Последний Контракт Том 3.

Глава 1

Я смотрел на её лицо, узнавая каждую черту. Видел её лёгкую улыбку, что когда-то сияла лишь для меня. Она была всё так же прекрасна, как и в первый день нашего знакомства. Длинные чёрные волосы, стекающие водопадом до поясницы. Круглое лицо с тонким носиком, пухлыми губами и зелёными глазами, похожими на изумруды.

Моя Анна…

Женщина, что стала для меня целым миром и ради которой я готов был этот мир уничтожить. И сейчас она была счастлива, идя рядом с детьми, один в один похожими на моих. Идя под руку с мужчиной, что правил Российской Империей.

Я видел, как она грациозно ступала по плиточному полу, постукивая каблуками. Видел, каким взглядом она смотрела на императора… Взглядом, который ранее принадлежал только мне.

Чувства утраты, обиды, злости и потери захлестнули меня. Сердце казалось бы перестало биться, лёгкие не могли сделать вздох, а в разуме была лишь кромешная пустота.

— Вить? — обеспокоенным голосом обратилась ко мне София, но её слова тонули и были слышны для меня, будто через вязкий кисель.

Что это за чувство? Боль?… Да… Наверное…

Императорская семья здоровалась с гостями и продолжала свой путь в центр зала, а я ощущал, как боль перерастает в нечто иное. Перерастает в ярость…

Впервые за множество прожитых жизней, я почувствовал, как канат передо мной дрогнул и истончился, а бездна раскрыла свою пасть.

Всеми фибрами своей чёрной души я чувствовал, как открывается клетка Жнеца, замки которой исчезли в один момент. Моя рука больше не удерживала поводок тьмы, что бурлила внутри меня нескончаемым потоком.

Убить… Я убью их всех… Каждого в этом зале… Да… Я хочу этого.

Давление Жнеца стало распространяться от меня во все стороны, заставив ребят отшатнуться и посмотреть на меня со страхом, но мне было плевать, я продолжал смотреть на её лицо и видеть улыбку.

«Этого ты хотела, Смерть? Хотела, чтобы я уничтожил этот мир, а моя цель лишь предлог?» — обратился я к той, кто когда-то была моей Госпожой. Но, как и ожидалось, ответом мне было молчание.

Увидев, как император кладёт свою ладонь на её талию и поглаживает, я ощутил, как гулко ударило сердце. Кровь в моих висках запульсировала, а в голове зазвучал бой барабанов войны.

Шаг, и печать Власти готова вспыхнуть за моей спиной, наполненная таким количеством энергии Смерти, что её хватит, чтобы превратить этот дворец в некрополь. Шаг, я слышу голоса Елены, Артёма и Софии за своей спиной, но не обращаю на них внимания. Шаг, моя нога упирается в плиточный пол, заставив его жалобно затрещать…

Я убью его… Вырву саму душу и сожгу тело, оставив в этом зале лишь обезображенный труп!

Жнец внутри меня, обретший свободу, поднимался после долгого заточения. Мощь моей тьмы, пожирающей всё на своём пути, готова вырваться в любой момент. Она жаждала крови окружающих меня людей. Жаждала разорвать их никчёмные души, отравив их в забытье.

Сияющая подобно яркости тысячи солнц, двухступенчатая печать вспыхнула за моей спиной, а круги внутри неё завращались с бешеной скоростью. Руны, что олицетворяли собой волю Жнеца, загорались и пульсировали, насыщаясь энергией и мощью Смерти.

Лишь одно движение и все умрут. Лишь одно усилие воли и тьма уничтожит всё.

Не обращая внимание на то, как люди начали шептаться и бледнеть, не понимая, что происходит, я поднял руку с раскрытой ладонью. Лишь сжать кулак и всё…

Но в этот же момент я увидел, как взгляд Анны обратился на меня. Её улыбка, что сияла ярче всех звёзд, устремилась именно ко мне, а в зелёных глазах царило счастье.

Сердце вновь пропустило удар, а Жнец внутри меня взорвался яростью, выжигающей мою волю.

Страдания души вот-вот захватят меня в полной мере…

Крепко сжав челюсть, я с трудом опустил руку и быстрым шагом направился в сторону дверей балкона, выходящего на территорию зоны отдыха дворца.

Я не обращал внимания на упрёки людей, которых расталкивал своими плечами. Мне было всё равно на звучавшие в мою сторону голоса ребят.

Выйдя на белоснежную веранду, я быстро спустился по мраморным ступеням и подошёл к фонтану, в центре которого стояли статуи двух львов.

Ярость продолжала клокотать внутри меня, лишь с трудом я держал Жнеца. Только моя воля отделяла тьму души от этого мира.

Схватив руками белый борт фонтана, я почувствовал, как пальцы крошат камень. Ощутил, как рвётся кожа, идёт кровь и подступает боль.

Сердце продолжало биться всё сильнее и сильнее, а из моего тела непроизвольно вытекала в этот мир энергия Смерти и борт фонтана покрылся тонкой корочкой инея.

— Довольно… — хрипло пробормотал я, борясь с собственной тьмой и пытаясь вернуть контроль над собой. — Хватит…

Жнец ярился раненным зверем, уничтожая одну преграду моей воли за другой. Я уже чувствовал, как непроизвольно напряглась спина и мышцы. Ощущал, как сжались зубы и из горла вышел утробный рык.

— Вить… — донёсся до меня приглушённый голос Софии, а на плечо легка тонкая ладонь, заставившая меня вздрогнуть. — Что с тобой?

— Всё хорошо, — с трудом спокойно проговорил я, ещё сильнее сжав борт, отчего каменная крошка упала в воду. Но в этот же момент я уловил то, что меня на короткую секунду удивило… — Сонь… Говори со мной…

— А-а? Л-ладно… — подошла она ближе, обдав мой нос запахом духов. — Знаешь, у меня была мечта, — я заметил краем глаза её лёгкую улыбку. — Я хотела отправиться в путешествие и увидеть весь мир. Но для простолюдинки, у которой нет денег даже на достойного целителя, это было невозможно. Теперь же я аристократка, но ничего не поменялось. Вместе с фамилией пришло и множество проблем. Но я рада, что так получилось… Рада, что встретила тебя и поступила в академию. Ты изменил мою жизнь, Вить… — вновь коснулась рука моего плеча. — Защитил от одноклассников. Рискнул жизнью и спас меня от похитителей. Стал для меня человеком, который заставляет улыбаться… Ну и тетрадку вернул, — вырвался у неё нервный смешок. — Я хочу сказать тебе спасибо. Спасибо, что ты рядом.

С каждым словом Софии Жнец внутри меня ярился всё сильнее, но я хотя бы смог ухватиться за якорь, спасая своё сознание. Якорь, которым стала откровенность этой девушки.

Тьма постепенно стала утихать, оставляя после себя осадок…

— Хорошая ночь, не правда ли? — услышал я чей-то мужской голос и почувствовал внимание, которое было подозрительно знакомым.

— Эм… Да… — различил я краем глаза кивок Софии, обратившей внимание на незнакомца.

До моих ушей донёсся звук шагов, после которых мужской голос стал громче:

— Вы ещё прекрасней, чем я предполагал, София. Позвольте представиться, — шорох одежды. — Адам Шефер. Глава клана Шефер и корпорации Shefer-Technology.

— А-ага… Эм… София Ла-Женьон аэн Рианнон… — сбивчиво ответила девушка, а я ощутил, как по моей спине мазанули безразличным взглядом.

— Я бы хотел извиниться перед вами за своих людей, — продолжал говорить он и наигранно вздохнул. — Они были не слишком тактичны, поэтому и похитили вас.

Увидев краем глаза, как Софа вздрогнула и пододвинулась ближе ко мне, я ощутил будто бы Жнец остановился. Он замер, как зверь, которого не стоит будить.

— И, чтобы загладить свою вину, могу я пригласить вас на танец?

Слегка повернув голову, я увидел, как к Софии тянется мужская рука.

Время словно замерло для меня вновь, а Жнец, успокоенный словами девушки, ощерился и показал клыки.

Как в замедленной съёмке я видел, что эта рука хватает Софию, заставляя её издать сиплый писк.

А в следующую секунду моя ярость, что была потушена, вспыхнула с утроенной силой.

Печать Усиления мгновенно появилась на тыльной стороне моего сжатого правого кулака.

Быстро развернувшись и ощущая, как давление Жнеца вырвалось в полной мере, я увидел беловолосого холёного мужчину в сером костюме. Он был невысокого роста, но даже сквозь ткань виднелись проработанные мышцы тела.

Вот только… Плевать мне на то, кто он. На то, насколько он силён.

Высокомерное лицо этого мужика треснуло восковой маской, а в его глазах появился гнев. Он явно не ожидал, что я дам ответ.

А я его дал.

Мой кулак на полной скорости, подняв гул ветра, понёсся в его рожу, впечатываясь в неё и отправляя тушку этого ублюдка в полёт.

Врезавшись в белоснежную беседку, он поднял ворох пыли и сломал доски, а до моих ушей донёсся очередной писк Софии. Для неё всё произошло настолько быстро, что она ничего не поняла.

— А т-ты… силён, Виктор… — хрипло проговорил Шефер, поднимаясь из обломков и отряхивая костюм, будто ничего и не было. — Но не дос… — попытался он вставить ещё одно слово.

Вот только я не слушал его.

Скачок, и я оказываюсь возле него, увидев в глазах шок.

Сжав кулак, на котором вспыхнула печать Усиления, я вновь нанёс удар, пробивая живот мужика и заставляя его согнуться.

— Кха! — вырвался воздух из его лёгких, а за моей спиной появилась печать Концентрации, заморозив время.

Я желал раздавить его. Уничтожить. Стереть в порошок. Превратить в ничто!!!

— Ты посмел посягнуть на моё, — раздался мой рычащий голос и я дал выход своей тьме. — Теперь ты сдохнешь.

Мои кулаки покрылись печатями Усиления, напитанными таким количеством энергии Смерти, что окружающее меня пространство в двух метрах было сродни ледяному шторму.

Схватив этого ублюдка за шиворот костюма, я выпрямил его, вновь увидев в глазах Шефера шок.

Крепко сжав ткань, я замахнулся кулаком и…

Удар!

Волны промораживающего ветра разлетелись, заставив деревья и кусты закачаться.

Удар!

В моё лицо брызнула кровь, попав в рот и дав почувствовать вкус меди и железа.

Удар!

До моих ушей донёсся звук ломающегося носа и треск челюсти.

Удар!

Я продолжал осыпать ударами лицо и тело Шефера с бешеной скоростью, превращая его в отбивную из костей и мяса. Глава клана? Хорошо, я уничтожу весь его клан. Глава корпорации? Так тому и быть, я сотру с лица земли всё, что он создал.

В голове всё сильнее звучали бой барабанов, лязг мечей и крики умирающих. Сердце стучало так, как никогда прежде. Впервые за долгие жизни я вновь стал собой. Стал тем, кто продал свою душу и превратился… В чудовище.

Безумный оскал расползся на моём лице, а глаза вспыхнули тёмно-синим светом. Тьма заклубилась за моей спиной, принимая прообраз чего-то эфемерного и ужасающего, но необъяснимого для зрения.

Вдоль моих рук потянулись ещё десятки. Тёмные и обезображенные. Загубленные мною души, чьи крики всегда будут следовать за мной. Души, что породили мою тьму.

Видя, что Шефер уже не стоит на ногах и истекает кровью, я продолжал его держать и бить. Ломались кости, рвались мышцы и текла кровь. Она бежала из его ран, пропитывая костюм и стекая к моим ногам.

Божественный запах крови достигал моего носа, побуждая Жнеца яриться всё сильнее. Сейчас он был со мной… Был моей рукой и сутью, желающей насладиться страданиями этого выродка!

— Вить! Хватит! — донесся до меня крик Софии, но разве может женщина остановить Жнеца?

Нанеся ещё пять ударов, от которых земля вокруг меня пошла трещинами, я позволил Шеферу упасть на колени передо мной.

Вытянув правую руку, я позвал то, что уже давно желало крови и смертей. То, что вошло в резонанс со Жнецом внутри меня.

Вырезанная из красного дерева и обмотанная тканью рукоять легла в мою руку. Cтальной наконечник хвоста в виде медвежьей морды оскалил свою пасть и издавал звериный рык. Обух и широкое лезвие, украшенные рунами и символами в виде звёздного древа, засияли тёмно-синим светом, а на землю стали падать мелкие снежинки.

Я ощущал страх Софии, что стояла за моей спиной. Что она чувствует сейчас, помимо этого страха? Разочарование? Ошибку? Что она скажет, когда увидит меня настоящим?

Сжав вибрирующую рукоять топора, я продолжал наполнять его лезвие энергией Смерти, пропуская через себя просто колоссальные объёмы. Любого другого Жнеца подобное уже бы спалило изнутри.

Издав хриплый вздох, Шефер с трудом поднял голову и посмотрел на меня снизу вверх. И, если ранее я видел в его глазах шок, то теперь в них были лишь насмешка и высокомерие.

Прорычав, я схватил топор второй рукой и отвёл его вбок, чувствуя, что вибрация рукояти становится невыносимой. Слишком много энергии Смерти впитало это оружие.

— Ргха! — вырвался рёв из моей глотки, сопровождаемый криком Софии, вслед за которым лезвие топора неумолимо понеслось к голове Шефера.

Но именно в тот момент, когда лишь мгновение отделяло ублюдка от смерти, мою спину обожгло, а тело оторвало от земли и отправило в короткий полёт.

Острая боль, будто меня ударило электричеством, пронзила от головы до пят.

— Довольно, Виктор! — услышал я мощный и знакомый бас, поднимаясь с земли.

Продолжая ощущать бегущие по коже разряды боли, я покачнулся и выпрямился.

Рядом с полумёртвым Шефером стояли шестеро людей, один из которых был одет в красный мундир, а другие в белую броню Корпуса Мебиус.

За спиной каждого из них сияла энергия Мира разных цветов, а над нашими головами собиралась грозовая туча.

— Уйди с дороги, Юрий, — вырвался из моей глотки холодный голос, заставивший некоторых бойцов вздрогнуть.

— Не могу, — помотал он головой. — Если ты убьёшь его, — глаза мужчины загорелись и в них заискрились молнии. — То станешь врагом империи.

— Ты знаешь, кто Я, — широкая улыбка появилась на моем лице, а раны заживали под печатью Регенерации. — Думаешь, мне есть дело до империи?

— Нет, — вновь помотал он головой, а после указал рукой за свою спину, где стояла испуганная София. — Но тебе есть дело до неё, а также до других близких людей, что живут в империи. Ты готов наплевать на их жизни ради… Чего? Мести?

— Ради того, чтобы такие, как он, — указал я лезвием топора на дышащего Шефера. — Знали своё место.

Сделав шаг, я увидел, как бойцы Корпуса приготовились к обороне, а Юрий покачал головой.

— Я не хочу сражаться с тобой, Виктор, — сжались кулаки генерала, а в небесах громыхнуло. — Но стану, если ты не отступишь.

Моя нога сделала очередной шаг и рядом с ней ударила тонкая молния, оставившая ожог на земле.

Широкий оскал безумца ещё сильнее расползся на моём лице, а тьма заклубилась, вселяя чувство неуверенности в бойцов Корпуса.

Тело напряглось, рука сжала рукоять топора, после чего я создал печать Усиления на ноге и одним рывком отправил себя в полёт, почувствовав, как позади разорвался воздух и ударили молнии.

Считанные метры оставались до бойцов Корпуса и Юрия, которые уже заняли позиции и готовились к бою.

И именно в тот момент, когда я замахнулся топором, желая обрушить всю мощь Смерти на этих людей, на пути моей атаки появилась София, вставшая впереди и распростёршая руки.

Резко остановившись и проскоблив землю, я замер прямо перед девушкой.

Всё её тело дрожало и тряслось. Лицо побледнело и застыло маской, а в глазах царили настоящий ужас и… Нечто ещё. Решимость? Не знаю…

— Отойди, София, — холодно сказал я, перебрав пальцами по топору и ощущая, как тьма внутри меня бурлит.

Давление Жнеца, что накрыло всю это зону, ударило и по ней в полной мере, отчего девушка с трудом дышала. Но даже так она не сдвинулась с места и лишь до крови закусила нижнюю губу.

Подняв руку, я собирался отодвинуть её за свою спину, но в этот же момент София резко подалась вперёд и крепко обняла меня, отчего кости затрещали.

— Хватит, Вить… — всхлипнула она. — Прошу, пожалуйста… Хватит…

Ощущая, как ткань костюма на груди начинает намокать от слёз, я добела сжал рукоять топора, смотря лишь на Шефера. И только спустя долю секунды я поднял взгляд, увидев, что на веранду стали выходить гости, в числе которых была и императорская семья. Все, кроме самого императора.

Каждый из них смотрел на нас с разными эмоциями, не понимая, что именно происходит. Зачем здесь бойцы Корпуса? Кто этот парень с топором и что за девушка обнимает его? Что здесь забыл генерал? И кто этот раненный? Всё это читалось на их лицах. А в особенности на лице Анны…

Сжав челюсть и мощным усилием воли загнав Жнеца настолько глубоко, насколько это возможно, я развеял топор, сделав глубокий вдох.

— Поехали домой, — произнёс я спокойным голосом, отчего Юрий облегчённо вздохнул и махнул свои людям. — Мне надоел этот бал.

— Да, — погладили её руки мою спину. — Поехали…

Разомкнув объятья, мы с Софией двинулись по каменной дорожке, что вела в обход дворца через парк.

Но, пройдя мимо генерала, я остановился и, взглянув на полумёртвого Шефера, тихо произнёс, чтобы слышал только он:

— Я отступлю только в этот раз, Юрий. Знай это.

Увидев косой взгляд недовольного моей угрозой генерала, мы с Софией двинулись дальше, держа путь до автомобиля.

Почувствовав, как мою руку взяла тёплая и маленькая ладонь, я покрепче сжал её, отбросив все мысли о том, что увидел сегодня.

Мне нужно всё обдумать. И сделать это в спокойной обстановке.

Вот только… В одном я был уверен и уже принял решение.

Адам Шефер умрёт. Не сегодня, но я уничтожу его душу.

— Да… Не сегодня… — пробормотал я.

— Ты что-то сказал? — взволнованно посмотрела на меня София, продолжая сжимать ладонь.

— Нет, — лёгкая улыбка озарила моё лицо. — Я ничего не говорил.

Глава 2

Сев в машину следом за Софией, я устало откинулся на сиденье и вперил взгляд в тёмный потолок салона.

Транспорт медленно двинулся с территории дворца, в ушах стоял тихий гул работающего двигателя и лёгкий свист ветра из приоткрытого окна.

Только сейчас я понял, что появление Шефера и его действия были слишком очевидны. Он глава клана и не стал бы совершать столь глупой ошибки, пытаясь надавить на Софию во дворце. Хотел вывести меня из себя? Скорее всего. И у него это получилось. Теперь аристократическое общество, которое стало свидетелями нашей стычки, превратится в жужжащий улей.

Простолюдин избил главу иностранного клана. Хорошая тема для первой страницы новостей.

Что ж… Пусть будет так. Плевал я на аристократов и их замашки.

Но одно я знаю точно… Проблем у меня прибавится и этого не избежать. А значит нужно устранять их максимально быстро.

Усталый вздох вырвался из моей груди, а голова стала будто чугунная. Думать не хотелось совершенно.

Слегка наклонив голову, я посмотрел на ночной город за окном. Я видел веселящихся людей, что гуляли по тротуарам и отдыхали после рабочего дня. Видел неоновые вывески разнообразных заведений, начиная от баров и заканчивая кальянными.

— Вить, всё хорошо? — тихо спросила София, пересев поближе и взяв мою руку.

— Да, — ответил я, ощущая, как она сжала мою ладонь. — Просто ночь не задалась.

— Это да… — вздохнула она, после чего я ощутил тяжесть.

Повернувшись от окна, я увидел как Софа положила свою голову мне на плечо и меня обдал запах шампуня и духов.

— София, — спокойно обратился я к ней.

— Да? — поёрзала она на сиденье, пододвинувшись ещё ближе.

— Больше никогда так не делай, — заставил я её вздрогнуть и пояснил: — Никогда не стой на моём пути. Ты стала мне ближе и поэтому я прощу тебя. Но я хочу, чтобы ты знала грань… Я мог убить тебя, ты это понимаешь?

— Да… — тихо ответила она. — И мне было страшно. Но я знала, что должна помочь тебе. Что-то произошло с тобой после того, как появилась императорская семья. Тебе стало больно… Почему?

Хм… Она почувствовала мои страдания души? Эмпатия?

— Так просто этого не объяснить… — вздохнул я, вновь уловив запах её духов. Приятных духов.

— А ты попробуй, — подняла она лицо, встретившись со мной взглядом. — Я хочу узнать тебя.

Несколько секунд я смотрел в её глаза. Такие разные… Зеркала души.

— Когда-то, я любил одну… — запнулся я, подбирая правильные слова. — Девушку. Она была для меня всем. Была для меня целым миром, Сонь, — она улыбнулась. — Но… Я потерял её.

— Как это произошло? — пододвинулась она ещё ближе. — Она бросила тебя?

— Нет, — вновь мой вздох. — Её убили.

— Соболезную, — опустила она глаза, крепче сжав мою руку. — Скажи… Вить… — не поднимала она взгляда. — А может ли кто-то занять её место?

— Я… — слова застряли у меня в горле, а перед глазами всплыло увиденное во дворце.

— Понимаю, — кивнула она и быстро подняла голову, вновь посмотрев на меня. — Тогда я буду бороться.

Услышав её слова и не до конца поняв их, я хотел задать вопрос.

Вот только в следующую секунду София резко подалась вперёд и накрыла мои губы поцелуем.

Тёплые и мягкие… Они несли в себе вкус спелой клубники, вскруживший голову.

Робко, но при этом напористо, она продолжала целовать меня, погружая мой разум в чувство, которое я уже успел забыть за бесчисленное количество жизней.

Кровь в моём молодом теле начала кипеть, сердце забилось чаще, а в нос всё сильнее и сильнее проникал аромат, исходящий от девушки.

Воспоминания увиденного во дворце проскакивали кадром за кадром. Воспоминания, как была счастлива Анна…

Я поднял свою свободную руку. Такую тяжёлую, словно на неё повесили множество гирь. А вслед за этим я дотронулся ладонью до лица и уха Софии, почувствовав пальцами теплоту её кожи и шелковистые волосы.

Кровь пульсировала в моих висках, выбивая бесконечный ритм…

Разорвав на короткую секунду поцелуй, она обдала моё лицо горячим дыханием.

Я видел, как блестят глаза Софии и что в них горела решимость действовать.

— Вить, я х… — начала она говорить, но я не дослушал.

Подавшись вперёд, я сам поцеловал её, мгновенно освобождая руку из ладони, и схватил Софию за талию, притягивая к себе.

Гори всё огнём! Я не хочу знать, почему моя семья есть в этом мире! Не хочу знать, зачем Смерть сделала это и для чего прислала в подобный мир именно меня!

Сейчас мне нужно дать выход тому, что копилось во мне столько жизней. Дать выход своим эмоциям, которые я держал до этого дня…

Наш поцелуй становился жарче, а моя рука прижимала Софию всё напористей.

Я изучал ладонями её тело, скользя по платью, преграждающему мне путь к мягкой и бархатной коже.

Каждый изгиб и сантиметр проходили мои пальцы. Я желал почувствовать её всю… Отчего девушка постепенно начала извиваться, постанывать и приподниматься с сиденья.

Медленно и играюче, я опускал руки всё ниже и ниже, пока мои пальцы не схватили филейные части, заставив Софию издать громкий стон.

Её тело горело, обдавая меня волнами жара, похоти и желания.

И стоило только призывному стону прозвучать, как её руки стали быстро снимать с меня пиджак, а следом и рубашку.

Водитель же, увидев в заднее стекло подобное веселье, лишь ухмыльнулся и поднял перегородку.

Рыкнув, я хватил девушку за осиную талию и усадил к себе на колени, отчего она коротко пискнула, но спустя секунду продолжила раздевать меня.

Ремень слетел с моих брюк, будто прыгнувшая змея, молния издала звонкий звук, а сорванная пуговица упала на сиденье.

Свет фонарей улицы пробивался в салон авто, прогоняя мрак и давая мне на короткие мгновения лицезреть тело и грудь девушки, платье которой задралось и сдвинулось, будоража сознание.

Сердце мгновенно застучало, ускоряясь как разогнанный спорткар, участвующий в гонке не на жизнь, а на смерть.

— М-м-м! Х-ха!… — донёсся до меня протяжный стон Софии, а следом всё моё тело будто вспыхнуло от накатывающего блаженства. — Мгх… Х-ха…

Её шелковистые волосы коснулись моего лица, а следом наши губы вновь соединились в страстном поцелуе, сопровождаемом размеренным и ускоряющимся тактом.

Чувство эйфории и блаженства накрывали меня от головы до пят, пробивая каждую клеточку тела электрическим разрядом.

Стоны девушки становились всё громче, а мои руки, державшие талию Софии, прижимали сильнее и сильнее. Я хотел прочувствовать её всю. Овладеть этой девушкой полностью и сделать своей.

Глухие и утробные рыки вырывались из моей глотки, заставляя её извиваться и дрожать.

— Мгх… Х-ха… — продолжала она набирать скорость и спустя секунду содрогнулась всем телом, откинувшись назад и издав протяжный стон. — Х-ха-а!!

Всё моё естество оказалось будто в раскалённом жерле вулкана, сжигающем любые мосты и преграды.

Я чувствовал, как мой разум буквально плавился от удовольствия, сопровождаемом содроганиями Софии.

Издав очередной рык, я сжал её талию, отчего девушка простонала и стала ускоряться, пока от затылка и до самых пят меня не прострелило незабываемым ощущением.

— Х-ха-х! — вновь выгнулась она, утробно простонав после моего окончания.

Усталый и горячий выдох вырвался из моего рта, а руки поглаживали тело девушки, что постепенно приходила в себя и легла на мою грудь.

Мы не торопились прекращать наше единение и сам половой акт, хоть и оба закончили.

— В-вить… Я-я… — сбивчиво заговорила она, борясь с учащённым дыханием.

— Не нужно слов, — более спокойным голосом ответил я, вновь поцеловав её и отбросив все мысли.

Вот только, стоило нашим губам соприкоснуться, моё ощущение опасности взвыло раненным зверем!

Печать Концентрации легла мгновенно, заморозив время, после чего я мигом скинул с себя Софию.

Мощный удар, подобно стенобитному тарану, пришёлся по моей стороне салона, мгновенно разворачивая автомобиль.

Благодаря замедленному времени я видел, как машина врезается в магазин игрушек, пробивая стеклянную витрину.

Одна печать слетела, частично возвращая бег времени.

— Г-господин… Вы живы? — хрипло обратился ко мне водитель, опуская перегородку.

Его голова была пробита и из неё текла кровь. Почему подушки безопасности не сработали?

— Жив, — мигом кивнул я.

Хорошо, что успел переместить тело и перегруппироваться во время столкновения со зданием.

Бросив взгляд на Софию, я увидел, что она без сознания, а её лоб весь в крови.

Твою мать…

— Хватай девушку и уходите отсюда, — холодно проговорил я, мгновенно активируя печать Усиления на ноге и выбивая покорёженную от удара дверь.

В то, что это случайность, я не верил и ощущение растущей угрозы подтверждало мою догадку.

Но кто? Шефер? Вряд ли, не успел бы. Захаровы? Возможно, но как они вышли на меня? Члены Семи Колец? Вряд ли…

Выбравшись на улицу и мигом застегнув брюки на молнию и подобранный ремень, я вышел из магазина и осмотрелся.

Люди в панике суетились и убегали. Их крики и гомон доносились отовсюду.

Впрочем, их можно было понять. Вся улица представляла собой картину последствий массивной аварии из пяти автомобилей, которые будто бы врезались в один момент!

И этому можно было бы найти объяснение… Если бы не тёмно-серое пламя, что сжигало эти авто.

— А я уже думал, что не найду тебя в этом клоповнике! — задорный голос донёсся до меня, а из-за горящих автомобилей вышел человек, одетый в тёмное пальто.

Он был выше меня на полторы головы и шире в плечах. Его тёмные волосы коротко пострижены, а на смазливом и аристократичном лице играла хищная улыбка.

Но не это заставило моё сердце пропустить удар в очередной раз за эту ночь.

Глаза. Сияющие от переизбытка энергии Смерти и такие знакомые… Синие глаза цвета океана.

— Ну здравствуй, брат мой Жнец! — развёл он руки, объятые Пламенем Бездны. — Я услышал твои слова и сам пришёл!

Мои слова? О чём он?

С каждым шагом пламя на его руках ярилось всё сильнее и сильнее, пробуждая в людях ещё большую панику.

Но, что самое странное… Его пламя… Он было слишком тёмным. Никогда прежде я не видел такого.

— Значит, это тебя старуха послала вместо того идиота⁈ — он был уже близко, не более шести метров. — Надеюсь, ты не будешь так же глуп, как и он!

— Так же глуп? — задал я вопрос, закидывая удочку для разговора. Мне нужно выиграть время, пока водитель не унесёт Софию подальше.

— Я предлагал ему присоединиться ко мне, — пожал плечами незнакомец. — Но он отказался и я убил его.

— Зачем тебе это? — я переставил ноги и перенёс вес, отчего мужчина улыбнулся ещё шире.

— Как говорил Джон Милтон, — начал он отвечать, а я непроизвольно вздрогнул, услышав знакомое имя. — Лучше царствовать в аду, чем прислуживать на небесах.

Откуда он знает эти слова? Слова, что когда-то я сам цитировал…

— Ну так что? — наклонил он голову набок, в точности, как делал это я. — Каков будет твой ответ, брат?

Надеюсь, что София и водитель ушли на достаточное расстояние…

— Извини, — спокойно заговорил я. — У меня аллергия на разнообразные секты и скверных типов вроде тебя.

Услышав мои слова, незнакомец заливисто рассмеялся, а пламя на его руках задрожало.

— Что ж… — протянул он. — Перед тем, как ты умрёшь, позволь представиться, — оскалился он, а за его спиной вспыхнула печать Власти, насыщенная таким количеством энергии Смерти, какое мне неподвластно. — Моё имя Виктор Романов.

* * *

— Докладывай! — ворвался Юрий в главный тактический зал здания Корпуса, где вовсю суетился персонал.

— Незарегистрированный одарённый, сэр! — быстро ответил глава отдела, открыв перед Юрием огромный экран.

На нём генерал видел с высоты птичьего полёта настоящую бойню. Одна из улиц города буквально полыхала. Здания превратились в развалины. Автомобили и фонари были покорёжены и сожжены. Люди штабелями лежали на покрытом кровью асфальте. Кто-то из них был ранен и пытался отползти подальше, а кто-то был мёртв.

— Группу перехвата отправили? — холодно спросил Юрий.

— Да, капитан Элеонор уже отбыла со своими, — кивнули ему в ответ и дополнили: — Сэр… Вы должны ещё кое-что увидеть…

Заслужив от генерала стальной взгляд, мужчина быстро вывел на экран другую картинку, показав другую сторону улицы, где среди раненных и мёртвых стояло два человека. Один из них был одет в тёмное пальто и незнаком Юрию, а другой…

— Свяжись с Элеонор, — сжал Юрий кулаки. — И извести её о мальчишке.

— Да, сэр! — быстро ответил глава отдела и стал выходить на связь.

Отвлёкшись от экрана и посмотрев на свои кулаки, Юрий непроизвольно ощутил тот ужас, что почувствовал на балу. Ужас, причиной которому был Виктор Романов. Мальчишка, что уже встал поперёк горла генералу…

— Ч-что это… — сипло произнесла рядом сидевшая женщина, мигом привлекая внимание Юрия к экрану.

И стоило только его глазам вновь увидеть две фигуры, он ощутил как гулко ударило сердце, а следом всё здание Корпуса задрожало от мощного землетрясения.

Мониторы и шкафы попадали на пол. Бумаги и папки слетели со столов, а люди в недоумении и нарастающей панике закричали.

— Господи… — хрипло проговорил генерал, видя на экране картину, которая будет сниться ему во снах.

Мигом сорвавшись с места, он выбежал на балкон тактического зала, оказавшись на улице.

И стоило ему там появиться, как его глаза увидели вдалеке огромную тёмно-синюю печать, что накрыла собой всю улицу, где проходило столкновение.

Юрий видел, как ярко сияла эта печать, насыщаясь силой, которая неподвластна простым людям и одарённым. Её руны и круги полыхали такой мощью, что дрожала не только энергия Мира, но и сама земля.

Вот только помимо того, что видели глаза генерала… Ему казалось, что до его слуха доносился рёв… Настолько звериный и безумный, что он мог принадлежать лишь тому, кто носил в себе безмерную ярость. Ярость, что пробудилась этой ночью.

— Сэр, приказ⁈ — услышал Юрий панический крик подчинённого за своей спиной.

— Подготовить мою броню, — серьезно ответил генерал. — Я вылетаю туда лично.

П. А. Многие из вас скорее всего закидают меня тапками из-за близости ГГ с Софией, но так нужно (потом узнаете зачем. Там будет буря, пиздец и безумие) =)).

Это конечно несправедливо по отношению к семье ГГ, что ждёт его… Но порой люди совершают ошибки, руководствуясь эмоциями. И хоть ГГ прошёл через множество жизней, став чудовищем, я хочу показать вам, что он тоже человек.

З. Ы. Мортира дала залп, план выполнен, цель уничтожена, движемся дальше)

Внимание! Внизу я дам ответы на некоторые вопросы, которых появится после этой главы очень много. На все из них я ответить не смогу, ибо это слишком мощный спойлер, но на несколько дам ответ)

1. Ответ для тех, кого интересует, почему семья ГГ прям один в один, как его собственная (даже дети). Если взять пример Софии, то изменение внешности для человека не представляется проблемой. Подумайте над этим)

2. Ответ для Никиты =) Смерть не обманула ГГ. Контракт заключен — сделка состоялась. Ответ на второй вопрос кроется в друге ГГ, Орлове Александре. Раз он альтернатива Карпову… То почему не может быть альтернативы Анны?… =)

З. Ы. Ы. Помните друзья, ваши лайки это счастливая улыбка автора и его мотивация)

Глава 3

… Лучше царствовать в аду, чем прислуживать на небесах…

…Моё имя Виктор Романов…

…Значит, это тебя старуха послала вместо того идиота…

Раз за разом в моём разуме звучали слова этого человека. Слова, что отдавались эхом в сознании, погружая уставший за эту ночь разум.

Я чувствовал, будто моё тело онемело, стоило мне услышать его имя. Моё имя…

Его движения, мимика, действия. Во всём этом не было фальши. Во всём этом я видел себя.

Продолжая скалиться, он сделал ко мне шаг, поднимая правую руку раскрытой ладонью. Печать Власти, что ранее полыхала за его спиной, накрыла весь квартал, разорвав и окрасив ночное небо. Люди не видели всей её монолитности и мощи… Но я знал, что лишь одно движение и всё. Лишь одна воля этого… Виктора и всё.

«Виктор… Пап… Отец…» — синхронные голоса моей семьи раздались в голове, а глаза вновь увидели перед собой белоснежный дом.

Горящие стены, полыхающий потолок… Убитая дочь, застреленный сын, изнасилованная и изрезанная жена. Их лица, полные боли, вводили мой разум в ещё больший хаос, разрушающий саму душу.

… Виктор Романов… Позволь представиться…

Воспоминание плыло и рябило, меняя свои черты. И теперь я видел в комнате, рядом с телом жены, не простого незнакомца. Я видел себя. Чудовище, что держало в руках нож и пистолет. Монстра, чьи глаза полыхали завистью и гневом.

«Мне жаль, Виктор…» — ледяным эхом, прозвучал тихий голос Смерти в моей голове. — «Но время пришло…»

Она всё знала. Знала, что произошло в тот день…

И вслед за этим осознанием вновь стали сменяться воспоминания. Военная форма и награждение ветерана боевых действий, получившего ранение. Врачи в белых халатах, что десятками сменяли друг друга. Белые потолки и стены лечебницы, изрисованные окровавленным пальцами. И голос… Полный ярости, обиды и зависти. Мой собственный голос, звучавший в голове и изводивший меня всю жизнь после получения ранения.

— Теперь я понял, о чём она говорила… — безжизненным голосом пробормотал я, смотря на этого человека и ощущая, будто бы весь мир замер. — Понял, о какой ярости шла речь…

… О ярости на самого себя.

Мои дрожавшие руки сжались в кулаки, сбитое дыхание стало выравниваться, а всё тело напряглось будто пружина.

Он моя цель. Тот, кто стоит между моей семьёй и мной. Тот, кто является второй частью меня самого. Рождённый от моих страданий и боли…

Я сделал трудный шаг, ощущая, как гулко ударило сердце.

… Тот, кто отнял у меня всё!!!

Ногти впились в кожу ладоней, разрывая её, отчего кровь закапала на грязный асфальт. Разум, что ранее находился в полном сумбуре и хаосе обрёл полное хладнокровие, которое мгновенно смыло растущей и клокочущей в груди яростью.

Я ощущал, как слетают замки клетки Жнеца. Чувствовал, как тьма внутри меня взбурлила потоком, мгновенно погружая мир за моей спиной в темноту.

Десятки, сотни и тысячи душ, чьи руки стали продолжением моей. Душ, что я загубил.

— Моё имя, — рычащим голосом произнёс я, заставив незнакомца остановиться и замереть. — Виктор Романов, — расширились его глаза. — И я, — рукоять топора легла в мою руку. — Убью тебя!!!

Печати Скачка в одно мгновение легли на ткань одежды, буквально пропитывая её эманациями Смерти.

Скачок и я оказываюсь возле этого ублюдка, попутно создав печать Усиления в руке, удерживающей топор.

— РГХА!!! — мощный рёв вырвался из моей глотки, а сияющее лезвие, подняв гул ветра, понеслось в его шею.

— Вот, значит, как? — радостный оскал расползся на его лице. — Забавно!

Не сходя с места и не уклоняясь, он вытянул свободную руку и перехватил рукоять топора, останавливая мою атаку.

Я рычал, давил из-за всех сил, напитывая своё тело таким количеством энергии Смерти, что кожа стала чернеть и рваться, как пергаментная бумага.

Но даже так все мои усилия вызывали у этого ублюдка лишь улыбку и радость в глазах.

— Всё никак не можешь отпустить их, Витя? — посмеиваясь, спросил он. — Ну, подумаешь, убил я твоих детей… — пожал он плечами, продолжая держать рукоять топора. — Но признай, тебе это тоже понравилось… Ведь тело у нас тогда было одно.

— Ты отнял не только их! — хриплый рык вырвался из моего рта, а пальцы сжимали оружие добела.

— Она отказала мне, — прищурил этот ублюдок глаза и впервые за всё время в них отразился гнев. — Выбери Анна меня, то выжила бы!

«Виктор…» — вновь раздался в моей голове голос Анны, полный сожаления и боли, заставивший меня вздрогнуть.

Но услышал его не только я. На короткую секунду он так же отчётливо вздрогнул.

Вновь издав безумный и яростный рык, я развеял топор и за моей спиной вспыхнула печать Пламени Бездны.

Тёмно-серое пламя окутало моё тело покровом, сжигая и плавя асфальт.

Тьма моей души буйствовала, выплёскиваясь в этот мир нескончаемым потоком. Я более не слышал крики умирающих людей, что пострадали на этой улице. Моего слуха более не касался их зов о помощи.

Сейчас я хотел лишь убивать! Стереть в порошок того, кто стоит передо мной!

Бой барабанов войны зазвучал в ушах, заставляя моё сердце биться чаще. Лязг тысячи мечей отражался эхом в сознании, погружая мой разум в настоящее безумие, подкрепленное воспоминаниями о доме и семье.

— Р-рха… — утробно прорычал я, а из его горла вырвался поток ледяного пара.

Кожа чернела всё сильнее и сильнее, разрываемая энергией Смерти. Тысячи рук легли на мои плечи, подобно тёмно-дымчатому савану.

Страдания Души захлестнули меня, а бездна раскрыла свою пасть и объятья.

— Наконец-то! — выплеснул руки этот ублюдок. — Хоть у кого-то есть яйца среди Жнецов! Давай, Витя! Покажи мне настоящие Страдания Души!

Издав рёв, от которого здания задрожали, я сорвался с места, в одно мгновение оказавшись возле него.

Сразу пять печатей Усиления вспыхнуло на моём сжатом кулаке, разрывая кожу и оголяя сухожилия. Слишком много энергии Смерти… Но мне плевать!

— Р-а-а!!!

Удар!

Гул промораживающего ветра разошёлся во все стороны, опрокидывая рядом стоявшие автомобили и поднимая в воздух тела мёртвых.

Удар!

В моё лицо брызнула кровь из его разбитых губ, обдав нос блаженных запахом.

Уда…

Острая боль пронзила всё моё тело, мигом сдувая тёмно-серое пламя, выбивая воздух из лёгких и отправляя меня в полёт.

Подобно пушечному снаряду, я впечатался в покорёженный и обожжённый автомобиль, ощущая что все рёбра сломаны.

— Кха… — выхаркал я шмат крови на одежду.

— И это всё? Тебе хватило одного удара? — раздался опечаленный голос рядом со мной.

Чувствуя, как кожа всё сильнее разрывается от энергии Смерти и как на холодный асфальт стекает моя кровь, я поднял взгляд.

Виктор… Он смотрел на меня, как на полное разочарование. Вот только в его глазах также были и радость с ликованием.

— Пожалуй, закончим на этом, Витя, — оскалился он, медленно поднимая руку, отчего печать Власти над нашими головами засияла. — Прощ…

Поток белесого огня, выстреливший сбоку, не дал ему договорить и отправил его тело в полёт до магазина.

— Романов, цел⁈ — прозвучал женский голос, на который я с трудом поднял голову и увидел четвёрку бойцов, возглавляемых белокурой женщиной.

Корпус Мебиус…

Не получив от меня ответ и удостоверившись, что я жив, она мигом отдала приказы своим бойцам.

Вот только мой двойник подобно пуле вылетел из разрушенного магазина и стал со смехом убивать каждого из них.

Рвались тела и белоснежная броня. Элита среди элиты. Сильнейшие одарённые и гордость Российской Империи. Но что они могли противопоставить Жнецу, обладающего всей своей мощью?

Сияли техники и буйствовали стихии. Звучали крики бойцов и их командира женщины, чья левая рука валялась неподалёку от меня.

Создав печать Регенерации, я сразу же почувствовал боль, разрывающую всё тело. Рёбра вставали на места с мерзким хрустом. Правая нога, повреждённая во время падения и вывернутая, тоже возвращалась в исходное состояние.

Они выиграют мне время… Должны выиграть…

Продолжая слушать крики бойцов Корпуса, я опёрся на опалённую машину и поднялся на ноги.

Тьма продолжала бурлить в моём теле, но я понимал, что этого будет недостаточно.

— П-превозмогание… — кривая и окровавленная ухмылка появилась на моём лице. — Кому расскажешь, не поверят…

Раскинув руки в стороны и подняв голову к небесам, я посмотрел на сияющую печать Власти, которая с каждой секундой становилась всё сильнее и сильнее.

Сделав тихий вдох, я на короткую секунду прикрыл глаза, отдаваясь своей тьме полностью.

Канат подо мной дрогнул и нога сделала очередной шаг, сходя с пути…

… На встречу бездне.

* * *

Тяжело дыша и истекая кровью, Элеонор Андерсон ненавидящим взглядом смотрела на противника, который буквально за считанную минуту уничтожил всю её группу.

Она не чувствовала в этом человеке никакого проявления дара, но всё же он двигался с неимоверной скоростью и обладал ужасающей физической силой.

Голыми руками он разрывал броню и тела её друзей и товарищей, которые теперь лежали на грязном асфальте.

«Элита… И так позорно умереть…» — печально подумала Элеонор, понимая, что это конец.

Если бы она только знала, что за враг будет ей противостоять… Если бы только догадывалась, с кем ей придётся сражаться…

— Тебя я оставил напоследок, милашка! — широко оскалился мужчина, медленно идя в сторону Элеонор. С каждым своим шагом он растягивал агонию женщины, будто насыщаясь ею.

Бросив взгляд на свою отсутствующую левую руку, боль от которой была притуплена впрыснутым броней медикаментом, женщина сжала зубы и собиралась броситься в последнюю атаку.

Род Андерсон никогда не молит о пощаде и не бежит от врага!

Белесое пламя яростно вспыхнуло за спиной и в волосах девушки, отчего мужчина на короткую секунду остановился и захлопал в ладони.

— Впечатляет! — радостно проговорил он, после чего исчез и появился прямо перед ней. — Но недостаточно!

Удар в грудь заставил Элеонор вскрикнуть и наугад выстрелить потоком огня перед собой.

Вот только это было бесполезно.

Гордость женщины, как одарённого, была полностью растоптана. Её белесое пламя окутало мужчину и должно было сжечь его дотла… Но вместо этого он лишь улыбался.

Вновь удар и Элеонор со вскриком упала на асфальт, ощущая, как часть её покорёженной брони пронзила тело.

Сильной рукой мужчина схватил её за волосы и, не обращая внимание на крик, поднял к своему лицу.

— Хочешь жить? — донёсся до неё спокойный и холодный голос незнакомца, отбросившего всякое ребячество. — Следуй за мной и я пощажу тебя.

— У-у меня… — с трудом выговорила Элеонор, а по уголкам её губ потекла кровь. — Уже есть господин…

Поморщившись, мужчина свободной рукой схватил её горло и стал медленно сжимать, упиваясь последующими хрипами.

— Что ещё взять с ничтожества… — услышала она голос, ощущая, как тяжелеют веки и закрываются глаза.

Темнота и пустота охватывали разум Элеонор, обещая покой от долгой службы.

Вот только в одно мгновение, когда жизнь практически покинула её тело, она услышала на грани сознания рёв… Настолько звериный и безумный, что он не мог принадлежать человеку.

Хватка ослабла и Элеонор смогла сделать вдох, вновь почувствовав, как её тело упало на асфальт.

Закашлявшись, она с трудом открыла глаза и увидела то, чему не могла найти объяснение.

Незнакомец, что ранее казался ей недосягаемым чудовищем, с трудом сражался с каким-то… Существом.

Только сейчас, увидев его, женщина ощутила, что ей холодно. Облачко пара вырывалось из её рта, а кожа стягивалась и покрывалась мурашками. Она будто бы оказалась среди арктических льдов, где правит лишь морозная стихия.

И этот могильный холод, пробирающий до самых костей, исходил от чужака, непохожего на человека.

Его бесформенный силуэт в рваном черном бесформенном балахоне, тлел тёмной дымкой. Руки с острыми когтями обладали непроглядной чернотой кожи и женщине казалось, что поверх них виднеются ещё десятки эфемерных. Но больше всего Элеонор ужасали глаза этого существа, виднеющиеся во тьме капюшона. Сияющие тёмно-синим светом, они были словно полыхающий могильный огонь, несущий в себе лишь смерть.

Их тела двигались с такой скоростью, что Элеонор с трудом различала лишь силуэты. И при каждом их столкновении она ощущала, как рушатся здания и дрожит земля, покрывающаяся кратерами.

С трудом найдя в себе силы, она поднялась с асфальта и облокотилась на стену разрушенного дома. Сейчас она ничем не сможет помочь чужаку, вставшего на её защиту и спасшего жизнь. Поэтому…

— П-помогите… — услышала она слабый голос и поковыляла в сторону окровавленной женщины, тело которой придавило машиной.

Элеонор соврала бы самой себе, не признай, что у неё промелькнула мысль сбежать. Но она член Корпуса Мебиус! Первая женщина, дослужившаяся до звания капитана! Кем она будет, если бросит умирающего гражданина империи⁈

— С-сейчас! — с явным трудом она схватилась уцелевшей рукой за автомобиль и стала поднимать его. — В-всё будет хорошо!

* * *

— А ты стал сильнее! — услышал я чей-то разозлённый голос, будто тонущий в вязком киселе.

Этот голос обращается ко мне? Но зачем? Неважно…

Я должен уничтожить того, кто передо мной.

Но почему я должен? Этот человек провинился?

«Да, он сделал тебе больно» — раздался в моей голове хриплый женский голос.

Он сделал мне больно? Но что такое боль?

«То, что ты чувствуешь»

Чувствую? Я ничего не чувствую. Мне нужно лишь шагать.

Да… Мне нужно двигаться дальше и шагать.

Шаг, мои руки разрывают что-то эфемерное, а в голове всплывает название «энергия Мира».

Человек передо мной кричит и ярится, но зачем? Не понимаю…

Шаг, я оказываюсь возле него и в моей руке появляется топор, лезвие которого исходит непроглядной чернотой и мраком. Моё оружие? Да…

Энергия Мира вспыхивает и истончается. Она убегает от меня, но почему? Боится, да…

Шаг, лезвие моего топора проносится в миллиметре от шеи человека, заставив его отступить и издать рык, полный злобы.

Почему он так медлителен? Не понимаю…

Глаза на короткую секунду опускаются на черную руку, сквозь кожу которой течет красная жидкость. Кровь… Да… Моя кровь.

Про эту боль она говорила? Но она слаба.

« Ты чувствуешь иную боль, мой Жнец…» — услышал я ответ на свой вопрос. — « Я покажу, в уплату своего обмана. Но только в этот раз…»

Не успев спросить, что значит обман, я увидел, как перед моими глазами проносятся лица множества людей. Я знал каждого из них. Друзья, враги, соратники, соперники, цели… И семья.

В одно мгновение я увидел белоснежный дом и зелёную траву, покрытую блестящей от солнца росой. Я видел черноволосую женщину с изумрудными глазами. Она смотрела на меня с улыбкой и счастьем. Я видел девочку, чей радостный голос звучал лишь для меня. Я видел юношу, пытающегося казаться взрослым, но ждущим моего совета.

Моя…

« … Семья. Да, Виктор. Они ждут тебя.»

— Они. Ждут. Меня. — скрипучим голосом проговорил я, вновь делая шаг и смотря на свою цель. — Моя. Семья.

Непроглядный мрак вспыхнул за моей спиной, а слух пронзил рёв тысяч душ.

Шаг, тёмно-синяя энергия побежала по моим венам, отчего нога продавила асфальт и оставила на нём паутину трещин.

Воздух за моей спиной раздался мощным хлопком, а тело отправилось в молниеносный полёт.

Вновь замах топора и я вижу, как моя цель уклоняется от очередного удара в последний момент. Медлителен, но быстр… Парадокс.

Что-то прокричав, он поднял свою руку раскрытой ладонью, после чего вся земля задрожала.

— Сдохни!

Энергия Мира разорвалась, как и ткань реальности, погружая всё вокруг нас в темноту.

Но почему эта темнота такая родная? Она ластится ко мне и зовёт.

Вновь подняв руку, этот человек хотел сжать её.

Инстинктивно, будто бы не осознавая, что делаю, я тоже поднял свою ладонь, отчего глаза моей цели расширились в неверии.

— Она. Моя. — проскрипел я и сжал кулак.

Реальность вновь задрожала, а энергия Мира вспыхнула с утроенной силой, буквально испаряясь.

Темнота зарябила и стала окутывать меня, ластясь и желая служить. Теперь… Она моя.

— Твою мать… — пробормотал он, делая шаг назад.

Он боится… Да… Пусть так. Ведь мне нужно лишь пожелать и…

Острая боль пронзила сердце, совершившего гулкий удар. Кровь заполнила рот, а рука выронила мигом исчезнувший топор.

Я чувствовал, как ноги подкашиваются и всё тело разрывает от неимоверной боли. Крик… Кажется я слышал чей-то крик. Он был моим? Наверное…

Что это за чувство?

« Ты умираешь»

Но почему?

« Потому что не успел»

Я иду к своей семье?

« …»

Ответь мне!

« Я сожалею, Виктор…»

П. А. Примерно так я видел ГГ, после падения в Бездну.

Глава 4

Открыв глаза, я сразу же увидел перед собой белоснежный потолок и вентилятор. Его лопасти мерно крутились и до моих ушей доносился звук работающего механизма.

Медленно и с явным трудом, я повернул голову налево и увидел такие же белоснежные стены и большое двухъярусное пластиковое окно, за котором стоял ясный день и светило солнце.

Значит, я не умер…

Поморщившись от витающего запаха лекарств и медикаментов, я отвернулся от окна и взглянул на одеяло, накрывающее моё тело.

Не умер и оказался в больничке… Мда…

Ощущая, как вся кожа будто стянута, я вытащил руку из под одеяла и увидел, что она забинтована практически полностью. Лишь пальцы остались нетронуты, что позволило мне заметить сильно побледневшую и потрескавшуюся кожу.

И стоило мне заметить это, всё тело сразу же стало отдаваться волнами ноющей и пульсирующей боли, словно меня погрузили в чан с горячей водой. Терпимо, но неприятно.

Издав хриплый вздох, я сразу же закашлялся и выхаркал на одеяло шмат чёрной крови.

— Твою же ж дивизию… — сиплым голосом пробормотал я, переворачиваясь набок и скидывая с себя одеяло.

Вытащив с кровати одну ногу, а затем вторую, я с явным трудом приподнялся и принял сидячее положение. И это стало моей ошибкой. Острая боль, похожая на мигрень, сразу же пронзила голову, заставив меня схватиться за неё и простонать.

Не выдержав, я упал на холодный плиточный пол и задрожал всем телом, ощущая одновременно и леденящий холод и сжигающий жар.

Я не знал сколько пролежал так, находясь в двух состояниях одновременно. Но в конечном итоге меня отпустило и я смог подняться на ноги, оперевшись на прикроватную тумбочку.

— Мне нужно… — пробормотал я и сразу же увидел белоснежную раковину с небольшим зеркалом. — Сойдёт.

Доковыляв и ощущая, как ноги с каждым шагом отдаются пульсацией боли по всему телу, я подошёл к раковине и, открыв кран с холодной водой, стал умываться.

Бинты, покрывающие ладони, намокли и пропитались водой, но мне было всё равно.

— Ха… — выдохнул я, схватившись за раковину и посмотрев в зеркало.

