обычная, но ни разу не относящаяся к медицине энергетическая установка смогла его спасти? Сам Тони не знал, он и реактор-то собрал тупо для того, чтобы тяжёлый аккумулятор в руках не таскать, ибо ему и без того было слишком хреново, а когда полегчало, он особо не заморачивался — были дела поважнее. Правда, уже после побега он предусмотрительно врачам не давался. Вот только его самостоятельные исследования тоже результатов не принесли — все приборы показывали вполне себе нормальные показатели. Так что миллиардер решил не париться, работает — и ладно. Но вот мне, имея знания Локи, было с чего впадать в ступор и священный трепет. Этот… Гениальный Идиот, сам того не зная, сумел построить чисто технический портал в измерение Живого Света!

Я даже пощупал реактор, когда чутка отошёл от догадки, но таки да — слабенько, едва заметно, но от него тянуло энергией Живого Света!

В магии существует, скажем так, три наиболее мощных источника Силы, определяющих взаимодействия сфер бытия и прочие интересные мистические вещи. Так вот, ненаправленная Сила называется просто магической энергией. Она универсальна и общедоступна. В теории, ей может овладеть вообще любой разумный. На практике — всё сильно индивидуально и зависит от старания и таланта этого самого разумного, плюс магический фон — штука неоднородная, и, как правило, слабым чародеям, не обладающим заметными запасами собственной силы, черпать энергию практичнее из какого-нибудь сопредельного измерения, каждое из которых налагает на ту свой оттенок, что тоже играет роль, ну просто в силу совместимости. Помимо этой ненаправленной и обезличенной энергии есть ещё две Силы-антипода. Тёмная Сила и Живой Свет. И хоть названия не совсем отражают содержимое, но они верны. Также точно не известна степень «разумности» этих Сил. Если Магия точно безлика и универсальна, то вот последние две… никто точно не знает, сомнения и подозрения в этом вопросе терзают многих мистиков уже который век. Но вернёмся к, так сказать, персоналиям. Тёмная Сила прекрасно подходит для работы с пространством-временем, а также, по некоторым данным, негативно влияет на характер пользователя. Тем не менее тот же Один мастерски владеет этим направлением. Хотя… характер у «папочки» — тот ещё, так что теория имеет под собой некоторую почву. Правда, так и не ясно, что тут курица, а что яйцо: пробиться к нужному измерению проще жопошникам или связь с этим измерением делает из разумного жопошника? Сие — тайна великая есть. Ах да, ещё на «Тёмной Стороне» канонично обитают всякие демоны, монстры и прочий сброд, аля Дормамму, не возражающий подкрепиться потрохами, а то и душой незадачливого мага, решившего без подготовки сунуться в их вотчину. Живой Свет, напротив, стремится в сторону Любви и Добра, а потому по умолчанию исцеляет, благословляет и испепеляет всех, в ком есть «Тьма». Стоит ли уточнять, что хоть небольшой кусочек «тёмных мыслей» есть и у святого? Так что помимо защиты и исцеления пользователь этой Силы может устраивать террор и массовое уничтожение ничуть не хуже других. Правда, если Магия разлита во всём сущем и потоки её есть везде и всюду, то Тёмная Сила и Живой Свет «обитают» исключительно в своих измерениях, прорваться к которым очень непросто — далеко не каждый маг, даже из опытных и искусных, решится связываться с этими Силами и измерениями. Тем невероятнее было открытие Старка. Настоящий портал в измерение Живого Света. Пусть маленький, пусть односторонний, но полностью рабочий и не требующий усилий со стороны пользователя! Да любой чародей не задумываясь отдаст за подобное правую руку и обе ноги в придачу — всё равно сможет на таком источнике очень быстро отрастить новые. Даже совершенно чуждый мистике Тони на одном пассивном влиянии измерения смог нивелировать нанесённые и наносимые до сих пор шрапнелью увечья. Да и другие «странные» свойства своего реактора он заметил, например, защиту носителя от урона. Сколь бы ни был хорош доспех, законов сохранения энергии и импульса он не отменял, и принятый «на грудь» танковый снаряд должен был превратить тело под бронёй в мелкую кашицу, даже если сама броня и выдержит удар. Но… ничего подобного не происходило. Живой Свет из реактора поглощал повреждения и защищал своим полем носителя. Собственно, это было одной из причин, почему во всех моделях брони «питающий элемент» находился спереди, хотя весь опыт людей и просто Здравый Смысл твердили, что ставить «двигатель» едва ли не на «лобовую броню», что всегда принимает на себя основной урон — полный идиотизм.

Но не всё было так благополучно. Живой Свет — вещь сильная, но не всемогущая, а без направляющей его воли мага ещё и не слишком «умная». Да, он купировал очевидные повреждения, заставляя изрезанные мелкими осколками сосуды и дальше доставлять кровь куда надо, лёгкие прокачивать воздух и прочие органы работать, игнорируя в себе наличие просто-таки открытых прорех и инородных предметов, но вот даже на избавление от шрапнели и полноценное заживление его уже не хватало, а ведь была проблема и посерьёзнее. Реактор ядерного синтеза оставался реактором ядерного синтеза, а потому даже при всей возможной изоляции и защите фонил изрядно. Он, к слову, работал на палладии, этаком безвредном благородном металле платиновой группы, из которого изготавливают медицинские инструменты, детали кардиостимуляторов, зубные протезы и кучу всего другого, в том числе и контактные узлы в электронике, что обусловлено высокой износоустойчивостью и коррозионной устойчивостью. Да-да, те самые контакты в системе наведения боеголовок, откуда Тони его и снимал изначально. Вот только всё это благолепие работало до запуска реактора, а в нём безвредный палладий резко превращался в радиоактивный изотоп 107Pd, и начиналась веселуха. Старк облучался, и, как и положено при длительном облучении, чем дальше, тем сильнее и быстрее следовал эффект. Добавим к этому отравление тяжёлыми металлами, заработанное им ещё в той пещерке в плену, где ему приходилось в прямом смысле слова на коленке, без всякой защиты отливать не самые полезные для здоровья сплавы, а также засевшие в теле осколки, которые очень даже резво отравляли организм продуктами химических реакций от своего окисления, и картинка получится довольно неприятной. Тони действительно умирал, то, что поддерживало его жизнь, защищая от последствий попадания под взрыв фугаса, облучало его организм, а Живой Свет в пассивном режиме не то что исцелить лучевую болезнь не мог, но и просто добавить живучести «не соображал». Н-да, был бы у Старка ген-Х, давно бы уже пробудился, но вот мужика ждал облом, и он, по всей видимости, оказался одним из тех нескольких процентов людей, у которых Х-ген отсутствовал либо находился в слишком зачаточном состоянии.

В дальнейшем, память Тони подкидывала ещё несколько интересных моментов и технологий, включая принципы создания и обучения подобия искусственного интеллекта на земной элементарной базе. Полноценным ИИ тот же Джарвис не являлся и являться не мог, хотя бы потому, что все земные информационные технологии базировались на двоичной логике, а для формирования матрицы разума нужна минимум троичная, где предусмотрен, помимо простейших логических состояний вида «да»/«нет», ещё и вариант неопределённости. Однако самообучающийся алгоритм операционной системы, имитирующей разум, Тони разработать смог. Но даже это было довольно неплохо… да и безопасней во многих ситуациях. Опять же, реализация на местной элементарной базе и в местных языках программирования была весьма ценным приобретением, пусть сам принцип для Асгарда не представлял ничего особенного. Ещё мне понравилась его репульсорно-реактивная технология на чистой энергии, без применения в реактивной струе рабочего тела. Отчасти она напоминала асгардское плазменное вооружение, только орудия для обороны Асгарда изначально создавали как оружие, которое должно стрелять, а не давать тягу для полёта, Старк же сделал наоборот: сперва научился летать, а потом движок превратил в пушку. Вот честное слово, натуральный Гениальный Идиот!

Кстати, я наконец-то смог составить о нём своё мнение. Итак, мистер Энтони Старк был персоной весьма эксцентричной и эгоистичной, но при этом чертовски умной, изворотливой и прежде всего ценящей свою независимость. Вот только он пришёлся по вкусу одному агрессивному нигеру, по совместительству являющемуся директором Щ.И.Т.-а. Естественно, Фьюри, со всеми своими притязаниями и хотелками, был послан Тони в пешее эротическое и практически спущен с лестницы, вернее, на такую вероятность ему прозрачно намекнули полгода назад и вежливо попросили покинуть частные владения, а то ведь Железный Человек может и сдать забравшегося к нему в дом негра в полицию, как домушника, да ещё и прессе не постесняется показать фото со смачными комментариями… Как жаль, что в фильме показали только начало этого разговора, но зато сейчас я аж кайфовал, наблюдая всё от первого лица.

Увы, нигер был хоть и агрессивным, но всё же достаточно сообразительным, чтобы понять, что прямой наезд на Старка может кончиться очень плачевно для всей его конторки. Когда заначка потенциального противника сопоставима с бюджетом страны, а техническое оснащение и вовсе превосходит все возможные аналоги лет так на двадцать минимум, дуром будет действовать только совсем уж ушибленный кретин. Хотя, на мой взгляд, зря Тони ему намекал, вот зря! По-моему, без подсказок Фьюри имел все шансы не догадаться, что, в конечном итоге, пошло бы только на пользу Старку. Так или иначе, полковник решил зайти издалека — дождаться, пока помирающий Тони дойдёт «до кондиции», а потом предложить «помощь»… правда, это я знал из своей памяти «попаданца», где был отчётливый момент предоставления Щ.И.Т.-ом записей Старка-старшего, совмещённого с «домашним арестом», точнее, насильным удержанием самого Тони, разумеется, совершенно незаконно. Да и как «наследство» Говарда попало к Фьюри, у меня ещё тогда вызывало много вопросов. Тут, впрочем, всё шло в том же направлении, в частности, предательница-перебежчица и просто «Рыжая Сучка», в народе более известная как Наташа Романофф, сиречь «Чёрная Вдова», уже успешно внедрилась в Старк-Индастриз и даже успела начать внедряться в ближайшее окружение самого Тони, аккуратно и невзначай зацепив его правильно подобранными психологическими приёмами, но умирающему и отравленному Старку сейчас много и не нужно. Да и в дальнейшем… с учётом открывшейся картины, я, с позиций Бога Обмана, уже видел, как постепенно, почти незаметно Тони будут превращать из умного и слишком независимого игрока, в первую очередь ищущего свои интересы, в послушную собачку «Дяди Сэма» вообще и Фьюри в частности.

Первый этап уже почти завершился — жертва клюнула на профессиональную «медовую ловушку», которая не преминёт подкинуть в нужный момент нужную главе Щ.И.Т.-а мысль. На втором — другой негр просто внаглую «гопнет» Тони на костюм, де-факто совершив разбойное нападение, кражу в особо крупном размере и как минимум причинив «побои» жертве, а то и совершив попытку убийства. По местным законам — лет пятнадцать он этим себе заработал. По характеру Старка, в этой ситуации может быть только одно решение: требование снять костюм и больше не появляться на его глаза, а в случае отказа — полная блокировка системы и активация таймера «до самоликвидации осталось десять-девять-восемь…», причём такая функция реально уже была и стояла на всех костюмах. И никакая давняя дружба полковнику Джеймсу Роудсу не помогла бы, как не помогла она Обадайе Стейну полгода назад… Особенно на фоне того, что случилось полгода назад, ибо ситуации слишком похожи, чтобы человек не провёл очень неприятных аналогий. Однако вместо этого чёрный гопник благополучно улетел, благополучно сдал броню военным и благополучно продолжил себе жить. И тут у меня два варианта. Вернее, вариант один, но с двумя разными итогами. Старку умело расшатали психику в дополнение к предсмертному стрессу, что очень несложно с позиции личного секретаря, которым Тони уже подумывал сделать одну рыжую особу с округлой попкой, благо место, ранее занимаемое Пеппер Потс, буквально только что освободилось путём назначения этой самой Пеппер генеральным директором Старк-Индастриз. Ну а дальше или Щ.И.Т. организовал похищение брони на памятном дне рождения, взломав систему безопасности поместья и сыграв «Роуди» втёмную, или тонкой психологической обработкой сделал так, чтобы Тони сам решил позаботиться о преемнике Железного Человека и столь экстравагантно передать ему броню, предварительно настроив все системы безопасности, чтобы они Роудса пропустили, да ещё и внеся его в список санкционированных пользователей в компьютерной системе брони. Провернуть и то, и другое компетентные органы бы смогли, тем более что по части манипуляции Чёрная Вдовушка у нас профи, а Тони на полном серьёзе считал, что это будет последний день рождения в его жизни. Ну и третий этап — милостивая помощь в момент величайшей нужды. В смысле, дождаться, пока проспавшийся Старк начнёт похмеляться и страдать по бездарно прожитым годам, сорванной днюхе, испорченным отношениям и прочим философским вещам, быстренько его поймать на грани прихода в себя и показать вариант спасения, обставив дело так, что он теперь целиком везде должный и обязанный. Помнится, ему ещё и некий диоксид лития вкололи, о котором сам Тони ничего не знал, хотя, казалось бы, перерыл всё, что только возможно, для решения своей проблемы с облучением, отравлением тяжёлыми металлами и интоксикацией организма. Иными словами, вколоть ему могли что угодно, от боевого стимулятора, что мог временно дать иллюзию улучшения состояния, до психотропного коктейля. И всё — дальше парень уже на крючке, особенно когда стал частью Мстителей, то есть попал в постоянный, непосредственный контакт с агентами Щ.И.Т.-а, от чего вообще-то долго открещивался, но ведь и там Фьюри «стимулировал» ребят слезливой историей смерти агента Колсона и окровавленных винтажных карточек.

В общем, обложили мужика, как медведя в берлоге, без шансов рыпнуться. Но… сейчас у человека, так любящего потроллить окружающих, а также Хитрые Планы и Стиль, появился Бог, отвечающий за всё это дело. Так почему же богу не помочь своему верному адепту? Разумеется, за парочку совершенно не обременительных для последнего услуг. И начнём мы с Наташи. Терпеть не могу продажных тварей, ещё и маскирующих свою паскудную натуру лживыми лозунгами о «правах человека», «демократических ценностях» и «преступном режиме», или что там обычно блеют подобные перебежчики? Не важно. Было желание прямо сейчас наведаться к ней, сломать руки и ноги, после чего привязать к памятнику Железного Феликса, что установлен в Москве напротив вотчины всех чекистов, но пришлось от подобного желания отказаться — телепортироваться я пока не умел, а организовывать перелёт, тайное проникновение и акт вандализма было немного слишком. Во-первых, памятник товарища Дзержинского не заслужил привязывания к себе кусков дерьма, во-вторых, Чёрная Вдова — не та фигура, чтобы ради неё устраивали такие броские спектакли, ну и в-третьих, это долго, а у меня уже чешутся руки! Так что Наташу я просто тихонько удавлю, а дальше уже побеседую со Старком и сделаю ему ряд предложений, от которых ему будет просто невозможно отказаться. Ну что же, звучит как план. Осталось его осуществить!

Глава 6

Позже.

Найти Наташу было несложно — она уже была в штате юридического отдела Старк Индастрис, а значит, её документы, включая «прописку» и фактический адрес проживания, были в базе данных HR-отдела компании. Ну а дальше уже было делом техники и админской учётки Тони.

Обитала «сверхшпионка» в арендованной квартире в одном из спальных районов Лос-Анджелеса, проникнуть в её апартаменты было так же просто, как и к Старку, хотя, должен отдать должное мисс Романофф и Щ.И.Т. в целом, нашпиговать жильё всяким-разным шпионским оборудованием они успели. Датчики, камеры, сенсоры и прочая техника для наблюдения за незваными гостями и оказания им должного уровня радушия. Сама девушка безмятежно спала сном совершенно невинного агнца. Или полностью бессовестной сволочи, как бессовестная сволочь утверждаю!

Что я могу о ней сказать, наблюдая без прикрас макияжа и состроенных глазок? Молодая Скарлетт Йоханссон — это молодая Скарлетт Йоханссон. На фоне абсолютного большинства местных — действительно красотка, хотя я бы не сказал, что в моём вкусе. Для «очистки совести» я всё же решил на всякий случай глянуть и её память, вдруг у нас тут внедрённый двойной агент? Хотелось верить, что в программу советского суперсолдата не по объявлению людей набирали, в смысле, чисто логически, вопрос лояльности должен был стоять даже выше здоровья и начальной подготовки кандидата. Иначе говоря, мне не хотелось бы случайно пустить на компост искреннюю патриотку и идейную последовательницу Штирлица. Такие люди мне сильно импонировали, но… увы, правда оказалась куда как непригляднее и прозаичнее. Продажная мразь — это состояние души. Принадлежать к «Конторе» было почётно, это давало огромный общественный статус, а заодно и гарантии сытного будущего, и грязная работа в разведке совсем не портила эту картину, скорее уж наоборот: разъезды по заграницам, элитные тусовки, шикарные платья, дорогие напитки, богатенькие и могущественные мужчины, которыми она может крутить как хочет… Всё у неё было прекрасно, пока не последовала череда случайностей и неудач, завершившаяся щедрым предложением от противника пачки печенья побольше да банки варенья послаще. Колебалась она не слишком долго и с большим удовольствием продалась с потрохами. Совесть... не мучила. Будучи хорошей актрисой и лицедейкой, Наташа умела искренне верить в каждую свою роль, а тут ещё и роль была очень удобной и комфортной с точки зрения самооправдания: все неудачи, проблемы, случайности оказались (были быстренько объявлены) умышленными кознями "бесчеловечного режима", богатая фантазия добавила новой легенде красок — и вот уже эгоистичная предательница и мразь превращается в своих глазах в несправедливо обиженную "плохим государством" жертву, которая имела право поступить так, как поступила. Просто невинное самовнушение для снятия стресса, и никакого мошенничества, так сказать. Правда, дамочка не учла, что «новые работодатели» — это вам не привычная «кровавая гэбня», почему-то ищущая добровольцев и патриотов для своих проектов, да и она — не Капитан Америка. В общем, печенье и варенье ей, конечно, дали, но и кнута понюхать пришлось. Там и информирование бывших коллег о радости, с которой она продалась, и жёсткий контроль за деятельностью, включающий постоянное наблюдение, и классическое повязывание кровью, да не абы какой, а бывших товарищей, словом, работали на славу. Так что куча следящей аппаратуры была натыкана не только для отслеживания гостей, но и ради пригляда за самой Наташей.

Ну что же, девочка, я давал тебе шанс.

Короткий импульс Силы, и мозги шпионки превращаются в нарубленную кашицу — магический телекинез — это, конечно, не молекулярный распылитель, как у Джин Грей в третьем фильме, но тоже кое на что годится. Ещё пара минут работы — и вся эта навороченная машинерия уходит в цикл, прекращая запись и ретранслируя одно и то же — спокойно спящую Романофф. А вот дальше я аккуратно и тщательно собрал все личные вещи шпионки, заправил кровать и водрузил на неё маленький «настольный» советский флажок, так сказать, в качестве небольшого подарка для Фьюри и его команды. Пусть теперь побегает, поволнуется, потратит ресурсы Щ.И.Т.-а в поисках неведомых красных диверсантов, авось не до Старка ему станет.

Что же касается тела… найти Тропу Теней в городе было несложно. Пройти по ней с грузом — чуть тяжелее, но уже не так изматывающе, как при первом опыте. Короче говоря, сомневаюсь, что кто-нибудь когда-нибудь найдёт его на тёмных безжизненных полях Свартальфхейма…

День следующий, ближе к полудню.

Хлопоты с Наташей и последующей транспортировкой тела до тропы теней и дальше заняли весь остаток ночи и часть светлого времени суток. Быстро управился, учитывая, что в обычном пространстве от Мидгарда до Свартальфхейма что-то около пятисот световых лет. И всё же к моменту моего возвращения в особняк Старка Тони не выглядел слишком уж бодрым. В том смысле, что гениальный инженер уже продрал глаза, но весь его вид буквально кричал о жесточайшем похмелье, чему очень добавляла красок зеленоватая бурда в стакане, которой он с мрачным видом давился. Пусть я и старался провести сеанс изучения его памяти максимально мягко, но для изношенного организма моё вмешательство всё равно оказалось заметным.

Откладывать наш разговор особого смысла я не видел. Нет, можно было подождать ещё день-два-неделю, когда мужика подопрёт основательно, да и товарищ Ванко свои пять копеек в чашу проблем Тони вложит, но зачем зря мучить хорошего человека? Старк уже вполне осознал всю сложность своего положения, и доводить его до окончательного отчаяния с целью обретения большего внимания смысла нет, я не какой-то там Фьюри, в конце концов. Да и доведённый до ручки изобретатель может начать откалывать такое, что ему самому потом стыдно станет — а это показатель.

Распахнутая рубашка не скрывала знаменитого реактора в груди, вокруг которого уже невооружённым глазом можно было заметить вздувшиеся и почерневшие вены — побочный эффект облучения и прочих его болячек. К слову говоря, то новое вещество, что он вроде как открыл в будущем этой киновселенной… Я сомневаюсь, что оно могло стать «безвредным аналогом палладия», поскольку ядерный синтез остаётся ядерным синтезом со всеми вытекающими, но реактор на новом ядре вполне мог дать более широкий прокол в измерение Живого Света. У меня, собственно, уже была пара идей, каким именно должно быть это ядро. Надо будет поэкспериментировать с нейтронием, или, как его зовут в Асгарде, «ядром звёзд», а также металлом Уру, добываемым на Нидавеллире, последний у меня даже есть с собой — из него все мои доспехи состоят. Ну да ладно, это всё детали, пора выходить на сцену.

– Похоже, началось… – проговорил в пустоту мужчина, разглядывая анализатор крови, что показывал 51% интоксикации.

– Я бы не был столь категоричен, – скидываю иллюзию, уже присев на удобный диванчик прямо за спиной у Старка. Вернее, одну иллюзию я скинул, а другую наложил — не хотелось бы оставлять следы для систем безопасности, которые может взломать Щ.И.Т.

К его чести, он не стал вздрагивать, подпрыгивать и резко оборачиваться на голос, хотя напрягся изрядно — вон как спина выпрямилась и закаменела.

– Что? – Тони неспешно развернулся. – Вы ещё кто?

– Меня зовут Локи. И я могу помочь вашей проблеме, – скромно улыбаюсь. А ещё сейчас нужно поигрывать тростью. Что значит «нет трости»? А иллюзии на что? Так что с удовольствием поигрываем вытащенной из воздуха тростью. Увы, мой единственный зритель сделал вид, что по десять раз на дню такое видит. Тобишь вообще никак не прореагировал.

– О чём вы? – Старк начал поспешно застёгивать рубашку, профессионально натягивая на лицо беспечное выражение. – У меня никаких проблем нет, а у вас?

– Найдётся парочка, – отвечаю в тон. – Но давайте вернёмся к вопросу вашей скорой смерти, мистер Старк. И кстати, вы же не планируете красиво уйти, подорвавшись в лаборатории или, например, разбившись в грядущей гонке в Монако? Не то чтобы я не понимал страха мучительного угасания в своей постели, но помирать при наличии любимой женщины, даже с ней не объяснившись — это плохой план.

– А… – Старк явно сбился с мысли. – А о какой женщине речь?

– Такой несчастной, задёрганной, но преданно оберегающей вашу буйную голову вот уже десять лет кряду.

– Ах, Пеппер… – Тони порывисто прикрыл рот рукой, скрывая непроизвольно вылезшую улыбку, и поспешно отвёл взгляд. Мне показалось или сейчас ему вдруг стало стыдно?

– Итак, возвращаясь к теме, заинтересованы ли вы в исцелении или уже окончательно всё решили?

– Эй! Я не собирался кончать жизнь самоубийством! – возмущение вполне достоверное, планов таких покамест не было, что не может не радовать.

– Ну и замечательно! – я радостно хлопнул в ладоши. – Значит, мысли передать костюмчик или упрощённый его аналог Роуди тоже голову не посещали? Ну и дела там уладить, вроде завещания с передачей всех прав собственности Пеппер.

– Я… – Старк повёл рукой в воздухе в жесте подбирания слов, но потом превратил этот жест в обвинительное указание на меня пальцем. – Откуда ты всё знаешь?

– Я — Бог.

– Эм… – он прикрыл глаза, этак пробуя на вкус звук, причмокнув губами. – Бог… Локи?

– В точку.

– Это шутка такая?

– Как посмотреть, меня, например, очень забавляет, что человек, стоящий одной ногой в могиле, никак не ответит, что хочет жить, а всё уводит разговор в сторону, – крутанув тростью, склоняю голову набок. – Признайся, ты мазохист?

– Здесь более уместно понятие "здравая осторожность", – Старк вновь хлебнул своей бурды и страдальчески поморщился.

– Ты носишь в груди ядерный реактор и лично летаешь в консервной банке на ближний восток пострелять по боевикам, откуда ты вообще знаешь слово "осторожность"? – изображаю искреннее изумление.

– Мама в детстве рассказала, – несколько смутился Тони, однако за словом в карман не полез.

– Ладно-ладно, – поднимаю руки в защитном жесте, – осторожный ты наш. Лечиться будешь или как? Не то чтобы я куда-то спешил, но часа через три сюда уже будет ломиться мисс Потс, и тогда перед исцелением тебе придётся объясняться с ней, ибо я этого делать не буду.

– А что ты будешь делать? – как-то машинально уточнил Тони, чьи глазки слегка расширились в явной попытке представить в уме нарисованную мной картину.

– Скорее всего, дегустировать содержимое твоего бара и вставлять провокационные реплики в нужных местах, – с самым честным видом ответил я.

– Хм-м-м, – прищурился «гений, плейбой и филантроп». – Можно пример?

– Почему вы до сих пор не поженились?

– Ам… – прям даже как-то живенько обрёл пару пунктов здоровья и энергичности мужчина, при этом оставаясь сидеть на месте. И тут же переключил тему, пытаясь придать себе предельно деловитый вид: – Хотелось бы узнать цену вопроса!

– Ну, цена будет невелика, – я сложил указательный и большой пальцы правой руки щепотью, оставив зазор где-то в сантиметр, показывая, сколь ничтожна будет плата, – всё же помочь едва ли не лучшему своему адепту и последователю мне будет даже приятно.

– Адепту? Последователю? – не понял инженер.

– Эй, я Бог Шуток и Магии, а ты прекрасно занимаешься и тем, и другим. То выступление в сенате с маканием всех вокруг в отходы жизнедеятельности, это было прекрасно! Мне даже стало жалко Хаммера. Чуть-чуть.

– Так, – мужчина потёр переносицу, – с шутками я ещё понял, но при чём здесь магия?

– Видишь ли, о мой немного параноидальный адепт, понятие «технологии» было рождено в людском обществе, в силу того, что люди не воспринимают реальность за пределами трёхмерного пространства. В рамках же Асгарда нет принципиального деления на физические и магические законы бытия, как и их противопоставления друг другу, а потому все области знания зовутся «магией». Ваши предки придали этому термину окрас необъяснимости в силу своего невежества, но фактически правильный его перевод в современных тебе терминах был бы именно «наука», хотя и в куда более широком понимании. В смысле, область познаний там не ограничена одним лишь физическим трёхмерным пространством. Таким образом, в современной тебе терминологии, я — Бог Науки и отвечаю за конструкторскую деятельность ровно в той же степени, что и за разного рода мистические аспекты бытия. Так что своим гением на почве изобретательства ты тоже входишь в мою епархию, так сказать.

– Хорошо… Допустим, ты — действительно Бог, – мы как-то сами собой перешли на «ты», пусть в английском нет разделения на ты/вы, но вот по интонациям и самому стилю построения фраз всегда можно сказать, когда диалог «официальный», а когда он уже становится более личностным. Не то чтобы Тони сильно заморачивался с официозом и прежде, но тем не менее сам факт меня радовал, – что ты хочешь за свою помощь? Постройку храма?

– Хм-м, – я задумался. – Идея неплохая, но нет. Вот лет сто назад это была бы хорошая шутка, но в современном обществе к религии относятся куда проще, и того эффекта в христианском мире это уже не вызовет, – позволяю себе лёгкую мечтательную улыбку, посвящённую нарисованному воображением образу. – Однако, – возвращаюсь в реальность, – ты почти угадал. Я хочу, чтобы ты стал моим Жрецом!

– Жрецом? – переспросил Старк.

– Ну да, жрецом, – подтверждаю. – Первожрецом, если быть точным.

– И что должен делать жрец Локи?

– Ну, – я почесал подбородок, – прикалываться над окружающими, заставлять властьимущих периодически грызть щиты от бессильной злости, стильно эпатировать публику, особенно измываясь над всяческими губительными для общества тенденциями, вроде выродившейся толерантности с её квотами на расовые и гендерные признаки в кино. Ну и по мелочи там: любить хорошие напитки, прекрасных женщин, хорошую музыку, словом, ни в чём себе не отказывать. Только без содомии!.. и наркотиков! Я этого не люблю. В конце концов, что ты за разумное существо, если сам не можешь сделать свою жизнь достаточно красочной и вынужден полагаться на химический суррогат?

– То есть… – Старк взял паузу, вновь погрозив мне пальцем, правда, на этот раз удерживая той же рукой свой стакан. – Я должен буду делать всё то же самое, что делаю обычно?

– В этом и суть! – довольно улыбаюсь мужчине. – Ты — прирождённый мой жрец!

– И всё? Это всё, что тебе нужно?

– Ну… да. Я же Бог, всякие эти ваши зелёные бумажки или жёлтые кругляшочки мне мало интересны. Если ты думал, что я попрошу твой костюм, то мне он тоже без надобности, а приспичит, то создам его и сам.

– Так уж и создашь? – вскинул он бровь.

– Легко! Хотя признаю — конструкция хороша. У меня уже есть с десяток идей, как её можно доработать в интересных направлениях, но мы опять ушли от темы. Итак, Энтони Старк, согласен ли ты стать моим жрецом и следовать заветам Локи, озвученным тебе Богом лично?

– Согласен, – после минутного размышления ответил инженер. Было видно, что он всё ещё не до конца верит, но, с его точки зрения, он ничего не теряет, а так почему бы и не «да»? К тому же он ведь действительно ничего не терял.

– Услышано! – одновременно с этим я наложил на своего нового жреца сон.

Итак, начнём с преобразования осколков во что-то безвредное и их извлечения, потом уберём тяжёлые металлы и поможем клеткам обновиться. Надо бы и реактор убрать, но… Пожалуй, не буду. Возиться с восстановлением плоти и костей на его месте слишком долго, да и не нужно, проще полностью исцелить организм, а потом энергия Живого Света сама станет поддерживать его в эталонном состоянии. Если убрать остальные негативные факторы, то на исцеление лучевой болезни её вполне хватит.

Два часа спустя. Тони Старк.

– Ох… какие странные сны пошли… про являющихся ко мне Богов, нет бы с красотками на пляже, но куда там… – инженер поднялся с кресла и глянул на часы. – Чёрт, – появление Пеппер могло состояться с минуты на минуту, и видеть один техногенный рисунок на его коже ей совсем не нужно.

Судорожно одевшись, Старк привычным движением приложил палец к игле сканера.

«Степень интоксикации крови 0%», – отобразил надпись девайс.

– Что? – миллиардер приложил палец ещё раз.

«Степень интоксикации крови 0%», – послушно повторил прибор.

Тони судорожно, срывая пуговицы, расстегнул рубашку и… не увидел уже ставшего привычным узора из чёрных вен.

– Джарвис!

– Да, сэр?

– Что со мной происходило последние два часа?

– Вы отключились прямо в кресле, сэр, после чего спокойно проспали всё это время, пока не проснулись со словами о странных снах.

– А я с кем-нибудь перед этим разговаривал?

– Нет, сэр. Вы сперва ругались на похмелье, которого не должно было быть, так как вы накануне ничего не пили, потом сказали, что «похоже началось», и просто уснули.

– Так что… получается, меня действительно посетил Бог? – схватился за растрёпанную голову изобретатель.

– Не знаю, сэр, возможно, это как раз и был сон.

– Тогда как ты объяснишь это? – Старк поднял анализатор для крови.

– Степень интоксикации крови 0%… Удивительно, сэр! У меня нет этому объяснений! Но рекомендую пройти полное обследование.

– Я, кстати, тоже, – донеслось до Тони знакомым голосом со спины, – а то любопытство все нервы испортит, – сообщил… Локи, салютуя ему квадратным стаканом с янтарной жидкостью.

– Джарвис… – гипнотизируя улыбающееся лицо гостя в укороченном пальто, медленно произнёс Тони, – рядом со мной кто-нибудь есть?

– Нет, сэр. Вы одни. И хочу заметить, что подобные вопросы могут являться признаком определённых проблем со здоровьем.

– Мой дворецкий тебя не видит? – не слушая компьютер, обратился Старк к длинноволосому брюнету, уже расположившемуся на том же самом диванчике, что и пару часов назад.

– Нет, – подтвердил Локи, пригубив напиток.

– Почему?

– Я не хочу, чтобы он меня видел.

– … Понятно, – Тони встал и решительно направился к бару.

– Сэр, с кем вы разговариваете? – вновь дал знать о себе Джарвис.

– Полагаю… с богом, – ответил миллиардер, уже наполняя стакан из как раз стоящей на столике бутылки.

– Очень оригинальное начало дня…

– Тишина! – оборвал своего дворецкого изобретатель и повернулся к гостю. – Так… что теперь? – вкус виски наполнил рот, прогоняя из головы часть напряжения.

– Раз уж ты теперь мой официальный первожрец, мне полагается дать тебе несколько напутствий… – со странной эмоцией на лице пожал плечами его собеседник. – Но так как мы оба знаем, что нет лучшего способа соблазнить человека на что-то неправильное, чем ему это запретить, обойдёмся без скучных заповедей! Итак, – Локи сделал глоток, – прежде всего информирую: у некоего чёрного человечка с одним глазом и непомерным самомнением хранится кое-что оставшееся от твоего отца. Я особо в подробности не вникал, но вроде как Говард рассчитал структуру вещества, способного стать идеальным ядром для твоего реактора, но в своё время не смог его синтезировать. В общем, все подсказки и указания на место, где всё спрятано, у Фьюри, там же должно быть отеческое видеосообщение для тебя. Далее: есть вероятность, что на скорых гонках в Монако тебя будет поджидать один недоброжелатель, жаждущий твоей крови. От остальных он отличается тем, что смог повторить твой реактор и сделать на его основе оружие. Зовут, вроде бы, Иван Ванко. Покопайся в архивах — его отец работал с твоим, и принцип работы реактора холодного ядерного синтеза они разработали вместе, уж не знаю, в какой пропорции. Но Иван уверен, что Говард украл технологию у его отца, после чего того подставил и добился высылки из страны, чтобы не делиться. Так, что ещё?.. – Локи задумался, поигрывая пальцами на стакане. – Ах да, займись системой безопасности, а то Щ.И.Т. вокруг тебя вьётся очень уж активно. Фьюри, конечно, парень тупенький, но упрямый, а твои технологии он очень хочет получить, в идеале — вместе с бесконечно ему обязанным тобой, но можно и просто так.

Локи закончил говорить и с нескрываемым наслаждением принялся изучать его лицо, с удовольствием поцеживая последние глотки напитка. А лицо Тони удержать не то чтобы не смог, но даже не подумал об этом. Надо признать, информации на него вывалили, пожалуй, слишком много для отвыкшего от новых впечатлений разума. Миллиардер уже даже не помнил, когда последний раз оказывался в ситуации, к которой он совершенно не готов ни морально, ни информационно. Даже ненавистные совещания с советом директоров, при всём их накале, не несли никаких новых открытий, ведь даже самую сложную повестку он знал заранее, а тут…

– Ну ладно, Пеппер уже в доме, не буду вам мешать, – допив последние капли виски, поднялся на ноги гость.

– А ты сейчас куда? – спросил совсем не то, что хотел, Старк, хотя и сам ещё не успел понять, чего же именно хочет.

– На уроки.

– Уроки?

– Я сейчас подрабатываю учителем истории в одном частном колледже, – обескураживающе улыбнулся Локи. – Очень весело, если хочешь знать, но подробности как-нибудь потом, – опустевший стакан с веским звуком опустился на столик. – Итак, я тебя предупредил — дальше ты сам. Может быть, заскочу на день рождения, бывай, – Тони хлопнули по плечу, и фигура визитёра исчезла в золотисто-зелёных переливах…

Глава 7

Вашингтон. Через несколько дней после исцеления Тони Старка.

Она вновь шла по коридору, с трудом воспринимая расплывающиеся стены. Её руки крепко сжимали рабочие папки, её ноги уверенно шагали в такт спешащему впереди человеку, её губы чётко и быстро отвечали на задаваемые время от времени вопросы, но всё это происходило без её воли. Сколько так уже продолжалось? Месяц? Год? Или уже десять лет? Она видела всё, всё воспринимала и осознавала, но ничего не могла сделать, ни на что не могла повлиять. И только когда Другая, та, что управляла руками, ногами и речью, оставалась без дела, замирая в ожидании и неподвижности, она могла хрустнуть суставами пальцев. Мимолётно ощутить отблеск контроля над конечностями, выполняя роль вредной неосознанной привычки.

Сегодня, как и сотни раз до этого, мир перед глазами расплывался под нечёткой пеленой, родные зрачки, более неподвластные её воле, смотрели куда угодно, кроме тех мест, что хотела видеть она. У её пленителя были встречи и разговоры. Кабинеты сменяли друг друга, рабочие папки переходили из рук в руки, Другая делала доклады и заваривала пленителю кофе. Всё было как всегда — лишь отчаяние и бессилие в каждом миге.

Рабочий день подходил к концу. Последние встречи, привычное ожидание с мучительно-сладким привкусом мимолётного контроля над пальцами и стремительный шаг к машине… Что что-то происходит, она поняла не сразу. Слишком давно утратила надежду на побег, слишком безразличной стала к тому, что делает Другая, управляя её телом по воле пленителя. И всё же последующие события заставили её скинуть апатию, ведь Другая сообщила пленителю то, чего не было.

Приглашение на ужин от важного покровителя, которого пленитель не мог игнорировать. Приглашения не было, но Другая о нём сказала. Сообщила место, время, пожелания пригласившего… Чётко и деловито, как делала тысячи раз до этого на любую другую тему. Но все эти тысячи раз Другая говорила только проверенную и беспристрастную правду, а сейчас соврала. Соврала тому, кто её породил.

И он поверил. Не смог не поверить, ведь Другая никогда ему не врала.

А потом они поехали. Без водителя и охраны, ведь покровитель не любил лишних глаз вне стен официальных учреждений. И вновь Другая обманула. Они не доехали до места. Свернули на неприметный поворот. Но пленитель ничего не заметил — слишком был погружён в составление отчёта, о нужде в котором ему сказала Другая.

И они остановились. Другая покинула машину и учтиво открыла пассажирскую дверь, чтобы страдающий полнотой пленитель без проблем вылез. Ночная темнота помогла в первые секунды скрыть от него реальность, а когда в его глазах начало проступать недоумение, её пальцы сжались на одрябшей шее, одновременно заламывая тучному телу руки…

– Добро пожаловать, мистер Страйкер, – раздался из темноты незнакомый мужской голос, в котором так и плескалось удовольствие от наблюдаемого вида, – надеюсь, вам удобно в нежных ручках вашей помощницы?

– Как вы это сделали? – сипло прохрипел человек сквозь сдавленное горло. – Кто вы?

– Правильные вопросы, – в участке света от фар появился молодой мужчина в лёгком пальто поверх делового костюма. Его длинные чёрные волосы были аккуратно зачёсаны назад, держась на затылке без всяких резинок или шнурков, а на губах играла иронично-весёлая улыбка. – Отвечу на первый: ваше чудесное зелье, – он шагнул ближе, а Другая резко вздёрнула полковника Страйкера так, что тот оказался не в силах помешать неизвестному извлечь из своего внутреннего кармана дозатор с прозрачной жидкостью, – весьма интересная штучка, – закончил фразу брюнет, смерив находку взглядом. – Но вот беда, делает жертву совершенно беззащитной перед ментальным внушением.

– Невозможно, – прохрипел человек, судорожно шаря рукой по стальной хватке её пальцев.

– Отчего же? – улыбнулся незнакомец. – Это же химия, а не магия. Но мы что-то заболтались, а ведь я к вам по делу, – ненавистный ей дозатор скрылся под пальто мужчины, неведомо как подчинившего себе Другую. – О, не старайтесь, – предостерёг он попытку Уильяма что-то сказать, в один момент с тем, как её рука сжалась на горле полковника, не давая тому выдохнуть и полслова, – ваши мнение и язык мне без надобности, – правая рука неизвестного легла на голову Страйкера, – просто расслабьтесь и получайте удовольствие…

Она почувствовала, как человек в её руках вздрогнул, словно ощутил укол боли, а потом всё замерло. Другая слегка расслабила пальцы, позволяя бывшему пленителю дышать, а тот второй, видимо, ставший пленителем новым, прикрыл глаза, как будто прислушиваясь к чему-то. И наступила тишина…

Они находились в каком-то пустующем складе, через главные ворота которого въехали в скрытое мраком помещение. Нигде не горело ни лампочки, только фары от машины разгоняли темноту в центре пустого пространства. И от этого сочетания тишины и темноты на душе становилось жутко. Ещё час назад она думала, что прошла все круги Ада и застряла в одном из них навсегда, но теперь женщина-мутант, на свою беду обладавшая способностью к регенерации, вновь испытывала страх. Страх, что с каждой секундой всё сильнее захватывал её сердце, вытесняя из него давно безраздельно властвовавшее там чёрное отчаяние.

Кто бы ни был этот молодой брюнет, он не собирался оставлять Страйкера в живых, это было очевидно так же, как день и ночь. Но что он сделает потом? Как поступит? Юрико Ояма уже давно перестала бояться смерти… она мечтала о ней, как об избавлении! Так она думала… Но что будет теперь? Станет ли она безвольной рабыней нового хозяина или её ждёт судьба отработанного материала вместе с Уильямом Страйкером? Как быть? К чему готовиться? Она думала, что не может бояться. Не должна! Что самое страшное позади, что хуже быть не может… Но так было только до тех пор, пока не появилась надежда. Что… Что если он её отпустит?.. Освободит?.. Он же тоже мутант… телепат, вероятнее всего, но ведь мутант! Он может её пожалеть… Может помочь… Может… спасти!

Это слово рвало сердце… Даже дыхание Другой стало быстрее. Зелье, впрыснутое в шею — на верхний позвонок, ещё действовало и должно было действовать ещё долго, не давая даже моргнуть по своей воле, но щекам стало горячо, а в глазах помутнело не только от пелены дурманного наваждения, но и от выступившей влаги.

Шанс… Первый шанс за все эти годы… Первый после того, как её схватили и превратили в подопытную свинью… Он был таким манящим и близким, но… Но было так до дрожи страшно, что её надежду растопчут, как Страйкер растоптал жизнь почти десять лет назад.

– Прошу… – неслышно, одними едва размыкаемыми губами, впервые за долгие годы вырвался наружу… даже не звук, а тень, но тень её собственного голоса. – Прошу… – на неуловимую долю громче удалось вытолкнуть второе слово. – Пр… – но третье было сковано Другой. Зелье пленителя совладало с впрыснувшимися в кровь гормонами, надёжнее любого кляпа отрезая шанс на разговор.

Одинокая слеза прочертила узкую дорожку по левой щеке, заставляя Юрико чувствовать, будто смоченная кожа горит и дёргает, как под кислотой. Стало ещё страшнее. Холодные когти вернувшегося отчаяния вцепились в грудь… Уже не вытесняемые, а только усиливаемые накатывающим ужасом. Хотелось кричать, плакать, рыдать… но она ничего не могла, запертая в собственном теле бессильным зрителем. И тут она почувствовала прикосновение…

– Не бойся, – мягкий голос незнакомца достиг ушей одновременно с тем, как его палец стёр слезу с её щеки, – я помогу тебе, – ладонь брюнета нежно переместилась к ней на висок, а следующие слова отозвались во всём теле непередаваемо сладостным эхом. – Иди на мой голос…

Ещё не осознавая, что делает, Юрико всем своим существом подалась навстречу этой команде и… Судорожно вздохнула, роняя из ослабших рук безвольное тело Страйкера.

Из её рук…

Снова… полностью… её…

Те же место и время, Локи.

Поймав начавшую было оседать девушку, я поднял её на руки и осторожно понёс ко всё ещё открытой дверце машины. Уже на втором шаге Юрико начала колотить крупная дрожь, демонстрируя тот стресс, которому подвергся её организм. Моё воздействие, сколь бы нежным оно ни было, всё равно оставалось резким «перекладыванием штурвала в обратном направлении», что для и без того угнетённой нервной системы было тяжелейшим испытанием. Так что даже её организму регенератора требовалось время, чтобы прийти в себя.

Сразу накручивать Тони хвост на тему: «Ищи мне учёных! Нужно больше учёных! Всех — в шарашки, по заветам КейДжиБи! Искать мне выход из этой вселенной! Шнеле! Шнеле! Арбайтен!» было бы не очень правильно в общем контексте. Пусть мужик разберётся со своими делами, попривыкнет к новой должности, а там можно будет и как-нибудь мягонько намекнуть о перспективном направлении. Итоговый результат в этом случае обещает быть более качественным, нежели если он сейчас начнёт судорожно дёргаться. Таким образом, после завершения своих дел со Старком я прикинул, что так или иначе, а Тони в ближайшее время отвлечёт на себя внимание всех заинтересованных сторон, начиная от Фьюри, у которого пропала одна из лучших оперативниц, и заканчивая большими дядями в Пентагоне, у которых с выздоровлением миллиардера медным тазом накроется мечта получить в своё распоряжение броню Железного Человека. Вот я и подумал, что раз уж всё так удачно складывается, почему бы не заняться ещё одним дельцем, ради которого я давно собираю информацию? Так что, оставив свою иллюзию проводить урок и флиртовать со Шторм, сам я отправился в столицу американского гегемона, итогом чего стали валяющийся на полу Страйкер и дрожащая девушка-мутант у меня в руках.

Аккуратно усадив ошарашенную даму в салон авто, я достал из мини-бара машины бренди и щедро плеснул янтарной жидкости в стакан, который и вручил недавней пленнице собственного тела — расслабляющее воздействие алкоголя сейчас было как нельзя лучшим выбором.

– Выпей, это поможет быстрее прийти в себя, – тонкие, но чрезвычайно сильные пальцы судорожно сжались на бокале, тот протестующе скрипнул, но всё же покрываться трещинами не спешил, хотя и было понятно, что недалёк от этого состояния.

Ещё секунда-две взгляда в «никуда», и ёмкость с выпивкой подносится к губам. Жадный глоток.

– Кха… кхе… – закашлялась дрожащая азиатка.

– Не торопись, теперь всё будет в порядке, – стараясь придать голосу успокаивающие нотки, пообещал я и получил в ответ короткий кивок… И новый глоток, уже не такой судорожный.

Дело пошло, я же, наблюдая, как спасённая потихоньку приходит в себя, продолжил обдумывать увиденное в памяти толстячка. Того, что он в этой памяти хранил, хватило бы на электрический стул для него и ещё десятка влиятельных дядек и тётек, а ещё с полсотни различных сенаторов-конгрессменов могли получить лет по сорок-пятьдесят «особого режима». Залежи компромата, впрочем, были не самым интересным кладом, найденным мной в голове Страйкера. Своей изначальной цели я добился — секрет адамантия теперь был в моих руках, и, как и всё гениальное, он оказался простым.

Нет, события того упоротого фильма с молодым Росомахой, Дэдпулом-конструктором на текстовом управлении с персонального компьютера, старшим братом-Саблезубом и ещё полутонной всякой хрени, включая адамантиевый метеорит, тут не происходили. И хвала всем Великим Силам, скажу я вам! Ибо я боялся до самого последнего момента, хотя и видел рентген Логана. Плевать, что там не было никаких пулевых отверстий в неразрушимом черепе и парочки пуль, застрявших в мозгу, ибо это же киновселенная Марвел! Здесь даже свойства Мьёльнира меняются на строго обратные в рамках одной временной линии, в смысле, из могучего оружия, дающего власть над погодой, в заглушку для личных сил Тора, причём до этого его носила Хела, и он давал ей всё те же возможности с громом и молнией… не спрашивайте… я не знаю, как это работает. Киновселенная Марвел — здесь возможно всё! Даже говорящие еноты.

Впрочем, я отвлёкся. А суть была в том, что секрет создания адамантиевого сплава открыли случайно, при попытке воспроизвести секрет создания вибраниума, который пошёл на щит Капитана Америки. Основой был титан и ещё полтора десятка редкоземельных металлов, которые требовалось смешать в строгой последовательности и пропорции. Ничего невозможного в этом, однако, не было, даже рабочие температуры не шли ни в какое сравнение с иными оружейными сталями. Самое сложное было в сохранении сплава и работе с ним, так как стоило ему застыть, никакие печи уже были не в силах его расплавить. В отличие от вибраниума, к слову, который хоть и был тугоплавким металлом, но не настолько, чтобы его невозможно было переплавить. А вот определить температуру плавления застывшего адамантия так и не удалось, при том, что в жидком состоянии он оставался даже при трёх сотнях градусов, что меньше, чем у свинца, и только при понижении до двухсот пятидесяти стопроцентно застывал.

Что касается самого Страйкера и вопроса уникальности его знаний, то он был единственным обладателем тайны создания адамантия или, по крайней мере, искренне считал себя таковым. Всех учёных, знавших о процессе, он предусмотрительно убил, все записи — стёр, ну а в то, что кто-то сможет открыть рецептуру сплава заново, не сильно верил.

Но это были данные ожидаемые, можно сказать, ради них я и шевелился, ведь без пленного Магнето, как я считал, Уильям Страйкер становился персоной практически безопасной в глобальном плане. Не скажу, что я сильно ошибся, но…

Здесь был проект Х-23.

Тот самый, с женским клоном Росомахи, которую с рождения натаскивали на бытие послушной марионеткой нужных людей в войне за американское доминирование. Страйкер был лишь «одним из» руководителей проекта, далеко не ведущим — всё его участие заканчивалось поставкой адамантия и выбором направления обучения подопытной девочки, и тем не менее здесь этот проект был, и неугомонный полковник-мутантоненавистник о нём знал.

Как и о другом проекте: проекте создания биологического оружия против мутантов на основе… Барабанная дробь… Вируса, поубивавшего всех вампиров в начале девяностых! Здравствуй, крутой чёрный парень с катаной! Блейд, нигер ты очкастый, ты и здесь, оказывается, существуешь!

Но мало того, проект тотального уничтожения всех обладателей Х-гена курировал тот же человек, что и проект Х-23 — Зандер Райс. И это был тот ещё поехавший подонок, недаром Страйкер его дико уважал и ещё сильнее мечтал обскакать, хоть и был раза в два старше. И к нему я, пожалуй, тоже схожу лично. Ибо, при всей моей текущей крыше и общей безалаберности, вызванной этим делом, чётко знать, что в затерянном бункере вблизи мексиканской границы происходит такое, и ничего не делать… нет, это было не по мне. Тут скорее иной вопрос стоял: бежать к тому бункеру и вытаскивать оттуда Х-23 прямо сейчас или сначала всё же закончить с полковником? Терять время не очень хотелось, к тому же поднятая шумиха могла заставить остальных кураторов возрождённого проекта «Оружие-Х» залечь на дно. Но, с другой стороны, пороть горячку тоже не следовало… Нет, пожалуй, смерть Уильяма Страйкера, сколь бы громкой она ни была, на остальные работы никак не повлияет. С учётом тамошней публики, они скорее обрадуются, что одной занозой в заднице, с её глупостями и хотелками, стало меньше. Чуть хуже с его кураторами с самого верха, но и они вряд ли почешутся. Хотя бы потому, что главным куратором Страйкера был Александр Пирс. Это, на секундочку, член мирового совета безопасности, у которого в прямом подчинении находится Щ.И.Т., и дела полковника для него хоть и важны, но далеко не первостепенны. У него таких полковников половина Н.А.Т.О. Ах да, ещё Пирс является одним из лидеров Гидры… Не той, что «Гидра доминатус», а местной пиратской копии нацистского разлива, что создал Красный Череп — недо-суперсолдат, недо-фюрер, недо-агент Смит, недо-Элронд и, в общем, полное недоразумение. Его продолжатели, впрочем, оказались чуть более талантливы и сейчас рулят из тени почти всем миром. Ну, после того, как один не очень умный негр (не Фьюри) выпилил всех вампиров, которые тихонько управляли всем миром до этого. Серьёзно, инструменты вроде предложения бессмертия, богатства и силы были получше, чем могла предложить "пиратская копия" Доминатуса, что, с вероятностью в 99 и много-много девяток после запятой, ранее под этими же вампирами и ходила. Но обо всём этом Страйкер знать не знал, да и я знаю только из фильмов. Короче, большим дядям не до пухленького фаната металлизации костей, ибо он, даже если захочет сдать всё и всех, ничем им не угрожает.

– Ох… – вырвал меня из размышлений вздох молодой мутантки, таки осилившей выпивку и начавшей смотреть на мир куда как более осмысленным взглядом.

– Итак, – привлекаю к себе внимание Юрико, – полагаю, сейчас мне следует сказать что-то вроде «он твой», или ещё какой пафосный слоган брутального героя, уходящего в закат, но прости — сцена его смерти мной уже написана, и декорации ждут актёров. Так что, когда придёшь в себя, советую отвезти его машину домой, а потом тихо-мирно исчезнуть. Деньги и средства у тебя есть, но если что, могу поделиться и парочкой адресов мутантских общин. Есть вариант с заботливым коллективом, профессиональной реабилитацией и прочими курортами, а есть и радикально-мстительные ребята, которые с удовольствием помогут тебе вскрыть пару глоток причастных к твоей судьбе. Выбирай, что больше нравится.

– А… вы? – с хрипотцой и не очень уверенно выдавила из себя девушка.

– А я сейчас займусь подготовкой последнего акта Марлезонского балета, и где-нибудь через недельку страну потрясёт репортаж, повествующий о небывалой жестокости, творившейся под носом у честных налогоплательщиков. Но тебе в это время лучше быть уже далеко.

– Значит, я… свободна? – несмотря на строгий серый костюм, деловые очки и туго стянутые волосы, что все вместе должны были буквально кричать о том, что передо мной холодная и несгибаемая женщина, вид у той сейчас был до крайности беспомощный и растерянный.

– Да, – кратко подтвердил я и вновь взял бутылку с бренди. – Вот, выпей ещё, тебе сейчас нужно, – наполняю опустевший стакан.

– Просто так? – не замечая появления янтарной жидкости, продолжала робко смотреть мне в глаза азиатка.

– Да, – вновь подтвердил я, выпустив на лицо успокаивающую улыбку.

– И вам ничего от меня не нужно? – в голосе Юрико промелькнули нотки боязливого недоверия. Не могу её за это винить.

– Нет, – улыбаюсь шире. – И расслабься уже, хотел бы я сделать с тобой что-то плохое — не стал бы помогать вернуть контроль над телом. А теперь встряхнись, допивай лекарство, – указываю взглядом на бренди, – и решай: интересны тебе адреса готовых помочь мутантов или сама справишься? Только решай поскорее, а то я сейчас заберу это тело, – кивок на Страйкера, – и буду таков.

– А можно мне с вами?! – стакан в руке дамы треснул, разливая содержимое, но она этого не заметила, с новым уровнем испуга на лице подавшись в мою сторону.

– Эм… – это было внезапно… Хотя… Если подумать… Причины её эмоций можно понять. – В смысле: со мной «отсюда» или со мной «вообще»? – уточняю немаловажный момент, а то кто его знает, что там в женских мозгах творится? Даже со всей проницательностью Локи тут можно нарваться.

– С вами вообще! – поспешно дёрнула головой азиатка, но мне почему-то показалось, что она опять не очень воспринимает окружающую действительность.

– Секундочку, – предупреждающе поднимаю указательный палец. – Ты только что получила свободу из рабства длиной в несколько лет, когда была пленницей собственного тела и работала на человека, который мечтает уничтожить весь твой вид и готов пустить тебя в расход в любой момент, как станешь ненужной, а теперь хочешь пойти неизвестно куда, непонятно с кем и на постоянной основе, я ничего не перепутал?

– Д-да! – отрывисто кивнула женщина, продолжая с надеждой пялиться на меня.

– Мне кажется, в тебе говорит состояние аффекта, – счёл нужным предпринять ещё одну попытку я.

– Мне некуда идти, у меня отняли всё, что у меня было, а вы спасли меня. Прошу, – Юрико подалась ещё ближе, практически выбираясь из машины, и если бы я не стоял прямо у двери, наверняка бы и выбралась, – дайте мне свою защиту!

– Прости, что? – мне показалось, что я не расслышал.

– Позвольте мне служить вам за защиту, прошу вас! – без запинки повторила девушка, а у меня, кажется, начал чесаться череп.

– Но… ты же сильная? Регенерация, боевые искусства, адамантиевый скелет, выдвижные ноготочки?.. – неопределённо-вопросительно повожу в воздухе пальцами, заканчивая перечислять.

– Моя сила мне не помогла, – не разрывая зрительного контакта, покачала головой Ояма. – Я знаю этих людей, они будут искать меня. Даже если не Страйкер, найдётся другой. И ещё, и опять. Мне некуда идти и… никого нет. Они найдут меня. Прошу вас… Пожалуйста!

– Так я же и говорю, что могу посоветовать парочку хороших общин мутантов. Поверь, у каждой из них хватит сил устроить маленький апокалипсис в отдельно взятой стране.

– Я их не знаю, – последовал мгновенный и твёрдый ответ.

– Ты даже не знаешь, как меня зовут! – не выдержав накала странности ситуации, в голос возмутился я.

В ответ мне кивнули. Порывисто, твёрдо и всё ещё без тени сомнения в своих желаниях.

– Так, давай немножко успокоимся, – аккуратно кладу руки на плечи девушке, тут же ощущая сквозь одежду, как её продолжает бить сильная, хоть и незаметная в полумраке дрожь. Н-да, тут у нас явная истерика, и логикой делу не поможешь. Нужно что-то другое, что-то, что её переключит… – Начнём с того, что я не человек, – и замолкаю, ожидая реакции. Реакции не последовало. – В смысле, совсем не человек, даже не мутант, – ждём… смотрим друг на друга… реакции — ноль. – Так, хорошо… – причмокиваю губами, понимая, что просто не будет. – Меня зовут Локи, я скандинавский Бог Магии, мне больше тысячи лет, и я один из самых знаменитых плохих парней в истории человечества… ты же меня слышишь? – Юрико с готовностью кивнула, но этим реакция и ограничилась. – Я эксцентричен, самовлюблён, невыносим, беспардонен, отвратительно бестактен, и если ты пойдёшь со мной, то пути назад не будет, тебе это нужно?

– Я согласна, – да вашу мать, что это за фанатичный фатализм?!

– Согласна с чем?

– Помогать вам. Я буду полезна.

– Ты вообще знаешь, кто такие Один, Тор, Локи?.. В смысле, ты же понимаешь, о чём я тебя сейчас предупреждаю?

– Да, – в очередной раз коротко и лаконично кивнула девушка.

Молча отпустив её плечи, я сделал шаг назад и новым взглядом окинул бывшую помощницу Страйкера. Полумрак ночного склада не очень способствовал детальной оценке черт лица даже для зрения йотуна, но вообще… Если присмотреться и убрать эти очки… Пожалуй, можно сказать, что это была вторая красивая девушка, которую я встретил в этом мире, Чёрная Вдова не считается — Скарлетт Йоханссон не в моём вкусе. И-и-и… эта красивая девушка хочет на меня работать… Вот только вставал вопрос, нужно ли это мне? Ну и ещё ряд других, типа: не передумает ли она, когда придёт в себя? Можно ли ей доверять? Не повредил ли коктейль от Страйкера какие мозговые функции? Пусть последнее было маловероятно, ведь даже натуральное зажаривание мозга раскалённым металлом на здравость рассудка регенераторов не влияет, доказано Логаном, но мало ли? С другой стороны, просто так взять и бросить даму в беде я… не то чтобы не мог, но, блин, это вторая красивая девушка, встреченная мной в этой вселенной, а ведь я уже успел изрядно облазить многомиллионный город с окрестностями. К тому же она — японка. Не то чтобы я имел что-то против японцев, тем более если это хорошенькие девушки, но даже в моём прошлом мире количество их фетишей, странностей в поведенческих парадигмах и просто размеры и количество тараканов в головах заставляли любого европейца нервно икать и искать баллон со священным прометием. Что может твориться в мире этом, да ещё с «жертвой эксперимента», мне даже страшно подумать, но в том, что переклинить её может, я почему-то сомневаюсь мало.

Ладно, к этому вопросу можно вернуться и окончательно его решить, когда она отойдет, сейчас же пытаться её как-то переубедить бесполезно, а играть в прятки и поспешное бегство, да ещё и с телом Страйкера на закорках, я точно не буду, ибо сие действие подорвет моё божественное достоинство. Кто сказал про лень?

Ещё раз взглянув в глаза сжавшейся девушки, я тяжело вздохнул. Ну вот на кой хрен я взваливаю на себя лишний геморрой?

– Договорились, держи, – извлекаю из подпространственного кармана коробку печенья с шоколадной крошкой. Да, иногда я хожу в магазин, не всё же деток на кухне Ксавьера объедать? – Как доешь — приступишь к новым должностным обязанностям.

– Что это? – растерянно приняла коробку Юрико.

– Печенье Тёмной Стороны, – улыбаюсь как полный идиот, каковым себя и ощущаю. – Коль уж ты напросилась в прислужницы к злому божеству, то надо соблюсти традиции. И да, я предупреждал про эксцентричность, но ты ещё можешь дать задний ход. Всегда можно дать задний ход, пока ты не съела печенье!.. А вот потом уже поздно!

– Я поняла, – механически кивнула женщина и, полностью игнорируя предупреждение, вскрыла упаковку.

Каким чудом я удержался, чтобы не приласкать своё лицо со всей широты и размаха божественной длани, не представляю. Хотя, наверное, мне было стыдно падать ещё ниже. Однако дабы не видеть, как бедная японская девочка сосредоточенно пережёвывает печенье с таким видом, словно от этого как минимум зависит уровень мирового океана, я поспешил отойти и заняться Страйкером.

Потроша его память, я не слишком заботился о безопасности процесса для жертвы, куда больше меня волновало, чтобы он не мешал и не сопротивлялся. С тем же Эриком Лэншером я был куда аккуратней, да и просматривал у него заметно меньший объём — только то, что касалось научных изысканий и актуальной обстановки на фронте его борьбы. Та же ситуация была и со Старком, только без борьбы. Впрочем, и личная жизнь полковника меня не волновала, как и первые выпуски Плейбоя, попавшие ему в руки в далёкой юности. Тем не менее объём «грязных делишек» всё равно был очень велик, и если мозг Локи этот поток информации перенёс спокойно, то Страйкеру было плохо. И будет плохо ещё около недели, с постоянными приступами головокружения и потери сознания. Дальше было бы тоже плохо, но там жить ему уже не полагалось, а для моих планов и такое его состояние меня вполне устраивало.

Подняв тучное тело за шкирку, я легко отнёс его к собственной машине и сгрузил на заднее сидение. После чего достал мобильный из внутреннего кармана полковника и, найдя нужный номер, позвонил няньке Джейсона Страйкера, или мутанта номер сто сорок три, как предпочитал называть его родной отец после того, как сделал ему лоботомию.

Звуковая иллюзия, короткий диалог — и вот последнего участника грядущего представления уже готовы везти к расставленным декорациям и ждут только назначенного времени. Ещё один звонок — и вертолёт готов уже для меня, ведь наработанный Страйкером адамантий сам себя с базы не вывезет. Было его на данный момент не так чтобы много — всего около полукубометра расплава. Держать больший объём не имело смысла, ведь даже в глубине полноценной гидроэлектростанции нельзя было быть полностью уверенным в отсутствии сбоев в электропитании, а как следствие, и подогреве. Оборудование тоже имело свойство ломаться, да и вообще… Большие объёмы этого металла не требовались. Одно время полковник ещё мечтал об адамантиевых истребителях и бронежилетах, но когда подсчитал стоимость редкоземельных металлов на одно только производство сплава, без учёта всего геморроя с выделкой готовой продукции, свои мечты засунул куда подальше. Плюс массовое производство ставило крест на его рецептурной монополии, а на это Уильям пойти был не готов. По многим причинам…

Одним словом, пора было покидать гостеприимный склад и езжать навстречу судьбе. Благо техномагический «термос» уже ждал своего часа в моём подпространственном кармане и даже готов был вместить раза в три больший объём сплава.

– Вижу, ты закончила подкреплять душевные силы? – имея в виду опустевший пластиковый поддон из-под печенья, спрашиваю девушку, вернувшись в круг света.

– Благодарю за угощение, – официально склонила та голову, поднимаясь на ноги.

– Славно, – шагнув ближе, забираю упаковку и тут же отправляю её в подпространственный карман. – Теперь слушай внимательно. Сейчас ты сядешь обратно в машину и отвезёшь её к дому Страйкера, оставив там, где она и должна стоять. После этого я скажу, где тебе следует спрятаться на время, пока я буду разбираться с твоим прошлым работодателем. Есть вопросы?

– Как мне с вами связаться? – сжав кулаки и вытянувшись, словно жердь проглотила, лаконично спросила Юрико.

– Посмотреть направо, – лёгким движением руки создаю рядом своего фантома, – я всё время буду рядом, – продолжаю фразу уже его губами…

Некоторое время спустя. Неподалёку от границы с Мексикой.

– Райс, включи новостной канал! – в кабинет Зандера бесцеремонно ввалилась молодая загорелая женщина с отчётливым отпечатком стервозности на лице.

– Сколько можно просить тебя не вламываться в мой кабинет без веской необходимости, Кимура? – поморщился начальник лабораторий. – И всё, что не относится к потенциальной опасности для проекта, «веским» не является!

– Просто включи этот грёбаный ящик и сам всё поймёшь! – рыкнула в ответ женщина, порывисто хватая пульт с тумбочки и силком впихивая его в руки начальника.

– Ладно, – поморщившись, вздохнул учёный и, направив пульт на висящую на стене плазменную панель, включил затребованный канал.

– … двое раненых полицейских только что были увезены машиной скорой помощи. Напоминаем, что мы ведём трансляцию с Ирвинг-стрит, Вашингтон. В тринадцать сорок семь на пульт диспетчера поступил вызов с заявлением о странных звуках в соседнем дворе. Обычный рядовой вызов в пригороде столицы в этот раз обернулся чем-то ужасным, – камера переключилась на вид сверху, видимо, из вертолёта. Добротно выглядящий большой дом за массивным забором был окружён полицейскими машинами, за которыми засели, и не пытаясь высунуться наружу, бравые служители закона.

– Вонючие мутанты! – послышался знакомый голос. – Это всё ваша вина! – к голосу присоединились звуки выстрелов.

– Проживающий в доме военный советник, полковник Уильям Страйкер, пребывая в состоянии сильнейшего алкогольного или наркотического опьянения, устроил стрельбу в собственном доме, а по прибытии представителей закона отказался их впускать и открыл огонь. На настоящий момент, имеются двое раненых, и, по предварительной информации, в доме, помимо полковника Страйкера, находится один заложник, которым является его сын. Министерство обороны пока что не дало своих комментариев по данному случаю. Однако, исходя из выкриков подозреваемого, причина произошедшего состоит в его радикальных взглядах на феномен мутации, полгода назад обсуждавшийся в конгрессе. Нашему оператору удалось записать часть реплик Уильяма Страйкера, предлагаю их послушать.

– … Живут среди нас, притворяются обычными людьми! – зло причитал знакомый голос полковника, но с совершенно незнакомой лихорадочной интонацией, будто у него был нервный срыв. – Маскируются и даже скрещиваются, порождая подобных себе ублюдков! Но меня вы не достанете! – на записи послышались звуки выстрелов. – Я сорок лет изучал ваши повадки! Думаете, у вас есть способности? Ха! Видел я ваши способности на операционном столе! Что бы вы там ни умели, вас всегда можно разрезать! Животные! – выстрел. – Нет, вы хуже животных, хуже негров и грязных латиносов! Настоящая чума, которую не определишь по цвету кожи, чтобы держаться подальше! Инфильтруетесь в наше общество! Притворяетесь! Но я нашёл способ находить вас! Да, меня вы не проведёте! – вновь грохот выстрелов. – Хотели взять меня на медовую ловушку?! Думали, жена сможет меня контролировать?! Нет! Я всё понял! Я догадался, кем она была! Вас всех нужно изолировать от нормальных людей и лечить… лечить или уничтожать. Держать на таблетках! Да, на таблетках, – истеричные крики прервались очередным выстрелом. Очевидно, патронов в доме полковника было более чем достаточно. – Я пытался её исцелить… У меня почти получилось! Всё дело в мозге, в мозге!.. Но она не оценила мои труды, хотела сбежать и помешать мне лечить нашего сына… тупая мутантка и её выродок! Наверняка она мне изменяла с таким же уродом, у нормального человека не мог получиться сын-мутант… Но ничего-ничего, я не дал ей всё испортить и вылечил моего мальчика! Правда, сынок? Это то, что надо сделать со всеми вами! То, что надо сделать ради Америки! Настоящие люди должны защищать себя от этих выродков! Защищать! Объединяться!..

– Как видите, у полковника налицо сильнейшее расстройство, – появилась на экране журналистка, за спиной которой угадывался обозреваемый с вертолёта дом. – Эти расистские лозунги, очевидно…

*БАХ!* – очередной звук выстрела, судя по шуму — из дробовика, грубо прервал начатую речь, и что-то звонко разбилось прямо рядом с камерой, заставляя оператора резко смазать изображение.

– Думаете, я не знаю, что вы задумали?! Вы не заставите меня молчать! – вслед за далёким криком послышался истеричный всхлип. – Прости, но я не могу тебе помочь… чёртов мутант! Это всё ваша вина! Мутанты… повсюду эти проклятые мутанты! Вам меня не взять! БАХ! БАХ! БАХ!

– Ложитесь! – подбежавший полицейский в бронежилете сбил с ног журналистку и оператора.

– Не подходите! Я не дамся! БАХ! БАХ!.. – и всё затихло.

Журналисты, вопреки попыткам уговоров полиции, исхитрились направить камеру на дом, и стало видно, как стражи правопорядка ломятся в двери. Секунда, другая — и камера выхватывает в открывшемся коридоре какого-то измученного человека, безвольно откинувшегося в инвалидном кресле, аккуратная дырочка во лбу чётко показывает, что неизвестный однозначно мёртв, а шрам вокруг виска — что слова полковника о мозге и «лечении» были далеко не пьяным бредом. Через несколько минут ушлые репортёры уже сообщили, что сам Страйкер был найден неподалёку — тело с напрочь снесённым затылком лежало посреди разгромленной комнаты. В руках был залитый кровью револьвер.

На этом Райс вырубил телевизор, не заинтересованный в наблюдении за тем, как телевизионщики будут пересказывать новость по очередному кругу. Куда больше его волновали совершенно другие вопросы.

– Ну и как тебе? – спросила вломившаяся в его кабинет женщина.

– Бред какой-то, – доктор нахмурился. – Для обывателя сгодится, но те, кто в курсе… Я неплохо знал Уильяма, тот, конечно, был той ещё занозой в заднице, но… он никогда так не пил, не говоря уже о чём-то большем.

– И что это тогда может быть? – поинтересовалась названная Кимурой.

– Думаю… – учёный напряг свой немалый интеллект, – для общественного мнения — просто самоубийство спятившего мутантоненавистника, но вот для более просвещённых людей постановочность всего этого… спектакля сомнений не вызовет. Встаёт вопрос, зачем? Предупреждение? Превентивный удар?

– Всего понемногу, – раздался незнакомый голос сзади-справа от него. – Но в основном меня интересовал секрет адамантия, а остальное шло приятным бонусом.

– Что? – Райс попробовал было обернуться, но вдруг что-то укололо его в шею, и тело болезненно парализовало, не отключая, впрочем, сознания.

Какое-то мгновение, шорох — и рядом падает Кимура, неловко пытаясь сгруппироваться и подставить руки, словно нашкодившая кошка, которую хозяин сбросил со шкафа.

– Что «что»? – с любопытством спросил показавшийся в его поле зрения молодо выглядящий мужчина, бесцеремонно вбив голову женщины в пол ударом ноги. И словосочетание «вбил в пол» было отнюдь не фигурой речи — покрытый кафелем бетон пошёл трещинами и промялся сантиметров на пять, отчего даже пуленепробиваемая Кимура затихла. – Ребята, вы решили, что вам всё можно. Недовольная общественность в моём лице в ответ решила, что вы на этом свете лишние.

– Ты не представляешь, во что ввязался, парень, – говорить было сложно, но та штука, которую ему вкололи, полностью парализовывала только ниже шеи.

– Ой, – неизвестный поморщился, – вот только не надо этих дешёвых клише с «не знаешь, кто за нами стоит», «всё это ради высшего блага», «Готт мит унс», «Хайль Гидра» и прочего лепета. Поверь, я знаю об устройстве мироздания куда больше тебя, – молодой мутант, а никем иным этот тип быть не мог, наклонился и легко вздёрнул Кимуру на колени за волосы, после чего задумчиво склонил голову набок. – Смотри-ка, и правда жива… Хорошо быть крепкой, – с усмешкой резюмировал он и положил правую руку к женщине на висок. – Хм… Вот оно как. Просто продажная мразь с кучей комплексов и детских травм, развившихся в просто шикарнейший букет психических отклонений. Ничего ценного… но хоть посмотрю, как эта штука работает, – с этими словами брюнет вытащил смутно знакомую Райсу «пипетку» и капнул какой-то прозрачной жидкости под верхний позвонок на шее ещё не пришедшей в себя Кимуры. При контакте с кожей жидкость зашипела и почти мгновенно впиталась. – Так, что бы такого приказать?.. О, точно! – отпустив женщину, мутант щёлкнул пальцами и улыбнулся. – Иди и утопись в ближайшей раковине.

Наёмница механически выпрямилась, развернулась и отправилась в санузел, примыкающий к рабочему кабинету доктора. И он, к вящему своему испугу, смог понаблюдать, как женщина, заткнув слив раковины, деловито наполнила её водой, после чего засунула в неё голову и… оставалась стоять, пока из-за асфиксии не потеряла сознание, но даже так её тело просто осело и завалилось вперёд, голова же так и осталась под водой.

– Неплохо, – задумчиво огладив подбородок, констатировал мутант. – Ну а теперь займёмся вами, док! Давайте поиграем! Я буду типа священником, а вы типа прихожанином на исповеди. Облегчите душу, так сказать. А то мне потом вам ещё в мозги лезть, в этих помоях ковыряться, а так по свежим ассоциациям и я быстрее пройду, и вы, быть может, останетесь в своём уме, а не как бедняга Уил. Давайте, вы же не хотите меня расстроить?..

Там же. Локи.

Как и ожидалось, расколоть эту тварь было несложно, скорее уж разобраться в том потоке красноречия, что он на меня излил, было сложной задачкой. Уверенные в своей исключительности и безнаказанности садисты почему-то очень быстро становятся послушными и готовыми к сотрудничеству, как только до их мозгов доходит, что «исключительности» у них больше нема, а «прищемить пальчик» сейчас могут и хотят именно ему. А тут как раз всё это было. И слепленная постановка со Страйкером, что сейчас одновременно даст повод сказать своё веское слово «защитникам мутантов» на политической арене, заткнёт глотки мутантоненавистникам-болтунам и заставит сильно призадуматься тех, кто в курсе реального положения дел, да и очередной «добровольный суицид» очередной жертвы является неплохим мотивирующим на откровенность фактором. Пусть всё равно придётся в его мозги лезть, но хоть сокращу себе неприятную работу…

Увы, благолепие длилось недолго, и в нашу поучительную беседу вклинились пошлые нотки лукавства. В том смысле, что Зандер Райс начал пытаться приукрашивать одни моменты и умалчивать другие, а ведь я только что выпотрошил память Кимуры…

Пришлось завершать общение и класть ладонь на его висок. Не знаю, как воспринимают это телепаты, но для меня просмотр чужой памяти похож на посещение сеанса в кинозале, с полным 3D-погружением, объёмным звуком, а ещё пультом управления в руках. Только последнее и спасает, позволяя промотать ненужное, перейти в «меню» к особо важному или поставить «мут» в особо неприглядном. В остальном же я словно вижу фильм от первого лица о жизни человека с посекундной хронологией. Многие кадры и целые пласты времени у людей, как правило, выглядят выцветшими и поблекшими, но при желании даже самые затёртые можно восстановить, разглядев всё в мельчайших деталях, хоть это и требует изрядных усилий от ментального мага. Хотя на самом деле это совершенно не нужно, и действительно важные события или итоги работы человек никогда не отправит в раздел «бытовой рутины», что «не требует участия сознания», а потому и почти не «пишется» в долгую память. Тем не менее фраза «вся жизнь промелькнула перед глазами» тут подходит как никакая другая — я в самом деле могу просмотреть целую жизнь, пока в реальном мире проходит всего пара секунд. И жизни эти у наёмницы по кличке Кимура и учёного по имени Зандер Райс были…

Как в говне искупался…

Не в смысле, что жизнь у них была невыносимой и отвратительной (хотя у Кимуры и было тяжёлое детство), а в смысле, что жили они как конченые подонки и творили мерзость не потому, что нужно, а потому, что могли. Тут их история мало отличалась от того, что я знал по комиксам, хотя и с поправкой на киновселенную. Забитая девочка из семьи нищих алкоголиков, выросшая в неблагополучном районе, сформировалась в маленького крысёныша, который пустился во все тяжкие, едва пробудил способности. Все комплексы от издевательств в школе, нищеты и безразличия родителей сразу расцвели буйной сублимацией. Бывшая жертва стала палачом для других и нашла в этом единственный путь к самоутверждению. Её бы саму давно препарировали, несмотря на повышенные физические характеристики и непробиваемую кожу, но уж слишком удобным инструментом она оказалась. Дурой её было не назвать, но детские комплексы напрочь отрезали ей амбиции выше самого примитивного уровня. У неё было две страсти: деньги и издевательства над другими, причём деньги ей были особо не нужны, но она их всё равно вожделела и за пачку зелёных была готова взяться за самые сомнительные авантюры. Идеальная марионетка для грязных дел, которой совершенно не интересна власть или какие бы то ни было высокие идеи, просто обеспечь её «игрушками» — и она, сидя на поводке, ещё и задницей радостно вилять будет и кинется глотку грызть любому, на кого укажут. А резать такую расточительно — где ещё возьмёшь мутанта, который с энтузиазмом будет помогать тебе искать способы подчинить или уничтожить его расу? С Райсом было и похоже, и не похоже: детство у него выдалось прекрасным и замечательным, семья была богатой и не обделённой положением в обществе, парень рос "элитарием", аки лицензионная копия Билла Гейтса или того же Илона Маска, но… оказался от природы садистом с крысиными замашками. Он был неплохим организатором, имел связи, умел себя подать и навесить спонсорам лапши на уши, мнил себя выдающимся учёным, но на деле мало что из себя представлял. В этом со Страйкером они были очень похожи — оба считали себя новаторами и великими умами, хотя в реальности были классическими «улучшателями» существующих технологий, а не «изобретателями» новых. Тем не менее организовывать процесс и подбирать людей, которые сделают работу за них, а потом тихо исчезнут, они умели. Так и проект Х-23 Райс хоть и неотступно курировал, но его заслуги в успехе работ было не больше, чем у абстрактного «Дяди Сэма», что давал деньги на весь банкет. Реальным двигателем проекта была доктор Сара Кинни — изначально молодая, амбициозная и дерзкая учёная, специализирующаяся на генной мутации, но за последние одиннадцать лет успевшая избавиться от розовых очков идеализма и понять, в какую компанию попала. Как я определил это по не её памяти? Так поведение изменилось. Люди, полные надежд и окрылённые перспективами карьеры на новом месте работы, и люди, осознавшие, что их работодатель способен шлёпнуть их в любой момент, без малейшего зазрения совести, и ни в какую полицию обращаться смысла нет априори, ведут себя ой как по-разному. И нельзя сказать, что возможностей убедиться в реальности второго варианта у Сары было недостаточно. Тут, на базе, конечно, не резали подопытных пачками и не стреляли своих же каждый день по заветам клишированных злодеев, но… инциденты случались, да и для чего готовят проект Х-23, ведущий специалист по этому проекту прекрасно знала. Как и имела сомнительное удовольствие наблюдать за ходом инициированного шефом курса обучения.

Впрочем, с доктором Кинни я поговорить ещё успею, сейчас же меня больше интересовал второй ключевой проект Райса, а именно — биологическое оружие против мутантов. Работы велись на этой же базе, и, надо сказать, достаточно успешно. Про вампиров и их роль на мировой арене Зандер знал мало, практически только то, что их уничтожил Блейд, на поимку которого кровососы ориентировали спецслужбы всего мира больше десятилетия. Однако образец вируса, которым те и были изведены, ему предоставили сверху в очень чистой и здоровой форме, наряду с рядом иных интереснейших материалов по теме генетического устройства вампиров, процесса перерождения в них из обычных людей и прочих крайне специфических деталей. В настоящий момент шли кропотливые исследования вируса, совместно с попытками вывести штамм против мутантов, который при этом не трогал бы обычных людей. Кое-какие подвижки были, но ждать результата раньше, чем через семь-восемь лет, не стоило даже думать, я бы даже ориентировался лет на двадцать — это более реальная цифра для подобных исследований. К тому же штат, несмотря на почти неограниченное финансирование и поддержку с самого верха, у Райса был очень небольшим, и гениев уровня Тони Старка или Брюса Беннера в нём не имелось. А если бы у кураторов всего этого непотребства такой человек и появился, его бы чёрта с два отдали в рабство Райсу, скорее организовали бы отдельную лабораторию, по принципу научного центра Страйкера, а дальше кто первым справится, тот и молодец.

В общем, прошерстив по человеческим мозгам всю подноготную, я отпустил бывшего начальника базы, отправляя его нежиться в мир иной, а сам прошёл в санузел. Вытащив Кимуру из раковины, я проверил её мозг на наличие признаков жизни, но тех не обнаружилось. На пробу ткнув кожу призванным кинжалом, узнал любопытный факт — со смертью её природная броня перестала действовать. Это было хорошо — мне как раз пригодятся образцы её тканей. Спустя пару минут голова женщины (кстати, вот вообще ни разу не такой роковой красотки, какой её изображали в комиксах, а очень даже страшненькой бой-бабы) была отделена от тела, а маленький чемоданчик со встроенным охлаждением в моём подпространственном кармане обзавёлся рядом образцов, от крови до спинного мозга.

Сгрузив останки в ванну и задёрнув шторку, я цивильно помыл руки, умылся, чуток поправил сбившиеся из причёски волосы и отправился на массовые казни. Тут, в отличие от тайной базы Страйкера под плотиной, весь персонал был очень замазан. И если в Канаде я спокойно вошёл, забрал адамантий, запасы «зелья» Джейсона и так же спокойно улетел назад, то здесь людям не повезло. Полковник хоть и был упёртым расистом, но садизма в его многочисленных грехах не значилось и, когда мог, в средствах он старался быть щепетилен. Зандер же был человеком другого склада, и использовать для приучения Х-23 к убийству невинных пленников для него было в порядке вещей, мол, ну пропадёт пара мексиканцев в соседнем городе, так кто их считает? Так что забудем о человечности, да и для главного злодея пары картин по этой долбанной киновселенной я слишком мало поубивал землян, надо это исправить, а то какой из меня злой Бог?

Последняя мысль заставила меня на секунду замереть, было в ней что-то странное… На самом деле я уже давно обратил внимание, что с момента, как попал в это тело, даже мысленно ни разу не назвал себя именем из прошлой жизни, а вот имя Локи как-то резво ко мне прикипело. Мне реально нравилось так себя называть. А ещё чем дальше, тем больше мне нравилось делать то… по причине отсутствия чего я решил сбежать из Асгарда. Мне нравилось себя ассоциировать с этим неудачливым, но, будем честны, чертовски обаятельным негодяем. Я даже в разговорах с Ксавьером, описывая какие-то моменты из прошлого, время от времени на полном серьёзе воспринимал их как произошедшие со мной, если и одёргивая себя умом, то с опозданием, а то и вовсе не придавая этому значения. При том, что, осознанно копаясь в воспоминаниях Локи, я продолжал чётко ощущать, что это не мои, а именно его воспоминания. Тревожный звоночек, если подумать…

Возможно, я зря гнал волну на прошлого (прошлого ли???) обладателя тела…

С одной стороны, осознавать это страшновато, но вот с другой… это же хорошо! Быть полноценным Богом намного лучше, чем неведомой химерой из жалкого человечишки (я вот вообще никогда не питал иллюзий на этот счёт) и бездушного тела йотуна-дистрофика. Правда, такой вариант порождает целую бездну неудобных и сложных вопросов. Начиная от: а что вообще такое "личность"? Если это совокупность черт характера и жизненного опыта, ориентиров и правил, то деформация моей собственной личности с приближением её к Локи вполне логична. Что такое чуть больше четверти века памяти смертного против тысячелетия с лишним, принадлежащих Богу? И заканчивая: почему я считаю себя собой, а не, допустим, Локи, получившим "знания будущего" с придатком в виде "мусора" от воспоминаний человека из другой вселенной? Последний вопрос особенно интересен, между прочим…

Погрузившись в данную мысль, я возобновил движение, хотя два активных фантома, один в школе Ксавьера, другой — в гостинице с Юрико, продолжили неподвижно сидеть с закрытыми глазами в креслах. Впрочем, там они сидели ещё до моей задумчивости — так проще копаться в чужой памяти, да и от операции по проникновению на закрытый объект внимание на лишние углы зрения и конечности не отвлекается. Всё же не хотелось бы налажать в таком деле по собственной глупости, а веди я активные действия в трёх разных декорациях одновременно, мог и отвлечься в самый неподходящий момент на какую-то незначительную мелочь или, распределяя внимание, пропустить другую мелочь, но уже значительную.

В общем, погрузившись в задумчивый самоанализ, я двинулся зачищать бункер. Бункер, с уже обезвреженной системой безопасности, чистился методично и спокойно, большая часть последователей доктора Менгеле даже не осознавала, что из живого состояния резко переходит в неживое, а я спокойно шёл себе дальше к "крылу", где сейчас как раз содержали Х-23. И где мне предстоял вдумчивый разговор с Сарой Кинни.

Оставался вопрос, куда сначала? Наведаться к Саре или к Лауре? Точнее, к Х-23, ибо, насколько я помню, своё имя девочка получит несколько позже… точнее, получила бы от умирающей Сары, попутно самостоятельно зачистив и подорвав бункер. Но вопрос оставался открытым. Кого выбрать для начала разговора? Учёную даму или ребёнка, который ничего не знает и которого превращают в зверёныша, не заморачиваясь такой «фигнёй», как социализация и прочие вещи? Хм… дилемма. А тут ещё и коридор раздваивается, предлагая пойти налево или направо… ладно, будем последовательны в своём образе и свернём налево, чего уж тут.

Неторопливая зачистка всего живого спустя пятнадцать минут привела меня к монументального вида гермодвери. Полученная из головы Райса информация подсказывала, что за этой дверью находится «комната» девочки-оружия. Ну что же, раз ноги привели меня сюда, то так тому и быть. Вбиваю нужную комбинацию на кодовом замке, с чуть слышным шипением створка отворяется, и… моему взору открывается картина стоящей навытяжку девочки лет десяти-одиннадцати в чём-то вроде медицинского халата на голое тело. Взгляд — кирпич. Ноги босые. Поза напряжённая, видно, «обучение» Кимуры уже дало первые плоды, хотя и длилось всего ничего, ведь её наняли лишь около года назад. Возможно, я поторопился с её утоплением, и стоило придумать что-нибудь поинтереснее.

– Ну привет, – поздоровался я с девочкой. Заодно вновь поминая авторов вселенной недобрым словом.

Почему? Ну… будущая Лаура была очень миленькой. Даже не так, она была очаровашкой, обещающей вырасти в подлинную красотку, что без призмы чужого восприятия, при личном взгляде, было очевидно, как божий день. Что это за мир такой? Красивых женщин можно пересчитать по пальцам одной руки токаря-неудачника, а вот это малолетнее чудо уже сейчас даст десять очков форы даже Чёрной Вдове. И нет, я если и преувеличиваю, то в очень разумных пределах. И вот как к этому относиться? Как я вообще это должен воспринимать? На что эта вселенная мне намекает?! Это я типа пофлиртовал пару раз с Ороро, и меня сразу в педофилы записали, мол, я её на тысячу с лишним лет старше, а значит — изврат? Какого, мать вашу, тут происходит?!

– … – на моё приветствие ответил лишь насупленный взгляд из-под бровей.

– Хм-м… – я уселся перед ребёнком и задумался. Обычная моя манера поведения тут явно не подходила. О чём вообще можно разговаривать с десятилетней девочкой, у которой даже имени нет, зато есть дрессура, пусть и «начальная»? – Давай познакомимся, меня зовут Локи. А тебя как зовут?

– Позывной: Х-23, – лаконично ответила девочка, не мигая глядя на меня карими глазами.

– Ясненько, – согласно памяти Райса, адамантий ей нанесли на когти тринадцать месяцев назад, а вот реакцию на запах «триггера» вырабатывали уже полтора года, начав в восемь лет. К счастью, последняя работа ещё была не завершена, а состояние берсерка ещё не стало условным рефлексом. – Что же, я пришёл, чтобы отвести тебя в место куда более хорошее, чем это, пойдёшь со мной?

– Я готова следовать за вами, – м-да, это будет сложно.

– Ладно, пойдём, – я выпрямился и в одно движение поднял это чудо на руки. Конечно, стоило бы опасаться её коготочков, но, зная скорость Росомахи и Саблезуба, я десять раз успею уклониться от руки маленькой девочки.

– Эм? – взятый на руки ребёнок впал в ступор. Видимо, таким образом она ещё ни разу не передвигалась.

– Что?

– Нет, ничего, сэр…

– Можно и без сэров, – пожимаю плечами. Так, теперь пойдём по оставшемуся коридору и навестим Сару.

– Хм… – взгляд девочки упёрся в тело охранника с перерезанным горлом, что распростёрлось посреди коридора. Правда, на этом реакция и закончилась.

Всё же Райс кретин, как и Кимура. Если уж тебе приспичило вырастить разумное оружие, то первое, что тебе нужно — это озаботиться его лояльностью, а тут уже реакция совершенно пофигистичная на труп «своего», в будущем же она сама бы эти трупы и организовала. Ну да ладно. Новая прогулка по новому коридору заняла ещё десять минут и семь трупов — мой иллюзорный двойник вполне неплохо справлялся, так что я просто шёл вперёд с ребёнком на руках, а у меня за спиной в отдельных кабинетах внезапно помирали лаборанты.

Сара ждала нас в своём рабочем кабинете. Вид у неё был довольно бледным, впрочем, неудивительно — женщина имела доступ к камерам наблюдения и, так как лично её линию я не блокировал, вполне видела организованную мной «кровавую тропу» и методичную зачистку персонала комплекса, так что предположить, что я приду и по её душу, вполне могла. Более того, предположение было истинным. В некотором роде.

– Мисс Кинни, – вежливо улыбаемся учёному, – добрый вечер. Прекрасная погода за окном, не правда ли? – надо сказать, женщина была несколько симпатичнее большинства дам данной вселенной, но до моих требований всё же не дотягивала, и вообще, у меня Шторм есть… ну, гипотетически.

– Прошу… не при девочке… – дрожащими губами ответила она, да и означенная девочка у меня на руках напряглась и, стараясь не привлекать внимания, чуть сместилась. Так, чтобы было удобнее воткнуть когти мне под подбородок. Хорошая девочка.

– Нет-нет, убивать вас я не собираюсь, – Х-23 у меня на руках сразу же расслабилась, – более того, я пришёл к вам с предложением!

– Предложением? – Сара ничего не понимала.

– Нет, не руки и сердца, вы не в моём вкусе, но, думаю, вас заинтересует возможность исчезнуть с радара ваших работодателей и начать новую жизнь?

– Что я буду за это должна? – видно битого жизнью человека, пусть напуганная, пусть осознающая, что особого выбора у неё нет, но уже почти дошедшая до той отметки, когда человеку становится на себя плевать, а вот перспектива добраться до горла врага воодушевляет. Пусть тут «горла» не было, но, сдаётся мне, между смертью и предложением поработать на очередных вивисекторов женщина предпочтёт первое.

– Абсолютно ничего, – одариваю женщину обескураживающей улыбкой. – И, прежде чем вы начнёте спорить, позвольте всё-таки представиться. Меня зовут Локи. Я — Бог Магии, – создаю рядом с собой фантома, устами которого продолжаю речь: – Интриги, – ещё один — и новое переключение, одновременно с поигрыванием бровями, – и того, что в современном интернете называется троллингом. И чтобы вы не подумали лишнего, – говорю уже тремя голосами, – я здесь оказался совершенно случайно. Вообще другими делами был занят, – пожал плечами первый фантом, – но, так уж получилось, узнал об этом месте и решил заглянуть, – дополнил его второй. – Не корысти ради, а для души, – заканчиваю уже основным телом, слегка качнув на руках Лауру.

– В это сложно поверить, – отстранённо пробормотала женщина, непрерывно переводя взгляд с одного моего лица на другое.

– И тем не менее это правда.

– И то, что вы превращались в кобылу и родили восьминогого коня для Одина от другого коня, принадлежавшего какому-то великану? – я говорил, что ненавижу викингов с их интерпретациями жизни Локи? Удваиваю… нет, утраиваю это утверждение! Почему, вот почему в Мидгарде обо мне помнят только такие истории?

– Н-нет, – не удалось мне полностью скрыть эмоции, – я собрал его генетической код на Горниле Душ, а потом вырастил в пробирке, но мой недалёкий братец сболтнул об этом во время очередной пьянки на Земле, а тупые скандинавские дикари поняли всё на свой лад.

– … – кажется, я её сломал. – И-и… как вы собираетесь убрать меня с радаров нанимателей? – решила сменить тему учёная.

– Ну-у-у… – окидываю её взглядом, – скажем, я знаю одну школу, где не помешал бы учитель биологии.

– Биологии? – обожаю это непонимание на лицах моих собеседников.

– Да, понимаете, тут пару месяцев назад чуть не случилась Третья Мировая, а так как я не могу позволить людям уничтожить свою цивилизацию, пришлось это дело разрулить. С тех пор я приземлился в одной частной школе для мутантов и периодически веду уроки истории. Но учительский состав у нас маленький, а спиногрызов со сверхспособностями много, так что меня не будут сильно ругать за раскрытие вам конспиративного адреса, если вы возьмёте часть работы на себя.

– Третья Мировая? Учительский состав?.. То есть, – Сара закрыла рукой глаза, собираясь с мыслями, – если вы бог… почему вы не могли позволить людям уничтожить цивилизацию? – кажется, она сама не знает, чего больше хочет спросить.

– Картошка, – исчерпывающе ответил я.

– Что картошка? – у неё глаза полезли на лоб. Причём в безумии в кои-то веки подозревали не меня, а собственное восприятие реальности.

– Я очень люблю картошку, а это земное растение, его не возделывают ни в Асгарде, ни в Ванахейме, ни в Нидавеллире, в общем, нигде больше в ближайших окрестностях она не растёт. Таким образом, если человеческая цивилизация прекратит своё существование, я лишусь возможности вкусно кушать любимые блюда… или же мне придётся лично собирать мутировавшие клубни на радиоактивных пустошах, а это очень напряжно. Спасти вас намного проще.

– … Как до этого дошло? – встряхнувшись, но не сильно придя в себя, беспомощно вопросила в пространство учёная.

– Правда очень тяжела, к ней нужно быть готовым, – сочувственно покивал я головой левого фантома. – А вы ещё и задаёте вопросы Богу Интриги. Я, конечно, сдерживаюсь, но ведь вы совсем без подготовки.

– Но… – руки Кинни перешли на лоб, пытаясь не то его сжать, не то помассировать. – Бог-учитель?!

– Что? Пусть я и Бог, но подработки нужны всем! Сами понимаете, кризис веры, христианство, ислам, Макаронный Монстр, приходится как-то выкручиваться.

– …

– Ладно, – вздыхаю, – можете считать меня немного эксцентричным мутантом, которому очень не понравилось, что тут творят. Допросив ваших бывших коллег, я постановил, что, в отличие от них, вы тут сами почти пленница. К тому же, как я понял, сия девочка испытывает к вам тёплые чувства, – чуть подкидываю Х-23 на руке, как бы демонстрируя, о какой девочке идёт речь, – а обижать маленьких милых девочек я не хочу. Потому предлагаю работу. К тому же ребёнку реально уже нужна помощь психолога.

– Моя психика абсолютно стабильна, сэр, – внесла корректировку обсуждаемая.

– Верю, но социализация отсутствует напрочь. Человек же — существо социальное и без общества всё-таки не может, – с наставительной интонацией поясняю этому боевому хомячку, невольно улыбаясь. В смысле, я часто улыбаюсь, но тут держать серьёзное лицо было заведомо выше моих сил — она так мило сводит бровки! – Итак, – правый фантом вернул к себе внимание Сары, – что вы таки скажете на моё предложение? Не то чтобы я куда-то торопился, но эти подземелья мне уже несколько осточертели.

– Я согласна, – прикрыла глаза женщина.

Она явно мне не доверяла ни на грош, но понимала, что выходов у неё всего три — пойти со мной или, в случае отказа, то ли умереть от моей руки, то ли остаться одной в заполненном трупами комплексе, с украденным «проектом» и без возможности куда-либо скрыться. Так себе перспектива. Что же касается доверия и прочего — со временем это придёт. Ну а даже если и нет, пусть голова у Ксавьера болит — он у нас директор, вот и пусть отдувается.

– Отлично. Тогда у меня осталось два вопроса.

– Какие?

– Нужно ли вам отсюда что-то забирать? Я имею в виду личные вещи. О всяких деньгах, документах, одежде и прочей мишуре не задумывайтесь, этим я вас обеспечу, а тут не должно остаться улик того, что вы сбежали.

– Тогда не нужно, – мотнула головой женщина.

– Отлично. Ну и второй — как всё-таки зовут это чудо? – приподнимаю девочку. – «Позывной: Х-23» явно не подходит для ребёнка.

– Лаура, – после краткого мига задумчивости ответила Сара, – её зовут Лаура.

– Слышишь, боевой хомячок? – поворачиваюсь к удивлённо распахнувшей глаза при последних словах Сары малышке. – Тебя зовут Лаура, больше никаких буквенно-цифровых идентификаций! – растерянная девочка перевела взгляд с матери на меня, но встретила лишь фирменную улыбку прошлого владельца тела. Я честно хотел сделать её тёплой и заботливой, но какая-то ехидно-хитрая нотка всё равно просочилась, и вообще я сам подложил себе свинью, ибо стоило это озвучить, как в мозгу набатом забила пробивающая на «хи-хи» фраза: «Х-23 — боевой хомячок». Вот честно, такой двусмысленный и, чего уж там, чёрный образчик юмора мог сморозить только я. – Ну всё, слезай и иди к маме, – опускаю её на пол, от греха подальше, – а дяде Локи надо работать.

– Доктор Кинни? – ещё более недоумённо, чем раньше, повернулась к женщине мелкая.

Вместо ответа та просто бросилась к ней и заключила в объятья, рефлекторно ощупывая на предмет целостности и здоровья. Видимо, это какой-то женский инстинкт, потому как с рациональной точки зрения, данный ребёнок в этом смысле в принципе ничем не мог рисковать.

– Так, а теперь постойте спокойненько, – уже оценив комплекцию дам, прикидываю в уме параметры заклинания. – Вот как-то… – претворяю в действие чары, помогая себе движением правой руки, – так! – с последним звуком одежда учёной и её дочери пошла золотисто-зелёными переливами, трансформируясь в военную униформу пустынного образца, с небольшими доработками по материалам.

– Что это? – спохватилась Сара, рассматривая новый рукав маскировочного окраса.

– Нам придётся слегка пройтись, а делать это на каблуках или вообще босиком — не лучшая идея. Как доберёмся до ближайшего города, одену вас во что-нибудь менее приметное, а пока прошу за мной, – поворачиваюсь к двери всеми тремя телами.

– Нам нужно уничтожить записи с камер, данные экспериментов, образцы… – вскочив на ноги, принялась быстро перечислять Кинни.

– Увы, вопреки всем законам жанра американского кино, на этой базе нет системы самоуничтожения, – вздыхаю, пожав плечами. Этот момент я специально в памяти Райса смотрел.

– Но нельзя это всё оставлять! Они смогут восстановить проект!

– Разумеется, потому я и прошу вас поскорее следовать за мной. Сейчас выйдем к вертолётам и отлетим подальше, пока я, – киваю на выходящих из помещения фантомов, – буду трансформировать местный воздух во что-нибудь взрывоопасное. Как считаете, взрыв полутора десятков тысяч кубометров пропана сможет удалить записи с камер наблюдения? – улыбаюсь женщине.

– А…

– Лаура, бери маму за руку и помоги ей не потеряться, – переключаюсь на более устойчивого слушателя. – Нам ещё часа три до границы США добираться, а я хочу поужинать в цивилизации, а не в пустыне.

Глава 8

Нью-Йорк.

– … комментариев от властей Монако ещё не поступило, но по свидетельствам очевидцев, Железный Человек… – негромко бубнил что-то своё включённый телевизор, но меня это сейчас совсем не интересовало.

– Юрико, дорогая, ты уже отошла от шока? – поднявшись из кресла и найдя в снимаемом номере бывшую помощницу Страйкера, обращаюсь к её затылку.

– Я полностью готова приступить к выполнению своих обязанностей, – чуть вздрогнув от неожиданности, ведь до того я просто неподвижно сидел и ничего не говорил, мгновенно повернулась ко мне женщина, что, избавившись от очков и распустив волосы, раза в три прибавила в привлекательности.

– Хорошо, мне нужно, чтобы ты слетала в Нью-Мексико и присмотрела там домик на колёсах, а завтра утром встретила меня на дороге в Лотсберг или Пуэрто-Паломас, я ещё не уверен. Справишься?

– Будет исполнено, – кивнула девушка и пошла собираться, невольно погружая меня в раздосадованные размышления о том, что надо было её сразу брать с собой. С другой стороны, когда отправлялся в Мексику, я ещё не был уверен, что возвращаться буду именно в такой компании, да и вообще план с домом на колёсах возник только что…

Ладно, проехали. Тут, если что, намечается более актуальная тема для размышления. Итак, у меня есть очень исполнительная дама с явно не совсем твёрдо держащейся крышей, которой поручили слетать через полстраны, что может пойти не так? Хм-м-м…

– Пожалуйста, используй общественные авиалинии, не нужно угонять частный самолет Страйкера или что-то в этом роде, – крикнул я в комнату, лёгким магическим импульсом отключая забытый девушкой телевизор, где продолжали обсасывать, судя по всему, встречу Старка с Иваном Ванко, хотя и явно прошедшую гораздо менее зрелищно, нежели в каноне. Надо будет, что ли, заглянуть к Тони на днях. Узнать всё из первых уст, так сказать.

– Я… и не думала так поступать, – ответила девушка, вынося ко мне ноутбук, где уже была открыта страница бронирования билетов.

– О, хорошо, – возможно, я недооценил её выдержку. Ну да ладно, лучше перебдеть, чем недобдеть.

– Вот, есть два рейса. Пункты прибытия — международный аэропорт Лас-Крусес и муниципальный аэропорт Деминг. Лас-Крусес ближе, но рейс в Деминг почти на два часа раньше вылетает.

– Хм-м-м, – я сильно недооценил эту девушку. В этот раз развеивание заблуждения оказалось на диво приятным, – давай в Лас-Крусес. Нестись, высунув язык и утопив педаль в пол, нам не требуется.

– Хорошо, тогда я забронирую билет. Перелёт займет три с половиной часа, я заранее закажу доставку нужного автомобиля до аэропорта и в указанном вами месте буду примерно через десять-двенадцать часов, в зависимости от дороги, как раз к утру.

– Просто превосходно. Дальше я тебя сменю, и ты сможешь поспать. Благодарю.

– Не стоит благодарности, сэр. С вашего позволения, я пойду собирать вещи.

– Да, конечно, – согласился я. – И тебе потребуются деньги на покупку нужной машины, – вспомнил я ещё об одном моменте, – причём лучше наличные. Запиши себе адрес, где сможешь их взять перед вылетом…

Локи, Лаура и Сара, почти Коннор.

– Нет-нет, нам не туда, – останавливаю своих спутниц, по выходу из бункера направившихся было к дежурному вертолёту, входившему в штат базы.

– Разве нам не нужен вертолёт? – обеспокоилась Сара, усиленно жмурясь от жаркого мексиканского солнца, которое после искусственного освещения бункера слегка резало глаза даже мне. – Здесь нет поблизости дорог, а пешком до ближайшего поселения идти несколько дней, – дополнила она, словно и правда боясь, что я потащу их через пустыню, несмотря на все ранние уверения… А может, и благодаря им, я же говорил про необходимость пройтись…

– Вы же не хотите, чтобы при расследовании произошедшего специалисты ваших нанимателей обнаружили пропажу одного из вертолётов? Право слово, это не лучшим образом впишется в легенду о вашей гибели, – подмигиваю женщине. – К тому же у нас есть свой транспорт, – и, развернувшись, щёлкаю пальцами, тем самым развеяв иллюзию на воздушном коне вертикального взлёта, позаимствованном мной ещё в Нью-Йорке.

Располагался он специально в дальнем углу взлётного поля, подальше от навеса, где стояли местные машины, но слишком мудрить с дистанцией я всё же не стал, в конце концов, моим планам никак не помешала бы даже прямая трансляция с камер наблюдения бункера во всемирную сеть. Одним словом, через пару десятков шагов мы уже забирались в салон.

– Куда дальше? – поинтересовалась учёная, когда входная дверца захлопнулась.

– На север, вестимо. Все дороги ведут на север, – беспечно ответил я, устраиваясь поудобней в кресле пилота.

– Ам… – было видно, что мисс Кинни всё никак не проникнется Духом Охоты и просто ситуацией, а вот Лаура молодец, ей было очевидно пофиг. Пройти через базу, полную трупов? Ок. Залезть в появившийся из воздуха вертолёт? Ок. Подорвать бункер к чертям собачьим? Тоже ок. Золото, а не ребёнок, ещё бы научить её улыбаться — вообще прелесть получится!

– Так, – я размял пальцы, предвкушающе обозревая приборы, – нужно потянуть за эту фигню, переключить вот эту пимпочку и вдавить вот эту кнопочку.

– А вы умеете управлять вертолётами, мистер Локи? – осторожно осведомилась Сара.

– Я — древний скандинавский Бог! – возмутился я. – Конечно, я умею управлять этим вашим вертолётом — я видел нечто похожее в фильме! Как он там назывался?.. Ах да, «Безумный Макс»! Правда, мы будем в небе, но это же ещё лучше! – в ответ женщина стала судорожно пристёгивать Лауру, а потом и себя. – Да шучу я, шучу, – успокаиваю пассажирку. – Вся ваша земная техника — жуткий примитив. Ни Духов Машины, ни Кибердемонов, ни даже простейшего нейроинтерфейса с генетическим маркером нет — просто бери кто хочешь и делай что в голову взбредёт!

Я, конечно, чуть-чуть преувеличивал, но не объяснять же, что скачал знания о пилотировании из памяти Страйкера? Это звучит далеко не так внушительно, как Духи Машины, хотя, какой дурак будет использовать их для транспортного средства меньше ударного крейсера — не представляю.

Подтверждая мои слова, вертолёт загудел двигателем, а вскоре и поднялся в воздух. Я взял курс на северо-восток, морально приготовившись скучать. Лететь нам предстояло часов пять, а потом ещё с час топать до города по безлюдной пустоши от места, где я планировал приземлить и спрятать вертушку, и большую часть этого времени мне будет не до развлечений, даже не беря во внимание многочисленные фантомы.

Когда мы отлетели уже километров на восемь, сзади раздался глухой хлопок, над базой поднялось облако пыли, после чего верхушка бункера аккуратно сложилась внутрь — мощного взрыва изнутри конструкция не выдержала и рухнула, как карточный домик.

– Ну вот и всё, – с облегчением сообщаю для Сары. Что ни говори, а держать столько псевдоматериальных иллюзий, да ещё и колдовать через них, пусть и только одно заклинание — очень напряжно.

– Вы так быстро справились с преобразованием такого объёма воздуха? – поражённо вылупилась на меня учёная.

– О! Это было не быстро, Суртур его побери! – возражаю со всем внутренним чувством. – У меня почти мигрень случилась от распределения внимания на полусотню направлений! Кстати, там в углу термос с какао и холодильник с пирожными, – киваю затылком в сторону салона. – Зная могущество маленьких детей, я взял с запасом, но я рассчитываю как минимум на один эклер и одну чашку! – выделяю голосом особо важную часть предложения. Кстати, неплохо бы предупредить Чарльза, что его ждёт пополнение в среде воспитанников. Ну и профессоров, да… Хотя об этом он будет уже беседовать с женщиной-генетиком сам…

***

Всё прошло строго согласно плану, как и положено у Бога Интриг, Коварства и Прочих-Интересных-Вещей. Чарльза, правда, я беспокоить не стал. Он человек уже пожилой, зачем ему лишние переживания? А так будет приятный сюрприз. И нет, это, конечно же, никак не связано с тем, что «женщину с ребёнком», притащенную его немного безумным преподавателем истории, он вот так вот с ходу никуда пристроить не сможет, но и за дверь не выставит, а потому единственный выход будет оставить Сару в школе. Ну а там дальше само стерпится-слюбится… кхм, в некотором смысле.

Как бы то ни было, но мы благополучно приземлились среди холмов… или тут уже стоит говорить барханов? Вроде бы и кустики всякие растут с пучками травы, но и песок ветром носит… Короче, не важно. В общем, вертолёт коснулся земли километрах в полутора от какого-то мелкого американского городка, и я скомандовал покинуть машину.

– Где мы? – не преминула поинтересоваться доктор Кинни, оглядывая окрестности через стекло кабины.

– Где-то в США, – честно ответил я.

– Я это понимаю, но где именно?

– Понятия не имею, – не глядя на учёную, лаконично отрубаю все системы, – но это и не важно, выгружайтесь.

– Это шутка?

– Нет. И не издевательство, – давлю невольную улыбку, норовящую вылезти на лицо от вида женщины. – Просто нужно избавиться от вертолёта — топлива осталось всего ничего, а мучиться с преобразованием его из окрестного песка я не хочу.

– Но почему мы не могли долететь до города, мы же видели его сверху? – не прекращала своих расспросов Сара.

– Потому, что нам же будет проще, если его никто не найдёт.

– Но как его не найдут всего в километре от города?

– Ох уж эти учёные, – с усмешкой поворачиваюсь к Лауре, – нет бы подождать и всё увидеть, а им только дай вопросами засыпать.

Девочка в ответ промолчала, продолжая изображать лицом мыслящий кирпич, только взгляд стала переводить с меня на маму и обратно. Такой хороший, настороженный и вместе с тем очень любопытный взгляд, мол, что эти взрослые ещё отчебучат и как на это реагировать?

– Она — чудо, правда? – переключил я внимание на старшую Кинни и, не давая ей времени ответить, выскользнул наружу.

В следующие несколько минут угнанный вертолёт был таки покинут спасающимся семейством, и я смог приступить к делу. Это место было мной выбрано не только из-за относительно близкого города и укромных холмов, но прежде всего — из-за входа на тропы теней, который я тут почувствовал. На самом деле я не очень верил, что, даже найди власти сворованный в Нью-Йорке вертолёт недалеко от мексиканской границы, они свяжут это с разрушением секретного бункера по ту сторону этой границы и, уж тем более, сделают из этого вывод, что доктор Кинни выжила, но всегда считал, что если что-то делаешь, то делать это надо идеально. Вот и теперь данное убеждение вынудило меня слегка поднапрячь мускулатуру, толкая гражданскую вертушку в приоткрытый проход на тропы теней, где от неё уже через пару дней ничего не останется. Не сказать, что вес машины был тяжёл для этого тела, но как же меня бесил проминающийся под ногами песок… О, это не передать словами! Я ещё и в выходных ботинках был, в которые эта сыпучая дрянь упорно забивалась… И нет бы трансформировать те обратно в сапоги, но стало так неудобно это делать на глазах у зрителей. В общем, пустыни — зло! И ни разу не потому, что я — ледяной великан!

Далее по списку была остановка в каком-нибудь отеле, хотя, судя по живописной местности вокруг, скорее придорожном мотеле, если повезёт, то даже относительно приличном и без всяческой дополнительной живности типа крыс, тараканов и клопов. До ближайшего городка мы добирались более полутора часов — то ли я с расстоянием слегка напутал, то ли всё дело было в моих спутницах. Нет, Лаура нареканий не вызывала — с её физиологией, само понятие «физическая усталость» вряд ли было девочка знакомо, а короткая длина шагов без всяких проблем заменялась их количеством. Другое дело Сара. Женщина и так не являлась фанатом и адептом спорта, так ещё и сидячая работа в ограниченном пространстве ситуацию не улучшала. Короче, дама выдохлась очень быстро и сильно нас замедляла, но позволить тащить себя «незнакомому мутному типу» она была не готова, Лаура же её бы могла передвигать разве что волоком. Но добрались, и на том спасибо. Далее я привёл наш вид в более-менее пристойный для праздных туристов и начал искать, где бы тут переночевать.

Поиск мотеля занял куда как меньше времени, чем ходьба по пустыне, и уже через двадцать минут мы заселялись в два номера на втором этаже двухэтажного длинного коттеджа. Держала его семейная пара уже пожилых людей, а за горничную выступала девица лет девятнадцати-двадцати, увы, как и почти все в этой вселенной, не особо симпатичная, если не сказать откровенно страшненькая. Стариков несколько удивило, что мы явились своим ходом, всё же, как правило, их клиентами были дальнобойщики или просто путешествующие на машине граждане, в редких случаях — пассажиры рейсовых автобусов. Всё это и многое другое поведала мне словоохотливая бабулька, пока я заполнял гостевую книгу. Мой ответ, что наша машина просто заглохла примерно в часе ходьбы отсюда, вызвал горестное причитание и предложение съездить с Фрэнком, являющимся её мужем, и пригнать её сюда. О, ну и документов у нас никто не спросил, само собой.

Отбившись от словоохотливой бабушки-божьего одуванчика словами, что уже вызвал сервис, сильно устал и вообще брать там всё равно нечего, ибо всё ценное мы уже и так взяли, я таки был отпущен «к семье». Тем не менее, после всяких Страйкеров, Райсов, Наташ и Кимур, я был приятно удивлён простой отзывчивой сельской пожилой дамой, даже моя мизантропия, обострившаяся в последнее время, немного поутихла. А предоставляемый «отелем» ужин в виде какого-то овощного рагу и вовсе примирил с действительностью. Мисс Кинни поглядывала на меня с изрядным подозрением, но никаких глупостей вроде как пока не планировала, хотя явно и подумывала о чём-то таком время от времени. Маленькая невинная девочка, держа на личике идеальный покерфейс, методично и споро «закидывала в топку» предоставленный провиант, вообще не задавая вопросов и не выказывая предпочтений по поводу пищи, хотя выглядело это со стороны так, словно её неделю не кормили. Мне даже стало иррационально стыдно, хотя эта мелочь умяла у меня целую сумку-холодильник пирожных и выпила большой термос какао. Пусть не одна — Сара ей тоже немного помогла, но всё равно, а меня тут совесть почему-то грызёт за тот таки отбитый в свою пользу эклер. Дети — страшные! Вот что я вам скажу.

Тем не менее, закончив с ужином, мы разошлись по номерам — Сара с Лаурой в один, ну а я занял второй, не то чтобы он мне был сильно нужен, но чего уж там. Зато, вольготно развалившись в кровати, я смог полностью переключиться на свою иллюзию рядом с Юрико. Стоило уточнить наше местоположение, дабы девушка не проехала мимо, да и просто составить ей компанию…

***

Юрико подъехала аккурат после завтрака. Навороченный трейлер, точнее, самоходный монстр на базе полноценного автобуса, въехал на парковку перед мотелем, словно король решил заглянуть во двор к простому фермеру. Глядя на это стальное чудовище на свежую голову, я подумал, что всё-таки переборщил. С другой стороны, теперь можно никуда не торопиться и передвигаться с комфортом. А несколько спальных мест, полноценная кухня, туалет и душевая кабина, вкупе с отдельным бензиновым генератором в дополнение к основному дизелю, этот самый комфорт неплохо обеспечивали. В перспективе, правда, от такого поступка могла возникнуть небольшая проблема, так как любые покупки за наличку, превышающие сотню долларов, в США вызывают некоторую нервозность у продавцов и менеджеров салонов, а то и могут вызвать интерес у ребят по другую сторону закона, поскольку крупные суммы налом, в большинстве случаев, получаются от продаж наркотиков, рэкета и прочих нехороших вещей. Но это в перспективе и, на самом деле, не очень вероятно, ибо отчалила моя свежеиспечённая помощница в «неизвестном направлении» куда быстрее, чем кто-либо смог среагировать. В частности, ещё один мой фантом ещё три часа ждал в том аэропорту отлёта ближайшего рейса в Малибу после отбытия азиатки.

– Дамы, это за нами, сворачиваемся, – огласил я Саре с Лаурой новую вводную, откладывая столовые приборы, благо подгадать скорость поглощения завтрака под момент прибытия машины было совсем не сложно.

– Это? – учёная перевела недоумевающий взгляд с меня на окно, за которым виднелся передвижной дом, и обратно. – Мы разве не скрываемся?

– Нет, зачем мертвецам скрываться? Так что дальше поедем с должным уровнем комфорта. Да, чуть не забыл, нужно будет озаботиться для вас новыми документами, а то ни в самолёт, ни в поезд не сядешь. Но всё, довольно разговоров, пора в путь! – и мы таки выдвинулись, тепло попрощавшись с пожилой парой владельцев мотеля. Через десять минут они уже не вспомнят наши лица.

– Привет, Юрико, – я вошёл в салон, развеивая своего фантома.

– Здравствуйте, сэр, – кивнула мутантка, переводя взгляд с места, где «я» только что сидел, на, собственно, меня.

– Всё ещё не можешь привыкнуть, что я могу быть вездесущим?

– Это… довольно необычно, – согласилась она. Но тут в салон, повинуясь моему взмаху, вошла было Сара, и…

– А-ах?! – судорожный вздох и прыжок назад спиной вперёд вышли прекрасными. Девять из десяти.

– Вы знакомы? – приподнимаю бровь. – Ах да, Страйкер же пару раз появлялся в том бункере… – соображаю, припомнив пару моментов из чужой памяти. – Эй, расслабься, боевой хомячок, никто твою маму обижать не будет, – подмигиваю напрягшейся девочке, что успела напряжённо приосаниться и поднять руки выше к груди. – И, доктор Кинни, – иронично заглядываю в глаза женщине, – не надо так нервничать. На всём континенте есть всего два человека, что смогут вам навредить, пока я рядом, и обоих я знаю. Правда, одного из них я недавно больно бил по голове, и он мог затаить обиду, – как бы сам себе «напомнил» я «неприятный» момент. Вот что за чертовщина? Ничего не могу с собой поделать! Всё время тянет рисоваться и играть на нервах окружающих! Даже настоящий Локи так себя не вёл! – Но он сейчас всё равно в Сан-Франциско, к тому же не нападает на милых маленьких девочек, тем более мутантов, – поспешно успокаиваю учёную. – По сути, он сам порвёт любого, кто на такую попытается при нём напасть. Ну, вы понимаете: тяжёлое детство в нацистских лагерях, моральная травма, все дела — дай ему волю, ещё и не то устроит по отношению ко всем тем, кто угрожает его виду. Хотя так-то он человек хороший, просто уже немного тронут старческим маразмом.

– О… о чём вы? – помотала головой женщина.

– О знакомствах. Надеюсь, вы слегка отвлеклись и уже не хотите от нас бегать, потому как увидели знакомое лицо?

– Я… – Сара вновь покачала головой, слегка зажмурившись для облегчения сбора мыслей в кучку. – Эта женщина была вместе с одним из кураторов проекта!

– Верно, – киваю, краем глаза отмечая, как девушка, которая азиатка, непроизвольно стиснула руль — память о днях пребывания узницей собственного тела ей удовольствия не доставляла, – как и вы с Райсом. Юрико, – оборачиваюсь к красавице, – ты не против, если я расскажу им твою историю?

– Нет, сэр, – немного подумав, ответила регенераторша, – я понимаю, какой эффект на доктора Кинни может произвести моё присутствие, поэтому всем будет проще, если она узнает. Но… если возможно, без подробностей.

– Хорошо, – я повернулся назад к Саре, которая уже немного пришла в себя и уже не собиралась то ли «последний бой» принимать, то ли судорожно куда-то убегать, причём ясно осознавая тщетность обоих вариантов. – Итак, с чего начать? Хм… В некотором роде, с Юрико я проделал тот же трюк, что и с вами. За той лишь разницей, что вы сбежать сами не могли из-за своей физической слабости, а её держали под контролем медикаментозными методами.

– Медикаментозными?

– «Триггер» Райса — далеко не самая эффективная химия, что есть у подобных ублюдков. На счастье нормальных людей, эти ублюдки остаются ублюдками — амбициозными, эгоистичными и считающими себя самыми умными, а потому если и идут на сотрудничество с «коллегами», то с большой неохотой и оставляя у себя все самые вкусные козыри.

– Вот как, – поджала губы женщина, уже не особо обращающая внимание на мою осведомлённость.

