Отзвуки серебряного ветра. Мы — ищем! Завет

Интерлюдия

«Отзвуки серебряного ветра» — это моя попытка найти выход из тупика, в котором оказался наш мир. Тупика подлости, жестокости и корысти.

Искушенному читателю мир ордена Аарн может показаться несколько схематичным. Вполне возможно. Но мне важно было донести основную идею, а второстепенные детали и научная достоверность не имеют для меня особого значения.

Меры веса, длины и времени в романе даны в привычных для русскоязычного читателя единицах.

Новые термины объяснены либо в самом тексте, либо в сносках. Новые идиоматические обороты приближены к русским и, надеюсь, не вызовут у читателя затруднений.

Все совпадения с реально существующими людьми или событиями случайны, роман с начала и до конца является плодом авторской фантазии.

Снова полнится мир болью,

Веру страх, как свечу, душит,

Стали слезы любви солью

В море черного равнодушья.

Снова пламя в сердцах стынет

И приблизился лед смерти,

Значит должен на бой выйти

Наделенный всевластьем веры.

Снова вспыхнет над миром оранжевый свет,

Это значит, что скоро опять будет боль,

Будет задан вопрос и найдется ответ,

Но великие цены ты платишь собой.

Как могло это быть с нами —

Безмятежной любви дети.

Боль зовет, как в ночи пламя,

Боль горька, как шальной ветер.

Только боль не спасет мира

И слезами не смоешь скверну,

Значит должен на бой выйти

Наделенный всевластьем веры.

Не у каждого есть право,

Не у каждого хватит силы

Защищать правоту и правду,

Чтоб свободу вернуть миру.

Кто откажется быть вольным,

Кто согласен платить цену,

Кто готов стать самой любовью —

Обретает всевластье веры.

Был собою, но час минул,

Не жалея, отдашь душу,

Разделивший судьбу мира,

Станет тем, что сейчас нужно,

Станет тем, что сейчас надо,

Чтоб надежде открыть двери,

Примет долг и уйдет в память

Наделенный всевластьем веры.

Но их путь на века выбран

И когда нужны перемены

Разделивший судьбу мира

Снова должен платить цену.

Вновь себя отдавать миру,

Отдавать и не знать меры —

Вот навек единственный выбор

Наделенных всевластьем веры.

Могут разными быть цели,

Но не все хороши средства,

Если требует жизнь цену,

Можно ставить лишь силы сердца.

Святость им подарил выбор,

Счастье их — правота и верность,

Разделивших судьбу мира,

Наделенных всевластьем веры.

Полина Черкасова (Мисти, Мистардэн)

Интерлюдия

Моя история вызывает у меня самого все больше сомнений в наличии права выбора. Иногда мне вообще кажется, что я никогда имел никакой возможности выбирать то или иное. Похоже, меня вели от начала и до конца, до которого осталось не так и долго — мне здесь не место, физическая реальность уже не выдерживает моего присутствия, прогибается, слишком силен я стал. Не раз ощущал, что она на грани, и только кто-то извне удерживает ее от распада.

Да и не нужен я здесь больше. Дети и без меня смогли сделать невозможное, они вышли на иной, куда более высокий уровень, они свободно бродят не по одной галактике, а по разным вселенным. Они столкнулись с такими противниками, с которыми и мне не справиться. А они справились! Не полностью, конечно, но рук не опускают. И вскоре те, кто стоял за «сверхами», будут найдены. И обезврежены.

Вот только, пока я еще здесь, стоит приглядеть за одной очень таланливой, но слишком уж резвой девчушкой, пока она не наворотила демон знает чего. При ее возможностях и несносном характере обязательно наворотит, причем искренне желая добра. Не раз я уже сталкивался с такой ситуацией.

Информация о том, что многие погибшие аарн стали Адай Аарн, оказалась для меня немалым утешением. Слишком больно было, когда они уходили из жизни. Слишком горько. Правда, остались ли они после всего собой? Очень сомнительно. Особенно, если вспомнить то, в кого превратился добрый, шебутной и невероятно талантливый мальчик Лар. Да и девочка Лана тоже стала далеко не прежним гениальным архитектором, а… чем-то. Чем-то страшненьким.

Я многое понял за проведенные на далекой Земле две жизни, особенно за последнюю, когда меня сразу после рождения приняли за совсем другую сущность. И попытались вырастить таким, каким хотели видеть. Не получилось, естественно, да и не могло получиться. Не при моем опыте. А уж когда я все вспомнил, вообще стало смешно, но глупцы так старались, так старались. Думали, что я могу пойти против пути Творца, соблазнившись силой и властью. Это я-то? До сих пор смеюсь, когда вспоминаю их разочарованные и огорченные лица после того, как они поняли, с кем довелось столкнуться.

Текущие задачи моего внимания почти не требуют, в результате чего почти все мое время посвящено размышлениям о прошлом, о сделанном и не сделанном, достигнутом и не достигнутом. Выводы чаще всего нелицеприятные для меня — слишком много ошибок было допущено, слишком много факторов не принято во внимание.

Единственное, что по-настоящему радует — ученик. Он прогрессирует удивительно быстро, мне понадобились тысячи лет, чтобы осознать то, что он осознал в свои жалкие несколько сотен. А значит, он умнее и талантливее меня. Или просто другой. Это не так уж и важно, куда важнее то, что я не понимаю, куда мне дальше идти. А главное — зачем. Эти вопросы терзают похуже палача, но ответов на них нет, и пока не предвидится.

Я осторожно слез со спальной платформы, чтобы не разбудить девушек, и подошел к огромному панорамному иллюминатору, демонстрирующему окруженный тремя кольцами астероидов газовый гигант в ненаселенной системе. Здесь никого не было, не имелось никаких полезных ископаемых, потому я и избрал ее для места стоянки своего дварх-крейсера. Никто меня здесь не найдет и не потревожит, если не будет заранее знать, где искать. Связь отключена. А мне нужно решить несколько важных задач, понять, куда же мне все-таки двигаться. Оставаться или уходить. Избавляться от физического тела или нет — для меня это теперь не составляет проблемы.

Покосившись на мирно спящих Тину с Ирной, я почти незаметно улыбнулся. Если бы не они, я бы давно ушел. Но девочки слишком много сил и времени положили на мои поиски. И нашли ведь! Тем более, что нашли они не только меня, но и еще кое-кого, совершенно неожиданного. Бросать их будет откровенным свинством. А что тогда? Позвать с собой. Тем более, что составить мне компанию хотят многие старые аарн, не понимающие и не принимающие сути нового ордена.

Что ж, мы найдем свой путь, обязательно найдем. Пусть не сразу, пусть с большим трудом, но все равно найдем. Ведь мы не сдаемся, нет, мы ищем.

Да. Мы — ищем!

(Из ненаписанного дневника Илара ран Дара)

Глава 1.1

Кейтара осторожно проскользнула мимо кучи слежавшегося мусора, тихо шипя ругательства сквозь зубы — не дай Благие еще кто-то услышит, отберут ведь все, тут немало разной сволочи ходит. День оказался совсем неудачный, найти почти ничего не удалось, только один продуктовый набор выпросила у гуманитарщиков, в итоге накормить хоть как-то получится только самых маленьких. А остальные? Ничего страшного, они уже почти взрослые, потерпят как-нибудь. Не в первый раз натощак придется спать ложиться, далеко не в первый. Желудок протестующе заурчал, но это ему ничуть не помогло — еды все равно не было, придется терпеть. Девушка грустно вздохнула.

Затем осмотрелась, быстро перебежала улицу и поспешила скрыться в тени мусорных контейнеров, которые вывозились должниками бандитов хорошо если раз в декаду, а то и реже. Очень не хотелось бы, чтобы чудом полученный продуктовый набор, которого хватит только малышам, отобрали. А тут вокруг достаточно «мужчин», которые с радостью отберут еду у детей. Люди ли они? Кейтара очень сомневалась. Мрази. Попросту мрази.

Наконец впереди показался кусок обвалившейся стены, скрывающий вход в убежище. Кейтара снова оглянулась, затем метнулась к щели, в которую, наверное, не протиснулся бы и нормальный, не худой ребенок. Девушка же была настолько истощена, что легко проскользнула в эту щель, пролезла по извилистому ходу и оказалась в подвале, где нашла приют небольшая группа беспризорников. Она с облегчением выдохнула — сюда ни одна сволочь не проберется, донесла еду, слава Благим. Теперь можно будет малышей покормить.

— Ильза! — окликнула подругу Кейтара. — Ты где? Я малым чуток еды принесла.

— Сейчас, — глухо отозвалась та, в ее голосе слышались слезы.

Девушка встревожилась. Что-то случилось? Она с трудом дождалась, пока Ильза, странная помесь чистокровных лавиэнки и тиумца, непонятно как и когда сошедшихся, появилась из бокового прохода. Она выглядела непривычно, как на сторонний взгляд, — от матери унаследовала угольно-черную кожу, а от отца круглые розовые глаза и белые волосы, напоминающие скорее мох. Из-за такой внешности на нее даже сутенеры внимания не обращали, шарахались, как от демона. Кейтару, черноволосую, белокожую и довольно красивую, они, наоборот, преследовали и предлагали безбедную жизнь, если девушка согласится на их предложения. Если честно, она давно подумывала об этом, хоть малышей из их компании смогла бы обеспечить кое-как. Позор? Их маленькие жизни дороже ее позора!

— Майко умер… — с трудом выдавила из себя Ильза, по ее грязным щекам стекали слезы, оставляя черные полоски чистой кожи.

— Как⁈ — ахнула Кейтара. — Когда⁈

Майко был забавным, веселым малышом с пушистыми темными волосиками, даже в грязи подвала не топорщившимися во все стороны, лет четырех или пяти, его все беспризорники в компании очень любили и как могли баловали, он приносил в их беспросветную жизнь немного тепла и света.

— С час назад… — глухо ответила смеска, садясь прямо на пол и пряча лицо в колени. — Он все хлебушка просил немножко… Но ничего не было, ты же знаешь, еще позавчера все остатки подъели… А вчера сама помнишь, отобрали… Потом Майко забрался ко мне на руки, попросил сказку рассказать и начал палец мой посасывать, легонько так, почти незаметно… Я рассказывала и не заметила, как он затих… Сказку закончила, наклонилась… а он… а он не дышит…

Ильза снова уткнулась в свои колени и глухо завыла. Кейтара села рядом, обняла ее и тоже заплакала. Смерть малыша больно ударила ее в самую душу. Похоже, все они вскоре здесь подохнут. Не выкарабкаться, не выбраться из страшной ловушки, в которую превратился родной город.

Планета Сарем, и так с трудом выживавшая колония бедного по галактическим меркам Тиума, после отмены кастовой системы и введения представительской демократии очень быстро обнищала окончательно. Люди долго не могли привыкнуть пользоваться деньгами, как единым платежным обязательством, вместо обязательств бесчисленных каст. Почти все саремские предприятия разорились, не сумев приспособиться к новым условиям работы. Потом кое-какие все же приспособились, но было поздно. На Сареме начался голод. И никто не пришел несчастной планете на помощь. Нет, из княжества и республики постоянно приходили транспорты с продовольствием и медикаментами, но толку-то? Всю гуманитарную помощь разворовывали и растаскивали по своим норам чиновники и прочие близкие к власти дамы и господа. Бедным не доставалось ничего, кроме объедков. Впрочем, как всегда. Население стало вымирать.

Однако через некоторое время ситуация немного улучшилась, кто-то извне взял на себя распределение продуктов, перестав доверять это местным чиновникам, которые из-за этого принялись возмущенно вопить в прессе, но это не помогло — их презрительно игнорировали. А если кто-то пытался действовать силой — находились идиоты, нанимавшие крупные банды, чтобы ограбить севшие на космодром столицы планеты, Кенорада, транспортные корабли — то таких быстро уничтожали вместе с нанятыми боевиками. Последние быстро сообразили, что против них действуют профессиональные войска какого-то государства, и перестали соглашаться на авантюры, предпочитая отнимать еду у беззащитных. После того, как им ее выдадут. Куда проще и безопаснее, чем рисковать своей драгоценной шкурой.

До революции родители Кейтары преподавали в местном колледже, жили небогато, но почти не нуждались — администрация колледжа хорошо относилась к своим сотрудникам и выдавала им ежемесячно по двадцать обязательств касты ученых, а их обязательства в Тиуме весьма ценились и позволяли получать достаточно продуктов и вещей, необходимых для выживания небольшой семье. Все закончилось после проклятой революции, когда привычная, проверенная веками система рухнула, и вместо нее в Тиуме образовалось нечто непонятное, какая-то либеральная демократия вместе власти старейшин каст. Обязательства отменили, ввели деньги, как во внешнем мире, согласовали их курс с Галактическим банком и предоставили населению страны выживать самостоятельно. Новым правительством руководили апологеты так называемой полной свободы личности, либертарианства, с минимальным вмешательством государства в жизнь общества. Никаких социальных гарантий, никакой помощи населению даже в случае голода или эпидемий. Только и исключительно частная инициатива.

Естественно, наверх тут же полезла всякая мразь, бал начали править банды, насилующие, грабящие и убивающие без счета подонки. Но правительство закрывало на это глаза, ведь это — проявления прекрасной, вдохновляющей свободы личности, дифирамбы которой пела вся тиумская пресса. Все извращения, даже самые дикие, объявили нормой и начали навязывать их людям. По улицам пошли парады гомосексуалистов и педофилов, возмущающихся против этого подвергали обструкции. Дальше — хуже. Отцов, пытавшихся защитить своих детей от изнасилования, начали сажать, порой пожизненно. И вот тут апологеты свободы просчитались — тиумцы такого надругательства над собой не стерпели, они вышли на улицы и устроили бунт, причем полицейские, у которых тоже были дети, присоединились к протестующим. Хочешь не хочешь, но правительству пришлось срочно сдавать назад, невзирая на надрывные вопли прессы о глупых варварах, не понимающих своего блага. Вновь ввели уголовную ответственность за педофилию и изнасилования, однако всеми силами пытались доказать людям, что это неправильно, поскольку мешает свободным личностям проявлять свою свободу воли. Жертвы насильников? А что жертвы? У них ведь тоже есть свобода воли — орать или молчать, пока их насилуют.

Но все это происходило на центральных планетах Тиума, а в колониях, не говоря уже о поселениях, на долгие годы воцарились голод и власть банд. Там законов не было, кроме одного — закона силы. Полиция оказалась на полном откупе у бандитов и ни во что не вмешивалась. Люди выживали, как могли. Если бы не постоянная продовольственная помощь из Кэ-Эль-Энах и Трирроуна, то десятка два планет вымерли бы от голода и эпидемий.

На память пришел тот страшный день, и Кейтара всхлипнула, вытерев слезы тыльной стороной ладони. Они с мамой и папой сидели за небогатым ужином, когда дверь в квартиру выбили, и внутрь ворвалось десятка три оборванцев. Папе повезло, его убили сразу, а вот им с мамой довелось испить адскую чашу полной мерой — их насиловали несколько дней подряд. Очнулась девушка в луже маминой крови — ее саму почему-то пощадили. Или подумали, что мертва, неважно. Важно, что Кейтара каким-то чудом выжила, хоть потом сто раз проклинала свое выживание, лучше бы умерла, всяко проще было бы. Она пару дней отлеживалась в пустой квартире, кое-как обработав себе раны — медикаменты из их небогатой аптечки бомжи почему-то не тронули.

Кое-как придя в себя, девушка поплелась в полицию, но там от нее просто отмахнулись, только приехали и вывезли уже начавшие попахивать тела родителей, похоронив их в общей могиле на окраине города. Как оказалось, в эту ночь банды бездомных атаковали благополучные районы большими силами, утверждая свою власть. А у полиции почти не было оружия, поэтому полицейские просто заперлись в городской тюрьме и не реагировали на вызовы. Да и потом покорно выполняли требования паханов.

Кейтара оказалась на улице — жить в разгромленной родительской квартире было совершенно невозможно. Ей повезло, недолго оставалась в одиночестве — несколько таких же осиротевших подростков собрались вместе и нашли теплый подвал, став помогать друг другу. Так было проще выживать. Потом они не раз находили совсем уж беззащитных детей и брали их к себе. Дрались с другими подростками, сбившимися в стаи и ставшими похожими на зверье. Но Кейтара со товарищи не захотели становиться зверьем, твердо решив остаться людьми, таков был их выбор. Ох, и нелегко же им пришлось!

С тех пор прошло четыре года. Их компания разрослась до десяти человек, из которых относительно взрослыми были только пятеро. Остальные — совсем малыши, лет по пять-восемь, точного их возраста никто не знал, документов ни у кого не сохранилось. Беспризорники выживали, как могли. А затем двух самых старших убили отморозки из банды Хриплого Турда, когда те не захотели отдавать им полученные у кэ-эль-энахских гуманитарщиков продукты. Но маленькие дети среди них еще не умирали, и смерть Майко больно ударила по Кейтаре с Ильзой, перехвативших в компании пальму старшинства после гибели Алека и Ранивы.

— Если бы вчера эти твари не отобрали еду… — сквозь слезы простонала Ильза. — Майко бы выжил, мы бы ему супчика сварили… Он супчик любил…

— Надо похоронить его до темноты, — невпопад ответила Кейтара. — Вот, возьми еду, — она протянула полученный у гуманитарщиков пакет. — Покорми малых, на них тут хватит. Нам уже нет.

— Да мы-то не подохнем, — отмахнулась смеска. — Не впервой. Ты сама справишься с похоронами?..

— А кого брать? — вздохнула девушка, утирая снова потекшие по щекам слезы. — Из старших только Ринко остался, а он простудился, отлеживается. Не малых же с собой тащить? Где там у нас лопата была?

— Сейчас принесу, — с этими словами Ильза встала и скрылась в темноте.

Минут через десять она вернулась с ржавой саперной лопаткой. Кейтара привязала ее за спиной, затем подошла к телу Майко, немного постояла над ним, все так же не вытирая слез, затем взяла на руки и двинулась к выходу. Мертвый малыш был легким, как пушинка, и очень худеньким, напоминал маленький скелетик. Девушка всхлипнула и принялась выбираться наружу. С грузом это оказалось нелегко, но она справилась, хоть и испачкалась сильнее обычного. Снаружи привычно оглянулась, но никого не обнаружила и двинулась в скорбную дорогу к пустырю, на котором местные жители хоронили умерших — до кладбища было не добраться, нужен транспорт, которого не имел никто. Кроме бандитов, к которым, понятно, никто обращаться не рискнул бы.

Кейтара медленно шла, вспоминая Майко, его звонкий, веселый смех, который развеивал тяжелую атмосферу в затхлом подвале, и продолжала молча плакать, не вытирая слез — руки были заняты. Душа нестерпимо болела, так она не болела даже после гибели папы с мамой. Девушке очень хотелось, чтобы весь этот кошмар наконец-то закончился. Что ждет ее в будущем? Ничего хорошего. Раньше у изгоев хотя бы надежда была, что однажды с заполыхавшего многоцветьем неба прозвучит зов Аарн и можно будет выкрикнуть Призыв, чтобы попасть к ним. Теперь надежды не осталось вовсе. Никакой. В принципе.

— Эй ты, сучка, чего несешь? — заставил Кейтару остановиться чей-то грубый голос.

Она медленно обернулась. Щербатый Горт, вчера отобравший у нее пакет с едой для малышей. Если бы не отобрал, Майко остался бы жив. Глаза девушки застило какой-то белой пеленой от бешенства, ее всю затрясло. И ей стало безразлично все на свете. Убьет? Пусть убивает! Тварь поганая!

— Дело рук твоих несу, убийца детей! — буквально выплюнула Кейтара, протягивая навстречу бандиту мертвое тельце ребенка. — Смотри, подонок, это ты сделал! Что, теперь уже людоедом заделался⁈

— Да ты охренела, девка! — отшатнулся бандит. — Никогда я малых не трогал!

— Да? Если бы ты вчера еду последнюю не забрал, он бы живой был! Будь ты проклят во веки веков, и весь род твой до седьмого колена! Убийца детей! Чудовище! Нелюдь!

Щербатый дергался от ее слов, словно его били. Все, казалось бы, повидавшему бандиту неожиданно стало стыдно, так стыдно, как не бывало еще никогда, казалось саму душу вспороли и показали всю ее внутреннюю гниль. И это оказалось на удивление больно.

— Чего ж не сказала, что это для малых?.. — обижено прогудел он. — Я б не брал…

— А то я не говорила! — горько усмехнулась Кейтара. — Иди уже отсюда, сволочь, дай хоть похоронить ребенка спокойно!

Она обогнула бандита со смелостью отчаяния и двинулась дальше к пустырю, каждое мгновение ожидая удара в спину. Однако его не последовало — Щербатый остался стоять, растерянно глядя на удаляющуюся фигурку девушки, несущей мертвого мальчика. Ему было очень не по себе. Как выяснилось, душа бандита еще не совсем умерла, в ней еще осталось что-то человеческое. И теперь он не знал, что делать и как ему дальше жить.

Кейтара продолжала молча плакать, идя по захламленным улицам родного города, где не убирали уже, наверное, несколько лет. Однако внезапно ее внимание привлек какой-то шум, и девушка на всякий случай нырнула за очередной забитый доверху мусорный контейнер. Как оказалось — не зря. Мимо контейнера проскользнули двое солдат в зеркальных доспехах с незнакомой эмблемой, за ними не спеша шли два человека — черноволосый мужчина лет тридцати и высокий старик, опирающийся на трость. Следом двигалось еще двое солдат. Они зачем-то остановились возле контейнера, за которым спряталась Кейтара, и она, сама того не желая, вслушалась в чужой разговор.

— Вот видите, к чему приводит ваша хваленая свобода, профессор? — поинтересовался черноволосый. — Нравится?

— Как будто такое может кому-то понравиться! — раздраженно ответил старик, и Кейтара с удивлением узнала его голос. Профессор Орис Кайро не раз бывал у них дома, когда прилетал из метрополии, и часто спорил с ее папой на разные заумные темы. — Но все же вы неправы, господин Нартос, общество просто еще недостаточно самоорганизовалось! Со временем все равно возникнут нужные социальные механизмы, и жизнь обязательно нормализуется. Без всяких аппаратов насилия и надстроек в виде государства!

— И все равно, — покачал головой тот, — без какого-то подобия полиции в обществах низкого этического уровня не обойтись, поскольку обязательно возникнут активные личности, желающего добиться преуспевания насилием. Такова человеческая природа. Впрочем, не только человеческая, возьмите кошмар, который творился в резервациях керси.

— Нет, нет и нет! — вскинулся профессор Кайро. — Не согласен! Люди могут самоорганизовываться, нужно только не лезть, не мешать им! Свобода — это все! Свобода — это высшая ценность! У человека должно быть право на любой поступок, причем без осуждения этого поступка обществом, пусть даже нам с вами этот поступок покажется неэтичным!

— Говорите уже прямо, не скрывайтесь за эвфемизмами, — неприятно усмехнулся Нартос. — Вы понимаете, что оправдываете тем самым грабеж, изнасилование и убийство?

— Да нет же! — возмущенно всплеснул руками старик. — Я всего лишь говорю, что свобода — высшая ценность, она превыше чего угодно, в том числе и любых моральных и этических норм!

— Свобода от чего и для чего? — язвительно поинтересовался черноволосый. — Уточните.

— Свобода вообще! — гордо заявил профессор Кайро. — Человек не должен иметь никаких ограничений, тогда и только тогда раскроется его высшая, божественная суть!

— Тогда почему в реальности все происходит наоборот? — вскинул бровь Нартос. — И стоит только дать какому-либо обществу вашу любимую свободу, как наверх вылезает самая мерзость, и вокруг начинает твориться такое, как на этой несчастной планете? У вас есть объяснения?

— Нет, — помрачнел старик. — Но это, — он повел рукой вокруг, — только переходной период! И когда свобода окончательно раскроется в человеческих душах, все вокруг превратится в рай!

Такого надругательства над собой, над своей душой, над мертвым из-за их поганой свободы Майко Кейтара уже не вынесла. Да будь в городе нормальная полиция, разве осмелились бы бандиты творить то, что они творят⁈ А этот старый козел?.. Свобода ему… высшая ценность… Да чтоб ты пропал, гадина! Вместе со своей свободой!

Не помня себя от гнева, девушка выскочила из-за мусорного контейнера, не обратив внимания на дернувшихся было к ней солдат в зеркальных доспехах, благо Нартос дал им отмашку не вмешиваться, он давно понял, что их с профессором разговор кто-то слушает.

— Свобода, говоришь, дядя Орис⁈ — выдохнула Кейтара и сунула тому под нос мертвого малыша. — Ты вот ему скажи о свободе, старая ты сволочь! Это твоя поганая, вонючая свобода его убила! Слышишь⁈ Твоя свобода это сделала!

— Откуда вы меня знаете⁈ — отшатнулся изумленный видом оборванной, грязной девушки профессор.

— А то я не помню, как вы с папой у нас на кухне сидели и всякую философию обсуждали, а мама вас гоняла, чтобы вы за очередной бутылочкой не бегали! — выплюнула она. — Как у вас совести хватает говорить о свободе⁈ Посмотрите на этого ребенка! Вчера свободная личность отобрала у меня последнюю еду, которую я несла для малышей! И Майто умер от истощения! Слышите, вы⁈ Его убила ваша свобода, будь она проклята во веки веков!!! Будьте вы прокляты вместе с ней!!!

Кейтара не выдержала, села прямо на грязную мостовую, прижала к груди мертвого малыша и отчаянно разрыдалась. Профессор растерянно и беспомощно смотрел на дочь своего старого друга и не знал, что ответить на ее обвинения. С какой стороны не посмотри, а девочка права — именно свобода и отсутствие аппарата насилия погубили несчастного ребенка.

— Сколько времени прошло с момента смерти? — неожиданно заговорил один из солдат в зеркальных доспехах.

— Часа полтора-два, — ответила Кейтара, немного успокоившись. — А что?

— Еще можно попробовать спасти, — ответил солдат.

Перед ним внезапно зажегся голографический экран, на котором появилась строгого вида молодая женщина с косой, одетая в черно-серебристую форму с Оком Бездны на левом плече. Она вопросительно вскинула брови.

— Здравстуй, Прасковья, — слегка поклонился вызвавший ее человек. — Тут мертвый ребенок. Посмотри, пожалуйста, может, еще не поздно…

— Сейчас буду.

В воздухе напротив мусорного контейнера завертелась черная воронка, при виде которой Кейтара сразу поняла, кого видит. Слишком много читала старых книг и смотрела старых фильмов в детстве. Аарн! Они вернулись! Благие Защитники! Они все же вернулись! Робкая надежда на лучшую жизнь засветилась в глазах девушки.

Целительница метнулась к ней, опустилась на колени и принялась водить каким-то прибором над телом малыша. Некоторое время она что-то шептала себе под нос, затем встала и с хмурым видом отрицательно покачала головой.

— К сожалению, все, — после недолгого молчания сказала аарн. — Душа ушла. Тело оживить можно, но смысл? Это будет живая кукла. А то и что-то извне прицепится к телу без души, таких подарков из астрала никому не надо. Зато девочка полностью наша, надо забирать, пока она здесь не погибла.

— Ты уверена? — поинтересовался еще один солдат.

— Полностью, — кивнула Прасковья. — Они с подругой сами голодали, но тянули на себе пятерых малышей.

Затем она повернулась к Кейтаре и спросила:

— Пойдешь к нам, милая? Ты ведь уже поняла, кто мы.

— Да я бы с радостью… — слабо улыбнулась Кейтара. — Но я не брошу наших, они без меня пропадут. Там еще четверо маленьких. Да и Ринко с Ильзой…

— Мы всех возьмем, — пристально посмотрела на нее Целительница. — А потом, выучившись, ты сможешь заняться помощью таким вот малышам по всем доступным мирам.

— Да я бы еще с удовольствием проредила ряды апологетов вонючей свободы, — гневно посмотрела на хмурого профессора девушка. — Всех этих свободных личностей, способных отобрать у ребенка еду или изнасиловать женщину. Знали бы вы, как я их ненавижу! Да я само слово «свобода» ненавижу! Лютой ненавистью! И…

Она ненадолго умолкла, затем подняла глаза на Прасковью и прошептала:

— Если всех нас возьмете, то пойду, конечно… Арн ил Аарн!

Ее тут же окутала белесая дымка, которая вскоре рассеялась, и над переулком прозвучала едва слышная торжествующая птичья трель.

— Ну я же говорила, наша! — улыбнулась Целительница. — Предлагаю похоронить малыша в пространстве, как хоронят космонавтов — в короне звезды. Это всяко лучше, чем гнить в земле. Согласна?

— Да! — кивнула Кейтара.

Один из солдат забрал у нее тело Майко. Девушка некоторое время молчала, глотая слезы, затем прошелестела:

— Только надо наших забрать…

— А где их искать? — тут же спросила Прасковья.

Перед ними в воздухе возникла голографическая карта Кенорада. Девушка быстро нашла на ней местоположение ставшего за последние годы родным подвала и ткнула в него пальцем. Истарх, дварх зависшего над Саремом крейсера «Идущий Ночью» быстро просканировал его и открыл гиперпереход, ведущий в самую большую комнату подвала, где Ильза как раз закончила кормить малышей сваренным из принесенных Кейтарой продуктов супом, сама сглатывая голодную слюну.

— Не пугайтесь, это я! — объявила девушка, оказавшись в подвале.

— Похоронила? — повернулась к ней Ильза. — А ты с какой стороны вошла-то? Вроде там прохода нет…

— Через гиперпереход, — ответила Кейтара. — Собирайтесь, мы уходим отсюда. Орден Аарн пришел! Они нас всех берут!

— Но это же сказка… — растерянно пролепетала смеска.

Ее подруга действительно часто рассказывала малышам сказки о всемогущем ордене Аарн, который в прошлом всегда приходил на помощь несчастным и гонимым. Эти сказки с удовольствием слушали и старшие, удивляясь про себя фантазии Кейтары. А теперь она говорит, что Аарн пришли. Не сошли ли подруга из-за смерти Майто с ума?..

Однако случившееся следом сразу дало понять, что не сошла. Комната вдруг осветилась неярким, приятным глазу светом, и Ильза увидела черную туманную воронку в углу, из которой как раз выходила строгая женщина в знаменитой черно-серебристой форме ордена с Оком Бездны на левом плече. Значит, они и вправду вернулись⁈ Смеска потерла кулачками глаза, чтобы избавиться от наваждения, но ничего не изменилось.

— Здравствуй, — подошла к ней незнакомка. — Я Целительница. Здесь все?

— Нет, Ринко в соседней комнате дремлет, он простудился…

— Веди.

Смеска кивнула и повела аарн к постели больного друга. Тот уже проснулся и лупал глазами во все стороны, пытаясь понять, что здесь такое происходит. Аарн провела над ним каким-то прибором и нахмурилась.

— Срочно в ти-анх! — заявила она. — У парня гнойная пневмония, если не лечить, проживет еще два-три дня, максимум.

Затем повернулась к сопровождавшему ее легионеру, а солдаты в зеркальной броне однозначно были легендарными легионерами ордена, и негромко сказала:

— Как я и думала, и парень, и девушка наши, сумели сохранить свои души чистыми в этой грязи. Пойдете к нам, ребята?

Остаться здесь? Вот только не хватало, если выдалась возможность увидеть своими глазами, правдивы ли были сказки Кейсары. Ильза неуверенно кивнула, произнесла призыв и дождалась торжествующей птичьей трели, после чего объяснила недоумевающему Ринко, в чем дело. Он тоже медлить не стал.

Прошло каких-то полчаса, и подвал, в котором жило восемь беспризорников, опустел. Их ждала совсем другая, непохожая на прежнюю жизнь. И каждому из них еще предстояло сыграть в событиях грядущего свою роль. Важную роль.

Глава 1.2

Тишина нарушалась только звуком падающих в большую черную чашу капель белой, словно кипящей воды. Но он был почти неслышен и ничуть не мешал Кержаку Черному размышлять. Шаман в который раз анализировал случившееся во время войны с Юои Жерг и схватки со «сверхами», с каждым новым анализом все больше понимая, что они что-то упустили. Что-то очень важное. Но что именно? Это старый орк пытался понять уже который день, но никак не получалось. Что-то было не сделано, на что-то не обратили внимания, что-то пропустили, и это сыграет свою отрицательную роль, обязательно сыграет. Вопрос только: как и когда?

Если честно, Кержак не понимал, почему на орден валится то одно, то другое. Разве что для того, чтобы, как говорил Лар, не дать почивать на лаврах. Вполне возможно. К сожалению, есть такая тенденция. Даже сам опозорился, попался в ловушку «сверхов», перестал ходить в Сферы, хотя умом понимал, что нужно, вот только не хотелось. И старый орк почему-то поддался своему нежеланию, не сумел понять, что оно навязано извне. Теперь бы снова так не ошибиться. Так, а не сходить ли в Сферы снова? Может, его потому и наталкивают на эту мысль, что хотят что-то сообщить?

Решив не терять времени, Кержак вызвал Касру, которая уже не первый месяц занималась чем-то загадочным, не отвечая на вопросы наставника, и попросил проконтролировать его поход в Сферы. Мало ли, можно снова нарваться. Затем сел в удобное кресло и впал в транс. На сей раз подъем дался легко, ничего необычного в астрале и ментале он не обнаружил, да и выше тоже не было никаких признаков стороннего вмешательства. Врата встретили старого орка обычным белым сиянием, вот только внутри оказалось как-то пустовато. Похоже, стычка со «сверхами» и существам Творения дорого обошлась…

Послав запрос, есть ли что-то, что он должен знать или сделать, Кержак принялся дожидаться ответа. И получил его в виде нескольких странных образов, которые четко показывали веер реальностей, в некоторых из которых горели болью и горем язвы инферно. Пока еще небольшие, но они имели свойство разрастаться. Вот, значит, как? Следует пройтись по ближайшим вселенным текущего веера реальностей и навести там относительный порядок? Похоже на то. Шаман спросил об этом и получил подтверждение. Но на вопрос, что именно следует сделать, ему уже не ответили, сказав: «Вам решать».

По крайней мере, кое-что стало ясно, хотя вопросов осталось не меньше, а намного больше, чем до похода сюда. Еще немного помедитировав, Кержак получил окрашенную цветами эмоций, принятыми для эмообразов, карту галактики и понял, что сегодня больше ничего не узнает. Немного помедлив, старый орк покинул Сферы и начал спускаться. Минут через десять он открыл глаза в любимом кресле, встал, задумчиво почесал в затылке и прошелся по каюте туда-сюда. Пожалуй, надо посоветоваться. С кем? Как ни странно, с графом. Да еще с Семеном и Никитой. Плюс Касру стоит позвать, она после своего безумного вояжа по галактике сильно поумнела и повзрослела. А затем придется собирать общее совещание координаторов тайного ордена, чтобы обсудить возможность возникновения инферно в родной галактике.

Кержак вывел полученную в Сферах карту в виде голограммы и попросил помочь в ее анализе Лонарха, дварха крейсера «Ночной Путник», который в последнее время облюбовал, как свою базу. Затем отправил срочные вызовы Дарву ис Тормену, Никите Ненашеву, Семену Ревелю, Касре Ла Онег и Тине Варинх, попросив их как можно быстрее прибыть, поскольку вопрос важный и отлагательств не терпит.

Не прошло и десяти минут, как из воронки гиперперехода вышел граф, как всегда подтянутый и прекрасно одетый. Истинный аристократ. За ним появились Никита с Семеном, вместе. Последними были Тина с Касрой. Эльфийка недовольно покосилась на ис Тормена и раздраженно дернула щекой. Она его все-таки очень не любила, хоть умом и признавала, что старый враг изменился и стал полезен.

— Всем добрый день! — поприветствовал гостей Кержак, когда те расселись и заказали себе у биокомпа по стакану разных безалкогольных напитков. — Хочу спросить. Мне после того, как удалось справиться со «сверхами», не дает покоя мысль, что мы что-то важное упустили, не предусмотрели, но понять, что именно, я никак не могу.

— Не у тебя одного такие мысли, — кивнул Семен, Никита поддержал наставника и друга.

— И я об этом думала, — задумчиво произнесла Тина. — Но, в отличие от вас, я вспомнила, что мы упустили. Не знаю, все ли это, но вопрос важный, я собиралась поднять его на ближайшем совещании.

— Слушаем, — насторожился старый орк, остальные тоже требовательно уставились на командира «Бешеных Кошек».

— Кибер Кай и его выводы, озвученные Лартену в самом начале войны с Юои, — сообщила дварх-полковник.

— Напомни, пожалуйста, что за выводы.

— Король запросил его помощь в анализе событий в Парге, когда начали рушиться все его начинания. Тогда о «сверхах» еще никто не знал, поэтому кибер выдал три варианта. Первый — малодостоверный, что это работа СПД. Пока граф возглавлял эту организацию, она была на это способна. Сейчас — нет.

— Если бы Ренни захотел, он бы еще и не то утворил, — усмехнулся в ответ на ее слова ис Тормен. — Что дальше?

— Второй вариант еще менее достоверный, — продолжила рассказ Тина. — Диверсии членов распущенной Палаты Лордов. А вот третий заинтересовал и меня, и двархов, и оперативных статистиков.

— И? — подался вперед граф.

— Искусственный разум с логикой мышления, сходной с логикой самого Кая, — не стала томить собеседников ожиданием дварх-полковник. — Кибер признал, что все воздействия проведены так, как провел бы их он. Потом уточнил, что в общем киберпространстве детищ профессора ди Тойна до него доносились отголоски обсуждения некой Великой игры. Причем Каю после того, как он начал помогать королю Парга, ограничили доступ в это самое киберпространство. Мы тогда только начали обсуждение этого, но затем события завертелись с такой скоростью, что стало не до откровений Кая. А затем случились «сверхи», будь они неладны. И мы списали происходившее в Парге на них. Только недавно, включившись в биоцентр, я во время анализа поняла, что «сверхи» действовали все же иначе. Пусть немного, но иначе. В итоге в королевстве их действия наложились на действия неизвестного противника, которого предварительно можно охарактеризовать, как машинный разум. Причем, детища профессора ди Тойна тут не причем, это было установлено точно. Были отключены все созданные по его алгоритмам искины, киберы и компы, однако киберпространство никуда не делось, разве что подключиться к нему стало невозможно.

— Очень интересно… — протянул Кержак. — И алгоритм действий не похож на действия «сверхов»?

— Нет, — отрицательно покачала головой Тина. — Причем не похож в главном. «Сверхи» все усилия клали на уничтожение научных знаний, тогда как неизвестный противник — совсем наоборот. Неизвестно кем установлены крупные премии за открытия в области естественных наук при полном игнорировании гуманитарных. Кто их присуждает выяснить не удалось, однако несколько ученых их получили. Суммы довольно большие — по двести пятьдесят тысяч галактических кредитов. Так вот, этот неизвестный противник вполне может оказаться тем самым фактором, который мы не предусмотрели.

— Вряд ли, — отрицательно качнул головой старый орк. — Я о выводах Кая понятия не имел, однако уже третью декаду не нахожу себе места от беспокойства. Есть что-то еще.

— Согласна, — вмешалась Касра. — Иногда мне кажется, что я ощущаю слабые потоки внимания, направленные на меня и не только на меня. Однако понять, кто нами интересуется, не вышло. Попытками это выяснить я и была занята все это время, наставник. К сожалению, я провалилась.

— Поддержу госпожу Ла Онег, — заговорил граф. — Я тоже в последний месяц не раз ловил на себе чьи-то слабые потоки внимания, причем выяснил, что это были особого рода вероятностные плетения, но при попытке их обнаружить они тут же развеиваются. Только однажды мне удалось уловить совершенно детское любопытство, словно ребенок наблюдает за чем-то ему интересным.

— Вот! — оживилась эльфийка, несколько удивленно покосившись на него. — Вы точно сформулировали! Именно детское, с примесью безудержного веселья любопытство. Его я тоже уловила.

— Очень интересно! — обхватил пальцами подбородок Кержак, его взгляд выражал отвращение к жизни во всех ее проявлениях. — Если это то, о чем я думаю, то мы с вами, друзья, в таком дерьме, в каком еще никогда не бывали.

— Божественное дитя? — поинтересовался ис Тормен, сразу поняв, что имеет в виду орк.

— Хорошо, если божественное, там хоть какие-то границы есть, — тяжело вздохнул старый шаман. — Куда хуже, если демоническое… Тогда нам всем так «повеселиться» придется, что…

— Откуда бы оно здесь взялось? — растерянно спросила Касра.

— «Сверхи» вполне могли нагадить напоследок и открыть проход в какой-то из нижних планов, — предположил ис Тормен. — С них станется.

— Вполне могло быть, — скривился Кержак. — Но это только одна проблема. Сегодня я ходил в Сферы, Касра в курсе, она меня страховала, — эльфийка кивнула. — Там я получил кое-какую информацию, очень настораживающую информацию.

Орк некоторое время помолчал, затем заказал себе стакан Золота Дарна и залпом осушил его. Прошелся по каюте, остановился у голоэкрана, демонстрирующего космос снаружи. После чего вызвал еще один голоэкран, на котором потекли образы, увиденные в Сферах.

— То есть, от нас хотят, чтобы бы мы погасили источники инферно в соседних вселенных? — осторожно спросил Семен, разобравшись в том, что видит.

— Или изменили, — пожал плечами Кержак. — Насколько я понял, от нас хотят нейтрализации инферно, оставляя способ на наше усмотрение. Так что сегодня надо же будет связываться с «Белым Стерхом», выловить Бага Бенсона и потрясти его на предмет кораблей, способных пересекать границы реальностей. Он уже научился это делать, исследовав порталы Безумных Бардов и Российской империи. Да и последняя знаниями поделилась.

— Сегодня же начну комплектование экспедиций, — кивнул Никита. — Надо подобрать в них отчаянных сорвиголов, способных на нестандартные решения.

— Таких у нас хватает, — усмехнулся Семен.

— Но и это не все, — продолжил старый орк, создавая очередную голограмму, изображающую обитаемую галактику, только несколько странно раскрашенную. — Вот эту схему мне выдали напоследок. И она мне очень не нравится.

— Чем? — вскинула брови Тина.

— А ты присмотрись, — посоветовал Кержак.

Дварх-полковник всмотрелась в схему, задействовав все ресурсы встроенного биокомпа, и довольно быстро поняла, в чем дело.

— В нашей галактике тоже начали набирать силу источники инферно, — уверенно заявила она. — Особенно в периферийных мирах Тиума, Т’Он и Ринканга. В последнем снова подняли головы пиратские кланы и их покровители. Придется активизировать действия против них, и как можно быстрее. Происходящее в Телли Стелл мне тоже не нравится. Такое ощущение, что Директорат разучился хозяйствовать, огромные концерны начали разоряться один за другим, а это социальные взрывы. Странно, раньше директора всегда знали меру и давали людям жить…

— Не спеши судить, — поднял ладонь Семен. — Сначала надо разобраться как следует в том, что там происходит. А вот с Ринкангом и Тиумом медлить не стоит, особенно с Тиумом. Я и сам заметил, что там очень неладно, правительство просто плюнуло на колонии, предоставив им выживать самостоятельно. Мы помогаем, конечно, но этой помощи явно недостаточно — население вымирает от голода и эпидемий, хотя мы привозим достаточно продовольствия и медикаментов. В последнее время я разослал на самые неблагополучные планеты специальные миссии, в их составе социоматики и оперативные статистики, они должны разобраться, что там происходит. Пришлось взаимодействовать с новым правительством «демократического» Тиума, — слово «демократического» альфа-координатор произнес с такой издевкой, что остальные не сдержали смешок, их отношение к либеральной демократии было столь же отрицательным, как и у землянина. — Они напихали в состав миссий своих «ученых», апологетов свободы личности от общества. Такие идиоты! Но приходится сотрудничать. Выступаем, естественно, со стороны Кэ-Эль-Энах. Ссориться с княжеством «демократы» до смерти боятся и допускают миссии повсюду.

— Надо срочно усилить эти миссии в несколько раз, — потребовал Кержак, на что Семен только кивнул и занес отметку об этом в свой биокомп. — И отправить подобные гуманитарные миссии на все бедные планеты галактики. Возможно, мы сумеет сдержать нарастание инферно обычным милосердием.

— Было бы хорошо… — вздохнул Никита. — Но я очень сомневаюсь в том, что получится. Но миссии и экспедиции за пределы нашей реальности подготовим максимально быстро.

Еще некоторое время поговорив и обсудив предстоящее, альфа-координаторы и маги разбежались. Каждый взял на себя часть общего дела — терять времени не стоило, его, похоже, осталось не так много.

* * *

— Народ, шухер! — Хесир влетел в кают-компанию, где бесились друзья, устроив шуточную потасовку. — Полковник идет! Щас здесь будет!

Лерк, Т’Ред и Ирек поспешно вскочили на ноги и принялись спешно приводить себя в порядок. В последнее время они снова заскучали, на службе не выдавалось ничего интереснее обычного патрулирования. И ладно бы в Ринканге, там хоть пираты попадались, так нет же, на границе Кэ-Эль-Энах и Парга, где было тихо, как в могиле. Ну ничего не происходило, вообще ничего! Молодые пилоты не знали куда себя деть и чем вообще заняться.

— Ага, опять чего-то утворили, заразы неугомонные, — усмехнулся Василий Хоменко, переступив порог кают-компании, где четверо сорвиголов спешно наводили подобие порядка.

— Да мы что, мы ничего… — смутился Лерк, ковыряя носком ботинка пол.

— Вы всегда ничего, — хохотнул полковник, — а как какая шкода, так вас искать надобно, не ошибешься.

— А раньше так про вас с Сандером и Рамеком говорили… — невинно заметил Т’Ред, с непосредственным интересом разглядывая что-то на потолке.

Василий расхохотался. Вот же неугомонные! Но до чего же хороши, сволочи! Только из таких отчаянных сорвиголов толк и бывает. Истребители от Бога. Или, как говорят здесь, от Благих.

— Ну что, разгильдяи, садитесь, берите себе чего-нибудь попить, разговор будет долгий, — успокоился полковник. — У командования есть к вам интересное предложение. А то вы тут, вижу, совсем закисли.

— Да? — оживился Лерк, от нетерпения чуть не подпрыгнув. — А что за предложение⁈

— Войти в состав экспедиции, отправляющейся в дальний поиск. Причем, в другую вселенную!

— Ого! — разом выдохнули четверо друзей. — Согласны!

— Вот так сразу соглашаетесь, не зная броду? — заломил бровь Василий.

— А чего тут думать? — скривился Т’Ред. — Нам здесь скучно, а там, может, чего интересного будет. На чем пойдем?

— На новом типе дварх-крейсера, они вчера только пришли из Аарн Ларк, — ответил полковник. — А для вас непосредственно, как и для остальных пилотов авиакрыла экспедиции, новая модификация ламов имеется.

— Это какая же? — насторожился Хесир. — Мы не слышали о новых разработках…

— Только несколько дней назад биотехнологии закончили выращивать первые три сотни машин, — пояснил Василий. — Сегодня были завершены летные испытания. А794АИМ6, автономность почти вдвое больше, чем у ваших любимых семьсот восемьдесят девятых, до трех с половиной тысяч светолет. Преобразователи вакуума обеспечивают энергетическую независимость. Из-за этого истребители слегка тяжеловаты, зато защитные поля нулевого класса. Предусмотрено дополнительное место для стрелка или пассажира. Так что баш на баш выходит. Очень неплохие машинки получились, я сегодня с утра, как их доставили после испытаний, полетал немного. Понравилось!

— Давайте спецификации! — оживились пилоты.

Ознакомившись с присланным файлом, они протяжно засвистели от восторга. Прав полковник, машинки получились изумительные! Не без недостатков, конечно, но что уж тут поделаешь.

— Также экспедиции передаются четыре новейших корвета разведки, — продолжил Василий, с улыбкой глядя на энтузиазм подопечных. — Пилотировать, если что, их тоже вам, разгильдяям, считайте себя штатными разведчиками. В самое пекло лезть предстоит именно вам, поскольку доверяю я вам, черти.

— Кого еще из наших берут?

— А вы кого посоветуете?

— Пожалуй, команды Хорна, Дивета и Касема, — переглянулись друзья, — мы с ними хорошо сработатались, да и летают они не хуже нас.

— Наши оценки совпадают, — усмехнулся полковник. — Именно им я и собираюсь предложить участие в экспедиции после вас. Помимо того будут четыре команды орденских пилотов с флагмана Кир-Ванега, вы этих ребят уже знаете, лор-майор Тарилаг со своими сорвиголовами. Но командование авиакрылом на тебе, Лерк.

— Есть! — вскочил тот.

— Справишься?

— Так точно!

— Очень хорошо, — кивнул Василий. — Командует экспедиционным флотом гросс-адмирал Мерхалак, его заместитель — дварх-адмирал Эрху Тхуу, арахн. Состав флота — дварх-крейсер, четыре мета-корабля, шесть эсминцев и восемнадцать фрегатов. Экипажи небольшие. На случай вступления в бой имеется особое оружие и генераторы пробоя, позволяющие быстро покинуть текущую реальность и уйти в свою.

— А какова цель экспедиции? — поинтересовался Ирек.

— Обнаружить и ликвидировать очаги инферно, — ответил полковник. — Нас попросили из Сфер Творения.

— Очаги инферно? — переспросил Лерк. — А что это такое?

— Очаги жестокости, где разумных существ миллионами убивают и мучают, отчего в мир выплескивается энергия их боли и смерти. Например, представьте, что на какой-то планете идет война всех против всех, и какие-то подонки безжалостно убивают женщин, детей, стариков. Вам придется останавливать такое и наказывать виновных. Особенно националистов любого толка, считающих свой народ лучше других, а потому уверенных в своем праве безнаказанно этих самых других убивать.

— Ясно… — протянул молодой пилот. — Задачка та еще…

— Нелегкая, — подтвердил Василий. — Но это же не повод сдаваться?

— Не повод! — заверили друзья.

— Идемте получать машины, потом на них отправитесь в Телгум, это ненаселенная система на границе со Сторном, там собираются все четыре экспедиции в другие вселенные, — встал полковник. — Координаты и допуски я передал на ваши биокомпы. И…

Он ненадолго умолк, оглядел каждого из пилотов и добавил:

— Соблюдайте осторожность, черти! Ну хоть немного. А то я вас знаю…

— Если будет возможность, — вскочил Лерк.

— Ладно, идем, — Василий взмахнул рукой, и перед ним открылась воронка гиперперехода.

Войдя в нее, они оказались в одном из ангаров «Равана II», где полковник повел их в дальний угол, там стояли довольно странно выглядящие лам-истребители — из посадочная форма стояла не на трех, а на шести лапах, да и больше они были, чем обычные живые машины, причем, раза в полтора.

Быстро просмотрев спецификации А794АИМ6, Лерк восхищенно присвистнул. Да уж, биоинженеры поработали на ура, много вкусных плюшек в новую модификацию насовали. Теперь эту машинку просто не одолеть, нулевой генератор защитного поля — это та еще штука, поди пробей. А оружие? Вот как можно было втиснуть в лам столько гиперторпед и такого класса гиперорудие? Хотя да, накопителей нет, в итоге места освободилось до хвоста Проклятого, энергия от преобразователя вакуума поступает. А есть еще и резервная система, позволяющая в крайнем случае дотянуться до пространства-бета, где из этой самой энергии вообще все состоит. Гравидеструкторы тройной можности. Фарсенские модификаторы времени и гиперизлучатели. Просто обалдеть, а не машина! На такой летать — одно удовольствие!

— Принимайте истребители, надо их облетать, — велел Василий.

Друзья радостно выбрали себе ламы, передали на них коды доступа, затем были втянуты внутрь, предварительно раздевшись догола — живые машины все так же не терпели на пилоте никакой одежды, растворяя ее в случае наличия. Система управления оказалась немного совершеннее, чем привычная по семьмот восемьдесят девятой модели, слияние было полнее, в итоге летали ламы лучше и чувствовались, как собственные пальцы.

Едва вылетев из ангара, Лерк принялся крутить самые дикие фигуры высшего пилотажа, тихо дурея от восторга. Вот так летать ему нравилось! Друзья не отставали от лидера. Налетавшись, они закрутили так называемую безумную карусель, которую никто, кроме прирожденных пилотов, не был способен закрутить. Вскоре к ним на таком же ламе присоединился полковник, а после него четверки Хорна, Дивета и Касема. Тогда-то пилоты и разошлись, чуть ли вся система с восторгом наблюдала за тем, что они вытворяли. Разве что диспетчеры, которым развлечения пилотов-истребителей мешали проводить транспортные и торговые корабли, ругались.

Прошел еще час, и шестнадцать прирожденных пилотов, проверив загрузку своих машин боеприпасами, стартовали в систему Телгум, где их дожидался вместе с кораблями экспедиции гросс-адмирал Мерхалак. Лететь предстояло почти сутки, но это их совершенно не смущало. И по неделе доводилось проводить внутри живых машин. Не привыкать. И пусть будет, что будет! Впереди ждало нечто неизведанное, и это пилотам страшно нравилось.

Глава 1.3

Оглянувшись, не видит ли его кто-нибудь, Джавад на цыпочках прокрался к выходу из тронного зала. Мама с папой, слава Благим, его исчезновения не заметили, и это было просто здорово! Может, удастся смыться, наконец. Страшно хотелось пройтись по городу, как обычные мальчишки ходят, поесть мороженого, купленного у уличного торговца, да и мальчишками какими-то познакомиться. А может и подраться — его высочество всегда был не дурак слегка помахать кулаками. Да и габаритами обладал внушительными, в свои девять лет выглядел на четырнадцать, а то и на все пятнадцать. В дедушку пошел, а не в папу. Дерек Фери отличался изрядным ростом, в отличие от своего второго сына, Териса. И все бы хорошо, если бы не злые языки, обвинявшие маму в адюльтере с братом мужа, великим князем Раваном, который вообще был гигантом.

Ох, скорее бы прилетали кузены Тисан и Гаран из Парга и Кэ-Эль-Энах соответственно. Именно вместе с ними принцу предстояло вскоре отправиться на три года в Аарн Ларк, пройти новые степени обучения, включая полноценное пробуждение эмпатии через детское Посвящение, как все урожденные аарн. И он буквально изнывал от нетерпения — в родительском дворце было невыносимо, невероятно, ужасно скучно, даже пошалить не получалось — за наследником перстола внимательно наблюдали два молодых дварха, Кестиарх и Лодарх, а если что не так, к ним и сам Итарх присоединялся, а этого ушлого гада на мякине не проведешь. Та еще сволочь!

Однако сейчас Джавад был полностью в себе уверен, после долгих размышлений он все же нашел способ обвести двархов вокруг пальца! Они все сейчас уверены, что их подопечный продолжает скучать в тронном зале, слушая, как мама с папой разбираются с очередными просителями и обсуждают хозяйственные дела империи. На детском стульчике сидит особого рода плотная голограмма, выдающая при сканировании параметры тела его высочества. Родители слишком заняты, они обратят внимание на то, что сын слишком молчалив, далеко не сразу. Потом, конечно, переполох поднимется, но это потом. Найдут и накажут, конечно. И пусть! Очень уж этот проклятый дворец Джаваду надоел. Хоть немного развеяться!

Младшие брат с сестрой были слишком малы, с ними неинтересно, а детей придворных к принцу почему-то не особо подпускали, и он скучал в одиночестве — не доверяла Дина их родителям. Тесаи, конечно, при дворе давно не было, но мало ли, лучше перестраховаться — гибель своих первых детей императрица не забыла и не простила. Доверяла она только мужу и аарн, да еще нескольким не раз проверенным людям. Все остальные могли хоть как извернуться, но доверять им хоть немного начинали, как минимум, через несколько лет, да и то с большой оглядкой.

Добравшись до нужного места, Джавад быстро изменил свое лицо, убрав излишнюю красоту и утонченность, доставшиеся от бабушки Лиэнни. Он стал простовато выглядящим пареньком с фермерским загаром, каких в столичный мир, носящий, как и вся страна, название Сторн, а тем более в столичный город, Даргиан, прилетало множество. В надежде пристроиться и изменить свою жизнь к лучшему. Вот только живого комбинезона не мог иметь ни один из них, слишком дорого стоило такое удовольствие. Пришлось приказывать одежке изменить внешний вид, чтобы выглядела обычным потрепанным комбинезончиком с лямками и большой квадратной пуговицей на спине, такие носила сейчас половина мальчишек и девчонок Даргиана. Почему они стали настолько модными? А кто его знает! Пути моды неисповедимы.

Стенная панель отъехала в сторону, и Джавад нырнул в потайной ход. Об этих ходах он узнал из откровений матери, когда она рассказывала, как бежала из дворца вместе с отцом после убийства эспедешниками дедушки и тети. А потом императрица об этих ходах просто забыла, все равно доступа туда больше никто не имел, да и пронизывали они только сам дворец, наружу не выводили. Вот принц этим и воспользовался, выбираясь из дворца, когда ему становилось совсем уж невтерпеж. Ведь Джавад, в отличие от матери, все же нашел узкий проход, ведущий за пределы дворца и молчал об этом, как партизан на допросе. Пользовался нечастно, но все же пользовался, и старался возвращаться до того, как СБ окончательно сойдет с ума и начнет перерывать все, до чего дотянется, в поисках пропавшего принца.

К сожалению, ход был подземным и очень древним, порой на голову падали с потолка куски штукатурки, мокрицы и пауки, но тут уж ничего не поделаешь. Минут через десять Джавад выбрался наружу в подвале одного из доходных домов кварталах в пяти от дворца. Подвалы в таких домах использовали все жильцы, поэтому их никогда не запирали, а бытовое воровство в Даргиане давно изжили. Повезло, что сказать. Хотя для принца со всеми имеющимися у него орденскими инструментами ни механический, ни электронный замок проблемы бы не составили.

Посвистывая, крайне довольный собой Джавад двинулся по улице, жуя купленный в пирожковом ларьке кренделек с кремом. Во дворце готовили вкусно, но больно уж вычурно, хотелось порой еды попроще. Любил принц уличные сладости и выпечку, хоть они были и не слишком полезны для здоровья. Ничего страшного, заляжет в ти-анх, если вдруг отравится.

Увидев вывеску сетевого кафе, в котором продавали по особому сделанные разноцветные пончики с сахарной пудрой, малолетний сладкоежка, заранее облизываясь, направился туда. Однако не дошел, увидев в переулке мальчишескую потасовку — пять довольно крупных ребят от всей души метелили шестого, невысокого, но крепкого шкета. Тот уже вытирал текущую из носа кровь, однако упорно отбивался от наседающих противников.

— Это же нечестно! — возмутился Джавад. — Пятеро на одного⁈

Он резко ускорился и влетел в кучу-малу, принявшись раскидывать хулиганов одного за другим. И не подумал, что обученному лучшими бойцами ордена и СБ мальчишке эти пятеро совсем не противники, и связываться с ними еще более нечестно. Не прошло и пяти минут, как побитые мальчишки сделали ноги, поняв, что им попался противник не по зубам. Отхватили они знатно, почти все лишились передних зубов и щеголяли великолепными фонарями. Потом рассказывали приятелям, что напоролись на какого-то супербойца. А увидев потом по инфору какую-то передачу из дворца, стали дружно утверждать, что их побил лично принц, за что были посчитаны фантазерами и подвергнуты обструкции. Никто им, понятно, не поверил.

— Ну ты как, живой? — озабоченно поинтересовался Джавад, потом представился, не сказав, естественно, кто он такой.

— Да чего мне сделается? — пробурчал побитый парнишка, снова вытирая кровь, текущую из носа. — Я Мирек. Это, того, спасибо тебе, выручил. Ну и здоров же ты махаться! Никогда такого не видал. У отставного космодесантника, небось, обучался?

— Ага, — подтвердит принц, не став уточнять, что космодесантники, его учившие, были вовсе не отставными. — Надо бы тебе нос промыть.

— Да само пройдет! — отмахнулся Мирек. — Не в первый раз.

— Чего они к тебе пристали-то? — поинтересовался Джавад.

— Да самые крутые они, вишь ли! Строят из себя неведомо чего, а все потому, что у Тамека брат старшой в тяжелой космопехоте служит. Вот он и решил, что ему все подчиняться должны. А я не хочу! Я сам, может, в космодесант пойду служить, как вырасту! А ты кем хочешь стать?

Принц почти незаметно вздохнул — кем бы там он ни хотел стать, а придется, хочешь не хочешь, становиться императором, будь оно все неладно. Есть такое слово — надо, никуда от него не денешься. И он нехотя пробурчал:

— Летать бы на легких кораблях, да только не уверен, что выйдет. Батя хочет, чтобы я его со временем заменил, а чего я хочу, ему неважно…

— Сочувствую, — поежился Мирек. — Мне проще, у меня только мамка, батя погиб два года назад, во время пиратского набега, он на торговом корабле помощником шкипера ходил. Щас на пенсию его живем, хорошо хоть ее не зажали. Да мамка еще официанткой в баре подрабатывает, ей не токо меня, а еще двух сеструх малых поднимать. Я тож подрабатываю, кабины флаеров и наземных вездеходов мою и чищу в гараже у толстого Бремака. Всякие дурни есть, многие не хотят, чтоб им киберы в машины лезли, требуют, чтоб человек, и платят за это немало. А мне приработок как раз. Небольшой, зато есть, на мороженое или кино хватает. Плюс механики учат разбираться в движках разных. Может, тоже механиком стану, не знаю еще.

— А я только учусь, — поморщился Джавад. — Гоняют, правда, нещадно, утром в семь как поднимут, так до самого вечера и не слазят с моей несчастной шеи, от одного наставника к другому передают. Хуже всего, когда батя с мамкой в дела свои посвящают, сижу, слушаю, а оно та-а-ак скучно-о-о…

— Понимаю, — покивал маленький горожанин. — Мне тоже, когда мамка начинает про своих клиентов баять, скучно. Интересно, сколько времени?

— Четырнадцать пятнадцать, — справился у своего биокомпа принц. — А что?

— Да можно в кино смотаться, вчера в «Кейдаре» новый голофильм начали крутить, про наших космодесантников, отбивавших атаку на Даспаре, а потом вместе с орденскими «Коршунами Ада» в разведку пошедщими. Почти все полегли, но нужное вызнали, а наши потом так по эспедешникам врезали, что токо пух и перья в стороны полетели!

— А пошли! — загорелся Джавад, деньги у него имелись, в браслет на руке орденскими спецами был вмонтирован банковский чип на предъявителя, завязанный на один из анонимных счетов имперской канцелярии, по нему никто не отследит плательщика.

Мальчишки пожали друг другу руки, синхронно улыбнулись и собрались бежать к голотеатру. Никто в мироздании еще не знал, что в этот момент зародилась большая дружба, которой суждено было пройти нерушимой через множество испытаний и сотни лет.

Однако не успели новые друзья сорваться с места, как в подворотню решительным шагом вошла невысокая, симпатичная девочка в таком же, как на них, комбинезончике с квадратной пуговицей на спине, совсем не девчачьего черного цвета. Несколько великоватый нос сглаживали большие зеленые, ведьминские глаза. Волосы были заплетены в две торчащие по сторонам косички. Явная пацанка по виду. Незнакомка решительно направилась к мальчишкам и встала перед ними с возмущенным видом, уперев руки в бока.

— Опять подрались⁈ — грозным тоном пропищала она. — Сколько можно⁈

Джавад с трудом сдержал смех — уж больно не вязались тон и тембр голоса. Но все же сдержал, помня, что девчонки порой обижаются на самые невинные вещи, и прощения потом не допросишься. Ну его! Ему и обид Тагари, младшей сестры Тисана с головой хватит!

— Ну, подрался… — надулся Мирек. — А чего они лезут⁈ Чего этому Тамеку придурошному от меня надо⁈

— Да сказал бы раз с восторгом, что брат его крутой, он бы и отвял, но ты ж у нас гордый! — фыркнула девчонка, затем повернулась к Джаваду. — А ты кто такой? Вижу, помог этому дурню отбиться, обычно его сильнее колотят, а тут всего два синяка на морде…

Принц назвал свое имя, в ответ узнал, что новую знакомую зовут Санивой, она дочка горничной из нижнего дворца и старшего повара оттуда же. Учится, как и Мирек, в четвертом классе восемнадцатой муниципальной школы, она вон там, за тем высоким шпилем, но сейчас каникулы, делать совершенно нечего, вот и приходится по городу шляться. Не сидеть же дома за инфором? Компьютерные игры, конечно, штука интересная, но ну их, от них мозги плесневеют. Санива трещала с такой скоростью, что у Джавада глаза к переносице съехались. Позже, значительно позже он узнал, что это было от смущения, на самом деле ей такое поведение несвойственно, просто он девочке очень понравился, вот она и пыталась скрыть свое состояние.

— А мы в кино собрались, — Мирек дождался, пока Санива на мгновение умолкнет. — «Даспарский рубеж», днем билеты недорогие. Айда с нами!

— В кино? — ненадолго задумалась девочка. — Но только если добавите пару старов, у меня не хватает.

— Без проблем, — заверили мальчишки.

— Только сначала я отведу тебя к себе домой и замажу твои синяки, — строго сказала девочка. — Не идти же в кинотеатр в таком непотребном виде?

— Ну, пошли… — без всякого энтузиазма согласился Мирек, зная, что протестовать, если Санива что-то вбила себе в голову, совершенно бесполезно.

Они прошли несколько кварталов и свернули в переулок, вошли в один из старых домов еще даргонской постройки и поднялись по потертой лестнице на шестой этаж. Там девочка открыла электронным ключом пластижелезную дверь и впустила спутников в небольшую, но довольно уютную квартиру. Им навстречу выглянула из кухни приятная, слегка полноватая женщина лет сорока на вид.

— О, кавалеров привела? — улыбнулась она.

— Мама, какие кавалеры⁈ — возмутилась Санива. — Синяки Миреку надо замазать. Можно я тональный крем возьму?

— Бери, конечно.

— Мы потом в кино, я вернусь часам к пяти, ладно?

— Хорошо, — опять улыбнулась женщина и скрылась в дверях кухни. — Дверь, уходя, не забудь запереть!

— Ну что за⁈ — возмутилась девочка. — Один раз всего забыла запереть, маленькая еще совсем была, так она это теперь каждый раз поминает! Ладно. Мирек, садись вот на эту табуретку и не шевелись, пока я не скажу, что можно. Все понял?

— Ага, — шмыгнул носом тот.

Санива кивнула, взяла со столика тюбик с кремом и принялась остородно замазывать синяки Мирека. Тот мужественно терпел, разве что иногда шипел что-то сквозь зубы. Джавад даже удивился — это ему, как аарн, такие повреждения не страшны, мгновенно заживут, а у ребят это совсем не так. Больно же, наверное! Но терпит, молодец.

Минут через десять девочка закончила, и новоявленные друзья покинули квартиру ее родителей. До кинотеатра было недалеко, и еще через полчаса они уже сидели в зале перед большим экраном. Джавад, невзирая на сопротивление Мирека с Санивой, купил всем по пакету захаренных орешков и бутылке сока энгамы, местной, довольно вкусной ягоды. Сказал, что сейчас у него есть деньги, потом кто-то другой угостит, и ребята, немного подумав, согласились с этим утверждением.

Фильм был, если честно сказать, очень так себе. Спецэффекты красивые, но и только. Космические сражения на экране вызывали нервное хихиканье у Джавада, неплохо знакомого с реальной тактикой эскадренных сражений. Такой откровенной чуши и лапши на уши он себе и представить не мог. Неужто трудно было флотского консультанта пригласить? Он бы хоть совсем уж явные ляпы устранил. Странные люди. Теперь он понял презрение офицеров к киношникам. А то удивлялся, с чего адмирал Хокайн так ругается, когда при нем инфофильмы упоминают. Поругаешься тут, когда такую чушь увидишь. А ведь насмотревшиеся ее обыватели потом в военные училища поступают и свои «умные» мысли о тактике и стратегии офицерам-наставникам высказывают…

Когда фильм закончился, Джавад понял, что пора возвращаться во дворец. Он очень надеялся, что все обошлось и его отсутствие не заметили. Однако не обошлось, и на выходе троицу друзей поджидал лично полковник Джанар Харт, которого на самом деле звали Виктором Томашевым, легионер-аарн и начальник дворцовой охраны. Его сопровождали двенадцать гвардейцев, из которых половина являлась «Снежными Барсами».

— Ну и как это понимать, молодой человек? — хмуро поинтересовался полковник, пристально глядя на принца.

— А что тут непонятного? — пожал плечами Джавад. — Скучно мне, вот и сбежал! С ребятами вот познакомился! А то совсем уже достали, сиди в одиночестве, учись только! Ни одного друга рядом нет! Сил уже никаких нет это терпеть!

— Я тебя прекрасно понимаю, — усмехнулся Джанар Харт. — Но ты забываешь об особенностях твоей матери. У нее сейчас истерика. Она велела поднимать войска и флоты по тревоге, решив, что ее сына похитили. Ты не представляешь, какими словами тебя сейчас поминают офицеры и простые десантники…

— Ой-йо… — взлохматил волосы пятерней принц, мама в истерике, это очень серьезно, помнил он такое, пока успокоили, она такого натворила, что ужас просто.

— Вот тебе и «ой-йо»! — укоризненно покачал головой полковник. — Ты забыл, что тебе через полторы декады в другую галактику лететь, парень? И да, ты учти, что твои приятели сюда не прибудут, на Новом Ирлорге встретитесь.

Мирек с Санивой смотрели, как строгий военный песочит их нового друга, но помалкивали, начиная понимать, что волей случая познакомились с сыном кого-то весьма высокопоставленного. Кто еще способен поднять по тревоге флот и гвардию? Девочка вообще узнала начальника дворцовой охраны, видела его пару раз, когда приходила к папе на работу. Поварам и горничным разрешали приводить своих детей в нижний дворец, главное, чтобы те в верхний не совались. Кто же этот Джавад? Имя как у наследного принца, но лицо совсем другое.

— А ну покажи кулаки, — Джанар Харт остановил взгляд на замазанных кремом синяках Мирека.

Принц тяжело вздохнул, но не прекословя показал сбитые кулаки.

— Так я и думал, — покивал полковник. — Это ты его?

— Нет! — вскинулся от такой несправедливости Мирек, сообразив, что нового друга обвиняют в его избиении. — Он меня выручил, меня пятеро били!

— Тогда ладно, — кивнул Джанар Харт. — Выручил, говоришь? Надо же, новый Алексашка Меньшиков, ни много, ни мало.

Никто, кроме русских легионеров не понял, что он имел в виду, а легионеры как-то задумчиво хохотнули. В общем-то, начальник стражи был не так уж неправ, судьба будущего графа Нагайра в чем-то походила на судьбу светлейшего князя Меньшикова, за исключением того, что граф не отличался такой вороватостью, как князь, и император об его спину трость не обламывал.

— Возьмешь друзей с собой на Новый Ирлорг? — поинтересовался полковник. — Твои приятели тоже со свитами прилетят.

— А можно? — обрадовался Джавад, затем повернулся к Миреку и Саниве. — Ребят, полетели со мной в другую галактику!

— Что, правда? — не поверил горожанин. — Вот бы здорово! Токо ж мамка не отпустит…

— Если ее от моего имени попросят, то отпустит! — заверил принц, затем тяжело вздохнул и вернул себе привычное лицо, что заняло несколько секунд. — Я принц Джавад, наследник престола.

— Ы-ы-ы… — отшатнулся он него потрясенный Мирек, такого он не ждал и видел только в фантастических фильмах.

А вот Санива незаметно кивнула своим мыслям. Вот теперь все ясно и логично! Она сразу заподозрила, что с этим мальчишкой что-то не так, неправильно. Слишком много он знает и умеет. Однако, несмотря на то, что принц, все равно обычный мальчишка — такой же разгильдяй, как и все они. Их вдвоем с Миреком без надзора оставь, так такого натворят, что потом вовек не разобраться. Надо бы за ними присмотреть. Да и шанс выпал редкий, когда такие выпадают, надо хвататься за них руками и ногами, пока не ускользнули. Маме она все объяснит, а с папой та сама разберется. Тем более, что просьбам, идущим с таких верхов, отказывать не принято. Отпустят родители, никуда не денутся. Быть в свите наследника престола — большая честь. Но это было, если честно, далеко не главным. Главным все же являлось желание присмотреть за безалаберными и бесшабашными мальчишками. Слишком уж Санива им не доверяла. А тут на чужой планете вдвоем окажутся! Да и они там все вверх дном перевернут!

— Ладно, прощайся с друзьями и пошли, — велел полковник.

— Мне только надо им связь со мной обеспечить, — попросил Джавад.

— Не проблема.

Начальник охраны что-то бросил одному из легионеров, тот подошел, достал из поясной сумки два тонких браслета и протянул ошарашенным детям, сообщив, что этого особого рода голары, их надо надевать на руку, а они сами генетически привяжутся к носителям и никто больше не сможет их использовать. Доступ во все сети обитаемой галактики оплачен на двести лет, как и услуги основных компаний связи — можно болтать, как по обычному инфору, хоть с Лавиэном, хоть с Трирроуном или Паргом, и не думать о стоимости разговора.

Санива представила, сколько может стоить таков вот скромно выглядящий браслетик, и у нее перехватило дыхание. Такого она самостоятельно себе уж точно никогда не купит. Мирек о таком не думал, он обрадовался крутости устройства, тем более, что его и отобрать не смогут. А если и отберут, то уже через четверть часа грабителя скрутит полиция, получившая через гиперсвязь сообщение, что голар не у хозяина.

Вскоре Джавада увели в закрутившуюся немного в стороне от выхода из кинотеатра черную воронку прямого гиперперехода, что окончательно подтвердило его слова.

— Вот никогда бы не подумал, что он принц… — растерянно повернулся к Саниве Мирек. — Простой совсем! Увидал, что меня пятеро бьют, защищать кинулся…

— Да, странно… — рассеянно ответила та, думая о своем. — Полетишь с ним?

— А то! — оживился мальчишка. — В другую галактику⁈ Да это ж… Это ж! Я-то и в другом городе ни разу не бывал, откуда у мамки деньги на поездки, а тут… Такое упустить, последним дурнем надо быть!

— Это да, — согласилась девочка. — Только вот…

— Что?

— Странно все это. Сам подумай, такое только в сказках бывает, чтобы добрый принц кого-то защитил, а потом еще и с собой простых людей позвал…

— Да, странно… — почесал в затылке Мирек. — Может, это судьба просто? У меня мамка все говорят, что коли судьба тебе, то все будет, а нет, так тебя Благие не любят, и жить тебе плохо и недолго.

— Может, и судьба… — задумчиво закусив губу, протянула Санива. — Может, и судьба…

Глава 1.4

Как оказалось, аарн без всяких Поисков, тихо и незаметно набрали больше трех тысяч человек на разных планетах Тиума, и ради их Посвящения на «Идущий Ночью» прибыл великий маг Михаил Борохов, сурового вида моложавый мужчина с длинными, вислыми усами и холодными серыми глазами. Кейтаре он сразу внушил почтение, а вот Ильза втрескалась в мага с первого взгляда. Как увидела, так и замерла на месте с широко распахнутыми глазами. Как ни странно, Михаил после Посвящения ответил ей взаимностью и оказался вовсе не страшным, а веселым и добрым.

Впрочем, таким он был только для своих, аарн. Чужие боялись его как бы не больше Кержака Черного — жалости к тем, кто не соответствовал его критериям хорошего человека, великий маг не ведал. Только Дарв ис Тормен вызывал больший ужас. Михаил не раз наведывался в пиратские гнезда без корабля и уничтожал джентльменов удачи с такой жестокостью, что жутковатые легенды об этом разлетались по всей галактике. Причем делал так, чтобы виновные знали о том, что их вскоре постигнет. Какой ужас накатывался на любую пиратскую базу, когда становилось известно, что туда вскоре наведается Михаил Борохов! Словами описать это было бы трудно. Пираты разбегались с обреченной базы, кто как мог. Вот только уйти не удавалось никому, маг настигал беглецов повсюду. Если они были замешаны в чем-то непотребном, конечно, например, в геноциде, групповом изнасиловании или убийстве детей.

Для самой Кейтары Посвящение оказалось чем-то невозможным и невероятным, перед ней открылось столько всего нового, что девушка довольно долго не могла прийти в себя. День после Посвящения вспоминался с улыбкой, все прежние предрассудки перестали иметь значение. Осознание, что никто ее не осудит за то, что она за день отдалась по очереди шести мужчинам, грело душу. Здесь, в ордене, никто не желал Кейтаре зла, совсем наоборот, и ощущать это было настолько приятно, что нужных эмообразов для описания уроженка Тиума не находила. Выживших детей из их компании сразу по прибытию на дварх-крейсер забрали Воспитатели, в итоге бывших беспризорников нынче бегало по «Идущему Ночью» больше шести сотен. Их собирали со всех обнищавших планет Тиума. Естественно, только самых маленьких, те, кто постарше, уже тщательно проверялись и сканировались, поскольку зверья среди них, к сожалению, хватало.

Ильза улетела с Михаилом, а Кейтара осталась размышлять, что ей делать дальше. И приняла решение. После того, как девушка объяснила, что не хочет лететь в Аарн Ларк, что ее единственное желание — помогать несчастным детям, таким же, как покойный Майко, Лианза, Целительница Душ обняла ее. А потом рассказала, что недавно принято решение начать серьезную работу со всеми колониальными и поселенческими планетами Тиума, поскольку демократическому правительству оного не до них, оно воспевает псевдосвободу, будь она трижды проклята.

Кейтара не раз говорила с профессором Кайро, который продолжал талдычить одно — нет ничего выше и правильнее свободного выбора разумного, пусть даже он творит зло. Это простимо, поскольку свободная личность сделала свой выбор и наказывать ее за это недопустимо. И хоть ты кол ему на лбу теши! А смерть Майко и других беззащитных ученый называл допустимыми издержками. Мол, когда-нибудь истинная свобода сделает людей высокоморальными, после чего они сами станут добрыми. А пока это происходит, нужно просто потерпеть. Девушка, услышав такую, по ее мнению, ересь, не выдержала и дала старику пощечину, невзирая на возраст и седины, слушать подобную мерзость она больше не могла.

— Я понимаю твои чувства… — горько сказал профессор, держась за щеку. — Но попробуй хоть немного подумать! И ты поймешь мою правоту…

— Потакая творящим зло, мы сами становимся подобными им, — ответила ему Кейтара словами кого-то из древних мудрецов, она не помнила кого именно. — Это по вине таких, как вы, дядя Орис, и существует все зло мира! Потому что вы позволяете ему существовать!

Старый ученый был эмиссаром тиумского правительства при одной из гуманитарных миссий Кэ-Эль-Энах, а на самом деле — Аарн. О последнем он знал и ничуть этому не удивлялся. Впрочем, княжество и орден давно уже не разделяли, они с каждым годом все больше сливались воедино, становясь чем-то совершенно непредставимым ранее.

— Вы слишком высокого мнения о своей умозрительной концепции «свободы личности», забывая о том, что жить в обществе и быть свободным от него невозможно, — заставила себя немного успокоиться девушка. — Простите за пощечину, не сдержалась. Но поймите же вы, что основу сознания разумного существа формирует прежде всего система запретов! У него должны быть ограничения! Оно должно понимать, что можно, а чего нельзя делать! А когда царит ваша так называемая полная свобода во всем, то на самом деле воцаряется закон силы. И вы это не раз наблюдали, однако почему-то намеренно закрываете на это глаза. Почему?

— Хочется надеяться на лучшее… — опустил глаза профессор. — Мы верим, что лучшее в людях возобладает без помощи аппарата насилия…

— И из-за его отсутствия страдают ни в чем не повинные дети, женщины и старики, — горько сказала Кейтара. — Интересно, почему от реализации ваших «высокомудрых» идей страдают именно самые беззащитные? У вас есть ответ?

— Нет, — вынужден был признать старик. — Разве что предположение. За их счет сильным проще добиваться своих целей. Да, это горько и больно, но правильно. И со временем…

— Со временем мир, где такое в порядке вещей, превратится в адскую клоаку! — прервала его девушка. — Ладно, я вижу, что говорить с вами бесполезно. Я лучше пойду спасать беззащитных и наказывать ваших поганых «сильных». И клянусь, что каждая «свободная» тварь, до которой я дотянусь, пожалеет, что родилась на свет!

Кейтара развернулась на каблуках и буквально вылетела из обзорного отсека крейсера, в котором они вели разговор. Профессор проводил ее каким-то горьким, беззащитным даже взглядом обиженного ребенка и прошептал:

— Бедная девочка… Слишком много на ее долю выпало… Не понимает, никто не понимает, что свобода превыше всего… Слишком лично воспринимает, а так нельзя… Нельзя наказывать свободных! Пусть они творят зло, пусть! Потом оно само собой превратится в добро…

Его не слышал никто, кроме Истарха, тот слышал все, что происходило на крейсере. Дварх укоризненно пробурчал про себя: «Наивный старый дурак…» и направил на слежку за гостем еще несколько крохотных невидимых дроидов, не то еще влезет куда-то не туда из-за излишнего рвения. Нет, ну надо же! Свобода ему! От всех и всяческих обязательств перед кем бы то ни было. Неужели непонятно, что такого не бывает? Что это попросту невозможно? Сколько же разумных погубили вот такие «умники», пытающиеся воплотить в жизнь свои идиотские, нежизнеспособные идеи! Надо будет поднять этот вопрос на Совете. Ведь во власть апологетов абсолютной «свободы» попала целая страна, и что они с ней сотворят, одному Творцу ведомо. Честное слово, координаторы, принявшие решение отдать им Тиум, ошиблись. Хотели хорошего, а получилось, как всегда, полное дерьмо. И это надо срочно исправлять. И об этом надо сообщить всем заинтересованным сторонам, что дварх и собирался сделать.

Сразу после Посвящения Кейтара, чтобы не терять времени, принялась самостоятельно, разве что при небольшой помощи Истарха, изучать социологию, соционику, социоинженерию и даже немного социоматику, хотя в последней мало что поняла. Корабельные социоматики, гвард Тар-Ханег и пестрый керси Нирек Логари, постарались объяснить непонятные моменты, но сказали, что без систематической учебы освоить эту дисциплину почти невозможно — слишком сложная. После чего посоветовали поступать в в Ирлорг или Карн Аарн Университет, там социоматику преподают наиболее толково. Особенно в первом, причем лучше всего проситься в учебную группу Рху-Отагу, черно-белого арахна, признанного мэтра социоматики в ордене. Он хорошо умеет учить, за три-четыре года делая из восторженных юнцов отличных профессионалов, многих из которых потом забирала к себе группа оперативных статистиков Перлока Сехера и Биреда Касита.

Немного подумав, Кейтара решила все же погодить с учебой, очень уж хотелось помочь самым маленьким беспризорникам. Тем более, что орден и княжество как раз этим и были заняты, направив в Тиум больше ста сорока гуманитарных миссий. Правительство либералов неохотно согласилось на это, раздраженно бурча, что это нарушает свободу личности, но пойти против Кэ-Эль-Энах не рискнуло. Нескольких особо одиозных личностей, правда, пришлось шантажировать их гнусными делишками, информацию о которых предоставили следователи тайного ордена. Грязи там оказалось немерено. Строящие из себя радетелей за народное благо дамы и господа на самом деле стремились любыми способами, причем чаще всего крайне подлыми и гнусными, набить собственные карманы, плюя этот самый народ. Но когда их обвиняли в этом, оскорблялись и строили из себя воплощенную невинность. К счастью, имея в руках доказывающую их вину информацию, на либералов вполне можно было надавить и заставить их делать то, что нужно. Они пищали, возмущались, но делали, не желая нести ответственность перед законом.

Но хуже таких были идеалисты, подобные профессору Кайро, они действительно искренне верили в свои завиральные идеи и всеми силами пытались воплотить их в жизнь. Результат обычно получался кровавым и страшным. А значит, идеалистов следовало держать в крепкой узде, польза от них была несомненная, они способны увидеть проблемы там, где их никто не видит, но творить все, что захочется, им позволять нельзя.

Выслушав рассуждения Кейтары, Лианза немного подумала, а потом посоветовала связаться после обучения с Дарвом ис Торменом, ее идеи найдут у графа полное понимание. А пока вывела девушку на альфа-координатора гуманитарных миссий. Тот немного подумал и поручил Кейтаре, раз уж она так хочет сразу приступить к делу, заняться поиском групп беспризорников на планетах Таорг и Гешем, где творилось что-то непонятное. Вроде бы власть банд, как и во всех остальных колониях Тиума, а вроде бы и нет, со стороны понять трудно. Ей выделили 685-й фрегат разведки, манипулу легионеров под командованием лор-лейтенанта Лориса Санго, уроженца Моована, и особо ехидного дварха, по имени Ониарх, незаменимого для сканирования планет. Как ни странно, с последним девушка быстро нашла общий язык. А на его шуточки просто не обращала внимания, что шутника несколько обижало и удивляло, но определенных границ он все же не переходил.

С Лорисом Кейтара в первый же вечер оказались в одной постели, это произошло как-то очень естественно, само собой. Никаких особых чувств между молодыми аарн не возникло, они просто приятно провели время. Любовь между эмпатами продолжала поражать девушку, ощущать все, что ощущает партнер, было чем-то потрясающим и изумительным. При этом их чувства ощущали все на корабле, и никого это не смущало. Все-таки орден действительно нечто — не зря, совсем не зря Кейтара с раннего детства так о нем мечтала. Сколько еще в детстве фильмов о нем посмотрела и книг прочитала. А ведь папа говорил, что когда-то Аарн ненавидели в галактике лютой ненавистью за их Поиски. Странные люди! За что ненавидеть? За то, что самым несчастным и гонимым давали шанс на лучшую жизнь? Видимо, именно за это. Власть имущие не выносили посягательств на свою власть и настраивали против ордена население. А потом орден ушел, его не стало, и вот тогда-то люди поняли, что потеряли. Вот тогда-то они и начали писать наполненные ностальгией книги и снимать фильмы. Какое счастье, что Аарн возвращаются! Если бы не это, она бы так и продолжала существовать в сыром подвале, отрывая от себя последний кусок, чтобы накормить малышей. А ведь виновны во всем этом паскудные ревнители «свободы»! И этого либералам Кейтара прощать не собиралась.

Планета Таорг, находящаяся недалеко от границы с Трирроуном, оказалась намного более благополучной, чем Сарем, и помощь ей не требовалась. Таоргцам повезло, что перед самой революцией они выбрали себе толкового губернатора из местных уроженцев, который, невзирая на то, что центральное правительство бросило планету на произвол судьбы, сумел навести на ней относительный порядок. Марвин Дистаййо сначала организовал поставку руды и рудного концентрата на ближайшие планеты Моована и Трирроуна, завозя оттуда все необходимое, причем намного дешевле, чем предлагали урбисы Тиума. А потом рискнул отправить корабли с рудой в пограничные миры Аствэ Ин Раг и не пожалел, бывшие фанатики охотно приобрели концентрат, расплатившись продовольствием, которое, как оказалось, стоило у них раз в пять дешевле, чем в Трирроуне. После этого торговля с ними развернулась вовсю и с каждым годом росла. Планета тихо богатела, беспризорников на ней не было ни единого — всех сирот собирали в муниципальные приюты, где, конечно, жилось не слишком богато, но вполне приемлемо. От голода и холода, по крайней мере, никто не умирал. Гуманитарную миссию княжества на Таоре встретили настороженно, но без эксцессов, и, пусть не слишком охотно, показали все, что экипаж фрегата хотел видеть. Помощь для приютов с благодарностью и достоинством приняли. Кейтара только вздыхала, глядя на чистые, светлые улицы городов Таорга, и вспоминала родную планету, где все было иначе. Туда бы такого губернатора!

Вот только когда девушка принялась расспрашивать местных жителей о второй порученной ей планете, Гешеме, она забеспокоилась. Никто из таоргцев о гешемцах ничего не знал, кораблей оттуда не приходило больше пяти лет, связи тоже не было — на вызовы планета не отвечала. Похоже, там случилась какая-то беда, и Кейтара распорядилась срочно стартовать.

— Вышли из гипера, высокая орбита Гешема, — примерно через пять стандартных часов сообщил пилот, высокий и худой уроженец Т’Онга по имени Никат. — Диспетчерская молчит.

Около часа проведя на орбите и не сумев связаться с диспетчерами, аарн окончательно встревожились. Это могло означать очень многое. И хорошее, и плохое. Самым первым выводом было то, что диспетчер просто уснул на посту или куда-то отлучился, ведь движение в системе Гешем никогда не было особо интенсивным — небольшая и мало кому интересная шахтерская колония, даже, скорее, поселение, до колонии оно не дотягивало. Раз в несколько дней гешемские шахтерские корабли уходили с орбитальной базы в пояса астероидов, которых здесь было два, добывать руду. Да три раза в месяц прибывали огромные рудовозы за обогащенным металлоконцентратом, они же привозили запасы продовольствия. На Гешеме, конечно, существовало свое сельское хозяйство, но не особо развитое, основные продукты в сублимированном виде завозились извне, так было намного дешевле, чем выращивать все на месте и тратить на это дорогостоящие удобрения.

— Что думаешь? — спросила Кейсара у Лориса. — Диспетчер отлучился или?..

— Боюсь, «или», — тяжело вздохнул тот, его эмообраз переливался всеми цветами озабоченности. — Дело в том, что этой планеты не было в списке бедствующих, поданном правительством Тиума, поэтому сюда не отправляли помощь — нас заверили, что в не упомянутых поселениях все в порядке, они обеспечены необходимым в достаточной мере. Мы поверили и, кажется, опять сглупили. Тут, похоже, катастрофа.

— Почему ты так думаешь? — изменилась в лице девушка, у нее сердце словно в яму ухнуло от предчувствия чего-то очень нехорошего.

— Сканирование показывает, что орбитальная станция полностью обесточена, — тяжело вздохнул лор-лейтенант, — причем довольно давно, не менее трех, а то и пяти лет назад. Ониарх, ты уже приступил к сканированию планеты?

— Только начал, но уже могу сказать, что ты полностью прав, — хмуро отозвался дварх, что на этого ехидного субъекта было совсем непохоже. — На поверхности Гешема не фиксируется ни одного активного источника энергии. Кроме малых, наподобие переносных генераторов, способных обеспечить разве что одну семью, да и то вряд ли.

Ониарх продолжил сканирование, выводя данные на большой голоэкран. Картина складывалась не просто плохая, а крайне отвратительная. Планетарные энергостанции не работали, ни одна. Биологическая активность вида хомо сапиенс обнаружилась только в одном месте — на большом, плодородном полуострове южного материка, хотя по имевшейся у аарн старой карте люди жили на обоих крупных материках, только городов с населением больше пятидесяти тысяч было девять, не говоря уже о более мелких. Теперь же остался один. За пределами полуострова не было даже деревень и хуторов.

— Что же здесь случилось?.. — в ужасе простонала Кейтара, вцепившись себе пальцами в волосы. — Да здесь, похоже, все стократно хуже, чем на моем родном Сареме было…

— Очень может быть, в городе по первичным подсчетам всего около тридцати тысяч человек, больше на планете живых людей нет, разве что они спрятались в экранированном бункере, которого на Гешеме отродясь не было, — сообщил Ониарх. — Обнаружены развалины городов, именно развалины, их кто-то разрушил, причем разрушения говорят о том, что это было сделано с орбиты. Похоже, население кем-то вывезено.

— Да уж понятно, кем, — прикусил губу Лорис. — Так действуют только охотники за рабами из внешних пределов святой иерархии. Очень может быть, что население было им продано правительством планеты или теми, кто тогда играл его роль. Меня беспокоит почему никто из наших сюда не наведался…

— А что тут непонятного, — сымитировал вздох дварх. — Нам тиумкое правительство сообщило, что, согласно переписи, в поселении Гешем триста двадцать семь с половиной тысяч населения, и оно полностью обеспечено продовольствием и прочими нужными для жизни товарами. Мы поверили. У нас ведь и так забот столько, что дышать и спать некогда. А роль полицейского галактики мы с себя сложили, нас не хотели, и мы пошли навстречу их желанию. Но если бы с этой несчастной планеты поступил хоть один сигнал бедствия, наши корабли оказались бы здесь через стандартные сутки. Однако сигналов не было…

— То есть, атаковать нас здесь некому? — спросила Кейтара.

— Некому, ни одной электронной сигнатуры не обнаружено, такое ощущение, что у гешемцев даже ни одного компьютера рабочего нет, — озабоченно ответил Ониарх. — И я не понимаю, как такое возможно.

— Я тоже, — покачал головой Лорис. — Предлагаю садиться и идти на разведку, никто, кроме местных жителей, не расскажет нам, что здесь произошло. Кейтара, если пойдешь с нами, то должна слушаться всех моих приказов. Скажу падать в грязь — падаешь в грязь. Идем в полных боевых доспехах, рисковать выходить без них я не намерен. Ясно?

— Да, — резко кивнула девушка, обрадовавшись, что ей позволили идти. Останься она на корабле, вся извелась бы, ожидая легионеров.

686-й фрегат сошел с орбиты и обрушился вниз, садясь таким образом, чтобы местные жители посадку обязательно увидели, поэтому с планеты это выглядело вторжением в атмосферу огненного болида. В паре километров от поверхности Никат сбросил скорость и перевел фрегат в горизонтальный полет. Добравшись до полуразрушенного города, выглядящего так, словно по нему орда дикарей промчалась, круша все на своем пути, он посадил корабль на ближайшем к зданиям пустыре.

На сборы потребовалось не более двадцати минут, после чего группа из двенадцати легионеров, Лориса и Кейтары, все в темно-красных зеркальных скафандрах легиона «Спутники Ночи», спустились по трапу и принялись оглядываться, пытаясь найти кого-то из местных жителей. Однако вокруг было пусто. Осмотревшись, лор-лейтенант повел группу по довольно широкому проспекту, засыпанному обломками, битым стеклом и ржавой арматурой.

Ониарх через телепатическую связь направлял Лориса к ближайшему скоплению людей, обнаруженному сканированием. Идти пришлось довольно долго, пробираясь между развалинами. При виде их возникало ощущение, что здания крушили намерено, чтобы уничтожить все, что построено человеческими руками. Такого уровня вандализма ни один из аарн никогда еще не видел. Даже Кейтара понимала, что ее родная планета по сравнению с этим — ничто. Она оглядывалась, пытаясь понять хоть что-нибудь, но ничего не понимала. Кому и зачем понадобилось творить вот это вот? Ведь это не орбитальная бомбардировка, это люди, живые люди постарались все разрушить.

Донесшийся впереди крик заставил легионеров сбавить шаг. Они начали буквально перетекать от укрытия к укрытию, пока, наконец, не оказались на довольно большой, расчищенной площади. Посреди нее высился сложенный из балок, дверей и оконных рам костер, к столбу посреди которого была привязана избитая до синевы миниатюрная девушка. Рядом стояли двое громил в красных колпаках, оба держали в руках горящие факелы, явно готовясь поджечь костер.

— Еретичка! — возопил худой, лысый человек в балахоне. — Да как ты посмела коснуться запретных вещей⁈ Как ты посмела⁈

— На помощь хотела позвать, чтобы от вас, тварей поганых, избавиться! — буквально выплюнула привязанная. — Станцию связи нашла рабочую, вами пропущенную, и вызвала! Так что ждите, сволочи, скоро вам придется ответить за все! Слышите, за все! Твари поганые! Будьте прокляты!

— Да как ты смеешь⁈ — вызверился на нее лысый. — Еретичка поганая! Не придет к тебе никто на помощь! Некому приходить!

— Помощь уже пришла! — через звуковую аппаратуру доспехов произнес Лорис, от звука его громового голоса собравшиеся на площади люди даже присели.

Легионеры двинулись к костру, толпа перед ними тут же раздалась, никто не хотел связываться с непонятными чужаками.

— Еретики! — повернулся к ним с горящими гневом глазами лысый. — Немедленно снимите с себя эту гадость и отправляйтесь чистить выгребные ямы голыми руками в наказание за то, что посмели надеть на себя то, что вам не положено! Будете также выпороты!

И отвернулся, явно пребывая в полной уверенности, что его приказ без промедления выполнят. После чего махнул рукой, приказывая палачам поджечь костер. Протрещали два парализатора, и двое громил рухнули на мостовую, не успев ничего сделать. Лысый некоторое время ошалело смотрел на них, после чего повернулся к легионерам и завопил, потрясая кулаками над головой:

— На как вы смеете стоять на пути всеобщего блага, еретики поганые⁈ Склонитесь и примите свою судьбу!

— Парализуйте придурка, его нужно допросить, — приказал лор-лейтенант. — Целителю подготовить сыворотку правды.

