Скэрроу Саймон

Кровавое море

Саймон Скэрроу

Пираты Рима 4

Кровавое море

Оглавление

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава первая

Иллирийское побережье, начало лета 25 г. н.э.

Телемах, первый помощник капитана на борту «Трезубца Посейдона», стоял на основной палубе пиратского корабля и всматривался в горизонт. Меньше чем в двух милях от них поднялось облако брызг, когда маленькое грузовое судно, за которым они гнались, мчалось по волнам.

Прошло четыре часа с тех пор, как дозорный впервые заметил парус торгового судна недалеко от порта в Вегиуме. Погоня была длительной и упорной, и капитан судна с добычей принял отчаянные меры, пытаясь уклониться от пиратов. Его запасной якорь, снасти и палубный груз были сброшены за борт, последние рифы были сняты с паруса, и каждый сантиметр его парусины был открыт для берегового бриза, дующего с иллирийского побережья. Но даже в облегченном состоянии торговое судно не могло состязаться с более быстроходным кораблем пиратов. К концу дня «Трезубец Посейдона» упорно приближался к своей добыче.

- Мы скоро его догоним, - сказал Кастор. Старший квартирмейстер корабля смотрел на море, прикрыв глаза от ослепляющего солнечного света.

Телемах повернулся к нему:  – Ты уверен в этом?

-  Да. - Кастор уверенно кивнул. -  Мы в милях от ближайшей безопасной якорной стоянки. Они не уйдут от нас. Если, конечно, такая погода сохранится.

Другой пират слева от него ухмыльнулся: - Наконец-то добыча. О времена! Судя по тому, как все складывалось, я уже начал думать, что мы вернемся домой с пустыми руками.

Телемах взглянул на своего товарища. Герас был одним из немногих друзей, которых он завел в команде «Трезубец Посейдона». Они были приведены к присяге одновременно, после того, как торговый корабль, на котором они плыли, подвергся нападению, и между двумя мужчинами быстро установилась тесная связь. Невысокий и хорошо сложенный, Герас зарекомендовал себя как верный и бесстрашный пират, а также надежный компаньон. Его обветренный цвет лица наводил на мысль о годах, проведенных в море, а блеск в глазах намекал  на жажду грабежа, сравнимую только с его ненасытным аппетитом к вину и женщинам.

- Это будет скудная добыча,  - признал Телемах.

- Скудная? -  Герас приподнял бровь. - Это мягко сказано. Это первый парус, который мы встретили за последние недели. Этот район более бесплоден, чем комната, полная тараканов.

Телемах с чувством кивнул. Прошло три недели с тех пор, как команда вышла со своей базы в Петрапилах, их корабль был только что заправлен провизией и приготовился грабить северную Адриатику. Они быстро обнаружили, что на побережье почти нет судоходства, а те немногие паруса, с которыми они столкнулись, оказались рыбацкими лодками  - и от них нельзя было ожидать прибыльной добычи,  которую им обещал им капитан.  Булла усердно пытался занять людей, чтобы защитить их от безделья, заставляя их чистить трюм и попрактиковаться в лазанье по мачте, якобы преследуя воображаемую добычу. Но угроза мятежа всегда была рядом, и несколько ночей назад Телемах услышал первый ропот недовольства, когда люди сошли на берег на ужин. Увидев торговое судно незадолго до полудня, молодой первый помощник почувствовал  легкое облегчение.

-  Я не понимаю. Что случилось со всем остальными судами?  - стал размышлять Телемах вслух.

- Полагаю, пережидают в порту, - хрипло ответил Кастор.

- Но зачем?

-  Я думаю, что это очевидно, - ответил ветеран. - Мы уже две недели охотимся в этих водах. Слухи о нашем присутствии должны были разойтись.

- Возможно, они ждут, пока римляне очистят от нас море, - предположил Герас.

- Возможно, - сказал Телемах. - Или, может быть, что-то еще убедило их перестраховаться.

- Как что?

- Я не уверен. Все, что я знаю, это то, что капитаны торговых судов  не останутся на берегу без уважительной причины.

- Какая разница?  -  Герас указал на судно впереди. - Наша удача вот-вот изменится. Пока они возят приличный груз, я буду счастлив. Так же, как и ты, раз уж ты первый помощник.

Как первый помощник капитана, Телемах должен был получать двойную долю от любой добычи, которую они захватят в море.  Дополнительные деньги пойдут на то, чтобы помочь освободить его брата Нерея от рабских оков. Совершив еще несколько успешных набегов, у него появится достаточно денег, чтобы сделать щедрое предложение римскому хозяину Нерея в кузнице Торикоса.

- Только до тех пор, пока мы не столкнемся с боевыми кораблями, - пробормотал Кастор.

Герас смущенно кивнул и отвернулся. Дважды за последние несколько дней пираты замечали эскадру имперского флота. В обоих случаях люди с «Трезубца Посейдона»  меняли курс и бежали под всеми парусами, ища якорную стоянку на отдаленных островах и бухтах, разбросанных по эту сторону моря. Римские биремы не пытались преследовать их, но эти случаи обеспокоили некоторых членов экипажа, и они бросали настороженные взгляды на горизонт, пока плыли дальше.

- Канис, похоже, решительно настроен  выследить нас, - тихо промолвил Телемах.

Холодная дрожь пробежала по его спине, когда он вспомнил безжалостные нападения, которые римский префект  Гай Канис предпринял на пиратские поселения и корабли вдоль всего побережья. Месяцем ранее Телемах наткнулся на одну из эскадр Равенны в уединенной бухте. Благодаря его сообразительности, прикинувшись рыбаками, прежде чем римляне приблизились к ним,  им удалось уйти.  Он боялся, что в следующий раз им так не повезет.

- Рано или поздно он бросит это дело, - уверенно сказал Кастор. - Я видел, как многие римские военачальники  приходили и уходили. Несколько набегов на побережье, чтобы угодить императору в Риме, а потом они оставляли это дело  и отправлялись в какое-нибудь новое, более выгодное  место службы. Вот увидишь, Канис поступит точно также.

Телемах покачал головой: -  Канис  так не сделает. Ты же был с нами, Кастор. Ты слышал, что он сказал, когда ступил на наш корабль. Он не успокоится до тех пор, пока не предаст нас всех мечу.

- Я думаю, что у тебя есть более насущные проблемы, чем обсуждать  столкновения  с римлянами, - вмешался  в их разговор Герас.

- Что это должно означать?

Коренастый пират кивнул  в сторону группы немолодых людей у носовой палубы. Один или двое из них смотрели на Телемаха, ожидая, когда «Трезубец Посейдона» нагонит свою добычу.

- Банда Гектора не в восторге от твоего повышения.

Телемах коротко кивнул, вспоминая свой смертельный поединок с Гектором, предыдущим первым помощником. Хотя с тех пор он усердно трудился, чтобы продемонстрировать свою лояльность и заслужить уважение команды, несколько товарищей Гектора все еще продолжали таить на него обиду. Они не пытались скрыть своих чувств к новому первому помощнику, глядя на него и бормоча что-то у него за спиной, пока выполняли свои обязанности.

- Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю. Кроме того, меня не беспокоят несколько недовольных, - строго ответил он. - Я сталкивался с врагами и похуже.

- Возможно, - сказал Кастор, проводя рукой по гладко выбритой голове. - Но тебе было бы лучше быть осторожным с этой компанией. Особенно с Вирбиусом.  Он самый  подлый ублюдок, из всех этих. По крайней мере, не из тех, кто прощает обиды.

Взгляд Телемаха механически остановился на человеке, которого назвал Кастор:  жилистая фигура со смуглым лицом и спутанными локонами, начинающими седеть.  Вирбиус был первым помощником Гектора на «Протее», одном из небольших пиратских кораблей.  Он был поврежден во время недавнего шторма, и его экипаж был переведен на «Трезубец Посейдона», пока тот ремонтировали на берегу. Когда он смотрел,  Вирбиус поймал его взгляд и скривил губы в презрительной усмешке.

- Он может думать, что хочет, - сказал Телемах.  -  Я здесь все еще первый помощник.

- Да. Но это ненадолго, если Вирбиус и остальные добьются своего.

Телемах устало вздохнул. Он предполагал, что его проблемы на борту корабля закончились со смертью Гектора, но теперь ему придется опасаться людей, ищущих шанс отомстить за своего павшего товарища. А впереди еще маячила постоянная угроза захвата римлянами. С усилением патрулирования вдоль побережья увеличивалась вероятность пленения и мрачная перспектива пыток, за которыми следовала мучительная смерть. Жизнь пирата оказалась гораздо опаснее, чем он это себе представл.

Он снова перевел взгляд на торговца. Солнце уже висело низко в небе,  море мерцало под его теплыми лучами, когда «Трезубец Посейдона» почти приблизился к своей добыче. Теперь обв  корабля разделяло не более полумили. Грузовое судно упрямо продолжало следовать своим курсом, но «Трезубец Посейдона» быстро нагонял его, и Телемах видел, что порыв торговца к свободе обречен на провал.

- Думаешь, ее команда станет сопротивляться?  -  спросил Герас.

Телемах внимательно  пробежал глазами по добыче.  Даже на таком расстоянии он смог увидеть, что матросы на другом корабле превосходили  их численностью, по крайней мере,  вчетверо. Но против хорошо вооруженных пиратов «Трезубца Посейдона»  у них все равно не было шансов.

- Если у их  капитана есть здравый смысл, он сдастся, чтобы спасти своих людей, - сказал он. - Но если они будут сопротивляться, все быстро кончится.

Пока он говорил, один из матросов возле носовой палубы вскрикнул. Все глаза смотрели в ту сторону, куда он указывал.  Телемах проследил за его пальцем и заметил горстку фигур на торговом судне, торопливо карабкавшихся по палубе, в то время как солнечные лучи отражались от их оружия. Кастор прищурился от увиденного и хмыкнул.

- Похоже, они все-таки готовятся к драке, - прорычал он.

- Телемах! -  проревел Булла с другой стороны палубы. - Ко мне!

При звуке голоса своего капитана Телемах развернулся и быстрым шагом направился к корме. Булла стоял рядом с рулевым,  одетый в кожаные бриджи и черную кожаную  кирасу, с изогнутой саблей-фалькатой, свисавшей у него с пояса. В его глазах был расчетливый блеск, когда он оценивал расстояние до добычи.

- Капитан?  - Телемах склонил голову.

- Скоро мы их догоним, - сказал Булла, указывая на торговца. - Пусть мужчины строятся. Если они не сдадутся сразу, нам придется брать их силой.

- Да, капитан.

Телемах отвернулся от капитана и глубоко вздохнул.

- Всем наверх!  Приготовиться к бою!

Глава вторая

Как только Телемах отдал приказ, команда побежала занимать позиции. Люди, отобранные для абордажа, собрали свое оружие и собрались у мачты, их доспехи и наконечники мечей сверкали под ярким светом раннего летнего солнца. Другие схватили пращи, дротики и топоры, в то время как остальные  матросы на палубе приготовили  абордажные крючья, готовые забросить их на другой корабль. Пираты приступили к своим обязанностям с новой силой, загоревшись перспективой схватки и жаждой добычи после долгих дней скуки в море, когда их не занимало ничего, кроме унылой рутины несения вахты, установки парусов и чистки палуб.

Телемах отыскал нужное ему лицо среди людей, снующих по палубе:  -  Басс!

Подошел огромный, покрытый шрамами человек. Басса недавно повысили до звания одного из помощников корабля по рекомендации Телемаха. Несмотря на свои незначительные мореходные навыки, бывший гладиатор, он показал себя умелым бойцом, и Телемах ни на мгновение не пожалел о своем решении. Он кивнул дородному фракийцу и указал на носовую палубу.

- Построй лучников и жди моей команды. Любой, кто выпустит стрелу до того, как я отдам приказ, лишится своей доли добычи. Понятно?

- Да, господин!  -  Басс повернулся к лучникам. - Займите свои места! А остальные освободите им место!

Остальные пираты отступили перед лучниками, когда последние схватили свои колчаны и луки и собрались на носовой палубе, готовые выпустить град  стрел. Телемах подождал, пока все члены экипажа займут свои позиции. Затем он схватил свою фалькату и щит-баклер и присоединился к Кастору и остальным  пиратам у грот-мачты .  Пират-ветеран кивнул на грузовое судно, его обветренное лицо светилось от предвкушения.

- Теперь осталось недолго.

Телемах снова перевел взгляд на торговое судно. Матросы выстроились на ее палубе, некоторые сжимали разнообразное импровизированное оружие:  страховочные штыри, рыболовные ножи и багры. Их капитан кричал на команду, его голос отчетливо разносился по воде, когда он умолял их оказать сопротивление пиратам.

- Они храбрее, чем некоторые из экипажей, с которыми мы сталкивались, - заметил Кастор.

Герас фыркнул:  - Посмотрим, насколько они храбры, когда эта компания приступит к работе.  - Он махнул рукой в сторону лучников. - Они даже не поймут, что их поразило.

- Будем надеяться, - сказал Телемах.

Первый помощник вместе с остальными матросами проводил вечера на берегу, тренируясь с пращей и луком под бдительным присмотром Буллы.

Сухопутный ветер усилился, вибрируя в такелаже, пока «Трезубец Посейдона» прокладывал себе путь сквозь волны. Телемах вздохнул, ослабляя напряжение в мышцах, когда они приближались к корме торгового судна. Он почувствовал знакомое учащение пульса и сухость во рту в преддверии неминуемой схватки. Люди вокруг него выкрикивали насмешки и оскорбления в адрес матросов, в то время как другие угрожающе размахивали мечами. С растрепанными волосами, дикими криками и сверкающим оружием пираты представляли собой ужасающее зрелище.  «Только глупец посмеет сопротивляться им», - подумал Телемах.  Он почувствовал внезапный приступ презрения к капитану торгового судна, рискующему жизнями своих людей в тщетной попытке неповиновения.

Пока они шли по правому борту корабля, Булла повернулся к рулевому:  -  Подведи нас поближе, Калкас.

Рулевой напряг ноги и натянул гигантское весло, направив «Трезубец Посейдона» на торговое судно. Теперь они были достаточно близко, чтобы Телемах мог разглядеть лица матросов, собравшихся вокруг грот-мачты другого корабля. Некоторые из них уставились на пиратов на палубе «Трезубец Посейдона», когда тот приближался, в то время как другие нервно поглядывали на горизонт, как будто надеясь, что какая-нибудь ближайшая римская эскадра их спасет.  Телемах легко мог представить себе ужас, который они испытывали. Он и сам когда-то это пережил, когда плыл юнгой на борту «Селены». Но теперь он стал пиратом и не испытывал сочувствия к их бедственному положению. Им руководило только жгучее желание заставить их сдаться, забрать груз, и продолжить поиски очередной жертвы. . .

- Готовь стрелы! - заорал он на людей на носовой палубе.

Лучники натянули стрелы на тетивы и прицелились. Теперь две команды разделяло не более ста футов. Кое-кто из матросов обратил внимание на лучников и в панике предупредил своих товарищей, но у большинства матросов не было щитов. Как только Телемах решил, что они уже в пределах досягаемости, он зарычал на лучников.

- Выпускай стрелы!  Целься точнее!

Воздух наполнился смертоносным шипением, когда стрелы разрезали воздух и устремились к палубе торгового судна. Некоторые не долетели  и упали в воду между двумя кораблями, но большинство нашло свою цель. Крики агонии разорвали воздух, когда шипастые снаряды вонзились в матросов. Одна стрела попала рулевому в шею, и он отлетел назад, вцепившись руками в торчащее из горла древко. Другой матрос, услышав гортанный крик своего товарища, когда тот упал, бросился на корму, но стрела попала ему в левое плечо, сбив его с ног прежде, чем он успел взяться за  румпель.

- Так держать!  - прогремел Телемах.  -  Еще залп!

Еще больше стрел полетело на палубу грузового корабля, вонзаясь в обшивку или пронзая плоть чередой глухих стуков и ударов, крики ужаса команды достигли ушей людей с «Трезубца Посейдона». Дальше на корме трое матросов поспешили к грузовому люку, пытаясь найти укрытие под палубой. Некоторые из лучников мгновенно заметили их и пустили стрелы, ранив двух матросов, прежде чем те успели скрыться из виду. По команде Телемаха члены абордажной команды потянулись к своим пращам и выпустили рваный залп свинцовых снарядов по торговому судну, поразив еще двух членов экипажа. Под безжалостными залпами несколько оставшихся матросов побросали оружие и закричали о своей капитуляции, вызвав восторженные возгласы команды «Трезубца Посейдона».

Телемах взглянул на Буллу: - Стоит ли их обстреливать дальше, капитан?

Булла уставился на грузовой корабль, затем кивнул в знак согласия: -  Я бы сказал, что с них достаточно.

- Прекратить! -  взревел Телемах.   - Прекрать стрелять!

Лучники опустили оружие, но внимательно следили за торговцем, когда оба корабля продолжали сближаться. С палубы, очищенной от экипажа, грузовое судно барахталось на зыби, звук воды, плещущейся о корпус, то и дело заглушался криками раненых.

- Этим идиотам конец, - усмехнулся Герас.

- Им не следовало нам сопротивляться, - тихо ответил Телемах.

В отличие от некоторых своих товарищей, он не получал удовольствия от беспощадной бойни плохо вооруженных моряков и проклинал их высокомерного капитана за то, что тот заставил их защищать свой корабль. Если бы он сдался при первом же взгляде на черный вымпел «Трезубца Посейдона», он мог бы пощадить своих людей. Их бы продали в рабство одному из торговцев в Петрапилах  - и  это для них была бы лучшей судьбой, чем смерть? Некоторых, возможно, даже удалось убедить вступить в ряды пиратов. Вместо этого они напрасно погибли.

- Подплывай к кораблю вплотную!  –  приказал Булла рулевому, прежде чем повернуться лицом к Телемаху. - Пусть люди соберут выживших, как только мы поднимемся на борт, и проверят сцепление. И никакой пощады тем, кто попытается сопротивляться. Как только мы захватим корабль, мы заберем весь его груз.

Паруса грота были опущены, и они трепетались на ветру, когда грузовой корабль был крепко привязан к «Трезубцу Посейдона». Когда шквал стрел  очистил палубу торгового судна, пираты могли беспрепятственно проникнуть на борт судна. Люди Буллы быстро собрали остальных членов экипажа, уведя их на нос, в то время как другие бросились к кормовому люку, чтобы вывести нескольких матросов, прячущихся под палубой.

Телемах стоял рядом с капитаном Буллой на носу корабля, наблюдая за перепуганными заключенными. Вокруг него все было в разрушениях, вызванных стрелами. По палубе валялись трупы нескольких пассажиров, охранников и матросов, местами обшивка блестела от крови. Некоторые из пиратов Буллы приседали возле бездыханных трупов, обыскивая те в поисках колец, драгоценностей и  чего-либо  ценного. Все это будут добавлены к добыче пиратов и продано по возвращении на базу.

Кастор вышел из прохода, ведущего к грузовому отсеку, и поспешил к ним.

- Что там?- спросил Булла.

Квартирмейстер переминался с ноги на ногу:  -  Груз - зерно и оливковое масло, капитан. Не так уж чего и много. Всего несколько мешков и амфор.

Булла нахмурил брови:  - Точно все? Больше ничего нет?

- Есть еще несколько тюков ткани, но это все. Ничего такого, за что можно было бы получить приличную сумму.

- Где все остальное?  - вмешался Телемах. - Вряд ли это все, что они везли?

Кастор развел руками: -  Это все, что нашли ребята. Там больше ничего нет.

Нотки разочарования в его голосе были очевидны. Без какого-либо прибыльного груза экипажу «Трезубца Посейдона»  достанется лишь с небольшая доля, как только добыча будет продана одному из торговцев в Петрапилах. Мизерный улов зерна и масла вряд ли покроет расходы на корабль, не говоря уже о том, чтобы заставить инакомыслящих замолчать.

Булла попытался подавить свое разочарование: - Переноси припасы на наш корабль, Кастор. Мы возьмем все, что здесь есть

- Да, капитан.

Ветеран быстро направился к люку. Булла отвернулся и пробежал глазами по заключенным: нескольким выжившим матросам и горстке перепуганных пассажиров. Многие из них были ранены, у них довольно сильно сочилась кровь из ран. Они смотрели на своих похитителей со смесью страха и опасения.

- Меня зовут Булла, - прохрипел он. Я, капитан  «Трезубца Посейдона». Кто из вас капитан этого корабля?

На мгновение наступила тишина, заключенные обменялись тревожными взглядами, звук их неглубокого дыхания перемежался со стонами их умирающих товарищей в нескольких шагах от них. Булла перевел взгляд на ближайшего матроса -  смуглолицего мужчину средних лет, жилистого  и начинающего седеть  после многих лет тяжелого морского труда - и  пальцем поманил Басса.

- Эй, ты там! Говори сейчас же, или я прикажу перерезать тебе горло.

При виде фракийца, опускающего руку на меч, рядом стоящий пленник поднял руку и шагнул вперед. - Подождите, господин. В этом нет необходимости.

Булла сузил глаза на говорившего. Он был старше других заключенных, с редеющими волосами и бородой с проседью. Пленник поднял голову и настороженно посмотрел на Буллу, встретив пронзительный темный взгляд капитана пиратов.

- Кто ты такой?

Мужчина изо всех сил пытался контролировать свой дрожащий голос, когда говорил. - Тит Лукулл, господин. Капитан «Дельфина». Из Арауса.