Всё то же лицо парня восемнадцати лет. Всё те же синие глаза цвета океана. Вот только сейчас под этими глазами виднелись ярко выраженные темные мешки и вся кожа приняла неестественно бледный вид.

Ещё раз умывшись, я не стал возвращаться в кровать, а просто прислонился к белоснежной стене и сполз на холодную плитку пола.

Голова постепенно стала проходить, а тело не так сильно изнывало. Поэтому я поджал ноги в коленях и, положив на них руки, откинулся к стене, вперив взгляд в потолок и вентилятор.

Хотелось бы верить, что всё произошедшее являлось сном, но это не так.

Я и правда шагнул в бездну. Переступил порог той грани, откуда нет возврата, так почему я ещё жив? Почему не превратился в чудовище, ведомого безумием с целью убивать? Не знаю… Сила воли? Чушь собачья.

— Сила воли… — печально ухмыльнулся я и посмотрел на задрожавшие руки.

Эти самые руки убили их. Эти самые руки сжимали тот окровавленный нож и пистолет.

— Виктор Романов, — тихо заговорил я, оторвав взгляд от потолка и понурив голову. — Сержант морской пехоты Российский Федерации… Получил ранение в Ливане, награждён за службу… Отправлен в Клинику психиатрии им. С. С. Корсакова… Диагноз — Диссоциативное расстройство идентичности.

Ощутив на левой щеке влагу, я поднял дрожащую руку и стёр пробежавшую слезу.

В голове была лишь пустота… И воспоминания, которые я запер когда-то внутри себя.

Встреча с Виктором… Тем, кто являлся частью меня самого, разорвала удерживающую платину памяти. Теперь я вспомнил всё.

Полученное ранение и увиденный в Ливане ад слишком сильно ударил по моей психике. Отделение бойцов, за которых я нёс ответственность, было истреблено полностью из-за засады. Столько молодых ребят… Столько лиц, переполненных болью. Я вспомнил их крики, молящие о помощи. Вспомнил, как они звали своих матерей, находясь в лужах крови и потрохах.

Выжил лишь я… Но лучше бы меня убили вместе с ними. Ведь именно в том аду, где мой разум пребывал в настоящем хаосе, родился второй «Я». Тот, кто понимал меня лучше всех. Тот, кто стал для меня опорой и советником. Во всяком случае… Так я думал.

Пять долгих лет врачи клиники им. С. С. Корсакова пытались поставить мои мозги на место и дать понять, что второго Виктора не существует. Вот только я помню все свои срывы. Помню, как мои окровавленные пальцы рисовали войну на белоснежных стенах палаты. Помню, как второй «Я» брал контроль и избивал санитаров с врачами.

Ярость, гнев, обида, зависть, беспомощность, безумие и ревность… Всё это я запер в своей второй половине.

В конечном итоге я прошёл тест на вменяемость и меня выписали, после чего в моей жизни появилась Анна.

Женщина, что стала для меня целым миром. Я не стал скрывать от неё своё прошлое и она приняла меня, подарив лучших на свете детей.

Вот только в один из вечеров, когда мы вместе с ней выбрались в ресторан в честь рождения её подруги, всё изменилось.

Лишь на минуту я отошёл в туалет, а по возвращению увидел, как она общалась с незнакомым мне мужчиной. И хоть их разговор не нёс в себе какого-либо подтекста, что-то во мне перемкнуло.

Именно в тот вечер я вновь услышал голос того, кто был частью меня. Того, кому не понравилось увиденное.

А дальше… Лишь темнота, после которой Анна стала странно на меня смотреть. И только потом я выяснил, что на короткое время моя вторая половина получила контроль над телом.

— Я сам убил их… — хрипло пробормотал я, осознавая абсолютно всё.

Не нужно быть дураком, чтобы понять, что наша с ним встреча это очередной ход Смерти. У старухи скверное чувство юмора и она любит смотреть на то, как смертные барахтаются в куче дерьма, пытаясь сделать вдох.

После того, как я… Тот Виктор… Убил мою семью, то в последнее мгновение я перехватил контроль и застрелил сам себя.

Вот только, лишь встреча с моим вторым «Я» позволила понять, что Смерть не просто заключила со мной контракт и сделала меня Жнецом. Она разорвала мою душу, разделив две личности и сделав их отдельными друг от друга.

Чудовище, что рождено в страданиях и боли.

И чудовище, которое не смогло с ними справиться и спряталось.

Две стороны одной монеты, которым волею старухи суждено было встретиться вновь.

— Ты поймёшь кого я выбрала, как только встретишь его, — всплыли в моей памяти слова, услышанные перед тем, как я появился в этом мире. — Ведь он будет тем, кто заставит твою душу вновь познать ярость…

Она хотела, чтобы я убил самого себя. Уничтожил вторую половину своей души. И лишь тогда мой контракт будет исполнен.

Дрожавшие руки сжались в кулаки, отчего костяшки бледной кожи побелели ещё сильнее.

Я чувствовал, как внутри меня просыпается та самая ярость, о которой говорила Смерть. Ярость, которой я дал выход, упав в бездну.

Подняв голову, я посмотрел наполненными злобой глазами на один из своих кулаков и, разжав его, обратился к тьме внутри себя.

Ранее мне нужно было удерживать поводок Жнеца и запирать его в клетке. Столько времени и жизней я действовал именно этим способом, не давая выхода силе внутри меня.

Но разве это не глупость? Кого я хочу обмануть? Я более не человек, каким хочу казаться. Хорошие дела, поступки, слова и доброта. Всё это эфемерность и пыль, когда перед тобой лишь цель.

И раз это так, то зачем сдерживать себя?

Закрыв глаза и уйдя в себя, я ощутил, как Жнец внутри меня ощерился и показал клыки, но теперь я не стал поднимать на него руку.

Пёс кусает лишь того хозяина, от которого чувствует угрозу.

— Всё хорошо, — тихо произнёс я, обращаясь в пустоту.

И вслед за моими словами я ощутил, как тьма внутри меня не взбурлила потоком, как было ранее. Нет… Теперь она стала более покладистой. Более… Целостной.

Открыв глаза, я посмотрел на свою ладонь и увидел на ней тёмно-синий танцующий огонёк, созданный без печати.

Он не обжигал кожу, а ласкал её. Но тем не менее я ощутил, как в помещении сразу же стало холодать.

Окно, за котором вовсю светило солнце, покрывалось тонким слоем измороси, а мой взгляд зацепился за то, как с этого маленького огонька падают мелкие снежинки.

Продолжая смотреть на дело рук своих и ощущая какую-то гармонию, я вдруг увидел, что кожа моей руки начинает чернеть. Бинты мгновенно превращались в тёмный пепел, осыпающийся на пол, а на пальцах стали проявляться острые чёрные когти.

— Интересно… Но непонятно… — пробормотал я, изучая то, что ранее было мне недоступно.

Связано ли это достижение с моим падением в бездну и последующим выживанием? Я не знал ответ на этот вопрос, но возможно это так.

Но одно известно точно, это сделало меня сильнее. И эта сила сыграет свою роль, когда я найду этого ублюдка…

—… И выпотрошу его, — закончил я свою мысль, отпуская пламя взмахом руки.

Услышав как дверь палаты открылась, я повернул голову и увидел вошедшего в помещение генерала Соколова.

Заметив меня, сидящего на заднице возле стены, он на короткую секунду нахмурился, а после взял стоявший у стены стул, потащив его ко мне.

Мерзкий звук скрежета металлических ножек об плиточный пол заставлял меня морщиться с каждым шагом генерала.

— Ты пришёл в себя, это хорошо, — кивнул он, поставив стул и сев на него.

— Сколько я провалялся? — спросил я, приподняв голову и посмотрев в его глаза.

— Почти неделю, — дал он ответ. — В городе введен красный уровень тревоги и утверждён комендантский час.

— Понятно, — вдохнул я, кивнув. — Сколько?

— Пострадавших? — наклонил он голову набок и, увидев мой очередной кивок, ответил: — Восемнадцать убитых. Двадцать два тяжело раненных. Тридцать отделались испугом.

— Что меня ждёт? — задал я очередной вопрос.

Не нужно быть дураком, чтобы понять, что я так же причастен к произошедшим разрушениям и смертям. Вопрос лишь в том, чем законч…

— Император закрыл глаза на твоё участие, — прервал Юрий мои мысли, сильно удивив. — То, что ты пострадавшая сторона подтвердили некоторые свидетели и капитан Элеонор Андерсон.

Капитан Элеонор Андерсон? Это он о той женщине, которая пришла мне на помощь? То-то мне показалось, что её черты лица отличаются… Вот только как уроженка Западного Союза попала в Корпус Мебиус? А впрочем, это сейчас не важно.

— Есть информация с поиском того человека? — закинул я удочку, отчего генерал прищурил взгляд.

— Даже если бы и была, с чего ты решил, что я поделюсь ею?

— Потому что я могу помочь, — сухо ответил я. — И раз такое дело, то я первым поделюсь информацией.

Услышав мои слова, Юрий откинулся на стуле и свёл руки в замок на животе.

— Я слушаю.

— Для начала, он Жнец, — заговорил я, и с первых же слов брови мужчины удивлённо дрогнули. — И он тот, кто убил твоего друга, генерал.

Поморщившись от подобного панибратского отношения, но промолчав, Юрий задумался.

Я мог бы соблюдать этикет и говорить с ним на «Вы». Но в этом нет нужды, раз он знает, кто я такой. И суть в том… Что если взять все мои жизни, то я старше его и на регалии мне плевать. Вот такой вот каламбур.

— Признаться честно, я и так уже понял, что он Жнец, — подал генерал спокойный голос. — Записи с камер, его движение и сила… — затих он.

— Ты что-то видел, — не спрашивал, а утверждал я, сразу же поняв его задумчивость.

— Я не знаю, что видел, Виктор… — вздохнул Юрий и, расцепив руки, провёл одной из них по волосам. — Точнее не могу это объяснить… Даже спустя всё то дерьмо, что я видел.

— Дай угадаю, — растянулся мой рот в кривой ухмылке. — Огромная тёмно-синяя печать над всей улицей, пульсирующая энергией, которую ты никогда не видел… Так?

— Д-да… — сбивчиво кивнул он и сразу же взял себя в руки.

Всё же, даже бравых вояк порой может пронять неизвестность. Интересно то, что Юрий смог вообще увидеть проявление печати. Я уже встречал людей, которые обладали подобным феноменом, и раз генерал один из них, то это скверно для меня. В будущем он может это использовать.

— Что по тому человеку? — перевёл я тему, не назвав имя моего второго «Я» и дав понять генералу, что раз он хочет дальнейшую информацию, то придётся делиться своей.

И Юрий понял мою игру. Впрочем, не пойми он её и не обладай гибким умом, то не дослужился бы до генерала.

— Мы потеряли их след на границе империи, — нехотя начал он отвечать. — И потеряли ещё трёх бойцов Корпуса. Сильных бойцов.

Я многое мог бы сказать по поводу силы потерянных ребят, но промолчал. Сейчас меня интересовало другое…

— Их?

— Да, — кивнул Юрий, бросив взгляд на окно и вновь вернув ко мне внимание. — С ним была девушка. По полученным данным: маленький рост, чёрные волосы, славянские черты лица. И, что самое скверное…

— Она тоже Жнец, — перебил я его, на что генерал нахмурился.

Дерьмо… Как же всё дерьмово складывается…

Мой двойник и так обладает силой превосходящей мою в разы, так у него на подтанцовке есть ещё один Жнец. Вопрос в том кто она? Какой мощью обладает? Какой у неё мотив?

В том, что помимо меня и моего второго «Я», в этом мире есть другой Жнец, я не удивлён. В прошлых жизнях мне попадались на пути по двое, а то и по трое моих братьев и сестёр… Вот только цели у нас были разные.

И раз эта девушка следует за Виктором, то либо из-за страха, либо из-за чего-то другого.

Видя, что я ушёл в задумчивость, генерал сохранял молчание и не трогал меня.

А у меня тем временем всплыл разговор с Марией Рудовой в отделении ЦОБ. В ту ночь она показывала мне фотографии сгоревшего дома и опаленных трупов.

И если вспомнить ещё одну фотографию, где я создал единорога, то становится понятно, что уже тогда Мария знала о моих способностях и думала, что это я сжёг тот особняк.

Но меня там не было и моего двойника тоже, я в этом уверен. Слишком долго… Мы были частью друг друга. Он бы не стал сжигать одну лишь гостиную и каких-то ублюдков. Он бы уничтожил весь квартал.

А значит…

— Это она сожгла тех людей в особняке, — спокойно произнёс я.

— ЦОБ подтвердил эту теорию, — кивнул генерал, сразу поняв о чём речь, а я поднял голову и посмотрел на него. — Один из их Провидцев был на месте преступления и получил следующую информацию, — Юрий вытащил из кармана пиджака сложенный листок и зачитал короткую выжимку по тому случаю.

Тёмно-серое пламя, исчезнувшая девушка, сгоревшая гостиная и трупы. И судя по тому, как умерло несколько из тех людей, то она ещё и хороший боец. Названная Юрием расправа над двумя бандосами со стороны кажется случайностью, но Жнец никогда не действует, полагаясь на случай… А это значит что она умеет убивать и делает это превосходно.

Что ж… Из этого следует, что она не только что инициированный Жнец и это плохо.

— Кто доставил меня сюда? — задал я вопрос, отвлекаясь от темы.

— Я, — ответил генерал, вновь удивив меня и продолжил: — Нашёл тебя в одном из переулков, при смерти. Если бы не личный целитель императора, то ты бы не выжил.

Услышав его слова, я не удержался и поморщился. Ещё не хватало остаться должником у императора, который прицепился ко мне, как клещ. Слишком много нитей стало связывать меня с этим человеком, особенно после увиденного во дворце…

— А тот человек? — спросил я.

— Он… — на короткую секунду запнулся Юрий и уклончиво ответил: — Отступил, когда прибыл я и две группы бойцов Корпуса.

А вот это странно… Моё второе «Я» и отступил? Скорее рак на горе свистнет, чем подобное произойдёт. И судя по ответу генерала, он что-то скрывает и молчит, как партизан.

— То, что ты видел, — вновь заговорил я, оставив мысли о своих догадках на потом. — Это печать. Проявление энергии Смерти и силы Жнеца. Большего я сказать не могу.

— Принимается, — кивнул Юрий, уловив подтекст моего ответа.

У тебя свои секреты, генерал, а у меня свои.

Замолчав, мы стали просто смотреть друг на друга, пока в конечном итоге мужчина не хлопнул себя ладонями по коленям и не поднялся со стула.

— Выздоравливай и набирайся сил, — спокойно произнёс он, двигаясь на выход из палаты. — Скоро император пришлёт за тобой.

Дойдя до двери, он взялся за металлическую ручку и, повернув её, вновь заговорил:

— Помимо меня, к тебе явился ещё один посетитель, которого разрешено впустить, — удивил он меня. — И моя к тебе просьба, Жнец… Оцени её жест по достоинству.

Ничего не понимая, я смотрел на то, как Юрий покидает мою палату и вслед за ним в неё вошла женщина, одетая в строгий чёрный костюм, левый рукав которого был подвязан до плеча.

Её белесые волосы были убраны в хвост, на лице читалась лёгкая усталость, а глаза горели решимостью.

— Здравствуйте, Виктор, — спокойно обратилась она ко мне, хоть и удивилась, где именно я сидел.

— Леди Андерсон, — кивнул я, смотря на то, как женщина двинулась ко мне и остановилась возле стула, где ранее сидел генерал. — Могу я узнать причину вашего визита?

Услышав мой вопрос, женщина на короткое мгновение замялась, но спустя секунду взяла себя в руки и решительно произнесла:

— Из-за недееспособности вести службу по причине ранения, я была вынуждена покинуть ряды Корпуса… — запнулась она и со вздохом продолжила: — Вы спасли мою жизнь и кровь моего рода требует вернуть этот долг.

— Вернуть долг? — приподнялись мои брови от подобной тирады. Последний раз я слышал такое в прошлой жизни самурая.

— Именно так, — кивнула она и выпрямила спину. — С этого дня, я, Элеонор Андерсон, последую за вами и верну долг жизни. Прошу принять на службу, — в один момент преклонила она колено. — Командир.

Смотря на эту женщину, тело которой было напряжено словно струна, я понял о чём именно говорил Юрий минутой назад.

Отказаться? Можно, но зачем? Раз её турнули со службы из-за ранения, что странно, ведь в этом мире есть целители… То она пришла ко мне. Что у этой бабы в голове непонятно и, судя по всему, она может доставить мне кучу проблем.

Вот только сильные одарённые, дослужившиеся в Корпусе до звания капитана, на пороге не валяются. И если я откажу ей, то моя внутренняя жаба удушит меня насмерть.

И раз уж говорить о плюсах, то эта женщина и правда может мне послужить. Как? Пока что не знаю, но найду ей применение.

Хищная улыбка растянулась на моём лице, отчего Элеонор на короткое мгновение сбледнула и передёрнула плечами.

— Что ж… Я принимаю твои слова. А теперь расскажи мне, как так получилось, что тебя выгнали из Корпуса, а руку не спасли.

Глава 5

Выписанный из больницы и приведённый в порядок, я сидел в машине и смотрел в окно на живущий город.

Тихий гул проникающего в салон ветра достигал моих ушей, а глаза наблюдали за идущими по тротуарам людьми.

Каждый из них торопился жить и куда-то спешил. Заработать деньги, получить образование, увидеться с друзьями и родными. У каждого из них была своя цель и они уверено шли к ней… Даже не осознавая, что в любой момент их жизнь может оборваться.

Если бы мой двойник активировал вторую ступень печати, то вся та улица исчезла бы. Нет, не здания, а люди. Виктор превратил бы то место в небольшой филиал мёртвого ада, где балом правит лишь смерть.

И что ему мешает когда-нибудь сделать то же самое со всем городом? Сила? Её у него достаточно и через какое-то время он сможет провернуть подобное.

Да, проявление такой мощи не останется незамеченным и Корпус среагирует. Вот только смогут ли они хоть что-то сделать?

Издав тихий вздох, я повернул голову и посмотрел на сидевшую напротив меня Элеонор. Только сейчас я заметил, что эта строгая и волевая женщина красива. Не так, как это принято считать в мужском сообществе, где бабы надувают губы и делают модные причёски… Нет, её красота была иная. Я бы назвал её первобытной и дикой. Такую женщину впору называть королевой воинов.

Увидев, что Элеонор сидит с прямой спиной, сведенными ногами и собранным взглядом, я не удержался и хмыкнул, мигом привлекая её внимание.

— Что-то не так, командир? — спокойно спросила она.

— Нет, — покачал я головой и подпёр подбородок кулаком, продолжая наблюдать за ней.

Из нашего с Элеонор разговора я понял одну вещь, которая, признаться честно, ввела меня в лёгкое недоумение.

В этом мире есть целители и они вполне способны вытащить полумёртвого с того света. Тоже самое касается и конечностей, которые можно вернуть на место. Вот только есть нюансы. После потери, к примеру, руки, начинается своеобразный отчёт, после которого её уже не вернуть на место. Связано это не только с отторжением организма и отмиранием тканей, но ещё и с самими человеком, если он одарённый.

Как уже известно, одарённые накапливают энергию Мира внутри себя и становятся своеобразными батарейками. И если часть этой батарейки по какой-то причине была оторвана, то счёт идёт на минуты, иначе тело больше не примет её.

То же самое случилось и с Элеонор. В битве с моим вторым «Я», она утратила руку и прошло слишком много времени, из-за чего вернуть её было невозможно. В конечно итоге женщина осталась инвалидом и более не могла выполнять свои обязанности капитана и бойца Корпуса Мебиус.

Жестоко было выгонять её из места, которому она отдала большую часть своей жизни? Возможно, но такова жизнь и военная структура. Её слабость и недееспособность могут стоить слишком многих потерь в будущем.

И, признаться честно, я понимаю эту волевую женщину, как никто другой.

С самого детства роль Элеонор в этой жизни была проста — стать воином. Нейтральный род Андерсон, из её рассказа, всем своим существованием обязан лучшей подготовке бойцов. С самого своего основания они поставляли отборных воинов правителям разнообразных стран, тем самым заслужив нейтралитет на политической арене.

Если проще, то они как поставщики оружия. Продают стволы тем, кто готов платить и для них это лишь бизнес.

И вот, часть этого бизнеса, а точнее его продукт, сидел сейчас передо мной.

Спрашивается, что смущает меня во всём этом моменте? Сильный одарённый, готовый исполнять приказы, одна штука — есть. Бери да действуй и распоряжайся. Вот только здесь стоит вопрос доверия. Элеонор свалилась на меня, как снег на голову и теперь следует за мной, готовая ко всему. Ну… Почти ко всему. Как я понял из нашего разговора и её психологического портрета, она хоть и воспитана в лучших традициях спартанцев, но имеет свои твёрдые принципы. В чём они выражаются? Проще говоря, она против чернухи. То есть, если придётся убивать детей, она не станет этого делать, но и мешать не будет, а просто отойдёт в сторону. Как-то вот так…

В общем, я решил дать ей шанс заслужить моё доверие и исполнить долг чести. И если в будущем наши с ней отношения перерастут грань моего недоверия, то я помогу ей…

Я бросил взгляд на подвязанный рукав, что не укрылось от взора женщины и заставило её издать тихий вздох.

… Вновь обрести целостность.

Помнится Лавров там вовсю работает над моим проектом брони. Что ж… Думаю, старик не откажется поучаствовать в создании ещё одного прототипа, который в мире Карпова носил название БПСН — 820, или как его ещё кличут «Джигор — 820». Бионический Протез Специального Назначения, которым вовсю пользовались получившие увечья ветераны, желавшие вернуться на войну.

В этом мире, конечно, существуют иные протезы, которые также могут помочь потерявшему конечность человеку. Но здешние учёные отстают в подобном направлении от мира Карпова на порядок.

Адаптация к условиям окружающей среды, усиление физического потенциала, разнообразность применения в боевых условиях для выполнения задачи.

Дай я подобную игрушку Элеонор, согласись она использовать её и научившись, то эта женщина станет настоящим монстром. Сила одарённого, помноженная на мощь технического развития из мира Карпова… Адский коктейль.

Поёрзав от подобных перспектив, я невольно улыбнулся и закачал головой, отчего сидевшая напротив меня Элеонор нахмурилась. Как я понял, эта женщина вообще редко показывает эмоции и подобная реакция означает, что она озадачена моими действиями.

То-то ещё будет, красота моя белокурая. Вот стану тебе доверять… Когда-нибудь. И тогда мы станцуем с тобой вальс на костях одного ублюдка.

Автомобиль, выделенный мне генералом, постепенно стал замедлятся и, завернув в квартал, остановился возле одного из домов.

— Телефон твой у меня есть, — спокойно заговорил я и положил руку на ручку двери. — Завтра позвоню.

— Принято, — поморщившись, кивнула Элеонор.

Казалось бы, что такого в моих словах и почему они не понравились этой женщине? Всё просто. Как оказалось, она та ещё наседка, которая не знает границ заботы. Раз она решилась следовать за мной и защищать мою тушку, то в её понимании она всегда должна быть рядом. Вот только мне подобный расклад не нравился, поэтому я в приказном порядке сказал ей направляться домой, после того как меня довезут до квартиры.

Не удивлюсь, если в ближайшее время она снимет квартиру в моём доме…

Открыв дверь и пожелав женщине хорошего дня, я вышел из авто, которое сразу же двинулось до места проживания моей «телохранительницы».

Прикрыв на секунду глаза и подставив лицо прохладному ветру, я вдохнул воздух полной грудью.

Да… Я всё еще жив.

Слабо улыбнувшись и поднявшись по крыльцу подъезда, я зашёл внутрь, сразу же увидев бессменного стража этого дома.

— Здравствуйте, Евгений Олегович, — поздоровался я со старичком, державшим в руке пульт и щёлкающим каналы на небольшом телеке, висящем на стене.

— Виктор? — откровенно удивился старик, отвлекаясь от своего занятия и смотря на меня поверх очков.

Мигом поднявшись с заскрежетавшего деревянного стула, он пошаркал с мою сторону, подтянув пояс махрового халата.

— Боже ты мой… — хрипло выговорил он, подойдя и взяв меня за плечи. — Я уже думал, что ты сгинул, мальчик мой!

— Сгинул? — приподнял я бровь, криво ухмыльнувшись.

За кого же ты меня принимаешь, старик?

— Да тут такое творилось, пока тебя не было! — отпустил он моим плечи и всплеснул руками. — Приходили какие-то идиоты с гербами аристократов! Потом были две блондинистые клуши! Всё выпытывали, где ты и когда я последний раз тебя видел! Потом приходил какой-то красноволосый хмырь в компании панка с ирокезом и разноглазой кралей! А потом!…

— Евгений Олегович, — мягко перебил я его, видя, что старик не на шутку завёлся. — Всё хорошо, не нужно беспокоиться за меня.

— Да как тут не беспокоиться! — вновь всплеснул он руками, а его лицо стало краснеть. — Мы, жители тридцать девятого дома, за своих порвём любого! Пусть только сунутся, — он поднял сжатый морщинистый кулак. — Я им в задницу столько соли заряжу, что сидеть век не смогут!

Улыбнувшись словам столь решительного старика и стража дома, я покачал головой.

— Ах да! — хлопнул он себя по лбу. — Когда я выгонял ту компашку красноволого, спустилась малютка Елена и забрала их. Хорошая она всё таки у тебя… — каким-то своим мыслям улыбнулся старик. — Сразу видно, сердце доброе у девочки.

Мигом осознав сказанное, он сделал ко мне шаг и, встав в плотную, внимательно посмотрел в глаза.

— Ты следи за ней, а то та компашка те ещё фрукты… — тихо проговорил он, а я не удержался и хмыкнул.

— Хорошо, Евгений Олегович, — мне пришлось принять его слова. — Буду смотреть в оба глаза.

— То-то же! — серьезно кивнул он и поковылял к своему столу, на котором стоял вечно исходящий паром стакан с чаем. Сколько помню, этот старичок постоянно гонял этот напиток. — Рад был тебя увидеть, мальчик мой, — махнул он рукой.

Покачав головой и улыбнувшись, я двинулся к лифту. День только начался, а я уже получил порцию веселья…

* * *

Звонкий щелчок дверного замка раздался в моих ушах, а пальцы повернули ключ, открывая дверь квартиры.

И стоило мне только оказаться на пороге, из зала раздался сдавленный животный рык, вслед за которым из-за угла вылетела мохнатая тушка медвежонка… Шерсть которого была частично окрашена в розовый цвет, а на голове висел такого же цвета бантик.

— Куда⁈ — прозвучал звонкий девичий голос.

— А-а? — только и смог я произнести, после чего мохнатый подбежал к моим ногам и спрятался за меня, схватившись лапами за морду и задрожав.

Опустив голову вниз, я посмотрел на сжавшегося и поскуливающего медведя.

Какова чёрта здесь творится?

— О-о-о, Витя! Ты вернулся! — услышал я голос Елены, вышедшей из зала.

Мигом преодолев разделяющее нас расстояние, она заключила меня в крепкие объятья.

— Как твоя поездка? — с улыбкой спросила она, подняв голову и положив подбородок мне на грудь.

— Эм… Поездка? — приподнял я бровь, смотря на неё сверху вниз.

Какая ещё поездка?

— Артём сказал, что тебе нужно было уехать на неделю в Санкт-Петербург по каким-то делам, — стала она отвечать, а я недоумевал. — Только почему ты ему сказал, а мне нет? — надула она губки, наигранно обидевшись.

Услышав её слова и вопрос, я не торопился отвечать и задумался. В голове сразу же всплыл разговор с Евгением Олеговичем, который рассказал про посетителей. И если про аристократов непонятно, то с блондинками и третьей компанией всё ясно.

Возникает вопрос, кто подсуетился и придумал подобную историю моего отъезда? Юрий? Возможно. Скорее всего сестры Рудовы не знали всей информации из-за своих должностей и пришли лично искать меня, а Артём узнал всё либо от самого генерала, либо от своего отца. Всё же, один из сильнейших родов империи и, судя по словам Елены, мои мысли о взаимоотношениях Юры и рода Черновых идут в верном направлении.

— Так получилось, — вымучено улыбнулся я, решив продолжать играть свою роль. — Успел предупредить только Артёма и всё.

— Ну ладно… — протянула Елена и отпустила меня, мигом посмотрев на мохнатого у моих ног. — А ты чего убежал⁈ Я тебя красивым сделать хочу, а ты!

Издав утробный низкий рык, медведь засеменил лапами и вжался в дверь квартиры, смотря на меня глазами полными мольбы, типа «пристрели меня, пожалуйста».

— Хватит издеваться над ним, Лен, — укоризненно произнёс я, нагнувшись и взяв мохнатого на руки. — Он член семьи, а не игрушка, — моя рука сняла розовый бантик, а услышавший мои слова мохнатый издал согласный рык.

— Да я не издевалась… — понурила девушка голову и опустила плечи. — Просто было скучно… Телевизор уже надоел, а больше и заняться нечем…

Вздохнув, я отпустил мохнатого на пол, увидев, как медведь мигом прижался к стене и стал обходить Елену бочком, готовясь в любой момент драпать.

Зверь, способный менять свой размер и разорвавший огромного волка, которого победила молодая девушка. Мда уж…

— Я что-нибудь придумаю, — спокойно сказал я, с улыбкой наблюдая за действиями мохнатого. — В ближайшие дни сходим куда-нибудь, хорошо?

— Точно? — прищурила она глаза. — Не обманешь?

— Точно, — кивнул я и сразу же вновь был обнят мигом отбросившей плохое настроение и завизжавшей девушкой.

Надо только с делами разобраться и обдумать всё, что произошло со мной. Но пока что я хочу сделать лишь одну вещь…

— Лен, — обратился я к девушке.

— Ась?

— Ты голодна? — прозвучал мой вопрос, вслед за которым я услышал урчание живота. Вот только принадлежал этот звук не мне.

Сжав объятья сильнее, она спрятала покрасневшее лицо и до моих ушей донеслось лишь одно слово:

— Угу…

— Вот и хорошо, — хмыкнул я, достав телефон из кармана и открыв приложение доставки. Готовить не хотелось от слова совсем, поэтому закажу пиццу.

Проведя все махинации и сделав заказ, я дождался пока девушка отпустит меня и мы вместе двинулись на кухню.

Елена увлечённо рассказывала, как прошёл бал и спрашивала почему я убежал. Пришлось юлить, ведь правду ей знать ни к чему.

Потом последовало девичье щебетание о всяких платьях, рекламу которых она видела по телевизору. Ну а я в это время ставил чайник, улыбался и смотрел на то, как мохнатый залезает на стул рядом с девушкой.

Да… Я всё ещё жив и мне есть ради кого сражаться…

— Вить, всё хорошо? — с лёгким беспокойством спросила Елена, увидев, как я сжал в руке одну из кружек и застыл.

— Да, Лен, — спокойно кивнул я, поставив посуду на стол и соврав. — Всё хорошо.

Я видел, как забавно сморщила носик моя названая сестра и как чихнул мохнатый, с трудом удержавшийся на стуле, чем вызвал звонкий смех Елены.

Моя новая семья, которую я обрёл в этом мире. Моя слабость, которой второй Виктор непременно воспользуется.

Что ж… Пусть приходит…

Мои глаза вспыхнули на короткое мгновение тёмно-синим светом.

… Я буду готов.

* * *

Закинув пиджак формы академии на плечо и изнывая от палящего солнца, я подошёл к двери одного из спортзалов и, взявшись за шершавую металлическую ручку, плавно опустил её.

Громкие голоса мгновенно достигли моих ушей, а в нос ударил запах резины и металла.

Зайдя в помещение, я спокойно двинулся к стоявшему в центре зала мужчине, который вовсю вёл разминку у одетых в чёрные облегающие костюмы учеников.

Коротко повернув голову и увидев меня, он поморщился и, стоило мне подойти, раздражённо произнес:

— Явился, значит, хорошо.

— Здравствуйте, Николай Александрович, — кивнул я, поприветствовав учителя по боевой подготовке и по совместительству физкультуры и стрельбы.

— И тебе не чихать, пацан, — хмыкнул он, а бегающие по залу ученики всё чаще обращали на нас внимание. — Директор сказал, что ты будешь отсутствовать и поэтому я тебя не исключил из команды.

— Приятно слышать, — вновь мой кивок и облегчённый вздох. Не хотелось бы мне вновь спорить с этим мужиком. Просто лень.

— Твоя форма в раздевалке, — указал он рукой на белоснежную дверь в углу зала. — Беги переодевайся и на разминку, сегодня у нашей команды насыщенный день.

— Насыщенный день? — приподнял я бровь, не поняв его.

— А ты не слышал? — откровенно удивился он. — Через полчаса у нас бой на учебном полигоне номер три.

Твою же ж…

— Да, ты всё правильно понял, — оскалился Николай Александрович, увидев, как я поморщился. — Тебя не было всё это время и команда отрабатывала тактику. Теперь будешь учиться в полевых условиях, что я думаю для тебя не проблема.

— Кто противник? — подобрался я, принимая вводную.

— Ученики второго курса академии имени Георгия Победоносца, — ещё шире оскалился он. — Сильная и слаженная команда.

Услышав слова учителя, я серьезно кивнул и двинулся в сторону раздевалки.

— Романов! — раздался крик Николая Александровича в мою спину. — На полигоне разрешено использовать специальное стрелковое оружие. Ты неодарённый и я не знаю, как работает твоё Вуду-Дуду. Поэтому решай, чем будешь сражаться и я сообщу тем, кто сейчас занимается обустройством полигона.

Остановившись и коротко повернув голову, я ухмыльнулся и дал свой ответ:

— Пистолета будет достаточно.

Академия имени Георгия Победоносца, да? Что ж… Так даже лучше. Нет вернее способа прочистить мозги, чем бой.

Глава 6

— Эти гады засели, как кильки в банке! — готовым к бою голосом проговорил Костюк, слегка выглянув из-за бетонной преграды и сразу же спрятавшись от влетевшего в неё огненного снаряда. — Каков план, Соломахин⁈

— Нужен отвлекающий маневр, — спокойно выдал длинный Соломахин и взглянул на нашу бравую команду.

После известия о том, что мне предстоит участвовать в командном бою против другой академии, я рассчитывал на открытый бой. Вот только реальность оказалась такова, что это не так. Суть этого боя в том, чтобы отработать тактику захвата здания и заложников, которых у засевших в трёхэтажном объекте целых две штуки.

Пока Соломахин выдавал план действий и чертил его на рыхлой земле под нашими ногами, я выглянул из-за угла бетонного перекрытия.

— Двое, третий этаж, окна… — спокойно пробормотал я, заметив краем глаза, как одна из девушек, обещавшая мне тортик с борщом, обратила на меня внимание. — Трое, главный вход…

— Что он там бормочет⁈ — раздражённого бросил Костюк. Не любит меня этот парень после того спарринга.

Вся команда повернулась ко мне с застывшими на лицах вопросами.

— Думаю, смогу, — серьезно кивнул я, отходя от угла и проверяя сидевший на мне чёрный костюм.

Удостоверившись, что ткань нигде не выпирает, а специальный бронежилет, рассчитанный всего на одно попадание, сидит плотно, я слегка попрыгал и вновь кивнул.

— Романов, а план⁈ — недоуменно проговорила одна из девушек, черноволосая красавица с чертами азиатки.

— План есть, — пожал я плечами, достав из кобуры пистолет и проверив наличие патронов.

Восемь штук в обойме. Два магазина в разгрузке. Сойдёт.

— Просветишь? — поправив очки, спокойно спросил мозг нашей команды и по совместительству капитан.

— Те, что на третьем этаже, — передёрнул я затвор. — Сидят в правом крыле здания. Скорее всего заложники там. Трое идиотов, засевших в главном входе, ждут пока мы войдём с ними в клинч, чтобы остальные устроили обстрел…

— Продолжай, — как-то странно улыбнулся шпала, а его глаза, смотрящие на меня, заблестели.

— Я не изучал вашей тактики, — сделал я шаг к бетонном углу. — И знаю лишь один способ, как мне принести пользу.

Переглянувшись, ребятки посмотрели друг на друга недоуменным глазами, а Соломахин оскалил свою улыбку ещё шире.

— Поэтому, — моя нога подошла к краю, за которым всё и начнётся. — Я возьму на себя отвлекающий манёвр, а вы устраните противников и освободите заложников.

— Пойдёшь под техники и пули⁈ — выпалила красавица Морозова, будто и правда беспокоилась за меня.

— Мне не привыкать, — пожал я плечами, останавливаясь возле злосчастного угла и выглянув из-за него.

И стоило это сделать, в землю рядом со мной сразу же врезалась ледяная сосулька, обдав холодным воздухом.

— Подожди! — рявкнул Костюк, отчего я поморщился и посмотрел на парня.

С суровым и хмурым лицом, он подошёл ко мне вплотную, что из-за нашего с ним различия в росте, смотрелось забавно.

Поиграв желваками, он в конечном итоге громко выдохнул и достал из своей разгрузки обойму пистолета. Как оказалось, он тоже пользовался только этим оружием…

— Держи, — нехотя парень протянул магазин. — Тебе нужнее.

— Спасибо, — хмыкнул я, не став отказываться и сразу же убрав в нужное место.

— Сёма такой лапочка, когда сердится, — умилилась черноволосая азиаточка, на что Костюк покраснел.

— Заткнись! — буркнул он и двинулся на своё место.

— Готовы? — бросил я взгляд на команду и увидел синхронные кивки. Печати Скачка и Усиления легли на ткань одежды, озарив наше укрытие тёмно-синим сиянием, видным только мне. — Тогда начнём!

* * *

Умар Арипов, капитан команды академии имени Георгия Победоносца про себя уже праздновал победу в первом раунде. Их противники сделали большую ошибку, позволив себе время на полное прорабатывание плана и дав укрепиться в здании.

Умар знал, что его ребята не обладают выдающимися способностями для противостояния в открытом бою… Но там, где нужна защита позиций и укрепление… Им не было равных среди других академий и школ!

За время своей учебы и капитанства Арипов ни разу не проиграл и всегда приводил свою команду к победе, через изматывание противника и глухую оборону.

— Чего они ждут? — мелодично спросила пепельноволосая красавица, стоявшая рядом с ним. Его девушка и заместитель. — Время скоро кончится и они проиграют.

— Если такое произойдёт, Кать, — ухмыльнулся Умар, почесав нос. — То нам только на руку.

— Я наводила справки об их команде, — вновь подала голосок красавица. — Главное сдержать Костюка. Остальные не смогут пробиться через наше трио внизу.

Услышав слова своей девушки, Умар хотел обозначить кивок и согласиться с ней, но только он это сделал, как они вдвоём услышали звонкий смех.

Повернувшись, они посмотрели на сидевших в центре комнаты на третьем этаже заложников, среди которых находилась черноволосая девушка с красными глазами и тёмным шарфиком.

— Вас что-то рассмешило, леди Соколова? — ядовито спросила Катя. Её бесила эта зазнавшаяся баба.

— Забавно, как вы празднуете победу, хотя она ещё не настала, — ухмыльнулась Соколова, взмахнув волосами.

— Команда вашей академии не сможет пробиться через наших ребят, — оскалилась Катя. — Так почему бы нам не радоваться?

— Да так, — безразлично пожала плечами заложница. — Вы забыли про один кадр… — и уже тише добавила: — Наглый и самоуверенный кадр…

Не поняв о ком речь, Умар и Катя переглянулись и именно после этого снаружи раздался взрыв!

Мигом сорвавшись с места и окутав тело покровом льда, Умар выглянул в окно и увидел, как в их сторону на полной скорости несётся черноволосый юноша, вооружённым лишь пистолетом, которым стрелял по окнам первого этажа!

«Да он самоубийца!» — то ли возмутился, то ли восхитился Умар, сам не зная, как оценить подобный поступок.

А бегущий прямо к зданию юноша не переставал работать ногами и его скорость поражала!

Ему хватало доли мгновения, чтобы уклонятся от техник и последующих взрывов! Он будто бы исчезал с одного места и появлялся в другом!

— Телепортация⁈ — удивлённо крикнула Катя, спрятавшаяся за спиной своего парня. — Н-о-о… К-как⁈

— Я бы и сам хотел знать, — закусил Умар нижнюю губу и коснулся передатчика в ухе, выйдя на связь с остальными. — Бейте по площади!

Получив приказ, члены команды имени Георгия Победоносца стали создавать техники массового поражения. Они не несли в себе большого количества энергии Мира и не убьют попавшего под них. Но даже так, приятного от подобных повреждений будет мало…

А юноша, бегущий в сторону здания, продолжал крутиться, как уж на горячей сковородке.

Умар видел, как ту зону, где был их противник, накрыл слаженный удар двух техник, земли и огня, превративший всю зону поражения в раскалённую пустыню!

Вот только их оппонент не то чтобы не пострадал, он в одну секунду оказался прямо в центре этой пустыни и, нагло разведя руки в стороны, помахал ими, как бы спрашивая «и это всё?».

— Ублюдок, — зло прорычал Умар, хотя и не испытывал этого чувства. Скорее это была не злоба, а уязвленная гордость.

— А я говорила, — послышался насмешливый голос за спинами юноши и Кати. — Вы слишком рано празднуете победу!

Поморщившись, Умар отошёл от окна и стал раздаваться приказы. Его девушка же осталась и продолжала наблюдать за юношей, который по её мнению был идиотом.

« Не знаю, на что ты рассчитываешь, мальчик», — проговорила она про себя. — « Но твой манёвр не принесёт вам победу».

Вот только чего она не видела, так это слаженной команды Имперской академии, которая зашла в слабо защищённый тыл здания и готовилась к штурму…

* * *

Применив Скачок и избежав очередного огненного взрыва, я спрятался за ржавой и смятой машиной.

— В-вот же ж… — быстро смахивал я со своего рукава языки пламени. — Зацепили всё таки, ироды.

Дыхание частично сбивалось, волосы слиплись от пота, грудь всё чаще делала глубокие вдохи, а нос порядком забило запахом гари.

Не знаю сколько времени я играл роль мишени, но занятие это такое себе. Ещё с жизни самурая, когда Минамото решил использовать меня, как отвлекающий фактор, мне не понравилась эта роль. Впрочем, тогда и расклады были другие…

— И цветы краше и трава зеленее, ага… — дополнил я свои мысли, выглянув из укрытия и выстрелив по окнам, отчего двойка наглых детишек спряталась.

Чётким и обработанным до автоматизма движением я вытащил пустой магазин и перезарядил пистолет, сведя руки в локтях и приложив его к лицу.

Нос сразу же уловил запах каких-то химикатов, из которых делались патроны. Небольшие металлические шарики, которые содержали внутри себя своеобразную краску.

— Романов, мы внутри, — услышал я голос нашего капитана в ушном передатчике и на короткую секунду удивился.

А они быстро сработали, молодцы!

Вслед за словами нашего мозга команды и капитана внутри здания стали раздаваться хлопки техники и звуки выстрелов. Обстрел по моей позиции затих, сразу же дав понять, что у обороняющихся появились другие приоритеты, чем палить по верткой мишени.

— Идти или не идти, вот в чём вопрос… — тихо пробормотал я, вытягивая ноги на земле.

Откинув голову на ржавый металл автомобиля, я посмотрел на проплывающие облака и яркое солнце.

Лёгкий ветер касался пропотевшего лица и волос, обдувая их и принося какую-то лёгкость.

По хорошему, я со своей задачей справился и могу сидеть на заднице ровно. Вот только если моя команда не справится и не вытащит заложников до сигнала, мы проиграем. А если мы проиграем и Николай Александрович по камерам увидит, что я сидел, то он мне весь мозг сожрёт.

Вздохнув, я всё же принял решение и, оперевшись рукой на ржавое авто, поднялся на ноги.

Звуки боя в здании продолжали набирать обороты. В окнах всё чаще виднелись вспышки техник и стихий.

Испытывал я хоть что-то к этому бою? Нет. Я хотел очистить свои мозги, после всего того что произошло со мной. Вот только это тренировочный бой и отдаться ему полностью не получиться. Это для детишек подобная войнушка на грани фантастики и кайфа… Для меня же это как игра в песочнице.

Которую нужно заканчивать…

Вдох-выдох и я срываюсь с места, на полной скорости побежав в сторону здания и стараясь держаться укрытий. Можно было конечно перебежками добраться, но не в моём случае. Противостоящие мне ребятки не профи и на любую их атаку я успею применить Скачок.

Добежав до здания, я не стал врываться через парадный вход, а нырнул щучкой в одно из окон, сразу же перегруппировавшись при приземлении.

В сидячем положении я наскоро осмотрелся внутри и, увидев, что никого нет, быстро двинулся в сторону лестницы.

Подойдя к ней, я слегка приоткрыл деревянную дверь, издавшую мерзкий скрип, заставивший меня поморщиться.

Вот только из-за того, что происходило на лестнице, вряд ли кто-нибудь заметил бы подобный казус.

Между вторым и третьим этажами творилась настоящая бойня. Хмурый малыш Костюк вовсю сиял золотым светом и мутузил двух парней, выбивая из них всё дерьмо.

Троица наших визави держала мощную оборону, не позволяя пробиться наверх.

Красавица азиатка держала какие-то полупрозрачные щиты, прикрывая двух наших раненных товарищей, одна из которых деваха, обещавшая мне торт и борщ.

Капитана-шпалы и ещё двух ребят не было и, судя по взрывам на третьем этаже, они дошли до заложников и главного гада противников.

План действий появился в моей голове, как мысль полная просветления и гения. А называл я его «бей своих, чтобы чужие боялись!».

Оскалившись, я дождался, пока тушка Костюка встанет максимально удобно для меня и, улучив момент, ворвался на лестницу, мигом преодолевая ступеньки.

Оказавшись позади сияющего золотым светом и разгоряченного парня, я укрылся с помощью него от двух огненных шаров.

— Извиняй, но нам нужна победа, — спокойно произнёс я, а на лице уже разошлась полубезумная улыбка.

На моих руках засияли печати Усиления, а руны внутри них вспыхнули тёмно-синим светом и закрутились.

— А-а? — только и смог произнести недоумевающий Костюк, увидев, как я хватаю его тушку и бросаю в троицу засевших в обороне. — С-у-у-у-ка!!!

Он летел аки золотая птица в небесах, несущая такие же золотые яйца… Которые врезались в укрытие противников с мощным хлопком. Откуда я знал, что Костюк своей тушкой выдержит удар об наспех сделанное каменное укрепление? В целом… Я не знал. Но он же крепкий парень!

Оказавшись в обороне противника, Костюк по-настоящему озверел и словно Рэмбо стал раскидывать наших соперников, сопровождая всё это благим матом.

Оскалившись ещё сильнее, я рванул прямо в эту кучу малу и, подобравшись, отвёл голову от удара кулаком, объятым красным пламенем.

Сделав подшаг к этому ретивому, я схватил его за руку и, поставив ногу под его опорную пятку, повалил его на землю, попутно сделав два выстрела в грудь.

— С-сдаюсь… — хрипло выдохнул он, раскинув руки в стороны и тяжело дыша.

Хмыкнув, я бросил взгляд на дерущегося Костюка и побежал по лестнице на третий этаж, где меня застала интересная картина.

Половина этажа, представляющего собой один большой зал, была покрыта льдом. Его источником был невысокого роста смуглый паренёк с короткими волосами и волевым лицом, как у горца. И судя по острым чертам, ранней растительности на лице и пронзительному взгляду, он и был уроженец гор Кавказа.

Рядом с ним стояла объятая серой дымкой пепельноволосая красотка, будто бы сошедшая со страниц журналов.

И вот эта парочка держала за спиной двух заложников, одного из которых я не знал и никогда не видел, а второго… Точнее, вторая, заметившая моё появление и прожигающая меня каким-то странным взглядом… Была мне хорошо знакома.

Моя команда, а точнее её остатки, как и ожидалось тоже были здесь.

Капитану-шпале-Соломахину сильно досталось и часть его одежды была покрыта корочкой инея. Остальные ребятки не в лучшем виде и держались чисто на морально волевых.

— Ну и что ты встал⁈ — услышал я крик Соколовой, явно обращающейся ко мне. — Спасать меня кто будет⁈

Вслед за её словами вся ребятня сразу же обратила на меня внимание. И если во взгляде нашего капитана и ребят я читал облегчение и дольку радости. То горец и его фифа напряглись, что неудивительно, ведь их тоже знатно потрепало.

Оценив подобный расклад и посмотрев на наглую моську Соколовой, я вздохнул и махнул рукой, спокойно проговорив:

— Сама себя спасай.

— Ах ты! — заёрзала девушка, сидящая на полу со связанными руками. — Да я тебя!

— Да-да, — демонстративно поковырялся я в ухе, направляясь окну.

— Виктор, сейчас не время для шуток, — серьёзным голосом проговорил наш капитан, сжимая кулаки.

О-о-о, я только сейчас заметил, что он без очков остался!

Вздохнув, я остановился и посмотрел на горца с девахой, готовых к бою и тянущих время. Весь наш разговор идёт им на пользу и они это понимают. Это понимает и капитан-шпала, который так же понимает, что я это понимаю…

Та-а-ак… Что-то я не в те дерби своих мыслей полез.

Мощный звук сигнала раздался над учебным полигоном, давший понять, что осталось времени меньше минуты.

И стоило ему прозвучать, на этаже сразу же стало слишком душно. Команда противников понимала, что им осталось продержаться лишь немного, а моя команда осознала, что либо сейчас, либо никогда!

Мощный порыв холодного ветра появился за спиной горца, руки которого вытянулись и направились прямо на нас. Его красавица напарница также не отставала и распространяла вокруг себя серый дым.

Тьма взбурлила на плечах нашего капитана, а остальные ребята вспыхнули огнём.

И только я стоял и почёсывал затылок, смотря на гневно ёрзающую Соколову.

Эх, ладно…

С характерным рыком горец хотел запустить в нас своей техникой, пойдя ва-банк.

Вот только я не дал ему этого сделать.

Скачок и я оказываюсь за его спиной, шокировав абсолютно всех, особенно Соколову, в глазах которой утвердилось какое-то принятие и осознание.

Выпрямив ладонь, я создал в руке слабую печать Усиления и ударил в шею горца, пробивая его ледяную защиту и отправляя парня в нокаут.

С рыком его напарница бросилась на меня и я ощутил, как на мгновение мои инстинкты взорвались опасностью, исходящей от её тумана.

Вновь Скачок и удар в живот, от которого она согнулась пополам.

— Кха-а-а… — выдохнула она, повиснув на моей руке. — В-всё таки… Т-телепортация…

Произнеся последнее слово, она отключилась и я бережно уложил её на грязный бетонный пол, посмотрев на удивлённого подобной расправой капитана-шпалу.

— Заложники, — спокойно произнёс я, мигом выбивая парня и остальных товарищей из ступора.

— А-ага… — кивнул Соломахин.

— Освободи меня уже, Романов! — взвилась Соколова, крутясь на заднице и смотря на меня гневными глазами.

Да что это с ней? У неё гон начался что ли?

Покачав головой, я поднялся на ноги и подошёл к девушке, развязав путы.

— А раньше нельзя было этого сделать⁈ — подорвалась эта фурия с пола, нависнув надо мной и обдав запахом свежей росы и дождя. — Ты мог меня освобод…

Мощный звук сигнала огласил окончание боя, отрезая от моего слуха слова продолжавшей кричать девушки. И единственное, что мне оставалось сделать в этой прекрасной ситуации, это широко улыбнуться, что выбесило её ещё сильнее.

Вот только моя улыбка была фальшью. Ведь я так и не смог очистить свои мозги и направить мысли в нужное русло. Настроение поднял, это да… Но надолго ли?

Глава 7

Сидя в раздевалке и снимая с себя пропитавшийся потом костюм, я слушал разговоры ребят из команды. Каждый из них в той или иной мере радовался прошедшей тренировке и бою.

Мы выиграли два из трёх раундов, вымотавшись по полной. Даже я, использующий печати, ощущал достаточную усталость…

— Хорошо постарался, — произнёс Соломахин, сев рядом со мной и начав развязывать обувь, представляющую собой чёрные берцы.

— Ага, — кивнул я, сняв футболку и ощутив, как по спине сразу же побежали мурашки из-за холода. — Вы тоже молодцы.

— Скоро у нас будет ещё один тренировочный бой, — продолжил он говорить спокойным голосом. — Тамошняя команда гораздо сильнее, чем та, которую мы одолели.

— К чему ты это? — бросил я на него косой взгляд.

— К тому, — снял он один ботинок, облегчённо вздохнув. — Что тебе нужно изучать тактику вместе с командой. Как одиночный боец ты очень хорош, Виктор. Даже не знаю, кто мог бы посоревноваться с тобой в скорости… Но военные игры это командный спорт. И то, что сработало однажды, не факт, что сработает вновь.

— Я это понимаю, — обозначил я кивок, прекрасно понимая о чём речь.

Соломахин прав, как бы не хотелось это признавать. В прошедшем бою противники просто не ожидали моих способностей и не были готовы. Вот только такое не сработает против очередной команды. Я более чем уверен, что после этой тренировки каждая сутулая собака будет знать, что в команде Имперской академии есть человек, способный телепортироваться.

В конечном итоге меня просто могут зажать в угол и всё. Это я, конечно, утрирую… Но лишь дурак будет рассчитывать на глупый случай и верить в свою непобедимость.

— Мы с ребятами в столовую пойдём, ты с нами? — спросил парень, открыв шкафчик и доставая оттуда мыльные принадлежности.

Часть остальной команды уже давно ушла в душ, откуда доносились радостные голоса и звук бегущей воды.

— Нет, — помотал я головой, поднимаясь с лавочки. — Мне нужно уехать по делам.

— Понял, — хмыкнул шпала, обернувшись полотенцем и взяв в руку мочалку с шампунем. — Лера будет расстроена.

— Эм?… — недоуменно посмотрел я на него и увидел очередной хмык.

— Морозова, — назвал он фамилию, а я пытался понять о чём это он. — Ты ещё не понял что ли? — откровенно удивился он.

— Не понял что? — наклонилась моя голова набок.

— То, что нравишься ей, — пожал Соломахин плечами, говоря прописные истины, которые в его понимании я должен был знать.