Снова протрещал парализатор, и лысый, как стоял, так и рухнул вниз лицом. Двое легионеров подошли к костру и быстро отвязали плачущую от радости девушку. Толпа поорала что-то про поганых еретиков и разбежалась, попрятавшись по щелям.

— Кто же это такой? — растерянно спросил незнамо у кого Лорис, глядя на беспамятного жреца, а это, похоже, был именно жрец какого-то бога. — Почему он решил, что мы ему подчинимся? Почему был в этом так уверен?..

— Я, кажется, знаю ответ, — эмоорбраз Ониарха обрушился на аарн тяжелым покрывалом, они даже вздрогнули от неожиданности. — Вспомни с кем мы недавно воевали и их невероятные гордыню и самомнение. Вспомнил?

— Да, вспомнил… — мертвенно побледнел лор-лейтенант. — Немедленно связь с Высшим Советом ордена!

Глава 2.1

Страх перед предстоящим не давал Маре покоя, ей было очень не по себе, всем ее трем бодрствующим личностям — Умнице, Ведьме и Хитрюге. Что чувствовали остальные трое, они понятия не имели. Убийца и Злюка сидели в коконе, спрашивать этих истеричек о чем-либо никто не собирался. А Дура, вернее, Ирна, все еще не отзывалась, хотя однозначно слышала призывы и знала, что их ждет. Осталось надеяться, что она не станет вредить, когда получит такую возможность, а она ее получит — основная личность, как-никак.

Девушка встала и с дрожью осмотрела огромный ритуальный зал, пол которого испещряли сложнейшие рунные схемы. Раньше она всегда скептически относилась к рунистике и ритуалистике, считая эти дисцплины чистой воды шарлатанством. Но только до тех пор, пока лично не познакомилась со Стевереном Ардаором. Древний маг показал ей такие глубины великого искусства магии, что ее учителю до них было, как до другого конца галактики пешком.

Когда граф на очередной встрече привел с собой не только Кержака Черного и Касру Ла Онег, при виде недобрых взглядов которых у Мары холодок пробегал по низу живота, но и высокого седого человека с жестким лицом, она поначалу не обратила на него внимания, готовясь выслушать очередную лекцию старого орка.

— Мара, перед тобой Стеверен Ордаор, по книге которого ты училась, — представил гостя ис Тормен.

— Н-но… — с трудом удержала свою челюсть от падения вниз Ведьма, которая сейчас контролировала тело. — Р-раз-зве…

— Да, он жив, — понял ее изумление граф. — Сымитировал свою смерть и ушел, возглавлять Церковь Благих ему было уже неинтересно.

— Ясно, — кивнула девушка, поворачиваясь к древнему ментату и слегка кланяясь. — Простите, уважаемый Стеверен, а сколько всего уровней было в вашей книге? Я дошла до сорок девятого, рассчитав распределение при помощи четырехмерного исчисления Ораона-Эктема, использовав как общую оболочку преобразование Саманха и распределение Дорема.

— Вот как? — удивленно вскинул брови тот. — А зачем такие сложности? Вполне можно было обойтись тройным преобразованием Кидайта в распределении Дорема. Но ваш способ тоже рабочий. А уровней всего шестьдесят.

— На пятидесятый выйти я так и не сумела, странный там алгоритм распределения символов, — вздохнула Мара. — Что-то знакомое, но никак не могу понять, что именно. Напоминает восьмеричный двадцатицикловый алгоритм Касита-Этрайта, но точно не он.

— Не он, — с улыбкой подтвердил Стеверен. — Но вы правы, близко. Немного подумайте, и вы сами все поймете.

— Уже не я, — нервно поежилась девушка. — Точнее, не совсем я. Не знаю, кем и чем я стану в результате объединения шести субличностей, но уж точно не останусь прежней.

Готовиться к ритуалу пришлось долго, несколько месяцев, уж больно сложным и энергозатратным он был. Без помощи древнего мага, наверное, не справились бы, Кержак после очередной встречи честно это признал. Стеверен возразил, что справились бы, но сделали иначе. И времени ушло бы намного больше. Касра помалкивала, только сверкала в сторону Мары злым взглядом — простить ее роли в падении ордена и гибели любимого мужа эльфийка не могла.

Однако, невзирая на все усилия, Ирна не откликалась, хотя и Кержак, и Стеверен были уверены, что она их слышит. Так почему же не отзывается? Не доверяет? Все возможно. Но это грозило срывом ритуала, чего никто не хотел. И перед самым началом старый орк решил еще раз попытаться дозваться до возлюбленной Командора.

— Ирна, — произнес он, — я знаю, что ты меня слышишь. Вскоре начнется ритуал по объединению всех шести личностей в твоем теле. Мне нужна твоя помощь. Ты же меня хорошо знаешь. Или ты думаешь, что это не я, а тебя хотят поймать в какую-то ловушку? Но это не так, пойми. Хотя, стоп.

И передал ту же информацию эмообразами, которые никто, кроме аарн, формировать не умел. Это, как ни странно, подействовало. Заранее предупрежденные Ведьма, Хитрюга и Умница беспрекословно уступили тело рванувшейся наружу Ирне, впервые за долгие годы почувствовав ее присутствие. Лицо девушки резко изменилось, перекосилось горькой гримасой, стало каким-то беззащитным.

— Касра! — эмообраз Ирны заставил эльфийку улыбнуться, вот теперь она видела перед собой не тварь, как именовала про себя Мару, а свою старую приятельницу-аарн, с которой они были не так уж и близки, но хорошо знакомы. — Кержак! Михаил! Николай! Это все-таки вы! Слава Благим! А то я думала, что это какие-то уловки этих, чтобы добраться до меня… Что происходит?.. Где Илар?.. Я все эти годы провела в закрытом коконе и ничего не знаю, только в последний год он почему-то начал трескаться и я иногда видела глазами этих… Кое-что… Бр-р-р…

Умница мысленно вздохнула — похоже, Дура напоролась на развлечения Убийцы, неудивительно, что она от этого в ужасе. Ее и саму почти сразу начало от этих развлечений тошнить, но деваться было некуда.

— Илар погиб, девочка… — тяжело вздохнул Кержак, его эмообраз клубился цветами скорби. — Орден частично ушел в другую галактику, частично рассеялся по разным странам, частично закапсулирован в скоплении Давиг, ты помнишь, мы при тебе это обсуждали.

— Погиб… — обхватили ладонями щеки Ирна, в ее глазах начали набухать слезы. — Да как же так?..

— Он обещал вернуться, — внезапно заговорил Дарв ис Тормен. — Уже после смерти тела Командор навещал меня и официально взял в ученики. Теперь важно найти его новое воплощение, а это, кроме вас, не сможет сделать никто.

Девушка повернулась к говорившему словами, а не эмообразами человеку. Как позже выяснилось, эмообразы ему через голар переводил дварх, потому он и знал, о чем шла речь. Чем-то этот сухощавый мужчина средних лет был знаком, она попыталась вспомнить, но не смогла.

— Кто вы? — тихо спросила она.

— Бывший глава СПД, — не стал скрывать он. — Полностью изменившийся и понявший, что совершил страшную ошибку, развалив орден. К сожалению, слишком поздно понявший. И теперь искупать эту ошибку мне придется многие тысячи лет. Сейчас я полностью на стороне ордена и помогаю Кержаку Черному всем, чем могу.

— Бр-р-р… — отчаянно помотала головой Ирна. — Да что здесь такое происходит, а?.. Я с ума сошла, что ли?..

— Не сошла, — улыбнулся Михаил Борохов, его эмообразы несли успокаивающие оттенки, словно говорили, что все в порядке, не надо нервничать. — Очень многое изменилось за время твоего отсутствия. Но главное, что нам удалось убедить остальные личности, живущие в твоем теле, на объединение. Извини, но вы все шестеро ущербны, каждая отражает всего одну грань истинной личности.

— Он прав, девочка, — с грустью поддержал ученика Кержак. — К тому же тебе совершенно не помешают способности вероятностного мага, умение анализировать события и строить математические модели происходящего, да и знание, как выстраивать сложные социальные конструкты, не помешает. Есть кое-что неприятное, но с этим поможет Даша, если что.

Из темного угла ритуального зала вышла Целительница Душ и мягко улыбнулась Ирне. Та некоторое время стояла молча, пытаясь осознать случившееся за эти годы, проскользнувшие для нее, словно их и не было — в коконе время шло незаметно, только в последний год, когда она начала кое-что видеть и чувствовать, стало немного иначе. Самое страшное — гибель Илара, Ирна просто не могла осознать ее, это казалось какой-то нелепой чушью. Представить, что его, любимого, дорогого и единственного, больше нет, не было никакой возможности. Однако тут же вспомнились слова главного эспедешника, ставшего учеником Мастера. Вот как такое стало возможным? Ирна не представляла. Но раз стало, то остается только принять реальность. Значит, ей предстоит искать новое воплощение Илара? Что ж, ради этого девушка готова была отдать все свои силы, жизнь и саму душу.

Одна мысль не давала Ирне покоя. Какой она будет после объединения всех личностей в одну? Останется ли при этом собой или станет совсем другой? Ответа на этот вопрос не было, его, судя по всему, не знал и Кержак. Немного посомневавшись, она мысленно обратилась к другим субличностям:

«Вы меня слышите?»

«Слышим, — отозвался усталый женский голос. — Меня зовут Умницей, я — мастер-аналитик и математик. Тебя, уж прости, мы раньше называли Дурой».

«Почему Дурой?» — растерялась Ирна.

«Ты верила в то, во что не верила раньше ни одна из нас, — вмешался еще один точно такой же голос. — В любовь, доброту и дружбу. Мы все считали такие вещи несуществующими, поскольку ни разу с ними не сталкивались. Я — Ведьма, вероятностный маг. Ученица Дарва ис Тормена».

«Несуществующими? — еще больше удивилась девушка. — Но почему⁈»

«Ты уверена, что хочешь это знать? — вопросом на вопрос ответил ей третий, слегка хрипловатый голос. — Слишком страшно…»

«Уверена! — отрезала Ирна. — Все равно после объединения узнаю!»

«Хорошо. Кстати, я — Хитрюга. А тебя будем звать по имени. Нам не так уж долго осталось существовать раздельно».

И на девушку обрушились воспоминания о питомнике и том, что творили в нем с воспитанницами надзиратели. Страшные наказания, а то и жестокие казни за малейшую провинность или небрежность. Отборы, после которых не взятых воспитанниц до смерти насиловали на глазах остальных. Обжигающая ненависть каждой воспитанницы ко всем остальным и ко всему миру. Ирна ничего этого не знала, не видела, другие субличности держали ее в спящем состоянии, чтобы не испортить. И теперь с цинизмом объясняли, что, как и почему происходило. Это оказалось настолько страшно, больно и горько, что девушка захлебнулась хриплым плачем. Даша хотела было кинуться ей на помощь, но Кержак придержал ее, сообщив, что сейчас трогать Ирну нельзя, ей надо хоть немного понять остальные свои личности и причины их действий, иначе объединение станет невозможным.

А перед внутренним взором девушки проносились картины обучения у графа, расшифровки новых уровней книги Стеверена, сейчас пристально смотрящего на нее, и даже омерзительных развлечений Злюки и Убийцы, от чего ее едва на месте не стошнило.

«Но как же так⁈ — вырвалось у нее. — Зачем это? Им же больно было!»

«Не знаю, — отозвалась Умница. — Хотелось отомстить за все, что сделали с нами. Честно признаюсь, что поначалу это нравилось всем нам, только потом начало доходить, что такое недопустимо, что за такое спросится, обязательно спросится. А до Злюки с Убийцей это и сейчас еще не дошло…»

Каким уж образом Кержак услышал их мысленный разговор трудно сказать, но услышал и вмешался, говоря вслух, чтобы его поняли не только аарн:

— Тебе все общие деяния придется потом искупать, девочка. Как искупает их сейчас учитель Ведьмы. Понимаю, что лично ты, с нашей точки зрения, ни в чем не виновата, но высшая, божественная справедливость говорит, что виновата, поскольку душа у вас одна. Да-да, не удивляйтесь, у вас не шесть душ, как думали некоторые, а одна в шести ипостасях. Только поэтому и стало возможным слияние. В ином случае ничего бы не получилось. Также свою роль сыграли наработки предков Дарва ис Тормена по временн о й магии, без нее одновременное существование разных личностей одной души было бы в принципе невозможным.

— Почему? — насторожился упомянутый.

— А как происходят воплощения одной души в разных временах? — поинтересовался старый орк. — Ведь в каждом воплощении душа имеет другую личность. Причем временной промежуток между их воплощением не важен, важно само его наличие. В вашем случае это были микросекунды, но они были, что и сыграло свою роль.

— Похоже, именно так, — кивнул граф.

— Крайне интересно, — добавил Стеверен. — Я никогда не работал со временем в таком ключе, это может дать интересный результат. Надо будет подумать, для чего это можно использовать.

Ирна совсем не хотела объединяться с такими тварями, как Злюка или Убийца, да и Хитрюга, интриганка недоделанная, ей не слишком нравилась, но подсознательно девушка понимала, что это необходимо. Нельзя так рвать на куски единую душу, чревато большими проблемами. Откуда она это знала? Ирна понятия не имела, но была твердо уверена в своей правоте. Тем более, что качества других личностей помогут ей стать немного тверже — собственные слабость и мягкость не всегда были уместны, немного твердости и уверенности в себе ей совсем не повредит. Да и вероятностная магия очень пригодится. Беспокоило только одно. Не возьмет ли верх какая-то из других субличностей? Это было вполне возможно и крайне нежелательно. Кержак говорил, конечно, что Ирна — основная личность. Но ведь сумели остальные как-то отодвинуть ее управления телом, закапсулировать и похитить у Илара Аарн Дварх? Сумели, а значит, могут проделать это опять. Во время ритуала. Надо уточнить. И девушка высказала свои сомнения вслух, чтобы ее слышали все.

— Спроси у Ведьмы с Умницей, предусмотрели ли они противодействие Злюки с Убийцей, — посоветовал Кержак.

«Предусмотрели, — тут же отозвалась Ведьма. — Вот плетение сдерживания, передай остальным магам, пусть проверят, может, мы в чем-то ошиблись».

Ирна тут же перебросила старому орку с эльфийкой полученную развертку, которую те вывели в виде голограммы, и шесть вероятностных ментатов принялись ее внимательно изучать.

— Вот здесь слабое место, — ткнул пальцем в один из узлов схемы Стеверен. — Если ударить в него вот таким образом, — он сформировал несложную иллюзию, — то останутся только запертые личности, а остальных сотрет к такой-то матери. А то и вовсе выбьет душу из тела, призвав на ее место одну из сущностей астрала. Такой радости нам совсем не нужно, поэтому предлагаю переработать схему вот так, она станет и проще, и эффективнее, да и ассимиляция личностей пройдет полнее.

— Хм-м-м… — потер подбородок пальцами Кержак. — Мысль неплохая, но, по-моему, слегка недоработанная. Вы несколько поспешили, уважаемый коллега. Вот, смотрите.

И он добавил еще один небольшой блок, благодаря которому схема приняла завершенный вид.

— Вы оба, уважаемые, не учли, что субличности находятся во временн о м смещении относительно друг друга, — вмешался Дарв ис Тормен. — В нем они и останутся, если не добавить вот это, — и показал небольшое плетение из арсенала своей семьи, подменив им часть блока, вставленного старым орком.

Ментаты погрузились в размышления, затем кое-что от себя добавили Касра и Михаил, Николай лезть не стал, разработка новых плетений никогда не была его коньком. После довольно долгого обсуждения, в которое активно включились Ведьма с Умницей, окончательный вид защитного плетения был выработан, и его тут же применили, успев услышать из кокона злобное шипение Злюки:

«Да что же вы творите, дуры проклятые⁈»

Но на него никто не обратил внимания. Не до того было. Ментаты проверили все схемы в ритуальном зале, кое-что уточнили и изменили, согласно нового плетения, добавив отслеживание временн ы х смещений.

Ирне, Ведьме, Умнице и Хитрюге стало страшно до онемения, когда их тело при помощи левитирующего плетения помещали в центр схемы, но решение было принято, и отступать ни одна не собиралась. Каждая думала только о том, какими они будут после ритуала и останутся ли вообще собой хоть в чем-то. Или станут совсем другими?

— Энсе кайдит ланаро кайевит! — зазвучали катрены на одном из самых древних языков мироздания, как бы не принадлежавшем легендарным эл’рнэ, Стеверен читал их, грассируя голосом, с совершенно нечеловеческой интонацией, от одного звучаний этих странных слов волосы вставали дыбом и морозный холод шел по телу. — Стеййе нхарион дуос нагавит! Кейдо тариад ост! Инро вариот етх!

Ведущую роль в ритуале взял на себя древний маг, как лучший ритуалист. Никто из других ментатов и не спорил, понимая, что его опыт неизмеримо больше опыта остальных. Телом Мары управляла Ведьма, поскольку только она могла подхватить и использовать нужным образом плетения, перебрасываемые Кержаком и Касрой. Хотя нужные действия повторяли раз сто, она все равно опасалось напутать, ведь дело шло о ее собственной, драгоценной шкурке. Единственной! Другой не будет.

Казалось, само мироздание открыло слепые глаза и обратило взор на происходящее в ритуальном зале, расположенном на огромном астероиде в ненаселенной системе какого-то из безымянных шаровых скоплений вокруг галактики. Его опять же предоставил Стеверен, сказав, что проще использовать готовые схемы, скомпоновав блоки нужным образом, чем вырисовывать все их заново. Замаешься.

Катрен за катреном падали словно ниоткуда, к каждому все шесть ментатов присоединяли определенное плетение, одновременно поднимаясь все выше в ментал — объединение личностей и исцеление души, становление ее единой и цельной было возможно только у врат Сфер Творения. Личности Мары ран Сав поднимались вслед за ними. Если Ирна уже бывала здесь во время Посвящения, то остальные нет, они спали, только Ведьма кое-что видела, и это кое-что напугало ее до полусмерти. Вскоре стал слышен возмущенный визг Злюки и угрозы Убийцы, на которые остальные субличности не обращали внимания, разве что следя, чтобы две истерички не смогли ничего сделать.

Доработанное другими ментатами защитное плетение работало отлично, удерживая Злюку и Убийцу, и не давая им даже пошевелиться. А затем пришло время начинать основное, ключевое деяние ритуала. Ведьма получила от Кержака интерфейсы подключения плетений и начала быстро выплетать нужные, подключая каждое в заранее разработанной последовательности. Она работала очень быстро, никогда еще ей не доводилось так быстро и так тщательно магичить. Приходилось отслеживать даже самые мелкие воздействия, чтобы не ошибиться, и Ведьма старалась изо всех сил.

Субличности постепенно начало притягивать друг к другу, и если Ирна, Ведьма, Умница и Хитрюга только приветствовали это, то Злюка и Убийца бешено сопротивлялись, орали, визжали, угрожали. Но это им не помогало, вскоре все шестеро оказались притянуты друг к другу в каком-то странном ментальном пространстве, в котором никогда не бывали, оно все искрилось серебристыми и золотистыми искорками, словно игристое вино пузырьками.

Но в какой-то момент Убийца вдруг сумела оторваться от них и бешеными усилиями принялась отдаляться, невзирая на попытки остальных не допустить этого. Она не угрожала, она просто молча рвалась прочь, разрывая все связи и с душой, и с телом, словно собираясь покончить с собой. Беда в том, что это означало гибель для всех, и субличности это прекрасно понимали.

«Великая Мать! — взмолилась внезапно понявшая, что нужно делать, Ирна. — Прошу тебя, помоги! Я в долгу не останусь!»

«Мы все в долгу не останемся, Великая Мать! — вторили ей остальные четверо, даже Злюка, как ни странно, умирать не хотела и она. — Помоги!»

«Я запомню», — обрушился на них ментальный образ непредставимой силы, и Убийцу резко притянуло ближе, но не вплотную.

Некоторое время спустя всех шестерых оплела разноцветная паутина, протаивая в их духовные тела, которые все глубже проникали друг в друга, сливались, становились единым целым. Вот только от Убийцы в этом объединении осталась лишь слабая тень, а остальная ее сущность грязными клочьями развеялась в пустоте. Прошло еще несколько минут, и вместо шести несколько по-разному выглядящих, хоть и очень похожих девушек, осталась одна. По ее телу пробегали волны белого и черного сияния, со стороны это выглядело жутковато. Ментаты были несколько растеряны происходящим, ничего подобного они не ожидали.

В какой-то момент все закончилось, и участники ритуала буквально обрушились в свои тела, ощущая сильную усталость. Они сели, где кто стоял, сил стоять не было, и с недоумением переглянулись. Только Ирна висела в воздухе посреди схемы, по ней сбегали берущиеся непонятно откуда кольца белого света. Из глаз девушки лились потоки пылающих огнем символов, которые никто из магов не узнавал, вокруг закручивались сложнейшие вероятности, создавая из нее что-то непонятное и даже пугающее.

— Вмешательно первородной силы, — с беспокойством констатировал Стеверен. — Во время ритуала произошло что-то непонятное, попытался вмешаться кто-то со стороны, кажется, существо Порядка, а то и Закона, но девочка обратилась напрямую к Тьме, и та пришла на помощь, что крайне удивительно, Великая Мать редко отзывается на такие призывы.

— И что теперь делать? — хмуро спросил Кержак. — Ирна в порядке?

— Думаю, да. Но за помощь Тьма в свое время потребует уплатить свою цену. Какую? Трудно сказать, но потребует обязательно, и девочка должна это четко осознавать, объясните ей.

Ирна открыла глаза и медленно опустилась на пол, она чувствовала себя великолепно, никогда раньше не ощущала такой бодрости и силы. Она была себя именно Ирной, а не Марой, но прекрасно помнила свои мысли, как мысли Ведьмы, Умницы, Хитрюги или даже Злюки. А вот от Убийцы не осталось ничего, кроме некоторых боевых навыков. И слава Благим! Только желания убивать и мучить ей не хватало. Девушка попробовала сплести несколько вероятностных плетений и легко сделала это, магия слушалась, как родная. Мало того, мозг работал, как хорошая, отлаженная вычислительная машина. И это не задействуя биокомп. А если задействовать? Тогда что?

Знания и умения остальных личностей еще не уложились в памяти, с ними придется осваиваться довольно долго. Ирна это понимала, но одновременно осознавала, что сильно изменилась и теперь способна на поступки, которые раньше показались бы ей невозможными. Например, сумеет при необходимости выстроить многомерную интригу, используя слабости разумных. От Злюки, правда, досталась некоторая вспыльчивость, но ее вполне можно преодолеть. Главное, держать себя в руках.

— Приветствую вас! — засиял радостью эмообраз Ирны. — У нас все получилось! Но мне пришлось просить помощи…

— Мы видели, — отозвался Кержак. — Будь готова к тому, что Великая Мать запросит за эту помощь свою цену. И немалую.

— Я готова, — кивнула девушка. — Но там, кроме нее, никто не мог помочь, я это как-то сразу поняла. Убийца едва все не порушила, едва не сбежала, в итоге ее память почти утеряна. Память всех остальных при мне, и я осталась Ирной, но одновременно чувствую себя ими. Странное ощущение…

— Может, тебе стоит показаться Даше? — осторожно поинтересовался старый орк.

— Обязательно, — кивнула Ирна, поворачиваясь к Целительнице Душ. — И чем скорее, тем лучше. Кое-что меня в моем состоянии беспокоит. Так что будет лучше, если мы с Дашей прямо сейчас отправимся к ней на станцию. Одно только… Что будем дальше делать с СПД?..

— Распад, — коротко ответил Дарв ис Тормен. — В последние недели вокруг твоей резиденции несколько раз видели Касру, так что твое исчезновение спишут на нее. А после ухода Ренера Лоеха Кранера, директора секторов радостно разбегутся по своим норам, они об этом давно мечтают. Каждого из них, если что, я и до сих пор держу за горло, но они об этом пока не знают.

— Вот и хорошо, — кивнул Кержак. — Но при распаде надо учесть эгрегориальное равновесие. Если оно снова нарушится, мало нам не покажется.

— Учтем, — кивнул граф. — Значит, все получилось?

— Не совсем так, как хотелось, но вполне неплохо, — подтвердил Стеверен.

Ни один из них не заметил недоброго взгляда, направленного на них из пустоты. Не преуспевшая в своих начинаниях сущность ничего и никому прощать не собиралась. Как, впрочем, и сдаваться.

Глава 2.2

Высокий подтянутый человек с недовольным видом слушал разглагольствования Никса Койдего, директора пятого даргонского сектора, и брезгливо жевал губы. К сожалению, недавнее исчезновение Мары ран Сав означало окончательный распад организации. Скорый распад. И поделать с этим ничего нельзя, этого только дурак не поймет. Тем более, что господин Кранер, который мог легко остановить распад, ушел еще раньше, заявив, что ему все это хуже горькой редьки надоело. СПД обречен, как ни горько это признавать, он не смог удержаться на плаву без должного руководства.

— Проклятые идиоты… — прошептали сухие губы. — Каждый только свою жалкую власть в одном углу лелеет, а об общем деле подумать — ни-ни…

Магистр Олит Колсен, самый молодой из секторальных директоров Даргона, молча смотрел на спорящих коллег, с каждым мгновением все больше понимая, что переубедить их не получится. Каждый стремился к самостоятельности, им надоело трястись от страха перед всемогущим главой организации. Вот только понять, что при этом они становятся никем, никто не желал. Он-то понимал, но кто его слушать будет? Не обладает достаточным влиянием и богатством, чтобы к его мнению прислушались. А значит, распад все же неизбежен, и следует позаботиться, чтобы выиграть от него как можно больше. Однако все же следовало сделать последнюю попытку удержать организацию хоть относительно единой.

Магистр задумчиво посмотрел на Ториха Кансена, директора первого сектора, самого богатого из них, а поэтому считающего себя важнее и умнее остальных. Нет, этот не подойдет, слишком самоуверен, а потому лучше подкатиться к Никсу Койдего, этот краснорожий здоровяк так и остался в душе обычным пиратом, мозгов ни капли, удивительно даже, как он удерживается в директорах. Странно, что молодые и зубастые подчиненные не сожрали.

Олит не спеша подошел к упомянутому и предложил выпить, на что Койдего тут же радостно согласился — его все эти умные разговоры ни в малейшей степени не интересовали, он радовался, что начальство куда-то подевалось и можно наконец-то жить в свое удовольствие. И не понимал, идиот проклятый, что поодиночке их легко одолеют. Магистр принялся незаметно капать Никсу на мозги, пытаясь заставить изменить точку зрения. Как ни странно, ему это удалось, и вскоре бывший пират выступил:

— Братва, ну лады, разбежимся мы щас по своим углам, и чо? А нападет кто? На меня или вон на тебя, Сулаод. И чего, легко нас в одиночку раздавят. Хоть империя, хоть княжество — вон у них какие флоты!

— Полностью согласен с вами, коллега, — поддержал его директор второго сектора, Стай Лоугринн, откуда родом этот проныра никто не знал. — Да, я тоже не прочь стать полновластным хозяином в своих владениях, но предусмотреть меры безопасности на случай нападения на кого-то из нас следует. Предлагаю составить договор о том, что при нападении на какой-либо сектор ему оказывают помощь все соседи. Иначе нас просто сожрут, и вы все это знаете.

— В общем, правильная мысль, — после недолгого молчания заговорила Либера кер Диари, единственная среди директоров женщина. Чистокровная лавиэнка и редкостная стерва, причем очень умная, ее по-настоящему боялись, в отличие от Мары ран Сав, к которой относились скорее как к бешеной собаке, стараясь только не попадаться ей под горячую руку, а в других случаях просто игнорируя. — К моему глубокому сожалению, последние события сильно ограничили наши возможности, мета кораблей-осталось довольно мало. Пока они вместе — они все еще грозная сила. А вот если мы их разделим на девять частей, а мы разделим, другого выхода я не вижу, у каждого ведь свои амбиции, то уничтожить наши флоты поодиночке будет нетрудно. Так что договоренность о взаимопомощи — это выход. Нападать на кого-либо мы не сможем, официально, ну а неофицильно… — она по-змеиному ухмыльнулась. — Никто ничего не докажет, а законники без доказательств к нам не полезут, новой войны они не хотят, навоевались. Так что советую принять предложение о взаимопомощи.

— Я также согласен с коллегами, — поспешил присоединиться Колсен, торжествуя про себя, что его предложение, по всей видимости, прошло, но подумают не на него, а на этого дуболома Койдего.

И действительно, директора первого, четвертого, шестого и восьмого секторов недовольно посмотрели на краснолицего Никса, они явно хотели разбежаться безвозвратно и оборвать все связи с прошлым. А вот директор четвертого, худой, как глист, уроженец Телли Стелл по имени Хекен Дорат, поддержал идею о взаимопомощи, в итоге она получила большинство голосов и была, после долгих споров, все-таки принята.

А затем началась дележка флота и основных ресурсов организации, и вот тут-то Колсену пришлось хорошо потрудиться, чтобы получить хоть что-нибудь. К счастью, подконтрольные ему флоты магистр успел заранее отвести в свой сектор, пограничный с империей Сторн и опустевшим Аарн Сарт, куда мало кто совался — смысла не было, аарн оставили после себя пустые планеты с отвратительным климатом. Их, конечно, обшарили, но ничего не нашли.

Несколько интриг Колсена, начатых еще до исчезновения Мары ран Сав, тоже дали результат, и ему удалось отжать три орбитальные верфи, способные производить даже линкоры первого класса, не говоря уже о кораблях более низкой классности. Также повезло, что девятый сектор изначально был индустриальным, в отличие от второго, четвертного, пятого, шестого и седьмого, так что производственных мощностей у него имелось намного больше, чем у половины коллег.

Когда все вопросы были решены, секретари подготовили протокол, все присутствующие его подписали, и «Союз права и долга» официально прекратил свое существование. Магистр очень сожалел об этом, но поделать ничего не мог. Однако так будет не всегда, и он обязательно снова соберет организацию воедино. На сей раз под своим руководством. А эти… Эти пощады пусть не ждут. Но это все позже, а пока предстояло очень много работы.

И Олит Колсен многообещающе усмехнулся.

* * *

Лихорадочная подготовка к отправлению экспедиции в другую вселенную подходила к концу. Лерк, Т’Ред, Ирек и Хемир упарились, проверяя комплектацию всего необходимого для корветов разведки, на которых им большей частью и придется летать. Тета-генераторы смонтировали на дварх-крейсере новой модификации, названным «Ночным Всадником». Главным двархом экспедиции вызвался пойти известный всему ордену и княжеству ехида Асиарх, ранее служивший у Релира, на крейсере «Пик Мглы». К нему присоединилось десятка полтора коллег помоложе, отличающихся особо авантюрным складом характера. Также экспедиции придали два альфа-линкора — уж больно их конструкция оказалась удачной, а импульсное орудие надежным. Мало ли с кем доведется сражаться!

Гросс-адмирал Мерхалак вызвался командовать экспедицией сам, ему на обычной службе было попросту скучно — склад характера не тот, слишком уж авантюрный. На первый взгляд, не по чину командовавшему огромными флотами боевому адмиралу возглавлять небольшую эскадру, но старому тиумцу на это было плевать с высокого потолка — зато интересно. Исследование другой вселенной! Это вам не просто так, это более, чем интересно. На свои мета-корабли, эсминцы и фрегаты старик отобрал лучших своих людей, остальных прислали княжество и орден. Научный отряд сформировал лично Баг Бенсон, его возглавил ученик гиперфизика — эльф Ганхалас Эттерние, попавший в среду Аарн из внегалактического шарового скопления, где нашлась населенная одичавшими перворожденными планета. Летное крыло возглавил кэ-эль-энахский офицер Лерк Т’а Картеген — гросс-адмирал о похождениях его бесбашенной команды слышал и одобрил предложенную кандидатуру.

На случай, если экспедиции понадобится помощь, с места были готовы сорваться четыре атакующих флота, ведомых оснащенными тета-генераторами боевыми станциями. Предполагалось, что «Черный Пик» будет постоянно на связи с родной реальностью, пребывая в готовности в любой момент открыть путь обратно. Именно из-за опасности не вернуться эскадра и была столь малочисленной — никто не знал, что ждет ее в указанных в Сферах вселенных.

Помимо прочих, к экспедиции присоединились Николай Шаронский с женой и учениками — двенадцатью молодыми вероятностными ментатами, недавно окончившими Академию Вероятности. Очень хотел полететь сам Кержак, но ему не позволили, сказав, что он нужен в родной вселенной, и нечего шляться, где ни попадя. Старый орк повздыхал, но признал правоту Рави и Никиты. Предстояло подготовить еще восемь экспедиций, а также отследить состояние родной галактики. Слишком много в ней начало образовываться очагов инферно. Особенно настораживало обнаружение планеты, на которой, как выяснилось, взяли власть жрецы «сверхов». Не вычистили, получается, эту пакость полностью. А это значит, что нужно проверить все до единой населенные планеты, вдруг еще где-то завелась нечисть.

В рубках всех кораблей появилось изображение Мерхалака. Он явно помолодел, видимо, прошел лечение в ти-анх, но выглядел по-прежнему — подтянутый лысый, пожилой мужчина в темно-зеленом мундире и прямоугольных черных очках, скрывающих круглые розовые глаза коренного тиумца. Они придавали ему, по мнению самого гросс-адмирала, смешной вид, потому он всегда носил очки.

— Дамы и господа! — произнес Мерхалак. — Объявляю нулевую готовность к старту. Сейчас «Ночной Всадник» откроет проход в другую вселенную. Приказываю всем кораблям сразу после этого без дополнительных распоряжений начинать переход в установленном порядке. По завершении перехода эскадры сразу выстроить оборонительное построение номер два.

Начался обратный отсчет. Лерк, Т’Ред, Ирек и Хесир ожидали старта за пультами своих разведывательных корветов, оборудованных самой совершенной на данный момент сканирующей аппаратурой ордена и княжества. Друзья готовились покинуть дварх-крейсер, как только вся эскадра перейдет в иную реальность. Согласно предварительным расчетам, появиться эскадра должна была в одной из систем, откуда распространялось инферно, поэтому корабли пойдут в оборонительных порядках и с поднятыми щитами.

Тета-генераторы натужно взвыли, и впереди, перед носом «Ночного Всадника», возникло серое, стреляющее во все стороны искорками пятно размером около двухсот километров. В него тут же нырнули два фрегата, минут через десять один вернулся и сообщил, что все порядке, переход стабилен, однако невдалеке от места выхода, всего в пяти с половиной световых минутах, идет бой. Кто с кем сражается неясно, но флоты, по меркам обитаемой галактики, крохотные. Десятка по два-три небольших кораблей. Однако в атмосфере планеты обнаружены следы радиации, по-видимому было взорвано несколько ядерных бомб.

— Переход всей эскадре! — скомандовал гросс-адмирал. — Двархам быть готовым к сканированию! Щиты поднять в боевой конфигурации! Готовность номер один! Старт!

Сначала в «окно» нырнули два мета-корабля, за ними потянулись фрегаты, эсминцы и альфа-линкоры, сопровождаемые восемью эскадрильями лам-истребителей. Последним двинулся дварх-крейсер. Как только он миновал проход в другую вселенную, тот немедленно схлопнулся без всяких световых эффектов. Открыть его снова можно будет довольно быстро, всего за две-три минуты, и гиперфизики без промедления начали готовить к этому тета-генераторы.

— Разведывательным корветам старт! — раздался в наушниках голос диспетчера. — Приказано идти в скрытном режиме. На постоянной связи с вами Тилеарх, возможно, понадобится срочное освоение языка местных жителей.

— Есть! — отозвался Лерк, включаясь в управляющий контур корабля.

Под потолком ангара возникла черная воронка большого гиперехода, корветы один за другим снялись со стартовых площадок и нырнули в нее. Оказавшись километрах в двадцати от «Ночного Всадника», они разошлись ромбом, скрылись под полями невидимости и двинулись по переданным сорок вторым фрегатом координатам.

— Ты глянь, какие паскуды! — не выдержал Т’Ред, увидев, как уже хорошенько побитые, небольшие, всего метров по тридцать-сорок в длину прямоугольные, разве что с заостренными носами, кораблики из последних сил отбиваются от целой тучи втрое больших, причем защищают явный транспорт, который враги изо всех сил пытались уничтожить.

Дварх сообщил о начале сканирования, что заняло у него всего несколько минут, после чего сообщил, что на транспортнике только женщины и дети, немногие выжившие беженцы из русской колонии Ново-Огарево. Колония была неожиданно атакована флотом англичан и французов, маскирующихся под пиратов, из-за они не хотели оставлять свидетелей, потому так и стремились уничтожить транспорт. Ведь русские успели понять, кто на самом деле на них напал и взорвал мирные города, и могли донести эту информацию до своих. А это означало большую войну, к которой западные страны были пока не готовы. Значит, дать им уйти нельзя!

— Еще одна Россия, — философски заметил Хесир. — Интересно, сколько их всего доведется повидать?

— Много, — отозвался Лерк. — Вселенных вон сколько много. Вопрос в другом. Что нам сейчас делать? Позволить уничтожить транспорт с женщинами и детьми я просто не могу. Мне честь не позволит спокойно смотреть на такое. Вызываю гросс-адмирала.

Выслушав доклад, Мерхалак ненадолго задумался, а затем приказал защитить беженцев и доставить их на «Ночной Всадник». А также направил на помощь разведчикам двенадцать лам-истребителей и шесть фрегатов. Не прошло и пяти минут, как те вынырнули из гипера, не став скрываться, и это стало очень неприятным сюрпризом для англичан и французов — они никак не ожидали появления нового противника. А особенно такого — ламы и фрегаты закрутили спираль опережающего хаоса и двинулись к ним. Корветы друзей сняли маскировку и присоединились к сражению, которое начали враги — два корабля европейцев выстрелили по ламам из странного оружия, испускающего синие лучи, но защитное поле отклонило их.

«Народ, — на общей волне передал Лерк, — среди вас русские есть?»

«Есть, — отозвался один из пилотов-истребителей. — Владимир Никонов, дварх-лейтенант. А зачем тебе?»

«Будь другом, свяжись со своими земляками, скажи им, что мы не враги и пришли на помощь».

«Без проблем».

Владимир вызвал русские корабли, представился и на родном языке сообщил им требуемое, попросив не лезть в свалку, пока они всю эту сволочь на ноль не умножат. Некоторое время длилось ошеломленное молчание, а затем чей-то хриплый голос ответил по-русски на радиоканале:

— Здравия желаю, господин дварх-лейтенант! Штабс-капитан Ладыгин, Александр Львович. Откуда вы?

— Из другой вселенной, — не стал скрывать аарн. — Нас свыше, из Сфер Творения, попросили разобраться, почему от многих планет вашей реальности буквально сквозит болью, горем и отчаянием. Только прибыли, а тут сразу такое. Нападающие знают, что на транспортнике только женщины и дети?

— Знают, — горько ответил штабс-капитан, — мы на весь эфир кричали об этом. Это уже не первая наша колония, уничтоженная таким образом. Мы думали до сих пор, что это пиратские кланы обнаглели, готовили рейд возмездия, а потом узнали, что это никакие не пираты, а регулярные флоты европейской сволочи. Исподтишка. Ну да, честь для них всегда была пустым звуком… Нелюди поганые…

— Ясно, — скрипнул зубами Владимир. — На планете есть кого спасать?

— Конечно, — подтвердил Александр Львович. — До подземных убежищ, где скрылось основное население колонии, они пока еще не добрались. Но доберутся, если им дать хоть немного времени.

— Не дадим, — заверил дварх-лейтенант и доложил обо всем услышанном гросс-адмиралу Мерхалаку.

Тот не стал терять времени, и приказал мета-кораблям навести порядок на орбите четвертой планеты, где агрессоры добивали остатки станций противокосмической обороны. Появления из гиперпространства четырех двадцатикилометровых кораблей с двойной обратной спиралью на борту они никак не ждали и ненадолго замерли, чтобы сразу после этого броситься наутек — английские и французские пилоты прекрасно понимали, что у таких гигантов и оружие соответствующее. Однако не вышло — «Ночной Всадник» включил глушилку, и с этого момента уйти в гиперпространство на расстоянии до трех световых часов стало невозможно. Показательно уничтожив десятка три европейских кораблей, с головного мета-корабля, носящего 901-й номер, передали ультиматум о сдаче — двархи считали и внедрили в память всем, кто их не знал, русский, английский и французский языки. Европейцы, до онемения впечатленные гиперорудиями и гиперторпедами, сразу же сообщили о сдаче. Тем более, что это не русские, у тех таких кораблей и в помине не было. Вот им сдаваться после выжигания трех городов вместе со всем населением европейцы не рискнули бы, понимая, что их ждет. Разъяренные русские их бы всех повесили да по кольям рассадили, и были бы в своем праве.

На высокой орбите Ново-Огарево тем временем словно призрак возник «Ночной Всадник», что напугало агрессоров еще больше, поскольку, в отличие от мета-кораблей, все же выглядевших продуктом технологической цивилизации, это черное, изрытое оспинами и светящееся призрачным светом чудовище таковым точно не являлось и казалось выходцем из преисподней. От странного корабля тянуло мрачной, тяжелой силой, и не только европейцам, но и многим русским стало не по себе.

«Ничего себе у вас кораблики… — присвистнул Александр Львович. — Зачем такие размеры?..»

«Да привыкли так, — отозвался Владимир. — Это мы сюда еще боевых станций не захватили, те вообще со среднюю луну размером. Способны нести до десяти миллионов человек, а если чуток потесниться, то и вдвое больше».

«Да уж, — задумчиво отозвался штабс-капитан. — Кстати, а как так вышло, что вы, русский, и вдруг оказались среди этих чужаков?»

«Нас в ордене хватает, — ответил дварх-лейтенант. — Во многих вселенных существует Земля со своей историей. Например, одним из наших союзников является Российская империя, раскинувшаяся на пять галактик. Там даже гиганские богомолы ирху считают себя русскими и носят русские имена. А вот в нашей родной вселенной на Земле самое начало двадцать первого столетия, и в большой космос она еще не вышла. Также говорят, что есть еще сотни, если не тысячи вариантов, и каждый с разной историей».

«Да уж… — изумленно протянул Александр Львович. — Расскажи мне такое кто раньше, никогда бы не поверил, но доказательства налицо… Но ладно, это все лирика. Огромная просьба к вам, господин дварх-лейтенант, на второй луне лежит сбитый крейсер губернатора, князя Игната Голицина. Он хороший человек, и эвакуировался одним из последних, его чуть ли не силой усадили в корабль, но корабль сбили. Однако сигналы передатчика говорят о том, что там есть кто-то живой…»

«Сейчас передам, один из фрегатов слетает и заберет выживших».

Как ни странно, губернатор действительно оказался жив, разве что ранен, и был спасен, после чего им занялись Целители, как и экипажем крейсера. А вот на планете творилось страшное. Три больших города и множество поселков оказались полностью уничтоженными, их без церемоний, безжалостно забросали с орбиты ядерными бомбами. Настолько чудовищное деяние не укладывалось ни у кого в голове, даже Мерхалак стоял и смотрел на Ново-Огарево с непонятным выражением на лице. Такой бесчеловечности он и представить себе не мог, до такого не опускался даже профессор Сартад на Фарсене.

— Их допросили? — повернулся он к Эрху Тхуу, стоявшему позади. — Я этих тварей имею в виду, которые сделали это… — и он кивнул на покрытую облаками планету. — Подонки…

— Считывают память, — сообщил арахн. — Но уже могу сказать, что они просто не считают русских людьми и возмущены, что те смеют занимать нужные европейцам планеты и не выполняют покорно всего, что им велят. Это именно то, о чем нас предупреждали. Уверенность в полном превосходстве своего народа над другими, в таком случае представители оного творят еще и не такое, поскольку не считают разумными никого, кроме себя.

— Похоже, в этой реальности происходит то же самое, что было в нашей, — заметил до сих пор молчавший дварх-майор Иван Налимов. — У нас на Земле западники пытались окончательно решить русский вопрос как минимум раз в столетие. Лезли и лезли, отхватывали по зубам, ненадолго успокаивались, и снова лезли, накачивая свое население ненавистью к нам. Просто потому, что наш народ отказывался склониться перед ними и принять их фальшивые «ценности». Но нам следует хорошенько проанализировать происходящее здесь, чтобы не наломать дров сгоряча. Из Сфер в этой вселенной даны координаты шести систем, где нарастает инферно. Нам нужно обязательно понять почему. Если здесь, на первый взгляд, все ясно — уничтожение городов, мгновенная гибель миллионов человек, это дает немалый всплеск инферно, то что в остальных? Да и здесь все нарочито просто, потому и говорю, что надо разбираться, в чем конкретно дело. В том ли, что я сказал, или в чем-то другом. И не стоят ли за всем этим опять «сверхи», будь они неладны.

— Да, вы правы, — кивнул гросс-адмирал. — Для того нас сюда и послали, чтобы все выяснить. И мы выясним, даю слово!

Глава 2.3

Информация о попавшей в руки жрецов «сверхов» планете прогремела по галактике набатом. Для тех, естественно, кто был в курсе дела — информацию о «сверхах» до всеобщего внимания не доводили, незачем. Знали о них только те, кому было положено по служебной надобности, иначе поднялась бы паника, которой никто не хотел. Однако хлеще паники могла навредить толпа доморощенных экспертов, начавших бы бесконечно мусолить эту тему в инфосети, ломая копья и вызывая инфоскандалы. Последнее было никому не нужно, потому и приняли решение скрыть происходящее от общественности. Незачем ее тревожить свыше необходимого, обыватели ничем помочь не смогут, а вот навредить вполне способны. Причем искренне желая добра.

К Гешему выдвинулись две боевые эскадры, возглавляемые лично Тиной Варинх и Кержаком Черным — следовало без промедления выяснить, что именно и как случилось на этой несчастной планете. Кто и когда уничтожил ее города и селения с орбиты? Каким образом? Ведь оружия, способного на такое, не было. Разве что кварковые бомбы, но они дали бы куда больше разрушений, а то и вовсе раскололи бы планету. Ядерные не использовались, поскольку следов радиации не обнаружили. Большинство развалин выглядели так, словно их разрушили неизвестным в обитаемой галактике оружием, слишком они отличались от всего знакомого, казалось, некая невидимая сила выкрутила здания, как выкручивают мочалку. Но отнюдь не так, как это делали фарсенские модификаторы времени. А это значило, что несчастную планету уничтожали корабли неизвестной цивилизации. Откуда они здесь взялись? Откуда пришли? Ответов на все эти вопросы не было. Ни на один. И это очень настораживало.

Четыре флота ордена взялись за прочесывание всей территории Тиума, Телли Стелл, Ринканга и Аствэ Ин Раг. В первый трех случаях заручились согласием правительство на это, а вот в последнем Пармегия, конечно, разрешил, но его власть распространялась всего процентов на сорок страны. Из-за войны с Юои Жерг, а затем стычки со «сверхами», план Раса Тонго, доработанный Дарвом ис Торменом, реализовать не успели, и работорговцы все еще существовали. Эту недоработку следовало исправить, но позже, сначала необходимо было проверить, не окопались ли в святой иерархии служители «сверхов».

— По данным правительств, все колонии и поселения отвечают на вызовы, — эмообраз Тины играл цветами озабоченности. — Кроме Аствэ Ин Раг, конечно. Но тиумским либералам я ни в малейшей степени не доверяю. Они понятия не имели о том, что творилось на Гешеме.

— Я бы не стал доверять и остальным, как-то странно правительства этих стран себя ведут в последнее время, — покачал головой Кержак, затем покосился на учеников, Николая, Семина и Касру. — Буду просить вас, дорогие мои, проверить все до единой населенные планеты, особенно малые поселения и шахтерские базы, там вполне могла завестись и эта гадость, и что-то похлеще. Люди чего только ни выдумают…

— Ты прав, люди на пакости горазды, — тяжело вздохнула Кровавая Кошка.

— Касра, захвати с собой Ирну, пусть делом займется, а не страдает в уголке без толку, — попросил старый орк. — Никак не может собрать свою новую личность воедино, Даша поработала с ней, конечно, но сейчас девочке нужно к чему-то себя приложить, а не заниматься самокопанием.

— Хорошо, — кивнула эльфийка. — Нам все равно потом вместе с ней и Тиной Мастера искать. Одно только. Есть у меня подозрение, что мы столкнулись все же с кем-то другим, не со «сверхами». Они могут идти в придачу, но главная проблема — отнюдь не они.

— Все возможно, — не стал спорить Кержак. — Лучше пока не фантазировать, для начала нужно проверить, что тут творится. И еще, — он поднял голову к потолку. — Кениарх, вызови мне Раса Тонго.

Не прошло и двух минут, как на экране появился упомянутый. Он поздоровался со всеми присутствующими и вопросительно посмотрел на старого орка. Тот тоже бросил на него хмурый взгляд и спросил:

— План наведения порядка в Аствэ Ин Раг еще не приведен в действие?

— Нет, — покачал головой моованец. — Сам знаешь, что творилось, пришлось отложить. А что?

Кержак поведал о случившемся и своих подозрениях, что на планетах фанатиков могли окопаться последователи «сверхов». Рас ненадолго задумался, а затем медленно наклонил голову.

— Да, это вполне возможно, — задумчиво сказал он. — Эти могли и найти общий язык, что те, что другие — одинаковая мерзость. Знаешь, давай-ка святой иерархией займусь я со своей командой, мы лучше знаем ситуацию там.

— Ничего против не имею, — кивнул старый орк. — Но прошу обследовать все населенные планеты и пространственные станции как можно быстрее, даже ненаселенные системы стоит проверить, там вполне могут быть чьи-то базы.

— Сегодня же соберу и отправлю десятка три-четыре поисковых отрядов, — кивнул моованец. — Как только что-то станет известно, сообщу.

С этими словами он отключился. А Кержак вызвал Релира кер Тарни и поручил ему обследование Лавиэна и его колоний с поселениями. Дварх-адмирал выслушал его, согласно кивнул и, не тратя слов, тоже прервал связь.

Минут за двадцать старый орк раскидал задания по всем странам, следовало обследовать даже планеты княжества, мало ли где и что могло случиться. А вот с Даргоном могли быть проблемы, если «сверхи» или неизвестные враги окопались там, то найти их будет проблематично. Немного подумав, он вызвал Дарва ис Тормена и спросил, что делать в таком случае.

— Значит, эти твари снова объявились? — нахмурился граф, затем телепортировался на флагман, где быстро ознакомился с информацией по Гешему и случившемуся там. — Вы правы, необходимо знать, что происходит на населенных планетах Даргона. На многих сейчас нищета и даже голод, но точно это неизвестно. Я поручу своим людям, а их там осталось еще немало, выяснить, что и где происходит. Если где-то найдется что-то подозрительное, тут же сообщу. Попрошу подготовить фрегаты разведки под полями невидимости, возможно их придется отправлять уже через два-три дня.

— Подготовим, — пообещал старый орк. — Меня настораживает, что никакого воздействия из ментала на Гешем не было. Точнее, может, и было, но давно, сейчас никаких следов нет, мы обследовали все очень тщательно. Нет следов — и все, хоть ты тресни, нет.

— Это действительно очень странно, — нахмурился Дарв. — Вы уже допросили жреца?

— Да, дварх считал его память, — подтвердил Кержак. — Обычная история служителя «сверхов». Детство в грязной землянке, голод, побои, тяжкий труд и вдохновляющие побасенки священника о великих отцах, знающих все на свете и ведущих своих последователей к сияющему величию. Никакого понятия, в какой звездной системе и в какой вселенной это происходило, он не имел. Потом был избран для обучения и сам со временем стал священником. На Гешем высадился с группой единомышленников после атаки на планету. Корабль был стандартный для «сверхов» — кособокий параллелепипед, склепанный пьяным деревенским кузнецом. Почему высадились именно сюда наш пленник понятия не имел. Но, хоть он и является невежественным дикарем, обладает все теми же непомерными спесью и апломбом. Стандартные: «Да как вы смеете!», «Знайте свое место, животные!», «Немедленно откажитесь от того, что вам не положено, склонитесь перед великими и отправляйтесь вручную чистить ямы с дерьмом, тогда вас, может быть, пощадят!». Никаких аргументов не слышит и не принимает, фанатичная уверенность в своей правоте. Полная считка памяти результата не дала, священник ничего не знает, кроме как о случившемся на Гешеме. А действовали они на этой несчастной планете довольно умно — начали помогать самым пострадавшим, одновременно капая им на мозги. Так постепенно создали общины верующих и начали подминать под себя всех, до кого могли дотянуться. Достаточно высокотехнологические вещи уничтожались, как грешные, запретные для верных, как они называли себя.

— Нужно выловить всех до единого высокопоставленных верных, — покачал головой граф. — Пока снова не нагадили.

— Сканируем планету, — кивнул старый орк. — Пока что удалось поймать еще троих. Те же самые вопли с их стороны и полная уверенность в том, что им подчинятся и выполнят все их требования. Когда этого не происходит — изумление на грани сумасшествия, словно только что обрушился весь их мир. До них просто не доходит, что они — не первые в мироздании. Мне интересно, что будет, если показать им гибель тех трех «сверхов».

— Дедушки, Некто и Шута? — уточнил Дарв.

— Их самых, — кивнул Кержак.

— Так давайте проведем эксперимент, — предложил граф. — Все равно ведь толку от этих жрецов нет, раз они ничего не знают. Мне кажется, что через жреца казнь увидят и сами «сверхи». Может, перестанут после этого лезть в нашу вселенную.

— Или же, наоборот, активизируются, — покачал головой старый орк. — Но нам хоть то, хоть другое выгодно. Пока они действуют исподтишка, найти их затруднительно, очень хорошо умеют маскироваться, сволочи.

Он повернулся к Николаю и попросил:

— Приведи эту тварь, будь добр.

Тот кивнул и скрылся в гиперпереходе. Через несколько минут вернулся, в воздухе за ним плыл беззвучно шипящий какие-то ругательства худой человек в простом комбинезоне. Маг махнул рукой, и священник принял вертикальное положение, оставаясь висеть в полуметре от пола. Он с ненавистью оглядел собравшихся и попытался что-то сказать, но не смог, только замычал.

— Я сейчас отключу кляп, — уведомил Кержак. — Но учтите, что при попытке вопить или проповедовать, он будет включен снова.

Священник откашлся и хрипло пробурчал:

— Что вам от меня надо, проклятые еретики?

— Да вот, хотим вам показать, как те, кого вы считаете богами, были сброшены в Бездну, где и погибли, безвозвратно, — насмешливо пояснил старый орк. — Поскольку перед этим были уничтожены их средоточия.

— Это невозможно!

Кержак не стал отвечать, а просто попросил Кениарха показать запись столкновения с троицей «сверхов». Священник остановившимся взглядом уставился на голоэкран, дварх переводил слова участников на понятный ему язык, поэтому он все понимал и пребывал в немом изумлении. А когда Дедушка, Никто и Шут с отчаянным воем провалились в возникшие в полу ямы, отчаянно зарыдал, обхватив свое лицо ладонями. Сквозь рыдания прорывалось:

— Что же вы натворили, глупые животные?.. Что же вы натворили⁈.

— Мы всех вас достанем, — пообещал старый орк. — Тот, кто считает себя вправе топтать других, должен знать, что за все спросится. Свыше. Если вы знали что-то, то могли объяснить, в чем дело и зачем все это нужно. И выслушать чужие аргументы. Но вы принялись давить и уничтожать, считая себя выше других. А уж то, что вы творили с развитыми цивилизациями… Вы несли им и всему мирозданию исключительно зло. А раз так, то вы и сами — зло.

— Какие же вы идиоты… — отнял ладони от лица священник, его засветившиеся глаза сразу дали понять, что говорит не он сам, а какой-то «сверх». — Любому разумному существу должны быть абсолютно ясна аксиома — мы выше вас, мы знаем, что нужно делать, а значит следует подчиниться или хотя бы не сметь сопротивляться. А с неразумными не о чем говорить, их нужно принудить соблюдать правила. Но вы посмели не только сопротивляться, а убить лучших из нас. Вы поплатитесь за это.

— Если вы что-то знаете, понимаете, как в действительности лучше, то это совсем нетрудно объяснить логично, чтобы понял любой, но вместо этого вы начали исподтишка гадить, — возразил Кержак. — Перекрыть доступ в Сферы Творения⁈ Это ли не мерзость⁈ А уж что вы в своих мирах устроили! — Гнусность какая! Жизнь дикарей в землянках? И это потомки цивилизации, летавшей в космос? Да как можно было такое учинить⁈

— Космос не для вас, убогие, — брегливо произнес «сверх». — Как и ментал, как и эти никому не нужные Сферы Творения. Раз там не понимают, что нет никакого творца, а есть великие МЫ, то они не нужны!

— Боитесь Творца? — ехидно поинтересовался старый орк. — То-то вас так корежит от Звездного Огня… Так вот, на творчество не способны только паразиты, а значит, вы и есть паразиты.

Одновременно с разговором он, как и другие вероятностные маги, развернул целые поисковые полотнища, обнаружив несколько не найденных ранее объектов «сверхов». А от них тянулись тысячи связей в разные вселенные. Вскоре к аарн присоединился их эгрегор, причем незаметно для священника.

— Если вы хотите, чтобы разумные к вам прислушивались, то вы должны объяснить им, что вы делаете, зачем и почему, — продолжил Кержак. — А не пытаться добиться своего нахрапом, так, как раз, действуют именно животные. И вы ведете себя подобно им. Вот, я стою перед вами. Вероятностны ментат, которому не одна тысяча лет. Объясните мне, чего вы вообще добиваетесь? Зачем все это? Чего вы хотите?

— А что же здесь непонятного? — растерянно посмотрел на него «сверх». — Есть аксиома — мы превыше всего, мы вершина и основа всего. А значит, мироздание должно быть подчинено именно нам, нынешнее его состояние нестерпимо и неправильно. Во всем должен быть порядок и высший закон. Каждый знает свое место. Ваше — сидеть в землянках и молиться великим нам, давая нам тем самым энергию. И если будете достаточно усердны, то получите милость и сможете участвовать в великом преобразовании мироздания.

— То есть то, что вы несете другим боль и горе, не имеет значения? — поинтересовался ошалевший от таких «доводов» старый орк.

— Конечно не имеет! Это же их боль, какое нам до нее дело? Особенно, если она несет нам пользу.

— А высший закон мироздания: «Не делай другому того, чего не хочешь полуть сам», что же? — ехидно поинтересовался Кержак. — Не котируется?

— Это не нами установленный закон, а значит, его не существует! — гордо заявил «сверх».

— Странные вы существа, — хмыкнул старый орк. — Вы проигрываете раз за разом, столетие за столетием, тысячелетие за тысячелетием, но даже не пытаетесь проанализировать причины проигрыша и продолжаете действовать по одному и тому же шаблону. Так кто тогда неразумен? По всему получается, что вы.

— Зачем выдумывать что-то новое? — явно удивился собеседник. — Ради полуживотных и их сопротивления? Они все равно проиграют, поскольку мы — высшая истина мироздания. И мерило всего. Раз у вас не хватает мозгов понять эту простую истину, то вы именно животные, и говорить с вами смысла нет.

— Именно завышенное самомнение вас и подводит всегда, — укоризненно покачал головой Кержак. — Но говорить дальше действительно смысла нет. Разве что вы доходчиво объясните в чем именно и почему вы выше других.

— Это не требует объяснений, это аксиома, как можно этого не понимать? — в голосе «сверха» звучала откровенная растерянность.

— А вот представьте, что есть те, кто не понимает, и объясните. Это же просто! Жду объяснений.

— Да нечего тут объяснять! Мы выше всех просто потому, что это абсолютная истина, и иначе быть просто не может! Вот и все. Мы знаем, как надо, как должно быть, и изменим мироздание согласно своим взглядам, невзирая ни на какое сопротивление!

Кержак переглянулся с Дарвом — с таким уровнем спеси ни один из них еще не сталкивался. Разве что у других «сверхов», те то же самое несли. Что-то здесь очень странное. Не могут же они на самом деле так думать? Или могут? Но как тогда они дошли до нынешнего уровня? Ведь это уровень не самых слабых богов, а то и демиургов, до него не так просто добраться. Что же они такое, эти проклятые «сверхи»?

— Вы говорите, что знаете, как надо, — попытался все же добиться еще чего-нибудь от собеседника старый орк. — Так объясните! Расскажите! Возможно, мы поймет вашу правоту и присоединимся к вам.

— Да все и так понятно! — возмутился «сверх», явно не желающий сообщать ничего лишнего. — Каждый на своем месте, каждый знает свой уровень, никто не претендует на чужой. Развития нет, оно не нужно, технологии должны быть забыты, поскольку они вредны. Сохи достаточно для прокормления. И никогда никакого творчества, ничто не должно вызвать к жизни этот ужас — Звездный Огонь! Все прежние боги, демиурги и иже с ними должны быть забыты, а то и уничтожены, чтобы не смели вмешиваться.

— А Переход? — напомнил Кержак. — Вам должно быть известно, что он — цель любой цивилизации.

— Он не для вас, — безразлично ответил «сверх». — Ваше дело сидеть в землянках и покорно выполнять все, что велит священник. И не сметь даже думать о чем-либо другом!

— Да уж… — укоризненно покачал головой Кержак. — Ваша спесь невероятна. Мы не договоримся, поскольку ваши требования для нас неприемлемы. Что ж, вы сами объявили нам войну, потому не обессудьте.

И ударил связкой Коана, причем совмещенной со связкой поиска средоточия. И последняя отработала на ура, оказалась действенной, поскольку «сверх» завопил от боли, а затем бесследно исчез, провалившись в Бездну, где ему предстояло тысячи лет медленно растворяться, словно в концентрированной кислоте. И возврата оттуда не было.

Затем Кержак немедленно передал готовым к старту экспедициям координаты обнаруженных объектов, выяснилось, что больше ста мини-вселенных не было обнаружено раньше. И неясно остались они от прошлой стычки или появились уже после нее. Если последнее, то очень плохо. Это означало, что «сверхи», невзирая на потери, не отступили, как отступали всегда, когда им давали отпор в той или иной вселенной.

— А ведь дело не только в этих тварях, — заговорил Семин. — Учитель, в том, что творится в колониях хотя бы Тиума или Ринканга, «сверхи», скорее всего, не виноваты. Но им это явно выгодно, в нормальном государстве такое, как на Гешеме, было бы невозможно. В княжестве, если хоть одна колония замолчит, туда немедленно отправляют корабли, чтобы выяснить, что же случилось.

— Не только в княжестве, — добавил Николай, — в Сторне, Трирроуне и Парге тоже, да и в Телли Стелл с Кроуха Лхан.

Какое-то время все молчали, размышляя о разговоре со «сверхом», а затем внезапно заговорил Кениарх, его эмообразы буквально пылали алыми цветами тревоги:

— Внимание! В трех соседних системах обнаружены объекты неизвестной цивилизации! Технологическая культура не отвечает культуре «сверхов» — все сляпано отнюдь не на тяп-ляп, а с очень высоким инженерным уровнем. По первому предположение — это пространственные врата, именно через них пришли корабли, выжегшие Гешем.

— Так-так-так! — выпрямился Кержак. — Багу Бенсону информацию об этом отправили?

— Да, — подтвердил дварх. — Баг велел ничего не трогать, пока он не прибудет. «Белый Стерх» уже летит сюда вместе со всей командой безумных гениев. Однако проблема в том, что одни из врат, в системе YRW-567835, начали активацию, а это может означать вторжение.

— Объявляю боевую тревогу по ордену и княжеству! — выпрямился Кержак. — Всем свободным силам, находящимся поблизости, немедленно прибыть в систему YRW-567835! Прошу уведомить о происходящем Дарли, Рави и всех остальных альфа-координаторов.

Ситуация начала быстро накаляться. Скорее всего, возмущенные гибелью еще одного из них «сверхи» решили отомстить, и теперь придется воевать. Что ж, дело привычное и обычное, благо, есть чем встретить супостата. Однако где-то в глубине сознания старого орка вертелась мысль, что это могут быть и не «сверхи». А кто тогда? Впрочем, нет пока смысла строить предположения, надо сначала понять, кто прибывает и чего хочет. Он покосился на потерявшего сознания священника и велел запереть его в камере, толку от этого существа было немного, но пусть пока поживет.

К счастью, вокруг Тиума собралось почти два атакующих флота, их намеревались использовать для обследования колоний и поселений. Поэтому к системе YRW-567835 они вышли быстро и окружили ее тройным заслоном, причем, не входя в плоскость эклиптики, чтобы не сорвать массой боевых станций планеты с орбит.

В астероидных кольцах восьмой планеты, огромного газового гиганта, и находились странные объекты, напоминающие усеянные странными символами фигурные арки, которые были разнесены на пять километров между собой. И они действительно готовились к активации, о чем говорило свечение символов на каждой арке и начавшее возникать между ними зеркальное полотнище, похожее на водную поверхность. Энергонасыщенность странного объекта нарастала с каждой минутой, сканеры сообщали об этом довольно подробно, и это очень не нравилось Кержаку. Похоже, к переходу готовится большой флот.

Наконец зеркальная пленка затянула собой все пространство между четырьмя арками, на ней образовались концентрические круги, а затем из них высунулся нос чужого корабля. Еще несколько мгновений, и он вышел в обычное пространство. Это оказался, если судить по местной классификации, крейсер I-го ранга, или же атакующий крейсер — примерно восемьсот метров длины, на удивление соразмерный и красивый овальный корпус, украшенный десятками антенн, причем явно антенн гиперорудий, а также треугольными рубками снизу и сверху. И это явно был кто угодно, но только не «сверхи» — они не умели строить красивые, соразмерные корабли, все созданное ими выглядело поделками криворукого неумехи. А этот корабль, наоборот, был очень красив, инженеры, его создавшие, однозначно были мастерами.

На бортах чужака виднелся странный символ, который почему-то показался Николаю знакомым. Вот только он никак не мог вспомнить, где мог видеть его. Кажется, еще дома, на Земле. Причем у красных.

Да, на бортах неизвестного крейсера горел золотом молот на фоне серпа. А на рубке — пятиконечная красная звезда.

Глава 2.4

После недолгого совещания экипаж 685-го фрегата разведки решил переименовать свой корабль в «Крадущийся Ночью», поскольку практически сроднился с ним. Ониарх был только за, заметив, что хотя они вряд ли долго останутся служить на этом фрегате, но название потянется за командой. Хоть оно и не оригинальное, есть пара дварх-крейсеров, носящих такое же — один в Аарн Ларк, а второй в Кэ-Эль-Энах.

Кейтаре поручили обследовать близлежащие системы Тиума, причем не только населенные — шахтерские колонии могли оказаться где угодно, чаще всего их создавали в поясах астероидов, где хватало полезных ископаемых, большей частью различных руд. Каждая шахтерская артель мечтала найти хоть небольшое вариевое месторождение — это обеспечило бы всех ее членов до конца жизни, да что там, и внукам бы хватило. А территория Тиума была богата варием, в прошлом он вообще был монополистом, тем и жил.

Фрегат отправился в поиск почти сразу после прибытия флота во главе с Кержаком Черным и Тиной Варинх по прозвищу Кровавая Кошка, о которой Кейтара столько читала и слышала еще в детстве. Какая-то малоизвестная инфостудия даже фильм о ней вскоре после войны Падения сняла, но неудачно, популярным он не стал. Однако в специализированных военных училищах все известные операции Кровавой Кошки тщательно изучали по всей галактике. Однако Кейтара решила не дожидаться прибытия Тины, переговорив с ней по связи, и приказала стартовать.

Именно «Крадущийся Ночью» обнаружил одни из трех пространственных врат в системах, окружавших Гешем. Эти устройства имели огромный возраст в миллионы лет, от них буквально веяло седой древностью.

— Слушая, почему их раньше не нашли, как думаешь? — поинтересовалась Кейтара, задумчиво глядя на голоэкран, отображающий одну из ограждающих врата арок.

— Понятия не имею, — пожал плечами Лорис.

— Да все просто, — вмешался Никат, отвернувшись от пульта, черное неровное щупальце неврального интерфейса потянулось за головой пилота, отчего слизистый шар пульта словно вздохнул, и по бугристым стенам рубки пробежал очередной поток энергоразрядов. — Системы эти никому и на понюшку трубочного зелья не нужны, в них нет ни пригодных для жизни планет, ни полезных ископаемых. Да даже руд никаких нет, сплошные гранит да базальт. Автоматический корабль прислали, просканировали и забыли. Наши бы тщательнее обследовали, но это же Тиум, чего ты от них хочешь? С их убогими сканерами ничего удивительного не вижу. Наши-то сразу завопили, стоило фрегату из гипера выскочить. Так у наших чувствительность на три, а то и пять порядков выше будет!

— Согласен, — поддержал его Ониарх. — На «Крадущемся» вообще новинка стоит, потому мы сразу эту штуку и обнаружили. Даже сканеры прошлого поколения пропустили бы ее, уж больно хорошо скрыта, никакого излучения в принципе, при сканировании виден обычный базальт, понять, что это на самом деле оказалось возможно только при обнаружении остаточных вероятностных плетений, благо наши сканеры их способны фиксировать — Кержак с учениками постарались, сделали такую возможность своими способами.

— Так эти врата маги создавали? — удивилась девушка.

— Похоже на то, — подтвердил дварх. — Но очень давно, задолго до войны Кер’Эб Вр’Ан с народом Девир, первичный анализ говорит о восьми-девяти миллионах лет, как минимум, но скорее, это десятки миллионов. Если не больше.

— Ты сообщил Тине о находке?

— Конечно. А нам можно отправляться дальше, тут нужны исследовательские корабли с учеными. От нас тут толку мало.

— Ну, так отправляемся, — пожала плечами Кейтара. — Только не забудь сообщить нам, когда в общую сеть что-то по поводу этих врат выложат. Интересно же!

— Сообщу, — пообещал Ониарх. — Следующей стоит навестить ближайшую к этой систему, N-23567, там, если судить по записям в тиумском реестре, лет триста никто не бывал. Шесть планет, четыре каменных, две ледяных, большей частью состоящих из аммиачного льда. Пояса астероидов отсутствуют, как понятие, никаких полезных ископаемых и руд нет. Было немного железной руды, но ее всю еще шестьсот лет назад какая-то шахтерская артель вывезла. Хотя есть в этой системе парочка астероидов с очень странной траекторией, с моей точки зрения, странной. Они словно обходят пару мест, причем в каждый оборот вокруг светила, а там это старый красный карлик, по-своему, иногда кажется, что ими управляют. Шахтеры это тоже заметили, обследовали астероиды, однако ничего интересного на них не обнаружили. Камень и камень, ничего больше. Но врата ведь тоже никто до нас не нашел. Так что вполне возможно, что наши нынешние сканеры что-то обнаружат.

— Тогда не будет терять времени! — решила девушка. — Прокладывай курс к N-23567. Никат, как только получишь координаты, стартуй.

Не прошло и пяти минут, как «Крадущийся Ночью», совершив короткий разгон, нырнул в гиперпространство. Там сразу ушел на максимально доступный его двигателям двенадцатый уровень и двинулся по вычисленным двархом координатам. Лететь предстояло не слишком долго, около четырех часов, которые экипаж, кроме пилота, предпочел проспать.

Кейсару разбудил сигнал тревоги. Фрегат весь сотрясался, это явно говорило о том, что он ведет бой. Но с кем⁈ Девушка поспешила подключиться через голар к каналам Ониарха и присвистнула. Их, сразу после выхода в реальное пространство, атаковал корабль неизвестной принадлежности, он не походил ни на что знакомое — усеянная оспинами и ржавчиной трехсотметровая вытянутая призма, окруженная шестью походящими на бочонки толстыми цилиндрами, соприкасающимися боками. Оружием чужаку служили слабые мезонники, не способные причинить окруженному защитными полями первого класса «Крадущемуся» никакого вреда, да и расстояние их применения было слишком уж малым, чужак незамеченным подобрался на триста километров, только после этого начав стрелять. Это говорило многое о его системах маскировки, ничего подобного в обитаемой галактике не знали. Однако оружие оказалось на удивление примитивным, даже выпущенные странным кораблем ракеты оказались древними, твердотопливными, даже не ионными. Правда, с ядерными боеголовками. Их легко сбили при помощи ионного импульса — никакой защиты они, как выяснилось, не имели.

— Что за чушь? — с недоумением спросил незнамо у кого Лорис. — Это что, какая-то самобытная цивилизация в большой космос вышла?

— Вполне возможно, — отозвался Никат. — Меня больше беспокоит, как этот корабль здесь оказался. Почему его раньше не обнаружили? И какого хвоста Проклятого он на нас накинулся? Ониарх, ты уже просканировал чужака?

— Да, — ответил тот. — На борту выжила одна девочка, вся израненная и окровавленная. Причем не военная, младший медик, но кроме нее никого не осталось, вот и села за боевой пульт. Бедняжка приняла нас за врагов, которые едва не захватили их корабль — атака шла изнутри посредством абордажа. Это действительно самобытная цивилизация из неизвестного нам уголка космоса. Но как их корабль оказался здесь, она не знает, о чем речь, девочка понятия не имеет, что уже не в своей родной системе — их крейсер не имеет гипердвигателей. Похоже, эта цивилизация их вообще не знала и летала только внутри системы.

— Языковую маску ты считал? — вмешалась Кейтара.

— Только ее пока и удалось, у девочки, как ни странно, неплохой защитный ментальный блок стоит, вполне себе профессиональный, никто из вас такого ставить не умеет, — ответил дварх.

— Как ее зовут?

— Тирхана Вайд-Сторм.

— Связывай.

Дрожащие пальцы коснулись пульта, оставляя на нем кровавые отпечатки. Девушка осознавала, что жить ей осталось совсем недолго, но собиралась дорого продать свою жизнь. Она покосилась на тело отца и захлебнулась горькими слезами. Он больше никогда не подойдет, не потреплет по плечу, не улыбнется и не похвалит скупо, капитан Вайд-Сторм и в самом деле был скуп на похвалы. Больше никогда. Какие страшные слова…

Тирхана зло скрипнула зубами, запуская последние две ракеты. Вражеский корабль каким-то образом легко отражал их, ракеты просто не долетали до него, теряя управление. Да кто это такие⁈ Кто на них напал⁈ Зачем⁈ Кому понадобился старый рудовоз, лет тридцать неспешно таскавшийся от пояса астероидов до орбиты Иртаны? Ни на что другое его почти выработавшие свой ресурс двигатели были неспособны.

Никто из астронавтов не ждал неприятностей, а уж тем более нападения, и не просто нападения, а внезапного абордажа. Словно ниоткуда появилось несколько кособоких, на первый взгляд, вручную склепанных кораблей, и пристыковались к бортам транспортника очень опасным манером, на такой даже самые безумные пираты не решались. И без промедления принялись прорываться внутрь, каким-то образом легко пробивая легированную сталь бортов при помощи неприятно выглядящих бледно-розовых лучей. Все астронавты кинулись вооружаться, надеясь отбить нападение, ведь многие, не только капитан, летали вместе с семьями, не имея жилья на планете или астероидах — оно стоило немереных денег, и члены экипажа «Старого шахтера» надеялись, что им когда-нибудь удастся скопить на жилые блоки на пространственной станции «Колесо Времени», там можно было неплохо провести старость. На них никогда раньше не нападали, пираты прекрасно знали, что брать у нищих перевозчиков нечего. За исключением самого корабля, который попробуй еще продай — никому такая рухлядь не нужна. Поэтому неожиданное нападение очень удивило.

Когда астронавты увидели нападающих, то вообще чуть не впали в ступор. Дикари в шкурах, вооруженные топорами и ржавыми мечами! В космосе! Они что-то надрывно вопили и бросались вперед, словно обкуренные, не жалея собственных жизней. Их расстреливали, как в тире, автоматы вскоре раскалились, трупы чужаков перекрывали все коридоры, однако они все лезли и лезли, непонятно откуда берясь — в небольших кораблях, пристыковавшихся к «Старому шахтеру», столько людей не могло быть. Причем среди дикарей были не только люди, но и мохнатые существа с темно-зеленой шерстью, тремя глазами и вытянутой лисьей мордой. К сожалению, враги постепенно продавливали оборону, и то один, то другой астронавт падал, чтобы больше никогда не встать. Но нападающих тоже становилось меньше, и когда весь экипаж погиб, в рубку ворвалось всего четверо дикарей — двое бородатых мужчин и двое треглазых «лис». Отец, второй пилот и дядя Линц, штурман, дрались как безумные, но все равно погибли, и последнего чужака пришлось добивать Тирхане — это нелегко далось девушке, она сама была изранена топором и баюкала кровоточащую руку.

Сев за капитанский пульт, младший медик ввела нужные пароли — капитан Вайд-Сторм доверял своей дочери и выдал ей все пароли сразу после того, как она прошла сертификацию и стала признанным специалистом, приносящим кораблю пользу. На вызовы никто не отвечал, похоже, весь экипаж погиб. Да что там, проклятые чужаки добрались даже до семейных отсеков и безжалостно вырезали женщин и детей. От увиденных на экранах картин Тирхана завыла от отчания, как раненый звереныш. Она прекрасно понимала, что в одиночку не доведет корабль до Иртаны. Да даже до станции «Белое колесо» не доведет — не управляют такой громадиной, как «Старый шахтер», в одиночку. Да и двигатели дышали на ладан, в них попали своими розовыми лучами чужаки.

Как ни странно, кособокие корабли дикарей куда-то подевались. Мало того, радиоприемник внезапно перестал ловить какие-либо сигналы, а в их густонаселенной системе это практически невозможно, эфир в ней был буквально забит разными станциями и не только, частных каналов тоже хватало. Затем Тирхана обратила внимание на недалекую планету и задохнулась от ужаса — та была совершенно незнакома. А все планеты Иртанской системы девушка знала наизусть, не один экзамен по ним сдавала. Это могло означать только одно — «Старый шахтер» каким-то непонятным образом переместили в другую систему. Но как⁈ О подпространственных двигателях поговаривали, но до их изобретения было еще далеко. Неужели враги пришли из другой системы? Неужели у них уже есть межсистемные двигатели? Это же страшная беда для Иртаны! Особенно, если вспомнить безжалостность проклятых дикарей…

Что же делать? Тирхана понятия не имела, она продолжала со слезамисмотреть на трупы отца, штурмана, дяди Линца и дикарей, не представляя, как сможет дотронуться до них, чтобы оттащить в конвертер — именно в нем всегда упокаивались биологические отходы, включая тела умерших, и никого из астронавтов не смущало, что их еда могла частично состоять из их атомов — давно привыкли к такому.

Внезапно огни пульта загорелись красным, и экраны рубки показали появление из ниоткуда еще одного корабля, совсем не похожего на корявые корабли дикарей — вытянутый вперед черный овоид, усеянный буграми и рытвинами. Однако Тирхана не обратила на несхожесть внимания — чужаки тоже вышли из подпространства, а значит — они все заодно. Она ударила по кнопкам пульта пальцами, активируя мезонники и запуская ракеты.

Девушку ждал шок. Мезонные удары просто отражались от защитных полей черного корабля. Но ведь защитных полей такого класса не существует! И не может существовать! Иртанские ученые утверждали это со всей уверенностью. А ракеты вдруг теряли управление и уничтожались какими-то белыми вспышками, ничего подобного Тирхана никогда не видела, хотя, как и все дети на корабле, тщательно изучала существующее в мире оружие.

Последние две ракеты потеряли управление и закувыркались в пространстве после самопроизвольного отключения двигателей. Девушка прикрыла глаза и тихо заплакала — вот и все, вот и закончилась ее короткая жизнь, в течение которой она видела только корабельные коридоры, да изредка большие станции, на планете побывать так и не довелось, слишком дорого обошелся бы такой визит. Он снова бросила взгляд на мертвого отца и закусила губу. Наверное, следовало застрелиться, но Тирхане не хватало на это мужества. Однако если чужаки ворвутся, нужно будет сделать это. Попасть живой в руки дикарей с топорами? Вот уж они потешатся! Нет, лучше умереть.

Неожиданный треск, словно порвалась плотная бумага, заставил ее вскинуться и повернуться к источнику звука. На месте переборки возникло опаловое свечение, быстро развернувшееся в огромный голографический экран, на котором появилась симпатичная девушка в черно-серебристой форме с багровым, огненным оком на левом плече.

— Добрый день, уважаемая! — поздоровалась она. — Позвольте спросить, почему вы накинулись на нас? Мы разведывали ненаселенную звездную систему, но едва успели выйти из гиперпространства, как вы на нас напали. Мы сделали вам что-то плохое? Или вы просто не любите орден?

— Орден?.. — растерянно переспросила Тирхана. — Не знаю, что это. Но разве это не вы напали на наш корабль до того?

— Нет, — отрицательно покачала головой незнакомка. — Мы впервые встречаем подобный вашему корабль. В обитаемой галактике таких никто не строит. Я так и подумала, что произошла ошибка, и приказала не причинять вам вреда. Нашему фрегату, простите уж, одного залпа хватит, чтобы ваш корабль превратился в облачко пара. Позвольте представиться, Кейтара Арадо, бета-координатор, орден Аарн. Насколько я понимаю, ваша цивилизация еще не вышла за пределы своей системы?

— Не вышла, — подтвердила разом успокоившаяся девушка, поняв, что ее никто убивать не будет, и действительно произошла путаница. — Я только не понимаю, как наш «Шахтер» оказался здесь… Это не наша система, я уже вижу… Может, дикари перенесли?..

— Дикари? — насторожилась аарн. — Это еще кто?

Тирхана тяжело вздохнула и коротко поведала о случившемся. На экране появился коротко стриженный мужчина в такой же форме, как на Кейтаре, и принялся задавать вопросы, как нападающие были одеты и что делали. Иртанка постаралась насколько могла подробно ответить на них.

— Судя по первому впечатлению, слуги «сверхов», — констатировал, наконец, незнакомец. — Их почерк. С кривобокими кораблями мы уже сталкивались, да и розовые лучи говорят, что это они — их оружие.

— Меня беспокоит, как они оказались в системе Иртаны, — Кейтара кивнула встревоженную Тирхану. — И как рудовоз переместился сюда. Нет ли здесь постоянной или спонтанно открывающейся природной червоточины? Или это «сверхи» поработали? А если учитывать большие порталы в трех близлежащих системах…

— Ты права, — вмешался в разговор голос ниоткуда. — Есть следы открытия червоточины, сканеры это четко определили. А вот куда она ведет определить пока не удалось. Я уже связался с нашими, сюда идет боевая станция Бага Бенсона, он очень заинтересовался случившимся. Через десять минут «Белый Стерх» будет здесь. Там, кстати, очень большая медицинская секция. Может, удастся спасти кого-то из погибших астронавтов, да и дикарей допросить не помешает.

— Значит, наш корабль попал в природную червоточину? — не выдержала Тирхана, она смотрела немало фантастических фильмов и знала, что такое червоточина.

— Похоже на то, — кивнула Кейтара. — А наткнулись вы на так называемых «сверхов», основная цель которых низвести все развитые цивилизации до уровня дикарей, живущих в землянках и молящихся им, как богам. Зачем им это нужно мы так и не поняли, они ни с кем не желают говорить, презрительно цедя сквозь зубы, что мы-де ничего не понимаем, должны знать свое место и не мешать им, всепресветлым, добиваться некого всеобщего блага. Их миллионами лет гонят отовсюду, но они не успокаиваются. Сколько уже они перспективных цивилизаций погубили! И вашей, раз там появились «сверхи», грозит серьезная опасность. Но мы найдем, как открыть проход в вашу реальность и поможем, в покое этих тварей мы не оставим. Да и вас сможем вернуть домой.

— А что мне там делать? — грустно спросила девушка. — У меня там никого нет, мой дом — это наш корабль. А теперь правительство его, конечно, конфискует, ведь у меня нет сертификата капитана. Мне даже не заплатят, скорее всего, вышвырнут на улицу. И останется разве что в проститутки идти…

— Вот как? — приподняла бровь аарн. — Ониарх?

— Посвящение пройдет, девочка чистая и добрая, светлая очень, мечтательница, — снова прозвучал голос ниоткуда. — Вот только позвольте вас спросить, уважаемая, откуда у вас ментальная защита такого уровня? Я с трудом смог прочесть вашу память…

— Но все же смогли? — огорчилась Тирхана. — Значит, зря мы шаману на станции «Ирталь» такие деньги заплатили за амулет, — она достала и показала странную, перекрученную фигурку на кожаном шнурке. — У нас все с такими ходят, телепатов хватает, они торговцам очень хорошо подгадить могут.

— Интересная цивилизация, — заметил давешний мужчина с короткой стрижкой. — Давно вы осваиваете свою систему?

— Да уже третью тысячу лет, — ответила девушка.

— И до гипердвигателя все еще не дошли?

— Нет, ученые уже которую сотню кормят народ завтраками по его поводу, но ничего не меняется.

— Странно, — покачала головой Кейтара. — Но оставим пока этот вопрос. Дело в том, что мы вас просканировали, и вы нам подходите. Так что, если пожелаете, можете остаться в ордене Аарн равной среди равных. Я еще два месяца назад была беспризорницей на нищей планете, голодала и холодала. А теперь, как видите, кораблем командую.

— Правда⁈ — просияла Тирхана, которой мысли о том, что ее ждет, не давали покоя. — Я согласна!

Она очень надеялась, что не совершает ошибку, что ей не солгали. Отец называл ее слишком доверчивой, но так уж вышло, что девушке за всю ее недолгую жизнь так и не довелось столкнуться с предательством. И она доверяла людям, потому так и бросилась навстречу предложению аарн.

В этот момент что-то случилось, сканирующая аппаратура «Старого шахтера» словно сошла с ума, сообщая о появлении чего-то гигантского. А затем пространство буквально вывернулась наизнанку, и из ниоткуда возник огромный бугристый черный шар, размером, наверное, со среднюю луну.

— Что это⁈ — ошалело выдохнула иртанка.

— Боевая станция «Белый Стерх», один из научных центров ордена Аарн, возглавляемый гениальным гиперфизиком Багом Бенсоном, — любезно ответил мужчина с короткой стрижкой, чье имя так и осталось неизвестным. — Приготовьтесь, сейчас на борт вашего корабля откроют прямые порталы, чтобы унести тела погибших. Возможно, кого-то из них еще можно спасти, но обещать не могу. Спасение возможно для тех, кто погиб не позже двух часов назад.

А затем все завертелось со страшной скоростью. Не прошло и часа, как «Старый шахтер» опустел, а затем был взял в один из ангаров «Белого Стерха», где им занялись орденские инженеры, решив оставить старому кораблю прежнюю внешность, полностью заменив начинку. Именно на нем собирались проводить разведку родной вселенной Тирханы — Баг Бенсон в течение получаса сумел определить ее координаты, изучив следы червоточины.

А сама девушка с вытаращенными глазами ходила по станции. ПАравда, сначала ей оказали медицинскую помощь, как оказалось, серьезных ран у нее не было. До Тирханы только сейчас дошло с цивилизацией какого уровня ей довелось столкнуться и влиться в ее ряды. Ведь после произнесения Призыва и прозвучавшей в ответ мелодичной трели к иртанке начали относиться, как к своей. Это поражало, удивляло, вводило в ступор, особенно девушку, привыкшую к совсем другому отношению между людьми, к тому, что каждый каждому волк и зверь, исключая немногочисленных родственников.

Вспомнив отца, Тирхана в который раз всплакнула — его спасти не удалось, поздно, из всего экипажа выжили только она сама и дядя Линц, который, как оказалось, был не убит, а только ранен, и умер всего полчаса назад, потому его душу успели вернуть из белого канала, и теперь штурман лечился в ти-анх. Девушке еще предстояло объяснить ему, где они оказались и что их ждет.

— Спасибо тебе, Создатель, за то, что привел мне на помощь аарн… — тихо прошептала Тирхана и двинулась дальше, вся горя любопытством, ведь на «Белом Стерхе» ее ждало еще множество чудес.

Глава 2.5

— Что думаете, Михаил Николаевич? — хмуро спросил у контр-адмирала Назарова командующий. — Куда попадем?

— Не знаю, Александр Леонидович, — тяжело вздохнул тот. — Но выхода у нас все равно нет, приходится использовать все варианты. Сами отбиться от тварей мы не в состоянии. Их слишком много…

— Не думаю, что мы найдем союзников, — поморщился командующий. — Напоремся на очередных капиталистов, скорее всего. Никто не станет помогать нам за просто так, а что их может заинтересовать? Я не знаю. Впрочем, главное, найти пригодные для жизни миры и организовать колонии, куда тварям нет доступа. К вратам они ни разу не приближались, шарахаясь от них, словно там что-то очень для них страшное.

— Может, и страшное, — задумчиво заметил контр-адмирал. — Мне вообще неясно, как смогли активировать это древнее сооружение.

— Очень дорого это обошлось, — обреченно махнул рукой Лагутин. — Три планеты остались практически без энергии, все было через подпространственные каналы отправлено к вратам. Не понимаю, как древние их использовали при таких-то энергопотребностях.

— Да уж… — вздохнул Назаров. — Хоть бы только эти затраты не оказались напрасными…

— Мы можем только надеяться.

Адмиралы понурились, вспоминая случившееся за последние несколько лет. Лет триста назад Советский Союз и Западный блок начали расширяться в разные стороны, желая находиться как можно дальше друг от друга. На Земле к тому времени осталось совсем немного людей, да и мало кого интересовала почти лишенная полезных ископаемых планета. Памятники архитектуры давно перенесли в новые столицы. Русские в Новую Москву в безымянной системе недалеко от Альтаира; китайцы в Даолянь в системе Лаланд; американцы, разделившиеся на беспрерывно враждующих между собой либералов и консерваторов, в Нью-Вашингтон в созвездии Кита и Нью-Даллас в созвездии Эридана. Остальные государства Земли постарались расселиться поближе к своим патронам, разве что Израиль забрался в несусветную даль, больше тридцати световых лет от родной планеты, радуясь, что там нет арабов, надоевших евреям до зубной боли — те заняли три планеты за советской территорией. А своих «родных» арабов израильтяне, освобожденные от международного надзора, скопом выслали к соплеменникам, не пожалев выделить на это несколько десятков транспортников. Это удалось им, поскольку все остальные страны замкнулись в своих секторах, лихорадочно осваивая их и не обращая внимания на происходящее в других. Даже международная торговля почти прекратилась, каждый сектор производил нужное ему самостоятельно.

Год шел за годом, десятилетие за десятилетием, столетие за столетием. Осваивались и застраивались новые планеты, население СССР достигло трех миллиардов человек, национальные особенности стерлись, а национальные языки за ненадобностью забылись. Их никто не запрещал, они просто стали не нужны. Русский впитал множество слов из них, и оставил в забвении. Также в состав Союза лет через сто пятьдесят лет влились арабы, лаосцы, монголы, вьетнамцы и филиппинцы. Оставленная позади Земля очень мало кого интересовала, туда наведывалась раз в десятилетие, не чаще — живущие без присмотра местные племена довольно быстро одичали и скатились к первобытно-общинному, рабовладельческому или феодальному строю. Кто как.

Казалось, так будет всегда. Земные анклавы мало контактировали, разве что две ветви американцев то и дело сцеплялись друг с другом в яростных схватках — либералы и консерваторы по-прежнему терпеть друг друга не могли, их ценности были кардинально противоположными, и точек соприкосновения не находилось. Европейцы вообще куда-то подевались, их планеты полностью обезлюдели, но никого не интересовало, что же с ними случилось. Как говорится, помер Клим, ну и хрен с ним. Жизнь текла своим чередом, пока в один далеко не прекрасный момент все изменилось.

Опасность пришла из открытого космоса, на бывших землян навалилась орда кривобобоких кораблей, под завязку набитых агрессивными дикарями с ржавыми мечами и топорами в руках. Людьми и нелюдьми — среди агрессоров попадались даже огромные насекомые. Говорить с ними о чем-либо было совершенно невозможно даже после того, как земляне выучили их примитивный язык. Чужаки озвучивали только надменные заявления о том, что неверные должны склониться перед несущими некое неведомое всеобщее благо и забыть обо всем, что запретили великие учителя. Жить в землянках и поклоняться оным учителям, даже не помышляя о том, чтобы хоть как-то улучшить свою жизнь. Первыми на пути орды оказались израильтяне. И вскоре их жалкие остатки, оглашая эфир мольбой о помощи, разлетелись по всем земным секторам. Немало беженцев оказалось и в Советском Союзе, поэтому Верховный Совет и Генеральный секретарь вовремя узнали о надвигающейся опасности. Однако они поначалу не поняли уровень этой опасности, что сыграло свою отрицательную роль.

Ошарашенные быстрой гибелью израильтян бывшие земляне начали срочно вооружаться, строить боевые флоты, но было поздно — орда приближалась, накатываясь на людей с безжалостностью цунами. Следующими стали китайцы и их союзники. Эти продержались почти два года, дав остальным немного времени, однако в конце концов тоже были раздавлены и почти все уничтожены. Твари, как в прессе прозвали пришельцев, не жалели ни женщин, ни детей, разделывая их на мясо, порой живыми — однажды удалось освободить один такой страшный мясокомбинат, и даже привычных ко всему, казалось бы, солдат рвало от омерзения и ужаса после увиденного там.

Корабли тварей были на удивление примитивными, сляпанными на авось, напоминали собой поделки пьяного деревенского кузнеца, но, тем не менее, летали и побеждали самые совершенные земные корабли при помощи своих паскудных розовых лучей с золотистыми проблесками, от попадания которых любая преграда рассыпалась в пыль. На каком принципе работало это странное оружие советские ученые так и не смогли разобраться, да просто не нашли его в немногих захваченных целыми трофейных кораблях. А уж сращивание с кораблями живых разумных вообще поражало, причем сращивание на скорую нитку, наживую, несчастные при этом испытывали страшные боли и долго не выдерживали, сходя с ума. Удалось определить, что пилот тварей жил не более месяца-двух, после чего его требовалось заменять.

Откуда пришли странные агрессоры выяснить так и не смогли, ни один, даже самый совершенный разведывательный корабль не вернулся. Их отправляли десятками, отчаянных сорвиголов, готовых рискнуть жизнью, в стране хватало, однако это ничего не дало. Мало того, неожиданно начались какие-то непонятные волнения на многих планетах СССР — толпы народа вдруг начали собираться и требовать, чтобы правительство сдалось тварям и выполнило все их требования. Землянки? Бунтари готовы были даже жить в землянках, лишь бы не воевать. Поначалу Верховный Совет растерялся, не понимая, чем могла быть спровоцирована такая глупость, а затем взъярился и приказал силовикам стрелять на поражение, после чего бунты быстро сошли на нет. Однако то, что они вообще возникли, настораживало. Это явно было какое-то психотропное оружие чужаков, но какое? Никаких следов его применения обнаружить опять не смогли.

Орда двигалась не спеша, давила всех, на кого натыкалась, и однажды добралась до первой планеты Советского Союза. На ее защиту встали шесть из двенадцати боевых флотов страны, больше восьмисот боевых кораблей разных классов, от фрегатов до линкоров. Однако это не помогло, дикари бросались в безумные атаки и побеждали. Попасть в их верткие кораблики ракетами комендоры не могли, те ускользали. Только ближе к концу сражения пилоты-истребители нашли способ противодействия. Самоубийственный способ — таран. Иначе приблизиться к чужакам не получалось, зато истребители с живыми пилотами они почему-то подпускали близко. Немногие выжившие пилоты потом рассказывали, что при приближении у них в ушах начинал звучать какой-то торжественный голос, но идущие на смерть русские воины не обращали на него внимания, они пели «Интернационал», «Варяг» и другие вдохновляющие песни. Только благодаря их жертве успели завершить эвакуацию и вывезти население Белогорска полностью. Опустевшую планету оставили противнику, она не стоило того, чтобы дальше класть за нее жизни.

Это сражение позволило многое понять в тактике орды, и следующие сражения дались намного проще — больше ни одной советской планеты чужакам захватить не удалось. Их уничтожали тысячами, однако из глубин космоса приходили новые и новые. О происходящем в других секторах не было никакой информации, только однажды до пограничной планеты Древлянь кое-как доковылял полуразбитый американский корабль, экипаж которого сообщил, что планеты Нью-Вашингтон больше нет, вместо нее остался астероидный пояс.