- Понятно! - Булла подошел ближе к капитану.  -  Скажи мне, Лукулл. Где остальная часть твоего груза?

Лукулл колебался, его глаза расширились от страха: -  Это все, что есть. Мы везли товары вдоль побережья и пассажиров на обратном пути.

- Я понимаю. И что,  больше ничего на борту нет … ничего ценного, о чем ты мог бы нам рассказать нам? Подумай хорошенько, Лукулл. Если я узнаю, что ты лжешь, я протащу тебя под киль. Тебе потребуется несколько часов, чтобы истечь кровью.

Торговый капитан развел руками в знак мольбы.

- Это все, что у нас было, - сказал он. - Зерно и оливковое масло, кроме пассажиров. Это другие корабли грузились в Араузе. Они ждали приказа конвоя к отплытию.

- Конвоя? - спросил Телемах. - Какого конвоя?

Лукулл выглядел удивленным:  - Разве вы не слышали? Флот предлагает услуги конвоя, господин. Сопровождать торговые суда вдоль побережья.

Телемах и Булла обменялись озадаченными взглядами. Капитан перевел взгляд на Лукулла, выражение его лица помрачнело:   -  Когда это произошло?

- Несколько недель назад, господин. На форуме в Араузе висело объявление. По-видимому, такие же объявления были развешаны  во  всех портах,  вверх и вниз по побережью.

- Что именно там было сказано?

Лукулл пожал плечами: -  Только то, что префект Канис приказал флоту Равенны усилить патрулирование между Ругиниумом и Салоной.  Любые торговые суда, желающие отправиться в плавание, должны дождаться римской эскадры, которая будет сопровождать их, и без них, чтобы они не покидали порт.

- Но по эту сторону побережья десятки портов,  -  сказал Телемах.  -  Флот Равенны недостаточно велик, чтобы обеспечить сопровождение  их всех..   Во всяком случае, не одновременно.

- Также говорили  и некоторые торговцы. Всем известно, что римский военно-морской флот развалился со времен  Акциума.  И он не подходит для  такой цели. Но более богатые подняли шум и потребовали что-то сделать. Так что теперь половина торгового флота сидит в порту, ожидая прибытия римского эскорта.

Телемах кивнул, быстро сообразив значение услуги конвоя, которую предлагал Канис.  Плавание под защитой военно-морского эскорта, несомненно, было безопаснее, но это серьезно нарушило бы торговлю вдоль иллирийского побережья. Постоянный поток судов, от которого зависели торговцы, перевозившие свои товары из одного уголка Империи в другой, должен был превратиться в еле-еле заметную струйку. Цены будут расти, поскольку запасы станут дефицитными.  Товары на складах и рынках вдоль Адриатики сгниют, пока они дождутся прибытия следующего конвоя. Префект шел на большой риск, проводя столь радикальную политику.

Булла ткнул пальцем в Лукулла:  -  Итак, если другие капитаны торговых судов остались на берегу, что ты делаешь  здесь?

- Некоторым из нас такое соглашение не понравилось,  господин. Все это хорошо для более богатых капитанов, но мы, маленькие суда, не можем позволить себе стоять на приколе неделями или месяцами. Мы с ребятами все обсудили и решили, что рискнем плыть к Парентиуму.  Лукулл опустил плечи, охваченный отчаянием от своего несчастья.

У Телемаха возник вопрос, и он дернул подбородком в сторону сломленного капитана. - В объявлении говорилось, сколько времени флот будет продолжать работать в том же духе?

- Пока море не очистят от пиратов.  Это то, что мы слышали на форуме.

- Еще какое-то время, - размышлял Булла, отвернувшись от мужчины.  Он посмотрел на Телемаха. - Как ты думаешь?

- Звучит достаточно правдиво, капитан, - ответил Телемах после секундного размышления. - Это объяснило бы, почему мы постоянно сталкиваемся с римскими военными кораблями.

Булла кивнул: -  Канис, должно быть, еще больше, чем я думал, отчаянно пытается стереть нас с лица земли.

Это вызвало насмешливое фырканье у Вирбиуса:  - И что? Нам нечего бояться этих римских ублюдков, капитан.  Несколько патрульных  орлов нас раньше не останавливали.

Булла покачал головой:  - Мы не можем продолжать охотиться здесь. Даже если нам удастся избежать встречи с римлянами, не так много кораблей рискнут отправиться в плавание  в одиночку.  Нет, они будут ждать помощи от флота.

Вирбиус в знак протеста вскинул руки:  - Что же нам делать?  Ребятам не захотят возвращаться домой без добычи.

- Мы могли бы попробовать отправиться дальше на юг, - предложил Телемах.  -  Возможно, куда-нибудь в район  между Эпидавром и Диррахием.  Служба конвоев простирается на юг только до Салона.

- Судя по этому никчемному дерьму, - сказал Вирбиус, ткнув пальцем в Лукулла, - найти там добычу будет не намного легче.  Кроме того, говорят, именно там обосновался Агрий.

- Агрий?  - Телемах поднял бровь.

- Один из пиратских капитанов.  Командует «Пегасом».

- Это тот самый безумец, - добавил Лейтус.  – Он даже хуже, чем тот ублюдок Нестор.

Все взгляды обратились на пожилого пирата, высокого мужчину с жесткими начинающими седеть волосами и заметным шрамом на шее. Лейтус служил на том же торговом судне, что и Телемах с Герасом, прежде чем они дали клятву в верности Булле. Крепкий моряк с двадцатилетним стажем, он быстро сделался бесценным  кладезем  знаний для пиратов.

- У водопойного фонтана  в Пирее почти всегда рассказывали об Агрии, - продолжал Лейтус.  - Он возглавил мятеж на борту торгового судна, на котором служил. Они с капитана заживо сняли кожу, а его товарищей изрубили и побросали в море. После этого он отправился в плавание вдоль иллирийского побережья. Его люди вырезали сельских жителей и распинали всех римлян, с которыми сталкивались. Говорят, он лично сам  вырезает сердца у любого, кто отказывается присоединиться к его команде.

- Слухи, - пренебрежительно ответил Булла. Такие истории рассказывают обо всех пиратах побережья. Агрий ничем не отличается от всех нас.

- Откуда известно, что он обосновался на юге? - спросил Телемах.

- Нам рассказал об этом один из матросов старой команды Нестора,  -  вступил в разговор  Вирбиус.

Телемах искоса взглянул на Вирбиуса, вспомнив ненавистного капитана соперничающей пиратской банды.  Экипаж «Трезубуа Посейдона»  вступил в ожесточенную схватку с людьми Нестора за обладание Петрапил.  Стычка, закончилась взятием разрушенной цитадели и пленением и казнью самого Нестора.

- И что рассказал человек Нестора?  - спросил он.

- Немного. Просто он слышал, что Агрий ускользнул от римлян и перенес свои операции ближе к Диррахию.

- Он мог ошибиться, - сказал Булла.

- А если нет? - возразил Вирбиус.

- Тогда это только всего лишь одна команда. И у нас еще останется много добычи, за которой мы будем охотиться.

Лейтус покачал головой:  -  Агрий, не обычный капитан. Если он базируется возле Диррахия, торговые корабли дважды подумают, прежде чем выйти в море. Я знаю, о чем говорю, господин.

- Возможно, - сказал Булла после паузы. - Но этого мы не узнаем наверняка, если сами не разведаем местность. Если только у кого-нибудь нет идеи получше?

Он огляделся, изучая лица других пиратов. Но никто не осмелился усомниться в суждении своего капитана, и после паузы он кивнул:  - Значит, решено. Мы отправимся в Диррахий.  Телемах!

- Есть, капитан?

- Собери матросов и помоги Кастору погрузить припасы в трюм корабля. Сделай это быстро. Нам нужно отплыть до того, как ветер переменится.

- А как насчет этой партии? - спросил Лейтус, махнув рукой на заключенных, сгорбившихся возле мачты.

Прежде чем Булла успел ответить,  Вирбиус шагнул вперед, прочищая горло:  -  Может быть мы их отпустим, капитан.

Булла нахмурил брови: - Зачем?

- Они нам ни к чему. Взгляните на них. Большинство из них обычные пассажиры. Вряд ли среди них есть порядочные моряки. Зачем нам лишние рты?

- Было бы их, наверное, проще  порубить, - размышлял Булла.

- Вы, конечно, правы, капитан, - продолжил Вирбиус. - Но зачем рисковать и злить римлян еще больше?

Булла ненадолго задумался, затем кивнул: - Отлично. Отбери из них тех, кто может пригодиться на море. Остальных отпусти. - Не говоря больше ни слова, он развернулся и двинулся к «Трезубцу Посейдона».

Вирбиус секунду наблюдал за капитаном, прежде чем повернуться к одному из помощников и приказал ему собрать матросов торгового судна. Затем он схватил Лукулла и повел его к кормовой каюте: - Давай посмотрим, есть ли у тебя какие-нибудь полезные карты, друг мой.

Герас двинулся вместе с Телемахом: - Интересно, в чем состоит его игра?

Телемах взглянул на своего товарища:  -  Вирбиус?  Что ты имеешь в виду?

- Он один из дружков Гектора. Он никогда так легко с заключенными не обходился.

- Думаешь, он что-то замышляет?

- Без понятия. Но я доверяю ему настолько, насколько могу довериться скорпиону.

- Нам нет дела до него, сейчас. - Телемах раздраженно выдохнул. - У нас есть проблемы посерьезнее.

- Например, встреча с Агрием?  Я чувствую, он попортит нам немало нервов.

- Я больше думаю о наших шансах найти добычу.

Герас вопросительно посмотрел на него. Телемах огляделся, проверяя, не подслушивает ли кто-нибудь, прежде чем продолжить:  - Ты слышал, что сказал их капитан.  Канис закрывает наши охотничьи угодья. Если он продолжит в том же духе, наши дни захвата трофеев скоро закончатся.

- Мы найдем еще  что-нибудь, парень. Мы всегда так делаем.

- А если нет? Что тогда?

- Я не знаю.-  Герас вздохнул. - Но ты прав. У нас заканчиваются даже  варианты. Давай просто помолимся Фортуне, чтобы Булла знал, что делать. Иначе мы все окажемся в дерьме.

Глава третья

- Скоро мы приблизимся к Диррахию, - объявил Лейтус, прищурив глаза на береговую линию. - Думаю, на следующий день или около того.

Рядом с ним Телемах прислонившись к перилам,  осмотривал  скалистый берег.  «Трезубец Посейдона» снялся с якорной стоянки на рассвете. Раннее летнее солнце уже поднялось над горизонтом и ярко светило, рассеивая водянистый туман, открывая вдалеке ряд внушительных серых скал. Оставаясь в пределах видимости земли, экипаж «Трезубца Посейдона» имел наилучшие шансы увидеть отсюда любое торговое судно, жмущееся к берегу или отплывающее от отдаленной якорной стоянки.

- Думаешь, там нам повезет больше?  - спросил Телемах, обращаясь к Герасу.  Его товарищ стоял рядом с ним, наморщив лоб, когда осматривал горизонт.

- Кто знает?-  Герас ответил вполголоса.  -  Навряд ли, будет хуже того, чем было до сих пор.

Телемах кивнул. Прошло десять дней с тех пор, как они отплыли в Диррахий.  Более длинные летние дни означали, что пираты могли проводить больше времени в море, и они проделали большой путь вдоль побережья, достигнув порта в Агрувиуме на третий день после полудня. Но с тех пор они видели очень мало парусов. Накануне днем были замечены два судна, но оба развернулись и скрылись до того, как пираты смогли броситься в погоню.

Мужчины были заняты, бегая по мачте, ремонтируя паруса и заменяя изношенные канаты, в то время как другие чистили палубу и стирали туники в морской воде. Но, несмотря на все усилия Буллы, в команде назревало беспокойство, а их настроение ухудшилось из-за нехватки воды. В последнее время было мало осадков, и из-за того, что большая часть ручьев и рек пересохли, экипаж не смог пополнить свои запасы, когда каждую ночь выходил на берег. Воды оставалось  тревожно мало, и, посоветовавшись с Кастором, корабельным квартирмейстером, Булла был вынужден ввести строгий рацион.

- Почему эти корабли развернулись и побежали, даже не удосужившись выяснить, кто мы такие? - задумался Телемах.

Герас пожал плечами:  - Торговые капитаны - осторожное сословие. Ведут себя осторожно, особенно когда  знают, что на побережье орудуют пираты.

- Нет. Дело не в этом. Обычно они не срываются сразу  и не сбегают, по крайней мере, не проверив, является ли другой парус дружелюбным или нет. Что-то заставило их запаниковать.

- Как ты думаешь, что это могло бы быть?

- Возможно, у некоторых других пиратских команд возникла  та же идея, что и у нас. Те, кто пиратствует на севере, явно уже прослышали о конвоях. Некоторые из них могли опередить нас. Скорее всего, их  сейчас здесь достаточно для того, чтобы отпугнуть торговые суда.

- Но, есть более простое объяснение.

Телемах внимательно посмотрел на своего друга: - Агрий?

Герас кивнул: - Не хотелось бы это говорить, но Вирбиус может оказаться прав. Если Агрия так боятся, как все говорят, то моря опустеют  только при упоминании  одного его имени..

- Ты действительно так думаешь?

- В свое время я прослужил на достаточном количестве торговых кораблей. Я знаю, как рассуждают капитаны. Они не станут рисковать поездкой, если есть шанс наткнуться на какого-нибудь кровожадного главаря пиратов.

- Мы найдем какую-нибудь добычу.  Мы должны это сделать.

- Будем надеяться, - пробормотал Кастор. - Ребятам уже вдвое сократили порцию воды. Еще несколько дней без добычи, и нам придется смириться и вернуться в цитадель.

- И это не понравится Булле.

Кастор открыл было рот, чтобы ответить, но тут же снова закрыл его, уже достаточно хорошо познакомившись с темпераментом первого помощника, чтобы понять, когда лучше оставить его в покое. Неудача с добычей начала раздражать Телемаха, и он остро осознавал тот факт, что именно он предложил плыть к Диррахию.

Он был не единственным, кто чувствовал напряжение, размышлял Телемах.  Булла тоже был в плохом настроении последние несколько дней. Ранее этим утром Телемах,  делая свой обычный доклад капитану, в полумраке его личной каюты, был поражен тем, насколько усталым выглядел Булла. Он почувствовал укол беспокойства, когда понял, что главарь пиратов может расстаться с командованием, если судьба корабля не улучшится. Если это произойдет, начнется  ожесточенная борьба за должность капитана. Пока они плыли, пугающая мысль о том, что один из его противников  может стать новым капитаном пиратов, омрачала его мысли в течение дня.

С приближением ночи команда бросила якорь в узкой бухте к югу от крутых гор вокруг Олциниума.  По всему песчаному берегу горели костры, и люди угрюмо жевали свои скудные пайки соленой баранины и черного хлеба, в то время как моряки, взятые в плен на борту «Дельфина», обучались основам абордажа под руководством Вирбиуса.  Этим людям еще нельзя было доверять настоящие мечи, и им дали деревянное тренировочное оружие для тренировок, пока Булла не убедится в их лояльности.

Герас и Лейтус жадно пили из своих кожаных кружек, а Телемах  сидел рядом ними и рассеянно смотрел на пламя костра.

Герас допил остатки вина и облизнул губы: - По крайней мере, в том корыте, на которое мы наткнулись, была приличная выпивка.  Это вино не сравнится  с прошлой амфорой критской дряни.

- Вполне, может быть, - сказал Телемах.

Герас склонил голову набок и посмотрел на своего друга: - Что-то не так? Ты почти не притронулся к своему вину.

- Мне не хочется.  Можешь забрать.

- Уверен?

Телемах кивнул.

- Не возражаешь?  Тогда за твое здоровье.-  Герас взял кружку и сделал большой глоток. Затем он внимательно изучил своего друга. - Как ты думаешь, что произойдет, если мы ничего не найдем в ближайшие несколько дней?

Телемах задумался на мгновение, прежде чем ответить: - Есть только один выход. Нам придется поискать  другие воды для охоты.

- Но где? Мы уже поняли, что в этих наших краях  вряд ли можно найти добычу, учитывая, что конвоем управляет Канис. Куда мы еще могли бы пойти?

Телемах пожал плечами: -  Не знаю, Герас.

Лейтус посмотрел на свою чашку: -  Возможно, пришло время поискать новую базу. Где-нибудь подальше от этого ублюдка, Каниса.

- Покинуть Петрапилы?  - Герас выглядел пораженным. - Ты, должно быть, шутишь.

- А, какой у нас еще остается выбор?  Ты сам сказал, что у нас закончились все варианты на этом участке побережья.

Телемах вздохнул и покачал головой:  - Нам понадобилась целая вечность, чтобы найти Петрапилы. Если мы уйдем, как ты думаешь, сколько времени потребуется, прежде чем мы найдем другое приличное место? На это могут уйти месяцы. Даже дольше.

- Возможно, - признал Лейтус. - Но это должно быть лучше, чем торчать здесь.

Герас надул щеки: - Значит, нам триндец, если мы останемся, и триндец, если нет?

- Примерно, так и есть, - ответил Лейтус.

- О, яйца Юпитера наилучшего из величайших,  вот времена настали, … как бы я хотел вернуться на старушку «Селену».  Еда  там была дерьмовой, и зарплата дерьмовой, но, по крайней мере, они были регулярными. Неудивительно, что ребята ворчат.

- Это проблема капитана, а не наша, - ответил Лейтус. – Ему за это платят самую большую долю добычи.  Вот он и должен принимать решения.

- Пока, - тихо сказал Телемах.

Герас посмотрел на него:  -  Ты думаешь, что с капитаном что-то не так?

Молодой первый помощник задумался, прежде чем ответить:  -  Я думаю, что в команде есть кое-кто, кто жаждет бросить вызов его авторитету. Прямо сейчас они выжидают, но единственный способ заставить их замолчать  – захватить побольше  добычи.  Если он этого не сделает …

Герас кивнул:  -  Тогда будем надеяться, что ему скоро повезет. Ради всех нас.

В этот момент Телемах услышал поток проклятий с дальнего конца берега и, взглянув поверх  гальки, увидел, как Вирбиус сердито кричит на одного из матросов, задействованного в тренировочной схватке.

- Ты называешь это ударом меча?  - Жилистый пират указал на деревянный тренировочный меч, который держал человек.  – Ты что не видел как дерутся, никчемное дерьмо?

На глазах у Телемаха  Вирбиус вытянул руку и толкнул матроса назад. Дородный молодой человек потерял равновесие и, кряхтя, приземлился спиной на гальку. Прежде чем он успел оторваться от земли, Вирбиус метнулся вперед и стал бить  его ногой по ребрам и лицу.

- Отброс! - прохрипел он. - Ты не годишься для того, чтобы стать пиратом!

Телемах стиснул зубы, вспомнив, как Вирбиус запугивал новобранцев с самого начала, избивая их, пока они чистили  палубы,  или зашивали паруса. Сам он не старался быть слишком строгим с людьми, особенно перед Буллой.  Оглядевшись, Телемах понял, что капитан уже вернулся в свою каюту, чтобы выспаться. Он устало поднялся на ноги и с хрустом побрел по гальке к парочке, а Вирбиус, в это время,  наносил  еще одну серию ударов по матросу.

- С него достаточно, - сказал он, кивнув на новобранца. -  Перестань …

- Это не твое дело, - прорычал Вирбиус.

- Ты должен тренировать этих людей, а не избивать их до полусмерти.

Вирбиус презрительно фыркнул: -  Этому никчемному придурку нужно хорошенько надрать задницу. Он слишком тупой. Его надо было выбросить за борт, когда у нас был шанс.

Телемах взглянул на матроса, когда тот с трудом поднялся на ноги. У него было несколько порезов на руках и лице в дополнение к синякам, которые он только что получил.

- Прокул, не так ли?

- Да …  - господин, - слабо ответил мужчина.

- Откуда у тебя эти раны, Прокул?

После небольшой паузы моряк быстро взглянул на Вирбиуса. Он почесал локоть и беспокойно заерзал на месте: - Я поскользнулся, господин.  Кажется,  во время  уборки.

- Понятно, - сказал Телемах.  Он перевел взгляд обратно на Вирбиуса и внимательно его изучил. - С этого момента ты будешь тренировать его должным образом. Это касается и остальных новобранцев. Эти люди будут бесполезны нам, если ты их искалечишь. Они не смогут сражаться во время настоящего боя.

- Ты забываешься, мальчик, - возразил Вирбиус.  -  Это я отвечаю за обучение этих ублюдков. И я буду обращаться с ними так, как посчитаю нужным.

- Сделаешь, как я скажу, или посмотрим, как на это среагирует капитан Булла.

Вирбиус усмехнулся:  - Ты угрожаешь мне, мальчик?

- Нет, - равнодушно ответил Телемах. - Я отдаю тебе приказ.

- Чушь. Я не подчиняюсь приказам мальчишек.

- Я старший помощник. И ты будешь делать то, что я говорю, или я закую тебя в цепи за неповиновение.

- Не думаю, - усмехнулся Вирбиус.

Телемах стоя на месте, напряг мышцы: -  Хочешь проверить? Ты видел, как это сработало на Гекторе. Или, может быть, ты хочешь, чтобы тебя постигла та же участь?

Вирбиус мгновение колебался. Затем он увидел решительный взгляд Телемаха и отступил назад:  - Ладно. Будь по-твоему. Но на твоем месте я бы не слишком прятался за Буллу. Многие в команде помнят, что ты сотворил с Гектором.