Услышав его слова, я вспомнил некоторые моменты тренировки, когда Морозова то беспокоилась за мои выходки, то порывалась пойти со мной в бой…

Мда уж… Не хватало мне ещё одной женщины на горизонте их и так уже солить можно.

— Прикольно, — выдал я, кивнув, на что шпала покачал головой.

— Она хорошая девушка, Виктор, — двинулся он в сторону душевой. — Надеюсь, ты не обидишь её…

Проводив спину этого парня задумчивым взглядом, я просто вздохнул и быстро переоделся в форму академии. В душ идти сейчас смысла не было, судя по тому, что задумал мой воспалённый мозг.

— Главное, пережить этот день… — пробормотал я, закрывая шкафчик и двинувшись на выход из раздевалки, попутно вызывая такси к главным воротам академии.

* * *

Солнце заходило за горизонт, окрашивая небо в бордовые цвета. Лёгкий ветер гулял среди деревьев, напевая свою мелодию.

Сделав глубокий вдох, я медленно выдохнул, сидя на холодной земле посреди леса неподалёку от базы Алексея.

Сердце стучало спокойно и размерено, а в мыслях была лишь пустота, хоть в голову и рвались думы о прошедших днях.

Но сейчас я не зацикливался на этом. Сейчас мне нужно было сохранять разум холодным и учиться.

Воин, солдат, рабочий завода, художник, скульптор… Каждый из них следует своим путём. Так же делает и Жнец. Да, мы проходим через страдания души и тела, но это лишь катализатор и активатор нашей силы. Самое главное же, это внутреннее равновесие, которое я потерял на короткое мгновение и обрёл вновь, находясь в палате больницы.

Вдох, моя грудь вздымается, а до слуха доносятся звуки птиц и живого леса.

Выдох, спина прямая, ноги сложены в позе лотоса, а руки лежали поверх коленей и расслаблены.

— Что ж… — тихо произнёс я, ощущая, будто мой голос тонет в звуках мира. — Начнём.

Замолчав, продолжая дышать и контролировать биение своего сердца, я представил тьму внутри себя, готовую вырваться и поглотить всё на своём пути.

Моя воображаемая рука потянулась к ней и коснулась, после чего моё сердце совершило мощный удар.

Продолжая погружаться, я с каждой долей секунды чувствовал, как тьма отзывается всё сильнее, пробуждаясь ото сна.

После больницы я более не запирал своего Жнеца в клетке, найдя с ним компромисс и приняв его, каким он есть.

Зачем бороться со своим я? Для чего запирать в клетке то, что является частью тебя самого? Тьма, что заменила половину моей разорванной души. Тьма, рождённая в страданиях и боли тех, кого я убил.

Глубокий вдох и я погружался всё дальше. Сердце стало биться чаще, тело напряглось, а мысли будто бы исчезли, оставив лишь холод.

Мой разум словно поместили в отдельную комнату, куда не проникают никакие звуки или размышления.

Никогда прежде я не чувствовал ничего подобного и сейчас мне нужно было понять грани той силы, что я обрёл. Глупец тот, кто действует, не зная своих возможностей.

Погрузившись полностью, я почувствовал, будто Жнец, олицетворяющий тьму моей души, стоит прямо передо мной. Он не скалит клыки и не рвётся в бой. Он лишь ждёт. Ждёт моей команды.

Вновь глубокий вдох и я стал пропускать тьму через себя, проводя сначала ничтожное количество энергии Смерти, а потом всё больше и больше.

Даже находясь с закрытыми глазами и не видя ничего рядом с собой я ощущал, как вокруг начинает холодать. Из моего рта вырывалось горячее дыхание, а кожу покрывал липкий пот.

Больше… Я могу больше…

Тьма стала вытекать из моего тела, поток которой я увеличивал с каждой секундой, пока не ощутил нарастающую боль, буквально охватывающую меня всего.

Каждая клетка готова была разорваться, не выдерживая той силы, что я пропускал через себя.

Очередной вдох и я медленно открыл глаза, чтобы в следующее мгновение впасть в полный ступор.

Всё вокруг меня на расстоянии не меньше восьми метров было покрыто снегом и льдом. Краски мира словно выцвели и приобрели лишь два оттенка — чёрный и белый.

Увидев, как из моего горла вырвалось облачко пара, я опустил взгляд вниз и посмотрел на свои руки…

Полностью чёрные, будто угольные, он были украшены такого же цвета острыми когтями.

Я видел, как мелкие капли тьмы падают с них и, достигая земли, промораживают её ещё сильнее.

Ловко и удивительно легко, я поднялся с земли и продолжал осматривать себя.

Одежда осталась без изменений, но источала из себя какую-то тёмную, будто живую, дымку. Она окружала меня вплоть до колен и всё чаще взмывалась к голове, словно желая укрыть меня от всего.

— Хорошо, — кивнул я, сжав кулаки и услышав свой изменённый голос, похожий на скрежет льда. — Эксперимент номер два.

Бросив взгляд на огромный валун, лежавший в десяти метрах от меня, я сделал шаг и ощутил, как земля под ногой продавилась, а лёд потрескался.

Хм… Интересно.

Перенеся вес на опорную ногу, я резко подался вперёд, срываясь в атаке в сторону валуна и замахиваясь когтями.

Мощный порыв ветра оглушающе взорвался за моей спиной, поднимая снег и заставляя окружающие деревья жалобно заскрипеть.

За считанное мгновение я преодолел расстояние, на которое мне понадобилось бы использовать Скачок. И сделал это… Лишь голой силой.

Острые когти вошли в крепкую породу, словно раскалённый нож сквозь масло, оставив передо мной две лежавшие половинки.

— Твою мать… — проскрипел я и посмотрел на когти.

Это… Слишком опасная и неизвестная сила, мощь которой просто поражает. Вопрос лишь в том, все ли Жнецы способны на подобное, сделав шаг в бездну? За все мои прожитые жизни я не видел, чтобы кто-то обладал хоть чем-то похожим на это состояние…

— И как мне назвать это? — задал я вопрос в пустоту, наблюдая за капающей с когтей тьмой.

Новая сила… Новая начало… Гармония с самим собой… Души, что следуют за мной…

— Харон, — вспомнил я имя перевозчика душ умерших из греческой мифологии и кивнул. — Сойдёт.

Отойдя от камня на несколько шагов, я решил приступить к третьему эксперименту и призвал в руку топор.

Рукоять из красного дерева, обмотанная тканью, легла как влитая. Древо рун на обухе и лезвии засияли, а после вспыхнули темнотой и мраком. Я чувствовал, как от одного появления топора в состоянии Харона энергия Мира буквально испарилась и выгорела.

Мощный поток энергии Смерти стал стремиться из моей руки в оружие, насыщая его словно губку. И с каждой секундой лезвие источало из себя всё больший мрак, пожирающий остатки лучей заходящего солнца.

— Интересно… — проскрежетал я и взял топор двумя руками. — Ох… — с трудом устоял я на ногах, ощутив напор впитываемой оружием силы.

Реальность стала дрожать и искажаться от невообразимого количества энергии Смерти, а топор продолжал впитывать её, будто путник, увидевший оазис в пустыне.

С трудом выпрямив спину и чувствуя словно оружие невыносимо потяжелело, я крепко встал на ноги, продавив землю.

Отведя топор вбок и слегка опустив лезвие к земле, я ощущал дикую вибрацию в руках и желание боя, исходящее от оружия.

— Ргха!! — вырвался рёв из моей глотки, а земля под ногами дрогнула.

Заставляя воздух гудеть и схлопываться, я нанёс удар в сторону лесного массива, подальше от базы.

И я рад, что сделал именно так… Ведь в следующее мгновение с лезвия, вспыхнувшего непроглядным мраком, вылетел мощный поток серповидной тьмы.

Срубая деревья, замораживая землю и погружая её в ледяной ад, серп продолжал своё движение, уничтожая всё на своём пути.

— Т-твою мать… — сбивчиво проскрипел я, повторив раннюю фразу, затем покачнулся и припал на одну ногу от бессилия.

Мои глаза наблюдали за тем, как уничтожающий всё на своём пути серп тьмы достигает горного пика, а дальше земля содрогнулась.

Теперь эту гору будет украшать уродливый шрам…

Опустив взгляд на лезвие топора, которое вновь начало насыщаться энергией Смерти, погружая меня в усталость, я мигом отозвал его.

Тело начинало изнывать от всё нарастающей покалывающей боли, дав мне понять, что это предел. Я слишком слаб, чтобы использовать состояние Харона на полную и подобное чуть не стоило мне жизни в бою против Виктора.

А значит…

— Нужно стать сильнее… — пробормотал я уже своим голосом, перекрыв поток тьмы и успокоив внутреннего Жнеца.

Руки и кожа возвращали своё исходное состояние, а одежда перестала источать из себя тёмную дымку.

Глубоко вздохнув свежий воздух, который из-за окружающего меня снега и льда стал холодным, я слабо улыбнулся. Усталость накатывала всё сильнее и хотелось спать, но перед тем, как отправиться домой, надо решить ещё одно дело.

На каменных ногах я двинулся в сторону автомобиля, припаркованного на дороге до базы, слушая звуки леса.

Итак, что я имею? Грубо говоря, второе состояние, усиливающее мой физический потенциал. Также состояние Харона входит в резонанс с Левиафаном и превращает его в просто чудовищное оружие… Тот удар был сделан мной, обладающим лишь частью этой мощи, а эффект превзошёл все ожидания. Проблема в том, что после одного такого «серпа тьмы» меня одолевает сильная усталость.

— Один, максимум два, — вынес я свой вердикт, убирая рукой ветку от лица.

Неприятно конечно осознавать, что ты слаб и не можешь использовать весь свой потенциал… Но в реальности одного такого серпа хватит, чтобы стереть в порошок большинство одарённых, если не любого из них.

Выдержит ли император подобную атаку? Не знаю, но сильно сомневаюсь. Проблема только в том, что по нему нужно ещё попасть…

Что ж… Как бы это не звучало, а в свете последний событий сила мне нужна катастрофически быстро и, судя по школьным боям, там я её не получу.

— Значит всё же придётся отправиться на войну, после того, как закончу дела, — вздохнул я, выходя на дорогу и двинувшись к машине. — И сделать это необходимо достаточно скоро.

Сев в авто и заведя его, я плавно двинулся в сторону базы, где меня уже ждал для разговора нужный человек.

Осталось только уговорить его отправиться со мной в ад, из которого он с трудом выбрался…

П. А. Такая вот глава. Да, она короткая но так нужно было. По сути, вся эта прода это проходняк и чтобы показать эксперимент гг с новыми силами.

З. Ы. Хочу сказать большое спасибо тем, кто помимо покупки книги кинул наградку! Вы лучшие, следующий тост за вас!

Глава 8

Покинув машину и вздохнув от усталости прошедшей тренировки, я двинулся в сторону КПП, где бессменно дежурили не менее двух бойцов рода Беркутовых.

Фонари освещали базу своими лучами, свет горел в окнах корпусов и других зданий, а по территории ходили патрули бравых вояк.

— Привет, ребят, — махнул я рукой, поздоровавшись с бойцами.

— Привет, Виктор, — ответил один из них густым басом, а другой просто кивнул. — Тебя уже ждут в штабе.

— Алексей тоже здесь? — спросил я, увидев рядом с КПП машину своего друга.

— Да, он прибыл час назад.

— Понял, — кивнул я и подошёл к двери небольшого здания, отделяющего внешний мир от территории базы.

Оказавшись внутри и махнув рукой дежурному, я прошёл небольшой коридор и вышел через другую дверь, сразу же двинувшись к штабу.

На моём пути встречались работники базы, которые двигались по своим делам и обязанностям. Были и небольшие бригады рабочих, которые жили здесь и продолжали отстройку разрушенных после нападения зданий.

Поднявшись по крыльцу, украшенного белоснежной плиткой, я положил руку на гладкую ручку двери, собираясь открыть её.

Но только я сделал это лёгкое усилие, дверь сама открылась и передо мной показалось лицо Фёдора Константиновича, главы рода Беркутовых и отца моего друга.

— Здравствуй, Виктор, — улыбнулся пожилой мужчина, поправив пиджак тёмного костюма. — Рад тебя видеть, — вышел он на крыльцо.

— Здравствуйте, Фёдор Константинович, — кивнул я и дополнил: — Не могу сказать того же самого.

— Я стал тебе врагом, мальчик? — приподнялись уголки его губ.

— Пока что нет, — пожал я плечами, дав ответ. — Но разве вы не думали, что моё отношение к вам поменяется после того, что вы пытаетесь сделать?

— А что я пытаюсь сделать? — натурально удивился он, приподняв брови. — Всего лишь хочу, чтобы у достойного юноши появился достойный род покровитель, который сделает его только сильнее.

— Независимо от того, что на этот счёт думает сам юноша, — покивал я, ухмыльнувшись. — Всего вам доброго, Фёдор Константинович.

Быстро попрощавшись с ним и не слушая дальнейших слов, я просто вошёл в штаб и двинулся дальше. Настроение было откровенно паршивым из-за усталости после тренировки и рожи этого мужика. Не сказать что он сделал что-то действительно плохое… Но это пока и неизвестно, что будет дальше. Его попытки захомутать меня в род Беркутовых откровенно злят. Но ладно бы ему нужна была только моя тушка, так нет… Он хочет ещё и Елену получить.

Гадкий старик, лучше бы ты вообще не вмешивался и сидел на заднице ровно.

Вздохнув и поднявшись по лестнице, я подошёл к деревянной двери и без стука открыл её, сразу же заходя в просторный кабинет.

В целом, после атаки на базу, внешний вид этого помещения не изменился никак. Всё те же деревянные шкафы с тумбочками. Продавленный чёрный кожаный диван и несколько кресел, стоявших вокруг небольшого столика.

Массивный стол с кучей папок и документов на нём, за которым находилось такое же массивное ободранное кресло.

И сейчас возле этого самого стола, на стульях, сидели два человека, один из которых являлся инструктором рода Беркутовых, а другой командиром отряда бывших наёмников ЧВК Коготь Велеса.

— Привет всем, — махнул я рукой, проходя по кабинету и падая на диван.

Ноги вытянулись сами собой, а из глотки вышел тяжёлый вздох. Спать хотелось просто нереально и с каждой минутой это желание лишь усиливалось.

— Здравствуй, Виктор, — покачал головой хозяин кабинета и вновь вернул своё внимание к двум посетителям. — Поставки будут чуть позже, Адам. С родом Соболевых я договорился и скоро они всё предоставят.

— Это хорошо, — улыбнулся Кардески, похрустев пальцами и бросив взгляд на своего соседа. — А с ним что будем делать, шеф?

Продолжая слушать разговоры мужиков, я прикрыл глаза и потихоньку засопел. Встревать в беседу не было смысла, потому что там разберутся и без меня, а для другого разговора Антон мне понадобится наедине.

Почувствовав вибрацию телефона в кармане, я раздражённо приоткрыл один глаз и, достав устройство из кармана, увидел уведомление.

Отправитель: Орлов Александр.

«Приветствую, Сильвер! Я сейчас в лаборатории и если у тебя есть желание, то можешь приехать, чтобы забрать свой прототип!»

В лаборатории в такое время? Ну точно с Карповым похожи один в один, тот тоже постоянно работал.

Ухмыльнувшись, я быстро набрал ответное сообщение.

Отправитель: Виктор Романов.

« Скоро буду.»

Услышав короткий звук отправленного сообщения, я убрал телефон в карман и поёрзал на диване.

Разговор Алексея, Антона и Кардески дошёл до финальной стадии и сейчас парни вовсю торговались, на каких условиях бывшие наёмники останутся на базе.

То, что командир этого отряда вообще здесь сидит, моя заслуга. Поначалу Антон вообще не хотел ехать сюда и с кем-то договариваться, кроме меня. Не знаю, чем я там приглянулся этому мужику, но он и его люди решили пойти ко мне и защищать именно мою тушку. Связано ли это с тем, что за время контракта ни один из его бойцов не умер? Возможно. А может быть дело в том, что я спас его заместителя и женщину, от которой, как позже оказалось, у него есть ребёнок.

Проблема лишь в том, что подобных спецов мне негде разместить. Я не аристократ, у которого есть свои земли. Можно было бы конечно арендовать земли у канцелярии, но это слишком много мороки. У меня всего лишь один отряд, а не целая армия, для которой нужно много места.

Вот я и решил, что отправлю их к Алексею, у которого всё это есть. А уж на каких условиях они договорятся, другой вопрос.

Дождавшись, пока разговор мужчин затихнет, я вновь открыл глаза и увидел, как Антон с улыбкой жмёт руку моего друга.

Что ж… Одно из условий позади.

— Идём, Антон, — поднялся я со своего места, заслужив внимание мужчин. — Проедемся.

Переглянувшись, они синхронно пожали плечами, после чего командир наёмников, одетый в камуфляжного цвета форму, двинулся со мной на выход из кабинета.

— Виктор, — окликнул меня Алексей. — Завтра сможешь приехать в особняк? Нужно поговорить.

— Хм… — протянул я и кивнул. — Да, вполне.

— Отлично, — улыбнулся мой друг и стал что-то обсуждать с Кардески.

Закрыв за собой дверь, мы с Антоном спокойно двинулись в сторону лестницы, а до моих ушей донёсся вопрос:

— Могу узнать, куда поедем, командир?

— Да надо навестить одного друга, — улыбнулся я, достав телефон и посмотрев на время.

Эх, а мне ведь неизвестно, насколько я застряну у Александра… А завтра опять в академию.

* * *

Плавно остановив машину возле огромного стеклянного здания в центре города, я откинулся на сиденье и посмотрел на Антона.

Во время поездки мы ехали молча и лишь ненавязчивая музыка разрывала тишину.

— Скажи, Антон, ты же бывал на теневом континенте?

— Да, — кивнул мужчина, повернув ко мне голову и прищурив взгляд. — А зачем вы спрашиваете, командир?

— Потому что я хочу туда отправиться, — его глаза расширились. — И мне нужен тот, кто сможет показать доро…

— Нет! — замотал он головой, тяжело задышав и перебив меня. — Вы не понимаете о чём говорите! То место не просто так не колонизировано!

— Расскажи, — подпёр я рукой подбородок, внимательно наблюдая за мужчиной.

Никогда не видел Антона таким. Даже сидя здесь, в салоне авто и находясь в Российской Империи, он будто бы дрожал! На его лбу проступили большие градины пота, а руки сжимались в кулаки добела!

Не выдержав моего пристального взгляда и воспоминаний, Антон издал громкий вздох и, отвернувшись, стал смотреть в окно на проходящих по освещённому тротуару людей.

— Я уже рассказывал вам, что лишь чудом смог пережить тот контракт, потеряв всех своих ребят… — начал он говорить тихим голосом. — В профессии наёмника страх это неотъемлемая часть жизни и я совру, если скажу, что никогда не боялся… Но то, что произошло на теневом континенте, — ещё сильнее сжались его кулаки. — Это был настоящий ад на земле.

Несколько молодых парней на электросамокатах проехало близко к машине, на короткую секунду освещая салон маленькими фонарями и заставляя Антона зажмуриться.

— Нашей задачей было захватить и удержать деревню, близ Ганы, — продолжил мужчина говорить, возвращая себе спокойное состояние и дыхание. — И то, что я там увидел, до сих пор снится мне в кошмарах, командир… Первое впечатление было таким, что мы приняли местных за неопасных дикарей, живущих в лачугах. Что они могли сделать вооруженным до зубов бойцам? Закидать нас копьями и стрелами? Смешно… Так во всяком случае нам казалось, пока не наступила ночь…

— Ночь? — приподнял я бровь. — Разве теневой континент не находится в ночи всегда?

— Это так, — кивнул Антон, захрустев пальцами. — Но у местных своё понимание времени. Я не знаю, как это объяснить… Они будто чувствуют, когда наступает истинная ночь.

— И что было дальше? — убрал я руку от подбородка и сел поудобнее.

— А дальше, — проглотил мужчина ком в горле. — Нас стали убивать. Я никогда не видел, чтобы человек был похож на зверя столь реально. Местные мужчины, женщины, дети и старики… Они будто бы превратились в настоящих животных, упивающихся кровью и смертями. Одарённые? Вооруженные? Им было плевать, командир. Наш наниматель являлся членом рода Самсоновых и был сильным одарённым… Так вот, его просто разорвали на куски. Несколько мелких пацанов, которым было не больше шести лет.

— Как-то это… — протянул я, думая над тем, не приукрашивает ли Антон свой рассказ.

— Вы можете мне не верить, Командир, — поджал он губы. — Но дети являются самыми опасными из всех местных, населяющих теневой континент. Мощь энергии переполняет их тела и превращает в настоящих чудовищ. Скорость, сила, восприятие… Я не видел лучших хищников. Именно они и считаются добытчиками в племенах, пока остальные заботятся о старшем поколении. И именно поэтому местные размножаются с бешеной скоростью. Чем больше молодых охотников в племени, тем сильнее и само племя.

— Их можно убить? — наклонил я голову набок.

— Можно, но тяжело, — вздохнул Антон. — Я лично расстрелял магазин 7,62 в одного такого. Думал, что убил, но спустя секунд пять он просто встал и ран на нём не было.

Сила, скорость, восприятие и ещё регенерация? Неплохой набор, который объясняет, почему одарённый в той вылазке ничего не мог сделать. Как воевать с тем, кто постоянно излечивает свои раны?…

— Раз они такие чудовища, то как ты выжил? — задал я волнующий вопрос.

— Меня отпустили, — вздохнул Антон, передёрнув плечами. — Сказали, что охота окончена и я свободен.

— Интересно и непонятно…

— Да, особенно непонятно то, что сказали они это одновременно.

— То есть? — натурально удивился я. — Просто одновременно или в один голос?

— Я-я… — запнулся мужчина. — Не помню…

— Надо, чтобы вспомнил, Антон, — дотронулся я до его плеча. — Это важно.

— В один голос кажется, — напрягся он, а на лбу появились морщины, пока его не пронзило озарение. — Да! Они говорили одним голосом! Но… Как⁈

— Вот и я хотел бы это узнать, — кивнул я, вытаскивая ключи из замка зажигания. — И узнаю.

Открыв дверь и выбравшись из авто, я вдохнул воздух полной грудью и посмотрел на проезжающие машины.

Если Антон сказал правду, то моя инициатива с поездкой на теневой континент может быть фатальной. Одно дело, если бы местные сражались индивидуально. Но другое если у них есть аналог коллективного разума. И судя по рассказу Антона, то второй вариант скорее всего и является правдой.

Вопрос в том, как они развили подобное? Энергия Мира в их случае дала сбой и другой виток? Не знаю… Но сражаться против целой толпы ребятни, которая может разорвать на части голыми руками, такое себе рвение. Один я может и справлюсь, но если возьму с собой кого-то ещё, не факт, что смогу спасти.

И как быть то, а⁈ Искать другие варианты? Теневой континент мог бы быть идеальной площадкой для моего развития…

— Вы и правда собрались отправиться туда, Командир? — спокойно спросил Антон, вернув себе своё состояние полностью.

— Думаю над этим, — кивнул я, провожая взглядом девушку в облегающем костюме на мотоцикле.

— Я не смогу отправиться с вами, — вновь заговорил мужчина. — Надеюсь, вы поним…

— Да, — перебил я его, вспомнив о той женщине, с которой у Антона ребенок. — И не потяну тебя с собой. Теперь уж точно.

— Спасибо, — поклонился мужчина, чем заслужил недоуменные взгляды прохожих.

И его благодарность понятна. Хоть он и пошёл за мной, я мог бы отдать ему приказ отправиться на теневой континент и он сделал бы это… Вот только я не настолько идиот, чтобы тащить туда своих людей на убой.

— Осталось только найти тех, кто готов к подобному… — пробормотал я свои мысли вслух.

— С этим я могу помочь, — разогнулся Антон, посмотрев на меня благодарными глазами. — У меня остались старые связи и я знаю одного человека, который может вам помочь. Но стоить это будет…

— Неважно сколько это будет стоить, — махнул я рукой, двинувшись в сторону стеклянного здания.

— Хорошо, — донёсся до меня голос мужчины. — Тогда я свяжусь с ним и позже вам доложу.

— Договорились, — обозначил я кивок с улыбкой, пройдя через автоматические двери и увидев охранника, преградившего дорогу. — Виктор Романов к Орлову Александру, владельцу седьмого отдела разработок.

— Секунду, — достал высокорослый амбал рацию, выходя на связь и спустя короткое время проговорив: — Проходите.

Проводив нас заинтересованным взглядом, охранник вернулся на своё место, а мы с Антоном подошли к лифту в который могли поместиться человек пятнадцать.

— Командир, — подал голос Антон. — Могу я узнать, где мы находимся?

— Скоро увидишь, — ухмыльнулся я, слушая спокойную мелодию, звучащую в лифте.

Цифра красного табло обозначила тринадцатый этаж и двери открылись, выпуская нас и позволив увидеть огромное помещение.

Высокие потолки с вытяжками. Стеклянные окна, выходящие на улицу и кажущиеся на первый взгляд хрупкими, если не знать, что сделаны они из усиленного материла, который даже пуля не возьмёт.

Множество столов с разнообразными колбами, устройствами и механизмами.

Белоснежная плитка на полу, часть которого закрывало резиновое покрытие.

Несколько больших и исписанных разными формулами досок, рядом с которыми вразброд стояли стульями.

И в центре всего это великолепия находилось большое устройство, именуемое Дуговым Реактором. Похожий на искрящийся синим светом оладушек, он был не менее шести метров в высоту и десять в длину.

Вот эта вот малютка питала все разработки Александра в этой лаборатории.

Увидев, что мой растрёпанный коллега и друг стоит посреди зала, одетый в белый халат, что-то рисуя в папке, я спокойно двинулся к нему.

— Здравствуй, Александр, — улыбнулся я, окликнув его.

— ТИШИНА!!! — прорычал он, продолжая что-то писать и смотреть на доски с формулами. — Это… Гениально!!!

Засмеявшись аки злодей из фильмов, мой друг приложил руку к лицу, сотрясаясь всем телом.

— Командир?… — сбивчиво обратился ко мне Антон, не понимая, что происходит и находясь под впечатлением от лаборатории.

— Всё нормально, — хмыкнул я, махнув рукой и двинувшись к копии Карпова.

Подойдя к нему, я положил руку на его плечо и заставил мужчину вздрогнуть, а после обратить на меня внимание.

— Ой!… — натурально удивился он, взглянув на меня уставшими глазами, под которыми уже образовались синеватые мешки. — Привет, Сильвер! А я уже и забыл, что ты должен приехать…

— Я не удивлен, — вновь моя ухмылка. — Всё хорошо у тебя?

— Я бы сказал, — бросил он взгляд на формулы. — Что у меня всё прекрасно.

— Рад за тебя, — похлопал я по его плечу и повернулся к Антону, указав на него рукой. — Знакомься, Антон Сваровский, он у меня за охрану отвечает. А вот это, — перевёл я руку на Александра, — мой друг, коллега и гениальный учёный, Орлов Александр.

— Да уж прямо гениальный, — хмыкнул мужчина, пожимая руку Антона. — Приятно познакомиться.

— Взаимно, — серьезно кивнул командир наёмников.

— Саш, ты говорил что-то про мой прототип, — напомнил я о цели визита.

— Ах да! — хлопнул он себя по лбу. — Следуйте за мной!

— Куда? — недоуменно спросил я, увидев, что Александр пошёл в сторону лифта.

— На полигон конечно же! — вновь ухмыльнулся он и махнул рукой. — Он на нулевом этаже, идёмте!

Полигон, да? Что ж… Посмотрим.

Глава 9

— Вот твой прототип, Сильвер, — Александр с улыбкой положил на металлическую стойку небольшой кейс.

Хмыкнув и приподняв бровь, я провёл рукой по гладкой поверхности и, положив пальцы на два небольших замка, надавил.

Звонкий щелчок донёсся до моих ушей, после чего кейс открылся и перед глазами предстало великолепие инженерной мысли из мира Карпова.

Серебряного цвета два пистолета, вытянутое дуло которых было разделено двумя прямоугольными отверстиями. Металлическую рукоять украшал резной рисунок шипастой раскрывшейся розы.

Оскалившись, я вытащил один из пистолетов и удовлетворительно кивнул, стоило ему оказаться в руке.

Баланс, вес, удобство… Всё было идеально.

Взяв из кейса обойму, исходящую лёгким фиолетовым сиянием, я ловко вставил её в оружие, услышав плавный щелчок.

— Что ж… — протянул я, а мой оскал стал ещё шире. — Попробуем!

Встав в стойку, я посмотрел на одну из мишеней, находившихся на полигоне и, прицелившись, выстрелил!

За считанное мгновение дуло пистолета засветилось фиолетовым сиянием, после чего с характерным пшиком в цель на бешеной скорости полетел сгусток плазмы.

Добравшись до мишени, он попал точно в центр и прожёг её за долю секунды, устремляясь дальше и врезаясь в металлическую стену.

— Прекрасно, — словно объевшийся сметаны кот, промурлыкал я, смотря как плазма испаряется на стене и оставляет на ней прожжённый след.

Признаться честно, я не думал, что у Александра и его команды получится подобный результат. КПД этого оружия не столь идеален, как в мире Карпова, но очень близок к нему. И, судя по ошалевшим глазам моего друга, он также не ожидал ничего подобного. Про Антона вообще промолчу. Мой бравый охранник и командир наёмников сейчас напоминал обделавшегося ребёнка, потерянным взглядом осматривающегося вокруг.

— Э-эта стена сделана из титана и диллириума… — сбивчиво проблеял Александр, расширенными глазами смотря на прожжённую дыру. — Её даже термобарический снаряд не брал…

— Поэтому я и говорю, — хмыкнул я. — Прекрасно.

Теперь, обладая подобной игрушкой, владея состоянием Харона и топором Левиафаном, можно устроить кое-кому настоящий ад на земле. Кажется, был там один немец, задолжавший мне… И не только он, но это позже.

Жаль, конечно, что броня не готова. Хотя я бы удивился, если бы Лавров сделал её в короткие сроки. Шедевр, наподобие того, что я держу в руке. То, что создал для меня лично Карпов в своём мире…

Если Лавров точно действует по чертежам и выполняет работу по срокам из моих писем, то броня должна быть готова на процентов сорок, а это уже замечательно.

— Командир, — подал голос Антон, выбивая меня из мыслей. — Могу я узнать назначение этого оружия?

— А ты разве не понял? — удивился я, приподняв брови и посмотрев на него. Пистолет всё так же продолжал лежать в моей руке и выпускать новую игрушку я не торопился. — Плазма очень хороша для тяжёлой и бронированной техники. И это оружие идеально подойдёт для того, чтобы неприятно удивить облачённых в технологичную броню.

— Но плазма плоха против стихийных щитов одарённых. Получается, что оружие против них бесполезно? — наклонил Антон голову набок, включив режим вояки и спорщика.

— А вот это хороший вопрос, — оскалился я, мигом сбивая спесь с лица мужчины и заставив его нахмуриться, после чего обратил внимание на Александра. — Патроны делали в точности по чертежам и формулам?

— Меня заверили, что да, — кивнул мой друг, метаясь взглядом то на стену, то на оружие. — Не думаю, что те люди обманули бы. Не меня уж точно.

— Хорошо, — покивал я и, вновь посмотрев на Антона, спокойно проговорил: — Ты был прав, когда сказал, что плазма плоха против стихийных щитов… — слегка удивился он. — Но всё дело в самой плазме, а не в силе одарённого.

Вновь повернувшись к мишени, я бросил взгляд на Александра и кивнул ему.

Дотронувшись рукой до пульта, мой друг нажал на кнопку и спустя секунду мою цель укрыл мерцающий лазурный экран.

— Э-это же… — шокировано пробормотал Антон, почувствовав витающую в воздухе энергию Мира. — Н-но как⁈

— Благодаря ему, — улыбнулся Александр, указав на меня рукой. — Без Сильвера я бы не додумался использовать дуговой реактор как преобразователь энергии.

Хмыкнув, я вытащил второй пистолет и прицелившись, выдал залп.

Короткая вспышка фиолетового света и два снаряда искрящейся плазмы на бешеной скорости полетели в цель.

Достигнув её, они вступили в короткую схватку со стихийным щитом, насыщенным энергией Мира, и просто прожгли его, будто бумагу. И только это произошло, плазма заискрила ещё сильнее, изменив свой цвет с фиолетового на ярко-синий.

Касание с мишенью, а далее громкий взрыв, разорвавший мою цель на множество осколков и оставивший лишь прожжённый кратер.

— Невозможно… — неверяще пробормотал Антон, посмотрев на пистолеты взглядом, в котором читался настоящий страх.

— Плазма зарядов входит в реакцию с уплотнённой энергией, нейтрализуя её и поглощая, тем самым усиливая свой разрушительный потенциал, — с умным видом проговорил Александр, лучась гордостью за созданное оружие.

Услышав слова моего друга, Антон ошарашенно закрывал и открывал рот, будто выброшенная на берег рыба. И я понимал его состояние. Живя жизнью наёмника, он насмотрелся на множество орудий войны и привык действовать против определенного противника нужным способом. Теперь же он своими глазами увидел то, что может перевернуть не только идеологию войны, но и весь мир вооружения.

То-то ещё будет, Антон… Вот если я решу дать Александру чертежи Штурмовой Плазменной Винтовки — 012 «Обскур» или Тяжёлого Болтера — 29 «Абраксас», то весь ваш мирок запылает. Но благо пока в этом нет нужды… Пока что.

Да и к тому же я представляю лицо моего бравого охранника, когда он увидит, во что превратится Элеонор, если она заслужит моё доверие. Отставной капитан Корпуса Мебиус, обладающая мощью одарённого и заряженная технологией из мира Карпова… Эх, жаль моя паранойя не позволяет сделать этого уже сейчас.

Убрав оружие в кейс и закрыв его, я вновь провёл рукой по гладкой поверхности и улыбнулся.

Очередной шажок моего усиления… Очередной шажок, который поможет мне вернуться к семье и убить Виктора.

А ведь раньше я был совсем другим человеком…

Я бросил взгляд на Александра, который с улыбкой объяснял Антону работу оружия.

… И останься я прежним, то просто бы сжёг весь этот мир, чтобы поскорее закончить своё задание и исполнить цель.

Елена, Александр, Алексей, Мохнатый… София. Они останутся жить в этом мире, когда я уйду. Так кем же я буду, если уничтожу его?

— Чудовищем… Да… — пробормотал я, неотрывно смотря на кейс и видя в нём не оружие, а лишь необходимость, которая заменит нечто более разрушительное.

Помотав головой и прогнав лезущие мысли, я взялся за гладкую ручку кейса крепкой хваткой и стащил его со стола.

Чувствовал ли я вес этой ноши? Да.

Мечи, копья, винтовки, пистолеты и тяжёлые болтеры… Все они весили для меня одинаково во всех мирах. То, что несёт смерть. То, что создано убивать.

— Спасибо, Саш, — с тяжёлой улыбкой протянул я руку своему другу, прерывая его разговор с Антоном.

— Всегда пожалуйста, — ответил он на жест и, смотря в моё лицо, тревожно спросил: — Всё хорошо?

— Вполне, — вернул я себе спокойное состояние, разрывая рукопожатие. — Просто устал.

— Понимаю, — криво ухмыльнулся он и похлопал меня по плечу. — Если нужна будет ещё какая-то помощь, я всегда к твоим услугам.

— Благодарю, — озарила моё лицо улыбка, хоть та опять же далась с трудом. — И непременно воспользуюсь… — и уже тише добавил: — Обязательно воспользуюсь…

* * *

Зайдя в свою комнату общежития, я разулся, поставил кейс и устало прислонился к двери, сползая на пол.

Пятая точка сразу же ощутила холод напольной плитки, а руки легли на поджатые в коленях ноги.

Изначально я хотел вернуться в квартиру и там отдохнуть, но после того как поселил туда мохнатого и Елену, подобное мне вряд ли светит. Хотелось просто побыть одному и порефлексировать.

— Жнец, словивший перегорание… — пробормотал я и криво ухмыльнулся. — Кому расскажешь, не поверят.

Голова откинулась на гладкое дерево двери, а глаза уткнулись в окно, за которым вовсю царила ночь, озаряемая лишь светом фонарей.

В некоторых окнах стоявшего напротив общежития горел свет, означающий, что кто-то из учеников до сих пор не лёг спать и учит предметы.

А мои мысли тем временем утекали в ту ночь во дворце.

Нужно ли мне было подойти к ней и заговорить? И сделай я это, что сказал бы? Анна, я твой муж, давай начнём всё сначала?

Тяжёлый вздох вырвался из моей груди, а сердце стучало настолько медленно, что в любую секунду грозило остановиться.

Кого я пытаюсь обмануть? Та женщина не моя Анна, а лишь копия, как Александр копия Карпова. Она не знает меня и живёт своей жизнью… Моя же семья находится в другом месте.

«Виктор… Пап… Отец…» — всплыли их голоса в моей голове, отчего из груди вновь вырвался вздох.

Я не понимаю лишь одного… Раз жена и дети Александра не похожи на тех, кого я встречал в мире Карпова, то каким образом семья императора выглядит в точности, как моя собственная?

Самым дерьмовым вариантом может быть то, что император это моя копия из этого мира, но мы не похожи с ним от слова совсем. Тогда как такое возможно? Не понимаю.

— Слишком много мыслей… — пробормотал я, продолжая смотреть в окно и любоваться стоявшей за ним ночью.

Со слов Юрия, император скоро должен будет прислать за мной на очередной разговор. Стоит ли пытаться через него выйти на контакт с Анной и попробовать?… Попробовать поговорить. Может я окажусь неправ и она помнит меня? Но если нет, то только выставлю себя дураком.

Помотав головой от бредовых мыслей, я резко поднялся с пола и быстро снял с себя пиджак с рубашкой, бросив их на кровать.

Рука легла на пластиковую ручку окна, открывая его и впуская внутрь прохладный ветерок, мигом обдавший всё тело.

Вдохнув полной грудью, я вышел на середину комнаты в одних штанах и принял положение для отжиманий от пола.

Спать хотелось неимоверно, а всё тело изнывало от усталости… Но лишь так я хоть как-то смогу структурировать свои мысли.

Раз, выдох и вдох, два, повторить, три, вновь повторить…

Нет, всё же пытаться выйти на разговор с женой императора такая себе идея. Во всяком случае я не буду его инициатором и оставлю всё на волю случая. Пусть судьба распоряжается и ведёт свою игру…

Но каков тогда дальнейший план?

Перво-наперво, разобраться с академией, а именно с военными играми и патрулями в составе Корпуса Мебиус. Готов поспорить, что следующий мой разговор с императором коснётся этих тем.

Во-вторых, выйти на след Виктора или хотя бы попытаться это сделать. Он моя цель, которую нужно устранить, но пока что невозможно это сделать. Также узнать, что за девушка-Жнец рядом с ним и какую опасность она представляет…

В-третьих, стать сильнее и отправиться в горячие точки. Приоритет — теневой континент. Антон, которому я отдал ключи от автомобиля по приезду в академию, сказал, что свяжет меня с нужным человеком.

Вопрос лишь в том, сколько времени займёт моя поездка туда? Из рассказа Антона, произойти там может всё что угодно и не факт, что вылазка закончится благоприятно. Хотя… Опять же, зависит всё от спецов, с которыми я поеду. То, что я выживу это неоспоримый факт. Мои способности позволят мне в любой момент отступить и перегруппироваться с новой информацией, чего не скажешь о тех, кто пойдёт со мной. Эгоистично? Возможно, но в подобные места отправляются не маленькие дети, а готовые убивать и умирать бойцы.

Мелкие градины пота стали стекать со лба на пол, дыхание постепенно сбивалось, руки затекали, а сердце набирало обороты. Но даже так я продолжал отжиматься.

Необходимо решить вопрос с Еленой. Девушка банально бросается на стены от скуки и надо её куда-нибудь сводить. И помимо этого найти ей способного учите…

Стоп!

Резко остановившись в положении лёжа и смотря перед собой на плиточный пол, я улыбнулся пришедшей в голову мысли.

Корпус Мебиус же берёт в патрули молодняк из академии, обучая их и натаскивая? И раз уж получилось, что у меня теперь есть целый отставной капитан из этой братии, то почему бы и не использовать? Я более чем уверен, что за плечами белокурой Элеонор ни один подобный патруль, а значит она в этой вопросе женщина опытная.

Поручу ей обучение Елены, которое разумеется оплачу и которое можно устроить на базе Алексея. Мой друг точно не будет против подобной затеи, и ему спокойно, что Елена рядом, и мне не нужно платить за специальный зал с оборудованием. Осталось только обсудить этот вопрос с Элеонор, но я думаю она согласится. Можно, конечно, и приказать ей, но подобное отношение лишь вызовет отторжение, что мне не нужно.

А далее я посмотрю, как она начнёт обучать Елену и это добавит ей очков в моём доверии.

Что ж… С одним моментом решил, осталось только уговорить женщину.

Услышав звонкий звук уведомления на телефоне, я поднялся с пола, сразу же почувствовав, как ветер обдувает моё потное тело, заставляя покрываться мурашками.

Подойдя к кровати и вытащив устройство из кармана, мои глаза зацепились за экран блокировки и вылетевшее сообщение.

Отправитель: Неизвестный номер.

' Здравствуйте, Сильвер! Александр дал мне ваш телефон, на который собственно я и пишу это сообщение, потому что других возможностей у меня более нет. Как вы знаете, я слуга клана Разумовских и всецело подчиняюсь своему главе… Я… Не знаю, каким образом просочилась информация, но мой глава узнал о том, что я создаю для вас. Теперь он остро желает поговорить с вами и до этого разговора отстранил меня от руководства компании Re-Gundam-Robotics, поручив все дела совету директоров…

Простите меня, что я подвёл вас, Сильвер.'

Прочитав сообщение, я тяжело вздохнул в очередной раз за этот день и сохранил номер Лаврова Дмитрия Олеговича, заблокировав телефон.

Я конечно знал, что с созданием брони могут возникнуть проблемы и одна из них только что нарисовалась.

— Что ж… — протянул я и бросил телефон на кровать. — Завтра наберу его и буду решать, как действовать дальше.

Похрустев шеей и отбросив лезущие мысли по поводу возникшей проблемы, я подошёл к шкафу, достав из него полотенце и мыльные принадлежности.

Завтра слишком насыщенный день и надо выспаться…

Одна рука закинула полотенце на плечо, а другая взялась за ручку двери, открывая её.

И стоило мне это сделать, я увидел на пороге двух мужчин и девушку, одетую в форму служанки и понурившую голову.

— Господин Виктор… Я-я… Пыталась их остановить, сказав, что вы отдыхаете, — пролепетала она сиплым голосом, а я тем временем смотрел на посетителей.

Один высокий и широкоплечий амбал с короткой стрижкой и бородой, одетый в строгий тёмный костюм. Рядом с ним низкорослый холёный паренёк с растрёпанными волосами и в спортивках.

— Всё хорошо, Кристина, — успокаивающе улыбнулся я девушке, вызвав у неё облегчённый вздох. — Я могу вам чем-то помочь, господа?

— Мой отец хочет с тобой поговорить, — высокомерно бросил пацан, не представившись.

— А ваш отец?… — сделал я паузу с немым вопросом.

— Глава клана Разумовских, — небрежно махнул он рукой, как бы говоря: это всё, что тебе положено знать.

— Понятно, — покивал я, выходя из комнаты и проходя мимо этих посетителей.

— Эй, ты куда пошёл⁈ — возмутился паренёк, увидев, что я двинулся в сторону душа.

— У меня нет никакого желания общаться с невоспитанным аристократом, — остановился я и посмотрел на него вспыхнувшими энергией Смерти глазами. — Передайте своему отцу, что я выйду на связь с ним через Лаврова Дмитрия Олеговича.

Услышав мои слова, высокомерный аристократ ошалело открыл рот, но спустя секунду его лицо приняло злое выражение, а кулаки сжались.

— Д-да как ты смеешь⁈ — взорвался он.

Его тело стало покрываться голубоватым сиянием, но даже так я отчётливо видел, как он побледнел, прочувствовав давление Жнеца.

— Господин, — поморщился амбал и стоило ему открыть рот, всю спесь парня как ветром сдуло. — Дмитрий Олегович не сможет с вами связаться, Виктор, — обратился он уже ко мне, без страха в глазах перед Жнецом. — В данный момент он находится под стражей и ждёт решения главы. Именно поэтому мы здесь.

— Даже так, — протянул я, разворачиваясь полностью. — Но почему именно ночью?

— Таков приказ, — вновь поморщился амбал и, посмотрев на парня, дополнил: — Мой господин не силён в дипломатии и я прошу прощения за его ранние слова. Но по приказу главы мы здесь, поэтому, — поклонился он в пол, сильно удивив всех, кроме меня. — Прошу вас проехать с нами для решения возникшей проблемы.

Наклонив голову набок и смотря на этого мужика, я видел, как тяжело ему дался подобный жест. И, судя по его телосложению, небольшим шрамам на лице и кулаках, он привык сражаться, а не вступать в диалог за неотёсанного сосунка.

Что бы ты сказал, увидев это, Минамото? Плюнул бы в лицо этому воину или восхитился им?

— Честь, как еще одна кость, которая не позволяет шее согнуться, — спокойно произнёс я, заставив мужчину вздрогнуть. — И мне жаль, что ты утратил её, воин.

Я видел, как сжались кулаки этого мужчины и напряглась спина, хоть он и продолжал стоять в поклоне. Ощутимая жажда битвы стала витать в коридоре, отчего Кристина пискнула, а высокомерный сын аристократа задрожал, как банный лист.

Кивнув, я спокойно подошёл к этому человеку, который когда-то был настоящий бойцом, живущим лишь сражениями, а теперь превратился в няньку для идиота.

Моя свободная рука мягко легла на его плечо, отчего мужчина напрягся ещё сильнее, а витающая жажда крови усилилась в разы.

— Из-за уважения к твоему умершему духу я пойду с тобой, чтобы держать разговор с вашим главой, — размеренно проговорил я. — Ждите меня у ворот через пятнадцать минут.

Убрав руку, я видел, как амбал разгибает спину и смотрит на меня убийственным взглядом, в котором читались отнюдь не гнев или ярость, а обречённость и обида.

— Как твоё имя? — тем же голосом спросил я, напрочь игнорируя его жажду крови и спокойно смотря в глаза.

— Ветров Иван Игоревич, — пробасил он, продолжая сжимать кулаки и держать напряжённую спину. — Бывший старший лейтенант тридцать восьмой воздушно спасательной бригады Имперской Армии. Уволен с позором, — сжалась его челюсть. — Нанят телохранителем второго сына главы рода Разумовских.

— Пока мы будем ехать, — улыбнулся я после услышанных слов. — То я хочу услышать твою историю, Иван, сын Игоря.

— Как вам будет угодно… — проговорил он и запнулся, а после в коридоре прозвучали слова, от которых аристократ впал в полный шок, а я удивился. — Господин Джордани.

П. А. Вот такая вот глава, ребят! Не забывайте оставлять комментарии и давать обратную связь, понравилось вам или нет! И да, спасибо, что читаете мою книгу!)

Глава 10

Посвежевший после душа и одетый в тёмный костюм, я вышел за ворота академии и вдохнул воздух полной грудью.

Прохладный ветерок обдувал моё лицо и влажные волосы, гуляя среди стен и улочек Имперской академии.

Лениво повернув голову влево, я увидел припаркованный белый седан, похожий на BMW пятой серии из моего мира, только сильно измененный.

Иван, который каким-то образом узнал о моей личине Джордани, стоял возле авто. Его руки были убраны за спину, ноги расставлены на ширине плеч, а глаза с интересном смотрели прямо на меня. Сынок аристократа же, как я понял, сидел в машине и ждал.

Широко раскрыв рот и от души зевнув, я почесал затылок и спокойно двинулся к машине, рефлекторно проверив в кармане телефон и деньги. Если придётся добираться до академии самому, то такси явно мой вариант. Машину то я Антону отдал…

— Прошу, господин Джордани, — обратился ко мне Иван, открыв дверь салона.

— Благодарю, — кивнул я ему и криво улыбнулся.

Что ж… Помимо своей истории, здоровяк, ты мне расскажешь, откуда знаешь о моей другой личине. И, надеюсь, ты сделаешь это добровольно.

Сев в авто и почувствовав мягкость сиденья, я сразу же увидел перед собой высокомерную рожу юнца.

Интересная закономерность, в этом мире все дети аристократов строят из себя таких важных или это только мне так везёт? Хотя… Артёма можно исключить из этого уравнения. На моей памяти он один из немногих детишек аристо, у которого есть башка на плечах.

— Если что, это сейчас модно, — важно произнёс этот индивид, указав руками на свой внешний вид.

— Эм?… — непонимающе наклонил я голову набок.

И к чему он это сказал? Может я давлением Жнеца ему последние мозги выжег? Да ну… Такое, конечно, возможно, но вряд ли в этом случае. Скорее, этих мозгов просто не было изначально и всё.

— Ну, ты смотришь на мою одежду, вот я и пояснил, — махнул он рукой, на что я просто покачал головой и дождался, пока Иван сядет в авто и даст отмашку водителю.

— Итак, — сложил я руки в замок, посмотрев на мужчину, которому салон авто явно был маловат. — Откуда ты знаешь обо мне, Иван?

— СБ клана, — дал он ответ, сразу же поняв контекст вопроса. — Я не состою в гвардии Разумовских, но контактирую с их службой безопасности. Поэтому, отправляя меня и, — бросил он взгляд на замолкшего парня, — господина Кирилла, мне выдали всё найденное на вас.

— Поэтому ты и решил не действовать грубо? — наклонил я голову набок, прожигая его взглядом.

От твоего ответа, Ваня, зависит, как я буду тебя воспринимать.

— Я бы в любом случае не действовал силой, — спустя секунду размышлений произнёс он, на что я одобрительно кивнул. — Но и выражать почтение не стал бы.

— 力は思考ではなく、世界を支配しますが、思考は力を使います。(Сила правит миром, а не мысль, но мысль пользуется силой.) — сказал я на чистом старояпонском, отчего аристократ ошалело раскрыл рот, а Иван криво ухмыльнулся.

— Я не совсем понял, что вы сказали, Господин Джордани, — покачал головой мужчина, а юнец вторил ему удивлёнными кивками. Он вообще напоминал сейчас игрушку-собачку для машины, которая постоянно кивает.

— Не важно, — улыбнулся я и спросил: — Я не удивлён, что информация просочилась. Большее удивление бы вызвало, если бы никто обо мне не узнал. Радует, что хоть чья-то СБ работает, как надо.

— Это потому что дядя Пётр её возглавляет, — буркнул юнец, сведя руки на груди и на что-то обидевшись.

— Дядя Пётр? — приподнял я бровь, не обращая внимание на поведение парня.

— Разумовский Пётр Алексеевич, — кивнул Иван, поморщившись, будто съел килограмм лимонов. — Он возглавляет службу безопасности клана и это он выдал мне на вас всю информацию.

Хотелось бы пообщаться с этим Петром Алексеевичем и узнать, кто его информатор и далее по списку. Не для того, чтобы укоротить языки, а просто для сведения.

По сути, стало понятно, почему этот амбал решил вести диалог и, в знак исправления ошибки своего господина, поклонился мне. Да и не просто поклонился, а сделал это в пол. Высший знак уважения, который так же является высшим знаком пренебрежения своей гордостью. Конечно это всё мои заморочки, которые появились благодаря служению в армии Минамото… Но искоренить их ой как нелегко.

Иван понимал на тот момент, что не сделай он нечто подобное, то я бы банально не поехал с ними, а это нарушение приказа главы. Ему нужно меня доставить на территорию клана. Силой заставить меня пойти с ним он не смог бы и прекрасно понимал это, владея информацией о моей личности Джордани Йовановича. Я более чем уверен, что ему во всех красках представили какое чудовище нужно доставить к главе клана. И если хоть половина из всего окажется правдой, то для Ивана я не то что нежелательный соперник, а просто опасен до усрачки.

Хотя… Его можно понять. Я уже и забыл, сколько людей, в числе которых были одарённые, порешил.

— У меня будет возможность пообщаться с Петром Алексеевичем? — с улыбкой спросил я, на что Иван хмыкнул и кивнул.

— Вполне.

— Отлично, — я заметил краем глаза, что мы покинули квартал академии и заехали в город.

Надо за этим разговором ещё дорогу запомнить. Так, на всякий случай.

— Если только дядя захочет с тобой говорить, — влез в беседу юнец и поправил свои спортивки. — Он человек занятой и ему некогда тратить своё время на всяких простолюдинов, — и с усмешкой добавил: — Я вообще не верю, что ты и есть тот самый Джордани, о котором говорил дядя. Скорее просто обманщик.

Услышав слова парня, Иван поморщился и закачал головой, а после просящим взглядом посмотрел на меня, как бы говоря «Он идиот и этого не исправить. Простите его.»

Хмыкнув, я обратил внимание на юнца и задал вопрос:

— Если я не тот человек, то получается, что твой дядя глупец и криво выполняет свою работу?

— Д-да ты… — сжались его кулаки, а сам он подался вперёд. — Не смей оскорблять его! Дядя умнейший человек и сильнейший боец нашего клана! Он никогда не ошибается и всегда прав!

— А я и не оскорблял его, — безразлично пожал я плечами. — Просто задал вопрос, исходя из твоих слов и недоверия. По умному, — поднялась моя рука с указательным пальцем. — Тебе надо было дождаться, пока мы явимся на территорию клана и попытаться присутствовать на разговоре, где и узнал бы всю правду. Но ты решил пойти глупым путём.

Ошалело открыв рот и выпучив глаза, мальчишка мигом захлопнул его и нахохлился, как воробей.

Ну, хотя бы обучаем, уже радует, судя по понимаю в глазах. Сколько ему? Четырнадцать или пятнадцать? Что ж… Вся жизнь впереди. Не удивлюсь, что подобный характер и глупость у него появились из-за вседозволенности и малого количества совершённых ошибок.