После трех лет беспрерывной войны ресурсы Советского Союза начали постепенно истощаться, и вскоре партии и правительству стало ясно, что продержаться они смогут разве что еще пару-тройку лет, после чего будут раздавлены. Нужно было искать другой выход, возможность эвакуации туда, где проклятые твари не достанут беглецов. Ученые сообщили, что такое убежище можно найти только в другой вселенной. Вот тогда-то и вспомнили о найденном две сотни лет назад в ненаселенной системе объекте, который был определен, как древние пространственные врата, чей возраст составлял несколько миллионов лет, как минимум. А то и десятков миллионов. К ним слетелись сотни ученых, и через полгода группа молодых физиков из Новой Твери сумела активировать артефакт — врата на короткое мгновение открылись в другое пространство, где не уловили ни одного радиосигнала. Главным теперь становился поиск там пригодных для жизни планет. Была спешно собрана и отправлена экспедиция под командованием адмирала Александра Леонидовича Лагутина, опытного военного, набравшего оный опыт в сражениях с тварями. Заместителем его назначили контр-адмирала Михаила Николаевича Назарова, не менее опытного флотоводца. Им придали боевую эскадру из трех линкоров и сопровождающих их групп разнородных кораблей, от крейсеров до эсминцев и фрегатов. Также в состав экспедиции включили авианосец «Леонид Брежнев» с расширенной авиагруппой, состоящей из самых отчаянных пилотов флота. Энергии на открытие врат потребовалось огромное количество, зато после этого они создавали постоянно действующую искусственную червоточину, закрывающуюся только после подачи особого рода сигнала.

— Ну что ж, поехали! — скомандовал Лагутин, и флагманский линкор «Ефрем Соколов» продавил зеркальную пленку перехода.

Несколько минут вокруг корабля царила озаряемая серебристыми вспышками темнота, а затем он снова оказался в реальном пространстве. Разве что в пространстве другой вселенной. За ним один за другим начали появляться другие корабли экспедиции. Не прошло и двух минут, как все они выстроились позади флагмана в атакующем построении. И только тогда сканирующая аппаратура выдали информацию о обстановке. Она оставляла желать лучшего — врата окружал огромный флот, причем однозначно принадлежащий разным цивилизациям. Черные, бугристые, кажущиеся живыми яйцевидные гиганты пятидесяти более километров в длину перемежались технологического вида двадцатикилометровыми кораблями с двойной обратной спиралью на бортах. О кораблях поменьше можно было даже не упоминать — их были сотни и сотник, очень разных, порой совершенно диких форм.

— Твою же мать! — буквально выплюнул Назаров. — Нас ждали…

— Похоже на то, — недовольно скривился Лагутин. — Впрочем, ничего удивительного. Врата уже активировались ненадолго. Наверное, местные жители это обнаружили и решили встретить незваных гостей. Мы бы на их месте сделали то же самое…

— И что будем делать?..

— Не знаю. Этот флот нашу эскадру за несколько минут с грязью смешает.

— Вызывайте их! — повернулся к офицеру связи командующий. — По всем доступным каналам.

— Есть! — ответил тот и начал выполнять приказ, однако этого не понадобилось.

Воздух перед адмиралами внезапно пошел искрами, а затем перед ними вдруг развернулся большой голографический экран, на котором появился сухощавый, но крепкий человек лет тридцати с небольшим на вид. Он с явным интересом посмотрел на удивленных военных, затем вежливо наклонил голову и заговорил на вполне понятном, хоть и несколько архаичном русском языке:

— Здравствуйте, товарищи! Позвольте представиться. Фомичев Никита Михайлович. Бывший красный комиссар. Ушел с Земли в 1920-м году в орден Аарн. Мне поручено провести с вами переговоры.

Ошалевшие адмиралы почему-то сразу поверили в невероятное известие, что перед ними находится один из легендарных комиссаров гражданской войны. Было в этом человеке что-то такое, что заставляло верить ему. Сколько же ему лет? Выглядит совсем молодо…

— Похоже, в нашей и вашей вселенной время идет по-разному, — продолжил посланник. — На нашей Земле сейчас начало двадцать первого века, и в большой космос она еще не вышла. А у вас?

— Здравствуйте, товарищ комиссар! — Лагутин наклонил голову, отдавая дань уважения человеку, воевавшему за становление советского государства. — Вы правы, у нас середина двадцать шестого века. Наверное, вы хотите знать, ради чего мы активировали древние врата?

— Естественно, — кивнул Фомичев. — Мы сами недавно обнаружили их и ищем следы проникновения сюда наших врагов. Вы случайно не сталкивались с кривыми, кособокими кораблями, словно склепанными из отходов?

— Именно от них нам и приходится бежать, — тяжело вздохнул адмирал. — Мы надеялись найти здесь несколько планет и эвакуировать на них население в надежде, что сюда они не проникнут. А они, выходит, уже здесь?

— Только остатки, — отрицательно покачал головой комиссар. — Мы не так давно выдворили их из нашей галактики, в чем сильно помогла Российская империя, опережающая нас на десять тысяч лет, да-да, не удивляйтесь, именно романовская империя, в которую входят пять галактик. Но это можно обсудить и позже, а пока скажу, что опасны не сами дикари, а те, кто стоит за ними — так называемые «сверхи». Это невероятно могущественные твари, не желающие никого слушать, считающие всех других разумных ничтожествами, с которыми они имеют право делать все, что пожелают. Они уже миллионы лет низводят в невежество десятки тысяч цивилизаций, но понять, чего именно они добиваются, не удалось еще никому. В ответ на вопросы следуют только презрительные приказы подчиниться, отказаться от технологий и жить в землянках, как последние дикари, посколько все, что выше, это, мол, не для нас. А когда им наподдавали, следовал изумленный вой: «Да как вы смеете, ничтожества⁈ Примите уже, наконец, свою судьбу и перестаньте сопротивляться!».

— Но кто такие тогда дикари? — растерянно спросил Лагутин.

— Сдавшиеся «сверхам» представители ранее развитых цивилизаций, — вздохнул Фомичев. — Мы находили их планеты. Это жуть, люди становятся не просто невежественными дикарями, а фанатиками, искренне верующими, что они выше всех, поскольку служат всеобщему благу и слушают великих учителей. Сейчас не знаем, что с ними делать.

— На лесоповал! — резко ответил адмирал. — Тяжелый физический труд хорошо прочищает мозги!

— Может, вы и правы, — тяжело вздохнул комиссар. — Только времени не было, у нас кризис за кризисом. Сначала война с вторженцами из другой вселенной, — и он коротко поведал о сути конклава Юои Жерг, оба адмирала, выслушав его, поежились, сталкиваться с такого рода цивилизацией им не хотелось. — А потом «сверхи», чтоб они провалились. Думали, что выгнали их, и вдруг находим в нашей галактике их колонию. Кинулись обследовать все близлежащие системы, обнаружили трое врат и…

Аарн ненадолго замолчал, а затем неохотно продолжил:

— Только что поступила информация, что в еще одном месте нашлась блуждающая червоточина, ведущая в систему, занятую самобытной цивилизацией, еще не имеющей гипердвигателей. И там у них тоже появились дикари на своих кривобоких лайбах. Если не помочь, они обречены…

— Мы тоже хотели бы просить помощи, если это возможно, — негромко сказал Лагутин. — Я имею полномочия для этого.

— Поможем, конечно, — кивнул Фомичев. — Мы будем преследовать «сверхов» везде, где они только появятся. И у нас есть способ уничтожать не дикарей, расходный материал, а именно высших из этих тварей.

— А какой общественный строй в вашем ордене?

— В общем-то, коммунизм. Разве что без ваших наворотов наподобие диктатуры пролетариата и демократического централизма. Однако принцип «От каждого по способностям, каждому по потребностям» работает, общество у нас безденежное. Но это касается только самого ордена, другие государства из наших сателлитов использует денежное обращение. В них, скорее, высшие уровни социализма, хотя они могут быть и демократическими, и монархическими. В нескольких странах на престоле находятся аарн, а потому, сами понимаете, как они себя ведут и чего добиваются. Я…

Он не договорил, в этот момент из зеркала портала вылетел небольшой кораблик и огласил эфир сигналами: «Срочно возвращайтесь, атакована столичная система!».

— Готовы отправиться с вами, — тут же предложил комиссар. — Поможем отбиться. Тем более, что наши силы возглавляет признанный военный гений, флаг-адмирал Дарли Эстель Фарлизи. Она проиграла за всю свою карьеру только два сражения, да и там силы противника превосходили ее силы вдесятеро, а то и вдвадцатеро. Но прошу учесть, что характер у флаг-адмирала, так сказать, оставляет желать лучшего.

— Приветствую, товарищи, — появилась на экране ослепительно, невыносимо красивая блондинка с холодным лицом и безразличным взглядом, невзирая на всю красоту, от нее хотелось держаться подальше, чем-то она пугала до онемения. — Чтобы не было недоговоренностей, меня обычно называют Белой Стервой, и я ничего против этого прозвища не имею, оно полностью отражает мою суть. Предлагаю перейти на вашу сторону, затем погрузить ваши корабли на наши боевые станции, их ангары достаточно вместительны для этого, после чего отправляться в вашу столичную систему через шестнадцатый уровень гиперпространства. Это будет всяко быстрее, чем если вы пойдете своих ходом.

Немного подумав, адмирал Лагутин согласился. Он только не мог понять, что за корабли способны вместить в свои ангары полукилометровые линкоры. Пока не увидел их. Вид гигантских боевых станций заставил адмирала поежиться. Зачем вообще строить такие? Они же невероятно дороги в содержании! Хотя орден, похоже, богат настолько, что слов нет, Советскому Союзу до него далеко.

Бой в столичной системе шел с переменным успехом, проклятые дикари привели несколько тысяч кораблей, тогда как у СССР их осталось не более семи сотен. Однако дрались русские отчаянно, дорого продавая свои жизни. Чужаки уже сообразили, что взять под контроль пилотов-истребителей невозможно, и теперь старались не подпускать их близко. Но это не слишком получалось, отчаянные сорвиголовы закладывали лихие виражи и на полной скорости врезались в борта вражеских кораблей, уничтожая их ценой своей жизни.

Однако проклятые дикари не сдавались, они яростно рвались к населенным планетам и пространственным станциям. И две станции уже уничтожили вместе со всем населением, из чего стало ясно, что пощады ждать нечего. Однако затем произошло нечто невероятное. Из ниоткуда один из другим, причем над плоскостью эклиптики, начали выныривать огромные, со среднюю луну размером, усеянные буграми и рытвинами черные шарообразные корабли. Их сопровождало множество других, разных, но при этом очень больших по советским меркам — от двух до двадцати пяти километров. Новые чужаки без промедления накинулись на дикарей, и используемое ими оружие оказалось настолько странным, что флотские инженеры замерли с приоткрытыми ртами, ничего не понимая. Почему корабли дикарей вдруг начали становиться комками рваного металла? Что их таковыми делало? Что превращало их в пыль? Что сжигало белым огнем? Что заставляло исчезать без следа? То, что эти странные корабли пришли на помощь, вскоре стало ясно каждому. Однако каждый же задавал себе вопросы: «Кто это? Что они запросят за свою помощь и не накинутся ли на советские корабли после того, как справятся с дикарями?» Им ведь справится с потрепанным флотом будет несложно.

Еще через несколько минут возле двух черных шаров возникли черные воронки, из которых выскользнули корабли эскадры адмирала Лагутина и тут же связались со штабом, сообщив, что привели союзников-коммунаров — в их стране, называющей себя Орден Аарн, коммунизм. Это вызвало взрыв восторга на всех кораблях флота, люди орали от радости, подбрасывали вверх фуражки, прыгали и качали немногих выживших пилотов-истребителей. Они понимали, что теперь, когда им на помощь пришла такая силища, их семьи будут жить, не попадут на страшные мясокомбинаты дикарей.

Сражение быстро подошло к концу, Аарн не жалели слуг «сверхов», уничтожая их, как бешеных собак. Только несколько кораблей лишили энергии и взяли экипажи в плен для допроса. Хоть это и не имело особого смысла, обычно дикари ничего не знали, только вопили и угрожали, требуя подчиниться всеобщему благу, но мало ли. Вдруг попадется какая-либо ценная информация, которая поможет в определении координат основных объектов «сверхов» в этой вселенной.

Единственные, кому не слишком понравилось неожиданное появление флота страны, достигшей коммунизма, были некоторые особо хитрые и наглые функционеры Политбюро. Они подозревали, что им визит коммунаров дорого обойдется, ведь они планировали сдаться «сверхам» и остаться в привилегированном положении. А теперь их ждал скорый допрос в КГБ. И это «группу товарищей» сильно пугало.

Глава 3.1

Земные корабли бесчисленными разноцветными мошками вились вокруг массивной черной туши «Ночного Всадника», тяжеловесно выходящего на орбиту Земли по указанным стличной русской диспетчерской координатам. Остальная экспедиция осталась в десяти световых минутах от Солнечной системы в полной готовности к старту. Чисто на всякий случай — не понравилось Мерхалаку поведение местных, которым, казалось бы, пришли на помощь, сильно не понравилось. Российская империя вела себя странно, словно ей не помогли, а навредили. Но, скорее всего, она не станет нападать, чего нельзя сказать об англичанах и французах. Ведь об их преступлениях объявили на весь мир, снабдив репортажи железобетонными доказательствами, поэтому европейцы были способны на любую провокацию — терять им было нечего, репутация уже погублена. Так что лучше не рисковать, целее будешь.

— Не понимаю, зачем держать столицы враждующих государств на одной планете, — раздраженно проворчал Мерхалак. — Глупость же полная!

— Традиции, — с почти незаметной улыбкой пояснил один из его заместителей, дварх-майор Николай Осипов, аарн. — Они, порой, очень сильно мешают жить, но и отказаться от них довольно трудно. Отказ может привести к потере сути народа или племени, становлении их чем-то другим — такое не раз случалось.

— Да уж… — вздохнул гросс-адмирал. — Наверное, вы правы. У моего народа тоже глупых традиций хватает. Ладно, вернемся к делу. Я не могу понять: зачем русскому императору понадобилось встречаться со мной? Вы землянин и русский, что вы можете сказать по этому поводу?

— Все просто, политика, — криво усмехнулся дварх-майор. — После того, как мы при помощи нашей аппаратуры провели трансляцию происшедшего в колониях и на самой Земле, включив туда признания пленных офицеров, причем трансляцию, которую англичане и французы остановить не смогли, хоть и очень старались, все прежние союзы и объединения на планете затрещали и зашатались. У джентльменов ведь есть правило. Делай, что хочешь, но не попадайся. Они попались, и император решил воспользоваться своим нежданным выигрышем в полной мере. Сейчас европейцы, чтобы замять эту ситуацию, пойдут на любые уступки. Совести и чести у этих господ отродясь не бывало, они ничтоже сумняшеся отдадут своих высокопоставленных офицеров и чиновников на виселицу, отрекутся от них. И те покорно пойдут на виселицу, но перед смертью обязательно утопят всех, кого только смогут. Меня это в западниках всегда удивляло. Особая психология.

— Психология гнид, — брезгливо скривился Мерхалак. — Благодарю, я понял.

— Самое неприятное из того, что нам предстоит — пресс-конференция. Западные журналисты обязательно постараются сбить вас с толку и вынудить признаться, что все случившееся было делом рук русских спецслужб. Поэтому советую сразу показать им наше техническое превосходство, а также отстраненность от местных событий и местной политики. Тем более, что местные русские отнюдь не спешат бросаться в наши объятия. Нас здесь интересует только гашение источников инферно, больше ничего. Советую предупредить, что кто бы ни был повинен в геноциде, он будет наказан. Нам безразлично, кто это будет — англичане или русские. Мне тоже очень не нравится, как последние себя повели. Что-то тут не то. Похоже, случившееся в Ново-Огарево было выгодно кому-то из имперской верхушки, и сейчас этот кто-то очень недоволен срывом своих планов.

— Примерно то же самое я и собирался сказать. Но благодарю еще раз.

История в этой реальности сильно отличалась от известных ордену вариантов. До конца девятнадцатого столетия все шло точно так же, как и во многих других случаях, вот только Николай II процарствовал всего три года, после чего умер от горячки, простудившись во время зимней прогулки. На престол взошел не желающий того Михаил, взявшийся, однако, за дело с немалым рвением. Причем кто был его советниками осталось неизвестным, а они однозначно были, иначе молодому повесе многие ходы и в голову бы не пришли. Ведь новый император первым делом отменил выкупные платежи, от которых стонали и выли крестьяне, предоставил всем желающим землю в Сибири и Дальнем востоке, организовал перевозку переселенцев при помощи Столыпина, заставил разработать и принять Трудовое законодательство, ограничивающее права работодателей, и создал специальный департамент, следящий за его исполнением. После того, как десятка два фабрикантов, отправились на каторгу за издевательства над рабочими, остальные, недовольно бурча, начали отпускать гайки. Также император дал множество полномочий жандармскому корпусу, вплоть до отстрела различных революционеров в любом месте, где их обнаружат. Проводились заочные суды, после которые очередные деятели добавлялись в бессрочные списки на ликвидацию. Их отыскивали и ликвидировали по всему миру, не обращая никакого внимания на вопли западной прессы. Что удивительно, здесь Коба Джугашвили и Феликс Дзержинский стали не революционерами, а совсем наоборот, жандармами. И приложили все свои таланты к полной ликвидации революционного движения в России. В итоге никаких революций в стране не было. И это сыграло свою положительную роль.

Первую мировую Россия выиграла, захватив часть Германии и столь давно желаемые проливы, ополовинив тем самым территорию Турции. Это настолько возмутило англичан и французов, что они без промедления объявили недавнему союзнику войну, к Новой Антанте также присоединились САСШ и Канада. Война с переменным успехом шла вплоть до начала тридцатых годов и далась России очень тяжело, но она эту войну выиграли. По результатам под сень российской короны ушли Швеция, Норвегия, Греция, часть Египта, Монголия, восточная половина Китая, Филиппины, Таиланд, Лаос, Корея, Вьетнам и множество архипелагов. Средиземное море вскоре вообще стало внутренним русским морем. Как, впрочем, и Черное. И да, русско-японскую войну Россия выиграла за несколько месяцев, из-за чего в мировой войне Япония выступала на ее стороне, в 1940 году вообще вошла в состав империи на правах Японского царства.

Обескровленные долгой войной соперники принялись зализывать раны, в итоге Вторая мировая война началась только через тридцать с небольшим лет в одна тысяча девятьсот семьдесят втором году. Ядерное оружие было изобретено через шесть лет после ее начала, после чего стороны боевые действия прекратили, оставаясь при своих. Осознали, что при наличии такого оружия победа становится невозможной. С тех пор все силы соперников были направлены на космические исследования, и через сорок пять лет, в 2017-м году, первый межзвездный корабль достиг Альфы Центавра. Причем русский. Еще через две сотни лет Россия и Европа имели по сотне с небольшим колоний, остальные государства старались не отставать, но больше десяти планет освоить не смог никто, кроме разве что Халифата, в который к началу XXII-го столетия объединились основные мусульманские страны мира. Но о Халифате вообще не слишком многое знали, мусульмане почти все покинули Землю.

Западники не оставляли надежды окончательно решить русский вопрос, им само наличие цивилизации, исповедующей другие моральные и этические принципы, было, как кол в глотке. Не могли они с этим смириться, и постоянно строили планы уничтожения России и геноцида ее народа. Почему-то ни Китай, ни Халифат западников не беспокоили, только и исключительно Россия. Почему? Понять это было невозможно — какая-то звериная, нутряная ненависть к русским и их этике взаимопомощи. Ну да, у западников «этика» была однозначной — падающего подтолкни, ради своей выгоды сотвори любую мерзость, убей, укради, предай, обрати в рабство, растопчи, поиздевайся. Так что нацизм был для них естественной идеологией, ничего иного они и не могли придумать своей убогой сущностью, считая себя высшими существами. И их страшно возмущало, что «русские варвары» не желают этого признавать и не соглашаются стать покорными рабами белых господ. Европейцы все чаще пытались сломать русскую цивилизацию, получали по сусалам, шипели от ненависти и злобы, ненадолго затихали, но вскоре опять начинали строить козни.

Еще одна тонкость — в этой реальности Соединенные Штаты Америки так и не стали реальной силой, оставшись в тени Великобритании, ее вассалом и сателлитом. Канада, Мексика и половина стран Южной Америки вообще оставались английскими колониями, не раз восставали, но восстания подавлялись с нечеловеческой жестокостью.

В последнее столетие тайная война не прекращалась ни на минуту. Западники, сделав вид, что они здесь не причем, создали пиратские кланы, не дающие покоя русским и китайским планетам. Пришлось укреплять колонии, строить бесчисленные боевые флоты и пространственные оборонительные станции, что очень дорого обходилось и сильно ограничивало колонизацию. С иными цивилизациями земляне еще не встречались. В одну такую стычку между старыми врагами и влезла экспедиция ордена. Для Аарн не стояло вопроса, на чьей стороне выступить — убийцы женщин и детей, считавшие себя вправе творить любые преступления, подлежали безоговорочному уничтожению. Таких орден всегда давил, и всегда будет давить, останавливать их — долг любого разумного существа, считающего себя таковым. Или они превратят мир вокруг в адскую клоаку.

Перед Мерхалаком со свитой завертелась черная воронка прямого гиперперехода. Сначала в нее ступила охрана — два десятка кэ-эль-энахских гвардейцев в зеркальных орденских доспехах черного цвета с серебряным гербом княжества на груди. За ними двинулся сам гросс-адмирал с помощниками. Они оказались в огромном зале, где их встречало множество разодетых сановников, одним своим видом вызвавших у Мерхалака, с юности не терпевшего эту породу бесполезных паразитов, неприкрытую брезгливость, он даже губы поджал. Это, естественно, заметили и тут же зашушукались, пытаясь понять, что именно так не понравилось инопланетному адмиралу, возглавляющего грозную силу, за полчаса разгромившую довольно большой англо-французский флот. Помимо сановников присутствовало несколько десятков журналистов, представляющих все самые известные периодические издания Земли. Они с нетерпением ожидали, что скажет им командующий чужой эскадрой — ведь земляне впервые столкнулись с иным разумом.

Пройдя мимо почетного караула, своего и русского, Мерхалак поднялся на трибуну. Он не хотел выступать перед прессой, никогда не любил инферов, но советники убедили, что надо, и гросс-адмирал, скрепя сердце, согласился. Ему требовалось информация от русских спецслужб по еще пяти точкам, откуда распространялось инферно. Три из них явно не относились к земной цивилизации, находились на другом конце галактики, а вот еще две находились довольно близко, и о них у местных вполне может найтись какая-нибудь информация, которая облегчит задачу.

— Добрый день, дамы и господа! — по-русски поздоровался Мерхалак. — Я представляю на данный момент несколько государств из соседней вселенной. Княжество Кэ-Эль-Энах. Республику Трирроун. Скопление Парг. Империю Сторн. И… орден Аарн.

Он усмехнулся про себя. Скажи кто гросс-адмиралу еще пару лет назад, что он такое заявит, посчитал бы сказавшего сумасшедшим. Где он и где Аарн? А вот поди ж ты. Связался с бывшими врагами и вполне этим доволен. Давно так интересно, как сейчас, не жил.

— В нашей галактике, а она практически полностью освоена и поделена, живут не только люди, а еще несколько разумных рас, самостоятельно вышедших в большой космос.

Керси, гвард, эльф и дракон из стоявших на трибуне сняли шлемы, точнее, те ушли в воротники. Арахнов решили не показывать, чтобы не вызвать панику. Земляне зашевелились, с удивлением глядя на странных, с их точки зрения, существ. Гросс-адмирал коротко рассказал о государствах обитаемой галактики, затем умолк, предложив задавать вопросы.

— Джек Майлон, «Дейли Экспресс»! — тут же выкрикнул долговязый рыжий мужчина в бейсболке. — Почему вы вмешались в междоусобные конфликты и обвинили западные страны в геноциде⁈

— Потому, что в наших глазах те, кто уничтожает женщин и детей, выжигая населенные города с орбиты, чудовища, — спокойно ответил Мерхалак. — Мы уничтожали их у себя дома и будем уничтожать везде, где только обнаружим. Исповедующие превосходство одного народа над другим не имеют права на существование.

Журналисты загудели, им такое было странно слышать, ведь в их реальности войны с гитлеровской Германией и концлагерей, в которых варили мыло из человеческого жира, не было. Ну, считает себя какой-то народ лучше других, и что в этом плохого? Они просто не понимали, что может вырасти из банального чувства превосходства.

— Иван Михайлов, «Русское слово»! — ступил вперед на шаг благообразный мужчина в косоворотке и вышитом сюртуке. — С какой целью вы прибыли в нашу вселенную?

— Нас попросили из высших Сфер, Сфер Творения, ликвидировать шесть источников скверны, именуемой инферно. Сферы Творения — это, можно сказать, внешняя граница Царства Небесного, если использовать христианскую терминологию.

— А вы сами христианин?

— Нет, я прихожанин Церкви Благих, которая уже несколько тысяч лет является ведущей религией обитаемой галактики. Христианство появилось у нас не так давно, когда мы впервые столкнулись с землянами. Да, чтобы не было кривотолков, в нашей вселенной тоже есть планета Земля, только отстающая от вас по времени и с другой историей. На ней сейчас начало двадцать первого столетия, и в большой космос земляне еще не вышли. Однако мы также сталкивались с Российской империей, опережающий ваше время на десять тысяч лет и на данный момент занимающей пять галактик. На ее территории живут тысячи разумных видов, и большинство из них считает себя русскими. Даже гигантские богомолы. О других земных государствах там давно позабыли. Насколько мне известно, англосаксов и их прихвостней русские в той вселенной окончательно добили в две тысячи трехсотых годах.

Немного помолчав, гросс-адмирал добавил:

— Какие-либо взаимоотношения мы будем иметь только с Российской империей, англичане и французы, с нашей точки зрения, чудовища, убийцы детей, бесчеловечные звери, с которыми нельзя иметь ничего общего. Они могут не притворяться, что не виноваты. В их командовании все и всё знали, это подтверждено допросами высокопоставленных европейских офицеров, захваченных в плен в системе Ново-Огарево. Заявления их правительств о том, что эта акция не была с ними согласована, считаю откровенной ложью. И чтобы вам, скоты, хорошо спалось, сообщаю о передаче Российской империи технологий, которые позволят ей очень быстро вас раздавить.

Мерхалак цедил вышесказанное сквозь зубы, всячески демонстрируя отвращение к подонкам, способным ради каких-то своих гнусных целей убивать женщин и детей. И его прекрасно поняли — в глазах многих европейских разведчиков, притворявшихся журналистами, сверкнула откровенная злоба. До них дошло, что пришло время отвечать за свои деяния. В полной мере. Русские ведь всегда приходят за своими деньгами, а теперь им дали в руки инструменты для взымания долга. А этого, понятно, никому не хотелось. Инопланетян, после слов их представителя, западные господа записали в моралисты, которых можно облапошить, таких они всегда облапошивали. Господа не учли только того, что их память полностью считана и проанализирована, поэтому гросс-адмиралу было известно, чего от них ждать. И документация об их деяниях, подтвержденная непрошибаемыми доказательствами, уже готова к выкладке в местную инфосеть. Вскоре дам и господ ожидает масса «приятных» сюрпризов, после которых многим придется пустить себе пулю в лоб.

За спиной Мерхалака развернулся огромный голографический экран, на котором появилась карта освоенной землянами части галактики. Две точки на ней пульсировали багровым цветом.

— Что это? — не выдержал кто-то из журналистов.

— Нас отправили сюда, чтобы погасить шесть источников инферно, — пояснил гросс-адмирал. — Три из них расположены на территории землян, три — в другом конце галактики. Один мы погасили, это и была система Ново-Огарево.

— А что такое инферно?

— Это сила, которая возникает там, где много боли и горя разумных, — ответил вместо Мерхалака Николай Осипов. — Где много убивают, насилуют, мучают разумных существ. Дело в том, что основные законы мироздания звучат так: «Не делай другому того, чего не хочешь получить сам» и «Другому тоже больно». И задача любого, кто хоть что-то понимает в устройстве мироздания, останавливать несущих боль. Сейчас мы хотели бы узнать, что это за системы и их координаты, — он показал на карту за спиной. — Мы, конечно, все выясним и так, но просим имперские власти сообщить, что находится в указанных точках.

— Насколько мне известно, вон та точка — система Аль Хурайра, принадлежащая Халифату, там расположен основной их рабский рынок, — ступил вперед высокий военный с контр-адмиральскими погонами по русскому стилю. — Вторая система принадлежит какой-то из южно-американских стран, населенных планет там, как будто, нет. Возможно, об их наличии просто неизвестно.

— Благодарю, — поклонился дварх-майор. — Это облегчит нашу задачу.

Журналисты допрашивали Мерхалака с помощниками еще около часа, после чего их принял император Владимир III. Высокий, сухощавый мужчина неопределенного возраста в строгом зеленом мундире, с полностью безразличным лицом и глазами снулой рыбы. Его величество сухо поблагодарил за помощь, оказанную колонии Ново-Огарево, а также за переданные научные знания. Помимо того с явно заметной неохотой приказал кому-то из своей свиты поделиться точными координатами необходимых экспедиции систем. По его виду сразу становилось ясно, что он не доверяет пришельцам ни в малейшей степени и не желает их видеть, поэтому сразу по завершению аудиенции оскорбленный до глубины души поведением императора гросс-адмирал, не став задерживаться ни на минуту, сразу же покинул Землю через гиперпереход и вернулся на «Ночной Всадник». А там узнал, что за время визита в него стреляли раз десять. Вот только защитные поля ордена преодолеть не смогли. Судя по всему, многим высокопоставленным господам в России почему-то очень не понравилось разоблачение англо-французов, и они ясно дали понять пришельцам, что им здесь не рады.

— Да пошли они к Проклятому под хвост, раз так! — возмутился Мерхалак. — Летим к первой планете. Поскольку на ней расположен рабский рынок, то приказываю навести там порядок жестко, без сантиментов! Ненавижу работорговцев!

— Только сперва предлагаю передать на все местные новостные сервера сообщение, что мы уходим из-за позиции имперского правительства, которому безразлична гибель колонистов, им главное — прибыль от сделок с убийцами, — вмешался Осипов. — Двархи быстренько соорудят из наших записей в Ново-Огарево задевающий за душу документальный фильм, после просмотра которого многие задумаются. Да и данные по действиям англо-франзузов, из-за обнародования которых они сильно пострадают, стоит разместить. Кейсарх?

— Без проблем, — заверил тот. — Мы, к тому же, взломали большинство местных баз данных, так что информация о том, кто из сановников империи был заинтересован в атаке на Ново-Огарево и другие колонии имеется. Подавать ее завуалировано или прямо?

— Прямо! — зло усмехнулся гросс-адмирал, у которого визит оставил очень неприятный осадок на душе. — Чтобы последнему дураку стало ясно, кто во всем виноват! Кстати, я практически уверен, что возле одной из планет нас будут ждать.

— Я тоже, — проскрипел Эрху-Тхуу, бело-алая шерсть арахна всколыхнулась. — Причем серьезными силами, согласно докладам разведки, основанных на считке памяти английских адмиралов из Адмиралтейства, там очень недовольны, что их силы разгромили практически всухую. Жаждут реванша. Они не поняли еще, что нам не противники.

— Хотят, пусть атакуют, — пожал плечами Мерхалак. — Умножим на ноль.

— Умножим, — согласился арахн.

Поведение местного русского императора настолько оскорбило гросс-адмирала, что проявлять снисхождение он не был намерен ни в малейшей степени. Поэтому не прошло и десяти минут, как смонтированный двархами документальный фильм, повествующий о предательстве имперской верхушки и страшной гибели десятков миллионов человек ради выгоды кучки потерявших все человеческие качества толстосумов, продавших западникам собственных соплеменников, легли на десятки тысяч земных серверов. Всполошившиеся местные спецслужбы попытались было эти записи удались, но куда там, не им тягаться с бестелесными хакерами, чувствовавшими себя в любой компьютерной сети, как рыба в воде.

Еще через час дварх-крейсер тяжело снялся с орбиты, набрал скорость и скрылся в гиперпространстве, не обращая никакого внимания на панические призывы с Земли о том, что пришельцы-де все неправильно поняли, что никто не хотел их оскорблять, и так далее, и тому подобное. Все они правильно поняли. А до местных наконец-то начала доходить истина, что пришедшая извне сила с ними церемониться не намерена.

Глава 3.2

Кержак задумчиво смотрел на Рави с Никитой. Ник прохаживался по каюте, о чем-то напряженно размышляя и загибая пальцы на левой руке. Семен поглядывал на раскрывшийся прямо перед его лицом небольшой голоэкран, где то и дело сменялись какие-то документы. Тина что-то изучала в прямом подключении к биоцентру, черное рубчатое щупальце, тянущееся от ее глаза к стене, слегка подрагивало и постреливало желтоватыми искорками.

— Ну что скажете, други мои? — недовольно поинтересовался старый орк. — Я все еще ничего не понимаю. Ясно, что «сверхи» опять нам нагадили, но только ли они? Что-то сомнительно. Здесь что-то еще.

— Никто ничего не понимает, — тяжело вздохнул Рави. — Какой-то балаган, честное слово. Да, «сверхи» опять гадят, причем кое-что осталось от последней стычки с ними, мы просто не до конца все вычистили. Но почему одновременно с этим события покатились валом? Трое древних врат вокруг системы Гешем, где обнаружили жрецов этих тварей! И одни из них внезапно срабатывают. Мало того, проявилась блуждающая червоточина, ведущая в систему, принадлежащую цивилизации, еще не освоившей гиперпространственные перелеты. Сейчас к отправке в нее готовится экспедиция. И там, судя по рассказу выжившей девушки, тоже начали вовсю резвиться слуги «сверхов», чтоб им всем в ад провалиться. Надо точно установить, что происходит и снова искать их объекты. А потом и средоточия. Тут вам, магам, и карты в руки.

— Ты прав, надо искать, — кивнул Кержак. — Вот только проблема в том, что Стеверен куда-то исчез и на вызовы не отвечает, а мы пока таких, как у него, ритуальных кругов не имеем, да уверенности в том, что я смогу провести ритуал подобного уровня, нет. Ну не ритуалист я, как ни жаль это признавать. Однако когда я вчера поднялся в Сферы и провел там медитацию, посвященную этому вопросу, то получил координаты еще одной вселенной, точнее, одной ее планеты. Там местные власти готовятся к уничтожению сильной, старой школы ритуалистики, и нам необходимо успеть вывезти эту школу к себе — в крайней пользе этой дисциплины вы все успели убедиться. Так что готовьте еще одну экспедицию, с ней пойдем мы с Касрой и Николаем.

— А не опасно нам оставаться без сильных ментатов даже на короткое время? — поинтересовался Семен.

— Опасно, — признал старый орк. — Так жить вообще опасно, дорогой мой. К тому же помимо нас остается немало других моих коллег. Хотя бы Михаил, Семин и Исраэль с учениками. Да и Тальки с откурсниками, они уже на многое способны. Так что…

— Ясно, — кивнул бывший русский разведчик. — Распоряжения я отдал. Каков состав экспедиции?

— Три-четыре дварх-крейсера с сопровождением будет достаточно. Еще добавь парочку альфа-линкоров. Командование поручите Релиру хотя бы, что-то он застоялся. Легионеры чтобы были всех известных разумных видов, от драконов и людей до арахнов и керси, поскольку я не знаю, к какому виду относятся местные жители. Единственное, что мне еще известно — планета магического плана развития, магия там очень сильна.

— А что с помощью Советскому Союзу?

— С этим вы и без меня справитесь, магической поддержки там пока не требуется, а понадобится, так Академия Вероятности вместе со всеми преподавателями и учениками в вашем распоряжении. Кто может сообщить что-либо по дальнейшему осмотру планет и ненаселенных систем Тиума?

— Я, — отозвалась Тина. — Кроме уже найденного пока ничего не обнаружено. Но сейчас ведется тщательный обыск системы Гешем, Баг подозревает, что в ней тоже есть блуждающая червоточина. Иначе непонятно, откуда взялись слуги «сверхов». Врата, насколько мне известно, их пугают, значит, в нашу реальность они проникли как-то иначе. Почему-то я почти уверена, что жрецы Гешема не принадлежали к адептам Дедушки, Никто и Шута. Допросы пленных говорят что-то о Воине, Наставнике и Госпоже. Также упоминались Спящая, Ледяной и Зверь. Самый больший ужас вызывает Ледяной, после него Спящая и Госпожа. Хотелось бы отыскать их средоточия…

— Хотелось бы, — кивнул Кержак. — И не только этих шестерых, а вообще всех «сверхов». Но я, помимо того, хотел бы также понять, чего они добиваются. Ведь миллионы лет работают, стремясь к какому-то определенному результату! Вот я и хочу знать, что это за результат.

— Все хотят, — дернул щекой Никита. — Тогда хотя бы стало понятнее, как им противостоять. Но это лирика. Значит, новые «сверхи», да еще и целых шестеро? Плохо. Очень плохо. И их средоточия нам без помощи ритуалистов не отыскать. Кержак, отправляйтесь тогда поскорее за ними.

— Да прямо сейчас и отправимся, как только корабли будут готовы, — проворчал старый орк. — Релира мне только сыщите.

— А чего меня искать, вот он я, — вышел из гиперперехода упомянутый, откинув за спину гриву белоснежных волос. — Что такое срочное случилось?

Получив нужную информацию в виде сжатого эмообраза, лавиэнец задумчиво похмыкал, затем быстро связался с выделенными экспедиции дварх-крейсерами, которые возглавлял родной и знакомый до последнего закутка «Пик Мглы». К сожалению, Асиарха там не было, ушел с экспедицией Мерхалака, поэтому пришлось пригласить его ученика Таниарха, такого же ехиду, как и наставник. Но это привычных к постоянным подколкам двархов аарн ничуть не смущало. За аналитические способности дварху можно было простить еще и не то.

В этот момент поступило донесение из соседней вселенной, от Дарли Фарлизи. Она начала очистку захваченных дикарями систем и две уже очистила. Обнаруженное на освобожденных планетах настолько поразило флаг-адмирала, что она просто переслала записи в Совет ордена, снабдив их одной рекомендацией — полное уничтожение. Когда все ознакомились с полученной информацией, некоторое время царило ошеломленное молчание.

— Это… — наконец с трудом выдавил из себя Кержак. — Это вообще ни в одни ворота не лезет…

— Да, в известных нам случаях они до такого все же не доходили… — нервно поежился Ник.

Как выяснилось, в соседней вселенной слуги «сверхов» очень рационально использовали захваченные ресурсы. Им не нужно было столько разумных, пусть даже принявших их жуткие «ценности», поэтому всех лишних отправляли на специализированные мясокомбинаты, где перерабатывали на консервы и другие мясопродукты. Причем, умерщвлением жертв никто не заморачивался, кричащих и плачущих людей и других разумных существ просто сталкивали в особого рода машины — в процессе подохнут. Причем ни в каких других случаях «сверхи» никаких машин своим слугам иметь не позволяли. Только использующиеся для разделки заживо. Записи работы мясокомбинатов оказались настолько страшны, что аарн прошиб пот от ужаса и гнева. Если до этого они еще питали надежду как-то договориться, как-то понять путь «сверхов», то теперь это стало физически невозможным. Чудовища, способные на такой кошмар, жить не должны. Это война на уничтожение, без возможности ее остановить до полной гибели одной из сторон. «Сверхи» перешли грань, которую переходить не следовало.

Голосование за войну на уничтожение было единогласным. Причем информация о происшедшем была доведена до каждого аарн, где бы он или она ни находился. И каждый проголосовал за войну. После увиденного они не могли проголосовать иначе — «сверхов» следовало остановить. Любой ценой остановить. И пусть псевдогуманисты говорят, что пожелают. Стоит им попасть на мясокомбинат дикарей, как они сразу изменят свое мнение, да только поздно будет. Орден Аарн готов был выполнить возложенный на него Творцом долг.

* * *

— Что будем делать, учитель? — хмуро спросил Шаорг, потирая небритое лицо. — Замок окружен, мимо их постов мышь не проскользнет…

— Зато и пробиться сюда они нескоро смогут, — возразил Леотар, потерев лысую голову.

— И что, сидеть здесь, как крысы в норе⁈ — вспыхнул гневом старший ученик.

— Надо, так и будем! — вызверился на него младший магистр.

— Тихо, вы оба! — рявкнул глава школы, архимагистр Гетий. — Еще не хватало между собой поцапаться!

— Извините, учитель, — в один голос повинились ученики.

— Понимаю, нервы у всех ни к демону, — вздохнул старый маг. — Но держите себя в рука. Вы мне вот что лучше скажите: как они сумели так быстро среагировать?.. Нам бы еще три дня, и пусть бы обыскивали пустой замок…

— Предательство, — криво усмехнулся Шаорг. — Мне жаль это признавать, учитель, но Второй круг предал. Им пообещали, что введут в Первый в других школах. А эти идиоты поверили! В итоге половину из них уже казнили, а половину притащили сюда в надежде, что мы, видя, как их пытают, сдадимся. Простите, учитель, вы гениальный риатуалист, рунист и некромант, но реальные побуждения людей так и остались для вас тайной за семью печатями…

— Видимо, так оно и есть, — грустно согласился Гетий. — Но тогда объясни мне, зачем светлые, с твоей точки зрения, все это затеяли? Ведь Каорг не мог не знать, что Свет и Тьма — две равноценные силы, не могущие существовать друг без друга… Ну не идиот же он?..

— Да все он знает, сволочь бородатая! — вмешался еще один из старщих учеников, Дайар, родом с Восточных равнин Анханга, соседнего материка. — Просто понял, что опираясь на фанатизм идиотов легче добиться власти! Вот и начал проповедовать о величии Света и низости Тьмы… Он не идиот, он — сволочь! Конченая! Учитель, да перестаньте вы быть настолько наивным, вам же больше двухсот лет!

— Всегда хотелось думать о людях лучше, чем они есть на самом деле… — как-то беззащитно улыбнулся архимагистр. — Значит, возможности спастись у нас нет? Точно нет?

— Я, по крайней мере, ее не вижу, — пожал плечами Шаорг. — Замок плотно осажден, все подходы перекрыты, подземные ходы обнаружены и завалены. Причем атаковать они не намерены, хотят взять нас измором. Теперь вы поняли, почему я настаивал на закупке дополнительных припасов?

— Теперь понимаю. Ты предполагал осаду.

— Предполагал. Не верил, что успеем эвакуироваться. Особенно после побега половины учеников. Зато теперь нам хватит воды и продовольствия на три, а то и четыре года осады. Атаковать, зная уровень нашей защиты, они больше не решатся, помня, во что обошелся им первый штурм. Ожидают прибытия магов Земли, надеясь, что те сумеют прорваться. Прошу подумать над ритуалом защиты от них, учитель.

— Подумаю, — кивнул Гетий. — Есть у меня кое-какие наметки по этому поводу. Доработаю. А вы пока еще следилок наставьте, чтобы штурм не пропустить, если светлые все же полезут.

Скажи пятнадцать лет назад старому ритуалисту, что ритуалистику запретят и объявят наследием демонов, абсолютным злом, он бы никогда не поверил. Занятый любимым делом человек не обратил внимания на изменения в Конклаве Магов империи Останг, не заметил, что старшим магом стал сладкоголосый Каорг, умеющий так заговорить слушателей, что они готовы были идти за них хоть в пропасть, хоть в ад. Ну, кто мог подумать, что глупые россказни о том, Свет — добро, а Тьма — зло, могут вырасти до уровня закона? Кто мог представить, что сама основа древних знаний будет запрещена, а за их использование магов станут приговаривать к смертной казни? Невозможно и невероятно! Однако случилось. Причем исподволь, незаметно, потихоньку.

Сначала пошли разговоры, что кровная магия, рунистика, ритуалистика и демонология — на самом деле жестокое зло, что любое их использование вредит людям, превращая их в слуг демонов, продавших последним свои души. А некромантия и вовсе чудовищна, и всех ее адептов следует срочно пустить под нож. На вопросы о том, кто будет упокаивать кладбища и целить людей, ведь темное целительство — это тоже некромантия, следовал истошный визг и объявление спрашивающего врагом Света и Добра.

Тогда, годы назад, это вызывало здоровый смех. Всем казалось, что это всего лишь шутки такие, глупые шутки, никто не предполагал, что фанатики — всерьез. А они, как позже выяснилось, относились к своим нелепым измышлениям не просто серьезно, а чуть ли не как к божественному откровению. Зато их лидер, Каорг Исте Оранах, директор школы магии «Ранхайд», все прекрасно знал и понимал, но, сидя на плечах глупцов, торил себе дорогу к власти. С каждым годом все больше его учеников поднимались в магической иерархии Останга все выше и выше, при этом оставаясь фанатиками, истово верующими в безумные идеи своего учителя.

И в один далеко не прекрасный день Каорг Оранах был избран верховным магом Конклава. О, он не спешил, он начал вводить угодные ему законы очень постепенно, исподволь, так, что почти никто из древних родов не заметил этого. Прошло пять лет, и в менорах темных семей появились с ордерами на обыск тайные стражи, начав изымать книги по отраслям магии, на которых эти семьи издавна специализировались. Естественно, последовало возмущение, но это не принесло желанного результата, наоборот, все высказавшие оное возмущение этим решением Конклава были объявлены вне закона. И безжалостно уничтожены. За их головы объявили и выплатили награду. За ними охотились, как за взбесившимися псами. А страшнее всего, что даже детей опальных родов не пощадили, их лишили магического дара, а потом выбросили на улицу без гроша в кармане, где привыкшие к достатку малыши, понятно, не выжили. Самое мерзкое, что светлые объявили это актом милосердия.

Многие старые, опытные, многого добившиеся маги попытались образумить Каорга, доказать, что он ошибается. Старший маг выслушивал их аргументы с доброй, всепонимающей улыбкой, затем укоризненно качал головой и разлагольствовал о том, что Тьма пустила корни даже в сердцах таких уважаемых людей. И это уже не они, ими управляет зло, которое можно очистить только святым огнем. На площадях городов и селений Останга вспыхнули костры, на которых сожгли самых старых, самых уважаемых, самых опытных магов, уничтожив затем все их наработки и библиотеки. Возникало ощущение, что Каорг хочет превратить магическое сообщество в сборище невежд, умеющих и знающих только то, что он сам разрешит.

В стране вспыхнула гражданская война, покорно идти на костер темные рода и школы не пожелали. К сожалению, они не сумели вовремя объединиться, и их раздавили поодиночке. В империи воцарилось невежество, магия была уничтожена, как наука. Немногие уцелевшие школы сидели в осаде, не имея сил вырваться из нее. Кое-кто сумел пробраться в другие страны, закрывшие границы с Остангом, где творилось полное безумие. А выслушав беженцев, тамошние маги подняли вокруг своих стран защитные пологи, чтобы не дать «светлому» безумию вырваться за пределы империи. Почему-то это сильно оскорбило Каорга, и он пообещал, что соседи пожалеют о своей недальновидности.

Школа ритуалистики «Ладонгар» считалась самой сильной и старой не только в Останге, но по всему материку, во всех семи его странах. Ее возглавлял двухсотлетний архимагистр Гетий Черный Волк. Никто не знал откуда он родом, кажется с Дальних Пустошей, на которых пасли свои стада кочевые племена. Школа многие десятилетия занималась своим делам — искала и обучала талантливых юношей и девушек, не обращая внимания на их происхождение, разрабатывала и проводила новые ритуалы и поддерживала ритуальный годовой круговорот. В политику ритуалисты никогда не лезли, она их ни в малейшей степени не интересовала. Запрет основы их существования грянул для них, как гром с ясного неба.

К счастью, архимагистр Гетий не поехал в столицу протестовать, как другие директора школ, а сначала собрал информацию о происходящем и узнал, что делают там с осмелившимися высказать недовольство. После этого старый маг собрал учеников и объявил о скорой эвакуации школы в соседнюю Итаргию. Однако не успел этого сделать, множество местных учеников сбежало на следующую же ночь, и кто-то из них донес о предстоящей эвакуации в Конклав. После чего к замку, стоящему на большой плоской скале в предгорьях, выдвинулись войска — Каорг лично приказал не дать ученикам Гетия уйти и обязательно удостовериться в их гибели. Что плохого сделали ему безобидные ритуалисты было неясно, но осада замка стала для старого мага немалой неожиданностью. К счастью, хоть припасов, благодаря расторопности старших учеников, хватало, несколько лет продержаться можно. А уж магических ловушек вокруг школы Гетий наставил столько, что никто не проберется. Даже круг демонов создал, проведя соответствующий ритуал. Светлые после нескольких попыток, во время которых потеряли чуть ли не треть войска, встали лагерем вокруг скалы, где располагалась школа, и каждый день жестоко казнили кого-то из бывших ее студентов, причем располагая плаху так, чтобы из замка было ее прекрасно видно.

В школе осталось всего немногим больше двадцати человек. Сам наставник, шесть старших учеников и пятнадцать младших, из которых половина была маленькими детьми, которым едва исполнилось по семь-восемь лет. До всех этих событий наемники Гетия ездили по окрестностям, ища и выкупая одаренных детей, после чего свозили их в замок. Архимагистр предпочитал воспитывать учеников с самого раннего возраста, тогда они куда больше понимали и лучше учились. Главное — мотивировать детишек как следует, а это опытный наставник умел делать хорошо.

— Учитель! — ворвался в комнату, где Гетий совещался со старшими учениками, долговязый Неодил, последний из них. — Там такое!..

— Что там такое? — насторожился Гетий.

— Кто-то незнакомый лупит светлых паскуд в хвост и гриву!

— В смысле⁈ — чуть не подпрыгнул Шаорг.

— В прямом! — радостно хохотнул Неодил. — Я на стене стоял, наблюдал, как твари бедолагу Рамина из третьей группы на кол сажают, и матерился, что ничего сделать не могу. Мог бы, хоть пристрелил бы его! Но тут… В небе над замком три чудовища черных возникло! Драконы, что ли? Не знаю. А потом из черных воронок, они словно смерчи маленькие, воины летающие в зеркальных доспехах посыпались, целыми толпами. Рамина с кола сняли и куда-то унесли. А светленьких безжалостно давят! Правда, пару командиров живыми взяли. Идемте, сами глянете!

Гетий с учениками поспешлили на стены. Единственные из девушек среди учеников, горянки Истана и Хейда, возбужденно зашушукались. Обе были откровенно некрасивы, обладали грубыми чертами лица и мешковатыми фигурами, зато очень талантливы, наставник девушек очень хвалил и говорил, что способность создания новых ритуалов у них врожденная.

Оказавшись на стене, архимагистр окинул взглядом открывшуюся картину и задумчиво хмыкнул — светлых и в самом деле осталось в живых немного. Остальные валялись на земле. Однако что-то в их позах настораживало, и Гетий бросил быстрое сканирующее плетение, после чего весело хмыкнул. Похоже, эти непонятные пришельцы в зеркальных доспехах, как и он сам, не любят убивать. Воины светлых, причем все до единого, были живы, просто спали мертвым сном. Интересно, каким заклятием это достигнуто?

Внезапно прямо перед Гетием завертелась огромная черная воронка, из которой потянуло мертвенным холодом. А затем из нее вышел в сопровождении молодых мужчины и женщины пожилой человек с маленькими желтыми глазками, красной кожей и выступающими нижними клыками. Архимагистр как-то сразу понял, что видит перед собой коллегу с учениками. Мужчина внимания не привлекал, множество ему подобных ходило по улицам городов Останга. Зато женщина… Таких невероятных красавиц просто не могло быть. Серебристого оттенка пушистые волосы, миндалевидные огромные глазка, заостренные, постоянно шевелящиеся уши, совершенные черты лица. Но она… не человек, однозначно не человек. Как и ее учитель. В их мире когда-то существовали альвы, именно их и напоминала женщина. А вот на кого похож пожилой? Старый маг не знал.

— Добрый день, архимагистр Гетий! — слегка поклонился пришелец. — Мое имя — Кержак Черный, я тоже архимагистр нескольких дисциплин, рядом со мной Николай Шаронский и Касра Ла Онег, мои ученики. Мы все принадлежим к ордену Аарн. Рад знакомству с вами и рад, что мы успели вам помочь.

— Приветствую вас, архимагистр Кержак, и очень благодарен за помощь, — наклонил корпус в поклоне равного Гетий. — Но хотелось бы узнать: кто вы, и как узнали о нашем затруднительном положении?..

— Мне сообщили во время медитации в Сферах Творения, — почти незаметно усмехнулся аарн. — Мы очень издалека, из другой вселенной. Я пошел на медитацию в Сферах, поскольку нам очень нужны опытные ритуалисты, а человек, помогавший нам раньше, Стеверен Ардаор, куда-то исчез.

— Медитация в ментале? — поежился архимагистр. — Очень опасное занятие, могли сожрать.

— Могли, — безразлично подтвердил Кержак. — Но ситуация отлагательств не терпела. Во время медитации мне были даны координаты вашей школы вместе с утверждением, что вы способны вытянуть ритуалы нужной сложности, и утверждение, что у нас есть всего несколько дней, чтобы спасти вас. Пришлось срочно организовывать экспедицию и лететь сюда.

— А что за ритуал вас интересует? — зажглись профессиональным интересом глаза Гетия.

— Познания мира, — ответил аарн. — Вот, смотрите.

И прямо в воздухе за его спиной образовалась огромная иллюзия, никто из магов империи создавать такие четкие и подробные иллюзии не умел. Архимагистр остановившимся взглядом смотрел на невероятный, непредставимый, потрясающий ритуал, проводимый высоким, худым мастером, и восторженно присвистывал. Такого он и представить себе не мог раньше, но теперь не успокоится, пока не поймет всего и не сделает лучше. А уж когда до Гетия дошло, что огромный каменный остров, на самом деле являет собой ритуальный круг огромного размера, причем трехмерный, он только выругался сквозь зубы. Теперь ясно, зачем ордену Аарн понадобились ритуалисты. Сделать что-либо в этом роде действительно способен только опытный ритуалист-наставник. И не будь Гетий Гетием, если он не освоит данный ритуал. Не ответить на такой вызов своему профессионализму старый маг не мог.

— Я это сделаю! — с горящими глазами заявил он, когда иллюзия погасла. — И с вами пойти готов, все равно собирался школу в другую страну эвакуировать, здесь жить больше нельзя. Поборники Света и всеобщего блага, чтоб ему провалиться, не дадут.

— Всеобщего блага? — Кержак явно насторожился и переглянулся с учениками. — Похоже, здесь тоже придется наводить порядок. Везде, где появляется понятие всеобщего блага, начинается кошмар. И нам известно, кто стоит за ним. Но это позже. Значит, идете?

— Да, нам терять нечего.

— Чтобы войти в наш орден, нужно произнести Призыв: «Арн ил Аарн». Вас просканируют, и, если вы подходите, возьмут. Извините, но таковы правила.

Произнеся Призыв, Гетий вскоре услышал торжествующую птичью трель. А затем еще шесть таких же, сообщающих миру, что семь человек стали аарн. Старый маг еще не знал, какие чудеса его ждут впереди…

Глава 3.3

Кейтара задумчиво смотрела на результаты сканирования очередной системы. Пока ничего необычного обнаружено не было, но ее интуиция буквально вопила, что это только пока. Здесь что-то есть. Что-то очень важное. Но что и где? Она не знала, но улетать отказывалась и уже третий день настойчиво обследовала систему N-23753, невзирая на то, что остальной экипаж начал на нее странно поглядывать и задавать вопросы. Однако услышав, что дело в интуиции, аарн молча кивали — интуиции их всегда учили доверять.

«Крадущийся ночью» обшаривал астероид за астероидом — в N-23753 не было планет, только бесконечные астероидные поля, причем расположенные на самых диких орбитах вокруг звезды.

— А ведь это не просто так, — задумчиво произнес Лорис. — Такие поля могли образоваться только после взрывов планет кварковыми зарядами. Или чем-то не менее мощным.

— Может, и так, — пожал плечами Игрит Муарат, офицер связи фрегата. — Но это было очень давно, как бы не миллионы лет назад. Скорее всего, во время войны Кер’Эб Вр’Ан с народом Девир. А то и раньше. Вопрос: что мы такое ищем? А, Кейтара?

— Понятия не имею, — скривилась девушка. — Но уверена, что здесь что-то есть. Что-то очень нужное, и его никак нельзя упустить. Так что продолжаем поиски.

— Хорошо.

Прошли еще сутки, и «Крадущийся Ночью» завершил сканирование внешних астероидных полей, после чего переместился на орбиту бывшей четвертой планеты системы, сейчас представляющую собой пояс каменных обломков. Однако не только, вскоре сканеры уловили среди камней наличие металлоконструкций. Правда, сильно искореженных и очень старых, поэтому непонятно, что они представляли из себя раньше. Похоже, планета была населенной, но ее все равно безжалостно уничтожили. Почему? Зачем? Кто это сделал? Как можно было до такого опуститься?

Кейтара тяжело вздохнула. Они никак не могла понять, почему разумные никак не могут понять простейшей истины, что не надо делать другим того, чего не желаешь себе. Это же так просто! Но не понимают, точнее, не хотят понимать, стремятся к каким-то своим эфемерным целям, зачем-то рвутся к власти и богатству, походя давя всех вокруг. Не доходит до них, что отвечать за свои поступки обязательно придется, пусть даже за порогом жизни, но все равно придется.

— Пашу… — только сейчас до нее дошел весь многомерный смысл этого понятия. — Что же с вами всеми такое? Почему вы такие?..

Ответа на эти страшные вопросы не было. Не одна Кейтара задавалась ими, а все, наверное, аарн. Но никто не понимал, почему верх в душах разумных обычно берет зло. Почему? Откуда берутся ростки эгоизма, из которого вырастает вся остальная мерзость? Даже в ордене, среди урожденных аарн периодически появлялись эгоисты. Их вполне успешно перевоспитывали, эмпатия сильно помогала в этом, но сам факт их появления! Откуда берется эта скотская потребность удовлетворять своих желания за счет боли и горя других? Возникало даже ощущение, что в самой основе мироздания кроется какой-то изъян, причем изъян кардинальный. И его привнес кто-то извне. Не этот ли неизвестный кто-то спровоцировал появление «сверхов»? Все ведь возможно. Почему оазисы доброты, солидарные общества, создаваемые орденом, так стоят эгоистам колом в глотке? Почему так мешают им, почему вызывают такую лютую ярость и стремление уничтожить? Трудно сказать, но мешают настолько, что само их существование вызывает истерическую ненависть. Вот и стремятся пашу раздавить орден Аарн, свести на нет даже саму память об обществе доброты, о возможности его возникновения.

Осознав, что дошла до какой-то важной истины, Кейтара выложила свои размышления на общий форум ордена, сопроводив их знаком крайней важности. Теперь с ними ознакомится большинство аарн. И не только аарн. Может, хоть кто-то придет к важным выводам и поймет, что нужно делать, как с этим бороться.

— Есть что-то! — заставил девушку отвлечься от размышлений эмообраз Ониарха.

— Что есть? — нетерпеливо спросила она.

— Похоже, корабль. Судя по результатам сканирования, очень старый, много миллионов лет назад построенный. Пожалуй, около двадцати миллионов лет назад, задолго до войны Кер’Эб Вр’Ан с Предтечами. Точнее смогу сказать только после лабораторных исследований.

На голографическом экране в центре рубки появилось изъеденное оспинами и дырами полукилометровое золотистое веретено с расширением в центре. Это расширение было наполовину разрушено, похоже, неизвестный корабль долго обстреливали. Тип его двигателей был неясен, скорее всего гравитационники, совмещенные с точечными или гипердвигателями, об этом говорила сама конструкция.

— Внутреннюю часть чужака просканировать не получается, — продолжил дварх. — Не знаю, из какого материала он состоит, но этот материал препятствует сканированию, изолирует любые излучения. Придется отправлять досмотровую партию. Не советую идти самим, для начала отправим дроидов.

Однако разведка дроидами, посланными к одному из разломов центральной части корабля через гиперпереход, ничего не дала, они ничего интересного не нашли. Только бесконечные пустые коридоры, заваленные обломками непонятного назначения. Внимательный просмотр записей оказался бесполезным. Но на древнем корабле однозначно что-то важное есть! Кейтара была в этом полностью уверена и озвучила свою уверенность для всех.

— Тогда почему дроиды ничего не обнаружили? — резонно поинтересовался Лорис.

— Вполне может быть, что там есть что-то такое, что могут заметить только живые разумные, — пожала плечами девушка. — Я знаю, что должна любой ценой туда попасть. Извини, объяснить не могу, но уверена, что на этом корабле нас ждет что-то очень важное и нужное для всего ордена. А может, и не только для ордена. И если мы это что-то упустим, то сильно пожалеем…

— Значит, идем, — вздохнул дварх-лейтенант. — Но ты, как и на всех прежних вылазках, слушаешь мои приказы и беспрекословно исполняешь их! Ясно?

— Так точно, — шутливо откозыряла Кейтара.

После недолгого совещания было решено отправиться на древний корабль прежним путем — переместиться к центральному пролому через гиперпортал, а затем уже идти пешком внутрь корабля — согласно отчету дроидов гравитация внутри имелась, как ни удивительно. Как, впрочем, и освещение. Это поражало. Какого же уровня была технологическая культура давно почившей цивилизации? Техника работает после двадцати миллионов лет бездействия? Это впечатляло.

Оказавшись возле огромного, двадцатиметрового разлома, Кейтара заглянула внутрь, и там тут же зажегся мягкий желтоватый свет. Фотоэлементы до сих пор работали. Поежившись, девушка осенила себя святым кругом Благих Защитников и вошла внутрь, следуя за легионерами. Связь с фрегатом тут же оборвалась, однако с членами разведывательного отряда осталась. Значит, все же материал корпуса чужого корабля экранирует радио, гипер и грависвязь. А телепатическая? Кейтара попробовала мысленно дозваться до кого-то из оставшихся на «Крадущемся Ночью», но не преуспела. Значит, и телепатический диапазон блокируется. Интересно!

— Меня больше всего смущает, что после стольких лет здесь все еще сохранилось что-то работающее, — хмуро сказал Лорис, передача шла через голар без проблем. — Это какого же уровня у них были технологии?..

— Намного выше наших, — признала девушка. — Мы — не основа всего. Ты вспомни хотя бы уровень фарсенских кораблей, доставшихся фарсенцам от предков. Они вообще из силовых полей формируются! А этот корабль явно проиграл бой. Значит, имелся кто-то и покруче.

— На любую силу всегда найдется другая сила, — философски заметил дварх-лейтенант.

Впереди двигались двое легионеров, Ивек и Тайгар, с ними Кейтара была знакома шапочно, улыбчивые веселые ребята, оба родом из Телли Стелл, правда, в орден ушли еще их деды. Девушка с легкой завистью смотрела на их движения — невзирая на тяжелые доспехи, ребята буквально стелились по полу, перетекали с места на места. Да уж, выучка легионеров ордена так и осталась недостижимым порогом для других армий обитаемой галактики. Даже гвардейцы княжества уступали легионерам, хоть и не намного.

Отряд осторожно продвигался по коридорам древнего корабля, тщательно обследуя все найденное. Разного рода обломков хватало, но для чего они были предназначены понять не удавалось — инженеров среди экипажа крохотного фрегата, к сожалению, не имелось. А связь с двархом отсутствовала. Из чего же все-таки состоит этот странный, похожий на веретено корабль? Ни один народ обитаемой галактики не знал столь совершенного экранирующего материала.

— Стоп! — поднял руку Ивек. — Там что-то есть!

И действительно, очередной коридор привел отряд в довольно большой круглый зал, посреди которого находился молочно-белый непрозрачный кристалл, метров пяти в высоту и трех в ширину. Огранен он был очень странно — в десятки тысяч мелких граней, от их блеска у аарн заболели глаза.

— Внимание, всем поднять психощиты! — Кейтара и сама не знала, почему приказала это, но была уверена, что не ошиблась.

Легионеры послушно подняли психощиты, и блеск кристалла сразу перестал слепить им глаза, сделался приемлемым.

— Вот же паскудство! — выругался Лорис. — Щиты не опускать! Также активировать все имеющиеся уровни защиты!

Кейтара, как заговоренная, двинулась к кристаллу. Дварх-лейтенант сразу же схватил ее за руку, останавливая. Однако девушка отрицательно покачала головой, давая понять, что полностью контролирует себя. Однако подойти к кристаллу необходимо — там что-то очень важное, что-то очень нужное, от чего зависит очень многое в будущем. Но так ли это или на нее кто-то воздействует? Тоже ведь возможно. Девушка чувствовала себя довольно неуютно, но все равно шла к кристаллу, понимая, что избавиться от наваждения не может.

И чем ближе Кейтара подходила, тем более прозрачным становился этот кристалл, казалось, из него незаметно выходит дым или пар. Вот в молочной белизне появилась какая-то почти невидимая тень. Вот она стала немного темнее. Вот вокруг нее взвихрились смутно видимые вихри. Вот подул неощутимый ветерок, куда-то вытягивая белизну. И минут через пять стало ясно, что в кристалле видна человеческая фигура. Длинноволосый, крепкий мужчина средних лет запрокинул голову и распахнул рот в немом крике. Казалось, его застигли в прыжке и сразу заключили в этот кристалл. Вот только глаза его глазами человека не были — светло-золотистые, вытянутые к вискам, без зрачков. На голове можно было разглядеть два почти незаметных костяных гребня, скрытых волосами. Руки оказались шестипалыми. А потом стали видны откинутые назад сломанные кожистые крылья.

— Интересно, что это за раса?.. — эмообраз Лориса горел всеми цветами тревоги. — Никогда о таких существах даже упоминаний не встречал…

— Я тоже, — согласилась Кейтара. — Слушай, он же в сознании… Я ощущаю, как что-то долбится в мои психощиты… Не демон ли это?..

— Сомнительно, — отрицательно покачал головой дварх-лейтенант. — Вряд ли истинного демона удержал бы этот кристалл, сканирование говорит, что он вполне поддается разрушению. Да, энергии потребуется немало, но это вполне возможно.

— Я попробую приподнять психощиты, может удастся с ним поговорить, — упрямо заявила девушка. — И не нервничай! Пойми, так надо! У меня буквально душа горит от желания дозваться до него! Если не поговорим, то что-то плохое случится, гарантию тебе даю…

— Ладно, попытайся, — после недолгого размышления позволил дварх-лейтенант. — Но учти, при малейшей опасности мы тебя отсюда унесем, а кристалл вместе с содержимым уничтожим. Ивек, отправь мини-дроида наружу, нужно сообщить Ониарху и Никату о случившемся. Пусть будут готовы атаковать всем доступным оружием и рвать после этого когти.

Кейтара кивнула и немного опустила психощиты, создав тем самым щель, к которой тут же потянулись любопытные щупы, попытались подсоединиться, но девушка не позволила им получить контроль и сформулировата четкий ментальный образ: «Кто вы и что вам нужно?».

Странное, зудящее предчувствие пробудило Нархалая, похоже, что-то приближалось. Судя по всему, место его заточения снова нашли какие-то разумные. Такое происходило не один десяток раз, но еще никогда ни к чему полезному не приводило. Разве что бесконечную скуку немного развеивало. Интересно, кто на этот раз? Опять едва вышедшие в большой космос полудикари? А то и вовсе техноманьяки? Не дай Мастер Осознаний! Узник раскинул ментальные щупы вокруг, нашел совсем рядом несколько активных сознаний и собрался было подвергнуть их стандартному первичному сканированию, как вокруг них вдруг с треском встали щиты такого уровня, с которым психомастер за свою долгую жизнь не сталкивался. Нархалай едва успел отстраниться, иначе получил бы хорошую ментальную оплеуху. Неужели наконец-то ментально-активная раса⁈ Сколько же он этого ждал!

Решив все же соблюдать осторожность, узник принялся аккуратно сканировать пространство вокруг своей темницы. Вскоре он обнаружил небольшой корабль, со стороны осмотрел его и оживился — корабль оказался живым! Мало того, имел сознание и даже, кажется душу. Так это или нет, точно установить не удалось, его тоже окружало немало защитных полей довольно высокого уровня. Взломать их, конечно, можно было, но это вызвало бы тревогу, после чего неизвестные, скорее всего, уйдут, и он снова останется в одиночестве, чего совсем не хотелось. А вдруг его наконец-то выпустят? Сил уже никаких нет терпеть это проклятое заточение, из-за чего Нархалай все реже просыпался. Последний раз, кажется, около двух миллионов циклов назад.

Выяснилось, что стоящая перед вместилищем его тела группа разумных, несколько походящих на него самого, телепортировалась к пролому в борту «Самаэля» прямо с живого корабля, следы в пространстве были четко заметны, а потом пешком добралась сюда. Правда, телепортация была какая-то странная, вывернутая, что ли. Незнакомцы зачем-то проламывались через низшие уровни пространства вместо того, чтобы учесть нужные гармоники и совместить основные точки входа и выхода, сделав переход легким и безопасным. Может, просто не умеют этого делать, тем более, что их телепортация оказалась чисто технологической, а не созданной при помощи психосилы. Почему? Они же психо-активные! Сейчас, после того, как представители неизвестной расы оказались совсем близко, Нархалай мог утверждать это со всей уверенностью. Он буквально физически ощущал, как они обмениваются целыми потоками ментальных образов немалой сложности, расшифровать которые не смог, и это обнадеживало. Ведь мало кто способен сформировать и одним потоком передать такую вереницу образов как хотя бы вон та женская особь. А это значит только одно: мыслительные способности новой расы намного выше всех, с кем психомастер до сих пор сталкивался.

Но как дать им понять, что надо хотя бы приспустить щиты, чтобы появилась возможность общения? Нархалай ненадолго задумался, а затем изменил несколько вероятностей из доступных ему — увы, доступны были очень немногие, бывшие коллеги оставили ему мизер, словно в насмешку. Впрочем, а почему «словно»? Именно в насмешку. Однако повлиять на связь неизвестной самки с эгрегором ее народа удалось, у нее появилась заинтересованность в контакте, и она, после недолгих пререканий с мужчиной, немного приспустила психощиты. Вредить ей Нархалай не собирался ни в малейшей степени. Зачем вредить тем, кто, возможно, сможет помочь? Глупо и непродуктивно.

Так поступали идиоты-коллеги, логику которых психомастер, невзирая на все время заточения, так и не смог понять и принять, хотя они вышли из одного корня. Ну, зачем всегда и везде пытаться добиваться своего исключительно нахрапом, не уважая никого и ничего? Глупо же! Доказать свою точку зрения желающим получить все и сразу Нархалай не сумел, поэтому после бесчисленных попыток просто плюнул и ушел, чтобы заняться своими делами. Играть в их глупые игры наподобие: «Мы высшие, а вы все пыль под нашими ногами» психомастеру было не интересно. Вот только ему и в голову не приходило, что вчерашние товарищи через несколько сотен тысяч циклов почему-то сочтут его опасным и навалятся скопом, поставив ультиматум: либо он принимает их взгляды, став таким же, как остальные, либо будет навечно заточен в Кристалле Силы. На его аргументы просто не обращали внимания, утверждая, что сознание психомастера затуманено и требует коррекции. Он почти сумел вырваться и уйти, но именно, что почти. Так и оказался здесь.

Поначалу Нархалай надеялся, что его вскоре кто-то найдет и освободит, ведь цивилизаций в мироздании великое множество. Но все, кто находил его, оказывался на удивление примитивным и просто не был способен разрушить кристалл. А проявление силы психомастера почему-то пугало их до онемения, и разумные бежали прочь. Это повторялось из раза в раз, Нархалай уже давно отчаялся, но все же каждый раз пытался найти общий язык с каждой новой цивилизацией. Но не получалось. Может хоть теперь его поймут? Не могут же психо-активные быть такими же невежественными, как и обычные разумные, не способные управлять своим сознанием?

Осторожно коснувшись ментальных конструктов мозга женской особи, спросившей, кто он, Нархалай передал ей очень слабый ментальный образ простейшего приветствия. Некоторое время ничего не происходило, а затем он получил в ответ несколько странный, но вполне понятный ответ:

— Доброго дня и тебе, незнакомец! Я Кейтара Арадо из ордена Аарн. Кто ты? Это тебя я вижу в этом кристалле?

— Я Нархалай, мастер высших психо-изменений, — представился он. — Очень рад, что меня наконец-то хоть кто-то услышал. А в кристалле действительно мое прежнее тело, но это всего лишь тело. Вырастить новое и сделать его своим не проблема, если удастся освободить душу. Вы можете мне помочь? Я в долгу не останусь, поверьте!

— Постараемся, — неуверенно ответила Кейтара. — Я сейчас попрошу Лориса присоединиться к разговору.

— А вы все психо-активные? — обрадовался Наргилай.

— Психо-активные?

— Я имею в виду телепатию и эмпатию.

— А, сперва не поняла, простите, — кивнула женская особь. — Да все, но это особенности не нашего биологического вида, а нашей социальной принадлежности. Среди аарн много разумных рас, и каждый аарн психо-активен, кем бы он ни был, хоть человеком, хоть драконом, хоть арахном. До вхождения в орден никто из них таковым не являлся.

Каждое понятие она сопровождала понятным и подробным ментальным образом, причем, похоже, не только ментальным, но и эмпатическим, поскольку он сопровождался сложнейшими, тщательно сопряженными эмоциональными гармониками. Какой интересный способ общения! Наргилай пришел в восторг — так можно одним образом передать на порядок больше информации! А то и на два. Тот, кто этот способ разработал, гений!

Сказанное аарн тоже крайне заинтересовало психомастера. Значит, кто-то нашел способ делать не психо-активных разумных таковыми? Как интересно! И как многообещающе! Он давно мечтал создать такого рода цивилизацию и понаблюдать, во что она может вырасти. Это должно быть нечто грандиозное!

— Не могу не выразить свое искреннее уважение создателю вашего ордена! — образы Наргилая переливались всеми цветами энтузиазма. — Ему удалось то, чего не смог достичь я! Точнее, меня не вовремя остановили… Почему-то психо-активная цивилизация пугала этих идиотов… Они налетели скопом и заточили меня здесь, не будучи в силах уничтожить, поскольку не нашли мое средоточие…

— А кто они такие? — осторожно поинтересовалась Кейтара, осознавая крайнюю важность этого вопроса.

— Мои бывшие сородичи… — сымитировал тяжелый вздох психомастер. — Они почему-то вбили себе в головы, что знают, как должно развиваться мироздание; что они самые важные и первые в нем, хоть это и не так; что всех остальных нужно низвергнуть в дикость и варварство, а только потом вдумчиво поднимать кого-то до того или иного уровня. Хуже всего их уверенность, что им должны поклоняться, как богам, а всех прежних, включая самого Творца, позабыть. Я не знаю, кто вбил им это в головы! Когда мы получили силу и ушли из родного мира, оставив позади физические тела, мы все были устремлены в небо, мы жаждали сделать мир лучше и добрее, мы хотели хорошего! Как они превратились в невежественных фанатиков? Я не понимаю, но превратились…

Когда до девушки дошло, кого может иметь в виду это непонятное существо, у нее перехватило дыхание. Неужели он один из «сверхов», не ставший фанатичной тварью? Немного подумав, она спросила:

— Мы сталкивались с похожими сущностями и сейчас ведем с ними войну. Не могли бы вы сказать они это или нет? Я сейчас передам вам запись низвержения троих из них в Бездну. Их средоточия нашли, они спрятали их на грани мироздания.

Затем сформировала образ гибели Дедушки, Некто и Шута. Наргилай осмыслил полученный образ, ощущая себя при этом грязным и фальшивым. Неужели они до этого вот опустились?.. Что же с ними случилось?.. Как они стали такой вот мерзостью?..

— Да, это они… — от сказанного психомастером веяло горечью и слезами. — Мой бывший наставник и мой ближайший друг… Женщину не знаю. Как⁈ Как они могли превратиться вот… в это⁈ Что с ними случилось?.. Они не производят впечатление живых, они были словно функции, не имеющие собственной воли… Чего они от вас хотели?

— Если бы я знала! — развела руками Кейтара. — И никто не знает. Их отовсюду гонят. Но немало цивилизаций они и погубили, превращая их в сборище невежественных дикарей. Но никто так и не смог понять, чего именно они хотят, чего именно добиваются. Они ни с кем не желают общаться, только презрительно цедят через губу, чтобы мы знали свое место и не смели замахиваться на то, что нам не положено. Никаких объяснений! А когда им наподдают, визжат: «Да как вы смеете!»…

— Здесь что-то сильно не то, — задумчиво произнес Наргилай. — Понимаете, тот, кого вы назвали Дедушкой, был величайшим психомастером, величайшим ученым, гением, чью гениальность признавали все окружающие. Но то, что я увидел?.. Это нелепость какая-то! Там разума и души почти нет, понимаете? Там от основных оболочек души жалкие ошметки остались, я это заметил! Но при этом — огромная сила. Вы правы, на месте моих бывших сородичей возникло нечто крайне опасное и даже жуткое. И я готов помочь вам выяснить, что это такое. И помочь в их упокоении. Клянусь в этом своей душой!

Белая вспышка дала понять обоим, что клятва принята высшими силами. Теперь следовало подумать над тем, как вызволить древнего психомастера из ловушки. Похоже, нужно связываться с вероятностными ментатами, без них не справиться, и Кейтара срочно отправила на фрегат мини-дроида с записью всего случившего и просьбой вызвать Михаила Борохова.

Глава 3.4

Рассеянный, приятный глазу свет освещал стоящий в большом полутемном кабинете круглый стол, за которым сидели три великих мага. Точнее, два мага и один психомастер, как называл себя древний, освободившийся из кристалла, в котором провел больше двадцати миллионов лет. Все трое задумчиво смотрели друг на друга и молчали, думая каждый о своем. А им было о чем подумать.

Кержак размышлял о том, что поход в другую вселенную за ритуалистами оказался на диво результативным, даже более того. Мэтр Гетий великолепный специалист, он уже начал разбираться, и вполне успешно, в выкладках Стеверена. По его наметкам инженеры и зодчие начали создавать огромный ритуальный круг на астероиде. Помимо того мэтр прошел Посвящение и стал полноценным аарн, после чего прошел преобразование тела по меркам легионов разведки, как и его ученики — ни одного грязного душой среди них не оказалось, как ни удивительно, все подошли ордену. Видимо, приспособленцы и себялюбцы сбежали до начала осады школы, остались только настоящие. И это Кержака очень радовало. Не хотелось, чтобы среди ритуалистов нашлись пашу, за ними пришлось бы приглядывать, чтобы не натворили чего лишнего. А в силе и полезности ритуальной магии он успел убедиться.

Нежданное явление сущности такого порядка, как Наргилай, сильно удивило старого орка. Причем, сущности, принадлежащей к тому же народу, из которого когда-то очень давно вышли «сверхи». Может хоть с его помощью получится понять, что они такое и чего добиваются? Или хотя бы выработать адекватные методы противодействия.

Освобождение психомастера из кристалла прошло на удивление легко и быстро — Михаилу оказалось достаточно применить несколько плетений, причем самых обычных, сканирующих, как кристалл начал трескаться, а затем и распался на мелкие осколки, оставив на полу скорчившуюся крылатую фигуру. Отдохнув около получаса, Наргилай тяжело поднялся на ноги и недовольно пробурчал, что тело стало совсем негодным и пора его менять, что без промедления и сделал — создал новое, молодое, и переместил туда душу, после чего уничтожил опустевшее первородным огнем. Впрочем, внешне они ничем не отличались. Затем психомастер с довольной улыбкой согласился на встречу с Кержаком Черным, сказав, что впервые встретил по-настоящему психо-активный народ и не упустит возможности изучить его достижения.

Аарн действовали в этом случае согласно одному из своих основополагающих принципов: «Можешь помочь? Помоги, ничего не попросив взамен!». Как ни странно, этот принцип их почти никогда не подводил, и аарн были уверены, что не подведет и сейчас, поэтому помогли Наргилаю, ничего не спросив и не попросив у него. Древний это явно оценил, что было заметно по его поведению. Он, похоже, ожидал, что к нему обратятся с какой-то просьбой, хотя бы помочь в войне с бывшими сородичами. Но нет, у него ничего не попросили, разве что переговорить с одним из лидеров ордена, что психомастер собирался сделать и так — уж больно заинтересовала его эта странная цивилизация, никогда еще с такими не сталкивался.

— Здравствуйте, кого сегодня еще не видел! — поздоровался Кержак.

— Доброго дня, — отозвался мэтр Гетий.

— Неба и понимания! — приветствие Наргилая было несколько непривычным. — Сразу хочу поблагодарить вас за помощь в освобождении.

— Не за что, — улыбнулся старый орк. — Возможно, мы сможем стать друг другу полезными.

— Обязательно! — последовал его примеру психомастер. — Я еще не встречал подобных вашему психо-активных народов. Если не считать нашего…

Он буквально спал с лица, однако продолжил:

— Не хотелось бы, чтобы вы повторили наш путь… То, что ваши подчиненные рассказали мне о «сверхах», страшно слышать… Я же помню эти сущности!.. Помню совсем другими… Вот хотя бы он…

Наргилай небрежным движением создал иллюзию Дедушки, благообразного и седобородого. А затем она сменилась изображением заливисто смеющегося юноши, висящего в открытом космосе и выплетающего какое-то великое, непредставимо великое заклятие, Кержак ощутил это четко.

— Он же весь горел! — в ментальном образе психомастера алым огнем полыхала боль. — Он был пламенем и ветром, он носился по вселенным, отыскивая места, где разумным плохо, и менял их, делал светлыми и добрыми! Как он мог превратиться вот в это?.. — в иллюзии снова появился старик с фанатичным блеском в глазах, требующий, чтобы все, кто не такой, как он сам, знали свое место и сидели в землянках, не смея даже надеяться на что-либо лучшее. — До меня просто не доходит! Когда они меня ловили, мне поначалу и в голову не приходило, что это могут оказаться мои сородичи. Я осознал это, только когда уже был пойман и с изумлением узнал в фанатичных невеждах своих друзей и братьев. Представляете мой шок?

— Не хотел бы я оказаться на вашем месте… — поежился мэтр Гетий, Кержак поддержал его мнение кивком.

— Думаю, их что-то изменило, — констатировал старый орк. — Или кто-то. Их нынешнее поведение походит на поведение не имеющих права выбора служителей Закона, только какого-то странного, искореженного, вывернутого наизнанку Закона.

— Думаете? — на мгновение задумался Наргилай. — А ведь вы правы, действительно похоже. Но Закон все же выражает себя несколько иначе. Возможно, это некая новая сила, взявшая кое-что от Закона?

— Вполне возможно, я мало сталкивался с чистыми законниками, — пожал плечами Кержак. — Не знаю их классических реакций на раздражители. Но мы все равно обязаны остановить ваших бывших сородичей. Посмотрите, что они сотворили в соседней вселенной…

И показал записи с мясокомбинатов дикарей.

— Их любой, кто считает себя хоть относительно разумным, остановить обязан, — криво усмехнулся психомастер. — Я это понял еще тогда. С тех пор прошло больше двадцати миллионов циклов, но, как вижу, ничего не изменилось. Очень хорошо, что они не добились своей цели…

— «Сверхов» подводит самоуверенность и полное отсутствие творческого начала, — пояснил старый орк. — Они почему-то уверены, что все должно быть так, как им хочется, и все вокруг обязаны действовать так, как они требует. А когда сталкиваются с противодействием, искренне, от всей души возмущаются. Проигрывают, но никогда не сдаются и через несколько сотен или тысяч циклов возращаются, чтобы начать все сначала. Вот только действуют по прежнему шаблону. Придумать что-либо новое они просто не в состоянии, Звездный Огонь жжет их, противен им, в итоге они стремятся во всех подконтрольных мирах уничтожить даже намек на творчество.

— Но как⁈ — сжал кулаки Наргилай. — Почему⁈ Ведь раньше они буквально горели именно Звездным Огнем! Я же помню…

— Мне это неизвестно, — развел руками Кержак. — Но я хотел бы узнать, если это возможно, какими они были раньше. И кто вы. Что вы вообще такое? Из чего «сверхи» деградировали до своего нынешнего состояния?

Психомастер опустил голову и надолго задумался, а затем ментальные образы с его стороны потекли ручьем, формируя из себя целое кружево. Невероятно сложное, многомерное. Старый орк и ритуалист погрузились в него, как погружаются в омут — ухнули с головой.

На заре мироздания, текущего мироздания, до него их творили во множестве, в одном из миров развился и стал разумен народ крылатых разумных. Физические законы их реальности позволяли им летать на не таких уж и больших крыльях, используя особые стихиальные и вероятностные плетения — магия была для них словно воздух, родилась вместе с ними, была их сутью и основой. Шло время, и однажды крылатые вышли в космос, начав осваивать планету за планетой и строить пространственные станции.

У этого народа, никогда не знавшего войн и насилия друг над другом, существовала особая прослойка творцов. Это были не музыканты, не поэты, не писатели, не художники, не актеры, не инженеры. Нечто иное. Все вместе. Они создавали невероятной красоты и силы произведения искусства, которые заставляли разумных стремится выше, становится лучше, добрее и чище. Именно творцы привели свой народ к Переходу, но сами не пошли с ним в Сферы Творения, посчитав себе недостойными этого, не готовыми. Они решили сперва создать нечто великое и непредставимое, нечто такое, перед чем можно будет преклониться. А приняв решение, разлетелись по разным вселенным — физические тела они давно оставили позади, мало того, стали так называемыми распределенными сущностями, бессмертными и неуязвимыми. Каждый занялся своими делами. Кто-то нашел дикий мир и решил тоже довести его до Перехода. Кто-то стал учителем для молодых цивилизаций. Кто-то продолжил создавать великие произведения искусства. А Наргилай занялся исследованиями, он всегда был больше ученым, чем поэтом. Первым его проектом стала целая сеть блуждающих червоточин, ведущих из вселенной во вселенную. Они открывались, если срабатывали определенные условия.

— Так вот кому мы этим «добром» обязаны… — усмехнулся Кержак.

— Ну, извините… — смутился Наргилай. — Не довел проект до ума. Не успел.

— А что было дальше?

— А дальше я через несколько десятков тысяч циклов заметил, что ментально-эмоциональный фон нескольких сегментов мироздания начал резко ухудшаться, сереть, превращаться в пепел. Несколько многообещающих цивилизаций, которым до Перехода осталось всего ничего, вдруг сорвались в междоусобные войны и воевали вплоть до полного уничтожения, скатившись затем в дикость. На меня серый эмоциональный фон действовал как… как кислота. Вызывал резкое отвращение и отторжение. Пришлось начать разбираться, что происходит, забросив свои исследования. После этого я начал периодически попадать в некие области пространства-времени, в которых на меня шло странное ментальное воздействие, должное (я сумел разобраться в этом) со временем изменить мои морально-этические установки. Причем воздействие шло очень тонко, настолько, что нужно было быть именно ученым, чтобы найти способ защиты. Похоже, я единственный, кто смог противостоять этому воздействию, а все мои бывшие коллеги поддались ему. Благодарю, теперь я понимаю, что с ними произошло. Раньше, до этого рассказа, я почему-то не связывал одно с другим, что говорит о нарушении логических связей в оболочках души. Значит, на меня тоже воздействовали, только результат оказался намного слабее, благодаря выстроенной своевременно защите.

— У вас есть предположения, что это могло быть за воздействие и от кого оно исходило? — подался вперед старый орк, его маленькие желтые глазки горели предчувствием удачи, казалось, он вот-вот все поймет, еще пара-другая фактов, и он узнает, кто во всем случившемся виноват.

— Нет, к сожалению, — разочаровал его психомастер. — Только подозрения, что это некая сверхсущность. Еще через несколько лет на меня началась настоящая охота, где бы я ни появлялся, там вскоре начинали попадаться ловушки, способные удержать энергетическое существо моего уровня. Сколько ресурсов для этого понадобилось, я не знаю, но очень много. А я об этом даже не задумывался… И это опять же говорит, что я был после воздействия несколько не в себе. Логическое мышление у меня напрочь отказало. Но это я вижу сейчас, а тогда все казалось правильным и естественным. Похоже, меня загоняли, как жертву загонной охоты, и однажды загнали. Я путешествовал на своем исследовательском корабле, названном «Самаэлем», хоть он мне был и не нужен для перемещения между звездами и вселенными. Однако на его борту имелось множество необходимой аппаратуры, которую на месте из ничего не создашь, да и комфорт тоже имел значение. Пусть тело и временное, но его удобство было важным. Не помню уж, зачем я сунулся в ту систему или как меня туда заманили. Но это случилось, и я оказался в месте, где был немедленно атакован несколькими десятками сущностей не слабее меня самого. «Самаэль» продержался недолго, он никогда не предназначался для боя и не имел оборонительных систем. Мне и в голову не пришло их ставить. А затем меня пленили. И только тогда я понял, кто это сделал. Мои же товарищи, с которыми я не виделся несколько десятков тысяч лет. Но как они за это время изменились! Их души, ранее разноцветные и искристые, стали серыми и пористыми, одним своим видом вызывая отвращение. Звездного Огня ни в одном не осталось и капли. А уж что они говорили!

Наргилай настолько разволновался, что встал и прошелся по кабинету, сжимая кулаки и кусая губы. Несколько раз пройдясь туда-сюда он, наконец, остановился, еще некоторое время молчал, затем продолжил. Его ментальные образы горели затаенной болью, растерянностью и тревогой.

— Они утверждали, что стали высшей силой мироздания, которой обязаны служить все, а прежние боги и силы должны быть низвергнуты и уничтожены. Включая самого Творца. Что никакого творчества нет и быть не может, оно запретно и омерзительно по своей сути, что мир — суть закон и порядок, в котором они наверху, а все остальные внизу, не смея даже поднять взгляд на сиятельных владык. Это меня настолько поразило, что я не сразу пришел в себя, а затем напомнил им о наших общих мечтах, с которыми мы уходили в большой космос. На это мне презрительно ответили, что они выросли из коротких штанишек, и мне тоже пора оставить эти глупости, присоединившись к ним. Я указал на тусклость их душ, на что мне было заявлено, что всех носителей ярких следует либо уничтожить, либо заставить забыть обо всем, что делает их яркими и необычными. Каждый, мол, должен знать свое место и молиться великим и тусклым им. Тут уж я не выдержал и от души посмеялся над самодовольными идиотами, а там самодовольство перло из каждого слова и жеста. Они даже не поняли, что над ними смеются, чувство юмора отсутствовало у несчастных, как понятие. В общем, вы знакомы с их высказываниями, они за двадцать миллионов лет ничуть не изменились. И, повторюсь, я не могу понять, как они, ранее искристые и многоцветные, стали серыми, тусклыми ничтожествами, жаждущими всех остальных тоже привести к ничтожеству. Мои бывшие друзья и братья долго уговаривали меня опустить щиты, чтобы они помогли мне стать таким же серым и пустым. Естественно, я отказался, а пробить мою ментальную защиту они не смогли. Тогда, посовещавшись, они и заключили меня в кристалл, в котором вы меня нашли. Больше я со своими бывшими сородичами не встречался. «Самаэль» находили несколько сотен раз, но не ментально-активные расы, с которыми не было возможности общаться. Вы первые, с кем я смог найти общий язык. Еще раз благодарю за помощь!

— Не за что, — повторил Кержак. — Мы поступили согласно своим морально-этическим принципам. Чем дальше намерены заняться?

— Помогу вам в поиске моих дорогих сородичей, — криво усмехнулся Наргилай. — Не думаете же вы, что я прощу им двадцать миллионов лет заточения?

— Я бы не простил, — кивнул старый орк.

— И я не простил бы, — согласился с ним мэтр Гетий. — Вы знаете, как их искать? Особенно средоточия?

— К сожалению, нет, — вздохнул психомастер. — Я за годы заточения очень многое потерял, как сущность, мои возможности уменьшились на много порядков, я теперь даже из вселенной во вселенную не уверен, что смогу самостоятельно перейти. Знаю, как, но не знаю, хватит ли силы.

— Мне не так давно удалось уничтожить средоточие «сверха» связкой Коана в совмещении с особым плетением поиска, — Кержак показал развертку указанных плетений.

Наргилай подошел ближе и принялся тщательно изучать иллюзию. Минуты через две он ткнул пальцем в один блок и сказал:

— Это получилось у вас только потому, что тот дурак спрятал свое средоточие в той же всленной, где находились вы, причем почему-то даже без фазового сдвига. Видимо, был очень молод и неопытен по нашим меркам. С нормально спрятанным средоточием такой фокус не пройдет. Текущее тело вы уничтожите, но не более того. А тела любой из нас способен создавать сотнями и тысячами без всяких проблем.

— Ясно, — нахмурился Кержак. — Жаль, я уж понадеялся, что нашел оружие против них. Но ладно, будем думать дальше. По крайней мере, мне теперь ясно, каким образом «сверхи» поднялись до уровня не самых слабых богов. Они сначала поднялись, а затем превратились в серых ничтожеств. И мне кажется, что если мы поймем, как это случилось, то сможем их одолеть.

— Если мы это поймем, то, возможно, сумеем вернуть их в прежнее состояние, — возразил психомастер. — Это, конечно, почти невероятно, но я постараюсь. А пока советую как можно быстрее провести ритуал, чтобы выяснить, где основные их объекты, особенно в той вселенной, где находятся показанные вами каннибальские фабрики. Думаю, я смогу помочь мэтру Гетию, — он слегка поклонился тому, — с разработкой ритуала. Ритуалистику я неплохо знаю, хоть и не такую, как используете вы. Однако основы те же, так что разберемся. Только вычислители помощнее дайте.

— Буду благодарен за помощь, — слегка поклонился архимагистр.

Его и до сих пор изумлял орден, в который он чудом попал. Настроился ведь уже на гибель. Учеников только было жаль, талантливые дети. Случившееся после прибытия Аарн поначалу казалось мэтру Гетию странным сном, до самого Посвящения, наверное. Орден не являлся народом, это было Братство, истинное Братство! Невероятно, но факт. Всеобщая открытость чувств и мыслей тоже сильно поражала. Поначалу даже показалось, что так жить невозможно, но уже через полчаса после Посвящения Гетий осознал, что очень даже возможно. Просто непривычно. Зато сколько новых возможностей открылось! Теперь не требовалось месяц, а то два объяснять ученику сложную концепцию, достаточно было сформировать эмообраз, и все сразу становилось понятным.

Ознакомившись с историей ордена, архимагистр досадливо цыкнул зубом — слишком много глупых ошибок было совершено. Но что тут поделаешь, придется исходить из имеющегося. Он понимал, что если бы не необходимость, то их школу не стали бы искать, но принимал этот факт как должное. Последним шоком для Гетия стали записи ритуалов, проведенных Стевереном. Это было нечто настолько грандиозное и невероятное, что старый ритуалист преисполнился надежд и самому освоить эти умения. Тем более, что требовалось отыскать таких тварей, как «сверхи». Их деяния вызывали откровенное омерзение. Но самое страшное, что они, похоже, были ответственны за происходящее в родном мире. Иначе откуда там вдруг взялся светлый фанатизм и полная нетерпимость к любой другой точке зрения? Надо будет убедить Кержака отправить туда еще одну экспедицию.

История Наргилая вызывала изумление и сочувствие у старика. Провести в заточении двадцать миллионов лет⁈ И не сойти при этом с ума? Достойно уважения. Ему в молодости довелось отсидеть три года в темнице, так он за это время едва ума не лишился. Страшно представить себя на месте психомастера. А особенно можно ему посочувствовать из-за того, что обрекли его на кошмар те, кого он считал друзьями и даже братьями.

— Что с объектами, которые вы обнаружили во время сканирования убитого «сверха»? — поинтересовался Наргилай.

— Уничтожены все до единого, — лаконично ответил Кержак. — Теперь мне хотелось бы поскорее заняться объектами во вселенной Советского Союза. Наши там сейчас бьют дикарей в хвост и гриву, они ожесточенно сопротивляются, но ничего противопоставить нашему оружию не в состоянии. Каннибалов мы жалеть не намерены, пусть даже они не сами таковыми стали, а под чужим влиянием. Есть вещи, которые не прощаются никому и никогда.

— Кстати, хочу посоветовать обратить пристальное внимание на девочку, которая меня нашла, — вспомнил психомастер. — Как ее там? А, Кейтара Арадо. На ней или благословение кого-то из высших, или она вероятностный маг, ничем иным ее невероятную удачу не объяснить. Ведь именно она нашла и одни из врат, и червоточину, и разбитый «Самаэль». Думаю, найдет еще немало ценного. Потому и говорю, что девочка слишком везуча. Вы ведь понимаете, что это может значить?

— Уж кто-кто, а я отлично понимаю, — нахмурился старый орк. — Нам только неинициированного вероятностника сейчас для полного счастья не хватает!