- Ты, что меня пугаешь?

- Просто рассказываю, каково все на самом деле. Ты должен следить за собой, мальчик. Однажды кто-нибудь поставит тебя на место.

- Ты так думаешь? -  Телемах холодно улыбнулся.

- Поживем, увидим, не так ли?  - Вирбиус бросил на Телемаха последний взгляд, а затем повернулся лицом к новобранцам. - На что вы, как бабы уставились? Беритесь за мечи и к тренировке, все вы!

Новобранцы поспешно возобновили свои тренировочные бои, и Прокул поднял упавший меч, другой рукой поглаживая ушибленные ребра.  Телемах еще некоторое время наблюдал за ними, прежде чем протоптать тропинку обратно к кострам для приготовления пищи.  Глухой треск дерева эхом разнесся по берегу, когда он уселся рядом со своими товарищами.

Герас смотрел на него с беспокойством: - Снова  наживаешь неприятности?

Телемах беспомощно пожал плечами:  -  У нас и так не хватает рук. Нет смысла позволять ему усугублять ситуацию.

- Может, и так, но тебе лучше не злить Вирбиуса.  По крайней мере, больше, чем ты его уже разозлил.

- Если ты переживаешь за мою безопасность, не беспокойся. Я могу о себе позаботиться.

- Я не сомневаюсь. Я видел, как ты сражаешься. Но тебе нужно побеспокоиться не только о Вирбиусе. Его уважают многие старые пираты. Если ты поссоришься с ним, ты наживешь врагов половину экипажа.

Телемах устало вздохнул. Он полагал, что его проблемы с пиратами закончились, когда  он расправился с Гектором на глазах у всей команды, но его смерть только усилила неприязнь среди некоторых членов экипажа. Теперь он почувствовал растущее чувство беспокойства. Несмотря на все его усилия, среди пиратов явно были люди, которые никогда не признают его в качестве своего первого помощника, включая Вирбиуса. И рано или поздно, опасался Телемах, они попытаются отомстить за своего погибшего товарища.

На следующее утро «Трезубец Посейдона» вышел из залива и продолжил курс на Диррахию. Теплый северный ветер, наполнил его паруса, пока он поднимался  и опускался на зыби. Людям раздали легкий завтрак из хлеба и чашки воды, и теперь все свободные матросы выстроились вдоль поручней, желая получить вознаграждение в виде дополнительной половины пайка, которую Булла пообещал первому, кто увидит парус.

По мере того, как солнце продолжало подниматься, ветер усиливался, и серые тучи сгущали небо, и Булла призвал команду заняться ремонтом рифом.  Лейтус стоял рядом с Телемахом, осторожно поглядывая на снасти.

- Мы должны молиться, чтобы погода не ухудшилась. Скоро мы минуем мыс Тиморис.

Телемах взглянул на старшего товарища, вспоминая о тех днях, когда он служил юнгой на «Селене». –А, что, мыс  так опасен, как все говорят?

- Опасен?-  Лейтус рассмеялся. - Это худшее место всех кораблекрушений на побережье. Каждый опытный капитан знает, как опасно подходить к этой точке слишком близко.

- Что будем делать?

- Что делает каждый корабль, когда проходит мимо этого мыса. Нам придется идти медленно и подальше от него, и надеяться, что нас не настигнет шквал.

- Парус! - закричал дозорный. - Я вижу один парус, капитан! Вон там!

Все руки на палубе одновременно посмотрели на молодого пирата, сидящего на верхушке мачты. Он с энтузиазмом указывал на горизонт, едва сдерживая волнение. Булла запрокинул голову и закричал: - Что ты видишь, Лонгарус?  Докладывай  спокойно, парень.

Наступила пауза, прежде чем Лонгарус снова крикнул вниз, на этот раз более ровным тоном: - Он по левому борту, капитан. Примерно, в трех милях от нас и идет прямо поперек нашего курса.

Булла поспешил к перилам, Телемах пошел рядом с ним. Несколько мгновений спустя к ним присоединились Басс и еще несколько человек, потягиваясь на цыпочках и глядя на море. Телемах напряг зрение, но сначала ничего не увидел.  Затем Басс протянул руку: -  Вон, там! -  воскликнул он.

Телемах прищурился в указанном фракийцем направлении. Глядя на зыбь, он заметил крошечную темную точку, едва заметную на горизонте.

- Римский военный корабль? – предположил Герас.

- Нет, - сказал Телемах. – Только не здесь. Патрули все остались на севере.

- Ты видишь еще  что-нибудь?  -  Крикнул Булла.

Лонгарус несколько мгновений смотрел на горизонт, прежде чем ответить: -  Теперь  видно получше. Слишком большой, чтобы быть рыбацкой лодкой. Похоже это  торговое судно, капитан.

По палубе «Трезубца Посейдона» раздались  возбужденные голоса. Кастор ухмыльнулся:  -  Кажется, боги все-таки благоволят нам.

- Счастливый ублюдок, - пробормотал Герас, взглянув на наблюдателя. - Он получит дополнительную половину пайки за то, что заметил парус.

Мгновением позже Лонгарус снова крикнул, указывая пальцем в том же направлении:  -  Капитан, еще один парус!

Гвалт на палубе мгновенно прекратился, когда Булла вглядывался  в горизонт. Через несколько мгновений он сдался и снова повернул голову к верховому:  - Что ты там еще можешь разобрать?

- Он примерно в миле от первого корабля, капитан.  Идет в том же направлении.

Лицо Гераса просветлело:  -  Еще одно грузовое судно?

Прежде чем кто-либо успел ответить, Лонгарус снова  крикнул вниз.  На этот раз в его голосе прозвучала явная нотка беспокойства: - Теперь я вижу его более отчетливо. Он меньше торгового судна, капитан. И на нем развевается черный вымпел.

- Черный?  - Брови Буллы сошлись вместе.  - Ты уверен?

- Да. Он черный.

Герас взглянул на Телемаха:  -  Кажется, ты был прав. Мы не единственные, кто охотится в этих краях.

Телемах кивнул, мысли пронеслись в его голове:  -  Должно быть, они прибыли с побережья Иллирии. Они увидели торговое судно, стоящее перед мысом, и пустились в погоню.

- Кем бы они ни были, эти ублюдки гонят его прямо нам в лапы, - сказал Булла. Он напряг спину. - Сзывай всех, Телемах. Мы направляемся, чтобы отрезать его, прежде чем другая команда сможет его догнать.

Телемах повернулся и крикнул матросам, собравшимся на палубе, чтобы они заняли свои места. Затем Булла отдал приказ Калкасу, и рулевой налег на румпель, направив нос «Трезубца Посейдона» на торговое судно. В то же время матросы развязали шкоты и укрепили рею так, чтобы ветер дул прямо за кормой. Затем Телемах крикнул пиратам, чтобы они закрепили все как есть, и судно накренилось, прежде чем рвануться вперед, когда «Трезубец Посейдона» бросился в погоню за своей добычей.

- Торговец изменил курс, капитан!  -  крикнул дозорный.

Булла машинально посмотрел на горизонт. Телемах проследил за его взглядом. Вдалеке он заметил подпрыгивающий на волнах грузовой корабль, нос которого отклонялся от «Трезубца Посейдона».

- Их капитан держит по ветру, капитан, - заметил он.

- Далеко он не уйдет, - сказал Булла с решительным выражением лица. - Мы быстрее их.

Телемах кивнул, быстро соображая, в какой ситуации оказался торговый корабль. Поскольку другой пиратский корабль отрезал его от безопасного побережья, самым лучшим его шансом было убегать к побережью Апулии в поисках убежища в Брундизии.  Но «Трезубец Посейдона» приблизился к нему со стороны моря, и теперь он была окружен с обеих сторон.

- Второй корабль тоже изменил курс! - закричал дозорный. - Приближается, чтобы перехватить торговое судно со стороны суши, капитан.

- Очень хорошо. Теперь ему некуда бежать. -  Булла повернулся лицом к Телемаху. - Нам нужно будет забрать добычу, как только мы окажемся рядом. Я хочу, чтобы с экипажем разобрались, а груз благополучно оказался на борту «Трезубца Посейдона» до того, как  тот другой пират сможет вмешаться. Подготовь людей.

- Да, капитан.

Телемах отдал приказ, и абордажная команда поспешно собралась на носовой палубе. Пираты, вооруженные луками и пращами, собрались поблизости, в то время как другие матросы заняли свои места возле крючьев. Булла встал  рядом с рулевым, откуда мог внимательно следить за курсом «Трезубца Посейдона» и расстоянием до своей добычи. Когда команда заняла позицию, Телемах присоединился к остальным запасным матросам вдоль поручней, которые высматривали первые признаки другого пиратского корабля.

Вскоре один из помощников вскрикнул, и Телемах мельком увидел треугольный парус  почти у берега. Он посмотрел на Лейтуса:   - Думаешь, мы доберемся до них раньше того корабля?

Ветеран почесал свою покрытую сединой челюсть:  – Они от нас далеко. Но мы к ним ближе, чем та компания, которая  вряд ли окажется такой, же смирной, как эта птица. Ставлю свою долю на то, что мы доберемся до них первыми.

Погоня продолжалась. Вскоре «Трезубец Посейдона» приблизился менее чем на полумили  к торговому судну, и два корабля  стали медленно сближаться. Телемах ощутил прилив возбуждения при мысли о какой-нибудь добыче после нескольких недель безуспешной охоты. Он взглянул в сторону суши и с удивлением увидел, что другой пиратский корабль подошел гораздо ближе к добыче, его темный парус был натянут, как барабан на слабом ветру, пока он продолжал свой курс. Ее команда  к тому же заработала веслами, пытаясь придать скорость своему кораблю, но, несмотря на все усилия ее капитана, Телемах это понял сразу,  «Трезубец Посейдона» первым достигнет торгового судна.

Герас радостно потирал руки:   -  Мы схватили их за яйца. Судя по всему, на нем тоже будет неплохая добыча.

Он кивнул на корабль. Телемах посмотрел на торговца и, увидев, что тот сидит довольно низко в воде, понял, что ее трюм должен быть отягощен грузом.

- Как ты думаешь, что он может нести?  - спросил он.

- Что бы это ни было, мы должны захватить его до того, как нас нагонит  та, другая команда.

Сквозь разогнанные облака пробилось солнце, и  с палубы  впереди мачты раздался хор отчаянных криков.  Изучая торговое судно, Телемах заметил несколько шлемов, тускло поблескивающих на его палубе, и повернулся к Герасу:  - Смотри! Вон туда!

Герас тоже увидел их, и на его лице отразилось удивление: - Вот, бляди …

На палубе грузового корабля столпилась толпа тяжеловооруженных мужчин, одетых в простые туники и вооруженных короткими мечами и щитами легионерского образца. Некоторым из матросов выдавали дротики, а другие организовывали оборону корабля, выкрикивая приказы и подбадривая матросов. Телемах насчитал не менее двадцати вооруженных людей. Более чем достаточно, чтобы решительно противостоять команде «Трезубца Посейдона».

- Морские  ауксиларии? - спросил он вслух.

Герас вгляделся в силуэты, затем покачал головой: -  Я бы сказал, какие-то солдаты.

- Что они делают на торговом корабле?

- Возможно, наемная охрана. Мы скоро узнаем.

Булла заорал на рулевого, и Калкас навалился всем своим весом на румпель. Телемах услышал скрежет дерева, когда заработали весла, и через несколько мгновений лопасти забурлили в море, направляя «Трезубец Посейдона»  поближе к правому борту торгового судна. Взгляд на восток сказал ему, что другое пиратское судно также изменило курс, намереваясь захватить грузовое судно, подойдя с левой стороны.

Торговое судно резко изменило направление и под углом приблизилось к «Трезубцу Посейдона». Теперь, по оценке Телемаха, оно находилось менее чем в пятидесяти шагах от пиратского корабля.

- Что задумал ее капитан?  - спросил Герас.  - Почему они направляются к нам?

Голос разнесся по морю, когда на палубе торгового судна прозвучал приказ. Телемах понял намерения защитников за мгновение до того, как в небо поднялся дождь темных стрел.

Он поднес руки ко рту и проревел:  -  Всем укрыться!!!!

Глава четвертая

Наступила ужасная пауза, когда залп снарядов, казалось, на мгновение завис в воздухе, прежде чем они с грохотом упали на палубу, разбив облицовку на пиратских щитах. За краем своего щита Телемах увидел, как один человек упал на палубу, когда дротик вонзился в него ниже щита, и железный наконечник пронзил его бедро. Две руки протянулись к своему товарищу и оттащили его за несколько мгновений до того, как другой дротик вонзился в то место, где упал  человек.  Крики раздались отовсюду,  когда еще больше людей стало поражаться  смертоносными дротиками  или получать ранения выстрелами из луков, но большинство пиратов укрылись за своими щитами, прежде чем их успели сразить.

Голос Буллы разнесся по палубе, перекрывая крики раненых: -  Заставь наших лучников им ответить!

Телемах передал приказ лучникам, крича, чтобы его услышали. Лучники навели стрелы, прицелились и пустили стрелы в людей на другой палубе. Некоторые из них упали, перелетев через борт  в сужающееся пространство между двумя судами. Но большинство находилось в пределах досягаемости и стрелы ударялись о щиты, которыми  защитники поспешно прикрыли свои  головы. Двое матросов было убито, что вызвало бурные аплодисменты команды «Трезубца Посейдона».

Обе стороны продолжали обмениваться залпами, когда Булла отдал приказ взяться за весла, и «Трезубец Посейдона» продолжил движение по правому борту торгового судна. Когда два корабля почти сравнялись, он двинулся вперед с кормы и крикнул: - Бросай крючья!

Пираты заняли свои места,  схватили заостренные крючья и запустили их в воздух. Как только шипы вонзились в боковые поручни торгового судна, люди начали тянуть канаты, подтягивая «Трезубец Посейдона»  поближе. Позади них абордажная команда столпилась вокруг мачты, ожидая момента, когда они смогут перепрыгнуть на другой корабль и сразиться с защитниками.

- Тяните, бесполезные ублюдки! - взревел Телемах. - Тащите!

Жужжащий звук расколол воздух, когда группа пращников  торговца выпустила смертоносный град снарядов по пиратам, нависшим над тросами  «Трезубца Посейдона».  Один из пиратов оказался нерасторопным, и Телемах увидел, как он упал назад, когда выстрел попал ему в голову сбоку, раздробив челюсть. Мужчина издал гортанный стон боли, и веревка, которую он держал, расслабла, а затем вообще выпала у него из рук

Телемах повернулся к лучникам на носовой палубе: -  Вон туда!  - заорал он, протягивая руку с фалькатой в сторону пращников.  -  Снимите их!

Лучники прицелились и выпустили серию стрел в цели, указанные Телемахом, сразив одного из защитников и заставив других нырнуть в укрытие. Под обстрелом снарядов пращников и лучников передние матросы вынуждены были отступить в ряды других защитников. В тот момент, когда град  из свинцовых снарядов  утих, Телемах оглянулся на матроса справа от себя.

- Басс! - закричал он, кивая в сторону  человека с разбитой челюстью. – Замени того матроса. Быстрее!

Басс немного поколебался, прежде чем броситься вперед и схватить веревку. Крепко сложенный фракиец, бывший гладиатор,   совсем недавно был дерзким новобранцем, когда  присоединился к экипажу «Трезубца Посейдона», препираясь с  а начальством, но месяцы обучения и обещание доли трофеев торговца теперь заставили его двигаться быстрее.

Лучники продолжали сыпать непрерывный поток стрел, пока Басс и остальные  подтягивали канаты, туго натягивая их. Как только корабли оказались рядом, пираты прикрепили их к деревянным скобам и схватили оружие, присоединившись к остальной части абордажной команды, в то время как другие матросы отпустили грот-шкоты.  У лучников было время дать последний залп по защитникам, прежде чем Булла поднял свою изогнутую фалькату и крикнул абордажникам:  - За мной! Вперед! Шевелитесь!

Первые ряды ринулись вперед. Когда первый человек перелез через бортовой поручень, один из матросов на борту торгового судна метнул в него копье. Пират скорчился от боли, когда древко пронзило его кишки, и упал вперед, кувыркнувшись в узкую щель между двумя кораблями. Прокул и другие новобранцы замерли на краю перил и в  ужасе посмотрели вниз, когда тело пирата оказалось раздавленным  двумя корпусами.

Стиснув зубы, Телемах взобрался на боковые перила, когда шальная стрела с шипением пролетела мимо него:  -  Ну, давайте же! Чего вы ждете, приглашения от императора?

Он прыгнул через брешь и с тяжелым стуком приземлился на палубу торгового судна. Прокул и остальные абордажники начали прыгать за ним, вдохновленные бесстрашием первого помощника. Телемах выпрямился и тут же бросился на защитников. Больше не придавленные огнем пращников, они мчались вперед, чтобы встретить абордажную команду  у поручня. Солдаты двигались впереди, за ними шли менее  вооруженные матросы. Защитники не выказали обычного страха или трепета, когда столкнулись с волной пиратов, и Телемах понял, что людям с «Трезубца Посейдона» предстоит тяжелый бой.

- Не отступать! - крикнул он остальным. -  Они или мы, ребята!

Он опустил плечо и бросился на ближайшего защитника, фигуру с бочкообразной грудью и коротко остриженными волосами, которая сжимала короткий меч и легионерский щит. Римлянин опустил голову и шагнул к своему более молодому противнику, и Телемах почувствовал тяжелый удар, когда щит человека ударился о его меньший щит, лишив его инерции. Он отшатнулся назад, оправившись как раз вовремя, чтобы увидеть сверкающий наконечник стали, когда ауксиларий ткнул его в горло.

Телемах вскинул правую руку, парируя удар острием фалькаты. Римлянин отдернул свой меч, на его лице отразилось удивление от быстрой реакции противника. Затем он снова ударил Телемаха в живот. На этот раз Телемах разгадал движение и нанес удар своим щитом, отразив удар и бросившись вперед, прежде чем ауксиларий успел отступить, врезав краем щита мужчине в лицо. Римлянин застонал, когда металлический обод разбил ему переносицу. Он отшатнулся, и Телемах рубанул вниз, глубоко рассекая  шею противника. Ауксиларий рухнул на колени, из раны брызнули струи крови.

Телемах отошел и огляделся. Воздух наполнился проклятиями, криками и резким звоном клинков, стучащих по щитам, и посреди общей свалки,  он заметил тела нескольких членов экипажа «Трезубец Посейдонаа», распростертые на палубе.  До сих пор схватка была довольно равной,  защитники более чем стойко держались против пиратов. Один или два матроса бросили быстрые взгляды на второе пиратское судно, когда оно приблизилось к левому борту, но большинство не обратило на это внимания, оберегая за свою жизнь.

Краем глаза Телемах увидел порыв движения и развернулся, чтобы столкнуться с низкорослым, вооруженным топором, толстым нубийцем, который несся на него. Кровь блеснула на острие топора, когда нубиец взмахнул им, направив его на череп своего противника. В последний момент Телемах опустился на корточки и поднял свой щит. Жгучая боль пронзила его руку, когда топор, пробив  край щита, глубоко вонзился в дерево. Стиснув зубы от боли, он взмахнул фалькатой, прорезав ткань вместе с плотью и нанеся неглубокую рану в живот нубийца. Но порез, казалось, только разозлил матроса, и он вырвал свое оружие из щита, прежде чем отскочить прочь, его лицо исказилось от ярости.

Нубиец снова замахнулся, направив весь свой вес на удар, и обеими руками опустил топор. Телемах отступил как раз в тот момент, когда топор полетел вниз, скользнув по краю щита, прежде чем расколоть палубу. Нубиец отдернул свое оружие и ударил Телемаха плечом в грудь так, что тот оказался прижатым к боковому ограждению. На губах нубийца заиграла торжествующая улыбка.

- Теперь тебе некуда деваться, сволочь!

Как раз в этот момент над торговцем пронеслась темная тень, от подошедшего другого пиратского судна,  и палуба содрогнулась, когда судно врезалось в ее траверз, сбив с ног некоторых сражавшихся. Застигнутый врасплох, ближайший моряк потерял равновесие и упал на нубийца. Оба мужчины рухнули на палубу в переплетении конечностей и оружия, топор нубийца,  выпав из его рук, скользнул по настилу . Пара пиратов набросилась на нубийца прежде, чем тот успел схватить его, в гневе  изрубив его туловище.

Мгновение спустя абордажные крюки со второго пиратского корабля  были заброшены, они  перелетели через узкое пространство между судами, прежде чем были оттянуты назад и застряли в бортовом ограждении торгового судна. Некоторые из защитников выкрикнули  предупреждения своим товарищам, когда команда другого корабля подтягивала свое судно ближе. Затем те пираты перепрыгнули через перила и воющей массой бросились на защитников. Несколько римлян развернулись, чтобы отразить новую  угрозу, но другие не спешили им помогать и были перебиты в безумии мелькающих мечей и ударов копий.

- Все, ребята!  - взревел Булла. -  Они наши! Давайте закончим работу!

Замешательство и паника охватили оставшихся в живых  защитников, и они отступили к мачте, пока обе пиратские команды использовали свое преимущество. Теперь с другого пиратского корабля стекались новые вооруженные люди, расправляясь с  любым, кто пытался сопротивляться. Вскоре осталась лишь горстка защитников, и большинство из них побросали оружие, поняв, что шансов на победу у них  нет.  Несколько сдавшихся были зарублены пиратами, все еще охваченными азартом безумия, и только крик Буллы,  наконец, усмирил команду «Трезубца Посейдона»  заставив их пощадить выживших.