Самое печально, что из-за таких дураков погибают достойные люди, вроде того же Ивана. Поведи он себя подобным образом с Артёмом или другим аристократом, что бы было? Да всё просто, война. Честь, гордость, фамилия, статус, уважение… Ключевые элементы любого высокородного человека. Сюда можно прописать ещё и силу, но Сила понятие растяжимое. Она может быть, как единичной, так и множественной и потому непостоянна.

Но что-то я совсем не в те размышления пошёл…

— Я буду присутствовать на разговоре, — серьезно кивнул паренёк, вновь сжав кулаки и заставив Ивана поморщиться.

— Рад это слышать, — хмыкнул я и переключил внимание на мужчину: — Иван, сын Игоря, какая у тебя история?

Услышав мой вопрос, он тяжело вздохнул и, протерев ладони об штаны, хрипло заговорил:

— Как я уже сказал, служил в Имперской Армии старшим лейтенантом, откуда был уволен с позором, — он увидел мой кивок и продолжил: — А позор мой в том, что я не выполнил приказ.

— Могу узнать, какой? — спокойно спросил я, а сидевший рядом паренек поёрзал на сиденье, заинтересовавшись.

— Мы выполняли задание, — посмотрел Иван в окно. — Ничего необычного. Воздушное сопровождение китайского гостя от границы империи. Такие задания моя бригада выполняла, как семечки щёлкала, — улыбнулся он воспоминаниям. — Но стоило нам забрать объект и пересечь половину маршрута, то последовал приказ… Убить гостя и обставить всё, как несчастный случай.

— Несчастный случай? — переспросил я, как только Иван замолк и взял паузу.

— Да, — сжались его кулаки. — На борту было устройство, о котором ни я, ни мои люди не знали. Шприц в маленьком контейнере со специальным ядом. Вызывает шок и остановку сердца.

— Как-то это… — покрутил я рукой, не совсем веря в историю.

— У гостя… У неё… было слабое сердце, нас уведомили об этом ещё на инструктаже, — продолжал он сжимать кулаки и смотреть в окно. — Скажите, господин Джордани, — резко повернулся он ко мне и посмотрел диким взглядом. — Вы бы смогли убить несовершеннолетнюю девочку, чтобы выполнить приказ? Смогли бы отнять её жизнь, слыша смех и видя радостную улыбку?

— Китай отправил несовершеннолетнюю гостью без собственной охраны? — искренне удивился я, не торопясь отвечать на его вопросы.

— Таковы были условия, — кивнул Иван. — С Китаем у империи всегда были сложные отношения, но приезд Ай Линь мог всё изменить. Мы должны были доставить её именно в тот день, когда проходили смотрины жён для цесаревича Ильи…

— Вот оно что… — протянул я, погладив подбородок. — И раз ты здесь, уволенный с позором, то приказ остался невыполненным.

— Я не смог, — прорычал он, добела сжав напряжённые кулаки. — Я был готов выполнить любой приказ для своей империи. Отправиться в ад и сражаться с тварями. Уничтожать врагов и гордо поднимать флаг… Но убийство ребёнка? За что? Просто потому что кто-то не захотел, чтобы она присутствовала на каких-то там смотринах⁈

— И что было дальше? — спокойно спросил я, хотя и знал ответ.

— Трибунал, — выдохнул Иван, расслабляя напряжённые руки. — Меня, как старшего по званию и ответственного за задание, уволили со службы, отобрав все регалии. Моих ребят отправили в самые дальние уголки империи в ссылку, без права вернуться назад.

— А девушка?

— Я не знаю, что стало с ней, — хриплым голосом ответил он и провёл ладонью по волосам. — По прибытию её забрали у нас и взяли под стражу.

— После этого ты пошёл телохранителем к Разумовским? — кивнул я в сторону молчавшего и удивлённого историей парня.

— Не сразу, — горько ухмыльнулся Иван. — Я пытался найти работу, но кто возьмёт солдата, уволенного с позором? Начальство выдало мне такую характеристику, что с ней только в могилу… Поэтому я и решил пойти в телохранители. Вот только мне все отказали, кроме Разумовского Романа Алексеевича.

— Понял, — кивнул я, после того как мужчина вновь замолчал. — Мне жаль, что с тобой так получилось, Иван.

— Вы правильно сказали, назвав мой дух умершим, — слабым голосом проговорил он. — После того случая, я и сам будто бы умер и от меня осталась лишь оболочка, которая годна только для того, чтобы закрыть кого-то от пули.

Не став что-либо говорить на эти слова, я просто посмотрел в окно, в очередной раз запоминая поворот и улицу.

Понимал ли я Ивана в действительности? Не знаю. Я всегда выполнял приказ, каким бы он ни был. Вот только это не значило, что подобное не оставляло след на моей разорванной душе.

— Ты спрашивал, смог бы я убить несовершеннолетнюю девочку, чтобы выполнить приказ? — тихо заговорил я, вспомнив одну из прошлых жизней, наполненную смертями и бесконечной кровью. — Да, смог бы.

— Н-но… — сбивчиво пробормотал Иван, шаблон которого только что разорвался.

— Я не святой, Вань, — повернулся я к нему, отбросив всякое положение в общении и назвав по-простому. — Мне приходилось убивать женщин, стариков, детей и даже младенцев, — с каждым моим словом его глаза расширялись. — Не убив ту девочку и не отняв её жизнь, ты разрушил судьбы скольких человек?

Услышав мой вопрос, он понурил голову и плечи, а я продолжил давить:

— Твои бойцы, которых отправили в ссылку и их семьи. Люди, что отвечали за миссию по устранению Ай Линь и их родные. Да даже твоя собственная семья…

— У меня её нет… — пробормотал Иван.

— Да без разницы! — рявкнул я, мигом заслужив поднятый недоуменный взгляд мужчины. — Твоя ошибка повлекла целую гору событий, из-за которых пострадали многие! Их жизни изменились, а судьба сломалась из-за того, что ты решил пойти путём своей гордости и лицемерия! Отправился бы в ад, чтобы сражаться с тварями⁈ Ты не был в аду, Иван, — наклонился я к нему, а мои глаза вспыхнули тёмно-синим светом энергии Смерти. — И не тебе говорить, каково там.

Я видел, как с каждым словом он бледнел всё сильнее. Его глаза ошеломлённо расширялись, на лбу стали появляться градины пота, а челюсть была крепко сжата.

Про аристократа и говорить нечего. Он вжался в сиденье и полными страха глазами смотрел на меня, как на настоящее чудовище.

Только через несколько секунд я понял, что салон авто частично погрузился в настоящий мрак, который не разгоняли даже уличные фонари, рядом с которыми мы проезжали.

Понимал ли я Ивана в действительности? Второй раз я задавал себе этот вопрос, пытаясь найти ответ и второй раз я не знал его. Скольких воинов я видел, которые смалодушничали и не опустили свой меч на указанную голову? Много. И каждый раз кто-то страдал от их решений. Стоит ли жизнь одной девочки, если на кону стоит ещё сотня? А тысяча? А миллиард? Выбор есть выбор, а зло есть зло. Меньшее, большее, среднее — всё едино, пропорции условны, а границы размыты. Я не святой отшельник, не только одно добро творил во многих жизнях. Но если приходилось выбирать между одним злом и другим, я предпочитал не выбирать вообще. Вот только порой это нужно иногда делать, ощущая на себе все последствия…

— Т-ты и правда убивал детей? — спросил юнец, отчётливо проглотив вставший в горле ком. — Н-но тебе же не больше восемнадцати…

— Тц-ц, — цыкнул я, загоняя вышедшую тьму обратно и смотря на парнишку сияющими глазами. — Ты ничего не знаешь об этом мире, мальчик. Ты не видел ни его лица, ни его тени. Так что открою тебе секрет, дети даже в юном возрасте могут убивать.

— С-спасибо… — проблеял он и отодвинулся ещё дальше от меня, стараясь больше не пересекаться взглядами.

— Я знаю, что виноват и должен был выполнить приказ, — донёсся до меня хриплый голос Ивана. Его кожа приняла более здоровый вид, а руки перестали дрожать. — Но не мог в тот момент переступить через себя…

— И потому находишься на границе пропасти, не приняв действительность, — проговорил я и увидел его кивок. — Что сделано, то сделано, Иван, — моя рука легла на его плечо. — Но раз так, то я могу дать совет.

— Какой? — посмотрел он мне в глаза пустым взглядом.

— Либо будь один и принимай последствия какими они есть, будучи в одиночку, — сжал я его плечо. — Либо в следующий раз, когда встанет выбор, вспомни всех тех, кто стоит за тобой.

— Вы идёте первым путём. Да, господин Джордани? — тихо спросил он.

— Шёл, когда-то, — отпустил я его плечо и сел обратно. — Теперь я и сам не знаю, какой у меня путь.

— Тогда… — свёл он руки в замок и напряг их, желая задать вопрос. — Могу я после контракта с Разумовскими, пойти к ва…

— О-о-о! Приехали! — прокричал юнец, мигом сбив настрой Ивана и заставив того издать тяжёлый вздох.

— Простите, — кивнул мужчина, открывая дверь остановившегося автомобиля и выходя наружу.

Что ж… Интересный разговор получился, хоть я и не услышал его концовку.

Выйдя из машины, я сразу же осмотрелся и понял, что мы точно на месте. Только у влиятельного и богатого клана будет куплен весь квартал. Как я это понял? Да просто все домики от одноэтажных до двухэтажных, были окрашены в одинаковые цвета и идентичны. Все… Кроме одного.

Мои глазам предстал трёхэтажный кирпичный особняк, огороженный каменным высоким забором, за которым виднелись кроны деревьев. Возле железных ворот дежурило двое охранников, облачённых в технологичную броню и вооруженные винтовками.

— Прошу за мной, господин Джордани, — обратился Иван ко мне и рукой указал на ворота.

И только мы втроём двинулись к ним, они сами открылись и из них, в компании двух мужчин азиатов, вышла девушка, лицо которой я запомнил так же, как помнил свою семью и Карпова. Девушка, однажды спасшая мне жизнь в другом мире и перевязавшая раны. Та, кто вытащила мою голову из под самурайского меча и вставшая на защиту незнающего ни языка, ни уклада жизни, человека. Та, кого я могу без зазрения совести назвать своей сестрой…

— Норико…

Глава 11

Мои глаза не отрывались от неё и с каждой секундой я уверялся в том, что не ошибся.

Маленький рост, длинные чёрные волосы, круглое утонченное лицо со скулами и ямочками на щеках, тонкие губы с миниатюрным носиком.

Норико…

Она была одета в белую юкату, а стоявшие рядом с ней азиаты в темные костюмы.

— Господин Джордани? — с легким беспокойством обратился ко мне Иван, видя, как я смотрю на девушку и не двигаюсь.

— Все хорошо, — помотал я головой и мы пошли к воротам.

Но вот я сделал несколько шагов и Норико повернулась, посмотрев безразличным взглядом золотистых глаз на моих провожатых и задержав его на мне.

Сердце пропустило удар, а правая нога сбилась с шага.

Да что это со мной? Это не та Норико, а очередная копия, как было с Карповым и моей семьей… Приди уже в себя, Виктор!

Вздохнув, я вернул себе самообладание и мы подошли к воротам и всё это время девушка смотрела именно на меня, будто зависнув.

— Прошу, господин Джордани, — указал Иван рукой на ворота, приглашая зайти на территорию особняка.

Но услышав его слова, я не торопился делать очередной шаг, а просто стоял и смотрел перед собой. В разуме была полная пустота, а до слуха доносились разговоры стоявших рядом азиатов на японском языке.

Рискнуть или нет?..

Я повернулся к девушке и встретился с ней глазами. Именно они были последним, что я запомнил, покидая её мир…

… да гори оно все огнём.

— Если бы я сказал тебе, что я странник идущий с запада на восток в поисках истины, — на чистом старояпонском произнёс я, отчего азиаты вмиг замокли, а глаза девушки удивленно расширились.

— Я бы ответила, что я странница, идущая с востока на запад и я та, кого ты ищешь, — мелодично проговорила она и с каждым словом ее голос подрагивал.

На меня будто вылили ушат холодной воды. Сердце забилось настолько часто, что грозилось выпрыгнуть из груди, а дыхание перехватило. Никто, кроме настоящей Норико, не мог знать этих слов. Слов, что когда-то стали для нас знаковыми.

— Норико… — хрипло произнёс я и мое лицо озарила счастливая улыбка. Впервые в этом мире.

Услышав сказанное имя, она вздрогнула. Ее глаза стали намокать, а руки поднялись, прикрывая рот.

— Виктор… — донёсся до меня её неверящий голос.

Продолжая улыбаться, я сделал к ней шаг, но в тот же момент она резко подалась вперёд и заключила меня в объятья. Настолько крепкие, что её руки грозились сломать мои рёбра.

Плавно и нежно, я положил ладони на её спину, почувствовав под пальцами мягкие шелковистые волосы. Ткань рубашки стала намокать от пробежавших слёз девушки, а до моего слуха доносились редкие всхлипы.

— Госпожа! — крикнул один из японцев и сделал шаг к нам. — Отпусти её, чужа…

Лезвие вмиг появившегося топора, насыщенного огромным количеством энергии Смерти, упёрлось в его горло, не дав договорить.

Волны холода стали распространяться от оружия, отчего азиаты испугались, а за моей спиной понесло отчётливым запахом страха. Похоже, сынок аристократов лишний раз убедился, что за чудовище они привезли к себе домой.

— Сделаешь ещё шаг и сдохнешь, — холодно произнёс я, смотря прямо в глаза японца и видя, как тот начинает бледнеть.

Проглотив тяжёлый ком, он поднял руки и более не открывал своего рта. Его напарник же достал пистолет и целился в меня, но я не чувствовал угрозы от слова совсем.

Моя свободная рука мягко прошлась по спине Норико, после чего я отпустил девушку и она разжала объятья.

— Я рад тебя видеть, Норико, — вновь озарила моё лицо улыбка и я убрал лезвие топора от шеи её охранника.

— И я тебя, — ответила она мне своей лучезарной улыбкой и счастливыми глазами.

На короткую секунду опустив взгляд на её руки, я увидел белую ткань кимоно, которая за мгновение скрыла появившиеся…

… Ожоги и шрамы.

— Виктор… Я-я… — увидела она немой вопрос в моих глазах и потупила взор.

— Что произошло? — спросил я, чувствуя, как Жнец внутри меня буквально взрывался от жажды крови.

— Война, — вздохнула она, а её охранники отвели глаза. — Я прибыла в Российскую Империю за помощ…

— Кто? — перебил я её, на что она быстро подняла взгляд, полный страха.

— Тебе не нужно этого знать, — хрипло произнесла она, а азиаты насторожились. — Мой род сам разберётся…

— Кто, Норико? — вновь прозвучал мой вопрос, а за спиной начала клубиться тьма.

Издав очередной вздох, она хотела дать ответ, но только её рот открылся, позади меня прозвучал голос Ивана:

— Господин Джордани, глава ждёт…

— Подождёт! — рявкнул я, отчего фонари улицы заискрились, бойцы Разумовских насторожились, а азиаты, Норико и мои провожатые вздрогнули.

Медленно повернувшись к побледневшему Ивану, я обжёг его глазами, вспыхнувшими энергией Смерти.

Он смеет мешать мне⁈ Тыкает мне своим главой⁈ Плевать мне на Разумовских и их желания! Плевать я хотел и на опасность, исходящую от двух бойцов в технологичной броне! Пусть только откроют огонь или сделают шаг, вырежу каждого!

Чувство ярости и желание крови буквально захватывало меня с головой. Кто-то… Какой-то ублюдок… Посмел оставить ожоги на ней. Причинить ей боль.

Прикрыв глаза, я глубоко вздохнул и успокоился. Сейчас не время… Да…

— Когда ты возвращаешься в Японию? — открыл я глаза и спокойно задал вопрос, встретившись взглядом с Норико.

— Завтра, — ответила она, перебрав пальцами по ткани юкаты. — Что ты задумал?

Услышав её слова и не торопясь отвечать на вопрос, я просто кивнул и, развернувшись, пошёл в сторону Ивана.

Дальше продолжать разговор не было нужды. Норико хорошо меня знала. Дай я ей шанс на дальнейшую беседу и она сделает всё, чтобы я не помогал. Поэтому буду действовать иначе.

— Виктор, подожди! — крикнула она, но я не остановился и шёл дальше, зайдя на территорию особняка Разумовских.

Да… Она хорошо меня знала… Знала, что после увиденного, произойдёт то, чего она боялась больше всего. То, по причине чего я однажды уничтожил армию клана Амагава, пробудив печать Пламени Бездны.

Япония значит? Хорошо, так тому и быть.

Остался только вопрос, как Норико сохранила память обо мне и коснулось ли тоже самое Анны?… Но это всё потом. Сейчас нужно решить проблему с Разумовскими, а дальше…

… Подготовиться к поездке.

* * *

Двигаясь по богато обставленного коридору в компании Ивана и сына главы Разумовских, я сохранял молчание и угрюмое выражение лица.

Вся моя суть требовала разобраться с проблемой как можно быстрей и заняться иным делом.

Обычное спокойное состояние покинуло меня напрочь, оставив лишь жгучее желание убийств и крови. Я говорил, что не святой и мне приходилось делать вещи, от которых обычный человек потерял бы рассудок… И нередко подобное пересекалось с теми, кто был мне близок. Друзья и семья. Слишком сложные и тяжёлые слова для такого, как я, но даже так, на моём пути Жнеца были люди, которых я мог приписать к этим словам. И если ради друзей я готов пойти на многое… То ради семьи…

Моя жена Анна, дочь Юля, сын Илья. Они то, что удерживало меня на плаву весь путь. Но были и те, кто мог встать с ними вровень. Те, кто стал мне так же близок.

Учёный и шебутной изобретатель Карпов. Воин и полководец Минамото. Горшечник и любитель женщин Соломон Арджент… И моя истина, найденная в мире Минамото, имя которой — Норико…

Остановившись возле двух белых дверей, я дождался, пока Иван откроет и зашёл внутрь.

Сразу же оглядевшись, я понял, что нахожусь в просторной и дорого обставленной гостиной.

Широкий круглый стол в центре зала, окружённый кожаными креслами и диваном. Разнообразные картины на стенах и высокие вазы с цветами на полу. Огромная хрустальная люстра на белоснежном потолке, освещающая всё помещение и прогоняющая ночной мрак, проникающий из окон.

Осмотревшись, я переключил свой взгляд на единственного человека, находившегося здесь.

Коротко стриженный, с волевым лицом, острым взглядом и квадратной челюстью, он напоминал хищника, готовящего к броску. Его подкаченную фигуру не скрывала даже белая рубашка, верхние пуговицы которой были расстёгнуты, являя мощную грудь.

Он сидел в одном из кресел за столом, крутил бокал с чем-то крепким, судя по бутылке стоявшей на столе, и читал сквозь очки документ в своей руке.

Короткое мгновение и этот человек поднял взгляд, посмотрев на меня ярко-голубыми глазами.

Несколько секунд мы буравили друг друга взглядами, пока в конечном итоге он не ухмыльнулся и не кивнул своим мыслям.

— Проходите, Джордани, — густым басом обратился он ко мне, сразу дав понять, что знает о моей личности. Впрочем, он не мог знать, что Иван уже обо всём проговорился. — Сильным воинам всегда рады в этом доме. Поэтому будьте моим гостем.

— Благодарю, Роман Алексеевич, — кивнул я и спокойно проследовал до одного из кресел, сразу же сев в него.

— Вы свободны, — произнёс мужчина, обратившись к Ивану и своему сыну. — Хорошая работа, Ветров.

— Господин, — поклонился Иван и двинулся на выход из гостиной. Юноша же какое-то время порывался остаться, но под взглядом отца быстро смылся.

Двери гостиной закрылись, оставив меня и главу клана Разумовских одних. Но даже так я ощущал, как из комнаты по соседству несёт отчётливой угрозой.

Значит, Пётр Алексеевич, брат главы и начальник СБ, решил отсидеться в стороне и понаблюдать? Что ж… Это было ожидаемо.

Положив лист документа на стол, мужчина взял бутылку и наполнил один из двух стаканов, стоявших на столе, после чего пододвинул его ко мне со словами:

— Угощайтесь. Этот виски делают только в Западном Союзе. Двадцать лет выдержки.

Кивнув, я под внимательным взглядом Романа взял стакан с утяжеленным дном, который ценители крепкого алкоголя называют рокс.

Поднеся напиток к носу, я сразу же почувствовал приятный ореховый аромат, без какого-либо запаха спирта.

Улыбнувшись, Роман Алексеевич вновь покивал каким-то своим мыслям и смотрел на то, как я делаю глоток.

Обжигающая жидкость заполнила рот, мигом проникнув в горло и попала в желудок, оставив после себя нотки горечи и ореховое послевкусие.

— Что скажете? — задал вопрос мужчина, глотнув из своего стакана.

— Хороший виски, — кивнул я, поставив стакан на стол и посмотрев на него. — Роман Алексеевич, может не будем ходить вокруг да около?

— Сразу к делу? — улыбнулся он. — Это мне нравится.

Свободной рукой пододвинув ко мне лист документа, он дождался, пока я возьму его и начну читать.

Что ж… Нарыли они немало, но и немного, что даже радует.

— ЦОБ и полиция вовсю разыскивают вас, Джордани. Им не терпится найти того, кто устроил переполох банд в городе, и посадить его в Обитель. Так скажите мне, почему я не должен предоставить им эту информацию? Особенно после того, как вы нагло воспользовались слугой моего клана, не переговорив об этом со мной.

— Может потому, что я решил работать с Дмитрием Олеговичем лично? — наклонил я голову набок, отодвинув документ. — Мне не нужна была помощь всего клана Разумовских, а только одного человека. Все затраты покрывались из моего кармана, а деньги работникам и покупка материалов осуществлялись в срок. Я просто обошёлся без посредника в виде вас, — он прищурил глаза, недовольный моими словами. — И поступил бы так снова.

— Не будь вы тем, кем являетесь на самом деле, я бы решил, что вы зазнавшийся глупец. И ваши слова лишь означают, что вам всё равно, дойдёт ли эта информация до ЦОБ или полиции, — спокойно и размеренно произнёс мужчина, внимательно наблюдая за мной.

— Вы правы, — безразлично пожал я плечами, на короткое мгновение увидев, как дрогнули его брови.

— А это значит лишь то, что за вами кто-то стоит, — продолжил он развивать мысль, а я просто молчал. — Кто-то, кто однажды закрыл рты всему аристократическому обществу. Тот, кто может приказывать верхушке ЦОБ, что невозможно даже для высокородного аристократа из первой тройки родов и кланов. И это либо Юрий Соколов, либо… — затих он, а я оскалился.

Возникает вопрос, зачем Роман Алексеевич показал мне документ с информацией и приплел ЦОБ с полицией? Ответ у меня может быть только один, он хочет меня использовать. А точнее мои способности. Вот только теперь, после осознания, что подобный рычаг давления не сработает и убедившись в этом, он просто налил себе ещё виски и сделал большой глоток.

— Если не секрет, могу я узнать, чем вы заинтересовали его императорское величество? — с хрипотцой после глотка спросил он и провёл рукой по волосам.

— Он хочет использовать меня, как хотели и вы, — вновь пожал я плечами, а мужчина покачал головой.

Сделав очередной глоток, Роман Алексеевич взмахнул рукой и в следующую секунду чувство угрозы из соседней комнаты исчезло.

— Лавров будет освобождён и вернётся к своим полномочиям. Я не буду препятствовать вашему с ним договору и проектам, но за это мне нужна будет от вас услуга.

— Какая? — наклонил я голову набок.

— Я видел чертежи проекта, который он и его команда создавали, — криво улыбнулся он. — Не знаю, где вы раздобыли нечто подобное, но если эту броню создать, то это перевернёт весь мир вооружения и рынок технологий… И также я знаю, что для подобной брони нужен колоссальный источник энергии, которого у моего клана нет, но есть у вас…

— Не совсем понимаю, к чему вы ведете, — спокойно проговорил я, хотя и понимал подтекст его слов.

— Мне нужно, чтобы вы создали для моего клана нечто подобное вашему прототипу. Такое, что перешагнёт поколение нынешней технологичной брони и будет несложно производить. В таком случае я отойду в сторону и позволю вам с Лавровым работать.

Вот это я понимаю, ушлый тип. По сути, он ничего не сделает и просто отойдёт в сторону, а взамен получит то, что усилит не только его клан, но и позволит возвыситься на поприще производства технологичной брони.

Как же я ненавижу аристократов. Их интриги, скользкую натуру и желание заграбастать побольше жара.

Вздохнув, я принял решение, которое чувствую аукнется мне в будущем, но и деваться некуда. С позиции силы давить на Разумовских можно, но не сейчас. Начни я с ними бодаться и потеряю возможность уехать в Японию. К тому же, как бы это не звучало, Роман Алексеевич в своём праве и Жнец сам залез в его холодильник.

Взяв стакан с оставшимся виски, я отсалютовал им мужчине и со словами…

— Договорились.

… Выпил всё залпом.

* * *

Стоя возле окна с чашкой душистого чая в руках, Казама Норико смотрела на ночную Москву и нервно прикусывала нижнюю губу.

Горячая чашка согревала теплом её пальцы, а до носа доносился запах цветов и персика.

— Госпожа, с вами всё хорошо? — спросил один из её охранников, невысокого роста мужчина с жидкими усами.

— Нет, Юрушидо, — помотала головой девушка и вздохнула.

— Это как-то связано с тем мальчишкой? — вновь задал он вопрос, подойдя к своей госпоже.

— Мальчишкой, — криво ухмыльнулась Норико, делая глоток чая и ощущая его насыщенный вкус. — Помнишь, я рассказывала тебе о своих снах?…

— Которые открылись благодаря вашему дару Видения, — проговорил Юрушидо и кивнул. — Да, я помню.

— Тогда ты помнишь историю о воине, служившим в армии полководца… — ушла Норико в воспоминания, открывшиеся благодаря полученному дару.

— Вы говорите о Рашомон Óни, госпожа? — заинтересованно спросил мужчина, сразу же поняв о чём речь. — Серый Демон, уничтоживший армию клана Амагава?

— О нём, — кивнула Норико и увидела, как стекла окна коснулись редкие капли начинающегося дождя. — Только он не был демоном. Он был мужчиной, потерявшим себя и ищущим истину.

— Почему вы вспомнили об этом, госпожа? — в лёгком недоумении от ответа, задал вопрос Юрушидо. Он не понимал, как связана история о великом воине с каким-то русским пацаном.

— Потому что тот, кого ты назвал мальчишкой, является тем воином, — подняла она подрагивающими руками чашку ко рту и сделала очередной глоток, краем глаза заметив ошеломлённого ответом мужчину.

Она знала. Очень хорошо знала, что произойдёт, стоит Виктору увидеть её ожоги и увечья, полученные во время одного из покушений. И лишь воля случайности позволила её другу… Брату… Увидеть эти раны. Судьба или провидение? Неизвестно, но случилось то, что случилось.

И возможно, не будь Норико под впечатлением от встречи и узнавания, то предотвратила бы подобное… Но слишком сильным был шок от произошедшего. Она даже и подумать не могла, что встретит того, кто был для неё ближе самого родного человека в одной из жизней, прожитой в совсем ином мире и ином времени.

А ведь она хотела просто приехать в Российскую Империю с целью найти союзников, которые помогут её роду выстоять в войне против целых трёх кланов. Теперь же… Всё изменится. Тот, кого она называла братом и тот, кого остальные называли Серым Демоном, вышел на тропу войны, как уже происходило однажды.

«В тот раз глава клана Амагава лишь оскорбил меня и потерял всё… Теперь же…» — со вздохом подумала Норико, понимая все последствия.

Вслед за мыслями девушки небеса излили свои слёзы на ночной город и раздался громкий раскат грома. И в этом раскате Норико услышала барабаны войны, заставившие её сердце испытать страх.

Глава 12

Стоя возле подъезда своего дома с кейсом в руках, я щурился от утреннего солнца и старался не зевать, что было практически невыполнимо.

После разговора с главной клана Разумовских, я сразу же отправился в квартиру, решив переночевать здесь и с утра сделать два дела сразу.

— Вить, — сонным голосом проговорила Елена, массируя невыспавшиеся глаза. — А куда мы поедем?

— На базу к Алексею, — спокойно ответил я, заметив заезжающую в квартал машину рода Беркутовых.

Остановившись, водитель чёрного седана вышел из авто, поздоровался и открыл для нас с Еленой дверь.

Со вздохом сев на удобное сиденье и распластавшись на нём, как желе, я посмотрел на белокурую женщину.

По лицу Элеонор было видно, что она свежа и полна сил, а её светлый костюм был выглажен и сидел, как с иголочки.

— Здравствуйте, командир, — с кивком поприветствовала она меня, а после посмотрела на Лену. — Миледи.

— Привет, Элеонор, — понял я руку и помахал. — Знакомься, это Елена, твоя новая ученица.

Услышав мои слова, девушка и женщина одновременно удивились, после чего Элеонор лишь кивнула и обратилась к Елене.

— Леди Елена, — обозначила женщина кивок. — Приятно с вами познакомится.

— А-ага… — пробормотала находящаяся под впечатлением девушка. — И мне…

Машина плавно тронулась, а я тем временем достал телефон, посмотрев на время.

Пятнадцать минут девятого. Что ж… Пока что идеально.

— Пока мы едем, вопросы будут, Элеонор? — спросил я, слегка пододвинув кейс, в котором лежали мои пистолеты.

— Почему вы выбрали меня и считать ли обучение приказом? — сходу выдала она, отчего я приподнял бровь.

— Потому что ты лучше подойдёшь и я тебя хоть немного знаю, — размеренно проговорил я, на мгновение разблокировав телефон и посмотрев на полученное сообщение.

Отправитель: Авиационная компания частных перевозок Tarkov_Avia.

«Здравствуйте, уважаемый Сильвер! Ваш самолёт готов и ждёт вас у терминала 2B, выход 26! Стойка регистрации №2!»

И так, отчёт пошёл.

— А насчёт приказа, считай, что это вынужденная мера и фундамент моего доверия к тебе, — продолжил я спустя несколько секунд, пока отвлекался на телефон.

— Фундамент доверия? — наклонила Элеонор голову набок, а Елена заинтересовано на меня посмотрела.

— Справишься с её обучением, — кивок в сторону девушки. — И я сделаю так, что более не будет нужды подвязывать левый рукав.

Как только мои слова дошли до осознания, глаза женщины удивлённо расширились и я с удовольствием наблюдал её приоткрытые губки, обведённые красной помадой.

Да, я решил не тянуть кота за хвост и выдал Элеонор всё сразу. Кнут и пряник лучшие учителя и дрессировщики. Обучит Елену и получит возможность вновь стать целостной. Решит не делать этого и останется прежней. Всё просто.

К тому же, у меня не было никакого желания выяснять и пытаться донести до женщины, почему я выбрал именно её. Через три часа я должен быть в самолете.

— Вы вернёте мне руку? — хрипло спросила Элеонор, не веря в мои слова. В её понимании такое было невозможно.

— Не только руку, — кивнул я, увидев в ответ целую бурю в её глазах. — Я сделаю тебя лучше, сильнее, мобильнее, мощнее.

— Н-но как?… — неверяще пробормотала Элеонор и я видел в её взгляде, что она уже согласна, ей нужно лишь поверить.

Вздохнув, я вновь разблокировал телефон и быстро нашел фотографию чертежей, сделанных на скорую руку прошедшей ночью. Именно поэтому я сейчас и держался лишь на двух кружках кофе и морально волевых.

Моя рука протянула телефон, показав женщине фотографию.

— Это… Рука? Протез? — со скепсисом спросила она, продолжая разглядывать фото.

— Он называется Джигор Восемьсот Двадцать, — с кивком ответил я и под заинтересованные взгляды Елены и Элеонор, пояснил: — Боевой протез специального назначения. В научном сообществе, проще сказать — Аугментация.

— Но она не слишком массивна для меня? — в очередной раз спросила Элеонор, закусив нижнюю губу.

— Это черновой вариант, рассчитанный на взрослого человека стандартов сто девяносто дробь восемьдесят пять. — на автоматизме ответил я, отчего Елена и женщина впали в мимолётное удивление, не поняв меня.

— Кхм… Вам виднее, командир, — отодвинулась Элеонор и помассировала виски. — Если такова цена, чтобы вновь стать целостной, то я согласна, — она медленно повернула голову и посмотрела на девушку. — Леди Елена, нам предстоит много работы и разбора ваших способностей и таланта. Сразу говорю, я приверженка старых традиций воспитания воинов и поблажек не будет.

Услышав её слова, Лена отчётливо проглотила вставший в горле ком и схватила меня за руку. Слабая улыбка озарила её лицо, после чего она с хрипотцой ответила:

— Я постараюсь…

Машина постепенно набирала скорость на трассе, а салон заполняли голоса Элеонор и Елены, ведущих разговор о предстоящих тренировках. Я же тем временем просто смотрел в окно на город и думал над тем, как действовать дальше. Самолет на имя Сильвера заказан, хоть и пришлось отвалить немалые деньги за анонимность.

Норико должна сегодня вернутся в Японию. Что ж… Нужно постараться не пересекаться с ней и действовать обособлено. Мои методы ведения войны вызовут множество вопросов и настоящий переполох, и мне не хотелось бы, чтобы это коснулось её рода.

Вновь вздохнув, я откинул голову на подголовник сиденья и прикрыл глаза. Ехать предстояло около часа и есть возможность хоть немного подремать.

* * *

Япония. Токио.

— Здравствуйте! — на английском обратилась ко мне молодая девушка, сидевшая в укреплённой кабинке на стойке контроля.

— Здравствуйте, — кивнул я, ответив ей на японском и увидев удивление в её глазах.

Моя свободная рука протянула паспорт гражданина Российской Империи, внутри которого лежал специальный талон синего цвета с подписью главы рода Тарковых. Подобная бумажка мне обошлась ещё дороже, чем перелёт на их самолете и это не считая того, что пришлось доплатить за срочность.

Взяв мой паспорт, девушка мигом открыла его и теперь её глаза не просто удивились, а расширились, что очень необычно для азиатов.

— Кхм… — прокашлялась она, подняв взгляд и быстро посмотрев на меня. — Добро пожаловать в Японию, господин Сильвер, — она отдала паспорт и быстро нажала на кнопку, приглашая следующего пассажира.

Вновь кивнув, я убрал документ в карман темного пальто и двинулся через ограждение, держа путь к стеклянным дверям, отделяющим аэропорт от города.

До моего слуха доносились крики и голоса как японских, так и иностранных граждан. Глаза видели, как кто-то торопится на свой рейс или пьёт кофе возле одной из множества кафешек аэропорта.

— А вкусные здесь булочки продают, — услышал я радостный голос молодого парня, похожего на истинного арийца.

— Агась! — вторила ему красивая девушка, идущая рядом с ним и державшая в руках такую же булочку. Маковую со сгущенкой.

Проводив их косым взглядом, я почувствовал сладкий запах выпечки, тянущийся за ними и вслед за этим мой желудок издал рык голодного кита.

С самого утра у меня не было возможности на хоть какой-то перекус, в самолете я решил не есть. Ненавижу я это дело во время перелётов.

Очередной вздох покинул мои лёгкие и я вышел из стеклянных дверей, оказавшись в Токио.

Ночь постепенно накрывала город, автоматические фонари начинали свою работу. Множество автомобилей разных марок то парковались, то в спешке покидали подъездную территорию аэропорта, желая успеть ко времени, пока не закончился пропускной талон.

Разговоры и голоса здесь звучали ещё сильнее, чем внутри терминала и мне оставалось лишь поморщиться от подобного контраста звуков.

— Такси!

— Отвезу, куда скажете!

— Только у меня лучшее такси!

Разновозрастные японцы встречали выходящих из аэропорта туристов, предлагая им свои услуги и обещая лучшую и комфортную поездку.

— Молодой человек, куда путь держите? — подошёл ко мне пожилой мужчина в куртке, кепке и светоотражающей зеленушкой на теле.

— Пока что не знаю, — спокойно ответил я, продолжая осматриваться.

Для начала нужно бы найти отель. Желательно такой, где не будут задавать вопросов и могут поделиться информацией. Да… Так и сделаю.

Быстро достав телефон, я залез в поисковик и спустя пару минут нашёл нужное. Свободный род Сугивара владел целой сетью отелей.

— Мне нужно… — заговорил я, обращаясь к мужичку и собираясь сказать пункт назначения.

Но только я проговорил два слова, мои глаза зацепились за трёх японцев, идущих в мою сторону. Каждый из них был одет в тёмный костюм и коротко пострижен. И лишь у одного я заметил жидкие усы.

Помимо этого, на их костюмах виднелся герб аристократичного рода Казама. Именно из этого рода происходила Норико, если моя информация не врала.

— П-прошу прощения… — коротко поклонился мне мужичок и убежал, стоило ему заметить идущих к нам япошек.

Наблюдая за ними, я наклонил голову набок и просто ждал. Опасности я не чувствовал от них никакой, судя по всему, они желали поговорить.

Подойдя ко мне, вся троица на короткую секунду всмотрелась в мои глаза, а после глубоко поклонилась.

— Добро пожаловать в Японию, Рашомон-сан! — с почтением произнёс носитель жидких усов, имя которого… — Моё имя Хигуро Юрушидо! Я здесь, чтобы сопроводить вас!

— Давно я не слышал своего забытого имени, — холодно сказал я, отчего японцы напряглись. — Вас послала Норико?

Услышав мой вопрос, троица разогнулась, а я тем временем наблюдал, как на нас обращали всё больше внимание прохожие.

— Мы здесь по приказу главы, Рашомон-сан, — ответил Юрушидо и дополнил: — Госпожа не знает о вашем приезде.

— Тем лучше, если она продолжит об этом не знать, — похрустел я шеей, а мужчина кивнул в знак того, что понял подтекст моих слов.

— Что ж… — протянул я, перебрав пальцами по ручке кейса. — Ведите.

— Прошу за мной, — отошёл Юрушидо в сторону и указал рукой вперёд.

Кивнув, я двинулся в компании этих ребят, один из которых поначалу хотел забрать мой кейс, но мигом передумал, стоило мне обжечь его взглядом.

Спустя несколько минут мы подошли к частной парковке, на которой стояли лишь автомобили с аристократическими камонами разных родов и кланов.

Юрушидо открыл дверь белого автомобиля, похожего на лимузин, приглашая меня внутрь.

Похоже, вопрос с отелем скорее всего отпадёт, но точно это решится только после разговора с их главой.

* * *

Сидя в полулежащем положении, Керо, глава рода Казама, смотрел в окно, за которым стояла ночь. До его слуха доносился звук пикающего аппарата, провода которого были подключены к телу, а нос улавливал отчётливый запах лекарств, витающий в помещении.

Поморщившись от ноющей боли в груди, пожилой мужчина сухо закашлялся. Одна его рука схватилась за борт кровати, а другая поднялась и вытерла платком небольшой шмат крови с губ.

«Похоже, осталось недолго…» — в который раз подумал он, видя на белом платке не только кровь, но и желтоватую мокроту.

Слабый выдох покинул его грудь, а усталые глаза вновь посмотрели в окно.

И только он это сделал, до его слуха донёсся щелкающий звук замка двери.

Медленно и с трудом Керо повернул голову и увидел, как в его комнату, которая стала походить больше на больничную палату, заходят двое человек. Один из них был слугой рода Казама и достойным воином, а другой…

— Я иначе представлял вас, Рашомон-сан, — слабо улыбнулся Керо, посмотрев в синие глаза юнца, которому было не более восемнадцати вёсен.

— Внешность бывает обманчива, — кивнул юноша и прошел к кровати мужчины, отчего слуга рода напрягся и хотел сделать шаг, но поднятая рука главы остановила его.

— Вы прибыли, чтобы помочь моему роду? — спросил Керо, внимательно наблюдая за каждым движением мальчишки.

— Нет, — помотал парень головой, чем вызвал лёгкое удивление у главы рода Казама. Он предполагал другой ответ, особенно после того, как выяснилось, кто перед ним.

— Тогда зачем вы здесь? — вновь задал вопрос мужчина, хоть это и далось ему с трудом.

— Чтобы уничтожить тех, кто навредил моей истине, — холодно ответил юноша.

И только он произнёс эти слова, глава рода Казама и его слуга ощутили, будто всё помещение окунулось во мрак. Лампы более не светили так ярко, звёзды ночного неба за окном потускнели, а дышать становилось всё сложнее.

Чувство, словно в комнате находилась сама смерть, захватило сердце Керо. Его лёгкие судорожно пытались сделать хоть маленький вдох, а уши разрывались от громко пикающего аппарата.

И чем дольше длилось то, чему глава рода Казама не мог найти объяснение, тем сильнее светились синие глаза юноши.

— Мне нужна информация, — донёсся до слуха мужчины холодный голос Жнеца. — О каждом, кто навредил Норико. Имена, фамилии, предположительное местоположение.

— Х-хорошо… — сипло ответил Керо, после чего почувствовал, что ему стало легче дышать.

Тьма, появившаяся в одно мгновение, так же быстро и исчезла, оставив после себя лишь покрытое инеем стекло окна.

Не так Керо представлял разговор с тем, кого считал лишь вымыслом и мифом. Мальчишка из Российской Империи, являющийся великим воином? Бред да и только. Но в тот момент, когда мрак овладел комнатой, а глаза юноши полыхали синим светом безудержной ярости, он поверил, кто именно перед ним. И хоть его разум твердил, что подобное невозможно, сердце подсказывало, что так и есть… Ведь человек не может обладать подобными глазами… Просто не может.

« Серый Демон…» — судорожно подумал Керо, ощущая, будто его шею секундой назад сжимали ледяные пальцы смерти.

Мог ли Жнец поступить иначе и отдать дань уважения главе рода Казама, придя в его дом? Да, но он не стал этого делать. Время слишком важный ресурс, который тратить глупо и опрометчиво. И Виктор не был дураком и понимал, что отец Норико собирался либо высмеять его, не веря в то, кем он является, либо просто использовать.

Теперь же, после произошедшего, положение изменилось. Жнец коротким диалогом дал понять, что именно ему нужно от рода Казама и что они от этого выиграют.

— Через два дня я буду ждать вашего человека с информацией в отеле Харагуро, принадлежащему роду Сугивара. Если он не придёт, то начну добывать сведения сам, — вновь вспыхнули глаза юноши, заставив больного мужчину на короткую секунду побледнеть. — Всего хорошего, Казама-сан.

Попрощавшись, Жнец повернулся спиной к мужчине и двинулся на выход из комнаты, но только он сделал несколько шагов, до него донёсся слабый голос, несущий в себе вопрос:

— Вы убьете каждого?

— Каждого, — повернул Жнец голову и обжёг мужчину взглядом. — Кто навредил Норико.

Глава 13

Колона из нескольких машин плавно и медленно двигалась по южной части Токио. На каждом из этих чёрных автомобилей красовался герб одного из уважаемых кланов Японии, отчего проходящие на улице граждане часто останавливались и провожали транспорт взглядом.

— Да, брат, скоро буду, — ленивым голосом проговорил холёного вида парень, посмотрев в окно и увидев там ночь.

Его правая рука держала возле уха дорогой мобильник, модель которого только появилась на рынке и стоила просто баснословных денег. Да чего уж там телефон, сама одежда юнца, представляющая собой белоснежный деловой костюм, многим маленьким родам была просто не по карману.

— Надеюсь, ты сдержишь обещание и дашь мне повеселиться с дочкой этого умирающего ублюдка, — с радостью и садизмом произнёс он в трубку, чувствуя, как в его штанах стало тесно. — Спасибо, брат! До скорого!

Счастливая улыбка расцвела на его лице, а рука заблокировала телефон после закончившегося звонка и убрала его в карман пиджака.

Его взор вновь устремился на окно и попадающихся на глаза граждан Японии.

— Тупые ублюдки, — хмыкнул он, видя, как возле одного из баров произошла потасовка. — Чего ещё ждать от черни.

Колона завернула в поворот и продолжила движение, а младший сын главы клана Орайхо — Тацуя, удобно откинулся на сиденье и его мысли устремились к одной особе, о которой он вёл речь с братом.

Казама Норико. От одной лишь мысли об этой девушке естество парня поднималось, а кровь в жилах вскипала, как вулкан. Ох сколько же трудов ему стоило упросить своего отца и брата, чтобы они сохранили ей жизнь и отдали в его руки. Тацуя даже сделал в своём загородном особняке отдельную комнату для своей будущей собачки, обставив её такими вещами, от которых обычный человек потерял бы сознание.

— Скоро-скоро… Ты будешь моей и тогда мы повеселимся… — напевал он себе под нос, улыбаясь садисткой улыбкой.

Он множество раз представлял себе, как будет брать эту девушку силой и ломать её разум и тело. Со своими друзьями «по интересам» он даже делал ставки, сколько продержится Норико. В том, что она сломается, у него не было сомнений, ведь после того, как наиграется он, то придёт черёд его друзей, а далее и слуг с охраной.

И возможно, не случись так, что старик Казама решил показать свою гордость и воспротивиться трём кланам, то всё было бы иначе. Может быть, Норико даже стала бы его женой, которая родила бы сыновей и дочерей. Конечно об увлечениях своего супруга она бы не узнала… Но была бы в безопасности и тепле. Теперь же её судьба предрешена и Тацуя был этому только рад.

Очередной поворот и телефон юноши издал тихую вибрацию в кармане.

Достав мобильник, Тацуя быстро разблокировал его и увидел странное сообщение, написанное его личным слугой, оставшимся в особняке, который парень недавно покинул.

Отправитель: Сугимото.

«Господин, с вами всё в порядке?»

— Вот идиот, что за тупые вопросы он задаёт? — скривился парень, пожалев о том, что вообще дал этому слуге свой номер.

Но и иначе он поступить тоже не мог, ведь это был прямой приказ отца, чтобы его личный слуга и один из сильнейших бойцов клана всегда приглядывал за Тацуей. И именно это послужило причиной того, что парень избавился от своего охранника, оставив его в особняке. Слишком уж он был надоедливой наседкой.

Вновь поворот и транспорт стал набирать скорость, а Тацуя тем временем зашёл в галерею фотографий и нашёл там фото Норико, сделанное ещё во время их совместной учёбы в школе Ширамон.

Залюбовавшись красотой девушки, одетой в чёрную школьную форму, волосы которой были убраны в пучок, лицо парня вновь озарила улыбка.

Положив палец на дисплей, он хотел отравить это фото своим друзьям, чтобы те оценили, так сказать, фронт работы.

Но только он ткнул на нужную функцию и отправил фото с припиской, до его ушей донёсся мощный взрыв, затрясший автомобиль и заставивший Тацую выронить телефон.

Скользкое чувство страха сразу же охватило сердце парня, а его лицо мгновенно побледнело, стоило ему увидеть, как возглавляющая колону машина взорвалась. Да так взорвалась, что её остатки подлетели на добрые четыре метра от земли, грузно упав впереди дороги!

Пламя и разрушение предстало перед глазами ошарашенного и испуганного Тацуи. Его сердце начало лихорадочно биться, а по спине потекли первые капельки холодного пота.

Его водитель сделал резкий манёвр и хотел было объехать уничтоженный транспорт, но в эту же секунду до Тацуи донёсся мощный хлопок, а далее вся машина осела на правую сторону!

— Да что происходит⁈ — истерично закричал он, смотря на водителя и видя, как тот натурально бледнеет от его слов.

Охрана юноши стала покидать вмиг останавливающиеся машины, желая спасти своего господина от покушения и убийц! А то, что это было именно оно, понял бы даже дурак!

Обученные бойцы клана Орайхо, словно единый организм, окружили транспорт господина, пока один из них не открыл дверь, желая вытащить юношу на улицу и скрыть в безопасном месте.

Но только его рука осуществила задуманное, испуганный Тацую увидел, как голова его охранника лопнула, будто спелый арбуз!

— А-а-а!!! — закричал парень, мигом отползая по сиденью и видя, как тело бойца оседает на пол.

Лицо юноши было испачкано в каплях крови и остатках мозгов, попавших также и на белоснежный костюм.

Выстрелы стали звучать отовсюду и Тацуя закрыл уши руками, молясь всем богам и зовя отца.

Несколько секунд его люди будто стреляли в пустоту, лишь инстинктивно угадывая, где спрятавшийся противник. Их даже не заботило то, что от их пуль пострадали невинные прохожие и сейчас раненными лежали на асфальте и тротуаре.

— Кирико, пойди пров… — услышал Тацую голос главы охраны, который так и не договорил свои слова.

Мощный поток крови оросил окно машины юноши, отчего он заверещал её громче, а выстрелы вновь стали звучать казалось бы отовсюду.

Зажавшись на сиденье ещё сильнее, Тацуя крупно дрожал, боясь лишний раз поднять голову и увидеть происходящее.

Но время шло, а крики его бойцов и выстрелы стали стремительно затухать. До слуха юноши постоянно доносилось с какой болью умирают охранники, будто они сражаются против целой армии!

Как только всё стихло, Тацуя задрожал пуще прежнего, а в его пересохшем горле образовался непроглатываемый ком.

Время неумолимо продолжало свой бег и юноша более не слышал ничего. Никаких шагов, выстрелов его убийц, даже криков прохожих!

Разжав руки и освободив голову, он слегка приподнял её и взглянул в лобовое стекло машины. Может это его шанс сбежать⁈ А вдруг получится⁈

Но только его глаза зацепились за стекло авто, Тацуя впал в настоящий шок, граничащий с безумием. Он не видел за окном ничего, кроме кромешной тьмы. Не было ни витрин магазинов, ни фонарей улицы, ни других машин или людей. Просто мрак. Всеохватывающий и всепоглощающий мрак.

Сердце юноши билось настолько часто, что он в любой момент готов был потерять сознание.

Тихий звук шагов стал доносится до его слуха, отчего парень ощутил, как холодный пот стекает теперь не только со спины.

Вновь вжавшись в сиденье, подальше от открытой двери, парень продолжал молить всех богов и отца, которому уже доложили о нападении!

«Папа… Быстрее…» — раз за разом повторял Тацуя, сотрясаясь от страха.

Прислонившись к двери, окно которой было испачкано в крови, он тяжело задышал, с удивлением обнаружив клубы пара, выходящие из его рта. Только сейчас юноша понял, что ему становилось по-настоящему холодно.

— К-как это возможно?… — тихо проблеял он, не веря в происходящее. Всё казалось ему кошмаром и дурным сном.

Звук шагов стал настолько отчётливым, что Тацуя понял — его убийцы уже здесь.

Слёзы принялись литься из глаз парня, который никогда ранее не чувствовал настоящей боли. Всю жизнь за него её чувствовали другие…

Дверь резко открылась и Тацуя ощутил мимолётное падение, издав при этом жалобный вскрик.

Упав на асфальт, он сразу же ощутил нечто горячее на своём лице и руках. И только спустя долю секунды он понял, что это была кровь… Кровь главы его охраны, голова которого лежала в нескольких сантиметрах от юнца.

— Н-не убивайте, прошу! — взмолился юнец, задрожав и закрыв глаза. Он не мог вынести того, что происходит.

— Посмотри на меня, — услышал Тацуя голос, от которого его сердце грозилось уйти в пятки. Настолько холодный и промораживающий. Он внушал в душу юноши настоящий ужас.

Понимая, что каждая секунда может стать спасением, он выполнил требование убийцы и открыл глаза, подняв голову.

И только после этого он осознал, что лучше бы не делал это. Перед ним стоял некто, одетый в тёмные одежды, похожие на те, что носят кланы убийц. Отец несколько раз показывал ему фотографии и рассказывал об этих людях, живущих на территории Западного Союза.

Вот только этот человек отличался от них. Тёмные кожаные штаны и высокие ботинки до колен, заканчивающиеся защитными щитками. Кожаный нагрудник с переливающимися металлическими пластинами и такие же наручи, закрывающие руки. Но больше всего в образе этого человека в глаза бросалось именно три вещи. Серебряные рукояти пистолетов, торчащие на каждом бедре. Тёмный, чернее ночи плащ, закрывающий голову и достигающий колен убийцы. На короткое мгновение Тацуи даже показалось, что полы этого плаща тлеют и исходят дымкой.

И в завершении всего этого было самое ужасающее, что заставило сердце парня пропустить удар.

Серая маска демона, скрывающая лицо убийцы. Её раскрытая пасть с двумя мощными клыками внушала настоящий ужас, а сияющие тёмно-синие глаза замораживали саму душу.

— Не убивайте, прошу… — взмолился юноша, сотрясаясь всем телом.

— Твоё? — вновь услышал он леденящий голос и поднял взгляд, увидев в руках убийцы свой телефон.

« К-как⁈ Как он оказался у него⁈» — неверяще подумал парень. Он даже на секунду забыл, что сейчас умрёт.

Одним движением пальца незнакомец разблокировал телефон и стоило ему это сделать, Тацуя схватился за горло, почувствовав, будто на его плечи упала целая гора!

— Кх-х-а… Кхг… — пытался парень сделать хоть один вдох, но всё было тщетно.

— Смотрите какая сучка, парни, — услышал Тацуя слова, которые приписал к отправленному фото.

Небывалое давление, от которого сосуды в глазах парня стали лопаться, усилилось в разы. Оно буквально вжимало его в окровавленный асфальт, не давая пошевелиться.

Мощная рука схватила волосы юноши и подняла его лицо на уровень глаз убийцы, отчего он закричал с утроенной силой.

А дальше… Пришла боль. Настоящая агония захватила тело Тацуи, буквально сжигая каждую клетку. Он видел, как тёмно-серое пламя, появившееся на руке убийцы, в один миг охватило его.

Душераздирающий крик ужаса и страданий заполнил всю улицу, асфальт которой оросила кровь.

Кожа медленно и мучительно сползала с тела юноши, а вслед за ней пришёл черёд мышц. И всё это время парень был в сознании, будто какая-то сила удерживала его от того, чтобы умереть. Он более не хотел жить, лишь бы поскорее закончилась агония…

Вслед за мышцами пришло время костей, превратившихся в серый пепел и только после этого убийца отпустил уцелевшую голову юнца, с силой раздавив её ногой.

Тёмно-серое пламя бушевало позади своего владельца, сжигая всё, до чего могло дотянуться, как испепелило тело и душу юнца.

Подняв руку, Жнец посмотрел на телефон и увидел входящий звонок от контакта «Отец».