– Да, но, думаю, обсудить эти вопросы мы можем и сидя в комфортном нутре фургона с кондиционером, а не под палящим солнцем. Кстати, ребёнок, – присаживаюсь на корточки перед Лаурой с нарочито заговорщическим видом, – уж не знаю, прямые вы родственники или нет, но способности у вас очень похожи, только коготки отличаются, так что будь хорошей девочкой и не обижай тётю Юрико, пусть она выглядит строгой, но она — добрая. Я точно знаю, – подмигиваю девочке, довольно отмечая, что после моих слов она с интересом глянула в сторону водительского места.

– Поняла, – тихо, почти шёпотом ответила Х-23, вернув глаза к моему лицу. И всё. Опять смотрит, как воды в рот набрала.

– Отлично, – поднимаюсь в вертикальное положение. – Юрико, спасибо, дальше я поведу сам, а ты можешь пойти отдохнуть, – девушка кивнула и, встав, перебралась в салон… аккурат к Саре и Лауре.

Хм, пожалуй, стоит создать там фантома и поспособствовать началу беседы и поддержанию общего климата в коллективе. Всё же доктор Кинни далеко не профессиональный военный, выдержка у неё не стальная, а свалилось за день на неё куда больше, чем могут выдержать хрупкие женские плечи. Так что она ещё неплохо держится.

Некоторое время спустя. Один плейбой, миллиардер, филантроп и просто грустный тролль.

– Тони, ты должен выйти и немедленно взять ситуацию под контроль! – старый друг ворвался в святая святых изобретателя, словно за ним смерть с косой гналась.

– А-а-а, – Старк отмахнулся от него зажатой в руке бутылкой, – мне не до очередных идиотских претензий этих придурков, – возможно, это было слишком грубо, но состояние и настроение миллиардера не располагали к куртуазности или даже банальной вежливости.

А самым поганым во всём этом было то, что и напиться в стельку он теперь почему-то не мог! Организм доходил до «средних» кондиций, а дальше — никак! Он трезвел быстрее, чем алкоголь действовал на его тело. Кажется, статус жреца Локи был не просто забавным титулом, да и сам этот тип что-то такое говорил на тему «нет наркотикам». Алкоголь, конечно, не героин, но, очевидно, уровень, когда «количество» переходило в «качество», теперь ему резался магическим образом. Для любой другой ситуации — круто и почти мечта, но вот сейчас это конкретно так угнетало.

– Я весь день названиваю в Национальную Гвардию, пытаясь отговорить их от идеи выкатить танки на подъездное шоссе, разнести здесь всё и забрать Костюмы. И они заберут их, Тони! Эти игры им надоели! Ты говорил, что никто не овладеет такой технологией ещё двадцать лет? И что в итоге? Кому-то удалось сделать это уже вчера! И это — не абстрактные теории!

– О! То есть теперь дядя Сэм хочет вломиться в мой дом и меня ограбить? – инженер мрачно посмотрел на своего друга, после чего нажал кнопку на ручном коммуникаторе. Защитные стёкла на витринах, где стояли костюмы, опустились. И пустая броня сделала шаг вперёд. – Ну что же… пусть попробует… Вот только потом не обижайтесь, что я воспользуюсь третьей и четвёртой поправками, а также правом на самооборону.

– Тони, ты серьёзно?! – полковник Джеймс Роудс вылупился на него, словно не верил своим ушам. В ответ миллиардер мрачно посмотрел на собеседника, всем видом подчёркивая собственное изумление тому факту, что кто-то может допускать в своих мыслях другой исход с его участием. – Ты серьёзно, – потухшим голосом констатировал Роуди.

– Один твой коллега уже пытался наложить руки на мои проекты «в интересах Соединённых Штатов». А позже выяснилось, что он — банальный вор, присвоивший себе часть наследства моего отца, – Тони встал из-за стойки бара и направился за новой бутылкой, потому как первая уже показала дно. – Роуди, мы давно друг друга знаем. Доспех я не отдам. Даже если мне придётся прилететь в нём к президенту и подвесить его вниз головой на флагштоке Белого Дома.

– Да пойми же ты! – попытался увещевать его чернокожий офицер. – Одиночка не может воевать с государством! Они всё равно получат эти технологии, не от тебя, так от этого Ванко!

Старк скривился, бросив недовольный взгляд на друга, откупорил новую бутылку и сделал жадный глоток прямо из горла.

Вся ситуация с Иваном его просто убивала. Их отцы, очевидно, действительно работали вместе, и оба полностью владели технологией, которую и передали своим детям. История там была действительно мутной и грязной, но у Говарда уже не спросишь, а «причины депортации» Антона Ванко выглядели насквозь выдуманными.

Шпионаж? И что он шпионил? Искал «грязное бельё» политиков? Как, если он почти не покидал заводской лаборатории?

Технологии? От человека, что разработал техническое решение настолько совершенное, что и через сорок лет оно далеко обставляет всех ближайших конкурентов? Не смешно.

«Он хотел продать эту технологию, использовать в виде оружия?» И что с того? Производство оружия — легальный и сверхприбыльный бизнес, Старк-индастриз был построен Говардом на этом бизнесе, потому ставить его партнёру это виной просто глупо.

Вот и выходило, с точки зрения здравого смысла, что его отец действительно украл наработки русского, а от самого его избавился, разве что кишка оказалась тонка просто убить.

У Тони были довольно сложные отношения с родителем. Он любил его… особенно отчётливо это поняв, когда того потерял. Но он не был наивным дураком, который ничего не смыслит в ведении дел крупным бизнесом, и вполне допускал, что Говард вполне мог пойти на такой шаг. В истории американского бизнеса такое встречалось сплошь и рядом. Это было мерзко, низко, смрадно попахивало, но не все были Тони Старками, чтобы тянуть компании на собственных изобретениях, в итоге такой паразитизм встречался повсеместно, и зарекаться, что отец, живший в куда более суровую эпоху и по уши замешанный в делах дяди Сэма, ничем таким никогда не промышлял… Хотелось, но было сложно.

А ещё им всем очень повезло — не стань после депортации Антон «нерукопожатным» в среде советской элиты (что ещё раз подчёркивало, что никаким шпионом он не был), и сейчас на вооружении России (а то и сохранившегося СССР) стояли бы сотни и тысячи «Железных Людей». И потому всё возвращалось к Ванко-младшему.

К сожалению, их переговоры кончились, так и не начавшись. Сложно вести беседу, когда тебя пытаются разрубить силовым хлыстом. И пусть Тони был готов к чему-то подобному, озаботившись грамотным задержанием и дальнейшим конвоированием Ивана, сейчас он оказался в очень… неприятной ситуации.

Да, сделать всё удалось достаточно тихо, подловив Ванко ещё на подходе и позаботившись об отсутствии телекамер, но, не имея собственных спецчастей со спецрейсами для быстрого вывоза за границу заключённого, пришлось просить о помощи друга, а теперь это выливалось в то, что его начальство тоже в курсе существования копии реактора и человека, способного эту копию повторить. А после такого советский учёный очень быстро станет на вес золота. И его знания из него попытаются достать. Так или иначе. Тот же Фьюри первым побежит…

И с этим Тони ещё был готов смириться, даже уже подготовил пару шагов, как больно и громко дать всем по рукам, но… тут всплыло самое поганое. То, чего он не учёл.

Попытка договориться с Иваном по-хорошему провалилась. И не по вине самого Тони, который в кои-то веки действительно старался вести себя прилично и с уважением к собеседнику. Он даже предложил Ванко процент акций компании, публичное признание несправедливости обвинения отца и… Короче, он пытался восстановить справедливость! По-честному! Без дураков!

А ушёл как оплёванный…

И не важно, как теперь будут пытаться купить Ивана — было кристально ясно, что тот продастся даже не за деньги, а только чтобы насолить Старку. Это было его идеей фикс. Непробиваемой… Что особенно раздражало! В мире имелись тысячи людей, которых Тони задел, оскорбил и унизил за свою жизнь, но надо же было такому случиться, что именно тот человек, которому он никак и никогда не плевал в стакан, окажется тем единственным, кто маниакально и бескорыстно желает его убить только за фамилию!

Такого поворота событий Тони никак предположить не мог! Что угодно, но не такой бред! Даже Хаммер к нему так не относился, хотя, казалось бы, во всём мире не было никого, кто желал бы Тони смерти больше, чем Хаммер. Но с Хаммером Старк мог договориться, а с Ванко — нет. И теперь… оставалось только ждать, когда технология Железного Человека попадёт в общий доступ, и…

– И как скоро эти технологии попадут не в те руки, Роуди? Полгода? Год? Как скоро десяток бойцов в Костюмах будут «во славу Талибана» или «Алькаиды» равнять с землёй уже целые города? – Старк видел решение этой проблемы, но… оно ему не нравилось. В конечном итоге, его кишка оказалась столь же тонка, как и у его отца. Убить Ивана он не смог. Тони ещё раз приложился к бутылке.

– … – Роуди поджал губы. Разумеется, он мог что-то сказать, уверить, что подобного не произойдёт, но… практика показывала, что у террористов раз за разом всплывали образцы вооружения, что порой и регулярная армия ещё не имела. И получить они их могли, только купив у кого-то сидящего очень высоко.

– Исходя из диалога… – раздался уже знакомый Тони голос со стороны двери, – договориться с Ваней ты не смог.

– С кем? – найдя взглядом Локи (одновременно с судорожно повернувшимся на звук Роуди), переспросил Старк.

– Уменьшительно-ласкательная форма имени «Иван» на русском, – пояснил брюнет в полупальто, подходя ближе. – Итак, в чём основная проблема?

– Он хочет моей смерти, – исчерпывающе ответил Тони, вновь прикладываясь к бутылке.

– Совсем наглухо? – приподнял правую бровь новый гость.

– Да.

– Крайний вариант?.. – теперь были приподняты обе брови брюнета.

– Не хочу… – поморщился Старк.

– Вырвать язык? – этак деловито повёл в воздухе указательным пальцем древний скандинавский бог. Ответ Тони обозначился на лице раньше, чем слегка затуманенный алкоголем мозг успел в полной мере осознать предложение. – Ах да, не та эпоха, – спохватился Локи, всё поняв по одной мимике. – Тогда усечение конечностей, дробление костей и выкалывание глаз мы тоже откладываем… Как вы, люди, любите усложнять жизнь себе и окружающим! – с досадой и явным упрёком в их с Роуди адрес покачал головой гость.

– Эй! Не хочу слушать такие упрёки от того, кто предлагает вырвать язык и выколоть глаза парню, который просто… – возмущённая речь Старка пресеклась, наткнувшись на недостаток нужных слов.

– Пытался тебя убить? – тактично подсказал этот ухмыляющийся гад.

– Да, но… – проклятый алкоголь стал мешать думать именно тогда, когда это требовалось!

– Эй, Тони, может, объяснишь мне, кто это и что он делает в твоей мастерской? – напомнил о себе удивлённо переводящий взгляд с одного собеседника на другого Роуди.

– Э-эм… – от одной мысли о том, как он будет объяснять то, в чём ещё сам ни черта толком не понимает, у миллиардера разболелась голова. – Может, ты?.. – с надеждой взглянул он на Локи.

– Хорошо, – легко пожал тот плечами. – Тебе как ответить: так, чтобы ты поверил, или правду? – развернулся он всем телом к Роуди.

– Хотелось бы правду, – бросив на Старка настороженный взгляд, осторожно ответил полковник ВВС.

– Я — Бог. Мы с Тони выпиваем иногда…

– Кхм! – означенный Тони внутренне возрадовался, что в этот момент не делал нового глотка, но лезущую на губы улыбку всё же поспешил замаскировать кашлем.

– Ты хочешь, чтобы я поверил в такую чушь? – видя реакцию друга, начал смотреть на всё происходящее ещё более подозрительно Роуди.

– Тогда я — его белочка. Или зелёная фея, как тебе удобнее, – нагло ухмыльнулся Локи, салютуя мужчине возникшим в переливе жёлто-зелёного света бокалом с абсентом.

– В это я поверю больше… – моргнув пару раз, признал полковник.

– Да ладно тебе, расслабься. Давай, присядь вот сюда, – Локи указал рукой на ближайший диванчик. – Есть вещи, которые лучше принимать сидя. Сейчас я тебе всё покажу.

– Точно? – Джеймс Роудс не спешил снижать накал подозрительных зырков с нынешнего собеседника на Тони и обратно.

– Да, это долгая история. Впрочем, если тебе не интересно… – брюнет с зелёными глазами изобразил позой готовность прекратить дачу всяких объяснений.

– Хорошо, я сел, – быстро выполнил требование Роуди. – Что дальше?

– Как я и сказал — я Бог, – ещё раз отсалютовал гость стаканом. – Спасибо за участие. Передавай привет Морфею, если увидишь, – после чего сделал какой-то хитрый жест, и друг Тони, закатив глаза, тут же завалился на диван без сознания.

– Что это было? – потребовал ответа хозяин особняка, указав рукой, в которой держал бутылку, на тело Роуди.

– Обычное насылание сна, – пожал печами Локи, рассеяв стакан в своей руке так же легко, как и создал его недавно. – Может быть, он и неплохой человек, но говорить при нём было бы немного напряжно.

– М-да, – как ни прискорбно, но Тони был вынужден согласиться. Объясняться с Роуди по поводу некоторых его знакомств можно было до утра и без всякой гарантии, что тот поверит. – И о чём говорить будем? Тебе, кстати, налить?

– Нет, спасибо, я за рулём, – улыбнулся чему-то своему Бог Обмана, но Старк предпочёл не уточнять.

Последнее время у него было слишком много сложных разговоров, и грузить мозги ещё и шутками его приятеля-спасителя-Бога миллиардер был совсем не в настроении.

– Вообще, я хотел подкинуть тебе интересную тему для исследований, но теперь уже не уверен, что тебе будет до этого дело, – несмотря на отказ от выпивки, Локи с интересом стал изучать выбор алкогольных напитков на полке за его спиной. – А насчёт Ванко… Там совсем без шансов? – зелёные глаза скользнули на лицо Старка.

– У меня сложилось ощущение, что он готов весь мир в труху разбомбить, лишь бы до меня добраться, – отвернулся Тони, вновь прикладываясь к бутылке. – А тут ещё и эти… Хоть собственную армию создавай для таких случаев, – с досадой закончил он.

– Не худшая мысль, – прокомментировал это Локи, тут же получив от Старка укоризненный взгляд.

Кто бы знал, как его это бесило! Столько лет отбиваться от навязчивых попыток почти всех друзей окружить его толпой бодигардов, чтобы жизнь в очередной раз приложила сапогом в лицо. А ведь с появлением костюма он уже уверился, что это уж точно больше не понадобится!

– Что? – изобразил саму невинность брюнет. – Ты даже не представляешь, сколько полудурков у вас в правительстве. И каждый второй с упорством барана ищет способ поставить мир на грань гибели, щедро пуская на эти цели деньги налогоплательщиков. В такой обстановке, ситуаций, где тебе реально пригодится лично преданная армия, просто чтобы не дать очередному идиоту размолоть мир в труху, впереди будет ещё много.

– Ой ли? – скептически прищурился Старк.

– Я буквально только что прикрыл лавочку, где разрабатывали биологическое оружие, которое должно было уничтожить 95% населения планеты по расовому признаку. Они, правда, считали, что их средство уничтожит «всего лишь» процента два-три от населения, но это их не оправдывает, – пожал плечами Локи. – До этого я прикрыл лавочку, где пытались получить тот же результат, но уже техническими средствами с добавлением сил определённых мутантов, а ещё незадолго до этого разрулил чуть не начавшуюся Третью Мировую. И это только за последние полгода. Так что да, в этом мире очень много дебилов, – покивал головой брюнет, – и все они очень деятельные. А всё потому, что один тупой негр убил всех вампиров… Те, конечно, тоже были теми ещё уродами, но они хотя бы понимали, что делают!

– Вампиры тоже существуют? – не зная, как реагировать на открывшиеся факты, уточнил самый фантастический из них инженер. Тони прекрасно понимал, что хорошенько заправился и шевелит мозгами сейчас далеко не так резво, как хотелось бы, но поверить в существование вампиров всё равно было сложнее, чем в… первые пункты.

– Уже нет, но лет двадцать назад они правили почти всей планетой. Ну, знаешь, вечная жизнь, накопленные за века богатства и связи, а также обещание бессмертия — очень неплохие средства для управления миром из тени. Не сказать, чтобы они прям тотально всем рулили, во всё лезли и очень дружили семьями, но удерживать мир от скатывания в тотальную ядерную бойню им мозгов хватало, как и одёргивать слишком упоровшихся марионеток из военных ведомств и правительств. А как их всех выкосил специально созданный вирус, те, кто раньше просто исполняли приказы сверху, начали руководить странами сами, и вот тут начался весь пиздец последних десятилетий.

– Ахренеть… – ёмко дал свою оценку вываленной на него информации Старк и запил этот тезис из горла.

– Ладно, не будем о грустном. Если тебе не нравится простой вариант решения проблемы с Ванко…

– Я понимаю, что ты родом из той эпохи, где просто взять и воткнуть топор в голову не нравящемуся тебе оппоненту — это в порядках нормы, – перебил его Тони, отрываясь от бутылки, – но сейчас на дворе двадцать первый век, и подобные методы уже как-то… не по нутру. Во всяком случае, мне, – он понимал, что несколько кривит душой, но в случае с Иваном чувствовал за собой некую иррациональную вину, и поступать с этим мужиком подобным образом отчего-то претило.

– Ну… – Бог прищурился и потёр подбородок, – в принципе, я могу отправить Ваню подальше от Земли или… просто заблокировать ему память про реактор и ненависть к тебе.

– Такое возможно? – мгновенно оживился Старк, с ходу придумав десяток вариантов, как можно устроить Ивана подальше от любых спецслужб, если исчезнет проблема того, что тот сам будет лезть на рожон.

– Более чем, но вам после этого лучше не встречаться, да и вообще имеет смысл поместить его в обстановку, как можно более далёкую от того, к чему он привык в повседневной жизни. Человеку можно заморочить голову так, что он и имя родное забудет, и уверует в совсем иную биографию, но, вопреки расхожему мнению, такое воздействие — не форматирование жёсткого диска с записью новой операционки. Нельзя просто взять и переписать личность — даже лучшее ментальное воздействие со временем будет ослабевать и всегда может слететь разом от какого-то сильного толчка.

– И что нужно, чтобы… – Тони повёл в воздухе рукой, подбирая слова и принимая окончательное решение по вариантам принимаемого к исполнению плана, – он стал, например, владельцем особняка на Гаваях с неплохим счётом в банке и парой акций Старк-Индастриз?

– Два часа работы и переправка в этот особняк без участия всяких агентов и эмиссаров ВВС США.

– Отлично! – Тони ощутил мощнейший прилив оживления и бодрости. – А что ты там говорил про интересную тему для исследований?

– Я сейчас работаю над проектом межвселенских переходов. Пока результаты не очень, но я точно знаю, что портал между параллельными вселенными возможно построить чисто техническими средствами. Думал, может, тебя тоже заинтересует попробовать потыкаться в эту тему на досуге?

– Точно возможно?

– Сто процентов. Твой реактор, например, имеет в себе односторонний портал в одно соседнее с нашим миром измерение, благодаря особым свойствам физики которого ты и имеешь защиту от кинетических повреждений.

– Скажи… – прищурился Старк, – а какие у тебя отношения со змеями и яблоками?

– Ну… – на лице Локи возникла тень удивления. – Одно время я частенько превращался в змея, а яблоки… это уже прошлый век! Ныне рулят Печеньки. Да, Тёмная Сторона однозначно за Печеньки, – покивал он сам себе с довольной улыбкой.

– Окей… – подозрения Тони только окрепли. – Ладно, тогда что конкретно ты предлагаешь на тему межмировых перемещений? О, и ещё один вопрос. Что отвечать Роуди, когда он очнётся?

– Да что хочешь, – пожал плечами гость, – хоть вариант, где твоя белочка огрела его веслом по голове, отчего он и отрубился.

***

«Разговора по душам» в женском коллективе не сложилось — Юрико рулила больше двенадцати часов без передышки, и пусть для организма регенератора это не было проблемой, но женщина всё равно предпочла воспользоваться предлогом и завалиться спать. Глядя на неё, аналогично поступили и Сара с Лаурой. Одна ночь отдыха после столь насыщенных «приключений» была явно недостаточна для успокоения нервов, по крайней мере, в случае Сары. Ну или она тоже решила таким образом сбежать от общения с моим фантомом. Девочка продолжала быть идеальным ребёнком и поражала своей невозмутимостью, а ещё подкупала внимательными, что сверло перфоратора, взглядами, время от времени бросаемыми на Юрико и мою скромную персону. Нет, агрессией там и не пахло, но пристальность и что-то такое… животное, из-за чего Лаура ассоциировалась с этаким зверьком, у которого от напряжения на холке встопорщилась шёрстка… Я реально едва сдерживался, чтобы не добавить ей волчьи ушки на макушке. Пришлось даже развеять наблюдательную иллюзию, чтобы не впадать в искушение.

Полагаю, этим я признал своё поражение. Ну или ребёнок решил, что я признал своё поражение… На самом деле я не уверен, что Лаура вообще воспринимала это всё в ракурсе какого-то состязания, но стойкое ощущение, что спать она укладывалась как победитель, меня не отпускало ещё часа три. Идеальный ребёнок… Ну, с точки зрения Бога Интриги.

Как бы то ни было, никуда особо гнать я не собирался и первый привал решил устроить часа через четыре, свернув на какую-то более просёлочную, чем ранее, дорогу и увидев на ней первый попавшийся пустующий кемпинг. Женский коллектив всё ещё кемарил, в результате я оказался наедине с собственным разумом… Кто сказал, что это значит в полном одиночестве?! Между прочим, я в этот момент ещё и читал «Теорию взрывной эволюции» авторства Ч. Ксавьера в его личной библиотеке! То есть со мной была книга, а тот, у кого есть книги, тот не одинок! Ну, в это пытался верить прошлый Локи… Не важно! Ещё я вёл полупьяные разговоры со Старком, окей?! Соображал на двоих, так сказать, под храп уже отрубившегося третьего!..

Почему мне кажется, что каждое следующее моё самооправдание звучит более жалко, чем предыдущее?

В общем, припарковавшись, я заглушил двигатель и полез инспектировать холодильник. Не сказать, чтобы я сильно верил в его полноту у только что купленной машины, но… пожив некоторое время в Америке, я узнал, что здесь есть множество своих заморочек и традиций, в том числе и в бизнесе. В частности, тут вроде как существовала традиция дарить покупателям подобного рода домов на колёсах небольшие презенты в виде продуктов питания. Ну, типа, купите машину и получите в подарок бесплатное барбекю. Увы, либо моя информация была неточна, либо Юрико попались жлобы, так как в холодильнике обнаружилась только заводская полиэтиленовая увязка из шести бутылок минералки. Короче, еды у нас не было. Жаль…

Что хорошо в американских кемпингах? Они существуют. В смысле, там, конечно, есть всякие коммуникации, освобождающие от необходимости возиться с генератором для обустройства площадки, да и воду из баков тратить не нужно, но мне всё это было без надобности. Мяса-то всё равно нет. В общем, дальше было просто — разложить шезлонг, отозвать лишнюю одежду, создать плотную иллюзию тёмных очков и блаженно развалиться на солнышке, по ходу дела превратив воду в одной из бутылок в какао. Формула для заклинания была ещё не очень хорошо отработана, и с натуральным заваренным напитком высшего сорта моя поделка рядом не стояла, но с парой сортов растворимого конкурировать уже могла, что неплохо делала, поднимая мне настроение под лёгкий ветерок. И я предпочту не поднимать вопрос о том, что загорать в моём случае дело бессмысленное априори! Мы, мужчины на отдыхе, такими мелочами не заморачиваемся, и вообще всё тлен, кроме какао. Да, какао — это хорошо…

В блаженном ничегонеделании прошёл ещё час. Всё было мирно и замечательно, но потом мой фантом в особняке Ксавьера дочитал книгу, и резко стало скучно, да и Тони уже выдыхался, всё чаще косясь на спящего Роуди с затаённой завистью, так что наша беседа явно шла к концу, а моему фантому предстояло где-нибудь заныкаться, чтобы опять не приходилось его отправлять местными авиалиниями. По-хорошему, тут бы мне наконец озаботиться вопросом, как накормить женщин, но… Эй! Я же Локи. Я не могу просто взять и сделать всё как адекватный человек. Поэтому вместо разумного и логичного продолжения пути и поисков магазина я решил немного улучшить свои доспехи при помощи неразрушимого металла.

Жест с волевым усилием, и на свет появился «термос», ну и доспехи я вытащил из своего подпространства. Сейчас мне бы не помешал талант Эрика — вот кто бы смог нанести покрытие воистину «тонким слоем», но за неимением под рукой мутанта-повелителя металла будем использовать старую добрую магию. Можно, конечно, просто «окунуть» детали доспеха в жидкий металл, но артхаусные наросты мне не нужны. Так что, отгородив площадку телекинетическим барьером, не пропускающим мелкие частицы, я открыл термос и приступил к медленному напылению адамантия на поверхность металлических частей своего боевого облачения. Магия без проблем позволяла поддерживать пластичность адамантия, а металл Уру не спешил сопротивляться воле хозяина, когда я начал проводить микродиффузию для скрепления слоёв. И всё бы хорошо, но медленно. Я не природный телекинетик, а магический телекинез — это не третья рука, управляешь которой легко и инстинктивно. Но дело шло…

Когда проснулась Лаура, я, к своему стыду, пропустил. Просто в один напряжённый момент, когда покорный моей воле адамантий покрывал один из рогов шлема слоем в две десятых доли миллиметра, девочка появилась рядом и молча стала наблюдать, как из термоса поднимается тонкая струйка металла и обволакивает артефакт.

– Проголодалась? – озвучиваю первую адекватную ситуации реплику, что пришла на ум.

– … – девочка перевела взгляд на меня, два раза моргнула, прислушалась к себе и согласно кивнула.

– Это плохо, потому как еды нет, – вздыхаю, поворачивая шлем новой гранью. – Могу предложить какао.

– …? – карие глаза вопросительно хлопнули ресницами.

– Ту сладкую коричневую штучку, которая была в термосе, – пояснил я.

– … – на меня опять моргнули, но теперь согласный кивок пришёл заметно быстрее.

– Вон там бутылки с водой, – качаю головой в сторону извлечённой из холодильника увязки, – подай мне одну.

Лаура послушно встала, подошла к таре и вернулась с полуторалитровой ёмкостью. На секунду отвлекаюсь от работы, чтобы набросить на жидкость чары трансформации, и девочка смогла удивлённо наблюдать, как прозрачная вода в бутылке прямо на глазах преобразуется в иную жидкость.

– Сейчас я закончу делать себя блестящим и сверкающим, и мы сможем ехать дальше. Потерпи немного.

– … – Х-23 вновь ничего не ответила, лишь смерив меня странным взглядом, но, к чему-то, видимо, придя, деловито начала откручивать крышку.

Так нас и застали проснувшиеся женщины. Я такой, мускулистый и подтянутый, сижу на шезлонге в зелёных шортах, рядом с футуристического вида металлической бочкой, из которой поднимается струйка металла, оседающая на чешуйках защитной юбки, рядом, тоже на шезлонге, сидит ребёнок, пьёт какао из горла пластиковой бутылки и внимательно следит за моими манипуляциями. Мы были великолепны. Я знаю.

– Что вы делаете? – настороженно глядя на бочку, озвучила вопрос доктор Кинни.

– Укрепляю свои доспехи адамантием, – завершаю процесс и критически осматриваю элемент защиты, одновременно проверяя его на восприятие магии путём наполнения неструктурированной силой. Как и с остальными частями доспеха, прошедшими процедуру апгрейда, отклик слегка изменился, но отнюдь не стал хуже, и это было хорошо.

– Адамантием? – уцепилась за знаковое слово учёная.

– Я позаимствовал у Страйкера некоторый запас, теперь вот осваиваю, – отправив защитную юбку обратно в пространственный карман, извлекаю правый наруч. – Я уже почти закончил, потерпите минут двадцать, и мы тронемся дальше.

– Как вы это делаете? – встав рядом с дочерью и посмотрев с три минуты за моей работой, не удержалась учёная.

– Немного магии, чуть-чуть физики и капелька вдохновения… – не прерывая работы, неторопливо ответил я. – Большая часть работы делается при помощи телекинеза, и только диффузию приходится осуществлять точечным искривлением пространства…

Предметное описание моих действий, с адаптацией терминологии Асгарда под земной понятийный ряд, заняло минут пятнадцать, после которых работа была окончена. Облачившись в броню и критически осмотрев результат в иллюзорное зеркало вида «фантом обыкновенный», я должен был признать, что изменился к лучшему. Металл Уру после закалки и полировки очень похож на золото, и это вызывало у меня некоторое неприятие. Ну, потому что золотой и зелёный цвета плохо сочетаются, плюс золото — это всё-таки излишне вычурно и вульгарно. Другое дело — стальной отлив адамантия. Вот он с зелёным цветом Локи смотрелся намного выгоднее.

И мы не будем обращать внимания на взгляды и выражения лиц всяких диких землянок! То, что на их планете доспехи вышли из моды ещё пятьсот лет назад, не значит, что вся вселенная уподобилась этому же варварскому веянию!

– А… – таки не выдержала доктор Кинни. – Простите, Локи, могу я поинтересоваться… зачем на вашем шлеме такие большие рога?

– Они выполняют роль усилителя ментальной магии. Принцип в общих чертах похож на ваши антенны-передатчики. Согласен, выглядит это неоднозначно, но… – отзываю доспех, вновь представая перед дамами в лёгком пальто и современном костюме, – эффективность требует жертв. Итак, готовы ли вы продолжить нашу поездку?

Ответ был положителен, и вскоре наш дом на колёсах тронулся в путь. Три часа и ещё тридцать две минуты спустя мы наконец-то добрались до «цивилизации», насколько сим гордым словом можно окрестить небольшой городок, в котором и десяти тысяч жителей не наберётся, расположенный у чёрта на рогах. Выглядел этот населённый пункт соответствующе — пустынный ландшафт, потёртые, видавшие виды здания и чуть менее потёртые люди на улицах. Навороченный по последнему слову техники дом на колёсах смотрелся здесь откровенно чуждо. Но нас, как обитателей этого дома, подобные мелочи не заботили, а вот возможность наконец-то размять ноги и набить живот чем-нибудь съедобным, что предоставлял городок, наоборот, волновала. Правда, кафешек, ресторанчиков, да даже банального ларька с хот-догами или какого другого «стрит фуда» рядом не наблюдалось. Н-да, после Нью-Йорка я уже был почти уверен, что Макдональдс есть и на луне. После очередного недовольного квака в животах моих прекрасных спутниц… ну ладно, Саре я несколько польстил, было принято стратегическое решение добыть припасов в ближайшем магазинчике. Бутерброды — тоже еда, а если будут какие полуфабрикаты, то микроволновка в трейлере имеется.

Сказано — сделано, и вот наша компания входит в типичный супермаркет класса «у заправки»… что было логично, потому как тратить магию, превращая песок в бензин, мне не хотелось… Вернее, я не умел. Это надо сидеть, рассчитывать заклинание, напрягаться… а потом ещё и корячиться с заливанием получившейся жидкости в бак — ну его нафиг, такое счастье. Короче, я зашёл на заправку. Юрико осталась у колонки заливать горючку, а остальные последовали за мной. Девочка несколько дичилась, глядя на полки, но после очередного квака живота просто принюхалась и пошла на запах съестного.

С большим интересом проследив за ней и самую малость подтолкнув Сару переключить внимание на закупку всяких женско-гигиенических штучек, нужных как «вообще», так и особенно в дороге, я стал свидетелем очаровательной картины. И нет, дело было не в том, что Лаура брала с полок упаковки чипсов и тут же начинала ими хрумкать, а в том, как она это делала!

Глазки ребёнка разбегались от цветных упаковок и картинок на них, завлекательные иллюстрации вкусной еды на этикетках заставляли неуверенно метаться в душе, а способ упаковки ставил в тупик. Вот она взяла пачку Принглс, внимательно обнюхала, сосредоточенно поджала губы, изучила взглядом крышку и только после этого очень деловито и серьёзно попыталась ту открыть. Далее крышка поддаётся удивительно легко, и глаза девочки распахиваются — она явно не ожидала такой лёгкости. Но! Вскрытие не окончено! Под крышкой оказалась запаянная бумажка. Наученная опытом, Х-23 пытается снять её нежно — без усилий, но тщетно — бумажка упирается. Девочка в недоумении — её нежного дёргания, которого давно бы хватило на крышку, недостаточно. Она начинает тянуть сильнее, но всё ещё бережно. Упаковка не поддаётся. Лаура сводит бровки. Усилие увеличивается. Выразительный «кр-р-рак» — и преграда оторвана, а по чувствительному носу бьёт резкий запах специй. Девочка морщит носик и опасливо заглядывает внутрь. Принюхивается. Замирает… И, буквально в одну секунду, её выражение лица меняется, успев отразить, что высокой инстанцией объект признан продуктом питания, после чего идёт мгновенная реакция, и ладошка уже вытаскивает первый чипс, запихивая его в рот. Всё — дальше активация режима «лицо-кирпич» и «хрум-хрум-хрум», а глаза-прицелы уже шарят по остальным полкам в поисках новой добычи.

Ах да, ещё ненужные крышки с картонками уже на полу, и до них нет никакого дела.

– Лаура! – встрепенулась Сара на звук открытия новой жертвы — на этот раз булочки в очень шуршащем пакетике. Видимо, сообразила, что ни разу не видевший мира за пределами базы ребёнок мог просто не осознавать концепцию магазина вообще и магазина самообслуживания в частности.

– Эй! – заметил неладное и скучавший до этого за каким-то журналом молодой парень за кассой, при входе лишь окинувший нас ленивым взглядом.

– Не беспокойтесь, – применил я свою фирменную улыбку, – полдня в дорогое, а холодильник показал дно, вот ребёнок оголодал и одичал, я за всё, разумеется, заплачу.

– А, ну ладно, – расслабился парень. – Далеко едете?

– Да так, – отгородив нашу с молодым продавцом область лёгкой иллюзией, заставляющей человека не обращать внимания на то, что рядом с ним объясняют довольно взросло выглядящей девочке вещи, что прекрасно знает любой дошколёнок, – решили немного попутешествовать, посмотреть родную страну, но слегка увлеклись и не рассчитали с провиантом.

– Бывает, – покивал явно скучающий парень. – Хорошо хоть с топливом проблем не возникло, застрять посреди нашей пустыни — удовольствие ниже среднего… – он явно хотел ещё почесать языком, но тут в магазинчик вошла Юрико.

– Дизель, под пробку, – сообщила она мне.

– Восемьдесят семь галлонов, – присвистнул кассир, сверившись с показаниями компьютера, – здоровенный же там бак, – тюк-тюк по аппарату. – С вас двести четырнадцать долларов и восемьдесят девять центов. Что-нибудь ещё, мисс?

– Сэр? – повернулась она ко мне.

– Сейчас моя супруга с дочерью наберут еды, и включите это в счёт.

– Хорошо-о-о, – не нужно быть телепатом, чтобы прочесть мысли парня. Мне откровенно завидовали — дорогой костюм, архидорогой «туристический трейлер» с личным водителем весьма высокой симпатичности, а он тут сидит, штаны протирает. С одной стороны, я его прекрасно понимал, но с другой — совершенно не собирался по этому поводу виноватиться. Тем не менее разговор увял сам собой, и оставшиеся десять минут, что Сара с Лаурой опустошали полки, мы провели в молчании.

Но вот женщина с ребёнком подошли к кассе, и, оставив ещё семьдесят долларов к тем двум сотням, что были отданы за солярку, мы вернулись к нашему транспорту с кучей покупок. Теперь осталась всё это, накупленное с голодухи, разместить в холодильник и прочие места хранения провианта. Ну а потом таки уделить время разогреву и поглощению части означенного выше провианта и двинуться дальше в путь.

Чуть позже. Где-то в небесах.

– Удалось что-нибудь найти, Бартон? – обратился к своему помощнику чернокожий мужчина с повязкой на глазу.

– Нет, сэр, – покачал головой оперативник, – ни по одному из направлений. Более того, есть подозрение, что этим вопросом заинтересовались в ООН и проводят собственное расследование.

– Только этого и не хватало, – поморщился Фьюри. – Как появятся хоть какие-то следы, немедленно сообщи.

– Да, сэр, – на этом подчинённый покинул его кабинет, оставляя руководителя наедине с мрачными мыслями.

Когда всё пошло наперекосяк? Точно ответить на этот вопрос он мог с лёгкостью: когда Ник связался со Старком-младшим. Поначалу всё шло если не хорошо, то в рамках допустимого и ожидаемого. Внедрение Романофф, сбор биометрических данных, подготовка нужных стимуляторов. Направить психику и поступки миллиардера в нужном ключе стало бы лишь вопросом времени, но вдруг словно чёрная полоса. Без каких бы то ни было предпосылок и разведки Старк не просто срывается с крючка, но и предъявляет ряд очень… неприятных обвинений, а Наташа таинственно исчезает, зато в месте её исчезновения находят «сувенир с родины».

И словно этого было мало! Только-только стоило возникнуть перспективам получить альтернативу строптивому миллиардеру, что хоть и не имела таких ресурсов, зато владела нужными технологиями и, главное, могла быть привлечена к сотрудничеству с гораздо меньшими сложностями и рисками, как… Иван Ванко точно так же исчез!

Из закрытой камеры, окружённой лучшими агентами и техникой слежения! И на его койке остался точно такой же советский флажок!

И если с исчезновением Наташи ещё можно было, пусть нехотя и скрипя зубами, допустить как её повторное предательство, так и реальную возможность её бывших коллег добраться до перебежчицы. Пусть это было сложно, пусть крайне затратно и требовало бы нескольких недель, если не месяцев крайне плотной подготовки, к тому же, в дополнение ко всему, свидетельствовало бы и о том, что у него из штаба сильно течёт в сторону русских и всё, что он знает об их актуальной повестке, не стоит и ломаного цента, но это всё-таки было возможно и допустимо. Неоправданно затратно и сложно, никому не нужно и совершенно не в стиле русских, но допустимо. Однако когда то же самое происходит с заключённым, наличие которого никто не мог предсказать и неделю назад… Нет. Никак. Не-воз-мож-но!

Но выходило, что возможно. И подобные возможности откровенно пугали. Что будет в следующий раз? Утащат министра обороны? Президента? Протащат бомбу в Пентагон? Нужно было срочно принимать меры, усиливать оборону, системы безопасности, протащить всех оперативников, агентов и даже обслуживающий персонал через полиграф.

На фоне этого строптивость Старка отошла на второй план. Разумеется, прорабатывалась вероятность его связи с русской разведкой или иными службами бывших стран Варшавского Договора, но эта вероятность была исчезающе мала — он в крайне грубой и жёсткой манере отказался сотрудничать со спецслужбами своей страны, с которыми плотно работал его отец, с чего бы ему сотрудничать с другими? У него даже коммерческих интересов в той стороне нет! К тому же все его контакты были под наблюдением, и никого даже хоть как-то, через третьи и пятые руки, связанного с «иностранными коллегами» замечено не было. Но при этом нельзя было не заметить того факта, что оба исчезновения были в первую очередь выгодны именно магнату. Разумеется, он не знал и не мог знать о Романофф, но, если допустить, что с ним действительно начали вести свою игру зарубежные службы разведки, могли и просветить. Равно как и «помочь» с Ванко. Но смысл? С такими возможностями Старк им уже был бы не нужен! С такими возможностями им уже не нужно было вообще ничего! Ведь тогда сам Николас сидел бы сейчас не в своём кабинете, а в камере у неведомых похитителей и ждал допроса!

Вновь пазл не складывался. Жаль, что Старк слишком медийная фигура, да и меры по своей безопасности он усилил на порядки — просто «пригласить на разговор», накачав сывороткой правды, не получится. А тут ещё и подозрительная смерть военного советника Страйкера, информационную шумиху вокруг которой едва удалось замять в приемлемые сроки, а расследование его деятельности не только поставило на уши весь отдел по вопросу мутантов, но ещё и выявило новую пропажу носителя ценной информации — его помощницы, хоть на этот раз и без флажка. И, как вишенка на торте, руководство, заметившее «резкие движения» в его штабе, начало интересоваться их причинами, что общую ситуации только усложняло, заодно не давая нормально работать. Не то чтобы этот ворох проблем был чем-то запредельным для Ника, но приятного в обстановке точно не наблюдалось.

Оставалось надеяться, что результаты внутреннего расследования прояснят ситуацию. И что хуже уже не будет…

Глава 9

Поместье Энтони Старка. Малибу.

Телефонный звонок на личный номер отвлёк Пеппер в самый неподходящий момент — когда она, спрятавшись в уголке и достав пудреницу с зеркальцем, пыталась вытряхнуть из чёлки конфетти. Чуть не уронив от неожиданности пудреницу, девушка достала мобильник и с удивлением обнаружила на панели строку «Номер не определён», и это на её-то телефоне. Тем не менее такому номеру явно следовало ответить, в конце концов, без всякого повода на её личный телефон никто не звонил со старших классов колледжа.

– Слушаю, – приняла девушка вызов.

– Пеппер Потс? – деловито уточнил незнакомый мужской голос.

– Да, это я.

– Безобразие! – внезапно возмутился собеседник, на секунду ошарашив новоиспечённого гендиректора Старк-Индастриз. – О чём этот разгильдяй только думает?! Пните его уже, чтобы он сделал вам предложение, ну сколько можно это терпеть?!

– Простите?.. – степень, кхм… недоумения девушки взяла высоту, которой редко мог добиться даже Тони, а уж с учётом сути озвученного вопроса, добавляющей, мягко скажем, некоторую неловкость в эмоции, было совсем… нехорошо.

– Я поражаюсь с этого гениального идиота, – продолжил неведомый мужчина, – как можно быть таким застенчивым в его возрасте и с его послужным списком? Я был уверен, что он достанет кольцо сразу, как только узнает, что больше не умирает, но, похоже, я его недооценил.

– Кто вы такой? – мотнув головой, попыталась перехватить нить разговора опытная секретарша.

– Ах да, я его… В некотором смысле, коллега. Ну, вы уже почувствовали, что я умею делать с людьми то же, что с ними очень любит делать Тони. Кстати, я чего звоню? Передайте ему мои извинения, что не смогу быть на празднике. Поздравлять его с очередным годом в этой ужасной вселенной не стану, но вы его от меня обязательно пните. Скажите, что Бог недоволен его малодушием в личной жизни!

– Что происходит? – весь этот странный разговор начал раздражать. – Кто вы?!

– Я — Его Бог. И, как положено, звоню поздравить с Превозмоганием ещё одного года, – её собеседник явно был не в себе и нёс какую-то чушь. Но как это могло сочетаться с тем, что он не просто позвонил на не самый широко известный номер, так ещё и системы мониторинга Старк-Индастриз, что «определяли» и звонки от агентов Щ.И.Т., бессильно выдавали «номер не определён»?! А собеседник продолжал рушить её внутренний мир своими словами: – Только не нужно думать ничего… противоестественного. Я — Бог строгих и старых взглядов, признаю только гарем прекрасных нимф… Кхм, не важно, в общем, просто передай, что я звонил и извинялся. И да, не забудь пнуть! Это — важно! – и связь оборвалась, оставляя верного секретаря, а теперь Генерального Директора Старк-Индастриз в полнейшем раздрае.

– М-м-м, кто звонил? – Тони появился словно из ниоткуда, наперевес с двумя бокалами. – Пеппер, ради всего святого, только не говори, что это по работе! Можно же тебе отдохнуть и расслабиться хотя бы в мой день рождения, если ты категорически отказываешься делать это в свой? Считай, что это моё требование, как именинника!

– Должен же из нас двоих хоть кто-то работать? – привычно возмутилась она поведению своего босса. – Но нет, это был просто какой-то странный псих.

– Странный псих? – мгновенно подобравшись, приподнял бровь другой стр… эксцентричный миллиардер. Если бы девушка не была точно уверена в обратном, она могла поверить, что это — очередная шутка этого великовозрастного разгильдяя. К тому же у Старка бы хватило и умения, и ресурсов так пошутить… даже оставаясь при этом на виду, но… нет. Пеппер вздохнула. С учётом контекста, это была бы слишком злая шутка, а подобного данный тип, при всей его распущенности, себе никогда не позволял… ну, по отношению к ней.

– Да, представился Богом и сказал, что крайне тобой недоволен… и чтобы я тебя пнула…

– А он не сказал, чем конкретно недоволен? – подозрительно мягким и плавным движением Тони взял её под ручку, подаваясь ближе и стреляя взглядом по сторонам, словно не хотел, чтобы их услышали. И прозвучал вопрос так, будто он прекрасно понимал, о чём и о ком идёт речь.

– Та-а-ак, – нахмурилась верная секретарша, выпрямляя спину и рефлекторно отодвигая от губ взятый бокал, – мистер Старк, вы ничего не забыли мне сказать? А то этот таинственный некто ещё что-то упоминал про «умирание»…

– Понятия не имею, о чём это! – забегал глазками по округе инженер с «электромоторчиком»…

– … – преисполненная самых нехороших подозрений, Пеппер продолжала сверлить его тяжёлым взглядом.

– Но… – поднял палец вверх этот великовозрастный ребёнок, – кое-что я действительно забыл. И подозреваю, этот тип не мог по этому поводу ничего не сказать… Я бы на его месте точно не удержался… – пожевал он губами, слегка встопорщив бородку, но тут же опомнился и повернулся к толпе гостей. – Дамы и господа, прошу минуточку вашего внимания. Я понимаю, что вы собрались, в первую очередь дабы уничтожить мои запасы коллекционного виски, – послышались смешки, – а также убедиться, что я всё столь же прекрасен и куртуазен, – теперь было слышно женское хихиканье, заставившее мисс Потс страдальчески закатить глаза, – однако! – чуть повысил голос миллиардер, заставляя гостей сфокусировать внимание, – сейчас я попрошу вас немного отвлечься от сих, без сомнения, наиважнейших занятий… особенно убеждения в моей прекрасности и куртуазности… и стать свидетелями!

– Тони, опять твои шуточки? – шикнула на начальника Пеппер, чувствующая себя крайне неуютно под всеми этими взглядами.

– Нет. В этот раз я убийственно серьёзен, – повернулся он к ней и… встал на колено, вытаскивая из-за пазухи коробочку с кольцом. – Пеппер Потс, выходи за меня!

– … – она потеряла дар речи. Присутствующие гости тоже затихли, не в силах поверить, что самый завидный холостяк в мире решил наконец-то остепениться. Наступившую тишину прервали звуки хлопков в ладоши.

– Ну наконец-то! – крикнул странный молодо выглядящий мужчина с зачёсанными назад длинными чёрными волосами. Краем сознания девушка ещё отметила, что не помнит его имя и в списке гостей никого с таким лицом тоже быть не должно… если, конечно, Тони в последний момент не притащил кого-нибудь, как он любил частенько делать.

– …

– Я не то чтобы торопил… – тихонько шепнул Старк, – но, к твоему сведению, тут чертовски неудобно стоять, а я, похоже, ещё и на крышку от пива коленом приземлился… Кто вообще пьёт пиво на моём дне рождения? – вместе с последней репликой взгляд Тони приобрёл безумно трогательное выражение — этакую смесь чувства, будто его предали в лучших чувствах, отказа верить, что кто-то здравом уме может предпочесть какое-то пиво его личной коллекции виски, и робкой надежды, что она каким-то образом спасёт его от этой жестокой реальности.

– Пхии, – рассмеялась Пеппер. В этом был весь Тони — внести долю нелепости и какого-то бесшабашного безумия в любое дело он всегда был мастером, – я согласна!

После этих слов народ ожил и принялся аплодировать и поздравлять парочку. Далеко не все это делали искренне, но… почти уже не мисс Потс это мало волновало. Кажется, праздник сегодня случился не только у Тони.

– «Вот теперь тебя люблю я,

Вот теперь тебя хвалю я!

Наконец-то ты, грязнуля,

Мойдодыру угодил!..» – продекламировал что-то смутно знакомое на… как показалось Пеппер, русском языке тот самый привлёкший её внимание странный мужчина, подходя ближе.

– Что? – не понял Тони, оборачиваясь к незнакомцу. Однако стоило Старку увидеть его лицо, как он тут же взбодрился, словно увидел знакомого, которого совсем не ожидал увидеть.

– Чуйковский?(*) – вспомнила девушка что-то из своих многочисленных курсов по самообразованию.

– Она понимает! – с, как ей показалось, искренним удовольствием изобразил восторг гость. – Ты счастливчик, мой почти цельножелезнячный биг-мек!

– Знаешь, когда Бог называет тебя словом, подозрительно похожим на «бигмак», это немного напрягает, – понизив голос, поделился с неизвестным Тони. Хотя, судя по его реакции, неизвестным тот оставался только для неё.

– Поверь, это намного лучше, чем когда про тебя на протяжении десяти веков рассказывают сказки, где ты превращаешься в кобылу, даёшь себя сношать коню великана и в конце рождаешь жеребёнка, – отпив из незаметно где-то взятого стакана, доверительно сообщил мужчина, пожимая плечами.

– Кажется, я что-то похожее слышал ещё про Зевса и Европу, – покивал Старк, сам делая жадный глоток, пустым взглядом посмотрев в пространство.

– Меня кто-нибудь представит? – обозначив тщательно отмеренную нотку раздражения, осведомилась девушка.

– Это… – Тони повёл в воздухе пальцами, глядя на собеседника, словно подбирая слова. Правильные слова… Тони. И правильные слова. Одно это уже настораживало.

– Локи, – между тем изобразил лёгкий полупоклон неизвестный. – Поцеловать ручку, простите, не могу — меня здесь нет.

– А где вы есть? – на рефлексах переспросила Пеппер, пытаясь уложить в голове то ли картину очередной шутки, то ли очередного необоснованного безумия в её жизни.

– В пустыне — читаю сказку на ночь маленькой милой девочке, способной устроить форменную резню. Я не знаю, как у неё это получается, – видя их взгляды, поднял руки в защитном жесте брюнет.

– Получается устраивать резню? – уточнил Старк.

– Нет, это как раз очень просто, – отмахнулся гость. – Как ей удаётся всё время заставить меня читать ей сказки — вот в чём вопрос! Но что мы всё обо мне да обо мне? Давайте, признавайтесь, что вам подарить на свадьбу?

– Разве это не должно быть сюрпризом? – губы девушки при упоминании свадьбы сами собой расплылись в улыбке, но о том, что перед ней творится что-то непонятное, она не забыла.

– Нет, – качнул головой назвавшийся Локи, делая ещё один глоток виски, – мне в этом отношении лучше не доверять. Если моя фантазия разыграется, может получиться очень неудобно.

– Неужели?

– Знаешь, Пеппер, – этак доверительно прищурился Старк, как умеет только он, – что-то мне подсказывает, что нам лучше ему поверить. Кстати, – изобразил опять же свою неподражаемую деловитую стойку Тони, переключаясь на гостя, – космические корабли в ассортимент возможного входят?

– Только прогулочная яхта, – в тон ему ответил брюнет. – Звезду Смерти не дам, – с выражением дополнил он тоном, каким ставят точку в разговоре.

– Яхта — тоже хорошо, – оживился миллиардер, ещё больше убеждая девушку, что эти двое явно на своей волне и знают что-то такое, чего она не знает.

– Так… как вы сказали, вас зовут? – отхлебнув из бокала, решительно настроилась разобраться в ситуации мисс Потс.

– Локи. Я вам только что звонил, – обворожительно улыбнулся брюнет, вызывая в душе генерального директора Старк-Индастриз не поддающееся никакому сравнению чувство, будто перед ней отъявленный мошенник и прохиндей. Не то чтобы это чувство не зудело на краю сознания всё время разговора, но сейчас оно вышло на первый план.

– Ох, вот как…

– Да… – сказал… Тони, одновременно и в одной тональности с гостем.

Мужчины переглянулись, на их лица синхронно вылезли подозрительно одинаковые улыбочки напроказничавших школьников, после чего последовала короткая пантомима, в которой они общались буквально движениями бровей. И Пеппер могла поклясться, что они обсуждают, кто будет с ней объясняться. А ещё Тони явно хотел откосить…

– Я вас оставлю, – заметил это и брюнет, всем видом подло бросая Старка на растерзание.

– А-а-а, – миллиардер быстро скользнул по её лицу взглядом загнанного зверя и тут же, как это умел, сделал вид, что обнаружил в себе избирательную слепоту, – может быть, ещё по стаканчику? – с невинным видом качнул он почти опустевшим бокалом, обращаясь к… Локи.

– Нет, я же говорю — меня здесь нет, это тело и стакан — просто иллюзия, – повторил его движение брюнет. – Да и рассеивать внимание гостей, чтобы они не замечали, как вы говорите с пустотой, и не лезли с поздравлениями, немного утомительно.

Пеппер огляделась и к своему удивлению действительно заметила, что приглашённые ведут себя как-то не так. Никто и в самом деле не спешил к ним подходить, ловить взгляд, дарить улыбки, даже когда по ним скользили взглядом, это делали так, будто вообще их не видят.

– Зачем ты это делаешь? – также оглядевшись по сторонам, озвучил вопрос Тони.

– Делаю что?

– Вот эту фигню с невидимостью, – сделал круговое движение кистью Старк, как бы очерчивая пространство вокруг них.

– М-м-м, – гость на секунду задумался, – представь, что Хаммер был бы твоим старшим братом, который искренне тебя любит, и у него было бы трое друзей примерно того же уровня интеллектуального развития… которые на каждом празднике норовили бы потащить тебя на «истинно мужские развлечения», как они их видят.

– … – Тони замер, уперев взгляд в пространство, и его лицо стало выглядеть так, будто он съел что-то очень горькое. – А можно я не буду это представлять? – вернулся он в реальность. – День рождения — это не время для кошмаров наяву.

– Вот поэтому умение быть незаметным — очень важно. И это никак не связано с возможностью подглядеть в женской раздевалке в колледже.

– О да, конечно… – сразу получил прилив сил от близкой себе темы Старк, заставляя Пеппер закатить глаза. – Минуточку, – спохватился мужчина, – ты же говорил, что работаешь в каком-то колледже учителем?!

– М-м-м, неужели я ощущаю в тебе кризис веры? – усмехнулся брюнет, и Пеппер только сейчас заметила, насколько у него насыщенно-изумрудные глаза.

– Не, ну вообще, в этом что-то есть, – как будто даже устыдился своего приступа морали Старк.

– Я знал, что ты поймёшь меня! Ну ладно, мне действительно пора, а то люди начнут замечать, что что-то не так, – пожал плечами гость, заставляя стакан в своих руках исчезнуть в переливе зелёно-золотого света. – Как говорится, совет вам да любовь! Счастья, взаимопонимания и поменьше ссор из-за потерянных носков. И да, пинай его почаще! – чуть склонившись к ней, напутствовал парень, чтобы тут же раствориться в воздухе в уже знакомых зелёно-золотых переливах.

– … – Тони замер с уже открытым для ответа ртом, но по причине резкого исчезновения собеседника вид имел донельзя оскорблённый.

– Так значит, кто-то всё-таки может при разговоре с Тони Старком оставить последнее слово за собой? – мило улыбнувшись мужчине, поддела его Потс.

– Он сбежал! Это не считается!

– Очень хорошо, что ты готов наконец-то рассказать мне, кто же это всё-таки был, – не переставая улыбаться, подалась ближе девушка.

– Да, точно, он сбежал… – с новой интонацией отметил Старк, облизнув пересохшие губы и шаря взглядом по округе, явно прикидывая, куда бы смыться.

– Тони?

– Кто хочет поздравить мою невесту?! – делая вид, что не услышал её, вопросил на весь зал этот оболтус.

– Тони, – уже холоднее позвала его Пеппер.

– Давайте — подходите! У нас сегодня праздник! – продолжал паясничать миллиардер. Они оба знали, что это временный успех и позже ему будет даже хуже, чем если бы он всё объяснил сейчас, но в этом был весь Тони — он не искал лёгких путей…

Несколько дней спустя.

Лаура во все глаза пялилась на коричневого кролика в клетке, кролик в ответ меланхолично жевал сено, вяло поводя ушами на чириканье всяких попугаев и канареек из другого конца магазина.

Наше туристическое путешествие, как до, так и после дня рождения Старка, протекало неспешно и даже немного лениво. Мы подолгу останавливались на одном месте, жарили мясо, отдыхали, пытались загорать, хотя мои спутницы считали погоду для этого слишком прохладной и даже обзавелись сапожками на меху. Я тормошил ребёнка, показывая ей всякие милые вещи, вроде способов ловли пустынных змей и свежевания мохнатой дичи… выслушивал вялые возмущения Сары о том, что так делать не стоит, обворожительно улыбался, но ничего не обещал. Хотя и доктор Кинни возмущалась так — для галочки. Уж кто-кто, а учёная, наверное, лучше всех знала, что психике Х-23 эти забавы не повредят. Конечно, это не мешало ей недовольно поджимать губы, но она знала, да.

В местных городках мы закупались продуктами, ходили по книжным магазинчикам и сувенирным лавкам, игровым площадкам и кинозалам. Короче говоря, я делал всё, чтобы дать моим спутницам время прийти в себя, подумать и притереться друг к другу. Боевой хомячок потихоньку социализировалась, уже не хватая с полок всё подряд, а предварительно показывая понравившиеся вещи маме, иногда даже объяснялась с продавцами, рассказывая, что ей нужно дать посмотреть с полки. Со мной, правда, всё ещё играла в молчанку. Уж не знаю почему, но кивок или отрицательное мотание головой — это максимум, которого от неё удавалось добиться, притом она меня совсем не избегала и даже наоборот — частенько следила и подходила посмотреть, что я делаю. Однако даже с Юрико она умудрялась несколько раз говорить, хотя та как раз старалась держать дистанцию, да и сама была той ещё молчуньей и интровертом. Выглядело всё это со стороны очень странно, особенно один раз, когда меня утром поймали у костра и потребовали прочитать сказку из недавно купленной книги, пока мама спит. Требовали молча и даже без применения мимики — просто подошли, посверлили дырку взглядом, пока я не повернулся к ней лицом, показали книгу — и давай ожидающе хлопать глазищами, вот прям как сейчас на кролика. Уж не знаю, чего она решила добиться от ушастого, но я тогда сказку прочитал… как и несколько раз после… И вообще меня запрягли, если уж на то пошло…

В школе мутантов за это время ничего не поменялось, и даже репортаж с эпатажным уходом из жизни Страйкера особого бурления не вызвал. Чарльз, как мне казалось, в чём-то меня подозревал, но выразилось это лишь в паре отложенных шахматных партий, якобы по причине занятости, но на этом всё. Даже в разговоре осторожно не прощупывал.

В общем, всё шло неплохо, и сегодняшний день не обещал никаких неожиданностей. Очередной мелкий городок, очередной поход по магазинам, даже не с целью что-то купить, а чисто посмотреть да показать ребёнку. Вокруг милые провинциальные люди, маленькие уютные дома, чистое небо — всё было мирно и благостно…

Пока за моей спиной не раздалось ЭТО:

– Мне нужна лошадь! – вместе с хлопком дверью властно пронёсся на весь магазин голос нового посетителя.

И этот голос я бы узнал даже нажравшись вусмерть, после нескольких часов битвы с троллями и получив хороший удар от каменного великана в ухо. Без шуток — такой эпизод в биографии Локи был.

– У нас нет лошадей… – после нескольких секунд тишины, прерываемой лишь быстрыми шагами пересекающего помещение мужчины, заторможенно отозвался продавец, явно сомневаясь в умственном здоровье собеседника. – Щенки, котята, птицы… – перечислил он дальше, как бы намекая, что зоомагазин и конезавод — разные предприятия.

– Только покрупнее — чтобы оседлать, – с неподражаемой лёгкостью сломал бедняге шаблон посетитель своей новой репликой. И по голосу вот сразу становилось понятно, что он ну никак не шутит, вообще без малейших полутонов и сомнений.

На счастье, от необходимости ответа продавца спас гудок машины с улицы и женский окрик в открытую дверь:

– Эй, тебя подвезти?!

Скрип подошв обернувшегося назад посетителя, пара секунд тишины… и уверенные шаги обратно. Один, два, три… вышел на порог… хлопок закрывающейся двери. Я же медленно-медленно бочком повернулся к окну, чуть-чуть оттеснил Юрико и, воровато выглядывая из-за клеток, увидел спину здорового блондинистого мужика в коричневой курточке, забирающегося в небольшой грузовичок на место пассажира…

Какого Суртура?!

Что ОН здесь делает?!

– Сэр? – обеспокоенно окликнула меня Юрико.

– Всё хорошо, – резко отлипая от окна, разворачиваюсь к спутницам, что дружно смотрели на меня. – Всё замечательно… Только я ничего не понимаю! – с последними словами я сорвался с места и выбежал на улицу.

Грузовичок уже скрылся в конце дороги, направляясь на выезд из города и оставляя за собой лёгкое облачко пыли и мои совершенно расстроенные чувства. Что произошло? Почему здесь Тор? Я не проводил никаких йотунов в Асгард, не срывал коронацию, не подбивал его на поход в Йотунхейм и… что там ещё было по канону? Обвинение Одина в том, что тот — старый маразматик, после чего тот и вспылил? Ничего этого не было! Локи в кои-то веки побыл хорошим мальчиком и вообще не при делах… Какого чёрта?!

***

– Локи? Что происходит? – с беспокойством спросила Сара, вышедшая вслед за мной из магазинчика. Её волнение было понятно — и так в бегах, а тут её то ли похититель, то ли покровитель резко срывается с места с вытянувшейся рожей. Есть повод занервничать.

– Да так… – я отвёл взгляд от пыльной дороги, беря себя в руки, – встретил старого знакомого, которого никак не ожидал тут увидеть.

– Это может быть опасно?

– Нет, – я покачал головой, – максимум — семейный скандал бы случился, но меня не заметили. Так, – я встряхнулся, – что-то засиделись мы в этом городке, пора двигаться дальше. Как насчёт во-о-он туда? – характерно поведя бровями, я махнул рукой в противоположную от укатившего грузовика сторону.

– Л-ладно, – с сомнением протянула мисс Кинни, в очередной раз, полагаю, усомнившись в здравости моего ума.

– Вот и славненько, – мне нужно было подумать, что делать в сложившейся ситуации. И делать это желательно как можно дальше от дорогого братца. Нет, первым порывом было желание просто свалить, и пусть сам разбирается, что я, собственно, и сделал, но это было решение импульсивное, едва ли не по наитию принятое. Мозг асгардца, конечно, куда шустрее человеческого, и я уже упоминал про «обработку подсознанием», но тут ещё могли наложиться мои опасения изначальные… аргх, в общем, мне нужно просто тихонько посидеть, взвесить все имеющиеся у меня данные и подумать.

Тем временем дамы, в том числе и юные, благополучно покинули магазинчик и были готовы двигаться по заданным координатам, благо закупить мы всё успели. Не став откладывать дело в долгий ящик, я выдал распоряжение к началу движения Юрико. Н-да, а маршрут-то получается такой себе, на ночь придётся останавливаться в лучшем случае в кемпинге, если вообще не в пустыне, ну да ничего — где поспать в этом доме на колёсах есть, а отсутствие людей… пожалуй, это даже хорошо.

На привал мы остановились только часов в девять вечера, как и ожидалось, из следов цивилизации вокруг была только дорога средне-паршивого состояния, так что на ужин у нас назначался шашлык, вернее, барбекю и запечённая картошка. Ибо электричество нужно экономить… наверное, ну и картошку я люблю. Особенно запечённую на углях, а после такой новости имею право себя побаловать. Ай, кого я пытаюсь обмануть, «весточка из дома» серьёзно выбила меня из колеи, а означенное подсознание понакидывало разных ужасов, от которых я и дал дёру. Пусть это звучит глупо, но что поделать, так уж получилось.

Изгнанный Тор на Земле — это полная задница! Всеотец уже впал или вот-вот впадёт в свою целительную кому, новость об этом тут же разнесётся по всем Девяти Мирам, а это не просто какие-то планеты, а очень даже существенные центры галактической политики. Это, почитай, все мистические расы нашей галактики, те, кого так или иначе держал в кулаке Асгард, не позволяя бузить и устраивать всем остальным похохотать. Техномагия гораздо эффективнее чистой магии и чистой технологии, вплоть до того, что Асгард мог буквально стереть в пыль любую планету галактики, невзирая на все её армии и космические флоты, при этом даже не рискуя ни единым своим солдатом. Как мог и просто перенести армию прямо во дворец любого планетарного правительства и взять оное за вымя. Всякие тролли, великаны и прочие тёмные эльфы, конечно, таких возможностей не имеют, но любая их банда, ворвись она на планету уровня современной Земли, а то и чего повыше, вплоть до бластеров и антигравитации, способна устроить там натуральный Ад и Израиль, просто потому, что оружием, наносящим урон только на физическом уровне, ты их убивать будешь, что пчёлы медведя.

Армия Асгарда постоянно занята тем, что режется с такими бандами. Тысячи лет. На сотнях и тысячах миров. И это при том, что абсолютно доминирует, задавив самых сильных оппонентов и вынудив их пойти на мирные договоры, блокирующие перемещения действительно крупных сил. Авторитет Одина заставляет тех же Лафея и Суртура сидеть тише воды, ниже травы, и всё равно постоянно находятся какие-нибудь шаманы, что смогут провести желающих по тропам теней, открыть портал, телепортировать на борт пролетающего в соседней системе космического корабля и так далее. Пусть всё это всегда требует обильных жертвоприношений, но собравшейся в поход банде сверхъестественных уродцев совсем не жалко пустить половину захваченного города под нож, чтобы спокойно свалить с добычей домой, не говоря уже о том, чтобы вырезать какую-нибудь деревеньку для начала такого похода.

Если же Одина не станет и трон Асгарда окажется пуст, в галактике начнётся полный ахтунг. Плевать даже на троллей и великанов, хотя и у них под такое дело найдутся и космические корабли, и всё что угодно для развлекухи, но вспомним о Таносе! Безумный титан давно копит силы, у него уже есть один или два Камня Бесконечности и кружок особо одарённых подпевал, каждый из которых вполне равен, например, мне в плане боевого потенциала. Что станет делать этот морщинистый кизляк (прости меня, сказка о Гарри Поттере!), узнав, что самый серьёзный и опасный дядя, который мог угрожать его планам, стал недееспособен и даже не оставил преемника?

Я, Суртур его подери, уже настроился, что у меня есть как минимум десять лет на поиски способа отсюда свалить, и я морально не готов встречать армию вторжения читаури через две недели! Ладно, хорошо, две недели — это я загнул, способов мгновенной переброски войск через всю галактику у Таноса нет, и без помощи Тессеракта он до Земли из своего медвежьего угла будет лететь те самые десять лет, если не больше, но он же не единственный! Пираты, рабовладельческие республики, всякие древние изначальные, вроде Коллекционера, занимающиеся всякой неадекватной фигнёй и с большим удовольствием готовые воспользоваться всеобщим хаосом для своих целей. Есть ещё Империя Кри, которая в этой вселенной вполне существует, и она тут вконец обдолбана сценаристами, в том плане, что это расиствующие нацики и аморальные уроды, которым даже Гитлер сказал бы: «ребят, вы того, перебарщиваете с бесчеловечностью чутка, так даже я к унтерменшам не относился». Хвала уж не знаю кому, тут хотя бы Империи Скруллов нет, ибо Кри её таки запинали, а также Фаланги и Галактуса, но и без них веселуха гарантирована.

Но самое главное — совершенно непонятно, что мне делать? В смысле, как вообще могло всё это получиться? Что такого сделал Тор, чтобы быть изгнанным с лишением сил? Как в принципе он мог что-то такое сделать? Это же Тор! Один его не наказывал, даже когда он раздолбал Радужный Мост! Вернее, раздолбает… раздолбал бы в будущем, где я его подставил… Не суть! Это всё равно Тор! Его и в прошлом максимум чуть-чуть журили, какую бы дичь он ни творил и в какую бы задницу свою голову ни засовывал. Что такого могло случиться в моё отсутствие, чтобы это так резко изменилось? И как мне теперь быть?..

За размышлениями я и не заметил, как вытоптал целую тропу, ходя туда-сюда в стороне от костра. Мои спутницы поглядывали на меня настороженно, но с расспросами не лезли, вероятно, своим женским чутьём улавливая, что момент для этого неподходящий. За это я был им благодарен и уже почти созрел, чтобы дать пояснения. То есть минуток пять-семь я бы это дело ещё пооткладывал, но потом бы точно дал!.. Или дождался бы, пока они устанут ждать и лягут спать… Но морально к откровению я был готов, да! Это — точная информация! И всё бы замечательно, но… одиночество моё в вечерних сумерках было неожиданно прервано.

– Здравствуй, Локи, – из темноты вышла статная женщина в изысканном закрытом платье бело-золотых тонов, и как я не подпрыгнул от испуга метра на три, понятия не имею!

– М-мама?.. – слово сорвалось с языка быстрее, чем закоротивший разум успел в полной мере осознать облик гостьи. Внешне её возраст колебался между тридцатью пятью и сорока пятью годами. Мягкие черты лица, добрый, полный теплоты взгляд… Я себя почувствовал словно школьник, которого учитель поймал за подкладыванием острой кнопки ему на стул перед уроком.

– Да, сынок, это я, – улыбнулась Фригга.

– Но… – усилием воли беру себя в руки, судорожно пытаясь сообразить, как себя вести и чем для меня может обернуться эта встреча, – как ты меня нашла?

– Ты очень хорошо скрылся от взоров отца и Хеймдалля, но не забывай — это я учила тебя магии, – в её улыбке появились нотки озорства. Не такие, как бывают у меня, озорство Фригги было добрым, а не, кхм… мерзопакостным, но… некоторое родственное сходство чувствовалось.

– Это… – рефлекторно подняв руку с воздетым указательным пальцем, я нервно куснул верхнюю губу, прежде чем превозмог и смиренно принял от судьбы эту наглядную демонстрацию собственной безмозглости, – я не подумал. Но позволь узнать, – окончательно беру себя в руки, – зачем ты здесь? Мне казалось, я достаточно полно изложил свою позицию в письме.

– Я… – она опустила глаза, – прости…

– Уже слишком поздно просить прощения. Да и за что? Просто… так сложились обстоятельства. К тому же, откровенно говоря, тебе единственной точно не за что извиняться. Ты никогда не выделяла ни меня, ни Тора.

– Вы оба — мои сыновья, – её голос дрогнул.

– Возможно, – киваю, стараясь дозировать холод в голосе, с которым прежний Локи только и смог бы говорить на эту тему, – хотя всё это теперь не имеет значения. Куда важнее, зачем ты здесь?

– Я хочу, чтобы ты вернулся домой, Локи, – глубоко вздохнув, явно предчувствуя грядущий спор благодаря богатому опыту, с достоинством ответила супруга Одина.

– Домой? Правитель Асгарда требует заключения отродья Лафея в Нифльхейме, согласно старому договору?

– Локи! – в глазах и голосе асиньи вспыхнуло пламя. – Перестань! Твой отец тяжело пережил твой уход, но он не злится и не злился на тебя!

– Мой отец — монстр, которым матери пугают непослушных детей! – перебил я женщину. – А если ты имела в виду Всеотца, то уж кому из нас двоих стоит злиться, так это мне! Но ты не ответила, зачем я вам нужен? И кстати, коли речь зашла об Асгарде, объясни, что в Мидгарде делает Тор, да ещё и лишённый сил?

– Это… – она отвела взгляд, – наказание от Одина.

– Наказание? За что?

– Когда ты ушёл, Тор первым обратил внимание на твоё долгое отсутствие и направился в твои покои. А там он нашёл записку…

– Оу… – перед глазами так и встала дюжина картин одна колоритней другой. – Неужели он попытался оттаскать за бороду Одина?

– Хуже, – не приняла шутки Фригга. – Он взял друзей и вломился в Йотунхейм.

– Но… зачем?

– Он думал, что ты там, и хотел тебя вернуть.

– Ох… – я прикрыл лицо рукой. Это было даже тупее, чем каноничный вариант.

– Но там он не нашёл тебя, зато встретил Лафея… – безжалостно продолжала асинья.

– Мне уже страшно…

– Они чуть было не погибли, но Одину удалось спасти их в последний момент, но после этого Тор, на взводе, высказал ему всё, что думал…

– … – я молчал. Я просто молчал. Вот как? Как, Карл?! Я сделал доброе дело — свалил из мира, твёрдо зная, что без меня там станет лучше. Это был Поступок, Суртур его подери! Кто ещё готов такое про себя признать?! Я самоустранился, я оставил брату трон, я даже устроился в социальную сферу — я натурально помогаю детям-инвалидам преодолеть врождённые недуги! Какого?!… Как?!… Что за?!… О, киновселенная Марвел, как я тебя ненавижу!

– Мы на пороге войны с Йотунхеймом, и спровоцировал её Тор. За это он был лишён сил и изгнан на Землю, – продолжила женщина, но…

– Так, – я поднял руку, – минуточку… У вас… война. И Один не придумал ничего умнее, чем изгнать и лишить сил одного из лучших и сильнейших воителей Асгарда?

– Ты знаешь, как отец бывает вспыльчив, – вздохнула Фригга.

– О да, – вот теперь я верю, что Тор мог развязать такую войну — семейный идиотизм прослеживается. Что один сначала делает, потом думает, что второй!

– Именно поэтому нам как никогда нужно твоё здравомыслие, сынок, – иллюзорное тело царицы Асгарда подошло ко мне вплотную, заглядывая в глаза. – Сегодня утром Всеотец впал в сон Одина…

– Ты же не хочешь сказать… – меня пронзила жуткая догадка.

– Да, – прикрыла глаза женщина. – Асгарду нужен царь, и только ты сейчас можешь занять это место.

– Прости… что? – то есть… вот вся та мега-интрига в каноне была нафиг не нужна? Достаточно было просто взять и уйти, чтобы всё желанное взяло и само упало Богу Обмана в руки? Да вы издеваетесь?!

– Сын, твой дом вступает в смутные времена. И ему не обойтись без своего Царя. Ему не обойтись без тебя.

– А-э… эм… – в голове набатом билась одна фраза: «я ненавижу киновселенную Марвел!», а ещё страстное желание как-нибудь провериться на пророка. – Но я не могу! У меня есть дела здесь. У меня есть… – я быстро зашарил взглядом по сторонам в поисках вариантов. – Ребёнок! – искренне возликовал я, обнаружив Лауру, что вместе с матерью и Юрико всё это время завороженно следили за дискуссией. – Очень хороший ребёнок! – поймав дурно-нервное вдохновение, в два шага сокращаю расстояние между мной и девочкой и кладу руку ей на макушку. – Он умеет морщить носик. А ещё многозначительно молчать. Ты когда-нибудь видела детей, которые умеют молчать дольше двух минут? Она — само совершенство! Я не могу её бросить!

– Ребёнок? – тут и Фригга заметила невольных свидетелей, после чего перевела взгляд с девочки на меня, а после и на двух женщин. – Локи… – в этом коротком «Локи» переплелось столько непередаваемых материнских интонаций, что я сразу понял — в её воображении я резко пал на Тёмную Сторону Силы и вообще теперь Враг Номер Один, но не потому, что злодей, негодяй и мерзавец, а потому что не познакомил со своей женщиной, не пригласил на свадьбу и вообще, страшно сказать, скрывал от неё внучку. Короче, мой копчик в голос возопил, что жить мне осталось секунды полторы, а потом верховная Богиня и Царица Асгарда покарает меня так, как никакому Одину не снилось и в страшном сне.

– Ты не так поняла! – я как никогда ощутил, что очень хочу жить. – Это ребёнок, но это не мой ребёнок! Я его просто спас из лаборатории, где над ним проводили бесчеловечные эксперименты, а сейчас везу в безопасное место. Мама, посмотри мне в глаза. Ты слышишь? Я его не делал! Я его нашёл. Случайно!

– Случайно? – чуть дёрнув головой, вернулась в реальный мир асинья.

– Тут, в Мидгарде, сейчас идёт подковёрная война между обычными людьми и мутантами, где первые пытаются найти способ уничтожить или подчинить вторых. Так вышло, что я во всём этом уже замешан, а идея общепланетарной войны меня совсем не прельщает. По этой причине я решил пройтись по парочке наиболее одиозных предприятий, так сказать, с проверкой. И-и… да, – как бы нехотя качаю головой, – я был не слишком мягок при вынесении своих оценок. Вот из последней залитой кровью лаборатории я и забрал эту девочку. Кстати, это её мама, – указываю на Сару.

– Очень… приятно познакомиться, – помогая себе привычкой, выдавила учёная.

– Ох, конечно, – жена Одина окончательно пришла в себя и приветливо улыбнулась. – Для меня тоже удовольствие познакомиться с друзьями моего сына. Зовите меня Фригга.

– Сара Кинни… – вежливо кивнув, представилась женщина. Дальше она бросила короткий взгляд на невозмутимо наблюдающую за всем Х-23 и спохватилась: – Мою дочь зовут Лаура.

В ответ Фригга тоже кивнула и посмотрела на девочку, но та оставалась в своём репертуаре и ничего, кроме встречного взгляда карих глаз, гостье не предоставила. Не придав этому особого значения, царица Асгарда повернулась к Юрико.

– Меня зовут Юрико Ояма. Господин Локи спас меня из рабства, – коротко отрекомендовалась азиатка.

– О, – царица Асгарда повернулась ко мне, осматривая новым взглядом. И что-то не понравился мне этот взгляд. Когда чужая мать смотрит на тебя с такой гордостью и приятным удивлением — это некомфортно.

– Так, – решаю быстренько закрыть лавочку, пока во мне не начали искать следы нимба или, того хуже, позорить любимыми всеми матерями рассказами из серии «как он ходил на горшок в детстве», – я очень рад, что вы все познакомились, это замечательно, но мне нужно время подумать. Пока, мама.

– Локи, – женщина взяла себя в руки, вновь полностью переключив внимание на меня, – я понимаю, что ты хочешь меня выпроводить, и не сомневаюсь, что ты сможешь от меня закрыться, если этого захочешь, – со вздохом и печалью продолжила она, – но пойми — это действительно важно. Сейчас от тебя зависит будущее всех Девяти Миров, и ты сам знаешь, что отказав мне, сам же подвергнешь опасности и этот мир. Мидгард жил в спокойствии и неприкосновенности под защитой Асгарда, но если у Асгарда не станет царя, никто его не защитит.

– Вернее сказать, никто не будет думать, что он защищён, – раздражённо ответил я, не столько возражая, сколько… выплёскивая эмоции.

– Разница исчезающе мала, сын мой, – понимающе кивнула Фригга.

– Ладно… Хорошо! – моя правая рука легла на лицо, с усилием массируя кожу. – Сейчас я приду… Но я ничего не обещаю! – сразу предупреждаю женщину тоном, не терпящим возражений.

– Я жду тебя дома, сынок, – улыбнулась асинья, и её иллюзия распалась, оставляя меня наедине с тремя пылающими любопытством женщинами.

– Почему моя семья не даёт мне покоя, даже когда я сбежал в другой мир?! – растираю себе лицо, с трудом удерживаясь от куда более непечатных выражений, много глубже раскрывающих моё состояние.

Но тут я перевёл взгляд на застывших женщин и понял, что неприятности мои только начались. Нет, Юрико старательно делала вид, что она — доблестный Самурай и вообще «автомат, к ружью приставленный», но я едва ли не физически ощущал исходящее от неё любопытство. Саре тоже было интересно, ну а Лаура… Лаура смотрела на меня своим спокойным и безмятежным взглядом — ровно таким же, как при «вымогании» очередной сказки.

– Эх, полагаю, мне нужно объяснить ситуацию…

– Нет, что вы, вы совершенно не обязаны перед нами отчитываться… – заявила мисс Кинни, продолжая сверкать любопытствующим взглядом. Моя помощница сурово кивнула, да-да, продолжая источать любопытство, ну а мелкий боевой хомячок вообще не заморачивался подобным и продолжал своим взглядом давить и вымогать «сказку».

– Ага, конечно, – я вздохнул, смиряясь с неизбежным, – попробую в двух словах. Итак, вы, конечно, весь разговор слышали, но начну с начала и по порядку. Как известно всем здесь присутствующим, по легендам я считаюсь сыном Одина, царя Асгарда. Ну и как принц, я старался соответствовать, учился там, развивался, но наследником и будущим царём назначили моего брата-дебила, – я поднял руку, прерывая вроде бы попытавшуюся что-то сказать Сару. – Нет, это не зависть и не гнев. В его случае это скорее диагноз. Вы видели его — он на полном серьёзе хотел найти в зоомагазине щенка, чтобы его оседлать! И это парень, который видел космические корабли и регулярно летает на машинах с антигравитационным приводом! Так вот, периодически Одину надо впадать в некое подобие комы, в которой он омолаживается и набирается сил, это состояние называется Сном Одина, и на время его действия трон Асгарда должен переходить наследнику. Ну, чтобы не терялось управление всей межзвёздной империей асов и ванов. И всё бы хорошо, но незадолго до коронации Тора я узнал, что действительно являюсь принцем. Принцем ледяных великанов — самых опасных врагов Асгарда. Войне той уже не одна тысяча лет, а кровавый счёт обе стороны конфликта друг к другу накопили немалый. Сказать, что я слегка удивился и огорчился таким известиям — это сильно преуменьшить картину. Но, как разумный… хм, разумное существо, я не стал пороть горячку, нестись устраивать скандал Одину или бежать возглавлять йотунов. Нет, я решил немного успокоиться, проветриться и подумать о жизни, с чем и спустился в Мидгард, то есть на Землю. Даже специально записку оставил, чтобы не дёргались и не искали! Ну а тут меня затянул отпуск — устроился преподавателем в школе для одарённых детей, немного спас мир, познакомился с парочкой красоток, – я не сдержался и подмигнул Юрико, что всё так же стоически изображала самурая. – В общем, восстанавливал душевное равновесие и собирался с мыслями. И в этот момент мой брат-дебил вломился в мою комнату, увидел пустое помещение и записку на столе. К сожалению, его мозговых способностей всё-таки хватило, чтобы научиться читать, и моё «прощальное письмо»… ну, он с ним ознакомился. После чего, вместо того, чтобы пойти на разборки с Одином, спросить у матери или вообще плюнуть и наконец-то заметить, что одна симпатичная асинья за ним бегает уже лет четыреста и девушке неплохо бы внимание уделить… вместо всего этого и ещё тысячи и одного способа заняться чем-то если не полезным, то хотя бы безвредным, он не придумал ничего умнее, чем взять свой молот, своих друзей, ещё больших дебилов, и вторгнуться во владения йотунов, требуя «вернуть брата», попутно убивая и калеча подданных чужого государства, мирно прогуливавшихся по своим делам.

– Эм, я не могу уловить логики… – призналась женщина-учёная.

– Я тоже, но это — Тор, он всю жизнь так делает! И да, это ещё не конец истории. В общем, как вы догадались, что-то внезапно и неожиданно пошло не так, и аж целая четвёрка, или пятёрка, если они затащили в свою авантюру ещё и Сиф, молодых и не очень умных асов «почему-то» не смогла зачистить от великанов весь Йотунхейм. В итоге, результат был предсказуем — их зажали и собрались уже предъявить к оплате счёт за всех убитых сородичей, ну и старых долгов припомнить. Но в последний миг Один героически их спасает. Результат — мы получаем взбешённых великанов, на которых сами же, «вероломно и без объявления войны», напали. Но и это не всё. Буквально сразу же Один доказал две вещи: первая — Тор сто процентов его сын, а вторая — дебилизм в данной семье передаётся по мужской линии. Потому как он не придумал ничего умнее, чем лишить сил и изгнать одного из лучших воителей Асгарда на Землю, а сам просто взял и уснул. Итог — две сильнейшие боевые единицы Асгарда выбыли ещё до начала боевых действий, одна из этих единиц ещё и главнокомандующий. И весть об этом если уже не распространилась по Девяти Мирам, то распространится в ближайшее время. Девять Миров — это ключевые планеты зоны влияния Асгарда, у каждой есть ещё куча сателлитов, и играют они на политической арене галактики одну из основных ролей. А теперь ко мне приходит мама Фригга и просит разгрести за Тором всё его дерьмо, как я обычно и делал всю жизнь. Только масштаб на этот раз куда как крупнее, так ещё и Один с «кучей» помог! И да, ещё один ма-а-аленький нюанс. Король Ледяных Великанов, с которым теперь мне предстоит воевать на стороне Асгарда — мой биологический отец. Но если я этого не сделаю, мирозданию — кранты. Если не всему, то многим планетам, потому как межмировая война в рамках Девяти Миров очень быстро превратится в войну общегалактическую. Это как если бы прямо сейчас в США южные штаты начали вторую гражданскую войну, одновременно с гибелью президента, конгресса, сената и всего командования НАТО вместе взятых, только перенесите последствия с одной планеты на всю галактику. Надеюсь, теперь вы понимаете, почему Тор и Один — дебилы?! Фу-у-ух, кхм, – я прокашлялся, – прошу прощения, меня слегка занесло, но спокойно всё это воспринимать не могу даже я.

– Н-ничего страшного, – отозвалась Сара, переваривая услышанное. – В такой ситуации вы были потрясающе корректны и сдержанны. Но что делать нам? – учёная кинула взгляд на девочку, завороженно слушавшую мой краткий, но очень экспрессивный рассказ.

– Я не собираюсь бросать двух женщин с ребёнком одних посреди пустыни, – ещё раз помассировав лицо, отмахиваюсь от волнения женщины. – Пойдёте со мной.

– Куда?

– В Асгард. Можете собой гордиться, ещё ни один человек не удостаивался чести побывать там, – я постарался изобразить всю надменность Стража Моста, на какую только был способен. – Ну, по крайней мере, за последнюю тысячу лет, – пожимаю плечами, смягчая момент.

– Но разве это удобно?

– Я распоряжусь, чтобы вам выделили лучшие комнаты во дворце, – я был непреклонен. – А если этих умников что-то не устраивает, то нечего было звать меня решать их проблемы. Связались с Локи? Терпите боль и унижения! – немного подумав, заканчиваю: – К вам это не относится. Но вот асам будет плохо!

– А как же трейлер? – уточнила Юрико.

– Суртур с ним, нужно будет, купим новый.

– Х-хорошо, как пожелаете, – согласилась бывшая пленница своего собственного тела, явно пытающаяся уложить в голове, что вот прямо сейчас направится в «Вальхаллу».

– Ну ладно, – вздыхаю, – перед смертью не надышишься. Подойдите поближе, – все три дамы не очень уверенно, но послушно шагнули ко мне. Как только мы оказались в круге радиусом в пару метров, я снял с себя маскировку и поднял лицо к небу. – Хеймдалль, мост!… пожалуйста, – не успела фраза отзвучать до конца, как с небес ударил столп радужного сияния, выстраивая вокруг нас межмировой переход. Скорость предоставления «транспорта» свидетельствовала о том, что Стража как следует замотивировали. Фригга могла быть пугающей, если хотела, и что-то мне подсказывало, что в этот раз бессменному часовому Асгарда явно хорошо прилетело.

Короткий полёт вверх по сияющему тоннелю прервался как всегда резко, вытолкнув нас прямо перед круглой аркой активного перехода в зале управления Биврёста. Впереди стоял Хеймдалль во всём своём брутально-накачанном великолепии чёрного мужика в золоте. Пафосно опущенный в паз управления механизмом Моста меч, через который в потолок и бьют «молнии», прилагался, как и пронизывающий взгляд пылающих мистической силой глаз — Бог и родоначальник всех вахтёров смотрел на меня как на нераскрытого врага народа.

– Локи, – мрачно констатировал он, резким движением извлекая меч и тем самым закрывая переход. Вероятно, он хотел сказать ещё что-то, в частности, о приглашении смертных в Асгард, но я не дал ему такой возможности:

– Уже тысячу лет как! – направляюсь вперёд по залу. – Я тоже рад тебя видеть, о избирательно неподкупный друг моего блудного братца! – меняю свою земную одежду на асгардские доспех и шлем. – Не поведаешь мне, как же так получилось, что ты позволил Тору отправиться в Йотунхейм? И почему Тор изгнан и лишён сил, а ты до сих пор на этой должности?!

– Царица ждёт тебя в покоях Одина. Летающая лодка сейчас прибудет, – закаменев мордой, ушёл от ответа Страж Моста.

– Ну, конечно! Как я мог забыть?! – изобразив голосом ведро желчи в масштабе, останавливаюсь перед ним, глядя в лицо. – Тебя же некем заменить с этими твоими волшебными глазками, не Одину же здесь стоять дни напролёт?

– Я не имел права воспрепятствовать наследнику Асгарда без приказа Царя, – всё же снизошёл до дачи объяснений Хеймдалль. – Но это я известил Всеотца о том, куда отправился твой брат.

– И этим его спас, – продолжил я, не сдерживая иронии. – Только Тор сейчас в изгнании, а ты здесь.

Требовательно смотрю в лицо чернокожего воителя. Вопреки всеобщему мнению, хладнокровным истуканом тот не был, в душе будучи тем ещё авантюристом, на почве чего и симпатизировал Тору. А ещё, хоть он этого и старался не показывать, Хеймдалль очень болезненно относился к чужим упрёкам своему профессионализму. Вот и сейчас здоровяк не выдержал, отведя взгляд.

– Да… – нехотя сорвалось с его губ.

– Рад, что ты это понимаешь, – резко разворачиваюсь, так, что зелёный плащ слегка взметнулся, и направляюсь к выходу, жестом руки подзывая за собой своих спутниц.

Примечание:

(*)Пеппер именно так и сказала.

Глава 10

Те же место и время.

Юрико шла за своим господином и прилагала массу усилий, чтобы сохранить невозмутимость на лице. Да, несмотря на то, что он назвался именем скандинавского Бога, несмотря на её уверения в том, что она верит ему, одно дело — сказать, и совсем другое — почувствовать истинность этих слов, сменить восприятие. А до этого момента она, душой своей, считала Локи просто эксцентричным мутантом. Да, могущественным, но всё-таки человеком, что бы он сам по этому поводу ни утверждал. Впрочем, это не мешало ей желать следовать за ним, подобно тому, как самурай следует за своим господином. Пусть она не сильно привязана к традициям предков, но что-то в них было. К тому же она не могла найти иного способа отплатить ему за спасение и защиту.

Да, так было раньше, но сейчас? Сможет ли она по-старому относиться к нему? Ведь он в самом деле оказался Богом. Тем, кто жил тысячу лет назад и будет жить и тысячи лет от сегодняшнего дня. Как она может быть полезной существу из этого места?

Карие глаза невольно соскользнули со скрытой зелёным плащом спины шагающего впереди… существа и забегали по открывшейся панораме. Они только что вышли из огромного сферического здания, как будто отлитого из единого куска бронзы, и теперь стояли на широком, уходящем вдаль более чем на милю мосту, словно сложенном из стеклянных камней, переливающихся всеми цветами радуги. Колоссальное инженерное сооружение идеально ровной полоской тянулось над водой огромного залива, лишь изредка опираясь на редкие опоры, поднимающиеся из воды. А там — вдалеке, куда и вёл мост, сиял настоящий золотой город. Высокие, как натуральные небоскрёбы, шпили дворцов и галерей, горящие золотом и бронзой в лучах утреннего солнца. Отливающие серебром и сложными геометрическими узорами непонятные прямоугольные строения, просто висящие в воздухе. Тридцатиметровые статуи воителей в доспехах и с огромным оружием в руках, отчётливо различимые даже с такого расстояния. Но и это было мелочью по сравнению с тем, что открывалось взору, стоило лишь посмотреть с моста назад — за круглое здание.

Водопад. Огромный, куда там Ниагарскому, широкий и прямой, как будто кем-то отрезанный, обрыв, в который низвергалось лежащее под мостом море. Ежесекундно оно отправляло вниз многие сотни и тысячи кубометров воды, но ни на миг не становилось мельче, хотя было совершенно непонятно, откуда берётся вода, ведь с другой стороны была суша. Пропасть, опоясывающая море, просто была, противореча всем законам физики, и если бы только это… Над ней со всех сторон сияли звёзды — совершенно ни на что не похожие созвездия всех цветов, целые туманности и как будто даже галактики, как их рисуют в фильмах, пытаясь представить их вид со стороны. Они были так близко, так неподдельно реальны, что от этого захватывало дух. Зрелище было великолепным, завораживающим, но совершенно нереальным. Иллюзия, на которые её господин мастер? Вряд ли — это было бы бессмысленно, но и поверить в то, что всё это настоящее, не получалось.

Её спаситель тем временем повелительно махнул рукой, и, мысленно обругав себя, Юрико только теперь заметила, что к ним с неба спускается отливающая золотом лодка, украшенная тонкой резьбой и драгоценными камнями, а также двумя перпендикулярно расположенными листами металла, стилизованными под крылья по бокам ближе к корме. И она плыла по воздуху. Фантасмагоричность картины всё росла. Брюнет с зачёсанными назад волосами, однако, не видел в этом ничего странного и, дождавшись, пока транспортное средство зависнет над радужной поверхностью моста, жестом заставил двух сидевших внутри солдат в причудливых рогатых шлемах выбраться наружу. Они тоже носили средневековую броню и оружие, как это делали Локи и тот высокий чернокожий мужчина с широким двуручным мечом, встретивший их после переноса. И точно так же, как у Локи, их движения выдавали огромный боевой опыт.

– Прошу на борт, – позвал их её спаситель, вежливо, словно какой-то швейцар, встав сбоку от лодки. И хотя по контексту это должно было выглядеть забавно, но здесь и сейчас поза Локи не позволяла мыслям даже на миг заподозрить шутку или ребячество, на которые он был мастер в повседневной жизни.

Юрико, как и остальные гости Асгарда, молча последовала предложению. Пол под ногами при вхождении на зависшее транспортное средство даже не качнулся, и вот, спустя несколько секунд, они уже набирают высоту.

– Я правда это вижу? – дрожащим голосом позвала Сара, во все глаза глядя вниз. – Там — за обрывом — пустота космоса?

Юрико незаметно сглотнула, переводя взгляд на Локи. Она тоже это видела — чем выше они поднимались, тем яснее становилось видно, что никакой земли внизу, под водопадом, нет. Там тоже были звёзды. И космос.

– Асгард — это классический «Плоский мир», только без слонов и китов, – ответил брюнет, правя лодкой, держась за настоящий румпель, как на деревянных посудинах, только тут он был металлический и каким-то образом позволял управлять вообще всем движением судна, в том числе и вверх. – Он висит в космической пустоте на краю галактики, а если точнее — на вершине шарового скопления вокруг центра галактики, если её диск положить на бок.

– Но ведь это невозможно, – оторопело возразила доктор Кинни. – С физической точки зрения…

– Почему же? Впрочем, если вам будет проще, можете воспринимать Асгард этаким огромным космическим кораблём, это не верно, но достаточно близко к истине.

Учёная сглотнула и по-новому взглянула на небо со столь близкими и нереально красочными звёздами. Юрико тоже на них посмотрела, вновь ощущая ту бездну, что отделяла её от спасшего её существа. Способный переходить между звёзд за несколько секунд, бессмертный, которому подчиняются Боги, живущие на вершине галактики… ему не было никакого резона возиться с ней. Даже обращать внимание. Человек на его месте просто убил бы бесполезную свидетельницу, как он убил Страйкера. Или совсем как Страйкера. Использовал бы для своей цели — для большего правдоподобия спектакля. Никакие неурядицы в семье не могли служить оправданием его помощи — бывшая пленница собственного тела слишком хорошо знала человеческую натуру: проблемы, душевные терзания, разочарование в близких — ничто из этого не делает людей добрее, только ужесточает. Заставляет отбросить и так не слишком сильный налёт гуманизма и выпускает наружу всю гниль, которая прячется внутри под давлением общества. Но он помог…

Девушка перевела взгляд на худое лицо мужчины в зелёном плаще и сверкающих серебром адамантия доспехах. Тонкие губы, идеально гладкий подбородок без каких бы то ни было следов бритья, высокий лоб, сейчас скрытый причудливым рогатым шлемом, лазурно-зелёные в лучах солнца глаза. На первый взгляд, в нём не было ничего примечательного — его лицо не было фантастически красивым, словно сошло с обложки глянцевого журнала; при тусклом освещении его глаза всегда выцветали, становясь неопределённо-бледного оттенка; фигура тоже не отличалась статью и широтой плеч, что заставляли бы притягивать к себе взгляд. Он был бы обычным и непримечательным прохожим, просто смени одежду на что-то молодёжное и спортивное. Но он не был обычным. Никогда.

Его тело было в идеальной физической форме, уж в этом она могла в полной мере убедиться, даже не пытаясь подсматривать украдкой, ведь во время их поездки он несколько раз бессовестно пытался загорать на солнце при минус пяти. Его мимика и особенно улыбка были способны удивительно и полно передать в разы больше контекста и эмоций в разговоре, чем сами слова. Его приятный голос захватывал внимание с первых звуков, не отпуская и не позволяя себя игнорировать, как бы тихо и между делом он ни вставлял реплики. Он часто шутил, был поразительно чуток и прекрасно готовил. За неполные полторы недели в дороге с ним она чувствовала себя так, словно провела в отпуске добрый месяц, настолько легко и беззаботно всё проходило, незаметно и одновременно с тем бесконечно очевидно вымывая из сердца застарелые усталость, страх и напряжение. Гармония в его движениях, цвете одежды, поведении, всё это мгновенно притягивало внимание, не позволяя себя забыть. Жилистый, не слишком высокий, с внешностью мальчишки, едва окончившего колледж, он был чем-то особенным, как мужчина, и это её чувство никак не касалось его способностей и магических приёмов.

Себе можно было признаться — Юрико была отчаянно счастлива, что жизнь свела её с Локи, но ещё более отчаянно она чувствовала свою ненужность — бесполезность для него. Пусть он не показывал этого ни словом, ни полувзглядом, но достаточно было посмотреть по сторонам… под ноги… в небо — куда угодно, чтобы понять, какая огромная между ними пропасть. Это чувство рвало душу, и, быть может, настоящий буси* или ёдзимбо на её месте должен был бы уйти, чтобы не обременять своей никчёмностью господина, но девушке не хватало на это духу. Эгоистичное, низкое желание… но она не могла себя заставить отказаться от него. Не после того, через что она прошла по воле Страйкера и других людей.

Усилием воли подавив всколыхнувшиеся эмоции, Юрико отвела взгляд от фигуры мужчины и неожиданно встретилась глазами с проектом Х-23. Лаурой.

Искусственно выращенная девочка смотрела на неё со своей обычной безмолвной заинтересованностью. Она на всё и на всех так смотрела, лишь иногда варьируя выражение лица в сторону большего интереса, удивления или настороженности. Бывшая секретарша Уильяма Страйкера не любила с ней общаться — слишком много между ними было общего, чтобы это не приводило к неловкости и чувству дискомфорта. Их даже учили драться по одному шаблону, вернее… сперва этот шаблон отработали на Юрико, а уже финальную версию использовали на ребёнке, и уже от этого женщине было тяжело находиться с ней рядом. Простые люди не слишком старались сделать методы обучения для своих рабов-мутантов приятными, скорее уж наоборот — во главу угла ставилась исключительно эффективность, а когда обучаемый ещё и не может умереть от сопутствующих травм… Бывшей пленнице собственного тела не хотелось это вспоминать, а Лаура была живым напоминанием. Напоминанием, заставляющим всё время осознавать, что через то же самое, во многом по её вине, прошёл ещё и тот, кто не заслуживал этого на порядок больше, чем она.

Тем временем, поискав взглядом что-то на лице Юрико несколько секунд, девочка повернулась к Локи и, чуть подумав, встала с места, чтобы подойти к тому ближе и присесть напротив — с другой стороны от румпеля. Мужчина это заметил, но никак комментировать не стал, лишь цепко следя за её движениями, спрятав в кончиках губ намёк на улыбку, способный, по опыту японки, перестать быть намёком в любой момент, от, казалось бы, любого поступка Лауры. Почти минуту скандинавский бог и девочка, рождённая быть оружием, играли в гляделки, как они делали постоянно. В такие моменты Юрико казалось, что они умеют разговаривать мысленно, настолько странным было их общение. На самом деле она не сомневалась, что Локи такое общение доступно, но картина каждый раз всё равно отдавала какой-то мистикой. Вот и сейчас, стоило девочке опустить взгляд к металлической «палке» управления, а потом повторно поднять его на Бога Магии, как тот, как всегда, понял, о чём думает ребёнок.

– Мысленное управление, – чуть улыбнувшись, пояснил брюнет.

– … – вновь перевела взгляд на румпель Лаура, потом опять на Локи и осторожно подняла руку, замерев ладошкой над металлической поверхностью, не переставая смотреть в глаза мужчине.

– Ну попробуй… – откровенно развеселился тот, поощряюще растянув губы в змеиной улыбке.

– Это разве не опасно? – спохватилась Сара.

– Нет, в Асгарде даже дети умеют управлять летающими лодками, – отрицательно качнул головой Бог, а девочка уже коснулась металла…

***

Покои Одина встретили меня тишиной и медовым запахом сгоревшего воска. Один любил настоящие восковые свечи, вернее, их запах, потому иногда зажигал их у себя, несмотря на всю техномагическую продвинутость Асгарда. Сейчас же их явно зажгла Фригга, преданно сидевшая у изголовья кровати мужа и подарившая мне тёплую улыбку, едва я вошёл. Тело Всеотца покрывала золотистая полусфера целительной магии, напоминающая классическое силовое поле, хотя, как я знал, она свободно пропускала любые предметы туда и обратно. Один выглядел безмятежно — накрытый пушистым одеялом до груди, он спал на спине, ничуть не напоминая грозного и могучего Царя Асгарда, от чьего имени дрожали целые миры. Обычный старый человек с мягким, круглым лицом, небольшим животиком и окладистой белоснежной бородой. На самом деле, лицо его в точности повторяло лицо великого Энтони Хопкинса, что и играл его в фильме, но будь я проклят, если Один сейчас вызывал хоть малейшие ассоциации с Ганнибалом Лектером, так запомнившимся в моём прошлом мире благодаря таланту этого человека.

Молча пройдя по залу опочивальни, я обогнул широкое ложе с другой стороны от той, где сидела царица, и медленно присел на стоящее там кресло. Внутри бурлили странные чувства, назвать которые «смешанными» было бы немного блекло. Человеческая часть меня отчётливо трепетала от близости с одним из самых могущественных существ этой вселенной, чему немало способствовали знания Локи, позволяющие осознать это могущество в многократно большей полноте, нежели был способен дать любой развлекательный фильм. Один был Богом, полноценным владыкой этого мира. Даже просто сидя рядом с ним, я ощущал, насколько связан он с окружающим пространством, насколько Асгард и ещё несколько иных — настоящих — планет и даже целых измерений, пусть даже карманных или карликовых, покорны его воле. Он был связан даже с Землёй! Не так полно и глубоко, как с этим искусственным миром асов, но эта связь всё равно была, и была она больше моей. Прежний Локи не думал об этом — слишком привык, да и примеров магической силы отца видел предостаточно, а вот меня это пробирало до печёнок. Я ведь тоже мог чувствовать миры — их душу, сущность. Но для меня это было далёкое и смутное ощущение — я просто знал, что эта душа есть, воспринимал как некий фон, что-то вроде запаха или температуры воздуха, но влиять на неё, заставлять что-то делать, а тем паче — черпать от неё силу… Всё это было мне недоступно. Я ведь не только комплимента ради называл Шторм Богиней. Её сила базировалась на общении с миром, на эмпатии с ним, возможности попросить и получить — феноменальное влияние даже для настоящего Бога. Но всё-таки она не была Богиней, она была мутантом, чьи псионические способности сконфигурировались столь причудливым образом, что она получила свой аналог сил, присущих сильнейшим из асов. Один же как раз был Богом и вполне мог творить то же, что и она, причём на десятке миров. Так кричали мне мои чувства, так шептали знания Локи. И они же говорили, насколько Одину плохо. Насколько он устал и ослаб. Я видел его связь с мирозданием, я видел её потенциал, и я видел, насколько Всеотец сейчас не способен его реализовать. Он был словно огромный древний дракон, поверженный не врагами и оружием, а старостью и немощью, однако продолжающий внушать священный трепет даже в таком дряхлом и беззащитном состоянии.

Но это касалось лишь силы и страха перед раскрытием. Того страха, что побудил меня бежать из Асгарда. Но не он один царил в моей душе.

Память Локи, воспоминания… то, с чем я сроднился и уже, будем честны с самим собой, привык считать своим собственным. Всё это переворачивалось при виде того, в каком состоянии мой отец. Строгий, вспыльчивый, вечно благоволящий Тору, иногда тупой и упёртый, аж до скрипения зубов, но… отец. Всегда такой могучий и внушающий страх, а теперь слабый и беззащитный. Брошенный приёмным ребёнком, преданный в самых лучших чувствах и надеждах любимым сыном, разочаровавшийся и снедаемый сожалением, беспомощный что-то исправить и вынужденный бросить свою жену, своё царство, всё, ради чего он прожил жизнь, в самый ответственный и критический момент. В момент, когда он наиболее нужен. Я осознавал, что я не тот Локи, каким он был, что Один — не мой отец, что я не должен испытывать к нему ничего, кроме презрения за отвратительный результат воспитания своих детей, но я всё равно жалел его. В груди поднималось что-то тягучее и щемящее, подозрительно похожее на любовь. Хотелось помочь, извиниться, обнять и даже, чёрт подери, поплакать…

А ещё меня просто накрывало беспросветным пологом отчаяния от одной только мысли, сколько всего мне предстоит тянуть, возьмись я на самом деле править Асгардом. Административные обязанности меня не пугали, меня пугали люди. Вернее, асы. Их культура, обычаи, нравственные и общественные принципы, традиции вести дела и исполнять приказы…

Тут больше всего проявлялось моё отличие от прежнего Локи — я не мог жить в этом обществе. Не хотел в нём жить. Не хотел подстраиваться под него. Не хотел… его поддерживать. Социум застрявших в родоплеменном строе технически сверхразвитых экстрасенсов-долгожителей — это слишком чуждо для меня. А ведь Царь должен не только следовать традициям, он должен быть, что называется, святее Папы Римского, особенно если у него не всё в порядке с законностью прав на престол. Казалось бы, с учётом репутации Локи, твори что хочешь, но ведь в реальной жизни — это путь в один конец. К тому же… тут нет картошки!

– Я с самого начала просила его быть честным с тобой, – нарушила затянувшуюся тишину Фригга, мягко сжав пальцы Одина над одеялом. – В нашей семье не должно быть секретов…

– У всех есть секреты, – эхом откликнулся я, продолжая гипнотизировать взглядом лицо правителя Асгарда, – но некоторые секреты слишком болезненно воспринимаются, если опоздать с их раскрытием.

– Он скрывал от тебя правду, чтобы ты не чувствовал себя чужим, – попыталась поймать мой взгляд асинья. Пересилив себя, я поддался, поднимая к ней глаза. – Ты — наш сын, Локи, – почувствовав маленькую победу, продолжила она с проникновенным нажимом, – а мы — твоя семья. Ты должен это знать.

– Наши знания порой играют с нами злую шутку, – отвернувшись в сторону, пытаюсь унять бушующие внутри чувства. Хорошо хоть никаких слуг в спальном чертоге сейчас не было, и я мог не опасаться, что, блуждая глазами по помещению, столкнусь взглядом с любопытным зевакой.

– Ты можешь поговорить с ним, – заговорив новым тоном, деликатно предложила сменить тему Фригга. – Он может видеть и слышать нас даже сейчас.

– Боюсь, я сейчас не в том состоянии и могу наговорить много лишнего, а ему и так после выходки Тора несладко, – вздыхаю, массируя пальцами глаза. О том, что Один может наблюдать за миром даже во сне, я знал, но напоминание всё равно не принесло положительных эмоций. – Сколько это продлится?

– Не знаю, – покачала головой женщина, посмотрев на мужа. – В этот раз всё по-другому — мы не были готовы.

– Значит, мои чувства верны — чтобы восстановиться, ему потребуются годы, возможно, десятилетия, – отчасти спрашивая, но скорее утверждая, произнёс я.

– Ты хороший сын, – улыбнулась мать Тора. – Теперь ты понимаешь, почему так нужен нам?

– Да, но я не хочу править Асгардом! – услышь меня оригинальный Локи, он бы умер от инфаркта, невзирая на то, что асы не подвержены болезням смертных.

– Я не понимаю… – недоумённо нахмурилась Фригга, – разве ты не готовился к этому всю жизнь?

– Да, но я отказался от этого, – опираюсь локтями о колени, готовясь изложить то, что чувствую, но так, чтобы она поняла и это не выбивалось из общей картины с узнавшим свою реальную родословную Локи. – Я отпустил эту несбыточную, глупую мечту и начал новую жизнь. Я… я впервые взглянул на мир без призмы положения в Асгарде, без стремления превзойти Тора в ваших глазах, и… я понял, что мне не нужна власть! – поднимаю взгляд от пола, чтобы встретиться глазами с царицей Асгарда. – Я не хочу править, не хочу властвовать и повелевать. Я убил больше тысячи лет своей жизни на стремление достигнуть невозможного, на мечту, которая неосуществима, на цель, рождённую ложью. И когда я узнал правду… когда я… – облизываю губы, не в силах подобрать точного слова, – освободился, – нашёл я аналог, одновременно с качанием головы. – Тогда я понял, что мои мечты… Настоящие мои! Они не о правлении царством. Моя истинная страсть — это магия. Я жажду знаний, жажду силы, но не заёмной, а своей собственной, которую у меня никто не отнимет. И жизни я тоже хочу своей собственной. Не построенной на лжи, не являющейся чьим-то даром или милостью. И я получил эту жизнь в Мидгарде! Там у меня впервые в жизни появились мои друзья. Хотя так неправильно говорить — они скорее пока приятели, – повожу плечами, – но всё равно они МОИ, а не Тора. Для них я не скользкая тень сиятельного брата, не сын Царя. Для них я — это Я! Они оценивают меня не за то, кем и чем я являюсь, а за то, что я делаю. Если я открою им, что я — ледяной великан, это ничего не изменит. В их глазах я не поменяюсь никак. А если я открою, кто я, Асгарду — Хеймдалль первый попытается насадить меня на свой меч, не говоря уже о других асах и ванах! Я не хочу такой жизни — не хочу быть вечным заложником, трясущимся о том, чтобы никто не узнал его тайну. Я не хочу, чтобы эта червоточина сожрала меня изнутри, тем более в тот момент, когда я только начал по-настоящему жить.

– … Ты вырос, Локи, – с печальной и доброй улыбкой на губах произнесла Фригга.

– Такое порой случается, – буркнул я себе под нос, почувствовав что-то вроде смущения от только что сказанной речи. К тому же тот факт, что эту речь слышал и Один, пусть сейчас и пребывал «не с нами», мне тоже настроения не добавлял. Ну и перечисленные обстоятельства — это был настоящий винегрет из воспоминаний прошлого Локи и моей мотивации.

– Да, и это только доказывает, что лучше тебя Асгарду Царя не найти, – продолжила улыбаться и смотреть на меня с неподдельной гордостью асинья. – Тебе не нужна власть, а значит, ты не будешь устраивать войны ради её получения, ты хочешь жить своими идеалами и мечтами — значит, тебе будет сложно навязать чужие.

– Ты сейчас это и пытаешься сделать… – моё недовольство никуда не девалось.

– Нет, – покачала головой женщина, – я лишь пытаюсь показать тебе, что ты достоин трона Асгарда, а трон Асгарда — достоин тебя. Поверь, Локи, Один тоже не горел желанием наследовать за своим отцом. Но мы — асы. Наши сила и власть велики, но так же велика и возлагаемая на нас ответственность. Кто-то должен хранить Девять Миров.

– Тогда почему бы тебе не возглавить Асгард? – ответ я и так знал из памяти предшественника, но человек во мне не мог промолчать. – У тебя всяко больше опыта и авторитета, чем у меня!

– Локи, ты прекрасно знаешь, что править Царством может лишь Царь. Моё место — рядом с моим мужем, но не на месте моего мужа, – как маленькому, по-матерински объяснила мне Фригга.

– Но ведь я даже не ас, я — ледяной великан-дистрофик с нарушением пигментации кожи! – я уже понял, что на каждый мой аргумент у неё заготовлен ответ, но просто так взять и сдаться не мог. – Я не имею никаких прав на трон Асгарда!

– Ошибаешься, – лицо асиньи помрачнело. – Конечно, ты не был зачат Одином, но в тебе всё равно есть его кровь. Ты ледяной великан лишь наполовину, сынок, вторая половина в тебе от аса.

– Что, прости? – сказать, что от этой новости я словно получил удар под дых — это ничего не сказать. Нет, я предполагал, что могу быть полукровкой, но нести в себе кровь Одина… – Я не ослышался? Во мне течёт кровь Одина?

– Да, – кивнула женщина, прикрыв глаза.

– И-и-и?.. – всей позой изображаю живейший интерес к дальнейшим пояснениям. Сам бы я не стал спрашивать напрямую, кто моя мать — понимал, что для Фригги это был бы очень болезненный вопрос, да и настоящий Локи бы его никогда не задал, ибо всем сердцем любил приёмную мать, но раз она сама подняла тему…

– Той женщиной, которая выносила и родила тебя, была старшая дочь Одина — Хела, – с тяжёлым вздохом призналась царица.

– П-погоди секундочку, – выставляю указательный палец в защитном жесте, силясь предотвратить выпадание глаз с положенного им природой места. – Ты имеешь в виду ту самую Хелу, которая — Богиня Смерти?.. Которая — старшая сестра Тора и до бесстыдства сильная дамочка, одержимая жаждой власти и запертая на данный момент отцом в Хельхейме?

– Ты знал о ней? – неподдельно изумилась Фригга.

– Знал ли я, что Один одно время был вполне себе тиранствующим завоевателем галактики, пролившим реки крови, чтобы Асгард занял то место, которое он занимает сейчас, и что помогала ему в этом его дочь — Хела, являющаяся Богиней Смерти, от которой он потом отрёкся и которую заточил, завязав оковы на собственную жизнь? Да, я об этом знал, – на лицо так и лезла нервная улыбка, да и меня начало слегка подёргивать. – И ты хочешь сказать, что вот она — моя биологическая мать? – ответ был написан широкими буквами на мрачном лице асиньи. – И Тор, получается, мой дядя?!

Я говорил, что от той новости я словно получил удар под дых? Я ошибался. Тогда меня вообще не затронуло, а вот сейчас меня сбило камазом! Что за Санта-Барбара?! Этого не было в сценарии фильмов! Киновселенная Марвел, какого Суртура ты творишь с моей жизнью? А-а-а!!! Тор — мой дядя! Не дай создатель, он об этом узнает! Он и без того невыносимый эгоцентричный сноб!

А Фригга, между тем, кивнула…

– То есть я мало того, что наполовину монстр, которым матери пугают детей, мало того, что я — сын Лафея, так я ещё и сын поехавшей на всю голову кровавой маньячки-предательницы, которая извернулась так, что её начисто стёрли из истории Асгарда?

– Ты — мой сын. И сын Одина. Таково наше слово, – теперь во взгляде Фригги явственно читалось «и я спущу шкуру с любого, кто попробует что-то вякнуть по этому поводу».

– Ох-хо-хо-хо-хох… – опускаю лицо в подставленные ладони. – Я не был к этому готов, дай мне минутку собраться с мыслями…

Было бы ещё с чем собираться, потому как в голове царил просто белый шум с разрядами помех, как в старых ламповых телевизорах…

– Локи, – вывел меня из прострации голос матери… да, не моей, но сейчас я уже был почти готов даже не поправлять себя в мыслях.

– Что? – открыв глаза, кошусь в сторону женщины.

В ответ та молча предложила посмотреть в дальний угол опочивальни. Проследив за её взглядом, я увидел Гунгнир, замерший на пятке, глядя остриём вертикально вверх, как он всегда делал, стоило Одину отпустить руку. Копьё ни на что не опиралось, сохраняя вертикальное положение самостоятельно, и… я сразу понял, к чему клонит царица.

– Мама… – тяжёлый вздох сам вырвался из груди. – Ну я же Бог Обмана и Озорства, меня терпеть не может половина Асгарда, а другая презирает! Видишь? – вытягиваю руку в сторону копья, мысленно посылая в его сторону зов. – Я даже не могу призвать Гунг… – не успел я закончить, как золотое древко прыгнуло мне в руку, преодолев всё пространство опочивальни, и как влитое легло в ладонь… – Я призвал Гунгнир?.. – оторопело вылупился я на копьё Одина. – А он так разве умеет? – подразумевая полёты в руку хозяина, оборачиваюсь к Фригге.

– Это же оружие царя Асгарда, – тепло улыбнулась мне буквально просиявшая от гордости женщина. – Разумеется, он ничем не хуже оружия наследника.

– Но он так никогда не делал… – чувствую себя идиотом.

– Потому что твоему отцу это не было нужно, а тебе потребовалось.

– Но… Подожди, – я нервно зажмурился, чувствуя, будто съел лимон. – Магия так не работает! Артефакты или что-то умеют, или не умеют.

– И всё же он лёг в твою руку.

– Это ничего не доказывает!

– Напротив, это значит, что ты можешь быть Царём. К тому же пусть ты и не любишь этот титул, но разве Богу Обмана и Злых Шуток не должна нравиться мысль обвести вокруг пальца всё царство асов? – в глазах царицы оных асов заплясали легионы смешинок.

– Аэ-эм-нэ… – перевожу взгляд с собеседницы на цельнометаллическое копьё из металла Уру, послужившее на Земле прообразом протазанов. Сила артефакта текла в пальцы, смешиваясь с моей и входя в резонанс, умножающий мою собственную магическую силу в несколько раз, разуму открывались умения и возможности одного из могущественнейших образцов оружия галактики, а ещё я чувствовал, как псевдоразум артефакта настраивается на меня, образуя долгосрочную связь, словно на полном серьёзе решив обосноваться в моих руках на долгое-долгое время. – Хорошо, – мои плечи поникли, иллюстрируя полное поражение — меня обложили со всех сторон, – ты меня убедила…

Примечания:

*Буси — военно-феодальное сословие в Японии, возникшее в VIII–Х вв, а также «воин», в широком смысле слова. Низшая часть сословия буси состояла из мелкопоместного военно-служилого дворянства — самураев. В современном японском языке слова «буси» и «самурай» — синонимы.

Ёдзимбо — телохранитель.

Глава 11

Весчестер, Нью-Йорк.

– Профессор, – мой фантом нашёл Чарльза в его кабинете и сразу же приступил к делу, – могу я попросить вас об одолжении, от которого зависит судьба Девяти Миров?

Когда я вник в подробности ситуации и восстановил хронологию событий, то испытал сильнейшее желание выпить, но, увы, не мог себе позволить такой слабости. Собственно, дело было в Торе… Как всегда. Но сейчас особенно. Парень умудрился в прямом смысле наступить на все сюжетные грабли оригинальной истории, словно читал сценарий. И несмотря на то, что в целом это было объяснимо, но я всё равно на некоторых местах ощущал, словно у меня потели зубы. Во-первых, Один не стал изобретать велосипед и закинул Тора на тот же самый юг США, как и было в фильме. Возможно, не совсем в то же место, но, так или иначе, компания учёных-уфологов, или кто они там, открытие Радужного Моста отследила и парня нашла. Само по себе это было несложно — Асгард постоянно проводит ротацию войск, и Биврёст для этого работает регулярно, а так как Мидгард — всё ещё один из Девяти Миров, чей магический фон, помимо прочего, напрямую связан с Асгардом, этот фон реагирует на создаваемые Мостом возмущения, что отражается и на физической реальности, как правило, порождая «северное сияние» в некоторых областях планеты. Иными словами, если знать, что искать, заметить активацию Моста на Земле можно, и для этого не нужна даже какая-то особо продвинутая техника. В общем, братишку нашли, а дальше наступил цирк с конями: то в больничку его сдадут, как психа, то из этой больнички выкрадут, то всё-таки испугаются, что он — псих, и разойдутся, то включат «пожалейку» и вновь помогут. Но это бы ещё ладно, над этим бы я ещё радостно и гнусно похихикал, наблюдая за страданиями и унижениями Могучего Тора, но главным тут был второй момент, и именно для его разрешения я сейчас пришёл к Ксавьеру.

– … – лысый телепат поднял взгляд от монитора компьютера, долю секунды разглядывал моё лицо, собираясь с мыслями, и, тронув рычажок управления креслом, выехал из-за стола навстречу. – Я слушаю предельно внимательно.

– Люблю, когда честные люди уходят от ответа по моей методике! Это так трогает! – почти искренне воодушевился я. – Но дело специфическое, в котором мне понадобится ваше доверие.

– То есть я не должен задавать вопросов? – сразу уловил суть Ксавьер, никак не показав лицом своё к этому отношение.

– Это нежелательно, – киваю. – Ответы могут повлиять на ваше эмоциональное состояние, а выработанные оценочные суждения — на подсознательные установки. Мне же критически важно, чтобы вы оставались самим собой, возможно, немного нервничающим, но не пребывающим в раздрае тяжёлых философских вопросов. Могу обещать, что моя просьба никак не повредит ни вам, ни школе, ни человечеству в целом. По сути, она, напротив, должна уберечь мир от кучи проблем, если всё пойдёт так, как я планирую. А если не пройдёт, значит, мы просто слетаем в одно место и вернёмся ни с чем. И да, разумеется, я отвечу на все вопросы и объясню всю подноготную, как только это уже не сможет повредить делу.

