По головам — 3

Глава 1

— Темнозар, Яромира. Сейчас нас будут валить.

Голос Наины был спокоен, а выражение лица бесстрастно — будто речь о погоде или ценах на платину, но я поверил ей сразу.

Женщина ещё говорила, когда одна из телохранительниц встала и направилась к нам.

Я узнал об этом до того, как она покинула помещение для слуг и появилась в общем зале. Расположенные под потолком панорамные голокамеры и несколько крошечных дронов-разведчиков давали полную картину всего происходящего в радиусе действия моих способностей, а за приставленными к Наине амазонками в деловых костюмах я следил особенно пристально.

Судя по всему, они всё-таки смогли достучаться до своего прямого работодателя — то, что они подчиняются мужу Наины, а не ей самой, было видно даже слепому. Поэтому всего лишь случилось неизбежное: они догадались написать хозяину, минуя местную сеть...

Когда автоматические створки бесшумно закрылись за спиной телохранительницы, она решительно направилась в нашу сторону.

Со стороны всё выглядело чинно и благородно, женщина никак не проявляла агрессивных намерений. Но что-то в её облике показалось неправильным. До меня не сразу дошло, что.

Немного отстранённый вид, смотрящий в пустоту взгляд, самую малость расширенные зрачки... Это было чертовски похоже на действие той гадости, которую я вколол Арестантову на Королеве Солнца.

Данное открытие совсем меня не обрадовало. Потому что значило — у идущей к столику женщины сейчас нет тормозов, нет инстинкта самосохранения. Она может сделать всё, что угодно, хоть подорваться вместе с бомбой.

— Я ничего не могу. Когда люди под медикаментами... Мои способности почти не работают, — так же спокойно повторила Наина и откинулась на стуле, рассматривая приближающуюся «подчинённую».

Мелькнула мысль, что зря перестраховался и решил не брать оружия. Когда планировали миссию, ещё на лапуте, вероятность прямого столкновения казалась гораздо меньше, чем опасность попасться на глаза каким-нибудь контрразведчикам или полиции... Но реальность безжалостно раскрошила весь тонкий лёд наших умопостроений. Враги опять действовали грубо и нагло, совершенно наплевав на соблюдение всех внешних приличий.

И я не собирался ждать, когда по нам нанесут первый удар, чтобы иметь моральное право ответить. План сложился в голове очень быстро. Плохонький, ненадёжный, но всё-таки план.

— Оставлю вас на минутку? Я быстро.

Встал из-за стола и направился наискосок мимо почти дошедшей до нас телохранительницы, при этом крутя головой по сторонам — будто что-то ищу. И хоть шёл вроде бы не прямо ей навстречу, вскоре мы неумолимо сблизились. Я сделал вид, что только заметил женщину, направился к ней и громким шёпотом спросил:

— Не знаете, где здесь туалет?..

Она меня проигнорировала, и я сделал ещё шаг в её сторону.

— А? Простите, не расслышал...

Телохранительница меня наконец заметила и, видимо, промаркировала некоторой степенью опасности. Выверенным движением распахнула полы пиджака и потянулась к кобуре...

Но я её опередил. Оттолкнулся ногами, прыгая навстречу, и одновременно выхватил нож из монокристалла. Тот самый, почти незаметный, захваченный мной когда-то из оружейной Огневых.

Когда телохранительница достала и направила на меня внушительно выглядящий, действительно массивный пистолет, было уже поздно. Из её глазницы торчал нож, а сердце женщины растерянно сократилось в последний раз, будто не веря, что это — всё... И остановилось.

В такт этому где-то внутри-снаружи меня пошёл сытой пульсацией чёрный источник.

Убитая не была тенью, об этом косвенно говорило то, что от неё не осталось смерча из светящихся звёздочек. И тем не менее — даже такая жертва была угодна Богу Смерти.

Я почувствовал глухое раздражение. Ведь наверняка эта телохранительница не пойдёт в зачёт моего долга. А значит — Дит просто наживается на мне, жирует на халяву!

Сделать с этим ничего, увы, было нельзя. И размышлять о своей тяжкой доле тоже было некогда. Вторая телохранительница сразу поняла, что происходит нечто из ряда вон, и побежала в нашу сторону.

Наверняка она проклинала слишком медлительные автоматические двери, которые не хотели выпускать её в зал. Но они подарили этой женщине несколько лишних мгновений жизни.

Всё произошло одновременно — створки разъехались в стороны, и в них влетела небольшая ракета. Точно в то место, откуда телохранительница должна была появиться.

В обойме пистолета, который я забрал у её только что убитой соратницы, оказались не обычные пули. Это я понял уже после нажатия на спуск, когда вперёд устремился небольшой реактивный снаряд, вспыхнув пышным пламенным хвостом и на ходу набирая скорость.

Взрыв от достигшей цели ракеты отразил индивидуальный щит, лишь повредив декоративные элементы обстановки и ранив несколько посетителей.

К счастью — я действовал наверняка, и после первого выстрела не остановился, а продолжил нажимать на спуск. Огненные росчерки сплошным потоком устремлялись к дверному проёму, оставляя за собой дымные следы.

Защитное поле держалось... Вторая ракета тоже не смогла пробить его, и третья, и четвёртая... А вот пятая прошла сквозь просаженную серией взрывов защитную плёнку и превратил тело прячущейся за ним женщины в несколько фрагментов, разлетевшихся в разные стороны и уже не имеющих между собой ничего общего, кроме совместного прошлого.

Вокруг уже вовсю царила паника. Люди бегали, кричали, кто-то зажимал раны и голосил... Но все двери были мной заблаговременно принудительно заблокированы, покинуть зал не мог никто.

Равно как не могла покинуть его информация о том, что творится внутри. Камеры исправно передавали старые зацикленные картинки, на которых всё хорошо. Ни одна из тревожных кнопок, нажатых служащими, не отправила на сервер сигнал тревоги. Фильтры в сетевых шлюзах полностью блокировали все исходящие пакеты. Несколько дронов даже запустили локальные глушилки связи — правда, слабые, и не дающие полной гарантии, что сигналы изнутри не смогут пробиться наружу.

Для внешнего мира в помещении «Галеона» будто ничего странного не происходило — если, конечно, тут не было дублирующей, проводной системы наблюдения. Защититься от подобных вещей, и даже обнаружить их, я пока не мог.

Все меры предосторожности были предприняты мной почти рефлекторно, я практически не отвлекался на включение фильтров или на работу с камерами. Но кое-что всё же требовало моего непосредственного вмешательства.

Проверив оставшееся количество выстрелов — над стволом был крошечный экранчик, который показывал сейчас число «шесть» — я медленно повернулся и тщательно прицелился в голову ближайшему ко мне посетителю, перепуганному мужичку в костюме.

Требовалось расстрелять их всех — и посетителей, и официантов. Увы, оставлять свидетелей сейчас, когда мы на чужой планете, посреди чужого города, было смерти подобно.

Убийство, хоть и с полным уничтожением головного мозга, тоже не гарантия — хороший некромант призовёт дух погибшего даже при полном отсутствии телесной оболочки. Но такие специалисты всё же больше редкость, и с нашей стороны затруднить местным следователям жизнь было не просто желательно, это было обязательное условие существования.

Нет, устраивать массовую бойню мне совершенно не хотелось. Я прекрасно видел через камеры, какими глазами на меня смотрит Яромира. Но никаких колебаний не было, в прошлом приходилось действовать подобным образом не раз.

Когда уже почти нажал на спуск, моя супруга всё же не выдержала и вскочила.

— Стой!

— Что?

— Не надо! Не делай этого!

Я бы мог наплевать и всё-таки нажать на спуск. Но... Остановился.

Посмотрел прямо на свою жертву. Мужичок упал на колени и затряс перед собой молитвенно сложенными руками. Видимо, думал, что это поможет ему сохранить жизнь...

Внезапно все вокруг замерли и затихли, боясь пошевелиться. Каждый понимал, что решается их судьба, и возможно, у них сейчас появился последний шанс сохранить жизни.

Яра сделала несколько шагов мне навстречу, глядя почти так же жалобно, как и тот человек на полу.

— Не убивай их. У тебя же есть те уколы, которые заставляют забыть всё! Ты пополнял запас...

Резко развернувшись, я разнёс голову одному из посетителей, который попытался незаметно за моей спиной что-то набрать на своём коммуникаторе.

После этого, медленно поворачиваясь вокруг своей оси, заорал громко и убедительно — так, чтобы дошло даже до самого тупого:

— Не двигаться! Все! Лежать! На пол! Руки от коммуникаторов! Убью на хрен!

И после этого уже спокойным голосом обратился к Яромире:

— Сегодня арифметика против милосердия, дорогая. Доз у меня хватит от силы на половину тех, кто здесь присутствует...

— Могу помочь, — в наш разговор внезапно вмешалась Наина.

Она вытерла губы салфеткой и, нарочито шумно отодвинув стул, встала с абсолютно невозмутимым видом.

— Кстати, ты действительно хорош, родственник. Теперь верю, что у нас что-то может получиться.

Хотел было возмутиться тем, что она светит ненужную информацию перед свидетелями, и теперь-то их уже точно придётся убирать — но женщина будто прочитала мои мысли и подняла руку. Хотя, почему «будто»...

— Они всё равно никому не расскажут, не переживай. Я сотру им память о последних часах. Это не так сложно, но... Мне надо будет коснуться каждого.

— Хорошо, действуй! Слышали? Хотите жить — не мешайте!

Внешне потеряв интерес к происходящему, а на самом деле продолжая контролировать всё вокруг с удвоенным вниманием, я опустился на одно колено и быстро обыскал лежащую передо мной первую телохранительницу. Стащил и нацепил на себя её щит, почти такой же, как был когда-то у меня, вытащил запасные обоймы, взял коммуникатор, вынул из глазницы нож, вытер его и вернул на место, в ножны.

После этого выпрямился и огляделся, заставляя посетителей «Галеона» и официантов, с которыми встречался глазами, вжимать головы в плечи. Трофейный пистолет всё ещё был в моей руке, хотя кобуру с тела я снял и успел прицепить себе под рубашку.

Наверняка на моём фоне Наина, которая спокойно проходила от одного человека к другому и всего лишь прикасалась рукой к головам, воспринималась меньшим злом. Хотя вообще-то те, от кого она отходила, безвольно оседали, растекаясь по полу... И я на месте этих людей десять раз подумал бы, стоит ли моей родственнице доверять свои жизни. Но вслух свои мысли, само собой, озвучивать не стал — сейчас покладистость посетителей и служащих «Галеона» была нам только на руку.

Попугав людей своим видом, я направился в сторону помещения для слуг и осмотрел останки второй телохранительницы. К сожалению, ничего полезного с неё взять не получилось, кроме двух запасных обойм — и щит, и оружие, и коммуникатор безвозвратно повредило взрывом.

Я как раз закончил сбор скудных трофеев, когда Наина выпрямилась, утёрла тыльной стороной ладони лоб и отрапортовала:

— Я всё.

— Отлично.

— Нам бы убраться отсюда...

— Ничто не мешает, — махнул рукой, призывая следовать за собой. — Куда нам? Где спрятано то, что м ищем?

Лишний раз говорить слова «Алтарь» и «Перстень» не хотелось совершенно. Пусть я и контролировал очень многое вокруг, но самый простой способ — всегда самый действенный. Если просто не говорить то, про что никому знать не желательно, то никто этого и не услышит...

— Поместье. Нам туда.

Выругался, даже не сдерживаясь. Вламываться в чужие владения, когда там наверняка все уже подняты по тревоге, задачка не из лёгких... Но где наша не пропадала?..

— Плохо. Но что делать?.. Пошли, скорее!

Когда я подвёл дам к лифту, Наина нахмурилась.

— Я бы не стала доверять... Могут перехватить, отключить.

— А я наоборот, только таким штукам и доверяю. Не бойтесь, давайте внутрь!

Двери лифта раскрылись, мы вошли, и не успели створки захлопнуться за нашими спинами, как кабинаухнулавниз.

Наина непроизвольно вцепилась мне в руку, но тут же отпустила и заглянула в глаза. Увидела, что я совершенно спокоен, и тоже расслабилась.

С другой стороны, будто ревнуя, ко мне прижалась Яромира. Вот только фокус моего внимания был сейчас не на ней, и я повернулся к новообретённой родственнице.

— Как лучше попасть в поместье? Нас туда пустят, если подъедем на своей машине? Или лучше угнать лимузин?

— Лимузин не впустят, и его отслеживают. Плохой вариант. Придётся прорываться так...

— Насколько хорошо поместье охраняется?

— Увы, хорошо. Так просто туда не попасть. Забор, автоматические турели, охранники... Меня уже наверняка внесли в чёрный список.

— Есть варианты?

Наина пожала плечами, хитро посмотрела на меня, и натянула на лицо лучезарную улыбку.

— Ты — глава семьи, племянничек. Вот и думай.

Усмехнулся в ответ. Она меня совершенно точно проверяла, и даже не скрывала этого...

Двери лифта вновь открылись, и мы быстрым шагом направились на стоянку, где нас ждала машина Фёдора.

Неладное я заподозрил, когда мы были ещё метрах в ста от неё.

Ветровое стекло было разбито. Самого нашего «агента», понятное дело, внутри не было, как и вообще нигде поблизости.

— Ну Струев, ну самка собаки... Вернусь на лапуту — урою!

— Что случилось, Зар?

— Во-первых, не называй меня по имени. А во-вторых... У нас Фёдор сбежал.

— Кто это, Фёдор? — в разговор встряла Наина.

— Наш типа «агент», — я выделил слово интонацией. — Привёз нас сюда, вписал к себе домой... Но это что-то с чем-то. Скользкий тип. Надо было его, Кровавые задери, прикончить сразу!

— Какой он? Можете попытаться вспомнить? Попробую найти...

— Найти? У нас в роду есть способности к поиску людей?

— Не то чтобы прямо людей... Скорее, их образа в головах других людей. То есть, если его кто-то видел, я это могу почувствовать.

— И какой радиус поиска?

— Увы, небольшой. Я слабая. Метров сто, плюс-минус — и плюс-минус этот очень от многого зависит...

— Сто — это уже хорошо!

— Давайте, думайте. Попробую считать.

Мы забрались, даже скорее запрыгнули, в машину — я на место водителя, Яра, немного опередив Наину, успела устроиться рядом, последней осталось только располагаться сзади. Двигатель завёлся ещё при нашем приближении, и мы сразу поехали.

Выруливая со стоянки, одновременно попытался представить физиономию Фёдора.

Почти сразу Наина кивнула, и сообщила:

— Северо-восток. Он шёл, и очень быстро, прочь от здания...

— Если поедем за ним, сможешь продолжить поиск? — я незаметно перешёл на «ты», Наина возражать не стала.

— Да. Буду искать.

Мы разогнались и буквально вылетели со стоянки, я даже не пытался сдерживать ревущих под капотом лошадей. Сейчас наше спасение было в первую очередь в скорости.

Одновременно послал команды тамплиерам, которые тоже добрались до торгового центра и отирались рядом. Не стал подбирать их и сажать к нам, наоборот, оставил бойцам свободу действий. Это была наша подстраховка на самый крайний случай, если всё пойдёт по совсем плохому сценарию.

— Налево. Он шёл туда...

Наина сообщила это, когда я уже почти переехал довольно оживлённый перекрёсток. Еле её расслышал — из-за выбитого ветрового стекла пришлось опустить ещё боковые, чтобы уши не закладывало от мгновенно выдуваемого из салона воздуха.

Получив новые вводные, я резко вырулил, нарушая все правила и проскакивая впритирку между отчаянно сигналящими машинами. Мы только чудом ни в кого не врезались — хотя в основе этого чуда было моё оперативное управление всеми узлами автомобиля, я буквально сросся с ним, стал одним целым.

Ещё больше ускорившись, я проскочил прямой участок дороги до следующего перекрёстка, перед которым немного притормозил.

— Дальше куда?

— Не знаю...

Мы опять почти проскочили поворот, когда женщина крикнула:

— Вправо!

— Такими темпами за нами скоро дорожная инспе...

— Уже, Зар.

Я ещё не договорил фразу, когда понял — за нами и правда уже гонятся, мигая люстрами, сигналя и призывая остановиться.

— Наина? Есть... Варианты?

— Могу их вырубить на время. Там уж можно добить, можно оставить — как захотите. Но надо, чтобы они были достаточно близко.

— Насколько?

— Десятка метров хватит.

— Хорошо...

Ещё больше ускорившись, я полетел прочь от приклеившихся к нам преследователей, проскочил на красный пару светофоров, завернул в какой-то глухой проулок, заехал подальше — и остановился.

Автомобиль дорожной инспекции залетел за нами следом всего несколько секунд спустя.

— Всем выйти! Руки на машину!

— Пошли, выйдем.

Мы послушно выбрались наружу, сделали, что от нас хотели, после чего один из инспекторов направился к нам. Второй остался стоять в нескольких шагах, страхуя товарища.

Тот, последний, и стал падать первым. Его товарищ не успел обернуться на шум — упал почти сразу после.

— Быстро! Переодеваемся, тела в машину, и погнали...

Мы побили все рекорды по скоростному переодеванию. Я скинул с себя дурацкую рубаху и накинул сверху форменный китель, который стянул с лежащего на асфальте инспектора, следом поступил так же и с его брюками.

Не знаю, как так получилось — мы об этом не договаривались — но кроме меня в форму переоделась именно Наина, которая натянула свой китель прямо поверх платья, а Яромира так и осталась, в чём была.

Бесчувственные тела инспекторов мы оперативно лишили оружия и коммуникаторов, после чего закинули в багажник служебной машины, куда они вдвоём еле влезли. После этого я скользнул на место водителя, Наина устроилась рядом, Яра — прыгнула на заднее сиденье. Быстро взломав бортовой компьютер, я выехал задним ходом из проулка, после чего на секунду задумался, прикидывая, куда ехать дальше.

— Я вижу его. Сто метров отсюда, — Наина внезапно тронула меня за руку. Я хотел спросить, куда ехать — но вдруг почувствовал, осознал, понял. Женщина же откинулась назад и вытерла со лба внезапно выступивший пот.

Я вырулил в нужном направлении и начал разгоняться.

Фёдор быстро и сосредоточенно шагал вперёд по тротуару, иногда обеспокоенно оборачиваясь. Увидев нашу машину, приближающуюся к себе, он внезапно развернулся всем корпусам и замахал руками, стараясь привлечь внимание.

Конечно же, мы не стали игнорировать «агента» и тут же затормозили рядом.

— Прошу вас, помогите! Мою машину угнали! Вот документы... — он обращался к Наине, сидевшей ближе к нему. Но вдруг взгляд его скользнул дальше, и он увидел на заднем сидении Яромиру. После чего, будто не веря, повернулся ко мне... И глаза его в ужасе расширились.

Сделать он ничего не успел, осел на асфальт. Наина открыла дверь, выскочила наружу и начала причитать, явно играя на публику:

— Человеку плохо! Скорее, помогите занести его внутрь!

Закинув Фёдора на заднее сидение, так, что Яре пришлось подвинуться, мы вновь сорвались с места. Теперь уже можно было не отвлекаться — я знал, куда ехать...

Внезапно, в кабине ожила служебная рация и раздался чей-то голос.

— Триста пятый! Триста пятый! У вас всё в порядке?

— Да, у нас всё хорошо! Взяли нарушителей, они пытались оказать сопротивление!

— Будьте осторожны, триста пятый! Один из нарушителей может быть тенью! Опасные способности!

— Женщина, из знатных? Мы обезвредили её.

— Отлично! — я прямо почувствовал облегчение в голосе. — Развернитесь и срочно возвращайтесь в участок. Тут уже за вашими нарушителями прилетели... В другое ведомство передадут.

— Хорошо! Сейчас, только развернусь — и приедем...

— Вы проехали уже четвёртый разворот, триста пятый!

— Просто разогнался, не остановиться...

— Триста пятый! Триста пятый... Эй! Бычок! А что с твоим голосом?..

Над приборной доской совершенно неожиданно — просто не успел взломать до конца всю аппаратуру внутри автомобиля — появилась голограмма человека в форме.

Хмурясь, он уставился на меня. То есть, понятно — смотрел человек не именно на меня, а на созданную там, у него, мою проекцию — но ощущение присутствия было полное.

— Ты... Ты кто такой, а?

Пришлось показать инспектору средний палец и принудительно завершить сеанс связи — я наконец взломал и отключил рацию.

— Пристегнитесь... Похоже, уйти тихо не получится.

Глава 2

Визг покрышек, рёв двигателя, противное верещание сирены, отблески мигалок... Мы неслись вперёд по забитым транспортом улицам, то и дело пролетая перекрёстки на красный свет, выезжая на встречную полосу, а зачастую проскакивая в каких-то сантиметрах между другими участниками дорожного движения, едва их не задевая.

Уже наступило очень раннее утро, и город медленно пробуждался ото сна. По многочисленным дорогам тысячи работников и служащих ползли к тем местам бетонно-металлически-стеклянного муравейника, где должны были выполнять свою основную функцию — незаметную ежедневную работу, без которой муравейник бы не смог существовать.

По сложившейся привычке я вёл машину, закрыв глаза и не притрагиваясь к органам управления. Наина, когда в первый раз обратила на это внимание, со значительным видом посмотрела — мол, ты нормальный вообще, или как? Но ничего не сказала.

Когда мы прошли впритирку между грузовиком и каким-то кабриолетом, и меньше чем за минуту дважды, казалось, лишь чудом избежали аварий, женщина внезапно успокоилась. Видимо, поняла, что мне лучше не мешать, и начала просто смотреть вперёд, как будто ничего из ряда вон не происходит. Но её невозмутимость была не такой уж и непробиваемой. Иногда она зажмуривалась, особенно когда мы вылетали на встречку и нагло пёрли вперёд, заставляя едущих навстречу сворачивать, чтобы избежать столкновения.

Конечно же, все датчики положения и отправку информации о координатах машины я отключил первым делом, сразу, как взломал все внутренние системы, и как стало ясно, что нас раскрыли. Теперь нас отследить можно было только через системы наружного наблюдения, и это давало некоторую фору. До того момента, как городское начальство сориентируется в ситуации и сможет обложить нас по всем правилам, требовалось убраться как можно дальше от места нашего последнего контакта, где совершенно точно засекли нас. Я выделил нам где-то четыре минуты такой бешеной гонки. После этого, предположительно, должны были начаться проблемы.

— Наина.

— Да?

— Ты можешь стереть память нашему Фёдору?

— Не отвлекайся от дороги, племянничек...

— Всё под контролем. Я могу управлять машиной, контролировать всё вокруг через камеры... Одновременно с этим говорить с вами, и делать что-нибудь ещё.

— Хорошо. С какого времени надо стирать?

— Часов девять где-то... Лучше бы всю, конечно, но это же маловероятно?

— Не могу. Гарантированно — час, возможно, если повезёт — два. Не больше.

— Плохо... — я резко свернул в неприметный грязный проулок, образованный двумя глухими стенами без окон, заставив машину наклониться набок и встать на два колеса — нас чуть не перевернуло.

Когда мы въехали в рукотворное бетонное ущелье, я сбавил скорость — но не из-за того, что испугался. Затормозил у какой-то помойки, выскочил наружу и распахнул заднюю дверь. Схватив Фёдора за шкирку, выволок его на асфальт и протащил за собой, закинув в конце концов в мусорный бак. Отступил на шаг, прицелился, выстрелил в голову. Вытер лицо от кровавых брызг, неудачно разлетевшихся в стороны, и запрыгнул обратно, в уже начавший набирать скорость автомобиль.

Несколько секунд — и мы вновь вырулили на улицу, разгоняясь всё больше и больше...

Наина значительно посмотрела на меня. Никак не среагировал на это. Тогда она отвела взгляд, открыла бардачок, покопалась в нём, и достала упаковку влажных салфеток.

— На, держи. А то у тебя видок ещё тот. Зеркальце дать?

— Не надо.

Всё так же не открывая глаза, оттёр кровь Фёдора. И выругался — судя по камерам, в нашу сторону уже пробивались преследователи. Смогли вычислить даже раньше, чем я рассчитывал.

Ни на секунду не замедляясь, мы залетели на какую-то парковку, сразу за неспешно зарулившим туда шикарным автомобилем представительского класса. Судя по отсутствию гербов, флажков и прочих атрибутов, он принадлежал просто какому-то большому чиновнику или управленцу. Не клановому — что-то масштаба городской власти.

— Остановите машину! — проорал я в громкоговоритель.

Водитель автомобиля послушался, мы пристроились сразу сзади, но чуть в стороне.

Я вышел и прошёл вперёд. Водитель опустил боковое стекло и начал возмущаться:

— Слушайте! Я пожалуюсь вашему начальству, ведь я водитель самого...

Договорить фразу ему не дал — просто распахнул дверь и вытащил бедолагу наружу, скрутив так, чтобы не рыпался.

— Наина?

— Сейчас...

Как только женщина сделала своё дело, кивнул ей на нашу новую машину:

— На заднее сиденье. И сними эти шмотки...

Сам стащил с безвольного тела водителя куртку, после чего затолкал его в багажник, быстро переоделся и прыгнул за руль. Наина послушно избавиться от кителя, и вновь была в своём шикарном платье. Они с Яромирой забрались на заднее сиденье нашего нового транспорта, изображая пассажирок. Надо сказать, вместе эта парочка смотрелась. Синее и красное, рыжее и светлое... Если бы у моей супруги цвет волос был оригинальным, выглядело бы всё ещё лучше.

Минуты не прошло, как мы выкатили наружу — быстро, но не превышая допустимую скорость и не нарушая никаких правил.

Напряжение отпустило только когда где-то через минуту мимо нас пролетели автомобили дорожной инспекции. Внимания на нас они не обратили, и позволили спокойно проехать дальше.

— Кажется, пронесло...

— Да. Какое-то время у нас есть, надо успеть добраться до поместья.

Мы снова начали набирать скорость, хотя теперь я нарушал очень осторожно и стиль вождения изменил кардинально.

Пользуясь этой относительной передышкой, повернулся к Наине:

— Так вот. То, что мы ищем... Оно на территории поместья, так?

— Не совсем. Там только часть... Та, которую я смогла спрятать в своих украшениях.

— Плохо, но ожидаемо. Хорошо. А где остальное?

— За остальным, увы, придётся чуть-чуть проехаться. Оно... Там, где раньше были владения Разумовских.

— Совсем плохо. Но ладно, где наша не пропадала... Можно координаты? Я хоть примерно прикину, куда потом добираться.

— Да. Вот, — Наина активировала голоинтерфейс управления машиной, вызвала на нём карту, и указала точку. Ехать предстояло в соседнюю область.

Ненадолго в салоне повисло молчание, все переваривали информацию.

— Ладно. С этим разберёмся потом... А что насчёт твоего мужа, Наина? Он будет нам мешать? Он вообще кто? Опасен?

— Опасен. Он лис-оборотень, боец. К счастью, его сейчас нет в поместье... Иначе это была бы проблема.

— То есть, на помощь от него можно не рассчитывать?

Наина фыркнула, а Яромира подобралась и повернулась в её сторону — кажется, моей супруге было всё это очень интересно.

— А... Как вы с ним вообще?

— В смысле, как? — Наина горько усмехнулась. — Девочка, ты действительно хочешь знать, как? Я тебе расскажу... Когда весь род истребили, буквально вырезали на корню, тот, кто был в числе самых отъявленных и жестоких убийц, тот, у кого руки были по локоть в крови — он внезапно пожалел одну девочку... Потому что она показалась ему слишком красивой для окончательной смерти или вечного заточения. И он решил сохранить ей жизнь, превратив эту жизнь в ад.

Яра коснулась руки Наины и попыталась заглянуть ей в глаза.

— Я не знала... Простите.

— Спасибо, девочка, за сочувствие. Но мне оно не требуется. Мне нужна только месть, и ничего больше, — женщина смотрела прямо перед собой и даже не повернула головы. Казалось, разговор её ничуть не волнует. Но я заметил, как она сжала в кулак ладонь — ту, которую Яромира видеть не могла. А я мог — спасибо камерам внутри автомобиля...

Наина перевела взгляд на меня, будто знает, что я знаю, и всё такое — но меня это ни капли не смутило. Прямо на ходу повернувшись назад, я спросил:

— У меня вопрос. Почему Разумовских убрали? Это были чисто политические мотивы... Или враги боялись способностей рода?

— Второе. Да, мы приобрели немалый вес чисто за счёт разного рода активов — лапуты, заводы, корабли, земля... И забрать это мечтал каждый, кто завидовал нашему богатству и могуществу. Но ради одного этого род не стали бы вырезать под корень. Вся беда, действительно, в наших способностях. Я знаю всего две семьи со схожими источниками — это Зелёная Ветвь и Дипмайндеры. И те, и другие захватили власть в своих мирах, полностью подмяв под себя конкурентов.

— Интересно... И как по-твоему, почему победители рискнули оставить тебя в живых? Как позволили Рыжову сохранить того, кто представляет такую опасность?

— Ну, во-первых, один человек — это вообще не серьёзно. Семья, где каждый способен управлять разумом — вот таких рядом с собой держать действительно опасно. Что же до меня... Я одиночка. Без Алтаря, без поддержки, максимум я доставлю кое-какие проблемы, но не больше. Ни развиться толком, ни узнать новые печати, после первой же гибели — почти гарантированно попадусь... Нет, об этом даже не стоит говорить.

— А во-вторых?

— Во-вторых...

Наина внезапно дёрнула ворот своего платья вниз, и показала покрытый рунами тонкий золотой ошейник на своей шее.

— Во-вторых — вот. У моего мужа артефакт, с помощью которого он может заставить эту штуку делать мне больно... И даже убить. И есть у него ещё один артефакт, который защищает от воздействий на разум.

Я присвистнул.

— Да, племянничек. Он действительно неплохо так потратился на меня. Выложил целое состояние мастерам. Я оказалась для него дорогой игрушкой. Но он никогда не стоял за ценой и не заботился о таких мелочах, как реальаня стоимость тех вещей, которые хотел получить.

Яра снова коснулась руки женщины, выражая сочувствие. И на этот раз Наина отреагировала: повернулась к моей супруге и грустно кивнула, улыбнувшись.

— Знаете, это очень непривычно. Что кому-то не безразлично то, что у меня внутри. Пожалуй, ради такого стоило столько ждать...

— А ты ждала?

— Да. Чего-то я всегда ждала, племянничек. Как минимум — избавления от этой вечной пытки.

— Там не лучше, — усмехнулся я в ответ и отвернулся, сделав вид, что смотрю на дорогу — мы проезжали мимо стационарного поста дорожной инспекции, и не хотелось привлечь их внимание раньше времени. — А способности... Наина, что ты умеешь?

— Увы, я очень слаба.

— Но всё же?

— Вы почти весь мой арсенал уже видели. Я могу чувствовать чужие эмоции, направленное на себя внимание...

— В каком радиусе?

— Небольшом, и это зависит очень от многого. Но вы, когда подъехали к поместью, оказались слишком близко... И людей с такими же способностями мы чувствуем очень хорошо.

— А сейчас оно есть, это внимание?

— Ещё бы. Сейчас за нами гонится вся дорожная инспекция города... И кого ловят, они знают прекрасно.

— Понятно. Что ещё?

— Могу транслировать другим эмоции. Общаться мысленно с теми, кто обладает такими же способностями и умеет делать так же. Чувствовать живых, когда вокруг никого вообще нет. Могу стирать последние воспоминания. Могу усыплять ненадолго. Могу вызывать паралич, буквально на пару-другую секунд... Вот, собственно, и всё.

— А делать так, чтобы не транслировать другим эмоции?

— Конечно, — женщина недоуменно пожала плечами, будто это само собой разумеется, и вдруг с подозрением уставилась на меня: — А у тебя ведь с этим проблемы, ведь так?..

— Так.

— Это одна из первых печатей, которые обязательно ставили всем в семье... Но тебе, понятное дело, узнать об этом было неоткуда. Что же. Это первое, что тебе надо будет сделать у Алтаря.

— Да. Это то, ради чего я изначально всю операцию и затеял... Но чем дальше, тем больше мне кажется, что это лишь первая ступень на лестнице вверх.

— Если никто это лестницу не разрушит.

— Если никто не разрушит, да. Но пусть только попробуют!

Когда мы почти подъехали к поместью, я затормозил и свернул в неприметный проулок.

— Что случилось? — Яра встрепенулась и озвучила возникший у обоих моих спутниц вопрос, просто моя супруга оказалась менее сдержанной.

— Дорога перегорожена машинами дорожной инспекции. Вдоль ограды ходят люди с оружием.

— Плохо...

— Да.

— Вызовем «Косатку»?

— Только в крайнем случае.

— Подождём тамплиеров?

— Возможно...

— У вас есть свои тампилеры?

— Да. Двое, наёмники. Отличные ребята... Правда здесь они, увы, налегке...

— Я много слышала про этих людей.

— А я видел их в деле... Несколько раз. Всё, что про них говорят, правда — про некоторое ещё и умалчивают. Всё, хватит болтовни. Время!

Вызвав Луция и Тита, которые ехали в нашу сторону на взятой напрокат машине, обрисовал им ситуацию. Эти двое ненадолго задумались.

Внезапно Тит фамильярно пихнул десятника в бок кулаком, заставив того досадливо сморщиться, и выдал:

— А давайте угоним танк!

Я только усмехнулся в ответ, и посмотрел на Луция — мол, ты за подчинённым следи, а то он совсем того уже.

Но тамплиер внезапно спокойно ответил на мой взгляд, и даже больше того — его глаза загорелись.

— Нам было сказано — добыть оружие в бою. Мы его добудем!

Глава 3

— Итак. Вы собрались угнать танк. Судя по всему, это не шутка?

— Не шутка.

— Рассказывайте.

— В центре города памятник. Имперский, в честь победы над Чужими. Можно завести.

— Памятник?.. Завести?!

— Да. Наши бывали здесь, раньше. Залезали внутрь. Любопытно было... Потом рассказывали. Нужны только новые энергетические элементы, и танк поедет.

— И... Неужели там всё сохранилось?

— Вполне. Простая конструкция, консервация. Никто ничего не разбирал — лишняя работа. Оставили, как есть.

— Но орудия-то демонтированы?

— Танк полностью демилитаризован.

— Мы будем лёгкой мишенью...

— Генератор поля рабочий. Пока не подтянут артиллерию, нас не взять.

— Вы не нарушите этим каких-то своих правил?

— Нет. Узнали о танке до того, как заключили контракт.

— И что нам потребуется?

— Энергетические элементы. Много.

— Насколько много?

— Тридцать стержней, минимум.

Задумался.

По идее — всё, что надо, хранилось в трюме «Косатки». Но светить корабль очень не хотелось. И уж если бы я решился это сделать, то куда проще и надёжнее было попасть на территорию поместья сразу на корабле, минуя все промежуточные этапы.