— Сын, с тобой всё в порядке⁈ Гвардия уже выдвинулась! Выполняй все требования, какие они скажут! — затараторил в динамик телефона пожилой мужской голос.

— Твой сын мёртв, — холодно ответили ему, отчего на том конце провода послышался треск древесины.

— Кто ты и зачем сделал это⁈ — гневно задал глава клана Орайхо глупый вопрос, вытаскивая свой кулак из дыры в столе.

Не став отвечать, Жнец опустил руку и с силой сжал телефон, разламывая его.

Вдалеке зазвучали сирены и появились проблески мигалок автомобилей полиции, вызванной выжившими гражданами.

Вот только убийца, что ранее был здесь, исчез. Лишь взорванные и пустые автомобили, окровавленные и разорванные на части тела охраны и умирающие прохожие остались свидетельством того, что произошло.

* * *

Зайдя в пустующий холл отеля, я сразу же двинулся в сторону администратора, стоявшего за стойкой. Пожилого вида японец сразу же заметил меня и мой внешний вид, в лёгком удивлении приподняв бровь.

— Утром мне нужна химчистка, — без приветствия сказал я, на что мужчина кивнул, увидев на плаще кровь.

— Я сделаю пометку о вас, — произнёс он, а я пошёл в сторону лифта, чувствуя спиной его заинтересованный взгляд.

Добравшись до номера и оказавшись в нём, я включил свет и стал снимать с себя ботинки. Весь мой наряд можно было заменить и обычной военной формой, но я решил поступить иначе и помог мне в этом Алексей, приславший посылку в те два дня, что я ждал информацию от отца Норико.

И хоть этот прикид казался нарядом косплеера, по факту это упрощённая версия брони. Металлические пластины на нагруднике, наголенниках и наручах, сделаны из диллириума. Лёгкий и прочный металл, идеально подходящий для подобного снаряжения.

Стоило мне переодеться в футболку и шорты, я сразу же сделал себе горячий чёрный чай и зашёл в гостиную, где на столе лежала массивная папка. Именно её принес человек рода Казама. Всё, что они нашли на кланы, от которых пострадала моя Истина.

Я сел на диван и сделал глоток, а моя рука развернула папку, вытаскивая оттуда лист бумаги.

Клан Орайхо. Состоит из правящего рода, насчитывающего главу самого рода, трёх жён и шестерых детей. Один из младших сыновей, Тацуя Орайхо, которого я убил этой ночью, был первым в моём списке. Всё дело в том, что он любил большую часть своего времени проводить в загородном особняке, где давал волю своему садизму. В документах о нём были даже фотографии того, что он делал… Ублюдок. Больше всего в этой жизни, помимо вреда тем, кто мне дорог, я ненавижу подобных типов. Насильник, садист, убийца, мразь. Ему всего восемнадцать лет и он уже отнял жизни множества людей, которые были для него, как игрушки.

Что ж… Он первый, а далее и весь род. И если мой план пойдёт так, как я запланировал, то я уничтожу их остатки одним ударом. Не только правящий кланом род, но и побочные ветки, а так же тех, кто был принят.

— Каждого, — холодно произнёс я, вспомнив слова, которые прочитал на телефоне ублюдка, а окна в гостиной стали покрываться инеем. — Всех под нож.

Вздохнув, я вернул себе на мгновение потерянное спокойствие и вновь сделал глоток чая, продолжая разбирать информацию. В том, что убийство Орайхо Тацуи могут приписать к роду Казама, я сомневался. Связано это не только с тем, что за родом Норико следят, но и с моим появлением, а так же прикидом. Он не только был выбран мной из-за защиты и лёгкости, но и за похожесть на экипировку клана убийц из Западного Союза. Стоимость подобных людей колоссальна и не каждый клан может себе позволить нанять их, а у Казама сейчас большие проблемы с финансами. В долг им не дают, как и кредит.

Пусть думают, что вмешалась третья сторона, особенно если учесть, что у Орайхо так же есть враги.

Помимо этого клана, существуют ещё два, за которые я примусь следующими.

Клан Аризава и Кумичо. Ублюдки, задачей которых было на политической арене задавить род Казама, оставив Орайхо непричастными. Зачем всё это надо, я не смог понять, но мне плевать. Они умрут. Каждый из них.

В голове вспыли ожоги и шрамы на руках Норико, отчего я сжал в руках кружку и разломал её. Осколки вонзились в ладонь, кровь потекла на стол и белый ковёр, а часть чая попала на бумагу в другой руке.

Каждый раз вспоминая лицо Норико и её шрамы, меня обуревала жгучая ярость и лишь с трудом я держал себя в руках, порываясь просто выжечь каждого на своём пути. Я хочу, чтобы они боялись. Хочу превратить их последние минуты жизни в настоящий ад. Стереть с лиц надежду и хоть какой-то шанс на спасение. И для этого нужно время… Я сделаю так, что Орайхо Бумей будет страдать. Не только из-за того, что воспитал не сына, а ублюдка… Нет… Я хочу, чтобы он ощутил настоящее отчаяние перед тем, как умрёт.

— А потом я сделаю тоже самое с Аризава и Кумичо, — с нотками рыка произнёс я, ещё сильнее сжимая осколки в своей руке и ощущая боль. — Выжгу их души.

« Мой Жнец…» — раздался на грани сознания хриплый смех, который я не слышал в последнее время.

Разжав руку, на которой сразу же появилась печать Регенерации, я смотрел на то, как осколки выходят из кожи, а вслед за этим затягивались и раны.

Медленно повернув голову, я посмотрел на бумажку в своей руке, увидев на ней информацию и фотографию мальчишки, которому было не более четырнадцати лет. Он улыбался на фото, а его глаза горели счастьем жизни. Жаль только, что он рождён от крови, которую я собираюсь уничтожить…

— Орайхо Акиро… — пробормотал я, после чего сжал лист бумаги и сжёг его, поднимаясь с дивана. — Ты следующий.

П. А. Вот такая вот глава, друзья) Если вам понравилось, то напишите об этом в комментариях. Если не понравилось, тоже пишите) Скоро нас ждёт веселуха в исполнении Витяныча. Уж слишком сильно его разозлило то, что сделали с Норико и теперь Японию закачает, как на самом мощном рейве!

P. S. *музыка из рекламы.

Смотрите в следующей серии! Убийства, расследования и вновь убийства! У вас есть шанс увидеть массовое вырезание япошек в исполнении Витяныча! Делайте ваши ставки, выживет ли кто-то из врагов в этом хаосе или нет⁈

P. S. S (Автор любит Японию, если чо)

Глава 14

* * *

Глава не откорректирована! Возможны ошибки, опечатки и прочая хрень!

P. S. Приятного чтения, мои любители крови, войны и чернухи)

* * *

Стоя под проливным дождём, Орайхо Бумей смотрел пустым взглядом перед собой видя лишь, пять завёрнутых в дорогую ткань, тела. До его слуха доносились всхлипы находившихся рядом жён и маленькой дочки, которой было не больше восьми лет.

В разуме мужчины была настоящая пустота. Его сердце казалось бы больше не билось, а мысли покинули голову, оставив лишь горькое чувство скорби и отчаяния.

Он не знал, кому именно перешёл дорогу и кто является его врагом, уничтожившим самое дорогое в его жизни. Дети… Такое родное и прекрасное слово, несущие в себе лишь радость. Но Бумей больше никогда не сможет по-настоящему оценить его красоту. За считанную неделю некто убил всех его наследников и старших детей, попутно уничтожив большую часть клана и гвардии. Мужчина не знал его лица, не нашёл о нём хоть какую-то информация… Лишь один единственный выживший боец гвардии, задачей которого было охранять наследника, выжил и рассказал, что видел. Вот только для Бумея его рассказ казался настоящим бредом и мифом. Мужчина никогда не верил в духов, сверхъестественные силы и богов… И тем сложнее ему было поверить в существование Серого Демона, мощь которого поражала воображение. Выживший рассказал, что это… Существо… За считанное мгновение стёрло с лица землю отряд гвардии из тридцати человек. Он просто выжег их своим пламенем, не оставив даже пепла. Его не брали пули, ни техники… Бессмертный монстр, незнающий пощады, так его назвал выживший боец, потерявший разум и обретший безумие.

Союзники Бумея из клана Аризава и Кумичо помогали ему, как могли. Вместе, они бросили все силы на поимку чудовища, но всё было тщетно. Да чего уж тут говорить, Бумей отдал большую часть денег из клановой казны, чтобы нанять одного из убийц клана Западного Союза. Вот только отправившийся на задание человек не вернулся… А позже, на пороге родового особняка рода Орайхо пришла посылка с головой этого самого убийцы. Перед глазами мужчины до сих пор стоит картина увиденного лица, в глазах которого застыл настоящий ужас и невероятные страдания.

Действия того, кто решил уничтожить клан Орайхо не остались без внимания и вскоре сам император заинтересовался проблемой, ведь слишком часто стали страдать невинные в покушениях на сыновей и дочерей Бумея. Тот, кто приходил за ними, не чурался убивать любого, кто попадался ему под руку. Невинные граждане империи, мужчины, женщины, старики и даже дети… Он уничтожал любого, двигаясь лишь с одной целью — устранить члена рода Орайхо.

Поначалу, мужчина решил, что это дело рук рода Казама, но после собрания с главами союзных кланов, пришёл в выводу, что подобное невозможно. Казама Керо не смог бы скрыть подобное чудовище от глаз аристократии, а значит это третья сторона, решившая стереть с лица земли всё, что дорого Бумею. И мужчина понимал, что скоро настанет его очередь… Тот, кто захотел уничтожить клан Орайхо желал не просто устранить их, он желал, чтобы они страдали. И у него это получилось… Никогда прежде, Орайхо Бумей не чувствовал такого отчаяния. Его надежда умерла, как и дух воина.

— Пап… — почувствовал мужчина тёплую и маленькую ладонь своей единственное живой дочери. — Я боюсь…

— Всё будет хорошо, Ариса, — слабо улыбнулся Бумей, покрепче сжав её ладошку, будто боясь потерять один единственный лучик своего света.

Небеса продолжали лить свои крупные слёзы, словно чувствуя скорбь вместе с кланом Орайхо. Вот только можно ли называть их теперь кланом? Большая часть людей уничтожена, как и побочные ветви рода. Остался лишь сам глава, дочь и жёны, что более не смогут родить ему детей.

Монахи возводили молитвы богам, провожая умерших в последний путь, а люди, что пришли на похороны, были раздавлены. Их чёрная форма одежды, грязь на земле от дождя и тёмные небеса создавали атмосферу полного отчаяния и безысходности.

Здесь были и его союзники из других кланов, люди которых держали в оцеплении весь квартал Тайто, не пуская посторонних пока идёт церемония. Но и помимо них, присутствовала полиция, а так же те, кого в высших кругах аристократии называли — Длань Аматерасу. Личные воины императора, чья сила поражала воображение. Одарённые, обладающие мощью и способные на равных сражаться даже с бойцами из Корпуса Мебиус.

И сейчас, два воина Японии, молодая девушка и сухой старик, стояли неподалёку от небольшой группы людей, прощающихся с умершими. Их глаза внимательно следили за всем происходящим, а тела и разум были готовы к бою, если чудовище явится сюда.

— Думаешь он придёт? — мелодично спросила черноволосая красавица, сморщив носик от упавшей капли дождя.

— Придёт, — спокойно кивнул старик, зорким взглядом наблюдая за единственной выжившей дочерью рода Орайхо. — Он не убил всех, а значит его путь незакончен.

— Путь? — в лёгком недоумении приподняла бровь девушка, посмотрев на своего учителя. — Какой может быть путь у того, кто убивает детей?

— Ты ещё молода, Айка, и не способна понять, что такое путь убийцы, — провёл старик рукой по седой бороде.

— Тогда я готова учиться, мастер, — навострила девушка уши, готовясь услышать мудрость.

Старик хмыкнул на слова своей ученицы и завёл руки за спину, коснувшись тыльными сторонами ладоней до чёрной ткани кимоно.

— Разве может дождь изменить самому себе и перестать литься на землю? Разве может птица перестать летать, отказавшись от своей сути? Разве может камень нарушить своё молчание, открыв все тайны мира? — размерено проговорил старик, а его ученица скорчила задумчивое выражение лица, пытаясь понять о чём речь. — Пахарь рождён, чтобы пахать землю. Солдат рождён, чтобы защищать свою родину. Но в чём смысл жизни убийцы?

— В убийствах? — неуверенно спросила она, не уловил подтекст слов учителя.

— Нет, — улыбнулся старик и убрал руки из-за спины, а после вытянул одну из них из под козырька небольшого навеса и ощутил капли дождя. — Смысл жизни убийцы в том, чтобы найти способ умереть. Он жаждет этого, ищет свою цель и желает избавиться от своих оков.

— И сейчас его оковы, это клан Орайхо? — задала вопрос Айка, уйдя в задумчивость.

Слова учителя нашли отклик в её сердце, но сколько бы она не думала об этом со стороны убийцы, они казались ей чудовищными.

— Нет, — помотал головой старик, удивив ученицу. — Его оковы нечто другое. Я видел тела, что он оставлял за собой. В них не было тонкости работы или техничности, какая присутствует у тех, кто идёт истинным путём убийцы. Лишь ярость и безграничная жажда крови, вот что я ощутил. И похоже, Орайхо перешли ему дорогу, заставив свернуть с пути и отвлечься. Возможно, — нахмурился старик. — Они совершили какой-то поступок или сделали то, что коснулось его.

— Слишком сложно… — пробормотала Айка, поняв, что её учитель вновь ушёл в себя, как это часто происходило. — Раз Орайхо перешли ему дорогу, может им стоило извиниться? Хоть они и клан.

— Ему не нужны их извинения, — вздохнул старик и продолжил: — Он желает крови и не остановится, пока не истребит каждого. Только тогда, он сможет обрести покой и вернутся на свой путь.

— Подождите, учитель! — осенило девушку. — Если вы говорите, что он не идёт путём истинного убийцы, то каким тогда?

— Хотел бы я и сам знать… — задумчиво произнёс старик, продолжая ощущать на своей ладони падающие капли дождя. — Но каким ни был его путь, он несёт в себе безмерное количество крови и смертей…

Стоило последним словам старика сорваться с губ, как небеса дрогнули и прозвучал невообразимый мощи раскат грома, от которого Айка крупно вздрогнула.

Мигалки стоявших на улице машин заверещали в разнобой. Работающие в пасмурную погоду фонари замерцали, а дождь усилил свой натиск.

И лишь старик, прошедший через огромное количество битв и обладающий множеством шрамов, ощутил накатывающий могильный холод. С каждой секундой он усиливался и овладевал территорией храма, где проходила церемония.

— С-стало холоднее… — взялась девушка за плечи, задрожав и не понимая, почему так резко похолодало, ведь буквально минутой назад было тепло.

— Он здесь, — серьезно произнёс старик, мигом заставив свою ученицу напрячься.

— Где⁈ Я не вижу его! — закрутила головой Айка, внимательно рассматривая каждого, кто находился здесь.

Но учитель не ответил на её слова. Его карие глаза смотрели лишь в сторону входа на территорию храма, где начиналась лестница вниз.

С каждым мгновением он ощущал, как могильный холод усиливался, а чувство безысходности и смерти нарастало.

Спустя мгновение, Мотодзиро Окоджи, носивший второй ранг внутреннего круга Длани Аматерасу, увидел поднимающего по лестнице человека.

Он был одет в черный костюм с красным галстуком. Его тёмные волосы намокли от дождя и капли стекали по молодому и юному лицу. И Окоджи мог бы принять его за опоздавшего на церемонию члена рода или клана, хоть тот и европеец. Вот только старик видел его глаза… Полыхающие тёмно-синим светом глаза. В них не было то, что несёт в себе радость юности и сладость жизни. Лишь могильный холод и отстранённость, олицетворяющие собой только одно слово — Смерть.

С каждым шагом, юноша приближался к группе людей, провожающих умерших в путь.

Быстро выставив руку, старик не дал своей готовой к бою ученице сделать шаг навстречу парню. Она уже поняла, что это он, так почему мастер стоит на месте⁈

— Учитель? — с нотками тревоги спросила она, не понимая, почему они бездействуют.

— Жди, — сухо произнёс старик, продолжая наблюдать за спокойно идущим юношей.

— Но он убьёт их! — прошипела Айка. Её тело было напряжено будто пружина, кулаки сжаты, а глаза пускали искры молний.

Медленно, слово в замедленной съёмке, юноша повернул голову и встретился с ними взглядами. И если старик выдержал то давление, что последовало за этим, то его ученица ощутила, словно на её плечи легла неподъёмная гора!

Её дыхание сбилось, сердце учащенно застучало, а в груди стало не хватать воздуха.

Лёгкая улыбка озарила лицо юноши и он медленно кивнул Окоджи, признавая его силу духа.

— Уходим, — хрипло сказал старик и взял руку ученицы, потащив её в сторону лестницы.

— Н-но, учитель⁈ Мы сбежим⁈ Сейчас⁈ — ошарашенно тараторила Айка и только посмотрев на лицо своего мастера, увидела, что тот был весь бледным, словно мел.

Не отвечая на вопросы, Окоджи продолжал крепко держать за руку свою ученицу и быстро шагом шёл в сторону лестницы, желая поскорее покинуть территорию храма. В его задание входило проконтролировать церемонию и при возможности помочь клану Орайхо. Но так же, верховный совет Длани Аматерасу дал ему личное задание… Если он встретиться с тем, кого уже окрестили Серым Демоном, то либо сразиться с ним, либо предоставить всю информацию, что он увидит.

И если ранее старик был готов отразить нападение убийцы и устранить его, то теперь лишь хотел спасти свою жизнь и жизнь ученицы! Его гордость воина вопила и стучала во все барабаны, но чувство самосохранение пересиливало. Он увидел лицо убийцы и теперь сможет предоставить информацию императору и совету.

«Главное уйти подальше отсюда… Да, быстрее!» — пронеслось в голове старика и он пошёл ещё быстрее, моля всех богов, чтобы они с Айко смогли выбраться с территории храма, ведь…

— Скоро она перестанет существовать… — озвучил Окоджи свои мысли, ощущая небывалый страх и ужас.

— Что перестанет существовать, учитель⁈ — донёсся до его слуха недоуменный вопрос ученицы, но он не придал ему значения и ускорил шаг.

* * *

Обойдя двух мужчин в тёмных костюмах, я подошёл поближе к Орайхо Бумею, встав рядом с его левым плечом.

Никто не обращал на меня внимание и все были заняты прощанием с умершими детьми и наследниками этого некогда сильного клана.

Моя ладонь слегка вытянулась и кожи коснулись крупные капли дождя.

Прохладно и мокро… Небеса и судьба будто бы знали, что произойдёт в этот день.

Попасть на территорию оцепленного храма было нетрудно. Пришлось несколько раз применить печать Скачка и всё.

— Вы скорбите, Орайхо-сан? — спокойно задал я вопрос, смотря на завернутые в богатую ткань тела.

Я убил каждого из них, не зная пощады и жалости. Стоило ли оно того? Нужно было ли убивать детей и проливать их кровь? Я не знал ответ на эти вопросы, но и оставлять после моего ухода тех, кто продолжит вредить моей Истине, я не желал. Враг — есть враг. У него нет пола и возраста. И сейчас, кланы Орайхо, Аризава и Кумичо мои враги, а своих врагов я убиваю, не оглядываясь назад и ступая по рекам крови.

Но даже так, мне не чужда капля милосердия. Душа Орайхо Акиро, четырнадцатилетнего парня, желающего жить и сделавшего в этом мире много хорошего, не сгорела в Пламени Бездны. Лишь благодаря тому, что он тратил всё своё свободное время на помощь нуждающимся, я пощадил его душу, не отправив её на вечные муки и страдания.

— Я потерял практически всех детей, — затравлено Бумей посмотрел на меня, крепко держа руку дочери. — Как вы думаете, скорблю ли я?

— Все мы платим за свои ошибки, — спокойно пожал я плечами, видя, как монахи продолжают обходить тела с молитвами и благовониями.

— Кто вы? — сломленным голосом спросил мужчина. — Я никогда не видел вас прежде и друзей среди европейцев у меня нет.

Могло бы показаться, что он задал глупый вопрос, но в то же время, кто бы мог проникнуть сюда, кроме скорбящих по умершим? Охрана бы не пустила.

— Я тот, — поднялась моя рука и указал пальцем на тела. — Кто убил их.

Небеса дрогнули и их разорвала молния, после чего последовал мощный раскат грома.

Я видел, как расширяются глаза Бумея, осознавшего, кто именно стоит рядом с ним. Он всё понимал. Понимал, что никто не уйдёт отсюда живым.

— П-пощади мою дочь… — севшим голосом проговорил он, а стоявшие рядом с ним жёны обратили на нас внимание. — Она ни в чём не виновата… Она лишь маленький ребёнок…

Моя голова медленно повернулась и я посмотрел на бледного и испуганного до ужаса мужчину. Впалые покрасневшие глаза, синяки от недосыпа, отросшая щетина и полный отчаяния взгляд. Он был сломлен. Дух воина и предводителя клана умер в нём, как умерли и его дети.

Опустив глаза ниже, я взглянул на маленькую черноволосую девочку, одной рукой державшую мужчину, а другой плюшевого медведя, намокшего от дождя.

Ей было не больше восьми лет, но уже в её глазах я видел познанный страх и боль.

Тяжёлый вздох вырвался из моей груди и косым взглядом я видел, как некоторые люди из здесь стоявших стали доставать оружие, а с лестницы доносились крики бегущей охраны.

— Прощай, Орайхо Бумей, — холодно произнёс я.

— Перед тем, как я умру, — обратился он ко мне хриплым голосом. — Я хочу узнать, почему?

— Потому что ты навредил моей Истине, — тем же голосом ответил я и увидел непонимание в его глазах. — Ты навредил моей Норико.

Двухступенчатая печать Власти вспыхнула в небе над всей территорией храма, насыщенная огромным количеством энергии Смерти. Я завёл разговор с Бумеем не просто, чтобы он всё понял… А ещё и для того, чтобы подготовить печать.

Осознание и понимание отразилось в глазах мужчины, чья судьба и жизнь теперь предрешена.

Моя рука поднялась с открытой ладонью. Дула пистолетов некоторых людей обратились на меня и повсюду стали звучать крики запаниковавших людей, ощутивших невероятный холод.

Ладонь сжалась и мир дрогнул, а реальность разорвалась. И без того тёмные небеса поглотились настоящим мраком, в котором звучал хриплый женский смех самой Смерти.

Никто, даже сами боги не смеют отобрать моё и навредить тем, кто мне дорог…

Люди стали убегать в сторону лестницы в панике и криках. Зазвучали выстрелы и я ощутил боль, пронзившую меня, но мне было плевать.

… И каждый, кто решит сделать подобное…

— Умрёт, — с нотками рычания произнёс я скрипучим голосом и сжал открытую ладонь вновь.

Энергия Мира вспыхнула подобно сверхновой, сжигаясь под силой Смерти. Реальность задрожала и искажалась, преобразуюсь в место, где не существует надежды и света. Здесь правила лишь тьма моей души и моя воля.

За считанное мгновение тела людей разорвались в кровавые ошмётки. Кровь и телесные жидкости окропили грязную от дождя землю, смешиваясь с водой и сливаясь в единый поток. Внутренности, кости и безобразные остатки были разбросаны во всех местах, достигая даже крыши храма и свисая с неё.

Металлический запах крови витал повсюду, забивая нос и оставляя послевкусие на губах и во рту.

Я убил их всех. Каждого, кто находился здесь. Монахи, женщины, мужчины, старики… Теперь остатки их тел лежали на земле и каменной площадке храма, а кровь неостановимым потоком текла в сторону лестницы.

Храм Готокудзи, являющийся достоянием этого места, превратился в настоящий некрополь.

— М-мама… П-папа… — услышал я детский плачь рядом с собой и опустил взгляд, увидев маленькую девочку.

Она была вся в крови и остатках своих родителей. Тёмное платье запачкано внутренностями, как и её чёрные волосы и лицо. Даже промокший плюшевый медведь окрасился в бордовый цвет и теперь с него стекали капли крови.

Я сделал к ней шаг и присел на корточки, посмотрев в глаза, которые безостановочно лили слёзы.

— Тебе есть куда пойти? — спокойно спросил я, но реакции как и ожидалось, не было.

Кивнув, я чёткий ударом пальца попал ей в шею и сразу же подхватил маленькое тельце на руки.

Я не святой и убил множество людей, души которых будут следовать за мной вечно. Но может если я пощажу эту девочку, то смогу хоть как-то спасти себя?…

Поднявшись на ноги, я двинулся в сторону лестницы храма, ступая по остаткам людей и крови, продолжавшей течь бурным потоком вниз.

— Да, я не святой… — пробормотал я, а небеса вновь дрогнули и прозвучал гром. — Я Жнец.

Глава 15

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

Сидя на деревянной веранде, Камаза Норико держала в руках тёплую кружечку чая и смотрела на ночные звёзды, освещающие небосвод и танцующие с луной.

Лёгкий ветер гулял среди деревьев на территории поместья рода, достигая её волнистых волос и обдувая прекрасное юное лицо.

Ткань белоснежного кимоно слегка задралась и девушка сделала глоток, ощутив прекрасный вкус напитка, успокаивающий сердце и душу.

Но стоило ей опустить руки, как взгляд зацепился за шрамы и ожоги на коже, отчего девушка издала тихий вздох.

Она помнила ту боль, какую ей пришлось испытать, получив подобные отметины на всю жизнь. Боль от покушения, которое совершил клан Орайхо, желая устранить девушку в междоусобной войне. И всё из-за того, что отец Норико не желал отдавать и без того ценные активы рода в руки других. Род Казама занимался земледелием и сельскохозяйственной продукцией, держа несколько ферм и предприятий. И по сравнению с теми же Орайхо, Аризава и Кумичо, они были очень слабы. Что может предпринять маленький род против трёх кланов, являющимися грозной силой в их стране? Да ничего… А там где слабость — там безнаказанность сильных. Поначалу все началось с простым поползновений в их бизнес, но с каждым разом действия трёх кланов становились всё наглее и наглее. Убийство слуг, шантаж начальства гвардии, никчёмные предложения о покупке их активов за гроши. Именно последнее и сыграло роль на одном из собраний глав родов и кланов, состоявшимся на вечере у клана Мотидзуки. Именно там, её отец в глупом пререкание с врагами, потерял над собой контроль и дал выход гордости. Он не нанёс никому оскорбление, но выразил своё мнение довольно чётко и объёмно, чем вызвал у врагов лишь плотоядные улыбки. Ну а дальше… Норико чуть не убили. Лишь благодаря одному из бойцов охраны она смогла пережить тот день.

Ещё один вздох покинул лёгкие Норико, поднявшей глаза и посмотревшей на прекрасные звёзды. Она знала. Прекрасно знала, что за прошедшее недолгое время кланы Орайхо, Аризава и Кумичо понесли небывалые потери. До неё достигала вся необходимая информация, хоть отец старался скрыть всё. И она знала… Кто именно сделал это.

Ещё с другой жизни и другого времени, она знала, что Виктор… Был необычен. Она помнила, как будучи сестрой полководца, находилась на войне и помогала с раненными. И она помнила, как один из воинов должен был умереть. Дыхание покинуло его лёгкие, а сердце больше не билось. Норико сама всё проверяла. Вот только в тот момент, когда она опустила голову к его груди, мужчина заметно вздрогнул и открыл глаза! Он был напуган и потерян. Да, Норико помнила, каким непониманием полыхали его глаза, как только они встретились взглядами в шатре медиков.

Он пытался сбежать, оттолкнув её от себя и с трудом передвигая ногами. Но именно вторым действием он совершил свою ошибку, ведь Норико не была простолюдинкой. В одно мгновение воины её брата скрутили ничего непонимающего человека и за нанесённое оскорбление собирались казнить. Но почему он так сделал? Почему говорил на незнакомом языке, который Норико не понимала⁈ Кто он⁈

Она спасла его. Преклонила колени перед братом и вытащила голову незнакомца из под самурайского меча. Она не знала, зачем сделала это… Любопытство? Интерес? Зов сердца? Но как бы то ни было, Норико помогла незнакомому воину, который вернулся оттуда, откуда нет пути назад. Вот всяком случае… Так она думала, пока не познакомилась с ним поближе и не научила его языку, как несмышлёного ребёнка.

Улыбнувшись воспоминания, девушка вновь сделал глоток чая, а перед её глазами стояла картина, как она провожала Виктора на очередную битву. Её руки лично крепили каждые застёжки на доспехах и подавали ему меч, смазанный в масле гвоздики. Она стала для него той, кого он считал семьей, хоть и не говорил этого. Поступки, взгляд, разговор… Он открывался ей и с каждой подобной ступенькой, Норико узнавала, кто он такой на самом деле.

Проклятый, убийца, воин, странник, потерянный среди миров… Жнец. Душа, удел которой перерождаться из раза в раз в мирах, где он должен выполнить задание той, от имени которой у Норико волосы вставали дыбом.

Смерть… Во всех религиях, верованиях и мифах, она имела множество имён, которыми её одаривали смертные. И она была той, кому Виктор служил и до сих пор служит.

Боялась ли Норико того, кем являлся её названный брат? По первой… Очень. Но с каждым днём, месяцем и годом, этот страх проходил, а на его смену появлялись родственные чувства, которые девушка не игнорировала и не собиралась этого делать. И, если, в те дни Виктор был для неё лишь потерянным человеком к которому она испытывала жалость, то всё изменилось, когда на одном из приёмов её оскорбил глава клана Амагава. Именно в тот вечер, Норико увидела Виктора иначе. Увидела с другой стороны. Он ни говорил ни слова и просто кивнул, проводив спину главы клана Амагава… Но Норико видела, как полыхали глаза её названного брата. Полыхали невиданной до селе жаждой крови.

Три дня. Ему хватило три дня, чтобы уничтожить один из сильных кланов той Японии подчистую. Армия, члены побочных ветвей главного рода, вступившие рода и остальные люди. Он убил каждого. С того момента Виктор и получил своё прозвище — Серый Демон.

— Госпожа, — прозвучал за её спиной тихий голос служанки. — Гость прибыл.

— Благодарю, Джунко, — повернула Норико голову, одарив служанку улыбкой. — Проводи его ко мне и сделай ещё чаю.

— Как прикажете, госпожа, — поклонились ей.

Вскоре дверь гостиной открылась и до слуха Норико, которая вновь обратила внимание на звёзды, стали доносится приближающиеся шаги.

— Помнишь, как мы любили смотреть на звёзды, лёжа траве и пытаясь собрать из них фигуры? — с теплотой произнесла она, глотнув порядком остывшего чая.

— Ты всегда выигрывала, — услышала девушка спокойный голос, вслед за который рядом с ней сел молодой юноша.

— А ты всегда проигрывал, — улыбнулась она и повернула голову, увидев смотрящие на неё тёмно-синие глаза. — Здравствуй, брат.

— Здравствуй, — лёгкая улыбка озарила лицо Жнеца. — Моя Истина.

* * *

Я видел, как озарились счастьем её глаза, стоило мне произнести свои слова. Именно такой я и запомнил её в последний раз. Красивой, готовой ко всем невзгодам и желающей жить…

Именно на её коленях я умирал в том мире, выполнив задание и истекая кровью. Я помнил, как она смотрела со страхом потерять меня. Помнил, как текли слёзы из её глаз и лёгкую улыбку, когда я её успокаивал. Я знал на тот момент, что нам больше не суждено встретиться. Проклятый со своей тьмой и та, чья душа полная света. Две противоположности, которые должны идти своим путём. Но судьба или шутка Смерти… Мы вновь оказались рядом, как это однажды произошло на дорогах миров.

— Ты не изменился, — подняла она ладонь и коснулась моей щеки, легонько проведя по ней.

— Это другое тело, — криво ухмыльнулся я, понимая, как это звучит.

— Я не про тело, — медленно помотала она головой, продолжая держать ладонь на моей щеке и гладить её. — Я про твою душу, брат. Ты остался прежним, каким я запомнила тебе в последний раз.

Подняв руку, я взял её ладонь и отстранил от лица, чем вызвал лёгкое недоумение.

— Почему ты помнишь меня? — задал я волнующий вопрос.

— Мой дар, — вдохнула она, опустив взгляд. — Я обладаю даром Видения и могу заглянуть, как в прошлое, так и в будущее, но лишь на короткое время. Именно этот дар и помог мне открыть свои воспоминания…

— Значит дар… — пробормотал я, уйдя в себе.

Выходит, Норико помнит меня лишь благодаря тому, что волею случая она обладала этим самым даром. Какова вероятность, что у Анны может быть та же способность? Практически нулевая, но проверить стоило.

— Ты озадачен, — вновь улыбнулась она. — Что тебя гложет? Поделись со мной.

— Моя… — запнулся я, не зная, как сказать. — Моя семья, она в этом мире.

Глаза Норико удивлённо расширились, стоило ей услышать мои слова, а после в гостиную зашла служанка, которая быстро расставила чай и так же быстро удалилась.

— Ты точно уверен, что это были они? — задумчиво спросила она, взяв в руку кружечку чая и поставив на поднос пустую.

— Я не уверен, что это были именно они, — ответил я, сделав акцент на предпоследнем слове. — Они в точности похожи на мою семью, как ты похожа на себя прежнюю.

— Интересно… — пробормотала она, делая глоток. — Кто они?

— Императорская семья, — дал я ответ, вновь увидев удивление в её глаза. — Но что странно, Анна и дети в точь-точь похожи на моих. Хотя я уже встречал ещё одного человека, имеющего точную внешность того, с кем я раньше пересекался… Только в этом случае, у него была другая семья.

— Вдвойне интересно… — вновь её бормотание. — Что будешь делать?

— Для начала узнаю, есть ли у кого-то из них дар, как у тебя, — пожал я плечами и взял в руку чай. — И если такой обнаружится, то постараюсь выйти на контакт.

Моя рука поднесла тёплую кружку в губам, а нос сразу же уволил запах жасмина. Норико всегда любила именно этот чай и её привычки остались и в этом мире.

— Могу ли я как-то помочь? — наклонила она голову набок, внимательно смотря на меня.

— Вряд ли, — вздохнул я и сделал глоток. — Тут мне нужно действовать в одиночку.

— Что для тебя никогда не было проблемой, — ухмыльнулась она и дополнила: — Серый Демон — Рашомон Óни. Хотя… Некоторые называли тебе ещё и Ибараки-додзи. Демон Пожирающий Души.

— Ты знаешь, что я не люблю это прозвище, — поморщился я, а Норико тихо захихикала. — И дали мне его безумные монахи, которых Минамото решил истребить.

Услышав названое имя, Норико заметно осунулась и из её груди вырвался тяжёлый вздох.

— Скучаешь по нему? — мягко спросил я и положил свободную руку на её плечо, почувствовав под пальцами ткань кимоно.

— Да… — кивнула она, опустив взгляд и положив свою ладонь поверх моей. — Мне не хватает его здесь. Не хватает его воли, силы и мудрости. Минамото не позволил бы случится тому, что произошло…

— Враги твоего рода больше не побеспокоят тебя, — слегка сжал я её плечо. — Орайхо уничтожены. Аризава и Кумичо напуганы и потеряли слишком многое. Теперь они не то что не смогут притронутся к вам, им осталось оборонятся от тех, кто решит напасть уже на них, чтобы поживиться.

— И я благодарна тебе за это, — услышал я её слабый голос и она стала медленно гладить мою ладонь. — Ты вновь пошёл на войну из-за меня, как это было однажды.

— В тот раз Амагава перешёл черту, — фыркнул я, убирая руку с её плеча и делая глоток. — И ему ещё повезло, что я на тот момент не знал всю силу печати.

— Печати? — подняла она глаза, посмотрев на меня в непонимании.

Вместо слов, я просто создал в руке печать Пламени Бездны и спустя мгновение на ладони гарцевал тёмно-серый единорог.

— Ух ты! — загорелись её глаза, как у маленькой девочки. — Я могу потрогать?

Ухмыльнувшись, я слегка поднёс руку к ней и позволил Норико коснутся пальчиками тёмно-серого пламени, способного уничтожить всё на своём пути, а души врагов отправить в саму Бездну.

— Тёплое, — улыбнулась она, словно дитя. — Ой! — отдёрнула она руку и с ухмылкой произнесла. — Оно кусается!

— Потому что не надо совать пальцы куда не следует, — хохотнул я, от чего Норико надула губки.

Взмах руки и пламя исчезло, а гостиная, которую оно осветило, вновь погрузилась в темноту.

— Ты не изменился, но стал сильнее, — улыбнулась она, радуясь моим достижениям.

Хотя, чему тут радоваться? Тому, что весь мой путь лежит по трупам людей и рекам крови? Это не повод для гордости, а лишь осознание того, что я убийца. Циничный, эгоистичный, заносчивый и готовый ко всему человек, для которого свернуть кому-то шею, то же самое, что дышать.

Я понимал, что Норико сказала это не для того, чтобы как-то задеть меня или осмыслить что-то. Но даже так, это не исключает того факта, кем я стал. Правильно некоторые знающие люди говорят о Жнецах… Мы чудовища, рождённые во тьме, желающие обрести покой и сбросить оковы.

— Что будешь делать дальше? — волнительно спросила она, выбив меня из мыслей.

— Отправлюсь обратно, — пожал я плечами и увидел грусть в её глазах.

Она понимала, что я не смогу остаться, хоть и желал этого. Ей предстояло заниматься своим родом и восстановить его после всего произошедшего… Ну а мне, стать сильнее, найти Виктора, убить его, и вернуться к семье. Лишь волею случайности наши дорогу пересеклись в этом мире, чего произойти в априори не должно было. Теперь же, нас ждёт развилка и каждому придётся пойти своим путём.

— Я бы хотела, чтобы ты остался со мной. Роду Казама нужно крепкое плечо… Мне нужно крепкое плечо… — с нотками грусти проговорила она.

— Ты знаешь, что я не могу, — со вздохом покачал я головой и сделал глоток чая. Вкусный, но не мой любимый.

— Знаю, — криво улыбнулась она. — Но должна была попытаться.

— Я думаю, что у рода Казама всё будет хорошо, — успокаивающе сказал я и смотря в её глаза, дополнил: — Ты найдёшь себе достойного мужа, которого твой отец примет в род. Родишь ему детей и проживёшь до старости…

— И стану дряблой ворчащей старухой, — ухмыльнулась она, а я улыбнулся. — Я всё понимаю, брат… Но и как бы это эгоистично не звучало, мне не хочется тебя отпускать. Слишком… — взяла она паузу, вздохнув. — Тяжело мне пришлось в этом мире, где не было Минамото и тебя. Вы были той опорой, что держала на себе абсолютно всё. Полководец и стратег, направляющий судьбу своих людей. И воин, разрушающий судьбы тех, кто вставал у вас на пути.

— У тебя есть род, — наклонил я голову набок, на что Норико вновь ухмыльнулась, но с горечью.

— Род слаб, Виктор. Мой отец умирает, а я не могу ему помочь, как и командовать остатками гвардии и другими людьми. Я не воин и не полководец, вот в чём проблема и моя власть лишь номинальная. Умрёт отец и род Казама исчезнет с политической арены, а моя жизнь изменится.

— Сколько ему осталось? — спокойно спросил я, крутя в руках пустую чашку.

— Не больше года, — со вздохом ответила она. — Врачи говорят, что это его максимум.

— А целители? Разве они не могут помочь ему?

Возможно это был глупый вопрос, раз отец Норико до сих пор болеет. Но тем не менее, я видел, как те же самые целители вытаскивали раненных с того света… А значит…

— Его болезнь несколько иная, — покачала она головой. — Целители тут бессильны и их дар лишь всё усугубит, а хирургия бесполезна. Отец болен тем, что в этом мире называется — энергетическим сгустком. Опухоль, что поглощает впитываемую его телом энергии и постепенно растёт. В течении года она достигнет своего максимума и убьёт его.

— И ничего нельзя сделать? — задумчиво спросил я.

Не бывает безвыходных ситуаций. Всегда есть возможность вывернутся и решить проблему, какой бы она ни была. Да, последствия и варианты решений могут быть порой ужасны, но если они действенны, то разве это важно? Самое главное, это не поддаваться отчаянию и не дать ему поглотить тебя. Стоит человеку усомниться в своих возможностях и перестать бороться, как силы покинут его и война, какой бы она ни была, проиграна. И именно это отчаяние я видел в глазах Норико. Она смирилась с тем, что отца не спасти и это разрывало её изнутри.

— Ничего, что я бы могла сделать, — мелкие капли слёз стали стекать по её щекам, от чего у меня защемило сердце.

— Значит, способ есть? — подался я вперёд и, достав из пиджака платок, стал вытирать её слёзы. — Как его спасти, Норико?

— Тут даже ты бессилен, Виктор, — грустно улыбнулась она и я наблюдал, как с каждой секундой маска её спокойствия трещит по швам, показывая настоящие душевные раны. — Единственное, что может помочь моему отцу исцелиться, находится в месте, название которого вызывает у людей настоящий страх.

— В аду что ли? — недоуменно спросил я.

— Дурак… — вновь улыбнулась она несмотря на слёзы и ответила на мой вопрос: — Я говорю о Теневом Континенте…

П. А. Вот такая вот глава) Чёт я настолько расписался, что все мысли в главу не влезли! С выжившей девчушкой будем решать вопрос в следующей проде!

Глава 16

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

Градины пота стекали на резиновое покрытие пола, руки изнывали от усталости, как и всё тело. Грудь горела, словно к ней приставили раскалённую кочергу, а сердце стучало будто разогнанный спорткар.

Как только боль от усталости в мышцах стала невыносимой, я поменял положение на полу и, тяжело дыша, стал делать скручивания пресса, так же до отказа.

Глаза то и дело цепляли солнечную погоду за окном спортзала, а до слуха доносились крики и стоны двух барышень, борющихся на матах.

Продолжая дышать и тренироваться, я скосил взгляд на белокурую женщину и молодую девушку, одетых в спортивные костюмы и стоявшие друг против друга, как две фурии.

Вдох. Выдох. Повторить.

Ощутив дикое жжение пресса, я издал сиплый стон и лёг на резиновое покрытие, распластавшись.

Кожа ладони сразу же почувствовала прикосновение жёсткого, но и в тоже время тёплого меха.

— Руар! — донёсся до меня тихий рык.

Пока я продолжал пытаться отдышаться, мохнатое существо доковыляло до моего лица и лизнуло щёку шершавым языком, после чего тыкнулось в неё носом.

— Да жив я, жив… — попытался я махнуть рукой, но понял, что это гиблое дело.

Издав утробное рычание, мохнатый свернулся калачиком возле моего плеча и стал смотреть на двух сражающихся барышень. Ну а я, залипать в потолок спортзала на базе Алексея и думать. Много думать.

Три недели прошло с того разговора с Норико. Три недели, за которые я вернулся в Российскую Империи и жизнь двинулась дальше.

Выжившую девчушку клана Орайха я сдал на руке своей Истине, взяв с неё обещание позаботиться о малышке. Её судьба теперь в руках Норико, но думаю, что та её не оставит. Да, это дочь врага и по логике она должна умереть. Но я не смог поднять руку, чтобы это сделать. Старею? Сентиментальный? Показал слабость? Не знаю, но скорее всего всё вместе взятое. Мне приходилось убивать детей и я не скрывал этого, но каждый раз, после очередной подобной жертвы, по остаткам моей разорванной души будто кошки скреблись. Может это потому что у меня самого были дети…

В любом случае, что сделано, то сделано. Теперь девочка останется с родом Казама, а её клан предан забвенью, как и клан Аризава. Как я и ожидал, увидевшие ослабленные кланы, остальные аристократы Японии решили укрепить свою власть и вырезать конкурентов. Кумичо вроде бы ещё барахтаются, но это больше похоже на трепыхание смертников, чем на достойный отпор. Впрочем, не мудрено. Большая часть бойцов кланов Аризава и Кумичо я уничтожил, когда доставал детей Орайхо. Там много народа полегло… Очень много…

Повернув голову, я взглянул на дерущихся барышень и слабо улыбнулся. Елена делала успехи, хоть и маленькие, но достойные. Всё таки я не ошибся и Элеонор отличный учитель. За неполный месяц она уже натаскала мою подопечную до такой степени, что та может дать в бубен и частично постоять за себя. С её даром же всё посложнее и Елена постепенно учиться его контролю. Мне доводилось пару раз видеть, как она с Элеонор отрабатывала так называемый покров стихии. Синее пламя окутывало девушку с ног до головы, подобно савану и в теории защищало. Как крепка эта защита я конечно же не проверял, но очень хотел…

Тем более что…

— Ты так и будешь валяться, командир? — едко спросила Элеонор, от чего я тяжело вздохнул, а рядом лежавший мохнатый фыркнул.

Вот об этом я и хотел сказать. После моего возвращения, эта барышня, как с цепи сорвалась. Из спокойной и холодной Элеонор не осталось и следа и на свет появилась раздражённая фурия, которая по прибытию взяла меня в оборот.

«Командир должен выглядеть, как воин, а не тощий скелет!» — вот это она сказала, таща меня удивлённого таким поворотом событий в спортзал.

Пришлось конечно осадить её пылкий нрав, что лишь подлило огонь в раздражительность женщины, но мне было отчасти плевать. Я и сам понимал, что нужны тренировки и потому последние дни только этим и занимался, попутно разбираясь с информацией по Теневому Континенту и ожидая ответа от Антона Сваровского, командира наёмников и моего подчиненного.

— Уйди старуха, я в печали, — махнул я рукой, на что женщина забавно приподняла правую бровь и прикусила пухлую нижнюю губу.

От меня не укрылось её вырывающееся из груди дыхание и гуляющий по моему полуголому телу взгляд, будто та пыталась меня сожрать одними глазами!

Не понял…

Приподнялся я на локтях и возрился на Элеонор, продолжавшей покусывать наливающеюся кровью губу и рассматривать меня.

В нос отчётливо ударил странный запах. Смесь лёгких духов, пота и… Женщины?

Да ладно⁈

Откровенно удивление отразилось на моём лице, от чего Элеонор сжала кулачок и с трудом отвернулась, громко прокричав:

— Елена, отдых окончен!

— Д-да, м-мастер… — вторил ей слабый окрик подыхающей от нагрузок девушки.

Две барышни вновь начали отрабатывать приёмы и бороться, от чего в зале раздавались вполне себе приятные для мужского слуха стоны.

— Мохнатый, — медленно посмотрел я на медведя, грызущего лапу и не обращающего внимание ни на что. Ему похоже всегда фиолетово, что происходит вокруг. — Мне кажется, или эта женщина меня хочет?

Услышав мой вопрос, медведь застыл и медленно, словно в застывшей съёмке, поднял на меня свою морду. Его нос стал ходить туда-сюда, как самый лучший и надёжный радар, после чего в умных глазах животины отразились страх и шок.

— Ру-ар… — дёргано кивнул он, а я криво ухмыльнулся.

Вот тебе и номер однако. Теперь мне понятно, от чего Элеонор вся на взводе, постоянно тренируется и третирует бойцов Беркутовых, подняв на уши всю базу. Ответ то оказался на поверхности. Ей всего-навсего нужен мужик.

Да я и сам должен признать, что с каждым днём и тренировкой, молодая кровь этого тела кипела. Такое я испытывал и не раз, находясь в других мирах. Обычная физиология и гормоны, которые порой устраивали мне настоящие проблемы и бунт. Душой и разумом я понимал, что нужно контролировать подобное, но тело считало иначе. Ох, сколько же трудов мне стоило, чтобы сдерживаться в мире под названием — Митролех, где большая часть населения женщины. Там на одного мужика приходилось более двадцати представительниц прекрасного пола и сильное поколение больше считалось за статусную вещь, чем за человека. Проще говоря… Каждый мужик в Митролехе был как породистая собака, которую не только можно отрахать, но и показать свою статусность.

Вздрогнув от неприятных воспоминаний, когда мне пришлось убегать от специального отряда амазонок, я поднялся с настила и подошёл к грушам, где стал отрабатывать стойки и удары.

Мысли понеслись вскачь, а тело на автомате проводило связки комбинаций, доводя мышцы и связки до предела.

Звук ударов с каждой секундой нарастал и поглощал собой стоны и крики барышень, но я уже не обращал на это внимание.

Отец Норико. Вот, что не давало мне покоя все эти дни. Я не испытывал к Казама Керо ровным счётом ничего и не будь он дорогим для Норико родственником, то даже не почесался бы. Теперь же… Все мои мысли были о том, как вылечить этого старого хрыча, хоть моя Истина и отговаривала меня от подобной самоубийственной затеи. Почему самоубийственной? Потому что во-первых — Теневой Континент, а во-вторых — Полуночная Лилия.

Мне пришлось перелопатить весь интернет и заручиться поддержкой Алексея с Александром, чтобы понять, что это за цветок. И узнав эту информацию, мне оставалось только вздохнуть.

Теперь я понял, почему аристократы и богатые мира сего так рвутся на Теневой Континент, где их жизни находятся под угрозой. Всё дело в таких вещах, как Полуночная Лилия и ей похожих. Из-за природы и изменения Африки, которая и стала носить это странное называние, там поменялись не только люди, но и флора с фауной. Насыщенный энергией Мира фон преобразовал местных жителей и природу до неузнаваемости, родив на белый свет подобные сокровища, как это цветок. Оказалось, что самые лучшие материалы для артефакторов, добывают именно там, отправляя целые экспедиции из которых возвращаются либо самые сильные, либо самые удачливые.

Возникает вопрос, раз на Теневом Континенте столько всего стоящего, почему ни одна из империй его всё ещё не колонизировала? А ответ прост — они пытались, но обосрались. Обычно, племена континента разобщены и не действуют сообща, полагаясь на собственное выживанием. Но именно это выживание и сплачивает их, когда кто-то из империй пытается их прогнуть. Антон рассказывал мне, что лишь малая часть племени истребила всю экспедицию, где он был… А что если таких вот местных будет тысячи? Да они разорвут любого, завалив не только своими телами, но и силой.

Тысячи похожих на зверей, обладающих силой, регенерацией, скоростью и коллективным сознанием охотников. Что может им противопоставить какая-то из империй? Да тот же самый хвалёный Корпус Мебиус сдохнет там и местные даже не почешутся.

Разузнав об этом побольше, я задал Антону закономерный вопрос: А почему нельзя просто накрыть эти племена ковровой бомбардировкой? Отправить туда пару десяткой кораблей класса «Геликарриер » и уничтожить всё. Ответ, как оказалось прост и состоял он из двух частей. Во-первых — бомбардировка может уничтожить так же и ценные минералы с прочими ресурсами. И во-вторых — электроника на Теневом Континенте очень сильно сбоит. Нет, она работает и может выполнять свой функционал, но, к примеру, о системе самонаведения ракет можно забыть. Короче, только ножками и только ручками. Более никак.

Договорится с местными тоже не выйдет. Из-за стольких попыток их прогнуть, они теперь каждого чужеземца воспринимают, как врага и добычу для племени. Что ж… Дерьмо случается.

Но ближе к нашим баранам… Для того, чтобы вылечить отца Норико, мне нужен этот цветок из которого целители сделают специальную выжимку. Сок этого растения, насыщенного изменённой энергией Мира, растворит опухоль старика и позволит ему жить дальше. Проблема в том, что по малым данным, которые Алексей добыл с огромным трудом, подобный цветок растёт только на территории племени Нагуали в западной части континента.

Одно из самых опасных племён, которые по слухам не только убивают своих жертв, но и пожирают их прямо на поле боя. Я видел короткое видео в плохом качестве, добытое с места битвы с представителями этого племени и увиденное мне не понравилось. За те секунды полоски тайм-лайна, мне на глаза попалось две смерти одарённых, которых просто разорвали на куски.

Голыми руками. Дети не старше семнадцати-восемнадцати. Разорвали на куски.

Плоды это видео конечно же принесло. Теперь я хотя бы знаю, чем эти представители отличаются от других племён. Их тела украшают белые татуировки, носящие непонятное мне значение, кроме одной. Белая кошачья лапа на левой стороне груди. Знак племени — Нагуали, что в переводе на русский, означает…

— Ягуар, — прошептал я, проводя связку из трёх ударов руками и завершая контрольный ногой.

Странно то, что название племени этих ребят и перевод не должно быть связано с Африкой. Ягуары обитали в Северной и Южной Америке в моём мире. Хотя… Может здесь всё иначе.

Была мысль отправиться в поездку в одиночку. Большая группа экспедиции привлекает к себе много внимания и заметить её проще простого, особенно для обученного охотника. Мне же, в одиночку, возможно удалось бы пройти до нужного места, оставаясь максимально незамеченным. Но суровые реалии разрушали мои планы. Оказалось, что отправиться на Теневой Континент не так просто. Для начала, подобная привилегия есть только у аристократов и корпораций, занимающихся производством артефактов. Нужно получить письменное и заверенное разрешение в канцелярии императора, на котором будет стоять не только подпись и печать канцлера империи, но и того, кто возглавляет экспедицию.

Была мысль провернуть подобное через Алексея, вот только и здесь проблема. В документе должны быть указаны не менее ста человек. Те, кто отправиться на Теневой Континент, чтобы занести их в реестр и если они не вернутся, посчитать их мёртвыми.

Одним словом — Бюрократия.

Руки и ноги всё сильнее ускорялись, тело источало из себя не только пот, но и потоки лёгкого пара. И я даже не заметил, как вокруг меня стала витать тёмная дымка. Всё моё внимание было сосредоточено только на груше, карабин которой с каждым ударом жалобно скрипел.

Была мысль нанять частный самолёт через род Тарковых, но и здесь промашка. Добраться до Теневого Континента может только военный транспорт, типа того же Геликарриера. Из-за изменённой энергии Мира и нестабильной погоды, обычный самолёт просто разорвёт на куски.

Куда не кинь — всюду клин.

Как вариант, прибыть на место с экспедицией, а после отсоединиться от неё. Вот только, как потом возвращаться обратно? У каждого главы и его замов в этом забавном путешествии, есть специальный маячок, который вызывает транспорт, чтобы забрать успевших завершить экспедицию, либо спасти попавших под раздачу выживших.