Его люди неохотно отпрянули от мачты, и между ними и пиратами с другого корабля  образовалось пространство. Два экипажа смотрели друг на друга с взаимным подозрением, ни одна из сторон не осмеливалась опустить оружие. Затем один из пиратов другой команды крикнул своим, чтобы они уступили дорогу. Ряды расступились, и вперед выступил худощавый темноволосый человек. Золотые серьги блестели по обеим сторонам его лица под черной шапочкой. Он внимательно  осмотрел людей напротив, прежде чем обратиться к ним.

- Кто ваш капитан?

- Я, -  объявил Булла, продвигаясь вперед.  -  Меня зовут Булла, капитан «Трезубца Посейдона».

- Булла?  -  Худощавый  пират поджал губы и кивнул. - Да, я слышал это имя.  Ты капитан, который обезглавил банду Нестора.

- Да. Это я. А кто ты такой?

Другой капитан тонко улыбнулся: - Возможно, ты тоже слышал обо мне. Меня зовут Агрий. Капитан «Пегаса». К вашим услугам.

На лице Буллы мелькнуло удивление при упоминании имени Агрия, и несколько людей  «Трезубца Посейдона»  обменялись тревожными взглядами.

Телемах настороженно наблюдал за командой «Пегаса», когда их командир сделал несколько шагов вперед. Агрий оглядел груду тел на палубе, затем перевел взгляд на Буллу:  - Похоже, мы прибыли как раз вовремя, капитан.  Еще немного, и тебе и с твоим людями вполне мог бы быть триндец.

- Мы их сломили - ответил Булла. - Но я согласен, что это был тяжелый бой.

- Неудивительно, теперь мы стоим против наемников.

- Наемников?  - Телемах поднял бровь.

Агрий махнул рукой  в сторону одного из бездыханных римлян:  -  Корабли в этих краях стали ходить  с охраной.  Отставные  ауксиларии, легионеры, гладиаторы …  любой, кто может обращаться с мечом. В последнее время я сам потерял несколько человек, когда брал суда.

- Похоже, с этого момента нам нужно более тщательно выбирать жертвы, - заметил Булла.

- Действительно, капитан. Теперь будь добр, скажи своим людям, чтобы они опустили оружие и вернулись на свой корабль. Мы отправимся в путь, как только перегрузим груз в свой трюм.

Булла уставился на него:  - Это наша добыча. Мы настигли судно первыми. Груз принадлежит нам.

- Ты ошибаешься, капитан. Мы охотились за этой птицей задолго до твоего появления. То, что ты пытался украсть ее у нас, не дает тебе права на добычу.

- Кто говорит о воровстве?  Мы захватили корабль честно и с боем.

Глаза Агрия сузились до щелочек: - Я больше не буду спрашивать тебя, капитан. Прикажи своему экипажу немедленно покинуть этот корабль.

- Нет.

Над торговым судном повисла опасная тишина, нарушаемая только криками раненых и умирающих. Пираты по обе стороны от Агрия подняли оружие, ожидая сигнала своего капитана к атаке. Впереди выжившие с торгового корабля подошли поближе к мачте, их глаза тревожно перебегали с одной пиратской команды на другую. Краем глаза Телемах увидел, как некоторые из его товарищей подняли щиты, готовясь сразиться с новым врагом.

Агрий сделал еще один шаг вперед, его взгляд остановился на Булле: – Даю тебе последний шанс, капитан. Отступи, или ты пожалеешь об этом.

- Подождите!  - закричал Телемах, вступив в пространство между двумя экипажами. Каждая пара глаз на палубе обратилась к нему.

- А это еще кто такой? - спросил Агрий.

- Телемах, господин. Первый помощник на «Трезубце Посейдона».

- Этот тощий коротышка - твой заместитель?  -  Агрий рассмеялся. - Ты, должно быть, отчаянный человек, капитан.

Несколько членов экипажа «Пегаса» захихикали между собой. Телемах бросил на них тяжелый взгляд, прежде чем продолжить обращаться к обоим капитанам:  -  Почему бы нам не поделить добычу между собой, а не драться за нее?

Агрий нахмурился: - Зачем нам это делать?

- У нас обоих есть претензии к грузу. Может быть, никому из нас не удалось бы захватить его в одиночку. Мне кажется, лучший способ уладить дела - разделить добычу.

- Чушь!  - проворчал густобородый мужчина справа от Агрия.  - Мы не должны заключать сделку с этими отбросами! Не соглашайся, капитан. Я считаю, мы порубим их! И возьмем то, что принадлежит нам.

- Тише!  - прошипел Агрий своему помощнику. Затем он снова повернулся к Телемаху и внимательно посмотрел на него. - Какие условия ты предлагаешь, мальчик?

- Пятьдесят на пятьдесят. Ровный расклад. Это кажется самым справедливым, учитывая, что мы поровну  сыграли свою роль в захвате корабля.

- А если мы откажемся? - спросил Агрий.

- Тогда вам придется сразиться с нами за добычу. Если только вам повезет, ваша команда может выиграть схватку. Но многие из ваших людей погибнут. А так, мы оба сможем уйти с добычей, не проливая больше крови.

- А выжившие?

- Мы разделим их поровну, как и остальную добычу.

- По-моему, разумно, - объявил Булла после короткой паузы. - Ну что, Агрий? Что ты скажешь?

Капитан «Пегаса» задумчиво потянулся к подбородку:  - Это заманчиво …  Конечно, нам лучше разойтись, не теряя больше наших людей …  Ладно …  По рукам. Мы заключаем сделку, капитан. На этот раз …

Булла с облегчением кивнул:  - Я прикажу своим ребятам поднять груз из трюма. Мы распределим добычу на палубе вместе с корабельными запасами и выжившими.

- Деметрий будет сопровождать ваших людей. Агрий махнул рукой бородатому человеку за его плечом. - Убедись, что все  было честно, так сказать.

- Как скажешь.

На торговом судне закипела деятельность, когда  обе пиратские команды  приступили к выполнению своих задач. Люди «Пегаса» собирали выживших матросов, в то время как несколько матросов «Трезубца Посейдона» поспешили к люку, чтобы поднять груз корабля наверх. Тюки с тканями, тонкой шерстью и кожаными шкурами были вынуты из трюма и перенесены на палубу, где отдельная команда во главе с Деметрием и Кастором  делила добычу поровну на две кучи, предназначенные для каждого пиратского корабля. Вид ценных товаров поднял настроение обеим группам пиратов, и следы прежней враждебности  между ними быстро улетучились.

Когда принесли последние тюки, Деметрий обратился к двум капитанам:  -  Вот и все. В трюме еще осталось несколько блоков мрамора, но они слишком тяжелые, чтобы сдвинуть их с места.

- Жаль, - сказал Агрий.  - Мрамор в наши дни стоит целое состояние. Тем не менее, у нас и без них значительный улов.  Деметрий, скажи людям, чтобы они начали перетаскивать нашу долю.

- Да, капитан.

Бородач развернулся на каблуках и зашагал обратно к грузовому люку, покрикивая на  других. Агрий задумчиво наблюдал за ними, когда они начали перетаскивать первые товары на «Пегас».

- Возможно, это могло бы стать началом  более выгодного партнерства, -  размышлял он.

Булла с любопытством взглянул на него:  - Что ты имеешь в виду?

- Мы захватили  этот корабль, поделив  его между собой. Почему бы нам не повторить трюк?

- Ты предлагаешь нам поохотиться вместе?

- Конечно. У нас было бы больше шансов найти добычу, чем, если бы мы охотились поодиночке.

Булла покачал головой:  - Мои люди никогда не согласятся объединиться с тобой.

- Я не предлагаю постоянную договоренность, - сказал Агрий. - Мы могли бы просто поработать вместе до конца сезона. В лучшем случае до зимы.

Булла посмотрел на другого капитана:  - А кто будет отвечать за это партнерство?

- Мы оба, конечно. Мы должны договориться, за какими кораблями идти, в какие порты совершать набеги, и зафиксировать место встречи на случай, если наши корабли разделятся. Что бы мы ни взяли, мы будем делить пополам.

- Это может сработать, - ответил Булла, почесывая челюсть. - Но у нас по-прежнему будут проблемы с поиском кораблей.  Идти на север от Эпидавра не может быть и речи.

Агрий внимательно слушал, как Булла рассказывал о постоянном конвое, созданном Канисом.

- Ты прав, капитан, - сказал он, когда Булла закончил. - У нас нет шансов совершить набег на северное побережье. И здесь тоже  осталось не так много добычи. Но, есть еще одна область, где мы смогли бы поохотиться.

- Где?

- Италия.

На лице Буллы мелькнула тревога: - Зачем нам совершать рейд  в логове врага?

- Потому что италийское побережье созрело для разграбления. Теперь, когда Канис занят преследованием наших  коллег по ту сторону Адриатики, у него обязательно будет много работы.

- Римляне не оставят свой берег незащищенным, - перебил его Телемах. - Даже Канис не настолько глуп.

Агрий усмехнулся:  - Ты явно не знаешь римлян, мальчик. Это высокомерная раса. Они никогда бы не подумали, что кто-то посмеет совершить набег  так близко к  их дому. Кроме того, у меня есть достоверные сведения, что Канис оставил там лишь небольшой отряд для охраны кораблей.

- Откуда эти сведения?  -  спросил Булла.

- Мои люди захватили судно неделю назад. Небольшую галеру. На борту было не так много ценных вещей, но один из морских пехотинцев оказался очень разговорчивым. Как только он увидел, как перерезают глотки его друзьям, ему тут же захотелось  сотрудничать.

Телемах подавил дрожь:  - Что он сказал?

- Он рассказал нам о плане Каниса предложить торговцам услуги конвоя. Он также сказал, что флот Равенны находится в гораздо худшем состоянии, чем я думал. Нехватка мореходных судов настолько серьезна, что Канис  смог оставить лишь горстку кораблей для защиты Равенны. Половину отряда, если быть точным. Пять бирем плюс флагман.

- Всего только шесть?  Для защиты всего побережье?

- Так нам сказал римлянин.  - В глазах Агрия мелькнул расчетливый огонек, когда он продолжил. -  Этим биремам строго приказано не покидать Равенну больше, чем на день. Распоряжения префекта. Тае, что побережье на юге созрело для ощипывания.

Булла нахмурился:  - Если Италия так прибыльна, почему ты еще не там?

- Мы пытались собрать побольше информации. Убедиться, что римлянин сказал нам правду и не заведет нас в ловушку. И то, что ты мне только что рассказал, подтверждает его историю.

- Но слухи дойдут до флота, если мы совершим набег на Италию, - предупредил Телемах. -  Они примут меры против нас. Они не потерпят, чтобы их собственное побережье подверглось нападению.

- И что с того? К тому времени, как римляне соберутся вместе, нас уже там не будет.  - Агрий улыбнулся, затем повернулся к Булле. - Ну что, капитан? Ты согласен?

Булла оглянулся на груз, его брови нахмурились, а глаза задумчиво сузились: - Нам придется посадить на эту птицу свою команду, чтобы доставить на базу наших раненых и свою долю добычи.  «Трезубец Посейдона» с полным трюмом потеряет скорость.

- Никаких вопросов!  Корабль твой.

После короткого колебания  Булла принял решение:  -  В таком случае … Я принимаю твое предложение.  Я согласен с твоим планом, Агрий.

- Превосходно. Мы отправимся в Италию, как только остальные товары будут доставлены на наш корабль. А пока я расскажу о наших планах  своим людям. Я предлагаю тебе сделать то же самое.

- Нам нужно договориться о месте встречи, - заметил Булла. - На случай, если мы потеряем друг друга из виду в море.

- Конечно. Я прикажу Деметрию принести карты из моей каюты. Мы выберем подходящее место, определимся с сигналами для связи друг с другом и решим все остальные вопросы перед тем, как расстаться.

Агрий бегло кивнул, затем направился к своим  старшим помощникам. Телемах повернулся к Булле, пытаясь скрыть беспокойство. -  Вы уверены в нем, капитан?

- Агрий прав, - неохотно ответил Булла. - Если то, что он говорит, правда, Италия - слишком хорошая возможность, чтобы ее упустить.

- Но мы спровоцируем флот. Они будут нас искать.

- На чем? Ты слышал, что он сказал. Там почти нет военных кораблей для защиты морских путей. Мы можем получить целое состояние.

- Но это сделает нас врагами Рима. Еще большими, чем у мы для них уже стали.

Булла раздраженно выдохнул:  - Меня это не беспокоит!  Я несу ответственность перед этим кораблем и экипажем, и, насколько мне известно, это наша последняя надежда найти какую-нибудь добычу.

- Но капитан…

- Достаточно!  - отрезал Булла. Затем он продолжил  с раздражением в голосе  - Я принял решение. А. сейчас найди Кастора и скажи ему, чтобы он отобрал команду для этого корабля. Раненых оставляем здесь. Остальные должны вернуться на «Трезубец Посейдона».  После этого  мы отправимся в Италию.

Глава пятая

- Нас ждет долгожданная попойка, - сказал Герас, указывая на дальний конец бухты.

Телемах проследил за его взглядом и заметил толпу людей, собравшихся на берегу недалеко от дороги, ведущей к цитадели. За стенами цитадели начали вспыхивать факелы, освещая светом  установленные катапульты-болтометы.  Как только «Трезубец Посейдона» обогнул мыс, команда подала опознавательный сигнал, извещая о своем прибытии на наблюдательный пункт. Сигнал был передан пиратам внутри цитадели, и люди, управлявшие катапультами, сошли со своих постов. Теперь они спускались к берегу, чтобы дождаться возвращения «Трезубца Посейдона».

- Нас давно не было, - прокомментировал Телемах, стоя на носовой палубе и прикрывая глаза от заходящего солнца. - Думаю, остальные с нетерпением  хотят узнать, как у нас дела.

Лицо Гераса расплылось в широкой улыбке:  - Они должны будут  поставить нам выпивку или две сегодня вечером, как только узнают, сколько добычи мы привезли.

Прошел месяц с тех пор, как люди с «Трезубца Посейдона» отправились в Италию вместе с командой корабля Агрия «Пегас».  Рейд удался,  - размышлял Телемах, пока «Трезубец Посейдона»  скользил к берегу. За это время два пиратских корабля захватили внушительный улов. Приближаясь к апулийскому побережью, они двинулись на север, захватив пару торговых судов возле порта в Сипонте. Еще одно судно было захвачено несколько дней спустя в Хистониуме. Вдвоем экипажи «Трезубца Посейдона» и «Пегаса» заработали небольшое состояние на шелке, специях и других предметах роскоши, которые продавались по сходной цене по всей империи.

Разделив добычу, Булла решил вернуться в Петрапилы, прежде чем возобновить охоту за добычей. Агрий настаивал на преследовании новых жертв, но, поскольку «Трезубец Посейдона» был  сильно отягощен грузом и нуждается в дополнительных припасах, Булла утверждал, что у него нет другого выбора, кроме как вернуться на базу. Как только они продадут товар и загрузятся провизией, они встретятся с «Пегасом» на заранее обговоренной уединенной якорной стоянке вдалеке от основного торгового пути. Тем временем Агрий продолжал разведывать  местность, собирая сведения о возможных добычах  для двух кораблей.

Единственной мрачной нотой было жестокое обращение Агрия и его людей с захваченными пленниками . Захватив каждое судно, Агрий по очереди вызывал заключенных моряков вперед, требуя, чтобы они вступили в ряды пиратов. Тех, кто отказывался, казнили на месте, обезглавливали или бросали за борт со связанными руками и ногами. Телемах с ужасом наблюдал, как плачущий юнга, не старше десяти или одиннадцати лет, умолял сохранить ему жизнь, за несколько мгновений до того, как Деметрий зарубил ребенка. Такая жестокость только еще больше разжигала гнев римлян на пиратов, но Булла, казалось, не хотел разрушать свое  зарождающееся партнерство с Агрием, и не вмешивался.

- Жаль, что мы здесь не задержимся, - пробормотал Герас. – Парочка ночей - не такое уж долгое время для пирушки. Я мог бы еще немного повеселиться.

Телемах пожал плечами:  - Булла знает, что мы не можем позволить себе тратить время на берегу. Особенно после того, как от нас ускользнул тот  последний корабль.

Герас кивнул. Несколькими днями ранее «Трезубец Посейдона» и «Пегас» преследовали мелкого прибрежного торговца в нескольких милях к северу от порта в Миренуме. Хотя торговец был поврежден выстрелами из небольшой катапульты, ему, в конце  концов, удалось уйти от преследователей, скрывшись, после наступления ночи.

- Интересно, как отреагируют римляне? - спросил Герас.

Телемах потер подбородок:  - Префект Канис не потерпит нападения на Италию.

- Тем более,  это будет еще одна из причин погулять здесь до тех пор, пока все  не уладится. - Герас весело хлопнул друга по спине. -  Самое главное, что мы привезли хорошую  добычу, чтобы осчастливить эту толпу, и у нас в запасе еще есть кое-что. Не так все и плохо!

- Наверное!.

- Это все слова! А пока я планирую насладиться кувшином недорогого вина в компании пухлого пирога. Вон, там нас ждет множество и того, и другого. Герас указал на цитадель. -  Какой тост ты провозгласишь первым?  Тост за наш успех?

- Заманчиво. -  Телемах улыбнулся. - Но у меня есть дела поважнее.

- Нерей?

Телемах ответил кивком головы, обратившись мыслями к двойной доле причитающейся ему добычи. Как только купцы скупят захваченный груз, у него появится крупная сумма денег, достаточная, чтобы наконец позволить себе  выкупить свободу своего брата. Вскоре он сможет сделать предложение  владельцу Нерея. Телемах еще раньше  решил выбрать двух своих самых надежных людей в команде снарядить их на свои деньги    договориться о справедливой цене с Буррусом, хозяином кузницы, которому принадлежал Нерей.  Телемах, наконец то , стоял на пороге освобождения своего брата, и его сердце переполняло грудь при мысли, что, наконец-то,  он снова его увидит.

Корабль в последнем рывке скользнул на берег, и через мгновение его носовая часть остановилась на рыхлой гальке. Телемах приказал матросам убрать тралы и свернуть паруса, прежде чем последовал за Буллой по надежно  опущенному трапу. Кастор уже приближался к ним из толпы пиратов дальше по берегу. Он бросил обеспокоенный взгляд на Телемаха, затем повернулся к Булле.

- Капитан, - начал он. - Слава богам, ты вернулся.  Мы с ребятами уже начали волноваться.

- Напрасно, - беззаботно ответил Булла. - Мы избежали всех неприятностей. Мы вернулись с полными трюмами, и их не мешало бы разгрузить.

- Значит, охота прошла успешно?

- Больше, чем ты мог  бы себе представить. Мы все обсудим позже. Через пару дней мы снова отплываем.

- Так скоро? -  Кастор изогнул бровь.

- Агрий стремится захватить побольше кораблей, пока наши римские друзья все еще заняты по эту сторону Адриатики. Я склонен с ним согласиться. Теперь рассказывай, что у вас здесь? Случались какие-нибудь происшествия?

- Здесь было довольно тихо. Один из охранников подрался с ростовщиком. Пришлось дать ему двадцать ударов плетью. Кроме того, были обычные жалобы местных жителей на то, что парни пьют и дерутся.

- А раненые, с которыми вы вернулись?

- Четверо из них погибли. Трое других покалечены и непригодны для службы на море. Остальные годны к службе.

- Проследи, чтобы семьям погибших заплатили сполна, - мрачно ответил Булла. – По полной доле на каждого. Это должно помочь им пережить зиму. Что касается тех, кто больше не в состоянии выйти в море, мы найдем для них работу на берегу.

- Да, капитан. Кастор неловко поерзал.  -  Есть еще кое-что … -   Он прикусил губу, явно не желая продолжать.

- Что такое? - отрезал Булла. – Чего жмешься! Говори! .

Кастор осторожно огляделся:  - Возможно, нам лучше обсудить это наедине, … например  -  ты, я и Телемах.

Булла выдохнул от нетерпения:  - Отлично. -  Затем он крикнул,  -  Лейтус!

Помощник прибежал с «Трезубца Посейдона»:  - Капитан?

- Ты остаешься за главного, - объявил Булла. - Пусть люди начнут разгружать груз. Не давай никому улизнуть, пока все не будет учтено. Составь список всех припасов, которые нам понадобятся, пока ты здесь. Я хочу, чтобы мы были готовы к отплытию через два дня. Понял?

- Да, капитан.

Лейтус поспешил отступить к причаленному к берегу кораблю, выкрикивая приказы экипажу. Толпа на берегу рассеялась, а свободные матросы остались, чтобы помочь разгрузить «Трезубец Посейдона». Булла пошел дальше по берегу, пока не достиг края гравийной дамбы, ведущей к воротам цитадели. Когда они оказались вне пределов слышимости людей на берегу, он повернулся к Кастору.

- В чем дело? Говори сейчас.

Кастор почесал локоть. – Ну, вот так, капитан. Пока вас не было, я и несколько парней взяли захваченный нами корабль, чтобы купить кое-какие припасы у Ортопла. Во время последнего нашего посещения их цитадель почти полностью  была стерта с лица земли, а у местных жителей едва хватает зерна и мяса, чтобы не умереть с голоду, не говоря уже о том, чтобы продавать их нам.