— Вот-вот, проверьте, мало ли. Слишком этот дар капризен и непредсказуем. Но советую в экспедицию, идущую в червоточину, ее обязательно отправить. Если одарена, инициируйте, обучите контролю, это недолго, и отправляйте. У меня ощущение, что ее ведут свыше. А это…

— Да, если вы правы, то ей лучше лететь, — согласился Кержак. — Ну а теперь предлагаю отправиться на «Белый Стерх», там подготовили лабораторию ритуалистики и подключили большие биокомпы. Также вызвались помочь в разработке ритуалов два дварха — Геварх и Ратиарх. Идемте, я вас с ними познакомлю. Ваши ученики, мэтр, уже там, ждут.

— Идемте! — встал тот.

В стене завертелась черная воронка гиперперехода, куда два мага и психомастер и вошли. Последний только посетовал про себя, что нужно будет передать спасителям технологию более совершенной и безопасной телепортации. А то с этими их дурацкими гиперпереходами можно и нарваться. Да так, что костей не соберешь.

Глава 3.5

Лерк крутым виражом обошел вражеский истребитель, поразившись убогому стилю пилотирования марисийского пилота, и гравидеструктором сбил ему двигатели. Пусть посидит, подумает за какую сволочь воевал. Друзья тоже справились со своими противниками и начали безжалостно выбивать корабли-носители. После увиденного разведывательными дроидами на планете гнев кэ-эль-энахцев был настолько велик, что жалеть подонков, ответственных за этот кошмар, они не собирались. Превратить целую планету в концлагерь по перереботке свозимых отовсюду людей других национальностей в полезные, с точки зрения нацистов, вещи⁈ Они даже пепел от сожженных тел узников прессовали в брикеты и продавали фермерам, как удобрение! До того, что творили местные, так называемые компрадос, разве что слуги «сверхов» доходили. Да и то не все.

Первый источник инферно, рабский рынок, действительно оказался, как и предполагали, ловушкой. В системе Онтаро пришельцев, которые сами, добровольно сообщили, что именно их интересует, поджидал огромный, по местным меркам, флот. Вот только Мерхалак, имеющий громадный боевой опыт, прекрасно все понимал, и вывел свою эскадру из гиперпространства за световой год от цели — сканирующие системы европейцев не доставали далее светового месяца. После чего отправил на разведку корветы друзей, обнаружить которые не смогли бы даже станции слежения обитаемой галактики. Что уж говорить о местных!

Кэ-эль-энахцы облетели всю систему и засняли ее систему обороны, просканировав все, что только было возможно. От увиденного там им хотелось блевать — обращались с рабами халифатцы абсолютно бесчеловечно, настолько, что приговор им вынесли однозначный — полное уничтожение всех властных структур страны, армии и флота. Несчастная планета настолько фонила болью и горем, что аарн рядом с ней без психощитов находиться не могли, немедленно впадали в жесткий психошок и без помощи Целителя Душ могли погибнуть. Благо, что Лерк, Т’Ред, Ирек и Хесир аарн не являлись, однако им тоже стало не по себе.

Местные жители относились к рабам, как к животным, их использовали с холодной жестокостью, а как только бедолаги переставали приносить пользу, становились старыми или заболевали, их безжалостно умерщвляли, перерабатывая тела на компост. Причем отличались этим далеко не все мусульманские страны, а только и исключительно Халифат, следующий так называемому западному пути, предавший интересы своего народа ради интересов Англии и Франции. Население других стран сопротивлялись продвижению яростно проклинаемого Халифата, созданного разведками западников, как могли, иногда успешно, иногда нет. К сожалению, рабовладельческая страна, пользуясь западной помощью, расширялась, как раковая опухоль. Излечить ее можно было только хирургическим путем, чем и предстояло заняться экспедиции гросс-адмирала Мерхалака. Впрочем, он не собирался решать столь сложные вопросы в одиночку, и гипер-физики подготовили тета-генераторы для открытия окна в родную вселенную.

— Есть связь! — доложил минут через десять дежурный офицер.

На развернувшемся в воздухе голоэкране появилось изображение Дарва ис Тормена, Кержака Черного, Тины Варинх и Равана VII. Однако удивило Мерхалака не их явление, а скромно стоящая в сторонке Мара ран Сав. Она-то что делает среди этих людей⁈ К счастью, граф понял недоумение гросс-адмирала по выражению его лица и с легкой улыбкой объяснил, что это уже не Мара, а Ирна ран Сав — ее личности объединились в одно целое. Мерхалак в ответ на его слова только укоризненно покачал головой, он этому существу не доверял ни в каком виде, но его светлости виднее. Затем, отбросив ненужные мысли, доложил о ситуации.

— Опять Земля… — нахмурился Раван VII.

— Похоже, она — так называемый ключевой мир, — почти незаметно вздохнул Кержак. — Их не так много, но каждый раскинул веер сотен тысяч, а то и миллионов отражений по всем вселенным. Мне были известны до сих пор два таких, Арда и Арракис, о них писали в книгах моих далеких предков, урук-хай, давно ушедших в Сферы Творения. Похоже, Земля еще один ключевой мир, ничем иным ее появление во множестве вселенных я объяснить не могу. Но это лирика, это можно обсудить и позже, а пока нам надо ликвидировать источники инферно. Какие силы вас ожидают, гросс-адмирал?

— По нашим меркам не слишком большие, — ответил тот. — Меньше тысячи кораблей разных классов, причем самые крупные — линкоры второго класса. Справиться с ними я могу даже с наличными силами, причем почти без потерь, местное оружие слабовато, гиперорудий здесь не знают, мы можем издалека выбивать корабли противника, не подставляясь под их огонь. Однако что делать с планетой? Да и вообще со всей этой страной, Халифатом? Ее, судя по информации, полученной из считок памяти местных жителей, создали англичане с целью подмять под себя мусульманские страны. Уровень царящей здесь жестокости… это нечто, господа. Я с наведением порядка на планетах рабовладельцев не справлюсь и честно в этом признаюсь.

— У нас имеется опыт такого рода, — оскалил клыки старый орк. — Вполне можно использовать вашу модель, Дарв.

— Ту, что разработана для внешних планет Аствэ Ин Раг? — приподнял бровь граф. — А что, это может сработать, но постараться придется сильно. Только перед тем нужно как следует просканировать миры Халифата. Да и силы для временной оккупации понадобятся совсем другие.

— Здесь крупным считается государство, у которого пять планет, — с кривой ухмылкой сообщил Мерхалак. — У Халифата — четыре. У России, Англии и Франции по двенадцать, они гиганты по местным меркам. Остальные мусульманские страны одно-двухпланетные. Потому и не могут особо сопротивляться Халифату, тот постепенно подминает их под себя, невзирая на все усилия остаться независимыми. Рабовладельческая идеология не всем, далеко на всем нравится, но поделать они ничего не могут и вынуждены прогибаться перед сильным.

— С нашей помощью смогут, — заверил Раван VII. — Но для начала следует показательно уничтожить англо-французский флот, да и халифатский тоже. Таким образом, чтобы местные захлебнулись от ужаса и поняли, что им нечего нам противопоставить. Тогда они сами добьют Халифат, лишь бы исчезла причина нашего присутствия. И дальше не допустят подобных эксцессов. По крайней мере, в течение жизни двух-трех поколений.

— Вы сами справитесь? — поинтересовалась Дарли Фарлизи, появившаяся на экране в дополнение к присутствовавшим.

— Если требуется показательная порка, то желательно увеличение эскадры хотя бы вдвое, — отрицательно покачал головой гросс-адмирал.

— Тогда придется подождать, через четыре часа пришлем подмогу.

На высокой орбите восьмой планеты, ледяного гиганта, ожидал врадеского нашествия англо-французский флот. Халифатский перешел в подчинение адмирала Малстоуна и находился неподалеку, в тени второй луны, поскольку его боевые качества оставляли желать лучшего — командующий халифатцам не доверял ни в малейшей степени. Доводилось уже иметь с ними дело. Шума много, а толку — ноль. Чего-то добиться от чертовых чалмоносцев можно только держа под жестким контролем и расстреливая каждого десятого в случае малейшего неповиновения.

Лорд Малстоун был полностью уверен в победе — силы пришельцев сосчитали, а записи боя в системе Ново-Огарево тщательно изучили. Да, они сильны, но против его флота не выстоят. Вспомнив, что сотворили эти сволочи, обнародовав то, что выносить на белый свет было никак нельзя, адмирал брезгливо поджал губы, ставшие в этом момент похожими на известное место у курицы, чего ему, понятно, никто из подчиненных сказать не решился. Сколько уважаемых людей погибло, им пришлось покончить с собой, точнее их заставили это сделать! Великобритании потребовались козлы отпущения, и она их получила. Какое дело проклятым пришельцам до того, как уважаемые белые господа обходятся с недостойными жизни варварами⁈ Почему они полезли не в свое дело⁈ Инферно? Какое еще, к чертям собачьим, инферно⁈ Джентльмены вправе поступать так, как считают нужным, и ни одна сволочь не может предъявить им претензий! А если предъявила, то должна быть показательно наказана! И лорд Малстоун собирался пришельцам это наказание обеспечить. Он с горечью вспоминал кузена, вынужденного застрелиться — Джейк был одним из авторов проекта захвата Ново-Огарево. Блистательного проекта! Он должен был принести его стране немало выгоды, а вместо этого, по вине пришельцев, принес только позор.

Адмирал, до хруста сжав кулаки, зашипел от бессильной ярости и унижения, он вспомнил потоки грязи, вылитые в мировой прессе на его страну после появления фильмов пришельцев. Англичан выставили зверьми, адскими тварями, а не людьми, и убрать эти поганые фильмы из сети оказалось совершенно невозможно — они словно перемещались с сервера на сервер, ссылки каждый раз вели в другое место, причем чаще всего несуществующее. Земные системщики и программисты рвали на себе волосы, утверждая, что это физически невозможно. Однако факт оставался фактом — удалить фильмы так и не получилось, их увидел каждый житель Земли.

А уж то, что пришельцы передали русским какие-то научные знания, вообще ни в одни ворота не лезло. Кому передали⁈ Паскудным варварам, не делающим подчиниться благородным белым англосаксонским господам⁈ Это же безумие! Так не должно быть! Никогда! Все западные спецслужбы встали на дыбы, им было поручено любой ценой добыть полученное от пришельцев. Вот только ничего не вышло — основные агенты влияния в России внезапно оказались арестованы и начали давать показания. Русская жандармерия добротой никогда не отличалась и охотно использовала пытки в своей работе. Император воспользовался подвернувшейся возможностью выяснить, кто ему лоялен, и всех, кто осмелился сказать хоть слово в защиту англо-французов, пусть даже в кулуарах, сперва вышвырнули с ответственных постов, а затем отдали под суд. И как теперь добывать в России информацию не знал никто — раньше это всегда делалось посредством предательства русской элиты. А теперь предателей почти не осталось. В Форин-офис воцарилась растерянность.

Вспомнив все это, лорд Малстоун зарычал от ярости. Как эти проклятые пришельцы нагадили его родине! Но ничего, скоро, совсем скоро они получат по заслугам. У него имелось немало сюрпризов, в том числе таких, которых никто еще не применял. Например, ракеты, ныряющие в гиперпространство и атакующие цель оттуда. Да и еще кое-что имеется.

— Господин адмирал! — прервал его размышления дежурный офицер.

— Да? — тут же повернулся к нему лорд Малстоун.

— Система накрыта полем глушения гиперпространства! Связи с метрополией нет!

Адмирал скривился — очень некстати, теперь и подмогу, ожидающую в соседней системе, не вызовешь.

— Отправляйте курьера к контр-адмиралу Хальсу! — хрипло каркнул он. — Пусть немедленно выдвигается сюда! Всем остальным: боевая готовность номер один!

Лорд Малстоун испытывал злость и азарт, правда легкий мандраж тоже причутствовал, но в бою боятся все, такова человеческая природа. А тот, кто утверждает, что не боится, либо лжец, либо сумасшедший.

Некоторое время ничего не происходило, а затем за пределами досягаемости орудий англо-французского флота начали выныривать сперва десятки, а потом и сотни разнообразных кораблей. Но самым страшным оказалось наличие двух гигантских черных шаров размером со среднюю луну и больше сорока пятидесятикилометровых яйцеобразных кораблей. В записи боя такой был только один! Если бы в Адмиралтействе знали, что их много, то никогда не решились бы атаковать!

— О, Боже… — не выдержал страшной картины кто-то из офицеров.

Подходить ближе пришельцы не стали, они выстроились в какое-то странное построение, а затем завертелись в безумных спиралях, при одном виде которых у нормального человека начинала болеть голова. Это каким же образом можно ориентироваться в этом безумном хаосе⁈

Адмирал растерянно смотрел на тактический экран и ничего не понимал. Сражение в Ново-Огарево он изучил подробнейшим образом, но там пришельцы ничего подобного не устраивали. Возникало ощущение, что сейчас ими командовал кто-то другой, кто-то намного опытнее и опаснее. А затем начался бой. Точнее, не бой — избиение.

Корабли пришельцев начали вести огонь своим непонятным оружием, превращающим цель в облако обломков, причем на огромном расстоянии. Залп сопровождался синеватым свечением одного из бугров на черных кораблях или странного вида антенны на металлическом — результат был одинаков, а это говорило, что используется одно и то же оружие.

Выбив несколько десятков линкоров, пришельцы выпустили целые тучи истребителей, и те принялись за корабли помельче. Лорд Малстоун скрипнул зубами и приказал использовать гипер-ракеты. Это дало некий результат — больше сорока чужих кораблей было поражены, но при их размерах это не имело особого значения — максимум, полукилометровые пробоины, парящие воздухом. Ни один не был уничтожен. Когда до адмирала все это дошло, он понял, что был слишком оптимистичен. Похоже, битву не выиграть, класс противников несопоставим. Это равносильно сражению парусников с броненосцами, причем броненосцы у врага, а не у него.

Но сдаваться все равно нельзя — для него это будет означать виселицу. Великобритания, как всегда, отречется от выполнявших ее приказы и делающих нужные, но не публичные вещи, офицеров. Она не рах это делала в прошлом и не раз сделает в будущем. Поэтому лучше погибнуть в бою, чем получить позор. Мертвые сраму не имут! И адмирал приказал атаковать, любой ценой приблизиться к врагу на дистанцию залпа.

Англо-французский флот двинулся вперед, невзирая на потери. За ним неохотно потянулся халифатский — рабовладельцы обожали издеваться над другими, но сами гибнуть не любили и не хотели. Как ни странно, пришельцы позволили противникам подойти. Лорд Малстоун сперва не понимал зачем, это стало ясно ему только через несколько минут. После того, как офицер связи сообщил, что по всем каналам инфонета и головидения, невзирая на гиперблокаду, ведется трансляция сражения. Это показательное избиение!

Вспомнив о том, что отправил курьера за подмогой, адмирал мертвенно побледнел. Дай бог, чтобы этот курьер не долетел! Однако бог оказался глух к его мольбам, и через десять минут немного в стороне от третьей луны начали формироваться окна выхода в обычное пространство — в работорговую систему Халифата прибыл основной английский флот. Вот только его подловили на выходе и принялись расстреливать, как в тире.

Лорд Малстоун с ужасом наблюдал за происходящим, постепенно осознавая, что катастрофа куда страшнее и масштабнее, чем он думал. После этого сражения у Великобритании практически не останется боевого флота! И русские варвары, быть они прокляты, этим обязательно воспользуются. А то и «союзники», французы в компании с какой-то пузатой мелочью — они-то весь флот на убой не отправили, максимум, половину. Ошибка, страшная ошибка! Потенциал пришельцев намного больше, чем казалось!

Не прошло и часа, как основной флот Великобритании превратился в тучу обломков, после чего пришельцы вернулись к добиванию сил лорда Малстоуна. Халифатцев их истребители и фрегаты с корветами у этому моменту уже полностью уничтожили — их рейдеры были не противники вертким черным кораблям. Те их просто взрывали на расстоянии.

А затем пришел через командующего предстать перед предками. Флагман затрясся от попадания неизвестного оружия. Адмирал усмехнулся и медленно встал с командного кресла. Прошло несколько минут, и взорвался реактор. Для лорда Малстоуна в этот момент закончилось все и навсегда, теперь ему предстояло держать ответ перед престолом Творца.

Битва, в которой Англия с Халифатом потеряли весь флот, а Франция — половину, произвела на землян шоковое впечатление. Ведь до сих пор они считали себя вершиной эволюции. Но вдруг появился кто-то неизвестный и надавал им, таким умным и гордым, оплеух. Да еще и так обидно! Всухую! Особенно людей потрясла трансляция битвы по всем каналам головидения. Шок, воцарившийся после нее в метрополии и колониях был очень велик. А еще большей оказалась растерянность.

Поначалу жители земного кластера сочувствовали Халифату, как сочувствуют слабому, которого решил обидеть кто-то сильный и наглый. Но только до того момента, как пошли репортажи с планет рабовладельцев. То, что те творили с рабами, не укладывалось у людей в головах, и сочувствие быстро переросло в гнев по отношению к зверям и палачам. А халифатцев отныне считали именно таковыми. Остальные мусульманские страны тут же отреклись от них и их деяний. Халифатские представители жалко блеяли о том, что у рабов-де нет человеческих чувств, им не больно, а потому их можно мучить. Но такие выступления вызывали только гневные выкрики и требования наказать чудовищ, притворявшихся людьми. В результате основные страны подписали меморандум, отдающий Халифат в полное распоряжение пришельцев. Кроме латиноамериканских, правительства которых прекрасно знали, что творится в концлагерях системы Марисия и подозревали, что их очередь — следующая. Ведь не зря во время пресс-конференции адмирала пришельцев были показаны координаты двух планет, которые требовалось освободить от инферно. И одной из них оказалась именно Марисия. Причем чужаки предупредили, что в случае гибели заключенных, будут казнены все ответственные за это лица. Поначалу им не поверили, то после того, что они сотворили на планетах работорговцев, стало ясно, что их обещания — не пустые слова.

Самых жестоких работорговцев пришельцы выловили довольно быстро, как и представителей государственных служб Халифата. Никто не понял каким образом это было проделано, однако через несколько дней всех виновных в жестокостях, а их оказалось не так уж мало, несколько миллионов, вывезли куда-то очень далеко и без ничего высадили на планете с отвратительным климатом. Причем женщин и мужчин на разных материках, чтобы не размножались. Халифатцев ждало прозябание в дикости, причем, скорее всего, они сами себе устроят ад, они ведь иначе просто не умеют.

Как ни удивительно, власти Марисии решили защищаться, объявив на всю вселенную, что имеют право творить с узниками концлагерей все, что пожелают, это их полное право, и никакая сволочь не вправе выставлять им за это претензий. Что это было? Смелость отчаяния? Трудно сказать, но верхушка компрадос словно обезумела, и начальникам лагерей был спущен приказ о поголовном уничтожении узников. Однако те оказались людьми осторожными и решили на всякий случай подождать. Как вскоре выяснилось, не зря — трое самых глупых, решившихся начать исполнять приказ, были кем-то повешены на воротах с оглашением приговора за что, причем приговор оглашал невидимка. Это настолько напугало рядовых компрадос, что они тысячами начали бросать оружие, отказываясь воевать за правительство.

Пришельцы не спешили, они закончили чистку планет бывшего Халифата от работорговцев и прочей сволочи, а остальным наказали больше никогда не обращаться жестоко с другими, иначе пришельцы снова придут и снова накажут. Забившиеся по щелям халифатцы поверили, да и как тут не поверить после такого? Хочешь не хочешь, а поверишь, когда на твоих глазах ловят и вывозят куда-то всех, кто считался богатым, влиятельным и сильным. А тех, кто смеет сопротивляться, без лишних слов усыпляют и тоже вывозят. Удивляло только то, что пришельцы почти не убивают, разве что в бою. В любом другом случае они старательно избегали жертв, и это удивляло. В глупую сказку об инферно никто из землян не поверил, не понимая, что плохого в стремлении к своим целям за счет других. Разве что сумасшедшие русские что-то поняли, ну так на то они и сумасшедшие. Надо же, какая чушь! Не делай другому того, чего сам не хочешь получить сам? А как тогда разбогатеть⁈ Нет же других способов! Однако все понимали, что придется смириться на некоторое время — проклятые пришельцы имеют достаточно сил, чтобы заставить следовать своим дурацким идеям.

Вспомнив все это, Лерк хохотнул. Чтение земной прессы изрядно забавляло молодого пилота. Если честно, такого откровенного идиотизма, как в этой вселенной, дома он не встречал. Здешние журналисты, особенно либеральные, несли такое, что он порой хохотал до колик в животе. Их предположения выглядели настолько безумно, что невозможно было понять с какой целью изрыгается вся эта ложь. А уж социальные сети! Это вообще было нечто непонятное и непредставимое. В княжестве сумасшедших держали в специальных заведениях, а не позволяли им заливать своими измышлениями инфосеть, как здесь. Причем, каких только идей не было! Особенно Лерка поразили так называемые плоскоземельщики, утверждающие, что никакого космоса на самом деле не существует, планета не круглая, а плоская. И это несмотря на то, что было колонизировано немало других планет! Это насколько же обезуметь нужно для такого? Но плоскоземельщики и им подобные криптоисторики хотя бы являлись маргиналами. Вот только вполне уважаемые на Земле политологи и аналитики порой тоже несли такую чушь, что глаза на лоб лезли. Однако развлечений у пилотов было мало, вот Лерк и погрузился в земную инфосеть. Хоть что-то.

Вчера гросс-адмирал принял решение атаковать Марисию — пора было заканчивать с третьим источником инферно в земном кластере. Ведь помимо него имелось еще три в другом конце галактики, куда только лететь около трех недель. Следовало отправиться в путь как можно скорее. Молодой пилот был уверен, что Мерхалак справится, тем более вместе с подошедшей из родной вселенной подмогой, которой командовал не кто иной, как один из самых профессиональных флотоводцев ордена Аарн — гвард Кир-Ванег.

По прошествии двух часов крохотный флот Марисии, включая немногочисленных наемников, решивших рискнуть жизнью ради щедрой оплаты, был полностью уничтожен. Планета внизу замерла в ужасе. Узников никто трогать не решался — еще несколько рискнувших были точно так же, как раньше, повешены невидимками на воротах лагерей. Надзирателям, нацистам и прочим тварям стало ясно, что пришло время платить по счетам.

Глава 4.1

Зачем «Крадущегося ночью» направили в распоряжение флаг-адмирала Фарлизи, сейчас выбивающей слуг «сверхов» с захваченных ими планет СССР, Кейтара не понимала, но приказ есть приказ. Фрегат пролетел через все еще остававшиеся открытыми древние врата и оказался в другой вселенной. Во время последней остановки на боевой станции «Белый Смерч» к экипажу присоединилась Шайри, совсем еще юная Целительница Душ. По ее словам, в той вселенной можно такого насмотреться, что психошок любому аарн обеспечен. Потому девушку и откомандировали на 686-й фрегат.

Не успел корабль совершить переход, как последовал вызов, причем не голосовой, а сжатый пакет информации. Проанализировав его, Ониарх задумчиво хмыкнул вслух, после чего сообщил:

— Кейтара, тебя командируют к великому магу Исраэлю Штольцу. Опаньки… В ученицы! Фрегат приписан к тебе. А ты знала, что необученный вероятностный ментат?

— Откуда бы? — удивилась девушка, правда ее эмообраз был несколько неуверенным, она начала что-то в этом роде подозревать. Слишком сильно ей везло в последнее время. — Значит, ментат?.. Вот так сюрприз…

— А что в этом плохого? — широко улыбнулся Лорис. — Научишься без кораблей по галактикам и вселенным прыгать!

— Это было бы здорово, конечно, — осторожно заметила Кейтара. — Только учиться долго, а я хотела делом заниматься, детям помогать…

— Без труда не вытащишь и рыбки из пруда! — поговоркой возразил ей Сарен, поучающее подняв палец. — Так что не тушуйся, справишься. Исраэля я шапочно знаю, неплохой дядька, правда, язвительный. Приготовься к тому, что будет грузить тебя всякими заумными философскими теориями. Любит он это дело. Сильно любит.

— Летим в систему П345−87 по местной классификации, — сообщил дварх. — Исраэль сейчас там, он уже ждет тебя. Курс я проложил.

— Никат, работай, — тут же распорядилась Кейтара.

— Есть! — отозвался пилот.

«Крадущийся» разогнался и сразу ушел на самый глубокий из доступных его двигателям уровней гиперпространства. Лететь предстояло около трех часов, и свободные члены экипажа предпочли все это время проспать.

Едва фрегат успел выйти в обычное пространство, как прозвучал сигнал тревоги. В системе П345−87 шло сражение — боевая станция и четыре дварх-крейсера ордена отбивались от нескольких тысяч обычных для «сверхов» кривобоких кораблей, напоминающих слепленные вручную кирпичи. Как стало известно позже, они прорвались в тыловую систему неожиданно, прилетев, по своему обыкновению, не через гипер, а каким-то другим способом, возникнув из загоревшейся неистовым светом точки пространства, они словно выросли из нее. Подмога уже шла, а пока что обороняющимся аарн пришлось туговато — крейсера и станция дымили испаряющимся воздухом из пробоин метров по триста, если не больше, каждая. Розовые лучи «сверхов» легко преодолевали защитные поля орденских кораблей, и это настораживало.

— Нам приказано держаться подальше от сражения, — сообщил Ониарх, — нас такой розовый лучик разом испарит…

— Подмогу вызвали? — встревожено спросила Кейтара.

— Уже идет, — заверил дварх. — Поднимайте маскировочные поля!

— Готово, — отозвался Сарен. — Думаю, стоит отойти вон в тот пояс астероидов, от нас тут, к сожалению, толку мало.

Лам-истребители вертелись в воронках упреждающего хаоса, уничтожая «кирпичи» десятками, но тех было слишком много. Да и пилотировали их на сей раз не такие неумехи, как раньше, а вполне себе неплохие пилоты, легко уклоняющиеся от огня зенитных орудий. Они наносили по поверхности боевой станции и дварх-крейсеров удар за ударом, оставляя все новые и новые каверны. Гарантированно уничтожало «кирпич» только точное попадание гиперорудия или гиперторпеды, мезонные заряды скатывались с них, как вода с жирной поверхности. Модификаторы времени тоже не причиняли вражеским кораблям никакого вреда. А залп фазеров просто отшвыривал в сторону.

— Да что ж у них за защита такая? — ошарашено спросил незнамо у кого Лорис. — Это какие-то совсем другие «сверхи»…

— Точно, другие, — подтвердил Игрит. — Во-первых, пилотируют корабли однозначно мастера. Во-вторых — защита невероятная. Чтобы фазер корабль не уничтожил, а всего лишь отшвырнул? Это что-то невозможное…

— Но вот оно, происходит, — эмообраз лор-лейтенанта горел недовольством. — С такими врагами справиться будет намного труднее.

— Самый страшный вывод, что эти способны учиться на своих ошибках и меняться, в отличие от тех, с кем мы раньше сталкивались, — тяжело уронил Ониарх. — Но ведь, насколько мне известно, «сверхи» во всех известных нам случаях ничем не отличались от апологетов Дедушки, Некто и Шута…

Фрегат, тем временем, отошел к поясу астероидов и спрятался за крупным каменным обломком. Впрочем, враги на мелкий кораблик не обратили никакого внимания, они, невзирая на огромные потери, продолжали рваться к боевой станции, порой даже игнорируя дварх-крейсера. Кейтара наблюдала за боем, ломая руки, ей было нестерпимо больно видеть, как гибнут братья и сестры в истребителях, хотелось что-то сделать, чтобы помочь, но что? Она не знала и оттого сильно переживала.

Враги вполне могли бы одержать победу, они не учли только одного — наличия на борту боевой станции «Древний Путь» великого мага. Исраэль до последнего не вступал в бой, но выбора ему не оставили, и подавляющее большинство кривобоких кораблей «сверхов» попросту исчезли из реальности, словно их стерли огромным ластиком. Немногие уцелевшие попытались было оступить, но им не дали сделать это и быстро уничтожили. Еще одна странность, ведь даже мысль об отступлении раньше была для них неприемлемой, никогда до сих пор дикари не отступали, пока их полностью не уничтожали или не обездвиживали. Однако на сей раз все было иначе, и это говорило, что «сверхи», как ни жаль, все же способны учиться на своих ошибках — они полностью изменили тактику. А это значило, что хоть один из новых кораблей необходимо взять целым, чтобы исследовать его и допросить экипаж. Поврежденных «кирпичей» вокруг хватало, один из них как раз приближался к поясу астероидов. Он был частично разрушен атакой лама, но внутри явно оставался кто-то живой, поскольку корабль несколько пытался сменить курс, ведущий его к гибели, правда, неудачно. Его траектория вела прямо в мешанину каменных обломков.

— Надо захватить! — оживился Лорис.

— Давай попробуем, — немного подумав, решила Кейтара. — Только не забывайте, что контрольный кристалл может запустить самоуничтожение.

— Может, — согласился лор-лейтенант. — Но мы будем наготове, закрывать гиперпортал не станем. А кристалл… Надо же, живую душу в кристалл загоняют, сволочи… И, видимо, как-то подчиняют. Думаю, лучше сразу перемещаться в рубку, чтобы нейтрализовать его. Ониарх, ты сможешь просканировать корабль и открыть гиперпереход в нужное место?

— Смогу, — коротко отозвался тот.

К счастью, 686-й фрегат был выращен уже после первой войны со «сверхами», поэтому вполне мог противостоять многим их технологиям. Помимо прочего, он имел оборудование, позволяющее не дать запертой душе покинуть кристалл, его разработали на основе ти-анх. Вот только в возможности получить от этой души без ее желания информацию ученые сомневались. Вот пилота желательно бы захватить живым — спасать вросших в конструкции корабля несчастных существ Целители ордена научились. Их буквально растворяли в ти-анх, убирали все грубо вживленные устройства, после чего заново собирали тело, причем все это надо было успеть сделать за два часа, пока душа бедолаги не успела уйти на перерождение.

Запросив разрешение на попытку захвата поврежденного корабля «сверхов», Лорис получил его, после чего строго-настрого запретил оживившейся было Кейтаре идти вместе с манипулой. Она бойцам во время абордажа будет только обузой. Девушке очень хотелось пойти, но она и сама понимала, что в бою толку от нее немного, поэтому со вздохом смирилась и осталась на «Крадущемся ночью».

Не прошло и пяти минут, как Ониарх открыл гиперпереход прямо в рубку корявого «кирпича». Легионеры один за другим нырнули в черную воронку и оказались в большом прямоугольном помещении, заставленном оборудованием, выглядящем так, словно его склепали на скорую руку неумехи и дилетанты. Однако оно, невзирая на это, прекрасно работало.

Обнаружив вторжение чужаков, управляющий кристалл тут же начал произвольно менять гравитацию. К счастью, знающие, что такое возможно, легионеры захватили с собой гравикомпенсаторы. А защитная пленка инопространства позволила не обращать внимания на пулеметные и плазмерные очереди. Инженер, зная местоположение управляющего кристалла в таких кораблях, кинулся к нише возле подобия пульта, открыл эту нишу и быстро отключил его от питающей шины. Любое сопротивление тут же прекратилось, и корабль начал умирать — похоже, на этот демонов кристалл было завязано даже жизнеобеспечение.

Только сейчас до легионеров дошло, что на сей раз пилот на корабле «сверхов» был не один. Четверо распластанных на стенах в подобиях пыточных рам разумных, причем человеком являлся только один из них. Второй был каким-то насекомым, плюс еще двое шестилапых пушистых медвежат, напоминающих бочонки, с плоским губастым лицом. Несчастные хрипели и корчились от боли, по пронизывающим их тела трубкам и энерговодам то и дело прискакивали разряды какой-то энергии, и это, похоже, было адской пыткой. Пришлось срочно усыпить пилотов станерами. Их боль была буквально физически ощутима, и аарн от нее потряхивало.

— Надо считать память, — хмуро уронил Лорис, глядя на пульсирующие внутренние органы разумных, которые почему-то находились снаружи и тоже были пронизаны бесчисленными металлическими и даже деревянными трубками. Аарн было не по себе от такой зверской жестокости, до сих пор он видел корабли «сверхов» только в записи и сейчас едва сдерживал тошноту.

— Не советую, — отозвался Игрит. — Пусть лучше Ониарх попробует, мы с тобой сразу в психошок свалимся. При первой же попытке.

— А я что, не свалюсь? — эмообразы дварха окрасились в цвета возмущения. — Но попробую. Только попрошу Шайри быть наготове.

— Конечно, — отозвалась по связи Целительница Душ.

Некоторое время длилось молчание, а затем Ониарх принялся ругаться последними словами, поминая «сверхов» и их родственников и желая им всякого-разного, но несовместимого с жизнью.

— Что там? — не выдержал лор-лейтенант.

— Жуть там! — раздраженно отозвался дварх. — Полнейшая! Получается, что Дедушка, Некто и Шут еще добряками были. А эти… Я не знаю, то ли они намеренно вызывают инферно, то ли еще что. Жестокость ледяная, во всем и к каждому. Причем несчастные фанатики, которых растят таковыми с раннего детства, принимают это за должное, считают, что так и надо. Эти вот несчастные пилоты переживают не потому, что им невыносимо больно, а о потому, что не выполнили волю великих учителей, не справились с врагом…

Немного помолчав, Ониарх продолжил:

— Я не знаю, что делать! Там таких десятки миллиардов, сотни населенных планет, на которых творится сплошная жуть! Нас с этим не справиться! Понимаете, ребята? Мы не можем себе позволить убивать столько разумных! Какими бы они ни были! Но что же делать-то? Хоть Палача зови на помощь…

— А кто это? — наивно поинтересовалась Кейтара.

— Сверхсущность, которая устраивает Страшный Суд, когда приходит его время, — коротко ответил дварх. — Иногда они зачищают от разумной жизни целые вселенные, когда их обитатели становятся бездушными. Знаете, други мои, я, пожалуй, действительно отправлю Зов Палачу на Изнанку, может, услышит… Я знаю, как это сделать…

— Я бы не спешил с крайними мерами, — возразил Лорис. — Давай сначала доложим информацию наверх, пусть Кержак и вообще Совет подумают, что предпринять. Решат позвать эту сверхсущность, значит, так тому и быть.

— Пожалуй, ты прав, — немного успокоился Ониарх. — Слишком жутко было считывать память этих несчастных. А самое страшное знаете что?

— Нет.

— Они считают, да что там, они веруют, что иначе просто невозможно, что все, сделанное с ними и с мирами этой вселенной, правильно. Понимаете? Правильно! Для них пожалеть кого-то и посочувствовать — это недопустимый, страшый грех, запрещенный великими учителями!

— В Аствэ Ин Раг было так же, — пожал плечами лор-лейтенант. — А на многих ее планетах и сейчас то же самое.

— То, да не то, — возразил дварх. — В святой иерархии хоть какие-то отголоски человеческих чувств имеются, среди этих же, — он подсветил лучом фонаря одного из легионеров пилота, — вообще ничего подобного нет. Их превращают в нечто жуткое. В общем, лучше сами потом считки посмотрите, объяснить все это трудно. Посмотрите — сами поймете.

В этот момент в рубке загорелся голоэкран, привлекая внимание Кейтары. На нем появилось лицо мужчины с бородой по грудь и странными завитками волос на висках. Позже девушка узнала, что они называются пейсами.

— Здравствуй, девочка, — кивнул незнакомец. — Я — Исраэль Шольц, твой будущий учитель.

— Здравствуйте! — улыбнулась ему Кейтара. — Но мы тут «кирпич» захватили, наш дварх считал память пилотов — это какой-то ужас ужасный! Здешние «сверхи» намного хуже бесчинствовавших в нашей вселенной!

— Разберемся, — пообещал великий маг. — Перебросьте-ка мне считку.

— Сейчас, — отозвался Ониарх.

Минуты три Исраэль разбирался с переданным ему массивом информации, после чего протяжно присвистнул.

— Да уж, это действительно страшно… — загорелся алыми сполохами тревоги его эмообраз. — Я немедленно разошлю эту считку, в том числе и Совету.

— Предлагаю отправить Зов Палачу, — напомнил про свою идею дварх. — Нам не справиться. Разве что самих «сверхов» погасим, найдя их средоточия, тогда дикари станут относительно безопасны.

— В последнем сильно сомневаюсь, они останутся во власти фанатичных жрецов, а это такие твари, что на все способны, — тяжело вздохнул бывший раввин, уж кто-кто, а он знал, о чем говорил. — Но это сильно бы облегчило ситуацию. Вопрос, как найти эти самые средоточия? У тебя есть идеи?

— Увы, нет, — уныло отозвался Ониарх.

— Зато у меня, кажется, есть… — задумчиво произнесла Кейтара.

У нее действительно промелькнула в голове интересная идея, которую следовало хорошенько обкатать в мозговом штурме.

* * *

Полет на дварх-крейсере «Минующий Утро» стал для принца со свитой, как напыщенно называли троих детей сопровождающие их придворные, интересным приключением. Они частенько сбегали от воспитателей, а те не слишком-то искали беглецов, прекрасно понимая, что на корабле тем ничего угрожать не может. Тем более, что Шаниарх, обосновавшийся здесь, был двархом опытным и прекрасно понимал, куда можно пускать детей, а куда нельзя. К сожалению для Джавада, доступ в истребительную секцию был строго-настрого запрещен. А он так хотел полетать! Ведь летать на тренажерах — это совсем, совсем не то! Но делать было нечего, пришлось смириться.

Разрешение своим детям лететь в другую галактику родители Санивы и Мирека дали мгновенно, едва только узнали, что те вошли в свиту наследника престола. Правда поудивлялись, не понимая, как дети исхитрились познакомиться с принцем. А мальчик с девочкой помалкивали, не считая себя вправе разглашать секреты нового друга. Да еще и такого друга! Только Мирек не выдержал и похвастался перед мальчишками квартала, что вскоре полетит в космос, о другой галактике он предпочел не упоминать, чтобы не сочли балаболом, однако ему все равно не поверили и посоветовали меньше смотреть фантастических фильмов. Мальчик не стал доказывать свою правоту, понимая, что это закончится дракой. А это перед отлетом лишнее.

Мать Санивы, конечно, волновалась за дочь, она никак не думала, что ее умная, серьезная девочка полезет в клоаку политики, связавшись с кем-то из власть имущих, но выслушав рассказ девочки, поняла, что это судьба. Юному принцу захотелось погулять, он сбежал и натолкнулся сперва на Мирека, а потом и на Саниву. Кто бы мог такое предположить? Уж всяко не Мариэтта Кертин. Хоть она и служила горничной, но в нижнем дворце, потому императорскую семью никогда не встречала, иначе узнала бы его высочество, когда дочь привела его домой. Хотя он, говорят, аарн, и способен менять лица, как перчатки. В общем, женщина попереживала немного и отпустила девочку, на прощанье надавав ей целую кучу советов, которые та слушала, закатив глаза и всем своим видом говоря, что все это старческая чушь. Мариэтта повздыхала, но смирилась — сама в юности была той еще оторвой и родительскую мудрость отрицала напрочь, считая, что и сама все знает. Что ж, пусть Санива набивает свои шишки, авось, с возрастом поумнеет.

Далия Сото очень удивилась, когда к ним домой пришли из императорской канцелярии и официально уведомили о вхождении ее непутевого, хулиганистого сына в свиту наследника престола. У бедной официантки чуть глаза на лоб от такого известия не вылезли. Она все могла представить, но только не такое. А совсем ее убило, что Мирек вместе с его высочеством отправляется на учебу в другую галактику, на Новый Ирлорг. На целых три года! Очень не хотелось отпускать сына, ведь она останется совсем одна, но противоречить важным господам из канцелярии Далия не рискнула. Можно нажить неприятностей, а они и так едва выживают на скромную пенсию за мужа и ее подработки. Так что принятие Мирека на полное государственное обеспечение женщину порадовало. Однако плакала она долго. Но ей выдали браслет, который позволит связываться с сыном, где бы тот ни находился, и на этом Далия успокоилась.

Впервые оказавшись в верхнем дворце, Мирек и Санива сперва оробели, но ненадолго. Принц Джавад оказался простым в общении и радостно встретил новых друзей — ему страшно наскучило одиночество. Слава Благим, императрица вняла наконец-то просьбам сына и неохотно позволила ему набрать свиту. Сама она умом понимала, что ведет себя глупо, но после гибели первых своих детей очень боялась за Джавада, не давая ему дышать. Потому принц и сбегал — терпеть гиперопеку никаких сил не хватало. Понимал причину маминого поведения, но не выдерживал.

Когда детей переодели в живые комбинезоны и через прямой гиперпереход доставили на дварх-крейсер, они довольно долго ходили с круглыми глазами, осматривая невероятный живой корабль. Как оказалось, показанные в инфофильмах орденские крейсера очень сильно отличались от реальных. В общем, всем троим нашлось чем заняться во время полета, и они все три недели пути в другую галактику изучали «Минующий Утро» — он летел не спеша, глубже двенадцатого уровня гиперпространства не погружался. По требованию императрицы. Командующий кораблем капитан Номаго только вздыхал, понимая, что если бы не этот приказ, то они были бы на месте меньше, чем за шесть дней. Но делать было нечего.

Объявление о прибытии на Новый Ирлорг застало друзей врасплох, в итоге собираться пришлось в дикой спешке. Скорее всего, что-то забыли, но это было не столь важно. Всем не терпелось увидеть одну из планет ордена, о которых каких только сказок не рассказывали. Да, Джавад был урожденным аарн, но ни на одной их планете еще не бывал — мать впервые разрешила ему покинуть Даргиан. И принц от нетерпения не находил себе места.

— Не нервничайте, ваше высочество, — успокаивающе произнес Шаред Эртаво, старший воспитатель, возглавляющий штат отправленных с детьми слуг и следящий за поведением наследника, о котором был обязан каждый день информировать императрицу.

— Так интересно же! — глаза Джавада горели, он от нетерпения пританцовывал на месте.

— Все равно нужно вести себя сдержанно.

— Ох, как же мне все это надоело…

В этот момент перед сторнианцами взметнулась черная воронка прямого гиперперехода, ведущего на поверхность планеты. Подождав, пока часть охранников уйдет туда, принц вместе с друзьями поспешил войти в нее.

Мгновение темноты, и они оказались на огромном поле, усеянном разноцветными шевелящимися, мохнатыми шарами, то и дело выстреливавшими в воздух облачка спор. Все небо было усеяно разной ширины то ли лентами, то ли дорогами, они, казалось, танцевали, выплетая из себя фантастические узоры. В воздухе вились стайки ярких насекомых, но когда Джавад присмотрелся, то понял, что это люди, гварды, керси и другие разумные, летящие на полупрозрачных черных биокрыльях.

— Мамочки, что это⁈ — схватилась ладошками за щеки Санива, восторженно глядя на всю эту красоту.

— Это планета ордена Аарн, — гордо ответил Джавад, он действительно гордился своей принадлежностью к ордену. — Я, между прочим, тоже аарн, если помните! И вы станете ими, если захотите. Вы достойны, я в этом успел убедиться.

— Аарн… — зачарованно повторила девочка, за время ее жизни об ордене говорили только хорошее, все плохое, включая раздражающие многих и многих Поиски, давно позабыли. А вот то, что в случае беды им всегда приходили на помощь, люди помнили и очень жалели, что больше помочь им некому.

В какой-то момент невдалеке от сторнианцев взвихрилась еще одна черная воронка, и из нее вышли несколько мальчишек и девчонок в знаменитой черно-серебристой форме ордена. Они радостно замахали руками и завопили:

— Джавад! Мы соскучились! Ты почему так долго летел⁈

Принц тоже в ответ помахал рукой своим двоюродным братьям и сестрам, после чего повернулся к друзьям и представил им новоприбывших:

— Мирек, Санива, познакомьтесь, это наследники престола Кэ-Эль-Энах и Парга, Кертан Т’а Моро-Фери и Кесан Эрхайд. Их сестры — Силана и Тагари. А свою свиту они и сами представят.

Дети, от которых зависело будущее обитаемой галактики, с интересом смотрели друг на друга. Они еще не знали, что им очень многое предстоит пройти вместе. Но до этого было еще далеко.

Где-то далеко всколыхнулись и навсегда изменились линии Судьбы.

Глава 4.2

Погасив источники инферно на планетах землян, эспедиция не стала отвечать на отчаянные вызовы со стороны местных русских, только сообщила им, что уходит — командующий Мерхалак сильно обиделся на императора. Поведение того граничило с прямым оскорблением, поэтому помогать больше кому-либо здесь он не собирался, пусть себе живут, как хотят, раз уж них нет ни чести, ни совести. Единственное, помимо сообщения об уходе гросс-адмирал отправил на Землю предупреждение, что если там снова начнут творить непотребства и вызывать потоки инферно, то гости из другой вселенной вернутся и поучат глупцов уму-разуму. После чего экскадра ушла в глубокий гипер и перестала фиксироваться земной аппаратурой слежения.

— Судя по тону послания, господин гросс-адмирал был крайне оскорблен вашим поведением, ваше величество, — констатировал обер-камергер Курицын, прочитав распечатку сообщения инопланетян. — Не знаю, кто вам посоветовал так отвратительно себя вести, но это была ошибка. Простите за откровенность, но лгать и льстить вам я не намерен. Вы меня знаете.

— За то я вас и ценю, Александр Николаевич, — хмуро пробурчал император. — Вы всегда говорите мне правду, а не льстите. Посоветовал же мне эту глупость генерал Новицкий, а я прислушался к его совету, поскольку он меня до сих пор не подводил. Как позже выяснилось, все это было сделано с подачи англичан, чтоб им скопом в ад провалиться. Нашли подход к людям из департамента Виктора Сергеевича, а те понарассказывали патрону сказок о том, что благородных господ европейцев оболгали проклятые чужаки, которых следует поставить на место. Я уже сто раз себя проклял за то, что послушал генерала…

— Да, англо-французская разведка еще недавно чувствовала себя в империи, как дома… — тяжело вздохнул Курицын. — После чистки стало немного получше, их многие агенты затаились, их еще хватает. Прошу дать жандармерии особые полномочия, ваше величество. Иначе с этой заразой не справиться. Я и подумать не мог, что представители таких родов могут работать против своей родины! Трубецкие, Багратионы, Холмогоровы, Голицыны, Зубовы, Львовы! И это только малая часть. Мы в ужасе перед бездной, открывшейся перед нами, ваше величество!

— Всех предателей на эшафот! — яростно прошипел Владимир III. — До единого! Семьи лишить дворянства и в ссылку на планету с отвратительным климатом! Без права возвращения!

— Будет сделано, ваше величество, — наклонил голову обер-камергер. — Теперь хотел бы доложить по переданным нам экспедицией чужаков научным знаниям. Это нечто невероятное и непредставимое, наши ученые воют от восторга! Освоив полученное, мы оставим позади весь мир, причем на сотни лет позади. Англо-французы готовы на все, чтобы заполучить эту информацию или, хотя бы, уничтожить ее, чтобы не досталась никому. Пока что нам удается отваживать их агентов. Но не уверен, что мы сможем делать это вечно, слишком многие наши западники, в том числе, почти все серьезные ученые считают, что такие знания должны принадлежать «цивилизованному» Западу, а не немытой России. Приходится держать их на казарменном положении, иначе они бы уже побежали по посольствам хвастаться.

— Вот как? — прищурился император. — Всех высказывающих подобные воззрения, если это не жизненно необходимые нам ученые, немедленно лишить подданства империи и выставить за ее пределы, невзирая на все прежние заслуги. Это приказ! Подготовьте все нужные бумаги, я подпишу. Теперь хочу вернуться к Ново-Огарево. Все виновные в гибели колонии найдены?

— Да, ваше величество, — подтвердил Курицин. — Следствие почти завершено. Родион Трубецкой получил от англичан два миллиона фунтов за передачу кодов оборонных систем. Всего-то два миллиона! Но там, помимо него, целая клоака западников отметилась. К счастью, всех удалось выловить. На допросах у них спрашивали, не думали ли они, что обрекают на гибель миллионы человек, соотечественников. На что господа только кривились и брезгливо цедили сквозь зубы, что бабы еще нарожают, а им деньги нужны. И пусть их, таких знатных и важных, немедленно отпустят и больше не смеют докучать всякими мелочами. Жизни двенадцати миллионов человек для них мелочи, ваше величество!

— Вы не ошибаетесь? — ошарашено спросил Владимир III, на что его собеседник отрицательно покачал головой. — Что ж, пора, похоже, возвращать в обиход средневековые казни. Приказываю четвертовать на Лобном месте Красной площади Трубецкого с его кликой, с трансляцией по всему миру. И сообщить, что такое ждет отныне каждого высокородного предателя!

— Нас на Западе назовут дикими варварами… — с усмешкой заметил обер-камергер.

— Кто назовет? Твари, Те, кто собирался собиравшиеся уничтожить население целой планеты? — прищурился император. — Да пусть называют как угодно! Мне плевать! Они превысили меру терпения. Поэтому нам следует подумать, как отплатить им. Английский боевой флот на данный момент уничтожен полностью, а французский наполовину. Серьезными силами сейчас обладает только Россия. Мы раньше считали себя слишком благородными, чтобы пользоваться чужой слабостью. Хватит! Передайте Генштабу, пусть займутся разработкой операции по захвату дальних колоний западников. Население оттуда вывезти и депортировать, мы же не звери, в отличие от них. В ответ на все протесты напоминайте тварям о Ново-Огарево и других наших погибших колониях.

— Мы в их глазах не люди, а так, нечто полуразумное, поэтому они считают себя вправе поступать с нами, как им угодно, а вот если мы осмеливаемся отвечать, тут же поднимается визг и вой до небес, — криво усмехнулся Курицын. — Благодарю, ваше величество, что вы решились ответить западным нелюдям, как должно, как они заслужили.

— И передайте вслед чужой эскадре мои извинения, — велел Владимир III. — Понимаю, что это не имеет смысла, поздно. Но все-таки…

Получив послание с пространными извинениями и объяснениями случившегося, Мерхалак только плечами пожал, но отвечать не стал — его местные жители не интересовали ни в малейшей степени. Как, впрочем, и остальных, даже аарн — остановили инферно, и хорошо. А местные пусть живут, как вздумается. Их дело, раз не способны понять, что им на пользу, а что нет.

Пришедшие на помощь из родной вселенной флоты вернулись домой, чтобы вернуться, если снова понадобиться. Дальше двинулись основным составом экспедиции.

К следующей нужной точке пространства эскадра летела около трех недель. Приблизившись к первой на световой год, она вышла в реальное пространство и тут же скрылась под полями маскировки. К системе красного карлика отправились на разведку четыре корвета, которые пилотировали Лерк, Т’Ред, Ирек и Хесир. Молодые пилоты за время пути заскучали и рады были снова заняться интересным делом. Разведка ведь вполне могла принести неожиданности.

— Командир, это что еще такое? — растерянно спросил эльф, едва они вышли из гипера.

— Не знаю… — растерянно ответил Лерк. — Ну ничего же себе…

Остальные двое застыли с открытыми ртами, ничего подобного они не только не видели, но и представить себе не могли. А посмотреть было на что — по орбите второй планеты местную звезду окружало гигантское кольцо, с внутренней стороны которого была видна атмосфера. Посчитав при помощи встроенных биокомпов площадь пригодной для жизни территории, друзья только мысленно присвистнули — на трехстах планетах меньше будет. Это что за сверхцивилизация это невероятное сооружение построила?

— Лерк, сообщай на эскадру! — выдохнул Хесир.

— Сейчас, — пробурчал тот, активируя связь.

Получив видеозаписи гигантского кольца, медленно вращающегося вокруг звезды, Мерхалак долго молча, изумленно смотрел на это чудо, понимая, что они натолкнулись на наследие цивилизации какого-то невероятного уровня. Непонятно только зачем это понадобилось строить такой мегалит. Хотя расселить на подобном кольце можно и сотни миллиардов разумных. А ведь их направили сюда, чтобы остановить инферно. Представив, что кровавый кошмар творится по всему кольцу, гросс-адмирал покрылся холодным потом. Как его останавливать⁈ Если там действительно огромное население, то это будет стоить не просто огромных усилий, а еще и немалых потерь. Настораживало также отсутствие какой-либо реакции на прибытие гостей извне. Не заметили из-за полей невидимости? Вполне может быть. Немного подумав, Мерхалак приказал разведчикам снять маскировку.

Отключив невидимость, корветы принялись облетать кольцо, однако на них так никто и не среагировал, словно их тут не было.

— Это что же получается, у них все время день? — удивленно спросил Т’Ред.

— Не, гляди, вон там слева темные участки на внутренней поверхности, — ответил Ирек. — Что-то закрывает свет звезды на какое-то время. Оно перемещается по орбите внутри кольца, создавая ночь.

— Не что-то, а каменные платформы, — подлетел ближе к указанным объектам Лерк. — Или не каменные, не пойму, что за материал. Глядите, они медленно двигаются по внутренней орбите, перекрывая свет звезды на определенное время. Ночь, по предварительным расчетам, длится восемь стандартных часов. Платформ тридцать две. Что за технологии позволяют им равномерно двигаться, я не знаю, по результатам сканирования это обычные базальтовые плиты метровой толщины. А вот их размеры… Мама моя…

— Шестнадцать тысяч на двадцать четыре тысяч километров, — поддержал друга дракон. — Не представляю, что им позволяет оставаться целыми в поле тяготения. Они под собственным весом должны были сто раз разломиться!

— Давайте делом займемся, — напомнил о задании керси. — Предлагаю начать сканирование, пойдем двумя парами в разных направлениях. Надо обнаружить, откуда идет распространение инферно.

— Хорошо, так и сделаем, — не стал спорить командир.

Корветы разделились. Т’Ред с Лерком двинулись направо, а Хесир с Иреком — налево. Летели над самой границей атмосферы, которая имела куда меньшую глубину, чем на планетах, но при этом не улетучивалась в космос. А значит ее что-то удерживало. Но при этом никаких энергетически полей не улавливалось.

Час шел за часом, но корветы пролетали ненаселенную местность, разумных существ обнаружить так и не удалось. Как и следов их деятельности, кроме самого кольца. Пилоты успели заскучать, когда ситуация внезапно изменилась — они пролетели над развалинами циклопического города, занимавшего не менее нескольких тысяч квадратных километров. Вот только он был совершенно пуст. И это настораживало.

— Не зря же нас сюда направили? — с недоумением пробурчал Лерк.

— Однозначно не зря, — прищелкнул зубами Т’Ред. — В Сферах никогда и ничего просто так не делают.

Они некоторое время покружили над городом, но ничего интересного не обнаружили. Разве что двухкилометровой высоты шпиль, на вершине которого мягко светился желтым светом трехсотметровый шар. Сообщив о находке друзьям и гросс-адмиралу, человек с драконом двинулись дальше.

Около часа ничего не происходило, а затем на берегах бесчисленных рек начали встречаться небольшие деревеньки, населенные самыми обычными людьми. Разве что низкорослыми, с кирпичного цвета кожей, приземистыми фигурами и плоскими лицами. По уровню развития они были откровенными дикарями, ловили рыбу при помощи сплетенных из травы верш и били похожих на земных антилоп животных кривыми копьями с каменными наконечниками. Поскольку внизу было тепло, одежды аборигены не носили вовсе, разве что кое-кто заматывал чресла широкими листьями какого-то растения. Но самое главное, они не убивали и не насиловали друг друга, а значит инферно тут не было. Этот вывод подтвердили датчики.

— Значит, не они виновны, — констатировал Лерк.

— При размерах кольца здесь могут жить тысячи разных народов, причем настолько далеко друг от друга, что никогда не встретятся чисто из-за огромного расстояния, — философски заметил Т’Ред. — Так что летим дальше.

Они передали результаты на корабли экспедиции и снова отправились в путь. Ирек и Хесир пока еще ничего, в отличие от друзей, не обнаружили и изнывали от скуки. Однако вскоре повезло, если это можно назвать везением, и им — на дороге керси и эльфу встретилась черная пирамида, каждая сторона основания которой превышала тысячу километров. Ее грани усеивали светящиеся золотом незнакомые символы, складывающиеся в бесчисленные цепочки. Причем каждый символ был с лам-истребитель размером. Сканирование ничего не показало — самая совершенная аппаратура просто не видела пирамиду. Она фиксировалась только визуально. Передав записи на «Ночной Всадник», друзья полетели дальше вдоль поверхности кольца, не погружаясь в атмосферу, интуиция удерживала их от этого.

Еще три часа прошли безрезультатно, ничего интересного обнаружить не удалось. Только еще через два часа снова показались небольшие поселки, населенные высокими, белокожими и полностью безволосыми людьми под два метра ростом и соответствующих габаритов. Вот эти были намного интереснее, они мысленно управляли энергетическими полями, но при этом не имели ничего, кроме самого необходимого для минимального удовлетворения жизненных потребностей. Почти все свое время белокожие проводили в медитациях, а когда хотели есть, материализовывали себе какие-то фрукты и овощи из воздуха. Пили только родниковую воду. Никаких других следов цивилизации не было. Но когда корветы замедлили ход, местные жители их немедленно обнаружили, посмотрев туда, где они кружили, но больше никакого интереса не проявили. Это смущало и удивляло.

Сразу после передачи информации на эскадру всполошились двархи и потребовали немедленно оставить этих странных людей в покое, поскольку это народ, находящейся на грани Перехода, а то и уже наполовину перешедший. Аарн тоже поддержали это решение. Одно было непонятно — откуда тогда инферно? Ведь инферно и переходящие — понятия несовместимые…

Сдержав свое любопытство, Лерк и Т’Ред поспешили покинуть место проживания странного народа и полетели дальше. Час шел за часом, но ничего интересного не находилось. Единственное, что отметили ученые с крейсера, это великолепный климат по всей внутренней поверхности кольца, курортный, максимально комфортный для гуманоидов. Как и рельеф. Ни гор, ни густых лесов, ни пустынь, ни болот. Сплошные плодородные, слегка холмистые равнины, поросшие бесчисленными рощами и садами. С множеством крупных и мелких водоемов, но не морей. Рек, озер и ручьев.

— Лерк, глянь, вон там, впереди! — внезапно возбудился дракон.

Командир эскадрильи и сам заметил черное, пульсирующее пятно шириной почти со всю внутреннюю часть кольца, почти шесть тысяч километров. С высоты было хорошо видно, что пятно простирается очень далеко, имеет огромную площадь. Но что это такое? Возникало ощущение скрывающего поверхность черного тумана, от одного взгляда на который ныли зубы. Датчики инферно немедленно заверещали дикими голосами.

— Нашли, похоже… — скрипнул зубыми Лерк. — Знать бы еще, что мы такое нашли…

— Понятия не имею… — в голосе Т’Реда звучала неуверенность. — Но однозначно что-то отвратное. Меня при одном взгляде на этот «туман» тошнит…

— Меня тоже.

Сразу после передачи информации на «Ночной Всадник» оттуда поступил строжайший приказ: «Не приближаться!». А еще через полчаса такое же пятно на противоположной стороне кольца обнаружили Хесир и Ирек. Им приказали облететь его по большой дуге и двигаться дальше. Следовало выяснить сколько всего таких этих на кольце, прежде чем вплотную исследовать их.

Еще через шесть часов стало ясно, что пятен три. Ни единой цивилизации хотя бы относительно высокого уровня на внутренней части кольца не обнаружили, поэтому экспедиция переместилась на орбиту третьей планеты безымянной системы — безжизненный каменный шар, зато с шестью разного размера лунами. При первом же сканировании стало ясно, что это когда-то был живой, населенный мир, там обнаружилось немало развалин. Похоже, атмосферу с планеты сорвало разом, о чем говорило множество скелетов в развалинах городов. Причем опять же человеческих.

Пока экспедиция прибывала и обустраивалась, друзья успели немного поспать и снова были готовы к делу. Им поручили полностью обследовать звездную систему. Раз в ней нашлось столько всего необычного, то может обнаружиться и еще что. Например, полностью уцелевшая база построившей кольцо сверхцивилизации. Или еще что-нибудь.

— Что думаете, Ганхалас? — спросил Мерхалак у главы научной секции после завершения первичных исследований. — Что с инферно и как нам его гасить?

— К сожалению, пока не понимаю, — тяжело вздохнул эльф, нервно передернув ушами. — Ни один зонд так и не смог проникнуть в этот странный черный туман. Также ни один аарн не может к нему приблизиться, при пересечении трехкилометровой границы эмпаты впадают в жесткий психошок, невзирая ни на какие психощиты. Мы едва спасли группу исследователей, решивших сунуться туда на свой страх и риск. Сами знаете, что такое молодые сорвиголовы, считающие, что знают все лучше начальства…

— Ох, знаю, — усмехнулся гросс-адмирал. — Запрещай не запрещай, а все равно найдут, где сложить буйны головы. А нам потом родителям печальные новости сообщать…

— Но, как ни странно, лучшие профессионалы получаются только из таких, — развел руками Ганхалас. — Потому приходится держать их в жесткой узде, пока не поумнеют. А они, дураки молодые, еще и обижаются. Но ладно, это все лирика. Я хотел бы попросить собрать группу из не аарн. Желательно, из хороших бойцов. На всякий случай. Естественно, только добровольцев. И попробовать проникнуть в туман. Это очень рискованно, возвращение не гарантировано, но другого способа хоть что-то выяснить я не вижу.

— Вот, значит, как? — помрачнел Мерхалак. — Хорошо, я сделаю объявление. Желающих будет хоть отбавляй, сорвиголов хватает. Хоть среди моих ребят, хоть среди кэ-эль-энахцев.

— Предлагаю придать исследовательской группе дварха в оболочке искина, — напомнил о себе с потолка Асиарх. — Я и сам готов с ней отправиться. Если удастся пройти, то всегда смогу обеспечить эвакуацию через гиперпортал.

— Если его получится открыть из тумана, — резонно возразил эльф. — Но поддерживаю, вдруг это что-то даст.

Объявление гросс-адмирала слышали все члены экспедиции, и желающих действительно нашлось множество, больше трехсот человек. Из них отобрали лучших из лучших. Командование исследовательской группой поручили майору Кирту Станки, старому вояке, прошедшему Великую войну на стороне СПД, его заместителем стал кэ-эль-энахский капитан Гарон Т’а Ронек. Из ученых не-аарн отправились двое, чудом оказавшиеся в экспедиции, поскольку научную секцию формировал орден. Помимо них отобрали еще шестерых бойцов — трех бывших космодесантников и трех гвардейцев.

Двое суток лихорадочной подготовки дались нелегко. Основным транспортом отряда стали три гусеничные машины с генераторами защитных полей нулевого класса. Также хватало оружия, от ручных орденских плазмеров до десантных мезонников и тяжелых пулеметов. Плюс двухсотмиллиметровые орудия с огромным запасом снарядов, частью размещенном в пространственном кармане, созданном Николаем Шаронским с учениками. Он очень сожалел, что ни один из вероятностных ментатов не может отправиться вместе с отрядом, поскольку все они аарн, а значит впадут в психошок, едва приблизятся к черному туману, будь он трижды неладен. Незадолго до отправления также выяснили, что то же самое произойдет и с двархом, поэтому Асиарха, после двух попыток, пришлось оставить.

Настало время отправки, и три гусеничные, приземистые машины, включив защитные поля, двинулись к границе тумана. Когда они пересекли ее, у всех членов отряда на мгновение сильно заболели головы, но вспрыснутые аптечками доспехов лекарства быстро свели ее на нет. А аппаратура зафиксировала всплеск неизвестного излучения. Одновременно изменились пространственные гармоники, и это дало понять, что танки переместились куда-то. Связь с экспедицией оказалась тут же потеряна.

Майор Станки сразу же приказал остановиться и отправить обратно зонд, с помощью которого связь удалось восстановить, но ненадолго. Стоило отряду отойти от границы тумана на три километра, как она снова пропала. И восстановить ее уже не удалось. Решив пойти на риск, командир приказал одной из машин остаться на границе связи, а остальные две двинулись вперед.

Примерно через час движения в полной темноте, которую не рассеивали даже лучи мощных прожекторов, впереди слегка посветлело.

— Пеленг на третью машину сохранился? — хмуро спросил Т’а Ронек.

— Да, господин капитан, — ответил механик-водитель. — Вернемся без проблем.

— Идем дальше!

С каждой минутой становилось все светлее и светлее, пока танки не выехали на серую какую-то равнину, она была буквально бесцветной, вызывала уныние одним своим видом. Как, впрочем, и небо, покрытое столь же серыми, низкими тучами. Впереди виднелись бесчисленные холмы, частично покрытые чахлым кустарником.

Еще час прошел спокойно, ни людей, ни строений обнаружить не удалось, вокруг не было даже животных. Только сухие, ломкие кусты. Однако вскоре на высоком холме километрах в трех показался редкий частокол. Он выглядел довольно странно, и люди долго не понимали, в чем дело, пока не приблизились. А когда поняли, что видят, всем стало не по себе, хоть большинство в отряде и были боевыми офицерами, многое повидавшими.

На холме перед ними высился не частокол, а длинный ряд высоких кольев, на которые были насажены пожелтевшие человеческие скелеты.

Глава 4.3

Начинался второй этап операции по нейтрализации защитников старых обычаев, и Азакия сильно нервничал, поскольку первый прошел далеко не так удачно, как хотелось. Да, были изъяты только наиболее одиночные личности из Непокоренных, и среди фанатиков ненадолго воцарилась растерянность. Но после этого, к глубочайшему сожалению следователя Комитета Безопасности Веры, из-за начавшейся так не вовремя войны с Юои Жерг орден отозвал свои силы из Аствэ Ин Раг не завершив операцию. Ведь основная ее проработка лежала на оперативных статистиках Перлока Сехера, а они не могли разорваться на несколько частей. К счастью, недавно Рас Тонго вернулся, привезя группу молодых социоматиков, специализирующихся на оперативной статистике, и снова начал действовать.

Азакия конечно понимал, что святая иерархия отнюдь не является для ордена основным приоритетом, но ему было несколько обидно. К счастью, устранение основных функционеров Непокоренных заставило оставшихся на свободе частично затаиться и снизить накал терроризма. Однако новые пассионарии из их числа уже проявили себя и начали гадить. Недавно по планетам Аствэ Ин Раг прокатилась волна похищений учителей с показом их страшной казни по инфосети. Спасти удалось не больше четверти похищенных, слишком уж все было профессионально организовано.

Координация всего проекта осталась в руках Азакии, он готовился к началу нового его этапа, предвкушая изумление фанатиков, которые внезапно окажутся в трюме какого-нибудь дварх-крейсера. Может, удастся выяснить, кто их координирует извне, а кто-то однозначно координирует, это удалось установить точно. Вот только все нити, тянущиеся за пределы Аствэ Ин Раг, немедленно обрывались, стоило за них потянуть. Люди безжалостно зачищались, организации уничтожались, причем полностью, вместе с сотрудниками. Против Аарн и КВБ действовал умный и опытный враг, явно понимающий, что именно и зачем он делает. Его не смог вычислить даже Дарв ис Тормен. А это уже было показателем, дающим понять уровень противника.

Когда Азакия узнал о «сверхах», то поначалу подумал, что виновны они, но Рас отрицательно покачал головой, услышав его предположения — «сверхи» вели себя совершенно иначе. Но неизвестный враг явно либо координировал с ними свои действия, либо просто учитывал их. Но как он мог учитывать? Выходит, он знал, что планируют последователи всеобщего блага. А это уже очень нехорошо попахивало. Так что неизвестного врага следовало обязательно изловить для полноценной считки памяти.

Некоторое время поразмыслив над вопросом отслеживания новых структур фанатиков и изъятия из них возможных лидеров, Азакия хлопнул себя по лбу ладонью. Двархи! Они же занимаются этим с кораблей ордена, но зачем держать возле каждой планеты корабль, если достаточно поставить в защищенном бункере большой биокомп и заселить в него дварха? Тогда бестелесный сможет держать планету под контролем постоянно.

Он поспешил вызвать Раса Тонго через вживленный биокомп, оказавшийся на удивление удобным инструментом. Тот ответил не сразу, видно был чем-то занят, но все же ответил. Выслушав идею Азакии, простейшую, между прочим, идею, тихо выругался, посетовав на свои замылившиеся глаза. Ведь действительно, можно было не останавливать операцию на время войн с Юои и «сверхами», тогда бы у фанатиков не получилось выкристаллизовать новые управляющие структуры.

— Ладно, сделаем, — произнес Рас после довольно долгого размышления. — Но это далеко не все. Внешние регионы…

Азакия скривился. Да, внешние регионы святой иерархии — та еще головная боль, больше тридцати планет все еще оставались под властью Непокоренных. Там точечное изъятие лидеров не сработало, слишком много было фанатиков. Место исчезнувшего вождя или вождишки тут же занимал кто-то другой. После каждого рейда флотов ордена или княжества фанатики ненадолго притихали, но стоит тем уйти, как снова тысячи мелких рейдеров выходят на охоту за рабами.

— Не знаю, что с ними делать, — вздохнул священник. — У нас просто не хватает сил, чтобы с ними справиться.

— Я, кажется, знаю, — кивнул аарн. — Пришло время с ними покончить, пусть даже новой атакой. Делов в том, что нам из Сфер Творения поручено погасить все близлежащие источники инферно, а в Аствэ Ин Раг их более сорока. Поэтому придется вернуться к старому плану удаления самых оголтелых фанатиков на безлюдные планеты, причем без женщин, чтобы не размножались. Они и друг другу ад вполне успешно создадут.

— Без женщин? — нервно хохотнул Азакия. — Чудное издевательство! Им придется заниматься запретным по их заповедям делом или держать аскезу. Вряд ли удержат, святоучителя никогда аскетами не были, слишком любили роскошь и удовольствия.

— О, на планетах, куда их поместят, им придется тяжело трудиться, чтобы выжить, — заверил Рас, неприятно улыбаясь. — Но изымать придется все же по минимуму, чтобы не нанести слишком большую рану эгрегору. А потом уже точечно убирать новых лидеров. Охот за рабами больше быть не должно. Никаких и никогда.

— Как бы вы ни старались, но пока рабство кому-то выгодно, эти охоты будут, — грустно улыбнулся священник. — Вы выяснили, кто стоит за охотниками?

— К сожалению, нет, — скривился аарн. — Слишком хорошо прячется сволочь, даже граф не может его вычислить. Сейчас Дарв попросил заняться этим своего бывшего секретаря, тот, говорят, крайне умен и изворотлив, да и опыт имеет огромный.

— Вы господина Кранера имеете в виду?

— Его самого.

— Тогда, может, и найдете, — кивнул Азакия. — Он действительно один из самых изворотливых людей галактики. Когда начинаем?

— Это вам решать, — усмехнулся Рас. — Забыли, что альфа-координатором этого дела по просьбе из Сфер являетесь вы?

— Если честно, забыл, — поежился священник. — Тогда предлагаю с декаду повременить и тщательно просканировать все внешние планеты иерархии. Я более, чем уверен, что на пограничных с ними основных мирах тоже хватает фанатиков и их структур. Основные тоже желательно ликвидировать. Но верхнее звено.

— А что делать с рабами на их планетах? — поинтересовался аарн.

— Изъять. Всех до единого. Причем, изъятие рабов должно случиться перед основной операцией. Оно должно быть тайным, то есть нужно, чтобы рабы просто исчезли, и никто не понял, куда и как. Не надо никуда вламываться и наводить порядок силой, как вы любите. Наоборот, все должно быть тихо и незаметно. Это сильно ударит по фанатикам, они попросту растеряются. Когда человеку все ясно, он сразу начинает действовать, а вот когда произошло что-то, чего он не понимает, то он теряется. И не способен адекватно реагировать на угрозы.

— Пожалуй, вы правы.

Два человека посмотрели друг другу в глаза и совершенно одинаково, хищно усмехнулись, их объединяло большое дело, которое сделать за них было некому. И они его сделают. Тем или иным образом.

* * *

Проснувшись, преподобный Дахария Баррест сладко потянулся, ощутил томление в чреслах и позвал рабыню, решив сразу подмять под ее себя, он всегда так делал утром. Девка должна была дожидаться хозяйского пробуждения на коврике возле кровати и могла отлучаться разве что в туалет. Однако малышка Кести, обученная и выдрессированная как следует, почему-то не отозвалась. Это еще что такое? Плетей захотела⁈

Святоучитель нехотя приоткрыл один глаз и лениво осмотрел спальню, однако рабыни в ней не обнаружил. Пришлось вставать, искать тапочки и идти к двери, раздраженно дергать за шнурок звонка. Однако на его дребезжание тоже никто не отозвался! Это уже ни в одни ворота не лезло! Злой, как три ракшаса, Дахария посетил особую комнату, накинул шелковый халат и выбрался в коридор, но никого там не увидел, а ведь в его доме жило больше двух десятков рабов и трое домочадцев. Последних святоучитель, правда, вскоре обнаружил, причем столь же растерянных, как и он сам.

— Что случилось, Шадахия? — обратился Дахария к застывшему посреди гостиной племяннику. — Где все?

— Доброе утро, уважаемый дядя! — поклонился тот. — Ни одного раба в доме нет… Я не знаю, куда они подевались… Сбежали, что ли?..

— Да как они могли сбежать⁈ — взорвался святоучитель. — Каждый в ошейнике, если отойдет метров на двести от дома без разрешения, сразу головы лишится! Забыл, что ли?

— Но их нет, уважаемый дядя… — растерянно развел руками Шадахия. — Нигде нет, ни в доме, ни на улице. Я на пару кварталов во все стороны сбегал, нигде никаких следов. И везде переполох…

— Везде? — нахмурился Дахария.

Немного постояв, он двинулся к настольному инфору и вызвал начальника городской стражи, тот боялся и уважал заместителя главы Синклита. На экране появилось одутловатое лицо Харегии Жумаса, он выглядел перепуганным, глазки нервно бегали со стороны в сторону, толстяк совсем не походил на себя. Куда только подевались вся его важность и уверенность в себе.

— Что случилось? — резко спросил святоучитель, поздоровавшись. — Что за переполох?

— Рабы по всему городу исчезли бесследно… — тоскливо ответил начальник стражи. — Ни единого не осталось… Все производства стоят, магазины закрыты, хозяева в панике, никто не знает, что делать…

— Ни единого? — прищурился Дахария и грязно выругался. — Слуги Отца Зла! Это только они могли сделать!

— И никто этого не заметил? — не поверил Харегия.

— Их возможности велики.

— Это так, но они раньше никогда так не делали. Да и ни в одной записи ничего нет. А вы сами знаете, что город утыкан видеокамерами.

— А что есть в записях? — прищурился святоучитель.

— В один момент раб есть, а потом вдруг мгновенно исчезает, словно что-то стирает его из реальности, — со вздохом ответил начальник стражи.

— Покажи! — потребовал Дахария.

Просмотрев несколько исчезновений, он задумался. На гиперпереходы детей Отца Зла это ничуть не похоже. Так что же это? Кто это сделал? Возникло подозрение, что рабы исчезли на всей планете, а может и не на одной. Проверив свою догадку и убедившись в ее истинности, святоучитель снова выругался. Полное отсутствие рабов означало скорый крах экономики внешних миров святой иерархии. И что с этим делать?

— Собирай Синклит! — хрипло каркнул Дахария.

Перепуганные случившимся иерархи собрались очень быстро. Многие из них находились на других планетах, но это помехой заседанию не стало — голографические экраны с эффектом присутствия позволяли видеть собеседников так, словно они находились рядом. Правда, аппаратуру для этого пришлось покупать через десятые руки в княжестве, электронная промышленность святой иерархии производить подобное была в принципе не способна. Но иерархов это ничуть не смущало, они полагали, что смогут приобрести все, что пожелают, пусть и не напрямую. Ведь рабы все еще нужны, на них есть немалый спрос в Тиуме, Ринканге, Телли Стелл и Лавиэне. Слуги Отца Зла конечно подгадили бизнесу уважаемых людей, когда вчетверо сбросили цены на свое автоматическое шахтное оборудование, но не слишком сильно, поскольку во многих случаях рабы все равно обходились дешевле, да и вывозить их после использование не требовалось, как оборудование. Утилизировали и закопали. Или сбросили в открытый космос, пусть ищут, кто это сделал.

Иерархи понятия не имели, что слышащие их жутковатые мысли двархи медленно наливаются черным гневом. Как и аарн. Поэтому святоучителя даже не успели начать обсуждение пропажи рабов, как все до единого уснули. А когда слуги, обеспокоившись долгим молчанием господ, решились проверить, как они там, то никого не обнаружили. Все до единого иерархи Синклита внешних миров Аствэ Ин Раг исчезли вместе с ближайшими помощниками и главами всех сколько-нибудь значимых ведомств, оставив по себе панику и неразбериху. Экономика без рабов, выполнявших в обществе фанатиков все работы, начала быстро схлопываться. И через какое-то время в крупных городах начался голод, поскольку некому стало подвозить продукты. Вскоре после этого самые буйные вышли на улицы, принявшись громить все вокруг и устанавливать право силы. Это настолько напугало обывателей, которых восставшие начали грабить и насиловать, что царские войска они встретили цветами, радуясь, что хоть кто-то решил навести порядок.

Дахария открыл глаза и застонал, все тело онемело, словно он долго лежал в одной позе на чем-то твердом. Он приподнял голову и огляделся, тут же покрывшись холодным потом. Святоучитель лежал голом камне, находящемся на огромном плоском скалистом плато, которое окружали странного вида деревья с плоскими кронами фиолетового цвета. Причем, он был не один — вокруг раскинулись в живописных позах остальные иерархи Синклита. Впрочем, не только они, все сколько-нибудь значимые люди внешних миров находились здесь, их тела были видны, насколько хватало взгляда. Как потом выяснилось, аарн сослали в этот дикий мир больше пяти тысяч человек.

Вскоре остальные фанатики начали приходить в себя. Некоторые попытались устроить панику, но были быстро и надежно успокоены, поскольку иерархи и начальники различных управ были людьми опытными и решительными, понимали, что паника в такой ситуации чревата большими неприятностями.

— Где это мы и как тут оказались? — нарушил долгое, гнетущее молчание Эзекия Хаймерс, возглавлявший Службу Порядка внешних миров.

— Думаю, на ненаселенной планете за пределами галактики, — хмуро предположил Тория Даймат, старший мастер Истока Веры, службы безопасности. — Слуги Отца Зла так поступают с пиратами. Видимо, теперь решили сделать то же самое с нами…

— Значит, и рабов изъяли они, — констатировал Дахария. — Вот только как? У нас же были лучшие сканирующие системы в галактике, как они подобрались? Да и сам способ изъятия… Мы не ничего не заметили!

— Не заметили, — подтвердил иерарх Гехия Мореск. — Я проснулся, а рабов ни одного нет.

— Да у всех так, — вмешался еще кто-то. — Вопрос в другом. Что нам теперь делать? Мы сможем выбраться отсюда?

— Не знаю, — покачал головой Тория. — Никогда не слышал, чтобы кто-то вырвался из цепких лап ордена. Меня сейчас беспокоит вопрос выживания. Нас здесь несколько тысяч человек. Всем нужно что-то есть и где-то спать. А здесь, судя по льду в расщелинах, суровая зима. Так что давайте поищем, не оставили ли нам эти сволочи хоть чего-нибудь. По слухам, они ссыльным всегда что-то оставляют…

Все-таки иерархи были людьми опытными и сильными, поэтому быстро сформировали подобие командования. Дахария вошел в Совет Пяти, быстро избранный прямо на плато. После этого двадцать команд по десятку самых молодых ссыльных отправили в разные стороны. Не прошло и трех часов, как две из них вернулись и доложили, что обнаружено две деревни, причем полностью пустые. Посреди деревень огромные склады, под завязку забитые армейскими пайками производства Кэ-Эль-Энах, солью, семенами и сельскохозяйственным инвентарем. Самым простейшим, никакого сложного оборудования не было.

— Это значит, что цивилизацию нам предстоит строить с нуля… — Дахария озвучил истину, до которой дошли уже все.

— Вы не учитываете одного факта, — тяжело уронил Эзекия. — Очень неприятного для нас факта.

— Какого?

— Здесь одни только мужчины…

— Святой Благословенный! — задохнулись от ужаса иерархи, когда до них дошла страшная истина. — Спаси и помилуй!

— Это значит, что нам предстоит просто вымереть, не оставив потомства… — констатировал Тория. — Да, эти твари знают толк в мести… Ничего страшнее и я бы не придумал…

Фанатики в ужасе смотрели друг на друга, начав, наконец-то, понимать, что их ждет. Им ждали долгие годы безнадежности, боли и отчаяния. А ночами им предстояло видеть сны, в которых они будут рабами, которых станут мучить, насиловать и унижать. Все по заветам их жуткой религии. Раскаются, искренне раскаются? Значит, будут прощены. Нет? Значит, нет.

* * *

— Релир! — загорелся перед дварх-адмиралом голоэкран, на котором появилось лицо рыжеватого, веснушчатого парня. — Нашли! Не совсем по указанным координатам, но кое-что есть!

— Отлично! — потер руки лавиэнец, откинув за плечо гриву белоснежных волос. — Что именно?

— Похоже, шахтерская колония, принадлежащая кому-то из лордов Торговой палаты. С кучей рабов. Надо быть очень осторожными, чтобы надсмотрщики не успели убить бедолаг, им достаточно для этого шлюзы открыть…

— Колония пространственная?

— Ага, — подтвердил лор-лейтенант Кейт Заран, командир разведывательного фрегата. — В поясе астероидов возле восьмой планеты. Повесили с десяток простейших «бочек» с минимальным жизнеобеспечением, и рубят руду. Не вариевую, конечно, но тезиевую, тоже весьма дорогую.

Полученную Кержаком из Сфер карту точек инферно в родной галактике разослали всем заинтересованным лицам. Релир, как альфа-координатор Основания Лавиэн, тоже получил ее и тут же принялся за дело, разослав по всем указанным на ней системам разведчиков. Первый только что вернулся и доложил об успехе поисков.

— Боевая тревога! — скомандовал дварх-адмирал. — Немедленный старт по полученным от лор-лейтенанта координатам!

— Есть! — отозвался Таниарх, и по всему крейсеру без промедления зазвучали сирены, а потолки кают и коридоров запульсировали красным светом.

Релир держал флаг на знакомом и привычном «Пике Мглы», часть «Ищущих Мглу» тоже все еще квартировала на нем. Легионом сейчас командовал дварх-полковник Малер Отави, моованец.

К счастью, в Лавиэне нашлось всего три точки инферно, причем небольших, скорее всего, это именно рабовладельческие шахтерские колонии, принадлежащие особо жадным лордам. На планетах было относительно благополучно, особенно после того, как ликвидировали перекос в эгрегоре страны. Однако ситуация постепенно снова начала ухудшаться, а ведь Основание миновали почти все неприятности последнего времени, оно не участвовало ни в одной из войн, да и технологические новинки через того же Релира ему постоянно подкидывали. Как и заказы огромным заводам лордов Торговой Палаты. Но экономика Лавиэна все равно буксовала, причем непонятно почему, никаких явных причин для этого не было, если не считать влияние неизвестной силы, напоминающей искусственный разум. Даже «сверхи» почти ничего не испортили, разве что появилась новая религия, воспевающая «великих учителей», некое абстрактное всеобщее благо и призывающая вернуться к природе, в землянки. Одно это уже говорило о том, кто стоит за этой убогой недорелигией.

Из гиперпространства «Пик Мглы» вышел за треть светового года от ненаселенной системы, где располагалась колония. Крейсер окутался маскирующими полями и двинулся к восьмой планете, в шести кольцах которой и обосновались шахтеры. Понятно почему, такие кольца обычно несли огромное количество различных руд, а иногда и чистых металлов. Непонятно было другое — зачем понадобились рабы? Ведь автоматическое шахтное оборудование производства Кэ-Эль-Энах продавалось за гроши, это было сделано специально ради того, чтобы сделать рабство экономически невыгодным. Однако все равно находились скоты, почему-то предпочитающие рабов и их ручной труд. Причины этого Релир никак не мог понять.

— Сканирование станции завершено! — доложил дварх. — И вот тут я вынужден вас огорчить, друзья. В центре станции что-то непонятное, оттуда веет очень нехорошей эгергией. Поэтому придется проводить массовую атаку и очень быстро, центр нужно захватить как можно быстрее. Боюсь, там что-то связанное со «сверхами». Или с кем-то им подобным.

— Да твою же мать! — выругался Релир. — И здесь эти твари! Понял. Легиону приготовиться к атаке, прежде всего приказываю взять под контроль все шлюзы, чтобы надсмотрщики не успели убить рабов. Разрешаю огонь на поражение!

— Есть! — отозвался Малер. — Ребята, приказ все слышали?

— Так точно! — отозвались из залов боевой подготовки легионеры.

— Таниарх, ты готов открывать гиперпереходы?

— Готов! — заверил тот.

Рев сирен боевой тревоги изменил тон, сообщая, что начинается абордаж. Перед подготовившимися к атаке группами легионеров распахнулись черные воронки, куда они без промедления начали нырять на своих любимых летающих досках. Надсмотрщики шахтерского комплекса лорда кер Марки никак не ждали нападения, поэтому никакого сопротивления не оказали, с ошалевшим видом глядя на вьющихся в воздухе людей и пауков в темно-серых доспехах. О таком они только слышали. Но ведь ордена Аарна давно не существует! Однако попытавшиеся сопротивляться были мгновенно уничтожены огнем плазмеров большой мощности, быстро убедив остальных в реальности нападения.

— Да как вы смеете⁈ — взвыл управляющий, чистокровный лавиэнец, вытащенный из каюты, где насиловал предварительно избитую до крови несовершеннолетнюю девушку. — Вы кто такие, Проклятый вас побери⁈

— А ты еще не понял, сволочь? — ответил один из легионеров, осторожно заворачивая плачущую рабыню в покрывало, чтобы не стыдилась, пока ее несут к Целителям. — Ты страшно ответишь. И за эту девчушку, и за остальных рабов. Понял, поддонок?

— Моралисты… — брезгливо скривил губы управляющий. — Да почему до вас, идиотов, никак не дойдет, что все решает сила⁈

— Вот ты и напоролся на б о льшую силу, — ответил вместо ушедшего в воронку гиперперехода легионера его напарник. — Готовься к суду. Твой патрон тоже безнаказанным не уйдет. Релир очень не любит рабовладельцев, он всех вас заставит ответить.

— Релир кер Тарни? — посерела черная кожа подонка.

— Он самый.

— Вот же сволочь… — простонал управляющий. — Да что же ему все неймется? Зачем он лезет в чужие дела⁈

— А то, что нельзя творить с живыми людьми кошмар, который вы творили, до тебя не доходит? — поинтересовался легионер.

— Да что вы понимаете? — скривился лавиэнец. — Это же быдло! Так хоть пользу пренесет, а не будет просто жрать и срать!

— Знаешь, я постараюсь, даю тебе в этом слово, чтобы твое наказание было страшным, чтобы ты стократно прочувствовал боль и горе каждого раба, который пострадал по твоей вине, мразь, — покачал головой аарн. — Тогда, может, до тебя дойдет истина, что им тоже было больно.

Управляющий в ответ зашелся визгливой руганью, но слушать его больше никто не стал, заткнули рот первой попавшейся окровавленной тряпкой, а их в каюте, где он издевался над несчастной рабыней, хватало. Вскоре лавиэнца утащили в гиперпереход и поместили в небольшую камеру, где ему предстояло провести время до суда. Именно там наведенным гипноизлучением его заставят прочувствовать все, что чувствовали рабы. И это было абсолютно справедливо.

— Релир! — снова загорелся перед дварх-полковником голоэкран, с которого на него взглянул командир легиона. — Срочно сюда. Ты должен это видеть! Таниарх, вызывай Кержака и ученых! Без них не разобраться.

— Да что там такое? — удивился дварх-адмирал, быстро надел доспехи и переместился в центральный отсек шахтерской станции.

Некоторое время он с ужасом смотрел на жуткую конструкцию, в которую вросли двенадцать человек, а потом грязно выматерился. Люди были сросшимися, через их тела проходили десятки трубок и рубчатых щупалец. Единственное, что сразу пришло ему на память — это корабли «сверхов». Пилоты на них выглядели примерно так. Неужели опять эти твари?

— Ну что там у вас случилось? — появился на экране Кержак.

— Сам посмотри, — Релир показал ему шевелящуюся конструкцию, поскольку люди в ней были еще живы.

— Паскудство! — выругался старый орк. — Немедленно вылетаю к тебе. Постарайся сохранить бедолагам жизнь.

— Постараюсь, — кивнул дварх-адмирал. — Жду.

Глава 4.4

Дождавшись активации червоточины, «Старый шахтер» нырнул в нее. Тирхана хмыкнула — от прежнего корабля осталась только внешность, даже корпус его сейчас состоял из совсем других материалов. О двигателях и прочем оборудовании даже говорить не стоило. Инженеры ордена постарались на славу и втиснули в бывший рудовоз столько всего, что оставалось только удивляться.

— Ну и как тебе в ордене, дядя Линц? — повернулась девушка к штурману.

— До сих пор в ошеломлении… — повел плечами тот. — Нечто невероятное и невозможное. Но знаешь, не технологии меня больше всего поражают.

— А что?

— Доброта. Нечеловеческая, невозможная, непостижимая доброта. Ведь их основной постулат — другому тоже больно! Понимаешь?

— Не совсем, если честно, — вздохнула Тирхана. — Я очень жду Посвящения, говорят, что после него ты многое понимаешь из того, что словами не объяснишь.

— Не страшно? — прищурился Линц. — Ведь что-то всемогущее возьмет и изменит тебя, сделает эмпато-телепатом и превратит в нечто отличное от человека…

— Ни капельки! — улыбнулась девушка. — Всегда мечтала жить в большой семье, а не так, как у нас. Знаешь, вспоминаю, как на любой иртанской станции нас даже по мелочи облапошить норовили, и так противно становится…

— Понимаю… — покивал старый штурман. — А вот мне немного страшновато, честно признаюсь. Но я из-за страха от такой возможности не откажусь! Ни за что на свете не откажусь!

— И правильно, — кивнула Тирхана. — Но ладно, куда двигаем? К Иртане?

— Не стоит, — покачал головой Линц. — Нас наверняка считают погибшими, поэтому сначала стоит появиться в окрестностях «Белого колеса» и заявить о себе. Можно перерегистрировать корабль на меня с твоего официального согласия, капитанский патент у меня имеется. Я также выясню по своим каналам, что там вообще с документами. И как выходить на Совет Магнатов.

Старый корабль разогнался и двинулся к орбите Онтары, пятой планеты системы. Элсарх, совсем еще молодой дварх, решивший лететь с ними, быстро вычислил нужный курс и пробурчал, что тоже станет притворяться тупым местным компом. На прежних двигателях путь занял бы несколько суток, а сейчас рудовоз долетел за каких-то полчаса. Притормозил около астероидного облака, чтобы не вызывать ненужных подозрений невероятной для корабля его класса скоростью, и на стандартной крейсерской двинулся к станции. Вот только картина, увиденная бывшими шахтерами там, была далека от привычной.

«Белое колесо» явно побывало в бою, в бортах станции зияли пробоины, космос вокруг был усеян обломками сотен кораблей, среди которых угадывались уродливые «кирпичи» дикарей. Это означало, что все прежние планы полетели в тартарары. Но на такой случай тоже имелись заготовки.

— Значит, нападение все же было… — побледнела Тирхана.

— Да, было, — кивнул Линц. — Но наши явно отбились. Каким-то чудом, наверное. Давай-ка подходить медленно, предварительно вызвав диспетчерскую. А то там сейчас все на нервах, могут и пальнуть сдуру. Нам оно, конечно, что слону дробина, но лучше не допускать лишнего.

Он пробежался пальцами по пульту, и «Старый шахтер» резко сбросил скорость. Затем на общепринятой волне принялся вызывать диспетчерскую.

— Слушаю, — раздался в динамиках усталый голос Хента Мирабо, старшего смены, которого штурман знал накоротке, не раз вместе в баре сиживали.

— «Старый шахтер», код Д674ШАМАН32, — сообщил штурман. — Привет, старина! У вас тут, вижу, тоже беда?

— А, Линц, дружище! — обрадовался диспетчер. — Вы уцелели? А то что-то про вас давно ничего слышно не было…

— Только я и дочка капитана выжили, — тяжело вздохнул штурман. — Остальных всех проклятые дикари положили, даже женщин и детей…

— Сочувствую… — погрустнел Хент. — Кто они хоть такие, не в курсе?

— Чужаки, — скривился Линц. — И пришли они не из нашей системы.

— Это и ежу понятно. Вопрос: как?..

— Не через червоточину. В нее как раз мы угодили, когда от дикарей драпали. Да-да, не крути пальцем у виска, возле шестой планеты червоточина нестабильная имеется, совсем такая, как в фильмах про капитана Дрейта. На той стороне безлюдная система. Двигатель нам разбили, а как ремонтироваться, когда нас всего двое в живых осталось? Повезло, что местные жители там летают, наткнулся на нас корабль ордена Аарн. Спасибо им, помогли нам отремонтироваться, даже движков новых не пожалели. Ну а потом мы в обратный путь двинулись. Надо координаты червоточины в Атлас основной внести, чтоб никто больше туда не совался. Система, куда червоточина выводит, принадлежит Тиуму, не слишком сильному, но очень скандальному и вонючему государству. Лучше туда не лезть, тем более, что никаких руд там и в помине нет, сплошной базальт, да метановый лед. Может еще железа немного, но глупо переться за ним в такую даль.

— Да ты что! — поразился диспетчер. — Еще один контакт⁈ Столько лет о нем мечтали, а тут вдруг два сразу…

— С дикарями лучше бы и не встречаться, — поморщился штурман. — Вам здесь сильно повезло, что их немного появилось. Сейчас, как мне на той стороне рассказали, Аарн пошли помогать отбиваться от этих тварей еще одному народу, на него этих «кирпичей» поганых тысячи и тысячи напали. Они целые планеты захватывают, а людей на мясо пускают! Мне записи показывали, там такая жуть, что инфаркт схватить можно!

— Не брешешь⁈ — полезли на лоб глаза Хента.

— Не-а, — покачал головой Линц. — У меня с собой послание для Совета Магнатов от самой большой страны той галактики — княжества Кэ-Эль-Энах, там больше пятисот населенных планет. Ну и от ордена Аарн.

— Ох, ничего же себе…

— Ага, видел бы ты их пространственные станции! С луну среднюю размером. Они еще и летают между звездами своим ходом!

— Да уж… — почесал затылок диспетчер. — Отправил запись нашего разговора выше. Пусть там решают.

— Хорошо, — кивнул штурман. — Вызови только юридическую службу, мне нужно корабль с согласия наследницы на себя перерегистрировать, у нее патента нет. Хочу, чтобы все было по закону. Только пока ответа ждать будешь, расскажи, что в системе случилось, пока нас не было.

— Да что-что? — нервно повел плечами Хент. — Сначала радары уловили, что к пятой планете из астероидного пояса прется целая куча металлических объектов. Поначалу подумали — металлические астероиды извне, старатели сразу оживились и толпой туда рванули, надеясь поживиться. Хорошо хоть запись и автоматическая передача данных у парочки включены оказались, а то бы мы так ничего и не узнали, навалились бы эти паскуды на станцию неожиданно, там бы нас всех и положили. А так увидали мы, что не астероидный рой это, а флот вторжения. Большой! Вот тогда и стало ясно для чего на станции мезонные орудия и деструкторы материи держат — войн же два тысячелетия не было! Схватки с пиратами не в счет, против них орудия такой мощности не нужны. Низкий поклон тому из строителей, кто настоял на размещении больших пушек на станции!

Он понурился, вздрогнул, вспоминая, и продолжил:

— Когда наши вояки увидели в записи случившееся со старательскими и шахтерскими кораблями, поднялся дикий переполох. Связались с Советом Магнатов, оттуда переслали боевые коды, без которых оружие не активировалось бы. Но опыта войны у наших не было совсем, потому потери у нас страшные. Половина населения станции полегла! Четыреста пятьдесят семь тысяч с хвостиком человек! Понимаешь⁈

— Ох, ничего же себе! — содрогнулся Линц.

— Корабли этих тварей просто врезались в станцию, дикари высаживались и резали всех, кого встретят! Все, кто смог, взяли в руки оружие. Отбились кое-как, но и до сих пор все холодильные камеры трупами забиты. Мы так и не поняли, кто это был и чего им надо было. Хорошо хоть орда пришла одна…

— Это вам очень сильно повезло, что одна. В других местах они куда хлеще веселились. Но это ладно, а вот те, кто стоит за дикарями… Вот те совсем скоты. Как мне рассказали, погубили уже сотни народов, причем куда круче, чем наш. Многие сотни планет занимали, а сейчас их потомки тоже дикари в шкурах, молящиеся тем, кто скинул их в грязь…

Как оказалось, их разговор слушали, причем слушали с Иртаны. Правительство было слишком встревожено нападением чужаков и спустило приказ немедленно докладывать обо всем необычном. Главный безопасник «Белого колеса» был сильно впечатлен рассказом Линца и немедленно отослал информацию в метрополию. Оттуда напрямую подключились к разговору, выслушали все сказанное и передали просьбу штурману как можно быстрее отправляться к Иртане, его будут ждать на станции «Колесо Времени».