Честно купить энергетические элементы в нужном количестве мы тоже не могли — просто не было таких денег, ни наличных, ни любых других.

Итого, оставалось только одно.

Используя доступные в сети открытые ресурсы, я быстро проглядел все варианты с заправками и точками, что торгуют энергетическими стержнями. Выбрал несколько ближайших к городскому парку. Поискал доступные для подключения извне камеры, с их помощью изучил обстановку.

Остановился на небольшом магазине в промзоне — это было именно то, что надо, чтобы провернуть дело без лишних свидетелей.

— Луций, Тит. Можете добыть какой-нибудь фургон и подъехать, — скинул им адрес магазина, — вот в это место?

— Принято!

— Отлично. Мы там будем минут через пять...

С оценкой времени, правда, я малость промахнулся. Дорога заняла почти четверть часа — пришлось несколько раз подряд сворачивать во дворы и переулки прямо перед едущими навстречу машинами дорожной инспекции, пережидая, пока они не проскочат мимо.

В небе несколько раз мелькали патрульные флаеры и поисковые дроны, но их было слишком мало, чтобы беспокоиться. Ещё помогала облачность — благодаря низко висящим тучам можно было не переживать, что нас засекут из космоса. Тем не менее, я попросил Яру и Наину разложить задние сиденья, лечь и лишний раз не отсвечивать в окнах. А все стёкла, само собой, затемнил в первую очередь.

Когда мы подъехали к нужному нам зданию, возле него уже был припаркован старый обшарпанный фургон, который тамплиеры просто-напросто угнали. Сами они стояли рядом и «курили» с независимым видом, будто просто решили передохнуть после долгой дороги.

Я подрулил к самому входу и остановился у небольшого крылечка, прямо под запрещающим знаком.

— Наина. Сходишь со мной, «выключишь» всех, кто там будет?

— Нет проблем, племянничек.

— Яра? Посидишь пока тут?

— Да куда я денусь...

— Со спасательной лодки, да.

Мы с Наиной выбралисьиз машины и вошли внутрь. Скучающий паренёк за прилавком даже не успел ничего понять — просто отрубился, когда моя спутница применила на нём свою способность.

Сама она при этом немного изменилась в лице. Но мне ничего не сказала, а сам я тем более не стал поднимать вопрос того, что использование источника даётся ейне так уж и легко. Раз считает, что всё в пределах нормы — значит, беспокоиться не о чем.

Оттащив бесчувственное тело паренька в подсобку, я сел за его рабочее место и быстро взломал систему. Убедился, что других живых внутри нет, и выяснил, что мы находимся всего лишь в офисе конторы.

То, что нам было нужно, хранилось на складе. К счастью, ехать никуда не требовалось, он находился в соседнем здании. Люди там тоже отсутствовали как класс, все погрузочно-разгрузочные операции были полностью автоматизированы.

Скинул Луцию на коммуникатор команду, куда подъехать, разблокировал двери склада и приказал обслуживающим его роботам загрузить в фургон нужное нам количество энергетических элементов, а заодно с десяток мощных промышленных аккумуляторов. Не дожидаясь, когда всё закончится, вышел из офиса, заблокировал за собой двери и высветил на них голографическую надпись «Технический перерыв».

В сторону городского парка мы выехали, не став дожидаться тамплиеров. Я не хотел привлекать лишний раз внимание, а движением такой странной колонны из автомобиля представительского класса и старенького фургона могло кого-то заинтересовать.

К моменту, когда мы доехали до парковки перед входом в парк, с помощью камер я уже детально изучил ту металлическую громадину, которую нам предстояло оживить. Она внушала.

Это был не оставленный на яхте «Шершень». Нет, наш юркий и маневренный десантный танк, приспособленный для полётов низко над землёй, можно было назвать скорее летательным аппаратом с урезанным функционалом. Перед нами же стоял настоящий сухопутный дредноут, фактически — небольшая самодвижущаяся крепость.

Приземистый, но массивный силуэт, толстая броня, предназначенная сдерживать всё то, что пропустят мощные защитные поля, целая батарея пушек в боковых спонсонах и пяти расположенных сверху башнях — такая штуковина создавалась для того, чтобы перемалывать целые орды Чужих и выдерживать орбитальные бомбардировки.

Главное достоинство танков такого типа — мощные поля и возможность динамически переключать энергетические потоки. Имперские инженеры создали гениальную в своей простоте конструкцию. Избавившись ото всех агрегатов, предназначенных для поддержания танка над землёй, всё высвобожденное внутреннее пространство они заняли реакторами, генераторами щитов и орудиями.

За счёт управления энергией можно было стрелять как из всех пушек сразу, так и выдать полную мощность только на главный калибр, расположенный в самой крупной, верхней башне. За счёт этого танк был равно эффективен и при круговой обороне против больших масс противника, и в наступлении, когда требовалось пробивать особо мощные силовые щиты и разносить на атомы серьёзные укрепления.

Троированные генераторы защитных полей позволяли легко выдержать не менее десятка выстрелов из корабельных орудий — достаточно, чтобы поставить маскирующую дымовую завесу и попытаться уйти от огня. Конечно, это была ни разу не панацея, в дуэли между кораблём и танком, если предположить неограниченное время и отсутствие внешних факторов, всё равно победил бы первый, только за счёт одной лишь подвижности и возможности уклоняться от выстрелов. Но для противодействия космическим угрозам всегда использовались совершенно другие средства, а танки создавались для другого — и, к слову, стоили по сравнению с теми же кораблями гораздо дешевле, а огневую мощь и защиту имели такого же класса...

Оказавшись у парка, я притормозил и дождался, когда в области видимости покажется фургон с тамплиерами. После этого приказал им двигаться следом, а сам нагло въехал в главные ворота и покатил прямо по идущей от них пешеходной дорожке, разгоняя праздных гуляк звуковыми сигналами. Класс машины позволял действовать так нагло — пусть попавшиеся навстречу люди наверняка подумали в нашу сторону много всего хорошего, но расступались и пропускали послушно.

«Воровство» памятника, хоть мы никогда и не готовились к такому, напомнило работу хорошо отлаженного механизма.

Резко затормозив возле него, мы оставили свои машины. Тамплиеры тут же забрались под танк — по их словам, попасть внутрь можно было только через нижний люк, по какой-то причине оставленный незапертым.

Полминуты спустя задняя дверь, предназначенная для технического обслуживания, с противным лязгом распахнулась, открывая заполненное различными агрегатами чрево металлического гиганта. В неётут же устремились украденные мной со склада роботы-погрузчики, которые уже стояли рядом с энергетическими элементами на изготовку в своих манипуляторах.

Сам я вскарабкался к командирскому люку, и как только его открыли, тут же юркнул внутрь.

Яромира и Наина последовали за мной. Я даже отвлёкся ненадолго, любуясь на то, как ловко и грациозно они взбираются вверх и ныряют в люки для членов экипажа. Особую пикантность картине придавал нюанс, что обе были в платьях — совершенно не в той одежде, которую ожидаешь увидеть на людях, лазающих по броне.

Сохранил несколько особо удачных кадров со следящих за памятником камер. Не для публичного использования, просто на память — ведь наша операция считалась вроде как секретной, и нас тут вроде как не должно было быть...

Когда я устроился на командирском кресле, системы управления танком уже частично ожили — ведь я не стал ждать, пока реакторы раскочегарятся, и приказал роботам подключить в параллель к ним аккумуляторы. Это решение позволило очень хорошо сэкономить время. Благодаря ему, к моменту, когда энергетическое сердце танка вышло на полную мощность и начало вырабатывать положенные мегаватты энергии, я уже взломал почти все жизненно важные системы и разбирался с управлением.

Результаты теста самодиагностики заставили испытать некоторое разочарование, технически танк был исправен далеко не на все сто. Из трёх щитов рабочим оказался всего один, из шести основных двигателей не выдавала критических ошибок только половина. И это не говоря о всяких «мелочах» — сбоил климатический контроль, не работали средства наблюдения, не отзывались подсистемы пожаротушения и самовосстановления, напрочь отсутствовали сенсоры, да и вообще очень многое требовало ремонта или замены.

Тем не менее, в целом танк был действительно на ходу, в этом тамплиеры не соврали. И как только реакторы начали обеспечивать его энергетические потребности полностью, я приказал роботам отключить аккумуляторы. Когда они это сделали, попытался сдвинуться с места.

С жутким скрежетом, завывая катушками приводов, танк начал движение. Лязгая гусеницами и всё больше разгоняясь, он подъехал к краю массивного пьедестала и ухнул вниз, заставив меня чуть ли не впечататься лицом в приборную панель. Управление было чертовски непривычным, но я быстро осваивался, привыкал к габаритам и динамическим характеристикам танка.

На площадь перед постаментом, вереща сиренами и рассыпая вокруг сине-красные блики, вылетела полицейская машина. Повернул прямо на неё — водитель и его напарник выскочили в последний момент и порскнули в стороны. Когда мы проехались по их автомобилю, превратив его в плоский блин, эти двое открыли по нам огонь из табельного оружия, но работающий на полную катушку щит танка эти комариные укусы просадили хорошо если на пару процентов.

Постепенно ускоряясь, мы устремились вперёд — сначала по главной аллее, потом свернули и начали пробиваться прямо сквозь деревья. Толстые стволы ломались, как спички, и не могли задержать наше продвижение ни на секунду.

Вскоре мы покинули пределы парка и поехали по городским улицам. Позади оставались глубокие цепочки следов от широких гусениц. Всё, чему не посчастливилось оказаться у нас на пути, сплющивалось в блин и вминалось в асфальт, который тоже перемалывался в бесформенное крошево. Водители и пассажиры попавшихся навстречу машин, бросив всё, распахнув дверцы выпрыгивали наружу и с воплями разбегались в стороны.

Однако это длилось недолго — вскоре дорога перед нами опустела. Не иначе, городские власти успели сориентироваться... Зато позади появился шлейф из полицейских автомобилей. Они не приближались и не стреляли, просто следовали за нами по пятам.

Когда мы наконец выкатились из-под прикрытия домов и направились к поместью, по нам открыли шквальный огонь. Стреляли дорожные инспекторы и полицейские, прячущиеся за своими машинами, стреляли охранники Рыжовых, сбежавшиеся со всех сторон, стреляли показавшиеся из-под земли автоматические турели. Наиболее опасны для нас были именно они, это я видел по тому, как от вылетающих из широких раструбов их плазменных пушек разрядов начал неумолимо проседать заряд щита.

Тем не менее, нехитрые подсчёты показали — даже в самом худшем случае к моменту, как мы окажемся у стен дворца, расположенного в центре принадлежащей Рыжовым территории, танк будет ещё цел. Если, конечно, никто не подтянет серьёзную артиллерию, не попытается достать нас из космоса, или не придумает ещё что-нибудь в такомроде...

Будто подслушав мои мысли, вдали поднялись в воздух и устремились в нашу сторону десятка два дронов-камикадзе. Врезаясь в наш щит один за другим, они начали просаживать его с недопустимо большой скоростью.

Я крикнул через внутреннюю систему связи:

— Луций, Тит! Пикап справа! Пулемёт в кузове! Сейчас будем рядом...

Разжёвывать команду не потребовалось — меня поняли и так. Мы почти наехали на пикап, заставив находившихся в нём полицейских разбежаться в стороны, после чего я резко затормозил. В этот момент тамплиеры выскочили наружу и двумя стремительными тенями метнулись вперёд. Какие-то секунды — и пулемёт развернулся на сто восемьдесят градусов, принявшись палить по атакующей нас туче. Дроны стали взрываться прямо в воздухе, один за другим, пока небо над нами не очистилось. Потом пришла очередь и тех, кто пытался достать нас с земли.

К моменту, как тамплиеры расстреляли весь боезапас и вновь скрылись под защитой танковой брони, огрызались против нас только две турели — и с этими помехами ничего сделать без тяжёлого вооружения было, увы, нельзя. Но я просто наехал на одну из башенок, превратив её в груду обломков, и остаток пути до поместья мы проделали уже почти в тепличных условиях.

Наина ещё по дороге к парку в подробностях разъяснила, как и куда мы должны попасть внутри поместья, так что ехал я не наугад, а старался как мог оптимизировать наши перемещения внутри здания.

На скорости протаранив одну из стен дворца, наш танк на добрую треть вломился внутрь, и я снова заорал:

— Тит, Луций, Наина! Вперёд!

Правда, это оказалось скорее лишним. Тамплиеры и женщина, не дожидаясь моей команды, уже выскочили наружу, прямо в клубящиеся облака пыли. И тут же устремились к господским покоям.

Встреченные по пути слуги в испуге разбегались, оказывать сопротивление никто даже не пытался. И тем лучше для них — благодаря этому удалось избежать лишних жертв.

Возле красивой деревянной двери, которая внутри на самом деле была из прочнейшего металла, Наина остановилась и разблокировала замок. Повезло — доступ ей никто не успел закрыть, и створки послушно разъехались в стороны.

Дальше никаких сложностей не последовало. Проникнуть в комнату, где хранились драгоценности, забрать их — женщина решила не ограничиваться одним кольцом, а прихватить всё — и поскорее свалить оттуда.

В то же время мы с Яромирой спускались в спрятанный в подвале гараж, по очень удачно и совершенно не случайно оказавшейся перед нами служебной лестнице.

Когда я после минутной возни взломал дверь в конце небольшого коридорчика внизу, нам открылся вид на огромный ангар, весь заставленный разного рода техникой. У меня аж глаза разбежались — чего там только не было, от лимузинов до внедорожников, от представительских броневиков до спорткаров, это не считая всяких мотоциклов и юрких флаеров.

Последние могли бы стать для нас лучшим вариантом, но при таком переполохе вокруг подниматься в воздух было слишком большим риском. Поэтому среди всего этого многообразия я выбрал спортивный автомобиль на антигравитационной подушке, с самым мощным двигателем из всех в ангаре.

Конечно же, без пароля и биометрии владельца завести агрегат не получилось. Но я заставил вычислитель войти в режим разработки, через него стёр основную прошивку, а затем скачал и установил новую. Всё это тянулось мучительно долго и заставляло нервничать, но нам всё равно приходилось ждать Наину и тамплиеров.

Наконец, автомобиль послушно взревел двигателем и выдвинул из капота фары, которые я тут же заставил спрятаться обратно, а заодно принудительно погасил задние фонари. Пусть нас и так легко могли поймать на прицел, но я не хотел никому облегчать работу.

Рванув с места, я подъехал прямо к двери, из которой через несколько секунд выскочили Наина, Тит и Луций. Едваони запрыгнули внутрь, заняв всё заднее сиденье, как я тотчас мысленной командой вдавил педаль газа и мы устремились вперёд, к уже открывающимся воротам гаража.

Одновременно наш танк, повинуясь моейволе, развернулся и попёр на окружившие его полицейские машины, среди которых появились первые броневики. Вражеский огонь уже ощутимо просаживал щиты, у наших противников появилось серьёзное оружие — гранатомёты и переносные плазменные пушки. Ждать больше было нельзя, и я, скрепя сердце, отправил ещё одну команду.

Реакторы начали набирать мощность, постепенно выходя в красную зону, и спустя пару десятков секунд должны были сдетонировать... Вот только это не успело произойти. Сверху, прямо сквозь тучи, вниз устремились несколько мощных разрядов, один из них попал в танк, и металлический гигант буквально вспух огненным цветком, оставив после себя глубокую воронку, а на сотни метров вокруг раскидав обломки.

В это же время мы на полной скорости вылетали с территории поместья, с другой стороны от дворца. Навстречу тащились машины дорожной инспекции, и мы нагло прошли совсем впритирку к ним, практически мгновенно оставив этих черепах позади.

Как только пролетели ближайший поворот и скрылись с их глаз, я повернулся к Наине и спросил:

— Успешно?

— Да.

Протянул руку назад, и женщина послушно вложила в неё кольцо с сине-зелёным камнем.

С некоторым благоговейным трепетом нацепил его на свободный палец. Поднял ладонь. Сжал кулак.

И сказал, как-то глупо и восторженно улыбаясь:

— Рождение семьи Огневых-Белых-Разумовских все запомнят надолго...

Мои слова подтвердили сразу три вспышки.

Глава 4

Мы имели небольшую фору и преимущество в скорости. Но за нас вот-вот должны были взяться всерьёз, поэтому я предпринял все меры, чтобы запутать следы и оторваться от погони.

Можно было попытаться как можно быстрее покинуть область, где нас будут искать, или наоборот, двигаться медленнее, но осторожнее.Из этих двух вариантов я выбрал второй. Просто боялся, что нас обнаружат с воздуха. Висящие под облаками или носящиеся над поверхностью флаеры, а также находящиеся на орбите корабли со спутниками сводили на нет все наши попытки скрыться. Не помогло бы даже то, что с каждой секундой область поиска увеличивалась, усложняя нашим врагам работу.

Следуя выбранной стратегии, как только представилась возможность свернуть с трассы прямо на целину, я это сделал — благо, антигравитационная подушка позволяла одинаково легко двигаться по любой местности, хоть по автостраде, хоть по болоту. А когда на пути попалась мелкая извилистая речушка, которая дальше исчезала в гуще хвойного леса, я воспользовался такой удачей и заскользил прямо над ней, двигаясь на предельно малой высоте и на предельно высокой скорости — так, чтобы успевать вписываться в повороты.

Так дальше и продолжалось. Я, можно сказать, крался, не используя и десятой части мощности двигателя. Старался выбирать лесистую местность, использовал все доступные укрытия, по возможности дожидался появления на небе туч или хотя бы облаков перед тем, как пересечь открытые пространства. Идеально для нас было бы, если бы пошёл проливной дождь — но, увы, кроме высокой облачности о вчерашнем шторме ничего не напоминало.

У одного из небольших городков, которые встретились по пути, мы заскочили в стоящий на отшибе ангар автосервиса. Я договорился с его владельцем о перекраске нашего транспортного средства и изменении его силуэта — багажник, декоративные накладки, несколько дополнительных крыльев и спойлеры должны были сделать наш автомобиль похожим на совсем другую модель, что могло помочь запутать наших преследователей.

Специальная краска ещё влажно блестела — не прошли те пять-десять обещанных минут, необходимых ей на высыхание — а я уже подчистил все записи с камер и блоки памяти обслуживавших нас роботов, а Наина сделала так, чтобы владелец сервиса никогда больше о нас не вспомнил. Сначала подумывал о том, чтобы оставить ему денег за работу — но решил всё же этого не делать, а просто запомнить данные человека, чтобы отблагодарить его когда-нибудь потом. Увы, если бы он обнаружил непонятные средства, появившиеся неизвестно откуда, это могло вызвать ненужные подозрения.

Пока находились внутри ангара и ждали, когда подсохнет краска, над нами пронеслось два звена флаеров. Вышло так, что идея с перекраской уберегла нас от обнаружения совершенно не тем способом, на который я изначально рассчитывал.

Тем не менее, и дальше я тоже старался двигаться предельно осторожно, в любой момент ожидая подвоха и пребывая в полной готовности к очередным бешеным гонкам.

Но... Про нас будто забыли. Или мы умудрились ускользнуть из зоны поиска, или местные вообще астероидных мышей не ловили — но за следующую пару часов мы легко обошли все встречные кордоны и патрули, не попавшись никому на глаза, и выехали на оживлённую магистраль, по которой в обе стороны неслись десятки машин. Причём не похоже было, чтобыкто-то собирался всё это перекрывать.

Я воспользовался передышкой и понял, что лучшего случая сделать одно дело просто не представится. Предоставив рулить машиной одному из тамплиеров и автопилоту, откинулся назад и вызвал... Перовского.

Он ответил минуты через две.

— Здравствуйте, князь Огнев-Белый. Чем обязан?

Поправлять, что я теперь Огнев-Белый-Разумовский, естественно, не стал. Хотя представил лицо собеседника в красках, если бы сделал это... И еле удержал серьёзную мину.

— Здравствуйте, Федул Саввич. Мне кажется, я созрел для посещения Дома. Вы же вроде говорили, что будете всегда рады видеть меня у себя в гостях?

— Всё верно, юный князь. Было такое. Как скоро вы готовы к нам прибыть?

— Да вот, думаю... Может, завтра?..

— Эх, как вы неожиданно... Я бы мог устроить в честь вашего прилёта большой бал... А так не успею организовать всё.

— Не надо никаких празднеств. Я бы по возможности не хотел огласки.

— Как скажете, Темнозар. Как скажете... Ладно, будете подлетать к планете, выйдите на связь — проведём вас мимо систем противокосмической обороны. Не вздумайте соваться сами. Наша планета очень хорошо защищена от вторжений из космоса...

Опять лишь очень больших усилий мне стоило сохранить невозмутимое выражение лица. В том, насколько хорошо Дом прикрыт с воздуха, мы имели возможность убедиться сами...

Когда я наконец закончил долгие прощания с Перовским и прекратил сеанс связи, понадобилось несколько минут на то, чтобы перевести дух. Ведь до последнего момента многое висело на волоске. Даже больше того — у меня так и не сложилось полной уверенности, что всё получилось.

Подготовка такого простого вроде бы действия — вызвать Перовского и с ним переговорить — заняла едва ли не половину времени и усилий от подготовки всей операции.

Требовалось создать достоверную оцифрованную копию меня-нормального, без всех приобретённых мной ради операции изменений внешности, и синхронизировать её с моей мимикой в реальном времени... А ведь сигнал с моего коммуникатора поступал на Косатку, с неё — на принудительно выбранные ретрансляторы, находящиеся едва ли не на границе системы, и уже только оттуда уходил в общую сеть к Перовскому, который сам мог находиться как на Доме, так и в любом другом месте. То есть лаги по времени получались изрядные.

Хотелось верить, что всё это не зря, и у нас-таки выгорело. Я не тешил себя надеждой, что обеспечу стопроцентное алиби, но очень нужно было хотя бы немного запутать наших врагов, друзей и союзников...

Дальнейшая дорога прошла без каких-то приключений. Беспрепятственно мы пересекли границу областей — Сосновской и соседней Мглинской, о чём нам сообщили большие динамичные голоплакаты по сторонам от трассы. Это совершенно ничего не значило — нас могли раскрыть и настичь в любой момент, как бы далеко мы неулетели. Тем не менее, стало сразу как-то поспокойнее.

Почувствовал это не только я.

— Племянничек. Удивительно, но... Мы почти на месте, и нас как будто так никто и не обнаружил.

— И правда удивительно, я рассчитывал уходить с шумом, как в прошлый раз. Даже испытываю лёгкое разочарование.

— А я вот нисколько. Лучше тихо сделать своё дело... И свалить отсюда подальше. Видеть эту проклятую планету больше не могу.

— Свалим. Но сначала — дело. Кстати, карта говорит что то место, куда нам надо — частная территория.

— Увы, да. Тут куда ниплюнь, всё частная территория. Что же до нашей цели... Раньше это былинаши владения... Теперь — растащили, стервятники. Придётся как-то проникать туда, что поделать.

— Ничего, не впервой.

— Надеюсь, на этот раз обойдётся безо всех этих там танков? Между прочим, у нас перед дворцом был прекрасный парк. Растили десятилетиями...

— У вас?

— Ладно, согласна. Глупость сказала. Так ему и надо, гаду моему... Но парк-то всё равно жалко. Деревья ни в чём не виноваты!

Пожал плечами. Моя совесть по этому поводу молчала. После того, как видел гибель целого народа, такая мелочь казались мне чем-то совершенно несущественным...

Я посмотрел в окно, в ту сторону, куда мы хотели попасть..

Нужная нам территория была отгорожена высоким забором с камерами. Наина проследила за моим взглядом, и начала рассказывать, как заправской экскурсовод:

— Большой Мглинский заповедник. Раньше принадлежал нашей семье. Мы специально сохраняли девственную природу, как есть. Леса, поля, холмы, озёра... Папа очень любил охотиться в этих краях. К сожалению, теперь это всё превратили в дешёвый аттракцион. Понастроили гостевых домиков, нарубили дорог, пригоняют сюда толпы народа... Устраивают дебоши с женщинами, алкоголем и наркотой. Мой муж несколько раз привозил меня сюда. Это было отвратительно!

Лицо Наины скривилось в гримасе ненависти. Яромира коснулась руки женщины, и та благодарно улыбнулась, совладав с собой.

— Кому это теперь принадлежит?

— Рубцовым.

— Кто они?

— Артефакторы. Наверное, самая богатая семья на планете.

— Интересно...

— Ничего интересного, племянничек. Эти твари делали оружие, которым убивали мою... И твою, кстати говоря, семью.

Кивнул, не желая спорить.

— Этого никто не отрицает. Интересно то, что они, с одной стороны, не имеют опасных для нас способностей — а с другой, могут иметь сколько угодно опасных для нас артефактов.

— В этом смысле да, всё верно.

— Кстати. Никто не хочет есть?

За всех ответило красноречивое урчание чьего-то живота. Кажется, Яромиры.

— Ясно. Предлагаю перехватитьчего-нибудь, а то живот уже к спине прилипает. А я сам подумаю пока, как на ту сторону проникнуть...

Еду, по большой сочной шаверме на каждого, мы взяли в придорожной закусочной. А думать, как оказалось, особо-то и не о чем.

Чтобы попасть на охраняемую территорию, я послал через ограду несколько микродронов. Они изучили обстановку с той стороны, нашли узел управления сигнализацией и даже умудрились подключиться к нему, вскрыв крышку неприметного металлического ящичка и подсоединившись к технологическому разъёму, который предназначался для прошивки и изменения конфигурации программного обеспечения устройства.

Используя свой дрон в качестве ретранслятора, я быстро взломал систему,влез в настройки узла управления и программно снизил чувствительность ближайших датчиков до нуля, сделав их просто-напросто «слепыми». После этого заморозил ближайшие камеры, и мы просто перескочили через забор, воспользовавшись способностью антигравитационной подушки изменять высоту полёта.

Для этого я специально выбрал участок лесистой местности, чтобы не подставляться наблюдателям с воздуха и из космоса. Вот только очень скоро пожалел об этом решении, уж больно проблемно оказалось продираться между тесно растущих деревьев. Порой было просто не протиснуться мимо некоторых слишком близко торчащих стволов, приходилось возвращаться назад и искать новые пути.Временами, чтобы протиснуться дальше, я наклонял нас едва ли не на девяносто градусов.

Всё это заняло времени едва ли не столько же, как и вся предыдущая дорога, и порядком измотало меня. Но наконец мы выбрались на идущую в нужную нам сторону просеку. Я решил рискнуть и двигаться дальше по ней, да и просто так было быстрее.

— Далеко ли нам, Наина? Мы почти у той точки, которую ты указала.

— Я точное место не помню, указала примерно. Там должно быть ущелье, красивое такое, и водопад.

Поиски нужного места заняли некоторое время. Очень помогли дроны, которых я разослал во все стороны.

— Вот, — я вывел картинку с одного из дронов в виде голограммы.

— Оно.

Место было действительно красивое. Узкое ущелье, по которому, перекатываясь с камня на камень и с уступа на уступ, нёсся бурный горный поток. В одном месте он с рёвом обрушивался вниз на добрый десяток метров, после чего тут же возобновлял свой безумный бег, до тех пор, пока не достигал конца ущелья. И только там поток вдруг успокаивался и превращался в обычную равнинную реку.

— Куда дальше?

— Водопад. Под ним скрыта пещера, нам надо внутрь.

Пришлось пожертвовать парой дронов — когда они влетали под падающую вниз стену воды, их просто смывало вниз и разбивало о камни. Но перед гибелью разведчики успевали передать картинки, из которых я установил, на какой примерно высоте начинается пещера.

— Луций. Подождёте пока нас? Замаскируйтесь и следите за округой, а я оставлю вам пару дронов для связи.

Тамплиер молча стукнул кулаком в грудь, и они вместе с Титом выпрыгнули наружу.

Выбравшись из-под прикрытия деревьев, я направил наш автомобиль вверх по реке, в ущелье, и так до самого водопада, после чего мы поднялись выше и решительно нырнули вперёд.

С другой стороны оказалось внезапно светло и, совершенно ожидаемо, очень сыро. Внизу под нами была неровная каменистая поверхность, однако впереди я увидел достаточно ровную площадку, на которую и посадил автомобиль.

— Куда дальше?

— Мы на месте.

Наина выбралась из салона, сделала несколько шагов по направлению к стене и пошла вдоль неё, ведя рукой по камням. Казалось, она их просто гладит.

Наконец остановившись, женщина взялась обоими руками за один из выступов, надавила... И стена перед нами начала медленно расходиться в стороны, открывая узкий тёмный проход.

— Дальше не знаю. Вероятно, может пройти только тот, у кого есть перстень... И в ком течёт кровь Разумовских. Темнозар?..

— Да. Я попробую войти. Если вдруг что... Просто вызывайте «Косатку» и валите отсюда на все четыре стороны.

— Я могу войти сама...

— Можешь. Но этот вопрос я должен решить сам, или мне не быть главой рода.

— Хорошо.

— На что это похоже? Что им говорить?

— Говори правду. Ты всё равно ничего не скроешь... Но тебе скрывать и нечего. Наша с тобой сделка понравится «предкам».

Я задумчиво покрутил перстень Разумовских на пальце, потом будто мысленно встряхнулся, ободряюще улыбнулся Яромире и решительно шагнул вперёд.

Через пару метров проход резко поворачивал вправо. Зайдя за угол, я оказался перед очередной глухой стеной. Перед ней на постаменте стояла небольшая каменная чаша, даже скорее — блюдечко.

Что это такое, было совершенно очевидно. Я вытащил нож из монокристалла, полоснул по руке и начал сцеживать кровь прямо в чашу. Когда она наполнилась до краёв, всё вокруг осветилось лёгким зеленовато-синим свечением.

В его свете я разглядел, что на ближайшем ко мне крае чаши есть крохотная выемка. По поводу её назначения тоже сообразил сразу.

Поднёс палец с перстнем Разумовских к выемке так, что камень попал точно в неё...

И меня будто ударило током, а по телу побежали сине-зелёные молнии. Но они быстро угасли... А очередная стена передо мной разошлась в стороны, пропуская дальше, в освещённую цветными всполохами небольшую пещеру. В центре её стоял большой плоский камень с выемкой посередине — то, ради чего мы сюда пришли.

Сзади послышался лёгкий шорох. Когда оглянулся — увидел, что за моей спиной проход закрылся, и там снова была сплошная каменная стена.

Тяжело вздохнув, я подошёл к Алтарю, поднял порезанную руку над выемкой и позволил всё ещё бегущей из раны крови стекать вниз, до тех пор, пока она не наполнилась.

После этого хотел подлечиться с помощью автодока — но у меня вдруг закружилась голова, а перед глазами забегали мириады ярких звёздочек, которые начали закручиваться в хаотичные водовороты, собираться в облачка... И вот уже передо мной проявились полупрозрачные, слегка светящиеся, силуэты.

А в ушах зазвучал странный шелест, который становился всё громче и отчётливее, и я внезапно понял — это шёпот десятков, если не сотен, голосов.

— Родная кровь...

— Половина...

— Чужая кровь, чужой род...

— Половина...

— Перстни...

— Наш перстень...

— Чужие...

— Три перстня...

— Источник...

— Наш источник...

— Чужие...

— Три ядра...

— Источник смерти...

— Кибермансер..

— Сбежал...

— Сбежал из преисподней...

— Занял место...

— Нашего потомка!

Внезапно одна из теней раздулась, увеличиваясь в размере, и одновременно обрела чёткость, как у хорошего голоизображения. Это был мужчина в возрасте, с суровым, изборождённым морщинами лицом, в старомодном мундире с эполетами.

Он резко приблизился, не шагнул — а именно переместился, и оказался прямо передо мной. Полубезумные глаза сверкнули ненавистью.

— Ты! Укравший душу у того, в ком половина нашей крови! Как посмел ты явиться к нам?!

— Я не крал душу.

— На твоём месте должен быть другой!

— Он сам отдал свою душу Богу Смерти. Он был слаб и бесполезен. Он сдался. Меня всего лишь поместили на место той пустоты, которая образовалась.

Поднял руку с перстнями и свернул тремя вспышками, подтверждая слова — хотя в этом не было нужды.

Призрак нахмурился, разглядывая меня.

— Ты! Ты сбежал из Преисподней!

— Не сбежал. Заключил договор. Я возвратился, чтобы иметь возможность отомстить... А тот, в чьей власти вы сейчас находитесь — получит за это души моих врагов.

— Твоих врагов?

— Да. И ваши враги... Могут стать моими врагами тоже. Если вы поможете мне, и признаете, я помогу совершиться возмездию. Я даже обещал уже это... Наине, урождённой Разумовской. Кроме меня — она последняя, в ком течёт ваша кровь. Я готов взять её под защиту. И уже обещал отомстить за ваш род.

Тени вокруг меня всполошились, начали мельтешить, кружиться, приближаться и удаляться.

Со всех сторон слышалось:

— Месть! Месть! Месть!..

У меня начала болеть голова от всего этого, и они внезапно успокоились.

— Ты сказал. Мы услышали. Ты не врёшь... А сможешь ли?.. — снова заговорил «главный» среди теней.

— Не имею привычки бросать слова на солнечный ветер. Я уверен, что смогу.

— Не врёшь... Но ты слаб. Три источника. Много энергии. Больше, чем было когда-то у меня, сильнейшего из рода... Но она заперта. Не находит путь. Твоя энергия постепенно покидает тебя... И разрушает силовые каналы. Ты должен сделать с этим что-то.

— Я знаю. Я найду возможность.

— Обещай...

— Да?

— Обещай, что наш род не прервётся. Ты сделаешь всё... Чтобы наша кровь сохранилась.

— Обещаю, — поднял руку с перстнями без всяких колебаний.

— Обещай... Что отомстишь. Забери... Алтарь. Здесь небезопасно.

Повторил ритуал, подтверждая клятвы.

— Хорошо... Тот, кто теперь вместо нашего потомка. Мы признаём твоё право представлять род... В мире живых.

— Мне нужны печати. Хотя бы самая простая... Закрыть эмоции.

— Правило простое. Ты нам энергию... Мы тебе знания.

— Берите!

Только согласился на сделку, как почувствовал, будто что-то меня покидает. Точно так же, как недавно кровь.

На удивление, это принесло только облегчение. Я и сам не обращал раньше внимания, как давит на меня вся та энергия, которую взял с двух глав семей — Белых и Огневых — и со всех тех, кого убивал сам или кого убивали рядом со мной. Ведь она почему-то не могла попасть в мои источники, делая меня действительно сильнее — вернее, попадала туда лишь частично, просачиваясь буквально по капле.

Конечно, призрачные «предки» взяли не всё. В их же интересах было не ослаблять меня, а сделать так, чтобы я возвращался ещё и ещё. Хотя я видел, что изголодавшимся призракам так и хочется выпить меня всего, досуха. Но они всё же были существами разумными, а не тупой нежитью, поднятой каким-нибудь некромантом.

Наконец, всё закончилось.