Телемах слабо кивнул. Ортопла был ближайшим к Петрапилам дружественным портом, пристанищем коррумпированных торговцев, которые почти не сомневались в том, с кем вели дела, не задавая вопросов ни о происхождении товаров, которые они покупали, ни о личности людей, которым они их продавали. Экипаж «Трезубец Посейдона» часто бросал якорь там, когда им нужно было купить дополнительные припасы и инструменты.

- Понятно, - сказал Булла. – Продолжай.

- Мы только что закончили переговоры о цене с этим змеем Лицинием, когда один из парней услышал об объявлении на форуме. Там говорилось немного. Обычные сплетни, в основном как всегда. Но было одно сообщение, что римляне захватили команду пиратов, действовавшую к северу отсюда. Римляне многих из них предали смерти.

- Значит, стало одной командой меньше, - мрачно сказал Булла.

- Да. Но твм было еще кое-что, капитан. Сообщение от префекта имперского флота, Каниса.  Это касается Телемаха.

Телемах почувствовал внутри неимоверный холод:  -  Что там было сказано?

Кастор повернулся, чтобы обратиться непосредственно к нему:  - Твой брат у Каниса.  Его держат в заложниках.

- Нерей?  Нет. Этого не может быть.

- Я просто говорю тебе то, что мы слышали, парень.

- Но . . . как римляне вообще узнали обо мне и моем брате?

Кастор пожал плечами:  - Я не знаю, люди говорят, молва распространяется  …

Телемах, не мигая, смотрел на квартирмейстера:  - Что ты еще слышал?

- Что римляне дали тебе срок до конца следующего месяца, чтобы ты сдался. Если ты откажешься, Нерей будет распят.

Злость вспыхнула внутри Телемаха, закипев в его венах. Он крепко сжал кулаки и на мгновение закрыл глаза, охваченный яростью и горем. Последние месяцы он боялся, что Нерей может погибнуть в результате какого-нибудь ужасного несчастного случая в кузнице. Он никогда не думал, что его усилия по освобождению брата подвергнут его еще большей опасности. Он глубоко вздохнул и заставил себя мыслить более ясно. - Как давно это было?

- Пять дней назад, - ответил Кастор.

Прилив надежды захлестнул Телемаха:  - Тогда еще есть время, чтобы спасти его. Капитан, мы должны его спасти.

- Мы не можем. -  Булла покачал головой:  -  Мы не знаем, где они его держат.

- Тогда я сам сдамся в Равенне. Я поменяю свою жизнь на брата.

- Не будь дураком!  Ты действительно думаешь, что Канис сдержит свое слово и пощадит Нерея?  Он просто казнит вас обоих.

- Я должен попытаться. Если есть шанс спасти ему жизнь, я готов рискнуть.

- А я нет, - твердо ответил Булла. - Римляне будут пытать тебя, как только ты сдашься. Их палачи обладают  талантом заставлять мужчин говорить. . . У некоторых из них это получается даже лучше, чем у нас. В конце концов, ты расскажешь им все, что знаешь. В том числе и о расположение нашей базы. Я не могу этого допустить.

- Но мы не можем просто бросить его! - воскликнул Телемах. -  Должно быть что-то, что мы можем сделать, капитан. Должен быть выход …

- Нет. - Булла заметил огорчение на лице своего первого помощника и смягчил тон. - Послушай, мне очень жаль. Но мы не можем рисковать жизнями экипажа, блуждающего в безнадежных поисках твоего брата. Ты, конечно, понимаешь это.

Телемах заставил себя перевести дух. Сквозь пелену гнева и отчаяния он мог видеть логику доводов Буллы. Он должен был найти другой способ убедить его:  - Я не прошу вас подвергать экипаж опасности. Просто пообещайте  мне одну вещь.

-  Что именно?

- Если есть возможность спасти Нерея, вы позволите мне ей воспользоваться.

Булла вздохнул: - Я не буду просить своих людей отдавать жизнь за твоего брата. Но если есть шанс вернуть его и если мужчинам ничего не будет угрожать, то да. Мы сделаем все возможное, чтобы спасти его.

Телемах кивнул в знак благодарности. Тревожный вопрос все еще терзал его разум:  - Я кое-чего не понимаю, капитан. Никто ничего не знал о моем брате, кроме тех ребят, которым я рассказал. Никто другой …

Булла с интересом смотрел на него:  - Что ты имеешь в виду?

- Должно быть, кто-то рассказал о нем римлянам. Кто-то, кто знал, где он находится, кто его хозяин. Кто-то из наших  людей предал меня.

Булла изогнул бровь:  - Я сомневаюсь в этом. Мои люди могут быть жестокими ублюдками, когда им вздумается, но они бы не поступили так со своими.

- А. что, есть какое-нибудь другое объяснение?

Булла уставился на него:  -  Но зачем кому-то рассказывать нашим врагам о твоем брате?

- Чтобы избавиться от меня. Кто бы это ни сделал, он знает, что я сделаю все, чтобы спасти Нерея.

На мгновение повисла тишина, прежде чем капитан ответил:  -  Если это правда, мы найдем виновного. Даю слово. Любой предатель в моей команде будет искоренен.

Телемах кивнул в знак благодарности.

- Что теперь будем делать, капитан? - спросил Кастор.

- Мы продолжим наш план, - сказал Булла. - Проследи, чтобы «Трезубец Посейдона» был укомплектован  провизией и готов к отплытию. Мы направимся прямо к месту встречи с Агрием и там решим наши дальнейшие действия. Он зашагал вниз по дамбе, резко прервав дискуссию. Мгновение спустя Кастор последовал за ним в цитадель, чтобы организовать необходимые припасы для следующего вояжа «Трезубца Посейдона».

Когда Телемах повернулся, чтобы вернуться на берег, его охватило черное отчаяние. Герас прошел со стороны корабля, вздернув подбородок в сторону удаляющегося капитана.

- Что это было?  -  спросил он.

Он молча слушал, как Телемах рассказывал ему о пленении своего брата.

-  Вот, дерьмо. Мне жаль, …  Он нахмурился.  – И что ты думаешь делать?

- Я ничего не могу сделать прямо сейчас. Но я найду способ спасти его, как только мы вернемся на побережье Италии. Мы будем охотиться на основных италийских торговых путях, а это значит, что у нас будет много добычи. Возможно кто-нибудь, с кем мы столкнемся, будет  знать, где его держат.

- Это сомнительный план.

- Я знаю. Но это единственная надежда, которая у меня есть.

Герас нахмурил брови:  - Даже если ты узнаешь, где его держат римляне. Как ты собираешься его спасать?  Он явно, под строжайшей охраной.

- Без сомнения. Но позже будет достаточно времени, чтобы побеспокоиться об этом. Прямо сейчас мне нужно выяснить, где именно Канис держит его в плену.

- Что ж, тебе не нужно меня уговаривать. Я помогу тебе, чем смогу, если ты считаешь, что справишься с этими римскими ублюдками.

Телемах тепло улыбнулся:  - Спасибо.

Герас уставился на своего друга:  -  Как  думаешь, кто тебя предал?

- Это должен быть кто-то из команды, - сказал Телемах.  -  Кто-то, кто знал о Нерее и мог передать сообщение римлянам.

- Похоже, ты уже знаешь, кто это может быть.

- У меня есть идея. Но я не могу действовать. Нет, пока я не буду уверен. -  Он посмотрел на пиратов, выгружающих товары с «Трезубца Посейдона», ненависть сжала его сердце в кулак. - Тот, кто меня предал, ответит за то, что он сделал.  Клянусь в этом перед  Юпитером, наилучшим и величайшим.

Глава шестая

Три дня спустя Телемах стоял с Буллой и Агрием в крошечной каюте на корме «Пегаса». На столе, занимавшем середину каюты капитана,  лежала грубо нарисованная карта италийского побережья, ее детали освещались светом, проникавшим через решетку на верхней палубе. Деревянные доски вокруг них стонали, когда судно мягко качалось на волнах.

«Трезубец Посейдона» прибыл к месту встречи ранним днем, его запасы были полностью укомплектованы, а экипаж пополнился матросами Кастора и новобранцами.  Когда они приблизились к соседнему кораблю  на сто шагов, весла были убрали, а парус был спущен, и Булла с Телемахом переправились туда на корабельной шлюпке, чтобы держать совет с Агрием в его каюте.

- Мы должны поохотиться здесь,  - сказал Агрий, постукивая пальцем по части карты.  - Между Анконой и Аримином. Пока вас не было, я внимательно разведал  местность. Выглядит многообещающе. Много кораблей причаливают к берегу на главном торговом пути, и не так много бухт, в которых они могут спрятаться. Нам будет  достаточно легко захватить еще несколько добыч. Кто знает, может быть, со всеми этими прогулочными яхтами и пассажирскими галерами, курсирующими между колониями, мы могли бы даже заполучить одного-двух знатных римлян. Они могут принести нам солидный выкуп. После того, как мы немного повеселимся с их женщинами, конечно. Когда он это говорил, в его глазах блеснул опасный огонек.

Булла какое-то время изучал карту, его лицо скривилось в задумчивости:  -  Если мы поплывем сюда, это приблизит нас к Равенне.

- Да. – Агриус  кивнул. - Что из этого?

- На побережье много портов, но не так много безопасных якорных стоянок. Что произойдет, если мы столкнемся с проблемами?

- Проблем не будет! - уверенно ответил Агрий. - Кроме того, нам лучше всего двигаться дальше на север.  Мы не должны продолжать действовать на юге. Теперь уже  нет.

- Почему нет?

- На обратном пути мы заметили пару бирем. Похоже, они направлялись на юг.

- Римляне? Телемах изо всех сил пытался сдержать тревогу в голосе. - Они вас видели?

- Конечно, нет.-  Агриус улыбнулся. - Мы укрывались в бухте от шторма, когда один из моих парней заметил их. Мы опустили основной лонжерон и вышли на палубу. Глупые ублюдки проплыли прямо мимо нас.

-  Но если они посылают патрули, значит, римляне знают, что мы здесь, - заметил Телемах.  –  Они, должно быть, охотятся на нас.

- Расслабься, мальчик. Это пара патрульных кораблей, а не весь имперский флот. Остальная часть эскадры по-прежнему находится в сотнях миль отсюда, неся конвойную службу Каниса.

- В Равенне пять бирем, - заметил Булла.

- Им приказано не отходить далеко от порта. Кроме того, Канис не будет использовать эти корабли. Он не может рисковать, оставляя Равенну без защиты.

- Но если римляне возвращаются в Италию, скоро они пришлют дополнительные подкрепления,  - сказал Телемах. - Если они еще этого не сделали. Что произойдет, если мы наткнемся на другой военный корабль?

- Тогда мы ускользнем от них, как всегда.  Наши корабли более чем способны обогнать их древние лохани.

Телемах вздохнул и попытался совладать с нарастающим гневом. Как бы он ни хотел оставаться поближе к тому месту, где содержался в плену его брат, это должно было быть взвешено на чашах весов с жизнями команды, которой он поклялся служить. Он повернулся и обратился прямо к Булле:  - Может быть, нам стоит развернуться и уйти обратно в Адриатику. Попытать удачу ближе к дому. Уже почти осень, и некоторые из торговых  кораблей рискнут совершить еще один рейс до окончания сезона.

- Зачем  об этом беспокоиться, когда здесь еще можно найти много богатств?  - возразил Агрий.

Телемах покачал головой:  - Это слишком рискованно».

- Мы же пираты. Мы обязаны рисковать.

- Не так, как это мы не делаем. Слишком велик шанс быть пойманными их  флотом.

Агрий усмехнулся:  - Боишься закончить, как твой брат, мальчик?

Телемах уставился на вождя пиратов:  - Откуда ты знаешь о Нерее?

- Да ведь все порты вдоль и поперек побережья облетела эта новость. О тебе судачили даже местные рыбаки.  - Агриус ухмыльнулся.  - Кажется, ты самый известный пират во всей Иллирике, а не Булла или даже я.  Некоторые могут сказать, что это достижение. Благодаря твоему брату.

- Не трогай Нерея, это не твое дело!

- Если это затуманило твой рассудок.  Если у тебя не хватает смелости атаковать торговцев здесь, возможно, ты выбрал не ту профессию. Пиратство не для тех, кто наложит в штаны при первом упоминании о римлянах.

Телемах покачал головой:  -  Если мы продолжим охоту в этих водах, мы подвергнем опасности жизни людей.

Агрий пожал плечами:  - Это риск, на который я готов пойти.

- Я слышал достаточно, - прервал их  Булла, подняв глаза. - Я согласен с Агрием. Мы направимся на север и нанесем удар до того, как Канис  успеет вернуться с подкреплением в Равенну.

Он уставился на Телемаха, побуждая его бросить вызов его авторитету. Телемах открыл рот, чтобы возразить, но передумал. Он знал своего капитана достаточно хорошо, чтобы понять, когда дело было решено окончательно.

Взгляд Буллы вернулся к карте, морщины на его хмуром лице стали еще глубже: - А как насчет места встречи? По эту сторону моря не так много убежищ.

- Я думал об этом, - сказал Агрий. - Здесь есть бухта, недалеко от заброшенной колонии. Тихо и достаточно далеко от крупных портов. Если мы потеряем  друг друга из виду, мы оба направимся туда и будем ждать прибытия другого.

- Это безопасно?

- Насколько я знаю. Один из моих людей работал здесь на рыбацких лодках. Он говорил мне, что ни один корабль не рискует бросить здесь якорь уже много лет. Слишком много мелей для каботажных судов.

- Будем надеяться, что твой человек прав.

- Я ему верю, капитан. Он знает, что  заплатит своей жизнью, если ошибется.  -  Агрий  кивнул капитану «Трезубца Посейдона» и его первому помощнику. -  А теперь, если все решено,  вам лучше вернуться на свой корабль.  Мы немедленно уходим.

Вскоре после этого «Пегас» и «Трезубец Посейдона» отправились в плавание. В тот день они не встретили грузовых судов и бросили якорь на ночь в небольшой бухте, а затем с первыми лучами солнца продолжили путь на север. К концу дня небо стало серым и пасмурным, а ветер усилился, что вынудило команду убирать парус. К середине дня Кастор объявил, что вскоре они будут в виду Анконы, и пирата взволнованно говорили между собой о богатствах, ожидающих их на побережье Умбрии.

Телемах молчал, терзаемый мыслями о пленении брата. Образ Нерея, висящего на кресте, наполнил его сердце отчаянием, которого он никогда не испытывал. Он цеплялся за слабую надежду, что, если он узнает, где держат в плену его брата, он все еще сможет освободить его до объявленного времени казни. Это был самый ничтожный из шансов, но он не собирался сдаваться. Нерей был единственным родным человеком, который у него остался, и он не успокоится, пока не сделает все, что в его силах, чтобы спасти его. Даже если ему придется  пожертвовать собственной жизнью. Но только  чтобы не рисковать жизнями своих товарищей.

Пока другие матросы выполняли свои обязанности,  Герас присоединился к Телемаху, стоящему перед мачтой. Он кивнул на горизонт:  -  Пока никаких признаков?

- Ничего, - сказал Телемах.

- Это скоро изменится. Мы собираемся атаковать самый оживленный торговый путь по эту сторону Адриатики. Скоро мы утонем в трофеях.

- Если только мы сначала не наткнемся на патруль.

Герас взглянул на своего друга:   - Ты действительно думаешь, что мы в опасности?

Телемах сжал губы:  - Римляне знают, что мы здесь охотимся. Это только вопрос времени, когда мы столкнемся с ними.

- Это не единственная беда, которая с нами может случиться.

- Что ты имеешь в виду?

Герас склонил голову на темнеющие облака:  -  Похоже, нас ждет полоса ненастной погоды.

Телемах взглянул на горизонт.  По опыту он знал, что в Адриатике  часто  бывают опасны летние штормы: кратковременные, но сильные шквалы, налетающие почти без предупреждения:  - Думаешь, он скоро нас настигнет?

-  Да. Тоже вроде неприятность. Сильный ветер, дождь. Вопрос только в том, откуда придет этот ублюдок.

- «Пегас» подает сигнал, капитан! - крикнул дозорный.

Булла вышел с кормовой палубы и, прищурившись, посмотрел через правый борт, на другое пиратское судно, находившееся  дальше в миле  по неспокойному морю. Телемах посмотрел в том же направлении и увидел длинную полосу яркой ткани на вершине мачты, которая развевалась на фоне стального серого неба.

- Зеленая, - сообщил Вирбиус. - Агрий заметил парус, капитан.

- Я знаю, что это значит, химеры тебя забери,  -  прорычал Булла.  -  Эй, на мачте! Что ты там видишь?

- Пока ничего, капитан.  Должно быть это что-то дальше в море …   Надо подождать.  Хотя нет …. Нет, я что-то вижу.  Парус  внизу и почти прямо перед нами.

Телемах устремил взгляд на горизонт, когда «Трезубец Посейдона» поднялся на гребень следующей волны. Сквозь поднимающуюся волну он мельком заметил слабый силуэт паруса.

- Торговец? - спросил Лейтус.

- Более вероятно.  Других пиратских кораблей здесь нет.

Герас широко ухмыльнулся, толкнув Телемаха локтем:  - Что я тебе сказал? Похоже, сегодня мы все-таки поймаем добычу.

Булла отвернулся от перил:  -  Телемах, созови всех.  И дай сигнал «Пегасу» начать погоню.

Телемах сложил руки чашечкой и крикнул через палубу. Пока матросы готовили «Трезубец Посейдона» к  погоне, пара юных рук достала из одного из боковых ящиков сверток красной ткани и помчалась к снастям. Они работали быстро, прикрепив крюки на одном конце вымпела к фалу мачты, прежде чем натянуть грубую веревку. Ткань взлетела  вверх по мачте и с треском затрепетала на порывистом ветру. Такой же вымпел поднялся на мачте «Пегаса», подтверждая  прием сигнала, прежде чем снова опустить вымпел.

- Калкас! – крикнул Булла. - Меняем наш курс! Идем на перехват!

Рулевой надавил на ось весла, а рев Телемаха заставил матросов наброситься на канаты, чтобы вытащить риф из-под паруса. В то время как ослабленный парус бешено трепетал на ветру, матросы на палубе, подгоняемые молодым старшим помощником, пытались втащить шкоты внутрь.  «Трезубец Посейдона» резко развернулся, а Телемах  оглянулся и с профессиональным удовлетворением отметил, что экипажу «Пегаса» потребовалось больше времени, чтобы изменить курс. Вскоре их носы были направлены прямо на торговое судно, и оба судна приблизились к своей жертве, отрезав ее от моря и побережья.

Как только парус стал ясно виден, Лонгарус снова закричал вниз:  -  Парус впереди, но он изменил курс, капитан!

- Они нас увидели, - пробормотал Булла.

Вирбиус фыркнул:  -  Им это бесполезно. Им негде разогнаться. И у нас есть преимущество. Мы их нагоним, пока держится такая погода.

- Давай помолимся, чтобы это произошло.

Капитан взглянул на снасти, прищурив глаза, он использовал весь свой богатый опыт, чтобы определить, как долго еще придется ждать, прежде чем можно будет поймать  ветер. Телемах снова переключил внимание на добычу и увидел, что два пиратских корабля быстро приближаются к своей жертве. «Трезубец Посейдона» немного опережал своего напарника, но «Пегас», будучи более легким из двух кораблей, приближался быстрее. Впереди них грузовой корабль продолжал бежать по ветру, и Телемах  понял, что они сблизятся с ним задолго до того, как тот сможет добраться до безопасной Анконы. Затем он заметил полосу темно-серых облаков, несущихся к ним с горизонта.

- Шторм  идет, капитан.

Булла нахмурился:  -  Ублюдок направляется прямо к нам. Нам лучше взять пару рифов.

- Да, капитан.

По крику Телемаха матросы ринулись наверх, чтобы натянуть парус к первой точке рифов. Когда они снова спустились на палубу, Телемах оглянулся на море и увидел, что «Пегас» и торговец быстро исчезают из поля зрения, когда вокруг них сомкнулась грязная серая пелена. Затем ветер посвежел, и Булла предупредительно закричал, когда дымка с поразительной скоростью обрушилась на «Трезубец Посейдона».

- Вот оно! - взревел Кастор.

Через мгновение налетел шквал. Ветер завывал в такелаже, колотя фалы о мачту, когда корабль опасно накренялся. Каждый пират на палубе цеплялся за ближайший поручень, чтобы не упасть за борт, прежде чем судно медленно выравнивалось. Затем пошел дождь. Крупные мерцающие капли скользили по палубе, пропитывая парусину и вонзаясь иглами в открытую кожу пиратов. Булла закрыл лицо от потока и заорал рулевому, чтобы тот держал курс.

Шквал сомкнулся вокруг корабля, и Телемах почувствовал сильные позывы к рвоте, когда корабль тошнотворно качнуло и затрясло на волнах. Судно снова накренило, и Телемах тут же перегнулся через перила и опорожнился по ветру. Он мрачно держался за деревянную поверхность, голова у него раскалывалась, он был не в силах сделать что-либо, кроме как терпеть ярость Нептуна и ждать, когда погода утихнет.