Украсть подобное устройство не выйдет, оно являет собой артефакт и привязывается к крови владельца, что лишний раз лишь усложняет задачу и заставляя задуматься о циничности государства. Глава экспедиции аристократ? Что ж… Держи маячок и если ты сдохнешь со своими доверенными людьми, то сдохнут и остальные, раз не смогли отстоять жизнь своего нанимателя, господина, госпожи, главы и тд(Нужный вариант подчеркнуть)

Сурово? Согласен, но это лишний заставляет людей стараться изо всех сил, чтобы спасти главного и его замов.

Хотя… Я бы посмотрел на идиотов, которые решат не стараться и просто отправится на Теневой Континент погулять. Даже мне, Жнецу, тревожно от того, что там происходит. Но даже так, это заставляю мою кровь кипеть, а разорванную душу трепетать от азарта. Сильные враги, неизвестные земли, сокровища неизведанного до конца континента.

— Вить! — донёсся до меня голос Елены, звучавший будто сквозь кисель.

Руки и ноги продолжали осыпать снаряд молниеносными ударами, а перед глазами будто пелена. Я даже не обращал внимание на то, что к моим ступням сыпется песок из порванных частей груши.

— Вить! — вновь повторился крик.

В любом случае, я прибуду на Теневой Континент и добуду этой цветок, даже если придётся пройти через ад по трупам. Я больше не желаю видеть слёз Норико и не хочу, чтобы она чувствовала боль. Я обещал ей… Даже не так… Я обещал Минамото, что позабочусь о его сестре. И хоть это было в другом мире, я сдержу обещание… И уничтожу каждого, кто встанет у меня на пути!

Лёгкие заполнились воздухом, челюсть сжалась, а правый кулак вспыхнул тройной печатью Усиления, озарив весь спортзал тёмно-синей вспышкой силы энергии Смерти.

— Ргха! — с рыком выдохнул я и нанёс удар по груше.

Пол вздрогнул, как и стены с окнами. Настенные зеркала частично упали на резиновый настил, а снаряд слетел с превратившегося в труху карабина, остатками улетев в стену от чего та покрылась трещинами.

Грудь тяжело вздымалась, руки и ноги горели от усталости, как и всё тело. Кожа во многих местах была стёсана, частично оголяя кровоточащие части.

— Ягуары, — тихо пробормотал я, а Жнец внутри меня горел жаждой крови и действий. — Посмотрим, какие из вас охотники…

Стоило мне медленно обернутся к выходу из спортзала, я столкнулся с двумя барышнями, не сводящих с меня ошеломленного взгляда. Они в разнобой переводили глаза то на меня, то на грушу и покрытую трещинами стену.

И если в глазах Елены ошеломление сменилось на гордость, то у Элеонор на похоть, желание и интерес.

Дверь спортзала открылась и в неё вбежал взмыленный Сваровский. Стоило ему быстро оглядеться и увидеть последствия моей тренировки, его щека нервно дёрнулась, а после он подбежал ко мне.

— Антон? — спокойно спросил я, переводя дыхание и поведя плечами.

— Господин, — коротко наклонил он голову и быстро продолжил: — Пришёл ответ от Островкого! Он внёс вас в состав своей группы экспедиции!

Услышав Антона, барышни недоуменно переглянулись, а я хищно оскалился и задал лишь один вопрос:

— Когда отправление?

Глава 17

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

Яркий свет огромной хрустальной лампы освещал просторный и богато обставленный зал. Дорогие картины украшали стены, а рядом с ними стояли гладкие металлические доспехи, через прорези которые виднелась лишь темнота. В центре помещения находился белоснежный пушистый ковёр, покрывающий собой большую территорию пола, а стоявший на нём круглый массивный стол с кожаными креслами, лишь дополнял уют.

Сейчас в этом помещении были лишь два человека. Высокий черноволосый мужчина с синими глазами, одетый в чёрное пальто. И темноволосая девушка в кожаном костюме, с интересной рассматривающая один из доспехом и скребущая по нему ноготком, от чего в помещении распространялся мерзкий скрежет.

— Хватит, Ксения, — поморщился мужчина, стоявший возле открытого окна и вглядывающийся в яркие огни Нью-Йорка с биноклем в руках.

Перед его глазами представал самый настоящий мегаполис, живущий и днём и ночью. Высокие стеклянные здания корпораций. Богатые дома знати и их кварталы. Огромные торговые центры, длина которых поражала. И всё это стало возможным увидеть благодаря высоте 75-го этажа элитного пентхауса и удобной точке обзора.

— Мне скучно, Вить, — лениво ответила девушка, продолжая исследовать предел прочности бездушного доспеха своим ногтем, не заботясь о том, что с него уже порядком слез красный лак.

— Вильям предлагал тебе остаться в гостинице, ты отказалась, — ухмыльнулся мужчина, докрутив приближение бинокля и всмотревшись в здание неподалёку.

— Этот старый хрыч достал меня своей заботой, — раздраженно бросила Ксения и поджала пухлые губки.

Её бесило, что вместо отдыха в каком-нибудь клубе или кафе, она должна торчать либо здесь, вместе со своим спасителем, либо в номере с душным стариканом, решившим заботиться о ней.

Да кто он такой, что бы пытаться о ней заботиться? Ничтожный одарённый, обладающий крохами силы по сравнению с ней! Она — Жнец! Избранная самой Смертью, чтобы вершить судьбы миров и жалких людей!

— А вместо этого я торчу здесь… — прошептала Ксения, выражая весь свой протест на гладкой грудной пластине доспеха.

Она страдает от недостатка свободны, так теперь пусть Виктор страдает от этих звуков!

Хотела бы она бросить всё и пойти в отрыв, а после начать выполнение задания, но реальность такова, что пока что это невозможно. Слабость. Слово, выражающее весь спектр эмоций. Как бы Ксения не кичилась своим положением в судьбе миров, она ещё слабый Жнец и её путь только начался. Даже в их первую встречу с Виктором у особняка несостоявшихся насильников, он назвал её трясущимся котёнком. Вот только он был не прав! Она не котёнок! Просто… Слишком быстро всё произошло для неё. Переселение в тело умершей девушки на кровати, после чего перед её глазами предстало жирное рыло пыхтящего ублюдка и его поросячьи глазки.

Ксения умела убивать. Знала, как это делать и действовала в точности полагаясь на свои инстинкты, но одно дело осознавать, а другое — принять сам факт. Именно поэтому она и испытывала некий шок, сбежав из того особняка в одном лишь порванном лифчике.

— Как закончим с нашими друзьями, сходим в бар, — донёсся до её ушей ленивый голос Виктора, от чего она резко перестала шкрябать доспехи и за долю секунды, используя печать Скачка, оказалась возле него.

— Правда-правда! — набросилась она ему на шею со спины, как маленький ребёнок. — Не обманешь? А какие коктейли возьмём? Я хочу попробовать кровавую мери! А ты, что будешь? Слышала в The Nomad, отличные коктейли! Тебе бы подошёл… — приложила она пальчик к губкам, продолжая держаться за мужчину и ухмыльнулась. — Голубая лагуна!

— Сейчас в тык получишь за голубую лагуну, — флегматично ответил Виктор, вновь подкрутив настройки бинокля и продолжая наблюдать за зданием. — Я пью только виски.

— И ешь только борщ! Да, я помню! — хмыкнула Ксения и клюнула мужчину в щёку, отпуская. — Завтра приготовлю тебе его!

Стоило Виктору услышать последние слова, он моментально опустил руки с устройством слежения и с чувством полного охреневания на лице, посмотрел на девушку, а та в свою очередь чуть ли не мурлыкала. Ведь скоро они пойдут в бар! Наконец-то! Поскорее бы уже окунуться в атмосферу отдыха, алкоголя и разврата!

— Не стоит, — хрипло выдал мужчина, но девушка даже не обратила внимания. Все её мысли были лишь о том, как молодые мальчики бармены будут делать ей коктейли и улыбаться.

А Виктор тем временем думал, что за дура ему попалась в напарники. Голова пустая и думает только о физических наслаждениях, но хотя бы не трусиха и убивать умеет. Может именно поэтому она ещё жива… Правда, с каждым разом, как Ксения что-то готовила, то подобные плюсы резко падали вниз.

В одну секунду радостное выражение лица девушки сменилось лёгкой озадаченностью, от чего она прикусила нижнюю губу и тихо спросила:

— Вить, а может всё-таки бросишь свою затею?

— Нет, и мы это уже обсуждали, — со сталью в голосе ответил мужчина, вновь вернувшись к созерцанию здания и устремив свои глаза на один из этажей, где горел свет.

— Но этот слабенький мальчик даже не твоё задание, — нахмурила брови Ксения и мило сморщила маленький носик. — Ты сам говорил, что его убийство необязательно.

— Говорил, — кивнул Виктор. — Вот только это необходимость. Тебе не понять.

— Потому что я ещё слишком слабая, — демонстративно начала она загибать пальчики. — неопытная, юная, много чего не знаю и это не моё дело.

— Верно, — криво хмыкнул мужчина. — И ты ошибаешься.

— И в чём же? — подалась она вперёд, прильнув к плечу своего напарника, спасителя и любовника.

— В том, что он мальчик, — дал ответ Виктор и хоть он не видел, что Ксения от этих слов вновь нахмурилась, продолжил: — Этот, как ты выразилась «слабенький мальчик», освежует тебя быстрее, чем ты успеешь пикнуть. Он сильнее тебя, гораздо сильнее.

— И всё-таки, кто он? — задала вопрос Ксения и он звучал уже не в первый раз, но женское любопытство требовало узнать правду.

— Он наша цель и этого достаточно, — прорезался холод в голосе мужчины и она поняла, что вновь подошла к грани.

За недолгое нахождение рядом с этим человеком, Ксения так и не поняла, каков он. Виктор бывал добрым и умел смеяться, что показывало его с хорошей стороны. Но порой, он внушал настоящий ужас. Ей постоянно казалось, что в синих глаза доброго и спокойного мужчины скрывается настоящее чудовище, которым движет лишь безумие и кровавая ярость. Впервые она увидела это, когда он нашёл её и спас от бандитов, решивших отомстить девушке за убийство своих братков. А после, когда он вырезал нескольких членов Корпуса Мебиус, которые гнали их до самой границы Российской Империи. В пылу сражения, Виктор будто бы преображался и наружу появлялся совсем иной человек. Циничный, жестокий, безумный. Первые ночи после того побега, Ксения просыпалась в холодном поту от кошмаров, в которых она слышала безудержный смех своего спасителя и напарника. Смех, с которым он отрывал части тел и сжигал настоящих профессионалов и элиту Российской Империи.

— Как скажешь… — прошептала Ксения и вздохнула. Она так и осталась стоять возле него, прислонившись и положив голову на плечо.

«Каким бы он ни был, мне с ним спокойно…» — подумала она и прикрыла глаза, тихо замурчав, как кошка.

Сам же мужчина не торопился отстраняться от своей напарницы и протеже, продолжая наблюдать в бинокль, пока до его слуха недонёсся звук щелчка двери.

Виктор опустил устройство слежения и вместе с Ксенией посмотрел на вошедшего высокого мужчину в тёмном костюме. Его некогда черные волосы и бороду тронула седина, от чего он казался старше своих лет, если не знать, что ему всего тридцать пять. Широкие плечи, массивные ладони с виднеющимися на них шрамами от битв и сражений. Острый прищуренный взгляд карих глаз, сканирующих казалось бы всё вокруг. Этот человек был воином, прошедшим через множество трупов и боли. Но так же он являлся главой клана Стоун, занимающего третье место по силе среди родов и кланов Западного Союза.

— Господин Романов, — коротко кивнул он, спокойно двинувшись к кожаным креслам и указав на них рукой. — Благодарю за ожидание и прошу.

— Спасибо, что приняли, господин Стоун, — приподнялись уголки губ Виктора.

Как только Стоун сел в своё кресло, от чего то издало звук трения кожи, он расстегнул пуговицы пиджака, являя миру белоснежную рубашку.

— Признаться честно, я думал, что вы продолжите отказываться от моего предложения, — вальяжно расслабился мужчина в кресле, откинувшись на спинку. — Что заставило вас передумать?

— Мои знания могут принести этому миру процветания и благи, — безразлично пожал плечами Виктор. — И вы получите их первым. Разумеется, если мы договоримся.

— До-го-во-ри-мся, — по слогам протянул Стоун и оскалился. — Знаете, почему русские всегда казались мне забавным народом? Вас трудно понять и предсказать. Вот вроде смотришь и думаешь, что в голове одна водка да матрёшка, а потом бац, — щёлкнул он пальцами. — И медведи вылезают из берлог под военный марш и запуск ядерных ракет.

— Мне считать это комплиментом? — улыбнулся Виктор и наклонил голову набок.

— Да как хотите, — отмахнулся мужчина и ухмыльнулся. — Ведь, слово договоримся в нашей с вами ситуации вряд ли получиться.

Двери зала молниеносно распахнулись и внутрь быстро вбежали экипированные и вооруженные бойцы клана Стоун. Среди них ярко выражались трое мужчин, что носили облегчённый вариант технологичной брони. Их тела окружали разных цветов дымки энергии Мира, сразу же давая понять, что они одарённые.

— И как это понимать, господин Стоун? — ещё шире улыбнулся Виктор, словно возникшая ситуация никаким образом его не пугала. А вот его напарница — напротив. Девушка отчётливо испытывала некое чувство страха из-за избытка противников.

— А как ты думаешь, ублюдок? — с кровожадным оскалом подался вперёд Стоун. — Решил, что сможешь меня динамить столько времени, а потом прийти на порог и бросить кость, как собаке? Теперь, я получу не только ранее озвученные тобой проекты, но и выжму из тебя всё остальное! Взять их!

Приказ прозвучал и бойцы, во главе с одарёнными двинулись к своим целям. Нейтрализовать и захватить, вот их задача.

Девушка отчётливо задрожала, а на её одежду легло несколько печатей Скачка, от темно-синей вспышки которых Виктор поморщился. Сам же он не двинулся с места и продолжал сидеть в кресле, будто всё это скопление идиотов для него не опаснее бактерий.

— Знаете, господин Стоун, — спокойно заговорил Виктор, положив свою руку поверх ладони напарницы и успокоив её. — Идя сюда, я кое о чём подумал… — сделал он паузу. — Зачем мне давать знания идиоту, который не поймёт и грамма их сути? Для чего мне дарить ему настоящее сокровище, которое способно перевернуть абсолютно всё, если мозгов у него меньше, чем у курицы? И вот, что я решил… — широкий безумный оскал растянулся на его лице. — Я лучше одарю этим тех, кто способен оценить подобный дар по достоинству! Ведь… «Ничто не истинно, всё дозволено»!

Стоило непонятной фразе прозвучать в зале, как укреплённые стёкла в одно мгновение покрылись множеством прожжённых дыр от града выстрелов из соседнего здания.

Сжатая и преобразованная энергия Мира в виде синих лазеров, исходящая от Снайперских Импульсных Винтовок — 1001 модели «Маджар», прошивала укреплённые стены, стёкла и броню бойцов, как бумагу.

За несколько секунд боевой отряд гвардии клана Стоун и трое одарённых превратились в продырявленные и обожжённые тела. Запах горелой плоти и волос заполнял собой помещение, от чего у обычного человека случился бы приступ рвоты.

И лишь трое сидевших на креслах людей остались нетронутыми. Девушка, что с трудом держала себя в руках и желала сбежать. Спокойный мужчина, чьё лицо украшала полубезумная улыбка. И глава клана Стоут. Его бледное лицо покрылось градинами холодного пота, пальцы втиснулись в кожаные подлокотники кресла, а расширенные глаза не отрывались от человека, которого он без пяти минут хотел сделать своим рабом.

Всё произошло молниеносно, даже для разума того, кто привык к войне. Этаж, на котором располагался этот зал был укреплён по всем параметрам и тем сильнее Стоун испытывал страх от того, что эти самые укрепления дрогнули.

Звон разбитого на мириады осколков стекла раздался в помещении, выбивая Стоуна из ступора и заставляя посмотреть за спину своего оппонента. Именно там, с соседнего здания, на соседнем этаже, стояла небольшая группа людей. И хоть на улице стояла непроглядная ночь, мужчина видел, как поблёскивают и переливаются синевой массивные снайперские винтовки в их руках. Оружие, пришедшее из другого мира. Мощь, способная покорять города и страны. И всё это могло быть в его руках…

— Вижу, вы поняли, — ухмыльнулся Виктор и поднялся с кресла. — Я изначально не отдал бы вам ничего, господин Стоун. — обошёл он стол и приблизился к мужчине. — Я убийца, господин Стоун. Человек, который пролил столько крови, сколько вы не видели отродясь. Но даже я, не такая мразь, как вы.

Стоун молчал и лишь сжимал своими руками подлокотники кресла. Но даже так, страх начинал постепенно пропадать и на смену ему приходила злость, от чего вокруг мужчины начала проявляться тёмно-красная аура.

— Эксперименты на детях в целях вывести новый усиливающий препарат для одарённых, — зашёл Виктор ему за спину и положил руки на плечи, не заботясь о том, что те от соприкосновения с аурой одарённого начали источать горелый запах. — Открытое рабство, насилие на слабыми родами и кланами… И это лишь малая часть ваших грехов. И хоть я не святой, такому человеку, как вы, я бы ни за что не доверил знания тысяч миров.

Шесть печатей Усиление озарили тёмно-синей вспышкой весь зал и в следующий миг на белоснежный ковёр упала оторванная голова, в глазах которой застыл шок и неверие. Дар главы клана Стоун, являющий собой мощную защиту и броню от любых угроз, не выдержал, а аура укрывающая его лопнула, словно пузырь.

Брезгливо поморщившись, Виктор взмахнул руками и капли крови слетели с его ладоней на кресло и деревянный стол, попав даже на личико пришибленной Ксении. Впрочем, она и так была испачкана результатом подобной казни.

За дверьми зала стало звучать множество выстрелов и криков, от чего девушка быстро повернула голову и посмотрела на вход, ожидая новую партия врагов и не понимая, что там происходит!

Но на долго ожидание не затянулось. Буквально за десяток секунд двери распахнулись и внутрь вбежали одетые в чёрную форму бойцы, поголовно вооруженные переливающимися синими линиями винтовками. Они быстро заняли позиции и вскоре в зал зашёл престарелый мужчина в белоснежном костюме, отпирающийся на деревянную и резную трость. Морщины испещряли его лицо, но взгляд золотистых глаз до сих пор источал из себя силу и власть.

Подойдя к безголовому телу, он на короткую секунду будто бы впал в прострацию, а после, обратил своё внимание на того, кто разработал план и помог ему.

— Благодарю вас, Виктор, — прозвучал его хриплый и усталый голос. — Вы помогли очистить честь моего рода и дочери.

— Пустое, — приподнялись уголки губ мужчины. — Ведь мы с вами союзники.

— Союзники… Да… — задумался на мгновение старик. — Вы выполнили часть своего уговора. Теперь, я выполню свою. Долг крови будет уплачен. Скоро остальные рода и кланы встанут под ваше знамя.

— Рад это слышать, — улыбнулся Виктор, а его синие глаза на короткую секунду вспыхнули, что не укрылось от старика. — Ведь скоро, нам предстоит работа.

— Российская Империя, да, — тихо ответил старик. — Мы будем готовы, — приподнял он трость и склонил голову, как и его бойцы. — Господин.

П. А. Вот такая вот интерлюдия) Друзья, хочу принести вам свои извинения за задержку глав! В последнее время мне приходится часто мотаться по делам и времени на работу и сон остаётся очень мало. Ноутбук с собой брать проблематично, а на телефоне писать тот ещё ад. Спасибо за ваше понимание! Всех поднял, приподнял, обнял!

Глава 18

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

В приподнятой настроении, я двигался по территории академии, улыбаясь яркому солнцу и напевая себе под нос мотив одной из песен своего мира.

— Мой огонь в ночи, перестать ли мне любить… — моя рука перекинула через плечо пакет с вещами.

Ученики академии во всю шныряли по территории, общаясь и двигаясь в общем потоке по корпусам и общежитиям. Совсем скоро начнутся занятия.

—… Чтоб гнаться за пёрышком на ветру?

Несколько девушек на лавочке возле фонтана кокетливо мне улыбнулись и помахали руками, на что я ответил им тем же.

— В сиянии, что плетёт покров наслаждения, — переступил я на следующую дорожку, ведущую к моей общаге. — Скользит бесконечная нить…

Стоит ли говорить, почему я был в подобном настроении? В целом, всё благодаря информации Антона. Из всех его знакомых, кто мог бы мне помочь с отправлением на Теневой Континент, он договорился именно с тем, кто в подобной авантюре считается зубром среди остальных.

Островский Олег Петрович. Глава клана и правящего рода Островских. Одарённый стихии огня и один из столпов империи, наряду с такими, как Юрий Соколов. Этот дедок и его клан прошли через десятки вылазок на Теневой Континент, добывая настоящие сливки, которые их артефакторы превращали в шедевры. Один из них, кстати, это полуторный меч — Шедар, которым владеет его Императорское величество. Говорят, что это оружие испускает из себя колоссальные источники света и каждый его удар сопровождается мощным серпом из энергии Мира. Правда это или нет, не знаю… Но очень интересно.

Подойдя к общаге, я быстро поднялся по плиточному крыльцу и вскоре преодолел холл, сразу же оказавшись на лестнице.

— А если нас кто-нибудь увидит? — донёсся до меня томный и в то же время паникующий женский голос.

— Да никого здесь нет, луна моя, — вторил другой. Юношеский и разгорячённый.

И что самое интересно, оба эти голоса я знал.

Медленно, как настоящий ниндзя, я подкрался по ступеням и задержался возле деревянной двери своего этажа.

Рука плавно легла на короткую металлическую руки и я приоткрыл вход, всмотревшись в щёлку.

Да ты шутишь⁈

Перед моим глазами предстала картина, похожая на какую-то сцену из аниме. Артём Чернов, мой названный друг и товарищ, во всю зажимал к стене служанку Кристину. Девушка тяжело дышала, её лицо и кончики ушей были красней помидора, взгляд маслянистый, а пухлые губы налились кровью. Не сказал бы, что она против подобных приставаний от Артёма, если судить по тому, как задралась юбка формы горничной и мне на глаза попались красные кружевные трусы.

Сам же парень во всю исследовал женское тело, гуляя руками, где только можно и не заботясь не о чём.

Ухмыльнувшись, я на короткую секунду отпустил дверь и выпрямился. Руки быстро привели в порядок форму, не оставив ни одной складки. Что ж… Раз у меня хорошее настроение, то почему бы не сыграть?

Дверь резко открылась, мигом заставляя голубков застыть в ступоре и посмотреть на меня. Ну а я в свою очередь с непроницаемым лицом двигался к своей комнате, напрочь игнорируя их.

Я видел, как глаза Кристины в шоке расширились и она стала быстро приводить себя в порядок, поправляя юбку и сдвинутый лифчик. Артём же с какой-то шальной улыбкой подстреленного воробья наблюдал за мной и молчал. Вероятнее всегда он ожидал, что я что-то скажу или прокомментирую то, что увидел. Но… Не сейчас, мой друг.

Что самое интересное, они зажимались возле двери моей комнаты. Другого места не нашли что ли?

Я остановился возле них и в полной тишине достал ключи от двери, звонко поигрывая брелком и не торопясь открывать, будто не попадаю в замочную скважину.

Напряжение в воздухе стало доходить до апогея и Кристина вот-вот потеряет сознание, судя по её красному лицу и застывшему страху в глазах.

Ключ медленно и со вкусом повернулся в замке, издавшего щелчок и позволяющего войти внутрь. Но я не торопился, хоть дверь уже и была открыта, а так же, я её толкнул и увидел внутреннее убранство.

— Артём, — спокойно обратился я к своему другу, на что тот криво улыбнулся. — Смотри, что ты видишь?

Он подошёл ко мне и заглянул в комнату с интересом.

— Кровать? — задал он вопрос, увидев первое попавшееся на глаза.

— Верно, — кивнул я и с наклоном повернул голову к нему. — Открою тебе секрет, друг мой. Женщину можно не только к стене прижимать, — Кристина вспыхнула, а Чернов хмыкнул. — Но и на кровать положить. Так удобнее, поверь.

— Приму к сведению, — важно покивал этот клоун, а затем обратился к девушку. — Луна моя, кажется, нашу тайну теперь знает один человек.

Но Кристина молчала. Она тупо пялилась на меня с глазами по пять рублей и краснела, тяжело дыша.

— Артём.

— А-а? — повернулся он ко мне.

— Лови.

Стоило последнему слову прозвучать, Кристина стала заваливаться вперёд, напрочь потеряв сознание и с трудом дыша. Чернов не подкачал. Он молниеносно подставил свои руки и поймал рыбку в свои сети.

Пошарив взглядом по коридору и поняв, что класть то её некуда, он с некой мольбой посмотрел на меня, на что я ухмыльнулся.

— Ну и что ты встал? Заноси давай.

Артём благодарно кивнул и быстро затащил Кристину в комнату, уложив её на кровать.

— Ты специально, да? — с лёгкой улыбкой спросил он, убирая локон волос со лба девушку и смотря на неё любовным взглядом.

— А нечего возле моей комнаты зажиматься, — пожал я плечами и с лёгкой угрозой спросил: — Надеюсь, вы на моей кровати ничего не делали? А то, я знаю, что у Кристины есть запасной ключ.

— У неё в основном были, — махнул он рукой. — Да и как ты себе это представляешь?

— Да кто вас аристократов знает, — хмыкнул я, на что Артём поморщился. Не любит он высшее общество. Ой, как не любит.

— Сохранишь в секрете? — посмотрел он на меня и взял девушку за руку.

— Без проблем, — вновь моё пожатие плечами. — Но ты сам понимаешь, какую свинью подкладываешь роду? Наплодишь бастардов и твой отец за такое спасибо не скажет.

— Хотя бы ты не учи меня жизнь, Вить, — поморщился мой друг и со вздохом проговорил: — Люблю я её, понимаешь? Вот смотрю на этих куриц благородных и блевать тянет. Все такие важные, с длинной родословной и замашками принцесс. А она, — посмотрел он на спящую Кристину. — Она заставляет моё сердце биться чаще, а душу трепетать.

— И поэтому ты зажимаешь её возле стены, — хохотнул я, на что получил укоризненный взгляд Тёмы.

— Больше негде… — вздохнул он. — Снять квартиру или гостиницу мне не вариант, отец отслеживает все транзакции и переводы. У Кристины тоже, но там другая история…

— А спросить у меня не вариант? — приподнял я бровь.

— Дык тебя хрен поймаешь, — огрызнулся он, но как-то без злобно. — Вечно где-то пропадаешь и в разъездах. Сестры Майер и Соколова мне уже все уши прожужжали, спрашивая о тебе. Ирокез и София вообще отдельная история. И если с Патриком всё более-менее ясно, то Соня ходит какая-то пришибленная. А ещё… Она похоже заболела.

— Заболела? — не понял я.

— Возможно, — уклончиво ответил он и видя моё непонимание, пояснил: — Ведёт себя не как прежде. Постоянно бледная, держится за живот, её температурит и у неё странный приём пищи на обед. Вот ты бы стал есть шоколадную пасту с солёными огурцами?

Так… Что-то у меня хреновое предчувствие…

Мои руки выудили из кольца брелка ключ и я протянул его Артёму:

— Держи. Это ключ от моей квартиры. Адрес ты знаешь.

— Спасибо, друг, — лучезарно улыбнувшись, Чернов протянул руку, но я оттянул свою.

— Одно условия, — спокойно проговорил я и вновь вытянул руку. — Чтобы после себя порядок оставляли.

— Без проблем.

Быстро убрав ключ в карман пиджака формы академии, он стал гладить Кристину по щеке и улыбаться. Ну а я, задумался. Какое-то скверное чувство предстоящей проблемы витало надо мной после услышанного о Софии. И судя по тому, что Артём рассказал, то дело принимает действительно дерьмовый поворот…

— Вить, — посмотрел Чернов на меня и выбил из мыслей.

— А?

— Держи, — выудил он из другого кармана запечатанный конверт. — Это приглашение на моё день рождение, которое состоится через два дня.

Вот же ж…

С кивком, я взял приглашение, стараясь держать лицо спокойным. За всеми проблемами, я и забыл, что у Артёма скоро день рождение. И хотя, мне по большому счёту плевать на подобные праздники, но только не в том случае, если они касаются близких мне людей.

— Не забудь взять с собой сменную одежду, — тем временем продолжил говорить Чернов, а я крутить приглашение в руках. — Отец и брат хотят устроить своего рода спарринги молодого поколения. Так сказать, дать возможность юным дарованиям блеснуть и показать свою удаль перед стариками.

— Драться обязательно? — поморщился я. Не хватало мне ещё дерьмо из детишек выбивать.

— Конечно нет, — хмыкнул Тёма. — Всё по желанию. Хочешь участвуй. Хочешь не участвуй.

— Принял, — обозначил я кивок. — Спасибо.

Услышав звон колокола, означающий начало уроков, я быстро переоделся в форму академии, не стесняясь того, что Кристина может проснуться.

— Ты на уроки не идёшь? — спросил я стоя в дверях и обуваясь.

— Не, — махнул он рукой. — Сегодня не хочу. У меня с успеваемостью всё нормально, как и с остальными дисциплинами.

— Понял, — пошарил я по карманам, проверяя ничего ли не забыл.

Удостоверившись, что телефон, ключ и деньги на месте, я собирался покинуть комнату, как вдруг до меня донёсся напряжённый голос Артёма:

— И ещё, Вить. Ты должен знать.

— М-м? — обернулся к нему и приподнял бровь.

— К нам приехали ученики по обмену из других государств. Западный Союз, Германская, Османская, Японская и Китайская империи.

— На долго?

— На шесть месяцев, — ответил Артём. — Обычно подобное происходит очень редко. Но, как видишь, повезло именно нам.

— Буду иметь ввиду, — кивнул я и покинул комнату, оставив голубков одних.

* * *

Пара уроков пролетела достаточно быстро и за это время я успел сделать наброски чертежа протеза для Элеонор. Основу разумеется брал ту, что ранее уже начертил и в остальном лишь занимался подгонкой параметров женщины. Предстояло много работы, так как, к подобной технологии нужно подходить со всей ответственностью. Сделаешь хоть одну ошибку и протез будет работать неправильно, что приведет к последствиям. К тому же, как только Лавров его создаст, придётся долго заниматься с Элеонор, объясняя работу её новой руки и калибровать протез под неё. В мире Карпова, подобные игрушку дозволялось носить только ветеранам боевых действий, прошедших через настоящую мясорубку. Опыта за их плечами было уйма и адаптация проходила достаточно быстро. С Элеонор же, могут возникнуть проблемы. Слишком сильно она привыкла полагаться на свой дар и ей придётся, грубо говоря, переучиваться. Учиться взаимодействовать не только со своими способностями, но и с технологией, усиливающей её. К тому же, я кое-что недоговорил женщине, дабы она не дала задний ход. Проблема с адаптацией это лишь часть всего. Протез нужно так же закрепить и прирастить к тканям, мышцам и костям. Боль от подобной процедуры адская и использовать обезболивающие нельзя, иначе может произойти отторжение. Выдержит ли она? Я верю, что да. Эта женщина, третирующая базу Алексея и желающая мужика, обладает достойной силой духа.

Впрочем, сейчас не об этом… На перемене я пошёл в столовую в одиночестве, где меня уже ждал Патрик и София. И если раньше я предполагал, что Артём приукрасил её состояние, то ошибся.

Соня и правда была бледна, как мел. Плечи осунулись, спина ссутулилась, глаза впали, а ложка в руке подрагивала. Она была будто оживший мертвец.

— Привет, ребят, — спокойно проговорил я, садясь на своё место и видя всеобщее удивление.

Несколько секунду ничего не происходило, после чего Патрик широко улыбнулся и кивнул мне.

— Здорова!

— Привет, Вить… — просипела Соня и зачерпнула куриный бульон.

— Сонь, что с тобой? — закинул я удочку, внимательно посмотрев на неё. — Ты заболела?

— Нет… — помотала она головой, уткнувшись в тарелку и слегка покраснев, что было сильно видно из-за её бледноты. — Всё хорошо…

Я переместил взгляд с девушки на её поднос, где увидел помимо тарелки бульона жареную рыбу, плитку шоколада, пакет молочного коктейля на 0.3 мл и порезанные на блюдце солёные огурцы с помидорами.

— Конечно, нормально всё у неё, — поморщился Патрик, мигом привлекая к себе внимание. — Постоянно в медпункт бегает.

— Сонь? — в немым вопросом посмотрел я на девушку, не торопясь приступать к своей еде, хоть от той исходил головокружительный аромат.

— Я-я… Потом расскажу… — тихо пробурчала она и сосредоточилась на тарелке.

Что ж… Ладно, подожду. Можно было бы конечно и сейчас её додавить, но если мои мысли не ошибаются, то этого делать не стоит.

— Расскажешь, где был? — задал вопрос Патрик, спокойно попивая чай.

— Да надо было несколько проблем решить, — безразлично пожал я плечами, запустив ложку в тарелку борща и разгоняя жирные разводы.

Гомон в столовой стоял невыносимый. Тарелки гремели, как и ложки. Разговоры были повсюду, сопровождаясь криками пытающихся пересилить толпу народа. В этот раз здесь было людей даже больше, чем я видел в последний раз.

— Я, кстати, сделал это, — с некой интригой произнёс Патрик, на что заслужил мой вопросительный взгляд. — Помнишь ту девушку с нашей группы, которая мне нравилась? — мой кивок. — Так вот, я одолел её парня на арене и теперь мы встречаемся! Прикинь!

— Поздравляю, — улыбнулся я, радуясь за этого обалдуя. Кого-то волнует судьба всего мира, а Патрику нужна всего лишь девушка. Как мало нужно для счастья.

— Так это ещё что! — подался он вперёд. — Одолев того типа, я сдал экзамен и теперь ношу звание протерия! И всё это благодаря вам с Тёмычем! Без вас, я до сих пор был бы не удел! Спасибо, — протянул он руку над столом, наплевав на этикет, что вызвало гримасы презрения у сидевших рядом аристо. — Ты мне очень помог, Вить!

— Да не за что, — пожал я его руку с улыбкой. — Рад, что у тебя всё получилось.

За ничего не значащими разговорами обед стал подходить к концу и за всё время, София так и не заговорила. Лишь краем глаза я видел, что он порой держится за живот и её рука покрывалась зеленоватым светом дара исцеления.

Закончив с едой, я положил на поднос приборы и пустой стакан из под чая, поднимаясь со скамейки.

И только я это сделал и развернулся в сторону пункта сдачи грязной посуды, передо мной оказалась компания из трёх человек. Молодые парни, во главе которых стоял белобрысый юнец с голубыми глазами и холёным лицом.

— Это ты, Романов? — с некой ленцой бросил он.

— С кем имею честь? — наклонил я голову набок.

— Моё имя Джейкоб Шефер, — ухмыльнулся он и перевёл сальный взгляд на бледную Софию, а после, на меня. — Отец сказал, что ты будешь в этой академии, как и его будущая наложница. Я хотел познакомиться.

— Виктор Романов, — обозначил я кивок и дополнил: — Что-то ещё?

— Да, — ещё шире ухмыльнулся этот хрен, подойдя ко мне и шепнув на ухо: — Я знаю, что она твоя женщина. Как думаешь, как сильно она будет звать тебя на помощь, когда её поимеет сначала мой отец, а потом и я?

— Я думаю, она не будет звать на помощь, — покачал я головой, смотря в глаза ублюдка. — Потому что ты банально даже не тронешь её.

— С чего такая уверенность? — вновь прошептал он, а видевшие нашу конфронтацию ученики заинтересовались.

— Спроси у своего отца, как много костей восстановили ему ценители, после нашего знакомства, — приподнялись уголки моих губ, а лицо отодвинувшегося от меня парня выражало настоящую ярость.

— Ты ударил его исподтишка, как собака, — процедил он, а после, плюнул мне в лицо и громко произнёс: — Я вызываю тебя на дуэль чести!

Глава 19

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

Стоило мне покинуть раздевалку и выйти в освещаемый коридор арены №3, я сразу же услышал гомон толпы. Крики учеников и их улюлюканье достигало моих ушей, как бой барабанов войны. Они жаждали посмотреть на сражение. Жаждали увидеть боль и кровь.

— И как у тебя это получается? — с улыбкой обратился ко мне Артём, ранее нашедший меня в раздевалке.

— Что именно?

— Только вернулся в академию и сразу же нашёл неприятности, — пожал он плечами. — Да и не абы с кем, а с наследником иностранного рода.

— Ты и сам знаешь, кто этот человек, — поморщился я. — Как и знаешь о моем конфликте с его отцом.

— Да, в этом ты прав, — кивнул он задумчиво и, положив руку на моё плечо, остановил меня. — Ты понимаешь, что тебе нельзя его убивать? Правила академии не пощадят тебя, даже если Соколов подставит свою спину.

— Я не собираюсь его убивать, — ухмыльнулся я, увидев лёгкое непонимание на лице Артёма. — Просто покалечу и всё.

Услышав мои слова, он тяжело вздохнул и кивнул в согласии. Скорее, он завёл этот разговор лишь для того, чтобы понять мои мотивы и придётся ли ему вмешиваться, как в прошлый раз. И я больше чем уверен, что здесь играет роль не заботы о правилах или моей враге. Артём просто не хочет, чтобы у меня были проблемы, ведь в этот раз он не мой секундант.

Мы вновь двинулись на выход из коридора, где нас уже ждал высокого роста учитель. Я не знал его, потому что он не преподавал у нашей группы, но по тёмной мантии и серьезному лицу было понятно, что он явно ведёт не кружок литературы.

— Романов, готов? — оттолкнулся он от стены и внимательно посмотрел на меня, будто сканируя.

— Всегда, — безразлично пожал я плечами, подавив желание зевнуть.

За время, пока я был в раздевалке, мне пришло сообщение от Алексея, который так же был в курсе дуэли. И вот в чём вопрос… Сам ли он проявил инициативу или опять вмешался его отец, но факт в том, что следовало этому сообщению прийти, то я сразу же увидел полотно короткого текста.

Джейкоб Шефер. Одарённый стихии льда. Победитель национальных соревнований среди юниоров, если не считать кучу других соревнований. Одолел практически всех противников за короткий промежуток времени, задавив сырой силой и уничтожив за секунды. Награждён медалью Западного Союза по личному распоряжению совета государства. Проще говоря, уникум среди своих сверстников.

Стоило мне подняться по нескольким ступенькам и выйти на полог арены, гомон усилился в разы. Люди пытались перекричать друг друга. Кто-то даже ставки делал, что было не запрещено, но порицалось.

Полный вздох и ощущение витающего в воздухе аромата металла, резины и булок. Похоже, кто-то решил наплевать на обед в столовой и захотел провести его за просмотром боя.

— Идём, — махнул рукой учитель и двинулся в сторону судьи, рядом с которым стоял мой противник и какой-то мужик.

Тёмный облегающий костюм с широким воротником. Такого же цвета безрукавка и шорты, а из обуви обычные кроссовки. Мужчина же был одет в светлый костюм. Короткие русы волосы и острый взгляд, который не отрывался от меня.

Мне же, было откровенно плевать на их рожи. Всё моё внимание было приковано к одной из трибун, где располагались иностранцы. Турки, немцы, американцы, которых здесь принято считать западниками. И японцы… Вот именно на них я и смотрел, точнее на небольшую группу, среди которой было лицо, которое я узнаю из тысячи.

Норико…

Она сидела в окружении молодого поколения своей страны и наблюдала за мной. И только наши взгляды пересеклись, её лицо озарила лёгкая улыбка и я увидел короткий кивок.

Я совру, если скажу, что не испытал удивления, увидев её. Но и предполагать её приезд я тоже не мог. Впрочем, теперь стало понятно, кто именно является своеобразным куратором у приезжих из Японии.

Улыбнувшись в ответ, я так же кивнул, чем заслужил нахмуренные рожи япошек и более широкую улыбку Норико.

Что ж… Я рад, что ты здесь, моя Истина. Ты вновь станешь свидетелем того, как я поступаю со своими врагами.

В полном спокойствии, я подошёл к судье и моего противнику, который с наглой ухмылкой смотрел на меня. Его глаза выражали лишь презрение и скорейшее желание боя.

— Правила просты, — заговорил судья. — Бой останавливается, когда один из бойцов сдастся или потеряет сознание. Запрещены артефакты и любые виды оружия. Также запрещено добивать противника, если бой уже остановился. Применение дара не ограниченно. Над ареной стоит защитный барьер и зрителям ничего не угрожает. Всё запомнили?

В ответ мы лишь кивнул и судья дал отмашку уйти представителю моего противника.

— Ты покойник, Романов, — с вызовом произнёс стоявший передо мной клоун. — Отец хоть и предупреждал о тебе, но я не верю во все эти россказни и принесу ему твою голову!

— Пупок не надорви только, — ухмыльнулся я и увидел, как его глаза вспыхнули лазурным светом.

— На край арены! Быстро! — рявкнул судья и мы разошлись по своим места.

Табло отчёта начало свой бег, крики и гомон толпы усилился в разы, а мой противник с плотоядной улыбкой развёл руки в стороны.

— Вы одолеете его, Виктор! — выкрикнул кто-то с трибун.

— Задайте этому западнику!

— Да, победите!

Толпы будто бы всколыхнулась, поддерживая меня и подбадривая на бой против амера. Для них он был врагом. Чужой, пришедший в стены академии Российской Империи и вызвавший меня на бой. И, возможно, в другом случае они были бы против меня, но не сейчас.

Я вновь будто бы оказался на арене, где правит сталь и смерть. Где слышны крики умирающих, кровь льётся рекой, а горячий песок нещадно сдирает кожу и щиплет глаза.

Да… Миры во многом отличны между собой, но не люди. Так почему бы и не подогреть их интерес?

Широкая и полубезумная улыбка наползла на моё лицо самая собой. Кровь вскипела, застучав в висках подобно бою барабанов. Сердце учащённо застучало, а права рука медленно поднялась вверх и сжалась в кулак.

— Я ПРИВЕСТВУЮ ТЕБЯ, АРЕНА!!! — рявкнул я во весь голос, применив лишь малую часть энергии Смерти и состояния Харона.

— А-А-А!!! — завопили люди, поднявшись со своих мест массивной волной.

Топот десятков, если не сотен, учеников накрыл собой всю арену. Их глаза пылали азартом и кровожадностью. Они желали поскорее увидеть то, ради чего пришли.

Цифры табло практически подошли к концу и я сделал шаг вперёд, перенеся вес на левую ногу.

3… Печати Скачка легли на спортивный штаны.

2… Кулаки сжались и печати Усиления вспыхнули на них и на ногах, подобно яркости рождённой звезды.

1… Массивная печать Концентрации завращалась за моей спиной, бешено разгоняясь и ожидая приказа.

Громоподобный звон раздался по всей арене, означающий начало боя. Я видел, как в мою сторону на невероятной скорости несутся ледяные пики, готовые разорвать меня в клочья. Сын Шефера не собирался сдерживаться… Что ж… Надеюсь, что ему понравится, во что превратиться его сын!

* * *

— Казама-сан, стоило ли выражать свою поддержку этому человеку? — спокойно спросила сидевшая рядом с Норико девушка.

Ей было не больше семнадцати, но она уже приобрела красоту и зрелость настоящей женщины. Светлые волосы, убранные в пучок. Утончённое лицо с маленькими ямочками на щеках. Миниатюрный носик и пухлые чувственные губы. Сидевшие в окружении них молодые юноши то и дело пожирали её глазами, а некоторые утопали в ярко-синих глазах цвета небесной лазури.

Вот только, её не интересовали все эти недоразвитые юнцы, которых она может одолеть одной рукой. Ей был интересен тот, из-за кого она была вынуждена покинуть свою страну и отправиться на задание по приказу совета Длани Аматерасу. Хотя… Девушка могла бы признаться себе, что почувствовала некий укол ревности, когда Романов обратил внимание на их трибуну и не узнал её. Ведь это она была той, кто должен был защитить остатки клана Орайхо во время церемонии погибших.

«И я бы одолела его, если бы не учитель!» — раздраженно подумала она, прожигая злобным взглядом стоявшего на краю арены юношу.

— А я по вашему выразила поддержку в сторону этого мальчика? — с наигранной наивностью ответила Норико вопросом на вопрос, хлопая ресницами.

— Вы прекрасно знаете, о чём я говорю, — поморщилась девушка. — Он помог вашему роду выстоять. Тем более, его видели возле вашего особняка.

— Это лишь слова, Юризава-сан, — отмахнулась Норико с улыбкой. — Если бы они были чем-то подкреплены, то я бы здесь не сидела, а находилась в застенках тюрьмы на Цусиме.

— Потому что таков был приказ императора, — процедила дочь рода Юризава. — Он распорядился не трогать ваш род и выйти на контакт с этим человеком… — и тише добавила. — Который каким-то образом смог обойти все наши службы и покинуть страну.

И хоть она произнесла последние слова шепотом, Норико отчётливо слышала их, что лишь вызвало у неё очередную улыбку. Кому как ни ей знать, на что способен Виктор.

— Раз таков приказ его величества, — довольным голосом проговорила Норико. — То ваши выпады в мою сторону необоснованны, Юризава-сан.

— И тем не менее, — поправила девушка волосы. — Вы должны знать, что я приложу все усилия, чтобы доставить его к императору. Таков приказ.

— Честно, благородно, глупо, — отчеканила Норико, заслужив прищуренный взгляд своего оппонента. — Если бы его величество действительно хотел встретиться с Виктором, то обговорил бы это на высшем уровне. Политика, Юризава-сан. Именно политика решает подобные вопросы. И решает их очень хорошо.

Дочери рода Юризава нечем было крыть подобные слова. Она хотела возразить и поставить высокомерную Норико на место, но не могла. Не говорить же ей, что императорские дипломаты и послы пытались договорится с властями Российской Империи о том, чтобы к ним доставили этого юношу. Да, подобный подход бесчестен, но решил бы многие проблемы. Вот только люди императора Японии столкнулись с такой непробиваемой стеной, что услышавшая об этой ситуации Юризава Айка, была в шоке. Особенно, когда её учитель рассказал о том, что сам Юрий Соколов прибыл на встречу дипломатов и послов, выразив своё ёмкое и грозное мнение по этому поводу.

Кто этот юноша, раз его поддерживает верхушка власти Российской Империи? Да и к тому же, дочь рода Юризавы до сих пор не покидает то ощущение, которое она испытала на похоронах детей Орайхо. То давление, что она испытала, увидев Виктора Романова. В её голове просто не укладывалось, что юноша его возраста обладает подобной силой воли. Лишь одним своим появлением в тот дождливый день, он заставил сердце девушки забиться в страхе. А слова учителя и то, как он себя вёл, лишь добавляли вопросов. Впрочем, это была лишь малая часть её любопытства, ведь она была одной из тех, кто явился на территорию храма Готокудзи и увидела то, что там произошло. Смерть. Именно так она охарактеризовала то, что видели её глаза. Множество тел, разорванных на части. Их внутренности и потроха были повсюду, а кровь пропитала землю, которую не смог очистить даже дождь.

«Плевать, — помотала головой девушка, прогоняя мысли. — У меня есть задание и я его выполню, не смотря ни на что!»

И хоть Айка храбрилась, внушая себе уверенность в собственных силах… Внутри себя она была уверена, что насилием ничего не сможет добиться. Впрочем, ради достижения целей у женщины есть и другое «оружие».

Вслед за мыслями девушки, её щеки слегка покраснели, а ноги напряглись, сильнее сдвигая колени.

Цифры отчёта прошли и громоподобный сигнал дал начало бою, от чего Айка затаила дыхание, как и сидевшие рядом представители Японии. Все, кроме Казама Норико, что с лёгкой улыбкой наблюдала за своим фаворитом.

« Надеюсь, что этот западник отделает твоего Романова и эта улыбка слетит с твоего лица!» — с неким раздражением подумала Айка.

Вот только её желание не оправдалось. Стоило сигналу прозвучать, ледяные пики, несущие в себе настоящую смерть, полетели на Романова с немыслимой скоростью. От подобной атаки невозможно уклонится, только оборонятся!

Айка забыла, как дышать, с волнением наблюдая за боем и думая, что в данный момент её задание находится под угрозой! Нельзя, чтобы Романов погиб на этой арене по глупости какого-то западника! Ведь одно дело избить и унизить, а другое — убить!

И тем сильнее становилось её волнение, когда она увидела, что Романов не двигается! Он с полубезумной улыбкой стоял на месте и смотрел на несущуюся на него смерть!

— Дурак, обороняйся! — подорвалась Айка со своего места с выкриком, чем сильно удивила представителей Японии и вызвала более широкую улыбку Норико.

— Нет нужды беспокоится, Юризава-сан, — мелодично произнесла дочь рода Казама. — Просто смотрите и всё.

Не успев ответить на подобные слова, Айка увидела, как Романов в один момент просто исчез, а до её ушей донёсся мощный хлопок воздуха, будто где-то произошёл настоящий взрыв! И лишь спустя долю секунды, она заметила небольшой кратер на месте, где стоял юнец!

— А-а? — неверяще пробормотала девушка и до её ушей вновь донёсся мощный хлопок.

Медленно переведя взгляд на противника Романова, Айка ощутила, как к её горлу подкатывает не проглатываемый ком.

Как он смог преодолеть подобное расстояние за секунду⁈ Что это за скорость⁈

Она с отрешенным видом смотрела на то, как юноша с некой ленцой избивает западника, напрочь игнорируя его ледяную защиту. Его удары были настолько сильны, что лёд просто не выдерживал и рассыпался на мириады осколков, падая на пол арены. И каждый подобный удар сопровождался тем самым хлопком, будто бы взрывом бомбы.

— Да кто ты такой?… — сипло прошептала Айка, грузно упав на своё место и пустым взглядом наблюдая за боем.

* * *

— Кха… — вырвался шмат крови из рта ублюдка, попав мне на лицо.

Кожа сразу же ощутила теплоту крови, оказавшейся так же и на губах, от чего во рту таял вкус металла.

Морозный клинок, похожий на саблю, пронёсся в миллиметре от моей шеи, благо я переставил ноги и отвёл голову назад.

— Ублюдок! — рявкнул он и произвёл широкий замах свободной рукой.

Волна холодного воздуха достигла моего лица и волос, обдав морозной свежестью.

— Давай только без оскорблений, — поморщился я и нанёс фронтальный удар правой ногой.

Защита в очередной раз лопнула от чего парень покачнулся и его атака сорвалась.

Ну а я, вновь начал избивать его. Шаг на сближение и двоечка по печени и диафрагме.

— Кх-га… — попятился он и попытался сделать вдох.

Не сбавляя темпа очередной шаг и удар в кадык, от которого он стал по-настоящему задыхаться. Моя рука хватила его за шиворот костюма и права нога, с наложенной на неё печатью Усиления, впечаталась в его живот, выбивая всю дурь.

Слюни и кровь брызнули на одежду и пол арены, от чего я вновь поморщился. Из-за этого ублюдка теперь ещё и костюм стирать.

Стоило мне его резко выпрямить, я активировал печать Концентрации и мир застыл. Время замедлило свой бег настолько, что я мог рассмотреть, как из его рта до сих пор вылетают остатки кровавых слюней.

Что ж… Поехали.

Кулаки сжались до скрипа и новые печати Усиления вспыхнули на них, отдавшись слабой мигренью в голове.

Шаг вперёд и я стал проводить комбинации ударов, от которых воздух за моей спиной буквально взрывался.

Печень, почки, голова, колени, плечи, пах… Я бил практически во все ключевые точки на его теле, кроме подмышек. Удары ногами приходились на колени, что сейчас были вывернуты в обратную сторону. Руки работали по всему остальному, ломая рёбра и сокрушая всё на своём пути. Множественные переломы, внутреннее кровотечение, отбитые органы и сотрясение ему обеспеченно. Но… Этого мало.

Усилие воли и печать Концентрации слетела. Мир вновь вернул свой бег, как и время. И, вслед за этим, всю арену огласил душераздирающий вопль:

— А-А-А!!!

Сломленный, покалеченный и избитый Джейкоб Шефер упал куском мяса к моим ногам, вопя от боли. Кровь нескончаемо бежала из его рта, сосуды в глазах покраснели, а избитые руки пытались дотянуться до сломанных ног. Но разве я собирался ему это позволить?

Моя правая нога поднялась и я с силой опустил её на ладонь парня, чем вызвал очередной вопль боли. Но мне было плевать. Этот ублюдок решил давить на меня и угрожать Софии.

— Романов, довольно! — крикнул судья, срываясь с места и двигаясь к нам.

— Стой на месте! — придавил я его давлением Жнеца, от чего мужик мигом остановился и упал на колени, пытаясь дышать. — Он ещё не сдался.

Я вновь поднял ногу и с ещё большей силой придавил ему другую руку. Душераздирающий крик огласил всю арену, а смотревшие на эту казнь ученики молчали, со страхом наблюдая за мной.

— Думаешь, что можешь прийти ко мне и угрожать? — раздался мой скрипучий голос, а за спиной заклубилась тьма. — Решил, что можешь отнять у меня что-то, как и твой отец? — вновь удар, от которого он завопил и согнулся. — Вы, ублюдки, нихрена не получите! — я нагнулся и взял его за волосы, легко подняв на уровень своего лица. — Сегодня ты не умрёшь, но твоей жизни не позавидуют даже мёртвые. Я сделаю так, что никто не сможет исцелить тебя. Сожгу душу и твой отец получит несмышлёного овоща, не способного даже подтереться!

Моя свободная рука вспыхнула тёмно-серым пламенем бездны, от чего в глазах парня появился настоящий ужас.

— Не волнуйся, — схватил я его за горло и услышал невообразимый крик агонии. — Скоро вы с отцом встретитесь.

Пламя бездны проникало в его тело, впитываясь в раны, рот, уши и нос. Оно выжигало и проникало всё дальше и дальше, достигая того, что делает нас людьми. Достигало разума, души, сути человека… И уничтожало это.