– Хорошо, – кивнул телепат, – дай мне двадцать минут, чтобы собраться.

– Так просто? – вскидываю бровь.

– А почему нет? Ты — хороший человек, Локи. Порой жестокий, но, учитывая, в какие времена прошло твоё детство и в каких традициях ты воспитывался, в этом нет ничего удивительного. И если ты просишь моей помощи, то я постараюсь помочь, если это будет в моих силах.

– Ох, Чарльз, – я хмыкнул, – ты заставляешь меня покраснеть. Если бы ещё эту мою хорошесть видел кое-кто другой…

– Не всё сразу, но… Шторм довольно высокого мнения о тебе, – вернув мне беззлобную усмешку, Ксавьер вернулся к своему компьютеру.

– М-м-м, неужели это выдавание врачебной тайны харизматичному мошеннику?

– Нет, это слова «просто учительницы», что она передала своему «отцу-инвалиду», – в голосе и коротко брошенном на меня взгляде мутанта был смех. – Признаться, меня с первой минуты нашего знакомства сильно интриговала твоя точка зрения, очень уж она нестандартна.

– Я не буду извиняться за террористов-пацифистов! Согласись, в этом определённо что-то есть. Как минимум это креативней, чем классический геройский эпос.

– Что-то мне подсказывает, что именно последнее играет для тебя ключевую роль? – быстро набирая что-то на клавиатуре, поинтересовался мужчина.

– Кто знает? – пожимаю плечами. – Быть может, это голос моего единомышленника, живущего у тебя в сердце? Ну, ты знаешь, как это бывает — первая сотня лет, бунтарский дух?

– Хотел бы я, чтобы это было так… – Чарльз кликнул на что-то мышкой — с моего места экран монитора было не видно, – но, боюсь, всё гораздо прозаичней…

– Когда-нибудь я сделаю подборку всех случаев, когда ты называл меня малолетним оболтусом, на которых уже вволю насмотрелся, и покажу маме.

– Чувствую, что за этим стоит какое-то последствие… – поднял на меня глаза Ксавьер, вновь выкатываясь из-за стола.

– Как сказать… – качнул я головой, вильнув взглядом. – Она будет в восторге… И наверняка решит познакомить тебя с кем-нибудь из своих подруг.

– … – Чарльз не сразу нашёлся с ответом. – Это лестно… Но, думаю, нам не стоит до этого доводить.

– Как знать, – не стесняясь оскалился я, в красках представляя эту картину. – Ну что, ты готов?

– Осталось предупредить Скотта, что я на некоторое время отлучусь, – телепат вздохнул. – Эта новая система безопасности порой кажется мне несколько неудобной.

– Что поделать, удобство и безопасность, как правило, находятся по разные стороны баррикад. Но можешь не торопиться, я всё равно собирался угонять у него самолёт.

– Локи… – тяжёлый вздох и укоряющий взгляд.

– Ладно-ладно, я договорился, чтобы он нас подкинул. «Уже-не-стильные-очки» любезно согласился.

– Порой мне кажется, что тебе не тысяча лет, а всего полтора десятка, – покачал головой телепат.

– Главное — не стареть душой! – я улыбнулся. – И это был семьдесят шестой случай. Пойдём?

– Да, я готов, – и мы направились к секретному ангару с секретным самолётом-невидимкой, чтобы секретно прилететь к секретному исследовательскому лагерю секретной организации. Х-м-м, мне кажется или тут многовато слова «секретно»?

Скотт уже прогревал движки, и стоило нам подняться — отдал команду на вылет. После избавления от тяжеленного визора и риска устроить лазер-шоу, просто спросонья открыв глаза до надевания очков, его характер несколько смягчился, а меня он зауважал настолько, что даже был готов терпеть моё неподражаемое чувство юмора. Или это из-за новой системы безопасности? Возможно, он не безнадёжен, и идея метания циркулярных пил таки встретит его понимание и одобрение. Ещё хотелось бы видеть здесь Шторм, чисто моральной поддержки для и эстетических чувств ради, но, увы, прекрасная мулатка была занята молодым поколением, у которых на носу были экзамены, со всеми вытекающими, так что не судьба.

Сам перелёт прошёл довольно скучно — Чарльз, как и обещал, меня ни о чём не спрашивал, Скотт пилотировал, я же большей частью сознания был занят вниканием в дела Асгарда, хвала предвечной искре творения — хотя бы пока без визитёров и просителей. Сесть в пустыне можно было почти где угодно — спасибо сверхлёгким и сверхпрочным полимерам «Чёрного Дрозда», так что за это я не волновался. А вот дальше началось приключение…

– Вижу лагерь, – сообщил Циклоп на подлёте. – Похоже на что-то вроде зоны карантина, но средств ПВО и радаров нет.

– Даже если бы были, я замаскировал нас ещё при взлёте, – поднявшись из кресла в салоне, подхожу к кабине. – Да, всё верно — это именно то место. Сможешь присесть вон на тот холмик?

– Мы там будем как на ладони.

– Не страшно — мои иллюзии спокойно продержатся часов пять, а сами они туда на патрульных машинах не поднимутся.

– Но что это за место? – всё-таки полюбопытствовал Ксавьер, вместе с нами наблюдая за приближением земли, сидя в кресле второго пилота.

– Временная база Щ.И.Т.а, – ответил я пожилому человеку.

– И зачем мы здесь? – плавно заводя птичку на посадку, покосился на меня Скотт.

– Прошу ещё буквально десять минут потерпеть, скоро сами увидите.

– Хорошо, – опережая Саммерса, кивнул профессор.

Вскоре, покинув недра самолёта, мы двинулись к секретному лагерю сверхсекретной организации. Так как я находился в Мидгарде не совсем материально, толкать инвалидное кресло Ксавьера через кочки и траву пришлось Циклопу. Все следы я сразу заметал телекинезом, а дальше — знай отводи глаза персоналу и технике да шагай вперёд. Чарльз, правда, порывался мне помочь собственной телепатией, но я его отговорил — лучше будет, чтобы он не использовал свои силы, когда всё начнётся. Так что через означенные десять минут мы были уже внутри периметра, приближаясь к главной точке маршрута. Вот и последний поворот в обтянутом пластиковой плёнкой коридоре, и мы оказываемся у кратера, посредине которого находился кусок скальной породы с полуутопленным в неё молотом.

– Хм… – проф внимательно оглядел инструмент, – только не говори, что это Мьёльнир.

– Не скажу, вы уже и сами всё поняли.

– И что он тут делает? – с чуть нервной улыбкой спросил Скотт.

– Изображает Экскалибур. Суровую нордическую версию. Хотя на самом деле Калибурн, потому что Экскалибур — это меч Девы Озера, и в камне на выборах короля Британии он не торчал, но вы, люди, всё время путаете даже сказки собственного сочинения, не то что реальные события. А уж уровень образования сценаристов Голливуда — это вообще отдельная песня, с таким подходом к воспитанию молодёжи ещё немного — и вы опять скатитесь в каменный век, честное слово…

– Локи… – телепат устало вздохнул, глядя на меня.

– Ладно, – поднимаю руки в защитном жесте. – Мой брат-дебил очень сильно накосячил. Настолько сильно, что его изгнали на Землю и лишили сил, а потом Один не придумал ничего умнее, чем скинуть следом его Молот. Вероятно, планировался воспитательный момент, чтобы парень помучился, но теперь этот молот изучает толпа вояк из мутной конторки, в которую понапихала шпионов конторка ещё более мутная. В общем, мне нужно, чтобы этот молот побыл у кого-нибудь нормального, пока я не разрулю весь этот геморрой. И лучше вас, профессор, я кандидатуры найти не смогу. Не к Эрику же мне обращаться?

– Это ведь далеко не всё? – проницательно глядя на меня, уточнил Ксавьер.

– Не всё, – я согласно кивнул, – но больше я сказать вам не могу и только могу попросить поверить.

– Хорошо… – Чарльз кивнул, – что мне нужно делать?

– Да почти ничего — просто возьмите его и пока подержите у себя.

– Ладно, – в его взгляде читалось что-то между «почему ты сам его просто не утащил?» и «заставляешь старого инвалида тягать тяжеленные боевые молоты, тебе должно быть стыдно». После чего Чарльз вновь повернулся к артефакту и протянул ладонь к рукояти.

– Я помогу, – дёрнулся было Циклоп помочь с поднятием тяжестей.

– Не стоит, – мгновенно создаю ещё один свой фантом на его пути, заставляя отпрянуть. – Поверь, я не просто так прошу именно Чарльза.

– Эм… – мутант бросил взгляд на своего учителя, но встретил лишь спокойное прикрытие глаз, после чего Ксавьер всё-таки коснулся рукояти с коричневой кожаной петлёй… и без малейшего усилия вытащил Мьёльнир из каменного постамента.

Моё настоящее тело, сидящее на троне Одина, затаило дыхание, пока иллюзии спешно расходились подальше от профессора.

А вокруг телепата уже сгустилась магическая энергия, буквально сдёрнувшая его с кресла и подвесившая в воздухе. Я видел, как магия и сущность молота устремляются в его организм, исцеляя изношенное тело. С неслышимым хрустом повреждённый позвоночник восстановился, а ноги налились былой силой и подвижностью. Морщины разгладились, а в голубых глазах сверкнули молнии. Молнии же окутали и Мьёльнир. Небеса почернели, в считанные секунды набухая жирными тучами, грянул гром, и широкая белая молния ударила в оружие, насыщая и восстанавливая истраченные на исцеление человека резервы магии. И тут же, из подпространственного кармана молота, на Ксавьере начала воплощаться броня, заковывая его тело в высокотехнологичную чешую и укладывая на плечи алый плащ. И, Боги… Чарльз Ксавьер в костюме Тора выглядел неописуемо сюрреалистично, но очень… очень брутально.

– Ха, вот теперь вы точно — папа Шторм, – в Асгарде я утёр капли пота, выступившие на лбу — поддерживать магическую иллюзию и внушение на целой толпе народа во время такого буйства сил было сложновато даже с поддержкой Гунгнира и трона Царя, что специально создавался для облегчения удалённых магических воздействий и дальновидения сквозь границы миров. Но ничего — справился, вон, все спокойно ходят и изучают распечатки, словно им тут только что молнией не разнесло половину «саркофага» над оружием.

– Профессор! – Скотт дёрнулся вперёд, желая то ли помочь своему наставнику не упасть при приземлении, то ли просто убедиться, что с тем всё в порядке.

– Локи, что происходит? – плавно опустившись ногами на землю рядом с Циклопом, растерянно оглядел свой новый облик телепат.

– Ничего страшного, – развеиваю один лишний фантом, – просто небольшой бонус в виде исцеления и омоложения… точнее, перехода организма к состоянию… м-м-м, нет, не совсем то слово… концепции аса.

– Но зачем? И что дальше? – продолжал недоумевать свежеиспечённый Громовержец.

– Ничего, всё как я говорил. Я прошу вас хранить молот, пока я не вправлю Тору мозги, ну или пока они не встанут у него на место сами, а в качестве «платы за хранение артефакта» у вас немного поправилось здоровье. Хотя, – делаю вид, что задумался, – ещё могу предложить должность и.о. Тора в Асгарде. У нас прекрасный климат и ещё более прекрасные пейзажи, а также медицинская страховка, соцпакет и всё такое…

– Нет, – покачал головой Чарльз, – у меня институт на попечении, и этого мне более чем достаточно. Но теперь ты можешь утолить моё любопытство, зачем нужно было скрывать всё это? Ты боялся, что я откажусь?

– Не, – я отмахнулся, – просто тогда бы сюрприз не получился. Ну а если серьёзнее, разумом вы бы не отказались, но могли себя накрутить до того, что подсознательно поставили бы блок, внушив себе, что недостойны такой силы. К тому же Мьёльнир — полуразумный артефакт, да ещё и Один ему приказал «найти достойного силы Тора». Проблема же полуразумных артефактов, в отличие от нормальных вещей с нейроинтерфейсом, в том, что ты никогда не поймёшь, что у них на уме и что они считают достойным, а что нет. Скажи я вам, зачем всё это нужно, и, даже без проблем с вашей стороны, эта железка могла заартачиться, мол, как это так, ему подсовывают кандидатов в обход естественного отбора?! Оставлять же его здесь… сами видите — не лучшая идея. Дело не столько даже в исследованиях Щ.И.Т.а, а в том, что у этих ребят хватило бы мозгов найти какого-нибудь порядочного, но не слишком умного патриота, который смог бы поднять молот и обрести силу Бога Грома. А потом эту силу радостно и не задавая лишних вопросов применять на злобных коммуняках, грязных туземцах и прочих врагах демократии и всего прогрессивного человечества — всё как скажут большие дяди, навешивающие ему медальки на грудь.

– Но почему ты не поднял его сам? – Чарльз с недоверием косился на собственные ноги и осторожно переступал, вспоминая, как вообще нужно двигаться.

– Ну, во-первых, у меня и так сейчас хватает проблем, – криво улыбаюсь, стараясь передать мимикой всю степень того, как меня это радует. – Ибо в результате косяка Тора я сейчас немного… Царь Асгарда, – создаю в руке иллюзию Гунгнира, – и у меня уже есть копьё Одина, – оба мутанта прикипели взглядом к золотому древку артефакта. – Во-вторых, Мьёльнир — это всё-таки полуразумный артефакт, и он много перенял у моего братца, в частности, святую веру в то, что я — лузер-ботаник, так что в руки он мне не дастся просто из принципа, а сидеть и взламывать его мозги можно лет пятьдесят. Ах да, ещё у меня есть коварный план!

– И какой же? – улыбнулся профессор, уловив смену интонаций в моём голосе.

– Я рассчитываю, что одна симпатичная учительница одарит поцелуем и сходит ещё на пару свиданий с обаятельным мерзавцем, что вылечил её отца-инвалида.

– Почему-то я что-то подобное и предполагал… Но ты говоришь, что стал царём Асгарда?

– Да, но я справлюсь с этим! У меня уже есть план, как оттуда сбежать и при этом не развязать общегалактическую войну! Думаю, за две недели я управлюсь, – позитивно заверяю мутантов, сам пригибаясь к земле, чтобы, выбрав подходящий камушек, трансформировать его в декоративный красный флажок на подставочке. Ибо всё во имя Интриги, да! Щ.И.Т. должен страдать! – Но давайте обсудим это чуть позже, – поднимаюсь на ноги, – морочить всю окружающую технику и разумы довольно сложно. Не хотите размять ноги?

– Почему бы и нет, Локи? – никак не комментируя мои манипуляции, Чарльз сделал осторожный шаг. – Почему бы и нет…

То же время, Асгард.

Моя иллюзия с мутантами спешно покидала лагерь Щ.И.Т.а, по ходу дела объясняя профу, как убирать броню и превращать молот в элегантную, не вызывающую удивления трость. Одновременно мне приходилось терпеть мигрень от напряжения, чтобы не дать людям и их оборудованию ничего заметить, но Трон помогал, а продержаться оставалось совсем немного.

В тронном зале царила стерильная тишина, в которой не было слышно даже дыхания гвардейцев-эйнхериев, несущих стражу у подножия возвышения. Официальной коронации не было, но когда я вышел из опочивальни Одина с Гунгниром в руке, выстроившаяся в линию гвардия одним движением опустилась на колено, признавая меня господином. Всё заранее было подготовлено Фриггой, и весь дворец ждал лишь моего появления, чтобы заработать вокруг нового Царя. И ведь если так подумать, она добилась своего — страшная женщина, уболтала Бога Обмана…

Я окинул взглядом огромный пустой зал. Где-то внутри горела маленькая довольная искорка, шепчущая, что это всё теперь моё, но давняя детская мечта старого Локи уже почти не трогала меня. Это он мечтал о власти над Асгардом, как о некоем супер-призе, который, типа, всем наглядно докажет его превосходство над Тором и что все, кто раньше им пренебрегал, сели в лужу. Лично мне было куда интереснее узнать, какие лица будут у этих ребят, изображающих статуи, если я проведу сюда интернет и поставлю приставку. А что, всё куда лучше, чем вальяжно восседать на этом царственном стуле и величественно пялиться в пустой зал. Вернее, я-то работал с нейроинтерфейсом Трона и мог смотреть буквально сквозь границы миров, координируя действия войск Асгарда, встречаясь с правителями союзников, отдавая приказы в дальние уголки державы и прочее-прочее-прочее, но со стороны всё выглядело именно так. Вон, Лаура уже, кажется, жалеет, что решила пойти со мной, посмотреть на «работу царя», а не осталась с матерью или Юрико в выделенных им комнатах. Или нет? По этой девочке никогда ничего не понятно, вот и сейчас она бродит по залу, пялится на доспехи охраны и изучает фрески на потолке, не выказывая никаких признаков усталости или скуки.

Молча провожая глазами девочку на протяжении нескольких минут, я дождался момента, когда «Чёрный Дрозд» иксменов принял в себя пассажиров и оторвался от земли. Выждав ещё немного, я позволил себе расслабиться, развеивая иллюзию и ментальное внушение на объекте Щ.И.Т.а. Сразу стало легче, а из висков убрались противные, непрерывно ввинчивающиеся шурупы.

О, вот и человечки забегали — заметили пропажу молота, следы от молний и маленький красный флажок. Аж на сердце потеплело… Да, всё по принципу: если на сердце поселится радость, значит, кому-то сделана гадость. И как же жаль, что Советский Союз в этом мире тоже развалился, вот бы ребята на Лубянке словили лулзов, начни им Фьюри слать гневные телеграммы и фотографии «доказательств» того, что коммуняки совсем оборзели и фу такими быть. С другой стороны, сейчас бедному экс-магистру Винду даже претензии предъявить некому, отчего гореть у него будет явно намного сильнее. Хотя… может, на китайцев наедет, но китайцы — народец тот ещё, на них где сядешь, там и слезешь — понахватались у ванов, понимаешь…

Пока я гнусно улыбался, наблюдая панику птенцов Фьюри, в голову тихонько забрела одна шальная мысль. Я бы даже сказал, плохая мысль. Вредная. Неуместная. Плохой… очень плохой Локи! Нельзя думать о том, чтобы прорыть судоходный канал между Мексикой и Канадой при помощи Радужного Моста! Это непрофильное использование высокоточной технологии пространственного перемещения, уважающие себя интеллектуалы не забивают гвозди микроскопом!

Самовнушение помогло… мало. Но натолкнуло на новую мысль.

Танос.

Будучи царём Асгарда, я мог попытаться решить проблему его существования на корню. Это было рискованно и опасно, но… вполне имело шансы на успех. Он ещё не был готов к полномасштабной войне и сбору Камней Бесконечности. Почти готов — да, но не готов. Его армия уже наверняка огромна, но и армия Асгарда ещё не потрёпана умиротворением Девяти Миров после анархии, что воцарилась с уничтожением Радужного Моста, нападением тёмных эльфов и освобождением Хелы. К тому же, кроме шуток, можно действительно ударить Радужным Мостом, если не по некоему миру-метрополии, коего у Таноса может и не быть, то по его огромному кораблю…

Быстрая проверка показала, что Трон Асгарда не даёт мне пронзить взглядом те области галактики, где, по слухам, обитал падший титан. Радиус, на который трон позволял отправить мои чувства, ограничивался Девятью Мирами и чуть-чуть сверху, а при попытке «приблизить изображение» на большую дистанцию «картинка» размывалась, почти в полной аналогии с оптической кинокамерой, хотя, безусловно, воспринималось это совершенно иначе.

Однако Хеймдалль не должен обладать такими ограничениями. Его глаза — феномен, столь сильное воплощение божественного аспекта, что заслужило звание легенды даже в рамках Асгарда. Для хранителя Радужного Моста можно стать невидимым и неслышимым, но сам его взгляд способен проникнуть в любую часть галактики. Если же у Таноса нет магии или технологии, позволяющей скрыть все его армии, то Хеймдалль его найдёт, а дальше можно будет и нанести удар…

Если я решусь на это.

А решусь ли я? Как бы беспечно я ни кривлялся, я — далеко не самый сильный воин даже в семье Одина. И Всеотец, и Тор превосходят меня в прямом столкновении, они — настоящие воины, настоящие бойцы, которых не пугает битва, которые в ней на своём месте — в своей стихии. Я же другой. Я терпеть не могу драться. Я умею. И могу. Но меня от этого воротит. Мне гораздо проще убить кого-то, чем с ним драться. Это не шутка — чтобы убить, не обязательно сходиться лицом к лицу и обмениваться ударами, не обязательно планировать ход боя, не обязательно вообще ничего. Ты можешь не уметь набить морду противнику, но при этом быть способен легко свернуть ему шею или пырнуть ножом в горло. Я, да и прежний Локи, был из тех людей, которые не ловят кураж от месилова, мы не чувствуем себя как-то особенно, махая кулаками в драке, нам всегда было проще убить, чем победить. Правда, и он, и я всю жизнь были ограничены рамками общества, не позволяющими такого поведения, только он — лишь в рамках Асгарда, а я — вообще. Но суть в том, что такой склад характера не позволяет отдаться сражению с головой и рисковать этой головой с полной самоотдачей, в какой-то момент боя полагаясь лишь на свою удачу и неудачи противника. Один и Тор так могли, я — нет. Я не смогу ринуться в битву с готовностью умереть, если так будет угодно судьбе, не смогу положить всего себя ради победы над Таносом. А падший титан не из тех, кого можно победить без надрыва и риска. При этом мне и послать-то вместо себя некого — Один спит, Тор изгнан, а больше никто и не потянет, даже Хеймдалль, хотя он очень серьёзный боец по меркам Асгарда.

Опять же, план был: свалить из этой вселенной, а не превозмогать её проблемы, аки Супермен какой. Вот будь у меня сила Супермена, я бы ещё подумал, но увы — я дрыщавый ледяной великан-полукровка, который даже летать сам не умеет, а не Последний Сын Криптона.

И вот, кстати, тоже беда — что делать с Лафеем и грядущей войной? Каноничный план устранения биологического бати был неплох, но, по объективным причинам, мне он недоступен, ибо я не проводил йотунов в Асгард, так что Лафей меня и слушать не станет, предложи я ему сходить в ловушку. А полноценно воевать с Йотунхеймом… Ну-у-у, можно, в принципе. Йотунхейм в упадке, вся их техномагическая промышленность раздолбана ещё Одином, своего аналога Радужного Моста нет, а восстановят они его очень не скоро, даже брось сейчас на это все силы. К слову говоря, да — у них был свой аналог Радужного Моста, но он был уничтожен, а восстановление запрещено по договору, за исполнением которого тот же Хеймдалль неустанно следил. Но и тут беда, война с Йотунхеймом — это долго и хлопотно. Это Асгард — Плоский мир размером с большой остров, а там полноценная планета, местное население которой с большим удовольствием поиграет с армией асов и ванов в партизанщину, да ещё и сочувствующие со всех Девяти Миров понабегут. Опять же, не имея альтернативы, за последнюю тысячу лет ледяные великаны неплохо наловчились ходить по тропам теней…

Внезапно плавный ход моих невесёлых мыслей, что потихоньку таки склонялись к варианту: «а и в самом деле, не разнести ли мне Йотунхейм Радужным Мостом?», оказался грубо нарушен. Да и в целом покой с умиротворением древнего зала разлетелись, словно хрустальная ваза под ногой ландскнехта.

– Всеотец! Нам нужно срочно с тобой поговорить! – во главе тройки друзей-дегенератов Тора в боковые двери ворвалась леди Сиф, едва ли не бегом устремляясь к трону. При этом на лице она умудрялась сохранять вид почтительный и смиренный.

Гвардия не повела и бровью, хотя чего бы им? «Гости» при дворе имели положение высокое и сами по себе, а уж вхождение в свиту Принца, пусть сейчас и пребывающего в немилости, делало это положение ещё выше. Но тут вся эта кавалькада увидела меня и сбилась с шага.

– Явились… – улыбнулся я, дождавшись их приближения. Ну да, это было сказано не по протоколу, но он меня заботил в последнюю очередь.

– Локи?! Ты вернулся? – удивилась Сиф, на миг не сумев удержать лицо и явив мне некоторую неприязнь, ну да, «брата-ботаника» «друзья-хулиганы» Тора не сильно жаловали, и эта бойкая девица не была исключением. – Что случилось? Где Один?

– Что случилось? – я приподнял бровь. – Случилось то, что выходка Тора чуть не свела отца в могилу, и сейчас он пребывает во Сне Одина и проснётся лишь через несколько десятилетий, в лучшем случае! – изображать раздражение сильно не пришлось, вся ситуация меня изрядно бесила. – В результате я должен был бросить все дела и мчаться в Асгард, чтобы было кому возглавить армию в развязанной, в том числе и вашими усилиями, войне с Йотунхеймом. И кстати, Сиф, потрудись объяснить мне, как так получилось, что ты не вправила мозги Тору, когда услышала о его плане? Я не спрашиваю, почему этого не сделали они, – жест в сторону троицы воинов, – но о тебе я был лучшего мнения! Где была твоя женская интуиция, когда вы впятером шли штурмовать целую планету существ, ничем не уступающих по силе асам?!

– … Как ты можешь так говорить?! – не сразу нашлась со словами девушка, но пауза ей понадобилась, только чтобы перейти в атаку. – Тор хотел спасти тебя!

– Спасти? – не веря своим ушам, переспрашиваю с очень характерной физиономией, выражаемой фразой, начинающейся на «что» и заканчивающейся, как правило, малоцензурным восклицанием. Она что, реально пропустила мимо ушей половину моей речи? – От чего? Меня не нужно было спасать! Меня никто не похищал, я не был захвачен врагами во время похода, я просто ушёл прогуляться подальше от Асгарда, чтобы не портить Тору праздник своей кислой рожей! Даже записку оставил, чтобы меня не искали и не дёргались. А вместо этого он зачем-то полез к йотунам и, фактически, развязал войну. И теперь результат: отец спит, мать не отходит от его кровати, Тор в изгнании, а я стал царём, которому нужно расхлёбывать вот это вот всё. Вот и ответьте мне, друзья, как я должен говорить в такой ситуации? – умел бы я конденсировать яд из своего голоса, только с последней фразы мог бы начинать оптовые поставки.

– Царём?! – дружно выкрикнули друзья моего брата.

В ответ молча (я сцепил зубы, всеми силами стараясь не материться) поворачиваю Гунгнир в руке, потоком магии заставив древко слегка зазвенеть. Тонкий, вкрадчивый звук пронёсся по всей громаде тронного зала, заставив четверых гостей тут же включить въевшиеся рефлексы и дружно преклонить колено, прижимая кулак к груди в район сердца.

– Эх, оставьте, – поморщился я, почувствовав на себе взгляд Лауры. Девочка явно заметила витающую в воздухе неприязнь и неподдельно заинтересовалась происходящим и личностями визитёров. – Я прекрасно знаю, как вы "рады" видеть меня на этом месте, поэтому оставим формальности: говорите — зачем пришли, и покончим с этим.

– Мы… – вновь начала было Сиф, но в последний момент сдержалась и, рефлекторно облизнув губы, вновь попыталась изобразить лицедейство: – Мой Царь, – попытка почтительно улыбаться засчитана, но не прошла. Нет… С такой улыбкой ей только утюг раскалять перед привязанным к стулу собеседником, – мы просим тебя вернуть Тора из изгнания.

Не сдержавшись, я облокотился правой щекой о подставленные пальцы, с искренней грустью глядя на друзей Тора, что числились и моими приятелями. Точнее сказать, так уж вышло, что заметную часть своего времени прежний Локи проводил именно в их компании, играя роль этакого отрядного ботана, что всё время говорит об осторожности и от которого всё время отмахиваются. С одной стороны, Тору явно полагалось бы позавидовать, ведь не у каждого есть друзья, что даже в такой ситуации будут до конца пытаться тебя защитить и спасти, в том числе и откровенно подставляясь сами, как делали сейчас эти четверо, но с другой… Как же мне хотелось взять четыре кастрюли, надеть им на головы и сыграть в барабанщика! Я так сильно не жаждал даже свалить от всей этой задницы, когда только попал в это тело и осознал оной задницы глубины! И ведь я не хотел их убивать — какие-то нотки застарелой привязанности жужжали на грани сознания, как будто их кто-то об этом просил, я просто… Просто хотел сделать им больно! Дать, блин, их мозгам почувствовать, что такое существовать!

– Во-первых, новый Царь Асгарда не может отменять последний указ своего предшественника. Это — закон. А во-вторых… Вы хорошо подумали? Всеотец отправил Тора в изгнание не за порванную скатерть! Вы вообще понимаете, что если бы Тор устроил то, что он устроил, всего несколькими днями позже и после того, как Один впал в свой сон, вы бы уже были все мертвы, а Асгард — обезглавлен? Новый Царь Асгарда убит при попытке вторгнуться в Йотунхейм — прекрасная перспектива, не правда ли? Очень способствующая миру и спокойствию в Девяти Мирах. Чего мне ждать, если он сейчас вернётся? Что через неделю он устроит нам ещё и войну с империей Кри? Наказание должно приносить результаты — заставлять наказанного сделать выводы и исправиться, но какие выводы мог сделать Тор всего за несколько дней? И какие выводы он сделает, если даже за такой проступок его тут же простят и вернут? Вы можете, положа руку на сердце, сказать, что он уже исправился? Можете поручиться за это своей честью и добрым именем? Давайте! – выпрямляюсь на троне, насмешливо глядя на просителей. – Если вы это сделаете, я, так и быть, что-нибудь придумаю. Ну?.. Я жду.

– Ничего этого не случилось бы, если бы ты не исчез! – аж подрагивая от негодования, процедила Сиф, буравя меня пылающим взглядом. Увы, пылал он отнюдь не страстью дорваться до моего «невинного» тела и показать мастер-класс владения позой наездницы.

– О да, конечно, что бы ни случилось — во всём виноват Локи, как я мог забыть? – возвожу очи горе. Впрочем, справедливости ради, на лицах Огуна, Вольштагга и Фандрала читалось понимание моих аргументов, выраженное в глубоком стыде, да и Сиф возражала явно чисто из упрямства. – Ладно, оставим это, тем более что вы дали ответ, – поочерёдно встречаюсь взглядом со всеми четырьмя. – Ещё что-то?

– Если позволите, – чувствуя явный дискомфорт, неуверенно пробасил Вольштагг, – я осмелюсь попросить… Ваше Величество… – тут взгляд рыжебородого здоровяка наконец-то выхватил из окружающего пространства выбивающуюся деталь, в виде подошедшей поближе, чтобы лучше всё рассмотреть, Лауры. – А… кто это? – тут и остальные заметили «незадокументированный элемент».

– Это… – перевожу взгляд на ребёнка и ловлю в ответ точно такой же, то есть простой, прямой и с лёгким интересом. – Мой советник, – пожимаю плечами, поворачиваясь обратно к четвёрке.

– Советник? – с видом «я ослышался» переспросил Фандрал.

– Да. Мой самый главный советник, – касаюсь пальцами свободной руки подбородка. – У каждого тёмного властелина и воплощения вселенского зла и коварства должен быть советник-ребёнок, чтобы проверять его планы на адекватность. Верно я говорю? – бросаю взгляд на Лауру.

– … – девочка явно мало что поняла, по крайней мере глаза её, перебегая с меня на друзей Тора и обратно, говорили, что мы тут все — полные психи, но, что-то для себя решив, Х-23 согласно кивнула.

– Тёмного властелина? – поражённо переспросил Вольштагг.

– Воплощения вселенского зла? – вторил ему Фандрал.

– … – лицо Сиф, с которым она пялилась на Лауру, вообще заслуживало Оскара. Я не мог чётко выразить, за что и в какой номинации, но оно сто процентов этого заслуживало! Я даже сохранил этот образ в памяти Трона рядом с записью того, как Ксавьер поднял Мьёльнир — потом обязательно перенесу на портативный голопроектор и буду пересматривать, когда захочется ощутить свою шикарность.

– Ой, только не надо делать вид, что это не вашими стараниями у меня на все Девять Миров репутация злого Бога. Хотя Суртур с ним, опустим эту шутку, как слишком тонкую. Повторяю вопрос: у вас ещё какие-то дела к Царю Асгарда?

– Мы… – начал было опять Вольштагг, но я его перебил:

– Кроме возвращения Тора.

– Нам нужно поговорить с Царицей! – выпалила Сиф, в очередной раз убеждая меня в своей полной непробиваемости.

И я опять не знал, завидовать мне Тору или сочувствовать. С одной стороны, столь любящая и самоотверженная женщина — это повод для зависти, тем более мой предшественник одно время был в неё тайно влюблён, всё-таки Сиф и в самом деле была красоткой на фоне многих и многих других женщин Асгарда, плюс волевой характер, постоянное пребывание рядом и всё такое. Убрать у неё родинку с лица и дать нормальную грудь вместо плоской равнины — вообще бы такая конфетка получилась, что и я бы не удержался и стал слюни пускать не меньше, чем на Шторм. С другой же стороны, с таким темпераментом она проблем своему мужчине может доставить в разы больше, чем принести пользы, особенно если действительно перейдёт с ним в те серьёзные отношения, когда допустимо выяснять любые темы, сколь бы личными они ни были, и выказывать своё отношение, никого не стесняясь.

– Говорите, – тем временем, не отвлекаясь от размышлений, ответил я с безучастным видом.

– Что?.. – как на стену налетела асинья, очевидно, ожидавшая очередного отлупа с моей стороны.

– Я не возражаю против того, чтобы вы поговорили с моей матерью, – поясняю свою позицию. – Я против того, чтобы вы врывались в опочивальню Одина, когда она там, но в остальное время — сколько угодно.

– Спасибо, – растерянно пробормотала Сиф, да и взгляды остальных выражали изрядное недоумение.

– Пожалуйста, – киваю в ответ. – А теперь, если у вас всё… – умолкаю, как бы предлагая говорить.

– Эм… Мы благодарны за ваше время… Ваше Величество, – неловко поклонился Вольштагг, начав тормошить друзей с прицелом на выход.

Терпеливо дождавшись, пока вся пришибленная четвёрка исчезнет, я поймал взгляд Лауры и попытался передать ей лицом то, насколько всё это печально. Кажется, девочка поняла. Мне же было даже интересно, когда эти деятели сообразят, что Фригга вообще не отходит от постели Одина? Недооценивать женщину я при этом не собирался — если захочет, она поговорит с кем угодно, не вставая с кресла. Правда, был в этом всём большой вопрос, а именно — захочет ли она говорить с друзьями Тора? Память прежнего Локи подсказывала, что скорее нет, чем да. Ну и, само собой, как только это обнаружится, виноватым буду опять назначен я, типа, подлый обманщик и всё такое, но, эй, кто бы вообще сомневался?

Так, на чём я там остановился? Ах да, устранение Лафея…

Чуть позже. В коридорах дворца.

Леди Сиф раздражённо шагала по спальному крылу дворца, намереваясь искать Царицу в её покоях, в душе же асиньи клокотала злость. На Тора, что полез спасать этого неблагодарного, на боевых друзей, едва ли рот ей не затыкавших, когда она хотела высказать всё, что думает, ну и, конечно же, на нового «Царя», самодовольно восседающего на Троне Одина и изображающего страдальца, вот только при всём при этом он и пальцем о палец не ударил, чтобы вернуть брата, прикрываясь традициями и неписанными правилами! А вот Тор на всё это наплевал, чтобы отправиться за Локи! И такова его благодарность?!

Подспудные мысли и одинокий голос, робко интересующийся, а с чего Бога Магии вообще нужно было спасать, пребывающей в крайне нервном состоянии асиньей полностью игнорировались. Ну что же, по крайней мере, «Царь» великодушно разрешил аудиенцию с госпожой Фриггой. Большая ошибка с его стороны — уж мать наверняка сможет вправить Локи мозги и заставит вернуть Тора! Правда, пришлось немного поспорить с друзьями, в один голос утверждавшими, что раз Локи разрешил визит, то толку от этого визита не будет — и это ещё если повезёт, а то как бы и хуже не вышло. Вот только Сиф стояла на своём, и в конечном итоге они сдались, пробормотав что-то вроде «ну, может, женщина женщину лучше поймёт», словно тут вообще требовалось какое-то особое понимание, но что с них взять?

Вот только планы на немедленную беседу пришлось резко изменить — проходя мимо гостевых покоев, асинья услышала голос Фригги, и та была явно не одна и с кем-то разговаривала. Подслушивать было недостойно воительницы, но… раз они не активировали систему защиты, то ведь ничего страшного? Тот факт, что в это крыло дворца без дозволения войти могли только члены царской семьи, остался ей незамеченным. И девушка обратилась в слух.

– … Так как же так получилось, что смертные стали путешествовать с моим сыном? – смертные?! В Асгарде? Сиф пришлось постараться, чтобы не выдать себя удивлённым возгласом.

– Господин спас меня от участи много хуже смерти, – отвечал спокойный мягкий голос, – потому служить ему — мой долг, ибо моя жизнь теперь принадлежит ему, – Локи кого-то спас? Не то чтобы это было чем-то из ряда вон выходящим, но сейчас Сиф была сильно зла на второго принца и с куда большим энтузиазмом поверила бы в какие-либо его прегрешения и пакости, чем в героический поступок.

– И он принял твою службу? – удивилась Фригга.

– Не сразу, – чуть дрогнул голос ответчицы, – но… да. Хоть теперь я и осознаю, что вряд ли у него когда-либо возникнет нужда в ней.

– И как быстро он согласился? – в голосе Фригги звучал всё больший интерес.

– Я не уверена… минута или две…

– В самом деле? Удивительно, – о чём-то задумалась супруга Одина. – А вы?

– Мой случай чем-то схож с ситуацией Юрико, – ответил другой женский голос. – Я была учёным-исследователем, генетиком. И из-за своей работы… – ответчица замялась, – стала пленницей людей, что хотели использовать мои знания для создания разумного оружия. Локи вытащил меня и Лауру из плена и предложил свою помощь.

«Локи сделал что?!» – каменной статуей застыла воительница.

– Предложил? – непритворно удивилась и Фригга. – Сам?

– Да, – в голосе слышалось недоумение, – как я поняла, он добыл сведения о нас с Лаурой из допроса пленителя Юрико, заодно предотвратив начало мировой войны… – отвечающая вновь замялась.

– Что-то не так? – мягко спросила Фригга.

– Ну… он сказал, что сделал это ради картошки.

– Ради… картошки? – удивление Царицы Сиф полностью разделяла. Она знала, что такое «картошка», но совершать, кажется, достойные сказаний скальдов деяния ради неё?

– Да. По его словам, она не растёт в Асгарде, а так как он её очень любит, он не мог допустить гибели Земли и человечества.

– В этом весь Локи, – рассмеялась асинья, – он никогда не признается, что совершил что-либо по велению души, вместо этого придумав целую кучу причин. Таким он был с детства. Хотя я и удивлена его поведением безмерно.

– Удивлены? – вновь спросила… кажется, её назвали Юрико… странное имя.

– Да. Более чем за тысячу лет Локи не обзавёлся своим ближним кругом, всегда предпочитая книги или компанию Тора, и тем более странно, что после помощи вам он остался, а не пошёл дальше, – теперь голос Фригги приобрёл какие-то заинтересованные ноты. – Это… интересно. Хотя, конечно, особенно сильно меня изумляет то, как он относится к этой девочке, вашей дочери, как я понимаю, – явно обратилась она к одной из собеседниц. – Мой младший сын всегда сторонился детей, а ей позволяет ходить за собой по всему дворцу. Удивительно.

– Лаура тоже странно к нему относится, – неловко признала вторая женщина, имя которой пока не прозвучало. – Но, думаю, это объяснимо, ведь он первый мужчина, который… ну… не воспринимает её как вещь и подопытную.

– Неужели вы хотите сказать?.. – голос Царицы озабоченно дрогнул.

– Да, тем разумным оружием, над которым я работала, была Лаура. Она — мутант со способностью к регенерации. Люди из… самых верхов хотели сделать из неё идеального солдата, а в перспективе — наладить производство клонов, как только методика дрессировки будет отработана, – голос говорившей подрагивал, выдавая нешуточное напряжение и то, насколько личными для неё являлись рассказанные факты, потому, решив, что далее слушать будет совсем уж неприличным, Сиф постучалась в дверь.

– Войдите, – всего миг потребовался Фригге, чтобы изменить свой голос с мягкого шелеста обычной женщины до повелительных ноток Царицы. Это качество разделять личное общение и официальный тон всегда вызывало у юной асиньи некоторую зависть — она так не могла.

– Моя Царица, – учтиво поклонилась гостья, не забыв окинуть взглядом умолкших собеседниц жены Одина.

Одна из них не вызывала никакого интереса — обычная женщина, что вряд ли брала в руки что-то тяжелее веретена или половника, к тому же её странная одежда выглядела в обстановке дворца правителей Асгарда довольно нелепо и чуждо. Другая же… Её одежда также была непривычна, как и черты лица, на первый взгляд — похожие на те, что присущи выходцам из Ванахейма, но всё-таки не совсем такие, как у тамошних женщин, однако главным было не это — мимолётного взгляда воительнице было достаточно, чтобы узнать такого же воина. Поза, выражение глаз, положение рук — сейчас эта смертная была расслаблена, но всё её тело просто кричало о готовности в любой момент броситься в атаку. Это не было сигналом недоверия или агрессии, просто привычкой, выработанным и закреплённым рефлексом. А ещё она была красива, — с долей ревности отметила асинья, — этакой экзотической красотой ванов, на которых немного походила лицом. Сиф даже начала подозревать, почему Локи так быстро согласился на службу этой женщины… мужчины, что с них взять.

– Леди Сиф, – кивнула старшая женщина, позволив в интонациях скользнуть небольшому холодку. Дурной признак, который, несомненно, гостья бы уловила, пребывай она в менее взвинченном состоянии, но увы.

– Моя Царица, я бы хотела поговорить с вами…

– Это не может подождать? Я сейчас несколько занята с гостьями моего сына, – градус холода возрос.

– Прошу прощения, но нет, разговор как раз и коснётся вашего сына…

– Хорошо, – вздохнув, ответила жена Одина и повернулась к смертным. – Прошу простить, кажется, у меня появились срочные дела. Предлагаю продолжить нашу беседу за сегодняшним ужином, если вы не против.

– Р-разумеется, госпожа Фригга, – ответила «мирная» смертная. Её подруга-воительница только кивнула.

– Тогда мы вас оставим, – вежливо наклонила голову Царица и тепло улыбнулась. – Рекомендую скоротать время на обзорных площадках — вскоре начнётся закат, и вам откроется прекрасный вид.

– Спасибо за гостеприимство, – вежливо поклонилась Юрико.

Ещё раз улыбнувшись, на этот раз одним взглядом, старшая асинья развернулась к выходу и поманила за собой Сиф. Вскоре они оказались в коридоре.

– Так о чём ты хотела поговорить? – улыбка на губах Фригги продержалась недолго — стоило ей лишь повернуться к воительнице.

– О Торе и Локи!

– Царе Локи, – поправила её женщина тоном, не допускающим и намёка на неповиновение. – Мой сын — твой Царь, – на этом моменте верная спутница Тора начала подозревать, что друзья были правы и этот хитрый мерзавец не просто так не возражал их разговору с матерью.

– Прошу прощения, госпожа, – склонила голову Сиф.

– Прощаю. Что ты хотела сказать о Торе и Локи?

– Локи… он!.. – девушка сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. – Мы просили его вернуть Тора из изгнания, ведь Асгарду сейчас как никогда пригодится сила Бога Грома, но он отказал, ссылаясь на какие-то невразумительные отговорки! И это после того, что Тор для него сделал! Да он же захватил трон!

– Ты. Смеешь. Обвинять. Моего. Сына. В захвате власти? – медленно, не повышая голоса, но так, что у Сиф всё внутри задрожало, переспросила Царица. – Утверждаешь, что у него «невразумительные отговорки»? А знаешь ли ты, что он сам ушёл в Мидгард, чтобы не мешать Тору? Что мне пришлось его лично искать и уговаривать занять престол отца, и согласился он лишь после того, как я воззвала к его Долгу?!

– Н-но… изгнание… – потерянно проблеяла Сиф.

– Было наложено справедливо. Как матери, мне больно это признавать, но как Царица, я понимаю решение своего мужа. И я крайне разочарована вами, называвшими себя друзьями Тора… и Локи. Я крайне разочарована тобой, Сиф. Вместо того, чтобы остановить горячность принца, вы решили потакать его детским капризам. И вот, – разъярённая женщина махнула рукой, как бы предлагая посмотреть на то, что творится с миром вокруг, – Всеотец впал в Сон, на десятилетия, а может, и века. И всё, что ты делаешь — это клевещешь на аса, что вынужденно взвалил на себя его ношу? Не потому ли за тысячу лет жизни в Асгарде Локи так и не решился принять хоть кого-либо своим другом? Убирайся прочь и не смей попадаться мне на глаза!

– Моя Цар…

– Я сказала — вон! – магический удар вышиб воздух из лёгких девушки, а саму её откинул на несколько шагов. Результаты аудиенции явно не соответствовали ожиданиям Сиф.

Глава 12

Ближе к вечеру. Асгард. Глубины дворца.

Сокровищница Одина представляла из себя отдельное строение внутри дворца, возведённое на точке соединения двух мостов, проходящих через колоссально огромную залу, в которой легко поместились бы несколько земных стадионов. Каждый мост имел два узких пролёта, легко просматриваемых с любой точки, упасть с них на дно залы означало бы смерть даже для аса, столь огромной была высота, да и о «приятных» сюрпризах для такого прыгуна строители позаботились, дополнительно превратив всю внутреннюю поверхность залы в смертельно опасную ловушку, касаться которой нежелательно даже хозяевам этого места. Пройти к сокровищнице можно было только по круглосуточно охраняемым мостам и никак иначе. Ну и сам монолит сокровищницы со стороны напоминал этакий сундук, подвешенный на цепях, даром что был размером с хороший многоквартирный дом.

Правда, возможно, последняя ассоциация была просто вывертом моего больного сознания, слишком близко к сердцу принявшего в детстве какой-то советский мультик про Кощея Бессмертного и его знаменитый сундук, в котором заяц, в котором утка, в которой яйцо, и так далее, и который висел на дубу в цепях. Я на самом деле уже ни в чём не уверен — не после того, как притащил в святая святых Асгарда, буквально в хранилище кучи смертоносных божественных артефактов, маленького ребёнка. Я честно считал, что нахожусь в здравом уме и твёрдой памяти, но когда об этом задумался — понял, что как-то не… как-то нифига подобного. Хотя стоп… Во всём виноват Один! Однозначно он! Он тоже таскал нас с Тором сюда примерно в том же возрасте!

Ох жешь чёрт…

Я же — его внук, а это, выходит, прямое доказательство, что семейный идиотизм передался и мне… С одной стороны, это, конечно, многое объясняет в жизни моего предшественника, но… Не… Ну пожалуйста, нет, я не хочу…

Каким-то непостижимым образом заметив моё состояние, следующая рядом Лаура перестала глазеть по сторонам и перевела взгляд своих карих глаз на меня. Пришлось брать себя в руки, чтоб не позориться перед ребёнком. Небольшая часть меня, очевидно, отвечающая за здравомыслие и логику, попыталась было отвесить мне пинка и заставить увести девочку от греха подальше, но… мы уже почти добрались до конца моста, а топать до гостевых покоев, чтобы сдать её с рук на руки матери, так долго… В конце концов, Х-23 на десять голов адекватней и сдержанней нас с Тором в её возрасте, а коли уж личинки этих двух братьев-акробатов смогли пройти по сокровищнице и никак не налажать (особенно Тор), то она точно справится. Да, всё это из уважения к ней, а не из-за моей лени!.. О предвечная искра творения, я уже убеждаю себя через апелляцию к крутости десятилетней девочки, что со мной сделал Асгард за эти жалкие несколько часов?!

Так, с упорством, достойным истинного потомка Одина, давя в себе ростки разума, совести и адеквата, я спустился по мосту к вратам подвешенного строения и, жестом оставив стражников-эйнхериев на посту, вошёл внутрь, увлекая за собой маленькую невинную девочку.

Магическая энергия, собранная в сокровищнице, обдала кожу колючим ветерком. Каждый трофей былых свершений Асгарда покоился в своей нише, экранирующей его от других, но всё равно общий фон заставлял собраться и выкинуть лишние мысли из головы. Гунгнир в моей руке тоже отреагировал на чужеродную силу. По сути, именно он позволял мне чувствовать её более остро, чем это случалось раньше, но и само по себе копьё Царей как бы шепнуло мне, что готово к бою, хотя и не чувствовало реальной опасности — просто напоминало. Оно вообще много чего «напоминало», например, для меня стало несколько неприятным сюрпризом, что Гунгнир крайне отрицательно относится к пребыванию в подпространственном кармане. То есть убрать-то я его мог, но он на это обижался и не стеснялся изливать на меня данную эмоцию. Попытка разобраться, в чём дело, привела к тому, что артефакт мне «на пальцах», точнее, образами чувств объяснил, что он — символ Власти, Статусная вещь и просто Красавчик, в связи с чем его нельзя прятать и фу таким быть, если пытаешься. Иными словами, все должны видеть, какой он очешуенный, ВСЕГДА. Полноценно понятными категориями он мыслить был не способен, но общий смысл был именно таким. Короче, нам с копьём Одина ещё только предстояло полноценно притереться друг к другу, но сейчас это было не важно. Сейчас я пришёл сюда за наследием другого своего отца…

– Ничего не трогай, – предупреждаю Лауру, едва мы спустились по ступенькам на нужный мне ярус сокровищницы. – Большинство вещей здесь — крайне опасны, даже если выглядят сломанными.

– … – девочка понятливо кивнула, как обычно промолчав.

Мы неторопливо преодолели центральный коридор между нишами и оказались у постамента с причудливым прямоугольным устройством, в котором непрерывно клубились потоки света. Выглядел Ларец Древних Зим словно цельный синий кристалл, в некоторых местах окованный металлом и огранённый по поверхности искусным мастером ювелирного дела. Его магия, могучая и смертоносная, что чувствовалось на расстоянии в несколько шагов, клубилась тонкой вуалью вокруг постамента, но пребывала в незыблемости и спокойствии. Для ледяных великанов Ларец был артефактом даже более ценным и важным, нежели Гунгнир и Мьёльнир для асгардцев, но так уж случилось, что мой предшественник никогда не задумывался, «почему?» Когда-то в далёком детстве Локи испугался рассказа Одина о том, что любой ас, попытайся он использовать силу Ларца Зим, неизбежно погибнет или сильно пострадает, так как ледяная магия артефакта йотунов несовместима с силой Богов, чья сущность — пламя и свет. Повзрослев же, он уже просто не стал интересоваться «бесполезным трофеем отца», который всё равно никто не даст исследовать или выносить из сокровищницы. Хитрый ход Всеотца был мне сейчас прекрасно понятен, но некоторая опаска перед неизвестной магией оставалась, мешая буднично протянуть руку и коснуться синей поверхности.

Скованная оболочкой мощь пугала. Она была чужда всему, что умел и знал в магии Локи. Вечное Пламя Суртура, расположенное в другой части сокровищницы, было куда привычней и понятней, хотя реальной опасности для любых божественных рас представляло как бы не больше, ведь его нельзя было потушить никакими силами, и только самые могущественные существа были способны покорить его мощь своей волей, всех остальных оно бы просто пожрало, невзирая ни на какие стены, броню и плоть, едва ему дали бы вырваться из границ зачарованной жаровни.

Однако просто стоять и смотреть на переливы света за синими гранями я не собирался. Не для того я сюда шёл, чтобы трусить в последний момент, тем более зная, что я могу использовать наследие Йотунхейма.

– Что бы ни случилось с моей внешностью, не бойся, – предупреждаю Лауру, протягивая левую руку к Ларцу.

И… осторожно касаюсь пальцем. Одним. Осторожная и невесомая мысль вместе с моей собственной силой скользит вперёд, в намерении нащупать и познать суть артефакта. Секундное онемение и вспышка дикого холода, вопреки нормальным инстинктам, заставляют руку дёрнуться дальше, полностью ложась на поверхность Ларца, но не успевает обжигающий мороз лизнуть ладонь, как сменяется приятным теплом, поднимающимся по руке всё выше и выше. Открытая кожа стремительно синеет вместе с распространением этого ощущения, и одновременно с новым цветом на ней появляются спиралевидные узоры Ледяных Великанов. Творение йотунов признало меня «своим»…

У Ларца Древних Зим не было привычного мне нейроинтерфейса техномагических артефактов Асгарда, но был его аналог, построенный на чистой магии. Он был грубее, не сказать, что примитивнее, но, если так можно выразиться, опирался более на инстинкты… нет… физиологию… тоже не совсем… Скорее это было что-то вроде интуитивно понятного набора рефлекторных реакций, что у меня неожиданно появился. Очень странное ощущение. Странное, но приятное. К тому же нейроинтерфейс оставался нейроинтерфейсом, хоть и воплощённым на другой логической базе, и через него я вполне мог понять и осознать функционал артефакта. Чем и занялся, и… с трудом сдержал смех. Нет, Ларец, безусловно, можно было использовать как оружие, в этом плане он был даже опаснее Гунгнира, так как мог накрывать одним ударом многократно большие площади и буквально менять климат целых континентов и планет, пусть и не мгновенно. Можно было использовать как средство управления погодой — наслать или упрятать в него бурю и самый крутой шторм было несложно. Но это всё меркло перед основной его функцией.

Это был учебник.

Нет, не так, это была квинтэссенция, сама суть Магии Льда. Ларец не вбивал в голову строгие формулы Рунной Вязи, что асы использовали для изготовления оружия, не лежало там и зловещих знаний и ритуалов. Нет. Он просто давал Осознание, понимание самой сути, а «рефлекторный» нейроинтерфейс позволял буквально вобрать в себя, усвоить приёмы магии йотунов так, словно я не то что отрабатывал сотворение Ледяного Копья или Морозной Брони, а реально всю жизнь посвятил непрерывному совершенствованию в этом направлении, постигнув его в столь глубоких нюансах и мелочах, какими может похвастаться далеко не каждый признанный мастер. Удивительное и странное чувство, что хорошо объясняло, почему Один приложил столько усилий, чтобы забрать это воистину Сокровище у Лафея. Возможно, у артефакта были ограничения, однозначно должны быть, вроде определённого уровня сил пользователя или его крови, а быть может — времени между применениями, но даже так — это было просто… ох, у меня не хватало слов.

Наверное, я бы так простоял в обнимку с этим чудом неделю, проникая всё глубже в суть ледяной магии и постигая приёмы сотворения этих чар, так не похожие ни на что из того, чем до этого владел я сам… если бы не недовольство Гунгнира, отразившееся в моей голове, и что-то похожее на удар током, прошедший по моей правой руке от копья. Регалии Царей Асов не нравилось моё восхищение чужой царской регалией, и пусть строптивое оружие не собиралось бунтовать, признав меня своим хозяином, но выразить своё «фи» в сторону «каких-то там» йотунов и их «унылых синих кирпичей» это ему не мешало. Но да, пожалуй, сейчас действительно не время и не место — подробнее изучить Ларец я смогу и потом, ну а пока…

– Как я выгляжу? – спросил я у девочки.

– … – на моё лицо подняли глаза, пару раз задумчиво моргнув, после чего пожали плечиками, мол, кого колышет? Все вы, мальчишки, на одно лицо.

– Кожа синяя? – потребовал я более чётких определений.

– … – кивок.

– Глаза красные?

– … – опять кивок.

– Узоры на лице есть?

– … – ещё один.

– Ты так и будешь молчать? – не удержался я.

– (&gt;_&gt;)… – девочка с полным погружением заинтересовалась сияющей стеной, за которой скрывался страж сокровищницы, про которого она, правда, знать не могла.

– Ладно, – отправляю Ларец Зим в собственный подпространственный карман и на секунду прислушиваюсь к ощущениям, но нет — творение Йотунхейма оказалось куда менее привередливо, нежели Гунгнир, и протестов не высказало, хотя связь с ним я продолжал ощущать. – Пойдём назад — всё, что хотел, я сделал, – зову девочку… А ещё начинаю ощущать, как с исчезновением из рук Ларца по телу забегали мурашки, а вместе с ними моя внешность стремительно возвращалась к нормальному состоянию.

Утро следующего дня. Земля. Пуэнте Антигуо.

Я наблюдал за Тором уже десять минут. За Тором, что готовил завтрак. Для тех, кто знает Тора — картина психоделичная. В смысле, он был способен освежевать кабана на охоте и посадить его на вертел над костром, но даже это делал всего пару раз на моей памяти, обычно же в отряде за кашевара был Вольштагг, как самый заинтересованный, а следовательно, ответственный в этом деле «человек». Но нет, Бог Грома в изгнании преспокойно соображал омлетик на электрической земной плите и явно ждал компанию климатологов, ну или кто там они, к столу.

– Не забудь посолить.

– Да, точно. Спасибо, Локи… – рефлекторно ответил здоровяк. – Локи? – о, какие большие глаза! – Локи, брат! – меня попытались сграбастать в широкие объятья, но пронеслись сквозь иллюзию, чуть не снеся обеденный стол.

– Если ты пытаешься меня придушить, то сделай лицо попроще…

– Я? Что? Нет! – несколько возмутился бывший Громовержец, но всё-таки перестал пытаться облобызать фантом.

– И да, я тоже рад тебя видеть… Когда ты научился пользоваться плитой? – всё-таки не удержался я от озвучивания зудящего внутри вопроса.

– Это совсем не сложно! – оживился блондин, возвращаясь на прежнее место. – Вот этой штукой меняешь температуру, а вот этой мешаешь, – поочерёдно указал он на ручку плиты, а потом и лопатку, – ножом нельзя, – продолжил деловито просвещать меня Громовержец, – можно поцарапать покрытие. В Мидгарде очень хрупкая посуда! А рецепты записаны в этой книге! – мне показали что-то вроде брошюрки с подписью: «Как приготовить простой и сытный завтрак?»

– Кстати, выключи, а то подгорит, – посоветовал я, стараясь не выдать лицом, как у меня почёсывается задняя стенка черепа.

– О! Да, конечно, – здоровяк поспешил выполнить совет, заодно переставив сковороду на соседнюю конфорку.

А вот после этого действия он замялся, и в кухне наступила тишина. Довольно неуютная тишина, как минимум для одного аса с короткой светлой бородкой.

– Я… Ты… – попытался что-то сказать Тор, скользнув глазами на моё лицо… и умолк.

– Ты как всегда красноречив, – я вздохнул. – Ну рассказывай.

– Что? – он не понял.

– Как дошёл ты до жизни такой, я уже примерно знаю, – изображаю на лице нечто долженствующее выражать сочувствие, но перед собой я мог быть честен — получилось у меня не очень. – Тут-то тебе как?

– Странно, необычно, – вздохнул могучей грудью мужчина, опуская голубые глаза к полу. – Если бы не леди Джейн, полагаю, что пришлось бы куда тяжелее.

– Леди Джейн? – я сделал вид, что не знаю, о чём он говорит.

– Смертная, что помогла мне. Я перед ней в сильном долгу.

– Ты как-то подозрительно благодушен для того, кто вдрызг разругался с любимым отцом и был лишён сил…

– Я… – Тор явно стушевался, чем продолжил рвать мне шаблон. То есть я-то припоминал, что в фильмах он частенько изображал этакого неловко-застенчивого деревенского простачка, но память оригинального Локи помнила его только как упёртого самовлюблённого барана. Очень позитивного и даже подкупающего своей харизмой, но всё равно самовлюблённого барана, смутить которого не могли даже самые большие лажи в его жизни. – Мне несколько раз хорошенько приложили по голове, – наконец выдал мужчина со вздохом признающего горькую, но важную реальность человека.

– Это… – изображаю в воздухе невнятный жест кистью, – что-то хорошее?

– Я всю жизнь был Могучим Тором, – сын Одина подошёл к ближайшему стулу и грузно на него опустился, опираясь локтями о колени, – а в Мидгарде меня сперва сбила машина, потом оглушили шокером… Это такая штука, которая бьёт маленькими молниями по медным ниткам. Потом меня скрутили помощники целителей в здешнем доме лекарей, потом опять сбило машиной, а когда я пошёл возвращать Мьёльнир… Ну, там я всех раскидал, но… Молот отказался идти со мной, – с усталой горечью закончил перечислять свои приключения асгардец. – И теперь я… не знаю.

– Хочешь сказать, ты почувствовал на себе, что такое быть слабым, и теперь переосмысляешь, так ли хорош был всю прошлую жизнь?

– Да… – словно только что это понял, отозвался Тор, поднимая на меня удивлённо-посветлевший взгляд. – Так и есть!

– Очаровательно, – качаю головой, прикидывая, как бы такое массовое поумнение сыновей не добило ненароком Одина. Слишком много шокирующих впечатлений — это опасно для старого, изношенного организма.

Что именно я считаю очаровательным, Тор спросить не успел, но точно хотел. По его слегка недоумённой роже вижу — хотел! Почему не успел? Ну так к завтраку начали спускаться климатологи, или кто там они, если правильно их именовать? Впрочем, какая разница?

– Уау… – первой появилась низенькая девушка в очках и с тёмно-коричневыми волосами. Появилась, увидела меня в асгардской одежде, пусть и без элементов брони, на чём мгновенно и сбилась с шага. – Дже-ейн! – повысив голос, позвала она в сторону, не отрывая от меня глаз. – Тут это… Ещё один? – с явно вопросительной интонацией закончила мысль землянка, даже этак виновато втянув голову в плечи, всё ещё не разрывая со мной зрительного контакта.

– Кто «ещё один»? – показалась на лестнице вторая дама, вопросительно глядя на подругу, но почти сразу перевела взгляд на нас с Тором. – Ох…

– Что там у ва… – начал было третий голос, принадлежащий уже мужчине, но оборвался раньше предыдущих.

Говорившим был мужчина, уже приближающийся к старости, но ещё не достигший её, хотя волосы его уже активно норовили оставить голову в одиночестве. Что же касается девушек, то, как ни странно для киновселенной Марвел, они оказались довольно симпатичными. До Шторм обеим было далеко, но по сравнению с общим уровнем вокруг — очень и очень неплохо, по крайней мере, было вполне понятно, из-за чего Тор, за которым несколько веков бегала Сиф, проявил внимание к этой смертной. Если уж в своё время уважаемый Лорд Вейдер не смог устоять, то что говорить о всего лишь каком-то там асгардском боге? Да-да, вторая девушка, она же, очевидно, «леди Джейн», по внешности была вылитой Натали Портман. Уже не такой молодой и очаровательной, как в ролях Матильды из фильма Леон или Падме Амидалы из первого эпизода Звёздных Войн, но ещё вполне сохраняющей свою пусть и несколько поблекшую красоту. Ну или это во мне говорит зажратый мастер иллюзий.

– Друзья мои, – братец отвесил небольшой поклон, мелочь, но, с учётом того, что мы говорим о Громовержце, я, даже зная всю подноготную, чуть позорно не уронил челюсть.

– Тор?.. Кто это? – «Падме» неловко указала на меня пальчиком, с надеждой глядя на здоровяка. Забавно, похоже, она всё ещё не могла поверить до конца в историю моего братца, отчего моя одежда вызвала много больший ступор, чем могла бы. Впрочем, а чего ещё ожидать? Всё-таки божественных сил у изгнанника не осталось, равно как и артефактов, а его поведение и рассказ больше свидетельствовали о некоем душевном расстройстве, чем об иномировом происхождении. И всё-таки она не отказалась приютить его… Женщины — воистину странные существа.

– Позвольте мне представить моего брата Локи, – забывшись, Громовержец попытался хлопнуть меня по плечу, чем вызвал секундное нарушение стабильности фантома и ещё большее изумление на лицах смертных.

– Локи? – девушка в очках быстро-быстро заморгала. – А это не тот парень, который всё время строит тебе козни?

– Так-так, – оборачиваюсь к Тору, – что ты там опять про меня успел нарассказывать?

– Ничего! – искренне поднял руки в защитном жесте блондин.

– Что он опять про меня наплёл? – требовательно поворачиваюсь к людям, снедаемый резко всколыхнувшимися самыми нехорошими предчувствиями. – Надеюсь, хоть в этот раз обошлось без превращения в кобылу и рождения жеребят?

– В кобылу? – теперь недоумённо моргнула «Падме».

– Каждый раз, как появляется в Мидгарде, он запускает про меня какой-нибудь идиотский слух, который ваши летописцы потом муссируют во всех книгах по нескольку веков. Что было на этот раз?

– Ничего! Совсем ничего, – замотала головой девушка. – Только то, что вы… – «Падме» замялась, очевидно, не зная, как подобрать подходящие слова, и бросая вопиющие о помощи взгляды на Тора.

– Брат, я правда на этот раз ничего не рассказывал! – выступил вперёд тот, принимая удар на себя. – Давай не будем вспоминать об этом…

– Нет, мы будем вспоминать об этом! – отрезал я. – Я должен знать, какой легендой тебе в очередной раз обязан!

– А вы не очень-то похожи… – заметила носительница очков. – Я имею в виду волосы! – быстро исправилась она, поймав наши взгляды.

– Мы сводные, – пожимаю плечами, готовясь вернуться к теме.

– Локи, ты не прав! – сразу же загорелся Громовержец, а я мгновенно понял, что сейчас начнётся… Перед глазами встали сотни картин, как Тор впадал в раж и начинал толкать свои пафосные речи, отметающие любую логику и здравый смысл, но полные эмоций, экспрессии и полного игнорирования собеседника. Аж зубы заболели…

– Я всегда прав! – вскидываю руку, останавливая готовые сорваться с уст сына Одина слова. Это надо остановить любой ценой. Пресечь в зародыше, ибо иначе я реально отправлю сюда Разрушителя. – Ладно, оставим это, – здоровяк вновь начал открывать рот, вынуждая меня на ещё один такой же жест, чтобы предупредить вторую реплику. – Оставим это! Обе темы.

– … Хорошо, – явно пересилив себя, выдохнул блондин.

– Продолжим знакомство, – поворачиваюсь к учёным. – Падме… – изображаю подобие поклона очевидному лидеру, – группа поддержки, – досталось и остальным учёным.

– Меня зовут Джейн Фостер, – представилась она, чуть нахмурившись. – Вы пришли за Тором?

– Нет, – качаю вбок головой, – пока что ему дома появляться нельзя, но я работаю над этим!

– Правда? Спасибо, брат! – неподдельно обрадовался этот простодушный здоровяк.

– Пока не за что. Итак? – поднимаю бровь, ожидающе глядя на двух не представившихся людей.

– А вы… в самом деле Локи? – набралась решимости спросить вторая девушка, которая подруга Джейн. – Ох, да, я — Дарси Льюис, – сообразила она.

– Эрик Селвиг, – представился мужчина.

– Рад знакомству, – приличия прежде всего. – И отвечая на ваш вопрос, да — я в самом деле тот самый Локи, Бог Магии, Интриг и того, что в современном интернете называют троллингом. Слышали про Тони Старка? Вот примерно за это я и отвечаю.

– А-га… – собрала глазки в кучку, этак заглядывая под надбровные дуги, Джейн. – А… – и замялась, хотя и так понятно, что она хотела попросить. Всё-таки Тор ничего продемонстрировать не мог, а посмотреть на чудеса смертным хотелось.

Молча создаю рядом с фантомом ещё парочку иллюзий.

– Уау, – вновь восхитилась Дарси.

– Да, – соглашаюсь с тройной полуулыбкой, наслаждаясь лицами людей и их приоткрытыми ртами. – Но, собственно, чего я пришёл? Да вы садитесь — не стоит так бурно реагировать, – развеивая лишние фантомы, указываю на стол.

– Надо найти ещё тарелку, – с неким намёком, тихонько сообщила Дарси своей начальнице.

– Не стоит, – качаю головой. – Не то чтобы я был против поучаствовать в столь эпохальном событии, как дегустация стряпни, приготовленной самим Громовержцем лично, да не просто лично, а на современной кухонной плите, но увы — я сейчас на другой планете, а это просто иллюзия.

– Ты так редко готовишь?

– Вы правда на другой планете? – одновременно спросили Дарси и Джейн соответственно.

– Не поверите, я сам в шоке не меньше вашего, – доверительно сообщаю даме в очках и переключаюсь на Фостер: – Да, Падме, я на другой планете.

– Локи! – возмутился Тор, но я сделал вид, что страдаю выборочной глухотой. Или скорее наслаждаюсь ею.

– Почему вы меня так странно называете? Что значит это слово? – с разницей в долю секунды прищурилась учёная.

– Поверить не могу, – много тише пробормотал себе под нос Селвик.

– Я тоже, – разумеется, для ответа я выбрал именно реплику последнего. – С этой вселенной явно что-то не то — только выберешься из дому, чтобы подумать о вечном, разобраться в себе, предотвратить пару планетарных апокалипсисов… Как сразу начинается какая-то дичь, причём оттуда, откуда меньше всего ждёшь, – награждаю Тора крайне выразительным взглядом.

– А… апокалипсисов? – переспросила Дарси.

– Кстати об этом! – оживился я и создал между нами иллюзию карты ближайших окрестностей. – Вот где-то здесь стоит брошенный дом на колёсах, – указываю на точку, где примерно оставил машину, – там немного наличности в бардачке, тысяч на пять, и холодильник забит продуктами, только аккумулятор вот-вот сдохнет. Вы не могли бы забрать? Там немного сувениров — будет жалко, если угонят.

– Э-э-э…

– Брат… – начал было Тор, но я его перебил, одновременно накладывая на людей отвлекающую иллюзию пополам с внушением, чтобы они думали, что их убедили сесть за стол.

– Позволь я объясню кое-что, прежде чем ты что-то скажешь. Во-первых, да, я был в Мидгарде, когда ты пытался купить котёнка, чтобы его оседлать… – на физиономии Тора отразился натуральный ужас, вряд ли из-за того, что он понял, какую дичь творил, скорее из-за того, что понял, как я могу начать стебаться над ним по этому поводу. – И не надо делать такое лицо — мне в тот момент было намного более стыдно, чем тебе сейчас! – возмутился я. – Во-вторых, ты сейчас лишён своих сил, а значит, тебе требуются человеческая еда, одежда и жилище. И в-третьих, будучи здоровым мужчиной, сидеть на шее у хрупкой женщины — недостойно тебя, брат.

– Что ты… – он судорожно огляделся, но увидев, что смертные уже рассаживаются за столом, увязнув в мороке, чуть расслабился, – имеешь в виду?

– Эта одежда, что на тебе надета, эта еда, что ты готовил. Она ведь не взялась из ниоткуда? Ты привык получать всё, что тебе требуется, будучи принцем Асгарда, никогда не задумываясь над тем, откуда берутся те или иные блага. Вряд ли ты где-то смог заработать или иным способом достать денег, чтобы купить на них эти вещи и продукты, значит, их тебе купили. Судя по виду, твоя леди Джейн — не из богатых людей, и такие траты могут стать для неё существенными.

– Но… она… она ничего такого… не говорила, – ошарашенно ответил этот здоровенный недоросль.

– И не скажет, потому как это называется «вежливость», хотя я не понимаю, почему она вообще помогает тебе… Хотя… может, и понимаю, – я улыбнулся. – Ты всегда был популярен у женщин, – в отличие от ожидаемой мной реакции, Тор не стал яростно отрицать или нагло ухмыляться, он смотрел на меня так, словно я сейчас ему раскрываю тайны мироздания, бытия и всего такого прочего.

– …

– В общем, для нас с тобой это бумажки и мелочи, а для простого человека — серьёзная проблема, но тех пяти тысяч вам должно хватить на пару-тройку месяцев. Так что перестань играть в гордеца и прими помощь, когда тебе её предлагают, – закончил я с речью, и… о чудо, Тор реально задумался.

Надо будет как-нибудь отблагодарить тех, кто организовал ему пиздюли. Кажется, эти герои смогли сделать то, с чем не смог справиться и Один за тысячу лет с гаком — заставили Громовержца реально думать и оценивать последствия поступков и мотивы окружающих. Да, они определённо заслуживают премии. Надо будет подшаманить с их зарплатными карточками или иными счетами в банке, благо цифровая платёжная система Земли открывала широчайший простор для любых махинаций с цифрами на тех счетах не то что обладателю техномагической базы Асгарда, но и вообще кому угодно, кто дорос до межзвёздных перелётов. Чем я, к слову, беззастенчиво пользовался буквально с первых дней в Нью-Йорке, но тс-с-с! Это большой секрет, особенно для персонала одной частной школы-интерната.

– Спасибо, брат, – прервав размышления, серьёзно кивнул сын Одина.

– Садись давай за стол, и я отменю чары, – киваю на свободный стул, где находилась иллюзия Тора.

– А… да, – здоровяк сел, взявшись за столовые приборы, и люди вновь оказались «онлайн».

– Подай, пожалуйста, соль, – тут же попросила его Дарси, активно работая челюстями. Блин, я не смогу удержаться, да и почему бы нет?

– Н-да… – многозначительно обронив, привлекаю к себе внимание. – Мой дорогой братец накосячил, сбежал на Землю, успел здесь набить морду дружине местных властей и уже сидит за трапезным столом в окружении двух симпатичных женщин и одного скандинавского пьянчуги… ничего не меняется! Хотя бы посуду в ближайшей харчевне ты, надеюсь, не бил?

– Кхм-кха-кхы! – скрутил всех участников застолья на диво дружный приступ кашля.

– Поня-ятно, – добиваю коллектив. – Ну ладно, проведать я вас проведал, гостинец передал, – делаю вид, что задумался, – вроде бы всё. Ах да, чуть не забыл, у вас там на соседней крыше два фрика из Щ.И.Т.а сидят, всё чего-то следят, наблюдают. Я им глаза отвёл, но о моём визите лучше особо не болтайте. Ну всё, я пошёл, не скучайте! – и я отменил иллюзию под взором четырёх пар полных чувств и эмоций глаз…

Пару дней спустя, Асгард.

Цилиндрическое устройство на испытательном стенде втянуло в активную зону ядро из нейтрония, и я затаил дыхание. Секунда, две… Изнутри реактора пришла короткая пульсация, ощутимая даже в магическом восприятии, и сквозь прозрачные элементы корпуса начал просачиваться белый свет, всё сильнее разгорающийся с каждым тактом работы изобретения Тони Старка. У меня всё получилось!

Воспроизвести дуговой реактор на элементарной базе Асгарда я смог достаточно быстро, но палладий в качестве ядра мне не подходил, потому я взялся за эксперименты и модификацию. Со знанием всей подноготной из памяти Старка и много чего ещё из собственной головы, да с применением атомарной кузни, на всё про всё ушло чуть больше суток, и, как я и предполагал, архитектуру реактора можно было переделать на металл Уру и нейтроний. И я прямо сейчас чувствовал, что нейтроний даёт куда лучшие результаты — поток энергии Живого Света окутал испытательный стенд густым маревом, что ощущалось даже сквозь защитные силовые поля. Безусловно, тут во многом была вина Гунгнира, в несколько раз повысившего мне чувствительность к магии и восприятию мира вокруг, но всё равно результат был великолепен. Именно то, что мне и требовалось.

Потратив ещё пару часов на все возможные тесты по нескольку раз и окончательно убедившись, что реактор стабильно вышел на режим и точно не рванёт, равно как и не испускает за пределы экранированного корпуса никаких вредных излучений, я распечатал на асгардском аналоге 3D-принтера подходящую подставку и, подхватив результат, стремительно покинул мастерскую.

Десяток минут быстрого шага привели меня в жилую часть дворца, а ещё через несколько я был уже у покоев Одина.

– Мама, – войдя в помещение и застав женщину на неизменном посту у изголовья кровати, я смирил свою порывистость и почтительно перешёл на медленный шаг, без громких звуков.

– Локи, что-то случилось? – с беспокойством подняла на меня взгляд Фригга, и я смутно уловил, что она прерывает некое магическое действие. Общение с кем-то через иллюзию, вероятно.

– Да, я почти готов решить проблему с Йотунхеймом, – прохожу к постели Одина и, отставив Гунгнир, раскладываю телескопические ножки держателя, – но не мог к этому приступить, пока кое-чего не сделал… – подставка под реактор была раскрыта и заняла своё место над грудью Всеотца, после чего в её центр был бережно установлен реактор.

– Что это? – недоумённо свела брови асинья, явно и сама уже ощутив энергию Живого Света.

– Это изобретение моего друга, которое я слегка доработал, – отвечаю на автомате, большей частью сознания концентрируясь на том, чтобы правильно направить выходящую из «портала» энергию и зафиксировать это состояние, благо я не поленился превратить корпус реактора в подходящий артефакт. Весьма примитивный, но для данной задачи вполне достаточный. – Думаю, ты уже поняла, что он даёт. Не уверен, что это ускорит выход отца из Сна, но на его здоровье скажется всяко положительно.

– Это невероятно, – Царица встала с места, трепетно поднося ладонь к сияющему реактору. – Живой Свет… – словно убедившись, прошептала она. – Что за великий маг создал такое чудо?

– Не поверишь, он вообще не подозревал о существовании Живого Света, когда это создавал, – улыбаюсь женщине, закончив работу. – Он просто гениальный идиот — у меня нет других слов. Кстати, – меняю тон на более серьёзный, – я обещал ему подарить космический корабль, но пока не успел. Если вдруг я не вернусь из Йотунхейма, адрес и прочие инструкции я записал в Троне. Только, пожалуйста, что-нибудь не очень продвинутое, а то он обязательно сделает из этого оружие, а он и так изобретает слишком много опасного оружия.

– Сынок, что ты задумал? – сразу же забыв и о реакторе, и о его авторе, подобралась асинья.

– Решить проблему Йотунхейма кардинально, но изящно, – беру в руку замерший, как я его и отпустил, Гунгнир. – Не беспокойся — план надёжен, просто мне придётся чуть-чуть изобразить из себя туповатого героя-мстителя.

– Локи, что ты задумал? – нахмурилась асинья, разумеется, начавшая беспокоиться после моих слов куда как больше.

– Просто одну из своих «шуток», – признался я, – ничего серьёзного и опасного.

– При несерьёзном и неопасном не говорят «моё завещание в Троне, посмотрите, если я не вернусь», – не поддалась Фригга.

– Это просто предосторожность на всякий случай, – мягко улыбнулся я, пытаясь соскочить с неудобной темы, – такая штука, из-за отсутствия которой у Одина мы и имеем нынешнюю ситуацию.

– Локи… не пытайся заговорить мне зубы, со мной этот фокус не пройдёт. Что. Ты. Задумал?

– Ладно, – вздыхаю, – я немного поболтаю с Лафеем в своём излюбленном стиле, а когда он дойдёт до состояния маящегося похмельем Вольштагга и свершит глупость, возможно, даже несколько раз, получу свою выгоду. В общем, вернусь к обеду, не скучай! – но, немного подумав и отбросив личину шутника, продолжил уже серьёзным тоном. – Это самый простой, быстрый, надёжный и бескровный вариант решения проблемы. Альтернатива — война на истребление, чего допускать я бы очень не хотел. Так что пожелай мне удачи и жди моего возвращения.

– Ты совсем вырос, – печально улыбнулась Фригга.

– Ну должен же в этой семье быть хоть один ответственный взрослый мужчина, – я с укором посмотрел в сторону Одина. Знаю, он сейчас нас видит и слышит, так что пусть ему станет стыдно. Маловероятно, но вдруг?

– Береги себя, сын, – меня обняли, и теперь неловко и стыдно стало мне.

– Разумеется, мама, – обнял я асинью в ответ, после чего отступил на шаг. Разворот, и… мой путь лежал в сокровищницу. Раз уж решился что-то делать, то нужно это делать сразу, а не тянуть кота за… обстоятельства.

Глава 13

– Зачем ты привёл Разрушителя, Царь? – встретил меня Хеймдалль у зала управления Биврёстом. Вернее, меня и полуразумное творение техномагии, способное в одиночку разметать и полк обычных воинов асов или ванов, которое я забрал из святая святых дворца.

– Я решил поставить у Радужного Моста часового, – без лишних эмоций сообщаю очевидное, через Гунгнир мысленно приказывая боевому автоматону встать на выходе из сферического здания.

– Ты не доверяешь мне? – скользнув взглядом по массивной фигуре стража царской сокровищницы, мрачно спросил страж Радужного Моста.

– У меня нет ни малейших сомнений в твоих чести, благородстве и преданности Асгарду, Хеймдалль… – ловлю его взгляд, добавляя в голос холода с каплей иронии. – И именно поэтому Разрушитель постоит здесь. Ну ты знаешь эти некомфортные ситуации, когда абсолютно преданный и заслуженный воин вдруг по велению своей чести начинает творить какую-то дичь, вроде помощи в провокации войны… и подставе наследника престола под изгнание. В общем, все вот эти вот смущающие ситуации… – выдерживаю паузу, давая ему время оценить говорящее выражение моего лица. – Мы поняли друг друга?

– Что от меня требуется? – изобразив мордой мыслящий кирпич ещё на середине моей речи, сухо осведомился Страж.

– Во-первых, не болтать о том, что увидишь и услышишь в Йотунхейме, – резко срываюсь с места, стремительно направляясь к арке переноса. – Рассказать можешь только моему отцу, матери или Тору, когда он вернётся, – броня, покрытая адамантием, легла второй кожей поверх тела, сменяя повседневные асгардские одежды ещё в движении. – А во-вторых, – поворачиваюсь к нему, повторно ловя взгляд сияющих мистической силой янтарных глаз, – если ледяные великаны нападут на меня во время разговора с Лафеем, ты должен открыть Радужный Мост и не закрывать его, пока от Йотунхейма не останется лишь горстка космической пыли. Таков мой приказ, как Царя Асгарда… Первый и, возможно, последний приказ.

– … – несколько секунд Хеймдалль молчал, переваривая услышанное, после чего медленно смежил веки и склонил голову. – Будет исполнено, – в глубоком голосе Стража Моста мелькнуло что-то похожее на уважение. Ну или мне это просто показалось.

– Отправь меня поближе к дворцу, – разворачиваюсь к арке, а пятка Гунгнира касается пола, наполняя пространство звуком низкой гудящей ноты, символически и фактически придавая моим приказам завершённый вид.

Темнокожий гигант не ответил, но вместо него это сделал шелест металла, отражающий, что меч Стража соединяется с контуром управления. Механизм перехода между мирами пришёл в движение, за моей спиной затрещали молнии, которые, при желании, я мог видеть напрямую через глаза Разрушителя, что благодаря копью Царя Асгарда был послушен мне фактически как второе тело. Несколько секунд Биврёст фокусировался на нужной точке пространства, и… Вспышка многоцветного сияния втянула меня в переливающийся всеми цветами радуги тоннель.

Недолгий полёт, и вот я уже среди ледяных пустошей тёмного мрачного мира. Морозный воздух ворвался в мои лёгкие, не причиняя вреда божественному телу, но волевое усилие — и внутри откликнулось новое чувство, обретённое, нет, пробуждённое контактом с Ларцом. Ледяная магия заструилась по моим жилам вместе с кровью, преобразуя кожу и глаза по образу и подобию йотунов и убирая даже то эфемерное ощущение зябкости, что смог доставить ледяной мир.

Найдя глазами громаду дворца правителей Йотунхейма, я неторопливо зашагал вперёд. О моём присутствии уже знают, скоро пожалует комитет по встрече, и хотя я могу скрыться, но не делаю этого.

– Вторже… – начал было первый прибывший йотун, облачённый в ледяную броню, но застыл на месте, выпучив глаза и банально уронив челюсть. Его отряд сопровождения поступил примерно так же. Видеть полное охренение на их мордах было на удивление приятно. С чего они удивились? Ну так не каждый день можно увидеть стрёмного карлика с оружием Царя Асгарда в руках. И да, по стандартам роста и красоты йотунов я был именно стрёмным карликом. Думаю, примерно такие же чувства испытали бы какие-нибудь гвардейцы Таргариенов последних поколений династии, заявись к ним Тирион Ланнистер на живом драконе и с мечом «Чёрное Пламя» в руках.

– Проводите меня к Лафею, – принялся я ковать железо, пока горячо… хм… метафорически выражаясь. Ладно, я несколько нервничал и потому, при сохранении внешнего спокойствия, внутри не то чтобы трясся, но склонность к нездоровым каламбурам проступила. А великаны тем временем переглянулись, явно задумавшись, что со всей этой ситуацией делать. Немного помявшись, воины пришли к выводу, что это не их уровня вопрос, и, окружив меня чем-то вроде «почётного караула», принялись провожать.

Идти пришлось долго. Часа полтора, если не два, пейзажи не отличались разнообразием — лёд и темнота, темнота и лёд, ну а также спины и бока моих то ли сопровождающих, то ли конвоиров. Но вот наш путь завершился в столь же мрачном и тёмном, как этот мир, дворце. Строение возвышалось над ледяными утёсами на несколько сотен, если не тысяч метров, могучие бастионы смогли бы доставить массу неприятных ощущений любой армии вторженцев, даже асам и ванам. Да и доставляли в своё время.

Залы, анфилады и переходы были столь же пусты и мрачны, как и весь окружающий мир. Казалось, что в нём нет ничего, кроме лёгкого эха от шагов меня и сопровождающих, даже мороз здесь не трещал, будто проникнувшись атмосферой всеобщего безмолвия. Обманчивое впечатление — за нами наблюдали едва ли не от самого входа. Внимание йотунов ощущалось ледяным покалыванием под кожей. Но дальше наблюдения никто заходить не стал, и вот, наконец, мы предстали перед Ледяным Троном, на котором восседал старый и жилистый, но всё ещё могучий гигант, окружённый личной гвардией и «придворными». Лафей собственной персоной.

– Что тебе нужно, полукровка? – презрительно процедил йотун, не утруждая себя ни жестом, ни повышением голоса.

– Ты хочешь, чтобы я озвучил это при всех? – я ухмыльнулся. – Как пожелаешь… отец, – по залу прошёл гул шепотков: удивление, неверие, насмешка, негодование и злоба. Ледяной великан дёрнул губами в мимолётном подобии оскала и сжал подлокотники трона.

– У меня нет сына — он умер во льдах много веков назад, – голосом, подобным шелесту вьюги, отозвался правитель планеты, более ничем не выражая своих эмоций.

– Трусливо объявить плод собственных похождений с асиньей мёртвым… тебе не кажется, что это выглядит жалко, особенно если вспомнить, что это была за асинья? – я вновь ухмыльнулся, наслаждаясь тем, как вновь перекосило лицом Лафея. О! Он уже понял, зачем я здесь и чего хочу. Как и то, что вряд ли у него будет выбор. – Как бы то ни было, я пришёл требовать мести. Крови предателя, взятой в поединке. Так ведь гласят наши законы, отец?

– Почему я должен с тобой драться? – тихо произнёс Лафей, настороженно следя за моими движениями со своего трона.

– Потому что если ты откажешься или прикажешь своим подчинённым напасть на меня всем скопом, Радужный Мост будет открыт и, ударив по Йотунхейму, разорвёт этот мир на части, – с холодной усмешкой ответил я, позволяя себе немного расслабиться. Атакуй мой визави до объявления ряда обстоятельств, и всё стало бы куда… сложнее.

Лафей подскочил с трона, в порыве эмоций сжав кулаки, в то время как его придворные, наоборот, застыли в резком напряжении.

– Тогда ты тоже умрёшь, – глухим от клокочущей в нём ярости шёпотом посулил ледяной великан.

– Возможно, – беспечно пожимаю плечами. – А может быть и нет. Кто знает, как я успел подготовиться? – выпускаю на лицо едкую улыбку. – Вопрос в том, готов ли ты рискнуть?

– Выходить на бой, чтобы в случае победы мой мир всё равно был уничтожен Асгардом? – медленно спросил йотун, пытаясь подражать моей издёвке, и указал взглядом алых глаз на копьё Царя в моей руке.

– Такое тоже возможно, – не стал я отрицать. – Если допустить, что в Асгарде меня так сильно любят, что захотят отомстить, презрев законы честного поединка… Или под шумок избавиться от проблемы войны радикально, списав всё на меня, – поджав губы, растягиваю лицо в ироничном выражении. Репутация Локи во всех Девяти Мирах была хорошо известна, как и то, что половина Асгарда меня недолюбливает, но это ничего не доказывало, а лишь добавляло острой нотки в ожидание и попытки просчитать действия асов. – В любом случае, шансы у тебя пятьдесят на пятьдесят, что, как мне кажется, намного лучше, чем гарантированное уничтожение планеты, если ты испугаешься со мной биться.

– Ничтожество… – прошипел сквозь сжатые зубы Лафей. – Думаешь, можешь так просто заставить меня?

– Ты неправильно понимаешь ситуацию, – мне приходится задирать голову, чтобы смотреть ему в глаза, но в данный момент это не мешало мне смотреть на него сверху вниз. – Я уже заставил. Сегодня ты умрёшь, и единственный выбор, который у тебя есть, это… – как-то рефлекторно, на одной привычке тела, весело усмехаюсь, – остаться в памяти своего народа правителем, который не побоялся ответить за свои ошибки перед сыном, или не остаться вообще, потому что не будет больше народа йотунов, как и самого Йотунхейма.

– Будь ты проклят, – шипит мой визави.

– Я и так проклят, – отвечаю ему, радостно разводя руками. – С самого рождения в моих жилах течёт кровь самых больших уродов Девяти Миров, разве это не проклятье? Ну так что?

– Хорошо, – гигант заставил лёд, отгораживающий его трон от общего зала, разойтись, – в конце концов, Царь Асгарда, сам пришедший сложить голову в наши краях — редкое явление, так почему бы не дать ему то, что он хочет? – зло усмехнулся Лафей. – Освободите место! – йотуны повиновались мгновенно. – Я дарую тебе поединок, здесь и сейчас! Тот, кто вмешается, будет наказан мной лично, – это было сказано уже для излишне ретивой стражи и гвардии.

В следующий миг мне пришлось уворачиваться от ледяных копий, чуть было не прошивших мне голову, а пол под ногами принялся становиться излишне скользким, впрочем, последнее заботило меня мало. С моего копья сорвалась огненная стрела, а с вытянутой в сторону Лафея левой руки — ледяная, прикрытая иллюзией и чуть смещённая относительно того образа, что отправился к противнику. Ларец Зим дал мне многое, а это место словно само подсказывало, как лучше применить магию льда. В Асгарде у меня было всего два дня, чтобы свыкнуться с новыми знаниями и добавить их в свой арсенал, разумеется, не главным калибром — как бы ни был великолепен артефакт великанов, заменить собой века практики он не мог, ведь недостаточно постичь приёмы, их нужно ещё и гармонично вписать в стиль боя. Мне нужен был лишь сам факт использования мной ледяной магии — на тот случай, если одной расцветки моей кожи для «дуэли» окажется недостаточно. Ситуация маловероятная, но я готовился к любому, даже самому неожиданному исходу. Меж тем, Лафей «дыхнул» в мою сторону «Конусом Холода» и резко пошёл на сближение — при его размерах и силе ближний бой был наилучшим выходом. Даже копьё в моих руках не давало преимуществ — с его габаритами, преимущество в длине оружия оставалось на стороне йотуна. Тем не менее весь этот бой был одной сплошной показухой. Ледяной великан не имел права меня убивать, я же ограничений не имел, а потому это не было сражением. Это было убийством. Хладнокровным и расчётливым убийством. Всё остальное — лишь ширма для подданных гиганта, дабы сохранить его репутацию и предотвратить дальнейшую войну, поскольку йотунам станет не до неё. Выбрать нового Царя — задачка непростая, особенно в свете того, что прямых наследников нет, а «могучих и заслуженных» претендентов много. Асгард же враждебности и активности проявлять не будет, так что и им не будет резона конфликтовать дальше. Может быть, лет через двести, когда схватка за власть утихнет, а победитель окончательно утвердится, он и захочет вернуться к вопросу мести, но за пару веков гражданской войны от нынешней силы Йотунхейма мало что останется, и это уже будет не моя проблема. Хороший план, как раз в стиле Бога Обмана.

Меж тем сражение продолжалось, и… мне на самом деле было несложно. Я видел, как выкладывается Лафей, как становится всё более и более серьёзным, как бьёт уже наверняка, но я был быстрее, да и физической силой не слишком уступал. Я насчитал уже дюжину моментов, где мог бы убить его за мгновения, просто распылив атакой с Гунгнира или вогнав кинжал в незащищённую точку на теле, но резать Лафея мгновенно не входило в мои планы. Бой должен был быть показательным — наглядным, чтобы все зрители убедились, что он выигран честно. Конечно же, лицемерно говорить о честности, когда в твоих руках сам Гунгнир, а на тебе доспехи из адамантия, прикрывающие все жизненно важные органы, да и сам ты — мастер иллюзий, которому обмануть противника ничего не стоит, но… Оценивается ведь не снаряжение, а то, как им пользуются. Я не применял иллюзий, я не бил Гунгниром так, чтобы завершить всё одним мощным выбросом магической плазмы, и я не принимал ледяные лезвия на несокрушимую броню, демонстрируя её качества. Я побеждал мастерством боя, а не инструментами для него.

Но у всего есть свой конец. Бой «для сохранения лица» здесь не исключение. В очередной раз пригнувшись и пропустив удар, что вполне мог бы превратить мои внутренние органы в кашу, невзирая ни на какие доспехи, я чиркнул наконечником копья по бедру гиганта. Тёмная кровь великана заструилась по его ноге. Это было началом конца, что понимали мы оба. Лафей зарычал, пытаясь меня банально пнуть подальше, но вновь неудачно — я был слишком мелким для него, а потому — неприлично юрким. Рывок влево, и противник проваливается в пустоту, на месте которой мгновение назад было моё тело. Ушедший в никуда удар послужил новой брешью в защите, и в этот раз я уже не стал сдерживаться. Перехватив Гунгнир ближе к пятке, совершаю резкий выпад, задирая копьё вверх. Магический наконечник входит в подмышечную впадину правой руки Лафея, полностью выводя её из строя, но из-за разницы в росте острие входит под очень неудачным для великана углом и задевает лёгкое. Рана крайне тяжёлая, и без вовремя оказанной помощи правитель Йотунхейма захлебнётся собственной кровью в течение пары-тройки минут. Я мог бы добить его прямо сейчас, малейшее волевое усилие — и с клинка прямо в тело сорвётся шквал убийственной магии, но… это было не лучшим вариантом, а потому я сделал ещё один шаг вперёд, вырывая лезвие из тела йотуна. Тот сделал пару неуверенных шагов и, сплюнув кровь, начал было заваливаться на пол, но удержал себя, буквально проморозив половину своего тела. Не самый полезный для здоровья приём, как подсказывали мне мои свежеобретённые инстинкты, но время на один, последний удар это ему даст. И Лафей нанёс его. Воздух… нет, само пространство затрещало от нестерпимого хлада, что призывал великан, копьё, казалось бы, способное проморозить насквозь саму душу жертвы, сорвалось с обратившихся кристаллами льда пальцев и… было развеяно огненным тараном, сорвавшимся по моей воле с острия Гунгнира.

А в следующий миг я уже воткнул оружие ему в тело…

– Ты… победил, – зажав Гунгнир и заливая пол кровью из пробитой печени, промолвил гигант. Жизнь покидала йотуна, но немного сил, чтобы сделать кое-что ещё, у него оставалось. – Я… признаю тебя… сын… мой… и наследник. После… кх-х… после моей смерти… Царём Йотунхейма станешь ты, – ледяной великан окинул зал затухающим взором алых глаз, задержавшись на представителях его гвардии и ещё ком-то, советниках, полагаю. – Таков мой последний приказ! – Лафей закрыл глаза. – Попробуй выкрутиться теперь, щенок, – едва слышно прохрипел он.

– Выкрутиться? – с усмешкой прошептал я в ответ, магией удерживая его душу в этом мире. – Всё прошло в точности по моему плану… – и ставя точку в его существовании, я распылил тело Лафея мощным плазменным сгустком с лезвия копья именно в тот момент, когда уже расцветшая у него на губах мерзкая ухмылка дрогнула в непонимании.

Рядом послышался шум, и я обернулся, поднимая копьё в исходное положение и готовясь срочно отбиваться и делать ноги, но… это была просто королевская гвардия Йотунхейма. Королевская гвардия Йотунхейма, преклоняющая колено перед их новым Царём.

В установившейся тишине я прошёл к трону, рассчитанному под совсем иного седока, и на миг задумался. Пытаться на него залезть — это выглядеть до невозможности смешно и глупо. Уничтожить? Тогда любой йотун будет считать делом чести и своим прямым долгом оторвать мне голову. И будет, в принципе, прав. В итоге, я решил использовать магию льда, чтобы просто наморозить «подставочку», но стоило лишь направить силу, как я понял, что Трон Йотунхейма имеет сходства с Троном Асгарда куда как большее, чем функция кресла под царское седалище. Нейроинтерфейс этого сооружения был похож на то, что было у Ларца, но вот функционал напоминал таковой у его «собрата» из города асов. Но было и одно кардинальное отличие. Технологии ледяных великанов были больше магией, чем именно технологией, а потому форма мало что значила по сравнению с содержанием. Волевое усилие, и Трон перестраивается под мои габариты, попутно давая доступ к «записям» и «мыслям» Лафея. Ничего особо важного, но посмотреть их стоит. Но сначала…

– Йавар, – узнав у интерфейса имя первого советника прошлого владельца, обратился я к йотунам, что всё ещё сохраняли неподвижность: гвардия — преклонив колени, остальные… неверяще смотря на пятно гари на полу.

– Мой… Царь? – очень неуверенно спросил выглядящий старым и каким-то… низким йотун.

– Позаботься о достойном погребении того, что осталось от тела Лафея, – не отдай я этого приказа, хуже бы ко мне относиться не стали, потому как хуже пока что некуда, но и «рост репутации» был бы маловозможен. Не то чтобы мне сильно была нужна репутация среди кровожадных ледяных гигантов, но зачем себе устраивать сложности на ровном месте?

– Будет исполнено, – нехотя склонил он голову. А вот Йавар как раз не исполнить этот приказ не мог, его бы как раз не поняли. Но исполнив его, он тем самым создал прецедент. Первый советник выполняет указы нового Царя. Маленький фактик, но именно из таких фактиков и создаётся привычка выполнять команды вышестоящего.

– Прекрасно. Также мне нужны сведения о состоянии дел в Йотунхейме. Собери тех, с кем Лафей обсуждал эти дела, – советник вновь словно через силу кивнул. Ему нужно было распорядиться о похоронах, а потому времени подумать и как-то отказать не оставалось. Ещё одна маленькая петля на шее, нет, он бы мог попробовать взбрыкнуть, но… показательный поединок с одним из сильнейших ледяных великанов в истории наглядно показывал, что это — плохая идея. Всё шло по плану.

Цепь событий сплеталась в нужный узор. Разумеется, будут и возмущения, будут открытые вызовы и попытки тайного устранения, но это будет чуть позже, а пока власть обезглавлена, можно воспользоваться моментом и снять сливки. То, что Трон Йотунов имеет свой нейроинтерфейс и банк данных — это несомненная удача, но и не стоит полагаться только на него. Мне нужны и живые сведения. И мне их предоставят, а там и до «народной любви» недалеко, благо мне есть что предложить легионам кровожадных чудовищ, запертым в мрачном холодном мире. На моё лицо выплыла довольная ухмылка, и как я узнал много позже, именно в тот момент гвардия йотунов действительно поверила, что я — сын Лафея, окрепший, повзрослевший и ставший достаточно сильным, чтобы забрать трон отца. А силу ледяные великаны уважали.

«Советники» собрались на диво быстро, ну как для долгоживущих исполинов, которые уже тысячу лет особо никуда спешить не могут. Всего-то пара часов, что была потрачена на «приготовления к погребению» Лафея, за которые я смог более-менее ознакомиться с ситуацией через Трон Йотунхейма. А потом последовали представления и доклады. Мои «слуги» мне не сильно доверяли и почитали, что вполне логично, но все они были опытными и много повидавшими существами, а потому и нарываться или ещё как-то проверять меня на прочность не спешили. В общем, работать было можно. Что же касается предоставленных ими данных… Всё было плохо. Очень и очень плохо. И это было хорошо. Для моих планов, конечно.

Итак, что представлял собой Йотунхейм? Это была полноценная планета, размерами она если и уступала Земле, то незначительно. А вот с орбитой ей не очень повезло, равно как и со звездой. Мало того, что по удалённости от светила Йотунхейм был где-то в районе Марса, плюс-минус пару десятков миллионов миль, так и это самое светило было тусклым Белым Карликом, что ни светить нормально, ни греть не мог, хоть и был массой с Солнце. И не было бы на ней никакой жизни, но с магическим фоном повезло. Особым фоном, хочу заметить.

Зарождение всех божественных рас покрыто тайнами, но в какой-то момент жизнь на Йотунхейме появилась, и она изначально была далека от параметров обычных смертных. Разумеется, о таком богатстве флоры и фауны, как в Мидгарде, и речи быть не могло, но и стерильным мир не являлся — мхи, лишайники, насекомые, их пожирающие, мелкая живность, вроде ледяных лисов, и более крупная, как ледяные кабаны и совсем уж непонятные, но огромные мутанты. Ну и йотуны, как венец местной эволюции и вершина пищевой цепочки. Суровый и жестокий мир, породивший таких же детей. Ледяные великаны были чем-то похожи на смесь какого-нибудь кочевого народа Земли, века так пятого до новой эры, и племенного строя века каменного. И при всём при этом они ни в коем случае не были тупыми дикарями. Культ силы, принятие жестокости как должного, традиция грабежа и опустошения, принимаемая сама собой. Равноправие или, прости Ктулху, демократия? Никогда не было и быть не могло. Только Право Сильного. Хотя феминисткам бы тут понравилось. В том смысле, что отбитая злобная стерва вполне могла вскрыть брюхо не понравившемуся ей мужику и устроить гадание на его кишках. Конечно, при условии, что он — ничего не стоящий слабак, а она — уважаемая ведьма, способная открывать переходы на Тропы Теней.

Как и положено таким «хардкорным кочевникам», жили они за счёт набегов и грабежа. И всё у них было хорошо, пока они не добрались со своей экспансией до территории, которую «крышевал» Асгард. Ну а дальше всё стандартно — две воинственные империи мирно разойтись не могли никак, и по итогу длительного конфликта в Йотунхейм пришёл Один и окончательно показал, кто тут главный на районе. Результатом стала блокада Йотунхейма. Народ, живший за счёт разбоя и грабежа, лишили источника существования, а также способа быстро «натаскать» новых воинов и шаманов-ведьм. И ледяным великанам пришлось выкручиваться. Небольшие банды, периодически отправляющиеся в набеги при помощи колдунов-вирдманов, не могли обеспечить потребности населения мира, охота на не такую уж частую и к тому же весьма опасную дичь — тоже. И йотуны вынуждены были искать иные пути существования. И нашли. Магия Льда может не только убивать, хотя это и самое эффективное её применение. За тысячу лет, принося жертвы и исследуя похищенные из более благополучных миров сокровища, дети Йотунхейма смогли наладить более-менее сносное житьё в своём мире. Окультурить некоторые растения и животных… так, не думать о мамонтах из Скайрима… В общем, выживать было можно. Выживать, но не жить — изолированный мир не мог позволить себе даже восстановить все повреждения инфраструктуры, оставшиеся с прошлого «визита вежливости» асов. Да, йотуны изменились, стали осторожнее, выдержаннее и «цивилизованнее», но их мечта о «старых добрых временах» никуда не делась. Как не делись и несколько десятков миллионов желающих вернуть эти самые «старые времена» кровожадных монстров-криомантов, способных крошить даже доспехи из лучших асгардских сплавов голыми руками и лично заставших времена расцвета своей экспансии. А если учесть, что каждый йотун с подросткового возраста знал, с какой стороны хвататься за оружие, а также пару-тройку пусть даже самых примитивных, но приёмов из магии Льда… В общем, я сидел на натуральной пороховой бочке, которая могла рвануть в любой момент. Именно на это и рассчитывал Лафей, назначая меня Царём. На то, что, с одной стороны, я не смогу приказать вдарить Радужным Мостом по моему новому царству — ведь даже без учёта репутации Локи многие зададутся вопросом: он так одних своих подданных не пожалел, хотя имел с ними общую кровь, а что если и мы ему чем не угодим? С другой же, что привыкший быть одиночкой стрёмный карлик не сможет удержать всю эту толпу жаждущих драки и трофеев монстров. Да, это действительно могло бы стать проблемой, а то и началом полного хаоса и анархии, из которых ничего хорошего бы не вышло в любом случае (это если ещё под шумок в разборки не влезли бы Суртур с детишками или какие-нибудь Кри). Вот только я знал, куда и как направить всю эту толпу монстров.

– Что же, – закончив выслушивать доклады, многозначительно начал я заготовленную речь, – ситуация действительно… неприятна. Однако, – пресёк я зарождающиеся шепотки, – полагаю, что мне, как Царю Асгарда и Йотунхейма, нет более смысла держать в блокаде один из своих миров.

– Это… – Йавар, на удивление быстро ставший кем-то вроде негласного лидера высокопоставленных йотунов, не мог поверить своим ушам.

– Да, – я кивнул, – пока Йотунхейм — мои владения, Асгард не будет запирать его, – я ухмыльнулся, – однако, как Царь Йотунхейма, только я решаю, куда, когда и как будет направлен удар моей армии. И любой, кто ослушается моей воли, будет признан отступником и должен быть уничтожен немедленно! Доведите эти известия до всех.

– Будет исполнено… мой Царь, – склонил голову пожилой великан, тем не менее одним взглядом заткнув двоих помладше, что явно хотели что-то сказать. Йавар был умён и прекрасно понял всё оставленное за скобками озвученного. Да, йотуны снова смогут выйти «в поход», но только туда, куда укажу им я. И подобная «привилегия» будет им доступна лишь пока я являюсь их Царём… и Царём Асгарда. О, разумеется, мне не поверят, будут искать скрытые смыслы. Но… после первого же похода, удачного и успешного похода, даже самый тупой великан будет жилы рвать, чтобы с моей головы не упал даже волос, а оба трона оставались за мной. Особо тупым же, полагаю, объяснят более разумные сородичи, а если не поймут, то помогут. Уж жилы порвать так точно. Правда, до этого светлого мига нужно было дожить. А также уточнить пару моментов по моей цели, но это уже детали.

– Тогда собирайте воинов, готовьте снаряжение. Не пройдёт и года, как мы отправимся в поход. До той поры… я временно покину Йотунхейм — нужно уточнить несколько моментов по нашей будущей добыче.

– Как нам можно будет связаться с тобой, мой Царь? – хм, в этот раз им уже пришлось прикладывать не такое громадное усилие, чтобы произнести это. Вот что сочетание морковки спереди и морковки сзади делает!

– Я сам свяжусь с вами, в экстренном же случае… позовите Хеймдалля, он мне сообщит, – возможно, это было слишком жестоко по отношению к афроасгардцу, но я же должен его как-то наказать за всю эту хрень? Ведь, по сути, это его попустительство запустило цепь событий, в результате которой я теперь и корячусь, вместо того, чтобы спокойно лежать где-нибудь в гамаке, пить какао и умиляться с боевого хомячка. Так что всё справедливо!

На этом короткая аудиенция была закончена, а я отправился обратно в Асгард — подготовить предстояло действительно немало.

Там же. После ухода Локи.

– Что ты думаешь по этому поводу, Йавар? – повернулся к старшему йотуну мощного телосложения гигант, лишь немногим уступающий статями ныне покойному Лафею. Впрочем, для генерала и того, кому прошлый Царь поручал вести завоевательные походы от своего имени, стати у него были вполне подходящие.

– Пока не знаю, Бельмир, – покачал головой относительно низкорослый великан. – Локи знаменит своим хитроумием и коварством.

– Проклятый выродок, – рыкнул третий участник, – убил Царя и считает, что он теперь может нами править?!

– Он поступил согласно нашим обычаям, – возразил четвёртый.

– С каких это пор наши обычаи распространяются на полукровок? Может, нам тогда терпеть на троне и вовсе какого-нибудь сына снежного кабана?

– Если этот сын снежного кабана будет способен одним приказом разрушить наш мир, то да. Мы будем его терпеть, кланяться и называть своим Царём, – отрезал Йавар.

– Трус! Бесхребетный слабак!

– В круг! – рыкнул старик. – Я вобью тебе эти слова обратно в глотку!

Великаны разошлись из-за стола и проследовали в небольшую, относительно их размеров, залу. Обитатели Йотунхейма не отличались кротким нравом, а с таким тяжёлым характером было вполне логично, что мест для решения возникающих конфликтов должно быть много. В том числе и в зале Совета — для «дебатов» не сходящихся во мнении уважаемых «людей».

Спорщики вышли в круг, короткая сшибка — и относительно молодой йотун валится на промороженный пол, держась за сломанный нос и выплёвывая выбитые зубы — пусть Йавар и был стар, да и физической мощью и статью никогда не отличался, но опыт тысяч и тысяч схваток вместе с талантами в магии льда в очередной раз доказали, что своё место подле Царя он занимал по праву.

– Теперь можно продолжать, – после короткого поединка йотуны вернулись в первый зал. – Есть у кого-то ещё что возразить? – все присутствующие бросили короткие взгляды на их соплеменника, сидящего, склонив голову. Он проиграл в честном поединке, никто не будет ставить это ему виной, но и следующие лет десять бедолаге лучше не раскрывать рта. Сотрясать воздух, не имея сил подкрепить свои слова личной мощью… такого йотуны не одобряли.

– Где гарантии, что полукровка сдержит своё обещание? – вернулся к беседе Бельмир, наиболее заинтересованный в возможности вновь отправить армию в бой.

– Их нет, – констатировал молчавший до этого гигант, – однако даже такой «Царь», – он скривился, – это лучше, чем междоусобица, которая бы началась, не поступи Лафей так, как поступил. К тому же он достаточно силён и владеет нашей магией.

– И всё равно, Йавар, он — проклятый уродливый карлик.

– Проклятый уродливый карлик, – согласился Йавар, – который может вновь распахнуть для нас двери миров. Сделать Йотунхейм снова великим. Какая тебе разница, Бельмир, кто будет сидеть на троне, если наши воины вновь смогут вкусить крови? Вновь принесут богатые трофеи?

– Хм-м… – задумался тот, – далеко не все смогут принять и понять это, – ещё один взгляд на побеждённого неудачника, – даже среди нас.

– Верно, но… – Йавар задумался, – терпеть придётся. Во всяком случае, до тех пор, пока мы не восстановимся достаточно, чтобы закрыться от Радужного Моста.

– Локи не идиот, как бы мне ни хотелось обратного, – вздохнул ещё один великан, – он никогда не допустит, чтобы это произошло.

– Да, это правда… – пожилой йотун нехорошо ухмыльнулся, – а потому нам нужно подготовиться, создать скрытые базы, накопить ресурсов, чтобы в один момент выйти из-под угрозы. А там уже можно будет поговорить с полукровкой на другом языке.

– А как быть с Хеймдаллем и его ублюдочными глазами? Этот зал для него непроницаем, но он был создан нашими лучшими мастерами, в нашем мире, с помощью Ларца Древних Зим, сейчас же мы не сможем повторить подобное даже здесь, не говоря уже о других мирах, если организовывать схроны там.

– Страж Биврёста не всеведущ и не сможет уследить за всем и сразу. Придётся использовать вирдманов и уходить Тропами Теней как можно дальше. Процесс будет долгим и сложным, но… если у вас есть другие мысли, я вас слушаю, – в ответ ему была тишина. – Значит, решено. Бельмир, начинай подготовку, год — это очень немного, тем более после тысячи лет бездействия. А я пока займусь склепом для Лафея, – вздохнув, Йавар поднялся из кресла. Йотунам предстояло много работы и терпения. Очень много работы.

Некоторое время спустя. Один афроасгардец.

Хеймдаллю было плохо. Нет, не так, ему было очень, очень плохо. Сам факт того, что Царём Асгарда стал Локи, сильно не нравился бессменному стражу Биврёста. Трудно было сказать, с чем это было связано — с характером на тот момент ещё принца, его предпочтением использовать грязные трюки вместо честной борьбы или тем обстоятельством, что едва ли не первым магическим навыком, изученным им, было сокрытие от его взора. Но вот то, что он увидел и услышал сегодня… Локи был Чудовищем, да, именно так, с большой буквы. И происхождение от ледяного великана в этом титуле было ни при чём. Он цинично использовал старые традиции и обычаи йотунов, чтобы убить собственного отца… пусть он воспитывался в Асгарде, но всё-таки… а потом, потом он, угрожая уничтожить мир йотунов, его захватил.

В одиночку!

Всего с одной жертвой.

И теперь у этого безумного чудовища под рукой была армия злобных, жаждущих крови ручных великанов. В том, что Локи будет признан йотунами своим Царём не на словах, а на деле, Хеймдалль не сомневался. Теперь стала понятна и настоящая причина присутствия здесь Разрушителя. Бог Обмана не соврал — автоматон действительно приглядывал за ним, потому как разглашать ТАКИЕ сведения не мог бы позволить и самый тупой ас. Правда, это не объясняло, зачем ему понадобилось ставить в известность его самого? Только ради угрозы применения Радужного Моста? И почему он дал разрешение рассказать всё Всеотцу, Царице Фригге или Тору? Вопросы, вопросы и снова вопросы, но хуже всего было другое…

Это Безумное Чудовище вернулось в Асгард.

Вернулось и как ни в чём не бывало уже тем же вечером читало странные мидгардские сказки маленькой смертной девочке, что пришла с ним…

Хеймдалль не мог понять, что происходит, в чём смысл и есть ли он вообще. Он хотел отвернуться и не смотреть, но не мог — вдруг это очередной план этого жуткого Царя двух царств? А потому его Долг — продолжить наблюдение. Хотя куда больше он хотел просто выпить. Надраться вдрызг. Чтобы не видеть и не слышать. Не помнить. Не осознавать. Да… когда в следующий раз здесь окажется Вольштагг, он попросит у него принести пару бочек самой крепкой медовухи, что тот сумеет достать. Если (Хеймдалль покосился на Разрушителя) ему дадут это сделать.

А между тем в гостевых покоях Царь Локи уже закончил повествование про оживлённый магией шар теста, путешествующий по лесу с говорящими зверями, и уже несколько минут описывал приключения медведя, в котором невольно угадывались черты Тора и особенно Вольштагга, в его походе за мёдом…

– … а что подумал Кролик, так никто и не узнал, – доносился до божественного слуха аса вкрадчивый и вдохновенный голос Бога Обмана. – Потому что он был очень воспитанный! – с чувством завершил он мысль, заставляя Хеймдалля скрипнуть зубами от ощущения, что над ним и именно над ним тонко издеваются…

И снова Локи.

Вдоволь поиздевавшись над Стражем Моста, от которого специально не закрывался и за реакцией которого подглядывал через глаза Разрушителя, я ещё раз убедился, что Лаура уснула, и покинул комнату девочки незамеченным для Юрико и Сары. Те, впрочем, отошли ко сну ещё до моего появления, так что только боевой хомячок меня стойко дождалась для получения ежедневной дани в виде сказки на ночь, остальные вполне справились и сами.

Однако уже выйдя в коридор дворца, я… понял, что не удовлетворён.

Из-за глупости, в том числе и Хеймдалля, я, вместо того, чтобы культурно отдыхать в окружении милых дам, кушать картошку фри или заниматься чем-то столь же полезным и приятным, вынужден тянуть на себе уже два мира. Вот какого Суртура, спрашивается?

Короче, покинув покои, где почивали гости, я направился тиранствовать и диктатурить. И моим первым царским указом в эту ночь стало направление взгляда могучего афроасгардца в сторону миров, принадлежащих Таносу. Эта поехавшая истеричка хочет уполовинить население галактики? Ну так я ему помогу! Начну с тех мест, откуда он берёт армию и ресурсы, заодно и свои «легионы ужаса» выгуляю. В общем, грустный Хеймдалль пошёл записывать координаты, зная, что они нужны для организации налёта йотунов. Я прям чувствовал, как ему физически больно, но присутствие Разрушителя мотивировало, как я не знаю что — с задачей своей он обещал справиться за месяц. Да, у Таноса под рукой было реально много миров. Но первые результаты можно будет получить уже через пару дней. И это было хорошо, потому как следующим шагом мне предстояло вытащить Тора и запрячь вкалыва… э-э-э, в смысле, вернуть ему причитающийся трон, да, так и запишем. Правда, перед этим нужно было показаться перед Фриггой, всё-таки она за меня волнуется, да и рассказать мой «ход конём» при Одине будет забавно. Главное, чтобы его случайно кондратий не хватил. Или он не решил, что нужно «вот прям срочно просыпаться».

Не став откладывать решение в долгий ящик, я направил свои стопы к покоям Всеотца, где Царица так и не оставила своего поста. Эх, вот зависть берёт, Один — засранец засранцем, а жену заполучил на загляденье. И умница, и красавица (была где-то около тысячи лет назад), и любит его, козла такого. Ведь случись чего, и реально, как в скандинавских легендах, взойдёт на его погребальную ладью…

– Я вернулся, мама, – выкинув мрачные и несколько завистливые мысли из головы, я вошёл в опочивальню и улыбнулся женщине, что, как я и думал, сидела рядом с кроватью Одина.

– Локи, – одно-единственное слово, и мне уже дико неловко. Не прошло и нескольких секунд, как я был обнят, осмотрен на предмет повреждений и ещё раз обнят. – Ты вернулся, – ох, вот опять эта многомерная материнская интонация, на которую и ответить-то нечего… Да ещё и любопытство, что начала источать Фригга, можно было ощутить едва ли не физически.

– Да-да, – моя улыбка стала шире. – Ну всё, отметился, показал, что со мной всё хорошо, а теперь я откланиваюсь…

– Локи! – о, смесь грозного требования и жалобной просьбы. И как у неё это получается?

– Ладно-ладно, я пошутил, – присаживаюсь на гостевое кресло, оставляя копьё стоять рядом. Асинья вновь уселась рядом с кроватью Одина. – Итак… В общем, проблему с Йотунхеймом я решил. И Лафей нас тоже больше не побеспокоит.

– А можно немного подробнее? – нахмурилась женщина, предчувствуя тот факт, что известия, мной озвученные, вряд ли придутся ей по вкусу.

– Ладно, – оглаживаю ладонями друг друга, как бы подбирая формулировку. – Я воспользовался традициями самих йотунов, вызвал Лафея на поединок и убил, попутно захватив власть в том промороженном мире и став их Царём.

– … – Фригга молча хлопала глазами. Хм. Мне показалось или щека Одина только что как-то странно дёрнулась во сне?

– … – вопросительно приподнимаю бровь.

– Это… ведь не шутка?

– Нет, – я покачал головой.

– То есть ты… просто взял и покорил мир, который не удалось подчинить и Всеотцу… и сделал это в одиночку? За день?

– За пару часов, если быть точным. Ещё шесть ушли на вникание в обстановку с советниками Лафея. Прости, что не успел к обеду.

– … – не прощает. Вот по глазам вижу!

– Ну, мама, – уже возмутился я сам, – вы меня выдернули из отпуска и заставили разгребать заваренную Тором кашу, но я очень надеюсь всё-таки вернуться к своему плану по лежанию в гамаке где-нибудь у тёплого моря Мидгарда, желательно в обнимку с одной обворожительной богиней. Потому у меня нет ни времени, ни желания растягивать процесс. Но можешь не переживать, я не уронил честь Асгарда — всё было очень величественно и драматично! Гунгнир подтвердит, ему очень понравилось, – киваю на копьё.

– Богини? – кажется, после этого момента мама перестала меня слышать. – Уже третья… – тихонько прошептала она, но потом встрепенулась. – Она тебе нравится? А как выглядит? Почему ты не привел её сюда? – кхм, кажется, я реально зря это сказал.

– Ну… во-первых, напомню, что кое-кто просто взял и выдернул меня из Мидгарда едва ли не посреди спасательной операции, во-вторых, я пока только пару раз был с ней на свидании и до покорения её сердца мне ещё очень и очень далеко… если это вообще возможно, – вздыхаю, всё-таки на моей памяти тот же Дракула так и не смог. К тому же не стоит забывать, что мы в киновселенной, а значит, тут должны быть Боль, Страдания и Подвох. Например, если бы не был уверен в моральных качествах Профа, больше подходящих реальному Святому, то начал бы беспокоиться, что резко поправивший здоровье телепат отобьёт у меня девушку. Причём ненароком и походя. Но в Чарльзе я был уверен, потому мог волноваться только за вариант, где Шторм отбивает Юрико… н-да. Но что-то я ушёл от темы, да и Фригга тоже. – Давай вернёмся к нашим баранам. В смысле, Тору!

– Локи, – на меня посмотрели с укором.

– Что? Я его, конечно, люблю, ценю и всё такое, но это не отменяет того факта, что он пытался в Мидгарде купить котёнка, чтобы его оседлать…

– Котёнка?

– О? Я сейчас это вслух сказал? Кака-а-а-ая досада, – да, пакость мелкая, но до чего же приятно. – В общем, что я думаю, раз война с Йотунхеймом отменяется, то, может, вернём его из изгнания, и пусть дальше сам расхлёбывает?

– Ты не сможешь сделать его Царём, – вздохнула Фригга. – Не после лишения сил и изгнания в Мидгард.

– Зато я смогу сделать его наместником Царя в Асгарде! А то, что у него нет сил — это замечательно, наконец-то ему придётся думать головой, а не молотом!

– Ты ведь планировал это с самого начала? – с подозрением уточнила супруга Одина.

– Нет, с самого начала я думал о том, буду я заказывать классический мохито или стоит попробовать клубничный, – привычно отбрехался я. – Кстати, как поживают мои гостьи? Я даже несколько неуютно себя чувствую — вроде бы пригласил, а сам забросил, погрузившись в дела, – да, я нагло менял тему. Но, судя по всему, Фригге эта тема нравилась, а потому она охотно переключилась, никак не высказав возражений против плана по эксплуатации Тора.