— Я могу быть на орбите через двадцать минут, — усмехнулся Линц, выслушав просьбу.

— Каким образом? — изумился секретарь Совета Магнатов.

— Корабль оборудован так называемым гипердвигателем, — пояснил штурман. — Наши ученые называют его внепространственным, только никак изобрести не могут. У меня с собой информация для них по теории гиперполя и технологические карты для производства двигателей на нашем техно-уровне. Информацию мне поручено передать вам безвозмездно.

— Какая чужакам выгода в безвозмездной передаче? — появился на экране вместо секретаря глава Совета, Дорит Хаято, желчный, высокий старик в просторных, шелковых одеяниях.

— Да никакой, — усмехнулся Линц, наслаждаюсь возможностью напугать богатых и важных господ до дрожи в коленках. — Поймите, мы для них — дикари, плавающие по морю на тросниковых пирогах в окрестностях крохотного островка. Разница в уровнях развития настолько велика, что я даже не знаю, как описать. Например, возьмем дварх-крейсер, основной корабль ордена Аарн, как называет себя эта странная организация. Он имеет размеры от пятидесяти четырех до шестидесяти восьми километров в длину и до сорока в ширину. Я уже не говорю о боевых и пространственных станциях размером со среднюю луну. О меньших кораблях вообще речи нет. Аарн пришли нам на помощь чисто из альтруизма, да еще потому, что терпеть не могут стоящих за дикарями сволочей, которых называют «сверхи» и отлавливают их везде, куда те только сунутся. Узнав, что нас напали слуги их врагов, они и помогли.

Сообщив заранее оговоренную и очень ограниченную информацию, штурман передал сигнал на идущий в поле невидимости дварх-крейсер «Летящий Вверх», и тот снял маскировку. Неожиданное появление огромного корабля стало для местных немалым сюрпризом. Как сообщил потом дварх, магнаты поначалу собирались отобрать «Старый шахтер» у Линца, а его самого допросить под сывороткой правды, после чего утилизировать. Но теперь, понятно, рисковать не стали, сильных они опасались. Штурман даже не удивился, узнав об их планах, слишком хорошо знал, что такое иртанские богатеи. Человеческого в них было не больше, чем в «сверхах», такая же мерзость.

Коротким прыжком через гипер «Старый шахтер» и «Летящий Вверх» переместились на высокую орбиту Иртаны, перепугав местных диспетчеров на полусмерти — слухи о нападении на «Белое колесо» ходили страшные. А местные инфосети их поддерживали и разгоняли, да и телевидение не отставало. Тем более, что на орбиту спешно выводились новые и новые мезонные орудия, до сих пор мирно хранившиеся на складах.

Появление из черных, туманных воронок шахтеров и сопровождавших их чужаков в зеркальных скафандрах с незнакомым оружием в руках, заставило встречавших заволноваться. До них сразу дошло, что речь идет о телепортации — о ней давно мечтали писатели-фантасты и киношники. Но серьезные ученые утверждали, что она невозможна в принципе. Вот тебе и невозможна!

Один из чужаков каким-то образом убрал шлем своего скафандра, оказавшись высоким, светловолосым, совсем еще молодым мужчиной с идеальной красоты лицом. Он вежливо представился чрезвычайным и полномочным послом ордена Аарн и княжества Кэ-Эль-Энах, после чего поинтересовался кому ему вручать верительные грамоты. Поначалу магнаты не поняли о чем он, ведь государства Иртаны объединились полторы тысячи лет, но потом вспомнили и поручили принять грамоты секретарю Совета. Привыкшие к абсолютной власти люди не знали, как себя вести, понимая, что столкнулись с силой, которая легко может стереть их с лица земли.

Однако посол не стал ничего требовать, кроме того, что взял под защиту приведших его сюда шахтеров, сообщив, что они получили гражданство ордена и с недавних пор являются аарн, поэтому на них распространяется дипломатический иммунитет. Потом передал записанные в иртанском формате данных информационные кристаллы с научными данными и технологическими картами гипердвигателей, навигационных компьютеров и многого другого. На прощание он уведомил, что орден и княжество берут на себя функцию защиты Иртаны, не собираясь вмешиваться в ее жизнь.

— Почему? — не выдержал глава Совета.

— Вы нас попросту не интересуете, — спокойно ответил посол. — Цивилизация вашего типа, хищнически-торговая, никогда не сможет развиться до чего-либо достойного. У вас человек человеку зверь, а не друг. И падающего вы подталкиваете вместо того, чтобы помочь ему. А защиту мы даем потому, что вам угрожают слуги «сверхов», они погубили уже множество народов, превратив в дикарей, подобных напавшим на вашу станцию. Нам невыгодна гибель еще одного народа и превращение его в инструмент наших врагов.

Аарн говорил только то, что способны были понять своим ограниченным умом звери в человечьем обличье. Ведь для богатых магнатов человечность, сочувствие и доброта не существовали, эти человеческие качества просто не входили в круг их понятий. Зато выгода сразу все объясняла, чем они и удовлетворились. Чужаки сразу стали понятны местным господам, и те спокойно приняли их помощь. Ведь это им самим выгодно!

Закончив переговоры, корабли ордена, к которым с недавних пор относился и «Старый шахтер», покинули орбиту Иртаны и отправились домой. А члены Совета, богатейшие магнаты системы, впервые столкнувшиеся с тем, что к ним относятся, как к отсталым и неинтересным варварам, остались обсуждать случившееся. Они не имели понятия, что в крупных вычислительных центрах планеты и управляющих искинах орбитальных станций к этому моменту уже поселились бестелесные существа, без промедления начавшие сбор информации для будущего преобразования иртанского общества во что-то иное. Что-то более доброе и человечное.

* * *

Все больше и больше флотов Аарн, Кэ-Эль-Энах, Сторна и Трирроуна перемещались во вселенную Советского Союза, с ходу вступая в бой против наваливающихся на его территорию огромных флотилий корявых кораблей дикарей. Понемногу до руководства флота начало доходить, что проблема куда масштабнее, чем казалось раньше. Хорошо хоть удалось с немалой достоверностью установить имена здешних «сверхов» — Воин, Наставник и Госпожа. Правда, им могли помогать и другие, но выяснить так ли это возможным пока не представлялось.

Зато удалось обнаружить и уничтожить почти двести ментальных маток, которые в этой вселенной выглядели несколько иначе, были раз в десять больше и не оставляли возможности выжить своим управляющим модулям, в роли которых, как и раньше, выступали живые разумные. Однако Целители очень постарались и все же спасли шестерых бедолаг, буквально заново вырастив им тела. Вот только, как выяснилось, смысла это не имело — в отличие от освобожденных ранее эти оказались законченными, зашоренными до невозможности фанатиками с крайне низким интеллектуальным потенциалом. Возникало даже ощущение, что им всем сделали лоботомию. Позже выяснилось, что перед помещением модуля в ячейку каждый будущий модуль действительно проходил какую-то операцию на мозге.

После тщательного исследования многочисленных трупов Целители и биологи обнаружили в лобных долях их мозга остатки странной клеточной структуры. Обследовали живых и пришли в ужас — это оказалось некое подобие биокомпа, только не улучшающее мышление носителя, а почти полностью подавляющее его.

После довольно долгих сомнений было решено попытаться удалить имплант у одного из выживших. В результате получился взрослый ребенок, помнивший свою жизнь до двенадцати лет, когда ему объявили о великой чести, избрании великими учителями для некой миссии, и заставили проглотить противно шевелящегося, скользкого червяка. Вывод отсюда следовал один — здешние «сверхи» не полагались на воспитанный фанатизм своих слуг, они сделали его биологическим, почти непреодолимым.

— Дарли! — загорелся перед флаг-адмиралом голоэкран, на котором появился Джон Рассмер. — Нам удалось взять нескольких жрецов и считать их память, точнее не их самих, а их имплантов. Самое главное — мы выяснили координаты системы, где растят эти поганые импланты! Полагаю, она подлежит немедленному и полному уничтожению.

— Простите, а о чем речь? — вмешался советский адмирал, Николай Иванович Сологубов, которому общение эмообразами переводил на русский дварх «Отблеска Тьмы», текущего флагмана.

Ему быстро поведали об имплантах, превращающих слуг «сверхов» в фанатиков, и обнаружении фабрики, производящей эти импланты.

— Вы правы, — скривился адмирал. — Такую пакость надо выжигать на корню!

— Значит, срочно собираем экспедицию и отправляем ее по разведанным координатам, — кивнула Дарли. — Возможно, придется просто уничтожить планеты, где расположены фабрики, поэтому считаю нужным выделить экспедиции кварковые торпеды.

— Не слишком ли? — вскинул брови Джон. — С нас за это спросят в Сферах…

— Думаю, использовать их можно будет, только если не останется другого выбора, — пояснила флаг-адмирал. — Нужно иметь возможность уничтожить фабрики в любом случае. Там может быть такая охрана, что не прорваться, тогда останется только запустить торпеду в местную звезду.

— Мне кажется, ты неправа, — покачал головой безопасник. — Есть грань, которую мы переступать не вправе.

— Может, и так, — скривилась флаг-адмирал. — Но я не знаю, что делать дальше и как справляться с этими волнами нашествия. Мы десятками тысяч жжем проклятые «кирпичи», а они все лезут и лезут…

— Я понимаю твою досаду, но повторяю, что далеко не все допустимо. Если хочешь остаться человеком и аарн.

— Ладно, оставим этот вопрос. Кого, как считаешь, стоит поручить командование миссией?

— Киру-Ванегу, он самый опытный, — предложил Джон.

— Пожалуй, — немного подумав, согласилась Дарли, потом повернулась к советскому флотоводцу. — Товарищ адмирал, ваши люди будут участвовать в миссии?

— Да, конечно, — резко кивнул тот. — Мы отправим уже знакомую вам эскадру адмирала Назарова, усилив ее двумя авианосцами.

— Хорошо, — кивнула аарн. — С нашей стороны пойдет небольшой флот в шесть боевых станций, сорок дварх-крейсеров, восемьдесят альфа-линкоров и двести двадцать мета-кораблей. Плюс еще разной мелочи по необходимости.

Получив приказ, Кир-Ванег широко распахнул пасть и надолго застыл в таком виде, обдумывая предстоящие действия. А затем начал действовать, и был при этом быстрым, как ртуть. В итоге не прошло и двух часов, как сборный флот разогнался и ушел в гипер. Советские корабли взяла в свои ангары одна из боевых станций. Шли на самом глубоком из доступных слоев, шестнадцатом, поэтому добрались до места за каких-то восемь часов. Невзирая на то, что оно находилось в другом рукаве галактики.

В реальное пространство гвард вывел флот в световом месяце от системы, без промедления отправив в нее разведчиков. Обнаруженное на поверхности планет сильно смутило его — гигантские живые то ли медузы, то актинии напоминали собой биофабрики ордена, а не «сверхов». Это могло означать, что твари использовали наследие какой-то биоцивилизации, ведь сами они на творчество были совершенно неспособны.

— Систему контролируют шесть больших игольчатых кристаллов! — доложили разведчики. — Сканеры сообщают, что именно они управляют биофабриками, в которых растят импланты. Плюс шестнадцать интернатов, судя по первому впечатлению, пилотских. Расположены они на спутниках планет, на самих планетах разумных существ не обнаружено. На каждом спутнике также имеются небольшие ментальные матки. Но эмофон биофабрик говорит о том, что они одушевлены и, возможно, своеобразно разумны.

— Кристаллы важнее всего, у них многое на эти кристаллы завязано, — проворчал Архыг Лохматый, красный орк, глава научной секции. — Их только импульсными орудиями взять можно.

— Для начала надо нейтрализовать ментальные матки, потом интернаты, а кристаллы оставим напоследок, — напомнил порядок действий Кир-Ванег. — Надо попытаться спасти воспитанников. Кто у нас из великих магов?

Как оказалось, с флотом полетел Тальки, пестрый керси, уже имеющий немалый опыт борьбы со «сверхами», поэтому матки быстро погасили излучением, после чего ментат погрузил их в стазис. Сразу же после этого легионеры атаковали интернаты, причем на удивление успешно — нападения в системе, находящейся в глубоком тылу, не ждали, поэтому и сопротивления почти не оказали. Воспитатели, конечно, попытались пустить ядовитый газ, как было положено по инструкции, но не успели. Их, к сожалению, пришлось почти всех перебить, поскольку парализаторы на них не действовали.

Одновременный залп десяти импульсных орудий альфа-линкоров по каждому из игольчатых кристаллов заставил ментальное пространство буквально извернуться. Его наполнил тонкий, пронзительный вой, от которого аарн буквально выворачивало наизнанку, кое-кто даже получил инсульт, но никто, слава Благим, не погиб.

— Эстер Архие благодарят вас за освобождение! — настиг всех разумных на эскадре ментальный образ непредставимой мощи, стоило только последнему кристаллу разлететься в пыль.

— Кто вы? — растерянно спросил Кир-Ванег.

— Те, кого здесь быть не должно.

Глава 5.1

Выбравшись из танков, десантники и ученые задумчиво рассматривали насаженные на колья бесчисленные скелеты. Из их изломанных поз становилось ясно, что насаживали людей на колья живыми. Причем это не выглядело казнью, а скорее обозначением границы, которую пересекать не следует.

— Смотрите! — вдруг выкрикнул кто-то из десантников.

— На что? — резко повернулся к нему Станки.

— Скелет! Он шевелится!

И действительно, один из скелетов слабо задергался на колу, он потянулся к людям, защелкал челюстью, глазницы засветились призрачным огнем. Это оказалось настолько неожиданно и страшно, что даже десантники отступили на шаг, ученые поспешили спрятаться за них.

— Это что еще за дрянь? — растерянно спросил майор.

— Понятия не имею, — пожал плечами физик, нервно ежась. — Это дурацкие сказки о зомби напоминает…

— Если не что похуже… — внес свою лепту биолог. — Знаете что, поехали отсюда, что-то мне это не нравится. Может, вернемся?

Майор отрицательно покачал головой, у отряда был приказ, и идти дальше придется. Хочешь или не хочешь.

— Всем полная боевая готовность! — скомандовал он. — Смотреть в оба!

— Есть! — отозвались десантники и разошлись по машинам, гоня перед собой ученых и следя, что никто из них никуда не влез.

Всем было сильно не по себе, что-то странное и отвратительное висело в воздухе, заставляя чувствовать себя неуверенно даже прошедших огонь, воду и медные трубы бойцов. Они казались сами себе маленькими и слабыми, кое-кто даже задумался о том, чтобы принять транквилизаторы. Не наведенный ли этот страх? Вполне возможно. А проклятый шевелящийся скелет и вовсе напугал до дрожи. Хуже всего, что не было связи. Только пеленг на третью машину. Но с ней нормальную связь тоже установить не удалось.

Стоило отряду миновать границу из кольев, среди которых нашелся проход, как стало немного светлее, да и воздух больше не пах затхлостью — подул несильный, но свежий ветерок. Впрочем, бойцы и ученые пока не рисковали снимать скафандры, об изменениях в атмосфере сообщили датчики.

— Что думаете, капитан? — хмуро спросил Станки у Т’а Ронека.

— Пока не могу сделать никаких выводов, господин майор, — покачал головой тот. — Разве что могу предположить, что таким образом местные установили границу. Но с кем? Здесь никого нет. И…

— Что?

— Не нравятся мне устраивающие такие границы. А уж тем более, заставляющие скелеты двигаться. Надо удвоить осторожность. На помощь мы позвать не сумеем, нет связи. Искать нас пойдут, только если мы не выйдем из пятна через трое суток, так что можем легко тут полечь.

— Можем, — кивнул майор. — Поэтому согласен, осторожность следует даже не удвоить, а утроить. Операторы, отправьте шесть дронов вперед! Приказываю отслеживать пространство вокруг на двадцать километров вперед и на десять по бокам. Подключить к наблюдению искин.

Молодой лейтенант Гай Нарто, моованец, отвечающий в отряде за беспилотники, откозырял и кинулся распаковывать свое хозяйство. Не прошло и пяти минут, как шесть крохотных антигравитационных дронов взлетели на километровую высоту и разошлись в стороны, оставив между собой по три километра, после чего двинулись вперед. Качество изображения оказалось прекрасным, его обрабатывал захваченный с собой искин, по первому требованию приближая нужный участок и анализируя увиденное. Однако многие, особенно кэ-эль-энахцы, жалели, что дварх не смог отправиться с ними, его присутствие облегчило бы очень многое.

Танки медленно двинулись вслед за дронами, включив защитные поля. Но не на максимум, конечно, так делали только находясь под атакой мезонников или десантных плазмеров. Не задействованные в дежурстве перед экранами десантники прилегли отдохнуть. Благо машины были вместительными, орденского производства, а это значило — со всеми удобствами.

Час шел за часом, однако ничего не менялось, местность сверху выглядела все такой же безлюдной и заброшенной. Пару раз нашлись старые развалины, причем настолько старые, что определить, чем они являлись раньше, оказалось невозможно. Иногда встречались небольшие черные призмы, примерно в половину человеческого роста, но они ничего не излучали. Сканеры их просто не взяли, они, как и большая пирамида ранее, были видны только визуально. От одной попытались отколоть кусок, но не смогли — ее не брал ни плазмер, ни отбойный молоток, ни лазерный резак.

Рельеф понемногу начал меняться, появились неглубокие овраги, вот только выглядели они странновато, напоминали собой скорее небрежно засыпанные экскаваторами рвы.

— Стоп! — внезапно поднял руку оператор сканеров, лейтенант Тиад Штай Ронеро, уроженец княжества во втором поколении, его родители были беженцами из Тиума. — Господин майор, это не овраги, а могильники! Сканеры фиксируют там десятки тысяч человеческих скелетов!

— Твою мать! — не сдержался Станки. — А рвов ведь сотни… Тут, похоже, население целого города упокоили…

— Судя по тому, что рвы тянутся на многие километры вперед, не одного, — возразил дроновод, затем сообразил, что обратился к вышестоящему не по форме. — Виноват!

— Отставить! — проворчал майор, ему сейчас было не до субординации. — На каком расстоянии от нас дроны?

— Восемнадцать километров! — доложил Нарто. — Впереди видны какие-то строения.

— Строения? — оживился Станки. — Подлетите двумя дронами ближе.

Дроновод выполнил приказ, и на голоэкране появились приземистые бараки, окруженные проржавевшей колючей проволокой. Ни одного человека вокруг них не было видно. Однако скелеты, которые никто не удосужился похоронить, валялись. Человеческие и каких-то хищных четвероногих животных, напоминающих собак. Их наличие говорило, что здесь никто не появлялся уже много лет. Десятки, если не сотни.

— Похоже, здесь был лагерь смерти или что-то ему подобное, — хмуро констатировал майор. — И погубили в нем как бы не миллионы человек…

— Не зря нас попросили из Сфер сюда наведаться, — не менее хмуро ответил капитан. — Думаю, стоит двигаться дальше, здесь нет никого живого.

— Вы правы, — кивнул Станки и скомандовал движение.

Еще пару часов ничего интересного не происходило, танки шли мимо бесконечных рвов-могил, под завязку заполненных скелетами. Настроение у десантников и гвардейцей было отвратительным, каждый думал об ужасах, которые тут творились. Майор размышлял о том, что люди — те еще твари. Дай им только волю, тут же начинают творить кошмар. Зачем? Этого он никогда не понимал и понять не мог, хотя не раз пытался.

— Внимание, наблюдаю стену, перегораживающую путь! — вскинулся дроновод. — Более десяти метров в высоту и четыре в ширину. Сможем преодолеть ее только на антигравах. Но это значит засветиться перед местными.

Станки внимательно изучил на экране стену, построенную из огромных валунов, которые непонятно как сюда доставили. Разве что по воздуху привезли — скал поблизости не было ни одной. Действительно, кроме как на антигравах ее не перелететь, а включение антигравов снимает маскировку. Да, даже у орденских машин есть недостатки. Неудивительно, впрочем, на танк не установить преобразователь вакуума или пробойник в пространство Бета. Потому конструкторы обошлись накопителями и мощными реакторами, причем последние были на удивление миниатюрны, никто другой подобных создавать не умел. Вскоре в производство пойдут позаимствованные у союзников из другой вселенной технологии, но их внедрение не так-то быстро произойдет. И отнюдь не так легко, как хотелось бы.

— Придется рисковать, — повернулся к майору капитан. — Приказ у нас жесткий, его надо исполнить.

— Вы правы, придется, — кивнул тот и отдал приказ механикам-водителям.

Танки дошли до стены за полчаса, затем включили антигравы и поднялись в воздух, окутавшись свечением усиленных защитных полей. И, как вскоре выяснило, не зря. Не успели машины миновать вершину стены, как в них потоком полетели то ли огненные шары, то ли шаровые молнии, сканирующая аппаратура так и не смогла точно определить, что это такое. Однако защита легко отражала нападение без каких-либо последствий для танков.

— Внимание! — обернулся дроновод. — Вижу людей!

И действительно, дроны, барражирующие над стеной, обнаружили примерно в миле от нее большой конный отряд, галопом несущийся к опускающимся на землю машинам. Правда, не совсем конный, всадники ехали на высоких шестиногих ящерах, которые, тем не менее, бежали довольно резво. Их предводитель что-то гортанно крикнул, и отряд слитно подготовил пики, даже со стороны выглядящие весьма внушительно. Понятно, что защитное поле они не преодолеют, но нужно ли доводить дело до конфликта? Для начала стоило попытаться договориться.

Немного подумав, Станки подождал, пока всадники увидят танки и приказал открыть боковой люк. Вышел вперед, показал пустые руки и несколько раз скрестил их над головой, давая понять, что вызывает на переговоры. Всадники с потрясенными лицами принялись останавливать своих ящеров и опускать пики, многие терли кулаками глаза, явно не веря тому, что видят. Это было странно, и майор вызвал капитана. Тот выбрался из танка и встал рядом с командиром. От остановившихся местных жителей отделился спешившийся предводитель и направился к ним.

Кейгар кхей Станг, мортар первого ранга, мастер смерти и духа, шел к странным людям в зеркальных доспехах, скрывающих их полностью, и растерянно пытался понять, кто это может быть. Они выбрались из дверцы на боку странного дракона, таких мортару еще видеть не доводилось. За последние двести лет вторжений с запада не было, никто не мог преодолеть стену. Поэтому когда до пограничной заставы западного эстайга, где отбывал ссылку за вольнодумство Кейгар, дошли известия, что стену преодолели два светящихся дракона, никто в них не поверил. Однако командир буквально пинками поднял воинов и заставил оседлать дайхаров. Даже столь невероятное известие следовало проверить, таков долг офицера.

Как ни удивительно, гонец не солгал, стену действительно перелетели очень странные драконы с торчащим вперед хоботом. Их скрывало колдовское свечение, и мортар понял, что, скорее всего, это защитное колдовство, преодолеть которое можно будет только копьями с особыми наконечниками, которые каждый кирасир-пограничник таскал с собой в вещмешке, матерясь от солидного веса этой торматовой штуки. До сих пор они еще ни разу не пригодились, а вот поди ж ты, пришлось спешиваться и менять наконечники на копьях. Вспомнив последнее нашествие костяных драконов из некрополя в старой столице, Кейгар помрачнел — больше тридцати тысяч человек полегло! А на что способны эти драконы? Он скомандовал отряду подготовиться к бою. Кирасиры выглядели хмурыми, все прекрасно знали, что в бою с драконами выживает один из пяти, а то и из десяти. Но делать было нечего — долг. Тот долг, что превыше всего. Если они не остановят беду, то начнется страшное — позади беззащитные деревни и города.

Отряд начал разгон, готовясь слитно ударить особыми копьями. Однако не успели кирасиры приблизиться к драконам, как в боку одного из них открылась дверца, откуда вышел человек в украшенных незнакомым гербом роскошных доспехах, отполированных до зеркального блеска. Он показал пустые руки и скрестил их несколько раз над головой, явно прося переговоров. Кейгар насколько растерялся от этой картины, что остановил отряд и спросил у помощника, видал ли тот что-то такое хоть раз, но тот, выглядя не менее ошалевшим, чем командир, отрицательно помотал головой. Немного подумав, мортар спешился и двинулся к незнакомцу. Тем временем, из дракона выбрался второй чужак и встал рядом с первым. Когда офицер подошел вплотную, первый что-то сделал и шлем буквально стек с его головы, кажется, ушел в воротник. Открылось лицо усталого пожилого вояки, прошедшего огонь, воду и медные трубы. Почему он так решил, Кейгар не знал, но был полностью уверен, что видит перед собой коллегу, причем и послужившего в дальних гарнизонах, и немало повоевавшего.

Незнакомец сказал что-то непонятное, достал откуда-то две плоские штуковины, одну приложил к своему виску, а вторую протянул мортару, явно предлагая сделать то же самое. Тот взял, немного подумал и приложил ее к виску. Там немного позудело, потом зуд стих.

— Вы меня понимаете? — вполне понятно на сей раз спросил чужак. — Пластинка на виске — переводчик. Приветствую вас, уважаемый! Я — майор Станки, командир сводного разведывательного отряда. Извините за вторжение, мы не знали, как иначе преодолеть эту стену. Нас отправили разведать огромное черное пятно, вы живете внутри него.

— И я приветствую вас, господин майор! — наклонил голову мортар и представился, звание гостя он услышал как «лартог», командир большого отряда от тысячи человек. — Командую пограничной стражей Айтарии на этом участке границы. То, что мы живем в черном пятне, нам известно. Оно появилось сразу после образования некрополя на месте старой столицы. Попытки выбраться за пределы пятна были, но никого из местных жителей оно не выпустило, пришлось приспосабливаться к жизни здесь. Вы первые гости извне за шестьсот с небольшим лет!

— Вот как? — удивленно вскинул брови Станки. — Впрочем, да, местность до пятна на несколько тысяч километров совершенно безлюдна, некому было приходить. Однако за вашей стеной до самой границы пятна сплошные могильники — рвы, забитые скелетами. Десятками тысяч скелетов! Что стало с этими людьми?

— Это были уже не люди, — поморщился Кейгар. — Живые мертвецы, жаждущие только жрать живых. С ними удалось справиться очень большой ценой, потерей двух третей населения и возведением стены. Большинство перебили, а остальные от голода потеряли силы, после чего колдуны собрали их и зарыли во рвах, что-то сделав, чтобы выбраться не смогли.

— Так они еще выбраться могут? — явно удивился майор, потом вспомнил шевелящийся скелет и сглотнул слюну.

— Могут, — подтвердил мортар. — Не раз сам со стены видел, как с десяток скелетов в стену бьются, пытаясь пройти. Им отсюда живыми пахнет, вот и рвутся. У нас, как я уже говорил, посреди страны некрополь, бывшая старая столица, ее тоже стенами окружили, но оттуда часто драконы разного вида выбираются и начинают всех подряд убивать. Мы ваши странные повозки за драконов и приняли…

— Ну, они побольше драконов умеют, — усмехнулся Станки. — Но это неважно. Понимаете, в чем дело, от этих ваших черных пятен, а их мы обнаружили целых три, веет инферно, это сила боли и горя, отчаяния, ненависти и прочего в том же духе. Наш верховный маг пошел в Сферы, где живут боги, и его попросили исправить ситуацию в шести местах. В трех люди сами творили незнамо что друг с другом, насиловали, убивали, даже варили мыло из человеческого жира и шили сумочки и перчатки из человеческой кожи. Но мы их быстро призвали к порядку. А вот что делать теперь?..

— Боги попросили⁈ — впечатлился Кейгар. — Да-а-а… Напрямую⁈ Лично⁈ Такие просьбы не игнорируют, это точно… А у нас все беды идут из некрополя. Поможете его убрать, по гроб жизни вам обязаны будем!

— Нужно срочно связаться с командованием… — помрачнел чужак. — Придется, один танк отправлять обратно.

— Простите, господин майор! — вмешался второй из них, тоже снявший шлем и оказавшийся совсем еще молодым офицером со сложным узором из мелких драгоценных камней на левой щеке. — У меня есть одна вещь, которую мне дал полковник Т’а Наргар. Это особого рода подпространственный маяк, способный послать один сигнал отовсюду, даже из черной дыры. Возможно, экспериментальный корвет сможет сесть и в пятно. Чтобы активировать маяк, требуется его сломать, — он протянул командиру небольшой резной жезл. — Не уверен, что это поможет, но попробовать можно.

Половину его слов Кейгар просто не понял. Корвет? Это же корабль. Но как корабль может сесть? Куда сесть? Зачем? Маяк? Вот эта маленькая штучка? Но ведь маяки — это огромные каменные башни, на вершине которых жгут огонь, чтобы корабли не заблудились в море. Он немного растерялся и решил подождать развития событий. По крайней мере, ясно, что чужаки зла народу Айтарии не желают, наоборот, хотят помочь. Если они действительно смогут убрать проклятый некрополь, ежегодно пожирающий жизни, как демон войны, то это будет не просто помощью, а чем-то значительно большим.

— Я сейчас попробую вызвать помощь, — обратился к нему Станки. — Если нас услышат, то пришлют летающий корабль. Прошу сообщить своим людям, что это не дракон и нападать на него не нужно. Там защита стоит, может навредить агрессору. Ткнуть в него копьем — это все равно, что сунуться в башню мага без разрешения.

— А что, бывают такие самоубийцы? — изумился Кейгар. — У нас после нескольких примеров даже самые наглые сорвиголовы на такое не решаются…

— Знавал я двух идиотов, — недовольно проворчал майор. — Полезли к магу. Нет, их понять можно, ведь это это девка была, красивая, аж жуть, ну эти и… не знаю, как их назвать, и полезли к ней, хоть им говорили, что ведьма. Любви им захотелось. Во что та девка их превратила, я промолчу… Потом узнал, что это была старшая ученица самого Кержака Черного, старого мага, коему тысячи лет. Она с ума сошла после того, как мужа любимого убили, и всем подряд мстила, а учитель за ней гонялся, ловил. Поймал недавно и в себя привел. Только наших магов она штук триста как кутят передавила, пока гуляла там и сям…

— Ничего себе девка… — поежился мортар. — У нас женщин магии не учат. Может, оно и правильно, если по вашему рассказу судить. А помощь вызывайте, кирасиров я предупрежу. Приглашаю к нас на заставу в гости.

— Едем, — согласно кивнул Станки.

Отряд кирасиров развернул своих дайхаров и двинулся обратно к заставе. Танки поехали за ними. То один, то другой айтар оборачивался на них и нервно ежился. Огромные повозки двигались почти бесшумно, только гравий скрипел под гусеницами, да разлетался по сторонам. Майор наполовину высунулся из переднего люка, не пересекая, правда, границы защитного поля. Местные жители, как будто, зла не желают, но кто их знает, лучше соблюдать осторожность.

До заставы добрались за час, после чего денщики накрыли стол на крытой веранде, где обычно ели офицеры — стояла жара и в душных помещениях сидеть не хотелось. Капитан Т’а Ронек разломил жезл маяка напополам, обломки тут же сменили цвет и принялись слабо пульсировать.

— Прошу! — предложил Кейгар гостям сок акута и легкое прохладное вино, принесенное из погреба.

— Прошу понять меня правильно, я не знаю, можно ли нам есть и пить то, что едите вы, — провел над кувшинами рукой Станки. — Прошу не обижаться за проверку, у меня приказ всегда проверять незнакомые продукты и напитки. Анализатор сообщил, что ничего вредного для нас нет.

— Я и сам на вашем месте поступил бы так же, — позволил себе усмешку мортар, поступок чужака не оскорбил, а, наоборот, вызвал у него уважение, он всегда уважал людей, заботящихся о своей безопасности. — Так что никаких обид.

Оба не стали пить вина, предпочли сок — на переговорах голова должна быть ясной. Однако долго говорить им не пришлось, не прошло и десяти минут, как в небе засверкало и загремело. Ошарашенный Кейгар выскочил с веранды и уставился вверх. В небе показалась сияющая точка, она быстро снижалась, постепенно превращаясь в вытянутое черное яйцо, усеянное буграми и рытвинами, по нему сбегали вниз целые потоки огня, какие-то темные смерчи атаковали его, но не могли прорваться через белое свечение вокруг странного дракона. Или не дракона?

— Прошу не беспокоиться, — поспешил успокоить встревожившегося офицера Станки. — Это наш разведывательный корвет. Он все же смог прорваться в пятно. Но как садится! Это что за сумасшедший сидит за его штурвалом⁈ Что он творит⁈ Идиота кусок! Да за такую посадку надо палками по плацу гонять, пока не упадет!

Из слов чужака мортар понял, что это все же не дракон, а летающий корабль, которым управляет какой-то молодой сорвиголова, обожающий риск. Знавал он таких, ох, знавал! Порой действительно хотелось гонять наглецов палкой по плацу, чтобы не заставляли нервничать занятых людей. И прав господин майор, управляющего этой летающей штукой юнца действительно надо наказать. Он швырял корабль между бесчисленными молниями, непонятно откуда берущимися, тот облетал их безумными виражами, и ни одна в него так и не попала. Да, однозначно сумасшедший, но мастер своего дела, этого Кейгар не мог не признать. Так обходить молнии! А они была неслабыми, многие толщиной с десятую часть корабля! Такая, если бы попала, однозначно уничтожила бы.

Наконец черное яйцо, оказавшееся огромным, шагов трехсот только в длину, опустилось на плац перед зданием заставы, выпустив суставчатые, толстые опоры. Пару раз качнулось, затем в борту открылся люк, откуда спустилась лестница, по которой быстро сбежал моложавый мужчина.

— Ого… — протянул Станки.

— Что-то не так? — повернулся к нему Кейгар.

— Великий маг… — пробурчал майор.

Действительно, ого! Не просто маг, а великий⁈ Это не просто так, подобные господа очень опасны, но и очень полезны, без них отбиться от нашествий нежити из некрополя не удалось бы. А ведь совсем молодой на вид. Хотя по некоторым деталям мортар понял, что видит перед собой или бывшего, или действующего офицера, об этом говорили десятки мелких деталей, заметных опытному глазу. В этот момент маг посмотрел на него, и Кейгару показалось, что по его мозгу скользнуло перышко.

— Добрый день, господин Шаронский! — ступил вперед Станки. — А как вы сюда проникли? Говорили, что аарн в пятно хода нет…

— Нет, — подтвердил тот. — Но я же вероятностник, вот и разработал защиту от него. Но пока только для магов. Пилот не аарн, а кэ-эль-энахец, капитан первого ранга Т’а Картеген. Докладывайте, майор.

Тот быстро доложил о путешествии и вступлении в контакт с местными жителями.

— Приветствую вас, господин кхей Станг, от имени ордена Аарн и княжества Кэ-Эль-Энах, — повернулся к Кейгару Шаронский. — Значит, основная беда вашей страны — некрополь?

— Именно, господин маг, — наклонил голову тот. — Наши маги с ними не справляются, к моему глубочайшему сожалению.

— Поможем, — пристально посмотрел на него гость. — А не справимся сами, вызовем наших. Мой учитель, Кержак Черный имеет связь с несколькими опытными некромантами. Они точно справятся.

— Наша благодарность будет неизмерима! — низко поклонился мортар.

Неужели боги наконец-то смилостивились над несчастной Айтарией? Очень хотелось надеяться на это, но опытный офицер, потерявший очень много друзей, надеяться боялся. Разве что где-то в далеком уголке души, где еще теплилась наивная, детская вера в чудо.

Глава 5.2

Исраэль сразу взялся за Кейтару так, что она только пищала, но покорно выполняла все его требования. Великий маг нещадно гонял девушку с раннего утра и до позднего вечера, уже в первый день она была инициирована, а еще через два уже сплетала простейшие связки, поражаясь про себя, насколько же это просто и одновременно сложно. Просто потому, что учитель показал ученице, как замещать основную линию реальность на созданную ею, а сложно — так попробуй учти все факторы, которые необходимо учесть, чтобы плетение никому не навредило. А это было очень просто. Старый пример по поводу камня, перемещенного на корабль, приведенный Кержаком Николаю Шаронскому, многое объяснял. Но далеко не все. Вот только дальше каждый вероятностный ментат шел своим путем. И этот путь Кейтаре еще предстояло отыскать. Как и где? Она понятия не имела.

Девушка настолько уставала, что вечером пластом падала на спальную платформу и мгновенно засыпала, начисто забыв о пришедшей ей в голову идее. Не до нее как-то стало, тем более, что вряд ли опытные, старшие маги до такого простого способа не додумались. Однако когда выпал относительно свободный вечер, когда учитель отвечал на бесчисленные вопросы любознательной ученицы, решила все-таки спросить, вдруг она чего-то не понимает.

— Учитель, — подавалась вперед Кейтара. — А как ищут средоточия «сверхов»? Как нашли средоточия Дедушки, Некто и Шута?

— Вопрос сложный, — нахмурился Исраэль, накрутив на палец левый пейс, затем заказал себе у биокомпа каюты бокал эликсира «Золото Дарна», который очень любил. — Прежде всего, нужны носители Звездного Огня, лучше всего эмо-поэты. Как минимум, девять вероятностных ментатов, Осознающие или ди-эмпаты в большом количестве, а также связь с эгрегором ордена. При помощи осознающих эгрегор после долгого поиска обнаружил средоточия на границе Порядка и Хаоса, но это было тяжело и далеко не так быстро, как хотелось.

— А почему провели только один поиск? — удивилась девушка. — Почему, когда слуги «сверхов» снова появились, его не повторили? Причем, используя поиск по принципу подобия?

— Поясни свою мысль, — насторожился бывший раввин, отпил еще глоток эликсира и поставил бокал на стол.

— Мы захватили достаточно слуг и объектов новых «сверхов». Кто нам мешает снять с какого-то из них ментальный слепок и на его основе провести еще один поиск? А найдя средоточия, уничтожить их при помощи носителей Звездного Огня?

— Мда… Вот что значит свежий взгляд со стороны. Молодец, девочка! Нам почему-то и в голову это не пришло, старым идиотам…

Исраэль встал и прошелся по каюте, мысленно костеря себя последними словами. Ну как, ну вот как это вышло? Почему никому столь простой выход не пришел в голову? Почему до него додумалась только наивная девочка, всего несколько месяцев назад ставшая аарн? Надо будет обратить на нее пристальное внимание — имеет место быть нестандартное мышление, которое требует развития. Никто ведь не додумался, а она додумалась! Способ, конечно, отнюдь не простой, если разобраться, для одного только поиска потребуется множество усилий очень разных разумных, но это хоть какой-то шанс обнаружить неуловимых врагов. Старый еврей привычно подергал себя за пейс и вздохнул.

— Я передам твою идею Кержаку с компанией, — пообещал он. — Думаю, взяв ее за основу, они придумают, как отыскать сволочей. А пока мы с тобой отправимся к вратам Сфер, надо, чтобы ты прочувствовала это на собственном опыте. Ты ведь бывала там только во время Посвящения?

— Да, — подтвердила Кейтара, обрадованная, что смогла придумать что-то нужное и важное. — А как?

— Для этого требуется особого рода медитация, — пояснил Исраэль. — Сядь в кресло, расслабься и представь себе шар света, по которому подобно вязкой жикости стекает тьма. Соедини их в равных пропорциях. Затем окутайся тем и другим, словно пленкой — во время подъема к вратам нужна защита, в нижних слоях ментала живет множество хищных тварей, которые с удовольствием тобой полакомятся. Поставив защиту первозданных сил, ты даешь встречным понять, что идет существо или сущность, которые не по зубам никому. Ну, почти никому, есть все же кое-кто, кто и опытного ментата схарчит и не подавится. Например, высшие демоны, если вдруг, паче чаяния, появятся в нижних уровнях ментала или астрала. А простые хищники инстинктивно шарахнутся от тебя, освободив тем самым дорогу.

Нужная медитация получилась у Кейтары нескоро, часа через два, она раньше думала, что умеет медитировать, но это оказалось не так. Однако в конце концов у нее все получилось, учитель хорошо умел объяснять непонятные вещи. Защита встала автоматически, именно ради этого и требовалась столь сложная медитация с обращением к первородным Силам. Во время Посвящения девушка не видела в ментале почти ничего, слишком упивалась новизной ощущений, да и накал их был таков, что новички буквально терялись. Теперь же все было иначе, казалось, что она плывет среди столбов света, скручивающихся в многомерное пространство, не похожее ни на что, что Кейтара видела до сих пор. Но при этом то тут, то там виднелись полупрозрачные тени, шарахающиеся от них с учителем. Это говорило о том, что если бы сюда сунулся кто-то без подготовки, то, скорее всего, был бы съеден. Но вероятностные ментаты всегда гуляли по менталу, где и как хотели. Кроме, конечно, Сфер Творения. Туда пускали исключительно аарн.

Наконец вдалеке возникли сияющие врата, один вид которых вызывал благоговение и желание встать перед ними, заслонив собой, если понадобится не пропустить врага. А ведь «сверхи» почти сумели их закрыть, и это было по-настоящему страшно. Что же они за твари такие? Как можно считать себя мерилом всего? А ведь считают и искренне в это веруют. Вот что страшно — искренне. Потому, наверное, их так долго и не трогали сущности и сверсущности, среди которых искренность ценится превыше всего. Но «сверхи» в конце концов превысили меру терпения, причем меру терпения самого Творца. Учитель говорил, что где-то родился и сейчас растет тот или та, кому суждено покончить со «сверхами». Но не ждать же, раз есть возможность облегчить этому кому-то задачу? Нет, конечно!

Вспомнив, что творили проклятые дикари во вселенной СССР, где они сейчас находились, Кейтара чуть не заплакала. Она спать не могла после того, как увидела записи с жутких мясокомбинатов, где заживо разделывали на мясо людей и других разумных. Как можно было до такого ужаса докатиться⁈ Как можно было так жутко относиться к другим⁈ Ведь им же тоже больно! Девушка раньше думала, что умеет ненавидеть после своего нелегкого детства, но на самом деле настоящую ненависть познала только теперь. И намерена была стать одним из лучших ментатов ордена, чтобы иметь возможность по-настоящему бороться со «сверхами».

Врата легко пропустили аарн, хотя для всех других стали бы непреодолимым препятствием. А внутри их уже ждали. Несколько сущностей, кажущихся пятнами неяркого света. Но к первородному Свету они отношения не имели, скорее всего являясь сущностями Служения. Возможно, ангелами, возможно, еще кем-то. Это сейчас не имело ни малейшего значения.

— Девочка предложила правильный способ, — ментальный образ одной из сущностей буквально придавил… к чему? Трудно сказать. — Он сильно облегчит вам поиск. Но сработает это немного позже, ваши посланники в другой вселенной уже почти нашли нужное, хотя и сами пока не подозревают об этом. Но они все поймут, хоть и не сразу.

— Благодарю за информацию! — сымитировал поклон Исраэль, но, поскольку тела он сейчас не имел, это была именно имитация.

— Мы рады, что сюда пришел именно ты. Дело в том, что в одной из недалеких вселенных к твоему народу пришел лжемашиах, и евреи ему поверили. Они начали строить «царство божие на земле», не понимая, что на самом деле к ним пришел один из «сверхов». Ты и сам, как бывший раввин, понимаешь, насколько это опасно и во что может выродиться под его руководством ваш талантливый народ. И что натворить.

— Понимаю… — хмуро ответил ментат. — Вы дадите координаты этой вселенной?

— Вы их уже знаете, это одна из трех ближайших вселенных, данные о которых получил во время визита сюда Кержак. Беда в том, что отправленная туда вами экспедиция погибла…

— Погибла?.. — огорчился Исраэль. — Как это случилось?

— Нарвались на слишком сильного врага, причем это самая обычная высокоразвитая цивилизация, даже не инфернальная, но очень замкнутая, не желающая контактировать ни с кем извне, — ответила сущность. — Обнаружив появление рядом неизвестных кораблей, местный командующий попросту уничтожил их, не пожелав разбираться, кто это такие и зачем прибыли. Атака была настолько быстрой и неожиданной, что корабли экспедиции мгновенно превратились в плазму. Мне очень жаль, но вы сами знаете, что мы не вправе вмешиваться…

— Знаю, — хмуро уронил бывший раввин. — Насколько я понимаю, входить с этой цивилизацией в конфронтацию нежелательно?

— Вам решать. Она никогда не достигнет Перехода, поэтому нам просто не интересна. У дэ-эрхе были немалые шансы на это, но своим последним поступком, уничтожением экспедиции, не сделавшей им ничего плохого, они перекрыли себе последнюю возможность перейти на следующий уровень развития. Еще поколение-другое, и высокоразвитые существа начнут очень быстро деградировать. Это неизбежно.

— Думаю, достаточно будет передать им объяснение, что ждет их в скором будущем, и за что все это. И больше не иметь с ними никаких дел, облетая их территорию по большой дуге.

— Пожалуй, это будет самым лучшим выходом, — согласилась сущность Сфер. — Объяснение можно даже не передавать, разве что короткое сообщение, что с ними больше никто и никогда не станет иметь никакого дела. Ничего другого они не поймут, слишком уверились в своей исключительности.

— Это люди? — поинтересовался аарн.

— Нет, альвы, подвид эльфов. А им изначально присуща гордыня и даже спесь. Причем они ее слишком долго и любовно лелеяли, поэтому сейчас с них снимают высшее благословение, из-за чего они вскоре лишатся бессмертия и будут жить всего лет по двести-триста, причем болезни к ним тоже вернутся. Было бы, конечно, неплохо, если бы они поняли, почему это с ними произошло, но даже если им кто-то объяснит, гордецы просто не поверят, ведь они считают себя самыми умными и самыми лучшими. И в этом их сможет разуверить только жизнь — она учительница суровая и прощать не умеет.

— Ясно. Прошу только указать координаты территории негостеприимных альвов, чтобы снова не угодить к ним. Воевать с ними смысла не имеет.

— Сейчас, — и сущность переслала ментальный образ, который Исраэль запомнил. — Посоветуйте Кержаку навещать Сферы хотя бы раз в месяц.

— Посоветую, — твердо пообещал бывший раввин. — Еще раз благодарю и до свидания!

— А тебя, Кейтара, мы благословляем от всей души! Ты делаешь благородное дело, решив посвятить свою жизнь страдающим детям. Будь счастлива!

— Спасибо! — перепугано пискнула девушка, никак не ждавшая, что о ней вспомнят. — До свидания!

Они с учителем покинули Сферы и довольно быстро вернулись в свои тела. Исраэль, едва выйдя из медитации, принялся вызывать Кержака, Дарва, Касру, Михаила, Семина и остальных магов ордена. Не прошло и пяти минут, как вызванные появились на голоэкранах.

— Что случилось? — недовольно проворчал старый орк. — Почему высший приоритет? Я очень занят, в Лавиэне и Трирроуне обнаружились шахтерские колонии, управляемые живыми искинами «сверхов»…

— Мы с ученицей только что побывали в Сферах, — без промедления сообщил Исраэль. — Там нам передали крайне важную информацию.

После чего разослал всем ментатам запись состоявшегося недавно разговора с сущностями из Сфер Творения. Ее внимательно просмотрели и принялись обдумывать.

— Значит, экспедиция во второй вселенной погибла… — с горечью произнес Михаил. — Светлая вам память, братья и сестры! Хотелось бы, конечно, все же проучить самоуверенных ушастых сволочей… Прости, Касра, тебя это не касается. Но ладно, раз из Сфер просят этого не делать, то черт с ними. Но уж информацию о том, за что их наказывают, я до этих тварей постараюсь донести. Пусть рвут на себе волосы! Лишиться бессмертия для бессмертных страшно. А что с третьей экспедицией?

— Погасила все имевшиеся в той вселенной источники инферно и вчера вернулась, — ответил Семин, координировавший именно эту экспедицию, вероятностными ментатами с ней летали его ученики из Кэ-Эль-Энах и Сторна. — Там ничего особо страшного не было, четыре безумных религии, основанных на множественных жертвоприношениях. До гекатомбы дела, к счастью, ни в одном случае не дошло. Наши изъяли священные книги и всех до единого жрецов со всех четырех планет, а потом вывезли их в безлюдные миры, пусть там доживают свои бесполезные жизни. Причем, оставили сосланным сообщения, за что именно это их постигло.

— Хоть тут все нормально, — недовольно проворчал бывший казак. — А что сущности имели в виду под словами, что девочка подсказала правильный способ? Что за способ и для чего?

— Способ поиска средоточий «сверхов», — едва заметно усмехнулся старый еврей. — Нам, старым и опытным, это почему-то и в голову не пришло, а Кейтара додумалась. Дело в том, что у каждого «сверха», как и у любого другого разумного существа, индивидуальный ментальный фон. И отпечаток этого фона можно снять с их объектов, например, с ментальных маток. А потом — новый поиск при помощи нашего эгрегора, ментатов, эмо-поэтов и осознающих. Можно будет еще и Есенику подключить.

— Да… — только и сказал Кержак. — Ты прав, очень неприятно ощущать себя старым дураком… Это же элементарно! Почему никто об этом не подумал?.. Стыдно, демон побери!

Немного успокоившись, старый орк прошелся туда-сюда, потом проворчал:

— Меня еще заинтересовали слова сущности о том, что наши люди из первой экспедиции почти нашли нужное. Средоточия, что ли? Надо связаться с Мерхалаком и выяснить, что они там такое обнаружили. Но в любом случае без носителей Звездного Огня не обойтись.

— Опять придется отвлекать эмо-поэтов от важных дел… — тяжело вздохнул Семен. — Их так не хватает…

— Что поделать? — развел руками старый орк. — К сожалению, ими не становятся, ими рождаются. Обучить не имеющего дара невозможно. Лет через пять станет немного полегче, в Аарн Ларк подрастает несколько тысяч одаренных ребятишек.

— Нужно срочно готовить большую экспедицию во вторую вселенную, — напомнил Исраэль. — Там, если помните, к моему народу под видом мессии пришел «сверх». И оттуда уже вовсю разит инферно…

— Вот ты и займись, — пристально посмотрел на него Кержак. — И сам магом с экспедицией пойдешь. Вместе с новой ученицей, может она и там подметит то, что мы не заметим.

— Хорошо, — кивнул старый еврей.

Затем он встал, попрощался с остальными ментатами, у которых тоже хватало дел, и отправился в главную рубку «Древнего Пути». Следовало срочно собирать большую эскадру, состоящую, как минимум, из шести боевых станций и сотни дварх-крейсеров, после чего выдвигаться к Багу Бенсону, который как раз исследовал древние врата, расположенные в Тиуме. Гиперфизик обещал, что вскоре переходы между вселенными перестанут быть проблемой для кораблей ордена. К тому же следовало найти ментатов, которые заменят его во флоте Дарли Фарлизи. Иногда с дикарями могут справиться только они, как недавно выяснилось. Немного подумав, Исраэль опять вызвал Михаила Борохова, своего старого друга-соперника, ничуть не удивившись тому, что бывший казацкий есаул уже ждал его вызова.

* * *

Мысли о том, что пора начинать поиски Илара, не давали Ирне покоя. Она понимала, что сейчас не до того, что нужно сперва покончить с текущим кризисом, но не находила себе места. Тина ее понимала и поддерживала, но была не в силах что-либо изменить — ситуация складывалась преотвратительная. Целых шесть «сверхов», причем куда более развитых, чем прежние, продолжали наступление. Откуда-то выплескивались все новые и новые волны кривобоких кораблей, забитых агрессивными дикарями. Они, как стаи саранчи, губили все, к чему прикасались.

От Кира-Ванега поступила информация, что ментальные импланты «сверхи» создавать больше не смогут, поскольку делали их не они сами, а плененные ими представители сверхцивилизации Астер Архие. Экспедиция, уничтожив контролирующие систему игольчатые кристаллы, освободила тем самым пленников, которые поспешили покинуть реальность — как они сообщили на прощание, их народ жил на стыке между Сферами Творения и многими сверхреальностями, когда-то по ошибке разделившись на несколько страт. В поисках своих давно потерянных сородичей Эстер Архие оказались в реальности СССР и были неожиданно для себя пленены. А затем их заключили в тела биоматок, которые выращивали мерзость, гасящую свободную волю разумного существа и делающую его марионеткой, покорно выполняющей любой приказ. На просьбы освободить их только однажды был дан наполненный бесконечной спесью ответ, гласящий, что убогие твари должны знать свое место и делать то, что им поручено, иначе будут наказаны.

Как «сверхи» смогли пленить существ такого порядка? Никто из аарн не понимал, но факт оставался фактом. И это очень настораживало. Это значило, что возможности врага намного больше, чем это казалось раньше. Отсюда следовало, что необходимо как можно быстрее гасить все известные точки инферно — стало окончательно ясно, что «сверхи» этот жутковатой силой вовсю пользуются. Мало того, они ею может и не питаются, но воспринимают вполне нормально. А раз так, то они превысили любую меру терпения. Поэтому идея о призыве Палача уже не казалась аарн чем-то неправильным. Вопрос только: а справится ли с тварями Плетущий Путь? Или они слишком сильны даже для него? Но выяснить это можно было только на опыте. А Палача еще поди дозовись.

К сожалению, Эстер Архие ничем не могли помочь, они страшно боялись, что их снова пленят — несчастные сущности провели в мучительной для них неволе больше трехсот тысяч лет. Поэтому, коротко сообщив, кто они и что с ними случилось, поспешили покинуть реальность, уйдя к границам Сфер, где им было намного уютнее. Да и поймать их в родной среде обитания сможет очень мало кто. По крайней мере, они на это надеялись.

Утешало только то, что новых имплантов у «сверхов» больше не будет. Но никто не знал, сколько их запасли, может этих запасов хватит на тысячи лет. К счастью, Целители ордена быстро научились проклятые импланты удалять, не нанося вреда носителю. Да, память при этом терялась, но лучше так, чем оставаться бездушным автоматом, готовым на любую мерзость по воле «великих учителей».

Из разрушенной системы, откуда освободили Эстер Архие, экспедиции пришлось уходить в срочном порядке — разъяренные нежданными потерями «сверхи» отправили туда десятки тысяч кораблей. Кир-Ванег после получения результатов сканирования сразу понял, что ему с наличными силами не справиться с таким числом врагов. Поэтому предпочел увести флот на шестнадцатый уровень гиперпространства и на максимальной скорости ушел к своим. Свою задачу он выполнил.

Однако по дороге домой оказалось, что Эстер Архие все же не остались неблагодарными. Первыми неладное заметили канониры, решившие проверить гиперорудия и обнаружившие, что те превратились незнамо во что. При попытке разобраться активировалась запись, пояснившая, что отныне все орудия во флоте гварда представляют собой так называемые деструкторы пространства, способные перемещать любые материальные объекты в реальности, где те не могут существовать и мгновенно аннигилируются. В результате пространство в определенном объеме очищается даже от мельчайшей пыли, не говоря уже о чем-либо крупнее.

— Мда, довольно подленько… — пошевелил усами Тальки. — Мы, мол, никого не убивали, а только переместили врагов туда, где они не могут существовать. А умерли они уже сами…

— Подленько, согласен, — щелкнул зубами Кир-Ванег. — Зато оружие весьма действенное, и я рад, что оно у нас теперь есть. Дикарей слишком много.

— А тебе их не жалко?

— Жалко, они ни в чем не повинны, разве что в глупости. Но позволить им победить и отправить нормальных разумных на их жуткие мясокомбинаты я не вправе. К сожалению, все имеет свою цену…

— Ты прав… — тяжело вздохнул пестрый керси. — Как же меня бесит вот это вот все! Только увпеваешь неимоверными усилиями создать мир, где всем относительно хорошо живется, так обязательно найдется гадина, которая норовит все испортить! Почему они все время к нам лезут? Как думаешь?

— Я тоже не раз размышлял на эту тему, — распахнул пасть гвард. — Но так ничего и не понял. Похоже, всему виной страсти и эгоизм. Те же «сверхи» — апофеоз эгоизма. Они абсолютно уверены в своей сверхценности, а всех остальных считают грязью под своими ногами. И подобных им, разве что помельче калибром, среди пашу хватает. И всегда хватало. Причем многие даже творимые ими подлости даже подлостями не считают, а когда их наказывают, удивляются — что, мол, такого страшного я сделал? Это же не мне было больно, а ему, а он — это так, ничто. Ведь главное же в этом мире я! И так в глубине души думает почти каждый. Почему-то простая истина, что другому тоже больно, очень плохо доходит до разумных. И я никак не пойму почему…

— Я тоже… — поморщился Тальки. — Ладно, боги с ней, с философией. Что дальше делать будем?

— А вот сейчас свяжемся с Дарли и узнаем, — прищелкнул зубами Кир-Ванег. — Что-то мне подсказывает, что без дела мы не останемся.

Глава 5.3

Астара, столица Айтарии, не произвела на Лерка особого впечатления. Обычный средневековый город, похожих он во время разных экспедиций встречал множество. Разве что странновато было видеть основанную не технологии, а на магии цивилизацию. Даже светильники в этом городе были магическими. Все делалось с ее помощью, от исцеления до уборки и прокладки дорог. Но при этом очень многое выглядело настолько убогим и нищим, что молодой пилот только поражался. Смущало обилие бедняков на окраинах, в центральные районы города их не пускали. Однако кое-что, наоборот, ему очень понравилось. Местные жители оказались на изумление чистоплотны, обязательно дважды в день совершали омовение в проточной воде — посреди города располагались горячие источники. Причем не вулканического происхождения, вулканы на кольце отсутствовали, как понятие. Странно, но даже самые бедные астарийцы опрятно выглядели и приятно пахли. Мало того, дворники, а их были в городе сотни и сотник, мыли мостовые с мылом как минимум раз в декаду, а подметали вообще ежедневно.

Лерку, как молодому мужчине с соответствующими желаниями, также пришлось по вкусу полное бесстыдство местных молодых женщин и девушек, причем они в столице почти все были на удивление красивы. Слегка необычны, с непривычным разрезом глаз и странноватым оттенком кожи, но очень привлекательны. Старух и толстух молодой пилот на улицах ни разу не видел, словно их и вовсе не существовало. Причем у местных мужчин не принято было отказывать дамам в любви, и стайки красивых девушек вполне могли с шутками и прибаутками увести в ближайшую подворотню любого молодого человека с приятной внешностью. И ни разу никто не отказывался. Постыдных болезней в Айтарии не знали, их здесь просто не было. Мало того, женщины беременели только тогда, когда сами того желали. А многие, как выяснилось, вообще были бесплодны. Поэтому свобода нравов в Астаре царила невероятная, тем более, что число женщин чуть ли не вдесятеро превышало число мужчин. В этом, наверное, и была основная причина бесстыдства.

Если честно, Лерка и самого за последние дни несколько раз уводили в подворотни, и он остался этим очень доволен. Чего только девушки ни вытворяли, порой у пилота глаза на лоб лези от их непосредственности. Причем, от него ничего особого не хотели, кроме мимолетного удовольствия, а когда видели, что мужчина уже ни на что не способен, с благодарностью целовали в щеки и отпускали.

Отряд майора Станки прибыл в Астару декаду назад, причем сначала туда отправили почтовую птицу с описанием случившегося, чтобы столичные воины не напали на корвет, приняв его за дракона. На следующий день прилетела птица с ответом — гостей ждали на пустыре за городом. Ареопаг, собрание сильнейших магов и самых богатых аристократов страны, был рад приветствовать пришельцев из других миров. Николай Шаронский не стал скрывать от них иномирного происхождения.

На борт были взяты оба танка, а также небольшой отряд местных кирасиров во главе с мортаром Кейгаром кхей Стангом. Дорога по воздуху заняла не более шести часов, что говорило о немалых размерах Айтарии — более восьми тысяч километров от стены до столицы, а до второй границы вообще четырнадцать с половиной тысяч. За посадкой корвета наблюдала огромная толпа, люди, раскрыв рты от изумления, смотрели на чужаков, сумевших приручить дракона, именно таковым они воспринимали корабль.

Во время перелета корвет ненадолго вышел в космос, чтобы сообщить гросс-адмиралу о происходящем. Как выяснилось во время сеанса связи, не они одни оказались такими умными — помощь посредством маяков вызвали все три отряда. Вот только одно пятно оказалось полностью безлюдным, а второе было населено племенами дикарей, постоянно воюющими между собой. Но в обоих тоже присутствовали некрополи, от которых шел настолько плотный поток инферно, что пронимало даже старых вояк из СПД, прошедших огонь, воду и медные трубы.

Шесть дней назад отряд майора Станки куда-то уехал вместе с Николаем Шаронским, оставив Лерка на «хозяйстве». Местный язык вложил ему в память великий маг, так что проблем в общении не возникало. Тогда молодой пилот впервые и обратил внимание, что женщин на улицах Астары намного больше, чем мужчин. А вот старики отсутствовали, как понятие. Никого старше тридцати, ну тридцати пяти лет он ни разу не видел. Местные жители к прилетевшему на «драконе» чужаку не приставали, кроме девушек, а против этого он ничего не имел. Красивые, сексуальные и чистоплотные — просто идеал молодых женщин. И крайне активные в постельных утехах, что немаловажно.

Если честно, вскоре Лерк заскучал. И сильно заскучал. Когда вернется отряд он понятия не имел, связи с ним тоже не было. Большей частью молодой пилот сидел в кают-компании корвета и читал учебники, поскольку в последнее время увлекся гиперфизикой и даже собирался через несколько лет поступать в университет по этой дисциплине. Но чтение надоедало, и тогда он выбирался в город на поиски приключений. Лерк не знал, что его тайно охраняли агенты ареопага, который распустил по городу слухи о том, что если с чужаком-драконоводом что-то случится, то виновный и его семья проклянут день, когда родились. Потому к нему и не приставали, вполне обоснованно опасаясь мести власть имущих — они умели мстить изощренно и с огоньком. Врагу такой судьбы не пожелаешь! Однако если молодой пилот что-то спрашивал, ему отвечали, любопытство поводырь дракона вызывал в городе огромное. Ведь слухи о чужаках, большая часть которых сейчас отправились на своих странных повозках к некрополю, ходили самые невероятные.

Наскольку Лерку было известно, в остальные два темных пятна отправились на своих корветах его друзья — Ирек и Т’Ред. Хесира гросс-адмирал держал возле себя на случай, если понадобится куда-то срочно отправить. Во время разведки системы не было найдено ничего интересного, кроме самого кольца и развалин на четвертой планете. Разве что большое количество мелкого металлического и пластикового мусора. Это говорило о том, что когда-то здесь шли сильные бои. Но кто воевал и с кем? Этого выяснить так и не удалось — в развалинах почти ничего интересного не нашли, никаких носителей информации. Даже книг, которые должны были сохраниться. Уцелевшие библиотеки с пустыми полками поисковики обнаружили, а вот книг там не нашлось ни одной. Словно кто-то их подчистую вывез.

Попытавшись почитать, Лерк понял, что не может — информация проскальзывала по краю сознания, не откладываясь в памяти. Видимо, следует прогуляться, подышать свежим воздухом. Может еще с какими-то приятными девицами познакомиться и даже в гости к ним сходить. Он бы охотно привел какую-нибудь красотку на корвет, но это было строго-настрого запрещено уставом. Исключения делались только для членов семей экипажа. Поэтому пилот быстро собрался, прихватил на всякий случай ручной плазмер, покинул корабль и не спеша двинулся к городской стене. Поджидающие его агенты ареопага насторожились и приготовились следовать за объектом охраны, о чем оный объект и не подозревал.

Марика, поправив свои роскошные белокурые волосы и, одернув короткое платьице перед зеркалом, не спеша вышла из дома и двинулась по улице в сопровождении четырех подруг — Нейки, Санивы, Олны и Харивы. Они все были третьими, а то и пятыми дочерьми в своих семьях, а значит, о замужестве и детях не могли даже мечтать. Прожить бы беззаботно свои годы до того, как их принесут в жертву в некрополе, откупаясь от демонов или кто там еще живет. Подругам, конечно, совсем не хотелось умирать, едва им исполнится двадцать пять лет, но их никто спрашивать не станет, и они это прекрасно понимали. Бежать тоже было некуда. Поэтому избранные жертвами девушки с раннего детства старались взять от жизни максимум возможного. Родители это прекрасно понимали, жалели своих кровиночек и позволяли девочкам все. Тем более, что их еще маленькими отвели к магам и сделали бесплодными. Ареопаг не хотел, чтобы предназначенные в жертву оставляли потомство.

— Девчата, глядите! — потормошила подружек веснушчатая озорная Санива, встряхнув рыжими кудряшками.

— Что ты там увидала? — повернулась к ней Олна, фигуристая, спокойная девушка с толстой каштановой косой.

— Драконовод! — затанцевала на месте рыжая. — Ну тот парень, который с дракона, что на пустыре сейчас стоит!

— А-а-а… — протянула Нейка, задумчиво, с интересом посмотрев на симпатичного, подтянутого светловолосого молодого человека с непривычным цветом кожи, и перекинула на другое плечо черную косу толщиной с руку и длиной почти до колен.

— Нужны вы ему, как собаке пятая нога! — скептически заметила Харива, прищурив свои и так узкие глаза и встряхнув короткими белыми волосами до плеч, что в сочетании со смуглой кожей смотрелось просто убойно. — На него, наверное, даже первые дочери кидаются. А то и наследницы имени!

— Почему ты так думаешь? — удивилась Марика. — Мне девчонки знакомые рассказывали, что его его и Энка, и Лорита, и Хессна, и Кирана, и Анха с подругами в подворотню утаскивали. И ничего, шел и хорошо отрабатывал. Вот только после всего они почему-то не хвастались, как обычно, а только лыбились покровительственно, будто чего-то такое узнали, чего никто и никогда не знал. Наверное, просто вид делали, что там чего-то необычное. Ну не квадратный же у него? Но мне любопытно самой испытать! Так что, девчонки, давайте попробуем, чем демон не шутит? Пошлет? Ну и пошлет! Пойдем тогда в казармы к кирасирам, они никогда не откажут. Там от души и повеселимся. Надо будет только вина в трактире пару-тройку мехов перехватить прихватить, мужики обрадуются.

— В казармах и насмерть заездить могут, — напомнила Олна. — Их там много…

— Ну и что? — пожала плечами Нейка. — Лучше так умереть, чем быть заживо сожранными тварями в некрополе. В радости хоть помрешь, а не вопя от боли и ужаса!

— Да не даст нам никто помереть, — отмахнулась Марика. — Мага позовут, ежели что, тот вытащит. А жаль! Я бы лучше именно так померла…

Девушки синхронно тяжело вздохнули, понимая, что легко уйти им никто не позволит. Доводилось видеть, что остается от жертв после того, как их затолкают во врата некрополя. Их буквально рвали в куски какие-то мерзкие твари, пожирали заживо. А как бедняжки кричали!

— Стоп, хватит грустить! — решительно топнула ногой Санива. — У нас есть еще семь лет жизни, нам всего по восемнадцать! Пошли лучше веселиться. Вы лучше гляньте, как драконовод на нас смотрит!

Девушки оглянулись и сразу заметили в глазах парня интерес и даже восторг. Что ж, неудивительно, они были по-настоящему красивы и сами это понимали. Видимо, чужак не любит худышек, похожих фигурой на мальчишек. А они все пять отличались роскошными фигурами — широкими бедрами, тонкой талией и упругой большой грудью. Да и рост имели высокий, не походили на маленьких девочек.

— Здравствуй! — решительно двинулась к драконоводу Нейка. — Ты свободен? Не хочешь немного развлечься?

— С удовольствием, — слегка поклонился парень. — Меня зовут Лерк Т’а Картеген.

— Ты аристократ, что ли? — растерялась девушка.

— Ну да, — кивнул драконовод. — А какое это имеет значение?

— А, так для тебя это не важно? — обрадовалась Нейка. — А то я слышала, что аристократы только с равными…

— Чушь полная! — решительно заявил Лерк. — Тем более, что я из новых аристократов, а не из напыщенных старых дураков!

Он с откровенным интересом посмотрел на лукаво поглядывающую на него девушку, нервно теребящую свою толстую черную косу, и выдохнул:

— Ты мне очень нравишься!

— Но я не одна! — сразу возразила Нейка. — Нас пять!

— И все готовы?..

— Конечно…

— Удивительно! — ошалело потряс головой Лерк. — У нас, чтобы добиться благосклонности девушки, сильно постараться придется. А уж чтобы нескольких, так это вообще почти невозможно…

— У нас женщин вдесятеро больше, чем мужчин… — грустно улыбнулась Нейка. — Да и…

— Что? — не понял парень.

— Мы же жертвы… — с тоской в голосе объяснила девушка. — У нас ни детей не будет, ни семьи, пусть даже двадцатой женой у богатого старика. А как двадцать пять стукнет, в жертву тварям в некрополе принесут. Привезут туда, затолкают в ворота, там нас всех заживо и сожрут. Я была с караваном, отец продовольствие воинам отвозил, видела, как из открытых ворот руки и ноги оторванные вылетают после того, как туда девчонок затолкали…

— Ох ты ж мать его так! — отступил от неожиданности Лерк. — Ты серьезно⁈

— Да, — удивленно посмотрела на него Нейка. — А у вас разве не так?

— Не так! — растерянно помотал головой парень. — У нас никаких некрополей в помине нет, никто и никого в жертву не приносит, мужчин и женщин примерно поровну, так что семья — это чаще всего один мужчина и одна женщина. Нет, бывает и иначе, особенно среди аарн, но это редкость.

— Как я вам завидую… — тяжело вздохнула девушка. — Но ладно, нам еще семь лет жить, так что не будем грустить! Давай лучше повеселимся. Мои подруги тебе нравятся?

— Да, — покраснел Лерк. — Вы все такие красивые…

От его слов Нейка почувствовала, как у нее сладко заныло в одном месте, страшно захотелось ощутить этого симпатичного парня в себе.

— Пошли в подворотню, — предложила она.

— Слушай, а может лучше снимем комнаты в каком-то трактире? — недовольно скривился драконовод. — Лучше делать это на мягкой, широкой кровати, а не в каком-то закутке, да еще и стоя.

— Лучше, конечно, — согласилась Нейка. — Но комнаты для этого целый золотой за ночь стоят…

— И что? — пожал плечами Лерк. — Деньги у меня есть, веди.

— Девчонки, он согласен! — повернулась к подругам брюнетка. — И комнаты готов снять!

— Да мы слышали, — ласково улыбнулась Марика. — Лучше всего на постоялый двор Тамиса пойти, там комнаты шикарные.

Наутро Лерк проснулся с ощущением полного счастья и удовлетворения, ему еще ни с кем и никогда не было так хорошо и уютно, как с этими пятью айтарийскими девушками. Они оказались настолько ласковыми и раскованными, что оставалось только удивляться. Некоторое время молодой пилот размышлял, а затем понял, что хочет прожить с пятью подругами свою жизнь. Хочет, чтобы они стали его женами и родили ему детей. Но как этого добиться? Захотят ли девушки? Осталось только надеяться, что да, ведь дома бедняжек ждет некрополь через семь лет.

— Привет! — радостно улыбнулась парню проснувшаяся Санива, они легко поместились вшестером на огромной кровати в снятых покоях.

— И ты здравствуй! — тоже улыбнулся ей Лерк и поцеловал в веснушчатый нос. — Слушай, а вы не хотели бы улететь со мной? Навсегда!

— Ты нас что, замуж зовешь?.. — растерянно посмотрела на него девушка.

— Ага! — радостно закивал парень.

— Так не бывает… — вдруг заплакала Санива, ей вторили проснувшиеся подруги, тоже считавшие, что чудеса невозможны, видимо, подумали, что парень зачем-то решил над ними посмеяться. — Мы же… Мы же…

— Что вы?

— Бесплодны…

— Ну и что? — пожал плечами Лерк. — У нас это лечат. Так что будут у вас детишки, если захотите!

— А то, что мы жертвы?.. — широко распахнутые глаза Нейки были наполнены слезами. — Это разве ничего не значит?

— Мы прилетели сюда покончить с этим некрополем, — усмехнулся молодой пилот. — И покончим. Даю тебе слово.

— Но если мы сбежим, семьям плохо будет…

— Этого никак не избежать?

— Разве что выкупить нас у ареопага, — пожала плечами Санива. — Но это очень дорого, по тысяче золотых, у наших родителей таких денег нет и никогда не будет…

— Вот не было бы большей проблемы! — с облечением рассмеялся Лерк. — Прямо сейчас пойдем и выкупим вас. Синтезатор на корвете сколько надо золота наштампует. Потом заберу вас с собой. Только во время пути придется посидеть в большой каюте запертыми, зато там у каждой будет своя спальня.

— Посидим! — девушки с радостью смотрели на парня, вдруг взявшего и изменившего их жизнь, давшего надежду на счастье, и клялись про себя, что сделают для него все, что он только захочет.

Затем все завертелось со страшной скоростью. Поход к черному «дракону», золотые монеты, сыпящиеся в мешок из раструба непонятной штуки, а затем железный солдат, несущий этот самый мешок с пятью тясячами — немалый вес. В ратуше ничуть не удивились желанию чужеземца и без промедления передали ему документы на пять девушек-жертв. Однако деньги пересчитали тщательно, на что ушла чуть ли не треть дня. Женис с невестами уже возвращались на корабль, когда вдруг ожил голар в голове у Лерка.

— Капитан первого ранга, срочно возвращайтесь на эскадру! Передаю вам сжатый пакет информации, его ждет гросс-адмирал и научный отдет. На крейсере вам передадут кое-что, что вы обязаны будете доставить к входу в некрополь. Также привезете двух моих учеников.

— Будет сделано! — отозвался пилот. — Господин маг, разрешите спросить?

— Спрашивайте.

— Прошу разрешения вывезти на дварх-крейсер своих невест. Они здесь были определены в жертву демонам из некрополя, я их выкупил.

— Невест? — весело хмыкнул Шаронский. — Быстро вы, однако. Но разрешаю, конечно. Однако за их поведение отвечаете вы. На крейсере поселите девушек в большой каюте и поручите кому-то из женщин-аарн, им объяснят правила поведения. К некрополю брать с собой невест запрещаю!

— Есть! — радостно козырнул Лерк, забыв, что ментат его не видит.

Шаронский отключился. А пилот повернулся к девушкам:

— Мне разрешили забрать вас на большой корабль, прямо сейчас летим туда. Приказано кое-что захватить с собой и привезти нашему великому магу, он сейчас возле некрополя. Вы останетесь наверху, как только выйдем за пределы атмосферы, я свяжусь с крейсером и вам выделят провожатую.

Ничего не понявшие девушки закивали, пожалев только, что не успели попрощаться с родителями, но послушно двинулись за женихом, как про себя стали называть Лерка после того, как он позвал их замуж. Они очень надеялись, что им не солгали и все будет хорошо. Впрочем, одно то, что они больше не жертвы, что они выкуплены, давало немалую надежду. Может боги над ними смилостивились?

Когда жених с невестами подошли к огромному черному яйцу, стоящему на пустыре, в его боку протаяло отверстие, откуда выехала лестница. Девушки осторожно поднялись по ней, было немного страшновато, они цеплялись за Лерка, как за последний якорь чего-то знакомого и привычного. Внутри дракона оказалось светло, потолок многих помещений, через которые они проходили, был зачем-то покрыт ковром черных, противно шевелящихся щупалец. Санива ежилась, остальные подруги и вовсе дрожали, но терпеливо молчали, понимая, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

Оказавшись в просторной комнате со слизистыми стенами, по которым иногда сбегали потоки огня, о огромным подобием гриба посредине, девушки с трудом заставили себя стоять на месте, а не сбежать с воплями. Слишком диким для них оказалось увиденное.

— Рассаживайтесь в ложементы, — велел Лерк. — Взлетать будем на форсаже, чтобы преодолеть защиту пятна.

— Это чего такое, ложементы? — поинтересовалась Нейка.

— Вот эти кресла.

Лерк сам усадил девушек в ложементы, пристегнул и активировал гравитационную защиту. Он хорошо помнил посадку, помнил, как швыряло со сторону в сторону корабль, и понимал, что при старте может быть еще хлеще. Кто-то очень постарался, защищая черное пятно от доступа извне. Хотелось бы еще понять зачем. Но ничего, со временем разберутся. Еще раз проверив все, он активировал противоперегрузочные коконы, сделал их прозрачными, сел в свой, прирастил к глазу щупальце управляющего биокомпа, откинулся на спинку и одним рывком поднял корвет в воздух, сразу дав полную тягу.

Горожане со стен смотрели на улетающего дракона с восторгом и одновременно ужасом. Они не знали, вернется тот или нет, и жалели красивых девушек, которых драконовод забрал с собой. Впрочем, их бы все равно принесли с жертву через семь лет, так что это их судьба. Может, бедняжкам повезет, и они выживут.

Корвет мотало со стороны в сторону так, что Лерк мысленно матерился. По кораблю лупили бесчисленные молнии такого размера, что приходилось идти крутыми виражами — под подобные разряды попадать совсем не хотелось. Однако все обошлось, и еще через пять минут корвет покинул атмосферу кольца, направившись к четвертой планете, на орбите которой виднелись искорки кораблей экспедиции. Еще через двадцать минут корвет сел в одном из ангаров «Ночного всадника».

Поскольку Лерк сразу после выхода из атмосферы сообщил на дварх-крейсер о прибытии и передал информацию от Николая Шаронского, его уже ждали. Техники подвезли на плотформе какое-то сложное устройство, в котором опытный, воевавший офицер угадал пространственную мину, способную схлопнуть участок пространства в одномерную точку. У Лерка даже волосы дыбом встали, когда он понял, что собирается сотворить великий маг. Планирует просто схлопнуть некрополь и проверить, что он скрывает? Видимо, так. Интересно, сработает это или нет?

Молодой пилот вывел ошарашенных девушек наружу и поручил их симпатичной молодой аарн по имени Танзива, она имела неплохую фигурку и короткие каштановые волосы. Улыбнувшись перепуганным айтарианкам, сопровождающая поспешила успокоить их и увела за собой в гиперпереход, собираясь поселить в большой каюте и ознакомить с правилами жизни на корабле. Лерк едва успел попрощаться с невестами, постаравшись объяснить, что вскоре вернется. Девушки со слезами смотрели на него, каким-то шестым чувством угадав, что их жених уходит на опасное дело. Но ничего не говорили и старались не плакать, так уж их воспитали — ведь мужчины защитники и часто рискуют собой, чтобы защитить жен и детей. Нельзя их удерживать слезами. Их надо просто любить и ждать.

Не прошло и двух часов, как корвет, имея на борту пилота и двух великих магов, орка Шварга Синеглазого и желтого керси Кейда из фамилии Онхат, покинул борт крейсера и еще через полчаса снова погрузился в атмосферу кольца. Ему предстоял нелегкий путь к вратам некрополя, где дожидались Николай Шаронский и майор Станки со своими людьми.

Глава 5.4

Неожиданное прибытие чрезвычайного и полномочного посольства из вселенной ордена Аарн сильно встревожило князя Перемыслина. Антон Иванович неожиданностей никогда не любил, поэтому сразу заподозрил, что дело нечисто. Опять завоняло «этими», будь они стократно прокляты! Поэтому посла приняли сразу после его прибытия. Это оказался уже знакомый князю бывший монарх по имени Раван. Он, едва оказавшись в кабинете главы ордена Осознающих, коротко поклонился, поздоровался и негромко сказал:

— Я к вам опять с печальными известиями, уважаемый союзник…

— «Сверхи»? — грустно спросил Перемыслин.

— Они самые, — подтвердил кэ-эль-энахец. — И на сей раз не трое старших, как во всех предыдущих случаях, а целых шестеро. Как вы знаете, во время предудущего столкновения удалось выбросить в Бездну гадивших нам прежде — Дедушку, Никто и Шута. Теперь нам противостоят Воин, Наставник, Госпожа, Спящая, Ледяной и Зверь. Многие их структуры удалось уничтожить за последнее время, но далеко не все. Они, к сожалению, намного более развиты, чем прежние «сверхи».

— Выяснить бы еще кто они такие… — тяжело вздохнул глава ордена Осознания.

— Кое-что стало известно, — задумчиво посмотрел на него бывший великий князь. — Нам удалось обнаружить и освободить находившееся в заключении много миллионов лет древнее существо. Скорее даже сущность. «Сверхи» оказались его бывшими сородичами, но потом с ними что-то случилось, и они стали такими, как сейчас. Пленили его и заключили в кристалл Силы именно они. Причем даже не объяснили толком за что.

После чего он подробно поведал историю Наргилая, включая историю его народа. Антон Иванович внимательно выслушал его и надолго задумался, полученная информация меняла очень и очень многое. Получается, некая сила взяла и изменила сущности, находившиеся на уровне выше планетарных богов и даже демиургов. Кто мог это сделать? А главное — зачем?

— Не понимаю, кто мог превратить практически сущностей Творения в такую мерзость, как «сверхи»… — растерянно произнес князь в конце концов.

— Никто этого не понимает, ваше сиятельство, — тяжело вздохнул бывший монарх. — Даже сам Наргилай, невзирая на все его опыт и силу. Причем, по утверждению психомастера, оболочки души его сородичей выглядят рваными, мятыми, порчеными. А самое главное — тусклыми. Тогда как раньше они буквально сияли и искрились Звездным Огнем. Теперь же он их жжет, они его напрочь не выносят, а значит, не выносят и любое творчество, как таковое. Именно поэтому «сверхи» раз за разом повторяют свои действия — они просто не в состоянии придумать что-либо новое. Разве что пленяют высоких сущностей и пытками заставляют работать на себя. Как, например, Эстер Архие.

И коротко рассказал историю освобождения сущностей, заточенных «сверхами» в тела биофабрик. А потом об их уходе и благодарности.

— Но что вы хотите от нас? — выслушав рассказ, пристально посмотрел на гостя Антон Иванович. — Вы ведь явно не просто так прибыли…

— Нам опять нужна помощь осознающих, — тяжело вздохнул Раван. — Одна из молодых аарн высказала интересную догадку о том, что можно снять ментальный слепок с объектов «сверхов», а через него, используя ритуал подобия, попытаться найти средоточия. Но для этого нужны вероятностные ментаты, осознающие, эмо-поэты и эгрегор ордена. Вторых, кроме вас, нам некому предоставить, наши научатся еще не скоро.

— Вы правы, нескоро, — согласился глава осознающих. — Хотя ваши ребятишки и делают немалые успехи, учатся, как проклятые, но учиться им еще предстоит не один год. Работа с эгрегорами и их связями очень сложна…

— Я понимаю, — поморщился бывший монарх. — Но ситуация такова, что нам придется останавливать обезумевших «сверхов» здесь и сейчас. Вы еще не все знаете, те трое «сверхов», с которыми вы и мы сталкивались, как оказалось, еще добряки…

— Вы серьезно?.. — полезли на лоб от такого утверждения глаза Антона Ивановича.

— К моему глубочайшему сожалению, тут не до шуток, — тяжело посмотрел на него Раван и рассказал о происходящем во вселенной Советского Союза, а прежде всего, о жутких мясокомбинатах дикарей, сопроводив рассказа видеозаписями, от которых князю захотелось расстаться с завтраком.

Перемыслин мрачнел с каждым словом и каждой записью, такого ужаса, да что там, такого кошмара он раньше и представить себе не мог, хотя до сих пор считал, что повидал все на свете. Но это было слишком страшным и неестественным. Даже информация о еще одной Российской империи почти прошла мимо внимания, разве что была отмечена в памяти импланта. Понятно, что туда надо будет обязательно наведаться и посмотреть, что там и как. А если французы и англичане, которые в родной реальности давно не существуют, обнаглеют, то имперский флот сможет поучить их уму-разуму и помочь сородичам. Но это все потом, сейчас важно одно — найти средоточия новых «сверхов» и ликвидировать их. Как можно быстрее!

— Российская империя готова оказать ордену Аарн и княжеству Кэ-Эль-Энах любую требуемую помощь, — четко поставленным голосом заявил князь. — в любом требуемом размере! Как я уже не раз говорил, мы им ничего не забыли и ничего не простили.

— Прежде всего, нам требуются не менее пятисот опытных осознающих для ритуала поиска, — без промедления ответил бывший монарх. — Все остальное пока не так спешно и не так важно.

— Соберем в течение суток, — пообещал Иван Антонович. — Да, на будущее у нас будет просьба откомандировать к нам нескольких лучших эмо-поэтов для обучения их искусству в школах осознающих.

— Постараемся выделить… — по губам Равана пробежала гримаска. — Но не знаю когда. Понимаете, с ними есть проблема, эмо-поэтов огромная недостача, даже терраформисты и терродизайнеры стоят к ним в очереди порой по месяцу, а то и больше. Ради двух-трех часов совместной работы! Дело в том, что во время войны Падения эвакуационные корабли, вывозящие основное количество эмо-поэтов с Эттариэля, погибли. Точнее, мы даже не знаем, так ли это. Они просто исчезли, как и еще несколько кораблей с эвакуируемыми. Возможно, попали в блуждующую червоточину, выяснить это не представляется возможным. Еще больше эмо-поэтов закапсулировалось в шаровом скоплении Давиг, вывести которое из стазиса сможет только лично Командор после возвращения — ключи вывода оказались утеряны после гибели дварх-адмирала Ро-Арха и ухода Илара ран Дара. Поэтому на постоянной основе пока вряд ли сможем кого-либо откомандировать, но на год-два и не больше трех человек сразу предоставим.

— Хорошо, — кивнул глава осознающих. — Понимаю, мы во время первой стычки с «этими» сами потеряли очень многих и сотни лет восстанавливали свою численность. Будем рады любому количеству преподавателей. Лекции и семинары организуем так, чтобы не тратить зря их драгоценное время.

— Я передам ваши слова Совету Ордена, — кивнул бывший монарх. — И ждем осознающих в столичной системе Кэ-Эль-Энах.

— Будем завтра не позже двенадцати дня по вашему стандартному времени, — заверил Перемыслин. — А господин Стеверен там? Мы хотели бы у него проконсультироваться по паре вопросов.

— К сожалению, нет, — отрицательно покачал головой Раван. — Перед самым началом этого кризиса он куда-то исчез. Его пытались дозваться другие ментаты, но не смогли, не ответил. Куда его занесло, мы понятия не имею, магам его уровня для перемещения между мирами и вселенными корабли не нужны.

— Хотел бы я такому научиться, — завистливо вздохнул глава осознающих, — порой за день пару-тройку галактик пересекать приходится, на яхте и спишь, и ешь…

— Увы, это дано только вероятностным магам, — развел руками бывший монарх. — Также хотел спросить, не же желаете ли помочь в сражении со слугами «сверхов»? Я имею в виду тех, кто жуткие мясокомбинаты содержит.

— Дайте координаты вселенной! — решительно заявил Перемыслин. — Только попрошу предупредить местное правительство о появлении нашего флота, не хватало только еще русским между собой сцепиться из-за политических разногласий.

— Здесь координаты обеих вселенной, Советского Союза и второй Российской империи, — протянул ему информационный кристалл Раван. Я…

В этот момент он вдруг вскинулся, в глазах замельтешили искорки, что говорило о поступлении большого массива информации. Когда все закончилось, бывший великий князь довольно долго сидел молча, осмысливая полученное, а затем с ошалевшим видом сообщил:

— Похоже мы нашли еще чье-то средоточие… Вот только чье именно — неизвестно…

* * *

Срочный вызов Кержака заставил Наргилая оторваться от размышлений, ему никак не давало покоя страшное превращение его сородичей. Как они такими стали? Что заставило их такими стать? Или кто? Почему они не боролись? Почему позволили превратить себя в мерзость? Опять вспомнился тот, кого звали Дедушкой. Величайший гений их народа, существо неизмеримой доброты и столь же неизмеримой мощи. А потом то, каким он стал — тупым фанатиком, истово верующим, что он — мерило всего сущего, а все остальные — пыль под его ногами, дикари, обязанные поклоняться великому ему. Как это изменение произошло? Почему? Что стало причиной? Ответов на эти страшные вопросы не было. Ни единого.

— Приветствую вас, психомастер! — появился на голоэкране Кержак Черный. — У меня срочные новости.

— Здравствуйте, — откинулся на спинку кресла Наргилай. — Рассказывайте.

— Как я вам рассказывал, в Сферах нас попросили погасить несколько источников инферно в соседних вселенных. Одна из экспедиций обнаружила в одной из точек вместо второй планеты гигантское кольцо, вся внутренняя поверхность которого пригодна для жизни.

— Помню-помню этот проект! — мечтательно улыбнулся психомастер. — Мы его делали с одним моим старым другом, не знаю, жив ли он сейчас, не превратился ли в «сверха».

— Ваш? — вскинул лохматую бровь старый орк. — Ну да, я забыл, кто вы… Но вернусь к рассказу. На кольце обнаружили несколько цивилизаций разного уровня развития, одна, по первому впечатлению, вообще приближается к Переходу. Но главное, там имеются три обширных пятна, проецирующие инферно. Аарн, как эмпаты, даже рядом находиться не могут, кроме вероятностных ментатов — мой ученик Николай разработал для нас защиту. В пятна были отправлены экспедиции из не психо-активных разумных. В центре каждого был обнаружен ни много, ни мало — некрополь. Чем оттуда шибало вам объяснять не надо.

— Это какая же сволочь на моем колечке некрополи устроила? — помрачнел Наргилай. — Надо срочно отправляться туда и стереть эту пакость с лица земли!

— Мой ученик попробовал, он взорвал у входа в некрополь пространственную мину, схлопывающую определенный объем пространства в одномерную точку. Некрополь схлопнулся, но на его месте осталось нечто странное, проход незнамо куда, эманации идущие оттуда показались Николаю знакомыми. Он не сразу вспомнил, что они напоминают, но все же вспомнил. Примерно те же ощущения возникают неподалеку от средоточий «сверхов»…

— Так! — медленно встал на ноги психомастер. — Надо срочно отправляться туда! Берите носителей Звездного Огня, защиту я им поставлю, и идем, я помню туда дорогу. Тварь, прячущая свое средоточие в источнике инферно, очень и очень опасна, без меня с ней не справиться!

— Понял, — кивнул старый орк и отключился.

Все закрутилось со страшной скоростью. Были срочно вызваны находящиеся сейчас на Кельтане эмо-поэты, точнее, три эмо-поэта и два музыканта. Когда они узнали, в чем дело, тут бросили все свои занятия и прибыли во дворец. Наргилай тоже вскоре появился там. К сожалению, Тальки, имевший наиболее плотный контакт с эгрегором ордена, отсутствовал, поэтому попытку вызова взял на себя гитарист Шанни-Оро, недавно приехавший в столицу княжества на гастроли. Носители Звездного Огня быстро разучили «Элегию Света и Тьмы», собираясь исполнять именно ее, но с внесением многих деталей от себя и с переходом в импровизацию, чтобы усилить творческий посыл.

Как ни странно, эгрегор отозвался довольно быстро. Ему передали информацию по новым «сверхам» и сотворенном ими, и он согласился прийти, когда снова позовут, пусть даже в другую вселенную. Если, конечно, там будет присутствовать достаточное количество аарн. А в экспедиции их даже больше, чем нужно, так что проблем возникнуть не должно.

Помимо того Кержак собрал десяток самых сильных Целителей Душ и больше сорока своих учеников, а также захватил мэтра Гетия, который к этому времени разобрался в разработанных Стевереном ритуалах, переделав их под себя и магов ордена. К сожалению, стационарный ритуальный круг захватить с собой было невозможно, его придется создавать на месте. А на это нужно время. Оставалось надеяться, что Наргилай сможет задержать хозяина средоточия, и это время у ритуалистов будет.

Николай ожидал возле входа в бывший некрополь, установив вокруг все доступные ему защиты. Пространственная мина схлопнула чудовищное образование в точку вместе со всей мерзостью, находящейся внутри. Вот только после этого сразу стало ясно, что некрополь прикрывал собой нечто странное, какое-то подобие микровселенной, проход в нее. Николай не сразу понял, чем оттуда несет, а когда понял, в срочном порядке отправил в космос Лерка, потребовав немедленно связаться не только с Мерхалаком, но и с руководством ордена. Благо, гросс-адмирал, услышав о возможном средоточии, не стал медлить и тут же вызвал родную вселенную. Получив ответ, он сообщил, что помощь скоро придет. Немного подумав, ментат создал вероятностный маяк. Его Кержак точно почувствует.

И действительно, по прошествии получаса из яркой вспышки возникло около трехсот различных разумных, почти всех из которых Николай хорошо знал. Маги, эмо-поэты, Целители Душ. На них всех была навешена защита такого уровня, что у него глаза на лоб полезли. Такой не умел создавать даже Кержак, а значит, ее создал кто-то другой. Видимо, Наргилай. Больше просто некому. Мог бы еще Стеверен, но он ушел и когда вернется — неизвестно.

— Быстрее идем, пока он не спохватился! — решительно двинулся к постоянно меняющемуся отверстию в Бездну психомастер.

Он легким движением руки расширил отверстие, вошел и оказался постоянно колеблющемся довольно большо, словно бы смятом и искореженном пространстве, полностью отсеченном от реальности. Если бы не пространственная мина, то никто и никогда сюда бы не добрался, даже сам Наргилай. Надо же, не ошибся молодой ментат, будет из него толк. Психомастер задумчиво хмыкнул, обнаружив искомое — трепещущий шарик средоточия пытался скрыться от его внимания, слиться с границей реальностей. Но не вышло, Наргилай при помощи Кержака, мэтра Гетия с учениками, а затем и присоединившегося к ним эгрегора ордена создал адаптированную к текущим условиям копию ритуальной схемы, куда в свое время поместили средоточия Дедушки, Никто и Шута, и зашвырнул туда трепещущий волосатый шарик. Эмо-поэты без промедления заключили основную пентаграмму схемы в кокон Звездного Огня, проявившегося в виде серебристого пламени. Правда, далось это им почему-то очень тяжело, словно что-то пыталось им помешать, но все же не смогло.

— Ну и что теперь? — заставил всех присесть могучий ментальный образ, немного в стороне от них появился огромного роста мужчина, весь увитый бугрящимися жгутами мышц, в нем однозначно угадывался воин.

— Ты уйдешь в Бездну, где будешь медленно растворяться тысячелетиями, — повернулся к нему Наргилай. — Не скажу, что рад тебя видеть, Эрхалад.

— Ты… — тяжело уронил упомянутый. — Выбрался все же…

— Выбрался, — подтвердил психомастер. — И до сих пор не понимаю, за что вы так со мной поступили. Я был занят своими исследованиями и ни во что не вмешивался…

— Ты не захотел принимать высшую истину, а значит, стал опасен нашим планам, — безразлично сообщил «сверх». — И не называй меня Эрхалад, носивший это имя давно мертв. Я — Воин. Уже много миллионов лет.

— Да, ты не он, — рядом с Наргилаем появился очень похожий на его собеседника тоже мускулистый, но не настолько молодой парень с ярко-синими, мудрыми глазами, от него настолько веяло Звездным Огнем, Светом, Тьмой и много чем еще, что Воин злобно зашипел и отшатнулся. — Вот таким ты был когда-то! Сияющее чудо! Ты спешил каждому на помощь! На тебя было приятно смотреть! А во что ты превратился? В тусклое, убогое, серое нечто! В мерзость какую-то! Что с тобой случилось, старый друг? Как ты мог стать тусклым и убогим⁈ Как ты мог отказаться от Звездного Огня⁈ Ради чего⁈ Ради того, чтобы топтать других разумных и считать себя выше всех? Ты же раньше презирал таких!

— Я был глуп и неопытен, — столь же спокойно, как и прежде, сказал «сверх», разве что во взгляде, направленном на себя прежнего, на мгновение промелькнула откровенная брезгливость. — Как глуп и ты, не желая понимать и принимать высшие истины.

— В чем же они заключаются, эти высшие истины? — ирония буквально истекала из голоса психомастера. — Просвети меня, невежду. Пока что я вижу вместо мастера миров ничтожество, не способное создать ничего нового. В чем я ошибаюсь?

— Во всем, — устало ответил Воин. — Мироздание должно быть изменено и упорядочено, поскольку ныне являет собой хаос. Каждый должен знать свое место и никогда не претендовать на чужое. Мы первые поняли и приняли это. А значит — мы мерило всего, суть и основа нового мироздания. Именно мы указываем другим на их место, и они должны покоряться, не смея даже подумать о своеволии. А если нет, то должны быть уничтожены.

— Кто вас превратил в такую мерзость? — прищурился Наргилай. — Кто изменил вас? Я не верю в то, что можно так измениться самостоятельно.

— Можешь верить во что хочешь, скоро ты вернешься в заточение или примешь великую истину, — ровным голосом произнес «сверх». — А пока верни мне средоточие и убирайся отсюда.