Вначале Джейкоб Шефер трепыхался и пытался хоть как-то вырваться. Потом начал сипеть и хрипеть, моля о пощаде. А после, в моих руках остался лишь безвольный и безмозглый кусок плоти, пускающий кровавые слюни.

Учителя и представитель Шефера пытались пробиться и помешать мне, но каждый из них не мог пройти до меня, падая на колени от давления Жнеца. И лишь тогда, когда ублюдок превратился в овощ, я отпустил его.

Полумёртвое тело грузно упало к моим ногам. Он был жив и с трудом дышал, а значит, правила не нарушены.

Тьма за моей спиной исчезла, от чего люди смогли подняться с колен и мигом добежать до нас.

— Романов, как это понимать⁈ — рявкнул бледный судья, смотря на меня яростным взглядом.

— Засчитывайте победу, — спокойно произнёс я, чем выбил его в осадок от подобной наглости. — Правила не нарушены и он жив. Сдаться не смог по причине того, что не получилось.

— Я доложу об этом директору, — зло процедил он и, посмотрев на шокированных учеников, громко крикнул. — Победа присуждается Виктору Романову!

Стоило ли мне ожидать оваций за подобное? Нет, но мне плевать. Я смотрел на то, как медики уносят ублюдка в один из коридоров и думал… Думал о том, как буду убивать каждого из западников, что сейчас прожигают меня злобными взглядами. И о том, что вскоре мне придётся заняться Адамом Шефером, который приедет за своим сыном.

Медленно подняв голову, я столкнулся взглядом с амерами и широко оскалился.

Пусть приходят. Одна душа или больше, какая разница, если все они отправятся к Смерти.

Глава 20

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

Сидя на кожаном диване в приёмной директора, я запрокинул голову и смотрел на белоснежный потолок.

Мерный звук работающего компьютера достигал моих ушей, совмещаясь с щелчками клавиатуры, по которой бегали длинные пальчики секретарши.

Хм… Пахнет можжевельником.

Оторвав глаза от созерцания потолка, я посмотрел на приятного вида женщину в сером костюме. Убранные в хвост длинные чёрные волосы, подвязанные серой лентой. Круглые очки, подчёркивающие зелёного цвета глаза и маленький носик. Сами же глаза были обведены, а тонкие губки накрашены красной помадой.

Я вновь принюхался и уловил очередную порцию можжевельника и сразу же понял, что это её духи. Вот только сколько раз я был в этой приёмной, но ранее их не чувствовал.

Скукота, помноженная на небольшое любопытство взяли надо мной верх и я поднялся с дивана, издавшего мерзкий скрип кожи.

Спокойно подойдя женщине, глаза которой не отрывались от монитора, а пальцы с каждым разом ускорялись, я наклонился к её шее и вдохнул полной грудью.

Секунда и она вздрогнула. Пальцы замерли над клавишами, а вслед за этим её голова медленно повернулась ко мне с недоумением на лице.

— Р-романов… Ч-что ты себе позволяешь⁈ — сипло выдала она, находясь в лёгком шоке от того, что я сделал.

— У вас приятные духи, — пожал я плечами и вновь понюхал, от чего женщина покраснела. — Ваш мужчина подарил?

— А если и так, то что⁈ И почему ты вообще меня нюхаешь⁈ — залилась она краской, большими глазами смотря на моё спокойно лицо.

— Просто интересно было, — в очередной раз пожал я плечами и подошёл к окну за её спиной, посмотрев в него. — Долго мне ещё ждать?

Усталый вздох послышался позади меня и женщина вновь вернулась к работе, попутно сделав глоток остывшего чёрного чая.

— Как только директор освободиться, так сразу же примет тебя, — ворчливо проговорила она.

А ведь я даже не знаю её имени, хоть и приходил сюда не один раз. А впрочем, неважно.

Стоило ли говорить, что после моего боя на арене, меня сразу же отправили к директору под конвоем учителя, судьи и представителя западников? Целую делегацию выделили, чтобы не сбежал. И смех и грех.

— Скажи, — крутанулась она на стуле, посмотрев на меня. — Зачем ты искалечил парня? Ты же понимаешь, что теперь тебе светит выговор и последующие проблемы?

— Жизнь — борьба, миледи, — ответил я, не поворачиваясь. Но даже так, я понял, что ей приятно подобное обращение.

— Но разве стоит эта борьба искалеченных жизней? И если он не поправиться, то у тебя будут проблемы с его родом. — не отставала она от меня.

Услышав её слова, мне оставалось лишь улыбнуться. Рука поднялась и пальцы коснулись небольшого жёлтого цветка, стоявшего на подоконнике, сразу же ощутив хрупкость растения.

— Как думаете, заботит ли этот цветок, что кого-то там искалечили? — спокойно заговорил я, отвечая на её вопрос. — Он живёт, чтобы расти. Живёт, чтобы тянуться к солнцу. Чтобы пить воду и прорываться корнями в почву.

— И к чему это сравнение? — недоуменно спросила она. — Ты же не цветок.

— Верно, — вновь улыбнулся я, продолжая касаться хрупких лепестков. — Но мы с ним похожи. Меня не заботит, кто покалечился на моём пути, если это мой враг. Я также тянусь к свету и иду к своей цели, не смотря ни на что.

— Издеваешься, да? — прорезался укор в её голосе, а на что я лишь вновь пожал плечами.

Смысл мне объяснять ей, что каждая смерть так или иначе имеет значение и цель? Я никогда не убивал просто так и делал это лишь для того, чтобы либо выполнить задание, либо устранить врага и препятствие. Души, что следуют за мной и являются моей тьмой… Они мои грехи и крест, что я несу за собой. Невинные, судьбу которых я прервал. Виновные, что заслужили свою смерть. Но где эта тонкая грань между ними? Хороший вопрос, на который я так и не смог найти ответ за свои долгие жизни. И поэтому… Я просто действую, не смотря ни на что. Вот только, когда придёт время, мне придётся держать ответ. И когда это время придёт, я посмотрю в лицо каждого убитого мной, не отвернувшись от них.

— Я не издеваюсь, миледи, — покачал я головой, поглаживая жёлтые лепестки. — Я всего лишь дал вам ответ.

Дверь кабинета директора открылась и из неё вышло трое человек. Учитель, что сопроводил меня до арены. Судья, который прожигал меня гневным взглядом. И представитель западников, на лице которого было задумчивое выражение.

— Виктор, — обратился ко мне директор и махнул рукой. — Заходи.

— Благодарю за беседу, миледи, — улыбнулся я секретарше и получил в ответ лишь тихий фырк.

Женщины… Я прожил множество жизней, прошёл через бесчисленное количество битв и сражений, бывал в тысячах миров, но они везде одинаковые.

Зайдя в кабинет директора и сразу же оглядевшись, я не удержался от ухмылки. После того разговора с императором, старик начал держать помещение в чистоте и порядке. Шкафы и полки больше не ломятся от множества папок. Вешалка не провисала от обилия одежды и сейчас на ней были лишь пиджак и лёгкая куртка с коричневой шляпой. Стол же был оргазмом перфекциониста. Все письменные принадлежности лежали точно на своих местах. Несколько папок ровной стопкой на краю стола, монитор компьютера без грамма пыли, как и настольная лампа. Лишь всё тот же апельсин лежал в центре массивного деревянного стола, выделяясь из общей картины.

— Садись, — указал директор рукой на один из трёх деревянных стульев, а сам сел в кресло и взял в руки апельсин.

Не говоря ни слова, я выполнил указ старика и сел на стул, крутя головой и продолжая осматривать кабинет. Даже портрет императора над креслом был без дорожек пыли и с него взирал суровый мужик.

— Целители доложили мне, что Джейкоб Шефер будет жить, — задумчиво начал говорить директор, внимательно смотря на меня. — Но они столкнулись с проблемой, которую не могут решить.

Я продолжал хранить молчание. Пусть старик говорит, а я послушаю.

— Юноша потерял разум и не может связать двух слов, пуская слюни, — подался он вперёд и вперил в меня взгляд. — Скажи, как так получилось? Пока ты сидел в приёмной, я с прошлыми посетителями просмотрел запись с камер арены и не заметил проявления дара Разума.

— Я не знаю, — безразлично пожал я плечами, нагло соврав. — Может ударился головой, упав на пол арены.

— Ты же понимаешь, что это невозможно? — поморщился старик, а апельсин в его руках завертелся с большей скоростью. — Мальчишка потерял разум и даже Пётр Павлович, наш магистр ментальных одарённых, не смог вернуть его. — его рука взяла листок со стола и он выразительно зачитал. — Диагноз: Дистрофия мозга. Множественные повреждения участков памяти. Несвязная речь, рассеянное внимание, задатки шизофрении. Это мне выдали медики. — помахал он листком и взял следующий. — А это, написал Пётр Павлович… Отсутствие связных нитей дара в головном мозге. Повреждение сосуда и невозможность его восстановления. Невозможность накапливать энергию. Полное отсутствие воспоминаний и личностных данных…

Старик всё читал и читал, то и дело косясь на меня и ожидая реакцию, но я сидел со скучающим лицом. Какое мне дело, что там сказали врачи и какой-то Пётр Павлович? Этот ублюдок решил угрожать мне и Софии, пусть радуются, что он жив остался, а не отравился в царство Смерти. Впрочем… Скоро он там окажется, как только его папочка приедет за ним в Российскую Империю. Крючок закинут, осталось ловить на живца.

— Я не совсем понимаю к чему мне знать эти подробности, — спокойно проговорил я и вступил в перепалку взглядов со стариком. — Если у Джейкоба Шефера слабый череп, то это не мои проблемы. Правила арены не были нарушены и инициатором дуэли был не я.

Усталый вздох покинул лёгкие директора и он откинулся в кресле. Его рука медленно поднялась и помассировала глаза под очками.

— С точки зрения правил, ты прав, — тихо проговорил он, продолжая натирать глаза. — Но с точки зрения дипломатии, ты совершил большую ошибку, когда согласился на эту дуэль и сделал так, что Шефер лишился разума.

— Вы обвиняете меня, господин директор? — наклонил я голову набок.

— Неправильно выразился, — поморщился старик, открыв глаза и посмотрев на меня. — Но, как бы это не звучало, факт есть факт. Представитель другой страны пострадал и теперь это сулит академии большие проблемы. Канцелярия совета Западного Союза уже успела завалить меня письмами и жалобами. И это лишь начало, Виктор.

— То есть, — наклонил я голову в другой бок, чем заставил его поморщиться ещё сильнее. — Мне нужно было отступить, просто потому что он из другого государства? Проявить слабость и отказаться от дуэли, чтобы Джейкоб Шефер не пострадал?

— Не передёргивай, юноша, — укоризненно проговорил директор и вздохнул. — Ты правильно сделал, что постоял за себя, но это не отменяет того, что теперь у академии будет слишком много проблем.

В дверь кабинета постучали, а после её открыла бледного вида секретарша. Её глаза посмотрели на директора и она сипло произнесла:

— Господи директор, к вам прибыл Юрий Соколов.

Услышав слова женщины, на этот раз мы со стариком вдвоём вздохнули, на что он слегка улыбнулся и кивнул, со словами:

— Проводи его, пожалуйста.

Мигом кивнув, секретарша отпустила на пару шагов назад и вбок, после чего в кабинет зашёл генерал империи и один из сильнейших одарённых.

В целом, с последней нашей встречи Юрий никак не изменился. Всё та же короткая причёска, волевое лицо, которое уже тронули морщины. Острый взгляд бордовых глаз и такого же цвета военный мундир.

Зайдя в кабинет, он прошёл до соседнего стула и, сев на него, посмотрел на директора.

— Приветствую, Иван Петрович.

— Здравствуй, Юр, — приподнялись уголки губ директора.

— Ну, — повернулся ко мне генерал, вперив прищуренный взгляд. — Кого ты опять убил?

Услышав его вопрос я с трудом не поперхнулся от подобной наглости и ошалело посмотрел на мужика.

В смысле «Кого ты опять убил?» Ты за кого меня держишь, бравый генерал?

— Никого я не убивал, — проворчал я, на что Юра дёрнул щекой и вернул своё внимание к старику.

— Мне доложили, что у него проблемы, — указал он на меня пальцем. — Но толком не успел разобраться в информации.

— Джейкоб Шефер, — начала директор его просвещать. — У них с Виктором состоялась дуэль и теперь парень лежит в лазарете с напрочь отбитой памятью и личностью.

— О как, — погладил генерал подбородок, бросив на меня косой взгляд. — Но он жить будет?

— Будет, — кивнул старик.

— Ну и хорошо, — ответил Юрий своим кивком. — Если западники будут наглеть, то смело отсылайте их в канцелярию императора.

— Даже так? — приподнялись брови Ивана Петровича. — Что ж… Это всё меняет. — посмотрел он на меня. — У вас хорошие покровители, Виктор. Цените их.

Ага, десять раз. Не упёрлись мне эти покровители от слова «совсем».

— Раз проблема решена, он свободен? — вновь указал генерал пальцем на меня.

— Да, — кивнул директор. — У меня претензий в таком случае нет. Правил он не нарушил, наказывать его не за что.

— Тогда, — хлопнул Юрий ладонями по коленям. — Пошли, Виктор. Нам нужно поговорить.

Распрощавшись с директором и откланявшись, мы с генералом молча покинули кабинет и двинулись по длинному коридору на выход из главного корпуса.

— У меня только один вопрос, — донёсся до меня его спокойный голос. — Это связано с его отцом?

— Верно, — кивнул я и улыбнулся девушкам, стоявшим возле окна.

Небольшое количество учеников, что трудились в этом корпусе, провожали нас заинтересованными взглядами и шушукались. Опять слухи пойдут, что Романов оказался в проблемах или же якшается с генералом империи.

— Ты же понимаешь, что создал кучу проблем с тем, что превратил наследника Шеферов в овоща?

О-о-о как он заговорил. Я. Создал. Кучу. Проблем.

— Скажите, генерал, — обратился я к нему по званию, от чего он поморщился. — Если бы вашу жену захотели забрать и изнасиловать, что вы бы сделали? Отдали бы её?

Стоило моим словам прозвучать и я сразу же ощутил мощный всплеск энергии Мира, исходящий от Юрия.

— Аккуратнее со словами, Жнец, — процедил он и обжёг меня взглядом бордовых глаз. — Иначе я не посмотрю, что мы союзники и…

— И-и-и что? — остановился я в коридоре и заметил, как ученики ещё сильнее заинтересовались нами. — Не нужно мне угрожать, Юрий, — раздался мой холодный голос, а энергия генерала вновь всколыхнулась. — Своими словами, вы дали ответы на мои вопросы, что и следовало доказать. Джейкоб Шефер такой же ублюдок, как и его отец. Он не следит за словами, за своими действиями и не рассчитывает последствия. Мне плевать к чему приведет подобная конфронтация.

— Ты что-то задумал, — не спрашивал, а утверждал он, внимательно смотря на меня.

— Даже если и так, с чего я должен говорить? — пожал я плечами с широким оскалом.

— Ждёшь, когда Адам Шефер явится за своим сыном, чтобы самому за ним не ехать, — сходу догадался генерал, а я с трудом сдержался, чтобы не похлопать ему. Гений детектива умирает в этом человеке. Эх, потеря.

Подойдя ко мне на пару шагов, он навис, как скала и проговорил:

— Ты сказал, что Джейкоб Шефер не рассчитывает последствия. Но ты сам, сможешь их рассчитать? Шеферы сильный западный клан. Объявлять им войну большая ошибка, которая может стоит жизни твоим близким.

— Сильный западный клан? — оскалился я. — Вы знаете, что произошло в Японии. Помогла ли сила Орайхо, Аризава и Кумичо, когда я убивал их людей?

— У них не было о тебе информации, — вздохнул генерал. — Мы контролировали ситуацию, хоть ты и не знал об этом. С Шефером же, всё иначе. Он может ударить в тыл и убить тех, кто тебе дор…

— Пусть попробует, — перебил я его. За долю мгновения за моей спиной появилась клубящаяся тьма, а в коридоре заметно похолодело. — Этот ублюдок решил забрать «моё». Угрожал, похищал, действовал глупо. Он совершил ошибку, когда захотел прибрать себе то, что принадлежит Жнецу. Хочет войны? Он её получит. Я утоплю весь его клан в крови.

Рука генерала легла на моё плечо, от чего его лицо на короткую секунду исказилось в гримасе боли.

— Я не пытаюсь тебя пристыдить или отговорить, — услышал я его спокойный и собранный голос. — Просто хочу, чтобы ты знал, что у тебя есть союзники. Я не мог дать тебе убить Шефера на балу, но это не значит, что ты не можешь этого сделать в ином случае. Просто действуй более тонко, Виктор. Скажи, ты идёшь на приём к Черновым в честь рождения их сына?

— Да, Артём позвал меня, — кивнул я, успокоившись.

— Тогда, готовься, — улыбнулся Юрий и похлопал меня по спине. — У тебя будет шанс осуществить свою месть.

Мы вышли из корпуса и двинулись вдоль фонтана и парка со скамейками. Ученики сновали туда-сюда, разговаривая и смеясь. Были даже те, кто бежал и пытался успеть куда-то…

— Каким образом вы поможете мне? — спустя долгую паузу спросил я, которую взял на подумать.

— Заинтересовал план союзников? А я уже думал, что придётся самому всё делать, — ухмыльнулся генерал, бросив на меня косой взгляд, а я подавил желание поморщиться. — Что ж… Хорошо, слушай…

П. А. Друзья! Как вы, наверное, заметили, выкладка прод в последнее время пострадала. За это вновь прошу прощения и хочу сказать вам — Спасибо! Спасибо, что остались со мной и я не увидел от вас ни одного гневного комментария по этому поводу. Вы лучшие, знайте это!

Так же, я хочу сделать небольшое объявление. До пятого сентября график прод будет изменён и главы будут выходить раз в сутки. Почему так? Это связано с тем, что с 5.09.2022 по 13.09.22. я буду вынужден уехать. Ноутбук я с собой взять не смогу и, следовательно, писать тоже. Поэтому хочу побаловать вас почаще, пока не состоялся отъезд.

Глава 21

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

День рождения. Два слова и много смысла. День, когда человек появляется на свет, обретя душу и сознание. Для кого-то этот праздник самый ожидаемый и лучший в жизни. Другие же, его ненавидят и порицают из-за каких-то событий или же нежелания стареть. Впрочем, я никогда не понимал людей, относящихся ко второй категории. Смерть прекрасна в любом её виде. Умереть от кровопотери, ран, болезни. Это лишь прелюдия перед тем, как оказаться в садах той, кто повелевает душами. То же самое касается и старости. Да, человек слабеет со временем и более не так резв, как в молодости. Но старость прекрасна в своём обличии, ведь это означает, что человек прошёл свой жизненный путь полностью. Он пережил то, что не смогли многие и остался цел. И именно в старости, на последнем одре, в окружении родственников, он сможет встретиться со Смертью и увидеть её улыбку.

Но всё это лирика, о которой можно рассуждать бесконечно долго…

Суть же в том, что сейчас я смотрел в окно автомобиля, подъезжающего к территории рода Черновых. Столпы империи. Один из сильнейших родов, чьи члены входят в высшие эшелоны власти. Глава же этого рода, являющийся отцом Артёма, верховный судья империи. Проще говоря, если Юрий Соколов правая рука императора, то Чернов Сергей Петрович являлся левой.

Несколько охранников осмотрели автомобиль. Заглянули в салон, багажник, прошлись зеркалом по днищу в поисках взрывчатых устройств, а после, подняли шлагбаум и пропустили нас.

Пока мы ехали в нужному особняку, я успел разглядеть квартал рода, огороженный массивной стеной. Множество разнообразных невысоких одноэтажных и двухэтажных домиков, в нескольких из которых горел свет. Ухоженная улица, подстриженные деревья, кусты и редкая трава. Работающие фонари, освещающие территорию и прогоняющие слабые сумерки. У некоторых домиков, а именно пристроек в виде гаража, стояли припаркованные автомобили разных марок и цветов. Парочка подобных домишек были даже огорожены своего рода забором. Невысоким и являющимся скорее чистой формальностью, чем защитой. Да и нужна ли эта защита? Мало того, что вся территория квартала находилась за стенами, так и патрулировали несколько групп бойцов.

К чему подобная предосторожность я не знал, но скорее всего это связано с деятельностью главы рода Черновых. Всё-таки даже у верховного судьи есть враги, родственников которых он засадил в Обитель далеко и надолго.

— А здесь уютно, — донёсся до меня голос Софии, сидевшей рядом со мной и прислонившейся к плечу.

— Есть такое, — с кивком согласился я, поглаживая рукой талию девушки сквозь тёмное платье.

От былой усталости и какой-то болезненности не осталось и следа на её лице. Сейчас она с улыбкой смотрела в окно, нежась в моих объятьях и с трудом не мурлыча себе под нос. Ну а я, вернулся к своим думам, которые не давали мне покоя до дня рождения Артёма. И это связано не только с планом генерала, в котором мне отведена второстепенная роль, но и с девушкой рядом со мной. Разговор у нас состоялся и если я скажу, что он мне понравился, то нагло совру.

С большим трудом, манипуляциями и игрой слов, мне удалось выбить с Софии признание в двух вещах. Первое, что он беременна. Как не трудно догадаться, от меня. Второе же, в этом замешан тот, кого мне хотелось всей своей сутью придушить. И лишь то, что этот человек сейчас находится в Германской Империи, сдерживало меня от действий. Но ничего… Вернётся, гад ползучий, и я ему сломаю каждую кость в теле.

— Вить… Я знаю, что просила тебя уже об этом… — робко заговорила София, положив руки мне на колено. — Но прошу тебя, не надо убивать его.

— Не надо убивать его, — проворчал я, передразнив её, чем вызвал улыбку. — Я и не собирался, но простым разговором он не отделается.

— Он всего лишь желает своему роду добра, — приподнялись уголки губ девушки и он убрала одну руку с колена, положив её себе на живот и погладив. — И я рада, что всё случилось так, как случилось.

Вот только меня забыли спросить, рад ли я. Меня так-то семья ждёт в садах Смерти, а я тут потомков не своего тела плодить начал. И куда мне девать ребёнка? Воспитывать? Я уже забыл каково быть отцом!

Но сейчас речь не об этом, а о том, что одна падло свалила в Германскую Империю, почуяв неприятности для своей задницы и сбежав, сославшись на дела. Он даже трубки не брал от меня, отдав автоответчик на откуп. Но ничего, Лёша… Придёт весна — растет снег. Вы с отцом уже в печёнках у меня сидите своими интригами и подлыми способами затащить в род. Казалось бы, причём тут я, София и род Беркутовых? Да всё просто. Среди аристократов Российской Империи, да и не только в ней, существует такая тематика, как репутация. А теперь, минутка дедукции и соприкосновения всех моментов. Что будет с простолюдином, который обрюхатил потомственную аристократку, состоявшую в крепком союзе с других родом? По сути, для всей кухни благородных, София недвусмысленно приписана к роду Беркутовых, но без вассальной клятвы. И вот на сцене появляется Виктор Романов, закинувший карася в садок и метнувший икру. Для всех аристо, я теперь являюсь потенциальным членом рода Беркутовых, хоть и не на бумаге. И стоит какому-нибудь дерьму с моим участием всплыть, имперская канцелярия начнёт меня душить и недвусмысленно намекать на то, чтобы я принял предложение Беркутовых и взял на себя обязанности аристократа. Ну а ребёнок Софии стал своего рода спусковым механизмом всей этой кучи. Слишком сложно, муторно, тупо, бессмысленно… Но как есть. И я больше чем уверен, что отец Алексея уже придумал подлость, которая не оставит мне выбора. Хотя… Судя по тому, что идея с Софией и моим ребёнком была идея Алексея, то возможно придумал он.

— Гады ползучие… — злобно пробормотал я, на что София вновь погладила мою коленку. — Бошки бы поотрывал и забыл, как звали…

— Вить… — взмолилась Софа, пытаясь меня успокоить. — Прости меня, пожалуйста… Но на тот момент, я думал, что так будет лучше.

Думала она. Все самые хреновые последствия появляются как раз из-за вот таких дум. Лучшие побуждения толкают людей на глупые и необдуманные поступки, последствия которых бывают катастрофическими.

Не будь она матерью моего будущего ребёнка, моей женщиной и человеком, который стал мне близок, я бы уже послал в её пешее плавание по известным координатам. Как и Алексея, решившего сыграть подло. Но, что нельзя сделать с Софией, то можно сделать с моим другом. Голову оторвать к сожалению нельзя, но эта сволочь у меня долго будет у врачей валяться. И пусть только попробует воспользоваться помощью целителей, я ему устрою клизму со скипидаром, сниму это на видео и выложу в интернет.

Раздражённый и тяжёлый вздох покинул мои лёгкие, а мысли попытались собраться. Хотелось рвать и метать, но нельзя… Нужно сохранять самообладание и контроль. Эмоции полезны, но не в этом случае.

София же, видя, что я молчу и просто вздыхаю, зачастила с извинениями, как было в момент нашего разговора. Девушка не на шутку боится потерять меня и всей душой просила простить её за подставу. Да, именно подставу. До предательства подобное не дотягивает, но очень близко. Проще говоря, София прошла по очень, сука, тонкому льду.

— Я сказал это тогда и повторю ещё раз, — холодно проговорил я, заставив её замолчать. — Больше. Никогда. Так. Не. Делай.

— Н-не буду… Обещаю… Я-я… Больше никогда… — просипела она, не на шутку испугавшись. — Я такая дура…

В этом я с тобой согласен, Софа. Тебя развели, как глупую овечку, посулив пряник и мальчика, который тебе нравится. Хотя… Что с тебя взять, тебе же всего восемнадцать и в голове только ветер гуляет, особенно с учётом того, что ты была простолюдинкой.

Я в очередной раз вздохнул и заметил, что мы подъехали в нужному особняку.

Ну, что могу сказать… Черновы умеют, могут, позволяют, шикуют.

Высокий трёхэтажный кирпичный дом встречал нас своим величием и красотой. Большая территория была обставлена деревьями, подстриженными кустами в виде фигур животных. Возле невысокого крыльца стояли две жёлтые статуи львов и я не удивлюсь, если они из золота. Позади особняка во всю разгорались прожектора, были слышны крики и весёлый смех гостей, которые так же гуляли и на «лицевой» стороне территории дома.

Некоторые из гостей только прибыли, как и мы, поэтому пришлось подождать, пока они покинут авто и двинуться в сторону праздника.

— Мы на месте, господин, — обратился ко мне лысый водитель со знаком рода Беркутовых на воротнике рубашки.

— Ага, спасибо, — холодно бросил я и открыл дверь, опережая мужика, вышедшего из авто.

Мне пришлось взять машину Алексея и одного из парней базы, который отвёз нас сюда. Связано это не только с тем, что такси сюда банально не пропустят, но и с тем, что Антон вальяжно свалил на моём авто по делам. Везде подстава.

Я покинул транспорт и галантно подал руку Софии. Она с улыбкой приняла мой жест и, как только перехватила меня за локоть, мы двинулись в сторону особняка.

Музыка звучала, казалось бы, отовсюду. Гомон и весёлые крики усилились, сливаясь в какофонию звуков.

Лёгкий ветерок обдувал моё лицо и слегка трепал причёску Софии, на которую она потратила целых два часа. Два часа я ждал её в машине… Как же низко ты пал, Жнец…

Я сжигал империи, уничтожал города и страны, истреблял армии, проливал кровь миллионов… Меня называли Демоном, Истребителем, Убийцей, Посланником Смерти, Воплощением Страданий… Но всё это эфемерное и бессмысленное, когда необходимо ждать свою женщину, пока она сделает причёску и подберёт платье. А ведь я собирался ей всё высказать по этому поводу и поставить на место, как только увижу. Но вот… Увидел и всё. Сегодня София была по-настоящему прекрасна. Чёрное платье с глубоким декольте и вырезом бедра на правой стороне. Золотые серёжки, гармонирующие с подвеской на шее. Малое количество макияжа, подчёркивающий её красоту. Невысокий каблук тёмных туфелек и золотой браслет с инструктированными драгоценными камнями на ножке. Короче, я сдался. Не стал буравить её, а лишь вздохнул и в очередной раз убедился, что она стала для меня дорогим человеком. Это явно была не любовь, ведь люблю я только одну женщину, что ждёт меня. Но и привязанностью я тоже это назвать не могу. Неопределённое чувство, которое, признаться честно, заставляет меня нервничать. Ненавижу неопределённость, мать его!

— Вить, всё хорошо? — с беспокойством спросила она, посильнее сжав мой локоть и стараясь не обращать внимание на аристократов, заинтересовавшихся нами.

И в их интересе была причина. Всё-таки София объявила о себе и теперь каждая сутулая аристократичная собака знает, что она является потомком правящей семьи Французов. Ну а я, просто Виктор Романов, который может убить всех этих людей и не почесаться.

В какой-то момент, до поездки на день рождения Артёма, я даже приуныл от того, что всё так обернулось. Раньше было проще. Смерть давала задание — я его исполнял, проливая реки крови в мирах, где шла война. Теперь же, мне необходимо крутиться и вертеться, как уж на сковородке и наблюдать за этими благородными рожами.

— Да, — со вздохом кивнул я, заметив краем глаза одну черноволосую особу.

Она вышла из особняка в компании девушки, сильно похожей на Артёма. Две пигалицы, имя одной из которых Дарья Соколова, а другой я не знал.

— Даш, ты что застыла? — сквозь музыку услышал я мелодичный голос девушки, как я понял, сестры моего друга.

Вот только ответа Соколовой я не так и не разобрал. Мы зашли за угол особняка, двигаясь по каменной дорожке и вскоре оказались у «порога» праздника.

Мне на глаза сразу же попались широкие столы с белыми скатертями, битком набитые разнообразной кухней. Множество людей, разбитых на небольшие группы. Взрослые и подростки с разных академий и школ. Дети, бегающие туда-сюда и веселящиеся.

Также, в отдалении, я видел небольшую арену, явно возведённую одарённым стихии земли. Слишком сильно выделялась она из общей картины праздника своими монолитными чёрным блоками, что возвышали её. И уже сейчас, там вовсю разминались двое парней, чей спарринг был больше похож на бодание павлинов. Изящные движения, подобные танцу, характерные выкрики с ударами, больше похожие на нежные касания любовницы… Бред да и только. К чему эти танцы? Никогда не понимал подобного. Противника надо убивать, а не танцевать с ним.

— О-о-о, смотри, Вить! — слегка дёрнула меня София. — Вон Артём!

Повернув голову в указанном направлении, я увидел злосчастного изменника, что с кислой рожей стоял в окружении стариков и обречённо кивал.

Похоже, кому-то устроили старческое наставление о жизни. Ну, ничего, ему полезно. Не всё же время Кристину у стенки зажимать.

Стоило Артёму отвести взгляд от невысокой седовласой старушки и увидеть нас, как он сразу же улыбнулся и, быстро попрощавшись, подошёл к нам.

— Привет, ребят! — протянул он мне руку с более широкой улыбкой. — Рад вас видеть!

— И тебе привет, — ухмыльнулся я, пожав его лапу и позволив ему обнять Софию.

— Привет, Тём, — улыбнулась девушка и, разорвав объятья, вручила ему красную коробочку, что до этого несла в руке. — Это тебе от нас с Витей. C Днём Рождения!

— Спасибо, ребят! — расплылся тот в благодарности и с блестящими от интереса глазами, сразу же открыл подарок. — Офигеть… — прошептал он и хоть из-за музыки его было плохо слышно, я смог разобрать сказанное.

В полном удивлении, он достал и коробки подарок и покрутил его в руках, пытаясь понять, что это. Длинный в обхвате руки от запястья до половины предплечья эластичный чёрный наручь, который на первый взгляд кажется обычным напульсником. Но Артём не дурак и прекрасно понимал, что я и София не стали бы дарить ему подобную ерунду.

— Признаюсь честно… — слегка замявшись, заговорил. — Я не понимаю, что это. Напульсник?

— Я же сказал, что он не догадается, — хмыкнул я, а Софа улыбнулась.

— Ребят, — укоризненно посмотрел Артём на нас. — Ну не томите.

— Надень его и скажи — Доброе Утро, — моя ухмылка стала ещё шире, а лицо моего друга вытянулось в недоумении.

— А-а… Кхм… — прокашлялся он и, напялив наручь, сказал: — Доброе Утро.

После сказанных слов, наручь в одно мгновение сжался на руке Артёма, плотно припав к коже и шокировав парня. А после… Началось то, что во многих мирах принято называть — Магией.

Вдоль внешней стороны предплечья потянулись синие линии, распространяясь по всему устройству, после чего перед глазами Артёма предстало множество небольших окошек. Дата и время, состояние здоровья, пульс, соотношение мышц и количества жира в организме, новостные сводки, соцсети и множество других функций. Даже процент содержания алкоголя в крови показал, сразу же дав понять, что Тёма уже приложился к шампанскому.

Подобное светопреставление не осталось незамеченным и множество глаз сразу же посмотрели на нас с интересом. В этом мире ещё не у кого нет подобного устройства, что в мире Карпова носил название PipBoy — Maximus. Не знаю, кто придумал первые прототипы подобной игрушки, но ещё со времен дружбы с Карповым, я видел его первые модели. И, признаться честно, они оставляли желать лучшего. Громоздкие, массивные, неудобные… Эта же игрушка, совсем иная. Пришлось правда заручиться поддержкой Александра и его лабораторией. А дальше, две бессонные ночи, куча нервов с программированием нанороботов и готово.

— Я-я… В шоке… — просипел Артём, завороженно смотря на окошки и тыкая в них пальцами, от чего те менялись и показывали ту или иную информацию. — Это… Мне никогда ничего подобного не дарили…

— Пользуйся на здоровье, — хмыкнул я, похлопав его по плечу, а София с улыбкой кивнула.

Она тоже приложила свои силы в создании этого устройства. Правда, вся её работа сводилась к тому, чтобы не мешать нам с Александром, бегать за вкусным кофе через дорогу и делать бутерброды. Но даже такой вклад, был более чем значим.

Подавив желание и дальше продолжать лазить в новой игрушке, мой друг со вздохом снял её, сказав: Спокойной Ночи. Умный парень, сразу догадался, как нужно отключить. Ну а после, мы двинулись к столу, разговаривая обо всём и не о чём. Артём поинтересовался буду ли я участвовать в спаррингах и передумал ли я, на что увидел лишь моё пожатие плечами.

За такой, отчасти, нескучной беседой прошло минут двадцать, пока за нашими с Софией спинами не прозвучал знакомый голос:

— Ну здравствуй, Виктор Романов.

Предвкушающая улыбка сама собой налезла на лицо и я обернулся, столкнувшись взглядом с этим человеком.

— Здравствуйте, мистер Шефер.

Глава 22

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

Стоило Софии увидеть Адама Шефера, она сильно сжала мою руку. В её глазах стали появляться задатки страха, а пальцы подрагивать. Артём же с трудом старался не поморщиться, но вышло у него это очень плохо.

— София, — улыбнулся Шефер. Его маслянистый взгляд буквально раздевал девушку, задержавшись на вырезе декольте.

Артёма он почему-то проигнорировал и я понял, что этот тип прибыл раньше нас. Похоже, он уже успел поздороваться с именинником и вручить подарок.

Музыка набирала обороты, как и веселящиеся голоса вокруг нас. Алкоголь постепенно раскрепощал народ и развязывал языки. Множество молодых парней и девушек постепенно смещались к импровизированной арене, обсуждая, как будут сражаться и впечатлять старшее поколение.

— Ребят, — спокойно обратился к нам Артём, косясь на Шефера. — Мне нужно покинуть вас ненадолго.

— Хорошо, Тём, — легко улыбнулся я, не обращая внимания на серьезное лицо друга.

Его рука быстро поставила на стол стакан игристого шампанского и он, словно волнорез, двинулся куда-то вглубь праздника, оставив меня с Софией и Шефером одних.

Сам же американец молчал и со странной улыбкой смотрел лишь на Софу, которая от его взгляда терялась и хотела спрятаться.

— Как тебе праздник, Виктор? — безразлично обратился ко мне Шефер, посмотрев в глаза.

— Черновы хорошо постарались, — пожал я плечами.

— Согласен, — приподнялись уголки его губ. — Жаль, что мой сын не смог прийти сюда и показать себя на арене. Врачи говорят, что его недуг неизлечим.

Стоило Шеферу произнести последнее слово и я увидел, как его глаза вспыхнули яростью. Внутри них зарождалась настоящая буря из ненависти, гнева и желания крови.

— Соболезную вам, — наигранно вздохнул я, на что челюсть мужика сжалась, а губы сдвинулись в тонкую линию.

Но прошла секунда и от былой ярости Шефера не осталось и следа. Вместо этого, он звонко и как-то безумно рассмеялся, чем вызвал заинтересованные взгляды стоявших и проходивших рядом людей.

Как только смех стих, он сделал глоток шампанского и, покрутив бокал, посмотрел на его дно, будто в поисках ответов.

— Знаешь, Виктор, — загадочно заговорил он. — Среди всех кланов и родов Западного Союза, Шеферы считаются одними из древних. Мы застали мировые войны, чуму, революцию, катаклизм. Мы выжили, пройдя через настоящий ад и продолжаем жить. Наши дети являются одними из сильнейших одарённых. Члены нашего клана всегда занимали посты в высших эшелонах власти… Но так же, у нас богатая история.

Я слушал его не перебивая и то и дело прикладываясь к сладкому и вкусному шампанскому.

— Однажды, мой дед рассказал мне историю, — продолжал Шефер вещать, а София бегала глазами от меня к нему. — Во время войны с Германской Империей, он служил советником генерала тридцать восьмой армии. Их задачей было взять армию противника в клещи и ударить в тыл, как только поступит приказ. Но ночью, перед операцией, на их расположение напали… Мой дед, думал, что вокруг начался огненный ад и армия противника атаковала неожиданно. И лишь потом, он узнал, что это был один человек. Человек, что в одиночку оставлял за собой трупы, реки крови и отчаяние. Человек, который пощадил моего деда и оставил лишь одного выжившего. Человек, который представился моему деду, как — Жнец.

На весь его словесный поток я просто приподнял бровь. Если этой историей Шефер хотел раскрыть мне тайны мироздания, то он ошибся. Я и без него знаю, что Жнецы путешествуют по мирам и судя по всему, в расположении армии его деда, была цель задания.

— И вот, что удивительно, — поднял Шефер глаза с бокала и пронзительно посмотрел на меня. — Он владел силой, находящейся за гранью понимания обычных людей и даже одарённых. Скорость, физическая мощь… И тёмно-серое пламя, что сжигало всё на своём пути… Я поднял все источники, что были доступны моему клану. Каждую крупицу истории о тех, кто является слугой своей госпожи, имя которой — Смерть. Я желал узнать, что движет этими людьми. Какова цель их прибытия в наш мир и чего они желают. Но больше всего, я хотел провести параллель с тем, что произошло на арене, где пострадал мой сын в битве с парней, обладающим странными силами. И я провёл её…

— Занимательная история, — кивнул я и сделал глоток, краем глаза видя, что Софа побледнела. Она хоть и не знала всей правды обо мне, но явно догадывалась о чём-то. Всё же, женская интуиция никогда не спит.

— На записи с камер арены, видно, как на твоей руке появляется то самое тёмно-серое пламя, после которого Джейкоб превратился в овоща. — взгляд Шефера изменился со спокойного на острый и пронзительный. — Ты выжег его личность и душу. Да, Жнец?

Услышав его слова, София посмотрела на меня со смесью непонимания и нотками страха. Не удивлюсь, если сейчас её разум пытается всеми силами воссоздать картину, начиная от нашего знакомства и заканчивая сегодняшним вечером.

— То есть, — беззаботно улыбнулся я. — Вы считаете, что я один из этих самых Жнецов? Прислужник Смерти и убийца?

— Пока что, всё указывает на это, — криво ухмыльнулся он.

— Интересная теория, — покивал я.

Может нахер план Соколова? Просто удавлю этого ублюдка здесь. И поминай, как звали.

— И если я не ошибся, — странным голосом заговорил Шефер, будто бы решаясь на что-то. — То я хочу предложить сделку.

— М-м? — наклонил я голову набок, чувствуя нарастающее раздражение.

Он бесил меня. Вымораживал своим взглядом, которым то и дело гулял по Софии и желал её. Я хотел выжечь его душу и отправить её не в сады Смерти, а туда, где правят лишь бесконечная тьма, боль и страдания. Отправить его к самой Бездне, которой плевать на суть душ разумных.

Тьма частично заклубилась за моей спиной, что не укрылось от Шефера и заставило его глаза расшириться. И вслед за тьмой, мои глаза вспыхнули тёмно-синим могильным светом, насыщенные энергией Смерти. Жнец, который больше не нуждался в поводке и клетке, готов был ощериться в одно мгновение. Тьма моей души была солидарна со мной. Всё, что принадлежит нам, не оберёт никто!

— Кхм… — прокашлялся Шефер, а его лицо слегка побледнело. — Я хочу предложить сделку. — повторился он. — Ты сделаешь так, что мой сын вновь станет прежним и отдашь мне Софию. А я, перестану пытаться копать под тебя и оставлю в покое.

— Два вопроса, — хищно ухмыльнулся я, а Софа, услышавшая мой скрипучий голос и предложение ублюдка, схватилась за руку ещё сильнее. — Даже если я Жнец, то почему должен тебе верить? И второй… Зачем мне договариваться с тобой, если я могу просто убить тебя?

Я видел, как лицо Шефера после моих слов меняется с бледного на могильно белое. Его глаза частично забегали от меня к Софии и обратно.

Освободившись от хватки Софы, я поставил бокал на стол и подошёл к Шеферу вплотную. Он был чутка выше меня, но не критично.

— Знаешь, Адам, — наклонился я к его уху и прошептал, от чего мужик вздрогнул. — Такие, как ты, всегда вымораживали меня. В тысячах миров, где я побывал, всегда найдётся ублюдок, решивший, что его яйца из стали. Не будь ты глупцом и пойди на компромисс сразу же, я бы пощадил тебя. Но… Ты совершил одну ошибку. Ты и твой ублюдок решили забрать моё. То, что принадлежит мне. А тех, кто совершает подобное… Я убиваю.

— Если ты убьёшь меня, вся информация о тебе попадёт к нужным людям, а клан отомстит, — хрипло ответил он, скосив на меня взгляд.

— Думаешь, мне не плевать? — хищно улыбнулся я и тьма заструилась по ткани чёрного костюма. Её было плохо видно из-за сумерек и теней прожекторов, но не тем, кто стоял вблизи. — Я утоплю весь твой клан в крови и сделаю так, что Шеферы больше не смогут похвастаться своим долголетием и историей. Твой сын, был первым. А дальше… Как насчёт тебя? Ты готов умереть, Адам Шефер?

— Если всё дело в женщине, — вновь подал голос этот ублюдок, а моё терпение с каждым мгновением таяло. — То я готов отдать тебе стольких, скольких ты пожелаешь. Любых из моего клана и союзных родов. Благородных дев, чьи корни уходят в мировую историю. Мне нужны лишь София и мой сын.

— Хорошее предложение, — моя улыбка стала ещё шире, а из лёгких Шефера вырвался облегчённый вздох и он улыбнулся Софе, от чего она крупно вздрогнула. — Но есть одна проблема…

— К-какая?… — его улыбка мигом слетела.

— София, моя женщина, — я поднял руку и на пальцах появились тёмно-серые огни. — А то, что моё… — приблизил я пламя к его глазам, от чего он буквально застыл. — Я не отдаю никому.

Шефер резко отстранился от меня и помотал головой. Его кулаки сжались, с глаз слетела пелена страха и он посмотрел на меня в ярко выраженном гневе.

— Ты идиот, Виктор. Я пытался с тобой договорится, но ты слишком глуп. — процедил он и, развернувшись, быстро стал покидать праздник.

Я смотрел в его спину и продолжал улыбаться. Не знаю, чем думал этот человек, решивший, что может торговаться со мной после всего, что сделал он и его сын. Угрозы, шантаж, вымогательство, высокомерие. Всё это было самой сутью Адама Шефера, решившего, что может торговаться со Жнецом. Угрожать мне, пытаться убить, возжелать мою женщину… Он сам подписал себе смертный приговор, который вскоре придёт в исполнение.

Боялся ли я гнева его клана? Нет, мне плевать. Десятки, сотни, тысячи… Какая мне разница, сколько умрёт людей клана Шефер? Пусть приходят. Пусть мстят. Пусть пытаются убить меня, как многие пытались до этого.

— Жизнь — ничто. Смерть — вечна, — прошептал я и услышал на границе сознания хриплый женский смех.

Я знаю, что ты наблюдаешь за мной, старуха. Что ж… Вскоре, ты получишь новые души в свои сады.

Вслед за моими мыслями смех зазвучал более отчётливо и раскатистее.

Вернувшись к Софии, мы продолжили наслаждаться праздником и пробовать разнообразные закуски. Я видел, что девушку мучают множество вопросов, которые она желала задать, но терпела.

Что ж… Вскоре, мне придётся посвятить её в правду, если такова будет нужда. Скрывать от неё кто я, вряд ли имеет смысл. Особенно, если я доживу до рождения ребёнка.

Среди таких, как Я, дети редкое явление, ведь Жнецами движет лишь выполнение цели и исполнение контракта. Дети… Принесут лишь душевную боль потери, от которой не избавиться и которая может лишить Жнеца рассудка, ввергнув его в безумие. Именно поэтому, подобные прецеденты, как мой, довольно редки.

Но есть и обратная сторона. Ребёнок этого тела, что я занял, станет уникумом в этом мире. Энергия Мира, что переполняла тело Софии, войдёт в резонанс с моей энергией Смерти. Да, я не накапливаю её в сосуде, как одарённые этого мира… Но после боя или проявления, она частично оседает в теле, после чего выветривается. И раз наш секс с Софой произошёл после бала, то всё становится очевидным.

Возникает вопрос, откуда я знаю про подобные моменты, ведь детей в иных мирах у меня нет. Всё дело в одном человеке, с которым однажды пересёкся мой путь. Его звали Сандор Белл. Мужчина и Жнец, родившийся в мире, где правят сталь и магия. Именно он стал тем, у кого я впервые увидел ребёнка. Зачал он его правда с белокурой сидхе, но это другая история… Суть же в том, что их сын, обладал не только способностями своей матери повелевать льдом, но и силами Жнеца. Я лично видел, как пятилетний мальчишка вспыхнул тёмно-серым пламенем бездны, беззаботно хихикая и играя на траве. Как он смог применить печать в подобном возрасте, остаётся загадкой, но что есть, то есть. Хотя… Я больше склоняюсь к тому, что здесь сыграли гены его матери. Сидхе не люди, а духи, и магия у них в крови. Они оперируют ей словно маэстро, делая это инстинктивно.

— Вить, — услышал я голос Софии, выбивший меня из мыслей.

— Что такое?

— Всё хорошо? — взволнованно спросила она. Хоть Шефер и покинул нас, но осадок остался и Софии было неуютно.

— Да, — улыбнулся я и дополнил: — Просто задумался о нашем ребёнке.

— Вот как… — покраснели её щеки. — И о чём ты думал?

— Что он станет самым сильным, — хмыкнул я, а Софа улыбнулась и прижалась ко мне.

— Признаюсь тебе честно, — горячо прошептала она мне в ухо. — После того, как ты повёл себя с Шефером, мне стало очень горячо.

Слегка отстранившись, я с приподнятой бровью посмотрел на Софу и увидел, как та покусывает нижнюю губу. Её опьянённый взгляд то и дело гулял по моему лицу, а изо рта вырывалось горячее дыхание, обжигающее мою шею.

Мда уж… То, что я принял за остатки страха и паники, оказалось банальным желанием похоти и разврата. Похоже, даже спустя множество жизней я не смогу разобрать, что у женщины в голове. Моя логика тупо даёт сбой и говорит разбираться самому.

Моя рука обхватила талию девушки, от чего она издала тихий стон, а моя шея вновь почувствовала горячее дыхание.

— И что ты предлагаешь? — улыбнулся я и решил войти в игру, где нет правил.

— Здесь должны быть гостевые комнаты. Мы можем пойти туда, — провела она рукой по моей спине и резко опустила её вниз, схватив за задницу.

Лишь с трудом я не подпрыгнул от подобного фокуса. Вот чего-чего, а подобного я от Софии не ожидал. Неужели её так с алкоголя разнесло?

Опустив взгляд, я посмотрел в её глаза и увидел в них настоящий пожар с танцующими бесятами. Почему-то, я был уверен, что не находись здесь куча народа, она уже бы срывала с меня одежду.

Хмыкнув, я решил подогреть интерес и, прижав её к себе, поцеловал. Горячие, чувственные и влажные. Они были на вкус, как спелая клубника. И я нагло совру, если скажу, что мне не сорвало башню.

Я чувствовал, как учащённо бьётся её сердце, с каждой секундой ускоряясь. Ощущал, как кровь вскипела в моём молодом теле, гормоны подняли настоящий бунт, а мысли улетучились куда-то вдаль.

— Думаю, — с улыбкой произнёс я, как только наши губы расцепились. — Мы можем сходить на разведку… Так сказать, осмотреть дом.

Без слов, София схватила мою руку и потащил в сторону особняка, на что оставалось лишь ухмыляться и думать, как я вообще оказался в подобной заднице. Впрочем… От ответственности никуда не деться.

Мы покинули территорию столов и групп людей, взяв курс в особняк, а именно к его чёрному ходу, являющимся двухстворчатой белой дверью.

Но только моя рука коснулась ручки и опустила её, изнутри показалась голова удивлённого Артёма. Он явно не ожидал нас здесь увидеть и скорее всего думал, что мы до сих пор возле столов.

Его глаза быстро пробежались по нашим разгорячённым лицам и так же он заметил учащённо вздымающуюся грудь Софы.

— Второй этаж, третья комната слева, — с шальной ухмылкой произнёс он и подвинулся, впуская нас в дом.

— Мы скоро, — рыкнула Софа и взяла меня на буксир в сторону лестницы.

— Удачи, дружище! — крикнул мне в спину Артём и добавил: — Потом найди меня, отец хотел с тобой познакомиться!

Мы быстро поднялись по лестнице и нашли нужную дверь, которую Софа чуть не снесла с петель.

Вот это я понимаю… голодная женщина.

Оказавшись внутри, я сразу же осмотрел обстановку гостевой комнаты, что из-за света с улицы было не проблематично. Несколько деревянных шкафов и комодов. Двуспальная кровать по бокам от которой стояли тумбочки. На полу лежал махровый ковёр, а на стене висел огромный плазменный телевизор.

Дверь за спиной захлопнулась и, сзади, меня обхватили тонкие руки девушки, расстёгивая пуговицы пиджака и рубашки.

— Ты даже не представляешь, как долго я ждала этого… — горячо прошептала она мне в ухо и я ощутил прохладную кожу ладоней на своей груди.

Ухмыльнувшись на её слова, я позволил девушке наслаждаться изучением моего тела, пока в один момент она с какой-то необычайной силой не бросила меня на скрипнувшую кровать.

С лёгком удивлении я смотрел на то, как Софа медленно идёт ко мне, колдуя пальцами с застёжками платья. И эти пальцы тускло сияли зеленоватым светом, которым обладают только целители.

Доля секунды и она повела плечами. Платье соскользнуло с неё и она предстала передо мной в чёрном кружевном белье, явно сделанном на заказ.

Даже во тьме помещения, разгоняемого лишь светом с улицы, я смог рассмотреть её красоту. Плоский животик, осиная талия, налитые спелые груди, что так и норовили вырваться из плена ткани, идеальные ножки и украшающий их женский цветок в который частично впилась ткань трусиков.

С грацией кошки и плотоядной улыбкой, София подошла к кровати и залезла на меня сверху, склонившись к лицу.

Её грудь учащённо вздымалась, горячее дыхание обжигало меня, аромат духов и девушки кружил голову, а волосы будто оградили весь внешний мир, позволив нам смотреть друг другу в глаза.

— Теперь, — томно прошептала она. — Мы можем не торопиться.

Не став что-либо отвечать, я просто отдался инстинктам и припал к её губам, будто путник нашедший заветный оазис.

Кровь в моём теле больше не кипела. Вместо этого, он бурлила, будто в жерле вулкана.

С рыком, я подмял Софию под себя и оказался сверху, мигом снимая одежду и бросая её куда попало.

Да… Мы можем не торопиться. И пусть весь мир подождёт…

П. А. Следующая глава будет ближе к полуночи)

Глава 23

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

Лёжа в объятьях на смятой простыне, мы с Софией наслаждались мимолётным моментом. Её голова находилась на моей груди, а правая ножка закинута. Я же в свою очередь медленно гладил её бархатную кожу, чувствуя по пальцами капли влаги.

Мы не разговаривали и просто лежали, чувствуя умиротворение находясь рядом друг с другом.

Музыка за окном разгоралась во всю, как и крики людей. Я слышал возгласы, улюлюканье и громкие подбадривания людей, чьи дети сейчас сражались на импровизированной арене. И хоть наш небольшой, но интенсивный, марафон продлился не больше двух часов, мы были всё ещё полны сил. Я чувствовал, что хоть София и утолила свой голод, но сделала это не до конца.

Рука поднялась выше и кожа ладоней почувствовала шелковистые волосы. И чем дольше я гладил их, тем сильнее мурчала девушка на моей груди, довольная, как кошка дорвавшаяся до банки сметаны.

Мои глаза лениво осматривали последствия наших игр, замечая то тут, то там, разбросанные вещи с тумбочек. Будильник, подставка для телефона, две лампы, ваза с фруктами. Всё это находилось на полу и создавало действительно странную картину хаоса, особенно разбросанные по полу яблоки и апельсины.

— Вить… — услышал я её довольный голос.

— М-м?

— Ты поедешь со мной, после праздника? — задала она странный вопрос.

— Ну разумеется, — улыбнулся я, хоть она и не видела. — Мы же приехали вместе.

— Ты… Не понял… — пододвинулась она и подняла голову, посмотрев на меня снизу-верх своими разными глазами. — Я имела ввиду, поедешь ли ты ко мне…

— Миледи всё ещё не насытилась? — ухмыльнулся я, легонько сжав правду ягодицу девушки.