Чужое знание с трудом умещалось в голове. Стоило только начать думать, и передо мной будто возникали вызванные в какой-то программе справки, которые ещё надо было внимательно изучить, пропустить через сознание — и только после этого я действительно начинал понимать, что это. Эффект был очень схож с тем, который возникал после изучения гипнозаписей.

Я посмотрел на свой Источник, тот, который остался мне от настоящего Темнозара. С трудом, не сразу, но смог понять, что же за печати на нём. Конечно, это были чтение и трансляция другим эмоций, причём вторая печать занимала едва ли не всю поверхность.

Проверкой остался доволен. После этого, особо не погружаясь в детали, попытался бегло оценить всё то, что удалось узнать от «предков». И мысленно присвистнул. Кроме понимания нескольких печатей я получил нечто гораздо более важное. Мне в голову вложили нечто вроде «каталога», со списком всех известных «предкам» способностей.

И управление людьми среди них было. Эта печать выглядела даже на упрощённом эскизе огромной и очень сложной, требовала, чтобы на источнике уже были наложены сразу несколько более простых печатей, ещё и развитых до вполне приличных уровней — но всё же это было возможно.

— Тот, кто теперь вместо нашего потомка... Мы передали тебе часть знаний. Мы будем ждать тебя ещё.

— Обязательно приду, когда появится возможность.

— Почини свою энергетическую основу... Не затягивай.

— Сделаю.

— Тогда прощай. Теперь ты можешь представлять наш род. Возвращайся... В мир живых. Ты сейчас там нужен.

Я пришёл в себя возле Алтаря. Сил не было, голова трещала, хотелось просто растянуться на холодных камнях и лежать так пару часов, не двигаясь.

Но внимание моё тут же кое-что привлекло. Нечто неправильное. Сначала не понял... А потом, когда дошло, похолодел. Все мысли о каких-то там перерывах и отдыхе испарились, будто их и не было.

Оставшиеся в наружной пещере микродроны передавали картинку того, как Яромира и Наина стоят на коленях, заложив руки за голову, в окружении бойцов в бронескафандрах. А перед ними, размахивая руками, расхаживает невысокий человечек в простом спортивном костюме.

Сразу узнал его. Глеб Рыжов, лис-оборотень. Карточка этого типа была в досье Наины, и он значился там как её законный муж.

Глава 5

Перед глазами потемнело. Ослабленный потерями крови и энергии организм будто решил поиздеваться надо мной. И это сейчас, в такой ответственный момент!

Я дал автодоку мысленную команду вколоть стимуляторы и так называемый «поддерживающий коктейль», который обычно дают при серьёзных ранениях. После этого какие-то силы вроде появились... Но до полного восстановления, как оказалось, мне ещё очень и очень далеко.

Попытка встать закончилась тем, что ноги подкосились. Хотел пойти, убивать врагов — а вместо этого сполз по стеночке вниз, слушая противный стук в ушах и глядя, как перед глазами летают светящиеся мушки.

Очень не вовремя, очень некстати...

Ведь там, совсем недалеко от меня, за не такой уж и толстой скалой, расхаживало отродье Преисподней — Глеб Рыжов. И мои женщины были в полной его власти!

Внутри колыхнулась, разгораясь, ненависть. Если раньше я считал этого человека всего лишь своим врагом, одним из многих, и где-то отстранёно понимал, что рано или поздно придётся его убивать — то теперь это стало для меня действительно личным. Тот, кто посмел угрожать моей Яромире, должен погибнуть как можно скорее.

Тем временем Рыжов, подойдя к смотрящей на него снизу вверх Наине, продолжал разглагольствовать — а он говорил всё это время, не прерываясь. Благодаря находящимся в пещере микродронам, когда я только пришёл в себя, сразу услышал его голос. Очень полезная оказалась привычка — оставлять везде этих крошечных незаметных разведчиков. Случай с Фёдором только убедил в том, что делать это надо всегда, даже когда кажется, что находишься в безопасности и всё вроде как под контролем.

— ...я сохранил тебе жизнь, я заботился о тебе! У тебя было всё! А ты, ты! Дрянь...

— Убийца!

— Убийца?.. Ты не называешь меня «спаситель», ты не называешь меня «благодетель», ты называешь меня «убийца»? Неблагодарная! Вот так и делай людям добро! Всё равно не вспомнят!

Наина плюнула Рыжову под ноги, и тот усмехнулся.

— Вот так вот, да? Не хочешь по-хорошему? Хочешь по-плохому... Что же... Видят Кровавые, я не хотел!..

Он вынул из кармана какую-то небольшую палочку, которая сверкнула камнем на торце — и одновременно Наина схватилась за шею. Женщина начала страшно сипеть, выпучила глаза и, выгнувшись всем телом, завалилась вперёд. Один из закованных в бронескафандры людей шагнул было навстречу, но Рыжов поднял руку, останавливая его.

— Всё в порядке, боец. Она сейчас не опасна.

Сам же этот напыщенный наглый павлин наклонился к женщине, поднял её голову за волосы, и заглянул в глаза.

— А ведь я любил тебя... Дура. Ни одна из тех женщин, что были у меня, не могла бы похвастаться таким! Максимум — временное увлечение, и всё. А ты... Ты, оказывается, всё это время притворялась! Не ценила того, что имеешь! Жаль, дорогая... Очень жаль. Моя жизнь без тебя будет совсем другой. Но не надейся, долго скорбеть не буду. На твоё место обязательно кто-нибудь найдётся, может, и пары дней не пройдёт! Найдётся кто-то более благодарный и способный ценить такие подарки судьбы, как я.

Рыжов отпустил волосы Наины, с некоторым сожалением вновь поднял палочку и сверкнул ею, после чего женщина бессильно распласталась, тяжело дыша и раскинув руки в стороны.

— Так быстро и просто ты не умрёшь, не надейся. Я должен напоследок наиграться. И ты должна рассказать мне кое-что. Да-да, признаться, я не ожидал такого. Ведь вы пришли сюда за Алтарём Разумовских, так? За тем, что было якобы утеряно навсегда? А ведь я верил тебе! Я ведь действительно считал, что ты ничего не знаешь... А ты всё это время знала. Ничего, будет мне уроком! Не доверяй даже тем, кто рядом. Не доверяй даже самым близким. Спасибо за такую горькую науку... И спасибо за то, что привела меня к святыне своего рода. Я найду, как ею воспользоваться.

— Ты сдохнешь...

— Нет. Я не сдохну, я буду жить вечно.

— Как... Ты нас нашёл?

— Тебе не кажется, что ты несколько не в том положении, чтобы задавать вопросы? Но я отвечу. Если думаешь, что я не знал про твой перстень — знал, конечно же знал. Но не стал забирать его у тебя. Это был мой тебе маленький подарок, один из тех, что ты не ценила. И когда ты вернулась в поместье в тот момент, когда делать это никакого резона не было, и когда ты из всего, что могла взять, забрала только драгоценности — я сразу понял, к чему всё это. И сразу сориентировался. Какой я молодец, да? Усиленное наблюдение из космоса за областями, где мог быть спрятан ваш Алтарь, несколько часов ожидания — и вот мы уже следим за автомобилем на антигравитационной подушке, надо отдать должное — который внешне совсем не похож на тот, что угнали из моего гаража... Но сама понимаешь, вероятность, что это просто какой-то случайный, другой, почти никакая. Мы последовали за вами... И не ошиблись. Такие вот дела, Наина! Думали, что самые умные, а я вас обыграл. Кстати...

Рыжов сделал шаг в сторону и встал напротив Яромиры.

— Кто ты, девочка? А? Кто эти твои новые «друзья», Наина? Что это за люди, которые имели глупость бросить мне вызов? Может, мне стоит бояться, и я завёл себе могущественных врагов?..

Женщина, всё так же лежавшая на камнях, залилась безумным смехом.

— Что? Что я смешного сказал?

— Ты даже не представляешь, Глеб, какого врага ты себе завёл.

— Так просвети же меня, дорогая. Кто это?

— Узнаешь. Рано или поздно он за тобой придёт. И молись, не молись... Но это будет твой конец, дорогой.

— Ха-ха-ха-ха...

— Смейся, смейся. Смейся, пока можешь.

— Всё, довольно. Хватит этого дешёвого цирка! Где ваши спутники? Где вы их оставили? Вас должно быть минимум шестеро, иначе вы не смогли бы управлять танком! И где Алтарь? Тут где-то должен открываться проход к нему, ведь так?..

Бойцы в бронескафандрах вдруг вскинули оружие и развернулись в сторону водопада. Один из них пробасил через внешние динамики, обращаясь к Рыжову:

— Тревога! Приближаются неизвестные...

Аж заскрипел зубами. Судя по всему, враги засекли тамплиеров, которых вызвал на подмогу сразу же, как только пришёл в себя и как начал понимать, что происходит... А ведь так рассчитывал, что они смогут подобраться к водопаду незаметно!

Увы, Тит с Луцием не могли тягаться на равных с бойцами в полной экипировке без своей брони и нормального оружия. На двоих они имели всего пару трофейных пистолетов, которые забрали у дорожных инспекторов, одну импульсную винтовку, прихваченную из пулемётного пикапа, да контрабандную гранату. И при этом — никаких щитов и доспехов...

Больше медлить было нельзя. Я не мог позволить спокойно отстреляться по этим двоим, как в тире. Пришла пора действовать, хоть и не получилось дождаться более удобного момента...

Всего в пещере было четверо бойцов в бронескафандрах. Двое из них взяли оружие на изготовку и направили его в сторону выхода. Судя по всему, собирались стрелять прямо сквозь падающие потоки воды, используя системы дополненной реальности и внешнее целеуказание. Ещё один стоял возле пленниц, ненавязчиво держа их на мушке, а один — тот, который мне показался главным в четвёрке — страховал Рыжова.

Он и стал первой целью. Наш автомобиль внезапно взмыл в воздух, буквально прыгнув вверх, начал с бешеной скоростью раскручиваться вокруг своей оси и снёс бойца, кинув его со всей силы на стену. Затем продолжил движение, смещаясь в сторону по пещере, отправил в полёт ещё двоих бойцов, один из которых улетел наружу и скрылся в потоках воды. Последний из четвёрки успел отскочить, но напрочь забыл про все попытки расстрелять тамплиеров.

Рыжов тоже очень ловко увернулся и откатился в сторону, одновременно начав меняться и покрываться рыжей шерстью. Наина с Яромирой избежали опасности благодаря тому, что стояли на коленях — автомобиль вертелся у них над головами, не задевая женщин.

Единственный сохранивший полную боеспособность вражеский боец открыл огонь по нашему транспортному средству, буквально прошивая его насквозь из своей импульсной винтовки. Но это ему помогло мало. Автомобиль, хоть уже потерял управление, начал снижатьсяи двигался чисто по инерции, но всё же сшиб стрелка и тоже отправил в полёт, прочь за пределы пещеры.

Оставалось надеяться, что тамплиеры разберутся с этими двумя снаружи...

Донёсшийся со стороны водопада приглушённый взрыв будто ответил на мои мысли. Тит с Луцием не теряли время зря: дроны передали картинку, как они расправляются с первым бойцом, который только-только успел вылезти из воды, оглушённый и дезориентированный падением.

Тем не менее, в пещере остались двое: один из бойцов уже пришёл в себя и поднялся на ноги, а Рыжов, лицо которого вытянулось и превратилось в безобразную морду, бешено оглядывался по сторонам, капая слюной из раззявленной пасти. Ещё один противник валялся у стены и, к счастью, пока не подавал признаков жизни.

Прилетели они на фургоне маскировочной расцветки, явно армейского происхождения. Увы, взломать блок управления с ходу у меня не получилось, на нём была защита. Поэтому, несмотря на так и не прошедшую до конца слабость, я поднял пистолет и шагнул во вновь открывшийся в скале проход. С последними двумя врагами надо было разбираться самому.

Основную опасность представлял Рыжов, но когда я вышел в пещеру, первым на моём пути оказался боец в бронескафандре. Он даже начал поворачиваться и поднимать винтовку — но выпущенная из моего пистолета очередь ракет, которые вылетали одна за другой, уже неслась в его сторону.

Взрывы гасил щит, но созданного ими импульса оказалось достаточно, чтобы бойца снесло с площадки. Правда, улетел он не в водопад, а упал на камни внизу. К сожалению, я просто выиграл немного времени — добить врага было невозможно, по крайней мере до тех пор, пока не расправлюсь с оставшимся на площадке Рыжовым.

Лис-оборотень, конечно, не стал ждать, пока я его расстреляю. Он прыгнул к бесчувственному бойцу, вырвал из его рук винтовку, и укрылся за большим валуном. На какие-то мгновения всё замерло в шатком равновесии.

Воспользовавшись передышкой, Наина и Яромира переползли с открытого пространства ко мне, за угол уходящего к Алтарю коридора. Это сделать оказалось не так просто, у женщин были стянуты за спиной руки и скованы ноги, а Рыжов ещё и попытался помешать. Но я выстрелил за пару мгновений до того, как он высунулся из-за камня, отследив момент благодаря дронам-шпионам. Поэтому обротень нам сделать ничего не смог и был вынужден тут же скрыться за своим валуном. Правда, ничего не добился и я — у противника был неплохой щит.

Снова всё ненадолго затихло. Рыжов прятался, упавший вниз боец пришёл в себя и теперь лез наверх. Я следил за всем этим с помощью множества электронных глаз... Как и за тем, как тамплиеры снаружи добивают ещё одного противника и спешат к нам на помощь. К сожалению, слишком медленно.

— Эй! Да кто вы такие, Кровавые задери? — Рыжов то ли не выдержал, то ли решил потянуть время разговором — он мог тоже видеть, что один из бойцов лезет ему на помощь.

Не стал ничего отвечать — смысла не видел.

А вот Наина не промолчала.

— Это те, кто тебе не по зубам, псина ты вонючая...

Рыжов полез в карман и достал палочку, явно собираясь проучить свою супругу.

Момент был слишком хороший, чтобы его упускать.

Я вбил в баллистический вычислитель своего пистолета команду, заставляющую ракеты лететь по особой траектории — до определённого момента прямо, а потом резко поворачивая вниз. И начал палить, одновременно выбежав из-за укрытия, в направлении злосчастного валуна.

Рыжов, надо отдать должное, не растерялся. Вновь схватившись за винтовку и игнорируя взрывы, приготовился высунуться, чтобы дать мне отпор. Но, видимо, решил подождать ещё пару мгновений, до тех пор когда его боец вылезет наверх и поддержит огнём.

Я не собирался давать ему такой возможности. Только голова в шлеме появилась над краем скалистой площадки, фургон поднялся в воздух и, мгновенно ускорившись, опять отправил бойца Рыжова в полёт, вниз. Вычислитель удалось взломать с помощью дрона, который незаметно проник внутрь и подключился к технологическому разъёму, став для меня ретранслятором сигналов.

Сам Рыжов успел увернуться, когда металлическая махина устремилась на него. И наскочил прямо на меня.

Я видел, как ноздри на безобразной морде раздуваются, как бешеные глаза горят предвкушением. Он наверняка был уверен, что без проблем победит в рукопашной...

Выставленная вперёд рука с Когтями Гнева прервала жизнь оборотня. Водоворот звёздочек, действительно большой — возвестил о том, что всё действительно кончено.

Одновременно внизу тамплиеры добили последнего выжившего. При этом Луция ранило, к счастью, всего лишь задело мясо.

Желание растечься по камням и послать всё к чертям вернулось, но я собрал себя в кулак — ещё ведь ничего не кончилось.

И первым делом я наклонился к Рыжову и обыскал его карманы. Нашёл в них, в том числе, и артефактный ключ, с помощью которого снял оковы с Яромиры и Наины. Последняя встала над телом мужа, глядя на него с непонятным выражением лица.

— Можешь не бояться. Умер окончательной смертью.

— Окончательной?..

— Да. Я убиваю только так.

Женщина некоторое время помолчала, не задавая никаких вопросов — видимо, сложила два и два. Но в конце концов всё-таки не выдержала, и сказала:

— А ведь я мечтала сделать это сама...

На это лишь усмехнулся, намекая, что радоваться надо тому, что хоть как-то его прикончили — всё могло повернуться и совсем иначе.

— Увы. Обстоятельства, дорогая тётушка!

— Понимаю...

— Возьми силу.

Наина не верящим взглядом уставилась сначала на меня, а потом на хоровод звёздочек.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. С моими Источниками что-то не то... Я силу получаю, но куда надо она не доходит. Надо разбираться. А ты из нас всех сейчас можешь принести самую большую пользу. Твои способности — самые полезные из нас троих. Да и... Это будет справедливо. Пусть ты не убила его — но в моральном плане имеешь на его силу больше прав, чем мы.

Женщина кивнула.

— Спасибо.

— Это не подарок, а вложение. Для успеха нашего общего дела.

Наина ещё раз кивнула, и протянула руку к водовороту, после чего её пришлось подхватывать — слишком уж много силы она взяла за раз.

Дождавшись, когда родственница придёт в себя, повернулся к взобравшимся наконец на площадку тамплиерам. Они были мокрыми, измазанными грязью и заметно запыхались

— Пойдём. Нам надо забрать Алтарь, он тяжёлый. И... Поскорее бы сваливать отсюда, пока наши враги не разобрались в происходящем и не решили накрыть тут всё орбитальной бомбардировкой. Нашу миссию можно считать успешной, даже завершённой с перевыполнением плана... Но только если сможем выбраться.

Глава 6

Мы выбрались.

Сначала с территории Рубцовых, потом из Мглинской области, а после и вовсе с Дома.

До последнего я был в напряжении и готовился к тому, что придётся прорываться с боем. Что накроют из космоса, что устроят засаду, что будут преследовать... Удивительно, но ничего такого не случилось. Все про нас будто забыли.

Прошло каких-то семь стандартных часов — и вот уже мы выскользнули из гравитационного плена планет, а голубой шарик позади, сначала большой и занимающий все задние экраны, стал стремительно уменьшался, будто его с силой сжимала со всех сторон необъятная чернота космоса.

Я позволил себе расслабиться только когда стало ясно уже совершенно точно, что мы ушли тихо и вышли из зоны обнаружения систем противокосмической обороны, а также что нас никто не преследует. Передал управление Александеру и устало «растёкся» по спинке капитанского кресла. Последствия общения с «предками» и использования стимуляторов всё ещё продолжали ощущаться, хотя времени прошло прилично.

— Признаюсь, племянничек. То, что вписалась в эту авантюру с Алтарём, это был скорее жест отчаяния... Мне ведь всё равно было нечего терять. Но... Смог удивить старушку, да и ещё и как приятно! У тебя тут, оказывается, на службе самые настоящие тамплиеры, да ещё и корабль необыкновенный... Который ходит на чужую планету, как к себе домой. Наплевав на все сканеры и станции слежения, будто их нету! Вот это я понимаю! Вот это серьёзный подход!

Как-то так вышло, что все участники нашей небольшой, но отчаянной команды пробрались за мной на капитанский мостик. Тамплиеры и Яромира — уже привычно, у них даже за минувшее время успели образоваться зафиксированные за ними «свои» места. Наина же была на «Косатке» впервые, но не растерялась, и тоже нашла себе свободное кресло.

— Александер, Хосе, знакомьтесь. Это моя... Дальняя родственница, Наина. Наина — первый пилот корабля Александер и юнга Хосе.

На то, чтобы сделать это раньше, просто не было времени. Как только мы оказались на корабле — пересели в него прямо над водой, далеко от линии берега — я сразу полностью погрузился в управление. С того момента больше не отвлекался на происходящее непосредственно вокруг и сосредоточился на поступающей со сканеров и камер информации, потому было не до соблюдения каких-то там приличий.

Александер и Хосе обменялись с моей родственницей дежурными приветствиями, при этом у нашего юнги, как всегда, челюсть упала и глаза стали как блюдца — как-то он уж больно резко реагировал всегда на всех возникающих поблизости красивых женщин. Александер, напротив, был невозмутим. Внешне. Вот только интерес и любопытство в его глазах я разглядел прекрасно.

Усмехнулся и повернулся к «тётушке».

— Наина. Такой момент... Я был бы рад принять заслуженную похвалу от тебя. Но, увы. Тит с Луцием — наёмники, и они с нами только пока не истечёт срок контракта. А этот прекрасный корабль... Тоже принадлежит не мне. Вообще-то, его капитан — жрец Хаоса. И мы просто заключили сделку.

— Жрец... Хаоса?.. — женщина округлила глаза.

Я смог удивить её. Кажется, в обрывках моих воспоминаний она видела, в каких отношениях я с отродьями Разрушителя.

— Да. При первой нашей встрече я чуть не убил его, — пожал плечами и улыбнулся.

Наина заливисто расхохоталась. Смех её был красивым, очень милым, поистине чарующим. Поймал себя на том, что хочу веселить эту женщину дальше и дальше. Она, конечно же, тут же считала меня и наградила понимающим взглядом. В нём мелькнула хорошо скрытая благодарность.

— С тобой не соскучишься, племянничек. И, к слову... Не забыл, ради чего искал меня?

— Нет. Тогда не успел, вас надо было спасать. А сейчас сделаю. Вам тоже надо бы привязаться к Алтарю...

— Сначала — ты.

— Само собой... Ладно, вы правы. Нечего рассиживаться!

Я встал, намереваясь пройти к Алтарю, который оставили в нашей каюте. Но наткнулся взглядом на Луция, немного более бледного, чем обычно.

— Десятник. Как твоя рана?

— Терпимо.

— Выглядишь, как будто не очень отлично... Останешься на корабле, с Яромирой. Я высажусь с Титом.

— Зар!

— Не обсуждается, Яра. Тебе там делать нечего, ты только сделаешь меня уязвимым. Ваша задача — сидеть с Наиной на корабле, никуда не высовываться, и быть готовыми ко всему.

— Зар!..

— Яра.

Не желая продолжать бессмысленный спор, покинул капитанский мостик и прошёл к Алтарю.

Требовалось сделать то, что я и правда не успел при первом разговоре с «предками»: стереть с родного источника Темнозара уже имеющиеся на нём печати и нанести новые. И в первую очередь — ту, которая блокирует бесконтрольную трансляцию эмоций. Процесс этот, увы, далеко не «бесплатен». Мне предстояло расплатиться уменьшением источника — хорошо хоть, он пока был слабо развит, иначе терять пришлось бы больше.

Куда лучше было бы просто кого-то убить, поглотить силу, и нанести печать на вновь появившееся при увеличении Источника свободное место. Увы, «предки» слишком озадачили меня проблемой с энергетической клеткой. Раньше считал её чем-то несущественным, что подождёт, пока занимаюсь делами действительно важными и неотложными. Теперь же стал понимать и даже в самом прямом смысле прочувствовал серьёзность ситуации.

Поэтому отдать энергию Рыжова его законной супруге, а нынче — счастливой вдове, я посчитал более правильным решением, чем сожрать всё самому, и полностью оправданным. У родственницы ведь нет никаких проблем с энергетической клеткой, всё полученное должно уходить сразу в Источник, увеличивая его размер и позволяя наносить новые печати. Учитывая, что женщина впитала в себя всю энергию мужа, а также то, что она была достаточно сильна ещё до этого, теперь она стала действительно могущественной тенью. И получалось, что пусть сам я сильнее не стал — сильнее стала наша семья. Это для меня казалось гораздо более важным.

Для ритуала требовалась кровь, и я вновь нанёс себе порез, окропив Алтарь. После этого прикоснулся к холодному камню и, как показалось, тут же буквально провалился внутрь.

Теперь вокруг не кружились тени, в ушах не слышался шёпот, и передо мной не было властного Разумовского, того, кого «предки» признали достойным говорить от имени всех остальных. Всё правильно — я не вызывал их, а пришёл с совершенно конкретной и утилитарной целью, о которой думал с самого начала. Алтарь понял меня и сразу предоставил все необходимые инструменты.

Одно мысленное усилие — и мой сине-зелёный Источник сжался, сморщился, пошёл рябью, а темнеющие на поверхности печати начали тускнеть и расплываться. Процесс был болезненным, меня начало корёжить и буквально выворачивать наизнанку... Но требовалось терпеть, и терпеть долго. Ровно до тех пор, пока последняя печать не исчезла.

После этого настала пора наносить на полностью очищенную поверхность Источника новые печати — ведь если не сделать этого, они со временем начнут появляться сами, случайным образом и не те, которые действительно нужны для оптимального развития. Кроме того, сильнейшие из доступных печатей всегда редко встречаются, не появляются сами, и никогда не достаются просто так.

Многие из тех витиеватых значков, которыми поделились со мной мёртвые Разумовские, при их жизнях были оплачены немалой ценой. Род копил знания и пополнял эту своеобразную «библиотеку» в течение всего своего существования... А я пришёл на всё готовое, и мог отдавать за возможность выбирать любые нужные мне способности всего лишь энергию.

Закончив с неприятной частью процедуры, приступил к приятному. Увы, родной Источник Темнозара был развит довольно слабо, а после стирания ещё и уменьшился в размерах. Хотелось всего — но пришлось выбирать, места хватило бы от силы на четыре-шесть печатей.

Я мог взять себе разные способности. Стирание памяти и временный паралич в исполнении Наины очень хорошо зарекомендовали себя, как и поиск человека через восприятие других. Однако, «предки»-Разумовские накидали интересного и помимо этого. Например, частичное чтение мыслей, изменение облика в глазах смотрящих и даже своего рода «невидимость» — подпадающие под действие этой способности просто перестали бы меня замечать.

Мог я научиться насылать и произвольного вида галлюцинации, раздваиваться и даже растраиваться — конечно же, не на самом деле, а только в газах смотрящих. Мог получить возможность усыплять — сначала кого-то одного, а потом, с развитием печати, и всех вокруг.

Это была только малая часть доступного арсенала... Выбор был поистине сложным.

В итоге, остановился всего на четырёх печатях, не считая запрета на их самопроизвольное появление, такого же, как и на Источнике кибермансера. Это были: считывание и трансляция эмоций, запрет трансляции, и чутьё на недобрые намерения, направленные в мою сторону. Последнее было почти тем же самым, про что рассказывала Наина, но в более специализированной вариации и за счёт этого более эффективное.

Увы, на других теперь я мог воздействовать гораздо слабее. Раскачать толпу, как на выступлении тогда, на лапуте Белых, уже бы не получилось. Но это мне пока было и не нужно. Зато развитие сине-зелёного Источника теперь выглядело далеко не таким однобоким и куда более сбалансированным.

Нанесение печатей, когда их не очень хорошо знаешь — процесс достаточно долгий и трудоёмкий. Мне постоянно приходилось сверяться с эталонными картинками, которыми поделились со мной «предки». Малейшая ошибка могла всё запороть.

Но и с этим я наконец разобрался, после чего разорвал связь с Алтарём и вернулся в материальный мир. Пришёл в себя, лёжа на полу. Под головой — внезапно — обнаружил мягкую подушку.

Оглядевшись, увидел сидящую на постели и смотрящую на меня задумчивым взглядом Яромиру.

— Спасибо, дорогая.

— Не за что, дорогой...

— Не хочешь... Сделать привязку к Алтарю?

— Нет.

— Нет? Почему?..

— Я не хочу терять связь с Алтарём Белых. С его помощью я могу развивать свои собственные, родные способности... А какой мне прок со способностей чужих? У меня нет Источника Разумовских, и никогда не будет.

— Но если тебя убьют — возродишься не пойми где...

— Если наш Алтарь действительно хранят верные роду люди — то ничего страшного. И даже наоборот, если меня вдруг убьют, я смогу помочь тебе найти его. И буду оберегать и хранить до тех пор, пока ты за мной не придёшь.

— Упрямая...

— Вся в мужа.

— Ещё и язва.

— Вся в мужа...

Расхохотавшись, встал и рухнул на постель рядом с Яромирой. Обнял её, поцеловал в макушку.

— Нравится!

— Ещё бы не нравилось... У тебя лучшая супруга в галактике!

— Да. Надо бы с тобой попрощаться хорошенько, перед высадкой. А то кто знает, сколько там продлится мой визит на Дом...

— Давай, — она всем телом прижалась ко мне и закинула ногу.

— Давай. Но сначала хочу привязать хотя бы Наину, раз уж ты не хочешь. Она-то наверняка настроена на Алтарь Рыжовых, и с такими вводными ей погибать точно противопоказано.

Яромиру аж передёрнуло, и я почувствовал исходящее от неё отвращение. Недолгое знакомство с Глебом Рыжовым оставило не самые приятные впечатления.

— Он уже в Преисподней. Получил то, что заслужил.

— Знаю. И, Зар... Давай скорее. Я соскучилась.

Возражать против такого было просто выше человеческих сил. Я поскорее вызвал Наину, проследил за тем, как она залила Алтарь своей кровью и надолго отключилась, лёжа на полу нашей каюты. Не иначе, кроме привязки тоже занималась своим Источником и наложением новых печатей.

Только спустя минут пятнадцать немного ошалевшая после общения с предками женщина встала, шатаясь, молча кивнула нам — и наконец ушла.

За время сеанса мы с Яромирой, чтобы не терять времени, успели подкрепиться и попить чаю, вызвав для этого роботов из обслуживающего персонала. Те натащили нам всякого вкусного прямо в каюту, и только почувствовав запах еды я понял, насколько же мне хотелось есть.

Как только створки за Наиной закрылись, Яромира требовательно посмотрела на меня... Но я приложил палец к её очаровательным губкам.

— Погоди, дорогая. Ещё одно дело.. И я весь твой.

— Ну За-а-ар! Ты нахал...

— Увы. Я быстро, можешь со мной.

Дело, которое надо было сделать, заключалось в следующем. Тамплиеры приволокли и свалили в коридоре, прямо перед нашей каютой, снятые с бойцов Рыжова и с него самого трофеи. Нам надо было разобрать и рассортировать это всё.

Кроме оружия и частично повреждённой брони, нам досталось некоторое количество артефактов. И среди них — подавляющие способности оковы, один в один как те, которые нам остались от Бобрикова на «Королеве солнца».

Это наталкивало на определённые мысли, но никакого удивления у меня лично не вызвало. Почему бы на Ирии не быть агентам семей с Дома, хоть даже и в частном порядке? И почему бы им не хотеть выкрасть нас из-под самого носа местных, хоть даже и такими варварскими способами?

Для оценки нашей добычи вызвал Александера, который, будучи рунным мастером, кое-что смыслил во всех этих делах. Он тут же опознал браслеты, дающие защиту от ментальной магии, и несколько защитных безделушек общего плана. Про часть вещей сказал, что не знает, что это — и мы просто отложили их на потом.

Кроме этого, мы, естественно, забрали ту «волшебную палочку», связанную с ошейником Наины. Снять это опасное и причиняющее боль украшение, увы, не получилось. Александер пообещал посмотреть, что с этим можно сделать, но сразу предупредил, что быстроне получится. До поры пришлось просто выдать управляющий артефакт родственнице, раз уж обезопасить её другим способом пока не выходило.

И уже только после всего этого я, наконец, позволил себе забыться в объятиях Яромиры. Конечно, ещё была лёгкая слабость, но она уже почти прошла, и делу не помешала...

За это время «Косатка» достигла дальней точки нашей запланированной траектории, развернулась, сняла маскировку и снова начала приближаться к Дому. Уже совсем скоро мне предстояло вновь ступить на его землю — но на сей раз не тайно, а со вполне официальным визитом.

Глава 7

Когда мы приблизились к Дому, попробовал вызвать Перовского. Тот очень долго не отвечал на звонок. Я уже думал, что всю эту затею с заходом «в гости» придётся отменять... Но наконец передо мной появилась голубоватая голограмма.

— Здравствуйте, Федул Саввич.

— Привет, Темнозар.

— Мы подлетаем. Вы просили набрать, когда будем рядом с Домом. Провестикорабль мимо систем противокосмической обороны...

— Да. Переключаю на лоцмана.

Не прощаясь, Перовский исчез. Передо мной же вместо него появилась бегающая туда-сюда змейка заставки ожидания, а несколько секунд спустя её сменил мужчина во флотском кителе.

— Здравствуйте. Меня зовут Милорад. Мне сказали, что ваш корабль надо посадить на планету.

— Да, всё так.

— Мне нужно удалённое подключение к системам корабля.

Я уставился на него, не понимая — это он серьёзно, или решил пошутить. Так и не сделав никакого вывода, всё-таки ответил:

— Нет. Боюсь, это невозможно.

— Хорошо. Возможен другой вариант, — лоцман спорить не стал и как-то очень уж быстро и легко согласился, — я пришлю файл с безопасной траекторией полёта и одноразовые коды распознавания «свой-чужой». Когда настроитесь на них, можно будет не бояться срабатывания систем противокосмической обороны. Если, конечно, не выйдете из заданного вам коридора. Только я вынужден буду попросить ещё и односторонний канал, с вашей телеметрией.

— Последнее — зачем?

— Буду контролировать ваше движение...

— Разве сенсоров не достаточно?

— Если буду получать данные о работе ваших двигателей и прочих узлов, смогу прогнозировать ваше движение. Это важно, чтобы иметь возможность вовремя предупредить нас, если вдруг будете сбиваться с курса или будет риск попасть в опасную зону.

— Хорошо. Это уже приемлемо. Сейчас скину, куда подключаться...

И я, конечно же собственноручно, повёл «Косатку» на посадку. Одновременно контролируя, чтобы никто извне не попытался залезть к нам в бортовой вычислитель.

Собственно, первая попытка произошла практически сразу — в файле с траекторией обнаружился вирус, но достаточно примитивный и я его без всякого труда обезвредил.

Казалось бы, после этого можно расслабиться, ведь канал с телеметрией содержит исключительно исходящие пакеты — но всё было не так просто. Наши «друзья» легко могли воспользоваться технологическими особенностями сервисного протокола. Ведь при желании вредоносную программу можно передать и через технологические сообщения, такие как запросы на повторную отправку «битого» пакета, или проверки, находится ли узел в сети.

Со стороны Перовского было бы большой глупостью не воспользоваться такой возможностью пощупать наше мягкое брюшко. Поэтому я ничуть не удивился, когда с «той стороны» отправили запрос на усложнённый протокол со всеми этими наворотами, и когда я вскоре обнаружил подозрительную сетевую активность.

Проще и надёжнее всего было бы просто-напросто запретить всё лишнее, но я решил поступить изящнее. Создал изолированное виртуальное окружение, полностью копирующее главный вычислитель «Косатки», и начал передавать информацию вовне исключительно через неё, используя как ретранслятор с программными «заглушками», заменяющими настоящиеустройства.

В течение следующих минут можно было наблюдать в реальном времени, как специалисты наших союзников не спеша, уверенно и со знанием дела берут под контроль подсунутую им обманку. О прямом вмешательстве в управление речи не шло, да и передающий канал был сильно ограничен по пропускной способности. Но как минимум точные координаты местоположения «Косатки» и данные о состоянии внутренних узлов начали утекать вовне с завидным постоянством.