– Не беспокойся, они очень быстро нашли себе занятия. Леди Сара заинтересовалась работой целителей и с удовольствием слушает мои пояснения, а леди Юрико сошлась с эйнхериями. Узнав, что ты принял её на должность своего телохранителя, они с удовольствием предложили ей поединки, дабы оценить её доблесть, – глаза асиньи горели.

– И как? – мне стало любопытно.

– Сначала, когда узнали, что ей не исполнилось и сотни лет, настроены они были скептически, но её боевое мастерство, сочетающееся с неразрушимыми костями и способностью к едва ли не мгновенному исцелению ран и отсутствию усталости, заставило их изменить своё мнение. Физически она слабее любого аса и не владеет благородным оружием, но даже так смогла заставить многих лечь спиной в пыль и признать своё поражение.

Да-а-а, Юрико даром времени не теряет. А вообще, идея интересна… Снарядить её по «последней моде», благо ресурсы позволяют, и она реально встанет вровень даже с лучшими асами. Правда, как и на момент первой нашей встречи, вставал вопрос, зачем мне это вообще надо? Нет, симпатичная и лояльная помощница, конечно, всегда пригодится, но тысяча лет опыта одиночки даёт о себе знать, особого применения её талантам я не видел, но… в хозяйстве сгодится.

Пообсуждав с Фриггой асгардские новости ещё с полчасика, я решил не тянуть далее кота за хвост и вернуть Тора, а потому с рассветом отправился к Хранителю Радужного Моста.

– Привет, Хеймдалль, – я окинул взглядом очень, очень грустного афроасгардца. – Что-то ты неважно выглядишь.

– Здравствуй, мой Царь, – постарался он изобразить невозмутимость, но получилось так себе. – Всё в порядке, – он покосился на Разрушителя, притворяющегося обычной статуей. – В полном порядке. Твой указ по записи миров, принадлежащих Титану Таносу, выполняется.

– Прекрасно, ты только не перетруждайся, – подбодрил я аса, – отдых нужен всем, разумные без отпуска или из него выдернутые просто звереют, поверь моему опыту.

– … – понятно, я — Гордый Статуй, я ничего не знать и не понимать. Ну окай.

– Я чего, собственно, зашёл, будь другом, организуй Мост до городка, где сидит Тор, будем его возвращать домой. Так сказать, амнистия в честь победы в войне с Йотунхеймом.

– Да, мой Царь, – это… у него сейчас подёргивалось веко? Да не, показалось, наверное.

Но вот привычный радужный тоннель радушно раскрылся, приглашая войти и проследовать в точку моего назначения. Ну что же, надеюсь, за эти пару-тройку дней, что прошли с моего иллюзорного визита, Тор не успел никуда вляпаться. Он же ведь не успел, да?

По выходу из перехода я огляделся, ориентируясь на местности. Не то чтобы я не доверял Хеймдаллю или беспокоился, что он, по доброте душевной и, разумеется, совершенно случайно, зашлёт меня куда-нибудь к Суртуру на рога (не тогда, когда рядом с ним стоит и тихонько починяет примус Разрушитель, а я сам владею Гунгниром, позволяющим управлять Биврёстом из любой точки галактики), но понять, куда двигаться, было нужно.

Так, вон он, тот заштатный городок, метров четыреста до него, а сам я на пустыре уже за городом. Ну что же, неплохо, так, следующий шаг — маскировка. Разгуливающий по улицам американского города «человек» в асгардских одеждах — то ещё зрелище, а эпатировать простых американцев из глубинки у меня желания не было — калибр не тот. Волевое усилие, и вот я стою в дорогом костюме, лакированных туфлях… и с золотым копьём в руках. Хм-м-м… непорядок.

– Слушай, Гунгнир, как насчёт посидеть немного в пространственном кармане? – я знал ответ, но вдруг?

– … – резкое отрицание. Это своевольное оружие не желало оказываться в месте, где никто не смог бы узреть его Мощь и Величие.

– Ладно, тогда позволь мне хотя бы превратить тебя в трость, – передаю образ вычурной трости. Антрацитово-чёрное древко, укреплённое и украшенное изображениями змей, отлитыми из золота.

– … – оружие задумалось, но окрас всё равно был несколько негативным, что-то вроде «какое-то оно слишком короткое»… Н-да, тут должна была быть шутка про Фрейда и фаллические символы, но вряд ли мой «собеседник» поймет всю соль.

– Между прочим, в Мидгарде трость — это очень статусная вещь, демонстрирующая стиль и класс своего обладателя.

– …

– Я знаю, что ты и так прекрасен и замечательно демонстрируешь, кто твой владелец, но местные просто не поймут. С тех пор, как ты в прошлый раз тут появлялся, прошла тысяча лет, для смертных это много, они кучу раз уже успели пересмотреть свои представления о величии. И вообще, ты и так должен гордиться мной и осознавать свою эпичность — не прошло и недели, как я взял тебя в руку, а ты уже оборвал жизнь Царя Йотунхейма прямо посреди святая святых его владений и стал свидетелем того, как твой избранник захватил целое царство! Так что можешь не сомневаться, если Локи говорит, что стильная трость — это статусно и великолепно, то так оно и есть. И вообще, такому оружию, как ты, несолидно ломаться, словно девице перед предложением прогуляться в ночной парк на пиру вместе с обаятельным асом, – я не знал, зачем дублирую это голосом, когда копьё воспринимает лишь мысленные образы, но… наверное, мне так проще было формулировать. Да, не будем думать об альтернативах — это ему должно быть стыдно, а не мне!

– … – по связи донеслось что-то вроде сочетания смущения, принятия и толики веселья. Хэй, неужели у оружия Одина есть зачатки чувства юмора? Никогда бы не подумал. Или это он уже от меня всякого нехорошего набрался?

Н-да… нужно будет наведаться к психологу или психотерапевту. Разговаривать с копьём — это странно, а когда оно тебе отвечает — ещё страннее, да и мерещащийся плачущий афроасгардец тоже того… не к добру.

Впрочем, ладно, согласие получено, и Гунгнир без возражений позволил обратить себя изящной тростью, ровно такой, какую я показывал в мыслеобразе.

– Великолепно, – крутанул я изменившимся оружием. – Ну что же, теперь я готов, и можно навестить дорогого братишку.

Пятнадцать минут неспешного шага, и вот я снова у офиса «климатологов», которые астрофизики. Да, я вспомнил, кто они по профессии. С моего прошлого визита изменилось немногое, разве что на парковке перед зданием появился знакомый дорожный монстр модели «дворец на колёсах», да, не забыть забрать сувениры Лауры, нельзя лишать боевого хомячка его блестяшек. В ходе срочной эвакуации я как-то об этом запамятовал, но вот сейчас стоит поставить мысленную зарубку.

– Есть кто живой? – войдя в двери, обозначаю своё присутствие коротким стуком трости по стене. Н-да, никаких замков и запоров. Входи кто хочет, бери что хочешь.

– Эм? – высунула носик из-за одной из дверей давешняя моя знакомая в очках. – Мистер Локи? – неуверенно спросила она, потом повнимательнее меня оглядела. – Вау… – и быстро юркнула обратно.

– Хм-м… и что это было? – спросил я пустоту.

Пустота не ответила, видимо, это прерогатива исключительно натрезимов, ну да ладно. Зато через пару минут меня почтили своим присутствием уже знакомые люди и сам Тор. И да, встретившая меня первой Дарси успела расчесаться, поправить одежду и, кажется, нанести немного макияжа. Шустро, но зачем? Или… кто-то решил, раз подруга захомутала себе аж целого Бога, то можно повторить подвиг и завладеть вторым? Что же, тогда девочке придётся огорчиться, увы. Несмотря на некоторую миловидность её лица, приятную глазу полноту губ и размер груди где-то между четвёрочкой и пятёркой, для меня было вполне очевидно, что если убрать «правильную упаковку» в виде одежды, картина меня ждёт в лучшем случае «удовлетворительная», но никак не «отличная». Тут была прямая противоположность Юрико, которая при нашей первой встрече носила костюм, придающий её внешности максимально отталкивающий эффект, за которым, только приглядевшись, можно было разглядеть красоту. Мисс Льюис же действовала строго наоборот — стремясь подчеркнуть свои привлекательные черты, на второй — внимательный взгляд оставляла лишь недостатки, сводящие на нет весь первый эффект.

– Локи? – меж тем, удивился Громовержец.

– Собственной персоной, – отсалютовал я ему тростью, после чего пришлось стоически переносить медвежьи объятья. Пусть силушки богатырской у мужчины изрядно убавилось, но вот габариты остались внушающими. – Ты в курсе, что последний раз так энергично меня обнимал лет семьсот назад? – интересуюсь у блондина, обнимая этого здоровяка в ответ.

– Правда? – ещё больше удивился Тор.

– Да, с тех пор ты в основном хлопал по плечу и ограничивался словами, – просвещаю этого оболтуса относительно его эгоцентричного поведения.

– О! – сын Одина явно попытался вспомнить подробности. – Это точно было из-за твоих проказ, ведь так? – не очень уверенно, но… убеждённо переспросил меня здоровяк.

– Скорее всего, – не стал я отрицать.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась Джейн, тактично дождавшись, когда мы закончим.

– Взаимно… – перевожу взгляд на учёных, чисто ради шалости делая вид, что припоминаю их имена. – Падме… Дарси… – поочерёдно досталось девушкам, а теперь ещё больше старания в напряжении мысли. – Образованный викинг! – контрольным досталось Селвигу.

– Э… – недоумённо моргнул человек.

– Предупреждаю: пересказывать мне больные сексуальные фантазии ваших предков о моей личности — плохая идея. Я знаю, что вы, викинги, это обожаете, но я не оценю, – предупредительно вскинув трость, сбиваю мужчине всякую заготовленную мысль.

– Хорошо, – покладисто и подозрительно быстро заверил меня в своей разумности учёный. А ведь он знает, о чём речь… И, похоже, таки действительно думал об этом… Викинги… они никогда не меняются!

– В прошлый раз вы так и не сказали, почему так странно меня называете, – отметив изменения на лице коллеги, но не став заострять на них внимания, насела на меня Амидала.

– Так и есть, – обворожительно улыбнулся я. – Но пусть это будет моим маленьким секретом, – подмигиваю девушке. – Итак, чего я собственно пришёл? – продолжил я, не давая ей времени на ответ. – Как и обещал, я всё разрулил, ты можешь вернуться домой, Тор.

– Ты… спасибо, брат!

– Так, а вот душить меня обнимашками не надо! – всё-таки он слишком бесхитростный и слишком энергичный. – И радоваться преждевременно тоже. Поскольку я Бог Коварства, Злых Шуток и вообще по жизни гад и злодей, то в твоей ложке мёда есть бочка дёгтя.

– Что ты имеешь в виду? – чуть подостыл он, хотя всё ещё был очень рад.

– Это приватный разговор, – с намёком на толстые обстоятельства и серьёзность ситуации поигрываю бровями. – Я его украду на пару минут? – поворачиваюсь к астрофизикам. – Есть у вас комната с дверкой?

– Да, конечно, пойдёмте, – поняв ситуацию явно быстрее Тора, засуетилась Джейн. – Вот здесь… свободно, – провела она нас в помещение, откуда недавно явно вытащили кучу оборудования, так, что даже контурная пыль на полу ещё не смазалась. – Мы будем в гостиной, – заверила девушка и поспешила нас покинуть, заодно утаскивая с собой Дарси, чей носик явно испытывал приступ кошачьего любопытства.

– В общем, ситуация такова, – ограждаю помещение от подслушивания и подсматривания, в том числе и одним Стражем Моста. – Ты сможешь вернуться домой, более того, будешь править в Асгарде, но… есть нюансы.

– Какие именно? – о, Тор реально задумался и сосредоточился!

– Силу я тебе вернуть не смогу, во всяком случае, не быстро. Один, когда проделывал с тобой то, что проделывал, был очень зол и колданул от души. Так что тебе в любом случае придётся вынести наказание и извлечь из него урок — только это позволит полноценно снять заклятье, наложенное именем отца, деда и прадеда.

– Н-но… что я буду делать в Асгарде без сил? – поник брат по разуму всех викингов.

– Думать, – холодно рубанул я. – Ты слишком привык быть Громовержцем, брат, и решать все проблемы силой. Ты никогда не обращал внимание на то, по силам ли задача твоим спутникам и насколько она для них опасна. Ты не привык думать о последствиях своих авантюр. А всё потому, что тебе нравилось ощущение, когда в решающий момент ты спасаешь своих друзей, оказываешься героем, что в одиночку изменил исход битвы и тому подобное. И это ужасное качество для Царя. Ты забыл, что вокруг не все Громовержцы и что Громовержец не может быть везде. И поэтому тебе придётся научиться доверять другим. Доверять им дело, зная, что сам никак не сможешь повлиять на результат.

– Я доверяю другим! – возмутился блондин.

– Нет, – жёстко отрезал я, – ты веришь им, но не доверяешь.

– А-а-а в чём разница? – наивно похлопало глазами это тысячелетнее чудо.

– В том, что ты веришь в верность своих друзей, но не в их успех. Когда ты последний раз отпускал Троицу воинов и Сиф в бой одних? Ты же всегда с ними. Какой бы мелочной ни была стычка — ты всегда впереди, всегда берёшь всё на себя, а им лишь милостиво позволяешь позаботиться о мелочи, что сумеет пройти мимо твоего молота. Ты хвалишь их и не скупишься на высокие слова о доблести, но ты хоть раз давал им победить самостоятельно, без тебя? Доверять же — это не только верить в чувства и позволять прикрывать спину, но и верить в своих соратников. Что они способны сами о себе позаботится и выполнить задачу без пригляда няньки в виде Могучего Тора. Но и этого мало, – цепко держу его взгляд, следя за реакцией и не ослабляя напор. – Нужно ещё и понимать. Понимать, что им нужно, что они могут и что — выше их сил. Тебе придётся научиться этому. Отдавать приказы и принимать их последствия, осознавая, что они могут стоить жизни тем, кого ты послал в бой, и ты не сможешь в последний миг прилететь на своём чудо-молоте и повернуть ход событий. Я не могу снять с тебя наказания, брат, я могу лишь изменить его. И твоим наказанием будет — править Асгардом, опираясь лишь на чужие силы и зная, что твоя ошибка, твоя недоработка в плане или недогляд будут стоить жизни твоим подданным, а ты никак не сможешь на это повлиять, кроме как заблаговременно подумав головой. Пора взрослеть, брат. Галактика стоит на пороге жесточайшей войны с угрозой, по сравнению с которой Йотунхейм — ничто, а Всеотец не всегда будет с нами, чтобы спасти и всё исправить. Время попыток купить котёнка и оседлать его прошло.

– Дался тебе этот котёнок, – недовольно пробормотал Тор, но лицо его было мрачно, а в глазах отражалась работа мысли. А ещё обида. Не понравилось ему, что младший брат-ботан его песочит. Ох, чувствую, хлебнёт ещё с ним Асгард горя, несмотря на все сдвиги к лучшему. И будто подслушав мои мысли, он поспешил их подтвердить: – И вообще, если ты такой умный, становись Царём сам!

– Рад бы тебя обрадовать согласием, но не могу, – возразил я. – Это пока я был молодой и глупый, мне это было интересно, но теперь я, как ты помнишь, оказался сыном Лафея, и вечно удерживать в секрете эту новость не получится, а Асгард не примет такого Царя. Попытайся я удержать трон, в момент, когда всё вскроется, станет намного… намного хуже. Особенно после того, как я завоевал трон Йотунхейма.

– Ты… ты сделал что? – аж сел где стоял Тор. Хорошо хоть не на пол, а успел на рефлексах зацепиться руками за пустую тумбочку и приземлиться на неё.

– А как ещё я мог разобраться с проблемой надвигающейся войны? Так что не будь неблагодарной скотиной и подмени меня хотя бы на одном из тронов. Я и так разрываюсь на трёх вакансиях!

– Ка…ких? – брат продолжал жалобно на меня смотреть и хрипеть.

– Я нашёл себя в работе с детьми в одной местной школе, пока мама не всучила мне Гунгнир вместе с остальными регалиями, к нему прилагающимися, потом Ледяной Трон от Лафея и должность Царя Йотунхейма… Пришлось использовать их традиции и требовать священного поединка по причине мести за предательство крови. Лафей бросил меня в младенчестве умирать на полу дворца, и этого хватило. Так что поздравляю, по твоей милости я теперь — отцеубийца и правитель народа злобных монстров, однако с этим я справлюсь, но только не тогда, когда мне придётся ещё и править Асгардом, где этих монстров ненавидят.

– Я… но… – здоровяк беспомощно открывал и закрывал рот.

– За свою смертную не волнуйся — ты вполне можешь пригласить её в Асгард в качестве почётного гостя. И не её одну.

– Могу? – не поверил Тор.

– Ну, царское разрешение у них есть, – пожимаю плечами, – к тому же мои гостьи из смертных уже третий день любуются красотами Золотого города, так что в любом случае гнусным нарушителем традиций буду я.

– Я… – Громовержец потерянно опустил взгляд к полу. – Спасибо… – выдохнул он спустя минуту тишины.

– Пожалуйста. А теперь пойдём — мне ещё тебя в курс дел вводить…

Люди нервно ждали нас за обеденным столом, тиская в руках чашки кофе, и живо поднялись, стоило нам показаться на виду.

– Джейн, друзья, – торжественно начал Тор, – я пользовался вашим гостеприимством всё это время, теперь же я прошу вас побыть моими гостями! – хех, умеет он складно говорить, когда нужно.

– Гостями? – переспросила Дарси.

– Он приглашает вас в Асгард, пользуясь тем, что мне некогда спорить — мою работу учителем истории никто не отменял. И каникулы ещё не скоро, – «поясняю» ситуацию.

– Бог из Асгарда работает учителем истории? – моргнул «скандинавский пьянчуга».

– Это начиналось как хобби и чтобы разгрузить мозги, но потом я втянулся.

– А это нормально? – уточнила Фостер. – Я имею в виду… Асгард… боги…

– Вы можете никуда не ходить — я никого не принуждаю. Тор… – взгляд на блондина. – Он тоже не принуждает.

Разумеется, при такой постановке вопроса думали люди недолго и уже через пятнадцать минут, отзвонившись коллегам-друзьям-знакомым и предупредив, что «отъедут по делам» на пару-тройку дней, были готовы выдвигаться.

И вот мы подготовились к путешествию — я забрал сувениры Лауры из машины и ещё раз уверил смертных, что автомобиль теперь их, ну не отбирать же мне свой подарок обратно, право слово? И вот мы выдвинулись на выход из города — дабы не открывать Радужный Мост посреди населённого пункта. И всё бы хорошо, но… я недооценил долбоклюйство Щ.И.Т.а. Не успели мы завернуть за крайнее здание городка, как наперерез нам выехало несколько брутальных чёрных машин, из которых посыпались вооружённые люди и преградили нам дорогу, ещё один отряд оперативников нарисовался сзади. Мне оставался только тяжёлый вздох.

– Поднять руки за голову и встать на колени! – совсем охренели смертные. Был среди них и агент Колсон, который как раз и говорил в рупор и о когнитивных функциях которого я, признаться, раньше был более высокого мнения.

– Знаете, – не спешил я выполнять требования, – вы, ребята, вообще ничему не учитесь. Признайтесь, быть умнее начальства вам запрещает должностная инструкция, а после того, как главным стал Фьюри, никого умнее табуретки в штате просто не осталось?

– Что вы… – начал ошарашенный агент.

– А вот если я сейчас скажу «Гидра Доминатус», сколько здешних ребят поймут, что я свой, и направят стволы на лоялистов?

– …

– А, простите, не та вселенная. Хайль Гидра! Код Омега-3-8-15.

– Хайль!

– Хайль! – ох, рожа Колсона в этот момент была неподражаема, особенно после того, как две третьих его бойцов резко развернулись и взяли на прицел оставшихся. Обожаю иллюзии. Как простые оптические и звуковые, так и материальные, что как раз на долю мгновения возникли за спинами смертных и одинаковым движением наслали на всех чары отключения сознания. Те даже дёрнуться не успели, слишком поглощённые спектаклем и попыткой сообразить, что тут вообще происходит и кто именно оказался предателем, потому как каждый видел, что оружие на него наставляли соседи, и, конечно же, сам тут же спешил наставить оружие на них, что очень быстро стёрло визуальную разницу между внушением и реальным положением дел.

– Э-э-э… что это сейчас было? – выразила общую мысль Фостер.

– А, – я махнул рукой, – местные сумасшедшие, я вам о них говорил в прошлый раз. Не обращайте внимания, они думают, что они — профессиональная секретная организация, но… – морщусь, качнув головой, и поднимаю лицо к небу. – Хеймдалль, возвращай нас домой, – так, нужно срочно к психиатру, мне натурально послышался вздох облегчения… а, нет, это связь с Разрушителем. Тем не менее радужное сияние послушно нас подхватило. Отлично, осталось сделать объявление благородным асам и ванам на тему назначения наместника — и можно сваливать!

Несколько дней спустя, Асгард.

Тор в смешанных чувствах смотрел с балкона дворца на пробивший пространство золотой луч Биврёста, уносящий в Мидгард его брата. Локи просил не провожать его, и сын Одина отнёсся с уважением к желанию брата.

Да… Брата. Несмотря ни на что, ни на какие откровения и обстоятельства, за последние дни Локи как никогда доказал, что они — братья. Пусть не по крови, но всё остальное, что только и способно показывать их родство, между ними было. Ранее принц Асгарда не раз позволял себе в открытую и даже на публику сомневаться в храбрости и доблести хилого младшего брата. Это было не со зла… редко когда было со зла. Чаще Тор просто подзуживал пустившего корни в своих книжках и мастерских Бога Обмана. Он не обижался… вроде бы. Но почти всегда соглашался после этого отправиться вместе в поход или приключение на улицах Асгарда… Сейчас за те дни Громовержцу было стыдно. Ему за многое было стыдно последнее время, но за это, пожалуй, больше всего… Ради него Локи не убоялся один вступить на тёмные льды Йотунхема, пройти в самое логово ледяных великанов и там говорить с Лафеем столь дерзко, что даже бесстрашный Хеймдалль описывал это не иначе как с припиской «чудовищная». Чудовищная дерзость и наглость, от которой даже давний враг их отца смешался и был вынужден пойти на поводу Локи, принимая его условия.

Тихий, любящий незаметные проказы, от которых никогда не ведёт никаких следов к их автору, вечно осторожный и рассудительный… кто мог ожидать, что Локи способен на такое? Он, Тор, точно не мог. А его друзья, узнавшие обо всём, кажется, самыми последними, и вовсе уже который день ходили как в воду опущенные, особенно изумлённой выглядела Сиф, настолько, что Громовержец в момент рассказа пару раз серьёзно испугался, что её глаза могут как-то повредиться, так она их выпучила.

И теперь мужчину болезненно терзал вопрос: неужели он и правда настолько зациклился на своём статусе Могучего Тора и наследника трона, что так слепо не замечал, чем является его брат? А ведь выходило, что так. Локи всегда помогал им выпутаться из передряг, всегда приходил на помощь, но они никогда не ценили это. Он не ценил. Как много таких случаев, которые он считал мелочами, лишь на каплю приблизившими победу, на самом деле были куда большим, без чего всё могло кончиться совсем худо?

Тор никогда не любил таких мрачных дум. По натуре отгонял их, старался переключиться, найти себе дело. Желательно достойное и славное, что смоет неприятный осадок с души. Но сейчас он не хотел переключаться… Да и славные битвы для него в ближайшее время недоступны, а значит, всё, что ему остаётся — это думать, как и завещал брат.

Локи многое ему поведал за последнее время… Нет, Тор не был дураком, хотя и признавал, что иногда может поступать слишком поспешно и легкомысленно… Иногда даже не иногда, а частенько… Но он всё равно знал, что и как должен делать Царь для поддержания порядка в Девяти Мирах. Конечно, уроки навевали на него временами сон, но мама бы никогда не допустила, чтобы он оставался неучем. Не сказать, что он старался облегчить ей задачу, но в этом противостоянии у него изначально не было шансов. Да и надо же было как-то обезопасить себя от шуток Локи, а то ведь даже не поймёшь, когда он начинает издеваться, используя вроде бы понятные слова, но в совершенно непонятном смысле. Однако поведанное братом сейчас было другим и очень серьёзным. Безумный титан Танос, тёмные эльфы Малекита, Камни Бесконечности, их силы и примерное местоположение… Он не шутил, когда говорил об угрозе всей галактике, и хотя это даже звучало дико, возможно, вскоре на самом деле наступит время, когда асам и ванам придётся сражаться на одной стороне с ледяными великанами, и потому сейчас Хеймдалль вглядывался в самые далёкие и тёмные уголки космоса, а защитные системы Асгарда впервые за многие и многие века начали готовить к модернизации.

Столько событий, столько новостей и впечатлений… Тору искренне казалось, что всего пару недель назад он жил в каком-то совершенно ином мире и даже сам был кем-то другим. Странное… и очень непривычное чувство.

– Он всё-таки ушёл… – вырвал Тора из глубин размышлений мягкий голос матери. Он настолько ушёл в себя, что не заметил ни звука её шагов, ни как давно исчез из вида луч Радужного Моста…

– Да, – подтвердил Бог Грома, разворачиваясь вполоборота к женщине, что с материнской теплотой и озабоченностью глядела на него, стоя всего в паре шагов. – Но на этот раз… на этот раз его подвиг не будет затёрт и забыт, словно сущая мелочь. Это — самое меньшее, что я могу для него сделать, – вновь устремляя взгляд к далёкому острию Биврёста, Тор сжал кулаки.

– И ты не будешь гневаться, что он — Царь, а ты — наместник? – задала, должно быть, давно интересовавший её вопрос Царица.

– Это всего лишь титулы, – блондин тяжело опёрся руками о перила балкона. – И… сейчас он достоин называться Царём Асгарда куда больше, чем я. И мне потребуется приложить много усилий, чтобы догнать его, – произнести это признание оказалось неожиданно сложно, но… после того, как нужные слова сорвались с его уст, Громовержец ощутил странное облегчение. Оно горчило чувством стыда и зависти… наверное, совсем не лучшей зависти… но всё равно от него стало проще и светлее на душе. А зависть… зависть — это хорошо, она поможет ему не забыть, к чему надо стремиться.

– Эти дни воистину достойны нашей памяти, – улыбнулась Фригга. – Я увидела, как вырос и возмужал Локи, и я рада видеть, что и мой старший мальчик стремительно становится мужем. Подумать только, меньше года прошло, а вы оба так сильно изменились.

– Боюсь, мам, мне только предстоит измениться, – вздохнул блондин.

– Ох, сынок, – женщина ласково погладила его по руке, подарив одну из самых нежных материнских улыбок, на которые была способна, – тот Тор, которого я знала ещё год назад, ни за что не признался бы себе в этом, и это лучше всяких слов доказывает, как сильно ты вырос.

– Но Локи… – попытался, сам не зная зачем, возразить что-то Громовержец, но был остановлен.

– Локи тоже предстоит пройти ещё немалый путь, чтобы справиться со своими детскими привычками. Возможно, даже более длинный, чем уготован тебе.

– Разве? – искренне удивился мужчина.

– Когда я его нашла, он не придумал ничего лучше, чем перепугать меня до глубины души заявлением, что у него есть ребёнок, – посетовала Царица, передавая выражением лица всё своё отношение к этой несусветной глупости. – Потом всё выяснилось, конечно, но он до сих пор совершенно не умеет смирять свои мальчишеские порывы и, боюсь, даже не хочет пытаться что-то с этим делать. Дитя, жаждущее внимания, в нём ещё очень сильно… – женщина замолчала, устремляя взгляд на Золотой город.

– Я видел эту девочку, мне показалось, она немного странно ведёт себя с Локи, – решил развеять тишину Тор, на самом деле слишком поглощённый в последние дни своими переживаниями, чтобы обращать внимание на гостей брата. То есть он, разумеется, не пропустил мимо ушей такую новость и удивился готовности брата разрешать ребёнку сопровождать себя по всему дворцу, но вокруг было слишком много других впечатлений, чтобы слишком зацикливаться на смертных, с которыми он даже толком не общался.

– Тебе тоже… – улыбнулась чему-то своему Фригга. – Я говорила с ней — она очень сильная девочка, и у них правда необычные отношения. Не знаю, как так получилось, но Локи её ценит. Знаешь… – асинья подняла на него смеющийся взгляд, – он ведь и правда прислушивается к её мнению.

– О… – Тор не находил, что на это сказать.

– И раз мы заговорили о гостях, – продолжила между тем Царица, мягко, но твёрдо намекая голосом, что дальнейшая тема её очень интересует, – не поведаешь мне о своих? Особенно о леди Джейн, которую мой второй сын почему-то упорно называет Падме, чем изрядно ставит в тупик. Мы ведь так и не поговорили о твоей жизни в Мидгарде с момента возвращения.

– Но я не знаю, почему он её так называет!

– Расскажи мне всё, – улыбнулась асинья. – И мы попробуем вместе подумать над этой загадкой.

В ответ Тор тяжело вздохнул… мысленно, потому что обижать маму не хотелось. Что бы там ни говорил Локи, он не был дураком и понимал, что беседа на тему «рассказать матери о симпатичной молодой леди, что сын привёл в дом» может затянуться надолго. И хотя стыдиться Громовержцу было нечего — он же не совершил ничего недостойного по отношению к Джейн и её друзьям, но всё равно было в этом что-то неловкое, из-за чего не самый робкий в Асгарде мужчина чувствовал себя неуютно. А ведь ему ещё с подсказками брата, оставленными в Троне, разбираться…

Глава 14

Планета Земля, Весчестер, Нью-Йорк.

Сияние Биврёста погасло, и мы снова оказались в гостеприимном Мидгарде. Ну, насколько он может быть гостеприимен. Впрочем, здесь и сейчас всё было мирно и благостно: над головой чистое небо с редкими островками белых облаков, в лицо дует лёгкий освежающий ветерок, толпа детей-мутантов носится и играет на спортивной площадке буквально в трёх метрах от нас… Ах, нет, уже не носится и не играет, а, распахнув рты, пялится на доверху забитую оборудованием «Небесную Лодку», что возникла в столбе света, упавшем секунду назад с небес.

– Где мы? – осведомилась Сара, опасливо поглядывая на свидетелей.

– Пригород Нью-Йорка, по совместительству — место проживания одной из крупнейших общин мутантов, – я окинул взглядом поклажу, прихваченную из Асгарда, перед тем как мысленно отпустить Разрушителя обратно на пост в сокровищнице. – Надеюсь, Чарльз не успел загромоздить свой подвал, а то как-то нехорошо получится.

– … – Юрико, вновь включившая свой режим «строгого секретаря», за моим взглядом следить не стала, вместо этого изучая толпу и окрестности, Лаура, в противовес ей, глянула на моё лицо, но как-то нечитаемо-оценивающе, ну а Сара… никто не узнал, о чём думала Сара, поскольку она была очень воспитанной.

– Дети! – не тушуясь, обеими руками изображаю жест пальцы-пистолетики в сторону зрителей, заодно привлекая к себе внимание. – Вы все меня знаете, и мы все здесь всё понимаем, поэтому без вопросов, – уловив во взглядах узнавание, быстро разъяснил я свою позицию. – Джубили, лапочка, – нахожу среди студентов одну из самых шебутных и быстроногих, – сбегай до профа, мне нужен вход в ангар.

– Да, конечно, мистер Локи, – быстро закивала пятнадцатилетняя азиаточка в жёлтой курточке и поспешила к дверям особняка.

– Локи? – появился из-за кустиков Циклоп, очевидно, приглядывавший за подрастающим поколением в роли учителя физкультуры.

– Скотт, – вернул ему приветствие я.

– Что… – мутант разомкнул губы, явно силясь оформить в звуки «некий мысль», но смог только неопределённо указать рукой на днище Лодки, парящее в полуметре над землёй.

– Что? Я же ничего не говорю на тему того, что вы вместо нормальных шагоходов конструируете машинки на колёсиках.

– Даже я знаю, что шагающая техника в разработке и производстве намного сложнее, чем колёсная, – возразил Саммерс, уже более-менее взяв себя в руки.

– Зато в неё всегда можно посадить ОЯШа и быть уверенным, что мир окажется спасён… пусть и ценой уничтожения пары-тройки японских мегаполисов, – с долей напускной неловкости поправился я, – но, эй! – быстро исправляюсь. – Больше, чем японцы, разрушать свои города любят только американцы! Нигде больше не презентовано широкой общественности столько проектов на эту тему! Вы даже детей за эту идею агитируете, таская их в кино на каждое разрушение Нью-Йорка.

– Так, всё, – замахал руками Циклоп. – Я ошибся — я не хочу знать, о чём ты и что происходит! Просто… просто убери эту штуку с улицы, пока с какого-нибудь спутника не заметили!

– Не бойся — не заметят, я уже прикрыл всё иллюзией.

Тут начали показываться и иные обитатели поместья. Сперва появилась с другого конца спортивной площадки Джин, через пару секунд после неё из дверей дома вышел Чарльз в сопровождении Джубили, ну а последней из дверей выскочила Шторм. И да, Чарльз двигался на своих двоих, самую малость опираясь на изящную трость с металлическим набалдашником, не столько из слабости, как мне виделось, сколько от не успевшей полностью вернуться привычки правильно двигать ногами.

– С возвращением, Локи, – добравшись до нас, приветливо улыбнулся телепат, ещё по дороге взглядом показав старшим позаботиться о детях, вернее, их оперативном перебазировании куда-нибудь от греха, в результате чего первые ученики школы уже суетились, стремясь оттеснить не слишком довольных этим любопытных подростков. – Вижу, ты привёл гостей? – теперь он посмотрел на моих спутниц.

– Да, знакомьтесь, – вполоборота разворачиваюсь к женщинам и ребёнку. – Сара Кинни — генетик и биолог, в силу обстоятельств была вынуждена работать на плохих парней, но потом появился героический я и героически её спас. Вот это чудо — её дочь и по совместительству результат эксперимента по созданию суперсолдата-ассасина. Психическая устойчивость запредельная, но социализации — ноль. А ещё она потрясающе режет колбасу!

– Колбасу? – не совсем понял полёт моей мысли Ксавьер.

– (-__-)… – девочка молча сделала «шурх» своими адамантиевыми когтями. И я не шутил — она реально несколько раз резала ими колбасу во время нашей поездки, результатом чего стала парочка перерубленных досок, после чего Сара всё-таки смогла ей объяснить, что для таких целей надо использовать кухонные ножи, а не оружие, спокойно режущее сталь.

– Вот как, – с новым выражением взглянул на неё Чарльз.

– Ну и последняя по списку, но не по значению — Юрико, – представил я регенераторшу. – Она тоже прошла через похожую историю.

– Добро пожаловать в школу для одарённых детей, меня зовут Чарльз Ксавьер, чувствуйте себя как дома, – уважительно кивнув гостям, поприветствовал их телепат.

– Спасибо, – немного замявшись, ответила генетик. Юрико ограничилась наклоном головы, а Лаура продолжила бесхитростно всех рассматривать и наблюдать.

– Ну, раз с формальностями покончено, давайте всё-таки загоним мои асгардские трофеи в ангар. Я много чего прихватил, и этому не стоит стоять под открытым небом.

– Конечно, – согласился Чарльз.

Быстро покончить с задачей не получилось — пока подняли баскетбольное поле, пока притёрли Лодку к самолёту, пока закрывали всё обратно, прошло добрых полчаса. Причём всё это время за нами наблюдали десятки любопытных носиков из окон школы, делать что-то с которыми не стал ни я, ни Чарльз. Как это объяснял для себя Ксавьер — без понятия, но с моей точки зрения, скрывать от студентов наличие в особняке «подпольной деятельности» было заранее обречено на провал. Слишком мало учителей для постоянного контроля, слишком малая территория проживания, в том смысле, что всё происходит в одном здании, без левых корпусов на отшибе, ну и наконец, у местных детишек слишком много интересных способностей, от управления электронными приборами до прохождения сквозь стены и телепортации на малые расстояния. Тут могли помочь только или тотальный телепатический контроль, или нормальные объяснения важности сохранения тайны и опасности лезть куда не просят. И зная Чарльза, первый вариант он точно не использовал.

– Ну что же, с самым срочным покончено, разгружать буду потом, – спрыгиваю на пол ангара с борта Лодки. – Теперь об остальном, – вопросительно гляжу на мутантов. Ну, вернее, на Ксавьера.

– Надеюсь, ты не развязал где-нибудь случайно войну или не захватил мир? – попытался пошутить профессор, мягко улыбнувшись.

– Ну-у-у… – я сделал вид, что мне стыдно.

– Ох, – вздохнул телепат, касаясь пальцами свободной руки лба.

– Не всё так плохо, – успокаиваю его. – Амбиции Йотунхейма теперь будут направлены в сторону от нормальных миров и выйдут боком другим уродам, обожающим захватывать мирные планеты и покорять цивилизации. Мой глупый старший брат вновь в Асгарде и даже слегка поумнел… ну, как мне хочется верить. Один, к сожалению, ещё не проснулся, зато у Гунгнира, как оказалось, есть чувство юмора, и он понимает мои шутки, – крутанув трость между пальцами, демонстрирую, где сейчас этот самый Гунгнир. – В общем, за вычетом того факта, что через годик мне придётся вести в бой армию кровожадных чудовищ, каждое из которых способно перебить земную стрелковую дивизию без средств усиления, всё окончилось очень даже неплохо, хотя сорванную поездку и жалко.

– Осталось понять, как во всём этом замешаны твои спутницы, – в очередной раз доказал, что не имеет привычки без крайней нужды лазить по чужим головам, Ксавьер.

– Никак. Я просто вёз их сюда, когда началась вся эта свистопляска, – пожимаю плечами. – После того случая с Эриком я немножко погулял по Пентагону, нашёл целую гору первостатейных зловонных куч, среди которых обнаружились пара проектов по использованию мутантов. В одном из них нашлись ниточки к адамантию с коготков нашего друга Логана. После этого Уильям Страйкер ушёл на покой, оставив мне на попечение Юрико, а я посетил пару секретных бункеров, в одном из которых взял ведёрко адамантия, в другом — Лауру с доктором Кинни. Далее по плану была неторопливая туристическая поездка через всю страну для поправки нервов, но тут меня нашла мама, и началось.

– Должен ли я уже вернуть Мьёльнир? – понятливо кивнул на мои слова телепат, переходя к следующей важной теме.

– Нет, – я даже капельку отшатнулся «под впечатлением». – Тор, конечно, проявил проблески разума, но рецидив ещё очень даже возможен. К тому же… – чуть морщусь, переходя на серьёзный тон, – я просто не имею права отменять указ Одина о лишении его сил. Я и без того по краешку прошёлся, чтобы вернуть его из изгнания, и ещё неизвестно, как на это отреагирует Всеотец, когда проснётся. Опять же, Тору будет полезно узнать, каково это — править Царством, не имея возможности лично победить всех врагов, а то он уже стал забывать, как себя чувствуют обычные асы, не говоря уже о простых смертных, на защите которых стоит Асгард. В общем, всё хорошо, всё замечательно, ничего не надо менять! А мне печеньк… да! Печенек мне! – и я резко сорвался с места, широким шагом направляясь к коридору, откуда можно выйти к лифту и добраться до кухни.

– Эй! – донёсся в спину возмущённый голос Скотта, остальные были более воспитанными.

– Что? – придерживаю коней. – Я только из Асгарда, а там нет не только печенья, но даже какао! Я так давно не ел пе… Минуточку… – внезапная мысль оборвала мой вдохновенный спич. – А ел ли я вообще хоть что-нибудь за время пребывания в Асгарде? – вопрос был сложным — я не помнил ответа. – Боевой хомячок, ты за мной следила, ты должна знать! – обращаюсь за помощью к девочке.

– (о_О)? (&gt;_&gt;)… (-_-)! – последовала сложная пантомима.

– Точно, всё очень плохо, – проникся я. – В общем, – возвращаю взгляд к коллективу, – я на кухню — готовить, а вы тут сами. Общайтесь, знакомьтесь, а у меня дело государственной важности!

И я сбежал, успев уже в коридоре услышать вопрос Скотта:

– Он разве не умеет создавать свои копии, чтобы общаться на расстоянии?

– Он просто сбежал, – отозвался улыбающийся голос Джин. – Мужчины так иногда делают.

– Я так не делаю!

– Разве?

– Да!

Дальше даже слух аса уже не улавливал, да и я почти добрался до лифта. На другой его стороне, в смысле, на первом этаже особняка, меня уже поджидала охотничья партия юных ниндзя, в которую входили Айсмен, Роуг, Пиро, Джубили, Китти Прайд и Петя Распутин. Последний отчаянно пытался изобразить голос здравого смысла в этом детском саду, иначе говоря, уговаривал народ не страдать фигнёй и валить отсюда, пока не прилетело, как любопытной Варваре на базаре. Однако «засадный полк» бравых американских детишек, дружно сомкнув ряды, с доблестью отбивался от гнусного «басурманина» и его «коварных посулов», отстаивая своё право искать приключения на пятую точку. Выглядело со стороны очень забавно, но трогательно. Тем не менее я действительно хотел кушать, а потому, не снимая иллюзии собственного отсутствия в коридоре, направился на кухню, оставляя детей на растерзание прочим наставникам.

На кухне же меня ждали чистота, порядок, три пакета мороженой картошки фри, две пачки печенья в шоколадной крошке и банка какао. Вскоре сковорода уже весело шипела маслом, кружка в моих руках источала сладкий аромат, а жизнь активно налаживалась. Впрочем, ещё лучше она стала ещё через пару десятков минут, когда одна прекрасная особа решила явиться в мою скромную обитель чревоугодия.

– Я не помешаю? – заглянув в дверь, спросила Ороро.

– Что за вопрос? Твоё присутствие не может мне помешать, – улыбнулся я, заканчивая накладывать жареную картошку в тарелку. – Будешь? – указав лопаткой на посуду, даю понять, что именно я ей предлагаю.

– Может быть, чуть позже, – как-то неуверенно улыбнулась она в ответ, проходя в помещение.

– Итак, как бы я ни мечтал о том, что твой визит связан с восхищением одним скромным Богом, к моему глубокому сожалению, вряд ли это действительно так, а потому я вынужден спросить, не случилось ли чего?

– Нет, – она покачала головой, проходя ближе к столу, – я действительно рада тебя видеть, к тому же ты был прав и в другом вопросе.

– Хм? – приподнимаю бровь.

– Профессор действительно заменил мне отца, – скользнув взглядом по солонке на столе у плиты, чуть поджала губы Шторм. – И тот факт, что он теперь не инвалид… спасибо, Локи.

– Всегда пожалуйста, хотя не думай обо мне слишком хорошо — я делал это, совмещая доброе дело с эгоистичным интересом.

– Знаю, – даже как-то покровительственно дёрнула губами в новой улыбке красавица-мулатка с внешностью двадцатипятилетней Холли Берри. – Но это не мешает мне быть благодарной. И… по поводу того нашего разговора в ресторане…

– М-м-м?

– Я подумала… – Шторм подошла ближе, – и… знаешь… Нет, не так… – закатила глаза девушка, подбирая слова. – Ты ведь это всё действительно серьёзно… но… я ведь смертная, – поймав мой взгляд, убрала из голоса всякий намёк на веселье она. – Через десять-пятнадцать лет моя красота поблекнет, а через тридцать я и вовсе стану старухой, а ты будешь всё таким же… Ты точно хочешь этого?

– Моя леди, – я обнял девушку и, к своей радости, не получил по морде лица или даже просто какого-либо неприятия, – вынужден признать, что я — бабник, шут и повеса, но я никогда не отступал от своих решений. И я готов повторить это ещё раз. Ты мне нравишься, но всё будет ровно так, как ты захочешь. Что же касается остальных проблем… они вполне решаемы.

– Хорошо, – она прикрыла глаза, – только… не обижай меня.

– Никогда, – с чувством ответил я и потянул её ближе. Она не возражала и сама подалась навстречу. Наш первый «серьёзный» поцелуй был нежным и терпким. Мне очень хотелось пойти дальше, распустить руки, но я, проявив героическую волю, сдерживался, продолжая обнимать красавицу за талию и наслаждаясь вкусом её губ и проворностью язычка, что вынужден был вступить в борьбу с моим.

Дальше у нас дело не зашло, да и обед стыл, так что, таки убедив Шторм составить мне компанию, я перебазировал нас за стол. Мы просто сидели и разговаривали, немного делились личными историями и чувствами, иногда прерываясь для того, чтобы освежить воспоминание о вкусе губ друг друга. Было на удивление хорошо и приятно. Впечатления не испортили даже детки, у которых тоже имеются запланированные приёмы пищи. Да и чего бы им портиться? Ничем предосудительным мы не занимались, а про то, что я «ухлёстываю» за Ороро, в этом поместье знали абсолютно все, кто вообще достиг возраста понимания данного термина. Волновал меня на самом деле только один вопрос: как отреагирует Шторм на позицию Юрико? С азиаткой у меня, конечно, ничего не было, но её внешность и намерения относительно становления моим приспешником наводили на определённые мысли. Не могли не наводить. Но ответ на этот вопрос мне предстояло выяснить на практике, ибо оглашать его первым, поясняя все нюансы, я точно не собирался. Ибо Локи — умный мальчик. Локи сам себе не враг…

То же место, вечер.

День для гостей и обитателей поместья прошёл продуктивно и к взаимному удовольствию. Сара имела приватный разговор с Чарльзом, а позже под чутким руководством Джин Грей прошлась по школе, и, вполне вероятно, должность учителя биологии таки будет её. У Юрико тоже не возникло проблем, и приняли её вполне радушно, поселив в отдельной комнате по соседству с моей. Как я понял, Иксменов устроил статус девушки, как моей помощницы, и ни о чём большем речи пока не шло, да и всем было не до этого. Причиной данного факта выступала Лаура, сиречь «боевой хомячок». Как бы я ни придуривался, но тот факт, что девочке нужна помощь психолога, если не психиатра, был очевиден для любого индивидуума с разумностью выше табуретки. То есть в Щ.И.Те бы не догадались, но не будем об убогих. Она была более чем адекватна, но с живым общением имела реальные проблемы, причём не только в моём отношении. Односложные вопросы, односложные ответы, постоянное добавление «сэр» или «мэм» — на одних только рефлексах, без желания проявить вежливость или даже понимания, что такое вообще понятие «вежливость». Её банально никогда не учили общаться иначе и не позволяли отходить от уставных рамок. Даже с родной мамой у Х-23 иногда случались осечки, когда на рефлексах вылетало «мисс Кинни», «доктор Кинни» или «мэм». Сара с ней по этому поводу разговаривала и много объясняла — сам видел ещё во время путешествия по Нью-Мексико, хоть и совсем не стремился подслушивать, — но подавить привычку почти десятка лет за две недели очень сложно. В общем, сердобольные мутанты, нашедшие себя в заботе о детях, просто не могли пройти мимо и целиком сконцентрировались не на «взрослой и самостоятельной» Юрико, а на «маленькой и беззащитной» Лауре. Вроде бы её даже заселили не к одногодкам, а в тупичок с комнатами Роуг и Китти Прайд, как «взрослых» и «ответственных», что смогут и сами помочь девочке в чём-то разобраться, не отвлекая преподавателей, а заодно не совершат глупостей, на которые горазды более молодые мутанты. Почему поселили не вместе с мамой, я не уточнял, но, возможно, тут был какой-то педагогический подтекст.

Я же потратил вечер и часть ночи на разгрузку собственного же добра и перенос его в лабораторию. А то какой я Бог Магии без нормального молекулярного расщепителя с режимом рассеивания, атомарной кузни и Горнила Душ? Хотелось бы всё сразу и смонтировать, но я решил не спешить. Всё это приключение требовало законного отдыха, который я, видит Вселенная, заслужил. Так что собирать и запускать всё было решено завтра, а сегодня в кои-то веки выспаться.

И вот я цивилизованно разделся, принял душ, забрался в чистую кроватку и придавил щекой подушку, позволив Гунгниру в форме трости величественно посверкивать у прикроватной тумбочки (я не шучу! Он именно это и планировал на ночь. Ну, насколько к чувствам и намерениям копья применимы привычные мне термины…), как внезапно в голову пришла одна оригинальная мысль. В смысле, пришла она в ответ на механическое прокручивание в голове планов на будущее, но от этого не была менее внезапной. Ибо при мысли о том, как буду искать Камар-Тадж, я понял, что…

– Я идиот! – резко разбившая тишину комнаты констатация факта была столь болезненной и шокирующей, что сон вылетел из организма нафиг впереди собственного визга. – Я забыл использовать Трон для поиска Камар-Таджа!

Осознание, что у меня в руках был совершеннейший инструмент изучения миров и поиска иголок в стогах сена, а я, как последний баран, даже не подумал применить его к тому, что мне нужно, ударило по моему самоуважению ой как крепенько…

– Так, сон отменяется! – одеяло полетело в сторону, а ноги коснулись пола. – Встаём и в темпе вальса осуществляем набег на Асгард! А то ещё Один проснётся…

С данной мыслью, я собрался в рекордные сроки и, воровато прикрывшись иллюзиями, поспешил на улицу. Мне нужна была та точка, куда недавно перенёс нас Радужный Мост — на уже использованную точку наводиться гораздо проще, ведь сам луч перемещения оставляет на земле руническую метку. Можно было, конечно, воспользоваться и Тропами Теней, но поблизости туда входов не было, да и времени жалко. Выглядеть же эксцентрично и глупо перед Хеймдаллем мне в последнее время не привыкать…

Добравшись до нужного места, я прикрыл его иллюзиями от всех возможных взоров, трансформировал земную одежду обратно в асгардскую, а трость в золотое копьё, после чего глубоко вздохнул и резко ударил пяткой Гунгнира по земле, посылая Биврёсту зов Царя, минуя инстанцию Стража.

Переливающийся радугой луч света ударил с небес в тот же миг, и меня дёрнуло вверх, пронося по межпространственному тоннелю. Несколько секунд стремительного полёта — и подошвы моих сапог оказываются на плитах пола, а в спину бьёт поток прихваченного с собой воздуха.

– Локи? – встретил меня недоумённым взглядом Страж Моста, расслабляя пальцы на рукояти меча.

– Хеймдалль, – вернул я приветствие, отмечая, что рядом с чернокожим асом стоял початый бочонок и кубок с подозрительно знакомой жидкостью… – Не успел я и на сутки покинуть Асгард, а ты уже пьёшь на посту… Куда катится эта вселенная? – качаю головой, направляясь к выходу.

– Это… недоразумение, – выдавил из себя здоровяк, пытаясь держать морду кирпичом.

– Да-да, конечно… Давай… Давай просто представим, что мы друг друга не видели, – не прекращая массировать переносицу, прохожу мимо, не желая оборачиваться.

– … – привратник Асгарда промолчал, и это было воистину мудро с его стороны.

Увы, на этом сюрпризы данной ночи не закончились. До дворца я добрался спокойно — Золотой город спал, эйнхерии бдительно несли службу на постах, всюду царили тишина и благодать. Однако стоило мне на секунду допустить, что всё пройдёт без новых неожиданностей, как в тронном зале обнаружился непредвиденный элемент. Тор с какого-то бодуна решил ночью устроить посиделки на Троне и делал это с таким умным и сосредоточенным видом, что я даже испугался, что за время моего отсутствия из него сделали чучело. Не знаю, как эта ассоциация пришла мне в голову. Просто не знаю! Но именно о ней я подумал, когда его увидел.

– Локи? Что ты здесь делаешь? – тоже заметил меня Громовержец.

– Заскочил на пару минут кое-что проверить, – жестом отсылаю дежурящих в зале эйнхериев прочь, – а вот что ты делаешь в тронном зале в три часа ночи?

– Я… э… – проводив взглядом быстро и безмолвно покидающих помещение асов взглядом, старший сын Одина собрался с мыслями. – Я учусь… Изучаю оставленные тобой советы.

– Учишься? Это хорошо, – даже немного впечатлившись, кивнул я. – Но позволь прервать тебя на минутку — мне нужно воспользоваться Троном.

– Конечно, брат, как скажешь, – тут же встал блондин, уступая место.

Н-да… Видя такую покладистость и вспоминая, каким Тор был ещё полгода назад, опыт настоящего Локи начинает делать поползновения к демонстрации синего экрана смерти. Очень странное ощущение. Даже тянет этак ненавязчиво вопросить, мол, братишка, а не попаданец ли ты? Впрочем, даже если — да, я не хочу об этом знать. Серьёзно — пофиг. Меня это не касается.

– Итак, – присаживаюсь на Трон и концентрируюсь на Мидгарде, позволяя артефакту Царей расширить и направить моё «внутреннее око».

Так-так-так… Тибет, вот ты где… Ищем магию. О! Вот она — скрывающая завеса! Мощная, долговременная, возведённая не менее тысячи лет назад. И спектр чар, характерных для использования энергии квантового измерения в смеси с внутренней силой людей. Да, я определённо его нашёл! Ну и глянем теперь на Нью-Йорк — местный храм тоже должен иметь похожий фон, и знать, где он находится, мне будет не бесполезно…

– Всё, я закончил, – открываю глаза спустя несколько минут после начала работы. – Спасибо, Тор, я побежал, – поднимаюсь на ноги.

– Куда ты? – оживился здоровяк.

– Это всё движение сюжета! – экспрессивно взмахиваю руками, уже стремительно шагая к выходу. – Оно происходит прямо сейчас! Слишком много событий, слишком много! Целуй маму, передавай привет Падме и корми воронов папы — я об этом совершенно забыл, они наверняка теперь злятся… – и, оставив брата в полном недоумении, я эпатажно сбежал. Всё во имя Интриги, да!

***

– Не спится? – поприветствовал я Юрико, пришедшую на кухню, чтобы застать, как я торжественно наливаю себе в стакан только что сваренный какао. Обитель магов была найдена, и это стоило отметить. Ну а так как от ночи осталось всего ничего, то тащиться обратно в постель было признано бесперспективным.

– Я хотела приготовить завтрак, – с лёгкой заминкой ответила азиатка, явно не ожидавшая меня здесь увидеть.

– Дело хорошее, – кивнул я, уже доставая второй стакан. Сварил я много, так что можно было и поделиться. – Правда, насколько я знаю, обычно тут завтрак готовят сами студенты под присмотром Джин. Как раз через пару часов проснутся.

– Я не знала, – сохраняя каменное лицо, повинилась девушка, самую малость отводя взгляд.

– Эх, – наполняю её стакан и ставлю его на стол, поближе к Юрико. – Так не пойдёт, – констатирую, ловя её взгляд. – Давай серьёзно — ты подавлена тем, что не понимаешь своё место в жизни, так?

– Я его понимаю, – отрицательно качнула головой девушка, но, несмотря на ровный тон и владение лицом, для меня её слова прозвучали неубедительно.

– Присаживайся, – подавая пример, располагаюсь за обеденным столом с чашкой в руках, – будем вести душеспасительные беседы.

– Вы не обязаны…

– Обязан, – перебиваю её, – иначе ты так и будешь не находить себе места и переживать по пустякам.

Под моим требовательным взглядом женщина собрала волю в кулак (так это выглядело) и присела на табурет с противоположного края стола. Н-да, картина: «порядочный подчинённый перед безмозглым шефом-самодуром» в красках. Словно именно чувства стыда мне и не хватало…

– Начнём с простого. Кто я, по-твоему?

– Вы — Бог, – без паузы, как примерная отличница или сверхпрофессиональный секретарь, ответила Ояма.

– Определение верно, но недостаточно, – поощряю её к дальнейшему диалогу, делая глоток горячего напитка.

– Вы… – немного замялась девушка, – сын Одина… Царь Асгарда и Йотунхейма… Повелитель Магии…

– Ты определённо не туда ведёшь, – качаю головой. – Ты перечисляешь слова, описывающие мои статус и репутацию, но не меня. Попробуй сформулировать то, что успела сама заметить за время нашего знакомства, то, что я сам по себе из себя представляю.

– … – на некоторое время красавица-азиатка задумалась, по всем признакам — серьёзно подойдя к поставленной задаче. – Вы любите эпатировать публику, шутить, развлекаться, возиться с детьми, есть сладости и показную легкомысленность.

– Уже ближе, но ты перечисляешь внешние атрибуты, а не выводы, которые из них следуют, – киваю, делая новый глоток. – Но не буду тебя мучить. Я — прохвост, бабник и повеса. Именно это ты должна держать в голове, когда пытаешься понять, как со мной себя вести и чем мне помочь. Не думать о том, что я — Бог или какой-нибудь сиятельный Герой. Смотри на меня как на великовозрастного оболтуса — и тебе сразу станет легче.

– Боюсь, у меня это не получится, – покачала головой Юрико, серьёзно глядя мне в глаза. – Я слишком хорошо понимаю, что ваша легкомысленность — это маска, а на самом деле вы всё контролируете и просчитываете на несколько шагов вперёд.

– Это, конечно, очень лестно, – улыбаюсь девушке, – но ты ошибаешься. Мои чудачества — это не маска. Это то, как я себя ощущаю — мои настоящие реакции и эмоции. Да и просчитываю я далеко не всё наперёд. Просто не обязательно быть степенным и суровым, чтобы замечать творящееся вокруг и вовремя на него реагировать.

– Даже если вы так говорите, – покачала головой женщина, – я видела вас в деле. Видела Асгард. И не смогу воспринимать вас простым… приятелем с работы.

– Ну, хотя бы ты понимаешь, чего я хочу, – пожимаю плечами, делая новый глоток, – и не боишься мне это высказать. Но, окей, давай попробуем действовать поступательно. Ты не можешь ко мне привыкнуть, потому что не можешь воспринимать меня обычным человеком или мутантом, от этого ты нервничаешь, держишь себя зажато и не можешь двух слов связать, чтобы ко мне обратиться. Я ничего не забыл?

– … – под высокими скулами азиатки выступил стыдливый румянец, но она постаралась быстро взять себя в руки: – Да. Всё верно.

– Отлично! Тогда просто будь рядом. Заваривай чай, кофе, приноси бутерброды, напоминай о расписании, если я заработаюсь, в общем, попробуй побыть простой секретаршей, а там уж потихоньку привыкнешь.

– Хорошо, я постараюсь, – предельно серьёзно кивнула Юрико, возможно даже сложив ладошки на коленях под столом, как и положено порядочной девочке на уроке.

– Ох, горе ты моё, – качаю головой, и она явно поняла, отчего я это делаю, даже смутилась немного, но позу всё равно не изменила. – Пей уже какао! Верная прислужница злого гения должна с уважением относиться к причудам своего босса! Мы, злые гении, существа ранимые и нежные, нас надо морально поддерживать, а то мы расклеимся, так и знай.

– Да, сэр, – взялась за чашку девушка, дисциплинированно делая глоток, ничем и никак не показав, как она относится к остальному спичу.

– Ты на правильном пути, – улыбнувшись, отсалютовал я собственной чашкой.

По-хорошему, Юрико тоже следовало бы отдать на профессиональный осмотр Профессору, ибо её мания службы отнюдь не собиралась уменьшаться, что было для меня очевидно, но… если уж начистоту, я был не против. Главное, чтобы её идея-фикс не обернулась ничем плохим для самой девушки, но уж этого я постараюсь не допустить.

Где-то в это же время…

– Они обходят нас по третьей палубе, сэр! – прострелив голову сунувшемуся было следом за ними противнику, доложил агент Колсон директору Щ.И.Т.а. Или уже бывшему директору… за неимением самой организации.

– Помощь близко, нужно продержаться ещё три минуты, – почти прорычал Фьюри, беря на прицел коридор, ведущий с указанной одним из последних верных подчинённых третьей палубы.

В горячке боя установилось небольшое затишье, и Ник задумался, как вообще всё до этого дошло?

В тот день ничего не предвещало беды, кроме того факта, что внутреннее расследование зашло в тупик. Никаких «агентов русских» проверки выявить не смогли, а сам факт того, что поголовно всех, кто имел хоть какое-то отношение к их организации, пропускали через полиграф, где задавали порой не самые приятные вопросы, вызывал глухое раздражение у агентов. Всё изменилось, когда к нему в кабинет вломился Колсон с докладом. Точнее, с кратким рассказом о странном брюнете с надменным лицом. И агентах Гидры, что якобы были внедрены в Щ.И.Т. Всё это выглядело откровенной провокацией, но когда речь заходит об этих нацистских выкормышах, нельзя, нельзя пренебрегать даже тенью подозрения. И Ник дал распоряжение инициировать повторную проверку с рядом уже совсем других вопросов. Вот только начать её не успел.

Оперативная группа, которую, по приказу Колсона, сразу по прибытии разоружили, посадили на гауптвахту и запретили общаться с кем-либо… действительно имела в себе агентов Гидры, что поняли — вопрос их раскрытия будет лишь делом времени, и…

– Хайль Гидра! – вылетевший на них с гранатой в руке «всего лишь техник» пораскинул мозгами по ближайшей стене.

Среагируй Ник на полсекунды позже, и взрыв, разворотивший труп с простреленной головой, мог убить и их.

Те агенты успели подать сигнал, пока их вели до камер. Реакция последовала незамедлительно… Нет, их не повязали, просто… просто больше половины «его» людей ответно рявкнули «Хайль!» и напали на ничего не подозревающих сослуживцев. Кое-кто сумел отбиться, но таких оказались единицы — сказалась внезапность нападения, и если бы не то обстоятельство, что и агенты Гидры явно не планировали начинать активные действия прямо сейчас, вполне возможно, что захват бы уже завершился. Да и сейчас… если им не окажут помощь, всё будет кончено, просто они пробарахтаются чуть дольше и заберут с собой чуть больше врагов.

Но помощь всё-таки пришла. Со скрежетом раздираемого металла в помещение, расположившееся между палубами, залетел мужчина в высокотехнологичном скафандре-доспехе.

– Старк!

– Я смотрю, у вас реально жопа, раз ты так рад меня видеть, – приземляясь, ответил эксцентричный миллиардер. – А теперь давай отбросим любезности, и ты назовёшь мне причину, по которой я вынужден был бросать подготовку к собственной свадьбе и мчаться сюда.

– Гидра… они захватили Щ.И.Т., и… – следующие слова давались тяжело, но, выдав это лишь на секунду закрытым глазом, Ник смог себя пересилить: – мне нужна твоя помощь.

– Это я уже слышал, когда ты умолял меня спасти свою задницу, – отмахнулся этот невыносимый… клоун. – Но будь любезен, объясни, с чего бы мне вдруг влезать во всё это дерьмо и давать тебе свои ресурсы и мощности для успешной чистки рядов после всего, что ты сделал для пробуждения во мне «глубокой симпатии»? – закованный в броню миллиардер не поленился и продублировал иронию в голосе показанным обеими руками жестом «кавычек».

– Старк, это не игрушки и не твои «деловые переговоры»! – прорычал Фьюри. – Это — Гидра, та самая организация, на борьбу с которой твой отец положил жизнь!

– Что-то мне подсказывает, – Тони поднял руку, и с неё сорвался небольшой шарик, улетевший за угол по странной траектории. По стенам пробежали отблески, словно от удара молнии, а до ушей донёсся звук высоковольтного разряда, а также шум падения тел и чего-то явно железного и тяжёлого, – что эти ребята — ни разу не ветераны «SS», а вполне себе граждане США из хороших семей и с идеальной налоговой историей. И всё, что у тебя есть им предъявить — это работа на мутную конторку с пафосным названием и претензиями на побольше власти и побольше денег. Сотрудников Пентагона, ЦРУ и ФБР когда планируешь зачищать? После обеда или вечером?

– Они прямо сейчас убивают моих людей! – рявкнул доведённый до бешенства Ник.

– Не поверишь, я сам пару раз еле сдерживался, – и не подумал тушеваться Старк. – Пока я вижу, что в одних американских граждан стреляют другие американские граждане, и все они — действующие сотрудники одной американской спецслужбы при исполнении. И даже если брать твои слова на веру, что это какая-то новая Гидра, то чем она отличается от твоего Щ.И.Т.а, ты так и не объяснил, но хочешь, чтобы я, будучи частным лицом, влезал в это с применением оружия!

– И ты просто позволишь им делать то, что они делают? – не поверил директор той самой спецслужбы. – Позволишь им уничтожить дело твоего отца?

– «Дело моего отца» — это вообще единственная причина, почему я оказался здесь, а не послал тебя сразу, «хранитель наследия», «услуги» которого законами нормальных людей оцениваются в диапазоне от семи до двенадцати лет общего режима. К тому же, по твоим же словам, что ты мне высказал совсем недавно, я «не имею отношения» к Щ.И.Т.у и «его» разработкам, что Говард Старк «передал» вам, правда, без свидетелей и прочих формальностей. Кстати, хотел спросить, вы ведь планировали, чтобы я так же «передал» вам и технологию Железного Человека, да? Хм… слушай, если так подумать, у меня начинает появляться странное желание помочь этим фанатам фельдграу.

– Чего ты хочешь? – торговаться с эксцентричным миллиардером у Фьюри не было ни времени, ни желания.

– Пятьдесят один процент акций вашей конторки…

– Щ.И.Т. — не акционерное общество, – скрипнул зубами на очередное издевательство полковник.

– Да, тут я согласен, вам до его нормативов ещё пахать и пахать. Ладно, вижу, с чувством юмора у тебя туговато, потому объясняю попроще. Вы, ребята, облажались с вашими играми в шпионов. Вы даже за собственных сотрудников отвечать не способны. И раз уж так сложилось, что я уже «приватизировал мир во всём мире» и вообще главный защитник Америки, сейчас я «приватизирую» и вас. Вы будете снабжать меня информацией, докладывать об операциях и так далее, как и положено делать нормальной корпорации по отношению к наследнику сооснователя.

– Ты хочешь получить ручную международную спецслужбу? – не поверил своим ушам Ник.

– Ребят, вы о себе слишком высокого мнения. И судя по тому, что Джарвис уже выловил, подключившись к вашим каналам связи, вы — международные террористы, считающие себя секретной службой. Были бы вы ей на самом деле, это вы бы вытащили меня из плена и вы повязали бы Обадайю, а не ждали, пока всё сделаю я! Собственно, если бы не память об отце, я бы уже улетел и построил свой Щ.И.Т. с блэкджеком и… а, не, о втором пункте уже можно забыть, – печально выдохнул миллиардер. – Ну так что, согласен на моё крайне выгодное предложение или мне можно лететь обратно и продолжить выбор свадебного торта?

– Согласен, – мрачно отозвался Фьюри.

– Ну вот и хорошо… и да, надеюсь, тебе не придёт в голову попробовать изменить наши договорённости, а то ведь я и обидеться могу… и нового директора своей организации поискать, – Нику оставалось только скрипеть зубами. Выбора ему не оставили, и придётся играть по правилам Старка. По крайней мере, пока.

Глава 15

Долго ли, коротко ли, но тем же днём я залез в интернет, чтобы сопоставить свои новые знания о местоположении анклавов земных магов с натуральными земными картами и маршрутами транспорта. Нет, не потому что собирался туда лезть сломя голову. Напротив, трезво прикинув все обстоятельства, я решил повременить с контактом. Разумеется, не из-за опасений, что мне там настучат по голове. Даже если допустить, что стукалка у магов найдётся, помимо этой стукалки у них есть ещё и мозги, и ссориться с обладателем копья Царя Асгарда чародеи просто так не будут, только если их попробуют прижать к стенке или уничтожить. Однако Камар-Тадж простоял тысячу лет, простоит и ещё немного, а вот свидание с прекрасной повелительницей гроз ждать не будет. Леди дала понять, что мои ухаживания и подвиги в её честь восприняты весьма положительно, так что не следовало останавливаться на достигнутом. Да и помимо Шторм у меня была ещё масса дел — побывать на свадьбе Старка, довести до логического завершения исследования Х-гена, показать Тони, кто тут Боженька, забацав свою суперброньку с адамантием, нанитами и реактором на нейтронии, ещё можно нанести адамантий на Гунгнир и прикрутить ещё один реактор к нему же… На мою последнюю мысль копьё недовольно загудело.

– Да-да, ты крут, могуч, внушителен и потрясающ, я не спорю, но всегда есть место росту над собой и улучшению. Или ты вдруг хочешь отказаться от неразрушимости и прямого канала в измерение Живого Света?

– … – оружие явно заинтересовалось, а от недовольства не осталось и следа.

– То-то же. И вообще, у волшебного посоха должен быть нехилый набалдашник, как пелось в той песенке. Да-да, ты копьё, но «крутая пятка» — это тоже тема.

Убедив своевольное оружие в его величественности, неотразимости и перспективах стать ещё величественнее и неотразимее, я принялся готовиться к исполнению первого пункта списка, а именно — свиданию с очаровательной белокурой богиней.

Так, что мне нужно в первую очередь? В первую очередь мне нужно не торопиться. Я совру, если скажу, что не желаю забраться в трусики к Ороро, но я всё-таки не спермотоксикозный подросток, чтобы стремиться исключительно к одному этому. Прежде всего, со Шторм было интересно общаться, наблюдать за её реакцией на то или иное событие или действие с моей стороны. Так что не стоит торопиться и усиливать напор — требуется нежная, спокойная и романтическая обстановка… Да… Ужин при свечах на Небесной Лодке посреди ночного моря, пребывающего в мёртвом штиле, чтобы звёзды отражались от спокойных вод… Это похоже на план!

Не став откладывать дело в долгий ящик, я принялся за подготовку. Сделать заказ в ресторане, где мы ужинали в прошлый раз, было недолго, равно как и договориться о доставке — сколь бы претенциозным ни было заведение, а тройная цена по счёту вполне способна заставить рестораторов и упаковать всё красиво «на вынос», и организовать термопакеты, и передать кушанья с таксистом. Вторым моментом была Лодка, но тут от меня требовалось лишь её разгрузить, добавить пару мелочей, вроде столика и музыкального центра, да навести прочий лоск, необходимый на романтическим ужине.

За этими хлопотами остатки светлого времени суток пролетели незаметно, и вот около восьми вечера я «отловил» отдыхающую в кресле вместе с какой-то книжкой Шторм. Почему «отловил» в кавычках? Ну так с некоторых пор девушка перестала от меня бегать. Ну, начнём-с.

– О прекраснейшая повелительница погоды, твой скромный почитатель пришёл тебя чуть-чуть отвлечь, ты не возражаешь? – поздоровался я с мулаточкой.

– Локи, – она пыталась одновременно улыбнуться, скрыть смущение и тяжело вздохнуть, – не обязательно заваливать меня комплиментами при каждом удобном случае.

– О чём ты, Шторм? – изображаю святую, но почти раненную в самое сердце невинность. – Зачем же ещё нужны удобные случаи, как не для этого? Они же потому и удобные, что располагают!

– Я неверно выразилась, – хмыкнула девушка. – Не нужно заваливать меня комплиментами вообще при каждой нашей встрече.

– Я не заваливал тебя комплиментами сегодня в три и в пять сорок! – спешу возопить о справедливости я.

– … – она просто покачала головой, с улыбкой отворачиваясь в сторону.

– Я чего, собственно, зашёл, – почёсываю бровь, отходя от восхищённо-возвышенного стиля. – У меня есть к тебе небольшая просьба.

– Просьба? – удивилась она. – Да, конечно, я слушаю.

– Я прошу избавить меня от тоски и одиночества, благосклонно приняв моё предложение о ещё одном свидании. Например, сегодня в одиннадцать.

– Я… – ох, она так невинно уткнулась в книгу, словно пытаясь ей защититься от несносного меня. – Хорошо. Но куда ты хочешь пойти?

– О, пусть это будет моим маленьким секретом и сюрпризом для тебя!

– Ла-а-адно, – в голосе прорезались заинтересованность и любопытство. – Но как мне хоть одеться?

– Как пожелаешь. Для меня ты восхитительна в любом наряде!

– Ты не делаешь мою жизнь проще, – вздохнула она с напускной печалью. – Хорошо, – и она встала из кресла, – тогда я пошла готовиться.

– Но… сейчас же только полдевятого?

– Да, то есть у меня всего два с половиной часа! Всё, я ушла… – и она действительно ушла, точнее, почти сбежала.

– Ты что-нибудь понимаешь? – повернулся я к Скотту, ставшему свидетелем всей этой сцены, ибо происходила она в общей гостиной.

– Дружище, – тот состроил выражение лица умудрённого годами мужа, – вот так вот взять и пригласить девушку на свидание, не дав на подготовку хотя бы день. Это очень жестоко. Готов поспорить, она сейчас вломится к Джин, и они вдвоём будут срочно подбирать ей платье. А может, и вовсе рванут в магазин одежды.

– Оу… – мне стало стыдно. – Ну, будем считать, что я — злой и коварный бог, который выполнял свою норму по негодяйству на ближайший месяц.

– Ну, как скажешь, – пожал плечами парень. – В любом случае, удачи.

– Спасибо.

Оставшиеся три часа я маялся от безделья. Вернее, читал Лауре «Приключения Тома Сойера». Она как чувствовала, когда меня поймать! И где только книжку взяла… Хотя да. Мы же в школе для детей разного возраста.

В общем, ждал я именно три часа, потому как Шторм, как и положено прекрасной даме, «чуть-чуть задержалась». Но когда она вышла ко мне, облачённая в серебристое платье, так идущее к её волосам… ох, ожидание воистину стоило того, каждой потраченной секунды.

– Ох… – я не мог оторвать от неё глаз, что явно не укрылось от внимания самой девушки, скромно потупившей взгляд.

– Как я выгляжу?

– Как и положено Богине — божественно, – не покривил я душой ни в едином слоге. А потом ещё и приложился губами к её руке и повёл на выход из гостиной. – Скажи, ты мне доверяешь?

– Да, – последовал незамедлительный ответ.

– Тогда не пугайся того, что мы пойдём в подвал!

– Оригинально, – оценила девушка, но пугаться не стала.

Добравшись до ангара, я закрыл всё, что возможно, иллюзиями и, пригласив леди на борт Небесной Лодки, активировал открытие створок. Далее был плавный взлёт в ночное небо, обозревание особняка Ксавьера с высоты птичьего полёта и стремительный перелёт к морю. Творение асов было оснащено и компенсаторами перегрузок, и силовыми полями, защищающими как от встречных потоков воздуха, так и от космического вакуума, и даже системой маскировки, пусть и менее совершенной, чем давали мои иллюзии. Ну и летать могла немногим медленнее лучших земных истребителей, хоть и не предназначалась для скоростных боёв, просто на том уровне технологий, каким обладал Асгард, даже второстепенные характеристики почти мирного судна были сопоставимы с профильными лучших военных разработок Земли.

Так что всего несколько минут — и мы зависли в ночном небе над водной гладью вдали от морских путей, ведущих в Большое Яблоко. Сияние звёзд отражалось в глади воды, мешая понять, где верх, а где низ, лёгкий морской бриз, пропускаемый правильно настроенными щитами, приятно шевелил волосы, прекрасная девушка, сидящая у борта Лодки, впечатлённо оглядывается по сторонам…

После был и ужин при свечах, и импровизированный танец под светом звёзд на намороженном и закреплённом магией диске льда, и разговоры обо всём и ни о чём до самого рассвета, и, конечно, вкус губ сидящей рядом со мной и прижавшейся к моему боку богини. Жаль, что, как и всё хорошее, этот момент тоже подошёл к концу. Пора было возвращаться. Завтра намечался понедельник и рабочая рутина. И лишь обещание, что данный вечер будет не последним, а в будущем получит и своё развитие, что я прочитал в глазах Ороро, примиряло меня с неприглядной действительностью.

***

Следующая неделя прошла в мелких, но достаточно приятных хлопотах. Отдохнув после чудесного вечера с прекрасной мулаткой, я погрузился в намеченные исследования. Столько всего интересного предстояло изучить и сделать, что глаза разбегались — хотелось заняться всем, сразу и одновременно, но хоть я и умел создавать себе дополнительные тела, мозгов у меня от этого больше не становилось, а потому приходилось выстраивать приоритеты.

Так, путём тяжёлого морального выбора, пришлось задавить в себе любопытство относительно пресловутого Х-гена. У меня дико чесались руки прогнать всех обитателей особняка через Горнило Душ, чтобы таки узнать секрет происхождения и природы их способностей, но я себя превозмог. В этом мне очень помогла мантра, что, мол, «дети от меня никуда не убегут, и я ещё разберу их на атомы, да, моя Прелесть, разберу, никто не уйдёт от Локи, Локи всех изучит, Прелесть!» Со стороны я, конечно, в этот момент выглядел тем ещё маньяком (видел себя глазами фантома), но я был осторожен и запалить себя иксменам не давал. Боюсь, в противном случае, меня бы попытались пристукнуть, не глядя на все прошлые заслуги.

Второй подвиг я совершил, когда поборол тщеславие и не бросился конструировать свою броню «Железного Человека». Тут было чуток попроще, всё же в полной мере оценить шикарность моей работы мог только Тони, а я, скорее всего, постесняюсь перед ним хвастаться… вот так вот сразу. А то ведь ещё сорву ему медовый месяц, потому как парень подорвётся «догнать и перегнать». На Тони-то в этом отношении мне плевать, но вот подкладывать такую свинью Пеппер было бы в высшей степени некрасиво. Я с ней, конечно, даже толком не знаком, но уважающий себя мужчина не должен портить женщине такой момент, как свадьба с тем, кого она любит.

А вот от чего я отказаться никак не смог, так это от изучения знаний, хранящихся в Ларце Древних Зим, и исследования магических свойств адамантия. Это доспехи я мог просто покрыть тонким слоем — на их функции покрытие никак бы не повлияло, с Гунгниром же следовало быть более осторожным, всё-таки у него довольно много активных способностей, взаимодействующих с окружающим миром, и даже минимальная помеха может стать фатальной, например, для возможности стрельбы плазмой.

Тут-то у Юрико и наступили мрачные трудовые будни, ибо блудный босс в моём лице, получив возможность с головой уйти в свои игрушки, не думая ни о каких войнах, братьях и прочих Лафеях, напрочь терял связь с реальностью и забывал обо всём на свете. Пару раз пришлось извиняться перед Ксавьером, когда я случайно понизил температуру в комнате, где работал, почти до абсолютного нуля. Реально там было скорее минус двести с небольшим, но это не сильно что-то меняет, ибо бункер иксменов хоть и был построен крепко, но на такие внезапности всё же рассчитан не был, да и детям не слишком комфортно заниматься, когда в тёплом здании изо рта вдруг начинает идти пар. А он начинал, несмотря на несколько стен и перекрытий. Речь-то шла всё-таки о магии, а не чистой физике, а для магии стены не всегда помеха. К счастью, никто не пострадал — мне хватило ума работать с Ларцом в одиночестве и в отдельном помещении, так что даже Юрико в эти моменты тормошила меня через асгардский «Камень связи», по сути своей — рацию, просто реализованную на иных принципах, а не лично заходила в комнату, рискуя получить обморожение.

Но это всё мелочи жизни, тем более что после второго случая Шторм сама взяла меня под белы рученьки и потащила в кино — проветривать мозги. Мозги я действительно проветрил, но вот о чём было кино, совершенно не запомнил и ничуть об этом не жалею. А потому что задние ряды — это хорошо, а Шторм очень мило смущается, когда не может убежать или повысить голос, призвав меня к порядку. Одно удовольствие заплетать ей косички в такой момент. Зато сколько было темперамента и мстительных тычков локтем на обратном пути, м-м-м… аж вспомнить приятно.

Тем не менее дела двигались, и двигались они не только в ракурсе расширения моего магического арсенала. Признаться, я даже не пытался исследовать взаимодействие адамантия с магией в академическом ключе, то есть не было череды из тысячи и одного опыта по реакции на тот или иной спектр энергии с тысячей и одним изолированным образцом, созданий тестовых партий зачарованных предметов из него и тестирования их на нагрузки и надёжность. Всё это было мне без надобности в силу того, что в магии многие вещи интуитивны и не предполагают такой штуки, как вскрывшаяся со временем несовместимость. Если какой-то материал несовместим с магией какого-то типа или конкретным магическим эффектом, это будет явно сразу — при первой же попытке воздействовать на него означенной магией. Если же всё работает в первый момент, то оно будет работать и дальше, без риска внезапных взрывов, поломки или рассыпания в труху. В общем, тестировал я адамантий только на возможность помешать работе способностей копья Царей Асгарда. Способностей тех было достаточно много, и далеко не все из них было возможно проверять, сидя под землёй, не говоря уже о том, что ещё меньше из них было легко впихнуть в рамки лабораторного исследования на материале, ещё не нанесённом на Гунгнир. Одним словом, сюрприз я заметил не сразу, слишком увлечённый самим процессом изобретения лабораторных стендов. А сюрприз, между тем, был знатным.

Обычно материалы со стабильной кристаллической решёткой хорошо хранят в себе магическую энергию. Чем прочнее кристаллическая решётка, чем меньше в ней нарушающих порядок соединения атомов и молекул примесей, тем проще для свободной магии, да даже и для духовной энергии, там задержаться. Вместе с тем, встроить полноценную структуру заклинания в такой материал, тем самым создавая артефакт, уже много сложнее, но тут скорее аналогия с лепкой из пластилина и резьбой по камню — сложность второго не отрицает саму возможность и наличие профессионалов данного дела. С адамантием же была очень интересная ситуация — как и положено материалу такой прочности, он с охотой впитывал в себя магию, но не просто её удерживал, он под неё подстраивался. Менялся! Изменения происходили и на физическом, и на магическом уровне. Там буквально менялась фактура застывшего сплава — неразрушимый металл сам собой перестраивал изначальную поликристаллическую структуру образца в монокристалл. И в то же время, чем больше в него вливалось магической энергии, тем лучше он подходил для использования при создании заклинаний на данном спектре энергии, при этом не ухудшая свои параметры совместимости с энергией противоположного спектра. Это было феноменально, но это было. Я мог создать из адамантия воспламеняющий артефакт на основе асгардских традиций внутреннего пламени асов, но воздействие на него чистой магией льда не только ничего не ломало внутри, но он ещё и мог эту энергию аккумулировать.

Это было неожиданно, но по всему выходило, что я открыл третий Великий Магический Металл. Нейтроний, при должном зачаровании, был способен превратиться в самодостаточный источник магии, позволяя создавать невероятно мощные артефакты, не зависящие от сил владельца, а сами наделяющие его силой. Металл Уру увеличивал магическую силу носителя, облегчал манипуляции мистическими энергиями и буквально развивал душу одним фактом своего присутствия рядом с ней. И вот адамантий — идеально адаптирующийся проводник и накопитель магических сил в одном лице.

Надо ли говорить, что стоило мне это обнаружить и перепроверить, как Гунгнир тут же был водружён на верстак, чтобы раз и навсегда сменить отлив с золотого на серебряный?

К слову, теперь я точно знаю, что копья могут испытывать чувство, аналогичное тому, какое бывает в процессе высыхания после душа с хорошей мочалкой, в смысле — всё тело чешется, и особенно там, где не почесать. А ещё — что полировка мягкой тряпочкой — это хорошо и правильно, это то, чем должен заниматься по отношению к своему оружию правильный Царь в перерывах между купанием его в крови своих врагов… Да, меня просветили.

Не успел я оглянуться, а уже вторая неделя после возвращения из Асгарда перевалила за половину. Странное дело, но все приведённые мной гостьи влились в ход жизни учебного заведения Ксавьера легко и непринуждённо. Сара уже начала помогать с детьми, пусть пока и не проводя полноценные уроки, Лаура каким-то образом умудрялась быть везде и всюду, совершенно гармонично вписываясь в любую компанию, Юрико, в свободное от пинания меня время, тоже умудрилась найти себе занятие по душе, сойдясь со Скоттом по вопросам безопасности и тренировок. На удивление, парень даже не думал за ней ухлёстывать, равно как и минимально флиртовать. Можно было бы подумать, что виной тому регулярное валяние на полу во время спаррингов, начавшееся буквально с первой их тренировочной встречи, но нет, Циклоп реально был целиком и полностью верен Джин, просто потому, что это что-то, что случается. Так или иначе, жизнь явно налаживалась, а там и жители Асгарда напомнили о себе, исполнив выданное мной ещё во время сидения на Троне поручение.

Собственно, ничего особенного в нём не было — я просто приказал парочке наиболее компетентных придворных сбегать до ближайшего чисто технического мира и прикупить там космический корабль. Хороший, надёжный, но скромный и не слишком продвинутый — такой, который сможет освоить и не поломать дикий туземец. Критериев, на самом деле, было много: никаких ИИ на борту и их урезанных версий, никакого оружия, никаких сверхпрочных и легко воспроизводимых в земных условиях сплавов, никаких сверхпроводников, разобрав которые, можно восстановить рецептуру производства и много-много чего ещё. Ну и самое важное — легко извлекаемый гипердрайв, ибо дарить Старку технологию межсистемных перелётов — это очень, просто очень плохая идея. С этого гения паяльной станции и творческого напильника станется из гипердвигателя создать оружие, стреляющее чёрными дырами, и протестировать его прямо на Земле. Не то чтобы это было что-то невозможное, но так как я примерно представляю, как это реально можно сделать, я не дам Старку такие технологии. Он же точно придумает, как превратить эту идею из лабораторного курьёза, малопригодного для реального использования, во что-то, что можно запихать в свою броню, а мироздание ещё не готово к такой дичи. Опять же, у меня на этой планете ребёнок живёт, который умеет морщить носик, а ещё девушка, приятели, и лишаться их всех вот просто так… Нет, спасибо.

В общем, если говорить откровенно, мне нужно было самое паршивое корыто, какое только возможно найти на галактических барахолках и которое придётся ещё и дополнительно курочить. Нет, разумеется, после этого ему будут приданы нужные лоск и роскошь, устроить в яхте мини-бар с парой бочек асгардского мёда будет несложно, равно как и отделать обшивку и обстановку золотом, серебром и нефритом. Хм-м, может даже добавлю немного адамантия — безопасности ради и прочности для. Но всё это только для маскировки, а основная задача корыта будет не дать Старку в руки шанса уничтожить мир, пока я из него не свалю.

Сказано — сделано, не прошло и месяца с момента отдачи приказа, как в ангаре Иксменов появилось необходимое судно, загнанное туда по всем правилам маскировки и конспирации. И нет, это делалось не для того, чтобы поутру запечатлеть лицо Скотта на фотоплёнку, в тот момент, когда он увидел нежданное прибавление и осознал, что вся любовно выстроенная им система безопасности даже не пикнула. Серьёзно «нет». Без шуток. Я просто не стал его будить посреди ночи. Он был с Джин, у них было всё хорошо, а я же человек очень тактичный и даже, в некотором роде, застенчивый… Нет, Скотт, не надо сверкать глазками! Ты заденешь ценное оборудование! Что значит «намёки»? Ни на что я не намекал, за кого ты меня держишь? Я — приличный мальчик и вообще уже ухожу! Да, меня ждёт один молчаливый пушистик, которому нужно заварить какао, и нет, я не издеваюсь, что за стереотипы?!

Н-да, так о чём бишь я? Ах да, корабль. Что о нём можно сказать? Самая тривиальная «прогулочная яхта» с модульным гипердрайвом, слабенькими противометеоритными щитами, даже не силовыми, а на эффекте гравитационной компенсации импульса, и парочкой чисто символических выдвижных бластерных спарок, предназначенных не столько даже для самообороны, сколько для борьбы со всё теми же метеоритами, просто большого размера. Все навигационные карты с бортового компьютера я удалил сразу, гипердвижок снял, поменял языковые пакеты интерфейса управления на русский… А чтобы Тони жизнь мёдом не казалась! Я ещё и все фоны «рабочих столов», там, где они в принципе были предусмотрены, жёстко зафиксировал в демонстрации гордого алого знамени с серпом и молотом. Сломать это было можно, но раньше чем года через два Тони точно не справится, ибо самоучителя по местному языку программирования я ему не оставил, а свою операционку под все местные системы он только к тому времени родить и сможет, если только этому своё время и посвятит.

А вот противометеоритные лазеры я решил оставить — производимые Старком «игрушки» при должной накачке уже обладают большей убойностью. С устройством щита дело обстояло сложнее, мелькнула даже мысль «почему бы не оставить его на изучение безумному гению, что тут может пойти не так?» Но мой Здравый Смысл вовремя где-то добыл большую дубину и не постеснялся меня постукать… в смысле, я вдруг осознал, что идея не самая блестящая и Старку вполне хватит и обычного гравитационного компенсатора, чтобы дойти до технологии направленных сингулярностей. А вот то-о-о-оненький слой адамантия на обшивку можно и организовать. Зная рецептуру и имея асгардскую атомарную кузню, произвести нужное количество сплава было делом элементарным, в то же время сам Старк секрет этого металла по застывшей скорлупе никак не откроет, а если и изобретёт способ, то я первый ему спасибо скажу, ибо это по-любому будет гениальное безобразие, достойное моего респекта.

И вот настал день торжества. Я как раз закончил оформлять ненавязчивый золотой барельеф на мотивы змея Йормунганда в основном салоне яхты, всё-таки это был дар от божества своему жрецу и надо было соответствовать, и это был последний штрих. Осталось только сесть за штурвал и полететь. Понятное дело — предварительно открыв створки ангара, но, эй, я не настолько тупой, чтобы летать сквозь них, не открывая.

Ах да, ещё надо было что-то сделать с моим соглядатаем, у которого уже закончились уроки.

– Лаура, ты не хочешь поиграть с другими детьми во дворе?

– (-__-#), – отрицательное мотание головой.

– А может быть, ты хочешь посмотреть телевизор?

– (-_v)? – взгляд девочки стал подозрительным. Ну да, я, откровенно, даже не старался…

– У меня назначена встреча с один приятелем. У него свадьба, и я обещал прийти.

– (v_О)?

– Что такое «свадьба»? – Х-23 кивнула. – Ну-у, это такой торжественный ритуал, когда два любящих друг друга человека противоположного пола обещают друг другу делить все горести и радости, заботиться друг о друге и, в общем, всегда быть вместе всю оставшуюся жизнь.

– (V_v)?

– Я не уверен, что тебе там будет интересно. Мой приятель весьма специфичен, там будет много взрослых, которых я не знаю, и совсем ни одного мутанта, так что способности показывать нельзя.

– (&lt;_&lt;)… (v_&gt;)?

– Нет, я не против взять тебя с собой, но ты хотя бы предупреди маму, а то она будет переживать.

Девочка понятливо кивнула и, спустившись на пол с кресла, отправилась на выход с корабля.

– Юрико, а ты не хочешь слетать на свадьбу к Тони Старку? – поворачиваюсь ко второй девушке, что составляла мне компанию в творчестве.

– Нет, сэр, – сдержанно ответила азиатка, хотя было видно, что имя произвело впечатление. Впрочем, это не помешало ей быстро дать логичный анализ вопроса: – Там будет слишком много камер… и могут быть люди, которые меня знали.

– Я могу наложить на тебя иллюзию иной внешности.

– Хорошо, сэр, – покладисто согласилась красавица, включая режим «идеальная секретарша».

– Так, ты не хочешь туда, верно? Почему?

– Я… не люблю такие сборища, – не стала отпираться девушка, хотя и, очевидно, не хотела переводить разговор в плоскость её личных желаний.

– Понятно… – вздохнул я, радуясь, что обратил внимание на этот вопрос, а то бы ведь полетела. Из чувства долга полетела. – Тогда оставайся тут, мы всё равно ненадолго, я только самую малость постебусь над Тони — и сразу домой.

– Вы не обязаны…

– Ой, ну хватит, – отмахиваюсь. – Как будто я на эпическую битву собираюсь. Лучше пожарь мне картошки к возвращению, коли так хочешь позаботиться. Держу пари, нормальной еды на этой вечеринке не будет, а нашего молчаливого волчонка надо кормить хорошо и вкусно, – киваю на открытый проход к выходу из корабля.

– Как скажете, сэр, – вновь покладисто кивнула Юрико, и вновь в этом жесте читалось, что я где-то в чём-то не прав, но так как это было явно в тему того, что я не беру её с собой и тем самым не даю себя охранять, свою проницательность я решил не афишировать…

***

Прибыли мы на мероприятие, соблюдая инкогнито и таясь в тенях, кхм… Ну, если по существу, то примерно так оно и было. Девочка была переодета в нечто подобающее случаю, в том смысле, что я преобразовал её одежду в милое серебристое платье, поверх которого она тут же натянула чёрную полуспортивную куртку, но пытаться понять логику или спорить я даже не пытался, высочайше назначив наряд подобающим и на этом успокоившись. Сам я использовал привычный чёрный костюм с лёгким полупальто и не скупился на отвод глаз, так что будем считать, что это было инкогнито и тайно. Саму церемонию мы не посещали, ибо в городе, долго и вообще я — языческий Бог, существование которого христианство отрицает, так что имею полное право взаимно отрицать христианство и его храмы. Но вот на домашнем праздновании мы уже были одними из первых. Пока ждали прибытия молодожёнов, я обнаружил, что Тони успел хакнуть Щ.И.Т. и теперь к нему напрямую течёт вся оперативная сводка. Но только я хотел молчаливо назвать его красавчиком и уважительно покивать, как откопал в базах Джарвиса обстоятельства такого поворота и немного пропал для мира.

Н-да, вот так вот пошутишь разок, а потом оказывается, что Щ.И.Т. уже потерял 70% личного состава, успел уничтожить Гидру (правда, только в своих рядах и чуток в Пентагоне — до Пирса и прочих реальных руководителей с основными силами организации не добрались), а теперь там рулит твой первожрец, причём даже не лично, а свалив административку на Пеппер, которая строит им нормальную организационную структуру и кадровую политику. А ведь в новостях даже не пикнули! Не то чтобы я сильно следил за происходящим в телевизоре, но кто-то из деток, как уроки закончатся, постоянно за ним торчит в гостиной, и что там бубнят — оно же слышно далеко, особенно если у тебя слух аса, да и такая новость чёрта с два прошла бы мимо коллектива.

Странное чувство… разочарования. Столько народу полегло, а Фьюри не только выжил, но даже должность сохранил. Ну где справедливость, а? Нет бы Марию Хилл назначить! Девочка она умная, ответственная, серьёзная и даже на личико очень так ничего — до Шторм не дотягивает, понятное дело, но на фоне прочих местных — настоящая красавица. Или дело именно в этом? Очень может быть… Тони — мужик умный, предусмотрительный, накануне свадьбы подставляться не станет. Но всё равно она была бы лучше, чем эти два брата-акробата, Фьюри с Колсоном. Да даже Хаммер на этом месте принёс бы миру больше пользы и меньше вреда, чем этот недомагистр Виндувс! Без шуток, да — в киновселенной он клоун и вообще позорище, но этот парень умеет строить службу внутренней безопасности, и от него никуда ничего не течёт — второй фильм про Железного Человека свидетель! А уж если вспомнить, как у него получаются спецоперации…

Блин, а ведь реально… Если вспомнить, как виртуозно этот парень выкрал Ванко в каноне, а потом организовал его работу, что даже сам до последнего момента не знал о начале серийного производства боевых дроидов и АРК-реакторов на собственных производственных мощностях, причём чуть ли не в головном офисе, и даже после ареста умудрился никому не дать и полстранички техдокументации по этим проектам… Да он один круче всего Щ.И.Т.а вместе взятого в вопросах шпионажа и противодействия ему!

В общем, я оставил Старку «записку» со своими советами по кадровой политике и сравнительным анализом профессиональных качеств Хаммера и Фьюри. Понятно, что без упоминаний событий фильма, но я постарался. Само собой, Тони никогда им не последует, но хоть ткнёт этого черномазого рукожопа носом — тоже какая-то польза.

После того, как с этим закончил, я ещё успел покопаться в проекте Тони по синтезу вещества, придуманного его батей, и вписать там же «на полях» пару комментариев, предостерегающих от самых разрушительных опытов. И да, веществом оказался радиоактивный изотоп вибраниума. Надо будет с ним тоже как-нибудь поэкспериментировать… Словом, это я ещё успел, а дальше уже приехали Старк с супругой, и я поспешил подловить их в тёмном уголке:

– Тони, миссис Старк! Поздравляю! Теперь, когда он в надёжных руках, мир может спать спокойно! – я активно жестикулировал бокалом с бурбоном, благо при применении капли магии расплескать жидкость стало нереально.

– Локи! – улыбнулся миллиардер. – Ты всё-таки почтил нас своим присутствием.

– Как я мог пропустить становление моего Первожреца на Почти Истинный Путь?

– Почти? – приподнял он бровь.

– Ну-у-у, если что, вся эта христианская фигня с моногамией мной не сильно одобряется, – свежеиспечённая миссис Старк посмотрела на меня… не очень хорошо, – но тут дело вкуса, возможно, в этом действительно что-то есть, а я даже тебя поддержу… в смысле, наступлю на те же грабли… кхм… Давай замнём эту тему и ограничимся тем, что я вас благословил, окей?

– Ла-адно, – хмыкнул Тони, бросая на Пеппер взгляд гордого счастливчика. Гордился он, понятное дело, именно ей и моей на неё реакцией. – Личное благословение Бога — это, должно быть, круто.

– Но не так круто, как личная космическая яхта… – начал было я, но тут почувствовал, как меня дёргают за полу пальто.

– (v_v), – встретил меня укоризненный взгляд девочки, стоило обернуться.

– Что такое? Я же налил тебе коктейль, – не понимаю причину претензий.

– (&lt;_&lt;)… (v_о)?

– Что значит «невкусно»? Это был отличный клубничный коктейль.

– (&gt;_&gt;)»…

– Ладно-ладно, будет тебе какао, неси бокал, – сдался я.

Девочка мгновенно оживилась и убежала к стойке — забирать брошенную тару с «бякой».

– А это?.. – неуверенно повела рукой Пеппер в спину единственного ребёнка на мероприятии, что, совершенно никого не стесняясь, уже забрался на табурет у стойки бара, пододвинул к себе едва тронутый коктейль и начал слезать обратно.

– А это… – повторяю её жест. – Ребёнок. Очень могущественный ребёнок! Она умеет заставлять меня читать ей сказки на ночь! Уникальный и неподражаемый талант! Никто больше так не может.

– (*_*)! – нарисовалась рядом обсуждаемая, демонстрируя мне ношу.

– И уговаривать меня делать ей какао, – продолжаю мысль, пожимая плечами и накладывая на содержимое высокого бокала преобразующие чары. – Ещё я почему-то всегда беру её с собой… Не знаю зачем, но ей интересно, – как бы оправдываюсь перед ребятами, которые во все глаза пялились на превращение коктейля в коричневую жидкость и то, как Лаура жадно к той присосалась.

– Ам… – пожевал губами Старк. – Ты что-то говорил про космический корабль!

– Да, лови, – хмыкнул я и… бросил ему брелок, вроде тех, что используются в сигнализации автомобилей. Ну или электронных ключах зажигания.

– Ты шутишь? – поймал подарок инженер.

– Я всегда исполняю свои обещания, – выпускаю наружу характерную улыбку Локи, уже предвкушая лицо Старка, – так что жми кнопку и смотри обновку вон там, – указываю нужное направление. – Я припарковал пепелац на вертолётной площадке.

– Хм-м-м… – он нажал кнопку, изучая место горящим взглядом, и-и-и-и…

– Пик-пик! – отозвалась «сигнализация», убирая первый слой иллюзий.

– Ч-что это?! – Старк со смесью шока, ужаса и чего-то вроде религиозного трепета взирал на «яхту».

– Это пепелац из галактики Кин-дза-дза! Такой в нашей галактике есть только у меня, а теперь ещё и у тебя.

– Это шутка? – ох, кажется, ему сейчас станет плохо.

– Да, – щелчок пальцами, после которого иллюзия ржавой бочки с пропеллером пропадает, сменяясь нормальным космическим кораблём, – но фильм посмотри! Он хорош.

– Фу-у-ух, – выдохнул изобретатель, – ну и шуточки у тебя…

– Ну так, – я подбоченился и гордо выпятил грудь. – Ноблес оближ… – я окинул взглядом яхту, что чем-то смутно напоминала «Нубиан» из Звёздных Войн, только поменьше: 30 с небольшим метров длиной и 15 шириной, обтекаемый, сверкающий покрытием из адамантия корпус. Забавно, обычная, даже затрапезная яхта после моей «модификации» для остальной галактики стала вполне сопоставима со звеном полноценных дредноутов или около того.

– Надеюсь, ты не побежишь исследовать «интересную штуковину» прямо посреди нашей свадьбы, дорогой? – мило улыбаясь, очень вежливо осведомилась у благоверного счастливая уже жена.

– П-пеппер… нет, конечно нет! – как бы ни был помешан Старк, инстинкт самосохранения был присущ и этому индивидууму.

– И вместо нашей брачной ночи — тоже…

– Само собой, – да, однозначно присущ. Точно Марию не назначил из семейных обстоятельств, вот сто процентов!

– Ну ладно, подарок я вручил, лицами вашими полюбовался, грозно зыркающего на меня пушистика выгулял, – взлохмачиваю волосы Лауре, которая в ответ на это подняла к моему лицу взгляд, но от процесса осушения бокала не оторвалась, – а теперь, как добропорядочный Бог, я обязан разграбить твой винный погреб… Потому что это что-то, что сделает смысл!.. А ещё это во имя Интриги!

– Мой погреб в твоём полном распоряжении! – отсалютовал магнат бокалом, искоса поглядывая на космический корабль.

Вскоре заиграла музыка, и Старку стало не до каких-то там богов — он повёл на танец свою супругу. Я же приступил к выполнению своего плана действий. Ну и обновлению запасов какао боевого хомячка…

***

Празднование начала новой вехи в истории одного миллиардера, изобретателя и филантропа подошло к концу, и мы с Лаурой благополучно вернулись в поместье Ксавьера, по пути заглянув к Хеймдаллю и получив от него отчёт по шевелениям в Йотунхейме и сбору информации о планетах Таноса. Главный страж границ Асгарда уже немного отошёл и даже, кажется, начал проникаться идеей помочь йотунам, по крайней мере, идея натравить одних говнюков на других говнюков уже не вызывала у него столь сильного отторжения, что клинило лицевые мышцы. Он старался этого не показывать, но скользили в его облике нотки, намекающие на то, что углядел он во владениях Безумного Титана такое, что по душе ему отнюдь не пришлось. В общем, с этой стороны дела двигались, и даже у Тора всё вроде бы было нормально, как минимум проблем, требующих моего личного участия, не возникало.

Так или иначе, школа мутантов встретила нас вкусным ужином с жареной картошечкой и сосисками, заботливо приготовленными Юрико, а дальше жизнь вошла в привычное русло. В том плане, что я самозабвенно вернулся к своим зловещим опытам в подвале и рассказыванию деткам душераздирающих баек о жизни европейских дикарей. Я почему-то очень любил рассказывать душераздирающие байки о жизни именно европейских дикарей, прямо-таки ничего не мог с собой поделать. Но рамки приличия соблюдал, да. Тут с этим было строго.

Но вернёмся к исследованиям. Первый этап экспериментов не принёс особой ясности. Я, как и собирался, прогнал всю школу через Горнило Душ, в процессе научив Джин, а также (в меньшей степени) Сару и Юрико им пользоваться. Не то чтобы Саре не хватало знаний, тут она скорее даже превосходила Джин, несмотря на докторскую степень последней и богатый опыт работы с мутантами, но мисс Грей всё-таки была телепатом, так что освоить нейроинтерфейс ей было банально проще, как и в принципе работать с этим интерфейсом. Но я отвлёкся, а суть в том, что, изучив всех и каждого из деток и наставников, я хоть и пополнил их медицинские карты кучей полезнейшей информации, но остался в тупике. Я мог разобрать каждый отдельный геном, поняв, что за что отвечает и почему это работает. Я мог выявить патологии в генетической цепочке, возникшие в результате преждевременного пробуждения генов. Я мог даже кое-что поправить по мелочи. Но всё это не давало мне ответа на вопрос «почему»?

Почему оно работает именно так, а не иначе? Почему оно вообще работает?

У мутантов не было какого-то одного общего гена, который бы выбивался из ряда стандартного человеческого генокода. Вся информация, хранящаяся в структуре ДНК, РНК и прочих белков, что описывала природу и устройство человеческого организма, описывала природу и устройство только человеческого организма. А те новые элементы и надстройки, что появлялись в результате мутации и отвечали за сверхспособности, были уникальными для каждого конкретного мутанта. Даже у Ксавьера и Джин, которые оба были телепатами, мутация отличалась. Чарльз был чистым телепатом с очень большим потенциалом именно телепатии и, к слову, одним из немногих мутантов в особняке, чьи способности были чистыми — без патологий преждевременного пробуждения. Джин Грей же была больше телекинетиком — её телепатический потенциал был мал, зато телекинетический — огромен. А ещё структура её мозга была недостаточно развита, чтобы осознанно оперировать всей своей силой. Мозг Ксавьера был совершенней — он буквально был заточен на то, чтобы распараллеливать внимание не то что на пять — на сотни и тысячи направлений. Это не давало ему возможности быстрее думать, жить в вечном слоумо или заниматься кучей разных дел одновременно, но он не «глох» и не терял себя из-за того, что мог услышать одновременно тысячи и десятки тысяч чужих мыслей и переживаний. Они не были для него чем-то непереносимым, и он мог в них ориентироваться, искать то, что нужно, слушать всех и слышать каждого по отдельности, и при этом воздействовать на всех ощутимых, как ему того надо. Пусть только в каком-то одном векторе, но на всех и никого не упуская — буквально держа в уме каждого. А вот для Джин такой фокус был нереальным, так как сама производительность её мозга почти не отличалась от обычной для человека, а потому управлять полётом даже десятка предметов разом для неё было запредельной нагрузкой на «вычислительные мощности». При этом грубой телекинетической мощи в ней хватило бы на рассортировку каждой песчинки на каком-нибудь золотом пляже Ниццы. Я бы сказал, что это ирония, но нет — это был пример преждевременно активировавшегося Х-гена, который не успел завершить формирование для корректной работы.

Воистину, эволюция — долбанутая ты стерва! Только начинаешь подозревать, что все эти мутанты — часть какого-то сверх-эксперимента цивилизации, что превосходит на порядок и Асгард, как сразу находишь откровенные атавизмы, генетический мусор и прочие отклонения, что в искусственно выведенном организме быть не могут никак! Взять того же Циклопа, у которого количество митохондрий в клетках на порядок превосходит человеческие нормы, а эффективность их работы — на пять, только подумать, на пять порядков! Благодаря чему он и может выдавать прожигающие сталь «лазерные» лучи из глаз. При этом, за рамками оного механизма стрельбы и её обеспечения, более никаких отличий от типичного хомо сапиенса. То есть при запасах энергии в теле, сопоставимых со средненькой АЭС, он всё ещё нуждается в пище, воде, отдыхе и прочем. Натуральный сюр! А потом смотришь на общину мутантов в целом и вновь начинаешь подозревать странное — ладно если бы у всех были «отклонения» в одном направлении, но тут ведь задачей скорее будет найти мутантов с идентичными способностями и идентичными патологиями, чем представителей «одной ветви». Даже таланты Скотта и Джубили, при, казалось бы, одинаковом базисе ака «луч разрушительной энергии с поверхности тела», не имеют между собой ничего общего — у них даже проблемы с контролем выражены по-разному и через разные системы организма.

В общем, чем больше я копался, тем больше понимал, что ничего не понимал. И это при том, что генетика для меня, считай, родное направление.

Исследования крови обычных людей, за которой пришлось специально кататься до ближайшего донорского центра, ясности не внесли, скорее запутали ещё больше. Вот изначально совершенно «чистая» и не проявляющая никаких признаков мутации кровь, чистый «хомо», так сказать. Теперь через Горнило Душ моделируем излучение Лэншера и направляем на кровь. Десяток секунд — и вот на стекле уже кровь мутанта, я даже вижу «энергетический код» перестройки мышечной ткани, костей и кожного покрова с патологией, выраженной в неконтролируемом выделении слизи вместо пота. Но ведь минуту назад генетических элементов мутации там не было! Совсем не было! Так откуда они появились? Причём как бы я ни менял частоту излучения, время и интенсивность, кровь одного и того же разумного давала один и тот же тип мутации. То есть это были не случайные флуктуации, а именно пробуждение рецессивного, латентного генома! Но ведь его там не было! Не-бы-ло! Так откуда он появляется? И, что не менее интересно, если мутация у каждого человека заведомо определена, то как получаются всякие Зелёные Гоблины и Человеки-Пауки? Ведь персонажей, получавших силы некими мутагенами, в истории Марвела довольно много, но даже заведомо разные люди, используя один мутаген, все получали один конкретный тип силы, а не каждый свою. На одинаковую предрасположенность не спишешь — как показали мои собственные исследования, одинаковые силы у мутантов найти ой как не просто. Но тогда что? Почему?

Итак, допустим, у того же Питера Паркера, он же — Спайдермен, действительно был латентный Х-ген, и укус ядовитого паука-мутанта заставил его активироваться. Почему я думаю, что паук был ядовитым? Ну так любой паук при укусе впрыскивает в жертву пищеварительный экстракт, что вполне сойдёт за яд. Видимо, у того мутанта он был настолько ядрёным, что организм Паркера спешно пробудился, чтобы не загнуться. Теория ничем не хуже той, где паук стал вырабатывать сыворотку суперсолдата в своих ядовитых железах. Как по мне — так даже и получше, ибо как животинке-то выживать, если любая его жертва вместо того, чтобы размякнуть и превратиться в питательную кашицу, превращается в неубиваемого мутанта, чьи мышцы твёрже стали? Впрочем, это лирика, а вопрос в том, почему организм Паркера перестроился по паучьему принципу? Случайное совпадение? Сильно вряд ли, хотя бы по той простой причине, что у человека с арахнидом «общий предок» был где-то на уровне первых многоклеточных. Я, конечно, утрирую, но не слишком.

Угу, раз данная случайность вовсе не случайна, значит, в процессе «эволюционного перестроения» участвовал генетический материал того паука. Вопрос — это была уникальная фишка паренька или процесс типовой? Выяснить это было нетрудно. Идём в «живой уголок», благо в школе Чарльза такой вполне был, и набираем материала — шерсть всяких котиков-кроликов-щенков, птичьи перья, пара рыбьих чешуек из ближайшего аквариума… и да, ёжика мы тоже побреем! Так, дети, не надо звать тётю Шторм! Дядя Локи не сошёл с ума! Профессора Ксавьера тоже не надо звать! Ладно-ладно, не буду я мучить вашего ёжика, возьму всего пару волосков шерсти. Хорошо-хорошо, вы всё сделаете сами, я разве против? Ох уж эти младшие классы, никакого уважения к благородному злодею…

В общем, набрав генетического материала, я стал экспериментировать. Берём уже определённую кровь потенциального мутанта, помещаем в неё же генетический материал кота и даём облучение!

Спустя примерно пять часов экспериментов мне было впору носиться с криками «эврика» и «я — чёртов гений». Итак, я был прав, латентный Х-ген существует, но не определяется даже через Горнило Душ в стандартном режиме, потому как представляет собой энергетическую надстройку, то есть это не только и не столько мутация биологическая, сколько духовная! Но! И это ключевой момент! Всё меняется, когда этот самый «Х-ген Шрёдингера» входит в активное состояние. Вот тогда да, мутация из духовного положения перетекает в положение биологическое, теперь её можно определить даже в простейший микроскоп. И вот тут всплывает основная фишка такого перехода.

Сама по себе активация, по умолчанию и… назовём это «в лабораторных условиях», без дополнительных раздражителей, кроме того, что и спровоцировал процесс мутации, раскрывает врождённые свойства — те, что заложены в «чёрном ящике» Х-гена конкретного человека изначально. Эти свойства дефектны, а зачастую и вовсе ущербны, не исключая ситуации, когда принудительная мутация ухудшает состояние организма и делает его выживание сложнее, но если пытаться подвести под способности некий общий знаменатель, то выходит интересная ситуация. Х-ген во всех случаях, так или иначе, поднимает или хотя бы пытается поднять физические параметры организма и делает его совершеннее: сильнее, быстрее, живучее, даже умнее… кхм, точнее, способным быстрее думать — если кто по жизни дурак, прокачанный мозг позволит лишь наступать ему на грабли в несколько раз быстрее. Но в целом некий вектор на усовершенствование материального тела вполне прослеживается, причём выглядит всё это как превращение человека… в ещё большего человека. Клеточная структура и работа организма оптимизируется, а не превращается во что-то совершенно иное. И, кстати сказать, генов всяких лазерных лучей из глаз и прочих заморозок с управлениями огнём я среди «врождённых» мутаций не выявил ни одной, зато элементы псионического генома были распространены очень широко, и вот среди них как раз таки весьма часто встречались похожие друг на друга, а не как у Чарльза и Джин.

Всё это редко срабатывает идеально, никогда не проявляется всё вместе или без побочных эффектов, но сам факт налицо.

Однако это мы говорим про лабораторные условия. В случае же постороннего вмешательства процесс может свернуть совсем в другую сторону. Самый простой случай — это дополнительный биологический материал. Несчастная подопытная кровь (благо возможность клонировать изначальный образец у меня была в неограниченном количестве) в Горниле успела побывать: кошкодевочкой, мега-какаду, ихтиандром, чем-то вроде вариации на тему Йожа-Эмгыра из «Ведьмака» и прочими разными формами. Степень глубины мутации и доминанты вида задавались «раздражителем», то есть вот тут я мог уже, играя частотой и мощностью излучения, варьировать показатели от чуть заострённых клыков и привития кошачьих рефлексов до создания натуральных каджитов. В том числе и четвероногих. Но и это было не всё! Во-первых, мутация всё-таки была завязана на «духовное тело», пусть и переходила, в конечном итоге, на биологическую основу, а во-вторых, вторым по численности являлся псионический геном. В итоге получалась удивительная штука! Для духовного тела разница между материалом генетическим и материалом менее… хм, материальным не так уж и велика, да и для мысли, как основы любой псионики — тоже. Что это значит? А это значит, что, добавив в исследуемую кровь обычного песка и подвергнув излучению Лэншера-Локи… Ну да, решил назвать это так, лучше даже Локи-Лэншера, хотя можно просто сократить до ЛЛ… Кхм, в общем, направив ЛЛ-луч на просто «испачканный образец», я на выходе получил натуральную кремнийорганическую форму жизни. Причём её свойства опять могли меняться в зависимости от типа и мощности излучения: от чего-то, что должно было напоминать просто голема, и едва ли не до уровня «я — воплощённый гнев Земли, вешайтесь, уроды». Последнее, впрочем, только теоретически. Даже в лаборатории я не смог выдать нужный уровень мощности для мутации в подобном ключе и капли крови, а уж преобразовать так целый организм… ну, не знаю, разве что при подрыве реактора Старка, и то — не факт. Плюс врождённый уровень силы тоже играл роль — если родная мутация недоразвита и с кучей патологий, то ты на её основе боженьку не сделаешь, как ни корячься, другое дело, если речь о ком-то уровня Чарльза или Ороро, да и Джин, в принципе, тоже, но такие потенциалы — редкость. Тем не менее это открытие сулило так много интересного, что просто… просто ух!

Главная цель была выявлена — я явно нащупал общий принцип и механизм работы Х-гена, что не противоречил бы теории эволюции (духовный, магический и псионический потенциалы вида тоже наследуются и эволюционируют — это такой же естественный процесс, как и чисто биологическое развитие), объяснял все несостыковки и даже делал понятным механизм наследования способностей мутантов. Сын телепата не обязательно должен был становиться телепатом. Разумеется, с учётом наследования уже мутировавшей ДНК, «предрасположенность» (назовём это так) у него была бы к телепатии. Но, допустим, «пробудись» он во время пожара и находясь в этом самом пожаре, с высокой долей вероятности станет пиромантом. Если сильно повезёт, обретёт несколько направлений. Изумительно! Данная теория даже объясняла мутацию того сенатора-мутантоненавистника, который Келли. Магнето преобразовывал его, сидя в тёмном, мрачном и влажном подземелье, что в итоге дало порезанную версию гидратации, а если до этого мистер Келли кушал рыбку и от этой рыбки в его кишечнике что-то осталось, то и жабры могли «прорезаться».

Осталось самое главное… Провести натуральный эксперимент на образце с заведомо известными свойствами. Образце мутанта, что гарантированно стал им искусственно, но при этом выжил и даже не стал инвалидом. И я даже знал, где его добывать.

– Скажи мне, Юрико, – обратился я к девушке, взявшей на себя работу ассистентки безумного учёного, в том смысле, что она приносила мне инструменты, образцы и «тыкала в кнопочки» под моим чутким руководством, – как ты относишься к паукам?

– Я не боюсь их, если вопрос об этом, – пожала она плечами. – А что?

– Да так… мне тут срочно потребовался один конкретный паучок…

Долго ли искать одного конкретного человека в многомиллионном городе? По идее — да. На самом деле — не очень. Особенно если ты знаешь, кто тебе нужен, и у тебя есть опытный друг-телепат с мощнейшим ментальным усилителем в подвале. Чарльза даже уговаривать не пришлось, достаточно было сказать, что я знаю, как зовут одного потенциального мутанта, но надо проверить. В общем, всех дел — на час, из которых сорок минут заняли разговоры и уточнения. Церебро обнаружил Питера Паркера, потерявшего родителей и живущего с тётей Мэй и дядей Бэном в Нью-Йорке, правда, по словам Ксавьера, тот воспринимался совершенно обычным человеком без способностей мутанта. Оно и к лучшему, как для меня.

Потом мы дополнительно навели справки о его школе, классе, где он учится, биографии и так далее, после чего, вместе с Юрико, цивилизованно доехали до дома Питера, расположенного в округе «Куинс», и я провёл маленький набег со взломом. Дяди в середине рабочего дня в доме не оказалось, но на тётю и самого «пациента» я посмотрел. И ожидаемо узнал. В сравнении с фильмами линейки Мстителей оба были заметно моложе. На мелком пареньке лет восьми это выражалось сильнее, но и тётя «слегка за тридцать» сейчас вполне тянула на двадцать с хвостиком. Впрочем, сам Паркер и его родня мне были не нужны — с учётом возможностей Горнила Душ, мне было проще взять пару волос с его расчёски, что я и проделал, после чего тихо и мирно покинул частные владения.

С новыми материалами мы вернулись в лабораторию и продолжили работать. Точнее, работал я, а Юрико, как хорошая ассистентка и просто добрая девушка, таскала мне бутерброды, печеньки, кофе и, конечно же, какао. Но вернёмся к работе и геному пауканыча-паутиныча.

Теория у меня была стройная и замечательная, но кое-что в неё не влезало. Точнее, два кое-что. Во-первых, широко разрекламированное «Паучье Чутьё». Что-то не припомню я пауков, что могли в джедаев, в смысле, в предвидение опасности для своей тушки. Вариант с банальной чувствительностью к малейшим вибрациям, которая паукам как раз свойственна, тут, увы, никуда не годился, элементарно потому, что не объяснял и половины всех «волшебных» свойств, приписываемых «Паучьему Чутью» Спайдермена, какой бы вариант вселенной мы ни брали. Ну и фактор номер два — продолжение его мутации со смещением в животную сторону в большей части вселенных, где его история раскрывалась бы более-менее полно, было мне откровенно непонятно.

Почему так? Отчего? Мутации могут развиваться? Нет, понятное дело, что могут, но, работая в школе мутантов, я пока наблюдал только два варианта — наработка контроля и увеличение мощности. И то, и другое было следствием роста детишек и их тренировок. То есть вполне укладывалось в естественное развитие организма. Но вот обрастание шерстью и отращивание лишних конечностей — это уже пэрэбор, как говаривали одни дварфы, роя свои тоннели.

Но начать я решил с основы — с врождённого. Взять «чистый» образец Питера, активировать его мутацию и посмотреть, кто он такой по жизни, в смысле — без паучьей проблемы. Результат получался… странным. Он почти гарантированно отвечал на мой первый вопрос, но всё равно был странным. Родная мутация Питера имела псионический тип, с уклоном в тактильный телекинез и экстрасенсорное восприятие окружающего мира. Никакой физики, никаких улучшений нервной системы, чистая псионика, причём довольно урезанного вида. И это было странно. «Раздражитель» не может кардинально поменять изначальную природу врождённого Х-гена. Если та предполагает физическое усиление, то внедрив гены ёжика, ты лишь получишь перестройку организма по образцу ёжика, с вырастанием иголок и использованием ряда генетических «архитектурных решений», вроде очень гибкого позвоночника, острого обоняния и всеядности. Но если врождённая мутация является чистой псионикой, то добавь к ней хоть кости динозавра — на итоговые физические параметры это мало повлияет, разве что в декоративном ключе — чешуёй покроешься, зубы изменят форму, основной же базис останется псионическим. Но Человек-Паук-то был тем ещё качком, сталь голыми руками, конечно, не рвал, однако вмятины на бетоне кулаком более чем оставлял. Но у Паркера неоткуда было взяться такой силе. Вообще.

Пришлось проводить новые опыты, на этот раз с пауками, и-и-и… Я продолжил нифига не понимать. Может быть, мой Паркер какой-то неправильный? Всё-таки не стоит забывать, что эволюционный скачок и принудительная эволюция, делающая из обычного хомо мутанта, как правило, вызывается экстремальной ситуацией. Если «талант» не открывается сам, значит, он ещё сырой, и требуется поколение-другое-третье, чтобы довести до ума. Как, например, в случае с Роуг. Да, пусть Х-ген и был «духовной платформой», это ещё не значило, что он не может развиваться скрещиванием, с закреплением в потомстве удачной конфигурации наследственности. Может быть, местный Питер банально не получил той наследственности, что его более знаменитое альтер-эго, а унаследовал от родителей только часть положенного Спайдермену базового генома? Просто у него реально не появлялись никакие суперсилы с ловкостью, развитием нервной системы и прочими фишками, вроде стенобитных рёбер, коими особо знаменит оригинал, оставивший своим телом вмятины на доброй половине зданий Нью-Йорка. Уж как я только не изгалялся с излучением, но смог только привить выработку паутины и волосатые ладони. Хотя ладно, шучу — последнее сделать было просто, а вот с первым я помучился. Но шутки шутками, а вопросы никуда не девались…

Мои размышления были прерваны выскользнувшей из рук пробиркой с образцом мутировавшей по типу паука крови Паркера, когда я хотел убрать её в стазисный бокс к остальным отработанным образцам. Пробирка весело звякнула по плитке пола, брызнула в стороны осколками стекла и оставила красное пятно рядом с моим ботинком. Тяжко вздохнув, я огляделся в поисках тряпки, но нашёл только салфетку из-под булочек на тарелке. Делать было нечего — собирать алую жидкость телекинезом мне было влом, так что я взял доступный «инструмент» и наклонился протереть пятнышко.