— Дурак… — с томным выдохом ответила она и улыбнулась. — Просто… Ты бы мог остаться у меня, чтобы тебе не пришлось возвращаться в академию или квартиру. Ты же знаешь, что у меня свой особняк.

Конечно же я знал, что у неё есть свой особняк. Находится он на территории рода Беркутовых и представляет собой двухэтажный неплохой домик с огороженной стеной, гаражом и охранной. И конечно же, я знал, какая там защита и что сделал отец Алексея для безопасности Софы. Ещё в тот момент, когда Алексей случайно обмолвился о нём при нашей встрече, я сразу же проверил особняк.

— Почему бы и нет, — пожал я плечами, вновь поглаживая девушку.

— Ты лучший! — просияла она и натурально замурчала, начав тереться своей щекой о мою грудь, постепенно осыпая её поцелуями.

Так продолжалось несколько минут, пока я не начал чувствовать, что такими темпами мы начнём очередной марафон. Естество этого тела вновь начинало кипеть, а кровь приливать не к той голове. Но нельзя. Артём сказал, что его отец хотел со мной познакомиться и хоть мне по большей части плевать на аристократов, но Сергей Петрович не сделал ничего плохого лично мне. И судя по тому, что я узнал о нём, он мужик достаточно крутой и мировой, так зачем оскорблять хозяина дома и нежиться в кровати?

Вот только нужно для начала решить один вопрос. Важный вопрос.

— Сонь, — спокойно обратился я к девушке.

— Да? — улыбнулась она, а её пальцы медленно играли с моим соском.

— Мой разговор с Шефером. Ты слышала всё, от начала и до конца. Я хочу знать, что ты думаешь?

— Ты о том, кем он тебя считает? — вздохнула она, а я кивнул. — Мне без разницы, Вить. Даже если ты и правда тот самый Жнец, то пусть будет так. Я понимаю, что ты не можешь рассказать мне всей правды, потому что хочешь защитить меня и этого мне достаточно. Как бы это не звучало… — ухмыльнулась она. — Я женщина. А женщина должна находится позади мужчины и не задавать глупых вопросов. Единственное…

— Что? — улыбнулся я. — Сейчас, у тебя есть шанс на моё откровение.

— Ты и правда был в других мирах? — выдала она, как на духу.

Мда уж… Я думал она спросит нечто иное, а не подобную банальщину. Впрочем, что для меня норма, для неё фантастика.

— Правда, — кивнул я и её глазах вспыхнул огонь интереса. — Хочешь послушать?

— Очень! — чуть ли не крикнула она, вцепившись в мои грудные мышцы. — Я очень много читала про мифические расы существ в книгах! Вот мне и интересно!

— Что ж… — задумался я, пожевав губы. — Для начала, все эти расы не миф, — расширились её глаза, а дыхание перехватило. — Эльфы, Альвы, Орки, Гномы, Сидхе, Фейри, Проклятые и многие другие… Они действительно существуют в других мирах. В мирах, где либо правит магия и сталь, либо технологии и разум. Ты, наверное, думаешь, почему тогда о них известно здесь? В виде мифа.

— А-ага… — прошептала она, кивнув, как совёнок.

— Частично из-за таких, как я, — хмыкнул я. — Мы приходим в миры и часто, наши тела не имеют за плечами ничего. Ни денег, ни жилплощади, ничего. Вот и приходится крутиться.

— То есть, — шокировано приподнялась она и села на меня сверху. — Толкин, написавший сагу «Властелин Колец» был не из этого мира?

— Возможно, — улыбнулся я.

— Офигеть… — прошептала София, смотря на меня, как на какое-то сокровище. — И-и что в них… Ну, в этих мирах…

— Да ничего особенного, — вздохнул я, поглаживая её бёдра. — Эльфы не такие, как их рисуют люди. Высокомерие чуждо им, как и гордость. А вот лень и пофигизм… Это да… Про них. Их не волнуют войны и захват власти, вместо этого они наблюдают за деревьями и цветочками, находясь в гармонии с природой. Все проблемы с соседями решает их совет домов, который поддерживает союзы с остальными расами и предоставляет им товар, который производят лишь эльфы.

— Что это за товар такой? — наклонила она голову набок, мило сморщив носик.

— Да много чего, — пожал я плечами. — Пыльца золотых пчёл, громовая древесина, тысячелетние травы и растения, шелка, производимые ручными пауками, которые подчиняются лишь эльфам. Они производят много чего, что недоступно остальным.

— А не проще их захватить, чем торговать? — задала она логичный вопрос.

— Это легко сказать, чем сделать, — хмыкнул я. — Хоть эльфы и мировой народ, у них есть то, что можно противопоставить захватчикам, начиная от энтов, что защитят лес и заканчивая хранительницей рощи.

— А это кто? — завороженно спросила она, услышав только последние слова.

— И да будет избрана невинная дева, что отмечена богиней луны и звёзд. И не познает народ лесной бед под её защитой, ибо шаг её несёт для друзей благо, а для врагов — смерть. Она буря, клинок и милосердие, что бдит на страже своего народа, пребывая в мирном сне в корнях мирового древа и ожидая часа. — зачитал я строки из одной книги, попавшей мне в руки в одном из миров.

— Вау… — выдохнула Софа и улыбнулась. — И ты видел всех, кого ранее назвал? — мой кивок. — А кто такие проклятые? А гномы?

Похоже, вниз мы так и не спустимся… Но ладно, ещё есть время.

— Проклятые… Их название говорит само за себя. Это смертные, что когда-то были прокляты ведьмами, ведунами, колдуньями и другими, кто владеет чёрной магией. Правда, их колдовство и проклятье можно снять, но не в том случае, если его наложил какой-нибудь бог. На своём пути, я однажды столкнулся с общиной вампиров. И знаешь… — сделал я паузу, а она затаила дыхание. — В моих глазах, они были лучше, чем люди. Да, они пили кровь, убивали и порой действовали лишь с холодным расчётом. Но я ни разу не видел, чтобы это происходило без нужды. Они не брали больше, чем нужно и меньше, чем нужно. Ими не двигало желание власти, убийства или ещё какого-нибудь низменного инстинкта. Лишь утоление голода без нарушение мирового баланса…

Сам того не замечая, я ушёл в воспоминания об этом народе. И хоть для Софии всё это казалось сказкой, судя по её глазам, мне было тошно. Да, я говорил ей правду и считал тех вампиров лучше людей… Вот только именно я убил их. Вошёл в доверие, что было очень сложно, и убил. Мужчины, дети, женщины… Каждого в тот раковой день коснулась длань Жнеца, потому что таково было моё задание.

— З-за что?… — вспомнил я вопрос и боль в глазах той, кто привела меня в свою семью. Первого человека, получившего доверие вампира.

Я помнил, как она лежала на окровавленной полу замка, прижимая руку к пробитому животу. Валира фон Карштайн… Прекрасная и добрая девушка, являющаяся внучкой патриарха и наследницей общины.

— Потому что такова моя цель, — холодно ответил я и вслед за моими словами тёмно-серое пламя уничтожило её.

Именно тогда, убив каждого на своём пути и выполнив задание, я впервые ощутил, какого это… Быть предателем. Крик Валиры и её глаза, смотревшие на меня с болью и непониманием, до сих пор снятся мне в кошмарах. Она не заслужила своей участи, как и её община. Вот только Смерть это не волновало.

Именно в тот день, выходя из горящего замка, я первые почувствовал, что во мне что-то надорвалось. Я, вроде бы, даже плакал… А может и нет, и я всего лишь пытаюсь найти себе оправдание.

— Вить?… — донёсся до меня обеспокоенный голос Софы, выбивший из мыслей.

— М-м? — посмотрел я на неё и ощутил, как из левого глаза, по щеке, прокатилась одинокая слеза, которую я быстро смахнул.

— Всё хорошо?

— Да, — выдавил я улыбку, чем успокоил её. — Нам надо спускаться, Сонь.

— Знаю, — вздохнула она и грациозно слезла с меня, а после и с кровати.

Я смотрел, как она начинает одеваться и в этом моменте было больше эротичного, чем в раздевании. Впрочем, долго наслаждаться не было времени и я так же слез с кровати, начав подбирать одежду и одеваться.

И хоть я чувствовал себя окрылённым после проведенного с ней времени, но после воспоминания о Валире, настроение ушло на спад. Скольких я убил, кто был похож на неё? Много. Очень много. Тех, кто встречал меня с улыбкой и начинал доверять. Может поэтому я и решил не заводить друзей и знакомства, решив ограничиться лишь малым кругом? Скорее всего, это так. Слишком… Больно… Убивать тех, с кем недавно делил хлеб и преодолевал невзгоды.

— Вить, точно всё хорошо? — вновь она задала тот же вопрос. — Ты как-будто изменился после нашего разговора.

— Точно, — выдавил я очередную улыбку, застёгивая рубашку.

Всё хорошо, Сонь… Просто в очередной раз вспомнил, кто я есть на самом деле.

* * *

Артёма мы нашли в окружении молодёжи. Я видел стоявших рядом с ним Дарью Соколову, сестёр Майер Эльзу и Амалию, Патрика и других, незнакомых мне. Каждый из них держал в руке бокал с шампанским, поддерживая разговор, улыбаясь и смеясь.

— А вот и они, — хмыкнул Тёма, увидев нас, от чего многие повернули головы в нашу сторону. — Ну как вам гостеприимство рода Черновых? — поиграл он бровями.

Суть его вопроса понял каждый стоявший в компании и если парни наградили меня одобряющими ухмылками, то знакомые мне девушки подозрительно прищурились и буквально прожигали Софию глазами, от чего та краснела.

— Моё уважение роду Черновых, — отсалютовал я бокалом шампанского, взятого с подноса проходящей рядом служанки.

— А мы тут как раз обсуждали предстоящий турнир, который будет проходить параллельно с военными играми, — улыбнулся Артём, парни согласно закивали, а девушки закатили глаза.

Турнир? Что-то я не слышал о нём ничего. Вот что значит, выпал из жизни общества.

— Что за турнир? — приподнял я бровь.

— Мировой, между школ и академий, — озорно стрельнула Эльза глазами в мою сторону, дав ответ.

— И почему я не удивлена, что ты не в курсе, — фыркнула Амалия и сделала глоток шампанского. — Что ещё взять с неотёсанного простолюдина.

— В-о-о-от как… — присвистнул я, проигнорировав слова девушки.

Я совру, если скажу, что сёстры Майер, являющиеся дочерями Германского императора, были не хороши. Каждая из них была одета в обтягивающее платье, подчёркивающее внешние достоинства девушек и будоража сознание. На Эльзе было надето тёмное платье, что с её волосами цвета воронова крыла, смотрелось впечатляющие. Её сестра же, облачилась в белоснежное, гармонирующее с пепельным цветов волос, убранных в хвост. Про украшения я вообще молчу. На этих девушках их было столько, что глаза начинали рябить.

Дарья же, которую я по приезду видел в компании сестры Артёма, оделась в бордовое платье с глубоким вырезом декольте. С поджатыми губами, на смотрела на меня своими красными глазами, буквально сканируя вдоль и поперёк, то и дело соскальзывая на молчащую Софию.

— Он будет проходить у нас в Москве, — заговорил Патрик, подцепив пальцами тарталетку со стола и неуклюже скушав её, от чего Амалия поморщилась.

— Невежа, — фыркнула она.

— Мфпне пофпнгу, — с набитым ртом ответил Патрик, махнув рукой.

Ого, я думал он струсит что-то ответить Амалии, всё же дочь императора и благородная. Но нет… Не промолчал. Растёт походу.

— Ты будешь участвовать, Вить? — с улыбкой спросила Эльза, крутя бокал в руке. — Заявку может подать любой желающий из академии.

— Не знаю, — пожал я плечами и обнял Софию, что не укрылось от взора дам. — Там видно будет.

— Да куда он денется, — хмыкнул Тёма. — Придёт на турнир и раздаст люлей, взяв первое место.

— Ой ли? — наигранно удивилась Амалия и с ухмылкой, спросила: — И кто это говорит, Аид или Артём Чернов?

После её вопроса в компании образовалась тишина и все глаза были обращены на именинника, что с шальной улыбкой крутил бокал в руке.

Что ещё за Аид? У меня такое ощущение, что вся информация просачивается без моего участия и мне остаётся лишь тупить.

— Аид уже давно не участвует в нечто подобном, — ответил Тёма и сделал глоток. — Как говорится: Прошлое в прошлом.

— Это ты Рикардо Милосу скажи, которого раздавил, как клопа в свободном турнире прошлого года, — фыркнула Амалия, а Артём улыбнулся и пожал плечами.

— Сестра, хватит, — укоризненно сказала Эльза, взяв девушку за руку и сжав. — Держи себя в руках.

— Да ну вас, — вырвалась она и быстро пошла в сторону арены, где продолжались бои, похожие на танцы.

— Простите её, — со вздохом, улыбнулась Эльза. — Сегодня она не в духе.

— Эта стерва всегда не в духе, — меланхолично ответила Дарья, на что получила угрожающий взгляд черноволосой.

— Ваши проблемы с моей сестрой, леди Соколова, оставьте в стенах академии. Нечего их выносить в приличное общество, — нравоучительным голосом, сделала замечание Эльза, убрав локон волос за ушко.

Мда уж… Всё таки хорошо, что я хоть и появляюсь в академии, но делаю это сквозь пальцы. Я бы уже вскрылся, находясь в обществе этих благородных кур и слушая подобный бред.

— Тём, — обратился я к другу.

— М-м?

— Твой отец, вроде бы хотел познакомиться со мной.

— Да не переживай, — махнул он рукой. — Он сейчас разговаривает со старейшинами рода и пока эти старики опустят его, пройдёт ещё немало времени.

Вслед за словами Артёма, София слегка дёрнула меня за рукав и, как только я наклонил к ней ухо, она томно прошептала:

— Похоже, мы могли выйти ещё через пару часов.

— Кто же знал? — хмыкнул я.

— И то верно, — вздохнула она.

— Ты, кстати, не передумал поучаствовать в состязаниях? — услышал я вопрос Артёма и обратил на него внимание.

— Пожалуй, не сегодня, — помотал я головой. — Сил нет.

Молчавшие до этого момента незнакомые парни заулыбались от моего ответа, Артём и Патрик засмеялись, Дарья прищурила взгляд, а остальные девушки покраснели, включая Софию. Все, кроме Эльзы. Эта, похоже, вообще не пробиваемая. Стоит с улыбкой и сама себе на уме. Кстати, странно, что эти юноши и девушки, которых я ранее не видел, вообще не участвуют в диалоге. Они, как будто мебель. Слуги? Или охрана? Хрен его знает.

— Дамы и господа! Сейчас перед вами предстанет редкое зрелище! — донёсся до нас громкий голос диктора арены, заставив обратить на него внимание. — Только сегодня, на празднике наследника рода, сразиться никто иная, как сама принцесса Германской Империи! Встречайте, Ама-а-алия Ма-а-айер!!!

Раздались аплодисменты и хор криков. Кто-то засвистел, а другие скандировали имя девушки, стоило ей подняться на ристалище.

И когда она успела переодеться в спортивный костюм?

Девушка сменила платье на новую одежду красного цвета, а волосы убрала в пучок, закрепив спицей.

— Её противник, — продолжил диктор. — Один из сильнейших одарённых Западного Союза! Заслуживший множество побед и титулов в своей стране и других государствах! Юноша, что вызывает у соперника страх, а у девушек — желание! Встречайте, Лиа-а-ам Мэ-э-эйсон!!!

Вслед за Амалией, на арену поднялся высокого роста детина. Его широта в плечах и очерченные мышцы виднелись под тканью тёмного костюма, что вызывало у девушек одобрительные визги.

— И почему я не удивлена, — услышал я вздох Эльзы.

— Мне отменить их бой? — учтиво спросил Артём.

— Нет, — поморщилась девушка. — Иначе она не успокоится потом.

Ухмыльнувшись на её слова, я продолжал обнимать Софию и смотреть, как бойцы подходят к судье, готовясь узнать правила. Вот только противник Амалии вместо того, чтобы смотреть на свою соперницу или судью, пялился именно на меня и улыбался.

А это ещё что за смертник? Тоже собака Шеферов?

Нехорошее предчувствие зародилось в моей душе и, как только я хотел попросить Артёма остановить бой, судья дал отмашку, а диктор прокричал:

— Да начнётся бой!!!

П. А. Вот такая вот глава, Друзья!) Надеюсь, она вам понравилась! Оставляйте комментарии и делитесь своим мнением. Я отвечу каждому и буду рад увидеть вас! Так же, вновь хочу сказать большое спасибо вам за то, что вы со мной! Я пишу меньше года и рад, что у меня есть постоянные читатели, которых радуют мои книги)

З. Ы. Как я и говорил, в течении недели новые главы не будут появляется. Мне предстоит поездка в Киргизию и ноутбук я не хочу брать с собой, чтобы не рисковать. Следующая прода появится после моего приезда, о чём я обязательно напишу в комментариях. Примерное число: 14–15 сентября. Так же, если вам интересно, то я хочу попробовать новый вид общения с вами в виде блога. В течении моей поездки, я буду стараться делать красивые фотографии для вас и общаться с вами. Опять же, эту идею я воплощу, если наберётся достаточное количество желающих. Как я это пойму? Просто оставьте комментарий под книгой, написав: Я за блог! Чем больше вас будет, тем больше я буду понимать, что вам это интересно) К тому же, вы впервые сможете увидеть рожу автора, что пишет сей шедевр:D

Всех обнял!

Глава 24

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

— Дамы и господа! Сейчас перед вами предстанет редкое зрелище! — донёсся до нас громкий голос диктора арены, заставив обратить на него внимание. — Только сегодня, на празднике наследника рода, сразиться никто иная, как сама принцесса Германской Империи! Встречайте, Ама-а-алия Ма-а-айер!!!

Раздались аплодисменты и хор криков. Кто-то засвистел, а другие скандировали имя девушки, стоило ей подняться на ристалище.

И когда она успела переодеться в спортивный костюм?

Девушка сменила платье на новую одежду красного цвета, а волосы убрала в пучок, закрепив спицей.

— Её противник, — продолжил диктор. — Один из сильнейших одарённых Западного Союза! Заслуживший множество побед и титулов в своей стране и других государствах! Юноша, что вызывает у соперника страх, а у девушек — желание! Встречайте, Лиа-а-ам Мэ-э-эйсон!!!

Вслед за Амалией, на арену поднялся высокого роста детина. Его широта в плечах и очерченные мышцы виднелись под тканью тёмного костюма, что вызывало у девушек одобрительные визги.

— И почему я не удивлена, — услышал я вздох Эльзы.

— Мне отменить их бой? — учтиво спросил Артём.

— Нет, — поморщилась девушка. — Иначе она не успокоится потом.

Ухмыльнувшись на её слова, я продолжал обнимать Софию и смотреть, как бойцы подходят к судье, готовясь узнать правила. Вот только противник Амалии вместо того, чтобы смотреть на свою соперницу или судью, пялился именно на меня и улыбался.

А это ещё что за смертник? Тоже собака Шеферов?

Нехорошее предчувствие зародилось в моей душе и, как только я хотел попросить Артёма остановить бой, судья дал отмашку, а диктор прокричал:

— Да начнётся бой!!!

Противник Амалии не стал медлить. Его тело мигом окутал густой бордовый туман. Он был настолько вязкий и тягучий, что нос сразу же уловил запах крови. И, судя по тому, как поморщились рядом стоявшие гости, уловил его не только я.

Девчонка не стала медлить и встала в стойку, готовясь встретить своего врага лицом к лицу. Её корпус был развернут в бок, левая рука поднята и согнута в локте, правая слегка отведена назад и тыльной стороной обращена к каменному полу арены. Ноги же Амалия расставила на ширине плеч, перенеся вес на левую стопу.

Интересная стойка… Раньше я таких не видел. Похоже, это что-то из закромов правящей семьи Германской империи. Взгляд Эльзы, смотрящей на своей сестрой, только подтверждал мою догадку.

Криво ухмыльнувшись, западник прильнул к каменному полу, встав на четвереньки и широко расставив руки. Вся его поза и напряженное, слово струна, тело, выражало собой готового к бою зверя. Мне даже показалось, что его глаза на короткое мгновение изменились и обычный зрачок превратился в бордовое веретено, а радужка приняла полностью черный цвет.

Мощный хлопок воздуха раздался над ареной и в том месте, где ранее находился западник, образовались четыре небольших кратера, аккурат его ног и рук.

Словно животное, он напал на Амалию, проводя атаки снизу и нанося удары по уязвимостям ног. Колени, голени, стопы и даже пах. Амер атаковал хаотично, без какого-либо стиля или техники. Но двигался он быстро, чертовски быстро.

Амалия ушла в глубокую оборону и лишь чудом огрызалась. Её руки старались закрыть корпус, но то и дело срывались вверх, когда западник пытался достать голову или плечи.

Бордовый туман заполнял собой весь пол арены, будто бы образуя охотничьи угодья западника. И чем дольше рос этот туман, тем сильнее и яростнее рос напор парня. Ещё чуть-чуть и он сомнёт защиту девушки.

— Почему она просто защищается, а не использует свой дар? — недоуменно спросил Патрик, жуя очередную тарталетку и наблюдая за боем.

— Всё дело в нашем отце, — вздохнула Эльза. Напряженные руки девушки вовсю теребили ткань платья, выдавая её беспокойство за сестру. — Он запретил Амалии использовать свой дар после их последнего разговора. Обычное наказание… Не знаю зачем сестра решилась на бой этим вечером…

— Потому что у вашей сестры заноза в заднице, миледи, — фыркнула Дарья, делая глоток шампанского и безразлично смотря на избиение Амалии.

Эльза ничего не ответила на эти слова и просто обожгла Соколову взглядом. Хотя самой девушке на подобные гляделки было абсолютно плевать.

Мне было, что сказать об опрометчивом поступке Амалии, но я промолчал и просто наблюдал за боем, продолжая обнимать Софию.

Мои глаза то и дело следили за каждым движением западника, буквально сканируя его в поисках последовательности атак, но всё было тщетно. Один хаос и удары на инстинктах. Кого-то подобное могло бы и впечатлить, что ярко выражалось на лицах гостей, но не меня. Я уже видел подобное… В мире, где была Валира. Именно там, я впервые столкнулся с Проклятыми, носящими название — Волколак. В разных мифологиях и приданиях их называют оборотни, перевёртыши, люди волки. Массивные, покрытые шерстью и обладающие впечатляющим ростом и массой тела. Они были настоящими машинами для убийства и охоты в лесной местности, где правили их кланы и стаи. И сейчас, западник был в точности похож на Волколака. Такой же напор. Такая же животная ярость и азарт охоты.

С подобным противником не справиться, рассчитывая на технику или стиль движения. Слишком большой. Слишком быстрый. Единственный вариант, это использовать тело подобного зверя и его массу против него самого. Броски, захваты, удушения. Амалии нужно перестать находится в защите и улучить момент, когда западник откроется. Но проблема в том, что девушка слишком привыкла полагаться на стиль, которому её обучили. Плавные и красивые движения ударов, блоков и отходов. Всё это работает против такого же противника, но не против зверя.

«Виктор, запомни… Волколака нужно убивать сразу же. Мгновенно. Не дай ему обратиться и уничтожь его до того, как он войдёт в состоянии своей формы зверя. Калечь, ломай, разрывай. Ты должен сделать всё, чтобы не дать ему обратиться. Но если всё же не справишься, то у тебя будет ровно пять минут, до того, как он регенерирует свои раны. Именно в этот момент Волколак уязвим.»

Слова встреченного мою охотника на подобных зверей сами собой вспылили в голове, прозвучав менторским хриплым тоном. Именно этот человек научил меня убивать подобных Проклятых, превратив в настоящий кошмар для их братии в том мире.

Амалия переставила ноги и попыталась нанести удар в голову оппонента, но западник будто бы и ждал этого. Он резко ушёл влево и молниеносно выстрелил правой рукой снизу-верх. Его ладонь не была сжата в кулак и больше напоминала когтистую лапу. Пальцы согнуты в фалангах, напряжённых до предела.

Сиплый девичий вскрик раздался над ареной и все увидели, как Амалия от подобной атаки отлетела на несколько метров, упав на каменный пол ристалища. Левая часть её костюме была разорвана, на плече виднелись следы когтей и кровоточащих ран. Но тем не менее, она поднималась. Глаза девушки горели яростью и решимостью, будто у валькирии, готовой разорвать врагу глотку.

— Вы только посмотрите! Амалия Майер не сдаётся! Она упорно поднимается после головокружительной атаки соперника и вновь готова вступить в бой! Вот она, дочь Германской Империи!!! — ярился диктор, наблюдая за боем рядом с судьей.

Зрители разорвались криками и аплодисментами, подбадривая девушку. Их глаза пылали жаждой зрелищ, ведь до этого момента все бои на арене были не более, чем игрой в песочнице. Теперь же, пролилась кровь и это вызывало у людей настоящую эйфорию, и плевать, что это кровь принцессы.

— Сестра… — тихо прошептала Эльзы, а её глаза выражали крайнюю степень беспокойства. Руки уже не только мяли прекрасное платье, но и грозились разорвать его от напряжения.

— Что-то это не похоже на простое состязание, — прокомментировал Патрик, хмуро наблюдая за боем.

Впрочем, Артём и Соколова от него не отставали. Я видел, что Артём уже отбросил свою шебутную и юморную натуру, став серьезным и хладнокровным бойцом. Он был готов вмешаться в бой, как только западник перейдёт черту. Состязание это одно, но избиение и тем более попытка покалечить — другое. Тем более, на дне рождение наследника подобного рода.

Бой же тем временем набирал обороты. Амалия попыталась пойти в контратаку, но её попытки вызвали у западника лишь ухмылки и подначивания. Я не слышал, что он говорил, а по губам прочесть было весьма проблематично, но судя по лицу Амалии, слова там явно не из приятных.

И чем думает этот идиот? Одно дело просто победа, но если он сейчас во всю оскорбляет дочь Германского императора, ему голову оторвут. Я более чем уверен, что стоит Амалии сказать своему отцу о том, что её честь была оскорблена и от западника не останется и мокрого места. Глупо? Возможно. Но такова судьба венценосных особ и оскорблять их себе дороже.

В какой-то момент, Амалия с рыком пошла в атаку, полностью наплевав на защиту. Словно фурия, она бросилась на парня, опешившего от подобного. Он явно не ожидал, что девчонка решиться и слишком расслабился, чувствуя превосходство. И он поплатился за это. Маленькая ножка со скоростью пули впечаталась в морду западника, вызвав у того собачий скулёж.

Ну точно, как Волколак. Интересный у этого идиота дар… Раньше я таких не видел.

Развивая преимущество, Амалия набросилась на попылавшего парня, наплевав на бордовый туман. Волосы девушки взметнулись вверх, сияя серебристым светом. Глаза вспыхнули силой, яростно смотря на своего врага.

По сути, это можно прописать к проявлению дара, хоть и частичному. Но судя по тому, что Эльза молчит, наказание их отца не нарушено.

Вот только… Что-то изменилось в Амалии.

Она больше не действовала, как по учебнику и просто атаковала в разнобой, желая нанести, как можно больше ударов и повреждений противнику. Там, где можно было ударить в голову, она била в корпус. Там, где можно было провести захват, она продолжала бить.

Будто заведённая, девушка с яростью атаковала западника, заставляя того уйти в оборону и встать на ноги… Ну или лапы… Раз уж он теперь у меня воспринимался, как Волколак.

Скорость ударов Амалии вырастала по экспоненте. Её кулаки стали размываться, оставляя после себя шлейф серебренного света. Лицо приняло садистское и какое-то безумное выражение.

Даже тогда, когда противник уже не мог стоять на ногах и начинал падать, она не давала ему сделать подобного и ударами подкидывала тело.

Рыки ярости и злобы вырывались из её рта и подобная картина избиения заставляла гостей переглядываться между собой, в особенности молодое поколение. Старшие же, молча наблюдали за боем и пребывали в своих мыслях, поняв в чём дело.

Впрочем, я тоже понял.

Амалия Майер. Агрессивная, вспыльчивая и вечно задирающая всех и вся особа. Дочь Германского императора и сестра Эльзы… Необычная девушка со своими тараканами и принципами в голове. Девушка, которая оказалась берсерком.

Признаться честно, я удивлён. Конечно, какие-то догадки по поводу этого уже всплывали в моей голове, судя по характеру девушки. Но это были лишь догадки. Теперь же, они подтвердились.

С каждой секундой, Амалия превращала своего соперника в отбивную. Его руки были сломаны в нескольких местах, лицо превратилось в одно сплошное окровавленное мясо, а одежда на теле частично разорвалась. А сколько крови натекло на пол арены, смешиваясь с бордовым туманом, и говорить страшно. У западника поразительная живучесть. Любой другой от подобного избиения потерял сознание или же умер. Но нет, этот держится и даже в сознании, судя по глазам.

Мощный рык вырвался из глотки парня, а его глаза вспыхнули с утроенной силой. Бордовый туман всколыхнулся и будто бы стал втягиваться в своего владельца, от чего раны парня затягивались с бешенной скоростью. Я даже слышал, как с мерзкий хрустом вставали на места сломанные кости. Удары Амалии хоть и наносили серьезный урон, но регенерация парня поражала.

А потом случилось то, от чего я почувствовал настоящее удивление. Западник стал менять. Его раскаченное тело росло, мышцы набухали и набирались силы. Руки, ноги, оголённый торс. Мышцы становились, как перетянутые огромные канаты. Но это лишь цветочки. Вслед за подобной метаморфозой, его части тела стали удлиняться и покрываться ворсом!

— Да вы шутите! — воскликнул Патрик, подавившись очередной тарталеткой.

— Он метаморф, — выдохнула Соколова, будто узревшая настоящее чудо.

— Но разве они не на контроле у совета Западного Союза? Как этот парень оказался здесь⁈ — откашлялся Патрик, ошалело смотря на преобразование американца.

Артём же молчал и продолжал хмурится. Его кулаки были сжаты, а взгляд направлен точно на парня. Я чувствовал, что он всеми силами хочет остановить бой, но пока что правила не нарушены и его вмешательство лишь подорвёт репутацию Амалии и западника. Тем более, для подобного нужна веская причина.

— Я не могу поверить своим глазам! Лиам Мэйсон обладает даром Метаморфа! Вы видите это⁈ Разве такое возможно⁈ — взорвался диктор, крича в микрофон.

Восторженные крики молодого поколения гостей стали раздаваться отовсюду, а те, кто до этого момента не обращал внимание на бой, сразу же забыли о всех разговорах и вперили свои глаза на арену.

— Метаморф редкий дар? — как бы невзначай спросил я.

— Можно сказать и так, — кивнул Артём, ответив сухим голосом. — В Российской Империи они не рождаются и подобное происходит только через селекцию потомства. Именно поэтому каждый из них стоит на контроле у совета Западного Союза.

— Очень интересно… — протянул я, вновь посмотрев на арену.

А посмотреть там было на что. Западник продолжал менять, не обращая внимание на молниеносные удары Амалии. Его тело практически полностью покрылось жесткой черной шерстью, пасть вытянулась и стала полностью похожа на волчью. Ноги так же изменились, преобразовавшись. Но больше всего моё внимание привлекли когти. Острые, длинные и источающие из себя бордовый туман, от которого запах крови усилился в разы.

Волчий вой раздался над ареной и в следующее мгновение западник нанёс удар лапой по телу Амалии. Подобная сила настолько ошеломительна, что девушку отправило в короткий полёт и разорвало её костюм. Теперь уже не только на её плече виднелись кровавые порезы когтями, но и на плоском животике.

Согнувшись от боли, Амалия с трудом встала на колени и глухо застонала. Её кровь лилась из ран, вызывая у девушки адскую боль.

И какого чёрта судья стоит?

— Артём, — спокойно обратился я к своему другу.

— Пока кто-то из них не признает поражение или не потеряет сознание, я не могу вмешаться, как и судья, — глухо отозвался мой друг. Ему и самому не нравились правила этого состязания, но судя по всему устанавливал их не он.

Гул одобрение отозвался в рядах зрителей, поддерживающих подобный бой. Но бойцы на ристалище его не слышали.

Я видел, как западник голодным зверем смотрит на недобитую девушку, грозно скаля сочащиеся слюнями клыки. Его когти вовсю скоблили твёрдый камень арены, а лапы продавливали его, готовясь к финальному рывку.

Бордовая пелена безумия накрыла глаза американца и в этот же момент он посмотрел на меня. Его пасть разошлась в оскале и хоть та была изменена, я будто бы смог прочитать произнесённые им слова: Господин передаёт привет.

В следующее мгновение он сорвался с места подобно росчерку молнии. Его скорость была настолько велика, что опешивший судья не успел вмешаться, как и охрана ристалища. Всё происходило быстро. Очень быстро.

И в этот же момент, когда когти метаморфа практически коснулись голову девушки, она подняла взгляд и посмотрела на меня. Не с мольбой о помощи, нет… Скорее с какой-то жалостью и упущением.

Печать Концентрации вспыхнула за моей спиной, образуя мощный тёмно-синий круг. Пять рун означающие — Время, Покой, Выдержка, Контроль и Воля, наполнились энергией Смерти до предела. Время замерло, краски мира померкли. Я даже видел, как Артём срывается с места, вытягивая покрытую черным туманом руку по направлению арены. Видел, как глаза Соколовой наполнились алыми молниями. Заметил, как темное сияние вспыхнуло в глазах Эльзы, готовой разорвать ублюдка на части.

Не знаю, что задумал Шефер, но он явно идиот, раз решил убить Амалию на этом вечере.

Вслед за печатью Концентрации, я отпустил Софию и в то же время наложил на одежду печать Скачка. Тёмно-синий круг покрыл собой грудь костюма и в следующий миг я уже был на ристалище. Расстояния как раз хватило для одного скачка, что не могло не радовать.

Плавно и бережно я взял Амалию на руки, убирая её с линии атаки ублюдка. Даже под печатью Концентрации метаморф двигался действительно быстро. Если бы не Скачок, я бы не успел.

Печать Концентрации слетела. Мир вернул свои краски, а время свой бег. Звуки, что ранее слышались для меня будто через кисель, ударил в полную мощь. Пальцы ощутили кровь девушки, мягкость её кожи и учащённое горячее дыхание на шее.

Ошеломленные гости, судья и те, кто хотел вмешаться в бой, удивлённо смотрели на меня. Впрочем, западник так же был в шоке, что явно выражалось на его морде.

— Знай своё место, псина, — холодно процедил я, смотря в звериные глаза.

И вслед за моими словами, на правой ноге вспыхнула печать Усиления напитанная таким количеством энергии Смерти, что у неопытного Жнеца волосы бы встали дыбом.

Тёмно-синее сияние, виденное только мне, вспыхнуло над ристалищем арены и в следующий миг мой лакированный ботинок подобно пушечному снаряду впечатался в корпус ублюдка.

Со скоростью пули тот вылетел с арены. Его туша пролетела аккурат над головами судьи и диктора, а после стала сносить деревья, пока с грохотом не врезалась в массивные каменные стены. Мощь удара была такова, что метаморфа просто вжало в стену, от чего та покрылась мириадами трещин и грозилась в любой момент осыпаться.

— Взять его! — прорычал Артём и вслед за его приказом облачённые в броню бойцы рода сцапали бессознательное тело ублюдка.

А нет… Не бессознательное… Вон, как смотрит на меня своими бешенными глазами.

Ну ничего, как суета уляжется побеседую с этим упырём и он мне всё расскажет. Даже для таких, как он, у меня есть целый набор пыток.

— Кхм… — прокашлялась Амалия и я опустил голову, посмотрев в её глаза. — М-может отпустишь меня?

— Конечно, — кивнул я, но вместо того, чтобы поставить девушку на ноги, отдал её медикам.

— Спасибо… — донеслись до меня её хриплые слова, вслед за которыми её уложили на носилки.

Вот и сходил на день рождение называется…

Проводив медиков и Амалию, я вдруг осознал, что стою на арене в одиночестве. И стоило мне повернуть голову к гостям, как я столкнулся с множеством глаз, выражающих самые разные эмоции. Интерес, зависть, желание и даже гнев. Молодое и старшее поколение аристократии во всю пялилось на меня, будто бы чего-то ожидая.

Но прошло несколько секунд и до моего слуха донеслись громкие аплодисменты. Повернув голову, я увидел поднимающегося на арену полновато мужчину в дорогом костюме. Его редкие красные волосы весьма не гармонично смотрелись с одеждой, а на пухлом лице играла шальная ухмылка.

— Когда мой сын рассказал мне, что ты сильный боец, я не поверил… — заговорил он тихим голосом, слышаным только мне. — Но теперь убедился. Неодарённый, который смог одним ударом остановить обратившегося метаморфа… Такое запомнят. Надолго запомнят. — протянул он руку. — Позволь представиться, Чернов Сергей Петрович.

— Виктор Романов, — пожал я протянутую шершавую ладонь.

— Я знаю, — улыбнулся он, а его глаза вспыхнули любопытством и интересом. — Я рад встретить того, кто путешествует среди миров. Будь моим гостем, Жнец.

Глава 25

* * *

Глава неоткорректирована!

* * *

Двери богатого и просторного зала открылись, впуская внутрь одетого в белоснежный костюм старика с тростью.

Его седые волосы были убраны в пучок, а серые глаза посмотрели на стоявшего возле окна мужчину в тёмном пальто.

— Лиам не справился, господин, — хрипло произнёс он, подойдя к мужчине и поклонившись.

Он не хотел доносить плохие вести своему новому господину, но лучше уж он, чем кто-то другой. Неизвестно, как именно отреагирует человек подобного характера на провал операции по устранению дочери Германского императора на дне рождения наследника рода Российской Империи.

— Ничего страшного, — улыбнулся Виктор и сделал глоток виски, что ранее крутил в руке. — Это было предсказуемо и вторая фаза должна пройти без проблем.

— Вы уверены… — запнулся старик. — Что стоит терять Шефера? Его клан сможет сильно усилить нас в грядущем.

— Этот идиот будет только мешать, — хмыкнул мужчина. — Его эго, похотливость и глупость сыграли против него. Кто-кто, а я знаю на что способен Виктор. — ухмылка стала ещё шире. — Он сотрёт Шефера с лица земли, тем самым развязав нам руки и обезглавив его клан.

— Могу я спросить, господин? — взялся старик за трость другой рукой. — Почему опасность этого мальчишки столь… Преувеличена? Наши информаторы докладывают, что он обычный студент академии и к тому же, неодарённый.

— Тебе нужно задавать не вопросы, Джексон, — повернул мужчина голову и обжёг старика взглядом. — А просто исполнять мои приказы. Ты присягнул мне и того, что ты знаешь, достаточно.

Поджав губы, Джексон Роус вновь склонил голову и спиной стал двигаться в сторону выхода. Гордость одного из членов совета Западного Союза требовала узнать все ответы, но инстинкт самосохранения и разум твердили обратное. Кто он такой, что ты что-то требовать от существа, владеющего знаниями тысяч миров? Кто он такой, чтобы требовать от Виктора правды и ответов? Он уже видел на что способен человек перед ним. Видел ту мощь и ярость, с которой невозможно не считаться. Но страшнее всего были именно знания. Вдруг этому чудовищу взбредёт в голову создать оружие, способное уничтожить весь Западный Союз? В том, что такое возможно Джексон не сомневался. Особенно после того, как увидел на что способны винтовки, созданные по чертежам Виктора. Оружие, опережающее их мир на десятилетия технологического развития. Но ещё здесь играло роль то, что именно стоявший перед ним мужчина помог очистить имя рода и дочери, свершив месть над ублюдком Стоуном.

— Нам приступать ко второй фазе, господин?

— Да, — кивнул Виктор и с улыбкой выпил остатки виски. — Пора начинать.

* * *

Сидя в кабинете главы рода Черновых, я коротко осматривался и подмечал каждую деталь интерьера. Впрочем, посмотреть здесь было особо не на что. Отец Артёма явно страдал минимализмом и весь его кабинет состоял лишь из стола, нескольких шкафов, пары кресел со стульями и столиком с маленьким диваном. Ни картин, ни тем более излишеств роскоши в виде доспехов, хрустальных люстр и прочего. Обычный кабинет обычного человека.

Вот только сяду по тем словам и должности, что занимал отец Артёма, обычным он явно не являлся.

— Ты не удивлён, — улыбнулся Сергей Петрович, сведя руки в замок и поставив локти на стол.

— Я уже привык, что во многих мирах нас знают и узнают, — спокойно пожал я плечами, хоть червячок сомнения не давал возможности расслабиться.

Раз этот мужик начал наше знакомство с подобных козырей, то ему явно что-то нужно от меня. Хотя… Мне импонирует его прямолинейность и открытость. Ненавижу, когда ходят вокруг да около. Вот только судя по тем бойцам, что ранее вели нас с арены в этот кабинет, от наводящего разговора мне не отвертеться и просто так не уйти.

— И даже не спросишь откуда я знаю? — приподнял он бровь, прожигая меня своими зелёными глазами.

— Да мне как-то без разницы, — вновь пожал я плечами.

— Летописи, — всё же ответил Сергей Петрович, покусывая губы. — Ну и ещё вся добытая информация СБ императора. Я же, как никак, его левая рука. Мне же необходимо знать обо всём… — разжал он руки и недвусмысленно помахал одной из них. — Странном.

— Интересно было бы взглянуть на эти летописи… — протянул я, чем вызвал у него улыбку.

Мне и правда было интересно. На своём пути я встречал многих Жнецов и их имена чётко отпечатались в моей памяти. Вдруг один из них посещал этот мир и оставил после себя что-то. Не факт, что мне из их «наследия» что-то пригодится, но почему бы и нет?

— Я вышлю тебе копию на почту, — подкинул пряник отец Артёма, на что я благодарно кивнул. — Но ты должен понимать, что я позвал тебя на этот разговор не просто так.

— Разумеется.

— Что ж… — вздохнул Сергей Петрович и поднялся со своего кресла, подойдя к окну. — То, что я тебе сейчас скажу, строго секретная информация и о ней знает не так много людей.

— Я слушаю, — поёрзал я в кресле, усаживаясь удобнее.

— Перво-наперво, наши Западные недруги начали действовать, — заговорил он спокойным голосом, наблюдая за окном на продолжающийся праздник. — Шпионы докладывают, что множество раздробленных и не только раздробленных кланов, родов и семей стягиваются в Нью-Йорк. Каждый из них присягает на верность некому человеку, имя которого к сожалению неизвестно. То же самое касается и совета. Четверо из семи. Именно столько членов совета встали на сторону силы, что поднимается с запада.

— Хм… — нахмурился я.

— Второе, сегодняшнее происшествие на арене явно было спланировано, — свёл Сергей Петрович руки за спину. — Судья и охрана понесут наказание за то, что не досмотрели. Каждый из них будет уволен со службы с волчьим билетом. Смерть своей дочери, Фридрих нам бы не простил.

— Вы считаете, что подобной атакой на Амалию кто-то хотел пошатнуть отношения между двумя империями? Принцесса Германии убита на дне рождения наследника Черновых. Слишком громкий резонанс вызовет подобное.

— Именно так, — кивнул мужчина. — Никто не мог предположить, что Лиам Мэйсон метаморф. Но это пол беды. Другая проблема в том, что он прибыл на обучение в академию по обмену, но по факту не является поданным Западного Союза. Его бумаги были подделаны.

— Но разве Фридрих настолько глуп, чтобы не понять, кто именно пытался убить его дочь? — недоуменно спросил я. Тут же всё очевидно, как по мне.

— Понимать, то он понимает… Вот только безопасность принцессы на плечах Российской Империи. С такой же логикой, он может подумать о том, что это всё спланировано нашим императором.

— Это тупо, — поморщился я.

— Это политика, — хмыкнул Сергей Петрович. — Наши отношения с Германией всегда были натянуты и лишь с трудом удалось достичь шаткого союза. Процессы Майер один из ключей этого союза. Умрут они и тогда вся пирамида рухнет.

— Раз они находятся здесь, — задумчиво продолжил я мысль. — То и наш император должен был сделать ответный ход.

— Его дочь, — кивнул мужчина. — Вскоре она выйдет за младшего сына Фридриха.

От услышанных слов в груди похолодело, а перед глазами предстало лицо девочки, которую я видел на балу. Она была так похожа на мою дочь… Мою Юлю… Окруженная в кругу семьи. Моего сына и моей жены, которых я встретил в этом мире.

Образ дочери императора и моей наложились друг на друга, став будто пеленой перед глазами. Вот я вижу её в синем сарафане, когда она встречала меня с улыбкой на пороге дома. И вот я вижу её на балу в белоснежном платье рядом с Анной…

Череда образов сменяли друг друга и я уже не слышал о том, что говорил Сергей Петрович.

Моё сердце начинало стучать всё отчетливее, кровь в висках пульсировала, а кулаки сжимались добела.

Разменная монета. Этот ублюдок… Он решил отдать свою… Мою… Дочь, как разменную монету⁈ Да сраный мир и союз⁈

Температура в кабинете резко упала. Окно, рядом с которым стоял Сергей Петрович стало покрываться инеем, что не укрылось от мужчины.

Тьма за моей спиной взбурлила нескончаемым потоком, поглощая свет и окуная весь кабинет во мрак, а глаза засияли тёмно-синим светом.

— Виктор? — обеспокоенно обратился ко мне Сергей Петрович, явно нервничая.

— Он. Решил. Её. Продать⁈ — по звериному рыкнул я, поднимаясь с кресла и смотря на мужчину яростными глазами.

Дверь кабинета распахнулась и внутрь вбежало трое человек, облачённых в светлые одеяния. Они мигом встали впереди Сергей Петровича, как бы отсекая его от меня и гарантируя безопасность.

Безопасность… Ха… Что эти ничтожества могут сделать? Я убью каждого из них быстрее, чем они успеют пикнуть!

— Виктор, успокойся и объяснись⁈ — серьезным голосом спросил Сергей Петрович. Он явно не понимал, почему я так завёлся.

Но я не мог успокоится. Ярость требовала выхода. Злость, накопленная за эти дни на себя и других готова была выплеснуться в едином потоке. Известие о том, что Юля выйдет замуж за какого-то германского упыря просто из-за обязательств, стала спусковым механизмом.

А вдруг она и правда помнит меня? Вдруг, она обладает даром, как у Норико? Что если она помнит меня… Своего отца? Я не знаю этого наверняка, но пока не выясню… Я не позволю решать кому-то её судьбу!

— Вы знаете, кто я такой, Сергей Петрович, — прохрипел я не своим голосом, от которого охрана мужчины вздрогнула. Состояние Харона напугает любого до усрачки. — И сейчас, я требую аудиенции с императором. Мне плевать, занят он или нет. Плевать, готов ли он принять меня и что скажет на подобную дерзость.

— Ты хоть понимаешь, что требуешь и от кого, Жнец⁈ — процедил Сергей Петрович, отбросив всю доброжелательность.

Да, я совершаю большую ошибку и сам виноват, что начал давить с позиции силы и мнимой опасности от своей персоны. Но я срать хотел на то, что последует дальше. Я уже говорил, что ради своей семьи готов сжечь весь мир и если есть хоть малая вероятность того, что кто-то из них помнит меня и Юля сейчас находится «взаперти» собственной семьи из-за императора, то я не буду медлить.

— Мне плевать, — тьма за моей спиной заклубилась ещё сильнее, а одарённые впереди выставили щиты. — Ваш телефон, — указал я на стол изменённой рукой, кожа которой приняла угольный цвет. — Звоните ему. Докладывайте. И скажите, что либо он сам захочет со мной поговорить, — безумная улыбка появилась на моем лице. — Либо я заставлю его это сделать.

— Зачем тебе это? — выдохнул Сергей Петрович, жестом призывая своих людей успокоиться и снять щиты. — Как это связано с её высочеством Юлией?

Что ж… Он молодец, сразу понял, почему именно я так резко изменился. Вот только, что с того? Сути это не меняет.

— Вы позвали меня к себе для того, чтобы о чём-то договориться или попросить, — заговорил я, с трудом отпуская состояние Харона и возвращая себе прежний облик. — Так вот, пока вы не начали, моё вам условие: Аудиенция у императора и разговор с его семьей. Личный разговор.

— Ты же понимаешь, что это невозможно? — поморщился мужчина.

— В таком случае, — сделал я шаг к нему, от чего охрана напряглась. — Вы можете забыть о возможности договориться со мной. Так же, я прямым текстом пошлю Юрия Соколова, который прицепился к моему заду, как клещ. И тем более, я буду плевать на решения и договорённости с императором, которые мы утвердили ранее.

— И ты считаешь, что сможешь это сделать? — насмешливо приподнял он бровь, думая, что это всё шутка. — А как же твои друзья? София и твой ребёнок? Думаешь, что твоя дерзость не повлечёт проблемы?

— Проблемы… — оскалился я. — Если император тронет их, то меня больше ничего не будет сдерживать.

Резким жестом, Сергей Петрович выпроводил охрану и мы остались вдвоём.

— О чём ты говоришь? — нахмурился он.

— Вы сами сказали, что я тот, кто путешествует среди миров, — мой оскал стал ещё шире. — Как думаете, что я могу сделать, обладая знаниями? Как вам идея, что я передам их Германской империи? Или же других странам… А может лучше сразу Западному Союзу?

— В таком случае нам проще заточить тебя в обитель, — вздохнул он и уже потянулся к столу рукой.

— Вы можете попытаться, — пожал я плечами, продолжая скалиться. — Но для начала меня нужно схватить, потом доставить и ещё удержать в стенах тюрьмы. Скольких я убью перед этим? Десятки? Сотни? Мне плевать, сколько умрёт людей, когда дело касается моей семьи и моей дочери.

— Твоей… Что? — опешил Сергей Петрович, отдёргивая руку, а я понял, что сболтнул лишнего.

Быстро прикусив язык, я обжёг мужчину взглядом и расправил плечи.

Мои глаза видели, как лицо мужчины с каждой секундой хмурилось, а шестерёнки в его голове работали с безумной скоростью. Он явно метался от одного решения к другому. С одной стороны дерзость Жнеца, которого можно контролировать лишь близкими и который непредсказуем. А с другом… Попытка достучаться до императора и как-то организовать разговор с его семьей. Для левой руки его императорского величества это не большая проблема, но всё же… Это надо как-то организовать и найти причину.

— Я попытаюсь, — сдался Сергей Петрович и устало плюхнулся в кресло. — Мне нужно несколько дней, чтобы организовать подобное. Император сильно занят, а без него, к императорской чете тебя не пустят.

— Благодарю, — слегка склонил я голову в знак признательности, но не более.

— Скажи… — посмотрел он на меня сосредоточенным взглядом. — Ты и правда пошёл бы войной против всей империи, если бы тебе отказали?

В ответ на его слова, я лишь пожал плечами и боролся с внутренним гневом. Жнец внутри меня никак не желал успокаиваться и хотел действовать. Ворваться в императорский дворец и если нужно пройти по трупам, чтобы добраться до цели и узнать правду. Но, как бы сильно не сжигала меня моя ярость, это будет большой ошибкой. Отец Артёма прав, мои близкие из-за подобного могут пострадать и нужно действовать тоньше. Радует, что демонстрация моих намерений не прошла без пользы, хоть это и было рискованно.

Рука мужчины открыла ящик стола и он вытащил оттуда небольшую деревянную коробку, которую сразу же открыл. Пряный запах табака сразу же ударил в нос и буквально через секунду я увидел в руках Сергея Петровича сигару.

Отрезав её часть специальным устройством, он зажёг на пальцах огонь и подкурил её, сделав затяг и блаженно откинувшись в кресле.

— Что ж… — улыбнулся он. — Я ожидал подобного.

Я продолжал молчать и лишь недоуменно сел в кресло.

— Угостишься? — указал он на сигары, но я помотал головой в отказе. — Знаешь, Виктор… Или мне лучше называть тебя Рашомон Óни?

— Без разницы, — ответил я.

— Так вот… — сделал он затяжку и выдохнул дым, продолжая улыбаться и буквально не мурчать себе под нос. — Помнишь я говорил про летописи? — увидел он мой кивок и продолжил: — В одной из них, мой прапрадед рассказывал о том, что в своей дипломатической миссии в Японии, встретил Жнеца. Они не стали лучшими друзьями, как было у Соколова… Но кое-что мой предок смог узнать. Историю о вашей братии и тех, кто своего рода легенды. И одной из этих легенд, был ты, Виктор. Один из древнейших Жнецов, что ходят среди миров, исполняя волю самой Смерти.

— Какие-то болтливые Жнеца попадали в этот мир, — поморщился я.

— Это точно! — хохотнул Сергей Петрович. Какой-то он слишком… Расслабленный, особенно после произошедшего. — Но знаешь, что самое странное? Этот человек… Жнец… Рассказал моему предку не только о тебе, но и твою историю. Так сказать, небольшую биографию.

Услышав слова мужчины, я сразу же стал вспомнить, кому мог рассказывать о себе, и таких Жнецов было очень мало. Мы одиночки и чтобы кому-то довериться… Это большая редкость и я знаю лишь двух, кому мог рассказ…

— Его звали Догар, — вырвал он меня из мыслей и я с трудом не заматерился. — Так вот… Интересно в этом то, что семья императора и твоя, сходятся по именам и представлениям, которые описывал мой предок. Дотошный он был дед, заставил Догара в точности до мелочей всё описывать, как рассказывал ему ты. Анна, Юля, Илья… Просто имена, но я решил сделать своего рода проверку, как только ты окажешься в моём кабинете.

— Просто совпадение, — пожал я плечами, играя в дурака.

— Было бы, — хмыкнул Сергей Петрович, делая затяжку. — Если бы ты не проговорился.

— И что дальше? — наклонил я голову набок, прожигая мужчину глазами.

Не нравился он мне. Хитрый, скользкий и скрытный. Первое впечатление о нём было обманчивым и мне трудно принять то, что это отец Артёма.

— А дальше, — вытряхнул он пепел на пол. — Я предлагаю тебе сотрудничество. С меня аудиенция с императорской семьей, а с тебя… — улыбнулся он. — Помощь в одном очень интересном деле связанным с его величеством.

П. А. Ссылка на 4-й том, друзья! — https://author.today/work/221317

Content

Последний Контракт Том 3.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25