Я мог над всем этим только посмеяться. Как бы ни были хороши в своём деле люди Перовского — а они и правда были хороши — но тягаться на равных с кибермансером на его же территории, это дело проигрышное заведомо...

Когда убедился, что в делах цифровой безопасности всё в полном порядке, сосредоточился полностью на управлении «Косаткой». Как-никак, а посадка, взлёт, да и вообще маневры возле других тел — самое интересное в космических полётах, в отличие от скучного движения в абсолютной пустоте.

Судя по тому, какие завистливые взгляды кидал на меня Александер, думал так не только я. Но он опять смирился — в случае каких-то проблем, у меня было больше шансов уйти.

Присланная лоцманом траектория предлагала посадить корабль вдали от основных космодромов планеты, на одном из южных островов, среди густых лесов. Там была частная посадочная площадка, на которой уже находилось несколько яхт.

Опустил «Косатку» точно между ними. Не случайно. Если дело вдруг дойдёт до перестрелки между нами, наводчикам этих яхт придётся сдерживаться, чтобы не палить друг по другу. Не то, чтобы я всерьёз готовился к такому — если бы наши «друзья» захотели от нас избавиться, куда проще было просто сбить корабль на подлёте. Но бережёного, как говорят, Кровавые берегут.

Только «Косатка» ткнулась своими опорами в поверхность, к ней выехало несколько машин представительского класса. Одну покинул человек в костюме и направился прямо к нам. Из остальных высыпали телохранители.

Человеком был не Перовский, и вообще я его видел впервые. Вероятнее всего — послали встретить нас какого-то служащего.

Выходить сразу не стал, выдержал паузу. Ещё раз проверил снаряжение — «кольчугу», щит, автодок, нож и старый добрый разрядник. Попрощался с Яромирой, которая вцепилась в меня и долгие несколько минут не хотела отпускать. Кивнул Наине, помахал рукой вышедшему проводить нас Хосе, и только после этого дал главному вычислителю команду опустить пандус.

— Тит. Пошли!

Тамплиер молча стукнул кулаком по груди, и мы спустились вниз.

При нашем приближении, человек в костюме тут же низко поклонился, окончательно рассеивая всякие сомнения относительно своего статуса.

— Ваша светлость! Приветствую вас на земле Перовских от лица всего рода и его главы! Меня зовут Олег, и меня послали встретить вас.

Легко кивнул ему.

— Здравствуй, Олег.

— Темнозар Храбрович. Я нижайше прошу простить меня за следующий вопрос... Но неужели вы к нам без своей супруги?..

— Да. К сожалению, она не сможет присутствовать.

— Какая жалость, Темнозар Храбрович...

— Увы, сам расстроен. Кстати, а что же Федул Саввич?..

— Федул Саввич сейчас пребывают в отъезде, и смогут быть только несколько позже. Вы застали нас своим визитом врасплох. К сожалению, мы не успели подготовиться должным образом...

Ничего не ответил, и Олег правильно истолковал моё многозначительное молчание.

— Пройдёмте же к машинам, ваша светлость! Я покажу вам остров. И, поверьте, у нас безопасно, для вас выделили самую лучшую охрану. Нет никакой нужды брать с собой тамплиера, тем более, он в своём скафандре не сможет влезть в машину.

— Я полностью доверяю Перовским и верю в то, что мне здесь нечего бояться. Но... Тамплиера всё же оставил бы при себе.

— Как скажете, Темнозар Храбрович. Как скажете... Тогда распоряжусь подогнать автомобиль с открытым верхом. А пока пройдёмте на смотровую площадку, она тут недалеко. С неё открывается поистине прекрасный вид, вы такое мало где ещё увидите! Заодно я расскажу, что у нас и где находится...

В течение следующего часа мне провели небольшую экскурсию, провезя вокруг острова и показав все его достопримечательности.

Вообще, я сначала отнёсся ко всей этой идее скептически... Но в процессе изменил мнение, Перовским действительно было чем похвастать. Золотые пляжи, живописные скалы, дивные тропические деревья... Голубое небо, синий океан с пенящимися волнами, дивные птицы и животные...

Гвоздём программы должен был стать небольшой водопад. Хотя тот, под которым был спрятан Алтарь Разумовских, на мой взгляд был куда интереснее. Но озвучивать это соображение, естественно, я не стал.

Тем не менее, местные красоты не оставили меня равнодушным. Несколько раз даже просил остановить машину и выходил полюбоваться. Пожалел только о том, что оделся не по погоде — от жарких лучей такого близкого здесь местного светила не спасал даже лёгкий ветерок, приносящий с собой солёную влагу и запах водорослей.

Обогнув остров по периметру, мы подъехали ко дворцу. Он находился почти на самом берегу, в тени небольшого парка.

— Извольте, ваша светлость. Дворец Красный, южная резиденция Перовских...

Занятно, что дворец был ни разу не красного цвета. Покрытыемозаичными орнаментами стены казались скорее голубыми...

— И это особенное место! Здесь вся семья и приближённые собираются по большим семейным праздникам, и оказаться здесь — честь для любого. Пройдёмте, Темнозар Храбрович! Покажу ваши покои.

Покои мне отвели действительно шикарные — не менее десяти комнат, роскошно и со вкусом обставленных. Нашлось даже отдельное помещение для размещения Тита.

— Пока отдохните с дороги, ваша светлость. Федул Саввич будут уже вот-вот, совсем скоро... Вам сообщат. И если вам ещё что-то вдруг понадобиться, кроме того, что могут предоставить слуги и обслуживающие роботы — вызывайте меня, свой идентификатор я вам скинул.

После этого Олег удалился, а я остался предоставлен самому себе.

Сидеть и ждать очень не хотелось, в условиях постоянного дефицита времени было жалко даже лишнего часа. Но сделать с этим я ничего не мог. Видимо, Перовский посчитал необходимым продемонстрировать, кто тут главный, выдерживая небольшую «начальственную» паузу. А может — и правда был занят. Например, расследованием происшествия с Рыжовым.

Понимая, что от меня пока больше ничего не зависит, я не заставил себя долго упрашивать и занялся именно тем, что мне и предлагали: отдыхом.

Пройдясь по покоям взад-вперёд, нашёл бар. С лёгким любопытством пробежался взглядам по этикеткам дорогих алкогольных напитков, но ни одним из них не заинтересовался. Налил себе обычного холодного сока и вышел в направлении свежего ветерка, на просторную террасу возле спальни. Окинул взглядом горизонт, где тёмно-синий океан встречался с чуть более светлым небом. Посмотрел на редкие облачка, на кружащихся в вышине чаек...

Я держался, сколько мог. Но в конце концов всё-таки не выдержал. Глаза будто сами собой опустились вниз.

Прямо под террасой располагалась уютная, окружённая кустарником и клумбами лужайка. И почти точно посередине неё, прямо на траве, лежала девушка в легкомысленном чёрном сарафанчике.

Красивая.

Взгляд скользнул по её длинным стройным ножкам, одна из которых была вытянута, а вторая согнута в колене, поднялся выше, на пару мгновений прилип к неприлично высоко задравшейся на бёдрах ткани, оценил ширину бёдер, узость талии, и наконец остановился на голых плечах, на которые свободно спадали распущенные волосы цвета воронова крыла.

В момент, когда я посмотрел на девушку, к ней как раз подошла служанка и, встав на колени, подала запотевший бокал. Взяв его, незнакомка коснулась губами трубочки, сделала длинный глоток, откинулась назад... И повернула голову ко мне.

Разглядеть её глаза за большими тёмными очками я не мог, но был уверен, что девушка смотрит прямо на меня.

И девушка проделала это всё так же естественно и так же «будто случайно», как и я, который «будто случайно» решил выйти на эту несчастную террасу...

Камер вокруг было мало, но они всё-таки были. И я ни на секунду не прекращал контролировать обстановку вокруг. Благодаря этому девушку, которая расположилась отдохнуть прямо под моими окнами, заметил сразу. Потому и пошёл посмотреть своими глазами, на какую такую наживку меня собрались ловить. Хотя и можно было, конечно, это всё проигнорировать...

Когда девушка повернулась ко мне, просто помахал ей рукой. И сразу вернулся внутрь, в покои. Хоть и было любопытстно, но очень уж не хотелось плясать под дудку Перовского.

Решил изобразить из себя рыбу, которая ткнулась в рыболовный крючок, заставив рыбака нервничать, и ушла обратно к себе на дно. Дошёл до ближайшей кровати, с удовольствием растянулся... И до тех пор, когда меня вызвали, успел даже вздремнуть — недолго, минут около сорока, но этого оказалось вполне достаточно.

Разбудил звонок на коммуникатор от Олега. Когда ответил, передо мной появилось его голографическое изображение.

— Темнозар Храбрович! Его светлость Федул Саввич прибыли и готовы вас принять. Накрыто в Желтой зале, я вас провожу...

— Не стоит. Просто скиньте схему, как пройти...

— Это невозможно. Боюсь, вы заблудитесь... К сожалению, вам придётся потерпеть мою компанию ещё какое-то время.

Тут я бы мог упереться рогом и продавить себе возможность расхаживать по дворцу в одиночестве — уверен, мне бы в конце концов позволили. Но не стал, не настолько серьёзен был повод.

— Хорошо, Олег. Пятнадцать минут.

— Но...

— Мне надо привести себя в порядок.

Это не было простым желанием заставить всех ждать теперь уже меня, хотя и такой мотив имел место. Но он был далеко не определяющим. Я действительно потратил все эти пятнадцать минут именно на то, что и заявлялось: сделал лёгкую зарядку, принял холодный душ и выпил кофе.

Я просто знал, что перед настолько серьёзным разговором должен быть в форме. Даже если мне предстоит говорить только и исключительно о погоде, беседа с настолько влиятельным человеком, как Перовский, всё равно может нести в себе много жизненно важной информации.

Глава 8

Закончил все процедуры чуть раньше названного времени и сразу вызвал Олега. Ждать не пришлось — он уже буквально стоял под дверью. При моём появлении быстро поклонился, развернулся и энергично махнул рукой, приглашая следовать за собой.

Пройти пришлось едва ли не весь дворец насквозь. Не иначе, мои покои и эту «Жёлтую залу» специально выбирали таким образом, чтобы они оказались как можно дальше друг от друга.

Тит тяжело топал за моей спиной — оставаться без телохранителя даже на минуту в этом «безопасном месте с самой лучшей охраной» мне не хотелось совершенно. И это, конечно, если не считать кольчуги, личного генератора щита, разрядника и автодока, без которых я уже чувствовал себя голым.

Дворец изнутри производил впечатление — чего там только не было. Кроме того, по пути тут и там попадались голокартины с эпизодами многочисленных побед и достижений предков Перовских. Разглядывая их с отстранённым интересом, выслушал ненавязчивую лекцию о величии семьи, гостем которой мне посчастливилось оказаться.

Вероятно, это тоже было запланировано специально.

В конце концов мы всё-таки достигли цели — Олег остановился, показал на нужные нам двери, и попрощавшись, поспешил скрыться.

Створки бесшумно разъехались, открывая вид на просторное помещение со стенами, полом и потолком, выложенными жёлтымкамнемразных оттенков. Выбор цвета мне показался не самым лучшим, но выглядело всё действительно красиво.

За небольшим квадратным столиком сидели трое. Прямо напротив двери, из которой я вышел — Перовский, справа от него, боком ко мне — очень похожий на него молодой человек, слева — давешняя девушка, та самая, что отдыхала под моими окнами. Она сменила сарафан на куда более целомудренное и «официальное» серое платье, сняла свои закрывающие половину лица очки... И глаза у неё, к слову, оказались тоже серыми. Видимо, как у отца... Или, может — дяди, брата?.. Степень их родства была мне неизвестна.

Как только двери открылись, впуская меня и Тита внутрь, старший Перовский тут же поднял взгляд на нас, после чего и сам тоже поднялся из-за стола — медленно, с чувством собственной важности, но всё-таки поднялся, при этом выяснилось, что я выше где-то на полголовы.

— А вот и наш юный князь!

Радушно улыбаясь, он сделал несколько стремительных шагов навстречу, широко развёл руки в стороны и заключил меня в объятия. После чего отстранился, взял за плечи и посмотрел в глаза.

— Так вот он какой ты на самом деле, Темнозар Огнев-Белый... Голограммы, конечно, не всё передают. Далеко не всё. Что же. Будем знакомы!

Отпустив меня, он повернулся к застывшему неподвижной статуей тамплиеру.

— И тебя тоже рад видеть, Тит. Как вам у нового нанимателя?..

— Весело, ваша светлость!

— Хоть не веселее, чем у нас было?

— Веселее, Федул Саввич. Гораздо веселее...

Рассмеявшись, Перовский приобнял меня за плечи и повёл к столу, прямо к тому похожему на себя молодому человеку, при нашем приближении так же нарочито медленно вставшему.

— Знакомься, Темнозар. Это мой сын...

— Стоян! Моё имя Стоян.

Мы обменялись рукопожатиями, и Перовский тут же увлёк меня дальше, проведя вокруг стола.

— А вот это моя дочь... Снежана. Она говорит, что вы уже почти знакомы.

— Ещё бы не знакомы! Она специально под его окнами...

— Стоян!

— Всё-всё-всё, молчу!

С этими словами младший Перовский шутливым жестом запечатал себе рот. Девушка же, напротив, встала, улыбнулась и протянула мне свою тонкую изящную ладошку. Аккуратно взял её за кончики пальцев, но пожимать не стал, вместо этого коснулся их губами.

Получил в награду ещё одну очаровательную улыбку. Старший Перовский, продолжая придерживать меня за плечо, потянул дальше, к единственному свободному месту. И даже отодвинул стул, приглашая устраиваться.

— Садись, юный князь. Чувствуй себя как дома!

Я кивнул в знак благодарности, не придумав ничего лучше. Сказать по правде, от таких гипертрофированных проявлений внимания попросту растерялся — совсемне привык к такому. И они сильно напрягали, заставляя всё время ожидать какого-то подвоха.

Перовский же вернулся на своё место на противоположном конце стола, прямо напротив меня, и с профессиональной улыбкой поднял бокал.

— Что же, молодёжь... Выпьем за знакомство! Мы все рады видеть тебя здесь, у нас, князь Огнев-Белый! Молодец, что добрался!

— И года не прошло... — вставил свои пять копеек Стоян, но его реплику все проигнорировали.

Чокнулись, выпили. Я пригубил совсем чуть-чуть — хмелеть в планы не входило, как и применять автодок.

— А теперь предлагаю отдать должное кулинарному искусству нашего повара. Старик Прохор готовит как бог! Мои-то и так это всё знают, а вот ты, Темнозар... Я тебе даже завидую, у тебя всё впереди. Обязательно отведай барашка под медовым соусом. Я много где бывал, много чего видал, и какой только экзотики не попадалось... Но такого — не едал больше нигде!

— Отец не хвастается. Это сущая правда! — вновь встрял Стоян, сгребая едва ли не половину того блюда, которое мне так советовали, к себе в тарелку.

Снова его все проигнорировали. А барашек под соусом и правда оказался хорош. Как и сидящая по правую руку от меня девушка, которая то и дело косила на меня своими глазами цвета стали, а в какой-то момент очаровательно улыбнулась, наклонилась чуть вперёд и позвала меня заговорщицким голосом.

— Темнозар.

— Да? — я повернулся к ней.

— Темнозар. А где же ваша очаровательная супруга? Я думала, вы прилетите к нам вдвоём. Хотела познакомиться с самой знаменитой наследницей нашей звёздной системы...

Расстройство в голосе Снежаны было почти искренним. И хоть я смотрел прямо на неё, но краем глаза отметил живейший интерес, с которым на меня посмотрели её брат и отец.

Неспешно дожевал и проглотил кусок баранины, будто обдумывая, что сказать, после чего ответил:

— Она очень хотела быть здесь. Честно! Но мы посовещались, и я решил: пока лучше разделиться. Увы, ситуация, в которой мы сейчас оказались... Несколько напряжена. Пока я общаюсь с вами, Яромире приходится заниматься делами...

— Если её держат в заложниках, так и скажи... — опять влез Стоян, но заткнулся на полуслове — оказалось достаточно одного жеста Перовского-старшего. Который, тем не менее, посмотрел на меня с явно читаемым во взгляде вопросом.

— Нет. Её не держат в заложниках. И если честно, лучше бы я отправил сюда её, у моей супруги намного больше опыта в подобного рода мероприятиях... Боюсь, я для таких вещей слишком неотёсан и груб. Что делать! Рос вдали от цивилизации... Как говорят, крутил хвосты коровам... Знать бы ещё только, как это — хвосты им крутить...

— Да Темнозар у нас — сама честность! — не дав договорить, встрял Стоян.

Снежана осуждающе посмотрела на брата, и тут же мило мне улыбнулась.

— Вы наговариваете на себя, Темнозар. Как минимум, с манерами у вас всё в полном порядке!

Равнодушно пожал плечами, даже не пытаясь изобразить, что эта грубая лесть смогла меня как-то затронуть.

— Увы, Снежана. Не соглашусь. Например — мне определённых усилий стоит обращаться к вам на «вы», а не на ты. Вот не привык к такому, и всё...

Девушка в очередной раз сверкнула в мою сторону своими идеально ровными и ослепительно-белыми зубками. Невольно, на какие-то мгновения, задержался взглядом на её сочных, ярких губах. Отметил и ямочки на щеках, и сверкнувшую во взгляде хитринку, и как взволнованно поднялась её грудь...

Казалось, Снежана вот-вот что-то скажет. Так и случилось:

— Так давай же перейдём на «ты»... А, Темнозар? Ведь тут же все свои!

Успел заметить недовольный взгляд, которым уже Стоян наградил сестру. Парень явно не горел желанием со мной брататься. А девчонка открыла на меня охоту, причём, очевидно, с полного одобрения присутствующего здесь отца. Перовский-старший жевал с невозмутимым видом и даже не думал помешать разыгранному как по нотам представлению.

К слову, эмоции ни одного из троих я прочитать так и не смог. Скорее всего, подготовились к встрече и на всякий случай добыли защищающие от ментальных воздействий артефакты. Наподобие тех, что были у Рыжова и бойцов его группы.

— Если ваш отец, Снежана, не будет против — конечно же, я готов перейти на «ты».

— Я не против, Темнозар. Моя дочь всё правильно сказала, здесь все свои... Мы были очень хорошо знакомы ещё с твоим отцом. Ведь ты же прослушал те записи, которые я передал?

— Конечно, Федул Саввич. Очень познавательно!

— Пап! Ну что ты сразу о делах, да о делах... Отстань от бедного Темнозара! Он наверняка устал от этого всего, ещё и с дороги...

Я, напротив, предпочёл бы говорить о делах и только о делах, можно даже без ужина, без красивых дев рядом, и сразу к самой сути... Но промолчал.

— Дочь, ты права. Совсем заработался, тащу в дом всё это... Нет мне никакого прощения! Каюсь, виноват. Больше ни слова о наших делах, пока сполна не отдадим должное мастерству Прохора! Все важные разговоры — после обеда!

И после этого мы начали говорить о чём угодно, но только не о том, что меня больше всего интересовало. Темы для беседы сменялись примерно с такой же частотой, как и блюда на столе.

Снежана и Стоян ненавязчиво расспрашивали меня обо всём подряд: о детстве, о семье, где и как рос, чем интересовался... Конечно же, отдельно — про мои последние приключения. Как я выбирался с поверхности Ирия, как отбивал у пиратов лапуту, как захватывал транспорты Мироновых, как сражался с пиратами... И хоть похоже это было на обычную беседу «ни о чём», мне мерещился за ней совершенно определённый интерес Перовского. Этот человек однозначно хотел получше разобраться в том, кто я такой, и не мог упустить случая расспросить меня в неформальной обстановке. Путь даже делал это не сам, а его дети.

Казалось бы, лучшая защита — нападение, и мне бы самому насесть на излишне любопытных брата с сестрой, так, чтобы у них не оставалось времени на засыпание меня нескончаемым потоком вопросов... Но то, что хорошо в теории, на практике оказалось неосуществимо. Уж больно ладно у этих двоих получалось работать в паре. В этом не было ничего странного — не удивился бы, узнав, что Перовский специально натаскивает отпрысков на подобного рода неформальные допросы.

Сам Федул Саввич, к слову, больше молчал и слушал, лишь изредка подключаясь и разбавляя нашу беседу репликой-другой.

Я старался говорить по возможности размыто и общими словами, но к концу этой милой светской беседы с досадой осознал, что у Перовского появилась целая куча такой информации, которую я ему изначально предоставлять не собирался. И самое неприятное, попытки умолчать о чём-то и уклончивые ответы могли сказать зачастую не меньше, чем прямые признания.

Когда понял это всё, разозлился. Но недовольство было больше направлено на себя самого. Мотивы Перовского я прекрасно понимал, как и всю подоплёку интереса этого персонажа к внезапно оставшемуся в живых наследнику целых двух, как он думал, родов. На его месте я попробовал бы сделать то же самое, так что претензий к нему не имел, скорее отдавал должное его спокойному и уверенному профессионализму. Запретить такому человеку выполнять свою работу — всё равно, что заставить мирийского тигра отказаться от охоты, обрекая на голодную смерть.

Думал, в дальнейшем беседа будет продолжаться так же, намёками и осторожными прощупываниями почвы... Но меня ждал внезапный сюрприз, исполнителем которого опять стала Снежана.

— Темнозар. Ты просто человек-загадка! Никогда не встречала более таинственной и непонятной мне личности. И я, честно говоря, вообще ничего не понимаю. Все информаторы, все доклады в один голос твердили об одном, что Темнозар Огнев — самый бесполезный член семьи. Трусливый, глупый, незрелый... Но вот смотрю на тебя сейчас... И — нет. Вообще — нет! Как же так получилось? Мне только один ответ в голову приходит. Что тебя подменили, и что ты не настоящий Темнозар, а кто-то другой. Кто же ты на самом деле? И кто за тобой стоит?

И вновь три пары серых глаз заинтересованно уставились на меня. Если даже этот вопрос и являлся не согласованной заранее импровизацией и самодеятельностью Снежаны, старший Перовский был отнюдь не прочь получить на него ответ. Или хотя бы посмотреть, как я буду выкручиваться.

Выдержав паузу, я попытался сделать вид, что хочу соскочить.

— Прошу прощения, но... Предпочёл бы не отвечать на этот вопрос. Можно, мы на этом и остановимся?

— Темнозар.

Старший Перовский откинулся назад и начал барабанить по столу пальцами.

— Да, Федул Саввич?

— Нет. Нельзя.

Такой резкий поворот в нашем милом дружеском общении меня уже не удивил. Видимо, они пытались выбить меня из колеи, вывести из равновесия, заставить паниковать, совершать глупости... То ли убедились, что стратегия, которой придерживались до того, больше не принесёт плодов, то ли спланировали всё заранее, но в любом случае это не было плохо подготовленной импровизацией, скорее выглядело как уверенные действия загоняющих зверя охотничьих собак.

Вот только застать меня врасплох не получилось. Я был готов. Тоже откинулся на стуле и посмотрел Перовскому прямо в глаза.

— Всё действительно не так просто, как кажется на первый взгляд. Но какой мне резон раскрывать свою тайну?

— Мы искренне хотели бы помочь тебе, Темнозар. Вот только для того, чтобы понять, стоит ли с тобой связываться... Нам надо понять, кто ты такой. Чтобы потом не было сюрпризов.

— Так вы уже со мной связались. Не так ли?..

— Темнозар.

— Ладно-ладно... Давайте так. Раз уж мы начали говорить откровенно... Будьте откровенны и вы. Это ваше «помочь», оно ведь значит получить обоюдную выгоду. И не говорите, что это не так, всё равно не поверю. Так вот, объясните... Чем я могу быть полезен вам, и чем вы можете быть полезны мне? Нет, я благодарен и за тамплиеров, и за то, что помогли организовать трансляцию, и за то, что пригласили сюда... Но на что будет похоже наше дальнейшее сотрудничество?.. Что я буду давать вам, а что вы — мне?

Перовский перестал барабанить по столу и задумчиво уставился куда-то вдаль.

Спустя секунд десять перевёл взгляд на меня и усмехнулся.

— Темнозар. Ты, конечно, всё сказал правильно... Но у нас та же проблема, что и у тебя. Можем ли мы доверять тебе? Можем ли раскрывать все карты?..

— Итого — патовая ситуация.

— Да. Именно так.

— Ладно, кто-то должен начинать... Пусть это буду я. Вся правда обо мне — я действительно совсем не тот, о ком писали в ваших докладах.

Глава 9

Я сделал вид, что поддался. И сказал абсолютную правду.

С удовольствием оценил реакцию всех присутствующих. Особенно понравились расширенные глаза Снежаны. Девушку моё заявление впечатлило настолько, что она даже чуть приоткрыла свой ротик. Опомнилась только спустя пару мгновений, смущённо прикрыв его ладошкой.

Стоян тоже выглядел несколько обескураженным, такого признания он наверняка не ожидал.

Перовский-старший казался самым невозмутимым из всей троицы. Он только прищурился, буквально впившись в меня изучающим взглядом. Однако для него это было достаточно серьёзным проявлением эмоций.

Мысленно усмехнулся. Ловите, союзнички! Не вы одни умеете удивлять собеседников вопросами в лоб и неожиданными признаниями!

Вот только, сказав для затравки чистую правду, я тут же принялся самозабвенно врать...

Ничего выдумывать на ходу не пришлось. Идея, что именно говорить, созрела в голове ещё до прилёта к Перовским. Долгие часы раздумий, как бы объяснить внезапное преображение рохли-Темнозара в красавчика-меня, не прошли даром. И та красивая история, которую я придумал, нравилась даже мне самому.

— Да, вы не ослышались. Я действительно не тот, о ком вы могли прочитать в своих досье. И в этом нет вины ваших людей. Они просто не могли знать всей правды... Это была грандиозная компания по дезинформации, организованная моим отцом. Ещё с тех времён, когда я был совсем маленьким. Никто кроме нас двоих, нескольких доверенных людей... И моего двойника, не знал об этом. Даже дядя, даже мои ближайшие родственники. Мы специально создавали тот образ меня, о котором вам сообщалось во всех докладах... Чтобы те, кто организовал покушение на мою матушку, не могли заинтересоваться мной даже в теории. Мне нужно было казаться абсолютно бесполезным и совершенно никчёмным. Тот, кого все видели, это был другой Темнозар. Совсем другой... А на самом деле меня всё это время натаскивали для момента, когда придётся выйти из тени и показать своё истинное «я».

За столом снова повисла тишина. Выждав небольшую паузу, я собрался с духом и продолжил. Выкладывая уже то, что можно было и не говорить... Но, взвесив все за и против, решил всё-таки раскрыть карты, с снова сказав чистую правду.

— А самое главное — за мной, увы, не стоит никакой таинственной силы, как вы наверняка подозревали всё это время. Нет, к сожалению, я теперь совершенно один. Сам по себе. Могу рассчитывать только на себя, на свои способности, на своих людей... И, возможно, на своих союзников.

Вновь мне ответом стало молчание.

— Теперь вы знаете мою самую сокровенную тайну. Надеюсь на ответную любезность.

Перовский вновь забарабанил пальцами по столу, посмотрел мне в глаза и выдал краткое:

— Ты врёшь.

Выдержав его тяжёлый взгляд, твёрдо ответил:

— Нет.

При этом подумал, что сказанные мной до этого слова — лишь частично неправда. И потому — да, не вру. Но и не говорю всё, как есть... Если у этих Перовских есть какие-то детекторы лжи, анализаторы мимики и тому подобное, такой приём должен помочь обойти хотя бы первый, самый простой уровень. Конечно, более глубокий и вдумчивый разбор легко поможет выявить где я недоговариваю, где говорю двусмысленно, и так далее... Но единственной абсолютно надёжной защитой от всего этого было бы просто не говорить ничего. А такой роскоши я, увы, позволить себе не мог. Перовские мне были нужны, как ключ к Дому.

— Ладно, Темнозар. Допустим, я поверю. Но только, прежде чем раскрою наши мотивы и интерес... Можно задам тебе несколько простых вопросов?

— Попробуйте, Федул Саввич.

— И попробую. Скажи... Какие чувства ты испытываешь к родам Ирия, которые подставили твою семью и семью твоей супруги, убили почти всех ваших родственников, заставили вас покинуть родной дом, бежать и скитаться?

— Какие... Да какие чувства я должен испытывать к тем, кто пытался меня убить? Не думаю, что сильно удивлю вас, если скажу — ничего хорошего я им не желаю.

— Хорошо, Темнозар. Очень хорошо... Тогда такой вопрос. А на что ты готов пойти ради мести?

Большого труда стоило не расхохотаться Перовскому в лицо. Да что он знает о мести?..

Сдержался. Всего лишь усмехнулся. Правда, боюсь, вышло несколько более кровожадно, чем того требовалось.

— Ради мести, Федул Саввич, я готов на многое. На очень многое.

— Интересно, интересно... А как ты относишься к Дому?.. Что ты думаешь о нашей планете?

Пожал плечами.

— Планета. Обитаемая. Каких много в разведанном космосе. Симпатичная... Вон, море какое красивое. Небо ещё такое голубое...

— Я спрашивал немного не о том... Попробую спросить более конкретно. Что ты думаешь о местном населении, о конфликте между Ирием и Домом?

— Да ничего я о нём не думаю. Обычная война за власть и ресурсы. Не она первая, не она последняя.

— И ты не испытываешь к нам ненависти, как к старым врагам Ирия?

— Нет, за что? Что было, то прошло. Надо жить не вчерашним днём, а сегодняшним, даже ещё лучше — завтрашним. И что касается текущего момента... Это же не вы оставили меня без семьи? Нет. Так что, скорее уж моя ненависть будет направлена в сторону Сената Ирия, всех этих Мироновых и прочих...

— Очень хорошо. А скажи, Темнозар... Идея, что на Доме и Ирии живёт один народ, и они должны объединиться ради общего блага и процветания — такая мысль тебя не пугает?

— Совершенно нет. Если в этом «общем благе» буду присутствовать и я тоже... Как полноправный субъект, а не объект.

Как человеку со стороны мне действительно было плевать. Все эти склоки между Домом и Ирием — всего лишь местечковая борьба за власть, дележка ресурсов и отпихивание локтями друг друга от кормушки. Сами по себе аристократы Ирия ничуть не лучше аристократов Дома. И не хуже тоже — иллюзий на этот счёт я не испытывал ровным счётом никаких. Если бы это было им выгодно, те же Перовские могли сами устроить бойню на нашей свадьбе.

Главная разница для меня заключалась исключительно в том, что на Ирии меня уже списали, а Дому я был нужен. По крайней мере, пока.

— Понятно, Темнозар. Судя по твоим ответам... Наше взаимовыгодное сотрудничество действительно возможно.

— Да. Если я правильно понимаю, куда вы клоните... Оно вполне имеет право на жизнь.

— Думаю, ты всё правильно понимаешь. Ты уже знаешь, что главы семей Белых и Огневых пытались с нами договориться против остальных... Но случилось то, что случилось. Я же предлагаю завершить то, что они не смогли. Союз против Сената и аристократии Ирия. Мы поможем тебе вернуться домой, ты поможешь нам избавиться от этих обнаглевших зазнаек, ваших врагов. Парашаевых, Мироновых... Сам их прекрасно знаешь. Тебя ведь с ними ничего не связывает, не так ли? Кроме взаимной ненависти?..

Я снова усмехнулся, на сей раз уже сам себе. Это было ещё одной из причин, по которой решил не брать с собой Яромиру. Потому что, как-никак, её сёстры разошлись по разным домам... И в отличие от меня, мою супругу кое-что связывало с остальной аристократией Ирия. Не говоря о том, что у неё внезапно мог случиться приступ патриотизма.

— Ваше предложение приемлемо. Только... Какие у меня будут гарантии, что расправившись с семьями Ирия и разделив их имущество, вы не кинете меня?

— Мы пообещаем, что ничего такого не случится.

— Договор? Подтверждение перстнями?

— Приемлемо.

— Я должен быть уверен, что всё, принадлежавшее когда-то моему роду, вернётся мне. Или что я хотя бы получу компенсации, которые сам посчитаю равнозначными. А также... Справедливые компенсации за всё то, что пришлось вытерпеть моему роду.

— Роду Огневых? Или роду Огневых-Белых?

— Вы думаете в правильном ключе, Федул Саввич. Для меня мой род — уже давно не только род Огневых.

Про то, что и не род Огневых-Белых тоже, умолчал. Ведь так мои слова можно было трактовать таким образом, будто я имею имущественные претензии не только к семьям Ирия, но и к аристократии Дома.

— Мне нравится такая формулировка, Темнозар. «Твой род», а уж что под этим понимать... Кровавые рассудят.

Перовский согласился слишком легко. И даже понятно, почему — с его точки зрения, рода Огневых-Белых ещё нет нигде, кроме моего воображения. Без хоть какого-то признания все мои претензии на имущество Белых оставались пустыми словами.

— Ладно, Федул Саввич. В общих чертах то, чем мы можем быть друг другу полезными, я понял... А с практической стороны, как всё это будет выглядеть?

— Очень просто, Темнозар. Мы собираем наш флот. Летим на Ирий... Ты помогаешь нам обойти его систему противокосмической обороны — ведь у тебя, как у представителя сразу двух родов, должен быть к ней прямой доступ. Мы высаживаем десант... А дальше — дело техники. Это будет славная война, и мы наверняка победим.

— А вы не боитесь флота Ирия?

— Нет. Наш флот сильнее. Мы сохранили имперские верфи, и даже провели несколько лет назад их модернизацию. Пусть кораблей нового типа, наподобие моего корвета, у нас ещё очень мало — но у флота Ирия нет и такого.

— А почему Ирий? Ведь главное богатство — это лапуты, Горнило... Почему бы не захватить сначала их?

— Такой план рассматривался. И мы пришли к выводу, что потери будут слишком велики. В отличие от Ирия, у Горнила нет общей, централизованной системы противокосмической обороны. Каждый сектор автономен. С одной стороны, это хорошо — можно давить по одному. Но с другой, нельзя всё обрушить силами одного человека. Лишив же тех, кто на лапутах, основной базы, и добавив к этому полную блокаду планеты, мы вынудим их рано или поздно сдаться на милость победителю.

— Понял, принял... И теперь мне надо это всё хорошенько обдумать. Я же могу это сделать?

— Думай, Темнозар. Но не долго. Действовать надо как можно скорее, пока Сенат Ирия не опомнился и не принял меры.

— Кстати, о Сенате. С ним связан ещё один важный момент. Меня туда вызывали, и я должен там появиться уже очень скоро — иначе они обещали опять напасть на моё поместье...