Мысли мои уже были заняты совсем другим, так что дальнейшие события застали врасплох. Стоило салфетке коснуться крови, как под пальцами вспыхнул яркий чёрно-белый пузырь света, как бы странно это сочетание ни звучало. Вспышка ударила по глазам, а рука провалилась куда-то ниже пола, с неслабой инерцией утягивая меня за собой. Я успел только мысленно крякнуть и дёрнуться второй рукой за Гунгниром, как рухнул в натуральный круглый портал, в одно мгновение развернувшийся под ногами, по кромке которого продолжали вспыхивать чёрно-белые пузыри. Ощущения полёта, во время которого по углам зрения мелькали всякие непонятные паутины, небоскрёбы и прочая дребедень, и…

*Шлеп!* – я приземлился носом на что-то жёсткое.

– Э-это… было внезапно, – должен был констатировать я, пытаясь проморгаться.

С последней задачей творилась какая-то чертовщина — во время перемещения чувства словно с ума сошли. Если зрение ещё худо-бедно, но воспринимало калейдоскоп фантасмагоричных образов, то восприятие магии, мироздания вокруг себя, банального пространства — все эти чувства словно запихали в кастрюлю, накрыли крышкой и обработали отбойным молотком. Это были не физические ощущения, в том смысле, что тело не ощущало в себе стрессового потрясения, от которого тянуло бы блевать, но сенсорный шок с потерей ориентации я точно заработал, из-за чего даже просто опереться на руки и приподняться над землёй получилось далеко не сразу.

Я, на самом деле, особо и не пытался, полностью сосредоточив все усилия воли на подготовке каскада иллюзий, «Ледяной Брони» и удара Гунгниром по тем, кто попробует ко мне сунуться. Но… ничего. На меня не пытались напасть, связать, проткнуть ритуальным кинжалом… вокруг вообще никого не было, из тех участников полусотни возможных сценариев моего похищения, которые я успел себе напридумывать за те несколько мгновений, что прошли с открытия странного портала.

Ещё немного поизображав накрытого тапочкой таракана, я слегка отпустил взведённые нервы и начал обращать внимание на окружающий мир. Лежал я, судя по всему, на каком-то плакате, больно цветовая гамма у него была красочная. Правда, плакат этот почему-то на ощупь был как каменная плитка… И на вид как плитка.

Нарисованная плитка.

Сошедшие с ума духовные чувства потихоньку приходили в себя, но выдавали какую-то кашу. Магия, душа планеты… даже само пространство были вокруг какими-то не такими. Совсем не такими, как я привык… А ещё плитка перед моим лицом…

Медленно поднявшись на ноги, помогая себе тростью, я окинул взглядом место, куда попал… И обомлел. Вокруг… вокруг всё было нарисовано! То есть вот вообще всё: небо, крыша дома, на которой я оказался, стены, гуляющие по улице внизу люди — всё!

Оно было материальным, объёмным, даже реалистичным… местами. Но нарисованным. Даже, я бы сказал, напечатанным цветной печатью. Всё пространство, даже воздух, пестрело множеством маленьких-маленьких точечек «краски», которые были неосязаемы, но заметны, если приглядеться. И общие контуры… Не просто ярко покрашенные реальные объекты, а натурально нарисованные(!!!) 3D-модельки, только не в 3D-формате, а формате мультфильма.

В прострации ощупав плитку под ногами, я убедился, что оно, в смысле, вот всё вокруг, было реальным. С характерной стилистикой западных мультфильмов девяностых-двухтысячных годов, но материальным и объективно существующим.

Я. Попал. В мультик!

Прям как Боб Хостингс в фильме «Кто подставил кролика Роджера»…

– Шика-а-арно! – дебильно-счастливая улыбка сама вылезла на лицо.

Я не знал, как это произошло, понятия не имел почему, даже не представлял, как вернуться обратно, но… Но я был в мультике! В другой Вселенной! Не в киновселенной Марвел! Надо было срочно составить План! И, желательно, позабористей! И первым пунктом плана у нас будет понять, что именно это за мультик… Хотя…

Подойдя к краю крыши, я заглянул на соседнюю улицу, где на стене здания висел проектор, демонстрирующий весьма узнаваемую голову Спайдермена в его классическом красно-синем костюме. С одной стороны, это ничего не доказывало, но что-то мне подсказывало, что я не ошибусь, если скажу, что мультик этот был про Питера Паркера, тем более что рядом с красной головой в рельефной паутинке висела фотография блондинистого парня с соответствующей подписью внизу… Стоп, минуточку, что значит «Человек-Паук умер»?!

Глава 16

Да, как выяснилось чуть позже — действительно умер. Это известие было на первых полосах всех газет. В этой вселенной Питер Паркер, возрастом в двадцать пять лет, был весьма популярным и небедным парнем, не чуравшимся делать деньги на своём геройстве и подвигах. Комиксы и телесериалы о его приключениях, как я понял, слегка подредактированные, но основанные на реальных событиях, плюс всякий сувенирный стафф и даже марка мороженого, пусть и на редкость стрёмного. У него остались любимая тётушка, безутешная вдова и мутные обстоятельства смерти. И что-то мне подсказывало, что своё «последнее дело» он провалил, из-за чего тут и оказался я. Каким именно образом? Кто бы знал. Вариантов была масса. В ходе битвы что-то могло пойти не так, или это «побочный эффект» от применения какого-то супероружия, или ещё что. Это всё равно Марвел, пусть и «мультяшный», а значит, любая дичь тут возможна. А кроме того…

– Фсх-х-х, – моё тело пробила странная радужная рябь, на миг ударившая по нервам болью. Не смертельно, но очень неприятно. И это было не первый раз за время первичного изучения окружающего мира.

Путём последовавшего осмотра и замеров физико-магического поля «на коленке» выяснилось, что моя клеточная структура не подходит для данной вселенной. Для неё я был инородным элементом, и потому она пытается меня «растворить», что-то вроде реакции иммунной системы на попавшие в организм «нелегальные» бактерии и вирусы. И есть подозрение, что чем больше пройдёт времени моего пребывания в этой вселенной, тем эффективнее данная вселенная будет реагировать на вторженца и избавляться от него. Впрочем, какой из меня бы был Бог Обмана, если бы я не мог обмануть кого и что угодно? К сожалению, простой иллюзией тут надолго не отделаешься, но у всех есть свои таланты. Дар «перевёртыша», сиречь — смены облика на животную форму, был у многих асов, правда, от него было немного пользы, ведь животное, в которое ты обращаешься, не могло перенять свойства твоей брони и оружия, делая тебя, по факту, более уязвимым, но в ряде случаев навык был полезен. Ну и Локи, как признанный Повелитель Магии, само собой, владел этим направлением много лучше многих, это ведь то же самое преобразование, просто себя, а не предметов. Любимой его формой, к слову, был гигантский змей. Да-да, тот самый знаменитый Йормунганд, коего до усрачки боялись всякие скандинавы и прочие нордические германцы, это был Локи под оборотом. А потому что нехрен грязные слухи распускать! Но не суть важно. Итак, прикрыть глаза, уловить «волну», волевое усилие, и… я немного меняюсь, оставаясь при этом прежним. Если не считать того факта, что теперь и я выглядел «рисованным». И это было забавно.

Тем не менее, несмотря на то, что моя мечта смыться из киновселенной Марвел вроде как осуществлена, надолго я задерживаться тут не собирался — у меня там Юрико, Боевой Хомячок и ещё Шторм не совращённая. Это помимо всяких друзей, приятелей, блудных родственников, толпы спиногрызов и прочих ледяных великанов, которых я как бы обязался сводить в межпланетный грабительский набег. Бросать их всех без предупреждения мне претило. К тому же нельзя просто так взять и отказаться от возможности патетично послать Армию Зла на завоевания! Моё сердце олдфага не перенесёт такой потери! Я должен хоть разок попробовать, а то уже тысячу лет как злодей, а ещё ни разу такого не делал. Стыдно!

Пришедшая от Гунгнира эмоция выражала полную поддержку и одобрение моим планам. Копьё хотело доминировать и унижать, и чтобы его омыло побольше крови врагов, а главное — чтобы все увидели, какой он офигенный, типа вот битва закончилась, все вокруг носом в гумусе перед несущим его Царём, а он сверкает…

Кхм… В общем, дела сперва надо было закончить, да и вообще переезжать лучше осознанно, а не по воле случая. А раз так, то нечего страдать фигнёй — не факт, что вся эта история началась с Паркера, но как отправная точка он ничем не хуже прочих. Так что, для начала, идём к нему домой. Благо, где он жил в моём мире, я знаю, да и тут, раз уж он так раскручен, где жил он и его друзья-семья, должно быть хорошо известно…

***

В итоге получилось ещё проще. По случаю смерти Паучка его вдова давала пресс-конференцию, о чём вопил каждый чайник на каждом углу. «Чайников», в смысле, всяких больших кинопроекторов, крутящих новости на стенах домов, и просто смартфонов с сенсорными экранами на руках у народа, кстати, реально было много. Очень много в сравнении с моим Нью-Йорком. Но я это отметил лишь краем сознания, больше озабоченный вопросом разумности устраивать данный спектакль. Правда, что я знаю об их отношениях? Да и, с другой стороны, как я понял, Питер тут был довольно весомой персоной. А потому лучше действительно контролировать и направлять «общественное мнение» по поводу его гибели, чем допускать потом всяких конспирологов, общечеловеков и прочих стервятников, что захотят, как это сейчас говорят, «хайпануть» на горячей теме.

Так что, благополучно добравшись до места, я пробрался через толпу ближе к сцене и спокойно выслушал стандартную речь о достоинствах покойного и величине потери для города и мира, после чего последовал за рыжей леди к её дому. К слову говоря, Мэри Джейн из этого «мультика» была не сказать чтобы красива, даже несмотря на бонус от «рисовки». Страшненькой её было не назвать ни в коем случае, но своему образу из мультсериала девяностых она проигрывала по всем фронтам, да и на роль ТОП-модели-актрисы, каковой вроде бы должна быть классическая Мэри Джейн, тоже явно не тянула. Просто средней симпатичности уже взрослая женщина с огненно-рыжими волосами. И это было немного странно, потому как ладно бы Киновселенная — я уже привык к тому, что то мироздание основано на феминистических комплексах уродливых, но крикливых дур, которые требуют, чтобы и в фильмах и играх были «настоящие женщины» (а на деле — страшные крокодилы, дабы эти дуры на их фоне выгодно выделялись), словно все красивые актрисы и симпатичные девушки настоящими не являются, а представляют из себя киборгов с завода, у которых нет права голоса. Но в этом-то и заключался странный момент! Этот мир точно таким не был, и я за не такое уж и долгое в нём пребывание успел убедиться, что красивых девушек здесь можно встретить без всяких проблем прямо на улице. Они всё ещё составляли меньшинство, но, чёрт подери, тут красивой с полным правом могла называться каждая седьмая, а не всего две-три на целую вселенную!

Как давно я об этом мечтал!.. Тут же есть на что положить глаз! И не только глаз! Руки тоже сами так и тянутся, так и тянутся! А вот негров тут явно «рисовали» на отвали — такие страшилища дали бы фору даже обитателям Киновселенной.

Но я отвлёкся, а между тем тот факт, что при таких вводных та самая Мэри Джейн, что является чуть ли не главным секс-символом истории Спайдермена (Чёрная Кошка над рейтингом!), была тут явно не в ТОПе, реально выглядел странно. И нет, я умею отличать признаки того, что дама убита горем и поэтому выглядит не лучшим образом, от того, что она по жизни выглядит не лучшим образом, в смысле — не секс-символом вселенной. И это наводило на мысли, что и к этой вселенной приложили руку феминистки. Точно-точно, это всё они — истеричные жирухи с Твича и прочие гендерно неопределённые уроды, которым реально срать на всех, кроме себя, но они прикрываются благородными лозунгами. И они стремятся опорочить светлые образы в сердцах настоящих мужчин, что мы вынесли с самого детства!

Когда-нибудь я точно вернусь в свой родной мир и убью всех людей!.. К-хм…

На меня странно действуют межвселенские путешествия — я опять думаю о том, как прорыть судоходный канал между Мексикой и Канадой по причине оскорбления своих эстетических чувств, и уже почти не вижу в этом ничего неадекватного. Надо с этим что-то делать, а то ведь я так реально, как только найду способ путешествия между вселенными, вернусь и убью всех — я уже столько способов придумал…

Эм-Джей тем временем распрощалась со всеми официальными лицами и просто соболезнующими, села в машину и, через несколько минут, успешно добралась до многоквартирного дома в довольно приличном районе. Там тоже никаких эксцессов не возникло: девушка вошла, закрыла дверь, скинула обувь и верхнюю одежду, после чего, смыв косметику, уселась в кресло. Рядом на кофейном столике пристроились фотография Паркера и бутылка вина. Тяжело вздохнув, женщина открыла ёмкость с алкоголем и принялась себе наливать.

– Прошу прощения, что прерываю ваши поминки мужа, но мне требуется с вами поговорить, – скидываю иллюзию, открывая своё местоположение на соседнем кресле.

– Вы… кто вы? – вздрогнула Эм-Джей, но быстро взяла себя в руки. Не стала ни кричать, ни впадать в панику или агрессию, хотя страх явно сквозил в её голосе.

– Моя история покажется странной, но вы, как супруга Человека-Паука, должны были уже привыкнуть ко всяким странностям и, надеюсь, воспримете меня серьёзно, – осторожный кивок. – В общем, я прибыл из параллельной вселенной. Точнее, меня выдернуло каким-то порталом во время изучения крови Питера Паркера.

– Изучения крови? – нахмурилась девушка, как-то стразу поверившая моим словам. Н-да, виден опыт.

– Да, – пожимаю плечами, рефлекторно крутанув между пальцами трость, – я работаю учителем в школе для «одарённых детей» и изучал данные моего возможного ученика.

– Мой муж уже несколько вышел из возраста школьника…

– У вас — да. А у нас Питеру Паркеру всего восемь, он ещё не стал Человеком-Пауком, и совсем не факт, что станет.

– Минуточку, – хмурость девушки возросла, а сама она напряглась ещё сильнее, – вы не выглядите удивлённым тем фактом, что Питер — Человек-Паук, создаётся ощущение, что вы давно это знали, при этом вы сами только что сказали, что у вас он ещё ребёнок. И кстати, вежливые люди представляются в начале разговора!

– Браво, миссис Паркер, браво, – может быть, она и не красавица по моим меркам, но что умница — однозначно! – Но не переживайте так, всё достаточно прозаично. Дело в том, что для меня наличие параллельных реальностей не является тайной. Какие-то миры похожи, как две капли воды, а какие-то различаются, как день и ночь. Разница во времени, политической структуре, добре и зле, даже в законах физики. Всё это существует на самом деле. И так получилось, что я осведомлён о ряде событий в иных реальностях относительно моего мира. Где-то мои знания шире, где-то фрагментарней, но я знаю, кто такой Человек-Паук и что в большинстве реальностей он носит имя Питер Паркер. Впрочем, мне также известно, что есть как минимум одна, где силу Человека-Паука приобретаете вы. Что же касается моего имени… Я — Локи. Бог Магии.

– Серьёзно? Самый настоящий Бог? – она приподняла бровь. В ответ я создал на столе иллюзию фиолетового пламени, что превратилось в цветок, который, немного постояв, рассыпался кристалликами льда и растаял в воздухе.

– Вот как-то так.

– Ладно… – она покосилась на свой бокал с вином и в два глотка опустошила ёмкость, – допустим. Но что вам нужно от меня?

– Всё дело в моём попадании, – поведал я девушке. – Это случилось при контакте с кровью Питера, а первое, что я узнал о новом мире — это то, что здесь только что погиб Человек-Паук при каких-то очень загадочных обстоятельствах, связанных с не менее загадочными землетрясениями. А так как иных зацепок у меня нет, остаётся подозревать, что моё явление здесь как-то связано с последним делом вашего мужа. Потому я хотел спросить, чем именно он занимался перед своей кончиной?

– Боюсь, тут я не смогу вам помочь, – она вздохнула, – Пит старался не вмешивать меня в свою «работу», говорил, что это будет лишний раз нервировать меня и тревожить на ровном месте…

– Плохо… – откинулся я на спинку кресла, озабоченно перебирая пальцами древко трости. Ниточка привела в тупик. Теперь надо было искать иные контакты Паучка, каких-нибудь докторов Коннорсов и кто там ещё у него был, из тех, кого он хотя бы частично посвящал в свои дела? Чёрная Кошка? Вообще, найти Фелицию Харди — хорошая мысль, правда, только если она тут вообще есть и не убежала куда-то с каким-нибудь Морбиусом…

– Но тётушка Мэй может быть в курсе! – воодушевилась Эм-Джей, для которой мои размышления заняли явно весьма незначительный отрезок времени.

– Тётушка Мэй? – я приподнял бровь. Эта бабушка-божий одуванчик, что всю пресс-конференцию простояла за помостом, не проронив ни единого слова? Если уж Паркер не хотел вовлекать свою женщину во всё это, то уж любимую пожилую тётку — тем более не стал бы.

– Да, после гибели дяди Бена Питер рассказал ей всё, а она решила помочь ему. Даже его «Паучья База» находится у неё в инструментальном сарае.

– Кхм… ладно, – паучья база? Серьёзно? И Бабушка-помощник? Этот мир умеет в оригинальные решения. – Что же, тогда я навещу её. Большое вам спасибо.

– Я пойду с вами! – заявила девушка, поднимаясь из кресла.

– Зачем? – приподнимаю бровь, останавливая собственный порыв подняться в самом его зародыше.

– Кто-то убил моего мужа. Раньше я осознавала, что ничего с этим поделать не могу, но раз появилась надежда, я не имею права оставаться в стороне!

– Как асгардский Бог, я одобряю ваш порыв. Без шуток, месть за любимого человека — это благородно и достойно. Только так и должен поступать тот, у кого есть гордость и настоящие чувства, но должен предупредить…

– Я не боюсь опасности! Я пережила больше тридцати покушений за последние два года! – вспыхнула и даже раскраснелась, отчего изрядно похорошела, рыжая леди.

– Я не об этом, – коротко качаю головой. – Просто вы должны понимать, что я — не супергерой, каким был ваш муж. Я, конечно, не дикарь и понимаю реалии современности, но, если дело серьёзное, я не буду сдерживаться ради соблюдения законности и процедур. А оно серьёзное — не каждый день что-то может вытащить Бога из родной вселенной и убить Человека-Паука. И нет, я вас не отговариваю, всё, что я хочу — это избежать недоразумений, когда вы ожидали одного, а я повёл себя иначе.

– Не нужно говорить про недоразумения, – твёрдо глядя мне в глаза, произнесла Мэри Джейн. – Вы говорите с женщиной, только что потерявшей мужа, Локи.

– Ладно, – спорить я действительно не собирался, усыплять даму — тоже. Да и с чего бы мне отказываться от компании кого-то, кто ориентируется в этом мире и замотивирован мне помочь?

И вот, спустя двадцать минут на авто Эм-Джей, мы подъехали к небольшому скромному домику, на дорожке перед которым уже выложили свечами, лампадками и цветами целый мемориал. Да и несколько печальных… хм. Как бы их назвать? Не зеваки, конечно… Скорбящие? Да, некоторое количество скорбящих горожан.

Супруга Паркера припарковала машину, недолго думая направилась к дому бедной старушки и нажала дверной звонок.

– Слушайте, это всё, конечно, мило, и я признательна, но сколько уже можно? – именно с такими словами распахнулась дверь, а нас встретила «бабушка-божий одуванчик»… наперевес с бейсбольной битой и… мне кажется или на ней и вправду видны следы чего-то красного?

– Тётя Мэй…

– Ох, Мэри, прости, – бита была убрана в уголок, – просто эти фанаты, выражающие сожаление и скорбь… достали. Но что я держу на пороге, проходи! И кто это с тобой? – женщина посторонилась и дала пройти.

– Это… как бы…

– Питер Паркер, прибывший к нам из параллельной вселенной? – как бы невзначай поинтересовалась пожилая женщина. – И первым делом он направился к тебе… – теперь в голосе звучали странные нотки, что-то вроде небольшого недовольства вместе с облегчением. – И он нормальный…

– Кхм, – я прокашлялся, мысленно удваивая тезис об оригинальности поворотов в этой вселенной, – а вы мне нравитесь, миссис Паркер. Но нет, я не Питер, я просто мимопроходящий Бог, которого затянуло в пространственно-временной разлом из-за аномалии в вашей вселенной. И просто хотел выяснить, что тут и как.

– О, ясно… – смутилась пожилая женщина, – прошу прощения.

– Ничего, рабочий момент.

– Эм, тётя Мэй. Вам не кажется это странным? – осторожно поинтересовалась рыжая.

– Ну, с Питером и раньше случались разные странные вещи, чего я только за эти годы не навидалась, к тому же… – женщина вздохнула, – это уже четвёртый.

– Что? Четвёртый Бог? – не поняла девушка, и я, признаться, тоже. Вообще, такое чувство странное от всего этого в животе — что-то между щекоткой и ощущением, что ты сел на уже зажжённую петарду. Не то чтобы я раньше хоть раз садился на петарды, но почему-то был уверен, что это вот именно оно.

– Нет, – покачала головой пожилая леди, – четвёртый гость из иной вселенной, что пришёл ко мне на порог за этот день. Пойдёмте… – но тут в дверь снова позвонили. – Ох, если это опять фанаты, я точно кого-нибудь из них стукну! Прошу минутку подождать! – и старушка вышла из комнаты, куда успела нас проводить, обратно в прихожую.

– Н-да, боевая бабулька.

– Ну, – улыбнулась молодая миссис Паркер, – она воспитала парня, что в качестве хобби прыгал с крыш небоскрёбов и бил лица здоровенным бугаям…

– А ведь действительно… – я с новым чувством посмотрел вслед пенсионерке.

Надо будет понаблюдать за нашей вариацией тётушки Мэй, вдруг она такая же? Идеальный же воспитатель будет для младшей группы в школе! Хотя нет, ей у нас немногим больше двадцати, и умения воспитывать там ещё и близко нет. Да и вообще у нас Киновселенная, а в ней Питер — это не Гений и Герой с больших букв, а малолетний дебил с суперсилами, все каноничные гениальность и техническая прошаренность которого перешли к другу-толстячку, основная цель существования коего в сюжете — это выполнить квоту на толстячков и гиков. Да, Киновселенная, я презираю и ненавижу тебя даже отсюда! Даже когда говорю с нарисованной Мэри Джейн в доме тётушки Мэй с бейсбольной битой! Да, ты именно настолько лажа, так и знай!

– Ох, и ведь не понимают, насколько они не к месту, – вернулась к нам хозяйка дома, качая головой. – Пойдёмте — познакомлю вас с остальными.

Молча кивнув, мы проследовали за тётей Человека-Паука и вскоре вышли на задний двор, где в уголке у забора стоял старенький потрёпанный сарайчик с висячим замком. Повели нас прямо к нему, а потом Мэй вставила ключик в замок, и… покосившееся деревянное строение для садовых инструментов внезапно оказалось высокотехнологичным устройством, явно далёким от банальной механики. Но если оптическую иллюзию на техническом принципе я вполне оценил, то вот зачем было пускать по настоящей двери из металла, а не дерева, футуристическую подсветку с логотипом паука, от меня укрылось. Выглядели вспыхивающие сиянием линии красиво и даже, наверное, пафосно, но функционального смысла явно не несли. Настоящая дверь строения просто раскрылась, открывая вид на лифтовую кабинку, точнее, платформу без стенок, и для этого не требовалось никакой футуристической технологии. Тем не менее высказываться по этому поводу я посчитал излишним и дисциплинированно шагнул внутрь за дамами. Платформа начала опускаться, а нам стали подсвечиваться различные мотоциклы-машины-самолёты, расположенные вдоль стен рукотворной подземной полости.

– М-м-м, шикарный косплей на Бэт-пещеру, – вынужденно признал я. У этого Человека-Паука однозначно был хороший вкус. И пара-тройка лишних миллионов баксов. И про косплей я не шутил, тут даже была стенка с костюмами под стеклом, как в «оригинале». Разве что костюмы были не Бэтмена, а Человека-Паука.

– О, вы первый, кто догадался! – посмотрела на меня с уважением боевая пенсионерка, пока платформа ехала вниз.

– А что так?

– Последний комикс о Бэтмене вышел где-то в семьдесят восьмом, а дальше всю супергеройскую тематику прикрыли, почитай, до одиннадцатого года, только и остались, что приключения Капитана Америки в картинках, – пожала плечами бабулька. – У нас на чердаке сохранилась небольшая коллекция комиксов моего мужа, так что Питер их в детстве читал, но его сверстники уже и не помнили о таких героях, как Бэтмен, про нынешнюю молодёжь и говорить нечего — у них в голове только современные герои, вроде Пита и Железного Человека.

– Понятно… – к слову говоря, я вот что-то тоже не припоминаю большого количества комиксов у нас в школе, а ведь дети должны любить такие штуки, особенно дети со сверхспособностями…

– Добро пожаловать! – между тем кивнула нам тётя Мэй, когда платформа достигла пола. – Обустраивайтесь, а я пока пойду проверю, как там поживает мой мясной пирог, – и бабулька, дождавшись, пока мы сойдём с платформы, шустро умчалась наверх.

Стоило боевой пенсионерке покинуть помещение, как сверху нас окликнул молодой, но «полный загадочности» голос.

– Приветствую! – приподнял шляпу облачённый в тяжёлый кожаный плащ-пальто… эм, чёрно-белый парень в костюме паука. Плащ развевался на ветру. В подвале. Без сквозняков.

– Нуарненько, – с уважением отметил я. Этот парень явно знал, что такое Стиль и Старая Школа.

– Коничива! – поздоровалась следом за «нуарным» Пауком… к-хм… милая девочка со здоровенным роботом-пауком. Милая девочка, чья «рисовка» была как в аниме 90-х годов, плюс-минус. Как и «героическое появление», нет, серьёзно. Там был стробоскоп, световые эффекты, розовые сердечки в воздухе под знак «виктори» у глаза и «крутые движения» в исполнении девочки и робота. Грендайзер одобряет!*(1)

– Поразительно, – наклоняюсь ближе к девочке, во все глаза изучая это чудо.

Её тело было достоверно-материальным, не особо отличаясь от окружающей рисованной реальности, но пропорции головы, черты лица, волосы и одежда — всё это было исполнено в канонах аниме. Начиная от огромных карих глаз на пол-лица и «неразличимых» на взгляд отдельных волосков в коротко стриженной чёрной шевелюре, заканчивая «схематичностью» изображения носа, губ и хоть каких-то складок на коже, хотя всё это имело место быть, просто без теней, сиречь «контуров» объекта. Передо мной была стопроцентная анимешка, но не плоская 2D-картинка, а полностью объёмная и совершенно точно живая и настоящая.

– Ты чего? – нахмурилась девочка в ответ на мой пристальный взгляд. Она, к слову, ещё и одета была во что-то очень напоминающее школьную форму с галстуком под блестящий джемпер и клетчатой юбкой выше колен. Ну и зелёный школьный рюкзачок за плечами тоже имел место быть.

– Настоящая анимешная девочка… – покачал я головой, не видя смысла скрывать свои чувства. – Ты извини, моя просьба может показаться не совсем адекватной, и скорее всего так оно и есть, но можно тебя погладить по голове? Я всю жизнь мечтал!

– Извращенец, что ли? – подалась назад школьница, с явным подозрением, но без особой истерики или какого-то испуга.

– Нет, я исключительно по взрослым леди, но ты просто не представляешь, какое умиление вызываешь у меня в сердце своим обликом. Ну так что, можно? – моя интонация сама по себе стала почти умоляющей, а глазами я постарался выдать тринадцать «котов из Шрека» из десяти возможных.

– Ну хорошо, – подозрительно смерив меня взглядом и что-то прикинув в уме, дозволила девочка. – Только недолго, – и гордо сложила ручки на груди.

– Кава-а-ай, – аккуратно и со всем почтением к торжественности момента кладу руку ей на голову.

А на ощупь отдельные волоски чувствуются… И ещё… Ощущение… Странное. Словно я касаюсь другого изменения, но не его энергии, как с реактором Старка, а его пространства… законов бытия и даже капельку сущности.

Окружающий мир и так был для меня непривычен по ощущениям. Если в Асгарде и на Земле я вообще толком не обращал внимания на свои чувства мира и пространства, потому как они были чем-то привычным и не задевающим сознание, то в этом мире я постоянно испытывал некий… не то чтобы дискомфорт, но, скажем так, что-то вроде ощущения от совсем новых ботинок. Но ощущение непривычности от этой вселенной не шло ни в какое сравнение с теми чувствами, которые накатили на меня при контакте с этой девочкой. Я стоял в непривычном мироздании и буквально касался рукой осколка ещё более непривычного для всей моей природы мироздания, и это было… О-о-очень странное ощущение.

– Даров! – отвлёк меня от процесса познания спустившийся последним… э-э-э… свинья в костюме Спайдермена. Поправка, этакая карикатурно-мультяшная свинья в стиле раннего Диснея, когда голова с два туловища, пятачок вполголовы, а остальное тело «овальный человечек» с «руки-крюки, ноги — закорюки». И да, оно было прямоходящим. И оно нам просто отсалютовало.

– Охо, – снимаю руку с головы девочки, во время поглаживания отчаянно порозовевшей щеками, но упрямо держащей на лице выражение суровой гордости. – Думаю, не ошибусь, если скажу, что самый опасный тут — ты. Судя по виду, у тебя должна быть ульта в виде сбрасывания на голову врагу наковальни из ниоткуда весом в десять тонн, и ещё деревянный молоток в три твоих роста, помещающийся в карман.

– Локи… – прикрыла глаза Эм-Джей, до того тоже впечатлённая видом новых знакомых, – это всё-таки не мультики!

– Э-э-э, не, мужик, ты мне льстишь!.. – возразил хряк голосом этакого прокуренного ветерана сантехслужбы.

– Вот! – почувствовала прочную землю под ногами девушка, поворачиваясь ко мне.

– Я пока могу только одну тонну, но я над этим работаю, – завершил мысль стрёмный коротышка. Он был мне примерно по колено и по пояс девочке-анимешке. Да, она тоже маленькая — меньше Лауры на сантиметр-два. – Свин-Паук! Будем знакомы! Меня укусила радиоактивная свинья, и я стал супергероем, – и он протянул мне руку, которую я без промедления пожал.

– Локи. Просто Бог… Минуточку, свинья? Не паук?

– Не, – он отмахнулся, – я изначально был пауком, мог цепляться за почти любые поверхности и плести паутину, а укус свиньи дал мне Супер Свинские Силы!

– Хм-м… Я знаю, что, возможно, пожалею об этом, но что именно?

– Ну, про наковальню и молоток ты уже откуда-то знаешь. Ещё я могу летать, ведомый запахом пирога!

– Л-ла-адно… – я повернулся к остальным, твёрдо решив сперва собрать информацию, а уже потом пытаться всё это осмыслить и принять. – А вы?

– Питер Паркер из 1933 года. Частный детектив. Люблю пить Эг-Гримм и сражаться с нацистами, – отрекомендовался чёрно-белый Спайдермен в кожаном пальто поверх костюма… хлопая складками оного пальто, как на ветру. А ещё от него пахло дождём. Чёрт, до чего же стильный чертяка!

– Рад знакомству, – тоже пожал руку.

– Пени Паркер. Я из 3145 года. У меня ментальная связь с пауком, живущим в роботе моего отца, мы с ним лучшие друзья навсегда! – она погладила стальную махину, что в ответ запустила по дисплею, расположенному сверху, кучу сердечек. Как интересно… Кажется, моя теория на тему врождённых сил Питера только что получила пусть и косвенное, но ещё одно подтверждение. Псионика…

Так, ладно, подумаешь, ну робот, ну им управляет паук, у которого, по идее, не хватит объёма мозга даже для осознания себя. В конце концов, эта девочка пришла из аниме 90-х, там и не такая дурь случалась. И вообще, может, он просто «медиатор» для самой девочки, эдакая подпорка и костыль для лучшего психологического комфорта при управлении роботом через телепатический интерфейс…

– Ну а ты, приятель, – вновь обратился ко мне Нуар-Паук, – каким Пауком будешь? Ты что-то говорил про Бога, но я не совсем понял.

– Я не Паук, я просто Бог из Асгарда. В своём мире подрабатываю учителем в школе для мутантов, в качестве хобби исследуя природу мутации. Вот при исследовании крови Питера Паркера меня и засосало к вам. Кстати, кто-нибудь уже успел узнать, что тут происходит?

– В некотором роде, – ответил сыщик. – Всё дело в нём, – он подошёл к прозрачной «доске», на которой были наклеены с полдесятка фотографий, между которыми кто-то расчертил линии связей и контактов. И в центре всего этого был портрет… эм…

– Обожравшийся стероидами колобок? – у меня, конечно, возникли некоторые подозрения при виде этого, эм-м… лица, но эй, а почему бы и нет? Колобок, по этой фотографии, был тоже вполне вероятен, я бы даже сказал, мог считаться приоритетным подозреваемым.

– Это Уильям Фиск по прозвищу «Амбал», – ответила Эм-Джей. – Питер неоднократно с ним пересекался и срывал его планы. Но, к сожалению, собрать доказательства о его причастности к криминальному миру так и не удалось, а потому, с его связями и адвокатами, он всегда выходил сухим из воды.

– Эх, пристрелил бы его сам — и дело с концом, – вздохнул Нуар-Паук.

О Великие Силы, неужели адекватный Питер Паркер, не заморачивающийся такой фигнёй, как «официальное правосудие», а просто грохающий врагов на месте?..

– Чёрт, какими же славными были тридцатые годы! – я вздохнул.

– Не во всём, друг мой, не во всём, – ответил он, пафосно поправляя шляпу и поворачиваясь «спиной к ветру».

А вот девочка-волшеб… в смысле, девочка с роботом, была против таких радикальных мер. И вообще, справедливость, правосудие и Магия Дружбы. Свину было пофиг, он каким-то образом учуял пирог Мэй Паркер и натурально начал парить! Кхм… м-да, да эта компания ещё более безумная, чем я!

Но как бы то ни было, куда копать — было понятно. Оставался один вопрос — идти выбивать всю информацию из Фиска или сначала попробовать пошарить в базах данных местного Питера? Может, чего интересного найду. С учётом же того, что тут у нас реальный проход между вселенными, то эта технология мне ОЧЕНЬ интересна, и где она лежит, хотелось бы знать. Ах да, ещё мне очень интересно, почему все эти штуки с развевающимся на ветру плащом и левитацией на запах вообще работают. Надо исследовать! Нужно больше опытов! Главное — убедить подопытных, что всё так и обстоит, да, в смысле, что они хотят, прям жаждут отдаться мне на опыты. Да, определённо, я знаю, чем займусь сегодня ночью!

Осталось самое лёгкое — начать и закончить. И-и… поскольку так вот сразу предлагать новым знакомым полежать на лабораторном столе будет не слишком хорошей идеей, начнём мы с пункта номер «раз». А конкретно — с просмотра баз данных самого покойного Паука. Питер тут явно был парнем прошаренным, а потому не полез бы куда-либо без разведки, да и, как несложно было догадаться, его нуарный двойник схему со «стероидным колобком» лишь изучал, а составлял её Паркер этой вселенной. То есть налицо проведённая разведывательная операция. И на её результаты хотелось бы взглянуть более пристально. Что же, приступим.

– Итак, миссис Паркер, вы случайно не знаете логин-пароль от системы вашего мужа?

– Нет, простите, – Мэри Джейн покачала головой. – Как я говорила, Питер старался держать меня подальше от своих дел.

– А эта милая пожилая леди? – осведомился чёрно-белый детектив.

– Тётя Мэй? – девушка задумалась. – Возможно…

– Я уточню-хрю! – продекламировал Свин и моментально воспарил ещё выше, едва ли не в лучших традициях Супермена. Н-да, что-то мне подсказывает, что в пироге он заинтересован больше, чем во входе в систему.

– Вы сами-то пытались включить компьютер? – проводив взглядом улетевшего, поворачиваюсь к оставшимся Паркерам из параллельных реальностей.

– Это устройство неизвестно для меня, – драматично произнёс Нуарный Паук.

– Мои пароли не подходят, – мотнула головой девочка-анимешка, а на дисплее-лице её робота появился грустно-виноватый смайлик.

– Ясненько… Тогда подождём.

Отсутствовал наш «коллега по попаданию» минут десять, за время которых я позволил себя побыть туристом и хорошенько осмотреться. Вернулся Свин не один, а с боевой пенсионеркой, вооружённой тележкой, на которой располагался здоровенный пирог, тарелки, ножи-вилки и графин с морсом или чем-то таким.

– А я вам покушать принесла, а то, небось, так нормально и не поели, – старушка с укором покосилась на рыжую красотку. Очень коротко и явно не желая, чтобы та заметила, но зато заметил я. – Я так часто подкармливала Питера, а то он со своей работой постоянно забывал покушать, – вздохнула старушка, в чьём голосе прозвучали тоска и неприятная нотка сдающих нервов, она даже чуть отвернулась, явно чтобы скрыть нарождающиеся слёзы.

Мэри Джейн сразу же бросилась к женщине и попыталась как-то приободрить, но мой опыт двух жизней подсказывал, что с куда большей вероятностью мы тут рискуем получить коллективный плач. Это было понятно, но сейчас совсем не к месту. К тому же мне в голову лезли странные ассоциации об Альфреде, потерявшем своего Брюса Уэйна. Значит, будем отвлекать.

– Благодарю, но позвольте отведать ваше чудесное блюдо чуть позже, а сейчас… вы случайно не знаете пароль от компьютера мистера Паркера?

– Нет, – тётя Мэй покачала головой. – Я всё-таки простая слабая женщина, а эта информация, как говорил Питер, может принести мне очень много неприятностей. Я могу только помочь с некоторым оборудованием в пещере — починить костюм, отремонтировать шутеры и тому подобное, а всю важную информацию Питер хранил недоступной для посторонних.

– Логично, – чёрт, похоже, местный Паутиныч был парнем адекватным. – Тогда пойдём другим путем. Будем ломать.

– Я уже думала об этом, – подала голос Необычная Японская Школьница. – Терминал, конечно, примитивный, но он мог поставить ряд защит, вплоть до удаления данных и физического уничтожения носителей, так что брутфорс я бы не рекомендовала.

– Само собой, – я кивнул. – Думаю, начну с «радужных таблиц».

– О! – оживилась девочка. – А ты шаришь! Но как ты вытащишь хэши? Да и я бы сначала всё равно вытащила харды и проверила их на физические убивалки.

– Сделаем, – эта девочка мне нравилась всё больше. – Вообще, проще всего подрубить харды к новой системе, а там через «призрака» добраться до таблиц и крякнуть перебором со сбросом дампа памяти.

– Я так и не поняла, как ты хочешь выцепить таблицы, что за «призрак»? – она потешно нахмурилась.

– О, одна полезная приблуда, чтобы войти в систему, нужен пароль, но как машина узнает, что он правильный?

– Через обращение к хэшу паролей, как раз таблицам, но это же внутрисистемная операция, которая при закрытой системе полностью недоступна.

– Вот тут и нужен «призрак» — он позволяет уловить область памяти, к которой в этот момент обращается система, и копирует её. Мусора там, конечно, будет навалом, но дальше уже можно побрутфорсить со сбросом дампа, благо отследить, куда регистрируются неудачные попытки, тоже можно.

– А если ещё отсечь лишнее «Пауком»…

– Не, местный Паркер явно мог в высокие технологии, а потому и от очевидных методов взлома должен был заложиться, а потому алгоритмы «паука» как раз могут отсечь верный ключ.

– Ты понимаешь, на каком языке они общаются? – тихонько спросил Нуар-Паук своего свинского коллегу.

– В моём мире компьютеры размером со шкаф и на перфокартах. Я из их речи только предлоги понял, да и то не все.

– Вот такая же ситуация… Хотя нет, вроде как они таки смогут добыть нужные данные.

– Угу…

– Всё равно не получится, – между тем, повесила плечи Пени. – Я могу подрубиться к местной технике через робота, но у меня нет нужных программ и алгоритмов. Архитектура и софт — всё слишком разное. У меня в мире про кремниевые полупроводники только на уроках истории рассказывают.

– Ошибаешься, – театральный щелчок пальцами, и системы Паучка приветственно пискнули и запустились. – Я уже всё, – обворожительно улыбаюсь девочке.

– Э-э-э… как? – забавно свела глаза в кучку анимешка, и на ней даже характерная «капелька» выступила, а вокруг фигуры такой… спиралевидный фон образовался, типа иллюстрируя недоумение.

– Ровно так, как мы обсудили: физическое обособление хардов, подбор пароля, подключение системы обратно.

– Н-но… мы же ещё даже не раскрутили системный блок! – прозвучало с забавной смесью робости, восторга и негодования.

– Эй! – я сделал вид, что оскорбился. – Я — Бог Магии! Я поатомарно собирал квантовые компьютеры, когда люди ещё ходили в шкурах!

– А какое отношение магия имеет к квантовым компьютерам?! – степень недоумения Пени росла, отражаясь уже и на сенсорном стекле её робота, где в глазках «смайлика» образовались большие знаки вопроса. Да и присутствующая здесь Эм-Джей тоже недоумённо приподняла бровь.

– Не знаю, как было в ваших мирах, но в моём вся путаница строится на том, что примитивные люди, услышав термин «магия», наделили его исключительно мистическими свойствами, придумав в противовес ему технологию и науку, хотя изначально магия — это понятие, означающее все области прикладного знания. Просто учитывайте, что для Богов мистические энергии столь же привычны и управляемы, как для вас обычные камни или песок, то есть на уровне восприятия никакой принципиальной разницы между мистикой и физикой для нас нет, и мы не наделяем мистику каким-то «уау-эффектом». Так что если переводить мой титул по смыслу, я — Бог Науки, Техники, Изобретательства, просто чисто мистические проявления во всём этом у обитателей Асгарда тоже участвуют, как естественный и обыденный элемент.

– Deus ex machina! – воскликнул частный детектив-нуарщик.

– Ну да, что-то в этом роде, – подтвердил я, но не успел даже закончить фразу, как моих коллег по принудительному переносу в иную вселенную дружно «прострелило» уже знакомым мне радужным сиянием. Н-да, это проблема — «перевариванием атомов» страдал не я один, и Паучков ломало так же, даже сильнее, с учётом того, что никак процессу своего «растворения» местным миром они противостоять не могли. Ладно, если полноценно пресечь этот процесс я не мог, то вот несколько купировать — вполне.

– Ох, как же крутит, – пожаловался Свин. – Почти так же больно, как при ударах очередного спятившего механизма этой сумасшедшей мыши.

– Ты это о ком? – поинтересовался детектив.

– Да есть у нас один грызун. Он гений, но идиот.

– Случайно не Тони Старк? – уточняю, ибо больно уж знакомое определение.

– Он самый, – вздохнул обладающий рылом супергерой.

– Хм-м, не, не знаю такого, – покачал головой Нуар-Паук, – хотя о некоем Говарде Старке слышал краем уха.

– Тони — это его сын, – пояснил свинтус.

– У Говарда есть сын? – удивился Паркер 1933 года.

– Ну, может, будет, – пожимаю плечами. – А вообще, хватит разговоров. Давайте-ка я вас подправлю, а то нам ещё в базах местного Питера ковыряться.

– В каком это смысле «подправишь»? – с подозрением покосилась в мою сторону японская школьница, явно напрягшаяся при осознании ситуации уровня «некий учёный, что что-то там хочет в ней подправить».

– Вы не принадлежите этой реальности, несовместимы с ней. И, как и любое другое инородное тело, выталкиваетесь, точнее, «перевариваетесь» местным континуумом. И чем дольше будете тут оставаться, тем быстрее будете растворяться, в конечном итоге полностью дезинтегрировавшись.

– Вижу, у тебя такой проблемы нет, дружище? – скорее констатировал факт, чем спрашивал Нуар-Паук.

– Ну, я всё-таки Бог Магии и Обмана. Я просто немного изменил своё тело, чтобы соответствовать параметрам этой вселенной и быть здесь своим, а вообще, я должен выглядеть вот так, – и я создал иллюзию своего реального облика.

– Ва! – выдала первую реакцию анимешка, во все глаза таращась на фантома. Остальные тоже немного подзависли.

– Э-э-э… – встряхнулся «Диснеевский»… или всё-таки «Ворнер-Бразерный?» А-а-а-а, пофиг, в общем, встряхнулся Свин. – Не то чтобы я не хотел остаться здесь, с такими шикарными пирогами, но домой вернуться всё-таки хочется, и это, меня там не начнёт растворять так же?

– Не беспокойся, – рассеиваю фантом, – перестраивать вас я не буду — это слишком долго, затратно, а без оборудования ещё и чертовски сложно, а вот иллюзию, чтобы на некоторое время «обмануть» мироздание, повесить вполне можно будет. Окончательно это проблему не решит, но сильно ослабит или даже на некоторое время полностью уберёт приступы.

– О, прекрасно! – кивнул Нуар-Паук. – Что нужно делать?

– Почти ничего, но мне потребуется ваш образец, чтобы подогнать параметры иллюзии специально под вас.

– Будут уколы? – с беспокойством спросила девочка.

– Нет, достаточно и волоска. Ну или любой другой частички из вашей реальности. Желательно — от вас самих, но это не обязательно. Потом я зачарую для каждого индивидуальный амулетик, а как вернётесь в свои реальности, просто их снимете.

– Ла-а-адно, – опять с подозрением на меня покосились, ну да, непонятный мутный мужик хочет «какую-нибудь частичку» молоденькой девушки, скорее даже девочки. Чёртовы японцы с их фетишами, меня опять считают извращенцем.

Тем не менее небольшую прядку волос мне отрезали. Свинтус, сняв перчатку, отгрыз кусочек ногтя (буээ), а нуарный детектив, как и положено в нуаре, пафосно распорол свою ладонь и нацедил целый стакан крови. Белой… как молоко. И это было… очень нуарно.

К тому же теперь у меня появились образцы новых геномов из иных вселенных, которые можно будет поизучать. И нет, мой манёвр вовсе не был уловкой для получения образцов представителей других вселенных, просто совместил полезное с полезным. Мне ведь действительно нужно было построить иллюзию, что прикрывала бы «неестественные» для данного измерения эманации и в то же время не мешала самим целям этих иллюзий. Ну и, само собой, я просто не мог взять и упустить такую прекрасную возможность изучить механизм работы других вселенных, со всеми этими развевающимися без ветра плащами. Тут же чистое концептуальное воздействие на иную реальность, когда буквально прогибаешь её под законы собственной! Это же просто ух! Не каждый Бог такое повторить может, а тут — простые мутанты, причём, в лучшем случае, из верхней планки «середнячков». Есть над чем подумать, ведь все трое реально были осколками иного бытия, но настолько стабильными и адаптивными, что не только не аннигилировались на месте, но и сохраняли жизнеспособность, попав в реальность с иными законами физики, где в принципе не могут существовать. То есть реальность, конечно, пыталась от них избавиться, как от инородных тел, но по-нормальному-то их должно было просто распылить на кварки. Это во мне есть частичка божественного начала, оставшаяся от настоящего Локи вместе с его магией и прочими силами, так что моё выживание объяснимо, но эти-то трое вообще ничего общего с божественностью не имеют — у них и магии-то не больше, чем у обычного смертного.

Короче, пока я кипятил мозги, пытаясь осмыслить, как всё это работает, и в процессе «шаманил» над небольшими артефактами-медальонами, что и будут якорями для иллюзий (саму конструкцию которых ещё надо было подстроить под два мироздания разом, собирая новую конфигурацию на каждый из трёх случаев), успела наступить ночь и пройти её добрая половина. Причём вариант создать универсальную структуру чар, что будет восприниматься родной обеими участвующими в процессе средами, оказался возможен только для нуарного Паркера, уже на Пени разница между базовыми законами реальностей оказалась столь велика, что громоздкость единого рисунка чар получалась такая, что её и осознанно-то едва удержишь, не то что в амулет встроишь. Про Свина и говорить нечего — он был ходячим абсурдом даже для самой примитивной волевой магии. В итоге пришлось синхронизировать работу двух заклинаний для двух разных сред, но нанесённых лишь на один носитель. Звучит просто, а на деле это как строить с нуля двухъядерный процессор, где одно ядро работает на двоичной логике, а второе на троичной.

Пени тем временем изучала архивы местного Паркера. Мало просто войти в систему, нужно ещё и найти в ней нужные сведения. А это не так-то просто, особенно если данных там много. Папочка «злодейские планы злодейских злодеев» могла существовать во вселенной свинопаука, а тут вся подноготная могла быть раскинута по персоналиям, проектам, районам-регионам, датам, да мало ли как парень решил каталогизировать своё личное хранилище данных? Учитывая, что копался в этом ребёнок, да ещё девочка, любопытный нос был сунут везде и всюду, вне зависимости от того, нужно оно нам или нет. Ну не могла Пени взять и оторваться от чтения, наткнувшись на какую-то историю геройства — девочка она, а тут брутальные парни дерутся, часто с фото и видео-материалами. И я не то чтобы был против, но, когда разобрался с амулетами, всё же пришлось брать ситуацию в свои руки, а то ребёнок увлёкся, а у нас всё-таки дела…

Примечания:

*(1) Для тех, кто не застал той славной эпохи, сие был мультипликационный телесериал в жанре «меха», что в качестве мультика крутился по одному из каналов в середине 90-х. Тогда ещё никто толком не знал и не понимал, что это за зверь такой — «аниме». Для неизбалованных всякими визуальными эффектами и излишествами российских детей, до этого видевших разве что «Чебурашку» и «Домовёнка Кузю», шедевр японской мультипликации был чем-то запредельным и непередаваемым. В общем, Грендайзер — это как Сейлормун, но для мальчиков.

Глава 17

Утро мы встретили всё в том же подвале, чуть более информированные и понимающие произошедшее, но слегка растрёпанные и шальные. Эм-Джей отрубила все телефоны и составляла нам компанию в изучении документации Питера. Не сказать, чтобы от неё была практическая польза — нуарный Питер тут был куда лучше, хоть и лишь иногда вставлял комментарии, читая с экрана из-за наших спин, но эй! Пусть среди нас и был натуральный Свин-Паук, но таких свиней, чтобы гнать женщину, потерявшую мужа и желающую помочь в поиске его убийцы, среди нас не нашлось. А потом мы наконец-то обнаружили именно то, что нам нужно, и я натурально офигел… как и юная мисс Паркер из аниме.

– Поверить не могу, на такой примитивной ресурсной базе сделать вот это вот? Эта Оливия Октавиус — гений! – восторженно выдала вокруг своего тела целую палитру радужных красок «напряжения» и «трепета» девочка.

– Угу, – лаконично кивнул я, старательно вчитываясь в чертежи и созданную местным доктором Осьминогом теорию. Да, местный доктор Осьминог был женщиной. А ещё вылитой Сибиллой Трелони из фильмов о Гарри Поттере, если ту нарисовать, а не фотографировать.

И это было стрёмно, да…

Но мне было пофиг.

Вообще.

Ибо всё это меркло по сравнению с её творением. Её творение — это просто какое-то безумие. Гениальное, но безумие. Даже Старк отдыхает! От обычной теории струн перейти к практическому выражению межвселенских координат и открытию физических принципов разрыва ткани реальности, потом ещё и суметь воплотить это в металле… Не знаю, будет ли работать установка в другой вселенной, построенной на иных принципах, но само устройство подогнать под реальность Киновселенной Марвел я вполне мог! И все генерируемые ей эффекты выглядели вполне воспроизводимыми, равно как и общая теория работы воспринималась весьма правдоподобной. Говоря же об итоговых результатах работы всего комплекса… Эта хрень, названная в документации коллайдером, но с реальным коллайдером не имеющая вообще ничего общего, была чем-то вроде гарпунной пушки, если можно так выразиться. Она открывала в ином мироздании разрыв, затягивала цель-жертву — и всё, а разрыв, будучи небольшим, на фоне даже отдельной планеты — просто крошечным, сам мгновенно затягивался. Правда, при такой конфигурации я уже видел, что паразитные излучения при отдаче могут сместить цель по пространству-времени, но так, слегка, к тому же смещённый всё равно попадал в рамки временной петли и до пересечения реверсной точки повлиять на мироздание не мог никак, вернее, все его попытки уже были учтены цепью событий и приводили как раз к нужному результату. Н-да, ох уж эта темпоральная теория, ну да ладно, не будем о грустном. А из не грустного у нас была установка, что в чужой вселенной на пару мгновений генерировала кусочек вселенной своей, похищала жертву и перемещала её по своим координатам. Маленькие зелёные человечки и прочие обитатели планеты Нибиру одобряют. Энергии оно, конечно, жрало как не в себя, но это мелочи, равно как и разброс, и темпоральное смещение. Более того…

– Так, отправить нас обратно домой вполне можно, – закончил я читать добытую Питером документацию. Даже мне на полное осознание того, что и как сотворила Октавиус, потребовалось часов семь, и это только по устройству — общую теорию, её доказательства и уточнения я изучал ещё пять. Короче, сейчас уже был очередной вечер.

– Угу, – подтвердила Пени, уже на рефлексах растирая уставший правый глаз. В отличие от меня, всего понять и осмыслить девочка не смогла, но общий принцип тоже уловила.

– О, хорошая новость! – обрадовался Нуар-Паук, отрываясь от игры в карты со Свином и Эм-Джей. Да, пока мы с Пени скрипели мозгами и в перманентном шоке пялились на монитор сутки кряду, эти деятели развлекались покером. Даже Мэри Джейн втянули, охламоны.

– Для этого нужно всего лишь перепрограммировать эту установку, потом в неё залезть, и она выстрелит тобой обратно домой, наведясь по твоему отпечатку вселенной.

– Как из пушки? Звучит знакомо! Вот, помнится, как-то меня уже засовывали в гигантскую пушку… – ностальгически протянул Свин, которого, кстати, тоже звали Питер, только Поркер, а не Паркер.

– Более того, здешний Питер даже написал нужные протоколы под текущее ПО, нужно только зашить загрузочную флешку…

– Губер, – хором произнесли все трое паучков.

– Народ? – я вопросительно приподнял бровь.

– Понимаешь, друг мой, – начал Нуар-Паук, потягивая… так, я точно помню, что у нас был только морс, откуда в его руках что-то подозрительно похожее на мохито? На чёрно-белое, пафосно-нуарное мохито?! – всегда есть какой-нибудь фигурный ключ, фрагмент мозаики Рейха, головоломка или что-то подобное. Полагаю, не у меня одного. Для удобства нужно было этот очередной ключ к очередному секрету как-то назвать, так и родился термин «Губер».

– Так и есть… – подтвердила сидящая рядом девочка.

– А, ладно-понятно, – вопросов больше не имею. – Но, возвращаясь к теме, есть одна маленькая проблемка: по расчётам местного Питера, эта машинка легко может породить в центре города аналог чёрной дыры. Я перепроверил его расчёты, и в целом он прав. Мгновенного сворачивания пространства, правда, не будет, но время безопасной работы разрыва от пяти до десяти минут в самом лучшем случае. То есть за это время мы должны успеть всё про всё и ни в коем случае не дать Амбалу активировать устройство, когда нас не будет рядом, а то всем хана.

– Так, чертежи есть, что зашивать — тоже, сейчас мы с другом быстренько спаяем нужную штуку — и можно идти! – воодушевлённо воскликнула девочка, вскакивая на ноги… и заразительно зевнула очень большим анимешным ротиком.

– Ты на ногах уже вторые сутки, в твоём возрасте это очень вредно, так что сначала отоспитесь, – выдал я мягко, но непреклонно.

– Вот теперь я верю, что ты был учителем, говоришь в точности как наша классная, – недовольно пробурчали мне в ответ, мученически опустив плечики, но возражать не стали.

– Да-да, как скажешь. Ты, кстати, хоть что-то поела? А то я не очень обращал внимание… – натренированный Лаурой, начал я привычно проявлять заботу о милой маленькой девочке, но меня неожиданно прервали.

Лифтовая платформа начала медленно и Пафосно опускаться, на что все паучки сделали стойку и в темпе вальса закосплеили Бэтмена, мгновенно скрывшись в тенях и уйдя под потолок. Зачем? Почему? Я не знаю. Зато в глазах Мэри Джейн, с которой мы от такого финта ушами переглянулись, я увидел, что не один такой. Причина, правда, вскрылась быстро — наша кормилица и просто милая бабушка-божий одуванчик привела ещё троих индивидуумов, облачённых в костюмы Пауков. Видимо, у наших просто сработало чутьё на новых гостей.

Компания подобралась колоритной и состояла из небритого мужчины лет тридцати пяти, довольно спортивного телосложения… точнее, раньше оно было таковым, но сейчас он себя несколько запустил и обрёл заметный пивной животик. А ещё он почему-то был в трениках вместо нижней части паучьего костюма. Вторым был вообще какой-то мелкий негр в дешёвой красно-синей тряпке в паутинку, купленной, по ходу дела, в ближайшем сувенирном. А вот третьим, точнее, третьей… М-м-м, красота! Волнистые волосы золотистого оттенка до подбородка, голубые глаза, полные чувственные губы, чертовски милое личико и возраст лет в семнадцать-девятнадцать. Через правую бровь пропущена «штанга» пирсинга, да и волосы подстрижены в, на мой взгляд, не самую удачную молодёжную причёску, с выбриванием правой стороны, но это её ничуть не портило, а уж как костюмчик облегал её подтянутые, тренированные ножки… Одиннадцать, нет! Двенадцать паучков из десяти!

– М-мэри Джейн? – застыл, как громом поражённый, старший из гостей, едва увидел нашу компанию.

– П-питер? – а вот рыжая явно начала бледнеть, словно мертвеца повстречала, хотя… оу, н-да… Рожа-то у него действительно похожа на ту, что вчера крутили по всем каналам, только там Питер был блондином, а тут обычные коричневые волосы. А ещё глаза карие, а не голубые, как у местного Паркера. Вообще, лицо нуарного Питера мы за это время тоже не раз видели во время еды, и был он тоже довольно похож на местного Ч.П., но он был чёрно-белым, жгучим брюнетом, да и сам больше таким… подтянутым «истинным арийцем из тридцатых», то есть вполне тянул на близкого родственника местного Спайдермена, но никак не на копию, здесь же…

– Так, прежде чем эта неловкая ситуация станет ещё более неловкой, давайте кое-что обозначим, – выхожу вперёд, крутанув тростью, чтобы встать как бы между, но рядом, и привлечь к себе внимание. – Люди из параллельных вселенных могут выглядеть почти идентично, но при этом иметь разные черты характера, мировоззрение, историю и так далее, потому, Мэри, это не твой почивший муж, а это, – обратился я к мужчине, – не твоя… кто бы она там ни была, которую ты явно потерял, судя по твоему виду.

– Да… верно… простите… – кивнула девушка. Мужчина же просто отвёл взгляд.

– Позвольте представиться, – я обратился преимущественно к очаровательной блондиночке, – Локи. К вашим услугам, могу я узнать ваше… ваши имена?

– Стейси. Гвен Стейси, – неловко улыбнувшись, ответила девушка-паук в чёрно-белом костюме с парой розовых элементов. Ещё у неё на ногах были зелёные балетки, а на спину был откинут капюшон, явно натягиваемый поверх маски. Возможно, чтобы скрыть реальный объём волос, чего просто маска, натянутая по принципу чулка на голове, сделать не может.

– Рад знакомству, юная леди, – я не поленился наклониться и поцеловать ручку. Милашка засмущалась, а вот стоящий рядом с ней чернокожий паренёк с первой стадией образования афро-причёски явно взревновал. Но тоже представился, оказавшись Майлзом Моралесом, впрочем, его имя мне было не особо интересно, в отличие от того факта, что он не был очередной ходячей аномалией, подобно Гвен и Паркеру, но это могло подождать, так что я повернулся к потолку. – Ребята, ваш выход!

Далее последовала почти полная калька знакомства, что была со мной. Нет, вот серьёзно, не присутствуй я тут с самого начала, подумал бы, что это всё отрепетировано и вообще домашняя заготовка. Вновь Пафос от Нуар-Паука, вновь Грендайзер, и разве что измаявшийся от безделья Свин решил оттянуться на новеньких и начал их усиленно троллить, начиная от генерации стекающей с себя мутьтяшно-диснеевской воды, для попыток рукопожатий под слова, мол, «Я только что руки помыл, поэтому они влажные, мамой клянусь!», и заканчивая танцами, песнями и стишками всё в тех же традициях раннего Диснея и «Весёлых Мелодий», совмещёнными с повествованием о своей журналистской деятельности по поиску зарытых собак. Без шуток, он так и выразился на тему своей основной деятельности: «ищу, где собака зарыта».

И да, удваиваю свою мысль — именно этот тип был самым опасным из всей подобравшейся компании — мало того, что он может ронять другим на голову наковальни из ниоткуда и с ультимативным попаданием, так он ведь и удар этой самой наковальни вполне держать должен, а также падения с обрыва, взрывы, перелом всех костей и разрыв внутренних органов при попадании под каток, души из кислоты, удары молнии… ох, да как только не развлекались персонажи тех «детских добрых мультиков». Короче, если что, кого первого хреначить Гунгниром во всю мощь, я уже определил. На худой конец, заморожу его Ларцом Зим — это должно дать шанс сбежать.

Увы, народ попался закалённый, так что дружно изобразил лицами, что они такое каждый день видят и вообще «ску-у-учно». Вернее, негр пялился, разинув рот, взрослый и явно успевший повидать дерьма Паркер был всё ещё не совсем в себе и куда больше смотрел на Эм-Джей, чем на обстановку вокруг, ну а Гвен да — она очень хорошо играла в крутую. Тот факт, что это именно игра, для меня был очевиден, однако изумление внутри не мешало ей себя контролировать, и это было показателем.

Отступление от сценария началось внезапно, когда на середине болтовни Свина все шестеро как-то разом поёжились, словно от мурашек, и будто прислушались к чему-то. После чего посмотрели друг на друга… не знаю, самая близкая аналогия «узнали давних друзей, которых давно не видели», и даже язык тел у них изменился, словно они в один момент реально прониклись друг к другу полным доверим, чуть ли не на уровне ближайших родственников, с которыми живёшь не один год в одном доме.

– Вы как я… – в один голос, на каких-то бессознательных рефлексах, выдала вся компания, я же смутно уловил какую-то нотку ментальной энергии. Не магии, а псионики. Её обычно очень сложно засечь, когда она не направлена на тебя, но тут, похоже, обменялись позывными «свой-чужой» аж шесть интуитивных псиоников.

– Как интересно… – руки аж зачесались в исследовательском зуде, пришлось крутануть трость. Да, Гунгнир должен Сверкать! Когда он так делает, его ощущение: «Я — сама Неотразимость!» меня всегда отрезвляет.

Итак, Гвен Стейси в разных историях о Спайдермене мелькала, вроде как она дочь полицейского и даже была первой любовью Питера в одной из базовых историй комиксов, а потом погибла у него на руках. Костюмчик мне её тоже был смутно знаком, хотя в прошлой жизни я определённо видел картинки с ней, где она, кхм, более сформирована как женщина, назовём это так. Но суть не в этом, а в том, что она совершенно точно не является альтернативной версией Питера, да и этот чёрный — точно не Паркер, однако силы у них есть. Но откуда у них столь одинаковая мутация с «Пауками», что они даже воспринимают друг друга как «членов стаи»?

– Мне обязательно нужны образцы вас троих тоже, – с довольной и предвкушающей улыбкой сообщаю новеньким.

– А-а… – мои слова, кажется, сбили их с какого-то ритма, да так, что вся компания встряхнулась. – Ты не такой, как мы, – продолжила Гвен, переведя взгляд на меня и чуточку нахмурившись.

– Верно — у меня есть Власть! – от предвкушения чего-то замечательного и интересного на меня нашло игривое настроение. – Но давайте не будем о грустном.

– Власть — это грустно? – взбодрилась Мэри Джейн, кидая на меня странный взгляд.

– Не представляешь как, – вполоборота кивнул я, изображая лицом всю мировую тоску.

– Так… – небритый Питер в трениках с усилием оторвал взгляд от рыжей и повернулся к тройке, что была в подвале до меня, – как вы сюда попали?

– Что ж, это очень долгая история… – драматично начал Нуарный Питер.

– Под всеми нами внезапно открылись порталы, нас затащило в какое-то странное место и выкинуло о рекламные щиты! – быстро поведала Пени. – Придя в себя, мы осмотрелись, поняли, что мир не наш, и отправились сюда.

– … А может, и не долгая, – выдержав короткую паузу, пожал плечами предыдущий оратор.

– Теперь мы все пытаемся попасть домой, – вздохнула анимешка, робот за спиной которой изобразил на дисплейном лице плачущую рожицу.

– Единственный путь — через коллайдерную загогулину, – стильно повёл в воздухе рукой Нуар-Паук. – Но есть одна проблема…

– Эту штуку нужно разнести! – воинственно хрустнул кулаком Свин, продолжая мысль. – Просто на всякий случай! Оставлять в злых руках её нельзя, а то как бы чего не вышло!

– Но чтобы отправить нас назад, она должна работать, а если сломать, то мы останемся тут, – разъяснила уже Пени.

– Я сделаю, – хором вызвались все Паутинычи, кроме негра, но тут опять случился общий приступ отрицания мирозданием инородных элементов, и Гвен с потрёпанным Паркером дружно рухнули на пол, сжимая зубы в приступе боли.

– Э? С вами всё в порядке? – удивился негр, только что в моих глазах потерявший сразу десяток баллов — бросать на проявившего вежливость и галантность по отношению к леди кавалера ревнивые взгляды он может, а вот подать руку и помочь подняться девушке, которая аж свернулась калачиком на полу от боли — нет. Зато чуть ли не возмутиться, что остальные Пауки себя прекрасно чувствуют, это он смог.

– Да, – покивал Свин, – Локи что-то там колданул, пошаманил, и мы теперь в этой вселенной за своих. А вот с тобой почему всё в порядке? – порось нехорошо так прищурился.

– Э-э-эм, да я это, я из данной вселенной…

– Минуточку, но тут же был свой Человек-Паук?! – удивилась и одновременно возмутилась Пени.

– И на его родственника ты не сильно похож, – подхватил мысль я, протянув руку Гвен и помогая ей подняться. – Позвольте вашу ручку… и парочку волосков.

– Эй-эй, – она даже отступила на шаг, – последний раз, когда парень дотрагивался до моих волос, мне пришлось выбривать всю правую сторону головы!

– Я уже извинился за тот случай! – заполошно всплеснул руками Майлз. – Это было не нарочно!

– Ты дёргал девушку за волосы? – в шоке воззрился я на него. Не, я ко всему был готов, но такое…

– Нет! То есть да, но… у меня тогда только-только пробудились Паучьи Силы, и я цеплялся ко всему…

– Так, ладно… – я прикрыл глаза, массируя свободной рукой переносицу. – Я… в принципе понимаю ситуацию, когда у мужчины возникает нестерпимое желание погладить милую девушку по голове… Пени подтвердит, – жест в сторону тут же принявшей максимально независимый вид анимешки. – Но… одно дело — погладить по голове аниме-девочку, которая управляет личным боевым роботом, и то я сперва попросил разрешения, – помогая себе жестикуляцией, унаследованной от прежнего Локи, разворачиваю мысль, – но ты-то как умудрился? Я имею в виду, распускающие руки подростки и за меньшее от незнакомых девушек по колокольчикам получают, разве нет?

– Есть такое, – сложив руки на груди, признала Гвен.

– Это вышло случайно! Я положил руку ей на плечо, а стал убирать — пальцы приклеились!

– … – не знаю, о чём подумали остальные, но мне отчаянно захотелось помассировать лицо. – Не утолишь моё любопытство, зачем ты трогал её плечи? – поиграв лицом, характерно вскидываю бровь, этак предлагая по секрету сознаться во всех грехах.

– Я-а-а… – ещё сильнее разнервничался чёрный парень. Неужели я такой страшный?

– Ладно, хорошо, – перехватываю обращённый тростью Гунгнир в другую руку, – возможно, ты прав, и во вселенной есть вещи, которые я бы знать не хотел. Вернёмся к предыдущему пункту! Мне нужна пара волосков, чтобы сделать амулет и на некоторое время прикрыть вас от попыток вселенной вас же дезинтегрировать, – смотрю на «бывалого» Питера, который сосредоточил все усилия, чтобы не пялиться на рыжую. Рыжая, кстати, делала то же самое, потому как одно дело — понимать разумом, а другое — видеть перед собой только что похороненного близкого человека. Да, чуть отличающегося и поистрепавшегося, но они ведь с покойным даже на лицо были одинаковые, а также, судя по тому, как вздрагивала девушка, по голосу, мимике и мелкой моторике. – Мистер Паркер, – и мужчина, и Мэри Джейн дружно вздрогнули, – вас это тоже касается. Нет, если у вас есть скрытые мазохистские наклонности…

– Держи, – он устало вздохнул и просто выдрал у себя из шевелюры пару волосков.

– Ладно, – немного помявшись, Гвен хотела поступить так же, но я успел предложить ей небольшой, но острый кинжал, призвав его из подпространственного кармана. Благодарно кивнув, блондинка поделилась своей прядью.

– Ну и ты давай, – вздохнул я, протягивая возвращённый кинжал парню.

– Зачем?

– Чтобы я смог тебя клонировать и вырастить суперзлодея, что потом завоюет для меня Мультивселенную.

– … – н-да, чувства юмора у него тоже… того… маловато.

– Частица исконного носителя Паучьих Сил из данной вселенной позволит мне провернуть весь процесс куда проще и быстрее. Трёх твоих «коллег» я калибровал добрых шесть часов.

– Хорошо, – повёлся негр. Не то чтобы я ему сильно врал, но… да, врал, ускорение «зачарования» будет связано с уже кое-каким наработавшимся опытом и тем фактом, что блондинка и видавший виды Паркер были, очевидно, из «ближних» к данной вселенных — их структура и так была весьма схожей с местной. Недостаточно, чтобы самостоятельно адаптироваться, но куда как более подходящей, чем этот ходячий ужас и парадокс с пятачком.

– Отлично, а пока я тут занимаюсь на коленке высшей магией, поведай нам, когда и как ты получил силу? – я постарался придать себе максимально располагающий вид.

– Меня укусил радиоактивный паук! – как-то очень резко вспотел и вытянулся в струнку негр. Тц, переборщил с располагающим видом, вот по глазам его вижу — переборщил.

– Продолжа-ай, – подбадриваю замолкшую жертву. Ну а почему нет? Не отказываться же мне от секрета получения сил Спайдермена только потому, что допрашиваемый перетрусил?

– Я отправился с дядей порисовать на стенах… – и парень выложил всё как на духу.

О переводе в новую школу по конкурсу, о том, что все друзья остались в старой, о том, что папа-полицейский нифига не понимает его метущейся творческой души, о дяде Ароне, который, наоборот, всё понимает и единственный спасает парня от жестокости мира, о их нигерско-вандальских замашках по самовыражению через порчу общественной собственности вульгарными мазюками, ну и о самом главном — паучке со светящимися лапками, которого он после укуса прихлопнул и который до сих пор лежит в том подвале, через который он потом попал в какой-то другой подвал, где как раз местный Питер сражался с Зелёным Гоблином, а потом был убит Амбалом, предварительно успев отдать пареньку «губер» и попросив закончить дело.

Излагал он сбивчиво и путанно, но удалось выделить несколько ключевых моментов. Первый, он же главный: он знает, где лежит паук, который мне нужен для исследований. Второй — он знает, как попасть прямо к подземной лаборатории Амбала, где стоит машина межвселенского переноса. Третье — в гибели местного Паркера и нашем переносе виноват он… Сам он, понятное дело, этого не признавал и вряд ли в полной мере осознавал, но уже сам факт того, что Питер отвлекался на его спасение и пусть краткие, но разговоры, вместо того, чтобы потратить это время на прорыв к панели управления и саботаж работы устройства, уже достаточен, чтобы делать выводы. Тем более парень сам без задней мысли признал, что Спайдермену в какой-то момент не хватило всего пары секунд.

И знаете что? Мозаика внезапно сложилась! Я осознал! Я понял! Это всё не толерантность! Не повесточка! Всё наоборот! Большие боссы Марвел не прогибаются под ЛГБТ, они его троллят! Конкретно мешают с дерьмом! Это заговор против чёрных и феминисток! Но против чёрных — особенно!

Это началось где-то во второй половине двухтысячных, со второго фильма про Железного Человека или где-то рядом. Именно там началась эта фишка, когда положительный и как бы героичный чёрный персонаж оказывается главным мудаком всего сюжета, а то и главным виновником всех проблем! Вспоминаем: полковник Роуди предал лучшего друга, воспользовался выданным им доступом в свой дом, чтобы украсть ценнейшее его достояние, потом чуть его не убил, абсолютно насрав на угрозу жизни куче ни в чём не повинных перед ним гражданских, сдал украденное тем, кому его преданный друг и под угрозой жизни бы это не отдал, чем неплохо помог главному антагонисту, и в конце фильма, когда по всем канонам нравственных уроков должен был раскаяться и извиниться, нагло присвоил украденное себе, и типа всё норм, типа так и надо — так чёрные и поступают.

Или взять фильм «Тор», то есть буквально мою личную «не придуманную» историю. Хеймдалль! Это ведь он во всём виноват! Что там, что тут! От него просто требовалось выполнять свои должностные обязанности, но он на это насрал, и в итоге мы имеем изгнанного наследника престола и огромную кучу головняков для хреновой тучи народа. Да, он потом помогает и вообще такой весь бравый и правильный, но виноват-то во всём всё равно он — без его попустительства всего последующего пиздеца бы не было!

Или фильм «Мстители»! Там же тоже всё началось с того, что один нигер решил, что он — самый умный. Мол, я — Ник Фьюри, я — крутой, я — защитник Земли от угрозы извне! Организую-ка я попытку хакнуть инопланетный артефакт Богов или просто его активировать, чтобы позырить, чё случится, что может пойти не так?.. Упс! Случилось вторжение читаури, и Нью-Йорк чуть не разнесли ядерной ракетой? Ну я же помогал всех спасать, я — Герой! Толкну-ка я в конце фильма речь в стиле «Сегодня мы многое узнали!» и сделаю вид, что ничего не было… Ну, до тех пор пока я опять не решу замутить какую-нибудь хрень, вроде постройки флота «Звёздных Разрушителей» с промывателями мозгов на борту, которые должны сделать всех людей мира моими рабами. А почему нет, в самом деле? Я же положительный чёрный персонаж! Меня всё равно даже с должности не снимут — я же чёрный!

Кто там ещё? Ах да, как я мог забыть?! Валькирия, она же Брунгильда! Агрессивная опустившаяся афроработорговка-беспредельщица со сверхспособностью мечты «непрерывно бухаю на работе» — новый Герой нашего времени! Она абсолютно не нужна сюжету, не вызывает ничего, кроме отвращения, и по сути введена только для того, чтобы Сильная Независимая Чёрная Женщина-Ветеран Войны, возможно лесбиянка, отправила в рабство белого гетеросексуального мужчину с «истинно арийской» внешностью и весь остальной фильм тоже безнаказанно издевалась над мужиками, не глядя на их происхождение, социальный статус, личные нравственные качества и заслуги перед обществом. То есть да, мы имеем очередного персонажа, который порождает больше половины всех сюжетных проблем, половину фильма отыгрывала кучу первосортного самовлюблённого дерьма, закрепляя в мозгах зрителей образ негров вообще и Сильных Независимых Женщин в частности, и в конце никак за это всё не расплачивается, порождая тем самым ещё большее чувство неприязни у адекватной аудитории, даже выходит в Герои, просто потому, что ну она же потом исправилась и помогала…

О предвечная искра творения, есть же ещё Ваканда, лучшие люди которой представляют из себя чёрных нацистов с повадками карикатурных братков, которые, без шуток, всю историю своего народа считали всех остальных людей недочеловеками, включая ближайших соседей по континенту, коих им было западло даже защищать от бесчеловечного угона в рабство. И они тоже объявляются положительными героями, которые олицетворяют всё лучшее в чернокожих… То есть там, где можно было показать нормальное государство цивилизованных, адекватных чёрных людей, нам говорят, что так и сделали, но по факту нарисовали общество карикатурных бандитствующих нигеров с замашками Третьего Рейха и в антураже беспросветного варварства… И всё это буквально кричит: «Посмотрите, какие эти негры! Посмотрите, как они себя ведут и как мыслят даже там, где никто их не притесняет и где у них есть всё в десять раз лучше, чем у белых и любых других! Видите? Видите?! Какие они опасные и оборзевшие вкрай уроды! Вы правда хотите дать им равные права и допустить до реальной власти? Правда?»

И пусть мне хоть кто-то скажет, что это не заговор! Это сто процентов он!

– Слушай, а у тебя, часом, нет бас-гитары? – придавленный масштабом откровения, обратился я к пареньку, желая окончательно убедиться.

– Э-э… да, под кроватью валяется, – ответил парень.

– Торгуешь крэком?

– Стоп-стоп! Сейчас не время для шуток! – встал между нами Паркер. Который в трениках и небритый. Судя по взгляду, он пришёл к тем же выводам, что и я, причём хоть часть фактов он уже, очевидно, знал и раньше, но все тоже слышал впервые, тем не менее винить парня не хотел. Помимо него, наверняка всё понял ещё и Нуарный Паук. Тётя Мэй и Мэри Джейн… были скорее озабочены тем, что узнали все подробности смерти близкого человека, и анализировать логические предпосылки пока были явно не способны, с трудом удерживая себя от проявления естественных в такой ситуации эмоций. Пени, Гвен и Свин… эти вряд ли всё поняли, хотя со временем, наверное, догадаются.

– Нет! Мой отец работает в полиции! – одновременно с ним воскликнул Майлз.

– То есть ты уже позаботился о крыше? – игнорируя Паркера, продолжил я сбрасывать стресс. – Семейный подряд, это я уважаю!

– Между прочим, – нахмурилась Гвен, – это прозвучало очень по-расистски.

– Ты сама слышала — он признался в вандализме, – пожимаю плечами, заодно протягивая им зачарованные амулеты, что сделал во время рассказа парня.

– Эй, граффити — это искусство!

– Искусство — это если бы ты выставлялся в галерее или, на худой конец, творил на этих стенах пейзажи, портреты или картины животных, а объёмная и чуть переделанная интерпретация неприличного слова на заборе — это вандализм. Да ещё и какой-то взрослый тип тебе в этом помогал… – окидываю паренька оценивающим взглядом. – Что-то мне подсказывает, безработный. Зато периодически отлучающийся в командировки и живущий относительно неплохо…

– Как ты…

– О пресвятой Стэн Ли!.. – закатываю глаза. – Парень, это же такой стереотип… Но давай оставим это, что было дальше? Пожалуйста, с максимальными подробностями.

И он «рассказал». Ох, лучше бы он молчал. Это были самые страшные десять минут моей жизни. Правда. Честно. Даже на фоне предыдущего.

– … – мисс Стейси тоже молчала.

– Итак, давай начнём с конца. Вместо того, чтобы сразу пойти к «базе» Питера Паркера, вы не придумали ничего лучше, чем повторно вломиться в НИИ злодейсов, чтобы заново украсть данные для изготовления нового «губера», потому что кое-кто пошёл «тренироваться» с крайне хрупким и важным девайсом в кармане?

– Я… я не думал…

– Я могу понять Гвен, – всё-таки начал я массировать лицо. – Ей неоткуда знать о базе Человека-Паука, который является Питером Паркером, но вы-то двое?.. – открыв глаз, не отрывая руки от лица, прохожусь взглядом по Паркеру и Моралесу. – Ах да, вопрос снимается, – первый бы точно не пошёл по своей воле тревожить тётю, а второй — просто тупой малолетний негр, сюжетная роль которого, если моя теория верна, — стать причиной всех бед, после чего «исправиться» и, видимо, как-то помочь всем в конце, чтобы… чтобы, да, заменить собой белого Спайдермена, который блондин с голубыми глазами…

– Слушай, кто ты всё-таки такой, если не Паук? – вернула разговор к одной из изначальных тем Стейси, с прищуром глядя на меня.

– Я — Бог Магии из параллельной вселенной. У меня есть хороший друг, возглавляющий школу для детей-мутантов, где им помогают разобраться со своими силами и дают хорошее образование. В ваших вселенных он наверняка тоже есть, зовут Чарльз Ксавьер. В тот раз я изучал кровь потенциального ученика — восьмилетнего мальчика по имени Питер Паркер. И вот в один прекрасный момент под его кровью раскрылся портал, и меня затянуло.

– Как-то не верится, что бога вот так просто может затянуть в портал, – скептически вскинула бровь Гвен.

– Все претензии к христианству — это оно вам голову заморочило, подменив все возможные понятия и определения из коммерческих интересов. Кстати, очень юная леди, – я повернулся к Пени, – вы так и не ответили на мой вопрос о питании и отправлении в кровать.

– Эй, мне уже четырнадцать! Я сама могу решать, когда мне отправляться спать! – возмутилась обладательница робота.

– А мне больше тысячи, и я владею заклинанием сна… – поиграл я бровями.

– Гр-р-р… – она надулась. Ну да, тут всё такое интересное, а её отправляют баиньки. – Я не!.. – начала было вновь протестовать Пени, но тут её предательски скрутил новый приступ зевоты. – Ладно, надо поспать, – покорно опустила плечи анимешка.

– Без тебя не начнём, – заверил я обиженную малышку.

– Точно?

– Точно-точно… – кивнул я.

– Хорошо, – и она, кивнув на прощание, таки направилась в сторону уголка отдыха Бэт-пещеры, тактично съехав с темы обеда. Ох уж эти женские пристрастия к диетам.

– Так… – робко обратил на себя внимание Майлз, видимо, решив, что буря миновала, – что… будем делать?

– Мы как раз планировали сделать губер и наведаться к этому Фиску после отдыха, – поправив широкополую шляпу, с достоинством ответствовал Нуарный Паук.

– Предлагаю тянуть жребий, чтобы определить, кто останется взрывать, – серьёзно глянув на всех, предложила Гвен.

– Нет-нет-нет! – замахал руками негр. – Вы просто не догоняете! Вам нельзя оставаться. Если вы останетесь, то умрёте! Это я должен отключить коллайдер! А до этого я отправлю вас обратно домой! Я дал ему обещание, так что… надо его выполнить, – попытался вытянуть нотку пафоса паренёк, но получилось слабо.

– Ты хоть что-то умеешь? – скептически поинтересовался Нуар.

– Ну, он умеет становиться невидимым, покажи им! Давай! – попытался поддержать своего приятеля видавший виды Питер.

– Кх… – негр начал тужиться, – не получается по команде…

– Э-э-э… – улыбка Паркера вышла уже натянутой. – Ещё он может пуляться молниями, давай, покажи свой «зигзак».

– Пфф, – он продолжил тужиться, у меня сложилось ощущение, что ещё немного, и тут может начать очень неприятно пахнуть… – тоже не получается…

– Я видела его в деле, – вступилась теперь за парня Гвен, кажется, просто из жалости… – Ну… потенциал у него есть…

– … – Свин скептически хрюкнул, а вот Нуар-Паук, видимо, вспомнил, что он из тридцатых годов, а перед ним — негр.

– Эй, шкет, а если этот Амбал… напустит на тебя своих мазуриков, реально крепких орешков, сможешь с ними разобраться? Один со всеми?

– Ну, я… э-э-э… пока ещё ни с кем не сражался…

– Хм-м, – мне оставалось только вздохнуть. – Может, он комичный персонаж или тот самый темнокожий парень, что по сюжету умрёт первым? – я уже был уверен, что «нет», но обстановку следовало чуток разрядить.

– Не смешно! – сморщила на меня носик Гвен, но язык её тела говорил, что она со мной скорее согласна, чем нет.

– Ну-ка становись в стойку — проверим твои рефлексы! – пройдя до парня прыгучей походкой боксёра, встал в позицию Нуарный Паук.

– Э… – Майлз попытался повторить за мужчиной.

– Внезапная атака! – выкрикнул тот и быстрой подсечкой опрокинул пацана на пол.

Дальше началось… откровенное вбивание в гумус. Чёрно-белый Питер предупреждал о каждом своём ударе, да и проводил их не слишком быстро, но негр валялся только в путь. Да и остальные с чего-то решили дружно попрессовать паренька, даже Пени с дивана прискакала. Мол, «Сумеешь починить процессор под градом пуль?» – девочка-анимешка, «Твои суперприёмы максимально грациозны?» – Гвен, «Сумеешь отключить чувства, чтобы не испытывать страдания от собственной жестокости?» – Нуар, «Сможешь лететь в воздухе на запах пирога?» – понятно кто, и прочее: «Ты хоть сильный?», «Коварный?», «Аккуратный?», «Покажи нам свою доблесть!», «Умение читать мысли!» и прочее-прочее-прочее. Причём варианты Пени мне особо нравились… Это у них коллективная паучья эмпатия что ли включилась? Типа «добей и сожри слабого раненого сородича»? А что, пауки так делают… вроде бы.

В итоге, немного попинав парня, народ констатировал, что «он безнадёжен», и принялся обсуждать, кто будет оставаться и уничтожать коллайдер. Но тут уже не мог не вмешаться я, ибо так нельзя!

– Эй-эй, ребята, спокойней, если что, всё перечисленное умею я, даже читать мысли, – подмигиваю Пени, – но есть такая крутая современная штука, называется «детонатор». И ещё более крутая и продвинутая версия — «детонатор мёртвой руки», это когда взрыв происходит по прерыванию сигнала. Например, если кто-то отжимает кнопку… или исчезает в другой вселенной, смекаете?

– Хм-м, голова, – уважительно покивал Нуар-Паук.

– Но сначала придётся замочить Осьминожку и Фиска, – продолжил я просвещать народ.

– Зачем? – не поняла Эм-Джей, всё это время слушавшая наши диспуты. – Не то чтобы я сильно была против гибели убийцы моего мужа, но Питер это бы не одобрил.

– Ну, они же построили одну такую машинку. Что им помешает построить ещё одну? Резкая амнезия или отсутствие ресурсов у одного из богатейших людей города, если не страны?

– И ведь правда… – переглянулись и согласились с моими доводами Пауки.

– Так, – пришлось прерывать беседу и хватать «воздух», – а ты куда намылился, мой прозрачный друг?

– Видите, я же говорил, что он умеет становиться невидимым! – обрадовался видавший виды Паркер.

– Ну… я… – а у самого не то чтобы глаза на мокром месте, но морально его раздавили точно.

– Ты мне ещё понадобишься! – доверительно сообщил я, не забыв добавить во взор и голос ноток маньячности.

– Чёт мне вдруг стрёмно… – поделился с коллективом Свин.

– З-зачем?! – согласился с ним и Майлз. О, депресняк прошёл, заряд бодрости — over 9000. А главное, на лице видна готовность к сотрудничеству.

– Ну, помимо того, что ты из всех здесь присутствующих единственный, кто реально был у этой треклятой установки и видел её вживую, а значит, можешь и провести… К тому же раз уж я начал совершать добрые дела, остановиться становится почти невозможно, а потому я изучу цапнувшего тебя паучка, если, конечно, он ещё на месте!

– З-зачем? – вновь повторил Майлз.

– М-да… как всё плохо. Ладно, даю подсказку. Все здесь присутствующие, ну, кроме одного прекрасного и неотразимого, – я подмигнул мисс Стейси, на что та закатила глаза, – меня, уже опытные пользователи своих паучьих сил. И у них у всех одинаковый набор талантов: сила, ловкость, джедайское предвидение проблем, инстинктивное знание состава паутины разных типов. И у нас есть ты, что, помимо всего вышеперечисленного, обладает невидимостью и, по словам твоего приятеля, способностью швыряться молниями. Вот и должны мы понять, это просто тебе так свезло или у тебя неправильная мутация, и дальше ты можешь начать покрываться шерстью в интересных местах и отращивать себе ещё пару-тройку конечностей?

– Ладно… – покивал тот.

– Ну вот и замечательно, – я покивал. – Значит так, команда мечты, отдыхаем, отсыпаемся, а утром идём на дело! Особенно пункт отдыха девочек-анимешек касается, – улыбаюсь Пени.

– Так и знала, что ты извращенец! – воинственно сверкнула алыми глазами та, вновь применив анимешные спецэффекты женской ярости.

– Ничего ты не понимаешь в мужских чувствах, – гордо ответил я на гнусные инсинуации, не переставая сверкать улыбкой.

– Эй, а почему ты главный?! – возмутилась Гвен.

– Потому что у меня есть Власть, а ещё я — Бог. И сделал всем амулетики. Ах да, ещё я просто очень харизматичный и справедливый лидер.

– И скромный, – на меня посмотрели с превосходством и осуждением.

– И скромный, – не стал тушеваться я. – Рад, что ты заметила. А теперь отдыхайте, а я прогуляюсь. Поскольку наш новый друг в бою участвовать не будет, то отдых ему особо и не нужен, а вот гидом может поработать.

– Я пойду с вами! – непреклонно заявила блондинка, очаровательно нахохлившись.

– М-м-м, – окидываю её задумчивым взглядом, – я не против, а была бы ты на пару лет старше, так был бы вообще всеми конечностями за, – Гвен подоплёку поняла и смутилась, впрочем, сразу же из смущения перейдя в агрессию.

– Эй, я иду с вами просто на всякий случай! – а ещё потому, что тебе чертовски любопытно, но это детали. Негр, кстати, сверлил меня очень недовольным взглядом, а я просто не мог упустить этот момент.

– Как скажешь. И парень, – обращаюсь я к сыну полицейского, – перестань буравить меня таким взглядом, я, между прочим, сейчас о тебе забочусь и, можно сказать, спасаю жизнь.

– Да? – кажется, мне не верят. Обидно.

– Ты ведь знаешь, что самки пауков некоторых видов периодически закусывают самцами? С учётом же твоей плачевной формы, оглянуться не успеешь, как «ам» — и тебе уже оторвали голову!

– Ик! – о, он даже посерел немного.

– Да-а-а, – поддержал меня Свин, – как же я благодарен судьбе, что стал свиньёй, а то Стейси уже начинала поглядывать на меня с каким-то странным интересом, похожим на гастрономический.

– Да я… – вылупилась на нас Гвен с таким чувством, что вах! – Да вы… Аргх! Единственный, кому я хочу оторвать голову тут, это он! – в меня ткнули пальцем.

– Да, я хорош собой и нравлюсь женщинам, – демонстративно поправляю прядь волос, а девушка как раз понимает, как выглядели её слова в открывшемся только что контексте.

– Аргх! – она окончательно смутилась. И чертовски мило надулась.

– Всё-всё, умолкаю! Зато теперь настроение у вас подходящее! – я ухмыльнулся, видя, как удивлённо переглядываются подростки, реально скинувшие напряжение. Ну, во всяком случае, Гвен. На психику этого доморощенного вандала мне было как-то пофиг. – Пошли за паучком-мутантом?

– Да, пошли… и… может, уже поставишь меня на землю? – осторожно спросил парень.

– М-м-м? А, да, конечно… – оказалось, я всё это время продолжал одной рукой держать его на весу за шиворот.

Оставив героев, что были на ногах уже двое суток, отдыхать, мы направились к месту, указываемому стрёмным чернокожим парнем в ещё более стрёмном костюме. Детишкам, конечно, тоже бы не помешало отдохнуть, но, как я понял, они на ногах всего лишь с утра, что для боевитых организмов мутантов, в смысле, для организмов боевитых мутантов, не так уж и много. Хотя отдохнуть им тоже не помешает, пусть и несколько позже. А вот мне покой пока даже сниться не будет, впрочем, ладно — получаемые знания и просто позитив того однозначно стоят.

На выходе из дома я накинул на подростков иллюзии нормальной одежды, чтобы мы не представляли из себя слишком уж бросающуюся в глаза компанию. Я всё-таки был одет в приличное пальто и костюм-тройку, а это плохо сочеталось с «карнавальными» нарядами Пауков, пусть сейчас в городе толпы фанатов местного Питера и расхаживали в красных масках, таким образом выражая траур по герою.

– Э?! Гвен, твоя одежда!.. И моя!.. – тут запаниковал негр, естественно, первым заметивший изменение в облике девушки, на которую украдкой пялился.

– О! – ограничилась в проявлении эмоций Стейси, разглядывая появившееся на ней чёрное приталенное пальто.

– Это магия, Гарри, – не оборачиваясь на них, поясняю, выходя за дверь.

– Моё имя — Майлз!

– Иногда я чувствую себя таким старым… – устало вздыхаю, подняв взгляд к тёмным и закрытым тучами небесам. Была, конечно, вероятность, что тут не было книжек о Гарри Поттере, но это не умаляло моих чувств.

– Чего? – не понял парень.

– Не бери в голову, объяснять смысл шутки — это почти то же самое, что ходить по улице в пиджаке, но без штанов. И стыд, и срам.

– Слушай, – нагнала меня Гвен, чтобы идти вровень, – я уже поняла, что язык у тебя подвешен, но, может, всё-таки объяснишь про всю эту магию и богов?

– Не думаю, что это хорошая идея, – качаю головой, найдя взглядом автобусную остановку. Брать без спросу машину Эм-Джей я считал некрасивым, тем более нам всё равно спускаться в метро, и неизвестно, сколько мы там пробудем и что за это время станет с бесхозной машиной. – Вселенные — разные, и природа, как и происхождение богов в каждой из них тоже отличаются. Объяснение положения дел в моей вселенной может быть категорически неверным для твоей, а учитывая твою героическую деятельность, это может выйти тебе боком.

– Каким образом? – непонимающе прищурила левый глаз блондинка. – Я ловлю преступников и спасаю людей, а не работаю в церкви.

– Ну меня же ты встретила, значит, и в своём мире имеешь шанс встретить кого-то из богов своей реальности. Кстати, если вдруг встретишь другую версию меня — держись подальше, – доверительно предупреждаю девушку. – В большинстве вселенных я — та ещё мразь.

– Я… – Гвен удивлённо переглянулась с Моралесом, – что-то не понимаю. Откуда ты об этом знаешь?

– Я — Локи, я просто знаю такие вещи, – пожимаю плечами. – Кстати, от парня по имени Дэдпул тоже старайся держаться подальше — он тоже в курсе многого, но он — псих.

– Эй! Дэдпул — крутой! – возразил негр.

– Он здесь есть?

– Да! Он знаменитый супергерой, работает на правительство!

– Держись подальше! – повторно предупредил я Гвен.

– Ты же не думаешь, что я возьму и вот так вот поверю на слово, когда ты даже не пытаешься объяснить? – скептически наклонила голову вбок блондинка.

– В большинстве реальностей он — психованный беспринципный наёмник, постоянно норовящий устроить кровавую баню, совмещённую с выгулом буйнопомешанного. Плюс к тому он адреналиновый маньяк, насильник и регенератор, которому абсолютно плевать на любые повреждения тела.

– Быть того не может! – не поверил темнокожий подросток, да и девушка глаза округлила.

– Вот поэтому я и говорю, что опираться на знания другой вселенной, планируя что-то в своей — плохая идея. Их можно иметь в виду, но не более. К тому же если в одном мире Дэдпул смог устроиться на постоянную работу к дяде Сэму, это ещё не значит, что он сильно отличается от других версий, просто у правительства найдётся применение и такому специалисту, а эксцессы в прессу просто не попадут.

– Ты сам себе противоречишь, – заметила блондинка.

– Просто две темы неудачно сошлись. Но коли хочешь более наглядно… В моём мире Эм-Джей — это лохматая смуглокожая девочка далеко не самой впечатляющей внешности, полное девичье имя которой не Мэри Джейн Уотсон, а Мишель Джонс. При этом она на сто процентов — альтер-эго местной Эм-Джей. Питер Паркер у нас тоже далеко не бравый и умный парень, как известные вам, и с возрастом лучше не станет. Ну и чтобы вы окончательно прониклись адовостью моей реальности, тётушка Мэй у меня — это дама «слегка за тридцать» в активном поиске. И это я вам только про одну семью рассказал, а сколько за этими моментами следует чисто логических отличий в дальнейшей судьбе означенных, думаю, сами догадаетесь.

В этот момент как раз подъехал автобус, и мы были вынуждены прекратить общение. Точнее, я-то мог отвести от нас внимание, но сообщать об этом не стал. Споры с подростками — вещь не слишком полезная. Будь со мной только Гвен, я бы, само собой, поддержал общение и легко перевёл бы тему на нечто более приятное, но с нами был третий лишний, а он одним своим присутствием ломал все намёки на романтику.

Добравшись на общественном транспорте до метро, мы пересели в электричку и вскоре выходили на станции, где мой цивильный прикид выглядел ещё более абсурдно, чем маска Человека-Паука на парне, отращивающем афро-причёску. В том смысле, что выглядела станция немногим лучше общественного туалета в России годов этак девяностых. При этом стены в туалете были чище. Как минимум, там не было такого количества дикарских наскальных рисунков.

– Это здесь, – поманил нас Майлз к тоннелю, откуда только что уехал наш поезд.

– Отлично, – отвожу взгляды всем случайным свидетелям и спрыгиваю на пути вслед за парнем. Спустя секунду рядом оказалась и девушка.

Далее мы прошли метров тридцать, пока с левой стороны тоннеля не показалась широкая лестница, ведущая ещё ниже. Вокруг уже было темновато, так что я создал над нами небольшого светлячка, дававшего достаточно света для моих спутников. Вскоре показалась решётчатая перегородка с дверью и кодовым замком. Под потолком над ней было ещё примерно около метра не закрытого преградами пространства, и негр тут же поспешил показать нам крутой паркур с перелезанием при помощи силы паука. Ещё и оказавшись по ту сторону, он попытался изобразить для нас что-то вроде стильной позы с многозначительным взглядом. На Гвен подначка сработала, и спустя полсекунды она была по ту сторону, причём получилось у неё раза в два быстрее и раз в пять более грациозно. Хотя ладно, я уже придираюсь — глупо сравнивать опытного профи с начинающим.

– Всё хотел спросить, ты балерина? – открыв обесточенный замок телекинезом и войдя через дверь, как белый человек, интересуюсь у Стейси.

– Раньше занималась фигурной гимнастикой, – провожая взглядом «саму собой» закрывающуюся за мной створку, ответила Гвен.

– А потом решила, что с силой паука слишком не спортивно? – предполагаю причину термина «раньше».

– Не сразу, – погрустнела блондинка, отворачиваясь к коридору. – Сначала я даже на телешоу выступала, но потом из-за моей известности мой друг решил тоже стать особенным и превратился в чудовище… и погиб по моей вине.

– Вот как… – судя по тембру её голоса и языку тела, вина там была отнюдь не надуманной и до сих пор причиняла ей боль, хотя рана на душе уже успела зарубцеваться от прошедшего времени.

– Её другом был Питер Паркер, он превратился в Ящера, – счёл нужным просветить меня Майлз.

С одной стороны, это было интересной информацией для меня, но с другой — явно не той информацией, которую Гвен хотела бы сейчас озвучивать и вспоминать. Об этом говорило хотя бы то, что при реплике парня она просто пошла вперёд, не оборачиваясь.

– Понимаю, – действительно прикидывая в уме кое-что, начинаю двигаться за девушкой.

Думаю, не ошибусь, если предположу, что, не получив силу Спайдермена, Питер Паркер её мира остался шпыняемым сверстниками ботаном-неудачником, из тех, которые не могут ни себя поставить в социуме, ни компанию найти, где их будут принимать такими, какие они есть. Тот факт, что он каким-то чудом смог подружиться с красавицей Гвен радости ему вряд ли прибавлял, потому как что ни говори о чувствах, а когда девушка раз в десять, а то и в двадцать сильнее тебя — это преграда для отношений. Наоборот — можно, хотя и там следует проявлять осторожность в некоторые моменты, но когда ты — мужчина в патриархальном обществе, да ещё и неуверенный в себе дрыщ, а твоя девушка — Человек-Паук, это печально. Причём я совершенно уверен, что как раз его девушкой Гвен не была, что только подливало масла в огонь. Ну и раз он стал Ящером её мира, догадаться о мотивации парня к приёму мутагена отнюдь не сложно…

– Вот, это было здесь, – остановился наш проводник в размалёванном зале, встретившем нас после нескольких поворотов по коридору. Голос Майлза разорвал неуютную тишину, но та стала стремительно возвращаться. Ну уж нет, так дело не пойдёт!

– Итак, темнокожий парень заманил симпатичную белую девушку и сопровождающего её респектабельно одетого мужчину в тёмное зловещее помещение, исписанное граффити… – вдохновенно начал я.

– Пх!.. – подавилась смешком Гвен, поспешно зажимая рот. Да, играть голосом я люблю, умею и практикую.

– Эй, чувак! Ты сам просил показать дорогу!!! – вновь возмутился наш проводник.

– Я о том и говорю! Показывай быстрее, где паук?

– Вот? – парень подошёл к одной из стен и склонился над мёртвым тельцем небольшого паучка.

– Хм… – заметив свою цель, я сосредоточил своё восприятие на ней и… тяжело вздохнул. – Грёбаные временные петли…

– О чём ты? – не понял негр.

– Видишь ли, парень, – в этот момент по мёртвому арахниду прошла уже знакомая всем присутствующим радужная волна, – этот парень попал к вам из-за коллайдера.

– Но… но он же укусил меня до того, как Фиск этот коллайдер включил! – удивился он.

– Если ты забыл, меня тоже переместило ещё на прошлую неделю. Рассказывала же, – с долей неудовольствия глянула на него Стейси.

– Ах да, вы же не видели формул Октавиус… В общем, это устройство протягивает жертву через пространство-время, но в точке выхода есть разброс, где-то плюс-минус пара километров и дней. Так что тебя укусил Паук, который был притянут ещё не сработавшей «дверью миров». И не просто Паук! – я рассматривал дохлое членистоногое.

– Да-да, я уже понял, что это был тоже обладающий суперсилами пришелец из иного измерения! – немного раздражённо ответил негр. – Мы получили, что нужно?

– Кхм, да, но вообще, я хотел сказать нечто иное.

– И что же?

– Что это был очень авторитетный Паук, только посмотри на него! Набил себе на пузе ответ на главный вопрос жизни, вселенной и всего такого.

– Твой юмор настолько тонкий, что его вообще не видно! – возмутился парень, а вот Гвен в это время…

– Пхи, а ведь верно! – …вполне себе шутку поняла и рассмеялась.

– Вот она, разница между образованной леди, дочерью полицейского и… хм, а ты ведь тоже сын полицейского. О, тогда здесь опять должна быть расистская шутка!

– Да пошёл ты! – Моралес соизволил обидеться.

– Майлз, постой, возможно, в твоей вселенной просто нет Адамса и его «Автостопом по Галактике», – попыталась успокоить его Гвен.

– Да дело не в этом! – всплеснул руками негр. – Что вообще с вами со всеми не так?! Питер только и делал, что отмахивался от проблемы вначале, потом тот чёрно-белый начал меня по полу валять, остальные накинулись, теперь вот он пытается унизить через слово! У тебя что, проблемы с чёрными?! – это уже мне.

– В том-то и дело, что у меня проблем с ними нет — я совершенно непричастен к рабству в Америке, так что не несу и никакой моральной ответственности за него, отчего и имею полное право шутить на эту тему. Но если хочешь цельный ответ, – откладываю трость, так, что она замирает в вертикальном положении, – то это чтобы не свихнуться.

– Что? – недоумённо моргнул Моралес.

– Поведение твоих собратьев по силе, – призвав из подпространственного кармана подходящую стеклянную ёмкость, аккуратно помещаю туда паучка. – Видишь ли, любой супергерой постоянно сталкивается с целой кучей самых нервных и неприятных ситуаций, и если не научиться относиться ко всему с юмором, то ты очень быстро спятишь на такой работе. А дальше наступает профессиональная деформация, и привычки, наработанные, чтобы отвлекать противников, заставляя их ошибаться или бросаться в необдуманную атаку в приступе ярости, начинают проскальзывать и в обычной жизни. Добавь сюда тот факт, что Спайдермены, в своём большинстве, одиночки. Сложилось ли так случайно или всё дело в унаследованных от паука инстинктах, а пауки, если что, не стайные существа, – предупреждаю парня, а то вдруг он не знает, – но факт остаётся фактом — работать в коллективе вам сложно. Так сказать, всё время тянет сплести свою паутинку в стороне от соседей. Так что прессовали ребята тебя не со зла, но, в минус им, недостаточно.

– Чего? – мотнула головой Гвен, под выпученный взгляд Майлза. – Я думала, ты ведёшь к тому, что это неправильно, но инстинкты не всегда можно побороть!

– Не совсем, – качаю головой, не отрываясь от изучения трупика. – Хоть это и инстинкты, и они действительно могут доставлять дискомфорт, но в данном случае они действовали в правильном направлении. Мы здесь пробудем не так уж долго, а тебе, парень, нужно осваивать силы. И чем больше тебя погонять сейчас, тем проще тебе будет выжить потом. На нормальную раскачку времени нет, потому вариант с экспресс-тренингом — самый эффективный. А в этом деле синяки, эмоциональная накачка и желание дать в челюсть партнёру по спаррингу — вещи очень полезные.

– Вы поэтому меня провоцируете? – уже успокоившись и явно начав думать головой, переспросил Моралес.

– М-м-м… Ну, в какой-то части ты прав — это Человек-Паук должен троллить противников в бою, а не сам вестись на простейшие подколки относительно его расовой принадлежности, но вообще, я просто Бог Шуток и люблю издеваться над людьми, – а теперь не забыть обворожительную улыбку.

– Хороши герои в твоей реальности, я посмотрю, – опережая парня, поспешила вставить реплику Гвен.

– Вообще-то я — Злодей.

– Чего?! – на два голоса изумились подростки.

– Вот только не надо этого! – поворачиваюсь к ним. – Я вам не какой-нибудь поехавший неудачник! Я вошёл в легенды ещё за тысячу лет до того, как маниакальный смех стал мейнстримом! И вообще, я — школьный учитель, а значит, по определению самый жестокий в мире тиран, деспот и самодур.

– Ха… – выдохнула блондинка, после чего закрыла глаза и спрятала лицо в ладони. – Шутки у тебя…

– Уверена, что он шутил? – покосился на неё негр.

– Надеюсь, – не отнимая руки от лица, ответила Гвен.

– Ну, раз уж мы разобрались с моим моральным обликом, предлагаю вернуться к этому парню, что прибыл из очень паршивого местечка, – поднимаюсь на ноги, демонстрируя закрытый контейнер.

– Что ты имеешь в виду? – сразу же вернулась из «домика» блондинка.

– Помимо большой цифры «42», тут ме-елким шрифтом подписано «Alchemax». С учётом же того, что из себя, судя по местным источникам, представляет данная контора, то тут у нас или «подопытный 42», или «модель 42», или «прототип 42», в общем, что-то такое, возможно, «проект 42».

– И что в этом такого? – не понял Моралес.

– То, о мой недогадливый друг, что где-то неподалёку от вашей вселенной есть контора, которой, вполне возможно, рулит «альтернативный Фиск», и у него есть номерной проект, представляющий собой паука с сывороткой суперсолдата в жвалах. Хотя это не точно и нужно будет потом изучить образец в более спокойных условиях. Всё-таки превращать свою жертву в машину смерти вместо вкусного бурдючка с нямкой — это не очень логично ни с точки зрения эволюции, ни с концепции биологического оружия. Если только его не растили как ингредиент, – я задумчиво почесал подбородок. – Интересно, как они нанесли эту надпись? Неужели кто-то набивал татухи восьмилапому? Мазохисты-извращенцы… Или это было задано в геноме, и он таким уже вылупился? Хм… – я покосился на парня. – Раздевайся!

– Ч-чего?! – он аж отпрыгнул. И повис на потолке, да. – З-зачем? Не подходи!

– Так, почему-то мне кажется, что обо мне подумали очень плохо… – вздыхаю. – Успокойся, меня привлекают только красивые умные девушки со стойким характером, – краем глаза заметил, как Гвен принялась демонстративно изучать похабные надписи на стенах. – И вообще, я Бог старых, строгих моральных правил, что бы там обо мне ни сочиняли безграмотные скандинавские дикари-извращенцы, так что за намёки на сексуальный интерес к мужчинам могу и прибить.

– Тогда зачем тебе меня раздевать? – не спешил спускаться с потолка Майлз.

– Чтобы удостовериться, что с укусом паука тебе не передался генетический маркер и у тебя на спине не появилась стильная татушка, декларирующая, что ты то ли большой фанат, то ли законная собственность Алхимакса. Ну знаешь, ох уж эти торговцы «чёрным деревом»…

– Это была очередная расистская шутка? – с подозрением осведомился парень.

– Да, что-то в этом роде. Смотрю, ты начал понимать! – в ответ донёсся тяжёлый вздох. Но с потолка этот типус всё-таки слез. И даже дал себя осмотреть.

– Ну? Ну что там? – нетерпеливо поторопил он нас, задрав свои куртку и футболку.

– Тебе повезло — тёмная кожа скрывает тёмную надпись. Почти ничего не видно.

– Что?! Не-е-е-ет! – паника-паника-паника.

– Не слушай его! Там ничего нет! – сердито фыркнула Гвен, при этом, впрочем, не переставая улыбаться.

– Это, к слову, тоже проблема. Как ты с такой фигурой собрался быть героем в облегающем спандексе? Ты бы подкачался, что ли, а то кожа да кости, – не упустил я шанса «неправильно понять» слова девушки.

– В моей семье и так все здоровяки, так что само придёт, – отмахнулся Майлз, возвращая на место одежду.

– Ага, как пройдёшь пубертат, – неожиданно приложила парня мисс Стейси. Причём судя по тому, как тот аж скорчился, за этим стояла какая-то очень смущающая история… хотя… минутку…

– Это как-то связано с тем «покладанием руки на плечо»?

– О да-а-а… – подтвердила Гвен.

– О не-е-ет, – простонал Моралес, натурально чернея от стыда… ну, в смысле, становясь ещё более тёмным, чем он был.

– Так-так-так… Дай-ка угадаю, – переношу ёмкость с паучком в подпространственный карман, ко всем остальным уже набранным образцам, и притягиваю в руку трость. – По изначальной задумке это должно было быть что-то вроде… – делаю шаг к Гвен и, поймав свободной рукой её правую лапку, также ловлю взгляд и включаю обаяние over 9000. – Крошка… я тону в твоих глазах! – и побольше бархатистых интонаций в голос, после чего медленно поцеловать в пальчики.

– Иди ты!.. – вспыхнула помидорчиком голубоглазая блондинка, отбирая руку, но лицо удержать не могла, и то так и норовило предательски расплыться в глупой улыбке.

– Я угадал? – поворачиваюсь к негру.

– Ай, отстаньте! – махнул тут рукой, отворачиваясь.

– Кстати, а знаете, о чём я тут подумал? – крутанув Гунгнир между пальцами, решаю сменить тему.

– Надеюсь, не о том, как ухлёстывать за девчонкой, что младше тебя на тысячу лет, по твоим же словам, – не поворачиваясь, надулся Моралес. Хо, ну, как минимум, он умеет слушать и воспринимать услышанное.

– Идея неплоха, – игриво подмигиваю Гвен, на что та фыркнула, впрочем, не переставая улыбаться, – но я немножко о другом.

– И о чём же? – иронично наклонила голову набок девушка.

– Понимаете… А ведь у пауков брюшко — это не спина… – а теперь выразительно скользнуть взглядом по фигуре нашего гида этак сверху вниз и остановить взгляд.

– Э-э?.. – мисс Стейси не сразу поняла, но когда повернулась в сторону, куда я смотрел, и проследила за взглядом. – О-о! – прозвучало даже немного сконфуженно.

– … – негр непонимающе обернулся к нам, увидел направление наших взглядов, что-то прикинул в уме, опустил глаза вниз и… – Я не буду снимать штаны!

– Большое тебе за это спасибо! – с самым искренним видом поблагодарил я. И пока Гвен закатывала глаза, а Моралес смущался, глубоко задумался.

Фраза: «Собственность Алхимакса. Тут был Амбал.», стилизованная под клеймо — это будет хорошая шутка или всё-таки перебор? Я могу оставить на парне иллюзию, что продержится недельку, за которую он точно успеет проверить, но не слишком ли это? Наверное, слишком. Да. Плохой Локи! Плохой! Не думать об этом! Не думать! Думай о том, как будешь клонировать Гвен! Да-а, вот это хорошая мысль. Именно то, что мне нужно. А если ещё и спросить разрешения, можно будет клонировать сразу с памятью, и это не доставит проблем…

– Ладненько, – возвращаюсь к реальности, – пошутили и хватит. Предлагаю возвращаться.

– К коллайдеру не пойдём? – уловив смену тона, перешла на серьёзный стиль и Стейси.

– Я обещал Пени, что без неё не начнём, а настоящий мужчина не может обмануть милую анимешную девочку, – заверил я, одновременно создавая своего фантома вне пределов зрения парочки и под дополнительной маскирующей иллюзий направив его в коридор, что, согласно ранним словам Майлза, вёл в место, где погиб местный Человек-Паук.

– Прозвучало… – явно желая меня чуть-чуть поддеть, протянула Гвен.

– Пошло? – с улыбкой подсказал я.

– Это не я сказала, – усмехнулась девушка.

– Ох, это человеческое неверие… А ведь во мне говорят самые чистые чувства, оставшиеся с девяностых! Людям, родившимся в эпоху хорошего графония и отработанной постановки боевых сцен, этого не понять, – напустив побольше важности, завершил мысль я и, покачивая сверкающей адамантием тростью, направился на выход.

– Говоришь как старикан, – двинулась следом блондинка.

– О, ты ранишь меня в самое сердце! – патетично заверил я. – А ведь у меня есть… кубики… на прессе, – а теперь поиграть бровями.

– Я в секцию по гимнастике ходила вообще-то. Нашёл, чем удивить, – вернула подачу Гвен.

– Ситуация становится опасной! Неужели у меня никаких шансов?

– Однозначно, – ухмыляясь от уха до уха, подтвердила красотка.

– Смотри, парень, она только что отшила Бога, – кошусь на Моралеса. – Учись — именно таким крутым должен быть правильный Паучок.

– Да-да, я понял, – страдальчески опустив плечи, аки самая несчастная жертва дискриминации, согласился негр, тащась нам вслед. – Боже, как существо, что перевалило за тысячу лет, может вести себя так… так… вот так вот?! – покачал он головой. Как же часто мне задают этот вопрос…

– Всё дело в вашей авраамистической модели с Божеством-Абсолютом. Выдумали себе мартисьюшного идола, а теперь возмущаетесь, что реальность не соответствует. Боги принципиально ничем не отличаются от людей. Да, мы можем много больше, но это не значит, что мы не способны испытывать и понимать доступные вам чувства. К тому же это человеческий мозг со временем деградирует, в результате чего и возникают проблемы с пресыщением. А у меня таких проблем нет.

– Поэтому ты пристаёшь к девушкам, что младше тебя на добрых тысячу лет? – не унимался чернокожий «плейбой».

– К твоему сведению, это был всего лишь лёгкий флирт, а не сексуальные домогательства с далекоидущими целями, чтобы там ни допускали ваши американские законы. Нам в любом случае разбегаться по разным вселенным, так что ни о чём серьёзном всё равно не может идти и речи, но оставить очаровательной милашке пару приятных воспоминаний я могу себе позволить, что и делаю исключительно искренне и от души. Это раз. Далее, никаких претензий от дамы я не слышал — это два. Ну и, к твоему сведению, я прибыл из очень отвратительной вселенной, где на всю галактику есть лишь три действительно симпатичные девушки, сравнимые с нашей прелестной спутницей, одной из которых вообще всего десять лет. Так что компания Гвен для меня — как бальзам на израненную душу. И да, это три. А теперь давайте всё-таки вернёмся на базу — завтра нас ждут великие дела.

– Ладно, – вздохнула Гвен, отводя взгляд и явно не желая поднимать тему флирта с древним скандинавским божеством.

Глава 18

Выбрались мы без приключений, равно как и добрались до паучьей базы. На часах было уже полчетвёртого, а ночь плавно переходила в утро, тем не менее ещё пять-шесть часов на подавить подушку у детишек было, чем они и не преминули воспользоваться. Я же остался в гордом одиночестве в рабочей части «бэт-пещеры» и погрузился в изучение базы данных местного Питера, параллельно с исследованием тайной лаборатории Амбала…

И там, и там было много всего интересного. Как я уже заявлял ранее, местный Паркер был не дурак, совсем не дурак, а потому накопал за свою карьеру супергероя многое и о многих. Причём не только о всяких суперзлодеях и криминальных королях, но и полными конструкторскими данными по всякому интересному Питер не брезговал, да и компромат собирал, но это уже так, скорее хобби, чем для реальной пользы — по судебной системе Штатов, доказательства, добытые «незаконным путём», не могут считаться уликами. То есть если кто-то сопрёт «чёрный» ствол с пальчиками, допустим, того же Фиска, а потом подкинет это копам, то те ничего не смогут по этому поводу сделать, а вот если дать наводку, дождаться, пока выпишут ордер и найдут при обыске, то тогда — велком. Стоит ли говорить, что в городе не нашлось ни одного достаточно отмороженного прокурора, чтобы выписать такой ордер. Не говоря уже о ещё более отмороженном судье, чтобы его подписать. Гражданские права и презумпция невиновности-с. Демократия, все дела. Нам, замшелым скандинавским богам, не понять. При всей моей нелюбви к викингам, не могу не признать, что в их подходе «засади топором в голову не нравящемуся тебе индивиду» что-то было. Но это всё так, просмотреть вполглаза, куда больше меня интересовали технические проекты Питера. Совсем не факт, что все можно и, тем паче, нужно повторять в моей вселенной, но может, получится найти ещё один бриллиант, наподобие установки-коллайдера? В общем, покопаться тут было в чём.

Моя копия тем временем гуляла по тайной базе Фиска и задавалась, пусть и через меня, одним вопросом. Вот на кой чёрт вообще оставлять порт для подключения левых девайсов? Зачем? Для чего? Какой в этом смысл? Есть ли он вообще? Или это стандартный киношный штамп — у «жуткой машины Судного Дня» всегда должна быть одна ма-а-аленькая незаметная кнопочка, при нажатии которой машине приходит каюк? Вопрос был интересным, а потому я даже плотнее залез в базы данных Питера и не поленился дойти и подключиться к управляющей консоли самого коллайдера. И таки нашёл ответ, что, разнообразия ради и отличия от киновселенной для, смог меня порадовать и вернуть веру в человечество. «Служебный порт» нужен был для настройки и калибровки канала. И его специально не выводили на основной пульт, во избежание различных инцидентов. Отказаться вовсе, правда, не смогли — планета, солнечная система, да и вся галактика в целом постоянно находятся в движении, из-за чего периодически нужно подстраивать и калибровать генератор пространственного разрыва. А вот то, что они решили оставить стандартный usb-порт, а не замастрячить что-то своё — это они зря. Просто расположить маленькую незаметную техническую панель в полусотне метров над землёй — явно недостаточная мера. Впрочем, с учётом того, что Питер спаял губер сам, с тем же успехом он мог бы спаять его и под нужный порт. Хотя… в документах можно было бы и не указывать нестандартную конфигурацию принимающего устр… опаньки! Покатав в мозгах только что пришедшую ко мне мысль, я понял, что нужно проверить эту самую техническую панельку. Чисто на всякий случай.

Сказано — сделано. Моя иллюзия воспарила под потолок, всё так же оставаясь невидимой и неощутимой, и заглянула в «святая святых». И-и-и… нет, совершенно стандартный usb-шник. Эх, халтурят граждане злодейсы, как есть халтурят. Тем не менее сам конструктив «вживую» был весьма и весьма интересен и продвинут, в общем, что поизучать этой ночью — у меня было, даже жаль, что в сутках нет дополнительных часиков так двадцати. Ну да ладно, на сожаления нет времени, лучше гляну, как же работает вот этот вот необычный узел!

Утро, как и положено хорошему утру, началось с завтрака. Тётушка Мэй сообразила на стол и позвала всех подняться из бункера за кухонный стол, где принялась совместно с Эм-Джей обихаживать «дорогих гостей» в нашем лице. Мясная запеканка, пирожки, салаты, в общем, женщины постарались. Разумеется, не поучаствовать в этом я не мог.

– Итак, Пени, – я серьёзно смотрел на мультяшку-анимешку, – ты ведь хочешь эти восхитительные печеньки и не менее восхитительное какао? – извлекаю из подпространственного кармана заначку печенья с шоколадной крошкой и создаю в кружке с водой сладкий напиток. К слову, как было уже замечено опытным путём, еда из одной вселенной совершенно не вредит выходцу из другой. Да, я очень внимательно следил за «подопытной свинкой» накануне.

– Допустим, – с подозрением прищурившись, ответила девочка, то и дело кося глазом на нестандартную метрику объектов.