Так же внезапно, как и налетел, шквал исчез. Ветер стих до легкого бриза, и дождь прекратился, а затем сквозь густые облака над головой прорвался первый луч золотого солнечного света. Телемах вытер брызги с глаз, поднял глаза и огляделся. На юге он смог увидеть темно-серую завесу, отодвигающуюся от «Трезубца Посейдона», когда шквал отступал к горизонту. На палубе было устрашающе тихо, если не считать кашля и шмыганья  матросов,  да мягкого плеска волн, бьющихся  о корпус.  Потом Лейтус  крикнул:  - Смотрите, капитан!

Телемах обернулся и увидел, что помощник корабля указывает на нос корабля. Телемах и Булла последовали его жесту и устремили взгляды на горизонт. «Пегас» исчез из поля зрения вместе с большим кораблем, за которым она гналась. Булла еще мгновение пристально смотрел на море, а затем стукнул кулаком по бедру:  -  Вот, дерьмо! - пробормотал он.

- Что с ними случилось, капитан?  -  спросил Телемах.  -  Где они?

- Должно быть, мы потеряли их во время шквала.  Их снесло с курса, как и нас.

- Разве мы не можем следовать за ними?

Булла покачал головой:  - Нет никакого способа узнать, куда они пойдут. Этот шквал мог разбросать их на многие мили в любом направлении. Только боги знают, где они сейчас.

- Что же делать?

Булла осмотрел береговую линию, перебирая варианты:  - Мы проиграли погоню. Могут пройти часы, прежде чем мы найдем «Пегас», а до заката осталось совсем немного времени. Мы не хотим, чтобы нас застало в море наступление темноты . Да, неувязочка!.   Нет, нам придется отправиться к месту встречи.  Агрий тоже должен вернуться туда, как только поймет, что мы потерялись.

- Если только он, первым делом, не погонится за добычей, - заметил Лейтус.

- Тогда мы подождем, пока он придет. Это все, что мы можем сделать. Капитан посмотрел на Телемаха:  - Проверь корабль на наличие повреждений.  Затем разворачиваемся,  и идем к месту встречи.

- Да, капитан.

Когда «Трезубец Посейдона»  поменял курс,  Герас слабо улыбнулся Телемаху:  - Не лучшее начало нашего путешествия.

- Нет, - мрачно ответил Телемах. Он повернулся и вздохнул, глядя на италийское побережье. Солнце уже начало садиться за горизонт, и даже если бы оба корабля достигли места встречи одновременно, не было бы времени снова отправляться в плавание, пока сгущалась тьма, ничего больше нельзя было предпринять.

В сгущающихся сумерках «Трезубец Посейдона» приблизился к входу в небольшую бухту, отмеченную Агрием на карте корабля. Море было спокойным, и заходящее солнце заливало землю теплым сиянием, когда пираты обогнули мыс и медленно подгребали к берегу. Пара невысоких утесов возвышалась по обеим сторонам изогнутой полосы мелкого песка шириной в полмили.  Мелкий кустарник рос недалеко от моря, а в стороне стояли развалины какой-то давно заброшенной деревни. Телемах осмотрел руины, но не увидел никаких следов какого-либо проживания. Кроме главного входа в бухту, единственным другим подходом был узкий канал между ближайшим мысом и большим скоплением камней. Вокруг песчаной косы едва виднелся участок отмели.

- Кажется, мы здесь первые, - сказал Кастор, оглядывая пустынный залив.

Телемах кивнул:  -  Агрий, должно быть, погнался  за кораблем, который мы преследовали.

- Либо так, либо его корабль повредил шквал, и ему пришлось искать убежище в другом месте. Тем не менее, его человек выбрал хорошее место для укрытия. У римлян мало шансов найти нас здесь.

Телемах оглянулся на вход в залив. Низкие мысы по обеим сторонам укрывали пиратов от глаз проходящих судов, в то время как любые приближающиеся корабли были вынуждены пробираться через прибрежные песчаные отмели, что давало экипажу «Трезубцу Посейдона»  достаточно времени для подготовки в случае нападения.

- Выглядит достаточно спокойно, - сказал он. - Будем надеяться, что нам не придется здесь долго ждать.

Кастор отмахнулся от его беспокойства взмахом руки:  -  Агрий  прибудет  сюда, как только сможет. Даже он не настолько безумен, чтобы в одиночку охотиться на побережье Италии.

- Я не уверен.

Квартермейстер улыбнулся ему: - Я полагаю, ты не особо полюбил  нашего нового партнера?

Телемах уже собирался ответить честно, когда вспомнил, что теперь он первый помощник, и было бы неправильно открыто сомневаться в суждениях Буллы перед людьми. Он закашлялся: - У Агрия есть свои качества. Но его методы не завоюют нам друзей. Уже достаточно того, что мы охотимся недалеко от Равенны, и расправа с экипажами  каждого корабля, который мы захватываем, только усиливает решимость римлян выследить нас.

- Это смотря как  взглянуть на это.

- Ты не согласен?

- Агрий, возможно, не всем нравится  как и фалернское, но он выполняет свою работу. Об этом можно много судачить, учитывая наши недавние трудности.

Телемах пожал плечами:  - Я просто надеюсь, что Булла знает, во что ввязался.

- Не беспокойся о капитане, парень. Я знаю его столько же, сколько и всех в этой команде, и он отнюдь не дурак.  Он нас развернет, пока не станет слишком жарко.

- Надеюсь, ты прав, - тихо ответил Телемах.

Кастор сменил тему и наклонился ближе: - А как насчет человека, предавшего твоего брата? Ты приблизился к тому, чтобы выяснить, кто это?

- Еще нет.

Последние несколько дней Телемах внимательно следил за командой, выискивая любой намек на подозрение или вину. Но не было ничего, что указывало бы на личность предателя, что усиливало его сильное разочарование. Он так и не приблизился к раскрытию местонахождения своего брата, а его попытки найти человека, предавшего его, пока не увенчались успехом. Время истекало, и менее чем через месяц Нерей будет приговорен к мучительной смерти от рук римских властей.

Он смотрел вперед, пока они скользили мимо канала. Рядом с мачтой Булла выпрямился и закричал через палубу: - Правь к мелководью, Калкас!  Телемах, приготовься бросить якорь!

- Есть, капитан!

По команде первого помощника Басс и трое других хорошо сложенных мужчин поспешили к якорному ящику, подняли прочный деревянный якорь, утяжеленный железными лапами, и перетащили его на корму. Затем Телемах крикнул экипажу, чтобы подняли весла, и гребные лопасти поспешно вытащили из прорезей. Раздался всплеск, когда якорь упал за борт, и трос вырвался из клюзов, заставив «Трезубец Посейдона»  встать на небольшом расстоянии от берега.

Как только корабль был поставлен под охрану и определены  вахты, люди, наконец, смогли расслабиться. Они поужинали на палубе холодным пайком, поскольку Булла запретил разводить костры, которые могли бы выдать их присутствие. Ночь прошла мирно, и незадолго до рассвета команда зашевелилась и приступила к своим обязанностям, ожидая прибытия Агрия. Густая гряда тумана висела над поверхностью моря, скрывая за тонкой серой дымкой вход в бухту. Не было никаких признаков «Пегаса», и некоторые из мужчин начали открыто ворчать по поводу поломки всех планов.

Телемах поднялся на палубу после утреннего осмотра трюма и нашел Гераса у гака, смотрящего за корму.

- Что так долго задерживается  Агрия? - пробормотал Герас. - Он уже должен быть здесь.

- Может быть, он где-нибудь высадился на берег и занялся ремонтом.

Герас покачал головой:  - В любом случае, сегодня мы много не наохотимся. Нет, если этот проклятый туман не рассеется.

Их прервал крик одного из пиратов:  - Приближается парус!

Телемах повернул голову к бухте, когда Булла и старшие матросы прекратили свои дела и поспешили к нему. Когда они столпились на корме «Трезубца Посейдона»,  Телемах напряг глаза и увидел едва различимые очертания корабля, выходящего из тумана в четверти мили от него. Ее темный вымпел плясал над мачтой от дуновения ветра над заливом.

- Это «Пегас», - сказал Булла.

- Самое время, химеры его побери, - проворчал Вирбиус. - Сидим здесь на задницах  достаточно долго. Будем надеяться, что они привезут  хоть немного добычи.

- Скоро узнаем.

На глазах у Телемаха по палубе «Пегаса» рассредоточились едва различимые фигурки и свернули грот. Весла скользнули вперед, и через несколько мгновений, чтобы войти в ритм, лопасти вошли в равномерные гребки, продвигая корабль вперед. Несколько человек поднимали якорь, готовые бросить его за корму, в то время как свободные матросы  держались за поручни и приветливо  махали пиратам на другом корабле. Экипаж, казалось, был в расслабленном настроении, и не было никаких признаков повреждения мачты или такелажа «Пегаса».

Телемах внимательно смотрел  на судно, но в предрассветном тумане не смог разглядеть Агрия, поэтому поднялся на небольшое расстояние вверх по канату, чтобы лучше видеть. Среди фигур на палубе он заметил одного мужчину, более крупного, чем остальные, украдкой поглядывающего на кормовой грузовой люк. Телемах бросил взгляд в том же направлении и ощутил внезапную дрожь, пробежавшую по его спине. Он крикнул Булле:  -  Капитан, это ловушка!

Булла нахмурился, глядя на первого помощника:  -  О чем, забери тебя химеры, ты говоришь?

- Там!-  Телемах указал на другой корабль. Гребень шлема римского центуриона возвышался над козырьком  люка, ведущего в трюм «Пегаса». Он также увидел несколько  легионерских шлемов и сверкающих наконечников мечей. – Там в трюме римляне!

Прежде чем Булла успел ответить, на палубе «Пегаса» раздался крик. Телемах оглянулся и увидел здоровенного мужчину, кричащего на латыни и выхватывающего из-под плаща меч. Другие фигуры на палубе тоже обнажили свое оружие, и в следующий момент по всему заливу разнесся гортанный рев, когда из грузового отсека высыпала волна тяжеловооруженных фигур, одетых в белые туники и доспехи вспомогательных войск  и размахивающих мечами и щитами. . Булла в ужасе смотрел, разинув рот, когда понял, что происходит.

- Кажется, нам  триндец  …

Глава седьмая

Как только эти слова слетели с губ Буллы, римские офицеры на палубе «Пегаса» отдали приказы, а гребцы набрали скорость и направились к «Трезубцу Посейдона». На одном дыхании морские пехотинцы пронеслись по палубе, некоторые уже готовили свои абордажные тросы. Мгновение на «Трезубце Посейдона» никто не двигался, а команда ошеломленно смотрела на несущийся к ним военный корабль. Тогда Булла встряхнулся от оцепенения и отскочил от перил.

- Все по местам! Готовьтесь!  Ждем команды!

Экипаж мчался по палубе, отчаянно готовясь к встрече с приближающимся врагом. Телемах слез со снастей, выхватил фалькату и маленький изогнутый кинжал из одного из боковых шкафчиков и, засунув последний за пояс, бросился к своим товарищам, собравшимся у подножия мачты. Десятки морских ауксилариев  вышли из трюма другого корабля, рассредоточившись по всей длине палубы. Их было почти столько же, сколько и пиратов, но римляне имели превосходную подготовку и снаряжение, и Телемах знал, что им предстоит тяжелый бой.

Лейтус стоял справа от него, недоверчиво качая головой: - Как эти ублюдки нас нашли?

- Агрий, должно быть, столкнулся с одним из их патрулей после того, как мы разделились.  - Телемах стиснул зубы. - А ты знаешь, как хорошо римские палачи умеют добывать информацию.

- Теперь они поймали нас в ловушку.

Телемах понял, что противник выполнил свой план идеально. Подойдя к захваченному судну и спрятав морских ауксилариев под палубой, они смогли приблизиться к «Трезубцу Посейдона», не вызвав никаких подозрений у его команды. Только когда они были почти  цели, их уловка стала очевидной . К этому моменту пиратам было уже слишком поздно пытаться ускользнуть в открытое море. Он на мгновение задумался, что сталось с Агрием и его людьми, затем отбросил мрачные мысли и сосредоточился на приближающихся римлянах.

Несколько человек подошли снизу, схватив связки дротиков из корабельных запасов. Телемах схватил один, нацелил его на морских пехотинцев на другой палубе и швырнул в сужающуюся щель между кораблями. На таком близком расстоянии промахнуться было практически невозможно, и один из римлян издал пронзительный крик, когда дротик прошил его кишки. Другие последовали примеру Телемаха и стали метать дротики во вражеский корабль. Римляне ответили залпом собственных катапульт и луков , и воздух наполнился шипением стрел, треском и грохотом стрел-болтов, когда обе стороны обменялись отчаянными залпами. Затем «Пегас» врезался в «Трезубец Посейдона» резким ударом, от которого весь корабль задрожал, и римские морские ауксилариии, снаряженные абордажными крючьями перебросили их через борт, натянув на себя, прежде чем схватить свое оружие.

До того как они успели ворваться на борт, Булла вскарабкался по боковому ограждению и наполнил легкие воздухом: -  Не стойте там!  Бей их!  Бей ублюдков!

Пираты с оглушительным ревом последовали за своим капитаном и бросились на другой корабль.

Телемах приземлился на палубу «Пегаса», решив убить первого римлянина, которого он увидит. Взяв кинжал в левой руке и подняв фалькату, он бросился в рукопашную. Седой морской ауксиларий бросил ему вызов, и он прыгнул вперед, нанося удар фалькатой.  Римлянин встретил атаку своим щитом, и изогнутый клинок с острым металлическим звоном скользнул по шлему. Тем не менее, удар оглушил морского пехотинца, и, прежде чем он успел оправиться, Телемах ударил его кинжалом чуть ниже подмышки.  Ауксиларий покачнулся, а затем свалился с ног вместе с кинжалом, все еще торчащим в его плоти.  Телемах схватил щит римлянина, его сердце колотилось.

- Осторожно! - крикнул кто-то рядом.

Он обернулся и увидел приземистого, коренастого римлянина, который летел на него с мечом. Месяцы боев на море обострили рефлексы Телемаха, и он мгновенно среагировал, дернув щитом. Лезвие с глухим стуком ударилось о него, и человек зарычал, когда двинулся вперед, делая ложный удар по горлу, а затем рубя вниз. Его меч разорвал складку на тунике Телемаха, едва не задев мускулы его бедра.

Телемах ударил щитом вперед за мгновение до того, как ауксиларий  снова напал на него. Удар отбросил того на пару шагов, прижав  к корчащейся массе тел позади него. Телемах снова рванулся вперед, на этот раз, проведя  фалькатой под щитом римлянина. Морской пехотинец прочел это движение, но когда он отпрыгнул назад, его пятка зацепилась за распростертое на палубе тело. Он потерял равновесие и упал на спину, с тяжелым стуком приземлившись на доски. Когда он попытался вскочить на ноги, Телемах поднял свою фалькату над головой и обрушил ее на римлянина с такой силой, что лезвие пронзило шлем человека, рассекая его череп во взрыве крови и костей.

Телемах быстро спрятался за свой щит и огляделся. Большая часть боя была сосредоточена вокруг мачты, две стороны рвались друг на друга в мерцающем движении рубящих и колющих ударов. Хотя пираты были вооружены, хуже,  чем римляне, они более держались уверенно, и палуба стала усеиваться трупами с обеих сторон.

Сквозь крики раненых и звон сталкивающихся клинков Телемах  услышал, как кто-то его зовет. Он вытер кровь с глаз и увидел, как Кастор протянул руку к устью залива.

- Смотри! Вон туда!-

Телемах взглянул в указанном Кастором направлении. Сквозь тонкий слой тумана он заметил три римских военных корабля, идущих с моря. Две биремы шли впереди, а трирема, покрупнее , отставала на некотором расстоянии. Он узнал трирему по богато украшенному носу и пурпурному вымпелу, развевающемуся на мачте. Это был флагман флота Равенны.

- Канис …  - пробормотал он.

Поток отчаяния нахлынул на него, когда он понял, что три других боевых корабля, должно быть, прятались в тумане, ожидая, пока первая волна морских  ауксилариев захватит «Трезубец Посейдона» врасплох. Теперь они спешили захлопнуть ловушку. На носах обеих бирем уже сформировались абордажные группы, доспехи и наконечники мечей ловили свет, пробивающийся сквозь полосы тумана. Большая часть экипажа «Трезубец Посейдона» стояла спиной к морю и еще не заметила приближающуюся угрозу. Если они не отступят в ближайшее время, они будут захвачены.

Когда Телемах повернулся, чтобы предупредить остальных, он увидел, что Булла был прижат к корме парой морских пехотинцев и отрезан от остальной команды. Два других пирата, корчась, лежали на палубе, когда морские ауксиларии набросились на капитана.  Булла парировал первый выпад, но второй римлянин  нанес удар ниже края его щита, и он согнулся вперед, когда лезвие глубоко вонзилось ему в живот.

- Капитан!  - воскликнул Телемах.

С безумным ревом он бросился к корме. Римлянин двинулся, чтобы преградить ему путь, но Телемах опустил плечо и ударил того щитом, отбросив в сторону. Один из двух морских пехотинцев, стоящих над Буллой, крикнул своему товарищу, а другой развернулся лицом к Телемаху, когда тот несся на них. Когда римлянин поднял свой меч, Телемах нанес удар, рассекая мужчине руку чуть выше запястья и почти отрубив ему кисть. Капли крови брызнули из раны, когда Телемах отшвырнул человека в сторону и повернулся ко второму морскому пехотинцу.

Острие клинка метнулось к нему, когда римлянин нанес удар своим коротким мечом. Телемах отчаянно поднял свой щит, и лезвие отскочило от края с осколочным треском, отчего у него онемели мышцы рук и плеч. Он ударил своей фалькатой, пытаясь задеть морского ауксилария поверх щита изогнутым наконечником, но римлянин низко пригнулся и тем же движением зацепил щитом край щита Телемаха, вырвав его из рук.  Римлянин усмехнулся, собираясь атаковать своего беззащитного врага.

Краем глаза Телемах уловил блестящее движение, когда лезвие топора пронзило воздух и с хрустом вонзилось в шею человека, сбивая его голову с плеч чистым ударом. Теплая кровь брызнула на него, когда римлянин подогнул ноги и рухнул на палубу. Он поднял взгляд и увидел Басса, стоящего за сгорбленной фигурой, держащего обеими руками окровавленный топор. Телемах кивнул в знак благодарности и присел рядом со своим капитаном. Булла прижимал руку к животу, между пальцами пульсировала кровь, и он стонал от боли.

- Эй, ты там!  - закричал Телемах,  хватая ближайшего пирата. -  Отведи капитана на корабль. Прямо сейчас!

Мужчина мгновение колебался, потрясенный видом своего раненого капитана. Затем наклонился и помог Булле встать на ноги, наполовину волоча  его к «Трезубцу Посейдона».  На  его палубе трое молодых матросов увидели приближающуюся пару и поспешно опустили трап между двумя кораблями . Герас какое-то время наблюдал за ними, затем снова повернулся к Телемаху.

- Что будем делать?

Телемах рискнул оглянуться через плечо и с болезненным спазмом в животе увидел, что две биремы подошли к «Пегасу» гораздо ближе. Он увидел, что битва проиграна. Как только в борьбу вступят морские пехотинцы с бирем, пираты будут разбиты. Нельзя было терять время, если у оставшихся людей с «Трезубца Посейдона» был хоть какой-то шанс выжить.

Он крикнул через палубу «Пегаса»:  - Всем назад! Отступаем!

По его команде первые люди отвернулись от рукопашной и отступили к боковому ограждению. Те, кто был ближе к мачте, были оттеснены, когда римляне атаковали с новой силой, воодушевленные прибытием других военных кораблей. Ближайшая из двух бирем мчалась вперед и теперь была всего в нескольких шагах от Пегаса, готовая взобраться на борт и присоединиться к битве. Некоторые из пиратов отделились от своих товарищей, когда схватка превратилась в очаги жестокой схватки. Группа людей «Трезубца Посейдона»  была оттеснена на нос, в то время как другие были окружены вокруг мачты. Скрюченные тела валялись на забрызганном кровью настиле.

- Назад! -  Телемах  загремел на людей. - Назад, сейчас же назад!

Когда пираты перепрыгнули через борт, один из морских пехотинцев закричал на своих товарищей, яростно указывая на «Трезубец Посейдона». Отряд морских ауксилариев во главе с опционом  в каске с красным гребнем вырвался из боя и бросился по палубе, чтобы отрезать им путь к отступлению. Телемах отвернулся и прыгнул через пропасть между двумя кораблями, неуклюже приземлившись на палубу «Трезубца Посейдонаа». Позади него отряд морских пехотинцев быстро рассредоточился вдоль бокового ограждения «Пегаса», швыряя в пиратов оставшиеся дротики.

- Ложись! - воскликнул Телемах. – Всем вниз!

Под рев своего опциона морские ауксиларии выпустили свои дротики почти в упор, поразив нескольких людей «Трезубца Посейдона».  Один из дротиков попал в пирата рядом с Телемахом, пробив ему глазное яблоко. Его голова откинулась назад, и топор, который он держал в руках, выскользнул из его рук, когда он без чувств упал на палубу.  Два других пирата слишком медленно среагировали, и их крики боли рассекли воздух, когда тяжелые наконечники  дротиков пронзали их туловища. Раздался еще один слабый залп, а затем римский опцион заорал на своих людей, и морские пехотинцы бросились по сходням, прежде чем их успели поднять.