— Соваться на Ирий сейчас — большая глупость, Темнозар. Увы, иногда приходится жертвовать малым ради большего. Поместье — не такая уж и серьёзная проблема... Если что, отстроишь новое. Но заявишься в Сенат... И тебя просто устранят. А хватит глупости взять с собой Яромиру — разберутся с вами обоими. Так что, лучше оставайся пока у нас, на Доме. Я переговорю с нужными людьми, соберу флот, подготовлю всё. И ты прибудешь на Ирий уже не жалким просителем, а тем, с кем будут считаться.

Еле удержался от того, чтобы не добавить «и марионеткой в чужих руках», но всё-таки промолчал.

Ситуация, конечно, была ни разу не такая безоблачная, как рисовал Перовский. О равноправном сотрудничестве не могло быть и речи — меня собирались просто-напросто использовать, как одноразовую открывашку. В иной ситуации такое могло бы показаться полнейшей глупостью и отложенным самоубийством.

И тем не менее, мне очень нравилась идея стравить между собой Ирий с Домом.

Риск сгинуть в жерновах межпланетной войны, конечно, присутствовал. Но в то же время не такой уж и маленькой казалась вероятность выйти из этой заварушки невредимым, и даже в выигрыше.

— Какие действия от меня требуются чтобы то, о чём мы сейчас говорили, стало реальностью?

— Я уже рискнул разослать семьям Дома приглашение на большой приём. Завтра. Это будет не здесь, а в нашей резиденции в Столице. Ты обязательно должен посетить мероприятие лично... И повторить всё то, что сказал здесь мне, для более широкого круга слушателей. Чтобы они убедились, что тебе действительно можно верить.

— Хорошо. Я буду. Мне вызывать супругу, чтобы посетить это мероприятие вдвоём?

— Как хочешь, Темнозар.

— Хорошо. Я подумаю, как сделать лучше, и сообщу.

Успел заметить краем глаза лёгкую тень, которая пробежала по лицу Снежаны при упоминании Яромиры.

— Если мы обо всём договорились... Темнозар, оставляю тебя на попечение молодёжи. Меня, увы, ждут дела. Какие-то ненормальные похитили двух человек из не самого последнего рода, разнесли их поместье с помощью угнанного танка. И это почти в центре не самого маленького города планеты! Мне теперь с этим разбираться...

— На танке! Смотрю, кто-то развлекается по-полной. Надеюсь, вы найдёте виновных.

— Я тоже надеюсь.

Перовский окинул меня холодным взглядом...

На том мы и распрощались. Федул Саввич убыл в неизвестном направлении, а я остался наедине со Стояном и Снежаной. Конечно, если не считать тамплиера, который стоял за моей спиной неподвижной статуей, и на кого никто просто не обращал внимания.

Глава 10

— Сестричка. Я, конечно, дико извиняюсь... Но можно оставлю гостя на тебя?

— Да иди, иди уже к своей Оле. Я думаю, Темнозар не будет возражать. Ведь правда?

Мотнул головой в ответ. Стоян меня раздражал, этого не отнять. И пусть делал он это почти наверняка осознанно, и пусть, возможно, был на самом деле далеко не таким, как представлялось по отыгрываемой роли, но даже при всём понимании этого мысль избавиться от не самой приятной компании вызывала у меня исключительно положительные эмоции. С другой стороны, оставаться наедине со Снежаной было чревато, и лучше бы рядом присутствовал кто-то ещё... Да и не ради положительных эмоций я на Дом летел, а чтобы делать дело.

Выходило что как один, так и другой вариант имел для меня плюсы и минусы. Но в любом случае не настолько весомые, чтобы запретить нетерпеливо вставшему из-за стола Стояну поступать так, как он собирался.

И он наверняка понимал это не хуже меня самого. Шагнул навстречу, протянул руку и уверенно заявил:

— Конечно же, Темнозар не будет возражать!

Мы обменялись рукопожатием.

— Счастливо провести время вдвоём... Только, Темнозар, — он не отпустил мою ладонь и придвинулся ближе. — Я бы очень не хотел вызывать тебя на дуэль, спасая честь сестры. Не прощу себе, если из-за меня прервётся целый род...

Не дожидаясь ответа, он наконец разжал пальцы, помахал сестре и поспешил удалиться.

Я сдержался и не сказал ему ничего на это. Просто проводил многозначительным взглядом. А когда автоматические створки закрылись за спиной Стояна закрылись, снова повернулся к Снежане. Девушка смотрела на меня и улыбалась.

— Брат иногда такой невыносимый. Но ты не подумай, на самом деле он хороший. Надеюсь, не затаил на него зла?..

— Нет, конечно же нет!

И это было чистой правдой.

Из-за моих действий, вероятно, скоро разразится межпланетная война. Что мне до какого-то малолетки, строящего из себя невесть что?..

— Замечательно. И... Темнозар. Чем займёмся? Завтра тебя, наверняка, возьмут в оборот уже с самого утра... Но у нас ещё целый вечер и ночь впереди! Так что... Как бы дорогой гость хотел, чтобы я развлекла его?..

Она наклонилась вперёд, улыбнулась и подмигнула.

Не поддался на такую явную провокацию и посмотрел не в декольте девушке, а ей в глаза. Они, кстати, тоже были большие и красивые.

— Меня развлекать не надо, прекрасно умею делать это и сам. Если мы тут закончили... Вернулся бы в гостевые покои, или к себе на корабль. Хочу отдохнуть перед завтрашним... Да и дела не ждут.

Снежана обиженно поджала губки.

— Как? Неужели оставишь меня скучать одну?.. Темноза-а-а-ар, ну не будь таким занудой! У нас так редко бывают гости! Тем более, такие прославившиеся... Никуда я не отпущу тебя!..

Тяжело вздохнул. По всему выходило, что никак не получится отделаться от этого «прицепа», не нагрубив и не выйдя за рамки приличий.

— Ладно. Тогда — на твоё усмотрение.

— Полетели в Южный!

— Южный?

— Да, Южный. Это большой город, на материке.

— Нет.

— Нет?

— Нет, потому что это может быть опасно.

— Темноза-а-а-ар. Ты меня разочаровываешь. Я думала, ты отважный, бесстрашный, настоящий герой! Особенно, после всех тех историй, которые рассказывал про свой побег...

Пожал плечами — мне было совершенно всё равно, что она думает обо мне. И уж тем более, меня не взять такими примитивными подначками.

— Не люблю ненужный риск. Тем более, когда на повестке решение настолько важных вопросов.

— Ну пошли, хотя бы на моей новой яхте покатаемся...

— Тоже не лучший вариант.

— Ну Темноза-а-а-ар!.. Давай недалеко хотя бы, до Малого острова. Он всего в нескольких километрах! Ты своего тамплиера возьмёшь. Что нам там может угрожать с такой защитой?..

— Ладно. Соглашусь, если расскажешь побольше про себя. И как вы вообще здесь живёте.

Девушка просияла и порывисто встала из-за стола — видимо, хотела успеть, пока я не передумал.

— Ты не безнадёжен, Темнозар! Пойдёмже скорее...

Она непринуждённо взяла меня за руку и увлекла за собой, в сторону ближайшего лифта. С его помощью мы, против всех ожиданий, не спустились вниз — наоборот, поднялись на самый верхний этаж. Хотел уже задать тот вопрос который вертелся на языке, мол, что здесь происходит, но девушка коснулась пальцем своих губ и заговорщицки улыбнулась.

— Кстати, Темнозар. Верхний этаж для своих, гостей сюда обычно не водят... Можешь гордиться оказанной честью! И потом рассказывать, что побывал в святая святых рода Перовских!

Сказать по правде, мне на это было плевать совершенно, но я кивнул.

— Обязательно всем расскажу.

Перед лифтом она отпустила мою руку и теперь уверенно шагала чуть-чуть впереди, трогая меня за локоть и поправляя, если я хотел пойти в неправильную сторону. При этом не переставая щебетала, ни о чём и обо всём подряд, создавая полное впечатление восторженной наивной дурочки.

Мы опять пересекли едва ли не весь дворец насквозь. Было видно, что несколько раз Снежана проводила меня короткими путями, срезая углы — когда из очередных грандиозных и пафосных залов мы вдруг ныряли в крохотные технические помещения или коридоры, почти наверняка предназначенные не для парадных приёмов.

Наконец, мы вошли в небольшое помещение, в котором я с некоторым удивлением узнал жилую комнату. Кровать, тумбочка, столик, голографические плакаты на стенах, ростовое зеркало... Висящий на спинке стула чёрный сарафан — тот самый, в котором впервые увидел Снежану.

Вообще, эту спальню будто вырезали откуда-то из другого места и поместили в совершенно инородный, кичащийся роскошью дворец — настолько она не соответствовала всему тому, что я видел до этого. Относительно небольшая комнатушка не шла ни в какое сравнение ни с теми гигантскими гостевыми покоями, которые выделили мне, ни с теми бесчисленными залами, которые я успел за этот день посетить.

Не было в ней ни кричащей роскоши, ни пафоса. Только приятный, домашний уют и ощущение, что здесь действительно кто-то живёт, считает это место своим домом.

Об этом говорило буквально всё. Смятое покрывало, какие-то бытовые мелочи, в беспорядке раскиданные на столике и тумбочке, осторожно выглядывающий из-под кровати скомканный носок... Висящий на стуле сарафан, который невольно так и притягивал к себе взгляд.

Немалую часть антуража создавали многочисленные голографические плакаты, которыми былиувешаныстены. Судя по виду — это на меня смотрели какие-то популярные музыканты, актёры и тому подобная публика. В основном — смазливые красавчики-мужчины... Но затесалось среди них и несколько женщин.

— А... — я повернулся к девушке, понимая, что ничего не понимаю.

— Просто посиди тут и подожди пару минут! Переоденусь, и пойдём на пирс. Я быстро!

С этими словами она скрылась в боковой двери, оставив меня в своей спальне одного.

Внутри шелохнулось нехорошее предчувствие. Очень уж это всё было похоже на какую-то подставу. Так и представил, что вот сейчас она выскочит ко мне в разорванном платье, и начнёт голосить во весь голос, что насилуют. И что в такой ситуации делать?..

Хотел уже было выйти поскорее прочь, чтобы не искушать Кровавых, и составить компанию оставшемуся за дверями Титу...

Но взгляд мой, скользнув по окружающей обстановке — а приходилось на всё смотреть исключительно своими глазами, ни одной камеры внутри не было — зацепился за одну деталь. Причём, долгие секунды смотрел на неё и вообще не мог понять, в чём же дело.

Моё внимание обратил на себя один из плакатов. Симпатичная и очень молоденькая на вид светловолосая девчушка, с пухлыми губками, дерзко задранным вверх носиком и большими голубыми глазами. Она была в коротких шортиках старомодной маскировочной раскраски и такого же цвета топике, держала в руках огромную, больше себя, винтовку, и с вызовом смотрела куда-то вдаль.

К своему стыду, долго не мог вспомнить, кто это. В принципе, простительно — ведь лично мы знакомы не были, а изображение этой неприлично юной амазонки я видел всего лишь один-единственный раз. Когда мне показали его ребята с «Косатки».

На стене у Снежаны оказалась та самая девушка, спасением которой мне предстояло расплатиться за аренду корабля...

Звук открывающихся створок заставил резко обернуться. Уйти до возвращения девушки я не успел.

Быстро пробежался по девушке взглядом вверх-вниз, готовый ко всему. Едва прикрывающая задницу воздушная белая юбочка, наполовину расстёгнутая чёрная безрукавка, непонятно для чего надетый на шею не то ошейник, не то ожерелье — и босоножки. Откровенно, вызывающе — но в рамках приличий, ничего не порвано, и никто вроде даже не кричит, призывая покарать насильника.

Снежана по-своему интерпретировала мой интерес. Ослепительно улыбнулась, крутанулась вокруг оси, так что юбка совсем задралась вверх, открывая тоненькие ниточки трусов купальника, а после резко остановилась и сделала шутливый то ли книксен, то ли реверанс, то ли как там это всё называется.

— Ну что, Темнозар? Нравится?

— Нравится-то нравится, в конце концов я здоровый и полный сил мужчина... Но чего ты хочешь добиться, Снежана?

Она вновь сверкнула в мою сторону своими белоснежными зубками и хитрыми глазами.

— Развлечься, Темнозар. Я хочу развлечься. Развеять свою смертную скуку. И ты... Вполне можешь мне в этом помочь.

— Как?

— Ты же здоровый и полный сил мужчина. А ещё сообразительный, остроумный, и интере-е-е-есный... Уверена, ты что-нибудь сообразишь!

Девушка сделала в моём направлении несколько шагов. Когда она была уже совсем близко, я, будто не замечая её голодного взгляда, повернулся к заинтересовавшему меня плакату и махнул в его сторону рукой.

— Кстати. Я одну вещь сообразить не могу... Скажи, а это кто? Вроде где-то видел её, но не могу вспомнить.

Снежана надула губки. Она остановилась буквально в полушаге от меня, так близко, что это было уже неприлично.

— Темнозар! У тебя тут, рядом, настоящая живая женщина! А ты вместо неё обращаешь внимание на какую-то голограмму...

Тяжело вздохнул, закрыл глаза. Снова открыл. И ответил.

— Снежана. Мне любопытно. И ты обещала мне рассказывать про себя, это основа нашей договорённости. А этот плакат, висящий в твоей спальне... Ведь это твоя спальня, так?

— Моя. Ладно. Уел. На голограмме — Ива. Гладиатор.

— И почему она висит у тебя на стене?

— В смысле, почему? Она чемпион, многократная победительница боёв. Настоящая легенда Кровавой Арены! Эта девчонка — кумир миллиардов. Уверена, едва ли не каждый второй парень в обитаемом мире мечтал ей вдуть, хотя бы разок... А может, и не только парень... — Снежана провела кончиком языка по губам. — Что?..

— Да так, ничего...

— Нет уж, ты скажи!

— Сказать? Ладно. Я несколько, скажем так, обескуражен вашим поведением, юная леди.

— В жопу леди! Юных и не юных! Темнозар, ну позволь мне побыть собой хотя бы здесь, хотя бы немножко! Не будь занудой!

— А обычно тебе не дают?

— Конечно! Обычно «это не надевай, так не вставай, то не говори, с этим не общайся». И всё в том роде. Невыносимо!

Рассмеялся.

— Да, нелегка жизнь юной леди, которая не жалет быть юной леди.

— Не то слово. Поэтому и надеюсь, что мы хотя бы сейчас оторвёмся по-полной!

— А как же твой отец?..

— А мой отец дал добро делать с тобой всё, что посчитаем нужным. Всё, чтобы ты не заскучал. А так как братец откололся сам, ты теперь полностью в моих руках! И считаю, мы легко обойдёмся без всей этой наносной херни! Ведь так?

— Хорошо. Раз без всей этой херни... Может, всё-таки пояснишь, чего ты хочешь?

— Чего? Так я сказала же, развлечься!

— Ах да, точно. Как я мог забыть. А твой отец...

— Если я устрою кровавую оргию с сотней девственниц и скажу, что так было надо — он ответит: молодец дочь, и больше этот вопрос поднимать не будет. Я взрослая девочка! Могу делать, что захочу!

— Оргию... С сотней девственниц?...

— Ну, с двумя сотнями. Или с тремя. Или что тебя удивляет?

— Да нет, ничего. Скажи только... И часто вы так развлекаетесь?

— Нет.

— Нет — не часто?

— Ну да. Не часто... Слушай, Темнозар. Хватит меня вопросами донимать. Время не ждёт!

Задев меня бедром, Снежана шагнула к выходу и полуобернулась, приглашая идти следом.

Я кинул прощальный взгляд на висящую на стене голограмму.

— Хорошо, но у меня последний вопрос. Всё насчёт этого плаката думаю. А ты когда-нибудь бывала на Арене?..

— На Большой?

— Ну да, конечно. На какой ещё? Стал бы я про какие-нибудь ваши местечковые бои спрашивать.

— Нет, не бывала... Хотя отец несколько раз туда попадал по работе, ни разу меня с собой не брал.

— И я не бывал.

Снежана улыбнулась.

— И ты хочешь туда попасть...

— Ну да. Интересно, как это ты догадалась?

— Так у тебя же всё на лице написано. Не нужно даже никаких эмпатий-импатий, как в семье твоей матушки. Ты прямо прирождённый дипломат и игрок в покер, Темнозар!

Усмехнулся.

— Это был сарказм. И... Ты тоже туда хочешь попасть. Ведь так?

— Ну да. Это тоже очевидно. У нас столько общего, не правда ли, Темозар? Может, слетаем туда вместе? А? Большой чемпионат уже через пару недель...

— Я не знаю, проживу ли завтрашний день... А ты мне такие планы далеко идущие предлагаешь строить. Тем более, всегда есть вероятность, что придётся разгребать очередной вал каких-нибудь неотложных дел.

— Но принципиально — ты не против...

— Да. Конечно. Принципиально я не против.

— Значит — решено! С отцом поговорю.

Не стал спорить. То, что рано или поздно придётся возвращать долг, я не сомневался. Поэтому — почему бы не сделать закладку на будущее, и почему бы не поставить на эту серую яхту? Вдруг что-то да выгорит? Как попасть на эту несчастную Кровавую Арену, я представлял довольно смутно. А у Перовского или его дочери вполне могли быть выходы на нужных людей.

Мы продолжали идти вперёд, и как-то вдруг наступило неловкое молчание. Я, погружённый в свои мысли, даже и не думал что-то с этим делать. Снежана то и дело кидала на меня многозначительные взгляды. Наконец, она не выдержала.

— Это страшно, наверное, когда у тебя нет Алтаря? Когда после гибели возродишься Кровавые знают где, и скорее всего попадёшь в руки к тем, кто контролирует ближайшее Пятно Хаоса?

Отвечать очень не хотелось, но и молчать было бы неприлично. Поэтому — в который уже раз за этот день пожал плечами.

— Наверное, да. Наверное, страшно.

И подумал при этом — что нет, не страшно. Страшно погибать, когда знаешь, что точно не вернёшься назад. Ни с помощью Алтаря, ни в Пятне Хаоса, никак вообще. И когда не понаслышке знаешь, что это такое — Преисподняя.

Снова над нами повисло молчание. На этот раз его развеять поспешил уже сам, вспомнив вопрос, который хотел уточнить.

— А вы же демонологи, да?

— Да.

— Призовёшь какого-нибудь беса?

— Нет. Темнозар, это же неприлично, просить других демонстрировать способности...

— Ну я же просто спросил. Ни разу не доводилось встречаться с демонологами.

— А с другими, типа, встречался часто?

Подумал что да, в прошлой жизни кого только не довелось повидать. К нам на сафари прилетали со всего обитаемого мира. Даже не всегда люди.

Воспоминание вмиг испортило настроение. Перехватил удивлённый взгляд Снежаны, и криво улыбнулся.

— Ну, кое с кем встретиться довелось. Оборотень, гравимансер...

Про то, что прикончил Парашаева и Миронцева, я рассказывал ещё за столом. Делать из этого секрет было бы глупо — информация рано или поздно разошлась бы всё равно, так или иначе.

Проблемой было только то, что оборотня я убил окончательной смертью. Его родичи уже наверняка узнали об этом, ведь он так и не возродился а Алтаре. Вопрос был в том, останется ли информация, что род потерял одного из сильнейших бойцов, секретной — или ею решат поделиться с остальными. В последнем случае почти наверняка ко мне возникнут вопросы, причём у каждого, кто будет в курсе ситуации, вне зависимости от местоположения и политического блока, к которому он принадлежит.

Я надеялся, что род оборотня посчитает за лучшее сохранить всё в тайне. Очень надеялся. Учитывая постоянное соперничество между семьями, между Ирием и Домом, и на каждом из них в отдельности между собой, это было не так уж и не возможно. Но риск всё же оставался...

Прогулочная яхта Снежаны ждала нас на пирсе, одна из многих. Красивый, стремительный силуэт был будто создан для того, чтобы нестись вперёд, легко разрезая метровые океанские волны острым носом и оставляя позади пенный след.

Когда поднялись на борт, сходни сами собой втянулись в отверстия, проделанные в обшивке корабля, и яхта легко тронулась. Вряд ли ею управлял кто-то из плоти и крови — скорее, продвинутый автопилот.

— Пошли на нос! Там красивее всего! — Снежана махнула рукой, приглашая следовать за собой, и мы устроились в передней части быстро разгоняющейся яхты.

В течение следующих часов мы катались вокруг острова. Пока автопилот исправно вёл нас заданным курсом, Снежана то лежала в красивой позе напротив, то садилась рядом со мной, совсем-совсем близко, то со смехом прыгала вниз, прямо в воду, и потом, мокрая и довольная, снова взбиралась на борт.

Я нырять отказался — сослался на то, что не умею плавать. На самом деле, не хотел раздеваться и показывать, сколько разного снаряжения у меня на теле.

Невозможность раздеться напрягала. Потел, мучился, но сидел всё время одетый полностью, тогда как девушка ещё в самом начале нашего путешествия как-то буднично и незаметно избавилась и от юбочки, и от безрукавки, оставшись в одном очень откровенном купальнике.

Конечно же, она не оставила такую несправедливость без внимания.

— Слушай, Темнозар. Ну это несерьёзно ведь! Мы отдыхаем, а ты тут разоделся, как на приём. Тебе же самому не в кайф, вон, вижу, тебя выжимать уже можно!

— Нет, Снежана. Извини, но раздеваться не буду.

— Ты что, стесняешься?

— Да.

— Слушай, ну не ври, а! Это последнее, во что я поверю. Скорее — в то, что у тебя там под одеждой оружие и какая-нибудь броня, с которой не хочешь расставаться ни на минуту.

— Знаешь, сколько раз меня пытались убить за последние несколько дней?

— Тут же безопасно.

— Помню, на свадьбе в поместье Белых тоже было безопасно...

— Ну, у тебя ведь есть целый тамплиер... Он же даже по пляжу сзади нас ходил, песком хрустел...

— На тамплиеров надейся, а сам не плошай!

— Это ты сейчас придумал?

— Ну да.

Беседа со Снежаной была чем дальше, тем более непринуждённая. Возможно, помогли несколько прихваченных с собой бутылок вина.

Не знаю, выполнила ли дочка задание отца, но я несколько раз ловил себя на том, что едва не выкладываю ей что-то важное. И злость на себя из-за таких случаев никак не мешала восхищаться способностями девушки. Да и просто... Девушкой.

Она постоянно ходила по грани. Соблазнительные позы, лёгкие, будто случайные, прикосновения, постоянные двусмысленные намёки... И без своих способностей я никак не мог понять, она это на самом деле хочет, или просто дразнится и провоцирует.

Как бы там ни было, я держался...

Вдоволь накатавшись туда-сюда, мы высадились на находящемся относительно недалеко и совершенно необитаемом острове. Спрыгнули прямо в неглубокую воду — мне было почти по пояс. Там мы гуляли по пляжу и отдыхали в тени между пальмами. Девушка время от времени купалась, забегая в воду, ныряя и потом снова возвращаясь ко мне.

Затем мы, устроившись на поваленном стволе какого-то тропического дерева, долго смотрели, как солнце садится в океан.

Только оно скрылось за горизонтом, как-то очень быстро и внезапно наступила ночь, со всех сторон подступила кромешная тьма, а на небо высыпали сотни по-южному ярких звёзд с совершенно незнакомыми мне рисунками созвездий. Мы вновь поднялись на борт и вышли в море, где легли в дрейф и сидели рядом, глядя вверх.

Для меня всё вокруг казалось экзотикой. Там, где я родился и рос, океанов не было — максимум, крупные озёра, ведь вода слишком большая ценность в космосе.

Всё время ждал какого-то подвоха, старался следить за обстановкой... Но часы шли, а ничего не случалось. И, внезапно, отдых оказался действительно хорошим. Я прямо чувствовал, как расслабляюсь.

Сам бы себе такого никогда не позволил посреди всего творящегося вокруг. А так выходило, что вроде как ради дела, а значит — можно...

К пристани мы пристали далеко за полночь. Девушка сбежала на берег первой и, слегка покачиваясь, направилась в сторону дворца.

Взгляд так и притягивало будто магнитом к её соблазнительной фигурке, к спадающим на спину чёрным волосам, к длинным стройным ногам и соблазнительным округлым ягодицам. Вероятно, если бы я пошёл следом, девушка отвела бы меня в свою спальню и всё-таки сделала именно то, на что с нашей самой первой встречи прозрачно намекала.

Но я остался на месте и окликнул её.

— Да?

Снежана развернулась. Поняв, что я не иду за ней, сделала несколько шагов навстречу, встала почти вплотную и подняла ко мне своё лицо. Мне было достаточно немного наклониться, и её чуть приоткрытые губы встретились бы с моими. Опять же — наверняка, это было бы принято благосклонно.

— Снежана. Вызови, пожалуйста, машину, чтобы подкинули меня к кораблю. Я хочу ночевать там.

— К... Кораблю?

Казалось, она вот-вот расплачется. Я опять не мог понять, всерьёз это всё, или просто игра на публику, но отступать не собирался.

Внезапно, лицо девушки ожесточилось.

— Ах, так... Ну и вали на свой корабль!

Резко крутанувшись на месте, она побежала прочь, никак не реагируя на мои оклики.

Пришлось вызывать через коммуникатор Олега, и просить подогнать машину.

На этом мои злоключения не закончились... Как только оказался на борту «Косатки» и за мной поднялся пандус, на меня налетела Яромира.

— Ах ты!.. Кобель!.. Так вот почему ты меня брать с собой не хотел! Чтобы с девками на яхте катался, да?..

— Яра. Это было нужно...

— И ничего не было нужно! Какие такие государственной важности дела могут решаться, когда ты просто сидишь с полуголой девкой рядом на палубе яхты и глазеешь на звёзды? А?!

— А... Откуда ты знаешь?

— Откуда знаю, оттуда знаю! Я всё знаю!

— Хорошо. Раз всё знаешь, должна знать и то, что у нас ничего не было. Меня соблазняли, но я устоял! Как меня только не соблазняли... И так, и этак... Жопой вертели, рядом садились, ножками сучили. Но я тут, а не в спальне дочки Перовского! Нет разве? Яра!

— Ну, да...

— Так и чего ты тогда мне тут концерт устраиваешь?

— Зара...

— Ну?

Девушка потупилась.

— У нас на Ирии ни одного океана нету... Я так всегда мечтала... А ты, ты... С какой-то лахудрой...

Она разрыдалась, и пришлось утешать. Сначала в коридоре, потом — в каюте.

Дражайшая супруга, конечно, сопротивлялась, строила из себя недотрогу, но под натиском моих поцелуев вскоре сдалась.

— Яра.

— Да?

— Будет тебе океан. И яхта. И ночь со звёздами. Не переживай... Но сейчас и правда надо думать в первую очередь о деле, а уже потом — об этом всём. Так что ты зря волновалась.

— Я испугалась...

— Зря. Надо бояться не этого.

— Да. Ты прав, Зара. Да...

— Откуда ты узнала, где я был и что делал?

— Руслан...

— Что?!

— Я сходила к нему. Попросила подключиться к каким-нибудь спутникам...

— Ты. Просила. Жреца Хаоса.

— Да он нормальный! Ещё напомнил, что знает, как тебе энергетическую клетку в порядок привести...

— Мне это не нравится. Общаться со слугами Разрушителя... Чревато.

— Да не слуга он! Ему самому не нравится всё происходящее!..

Не хотел спорить, поэтому промолчал. Яромира сидела, потупившись. Наконец, притянул её к себе.

— Яра.

— Да?

— Надо придумать, как объяснить этим ребятам с Ирия, что в назначенный срок, завтра, пред светлые очи Сената мы уже никак не сможем появиться.

— Даже не знаю... Конечно, я попытаюсь поговорить с Хельгой... Но вряд ли что-то путное получится.

— Согласен. Вряд ли. Но попытаться стоит! Дай сюда коммуникатор. Прежде чем начнёшь вызывать её, настрою соединение, чтобы тебя было не отследить.

Когда Яра вызвала сестру, оставил её одну и прошёл в одно из пустующих помещений. В то, что разговор с Хельгой сможет принести какие-то плоды, почти не верил, и вызвал Вениамина.

Тот ответил практически сразу и поклонился.

— Темнозар Храбрович?..

— Слушай. Ты, скорее всего, и так всё знаешь и понимаешь, готовишься к худшему... Но лишний раз предупредить тебя стоит.

— Что случилось? — управляющий Огневых заметно напрягся.

— Перемирие, скорее всего, заканчивается. На вас опять насядут.

— Мы готовились к этому.

— Постарайтесь держаться, раз уж сдаваться не хотите. Подмога будет. Скоро. Надеюсь.

— Обнадёживающе. И ваш дядя...

— Насчёт дяди. С ним пока встретиться не получается никак. Передай ему, Вениамин, чтобы подождал ещё пару-другую лишних суток. Где бы он ни был, я скоро освобожусь и постараюсь найти его.

— Темнозар Храбрович...

— Это не обсуждается, Вениамин.

— Хорошо, я ему передам. Что-то ещё?

— Нет. До связи.

Яромира, в отличие от меня, так быстро не закончила. Пока ждал её, занялся изучением личных дел людей из службы безопасности Белых. Требовалось найти кого-то на место Струева — ту подставу с его «агентом» на Доме я так и не забыл.

Заодно, запросил досье на Перовских. Полистал информацию о Снежане, единственной дочери главы рода. Там было написано: «холодная, рассудительная, спокойная».

Долго смеялся.

Когда Яромира закончила, вернулся в каюту. Девушка после общения с сестрой выглядела подавленной — явно, ни к чему хорошему их разговор не привёл, и был тяжёлым. Пришлось опять утешать.

А потом, как-то незаметно, наступило утро. И меня разбудило сообщение, пришедшее на коммуникатор от Олега. Что надо бы обговорить подробности грядущего мероприятия, а заодно переместиться в столицу.

Глава 11

Олег очень настаивал на том, чтобы я летел до планетарной столицы не на своей яхте, а на предоставленном принимающей стороной транспорте. Я, понятное дело, был против.

Спор длился долго, и точку в нём поставил внезапно вмешавшийся Перовский. Он вызвал меня напрямую и начал сразу с места на досветовой, без всяких вежливых расшаркиваний и приветствий:

— Темнозар!

— Да?..

— До столицы летишь со мной. На моей личной яхте. Это не обсуждается!

— А... Могу поинтересоваться причиной такого категоричного ультиматума?

— Их много. Твоя безопасность, удобство, демонстрация для остальных моего доверия к тебе — и твоего ко мне... А кроме прочего — надо поговорить.

Ненадолго задумался.

— Ладно. Но тогда я могу попросить, чтобы моя яхта полетела следом?

— Причина? Потом мы всё равно вернёмся на остров, оставаться в столице опасно. Или ты всё-таки не доверяешь нам?

— Ситуация такова, что я в любой момент могу понадобиться на Горниле, Ирии, или в любом другом месте. Если это случится, придётся срочно вылетать... И задержка может оказаться критичной.

Кроме этого — да, я действительно не доверял никому здесь. Но озвучивать этот момент не стал, предпочёл умолчать, хотя и был уверен, что если даже признаюсь, ничего не изменится.

Мне показалось, что на лице Перовского мелькнуло недовольство. Возможно, только показалось — он хорошо контролировал свою мимику.

— Хорошо. Я согласую пролёт. Через пятнадцать минут жду тебя на борту «Золотой птицы». Это самый большой корабль на посадочной площадке, не спутаешь.

Голограмма Перовского исчезла так же стремительно, как появилась. Я попрощался с женой и командой, дал всем последние напутствия, объяснил задачу Александеру и за пять минут до назначенного времени покинул «Косатку», не спеша прогулявшись в сопровождении Тита до «Золотой птицы».

Там нас встретил человек в лётном комбинезоне, проводил до каюты и предложил располагаться. Я предпочёл переместиться в одно из помещений для общественного пользования, что-то вроде кают-компании, с панорамными экранами, закрывающими всю верхнюю полусферу.

Перовский опоздал на несколько минут. Вышел из резко затормозившей возле корабля машины и быстрым решительным шагом поднялся на борт, после чего мы тут же взлетели.

Управление всеми доступными камерами я перехватил сразу и без труда, это было даже удивительно — не иначе, союзники решили сыграть в поддавки, сделав вид, что не знают о том что «среди моих людей есть специалист». Как бы там ни было, отказываться от этого подарка я не стал и сразу начал следить за всем происходящим вокруг, внутри и снаружи «Золотой птицы».

Я видел что Перовский сразу же, никуда не сворачивая, направился ко мне. Выражение лица при этом он имел задумчивое и даже суровое.

Когда он зашёл, я резко обернулся ко входу — сделал вид, что меня застали врасплох. Тут же вскочил и легко поклонился.

— Федул Саввич!..

Перовский кивнул, прошёл мимо и уселся на одном из диванов. После чего внимательно посмотрел на меня и после небольшой паузы заговорил.

— Темнозар.

— Да?..

— Тебе знакомо такое имя — Наина Рыжова?

Тут бы мне соврать и сделать вид, что я не я, планета не моя... Но вместо этого кивнул.

— Знакомо. Вроде... Кажется, моя дальняя родственница.

— Верно. Твоя дальняя родственница. И её недавно похитили.

— Да? Как так? Кто, зачем?..

— Это я у тебя и хотел спросить, Темнозар.

— Меня?..

— Да, тебя.

— Почему же меня?

— Потому что из всех жителей нашей звёздной системы ты единственный имел мотив делать это. Потому что действия нарушителей, их приёмы и инструменты очень похожи на те, которыми вы с супругой воспользовались для побега с Ирия. Потому что свидетели докладывают о том, что злоумышленники пусть не внешне, но по комплекции были похожи на вас с Яромирой... И на тамплиеров. Которых я, между прочим, дал тебе для личной защиты, а не для того, чтобы их использовали против Дома и моих интересов.

Не стал ничего говорить. Взял небольшую паузу, обдумывая, что бы ответить. Наконец, сделал робкую попытку «отбрехаться»:

— Мотивы... Ну и какие у меня могут быть мотивы?

— Темнозар.

— Да?

— Я не намерен тратить время и летать кругами вокруг. Ты, вроде, показал себя сообразительным малым. И сейчас все улики указывают на тебя.

Пожал плечами.

— Ну раз вы всё для себя уже решили, тогда что я буду пытаться нарушить целостность вашей картины мира?.. Пусть будет так, как вы сказали.

Перовский удивлённо приподнял бровь.

— И что, ты не попытаешься оспорить свою вину?

— Зачем? Меня и так уже в чём только не обвиняют. Обвинением больше, обвинением меньше... Зато у меня будет репутация.

— Репутация...

Мой собеседник расхохотался. И только хорошенько отсмеявшись и успокоившись после этого, продолжил:

— Темнозар. Ты, конечно, наглец, каких ещё поискать. Но ты осознаёшь, что этим своим поступком ты, возможно, ставишь крест на всём том, о чём мы говорили вчера?..

— Этим поступком... Что не собираюсь отрицать неизвестно кем совершённоепреступление?

— Если хочешь — называй это так.

— Не вижу проблемы, Федул Саввич.