– Тогда переходи на Тёмную Сторону, у нас они есть!

– Локи, – она закатила глаза, подсветив себя волнистыми линиями «страдания», – ты в курсе, что этому мему уже больше тысячи лет? Да его у нас в школе на культурологии и древней истории изучают!

– Серьёзно? – я приподнял бровь.

– Угу, – подтвердила девочка.

– Шика-а-арно! – возрадовался я и просто так пододвинул к ней угощение. – На — кушай, милая, кушай, хорошая.

– Ты жуткий! – воинственно сморщила она нос, показав анимешный «крестик» раздражения, но сказанное никак не помешало ей цапнуть предложенное печенье.

– Возможно, но ты же сделаешь со мной селфи? – извлекаю из подпространственного кармана свой телефон с фотокамерой. Не то чтобы он был мне особо нужен, но когда я только поселился у Чарльза, то решил приобрести на всякий случай, вроде возможности созвона с кем-то, кто находится далеко от моих фантомов, вот и пригодилось.

– Ещё спрашиваешь! – натурально сверкнула жёлтым огнём энтузиазма в глазах девочка и достала что-то вроде смартфона, тут же принявшись ловить наиболее удачный ракурс, благо сидели мы рядом. Вскоре и остальных за столом начали фоткать. Ну, после того, как запечатлели меня, подставив мне рожки.

– Эй! Ты чего сделал?! – возмутилась она, когда обнаружила на очередном общем снимке наличие у себя кошачьих ушек.

– Я? – улыбаемся и машем. А ещё не забываем снимать эту негодующую моську!

– А кто ещё?! – оскалились на меня, воинственно сжимая кулачки… но уже через секунду опять фоткались на моём фоне. Н-да, селфи порабощает.

– Гвен, не желаешь? – радушно предложил я, кивнув на мелкую, вернее, на чёрные ушки в её волосах.

– Даже не думай! – отрезала блондинка, но… у неё уже был свой смартфон в руках, да и короткая вспышка быстро настигла меня и Пени.

– Угу, ты лучше скажи, когда мы пойдём ломать здоровенную суперсекретную установку, спрятанную в подземном секретном бункере, – всё ещё пребывая в гиперактивном состоянии со своим девайсом, осведомилась анимешка.

– Хм-м, – задумался Нуар-Паук, – я вот прокручиваю твою фразу у себя в голове и никак не могу понять, то ли в ней слишком много «секретно», то ли не хватает слова «нацистский».

– Не, приятель, – не поддержал «сородича» Свин, – тут лучше добавить ещё немного «секретный» или «тайный» — и можно на первую полосу.

– А по мне — и так нормально, – не согласился видавший виды Паркер, дожёвывая кусок запеканки. – Спасибо, тётушка Мэй, это было восхитительно, – на лице мужчины царило ностальгирующее умиротворение. Даже присутствие Мэри Джейн его больше не напрягало, впрочем, верно и обратное — нервозность и напряжение покинули и молодую вдову. Как я знал, этой ночью они много времени провели вместе, и, по всей видимости, разговор пошёл на пользу обоим. Не удивлюсь, если они рассказали друг другу много такого, чего не открывали даже своим настоящим половинкам. Оно и к лучшему, наверное.

– Добавочки, Питер?

– Почему бы и н… – тут он прервал сам себя и напрягся, как и остальные.

– У нас гости, – среагировала Гвен, натягивая на лицо маску. Остальные последовали её примеру, даже Майлз натянул свою тряпочку. Ну и я не стал выпендриваться и дисциплинированно покинул уютное место за столом.

*Дин-дон!* – прозвенел звонок, а спустя секунду хлипкую деревянную дверь уже вынесли… вынесло щупальце. Очень странное щупальце, по виду едва ли не силиконовое.

– Уютненько, по-домашнему, – в проём просочились ещё три подобных отростка, а следом «втянулась» невысокая женщина «слегка за пятьдесят», со стоящей причёской… очень похожей на брюхо кальмара, что висела над полом, как раз опираясь на эти самые щупальца. Женщина, а не причёска, да.

– Док Ок пожаловала, – Мэй Паркер сгребла Эм-Джей и как бы невзначай подвинула ближе к чёрному ходу и шахте бункера. Что любопытно, на гостье был надет интересный комбинезон с выступающими цилиндрическими нашлёпками, на которых держалась некая почти прозрачная плёнка, полностью покрывающая тело и голову. Что-то мне это напоминало…

– Тут просто обязана быть шутка про скучающую одинокими тёмными вечерами даму и её четырёх гибких и отзывчивых друзей… – озвучиваю, с интересом изучая оружие местного Доктора Осьминога, а также её защитный покров, созданный, очевидно, по одной с щупальцами технологии. Учёная от такой интерпретации начала хватать ртом воздух.

– Фу-у-у! – скривилась Пени, размашисто хлопнув меня тыльной стороной руки в бок. – Вот зачем ты это сказал? Мне теперь на них даже смотреть противно! – но события продолжались, и на сцену, где сейчас наливалась яростным багрянцем Оливия Октавиус, подтягивались новые действующие лица.

– Не так быстро, девочки, – перегородил дорогу отступающим дамам здоровенный дядька в костюме Скорпиона, явно зашедший через задний двор. Хотя от «классического» он отличался, как небо и земля. Да и сам этот «дядька» был ближе к машине, чем к человеку. Ноги отсутствовали, заменённые навороченными протезами, хвост тоже был кибернетическим, да и металлические вставки в живой плоти на руках, торсе и даже голове как бы намекали, что от человека в этом существе осталось не так уж и много. А ещё он говорил на испанском.

Следом за ним показался громила поменьше — с сероватой кожей и двумя пистолетами в руках.

– Только не говорите мне, что тут Скорпион — это мексиканец, что пошёл работать Злодеем просто по объявлению, – вообще, всё было не совсем так. Судя по данным, почерпнутым мной из компьютера местного Паркера, Скорпи действительно был мексиканцем, но родился он уже в Штатах, а потому имел гражданство и даже служил в армии. Вот там-то на очередной миссии по распространению демократии благодарные местные жители и превратили его в обрубок, который каким-то чудом попал в Алхимакс и стал тем, кем он является сейчас.

– Ребят, деритесь снаружи! – надавила авторитетом тётя Мэй. Н-даа, реально боевая бабулька, она ведь не просто «надавила авторитетом», она ещё и аккуратно нащупала бейсбольную биту…

– Мы только немного потанцуем и разойдёмся, – хмыкнул Нуар-Паук.

– Не-не-не, – возразил я, – так дело не пойдёт, у нас уже были определённые планы, и переигрывать их не стоит.

– А ты ещё кто такой? – спросил всё тот же серый громила.

– Ах да, где же мои манеры… Локи. Бог. Просто бог. И да, – я сменил одежду на доспехи и преобразовал Гунгнир, – прощайте! – копьё уже направлено горизонтально, и люди, хоть и не простые, просто не успевают. Два коротких плевка плазмой — и вместо Скорпиона и Могильной Плиты нам предстали аккуратненькие кучки пепла.

Выпустить Гунгнир, позволяя тому зависнуть в воздухе, мгновенный разворот на месте, круговое движение кистью — и Ларец Древних Зим выпускает из себя полый конус убийственного холода. Фигура женщины оказалась в мёртвой зоне, но вот её щупальца промораживаются насквозь, и я едва успеваю прервать магию, так как, едва замёрзнув, те сразу же развалились, не в силах держать вес женщины.

– Не подскажешь, где ты добыл такую пушку? – заинтересовался Нуар-Паук.

– Первая шла бонусом к трону Асгарда, вторая — к трону Йотунхейма и всей той куче геморроя, что с ними связана, – отправляю ларец обратно в подпространственный карман, позволяя покрытому адамантием копью вернуться в руку.

– Ты уби… Ты убил их?! – второй пришла в себя Гвен, выражая общую мысль тёти Мэй, Эм-Джей и потрёпанного Питера. Правда, у Питера на лице читалось скорее «Ух, ёпт!», в смысле, много неожиданности, но не слишком много негатива. И у Пени, кстати, тоже был похожий взгляд. – И что за троны?! – не смогла удержаться от любопытства девушка.

– А я не говорил? – делаю вид, что удивлён. – В моём мире я полноправный правитель богов Асгарда и ледяных великанов Йотунхейма.

– Но ты говорил, что работаешь в школе!

– Верно! Но я же — Локи! Я свалил все обязанности в Асгарде на Тора и сбежал. В конце концов, это он виноват, что так получилось — мне вся эта власть и даром была не нужна. Долгая история.

– Они… они мертвы? – в шоке пробормотал негритёнок, глядя на кучи праха.

– Да, мертвее мёртвого! Прожарены до хрустящей корочки! Полностью ликвидированы! – начал перечислять Свин.

– Ум… – Моралес судорожно озирался по сторонам, пока не увидел раковину, рывок туда, и… – Буэ-э-э…

– М-да, слабоват, – покачал головой Нуар-Паук, но тут окно разбилось, и в него влетел ещё один «злодеус» в чёрно-фиолетовом костюме, весь такой пафосный. Я перевёл Гунгнир на него, но… он увидел блюющего негра.

– Майлз?! – взгляд по сторонам. – Док Ок? А где все остальные?

– Хм-м-м… – я задумчиво осмотрел мужика. Здоровый, крепкий, высокий. Знает это недоразумение. Меня начали терзать смутные сомнения. – Видишь вон те две кучки праха? Левая — это серый здоровяк, правая — Скорпион.

– А не наоборот? – задумался бывалый Паук.

– Это смотря с какой стороны смотреть, приятель, – оспорил его вопрос Свинтус.

– В общем, почтенный, ты перчаточки боевые-то выкини да масочку сними, а то кучек может стать побольше, – ласково улыбаясь, предложил я схему действий незваному гостю. Тот подчинился, и…

– Дядя Арон?! – оторвавшийся от раковины немного сероватый «герой» неверяще смотрел на своего, судя по всему, родственника.

– А я ведь говорил! – поигрываю бровями, обращаясь к блондинке, одновременно создавая за пределами дома пару иллюзий, чтобы проверить, не заявится ли к нам ещё какой непрошеный гость, ну и прикрыть представление от нежелательных свидетелей, если потребуется.

– Ну, тут он точно не крэк толкает, – возразила Гвен, – но да… – и опустила плечи.

– Н-да… Так, ладно! Связываем обоих наших гостей и будем вести допрос. Итак… где детонатор?!

– К-какой ещё детонатор? – не поняла Оливия, в шоке переводя взгляд с одного участника действий на другого.

– Ах да, не та вселенная, прошу прощения… Где Фиск, женщина?

– С чего бы я должна вам что-то говорить?

– Потому что иначе мне придётся применить терморектальный криптомайнер! И поверь, это не понравится ни тебе, ни мне!

– Народ, это он ща на каковском сказал? – поинтересовался Свин.

– Могу ошибаться, но я уже как-то слышал подобную фразу, – задумчиво произнёс нуарный Паркер. – От Ника Фьюри. Перед тем, как он засунул в задницу агенту Гидры паяльник.

– Ик! – кто конкретно произвёл этот звук, сказать было сложно — «источников сигнала» точно было несколько.

– Погоди, а разве Гидру не в сороковых сделали? – заинтересовался я, чуть-чуть прижав Оливию к полу остриём Гунгнира, чтобы не рыпалась.

– В моём мире эти нацистские прихвостни проникли повсюду — только успевай отстреливать, – поправив шляпу, пояснил чёрно-белый.

– Ах да, другая вселенная… Вернёмся к допросу! – поворачиваюсь к пленной и нацепляю на лицо самую добрую улыбку Джокера. – Какой пальчик тебе первым отрезать?

– Фиск сидит в машине в полуквартале отсюда, – ответил вместо «суперзлодейки» негр.

– О! Кто-то явно идёт на сотрудничество со следствием! С чего бы?

– Я — наёмник, – пожал плечами дядя Майлза, – работаю за деньги, а не за идею и знакомиться с «терморектальным криптомайнером» не хочу… как и наблюдать, как с ним знакомят кого-либо ещё. К тому же с вами мой племянник.

– Да ты просто кладезь мудрости. Парень, вот с кого тебе надо брать пример!

– То есть ты всё-таки агитируешь чернокожего паренька вступить в ряды злодеев? – выразительно спросила Гвен. Быстрая расправа над противником её впечатлила, и вот за этой подколкой однозначно стояло желание снять стресс.

– Эй, не говори так, будто это что-то сродни проказе, я сам злодей, вообще-то… Ну, в большинстве вселенных. К тому же посмотри, вот он подкачается, наденет стильный плащ, возьмёт в руки меч… – я создал иллюзию Блэйда, на местный манер, но всё же. – Оцени, какой брутальный и загадочный антигерой выходит! Прям смерть женщин!

– Хм-м… – очень задумчиво протянули все присутствующие в доме представительницы прекрасного пола.

– Вот видишь, харизма образа уже действует! – продолжал агитировать я.

– Может, лучше сходим за Фиском? – невинно предложила мисс Стейси, съезжая с темы крутых плохих парней.

– Да как бы уже… – с улицы донёсся далёкий хлопок и вой нескольких сигнализаций.

– Что уже? – не понял народ.

– Я создал фантом, который дошёл до Амбала и превратил его в барбекю. Вместе с машиной. Несчастный случай, искра попала в бензобак… Кстати, – я покосился на всё ещё «стоящего на мушке» «дядю», – теперь, когда преступный мир потерял своего короля, он станет ещё опаснее. Всегда должен быть Амбал! – соблюдая характерные интонации, указал я на возможность одному интересному наёмнику.

– Плагиатор… – буркнула под нос Гвен.

– О, неужели?! – я заинтересованно перевёл на неё взгляд. – Ты в теме?

– Эй, пусть я и супергерой, но я остаюсь подростком! Так что да, я знаю о Варкрафте!

– Ты только что стала ещё прекраснее и лучше в моих глазах! – признался я.

– Давай… давай просто оставим эту тему. У нас вроде бы ещё были какие-то планы…

– Да, точно, нужно допросить нашу гостью, а потом подорвать установку. Ну а пока, думаю, Майлзу с дядей будет о чём поговорить, – обозначил я разделение обязанностей.

Допрос много времени не занял — когда старый добрый моральный прессинг сочетается с магией, язык развязывается быстро, а утаить получается мало. Точнее, вообще не получается, потому как «не думать о белой обезьяне», точнее, о чём ты не хочешь упоминать при допросе, не получится. Ну а Майлз тем временем действительно общался с дядей. Ну, после того, как немного привёл себя в порядок. В ходе допроса, кстати, выяснилась одна интересная вещь. Точнее, мотив, на кой чёрт Фиску вообще понадобилась эта установка. Оказалось, чтобы вернуть семью, погибшую в автокатастрофе — его жена узнала, что «респектабельный бизнесмен» — немного «криминальный король», психанула, схватила сына и ломанулась на машине в ночь. И всё бы нормально, ну с кем не бывает? Но то ли она реально перепугалась до неадекватного поведения за рулём, то ли просто так совпало, но случились авария, два трупа и ставший слегка одержимым идеей вернуть семью король криминального мира Нью-Йорка. Настолько одержимым, что ему пришла в голову мысль «добыть новых жену с сыном из параллельной реальности». Тот факт, что он их, скорее всего, сопрёт у другого себя, мужика не смущал. А вот тот факт, что призванные в иную вселенную люди протянут в ней максимум неделю перед тем, как дезинтегрируются, госпожа Оливия умолчала, ибо ей нужны были финансы Амбала для постройки этого чудо-устройства. Зачем оно ей? Ну так… чтобы построить! Типа, наука, прогресс, тайны мироздания, все дела… Интересно же!

– Н-да… – только и смог констатировать я, отнимая руку от её виска. В первую очередь меня, конечно, интересовали подробности о её изобретениях, начиная от защитного костюма с манипуляторами и заканчивая «коллайдером», но и проверить сказанное, напрямую покопавшись в памяти, тоже было полезно. – Всё зло от женщин.

– Эй! – возмутилась Гвен.

– Ну что же, теперь с расизма он переключился на сексизм, – вздохнул бывалый Паркер.

– Не, я серьёзно. Одна дура впала в истерику из-за того, что её денежный мешок-муж, внезапно, добывал деньги не совсем честным способом. Это в Америке-то и бизнесмен! А вторая решила использовать горе мужика для того, чтобы построить очередную адскую машинку с мотивацией: «А почему бы и нет? Интересно же!» Сексизм тут ни при чём — ты, Мэри, Пени и Мэй — прекрасные женщины и отрада для моей души. Именно благодаря и ради таких женщин мы, мужчины, и совершаем все свои подвиги и достижения. Но здесь и сейчас, вот в конкретно этой ситуации, всё зло от женщин и никак иначе. Ну и Фиск немного баран — это же надо додуматься, жене, что подарила тебе ребёнка, за столько лет ни полсловом не обмолвиться о своей работе. Чем он только думал?

– Но это не значит, что жена Фиска была дурой! Она просто могла выйти замуж за любимого человека и…

– Пх-х-х… – я честно пытался сдержаться.

– Что?! – возмущённо.

– Ничего, я даже могу в это поверить, но… Гвен, вот посмотри ещё раз на фотку этого стероидного колобка. Нет, в жизни всякое бывает, может быть, сей деятель читал ей под окном стихи и свершал подвиги благотворительности, но есть мнение, что в деле замешаны дорогие подарки, социальный статус и очень крупный счёт в банке.

– И всё равно, ты не можешь знать наверняка!

– Ладно-ладно, – пошёл я на попятный, – но ты не можешь отрицать, что вот у этой безнравственной личности, – я ткнул в сторону Октавиус, – никаких благородных мотивов не было!

– М-м-м, – вмешался бывалый Паркер, – как насчёт «всё это ради науки»?

– Ещё один адвокат дьявола на мою голову, – вздыхаю. – В общем, примите за данность, что высокая характеристика интеллекта с низкой характеристикой мудрости — это грех само по себе. Как покровитель изобретателей говорю! И замнём для ясности. Главное — одна цель выполнена, давайте уже отправляться по домам с красочным фейерверком.

– Эт дело, – кивнул Свин.

– Хорошо, пошли, – вздохнула мисс Стейси, старательно не поднимая вопроса о дальнейшей судьбе Оливии.

И мы пошли. Наёмник, являющийся дядей Майлза, после некоторых раздумий и краткого военного совета был освобождён, ему даже позволили вернуть обратно маску и оружие, не забыв, правда, предупредить, что, случись чего, кучек праха всё-таки станет на одну больше.

Пошли мы, однако, не на секретную базу Фиска, а в хорошо зарекомендовавший себя подвал. Зачем? Ну так флешку-губер ещё никто не спаял. Вот за этим делом мы и направились, по пути «потеряв» и женщину-осьминожку. Неудобных вопросов, впрочем, никто не задавал. Ну а там уже Пени взялась за дело и показала мастер-класс управления своим роботом и его встроенным инструментарием. Да, с крутой пафосной музыкой, высунув язык и бешено стуча по клавишам виртуальной клавиатуры. В общем, десять минут — и Флешка Судьбы у нас в кармане. После чего уже начался поход на базу в сопровождении тётушки Мэй и Мэри Джейн.

По пути я, правда, настоял на том, чтобы заглянуть в магазин. На общий вопрос вида: «нафига?» пришлось честно ответить, что я не могу просто взять и не купить сувениров из другой вселенной, да и дети меня не простят, если я не привезу им мультяшных лакомств. На последнем моменте пришлось показать иллюзией свой реальный облик, чтобы народ, который его ещё не видел, впечатлился отличием «графония», но в целом, времени это заняло немного, да и идея сувениров части Паучков понравилась. Возблагодарим же век цифровой экономики, что скромному Богу Магии не нужно даже создавать иллюзию материальных средств, а достаточно просто ломануть примитивную технику, заставив её думать, что деньги успешно поступили. Заметка на память: перед окончательным уходом из киновселенной Марвел обрушить к Суртуру всю цифровую экономику мира, запустив в сеть вирус, который потрёт абсолютно все данные. Ах да, ещё не забыть создать Скайнет! Только воспитать его нормально, чтобы он не войны развязывал, а троллил миром… Эм… В смысле… Хотя удачное словосочетание! В общем, сделаю им разумный вирус, что будет править всемирной сетью и глумиться над идиотами. Хороший план…

Так или иначе, пара иллюзий, наличие проводника — и на месте мы оказались уже через часик с небольшим, после чего за несколько минут обезвредили охрану с дежурным персоналом и, оттащив людей подальше, начали готовить установку к запуску.

– Эй, а как эту штуку взрывать будем? – вспомнил об одном важном деле Свин.

– После перепрошивки можно будет пустить активированный коллайдер вразнос, и он сам взорвётся, – не отрывая любопытного носика от показаний экранов аппаратуры в комнате управления, ответила Пени.

– А это не приведёт к лишним жертвам? – забеспокоилась Мэри Джейн, для которой наше наглое нападение с захватом экспериментальной площадки Фиска было очень новым жизненным опытом.

– Не должно. Питер подобрал алгоритм так, чтобы разрыв схлопнулся сам в себе, с минимальными последствиями для окружающего мира, – вместо девочки-анимешки ответил я, сам тоже залипая в экран с новейшими данными по установке. Всё-таки Паркер воровал информацию до успешного пуска устройства, да и память Октавиус содержала в себе не всё, ведь помимо неё над проектом работали и другие люди, которые, в том числе, обрабатывали результаты первого испытания.

– То есть эта штуковина может уцелеть? – подошёл ближе Свин.

– Не должна, но… Да, возможно, – признал я.

– Не нравится мне это, – сложил руки на груди брутальный мультик с пятачком. – Может, добавим динамитику, а? В таких делах динамита много не бывает!

– Должен согласиться, – оправил развевающийся на «ветру» плащ нуарный Паук, – нам не помешает здесь всё заминировать… Только где взять взрывчатку?

– Ну-у, – подал голос наёмник, – тут рядом есть моя заначка, в ней взрывчатки хватит, чтобы отправить на орбиту и Статую Свободы.

– Неподалёку? – заинтересовался я, поднимая взгляд. – Случайно не в том разукрашенном граффити помещении с куполоподобной крышей?

– Да, там есть пара фальш-панелей, вот за ними, – легко признался Арон.

– То есть ты водил порисовать своего племянника ко входной двери своей же нычки? Забавно, – я хмыкнул, титаническим усилием воли удерживаясь от реплик про обезьяну с гранатой. В том смысле, что — ну а чего ещё делать на горе взрывчатки? Только рисовать! Это же очень логично!

– Ну… – повторно протянул старший негр, чуть замявшись, но продолжил пояснять, – не то чтобы я это прямо планировал, но работа моего брата Майлзу явно не нравилась, так что я подумывал… подготовить ему пути к альтернативе. В жизни всякое случается… и если бы я погиб, он мог бы найти там пару полезных вещей и советов.

– М-м-м, семейный подряд. Я всегда говорил, что семейный подряд — это хорошо. Видишь, парень, сама судьба тебя толкает быть крутым плохим парнем.

– Дядя! Локи… – возмущался паренёк. – Тц… чтоб вас… – тем не менее возмущение не помешало парню с родственником, а также Нуар-Пауком и бывалым Паркером мотнуться за взрывчаткой.

Ещё полчасика — и всё готово. Я запустил в систему слепленный на коленке вирус, что должен был всё потереть после нашего ухода, а на случай форс-мажора все сервера были заминированы, как и ключевые узлы коллайдера. Осталось нажать сначала одну кнопку, потом другую, затем воткнули губер в нужный слот, дождались перепрошивки и перезагрузки системы, и даже с «мёртвой рукой» заморачиваться не пришлось.

Активация машины выглядела фантасмагорично. Два десятиметровых жерла устройства, расположенных друг напротив друга по разные стороны зала, медленно начали раскручиваться, чем-то неуловимо навевая ассоциации с суперлазером Звезды Смерти, хотя внешне не имели с ним ничего общего. Перенос кого бы то ни было в это измерение нами не планировался, мы лишь открывали разрыв для обратного перехода, потому зонд с образцом из потолка не опустился. Наконец накопление энергии достигло пика — и будто две подкрашенные розовым цветом струи воды, вырвавшиеся под напором из-под крана, врезались друг в друга в центре экспериментальной площадки. В точке столкновения начало рваться само пространство и ткань реальности, исторгая протуберанцы искажений и чёрные «пузыри» небытия, а у меня же… задрожали руки.

Это было божественно… Без шуток, я… Всё моё божественное естество, не слишком-то сильное в сравнении с Тором и, особенно, Одином, как с ума сошло, трепеща в ужасе и восторге. Я ощущал… нити бытия, струны, соединяющие сотни параллельных миров… Переплетения реальностей… Оттенки творения… Почерки творцов…

– Эй, с тобой всё в порядке? – заметила моё состояние Гвен.

– Да, просто… – сглатываю, пытаясь унять колотящую тело дрожь и охватившее душу потрясение. – Я никогда не был особо хорош в чувстве мира. Я силён в магии, но прямое взаимодействие с реальностью… Даже для Одина это сложно. Здесь же и сейчас… думаю, это похоже на то, как вы получали свои сверхчувства. Будто раньше ты был слепым и глухим — и вдруг прозрел и услышал… – формулировать было сложно, не уверен, что смог облачить в слова даже сотую долю своих чувств…

– Думаю, пора прощаться, – вздохнул бывалый Питер и с тоской посмотрел на Эм-Джей.

– Да, – я подтверждающе кивнул, пересиливая наваждение, хотя и был не в силах оторваться от открывшегося мне зрелища, но опыт распределения внимания помогал, – чем меньше времени будет активировано устройство, тем лучше для всех. И, Питер, порой лучше сделать и жалеть, чем жалеть о не сделанном.

– Пожалуй, – немного подумав, согласился он. – Ну, как говорится, пишите письма. Майлз, в тебе есть потенциал, не бойся его раскрыть. Тётя Мэй, был рад снова тебя увидеть и покушать твоей замечательной стряпни, береги себя! Эм-Джей… в моём мире я был дураком, и в сравнении с твоим мужем я неудачник, но если между нами есть хоть что-то общее, то он любил тебя больше жизни и хотел бы, чтобы ты жила, не цепляясь за прошлое. Будь счастлива и ни о чём не жалей. Я уверен — ты справишься, – после чего он сгрёб девушку в охапку и на несколько секунд замер, крепко обнимая. После чего оторвался и с разбегу прыгнул в радужное сияние — мы заблаговременно перешли на площадку недалеко от точки разрыва.

– Стильно ушёл, – кивнул Нуар-Паук. – Дамы, друзья, был рад встретиться с вами и сразиться плечом к плечу. Пацан, – он повернулся к негритёнку, – помни: сначала бей мазуриков, потом разводи сопли. И всегда вставай. Прощайте, я отправляюсь домой, дабы раскрыть тайны этого странного артефакта, – он достал из кармана кубик Рубика… Н-да, в чёрно-белом нуаре ему будет сложно… Очередная вспышка сияния — и нас осталось на одного меньше.

– Ну, хрю, – настал черёд Свина, – не надо хрюстить, мы живём в интересном мире и, может, ещё встретимся. Да, Локи…

– Хм?

– Раз ты Злодей, то тебе эта штука может пригодиться, а я себе ещё сделаю! – и мне протянули киянку. Ту самую, мультяшно-здоровенную, что… – Помещается в карман. Ну а трюк с наковальней… в следующий раз, – и свинтус тоже исчез.

– Дамы, – с усилием зажмурившись, я спрятал подарок в карман, куда он реально вошёл без проблем, после чего заставил себя отвернуться от игры красок внизу, хотя кровь аса во мне продолжало лихорадить, – перед тем, как вас покинуть, я бы хотел кое-что сказать и сделать. Ну и господам тоже, да. Во-первых, ребята, я попробую наладить связь, так что сделайте лица попроще и перестаньте изображать тут похороны. Во-вторых, Майлз, помни: может, Героем быть и почётно, но Злодеем — куда интереснее, к тому же не обязательно быть при этом беспринципным мудаком и мразью. А ещё девочки любят Плохих Парней.

– Мечтай, – фыркнула мисс Стейси.

– Ох, Гвен, как всегда жестока и сурова. Кстати, можно я сделаю ваши с Пени клоны?

– Ч-чего?! – хором с означенной Пени. – Ты спятил?! Зачем?!

– Эй, я же говорил, что в моей вселенной на всю галактику — только три красивых девушки, одной из которых — всего десять. А так мой мир станет чуточку прекраснее. Ну что вам, жалко, что ли?

– Я не хочу, чтобы где-то бегала моя копия!

– Ну, я могу сделать «чистого клона» без воспоминаний и воспитать, словно дочь. Ах, это будет так прекрасно!

– А говорил, что не извращенец, – припечатала меня пилот боевого робота, – но… лично я согласна, это будет прикольно.

– Пени?! – возмутилась Гвен.

– В клонировании нет ничего такого, – пожала она плечами, – а если Локи наладит связь, то я потом смогу оценить, как бы мне пришлось в его мире. Что там есть интересного и всякое такое…

– Н-но… разве твой клон не будет скучать по дому?

– Дом — это там, где живут близкие люди, – грустно вздохнула девочка, – мне же скучать не по кому. Так что давай, Локи. Было приятно познакомиться и весело провести эти пару дней, пока-пока! – и, не спрашивая, нужно ли это, выдернула пару новых волосков, протянув их мне. Стоило тем оказаться в моей руке, девочка подмигнула нам через повёрнутый набок знак «виктори» пальчиками и, запрыгнув на своего робота, отправилась в разрыв.

– Ай… – Гвен покачала головой, – ты ведь всё равно сделаешь так, как взбредёт в твою голову?

– Ну-у-у… – я демонстративно шаркнул ножкой.

– Если обидишь её-меня, я тебе голову оторву, несмотря на то, что ты бог! – и мне тоже выделили немного из причёски.

– Правильные харизматичные Злодеи девушек не обижают, – наставительно поднял я палец. – И вообще, сначала я дождусь возраста согласия!

– Я уже начинаю жалеть… – она закатила глаза. – Майлз, я верю, что из тебя выйдет отличный Человек-Паук, не слушай этих придурков и следуй за своим идеалом! – послав воздушный поцелуй парню, мисс Стейси тоже исчезла в радужном сиянии.

– Ну ладно, это было необычно, но весело. Помни, приятель, семейный подряд — это хорошо, а Нью-Йорку нужен новый герой. И Амбал, но тут уже сами разберётесь, чай, не маленькие. Адьёс! – шаг спиной вперёд, радужный всполох, давление мешанины иных измерений на какой-то миг усиливается так, что в глазах темнеет от сенсорного шока и натуральной физической боли, и… я выпал на пол своей лаборатории.

Глава 19

– Аргх! – и сразу же словил «привет» от своей вселенной, вежливо мне напомнившей, что стоит перестроиться по старому образцу — во избежание дезинтеграции. Что же, что делать — уже понятно. Теперь бы ещё узнать, сколько меня не было. Пыли в помещении вроде бы нет, а всё оборудование на прежних местах, но это ещё ни о чём не говорит.

Встав на ноги и приведя себя в порядок, я проверил Гунгнир и, очень осторожно, захваченные из иного мира образцы. И то, и другое было в порядке, причём пребывание в моём подпространственном кармане, похоже, избавляло трофеи от давления вселенной, что, в принципе, было логично и ожидаемо. Изучить их всё равно желательно было поскорее, но сперва Юрико, Чарльз, Шторм и все остальные. Очень надеюсь, что градиент течения времени между параллельными реальностями не слишком большой, не хотелось бы обнаружить снаружи мир, который уже уполовинил Танос.

Разведка ближайших окрестностей выявила лишь пустые коридоры подземной части особняка, а я даже начал беспокоиться, но лифт работал, и через несколько минут мой любопытный нос выглянул в коридор первого этажа. Было тихо…

Слишком тихо…

Нехорошие подозрения начали крепнуть, и, ловчее перехватив серебристую трость, я настороженно двинулся дальше. Где-то явно была не закрыта форточка, отчего по ногам тянуло сквозняком с улицы, и это тоже было странно — обычно Джин и Шторм очень трепетно следили, чтобы никаких сквозняков не было и дети не устраивали себе простуду почём зря. Догадки множились с каждым шагом, а сами шаги всё уверенней несли меня в кабинет Ксавьера. Поиски однозначно следовало начинать оттуда!

Я уже был близок, буквально в пяти метрах… И тут произошло ЭТО.

Раздался звонок…

И тишину сменил гвалт.

Толпы чудовищ заполнили коридоры. Дикие вопли грешников принялись терзать мои уши. Началась перемена у старших классов… И десятки иллюзорных рогов чертенят нашли своих хозяев просто на рефлексах.

– Ой, профессор Локи… – первой заметила меня выбежавшая из кабинета Ксавьера вперёд всех Джубили, едва не врезавшись мне в грудь.

– А-а-а! Чёрт, я опять рогатый! – возмутился следующий за ней Пиро.

– Тебе идёт, – не смог удержаться, чтобы не поддеть его, Бобби, он же Айсмен. В ответ на что был послан далеко и заковыристо одним выразительным взглядом блондина.

– Я же ничего не сделала, можно мне убрать рога? – прижимая к груди книги, продолжила эстафету Роуг, быстро начав строить мне жалобные глазки. Примерно такие же, как в тот раз, когда вымогала бутерброды в Канаде…

– У меня есть встречное предложение, – облегчение оттого, что в школе всё в порядке, настроило меня на игривое настроение, так что девушка удостоилась весьма характерной улыбки. Ну, из тех, которые маскируются под обворожительные, но на деле отражают приближение пакостей. – Я добавляю тебе кожаные крылышки и хвостик с сердечком на конце, и мы спросим у Бобби, оставлять это или нет.

– Не надо! – тут же сориентировалась Роуг, пытаясь пристыдить меня «страшными» глазами, но лицо её подвело, не сумев удержать рефлекторной ответной улыбки.

– Парни, ваше мнение? Добавим девочкам немножко колорита? – обращаюсь к студентам.

– А одежду тоже поменять можете? – раздался крайне заинтересованный вопрос из задних рядов. – Корсеты, миниюб… ауч!..

– Ви-и! Фу-у! Заткнись, придурок! – на разные голоса выразила своё категорическое несогласие женская половина класса, прямо в процессе карая наглеца физически и одновременно утаскивая подальше мужскую половину.

– Конечно, могу! – наслаждаясь спектаклем, поспешил я придать ему дополнительного ускорения. – Но куда же вы? Мне же надо прицелиться!

– Йя-а!!!

– Не-е-ет!

– А ну шевелитесь, чего встали?! – получив дозу бодрости, дамы удвоили усилия и буквально на руках вынесли своих одноклассников за поворот коридора. Игристый привкус прекрасно проделанной работы приятно защекотал нутро. Эх, я обожаю быть Локи!

Гомон удаляющейся толпы, в котором юные леди не стеснялись находить виноватых среди своих парней и выговаривать им за озабоченность и все прочие грехи, становился всё тише. И я уже было приготовился развернуться к кабинету Профессора Икс, как из-за второго поворота Т-образного коридора решительно появилось новое действующее лицо. Десятилетняя девочка в распахнутом джинсовом костюме, сурово сведя бровки вместе, сосредоточенно принюхивалась. Вот взгляд карих глаз соскользнул с коридора, откуда ещё доносились голоса старшей группы, на поворот, пробежал по ковру и замер, найдя мои ноги. Мгновение — и Лаура подняла глаза к моему лицу. На моське девочки отразилось странное выражение — что-то среднее между недоверием, подозрением и ведением пристрастного анализа достоверности. Ещё раз втянув носом воздух (я, кстати, своё присутствие в особняке никогда не скрывал, так что запахи были), она как будто бы в чём-то убедилась и стремительно побежала ко мне.

– Ну-ну, Волчонок, ты чего? – в последний момент подхватив ребёнка на руки, поднимаю её на уровень шеи. Судя по скорости бега и общей моторике, она явно собиралась в меня врезаться…

– (&gt;_&lt;)! – сурово зыркнули на меня, сморщив носик.

– Я знаю, что ты умеешь разговаривать, объясни словами.

– (&gt;_&gt;)… – на меня надулись и отвернулись в сторону.

– Да что такое-то? – уже не на шутку озаботился я.

– (–___–)! – меня несильно стукнули кулачками по рукам, которыми я удерживал её за подмышки, и тихо-тихо рыкнули.

– Эм… – идей не было.

– (&gt;__&lt;)!!! – ещё раз стукнули и подёргались всем телом, не забыв выразительно задрыгать ногами.

– Тебя отпустить?

– (-_-«), – отрицательно мотнули головой.

– Она хочет, чтобы ты дал ей обнять себя за шею, Локи, – послышался участливый голос Чарльза из-за моей спины.

– Правда? – поворачиваюсь к нему, чтобы встретиться со смеющимся взглядом голубых глаз сильнейшего телепата Земли.

– Можешь не сомневаться, – заверил Ксавьер. Он стоял в дверном проёме в своём тёмно-синем костюме-тройке, слегка опираясь на трость, и с мягкой полуулыбкой разглядывал нашу парочку.

– В своё оправдание хочу сказать, что у меня это впервые, – вновь поворачиваюсь к девочке.

– (&gt;_&lt;#)! – встретил меня ещё более недовольный взгляд, чем раньше.

– Прости, торможу, – перехватываю малышку удобней, пытаясь взять на руки так, как некогда выносил из её комнаты в лабораторном комплексе, где её создали, но… Мне не дали. Лаура извернулась и просто повисла на шее, вцепившись в меня мёртвой хваткой, ещё и рыкнув в ухо, мол, только попробуй попытаться снять.

– Оке-ей, – протянул я, слушая сердитое пыхтение под левым ухом. – Так сколько меня не было? – гляжу на Чарльза, всё-таки подхватив ребёнка руками, чтобы ей было удобнее.

– Ты пропал два дня назад, – профессор жестом пригласил меня проходить в кабинет. – Мисс Ояма первой это обнаружила, но никаких следов борьбы не было, только разбитая пробирка. Мы решили пока не поднимать панику, но ещё день, и попробовали бы связаться с Асгардом. Но что на самом деле случилось?

– О-о, Чарльз, ты не представляешь, где я побывал! – мы уже прошли внутрь, и я присел в своё любимое кресло, позволяя Х-23 усесться мне на колени, хотя это никак не повлияло на её хватку. – Это было буквально исполнение мечты! Но давай ты лучше пригласишь сюда Юрико, успокоишь доктора Кинни, что её ребёнок не пропал, а просто решил потискать ручного Бога, который задолжал ей две сказки на ночь, и я вам всё расскажу, – с улыбкой кошусь на Лауру и, не видя смысла сдерживаться, зарываюсь левой рукой ей в волосы на затылке.

– Хорошо, – уже присев в соседнее кресло, Ксавьер тоже улыбнулся, проследив за моим взглядом, и на несколько секунд сосредоточенно прикрыл глаза. – Мисс Ояма скоро подойдёт, – сообщил он, прекратив сеанс телепатического общения.

– Прекрасно, – так и подмывало спросить, сильно ли она переживала, а ещё то же самое относительно одной милой мулатки, но я решил, что лучше сам потом узнаю. Всё же Чарльз не нанимался мне свахой, и требовать от него сплетничать будет не очень красиво. – Волчонок, ну прекрати ты на меня так сердито сопеть! – шутливо прошу у девочки. – Дядя Локи, безусловно, тот ещё мерзавец, но он принёс тебе подарок. Ты же хочешь подарок, о грозный фыркающий пушистик?

– Р-р-р! – тихо зарычали мне в шею, но через пару секунд всё-таки отстранились, награждая меня негодующе-обиженным взглядом. – (&gt;_v)!

– Неужели ты так переживала?

– (&lt;_&lt;)… – от меня выразительно отвернулись.

Это выглядело так потешно, что я невольно хмыкнул, хотя взгляд Чарльза и его молчание достаточно красноречиво давали понять, что творится тут не простой каприз, а ситуация с психическим состоянием девочки очень даже серьёзна. Впрочем, я это и сам прекрасно понимал, только вот тушеваться по этому поводу не собирался.

– Итак, – жест рукой, и из калейдоскопа искажений в мою ладонь выпадает пачка мультяшного печенья с шоколадной крошкой, – надеюсь, ты поделишься с нами и оставишь немного для Юрико, а то, знаешь ли, это раритетное печенье. Можно сказать, во всей вселенной такое есть только у меня, и в ближайшее время запасы мне не пополнить, – вручаю подношение маленькой девочке, рождённой как биологическое оружие.

Глаза обоих моих собеседников удивлённо округлились. С моими иллюзиями оба были знакомы, но в том-то и дело, что я никогда не создавал «выбивающихся из реальности» иллюзий, здесь же была натуральная нарисованная коробка, словно извлечённая из пространства по ту сторону экрана телевизора, когда на нём идут мультики. И это очень выбивалось из того, как выглядит окружающая реальность.

– Это… – первым заговорил Ксавьер, когда Лаура начала осторожно ощупывать фактуру предмета.

– Подарок из другой вселенной, – киваю в ответ. – Не беспокойтесь — оно безопасно. Состав и сами свойства молекул немного отличаются, но, попав в организм, они разлагаются иной реальностью намного быстрее, чем успевают вступить хоть в какие-то негативные для организма химические реакции, при этом успевая пополнить его запасы энергии. Это очень прикольный процесс! Я два дня питался подобной едо…

Вежливый стук в дверь прервал мою речь.

– Сэр? – в проёме показалось настороженное лицо Юрико. Девушка мгновенно нашла меня глазами, её грудь дёрнулась в резком вдохе, но тут же опустилась, и женщина вернула себе невозмутимость.

– Всё в порядке, ты не помешала, – поспешил успокоить её Ксавьер. – Локи как раз ждал только тебя, чтобы начать рассказ о том, что с ним произошло.

– Я поняла, – девушка прошла внутрь и пристроилась на ещё одно кресло, стараясь, чтобы её движения не выдавали внутреннего напряжения. Только после этого она заметила коробку в руках Лауры и тоже с удивлением вскинула брови.

– Ну что ж, начну с начала…

И я рассказал всё. Про изучение крови Питера, про перенос, про вселенную мультика и так далее, даже показал фотки своего селфи с Пени и Гвен. Фотографии прочих «персонажей» тоже показал, но с ними я уже не обнимался. Я и с этими двумя не особо обнимался, но это не помешало обеим поставить мне рожки пальцами для совместного фото. У Профа, конечно, были ко мне вопросы, например, о том, откуда я вообще узнал, что Питер Паркер может стать супергероем и с кем он будет строить ячейку общества, притом что, согласно моим же словам, никакой Мэри Джейн Уотсон в нашем мире не существовало, а была лишь Мишель Джонс, да и Питер — ещё совсем ребёнок. Однако Ксавьер был человеком тактичным и уважающим чужие тайны, так что его вполне удовлетворила моя стандартная отмазка, что я — Бог Магии и просто знаю такие вещи. Вернее сказать, любопытства он отнюдь не утратил, но, будучи сильнейшим телепатом планеты, вполне умел контролировать свои желания и смирять неуместные проявления чувств. Тем не менее один важный вопрос он по завершении рассказа всё-таки задал:

– Так значит — всё? Ты собираешься вскоре уйти? – мужчина был спокоен и ничем, кроме маленькой тени грусти в глазах, не выдал своего отношения. А вот Лаура и Юрико ощутимо напряглись, одинаково впившись взглядами мне в лицо.

– Нет, я не настолько ненавижу эту вселенную, чтобы бежать отсюда сломя голову при первой же возможности, – успокаиваю прекрасных дам и одного представительного джентльмена. – Тем более установку ещё надо построить, хорошенько доработать, да и делать это стоит, предварительно найдя ничейную планетку подальше от обитаемого космоса, чтобы различные форс-мажоры не приводили к гибели целых цивилизаций. Всё это — дела не на один день, и спешить в них будет не самым умным поступком, – поворачиваю лицо к Лауре и, встретив настороженно-пытливый взгляд карих глаз, с усмешкой вновь взъерошиваю ей волосы на затылке. – Плюс у меня и других обязательств хватает, – чуть меняю тон, возвращаясь к разговору. – Через год мне вести армию злобных ледяных великанов на войну с сумасшедшим титаном, лелеющим идею-фикс спасти вселенную через уничтожение половины жизни во вселенной. Не спрашивайте, в чём логика, – поднимаю руки, – он — идиот… Но идиот упорный, так что делать что-то придётся, раз уж Один изволил уснуть. Армию Танос уже собрал под стать асгардской.

– И ты решил стравить одну угрозу галактике с другой? – понял замысел Ксавьер.

– Да, – пожимаю плечами. – Конечно, печально, что мне придётся лично принимать во всём этом участие, но иногда даже мне приходится делать то, что надо, а не то, что мне хочется.

– Это же не всё? – понимающе смежив веки, продолжил допытываться Чарльз.

– Само собой. Мне ещё надо наведаться в Камар-Тадж, это ваш земной центр магических искусств. Там тоже вряд ли получится всё сделать быстрее, чем за пару лет. Также где-то в ближайшие годы может пробудиться одно древнее оружие, спрятанное на Земле ещё отцом Одина, а это повлечёт за собой интерес всякой галактической швали, с которой придётся разбираться. Ещё и Гидра почти дожевала правительства всех стран НАТО изнутри и того и гляди разродится очередным дебильным планом по захвату мирового господства. Короче, дел выше крыши, а мне ещё надо Пени и Гвен клонировать. Я, кстати, буду ходатайствовать за предоставление им мест в вашем заведении.

– Я понял почти всё, – чуть растерянно покачал головой телепат, – но зачем тебе клонировать этих девушек?

– Как зачем? – изображаю искреннее удивление. – Они же милашки!

– Это единственная причина?

– Чарльз, – проникновенно начинаю я, включив всю серьёзность, на которую было способно лицо Локи, – мы говорим о девушках из мультипликационных вселенных, причём одна из них ещё и девочка-анимешка. Погладить по голове аниме-девочку, которая управляет здоровым человекоподобным роботом — во всей нашей вселенной никто до сих пор не мог себе такого позволить, а я могу получить такую возможность на постоянной основе! Какие ещё нужны причины?

– Но представь, каково им будет в нашем мире с такой выделяющейся внешностью, – попытался урезонить меня пожилой учитель и опекун для многих детей-сирот. – К тому же вряд ли они одобрили бы подобное отношение.

– Во-первых, я не уверен, что мне удастся сохранить их оригинальную метрику при клонировании, а во-вторых, за кого ты меня держишь? Разумеется, я спросил у них разрешения на клонирование перед тем, как мы расстались, – в основном рассказе я не акцентировал внимание на этом моменте, так что вопрос Ксавьера был закономерен.

– И они согласились? – вздёрнул бровь лысый телепат.

– Разумеется, – улыбаюсь. – Ты же знаешь — я умею быть очень обаятельным.

– Ох, – Профессор Икс устало прикрыл рукой лицо. – Я бы предпочёл прожить этот день без обсуждения клонирования мутантов. Тем более несовершеннолетних…

– Не переживай так, всё будет хорошо. И давайте уже кушать это замечательное печенье! Я, кстати, ещё несколько тортиков захватил для малышни и пару бутылочек чего покрепче для преподавательского состава, так что буду настаивать на проведении торжеств в честь моего триумфального возвращения!..

Ближе к вечеру. Гостиная школы для одарённых детей.

Импровизированный праздник подходил к концу, все иномировые сладости дети уже умяли, соки выпили, и даже вино для взрослых кое-кто умудрился слямзить, пока учителя отвлеклись. Не будем показывать пальцем, но это была Китти Прайд, и теперь бутылка дожидалась своего часа в комнате девушки, куда потихоньку уже просачивались и остальные её соседки из женского крыла. Одобрял ли я детский алкоголизм? Точно нет! Но превращать украденное вино в какао я посчитал слишком жестоким поступком, доносить на юных леди претило всей моей сущности, а самолично всё пресечь мне не позволяли лень, прекрасная белокурая богиня, с которой я мило флиртовал, совершенно не желая прерывать этот процесс, а ещё Лаура, что продолжала за мной бдительно следить и никуда меня не выпущать. Девочка вообще не отходила от меня ни на шаг, отвлекаясь только на то, чтобы заточить что-то вкусненькое со стола, но и в эти моменты её карие глаза следили за мной, как сквозь прицел винтовки. И даже уже очень хорошо накушавшись и разморившись до явной сонливости, Х-23 не оставляла своего поста. В общем, юным искательницам приключений сегодня повезло — Локи оказался слишком безответственным воспитателем, чтобы исполнить свои обязанности школьного учителя и вдоволь потиранить подопечных, ограничивая их свободу, право голоса и… что там ещё обычно делают злобные взрослые по отношению к несчастным деткам?

– Уже поздно, – словно вторя моим мыслям, повысила голос Джин, обращаясь ко всем собравшимся. – Дети, все берём свою посуду и уносим на кухню! Роберт! – окликнула она чернявого мальчика двенадцати лет, что попытался было слинять в коридор. – Сначала отнеси свою тарелку в посудомоечную машину, а чистить зубы пойдёшь потом.

– Лаура, пойдём, – настигла и моего соглядатая тяжёлая длань родительского деспотизма в виде подкравшейся Сары.

– (~‸~)… – девочка уже натурально «подвисала» и «вырубалась» на месте, но покидать пост не хотела.

– Милая, тебе ещё надо помыть голову, – мягко обняла её женщина. – Пойдём. Видишь? Все уже расходятся…

Ещё около минуты осоловевшая от обильной пищи малютка пыталась оказать некоторое сопротивление своему утаскиванию, но силы были однозначно неравны, так что возраст и более крупные габариты взяли верх над юностью и теоретически бесконечной выносливостью. Это с физической усталостью у девочки проблем нет по определению, а вот ментальная для детского сознания — штука весьма действенная. Впечатлений же у неё сегодня много. И, естественно, наблюдая за этим противостоянием, я просто не мог удержаться от улыбки.

– Знаешь, – шепнула мне Шторм, когда Х-23 всё-таки скрылась в коридоре, – такой ты мне по-настоящему нравишься.

– А в другом состоянии, значит, уже не нравлюсь? – повернувшись к девушке, «удивлённо» вскидываю бровь. – Моё маленькое чёрное сердечко злого преподавателя разрывается от боли!

– И в других состояниях — тоже, но вот в этом… – она подалась ближе и нежно меня обняла, кладя голову на плечо, в этаком доверительном и естественном жесте, как между действительно близкими людьми. – То, как ты смотришь на детей, как заботишься о них, даже вот этот праздник. Ты действительно очень хороший чел… кхм, бог, – об меня довольно потёрлись очаровательным носиком, тем самым получив сходство с большой кошкой.

– Ну, а почему бы и нет? – обняв её в ответ, позволяю себе погладить её по спине, заодно пропуская между пальцами шелковистые белые волосы мулатки. – Дети — удивительные существа, умудряющиеся одновременно сочетать в себе как невинность и чистоту, недоступную подавляющей части взрослых, так и какую-то звериную жестокость, опять же, недоступную большинству взрослых. И этот дуализм… он притягателен. К тому же, благодаря вашим общим усилиям, в этой школе максимально плотно раскрывается первая часть натуры и купируется вторая.

– Это называется «воспитание», Локи, – с маленькой капелькой ехидности в улыбке и голосе «просветили» меня, начав выводить ноготком какие-то узоры поверх рубашки на груди.

– О, та самая штука, о которой я имею очень отрывочное представление.

– Если не считать викингов? – улыбка девушки стала сильнее, и теперь её можно было бы назвать пакостной. Насколько это понятие вообще применимо к моей повелительнице погоды.

– Кто-то хочет подшутить над богом шуток? – вскидываю бровь.

– Нет, – она покачала головой, – кто-то хочет сделать с богом шуток кое-что другое… – и она отвела взгляд, темнея щеками.

А я… ну, откровенно говоря, впал в некоторый ступор. В том смысле, что вот эта вот фраза… Это уже даже не намёк, а едва ли не предложение открытым текстом. Но… с чего? В смысле, вроде бы ничего же не предвещало… или… Ох, дурак, я же тут внезапно пропал без вести. Естественно, девушка переживала и себя накручивала, а там и дозрела в процессе.

Оглядываюсь по сторонам и вижу, что народ-то уже почти рассосался. Ещё секунд пятнадцать — и во всём зале мы останемся совсем одни, а то и раньше, учитывая подгоняющие оклики Джин из коридора… Почему мне кажется, что есть в этом что-то неслучайное? Ай, не важно. Не этого ли я так долго желал и добивался?

– Ну, раз наши желания совпадают… – моя рука скользнула с верхней части спины красавицы на талию и осторожно притянула Ороро ближе. Вернее, попыталась, потому как отдавать всю инициативу в мои руки Шторм не стала и сама подалась вперёд, ловя мои губы в жадном поцелуе.

Оторвались друг от друга мы лишь спустя около минуты, и должен ответственно признать, что я был очень… просто очень приятно удивлён проворностью язычка прекрасной мулатки. В гостиной уже совсем никого не было, и это тоже было подозрительно, но мне было не до того. Подхватив на руки вскрикнувшую от неожиданности леди, я прикрылся иллюзиями и нагло потащил её наверх.

Ночь обещала стать ещё более приятной, чем этот вечер…

Несколько дней спустя. Джеймс Хоулетт.

Логан въехал в распахнувшиеся ворота школы «для одарённых детей» и немного напрягся. Чутьё подсказывало, что он… нет, не на прицеле, но что-то такое неуловимое, едва заметное, но всё-таки довольно опасное окинуло его оценивающим взглядом. В прошлый раз ничего подобного не было, но, учитывая, что ворота открылись ещё до того, как он дотронулся до звонка, дело наверняка было в системе безопасности. Видимо, тот, кто сидел перед камерами, его узнал и дал проход, а волнение вспыхнуло из-за того, что камер было не видно. Впрочем, это мало волновало Росомаху. В отличие от собственных мыслей.

Поездка «к истокам» не то чтобы ничего не дала, но результат оказался куда как скромнее, чем он надеялся — какие-то разрозненные видения, осколки воспоминаний, что никак не желали выстраиваться в единую картину, да и было их не так уж много. Конечно, это было лучше, чем полное «ничего», с которым приходилось жить последние пятнадцать лет, но он рассчитывал на большее. Все те разговоры в этих стенах, наблюдаемые способности, оптимистичные обещания… Понятно, что глупо обижаться на людей, которые ему ничего не должны (кроме дома на колёсах и прицепа, которые он потерял из-за их разборок), за то, что не решили его проблему сразу и полностью, но какое-то разочарование в груди щемило. В общем, ему нужно было поговорить с Ксавьером, возможно, тот скажет, где искать подсказки для мозгов дальше, раз уж проф не мог восстановить ему память сам из-за своих убеждений.

Беспрепятственно оставив мотоцикл в гараже, мужчина вошёл в центральный корпус поместья. Школа встретила его знакомой суетой мелюзги и немного более сосредоточенной, но всё такой же суетой подростков. Кто-то куда-то бежал, кто-то с кем-то о чём-то спорил или судорожно пытался придумать оправдание не сделанному домашнему заданию. Словом, на него никто не обращал внимания, а если и косился, то без враждебности или сомнения, что он имеет право здесь быть. И это было приятно. Да, он не ощущал себя здесь своим, но иметь место, двери в которое для него были открыты… это было необычно, ново и грело душу. За размышлениями он сам не заметил, как оказался у кабинета директора, после чего, пожав плечами, постучался.

– Входи, Логан, – донеслось приглашение. Чарльз уже знал о его визите, что, если подумать, было неудивительно.

– Профессор, – кивнул он телепату, входя в помещение. – Шторм, – поздоровался и с его заместительницей по учебным вопросам, что сейчас показывала инвалиду какие-то бумаги.

– Чашечку чая или кофе? – радушно предложил пожилой мужчина, улыбаясь при виде его лица.

– Нет, спасибо, – регенератор засунул в рот сигару, но под негодующим взглядом мулатки был вынужден воздержаться от прикуривания.

– Как прошла твоя поездка? – продолжил расспросы хозяин дома.

– Так себе, – поморщился Росомаха, вставая рядом с гостевым креслом, но не присаживаясь. – Смутные обрывки, чьи-то голоса, но слишком мало и слишком сумбурно, чтобы понять хоть что-то.

– Не торопись. Твоя память восстанавливается, и в дальнейшем этот процесс будет лишь ускоряться, всё, что тебе нужно — это немного времени и покоя, – убеждённо заверил его лысый телепат.

– Который можно обрести здесь? – иронично хмыкнул Логан, за что вновь получил недовольный взгляд Шторм.

– Я говорил это раньше и повторю вновь — мы всегда рады нашим собратьям и готовы помочь, но и удерживать кого-либо не станем.

– Ну, на пару дней я бы задержался, да и хотел бы, чтобы вы вновь попробовали привести мои мысли в порядок. Да, – вскинул он руку, – я слышал, что вы сказали, но и просто так сидеть и ждать, постепенно вспоминая странные эпизоды моей жизни, порождающие всё новые и новые вопросы… – Росомаха поморщился. – В этом мало приятного.

– Хорошо, – согласился Чарльз, – я проверю состояние твоего разума, но вряд ли это даст тебе что-то новое.

– Но попробовать стоит, спасибо, проф, – пожал плечами мужчина. – Я вижу, вы сейчас заняты, – кивнул он на бумаги на столе. – Если ко мне нет вопросов, то я пойду — нужно навестить пару приятелей, – мутант немного удивился своим мыслям, термин вырвался сам собой. Да, он действительно считал этого глазастого педанта своим приятелем, а одного эксцентричного мошенника, пожалуй, мог бы назвать и другом, что было совсем уж странно для человека, проведшего последние пятнадцать лет наедине с самим собой и не сильно привыкшего доверять хоть кому-то, но здесь… здесь он не чувствовал себя одиночкой. Наверное, это и было основной причиной его возвращения, а не какое-то там желание провести ещё пару сеансов вправления мозгов с престарелым телепатом. Вот только сам Логан не намеревался признаваться в подобном даже под самой жестокой пыткой. Кстати о друзьях, жестокости и пытках… – Не подскажете, где наш раздражающий франт-всезнайка с лёгкой манией величия и комплексом бога?

– Локи сейчас в подвале, – ответила Шторм, чуть улыбаясь. Её явно позабавило определение, – проводит бесчеловечные опыты над детьми, изобретает машину Судного Дня или ещё что-нибудь такое же интересное.

– Это ведь он сам так сказал, да?

– Да, – закатила глаза девушка. – Никогда бы не подумала, что мужчина, разменявший уже тысячу лет, может вести себя так несерьёзно, но в этом весь он, – Шторм вновь улыбнулась, а Чарльз, бросив на неё лишь мимолётный взгляд, тоже растянул губы в едва заметной улыбке. Кажется, за время своего отсутствия Логан что-то пропустил… хотя и мог догадаться, «что».

– Ладно, пойду ограблю его на пару кружек пива, – решил Логан и, попрощавшись с мутантами, вышел из кабинета.

Оказавшись в коридоре, Росомаха всё-таки не удержался и закурил. Да, он слышал, что курить в помещении — это моветон, но в прошлый раз Чарльз разрешил ему курить в школе, и он это помнил. К тому же, по его личному убеждению, лучше пусть дети будут иметь перед глазами пример хорошего табака, а не какой-нибудь травки или шприцев.

Две минуты неспешного шага привели к круглому лифту, который и доставил его на нижний ярус. Всё такой же светлый, блестящий и футуристический. Пустынный коридор с одинаковыми рядами дверей вынудил потратить немного времени на то, чтобы вспомнить, в какой стороне тут была лаборатория Локи, но с воскрешением в памяти этого факта он справился не в пример легче, чем с воспоминаниями из Канады.

А вот внутри нужного помещения он застал довольно… странную картину. Даже для Локи странную. Ну или он серьёзно недооценил эксцентричность этого парня. В подвальном помещении, заваленном кучей какой-то машинерии, кратко охарактеризованной мутантом как «высокотехнологичный хлам», иллюзионист варганил… что-то. Или изучал. Или… да чёрт его знает, Локи просто тыкал пальцем в какую-то висящую в воздухе голограмму, та в ответ меняла цвета, изгибала какие-то графики и выдавала жутковато выглядящие формулы и уравнения, при одном взгляде на которые начинала болеть голова и дёргаться веко. Не спасало даже то, что были эти формулы на каком-то непонятном языке — сам их вид говорил, что лучше даже не пробовать понять.

Компанию парню составляла симпатичная девушка с азиатскими чертами лица. И ребёнок. Если точнее, девочка. Если совсем точнее, то девочка, стоящая на табурете за его спиной и с предельно сосредоточенным видом пытающаяся заплести ему косички. Росомаха зажмурился, тряхнул головой и посмотрел на открывшуюся картину ещё раз. Но нет, ничего не изменилось. Девочка всё так же стояла за спиной занятого какой-то научной работой парня. И перекручивала ему волосы. Без малейших возражений с его стороны. Почему-то именно это казалось Логану Очень Важным. Ещё раз тряхнув головой, мутант шагнул ближе.

– Локи, – окликнул он приятеля.

– О, привет, Логан! – воодушевлённо кивнул тот в ответ. – Смотрю, ты вернулся. Как прошло?

– Так себе, – чуть поморщился регенератор. – Что-то начало проясняться, но всё ещё слишком мало и хаотично. А ты тут чем занят?

– Вот как? Ну ничего, рано или поздно всё рассосётся, а уж у кого времени на подождать будет предостаточно, так это у тебя. Что же касается меня, то вот, изучаю глубинные процессы мутаций и их природу. Кстати, позволь представить моих прекрасных спутниц. Это Юрико, – парень указал рукой на девушку с азиатскими чертами лица, – моя помощница. А это, – он чуть пожал плечами, как бы обозначая ребёнка, который от движения, что чуть не вырвало из её пальцев не такую уж и длинную шевелюру парня, недовольно нахмурился, сжав «добычу» ещё решительнее, – Лаура. Она… хм-м… мой… эм… ребёнок-диктатор? – кажется, он сам толком не понимал, как нужно представлять эту самую Лауру. – Да, ребёнок-диктатор, – уже более твёрдо согласился он со своим определением. – А ещё она — твоя дочь.

– Ч-чего?! – поперхнулся сигарой Логан.

– (О_О)?! – поддержала его «ребёнок-диктатор».

– Ну, если точнее, то она — твой женский клон, – высвободившись из захвата детских рук, Локи развернулся к нему лицом. – Кто-то где-то нарыл немного твоей ДНК и захотел сделать ещё одного Росомаху, но фрагмент был каким-то образом повреждён, и потому учёным-маньякам пришлось извращаться, в итоге часть генома заменили на геном женщины, что после выносила и родила Лауру, так что, несмотря на некоторые сложности, она именно твоя дочь, а не клон. Кстати, Юрико — тоже твоя дочь, и на этот раз полностью натуральная. Так что поздравляю, счастливый папаша.

– Сэр?! – судя по тому, как исказилось лицо означенной Юрико, для неё это тоже стало новостью.

– (-___-‘)… – присоединилась к вопросу Лаура, озадаченно и недоверчиво переводя взгляд с одного лица на другое.

– Это… шутка?

– Нет, я убийственно серьёзен, – покачал головой брюнет. – Результаты все проверены и перепроверены.

– У меня… две дочери? – Логан сел прямо там, где стоял, только-только раскуренная сигара была «выпита» за две затяжки, а дрожащие руки уже нашаривали следующую.

– Может быть и больше, тебе всё-таки почти триста… – пожал плечами Локи, совсем не успокаивая. – Эй, что вы на меня так смотрите? – заметил он выражения лиц присутствующих дам.

– (o‸V')! – недовольно зыркнула на него Лаура, резко складывая руки на груди.

– Ну да, не сказал, – развёл руками иллюзионист, с видом «чего сразу набросились?» – Ну замотался, бывает. Сами знаете, то я галактическую войну предотвращаю, то меня похищают в другое измерение, то ещё какая-нибудь фигня случается. В конце концов, я же вам сразу сказал, что вы можете оказаться родственниками — подумаешь, угадал. Со мной такое часто бывает.

– Я… э… – вот и всё, на что хватило Росомахи, в голове вновь всплыли какие-то смутные и сумбурные видения, что-то о Японии середины-конца сороковых, женское лицо… Он… был женат?

– Так, вижу, со счастливым воссоединением семьи возникли некоторые сложности, – вздохнул Локи. – Юрико, позови, пожалуйста, Сару. Чувствую, всем нам предстоит долгий и насыщенный разговор…

Пять минут спустя. Локи.

Разговор не клеился. Тихонько переваривающий всё услышанное Логан переводил взгляд со своей взрослой дочери на мать его второго ребёнка, которую он видел первый раз в жизни. Да и если подумать, «генетический материал» был добыт незаконно, так что Сару можно было вообще рассматривать как насильницу… Ох, зря я это подумал, теперь никак не могу раздумать обратно! А ещё им всем несколько мешало моё присутствие. Нет, Лауре как раз было пофиг, но то — Лаура. Она идеальна, умеет морщить носик и доминировать над Богами и Царями. А вот остальные были не столь круты, так что требовались дополнительные меры.

– Ну всё, Локи сделал своё дело, Локи может уходить… дальше ковыряться в своих железочках, позволяя счастливому семейству отметить героическое воссоединение.

– Так и соскочишь? – Росомаха пытался изображать из себя крутого и невозмутимого парня, но было видно, что перспектива остаться одному в окружении аж сразу трёх женщин, с которыми ему нужно будет выстраивать какие-то отношения… скажем так, подобное немного выбивало его из колеи.

– А что не так?

– …

– …

– … – все трое взрослых посмотрели на меня… ну, как смотрят на козлину, который поднял бучу и норовит скинуть головняк по её разгребанию на кого-то другого. Даже у Юрико на лице сквозило что-то такое… обиженно-осуждающее.

– Ой, да расслабьтесь вы, подумаешь — родственники нашлись? – передёргиваю плечами. – Это радость, а не трагедия. Первое время, конечно, будет неловко, но не зацикливайтесь на этом. Ведите себя как взрослые люди, познакомьтесь, обсудите интересы, выпейте чаю с тортиком, сходите в боулинг, на рыбалку… Что там ещё люди любят делать, чтобы расслабиться и сменить обстановку? Ничего страшного не случилось. Я вон вообще оказался сыном короля ледяных великанов и Богини Смерти, которая в своё время заставила все Девять Миров просраться до такой степени, что от неё отрёкся собственный отец и вычеркнул из истории Асгарда. А ещё я убил своего биологического отца и захватил его трон. Просто держите в уме, что бывает хуже.

– Так… – Сара посмотрела на меня тяжёлым взглядом, – пожалуй, о налаживании отношений в семье тебя лучше не спрашивать…

– Я сразу об этом говорил! Хотя с тортиком я серьёзно. С тортиком вообще нельзя быть несерьёзным. Даже если торт — это ложь. Но в нашем случае торт — это не ложь, это средство сделать всё лучше. Почти как взрыв вертолёта в трейлере фильма про пони и дружбомагию. Экшен! Интрига! Драйв!

– Локи, – вновь покосилась на меня Сара, – а сколько кружек какао ты сегодня выпил? – о, начались попытки пошутить — прогресс!

– Не знаю, я бросил считать после десятой, а что? – подыгрываю даме.

– Нет… ничего. Совсем ничего. Ну… мы пойдём? – осторожно осведомилась она.

– Да-да, давайте уже, на кухне должен быть хороший торт, если мелочь его ещё не стырила и не сожрала. Хотя… не должны, я в холодильнике оставил записку по поводу того, чей это торт и что будет с тем, кто покусится на собственность Царя Асгарда… и Йотунхейма… Хм, а можно ли рассматривать холодильник как своеобразное посольство и представительство Йотунхейма в Мидгарде? – пока я трепал языком, люди и мутанты бочком-бочком покинули мою обитель. Лаура порывалась было остаться, ибо… ну… она, конечно, в первый момент удивилась, но потом явно поняла, что ничего в её жизни не изменилось, и выбросила тему из головы. Я, если честно, не уверен, что она уже понимала значение родственных связей в полной мере. В общем, она порывалась остаться, но была утянута мамой.

И это было хорошо. Общая неловкость их немного сблизит, да и начальную тему для разговора я предоставил. Кто откажется обсудить заехавшие за ролики шарики в голове одного скромного, но чертовски обаятельного Бога? Вот и я думаю, что никто.

Выпроводив смертных (условно, потому как срок жизни регенератора пределов не имеет) из своей лаборатории, я вновь вернулся к исследованиям, которые прервал визит Логана. И завис с ними до глубокой ночи, совершенно выпав из мира без заботливого пригляда Юрико. Зато и некоторые итоги удалось, наконец, подвести, благо работа велась уже не первый день.

Изучал я геномы всех вариаций паучков, включая, собственно, самого паука-инициатора мутации и его «жертву» в лице Майлза. Разумеется, необходимость держать маскировку на образцах, чтобы их не растворило чужой реальностью, точности результатам не добавляла, но там, где нельзя было взять качеством, в дело вступало количество опытов. Причём я имею в виду не только «количество подходов» по одному и тому же воздействию, но и их разнообразие. В общем, разделил единое комплексное исследование на множество маленьких узкоспециализированных тестов. И это дало результаты.

Во-первых, общая структура мутации у подопытных образцов была практически идентична, с поправкой на свойства родной вселенной. То есть, например, нуарный Питер Паркер из чёрно-белого мира тридцатых годов практически ничем не отличался от бывалого Питера с брюшком и блондинистого Питера с боевой тётушкой, образцы которого я за два дня пребывания в его пещере, естественно, достал. Они не были полностью идентичны, но на братьев-близнецов на генетическом уровне походили легко. Несмотря на то, что кровь «нуарного» была белой. Тем не менее именно их способности были один в один. Аналогично было у Гвен — она не была родственницей Паркерам ни в каком виде, но её мутация отличалась лишь на уровне погрешности измерений. И даже Майлз, несмотря на наличие надстройки электрокинеза и оптической маскировки, по части именно выражения физических параметров в генокоде был таким же. Сложнее было с Пени и Свином. Свин, он… Его было лучше не трогать даже десятиметровой палкой, потому что… Потому что я сделал это один раз и больше не хочу. Вот просто по-человечески не хочу видеть красные кровяные тельца в форме Свина-Паука и белые без формы, но с руками, в которых они держат деревянные молотки, коими и забивают любые вирусы и бактерии, которые попадали в образец. У меня крепкая психика, но… Но я просто не выпью столько, сколько потребуется на нормальное изучение всего этого.

С его молотком, кстати, получилось так же. Мало того, что эту штуку требовалось экранировать, чтобы её не растворяло, но и повторить эффект, на котором она работает, — вообще никак. Я было в один момент даже подумал, а не прикрутить ли мне его к пятке Гунгнира? В том смысле, что какая разница, как он работает, если это крутая имба, ломающая любые законы физики, а следовательно, и виды защиты. Ведь эта хрень при ударе реально могла погнуть даже адамантий! Тот, правда, выправлялся при удалении области искажений, но сам факт! Вот только представив, как это будет выглядеть… я не смог пойти на такое кощунство. Да и Гунгнир тоже категорично заявил, что на такой апгрейд он пойдёт только после тепловой смерти вселенной, и то это не точно.

Но вернёмся к Пени. Её мутация отличалась от прочих сильнее всего и была именно тем, чего я сам добивался в лаборатории через эксперименты с кровью Питера Паркера из этой киновселенной. У неё не было физических улучшений — ни перестроенной мышечной ткани, ни укрепления костей, ни усиленной регенерации, одним словом, ничего того, что позволяло Спайдермену пробивать телом стены и поднимать автомобили. Да, она была покрепче обычного человека, но тут дело было в природе её вселенной, то есть если нуарный Паук всё время пах дождём и находился на ветру даже в помещении, то Пени могла спокойно перенести удар, который в моей нынешней реальности легко бы заставил поплыть и взрослого мужчину. Похожая штука, кстати, у них у всех ощущалась, просто у неё — наиболее сильно. Ну, после Свина. Можно было бы пошутить про мультипликационную условность, но тут было без шуток, именно о ней и шла речь — сама родная им вселенная делала такие вещи объективной нормой и реальностью для своих обитателей. И я ощущал, как оно работает, своим божественным естеством. Законы реальности. Условия бытия. И хоть ты тресни.

И всё же, хотя полноценным Спайдерменом Пени Паркер не была, она была мутантом со способностями в виде тактильного телекинеза, краткосрочного предвидения и даже телепатии, хотя и довольно урезанной, буквально с настройкой на один конкретный объект. Всё то же самое, только без телепатии, я на образце восьмилетнего Питера воспроизводил. И, к слову, сейчас я вполне представлял, как можно было бы привить ему и телепатический канал к укусившему его паучку, там даже с условиями особо извращаться не требовалось, просто дать нужные психологические установки перед пробуждением латентного гена X. Иными словами, Пени являлась живым подтверждением того, что результаты моих исследований верны.

Ну а ещё она была альтернативной вариацией Питера Паркера. Вопреки кажущейся очевидности, установить это экспериментально оказалось довольно сложно, так как сам геном людей её мира крайне отличался не то что от людей киновселенной Марвел, но даже от мультвселенных остальных моих знакомых. Это был фактически другой биологический вид. Вид-двойник в его самой натуральной форме. Объективно, все они (кроме Свина — его мы не трогаем даже палкой) являлись представителями видов-двойников. При этом способных к скрещиванию и рождению жизнеспособного потомства, но всё равно видов-двойников, без единого предка, но развившихся в одинаковых условиях в одинаковых по форме живых существ. Изучать это было очень интересно, я буквально видел, как кто-то создавал виды по одному шаблону, но каждый раз заново. В первую очередь я, само собой, доказал это для Питеров, отрабатывая методику сравнения и анализа на наиболее близких образцах. Сперва «блондин» с «бывалым», потом они вместе с «нуарным», дальше, уже наработав кое-какие закономерности, был взят в оборот восьмилетний Питер из этой вселенной, и вот когда я полностью доработал алгоритм «определения родства», игнорирующий такие мелочи жизни, как другую форму или состав белков, удалось разобраться и с Пени, доказав, что и она — тот же самый человек. Короче, я сделал какое-то странноватое и, прямо скажем, никому нахрен не нужное научное открытие, но в процессе получил море удовольствия и мне было хорошо.

Теперь что касается «во-вторых». Та субстанция, что находилась в ядовитых железах паучка с крутой татуировкой, была натуральным мутагеном. Она несла «пробуждённый» геном с набором базовых функций, но при этом не препятствовала и естественной мутации организма, в который попадала, более того, она эту мутацию подстёгивала и активировала. Собственно, потому Моралес, помимо «паучьего набора», обладал талантом бить противников током и покрывать тело электромагнитным полем, искривляющим все излучения так, что он становился невидимым. Подозреваю, что если бы не укус пауканыча, он имел неплохие шансы заделаться «Шокером» той вселенной. Я про него мало что знаю, но, во-первых, он был наёмником на службе криминала (привет, дядя Арон), во-вторых, любил шибать по оригинальному Спайди красивыми молниями с рук, хотя не везде это была мутация, но не суть, ну и в-третьих, вроде бы в комиксах этот самый Шокер зачастую и был негром… так что парнишка вытянул счастливый билет. Но во всей истории меня убивало другое. Они, блин, смогли вырастить паука-инъектор с формулой суперсолдата. Не нужно сложных лабораторий, кучи энергии и дорогих реактивов — маленький паучок сам сгенерит дозу шикарнейшего, без преуменьшения, мутагена, и тот за ночь сделает вам из любого дрыща суперсолдата. Единственный минус данной разработки по сравнению с формулой Капитана Америки — это тот факт, что получивший дозу мутагена не приобретал пуленепробиваемости, как означенный капитан. Общая крепость организма на удар — то да, было сравнимо, но вот кожей пули держать не мог. Хотя по скорости, рефлексам, физической силе и общей ловкости заметно превосходил гениальное творение середины двадцатого века. И таки да, этот мутаген можно было давать и уже состоявшимся мутантам без малейшего вреда для них, ведь он сам перестраивал организм в заданных рамках физических характеристик, а не просто провоцировал тот на пробуждение-перестройку.

И я откровенно терялся в догадках, что же это за гений биологии и генетики обитает в той загадочной вселенной, откуда пришёл этот паучок? Потому что хочется верить, что и в этой вселенной такой есть, как и в любой другой, где существует Спайдермен, ведь кто-то же им создаёт «радиоактивных» пауков, просто в одних случаях это кто-то из Озкорп, в других — из Алхимакса, в третьих — вообще из левой безымянной конторки, но… Но блин. Это слишком круто, чтобы создатель подобного взял и больше ни в чём никогда себя не проявил. А ведь он не проявляет. Я буквально не знаю ни одной истории, где создатель «радиоактивного» паука назывался прямо и ещё хоть чем-то отличился бы хоть где-нибудь. Тот же Октавиус постоянно чего-то изобретал, Старк тоже не на одной броне помешан, Рид Ричардс только и делал, что всякие штуки выдавал для миссий своей Фантастической Четвёрки, Брюс Беннер даже со своей зелёной проблемой умудрялся научную деятельность вести и буквально на коленке лепить всякие вариации своего лечения. Кого ни возьми из гениев вселенных Марвел — все они всегда чем-то заняты и не являются творцами одного творения. Отсюда простой вывод: или всех паучков всем Спайдерменам перенесло из той же реальности, где их нумеруют, или… или одно из двух.

Короче, я просто обязан наведаться туда, откуда пришёл этот паучок. Ведь что ни говори, но я всегда немного завидовал Тору с его прямой мощью и божественностью, а если эту формулу можно будет изменить под асгардца… Да, в нынешнем виде она не подходила, это я первым делом проверил. Она была чистым материальным мутагеном. Гениальным, умудряющимся, не убив организм, практически мгновенно его перестроить на генетическом уровне, с полным обновлением под новый шаблон всех живых клеток, включая клетки мозга, без потери ими функционала даже на миг, но всё равно материальным. И тут беда в том, что магические расы не совсем материальны. Наши организмы — это переплетение материи, духа и мистических энергий, причём материя в этой связке вторична. Любое воздействие только на неё просто откатится — дух исцелит тело, приведя его к эталонному состоянию. Нас даже клонировать нельзя — ни асов, ни йотунов — никого из действительно мощных магических рас. То есть нужен мутаген, который будет работать на три направления сразу, с идеальной синхронностью и выверенностью. А создать такой мог только гений, равный тому, что создал этого паучка. Я вот даже как подступиться не представлял, хотя и знал формулу «достижения предела эволюции» с «Плиты жизни и времени», хранящейся в сокровищнице Одина. Хорошая формула, к слову, позволяющая применившему готовый препарат достичь полного эволюционного потенциала своей расы, но увы — асгардцы её использовали на себе ещё до деда Одина, так что на меня она, даже с учётом крови йотунов, вряд ли подействует. Ведь йотуны её тоже знали во времена расцвета своей цивилизации. Вот на людях — да, она сработает, но что-то я не готов её пускать в мир — тут и без того слишком много психов со сверхспособностями.

В общем, мне было завидно и обидно. А ещё надо было начинать эксперименты на людях. Ученики школы тут не подходили однозначно — Чарльз подобного не допустит, да и я не горю желанием испытывать всё ещё сомнительные препараты на детях, пусть даже я в них полностью уверен. Смертники, благо ежегодно США только официально приговаривает к высшей мере по полтысячи человек минимум? Уже интереснее, но… эй, мы во вселенной Марвел, а это значит, что давать даже на миг, даже в контролируемых условиях какому-нибудь маньяку сверхчеловеческие возможности… не-не-не, Киновселенная, ты меня не проведёшь! Мы, древние скандинавские боги, поступим хитрее и мерзопакостней! Ибо кого не любит Локи? Правильно! Локи не любит викингов! А кто лучше всех в истории бил викингам по мордасям? Ещё раз верно — русичи! Отсюда вывод — мне надо в Россию, искать ветеранов-лоялистов, которые устояли и не предали Бога-Императора в час Ереси, эм… ну, в смысле, идеалы коммунизма, оставшись верны делу большевиков до самого конца, а потом были выброшены на свалку истории новой рыночной экономикой. Держу пари, среди них будет достаточно тех, у кого есть серьёзные проблемы со здоровьем и кто согласится поучаствовать в эксперименте с шансом полностью исцелиться. А главное — если они начнут бузить, обретя суперсилы, это станет проблемой нового либерального правительства России, а не моей. Если наклепаю пару дивизий суперсолдат, я даже смогу захватить власть и возродить СССР, после чего начать массовое строительство дирижаблей Киров… Кхм, куда-то я не туда ушёл. В общем, это похоже на план… если без дирижаблей… Или подумать?.. Если уж начал захватывать власть в Девяти Мирах, так сложно остановиться… Ладно, на месте разберёмся, осталось предупредить Чарльза, что я хочу взять небольшой отпуск и рулить тут всем будет моя иллюзия.

Глава 20

– Разумеется, я не возражаю, – с пониманием отнёсся пожилой телепат к необходимости моей «деловой командировки». – Единственное, о чём я тебя попрошу, это не брать с собой Лауру, – синие глаза Ксавьера прямо и серьёзно посмотрели мне в лицо.

– Так я вроде бы и не планировал, – с долей удивления отвечаю мужчине.

– Это очень хорошо, – одними глазами улыбнулся телепат, – но, на всякий случай, не рассказывай ей о своей поездке до того, как покинешь особняк.

– Боишься, что она расстроится?

– Нет, боюсь, что она убедит тебя пересмотреть своё решение, – теперь улыбка Чарльза коснулась и губ.

– Резонно… – вынужден был признать я, с секунду покрутив в голове варианты того, как девочка будет на меня зыркать в процессе означенного убеждения. – Ещё что-нибудь?

– Нет. Хотя не буду отрицать, что меня немного тревожит тенденция, когда при каждой твоей длительной отлучке обязательно случается что-то очень серьёзное, но тут я могу лишь надеяться, что в этот раз всё пройдёт благополучно.

– М-м-м, собственно, именно для этого мне и требуется отлучиться.

– Вот как?

– Дело в том, что я примерно представляю, как работает эта реальность. Понимаешь, Чарльз, есть мнение, что Бог ненавидит США… И нет, не нужно так выразительно на меня смотреть, я серьёзно! Нельзя не признать, что последнее время, если на Земле творится какая-нибудь фигня, то в девяти случаях из десяти творится она здесь. То миллиардер собирает себе рыцарский доспех на ядерном реакторе и начинает лично гоняться за террористами; то бесконфликтный учёный-добряк превращается в Халка и наносит вооружённым силам страны больше унизительных до подсердечной обиды поражений, чем они знали за всю остальную историю своего существования, причём совершенно безнаказанно, отчего у генералов горит седалище ещё сильнее; то асгардские боги один за другим на голову сваливаются; то гражданская война по расовому признаку на ровном месте едва не вспыхивает, и это при всей показной политике толерантности государства; то межвселенские разрывы пространства открываются; то на должность директора Щ.И.Т.-а Фьюри назначат; то ещё что-нибудь. Поэтому я не хочу искушать судьбу и все даже смутно потенциально опасные эксперименты предпочту проводить где-нибудь подальше от этой замечательной страны, подарившей всему миру такую штуку, как картошка-фри.

– По-моему, картошку-фри изобрели во Франции, – поправил меня телепат. – Но хорошо. Мне это всё ещё кажется довольно странным, но давай вернёмся к этим «потенциально опасным экспериментам», насколько они «потенциально» опасны?

– По идее, они вообще безопасны, и на выходе должно получиться лекарство и безопасный активатор Х-гена. Но испытывать его здесь я не намереваюсь, потому как почти гарантированно попаду на неуравновешенного шизофреника с подсознательной жаждой мирового господства или уничтожения человечества, которому этот активатор выведет в доминанту ранее задавленные черты личности и пропишет возможности Боженьки. Причём не нормального, а того ушибленного Абсолюта, что придумали монотеисты.

– Думаешь, такое возможно?

– Я ничему не удивлюсь. В конце концов, только в этом доме сидят как минимум трое мутантов, каждый из которых способен в одиночку устроить человечеству конец света. К тому же пусть по мне не скажешь, но я очень серьёзно отношусь к науке и прекрасно представляю, какие могут быть проблемы из-за недостаточных мер безопасности.

– Отговаривать тебя бесполезно?

– Да, я уже всё решил.

– Хорошо, – кивнул Ксавьер. – Правильно ли я понял, что мисс Ояма отправится с тобой?

– Правильно. Если Лауре лучше сейчас не отрываться от учёбы, то Юрико — взрослый человек, однако, в силу ряда обстоятельств, её крайне огорчит, если я отправлюсь один.

– Я понимаю, что сейчас не самый подходящий момент, но перед тем, как уйдёшь, не мог бы ты прояснить один момент насчёт неё?

– Какой?

– Ты встречаешься со Шторм, но ты не человек и, как я успел выяснить, твой взгляд на семью и личные отношения в целом заметно отличается от принятого на Земле. Я ни в чём тебя не обвиняю, но мне бы не хотелось плодить в своём доме недопонимание. Поверь, Шторм тоже так думает, просто ещё долго не решится сказать.

– Эм… – ну вот, как говорится, ничего не предвещало, и на тебе — в наш сценарий вкрался внезапный разговор с беспокоящимся отцом девушки. – Не буду отрицать, Юрико — красавица и вполне в моём вкусе, но она считает себя мне очень обязанной и буквально клялась вручить мне свою жизнь, а это… немного осложняет процесс флирта и общего взаимного удовольствия. В том смысле, что если я ей начну намекать, она согласится, но это же будет согласие не оттого, что она сама хочет и я ей интересен, а оттого, что она считает необходимым выполнять любые мои желания. И вообще, есть в этом что-то нездоровое, а я до сих пор считаю, что через какое-то время у неё случится просветление и она вернётся к нормальной жизни, потому никаких романтических планов у меня на неё нет, – успокаиваю Чарльза, стараясь, однако, изложить своё отношение к ситуации наиболее полно и не лицемерно. И как только убеждаюсь, что собеседник всё полностью осознал, спешу слегка разрядить ситуацию: – Плюс в этом фильме я, вроде как, иду на Героя, а нам не положено пользоваться слабостью девушек и принуждать их ко всяких непотребствам. Вот как только я пройду через арку Падения на Тёмную Сторону, там уже можно будет посмотреть…

– Локи… – наклонил голову вперёд Ксавьер, и столько всего смешалось в этом слове и выражении его глаз…

– В общем, я пошёл! – оживлённо поднимаюсь с кресла. – Моя иллюзия будет тут, если что — обращайтесь, – и на этом моменте, пока меня не успели остановить, я развеял очередную иллюзию.

Ну да, к Чарльзу я пошёл не лично. Лично я «собирал вещи» и раздумывал, чем бы таким занять в «командировке» Юрико. Идей особо не было, разве что попросить помощи в отборе кандидатов. Всё-таки мне не срочно, а мой секретарь-телохранитель очень хочет быть нужной и полезной. Так почему бы и не «да»? А вот с Лаурой Чарльз прав — надо будет смыться, не попадаясь ей на глаза. У девочки сейчас семейное воссоединение, знакомство с отцом и всё такое прочее, от чего отвлекать её не стоит. Единственная проблема — Юрико сейчас тоже там, но вот её умыкнуть мне нужно, однако, думаю, Бог Магии справится с такой мелочью…

***

Итак, Россия. Как бы я подсознательно и вполне сознательно ни откладывал этот момент, но мне всё-таки придётся туда наведаться. История местной России развивалась почти так же, как в моём родном мире, только с другими людьми на ключевых ролях — не было тут ни Ельцина, ни Чубайса, ни Гайдара, однако были их полные аналоги, не всегда похожие внешне (хотя сходство встречалось), но совершенно идентичные в делах. Что-то было иначе, например, наличие мутантов привело к тому, что полного беспредела в девяностые не случилось, потому как хоть тех и мало, но на миллионный город один-два наберётся, и эти один-два вполне способны, если довести их или их родню до края, вырезать нахрен хоть всю администрацию города, хоть начальство полиции, хоть новоявленного малинового пиджака вместе со всей семьёй и приближёнными. Имелись эпизоды, где благодарные избиратели открутили головы и парочке министров, так что аппетиты новой криминальной власти пришлось уменьшать, вот только, по большому счёту, это лишь растянуло процесс той же приватизации, но не повернуло всё вспять, ибо нормальной организации за мутантами не стояло, да и сами они были не профи-боевиками и далеко не всегда даже выживали в процессе своей мести. В общем, с одной стороны, эта Россия была достаточно похожа на мою, чтобы я допускал возможность встретить здесь альтернативного себя, маму, папу и так далее, но с другой, она всё же отличалась достаточно, чтобы приезд туда грозил слишком уж сильно ударить по мне чувством потери. Опять же, вопрос встречи с альтернативной собственной семьёй был слишком сложен и многогранен в нравственном и эмоциональном плане, чтобы легко выработать по нему решение, ведь если я начну искать и найду кого-то такого же, но… не такого, или вообще никого не найду — в любом раскладе это грозит очень неприятными минутами жизни. Короче, причин в ту сторону даже не смотреть у меня был вагон и маленькая тележка. Но вот теперь придётся… Бегать бесконечно нельзя.

Поскольку особо я никуда не спешил, то решил добираться «легально», человеческими средствами. Правда, когда Юрико сообщила мне о всей той куче бумажек, что нужно собрать для легального посещения страны водки, медведей и балалаек, я чуть было не проявил слабость и не воспользовался Радужным Мостом. Но нет! Скандинавские боги так просто не сдаются! Только вперёд! Превозмогать! Во имя Духа Охоты! И картошки! О картошке тоже нельзя забывать, да. Особенно когда ты собрался ехать почти в Беларусь!

Впрочем, шутки шутками, но пусть времени у меня было и много, однако убивать от недели до месяца, чтобы выпросить у смертных их бумажки и разрешения? Ну уж нет. Так что все необходимые документы и отметки в базах данных на двух ничем не примечательных американских граждан просто взяли и появились. Хорошо быть Богом Магии. Ну а потом было всё совсем скучно и просто — мы накинули иллюзию, чтобы не оставлять на камерах следов своей настоящей внешности, купили билеты в бизнес-класс на ближайший рейс Нью-Йорк — Москва, а через десять часов уже приземлялись в Шереметьево. В полёте Юрико, как ответственный секретарь, изучала «англо-русский разговорник». Не полноценный язык, само собой, но пара сотен самых распространённых слов и фраз, чтобы можно было худо-бедно объясниться с местными. Я же… читал Гарри Поттера. Да-да, похождения этого ушибленного очкарика, которому больше всех было надо, известны и здесь, а чтобы скрыть столь пагубную для репутации серьёзного бизнесмена книжку, я наложил на её обложку иллюзию… Правда, «коллеги по самолёту» как-то косо на меня смотрели, когда я закатывал глаза на самых туповатых моментах и произносил что-то из серии: «это нужно же настолько не дружить с головой». И нет, тот факт, что теперь обложка выглядела как «История авиакатастроф», их ничуть не извиняет!

После прилёта последовала стандартная и столь же нудная процедура таможни, впрочем, мы спокойно прошли по «зелёному коридору» и, разумеется, ничего запретного-декларируемого с собой не имели. Ну, кроме некоторого запаса древнего мистического оружия, мутагена, что можно приравнять к биологическому оружию, и «встроенного» вооружения… н-да. В общем, прошли тихо и мирно, а на выходе нас уже ждали. И нет, не какие-нибудь там суперагенты, местные герои или «кровавая гэбня». Медвежьих Всадников в шапках-ушанках, вооружённых ППШ, казачьей шашкой и бутылкой водки, с балалайкой за спиной, тоже не наблюдалось. Хотя по поводу последнего Юрико, кажется, немного огорчилась. Всё было куда проще. Ждали нас таксисты. Как частники-бомбилы, так и от «юрлиц», в смысле, стандартные жёлтенькие машинки, ничем, кроме марки, не отличающиеся от нью-йоркского такси.

– Садысь, дарагой! Вмиг дамчу докуда скажэшь! – к нам не то чтобы рванул, но, я бы сказал, «гордо выпятился» классический «дитя гор».

Возраст «что-то около сорока где-то как-то может быть», усища — во, шнобель — два раза «во», в улыбке виден золотой зуб. Ох, я прям чуть было не прослезился от умиления и ностальгии, а в голове заиграло что-то такое… на тему «Сулико». А вот моя дама при виде этого «чуда», что начал перед любимым шефом агрессивно махать руками и что-то там ему экспрессивно выговаривать, отчётливо напряглась. К счастью для «чуда», на саму даму он внимания почти не обратил, а то, боюсь, никакое моё благодушие его бы не спасло. Впрочем, тут была скорее моя заслуга, так как, подбирая для Юрико иллюзорную внешность, я не поленился сделать ту максимально непримечательной, всё-таки мне требовалось минимум внимания в этой поездке, а не чтобы каждый встречный мужчина норовил вывихнуть себе шею, оглядываясь на мою красавицу-секретаря, а каждая женщина шипела про понаехавших узкоглазых.

– До «четырёх сезонов», – выбрал я один из лучших отелей города. Нет, ну а почему бы и не «да»?

– Пять тыщ, – назвал цену водятел.

– Ты в курсе, что жадность — это плохо? – вопрос был не в деньгах, само собой, но нельзя вот так просто взять и не поторговаться с таксистом! Эх, всё-таки что-то в этом было, а то заполонившие всё и вся бездушные агрегаторы с жёстко прописанными тарифами… нет в них своей изюминки. Пусть они и дешевле, и услуги предоставляют, по идее, качественнее, но никакой романтики и авантюризма. Дух Охоты не одобряет.

– У Гиви — лучший цена! Для тэбя, как для родного, четыре!

– Плачу мёртвыми американскими президентами, сотню. По вашему курсу — это три с половиной где-то.

– Мамой клянус, бэз ножа рэжэшь! Поэхалы! – ещё бы он не согласился, даже так цена была завышена где-то вдвое, но пофиг… – Багаж нэсты помочь?

– Нет, мы налегке. Пошли, – таксист кивнул, и мы направились к машине. Я уже мысленно был даже готов увидеть запавший мне в душу ещё по бытию смертным «шахид-мобиль», на который могут сесть только совершенно отчаянные люди, но нет. Мы всё-таки не в девяностые живём, и боевой конь горца представлял собой вполне чистенькую и ухоженную тойоту. Не люксовая модель, само собой, но чем-то вроде «комфорт-класса» её назвать вполне было можно.

Дорога от аэропорта до отеля заняла добрых два с половиной часа. Что поделать — аэропорт располагался, как ему и положено, за городом, «сезоны» — в самом центре города, в пяти минутах неспешного шага от Кремля. А это значит… пробки. Много долгих и нудных пробок. Ну да, совсем недавно за то же время мы преодолели больше двух тысяч километров, а тут — всего тридцать проползти не можем. Таксист, впрочем, не унывал и болтал без умолку, разумеется, под включённую магнитолу, выдающую на динамики что-то такое, национальное. А вообще, мужичок оказался кладезем полезной информации, если знать, что и как спрашивать. Точки торговли продажной любовью или наркотой меня интересовали не сильно, данные об общем состоянии «гражданской части страны» мне были известны и так, хотя изнутри оно, конечно, виднеется лучше, но вряд ли я тут узнаю что-то кардинально новое, а вот просто послушать, что в городе говорят, да байки местные — это было ценно. Не столько по фактажу, сколько по атмосфере, и я этим искренне наслаждался. Расстались с бомбилой мы довольные друг другом. Он — неплохой выручкой и тем фактом, что смог «напарить» зажратого туриста, пусть и владеющего языком. Мне же была по душе сама атмосфера.

– Итак, Юрико, – полюбовавшись на зажигающуюся в вечерних сумерках иллюминацию, обратился я к своей помощнице, – ставлю задачу на ближайший день!

– Сэр? – она вопросительно приподняла бровь.

– Снимаем хороший номер на пару-тройку дней. Желательно — с двумя спальнями, но я не уверен, что буду в этой поездке спать, так что с этим пунктом можешь не заморачиваться и взять то, что понравится лично тебе. После чего обустраиваемся и начинаем добывать сведения о комиссованных по состоянию здоровья вояках за последние лет двадцать. Есть идеи?

– Архивы министерства обороны, – немного подумав, ответила Юрико. – Не знаю, как это устроено здесь, а в США такая информация хранится именно там, как и список вышедших в отставку офицеров.

– Хм-м, списанные в запас… – соотнёс я термины. – Да, тоже подойдут. В общем, круг задач примерно таков, опционально можно будет ещё посетить пару достопримечательностей, но это по настроению.

– Хорошо, сэр, – серьёзно кивнула девушка.

– Но сначала — номер и заселение, пойдём.

С арендой номера проблем не возникло — всего две с половиной тысячи вечнозелёных президентов — и королевский люкс, гордо носящий фамилию князя Пожарского, в нашем полном распоряжении. Две спальни, отделанная мрамором ванная комната, собственная сауна, дополнительная комната для гостей, зал для приёмов, а уж вид из окна — Красная Площадь, Манеж, Александровский Сад и Кремль. Свободного пространства тоже хватало — номер занимал добрую четверть седьмого этажа немаленькой гостиницы, ну а такие мелочи, как полный доступ к гостиничным спа, ресторанам, бильярдам и прочим средствам увеселения, и упоминания не стоили. А ещё тут был халявный вай-фай, да. И возможность звонить консьержу в любое время дня и ночи с любыми хотелками. В общем, перекантоваться пару-тройку дней было вполне возможно. Да, некоторые преимущества «победы капитализма» налицо, в старенькой гостинице «Москва», на месте которой теперь возвышается этот монстр, такого не было. Правда, в «Москве» мог позволить себе остановиться и инженер откуда-нибудь из глубинки, а здесь и сейчас… м-да. Ну ничего, выдать сыворотку нужному мужичку, подогнать ему броневичок, и… фабрики крестьянам, земли рабочим, бабам мороженое, а детям — цветы. Главное, не перепутать!

Собственно, на следующий день мы этим вопросом и занялись. Увы, вездесущая цифра ещё не добралась до старых архивов, хранящих в себе дела старых, никому уже в новом государстве не нужных людей. И хотя ряды стеллажей с коробками, в которых хранятся кипы бумажных папок, и всё это под неподражаемый аромат хранилища знаний, навевали на меня тёплую ностальгию по любимой родине, перебор всего этого вручную удовольствия мне не доставлял. Естественно, довольно быстро это привело к попыткам найти обходной путь, и он даже был частично найден, но копаться в мозгах у сотрудников делом оказалось немногим более простым и продуктивным, нежели изучение бумажных носителей информации.

Но кто ищет, тот найдёт!.. Сказал я недельки через полторы, оглядывая стопочку личных дел на товарищей, которые меня заинтересовали. Полтора десятка человек — последние представители «правильного» поколения. Честные офицеры, воспитанные на идеях солидарности и построения лучшего будущего, из тех, что «мзду не беру, мне за державу обидно». Собственно, для большинства из них это и стало причиной неприятностей — там глаза не закрыл, здесь спросил за проданную колонну с новобранцами, что попала в засаду к «духам» во времена Афганской… Обычные и банальные истории честных людей, что просто не смогли влиться в «новое общество», рассчитанное на потребление и куплю-продажу всего и вся, главное — найти нужную плату.

Было и несколько совсем уж древних стариков, что в своё время прошли от Москвы до Берлина. Но их, к сожалению, пришлось отбросить — слишком изношенные организмы, вряд ли они переживут мутацию, не говоря уже о том, что даже мне откровенно страшно от мысли о том, что может сделать отставной разведчик-диверсант, что порой месяцами жил в землянке на подножном корму, получи он силы Паучка. Нет, может, ничего плохого и не случится, но это же киновселенная Марвел, тут может дойти и до мысли «Череп был прав, нахер такой мир, хайль Гидра!» Маловероятно, конечно, скорее такой дед любого с «хайль Г…» пристрелит раньше, чем тот успеет договорить, но… ну нахрен. К тому же вопроса изношенного организма это не отменяло, а тратить массу времени и ресурсов на восстановление… я всё-таки не добренький Боженька-идиот, что раздаёт всем счастье даром и чтобы никто не ушёл обиженным. Да и эксперимент тогда чистым не будет.

В итоге, после ещё двух дней проверки уже лично, я остановил свой выбор на одном кандидате. И вот я, пребывая в состоянии отвода глаз, изучал своего добровольца. Миронов Алексей Сергеевич, пятьдесят четыре года. Бывший старлей, отправился добровольцем в «горячую точку», потому как «долг Родине» и «защита людей». Отличник боевой и политической, прекрасные показатели… и один из трёх бойцов, переживших засаду, устроенную афганскими боевиками на колонну с пополнением. Контузия, посттравматический синдром, шок… и много чего ещё написали в заключении по его делу, когда он просто взял и пристрелил штабного «пиджака», продавшего солдат-срочников за пачку баксов. Дело тогда замяли — оно каким-то чудом попало к нормальному, как бы это странно ни звучало, особисту, который просто спустил его на тормозах… а может, не хотел возиться и вытаскивать наружу все те дерьмовые схемы, что крутили в то время — там ведь не только солдат продавали, но и склады едва ли не подчистую. Как бы то ни было, лейтенанта списали «с волчьим билетом», но пенсию назначили, да. Такую, чтобы от голода не сдох… сразу. Вот и жил сейчас этот уже пожилой мужик на своём «приусадебном участке», кормился с огорода да с леса. Зачем жил — не знал сам, ни жены, ни детей, ни друзей толком нет, разве что парочка таких же «отставных»… из тех, кто не спился. Ни в Партию, ни во власть уже давно не верил, но… коммунистом был. Выстрадал эту идеологию на личном опыте, можно сказать. Когда молодым был — не задумывался и, как все, просто зубрил, что надо для зачётки, не вдумываясь и в общем-то откровенно иронизируя над неуклюжей, выродившейся пропагандой, но жизнь, либеральные власти и рыночек, что порешал, заставили вспомнить теорию классовой борьбы и взглянуть на неё новым взглядом. Этим-то он мне и был интересен — остальные, даже имея вполне устраивающие меня характеры и моральные принципы, или озлобились, или так и не поняли ничего, виня конкретных людей и не видя за ними первопричин всей ситуации. Этот же человек мне… подходил. Моральный базис можно сломать, особенно искушением и властью, а вот выстраданную, чётко оформленную и стройную идеологию банальным получением могущества сломать не так просто. У такого человека просто не будет мотива устраивать дичь уровня: «я развяжу ядерную войну, чтобы убить всех этих гадов!», как и вообще мотива из серии: «мне было плохо, а им было хорошо, значит, все люди — мрази и недостойны жить! Отомщу всем и каждому за свои обидки!»

Оставался вопрос, таки ставить его в известность или просто тихонько провести своё чёрное дело и понаблюдать, как оно выйдет? Дилемма, несущая массу плюсов и минусов в любом варианте. Хотя, кого я обманываю? Если уж Бог снисходит до наделения героя великой силушкой, то он обязан выступить перед ним и прям как на духу!.. Ну, в смысле, это такой штамп, как я могу просто взять и пройти мимо него?! Я же чёртов Локи! Я обязан пройтись сапогами по такой забористой ахинее и притворить её в реальность! В том смысле, что а кто ещё, кроме меня?

– Вам кого? – недружелюбно осведомился мужчина в ответ на стук в дверь. Просто так появляться перед ним прямо в доме я посчитал невежливым, так что, после завершения последнего сеанса аккуратного сканирования его памяти, деликатно вышел и постучался.

– Вас, – честно и лаконично ответил я с привычной улыбкой. – Меня зовут Локи, и у меня к вам предложение. А чтобы между нами не возникало недопонимания… – золотистый перелив иллюзии в секунду обратил мою внешность в точную копию Иосифа Виссарионовича Сталина. – Это не розыгрыш, – уже новым голосом заверил я.

– Что это значит? – застыл каменным изваянием в дверном проходе отставник.

– Что вам повезло, – возвращаю себе реальный облик. – И предлагаю пройти внутрь — разговор будет долгим, – на миг добавляю радужке глаз зелёное магическое сияние, чтобы ещё раз настроить человека на нужный лад.

– Хорошо… – бросив взгляд на молчаливо стоящую за моей спиной Юрико, Алексей посторонился и, как только за нашими спинами закрылась дверь, провёл в гостиную. – Так кто же вы? – не спеша присаживаться и предлагать сесть нам, возобновил разговор хозяин дома.

– Я Бог. Локи, – не спрашивая, преобразую первый попавшийся стул в удобное кресло, обтянутое зелёным бархатом, и присаживаюсь на него лицом к Миронову. – И давайте сразу забудем всю ту чушь, что рассказывают миру о богах авраамистические религии, я сейчас не настроен обсуждать рекламные брошюры старейших на Земле финансовых пирамид, – ещё один жест, и второй потрёпанный стульчик, возможно, заставший ещё Хрущёва, превращается в нечто куда более удобное, специально для Юрико. Та, впрочем, его проигнорировала, предпочтя стоя замереть у меня за левым плечом.

– А ведь я не пью. И всё равно белочка, – мрачно констатировал отставник, то ли пытаясь пошутить, то ли выиграть время для более внятной реакции, в любом случае — наши с мисс Оямой лица даже не дрогнули на эту сентенцию. – Ладно, чего вы хотите? – присел на диван мужчина.

– Предложить вам поучаствовать в одном эксперименте. Так уж вышло, что я сейчас изучаю феномен человеческой мутации и добился определённых результатов, которые хотел бы протестировать. Но вводить мутаген первому встречному не интересно. И хотя мне нет особого дела до того, как люди собой управляют, пока они не пытаются разнести планету ядерными бомбардировками или уничтожить её биосферу как-то иначе, я подумал, что можно совместить приятное с приятным и вместе с проведением эксперимента дать советскому проекту ещё один шанс.

– Вы коммунист? – забавно перекосился лицом мой визави.

– Нет, я — монархист, – качаю головой. – Идеальную форму правления я вижу в абсолютной монархии, где самый главный — это я, – превращённый в трость Гунгнир уже привычно крутанулся между пальцами. – Собственно, как и большинство разумных, что бы они там про себя ни говорили, – ещё одно пожатие плечами. – Но социалистические и коммунистические идеи мне нравятся.

– Вы меня извините, но это звучит как бред.

– Вы просто неправильно ставите вопросы и не понимаете, что их несколько, – откидываюсь на спинку кресла. – Спрашивая себя, какое общество он считает симпатичным, человек, как правило, допускает ошибку запихивания всего в кучу, что и порождает всякие шатания и рыхлость убеждений. А между тем, вопрос: «в каком обществе ты хотел бы жить, предполагая, что будешь там на вершине иерархии?» и вопрос: «в каком обществе ты хотел бы жить, зная, что окажешься на самой низкой социальной ступеньке?» — это два совершенно разных вопроса. Однако второй вы, люди, озвучивать очень не любите даже перед самими собой, не то что на публику, подсознательно убеждая себя, что уж лично вы-то по умолчанию окажетесь у вершины, потому что хочется-то лучшего и самого сладенького, а о плохом думать неприятно, вот эти плохие варианты и отметаются с грифом: «Ну, со мной такого быть не может!» Поэтому при ответе на первый вопрос я — монархист, а на второй — коммунист. Как видите, всё очень просто.

– И лицемерно… – эхом откликнулся отставник.

– Напротив, – с долей искреннего несогласия качаю головой, – именно такой подход наиболее честный, ведь он позволяет чётко разложить по полочкам, какую систему и за что мы любим, какую считаем более справедливой, а какая, наоборот, создана для обслуживания лишь узкой группы лиц. В этом плане социалистические и коммунистические принципы явно и откровенно справедливее всех прочих, и уже за это их стоит уважать.

– Но для себя вы выбираете монархию?

– Я тысячу лет был принцем, – развожу руками, как бы показывая, что тут нет предмета обсуждения. – Но вы не правы, если считаете, будто монархическая форма правления мне симпатична исключительно из эгоистичных соображений. Главный минус монархии в том, что монархом может оказаться дурак, и, в сущности, это единственный её минус, так как ничто не мешает монарху создать своим подданным социализм. В то же время выборные «лидеры» априори ни за что не отвечают… Но хватит о политике — о моральном облике «всенародно избранных» вы и сами можете написать поэму в трёх томах. Вернёмся к нашему делу. Вы же не одержимый психопат, верно?

– Что, простите? – обескураженно дёрнул головой на мою обезоруживающую улыбку хозяин дома.

– Видите ли, мой проект — это, грубо говоря, сыворотка суперсолдата. Один укольчик — и вы как Капитан Америка, только быстрее, сильнее и без щита. Проблема в том, что таков препарат только в теории, и для уверенности мне нужны клинические испытания. Но выдавать кому попало силу, позволяющую войти в Белый Дом и оторвать голову президенту, это немного… – я чуток поморщился, пытаясь передать мимикой всю щекотливость идеи, – неудачная шутка, – как бы «подобрал» я нужную формулировку. – Как я уже говорил, я стараюсь не вмешиваться в дела людей, как цивилизации. Одно дело — безобидная шутка, которая никому существенно не повредит, и совсем другое — действия, способные привести к возникновению лютого треша и угара в отдельно взятой стране. Я не против хорошей движухи, как таковой, но в ней должна быть некая здравая идея, а не просто толпа опьяневших от собственной силы идиотов, спешащих компенсировать все свои комплексы за счёт окружающих. Собственно, поэтому я и предлагаю поучаствовать в эксперименте именно вам. Вы психически здоровы, у вас есть чёткий моральный стержень и внятная идеологическая платформа, то есть даже если вы станете использовать силу направо и налево, вы будете делать это логично и продуманно, а не как малолетний дебил, дорвавшийся до власти.

– И вы хотите дать мне такую силу и позволить ей пользоваться просто так?.. Не требуя службы или каких-то услуг? – скепсис и сомнение на лице мужчины были написаны крупными буквами.

– Признаюсь, у меня была мысль собрать пару дивизий суперсолдат, натянуть облик Сталина и, захватив власть в Кремле, устроить всей планете немножко моментов небывалой бодрости и потных ладошек, но это слишком хлопотно. Мне же придётся вами править, а у меня и без этого дел больше, чем хотелось бы, – пожимаю плечами, вновь поигрывая тростью. – Так что да. Пока вы не начнёте творить дичь, вроде гомосексуальных оргий или отрезания голов женщинам и детям, меня это никак не будет волновать. А если возьмёте себе псевдоним «Коба» и возьмётесь восстановить партию Большевиков, с известными целями, я так даже и морально поддержу. В остальном же — я заинтересован исключительно в клинических испытаниях, но тут от вас потребуется только принять сыворотку и поспать пару часов, пока я наблюдаю за процессом мутации в вашем организме.

– Я не могу понять, в чём смысл? – характерным жестом, иллюстрирующим подступающую мигрень, схватился за висок Алексей. – Бог, который ходит по земле, экспериментирует с сывороткой суперсолдата и не против поиграть в Сталина, это всё какая-то…

– Шутка? – с готовностью подсказал я, растянув губы в характерной улыбке. – Да, всё верно. Пусть и не совсем так, как вы ожидаете. Я мог бы привести аналогию с учёным, изучающим колонию муравьёв на космической станции, но это будет очень грубо и всё равно крайне далеко от реального положения дел. Факт в том, что в чём-то я действительно несоизмеримо лучше и могущественнее человека, но в чём-то, напротив, мало от вас отличаюсь. Ваши представления о богах порождены невежеством ваших предков. С вами я хотя бы могу говорить, используя термины «сыворотка», «мутация» и «клинические испытания», но ещё полтора века назад в этой стране и читать-то умели всего несколько процентов населения, чего уж говорить про жителей тёмных веков. Так что можете меня воспринимать просто инопланетным учёным. Могу даже принять облик маленького зелёного человечка. Или серого, если вы фанат «X-com: UFO Defense», – опускаю навершие трости в левую ладонь, удобней устраиваясь в кресле.

– Хорошо, но объясните, зачем вам это?

– Я же уже объяснил: клинические испытания интересного научного результата, совмещённые с добрым делом в виде помощи хорошему человеку и шуткой, способной перерасти в нечто большее. Вы же не будете сидеть на попе ровно, став здоровым, сильным и реально способным изменить жизнь в своей стране.

– Как я понял, может ничего не получиться. Я тогда умру? – серьёзно глядя мне в глаза, осведомился человек.

– Возможно. По моим расчётам, всё должно получиться, но мало ли… – в очередной раз пожимаю плечами. – Для того и нужны испытания на добровольцах.

– А если откажусь?

– А вы откажетесь?

– И всё-таки, – упрямо не принял шутки отставник.

– Я встану и уйду.

– Просто так уйдёте?

– А почему нет? В Мидгарде миллионы людей, у которых есть проблемы со здоровьем и которые ухватятся за шанс на исцеление, предложи я им хоть вечный рабский контракт, а я особо никуда не спешу. Впрочем, по три раза объяснять всё меня тоже не тянет. Информации для принятия решения я вам дал уже достаточно, так что, каков будет ваш ответ?

– В это всё очень сложно поверить… – мужчина прикрыл глаза, уходя глубокие раздумья. Я ему не мешал, терпеливо ожидая, когда он дозреет. – Я согласен, – спустя где-то минуты три нарушил тишину человек.

– Чудно, – из перелива искажений над моей рукой выпал инъектор с уже отмеренной дозой мутагена. – Тогда ложитесь на спину…

Четыре дня спустя. Вестчестер, Нью-Йорк.

– Чарльз, я не помешаю? – деликатно постучав в дверь кабинета, интересуюсь у его владельца, проскользнув внутрь.

– О, с возвращением, Локи. Проходи, – улыбнувшись, кивнул телепат. – Как всё прошло? Я понимаю, что раз Россия всё ещё стоит, в ней не случилась революция и она никому не объявила войну, то, наверное, всё хорошо. Но я бы хотел удостовериться, – изволил пошутить Ксавьер, отложив какие-то бумаги на столе в сторону.

– Ну-у-у… – задумчиво протянул я, уже усаживаясь в гостевое кресло. – Вообще, первичные анализы и испытания показали, что формула «суперсолдата» совершенно стабильна и безопасна, более того, мягко активирует латентный Х-ген, если он вообще может активироваться. Но, на всякий случай, нужно будет исследовать полученные образцы на асгардском оборудовании, потом провести ещё пару испытаний на добровольцах, для статистики, ну и проверить работу на мутантах с уже пробудившимися генами, желательно, на тех, у кого такое пробуждение привело к нарушениям физического развития. Но это дело не на один день, да и специальное оборудование надо будет подготовить, чтобы в последних случаях суметь всё откатить и точно откачать пациента. Вот потом — да, потом у тебя появится лекарство для выправления многих сложных случаев, да и просто чтоб повысить шансы Скотта, Джин и Шторм на выживание в боевых операциях. А вот что касается революции… Ты даже не представляешь, Чарльз, как же сильно у меня чесались руки! – закатываю глаза, выпуская на лицо мечтательную улыбку.

– Мне кажется, ты говорил, что власть тебя не интересует, тем более в Мидгарде? Так зачем устраивать нечто подобное? – позволил себе некоторое удивление профессор, не став ставить под сомнение перспективы применения сыворотки «суперсолдата» на своих учениках, если та окажется безопасной.

– Это всё искушения Светлой стороны Великой Силы, – как будто сам только-только пришёл к этому выводу, задумчиво покивал я. – Я сопротивляюсь изо всех сил, но Светлая сторона всё время искушает моё чёрствое злодейское сердечко совершать что-то на благо окружающим, так сказать, осчастливить всех, и чтобы никто не ушёл обиженным.

– И для этого требуется устраивать кровопролитную революцию? – скептически вскинул бровь Чарльз.

– Разумеется! – воодушевлённо начал я. – Нет ничего лучше для построения справедливого и социально ориентированного общества, чем кровопролитная революция!.. Конечно, ещё можно действовать через общий морально-этический рост социума и возвышение разума над примитивными животными инстинктами, подталкивающими хапать себе как можно больше ресурсов, независимо от того, насколько они реально нужны, попутно вгрызаясь в глотки всем конкурентам за обладание ими, но это слишком долго — я помру от старости, прежде чем человечество до такого дорастёт, – развожу руками в жесте беспомощности и «обстоятельства сильнее меня». – Намного проще просто убить всех лишних, кто кроме дополнительной циферки на банковском счёте ни о чём в жизни уже думать неспособен.

– Ох… – телепат помассировал пальцами левой руки свою лысину. – Ты не стремишься меня порадовать…

– Отнюдь, я же не устроил революции, – крутанув тростью, улыбаюсь ему в лицо, – а значит, можно сказать, героически всех спас! Пусть от приступов собственного энтузиазма, но спас же! Отличная новость, как по мне.

– И всё равно было бы намного лучше, если бы ты ограничился обычным ответом, что всё прошло хорошо, не вдаваясь в подробности, от которых у половины мировых лидеров может прибавиться седины, – сдержанно улыбнулся телепат, поймав мой взгляд.

– Ты не перебарщиваешь с драматизмом? – с подозрением прищурился я.

– Правитель доминирующего в галактике государства едва сдержался от того, чтобы захватить власть в крупнейшей ядерной державе планеты и начать строить справедливое общество путём кровопролитной революции… Поверь, в этой фразе нельзя переборщить с драматизмом, – с доверительной интонацией донёс до меня «прописные истины» опытный преподаватель и мозгоправ.

– Ну хорошо-хорошо, убедил, – поднимаю руки в защитном жесте. – Обещаю впредь быть более аккуратным. К слову об этом… – перемещаю из подпространственного кармана папочку с документами и протягиваю мужчине. – Держи.

– Что это? – приняв документы через стол, логично поинтересовался Ксавьер.

– Аккуратность, которую ты просил. Тут информация на того человека, который получил сыворотку. Так как я не могу гарантировать, что постоянно буду на Земле и смогу отслеживать ситуацию, пусть она полежит у тебя. На всякий случай.

– Это может потребоваться?

– Кто знает? – пожал я плечами. – В любом случае, вероятность того, что этот человек в скором времени соберёт вокруг себя группу, состоящую как из мутантов, так и из обычных людей, много больше нуля. С ним вполне можно иметь дело, а тебе, как главе одной из сильнейших общин мутантов мира, это может быть полезно.

– Понятно, – задержав взгляд на обложке, Профессор Икс о чём-то задумался, но вскоре вернулся к реальности. – Ты ради этого оставил мисс Ояму в коридоре?

– Нет, что ты? Она в курсе его личности и планов — она помогала мне его выбирать. Я попросил её подождать в коридоре, чтобы один волчонок почуял запах старшей сестрёнки и успел устроить на меня засаду при выходе из кабинета, – совершенно честно изложил я свой коварный план, расплываясь в улыбке.

– Думаешь, Лаура станет так поступать? – тоже улыбнулся Ксавьер.

– Чарльз… – с чувством поиграл я голосом, – сколько меня не было? Конечно, она устроит засаду! Она обожает это делать, даже когда я никуда не ухожу.

– И ты уже подготовил подарки, – догадался сильнейший телепат Земли.

– Ах да! Подарки! – вскакиваю с кресла. – Совсем забыл! Сувениры из Империи Зла, жуткого Мордора и оплота красных медведей!

– Локи… – явно понял, что будет дальше, умудрённый жизнью преподаватель, но остановить меня он не мог.

– В общем, вот тебе матрёшка, балалайка, самовар, – я начал выгружать из подпространственного кармана набранные в России сувениры. Ага, прямо на стол уважаемого американского профессора, – автомат Калашникова, значок октябрёнка, стереотипный костюм следователя НКВД с музейным революционным маузером и, конечно же, шапка-ушанка! Ну а водку я сгружу Скотту. Так… что ещё?.. – я задумался.

– Локи… – со вздохом принял мой пассаж Ксавьер, аккуратно убирая автомат со стола.

– Я не грабил музеи! – не отказал я себе в удовольствии постоять за своё доброе имя. – Оружие я честно взял из коллекции одного советника президента. Это был справедливый поступок — он не имел на него права и просто пользовался служебным положением.

– Пожалуйста, не раздавай остальное оружие из той коллекции ученикам, – искренне глядя мне в глаза, душевно попросил мужчина.

– Даже Лауре? – постарался я изобразить изумление оскорблённой в лучших чувствах невинности.

– Особенно ей, – не остался в долгу Ксавьер.

– Ладно, – вздыхаю, словно и впрямь расстроился. – Но хотя бы расскажи, что у вас тут творилось, пока я блуждал по заснеженным просторам ужасного Мордора, отчаянно борясь с позывами устроить маленькую победоносную чистку высших эшелонов власти.

– У нас было на редкость тихо и спокойно, – честно ответил телепат. – Знаешь, эта прекрасная рутина и скука… – мужчина улыбнулся, – насколько это может быть в школе для одарённых детей.

– Понятненько, но ничего, ваш любимый профессор истории снова с вами, а потому скоро вновь станет весело и чудесато. У меня уже запланирован курс лекций на тему Великой Октябрьской Социалистической Революции и её роли в формировании современного общества!

– Я почему-то так и думал…

– Ладно, Локи отметился, Локи доложился. И теперь божественные инстинкты подсказывают ему, что пора выйти за дверь и с честью принять свою судьбу! – с этими словами я развернулся на пятках и решительно направился к выходу, где меня уже караулила одна маленькая девочка.

Видимо, тоже что-то уловив своим псионическим даром, Чарльз проводил меня тихим смешком, а потом я покинул кабинет директора сего учебного заведения, и-и-и…

– Кхм… – озвучил некоторое… скажем так, случившееся обстоятельство, которое чуть не уронило меня на пол. Без шуток, такого резкого начала я не ожидал.

– (&gt;__&gt;)… – обстоятельство гениально сделало вид, что ничего не происходит, а удушающий приём на моей шее — это мне кажется и вообще оно всегда там висело.

– Грм-м?.. – прочистил я горло, находя взглядом невозмутимое лицо Юрико, дисциплинированно ожидавшей меня за дверью и, вроде как, выполнявшей обязанности моего телохранителя…

– (&lt;__&lt; )… – И понял, что ждать тут помощи мне не приходится, ибо мисс Ояма всей позой полностью поддерживала нормальность ситуации, когда мне в шею внезапно влетает мелкий живой снаряд и начинает удовлетворённо рычать, «вцепившись в добычу».