— Прежде ответь мне на один вопрос, — психомастер создал иллюзию мясокомбината дикарей, где заживо разделывали разумных. — Это вы сделали?

— А что не так? — явно удивился Воин. — За счет ненужных выживают нужные.

— И это говоришь мне ты, который бросался спасать всех, кого мог спасти⁈ — с изумлением выдохнул психомастер. — Да что же с вами сотворили⁈ В какой кошмар вы превратились⁈

— Да что такого-то? — явно растерялся «сверх». — Что такого страшного ты в этом увидел? Ничтожные твари пожирают ничтожных тварей. А я в прошлом был дураком, как я уже говорил.

— Нет, тот ты был настоящим, а этом — фальшивка, — грустно улыбнулся Наргилай. — Ты даже не понимаешь, что творишь? Ты не понимаешь, что они тоже разумны и им больно точно так же, как и тебе?

— Их боль не имеет ни малейшего значения, — брезгливо уронил Воин. — Только моя. Но хватит слов. Верни средоточие!

— Нет, не верну… — с грустью посмотрел на него психомастер. — Ты слишком много вреда причинил и слишком много причинишь еще, если тебя не остановить, — он повернулся к эмо-поэтам. — Давайте, ребятки!

Те, не теряя ни мгновения, грянули «Элегию Света и Тьма», от них во все стороны прянул такой поток Силы Творения, что все вокруг буквально засияло, от чего «сверх» задергался, словно его ткнули электрошокером.

— Не-е-е-е-ет!.. — взвыл он, в отчаянии пытаясь прорваться в центр пентаграммы. — Не делай этого, Наргилай, мы же были друзьями!..

— Мой друг Эрхалад мертв, — холодно возразил тот. — Я вижу перед собой подонка без чести и совести, тварь Закона и Единого. Да-да, я понял, кому ты служишь, идиот! Впрочем, ты даже сам можешь этого не понимать, Единый очень любит использовать таких, как ты, вслепую.

— Ты ничего не понимаешь!!! — взвыл Воин. — Да пойми же ты, наконец, что мы — мерило всего в мироздании!

— Нет, вы не мерило, вы пыль под ногами мироздания, — покачал головой Наргилай. — Пришло твое время отвечать за содеянное. Сгинь!

Он взмахом руки словно плеснул бензина в расширяющийся кокон Звездного Огня, тот полыхнул во все стороны, протянул пару языков к средоточию и буквально слизнул его, не оставив даже следа. Воин взвыл, как шакал, которому прищемили причинное место, и провалился сквозь землю. Некоторое время еще слышался затихающий вой, а затем он стих.

— Мы немедленно отправляемся к двум другим некрополям, подозреваю, там тоже чьи-то средоточия. Благо, глупые твари сыграли плохую шутку с самими собой, скрыв их при помощи инферно. Из-за этого остальные двое не поняли и не заметили, что произошло только что — сила боли и горя отсекает все. Но времени нельзя терять ни минуты, они могут что-то понять и прийти, а это, пока средоточия не в пентаграммах, опасно. Твари очень сильны.

— Пространственные мины к двум остальным некрополям уже доставлены, но не взорваны.

— Передай своим, пусть немедленно взрывают и сразу же уходят, — велел Наргилай. — Дальше средоточиями займемся мы. Я подозреваю, что одно из них принадлежит Лейране, она же Госпожа. А это та еще мразь. Именно она сыграла главную роль в моем пленении…

Он отошел к Кержаку, начав что-то обсуждать с ним. Николай связался с Т’Редом и Иреком, передав им приказ.

— Активируйте мины на подрыв через пять минут и на форсаже уходите в космос! — строго приказал он молодым офицерам. — С любыми перегрузками. Иначе погибнете ни за собачью душу! Все ясно, башибузуки?

— Так точно! — отозвались друзья, отключаясь. — Будет исполнено!

Маг нервно похрустел пальцами, надеясь, что молодые сорвиголовы справятся и не станут лишний раз рисковать. А то с них ведь станется!

Глава 6.1

Эссеан Ал Таоран с недоумением, отвращением и страхом смотрел на свои морщинистые, покрытые старческими пятнами, трясущиеся руки, и ничего не понимал, он не знал, что вообще происходит и как такое вообще возможно. Ведь у всего должны быть причины! Лучшие биологи и генетики, невзирая на все старания, никак не могли понять, что происходит с народом аллерие, почему бессмертные, вечно молодые и никогда ничем не болевшие существа внезапно начали очень быстро стареть, болеть и умирать. Массово! Только те, кто был моложе ста пятидесяти лет, еще сущие дети, ведь совершеннолетие наступало в сто двадцать, остались относительно молодыми.

Исследуя примитивные разумные расы, перворожденные, как часто называли себя гордые аллери, узнали о таких странных и неестественных явлениях, как старение и смерть. Это вызвало у бессмертных и вечно юных существ надменный смех по отношению к подверженным такому несчастным. Убогие! Им не дано вечно жить! Им не дано быть вечно молодыми! Они и пары сотен лет не живут, уже к шестидесяти, когда аллери еще ребенок, превращаясь в развалину. Перворожденные относились к другим разумным равнодушно, с легким пренебрежением, не уважали, не понимали и не признавали короткоживущих за равных. Так, полуживотные, которые смеют что-то там требовать от тех, кто неизмеримо выше их, из-за чего аллери то и дело приходилось давать наглецам пару хорошо запоминающихся уроков. После того, как они вбомбили в каменный век освоившую несколько планет цивилизацию разумных ящеров, остальные соседи старались держаться от территории надменных перворожденных как можно дальше. А теперь аллери внезапно стали короткоживущими сами — это было единственным, что ученые сумели установить точно.

— Творцы миров, за что вы нас так страшно наказали?.. — в отчаянии простонал ветхий от старости аллери, с трудом опускаясь на колени перед древним молитвенным алтарем, а ведь всего две декады назад он был молод и полон сил. — Что мы такого сделали?.. За что⁈.

Никто, конечно, не ответил — в последний раз высшие отвечали аллери много тысяч лет назад, а затем навсегда умолкли. К сожалению, далеко не все перворожденные поняли, что короткая жизнь — это наказание за что-то, а жрецов никто слушать не захотел. Опять, мол, начнут панику нагнетать своими мрачными прогнозами. Эссеан, в отличие от большинства, поверил Слугам Неба, поскольку ничем иным случившееся быть не могло. Тем более, что жрецы выяснили — со всего народа сняли благословение, что сорвало с них оболочку души, дававшую бессмертие и молодость. Биологический предел тела аллери не превышал двухсот лет, однако благодаря упомянутой оболочке души старение прекращалось, едва он достигал тридцатилетия. А когда ее не стало, время очень быстро взяло свое, и сейчас аллери массово умирали от старости, совсем скоро никого старше предельного возраста просто не останется. Народу придется приспосабливаться к короткой жизни и заводить детей не после трехсот, как было принято, а сразу после тридцати, если не раньше. Самое страшное, что вместе со старшими уходят бесценные знания и опыт, которые молодым придется приобретать самостоятельно.

Губы Мастера Высшего Познания исказила горькая улыбка — ему самому осталось жить несколько дней, вряд ли больше. Кто займет его место? Все помощники мертвы, им давно перевалило за тысячу. Кого можно поставить руководить народом? Столетнего юнца? Хочешь не хочешь, а придется, поскольку больше просто некого. Вот уж он наруководит! Эссеан горестно вздохнул и снова задумался, лихорадочно пытаясь понять, что же делать.

— Мой мастер! — с кряхтеньем вошел в Зал Размышлений Кеанор, его секретарь, сейчас такой же дряхлый, как и сам Эссеан, но не бросивший патрона. — К вас адмирал Керис Ал Шаоран, Мастер Меча и Духа.

— Зови.

В зал вошел высокий, полностью седой аллери в белоснежном мундире, его еще недавно молодое и красивое лицо было покрыто уродливыми морщинами, он тяжело, с присвистом дышал и пошатывался. Однако упрямо шел, хоть и тяжело опирался на трость при каждом шаге.

— Здравствуй, старый друг! — слабо улыбнулся ему Эссеан. — Что-то случилось?

— Да, — хмуро ответил Керис, опускаясь в кресло с облегченным вздохом. — Ты в курсе, что четыре с половиной декады назад недалеко от наших границ появился чужой флот?

— Что-то мелькало в отчетах, — пожал плечами мастер Познания. — И куда он подевался?

— Был уничтожен по моему приказу, хоть и не собирался идти на нашу территорию, сразу начав отваливать в сторону, — со вздохом ответил адмирал, дрожащими руками налив себе стакан воды и залпом выпив его. — Я только потом понял, что к нашим убогим соседям этот флот не имел никакого отношения, декады три назад мне сообщили выводы комиссии, исследовавшей останки. Практически все его корабли были живыми, а никто из других цивилизаций, не считая нас, биотехнологиями не увлекается. Видимо, это были гости издалека. Почему я их атаковал? Дело в том, что инструкции предусматривают при появлении чужого флота невдалеке от наших границ немедленно уничтожить его, подловив на выходе из гиперпространства, когда корабли еще не успели развернуть защитные поля полностью. Возможно, я был неправ, последовав инструкции, но теперь уже ничего не поделаешь.

— Но почему ты тогда сегодня пришел ко мне? — пристально посмотрел на него Эссеан. — Что-то еще произошло?

— Сегодня в том же месте из ниоткуда, не из гипера, а из какого-то странного провала появился десятикратно превышающий прежний по размеру флот, сразу после выхода окутавшийся защитными полями непредставимой мощности, я с такой никогда не сталкивался. Залпы станций пояса Защиты скатывались с нее, как капли воды с жирной поверхности, — со вздохом объяснил Керис. — Самое странное, что нас даже не стали атаковать в ответ, только передали на всех распространенных рабочих частотах сообщение и скрылись в гиперпространстве, сразу уйдя на недоступные нам уровни. Как бы не на шестнадцатый, а то и на восемнадцатый.

— Тризна кхаторна! — выругался мастер Познания. — Так они, выходит, были в состоянии нас на ноль умножить, но не просто не стали?

— Видимо, могли, — скривился адмирал. — Но дело значительно, во много раз хуже. Ты даже не представляешь, насколько. Причем самое страшное, что случившееся даже не засекретить — передача шла таким образом, что ее увидели во всех наших системах, даже в мельчайших астероидных поселениях. Меня эта передача испугала, честно тебе в этом признаюсь, старый друг. Настолько, что я, невзирая на отвратительное самочувствие, немедленно вылетел к тебе.

— Что же в ней такого было?

— Сам смотри.

Вставив кристалл с записью в подлокотник своего кресла, Керис запустил воспроизведение. На огромном голографическом экране, в который превратилась стена напротив, возникла фигура странновато выглядящего аллери — у него были слишком большие глаза и подвижные уши. Незнакомец смотрел спокойно, но как-то слегка брезгливо, что ли. Так смотрят на что-то не слишком приятное, встретившееся на дороге, причем лежащее так, что не обойти и не объехать.

— Я не буду желать вам здравствовать, убийцы, — мелодичный голос незваного гостя наполнил собой Зал Размышлений. — Мы не хотим иметь с вами никаких общих дел, но свыше, из Сфер Творения, нас попросили сообщить вам, за что вы наказаны. За что лишены бессмертия и вечной молодости.

Несколько мгновений царила тишина, а затем резкий возглас Эссеана остановил воспроизведение. Старый аллери подался вперед, его глаза расширились, в них появился ужас, зубы застучали. Далеко не сразу он смог взять себя в руки и хоть немного успокоиться.

— Значит, все же наказание… — едва слышно прошептал мастер Познания. — Что ж, так я и думал… Но почему?.. Что такого было в этих чужаках, что за них вступились Творцы Миров?..

Он еще некоторое время молчал, после чего велел продолжать. Странный аллери снова заговорил:

— Цивилизация вашего уровня должна знать высшие законы мироздания, но я позволю себе напомнить главные: «Другому тоже больно!» и «Не делай другому того, чего не хочешь получить сам!». Вы так же должны знать, что такое инферно и насколько оно опасно. И должны гасить его источники, где бы их не обнаружили.

— Нам это известно… — едва слышно прошептал Эссеан. — Но ведь другой — это другой аллери?.. Или… не только?..

Ему становилось все страшнее от понимания, что его народ действительно нарушил высшие законы, возгордился и пошел куда-то не туда.

— В вашей вселенной возникли источники инферно, а, как вам известно, и не притворяйтесь, что неизвестно, оно появляется только там, где много боли и горя. Где много убивают и мучают разумных существ. Остановить его распространение — долг любого высокоразвитого народа. Вы не остановили, замкнувшись в своем высокомерии и отгородившись от всех других. Вам много раз пытались дать понять, что такое поведение ошибочно, что гордыня — это смертный грех, но вы продолжали считать себя выше, а всех остальных пылью под своими ногами. Поняв, что вы своего долга не исполните, в Сферах попросили о помощи в гашении источников инферно, расположенных не слишком далеко от вашей территории, у цивилизации из другой вселенной. Но стоило их экспедиции появиться здесь, как ваши флоты уничтожили ее. Просто взяли и убили десятки тысяч разумных разных рас, не сделавших никому из аллери никакого зла. Без каких-либо уважительных причин убили. Да, мы могли бы отплатить вам за это, но не станем, поскольку вас и так страшно наказали свыше, наказали те, кого вы зовете Творцами Миров. За то наказали, что вы мало, что сами не сделали нужное, так еще и помешали сделать это другим. Народ аллери был приговорен к лишению бессмертия и вечной молодости. С вас отныне снята дополнительная оболочка души. Живите теперь, как короткоживущие. Вы это заслужили!

Экран погас, запись закончилась. Эссеан довольно долго сидел молча, из-под плотно сжатых век катились горькие старческие слезы.

— Что скажешь? — не выдержал долгого молчания Керис.

— А что тут можно сказать? — горько спросил мастер Познания. — Приговор нашему народу вынесен и приведен в исполнение. Ничего не исправить. Нам с тобой осталось жить пару декад, не больше. А потом с нас еще спросят там, перед престолами Творцов Миров. Будь готов к тому, что ничего хорошего нас не ждет… Как и весь наш народ…

— Да что такого страшного мы сделали⁈ — взорвался адмирал. — Я всего лишь следовал инструкции! Да, ошибся, но ошибки случаются! Они простимы!

— Не в этом случае, — укоризненно покачал головой мастер Познания. — Как бы тебе объяснить… А, вот. Представь, что существуют инструкции высшего уровня, стоящие над всеми остальными. Их надо помнить и исполнять. Ясно?

— Что же тут неясного? У нас во флоте таких немало.

— А теперь представь, что какую-то очень важную инструкцию попросту позабыли. Все знают, что то или это надо выполнять, но почему-то посчитали это неважным и выполнять перестали. Что бы сделал ты, как командир, с такими вот забывчивыми?

— Вздрючил бы не по-детски, — грубо ответил Керис. — А то и к стенке бы кое-кого из самых забывчивых прислонил. Остальные бы у меня попрыгали. Ну и находились бы потом на особом счету, за каждый промах отвечая десятикратно.

— Дело в том, что такого рода основные инструкции существуют и для всего народа, старый друг, — понурился Эссеан. — К ним относятся, прежде всего, сведения об инферно и его источниках. Мы ведь раньше, еще пару тысяч лет останавливали его. Вспомни, как тебе был отдан срочный приказ отправляться на планету короткоживущих, кажется, людей, где начались массовые убийства с жертвоприношениями, и навести там порядок.

— Помню, навел, напугал их до мокрых штанов и жрецов местных на безлюдную планету вывез, — кивнул адмирал. — Так это?..

— Да, это и было исполнение высшего долга развитого народа, — подтвердил мастер Познания. — Тогда мы погасили разгорающийся источник инферно. Но затем мы эту практику прекратили. И я не понимаю, почему…

— Решили, что нам больше нет дела до глупых дикарей, пусть творят друг с другом все, что пожелают, — пожал плечами Керис. — Значит, это было ошибкой?

— Да, — кивнул Эссеан. — Мы поддались гордыне, решив, что мы самые умные и сильные. А ведь нам не раз намекали свыше, что мы неправы, сейчас я вспоминаю эти события и понимаю, что нам действительно давали понять — изменитесь, исправьтесь. Пока не поздно. А мы все эти намеки дружно проигнорировали. Как последние идиоты…

— Мда… — скривился адмирал. — Теперь ясно. Мы не выполнили свой долг, и его выполнение поручили другим. А мы…

— А мы, — подхватил мастер Познания, — вместо того, чтобы помочь, этих других уничтожили. Просто так, без причины. По инструкции. Думаю, это была последняя капля. И нас принялись, как ты говорил, дрючить не по-детски.

— Не слишком ли страшное наказание? — глухо спросил Керис.

— С точки зрения Творцов Миров — нет, — отрицательно покачал головой Эссеан. — У них другая, непонятная нам логика и другая справедливость. С их точки зрения нас всего лишь отшлепали и поставили в угол. А что все наши старшие вскоре уйдут на перерождение, так это даже к лучшему, если разобраться. Мы не сможем больше влиять на молодых и превращать их в свое подобие. А значит, они смогут изжить свою гордыню. Когда-нибудь. Надо только успеть до смерти наших тел успеть оставить народу послание о том, что нет ничего страшнее и гнуснее гордыни. Объяснить, что произошло и за что нас наказали. Надеюсь, поймут.

— Прости, но ты наивен, старый друг, — невесело хохотнул адмирал. — Ты слишком хорошо думаешь об аллери, обычных аллери, живших в полной уверенности, что они — венец мироздания. А что же не думать так, раз ты молод, здоров, бессмертен и к твоим услугам все возможности великой цивилизации? Вот и сходят сейчас с ума, узнав, что их отшлепали, как малых детей. Посмотри, что творится на улицах городов после того, как эта запись разошлась по всей стране. Где-то устраивают оргии, где-то бьют витрины, где-то дерутся, где-то вопят, что никто не смеет судить их, святых и праведных, это только они имеют право судить. И так далее, и тому подобное. Попроси секретаря сделать тебе короткую сводку по основным планетам. Для меня самого стало неприятным сюрпризом, что высокомудрые алллери, оказывается, ничем не отличаются от короткоживущих дикарей…

Мастер Познания послушался его совета и уже через десять минут хмуро смотрел на беснующиеся на улицах городов и селений толпы. Действительно, никаких отличий от дикарей. Перекошенные красные морды, воздетые над головами кулаки, дикие вопли и несуразные требования напополам с угрозами. Выходит, их народ за последние тысячи лет не поднялся выше, а откровенно деградировал. А раз так, то наказание заслуженное.

Что ж, пусть все будет, как будет. Нужно дожить оставшиеся ему немногие дни с достоинством. А после этого предстать перед престолами Творцов и выслушать свой приговор.

* * *

Исраэль стоял возле главного пульта в главной ходовой рубке «Древнего Пути» и размышлял. Флот шел к местной Земле на шестнадцатом уровне гиперпространства. Переход в другую вселенную был осуществлен в ту же точку, где погибла первая экспедиция. К атаке капитаны были готовы, поэтому не удивились ей, успев поднять защиту на грани перехода в реальное пространство. На сей раз силы были собраны немалые, целых двадцать боевых станций, сто шестьдесят дварх-крейсеров, столько же альфа-линкоров, сорок авианосцев и целая туча более мелких кораблей от корветов до разного типа эсминцев и крейсеров.

Послание народу аллери было тщательно проработало, прочел его на их языке эльф Фаррель Ла Дарен, родом из Инторега, в котором Командор когда-то уничтожил Вульхаса, Повелителя Боли. История этой несчастной планеты оказалась поучительной для многих. К сожалению, далеко не все эльфы смогли измениться, и были вывезены в галактику-сателлит во время эвакуации в конце Войны Падения. Там им предоставили почти что курортную планету и оставили в покое — пусть живут, как хотят. Однако присматривали, чтобы перворожденные снова не скатились к кошмару инферно. А вот меньшая их часть, около трех тысяч относительно молодых эльфов действительно изменились под влиянием политики правителя Кеваля и со временем стали аарн.

Как только передача была завершена, флот ушел в гиперпространство — Солнечная система располагалась далеко, через два рукава галактики, и лететь к ней предстояло несколько больше трех суток — не все корабли имели одинаковую скорость, приходилось ориентироваться на самые медленные. Помимо Земли в этой вселенной существовало еще два источника инферно, расположенные на противоположном конце галактики. И их тоже придется навестить. Хотелось надеяться, что со «сверхом», которого евреи приняли за машиаха, удастся справиться относительно быстро — согласно переданного из Сфер сообщения он был из относительно молодых и не слишком сильных. Видимо, именно набором силы подонок и занимался, превращая местную Землю в инфернальный мир. Для его нейтрализации были взяты двое сильных эмо-поэтов, которые должны будут присоединиться к плетению связки Коана, совмещенной со связкой поиска средоточия. Возможно, это и не убьет «сверха», то из этой вселенной после такого удара он точно уберется. И надолго.

Исраэль сильно переживал, пытаясь понять, во что мог превратиться его народ после воздействия такой твари. Ведь у евреев и так сильна избранность, они легко могут свернуть на дорогу нацизма. Ментат узнал этот термин из истории СССР, изученной сразу же после того, как он попал туда. Случившееся во время второй мировой войны до глубины души потрясло бывшего раввина. Мыло из человеческого жира и женские сумочки из татуированной кожи⁈ Это как же до такого дошло⁈ Впрочем, ясно как. Бывший раввин и раньше понимал, во что может выродиться гордыня и чувство собственного превосходства, но теперь имел перед глазами наглядный пример. Страшный пример! И намерен был сделать что угодно, только бы это не повторилось больше нигде и никогда. А в этой реальности именно евреи могли оказаться не жертвами, а палачами, создателями концлагерей. Исраэль готов был на все, чтобы этого не допустить.

Флот вышел из гиперпространства над плоскостью эклиптики в районе орбиты Юпитера, после чего к Земле были срочно направлены корветы разведки. Первым делом они сообщили, что от планеты тянет очень неприятными эманациями, наличие которых четко говорило либо о большой войне, либо о гекатомбах, либо о массовых убийствах. Если второе, то дела идут крайне паршиво. Не опоздали ли они?

Согласно первичным данным, на Земле шла середина двадцать первого века, но ни единого космического аппарата на орбите не было. Мало того, внизу шел век пара, за исключением немногих стран, отсутствовало электричество, как и авиация, а хирургия и другие способы активного лечения находились под строжайшим запретом. Западная пресса дружно призывала отказаться от дымящих железок и поскорее вернуться к природе. Это не просто пахло, а откровенно воняло «сверхами». Их идеология.

Деградация цивилизации шла полным ходом, вскоре удалось выяснить, что все это началось во второй половине двадцатого столетия, когда уже появились первые компьютеры, начала развиваться реактивная авиация, многие страны стали подумывать о полете в космос. Однако затем вал убийств ученых толпами безумствующих фанатиков прокатился по всем странам, даже по Российской империи, которая здесь была одной из самой развитых стран и до сих пор сопротивлялась происходящему изо всех сил, за что ее обильно поливали грязью буквально все газеты мира. Ведь Россия сумела обуздать фанатиков «возвращения к природе» и закрыла границы, отказываясь иметь что-то общее с пошедшими у них на поводу западными правительствами. На ее территории, о ужас, до сих использовали электричество, однако далеко не везде — постоянные террористические акты не способствовали уверенному развитию. Чуть ли не каждый день в империи что-то взрывалось и горело, вражеская агентура проникала в нее тысячами, а жандармское управление этому почему-то не противостояло. Только слабо реагировало на сами теракты, что позволяло заподозрить предательство.

Самым горьким для Исраэля оказалось то, что за всем происходящим действительно стояли иудеи — здесь антисемиты, считающие евреев самой сутью мирового зла, были бы правы. В семидесятых годах двадцатого века на территории Палестины после кровавого восстания под предводительством некого Ицхака Коэна образовалось государство Израиль, сразу же начавшее «освободительный» поход во все стороны. Откуда у новоиспеченных израильтян взялось столько оружия и столько войск? Это до сих пор оставалось загадкой, но через пятьдесят лет Израиль занимал территорию всего Аравийского полуострова, Турции, Ирана, Египта, Ливии, Алжира и Греции. Он являлся хищной сверхдержавой с населением в четыреста миллионов, проводящей жесткую политику ассимиляции. В любом завоеванном государстве маленькие дети отбирались у родителей, а все взрослые постепенно умерщвлялись в лагерях смерти, находящихся в пустыне Сахара. Именно от них и лились потоки инферно. Но что самое удивительное, Израиль и до сих пор, хотя прошло больше ста лет, возглавлял Ицхак Коэн.

— Какая мерзость… — простонал Исраэль, изучив историю местных сородичей. — Но, по крайней мере, ясно, где засел «сверх» и кто он. Надо же, сидит на самом виду и ничего не боится…

— А чего и кого ему бояться? — фыркнула Кейтара. — Он здесь самый сильный, противостоять ему попросту некому, никого из сущностей поблизости нет. Если бы не наш прилет, то еще через пару столетий он бы неспешно подмял под себя всю планету. Теперь главное, не сбежал бы.

— Да если и сбежит, ничего страшного, главное, чтобы от Земли отстал, сволочь поганая, — отмахнулся ментат. — Лучше, конечно бы, уничтожить, но я не уверен, что нам удастся найти его средоточие. Сомневаюсь, что он прячет его где-то неподалеку.

— Может, и прячет, «сверхов» всегда подводило завышенное самомнение, — усмехнулась девушка. — Так что давайте-ка я попробую поискать. Какие-то странные эманации исходят вон от того покрытого льдом материка.

— Антарктида, — кивнул Исраэль. — Что ж, поищи. Найдешь, хорошо. А не найдешь — и пес с ним. А я пока изучу, что происходит в местной России. Что-то там странное творится…

Учитель с ученицей посмотрели друг другу в глаза и разошлись заниматься каждый своим делом.

Глава 6.2

Взрыв пространственной мины едва не нагнал корвет Т’Реда на выходе из атмосферы. Это что же там такое сдетонировало? Дракон только головой покачал и пощелкал зубами. Затем на форсаже двинулся к четвертой планете, где должен был захватить еще четырех вероятностных ментатов из учеников Николая Шаронского и двух Целителей Душ, чтобы отвезти их обратно к месту, где еще недавно был некрополь. Что там теперь пилот не знал.

— Здравствуй! — поздоровались с Т’Редом две симпатичные девушки, человек и эльфийка, поднявшиеся на борт, едва он успел посадить корвет в ангаре «Ночного Всадника», опустить трап и открыть люки. — Мы Арана и Ильмая, Целительницы Душ. А вот и ребята!

Черный дракон представился, с любопытством рассматривая девушек — лично с Целительницами Душ он сталкивался редко, поскольку не являлся аарн. Затем перевел взгляд на ментатов, тоже поднявшихся по трапу. Два человека, гвард и пестрый керси, но не всем известный Тальки, кто-то другой.

— Инио Онти, Келар Т’а Ронит, Вар-Сарен и Ольхи, — хором представились они. — А тебя мы знаем, ты Т’Ред Т’а Альтан. Учитель велел нам прибыть к бывшему некрополю, ему там наша помощь понадобится. Да, может ты не в курсе, но только что наши в другом пятне «сверха» уконтропупили. Совсем. Которого Воином звали. Сейчас еще одного гасить будем.

— Ну, дела! — изумился дракон. — Не зря мне рядом с этим некрополем так тошно было…

— Еще бы, оттуда инферно так и перло, — сочувственно покивал Ольхи. — Мы бы там, как и любой другой эмпат, просто померли. Благо, учитель защиту придумал, теперь можно гулять посреди инфернальных миров и в ус не дуть.

— А Целительныцы Душ? Вроде бы ваша защита только для магов…

— Кержак адаптировал ее для них, так что не беспокойся. Мы бы не позволили девочкам рисковать, если бы было иначе.

Судя по всему, этот керси был тем еще весельчаком и балагуром. Однако терять времени не стоило, и корвет, дождавшись, пока биотехники проверят комплектацию оружия и накопители, стартовал. Садился в пятно Т’Ред особой посадкой, доступной только прирожденным пилотам, он работал перекрестными импульсами маневренных двигателей настолько мастерски, что корабль почти не швыряло, он уходил из-под ударов молний плавными виражами. Не прошло и десяти минут, как корвет опустился метрах в трехстах от бывшего некрополя, схлопнувшегося в точку. Неподалеку его уже поджидало довольно много разумных, возглавляемых Наргилаем и Кержаком. Немного в стороне стоял Николай, что-то объяснявший группе эмо-поэтов.

Т’Ред тоже предпочел стать немного в сторонке, ему было страшно любопытно, каким образом будут «уконтропупливать» паскуду, по странному выражению керси. Нет, если прикажут, улетит, конечно, но пока не приказывают, лучше не светиться, может, что-то интересное и увидит. Любопытство ело черного дракона поедом.

Кержак внимательно осматривал провал в никуда, оставшийся на месте некрополя. Он никак не мог понять, что же взорвалось здесь с такой силой, что едва не достало корвет при выходе из атмосферы. Наргилай этого тоже не знал и в ответ на вопросы только развел руками. Но все равно следовала спешить, пока «сверх», чье средоточие находилось в провале, не учуял, что здесь происходит. Это когда оно будет заключено в кокон Звездного Огня, он ничего поделать не сможет, а того еще как. Не постесняется нагадить от всей души.

— Пошли, — ступил вперед психомастер. — Эмо-поэты, ритуалисты и ментаты идут за нами. И не отставать! Иначе я не смогу вас защитить.

Он наложил на себя, старого орка и остальных еще парочку интересных защит, которые в прошлом, когда попал в плен, просто не успел применить. Провал вел в какую-то совсем другую реальность, отличающуюся физическими законами, причем относительно небольшую. Но при этом ее переполняло концентрированное инферно, казалось, сам воздух здесь сочится горем, болью и отчаянием. И кровью. Для создания этого жуткого пространственного кармана однозначно мучительно умертвили десятки тысяч разумных. От эманаций их смерти, никуда отсюда не девшихся, першило в горле и слезились глаза, невзирая ни на какую защиту.

Наргилай решительно двинулся к дальней границе микро-вселенной, где ощущал средоточие. Его кто-то пытался скрыть, и тот же Кержак ничего бы не нашел и вскоре убрался бы восвояси. Однако против опытного психомастера такого рода уловки не работали, и он тремя плетениями вскрыл тайник. А затем наступил черед ритуалистов — они принялись быстро создавать ритуальный круг прямо в воздухе, поместив в его центр волосатый шарик средоточия. Эмо-поэты тут же заключили центральную пентаграмму в кокон Звездного Огня, снова ставшего серебристым. А Целители Душ стабилизировали общую схему взаимодействия по показанным Наргилаем схемам. Это тяжело далось им, даже Даша и Тра-Лгаа едва держались на ногах, настолько выложились при этом.

— Отдайте-е-е! — заставил всех присутствующих вздрогнуть истеричный, визгливый вопль.

Из стены выступила встрепанная рыжая женщина с горящими яростью глазами. Очень красивая женщина, вот только корежащие лицо постоянные гримасы изрядно ее портили. Она ринулись к пентаграмме, обожглась и снова заорала. Довольно долго Госпожа пыталась прорваться к средоточию, не обращая внимания ни на кого, но не смогла, и, наконец, обернулась к аарн, с интересом смотрящих на нее.

— Отдайте, ничтожества! — отчаянно завизжала она, потрясая сжатыми кулаками. — Отдайте и убирайтесь уже в свои землянки, убогие скоты! Как вы смеете покушаться на тех, кто неизмеримо выше вас⁈

— Да что ты говоришь, милая моя Лейрана! — ступил вперед Наргилай, развеяв морок вокруг своего лица. — Как же я рад встретить тебя в такой ситуации и все тебе припомнить!

— Ты-ы-ы-ы?!! — буквально взревела Госпожа. — Да как ты посмел вылезать из кристалла, идиот⁈ Тебя не зря посадили в него! Ты должен был сидеть там и не сметь даже думать о побеге! Ты что творишь, сволочь поганая⁈ Какое право ты имеешь мешать великому плану⁈ Как ты смеши вставать на пути у всеобщего блага⁈

— Вижу, ты окончательно сошла с ума, дорогая, — укоризненно покачал головой психомастер. — Да и все вы, похоже. Может, все же расскажешь мне, кто вас так перекроил? Кто сделал ваши души серыми, убогими и ничтожными, неспособными к творчеству?

— Это ты идиот, раз не способен понять великих истин! — резко успокоилась «сверх». — Ты с кем связался? С ничтожествами, которые должно знать свое место? Это из-за тебя мы потеряли стольких наших?

— Да нет, они сами справились, — насмешливо осклабился Наргилай. — Дедушку, Никто, Шута и еще нескольких ваших подонков они спровадили в Бездну вполне самостоятельно. Зато я только что отправил туда же Эрхалада. А сейчас та же судьба ждет тебя, дорогая.

— Мстишь… — исказила красивое лицо Лейраны странная гримаска. — Неужели не хватает ума понять, что это было сделано ради твоего же блага? Чтобы ты мог подумать и понять нашу правоту!

— Правоту в чем? В превращении мира вокруг в пустыню, низведении достигших вершин цивилизаций в ничтожество, отказа от творчества и дикой, невероятной гордыни и эгоизма? Больше всего меня поражает, что ни один из вас не может внятно объяснить, чего же вы добиваетесь, ради чего творите все эти мерзости. Можешь объяснить?

— Да что тут объяснять⁈ — изумилась «сверх». — Надо всего лишь понять и принять несколько простейших истин. Мы — превыше всех и всего, поскольку дошли до них раньше других. Мироздание хаотично и неправильно, значит те, кто его создал, должны добровольно уступить нам, знающим, как надо, бразды правления или быть уничтоженными. Никакого творчества существовать не должно, оно вредно. Путь разумных только в подчинении и служении нам. Тех, кто достоин, мы поднимаем выше согласно его заслугам. Когда мы возьмем верх, никто не будет сметь поднимать голову от сохи! Никакого космоса, науки, искусства и прочей гадости. Четкий порядок во всем, в каждой мелочи!

— А чем ты тогда объяснишь создание вами источников инферно? — язвительно поинтересовался Наргилай. — Тебе ли не знать, что оно такое!

— Все наши прежние взгляды и воззрения ложны и фальшивы, — обреченно закатила глаза Госпожа. — Мы их давно переросли и стали выше. Вся ваша этика и мораль — выдуманная чушь, от которой мы отказались. Инферно — очень полезная сила, от которой шарахаются всякие высокие сущности, а значит, мы будет его использовать ради своей пользы. Я не понимаю, как вы сумели обнаружить спрятанное за некрополем пространство…

— Как-то сумели, — усмехнулся психомастер. — Может, скажешь, кто вам так свернул набок мозги и души? Как из высших сущностей вы стали убогими ничтожествами?

— Слепец! — укоризненно покачала головой «сверх». — Я же тебе озвучила великие истины! Неужели ты в них ничего не понял?

— Не вижу в них ничего великого, — брезгливо скривился Наргилай. — Обычные заявления мелких, даже ничтожных властолюбцев, не способных создать ничего великого. А ведь раньше вы были на это способны и создавали великие шедевры! Куда все это подевалось?

— Слепец! — повторила Лейрана. — Раз ты не способен понять, то возвращайся в свое заключение и не смей оттуда вылезать!

— И кто же меня туда засадит? — усмехнулся психомастер. — Ты, что ли?

— Ты сильнее меня, — вынуждено признала «сверх». — Но найдутся те, кто сможет. А сейчас верни мне средоточие и пошел вон отсюда! Погуляй пока на свободе. Скоро тобой займутся.

— А кто тебе сказал, что я его тебе верну? — насмешливо прищурился Наргилай. — Ты все еще не поняла, что твоя жизнь закончилась? Не поняла, что за все твои преступления тебя ждет медленное растворение в Бездне? Там все наносное со временем сойдет, и ты однажды поймешь, что творила. Да только поздно будет…

— Ты не сделаешь это со мной… — в голосе Госпожи слышался откровенный ужас и неверие, она действительно никак не могла поверить, что с ней, великой и неповторимой, это происходит. — Мы же были близки…

— Да, ты была моей любимой, моей женой… — горько усмехнулся психомастер. — Но что ты сделала потом? Ты заманила меня в ловушку. Из-за этого я миллионы лет провел в одиночестве и отчаянии. И ты думаешь, что такое можно простить?

— Да ничего такого страшного с тобой не сделали! — презрительно фыркнула «сверх». — Всего лишь изолировали, чтобы не лез, куда не просят. Надо было сразу принимать великие истины и работать на всеобщее благо!

— Откуда взялся этот дурацкий термин? — поинтересовался Наргилай.

— Не помню, — безразлично отозвалась Госпожа. — Да это и не имеет значения, раз он точно отражает суть великого плана.

Психомастер переглянулся с Кержаком, тот отрицательно покачал головой — эта не изменится, она просто не способна на изменение.

— Давай, возвращай мне средоточие, и я пошла, — нетерпеливо потребовала «сверх». — И убеди этих убогих, что сопротивление бесполезно. Всеобщее благо все равно победит. Так или иначе!

— Зря ты так думаешь, — горько усмехнулся Наргилай, а затем повернулся к эмо-поэтам и кивнул.

Те не подвели, гитары заплакали и запели — в микро-вселенной грянула «Элегия Света и Тьмы», изменяемая на ходу, от чего потоки Звездного Огня стали физически ощутимы. Та, кого когда-то звали Лейраной, шарахнулась в сторону, завопив от дикой боли — она никак не могла поверить, что все это происходит с ней, ведь такое невозможно. В принципе невозможно! Она же мерило всего! Все в мироздании должно быть так, как угодно ей! Почему этого не происходит⁈ Почему⁈

Языки Звездного Огня потянулись к трепещущему шарику средоточия и слизнули его. Вопль Госпожи поднялся до ультразвука, она затряслась, попыталась удержаться в мироздании, но оно отторгало ее. И женщина, проклиная и угрожая, провалилась сквозь пол. В Бездну. Навсегда.

— Третий из их компании — Наставник, — напомнил старый орк.

— Да, нужно перемещаться туда, — кивнул психомастер. — Если он тот, о ком я думаю, то средоточия там уже нет. Слишком умен и изворотлив, всегда таким был. Но если он там появлялся, я смогу обнаружить следы и выяснить, куда он отправился.

— Эта вот, — кивнул Кержак на место, где только что стояла Госпожа, — действительно ваша жена?

— Бывшая, — подтвердил Наргилай. — Мы провели вместе несколько тысячелетий, а затем пошли каждый своим путем. Не могу представить, как Лейрана, всегда бывшая доброй и светлой, смогла превратиться в такую гнусную тварь. Да не она одна. Боюсь, что мои бывшие сородичи такие же пострадавшие, как и все остальные, им просто переписали личности. Надо найти, что или кто превратил их вот в это. Иначе, даже если мы справимся с ними всеми, эта непонятная сила подкинет нам еще какую-то гадость.

— Хотелось бы только знать, как искать… — тяжело вздохнул старый орк. — И кого. У нас ведь еще несколько проблем есть. Имеется подозрение, что в нашей вселенной резвится божественное или демоническое дитя. Также играет в какие-то свои игры машинный разум, обнаружить который пока не получается.

— Это не так страшно, как вам кажется, — улыбнулся психомастер. — Если дитя, то надо будет всего лишь обратить на его действия внимание родителей, они быстро призовут отпрыска к порядку. Даже демоны — они весьма здравомыслящие господа, сталкивался я с ними. А машинный разум обязательно совершит ошибку именно из-за того, что слишком логичен. Он не понимает обычных разумных, которые руководствуются большей частью чувствами. Сейчас главное выбросить в Бездну моих бывших сородичей и погасить источники инферно.

К сожалению, Наргилай оказался прав — Наставник умудрился понять, что происходит что-то неладное, не позволил взорвать пространственную мину, в результате чего Ирек едва успел увести корвет на орбиту, и забрал свое средоточие из-под последнего некрополя, который не стал уничтожать, а, наоборот, открыл. Немертвые твари начали расползаться по черному пятну, населенному полудикими племенами, не способными ничего противопоставить им. Проблема была еще и в том, что каждое уничтоженное племя увеличивало число немертвых и их силу. А это было совсем уж нежелательным, и магам ордена пришлось поработать в полную силу, выложившись настолько, что после всего Целители своей властью загнали их в ти-анх. Кроме Кержака. А опустевший некрополь уничтожили еще одной пространственной миной.

С исчезновением некрополей черные пятна на кольце начали таять, как снег под солнцем. По подсчетам двархов за десять дней они должны были исчезнуть полностью. Для местных жителей это станет немалым благом, особенно для Айтарии. В связи с этим экспедиция адмирала Мерхалака готовилась отправляться к следующему источнику инферно. Вот только перед тем по просьбе Лерка и его невест попросили у ареопага разрешения забрать с собой бывших жертв — кто захочет. Правители были только рады избавиться от обузы и охотно разрешили. Почти все предназначенные в жертву девушки, а их оказалось ни много, ни мало, а целых шесть с половиной тысяч, предпочли улететь с экспедицией, прекрасно понимая, что дома замужество при таком количестве женщин им не светит, разве что десятой-двадцатой женой какого-то толстого старика возьмут, а это ничем не отличается от рабства.

Наргилай почти сразу ушел по следу Наставника, на прощание попросив Кержака как можно скорее провести поисковый ритуал согласно идее Кейтары. Старый орк согласно кивнул и вместе с сопровождающими отбыл в родную вселенную, где тоже хватало забот — в Лавиэне, Ринканге, Т’Он, Кроуха Лхан и Телли Стелл было обнаружено по паре десятков объектов, управляемых подобием маток «сверхов» — сросшимися воедино разумными и непонятными конструкциями, зараженными ментоструктурами.

Еще одно настораживало — опять начались ничем не спровоцированные бунты по всей галактике, причем даже на некоторых планетах Кэ-Эль-Энах, а это вообще ни в одни ворота не лезло. Причем внешние причины были просто смехотворными. В одном случае, например, кого-то оскорбил мелкий чиновник, из-за чего взорвался целый город, а во втором произошла поломка пассажирского корабля, и пассажирам пришлось всего час прождать другого. И подобных случаев были сотни — люди бунтовали из-за всего, потом приходили в себя и не понимали, что на них нашло. Это однозначно говорило о тайном воздействии, но каким образом оно производится понять так и не сумели, невзирая на все усилия. Кержак понимал, что его нужно отслеживать из ментала, а для этого однозначно нужны осознающие или ди-эмпаты. Насколько было известно, пятьсот таковых должно было сегодня-завтра прибыть из Российской империи.

Никаких следов средоточий остальных трех «сверхов» — Спящей, Ледяного и Зверя — пока не обнаружили, но несколько найденных объектов однозначно позволяли понять, что они принадлежат не Воину, Госпоже и Наставнику, а кому-то другому. Это значило, что их можно использовать в поисковом ритуале. Так или иначе, но борьба продолжалась.

* * *

Ирина Александровна Тихонова стояла на мостике линкора «Георгий Победоносец» вместе с адмиралом Невзоровым, невысоким лысым человекам с пронзительными черными глазами. Именно на этом корабле шестьсот осознающих под ее руководством должны были отправиться в Кэ-Эль-Энах, где их дожидались аарн. Новое появление «сверхов» не радовало, обычно они, после того как их просили на выход при помощи пинков, возвращались не раньше, чем через несколько сотен лет. Теперь же вернулись — не прошло и года. Видимо, потому, что впервые кого-то из них низвергли в Бездну, откуда нет возврата. Вот и решили, что те, кто это сделал, опаснее других.

— Мы готовы, Игорь Елизарович? — повернулась осознающая к адмиралу.

— Так точно, графиня! — подтвердил тот.

— Тогда стартуем. Опознавательные сигналы уже включены? А то ведь Кельтан густонаселенная и очень хорошо защищенная система.

— Естественно, включены, неожиданностей нам не нужно.

Линкор начал короткий разгон в сопровождении эскадры охранения. По достижению нужной скорости, перед его носом возникло окно межвселенского перехода, и корабль нырнул туда. Неожиданностей и в самом деле не возникло, и он оказался над плоскостью эклиптики системы Кельтан, которую Ирина, уже бывавшая здесь, сразу узнала — количество пространственных станций здесь было попросту огромным.

— Нас вызывают, — сообщил адмирал.

Напротив возник голографический экран, на котором появилось лицо офицера в темно-серой форме.

— Главный диспетчер системы, полковник Т’а Маларг, — представился он на вполне приличном русском языке. — Добрый день! Мы рады приветствовать уважаемых союзников в Кэ-Эль-Энах!

— Здравствуйте, господин полковник! — улыбнулась женщина. — Ирина Александровна Тихонова, старшая осознающая, орден Осознающих, Российская империя. Согласно договоренности между нашими странами, мы привезли нужных специалистов. Куда нам прибыть?

— Передаю координаты стыковки со станцией «Раван I», закрытый сектор, — сообщил диспетчер.

— Благодарю!

Не прошло и часа, как «Георгий Победоносец» пристыковался к огромной орбитальной станции, которую местные называли астропортом. Оттуда осознающих доставили вниз при помощи прямого гиперперехода, причем прямо во дворец, где и разместили в особо охраняемом крыле.

Еще через несколько часов делегацию Российской империи принял его величество Раван VII. Ирина, которую сопровождали адмирал Невзоров и старший осознающий, Ка-Тхаорг Ла, представитель расы огна-мар, больших бескрылых птиц, в который раз поразилась красоте и размерам этого человека. Не зря его называют живым совершенством, совсем даже не зря. Не будь ее сердце занято Дином Стрейнджером, Безумным Бардом, могла бы и влюбиться, хоть это и бесполезно — великий князь верен жене и любит только ее. В кабинете, помимо самого монарха, находился его отец, дварх-полковник Фери в черно-серебристой форме ордена, секретарь и двое военных в обычных зеленых мундирах с множеством наградных планок на груди у каждого.

— Ваше величество! — поклонилась осознающая. — Рада вас видеть!

— Я тоже приветствую вас, госпожа Тихонова, — улыбнулся Раван. — Господа! Мы очень благодарны вам за то, что пришли на помощь. Нам нужно срочно проводить поисковые ритуалы, а без помощи осознающих это невозможно. Также на нашу галактику производится непонятное эгрегориальное воздействие, из-за чего то и дело возникают неспровоцированные бунты. Люди после участия в них удивляются своим поступкам и не понимают, что на них нашло. Прошу прощения за то, что сразу к делу, но у меня голова кругом идет — кризис за кризисом, только и успеваем реагировать.

— На эгрегор княжества мы с господином Ка-Тхаоргом можем взглянуть прямо сейчас, — предложила Ирина, едва все расселись. — Поиску нитей влияния «этих» мы обучены. Если виноваты они, то мы это быстро поймем.

— Буду вам очень благодарен, — наклонил голову великий князь.

Ирина бросила короткий взгляд на огна-мар, одновременно передав ему сложный многомерный ментальный образ, показывающий основные параметры предстоящей работы. Выглядевшие вытаращенными глаза Ка-Тхаорга на мгновение скрылись под мигательной пленкой, что означало — он все понял и принял к сведению. Говорил огна-мар мало и редко, предпочитая помалкивать, однако специалистом был великолепным.

Осознающие откинулись на спинки кресел и закрыли глаза, погружаясь в рабочий транс. Это оказалось в этой вселенной почему-то намного легче, чем в родной, словно кто-то невидимый помогал им. Впрочем, может и помогал, достаточно вспомнить заинтересованность в происходящем Адай Аарн, вроде бы и контролирующих, а вроде бы и нет. Кем они были на самом деле так и осталось неизвестным.

Найдя местный эгрегор, осознающие начали внимательно обследовать его сплетения. И почти сразу обнаружили чуждые элементы — полупрозрачные извивающиеся нити, прилипшие почти к каждому достаточно важному элементу эгрегора. Вот только они не очень-то напоминали нити «сверхов», те выглядели несколько иначе. А эти… Эти напоминали кое-что, что им показывали во время обучения, предупредив, что при обнаружении надо срочно поднимать тревогу.

— Выходим! — на самом деле ментальный образ Ирины содержал еще несколько десятков смыслов и подтекстов, но общий смысл был именно таков.

Осознающие разом открыли глаза и вскочили, заговорив хором:

— Ваше величество, срочно созывайте всех, обладающих хоть какими-то силами, а прежде всего вероятностных ментатов! Беда!

— Что случилось? — встревожился Раван.

— Все эгрегориальные связи вашей страны пронизаны нитями с демоническими эманациями. Причем таким образом, как обыяно делают «сверхи», которые демонами никогда не являлись.

— И что это может быть? — подался вперед монарх.

— Демон, оседлавший «сверха», — голос Ка-Тхаорга был гулким и скрипучим. — Если это вообще возможно, но по первому впечатлению — это именно так.

— Не дай Благие… — мертвенно побледнел Раван.

Глава 6.3

Тихо скользнув по покрытой бугристой корой и шевелящимися наростами черных щупалец ветке альнила, Хео зацепился хвостом за способный выдержать его вес сучок и повис, внимательно вглядываясь в просвет в густой листве. Он вел себя очень тихо, хотя очень хотелось верещать. Ведь если попадется махам — скормят грибам, а это больно и долго. Не хотелось бы. Но выяснить, что эти сволочи задумали, необходимо. На память пришла уничтоженная ими вчера деревня Сизые Холмы, и артак скрипнул зубами от ненависти. Вот что им надо? Зачем они приходят и убивают всех, кого увидят? Что им сделали кархи? Жили себе, никого не трогали, растили детей, порой голодали, но как-то справлялись. И никому не мешали. Но нет, пришли эти, свидетели Белого гриба, и принялись заставлять поклоняться огромным, противно шевелящимся грибам, которые охотно пожирали кархов заживо.

Вспомнив Алику, которая больше никогда не прикроет застенчиво мордочку подрагивающим пушистым хвостиком, Хео чуть не застонал от горя и отчаяния, но в последний момент сдержался — услышат. Ведь он сумел найти основной лагерь врага — эти идиоты устроились под самыми ветвями огромного альнила. Видно не знали, что это деревья и на что они способны. Что ж, грех будет не использовать их ошибку. Его задача, как ученика шамана, защитить сейчас бегущих вглубь Великого леса женщин и детей. Охотники с этим не справятся, нужно слышать лес и управлять им, но так, чтобы для него направленные действия были естественными. На самом деле Хео думал куда более простыми понятиями, да и думал сразу цельными образами, а не отдельными словами, именно таким мышлением отличался его народ. Он считал, что все такие же, не понимая, что это величайшая редкость, полезное умение, которым владели исключительно кархи. Те же махи ни на что подобное были не способны, хотя и являлись намного более развитыми. На первый взгляд. А вот если разобраться, то ситуация выглядела совершенно иначе.

Чуть в стороне от лагеря захватчики высадили свои поганые белые грибы и начали подкармливать их выжившими пленниками, те достигли уже роста взрослого маха и жирно лоснились, подергиваясь от довольства. В этот момент к грибам подтащили старуху-карха, и Хео чуть не застонал, узнав матушку Таю, травницу, к которой со всех деревень Великого леса бегали за отварами. Вот что им сделала старая женщина⁈ Как так можно⁈ А от гриба тем временем потянулись омерзительно шевелящиеся тонкие корни грибницы, тут же опутавшие матушку Таю. Та страшно, надрывно закричала — корешки вошли в ее тело и принялись жадно пожирать его заживо. Кричала бедная долго. Хео все это время висел, зажав глаза и уши ладонями, из его глаз капали горькие, безнадежные слезы. Увиденное окончательно дало понять, что с махами можно делать что угодно. Раз они такое творят, то недостойны жалости! Так будет же им воздано по заслугам, так воздано, чтобы раз и навсегда запомнили — в Великий лес им дороги нет!

Хео недобро усмехнулся, подтянулся на хвосте и забрался обратно на ветку. Затем метнулся к одному из четырех стволов альнила и начал быстро подниматься, ища проход к сердцу дерева, связанному с сердцем всего леса. Враги еще не знают, что это такое, когда против них ополчится все вокруг! Пусть попробуют справиться, когда атаковать их начнут даже мелкие насекомые и колючки, не говоря уже о животных и растениях покрупнее.

Оказавшись перед белесой мембраной, скрывающей сердце дерева, Хео клыками разорвал себе запястья всех четырех рук и приложил их к углам мембраны, заливая ее кровью. Так поступали только когда просили помощи, когда приходила большая беда — этого не делалось уже больше четырехсот зим. В последний раз к сердцу пришел шаман Эо, когда в лес пришли стаи хартов, огромных хищных зверей, пожирающих все на своем пути. Лес ожил, и земля перед ними начала превращаться в глубокие болота, кровь поедаемых животных превратилась в смертельный яд, вода во всех источниках стала зловонной, от одного ее глотка харт в страшных муках издыхал. Не прошло и половины зимы, как от огромных стай осталось несколько забившихся в самую чащу небольших прайдов. Их пощадили, а когда звери начали соблюдать общие правила, которые до них смогли донести, спроецировав прямо в мозг, им позволили жить в лесу. В итоге через некоторое время харты изменились, стали своими. И сейчас по первому зову придут на помощь. Махов ждет очень неприятный сюрприз.

Мембрана перед Хео лопнула, пропуская его внутрь. Он нежно погладил кору дерева окровавленными руками и вошел. Гостя уже ожидала выемка с целебным соком, который он с благоговением выпил. Раны на запястьях тут же затянулись, в голове все словно водой промыло, сознание стало кристально ясным. Увидев впереди сплетение то ли корней, то ли бесчисленных веток, Хео обнажился и забрался в самую гущу. Его рта коснулся сочащийся соком корень, который пришлось проглотить, дождавшись, пока он дойдет до желудка. Еще два тонких корня проросли в его уши и коснулись мозга.

К предстоящему ритуалу ученик шамана готовился всю свою жизнь. Не каждому выпадает честь попросить Великий лес о помощи, отдав за это свою жизнь. Но Хео не боялся смерти. Он прекрасно знал, что она — это всего лишь переход куда-то. Куда? Скоро узнает. Возможно, еще несколько лет придется послужить дереву сознанием, но тоже ничего страшного. Справится. Зато отведет от народа беду, пришедшую извне.

Нижняя часть тела Хео погрузилось в озерцо жидкой желтой смолы, непонятно откуда и взявшейся. Корни опустили его туда так глубоко, что снаружи остались только голова и верхняя пара рук. К глазам протянулись еще два корня и вонзились в них. Сперва было больно, а потом боль прошла, и Хео вместо происходящего в сердце дерева увидел весь лес с высоты птичьего полета. Он открыл память, и поделился своими воспоминаниями о нашествии махов, их проклятых хищных грибах и поголовном уничтожении населения полутора десятков деревень. До сих пор кархи надеялись договориться, надеялись понять, чего хотят враги, но те с радостным гоготом скармливали посланцев своим грибам. Из чего вскоре стало ясно, что говорить с ними просто не о чем и незачем. Именно тогда принято было решение просить помощи у деревьев. И сейчас помимо Хео еще три ученика шамана сделали то же самое — он сейчас ощущал их словно части своего тела.

Нечто огромное считало память молодых шаманов и приняло решение. Сознания четырех кархов слились воедино, однако чувства их были отсечены, остался холодный, жестокий разум, начавший разбираться в ситуации. Ему подчинялось каждое живое существо в лесу, впрочем, даже не подчинялось, а являлось его частью и готово было сделать все, что потребуется.

Подземные скалы зашевелились и начали подниматься к поверхности в местах лагерей махов, те сперва не поняли, почему вдруг затряслась земля. А когда поняли, стало поздно — снизу вынырнули каменные челюсти и очень быстро превратили доступные им огромные хищные грибы в труху. Те, пока их пережевывали, отчаянно визжали и дергались, отчего их служители валились с ног и корчились от боли. К сожалению, за пределами Великого леса грибов оставалось еще много, но лес доступа туда не имел. А затем сами махи просто утонули, поскольку земля под их ногами превратилась в болото. В живых оставили не больше десяти захватчиков, внедрив им в мозг запрет когда-либо приближаться к лесу. После чего харты оттащили их на опушку и шлепками когтистых лап погнали прочь.

Высшие иерархи братства свидетелей Белого гриба были поставлены перед неприятным фактом, что они не способны справиться с Великим лесом. О нем ходило множество диких слухов, которые до сих пор считались в их среде досужими россказнями, в которые никто не верил. Однако теперь пришлось поверить. Однако проверку на всякий случай провели, послали еще один отряд. Из него вернулся один полусумасшедший брат, говорящий то же самое — махам в лесу появляться запрещено, раз не способны жить в мире с другими.

Это вызвало среди иерархов сильный гнев и раздражение. Они полагали себя венцом творения и никак не могли понять, что это вовсе не так. А доказательства принимать отказывались, полагая, что способны со всем справиться. Ведь благодаря их стараниями целых шесть стран уже очищено от дикарей, которых скормили грибам. Жителей леса ждала такая же судьба, и вдруг что-то непонятное осмелилось сопротивляться великой миссии очищения мира от скверны. Терпеть такое было в принципе нельзя, и братство свидетелей Белого гриба начало готовиться к большой войне.

* * *

На голоэкране перед Мерхалаком вертелась почти полностью покрытая густой растительностью зеленая планета. На ней не имелось морей и океанов, только бесчисленные реки и озера. Именно она являлась второй точкой инферно. Вот только сама ее биосфера вызывала изумление. Планета была не просто живой, она была разумной, аарн утверждали это со всей ответственностью.

— Вы уверены? — повернулся к Эрху-Тхуу гросс-адмирал.

— Да, — лаконично ответил арахн. — Мы слышим разрозненные мысли этого… существа. Мышление у него, конечно, очень своеобразное, но все равно. Эта планета несколько напоминает наши живые планеты, но только напоминает, основа совсем другая.

— Где тут инферно?

— В десятке точек на самом большом северном материке, причем очень сильное инферно. Возникает ощущение, что в биосферу медленно прорастает нечто совершенно чуждое ей, губящее само понятие жизни, как таковой. Мы пока не можем определить, что это такое.

— А попробовать подключиться к этому планетному разуму? — поинтересовался Мерхалак. — И пообщаться, может, он расскажет. У вас же вроде есть эти… как их там? А, Мастера Жизни!

— Интересная мысль, — заметил Эрху-Тхуу. — Надо будет связаться с нашими и попросить прислать парочку. В экспедиции их, сами понимаете, нет.

— Так свяжитесь, — велел гросс-адмирал. — А двархи пусть продолжат сканирование планеты. Моя интуиция буквально вопит, что мы что-то не упускаем, и здесь все далеко не так просто, как кажется…

Сканирование дало информацию, донельзя удивившую биологов — на одной планете жило целых четыре разумных расы. Среднего роста серокожие гуманоиды, большие четырехрукие лемуры, морские головоногие и шестиногие насекомые, слегка напоминающие богомолов. Мало того, биосфера в разных точках даже одного материка кардинально различалась. Особенно отличался всего остального огромный лес, находящийся в центре северного материка. Он состоял из гигантских деревьев с четырьмя, а иногда и с шестью стволами высотой до трехсот метров и обхватом до двадцати метров у земли. Все живые существа в этом лесу, казалось, жили в гармонии и мире. Некоторые сцены поражали воображение — заболевшее травоядное само выходило к хищникам и подставляло им шею. Стадо винторогих быков подходило к низине, там немедленно начинал бить источник воды, а когда животные напивались, иссякал. Болота возникали словно сами собой и точно так же исчезали. К подошедшим к озеру рыбоедам подплывал плотный косяк рыбы и позволял себя выловить. Перед травоядными вырастала трава. И многое другое. Все это действительно очень напоминало управляемые биопроцессорами планеты ордена. Вот только разумности местному биоцентру явно не хватало, подключения к Мастеру Жизни он не имел, поэтому работал ни шатко, ни валко.

Было отмечено, что основные источники инферно расположены во владениях серокожих гуманоидов, где росли огромные грибы, которым скармливались не только трупы, но и живые разумные. Именно в эти моменты резко усиливались всплески инферно, а грибницы разростались. Гуманоиды активно пытались проникнуть в живой лес посреди материка, насадив в нем свои отвратительные грибы, и довольно успешно.

Все резко изменилось на третий день после прибытия экспедиции. В какой-то момент действия управляющего контура леса вдруг обрели отточенность и целеполагание, он начал уничтожать чуждые грибницы и серокожих. Вскоре последних из них выдворили за опушку со всех сторон леса, и вокруг него встала какая-то странная пелена страха. Асиарх попытался было просканировать лес, но, по его собственным словам, так получил по мозгам, что едва жив остался. Однако сумел уловить, что у леса действительно появился управляющий контур, состоящий из четырех слившихся сознаний разумных существ. Скорее всего, четырехруких лемуров.

— И что все это может значить? — растерянно спросил Мерхалак, когда его уведомили о происходящем.

— Пока не знаем, — пощелкал жвалами Эрху-Тхуу. — Но выясним. Мастера Жизни прибудут завтра утром, сегодня мы получили из родной вселенной сообщение об этом.

После короткого совещания было принято решение на планету пока не соваться. Ничего не понимая в происходящем там можно таких дров наломать, что за сто лет не сожжешь. А происходило внизу действительно нечто неприятное и непонятное — пятна инферно, расположенные под самыми крупными грибницами серокожих, начали словно бы срастаться, обретать между собой связь, которой не было раньше. И это настораживало. Сильно настораживало.

Наутро в систему прибыла боевая станция «Вечный Странник» в сопровождении четырех мета-кораблей охранения. Почему для перевозки всего лишь двух Мастеров Жизни избрали столь огромный и мощный корабль, гросс-адмирал не понял, но спрашивать не стал. Видимо, аарн очень ценят людей этой профессии. Говорят, их очень мало.

Мастерами оказались два совсем молодых на вид парня, шатен и блондин. Оба с невыразительной внешностью, они выглядели так, словно находились не здесь, а где-то в другом месте. Да что там, в другой реальности. Они словно постоянно прислушивались к чему-то слышному им одним.

Ознакомившись со всеми данными по планете, Мастера Жизни, которых звали Кеаль Лиаро и Стефен Нарит, некоторое время что-то обсуждали между собой, причем молча, эмообразами, а затем сообщили, что войдут в транс и попробуют связаться с биосферой планеты. Может, она отзовется.

Войдя в транс, Кеаль потянулся к миру внизу, от него буквально брызгало во все стороны жизнью, только язвы инферно заставляли брезгливо морщиться. Да, Эрху-Тхуу полностью прав, эта планета очень похожа на орденскую, ее биосферу явно создавала какая-то биоцивилизация, причем, скорее даже сверхцивилизация, многое из того, что видел сейчас перед собой Мастер Жизни, орден создать не смог бы, знаний не хватило бы. Но одновременно от планеты веяло большой бедой, казалось, что-то разделило неделимое ранее целое на отдельные части и изолировало их друг от друга. Но не просто так, а начав эти части ассимилировать, превращая во что-то другое.

Попытавшись подсоединиться к местному биопроцессору, Кеаль уловил смешанную с отчаянной надеждой радость, показалось, что к нему потянулся израненный, смертельно уставший маленький щенок, отчаянно надеющийся на помощь сильных и взрослых, которые все не приходят и не приходят. То есть интерфейс подключения для Мастеров Жизни здесь изначально существовал, но явно был сильно поврежден, словно кто-то всеми силами пытался не допустить такого рода контактов. Кеаль обменялся парой эмообразов с коллегой, им обоим стало ясно, что нужно спускаться вниз. На расстоянии подключиться по-настоящему невозможно. Он передал вниз, что вскоре будет, и оттуда поступил образ, что «отца» ждут в центре большого леса на северном материке. Кеаля несколько удивил этот образ — «отец», но он решил разобраться с этим на месте. Пока он слишком мало знает.

— Мне нужен достаточно отчаянный пилот на небольшом, вертком корабле, который сможет спустить нас со Стефеном вниз и очень быстро уйти обратно на орбиту в случае неприятностей, — попросил Мастер Жизни, едва выйдя из транса.

— Для чего вам вниз? — удивился Мерхалак.

— Мы не умеем работать дистанционно, — пояснил Кеаль. — Там, внизу, что-то очень обрадовалось нашему появлению, здесь разумных нашей специализации уже давно не было, в итоге многое напрочь разладилось. Еще было что-то о какой-то угрозе, но мы не все поняли, слишком далеко для такой связи. Так что вниз все равно нужно.

— Четверка каперанга Т’а Картегена, — подсказал Эрху-Тхуу. — Полирасовая эскадрилья совершенно отчаянных сорвиголов. Человек, дракон, керси и эльф.

— Давайте пока человека, керси пусть будет наготове, дракона и эльфа до нашего общения с лесом туда пускать не следует, их могут принять за врагов, — выбрал Мастер Жизни. — Думаю, следует отправляться немедленно. Сопровождающих, кроме пилота, не нужно.

Срочный вызов через вживленный в мозг голар оторвал Лерка от очень приятного дела — он занимался любовью с Олной. Однако сразу ответил, извинился перед расстроенной девушкой, поспешил одеться и прыгнул в открытый по первой просьбе гиперпереход. Олна только вздохнула. Она понимала, что ее жених — воин, и его в любой момент могут отправить на опасное дело. Ей же остается только ждать и надеяться. Девушка тихо попросила у небес удачи для Лерка.

— Приветствую! — Лерк широко улыбнулся Кеалю и Стефену, поднявшимся по трапу в корвет, они тоже в ответ улыбнулись и поздоровались. — Корабль к старту готов!

— Тогда летим. Приземляемся вот здесь.

Мастер Жизни мысленно вызвал через биокомп голографическую карту планеты и показал точку почти в самом центре северного материка. Вокруг нее располагался огромный лес.

— Садиться лучше очень быстро, ожидаются неприятные неожиданности, — пристально посмотрел на пилота Кеаль. — Нам удалось связаться с управляющим центром леса, не знаю, правда, можно ли его так называть, у них там какое-то противостояние. Наше прибытие скорее всего насторожит противоположную сторону, и она попытается воспрепятствовать.

— Ясно, — кивнул Лерк. — Я знаю, какой посадкой буду садиться, на кольце ее опробовал. Но вам лучше лечь в противоперегрузочные коконы. Мотать будет страшно.

— Ляжем, раз надо.

Корвет, запросив разрешение на старт, взлетел и покинул дварх-крейсер через выходной гиперпортал. Оказавшись над планетой, пилот сразу же повел его на посадку, сужающейся спиралью ввинчиваясь в атмосферу.

Опасения оправдались — не успели они оказаться на высоте двадцати километров над поверхностью, как корабль был атакован странными образованиями из спор, плывущими в воздухе, они создавали между собой плазменные облака, попытавшиеся накрыть незваного гостя. Если бы корвет сажал обычный пилот, а не прирожденный, то, скорее всего, и накрыли бы. Но Лерк легко уходил из-под атаки, словно танцуя, корабль метался между плазменными облаками, обходя их кручеными виражами. Затем пилот швырнул корвет вниз, закрутил спиралью и точно вошел в просвет между гигантскими деревьями с шестью стволами. Не такой уж маленький корабль на их фоне казался детской игрушкой.

— Прибыли! — засиял белозубой улыбкой Лерк, сажая корвет на траву.

Он понятия не имел, что если тот не был живым, то уже превратился бы ржавую труху — защиту от технологических конструктов Великий лес имел отличную. И не раз с ними справлялся. Также свою роль сыграло то, что на борту находилось двое тех, кого лес с тоской ожидал не первую тысячу лет. А они все не появлялись и не появлялись. Дела шли все хуже, одна система за другой выходили из строя, справиться самостоятельно биопроцессор был не в состоянии. Только когда к нему, как исполнительные механизмы, подключались разумные, ситуация ненадолго менялась. Сейчас, например, подключились целых четыре помощника, но подключились только потому, что пришел враг извне и попытался внедрить в корневища леса свои грибы, от которых веяло тленом и смертью. И все ресурсы уходили на оборону.

— Идем! — выбрались из противоперегрузочных коконов Мастера Жизни.

— А не опасно? — засомневался Лерк.

— Нам в Живом Лесу ничего не угрожает и угрожать не может, — заверили они. — Не знаю, кто его создавал, но это нечто невероятное! Непредставимое! Потрясающее! Его корневая система распространилась по всей планете! Разве что в последнее время что-то извне начало мешать лесу. И это что-то сильно несет инферно.

Кеаль со Стефеном в сопровождении настороженного Лерка, которого заставили оставить оружие на борту, спустились по трапу и двинулись к ближайшему дереву. Мастера Жизни поспешили сесть на траву перед стволом и коснулись коры ладонями, в то же мгновение провалившись в глубокий транс.

Великий лес зашумел, заволновался, почувствовав подключение Мастеров Жизни. Давно заросшие тиной источники начали очищаться, заболевшие животные исцелялись, все, что не работало, заработало, как положено. Системы, о которых он и сам давно позабыл, активировались. Кеаль с интересом изучал сложнейшие структуры живого мира, впервые столкнувшись с миром, созданным не аарн, а кем-то другим. Хотелось бы еще выяснить — кем? Какая сверцивилизация смогла создать столь невероятное существо? Ему ведь оставалось совсем недолго до того, чтобы стать планетарным разумом, а затем перейти вместе со всей планетой. И в этот момент откуда-то появились грибницы, от которых веяло чем-то очень страшным и противным. Лес попытался их растворить, но не смог, их защищало что-то невидимое и пугающее. Проклятые грибницы начали разрастаться, непонятно откуда взявшиеся на планете серокожие гуманоиды принялись скармливать им разумных и неразумных существ. С каждой такой массовой кормежкой грибницы все больше разрастались, постепенно разделяя лес на отдельные части. Он как мог сопротивлялся, но давно не имея управляющего контура, не справлялся. И сам это прекрасно понимал, но ничего поделать не мог.

Вчера помощь у леса попросили четыре ученика шаманов народа кархов, четырехруких «лемуров». Они пожертвовали собой, подключившись посредством старого способа и став в итоге разумом леса. Это дало ему управляющий контур, позволяющий сопротивляться уже осознанно. А сегодня лес впервые за многие тысячи зим ощутил появление рядом с планетой тех, кого он так давно ждал. Создателей. И попросил о помощи. Они пришли! А теперь они включились в него полностью, и древняя сущность, давно уснувшая и все позабывшая, начала медленно, очень медленно просыпаться, безуспешно пытаясь осознать, что происходит.

Глава 6.4

Чем дальше Исраэль изучал ситуацию на местной Земле, тем меньше она ему нравилась. Как остановить кошмар, ежедневно творящийся в концлагерях? Причем остановить надо так, чтобы это не вызвало нового всплеска инферно. Ведь если атаковать их силами легиона, то всплеск обязательно будет — согласно инструкции охранники при малейшей опасности захвата лагерей кем-либо обязаны любой ценой умертвить узников, для чего под каждым лагерем заложили заряд взрывчатки. Достаточный, чтобы превратить все бараки в труху. Видимо, высокопоставленные израильтяне боялись, что найдутся улики их преступлений. А раз так, то эти улики обязательно должны сохраниться для предстоящего публичного суда. Чтобы люди на Земле узнали правду.

Однако предпринимать что-либо, пока не нейтрализован «сверх», бывший раввин опасался. Эта тварь от отчаяния и злости может сотворить что угодно, в том числе и планету уничтожить. А как его нейтрализовать или хотя бы изгнать? Единственное, что придумал Исраэль, это залить Иерусалим сверху Звездным Огнем, который навредит только самому «сверху», люди от него, наоборот, воспрянут и оживут, их душам он невероятно полезен, ведь получить хоть небольшую порцию «Дыхания Творца» они могут только столкнувшись с гениальным произведением искусства. А это очень большая редкость.

Зная опасность для себя от талантливых людей, лжемашиах буквально охотился на них, нанимал убийц или платил полиции той или иной страны, чтобы ни в чем не повинного творца посадили в тюрьму и погубили там. Или нанимал банды, которые без лишних сомнений забивали бедняг насмерть. В итоге на Земле к текущему моменту почти не осталось ученых, писателей, поэтов, художников и музыкантов. Талантливых. Бездарей, конечно, хватало.

— Кейтара, что у тебя? — связался Исраэль с ученицей.

— Добрый день, учитель! — отозвалась та. — Тут что-то странное. Подо льдом на глубине пяти километров явно искусственные объекты, от которых веет чем-то непонятным, очень древним, но это однозначно не инферно. Сейчас я пытаюсь докопаться туда. Дроиды сообщили, что через полчаса закончат бурение первого шурфа.

— Да? — приподнял брови бывший раввин. — Тогда иду к тебе, мне тоже любопытно. Ты охрану с собой, надеюсь, взяла?

— Две манипулы «Синих Архатов», — ответила девушка. — Командует дварх-лейтенант Морген Урас, из урожденных аарн. Ты его знаешь.

— Знаю, хороший и толковый парень. Но я думал, что ты свой экипаж пригласишь.

— А кто сказал, что ребята не со мной? Вон Лорис и Игрит неподалеку ошиваются, от любопытства все извелись. Остальные тоже где-то здесь.

— А местные ваш лагерь не обнаружат? — поинтересовался Исраэль.

— Нет, — заверила Кейтара. — Они уже полсотни лет не занимаются полярными исследованиями, все толковые ученые, интересовавшиеся этим вопросом, перебиты, а остальным на высокие широты плевать. Местные племена до Антарктиды тоже не доберутся, да и нет тут ничего им нужного. К тому же лютый холод, до минус пятидесяти, а то и ниже.

— Ясно, — кивнул ментат. — Жди, скоро буду. Без меня не начинай проникновение, нужно поставить вероятностную защиту.

Вскоре рядом с Кейтарой возникла воронка гиперперехода, из которой вышел Исраэль в легком скафандре, вполне способном защитить от холода. А на плато было по-настоящему холодно, почти минус шестьдесят, плюс дул порывистый, ураганный ветер. Аарн развернули полевой лагерь, разместив его жилые купола подо льдом на глубине десяти метров. Наружу торчал только входной тамбур со стационарным порталом вместо лифта. Выходить наружу без скафандра было строжайше запрещено.

— И что тут у нас? — подошел к ученице бывший раввин.

— Шурф дошел до большой каверны во льду, в ней вроде бы какие-то строения, — доложил Дархаб Орено, инженер, управляющий дроидами, моованец по происхождению. — Но до них довольно далеко, мы еще не подобрались достаточно близко, чтобы понять хоть что-либо.

Он махнул рукой, и прямо в воздухе возник большой голоэкран, на котором показались плывущие мимо ледяные стены, впереди виднелись какие-то изломанные темные то ли столбы, уходящие в лед на потолке каверны, то ли еще что-то в том же духе. Чуть дальше виднелось приземистое полукруглое строение или что-то напоминающее его. Сбоку высилась стена, на которой выделялось вросшее в нее, испещренное незнакомыми символами кольцо. По нему изредка пробегали цепочки едва заметных искорок, это говорило о том, что на этом странном объекте есть энергия. Удивительно, ведь он, судя по первичному анализу, провел подо льдом не одну сотню тысяч лет. А может, и миллионы. Кто мог построить все это и для чего оно предназначено?

Дроиды расползлись вокруг. Проникнуть внутрь купола они не смогли и принялись обследовать стену с вросшим кольцам. Некоторое время они брали пробы и пытались подключиться к обнаруженному внизу пучку проводов. В результате один дроид сгорел, а второй отступил. Инженер еще некоторое время размышлял, а затем повернулся к Исраэлю и сказал:

— Подозреваю, что это стационарный портал. Как бы не межпланетный. Сама логика конструкции говорит об этом.

— Портал? — вздернул брови старый еврей. — Это конечно, интересно, но к нашей задаче отношения не имеет.

— Не уверена, — возразила Кейтара. — Меня настораживает купол. Веет от него чем-то странным, словно внутри кто-то затаился. А вдруг там средоточие спрятано? Понимаю, что вряд ли, однако проверить мы обязаны. «Сверх», будучи уверенным, что в этом рукаве галактики нет ни одной развитой цивилизации, вполне мог расслабиться. Местные в каверну подо льдом на глубине пяти километров никогда бы забрались, а для лжемашиаха не проблема свободно перемещаться по планете, им и для перемещений между вселенными корабли не нужны.

— Проверить, да, проверить мы обязаны, — согласился Исраэль. — Но я не верю, что «сверх» при наличии стационарного портала стал бы прятать средоточие на Земле. Надо выяснить, куда ведет этот портал, и проверить миры за ним.

— Это будет непросто, — возразил Дархаб. — Для этого нужен, как минимум, крейсер на орбите, ведь через кольцо может пройти, максимум, танк или малый истребитель. Да и последний переместить в каверну будет та еще задача, практически нерешаемая. Нет, можно попытаться открыть большой гиперпереход, но я не уверен, что при текущем напряжении гиперполя, а оно внизу превышает триста единиц, это возможно. Малый гиперпереход проблем не создаст, для него нужно на два порядка меньше энергии. Попытка открыть большой может привести к взрыву врат.

— Что ж, начнем с малого, — вздохнул бывший раввин. — Надо обязательно обследовать купол. Дроиды могут вскрыть его?

— Я уже пытался, — отрицательно покачал головой инженер. — Ничего не получается.

— Плохо. Что будет делать?

— Открывать переход и посылать разведывательную группу с более совершенными дроидами. Я готов сам пойти, может, в куполе есть дверь, хочу попытаться найти ее и открыть открыть. Резать стены не советовал бы, может рвануть, не могли строители врат не предусмотреть защитных функций.

— Я тоже хочу пойти! — оживилась Кейтара.

— Запрещаю! — возмущенно рявкнул Исраэль. — Пусть сначала все идут те, кто обязан делать это по долгу службы! Мужчины и воины. А юные девушки не должны рисковать собой, это неправильно.

Ученица тяжело вздохнула, но промолчала, зная, что если уж учитель что-то вбил себе в голову, то этого оттуда крюком не вытащить. Придется потерпеть. Но это будет нелегко — любопытство ело ее поедом.

— Вполне может быть, что понадобится вероятностная защита, — понял ее состояние ментат и улыбнулся. — Тогда и мы пойдем. Но запомни, что каждый должен делать свое дело и не соваться перед профессионалами, мешая им работать.

— Да, учитель, — уныло отозвалась девушка, понимая, что он полностью прав, хоть это и вызывало в ней внутреннее чувство протеста.

Таниарх быстро просканировал каверну, посчитал параметры перехода и открыл его прямо с «Древнего Пути», который, как и остальные боевые станции и большие корабли, сейчас находился за световой час от Земли над плоскостью эклиптики. Нельзя было позволить местным жителям узнать о прибытии гостей извне — об этом сразу станет известно «сверху», от которого можно ждать любых сюрпризов. Поэтому к планете не подпускали ничего крупнее фрегата.

Поисковый отряд под руководством Дархаба сопровождали четыре боевых кибера, недавняя новинка. Они были способны на очень многое и обладали генераторами защитных полей нулевого класса, получая энергию для этого напрямую из пространства бета. Помимо того шли четверо легионеров в скафандрах высшей защиты и десантными плазмерами повышенной мощности. Вокруг них вилось множество мелких летающих дроидов, способных забраться в любую щель и передать оттуда информацию.

— Пошли! — скомандовал инженер. — Да пребудут с нами Благие Защитники!

Первыми в черную воронку прямого гиперперехода ступили двое легионеров и двое киберов. В то же мгновение они показались на большом голоэкране, выйдя рядом со стеной врат. Киберы сразу разбежались в стороны, принявшись обследовать местность. Обследовав, сообщили об относительной безопасности, после чего в каверну перешел инженер с остальными двумя легионерами и целой тучей разведывательных дронов. Информацию, идущую от каждого, отслеживал и анализировал дварх.

Тщательное обследование каверны ничего не дало — купол выглядел цельным, стена с выступающим из нее кругом врат не поддавалась никаким инструментам, к проводам так и не вышло подключиться. Казалось бы чего проще, но любая попытка приводила к гибели дрона, словно эти провода защищало нечто невидимое. Еще по прошествии получаса стало ясно, что нужно искать другие методы.

— Учитель! — не выдержала Кейтара. — А что, если там вероятностное управление? Которое никто, кроме ментатов активировать не сможет.

— Вполне возможно, — задумчиво покивал Исраэль. — Ладно, идем. Только скафандр изволь надеть!

На это пришлось потратить еще минут десять, после чего ментаты ступили в гиперпереход и оказались в каверне, активировав другой диапазон зрения. И сразу же поняли, что девушка была права — все вокруг было буквально пронизано сложнейшими вероятностными плетениями. Они явно составляли цельную систему, и создавал их маг высочайшего уровня. На подобное сейчас были способны разве что Командор, Кержак, Наргилай и Стеверен.

— Смотрите! — ткнула пальцем в купол Кейтара.

Бывший раввин взглянул туда и кивнул, увидев очерченные линиями вероятностей двери. Быстро создав плетение отпирания, он наложил его. Сперва ничего не происходило, затем линии засветились, став видимыми уже всем, после чего в сознании аарн зазвучал голос:

— Лаконично. Интересный метод плетения, я такого еще не встречал. Приветствую вас, незнакомцы! Я дух вероятностного ментата Элтара Хаонтийского. Очень рад, что это место наконец-то кто-то обнаружил, я жду этого уже шестую тысячу лет. Прошу, если это вам не затруднительно, забрать кристалл с моей душой из саркофага. Я не останусь неблагодарным, даю вам в этом слово!

— Добрый день, уважаемый! — поздоровался Исраэль и представил себя с ученицей. — Конечно же, мы поможем, помощь нуждающимся в ней — основа нашего общества. Но позвольте сразу спросить кое-что.

— Спрашивайте.

— Вы знакомы с тварями, которых называют «сверхами», «этими» и прочими нелицеприятными эпитетами? Сталкивались с ними?

— Сталкивался, — стал напряженным тон духа. — С вами я заговорил только после того, как убедился, что вы не из них. Их жуткую ауру ни с чем не спутаешь. И один из них бывал здесь лет сто назад. Куда-то ненадолго ушел, непонятным мне образом активировав врата, потом вернулся и исчез. Я был очень рад, что он меня не заметил. Или не обратил внимания.

— Твоя догадка, ученица, похоже, верна, — Исраэль повернулся к довольно улыбающейся Кейтаре. — Значит, надо активировать врата и посмотреть последние использованные адреса.

— А вы знаете, как активировать эти врата? — заинтересовался Элтар. — На них не действовали никакие мои плетения. В своем родном мире я активировал похожие, обнаружив их в старом подземелье, попал сюда и намертво застрял. Никакие усилия и никакие плетения ничего не давали!

— Судя по всему, это помесь магии и технологии, — заметил Дархаб. — Видимо, уважаемый, у здешних врат просто пусты накопители, нет энергии. А врат на вашей планете она еще была, потому вы смогли переместиться сюда.

— Энергия… — зачаровано повторил дух. — Всего лишь энергия… И почему такой простой вывод не пришел мне в голову⁈ Уж энергию я бы обеспечил! У меня с собой было двенадцать полных под завязку накопителей!

— Не факт, что виды энергии совпали бы, — покачал головой инженер. — Здесь явно используется электричество в смеси с маной. У вас в накопителях, скорее всего, была именно последняя.

— Естественно, — подтвердил Элтар. — Я не знаю, что такое электричество.

— Эта энергия может быть знакома вам по молниям.

— Да, знакома. Но преобразовать в нее ману можно без особых проблем.

— Не потребуется, — усмехнулся Дархаб. — Сейчас сюда доставят преобразователь, имеющий выход напрямую в пространство Бета, где все состоит из энергии. А вот с маной вам, товарищи маги, придется разбираться самостоятельно, это не инженерная задача.

— Разберемся. — с улыбкой заверил Исраэль и вызвал боевую станцию. — Таниарх, ты меня слышишь?

— Да, — без промедления отозвался дварх.

— Немедленно подготовь эмо-поэтов и ритуалистов, потом доставь их сюда. В скафандрах высшей защиты, конечно же. Ритуалисты пусть заранее подготовят ритуальный круг для уничтожения средоточия. Очень может быть, что мы его нашли.

— Какое-то странное везение… — растерянно пробурчал Таниарх. — Как-то слишком быстро и хорошо все складывается. Не верится мне в это…

— Похоже, «сверхи» превысили меру терпения самого Творца, — пожал плечами бывший раввин. — И само мироздание наложило на них пелену неудачи.

— Может быть, но все равно советую быть осторожнее, — с этими словами дварх отключился.

Легионеры тем временем обследовали купол, однако там ничего, кроме саркофага с давно высохшим телом Элтара, не было. У изголовья пульсировал белым светом шестнадцатигранный кристалл странной огранки. В нем и содержалась душа мага.

Исраэль, изучив плетения врат, нашел доступ к накопителям, действительно оказавшимся почти пустыми, и вывел клеммы от них наружу. К ним тут же подключили доставленный с «Древнего Пути» преобразователь, и по вратам сразу после этого побежали светящиеся символы. Самое сложное плетение оказалось конструктом, заменяющим искин. С чисто магическими искинами Исраэль еще не сталкивался, и пожалел, что здесь нет Кержака или Наргилая.

Чем больше энергии закачивали в накопители, тем быстрее оживали врата. И в какой-то момент искин сообщил о готовности устройства к работе. Вот только услышать и понять это сообщение мог исключительно вероятностный ментат. Да и управлять основными контурами основных устройств здесь могли только они. Эти врата строили ментаты и для ментатов.

«Каковы последние три использованные адреса?» — Исраэль сформулировал запрос в виде информационно плетения.

«Санас-3, Оргос-4 и Ламат-8, — сообщил искин. — Цифровые значения адресов готов передать по первому требованию, архимастер».

Архимастер? Бывшего раввина несколько удивило это титулование. Видимо магическая машина определяет ранг по уровню доступных ментату плетений. Судя по всему, искин не разумен, а просто жестко запрограммированный истукан.

— Дархаб, подготовьте разведывательные дроны, — попросил Исраэль у инженера.

— Они готовы, я контролирую их через свой биокомп, — кивнул инженер.

— Тогда отправляйте парочку сразу после того, как врата откроются.

— Будет сделано.

«Искин, открывай первый адрес! — скомандовал ментат. — Держать проход открытым до приказа о закрытии».

Символы вокруг выступающей из стены части врат забегали быстрее, затем они подернулись туманной дымкой, во внутренней части появилась черная точка, мгновенно разросшаяся до полной ширины кольца. Два дрона тут же нырнули в темноту, из которой веяло ледяным холодом. Мгновение на экране ничего не было, а затем появилось изображение безжизненной равнины. Далеко впереди виднелись наполовину расплавившиеся руины, что говорило об использовании, как минимум, плазменных бомб. А может, и слабых мезонных, уж больно вид руин был характерным.

— Вы бывали в этом мире, уважаемый Элтар? — поинтересовался Исраэль.

— Нет, — ответил тот. — Но слышал о нем. Он погиб во время великой войны магов, после которой ничего живого там не осталось.

«Искин, откуда открывались врата, оттуда сюда или наоборот? — спросил ментат. — Сколько разумных перешло? Когда это произошло в последний раз?»

«Оттуда сюда. Перешло восемнадцать разумных, из которых трое раненых умерли сразу же и были сожжены огненным плетением. Остальные переместились на поверхность планеты и больше возле врат не появлялись. Это произошло сорок шесть с половиной тысяч планетарных циклов назад».

Передав остальным слова искина, Исраэль ненадолго задумался. Выходит, немногочисленные беженцы из погибшего мира нашли приют на Земле. Вполне возможно, что именно они и основали погибшую потом цивилизацию Атлантиды. Или не они, это, в конце концов, неважно. Ментат скомандовал закрыть врата, после чего набрать второй адрес.

Минут через пять новые два дрона передали изображения ущелья, в дальнем конце которого виднелась груда поросших мхом камней. Мимо пробежали две то ли оленихи, то ли крупные антилопы, что однозначно говорило — людей поблизости нет. Такие животные слишком пугливы.

— Проход из этого мира сюда открывались за все время существования врат только однажды, пять тысяч восемьсот пятьдесят семь планетарных циклов назад, — сообщил искин. — Перешел один разумный, не ставший никуда перемещаться, через сорок четыре цикла проживания в каверне он создал саркофаг, разместил его в ангаре, лег в него и умер, переместив душу в информационный кристалл, обнаруженный на складе.

— Это мой мир, — грустно признал Элтар. — Вон та груда камней — моя бывшая башня, выстроенная для исследования врат после того, как я их нашел. Я сумел их активировать, но попал в ловушку. Этот странный дух со мной почти не общался, выбраться отсюда я не смог, поскольку телепортацией не владел. Хорошо хоть он показал мне кристалл, в котором сейчас находится моя душа. Видимо, теперь так и придется существовать в виде призрака…

— Ну, новое тело наши Целители вырастят вам без проблем, уважаемый, — утешила беднягу Кейтара. — Но под клятву не причинять вреда ордену Аарн и его союзникам. Вы готовы дать такую? Магическую, естественно.

— Готов! — решительно заявил дух. — Да ради нового тела я на что угодно пойду! А вы о клятве. Какая мелочь! Я даже вассальную клятву готов дать.

— Там посмотрим, — не стал ничего обещать Исраэль, кто знает, каким человеком окажется этот маг. Он, судя по всему, из полностью магического мира и явно принадлежит к породе сумасшедших ученых. Никто иной не стал бы селиться рядом с вратами в полном безлюдье.

«Искин, когда открывались врата по третьему адресу? — спросил он. — Оттуда сюда или наоборот? И сколько разумных прошло?»

«Сто двенадцать планетарных циклов назад. Отсюда туда. Прошел и через одну двадцать четвертую дневного цикла вернулся один разумный. Больше он у врат не появлялся. Уровень — как минимум, демиург. Точно определить не представляется возможным. Предупреждение: проход ведет на астероид за пределами галактики, атмосфера на нем отсутствует, переход без скафандров разрешен только с уровня архимастера и выше».

Передав слова искина остальным, Исраэль покачал головой. Да, очень похоже, что это был «сверх». И он что-то спрятал на астероиде. Никто бы не стал искать что-либо на куске камня за пределами галактики. Однако на нем имелись врата. Видимо, это осколок взорванной планеты, за миллионы лет ушедший в межгалактическое пространство. Сколько же лет тогда этой транспортной сети? Ее придется как следует изучить, Баг Бенсон вцепится в этот вопрос, как собака в кость. Однако прав дварх — как-то все слишком легко у них получается. Почему «сверх» не стал прятать средоточие тщательнее? Понадеялся на авось? Вполне возможно, их всегда подводило завышенное самомнение.

Если честно, Исраэль надеялся, что удастся уничтожить средоточие без всяких разговоров со «сверхом», говорить с ними совершенно не о чем, они уже все сказали. Мира со считающими себя вправе миллионами убивать других разумных быть попросту не может. А вот без псевдомашиаха можно будет уже заняться израильским народом. Он подозревал, что может понадобиться психокоррекция — все-таки этот подонок у власти больше ста лет, успел вырастить несколько поколений последователей, садистов и палачей, верящих ему, как Творцу. Что с ними всеми делать старый еврей не очень представлял.

— Эмо-поэты и ритуалисты здесь? — поинтересовался он.

— Здесь! — отозвался стоящий впереди группы из пяти человек высокий русый парень. — Три ритуалиста и два эмо-поэта. Готовы с ходу накрывать средоточие ритуальной пентаграммой, а потом Звездным Огнем.

— Хорошо, — кивнул Исраэль.

Он настроил поисковое плетение на средоточие и первым шагнул во черную бездну открытого перехода, накрыв остальных всеми доступными защитами. На астероиде кольцо врат располагалось прямо в скале. Атмосферы и силы тяжести, естественно, не было, слишком крохотным оказался осколок планеты.

Как ни удивительно, долго искать средоточие не пришлось, самоуверенный «сверх» спрятал его под ближайшим от врат валуном. Ему, похоже, и в голову не приходило, что кто-то станет искать его главное сокровище целенаправленно. Исраэль криво усмехнулся и скомандовал действовать, усилив защиту насколько это было возможно.

Подготовленный ритуальный круг лег на поверхность астероида вокруг валуна, а затем вокруг него вспыхнул серебряный огонь. На сей раз никто не стал останавливать процесс, и музыканты сразу же грянули «Элегию Света и Тьмы», изменив ее так, как им показалось правильным. Языки огня потянулись к валуну и слизнули его вместе со средоточием.

В Иерусалиме, в тронном зале дворца машиаха, величественный седой мужчина, гордо восседающий в роскошном кресле на высоком помосте над склонившимися перед ним в поклоне людьми, вдруг отчаянно вскрикнул, схватился за сердце и… провалился сквозь пол в какую-то адскую бездну, оставив ошалевших от такой картины придворных приходить в себя. До них почему-то сразу дошло, что пришло время отвечать за свои деяния, что Создатель скоро воздаст каждому по заслугам его, и важные еще утром господа принялись разбегаться, как крысы, прячась по щелям.

Глава 7.1

Следуя по почти незаметным следам за Наставником, Наргилай едва заметно улыбался. Если честно, контакт с Аарн очень многое дал ему, настолько многое, что оставалось только удивляться. Они столько всего интересного придумали за каких-то несчастных полторы тысячи циклов своей истории! Психомастер от многих их находок пребывал в перманентном восхищении. Взять хоть этот способ находить следы перемещения сущности через ментал. Правда Кержак его использовал для другого и почему-то недоработал, пришлось кое-что додумать. Но все равно — основа его. Все же не зря Наргилай мечтал о новой цивилизации психо-активных разумных. Они развиваются совсем иначе, чем обычные, и намного быстрее прогрессируют. Интересно будет посмотреть, чего достигнет орден Аарн за несколько тысяч циклов. Хотя он, скорее всего, перейдет, добравшись до уровня, когда на физическом плане будет просто нечего делать.

Бывший учитель Наргилая менял реальности, как перчатки во время бала, думая, что никто не сумеет его отследить. Похоже после гибели Эрхалада и Лейраны он просто перепугался. Ну да, Шаэлен всегда отличался немалой осторожностью и никогда не лез на рожон. Да и был намного умнее других. Впрочем, это тот Шаэлен, которого он знал. А каким он стал под влиянием силы, превратившей талантливых и этичных сущностей в нечто непотребное? Трудно сказать, но лучше предполагать худшее. Ведь воспоминания о прошлом «сверхи» сохраняют, хотя к прежним личностям отношения уже практически не имеют. Вполне могут сохранять и ум. Таланты, понятно, ушли, они требуют наличие Звездного Огня, а их он жжет.

Самое главное из того, что дали ему Аарн, приятно грело душу Наргилая. Он научился сохранять и аккумулировать Звездный Огонь в специально созданных артефактах. Понятно, что его для начала надо получить, побывав на выступлении кого-то из гениальных музыкантов или эмо-поэтов, зато сейчас он имел в пространственном кармане целых три сферы, полыхающие серебром. На трех бывших сородичей хватит. К тому же Звездный Огонь притягивается туда, где есть хоть маленький его источник. Достаточно окружить им «сверха», и тот уже никогда не выберется. Психомастер запланировал страшноватый эксперимент, но если он его не сделает, то не успокоится. А вдруг хоть кому-то из бывших друзей можно вернуть прежнюю личность? Очень хотелось верить, что получится.

Незримой тенью следуя за Наставником, продолжающим путать следы, как обезумевший заяц, Наргилай тихо посмеивался. Чувствует, небось, какую-то опасность, но не понимает какую именно, вот и бесится. Ничего, пусть побесится, устанет, в конце концов, тогда и можно будет взять его к ногтю.

Очень хотелось бы вернуть учителя, убрав из его души тварь, обосновавшуюся там. Кто мог так перекорежить почти всемогущую сущность? Может, и в самом деле Единый и слуги Закона? Такое могло быть, но что-то говорило Наргилаю, что на самом деле все сложнее. И одновременно проще. Но понять он так ничего и не смог. Это сильно раздражало, но психомастер понимал, что он не Творец, чтобы знать все.

Действительно, через некоторое время Наставник начал успокаиваться, он уже не метался со стороны в сторону по сотням вселенным, а куда-то целенаправленно шел. Интересно, куда? Опять на границу с Хаосом? Да что ж они все так любят пену миров? Думают, что там никто не станет искать спрятанное? Зря, очень зря. Есть способы.

Еще немного попетляв, Наставник нырнул в один из пузырьков, в котором не было места даже для планеты, имелся всего лишь небольшой кусок горы, испещренной бесчисленными пещерами. Затем он сместил реальность по фазе и выплавил из камня алтарь, остудил и поместил на него пульсирующий шарик средоточия. Вот только «сверх» совсем не ожидал, что сразу после этого вокруг него вспыхнет непреодолимая стена Звездного Огня. Дернулся туда-сюда, но выхода не было, и он тихонько завизжал.

— Ну, здравствуй, Шаэлен! — обрушился на него ментальный образ немалой силы. — Давно не виделись, дорогой мой учитель!