— А я вижу. Чтобы с тобой согласились работать, чтобы тебя приняли в нашу команду, ты не должен нападать ни на кого из наших. За такое обычно наказывают...

Меня прервал срочный вызов на коммуникатор. От Вениамина.

— Простите, Федул Саввич... Мне надо поговорить.

Встал и вышел в коридор, где, за закрытой дверью, активировал голосвязь. Конечно же, меня прослушивали и просматривали.

— Темнозар Храбрович...

— Дай угадаю. На поместье напали?

— Да, ваша светлость...

— Каковы наши шансы?

— Шансы не очень. Враги подтянули такие силы, что...

— Сколько времени сможете обороняться?

— Дня три от силы. Но это самый оптимистичный сценарий.

— Принято, Вениамин. Держитесь! Постарайтесь сохранить людей.

Оборвал сеанс, пока управляющий не сказал чего-нибудь лишнего, например — про моего дядю. Это точно была не та информация, которой хотелось бы делиться со своими союзниками.

Вернулся в помещение, где оставил Перовского, и сел на своё место.

— Проблемы?

— Да, Федул Саввич. На поместье снова напали.

— Увы, Темнозар. Смирись. И постарайся быть сегодня на высоте... Единственный шанс помочь твоим людям, это уговорить нас напасть на Ирий.

— Понимаю.

— И повторюсь... Твой конфликт с Рыжовыми, который, тем более — закончился на территории другого рода, это не то, что убедит глав семей согласиться.

— Как мне видится, этот мой предполагаемый конфликт не должен помешать главам семей получить выгоду из сложившейся ситуации. Если они подумают, отстранятся от эмоций, взвесят все «за» и «против», то, уверен, примут положительное решение.

— А ты всё-таки наглец, князь.

— Назвал бы это другим словом, но можно сказать и так.

Перовский усмехнулся.

— Ладно. Так понимаю, ты будешь стоять на своём до конца?

— Правильно понимаете.

— Но что ты сделаешь, если представитель Рыжовых предъявит тебе обвинения?

— Скажу, что у него нет на то оснований.

— А если он предъявит доказательства?

— Скажу, что доказательства подложные.

— А если он будет убедителен?..

— Постараюсь тоже быть убедительным.

— Нет, Темнозар. Так не пойдёт. Предлагаю выработать стратегию поведения и подробно обсудить то, что ты будешь говорить...

В течение двадцати минут, которые потребовались нам на то, чтобы выйти из атмосферы, облететь почти всю планету и снова нырнуть вниз на территории уже другого полушария, Перовский непрерывно наставлял меня относительно того, что и как я должен говорить и как себя должен вести. То, насколько серьёзно он подошёл к вопросу, не могло не радовать — это значило как минимум, что Федул Саввич всерьёз намеревается использовать меня в своих планах, а значит — я ему нужен. По крайней мере, на первое время.

Когда мы начали снижаться, невольно отвлёкся от разговора и засмотрелся на панорамные экраны, с помощью которых можно было с большой высоты полюбоваться на столицу планеты Дом. Перед тем, как сесть, мы сделали пару кругов вокруг неё, мне будто давали возможность сполна налюбоваться красотами внизу. Этот гигантский мегаполис, носящий название Светлый Град, действительно внушал восхищение.

В центре, посреди огромного парка, сияла шпилем Ратуша. На фоне настолько циклопического сооружения обступившие её кольцом небоскрёбы деловых кварталов казались совсем небольшими, хотя в каждом из них были сотни этажей. Дальше от центра здания становились ещё ниже и царство бетона, асфальта и металла постепенно переходило в утопающие в зелени малоэтажные пригороды, в которых дворцы одарённых были окружены типовыми домиками обычных людей. Всё это скрепляла между собой серая паутина многополосных автострад, щедро покрытая частой стружкой развязок. В небе над городом всё буквально кишело рекламнымиголограммами и снующимитуда-сюда юркимифлаерами, которые оказались в планетарной столице распространены куда больше, чем на Ирии, или даже в других виденных мною ранее городах Дома. В столице время ценили выше, чем затраты на обслуживание такой дорогостоящей по сравнению с обычными колёсными авто техники.

Мой интерес к пейзажу внизу не остался незамеченным. Перовский прервал свои поучения и довольно усмехнулся:

— Что, Темнозар, нравится?

— Действительно впечатляет.

— То-то же. У вас такого нет!

Это было истинной правдой. Население Дома раз в десять больше населения Ирия, соответственно — отличались и масштабы. Темнозар нигде не мог видеть ничего, даже отдалённо напоминающего Светлый Град.

Я ничего подобного в своей жизни тоже не видел...

Сели мы не в одном из нескольких крупных космопортов, расположенных вокруг города, а прямо у дворца Перовских. Там, на территории, оказалась специальная посадочная площадка. И «Косатке» на ней места не нашлось... Зато там «Золотую птицу» уже ждала ещё одна яхта, знакомых очертаний — накануне она стояла рядом с нами, ещё на острове.

Мои подозрения, кому она может принадлежать, подтвердились почти сразу же. Нас приехала встречать на небольшой машинке не кто иная, как Снежана. На сей раз она была в костюме — пиджак, галстук, целомудренная юбка чуть выше колен и туфли на небольшом каблуке. Волосы собраны в хвостик, который казался абсолютно идеальным — из строгой упорядоченной конструкции не выбивались ни единая волосинка. Глаза спрятались за стёклами очков в тонкой ажурной оправе, в которой наверняка была спрятана очень дорогая и многофункциональная начинка.

Перовский спустился первым, обнял и поцеловал дочь, после чего прошёл дальше. Я сошёл за ним следом и оказался прямо напротив девушки, которая «неловко» замялась, якобы ожидая от меня чего-то.

Легко поклонился.

— Леди. Вы великолепны.

— Мы вроде бы на «ты» перешли, Темнозар...

Ничего не отвечая, проскользнул мимо девушки к ожидающему меня с лёгкой усмешкой Перовскому, и спросил его, просто чтобы что-то спросить:

— Сколько у нас времени? Мы ведь успеем отдохнуть с дороги?

— Нисколько. Мы прилетели за пятнадцать минут до назначенного времени. Снежана, всё в порядке?..

— Ты же читал отчёты. Конечно. Гаевы и Синицкие не смогут, ещё несколько родов прислали только кого-то из младших... Приглашение оказалось слишком внезапным.

— Рыжовы?

— Приехал Глеб-младший с женой и племянниками.

— Зачем молодёжь то притащил?..

— Не знаю. Мы не стали прямо запрещать.

— И правильно... Ладно, с этими понятно. Что Рубцовы?

— С ними всё нормально. Прилетел сам Олег.

— Хорошо. Все собрались, или кто-то ещё не доехал?

— Валиевых и Кручко.

— Этих можно не ждать. Идёмв зал, представим нашего гостя!

Мы забрались внутрь небольшой машинки, очень похожей внешне на те недоразумения из одних голых рам и колёс, которые я видел на Небесной Гавани. Это было совершенно неудивительно, ведь цели, под которые создавалось транспортные средства, практически не отличались. В одном случае — перемещение внутри закрытой космической станции, в другом — по территории дворца.

Перовский сел спереди, на место «водителя», хотя к рулю и другим органам управления не притронулся. Нам со Снежаной оставалось сесть сзади, на расположенные рядом пассажирские места.

Пока ехали, не удержался и озвучил волновавший меня вопрос.

— Федул Саввич, я одного не пойму. Куда мы так торопимся?..

Перовский в ответ усмехнулся.

— А что, ты никуда не спешишь? Там прямо сейчас твоё поместье штурмуют...

— Спешу, да. Но то я. А какой резон спешить вам? Ведь вам наоборот выгодно, чтобы я остался ни с чем, и, следовательно, стал более сговорчивым.

— Темнозар. Ну как ты о нас думаешь! — вместо отца, очень натурально «обиделась» и надула губки Снежана.

— Да я просто предположил гипотетическую ситуацию, без конкретной привязки к личностям. Не бери близко к сердцу. И... Федул Саввич?..

— Всё просто, Темнозар. Долго наше сотрудничество скрывать не получится. Как ни старайся, что-нибудь откуда-нибудь обязательно утечёт. И там, на Ирии, начнут готовиться... Что крайне нежелательно. Поэтому нам надо сделать всё как можно скорее. Наше преимущество — в скорости и стремительности первого удара.

— А разве про наше сотрудничество и так уже не знают? Ведь я воспользовался вашим каналом...

— Подозревают, но не знают. И не знают, насколько далеко ты готов зайти ради мести... Всё, мы приехали.

Наше транспортное средство, наконец, остановилось. Мои спутники первыми поднялись с сидений, ступили на пол и направились в сторону шикарных дверей, богато украшенных золотыми узорами с инкрустациями из драгоценных камней. Створки разъехались в стороны, открывая вид на большой и ярко освещённый зал, наполненный людьми.

— Приветствую всех, друзья, и прошу минуту внимания! — прямо с ходу, громогласно объявил Перовский. Сделав шаг вперёд и отступив в сторону, он показал рукой на меня: — Можете поприветствовать князя Огнева-Белого, молодого Темнозара Храбровича! Он прилетел на нашу гостеприимную планету с давно потерянного и заблудшего Ирия, он еле спасся от обезумевших сепаратистов, которые уничтожили семью его и его невесты... И теперь хочет сделать всем нам предложение, которое я очень рекомендую выслушать.

Все взгляды скрестились на мне. На меня обрушился шквал эмоций.

— Приветствую одарённых Дома. Я действительно хочу поговорить с вами о вашем ближайшем возможном будущем...

— А не хочешь поговорить сначала о своём будущем, убийца?..

Меня прервал молодой человек с лицом, которое буквально перекосило от ненависти. Он не играл — внутри у него всё бурлило точно так же, как и снаружи. И меня кольнуло нехорошее предчувствие. Сработала новая способность, чутьё на недобрые намерения.

— Глеб...

Попытался образумить говорившего Перовский. Но этот Глеб, судя по всему — младший брат убитого мной Рыжова, затыкаться и не подумал.

— А что Глеб? Этот негодяй убил моего брата, похитил его жену, и теперь смеет делать нам какие-то предложения? Я не хочу даже рассматривать возможность сотрудничества с этим выродком и ублюдком!

На лице Перовского промелькнула тень. Он явно хотел что-то сказать, но я его опередил.

— Дуэль.

— Чего?..

— Этот человек меня оскорбил. Я вызываю тебя на дуэль, Глеб... Вонючее ты и крикливое животное.

Глава 12

Сказать, что все вокруг слегка удивились — это ничего не сказать.

Впечатление я произвёл даже на Перовского, который посмотрел на меня очень выразительным взглядом. Что вполне можно было понять, ведь, по его мнению, одним этим действием я похоронил все затраченные на меня усилия.

Сейчас Глеб примет вызов, выберет, на чём мы будем драться. И выберет что-то такое, против чего у меня не будет никаких шансов, вероятнее всего — какое-нибудь холодное оружие. Ведь он оборотень, заведомо быстрее меня и сильнее физически. А я всего лишь могу воздействовать чуть-чуть на эмоции... Если смотреть со стороны, то у меня ни одного шанса выйти из схватки победителем.

Из-под рукава рубашки Глеба-младшего ещё и выглядывал браслет. С виду точь-в-точь такой же, как наши недавние трофеи — те, которые дают защиту от ментальных воздействий.

— Ты... Ты... Смерд, ты ещё смеешь вызывать меня на честный бой?..

— А в чём проблема? Ты боишься? Или недостаточно серьёзен повод? Так я могу сказать ещё, чтобы наверняка. Например, что ты — грязная, облезлая скотина и пассивный мужеложец. И не смей тявкать своей грязной пастью в мою сторону, из неё воняет сожранной тобой тухлятиной, так что я дажездесь чувствую. Этого уже достаточно? Или ещё надо?

Глеб аж дар речи потерял, весь побагровел, сжал кулаки и порывисто шагнул мне навстречу. Но дорогу ему заступил Перовский. Какие-то мгновения казалось, что оборотень просто оттолкнёт подчёркнуто спокойного мужчину с суровым лицом со своей дороги, но он всё же справился с собой и выдавил:

— Федул Саввич... Уважаемый. Твой гость оскорбил меня. Я требую... Его казни!

Перовский помедлил с ответом, прожигая собеседника взглядом, заставив того буквально съёжиться. И наконец процедил:

— Глеб. Ты первым оскорбил моего гостя.Моего гостя. Я вправе вызвать тебя на дуэль. Сам.

— Но...

— Но, к твоему счастью, мой гость меня опередил. Так что изволь, дорогой, отвечать за свои слова... Если не боишься.

— Федул Саввич. Это же... Он ведь всего лишь какой-то жалкий выродок... С Ирия!

— Мне кажется, в словосочетании «Князь Огнев-Белый» ты сделал ошибку в каждой букве.

— Федул Саввич, уважаемый... Он же чужой! Враг, сепаратист! А я — свой! Как можно относиться к нему так же, как и к одарённым Дома?.. Какие он имеет права здесь, на нашей планете?.. Да он никто здесь!..

— К твоему сведению, Глеб, Ирий когда-то был частью одного государства с нами. Да, люди там совсем не помнят хорошего, считают себя независимыми, самодостаточными, а об общем прошлом стараются не вспоминать, будто его и не было — но мы-то знаем! И князь Огнев-Белый согласен, что в прошлом была допущена глупейшая ошибка, из-за которой полноценное, самодостаточное государственное объединение масштабов нашей звёздной системы распалось на два обрубка, каждый из которых не способен существовать без другого. И мой дорогой гость оказался настолько любезен, что согласился помочь нам всё это исправить, вернуть заблудшее судно в родную гавань... И мы планировали конструктивно пообщаться на тему того, как это лучшим образом организовать. А тут, прости, влез ты, со своими детскими обидами!

Люди вокруг зароптали. Судя по всему, заявление Перовского достигло цели. В обращённых ко мне взглядах появился живейший интерес, которого ещё совсем недавно не было. Идея вернуть Ирий в родную гавань нашла отклик в сердцах.

А многие начали с недовольством коситься на Рыжова. Поняли, что из-за его горячности может сорваться выгодное для всех дельце...

Вот только пути назад уже не было. Если бы оскорбление было нанесено мне одному, меня бы ещё могли попросить не выделываться, принять извинения и на том удовлетвориться. Но я задел своими словами одного из них, и он был в своём полном праве. Отказать Рыжову — значило пойти против всех правил и устоев, которые сложились среди семей одарённых за прошедшие после Катастрофы годы...

Скривив очень недовольную физиономию, Глеб посмотрел на меня через плечо Перовского:

— Что же. Ладно! Раз так... — Он обернулся и выкрикнул куда-то в сторону. — Олег! Будешь моим секундантом?

Аккуратно раздвинув в стороны остальных, вперёд вышел незнакомый мне мужчина, полноватый, флегматичный, в синем костюме без галстука и в очках. На его толстых пальцах блестели многочисленные перстни, под небрежно расстёгнутым воротником рубашки виднелась золотая цепь, из-под рукавов выглядывали браслеты. Даже если бы я не знал, что это глава семьи Рубцовых, по одному этому можно было бы понять, что передо мной — артефактор.

— Какие вопросы, Глеб. Всегда к твоим услугам!

— Никогда не сомневался в тебе! Олег... Можешь найти секунданта этого выродка с Ирия и передать ему, что я принимаю вызов? Пусть он оставшийся без семьи и лишённый влияния жалкий ублюдок, пусть он презренный сепаратист с мятежной... Не планеты даже, а спутника! И пусть победа над ним не принесёт мне чести, но оставлять такую наглость безнаказанной нельзя!

— Оружие?

— Никакого оружия. Я порву его голыми руками.

— Дуэль без оружия, с использованием одних только родовых способностей?

— Да!

— Какие условия победы?..

— До смерти!

После этих слов я впервые пожалел о том, что затеял всё это. И не потому, что боялся погибнуть — такого варианта даже не рассматривал. Всё гораздо проще. Теперь, если — вернее, когда убью своего противника, и когда после этого он не возродится на Алтаре своего рода, как и его старший братец, это однозначно раскроет меня. А ведь я надеялся всего лишь хорошенько покалечить его, так, чтобы моя победа выглядела безоговорочной и очень наглядной...

Но отступать было поздно...

— Глеб, когда желаешь провести дуэль? — тем временем, продолжил задавать свои вопрос Олег.

— Да хоть сейчас! Чем раньше расправлюсь с ублюдком, тем лучше! Жаль, это невозможно. Уверен, он сейчас перепугается и будет оттягивать час расплаты как можно дальше... Но передай, что я готов ждать не дольше недели.

— Ясно. Что же...

Олег огляделся по сторонам, блеснув стёклами очков.

— Кто будет секундантом Темнозара с Ирия?

Тут пришёл уже мой черёд оглядываться. Кого же взять в секунданты?..

Посмотрел на собравшихся вокруг совершенно не знакомых мне людей. Посмотрел на Перовского...

Взгляд сам собой скользнул дальше и остановился на его дочери.

— Снежана. Готова ли ты стать моим секундантом?

— Конечно, Темнозар!

— Тогда передай этому блохастому кабыздоху, что я согласен начать дуэль прямо сейчас. Конечно, если он не испугается и не убежит, поджав хвост.

— Я не могу не напомнить. Поединок не обязательно проводить прямо сейчас, его можно отложить...

— Нет. Я хочу удовлетворить желание этой вонючей грязной псины, и согласен проучить его прямо здесь и прямо сейчас. К чему тянуть мирийского тигра за причиндалы?.. Только... У меня будет условие. Никаких артефактов!

Сказав это, выразительно посмотрел на выглядывающий из-под рукава рубашки Рыжова браслет.

Тот перехватил мой взгляд и рассмеялся.

— Олег. Попроси передать этому выродку с Ирия, что мы не пойдём на такое. Артефакты можно использовать в поединке, этого не запрещают никакие правила...

Олег, дослушав экспрессивную речь Глеба, флегматично кивнул. И повернулся к Снежане.

— Вы слышали, Снежана?

— Да. Я передам ваши слова Темнозару. Темнозар?

— Скажи блохастому и его секунданту, что мы очень недовольны. Но пусть будет так, как они сказали. Никакие побрякушки этой шавке всё равно не помогут... — на самом деле, внутренне я ликовал — это было именно то, чего я добивался. Теперь моя победа будет абсолютно чистой, ко мне будет не придраться даже чисто формально — Рыжов сам подписал себе приговор. — Снежана. Где бы нам провести поединок?

— На территории дворца есть специальная площадка, вообще она для тренировок... Но бывало, использовалась и для таких случаев. Если не возражаешь, можно сделать всё там...

— У меня никаких возражений. Я согласен.

— Что же, хорошо. Тогда — за мной...

Снежана стремительно зашагала вперёд, поманив меня за собой рукой и ободряющей улыбкой. Я пристроился ей в кильватере, как раз с видом на прелестную, соблазнительно качающуюся из стороны в сторону корму. Сбоку от меня как-то незаметно и очень естественно возник Перовский, а остальные, шумной неорганизованной гурьбой, затопали десятками подошв где-то за спиной, при этом возбуждённо и громко переговариваясь. Даже не верилось в то, что это — самые влиятельные люди звёздной системы. Предвкушение кровавого представления взбудоражило их и сразу превратило в обычную толпу.

Перовский тихо, так, чтобы никто не расслышал, обратился ко мне:

— Темнозар. Оборотень — страшный противник в ближнем бою. Ты не можешь не знать этого. Но ты спокоен, уверен в себе... И, в конце концов, один вервольф на твоём счету уже есть. Так понимаю, у тебя есть какой-то туз в рукаве?..

— Да. Я расправлюсь с Ржовым, не переживайте.

— Очень на это надеюсь. Не подведи нас. Потому что, если ты сейчас проиграешь, это очень осложнит наши дальнейшие взаимоотношения...

— Такой опции нет.

— Меня радует твоя убеждённость. В подробности, я так понимаю, ты нас не посвятишь?..

— Всё увидите сами. Уже скоро.

Улыбнулся в напряжённую спину Снежаны. Не надо было читать мысли чтобы заметить, с каким интересом она нас слушает.

Мы дошли до небольшой арены под открытым небом. Со всех сторон её окружало сплошное кольцо из уходящих вверх каменных трибун. Подумалось, что наверняка в этом месте проводились не только одни лишь тренировочные поединки и честные дуэли между равными...

Снежана отвела меня к дальнему концу арены, Рыжову указали на противоположный. Пока он снимал пиджак, разминался и кидал в мою сторону предвкушающие взгляды, я поднял руки вверх и крикнул так, чтобы услышали все:

— Взываю к тебе, Дит! Прошу поединка до окончательной гибели — моей или моего противника!

Очень надеялся, что Бог Смерти не откликнется. Но после моих слов на тренировочную площадку спустился сумрак, висящее в небе светило потускнело, вокруг меня и Рыжова закружились чёрные вихри... А прямо надо мной появился оскаленный череп, сотрясающийся в беззвучном хохоте. Появился — и исчез.

Всё вернулось в норму, кроме собравшихся вокруг людей. В глазах Рыжова я впервые увидел испуг. Проняло и остальных.

Меня же, наоборот, отпустило. Дит не стал лезть ко мне с глупыми вопросами, не стал выдавать меня, не испортил представление. Даже больше того — он подыграл. Так что я невольно проникся к тёмному богу уважением. Сколько бы не считали его безумным мясником, но своим интересам он следовал чётко. Невольно подумалось, что вот с кого надо брать пример.

Растянув губы в совершенно искренней и не наигранной ухмылке, я шагнул Глебу навстречу и отключил печать сокрытия эмоций. Я знал, что прикончу его, я был в этом уверен на все сто, и я хотел, чтобы об этом узнали все. В условиях, когда воздействовать на Рыжова напрямую нельзя, это было единственным моим оружием. Он наверняка должен был уловить настроение остальных, ведь оборотни от природы очень чутки, особенно — лисы...

Эффекта добиться удалось. Над ареной ещё при появлении Дита сгустилась мёртвая, почти абсолютная тишина, и так никто и не проронил ни слова. Только шуршал песок под моими ногами.

Глядя на меня, Глеб запустил частичную трансформацию тела. Понял, что игры закончились. Проникся...

Лицо его стало видоизменяться, превращаясь в безобразную морду, на коже начала появляться рыжая шерсть, ногти удлинились.

Прямо с места он прыгнул на меня.

Рыжов был действительно хорош. Я едва не опоздал...

Но — успел. Рука с Когтям Гнева поднялась навстречу летящему оборотню, и окутанные чёрной аурой силовые клинки без труда вспороли плоть — пусть усиленную изменением, но всё же мягкую.

Едва успел увернуться от упавшего на меня уже безжизненного тела. И пошатнулся второй раз, впитывая в себя хоровод звёздочек, дарующих Силу. Младший Рыжов был силён — пусть не так, как мои прошлые противники, но всё же достаточно.

Внутри отозвался довольной пульсацией чёрный источник.

Глава 13

Я не испытал какой-то радости по поводу гибели Глеба Рыжова. Просто произошло то, что должно было произойти, не более того. Он посмел пойти против меня... И отправился в Преисподнюю. Так случится с любым, кто встанет на моей дороге. Это закономерно.

Сделав шаг в строну от тела и бегущего в мою сторону кровавого ручейка, я спокойно отвернулся от поверженного врага и окинул взглядом зрителей. Возможно, эта демонстрация силы и настроила их против меня... Но то, что я им предлагал, имело слишком высокую цену, чтобы вмешивать вопросы личной приязни или неприязни. Наверняка все присутствующие промаркировали меня как союзника неконтролируемого и слишком опасного, с которым дела иметь скорее не стоит. Наверняка, попытаются меня устранить. Но — потом. Всё будет потом, после того, как принесу им ключ от ворот осаждённой крепости.

Вот только то, что с ними будет, когда попытаются после захвата Ирия расправиться со мной — они имели радость наблюдать на Арене лично.

— Вот так вот, уважаемые! Вы своими глазами смогли убедиться, что представляет из себя Темнозар Огнев-Белый. И теперь этот человек готов помочь нам обойти системы противокосмической обороны Ирия... Ведь так, Темнозар?

Перовский меня подловил. Я не успел поставить блок на трансляцию эмоций вовне, и теперь все окружающие могли читать мои истинные чувства. И если бы я поставил блок сейчас, перед ответом — это с очень большой степенью вероятности значило бы, что я вру.

— Если это будет в моих силах, я помогу обойти системы противокосмической обороны Ирия, чтобы войска Дома смогли высадиться на нём. Те, из-за кого я остался один, заслуживают оказаться в Преисподней... — При этом я умолчал, кого считаю теми, из-за кого действительно остался один. Но тут же добавил, чтобы не оставлять у присутствующих никаких сомнений в своей лояльности Дому: — Семьи одарённых Ирия я считаю своими врагами и не буду жалеть, если они потеряют всё, что имеют. Включая даже свободу и Силу. К семьям Дома я не испытываю какого-то предубеждения. Вы не лучше и не хуже ирийцев. У вас редкая возможность убедиться в моей искренности, которую я вам сам по неосмотрительности предоставил... Но на этом, извините, сеанс откровенности заканчиваю, потому что это игра должна быть в обе стороны, или её не должно быть вовсе.

Вот только перед тем, как успел снова запретить трансляцию эмоций, меня привлёк вскрик и резкое движение со стороны Снежаны.

Быстрый взгляд на неё... Девушка «неловко» оступилась, чуть не упала, и, пытаясь сохранить равновесие, приняла очень соблазнительную позу. Настолько соблазнительную, что, боюсь, я смотрел на изгибы её спортивной фигурки чуть дольше, чем того требовалось для оценки ситуации.

Конечно, от всего этого буквально разило актёрской игрой и постановкой, сценка была разыграна специально, от и до — в этом не могло быть сомнений. Что никак не отменяло очевидного факта, что Снежана чертовски хороша.

Я усмехнулся, и девушка довольно улыбнулась мне в ответ. Что хотела, эта чертовка получила.

Не стал смущаться или как-то пытаться оправдываться перед окружающими. В конце концов — это совершенно нормально, когда мужчина любуется красивой девушкой. Ненормально скорее обратное.

Но передачу эмоций после этого эпизода я всё-таки отключил. Не хватало ещё в чём-нибудь проколоться, и не в такой безобидной мелочи, как отношение к дочери Перовского, а в вопросе действительно важном. Хотя... Даже и этот вопрос мог быть весьма важен.

Тем временем, пока мы переглядывались с донельзя довольной Снежаной, на песок арены спустился сам Перовский.

— Итак, вы всё слышали и смогли убедиться, что князь Огнев-Белый не врёт... И он в самом деле готов помочь нам восстановить историческую справедливость. Я считаю, мы просто обязаны попробовать!

— На Ирии даже нет полноценной армии! — Поддержал идею один из гостей.

— Верно! У них только дружины, которые толком-то и не воевали никогда, — воодушевлённо подхватил другой.

— Да мы сметём их, даже не заметив! А если будем действовать быстро — у нас есть все шансы застать их врасплох, — включился в разговор третий.

После этого остальных буквально прорвало. Каждый стремился перекричать других. Никто не высказывался против, никто не задался вопросом — а зачем вообще это делать, нападать на Ирий. Единственный вопрос, который всерьёз озаботил всех, звучал следующим образом: «как будем делить всё то, что захватим?»

Даже жалко стало того времени, что мы с Перовским потратили на планирование этого разговора. Всё оказалось даже проще, чем мы предполагали. Его довольный взгляд, направленный на меня, только подтвердил — это не подстава, не попытки разыгрыша, нам действительно прямо в руки упало то, что мы рассчитывали получить только после долгой и сложной словесной битвы.

Я во всех этих обсуждениях не участвовал. Воспользовался передышкой, чтобы нанести на свой немного подросший основной Источник, ядро кибермансера, новую печать — возможность создавать и запускать в сеть простейшие вирусы.

Добавил новую печать и на родной Источник настоящего Темнозара, доставшийся ему от Разумовских. Взял стирание памяти — то, что так часто помогало при побеге с Ирия. Было подозрение, что такой навык может пригодиться и в будущем, а опыт показал, что нужные препараты не всегда могут оказаться под рукой.

Чёрный источник подрос тоже — вот только его, в отличие от остальных, я не контролировал.

Погружённый в себя, я вновь обратил внимание на происходящее вокруг только тогда, когда вдруг заговорил Олег Рубцов. Тот самый Олег, который был секундантом Рыжова, и от которого я подспудно всё время ожидал каких-нибудь неприятностей.

— Прошу меня простить, но... Не кажется ли вам, что вы делите ресурсы ещё не обнаруженного астероида?

— Что ты имеешь в виду, Олег?

— Кто-нибудь из вас вообще представляет, как устроена система противокосмической обороны этого Ирия? И как её вообще можно отключить?

— Да наверное как у нас, с пультов...

— А вот и нет. Там специально созданная артефакторами система доступа. Настоящий шедевр. Нет-нет, не смотрите на меня так! Созданная не нашей семьёй мы с сепаратистами не работали... Просто кое-что знаем. Так вот: для отключения всех систем, требуется доступ к Алтарю семьи и кольцо Главы рода. И есть у меня подозрение, что один человек ничего не сможет... Минимум нужны будут двое, если даже не трое.

Все взгляды скрестились на мне.

Пришлось признаваться.

— Перстни — вот, — я поднял руку и продемонстрировал кольца с синим и красным камнями. — Алтари... Один, должно быть, сейчас в моём поместье. Которое осадили ирийцы и вот-вот захватят. Второй... Есть надежда, что он не достался врагам, и его спасли люди Белых. Где он находится — никто, кроме них, не знает. Они вроде как обещали отдать его нам... Но для этого надо посетить Ирий, и есть вероятность, что это всего лишь ловушка. Касательно же третьего перстня и Алтаря — тут, боюсь, ничем вам не помогу. Надо искать кого-то ещё, недовольного порядком вещей на Ирии. У ваших спецслужб должно быть больше информации. Я вопросом не интересовался, и ваших ресурсов не имею.

После моего заявления спор закипел с новой силой. В чём-то я всех успокоил, в чём-то — наоборот.

Начал ловить на себе задумчивые взгляды... Наверняка не в одну голову пришла идея, что кто-то, завладевший двумя Алтарями, будет слишком силён... И вообще-то, мог бы и поделиться с остальными.

Тем не менее, одарённые Дома неожиданно быстро и единогласно договорились поставить Ирию ультиматум — чтобы не смели трогать моё поместье, погрозив санкциями и даже планетарной блокадой.

После этого мы долго обсуждали условия нашего будущего взаимовыгодного сотрудничество. И спустя пару часов ожесточённых споров заключили устное соглашение, подтвердив его вспышками перстней. Желаемый текст я обдумал и подготовил ещё раньше, и хоть в некоторых мелочах пришлось отойти от домашней заготовки, главное получил: мне пообещали вернуть обратно всё, принадлежавшее ранее моему роду — не уточняя при этом, какому именно роду — а также равную с остальными часть добычи при дележке захваченного нами движимого и недвижимого имущества ирийцев.

Сам я брал обязательства сделать всё возможное для отключения систем противокосмической обороны Ирия, при этом обещав ещё и сохранить это от других семей в тайне.

Отдельным пунктом нашего устного договора стали обоюдные гарантии безопасности — что одарённые Дома не попытаются лишить меня всего после окончания операции, также как и что я не буду посягать на чужое. С обоих сторон формулировка звучала осторожно: при условии, что противоположная сторона не предпримет агрессивных действий первой.

Учитывая, что мне по факту доставалось наследство сразу двух семей, плюс то, что будет экспроприировано у одарённых Ирия, мой род должен был стать одним из самых могущественных в звёздной системе...

Оставалась только сущая мелочь — выжить после того, как всё это закончится. В том, что даже при закреплённых перстнями клятвах можно найти обходные пути, я не сомневался ни секунды.

— Итак, господа. Подготовка к вторжению дело не быстрое, и даже при максимальном форсировании займёт время. Срок готовности к вылету ставим... Две недели, — когда всё, наконец, утрясли, начал подводить итоги Перовский. — Быстрее точно не получится, дольше — возможно. За это время мы приведём в боевую готовность регулярные части Дома... Объявим о том, что планируются большие учения. Кроме того всем, желающим лично участвовать в операции, предписывается подготовить свои личные дружины, по возможности — незаметно. Что до нашей главной козырной карты, без которой вся операция станет невозможной... Князь Огнев-Белый должен скрытно проникнуть на Ирий, и попытаться вернуть контроль над двумя своими Алтарями. Я помогу ему в этом, средства для этого имеются. Ты готов, Темнозар?

— Конечно, готов. Мы же заключили соглашение. Я сделаю всё, что в моих силах.

— Да. В наших же интересах — сделать так, чтобы в твоих силах было как можно больше. Также, лично я беру на себя поиск третьего и, возможно, запасного — четвёртого вариантов. Это будет нелегко... Но в теории осуществимо.

— Возможно, хватит и двух Алтарей. Я предлагаю сперва попробовать с ними, а если не получится, тогда уже привлекать посторонних. Чем больше элементов в системе, тем она менее надёжна, — вставил свои пять копеек Олег Рубцов.

— Да. Именно так мы и сделаем. На этом предлагаю разойтись... Очень рассчитываю на то, что информация о заключённых здесь сегодня договорённостях никуда больше не просочится.

Гости начали медленно расходиться, обязательно подходя ко мне, чтобы попрощаться. Я старательно раскланивался... До тех пор, пока меня не отвлёк срочный вызов.

Говорить со мной хотел управляющий Огневых.

— Вениамин? Что случилось? Вам там осталось продержаться совсем чуть-чуть... Скоро поместье оставят в покое. Должны, по крайней мере.

— Да? Это отличная новость, ваша светлость! Мы держимся из последних сил. Только я вовсе не по этому поводу... У меня, в отличие от вас, новость очень плохая.

— Так. И что случилось?

— Ваша сестра, Темнозар Храбрович. Её похитили!

— Кто? Ты говорил, она под надёжной охраной!

— Охрану перебили. Кто это сделал... Мы не знаем.

Сославшись на срочные дела, я поспешно распрощался со всеми и почти выбежал прочь зала, где решались судьбы всей звёздной системы. Отойдя чуть в сторону и зайдя за угол, чтобы никто лишний не подсматривал и не подслушивал, снова вызвал управляющего.

— Вениамин. Ещё раз, не спеша, объясни. Что, Кровавые задери, произошло?..

— Ваша сестра исчезла. С большой степенью вероятности, её похитили...

— Кто? Где?..

— Не могу знать.

— Вениамин! Где она хотя бы находилась в момент исчезновения? Или это сообщить мне тоже не можешь?

— Отчего же, могу... Теперь-то уж чего. Если вы причастны к похищению, и так всё знаете, если же нет... Вдруг, сможете что-то сделать?

— Вениамин! Да говори ты уже, не томи!..

— Да, ваша светлость. Ваша сестра жила и училась в системе Гаммы Копья...

— Технотрон?

— Он самый.