- Ко мне! -  Телемах позвал своих людей, подняв свою фалькату. После недолгого колебания пираты вокруг него набросились на морских ауксилариев, сталкивая их с трапа. Стиснув зубы, Телемах перешагнул через тело убитого пирата и бросился на ближайшего римлянина, низко полоснув его по ногам. Римлянин взревел, когда фальката врезалась ему в коленную чашечку. Телемах отразил отчаянную попытку противника и, ударив ауксилария  щитом в челюсть, отправив его через перила в воду внизу.

Он отвел руку со щитом назад и оглядел залитую кровью палубу. Справа от него Герас подбадривал остальных, призывая их не давать врагу пощады. Горстка морских пехотинцев, пробравшихся на борт «Трезубеца Посейдона», была окружена, и большинство из них были быстро перебиты, когда пираты набросились на них, приканчивая в отдельных стычках. Лишь немногие остались стоять, их щиты были подняты, когда они сражались за свою жизнь на окутанном туманом корабле. Позади них Телемах мог видеть еще несколько ауксилариев на палубе «Пегаса», ускользавших от основной битвы и бросавшихся на помощь своим раненым товарищам. Пока он смотрел, ближайшая  бирема поравнялась с другой стороной Пегаса. Были брошены абордажные канаты, и через мгновение первые морские ауксиларии спрыгнули на ее палубу, сокрушив Лейтуса и других, сражавшихся вокруг мачты.

Телемах повернулся и сложил руки чашечкой:  -  Рубите  канаты!  - взревел он. - Режьте их!

Кастор выглядел ошеломленным:  -  А остальные?

- Мы ничего не можем для них сделать:  - Режьте лини, сейчас же!

Несколько пиратов поспешили к абордажным тросам и начали рубить их топорами и мечами. С глухим звоном разошлись последние канаты, и Телемах крикнул рулевому:  -  Давай, Калкас,  двигай!  Поторопись!

Ближайшие к веслам пираты вскинули их и оттолкнулись  от борта «Пегаса». Когда они удалялись, легкая волна подняла «Трезубец Посейдона» и отвела его нос от другого корабля.

- Вот так, ребята! - воскликнул Телемах. - А теперь вытаскивайте нас отсюда!

Когда «Трезубец Посейдона» двинулся в путь, команда нажала на  весла, направляясь ко входу в бухту. Группа морских пехотинцев на «Пегасе» швыряла дротики, брошенное оружие и все, что было под рукой, в убегающий пиратский корабль. Большинство снарядов  попадали в расширяющуюся брешь между двумя кораблями. Движение «Трезубца Посейдона» стабилизировалось по мере того, как он продвигался вперед, и последние ауксиларии, поняв, что они теперь  насмерть отрезаны от своих товарищей на «Пегасе», бросили оружие, пытаясь сдаться. Один из пиратов двинулся вперед, чтобы зарубить опциона, но Телемах криком остановил его. - Нет! Я хочу, чтобы они остались живы!

Пират неохотно опустил топор. Несколько других смотрели на трех римлян убийственными взглядами.

- Отведите их в трюм, - рявкнул Телемах. - Мы разберемся с ними позже.

Герас отдал приказ, и ближайшие пираты схватили опциона и его товарищей и толкнули их к грузовому люку. Когда они направились под козырек люка, Телемах оглянулся на «Пегас» и увидел, как Лейтус и последний из абордажной команды исчезли под безжалостным шквалом ударов, когда морские пехотинцы с ближайшей биремы обрушились на них. Нескольких пиратов оттеснили к носу, а некоторые из них прыгнули за борт, предпочитая рискнуть  спастись в воде, чем попасть в плен к врагу. Вскоре они были быстро перебиты, когда ауксиларии на самой дальней биреме столпились на корме и забросали дротиками плавающих пиратов. Мгновением позже корабль пропал, когда между кораблями закрутился плотный клубок тумана.

- Ублюдки прикончили  Лейтуса, - тихо прорычал Герас.  - У наших не было никаких шансов …

Потеря стольких близких людей была горьким ударом. Телемах крепко сжал перила и поклялся богам, что сделает все возможное, чтобы отомстить за Лейтуса и других его павших товарищей. Рим, так или иначе, заплатит за все. Если, конечно, им удастся сбежать.

Морские пехотинцы на борту «Пегаса» уже кричали на триерархов на двух биремах, яростно указывая на «Трезубец  Посейдона», когда последний удалялся. Немедленно абордажные канаты на ближайшей биреме были свернуты, и боевой корабль сильно качнулся прочь от «Пегаса», обогнув корму захваченного пиратского корабля, который бросился в погоню за «Трезубцем Посейдона». Вторая бирема, находившаяся недалеко от «Пегаса», также изменила курс, в то время как дальше по заливу под углом приближался флагман, блокируя бегство пиратов.

- Мы в ловушке, - выдохнул Кастор.

Телемах выругался сквозь стиснутые зубы. Затем его осенила мысль. Он окинул взглядом противоположный мыс. Сквозь редеющий серый туман он увидел узкий канал, идущий между песчаной косой и скалами за ней. Он указал на это рулевому.

- Туда!-  крикнул он. - Калкас,  держи курс на мелководье!

Глава восьмая

По громкому приказу Телемаха жилистый рулевой напряг ноги и оперся на румпель, выровняв носы «Трезубца Посейдона» с участком мелководья, простирающимся между мысом и скалами дальше в море. Изменение курса вызвало несколько испуганных взглядов экипажа, и несколько человек с тревогой посмотрели друг на друга, прежде чем Вирбиус шагнул вперед, его лицо скривилось от недоверия. - Ты думаешь, что ты делаешь?

- Вытаскиваю нас отсюда, - твердо ответил Телемах.  -  Мы сбежим по мелководью, и  римляне потеряют нас в тумане.

- Но из этого ничего не получится. Мы сядем на мель, забери тебя химеры.

- «Трезубец Посейдона» меньше сидит в воде, чем эти боевые корабли. Ее осадка должна позволить, нам здесь пройти.

- А если нет, то мы окажемся в затруднительном положении. Римляне перебьют нас, как крыс в бочке.

- Может быть. Но если мы не попробуем, нам конец. По крайней мере, так у нас еще останется шанс.

- Ты посылаешь нас на гребаную смерть.

- На это нет времени, - прорычал Телемах. - Я отвечаю за этот корабль, пока капитан лежит раненный. Я отдал приказ. А теперь возвращайся к своим обязанностям, или я закую тебя в цепи.  - Он уставился на Вирбиуса, заставляя того замолчать.

Вирбиус открыл было рот, чтобы возразить, но тут же увидел выражение лица Телемаха и сжал свои тонкие губы.

Телемах отвернулся от него и поманил Кастора: -  Поставь  человека вперед. Кого-нибудь с зорким зрением. Нам нужно следить за камнями.

Кастор поспешил прочь, подгоняя команду. Все бросились по своим места, а Телемах занял свое место за мачтой. Герас стоял рядом с ним, его лицо было мрачным от беспокойства, пока они отклонялись от песчаной косы и гребли к мелководью. Позади них флагман изменил курс, и уже приближался  к «Трезубцу Посейдона».  Две биремы  находились на некотором расстоянии позади триремы, их движение замедлилось из-за необходимости маневрировать вокруг «Пегаса». Все три военных корабля гребли изо всех сил, и Телемах рассчитывал, что «Трезубец Посейдона» достигнет мелководья впритык с триерой.

Герас с сомнением посмотрел вперед:  - Ты действительно думаешь, что мы успеем?

Телемах поджал губы. - Есть шанс, что там достаточно глубоко, но я не совсем уверен, пока мы не проплывем это место. И нам лучше помолиться, чтобы там было достаточно мелко для наших преследователей.

- А если нет?

- Тогда Вирбиус  окажется прав: мы  - мертвецы.

- Что ж, одно можно сказать наверняка. Я не позволю этим римским ублюдкам захватить меня живым. Не знаю, как ты, а я не собираюсь  расставаться с этой  жизнью  распятым на кресте.

- И я тоже.-  Телемах  мрачно улыбнулся. - Не волнуйся. Если до этого дойдет, мы захватим с собой как можно больше римлян, если дело дойдет до сражения.

Но когда они приблизились к мелководному фарватеру, он почувствовал покалывание неуверенности в своем плане. Перед ним вспыхнула яркая мысленная картина:  «Трезубец Посейдона»,  натыкается на  подводную скалу.  Как сказал Вирбиус, севшее на мель судно станет легкой добычей римского флагмана. Трирема могла бы свободно подойти на безопасное расстояние и разбить небольшой пиратский корабль катапультой-стрелометом,  установленной на его носовой палубе. Тогда «Трезубцу Посейдона» и его команде некуда будет сбежать. Тех же , кто выживет после крушения, враги захватят на мелководье или, что еще хуже, схватят и распнут.

Глухой треск пронзил воздух. Телемах посмотрел на корму, когда из баллисты на носовой палубе флагмана вылетел камень. Он взмыл в воздух и, казалось, завис в воздухе  в течение ужасного мгновения, прежде чем погрузиться в пенящуюся белую волну в десяти или двенадцати футах за кормой «Трезубца Посейдона».

- О боги,  как это было близко, - пробормотал Герас.

- Удачный для нас выстрел, - прорычал Телемах. – Они еще не пристрелялись. Они слишком далеко от нас.

- Да, но как долго?

Триера неуклонно приближалась. На своей теперешней скорости она легко догонит пиратов, прежде чем они успеют уйти через мелководье.  Телемах крикнул Кастору:  -  Надо увеличить скорость!

Пират покачал головой:  - Мы и так идем в полную силу, это ведь корабль, а не галера. Он не создан для гребли.

Телемах в отчаянии стиснул зубы и отвернулся. Он знал, что Кастор был прав. «Трезубец Посейдона» держался на воде лучше большинства других судов, но даже при малейшем порыве ветра он был вынужден полагаться на свои двенадцать пар гребных весел, чтобы продвигаться вперед,  тогда, как трирема могла пользоваться усилиями гораздо большего числа гребцов.  Триера быстро набирала скорость, рассекая носом воду и, ощутив пустоту в животе, он понял, что «Трезубец Посейдона» скоро окажется в пределах досягаемости снарядов катапульты. Более легкие биремы также приближались и должны были достичь  мелководного канала вскоре после флагмана. Он отчаянно пытался придумать какой-нибудь способ увеличить скорость своего корабля, но понимал, что ему ничего не оставалось, кроме как молиться богам о внезапном порыве ветра. Только тогда у «Трезубца  Посейдона» появится надежда опередить своего врага.

Он снова окинул взглядом отмели. С его точки зрения проход  между скалами и песчаной косой выглядела пугающе узким, и он был уверен, что корабль в любой момент сядет на мель. За бортом он мог видеть темные очертания скал совсем близко от поверхности. Дальше впереди один из матросов склонился над носом и подзывал рулевого всякий раз, когда замечал мель или какие-либо скалы, которые могли угрожать кораблю. Теперь оставалось пройти всего несколько сотен футов, пока они не достигнут  открытого моря за мысом, и Телемах приказал гребцам грести быстрее.

Раздался еще один треск, когда темная стрела выскочила из одной из катапульт  триеры, после чего раздался пронзительный крик, когда железное острие пронзило грудь пирата впереди него. Еще один болт-стрела  врезался в перила, разнося в разные стороны  множество осколков. Один человек со стоном отшатнулся назад, из его лица торчал зазубренный кусок дерева. Когда Телемах снова оглянулся, он увидел, что флагман почти догнал их.

- Нам триндец!  -  крикнул Вирбиус.  -  Ублюдки собираются нас потопить!

Внезапно по воде прокатилась слабая дрожь.  Герас вскрикнул, указывая на корму:  -  Ты, смотри! Ничего себе!

Телемах оглянулся и увидел, как римская триера содрогнулась, сев на мель. Ее весла зацепились и застучали о камни, а затем мачта качнулась вперед с сокрушительным треском. Раздалось множество криков и воплей, когда на палубу обрушились сплетения рей, такелажа и парусины, упав на катапульты и баллисту, посбивав морских пехотинцев с ног. Нос поврежденного боевого корабля внезапно содрогнулся и приподнялся , прежде чем замереть, что вызвало хор лихорадочных возгласов людей на «Трезубце Посейдона».

- Ублюдки! -  взревел Герас, ударив кулаком в воздух. – Так вам и надо!  Нас теперь не догнать!

Телемах увидел, как несколько фигур метнулись по палубе триеры, чтобы срубить сломанную мачту и снасти. Две биремы резко отклонились от внезапно остановившегося  флагмана, чтобы избежать столкновения, и взяли новый курс к основному входу в бухту. Поскольку их триархи не желали рисковать предательским переходом по мелководью, им придется обогнуть скалы и выбрать более длинный путь к морю, прежде чем возобновить погоню. Телемах еще некоторое время наблюдал за ними, а затем посмотрел вперед, когда «Трезубец Посейдона» прорывался через брешь, неуклонно отдаляясь от военных кораблей.

Герас вздохнул с облегчением: -  Слава богам.

- Это еще не конец, - предупредил Телемах. - Нам еще предстоит уйти от этих бирем.  Как только они выберутся из залива, они смогут продолжить погоню и нагнать нас. Хоть бы туман оставался на месте …

- Тогда будем надеяться, что этот туман еще продержится.

Весла сделали последнее усилие, «Трезубец Посейдона» рванулся вперед, и когда  вдруг они миновали мелководье, вода вокруг них стала глубже. Телемах поднял голову, почувствовав легкий ветерок, дующий с берега. Достаточно сильный, чтобы надуть  парус. Он отдал приказ Герасу, и измученные матросы полезли наверх и развернули грот. При попутном ветре «Трезубец Посейдона» быстро набрал скорость и вскоре начал удаляться от береговой линии. Матросы, которые работали веслами, наконец-то,  смогли передохнуть, и они обессиленные рухнули на палубу, их лица и руки блестели от пота.

Пока «Трезубец Посейдона» пробирался дальше в открытое море, с кормы раздался крик. Телемах снова обратил внимание на вход в бухту, чуть подальше позади них. Между тонких струек тумана стали видны мачты и рангоуты бирем, когда боевые корабли огибали мыс. На мгновение он подумал, что Фортуна может сыграть с ним последнюю злую шутку, и туман рассеется как раз вовремя, чтобы римляне смогли погнаться  за ними. Затем мыс снова накрыла густая полоса тумана, и военные корабли быстро скрылись из виду. Напряжение среди экипажа «Трезубец Посейдонаа» наконец спало, сменившись нервным облегчением после побега.

Как только Телемах убедился, что они потеряли биремы из виду, он приказал Кастору взять курс на Петрапилы. Раненых снесли в трюм, а Буллу отвели в его личную каюту. Захваченных морских пехотинцев заковали в цепи, и Телемах поставил двух человек в карауле, чтобы следить за ними.

К утру туман рассеялся, и солнце изо всех сил старалось пробиться сквозь него. Телемах постоянно искал на горизонте какие-либо признаки римских военных кораблей, но море оставалось милосердно чистым, и на этот раз он был рад, что наблюдатели не заметили ни одного паруса. Люди находились в мрачном настроении, облегчение от побега смешивалось с отчаянием от тяжелых потерь, которые они понесли, и, пока «Трезубец Посейдона» продолжал свой путь на север, он размышлял о масштабах потерь пиратов.

Один корабль был захвачен, а другой лишился  половину своих людей. Ловушка Каниса с лихвой окупилась. Десятки членов экипажа «Трезубца Посейдона» были убиты, многие получили ранения. А его капитан был тяжело ранен. Что еще хуже, судьба Нерея была почти предрешена. После такого сокрушительного поражения у экипажа не было другого выбора, кроме как провести следующие несколько месяцев на берегу в укрытии, надеясь, что Канис, в конце концов,  устанет преследовать пиратов и прейдет на новое место службы.  Возможно,  к тому времени пираты смогут спокойно вернуться в море.

Он быстро отбросил эту мысль. Канис был безжалостнее любого человека, которого он знал. Он никогда не смирится ни с чем меньше, чем полное уничтожение пиратского флота. Захват «Пегаса» и тяжелые потери, которые он нанес «Трезубцу Посейдона», не отвратили его от его цели. На самом деле, его победа может придать ему смелости, чтобы начать новую волну атак, укрепляя свое преимущество над  деморализованным врагом. Возможно, его люди уже допрашивали выживших с двух пиратских кораблей, требуя сообщить  местонахождение их убежища.

Пока они плыли, настроение Телемаха все ухудшалось. Он знал, что если они не одолеют Каниса и его флот, людей с  «Трезубца Посейдона» никогда не оставят в покое.

Глава девятая

- Как капитан? - спросил Телемах, стоя у подножия сторожевой башни цитадели.

Прокул,  недавно поступивший в ряды корабля, вытер руки грязной тряпкой, обдумывая свой ответ. Хотя корабельный плотник был пиратом поневоле, он доказал свою незаменимость в работе с ранеными, и Телемах назначил его лекарем. После долгой паузы круглолицый матрос покачал головой.

- Ничего хорошего, господин. Рана уж больно плохая.  Ужасный запах исходит от нее. Я не эксперт, но слышал, что если только кровь отравлена, это уже конец.  Это  уж, я знаю. Мне очень жаль, господин, но даже Асклепий не может спасти его сейчас.

- Я понимаю, - мягко ответил Телемах. Этого он и ожидал услышать , увидев, как Прокул осматривает и перевязывает рану капитана. Римский клинок пробил слабое место в кожаной кирасе Буллы и глубоко вонзился ему в живот, пронзив жизненно важные органы. Регулярная смена повязки не смогла остановить кровотечение, и накануне из раны начал просачиваться отвратительно-желтый гной.

После засады в заливе прошло пять дней. Выжившие на борту «Трезубца Посейдона» вернулись в Петрапилы и достигли якорной стоянки на рассвете третьего утра. Как только нос корабля залез на галечный берег, раненых выгрузили. Те, кто мог идти, совершили короткую прогулку по дамбе, ведущей к воротам цитадели, а остальных положили на импровизированные носилки и вынесли по трапу. Когда их вели через сторожку, их товарищи, позади них , с тревогой оборачивались, высматривая любые признаки приближающегося вражеского флота.

Облегчение среди семей и друзей пиратов по возвращении корабля вскоре сменилось отчаянием, когда они лихорадочно искали своих близких среди раненых. Вопли горюющих жен, любовниц и детей продолжались весь день, в то время как остальная часть команды «Трезубец Посейдона» топила свои печали в выпивке и клялась, что отомстит римлянам. Пленников увели для продажи работорговцам, а римского офицера поместили в одну из камер цитадели, дожидаться пока дознаватели  приступят к работе с ним.

- Сколько времени осталось у капитана? - спросил Телемах.

Прокул пожал плечами:  - Еще день или два, я бы сказал. Может быть больше. Зависит от того, как долго он сможет бороться с лихорадкой, господин.

Телемах медленно кивнул: - А как насчет других раненных?

Новобранец ломал руки:  - Я делаю все возможное, но много  парней находятся в плохом состоянии. Я могу правильно зашить рану, но у меня нет опыта вправления костей и тому подобного. Некоторым из них я не смогу помочь, господин.

Телемах снова кивнул:  - Подлечи тех, кого, по твоему мнению, ты сможешь спасти. Это все, о чем я тебя попрошу, Прокул.

- А, как с  остальными, господин?

- Сделай их пребывание максимально удобными. Делай все возможное, чтобы облегчить их страдания. Понял?

- Да,  господин. Я сделаю, как вы сказали.

Прокул зашагал через двор, направляясь к скоплению зданий возле караульной сторожки, где были размещены остальные раненые. Телемах отвернулся и нырнул в обитую железом дверь, встроенную в сторожевую башню. Когда-то Петрапилы были небольшим торговым постом. Впоследствии, когда были основаны визуальные колонии, он был заброшен, пока не попал в руки пиратов. Мало кто за пределами пиратской базы знал о ее существовании, и посторонние никогда не заходили туда, что делало ее идеальным убежищем для людей с «Трезубца Посейдона».  Горстка местных жителей была благодарна пиратам за их присутствие, потому что жила на доходы от добычи.

Охранник стоял у дверей комнаты  капитана в дальнем конце мрачного коридора. При виде приближающегося первого помощника он отступил в сторону, и Телемах со скрежещущим скрипом поднял щеколду. Густой, приторный запах рвоты и разложения висел в воздухе, ударив ему в ноздри, когда он вошел в комнату. Туника и фальката Буллы висели на паре крючков, прикрепленных к стене, рядом с большим столом, на котором стоял кувшин с водой и серебряный кубок. Булла лежал на кушетке в углу комнаты, пот блестел на его лбу, спутывая темные волосы. Его живот был обернут окровавленной повязкой, закрывающей рану. Его глаза с тяжелыми веками медленно сфокусировались на Телемахе, когда тот присел рядом с ним на корточки.

- Капитан, как здоровье?  - мягко сказал Телемах.

- Боюсь, ничего хорош его.  – сказал Булла, нерешительно улыбнувшись и скривившись от боли. Его кожа стала восковой и бледной, и Телемах был потрясен, увидев, как быстро ухудшилось его состояние с тех пор, как он в последний раз навещал его накануне днем. Он прочистил горло: - Могу я вам быть чем-нибудь полезен, капитан?

- Да, подай мне воды.

Медленно кивнув, Телемах подошел к столу и налил капитану в кубок воды. Ставя кувшин, он заметил небольшой глиняный пузырек с восковой пробкой рядом со связкой свитков и карт. Мгновение он рассматривал пузырек, прежде чем взять чашу и опуститься на колени рядом с Буллой, прижав  ее обод к потрескавшимся губам.  Застонав, Булла наклонился вперед, глотая воду. Он сделал еще несколько глотков, прежде чем закашляться  и дать знак Телемаху убрать чашу.