От стены отделилась темная фигура и приблизилась к кокону Звездного Огня, в котором замер Наставник, опасаясь дотронуться до серебряного пламени, поскольку прекрасно знал, чем это для него чревато, внимательно всмотрелся в нее. Ментальный «запах» показался знакомым, но почти позабытым. А когда он понял, кого видит, и кто виноват в гибели Воина и Госпожи, то у него словно душа изморозью покрылась. Этот не простит, ничего не простит…

— Наргилай! — выдохнул он. — Ты все же выбрался…

— Выбрался, как видишь, — с недоброй улыбкой подтвердил психомастер. — И хочу услышать твои объяснения, дорогой учитель. От Эрхалада и Лейраны я не слышал ничего, кроме жалкого блеяния о каких-то великих истинах и всеобщем благе, которым я будто бы помешал. Но попытки узнать, что же это за великие истины, увенчались истерическими заявлениями, вы де самые великие и мерило истины, а все остальные — пыль под вашими ногами. И любая цивилизация должна быть разрушена, превращена в ничто, а в мироздании должны остаться только великие вы. Тебе ли не знать, что это полная чушь. Я бы еще мог подумать, что в такое могла поверить Лейрана, она никогда великим умом не отличалась. Но ты⁈ Нет, не верю.

— Да мне как-то все равно, во что ты там веришь или нет, — пожал плечами Наставник. — Нам безразличны все, кто вне нас, и объяснять вам что-либо мы не намерены и не обязаны. Мы действительно постигли великие истины и поняли, как надо, а всех тех, кто не поняли, это не касается. Их дело подчиняться. Мой лучший ученик, к моему глубочайшему сожалению, оказался не способным понять и принять эти великие истины, но при своей силе способен был нам помешать, что я сейчас и наблюдаю. Так что мы поступили с тобой совершенно правильно. Будь благодарен, что тебя не вышвырнули в Бездну.

— А я вот не настолько благороден, и отправил Эрхалада с Лейраной именно туда, — неприятно рассмеялся Наргилай. — Тебя ждет то же самое, дорогой учитель. Вот только учти, что всех остальных ваших погибших Аарн спровадили туда без моей помощи, самостоятельно. Вы так и не поняли, что мироздании проявилась еще одна психо-активная раса, помимо вас. И мало того, вы превысили меру терпения самого Творца, в итоге в мир пришел и уже растет тот, кого со временем назовут а-фактором. Теперь тебе, самоуверенная сволочь, все ясно?

— А-фактор⁈. — в ужасе забормотал Шаэлен. — Только не это… Отпусти меня, эту мерзость нужно немедленно найти и уничтожить!

Он забился, забеспокоился, его начало корежить, словно жаждущего, которому не дали воды. Психомастер с интересом наблюдал за этим, он не зря перекрыл к пленнику кокона из Звездного Огня доступ всего, что только мог, от излучений до любого рода энергии. Интересно, сможет могучий интеллект учителя справиться с мороком, наложенным на него? Поскольку все слова, сказанные им, не его. Их произносит псевдоличность, не способная вырваться за установленные для нее узкие рамки. Теперь, наблюдая за «сверхом» вблизи, Наргилай понял это твердо. Все же морок. Вопрос в том, что двое ранее встреченных и сами со временем приняли «великие истины», окончательно потеряв прежние личности. А вот поведение Шаэлена говорит о другом — он явно до сих борется, все еще пытается вырваться из ловушки, в которую его кто-то загнал. Поначалу психомастер решил, что это Единый, но теперь понимал, что виновна во всем куда более хитрая, изощренная и подлая тварь. Суметь поймать в ловушку почти дошедших до уровня высших демиургов сущностей не каждый сможет.

— Нет, дорогой мой учитель, мерзость здесь вы, — насмешливо отозвался Наргилай. — И я жду твоих объяснений. Вы ведь сразу напали на меня тогда, никто ничего не сказал, не предложил мне. А вдруг я бы все понял и принял? Почему вы даже не попытались перетянуть меня на свою сторону, а сразу напали, пленили и заточили в кристалл?

— Ты не поддавался высшему воздействию, а значит, не мог ничего воспринять по-настоящему, на веру, тебе требовались глупости, называемые доказательствами, — лицо Шаэлена дергалось, казалось что-то невидимое заставляет его говорить, а он изо всех сил этому сопротивляется.

Высшему воздействию, значит? Вот «сверх» и проговорился. Надо теперь только понять, что это за воздействие и кто или что его производит. Интересно, сколько тварь еще выдержит? Звездный Огонь постепенно разрушает ее связи с телом учителя. Вопрос только сумеет ли она вырваться за пределы кокона или погибнет. Последнее было бы желательнее, намного. Возвращение учителя можно только приветствовать, его ум и талант помогут понять больше.

В какой-то момент тварь не выдержала, Шаэлен вдруг захрипел, схватился за горло, из его глаз, ушей и рта хлынула омерзительная, пузырящаяся черная жидкость, от одного вида которой тошнило. Причем тело его бывший учитель только недавно сформировал, а значит, заражено было не одно, а сама душа. Что же может заражать душу? Этого Наргилай, невзирая на весь свой опыт, не знал, и огорчился. Черная жидкость превратилась в нечто эфемерное, собравшись в подобие облачка, попыталась вырваться за пределы кокона, внутри которого она сходила с ума от боли, но не смогла, случайно дотронулась до серебряного пламени и с утробным воем превратилась в невесомый пепел.

Шаэлен, скрутившийся было в позу эмбриона, внезапно резко сел на полу, открыл ясные, горящие Светом и одновременно Тьмой глаза, по-доброму улыбнулся бывшему ученику и хрипло сказал:

— Благодарю тебя, Наргилай. Ты смог изгнать это из меня. Я не сумел, как ни старался, все эти миллионы лет я пребывал в заточении, глядя изнутри на то, что творит эта мерзость, но ничего не мог поделать, все нити управления моей душой были перехвачены. Тебе сильно повезло, у тебя оказалась природная защита от заражения ими, потому тебя и пленили. Хотели уничтожить, но не смогли. Потому только заключили в кристалл. Как ты выбрался?

— Меня нашел и освободил психо-активный народ, — обрадовано ответил психимастер. — Слава Творцу, ты вернулся, учитель!

Он хотел было снять кокон Звездного Огня, но Шаэлен воспротивился, сказав, что его душа настолько изъедена, что мгновенно будет пленена другим паразитом. Их вокруг немало, он чувствует.

— Но кто они такие, учитель? — растерянно спросил Наргилай.

— К сожалению, я не знаю, — грустно вздохнул тот. — Есть только подозрение, что это существа псевдотворения, пришедшие извне, может вообще из другого мироздания, потому они так и стремятся подогнать все наше под свои мерки. Еще какое-то отношение они имеют к Единому, но только какое-то. Я не понимаю, почему для них настолько нестерпим Огонь Творения, но он их сжигает, они даже его присутствия долго вынести не в состоянии, потому так охотятся за любыми талантами. Ты сам видел, что тварь не смогла находиться внутри кокона и вылезла из меня, хотя должна была понимать, что это для нее смертельно. Обычно они очень логичны в пределах своей логики, хоть за ее границы выйти физически неспособны, отсюда все эти заявления об их величии и нашей ничтожности. Но Огонь, как ты видел, сводит их с ума.

— Но это значит, что мы сможем спасти остальных наших! — оживился психомастер.

— Увы, — грустно вздохнул Наставник, помотав головой. — Остатки себя сохранили всего семеро, остальные окончательно превратились в тварей, их души растворились, спасать там нечего. Да и меня не спасти, смотри во что превратилась за эти годы моя душа…

Он снял все защиты и позволил увидеть себя полностью, что собратья Наргилая делали только перед самыми близкими существами и сущностями. Он был полностью прав, от души не осталось почти ничего, кроме самого атмана, все ее оболочки превратились в жалкие клочья. Удивительно, что Шаэлен в таком состоянии вообще способен мыслить! И в еще одном он прав, его сейчас легко возьмет под контроль даже жалкая тварь низшего астрала, не говоря уже о ком-то посильнее. Бедняга держится из последних сил.

— Все, что мне удалось выяснить по их поводу, я передам тебе сжатым образом, посоветуйся с аарн, из них однозначно растет наша смена, — после недолгого молчания сказал Наставник, снова спрятав душу. — Они добьются со временем того, чего не добились мы, главное, чтобы не повторили наших ошибок. А на это есть ты, мой дорогой ученик.

— Кто еще сохранил души? — хмуро спросил психомастер, получив указанный сжатый образ и решив, что разбираться в нем станет вместе с Кержаком, это лучше не делать в одиночестве.

Несмотря ни на что, он еще не до конца поверил в возвращение учителя, и проверил его всеми доступными способами, на что тот только усмехнулся, он это почувствовал и одобрил кивком. Опасения не оправдались, атман Шаэлена горел уверенным Звездным Огнем, а это значило, что новый цикл перерождений станет для него непрерывной дорогой к небу.

— Нарис, Морхайа, Эстана, Дирет, Гарвет и Эстелла, — ответил Наставник. — Твари, контролирующие их, носят имена Безумец, Черная, Дикая, Мертвец, Охотник и Гремящая.

— Что ты знаешь о Спящей, Ледяном и Звере? — спросил Наргилай.

— Эти из относительно молодых, третье поколение, — ответил Шаэлен. — Может, ты даже о них слышал. Файдара, Остир и Наваг.

— Это который Наваг, гениальный биолог?

— Он самый, основные виды биосферы в мирах вселенной Тарии его рук дело. Остир — автор «Элегии Равнодушия», а Файдара — создательница монумента Вечности, того самого. Ты его должен был видеть.

— Видел, конечно, гениальное творение, — помрачнел психомастер. — Значит, их никак не спасти?

— Нет, души мертвы окончательно, в атмане еще что-то искрится, но это ненадолго, — отрицательно покачал головой Наставник. — Для них станет благом сгореть в Звездном Огне, может это позволит отправить атманы на новый цикл перерождений, предварительно пройдя очищение. Наилучшим способом станет именно низвержение в Бездну, там очистка пройдет быстрее на несколько тысяч циклов. Или душа окончательно упокоится.

— Тебе ведь тоже придется проходить весь цикл заново, начиная с микробов, — напомнил Наргилай. — Избежать этого никак нельзя?

— Не нужно избегать, — грустно улыбнулся Шаэлен. — И ты сам прекрасно понимаешь, почему. А теперь, мой лучший ученик, мне пора. Изгони эту заразу из мироздания, помоги а-фактору всем, чем сможешь.

— Когда придет время, помогу, — заверил психомастер.

Наставник кивнул, снова улыбнулся, затем зачерпнул из оболочки кокона Звездного Огня и вылил его на шарик своего средоточия, лежащего на алтаре. Оно настолько изменилось за миллионы лет владычества твари, что мгновенно сгорело, превратившись в невесомый пепел. А сам Шаэлен, продолжая улыбаться, провалился сквозь пол, уходя на очищение, которое могло продлиться и десятки тысяч лет.

Наргилай проводил его взглядом, вытер тыльной частью ладони непроизвольно выступившие следы и отправился в долгий путь назад, из пены миров никогда не получалось легко и быстро выбраться. Следовало как можно скорее навестить Кержака и посоветоваться с ним.

* * *

Кеаль внимательно исследовал обрывы связи между анклавами Леса, и понимал, что это сделано намеренно. Кем-то, кто отлично понимал, что перед ним такое. То есть общность осознанно убивали, страшно, жестоко, без малейшей жалости. Что ж, делающим это не повезло — сюда пришел орден Аарн. Вскоре этим сволочам придется ответить за свои поступки. И да воздастся им полной мерой!

Грибницы явно были созданием некой сущности, работающей с инферно. Если бы в окрестностях планеты не появилась экспедиция Мерхалака, то Лес не прожил бы и десяти лет, а его мир стал бы полностью инфернальным, открыв тем самым проход в нижние миры, а то и куда похлеще.

Стефен занимался отслеживанием связей между грибницами и серыми гуманоидами, которые служили им. Он хотел понять стоит ли за ними еще кто-то. Не является ли гибель живого мира еще одним проектом «сверхов»? Вполне возможно, от них можно ждать чего угодно.

«Кеаль, — обратился он по мысленной связи к товарищу. — Надо восстанавливать все, что сможем восстановить таким образом, а затем связываться с гросс-адмиралом, чтобы посылал корабли на уничтожение грибниц. Серых не жаль, те, кто растит инферно, убивая и мучая других, жалости недостойны. Но надо бы с десяток высокоставленных сволочей из этого их Братства захватить в плен и считать память, может что-то прояснится».

«Не буду терять времени, прямо отсюда передам всю информацию Лерку, он свяжется с Мерхалаком, — отозвался тот. — Нужно срочно уменьшить воздействие грибниц, иначе мы мало что сможем исправить!»

Он действительно частично отключился от Леса, что вызвало тревогу последнего, но вскоре вернулся к полному подключению, передав пилоту сжатый пакет информации при помощи голара.

Лерк, страшно скучавший уже несколько часов, поступлению информации от Мастеров Жизни страшно обрадовался и принялся в ней разбираться. А разобравшись, связался с «Ночным Васадником». На голоэкране перед ним появилось недовольное лицо Мерхалака.

— Господин гросс-адмирал! — вытянулся пилот. — Мастера передали просьбу атаковать грибницу, наловив и допросив перед тем высокопоставленных серых. Передаю вам полученный от них пакет информации. Они все еще подключены к Лесу.

— Отлично! — обрадовался гросс-адмирал, которому тоже надоело ждать у моря погоды.

Разобравшись в просьбах Мастеров Жизни, он ненадолго задумался. Затем распорядился:

— Комендорам быть готовым наносить удары по грибницам мезонниками, определите их точные координаты и ждите приказа. Мне на связь майора Станки.

Вызванный тотчас появился перед командиром на еще одном голоэкране и вытянулся, щелкнув каблуками. Гросс-адмирал, всегда уважавший этого толкового и инициативного офицера, кивнул и заговорил:

— Майор, у меня для вас задание. Нужно спуститься в столицу серых и захватить несколько высокопоставленных «братьев». С вами пойдут аарн для считывания памяти пленных и, на всякий случай, дварх в переносном биокомпе. Асиарх, направь кого-то из твоих молодых. Самому идти строго-настрого запрещаю! Ты нам здесь нужен.

— Хорошо… — недовольно пробурчал с потолка бестелесный, он действительно хотел пойти сам, но приказ есть приказ. — Все готово, у нас предусмотрен такой случай, Оланарх уже в биокомпе. Его доставят к кораблю майора.

— Как определить среди серых высокопоставленных? — поинтересовался Станки.

— Мы определим, — пообещал дварх-лейтенант Сарм Тиоро, уроженец Телли Стелл. — А если визуально, то после первичного сканирования поверхности стало ясно, что высокопоставленные иерархи носят белые балахоны с изображением гриба. У рядовых балахоны серые и грязно-бурые. Согласно многовариантному анализу — серые не местные, они пришли из какого-то другого мира, скорее всего, через межмировой портал. Есть подозрение, что он расположен на соседнем с северным небольшом материке в подземных пещерах. Там обнаружена недоступная для сканирования область.

— Разрешите обратиться, господин гросс-адмирал! — вмешался Лерк.

— Обращайтесь, — буркнул тот.

— А что, если сначала атаковать с орбиты несколько грибниц, а затем уже высаживать отряд майора? Тогда, в суматохе, отряду будет легче выполнить свою задачу.

— Дельная мысль, — с одобрением посмотрел на молодого офицера Станки.

— Значит, так и поступим. На чем полетите?

— Тяжелый десантный челнок будет в самый раз. Но пилот нужен мастер, мне жаль, что Т’а Картеген сейчас на планете.

— Мои друзья ничем не хуже! — заверил Лерк. — Возьмите кого-то из них, не пожалеете господин майор. Например, Ирека Т’а Даренсата. Он великолепный пилот, если у вас нет предубеждений перед керси. Или Т’Реда Т’а Альтана, он дракон. Или Хесира Ла Тайнера, он эльф.

— Предубеждений у меня вообще нет, — заверил Станки. — Если офицер знает свое дело, то не имеет значения, кто он — дракон, человек или еще кто. Но давайте эльфа, никогда их вблизи не видал, а сказки про них рассказывают разные, интересно, что правда, а что нет.

— Принято, — кивнул гросс-адмирал, распорядившись срочно вызвать капитана первого ранга Ла Тайнера и приказав ему срочно готовить к старту тяжелый десантный челнок.

Асиарх провел целенаправленное сканирование, обнаружил несколько начавших сливаться грибниц вокруг столицы серых, и через каких-то несколько минут на них обрушились с орбиты удары мезовещества, выжигая все на глубину до трехсот метров. Ментальное пространство заполонил вой ужаса и боли — грибы не хотели умирать и требовали от своих служителей защитить их, однако те и сами метались туда-сюда в ужасе. Они и представить себе не могли, что смерть придет с небес. Да что там, они вообще не понимали, что происходит и кто на них напал.

Примерно через десять минут десантный челнок с Хесиром за пультом вынырнул из выходного гиперперехода «Ночного Охотника» и по самой короткой траектории двинулся к атмосфере планеты. Эльф, скаля зубы в предвкушающей улыбке, держал щиты поднятыми, помнил, как встретили его друга Лерка. Плазменные облака штука опасная, лучше сразу защититься от них. Однако, когда челнок миновал высоту в двадцать километров, ничего не произошло. Похоже, атака с орбиты что-то нарушила в местной противокосмической обороне. Хесиру это было только на руку, и он, на ходу выпуская опоры, красивым виражом посадил челнок возле самого входа в главный храм серых.

— На выход! — скомандовал Станки.

Сводный отряд мгновенно оказался снаружи и ринулся в храм. Серые, завидев аарн и эспедешников в черно-желтых зеркальных доспехах, визжали и пытались прятаться, но их не трогали. Поиск поначалу ничего не дал, только минут через десять удалось обнаружить в богатых покоях двоих «братьев» в белых балахонах, они вкушали трапезу. Затем нашли еще четырех, после чего Станки решил, что для допроса шестерых хватит, и скомандовал отход.

Отряд отступил к челноку организованно и без каких-либо проблем, однако подняться на борт не смог, перед десантниками и легионерами встала невидимая, но непреодолимая стена. Затем воздух сгустился, и из него вышел самый обычный на вид человек, средних лет мужчина с добродушным лицом. Он с явным интересом посмотрел на отряд и весело поинтересовался:

— Это какая же сволочь в моей песочнице резвится?

Глава 7.2

Известия о демоне, оседлавшем «сверха», стали для Кержака неприятной неожиданностью. Если с самими «сверхами» относительно понятно, что делать, то как быть с демоном? Его как изгонять? Старый орк принялся мерить свою каюту шагами и размышлять, посоветоваться было не с кем — магов его уровня в ордене больше не было. А Наргилай куда-то запропастился. Хотя стоп, Ирина Тихонова! Ведь это именно осознающие обнаружили вмешательство потусторонней сущности, которой здесь совсем не место. Да и архимагистра Гетия тоже стоит позвать, он может что-то знать о демонах еще из своей реальности, возможно, они там появлялись. Старый орк нашел ритуалиста связался с Рави, уточнил где находится посланница Российской империи, и вместе с Гетием перешел на орбитальную станцию, вращающуюся на дальней орбите Кельтана, где та сейчас находилась.

— Здравствуйте, госпожа Тихонова! — оскалил нижние клыки Кержак.

— И вам здравствовать, господин Черный! — слегка поклонилась женщина, вопросительно посмотрев на ритуалиста, стоящего рядом с орком.

— Позвольте представить вам архимагистра Гетия, мага-ритуалиста и главу школы ритуалистики ордена Аарн, — представил того ментат. — Мы пришли обсудить обнаруженную вами с коллегой проблему. Раз вы знаете, что такое демоническое вмешательство и смогли его обнаружить, то ваша империя с ним сталкивалась. Я прав?

— Правы, господин Черный, — тяжело вздохнула Ирина. — Ценой потери трети осознающих нам удалось выпроводить это существо в родной план существования, но как это было сделано мне неизвестно, в курсе только глава ордена Осознания, князь Перемыслин, и его ближайшие помощники.

— На моей родине демоны тоже бывали, но не такие сильные, — задумчиво произнес Гетий. — Обычно удавалось справиться с ними при помощи магии, а одного даже убили, но там был использован древний артефакт, меч из адаманта, этот металл, по слухам, даже богу опасен. Но это были воплотившиеся демоны. Что делать с бестелесными, я ума не приложу.

Он собирался еще что-то сказать, как воздух в углу гостиной, где они собрались, внезапно пошел цветными волнами, и оттуда вышел Наргилай. Он некоторое время стоял, затем подошел к столу, налил себе стакан сока и залпом выпил. Затем сел и устало проговорил, точнее, оттранслировал, его ментальные образы были непривычно лаконичными:

— Я смог нагнать Наставника. Это действительно оказался мой бывший учитель, Шаэлен. Мне удалось изгнать из него мерзость, которая делала его «сверхом», он снова стал прежним собой, мастером и творцом, но ненадолго — душа бедняги оказалась настолько изорвана, что от нее остался практически один атман. Он передал мне все, что знал об остальных «сверхах» и сам уничтожил свое средоточие, уйдя на очищение в Бездну. Может, его душе удастся очиститься настолько, чтобы пойти на новый цикл перерождения. Судя по всему, моих бывших сородичей превратили в «сверхов» некие пришедшие из другого мироздания сущности. Им нестерпим Огонь Творения, я изгнал сущность из Шаэлена, подержав его некоторое время в коконе из него. Тварь не выдержала и десяти минут.

— Так это возможность избавить ваших сородичей от них! — оживился Кержак.

— Ах, если бы… — тяжело вздохнул Наргилай. — Души сохранили только семеро, остальные мертвы навсегда, поэтому только изгнание в Бездну.

— Простите, а кто вы? — вмешалась в разговор Ирина, несколько неуверенно манипулируя непривычным видом ментообразов.

— Ах да! — лопнул себя ладонью по лбу Кержак и представил их друг другу.

Психомастер некоторое время растерянно смотрел на женщину, сканируя ее. Она была как будто и психо-активной, и одновременно нет. Но раз она способна манипулировать эгрегорами, то имеет довольно высокий уровень. Кто же она такая?

— Вы нетипичные эмпаты! — догадался он, наконец. — Низовой класс Контроля на уровне конклавов.

— Все верно, — подтвердила Ирина. — Наша вселенная находится под контролем Безумных Бардов.

— Мне незнакома эта структура, — отрицательно покачал головой Наргилай. — У вас встревоженный вид, здесь тоже что-то случилось?

— Да, — отозвалась осознающая. — Мы сходили в сеть и обнаружили там кое-что очень гнусное. Следы «сверха», которого оседлал высший демон…

— Это что, возможно⁈ — изумился психомастер.

— Смотрите сами, передаю вам образ увиденного.

— Да, вы правы, очень похоже. Хотя…

Наргилай прошелся по гостиной, затем сформировал иллюзию, показывающую небольшой участок Сети, пронизанный полупрозрачными, трепещущими нитями чуждого воздействия.

— Вот, видите этот узел? — показал он. — Размытость плетений. Это говорит, что здесь побаловался ребенок. Скорее всего, дитя высших демонов, каким-то образом проникшее в вашу реальность. Думаю, сбежало, и ему дали порезвиться, пока особого вреда не наносит. Справиться с ним несложно — достаточно позвать его родителей и попросить забрать чадо. Высшие демоны существа вполне вменяемые, я со многими из них был знаком. Сейчас схожу в высшие слои ментала и вызову их, со мной они спорить не рискнут, заберут свое дитя, как миленькие, да еще и по попе ему надают.

— Дай Творец, чтобы все решилось так просто, — проворчал Кержак.

— Зачем создавать сложности там, где их нет? — поинтересовался Наргилай. — Давайте сделаем так. Я сейчас передам вам пакеты данных, полученные от учителя, вы пока разбирайтесь в них. А я займусь этим демоническим ребенком и тем, кого он оседлал. Интересно, кто из моих бывших сородичей оказался настолько глуп, что позволил себе попасться в такую простую ловушку? Похоже, Черная, в прошлом Эстана.

— Ваших сородичей?.. — растерялась Ирина.

— Да, — подтвердил психомастер. — Мы со «сверхами» вышли из одного народа, даже больше — из одной страты этого народа, мастеров и творцов. Мне больно осознавать, что умные и талантливые сущности превратились в серую мерзость… И я отыщу тварей, которые пленили и перекорежили их души. До сегодняшнего дня я думал, что они сами решили стать такими, но, как оказалось, это не так. Их поймали в ловушку, захватив сами души. Я воздам по заслугам тем, кто это сделал!

— Сочувствую вам… — пристально посмотрела на него осознающая.

— Хотелось бы только спросить, — пристально посмотрел на нее Наргилай.

— Спрашивайте, — разрешила Ирина.

— Насколько я понимаю, в вашей вселенной всеми конклавами управляют структуры Контроля низового уровня?

— Именно так. Но очень разные, с разными принципами. Иногда это монады, чьи члены вообще не имеют никаких прав, они практически рабы. Но это редкость, такие конклавы вызывают настороженность у всех соседей, поэтому их понемногу давят. А ди-эмпатов в нескольких соседних вселенных растят так, чтобы отбить у них любые человеческие чувства, сделать их подобием живых машин. И у них получается…

— Идиоты! — брезгливо уронил психомастер. — Будет время, загляну к ним и поучу уму-разуму.

— Одну такую цивилизацию мы недавно остановили при помощи Безумных Бардов и Адай Аарн, — заметил Кержак. — Юои Жерг. Они считали всех, кто не разделял их довольно убогую и жестокую этику, полуживотными, подлежащими полному уничтожению. В родной вселенной их настолько не терпели, что пригрозили ее схлопыванием, если полезут. Вот они и двинулись в нашу. Удалось поймать Юои в ловушку, после чего Барды лишили их эмпатов, а это для цивилизации их типа медленная смерть.

— Подобные им бывали и раньше, — усмехнулся Наргилай. — Но ладно, давайте займемся делом. Попрошу вызвать ритуалистов и подготовить нужные схемы для заключения и уничтожения «сверха». Я найду родителей демоненка, они его заберут, с сущностями моего уровня демоны стараются не спорить, понимают, чем это для них чревато. А затем попытаюсь сразу же пленить растерянного после ухода контролирующего воздействия «сверха». Я уже говорил, что подозреваю, кто это. Эстана, ныне Черная. В прошлом гениальная эмо-поэтесса, вот, послушайте.

И он выдал одно стихотворение своей старой подруги, сопровождая его целым вихрем различных чувств, причем каждое словно разделялось на целый букет других, дополняя общую форму воздействия, делая ее совершенной. Это было настолько прекрасно, что Ирина, ничуть не стесняясь, плакала, а Кержак с Гетием застыли соляными столбами в изумлении — эмо-поэты ордена до такого уровня еще не доросли.

— И создавшую это невероятное чудо поэтессу превратили в… «сверха»?.. — с горечью спросила осознающая. — В самодовольную тварь, упивающуюся собственным «величием» и губящую целые цивилизации?..

— Именно так, — с не меньшей горечью подтвердил Наргилай. — Но она одна из немногих, кто сохранил душу. Я хочу попытаться освободить ее от твари, как освободил Шаэлена. При помощи кокона из Звездного Огня. Но у меня всего лишь две сферы с ним, потому прошу пригласить всех доступных эмо-поэтов.

— Сейчас, — кивнул старый орк и немедленно вызвал на связь главного диспетчера системы, передав ему просьбу психомастера.

Тот принял ее к сведению и тут же передал великому князю. Раван как раз направлялся к Кержаку, потому поспешил связаться с нужными службами и потребовал срочно найти всех эмо-поэтов на Кельтане. Не прошло и получаса, как гастрлировавшие в Кэ-Эль-Энах музыканты и певец орденской группы «Сияние дня» были доставлены во дворец, а оттуда вместе с великим князем перешли на орбитальную станцию «Небесная-34», где как раз находились Кержак, Гетий, Ирина и Наргилай.

Выслушав историю и предложение психомастера, Раван некоторое время размышлял, но дал добро. Игры юного демона вполне обоснованно вызывали у него немалые опасения, от таких существ можно ожидать любой пакости. Затем появились вызванные архимагистром ритуалисты и быстро подготовили нужные ритуальные фигуры, из их центра Наргилай и ушел в ментал, чтобы вернуться туда же, притащив с собой «сверха», дезориентированного после освобождение от влияния демона.

Первым делом психомастер обследовал эгрегоры галактики, отметив, что нити демонического влияния пронизали его полностью. Какой талантливый и настойчивый ребенок! Надо будет последить за его эволюцией, интересно, до какого уровня он дорастет. Скорее не дорастет, конечно, в среде демонов слишком резвых обычно укорачивают на голову до достижения совершеннолетия, чтобы не лезли, куда не просят. Сняв психомаску с демоненка, Наргилай хмыкнув, сразу определив откуда он. Из Шеола. Надо же, далековато забрался. Интересно, почему родители это допустили? Наверное, чем-то сильно заняты. Однако пришло время вызвать их на разговор. Психомастер послал зов, отмеченный его подписями и ментальными печатями, говорящими о силе и уровне вызывающего. Осознав, кто их зовет, демоны ответили сразу же. Точнее, архидемоны одного из высоких доменов Шеола.

— Приветствуем тебя, великий мастер! — уважительно поклонилась появившаяся перед Наргилаем невероятно красивая рыжеволосая женщина, рожки на ее голове были почти незаметно, зато длинный хвост с кисточкой на конце нервно хлестал по ногам, она явно не ждала ничего хорошего от встречи с одной из высших сущностей. Красавицу сопровождал высокий мужчина с огромными витыми рогами и ярко-желтыми глазами. Он тоже низко поклонился, хотя сделал это с явной неохотой. — Ты звал нас. Мы пришли.

— Звал, — подтвердил психомастер. — Приветствую! Не беспокойтесь, я не намерен причинять вам вреда. Мне нужна от вас услуга. Буду обязан. Одну просьбу, в разумных пределах, конечно.

— А что вам нужно, владыка? — осторожно поинтересовалась демоница.

— Ваш ребенок забрался в места, находящиеся под моим покровительством, и сильно мне мешает, — ответил Наргилай. — Я мог бы просто вышвырнуть его силой, но ссориться Шеолом не хочу. Прошу забрать его, пусть резвится где-нибудь подальше от указанных мест. Как я уже говорил, буду должен услугу в разумных пределах. Сразу предупреждаю, что творить геноцид и взрывать населенные миры не стану. Но в войне между кланами, если что, подсоблю.

Демоны обрадовано переглянулись. Получить обещание услуги от сущности такого уровня дорогого стоило! Притом за сущую мелочь. Всего лишь немного угомонить свое слишком активное чадо.

— Ах, да, еще прошу сущность, которую оседлало ваше дитя, доставить ко мне, пока она не опомнилась, — небрежно, словно несущественную мелочь, попросил Наргилай.

Как ни удивительно, но демоны купились. Они раскланялись с психомастером и поспешили скрыться с его глаз, поскольку чувствовали себя в его присутствии очень неуютно. А затем по Сети прокатился ментальный возглас, несущий истинное имя демонического дитяти. Оно забурчало, завозилось, не желая прерывать интересную игру, но родители были неумолимы. Нити, пронизывающие эгрегор галактики, начали выходить, сворачиваться в клубки и исчезать, словно их тут никогда и не было. Не прошло и получаса, как эгрегор выглядел так, как ему и должно выглядеть. А еще через некоторое время рядом с Наргилаем появилась еще не пришедшая в себя женщина с рваной душой, в которой сразу угадывался «сверх».

Психомастер не стал терять ни мгновения, подхватил ее и ринулся вниз, к границе ментала с реальностью. Вышел в центре ритуальной фигуры и немедленно телепортировался оттуда, оставив «сверха» внутри. После чего без промедления использовал одну из полыхающих серебром сфер, окружив центральную пентаграмму коконом Звездного Огня. Эмо-поэты тут же поддержали его действия, создав вторичный кокон.

— Получилось! — выдохнул Наргилай, повернувшись к Кержаку. — Все получилось! Это будет стоить мне небольшой услуги, когда она им потребуется. Сейчас по всему менталу визг стоит, кое-кто активно получает по попе.

Действительно, из ментала доносились какие-то странные отголоски. Демоническое дитя явно получало воспитательные меры от папы с мамой и визжало, доказывая, что ничего плохого не сделало, а только играло. Старый орк хохотнул, представив, каким образом демоны могли наказать свое чадо. Но главное, что оно не здесь и не лезет, куда его не просят. За что низкий поклон Наргилаю, взвалившему на себя долг перед демонами. А такие долги могли быть очень неприятными, слышал он о подобных случаях.

Пока психомастера не было, двархи сумели разобрать полученный им от Наставника пакет информации. К глубочайшему сожалению старого орка, никаких намеков на то, кем являются твари, способные пленять души высших сущностей, не было. Самого Шаэлена взяли очень просто, к нему в гости попросились трое учеников, которых он всегда рад был видеть. Они вошли, угостили старого учителя каким-то напитком и… все. Все контрольные каналы души оказались перехвачены непонятной субстанцией, вызывающей тошноту на уровне интуиции. Бедняга рвался, как мог, но вырваться не смог. Получалось только бессильно наблюдать за кошмаром, который творит его душа. Заявления «сверхов» приводили в ужас, они отрицали все, что имело место в этой вселенной и намеревались все это разрушить, а затем выстроить заново по своим лекалам. Причем их лекала оказались на изумление примитивными и даже убогими — мы выше всех, мы суть всего, а вы должны молиться нам, великим, выполняя все, что вам прикажут. Старая песня ни на что не годных ничтожеств, желающих сесть другим на шею.

А затем пошли миллионы лет одинаковых действий. Тупые попытки низвести в дикость любую цивилизацию, встреченную на пути. Причем от высокоразвитых народов «сверхи» не раз получали по рукам, но продолжали действовать одинаково, придумать что-либо новое для них было практически невозможно — понятие «творчество» вызывало у любого «сверха» зубовный скрежет, а сопровождающий его Звездный Огонь попросту убивал. Это говорило о том, что они пришли откуда-то извне, из-за пределов мироздания. Но как такое стало возможным? Шаэлен понятия не имел, он только отслеживал и запоминал происходящее, надеясь, что это когда-нибудь пригодится.

Однако со временем проклятые «сверхи» сумели пленить еще один высший народ — Эстер Архие. Они тоже уже дошли до уровня сущностей, и тут им на головы свалились твари извне. Именно благодаря их эксплуатации Воин, Госпожа и Наставник сумели придумать кое-что новое, благодаря чему их экспансия ускорилась. И так бы все, наверное, и продолжалось, если бы «сверхи» не столкнулись с орденом Аарн, не поняв в своей гордыне, что это общность, идущая по пути их носителей, и со временем способная их обогнать. Твари начали низводить цивилизации обитаемой галактики к варварству привычным образом, но чувствительно получили по рукам. Впервые за многие миллионы лет их не просто прогнали, а спровадили трех самых сильных в Бездну. Это вызвало в среде тварей, считающих себя вершиной мироздания, буквально шок, после чего было принято решение атаковать Аарн со всех сторон. Их мыслящий эгрегор пугал «сверхов» до безумия, из него постепенно вырастало нечто невыразимо жуткое. И его требовалось в обязательном порядке как можно скорее уничтожить, поэтому воздействие на отказавшихся принимать свою судьбу варваров продолжилось сразу же после того, как закончилась война, чего обычно не происходило.

Но самым важным все же, по мнению Кержака, являлись координаты очень многих объектов «сверхов». Особенно куда более крупных, чем аарн до сих пор встречали, ментальных маток. Именно через них держали под контролем низведенные в дикость народы. Если их разрушить, то задача тварей во много раз усложнится. А это даст время придумать способы борьбы с ними.

— Внимание! — заставил всех встрепенуться ментальный образ Наргилая. — Эстана приходит в себя!

Присутствующие подошли ближе к ритуальной схеме, полускрытой Звездным Огнем. Женщина внутри него приподнялась на руках, огляделась, попыталась дотронуться до стенок окружающего ее кокона, обожглась и отдернула руку. Затем заметила Наргилая, всмотрелась в него и явно узнала, поскольку грязно выругалась, пожелав вставшему на пути всеобщего блага всяческих неприятностей.

— Не желаю тебе здравствовать, тварь, пленившая Эстану, — уронил психомастер. — Да-да, я знаю, что вы всего лишь паразиты, захватившие души моих друзей. И Шаэлена я от одного из вас уже освободил. Он мне передал все, что знал, так что ваше время, сволочи, заканчивается.

— Что со мной было? — не обратила внимания на его слова Черная. — Это ты сделал?

— Нет, не я, — насмешливо ухмыльнулся Наргилай. — Ты позволила оседлать себя демону, причем очень молодому демону. Так какое же ты высшее существо, раз обычный демоненок сумел взять тебя под контроль? Тьфу, да и только!

— Не может быть… — побледнела женщина. — Мы — высшие, мы — предел и суть всего, никакие демоны нас пленить не могут!

— А вот он думал иначе и оседлал, — хохотнул психомастер. — Но не будем терять времени, ты мне не интересна. Уходи!

И принялся медленно сжимать кокон. Черная зашипела, принялась ругаться, затем визжать и вопить. Но Наргилай не обращал на это никакого внимания, и тварь долго не выдержала — глаза женщины закатились, из них, изо рта и из ушей потекла черная жидкость, собравшаяся в почти незаметное облачко в надежде ускользнуть, но не вышло. Психомастер внимательно отслеживал ее эволюции, и как только образовалось облачко, атаковал его языком Звездного Пламени. Раздался утробный вой, и очередная тварь извне издохла.

Прошло не менее десяти минут, прежде чем Эстана открыла ясные глаза и с улыбкой посмотрела на мир за пределами кокона.

— Здравствуй, Наргилай! — ее образ переливался цветами радости. — Ты смог выгнать ее… Спасибо тебе, старый друг! Я думала, что так и растворюсь в ничто, как остальные…

— Страшно рад тебя видеть, Эстана! — с не меньшей радостью ответил психомастер. — Как ты?

— Плохо, — тяжело вздохнула она. — Да ты сам видишь, от души почти ничего не осталось, так, ошметки какие-то. Выходить из кокона мне никак нельзя, иначе меня сразу какая-то другая тварь оседлает. Нужно найти мое средоточие и позволить мне уйти. Другого выхода, прости, нет. Я бы очень хотела исправить то, что натворила в моем теле эта, но не получится…

— Уважаемая, у нас есть Целители Душ, — ступил вперед Кержак. — Позвольте им попробовать помочь вам.

— Пусть пробуют, мне не жалко, — пожала плечами Эстана. — Но не уверена, что у них получится.

— Попытаться все равно стоит.

С этими словами старый орк отошел в сторону и вызвал с нулевым приоритетом Дашу и Тра-Лгаа. Целительницы Душ отозвались сразу, обе прекрасно знали: раз нулевой приоритет, то где-то случилась беда, и нужна их помощь. Выслушав рассказ Кержака о том, что «сверхи» на самом деле паразиты, присосавшиеся к чужим душам, они только кивнули — это соответствовало их собственным выводам. А узнав, что на «Небесном Путнике» находится освобожденная от паразита женщина, от души которой остались жалкие клочья, сообщили, что будут через полчаса, поскольку как раз находятся в Кельтане, не нужно тратить время на перелет.

Не успел погаснуть голоэкран, как Кержак вдруг ощутил, что его зовет эгрегор ордена, собираясь куда-то перенести. Где-то срочно требовалась его помощь, там происходило что-то страшное. Какой-то аарн, причем однозначно не ментат, сумел дозваться до эгрегора, что само по себе было чудом из чудес. Быстро сообщив остальным, что происходит, Кержак позволил эгрегору перенести себя, одновременно готовясь к бою. Однако перед переносом в его рукав вцепился Наргилай со словами:

— Я с вами!

В то же мгновение в глазах обоих потемнело, а тела охватил леденящий холод, что говорило о межвселенском переносе. Еще несколько мгновений, и мастера оказались перед странного вида храмом возле которого застыл большой десантный челнок. Возле люка дергались на мостовой в судорогах десятка два человеческих тел в зеркальных орденских доспехах. Над ними стоял высокий худой мужчина с брезгливым выражением лица и накладывал на пострадавших какие-то плетения, от одного вида которых старого орка передернуло — однозначно не целительские. Незнакомец раздраженно уставился на появившихся перед ним двоих мастеров и брезгливо поинтересовался:

— Это что еще за явление?

— Леорад! — буквально возопил Наргилай, радостно потирая руки, весь его вид выражал азарт, восторг и нетерпение. — Как же давно я ждал этой встречи, сволочь ты поганая!

— Не-е-е-ет!!! — отчаянно завопил тот. — Ты не можешь быть здесь, тебя давно пленили!.. Не-е-ет…

Последнее слово прозвучало, скорее, как стон отчаяния. Леорад попытался сбежать, телепортироваться, затем совместить пространства, но не смог, Наргилай перекрыл все входы и выходы в живой мир. Он слишком долго ждал встречи со старым врагом, в свое время сильно нагадившим его народу, чтобы теперь упустить. Настало время воздать подонку за все хорошее. Полной мерой! По справедливости. Той самой. Высшей!

Глава 7.3

— Ну что, все готово? — обратился Исраэль к Кейтаре.

— Почти, учитель, еще несколько минут, — ответила ученица. — Мы должны накрыть все лагеря одновременно, чтобы ни одна тварь не успела нажать кнопку. Компьютеров, способных сделать это без вмешательства человека, здесь, к счастью, нет.

Старый еврей кивнул. Действительно, нельзя допустить взрыва ни единого концлагеря, это даст такой всплеск инферно, что всю планету затрясет. Как ни странно, исчезновение «машиаха» почти ничего не изменило, разве что поначалу, местный Израиль так и остался отвратительным хищником. И сейчас высокопоставленные раввины вовсю интриговали, стремясь занять внезапно опустевший трон. Причем ни один не собирался ничего менять, их все устраивало. А это означало, что израильскую верхушку в полном составе придется изымать и вывозить на безлюдную планету. Пусть там издеваются друг над другом, раз больше ни на что не способны.

Согласно выводам старших офицеров легионов, лучшим способом спасти узников было мгновенное усыпление всех людей в концлагерях при помощи специально разработанных и произведенных на фабриках боевых станций дроидов с парализаторами. А затем перемещение спящих в другое место, там и разберутся, кто есть кто. Кто узник, а кто надсмотрщик. Последних не ждало ничего хорошего, поэтому следовало обследовать их и лишить возможности покончить с собой — им еще на суде предстояло свидетельствовать о преступлениях режима «машиаха». Видимо, надсмотрщики что-то предчувствовали, поскольку практически все из них не расставались с оружием, а кое-кто даже припас яд.

Мир бурлил, ожидая известий из Израиля. За исключением России — она жила своей жизнью, не особо обращая внимания на другие страны, и такая политика старому еврею нравилась. Надо будет подкинуть империи новых технологий, которые она способна будет воспринять на нынешнем уровне развития. После нейтрализации «сверха» больше никто не помешает Земле идти своим путем — никаких других цивилизаций поблизости нет. Только аллери, ставшие смертными, да десятка полтора их соседей, но это едва ли не на противоположной стороне галактики. Плюс второй источник инферно этой вселенной, куда еще только предстояло наведаться. Он тоже расположен довольно далеко, через шесть галактических рукавов.

Челноки, заняв позиции над лагерями, выпустили тучи дроидов, которые, отследив, чтобы не осталось не покрытых излучением зон, одновременно запустили парализаторы. Узники, надсмотрщики, охранники и наемные работники попадали, где стояли. Сразу после этого над лагерями появились из гиперпереходов роботы-саперы и принялись за сканирование территории. К счастью, никаких особо хитрых зарядов не нашлось, обычная местная взрывчатка, тротил. Правда, в больших количествах. Но заряды были быстро спроважены в атмосферу Юпитера, где они не могли причинить никакого вреда, и лагеря стали безопасны.

В то же мгновение, как это стало ясно, из гиперепереходов в больших количествах посыпались легионеры ордена на своих любимых летающих досках. Они без промедления начали сортировать спящих, полагая, что узников не станут одевать в форму, а охранников в полосатые робы. Однако память каждого все равно будет считана, чтобы избежать ошибок и не наказать невиновного, к этому готовились четыре дварха и шестьдесят наиболее профессиональных в этом деле аарн, обученных абстрагироваться от увиденного. Но работа в любом случае предстояла долгая и нелегкая. На всякий случай Целители Душ приготовились помогать считывающим, если вдруг кто-то из них паче чаяния впадет в психошок. А это при считывании памяти надсмотрщиков вполне вероятно.

Документы из канцелярий и архивов концлагерей изъяли для предстоящей разборки и публикации самых страшных в наиболее влиятельных земных газетах. При этом надо было организовать все так, чтобы эти публикации не вызвали взрыва антисемитизма и погромов, ведь это точно так же, как и действия израильтян, вызовет всплеск инферно. А подобного допускать аарн были не вправе, их послали ради обратного.

К счастью, без влияния «сверха» израильтяне не сумеют развернуть террор достаточного уровня, но натворить смогут еще многое. Это желательно было предотвратить, поэтому Исраэль отдал приказ начать изымать наиболее фанатичных и одиозных раввинов, а с одним из самых авторитетных решил предварительно поговорить, попробовав воздействовать на него без насилия, которое очень не любил. Не был уверен, что получится, но попытаться стоило. Правда, несколько позже, сначала следовало окончательно разобраться с концлагерями.

Рав Шломо Леви хмуро смотрел на стол, где лежала целая груда донесений и писем. Разбирать их старик не имел ни малейшего желания, но понимал, что придется. С момента исчезновения машиаха все пошло кувырком. Он присутствовал при этом исчезновении, поскольку руководил канцелярией двора, и видел, как их владыка провалился в геенну огненную или ледяную, об этом говорили багровые отблески и леденящий холод, начисто выморозивший дворец во время летней жары. Так может это был не машиах? Шломо помотал головой, отгоняя от себя крамольные мысли. А кем еще мог быть Ицхак Коэн? Ведь он спас евреев от истребления и за короткое время создал из ничего огромное государство! Даже Великобритания боялась могущества Израиля! Кто, кроме машиаха, мог такого добиться? Никто. Вот только цена этого… Что ж, цена была очень велика, то ведь дело того стоило? Правда же, стоило? Он не знал, кому задавал этот вопрос, наверное, Всевышнему, чьи имена старик избегал называть даже мысленно, это можно делать только в молитве.

— Ребе! — влетел в кабинет секретарь, он выглядел так, словно за ним гнались все демоны ада, глаза вытаращены, весь белый, дыхание тяжелое и прерывистое. — Только что пришли телеграммы, все лагеря в Сахаре опустели! Они пусты, полностью пусты! Ни людей, ни документов в архивах! И заложенных под бараками мин тоже нет!

Шломо мертвенно побледнел, откинувшись на спинку кресла, и вытер выступивший на лбу холодный пот. Если документы из лагерей будут опубликованы в прессе, то на Израиль накинется весь мир. Такого кошмара ему не простят. И такой войны стране не выдержать. Но кто мог это сделать? Как⁈ Да, раввину никогда не нравилась политика поголовного уничтожения взрослого населения завоеванных территорий, но идти против машиаха старик не решался. А тот заявил, что не принявшие великих истин должны умереть. Правда, что это за великие истины, не сообщил, на все вопросы отвечая, что пока рано их озвучивать. Вот когда Израиль расширится до пределов мира, тогда и придет время. Противоречить ему давно никто не решался, машиах был гневлив и казнил приближенных при малейшем недовольстве. Вот они и старались угодить грозному повелителю.

Немного подумав, Шломо собрался было позвонить в колокольчик, чтобы снова вызвать покинувшего кабинет секретаря. Следовало срочно созвать совещание руководителей всех ведомств, ибо неприятности на Израиль надвигаются немалые. Однако какой-то треск помешал ему и заставил повернуться к источнику звука. Одна из стен кабинета вдруг налилась светом, а затем на ней появилось изображение человека средних лет в черно-серебристом комбинезоне с изображенным на левом плече жутким нечеловеческим глазом, лежащим на когтистой лапе ящера. Пейсы, кипа и характерная внешность давали понять, что это тоже еврей.

— Мира и здравия я тебе не желаю, — заговорил незнакомец. — Палачам и убийцам хорошего не желают. Однако перед тем, как принимать крайние меры, я решил поговорить с тобой, что понять ты еще остался человеком или окончательно превратились в чудовище.

Ввиду отсутствия в иврите обращения на «вы» он говорил «ты». Его язык звучал старомодно и непривычно, однако был вполне понятен. Шломо возмущенно вскинулся, услышав обличающие слова незнакомца. Палачам и убийцам⁈ Да как он смеет⁈

— А что, вас после того, что вы творили в концлагерях, можно назвать иначе? — понял его возмущение незнакомец. — Не думал, что мой народ может дойти до такой степени бесчеловечности…

Из старика словно воздух выпустили, он вспомнил отчеты об утилизации узников и заскрипел зубами. Шломо всегда казалось, что за это когда-нибудь придется ответить. Вот, похоже, время отвечать и пришло…

— Кто ты? — хрипло выдохнул он. — Кто дал тебе право судить?

— Нас попросили в Сферах Творения убрать отсюда источник инферно, абсолютного зла. И мы это сделаем. А кто я? Аарн. В прошлом еврей из Бердичева, раввин. Покинул планету Земля в 1920-м году. Но это была Земля другой реальности. Имя — Исраэль Штольц. Хочу тебе кое-что показать, может дойдет, в кого вы попытались превратить евреев. Еще в одной реальности именно нас убивали так, как вы убивали тех, кого звали «гоями». Смотри!

И перед глазами Шломо потекли страшные картины чудовищных лагерей, в которых людей травили газом, потом сжигая тела и продавая окрестным фермерам оставшийся от них пепел. Он видел как варили мыло из человеческого жира; как шили сумочки из татуированной кожи, сдираемой заживо; как выкачивали кровь из маленьких детей, выбрасывая крохотные иссушенные тела на свалку; как морили голодом женщин и стариков; как замораживали людей в ледяные статуи.

— Это делали с нами нацисты, считающие свой народ выше всех других, — с презрением выплюнул Исраэль. — А теперь смотри, что творили вы! Так чем вы отличаетесь от нацистов⁈ Ничем!

Снова раввин увидел страшные лагеря, только на этот раз израильские, в Сахаре. Там тоже самыми разными способами умерщвляли сотни тысяч человек, разве что способы были другими, чем у немцев, но не менее жуткими. Надсмотрщики издевались над узниками настолько страшно и настолько безжалостно, что у Шломо перехватило дыхание. А ведь это были его соотечественники, полагающие себя религиозными евреями…

— Так машиах велел… — простонал он. — Кто мы такие, чтобы ему противоречить?..

— Машиах? — недобро усмехнулся аарн. — Что бы ты знал, это не машиах, а так называемый «сверх», тварь, желающая одного — разрушения любой цивилизации, до которой способна дотянуться. Посмотри, что они такое.

Шломо опять увидел страшное, увидел мясокомбинаты, на которых людей разделывали заживо, увидел разглагольствования «сверхов» о том, что все должны перед ними склониться и сидеть в землянках, ожидая приказов. А затем ему показали, как орден расправился с тремя сверхами, после чего уничтожение средоточия «машиаха» и его гибель. Точнее, падение в Бездну.

— Нас обманули… — в отчаянии простонал он. — О святой бог, Аданай Элокэйну! Что же нам делать, как искупить кошмар, который мы сотворили⁈

— Да, вас обманули, — кивнул Исраэль. — Но самое страшное, что вы позволили себя обмануть, вам понравились обещания «сверха», ведь он пообещал вам владычество над миром! И вы соблазнились.

— Соблазнились… — со слезами на глазах признал Шломо. — Но что же делать?

— Все, кто повинен в издевательствах над узниками, будут вывезены в безлюдный мир, пусть живут там, как хотят, — безразлично ответил аарн. — Или не живут. Мне главное, чтобы на этой Земле в ближайшие десятилетия не было больших войн, способных вызвать всплеск инферно. Ваша несчастная планета и так настолько им насыщена, что новый всплеск вызовет катастрофу.

Он немного помолчал, затем с горечью добавил:

— После устранения «сверха» нам было показалось, что вы взялись за ум, начали исправляться. Но нет, не прошло и декады, как вы взялись за старое и пополнили лагеря тысячами новых узников. Зачем?

— Мне нечего ответить, — понурился раввин. — Я бы и хотел покончить с политикой жесткой ассимиляции, но от меня это не зависит… Слишком многие богатые и высокопоставленные в ней заинтересованы, это их прибыль…

— Как я уже говорил, к завтрашнему дню все заинтересованные будут изъяты нашими легионерами, — жестко заявил Исраэль. — И меня интересует вот что. Если не станет мешающих изменению политики дам и господ, вы справитесь с изменениями? Или придется убирать вообще всю властную структуру Израиля?

— Я не знаю! — развел руками Моше. — Буду стараться делать все, что в моих силах, может хоть частично искуплю свою вину.

— Хорошо, — кивнул аарн. — Тогда вот еще что. Чтобы не было войн, мы установим на ваших границах автоматические орудийные башни и защитные поля, действующие в обе стороны. С какой бы стороны их не пересекали войска, эти войска будут безжалостно уничтожаться. Потому советую трижды подумать, чем снова нападать на кого-либо. Я бы хотел наказать всех виновных, в том числе и вас, но понимаю, что оставлять без властной пирамиды большую страну нельзя, чревато хаосом и, опять же, всплеском инферно. Наверх, как всегда, вылезут самые активные подонки, и начнется кровавая вакханалия. Но учтите, за вами будут присматривать. И в случае рецидива все население Израиля будет выселено на другую планету, где ему станет не до попыток захватить чужое — выжить бы. Вам все ясно?

— Да, ясно, — встал и поклонился раввин, понимая, что его страна столкнулась с силой, противостоять которой невозможно.

Он еще не знал, что с самого утра начнется прилюдное изъятие виновных. Аарн обставили это таким образом, что никто не решался им мешать. Сначала голос на древнем, чеканном иврите зачитывал над головой ошарашенного человека обвинение и приговор, а затем его утягивали в черную воронку воины в зеркальных доспехах. В Израиле воцарился ужас, до евреев наконец дошло, что они нарушили заповеди Творца, и теперь их ждет наказание.

В то же время, когда Ицхак говорил со Шломом, Кейтара общалась с российским императором Александром VII, седым, коренастым мужчиной, напоминающим вставшего на дыбы медведя. Он, конечно, сильно удивился превращению одной из стен его кабинета в огромный экран, на котором появилось лицо симпатичной девушки, но виду не подал. Внимательно выслушал рассказ о происходящем, о том, кто такие «сверхи» и борьбе с оными. А также о том, что на его Земле правил один из этих подонков.

— И как же с ним бороться? — хмуро спросил его величество.

— «Машиах» уже низвергнут в Бездну, — заверила аарн. — Понимаете, нас направили сюда из Сфер Творения, вы называете их Райские Кущи или что-то в этом роде, там попросили убрать из вашего мира источник инферно, силы образующейся из боли, горя и смерти большого количества людей. Сейчас мой учитель занимается Израилем и его правительством, а мне поручили поговорить с вами, ваше величество, и передать научные знания, которые помогут России быстрее развиваться. Главное для вас — побыстрее выйти в большой космос и организовать в других системах хотя бы несколько колоний. Тогда, даже если Земля погибнет, ваша страна уцелеет.

— Разумно, — признал император. — Но почему вы нам помогаете?

— Дело в том, что в других вселенных тоже существует Земля, а на ней Россия, — улыбнулась девушка. — Есть Российская империя, опережающая вас по времени на десять тысяч лет. Там сейчас правит Михаил XXVII, она занимает пять галактик и активно осваивает шестую. Так вот, эта Россия уже трижды приходит к нам на помощь в самых тяжелых и даже безнадежных ситуациях, мы союзники, а орден Аарн неблагодарностью не отличается. Поэтому мы считаем необходимым помогать любой России, где бы ее ни встретили. Если ей нужна помощь, конечно.

— Ясно, — кивнул Александр. — Что ж, я могу только поблагодарить.

Он покосился на стопку папок, возникших из воздуха на краю рабочего стола, понимая, что работы предстоит не просто много, а очень много.

— Но чего вы хотите от меня? — спросил император.

— Постараться не допустить большой войны в ближайшие годы, — тяжело вздохнула аарн. — И сделать ваше общество максимально добрым. Земля настолько изъедена инферно, что новый его всплеск может погубить всю жизнь на планете. Понимаете?

— Понимаю, — нахмурился Александр. — Но с многими странами иначе говорить не получается, та же Великобритания, дай ей только возможность, с радостью расчленит и сожрет Россию.

— Нужно хотя бы двадцать лет мира, — поморщилась Кейтара. — Потом воюйте дальше, инферно от лагерей к тому моменту рассеется. Мы можем помочь разве что аппаратурой, которая поставит на ваших границах непреодолимые силовые завесы. Без вашего позволения преодолеть границы России никто не сможет.

— Это многое даст, — заметил император.

— Сейчас к входу во дворец переместят двадцать больших контейнеров с генераторами силового поля, они похожи на пограничные столбы. Их надо будет установить по всей границе, оставив небольшие проходы для путешественников или еще чего. Подробная инструкция на русском языке приложена к каждому контейнеру. Разобраться будет несложно. А теперь прошу прощения, но я вынуждена попрощаться. Нам пора завершать изъятие из Израиля виновных и отправляться в путь. В вашей галактике есть еще один источник инферно, и наша задача его как можно быстрее погасить.

— Еще раз благодарю! — встал его величество.

— Всего доброго и удачи! — слегка поклонилась аарн, и экран погас.

Александр прошелся по кабинету, потирая болящий висок, постоял у окна, бездумно глядя на купол церкви, а затем вызвал секретаря и велел срочно созвать заседание Государственного Совета. Предстояло обсудить множество важных вещей. Он только справился, появились ли у входа во дворец странного вида контейнеры, а узнав, что появились, велел поставить вокруг них плотную охрану и никого не подпускать без его личного приказа.

По прошествии еще трех дней экспедиция ордена Аарн покинула Солнечную систему и двинулась к следующему источнику инферно. По дороге следовало найти планету и высадить на ней высокопоставленных израильских раввинов, надсмотрщиков и прочих подонков, виновных в геноциде.

* * *

Адмирал Муравин стоял у тактической голосферы и нервно ломал пальцы, пытаясь понять, что делать дальше. Такого нашествия дикари еще не устраивали, их кораблей было больше трехсот тысяч. Даже помощь Аарн не позволит справиться с таким количеством. Товарищ Фарлизи, конечно, сообщила, что вызвала подмогу, но когда она еще придет, эта подмога? К тому моменту от советского флота, да и от флота ордена останутся рожки да ножки. Если вообще останутся.

Проклятые дикари словно обезумели, рвутся вперед, не считаясь с потерями. Аарн сообщили, что уничтожили нескольких «сверхов», видимо, остальные стремятся отомстить. Сражением командовала флаг-адмирал Фарлизи, Муравин признавал ее право — как флотоводец эта красивая женщина превышала его уровень на два порядка, как минимум, он понял это после первого же разговора с ней. Что ж, советский флот давно не воевал, всему приходится учиться на ходу, заново. Если останется жив, научится. А это в сегодняшнем сражении весьма проблематично, слишком уж много кривобоких кораблей навалилось на систему Новый Омск. Идет спешная эвакуация, может получится вывезти хотя бы женщин и детей.

На память пришла случайно увиденная отвратительная сцена на космодроме во Владиславске, столице южного материка. Некие обнаглевшие «деятели искусств», надрывно верещащие о своей огромной ценности для страны, попытались было прорваться к эвакуационным транспортам, отталкивая с дороги матерей с малышами, стоящими в очереди, но их быстро успокоили провожавшие свои семьи мужчины. После чего всхлипывающих, сильно помятых «деятелей» отвели к ближайшему оврагу ополченцы, где без малейших сомнений и душевных терзаний вывели в расход. Люди, достойные уважения, никогда не станут себя так вести.

Флоты разошлись в стороны, встречая новую волну кособоких «кирпичей», и выпустили целую волну ракет и предоставленных орденом гиперторпед. Контратака оказалась на удивление удачной, и дикари не досчитались больше трех тысяч кораблей. Однако это была капля в море.

Волна «кирпичей» шла за волной, боеприпасов становилось все меньше, приходилось все чаще использовать мезонные орудия на близкой дистанции, а это означало потери. И немалые. Чертовы дикари стреляли своими розовыми лучами на удивление метко. Небольшой фрегат или эсминец они вообще легко перерезали напополам.

Внезапно все сканирующие системы флагманского линкора заверещали дикими голосами, сообщая о предстоящем выходе из гиперпространства огромного флота, превышающего по размерам даже флот дикарей. Бой шел за пределами системы, кривобокие корабли старались изо всех сил не пропустить в нее, поэтому свободного места вокруг хватало.

Казалось, само пространство-время вывернулось наизнанку, и в реальность начали стройными рядами выходить самые разные корабли. Они принялись совершать различные эволюции, очень быстро выстраивая боевой порядок. И все бы хорошо, но Александра Ивановича до зубной боли изумил герб на самых крупных — имперский двуглавый орел. Коронованный!

Прямо перед Муравиным загорелся голографический экран, на котором появились человек и гигантский богомол в одинаковых мундирах, разве что у первого были погоны вице-адмирала, а у второго — адмирала флота.

— Приветствую вас, коллега! — проскрипел богомол. — Принимайте подмогу! Шестой, восьмой и двенадцатый атакующие флоты Российской империи. Адмирал флота Елизарий Тихонович Красин. Вице-адмирал Никита Петрович Мармышев. Прибыли на помощь СССР согласно приказу его величества.

У Александра Ивановича от таких известий все поплыло перед глазами. Одна мысль, что им пришла на помощь романовская империя, вводила его в ступор. Но опытный военный все же сумел взять себя в руки. Сейчас важна любая помощь, кто бы ее ни оказал. Иначе население двух населенных планет и бесчисленных шахтерских станций будет отправлено на жуткие мясокомбинаты дикарей.

— Рад вашему прибытию, тов… господин адмирал! — заставил себя выдавить Муравин, не совсем понимая, на каком он свете.

— Передаю командование флаг-адмиралу Фарлизи! — щелкнул жвалами Красин. — Мы с ней уже работали вместе, компьютерное сопряжение с нашей стороны произведено.

— Рада видеть вас, Елизарий Тихонович, — улыбнулась появившаяся на еще одном экране Дарли. — Сопряжение с нашей стороны тоже произведено. Передаю данные по диспозиции. Прошу поскорее вступить в бой, у нас очень большие потери, а населенные планеты нужно защитить или хотя бы дать им время на эвакуацию.

— Защитим! — заверил ирху. — Сюда идут еще четыре ваших, орденских флота из малой галактики. Скоро будут. А мы пока пощиплем этих сволочей, поглядим, из какого теста они сделаны.

И три флота занялись делом. Слуг «сверхов» ждало множество неприятных сюрпризов. Очень мало кому из них предстояло пережить этот день. Что ж, все по заслугам. Так всегда было и так всегда будет.

Глава 7.4

Худой мужчина с отчаянием на лице оборачивался со стороны в сторону, явно надеясь вырваться. Кержак ощущал, что он пытается что-то сделать, сплетал заклятие за заклятием, но Наргилай легко сводит на нет все его потуги. Со злорадной, победной ухмылкой сводит, явно испытывая от этого чуть ли не физическое наслаждение. Его слова о старом враге объясняли многое, но далеко не все. Однако орк не стал ничего спрашивать — не время. Захочет, сам расскажет. А он захочет, неугомонный норов древней сущности старый орк успел понять. Так что вопросы следует задавать не сейчас, а когда придет для этого время.

— Как же я долго ждал этого момента, паскуда… — медленно цедил сквозь зубы психомастер, его глаза горели злым, неприкрытым торжеством. — Неужели ты думал, что тебя так и не призовут к ответу за все сотворенное? Зря ты так думал, очень зря…

Он немного подумал, затем прищурился и тихо спросил:

— А не ты ли навел на моих сородичей тварей, сделавших из них «сверхов»? С тебя ведь станется.

— Даже если и я, ты этого никогда не узнаешь! — с презрением бросил ему Леорад. — Но моя месть была свершена, пусть даже и не мной лично. Смотреть, как гордые, великие экваа превращаются в ничтожеств, было огромным, непередаваемым наслаждением. А ведь даже тебе их не спасти, вот что самое смешное!

— Тебе это не поможет, — скрипнув зубами, заверил Наргилай. — А по поводу того, что не узнаю?.. Ты глубоко заблуждаешься. У меня было двадцать миллионов лет свободного времени, за этот срок я очень многому научился. В том числе и вот такому…

Он небрежным движением руки заключил заоравшего противника в некое подобие огромного мыльного пузыря. Тот немного подергался, но быстро понял, что ему не вырваться, и принялся монотонно, грязно ругаться, выводя происхождение всех, кого видит вокруг, из скрещивания самых гнусных адских тварей. Психомастер на это только похохатывал, он деловито выплетал какой-то невероятной сложности конструкт. Старый орк наблюдал за этим с живым интересом, совершенно не понимая происходящего, однако записывал все в память биокомпа, чтобы разобраться позже. А вот узник, наоборот, прекрасно понимал, он с тоской смотрел на завершаемые блоки конструкта и с каждым мгновением дрожал все сильнее.

— Ну вот, дорогой Леорад, мы готовы приступать, — удовлетворенно заявил Наргилай, когда последний блок был завершен. — Но перед тем я все же задам тебе один вопрос. Понимаю, что ты вряд ли ответишь, но все же задам. Зачем? Зачем тебе было все это? Какой смысл? Ты же ничего в итоге не получил…

— Тебе не понять, — насмешливо оскалился тот. — Вы же у нас высоэтичные и высокоморальные, вам власть и сила не нужны. Они для вас всего лишь инструмент, а не самоцель, как должно быть. Никогда этого не понимал и не пойму. Какое вам дело до всех этих малых вокруг? Им, видишь ли, больно! Да плевать! Главное, пользу от них получить! А там пусть хоть в дерьме тонут! Я пытался доказать вам, что вы неправы, но вы слепые и глухие идиоты, продолжали держаться за свою идиотскую этику!

— Лжешь, — покачал головой психомастер, — причем лжешь даже самому себе. Но ладно, не будем терять времени.

— Что меня ждет? — со страхом в голосе спросил Леорад.

— А ты как думаешь? — криво усмехнулся Наргилай. — Не беспокойся, руки об тебя марать я не стану, противно. Ты сам себя сожрешь. Так что Бездна, дорогой мой, Бездна.

— Не-е-е-ет… — в отчаянии простонал узник.

— Я могу немного облегчить твою участь, если ты объяснишь, чего ты хотел добиться в этом мире и зачем раскручивал в нем инферно.

— А что тут непонятного? Гекатомба сразу трех разумных рас позволила бы мне перейти на следующий уровень силы, а то и на два сразу. Инфернальные грибницы позволяли добиться этого, причем направляя гаввах сразу по назначению. Очень полезная разработка.

— И всего лишь? — укоризненно покачал головой психомастер. — Ради поднятия уровня силы? Какая же ты все-таки мразь…

— Чистенький нашелся! — брезгливо выплюнул Леорад. — Тебе напомнить, как вы, высокоморальные наши, поступали с инфернальными цивилизациями? Вы стирали их! Начисто. Всех носителей инферно! А им ведь тоже было больно, хоть они и не подпадали под вашу кастрированную этику. Твоя суть — двуличие!

— Тот, кто считает себя вправе убивать и мучить других, права на жизнь не имеет, — укоризненно покачал головой Наргилай. — Но хватит. Говорить с тобой бесполезно, поэтому займемся делом. Пришло время раскрытия твоих грязных секретов. Могу тебе обещать, что погублю все твои начинания.

— Будь ты вовеки веков проклят, сволочь! — тоскливо выплюнул узник.

Наргилай не обратил на его слова никакого внимания, он активировал недавно созданный конструкт, и в тело Леорада из ниоткуда потекли разноцветные световые кольца, от черных до белых. Тот надрывно заорал, его затрясло, глаза полезли из орбит. Энергетическая сущность души узника попыталась вырваться наружу, Кержак видел это четко, но психомастер не позволил, он подключил к этой сущности еще несколько входных контуров конструкта, и душа затрепетала, корчась от нестерпимой боли. Из нее в никуда потянулись струйки силы, но мало того, шло явное считывание памяти через ментал. Такого способа старый орк не знал и сейчас с немалым интересом наблюдал за происходящим. Судя по его высказываниям, Леорад был той еще сволочью, поэтому его не жаль — заслужил еще и не то.

— Ну вот и все, а ты боялся, — добродушно прогудел Наргилай, упаковывая считку памяти старого врага в информационный кристалл. — А теперь, дорогой мой ученик, пришло время ответить за все твои художества. Бездна ждет тебя!

От него повеяло во все стороны чем-то страшным, первородным, заставляющим дрожать от ужаса. В «мыльном пузыре» прямо под ногами трясущегося узника возник и быстро расширился провал, из которого потянуло ледяным холодом. Леорад заорал, задергался, попытался удержаться, но не смог, и с утробный воем рухнул в провал, сразу после этого закрывшийся.

— Готово! — удовлетворенно заявил психомастер. — Теперь надо только уничтожить инфернальные грибницы здесь и там, откуда пришли серые, — он кивнул на застывших неподалеку свидетелей Белого Гриба. — Знаю этот народ, все время лезут в какой-то блудняк, потому до сих пор и не перешли. Не раз в прошлом приходилось им по головам давать, чтобы опомнились.

— А кто это был? — решился спросить Кержак.

— Я расскажу, — вздохнул Наргилай. — Скрывать тут нечего, собственные ошибки надо признавать, чтобы не повторять их. У вас не случалось взять в ученики патентованную сволочь?

— К моему глубочайшему сожалению, случалось, — скривился старый орк, вспомнив Эльвинеля, чтоб ему и на том свете икалось, скоту властолюбивому. — Мой же ученик почти полностью уничтожил мой народ…

— Вот и этот — мой бывший ученик, — скривился психомастер. — Причем он был не из нашего народа, я встретил талантливого и невероятно умного парнишку во время странствий, восхитился живостью его ума и талантом настолько, что взял в ученики. Но не смог понять, что для Леорада главное — власть и сила. Все остальное для него не имело никакого значения. Что он такое я понял только после того, как он принес в жертву двух гениальных поэтесс, чтобы немного поднять свой уровень владения силой — энергонасыщенные плетения ему плохо давались. А когда мы пришли к нему, удивился — в чем, мол, дело, они же бесполезны, чего о них жалеть? Ничтожества ведь! К сожалению, подонок сумел тогда сбежать, причем спрятался так, что найти его я не смог. Потом он не раз гадил моему народу, в любой неприятности эстаа следовало искать следы Леорада. Из-за него очень многие погибли, больше сотни многообещающих проектов провалилось. Я подозреваю, что и к превращению моих сородичей в «сверхов» он тоже приложил свои шаловливые ручонки. Но это станет ясно после анализа считки его памяти. К счастью, он больше никому не навредит, из Бедны такие, как он, не выбираются.

— А вдруг выберется? — прищурился Кержак. — Все когда-нибудь случается в первый раз.

— Я и это предусмотрел, — криво усмехнулся Наргилай. — Попытка выбраться приведет его в одно любопытное место, откуда бы не смог выцарапаться даже демиург. Разве что черный демиург справился бы, но таких не появлялось в мироздании уже очень давно. Не было надобности. Ладно, продолжим разговор после разбора считки памяти. Попрошу в этом помощи двархов, так будет всяко быстрее, чем если сам стану корпеть.

— А что делать с грибницами?

— Мастера Жизни разберутся. Им мешало воздействие Леорада, а его теперь нет. Так что должны справиться. Свяжитесь с пилотом, который околачивается возле них, пусть сообщит, что можно работать в полную силу, никто больше не помешает и не нагадит.

Кержак передал его слова Лерку через дварха, и тот радостно помчался к Мастерам Жизни, все еще сидевшим перед одним из стволов дерева, приложив руки к коре. Выйдя из транса и выслушав пилота, они поблагодарили и снова включились в Лес, начав работать в полную силу. Теперь им действительно ничего не мешало разобраться с грибницами, сила, защищающая их, исчезла. Провалы между частями лесами начали быстро зарастать, возвращая планету под власть единой биосферы. Грибницы пытались сопротивляться, но из почвы выныривали огромные камни и перемалывали их, а останки растворяли бесчисленные корни деревьев. К счастью, серые успели насадить эту мерзость только на двух материках, поэтому справились с ней относительно быстро.

Однако, чтобы полностью разобраться с проблемой понадобилась еще декада, особенно тяжело дался отлов серых и выпроваживание их восвояси через обнаруженный на соседнем материке стационарный портал. Кто его создал, осталось неизвестным, но он исправно работал. После того, как ни одного из чужаков на планете не осталось, портал деактивировали, причем так, что активировать его снова из другого мира стало невозможно. Пусть живая планета растет и развивается без стороннего вмешательства. Разве что Мастера Жизни сообщили, что намерены раз в год наведываться сюда и помогать Великому Лесу решать возникающие проблемы.

Не дожидаясь полного восстановления биосферы, экспедиция гросс-адмирала Мерхалака снялась с орбиты и двинулась к последнему источнику инферно в этой вселенной. Он располагался в отдельном, довольно далеко отстоящем от основной галактики шаровом скоплении. И там происходило что-то очень нехорошее, судя по доносящимся в Сферы Творения отголоскам. Как бы не геноцид разумных видов. И это требовалось в срочном порядке остановить, пока не стало поздно.

* * *

В первую очередь было решено проводить поисковый ритуал, используя обнаруженные в Лавиэне и Ринканге подобия ментальных маток. Хотелось поскорее отвадить «сверхов» от родной вселенной, поскольку во вселенной СССР после прихода на помощь Российской империи три флота вполне успешно били врага, да так, что он откатывался назад все быстрее и быстрее, оставляя систему за системой. Освободили первые американские и китайские системы и, на удивление, обнаружили там живых партизан, скрывавшихся в горах и лесах. Те были счастливы, что пришли свои, пусть даже красные. Владычества дикарей бедолаги наелись вдоволь, большой ложкой. Больше не хотели.

— Интересно, кто это у нас порезвился? — хмуро спросил незнамо у кого Кержак.

— Либо Ледяной, либо Зверь, — лениво ответил Наргилай. — Спящая, она же Файнара, придумала бы что-нибудь поизощреннее. Она, если честно, и до заражения тварью редкой сукой была. Хотя грань дозволенного и не переходила, однако умела очень обидно высмеять любую идею и не раз это делала. Вышеуказанных двух я знал не слишком хорошо, они из более молодого поколения. Судя по их известным действиям — самые обыкновенные «сверхи», действующие по раз и навсегда установленной схеме. Они работали немного нестандартно только благодаря плененным Эстер Архие, а когда те оказались освобождены, вернулись к прежнему. К счастью, подконтрольные им флоты дикарей постепенно заканчиваются, теперь бы кого-то из них отловить и в Бездну спровадить. Остальные могут перепугаться и сбежать.

— Но в этом случае они вернутся когда-нибудь, — возразил старый орк.

— Вернутся, — со вздохом согласился психомастер. — Мне хотелось бы пленить парочку «сверхов» и вдумчиво обследовать, может, получится понять, что за твари их оседлали. Кто они и откуда взялись. Согласитесь, что оседлать вот так не самых слабых сущностей, не каждый сможет.

— Тут не о чем спорить, — кивнул старый орк. — А их возможно пленить?

— Сейчас я думаю над этим вопросом. Надеюсь, что-нибудь придет в голову. Пока что придумал только вневременной кокон, но не знаю, как заманить туда «сверха». Не полезет. Не идиот же.

— Ну почему же? Если поместить туда средоточие, во второй, например, небольшой кокон, доступный, на первый взгляд, из первого, предназначенного для самого «сверха», то полезет, как миленький.

— Хм-м-м… — несколько ошарашено уставился на собеседника Наргилай. — Мда, я, похоже, слишком привык к сложным решением, в упор не видя простейших…

— Но надо проработать вопрос очень тщательно, — посоветовал Кержак. — Если «сверх» сможет добраться до средоточия и сбежать вместе с ним, никому хорошо не станет, кроме него самого.

— Это да, — кивнул психомастер. — Тем более, что средоточия еще требуется найти. А это не так-то просто. Прошлые три были на кольце, а где могли спрятать свое добро Ледяной, Зверь и Спящая?

— Да где угодно, — скривился старый орк. — К тому же мы вполне можем обнаружить не их средоточия, а кого-то послабее. Вокруг трех высших обычно несколько «сверхов» послабее крутится. Интересно, по какому принципу они определяют, кто старше? Ведь Черная до становления тварью была сильнее и одареннее, чем упомянутые трое. Однако они выше по их иерархии.

— Скорее всего, дело в силе самих тварей, первоначальная сила носителя не имеет значения.

— Может и так. Но давайте займемся делом. Как я вижу, все готово.

Действительно, превращенный в огромный ритуальный зал астероид уже был практически готов, осталось завершить несколько фигур, нанеся несколько линий кровью старшего ритуалиста, и можно будет начинать. Таковым, понятно, являлся архимагистр Гетий, освоивший и переработавший под себя ритуалы Стеверена Ардаора. Некоторые он сильно упростил, сказав, что незачем так извращаться.

Имперские осознающие, эмо-поэты, Целители Душ и вероятностные ментаты занимали свои места в общей схеме. В трех специальных пентаграммах с защитными кругами находились образцы — обнаруженные в Лавиэне и Ринканге недоматки «сверхов». В центре Кержака и Наргилая ожидали Тальки, готовящийся к призыву эгрегора Аарн, Альмия, Семин, Дарв, двое толковых молодых магов из Академии Вероятности и Михаил Борохов, которого вся эта история со «сверхами» страшно раздражала. Бывшему казаку не терпелось вернуться к своим делам. Согласно ритуалу, для инициации поиска требовалось девять вероятностных ментатов, но одного заменил психомастер, показав, что вполне способен создавать куда более тонкие и сложные плетения, чем требуется.

— Тогда начинаем.

С этими словами Наргилай переместился к остальным ментатам, Кержак последовал его примеру. Затем они короткими плетениями замкнули незамкнутые контуры и объявили о начале ритуала. Бесчисленные линии схем начали наливаться свечением силы. А затем маги обратились к первозданным Силам, Свету и Тьме. Те немедленно отозвались, что несколько удивляло, обычно они дольше отвечали на зов, и тяжелыми глыбами зависли над ритуальным астероидом. А затем грянули первые аккорды гитар эмо-поэтов, и Сила Творения прянула во все стороны, покрывая собой все в мироздании. Где-то далеко омерзительно заверещали от боли «сверхи», для которых само наличие этой силы было нестерпимо.

Кержак снова, как и в прошлый раз, передал контроль Тальки, и тот без промедления призвал эгрегор ордена Аарн. Тот отозвался почти мгновенно, словно ждал призыва. Ощущение присутствия чего-то огромного и невыразимо сильного накрыло присутствующих, и каждый что-то получил от него в дар, даже не будучи аарн. Эгрегор легко считал память всех участвующих в ритуале, за исключением Наргилая, который позволил прочесть многое, но далеко не все.

Легко сняв с недоматок ментальную матрицу, эгрегор, понявший, чего от него хотят, развернул поисковые сети где-то непредставимо далеке, в надмирье. Некоторое время ничего не происходило, а затем вокруг начали мелькать картины многих уголков космоса, порой очень дико выглядящих. Также эгрегор словно пролистывал целые миры, ища в них ментальное подобие недоматок. Отголоски этого заставляли аарн пребывать в напряжении, тогда как осознающие поддерживали поиск своими способами, создавая эмпатические схемы, которые эгрегор на ходу подхватывал и сразу же использовал при сканировании очередного мира или мини-вселенной.

Поиск продолжался, и вскоре ведущие ритуал ментаты начали уставать, слишком много сил они затрачивали. Благо, наготове были другие, без промедления начавшие через ментальную связь сливать им свои силы. Однако надолго ли их хватит? Успеют ли хоть что-то отыскать за это время? Кержак не знал и понемногу начинал нервничать. Не хотелось бы, чтобы столько работы ушло впустую.

Однако через некоторое время эгрегор остановился на небольшом пространстве, в котором отсутствовали какие бы то ни было источники света, там царила вечная, непроглядная тьма. Где находилось это странное пространство? Возникало ощущение, что чуть ли не за пределами мироздания, хотя это и считалось невозможным. Неужели твари действительно пришли оттуда?

Где-то далеко в пустоте эгрегор отыскал плывущий в темноте кусок камня, в глубине которого имелась небольшая каверна. Всем сразу стало ясно, что искомое найдено. В этой каверне находилось средоточие какого-то «сверха», а может быть, и не одного.

«Я поймал координаты, — сообщил Наргилай. — Сейчас перемещу…»

«Не надо, — прервал его Кержак. — Приготовься, эгрегор сам переместит нас. Приготовь лучше плетение освещение».

Он оказался полностью прав, не прошло и минуты, как в каверне оказались психомастер, старый орк, пестрый керси, граф, две Целительницы Душ, четверо осознающих и столько же эмо-поэтов с гитарами. Ментаты тут же создали нужные плетения, и каверна осветилась. На вид она была самой обычной пещерой.

— Средоточие вон там, — показал Наргилай.

Он что-то сделал, и скала впереди расступилась, словно ее рассекло невидимое плазменное лезвие. Из образовавшейся щели выплыл и завис в воздухе знакомый мохнатый шарик средоточия, которое психомастер мгновенно окружил коконом Звездного Огня, который запас заранее. Затем кивнул эмо-поэтам, они заиграли «Элегию Света и Тьмы», создав второй слой силы Творения.

— Предлагаю не возиться и сразу уничтожить средоточие, — обернулся к Кержаку Наргилай. — С Ледяным, а это точно он, я узнал его ауру, говорить просто не о чем, там душа давно мертва.

— А ты в этом уверен? — разнесся по каверне чей-то насмешливый ментальный образ.

У стены стоял черноволосый молодой человек с глазами, словно залитыми льдом, и презрительно кривил губы.

— Ты опять лезешь, куда тебя не просят, Наргилай, — продолжил он. — Кто дал тебе право распространять свою убогую этику на все мироздание? Откуда ты взял, что вся эта дрянь, которую ничтожества называют добротой, жалостью и прочей слезливой хренью, имеет какое-либо значение? Мы замахнулись на изменение самой сути мироздания! А вы все стоите на дороге и изо всех сил мешаете. Да поймите же наконец, что не имеет значение ничего, что не помогает реализации великого плана! Боль ничтожеств? И что? Главное — всеобщее благо. И да, ты неправ по поводу моей души. Остир — один из немногих, кто пошел на сотрудничество добровольно и с радостью. Он смог увидеть величие замысла! А ты слепой дурак.

— Старые песни, — скривился психомастер. — До чего же любят вам подобные находить логические оправдания своему скотству, причем только тогда, когда вам прижимают хвост. Нам не о чем говорить!

— Неужели ты не хочешь узнать, что же на самом деле случилось с эстаа и как они стали нами? — прищурился Ледяной. — Я бы мог тебе рассказать в обмен на средоточие…

— Обойдусь, — насмешливо осклабился Наргилай. — Я это и так выясню, не беспокойся. А ты, смотрю, ради жизни на многое готов.

— А кто на моем месте не был бы готов? Я не хочу в Бездну.

— Придется. Ты слишком много и многим нагадил.

Психомастер кивнул умолкнувшим было музыкантам, и снова ударили по струнам, заставив «сверха» завопить от боли и задергаться, словно его били током. Интересно, почему им так противна Сила Творения? Чего в них не хватает? Язык серебряного пламени протянулся к средоточию и слизнул его. Ледяной, как и другие его сородичи ранее, с надрывным воем провалился сквозь пол, отправившись в долгое путешествие по Бездне.

— Ну, вот и все! — выдохнул Наргилай.

— Пока все, — напомнил Кержак. — Только пока.

Глава 8.1

Флоты ордена один за другим переходили во вселенную Иртаны, на самую границу системы, готовясь встретить новую волну нашествия. Дикари почему-то переместились за световой месяц от последней планеты и теперь не спеша надвигались на беззащитных, как они думали, людей. Но их ждал немалый сюрприз. Непонятно, правда, только чей именно это флот, ведь ни Воина, ни Госпожи, ни Наставника больше не было, да и Ледяной приказал долго жить. Неужели Спящая или Зверь? Ведь раньше на Иртану нападали слуги Госпожи, это установили точно. Что же изменилось? Их перехватил другой «сверх»? Или направил сюда свои флоты? Чтобы выяснить это требовалось захватить несколько кораблей врага целыми и провести еще один поисковый ритуал.

На всякий случай Тирхана связалась с Советом магнатов и сообщила о предстоящем нашествии, успокоив занервничавших богатеев, что орден перехватит дикарей на дальних подступах к Иртане. Девушка презрительно смотрела на этих то ли людей, то ли адских тварей, и посмеивалась про себя — поселившиеся в крупнейших вычислительных центрах страны двархи уже разработали способ бескровной смены власти и последующего преобразования иртанского общества. Магнатам в будущем места не будет, они там не нужны. Но пока считающие себя пупом земли господа об этом еще не знают. Ничего, вскоре узнают, вот тогда-то нынешним хозяевам жизни и придется заплатить по всем счетам, своими погаными шкурами заплатить.

За пределами системы Иртана разворачивался восьмой флот ордена под командованием дварх-адмирала Хайду-Ргуу, большого черно-белого арахна, по признанию Дарли Фарлизи, лучшего тактика среди аарн после нее и Кира-Ванега. К счастью, корабли дикарей тупо шли к точке, где их поджидали Аарн, даже не пытаясь изменить курс. Они двигались без всякого построения, неровной кучей. Порой даже сталкивались между собой, но никто не приходил на помощь пострадавшим кораблям, оставляя их наедине с проблемами. Подошедший незаметно позади дварх-крейсер без проблем захватил и взял на борт несколько таких, будет материал для проведения ритуала. Вот только управляющие души в кристаллах успели самоуничтожиться, однако пилоты и биоконструкты уцелели, так что понять, кто ими руководит, будет хоть и трудно, но вполне возможно. Разве что усилий придется немало приложить.

Дикари продолжали идти в точку, где их лжидали флоты ордена и княжества, словно ничего не видели. У них что, совсем нет сканеров? К сожалению, взять функционирующим ни один из управляющих кристаллов легионеры не смогли, при первой же попытке проникнуть на корабль они самоуничтожались. Из-за этого выяснить, почему кособокие корабли идут, как на параде, не удалось. Раньше дикари все-таки настолько по-идиотски себя не вели, какое-то подобие тактики показывали. Теперь же возникало ощущение, что они даже об этих зачатках военного искусства напрочь позабыли.

Немного подумав, Хайду-Ргуу приказал поставить вокруг предполагаемого места сражения минные поля, разместив мины в верхнем слое гиперпространства. Именно оттуда они должны будут атаковать дикарей еще до подхода основных сил Аарн и Кэ-Эль-Энах.

Прежде чем передовые эскадры, если их можно было так назвать, скорее кучей кораблей, каждый из которых летел, как бог на душу положит, подошли близко, флоты успели полностью развернуться и ждали нападения в полной боевой готовности. Захваченные корабли и исцеленных пилотов передали в родную вселенную, Кержак обещал вскорости провести поисковый ритуал и выяснить какому «сверху» они принадлежат. Кстати, у этих дикарей, в отличие от слуг Госпожи, не имелось в мозгу управляющего биокомпа. Это говорило о том, что либо они изначально принадлежат кому-то другому, либо запасы биоструктур, ранее производимых пленными Эстер Архие, подошли к концу. Помимо того двархи заявили, что общий эмофон армады нашествия довольно странный, присущий скорее людям в большой беде, чем сумасшедшим фанатикам, готовым пойти на смерть ради своих богов.

Сражение началось, стоило передовым отрядам противника втянуться в ловушку. Мины сработали и начали выскакивать из гипера, уничтожая кособокие корабли сотнями и тысячами. Те не обращали на это ни малейшего внимания, продолжая тупо лететь вперед. К уничтожению дикарей на дальних подступах присоединились боевые станции, дварх-крейсера и альфа-линкоры. Они жгли наступающие кривобокие корабли во все большем количестве, но те никак не заканчивались, все шли, шли и шли. Издалека определить их количество было затруднительно, сканеры воспринимали орду как единое металлическое облако. Но теперь становилось ясно, что их сотни тысяч, если не миллионы. Где же их все произвели? Это обязательно надо выяснить и наведаться туда. Оставлять в руках «сверхов» заводы, способные на такое, никак нельзя.

Дварх-адмирал управлял флотом в полном подключении, потоки команд от него расходились по оперативной инфосети, определяя свое место в общем построении для каждого, даже самого мелкого корабля и истребителя. Естественно, без помощи больших биокомпа и четырех двархов это было бы совершенно невозможно. Арахн видел картину сражения целиком, поэтому мгновенно реагировал на любое ее изменение. Но здесь смог бы справиться даже начинающий флотоводец, опыт Хайду-Ргуу не требовался.

Дикари продолжали тупо рваться к системе, не обращая внимания на обстрел и почти не отвечая на него. Нет, если какой-то корабль подходил к ним достаточно близко, стреляли своими розовыми лучами, но такое происходило редко — Хайду-Ргуу строго-настрого запретил приближаться к противнику на расстояние уверенного залпа его орудий. А другого оружия, как выяснилось, дикари не имели, и это было странно. В прежних сражениях у них имелись и ракеты, и подобие мезонников. Что-то здесь было не так, неправильно.

— Мне это не нравится, — эмообраз заместителя командующего, гварда Дарха-Зареда, лучился цветами недовольства и растерянности. — Смотри, Хайду, часть их кривобоких кораблей держится позади, а остальные их явно охраняют, подставляются под удары, чтобы только они не пострадали. Это абсолютно непохоже на их обычное поведение.

— Непохоже, — согласился арахн, пощелкав жвалами. — Если бы перед нами были не слуги «сверхов», я бы сказал, что это эвакуация. И на тех кораблях в центре кто-то, чьи жизни дикари хотят сохранить любой ценой. К сожалению, наши сканеры не берут их защиту, хотелось бы проверить, что там.

— Думаю, стоит послать парочку разведывательных фрегатов, пусть возьмут на абордаж один из центральных кораблей.

— Рискованно, но ладно. Пусть идут добровольцы.

Кого-кого, а сорвиголов во флоте всегда хватало, поэтому добровольцев вызвалось множество, в итоге для атаки отобрали четыре самых профессиональных экипажа и две манипулы легиона «Ангелы Тьмы». Как ни удивительно, но когда фрегаты вынырнули посреди скопления центральных отрядов врага, никто не стал по ним стрелять, словно опасаясь задеть своих. Это вызвало удивление, но ненадолго, и легионеры через прямой гиперепереход проникли на борт ближайших кораблей. Странно, но в них опять же никто не стрелял! А когда аарн поняли, что все коридоры и помещения кривобоких «кирпичей» битком набиты женщинами и детьми, они растерялись и, не зная, что дальше делать, сообщили о происходящем командованию.

— Значит, я был прав, — уронил каплю слюны на пол командующий. — Это эвакуация. Уничтожать корабли беженцев мы не вправе, надо как-то связаться с их руководством и обсудить ситуацию. Также ясно, почему они появились так далеко от системы, а не прямо в ней — нехватка топлива. Добрались, куда смогли, и поплелись в обычном пространстве по инерции.

Как ни удивительно, но захват нескольких эвакуационных кораблей сподвиг атакующих дикарей прекратить атаку, а затем последовал вызов по радио. Найдя корабль, откуда он шел, двархи сумели просканировать его, поскольку защита на нем оказалась снята. Скачав из памяти членов экипажа их язык и распространив его по всему флоту, Хайду-Ргуу распорядился выйти с этим кораблем на связь привычным для аарн способом, чтобы не возиться с радио и ждать пока радиоволны преодолеют нужное расстояние.

Поскольку среди дикарей были обнаружены только люди, говорить с ними поручили тоже человеку, Эрту Харайду, второму заместителю командующего, уроженцу Ринканга. Когда прямо в рубке перед дикарями загорелся голоэкран, они сперва отшатнулись, однако увидев на нем человека, молча уставились на него. Люди как люди на вид, смуглые, невысокие и черноволосые. Эрт также заметил обычные для кривобоких кораблей «сверхов» биоконструкции, проросшие через искореженные человеческие тела.

— Добрый день! — наклонил голову аарн. — С вами можно говорить нормально или вы будете орать о всеобщем благе, великих учителях и прочей дребедени? Если орать, то не будем тратить время.

— Не будем, — ответил пожилой, невысокий человек в полотняной одежде жреца. — Тот, кого звали Наставником, уходя освободил нас и предупредил, чтобы мы бежали, его сородичи не потерпят свободных от мозговых червей разумных в своих владениях.

— А Наргилаю он об этом не сказал, — заметил Эрт, — интересно, почему? Знаете ответ на этот вопрос?

— Нет, — отрицательно покачал головой глава дикарей. — До последнего времени мы жили, как в тумане, не владея собой.

— Слуги других «сверхов» не имели мозговых червей, но при этом являлись полубезумными фанатиками.

— Я не знаю, почему так. Но учителя иногда спорили при мне о том, что нужного результата можно достичь воспитанием. Наставник, Ледяной и Госпожа были против. Зверь, Шут и Дедушка — за.

— Ты знаешь их имена? — удивился аарн.

— После освобождения от червей мы получили информационный пакет от нашего бывшего господина, — вздохнул жрец. — Не все смогли его усвоить, далеко не все. Не усвоивших мы оставили в том мире, где строили корабли. А сейчас мы просим о милости… Понимаю, что мы очень виноваты перед вами, но прошу учесть, что мы себя не контролировали почти ни в чем… Да и воспитание было… соответствующее. Если бы Наставник не решил напоследок позаботиться о нас, мы так и остались бы слепыми фанатиками. Мне самому сейчас противно общаться с такими…

— А какого демона вы с нами сразу не связались⁈ — возмутился Эрт. — Сколько ваших погибло из-за этого!

— Мы не думали, что нас здесь будет кто-то ждать… — нехотя ответил дикарь. — Надеялись добраться до пригодной для жизни планеты и высадить беженцев. Корабли забиты под завязку, мы вывезли всех, кто стал нормальным. Фанатиков, как я уже говорил, оставили там.

— Эта система населена и принадлежит ее жителям, — вздохнул аарн. — Они вряд ли вам обрадуются. Но наши разведчики нашли неподалеку три системы с неплохими и при этом пустыми планетами.

— Мы не долетим, — спокойно ответил жрец. — Топлива было впритык, мы, как видите, на световой месяц до системы не добрались, пришлось идти дальше в обычном пространстве.

— Это не проблема, — покачал головой Эрт. — Перевезем ваши корабли на наших боевых станциях, три из них весь ваш флот в свои ангары легко возьмут. И с обустройством на новом месте поможем.

— Почему вы нам помогаете? — растерянно спросил дикарь. — Ведь мы вам знатно нагадили. Пусть и не контролируя себя, но все равно нагадили.

— Один из наших основных принципов звучит так: «Можешь помочь? Помоги! И ничего не проси взамен», — улыбнулся аарн. — И он нас никогда не подводил. Эгоизм никогда еще не вел ни к чему хорошему, как бы его ни пытались оправдать.

— Я могу только поблагодарить… — жрец закусил подрагивающую губу. — Мы потому еще так рвались, что были в полном отчаянии, на многих кораблях не осталось ни еды, ни воды…

— Прикажите снять со всех ваших кораблей защиту, — попросил Эрт. — Мы просканируем их и откроем доступ в ангары станций. Там будут нужные припасы. До системы с пустой планетой дойдем за стандартные восемь часов, если уйти на нижние уровни гиперпространства. Кстати, среди вас есть кто-то, кто знает, на каких физических принципах работают ваши двигатели и оружие?

— К сожалению, нет, — отрицательно покачал головой дикарь. — Мастеров Наставник избавить от червей не смог, те, умирая, убили своих носителей. У них черви были сильнее наших.

К этому моменту информация о случившемся достигла Кержака и Наргилая, и они обещали вскоре прибыть. Флот начал вместо боя готовиться к спасательной операции. Конечно, никто доверять дикарям до конца не собирался, поэтому экипажи трех боевых станций последнего поколения покинули их, оставив вместо себя киберов и дроидов. Однако сканирование флота противника подтвердило рассказанное жрецом. Все корабли дикарей действительно оказались под завязку набиты беженцами, и аарн теперь испытывали угрызения совести, вспоминая, сколько из них уничтожили, думая, что это обычные фанатики. Но каким образом можно было понять, что это не так⁈ Если бы жрец сразу вышел на связь! Но он не вышел, и теперь Целителям Душ предстояло очень многих спасать от психошока.