— Но... Там же не любят одарённых?

— Ваша сестра жила там инкогнито. И это... Несколько осложняет задачу.

— Ясно. Что произошло — известно?

— Все телохранители найдены убитыми, а сестра ваша пропала. Кто это мог быть — неизвестно. Местные органы дело, судя по всему, замяли...

— Понятно. Что там мой дядя? Он, конечно же, помочь не может?

— Увы. Ваш дядя сейчас привязан к нашей системе... И все ещё очень ждёт встречи с вами, Темнозар Храбрович.

— Ничего. Ждал до сих пор, подождёт и ещё. Ладно, Вениамин... Обо всех новостях сообщай мне незамедлительно. Дяде передавай привет. А я... Попробую что-нибудь сделать.

Я действительно решил попытаться вызволить ещё одну свою родственницу.

И вовсе не потому, что испытывал какие-то там чувства к этой совершенно незнакомой мне девушке. Вовсе нет. Просто одарённый в семье — это такой ценный ресурс, которым разбрасываться не принято.

Время у меня теперь появилось — если одарённые Дома выполнят обещание, и если ирийцы проявят благоразумность, поместью какое-то время ничего угрожать не должно. Кроме того, на приведение в боевую готовность флота и десантников должно уйти, по словам Перовского, минимум две недели. Как раз — достаточно времени, чтобы успеть смотаться до Гаммы Копья, потом вернуться обратно, и ещё после всего успеть проникнуть на Ирий и найти оба Алтаря. К моему счастью, «Косатка» — быстрый корабль.

Приняв решение, тут же отправился искать Перовского. Разговор с ним не обещал быть лёгким. Но я был уверен, что необходимость проведения этой незапланированной операции продавлю.

Глава 14

— Темнозар. Ты серьёзно? Я не ослышался?..

— Абсолютно серьёзно, Федул Саввич.

Перовский принял меня в своём «кабинете». Хотя у меня просто язык не поворачивался назвать кабинетом эту залу с колоннами, высоченным потолком и огромными окнами.

— Темнозар. Мы в процессе подготовки к серьёзнейшей, бесконечно сложной и ответственной операции. У нас на носу, без преувеличения, полномасштабная межпланетная война. От тебя, прошу заметить — лично от тебя, не от кого-нибудь — зависит её возможный успех... Да какое, Преисподняя задери, успех?! От тебя зависит, будет ли у нас вообще принципиальная возможность выполнить задуманное, или нет! И что же ты?..

— А что я?.. Я просто хочу ненадолго отлучиться из звёздной системы. Никто этого даже не заметит!

— Никто не заметит... Темнозар. Я почти было поверил в то, что ты — разумный молодой человек. Тот, кто действительно достоин стать во главе заново созданного рода, претендующего на достойное место в нашей звёздной системе. Партнёр, с которым можно иметь дело.

— И где же вы видите здесь противоречие? На мой взгляд, характеристика предельно верна...

— Темнозар. Не играй смыслами и не пытайся косить под дурачка. У меня нет времени на это. И нет никакого желания заниматься словесными пикировками. Давай сразу к делу. А если отставить всю демагогию — останутся сухие факты. Факты, что предложенное тобой — авантюра, ненужный риск и напрасная трата времени.

Если честно, я и сам всё это прекрасно понимал, и на месте Перовского постарался бы поставить слишком зарвавшегося союзника на место. Но признать это перед ним?.. Тем более — в успехе «авантюры» сомнений никаких не было, как и в том, что у нас получится вернуться вовремя и решить все проблемы, связанные со сложными взаимоотношениями Дома и Ирия. Возможности у лично меня, нашего корабля и команды для этого имелись.

Вот только уговорить Перовского, не раскрывая карт... Было проблемой. С его точки зрения, и исходя из имеющейся у него информации, все сомнения были совершенно справедливы и оправданы.

— Темнозар. Если вдруг забыл, я тебе напомню. Именно ты, не кто-то другой, поклялся сделать всё возможное для отключения противокосмических систем Ирия, а полёт к Гамме Копья может помешать выполнению взятых тобой на себя обязательств. Ладно, ты подставишь меня и всех тех, кто тебе поверил — допустим, тебя это не очень волнует... Но каковы последствия для нарушившего клятву объяснять надо?..

— Уверен, до такого не дойдёт.

— Эта твоя железобетонная уверенность, что всё пройдёт по лучшему сценарию — совершенно не конструктивный подход. Нужно быть реалистами. Жизнь не прощает слишком восторженного к себе отношения...

— Так а что может пойти не так? Мой корабль достаточно быстр. Мы легко уйдём от любых неприятностей, которые могут возникнуть в дороге. Что же до тех неприятностей, которые могут возникнуть на поверхности планеты... Так какие у меня телохранители! Да и сам я не промах.

— Темнозар. Пожалуйста, не искушай меня прибегать к таким крайним мерам, как домашний арест...

— Такие крайние меры могут привести к очень печальным для всех нас, уважаемый Федул Саввич, последствиям. Очень не рекомендовал бы к ним прибегать. Не терплю, когда мне кто-то пытается диктовать какие-то там условия и ограничивает свободу.

— Так сам не хочу, Темнозар. И потому очень прошу тебя, ну прояви ты благоразумие... Зачем тебе это всё? Показать, как ты заботишься о своих людях? Так смотреть будут по результатам, а не на твои красивые жесты. Давай, я направлю за твоей сестрой своих людей? У меня есть кое-какие связи на Технотроне. Возьму дело под свой контроль, или даже дам тебе полный карт-банш, займёшься всем сам и будешь получать всю оперативную информацию сразу... Просто — удалённо.

— Это внутреннее дело семьи. Я должен решить вопрос сам, как её глава.

— Темнозар!..

— Федул Саввич.

— Ещё раз прошу тебя. Одумайся.

— Я полечу туда, так или иначе. И надеялся всё же на то, что мы сможем договориться об этом нормально, без всяких крайних мер.

Повисло молчание. Перовский сверлил меня взглядом, я с невозмутимым видом рассматривал хитрые завитушки на колоннах за его спиной.

Наконец, он заговорил.

— Ладно. Я позволю тебе улететь... — он поднял руку, останавливая уже готовые сорваться с моего языка слова. — Но у меня будут три условия.

— Благодарю вас за благоразумие, Федул Саввич. И... Что за условия?

— Первое — ты не афишируешь свой отлёт. Без фанатизма и излишней секретности, так, чтобы наши союзники не заподозрили, будто мы что-то от них скрываем... Но ты по возможности будешь действовать незаметно.

— Приемлемо. Я полностью согласен с тем, что это адекватная мера.

— Ещё бы ты был не согласен... Второе. Скоростные характеристики твоего корабля я примерно представляю... Сколько займёт дорога — тоже. Так вот. На Технотроне ты пробудешь не больше двух стандартных суток. Вместе с дорогой на всё про всё должно уйти меньше недели.

— Справедливо. Вот только что делать, если я не успею найти сестру за эти двое суток?..

— Передашь дела моим людям. Они закончат начатое.

— Ладно... Допустим. Третье условие?

— Третье условие, Темнозар... Оно самое важное. Ты возьмёшь с собой Снежану.

— Боюсь, это не...

— Обсуждается. Темнозар! Это. Не. Обсуждается. Ты своей выходкой ставишь под удар слишком многое. Я должен иметь возможность контролировать ситуацию, иметь рядом с тобой человека, которому полностью доверяю. Узнавать всё из первых рук, иметь беспристрастную оценку, наконец. Без всего этого... Боюсь, даже первых двух пунктов будет недостаточно.

Пришёл черёд задуматься мне. Идея получить на своём борту лазутчика и соглядатая мне не нравилась совершенно. Но, похоже, это был тот единственный компромисс, на который готов был пойти как Перовский, так и я сам.

— Ладно. Пусть будет так.

— Вылет не откладывайте. Снежане я уже сообщил, она соберётся в течение часа. К вашей яхте поедете вместе. На машине без гербов, распоряжусь подогнать какое-нибудь неприметное транспортное средство. Мои люди постараются сделать так, чтобы ваше отбытие прошло незамеченным. Всё, иди, жди... А у меня ещё дел невпроворот.

Перовский показал мне на дверь своего кабинета. Я попрощался с ним, вышел и прогулялся в один из просторных залов неподалёку. Устроился там на мягком диване, под изображающей космос картиной, и зарылся в коммуникатор.

Следовало воспользоваться передышкой, и отправить на «Косатку» сообщение о том, что наша команда немного увеличилась. Представил в красках реакцию на это замечательное известие остальных... Особенно должны были обрадоваться Яромира и Наина. Первая — по понятным причинам, а вот второй ведь придётся прятаться от нашей незваной гостьи в течение всего времени полёта.

По идее, так же надо было бы поступить и с Яромирой... Но то, что моя супруга всё это время находилась на борту яхты, решил не скрывать. Всё равно уже не видать репутации человека открытого, искреннего и сразу говорящего всё, как на духу. Не после того, как несколько раз очень «удивлял» окружающих разными шокирующими фактами.

Спустя некоторое время моё одиночество разбавила собравшаяся, наконец, Снежана. И вот её появление чуть не заставило меня потерять самообладание.

— И как это понимать?..

Дочь Перовского облачилась в обтягивающий комбинезон из матово-чёрной ткани и в такого же цвета высокие, чуть ниже колена, сапожки. Новый наряд смотрелся на девушке второй кожей, если даже не просто нанесённым на кожу слоем краски. Он выгодно подчёркивал каждый, даже мельчайший изгиб спортивной фигуры. Даже в тех местах, где ради приличий стоило бы кое-что скрыть...

Будто контрастируя со всем этим бесстыдством, волосы Снежаны были всё ещё собраны в строгий «учительский» хвост, а глаза скрывались за чуть затемнёнными линзами очков. Лицо девушки можно было бы назвать «строгим», если бы на нём так не выделялись ярко накрашенные губы...

Но моё внимание привлекло и заставило возмутиться вовсе не это.

Позади Снежаны парила в воздухе тележка на антигравитационной подушке, доверху загруженная оружием и снаряжением. А ещё дальше толпилось не менее десятка персонажей, включая одного тамплиера, постоянно снующего туда-сюда юркого краснокожего бесёнка и здоровенного киборга, наполовину превращённого в ходячий боевой дредноут.

Незнакомый тамплиер при виде Тита ударил кулаком в грудь, мой телохранитель ответил тем же. Бесёнок начал подпрыгивать и мельтешить, постоянно проскальзывая между чьими-то ногами. Остальные поприветствовали меня лёгкими полупоклонами и с интересом меня рассматривали.

На мой вопросительный жест в сторону всего этого, которым я сопроводил свои слова, девушка невинно взмахнула ресницами и улыбнулась.

— Что такое, Темнозар? Что тебе не понятно?

— Кто все эти люди, Снежана? Ты же не хочешь сказать?..

— Это доверенные люди моего отца, которые останутся расследовать дело после того, как мы покинем Технотрон. А также... Мои слуги и телохранители. Или ты думаешь, что я могу полететь куда-то, не обеспечив себе достаточный уровень безопасности и комфорта?..

Я нецензурно и очень грязно выругался.

В мыслях.

Внешне же улыбнулся — правда, боюсь, немножко натянуто.

Однако — потеряв голову, по волосам не плачут... Я должен был понять, что Перовский не так прост и наверняка подстроит мне какую-то подлянку.

— Хорошо, Снежана. Я тебя понял. Как мы... Попадём на корабль?

— Сейчас спустимся в подвал. Секретными ходами покинем территорию дворца... Сядем в закрытый фургон, уже находясь далеко отсюда, и прямо на нём доберёмся до вашей «Косатки». Ведь так называют корабль, который ты арендовал?

— Да, так.

— К слову, если бы ты согласился принять наше предложение и пересесть на один из наших новейших корветов...

— Пойдём. Покажешь мне ваши тайные ходы.

Девушка смерила меня долгим взглядом, потом усмехнулась и кивнула.

— Что же. Как пожелаешь... Следуй за мной!

Мы прошли к большому грузовому лифту и, с трудом поместившись в нём, спустились под землю. Судя по времени, которое пробыли внутри — это был даже не подвал, а какой-нибудь минус двадцатый этаж.

Выйдя наружу, прошли несколько слабо освещённых коридоров и дошли до тоннеля, внутри которого нас ждал небольшой скоростной поезд. Уже на нём выехали куда-то за пределы дворцового комплекса и поднялись на поверхность где-то явно сильно в стороне, скорее всего — за километры от того места, где спускались.

Не покидая помещения, внутренними ходами прошли в гараж, где нас уже поджидало два старых, обшарпанных фургона. В один сели мы со Снежаной, её «слуги, телохранители» и люди Перовского забрались во второй.

Поездка не запомнилась. Девушка пыталась меня разговорить, я отмалчивался и отвечал односложно — настроения болтать совершенно не было. Просто сидел, прикрыв глаза, и безо всякого интереса отслеживал через наружные камеры, как перемещаемся по городу. Отметил ненавязчиво следующий за нами флаер и пару автомобилей, но говорить о них никому не стал — скорее всего, это были свои же, а лишний раз демонстрировать свои возможности и осведомлённость не стоило точно.

Почти не сбавляя хода, пролетели через грузовые ворота космопорта и проникли на его территорию, при этом обошлось без каких-либо проверок. Потом некоторое время петляли между кораблей, подбираясь к «Косатке» не напрямую, а сильно в объезд — очевидно, чтобы запутать тех, кто может за нами следить.

Наконец, оба фургона оказались совсем рядом с яхтой. Не успела Снежана попросить меня об этом, как я уже подал команду бортовому вычислителю опустить пандус.

Не останавливаясь, мы заехали прямо в загромождённый топливными элементами трюм.

Видеть посторонних на борту «Косатки» было очень неприятно, я ощущал почти физический дискомфорт. «Гости» могли натащить с собой любое количество жучков и прочего безобразия, чего иметь на борту очень бы не хотелось... И на что повлиять, увы, было никак нельзя. Невольно порадовался, что хотя бы научился закрывать от других свои эмоции.

— Что же, Темнозар... Покажешь свой хвалёный корабль?..

Снежана сделала полуоборот вокруг своей оси и критически окинула взглядом топливные элементы, штабелями нагромождённые с трёх сторон от нас.

— Покажу. Но сначала пройдём внутрь... И скажи вашим фургонам, чтобы уезжали.

Далеко мы не ушли. Нас встречали уже за ближайшим поворотом созданного в трюме рукотворного лабиринта.

Громовержец по своему обыкновению разрабатывал мелкую моторику передних лап, Центурион застыл истуканом, и лишь направление стволов его орудий указывало на то, что робот активен. Стволы были направлены на киборга и тамплиера — самых опасных из наших «гостей».

Руслан же безмятежно спал, привалившись к какой-то бочке, и с его стороны доносились громкий храп и сильный запах перегара.

Кроме этих обычных обитателей трюма, в нём обнаружились Яромира и Луций. Причём девушка была в новой форме — в юбке, куртке и сапожках тёмно-синего цвета, со швами и вставками красного, голубого и зелёного цветов. И — Кровавые, как же шёл ей этот наряд!

Увидев меня, супруга тут же решительно зашагала навстречу, демонстративно не глядя в сторону Снежаны. Приблизилась вплотную, обняла, прижалась всем телом... И наградила страстным, очень долгим поцелуем.

Я и не подумал его прерывать, наоборот — ответил со всем старанием, притянув девушку за талию и не давая ей даже малейшего шанса отстраниться. Хотя она и не пыталась.

Наконец, мы всё-таки оставили друг друга в покое. Яромира чуть-чуть отклонилась и, глядя мне прямо в глаза, тихонько сказала:

— Зара. Я так соскучилась... Жду не дождусь, когда мы наконец останемся одни!

— Я тоже. Яра... Знакомься. Это Снежана Перовская. И её... Свита. Снежана, это моя супруга.

— Здравствуй, Снежана.

— Очень приятно, Яромира... Темнозар, а ты же говорил, что твоя жена где-то далеко?

— Я говорил, что Яра не может составить нам компанию, потому что занимается делами рода... А этими делами можно заниматься и находясь на яхте.

— Не доверяешь нам? Решил оставить жену на борту?

— А вы — не доверяете мне? — я кивнул на сопровождающих дочери Перовского. — Такая толпа народу... Будто я не смог бы обеспечить твою безопасность и комфорт.

— Это простая перестраховка.

— Вот и у нас. Простая перестраховка... Снежана. Позволь представить тебе членов команды. Вон там, прислонившись к бочке, спит наш капитан, Руслан.

Тот, будто специально, выдал какую-то особо забористую и раскатистую трель.

— Вот там — Центурион. Что-то типа телохранителя нашего капитана. А вяжет... Громовержец. Он у нас что-то типа штурмана и торгового агента в одном лице.

— Приветствую двуногих на борту! Всегда рад запасу белковой пищи на крайний случай!

Дракон оказался единственным из троих, кто соизволил сказать хоть что-то в ответ — но он лучше бы он молчал.

— Пройдём, покажу ваши каюты...

«Косатка» уже вылетела за пределы атмосферы, а мы всё занимались размещением пассажиров. Больше всего хлопот доставлял бесёнок — он всё время носился туда-сюда, путался под ногами, постоянно норовил куда-то залезть. Ужасно надоел, и у меня создалось впечатление, что непоседливый рогатый малыш делает всё это специально. Чтобы выглядело более естественно, когда он залезет куда-нибудь в закрытый для посещения отсек и попытается выведать какой-нибудь наш не предназначенный для чужих глаз и ушей секрет. Сделал себе зарубку установить за ним отдельную слежку.

Когда, наконец, всё это закончилось, Яромира настойчиво повела меня за собой, к нам домой.

— И как это Перовский согласился тебя отпустить? Накануне всего?..

— Ну ты видела, какой ценой. А вообще — мы чуть не переругались в кометный прах. Вышел от него выжатый, как плод баогавы...

— Ха-ха-ха... Зар, — когда двери за нами закрылись, Яромира вдруг посерьёзнела.

— Да?

— Выходила на связь моя сестра.

— И?..

— Уговаривала нас вернуться на Ирий. Сказала, что произошла ужасная ошибка, и Сенат готов признать это. Что всё наше имущество возвращено, или в процессе возврата. Что всех задержанных людей наших семей отпустили. Что предлагает начать всё с чистого листа...

— Что это за блажь на неё, вернее — на них, нашла?

— Как-то прознали, где мы.

— Логично... Для них совершенно естественно стараться рассорить нас и одарённых Дома.

Яромира промолчала, глядя на меня очень выразительным взглядом.

— Ну что там ещё? Говори, не томи...

— Зар...

— Да давай уже!

— Зар. Она сказала, что у неё есть информация, якобы Перовские замешаны в том... В том, что случилось... На нашей свадьбе.

Глава 15

— Итак, Яра... Что конкретно сообщила твоя сестра?

— Хельга сказала, что это именно от Перовских исходила информация.

— Какая?..

— О союзе наших семей с Домом.

— Вот как! Союзнички, м-мать...

— Да. По её словам, это и спровоцировало ту бойню... Остальные были вынуждены отреагировать, потому что союз Огневых и Белых с Домом ставил под угрозу безопасность Ирия.

— А Хельга про своё участие, и про участие рода её мужа во всём этом ничего не сказала?

— Нет. Об этом она умолчала.

— Надеюсь, ты не сообщила ей про записи, которые предоставил нам Перовский? Где её муженёк обсуждает с остальными наше устранение?

— Конечно же, нет! Я ведь не совсем дурочка.

— Это хорошо.

— Что не дурочка?

— И это тоже. Я всегда говорил, что с женой мне очень повезло.

— Зар!

— Да?

— Надо что-то с этим делать! Тем более, когда у нас на борту эта... Эта.

Она посмотрела на меня с таким видом, будто ждёт заявления — мол, сейчас же высаживаем Снежану прямо в открытый космос. Причём, крайне желательно — без скафандра.

— Яра.

— Да?

— Успокойся. Мы ничего делать не будем.

— Но, Зар!..

— Яра.

— Ну Яра я, Яра! Чего?..

— Мы можем как-то проверить слова твоей сестры?

— Не знаю...

— Ну, давай так. Она может лгать? Как ты думаешь? Ты готова поверить её словам на все сто процентов? Поклясться на перстне?

— Не готова...

— Хорошо. Значит, сообщение о причастности Перовских мы ни подтвердить, ни опровергнуть не можем никак. Пошли дальше... У нас есть полная уверенность, что твоя сестра и её род точно не замешаны в нашей трагедии? В том смысле — есть какое-то бесспорное доказательство того что записи, переданные Первоским, подделка?..

— Мне как-то не верится, что Хельга...

— Яра. Нужна уверенность. Гарантия. Стопроцентная, железная, абсолютная. Такая гарантия у нас — есть? Что Мироновы точно не при делах?

— Тоже нет...

— Вот. Так что получается — буквально каждый, в кого ни плюнь, может быть причастен к случившемуся. Из-за недостатка информации мы пока просто не способны выделить невиновных. И совершенно естественно, что все вокруг попытаются перекинуть вину с себя на других — и те, за кем реально есть грешок, и даже непричастные, чтобы случайно не попасть под раздачу. Все. Спроси Перовских — те наверняка покажут на Мироновых. Спроси Мироновых — а этих даже и спрашивать не надо, уже всё рассказали. И, к слову, им ещё и не нужен наш союз с Домом, совершенно не нужен, а значит — есть прямой мотив вкидывать дезинформацию и пытаться рассорить нас, что бы там ни было на самом деле. Есть мотив, есть возможность... Так почему думаешь они не сделают того, что ничего не стоит сделать и что пойдёт им исключительно на пользу?..

— Думаешь... То, что сказала сестра — ложь?

— Отчего же? Может быть — ложь. А может — правда. Может, просто часть правды. И пока мы не получим полную картину, предпринимать какие-то действмя смысла не вижу никакого. Я вполне допускаю, что Перовские могут быть причастны к нашим неприятностям в такой же степени, как и Мироновы, как и вообще все вокруг. Но сейчас они — наши союзники, и мы не покажем вида, будто что-то подозреваем. Иначе всё может пойти прахом.

— Ты так легко об этом говоришь... Хотя... Тебе-то что! Это не твою родную семью извели под корень!

Я сначала посмотрел на неё с лёгким удивлением, а потом не удержался, расхохотался. Тут же об этом пожалел: девушка вся вскинулась, а глаза её сверкнули гневом...

Пришлось спешно поднимать руки в примиряющем жесте и пытаться гасить едва не разгоревшееся пламя нешуточной ссоры.

— Прости, Яра. Я смеюсь не над тобой, не над ситуацией, а над собой. Понимаешь? Просто подумал, что мы поменялись местами. Когда-то ты оттаскивала меня от жреца, пытаясь убедить в том, что сейчас не время для мести... А сейчас я пытаюсь тебя убедить ровно в том же. Я словно увидел себя со стороны. Очень, знаешь ли, полезный опыт. Интересная информация для размышлений. Задумался, сделал выводы... Полезная встряска. Да иди ты сюда, не злись так! Нам хватит всего остального мира для ненависти, зачем ещё обращать её друг на друга?..

Притянув Яромиру к себе, обнял и начал поглаживать по спине. Девушка сначала сопротивлялась, но потом уткнулась лицом мне в плечо. Почувствовал, как напряжение постепенно отпускает её.

— Не далей так больше, Зар. У меня ведь нервы не титановые...

— Хорошо. Буду держать себя в руках. И, Яра...

— Да?..

— Не надо ждать от меня подвоха. Поверь, я тебя понимаю, как никто в обитаемом мире. Для меня твоё право на месть так же священно, как и моё собственное. Ведь теперь ты — моя семья, и я хочу, чтобы ты была счастлива. Поэтому — так же, как и ты сама, хочу покарать виноватых. Пусть для меня это не настолько личное, тут ты права — от своей новой семьи я не успел увидеть ничего хорошего, в каком-то смысле мне на Огневых совершенно плевать... Но это вовсе не значит, что я оставлю всё, как есть. И если ты скажешь, что прикончить кого-то вот прямо здесь и сейчас для тебя важно — я это сделать позволю. Невзирая на последствия. Надеюсь, правда, что разум в тебе сильнее, и это не понадобится...

— Да уж, Зар... Когда ты хотел прикончить жреца, таким рассудительным не был.

— В Преисподней время течёт по другому. Это сводит с ума. Ты теряешь счёт дням, даже годам... Они сливаются в одно бесконечно длинное и серое «сегодня». И каждое мгновение там я мечтал об одном, о том, как расправляюсь с этими тварями, которые лишили меня всего. Быть может, это одно и позволило мне сохранить рассудок. И я вернулся сюда только ради одного... И оно было так близко! Но я ведь обуздал свои страсти, внял доводам разума! Потому и говорю, что понимаю тебя, как никто на свете. Мы своё получим... И ты, и я. Обещаю. Просто чуть позже.

Яромира ничего не ответила. Отстранилась от меня, подошла к иллюминатору и встала напротив него, глядя куда-то в межзвёздную пустоту. Невольно залюбовался на девушку. В очередной раз восхитился тем, как идёт ей наша новая «форма».

— Ладно, Зар... — Наконец, сказала она. — Ты прав. Ты полностью прав... Но что же, я должна теперь улыбаться... Этой?..

— Отчего же? У тебя есть все поводы для ненависти. Можешь говорить ей, что пожелаешь. Всё, что думаешь. Можешь не скрывать своё истинное отношение, можешь использовать любой повод, чтобы поддеть Снежану. Это будет даже более правдоподобно, чем если будешь делать вид, якобы она тебе безразлична.

— Хорошо. Я... Постараюсь. Она ещё пожалеет, что сунулась к нам на корабль!

— Вот! Такой настрой мне нравится! И не переживай. С ними со всеми, кто посмел тронуть наших родных, мы поквитаемся. И с моими врагами, и с убийцами твоих родичей... И с этим проклятым жрецом Разрушителя, в конце концов.

— Отправим их всех в Преисподнюю?

— Да.

— И сотрём даже память об их поганых именах?

— Обязательно!

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Хорошо. Тогда я полностью спокойна. Но помни! Ты обещал!

На этой жизнеутверждающей ноте наш сложный и очень эмоциональный разговор, наконец, завершился. Яромира позволила увлечь себя на кровать и какое-то время мы провели в молчании — просто лежали, обнявшись, и смотрели на появившийся в иллюминаторе Дом — «Косатка» разворачивалась, и планета как раз оказалась с нашего борта.

Прерывать волшебство момента очень не хотелось... Увы, вечно это длиться не могло.

— Яра.

— Да?

— Гром что-то хотел от меня... Прислал сообщение на коммуникатор. Сказал, что-то срочное.

— Пошли. Пока эта на корабле — одного не отпущу!

— Да я же не против. Пошли!

Мы покинули каюту и выученным уже наизусть маршрутом проследовали вниз, в трюм. Там застали привычную картину — дракон развивал мелкую моторику верхних конечностей, капитан, а по совместительству жрец Хаоса, пытался уничтожить всё мировое зло, которое приобрело вид огненной воды, а Центурион высился в стороне недвижимым изваянием.

Глядя на Руслана и на то, как он прикладывается к бутылке, подумал, что уже не испытываю к нему той всепоглощающей ненависти. Ничего такого, как было в первый раз. Внутри проклюнулось даже лёгкое сожаление от мысли, что когда-нибудь жреца придётся убить. Сам поразился тому, насколько удивительные метаморфозы за совсем недолгое время произошли внутри меня...

Правда, когда капитан посмотрел на нас мутным взглядом, в вместо того, чтобы ответить на наше вежливое приветствие громко рыгнул и тут же уронил голову на грудь, разумсразу очистилсяот ненужных сомнений. Я почувствовал не ненависть, скорее гадливость — как при виде особо мерзкого насекомого или грызуна. И тут же мысленно осудил свои предыдущие мысли. Не стоило оно того, жалеть эту пародию на человека. Быть может, отправиться в Преисподнюю будет для него за благо... Избавлю беднягу от всех мучений и от необходимости обжигать каждый день пищевод алкоголем.

Отвернувшись от Руслана, посмотрел на дракона. Этот пренебрегать приличиями не стал и пророкотал с высоты своего роста что-то приветственное довольным голосом. И даже, наклонившись, отложил спицы в сторону.

— Громовержец! Ты что-то хотел передать? Что-то срочное?

— Да-а-а! Надо решить вопрос, пока мы не покинули звёздную систему!

— Хорошо. Мы специально пришли выслушать тебя.

— Наконец-то двуногие слушают старого мудрого дракона... Я доволен!

— К делу. Сам же говорил — вопрос срочный...

— Конечно, конечно! Итак, до меня тут дошли радостные вести, что мы наконец-то выбираемся прочь из этой Кровавыми забытой дыры... И летим в систему Гаммы Копья. Это так?

— Всё верно.

— Это прекрасная новость! Я очень долго готовился к этому!

— К чему?

— К возможности применить мои безграничные знания и прекрасные аналитические способности! Я подготовил несколько вариантов маршрута, которые помогут нам извлечь максимальную выгоду из перелёта. Например, для начала можно продать топливные элементы, которые у нас в трюме, в системе Беты Червя — там они всегда в цене...

— Громовержец.

— Да?

— У нас мало времени. Поэтому мы летим прямо, из точки «А» в точку «Б», без каких-то промежуточных остановок и отклонений. Кроме того, груз в нашем трюме — наш же стратегический запас.

От мощи драконьего рыка содрогнулись переборки. Громовержцу очень не понравился мой ответ. Он наклонился вперёд и приблизил свою безобразную морду вплотную ко мне. Я почувствовал жар от вырывавщися из его ноздрей струек дыма и сильный запах серы и гари.

— Неразумный... Двуногий... Подумай хорошо!

— Если ты подумаешь сам — то вспомнишь, что против меня угрозы бесполезны. Давай конструктивно общаться, крылатый.

Дракон вновь выпрямился и выдохнул куда-то вверх и в сторону струю пламени.

— Ладно. Ты прав, двуногий. Но что ты скажешь, например, на это... Тета Работорговца. Единственная планета... Эгида. Славится тем, что на ней выращивают искусственных людей, так называемых репликантов. Да, живут они не так долго, как настоящие, имеют ряд врождённых ограничений, не во всём самостоятельны, не могут размножаться... Но это единственный способ быстро создать себе армию, который я знаю! Как тебе такое, а, Темнозар?

Я задумался. В словах дракона и правда что-то было. Конечно, я надеялся на вахтовиков, и отчасти на поддержку со стороны бывших служащих Огневых и Белых, возможно — ещё и на какой-то приток от сочувствующего населения... Но зачем сажать всех в одну спасательную шлюпку?.. Чем больше аргументов будет на нашей стороне в грядущей передряге, тем лучше!

Вопрос стоил того, чтобы в эту сторону подумать. Но я вздохнул с сожалением.

— Мне «такое» и правда нравится... Спасибо за мысль, Громовержец. Я подумаю. Честно. Вот только, увы, для найма таких искусственных солдат у меня нет достаточно кредитов...

— Вот потому я и предлагаю маршрут, на котором мы сможем получить от нашего перелёта максимальную выгоду... Конечно, этого не хватит, чтобы навербовать сразу целую армию. Но с чего-то ведь стоит начинать, так?.. Долгий полёт начинается с первого взмаха крыльев!

— Зар, а может, и правда?.. Подумай. В Преисподнюю этих Перовских с их требованиями...

— Яра. Чтобы выйти на такую прибыль, которая отобьёт нам затраты на содержание армии, нам понадобится корабль куда большего размера. Желательно — не один. И чтобы они все регулярно курсировали по разным, наиболее прибыльным маршрутам... И небольшой флот для защиты от пиратов. Тогда да, тогда какой-то толк будет. А от одного рейса небольшой яхты прибыль выйдет смехотворной. Я уж не говорю про то, что нам просто негде на борту размещать целую армию.

— Было бы желание, неразумные двуногие. Было бы желание... А уж возможности найдутся. Опять же, можно ведь покупать не именно тех, кого растили как готовых солдат, а просто любых репликантов, которые удовлетворяют по физическим показателям. И потом обучить их при помощи соответствующих гипнозаписей... Которые у нас, кстати говоря, в наличии имеются. Какое удачное совпадение, правда? Такой вариант обойдётся гораздо дешевле. Подумай... Князь.

— И правда, звучит крайне соблазнительно. Но даже если так — их всех надо чем-то вооружить. Почти все наши запасы и даже трофеи ушли частям, которые набрали из вахтовиков. Значит — нужно ещё добыть оружие, броню, хотя бы простейшие скафандры... А это Кровавые знают сколько кредитов.

Руслан вдруг поднял голову и пробурчал что-то. Я его высказывание проигнорировал, а вот Громовержец весь подобрался.

— А? Что-что ты сказал, друг мой? Извини, не расслышал...

— Ск-зал... База. М-б резерва. Нетрон-тая.

— База? Имперская, что ли?

— Аг-га. Ру-жие... Уст-ревшее. Но... Мн-го! Мн-го ор-жия. А ещё зн-ю, где есть... З-консервир-ванные... Л-гионы.

— Интересно. Очень интересно. И где же это?

На этих словах жрец довольно ухмыльнулся, а потом и вовсе захохотал:

— Н-не... Ха-ха-ха-ха! Н-не скажу!

Отхлебнув из бутылки, он вновь уронил голову на грудь.

Громовержец тяжело вздохнул и, кажется, осуждающе посмотрел на меня своим жёлтым глазом.

— Зря вы так настроили нашего Руслана против себя. Он теперь не хочет говорить... А ведь эта база пришлась бы нам очень кстати! И Легионы... Ты же понимаешь, о чём речь?

— Имперские роботизированные части?

— Да. Автономные, полностью роботизированные! Платформы с тяжёлым вооружением, разведывательные кластеры, роботы-штурмовики, щитоносцы, ремонтники, подносчики... Каждый Легион — маленькая, полностью самодостаточная армия. Единственный недостаток — для управления ими требуются большие вычислительные мощности и изрядное количество операторов. В Империи для каждого Легиона придавался отдельный штаб с выделенным вычислительным центром... У нас такого нет. Зато у нас, к счастью, есть Центурион! У которого «из коробки» предусмотрено функционирование в составе этого Легиона. Режим, в котором наш непобедимый металлический воин становится чем-то вроде ретранслятора приказов. Конечно, Центурион не сможет полностью заменить штаб с вычислительным центром, но какое-то управление обеспечить позволит...

— Зар...

— Да я что, возражаю? Очень любопытно. Такое бы нам пригодилось!

— Ещё бы! Так что я очень постараюсь разговорить нашего капитана. Самому хотелось б посмотреть на всё это воочию. Но, боюсь, успеха не гарантирую... Очень уж наш Руслан настроен теперь против вас.

Яромира незаметно пихнула меня кулачком в бок. И была полностью права.

— Увы, Громовержец. Сделанного не воротишь... И даже если бы я сейчас нашёл решение всех проблем и уговорил Руслана сотрудничать, полёт до Эгиды занял бы слишком много времени. У нас столько нет.