- Спасибо, - сказал он хриплым голосом. - Это было мне необходимо. По крайней мере, я не умру от жажды.

Телемах открыл было рот, чтобы ответить, но Булла поднял слабую руку, прервав его.

- Все в порядке, парень. В свое время я выпотрошил немало мужчин, чтобы знать, чем это кончается. Теперь моя очередь. Мне недолго осталось  жить в этом мире.

Жалость нахлынула на Телемаха, и он почувствовал, как у него сжалось горло: -  Простите, капитан.

- Простите?  Тебе не о чем сожалеть. Это не ты завел людей в ловушку.

- Вы ничего подобного не  ожидали.  Римляне здорово нас обманули.

- Возможно. Но если бы я послушал тебя, а не пошел за этим  придурком Агрием, мы бы и близко не подошли к Равенне с самого начала …   О, химеры все забери, как больно.

Булла зажмурил глаза, стиснув зубы в гримасе, когда новая волна боли пронзила его. Все его тело напряглось в агонии, а затем стихло, и дыхание вошло в неглубокий ритм. Он слабо улыбнулся молодому первому помощнику.

- Ты хороший командир, Телемах.  Лучший, чем когда-либо был я. Не забывай об этом.

- Я учился у лучшего. -  Телемах заставил себя улыбнуться. - Вам следует отдохнуть, капитан. Поберегите силы.

- Чепуха. У меня будет достаточно времени, чтобы отдохнуть позже. Прямо сейчас мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал.

- Да, капитан?

- Позови других моих помощников. Приведи их сюда. Я должен им кое-что сказать.

Позже тем же днем товарищи по кораблю собрались вокруг своего капитана в его каюте. Булла сел прямо на кушетке, прижав руку к пропитанной кровью повязке. Хотя большие закрытые окна в задней части комнаты были открыты, воздух был наполнен отвратительным зловонием раны. Пот стекал по лбу вождя пиратов, когда он обращался к своим людям.

- Вы все догадались, зачем я пригласил вас сюда, - начал он. Хриплый голос стал теперь увереннее, и Телемах заметил напряжение на лице капитана, когда он говорил.  -    Я буду прямолинеен. Мне конец, парни. Мои дни в качестве капитана этой команды подошли к концу.

Помощники  слушали его слова молча.  Затем Басс откашлялся. – Может привезти хирурга, капитан. Мы с ребятами можем отправиться в Ортоплу и найдем там кого-нибудь. Мы похитим этого ублюдка, если придется.

- Теперь уже слишком поздно. . . слишком поздно для меня. А вы должны смотреть в будущее.

Кастор нахмурил брови:  -  Что вы имеете в виду, господин?

- Прежде чем я умру, должен быть выбран новый капитан, который меня заменит.

Товарищи обменялись недовольными взглядами. Несколько мгновений все молчали, переваривая заявление Буллы. Затем заговорил Вирбиус:  - У вас есть кто-нибудь на примете?

Булла медленно кивнул: - Вот почему я позвал вас сюда. Так что вы можете засвидетельствовать, что я официально передаю командование вашему новому капитану.

- И кто это будет?

- Он! -  Все взгляды повернулись к человеку, на которого указывала Булла.  - Телемах. С этого момента он будет капитаном «Трезубца Посейдона»!

- Я? -  Телемах был ошеломлен. - Я, капитан?

- Я больше не ваш капитан. Теперь это твоя обязанность, Телемах.

Другие пираты вокруг него оценивающе  реагировали со смесью удивления и зависти. Телемах заметил, что несколько его товарищей смотрят на него так, словно впервые заметили его. Вирбиус медленно покачал головой, затем снова посмотрел на Буллу.

- Вы думаете, это разумно,  господин?

- Ты не согласен?

- При всем уважении, парень недостаточно опытен. Он у нас всего несколько месяцев. Почему вы хотите сделать его старшим?  А не того, кто знает, что такое работа.

Булле удалось улыбнуться: - Ты имеешь в виду кого-то вроде тебя?

Вирбиус пожал плечами:   -  Меня беспокоит только то, что будет лучше для экипажа.

- Я в этом не сомневаюсь. Но Телемах оказался достойным командиром. Он захватил множество кораблей, не раз уклонялся от римлян и показал себя искусным мореплавателем. Более того, у него холодная голова. Я думаю, вы все согласитесь с этим.

- Капитан прав, - вмешался Басс. - Если бы не Телемах, мы бы никогда не выбрались из этой бухты. Римляне искромсали  бы всех нас на куски.

- Он произвел на всех нас впечатление, конечно, - холодно ответил Вирбиус. - Но неужели сейчас время идти на такой риск? Римляне только что дали нам хороший пинок.  Может быть, нам было бы лучше, если бы у руля находилась пара рук поумнее.

- Нет, - простонал Булла, вены на его шее вздулись, когда новая волна боли сотрясла его тело. Он откинулся назад, измученный усилием сидеть прямо, и только с большим трудом смог продолжить. - Мое решение является окончательным. Телемах возьмет на себя командование этой командой. Я ожидаю, что каждый человек здесь будет верно служить ему. . . как вы когда-то все служили мне. Конечно,  если ты согласен, мой юный друг?

Телемах на мгновение потерял дар речи. Он медленно кивнул:  - Да, капитан. Я согласен

- Хорошо.-  Булла закрыл глаза. Какое-то спокойствие охватило его, и его дыхание стало неглубоким хрипом. - Тогда, возможно, ты мог бы остаться. Я хотел бы поговорить с тобой наедине. Остальные могут идти.

Остальные помощники вышли из комнаты в ошеломленном молчании. Булла смотрел, как они уходят, затем снова перевел взгляд на Телемаха. Его тусклые серые глаза изо всех сил пытались сфокусироваться на новом пиратском капитане.

- Ты удивлен?  -  спросил он.

- Удивлен, господин? - сказал Телемах.  - Я польщен.

- Ты будешь прекрасным капитаном, Телемах. Я могу спокойно умереть. Экипаж будет в надежных руках. А теперь я должен попросить тебя еще об одном.

- Да,  господин?

Булла указал на стол:  - Флакон. Я приказал одному из моих охранников приобрести его у торговца в деревне на случай, если боль станет слишком сильной. Несколько капель должны помочь. Тогда ты сможешь похоронить меня в море, где мне и место.

Телемах уставился на него, тяжело сглотнув:  - Если это то, чего вы действительно хотите, капитан …

- Мое время вышло. Нет смысла откладывать мое путешествие через Стикс. Но пообещай мне кое-что.

- Да, господин?

Булла собрал последний акт силы и, протянув руку, схватил Телемаха за предплечье. Его кожа была прохладной, а рука дрожала, когда он спокойно смотрел на молодого человека.

- Когда придет время, ты заставишь Каниса заплатить за то, что он сделал с нами. Он и все остальные римские ублюдки. И спаси своего брата.

- Хорошо, - господин, - ответил Телемах. - Клянусь всеми Богами. Я преподам римлянам урок, который они никогда не забудут.

Вскоре Телемах направился через двор к сырой камере, примыкавшей к конюшням. Он оставил пузырек с ядом у Буллы и проинструктировал охрану у своей каюты не беспокоить капитана, уважая предсмертное желание последнего провести свои последние минуты в одиночестве.

Когда он пересекал мощеную площадь, он чувствовал водоворот противоречивых эмоций в своей груди. Булла был для него больше, чем просто капитаном. Гораздо больше. Он раньше всех осознал способности молодого новобранца и проявил к нему живой интерес, став для него чем-то вроде отца за последние несколько месяцев. Тем не менее, известие о его внезапном продвижении по службе стало для Телемаха шоком. Позже еще будет время, как следует оплакать Буллу, решил он. Он прекрасно понимал, что некоторые из старых пиратов могут проигнорировать или выступить против решения Буллы, такие как Вирбиус, и он не сможет надолго откладывать конфронтацию с любыми нарушителями спокойствия в команде. Но сначала он должен сосредоточиться на своих обязанностях перед экипажем. Засада Каниса сильно подорвала их боевой дух, и он должен был решить, что нужно делать.

Перед дверью полуразрушенной камеры стояла пара часовых, вооруженных копьями. При виде Телемаха они выпрямили спины и отступили в сторону. Один из них поднял щеколду, и дверь заскрипела на петлях, когда она распахнулась внутрь. Телемах шагнул в тесное помещение, которое когда-то служило комнатой хозяина конюшни.

Римский пленник лежал на соломенной кровати в углу комнаты, его лодыжка и шея были прикованы цепью к паре железных колец, вмонтированных в  дальнюю стену. При звуке открывающейся двери он медленно поднял голову, щурясь во мраке. Смотреть на него  было жалким зрелищем. Его туника была в пятнах грязи, руки в багровых синяках, а волосы слиплись от запекшейся крови. Поначалу римлянин, худощавый опцион-ветеран по имени Калидус, вел себя вызывающе со своими похитителями.  Даже когда Телемах пригрозил отрезать ему большие пальцы, этот человек отказался сотрудничать. Но тут за дело взялся Скирон.  Тому не потребовалось много времени. Двух дней избиений и пыток было достаточно, чтобы сломить волю Калидуса.  Человек перед Телемахом теперь представлял собой жалкое подобие римского офицера.  Он вздрогнул, когда Телемах сделал еще один шаг к нему.

- Скирон сказал мне, что ты готов к разговору.

Калидус решительно посмотрел на пирата:  - Сначала мне нужны гарантии.

Телемах улыбнулся:  - Ты не в том положении, чтобы вести переговоры, римлянин.

- Я тоже не дурак. - Пленник вздрогнул, цепи звякнули, когда он пошевелился. – Если я расскажу тебе все, что знаю, что помешает тебе меня убить?  Я бесполезен в качестве заложника. Канис никогда не стал бы вести переговоры о моем освобождении.

- Это верно, - подумал Телемах. - Скажи мне то, что я хочу знать, и ты будешь пощажен.  Даю слово.

- Вы отпустите меня?

Телемах чуть не улыбнулся, удивленный наивностью этого человека. Но сломленный человек поверит во что угодно, если это даст ему надежду на выживание. Он покачал головой. - Этого я не могу допустить. Ты видел нашу базу. Если я позволю тебе вернуться к твоему народу, ты нас сдашь. Но тебе позволят жить, если ты заговоришь. -  Он махнул рукой на дверь. - В противном случае я снова пошлю за Скироном. Возможно, ты будешь  более сговорчив, когда он выколет тебе глаза. -  Он полуобернулся, чтобы уйти, и римлянин в панике уставился на него.

- Нет!  Подожди. Твой брат! Я знаю, где он!

Телемах резко обернулся, глядя на пленника:  - Ты знаешь что-то  о Нерее?

- Конечно. Все во флоте слышали новости о том, что он в плену. Это не секрет.

- Где он?

- В Равенне, - быстро сказал Калид. - Твоего брата держат в Равенне.

Телемах почувствовал, как его грудь вздымается:  - На военно-морской базе? Ты уверен?

Заключенный кивнул:  - Я видел, как его пороли на плацу. Пока он там в порядке. Его и всех пиратов, которых  мы взяли в плен. Канис допрашивал их лично. Он хочет получить от них все крупицы информации, пока остальная часть флота простаивает на ремонте.

Телемах склонил голову набок, внимательно следя за пленником:  - Канис ремонтирует свои боевые корабли?

- Те, которые не пригодны для плавания, да. Но их большинство. Некоторые из этих судов в Равенне годами не выходили из гавани. Префект заставил верфи работать день и ночь, чтобы привести их в порядок, соскоблить ракушки и починить гнилую древесину. Он хочет, чтобы все корабли флота были готовы выйти в море до окончания навигационного сезона.

- Зачем?

- Чтобы выследить вас. Как только флот будет готов, он пронесется по этой стороне Адриатики и сожжет дотла все пиратские гнезда. Об этом только и говорят в Равенне.

- Сколько времени осталось до завершения ремонта?

- Последнее, что я слышал, они будут готовы до конца месяца.

Телемах на мгновение замолчал. Ледяной холодок пробежал по его телу. Как только Канис получит в свое распоряжение всю мощь флота Равенны, он получит решающее преимущество. Префект будет в состоянии  поддерживать свою службу конвоя, одновременно совершая рейды вверх и вниз по иллирийскому побережью, уничтожая одно пиратское убежище за другим. Обнаружение базы в Петрапилах будет лишь вопросом времени.

Он посмотрел на Калидуса:  - Кто сообщил римлянам, где можно было найти моего брата?

Калидус слабо покачал головой:  - Я ничего об этом не знаю.

Горячая ярость сжала сердце Телемаха. Он протянул руку и схватил заключенного за тунику, глядя на опциона:  - Ты лжешь, Калидус. Ответь мне честно. Прежде чем я снова позову Скирона.

- Это правда, клянусь! - умоляюще сказал Калидус, его губы дрожали. - Послушайте, все, что я знаю, это то, что в Равенне кто-то передал свиток, адресованный префекту.

- Кто?

- Какой-то торговый капитан. Он появился у ворот около месяца назад и потребовал встречи с Канисом. Он принес свиток, который ему велели передать высшему руководству Равенны. Сказал, что Канису это будет интересно.

- Кто дал свиток этому капитану дальнего плавания?

Калидус пожал плечами:  - Этого я не знаю. Канис задал капитану тот же вопрос. Он рассказал нам, что несколько дней назад на его корабль напали пираты. Один из них отвел капитана в сторону и велел проследить за тем, чтобы свиток был доставлен в Равенну. Вот почему пираты пощадили его, по крайней мере, так он утверждал. Это все, что я знаю, клянусь всеми Богами.

Телемах разжал грязную тунику, и узник рухнул на соломенную подстилку на полу. Калидус сказал правду, решил он. Больше он ничего не мог узнать от заключенного. Он напряг спину и склонил голову на растрепанную фигуру у своих ног.

- Ты был  нам полезен, Калидус. Действительно очень полезно. В награду я позабочусь о том, чтобы твоя смерть была быстрой.

Калид в ужасе поднял глаза. - Но . . . ты не можешь. Мы  же договорились.

- Ты что, действительно веришь слову пирата? Ты дурак. Нет причин щадить тебя. Как ты сам заметил, ты не представляешь никакой ценности как заложник. Ты изжил свою полезность.

- Пожалуйста! - взмолился римлянин. - Вы не можете этого сделать. Вы не можете убить меня!

- Почему нет?

В глазах заключенного промелькнула мысль:  - Я могу дать вам дополнительную информацию. Схема базы, камера, где держат твоего брата …  Я смогу вам помочь!

- Вот как?-  Телемах остановился, улыбаясь. - Тогда, возможно, у тебя еще есть шанс спастись, римлянин. Я пошлю за Скироном в ближайшее время. Но, предупреждаю!  Если ты не расскажешь моим людям все, что знаешь, или если они заподозрят, что ты вводишь нас в заблуждение, я скормлю тебя волкам в ближайшем лесу.

Он повернулся и вышел из камеры, оставив жалобно скулящего заключенного позади себя. Его более молодое  эго  могло бы пощадить Калидуса и, возможно, найти ему какое-то применение в цитадели. Но Телемах был не в настроении проявлять милосердие. Не после того, что римляне сделали с его товарищами и его братом. Как только опцион выдаст все до последней крупицы информации, Телемах прикажет казнить этого человека, решил он.

Когда его глаза привыкли к свету, он заметил, что Герас приближается к нему со стороны сторожевой башни.

- Булла мертв!

Телемах посмотрел на него и почувствовал, как у него перехватило горло.

- Его нашел один из охранников, - добавил Герас. -  Кажется, Булла покончил с собой до того, как ему стало слишком больно. Не могу сказать, что виню его.  Ужасно трудный путь, однако. Похоже, теперь ты …  вы, главный. . . Капитан.

- Да, - ответил Телемах. Было странно, что Герас обращается к нему согласно новому титулу. - Мне нужно, чтобы ты выбрал четырех здоровых парней для похорон. Заверните Буллу в льняную ткань и завтра утром отвезите его на одной из рыбацких лодок. Мы похороним его в море в соответствии с его желанием.

- А что там с нашим другом? - спросил Герас, кивая на камеру.

Телемах объяснил, что он узнал от римского пленника. Когда он закончил,  Герас  почесал подбородок, его лицо скривилось в задумчивости:  -  Думаете, он говорит правду?  О тех кораблях, которые ремонтируют?

- Мы скоро узнаем.

- Что это значит?

Телемах уклонился от ответа:  - Сначала я хочу, чтобы ты подготовил два меньших корабля, «Протей» и «Галатею». Они должны быть снабжены провизией и готовы к отплытию завтра же. Экипаж должен быть надежен. Мне нужны два подходящих опытных помощника, но ты должен остаться здесь. Тебе ясно?

Герас удивленно поднял брови:  - Без обид, господин, но разве сейчас лучшее время для охоты?

- Эти корабли отправятся не за добычей, - объяснил Телемах. - Я хочу, чтобы они плавали вдоль побережья, от укрытия к укрытию, распространяя слух среди иллирийских пиратов. Мы созовем все пиратские банды на встречу  на этой стороне Адриатики.  Здесь, в Петрапилах. Через десять дней.

Брови Гераса поднялись выше:  -  Зачем вы хотите пригласить их всех сюда, - господин?

- Чтобы сделать им предложение. Телемах помолчал, на его лице отразилось озорство. - Я собираюсь предложить напасть на Равенну.

Герас уставился на своего друга, словно пытаясь решить, серьезно ли тот говорит. Он заметил жесткий блеск в глазах Телемаха и надул щеки:   -  У тебя осталась пара яиц, можешь забрать и мои.  Но тебе… вам …  придется  неимоверно  трудно убедить других парней согласиться с твоим планом. Особенно после того, как римляне только что надрали нам задницы.

- Именно поэтому нам нужно действовать сейчас.  Канис будет упиваться   последней победой. Он не будет ожидать нападения. Мы можем застать этого ублюдка врасплох.

- Вы действительно думаете, что это сработает?  Нападение на Равенну?

- Это наш единственный шанс покончить с этим раз и навсегда. Если мы нападем до того, как флот будет отремонтирован, мы можем уничтожить базу и парализовать их военно-морские операции. Пройдет много времени, прежде чем они смогут возобновить патрулирования на нашей стороне моря.

- И если есть возможность одновременно спасти вашего брата  …

- Все верно! - сказал Телемах. - Я верну его. И с Канисом мы разберемся. Запомни мои слова. После того, как я покончу с ним, он больше никогда нас не побеспокоит.

Конец четвертой книги

Об авторе

Саймон Скэрроу- автор бестселлеров. Среди его бестселлеров: циклы  АРЕНА,  ПИРАТЫ  и ЗАХВАТЧИКИ,  а также романы, написанные в соавторстве с Т. Дж. Эндрюсом  Его романы с участием римских солдат Макрона и Катона,  снискали мировую известность  а также многие другие романы список аоторых приводится ниже.

Ти Джей Эндрюс родился недалеко от аббатства Баркинг и вырос в Эссексе, недалеко от древнеримского гарнизона в Колчестере. После нескольких лет работы в издательстве он стал штатным писателем. Он живет в Сент-Олбансе.

СаймонСкэрроу   (Simon Scarrow)

Написанное с Ти.Дж. Эндрюсом   (T. J. Andrews)

Арена (41 г. н.э., Рим)

Захватчики (44 г. н.э., Британия)

Пираты Рима(25 г. н.э., Рим)

Серия   -   Орлы Империи

Британия Кампания

Под орлом (42–43 гг. Н. Э., Британия)

Завоевание орла (43 г. н.э., Британия)

Когда орел охотится (44 г. н.э., Британия)

Орел и волки (44 г. н.э., Британия)

Добыча орла (44 г. н.э., Британия)

Рим и восточные провинции

Пророчество Орла (45 г. н.э., Рим)

Орел в песке (46 г. н.э., Иудея)

Центурион (46 г. н.э., Сирия)

Средиземноморье

Гладиатор (48–49 гг. Н. Э., Крит)

Легион (49 г. н.э., Египет)

Преторианец (51 г. н.э., Рим)

Возвращение в Британию

Кровавые вороны (51 г. н.э., Британия)

Братья по крови (51 г. н.э., Британия)

Британия (52 г. н.э., Британия)

Испания

Непокоренный (54 г. н.э., Испания)

Возвращение в Рим

День цезарей (54 г. н.э., Рим)

Восточная кампания

Кровь Рима (55 г. н.э., Армения)

Предатели Рима (56г. н.э., Сирия)

Изгнанники императора  (57г. н.э., Рим и Сардиния)

Второе возвращение в Британию

Честь Рима  (59г. н.э., Британия)

Смерть императору  (60г. н.э., Британия)

Серия   -   Веллингтон и Наполеон

Молодая кровь

Генералы

Огонь и меч

Поля смерти

Меч и ятаган (Великая осада Мальты)

Каменные сердца (Вторая мировая война)

Написано с Ли Фрэнсисом

Игра со смертью

Серия   -   Гладиатор

Гладиатор: Борьба за свободу

Гладиатор: Уличный боец

Гладиатор: сын Спартака

Гладиатор: Месть

Content

Скэрроу Саймон Кровавое море

Саймон Скэрроу Пираты Рима 4 Кровавое море

Оглавление

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Об авторе