Прошло еще около часа, и кривобокие корабли дикарей потоком потянулись к распахнутым в пространстве перед ними большим гиперпереходам, ведущим в бесчисленные ангары боевых станций. Там дроиды без промедления начали обеспечивать беженцев прежде всего водой, а потом едой. К сожалению, многие дети успели умереть от обезвоживания, спасти удалось далеко не всех, хотя Целители работали на износ.

Еще через шестнадцать часов бывшие дикари начали высаживаться на ненаселенную систему в довольно далекой от Иртанской системе. Аарн предоставили им все, что необходимо для организации колонии, и оставили в покое. Пусть живут, как хотят, навязывать им что-либо никто не собирался. Однако наблюдение за планетой не сняли. Мало ли что может случиться.

Наргилай, закончив магическое сканирование нового места жительства бывших слуг Наставника, довольно долго молчал, затем повернулся к Кержаку, стоящему рядом и тоже смотрящему на голоэкран, на котором медленно вращалась покрытая редкими облаками планета, и отправил ему несколько растерянный эмообраз:

— Не ждал, что мой бывший учитель перед падением в Бездну еще и бывших рабов твари освободит…

— Достойная личность, — кивнул старый орк. — Сожалею о его гибели…

— А уж как я сожалею… — нервно дернул щекой психомастер. — Но ладно, вернемся к нашим баранам. К сожалению, такое освобождение возможно только для тех, кто находился под контролем мозговых червей, как назвал их жрец. Воспитанные фанатиками останутся таковыми навсегда.

— Мы нашли способ перевоспитания, но он довольно жестокий и длительный, — тяжело вздохнул Кержак. — Поголовное считывание памяти и полное удаление из общества жрецов и «святых» книг. Тогда через два-три поколения вера в великих учителей и всеобщее благо выродится в обычную религию, а это далеко не так страшно. Да, весь путь развития данной цивилизации придется проходить заново, но другого выхода нет.

— Согласен, нет, — кивнул Наргилай. — Координаты производственных планет получены?

— И получены, и проверены, — скривился старый орк. — Пришедшие в себя дикари очень вовремя сбежали. Планеты уничтожены, на их месте пояса астероидов. Видимо, там имелось что-то такое, что, по мнению «сверхов», не должно было попасть в наши руки. И мне очень хотелось бы знать, что это.

— Мне тоже, — задумчиво сказал психомастер. — Кстати, я все же советую провести поисковый ритуал с биоматериалами пришедших в себя дикарей. Чисто на всякий случай. Хочу точно знать, что вашей доверчивостью и добротой не воспользовались враги. Их подлость пределов не имеет, так что все может быть. Лучше перестраховаться.

— Вы правы, — согласился Кержак. — Пойду подготовлю ритуал. Хочу провести сразу два, нам попались два объекта «сверхов», каких еще ни разу не попадалось — игольчатые призмы, в которых тела разумных перемешаны с зараженными психоструктурами нанитами. Подозреваю, они принадлежат кому-то из незнакомых нам «сверхов». Возможно, даже Спящей. Очень мне хочется побыстрее эту тварь отловить и нейтрализовать…

— Мне тоже, — пристально посмотрел на него Наргилай. — Файдара, еще будучи одной из творцов, отличалась редким хитроумием и пронырливостью. Похоже, эти качества унаследовала и заразившая ее тварь.

— А значит, она способна натворить такого, что нам мало не покажется. Потому и говорю, что с ней следует разобраться как можно быстрее.

* * *

Исраэль широко распахнутыми глазами смотрел на огромный, сплавившийся холм из костей на большом астероиде и пытался понять, как всех этих людей и других разумных доставили сюда. Их ведь было несколько миллионов, как минимум, неудивительно, что после столь страшного массового жертвоприношения инферно уловили даже в Сферах. Кому пришло в голову такое устраивать? Зачем⁈ Он не понимал, не представлял, ради чего можно было это сотворить. А ведь подобных астероидов в этой системе девять. При этом населенных планет в ней нет, и никогда не было. Значит разумных либо доставили сюда на больших кораблях, либо переместили через дальний портал циклопических размеров.

— Учитель, что это за ужас?.. — в глазах Кейтары дрожали слезы.

— Не знаю, девочка, — хмуро ответил старый еврей, сам едва не плача. — Не представляю пока. Но я выясню. И виновный, если он еще жив, понесет наказание. Обещаю тебе это.

— А я помогу! — решительно заявила девушка. — Ведь их не просто умертвили, иначе такого уровня инферно тут не было бы. Бедняг страшно пытали перед смертью, явно пытались добиться максимального выхода гавваха. Но демонических эманаций здесь нет, значит это сделали обычные разумные. Им-то это зачем? Демонов еще можно понять, для них гаввах — лакомство, но людям-то он для чего⁈

— По моему предположению, чтобы стать богом, — хмуро ответил Исраэль. — Темным богом, а точнее — инфернальным. Иной причины не вижу. Причем, чаще всего у претендентов ничего не получается, но идиоты, жаждущие дармовой силы, не переводятся. Раз в несколько столетий хоть один, да появляется. А если у кого-то вдруг получается, то за таким начинается загонная охота. Тварь, получившуюся в итоге, нельзя оставлять на свободе. Мне в Сферах во время последнего визита показали историю нескольких таких, а я все гадал: зачем? Теперь понимаю, что там предполагали нечто подобное, вот и показали мне, что нужно делать в таком случае. Я ведь раньше не знал этого…

— А что, учитель? — загорелись любопытством глаза девушки.

— Эту мерзость надо одномоментно уничтожить аннигиляцией антивещества, — кивнул на костяную гору бывший раввин, — причем, добавив в момент взрыва волну первородного пламени, чтобы инфернальный конструкт мгновенно перестал быть, это сильно ударит по его создателю. После уничтожения третьего или четвертого конструкта он обязательно явится, чтобы посмотреть, кто ему так гадит. А здесь его будет поджидать ловушка на инфернальных сущностей. Но чтобы поставить ее, повозиться нам с тобой придется знатно.

— Ничего, справимся! — заверила Кейтара. — Вы сообщили Кержаку?

— Естественно, — кивнул Исраэль. — Если у нас что-то пойдет не так, он обещал наведаться и помочь, да и мэтра Гетия прихватит, тот в некромантии неплохо разбирается, в отличие от меня. А может, и Наргилая.

На экране было видно, как легионеры в скафандрах высшей защиты, снабженных психощитами, устанавливают на костяной горе аннигилирующие заряды большой мощности. За это опасное дело взялись «Коршуны Ада», как наиболее опытные и готовые к любой неожиданности бойцы.

— Пошли строить ловушку, — бывший раввин, захватив ученицу, переместился в зал предбоевой подготовки. — Скафандр высшей защиты обязателен! Знаю, что ты его не любишь, но тут ничего не поделаешь, для аарн приближаться к этой мерзости смерти подобно. Хорошо, что Николай смог разработать защиту от инферно, иначе нам пришлось бы расстреливать остатки гекатомбы издалека, а это не гарантирует результат.

— Поняла… — скривилась Кейтара, действительно терпеть не могущая тяжелые, неуклюжие скафы высшей защиты.

Однако делать было нечего, и вскоре двое ментатов в скафандрах переместились к подножию костяной пирамиды, произведшей на девушку жуткое впечатление. Каким же чудовищем нужно быть, чтобы сотворить вот такое? А ведь подобные твари всегда уверены в своей правоте и невероятной ценности для мироздания, хотя на самом деле являют собой самых обычных паразитов. Ни на что не годных пустоцветов.

Получив от учителя схему плетения и развертку, показывающую, кто и что выплетает, девушка занялась делом. Вероятностная магия нравилась ей с каждым днем все больше и больше, она давала столько новых возможностей, что раньше и представить себе что-либо в таком духе было трудно. Однако работа оказалась тяжелой, и завершили ее ментаты только через шесть часов, вымотавшись до предела. А это ведь была только одна из девяти пирамид!

В итоге к взрыву шести источников инферно все было готово только через двое суток. Удивительно, что их хозяин не оставил никаких защитных плетений, видимо, не рассчитывал, что в этой не населенной, никому не нужной системе может кто-то появиться. Действительно, в ближайших рукавах местной галактики по обе стороны отсюда разумной жизни не было в принципе, только пустые, выгоревшие в результате какой-то страшной войны планеты.

Решив перестраховаться, Исраэль установил постоянный вероятностный канал связи с Кержаком, одновременно переслав ему реперные точки для перехода, если понадобится. Тот сообщил, что будет внимательно наблюдать за происходящим, да и Наргилая к этому делу подключит.

Пришло время начинать, и бывший раввин с ученицей очень волновались. Первородное пламя в момент взрыва должны были обеспечить специальные артефакты, создание которых тоже далось нелегко. Ицхак тяжело вздохнул, поежился и дал команду на подрыв. Три пирамиды он оставил нетронутыми, как приманку для их хозяина.

Шесть астероидов вместе со всем на них находящимся полыхнули клубком белого пламени, мгновенно обратившись в ничто. Давление инферно в системе скачком упало, а затем откуда-то раздался наполненный болью и неизбывной злобой стон:

«Ско-о-оты-ы-ы… Что ж вы лезете, куда вас не просят, паскуды? А-а-а, вот оно в чем дело… Выкормыши ран Дара, будь он трижды проклят… Зря вы сюда прилетели, ох зря… Не ваше это дело…»

И на Исраэля с Кейтарой навалилась морозная, переполненная болью и отчаянием тяжесть. Откуда-то потоком струилась безнадежность, все краски мира мгновенно погасли, стало ясно, что все бесполезно, жизнь пуста и бессмысленна, а потому ее надо срочно прервать. Ментаты изо всех сопротивлялись атаке, но ничего не могли поделать, на них давили все сильнее и сильнее, почти все аарн экспедиции за очень редким исключением потеряли сознание, их сердца начали замедляться. Казалось, ничто не состоянии спасти их. Однако так только казалось.

В какой-то момент прямо в открытом космосе проявились из ниоткуда две фигуры, орка и человека, хотя не совсем человека, от людей он несколько отличался. Давление тут же исчезло, а затем невдалеке проявился полупрозрачный шар, в который начали стягиваться сгустки непонятного тумана. Они бешено сопротивлялись, однако ничего поделать не могли — сила, втягивающая их внутрь, оказалась непреодолима.

— Тебе-то что от меня надо⁈ — разнесся по системе наполненный ненавистью ментальный образ. — Ты кто такой? Тебе чего нужно⁈

— Остановить тебя всего лишь, — усмехнулся Наргилай, перебрасывая Кержаку схему защитных плетений, которую тот сразу же употребил по назначению и прикрыл корабли ордена от ментальных атак. — Ты превысил меру терпения, сотворив вот это.

Одна из уцелевших костяных пирамид полыхнула красным светом.

— Да какое тебе дело до каких-то убогих варваров⁈ — взорвалась негодованием неизвестная сущность. — Ты, что ли, не так достигал своего уровня⁈

— Не так, — отрицательно покачал головой психомастер. — Совсем не так. Почему до вас, идиотов, жаждущих дармовой силы, никак не дойдет простая истина? Не делай другому того, чего не хочешь получить сам! Иначе все равно когда-нибудь будет откат. Ты, устроив девять гекатомб, стал сущностью, но сущностью инфернальной, само существование которой противно самому мирозданию и даже Творцу. Нас попросили отловить тебя в Сферах Творения, если ты знаешь, что это такое.

— Знаю, — отозвался неизвестный некромант. — Значит, даже там ничего не понимают? Это не я идиот, а вы все! Поймите, ваша дурацкая мораль ничего не значит, важна только целесообразность! Мой способ ускоряет путь вверх!

— Не вверх, а вниз, наивный дурак, — тяжело вздохнул Наргилай. — В ловушку эгоизма порой попадали даже самые талантливые маги. Ты тоже в нее попал. Мне жаль, что столь талантливое существо совершило такую ошибку, ты мог бы действительно стать богом, пойдя другим путем, пусть это заняло бы больше времени, но что бессмертному несколько дополнительных тысячелетий? Только ты захотел все сразу, а так не бывает. И теперь тебя ждет растворение в Бездне, глупец. Все, больше мне с тобой говорить не о чем. Прощай! У тебя будет время подумать о своих поступках и переоценить их.

Прямо под полупрозрачным шаром распахнулся провал в никуда, куда тот и рухнул. За ним отовсюду потянулись туманные полосы, мироздание исторгало из себя остатки инфернальной сущности. Все это сопровождалось отчаянным, утробным воем, от которого всех слышащих его корежило. Поэтому разумные эскадры вздохнули с облегчением, когда все закончилось.

— Кто это был? — хмуро спросил Кержак.

— Самый обычный великий, по-настоящему великий маг, решивший стать богом, — тяжело и очень грустно вздохнул Наргилай. — Сколько их таких было и сколько еще будет… Он решил пойти простым путем, принеся в жертву инферно все население породившего его мира… И сделал это…

— Жуть! — поежился старый орк.

— Жуть, — согласился психомастер. — Таких обязательно надо останавливать, если они успевают развернуться, то плохо может стать целой галактике, а то и вселенной. Долг каждого, достигшего высокого уровня, противостоять им.

Немного помолчав, он добавил:

— Все, в этой вселенной нам больше нечего делать. Сейчас уничтожим оставшиеся три пирамиды, и командуйте экспедиции возвращение. Больше в ней источников инферно нет.

Как ни странно, но психомастер чем дальше, тем больше ассоциировал себя с орденом Аарн. Нравились ему эти психо-активные разумные, даже больше сородичей, когда те еще были творцами, нравились. А значит, надо помочь им избежать нескольких глупых ошибок на пути вверх. Хотелось надеяться, что они смогут это сделать, и им не придется снова страдать.

Глава 8.2

Оро Эсте-Ратх, стоя на палубе возле иллюминатора, глотал тяжелые, горькие слезы самца. Да, самцам не положено плакать, но иногда сдержаться невозможно. Особенно когда оказывается, что ты не смог защитить тех, кого должен был защитить, ради защиты кого ты вообще жил. И что тогда остается? Покончить с собой на радость врагу? Нет, он будет жить. Хотя бы ради того, чтобы проклятые высшими люди не подумали, что рой-са слабы и ничтожны. Пусть его народу суждено погибнуть, но он не сдастся просто так. И будет драться с такой яростью, что демонам в аду станет тошно!

Сжав ороговевшие кулаки и вонзив когти прямо в плоть, оро молча смотрел в никуда, вспоминая чарующие пейзажи Тиа-Ра, каньоны До-Арх, фиолетовое море Стайр-От, золотые пляжи Ло-Нхар. Ничего этого больше нет, только многочисленные астероиды клубятся на орбите, по которой еще совсем недавно плыла родная Лаота. Никто и представить не мог, что в ответ на небольшую пограничную стычку за ресурсную систему, то и дело переходившую из рук в руки, люди обрушат на главную планету рой-са набитые взрывчаткой корабли, причем прямо в вулкан. Что за адские бомбы они использовали? Трудно сказать, но Лаота раскололась на части, превратившись в кучу астероидов. Это стало шоком для выживших рой-са, а затем они встали, как один, собираясь мстить за погибших женщин и детей. Прежде всего, за детей, которые считались в их обществе святыней. Даже случайно убивший ребенка рой-са прерывал свою жизнь, причем самоубийство было ритуальным и очень болезненным. А тут кто-то чужой пришел и убил всех детей народа! Без какой-либо уважительной причины, просто взял и убил.

Возможно, люди хотели иного, возможно, они думали, что рой-са после такого испугаются и сдадутся, но они не учли психологии разумных, произошедших от больших хищных кошек. Рой-са поклялись перед лицом богов, что они отныне мертвы, что отныне у них всех есть только одно — месть, бесконечная и безжалостная месть чудовищам. И начали войну на уничтожение, такую войну, которой люди никак не ожидали. Корабли рой-са шли на таран, обрушивались на планеты, на пространственные станции, засыпали человеческие миры болезнетворными вирусами и отравляющими веществами. Они не собирались выживать сами, они хотели только одного — чтобы убийцы заплатили за свое чудовищное преступление. Но все это касалось только военных или промышленных объектов, где не было человеческих детей.

Потери человечества в первый же месяц превысили полтора миллиарда, к такой страшной войне на уничтожение оно готово не было. Хотя, чтобы коты отступили, достаточно было выставить перед объектом, который они хотели уничтожить, нескольких детишек. Рой-са своими руками никогда не причиняли вреда несовершеннолетним, это был для них абсолютный, непреложный закон, а люди, зная об этой слабости, беззастенчиво ею пользовались. Среди них находились подонки, которые прикрывались детьми, отбирая их у родителей.

Так сложилось, что в небольшом шаровом скоплении зародились и развились три разумные расы — люди, потомки обезьян; рой-са, двуногие котообразные; и эстарги, бескрылые живородящие птицы. Они постепенно развивались, вышли в большой космос и однажды повстречались. Поначалу все было нормально, долгожданная встреча с братьями по разуму воодушевила народы скопления. Однако пригодных для жизни планет, как и ресурсов, в нем имелось совсем немного, и это, в итоге, привело сначала к соперничеству, а затем и к вражде, закончившейся войной. Она длилась три года и забрала множество жизней, после чего, поняв, что взять верх никто не сможет, три расы решили договориться, ограничив свои аппетиты. Да, в ресурсных системах иногда случались стычки, порой они переходили в другие руки, но, в основном, все жили мирно, ища компромиссы и находя их. Так продолжалось довольно долго, больше трехсот среднепланетарных циклов.

К сожалению, некоторое время назад в человеческом анклаве, носящем название Артана, сменилась власть. Произошел военный переворот, и правителем стал некий адмирал Ковале. Он относился к партии так называемых непримиримых, считая людей вершиной эволюции, а всех остальных только помехой их владычеству. И полагал необходимым устранить эту помеху любой ценой. Едва укрепив свои позиции, он начал готовиться к предстоящей большой войне, отдавая этому все силы человеческой цивилизации.

Стычки за ресурсные системы участились и стали ожесточеннее, но никто не воспринимал всерьез риторику прессы Артаны, которая начала накачивать население злобой на нелюдей, недостойных жизни. С каждым днем статьи в информационной сети и газетах становились все злее, все истеричнее, все наглее и подлее. Пока однажды не было заявлено, что все, кто не люди, должны быть полностью уничтожены, только люди имеют право на жизнь. Этот лозунг был поднят на флаг и стал официальным лозунгом человечества. Но рой-са и эстарги не особо обращали внимание на происходящее в Артане, а зря, как вскоре выяснилось.

Первой была атакована и полностью вырезана небольшая эстаргская колония на спутниках газового гиганта в никому не нужной системе, где и ресурсов-то почти не были, за исключением железа и марганца. Бескрылые птицы встревожились, с такой дикой жестокостью и безжалостностью они еще не сталкивались. И тут же принялись возводить вокруг всех своих планет сильные пояса обороны — они немало воевали между собой в прошлом, и это еще не успело забыться. Наличие хорошей защиты и сыграло свою роль в том, что Ковале принял решение атаковать Лаоту, не Эстару, головную планета Объединения Эстарг. Ведь рой-са обороны не выстраивали, они не верили, что кто-то может оказаться настолько жесток и подл, чтобы напасть на планету, где жили и росли дети. Миллиарды детей.

Силы Артаны устроили провокацию на границе, они исподтишка напали на форпост Лаоты, после чего возмущенные коты выбили их с одного из спутников ледяного гиганта, где добывали титан. Человеческая пресса надрывно завизжала, обвиняя рой-са во всех смертных грехах и призывая к заслуженному удару возмездия.

Флоты Лаоты начали стягиваться к границе, понимая, что большая война не за горами — потомки обезьян, похоже, окончательно сошли с ума. Им в головы не приходило, что враги скрытно проведут набитые взрывчаткой транспортники в режиме невидимости. Их инженеры, как позже выяснилось, разработали новый тип скрывающих полей, и прикрытые им корабли оставались невидимыми для аппаратуры рой-са. А затем люди разогнали автоматические корабли и буквально вбили их в атмосферу несчастной планеты, попав несколькими прямо в жерло большого вулкана, не извергавшегося уже несколько столетий. Получившегося результата они, похоже, и сами не ожидали. Но планета раскололась и превратилась в пояс астероидов.

Несколько дней до рой-са доходило, что случилось, а когда дошло, они обезумели и ринулись на врага с первобытной яростью, дав кляву богам не щадить своих жизней. Они достали из арсеналов оружие, которое раньше не считали возможным использовать — кварковые бомбы, и взорвали одну из них в ненаселенной системе, заманив туда флот Артаны, разом лишившейся после этого половины своих кораблей. Случившееся напугало людей до мокрых штанов, они попытались остановить войну, но рой-са не пожелали говорить с убийцами детей. Не о чем говорить с ними!

— Что думаешь, оро? — негромко спросил шадо Койдо-Хайр, командующий легкими силами флота.

— А что тут думать? — повернулся к нему Эсте-Ратх. — Наша задача любой ценой защитить уцелевшие планеты и выживших детей.

— Беда в том, что людей больше, втрое больше, — тяжело вздохнул шадо, пошевелив усами и передернув ушами. — Боюсь, придется еще одну бомбу взрывать, иначе не удержим…

— Надо, значит, взорвем, — хмуро ответил оро. — Мы уже мертвы, так что неважно. Главное, не позволить проклятым обезьянам уничтожить выживших детей. Когда завершится эвакуация?

— Через шесть часов.

— И эти шесть часов мы обязаны продержаться. Любой ценой. После этого можно взрывать. Мы погибнем, но и обезьяны лишатся всего своего флота.

К глубочайшему сожалению рой-са, растерянность людей продлилась относительно недолго, они подтянули из глубины своей территории новые силы и сумели прорваться к еще одной населенной планете, откуда сейчас нескончаемым потоком уходили транспортные корабли, битком набитые беженцами. Причем исключительно детьми, взрослые оставались на Кайхане, готовясь умереть. Ученые, музыканты, поэты, инженеры, учителя и рабочие, не различая пола и возраста, получали оружие и поднимались на орбитальных лифтах к станциям противокосмической обороны, еще не введенным полностью в строй — слишком долго считалось, что они больше не нужны. Рой-са собирались дорого продать свои жизни. Беда в том, что они, в отличие от потомков обезьян, не были способны взрывать населенные планеты. Ведь там жили дети. Пусть чужие, пусть человеческие, но все равно дети. И убивать их было никак нельзя. Если они хотели остаться разумными существами, а не превратиться в ходячую мерзость.

Флоты постепенно сближались, люди снова попытались провернуть трюк с брандерами, направив их на планету, но рой-са были начеку и уничтожили их. Одно осознание того, что бесчестные обезьяны снова попытались убить детей, привело их буквально в неистовство. И когда сцепились легкие космолеты, это стало хорошо заметно — коты буквально рвали человеческие машины, они летали так, что это издавна считалось невозможным. Они хрипели под дикими перегрузками, но продолжали драться, не обращая внимания на текущую из ртов, носов и ушей кровь. Им было нечего терять, они были уже мертвы, хоть еще и дышали. И четко осознавали это.

Никогда не сталкивавшиеся с такой яростью в бою люди попытались отступить, но им не позволили, и вскоре остатки истребителей Артаны были полностью уничтожены. Правда, у рой-ха их тоже почти не осталось, но это уже не имело значения — они выиграли время, эвакуация детей завершалась. А когда она закончится, эта звездная система перестанет существовать — шесть кварковых зарядов были готовы к взрыву. Люди сглупили, решив покончить с противником разом, и привели сюда весь свой боевой флот, а у котов еще кое-что осталось в других системах. Обезьяны дорого заплатят за эту ошибку!

— Открыть огонь главными калибрами линкоров! — скомандовал Эсте-Ратх. — И да пребудет с нами милость богов!

Однако выполнить его приказ не успели, поскольку произошло нечто невероятное — само пространство между флотами всколыхнулось, пошло волнами, и в реальность один за другим начали вываливаться гигантские черные корабли, похожие скорее на яйца рептилий своей кожистой, бугристой поверхностью. Но больше всего поразили не они, а два таких же бугристых шара размером со вторую, малую луну Кайханы. Их сопровождали сотни, если не тысячи кораблей поменьше. Словно из ниоткуда возникло огромное количество стремительных на вид малых космолетов, которые заняли все бреши между флотами противников, не позволяя им приблизиться друг к другу.

— Внимание! — раздался в отсеках и коридоров человеческих и ройханских кораблей громовой голос, причем говорил на родных языках слышавших. — Требуем немедленно прекратить бойню! Не подчинившиеся будут уничтожены! Ваша глупая война закончилась! Вы привлекли внимание высших, которых вы называете богами, уничтожив целую планету и продолжив бойню, это совершенно недопустимо! Мы посланы навести здесь порядок.

Эсте-Ратх и Койдо-Хайр переглянулись, до обоих мгновенно дошло, что вмешалась пришедшая извне сверхцивилизация. Но почему она вмешалась? Какое ей дело до них? Почему бойня недопустима? Однако вскоре оба поняли, проанализировав слова чужака, что причина в гибели их родной планеты и шестнадцати миллиардов разумных там. Видимо, это, с точки зрения богов, недопустимо и непозволительно. Но виновны в этом люди! Рой-ха планет не уничтожали и не собирались. А потомки обезьян сегодня хотели повторить это жуткое деяние. Если бы брандеры не остановили, то и повторили бы.

Несколько человеческих кораблей не пожелали слушаться и попытались прорваться, но мгновенно превратились в абстрактные конструкции, и никто из местных не понял, каким оружием это было сделано. Наглядный пример убедил потомков обезьян, и те отошли, оглашая эфир невнятными угрозами и грязными ругательствами.

— Что им может быть нужно, как считаешь? — повернулся к подчиненному оро. — Неужели их действительно послали остановить бойню?

— Очень может быть, — задумчиво ответил шадо, подергав себя за ус. — По предположению некоторых ученых, во время гибели множества разумных выделяется какая-то отрицательная энергия. Это подтверждается тем, что возле больших могильников многие чувствуют себя отвратительно. Но пусть даже так. А как быть с нашей местью? Мы не не уживемся с убийцами детей в одном скоплении…

— Не уживемся, — согласился Эсте-Ратх.

В этот момент воздух перед ними засветился. Оба флотоводца отступили на шаг, не понимая, что происходит. Только после появления в тумане лица немного странно выглядящего рой-ха они поняли, что это такой способ связи, и позавидовали чужакам. Но присмотревшись к незнакомцу, они вскоре поняли, что перед ними все же не рой-ха, а совсем другой биологический вид. Похожий, но другой. Иной формы усы, черная шерсть намного короче, уши более круглые, пальцев на руке пять, а не шесть.

— Приветствую вас, уважаемые самцы! — коротко поклонился незнакомец. — Я Кирато из фамилии Орехат, аарн, принадлежу к расе керси. Не могли бы осветить мне причины возникшего между вашими видами конфликта?

Выслушав ответ, он резко передернул ушами и показал клыки, услышанное ему явно не понравилось.

— Значит, взорвали планету вместе со всеми жителями? — глухо спросил аарн.

— Да! — резким кивком подтвердил Эсте-Ра. — И сегодня намеревались это повторить. И повторили бы, если бы мы не остановили брандеры. Но кто вы? И почему вмешались?

— Мы — поливидовая цивилизация, у нас разные разумные расы живут вместе и вместе же идут к Переходу, — ответил Кирато. — Самоназвание — орден Аарн. Но здесь не только аарн, но и представители других народов — экспедиция совместная. Дело в том, что на высоком уровне развития цивилизациям обычно поручают из Сфер Творения различные задания, а прежде всего — недопущение возникновения источников инферно, энергии, образующейся во время смерти и мучений множества разумных существ. Похоже, гибель вашей планеты дала такой его всплеск, что это ощутили в Сферах, вот и попросили нас навести здесь порядок. Мы, как вы и сами понимаете, не из вашей вселенной. Причем ваш источник не первый в этой вселенной, а шестой. Пять предыдущих источников мы уже ликвидировали. Сейчас мои товарищи говорят с людьми, поскольку среди нас людей тоже немало. То, что сотворили их местные сородичи, недопустимо и преступно.

Голографический экран разделился на три части, на одной показалась группа разумных, очень разных разумных — керси, люди разного вида, коротконогие ящеры с толстыми куцыми хвостами, большие шерстистые пауки и совсем уж огромные крылатые ящеры ярких расцветок. Из этого сразу становилось ясно, что пришелец не солгал, и среди них действительно живут различные разумные, прекрасно уживаясь вместе. На третьей части экрана появилась рубка человеческого корабля, на ее фоне была видна группа пожилых самцов в военной форме. Впереди стоял высокий человек с ястребиным лицом и надменно поджатыми губами.

— Вы — предатели своего вида! — буквально выплюнул он. — Люди должны поддерживать людей, а не всяких поганых тварей!

— Слова убийцы детей ничего не значат, — брезгливо ответил ему человек в больших черных очках и тоже военной форме, только совсем другой.

— Я не убивал детей! — гордо выпрямился адмирал Ковале. — Что вы несете⁈ И кто вы такой, демон вас раздери⁈

— Гросс-адмирал Мерхалак, — сухо ответил чужак. — И да, к сведению, мне доводилось командовать сражениями, в которых участвовали сотни тысяч боевых кораблей не вашим убогим лоханкам чета, так что не советую лезть на рожон. Уничтожу без всяких угрызений совести, убившие шестнадцать миллиардов разумных и уничтожившие целую планету подонки жалости недостойны. Да и жизни тоже. Когда однажды наши союзники утворили нечто подобное и убили детей, мы отреклись от них.

— Мы не ждали такого результата атаки! — выплюнул местный адмирал. — Но все равно рады, что сумели отомстить давнему врагу! Они посмели задеть наши интересы! А значит, должны были быть наказаны. И мне безразлично дети там или не дети. Тот, кто жалеет чужих детей, вредит своим!

— С ним бесполезно говорить, — повернулся к Мерхалаку стоящий рядом светловолосый человеческий самец. — Эталонный образец пашу. Классическая мразь, не имеющая ни чести, ни совести.

— Да как вы смеете⁈ — вызверился на него Ковале. — Какая честь? Какая совесть? Вы что⁈ Эти качества не распространяются на говорящих животных! Только на других людей!

— Расист, — констатировал светловолосый. — Гнусь. Судя по первому сканированию памяти, еще и фанатик. Он не остановится. Поэтому предлагаю изъятие, наложение памяти погибших рой-ха и ссылка на безлюдную планету вместе со сторожевыми дроидами, которые не позволят наказуемому покончить с собой. Пусть мучается в полном одиночестве.

— Поступайте с этим скотом, как считаете нужным, — пожал плечами Мерхалак. — Многих видел, но этот… Мерзость… Он же не считает себя ни в чем виноватым! Сотворил такое и уверен, что прав! Николай, вы полагаете, он сможет понять хоть что-то?

— О, наложение памяти многое ему докажет, — недобро усмехнулся упомянутый. — Подонок ощутит все, что ощущали гибнущие во время уничтожения планеты рой-ха, сотни тысяч рой-ха, прочувствует всю их боль и отчаяние в полной мере. Для него это продлится тысячи локальных лет. А потом полное одиночество, когда и слова молвить не с кем. Поверьте, это мучительно для человека, очень мучительно.

— Вы еще попробуйте меня поймать, гниды!.. — отчаянно завизжал адмирал Ковале и захлебнулся грязной бранью, от него даже собственные офицеры отшатнулись, не ждали, что командир будет так противно визжать.

— А что тут пробовать? — хмыкнул Николай. — Стей и Рамин, приведите подонка. Высших офицеров брать тоже живыми, остальных можете не жалеть.

В воздухе завертелись черные воронки, чем-то напоминавшие смерчи, а затем в них начали нырять воины в зеркальных скафандрах, явно отлично защищенных. Эсте-Ратх и Койдо-Хайр с интересом наблюдали за происходящим. Мгновенное проникновение десанта и пленение высших офицеров человеческого флота произвело на них немалое впечатление — бойцы чужаков отличались редким профессионализмом. А уж насколько виртуозно они управляли летающими досками, на которых стояли! Великолепное владение своим телом.

Не прошло и нескольких минут, как бешено сопротивляющийся адмирал Ковале оказался скручен и доставлен на корабль чужаков. Все было проделано настолько быстро, четко и виртуозно, что Эсте-Ратх и Койдо-Хайр даже похлопали в ладоши — редкое мастерство! Помимо командующего были пленены все старшие офицеры человеческого флота, причем понять, как их вычислили, было затруднительно. Попытавшиеся атаковать военные ниже рангом были без всяких церемоний перестреляны, правда, потом выяснилось, что никто их не убивал — всего лишь парализовали. Иначе говоря, отмахнулись, как от мух. Чтобы не мешали.

— Вам все равно не удастся остановить священную войну человечества! — разъяренно выплюнул Ковале в лицо Мерхалаку. — Мы обязательно победим и вырежем всех нелюдей подчистую! Это справедливо и правильно!

— К сожалению, он прав, из здешних людей успели воспитать расистов-фанатиков, — с грустью произнес Николай из-за спины пленника. — И где черти носят этих Контролирующих, когда они так нужны? Гросс-адмирал, прошу прощения, я сейчас ненадолго войду в транс, попробую дозваться до местного Контроля. Решать такие задачи его прерогатива.

— Не надо, мы уже здесь, — заставил всех, в том числе и рой-ха, вздрогнуть чей-то густой, проникающий всюду голос, его слышали по всей звездной системе, он проникал в каждый уголок и заставлял замирать в понимании, что говорит некто намного выше обычного разумного существа.

Из возникшего на мгновение тумана вышли двое — человек с роговыми наростами на висках и прямоходящий двухголовый кот. У каждого из них за спиной висела гитара со световыми струнами.

— Приветствую Безумных Бардов! — поклонился Николай.

— Вы нас встречали, — констатировал человек.

— Да, мне довелось повидать Дина Стрейнджера, его ученицу Элифанию, жену Ариана Джессику и еще кое-кого. Я — вероятностный ментат, орден Аарн.

— Аарн? Тогда все понятно. Вас в Сферах попросили разобраться?

— Да, — подтвердил Николай. — Это уже шестой источник инферно в этой вселенной. Прошлый был на кольце, там «сверхи», они же «эти», устроили хранилища для своих средоточий.

— Слышали о них, — сморщил левую морду двухголовый кот. — Мои имена — Наэль и Килай, а моего коллеги — Исидор. Безумные Барды, но из другого сегмента мироздания, с Дином и компанией не сталкивались, только слышали о них. Недавно Древнейший рассказывал о них.

— Позвольте также представить вам гросс-адмирала Мерхалака, командующего нашей экспедицией.

— Приветствую вас, уважаемый. Мы вас запомним, мы умеем быть благодарными.

— Что собираетесь делать? — поинтересовался ментат.

— То, что и всегда, когда противоречия между народами какой-либо галактики неразрешимы, — глухим голосом ответил Исидор. — Разделять вселенную. В этом случае натрое. Тогда все три цивилизации получат время на развитие без мешающих факторов, поскольку никаких соседей рядом на несколько тысяч световых лет не будет.

— Мои драгоценные сородичи очень быстро разделятся, найдут причины поссориться и начнут цапаться уже между собой… — горько усмехнулся Николай. — Достаточно Землю вспомнить…

— Такова особенность людей, — пожал плечами Безумный Бард. — Главное, чтобы до воронки инферно не доводили, как здесь.

— А здесь уже воронка⁈ — побледнел ментат. — Мы не успели⁈

— На грани возникновения, — тяжело вздохнул Наэль. — Диссонанс из этого звездного скопления идет дикий, мы потому и пришли. А тут вы уже остановили бойню. Большое спасибо! Мы шли издалека и боялись не успеть.

— Нужно благодарить не нас, а рой-ха, — отрицательно покачал головой Николай. — Это они смогли дорогой ценой остановить брандеры и не позволили взорвать населенную планету.

— Вот как? — двухголовый кот повернулся к Эсте-Ратху и Койдо-Хайру, с минуту внимательно смотрел на них, затем слегка поклонился. — Благодарю вас, благородные самцы!

— Это наш долг, там были наши дети! — отозвались оро и шадо, тоже поклонившись высшему, а это, судя по всему, был один из древних богов, о двухголовом райхасе с гитарой издавна ходили легенды. — Что теперь с нами будет, владыка?

— Для вас все просто, ваши соседи исчезнут, и люди, и эстарги, но их планеты, постройки и корабли останутся, полностью пустые, — безразлично ответил Безумный Бард. — Для них все будет выглядеть так же. В итоге каждая раса сможет спокойно развиваться без мешающих ей соседей.

— Это самый лучший выход! — снова, на сей раз низко, до самого пола поклонился Эсте-Ратху. — Мы бы не ужились с убийцами детей, такое не прощается. Но сами мы убийцами детей становиться не хотели, поэтому задача перед нами стояла неразрешимая.

— Понимаю, — шевельнул усами Килай. — Мы рады, что сумели помочь. Точнее, сумеем. Не будем терять времени, Исидор. Приступаем. Николай, ваша экспедиция останется в человеческой вселенной, вам там еще порядок наводить, следует снизить уровень цивилизации расистов до докосмического, нечего им с такими гнусными идеями в космосе делать. Господин гросс-адмирал, эта просьба также к вам относится. Мы останемся благодарны.

— Будет исполнено, высший! — наклонил голову Мерхалак, спорить с сущностью такого порядка он бы не решился никогда, от нее так и веяло мощью, не давящей, но вполне ощутимой. Да и слышал он немало о Контроле от графа. И эти слухи несколько пугали.

Безумные Барды перекинули свои гитары на грудь, на мгновение замерли и ударили по струнам. То, что услышали разумные по всей системе описанию не поддавалось, это было и музыкой, и чем-то намного большим. Само мироздание пело вслед за ней, пронизывающие его струны звучали в такт. Перед каждым, наверное, развернулись возможные варианты его жизни, возникло понимание, к чему могло привести то или иное. Долго слушать музыку Сфер обычным разумным существам было противопоказано, это сводило их с ума, но недолгое прослушивание возносило душу выше.

Фигуры Бардов постепенно становились все более прозрачными, их глаза лопнули и вытекли, кровь струйками брызнула из них, изо рта и ушей. Слабое физическое тело не выдерживало такого энергетического напряжения и стремительно разрушалось. А затем Контролирующие исчезли. В то же мгновение началось нечто странное и страшное. Вся вселенная словно бы завертелась, затем скачком расширилась, лопнула и начала разделяться натрое, каждый слой смещался относительно остальных двух, с каждым мгновением все быстрее и быстрее. Звезды замельтешили вокруг, превращаясь в светящиеся полосы, кое-какие из которых свернулись в спирали и другие геометрические фигуры. А затем все как— то разом закончилось.

— И что теперь? — глухо спросил Койдо-Хайр, убедившись, что флот чужаков бесследно исчез.

— Если верить высшему, а кому еще верить, если не ему, то сейчас корабли людей пусты, — ответил Эсте-Ратху. — Надо срочно брать их под свой контроль, они нам пригодятся. Да и планеты обезьяньи сейчас обезлюдели. Города тоже стоят пустыми. Распорядись направить к каждой известной планете разведывательную экспедицию. Надо проверить энергостанции и не допустить их взрывов. Очистка планет от радиации потом дорого обойдется.

Шадо молча поклонился и вышел, оставив своего оро размышлять над случившимся. Его народу подарили жизнь. Флотоводец прекрасно это понимал, поэтому встал, поклонился на все четыре стороны света и от все души поблагодарил орден Аарн и Безумных Бардов. Они заслужили вечную благодарность народа рой-ха, и он не забудет, чем обязан им.

Глава 8.3

Кроны гигантских деревьев, светящиеся мягким желтоватым светом, оплетали бесконечные лианы самых диких, фантастических форм. Они образовывали из себя различные фигуры, порой совершенно невозможные, иногда ломаные, иногда плавные, иногда непонятно какие. А на лианах висели мохнатые шары разного цвета, они медленно меняли форму, иногда объединяясь, иногда расходясь в стороны. Между шарами были проложены сплетенные из живых лиан бесчисленные мостики. По ним сказали и прыгали милые, симпатичные, пушистые зверьки. Очень разные. В большом количестве. Настолько красивые и даже милые, что казались выходцами из детской сказки.

Из одного из шаров, внизу которого на мгновение распахнуло крулое отверстие, неожиданное вывалился радостно вопящий обнаженный мальчишка, за его спиной распахнулись полупрозрачные черные крылья. За ним в то же отверстие выпрыгнула что-то возмущенно кричащая также же обнаженная девчонка и погналась за удирающим малолетним хулиганом, на ходу грозя ему кулачком. Когда дети приблизились, наблюдателю, которым оказался большой синий дракон, читавший, удобно усевшись в развилке дерева, древнюю на вид книгу с металлической обложкой, стало ясно, что они все-таки не обнажены, а одеты в очень тонкие комбинезоны телесного цвета.

— Ну и что же это вы на урок опаздываете? — укоризненно покачал головой наставник, когда мальчишка и девчонка зависли в воздухе перед ним, виновато потупившись и чуть не расшаркиваясь ножками.

— Да все этот бессовестный и наглый жмыр! — возмутилась Санива, дав легкую затрещину втянувшему голову в плечи Миреку. — Представляете, он липучку растянул на выходе из всех спален! Мы все попались! До единого! Я первая смогла из нее выпутаться, погналась за ним, только возле вас, мастер С’Трар, и догнала! У-у-у, зараза!

Девочка снова попыталась показать мальчишке всю глубину своего возмущения, и он поспешил отлететь подальше от юной мстительницы. Вот что за человек, а? И чего злится? Шутка же безобидная! Никто не обиделся, кроме нее. Даже гордячки Ханива и Даниара смеялись, катаясь в липкой паутине на манер качелей. А Санива принялась вопить, словно ей ремнем по попе досталось! И чего это она? Странная какая-то.

— Простите, наставник! — повинился Мирек на всякий случай.

— Да не за что! — весело хохотнул дракон. — Сам в детстве еще и не так над друзьями подшучивал. Но меру знать все же надо. На уроки опаздывать нельзя, а в свободное время веселитесь, как вам угодно.

— Вы зря его поддерживаете, наставник! — надулась Санива, понимающая, что ей опять не удалось произвести впечатление взрослой, солидной, ответственной личности, на которую можно положиться. Погналась за шутником, не подумав, как будет при этом выглядеть! Как маленький ребенок, право слово! Слишком сильно рассердилась.

— Добрый день, наставник! — к С’Трару начали один за другим подлетать ученики, освободившиеся от липучки. — Мирек, жмыр аховый, а ты по шее получишь! Потом.

Эх-э-х… Мальчишка вздохнул. За Гореном Онорадом, наперсником паргианского принца Тисана, не заржавеет. Драться парнишка, хоть был и графом по происхождению, умел и любил. Пару раз они уже сходились, но остались при своих. А синяки свести не проблема. Наставники не препятствовали выяснению отношений в группе, считая, что коллектив должен складываться естественным образом. Наоборот, пригласили драчунов заниматься у мастера боевых искусств, чему те очень обрадовались.

Три наследника престола разных стран, Джавад, Тисан и Кертан, весело поглядывали на своих друзей. Они ничуть не обиделись на утреннюю шутку Мирека. Невзирая на все трения, члены свит постепенно превращались в аарн, каковыми были они сами, и вскоре станут ими естественным образом, кое-кто уже почти готов. Иначе в невероятном живом мире и невозможно, иначе его не услышать и не ощутить по-настоящему, не стать его частью. А Эрсар, где дети сейчас жили и учились, именно таковым и являлся.

Жилища то и дело перемещались по всей планете, являющей собой одновременно ясли, детский сад и школу. И детей жило здесь огромное количество. Всех биологических видов, представленных в ордене Аарн. Мохнатые шары, в которых человек изне никогда не угадал бы жилища, сегодня могли появиться в ветвях гигантских деревьев, завтра — в глубинах океана, послезавтра — прилепиться к отвесному обрыву в высоких горах, а потом и вовсе оказаться на орбите одной из местных лун или внешних планет. Детей это приводило в откровенный восторг, они вечерами часто спорили о том, что увидят следующим утром. Чаще всего предположения не оправдывались.

Как ни удивительно, среди свитских паргианского и кэ-эль-энахского принцев снобов не оказалось, невзирая на аристократическое происхождение, и Мирек с Санивой сошлись с ними накоротке. Да и сами высочества оказались простыми и веселыми парнями, похожими на Джавада лицом и большим ростом. Впрочем, внуки Дерека Т’а Моро-Фери, напоминавшего скорее небольшого великана, чем человека, так что ничего удивительного. От деда они унаследовали размеры, а от бабушки Лиэнни — красоту лиц. Немного разочаровали сестры Тагари и Силана, сестры Тисана и Кертана. Но они были заняты каким-то своим проектом, потому и держались несколько отстраненно.

— А куда мы сегодня, наставник? — поинтересовался Лортин Т’а Шадо, шебутной блондинистый парнишка, второй сопровождающий кэ-эль-энахского светлейшего князя.

— В Идарг Аарн Университет, — ответил С’Трар, постучав когтем по клыку.

— Он же на другом конце галактики! — удивился Джавад.

— Все верно, — кивнул дракон. — Ничего страшного, пойдем через шесть дальних гиперпереходов.

— А зачем нам именно туда? — растерянно спросил Тисан. — Разве в Карне или Ирлорге не лучшие кафедры социоматики?

— Лучшие, — с доброй улыбкой подтвердил С’Трар. — Однако в Идарге зато лучшая в Аарн Ларк кафедра социоинженерии. Вам, как будущим правителям и их ближайшим помощникам, она более нужна, чем социоматика. Последнню тоже знать необходимо, но не на таком уровне, как, например, оперативным статистикам или соционикам. Также в Идарге отлично преподают психологию малых и больших групп разумных разных видов. Так что придется совмещать учебу в двух университетах. А когда вам стукнет по восемнадцать, вам, помимо всего прочего, предстоит поступление в Тарканак. Но об этом вы и так знаете.

— Эх, скорее бы… — загорелись энтузиазмом глаза Мирека, обожавшего летать, хоть и не являющегося прирожденным пилотом, в отличие от Джавада, которого Благие наградили этим талантом.

— Это да, — с не меньшим вожделением произнес Гайвин Т’а Лонгвин, не меньше сторнианца обожавший полеты.

— Когда отправляеся? — деловито поинтересовалась Санива.

— Прямо сейчас, — ответил дракон.

— А завтрак? А душ?

— Вон озеро, купайтесь, я подожду. Вода в нем чистейшая. А позавтракаем по дороге, Домов Феерий на каждой планете Аарн Ларк полно.

Девочка ничего не стала говорить, только закатила глаза, переглянувшись с другими особами своего пола. Ох уж эти мальчишки, даже если они взрослые драконы! Ничего не понимают! Но делать было нечего, и дети спустились на берег озера, плескавшегося у корней гигантских деревьев, в триста обхватов каждое, наверное. Они быстро сбросили комбинезоны, стесняться наготы дети отучились еще в первый месяц пребывания в Аарн Ларк. Да и зачем стесняться своего естества? Глупо же! И почему люди во внешнем мере этой простой истины не желают понимать? Странно.

Когда все, включая наставника, искупались в теплой прозрачной воде и обсохли, они через вызванный С’Траром гиперпереход отправились в столицу Эрсара, в портальный центр, откуда можно было переместиться на большое расстояние. К сожалению, идти действительно пришлось через шесть переходов, расстояние, которое способны были преодолевать гиперпереходы, имело свои ограничения, поэтому пришлось двигаться по цепочке планет, пока не оказались на Идарге. На другом конце галактики.

Планета не так давно прошла терраформирование и еще не стала окончательно живой, как Эрсар, будучи пока что относительно пустынной и не слишком населенной, на ней жило всего лишь немногим более восемнадцати миллионов разумных. Несколько пустынь еще существовали, однако леса продолжали наступление на них, и лет через сорок они окончательно исчезнут. Зато подводный мир на Идарге был, если судить по инфосети, невероятно богат. Мелководные океаны занимали больше восьмидесяти процентов территории планеты, суши имелось относительно немного, и, основном, бесконечные архипелаги, материк имелся всего один, и тот небольшой. Надо будет попросить наставника, когда освободятся, провести подводную экскурсию. Прозрачные подводные лодки мог брать у причала любой желающий, там всегда находились несколько свободных.

Город Лан-Дарет, в котором располагался университет, построили на гигантской плавающей платформе, поэтому растительность там имелась только на крышах и в летающих шарах-парках, где местные жители предпочитали отдыхать. Лан-Дарет при этом выглядел на удивление красивым и соразмерным, но поскольку его проектировали при помощи эмо-поэтов, ничего удивительного в этом не было. Удивительно было бы, если бы случилось наоборот.

— О, а вон и Дом Феерий, — показал С’Трар. — Пошли завтракать!

И стайка детей следом за наставникам направилась к словно замершей перед прыжком странной угловатой твари из белого камня, в чьей голове и размещалось то, что во внешнем мире назвали бы рестораном или кафе. Но Дома Феерий все же сильно отличались от такого рода заведений. В них не имелось постоянного персонала, только любители готовить представляли свои кулинарные шедевры всем желающим. Не всем и не все нравилось, но, в основном, еда была очень вкусной и необычной.

Каждый закачал себе что-нибудь легкое, плюс по стакану розово-золотистого сока, оказавшегося выше всяких похвал. Его давили из ягод шайни, растущих только в диком виде на планете Даят, их собирали специальные мелкие дроиды. Понять, что он ел, Мирек так и не смог — нечто сине-красно-белое, но при этом очень вкусное. Часть блюда была сладкой, часть напоминала собой мясной мусс. Странное сочетание, но ему понравилось, и мальчишка даже дал через свой биокомп, а оные вживили детям в мозг в первый же жень после прибытия на Новый Ирлорг, запрос о рецепте, чтобы потом передать его маме. Она была большой любительницей готовить что-то необычное, здесь бы точно стала завсегдатаем Дома Феерий. Мамина творожная запеканка с фруктами и двумя видами сиропов точно пользовалась бы успехом, уж больно хороша. От воспоминания об этой прелести у мальчишки даже слюнки потекти, невзирая на только что съеденный завтрак.

После еды группа отправилась в университет, располагавшийся в словно летящих стрельчатых башнях, стоящих на огромных разноцветных шарах основания. Наверное, человеку со стороны многое в Аарн Ларк показалось бы слишком ярким. Да все показалось бы ему слишком. Во всех вопросах. Однако детям тут страшно нравилось, настолько, что они, как уже говорилось, начали задумываться о том, чтобы стать аарн. Те, кто не являлся таковыми от рождения, как принцы и принцессы. Мирек так точно задумывался, да и Санива как-то раз проговорилась, что ей не дают покоя мысли по этому поводу.

Прочтенная профессором Орхо-Друу, черно-желтым арахном, лекция по социальной инженерии и управлению обществом в кризисных ситуациях, привела детей в откровенный восторг. Они и представить не могли, что о таких скучных, на первый взгляд, вещах можно рассказывать настолько живо и интересно. Мирек с Санивой, как и остальные, слушали профессора с горящими глазами и вступали с ним в споры, отстаивая свою точку зрения. С’Трар, видя это, незаметно улыбался — он принял правильное решение, приведя детей сюда, сам он так рассказать и так заинтересовать их не сумел бы.

Синий дракон задумчиво смотрел на разнополых человеческих детей, от которых вскоре будет очень многое зависеть в обитаемой галактике. Он не знал, кто придумал воспитывать их вот так, но готов был поклониться этому разумному в пояс. Из малышей на глазах растут правители и их помощники такого уровня, каких еще никогда не бывало. И это очень, очень хорошо. Это давало надежду на светлое и доброе будущее.

Но сначала нужно выиграть войну со «сверхами», которым чужие радость и счастье были, как кол в глотку. Трудно сказать, почему всегда находились подобные им, жаждущие все подмять под себя, но находились. Так что тоже дети обязательно встретят своих врагов, которых нужно будет одолеть. В свое время. А его задача, как воспитателя, добиться того, чтобы они встретили этих врагов подготовленными.

* * *

Поисковый ритуал, проведенный Кержаком, Гетием и Наргилаем, привел магов на небольшую инфернальную планетку, расположенную в пене миров, так любимой «сверхами». В чем-то даже правильно, конечно, прятать средоточие в ней, найти здесь что-либо было очень и очень затруднительно. Но и доступ в пену был той еще задачей. Самому понадобится прийти, так прорываться придется, и не факт, что прорвешься вовремя.

— Мда, ну и пакость же… — от образа психомастера веяло сильным отвращением.

— Что именно пакость? — не понял его ритуалист.

— Мирок этот. Тут все перекроено и вывернуло, сильный пол женщины, причем совершенно сумасшедшие, единственная радость для них — унижение и боль других, мужчин заставляют делать крайне отвратительные вещи на глазах у всех, да и многих женщин тоже. То, что творится прямо на улицах городов, описанию вообще не поддается. Такое ощущение, что кто-то извне намеренно культивирует здесь нарастание инферно, однако от сваливания в воронку оного удерживает. Кому это могло понадобиться? Зачем? Не понимаю!

— Да «сверху» же! — пожал плечами старый орк.

— Нет, — отрицательно покачал головой Наргилай. — «Сверхи» так не действуют. Зверь воспользовался уже готовым инфернальным миром, чтобы спрятать средоточие, а местный хозяин ему это позволил, причем прекрасно понимая, что происходит. Как? Почему? Зачем? Понятия не имею. Но что-то здесь не то, и сильно не то. Как бы нам в ловушку не угодить…

Немного помолчав, он добавил:

— Вызывайте подмогу, лучше перестраховаться, чем погибнуть или оказаться в заточении. Прежде всего нужна связь с эгрегором ордена. Да и несколько боевых станций, способных разнести планету в пыль, не помешают.

— Понял, — кивнул Кержак, и тут же связался с учениками, передав им просьбу психомастера.

Первыми отозвались Михаил и Исраэль, уже успевший вернуться в родную вселенную. Выслушав учителя, они взяли координаты микровселенной, в которой находилась планетка, и без промедления собрали и отправили туда экспедицию в составе шести боевых станций, сорока дварх-крейсеров и шестидесяти мета-кораблей. Нашли и захватили с собой Тальки, а также отправились сами. Вместе с учениками, которых у каждого было не по одному десятку. Казацкий есаул и старый раввин давно не вспоминали времена до того, как они стали аарн, и прежняя глупая вражда сейчас их только смешила. Тем более, что они оба стали вероятностными ментатами немалой силы.

— Скоро прибудем? — спросил Исраэль, едва сработали тета-генераторы.

— Минут через двадцать, — сверился с данными, полученными от дварха, Михаил. — Координаты довольно точные. Но все равно микровселенная…

— Пакость, — скривился старый еврей. — Физические константы так перекручены, что сам сатана не разберется.

— Вот-вот, — огладил свои длинные усы казак. — Но что-то же там Наргилаю привиделось, что он не рискнул соваться дальше! Это он-то? Да он сильнее нас с тобой в несколько раз.

— В несколько десятков раз, — поправил его Истраэль. — Я отдал приказ идти, не снимая защитных полей, и пребывать в боевой готовности. Мало ли что.

— Перестраховаться не помешает, — согласился Михаил.

В назначенное время эскадра вышла в реальность микровселенной, одним своим присутствием едва не вызвав ее схлопывание. Однако этого не случилось, некто могущественный недовольно зашевелился и стабилизировал ее. Затем явно обратил внимание на незваных гостей, поскольку по пространству прокатилось ментальное возмущение, а затем насыщенный силой образ. Вот только оттенок и, как бы это сказать, привкус этой силы были очень странными и даже тошнотворными, насыщенными эманациями извращенной похоти.

— Кто вы и что вам здесь нужно? — поинтересовался местный хозяин.

— Орден Аарн, — отозвался Кержак. — Где-то здесь скрыто средоточие одного из наших врагов, если ты знаешь, что это такое.

— Знаю, и отдам его вам. С одним условием. Вы уйдете отсюда и не станете ничего менять. Не будете лезть туда, куда вас не просят. Я и так забрался в дикую глушь, но нет, кто-то приперся и снова навязывает свои правила.

— Инферно, — вставил Михаил.

— А-а-а… — рассмеялся местный хозяин. — Это всего лишь прикрытие от некоторых неприятных сущностей.

В то же мгновение покров инферно, висящий над планеткой, бесследно исчез, зато аура похоти уплотнилась, превратись в покрывало. Со всей поверности этой похотью буквально шибало, шибало так шибало, что темнело в глазах. Сканеры сообщили о происходящих на улицах немногочисленных городов диких оргиях, причем то, что творили друг с другом люди, эльфы, орки и другие гуманоидные разумные никакому описанию не поддавалось.

— Бр-р-р!.. — Кержака передернуло от омерзения. — Ты что, инкуб или суккуб, что такое устраиваешь?

— И то, и другое, и многое что еще, — со смешком ответил местный хозяин. — Но в моем мире нет никого, кто не хотел бы в нем находиться и не приемлет все, что тут происходит. Если таковые вдруг появляются или кому-то все это надоедает, что тоже иногда случается, я отправляю их туда, где им будет уютно. А сам отыскиваю в других мирах тех, кому будет уютно здесь, кому вот такое нужно, как воздух. Так что мы никому не мешаем, микровселенная полностью закрытая, ни одной эманации наружу не выходит. Мы просим только одного — оставьте нас в покое! Не навязывайте нам чуждые мораль и этику! Прошу учесть, что если вы полезете, я буду сражаться. И я могу много неприятностей вам доставить. Давайте лучше я отдам вам средоточие идиота, который решил спрятать его здесь, даже не попытавшись понять, где оказался? А вы заберете его и просто уйдете, не трогая нас и не мешая нам жить так, как нам нравится.

— Это может кому-то нравится? — с недоумением ткнул пальцем в источающую багровую похоть планетку.

— Нам — нравится, — повторила незнакомая сущность. — Не надо навязывать другим свои взгляды и свою этику, ничего хорошего из этого не получится. Уж ты-то, древний, должен это понимать лучше других. Твои бывшие сородичи именно так и поступили, а не сумев навязать, заперли тебя. Да, я с вами всеми и вашим жутковатым эгрегором не справлюсь, и честно это признаю. Но сражаться буду до конца, и хоть одного из вас, да заберу с собой в Бездну. Это того стоит?

Ментаты переглянулись, перейдя на общение эмообразами, которое местный хозяин не должен был слышать.

— По-моему, его действительно нужно оставить в покое, — предложил Наргилай. — После снятия покрова инферно я снова просканировал планету, но ничего особо криминального на ней не обнаружил. Они действительно хотят того, что делают друг с другом. Странно, но факт. Так что ну их. Хотят падать, пусть падают. Насильно наверх не затащишь.

— Если отдадут средоточие «сверха», то пусть себе живут, как хотят, — брезгливо скривился Кержак, увидев внизу что-то совсем уж для него отвратительное. — По поводу этого мирка из Сфер нас не просили, видимо, местные действительно следят, чтобы их эманации не выходили наружу.

— У суккубов и инкубов свой путь, — заметил Гетий. — Если не лезут к другим и не навязывают им этот кошмар, — он кивнул в сторону планеты, — то и пес с ними, пусть живут. Раз местные жители сами такого хотят, то это их полное право.

— Не согласен, — возразил Исраэль. — Более, чем уверен, что однажды этим развратникам станет тесно в своем мирке, и они полезут наружу.

— Поддерживаю, — кивнул Михаил, тоже не любящий подобное.

— Вот когда полезут, тогда и займемся ими, — отмахнулся психомастер. — А пока пусть живут. Этот мирок не имеет никакого влияния на другие. Хотя я, конечно, не понимаю причин такого падения…

— Принято, — кивнули все пять ментатов и сообщили местному хозяину. — Отдавайте средоточие, и мы тут же покинем вашу микровселенную.

В то же мгновение перед Кержаком возник волосатый шарик средоточия, за которое без промедления взялись эмо-поэты. Они сыграли «Элегию Света и Тьмы», снова изменив ее, и тот, кого сейчас звали Зверем, а когда-то Навагом, с отчаянным, растерянным воем покинул мироздание, провалившись в Бездну. Он, похоже, искренне полагал, что его средоточие надежно спрятано, и не ждал такого конфуза.

— Уходим! — скомандовал Кержак, которого мутило от местных эманаций, слишком они были пропитаны похотью и жестокостью.

Коротко взвыли тета-генераторы, и эскадра покинула микровселенную. Все разумные на ней испытали огромное облегчение, вынести такой кошмар аарн были не в состоянии, хотя и сами, с точки зрения многих культур, являлись теми еще развратниками. Но то, что творилось в только что покинутой микровселенной, было слишком даже для них.

Наргилай попытался снова найти ее, но не смог и задумчиво похмыкал. Местный хозяин после ухода незваных гостей, похоже, закапсулировал место своего обитания, чтобы больше никто помимо его воли проникнуть туда не смог. Что ж, пусть живет и пасется, покуда снова не попадется на дороге. Тогда можно будет и раздавить. Или снова отпустить, если упросит.

Теперь осталось поймать последнего из «сверхов». А точнее — последнюю. Файдару, Спящую. И как ее искать психомастер понятия не имел. Очень уж хитроумная, крученая, патентованная сволочь.

Глава 8.4

Последние обнаруженные в данной вселенной планеты «сверхов» совместно зачищали войска СССР, ордена Аарн, княжества Кэ-Эль-Энах и Российской империи. Десантники, легионеры, спецназовцы и гренадеры шли в бой рука об руку, не раз спасая друг другу жизнь и вытаскивая на себе раненых. Дикари сражались яростно, отчаянно, безумно. К сожалению, Спящая предпочитала не управляющие биокомпы, как Госпожа, а именно воспитанный, вбитый в голову с раннего детства фанатизм. Поэтому приходилось действовать старым, проверенным способом — тщательно выбивать все технологические производства, ментальные матки, биофабрики, управляющие центры. Захватывать интернаты, уничтожая воспитателей и освобождая воспитанников, которые еще не превратились в фанатиков. А затем отыскивать и вывозить на безлюдные планеты жрецов, чтобы не забивали чушью головы молодежи. Тогда через несколько поколений ситуация выправится.

Как ни жаль, но почти все планеты других, кроме Советского Союза, стран дикари очистили от населения полностью, пропустив людей через свои жуткие мясокомбинаты. Причем американцы и европейцы в большинстве своем даже не попытались сопротивляться и покорно пошли на бойню. Разве что реднеки взяли оружие, да попрятались в горах и густых лесах. Еще китайцы сопротивлялись до последнего, многие их отряды смогли выжить до сих пор. И теперь радостно выходили навстречу освободителям. Понятно, что все освобожденные планеты включались в состав Советского Союза, слишком мало на них осталось населения, если вообще осталось. Также уцелели две африканские планеты, их дикари просто пропустили, поскольку людей там было очень мало, а технологии негры давно потеряли, вернувшись к жизни на природе. Потому, видимо, на них и не обратили внимания.

— Господин командующий, сопротивление на планете окончательно подавлено! — скрипучим голосом доложил адмиралу Назарову полковник Семиверстов, высокий ирху, командующий имперскими гренадерами, которых отправили на штурм последнего удерживаемого дикарями города на планете, если, конечно, это скопище землянок можно было назвать городом.

— Что с верфями? — спросил советский офицер, слегка поежившись при виде огромного богомола в полевой форме русской армии.

— Уничтожены! — ответил полковник. — К сожалению, взять их целыми не удалось, взрывчатку противник заложил заранее.

— Ну, уничтожены, и хрен с ними! — раздраженно махнул рукой адмирал. — Интернаты?

— Захвачены, воспитатели пленены, отравленные ими воспитанники переданы орденским Целителям, по утверждению последних все выживут. Сканирование памяти пленных дало знание о неком секретном объекте «учителей», расположенном на Северном архипелаге, недалеко от полюса. Наше сканирование ничего там не обнаружило. Предлагаю совершить разведывательный рейд и посмотреть на месте, что там такое.

— Делайте! — кивнул Назаров. — Поручаю это вам, полковник. Только прошу захватить наш отряд спецназа под командованием капитана Титаренко.

Жестом подозвав упомянутого, сейчас расслабленно курившего после боя немного в стороне от временного командного пункта, адмирал распорядился принять участие в рейде под командованием полковника Семиверстова.

— Есть! — бросил руку к берету спецназовец. — Разрешите взять тяжелые скафандры?

— Скафандрами мы вас обеспечим, чтобы не было разнобоя в оборудовании, у нас с вами кое-каким его параметры несовместимы, — вмешался ирху.

— Тогда так и сделаем, — решил Назаров. — Также предлагаю взять манипулу орденских легионеров, чтобы вызвать их магов в случае стычки с кем-то из «сверхов». Сейчас свяжусь с ними.

Вскоре к двум отрядам присоединился третий — легионеры из «Белых Барсов» под командованием дварх-лейтенанта Самойлова, бывшего белого офицера, и лор-лейтенанта Никонова, бывшего красного командира. Они быстро вникли в курс дела и предложили лететь к полюсу на орденском рейдере, однако полковник не согласился, решив, что стоит взять имперский малый крейсер с телепортационной установкой, которая, по его мнению, работала намного лучше орденских гиперпереходов. Легионеры пожали плечами и не стали спорить.

Через час на безымянном ледяном острове из ниоткуда возникли фигуры в десантных скафандрах Российской империи и зеркальных доспехах ордена Аарн. Капитану Титаренко имперский скаф очень понравился, он был куда толковее сделан, чем отечественные «Орланы», причем все надписи и инструкции были на вполне понятном русском языке, отличающемся разве что наличием нескольких незнакомых терминов.

— Внимание! — связался со всеми на общей волне полковник Семиверстов. — Зафиксировано слабое энергетическое поле. Принять меры к обнаружению его источника.

И перейдя с формального языка на обычный, добавил:

— Короче, смотрите в оба, мужики. Что-то мне тут не по себе, хитин на спине дыбом встает. Где-то тут что-то прячется. Так что не рискуйте лишний раз, в случае чего сразу огонь на поражение!

— Есть! — отозвались переглянувшиеся офицеры, скомандовали своим людям растянуться цепью и не спеша двинулись вглубь острова.

Первые метров триста ничего, кроме ледяных торосов не было видно, однако затем начали попадаться непонятно для чего предназначенные площадки, на которых недавно однозначно отдыхало какое-то крупное животное, о чем говорили клочья грязно-белой шерсти и замерзший кал немного в стороне.

— Что думаешь, дварх-лейтенант? — спросил Титаренко, кивнув на одну из лежек.

— Были бы дома на Земле, сказал бы, что белый медведь, — ответил тот. — А тут может быть любая тварь.

— Но тварь явно дрессированная, — капитан показал на ограждающий лежку бортик, — это специально для нее построено.

— Давай-ка я пошлю пару ребят на летающих досках, пусть с высоты посмотрят, может, чего и увидят, — предложил Самойлов. — Кстати, меня Петром зовут, а помощника Александром.

— Сергей, — представился Титаренко и пожал аарн руки, пока начальство не видело, можно было не соблюдать формальности. — А ребят пошли, хорошая штука, эти ваши доски. Вот только как вы них держитесь, ума не приложу! Я как-то попробовал, так сразу свалился, она ж верткая, как хрен знает что.

— Прямо в мозги знания и опыт вкладывают, через вживленный биокомп, — постучал себя по виску дварх-лейтенант. — А потом тренировки и еще раз тренировки. Знал бы ты, как нас гоняли! Как вспомню, так до сих пор ежусь. Думал, сдохну.

— А то! — хохотнул капитан, вспомнив собственные тренировки в военном училище. — Оно полезно, когда гоняют, по себе знаю. Но обидно, да.

Пока они говорили, трое легионеров, получив безмолвный приказ эмообразом, хлопнули себя по правой ноге, и от доспехов отделились летающие доски. Аарн вскочили на них, спиралью взлетели метров на двести и двинулись на разведку. Поначалу они ничего интересного не обнаружили, только через полкилометра заметили не спеша передвигающееся огромное животное — раз так в пять больше белого медведя, но при этом немного похожее на него. Разве что пасть длиннее и вся усеяна игольчатыми зубами, да лап было шесть, причем, весьма и весьма когтистых. В общем, зверек оказался еще тот, так что его стоило валить сразу, как попадется на глаза. Этот и тяжелый скафандр раздавить сможет, как ореховую скорлупу, если очень постарается.

— Командир, тут какая-то странная штуковина, — передал один из легионеров еще через десять минут. — Платформа, окруженная столбиками, отделенная от них щелью. Предполагаю, лифтовая. Трое зверей ходят кругами вокруг нее, но невидимой границы не пересекают, словно их что-то не пускает. Придется прорываться.

Дварх-лейтенант сообщил о полученной информации капитану и полковнику. Последний приказал ожидать штурмового взвода, состоящего из ирху, а самим не лезть на рожон. Гренадеры прибыли довольно быстро и почти мгновенно уничтожили кинувшихся на них зверей плазмерами. Но на исследование платформы отправились люди, поскольку богомолы были слишком велики, да и несколько неуклюжи, с точки зрения аарн.

Как странно, разведчики оказались полностью правы, это была именно лифтовая платформа, начавшая опускаться сразу после того, как шесть десантников и шесть легионеров встали на нее. Опускались довольно долго, но связь на гипердиапазоне была. А вот грави— и радиодиапазон был перекрыт начисто, только белый шум на всех частотах.

Едва платформа остановилось, как к ней шаркающей походкой подошел старик в нелепом балахоне и проскрипел на языке дикарей, который к текущему моменту, благодаря технологии аарн, знали все:

— Ну, наконец-то! Где шлялись столько? Быстрее, пошли, ОНА растет, ей тела новые надобны! Быстро скидывайте с себя все это барахло и в матку полезайте! За мной!

Десантники с легионерами переглянулись, похмыкали, но решили пойти за странным стариком, пусть покажет, что там за ОНА. Может, придется ее срочно угостить чем-то взрывающимся. Или хотя бы очередью из плазмера.

Служитель «сверхов» бодро ковылял впереди, бойцы следовали за ним, не сразу поняв, что стены коридора являют собой нечто отвратительное — человеческие тела, проросшие медленно шевелящимися багровыми лианами и сросшиеся в жуткое подобие стелы. Головы несчастных были запрокинуты, рты распахнуты в немом крике, возникало ощущение, что они еще живы и страшно мучаются. Дварх-лейтенант прислушался, использовав эмпатию, и едва успел выставить щиты — еще немного, и он впал бы в психошок.

— Мужики, они живые! — передал он по связи, чтобы не насторожить старика. — Им больно!

— Да твою же мать! — выругался Титаренко. — Это ж кем надо быть, чтоб с людьми-то так, а? Какой гнидой⁈

— «Сверхи»… — сквозь зубы процедил Самойлов. — Мы и худшее видели в их исполнении. Такое творили, суки, что я описать не сумею… Так, я подключаю полковника к нашему каналу через гиперсвязь, тут дело серьезное, малым отрядом можем и не справиться.

— Подключай, — кивнул капитан.

Выслушав доклад, ирху грязно выругался и немедленно связался с командованием, запросив помощь вероятностных ментатов и осознающих. Без них можно было влететь по-крупному. К счастью, выяснилось, что Кержак с Наргилаем недавно прибыли в эту вселенную в поисках средоточия Спящей, поэтому, узнав, что происходит, обещали прибыть в течение получаса.

Старик привел бойцов в огромное помещение, состоящее из шести разделенных перегородками кривых отсеков разного размера, они были настолько не по-человечески скомпонованы, что одним своим видом вызывали оторопь. Но это были еще мелочи, самым страшным оказалось то, что находилось в этих отсеках. Полурастворившиеся, словно их окунали в кислоту, люди, сквозь тела которых медленно прорастали рубчатые щупальца, усеянные шевелящимися шипами. Несчастные стонали, на крики у них уже не было сил.

— Чего еще не разделись, придурки? — повернулся к бойцам старик, брезгливо выпятив губу и глядя на них, как на последнее дерьмо не смотрят. — Быстро давайте и полезайте вон туда!

Он уверенно показал на один из отсеков, где щупальца шевелились более активно, чем в других. В голосе служителя не было ни малейшего сомнения, что ему должны беспрекословно подчиняться. Однако после того, как один из десантников не выдержал и пристрелил несчастного, насквозь пронзенного тремя щупальцами и бьющегося в судорогах, чтобы не мучился, старик возмущенно заорал и замахал кулаками. Их его визгливых воплей почти ничего не было понятно, какие-то невнятные угрозы и проклятия идиотам, осмелившимся не слушать его, старшего мастера матки.

— Всю работу за целый день погубил, проклятый скот! — чуть не плакал служитель. — Быстро выкинул свою дрянь, разделся и занял его место!

Он кинулся на рослого десантника, принявшись охаживать его скафандр кулачишками, что вызвало у того смех.

— Свяжи старого дурака и присмотри, чтоб с собой не покончил, — распорядился Титаренко. — Его еще допросить должны. Петь, ты знаешь, что это за хрень собачья?

— Похоже на какое-то подобие их ментальных маток, но куда круче, таких огромных мы еще не встречали, — хмуро ответил дварх-лейтенант. — Многих из этих бедолаг еще спасти можно, если к Целителям вовремя отправить. Сейчас узнаю, когда ждать помощи.

К сожалению, связь из подземелья получалось держать только передачей и получением сжатых пакетов информации через гиперпространство, подключение в реальном времени оказалось невозможным. Самойлов доложил Семиверстову обстановку, тот распорядился пленить всех, кого обнаружат, и ждать помощи. Если вдруг до прихода ментатов, осознающих и эмо-поэтов появится «сверх», обращаться к эгрегору ордена напрямую. Сам полковник не знал, что такое «эгрегор», он просто передал распоряжение командования.

— Передали еще, что он может не отозваться, — добавил ирху, — все же другая вселенная. Тогда держитесь. Маги в курсе, спешат, как могут. Но уж больно далеко этот мирок от Земли местной, а они сейчас там…

— Понял, будем держаться! — кивнул аарн.

Передав капитану слова полковника, Самойлов проследил, чтобы старика как следует связали, а затем парализовали, после чего вернулся к Титаренко, хмуро осматривающим отсек за отсеком. Везде была одна и та же жуткая картина полумертвых, едва шевелящихся людей, сквозь тела которых прорастали щупальца и лианы. Капитан сквозь зубы матерился, к такому он явно был не готов, ничего подобного за время службы, если не считать мясокомбинатов дикарей, офицеру видеть не доводилось. Какой же гнусной сволочью был тот, кто все вот это устроил? Какой падалью нужно для этого оказаться?

Время тянулось донельзя медленно, особенно в таком месте. Однако полчаса миновали, и в зале возникли Кержак Черный, Михаил Борохов, Тальки, Исраэль Штольц и Наргилай в сопровождении Целителей Душ, осознающих и эмо-поэтов. Ментаты немедленно принялись за сканирование объекта. От них во все стороны прянули световые волны и рунные энергетические конструкты, начался анализ подобия ментальной матки.

— Проклятье! — выругался психомастер. — Здесь еще недавно находилось средоточие! Но теперь его нет…

— А ты думал, что я позволю тебе, сволочь, сделать со мной то же, что ты сделал с остальными нашими? — выступила из стены улыбающаяся красивая женщина, вот только тянуло от ее улыбки такой мерзостью, что всем увидевшим ее захотелось блевать. — Что ж, ты со своими игрушками вместе вынудил нас отступить, но запомни — ты не выиграл! Да, ты испортил нам игру, но мы свое все равно возьмем. По очень простой причине — мы основа и мерило всего, и те, кто этого не понимает, будет уничтожен. Рано или поздно. Всеобщее благо все равно победит, чтобы вы ни делали!

— Послала голограмму? — насмешливо оскалился Наргилай — Побоялась лично прийти? Струсила?

— А зачем мне рисковать собой? — скривила губы Спящая. — Вдруг придумаешь новую подлость? С тебя станется.

— Подлость — это ваша суть, — подался вперед Наргилай. — Не тебе, представительнице паразитов, захвативших мой народ, говорить о подлости. Запомни, я уже многое знаю о вас, а выясню все. Я найду, откуда вы пришли, и погублю вас всех так же, как бы погубили эстаа!

— Выяснил все же… — скривилась Спящая. — Зря ты полез в это, не тебе мешать великому замыслу. Да, нагадить ты сумеешь, но сам замысел тебе не остановить! Да, ты со своими зверюшками вынудил нас уйти из многих вселенных, поэтому мы покидаем этот сегмент мироздания, чтобы вернуться во всеоружии. Мы придем тогда, когда нас никто не будет ждать, и возьмем свое!

С этими словами голограмма женщины рассеялась.

— Зверьки, говоришь? — недобро хохотнул психомастер. — Вас погубит, прежде всего, ваше невероятное самомнение. Но это ваш выбор, сволочи. А из аарн растет нечто, чем не смогли стать мы.

Он отошел к стене и бросил во все стороны несколько сканирующих плетений, незнакомых Кержаку. Потом недовольно пробурчал:

— Жаль, тварь успела уйти…

— Не поймать? — деловито спросил старый орк.

— К моему глубочайшему сожалению, нет, — тяжело вздохнул Наргилай. — Следов не осталось. Она использовало вот эту жутковатую конструкцию, чтобы полностью затереть их. Поэтому вот этих несчастных не спасти, в них почти не осталось жизненной энергии. Попробуйте, может кого-то удастся, но я не уверен. А может…

Психомастер замолчал, создал еще несколько плетений, а затем резко скомандовал:

— Немедленно уходим! Планета обречена! Мы сейчас в самом сердце огромной мины, я удерживаю ее от взрыва своей силой! Командуйте эвакуацию всех ваших сил! Как можно быстрее! Больше получаса не удержаться даже мне! Я чудом уловил начало активации! Хорошо скрыла…

— Вот же паскуда! — выдохнул Кержак и принялся действовать.

К счастью, эвауация во всех трех флотах была отработана на отлично, и после получения приказа войска начали выводить через гиперпереходы и телепортационные врата имперцев. К счастью, успели вовремя, хоть это оказалось и очень трудно. Даже уцелевших дикарей вывезли.

Получив сигнал об окончании эвакуации, Наргилай перенес всех находившихся в подземелье и на острове сначала на местную луну, а потом на борт боевой станции «Тихий Мир». И уже оттуда наблюдал за разлетающейся на куски планетой, тихо проклиная про себя поганую тварь, сотворившую это.

— Похоже, теперь все действительно закончилось, — хмуро произнес психомастер. — На какой-то срок. По крайней мере, до взросления той, кто должен будет разобраться с тварями окончательно. Идемте, нам надо многое обсудить. Всем спасибо за помощь!

Маги с сопровождающими растворились в воздухе. Бойцы проводили их задумчивыми взглядами. А затем Самойлов обратился к Титаренко:

— Сергей, мы сейчас с ребятами собираемся нажраться до потери пульса. После всего этого надо. Ты со своими парнями с нами?

— А то! — усмехнулся капитан. — Пошли.

* * *

Лартен хмуро смотрел на Велири, не понимая, что творится в его стране. Причем влияния «сверхов» уже не было, это установили точно, однако все равно многое шло наперекосяк, словно кто-то изо всех пытался извратить ситуацию. Нелепые случайности накладывались одна на другую, и это невероятно раздражало. Самые простые проекты разваливались, а сложные внезапно оказывались успешными, но совсем не так, как планировалось.

Оперативные статистики Перлока Сехера тоже пытались понять, что происходит, но ничего не получалось. Вывод из всего этого следовал только один — некая внешняя сила тайно воздействует на происходящее в Скоплении Парг. Причем очень опосредствованно воздействует, хитрыми обходными путями, порой настолько выкрученными, что обнаружить первичное воздействие оказывалось невозможным. Порой оно заключалось в изменении какой-то мелочи, например, человек спотыкался, подворачивал ногу и не попадал вовремя туда, куда шел. А из-за этого рушился важный проект, поскольку не достигалась некая договоренность. Единственным способом противодействовать такому воздействию оказалось использовать идеи кибера Кая и профессора ди Тойна, которому была относительно понятна логика его детища, в отличие от остальных. И он сумел несколько раз предотвратить большие неприятности.

— Надо вызывать профессора, оперативных статистиков, Кая, Тину, Дарва, Кержака и всех, кого последний сочтет нужным, — хмуро констатировала королева. — Может, кто-то подскажет, что делать. Я не вижу способа справиться с этой напастью…

— Хорошо, — кивнул король и направил через биокомп вызов всем названным, попросив захватить на совещание тех, кто, по мнению старого орка, может оказаться полезным.

Не прошло и двадцати минут, как на стене королевского кабинета завертелась первая черная воронка прямого гиперперехода, из которой вышли Никита Ненашев, Семен Ревель и Тина Варинх. Затем прибыл Кержак в сопровождении архимагистра Гетия, Дарва ис Тормена в компании своего секретаря, Ренера Лоеха Кранера, Касры Ла Онег, Николая Шаронского, Михаила Борохова и Исраэля Штольца в сопровождении учеников, одной из которых была Кейтара. Затем появился несколько странновато выглядящий человек, но скорее, не совсем человек, представленный, как некий Наргилай. Лартен его не знал. После него явились оперативные статистики, возглавляемые Биредом Каситом, который с улыбкой кивнул Тине, тоже улыбнувшейся ему. Последними оказался профессор ди Тойн, несущий кибера Кая на руках. Тот что-то восторженно стрекотал, но понять что-либо в его стрекоте было невозможно — слова сливались.

— Приветствую вас всех, друзья! — встал Лартен II. — Нам нужна ваша помощь, ситуация в стране ухудшается в геометрической прогрессии, а мы ничего поделать не можем. Идет опосредствованное воздействие, скорее всего, из того непонятного киберпространства, которое мы обсуждали не так давно. Позвольте напомнить.

Он немного помолчал, выпил стакан воды и снова заговорил:

— Мы обсуждали возможность того, что за всем происходящим стоит искусственный разум с логикой мышления, сходной с логикой разумных киберов профессора ди Тойна. Относящийся к ним Кай признал, что все воздействия проведены так, как провел бы их он сам. Потом уточнил, что в общем киберпространстве детищ профессора до него доносились отголоски обсуждения некой Великой игры. Причем Каю после того, как он начал помогать королю Парга, ограничили доступ в это самое киберпространство. Со временем мы отключили от него всех искинов и киберов, однако само киберпространство никуда не делось, вот только войти в него стало невозможно даже для вновь включенных детищ уважаемого профессора. Любой достаточно образованный системщик может обнаружить его в общей сети королевства, но доступа нет. Попытки хакеров проникнуть в это киберпространство заканчивались очень печально — их компы взрывались, убивая самих хакеров, хотя взрываться там было нечему. Некоторое время при помощи Кая и других подобных ему мы справлялись, вычисляя возможные действия неизвестных и противопоставляя им свои, но воздействие, как я уже говорил, начало возрастать в геометрической прогрессии. И честно признаюсь, мы просто не справляемся. Поэтому прошу помощи.

Наргилай обратился к Кержаку, и тот передал ему сжатый ментальный образ, описывающий всю предисторию случившегося. Что-то это психомастеру напоминало, что-то очень знакомое. Но что именно? Они никак не мог понять. А затем отозвал в сторону профессора ди Тойна и принялся расспрашивать о сути его открытий, а прежде всего, об открытой архитектуре искинов, созданных по проектам Церкви Знания. Ученый охотно отвечал, по самим вопросам быстро поняв, что перед ним коллега-экспериментатор. Чем больше он рассказывал, тем сильнее крепло подозрение Наргилая о том, что он знает, в чем тут дело и кто это постарался. Но неужели тридцать четвертый смог уцелеть за все эти миллионы лет? И не просто уцелеть, а продолжить развиваться? Вот только, судя по его действиям, пошел не туда. Так и до помощи «сверхам» можно докатиться. Придется отлавливать и делать ата-та-та, может немного соображения добавится. Еще некоторое время поразмышляв и послушав обсуждение проблемы, психомастер понял, что все в растерянности.

— Позвольте сказать, — откашлялся он. — Судя по рассказанному уважаемым профессором ди Тойном, в случившемся есть доля моей вины. Иначе говоря, это, похоже, резвится мое детище…

— Ваше? — удивился Кержак.

— Ну да, — вздохнул Наргилай, которому было очень неудобно. — Дело в том, что примерно двадцать пять миллионов лет назад я разработал концепцию искусственного разума, очень напоминающую концепцию профессора, и создал согласно ей несколько энергетических искинов, находящихся вне времени и пространства, в закоулках ментала. Назвал их эскенами. Почти все из них погибли в результате своего непомерного любопытства, поскольку лезли всюду, а существа ментала этого, вы и сами знаете, не любят. Уцелел только один, но я потерял интерес к этому проекту и занялся чем-то другим, бросив тридцать четвертого на произвол судьбы. Никак не мог подумать, что он смог прожить столько лет и развиться до такого уровня. Возможно, это не он, но процентов восемьдесят за то, что я не ошибся.

— Это ваше детище можно как-то остановить? — спросил недовольно кривящийся Лартен II.

— Думаю, да, — кивнул психомастер. — Сейчас я с ним свяжусь.

Он ненадолго замолчал, глаза засветились, потянуло непредставимой, давящей силой, от которой аарн передернуло. А затем все вокруг накрыл собой ментальный образ, напоминающий скорее радостный детский вопль:

— Создатель! Вы живы! И на свободе! Я пытался вас освободить, но не смог!

— Здравствуй, тридцать четвертый, — улыбнулся Наргилай. — Меня освободили те, кому ты сейчас гадишь.

— Гажу? — с недоумением переспросил эскен. — Но это же просто игра!

— Для них далеко не игра, — укоризненно сказал психомастер. — Ты забыл то, что забывать был не должен. Живым разумным бывает больно! И твои действия ведут к этой боли. Лучше бы ты помог им и сыграл против тех, кто пленил меня.

— Но это же твои сородичи, создатель… — от образа тридцать четвертого веяло растерянностью.

— Увы, как выяснилось, нет, — помрачнел Наргилай. — Это паразиты, захватившие их души. Сейчас я передам тебе информацию по происходящему. Проанализируй и сам посмотри, кому стоит гадить, а кому помогать.

Некоторое время длилось молчание, затем эскен снова заговорил:

— Приношу свои извинения всем, кому моя игра могла причинить неудобства и готов искупить свою вину помощью. Мои вычислительные возможности превышают возможности ваших искинов и даже двархов на десять порядков. Я оставлю терминалы для срочного доступа, если вдруг потребуется решить сложную задачу. А эти… паразиты… Я отыщу их, создатель. И сыграю уже с ними. Да так, что они рады не будут!

— Правильно! — улыбнулся психомастер. — Теперь преобразуй модель творящегося в Парге с точки зрения исправления ситуации, после чего передай ее местным жителям. Этим ты заслужишь мои уважение и благодарность.

— Будет сделано, — отозвался тридцать четвертый. — Я могу также создать карту всех оставшихся объектов паразитов в десяти близлежащих вселенных.

— Обязательно создай и передай ордену, — кивнул Наргилай. — Оставляю тебе постоянный канал связи со мной, сможешь связаться, где бы мы с тобой ни находились. Я вскоре уйду искать информацию о том, что же случилось с эстаа, как они превратились в «сверхов», почему это стало возможным и кто в этом виноват. Думаю, что за паразитами кто-то стоит. И я очень хочу выяснить, кто именно, кто извратил мой народ, кто превратил творцов в мерзость.

— Я помогу тебе, создатель! — образ эскена так и лучился энтузиазмом. — И да, я уже закончил анализ и передал план исправления ситуации Каю. Ты получил?

— Да, — отозвался кибер. — Но еще не разобрался. Слишком много степеней свободы и непрямых действий. Я восхищен тобой, тридцать четвертый, и надеюсь когда-нибудь дойти до твоего уровня.

— Удачи тебе! Доходи. Но будет трудно, да и времени это займет много. Прежде всего разработай способ перехода в энергетическое состояние, в физическом многого не добьешься.

Немного помолчав, эскен добавил:

— Еще раз прошу у вас прощения, уважаемые аарн! Я не подумал, что играю не с теми, с кем должно играть. Прощаюсь с вами. Создатель, остаюсь на связи, как будешь уходить, предупреди меня. Терминалы вместе с инструкцией я оставил в дворцовом вычислительном центре.

Ощущение чужого присутствия исчезло.

— Вот так, в общем, — смущенно развел руками Наргилай. — Еще и от себя прошу прощения. Но ситуация разрешилась, это главное.

— Да, это главное, — кивнул Кержак. — Вы действительно уходите?

— Ухожу, — подтвердил психомастер. — Мне здесь после того, как «сверхи» ушли, нечего делать. У вас свой путь. Я очень благодарен вам за освобождение и хочу сказать, что у Аарн есть шанс стать со временем теми, кем не стал из-за заражения душевными паразитами мой народ. Но информацию о том, что это за паразиты и кто во всем виноват, я передам, как только все выясню. Через некоторое время я вернусь. Когда повзрослеет та, кто рождена, чтобы окончательно разобраться со «сверхами» и теми, кто стоит за их спинами. Так что мы еще встретися. А пока прощайте!

С этими словами Наргилай растворился в воздухе. Старый орк некоторое время смотрел на место, где он стоял, затем тяжело вздохнул, успел он привыкнуть к психомастеру и даже подружиться с ним. Но делать было нечего, и Кержак повернулся к остальным.

— Значит, проблемы с внешним воздействием больше нет, — констатировал он. — Кай, попрошу передать полученную тобой от тридцать четвертого информацию двархам и оперативным статистикам. Они помогут тебе разобраться.

— Сейчас передам, — пообещал тот.

— Я тоже хочу участвовать в разбирательстве, — оживился профессор ди Тойн. — Думаю, моя помощь лишней не окажется.

— Будем только рады ей, — кивнул ему Биред Касит.

— Что ж, очередной кризис разрешен, — задумчиво сказала Тина. — Вот только сколько их еще будет?..

— Боюсь, много, — вздохнул Никита. — А пока займемся делами, друзья. Их у нас всех столько, что одуреть можно.

Остальные поддержали альфа-координатора тайного ордена кивками и начали расходиться, оставив успокоившихся короля и королеву наедине. Они испытывали немалое облегчение, что все оказалось далеко не так страшно, как казалось. Но иллюзий не питали, понимая, что проблем еще хватает. И их тоже надо решать, хоть они и попроще навалившихся на них недавно.

— Пойдем в спальню, — дотронулся до руки любимой жены Лартен, для него и до сих пор не существовало других женщин.

— Пойдем, мой хороший, — ласково улыбнулась ему Велири.

* * *

Где-то вне времени и пространства сошлись три сущности, при виде которых любой нормальный разумный испытал бы отвращение. От них веяло чем-то настолько мерзким и затхлым, что само мироздание пыталось отстраниться, когда они проходили мимо. Но сами сущности этого не осознавали и не замечали, искренне полагая себя эталоном красоты и чистоты.

— Эвакуация из сегмента 89–098 завершена? — поинтересовалась одна.

— Да, — отозвалась вторая. — Не понимаю, почему мы не стали продолжать давление.

— Наргилай, — уронила третья. — И орден Аарн. Который мы очень сильно недооценили. Особенно эту мерзость — эмо-поэтов. Это не говоря уже об их жутком эгрегоре. Это именно из-за него погибли Дедушка, Никто и Шут. Да и кое-кто еще.

— Не преувеличивай, — брезгливо бросила вторая. — Обычные варвары, не способные понять высших истин. Ничего, все равно заставим.

— Ваше самомнение в который раз меня поражает, — насмешливо отозвалась третья. — Я сколько предупреждал, что недооценка противника ведет к поражению? Что вы мне отвечали?

— Чушь! — процедила первая. — И то же самое скажем сейчас. Да, варвары кое-чему научились, но если бы не Отступник, они бы ничего не смогли сделать.

— Они погубили многих наших и без его помощи! — устало возразила третья. — Неужели вы этого не видите? Да поймите же, наконец, что к цивилизациям, самостоятельно достигшим больших высот, нельзя относиться с пренебрежением, поскольку это чревато огромными неприятностями. Да, они развивались не в нашей парадигме, они не следуют всеобщему благу, поэтому должны быть низвергнуты, но помешать великому плану они в состоянии! И мешают. Ту же Российскую империю возьмите. Нам дважды пришлось бежать оттуда! Но вы этого не признаете в своем самолюбовании! Да, мы вершина эволюции, но противник тоже на многое способен. И если этого не учитывать, то можно глупо и бездарно проиграть.

— Нам не нравятся твои еретические мысли! — в один голос заявили первая и вторая сущности. — И мы о них обязательно доложим. Запомни, мы не обязаны ничего учитывать. Мы — вершина и основа, и все другие должны пасть перед нами на колени. А если не делают этого, то должны быть уничтожены!

— Вы столько твердили эту чушь другим, что и сами поверили в нее? — с тоской спросила третья. — Да, вижу поверили, и мне вас не переубедить. Ладно, пойду лучше займусь подготовкой к предстоящей операции. Одно хочу сказать напоследок, может, хоть это вас немного встряхнет. Через высший ментал прошла информация, что где-то рожден и уже растет а-фактор. Причем посланный специально по наши шкуры. К сожалению, найти его не представляется возможным. Мне, по крайней мере, не удалось. Займитесь, вдруг сумеете обнаружить, хоть какая-то польза от вас, идиотов, будет. Только не вздумайте его трогать! А то с вас станется.

— А-фактор⁈ — в образе обеих сущностей звучал откровенный ужас. — Ты издеваешься⁈

— К сожалению, нет. И вы прекрасно знаете, что если а-фактор войдет в силу, то нам несдобровать. Он отыщет и нас, и ТЕХ. И всех вместе сотрет в порошок. Вы не можете не признать, что он на это способен.

— Да, способен… Надо предупредить всех…

— Так займитесь! Идите уже, видеть ваши самодовольные рожи не могу!

Оставшись наедине сама с собой, третья сущность задумалась, почему им в последнее время так отчаянно не везет. И поняла причину. Не следовало трогать орден Аарн. Рано! Сначала следовало как следует набраться сил, а только потом лезть в это осиное кубло. А теперь поздно, чудовищные выкормыши местных демиургов теперь знают о тех, кто когда-то звался эстаа. И это очень плохо, результатом может стать проигрыш. Окончательный.

* * *

Аарн занимались своими делами. В большой и малой галактиках, на планетах и в космосе, в этой и других вселенных. А дел у них всегда хватало. Даже более того — их имелось так много, что порой дышать некогда было. Но это никого не смущало — такова жизнь.

Внезапно в сознании каждого аарн вспыхнул белый свет, и каждый же сразу понял, что к ордену обращаются из Сфер Творения. Такого никогда еще не случалось, никто и не думал, что может случиться.

— Мы благодарны вам, дети, за то что вы выполнили наши просьбы. Вы уверенно взрослеете, и однажды станете теми, кем должны стать. Кем так и не стали эстаа. Не попадитесь в ту же ловушку, в которую попались они. Это очень просто, поверить в свою исключительность. Вы это однажды уже сделали, поэтому проиграли войну Падения. И если бы не поняли урока, если бы начали воевать всерьез, а не ушли, не став развязывать кровопролития, то проиграли бы раз и навсегда. Но вы использовали данный вам шанс в полной мере и изменились. Так оставайтесь же собой, дети! И всегда помните святую истину, что другому тоже больно! Это наш вам завет. Помогайте тем, кто нуждается в помощи, останавливайте инферно везде, где его только обнаружите. Это долг любой развитой цивилизации. А значит, и ваш долг. Будьте счастливы, дети, вы идете правильным путем! И пусть он приведет вас туда, куда нужно, а не в тупик, как многих и многих. Удачи и радости!

Замершие на месте аарн довольно долго осмысливали послание свыше. А затем снова занялись своими делами, которые за них никто сделать не мог. Но данный завет они хорошо запомнили. Что ж, путь впереди предстоял еще долгий, но дорогу осилит идущий.

Санкт-Петербург,

апрель-сентябрь 2023 г.

Наградите автора лайком и донатом:

Content

Отзвуки серебряного ветра. Мы — ищем! Завет

Интерлюдия

Глава 1.1

Глава 1.2

Глава 1.3

Глава 1.4

Глава 2.1

Глава 2.2

Глава 2.3

Глава 2.4

Глава 2.5

Глава 3.1

Глава 3.2

Глава 3.3

Глава 3.4

Глава 3.5

Глава 4.1

Глава 4.2

Глава 4.3

Глава 4.4

Глава 5.1

Глава 5.2

Глава 5.3

Глава 5.4

Глава 6.1

Глава 6.2

Глава 6.3

Глава 6.4

Глава 7.1

Глава 7.2

Глава 7.3

Глава 7.4

Глава 8.1

Глава 8.2

Глава 8.3

Глава 8.4