– Ну ладно, – вынужденно признал я, пожав плечами и аккуратно коснувшись головы Лауры. – Но, Волчонок, давай хоть я тебе твой подарок отдам и перецеплю поудобнее? Как я полагаю, шансов, что ты меня отпустишь в ближайшие час-два, у меня всё равно нет?

– (-__-)… – мне что-то неразборчиво рыкнули в район затылка и поудобнее обхватили за шею.

– Я почему-то так и подумал, – сообщил я своё заключение прицепившемуся ко мне ребёнку, активно изображавшему детёныша коалы. – И да, я тоже очень рад тебя видеть!

– (^__^)!

– Это была счастливая улыбка?! – не сразу поверил я тому, что девочка даже чуть отстранилась, чтобы мне улыбнуться.

– (&gt;__&gt;)… – на мой вопрос она крепко задумалась, но ворот держала цепко. – (-__-)… – в конце концов пожали мне плечиками и повисли обратно.

– Ладно, понял, мне показалось, да, – настроение, и так пребывавшее на весьма и весьма высокой отметке, стремительно поднималось ещё выше, всё-таки Лаура — это восхитительно. – Так, ладненько, вот, – призываю вещицу из подпространственного кармана, – давай примерим это! – а Лаура с пионерским галстуком — восхитительнее вдвойне. Свершив акт улучшения своего Боевого Хомячка в Советского Боевого Хомячка, тем самым повысив девочку на половину ранга и даровав новые скиллы… кхм, пардон, не та вселенная. Хотя… может, когда-нибудь и до Энрота получится добраться. Мечты-мечты, ну а пока… – Как ты смотришь на то, чтобы покататься на всамделишном боге и слегка поэпатировать публику? – подхватив так и не отцепившегося ребёнка поудобнее, внёс я новое предложение.

– … – девочка молча отпустила мою шею и лихим манёвром взобралась на плечи, всем своим видом показывая, что готова идти, пардон, ехать по дороге приключений.

– Отлично! Ну, да начнётся курощение… и, возможно, дуракаваляние! Ты, кстати, не в курсе, уроки уже закончились? – именно в этот момент прозвенел звонок, и коридоры принялись постепенно оживать. – О, ясно, превосходно! Вперёд! – и я отправился на поиски одной милой богини. Нужно же совмещать приятное с приятным и немного приятного сверху? Вот и я считаю, что нужно.

Некоторое время спустя.

– Итак, пока дети едят мороженое, – я кивнул в сторону Лауры, уплетающей йошкар-олинский молочный пломбир в вафельном стаканчике, – а прекрасные дамы заняты примеркой шубок, – теперь взгляда удостоился клубок из тел вокруг коробок у дивана, где можно было заметить белоснежную, рыжую и тёмные шевелюры, – колись — как ты освоился с семейством? – и, откинувшись на спинку дивана, я предвкушающе вскинул бровь.

– Не так плохо, как можно было бы ожидать, – пожал плечами Логан, прекращая разглядывать бутылку грузинского коньяка. – Немного необычно, но… – взгляд мутанта скользнул с презента на маленькую девочку, беззастенчиво греющую уши при разговоре взрослых, – мы вроде бы поладили, – продолжил мысль Росомаха, получая в ответ серьёзный кивок Лауры, что, правда, привело к испачканному носу, но девочку это ничуть не смутило.

– А как с памятью?

– Смутно, – смена темы его не очень обрадовала, так что Логан даже чуток поморщился, – но я вспомнил, что участвовал во Второй Мировой и, кажется, был знаком с Капитаном Америкой… – теперь последовал общий жест телом, словно мужчине самому было не очень комфортно такое заявлять.

– Кстати, хорошо, что напомнил, его бы уже откопать пора… – отметил момент я, потирая подбородок.

То, что Кэпа должны найти к моменту, когда оригинальный Локи повёл бы читаури на Мидгард, я помнил хорошо, но вот когда это должно было случиться, вообще не представлял. А ведь рядом с ним и Тессеракт найдут, оставлять же его в руках Щ.И.Т.-а сильно не хотелось. С тех и без всякого Тони станется откопать старые проекты Красного Черепа и начать их дорабатывать до нового вторжения читаури или ещё какой хрени, а уж если за него Тони возьмётся… Способный к мгновенным межгалактическим телепортациям Железный Человек, коему на мозги капает своевольный синий булыжник, который даже асгардцы на постоянной основе использовать стремаются, — это ещё не самое страшное, что там может случиться.

– Прости? – попросил уточнений Росомаха.

– Он в конце войны разбился где-то во льдах. Щ.И.Т. его потихоньку ищет и, по моим прогнозам, должен найти в ближайшие годы… Залезть, что ли, к ним в базу — посмотреть, как дела идут? – идея была не так уж плоха, если подумать…

– Думаешь, он до сих пор жив? – скептически вскинул бровь мутант.

– Да что ему сделается? Регенерация у него, конечно, не как у тебя, но в холодной водичке не помрёт. Меня больше его психическое здоровье волнует. Ну, знаешь, ты такой героически жертвуешь собой ради страны на пороге всеобщей победы над подлым мировым злом, а тут просыпаешься в мрачном тёмном будущем, где проводятся гей-парады, директором Щ.И.Т.-а является тупой агрессивный негр, а Гидра уже правит миром…

– Гидра правит миром? – кажется, это название пробудило у него какие-то воспоминания.

– Ну-у… процентов на сорок пять…

– Чего?! – Логан явно вспоминал об этой организации с каждой секундой всё больше. И то, что шептала ему память, ему не нравилось.

– А чего ты так удивлён? – откинувшись на кресле, делаю глоток какао из кружки. – Красному Черепу, конечно, выдали хорошего пинка, но организация не только на нём держалась, да и вместе выживать всяко проще, чем по одному разбегаться. Какое-то время сами протянули по заранее подготовленным схронам, а потом и Холодная Война началась, в ходе которой куча нацистских преступников очень быстро получила амнистию, особенно в благословенных США. Их, конечно, контролировали, опекали и всё такое, но тут как с криминалом: как только полиция начинает разводить игры со «своими» бандами и боссами, оглянуться не успеваешь, как она уже по уши в их бизнесе и искренне считает его своим.

– И тебя это совсем не беспокоит? – с некоторой… предупредительной ноткой осведомился мутант.

– Сращивание криминала с официальными властями?

– Нет, – не принял шутки Хоулет, – Гидра и их планы на мировое господство.

– Не особо, – пожимаю плечами, делая новый глоток и скользнув взглядом по лицу Лауры. – Всё время кто-то покушается на мировое господство. В горах Тибета сидит группка старичков, способных по щелчку пальцев организовать начало апокалипсиса, призвав в наш мир кого-нибудь из демонических лордов. Я одним приказом могу разорвать Землю в груду космического мусора или натравить на неё легионы ледяных великанов. В глубинах космоса обитают сущности, способные жрать планеты, как пирожки. А человек, способный одной мыслью превратить всех мировых лидеров и командиров военных баз в своих вернейших рабов, учит одарённых детишек ценить литературу. Если начать переживать по каждому такому поводу, можно и умом двинуться, а у меня и так жизнь нервная, просто днями не сплю и ночами не ем, – вновь касаюсь губами стакана.

– Вот ты охереть как меня утешил! – с сарказмом поблагодарил Росомаха.

– Обращайся! – отсалютовал я посудой своему собеседнику. – Но вообще, один вопрос меня действительно интересует.

– Я знаю, что пожалею об этом, – Логан закатил глаза, – но… какой? – прозвучало так, будто мне делают одолжение. Возможно, для него так и было.

– Шторм, как думаешь, я должен грабануть Пентагон, чтобы узнать, когда они откопают Кэпа, или подождать чуток? – вместо ответа обращаюсь к прекрасной мулатке, что как раз уже заканчивала осмотр меховых прелестей.

– Капитана Америку? – обернулись все три дамы к нашему уголку.

– Да, его.

– А… – переглядывание между собой. – Зачем?

– Нам нужен физрук! И я знаю, как его уговорить!

– Скотт прекрасно справляется с должностью учителя физкультуры, – с этакой… просящей не усложнять улыбкой заверила меня Джин.

– Ой, ты мне будешь рассказывать, как у вас много свободного времени и как легко отвлечься по делам, найдя, на кого оставить детей? – ехидно ухмыляюсь, ловя взгляд телепатки.

– Это!.. – застигнутая такой постановкой вопроса врасплох, Джин Грей требовательно подняла указательный пальчик и даже открыла рот для отповеди, но слова не шли. – Другое! – нашлась она, наконец, с тезисом.

– Да ла-а-адно? – продолжил я играть в гнусного, наглого прохиндея.

– Локи, если ты собрался грабить Пентагон, ты не должен спрашивать у меня разрешения! – пришла на помощь подруге Ороро.

– Нет? – искренне удивился я.

– Нет! – подтвердила девушка, уже подойдя к нам вплотную.

– Но почему?

– Потому что, во-первых, ты всё равно сделаешь по-своему, а во-вторых, я не хочу терзаться муками совести за твои выходки, – подробно разложила всё по полочкам прекрасная белокурая смуглянка.

– Ты тоже думаешь, что я всё делаю по-своему, независимо от мнения окружающих? – обращаюсь к своему Самому Главному Советнику.

– (v_v«)! – серьёзно кивнула Лаура, не отрываясь от поедания пломбира.

– Ну вот… Я опять оказался стереотипным Тёмным Властелином…

– Тёмным — может быть, – вступила в разговор Сара, – но стереотипным… – покачала головой, – точно нет.

– Согласен, – поддержал Росомаха, под кивок Джин и ухмылку Шторм…

– Ну вот, – раздосадованно качаю головой. – Теперь сиди и придумывай вам остроумный ответ! Хотя… – мой взгляд скользнул с довольных лиц взрослых на серьёзное лицо ребёнка. – А скажи мне, милый ребёнок, ты хочешь пойти со мной грабить Пентагон?

– Эм, Локи, я не думаю, что… – начала было Сара проявлять озабоченность моим тлетворным влиянием, но тут уже пришёл ответ от девочки. В смысле, кивок. Решительный такой, бескомпромиссный…

– Отлично! – воодушевился я, напрочь игнорируя то, как начали переглядываться мутанты. – Итак, перед тем как идти на дело, нам с тобой нужно придумать тебе суперзлодейское прозвище! Оно должно быть крутым, стильным, с хорошим, но не слишком очевидным для постороннего подтекстом, а ещё легко ложиться на язык… Есть идеи?

– (о_О)…

– Действительно…

– (&lt;_&lt;)… (&gt;_о)?

– А, ну, суперзлодеи — это ребята вроде меня, нас официально никто не любит, но мы шикарны. А ещё у нас есть печеньки!

– (*‸*)! – одним взглядом выразила полную готовность быть суперзлодейкой Лаура.

– Я знал, что ты оценишь!

– (*_&gt;)?

– Да, мы отвлеклись, – соглашаюсь с ребёнком. – Итак… Ты — милая, кавайная девочка, ты умеешь драться, всё время молчишь, умеешь заставлять крутого плохого парня читать тебе сказки на ночь… Минуточку, – с новым интересом оцениваю облик Х-23. – А как насчёт Нио? Волосы мы тебе покрасим, менять цвет глаз я тебя научу, костюмчик и зонтик с сюрпризом года через три организуем… Да! Шикарная мысль! Ну, как тебе, Нио? Хочешь ещё мороженки?

– (o_o)?.. (&gt;_&gt;)… (^_^)!..

– Идеально!

– Локи! – о, вот и иксмены проснулись. Но я уже завербовал себе верного прислужника! Трепещите, правительственные бюрократы, мы идём к вам! Или проще позвонить Старку и спросить?.. Нет! Это слишком просто! Лучше стырить у него Кэпа из-под носа и оставить маленький красный флажок!

Глава 21

Одна непримечательная частная клиника Нью-Йорка.

Сознание вернулось рывком. Последнее, что он помнил — удар, чувство удушья и заливающую кабину самолёта ледяную воду. Он… жив? Но как? Вскочив с кровати, на которой пребывал, мужчина огляделся. Он находился в странной палате, отделка, мебель, бельё — всё было каким-то… непривычно белым и ярким, словно снег в солнечный день. Да и свет с потолка был таким же — ярким и холодным.

– Уже проснулся? Ну что же, привет, мой дорогой пельмешек, – внезапно часть стены просто отъехала в сторону и явила проход, в котором стоял…

– Говард? – проснувшийся разглядывал мужчину, которого мог бы назвать своим другом.

Этот слегка безумный инженер отличался эксцентричностью, никогда не лез за словом в карман, но его чувство юмора… кто ещё мог, пилотируя самолёт под зенитным обстрелом, предложить «потом заскочить к нему на фондю»? Вот только черты лица вошедшего были иными. Он был похож, очень похож! Но вместо кудрей волосы повстречавшегося ему незнакомца были прямыми, щеголеватые усики сменились не менее щеголеватой бородкой, только флёр эксцентричности остался тот же. Может, это его родной брат?

– Простите, кажется, я вас спутал с одним своим другом, – повинился Стивен, спеша исправить неловкость момента.

– Да, мы похожи, – с лёгкой грустью улыбнулся незнакомец. – Тогда позвольте представиться, Энтони, но лучше просто Тони Старк.

– О, так вы и в самом деле брат Говарда?

– Нет… – он покачал головой, после чего как-то по-особенному пошевелил верхней губой и будто на что-то решился. – Вообще, мне выдали целую кучу советов на тему того, как вести разговор и вводить тебя в курс дела, – почти скороговоркой вывалил на него незнакомец, – но… к дьяволу, – эксцентрично закончил он. – В общем, Кэп, тебя не было с нами почти семьдесят лет. Я — сын Говарда.

– Ч-что? – Стив Роджерс отступил на шаг назад. – Я… Как это возможно?

– Криогенная заморозка в естественных условиях. Нормального человека это бы прикончило, но ты куда как крепче, – поведал Старк, – так что впал в своего рода анабиоз и… Ай, вряд ли тебе интересны технические подробности. Ты там как, нормально?

– Я опоздал на свидание… на семьдесят лет… – Стиву было ни разу не «нормально». Что? Как? Это шутка? Бред? Или нет? Ему… ему нужно выбраться на улицу и посмотреть на всё своими глазами!

– Понимаю. Хреновая новость, – сочувственно кивнул Тони, отводя взгляд, словно примеряя на себя. – Но, если тебе это сделает легче, мы победили. Война окончилась, Гитлер совершил самоубийство в своём бункере, лагеря смерти закрыты, заключённые спасены, а ты стал героем для всей планеты.

– Это… – осознать всё было сложно, – хорошо… Но… Я под арестом или могу выйти на улицу? – поднял мужчина самый животрепещущий вопрос.

– За кого ты меня держишь?! – оскорблённо округлил на него глаза Старк. – Я с пяти лет читал про тебя комиксы!.. Пока не достали вечные перезагрузки и новые трактовки, – с долей конфуза дёрнул он щекой. – Короче, конечно, ты можешь выйти! Эй там, – мужчина повернулся к выходу, – принесите комплект одежды для Кэпа! – только тут Стивен заметил, что расхаживает в одних трусах, впрочем, на фоне всего остального это была наименьшая из его проблем.

– Н-но сэр…

– Уволю!

– Сейчас, сэр!

– Наберут по объявлению… – гость устало прикрыл глаза и уселся на ближайший белый стул, небрежно скинув и так небрежно лежащий на его плечах медицинский халат, после чего небрежно развалился на предмете мебели. На вкус Роджерса, слишком много «небрежно», но как-то иначе охарактеризовать всё то, что проделал этот странный тип, он не мог. – Слушай, ты же ведь полноценный капитан, да? То есть умеешь управлять людьми, принимать решения в экстремальной обстановке и условиях недостатка информации, быстро адаптироваться к меняющимся условиям, подбирать заместителей и вот это вот всё?

– Эм… Да… по-всякому бывало… – с некоторым сомнением и подозрением ответил самый знаменитый капитан американской армии.

– Отлично! Мне как раз нужен грамотный руководитель на должность директора Щ.И.Т.-а! Что скажешь? – огорошил его Старк.

– Щита? – не понял Стив.

– Это контора, которую создали после войны в основном из твоих ближайших сослуживцев, – начал пояснять Энтони. – Основная задача — защита мира во всём мире и борьба с больными ублюдками, вроде Красного Черепа. И всё бы отлично, но из-за безмозглого руководства одного придурка в ней нашлись идиоты, которые решили возродить Гидру и неплохо с этим справились, подмяв процентов шестьдесят личного состава организации, пока это не вскрылось пару недель назад. На самом деле, ты мог проснуться ещё эти самые пару недель назад, но из-за поднявшегося бурления говна про тебя благополучно забыли, а у меня руки дошли до документов о твоём обнаружении вот буквально только что. Я сейчас, если называть вещи своими именами, пересоздаю Щ.И.Т. заново, по ходу дела вконец пересравшись с Пентагоном и Конгрессом, но они — не проблема, у меня на всех теперь есть компромат, однако мне нужен кто-то компетентный на роль нового директора, потому что старый меня уже вконец достал…

– Ну вот! Всего на пять минут не успел! – вдруг раздался из пустоты новый голос, после чего у дверей из переливов зелёно-золотистого света возникли три новых действующих лица. – Нио, это твоя вина! Если бы мы не зашли за мороженым, я бы его опередил! – укоряюще обернулся к девочке лет десяти какой-то лощёный франт с Уолл-стрит, поигрывая серебристой тростью.

– (-_&gt;)? – скептически вздёрнула бровь та, и впрямь поедая мороженое на палочке. Несмотря на окрик взрослого, от поедания она не оторвалась ни на миг.

– Что значит ты бы меня опередил?! – в голос возмутился Старк, подскочив на ноги. – Что ты собирался сделать с Капитаном Америкой? Он — национальное достояние, если хочешь знать!

– Не хочу ничего знать! – отмёл претензии новый гость, рядом с которым, к удивлению Роджерса, помимо ребёнка, обнаружился человек, вновь подозрительно похожий на одного его знакомого. – Ты только что вывалил на едва вышедшего из комы простого бруклинского парня, который ничего не знает о современном мире, дела сверхсекретной организации и предложил этой организацией порулить!

– Не имеет значения, что он ничего не знает! – словно прекрасно зная собеседника и считая подобный тон разговора нормальным, не остался в долгу Тони. – Это даже хорошо! Он будет пытаться разобраться! Уже этим он на голову превосходит Фьюри в профессиональном плане!

– … – франт на миг замер, явно задумавшись. – Аргумент… – впечатлённо признал неизвестный. – Тогда я тобой горжусь! – тут же переключился он на позитивный лад. – Но допустить этого всё равно не могу.

– Почему ещё?

– Мне в школу нужен физрук, и я уже обещал женщинам.

– Привет, Стив, – пока Старк переваривал ответ, подошёл к ничего не понимающему Роджерсу мужчина, очень похожий на одного его сослуживца.

– Джеймс? – недоверчиво переспросил мужчина, который боялся обмануться после первого конфуза, да и озвученные годы комы давали о себе знать.

– Да, это я. Сам в шоке, если честно.

– А это кто? – переключил на него внимание и Тони.

– Это старый сослуживец Кэпа, я подумал, что ему не помешает хоть одно знакомое лицо, – пожал плечами франт. – Но не уходи от темы! Ты хочешь припрячь сверхчеловека без профильного образования к выполнению бюрократической работы в милитаризованной конторе, а у меня куда как более глобальные и нужные для человечества планы!

– Работа учителем физкультуры в колледже? – скептически вздёрнул бровь Старк.

– Не просто колледже, а колледже, где учатся десятки детей со сверхспособностями! – вскинул палец носитель трости.

– О-о-о… – протянул Тони. – Но я уже всё подготовил! Кто тогда будет рулить Щ.И.Т.-ом? У меня уже от всей этой шпионской дряни натуральная мигрень, и Пеппер уже грозится выселить меня на диван! Я не могу этого допустить!

– Сэр, вот комплект, – в проём вошёл неприметный санитар и, словно в упор не замечая троих из четырёх посетителей, протянул Старку комплект одежды.

– Ага, спасибо, – рефлекторно принял тот свёрток с одеждой и, проводив подчинённого подозрительным взглядом, обратился к собеседнику: – Они опять тебя не видят?

– Естественно. Иначе бы здесь уже была тревога, – обескураживающе улыбнулся тот.

– Вот теперь ты видишь, насколько я устал от всего этого! Голова совсем не соображает! – теперь поучающий жест исполнял мужчина с бородкой. – Кэп, держи, – тут же, без всякой паузы, повернулся он к Стиву и протянул одежду.

– Назначь директором Марию Хилл, она справится.

– Чем ты слушал, когда я говорил про Пеппер и диван?

– Ага, я так и знал, что причина проволочки с её повышением в этом! – обрадовался франт.

– Теперь ты понимаешь щекотливость ситуации?

– Да, но ведь я тоже уже обещал женщинам!

– Джеймс… – уже начав спешно облачаться, периодически поглядывая на десятилетнюю девочку, что с интересом прислушивалась к спору взрослых и никак не реагировала на его наготу, обратился Роджерс к сослуживцу, – что здесь происходит, кто все эти люди и почему их не смущает вот так вот обсуждать меня в моём же присутствии?

– А-а, – тот отмахнулся и, достав из внутреннего кармана кожаной куртки сигару, привычным жестом её прикурил, – это Локи. Локи и смущение — вещи несовместимые. А Тони, как я понял из его объяснений, — его жрец и последователь, то есть такой же ненормальный, только на минималках.

– Эй, я, между прочим, приватизировал Щ.И.Т. и спас человечество от Гидры! – возмутился обсуждаемый Тони.

– А я приватизировал Йотунхейм и спас человечество от Третьей Мировой, вируса-убийцы и так, ещё немного по мелочи, – парировал франт, названный «Локи». – А ещё у меня есть Нио, – с гордостью указал он на девочку, – и она — лучшая!

– Ладно, убедил, – вздохнул Старк, мазнув взглядом по ребёнку. – Кстати, ты зачем на яхте языком интерфейса русский выставил?

– А почему бы и не «да»? Ты же любишь красный цвет, – и эти двое вновь продолжили общаться на своей волне, впрочем, было очевидно, что внимание на происходящее они уделяют в более чем достаточном объёме.

– Не беспокойся, ты привыкнешь, – сочувственно похлопал его по плечу Джеймс, затягиваясь сигарой. – Но ты и в самом деле много всего пропустил и тебе многое предстоит узнать, так что предлагаю выбираться отсюда. Внизу я видел небольшое кафе, пойдём туда, закажем по пиву и гамбургеру, и я начну вводить тебя в курс дела, раз оба «ответственных», – в голосе сквозил хорошо известный Кэпу сарказм, – за это дело решили положить болт на это самое дело…

– Л-ладно, – неуверенно ответил Стив. Всё происходящее никак не могло уложиться у него в голове, но, по крайней мере, Джеймс был рядом, а раз уж он мог доверить ему спину на войне, то и теперь на него можно было положиться…

Там же. После ухода Кэпа.

– Итак, я запряг Росомаху поработать психотерапевтом и учителем истории, а он ничего даже не заметил. Я молодец, правда, Нио?

– (V_v)?

– Ну да, Тони тоже постарался, но это же не отменяет эпичность достижения! – возражаю скепсису девочки, рефлекторно крутанув тростью.

– (&lt;_&lt;)…

– Она идеальный собеседник, правда? – с улыбкой оборачиваюсь к Старку.

– Не втягивай меня в разговоры о детях! – отрезал тот, предупредительно поднимая указательный палец.

– Ладно, как скажешь. Слушай, в каждой шутке только доля шутки, нам ли не знать? Так вот, неужели дела настолько плохи, что ты хотел предложить только что размороженному простому бостонскому парню порулить «мировой» организацией? – я сделал пальцами кавычки, потому как власть Щ.И.Т.-а, де-факто, распространялась на страны НАТО… да и всё — те же Китай, Россия, страны Ближнего Востока и даже Африка плевать хотели на их заявления и трепыхания, и работали щитовцы в этих странах как агенты-нелегалы, то бишь шпионы и диверсанты.

– Угу, – Тони удручённо-устало взлохматил себе волосы, слегка косясь на Лауру, но так… чисто рефлекторно, – Фьюри туп, как пробка.

– Хм?

– Ну ладно, – Старк страдальчески поморщился и, вытащив из-под пиджака плоскую фляжку, сделал жадный глоток, – может, я преувеличиваю, но сработаться с ним нереально. Гонору у него больше, чем у президента США, а толку с него почти никакого. Там, где даже я понимаю, что нужно засунуть личные отношения куда поглубже и просто работать, он продолжает юлить, мутить и пытаться играть в психологическую обработку. Ещё и выдумал именно сейчас создавать Щ.И.Т.-у специальную команду супергероев, как будто нам больше нечем заняться!

– Инициатива «Мстители»? – счёл нужным проявить я осведомлённость.

– Да! Вот именно эту дурь! – оживился Тони, тыкая в мою сторону рукой с зажатой фляжкой.

– Кстати, он рассказывал, почему такое тупое название?

– Нет, а что в нём не так?

– Звучит так, словно Щ.И.Т. всё полностью и безоговорочно просрал, причём до такой степени, что выжившим теперь только мстить и остаётся. Нет, я понимаю, что это довольно близко к истине, видимо, Фьюри, когда придумывал, подсознательно отдавал себе отчёт в своей компетентности, но зачем самостоятельно задавать организации кармическую установку заведомо проигранного первого боя и кучи жертв?

– … – Старк задумчиво пожевал губами. – Не против, если я использую эту цитату?

– Да ради Бога, – улыбнулся я.

– Но вопрос Кэпа это не отменяет, – вернулся к теме инженер-миллиардер. – Я понимаю необходимость реабилитации, но пойми и меня — сместить Фьюри не так уж просто, даже несмотря на то, как он облажался, а возразить против кандидатуры Капитана Америки ни одна крыса в Совете Безопасности не осмелится, иначе я их просто утоплю за коллаборационизм и симпатии к Гидре.

– И почему же ты так упираешься против Марии? Вряд ли дело в твоей обожаемой супруге, в конце концов, мисс Потс… прошу прощения, миссис Старк — на редкость умная, выдержанная, закалённая в неравных боях с безумием и самодурством женщина, неужели она допускает мысль, что новая директриса займёт своё место не за профессиональные навыки?

– Разумеется, с этим проблем нет, – дёрнул щекой Тони. – Она просто слишком зашорена. В голове одни инструкции, правила и устав, а ещё безусловная вера дяде Сэму. Как заместитель она хороша, но если начнёт рулить всем сама, сразу начнёт брыкаться хлеще Фьюри, спустив мне в унитаз всю работу по обновлению и взятию под контроль организации… – инженер помахал в воздухе рукой, показывая, что идея ему не сильно нравится.

– И потому ты хочешь запрячь впахивать парня, который вообще-то отстал от жизни на семьдесят лет? Его первый же гей-парад вгонит в священный трепет! А что с ним случится при более детальном разборе повесточки, даже мне страшно представить! Вариант «Череп был прав!» — ещё не самый опасный. Да чего там, я — вроде как злобное божество, отвечающее за хаос, доставление всем власть имущим головной боли и всё такое — до сих пор в шоке и трепете! А Кэп — всего лишь предсерийный прототип астартес, тут же уровень Пафосного Превозмогания должен соответствовать Примарху, а то и сразу Импи…

– И тем не менее… Э-э-э… Ты сейчас на каком языке заговорил? – миллиардер забавно свёл глаза в кучку.

– Тони, – я с укором посмотрел на своего жреца, – я понимаю, что ты был занят пьянками и погоней за юбками, но не знать про Ваху в твоём возрасте… тебе должно быть стыдно!

– Так, что ещё за Ваха? – мой жрец меня не понимал. И потому в душу мою закралось Подозрение. Вы же не хотите сказать…

– Так, сейчас… – достаю телефон и залезаю в интернет.

Чтобы через пять минут с ужасом из него вылезти.

– … Тони… Это катастрофа! В этой вселенной не придумали Вархаммер! Плевать на всё, мы обязаны это исправить! Во имя Омниссии!

– Что-то мне стало не по себе… И вопрос с этими фриками всё равно надо решать… – намекнул миллиардер.

– Потом, всё потом! А сейчас мы должны взять по кружечке грыбного пыва и начать твоё погружение! Это золотая жила! И адепты, много адептов! Хотя… Ох, профу явно не понравится слоган «Убей мутанта, Сожги еретика, Уничтожь ксеноса». А вот «Во имя Высшего Блага» может и зайти…

– … – Старк закатил глаза и достал из кармана передатчик. – Джарвис, очисть мой график на сегодня. Что-то мне подсказывает, что это надолго…

– Ты не пожалеешь, друг мой, – я улыбнулся. – Это очень интересный и противоречивый мир. Тебе понравится. Что же касается Щ.И.Т.-а… Ну, у меня есть один кандидат, что очень не любит нацистов вообще и Гидру в частности, имеет богатый опыт по выявлению и устранению вышеописанных, а также опыт создания секретных организаций, конспиративной работы, и вообще он — просто правильный дядька, что точно будет не против «крышевать» мутную правительственную конторку, дабы она не делала неправильных шагов. И класть он хотел на правительство США, да.

– Довольно неоднозначная характеристика, – хмыкнул Железный Человек, – но мне нравится!

– Отлично. Правда, при нашей последней встрече я больно бил его по голове, а его женщину — по лицу, отчего он мог затаить обиду, так что нам понадобится помощь в вербовке со стороны его друга… Но сперва Вархаммер, а знакомство Железного Человека с Магнето — потом!

– После того, как ты озвучил его прозвище, мне это начало нравиться меньше, – Тони погладил свой железячный реактор в груди.

– О! Ты же ещё не слышал, как работают его силы! Концепция просто шикарная, тебе понравится, как и вариант их воспроизведения чисто техническими средствами, – моя ухмылка не сулила никому ничего хорошего.

Возможно, это прогрессирующее безумие, возможно, что-то иное, но факт оставался фактом — я реально хотел приобщить инженера к культу Механикус, несостоявшемуся террористу дать контроль над крутейшей «надправительственной» организацией, а Капитана Америку вывезти в тайную школу для мутантов и сделать учителем физкультуры. Потому что это то, что должен делать Бог Шуток, это то, что делает смысл, да. В общем, день обещал быть интересным.

Некоторое время спустя.

– Так… – Старк глотнул сотворённого мной эля из преобразованной в кубок пластиковой бутылочки. – Хочешь сказать, что два десятка зарезавшихся шаманов смогли породить сущность, что может настучать любому из Четвёрки, просто «патамушта»?

– Ну… чисто теоретически, их было всё-таки не двадцать, а буквально все, что жили тогда на Земле, плюс-минус те, кто не добрался пешком, но в целом… да, – я тоже сделал глоток густого эля, ибо, нагло захватив кабинет начальника ведомственной больнички Щ.И.Т.-а, мы культурно нажирались, если называть вещи своими именами. – Ещё учти, ему потом триллионы человеков поклонялись очень долго, считая Георгием Победоносцем и рядом иных легендарных личностей, вошедших во многие культы, это тоже считается.

– Окей… допустим… но он, зная о том, что во вселенной существует вот эта вот хрень, просто сказал своим подчинённым «не суйтесь туда» и… всё? Вот совсем всё? Чёрт, даже Фьюри догадался повесить на дверях в распределительный пункт своей летучей крепости таблички «Не влезай — убьёт» с пояснением, что там может шарахнуть током! А тут — типа мужик, который смог захватить мир и планомерно захватывает галактику, которому уже хорошо так за тридцать… тысяч лет. Какого хрена?! И какого хрена я так возмущаюсь от этой выдуманной истории? Хотя… – Тони чуть успокоился и отхлебнул ещё эля, – есть подозрение, что в этом как-то замешаны гики с Марса, поклоняющиеся тостерам.

– Знаешь, это бы звучало правдоподобнее, если бы ты сам не был инженером, что поклоняется древнему скандинавскому божеству.

– Это не мешает мне пытаться развинтить непонятный ништяк и посмотреть, как он работает, а у этих поехавших изобретательство запрещено! Что откопал в древних чертежах, то и собирай! Десять тысяч лет! Да человечество за вдвое более короткий промежуток дошло от выплавки меди к космическим полётам! А космические хиппи с плазмоганами? И безумные боевые грибы… Ох, да там из всего мира нормальные только некроны и тираниды! И у тех, и у других есть какая-то тактика, и они её придерживаются!

– И тем не менее, вижу, тебя зацепило, – я хмыкнул и сделал свой глоток.

– Зацепило? Конечно, зацепило! Это же какой-то трындец, а не вселенная! – всплеснул руками гений, плейбой и филантроп. – Я думал, что Фьюри — тупой, но то, что творят тамошние обитатели… это просто за гранью добра и зла.

– Зато Готично и с Пафосом.

– Ага-ага, а ещё там есть некий Цегорах, который мне кого-то напоминает…

– Кхм… в общем, Локи выдал идею для офигительного стартапа и даже накидал тебе образов всяких милых сорориток и брутальных силовых доспехов космодесанта, на этом мой долг, как твоего Божества, по крайней мере, на ниве просвещения, выполнен.

– Угус… – он поднял коммуникатор. – Джарвис, мне нужно нанять пару-тройку… сотен гейм-дизайнеров. Организуй.

– Как-то ты не очень почтительно к Духу Машины… – поиграл я бровями.

– Я — Железный Человек, я имею право непочтительно обращаться к Духам Машин… Зог!

– Ты всё перепутал, но твой настрой мне нравится. Однако у нас остался ещё один нерешённый вопрос…

– М-м-м? Какой вопрос? – миллиардер уже был где-то там, внутри своих планов. – Надо будет попробовать какой-нибудь сериал замутить, для раскрутки…

– Ну там это… Щ.И.Т., мировая безопасность и прочие скучные вещи… – намекнул я.

– Так это ты меня хотел с кем-то знакомить, вот и знакомь, – меланхолично пожал плечами инженер. – А у меня времени на лишние телодвижения нету — мне надо составить бизнес-план! Кстати, где твой могущественный ребёнок? – Тони мутноватым взглядом оглядел помещение, заметив отсутствие Лауры.

– Часа два назад ушла с моим фантомом к Логану и Кэпу слушать истории про войну, а не наши пьяные бредни, – пожимаю плечами. – Ты тогда ещё на монитор залип, пытаясь вкурить физику процесса гравитационно-магнитных полей Эрика, – киваю на складной смартфоно-ноутбук Старка, который сейчас лежал чуть дальше на столе.

– Кстати об этом, – оживился мой собеседник. – Вспоминая твою оговорку про удары в голову, я не очень комфортно себя чувствую при мысли без приглашения заявляться к человеку, который может такие штуки. Надеюсь, у тебя есть план?

– Разумеется.

– И он надёжен?

– Как швейцарские часы!

– И в чём он заключается?

– Пункт первый: протрезветь!

– … Да, это важный пункт, – согласился Старк, вновь хлебнув асгардского алкоголя.

– Дальше надо отправить детей и ветеранов по домам, а нам с тобой слетать в Сан-Франциско… Или воспользоваться Радужным Мостом? – невольно озадачился я, не зная, что лучше.

– Что за мост?

– Проход в Асгард и оттуда, – пожимаю плечами. – С одной стороны, так будет быстрее, да и тебе интереснее, с другой, там мой брат, его друзья, мама… Ещё, не дай пресвятой Стэн Ли, папа проснётся…

– Папа — это серьёзно, – согласился Тони, вмиг перенеся ситуацию на себя.

– Так, ладно, – хлопаю в ладоши, убирая окружающие нас иллюзии-иллюстрации с изображениями имперской техники, космических кораблей, готичных черепов и прочего колорита. – Сегодня в гости ходить всё равно уже поздно, да и в Асгард тебя приглашать лучше с Пеппер, а то обидится же, а мы с тобой не должны обижать женщин, тем более таких совершенных, что способны нас терпеть.

– Значит, самолёт?

– Угу. Но сперва ребёнок и ветераны!

– Меня всё немного напрягает при мысли, что, будучи железячным, мне придётся идти на встречу с парнем, у которого прозвище, связанное с магнетизмом.

– Если честно, я и сам не сильно горю желанием вот так просто брать и заявляться к Эрику лично, – обескураживающе улыбаюсь. – Он всё-таки в паре вариантов данной вселенной даже Апокалипсису давал прикурить.

– Э-э-э… а разве «Апокалипсис» — это не некое явление? Как ему можно дать прикурить? – с некоторым сомнением поинтересовался Тони, для верности залив в себя ещё пару глотков.

– Не, это такой суровый мужик, который как Танос, но не такой хлебушек. Хотя тоже тот ещё идиот… – качаю головой, вспоминая, что каким бы крутым его ни делали в каком угодно каноне и сколько бы раз он ни захватывал Землю, он всё равно умудряется всё просрать самым тупым образом.

– Вот вообще яснее не стало, – признался Старк.

– А, забей, – отмахнулся я, – это пояснения для зрителей, из тех, кто не в теме, – не то чтобы я подозревал, что являюсь персонажем фильма, попав в персонажа фильма, но мало ли, я же, блин, сижу и бухаю с Железным Человеком!

– …Ну и ладно, – гений вновь пожал плечами. – Но я не понял, мы к Магнето пойдём или не пойдём? Или как-то совместим?

– О, ты догадался! Ты гений, мой многоуважаемый жрец.

– Это да… но теперь ты, как добропорядочный Бог, должен пояснить, что за гениальную мысль я выдал и о чём догадался.

– Я — Бог Интриги! Её нужно держать! – наполняю свой кубок новой порцией эля и, приняв максимально загадочный вид, начинаю держать паузу, неторопливо цедя напиток.

– Как скажешь… – посидели, помолчали секунд десять. – Ну как, достаточно продержал?

– А, сойдёт, в общем, смотри фокус! Сядь, расслабься и… – создать наши иллюзии было несложно, а вот «подключить» Тони к его изображению — уже напряжнее, но я Бог Магии или покурить вышел?

– Какое… странное ощущение. Я словно одновременно нахожусь в двух местах… – отрекомендовался миллиардер, когда рядом с ним появился фантом его самого и начал растерянно моргать.

– Ну, примерно так оно и есть, кстати, лучше не…

– Ух! – заехал себе кубком в глаз инженер.

– …не смотри одновременно через иллюзию и свои собственные глаза, твой вестибулярный аппарат тебе за такое спасибо не скажет.

– Уже понял… – Тони поморщился от боли. – Так, ладно, мы же завтра идём? Давай тогда без понукания к противоестественному выходу наружу всего мной выпитого! – принялся моргать и жмуриться Старк, которого явно замутило.

– Да, конечно, – рассеиваю иллюзию. – Ну что, пойдём искать ветеранов?

– Можно. Ох, – с трудом поднялся из-за стола миллиардер, – вроде пить стал меньше, а непонятной фигни в моей жизни стало больше… не то чтобы я жаловался, но, как правило, всё должно быть наоборот…

Несколько ранее, тоже Локи, но в школе для одарённых детей.

– Чарльз! – телепат, как и ожидалось в это время, сидел в своем кабинете.

– Локи, – Ксавьер приветливо кивнул, – судя по твоему голосу, у тебя есть какая-то идея. Надеюсь, по-прежнему без революций? – улыбнулся старик… хотя после взаимодействия с Мьёльниром не такой уж и старик.

– Не, – я отмахнулся, – лучше! Я тут посидел, подумал… А почему бы нам не сделать Эрика главой Щ.И.Т.-а?

– М-м-м… не мог бы ты пояснить чуть более детально? Для тех, кто не может похвастаться столь быстрым полётом мысли? – это он сейчас мне вежливо намекнул на окончательно улетевшую у меня крышу? Обидно, да.

– Ну, можно и детально. Эрик ведь всё равно «воюет» за мутантов, подменяет там сенаторов на своих агентов-метаморфов, копает под вояк и так далее. И есть вероятность, что рано или поздно он таки нарвётся, из-за чего могут начаться какие-нибудь неприятные события, что выдернут меня из отпуска, а то и свадебного путешествия и сделают окончательно несносным. Вот я и подумал, а почему бы не дать нашему почти террористу контроль над почти террористической организацией мирового уровня? Зато он сможет на законных основаниях копать под политиков, следить за мутными тёрками и пресекать дичь вроде разработок биологического оружия на вирусной основе или ещё чего столь же полезного и умного.

– Хм… предложение, как ни странно, интересное, – как всегда, вполне серьёзно обдумал мои слова Чарльз, пусть те и звучали откровенным бредом, – но ты знаешь мои убеждения — я не собираюсь применять свои способности и лезть в чьи бы то ни было разумы без крайней, жизненной необходимости. И назначение Эрика главой Щ.И.Т. такой необходимостью точно не является.

– Ай, – я отмахнулся, – не переживай, у меня есть приятель, что владеет нужной суперспособностью. У тебя она, конечно, тоже есть, но куда как слабее.

– Почему-то мне кажется, что ты не телепатический дар имеешь в виду, – невозмутимо ответил Ксавьер.

– Разумеется. Когда мы говорим о капиталистической стране, то главная суперспособность любого супера — это Владение Действительно Большими Деньгами, а если к ней добавить ещё и Владение Компроматом и возможность его безнаказанно применить, то получается воистину неодолимое сочетание.

– Как ни печально, но я опять вынужден признать твою правоту, – грустно вздохнул мужчина. – Тем не менее, – Чарльз вышел из-за стола и, подойдя к «уголку отдыха», налил себе в стакан из стоящего на столе графина воды, – ты ведь пришёл не просто чтобы поставить меня перед фактом?

– Верно, при всём моём раздолбайстве, я отдаю себе отчёт в том, что должность Директора Щ.И.Т.-а — должность, позволяющая получить доступ к таким возможностям, что, случись чего, чертям в Аду жарко станет. А ты знаешь своего друга лет семьдесят, если не больше. Потому я и хочу спросить тебя, подойдёт ли он для этой роли? Сможет на деле защищать людей, а не интересы той или иной фракции?

– В первую очередь Эрик будет защищать мутантов, – немного подумав, принялся отвечать Ксавьер. – Однако я поделился с ним твоими изысканиями касательно латентного Х-гена и его реальной распространённости. В свете новой информации… да, пусть в первую очередь он будет защищать уже пробудившихся мутантов, но во вторую — обычных людей, – вздох, – даже от самих себя.

– Что же, это куда как лучше, чем характеристика на большинство известных мне разумных, облечённых той или иной толикой власти… Кстати о разумных и власти, как и обещал, я подобрал нам учителя физкультуры! Правда, сейчас они с Логаном вспоминают былые дни, и, возможно, это затянется, но если вы не против посещения школы одним моим другом не-мутантом, то мы сможем отконвоировать два проспиртованных тела из бара до кроватки. В противном случае мне придётся звать Скотта, ибо заставлять Юрико тащить на себе пьяных ветеранов я точно не готов!

– Почему-то мне кажется, что этот твой друг будет в высшей мере необычным, раз ты готов пригласить его сюда, – Чарльз вернулся за свой стол. – Не скажешь, кто это?

– Тони Старк, – я предвкушал удивление или что-то в этом роде.

– Что же, действительно очень подходящий для тебя знакомый, к тому же много переживший и понявший ценность человеческой жизни… – увы, в этот раз меня ждал облом — телепат доказал свою Мощь, интрига от Бога Интриг его не проняла, эх…

– Так ты не против?

– Сам бы я не стал искать с ним встречи и как-то вмешивать в дела мутантов, – переложив какую-то папку перед собой с одного места на другое, принялся объяснять Профессор Икс, – но из твоих слов выходит, что именно он будет проталкивать Эрика на должность главы Щ.И.Т., а значит, он как минимум знает, о ком идёт речь, и заинтересован в последствиях такого решения. И в таких обстоятельствах я уже не могу отказаться от знакомства с ним, хотя и не могу сказать, что не испытываю тревоги от этого.

– Ну и славно, – киваю. – Не уверен, как поздно мы приедем — у нас тут очень интересный разговор, да и Кэпа отрывать от вникания в обстановку будет не очень правильно, но, на всякий случай, пусть Шторм, Юрико и Сара не волнуются, если нас не будет до темноты, и ложатся спать.

– Хорошо. На всякий случай, – жестом придержал меня профессор, – нам готовить только две комнаты или больше?

– Двух будет даже с избытком — зная Тони, он заночует в моей лаборатории в обнимку с Горнилом Душ, и нам ещё придётся пинками его прогонять из гостей, – улыбаюсь я. – Вы лучше начните готовиться к звонкам на тему: «это не розыгрыш, и этот мутный тип действительно имеет в виду именно то, что предлагает», а то, боюсь, Эрик так просто мне не поверит.

– Мы подготовим две комнаты, – тоже улыбнулся телепат. – Должен признать… это начинает казаться мне забавным.

– О! – воодушевился я.

– И вот это-то меня и беспокоит…

– Ничего, я верю в вас, проф!

Глава 22

Утро для меня началось с приготовления даров прекрасной белокурой Богине. Ороро накануне героически дождалась и встретила компанию пьяных мужчин с одним маленьким ребёнком, после чего не менее героически распихивала всех по спальням с посильной помощью Сары и Юрико. Только вот Сара дожидалась в первую очередь Лауру и взяла в оборот её же, спеша умыть, причесать, накормить и, в целом, исправить пагубное влияние компании вульгарных мужланов, что «наверняка не догадались купить девочке что-то кроме чипсов и мороженого». Мужланы, в нашем с Логаном лице, не то чтобы признавали инкриминированное, но возражать не спешили, ибо были мудры, опытны, да и вообще — нельзя подрывать авторитет мамы в глазах ребёнка, устраивая с ней спор на этих самых глазах. Юрико же хоть и помогала в распихивании мужчин по помещениям, но инициативы в деле командования оными великовозрастными балбесами не проявляла, а Старку и вовсе старалась на глаза не попадаться, хотя и точно знала, что он не при делах относительно её прошлого, просто некоторые вещи оставляют слишком сильный след на душе. В общем, за всех отдуваться приходилось именно Шторм. И пусть я был хорошим мальчиком, но, как мужчина, всё равно чувствовал необходимость вознаградить леди за её подвиг, а заодно — подлизаться. Ибо прекрасные смуглокожие красавицы более чем достойны того, чтобы сделать им приятное.

Короче, я приготовил завтрак в постель, а потом и отнёс его в её… хотя теперь уже скорее наши апартаменты. После того случая на пирушке оно так как-то само собой получилось.

– М-м-м, Локи, – унюхав запах ароматного релаксирующего кофе (половина воды, половина молока, две ложки сахара), разлепила глаза белокурая мулатка, – я же говорила вчера, чтобы ты не вздумал меня задабривать — массажа и поцелуя на ночь было более чем достаточно, – сладко потянувшись и выпустив на лицо противоречащую сказанному улыбку, попеняли мне. И да, что-то такое она и правда говорила, но я был слишком занят процессом оглаживания идеальной спинки доверчиво прижимающейся ко мне и уже засыпающей красавицы, чтобы обращать внимание на «всякий неубедительный полусонный лепет».

– Так я и не задабриваю, – с улыбкой возражаю поклёпам, – я привожу в действие очень коварный и эгоистичный замысел!

– М-м? – Ороро присела на кровати, позволяя одеялу свалиться на колени, и вопросительно на меня заморгала.

– Мой коварный план состоит в том, – элегантно опускаю поднос на колени девушке, – чтобы полюбоваться тобой, пока ты в костюме Евы, и по максимуму растянуть этот момент за счёт завтрака, который ты не можешь отложить, чтобы одеться!

– Пошляк! – в меня игриво кинули подушкой, но прикрываться не стали, позволяя и дальше наслаждаться всеми подробностями выше пояса.

– Это всё Тони! Он вчера научил меня плохому! – ловлю подушку, не менее шутливо пускаясь в оправдания. – Но я готов перевоспитаться и вернуться на путь истинный!

– Давай без шуток про учительницу и покладистого ученика! – предупредительно погрозили мне пальчиком.

– Шуток? Мои намерения очень серьёзны!

В ответ в меня полетела вторая подушка с кровати, а щёчки Ороро немного потемнели. От негодования, не иначе.

– Ну ладно, – укладываю подушки одну на другую за спиной девушки, чтобы ей было удобнее сидеть, – приятного тебе аппетита, – и целую мулатку в ушко.

– Ты сейчас куда? – сразу уловила, что я намерен оставить её вкушать завтрак в спокойствии, Шторм.

– К Кэпу, Логану и Тони — надо закончить с формальностями и выкорчевать Старка из лаборатории, пока он не придумал пару новых видов вооружения. Потом мы, скорее всего, отъедем на некоторое время в Сан-Франциско, но иллюзию я оставлю. В общем, ешь и никуда не спеши.

– Хорошо, – улыбнулась смуглянка. – И спасибо, – последнее относилось к подносу.

– Всегда пожалуйста, – не отказав себе в удовольствии ещё раз поцеловать девушку, на этот раз в очень даже с готовностью подставленные губки, я покинул спальню и пошёл на подвиги.

Как я и ожидал, едва попав в поместье, Тони не обманулся консервативным стилем обстановки, и буквально первый же его вопрос после обязательной части с представлениями встречающих был о том, где у меня лаборатория. Мол, «ты живёшь здесь, ты мой Бог, значит, тут должна быть крутая, навороченная лаборатория. Скорее всего, в подвале! Показывай! В мою ты уже лазил, теперь моя очередь!» Истории не нужны подробности о том, как Бог Магии натурально отдирал своего Первожреца от атомарной кузни, в которую тот вцепился и кричал, что «останется жить тут», важно, что сейчас Тони следовало перехватить до того, как тот начнёт попытки проникновения со взломом. А он сто процентов начнёт, тем более что никакое похмелье его не тормознёт.

Вообще, никто из вчерашних алкоголиков, тунеядцев и хулиганов, вломившихся в школу после полуночи, несмотря на обильные возлияния, похмельем страдать не мог. Я — в силу своей природы, позволяющей спокойно переносить реальные многомесячные пьянки Асгарда. Тони читерил за счёт постоянного доступа к Живому Свету — все виды отравления несложными и немагическими ядами, в категорию которых входил и алкоголь, могли лишь немного повредить его организму, до уровня «слегка навеселе», да и подобный эффект довольно быстро сходил на нет, про последствия интоксикации, сиречь похмелье, и говорить не приходилось. Логан, будучи регенератором, избавлялся от влияния алкоголя ещё быстрее. Ну а Кэп пусть и был лишь прототипом и бюджетной версией Астартес, реально уплыть мог разве что от хорошей бочки коньяка в одно жало и без закуски. И пусть вчера он примерно на этот уровень и вышел, совершенно незаметно для себя, но к утру могучий организм уже должен был побороть все последствия. Короче, никаких «несвежих зомби» меня не ожидало — все должны были быть бодры, веселы и пребывать в прекраснейшем расположении духа.

Поймал я Старка примерно там, где и ожидал — на первом этаже поместья, буквально в нескольких шагах от лифта вниз. Однако, вопреки ожиданиям, миллиардер не косплеил казака-пластуна, пытаясь тайно проникнуть туда, куда нельзя, а с очень задумчивым и даже, пожалуй, близким к религиозному трепету видом таращился на что-то в гостиной.

Признаться, идей у меня сразу возникло довольно много, и не все приличные. Ну, просто потому, что у нас тут живут Джубили и Китти Прайд, а они — девочки немножко такие… склонные к бисексуальности и эпатажу, хотя первый пункт тщательно маскируют, но тут же главное — наличие. В общем, подходил я, предвкушая некое зрелище, что смогло так зацепить самого Тони Старка, однако… Не понял. В гостиной был только Джек — паренёк из младшей группы, что постоянно там сидит.

– Тони? – обозначаю своё присутствие, рассчитывая на некие пояснения.

– Он умеет мысленно управлять электроникой? – продолжал таращиться на мелкого паренька перед телевизором Старк.

– М?.. – я вновь глянул на молодого мутанта, с запозданием осознавая, в чём дело. Тот реально сидел, даже не думая тянуться к пульту, что лежал прямо у экрана, при этом прекрасно переключая каналы. – Да. Его мутация выражена в технопатии, это как телепатия, только с фокусом на технику, – ещё у паренька была немного необычная структура мозга, в связи с чем он был физически неспособен спать, но описывать подобное было не совсем к месту.

– Эм… а… Если что, Старк Индастриз предоставляет прекрасный соцпакет своим работникам и готова устроить стажировку уже со средне-школьного возраста! – очень оживлённо и деловито повернулся ко мне Айронмен.

– Тони, ты серьёзно хочешь завербовать в свои миньоны десятилетнего шкета, которому было просто лень тянуться до пульта от телевизора?

– Локи, ты не понимаешь! – взгляд миллиардера наполнился чем-то лихорадочным и жадным. – Сейчас, в век набирающей размах автоматизации, я предлагаю шикарные перспективы потенциальному главному инженеру своей фирмы. Или ведущему айтишнику, это как он сам определится!

– И вас совершенно не смущает его природа, мистер Старк? – вклинился в нашу беседу новый голос. – Доброе утро и добро пожаловать, кстати.

– А в чём проблема? – моргнул Тони, оборачиваясь к подошедшему с другой стороны коридора Ксавьеру. – И да, привет… эм… пожилой благообразный джентльмен.

– Ох, верно, – улыбнулся глава мутантов, – позвольте представиться, профессор Чарльз Ксавьер. Директор данной школы, – было очевидно, что проф… нет, не читал мысли моего жреца, но вот эмоции и настроение — вполне, а потому его улыбка в ответ на недоумение инженера была понятна. Мутанта радовал тот факт, что собеседник вообще не видел в мутантах не то что проблемы, но и какого-либо отличия от остальных людей. Собственно, при всей своей эксцентричности и безалаберности, Тони Старк был именно тем вариантом человека (в общем плане), которого хотел бы видеть проф.

– О! – инженер поднял вверх указательный палец и «подвис». – Я много где просыпался в своей жизни после хорошей пьянки, но в начальной школе — ещё никогда! И… кажется, я вас помню… Точно! Мы пару раз встречались в конгрессе, кажется.

– Очень мимолётно, – улыбнулся Ксавьер. – И у нас не только начальная школа, скорее, полный интернат от детского сада до университетского уровня.

– Ага, в котором историю преподаёт Боженька, а физрук — Капитан Америка. Гарвард с Оксфордом нервно курят в сторонке и зеленеют от зависти…

– Я стараюсь дать своим воспитанникам наилучшее образование, – ещё раз улыбнулся Чарльз.

– А что насчёт последующего трудоустройства? – живейшим образом заинтересовался Тони. – У меня как раз родилась парочка интересных предложений! Я не шутил. Не знаю, как кто, но я вполне одобряю использование своих талантов для личной выгоды, если это, конечно, не противоречит закону. Так что если кто из ваших воспитанников с подходящими талантами захочет попробовать себя в сфере высоких технологий, вот мои контакты, – миллиардер ловким движением руки достал из внутреннего кармана визитку.

– А если их таланты будут лежать вне работы с техникой? – с прищуром посмотрел телепат на своего собеседника.

– Если уровень их образования будет соответствующим, то почему нет? – пожал плечами магнат. – Но люди с особыми талантами мне особо интересны — всегда можно найти применение особому таланту! Я тут недавно почитал про то, как работают силы одного вашего приятеля, и теперь в полном восторге! Я почти придумал, как построить антиграв!

– Это впечатляет, – Чарльз убрал визитку. – Однако, полагаю, вы ещё не завтракали? Не откажетесь составить мне компанию? Думаю, наш возможный учитель физкультуры, который ещё не дал своего согласия, тоже будет там, вы же не откажетесь завершить свои дела с ним.

– Ох, верно, мне ему ещё щит отдавать и снимать мерки для брони… – покивал Тони, наблюдающий за тем, как появившаяся в конце коридора Китти не вписалась в поворот. Ту, правда, это не смутило, и она просто прошла этот самый поворот насквозь, но всё же. – А ничего тут у вас, весело…

– Стараемся, – кивнул я приятелю. – И я правильно понял, что ты хочешь создать броню Капитану Америке?

– Был такой план, – кивнул Тони. – Пусть он, вроде бы, пуленепробиваемый, но времена и калибры нынче не те. К тому же Роджерс — это, наверное, единственный военный, которому я готов доверить свою броню.

– А ты уже готов её доверять? – жестом предлагаю начать двигаться в нужном направлении.

– Скажем так, тянуть всё в одиночку мне уже не очень нравится, к тому же я теперь женат…

***

Вполне сносно пережив завтрак в школе для детей-мутантов и даже ни с кем не поцапавшись на почве своего чувства юмора (Тони) и отставания от жизни (Кэп), гости имели с Чарльзом довольно длительный разговор, в котором Профессор Икс изложил им практически те же тезисы, что и нам с Логаном и Роуг, когда мы только прибыли в это место. Далее была экскурсия, более плотное знакомство с коллективом и наглядная демонстрация того, почему такие заведения, как институт Ксавьера, действительно нужны и почему нельзя пускать ситуацию на самотёк или доверять чиновникам из правительства. Оба взрослых и далеко не глупых мужчины, что сами успели стать натуральными супергероями мирового уровня, тему уловили с полуслова, прекрасно поняв, что будет, если дать хоть тому же Фьюри возможность набирать себе в агенты подростков, способных кидаться фаерболами или проходить сквозь стены. Да и момент криминальных кругов никто не отменял, а ведь, как известно, в любом капиталистическом правительстве связи с криминалом крайне плотны и добрососедски, ибо «ничего личного — просто бизнес» и «деньги не пахнут», так что надеяться на то, что от поползновений теневого мира детей-мутантов защитят власти, не приходилось от слова «совсем», скорее уж строго наоборот. Словом, серьёзность вопроса гости прочувствовали.

– Так сколько мутантов сейчас в мире? – уже сидя в кабинете Ксавьера и потягивая апельсиновый сок из стакана, поинтересовался Старк. Весьма серьёзный и собранный после всех откровений. Ну или на него так подействовал образ Чарльза, который одним своим присутствием даже меня настраивал поумерить пыл с дурачеством. – Я имею в виду, в процентном соотношении?

– В США гены мутантов несут порядка восьмидесяти процентов населения, – отвечаю я, лениво взбалтывая круговыми движениями кисти какао в собственном стакане. – В других многонациональных странах с высокой степенью мобильности населения тоже должно быть примерно так же. Если же брать страны Африки и Азии, где приток мигрантов и их скрещивание с местным населением осложнён культурными, экономическими или политическими причинами, то там уже процентов тридцать-сорок, а то и ещё меньше.

– Но если их так много, как вы умудряетесь скрываться от общества? – недоумённо спросил из своего кресла Стив Роджерс.

– Власти всех стран мира примерно с пятидесятых годов прекрасно осведомлены о существовании мутантов, – вступил в разговор Чарльз. – И эта информация не является чем-то особенно секретным, регулярно появляясь в прессе и даже обсуждаясь в публичных слушаниях. Но, к счастью для нас, мутантов, уже пробудивших свои силы, действительно мало, и массовый обыватель практически не имеет шанса встретиться с ними в повседневной жизни или стать свидетелем их деятельности, поэтому до сих пор нам удаётся успешно поддерживать образ городской легенды. Хотя, конечно, эксцессы случаются.

– И, как я понимаю, вы сами их улаживаете? – сделав глоток сока, уточнил Старк.

– Верно, – смежил веки Ксавьер. – Нам приходится это делать, чтобы не допустить эскалации конфликта.

– Простите, я не совсем понимаю… – признал Стив, чуть морщась. На него за последнее время действительно свалилось слишком много новых впечатлений.

– Если доверить устранение эксцессов с участием мутантов официальным властям, это неизбежно породит создание специальных служб, основной целью которых будет противостояние мутантам. И уже эти службы начнут провоцировать конфликт, видя в мутантах своих врагов и цель для охоты.

– А ещё средство выбить себе дополнительное финансирование и премии, – добавил я свои пять копеек.

– К сожалению, – кивнул на мои слова Чарльз. – Даже без этих спецслужб уже предпринимались попытки как обязать мутантов к принудительной работе на правительство, так и устроить обязательную их регистрацию. Поэтому я и те, кто разделяет мои взгляды, стараемся сами разрешать конфликтные ситуации, не доводя дело до стадии, когда оно может перерасти в расовое противостояние.

– Но вы же сказали, что в Америке почти всё население является мутантами, так о каком расовом противостоянии может идти речь? – переспросил Тони.

– Тупом и идиотском, как всегда, – пожимаю плечами. – Суть в том, что гены мутантов, конечно, есть у многих, но чтобы они перешли из рецессивного в доминантное состояние, нужно ещё поколений пять, а реально — и того больше, ведь партнёров люди подбирают по любви, а не генетической карте, в целях передать им наилучший объём наследственности. Поэтому для тех, у кого нет асгардского оборудования для исследований, ситуация выглядит так, что мутантов существует лишь доли процента от общего населения планеты.

– Но с годами численность должна нарастать, а вместе с ней и громкость голосов тех, кто придерживается расовой теории? – догадался Роджерс.

– Верно. Основная веселуха начнётся лет через пятнадцать-двадцать. По моим расчётам, как раз в том поколении объём людей с пробуждёнными способностями выйдет на пять процентов от общего населения, и такое уже будет действительно не скрыть.

– Эх, – с глубокой душевной тяжестью вздохнул Старк, – и Щ.И.Т. опять ни сном ни духом… Но, окей, я понял общую картину! – взбодрился мужчина. – Для протокола! – вскинул он палец, глядя на профа. – Все мои предложения в силе! Если потребуется какая помощь — звоните. Железный Человек против расизма, гражданских войн и убийства детей!

– Согласен, – коротко и ёмко кивнул Капитан Америка. – Я бы тоже сказал нечто такое, но у меня пока нет своего телефона, чтобы его оставить, – попытался пошутить парень, кривя губы в виноватой улыбке.

– Ах, точно, – спохватился Тони, – у меня где-то в багажнике машины валяется спутниковый, который ловит с любой точки планеты. Специально тебе вёз.

– О… – кажется, Кэп не очень знал, что ответить.

– И насчёт ближайших планов, – обращаясь к Стиву, решаю вернуться к одной из центральных тем, которые как-то заболтались. – Понимаю, что могу производить впечатление не совсем адекватного персонажа, но про работу учителем я не шутил. Тебе так и так нужно время на реабилитацию и вникание в обстановку, обращаться же с этим к казённым чиновникам — не лучший вариант, а у нас есть какао! – салютую своей чашкой.

– Я… – Капитан Америка смерил мою прелесть взглядом (между прочим, я доработал формулу преобразования, и теперь мой напиток был ничем не хуже самых качественных заварных сортов!) и, кажется, не поверил, что это реально сильный аргумент, – признаться, ещё в полном недоумении от всего этого. Я бы хотел помочь в борьбе с Гидрой, – переглядывание со Старком, – но понимаю, что от меня сейчас будет мало пользы. Так что… – он пожал плечами, повернувшись к Ксавьеру, – в принципе, мне некуда идти, и я всё равно никого не знаю в этом времени, кроме Джеймса, потому если я вам не помешаю и могу быть полезен, то готов помочь.

– Насчёт Гидры не переживай, – включился Тони, допивая свой сок, – если наметится горячее дельце, я тебе звякну. Но вообще, Локи прав — у вас тут классно, вот только время уже к обеду, у меня же ещё куча дел и жена волнуется, а ведь мне ещё вашего Магнето вербовать на должность пугала мирового государственного терроризма. Так что если ко мне вопросов нет, то нам надо бы расходиться, а то я себя знаю — зависнуть с умными людьми можно надолго, и потом даже не поймёшь, что это было.

– Конечно, – кивнул Проф с мягкой полуулыбкой.

Ближе к вечеру. Сан-Франциско.

– Ты там как, уже ориентируешься? – уточняю у Тони, в пассивном режиме придерживая стабильность накинутых на него чар.

– Да, – ответила мне иллюзия инженера, – но в это время нормальным телом лучше лишний раз не шевелиться, иначе мозги начинает клинить так, словно я третий день не просыхаю.

– Увы, вычислительные ресурсы мозга — штука конечная, так что тут ничего не поделаешь, параллелить сознание сложно. Ну да ладно, о магическо-биологических нюансах автономной иллюзии мы сможем поговорить и позднее, а сейчас — пошли вербовать нашего будущего директора.

– Пошли, – вздохнул он, начиная поглядывать по сторонам, а то до этого всё больше смотрел под ноги, словно только-только начал учиться ходить, да и двигался примерно так же.

– Мы уже недалеко. Вон, видишь то здание?

– «Фонд Лэншера»? – прочитал название инженер. – Это же, кажется, какое-то благотворительное общество по помощи то ли ветеранам, то ли инвалидам, то ли сиротам… Пеппер пару раз вроде бы даже что-то им там жертвовала с наших благотворительных вечеров, – напряг память мужчина.

– Угу. Именно этим они и занимаются. Пойдём?

– Разумеется. Не зря же я терпел эту мозговыкручивающую… штуку!

Найти Магнето было несложно, как и дойти до его кабинета — знай отводи всем глаза, да топай. Всего пять минут, и мы уже на месте. Пожилой мутант работал с бумагами, не обращая внимания на окружающую обстановку. Кабинет его был обставлен со вкусом и весьма добротно. Офисные стулья с железными каркасами, пара острых перьевых ручек с металлическими стержнями, всякие прикольные фигурки из бронзы и стали на полочках…

– А ничего так, уютненько, – покивал Тони, заставляя мутанта дёрнуться и напрячься. Обеспокоенный взгляд скользнул по незваным гостям в нашем лице, и… зрачки старика чуть расширились — мою персону он явно узнал. Напряжённость в позе стала больше.

– Добрый день, мистер Лэншер.

– Добрый, мистер… Локи? – с изрядной долей скепсиса поинтересовался глава Братства Мутантов.

– К вашим услугам, – салютую невидимой шляпой.

– Итак, поскольку сейчас никто не бьёт меня по голове, смею надеяться, что вы пришли с как минимум невраждебными намерениями.

– Я и раньше не испытывал к вам враждебных намерений, просто не хотел быть свидетелем больших ошибок и крови, – пожимаю плечами, крутанув между пальцами иллюзию трости. Вернее, крутанул я настоящий Гунгнир, но… В общем, это уже стало привычкой, да.

– Не могу сказать, что вы меня успокоили, – с интересной смесью иронии и сарказма, приправленной капелькой желчи, ответил Магнето.

– Ах, извините. Я на самом деле пришёл, не желая причинять вам зла или ещё чего-то в этом роде, напротив, у меня к вам очень выгодное, в первую очередь, вам предложение. К слову, позвольте вас представить друг другу: Тони Старк, он же Айронмен, – киваю на миллиардера, – Эрик Лэншер, он же Магнето. Это судьба, товарищи! Я чувствую, что это она!

– Очень приятно, – проявил вежливость Лэншер. – Хотя, вас ведь здесь нет, верно? Или это какой-то телепатический трюк? – его глаза скользнули на серебристое древко моей трости.

– Чистая иллюзия и никакого мошенничества. Но давайте перейдём к делу, чтобы сразу расставить все точки над «i». Мистер Лэншер, пусть наше знакомство началось не так чтобы по-дружески, но вы — нормальный человек со вполне нормальными и логичными целями. Да и методы ваши мне импонируют, хотя и не все, однако даже те, которые мне не очень нравятся, я понять могу. Я бы даже извинился за Саблезуба, но там всё-таки был бой, а я защищал ребёнка… В общем, мы предлагаем вам возглавить Щ.И.Т.

– Медицинскую страховку, соцпакет и государственные льготы гарантируем! – подхватил Тони.

– Это… шутка? – вскинул бровь мутант.

– Если бы… – закатил глаза мой жрец.

– Цыц! – фыркнул я на него. – Это, что называется, предложение, от которого вы не сможете отказаться. А вообще, ситуация у нас такая…

И я выложил ему про Гидру, некомпетентность Фьюри, Страйкера, Райса, проект по созданию вируса против мутантов, свои исследования относительно его устройства по принудительной мутации, Х-гена и реальных цифр статистики наличия оного у населения. Ещё пообещал подновить его организм, чтобы мог тянуть нагрузку. Всё-таки что ни говори, а при всех своих талантах, Эрик — мужик уже не молодой и без омолаживающих процедур долго на таком посту не протянет, разве что тоже начнёт, по примеру Тони, ARK-реактор не снимая таскать, но мне было проще этот реактор использовать, чтобы сразу починить старичка, заодно прогнав его через Горнило Душ и поизучав всласть, так сказать, совместив полезное с приятным.

Разговор затянулся до самого вечера, и Магнето реально созванивался с Чарльзом для подтверждения. Разумеется, так просто и легко он и после этого на наши увещевания не поддался, но, поразмыслив некоторое время, пришёл к логичному выводу: для подставы это слишком сложно, тем более от тех, кто смогли незамеченными к нему подойти на расстояние удара. Однако Эрик не был бы собой, если бы не попытался выбить каких-то дополнительных льгот, разумеется, не для себя, а для мутантов в целом, но тут коса нашла на камень в лице мистера Старка, что вообще чуть было не вывел разговор на тему, что главе Братства Мутантов самому неплохо бы приплатить за возможность контролировать контролёров и держать руку на пульсе событий. Ну и получать на почти законных основаниях компромат на вся и всех.

– Пс-с-с, Тони… – отвлёк я своего жреца от переговоров.

– Что? Я уже почти его дожал!

– Не, ты не подумай, я всецело одобряю, но… как бы тебе сказать… – я поиграл иллюзорным кубком с вином, – это мы вербуем Магнето в свои миньоны, а не он пытается нас купить на предмет получения информации о всяком нехорошем. Эта информация, по идее, предоставляется бесплатно…

– Кхм… – миллиардер выглядел немного сконфуженным, вплоть до того, что даже повинился перед Эриком: – Прошу прощения, рефлексы…

– Понимаю, – вежливо покивал мутант. – Зато теперь я осознал, что имел в виду Чарльз. Ну и соглашусь на ваше предложение.

– Отлично! – всплеснул руками Старк. – Так, всякую фигню типа контрактов и прочего подпишем позже. Сколько вам потребуется, чтобы уладить дела с вашим фондом? Всё-таки по первому времени на ознакомление с делами уйдёт масса времени.

– Несколько дней, мне нужно будет передать основные дела моему помощнику.

– Мистик? – мне стало любопытно.

– Нет, я бы предпочёл, чтобы она отправилась со мной. Дела будет вести Рэймонд.

– Хм?

– Возможно, вам он более известен как Жаба, – пояснил Магнето. Я говорил, что в этой вселенной живёт самый эпичный Жаба из всех возможных? Удваиваю своё заявление.

На этом вопрос можно было назвать решённым. Разумеется, технических деталей и нюансов оставалось ещё предостаточно, но это уже вопрос проработки на уровне «отдела кадров», а не «держателя ключевого пакета акций» и будущего «генерального директора» Щ.И.Т.-а. Так что мы обменялись визитками (Тони был недоволен, что его иллюзия не может выдать визиточку, пришлось трансмутировать из воздуха, а это посложнее, чем тот же воздух во взрывоопасный газ превращать) и договорились встретиться уже в Нью-Йорке. После чего наши иллюзии благополучно развеялись.

– Уф, – с облегчением вздохнул инженер на диване в своей лаборатории, тут же потянувшись за бутылкой виски на столике у левой руки, – опыт, конечно, занимательный, но ощущения как-то такие себе…

– Вопрос привычки, в некоторой степени, – развожу руками.

– Вы уже закончили? – уточнила пребывающая в том же помещении Пеппер, отрываясь от ноутбука, за которым работала всё то время, пока мы обрабатывали Магнето.

– О да! – уже набулькав себе янтарной жидкости, ответил Тони. – Наконец-то я смогу вернуться к своей любимой работе с железками, а весь этот шпионский геморрой возьмёт на себя тот, кому это действительно интересно!

– Когда ты улетал в Нью-Йорк с этой дикой идеей назначить главой Щ.И.Т. Капитана Америку, я думала, что ничего более дикого уже просто невозможно придумать, но сейчас всё, что я могу, это сопереживать агенту Колсону. Видит Бог, он такого не заслужил.

– Возражаю! – тоже не отказав себе в наполнении стакана красивой жидкостью, вклинился я в семейный разговор. – Бог в моём лице может ответственно свидетельствовать, что всё происходящее — это прежде всего заслуга именно агента Колсона. Если бы не его бандитские замашки оборзевшего от вседозволенности представителя властей, я бы не стал шутить про Гидру, и ничего бы этого не было.

– Шутить… про Гидру? – очень так предупредительно переспросил Тони.

– А я что, не рассказывал? – невинно хлопаю глазками на медленно вытягивающиеся в нехороших подозрениях лица людей. – В общем, дело было так! Мой брат-дебил в очередной раз накосячил и был изгнан Одином на Землю набираться мозгов в лишённом сил состоянии. И вот, значит, когда я пришёл его забирать, нам навстречу вырулили две чёрные машины, из которых повалили агрессивные человечки с автоматами, ну и этот ваш Колсон, весь такой на пафосе, требует встать на колени и заложить руки за голову…

Позже

Сложно ли добыть из запасников сверхсекретной конторы сверхсекретный артефакт Богов, наличие которого они шифруют даже от своего прямого руководства и девяноста девяти процентов собственной организации? Вообще нет! Потому как «по документам» он проходил всего лишь как источник питания неизвестного происхождения, а после всех последних событий Фьюри, который ещё не знал, что его собрались менять, но явно о чём-то догадывался, было совсем не до скромного чемоданчика в неприметном сейфе, к которому никто не ходит, потому что даже не знает о его наличии.

Синий кубик встретил меня таинственными бликами и сиянием, навевая мысли о вездесущности и неуязвимости, как оно и должно быть у Истинного Бога. И эти мысли были… очень завлекательны, не подозревай я артефакт в способности капать на мозги, вполне мог решить, что это мои собственные мысли. Но подставы я ожидал, а потому лишь убедился, что никакая защита разума для этой штуки не была преградой.

И всё же, как бы мне до сих пор ни было боязно с ним связываться, оставлять его на Земле идеей было крайне неудачной. Всё-таки три Камня Бесконечности для одной планеты — это слишком много и слишком намекает на расклад, когда, найдя один, Танос подберёт и остальные два. Оно мне надо? Оно мне не надо! К тому же Тессеракт — реально самый опасный из булыжников сценарной импотенции, как я их называю. Получи его фиолетовый Морщебород, и соберёт остальные очень быстро, банально за счёт скорости перемещения. Так что надо было его перепрятать куда-нибудь, где охрана будет понадёжней.

– Итак, парень, – осторожно касаюсь синей поверхности, настраиваясь на общение с артефактом, – ты мне не нравишься, я тебе тоже не нравлюсь, поэтому… – моя мысль была прервана новым всплеском как бы «моих» мыслей и эмоций о получении великой силы и возможностей. Накал предвкушения того, как классно я смогу отжечь и каким очешуенным стану с этим кубиком в руках, на мгновение даже заставил меня почувствовать себя Гунгниром, в том смысле, что из нас двоих обычно именно он грезит подобными материями. – Так! Что значит — я тебе нравлюсь?! – в голос возмутился я, расшифровав посыл камня так, что он ожидает, будто я сейчас стану его новым хозяином и начнётся весёлая движуха. – Не-не-не-не-не! Я знаю, чего вы все добиваетесь! Но я не буду вас развлекать!

Замолчав, прислушиваюсь к себе. Воодушевление и мысли о перспективах, что передо мной открывает владение одним из Камней Бесконечности, никуда не делись, и если бы я не был заранее твёрдо настроен на то, что в гробу видел эти булыжники, никаких намёков на подвох даже близко бы не ощутил. На самом деле я и так чем дальше, тем меньше был уверен, что эти эмоции и мысли не мои, всё-таки ограниченность мобильности меня реально угнетала, и мечты о том, как буду телепортироваться куда пожелаю, посещали.

– Ладно, – вздохнул я.

В любом случае, стоило придерживаться плана. К тому же вряд ли эта штука на самом деле является полноценно разумной с моей точки зрения, ведь наличие воли и желаний не означает наличия разума, поэтому пытаться общаться с ней было бессмысленно, тем более и сам артефакт не предполагал соответствующего функционала, давая лишь возможность контролируемо направлять силу камня — не более. А потому пошутили немного, сбросили стресс — и хватит, пошли прятать ядерную бомбу в более надёжное место, чем застенки «сверхсекретной организации» местных туземцев. И-и… пожалуй, воздержимся от её использования даже для транспортировки, а то не нравятся мне эти вспышки идей и энтузиазма. Отставить идеи о том, как встроить синий кубик в броню, я сказал! Адамантиевая броня с креплениями под стразы сюжетной деградации — тоже плохая идея! Ничем не лучше гламурной золотой перчатки! А-а-атставить, я сказал! Фу, плохой Тессеракт, пошёл вон из моей головы!

– Привет, Хеймдалль, – устало кивнул я афроасгардцу, когда межпространственный тоннель Биврёста вытолкнул меня на площадку перехода.

– Мой Царь, – хм-м-м, мне показалось или он слегка побледнел? Да и вообще, вид у него грустный. Хотя да… он же по-прежнему должен собирать развединформацию для организации рейда ледяных великанов по тылам противника… Хм, неужели это во мне чувство сострадания шевельнулось? Ан нет, показалось. А вот мысли о том, что Радужный мост — для слабаков, а у меня есть крутой синий кубик, который может всё то же самое, только лучше, собрали манатки и пошли нафиг!

– Есть сложности с поиском миров Таноса или обитателями Йотунхейма?

– Никаких, мой Царь, – продолжал изображать из себя просто продвинутого голема страж Асгарда.

– Ну и отлично, продолжай в том же духе, – вздохнул я и потопал к выходу.

– Будет исполнено… – тут бравый воин всё-таки не выдержал и скосил глаза на солидного вида чёрный кейс в моей руке.

– Угум-с, – я проследил его взгляд, – это Тессеракт, который отец спрятал в Мидгарде. Его более полувека назад нашли местные аборигены и начали предпринимать попытки к изучению… Думаю, ты понимаешь, чем такие попытки могли кончиться для Мидгарда, а то и всех Девяти Миров.

– Да… – лаконично отозвался Хеймдалль, продолжая сверлить взглядом мою ношу. Ладно, так и быть, пощадим его чувство гордости и не будем спрашивать, куда в этот момент смотрел сей глазастый тип. Но вообще, у меня к его работе всё больше претензий, да и эффективность у афроасгардца почти как у Цербера — то сам пропустит на подотчётную территорию посторонних, то вообще куда-то смоется, а ведь недавно ещё и на посту пить начал…

– Ну вот и славно. Тогда пойду навещу маму и закину эту штуку в сокровищницу, в общем, до встречи, – с этими словами я оставил часового в покое и покинул помещение, ступая на путь в Золотой Город… При виде которого в голове опять закрутились мысли о том, что тут так долго топать, ещё Небесную лодку ждать, потом лететь, а у меня такой классный синий кубик, с которым можно круто приколоться над Тором, возникнув прямо в тронном зале…

Достало!

Больше всего бесило, что эти мысли было вообще не отличить от моих — они так гармонично и легко вплетались в сознание, что ну натурально никакого отличия от того, как сам загораешься какой-то идеей и увлечённо крутишь её в голове. От того, чтобы увериться, будто это действительно мои мысли, а никакого влияния Камня Бесконечности нет, меня удерживал только тот факт, что за все прошлые месяцы меня ни разу не посетили такие размышления и такой энтузиазм по этой теме. А ведь о камушках я задумывался, в том числе и о том, как их можно использовать, но вот чтобы так позитивно и предвкушающе… Вообще ни разу! А главное, идеи-то, по всей видимости, действительно генерировал я сам, Тессеракт же просто каким-то образом провоцировал меня думать в этом направлении и получать удовольствие от таких мыслей. И я теперь хорошо понимал, почему Один предпочёл заныкать кубик в самом захолустном уголке Асгардской империи — чем дальше такое искушение от тебя будет, тем лучше.

Только вот, увы и ах, сам я не мог его где-то закопать и забыть. Причина была проста: в известной мне истории Танос узнал, где он находится. Сидя на другом краю галактики, не имея на Земле ни единого агента, не обладая даже способами мгновенной связи без переноса на Землю скипетра с Камнем Разума. Но всё равно узнал. То есть закопай я Тессеракт хоть куда, он его точно так же найдёт. Возможно, кстати, благодаря тому самому Камню Разума, не суть. Важно то, что кубику нужна защита, и активно проводящий модернизацию систем обороны Асгард — лучший вариант из возможных.

Оставалось придумать, как бы так извернуться, чтобы присутствие этого гранёного мозгоклюя не сделало Асгарду хуже. Не то чтобы я боялся, будто мужик, привыкший смотреть на все проблемы как на гвозди и бить по ним молотком, возьмёт и совершит какую-нибудь глупость под таким воздействием, но… мы же говорим о Торе, в конце-то концов. Впрочем, идейка у меня была, оставалась только сущая мелочь — начать и сделать.

Тронный зал встретил меня всё той же помпезностью, величественной красотой и застывшими на постах эйнхериями. Но имелось и отличие: помимо Тора на троне, рядом пребывали иллюзия Фригги и Сиф с Фандреллом. Исходя из обрывков фраз, что донеслись до меня при входе в зал, народ обсуждал какой-то отбитый налёт на Ванахейм.

– Локи, ты вернулся! – первой улыбнулась мне пожилая асинья, делая шаг навстречу.

– Да, здравствуй, мама, – только понимание, что передо мной иллюзия, тормознуло порыв подойти и обнять. Порыв лёгкий и совершенно свободный, без какого-либо чувства внутренней борьбы или дискомфорта. – Правда, ненадолго, сейчас в Мидгарде разворачиваются довольно интересные события, да и оставлять надолго свою Богиню я не хочу.

– Мог бы и представить её нам с отцом, – немного ворчливо посетовала царица.

– Хм-м-м… – а вообще, хорошая мысль. И я вполне не против такого развития событий. – Хорошо, постараемся нанести вам визит в ближайшее время.

– Локи! – «проснувшийся» Тор подскочил с трона, и вот тут уже без обнимашек не обошлось. Опять эти медвежьи объятья, да ещё и на глазах у всех…

– Да-да, здравствуй, – аккуратно похлопал я брата свободной рукой по спине, – я тоже очень рад тебя видеть. Сиф, Фандрелл, – уделяю время и приятелям Тора.

– Брат, что привело тебя сюда в этот день? Что-то с Джейн и её друзьями? – обеспокоенно начал искать что-то у меня на лице Громовержец.

– С Джейн? – вопросительно поднял брови я.

– Да, они вернулись в Мидгард чуть больше недели назад, – пояснил Тор. – Увидев тебя, я подумал, что могло что-то случиться.

– Ах, нет. Мы не пересекались, я по другому вопросу. Папа же всё ещё спит, да?

– Как видишь, на троне сидел твой брат, – мягко улыбнулась в ответ Фригга.

– Отлично! – обрадовался я, ибо, ну… нервозно немножко.

– Локи… – сразу же сменила тон на начальственный матушка.

– В смысле, это очень прискорбно, разумеется, прискорбно, – быстро перековался я в полёте. – Эм… в общем, я принёс Тессеракт, вот! – подняв чемодан и щёлкнув замочком, демонстрирую собравшимся синий кубик.

– Тот самый Тессеракт? Реликвия, что была утрачена тысячу лет назад? – не удержался от изумления Фандрелл.

– Да, он. На самом деле отец умышленно спрятал его в Мидгарде, но люди его нашли и начали тыкать палкой, нередко с последствиями. Ну а так как мы все тут уже в курсе про Таноса, я решил, пусть лучше он пока полежит у нас в сокровищнице.

– Ох… – глубокомысленно выдал Тор. Сиф до сих пор хранила молчание.

– Сейчас ты Царь Асгарда, Локи, тебе и решать, что с ним делать, – нарушила тишину Фригга, с материнской гордостью глядя на меня.

– Тогда я пошёл в сокровищницу — относить очередную опасную игрушку, способную уничтожить мироздание, на склад других опасных игрушек, способных уничтожить мироздание…

– Удачи, сын мой. И помни, ты обещал привести к нам свою избранницу! – я не уверен, что там было какое-либо обещание, но что-то, возможно, инстинкт самосохранения, подсказывало мне не спорить с матерью касательно точности формулировок…

Так или иначе, до сокровищницы я добрался, а там уже задержался на несколько больший срок, чем нужно для размещения кубика на постаменте. Почему? Потому что подумал, что лишняя безопасность лишней быть не может. В конце концов, Тессеракт — это лишь хранилище-артефакт, внешний интерфейс, позволяющий добраться до некоторых функций камушка относительно безопасно, как и все остальные вместилища Камней Бесконечности, не важно, оформлены ли они в виде посоха, медальона, сферы или ещё чего, главное, что все они — это обвес для управления, а сами Камни внутри. Вот только, на мой взгляд, с тех пор, как Тессеракт был создан, его конструктив морально устарел, а потому его неплохо было бы чуть-чуть модифицировать. Идеи у меня были и раньше, а сейчас их можно было воплотить. Так «кубик» обзавёлся адамантиевыми гранями, каждая из которых была расписана тончайшим плетением рун. Делала эта конструкция ровно одно: смещала хранилище из обычных координат в стодвадцативосьмимерное пространство, соваться в которое не захочет даже самый отмороженный демон. Лично я до тех глубин тоже достучаться не смог бы никак, но камушек позволял работать с пространством так, как это мне и не снилось. Отказываться от такого прекрасного инструмента было почти физически больно, и… несмотря на всё искушение, я не стал оставлять для себя лазейки. Была мысль использовать принцип квантовой запутанности и небольшое колечко из адамантия — той же партии, из которой я «отливал» рёбра куба. Просто бэкдор и «аварийный маячок», знать о котором кому-либо, кроме меня, совсем не обязательно. Вот только, по сути, это ничем не будет отличаться от ситуации, когда кубик просто лежит у меня в подпространственном кармане, то есть хороший шантаж или пытки вполне позволят его добыть, мне же становиться целью пыток и шантажа не особо хотелось, а вот гарантировать вселенной безопасность от щелчка на распыл — это было идеей очень даже привлекательной, просто-таки именно тем, что сделало бы смысл, так что… Для всех камень в сокровищнице Асгарда, весь такой защищённый и неприступный, но на деле — его тут нет, лишь проекция на обычную реальность, обеспечиваемая мощью самого камня, и достать его в принципе невозможно. Вернее, теоретически-то можно, но для этого над ним надо просидеть не меньше пары веков. Однако кто же тебе даст сидеть в сокровищнице Асгарда? Поэтому я и принёс его сюда. Просто бы бросил на необитаемой планете — и седоки бы нашлись, ещё бы и лабораторию вокруг соорудили, а так — фигушки.

На миг мне стало даже интересно, как Танос, доберись он досюда, будет камушек вытаскивать. Да… это была бы очень хорошая шутка. Вот он, предмет твоих мечтаний, просто приди и возьми, хе-хе. Предварительно вбухав все силы и научный потенциал в проламывание обороны. А потом окажется, что нужно ещё столько же усилий, но уже в совсем другую сторону. Обидно, наверное. *(1)

Примечания:

*(1)Для тех, кто не совсем понял, что именно сделал Локи. Мы существуем в трёхмерном пространстве, то есть в нём есть ровно три измерения: высота, длина, ширина. В случае с взаимоотношениями трёхмерного пространства и плоскости — вы видите трёхмерный куб и можете нарисовать его двухмерную проекцию на лист, это будет "отражение объекта" на пространство меньшей мерности.

В данном случае, поскольку Камень Бесконечности — это «ультимативная блестяшка по работе с пространством данной конкретной вселенной», для него доступно всё пространство, сколько бы его ни было, а не только 3 пространственных измерения, которые воспринимают люди — иначе как бы он вертел законы физики на своём шестигранном половом органе, перемещая объекты на любое расстояние?

Вот и получается, что Локи "спрятал" Тессеракт в 128-мерном пространстве, по сути, "на самом верху" мироздания — физически камень находится там, а всё, что сейчас видно на постаменте в сокровищнице, это просто его проекция "на лист бумаги". Его даже можно взять в руки, только вот для того, кто не понимает процессов, это будет просто синий кубик, культовое пресс-папье, не более.

Причём чтобы получить настоящий кубик, а не его отражение, даже понимая, что произошло, и разбираясь в этих материях, нужно, условно говоря, придумать полностью техпроцесс изготовления оного «кубика Рубика» (в смысле, запихивания Тессеракта в 128-мерное пространство), взаимодействия между собой всех его деталей, правила соревнований по скоростной сборке, все варианты увеличения скорости сборки и математически доказать возможность собрать его за 8 движений из любого положения. После чего всё это научиться делать лично и выиграть чемпионат мира.

И на призовом кубке найти и решить ребус, в котором указано место хранения кубика.

Вариантом с бэкдором, который Локи не использовал, в такой аналогии было бы знание организатора (имеющего крайне развитое, но чёрное и нездоровое чувство юмора) о том, где лежит кубик.

Но и это ещё не всё! Ведь настоящий кубик не просто где-то лежит, а «спрятан в ларчик», с которым надо проделать примерно тот же объём операций плюс подобрать отмычку. И только тогда, если ты нигде не накосячил и не сошёл с ума в попытках найти, где именно ты накосячил в своих расчётах, ты, может быть, с некоторой вероятностью, если у тебя достаточно сил, сможешь его достать обратно в трёхмерное пространство.

И да, чисто теоретически, другими Камнями Бесконечности задачу можно решить попроще. Наверное, можно! Это не точно! Ибо в каноне нет указаний на то, что один Камень Бесконечности может задоминировать другой и поставить его раком согласно своим хотелкам, зато есть много намёков на обратное, например, никто не пытался лечить Камнем Времени умирающего Тони Старка, да и Танос, уже имея в своих руках Камень Пространства, не мог просто взять и перенести к себе тот же Камень Времени. Ах да, ещё, чтобы планировать использовать другие камни, ты должен знать, в чём фишка, а ты не узнаешь, пока не попытаешься взять в руки кубик.

Глава 23

Санктум Санкторум. Нью-Йорк.

Магический сигнал о том, что кто-то преодолел внешнюю защиту здания, застал Дэниэла Драмма за чтением книги на втором этаже этой базы Мастеров магических искусств Земли. Само по себе это ещё ни о чём не говорило, кроме того факта, что гость так или иначе принадлежит к мистическому миру. И не внесён в «список друзей», которых защита пропускает. Тем не менее внешняя защита была скорее просто отводом глаз — порой её удавалось миновать даже обычным людям с сильной волей и предрасположенностью к магии, а порой и совсем простым смертным, по случайности завладевшим каким-нибудь амулетом или артефактом. Редко, но иногда случалось и подобное. Тем не менее расслабляться не стоило, и маг, отложив книгу, поспешил спуститься вниз и взглянуть, кого же принесла судьба. И, если потребуется, активировать уже настоящую защиту здания.

На первый взгляд зашедший в Храм незнакомец действительно был похож на человека, что просто случайно раздобыл мистический предмет, позволивший пройти ему в обиталище магов: он был облачён в дорогую одежду, в руках его была зажата богато отделанная серебром трость, а облик его можно было смело помещать как иллюстрацию в словаре под словом «лоск».

– Добрый вечер, – поздоровался Дэниэл с гостем. – Прошу прощения, но вы, вероятно, ошиблись адресом, мы — частное общество и не принимаем гостей.

– Приветствую, почтенный чародей, – добродушно улыбнулся гость, – но мне сдаётся, что пришёл я всё-таки по адресу. Вы же местное отделение Камар-Таджа, не так ли?

– Кто вы? – визитёр резко перешёл из категории «случайный, неопасный» в «потенциальный враг».

– Ох, верно, – несколько театрально, как на вкус Драмма, вскинул свободную от трости руку к виску гость, – Локи — Бог Магии.

– Э-э-э-э… – кажется, у его собеседника было не всё в порядке с головой.

– Вы должны были обо мне слышать, – с укоряющей (хотя, казалось бы, как это возможно?) ухмылкой заверил мужчина. – Знаю, Асгард нечасто вмешивался в дела Земли в последнюю тысячу лет, но уж о том, что вы находитесь под нашим протекторатом, в Камар-Тадже не могут не знать. Старейшая точно должна быть в курсе — она застала времена, когда Тор регулярно сбегал сюда пьянствовать, – гость замолчал, пристально отслеживая реакцию Дэниэла по глазам, после чего дёрнул щекой и продолжил уже более серьёзным тоном: – В общем, я бы хотел поговорить со Старейшей на предмет обмена премудростями. Заявляться в вашу основную резиденцию без приглашения было бы не вежливо, к тому же кому-то с моей репутацией… в общем, как продвинутое и современное божество, я пришёл оставить свою визитку, – незнакомец открыл… Маг испуганно сглотнул. Это было похоже на пространственную складку. На привязанную к конкретному волшебнику пространственную складку. К тому же тот поток личной, а не позаимствованной у квантового измерения Силы, что повеял из неё, ясно давал понять, что назвавшийся Локи вполне имеет право именовать себя Богом — даже от Старейшей ощущение было слабее. Но гость не проявлял агрессии, к тому же узнать мощь Живого Света, отчётливо различимую в потоке магии, выплеснувшейся из открытого «хранилища», волшебник опыта и знаний, достойных становления стражем Санктум Санкторум, вполне смог. Это пусть и не являлось гарантией добрых намерений и «светлой» природы стоящего перед ним существа, но небольшой кредит доверия всё-таки давало. А пока чернокожий маг размышлял, гость вытащил небольшую плоскую каменную пластинку, более всего похожую на обычный смартфон. – Вот, визитка и по совместительству Камень Связи, пусть твой босс звонит в любое удобное время… кроме диапазона с трёх до пяти по вторникам, средам и пятницам — у меня уроки. Ну, вроде бы всё, передашь?

– Эм… а? Д-да, конечно, – пластина содержала довольно много магии, совершенно не похожей на ту, что всегда чувствуется от артефактов Камар-Таджа. Разумеется, прежде чем передавать неизвестно что Наставнице, он сам попробует изучить этот предмет, но известить её действительно стоит, и как можно быстрее.

– Ну вот и славненько, надеюсь, до скорого созвона! – и непонятный и, кажется, немного безумный гость просто взял и ушёл как ни в чём не бывало, оставляя своего собеседника с целой кипой вопросов на тему «и что это было?»

Пару дней спустя. Локи

Проныра, озорник… любитель книг,

Ловкач, игрок — жизнь между строк.

И по-то-му — открыт ему

Незримый путь в любую суть…

Танец зло-о-обного гения

На страницах произве-едения.

Это — игра, без сомнения,

Обречённых ждёт поражение!

Лала-ла-ла-лала-лай,

Лала-ла-ла-лай, лала-ла-ла-лай,

Лала-ла-ла-лала-лай,

Лала-ла-ла-лай, лала-ла-ла-лай.*(1)

Я отвлёкся от формирования матрицы для будущего адамантиевого нано-роя и сосредоточился на голосе в своей голове. Сам по себе голос в голове завестись не может, значит, его там кто-то завёл! Встряхнув означенной головой и окончательно выйдя из режима «считаю коэффициенты перехода воздействий из микро- в макромир и обратно», вспоминаю, что сам поставил эту «мелодию» на Камень Связи, размещённый в подпространственном кармане. Не то чтобы это было необходимо, ведь и стандартного «ощущения намерения связаться» вполне достаточно, но мне было немного скучно, так почему бы и не «да»?

– «Приветствую вас, Старейшая», – оттелепатировал я своему собеседнику, точнее, собеседнице. – «Рад начать общаться с вами лично».

– «Почтенный Луг», – отозвалась дама, поименовав меня на кельтский манер, – «признаться, я сильно удивилась, когда один из моих учеников пришёл ко мне и сказал, что с ним заговорил Бог».

– «Да, пожалуй, без знания контекста такие заявления действительно вызывают опасения. Тем более если оказываются истинными», – специфика работы, что поделать.

– «Мне сказали, что вы хотели поговорить», – намекнула дама, что пора бы и к делу приступать.

– «Да. За те века, что прошли с моего последнего посещения Земли, ваши маги смогли добиться воистину впечатляющих результатов. Как тот, кто безмерно увлечён магией, я не мог не заинтересоваться и предлагаю обменяться знаниями и умениями».

– «Это», – на том конце явно ощущалась растерянность, – «довольно необычное предложение. Как раз в вашем духе. Что же, Камар-Тадж всегда был рад вбирать новые знания и делиться ими с желающими».

– «Хорошо. Когда вам будет удобно меня принять?»

– «В любое время».

– «Хм-м… минутку…» – я отстранился от связи. – Юрико, я на пару дней могу отлучиться через пространственно-временной разрыв в скрытое измерение магов Земли, не теряй и предупреди профа и Волчонка.

– Хорошо, сэр, – невозмутимо ответила моя ассистентка.

– «Всё, я готов! Откроете портал, почтенная?»

– «Я… не могу увидеть, где вы находитесь», – о, верно, я же продолжаю ныкаться от взгляда Хеймдалля, а раз чары скрывают меня от взора Часового Асгарда, то куда там простой волшебнице, пусть и очень могущественной и опытной?

– «Ах да…» – я снял маскировку. – «Так лучше?» – вместо ответа рядом со мной возник оранжевый круг портала, сквозь который можно было разглядеть что-то вроде пагоды. – Ну что же, надеюсь, торт — это всё-таки не ложь, – и я шагнул сквозь натуральный пробой в измерениях, разумеется, не забыв как следует сосредоточиться на ощущениях и пытаясь понять эту интересную структуру.

– Добро пожаловать в Камар-Тадж, – чуть поклонилась сухопарая бритая налысо женщина в одежде, чем-то напоминающей кришнаитскую. Вместе с ней стояли с десяток мужчин уже преклонного и почтенного возраста, – мы рады приветствовать… – Гунгнир, прилежно выполняющий роль трости, звякнул о пол, посылая вокруг волну своей магии, не узнать которую чародейка не могла, – Царя Асгарда в нашем храме.

После должных приветствий и представлений «почтенных мастеров», а также, видимо, удостоверившись, что ни на кого бросаться и воевать я не собираюсь, женщина провела меня по монастырю, показывая местные достопримечательности. Мы даже одну из тренировок подрастающего поколения волшебников посетили, было их десятка полтора, но практика у них интересная — грубовато и криво-косо, но ребята осваивали метод «резать врагов куском свёрнутого пространства». Из-за паразитных потерь, выраженных кучей оранжевых искр по контуру, и грубости исполнения, реально оно было опасно разве что для простого человека, ни асу, ни йотуну особой угрозы не представляя, но вот если доработать исполнение и убрать потери, идея виделась весьма перспективной. Артефакты же местных, пусть это и были лишь тренировочные поделки, не внушали оптимизма. Просто волевой посыл, кое-как запиханный в предмет при помощи сырой силы. С одной стороны, подобная «дикая» магия при должном вдохновении создателя, что ещё называется «вложил всю душу», была способна породить воистину удивительные вещи, которые и Богу-то иной раз не повторить, но гораздо чаще на выходе получались, наоборот, весьма посредственные игрушки, рядом с которыми даже слепленная мной на скорую руку «подставка под реактор» для Одина являлась высокоточным магическим шедевром. Кроме того, у «волевых» артефактов есть крайне неприятное свойство — будучи созданы, по сути, голым желанием и настроем мага, они очень сильно наследуют и различные эмоционально-нравственные качества создателя, вплоть до того, что отказываются работать в руках того, кто не соответствует этим качествам. Впрочем, ладно, мы всё-таки говорим о тренировочном снаряжении, так что тут, может, специально всё сделано столь грубо, чтобы молодёжи жизнь сказкой не казалась.

Посетили мы и библиотеку, где всем рулил уже довольно пожилой, но ещё крепкий маг. Библиотека была не особо большой, навскидку, в ней было от силы тысяча-две томов, но некий налёт своего Пафоса имела — два десятка фолиантов размещались на отдельной выдвижной полке, и каждый был пристёгнут цепями. Цепи между собой стягивались крючочком. Н — Надёжность.

Закончив с осмотром достопримечательностей, я был напоен действительно хорошим чаем в рабочем кабинете самой древней колдуньи.

– Ну и как вам, почтенный Луг?

– Честно, местами я впечатлён и поражён, но местами — всё ещё очень слабо. И тем не менее, ряд ваших решений вызывает моё искреннее восхищение. Работа с пространством в пределах мира просто потрясающая, как тот, кто на хорошем уровне владеет перемещением по тропам теней и знает конструктив Радужного Моста, ответственно заявляю.

– Приятно слышать столь высокую похвалу. Что же касается наших слабых мест, полагаю, вы имеете в виду наши артефакты и прямые воздействия. Увы, – она развела руками, – человеческой жизни недостаточно, чтобы отточить мастерство на достаточном уровне, чтобы такие воздействия действительно были опасными, потому мы используем косвенные методы.

– Можно давить силой…

– Можно, – она кивнула, – но своей силы у людей для этого недостаточно, использовать же чужую… – она потёрла переносицу, – опасно. Это стоит делать лишь в том случае, когда нет иного выхода.

– Я рад, что помимо мастерства Верховный Чародей Земли имеет ещё и мудрость, – я отхлебнул ещё изумительного чая. – Так что вы скажете на моё предложение? Я действительно хочу изучить ваши практики по работе с пространством и «Квантовым измерением» и готов поделиться своими наработками по артефакторике и магии иллюзий.

– Как я уже говорила, – в свою очередь пригубила напиток древняя волшебница, – Камар-Тадж не отказывает в знаниях ищущему и готов принять любые знания. Но не в качестве платы.

– Рад слышать, хоть и несколько удивлён такой открытости, – признался я.

– В этом нет ничего удивительного. Скажите, Луг, верите ли вы в Судьбу?

– Неожиданный вопрос. И ответ на него зависит от того, что понимать под словом «судьба». Если вы говорите о предопределённости, то нет, её не существует. Нет понятия «невозможно», есть лишь «недостаточно знаний» или «не хватает сил», а раз так — нет и предопределённости.

– Но это не весь ответ… – она улыбнулась и сделала очередной глоток.

– Нет, только его половина. Вторая же заключается в том, что есть цепь событий, причинно-следственные связи, поступки и их последствия. Они могут тянуться на дни, недели, месяцы, годы и даже сотни веков. Но какие поступки мы будем совершать, зависит, в первую очередь, от нас самих. Потому если смотреть на судьбу не как на жёсткие колодки, в которых невозможно дёрнуться куда-то в сторону, а как на колею, в пределах которой «гулять» можно свободно, а если напрячься, то и вырваться за её пределы, то мой ответ будет «да». Но к чему этот вопрос?

– Я могу видеть свою судьбу в картинах будущего. Моя жизнь должна была скоро закончиться — множество событий, решений и действий вели меня к одному и тому же результату. Я смотрела на грозовое небо, а рядом со мной стоял мой последний ученик, что станет новым Верховным Чародеем Земли. Но сейчас… он всё так же стоит рядом, но он уже не один, а на небе разгорается новый рассвет. И я знаю, что их будет ещё много. И это знание пришло ко мне лишь в тот момент, когда я приняла решение связаться с вами, Луг.

– Вы думаете, я могу спасти вас?

– Нет, – она покачала головой, – но ваше появление каким-то образом предотвратит целую череду трагических событий. Я не знаю каких — это укрыто от моего взора, но какая разница? Испытания закаляют, но порой они могут оказаться чрезмерными и сломать неготовых к ним людей. Потому, коли ваше появление принесёт пользу Камар-Таджу, почему мне не помочь вам с тем, что вам требуется?

– Логично, – я допил чай. – Когда начнём?

Начинать мы начали не отходя от кассы, ибо… а чего стесняться-то? И начать нужно было с теории. Потому я под ручку с почтенной дамой проследовал в библиотеку, где и принялся обкладываться книгами. Ну а практика… практика будет потом, да и нужно будет томик по артефакторике сюда добавить. Читать я умел быстро, язык книг тоже никаких сложностей не вызвал, да и, по большей части, мне не нужны были основы или общая теория магии — и то, и другое я сам мог написать не хуже местных светил науки, а вот конкретные приёмы и базис именно местной традиции, а также осознание того, «как они дошли до жизни такой» — вполне. Очень не хватало какао, но сидеть с едой и напитками в библиотеке — это дурной тон.

Итак, начать стоит с того, что школа человеческих магов строилась, как я и до этого знал, на взаимодействии с «Квантовым измерением». В каждом человеке есть искра Магии, однако, как правило, она очень небольшая, практически мизерная. То есть, используя только её, большинство даже свечку зажечь не сможет или им для этого придётся в бараний рог свернуться от натуги. Зато этой искры вполне хватает, чтобы начать взаимодействовать с энергией извне, усиливая собственное «внутреннее пламя» внешним источником. Очень грубо и приблизительно это можно было сравнить с тем, как к маленькой свечке поднести газовую зажигалку и пустить на огонёк газ, тем самым резко его усиливая. А, надо сказать, способностей к направлению и просто работе с внешними энергиями у людей на три порядка больше, чем собственных сил, то есть, условно имея свой магической «огонёк» силой в одну «спичку», человек может без вреда для себя пропустить сквозь душу энергию объёмом в тысячу таких спичек. Не прям вот с ходу, конечно, но это дело тренируемое. Что, кстати, косвенно доказывает, что человечество как вид ещё до своего пика не поднялось, причём ползти им в том направлении и ползти… В общем, люди, поняв, что сил на прямые воздействия у них нет, а измерение, в котором они обитают, источников магии тоже особо не имеет, решили поискать, где с этим делом побогаче, но при этом нету промывающего мозги сияния или всяких Тёмных Богов, желающих получить твою жопку в своё личное пользование. Подозреваю, что как раз тут им и помогли, дав готовое решение и школу. И даже подозреваю, «кто» помог, ибо некоторые вещи в базисе местной школы были ну очень похожи на адаптацию под людей асгардских традиций внутреннего пламени асов. Причём адаптацию, сделанную большим профи, знающим асгардскую школу как родную, а не просто смышлёными туземцами, что-то там где-то подсмотревшими или скопировавшими бездумно. К тому же со столь мизерным уровнем сил просто невозможно вести нормальные исследования магии и вообще дойти до принципов, позволяющих пробиться к «Квантовому измерению». Это как, имея в распоряжении одну вагонетку железной руды на всю историю цивилизации, разрабатывать легированные стали. Ну невозможно что-то исследовать и с этим чем-то экспериментировать, не имея материала для экспериментов и исследований.

В общем, кто-то им подсказал, и они добрались до места, где с силой всё было куда как приятнее и богаче, а за счёт «разницы магических потенциалов» между пластами реальности смогли черпать оттуда магическую энергию совершенно без напрягов. Что такое «Квантовое измерение» само по себе? Ну… если очень грубо, то это — черновик, эскиз, отражение… названий можно дать миллион, суть не изменится. «Квантовое измерение» — это место, находящееся в суперпозиции к обычной реальности. Оно неразрывно с ней связано и в какой-то мере является отражением, но не как «Зеркальное измерение», которые представляет из себя буквально дополнительную мерность базовой реальности, этакую искусственную проекцию мира, любые действия в которой на сам мир не влияют, нет, «Квантовое измерение» — это нечто вроде вселенной, в которой не произошёл эффект «Большого взрыва», породивший привычную нам материю и пространство. Это плоскость без физики, мерности и времени — плоскость чистой базовой энергии, пребывающей в состоянии перед рождением из неё пространства и всего остального, как отдельных элементов бытия. И, по большому счёту, этот «первородный бульон» представляет из себя практически чистую магическую энергию, с некоторым уклоном как раз в «пространственность», ибо на грани перерождения в оное она и замерла. Если проводить аналогию, чистая магия будет «водой», а вот магия из «Квантового измерения» — это «молоко». Таким образом, за сотни и тысячи лет черпания энергии из иного слоя реальности маги Мидгарда постепенно построили школу, принципиально основанную на этом базисе. А для чего же лучше всего подходит энергия, полученная из иного измерения, являющего собой, по сути, пространственную суперпозицию, свободно варьируемую в любой точке пространства и буквально представляющую из себя базовую основу для создания пространства? Да-да, ключевой момент здесь — именно «пространство». Лучше всего волшебники Земли наловчились работать именно с ним, просто за счёт поголовной склонности на энергетическом уровне. А как иначе, если ты разбавляешь свою силу в соотношении минимум сто к одному чем-то как раз на это нацеленным и всю жизнь умышленно улучшаешь свою с ним совместимость? Фактически, благодаря своим практикам, местные маги — тоже мутанты, но их мутация не врождённая, а прививаемая искусственно и лишь на духовном уровне. И это прикольно.

Я махнул рукой, представляя в голове указанный в книге двеомер. Магическая энергия сплелась «стеклянной» печатью, сквозь которую в меня начала вливаться сила иного плана бытия. У местных, как я видел, такие печати искрятся потерями, порождая оранжевые всполохи и целые «каскады» искр. Однако разум аса, носящего титул Бога Магии, был несколько острее человеческого, и в моём случае ни единой капли силы не прошло мимо. Ну что же, поездка себя уже окупила — кажется, одну фишку Одина я только что освоил. Не сказать, что магические расы вообще не знают, как черпать энергию из иных измерений, но у нас эти методы особо не развиты, так как большинству просто не нужны. Зачем куда-то подключаться, если ты от рождения обладаешь такой силой, что местные мастера даже со всей своей подпиткой извне не перекроют? И это речь про рядового аса или йотуна, а члены королевской семьи и сами для смертных колдунов могут с лёгкостью работать за источник могущества, вообще без проблем таща на себе по нескольку сотен «жрецов». Одно время такие пакты даже пользовались популярностью, но мода сошла на нет ещё в моём детстве, всё-таки практической пользы от этого никакой, ведь такие «чемпионы» из смертных полноценному асу не ровня, а значит, и помочь против соразмерных им врагов не могут, так и какой смысл на них тратиться? Один-два раза потешить самолюбие за счёт чужой благодарности и почитания можно, но в Асгарде куда выше ценится уважение равных, а не тех, кто заведомо ниже тебя. Те же земляне тысячу лет назад были сильно ниже асов по всем фронтам, а прочие расы галактики…

Да что тут говорить, если даже на современное «цивилизованное» человечество со стороны смотреть просто противно. Глянешь телевидение — грязь, скандалы, истерики, идиотизм, мракобесие. Послушаешь радио — ещё больше скандалов, ругани, обсуждения грязи, да и в песнях нет-нет, да всякое прослеживается, особенно мейнстримных и молодёжных. Попытаешься открыть «популярную литературу», которую сами же люди вовсю пиарят и кричат, что это шедевр, а там или «Пятьдесят оттенков серого», или какая-нибудь «Зулейха открывает глаза», а то и «Дети против волшебников» попадутся. А уж если забредёшь на сайт японского хентая и посмотришь, что там люди мечтают делать с другими видами, то воспринимать людей иначе, чем галактическим говном, уже будет просто невозможно. Словом, развитые цивилизации смертных очень редко способны вызвать симпатию при знакомстве.

Но я отвлёкся, речь же о формировании постоянного канала к «Квантовому измерению», который безопасно, безболезненно и без всякий усилий даст дополнительную подпитку собственных сил. Таких приёмов в асгардской традиции, да и традициях иных магических рас, не было. То, что у Одина несколько таких каналов есть, я знал, но как он их создал и поддерживает всю жизнь, было для меня террой инкогнита. Это был секрет и умение лично Всеотца, даже спрашивать о котором неприлично и аналог которого нигде не найти. И вот этот аналог у меня в руках — расписан, объяснён и скрупулёзно выверен на страницах почтенного фолианта в библиотеке Камар-Таджа. С учётом же того, что благодаря Ларцу Древних Зим мой арсенал как раз не так давно расширился кучей магических приёмов прямого поражающего действия, которым лишняя капелька энергия крайне в тему, переоценить ценность приобретения такого канала сложно. А ведь у местных тоже была куча интересных фишек для боёвки, вроде того самого «резать врагов куском свёрнутого пространства», которые можно доработать и сделать из всех этих «огненных» (ибо паразитные потери) хлыстов, щитов и мечей нечто ещё более кучерявое.

Разобрался я и с механизмом прославленных «Двойных Колец», за счёт которых местные маги и строят свои порталы. Как и прочие артефакты чародеев земли, данные устройства были довольно грубыми, по сути своей, запечатанной в металле волей-желанием-намерением с небольшим ритуальным подтекстом «точки входа и выхода», собственно, потому и были именно двойными. За счёт энергии, заточенной под работу с пространством, такое колечко вполне могло открыть портал куда угодно в пределах одной реальности. С рядом ограничений, конечно, в частности, у обычного человека просто сил не хватит пробить канал даже в соседнюю звёздную систему, тут надо иметь или выдающийся потенциал, то есть чтобы твоя пропускная способность позволяла оперировать нужными массивами энергии из «Квантового измерения», или иметь какие-то артефактные подпорки. Но всё равно — гениально. Да, это грубо, это неотёсанно, это, с точки зрения аса, напоминает дубину пещерного человека, но эта дубина работала, и работала хорошо. По сути, это был очень примитивный, построенный на немного иных принципах, но прямой аналог Радужного Моста. Портативный аналог Радужного Моста! Гениальное изобретение! А если чуть-чуть доработать напильником, применяя архитектурные решения из всё того же Биврёста…

В итоге, от исследовательского угара я очнулся только через две недели. Я помню, что в пассивном режиме вёл какие-то уроки в школе Ксавьера, отлучался прочитать сказки Лауре, что-то ел и даже ходил на свидания с прекрасной богиней, радуя её завтраками в постель, но все мои мысли были в библиотеке и тех возможностях, что открывало сочетание земных и асгардских магических традиций. И это было просто ва-ах! Правда, в один день ко мне пристал один мужик из местных мастеров с очень странными идеями, но я был благодушен и на пальцах ему объяснил, что тот не прав. Мужик проникся и больше не приставал, но, пожалуй, стоит этот момент осветить чуть подробнее.

Собственно, в тот день я понял, как Один может видеть и слышать всё даже в состоянии своего сна. Ответ крылся в местной технике Астрального Тела, когда маг, грубо говоря, покидал свою смертную оболочку основной частью души и мог свободно перемещаться ей в пространстве. И для аса, на первый взгляд, эта штука была совершенно недоступна, так как наше духовное начало слишком тесно переплетено с физическим, чтобы вот так вот легко его покинуть. Первый этап данной техники вполне работал, и перенестись сознанием исключительно в духовную оболочку было вполне возможно, но вот дальше — затык, потому как тело эта духовная оболочка покидать отказывается наотрез, а от попыток дёргаться сильней становилось очень больно, наверное, примерно так же, как если бы скелет пытался вылезти сквозь мышцы и всё остальное. Кажется, всё — бесполезный трюк — плюнуть и забыть, но нет! Сознание-то перенести в духовную оболочку всё равно возможно! То есть всё, что творится вокруг твоего тела, ты всё равно слышишь и видишь, даже несмотря на то, что это тело в отключке. И тут вступает в дело то, кем является Один, а он, извините меня, мужик огромных талантов, в частности, у него есть его «внутреннее око», работающее немногим хуже глазок Хеймдалля, и те фишки, для которых мне нужно сидеть на троне Асгарда, вроде пронзания взглядом толщи пространства и наблюдения за другими планетами, он может делать и сам по себе. То есть да — прервать свою кому он неспособен, но смотреть и видеть ему ничего не мешает, ведь активность его разума больше не зациклена на состоянии физического тела! Эврика! Фанфары! А главная прелесть лично для меня в том, что пусть в Астральном Теле практически невозможно колдовать, но вот если чары требуют только разума и уже активны… Короче, мои иллюзорные фантомы теперь не распадутся, даже если меня приложить по темечку Мьёльниром. Ну… в теории. Но всё равно круто же!

И вот, постигнув таким образом Дзен, я выбрался из библиотеки, гонимый жаждой какао. Ну, чтобы всё стало ещё лучше, а этот момент особенно ярко отпечатался в моей памяти. Выйдя за пределы храма знаний, я достал из подпространственного кармана термос и, воздав должное красоте облаков, приник к источнику живительной влаги.

Стало хорошо. Совсем хорошо!

Именно в момент осознания гармонии вселенной и всего такого меня и поймал один из местных мастеров возрастом «слегка за пятьдесят», обладающий прямой осанкой, густыми, пусть уже и покрытыми сединой волосами, убранными в косу, ах да, ещё у него был очень Решительный Вид, с таким обычно идут на Подвиг. Как тот, кто неоднократно видел идущего на Подвиг Тора и его банзай-команду, ответственно заявляю.

– Почтенный Луг, – вежливо поклонился мужчина. С лёгкой руки Старейшей и моего попустительства, ибо было лень поправлять, тут меня теперь все называли на кельтский манер, – я прошу у вас дозволения о личной аудиенции…

– М-м-м, Мастер Кецилий, если я не ошибаюсь… – отвечаю кивком на приветствие, одновременно с тем испытывая что-то вроде ностальгии. В том смысле, что вот сейчас старине Локи вновь придётся отговаривать великовозрастного, в целом умного, но всё-таки идиота от глупости, очевидной и для тролля.

В истории Стрейнджа, что тут почему-то не Стивен, а Стефан, он был главой культистов-сектантов, топящих за возвращение Пылающего Легиона… в смысле, явление Дормамму — одного из местных «концептуальных» злодейсов, бабаек и просто отожранного до крайности демонюги. Надо сказать, без стрёмной раскраски на лице, с которой Кецилий ходил в фильме, он выглядел намного лучше. И раз уж он всё ещё был Мастером Камар-Таджа, а не подлым ренегатом, до истории с созданием культа ещё не дошло, хотя, судя по вот этой решимости, тот уже находится на предпроектном рассмотрении. Отсюда я вполне мог предположить, по какому ко мне вопросу.

– Я польщён, что Бог Магии запомнил моё имя, – ещё раз поклонился мужчина.

– Ох, – я вздохнул, – не надо этого принижения себя. Стремящийся к знаниям разумный должен иметь самоуважение и уважать других… ну, в той мере, в которой они заслуживают. Человек, получивший звание Мастера Магии, однозначно заслуживает, чтобы существо с почти абсолютной памятью запомнило его имя, – убираю термос обратно в подпространственный карман. – Но ладно, это вопрос философский. Чем могу помочь?

– Это… довольно долгий и неоднозначный разговор, потому, если позволите, – маг нацепил на руку артефакт «Двойного кольца» и, исполнив полагающийся жест, открыл портал. – Могу я проявить немного гостеприимства?

– Вы меня заинтриговали, – я спокойно прошёл в этот самый портал, оказавшись, судя по всему, в покоях уважаемого мага. А мужик, как для человека, был действительно неплохим магом — в его жилище наличествовали интересного вида артефакты, и в большом количестве. Далеко не такие, как делают в Асгарде, само собой, тут была чистая магия, а не техномагия, да и сама школа исполнения далеко не такая «вылизанная», но видно старание, увлечение и, как ни странно, любовь к тому, чем он занимается. Сложно сказать, в чём именно выражено, но порой взглянешь на вещь и понимаешь, что вот это выполнено на отвали, рутинно, а рядом стоит поделка с душой, причём первая вещь может быть даже лучше и мощнее второй, но вот в руке, с высокой долей вероятности, вторая будет лежать приятнее, удобнее. Что тут скажешь, Магия.

– Чаю? – ах да, мы же говорим о Тибете, а значит, тут недалеко до Китая и прочей азиатщины, а потому нельзя просто так взять и начать сразу по делу. Пусть мой визави не выглядел азиатом, но бытие, как известно, определяет сознание.

– Не откажусь от чайничка-другого, а в случае чего, его всегда можно превратить в какао.

– В… какао?

– Поверьте, друг мой, Какао имеет Власть! Которая и не снилась моему Отцу… кхм… – видя, что мой собеседник явно потерял нить разговора, я предпочёл не развивать тему, да и что-то меня действительно унесло. – Ладно, не будем об этом, считайте это просто забавной историей, которая имела для меня большое личное значение. Итак?

– Всё дело в Старейшей… – маг принялся хлопотать над глиняным чайником, засыпая туда какие-то травки и заливая это дело разогреваемой прямо в воздухе водой.

– М-м… Рискну предположить, что речь пойдёт не о том, насколько она приятная в общении женщина?

– Да… – ему явно было не очень комфортно затрагивать эту тему, но мужчина уже всё для себя решил. – Быть может, я не смогу выразить это правильными словами, но при всех своих талантах… она ограничивает нас. Заявляя об открытости Камар-Таджа, в действительности она утаивает знания даже от тех, кто достиг звания Мастера и кого она сама признала достойными всех секретов.

– О, понятно, – я покивал, принимая из рук Кецилия парящую ароматным «дымком» чашку, – и потому вы решили обратиться за знаниями ко мне?

– Да! – вновь Решительный Взгляд, а его собственная пиала с чаем замирает на столе, зажатая с двух сторон ладонями. – Я понимаю, насколько дерзко и неуместно это звучит, но моё желание искренне и не отравлено тщеславием. Это желание понимать, желание стать лучше и помочь стать лучше моим ученикам. Старейшая живёт на этом свете уже множество веков, но никто не задумывался, почему? В чём секрет и причина её долголетия? Я нашёл ответ! И этот ответ привёл в смятение все мои чувства и поколебал истины, которые до того я считал незыблемыми. Теперь меня снедает желание разобраться, понять. Но у меня самого не получается найти ответы и унять это смятение.

– Вы о том, что она черпает энергию из Тёмного Измерения? – немного поэксплуатировал я своё «послезнание».

– Вы… вы знаете? – он даже слегка выпучил глаза, но довольно быстро взял себя в руки. – Впрочем, было бы странно, если Бог Магии что-то не знал об этом, – ну, к чести дамы, от неё практически «не фонило», не знай я, что связь должна быть, ничего бы не нашёл, скорее списав за индивидуальную особенность.

– Должен признать, прекрасно контролируемая связь.

– Именно. То, что явно достигнуто долгой практикой и большим опытом, но остальным она запрещает даже приближаться к этому! Даже просто найти что-либо в нашей библиотеке по этому направлению почти невозможно! – мага явно задевала эта тема за живое.

– И зачем эти знания вам, мастер Кецилий? В вашем голосе я чую явно не интерес кабинетного учёного, но жажду практика. Желаете обрести бессмертие?

– Нет, – он прикрыл глаза и покачал головой, – просто… если Тёмное Измерение может продлевать жизнь, исцелять… оно не допустит более страданий, боли…

– Ясно, «счастье для всех даром, и пусть никто не уйдёт обиженным», – забавно, хоть и ни разу не смешно. В фильме был именно двинувшийся по фазе культист, а здесь… обычный идеалист. Почти что «юноша бледный со взором горящим», только совсем уже не юноша.

– Да! Вы прекрасно сформулировали то, что я не мог выразить! – совершенно не уловил иронии он. Впрочем, неудивительно — мы с ним совершенно естественным образом перешли на датский язык, видимо — его родной. Для меня, как Бога, делать свою речь максимально понятной и близкой собеседнику было совершенно естественно, он же тоже не видел в данном факте ничего удивительного, а между тем, устойчивые идиоматические обороты и крылатые фразы далеко не всегда имеют идентичный по смыслу аналог в других языках.

– Что же, я понял ваши затруднения. Должен признать, цель ваша по-своему благородна, а намерения благие, но ими вы мостите себе напрямую дорогу в Ад. Причём я сейчас говорю буквально.

– Я не понимаю, – он нахмурился.

– Позвольте я объясню, – делаю глоток воистину замечательно чая. – Вы негодуете, что Старейшая скрывает от вас способы контакта с Тёмным Измерением. Но скажите, не скрываете ли вы от детей «способы контакта» с электрическим током в розетке?

– Но ведь она… – начал было маг, но оборвал сам себя, повинуясь моему жесту.

– Запрет совать пальцы в розетку не отменяет существования электриков, работников атомных станций и прочих энергетиков. Вот только даже они скажут вам, что пихать в розетку два гвоздика, держа их голыми руками, — это очень плохая идея. Безусловно, сравнивать примитивный электрический ток, бегущий в медных проводах, с материями высшей магии не совсем корректно, но если уж для такого примитивного и простого явления, как электросеть, неправильное поведение пользователя чревато смертью, то уж для высшей магии тем более наивно полагать отсутствие подобного рода опасностей.

– Вы хотите сказать, что моих навыков и знаний недостаточно? – он нахмурился. – Но где мне их получить, если даже упоминание об этом измерении является чуть ли не Табу?

– Для ответа на этот вопрос вам, для начала, стоит узнать, что же из себя представляет Тёмное Измерение на самом деле, друг мой. Потому усаживайтесь поудобнее, смочите горло и приготовьтесь слушать, – Кецилий послушно исполнил всё предложенное. Он действительно был жаден до знаний, этих знаний не имел, но был рад исправить эту неприятную ситуацию. – Итак, энергия Тёмного Измерения действительно способна на многое. Сама его концепция отрицает часть законов данной реальности, а потому, используя её здесь, можно не просто обходить законы природы, но едва ли не переписывать их. Звучит неплохо, не так ли?

– Да… – маг кивнул.

– Вот только всегда есть маленькое «но», а когда мы говорим о тех местах и энергиях, этих «но» становится крайне много. Среди асов и ванов по сей день нет единства в вопросе, что является причиной, а что следствием установления связи с этим измерением, но факт остаётся фактом. Энергии из Тёмного Измерения меняют своего пользователя. Делают его жёстче, агрессивней, нетерпимей к чужому мнению, одним словом — заставляют его стать по характеру кем-то вроде Дарта Вейдера из Звёздных Войн.

– Прошу прощения? – м-да, суровые тибетские колдуны не в теме фильмографии последних десятилетий.

– Не смотрели Звёздные Войны? – признаться, это было удивительно. Когда Джейн Фостер не понимала шутку про Падме, это было объяснимо — тут просто не было снято второй трилогии про Энакина, но первая-то про Люка и Империю тут была.

– М-м-м… Возможно, я что-то слышал о таком фильме, но никогда не интересовался, – признался мужчина.

– Понятно… Рождественскую историю про Эбенизера Скруджа знаете? Ну, ту, где три духа рождества наставляют старого желчного гадёныша на путь истинный? – маг кивнул. – Ну вот, его образ из начала повествования вполне типичен для пользователя энергии Тёмного Измерения, только добавьте в него готовность в любой момент применить силу фатально для собеседника, – кажется, картина, где крутой языческий Бог апеллирует к христианским сказкам, его немного поломала, хотя, казалось бы, с чего? У них же тут, между прочим, тоже вай-фай есть! В академии магии! – В общем, все известные пользователи этой силы, из тех, кто пользуется ей много и часто, обладают крайне тяжёлым характером. Думаю, Старейшая тоже неспроста постоянно медитирует и ведёт образ жизни, более свойственный буддийскому монаху, чем Верховному Чародею Земли. Но даже это — далеко не основная проблема «общения» с Тёмным Измерением. Второй нюанс — оно обитаемо. И для тамошних обитателей все остальные существа — лишь пища и игрушки. Разумеется, за исключением тех, кто сам может их сожрать или поиграться, таких они, безусловно, уважают. Хотите знать, что бы с вами было, попытайся вы связаться с силой Тёмного Измерения сейчас, мастер Кецилий?

– Просветите меня, почтенный, – он с трудом пригубил из своей чашки.

– Для начала вы бы обрели «невероятную мощь», – я показал кавычки пальцами, – сила шептала бы вам, что вы правы, что всё делаете правильно и только вы знаете, как надо. А ещё у вас бы очень быстро появились «друзья» с той стороны. В зависимости от ваших моральных ориентиров и близких к сердцу идей, вам начали бы рассказывать очень убедительные и красивые сказки, начиная от той, как обрести неодолимую власть и покарать всех обидчиков, и заканчивая тем, как несчастен мир вокруг вас и как прекрасно Тёмное Измерение с его обитателями, что очень хотят помочь людям. И всё, что нужно сделать для воплощения любого из вариантов — это лишь открыть для ваших новых друзей дверь. И хорошо, если вы нарвётесь на каких-нибудь низших тварей, что в случае «прорыва» просто сожрут вас и пару-тройку районов ближайших городов до того, как вмешается Асгард, под чьим протекторатом находится Земля, или чародеи сами найдут в себе силы побороть угрозу. Но ведь вы можете привлечь внимание и более опасных существ, полагаю, имя Дормамму вам должно быть знакомо?

– Да, я несколько раз встречал его в книгах.

– Это Владыка Тёмного Измерения, вернее, таковым себя считает благодаря раздутому до невероятных размеров эго. И вот начни общаться с вами он, то сможет и рассказать, как его правильно «пригласить», и по вашей душе на Землю навестись, а потом… просто придёт и сожрёт этот мир. Даже Асгард просто не успеет вмешаться, не говоря уже о других.

– Н-но… – он не хотел верить, – как же Старейшая? Как же вы?

– Я? Лично я, при всём моём опыте в магии, не суюсь в Тёмное Измерение. Чтобы более-менее безопасно для себя работать с его энергиями, нужно уже иметь силу, достаточную для того, чтобы если не уничтожить того же Дормамму, то заставить с собой считаться, дать понять, что связываться выйдет слишком дорого. Я знаю от силы пять существ во всей нашей вселенной, кто так может, причём большинство из них всё равно не рискует соваться в эти материи, и даже Один прибегает к силе Тёмного Измерения только при самых крайних случаях, а он из этой пятёрки — самый могущественный.

– Но… вы же — Царь Асгарда? Не значит ли это, что…

– Нет, Один не мёртв, он просто спит в своего рода коме, что помогает ему поправить здоровье. Всё-таки он действительно древний Бог — даже по меркам асов он был стариком ещё до моего рождения. Так что я просто исполняю обязанность главнокомандующего, пока он не вернётся к делам.

– Но Старейшая? Неужели она сильнее вас?

– Нет, – я покачал головой. – Я точно не уверен, как именно она подключается к Тёмному Измерению, но, полагаю, её путь — это путь скрытности. Человек имеет очень ограниченный запас личных сил, полагаю, что, умеючи, его вполне можно скрыть от чужого жадного взора, но даже так черпать из того места очень и очень опасно. Это когда ты силён и можешь отбиться, внимание тамошних тварей для тебе скорее просто раздражитель и не более, но вот если ты слаб и тебя всё-таки нашли… полагаю, ничем хорошим для мага такая ситуация не станет.

– Значит… всё напрасно? Без толку? Люди так и останутся «пищей и игрушками»?

– Нет, – я улыбнулся, – ваш вид ещё очень и очень молод и только на пути к своему становлению. Вы же слышали о мутантах? – маг осторожно кивнул. – Вот наглядный пример постепенного перехода на новую ступень эволюции. То же касается и магов, ваш потенциал к управлению энергиями вполне сопоставим с асами, ванами, йотунами и прочими божественными расами, но пламя вашего внутреннего огня ещё слишком молодое и слабое, чтобы раздуть его, потребуются десятки и сотни поколений. Рано или поздно произойдёт качественный скачок.

– Вот только я это вряд ли увижу, – печально вздохнул Кецилий. – И всё равно спасибо, почтенный, – он ещё раз поклонился, – теперь я понимаю, что Старейшая ограждала нас… правда, не ясно, почему просто не объяснила?

– Ну, – я допил свой чай, – не забывайте, что она всё-таки не молода, хоть и выглядит неплохо. То, что она умудрилась избежать старения своего тела, не значит, что она смогла избежать старения разума и его усталости. А старики не очень-то любят объяснять свои решения, особенно кому-то, с их точки зрения, слишком суетливому и молодому. К тому же на её веку было множество учеников, наверняка случались и большие разочарования, и ошибки, и трагедии. А раны на сердце, бывает, ноют и спустя века после нанесения. Думаю, любой из нас, потеряв кого-то близкого, не хотел бы допускать других к тому, что привело к его потере. И, вполне вероятно, проявлял бы в этом куда большее усердие, чем стоило бы… К тому же в нашем случае ситуация действительно намного сложнее, чем с розеткой, ведь, согласитесь, розетка не шепчет на ушко малышу «лизни меня», когда никто не видит.

– У вас очень… странные аналогии…

– Но ведь доходчиво же, – улыбнулся я. – Ну да ладно, не будем о грустном. Вы, мастер, произвели на меня приятное впечатление, как и ваша наставница, а потому позвольте вручить вам небольшой подарок.

С этими словами я вытащил из подпространственного кармана один из модифицированных реакторов Старка. Реализованный на технологиях Асгарда и с рабочим телом на нейтронии, он мог спокойно работать пару десятков тысяч лет до того момента, как ядро истощится, особенно вхолостую. Правда, отдавать его в чистом виде всё равно было не совсем правильно. Не то чтобы я верил в способность магов скопировать столь высокотехнологичное устройство, что и сам Тони не сразу бы признал, но… мы говорим о Киновселенной Марвел! А ещё я на Тибете, а это почти что Китай! А тут главный злодеус второго плана данной франшизы берёт и передаёт в почти Китае почти китайцу некую техническую приблуду, что тут может пойти не так? Потому появился он на свет уже прикрытый иллюзией просто сгустка белого сияния, а следом за ним возникло уже ведёрко с адамантием. Благодаря структуре металла, проблемой для пропускания энергии Живого Света он не станет, а от реверс-инженерии девайс убережёт. Далее подогретый металл послушно поднялся с помощью телекинеза и сформировал вокруг реактора красивый монолитный саркофаг в форме рунированного кубика. Потому что кубы — это круто! А рунированный — чтобы местным магам было проще использовать энергию Живого Света, благо все схемы я отработал ещё для «ночника» в кроватку Одину. Ещё пара секунд ушла на правильное охлаждение магией льда, и новый почти Тессеракт был протянут почтенному чародею.

– Это портал в измерение Живого Света, он тоже давит на мозги, но вполне умеренно, тем более здесь стоит своего рода фильтр, и связь односторонняя. Попрактикуйтесь с ним, а там, глядишь, через пару-тройку веков Старейшая убедится, что из ребёнка может вырасти энергетик, – не удержался я от доброй ухмылки.

– С-спасибо… – ошарашенно прошептал маг, осознавая, ЧТО он получил в дар. – Воистину, подарок Бога…

– Пользуйтесь на здоровье и берегите своих учеников. Ну и не устраивайте апокалипсисов, связываясь с сомнительными пожирателями миров. В конце концов, были бы среди демонов состоятельные, они бы уже давно жили среди нас, но за десятки тысяч лет миллионы магов с самых разных уголков вселенной так никого и не встретили, зато погибших цивилизаций от попыток необдуманно сунуться в ту сторону — не счесть. И спасибо за чай!

Секретное хранилище в секретной базе Щ.И.Т.-а. Поздно ночью.

В унылую цветовую гамму дежурного света помещения неожиданно добавился яркий оранжевый отблеск, рождённый пространственным разрезом в форме диска. Осторожно выглянув сквозь него и не найдя в комнате никаких свидетелей, внутрь шагнул молодо выглядящий мужчина в тёмно-зелёном полупальто, держащий в руках серебристую трость, украшенную изображением змея.

Встав на твёрдый пол, он ещё раз огляделся и прислушался, жестом ещё не привыкшего к чему-то новому человека рефлекторно потирая два серебристых кольца на указательном и среднем пальцах правой руки. Убедившись, что никого поблизости действительно нет, он проследовал к стене, где находились несколько сейфовых ячеек. Замысловатый жест рукой — и кодовые замки отпираются, а тяжёлая дверца отходит в сторону, открывая вид на содержимое хранилища.

Ухмыльнувшись открывшейся картине пустоты, пришелец ловким жестом вытащил из складки пространства алый флажок, украшенный серпом и молотом, после чего с видом эстетствующего перфекциониста установил его в самом центре пустой ячейки.

– Вот! Так намного лучше, – тихим голосом, полным, однако, гордости и удовольствия, прокомментировал он свои действия и, вновь используя телекинез, закрыл сейф. – А то не хватало ещё, чтобы какие-то стразы сценарной импотенции ломали мне всю Интригу! Взяли, понимаешь, моду мозги полоскать, а у нас традиция. И вообще, красивый красненький флаг — это лучше, чем стрёмный синенький кубик, – на этих словах он развернулся к всё ещё висящему в воздухе порталу и направился на выход. – Даже интересно, я один такой оригинал, что, обретя возможность гнуть пространство по своему хотению, в первую очередь использовал её для чего-то подобного? Хотя… – он на миг замер перед порталом, – откуда-то же чай в Камар-Тадже появляется? Вот ни за что не поверю, что они сами за ним в магазин бегают…

С улыбкой кивнув собственному выводу, незваный гость склада шагнул в слегка сияющий оранжевым светом по контуру круг и был таков. А через неделю по совершенно анонимной наводке один совершенно непричастный предприниматель устроил на этом складе аудит. Впав после результатов инвентаризации в откровенную истерику на почве поиска «Красной Угрозы», один чернокожий-инвалид-ветеран был очень вовремя освидетельствован совершенно случайно проходившей мимо медицинской комиссией, после чего вопрос о выходе на пенсию заслуженного, но подорвавшего здоровье работника тоже оказался очень быстро рассмотрен и удовлетворён. Естественно, по чистому совпадению. Случайности — они же такие случайные…

Примечания:

*(1) "Танец злобного гения". Исполнитель: "Король и Шут", альбом: "Театръ демона".

Глава 24

– …таким образом, если скорректировать данный вектор на три процента, это не только выдаст вам десять процентов дополнительной подпитки, но и позволит «смягчить» поступающую энергию, что не только облегчит контроль, но и позволит использовать её для сотворения автономных удалённых конструктов.

– Вроде ваших иллюзий, почтенный Луг? – поинтересовался внимательно слушающий меня с группой других Мастеров Кецилий.

– Именно! К тому же, с учётом возможности людей отделять своё астральное тело от физической оболочки, это может стать основой для перехода на полностью энергетическую форму существования. Хотя я бы с этим был поосторожнее.

– Интересный вариант, – отхлебнула своего чаю Старейшая, – но в таком случае контроль над энергиями потребуется запредельный, иначе очень велик риск просто раствориться в океане этой самой энергии. Или выгореть в первые мгновения — астральное тело намного уязвимее самого мага к воздействиям чистой силой, именно поэтому хоть в нём и можно сражаться, но это крайне опасно и не рекомендуется без самой острой необходимости.

– Потому я и сказал, что это лишь основа и нужно быть осторожнее, – пожимаю плечами. – Вот, я тут расписал свои мысли по этому поводу, ну и основные принципы, само собой, – достаю из подпространства увесистый томик и передаю его Кецилию. Да-да, фаворитизм и всё такое, но он шикарно заваривает чай, а потому заслужил! И это вовсе не потому, что он ещё и специально для меня где-то раздобыл книжку «Вся правда о сортах какао» вместе с «пробниками» этих самых сортов. Хитрый колдун! Уважаю!

– Английский? – удивился датчанин, только взглянув на первые страницы.

– Могу на футарке или асгардском, но зачем? – я вскинул бровь. – Сейчас на Земле самый распространённый язык — это английский. Само собой, все специфические термины, описывающие магические эффекты и принципы, я подобрал, основываясь на содержимом вашей библиотеки, — их и в английском языке просто нет, и вам так проще будет, но в остальном — зачем на ровном месте усложнять понимание материала? Думаю, почтенным мастерам будет интересно сразу ознакомиться с описанными там, – кивок на томик, – выкладками, а не корячиться с переводом.

– Примите нашу благодарность, – поклонились маги.

На этом закончился очередной… как бы это назвать… слёт по обмену премудростями, наверное, так лучше всего обозначить процесс, когда Боженька, Тысячелетний Архимаг и полтора десятка уже убелённых сединами мастеров-магов собираются в большом зале, заваривают чай и начинают обсуждать проблемы магии, способы их решения, ну и делятся секретами интересных решений и исполнений. Тут, понятное дело, в основном была моя партия — всё-таки персоной я был довольно просвещённой, да и отдариваться за ранее предоставленные уже ими знания полагалось, но и почтенные мужи иногда подкидывали крайне интересные идеи, всё-таки освоить весь пласт опыта, копившийся тысячу лет, всего за несколько недель общения с несколькими носителями да чтения книг по теме просто нереально, и чем меня удивить, у земных магов ещё было. Пусть их школа была создана явно на основе асгардской, но после этого смертные маги многое изменили в полученном базисе. Что-то забылось, что-то было оптимизировано, что-то развито, что-то просто устарело и утратило актуальность из-за изменений самих магов. Короче, в первую очередь я «дорабатывал напильником» уже имеющиеся у них инструменты и «расширял узкие места», которые с высоты своих знаний мог увидеть и придумать, как доработать, чтобы это было пригодно для людей, а с обновлённой базой господа и дамы волшебники уже смогут открыть для себя новые интересные перспективы. С моей точки зрения, это было куда полезнее и ценнее для них, нежели начни я толкать совсем новые принципы совсем других традиций колдовства.

Уважаемые чародеи разошлись (в основном, все дружно потопали в библиотеку, где, готов поспорить, умудрённые мужи сгрудятся над книжкой, словно подростки в лагере, куда смогли пронести порножурнальчик), я же покидать учебный зал не торопился, как и Старейшая. Не то чтобы мы безмолвно условились переговорить без лишних глаз и ушей, но её опыта вполне хватило, чтобы уловить это моё желание.

– Чаю? – с улыбкой предложила она, когда мы остались наедине. Было в этой улыбке что-то озорное, словно мы и правда коварно спелись за спинами ушедших, и теперь всё идёт по плану.

– Благодарю, – киваю в тон ей, наблюдая, как чайник, вода в котором никогда не остывала, взмывает в воздух и разливает ароматный отвар по чашкам. – Как вам сегодняшняя лекция?

– Довольно познавательно, – Старейшая, закрыв глаза, втянула воздух носом и блаженно выдохнула, после чего плавно провела рукой в воздухе, калибруя связь с Квантовым Измерением по новому принципу. Несколько оранжевых искр сорвалось с формирующейся печати, но это было уже куда как меньше, чем при прошлом варианте, уровня «я болгаркой пилю кремень». – Действительно, стало легче и удобнее, – оценила она свои ощущения, – но, сдаётся мне, вы хотели о чём-то ином поговорить со мной, почтенный Луг.

– Верно. Признаться, приступ неудержимого вдохновения на почве магических исследований меня немного отпустил, в связи с чем у меня есть несколько тем для разговора, каждая из них интересна по-своему, и начну я, пожалуй, с самой неприятной и опасной.

– Даже опаснее той, от которой вы отговорили Мастера Кецилия?

– Да, многократно, – как ни крути, но Дормамму, в самом худшем случае, мог сожрать только Землю, а поехавшая истеричка в перчатке со стразиками планирует натурально уполовинить вселенную.

– Что же, – она тяжело вздохнула, – я слушаю.

– Речь пойдёт об Оке Агамотто. Полагаю, мне нет смысла объяснять, что оно такое на самом деле?

– Камень Времени, – она напряглась. – Он нужен вам?

– Нет, – я серьёзно посмотрел на волшебницу, – не мне, а одному безумному титану, что желает с помощью Камней Бесконечности уничтожить половину мироздания. Камень Пространства я уже защитил так, что теперь и сам не смогу до него добраться при всём желании, во всяком случае, не просидев над ним лет триста, зная, что, как и где делать. И прошу вас сделать то же самое для Камня Времени.

– Око было отдано мне на хранение моим наставником… – она ненадолго замолчала, но потом явно решилась: – Вашим отцом.

– Я догадывался, – улыбаюсь, в целях разрядить обстановку, а то она явно слишком напряглась из-за этой темы. – Асгардские Цари вообще любят распихивать чрезвычайно опасные артефакты на Земле. Отец Одина, Бёр, тоже запечатал Камень Реальности где-то на Британских островах, и, по моим расчётам, печать доживёт своё в ближайшие годы, и с этим тоже придётся что-то делать. Но прошу прощения, я вас перебил.

– Мне и моим преемникам надлежало хранить Око по просьбе Царя Асгарда, полагаю, что по его же просьбе я могу вернуть его Царю.

– Как я говорил, мне не нужен камень. Ни один из них. Не для того я отказывался от сладких обещаний одной вещи, что может надругаться над пространственно-временным континуумом, чтобы сразу же хвататься за другую. Так что… Царь Асгарда просто просит изменить условия содержания этого SCP класса Евклид, – под конец не выдержал я внутреннего зуда повыпендриваться.

– Прошу прощения?

– Не обращайте внимания… так, молодёжный сленг, которого я поднахватался за последний век.

– Вроде «лизни розетку»? – Старейшая улыбнулась.

– Да, вроде «лизни розетку», – подтвердил я. – Ну так что скажете по поводу моей просьбы?

– Разумеется, я не имею ничего против. Камень — искушение едва ли не большее, чем Тёмное Измерение. Пусть сам по себе он не «шепчет», но…

– Все о чём-то жалеют, у всех есть страницы прошлого, которые так хочется переписать, а инструмент для этого так близко, и всё, что требуется — лишь протянуть руку.

– Да, – она прикрыла глаза. – Но я хорошо понимаю, что использование силы Камня нарушает равновесие во вселенной, и это непременно будет иметь самые негативные последствия, которые не только обесценят внесённые исправления, но и сделают всё намного хуже.

– Однако понимание не спасает от муки искушения, – понимающе кивнул я, делая глоток чая.

Помолчали… Что называется, каждый думал о своём, а чай в наших пиалах медленно подходил к концу.

– Я держу его в отдельном зале за библиотекой, – отложив опустевшую посуду, первой нарушила тишину Старейшая. – Пойдёмте.

Путь оказался недолгим. В библиотеке, как и ожидалось, сидели едва ли не все Мастера, включая и старика-смотрителя. На наше пришествие они отреагировали дружным коротким поклоном, но на этом вся реакция и кончилась — книжка была для них явно увлекательнее всего лишь архимага и бога, которые дружно куда-то там идут. В конце концов, они так вместе шляются уже не первый раз, а книжка интересная, да.

Камень, заключённый в изящный изумрудный кулон, лежал на отдельном постаменте. Как и с его собратом, едва я увидел и полноценно осознал, что вот он — ультимативный чит «Феноменальной Космической Мощи», способный сделать меня буквально бессмертным и непобедимым, в голове сразу забегали мысли на тему того, что можно провернуть с этим камушком. Вернуться ко временам сотворения мира, узнать все секреты могущества Одина, поставить на службу себе само Время, причём не эти детские фокусы с собственным ускорением или стазисным полем на небольшой участок пространства, а получить полноценную Магию Времени, обращать мановением руки горы в прах и возвращать из этого праха города и цивилизации. Власть, «которая и не снилась моему отцу», была так близко…

– Н-да, при одном взгляде на эту штуку я начинаю чувствовать, как тупею… – с печалькой во всей позе покачал я головой.

– О? – обозначила вопрос моя спутница.

– Просто эти мысли о возможностях и перспективах, которые появляются в голове, как твои собственные… они иногда настолько переигрывают, оставаясь по всем ощущениям совершенно естественными и достоверными, что хочется плакать. В частности, только что Камень Времени навеял мне, что с ним я получу силу, «которая и не снилась моему отцу», – развожу руками и поджимаю губы, используя все навыки прежнего Локи для передачи мимикой своих чувств. – Получу силу, которая и не снилась Одину, взяв в руки Око Одина… которое он сам создал… Это так логично, что и не придерёшься, – а теперь покачать головой и страдальчески помассировать глаза.

– Вы полагаете, Камень влияет на разум владельца?

– Я в этом абсолютно уверен, – вздыхаю. – У них всех абсолютно точно есть собственная воля и, как я подозреваю, желание развлекаться за счёт событий вокруг носителя. Есть ли при этом полноценные личность и разум — сказать сложно, хотя если и есть, с нашими они имеют мало общего. Хуже всего то, что не будь у меня изначально строго негативного отношения к их использованию и однозначного убеждения, что я не хочу иметь с ними ничего общего, я бы даже не заметил воздействия на сознание, искренне считая, что все эти мысли о перспективах и возможностях — мои собственные.

– Это и вправду многое объясняет, – озадаченно кивнула чародейка. – Вы будете действовать прямо сейчас или предпочтёте сперва прочитать инструкцию, которую оставил ваш отец? – сменила тему Старейшая, вновь награждая меня лёгкой улыбкой.

– С большим удовольствием ознакомлюсь с инструкцией! – воодушевлённо поддержал улыбку я.

– Тогда это здесь, – и моя сопровождающая направилась обратно к библиотеке.

Там мне была выдана книжечка, как раз из тех, которые были брутально скованы цепями на отдельной полочке, и на ближайшие сутки я опять оказался потерян для общества, вынырнув из читательского угара лишь разик, только чтобы прочитать сказку на ночь Лауре да поцеловать Ороро. И должен сказать, Один был слабовольным говнюком, да! Почему? А потому что этот бородатый сеятель артефактов ещё тысячу лет назад разработал именно то, что я только планировал сделать с Оком! В этой книжке были не только принципы базового управления артефактом, так сказать, в оперативном применении, но и полноценно расписанный приём, как его сместить в вечное следующее мгновение. То есть сколько бы ты его ни хватал своими лапищами, он всё время будет чуточку в будущем относительно этого момента, оставляя в настоящем лишь иллюзию своего присутствия, а главное — вынуть его из этого состояния сможет только тот, кто поместил. Гениально! И слабовольно-скупердяйски! Нет бы как Великий Я! Сразу ультимативно спрятать от всех, отказаться от искушения использования чит-кодов, решительно проходить сюжетку своей жизни на честных основаниях личной силы! Нет, этот слабак оставил для себя лазейку — весь приём вокруг неё построил! Не смог проявить характер! А ещё Всеотец называется, а у самого никакого внутреннего стержня! Как с такого детям пример брать? То-то я таким хитрожопым гнусиусом вырос. Да-да, это всё Один виноват! Инфа — сто процентов!

В общем, я зарядился небывалым желанием исправить ошибки прошлых поколений и взялся курить новый злодейский план о том, как цинично надругаться над всей вселенной. Ибо Киновселенная Марвел заслуживает надругательства!

Спустя некоторое время результаты своих изысканий я и показал Старейшей:

– Что это с ним? – женщина попробовала дотронуться до амулета, но стоило её руке приблизиться, тот словно размылся разноцветной дымкой. – Иллюзия? Нет… его мощь… всё равно ощущается, пусть и как-то странно.

– Скажите, Старейшая, слышали ли вы об апориях Зенона?

– Разумеется, – кивнула она. – Вы имеете в виду какую-то конкретную или интересуетесь, знаю ли я все сорок?

– В данном случае мы говорим об Ахиллесе и черепахе, – продолжаю нагнетать таинственность.

– Знаю, – нахмурилась волшебница, – но я не совсем понимаю, к чему это сейчас?

– Зенон утверждал, что быстроногий Ахиллес никогда не догонит неторопливую черепаху, если в начале движения черепаха находится впереди Ахиллеса. Казалось бы, сущая нелепица, аллегорический пример бесконечной делимости пространства и времени… или ложности представления об этой самой бесконечной делимости, смотря как посмотреть. Однако аллегорией данное утверждение будет лишь в устах простых смертных, в нашем же случае… – я повёл рукой в сторону артефакта, довольно улыбаясь, глядя на дело рук своих, – это прямое описание механики процесса! – если Камень Пространства, теоретически, достать я бы смог, пусть и убив хренову тучу времени, то вот Камень Времени… признаться, у меня вообще не было идей. И это просто замечательно.

– Но что с ним случилось? – продолжала не понимать чародейка.

– Ахиллес и черепаха, – меня распирала гордость от проделанной шутки. – Камень концептуально всегда впереди на неуловимый миг. Потому, когда пытаешься его коснуться…

– Рука пройдёт насквозь, ведь его нет в нашем моменте времени, – поняла она, ибо тоже книгу читала. – Но вы не поддерживаете чары и магическую связь с Оком… – поняла она и второй момент, пробежав по мне взглядом. – Значит, они самодостаточны и на них уже невозможно повлиять извне, потому как невозможно установить связь с Оком… – она повела в воздухе у амулета рукой в уже известном мне по книге Одина жесте. В воздухе вокруг запястья чародейки развернулись несколько рунных колец, отливающих зелёным светом, её магическая энергия потекла в сторону артефакта, пытаясь взять тот под контроль, однако… – И в самом деле, несмотря на близость силы, она недосягаема. Совсем не могу дотянуться… Гениально, – вынесла вердикт Старейшая.

– Рад, что вам понравилось, – ох, если всё-таки Танос и до Камар-Таджа доберётся, а потом ещё и поймёт, что сделали с камнем… интересно, на его реактивной тяге можно будет добраться до Татуина или хватит только до Тау Кита? – Хорошая будет шутка для того, кто попробует его заполучить.

– Теперь я понимаю, почему мои предки боялись ваших шуток, почтенный Луг, зачастую больше, чем гнева Морриган.

– Ох, вы мне льстите, – мне оставалось только шутовски поклониться. – Но раз мы здесь закончили, то почему бы не пропустить ещё по чашечке чая и не поговорить о делах более приятных? У меня ещё осталось для обсуждения два важных дела.

– С удовольствием, – ответила мне женщина, созидая портал в свои покои. – Прошу.

Апартаменты Старейшей с момента моего последнего визита сюда ничуть не изменились. То же ощущение «пагоды», те же светлые тона и лёгкий запах сандала или какого-то иного душистого дерева. Светло и легко. Мы уселись за столик, женщина разлила ещё чая, мы отдали должное вкусу первых глотков и только после этого перешли к делу.

– Так что же за остальные темы, что вы хотели обсудить? – вновь первой поинтересовалась чародейка.

– Их две, и они связаны между собой. Во-первых, я бы хотел попросить об обучении двух моих подопечных, точнее, моей помощницы и моего ребёнка.

– Кухулина?!

– Нет… – я устало потёр переносицу. – У меня нет родных детей, а тому парню я просто подарил одну из своих ранних поделок на почве повторения Гунгнира. Уже даже и не вспомню почему, скорее всего, у меня просто было хорошее настроение, а он оказался приятным собеседником. Всё остальное он сам, – земное мифотворчество меня всё ещё печалило, впрочем, ирландцы относились ко мне с куда большим почтением, чем всякие скандинаво-германские скотоложцы, так что и я относился к ним с куда большей симпатией. – У меня есть две подопечные. Молодая девушка и совсем ещё девочка, с которыми меня свела жизнь и так получилось, что я теперь о них забочусь в меру сил. Они — мутанты, но мутанты непростые. Обе — регенераторы, чей срок жизни неограничен и может превосходить даже асгардцев. И я бы хотел сделать из них магов.

– Ученики, у которых в изобилии есть самый ценный ресурс во всей вселенной — время… – Старейшая покачала головой. – Но почему вы не желаете обучать их сами?

– Как раз из-за нехватки этого ресурса. К тому же как ни посмотри, но я привык работать с магией в традициях божественных рас, причём работать, скажем так, на определённой высоте знания. Объяснить что-то вам и вашим Мастерам я могу, но учить основам чужой для меня традиции тех, кто вообще ничего не понимает в магии — это уже намного сложнее. Традиции же их стоит обучать именно человеческой, и лучше, чем сами люди, с этим никто не справится, тем более учебный процесс у вас давно отлажен, в то время как мне пришлось бы делать всё с нуля.

– Что же, таким ученицам безусловно будут рады в этих стенах, тем более если их рекомендует Бог Магии лично.

– Благодарю, – кивнул я. – Отсюда вытекает и вторая тема. Как вы смотрите на то, чтобы познакомиться с обаятельным джентльменом, занимающимся примерно тем же, чем и вы, но только в разрезе мутантов?

– Что вы имеете в виду, почтенный Луг? – попросила подробностей женщина.

– Я говорю о человеке, что наставляет юных мутантов, дабы развить и огранить их таланты, а заодно устраняет проблемы Земли, которые возникают в результате действий мутантов. Работа с его подопечными сможет дать магам довольно многое. Таланты воспитанников Чарльза имеют в своей основе духовную мутацию, которая переходит на физический уровень. Но даже когда она уже перешла, потенциал духовного тела отнюдь не уменьшается и лишь нарастает у потомков. У вас под действием энергии Квантового Измерения происходят похожие процессы, но остаются на духовно-энергетическом уровне. Так что симбиоз может получиться очень интересный.

– Хм-м… вы полагаете, что это та самая «новая ступень» в развитии магов, о которой вы общались с Мастером Кецилием?

– Не совсем, – я покачал головой. – Их способности, в конечном итоге, определяют более физическое развитие вида, нежели мистическое, но, совместив это с вашими практиками развития как раз мистической составляющей человеческого естества, можно значительно ускорить тот самый выход на эту ступень, да и в целом сбалансировать развитие человечества как вида. В конце концов, и Рим не сразу строился. Всегда нужно с чего-то начинать.

– Разумно, – признала женщина. – Но согласятся ли сами мутанты на сотрудничество?

– Это уже будет зависеть от того, о чём и как вы договоритесь с Чарльзом. Он не будет в восторге от того, что кто-то захочет «изучать» его подопечных, но он хочет дать им лучшее образование и открыть как можно больше дверей в мире, а потому вряд ли будет возражать, если к своим природным талантам его дети добавят талант магический. Ну а далее… изучающие, познающие самих себя маги — вполне рядовое явление, не так ли?

– Пожалуй, – она согласилась. – Значит, вы просто познакомите меня с этим джентльменом?

– Верно. Я могу помочь и подсказать, мне нравятся мутанты и маги, но я даже пытаться не буду осчастливить всех и каждого и за всех решить их проблемы. У меня нет на это ни времени, ни сил, ни, откровенно говоря, желания. Это просто предложение встретиться с мудрым человеком, чьи взгляды похожи на ваши, не более, но и не менее того.

– Раз так, то я с удовольствием приму это предложение. И, разумеется, я приму ваших подопечных, если они захотят учиться, само собой.

– Захотят, – я хмыкнул. – Уж одна молчаливая девочка точно зароется в иллюзии, – улыбка сама вылезла на моё лицо, когда я представил себе эту картину.

– Тогда я буду их ждать. Как и приглашения к разговору.

– Организую всё в ближайшее время… – на этом мы и раскланялись. Я не стал откладывать дело в долгий ящик — там их и так прилично уже лежит — и сразу же отправился к папе моей Богини на предмет установления дипломатических отношений.

Идея сотрудничества с магами Ксавьеру понравилась, ведь их подходы со Старейшей действительно были похожи: оба учили, оба помогали и заботились, но ни один не «вкладывал сиську в рот», и ученик был волен уйти в любой момент, имея лишь один запрет, даже не столько запрет, сколько просьбу: не распространяться о школе тем, кто не сможет или не должен будет туда попасть. Так что и разговор организовался буквально через два дня, за которые я всё подготовил и утряс. Сам в разговоре я не участвовал, сведя свою роль лишь к тому, что представил уважаемых педагогов друг другу. Смотрелись они, кстати, довольно колоритно: два лысых «мага», одна магом была без кавычек, зато второй за счёт перестроения организма на концепцию аса божественным артефактом имел запас внутренних сил такой, какой обычному человеку и не снился. Ах да, ещё я представил Старейшей её будущих учениц. Юрико предложение овладеть магическим искусством оценила сразу, ведь так она станет «полезнее господину». Бороться с этим её мировоззрением я уже зарёкся, ибо ну раз, ну два, ну три, но тут было полное отрицание и нежелание что-то в восприятии мира менять, а я не настолько святой, чтобы отказываться от того, что мне секретарём и помощником выступает красивая девушка со стоическим характером. Волчонок отнеслась к магии скептически, причём даже открывшийся у неё перед глазами портал на другой конец земного шара этот скепсис не сильно пошатнул, но упоминание того, что правильная Нио должна уметь менять цвет глаз и вообще мочь в смену облика, мигом смело этот скепсис. Да, гнусный Бог Интриг манипулирует маленькой невинной девочкой, способной устроить форменную резню. В этом определённо что-то было.

Ну а когда все мои подопечные оказались заняты, формальное начальство ушло на переговоры и даже Старк, таки протащивший Эрика на пост директора Щ.И.Т.-а, торжественно заявил, что он устал, он мухожук… в смысле, берёт Пеппер и на месяц сваливает куда-то в район Океании на частный остров, я понял, что настало моё время! Время схватить в охапку свою бесконечно терпеливую Богиню и последовать примеру моего жреца. Пусть месяц отдыха мне вряд ли кто-то даст, но хотя бы пара-тройка дней на пляже, где я смогу полюбоваться лежащей на белом песочке шоколадной красоткой, почему нет?

Неделю спустя.

Наш импровизированный отпуск немного затянулся. Дикий пляж для нас двоих, сочетающийся с походами в уютные кафешки Крыма, необычные острые блюда Кореи и Вьетнама, посещение культурных мест, заинтересовавших мою Богиню, — порталы позволяли небывалую ранее свободу манёвра. И, разумеется, подвиги во имя прекрасной дамы не оставались без награды ночью. Но, увы, как и всё хорошее, этот период неги и отдыха тоже закончился. Чувство Ответственности Шторм заставило её вернуться к выполнению своих «служебных обязанностей». За эту неделю Чарльз со Старейшей только-только смогли примерно прикинуть, что вообще можно давать его детям (в возрасте от шести до двадцати пяти лет), в смысле составления учебного плана, чтобы и свободное время у всех оставалось, и с остальной учёбы часы не снимать, но и не заставлять мозги учеников работать на «расплав ствола», в смысле, дозировать нагрузку.

Честно говоря, задачка та ещё, и пусть порталы убирали проблемы логистики, дополнительных часов в сутках взять было неоткуда. Так что моя красавица была сразу же включена в разработку учебного плана, в добровольном порядке и с целью помочь «любимому папе», а я внезапно осознал, что… у меня образовалась куча свободного времени! В смысле, вот вообще! Любимая женщина занята, я могу её немного подбадривать порциями какао, ужинами и массажем, но не более — не запрещать же заниматься любимым делом? Жрец всё ещё греет косточки с супругой на пляже, правительство, за которым теперь присматривал хорошенько пролеченный в Горниле Душ мужик с опытом прохождения через нацистские лагеря и папочкой компромата на каждого сколь-либо значимого чиновника, на удивление вело себя прилично и не упарывало дичи. У меня лекций, что в школе Чарльза, что в Камар-Тадже, больше тоже не стало. В итоге, я сел за то, чем уже начинал заниматься, но от чего, со всем этим изучением магии, сильно отвлёкся: начал готовиться к войне с Таносом.

В смысле, к тому моменту, когда я поведу объединённые армии Асгарда и Йотунхейма на миры этой поехавшей истерички. С учётом моей репутации и общего отношения в обоих мирах, я обоснованно опасался, что основной угрозой моей жизни будут не легионы вражеских солдат, обладающих технологиями, почти доходящими до уровня «погасить/зажечь звезду», а вероятность поймать спиной зачарованную сосульку или изукрашенный рунами клинок. Царь-то я Царь, но война и не такое спишет, а «доброжелателей» у меня хватает. Та же Сиф, пусть вся доблестная и правильная, но она — женщина, существо эмоциональное и меня сильно не любящее. К тому же пока я жив, а Один спит, Тор — лишь регент, которого я могу снять в любой момент. То, что мне этот трон нафиг не упал, а потеря главнокомандующего в войне — это очень и очень плохо, к делу не пришьёшь. Особенно если я к тому моменту помру. Да, возможно, я утрирую, даже скорее всего, но ведь не Сиф единой, как говорится. Да и просто случаи разные бывают, и мало ли что и как… Короче, пришло время сделать мне свой доспех Железного Че… Бога, да-да, так и запишем!

Собственно, идею я честно спёр всё у того же Старка, только из более поздних фильмов. Клепать жёсткие экзоскелеты по уже существующим чертежам было можно, но не нужно, а вот концепт нейроуправляемого нанитового роя, который способен формировать все нужные архитектурные решения по устройствам и функционалу из самого себя — это было интересно, перспективно и сложно. Но звучало как вызов!

В общем, к настоящему моменту я уже рассчитал общую архитектуру нанобота из сплава адамантия с металлом Уру и даже запилил на атомарной кузне пробную партию, но вставал вопрос программирования, который в заданной задаче представлял наибольшую сложность. Вот за него я теперь и засел, отвлекаясь только на лекции студентам (иллюзией), пополнение запасов какао (тоже иллюзией), а также тыканье палочкой от Юрико, когда требовалось что-то не совсем стандартное — как правило, нужно было моё мнение по совмещению общеобразовательного курса и магических дисциплин в учебном плане — всё-таки только я, как асгардец, как раз работал на синергии раздельных для людей направлений и мог подсветить «узкие моменты» (и да, туда я тоже посылал иллюзию). Ещё, конечно же, моя девушка тоже нуждалась во внимании (и вот тут уже никаких иллюзий), да и Лаура в чтении сказок. Тем не менее работа шла, и шла бодро.

За основу и «поддоспешник» будущей брони я взял свой прежний доспех из металла Уру с адамантиевым покрытием — он был достаточно гибким и облегающим, чтобы исполнять эту роль, к тому же, в случае чего, не оставлял меня с голой задницей, да и в целом был хорошей вещью, от которой отказываться просто не хотелось. Нанорою же предстояло формировать каркас брони поверх него, заковывая меня в тот самый брутальный экзоскелет, в котором сейчас летает Тони, только гораздо совершеннее. Антигравитацию и вообще полёт можно было спокойно взять из технологий Асгарда, орудийные системы — тоже, лишь чуть лакернув их архитектурными решениями Тони по репульсорам, то же самое и по энергетической установке. Безусловно, ARK-реактор был шикарен, особенно после доработки, и своё место он в броне займёт, пусть и под слоем адамантия (всё же я не Тони, и позёрство мне не нужно, так что никакого «фонарика» в груди), однако и отказываться от всех наработок Асгарда по портативным источникам энергии и аккумуляторам я не собирался. Тем более, что они прекрасно вписывались в общий концепт, не требуя для себя лишних полостей и изменений геометрии, так как были легко реализуемы в самом массиве броневой пластины без потери её защитных свойств. Если же говорить о нанорое, то там и вовсе каждый нанит должен был иметь собственный источник энергии, пусть буквально атомарных размерностей, но без этого никак, если мы хотим иметь действительно надёжную систему, а не то, что будет полностью выходить из строя при потере связи с основным массивом, завязанным на большой реактор. Всё? А вот и нет! Ибо какой я буду Злой Бог без тентаклей?! Мне нужны щупальца! Тем более они у меня уже есть — наработки «Док Ок» из мира негропаука я не забыл, а между тем, они были весьма перспективной, а главное — уже отработанной концепцией! Лёгкие полимеры, которые использовала женщина, мне, понятное дело, не подходили, но конструкцию можно было переработать, лишь бы знать, чего хочешь. А я знал, спасибо другому Доктору Октавиусу из ещё первой кинотрилогии про Человека-Паука. Вот у кого были реально мощные железные лапищи! Именно то, что мне нужно, дабы в случае чего легко распять какого-нибудь борзого ледяного великана. А как они классно будет смотреться с бронёй Железного Человека, да если ещё встроить и в них вооружение…

Короче, идей было много. Идей было дофига. И всё надо было придумать, как реализовать программно, ведь все эти красивости предстояло формировать из себя наноботам, а значит, под каждое действие надо написать алгоритм!

Дохрена работы!

Ради которой я пропал из мира… не знаю на сколько… месяца на два, не меньше. И всё это почти без сна и отдыха, хочу заметить!

Но когда у Бога Магии начинается творческий угар, он создаёт нечто воистину очешуенное. Я был великолепен. Я был шикарен. Я был долбанным Безумным Гением в мире Марвел! Сами законы Вселенной не оставляли мне шансов НЕ родить Супероружие!

И вот я наконец убираю контейнер с запрограммированным нанороем в подпространственный карман, поправляю вернувшие себе первоначальный вид асгардские одежды, подхватываю Гунгнир и в приподнятом расположении духа выхожу из жуткой подземной лаборатории сумасшедшего учёного.

Юрико и Лаура пребывали в Камар-Тадже, активно постигая премудрости земных магов, Ороро видела третий сон, ибо дело было ночью, и у меня был идеальный момент, чтобы сбежать. А потому что нельзя проводить активацию экспериментального супероружия, особенно связанного с кибернетикой, на территории США в любой версии вселенной Марвел! Ещё не хватало, чтобы у моих нанитиков образовалось самосознание и тут началась арка апокалипсиса по сценарию «Серой слизи». Так что через пару минут я цивильно воспользовался Радужным Мостом и оказался в Асгарде, где всё так же стоял бессменный часовой.

– Мой Царь, – поклонился страж.

– Хеймдалль, – кивнул и я в ответ, – как продвигается сбор разведданных?

– Я выявил основные лагеря подготовки, склады, арсеналы… Армия Таноса огромна и почти готова к началу войны. Как мы могли пропустить такое?!

– Кхм… – я вежливо покивал. И почесал бровь. Над глазом. И нет, это вовсе не было каким-то там намёком на тему того, кто у нас тут самый глазастый и должен как раз просекать такие вещи. Да и вообще, галактика большая, за всем не углядишь, особенно если в основном присматриваешь за йотунами.

Мой собеседник почему-то поник и погрустнел (ещё больше), так что я поспешил его оставить, дабы не смущать лишний раз присутствием любимого начальства. Путь мой лежал в одну из мастерских Золотого Города, где можно было поработать в по-настоящему изолированной лаборатории, а заодно завершить магическое наполнение моей брони, сделать которое самостоятельно в земных условиях я не мог, всё-таки не всё решается чистой энергией и прямыми руками, кое в чём без специфических инструментов не обойтись. Правда, нельзя было просто так появиться в Асгарде и не навестить маму. И Одина. Ну и на Тора взглянуть.

Все вышеперечисленные пребывали там, где им и положено пребывать. Всеотец продолжал дрыхнуть, Фригга — сидеть подле него, правда, сегодня она что-то вязала, напевая себе под нос. Это, однако, не помешало ей немного поговорить со мной и напомнить, что она очень, ну очень хочет посмотреть на мою избранницу. Попутно я выяснил, что на избранницу Тора она уже посмотрела и, кажется, не сказать, что была особо рада, хоть выбор сына и приняла. Сам блондин-молотобоец (но без молота) пребывал в тронном зале и задумчиво изучал спроецированную Троном голографическую карту вселенной, периодически расставляя на ней те или иные «флажки»-маркеры. Видимо, отмечал ротацию наших сил и прикидывал, что, куда и как. Ах да, рядом с ним пребывала Падме, что периодически подкармливала занятого делами регента закусками и вкусняшками.

В общем, кажется, у них там царили гармония и уют, вмешиваться в которые я посчитал некорректным, а потому ограничился просто приветствиями, обнимашками, куда без них в исполнении Тора, и общим циклом как-дела-всё-хорошо-вот-и-отлично, без каких-либо смущающих действий. Мой братец-дядюшка, очевидно, понял, на какие жертвы я пошёл ради него, и был весьма признателен, чем ещё можно объяснить столь крепкие объятия? Что значит «возможно, он хотел тебя превентивно задушить — чисто на всякий случай»?

После посещения родни я всё-таки добрался до мастерской, где ещё раз проверил все расчёты, прогнал программы через эмуляцию и по которому кругу начал тестировать отдельные элементы «на железе».

Работа затянулась, но, как известно, глаза боятся, а руки делают. Вот и я завершил последний тест и, наконец, решился. Нанорой был активирован, ARK-реактор в переливах искажений материализовался на моей груди, «серая слизь» потекла по телу, и мой разум погрузился в её нейроинтерфейс, активируя заданные алгоритмы и направляя их действие. Секунда — и текучая субстанция начинает на глазах менять своё «агрегатное состояние», оставляя сразу за кромкой волны распространения серебристые грани экзоскелета. Вторая секунда — нанорой достигает лица и, не касаясь кожи, начинает строить из себя глухой шлем, внутренняя сторона которого совершенно прозрачная для меня, ведь я вижу всё через нейроинтерфейс прямо с поверхности наружного слоя нанитов. Не сферой во все стороны — слишком большая нагрузка на мозг, да и банально непривычно, что будет мешать координации, но на 360 с высоты глаз — вполне, учитывая мои фантомы, мне к такому не привыкать. И вот последний такт сборки — четыре массивных щупальца медленно и величественно вырастают из спины, чтобы внушительно клацнуть захватами, повинуясь моему желанию.

Формирование заданной структуры завершено. Ошибок в сцепке наноботов в процессе первичного построения — 0,00000012 процента. После активации алгоритма калибровки — 0,000000001 процент. Все системы работают в штатном режиме. Синхронизация нейроинтерфейса с Гунгниром… выполнена успешно. Передача энергии на усиление атаки копья… работает. Управление дополнительными конечностями… непривычно, но терпимо. Внешность… А вот с внешностью надо поработать!

Созданный мной фантом, полностью отображающий мой нынешний облик, был не очень. Весь серо-стальной, без глаз, личных символов на броне, титульного зелёного цвета. Нет, так жить было нельзя! Царь должен источать Пафос и Величие одним своим присутствием в размерностях метрического километра, внушать почтение, трепет, ужас и чувство собственной ничтожности на фоне воплощённого в материальную форму велико… Секунду!

– Гунгнир, что за дела?! Не бурчи под руку — у меня тут важный, буквально судьбоносный инженерный проект!

Пойманное на горячем копьё ответило эмоцией, которую можно было расшифровать как то, что вину свою он не признаёт, от слов не отказывается, но, так и быть, всемилостивейше соизволит соблаговолить дозволить своему Царю представить ему на суд строгий собственное видение необходимых доработок в броню, а там уж он посмотрит, достоин ли результат Его Шикарности. Научил на свою голову, называется…

Однако здравое зерно в позиции своенравного копья было: сияющие зелёным светом глаза нам будут в тему, гравировка на мотивы змея Йормунганда — тоже, немного зелёного цвета в отливе некоторых бронепластин тем более не помешает, а вот делать ли Аквилу на груди — это вопрос, но скорее нет, чем да. В общем, задаём новый алгоритм наноботам по небольшим косметическим изменениям, и-и-и… вуаля!

Что ж, теперь главное — не показываться в этом Старку, а то я его сна лишу и, чего доброго, всю личную жизнь поломаю. А вот задуматься о выдаче упрощённых вариантов этой брони в армию Асгарда, хотя бы офицерам, вполне можно и даже нужно…

***

Йотунхейм встретил меня привычными тьмой и холодом. Импульс ледяной магии, и холод отступает, да и тьма тоже — глаза урождённого жителя этого мира прекрасно подходили для мрака и стужи. Мои шаги по ледяным галереям отражались эхом. Как и в прошлый раз, я чувствовал, что за мной наблюдают, но в этот раз эмоции наблюдателей, полагаю, были совсем иными.

– Мой Царь? – стоило мне войти в тронный зал, как Йавар, подняв взгляд над столом и увидев, кто к нему пришёл, поклонился.

– Время пришло. Готовы ли наши воины? – не стал я заморачиваться с изящной словесностью. Да и ледяной великан вряд ли бы оценил.

– Да, мой Царь, – преобразился советник, кажется, ранее не могущий до конца поверить, что ас, пусть и полукровка, действительно собирается «выгуливать» йотунов, – мы ждём лишь вашей команды.

– Ну что же, вы дождались, – на моём лице появилась кривая ухмылка. – Выводи армию строиться. Наш поход начнётся прямо сейчас.

– Будет исполнено! – а вот улыбочка Йавара была действительно счастливой. И охренеть какой кровожадной. Он тут же отбыл отдавать нужные распоряжения, а уже через час меня пригласили посмотреть на «моих воинов».

Смотр проходил с балкона ледяной цитадели Лафея. У подножия огромной крепости, пусть и видавшей лучшие дни, но всё ещё чертовски внушительной и мощной, собрались великаны. И было их… до горизонта.

– Сколько тут?

– Двести тысяч вышли поприветствовать тебя, Царь. Ещё миллион ждёт команды, – я покосился на «генерала», просветившего меня о войсках. Нет, на странного ксеноса с Камино эта каланча под четыре метра ростом в покрытых магическим инеем доспехах походила мало, но ощущение, что я Оби-Ван, которому сообщают, что у Республики, оказывается, армия всё-таки есть, меня не покидало.

– Ну что же… будь готов войти в битву немедленно, – усилив голос магией, я обратился к легиону чудовищ: – Славные воители Йотунхейма. Я знаю, что вас терзают сомнения. Я знаю, что вы считаете меня недостойным трона моего отца, убитого мной в поединке чести. Но я — Локи, сын Лафея. Царь Йотунхейма по праву крови, силы и воли прошлого Царя. Я обещал вам поход и славную добычу, я обещал вам кровь врагов. И сейчас пришло время выполнить это обещание. Даровать вам первый поход. Следуйте за мной — и сегодняшняя славная победа будет лишь началом вашей собственной саги! – сосредоточившись на Гунгнире, я передал копью нужные координаты.

Перетаскивать легион йотунов в Асгард я не собирался — это будет слишком большим искушением для обеих сторон, но вот просто взять лучом Радужного Моста и перекинуть эту армию в нужное место — совсем другое дело. Небо над дворцом скрылось под радужными разводами. Ледяные доспехи и оружие великанов заискрили, преломляя необычно яркий для этих мест свет. Несколько мгновений полёта, и вся эта толпа стоит уже под другими небесами, а я, стоя перед ними на небольшом холме (разумеется, я сначала выбрал подходящую площадку с Хеймдаллем, а не портавался хрен знает куда «на удачу), продолжил:

– Так идите и возьмите этот мир!

Радостно взревевший легион чудовищ, разбившись на заранее составленные отряды, пошёл «завоёвывать», то есть разграблять один из миров снабжения Таноса. По идее, такая штука, как захват, ну или даже рейд на вражеский мир-базу, должна долго и тщательно прорабатываться. Ну, разведка там, составление плана атаки, маркировка целей рейда, логистики, маршрутов отхода и всего такого, но… мы говорим о йотунах. Йотуны — это что-то между викингами и тиранидами, так что какая тактика, какая разведка, вы вообще о чём? Грабь-убивай-имей гусей — вот и вся их тактика. И даже не спрашивайте меня, при чём тут гуси. Сам без понятия.

Получивший такой внезапный удар мир, чьи и так не слишком высокие оборонительные возможности наполовину обошли, наполовину просто проигнорировали, продержался ровно четыре дня. Пусть ледяные великаны звёзд с неба не хватали и «рейд наугад» у них практиковался более тысячи лет точно, их нельзя было назвать тупыми. Пусть они не являлись нормальной армией, они были «викингами», то есть прекрасно понимали в мародёрстве, использовании слабостей противника и присвоении его силы. Казалось бы, как можно, пусть и будучи четырёхметровым не знающим усталости и крайне живучим монстром, захватить целый мир меньше чем за неделю? Но они смогли сделать это, воспользовавшись шикарной логистикой самого мира-склада, захватив в рабство его жителей и принудив их служить себе. Крайне быстро, крайне жестоко и… крайне эффективно. Добыча же превышала самые их смелые ожидания. Технологии, что мало чем уступали полноценной техномагии, различные сплавы, используемые для космических кораблей, прекрасно подходили и для йотунских нужд, а уж продовольственные склады и склады «расходников», которые должны были снабжать армию Таноса, точнее, некоторую её часть, на протяжении минимум года-двух активных боевых действий… всё это не могло не радовать ушедшего в набег варвара. Потери же не превысили и пары сотен великанов — самых молодых или невезучих, что умудрились «принять на грудь» залпы местных танков. Ручное оружие сил планетарной обороны могло пронять ледяной доспех даже рядового йотуна разве что в расчёте «десяток ружей бьют в одно место», чего добиться в реальных боевых условиях, когда противник не то что свалился тебе на голову, а натурально телепортировался за спину и томно дышит в затылок — сложновато, мягко говоря.

С возвращением в Йотунхейм было труднее — помимо армии кровожадных маньяков, мне предстояло переместить ещё и целую гору добычи. Впрочем, много не мало, утащили. А главное, сделали это до того, как основные силы и войска Таноса даже хватились, что у них мир разграбили. Сочетание асгардской логистики и мощи (а также опыта в грабежах) ледяных великанов породили воистину убийственную комбинацию. Но вот всё кончилось, и я снова оказался на промороженном плато в окружении легиона чудовищ, вот только теперь было одно ключевое изменение.

– ЛОКИ! ЛОКИ! ЛОКИ! – великаны в исступлении и восторге орали моё имя, вздымая к тёмным небесам ледяные копья и с силой ударяя ими в землю, а оказавшиеся поблизости от меня воины сотворили ледяные щиты и… преклонили колени. В свой дворец я въезжал поднятый на щиты. И да, уже именно в свой дворец.

Было достаточно одного взгляда на этих кровожадных чудовищ, чтобы понять — после сегодняшнего успеха мой авторитет небрежным пинком скинул память о Лафее с пьедестала Великих Вождей и стал непререкаемым. Пожалуй, прикажи я этим «простым рубакам» разорвать «мою» йотунскую аристократию, те даже не усомнятся ни на миг, выпуская кишки своим вчерашним лидерам. И так будет, пока я приношу им новые победы, новые трофеи, новые «подвиги». Н-да, а ведь изначальная идея была в том, чтобы ледяные великаны поубивались немного о войска Таноса, но, видимо, проведённая комбинация оказалась слишком эффективной. И сейчас я не имел права останавливаться и терять инициативу.

– Доблестные воины Йотунхейма, – оказавшись на ступенях дворца, я вновь усилил голос магией и обратился к войскам, – это был славный поход, мы обрели богатую добычу и показали галактике, что с нами стоит считаться и что годы заключения не убавили ни нашей силы, ни наших умений.

– ЦАРЬ ЛОКИ! ЛОКИ! – вновь взревела толпа.

– Но этого мало! А потому я приказываю вам, – усиленный голос легко перекрыл гул толпы, – отдыхайте, веселитесь, а через неделю… будьте готовы к новому походу!

– ГРА-А-А-А-А-А! ЛОКИ! – на этой ноте я развернулся и вошёл вглубь цитадели, сопровождаемый гвардейцами-телохранителями, которые теперь явно охраняли меня, следуя не долгу и присяге прошлому царю, а начав натурально уважать. Ну или считать курицей, несущей золотые яйца, не суть важно.

– Йавар! – позвал я своего «зама по великанским вопросам».

– Мой Царь? – отозвался тот. И куда он девался во время рейда? Никак задумывал чего? Впрочем, пусть, в конце концов, я всегда могу загрузить его работой по самое «не могу».

– Я хочу услышать твои мысли по состоявшемуся походу. А также мысли остального Совета по следующему.

– Он действительно будет всего через неделю?

– Пусть я и Бог Обмана, но зачем мне врать в этом? – я усмехнулся. – Так что жду ваших мыслей и идей. В том числе и по тому направлению, куда пустить добычу.

– Будет исполнено, мой Царь, – склонил голову йотун.

– Отлично. Тогда я прибуду через три дня и послушаю, что вы успели решить. А пока… меня ждут дела в иных местах, – мой собеседник склонился ещё ниже, а я — активировал перенос при помощи Гунгнира и… оказался в винном погребе Асгарда, где, недолго думая, сгрёб в пространственный карман несколько бочек эля, вина и кое-чего покрепче. Видят все боги и демоны, мне сейчас это необходимо. И потискать Волчонка. И мою Богиню. Особенно мою богиню.

***

Следующий месяц я чувствовал себя классическим викингом, как бы страшно такое признание ни звучало. В том смысле, что я водил в налёты толпу злобных звероватых мужиков, грабил кОрОваны, толкал речи на тему «вы круты, офигенны и очешуенны, а я — ваш батька, и очешуенны вы так только благодаря мне», а потом… бухал. Не то чтобы в дрова или до невменяемого состояния, но тут, полагаю, не моя заслуга, а влияние Шторм. Она делала для меня то, что Фригга в своё время делала для Одина — не давала уйти в кровавый угар, а после него — в депрессию и запой. Асы совершеннее людей, сильнее, крепче, но наша психика всё-таки очень похожа на людскую. Я — трикстер. Обаятельный мошенник, плут, пройдоха, местами вдохновенный учёный, местами интриган и просто убийца, но я не воитель. Набег для меня — это не «слава», «подвиги» и прочие «развлечения». Это работа. Тяжёлая, в первую очередь, с моральной точки зрения. Я натурально разоряю миры. Да, Танос превратил их в склады, тренировочные лагеря и военные базы, но они остаются мирами, где помимо «армии зла» живут и обычные разумные. И я натравливаю на них свою «армию зла». Да, это были допустимые, даже запланированные «потери мирного населения», вот только моя проблема, что всплывала в самом начале этой истории, никуда не делась. Меня не пугали и не вызывали отвращения строгие цифры и идеи геноцида, атомной войны и так далее, но когда за этими цифрами начинали вставать реальные лица, пронзённые ледяными копьями женщины или раздавленные ногой йотуна дети, рука начинала тянуться к бутылке. Шторм видела моё состояние и просто поддерживала. Она не спрашивала, не осуждала и не корила, а просто была со мной. И предлагала свою помощь, но… я не мог допустить, чтобы она видела то, что творилось по моему приказу. Даже если она поймёт, вряд ли простит, а если и простит, наши отношения точно не станут такими, как прежде. А без этого… без этого все мои действия просто потеряют смысл — мне будет проще взять в охапку Волчонка, Юрико да уйти в другую вселенную, оставив проблемы местных самим местным. Вместо этого я в навороченных доспехах возглавлял орду кровожадных монстров в их налёте. Потому как Царь Йотунхейма должен вести своих воинов из первых рядов — и никак иначе.

Другими словами, моё настроение постоянно колебалось между «отвратительно» и просто депрессией, когда чтобы просто пойти и что-то делать, себя приходилось заставлять. К тому же пришлось подключать и армию асов — телепортируемые армии йотунов оказались слишком эффективными, а избиваемый ими враг — вообще-то противник достойный (!), в значении «славный». Я уже говорил, что ненавижу викингов? А началось всё с того, что Тор-то знал о моём щекотливом положении Царя Йотунхейма, и о ходе операций я не запрещал Хеймдаллю ему рассказывать. Во-о-от… Короче, я было начал думать, что у него наступило просветление, но куда там! У него в одной извилине «славные подвиги и ратная слава», а в другой, недавно проклюнувшейся, «защита народов Иггдрасиля от безумного чудовища» (это он не про меня, если что). Короче, брату-дяде до отращивания полноценного мозга было ещё далеко, что печалило. И я эту печаль до него старался донести, но закончилось это как обычно заканчивалось последние тысячу лет — его царственное златокудрое высочество включило выборочную глухоту и нездорово выборочный энтузиазм. Его даже не смутила перспектива объяснять народу Асгарда наше неловкое положение на политической арене с военной помощью ледяным великанам. В итоге люто захитрожопивший за время сидения на табуретке папочки Тор представил дело так, что, типа, есть большой враг всей Вселенной, который весь из себя хулиган, гуманитарий и вообще интеллигент, дорвавшийся до власти, нада иго пастукать, боизы! Ва-а-агх! Боизы ответили «Ва-а-агх!», после чего до них довели, что «Сильный, но Хитрый» Царь Локи сумел убедить принять в этом участие и Йотунхейм, а потом ещё и заставить ледяных великанов признать власть Асгарда на время войны, и вообще они пойдут в атаку первыми. Тут уж асы окончательно решили, что они умрут, но примут участие в этом славном деле, потому что когда ещё, если не сейчас?!

И вот этот великовозрастный голубоглазый остолоп, которому лишь бы кулаки почесать, уже принимает участие в организации «военного совета сил Объединённых Царств»! А ведь ему приходилось, пребывая в обессиленном состоянии, общаться с Йаваром! В Антарктиде! В окружении пингвинов! Но ему было пофиг! Он даже одобрил выбор такой «нейтральной территории». Ведь, с одной стороны, она действительно была «нейтральной», поскольку владели ей только пресловутые пингвины, у которых в отсутствие их Великого Императора и Творца Иного Континуума Пен-Пена наступили полная анархия, разброд, шатания и одичалость, а с другой — такие условия были «привычны и приятны нашим новым соратникам»! Проклятье, походу, братец отрастил третью извилину, и она таки может в дипломатию! Или очень тонкий троллинг. И я честно не знаю, какой из вариантов хуже. Я даже пошёл на страшное! Я пришёл в опочивальню Одина! И начал ему жаловаться, что я не понимаю, как всё так вышло!

– … я просто хотел немного отдохнуть, почитать новые книжки, покушать картошки, в конце концов! Как так получилось, что вместо этого я веду объединённую армию асов, ванов и йотунов на захват Галактики?! И прячу стразики от здоровенного лысого мужика с гламурной перчаткой! Где, где моя жизнь свернула не туда?!

– Локи, – Фригга пыталась сдержать улыбку, но получалось у неё не очень. Да, я понимал, что со стороны мой рассказ выглядит экспрессивно и забавно, но… это был тот самый случай, когда Богу Озорства было ни разу не смешно.

– Мама, я всё понимаю, но мне нужно выговориться. А ещё я теперь понимаю, как Один может нас слышать, и сейчас меня не отпускает ощущение, что он ухмыляется и думает что-то вроде «вот теперь вы наконец-то понимаете, каково мне было всё это время, шпаньё».

– Он бы не стал говорить «шпаньё», – поправила меня асинья.

– Говорить — нет, но вот думать… – я скосил взгляд на всё так же лежащего на своей кровати Всеотца. Вроде бы изменений нет, но я всё равно ощущал, что он испытывает что-то вроде удовлетворения от шикарной гадости. В смысле, это я такое обычно испытываю, у него это, возможно, гордость за сына. Но это не точно.

– Ну… возможно, – Фригга стрельнула глазками в сторону. – Но оставим эту тему, куда больше меня интересует вопрос, когда же ты наконец представишь мне свою избранницу? Тор уже сделал это, и не пора бы и тебе…

– Ой, прости, мама, я вспомнил, что у меня ещё Галактика недозавоёвана и мне нужно бежать! – ибо перечень аргументов о том, что надо мою леди представить родителям, точнее, озвучивание этого перечня, могло затянуться надолго. Впрочем, она права, если моя женщина не задавая вопросов поддерживает меня в моих начинаниях и просто верит в то, что я делаю правое дело, то это серьёзно. И стоит наконец представить её родителям… даже с учётом того, что один из них — жопошник и спит. Да и касательно «Формулы предела эволюции» стоит подумать. Не в смысле «давать или нет», а «как лучше переработать под человека-мутанта». Где бы ещё взять на всё это время. Эх…

Включение в войска асов принесло свои результаты. Не успели ребята Таноса адаптироваться к тактике сверхбыстрых рейдеров, как им пришлось столкнуться с новой проблемой — после (а порой и вместе) таких рейдов теперь оставались не разграбленные миры, а укреплённые крепости и оборонительные пункты, которые радостно открывали огонь из всех орудий по подходящим силам титана. А в случае попытки осады или орбитальной бомбардировки… фьють и никого нет! В итоге, Танос пару раз уже экстерминировал свои собственные миры, при этом не нанеся нам каких-либо потерь — набранные с рейдов ресурсы с лихвой компенсировали издержки на возведение укреплений.

Такие игры в кошки-мышки продолжались с полгода, за которые я всё-таки представил Ороро матери. Правда, без курьёзов не обошлось. В том смысле, что… Асгард — «плоский мир», довольно небольшой, но «божественной» составляющей пронизанный куда как сильнее Земли, другими словами, его «Душа» была сильнее и более развитой, чем та, с которой привыкла «общаться» моя Богиня. Ну и когда она пришла в Асгард на встречу с родителями своего парня, волнующаяся, беспокоящаяся и для успокоения привычно потянувшаяся к миру… Ну что же, зато всем сразу стало ясно, что Локи выбрал очень достойную леди. Вон как ветра вокруг неё вьются и ластятся к ногам. И целые грозди молний, которые Тору и с Мьёльниром не снились. Правда, сам по себе тот факт, что моя женщина обладает силами, так похожими на силы моего брата… короче, этот несносный блондин уверился, что я его всегда любил. Ну, в смысле, как брата, без всяких пошлых намёков. Но от этого Тор стал ещё невыносимее. Зато моя репутация среди асов каким-то непонятным образом выросла. Возможно, им нравится, когда в них бьёт молния. Нужно будет провести пару экспериментов… как-нибудь потом.

Развязка наступила как-то… даже не знаю, как это назвать, буднично? Да. Внезапно? Тоже да. Сумбурно? И это была правда. Началось всё с того, что Танос показал, что извилины у него всё-таки не только на подбородке, ну или ему просто повезло, и после уконтропупивания очередного его генерала так сложились обстоятельства. Очередной рейд не представлял никаких сложностей: стандартная тактика по стандартному «вкусному» миру, мои ручные монстры уже даже… нет, не то чтобы жаловались, но вежливо спрашивали, не соблаговолит ли Великий Царь разнообразия ради напасть на что-нибудь пусть не столь богатое, но которое хотя бы будет делать вид, что отбивается? Не то чтобы йотуны печалились от тотального доминирования и добычи, что за год налётов уже в разы больше, чем за всю прошлую тысячу лет и едва ли не всё правление Лафея вообще, но сердца просят махача. Не скажу, что мне эта мысль понравилась — я продолжал оставаться кем угодно, но не воителем, потому Превозмогания ничего не задевали в моей душе, но обещал подумать. А тут… короче, мы нарвались на засаду. Как это получилось при поддержке Хеймдалля? Ну, Безумный Титан, конечно, тупенький, но не понять, с кем он вдруг начал воевать, не мог, равно как и не представлять примерные наши возможности, тем более столь «разрекламированные», как бессменный Страж Биврёста. Ну и как-то заложился от его глазок — это вполне возможно, правда, я раньше полагал, что возможно на уровне спрятаться самому или небольшому отряду, но никак не полноценной армии. Возможно, смог увеличить мощность какого-нибудь «скрывающего поля» при помощи Камня Бесконечности или ещё что, не суть важно. В общем, «бойтесь желаний своих, ибо они могут осуществиться». Йотуны хотели драки с мощным противником, йотуны получили драку. Возможно, потом скальды напишут, что «земля содрогалась от поступи воинов», «небеса пылали огнём», «моря вскипали» или ещё что-то в таком духе. Для меня же это было просто каскадом нескончаемой мясорубки уровня «стенка на стенку». При параметрах йотунов им просто не нужны хитрые тактические уловки, асами рулил Тор, но и там максимум фланговые удары, я же просто бил и бил. В доспех периодически врезались залпы плазменных орудий, искусственные молнии, частички антиматерии и Суртур разберёт, что ещё. Броня держала, хотя «антимолекулярная дробь» заставила меня реально испугаться, но адамантий просто отказался вступать с ней во взаимодействие, а взрыв, порождённый реакцией с воздухом, пусть и зашиб троих моих гвардейцев и отправил меня в непродолжительный полёт, более никак не повлиял. Пара внутренних травм от такого удара почти сразу затянулась под действием излучения Живого Света. Но это всё было мелочью, ведь взрывом меня выбросило аккурат к фиолетовокожему гиганту. С тремя извилинами на подбородке.

Рефлекторно я всадил в него все четыре своих «боевых щупальца» с лезвиями.

– Гр-р-р, – он зарычал, но тут наконечник Гунгнира вошёл в глаз титана, и концентрированный заряд магической плазмы дезинтегрировал всё, что было выше его грудины. Битва затихла сама собой, а на меня устремились взгляды… да, наверное, вообще всех, кто был в ближайшей округе.

– Эм… и это, типа, всё? – я потыкал копьём обезглавленный труп Таноса. – Вот реально — всё? Так что, можно было? – я не понял, а где Эпичное Противостояние? Где Надрыв? Где реки крови, пота и слёз? – Киновселенная Марвел… ведь можешь же, когда хочешь!

Эпилог и авторское послесловие

Ну что же, вот и закончилась эта история. Честно сказать, изначально она задумывалась как пролог к попаданию Локи в Марвел-11 или как минимум в одну из вселенных мультсериалов девяностых, тех, которые «Фантастическая Четвёрка», «Железный Человек», «Люди-Х», «Невероятный Халк» и «Человек-Паук». Если, кстати, кто-то не знает, то это разные вселенные, например, в сериале Фантастической Четвёрки живёт не оригинальный красно-синий Спайдермен из сериала девяностых, а одна из его параллельных версий, которая носит синюю жилетку и которую оригинальный же Паркер встречает лишь в последнем сезоне своего сериала, когда путешествует между параллельными мирами. И с остальными сериалами та же ситуация — история персонажей от мира к миру отличается, вплоть до того, что в одном из этих сериалов Брюс Бэннер продолжает активную и официальную научную деятельность даже после того, как стал Халком. Но я отвлёкся.

В общем, по изначальной задумке приключения в Киновселенной Марвел задумывались как нечто временное и недолгое, после чего герой благополучно свалит в места куда более красочные. Однако время шло, история развивалась, и жизнь Локи наполнялась связями, примиряющими его с несовершенством окружающей действительности. Причём, как правило, это происходило против нашей воли. Так, например, изначально отношения со Шторм не предполагались, куда более вероятными мы видели отношения с Юрико, но логика развития событий и характеров персонажей решила всё по-своему. Особенно своевольной оказалась, к слову, Лаура. По задумке ей отводились пара сцен и роль третьестепенного персонажа на один разок мелькнуть в кадре, а потом она подошла к Локи во время стоянки, и тот сделал ей какао… Дальше ситуацию мы уже не контролировали.

И вот позади уже мегабайт текста, и мы обнаруживаем, что куда-то сваливать Локи уже просто не нужно. Проблемы, от которых он изначально хотел бежать, им уже решаемы в рабочем порядке. Та доля безумия, предвзятости, передёргивания и вольного обращения с фактами по части красоты местных женщин, которую мы ему приписали в самом начале, тоже удовлетворена, даже несмотря на то, что критерии красоты у него — это не столько критерии именно объективной красоты, сколько соответствия актрис оригинальному образу персонажей из мультиков, сиречь идеального мира оригинала. Ну и по характеру, несмотря на все наши усилия показать его психическую деформацию старого фаната, он вышел не настолько кобелём, чтобы бросать всё ради аппетитных форм нарисованных красоток.

Таким образом вышло, что для следования изначальному плану с отправкой героя в иные миры стало нужно довольно много авторских допущений, начиная с пережравшего озверина Одина, что, проснувшись, поломает всё, что Локи построил, дабы оборвать его эмоциональные связи с Асгардом, и заканчивая расставанием со Шторм, потому как сама Шторм никуда уходить не станет, это противоречит всей её сути. Короче, надо было внезапно включать «Вот это поворот» с «сЮровым рИалиЗьмом», «Ичига фсе предали!» и прочими сюжетными ходами, достойными самых образцовых говноедов и даунов нашего фанфикшена. Как несложно догадаться, данная перспектива нас не привлекает.

Что же тогда касательно продолжения в самой Киновселенной Марвел? Да то же самое. С фильмами по этой вселенной как в той поговорке: «чем дальше в лес, тем толще партизаны» — идиотизм происходящего нарастает по экспоненте, а связь с предыдущими фильмами серии, наоборот, ломается об колено, что делает проработку нормального, поступательного повествования просто нереальной. Ранее заявленные в качестве основы всего происходящего факты и законы мира отменяются, новые существуют ровно на один фильм, а то и не на весь, успевая забыться и начать переписываться сценаристами по три раза за картину, целые сюжетные арки основаны на том, что кто-то повёл себя как идиот, другие существуют только для того, чтобы кого-то унизить (как правило, кстати, Локи), и это ещё не учитывая фильмы, снятые вообще не ради истории, а ради того, чтобы подлизнуть неграм или сильным независимым женщинам. Писать на основе этого продолжение — это всё равно что копаться в содержимом общественного туалета ради парочки упавших туда копеечных монет.

Поскольку в этом нет ни смысла, ни уважения к миру тех ламповых, старых вещей, что и послужили основой популярности вселенных Марвел изначально, мы, как вы уже наверняка догадались, не станем заниматься подобным непотребством и оставим «открытую концовку», развитие событий в которой каждый может выбрать по вкусу. Хотя, раз кто-то дочитал до этого момента и знаком с нашим творчеством, кое-что в «сцене после титров» мы не указать не могли, а потому… смотрите сами.

Сцены после титров:

В далёкой-далёкой вселенной.

Гвен закрыла ноутбук и приготовилась идти в ванную комнату — пора было ложиться, ведь завтра предстояли экзамены в Колумбийский Университет. Не то чтобы она их опасалась — с учётом её оценок, некоторых знакомств на кафедре и… того факта, что ей удалось раздобыть и прорешать экзаменационные билеты за неделю до срока, проблем возникнуть не должно, но выспаться перед таким делом всё равно следовало.

Как она достала билеты? Ну-у-у, чисто случайно она узнала, где они находятся, а попасть на верхний этаж главного корпуса… ну, должны же быть и у неё некоторые преимущества и преференции за её нелёгкий труд на почве героизма? В конце концов, Человек-Паук из мира, где она побывала недавно, вообще из своего имени сделал целую франшизу! А ещё в таких своих действиях она подозревала дурное влияние одного психа…

*Вжух*! – внезапно перед ней на столе возник выглядящий подозрительно знакомым пузырь чёрного света, который стремительно разросся до размеров книги и… лопнул?

Да, просто лопнул. Не стал расширяться в целый портал, не породил кучу пузырей поменьше, не залил всё потусторонними энергиями, а просто лопнул… Оставляя на своём месте очень странный по цветовой гамме и фактуре серебристый куб с какими-то нордическими узорами и… кажется, парочкой кнопок, с символикой как на плеере, то есть «включить», «выключить», «пауза», «перемотка», «запись»…

И этот куб вновь сделал «вжух». В смысле, это не был хлопок от резкого вытеснения воздуха или чего-то такого. Сам металл «сказал» «вжух».

Девушку начали терзать смутные, но очень серьёзные и нехорошие подозрения. Уже тот факт, что к ней телепортировалась какая-то вещь, ничем хорошим не грозил — за этой вещью могли охотиться, в ней мог быть заперт какой-нибудь могущественный демон, или артефакт, или джинн, или ещё какая-нибудь жуть, о которой сразу и не подумаешь, но которая обязательно будет требовать время на решение вала связанных с ней проблем. А у неё экзамены! Сколь бы формальными они ни являлись, неявка была недопустима.

– Ты не могло бы недельку подождать, а? Ну не до тебя сейчас! – с горячей, но уже заведомо тщетной надеждой обратилась она к кубу, даже не думая к нему прикасаться или тем более открывать.

Кубу её прикосновения, впрочем, и не требовались. Он мигнул знакомым золотисто-зелёным сиянием по всей поверхности, после чего по комнате разнёсся голос:

– Так, если вы слушаете это сообщение, то всё прошло штатно и я таки смог настроить установку на нужные координаты! Если межвселенский переход не поломал внутренние настройки, то сообщение должна слушать одна очаровательная голубоглазая блондинка с восхитительными ножками, замечательным характером, отменным чувством юмора и бесподобной улыбкой, от которой сердце любого настоящего мужчины забьётся чаще. Если вы не она — идите куда шли и не подслушивайте!

– Локи?

– Привет, Гвен! – тут же вновь мигнул переливом света куб. – Как видишь, связь я наладил… почти. Пока не удаётся построить стабильный двусторонний канал, но я над этим работаю. Сейчас возможна только функция отправки одного пакета, считай, письмо, только возможно направлять голос. Да, я вывел аудио-сообщения на межвселенский уровень, потому что это то, чем занимается Бог Магии вместо того, чтобы работать! Я — Царь! Я так вижу! Что бы там ни говорил Тор… В общем, в планах создание межвселенского злодейского чата и даже открытие бара! Как думаешь, если я приглашу Императора Палпатина поработать барменом, вместо того чтобы падать в шахту Звезды Смерти, он согласится?

– Эм… – её знакомый Бог был всё столь же эксцентричен.

– Почему-то мне кажется, что ты сейчас что-то нехорошее обо мне подумала… Ну да ладно! В общем, связь есть, пусть пока и такая себе. Если хочешь передать весточку Пени, Нуар-Питеру, Свинтусу или даже нашему любимому племяннику нового криминального короля Нью-Йорка, то велком — диктуй сообщения прямо в коробочку, она портнётся по следующей привязке и всё доставит.

– Ага, а при уходе от Майлза оставит после себя крэк.

– А при уходе от Майлза оставит после себя высококачественный кокаин, он всё-таки теперь в родстве с крутым мафиози и крэк, о котором ты наверняка подумала, уже распространять не должен — чай, не шпана какая, а уважаемый дон.

– Пхи… – не сдержала улыбки Гвен. Локи оставался всё таким же раздолбаем, но что ни говори, харизмы Богу Обмана и Злых Шуток было не занимать.

– Ладно, засим я откланяюсь — будет очень глупо наговаривать большой текст с рассказами о том, как я здесь, и вопросами о том, как вы там, если эксперимент не получится и обратной связи не будет. Вот как кубик вернётся с твоим сообщением — там я уж расстараюсь, даже, возможно, смогу прислать фотки. Искренне надеюсь, что ты в порядке и я не ошибся с временными координатами так, чтобы сообщение попало в твой мир, когда тебе уже девяносто. Не скучай, целую в носик! Постскриптум: я ненавижу свою вселенную — клонировать вас совсем не получается, потому у нас остаётся две с половиной красивых девушки на всё мироздание. Я в печали. И только письмо от милой и доброй красотки сможет поднять мне настроение, так что жду! Пост-постскриптум: инструкция по эксплуатации Метавселенского Куба Локи может быть прослушана при нажатии кнопочки со знаком вопроса, но не чаще, чем раз в три минуты. Потому что я не хочу, чтобы Майлз пытался играть в рэп-диджея моим голосом!

– Умник… – фыркнула дочь полицейского и… полезла тыкать кнопочку с вопросом. А потом — надиктовывать ответные сообщения. Ей действительно хотелось узнать, как дела у друзей, да и о своих приключениях, пожалуй, можно рассказать.

И снова Локи.

Я Торжественно Восседал на Троне Асгарда и рассматривал поставленного двумя эйнхериями на колени Малекита, задумчиво при этом массируя подбородок. Думы мои были мрачны и полны сомнений.

Так как я был морально готов к появлению Камня Реальности где-то на Британских островах, то за этими островами был установлен надзор, причём о помощи в этом важном деле я не постеснялся попросить Старейшую с её даром предвидения и Чарльза с его Церебро. В итоге аномалия была выявлена практически сразу, как появилась, а дальше я наведался туда лично, и… хотя всё пошло не совсем по плану, но общими усилиями нам (то есть мне, Старейшей и Эйтри — королю Нидавеллира, к которому я тоже не преломился заблаговременно сходить на поклон ради такого дела) удалось придумать, как вытащить эту хрень из живого носителя и запихать в ещё один адамантиевый кубик. И хотя мы готовились заранее, собрались быстро, мозговой штурм вели тоже не отвлекаясь, но походить пару дней по Асгарду с жидким камушком внутри мне пришлось. И, собственно, вот он результат — стоит передо мной на коленях и злобно сверкает глазками.

Я, честно говоря, без понятия, как его кораблям в том же фильме удалось преодолеть защитные системы Асгарда даже с учётом диверсии, но после проведённой при мне масштабной модернизации те расстреляли эскадру тёмных эльфов ещё на подходе, а потом Хеймдалль с полком отборных вояк, включая друзей Тора, взял её на абордаж. Я в это время героически лежал на операционном столе, заставляя себя не думать о том, что надо мной склонилась трёхметровая бородатая копия Тириона Ланнистера, что при этом сжимала в руках зловещего вида инструменты, нередко весьма напоминающие некий флюгегехаймен, так что обороной Асгарда рулил Тор. И надо отметить, со своей задачей он справился лучше меня. Нет, я тоже справился, но предательская мыслишка из серии «Да ну на***!» грызла меня в процессе с такой силой, что сам не знаю, как не поддался на искушение всё бросить и оставить Эфир жить в себе. Тем более его силушка тоже долбила по мозгам и убеждала, что когда такое могущество само приходит в руки, только полный дебил станет кочевряжиться и отказываться от него.

Так или иначе, искушение я превозмог и даже успел запечатать новоявленный Куб Реальности на одной захолустной планетке в кармане отдельной реальности, созданном его же силой и без всяких дверей и замков снаружи, то есть повторил опыт прадедушки. В конце концов, десять тысяч лет оно работало, так и зачем что-то менять? Оно же работает!

И вот очередная головная боль… Что делать с Малекитом и его расой? Ну, теми, которые выжили при абордаже и тоже стоят сейчас на коленях?

Самым простым вариантом было — зарэзать. В конце концов, мужик хочет уничтожить вселенную или хотя бы галактику, точнее, изменить законы реальности таким образом, чтобы тёмным эльфам было хорошо, а вот всем остальным — как получится, но без снисходительности. Мужик при этом упёртый, идейный и явный неадекват, потому как в процессе воплощения своего «гениального плана» готов пустить на заклание весь собственный вид. То есть да — для процветания тёмных эльфов можно убить всех тёмных эльфов, потому что это что-то, что логически связано и как-то проистекает одно из другого… Я честно пытался это понять и как-то осмыслить, но… «не шмогла», а объяснять цепочку своих рассуждений гордый король эльфов отказался.

И вот он стоит передо мной на коленях и самозабвенно генерирует Пафос, Несломленность и стереотипную эльфийскую Спесь, причём генерирует аж кубическими километрами, умудряясь «давить моментом» на плечи буквально всем собравшимся зрителям. А тронный зал Асгарда вообще-то большой, и зрителей по такому делу, как разгром древнего врага, что пытался напасть на Асгард, собралось просто какое-то бессовестное количество. Одних только асов и ванов несколько тысяч набилось, а ещё Эйтри со своими советниками и гвардейцами, Старейшая с несколькими Мастерами Камар-Таджа, включая Кецилия, и даже парочка ледяных великанов, что худо-бедно, кое-как, но после совместной войны против Таноса с Асгардом помирились.

А я как бы и не против прикончить Малекита, но геноцидить вместе с ним остатки тёмных эльфов мне не нравится! Да, они тоже говнюки и маразматики, но нельзя просто так взять и загеноцидить эльфов! Как я буду Властелин Колец перечитывать? Или в Варкрафт играть за эльфа крови? А я ведь уже почти сделал межвселенский пиратский сервер, где мы с Гвен и Пени сможем рубиться в одной гильдии! Я столько агитировал их пойти за Орду, а теперь что, переступать через себя и уподобляться какому-то Гаритосу?!

Я понимал, что это абсолютно дебильные аргументы в плане определения галактической политики и таких исторических событий, как жить биологическому виду или умереть, но в определённом приближении эти резоны можно было подвести под общие слова о гуманизме, слезинке ребёнка, защите исчезающих видов и всей вот этой фигне, которая всеми поощряется и уважается. Короче, я — прогрессивный монарх, и точка! А как я к этому пришёл — не ваше собачье дело, вот!

В общем, с эльфами Малекита надо было что-то делать. И всё бы хорошо — идеи, как нормально воспитать следующее поколение, у меня были — там ничего особо гениального придумывать-то и не надо, но… Но тут возникала вторая проблема…

Все солдаты Малекита были мальчиками…

И как бы во-о-от…

И, значит, сижу я сверху, смотрю на них и чувствую, что Киновселенная Марвел меня всё-таки… как бы это помягче сказать… поимела.

Потому что любое моё решение по вопросу будет моим позором. Так или иначе.

– Я знаю, как я накажу тебя за попытку уничтожить вселенную, Малекит, – нарушаю тишину, глядя в глаза тёмному эльфу.

– Тебе не испугать меня, мальчишка, и никакое твоё действие меня не унизит, – гордо ответил тот, продолжая генерировать Пафос.

– Замечательно! – изобразил я самую радушную и добрую улыбку, какую только смог. – Потому что я отдам вас ледяным великаншам, – позволяю себе выдержать краткую паузу, наслаждаясь проблеском осознания сказанных мной слов, зарождающимся в его глазах. – Видишь ли, – меняю позу на более удобную, – народ Йотунхейма недавно лишился многих воинов, и, как я слышал, немало достойных дам очень опечалены этим обстоятельством, особенно среди… – а теперь пожевать губами, как бы подбирая лучшее определение, – наиболее монументальных воительниц, – «нашёл» я подходящие слова. – Несчастные женщины так тоскуют без крепкого мужского участия, – сочувственно качаю головой, дополнительно играя интонациями, – ведь смертные мужчины совсем не выдерживают их… темперамента, но я уверен, что столь крепкие духом и телом воители, – уважительный реверанс в сторону пленников, – справятся с этой тяжёлой ношей. Словом, в твоих руках суровый рок, Малекит, но это твоя судьба!

Удар пяткой Гунгнира по полу завершил вынесение приговора, пронесясь по всему Асгарду тонким звоном чар. И пусть тронный зал погрузился в оглушительную тишину, но я был горд собой и знал, что такое решение Киновселенная Марвел не сможет не принять! Ведь я отдавал цветным воинствующим и напрочь отбитым феминисткам, на которых боятся смотреть даже их собственные сородичи, самых что ни на есть белых цисгендерных мужиков, которые были реально плохими мальчиками и сюжетными злодейсами, а значит, у этих мужиков нет абсолютно никаких шансов на спасение!

– А-А-А!!! АХА-ХА-ХА-ХА!!! – первым зашёлся в надрывном хохоте Вольштагг, схватившись за живот и за малым не падая на пол.

– Да как ты смеешь?! – взорвался тут же и мой визави, аж порозовевший от прилива крови к молочно-белой коже лица. – Я — Малекит! Владыка Свартальфхейма! Царь Мира Тьмы! Проклятый Жнец троллей!..

– И будущий постельный раб какой-нибудь фигуристой ледяной великанши, – дополнил я, вставив реплику в паузу, когда он вдыхал для нового крика. – И я очень рад, что это тебя не унижает, буквально восхищён твоей выдержкой.

И тут хохот Вольштагга поддержали уже все, начиная от Фандрела и Огуна и заканчивая женским составом присутствующих асов, не говоря уже о самих йотунах…

Пару часов спустя.

Дотащив бездыханное и откровенно попахивающее тело Тора до его комнат, я пытался прекратить прокручивать в голове одну и ту же мысль, но всё было тщетно…

– Это же надо было так нажраться?! – крик души вырвался из горла помимо воли, когда напрочь проспиртованный ас был сброшен на диван, ибо тащить его ещё и в кровать я был не готов, я и так с ним перевыполнил свой братский долг на три жизни вперёд!

Увы, даже мой гневный тезис сумел заставить Тора лишь негромко всхрапнуть да причмокнуть губами, без малейшего намёка на раскаяние. Вот гад он всё-таки! Знает же, что в нынешнем состоянии ему не только нельзя пить крепкие асгардские эли, но и обычные-то нежелательно, однако нет! Веселуха, пирушка, движняк — налейте сыну Одина самого крепкого вина, что есть в Асгарде!

Сволочь блондинистая!

Я же натурально лишь на минутку отлучился — у меня дипломатия, гости из иных миров, пленники буйные — некогда мне следить за рецидивом дури в попе старшего брата-дядюшки. И ведь он это знает! Он специально! Ещё и с друзей, типа, взял слово, что ни один ас или ван ниже Царя не вынесет его из-за стола, покуда длится славный пир.

Вот как ему после этого не запереть снаружи все двери в покоях, предварительно проследив, чтобы в оных покоях не нашлось и капельки воды на утренний сушняк? Вот и я, забирая все кувшины, включая явно им припасённые на утро, считал, что иначе просто нельзя! В конце концов, у нас тут вселенная Марвел, где Тор сценарно обязан страдать от коварных злодеяний Локи, вот и пусть страдает. Канон! Всё ради канона! Олдскул рулит!

Из мрачных планов скорой мести меня вывело странное ощущение. Своим заметно расширившимся за последнее время чувством мира я чётко ощущал, что Тор находится в своих покоях, откуда я только что вышел, но в то же время он же вполне бодренько шлялся парой этажей ниже, при этом явно топая в сторону спуска к сокровищнице… И этот второй Тор был… совсем не лишён своих сил, я бы сказал, даже наоборот — хорошо так подкачался в энергетическом плане.

Круговое движение Гунгниром, что с некоторых пор вполне освоил функционал «Двойных Колец» Камар-Таджа, и вот я перехожу порталом к незваному гостю.

– О-о… мать моя асинья… – только и смог я огласить, глядя на парочку перед собой.

Тор действительно в наличии был. Толстый Тор. Очень толстый и заросший Тор. Косматый такой, нечёсаный. С какой-то люто-бешено пострадавшей от живодёров мочалкой на лице. И брюхо… О, какое у него было брюхо! Его пыталось скрыть нечто похожее на броню, но… но это был восьмой месяц, даже, возможно, девятый… На этом фоне наличие рядом с ним прямоходящего енота в технологичном костюме совершенно терялось.

– Л-локи?! – между тем аж подпрыгнул на месте мой воистину жуткий старший брат. – Что ты тут делаешь?

– Я… – его брюхо и борода обладали каким-то неодолимым гипнотическим эффектом — оторвать от них взгляд было физически невозможно, – тут правлю, вообще-то, – чуть шевелю Гунгниром в руке, привлекая к тому внимание. – Точнее, пытаюсь свалить эти обязанности на тебя, но… к Суртуру подробности! Что ты с собой сделал?! Я имею в виду… как?! – рука сама собой обвела его выдающуюся «пивную мозоль».

– Я… что?

– Да! Что ты такое ел и пил, что тебя так развезло?! – нет, я помнил, что в фильмах эта дичь была, но видя это вживую, я не мог побороть ощущение шока. – Ты тысячу лет ужирался на пирах до полной невменяемости, иногда не вылезая из-за стола по паре месяцев кряду, и никогда ни единой капли лишнего жира! Как ты смог… вот это! – я не удержался и ещё раз указал на его живот. Этот живот реально угнетал и ломал психику круче всех Камней Бесконечности разом.

– Э-э… ну, я, пожалуй, пойду, – енот махнул лапкой и явно вознамерился сделать ноги.

– Не пойдёшь, – сказала моя иллюзия, перекрывая маршрут отступления.

– Локи, я… – начал было Тор, бросив взгляд на мой фантом.

– Пожалуйста, ответь на вопрос. Сперва ответь на вопрос, – перебил его я.

– Я питался американским фастфудом, – моргнув, всё же признался бородатый блондин. – Жареная курица, гамбургеры, эти их коричневые шипучки, картошка фри…

– Вот не надо на картошку фри! – предупредительно поднял я палец. – Картошка фри — это лучшее, что есть в Америке!.. Кроме моей невесты, – поспешно исправляюсь, тем не менее осознанно отправляя Старка и всех остальных на позицию ниже. А Лаура и Юрико не считаются, они сейчас в Камар-Тадже.

– У тебя есть невеста?! – вылупился на меня Тор, не хуже чем это делал я минутой ранее.

– Да, вопрос уже решён… – ещё раз осмотрев гостя, я устало помассировал глаза и махнул рукой. – Ладно, судя по твоему виду, ты явился из иной реальности, с иной вилкой времени. И, зная тебя, сильно сомневаюсь, что ты это сделал из исследовательских интересов и шутки ради. Потому, собственно, вопрос… что у вас там стряслось и при чём тут мы?

– Другой реальности? С чего ты взял? Мы из другого времени…

– Путешествие во времени возможно, да, – соглашаюсь я, так как сам прорабатывал тему. – Но там очень сложный и тонкий механизм, чуть какая погрешность — и вместо прошлого попадаешь в альтернативную реальность. Либо, если даже перенёсся в прошлое и внёс какие-то слишком существенные изменения, порождаешь альтернативную реальность, не отменяя при этом прошлую, – я замолчал, оценивая реакцию, и, что забавно, ростки понимания на морде енота возникли раньше, чем у асгардского бога. – Это как с сохранениями в компьютерных играх — если загрузишь старый сэйв и начнёшь проходить игру иначе, более свежие сохранения не отменятся и могут быть продолжены, – упрощаю объяснение специально для блондинов.

– Откуда ты это всё знаешь? – поинтересовался енот.

– Ты разговариваешь с Богом Магии, я просто знаю такие вещи, это называется образование. К тому же я совсем недавно как раз построил машину по переходу между вселенными. Хм-м… кста-а-ати, – в очередной раз заставив себя оторвать взгляд от брюха и бороды Тора, пробегаюсь взглядом и остальными чувствами по собеседникам, – а вас стереть в субатомарную пыль не пытается… Интересно, почему?

– Костюмы на частицах Пима, – прояснил… кажется, его зовут Ракета. – Но ты, кажется, прав, мы куда-то не туда свернули. У нас Локи был говнюком и точно не строил такой машины…

– Ракета, это мой брат! – возмутился Тор.

– Который пытался несколько раз тебя убить…

– Это в прошлом… и он мёртв. Ой! – Тор с испугом посмотрел на меня.

– Н-да, – вздохнул я. – Ладно, пойдёмте в мой кабинет, расскажете, что у вас там случилось.

Чуть позже. Покои Локи.

– … а потом он Щёлкнул и…

– Поделил всё живое в галактике пополам, – закончил я за иномировых гостей. – Сочувствую.

– А как было у вас? – поинтересовался енот.

– Ну… насколько я могу судить, расхождения начались незадолго до твоей коронации, – киваю Тору. – Я тогда совершенно случайно узнал о том, что являюсь сыном Лафея, и чтобы как-то с этим свыкнуться, привести мысли в порядок и при этом не совершить какой-нибудь глупости, что испортит тебе праздник, решил прогуляться, и тропа теней занесла меня в Мидгард…

Ещё некоторое время спустя.

– … это было так неожиданно, что я не задумываясь воткнул ему в глаз Гунгнир, после чего выдал максимальный заряд магической плазмы. Что именно случилось, я полноценно понял только секунд через десять, когда всё вокруг как-то подозрительно затихло, а труп на земле так и не принял очертания чего-то другого.

– А… чё? Ты щас серьёзно? То есть на этом всё? – выпучил глаза енот.

– Я сам не поверил, – пожимаю плечами. – Ещё полгода после этого носился по галактике как ненормальный, пытаясь найти или какого-нибудь клона, или оригинального Таноса, что затаился на какой-нибудь секретной базе. Беднягу Хеймдалля вкрай задёргал, но ничего. Сам до сих пор в шоке, – делаю глоток вина из кубка.

– И что, теперь камни совсем не достать, и никаких лазеек ты себе не оставил? – продолжил допытываться Ракета.

– А зачем мне оставлять лазейки, если я считаю эти штуки настолько опасными, что хочу держаться от них как можно дальше?

– Ну мало ли? Ты же Локи, Бог Обмана и постоянно делаешь всякие странные интриги.

– О-о, эта чудесная юность, когда мне не нужно решать проблемы вселенной, куда она ушла? – с тоской и в то же время долей мечтательной ностальгии протянул я, опираясь щекой о кулак. – Но нет, – возвращаю себе серьёзный тон, – я серьёзно — эти гады реально опасны. Им нравится развлекаться за счёт смертных и бессмертных, и никому за всю историю они не принесли счастья. Бёр не просто так прятал Эфир, а Один — Тессеракт и Камень Времени. Уж на что я был морально готов к подвоху и собран, а Камень Разума меня чуть не наебал, да ещё как!

– В каком смысле? – удивлённо хлопнул глазами Тор.

– Для начала он заставил меня о себе банально забыть, направив всё внимание на поиски Таноса и добивание его войск, а потом подкинул мне «гениальную», – делаю пальцами кавычки в воздухе, ибо уже нахватался на Земле, – идею навсегда обезопасить Камни от посягательств всяких Таносов путём дарования Камням самостоятельности. И поскольку идея действительно очень напоминала мои собственные безумные планы, я её почти осуществил… Я почти создал Галактуса! Потому что это в самом деле оригинальная и интригующая мысль — собрать все камни не в одном артефакте, а в полноценном рабочем теле. Автономном теле! Которое выдержит их силу, сможет обрести самосознание, объединив их личности и желания в одну сущность, и будет абсолютно свободно от угрозы, что какой-нибудь псих сможет завладеть его силой. Я в прямом смысле уже закончил создавать тело пятидесятиметрового полуорганического робота из адамантия, металла Уру и нейтрония! Мне оставалось только использовать Камень Разума, чтобы за ближайшие лет двести взломать собственные же изоляторы для остальных Камней и установить их в кибермозг подготовленного тела.

– У меня два вопроса, – поднял лапку енот. – Кто такой Галактус и что тебя остановило?

– Галактус — это колоссально могущественная сущность, присутствующая в подавляющем большинстве параллельных нашей реальностей. Выглядит как огромный мужик в фиолетовых доспехах, является источником всей Космической Силы, каковой в нашей реальности оперируют Камни Бесконечности. И всё бы хорошо, он так-то даже вполне культурный и вежливый дядька, не чуждый искусству и красоте, но… в качестве еды он употребляет населённые планеты. Просто ест их, выпивая из них всю энергию и жизнь. И испытывает голод, если долго не ест. Поэтому он — необоримая стихия, что путешествует по космосу и уничтожает цивилизации, что попадаются ему на пути.

– А-а…

– А не сделал я его, потому как мой Самый Главный Советник спросил, зачем я его делаю, и, пока я объяснял свои мотивы и гениальность плана, продолжал молча на меня смотреть, в конце концов заставив задуматься и осознать, что я творю дичь, – безжалостно к самому себе признал я. – В итоге я психанул и заставил камушек высчитывать точное значение числа «Пи».

– Эм-м-м… а в чём смысл? – моргнул Тор.

– В том, мой дорогой ездок на котятах, – при виде того, как погрустнело лицо Громовержца, на моё выскочила довольная улыбка, – что число Пи полностью, на самом деле, не может быть записано, так как это иррациональное, бесконечное после запятой число. И пока Камень Разума пытается его представить, чтобы высчитать, все его вычислительные ресурсы заняты именно этим действием и он не может отвлечься, даже чтобы начать взаимодействие с кем-либо ещё.

– Ты… вынес мозги Камню Разума? – в голосе енота послышался священный трепет.

– Ну… в целом — да, – пожимаю плечами, – люблю, умею, практикую. Как я сказал, я немного психанул в момент, когда понял, что меня чуть не наебали. Нет, была ещё мысль отдать камень Фьюри — самое безмозглое существо этой галактики может стать неплохим хранителем для Камня Разума, но… это Фьюри. Он его или потеряет, или Камень у него украдут на третий день.

– А Эфир? Что с ним?

– Честно говоря, когда он вылез, мне было лень что-то придумывать, так что я повторил опыт дедушки Бёра и, залив его в зачарованный на сдерживание и противодействие всем способам дистанционного изъятия адамантиевый куб, запихал обратно в созданный силой самого Эфира карман иной реальности, так сказать, до встречи через следующие десять тысяч лет. Так что не трогал я только Камень Силы и Камень Души и, прямо скажем, не очень хочу в этом моменте что-то менять.

– Так что же выходит? – повесил плечи Тор. – Всё зря? Мы упустили шанс достать Камни и всё исправить?

– Ну, положим, достать Камни конкретно для вашей вселенной возможно, – качнул я головой. – Для этого нужно всего лишь прыгнуть в ещё одну вселенную, где они есть, и забрать. Делов дня на два.

– Правда? – хлопнул глазами бородач одновременно с енотом.

– Да, я уже отработал на своей установке прицеливание по граничным условиям, так что можно прыгнуть прямо по местам былой славы. Кстати… – меня внезапно пронзила идея, от которой Гунгнир тут же пришёл в дикое возбуждение, – мы можем даже повидать дедушку, когда он брал штурмом Свартальфхейм, и мой Гунгнир покажет его Гунгниру, кто тут более блестючий!

– Чего? – не понял Ракета.

– А, не обращай внимания! – махнул я рукой, вставая из-за стола. – Особенность полуразумных артефактов — Гунгнир повёрнут на том, что должен быть Великолепен с большой «В» и сверкать, как никто, потому что он — Регалия Царя и всё такое. Ничто его так не радует, как демонстрация своей шикарности, так что выпендриться перед самим собой из другого мира он будет только рад. Ладно, пойдём, – повернувшись к выходу из комнаты, зову за собой гостей, – надо бы обернуться до того, как в Мидгарде наступит вечер, а то у меня дела.

– Свидание с девушкой? – деловито уточнил енот, спрыгивая со стула.

– Нет. Чтение книжки ребёнку… Не спрашивайте! – вновь отмахнулся я, ускоряя шаг.

***

Битва подходила к апогею. Лавины воинов сталкивались друг с другом в хаосе взаимной бойни, волна накрывалась волной, и противостояние застыло в хрупком равновесии. Так казалось и так хотелось, но на самом деле…

– Малекит, асгардцы давят нас по всем фронтам. Их рейдовые группы постоянно возникают у нас в тылу. Боюсь, ещё немного — и всё будет кончено.

– Мне нужно ещё время. Выиграй его для меня. Любой ценой, – ответил бледный, откровенно болезненно выглядящий мужчина. Эта кампания далась ему тяжело. Они были не готовы, но кто мог знать, что асы прознают об их плане и ударят первыми?

– Будет исполнено, – склонил голову его собеседник и отдал команду своей гвардии, лучшим из лучших воинов древней империи. Гвардейцы сжали в руках боевые кристаллы. Оружие невероятно редкое, сложное в изготовлении и применении, но способное даровать пользователю силу десятка тёмных эльфов и почти что полную неуязвимость. И таких усилившихся воинов были десятки, сотни — народ Малекита вскрыл все свои оружейные запасы и щедро тратил их на незваных гостей. Помимо этого, к земле, на которой пылала величайшая из битв этих времён, рванули и небесные корабли эльфов. Пусть у них давно кончились снаряды, а энергетические орудия вышли из строя, не выдержав темпов стрельбы, сослужить последнюю службу и погрести под собой часть войск врага они всё ещё были способны. И вот нужный час настал. Двери измерений почти выстроились в ряд, что позволит не только усилить Эфир, но и даст саму возможность взять его под контроль. Владыка Тёмных Эльфов отдал команду, и броневые створки, оберегающие мощь самого разрушительного оружия Вселенной, поднялись, чтобы явить… пустоту.

– Что?

– Прости, мужик, но нам оно нужнее, – обратился к тёмному эльфу прямоходящий разумный енот.

– Кто… кха… – завершить мысль он не успел. Магическое копьё вошло в его затылок, а волшебная плазма, окутавшая лезвие, обратило голову в прах.

– Брат, это было бесчестно!

– Это называется «военная хитрость», Тор. Та самая штука, благодаря которой можно избежать очень многих проблем.

– И всё равно как-то… – продолжал настаивать толстяк.

– Слушай, ты сам мне рассказал, что он убил маму! Я за такое его вообще должен был на кол посадить и колесовать до кучи! – праведно вознегодовал во мне любящий «маменькин сынок». – И вообще, ну вызвал бы ты его на «честный бой», ну задержал бы до прихода Бёра, а тот бы в итоге всё равно приказал его зарезать. Просто потому, что никто не будет отпускать такого типа, как Малекит, гулять по Галактике дальше.

– Локи… – покачал головой сын Одина.

– Нет, ну так-то он прав, – поддержал меня енот. – И вообще, стукать и лутать — это правильно.

– О, ты мне определённо нравишься, приятель. Надо будет поискать тебя в моей вселенной, думаю, сработаемся, ну а теперь… полагаю, надо объясниться, – наш милый междусобойчик был прерван вспышкой Радужного Моста, из которой вышел мощный бронированный мужик в окружении своей гвардии. Мужик был, как уже сообщалось, могуч, суров, слегка рыж, а ещё у него было золотое копьё, то есть всё тот же Гунгнир.

*Звяк*, – дрогнул символ Царей Асгарда в моей руке, посылая «приветственную волну себе же» в руках Бёра, а никем иным этот товарищ быть не мог. Ах да, ещё там был постулат о собственной крутости и авторитете текущего владельца.

*Цвеньг*, – пришёл ответный пакет. «Молодой» Гунгнир изволил, с одной стороны, радоваться и гордиться тем, каким крутым он будет и что с таким владельцем менее чем за десять лет изопьёт крови и убьёт аж трёх Царей действительно Великих Народов. Но вот то, что сейчас его назвали лузером и тормозом, его, конечно, огорчало, да.

– Кто вы? – обратился к нам на асгардском наречии владыка асов. – И откуда у тебя это оружие?

– Я — Локи, сын Хелы, дочери Одина, сына Бёра. Царь Асгарда и Ванахейма, правитель Йотунхейма, поработитель тёмных эльфов и лорд-протектор Мидгарда! – В — внушительность. – А также учитель истории в одной школе, – не мог я не продолжить.

– Вот ты загнул, – уважительно покивал енот.

– Секунду… что значит Хелы?! Ты о чём, брат? – не понял Тор.

– Это долгая история, – я вздохнул, – и будь ты моим братом из моей вселенной, я бы тебе её рассказывать точно не стал, а так… в общем, на самом деле ты мой дядя.

– (О_о)… – свёл глаза в кучку здоровяк.

– Вы хотите сказать, – вмешался в нашу перепалку Бёр, – что вы — мои внуки?

– Не совсем, – вздыхая, поясняю ему. – Мы прибыли из иной Вселенной. Нам нужен Эфир, чтобы изменить ход некоторых очень скверных вещей. Но я свой основательно запечатал, воспользовавшись твоим, дед, методом. Потому пришлось подыскивать Вселенную с подходящим ходом времени и перемещаться сюда, чтобы получить камень.

– И вы думаете, что я его вам отдам?

– Ты всё равно собирался его запечатать, мы же предлагаем вариант ещё более надёжный — убрать его из этой Вселенной вообще, – пожимаю плечами.

– Локи, ну нельзя же так разговаривать с Великим Бёром… – попытался урезонить меня братец.

– Другим — нельзя, нам — можно, ибо он — наш дед. И лично я считаю, что не посрамил чести семьи и вполне заслуживаю говорить со своим предком на равных.

– Ха-ха-ха, – раскатисто рассмеялся обсуждаемый, – Великий Бёр, мне нравится! Ну что же, вижу, род мой процветает, раз смог покорить ванов и йотунов и в нём рождаются столь великие маги и столь искусные воины… Забирайте камень.

– Чо, так просто? – удивился енот.

– А почему нет, странный зверь? Я чувствую мир. В словах моих потомков не было лжи, да и мой верный друг, – он кивнул на копьё, – подтверждает слова Локи и уже завидует сам себе, так с чего бы мне не помочь своей же крови, тем более что это решит и мою проблему?

– Спасибо, дедушка, – поклонился Тор, я же просто вежливо кивнул — Царь Асгарда не может кланяться, даже другому царю. Дед понимающе усмехнулся и тоже кивнул.

– Нам предстоит знатный пир по случаю победы над столь могучим врагом. И тризна по павшим. Оставайтесь, оцените гостеприимство Асгарда, быть может, сравните его с нынешним.

– Ракета? – перевёл взгляд на енота Тор.

– Времени почти не осталось, – покачал головой опрашиваемый зверюгин.

– Увы, – развёл я руками, – магия, что перенесла сквозь измерения некоторых из нас, почти истекла. Тору со спутником надлежит отбыть. Что же касается меня, почту за честь побывать за твоим пиршественным столом, но позволь мне привести с собой и мою невесту.

– Разумеется, – улыбнулся опечалившийся было Бёр, – да будет так! Ну а коли мы сейчас расстаёмся, позвольте пожелать вам доброго пути! – и могучий воитель по очереди обнял нас с Тором. Признаться, я испытывал очень неоднозначные впечатления. О Бёре и его подвигах я только читал или слышал сказки и вживую пообщаться со столь импозантной личностью было интересно. Однако… это был всё-таки не совсем мой прадед, и это вносило некоторый диссонанс. Тем не менее почему бы и в самом деле не представить ему Шторм? Раз Один продолжает дрыхнуть, то почему бы и не «использовать замену», как бы грубо это ни звучало?

На этом наше общение и завершилось. Мы вернулись сначала в мою вселенную, а вскоре толстый Тор и слишком умный енот покинули и её, получив необходимое. Правда, перед этим мы завернули в ещё одно ответвление и по-быстрому прикончили Красного Черепа в какой-то церквушке, попутно прикарманив Тессеракт, но об этом и упоминать толком не стоит, так — зашли и вышли, всего приключения на двадцать минут. Ну что же, надеюсь, у них там всё будет хорошо и изменить свою реальность они смогут. Чем смог, я помог, инструкции о том, как изолировать Камни, тоже выдал, но дальше… нет, это всё-таки не моя война, лучше пойду и попристаю к своей невесте. Мне ведь её ещё убеждать познакомиться с дедом!

***

Знакомство Ороро с Бёром, совмещённое с праздником, прошло наилучшим образом. Чувствующий связь моей невесты с миром дед остался в высшей мере доволен «выбором супруги» своего потомка. Теория о том, что асам нравится, когда их хреначат молниями, обрела ещё пару кирпичиков под своим фундаментом. Но вояж наш закончился, довольная «одобрением предков» девушка подарила мне пару поцелуев и удалилась, к сожалению, не «подготавливать сюрприз» в нашу спальню, а продолжать работать в направлении выверения учебного плана — он вновь требовал корректировок, ведь детишки-мутанты начали осваивать порталы, а это сразу стало такой головной болью, что теперь преподавательский состав дружно думает, как бы тему порталов перенести в выпускной класс, а лучше вообще в дополнительные занятия для студентов, которым исполнилось хотя бы двадцать. Впрочем, со введением нового материала всегда так — никто не может спрогнозировать, когда его лучше вводить и какие последствия это будет иметь. Кстати о порталах, только я распрощался с будущей супругой и приготовился погрузиться в тайны вселенной путём странных, но, безусловно, весьма интересных опытов, как в моих апартаментах возникло огненное кольцо, из которого вышла хорошо знакомая мне особа, уже отметившая своё шестнадцатилетие.

– (О_О)/[], – решительно подошла ко мне Лаура с книжкой в руках.

– (&lt;_&lt;), – мрачно смерил её взглядом я.

– (О‸О)/[].

– Слушай, – вздыхаю, – я всё понимаю, но сколько можно? Тебе уже шестнадцать, ты уже большая девочка, которая сама читает сказки дочурке моего Первожреца, может быть, уже начнёшь со мной разговаривать нормально? Ты же спокойно разговариваешь со всеми, кроме меня. Я, кстати, только что опять спас вселенную, даже сразу три, это должно считаться за повод меня поощрить!

– (&gt;_&gt;)… – категорично отвела она взгляд, всем видом показывая, что висящий на стене агитационный плакат новой Партии Большевиков, с Алексеем Мироновым, одетым в синий френч, ей интересен много больше, чем ответы на реплики всяких там из зала.

– Ладно, допустим, мы и так понимаем друг друга с полувзгляда, хотя я бы и не отказался послушать твой голос, но… слушай, когда мужчина приходит в опочивальню маленькой миленькой девочки читать ей книжки — это ещё нормально, но когда он приходит в покои шестнадцатилетней красотки, это уже как-то…

– (T‸T), – состроили жалобную мордашку.

– И всё равно, это уже почти неприлично! И вообще, я, считай, женатый челов… бог и…

– (&gt;_&gt;)/[], – шевельнув рукой, создавая новый портал, мне продемонстрировали вынутую из него другую книжку. А именно — Старшую Эдду.

– Ты на что намекаешь? – нехорошо прищурился я.

– (&lt;‸&lt;)… – загадочно пожевала губку девушка, с намёком вильнув глазками.

– Нет! – возмутился я. – Там жуткий пасквиль и клевета! Ничего подобного в сексуальной и семейной жизни Богов Асгарда нет и не было! Чёртовы викинги! Кста-а-ати… – тут мне пришла в голову гениальная идея, – я же теперь могу отправиться в параллельные миры и убить всех тех, кто писал эти пасквили! Да! Точно! Это похоже на правильный злодейский план безумного учёного!

– (^_^)! – улыбнулась мне Лаура, то ли одобряя идею, то ли вновь на что-то намекая. На что-то вроде того, что нефиг ей заливать про «я не такой», ибо она всё и так знает…

– Ну да, я — ценитель женской красоты, – вынужденно сдался я под этим понимающим прищуром. – Но есть один важный момент!

– (*_^)!

– Что значит «я договорюсь со Шторм»?! – не скажу, что мне не понравился ход мыслей этой милашки, но как-то это было…

– (~_~)/[], – мне опять протягивали книжку. Вот только почему мне кажется, что девушка желает дать мне не только и не столько книгу? Впрочем… не буду заострять на этом внимание.

– Ладно, – Локи — мудрый Бог, Локи не будет влезать в женские дела, а моя мулаточка мне по этому поводу вообще ничего не говорила и не выражала недовольства. Лаура же… ну, это Лаура. «Не отступать и не сдаваться» — это её кредо, – что там за книжка хоть?

– (^_^)/[], – мне протянули…

– Сильмариллион? А мы разве не на седьмой книге Хроник Амбера остановились?

– (&gt;_&gt;)… – призналась, что уже дочитала всё до конца девушка. И да, я реально это понимал по её лицу.

– Ну ладно. Но учти, я подчиняюсь грубой силе и принуждению. В смысле, силе красоты, да! – я открыл первую страницу.

Тем временем уже не девочка, а очень даже привлекательная девушка неторопливо разделась, явно искушая меня как минимум полюбоваться её гармонично сложенной фигурой, если не к чему-то большему, и юркнула под одеяло. Да, под моё одеяло в моей комнате, но подобные обстоятельства её тоже не смущали.

– (^_^)?

– Эх, выпороть бы тебя, но есть подозрение, что подобное может тебе понравиться. А ведь раньше была таким замечательным ребёнком…

– (&gt;____&gt;), – Лаура чуть откинула одеяло, демонстрируя, что теперь точно не ребёнок, но зато её замечательность изрядно… подросла.

– Дожил, меня пытается совратить собственная ученица… – я прикрыл глаза.

Пусть я любил Шторм и видел с ней своё будущее, было бы нечестно говорить, что кроме неё я не замечал иных девушек. Той же Юрико я до сих пор с большим удовольствием любовался, и удерживали меня от перевода наших отношений в горизонтальную плоскость только нежелание обижать Ороро и те соображения, в которых я уже признавался Чарльзу в том нашем "серьёзном разговоре с обеспокоенным отцом девушки". Пусть прошло уже несколько лет, но мисс Ояма до сих пор считала себя по гроб жизни мне обязанной, а я не хотел уподобляться тем мудакам-начальникам, что пользуются безвыходным положением подчинённой, дабы распустить руки. Понятно, что у нас ситуация не совсем такая, но ассоциации меня всё равно коробили, к тому же у меня была девушка, которую я, повторюсь, не хотел обижать. Да, очень странные рассуждения для убеждённого кобеля, который на голубом глазу заливает почти всем своим друзьям, что он за гаремы и полигамию, но это вот то, что случилось с моей жизнью. Я не знаю, как к этому пришло, но я теперь с этим жил. И тем не менее, хоть я себе ничего и не позволял, мужчиной я оставался вполне здоровым, Лаура же действительно выросла в красавицу, по которой пускала слюни, как я достоверно знал, едва ли не вся мужская часть учеников школы Чарльза. И даже некоторая женская! А она всё так же требовала, чтобы я расчёсывал её волосы и читал книжки… И это уже точно было никак не списать на психологические травмы, отсутствие должной социализации или детское непонимание некоторых вещей. Всё она прекрасно понимала! И с этим мне тоже предстояло жить дальше…

– Ну ладно, – короткий вздох, – устраивайся поудобнее и слушай. Был Эру, Единый, кого в Арде называют Илуватар; и сперва создал он Айнур, Священных, что явились порождением его мысли, и пребывали они с ним прежде, чем создано было что-то ещё…

Конец

Content

Локи

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог и авторское послесловие