— А если скажу, что у проблемы времени также есть решение? Как тебе такое, Темнозар... Слушай дальше. Пси Червя! Лучшие во всём обитаемом мире космические верфи. Место, где можно приобрести совершенно любое судно, под любые нужды... А кроме того, местные мастера всегда готовы помочь в модернизации уже существующих кораблей. И возможности у них очень хорошие!

— Но ведь «Косатка» уникальный проект, вы говорили — она и так является лучшей в своём роде?..

— Предела совершенству нет. «Косатка» действительно уникальна, но строилась по устаревшим, ещё имперским технологиям... Из тех агрегатов, которые были доступны. Я изучал вопрос! Например, при замене нашего реактора на более современный, можно повысить мощность почти на тридцать процентов, одновременно с увеличением КПД. А маршевые двигатели потенциально способны разгонять нас до скорости в два раза больше той, которую выдают сейчас — достаточно только продублировать силовые энергетические магистрали и модернизировать систему управления... И это я не говорю о всяких приятных мелочах, вроде установки торпедного аппарата или ракет, увеличения трюма, апгрейда сенсоров дальнего обнаружения... Но это всё же мелочи, главное — возможность сделать «Косатку» заметно быстрее!

Я задумался. Предложение Громовержца казалось всё более привлекательным.

— Время. Как бы эти переделки не отняли у нас слишком много времени... Мы всё-таки спешим.

— Время не проблема, разумный двуногий. Замена готовых агрегатов, да ещё и при достаточной сумме, заплаченной мастерам, займёт меньше суток...

Внезапно, Центурион исчез из видимого спектра, заставив всех вскинуться. Теперь, когда я связывался с бортовым вычислителем напрямую, я мог следить за перемещениями робота при помощи целого спектра самых разнообразных внутрикорабельных сенсоров, которые не ограничивались только визуальной информацией. Благодаря этому я понял сразу — непосредственно нам опасности имперский робот не представляет и напасть не пытается... Тем не менее, я толкнул Яромиру за ближайшие ящики, а сам выхватил разрядник. Подумав при этом, что теперь даже по собственному кораблю не стоит перемещаться без охраны из тамплиеров.

Центурион появился снова почти сразу. В руках он держал обмякшее тельце, в котором я узнал того непоседливого бесёнка, которого притащила с собой на борт Снежана... Что было очень удивительно, ведь я повесил на него маркер для систем внутреннего наблюдения, и если бы он покинул выделенное ему помещение, мне бы сразу пришёл сигнал. Но я его не получил!

— Ой... Кажется, наш Центурион случайно кого-то прихлопнул, — пророкотал, пыхнув дымом из ноздрей, Громовержец. И расхохотался. — Темнозар... Объяснишь своей подружке, что подслушивать нехорошо?

— Сам горю желанием потолковать с нею. А этот бес... Того?

— Вражеский лазутчик нейтрализирован, — металлическим голосом, в котором мне почудилась лёгкая усмешка, подтвердил Центурион.

— Тем лучше! Одной проблемой меньше. И... Гром, я решил.

— Что именно?

— Александер! — вместо ответа, вызвал капитанский мостик.

— Слушаю!

— Меняем маршрут. Летим на Пси Червя... На верфи!

Судя по тому, как у нашего первого пилота загорелись глаза — уговаривать его точно не требовалось. Он всё понял без слов.

— Отлично! Уже вбиваю новые координаты...

— Форсируй двигатели, насколько возможно. Не жалей, если даже что-то сломается — на верфях починим. Нам бы главное попасть туда как можно скорее. И постарайся сделать так, чтобы наш маршрут не отследили...

— Принято.

Разорвав связь, посмотрел на Громовержца. Тот расхохотался, сотрясаясь всем своим чешуйчатым телом.

— Доволен. Кровавые, как же я доволен! Пусть даже не всё, что представитель высшей формы жизни предложил двуногим, которые оказались всё же частично разумными, пошло в работу... Но, светлый рыцарь меня заруби, первый шаг — это уже много! А где есть первый, там будет и второй. Так, глядишь, и сработаемся!

Усмехнулся в ответ. Наш экстравагантный дракон был, конечно, слишком себе на уме... Но пока все те авантюры, которые он так горит желанием воплотить в жизнь, будут на пользу делу — это нам только в плюс.

— Сработаемся. Пока не вижу причин, чтобы этого не произошло.

— Приятно слышать эти слова... А вы придумали, как будете решать денежный вопрос?

— Ещё нет. Но придумаем. В крайнем случае... Придётся брать кредит. Ладно, давайте беса. Отнесу хозяйке и сделаю ей внушение.

На этом распрощался с драконом, взял у Центуриона безжизненное красное тельце и в сопровождении Яромиры покинул трюм.

Пока мы не спеша, прогулочным шагом шли в сторону каюты, где расположилась Снежана, «Косатка» приблизилась к висящему на орбите возле Дома Маяку — вытянутому в две стороны шпилю, окружённому «юбкой» металлических колец и перемигивающемуся гирляндами огней. С помощью внешних камер я следил, как яхта разворачивается и всё больше ускоряется, проходя от него совсем близко, фактически — впритирку.

Конечно, начать разгон до гиперсветовых скоростей, которые позволяют совершать межзвёздные перелёты за приемлемое время, мы могли в любом месте. Главное — чтобы в системе, куда направляемся, имелся работающий Маяк, на который можно настроиться и проложить курс.

Так делать было можно... Но так никто не делал. Потому что только перелёты от маяка до маяка считаются гарантированно безопасными, а разгоняться вне проверенных маршрутов не рекомендуется, слишком велик риск аварии. И нам, конечно же, это было просто ни к чему. Было бы до невозможности обидно выжить после всего, но разбиться, случайно врезавшись на огромной скорости в какое-нибудь космическое тело.

Когда я остановился возле каюты Снежаны и постучал в неё бесом, тельце которого держал в руках, «Косатка» уже легла на нужный курс и начала всё больше разгоняться.

Глава 16

Створки дверей разъехались в стороны, и я молча кинул трупик Снежане под ноги.

Девушка отступила назад. Медленно опустила взгляд вниз, на беса, а после посмотрела на меня.

— Что это такое?

— Это твой подопечный. Который совал свой любопытный нос туда, куда не следовало.

— Мой подопечный?

— Да.

— В первый раз его вижу... Откуда этот малыш взялся?

У меня появилось нехорошее предчувствие.

Снежана смотрела на меня такими нарочито честными глазами и так подчёркнуто невинно хлопала ресницами, что сразу стало ясно — у неё какой-то козырь в рукаве.

Мои подозрения тут же оправдались — сработала «сигналка». Камеры зафиксировали появление беса, точь-в-точь такого же, как убитый. Он покинул каюту, которую делил с частью людей Перовских, и, смешно подпрыгивая на каждом шаге, быстро засеменил к нам навстречу.

Когда бес выскочил из-за угла, я повернул голову будто бы «на шум» и сделал вид, что только заметил его. После этого опять посмотрел на Снежану.

— Это не мой, — девушка легонько пнула лежащее перед собой тельце блестящим чёрным сапожком. — Меня подставили!

— Ага, конечно... У нас на корабле один-единственный демонолог. Вдруг откуда ни возьмись появляется бес, который, презрев все мыслимые правила приличия, подслушивает... И, конечно же, это сделал кто-то другой!

— Да не я это! Темнозар...

— Темнозар всё сказал. Мы не потерпим на нашем корабле такого! — к нашему диалогу подключилась Яромира, до того просто с ненавистью смотревшая на свою соперницу. — Зар, дорогой... Может, просто пришьёшь этого беса? Если наша гостья не способна держать своих подчинённых в узде...

Смерил бесёнка взглядом. Тот принял очень жалкий вид и схватился за ногу Снежаны, спрятавшись от нас сзади неё.

Меня это обмануть не могло — я прекрасно знал, как убивают эти якобы безобидные малыши, которые всегда беззастенчиво пользуются своимвнешним видом и некоторым сходством с человеческими детьми. Соблазн всадить в беса заряд, а то и пулю — прямо так, чтобы мозги разметало в стороны — был чрезвычайно велик.

Но я удержался.

— Знаешь, Яра, очень хочется. Но... Попробуем на первый раз поверить нашей гостье. Мы ведь должны пытаться налаживать надёжные партнёрские отношения с нашими союзниками, не так ли?

— Зар. Тебе не кажется, что ты слишком добр?..

— Мне ничего не кажется. Я и правда великодушен. Но, Снежана, послушай сюда... Если ещё хоть один из этих рогато-хвостатых попытается шпионить за нами, последствия будут катастрофическими. У всякой доброты есть предел.

— Этот бес был не мой...

— А мне плевать, твой, или не твой... Повторюсь: демонолог на корабле один. И все вопросы тоже будут обращены к нему.

Я развернулся, подразумевая, что разговор окончен — но Снежана окликнула меня.

— Темнозар!

— Да?

— А ты не покажешь мне свой... Корабль?..

— Позже. Разберись пока с телом. И запри где-нибудь своего рогатого прихвостня, если увижу его где-то без тебя — придётся утилизировать ещё один труп!

После этого я, больше не оглядываясь, решительно зашагал прочь, Яромира — за мной следом.

Как только отошли настолько, чтобы нас было не слышно, она спросила меня:

— Зар. Как ты думаешь, она послушается?

— Конечно же, да! Снежана разумная девушка и не будет рисковать отношениями наших семей!

Одновременно, отправил Яре на коммуникатор сообщение:

«Конечно же, нет».

Девушка быстро скосила глаза вниз, прочитала, тут же погасила голоэкран. Нахмурилась.

Я обнял её за плечи и притянул к себе.

— Так что, дорогая, нам совершенно не о чем беспокоиться!

Она в ответ нахмурилась ещё сильнее.

— И я всё-таки не понимаю, Зара — чего ты такой добренький у меня?..

Мы как раз дошли до нашей каюты. Я не ответил. Когда створки за нами закрылись, дотошно проверил всё внутри при помощи настроенного определённым образом коммуникатора, находящихся в каюте сенсоров и собственных глаз.

Ни жучков, по крайней мере — активных, ни представителей рогато-хвостатого племени не обнаружил. Что было совершенно логично, ведь, по идее, им взяться было совершенно неоткуда — за единственным ведущим внутрь проходом я следил всё время, при помощи камер и датчиков. Но проклятый бес в трюме заставил сомневаться в достаточности подобных мер.

И тем не менее, я предпочёл перестраховаться. Даже больше — вызвал несколько сервисных роботов, с целью сделать их дополнительными системами слежения. Быстро написал им простенькие скрипты, периодически отправляющие зашифрованные определённым образом пакеты корабельному вычислителю — чтобы он, если пропустит хотя бы один такой сеанс, присылал мне оповещение.

Только после этого, наконец, я ответил Яромире.

— Я не добренький. Я очень злой. Но сейчас стараюсь сделать так, чтобы извлечь максимальную для нас пользу из ситуации.

— И как же?..

— Хочу обмануть Перовского. Как думаешь — он обрадуется, узнав, что мы навербовали себе целую армию?

— Вряд ли... Это будет значить, что нами станет сложнее управлять.

— Вот именно. Так же не обрадуется и никто из наших «друзей» с Дома. Поэтому есть немалая доля вероятности, что нам попытаются ставить палки в колёса... Ведь любые корабли, направленные в к Альфе Работорговца, выходят из гиперскорости возле Маяка. А Маяк находится возле Дома... А Дом контролирует все прибывающие грузы, не пропуская стратегические — ведь им не выгодно усиление ни Ирия, ни кого бы то ни было ещё, кроме себя самих.

— Можно же и без Маяка...

— Можно, но корабль будет лететь слишком долго. А нам надо либо сейчас, либо никогда. Толку с тех подкреплений, когда всё уже будет давно кончено?... Поэтому я и хочу провернуть простой трюк. Спрятать то, что нам надо, на самом видном месте.

— И что ты собираешься сделать?

— Увидишь, Яра. Ладно, времени мало — пока не долетели до верфей, надо решить ещё несколько важных вопросов. Выяснить, как мелкий говнюк попал в трюм и как Центурион засёк его. У меня есть, конечно, подозрение, что сенсоры робота могут быть самыми лучшими на нашем корабле... Но надо знать это наверняка. Второй вопрос — надо придумать, как в будущем отслеживать перемещения этого беса и вообще появление призванных тварей. И последний — нужно где-то добыть достаточно кредитов, чтоб хватило на всё... Решим это, и у нас останется чуть-чуть времени, пока летим до верфей.

— Которое мы сможем потратить друг на друга?..

— Которое мы потратим на общение с нашей замечательной гостьей!

— Тьфу!

— А что ты хотела, дорогая. Ты, как супруга главы семьи, обязана...

— Да всё я понимаю, Зар... Но всё равно — тьфу! Могу хоть здесь, наедине, выразить таким образом переполняющие меня эмоции?

— Отчего же нет. Конечно можешь. Можешь даже сделать куклу с чёрными волосами и истыкать её иголками.

— Увы, мои способности находятся в несколько иной плоскости... Вот оттяпать ей голову силовым полем, вот это было бы да! Прямо то, что надо! Или силовыми копьями истыкать, отличная идея, спасибо!

— Но ты не будешь этого делать.

— Но я не буду этого делать...

Девушка сказала это с таким видом, будто у неё отобрали любимую игрушку. Усмехнувшись, потрепал её по голове, и всё-таки приступил к решению висящих вопросов.

Для выяснения первого из них я вместо того, чтобы поговорить с Центурионом, который мог бы мне ещё и не ответить, сформулировал вопрос в текстовом виде и отправил на коммуникатор Громовержцу. Дракон отнёсся к заданию ответственно и прислал ответ почти сразу.

«У него просто хорошие сенсоры. Бес проник через систему вентиляции».

Впрочем, примерно такого ответа я и ждал. Уникальный имперский боевой робот просто обязан оснащаться такими же уникальными, как минимум — достаточно совершенными системами слежения. Я скорее удивился бы, если бы было иначе.

А вот что через вентиляционные трубы «Косатки» могут беспрепятственно лазить лазутчики, мне не понравилось очень.

И требовалось обязательно придумать, как следить за перемещениями беса в будущем. Увы, таскать за собой везде Центуриона — вариант плохой, и потому, что он напрямую нам не подчиняется, и потому, что союзники уже знали о способностях робота.

Решение внезапно подсказала Наина. Я сформулировал запрос и, так же как и Грому, отправил ей в текстовом виде — такой вариант общения казался мне наиболее безопасным. Тётушка тоже ответила почти сразу и заявила, что может попробовать настроиться на поиски беса так же, как когда мы искали Фёдора. Метод должен был сработать поскольку демонолог, передавая приказ подчинённому, просто обязан его представить, что гарантированно вызовет срабатывание способности. И даже если до конца отследить перемещения беса будет нельзя, мы как минимум будем готовы к тому, что он где-то может затаиться.

После того, как Наина немного успокоила меня, остался один действительно важный вопрос. А где, собственно, добывать средства на снаряжение армии и доработку корабля?

Я бегло просмотрел сетевые ресурсы верфей, прикинув примерную стоимостьработ. Так же проглядел прайсы на искусственных людей. Сложил всё это, умножил на три — для перестраховки, и, отталкиваясь от этого, начал искать возможности добыть необходимую сумму.

Увы, вариантов было немного. Собственных средств нам точно не хватало — в этом я убедился окончательно, отправив соответствующие запросы Струеву и Вениамину. Даже если предположить, что мы смогли бы оперативно продать топливные элементы, а также часть движимого и недвижимого имущества, это всё были жалкие крохи по сравнению с тем, что действительно требовались.

Судя по всему, мне предстояло залезть в долги, что совершенно не радовало. На верфях в системе Пси Червя, конечно же, были представительства нескольких крупных банков, в каком-то из них можно было бы попытаться взять кредит. Попытаться, потому что не факт, что нам сразу дадут желаемое. Пусть мы и не совсем люди с улицы, но всё же при отсутствии некоторого минимально необходимого политического влияния и общественного признания нас легко могли посчитать выскочками-самозванцами и указать на дверь.

Тем не менее, я детально изучил предложения всех банков и попробовал прикинуть, что можно попытаться оставить в залог. Лапуты, имение... Если предположить наше поражение, всё это с изрядной долей вероятности перестанет нам принадлежать, и вопрос был только в том — поймут ли это банковские работники, или нет. Мне почему-то казалось, что почти наверняка поймут.

Ещё мы могли попросить в долг у Перовских. Но этот вариант мне не нравился больше всего, причём по многим причинам.

А вот Громовержцу, Александеру, Хосе и даже Руслану информацию о предполагаемой стоимости доработки корабля отправил. В конце концов, они все заинтересованы в этом.

Также, в конце концов, отправил запросы на получение кредита во все банки, представившись как «князь Огнев-Белый». Если запрошенная сумма не заставит банковских служащих крутить пальцем у виска и сразу отбросить предложение — мною наверняка заинтересуются, и по прилёту хотя бы не надо будет тратить время на стояние в очередях и обивание порогов всевозможных инстанций.

После этого можно было посчитать, что основные дела выполнены — но я залез во входящие сообщения и надолго пропал, решая всякие вопросы организационного плана. Хельга и Мироновы действительно выполнили своё обещание. Всех наших людей, кто был под арестом, отпустили, имущество вернули... И это влекло за собой целый ворох проблем, только одной из которых было то, что среди освобождённых наверняка были перевербованные нашими противниками кроты.

Можно было бы всех их для уверенности выгнать на улицу или, наоборот, временно задержать и замучить допросами, но это стало бы очень плохим вариантом. Разбрасываться людскими ресурсами точно не стоило. Ведь получится или нет собрать армию искусственных солдат ещё оставалось вопросом — а вот навербовать отряды на Ирии, худо-бедно обучить и подготовить возможность появилась уже сейчас. Хотя это и могло быть воспринято как проявление прямой агрессии, и потому, действовать требовалось осторожно, слишком уж хрупким был установившийся мир.

На всё это убил несколько долгих часов. И только когда понял, что голова уже квадратная и просто ничего не соображает, позволил себе наконец закончить и перейти к следующему пункту нашей обязательной программы: отправился развлекать нашу дорогую гостью, таща за собой вмиг посмурневшую Яромиру... К счастью, терпеть оставалось уже совсем немного. Александер действительно выжал из «Косатки» все соки — половину пути мы шли на максимальном ускорении, после чего развернулись на сто восемьдесят градусов и начали тормозить при помощи основных маршевых двигателей, гася набранную скорость. Такой режим являлся самым энергозатратным, но зато позволял осуществить перелёт за минимально возможное время.

Верфи системы Пси Червя ждали нас, и я мыслями уже был там — с трудом получалось отвлекаться на то, чтобы поддерживать вежливый диалог со Снежаной, которая как назло вела себя очень активно и постоянно требовала внимания к себе.

Пока водил дорогую гостью по кораблю, получил сообщение от Наины — что бесуотправленакакая-то команда. Какая, выяснилось очень скоро. Оставшиеся в нашей каюте роботы засекли движение за вентиляционной решёткой. Повозившись там, бес убрался восвояси... И о том, что он сделал, можно было даже не гадать. Совершенно наверняка — установил какую-то прослушивающую аппаратуру.

Пока улыбался Снежане и кивал на какие-то её вопросы, продумывал меры по избавлению «Косатки» от не предусмотренных конструктивно излишеств. Решил, что надо будет переоборудовать некоторых из роботов-ремонтников и запустить их во все ходы и укромные закоулки.

— Десять минут до прибытия! — наконец, наш первый пилот сообщил из громкоговорителей долгожданную весть.

— Десять минут? По расчётам, мы должны были лететь ещё сутки, если не двое... — Снежану явно удалось удивить.

— Мы спешили. Кроме того, решили сделать небольшую остановку...

— Остановку?

— Да. Хочу сразу сообщить, чтобы не было недопонимания: мы прибываем в систему Пси Червя. Нам надо заглянуть на верфи... Есть пара вещей, которые надо обязательно сделать с яхтой.

Снежана, услышав эти слова, буквально опешила.

— Это называется — «сразу сообщить»? Сейчас, когда мы уже почти у цели?.. Темнозар, мне это не нравится. И отцу, боюсь, не понравится тоже. Он тебя отпустил в совершенно определённое место. И, кроме того, было обговорено время, которое допустимо потратить на всё!

— Было обговорено, что на Технотроне я проведу не более двух суток. А вот сколько я буду лететь туда и обратно... Это мы не обговаривали.

Снежана явно хотела что-то сказать, но сдержалась.

— Я сообщу отцу.

— Сообщай. Но мы ничего не нарушаем. И даже пока летим с заметным опережением графика! Так что, как по мне, совершенно не стоит переживать по этому поводу.

— Я всё равно сообщу...

— Да сообщай, сообщай. А мы пока в каюту, надо подготовиться. Предстоит долгое общение с местными мастерами.

— Я могу с вами пойти?

— Нет. Боюсь, вне корабля мы не сможем обеспечить твою безопасность...

— Я могу обеспечить её сама! У меня достаточно людей, да и я сама...

— И тем не менее. Корабль покидать не стоит.

Какое-то время мы смотрели друг другу в глаза, после чего Снежана всё-таки отвела взгляд и резко развернулась.

— Тебе это не сойдёт с рук, Темнозар.

Улыбку, которой Яромира провожала нашу удаляющуюся гостью, надо было видеть. Я лишь с немалым трудом сохранил серьёзный вид и не расхохотался в голос.

Глава 17

Система, на всех атласах обозначенная просто как Пси Червя, на самом деле была двойной. Красный сверхгигант Пси вращался вокруг жадно пожирающей его чёрной дыры — Омеги.

Сверхгигант имел форму яйца — был сильно деформирован гравитацией сверхплотной соседки. С вытянутого конца, прямо с поверхности, срывался поток газа, устремлялся в сторону чёрной дыры и закручивался вокруг неё спиралью, образуя аккреционный диск. Перед тем, как упасть за горизонт событий, газ нагревался, ускорялся и успевал насытить всё вокруг жесточайшим излучением.

И вся вырванная из звезды материя бесследно исчезала в ненасытной утробе. Из полюсов чёрной дыры, почти перпендикулярно аккреционному диску, били в пространство разогнанные до огромных скоростей струи плазмы — джеты.

Внешне аккреционный диск напоминал дисковую пилу, случайно зацепившую какой-то клубок проводов и начавшую наматывать его на себя. Казалось, эта пила вот-вот порвёт тонкую ниточку, а потом и вовсе опустится на звезду и начнёт кромсать её, разделяя на две равные половинки и методично вгрызаясь в рыхлую поверхность.

Бьющие под небольшим углом к оси вращения чёрной дыры джеты больше всего походили на струи воды, извергаемые из плохо закреплённых садовых шлангов. Они вращались и пульсировали, разбрызгивая брызги плазмы, которая постепенно остывала и на некотором расстоянии превращалась в обычную межзёздную пыль, лишь слегка подсвеченную лучами породившей её звезды, которая продолжала двигаться по инерции.

Что до самой чёрной дыры, она полностью оправдывала своё название и выглядела именно дырой, причём именно чёрной, что смотрелось очень контрастно на фоне светящихся газа и плазмы...

К нашему счастью, Маяк в системе Пси и Омеги Червя находился довольно высоко над плоскостью эклиптики, и когда «Косатка» вывалилась из гиперсвета, нам открылся прекраснейший вид на двойную звезду во всей красе. Невольно даже закралось подозрение, что Маяк был расположен так специально, чтобы производить впечатление на всех гостей...

На корабле самый лучший обзор давали панорамные экраны капитанского мостика. И как-то так вышло, что на нём собрались все члены команды, кроме неизменно отсутствующих капитана и дракона, который по понятным причинам на мостик попасть не мог — просто не протиснулся бы через узкие коридоры. Зато компанию нам составила любезно приглашённая — вернее, нахально напросившаяся — Снежана.

Завораживающим зрелищем любовались все. Даже Александер, который всегда старался казаться невозмутимым и видавшим видыкосмическим волком, глядел вперёд с отлично читающимся благоговением во взгляде. Но больше всех под впечатлением оказались девушки.

— Какая красота! — не сдержавшись, воскликнула одна.

— Потрясающе... — вторила ей другая.

Я в ответ на это мог только усмехнуться и прокомментировать такое редкое единение.

— В первый раз вижу, чтобы вы в чём-то согласились друг с другом...

За недолгое время полёта эти двое успели мне до смерти надоесть своими постоянными словесными перепалками и взаимными подколками. Я даже успел пожалеть о том, что дал Яромире карт-бланш на развязывание боевых действий. Но сделать ничего уже не мог, точка невозврата в этом конфликте оказалась пройдена, причём давным-давно.

— Признаться, Зар, я тоже удивлена. Мне почему-то казалась, что наша хладнокровная гостья лишена таких бесполезных и мешающих в жизни качеств, как способность воспринимать прекрасное...

— Ох, Яромира. Мне грустно, что приходится объяснять очевидные вещи... Возможно, ваша гостья была бы лишена такого, если бы росла на каком-нибудь захолустном и провинциальном космическом булыжнике, который даже не является полноценной планетой. Но я, к счастью, получила прекрасное всестороннее образование. И даже видела картины великих художников-космистов в оригинале! «Смерть звезды», «Чёрное на чёрном», «Метафизическая драма», «Большие гравитационные искажения»... Если что, это всё — очень известные и когда-то нашумевшие полотна...

— Можешь не продолжать. Полотна, которые ты назвала, вышли из-под электронного пера Ту Гога, Троя, Ювазовского и Брюквина... Это у нас проходят даже в школах для простолюдинов. Странно, что на вашей просвещённой и прогрессивной планете принято хвалиться знаниями, которые даются всем едва ли не в начальных классах!

Снежана хотела что-то возразить и вся вскинулась, но Яромира продолжала с лёгкой и очень милой улыбкой гвоздить её:

— Постой, наша дорогая гостья и возлюбленная подруга. А к чему ты вообще вспомнила про картины? Я тебя совершенно не понимаю! Одно дело — трёхмерное художество, искусство. И совсем другое — естественная красота природы. Признаться, я удивлена, что на вашей «не провинциальной планете» зрелище двойной звезды вызывает восторг и удивление. Судя по всему, не так уж и часто вы выбираетесь из вашего просвещённого и развитого мирка в мир внешний. И не так уж хорошо у вас поставлено образование. Иначе знали бы, что двойные звёзды в нашей галактике составляют около половины всех звёзд вообще...

— Представительница рода частично разумных двуногих не учитывает, что обитаемые планеты в основном находятся в системах с одним солнцем. Как правило, условия там лучше приспособлены для жизни, а терраформирование происходит проще. Обитаемые планеты возле двойных и тройных звёзд встречаются, но гораздо реже. Можно много времени провести в космосе, совершить сотни полётов — и за всё время так ни разу не оказаться рядом с такой. Мне вот, например, до сих пор не везло... И я сейчас очень рад, что могу посмотреть на это, пусть и электронными глазами корабельных камер!

Громовержец тоже решил осчастливить нас своей компанией — правда, на капитанском мостике он появился исключительно в виде объёмной голограммы.

И его ответ оказался довольно неожиданным для Яромиры. Она аж дар речи потеряла от мысли о том, что «наш» дракон защищает соперницу. Но крылатый не обратил на это ровным счётом никакого внимания, и продолжил поучительным тоном:

— Должен заметить, перед нами очень интересная система. В фотосфере звезды наверняка обитают плазмиды, там просто идеальные условия для их существования. А близость чёрной дыры говорит о большой вероятности наличии аномалии... Что?..

Громовержец вдруг склонил голову набок, будто кривляясь. Но я знал, что это не так — с помощью камер в трюме видел, что наш вечно пьяный капитан очнулся и о чём-то вдохновлённо вещает. Слова я разобрать не мог — микрофоны в трюме то ли случайно, то ли специально передавали сигнал с большими искажениями, которые, помноженные на естественную невнятность речи Руслана, делали попытки понять её очень сложной задачей.

Наконец, дракон снова поднял голову, и радостно осклабился.

— Капитан говорит — там есть аномалия! И даже довольно крупная! Это не говоря о плазмидах. Так что — да, перед нами в самом деле уникальная и очень интересная для изучения система. И мы могли бы...

— Нет. Это опасно!

Я поспешил прервать Громовержца до того, как он запудрил мозги нашей молодёжи — потому что уже видел, как загорелись глаза у Хосе, как прикусила губку Яромира. Это безобразие требовалось пресечь на корню, пока дурацкая идея не укоренилась в их головах и не дала ростки.

— Мы сюда прибыли с совершенно определённой целью. Мы жёстко ограничены во времени, мы не имеем права рисковать. Как бы этого некоторым не хотелось...

Эти слова вызвали реакцию уже у Снежаны. Ещё бы — кто, как не она, заложила меня своему папаше? После чего я имел с ним долгий, неприятный, очень тяжёлый разговор.

Но Громовержец не унимался.

— Во-первых, можно воспользоваться тем, что сила притяжения Пси частично компенсирует силу притяжения Омеги. Точка Лагранжа сильно смещена, и совсем красиво войти не получится... Но мощности двигателей на гиперсвете, особенно — если улучшим, должно хватить. Выгребем даже от чёрной дыры!

— Гиперсвет вне лучей Маяков опасен...

— Да, Александер, ты прав! Но не настолько, как это живописуют. И — мы же совсем на чуть-чуть включим, чтобы только вырваться из гравитационного колодца. Но самое главное... У нас же есть настоящий чит! Обычные щиты работают грубой силой — на поглощение энергии, поэтому долго около звезды не выдержат. Нас же от излучения может защитить...

— Гром!

— Да Гром, Гром я! Уже Кровавые знают сколько лет Гром!

— Дружище, ты увлёкся, — меня внезапно поддержал наш первый пилот. И многозначительно покосился на нашу гостью. Только лучше от этого не стало — наоборот. Слишком уж явным и заметным был жест, не заметить его мог только слепой. Захотелось тут же выкинуть этих двоих в шлюз и открыть его, чтобы не мучились и нас не подставляли...

Яромира крепко сжала мою ладонь, будто почувствовав что-то — хотя трансляцию эмоций я запретил. Но при этом внешне она никак не показала вида, будто что-то не так, и заставила испытать за неё чувство гордости. Всё-таки, повезло мне с супругой.

Снежана же громко фыркнула.

— Если вы боитесь открыть мне, что ваш корабль и наши «призраки» имеют примерно равные способности к маскировке — не переживайте, это не секрет уже давно... Нет-нет, не стоит так волноваться! Вас просветили сканерами ещё на подлёте, поля же у вас были отключены. По косвенным данным наши специалисты догадались о назначении и возможностях вашего корабля. Но это были люди моего отца, они никому не скажут!..

После такого заявления впору было выходить в шлюз уже самому — потому что грош мне цена, если настолько не контролирую ситуацию. Но я постарался успокоиться, принять всё как есть, и учесть ошибки на будущее. Ведь не стоит забывать, что люди вокруг далеко не такие дураки, какими их хотелось бы видеть. И сюрпризы и неожиданности будут. Всегда.

Я промолчал и постарался не показать вида, что раздосадован.

Громовержец же продолжил, как ни в чём ни бывало:

— Так что, от прямого воздействия лучей нас защитит система маскировки, которая заставит их попросту огибать корабль. Конечно, что-то будет проникать внутрь, и уже с этим будут работать щиты. Так что время у нас будет ограничено... Но опуститься достаточно низко будет вполне возможно, и тогда...

— У «Косатки» даже нет гравитационного захвата, мы не сможем ничего с собой взять. Так что — не обсуждается.

Как-никак, мы изменили наш курс и отложили спасение моей сестры не ради солнечного сафари, а для вполне определённых целей. Поэтому я всё-таки прервал поток красноречия нашего дракона и демонстративно отвернулся сосредоточив всё внимание на картинке за бортом.

В системе Пси и Омеги Червя не было ни одной настоящей планеты. Только знаменитые верфи, полностью рукотворные, созданные ещё во времена расцвета Империи.

Гигантская космическая станция вращалась вокруг двойной звезды на огромной скорости, отгородившись от смертоносных лучшей многокилометровыми полями из батарей, которые впитывали излучение и преобразовывали его в полезную энергию.

Внешняя же, обращённая в сторону открытого космоса сторона станции представляла собой хаотичное нагромождение из металлически ферм, мигающих сигнальными огнями башенок и надстроек, перевитых кабелями, трубопроводами и гибкими переходами, а также опутанных ажурными паутинками строительных лесов крупных кораблей, из тех, что из-за размеров могли располагаться только в открытых доках — среди них я разглядел минимум один линкор. Для судов поменьше имелись десятки посадочных площадок и автоматических раздвижных ворот, ведущих в гигантские ангары.

Отдельно, в стороне, располагались причалы для автоматических сборщиков пыли. Крупные, неуклюжие баржи постоянной вереницей тянулись в сторону ближайшего от верфей джета, погружались прямо в него и раскрывались наподобие зонтиков. Там они собирали извергаемое чёрной дырой вещество, после чего снова складывались и возвращались на базу, где избавлялись от груза. В системе, лишённой планет, это был единственный источник материалов, впоследствии используемых для ремонта прибывающих судов.

Маяк вращался вокруг звезды почти прямо над станцией. Поэтому, когда мы закончили процесс торможения и вышли из гиперсвета, оказались практически сразу у конечной точки маршрута. Оставалось только сесть.

Диспетчеры прислали координаты свободного ангара, и Александер направил «Косатку» к указанной точке. Уже скоро мы нырнули в опутывающий верфи лес металлических конструкций.

— Хосе. Хочешь попробовать?

— Си, сеньор! Конечно же, хочу! Можно, можно ведь, я не ослышался?..

— Конечно, можно. Иначе тебе бы не предложили.

Непривычно молчаливый юнга вмиг ожил. До этого момента он сначала восхищённо любовался двойной звездой, затем — с непониманием смотрел на вежливо поливающих друг друга отборными любезностями девушек, а после вновь мечтательно глядел в сторону кроны супергиганта, наверняка представляя себе охоту на плазмидов, или как мы входим в аномалию и отправляемся на охоту за артефактами Древних.

Но стоило только предложить порулить кораблём — Хосе вмиг забыл обо всём.

— Передаю управление. Не подведи, — по-доброму усмехнулся Александер и демонстративно откинулся на своём сидении.

— Как можете о таком думать, сеньор!.. Сделаю всё в лучшем виде!

— Лучше не болтай, а корабль сажай.

— Си!

Надо отдать юнге должное, он тут же заткнулся и собрался, никак не реагируя больше на внешние раздражители. После чего аккуратно направил яхту в открывшиеся при нашем приближении ворота, провёл её сквозь шлюз и совершил собственно посадку, опустив «Косатку» на частично заваленную мусором металлическую поверхность. Только после этого Хосе позволил себе откинуться назад и вытереть пот со лба. Глаза его светились неподдельной радостью.

Мы оказались внутри просторного и ярко освещённого ангара. Рядом стояло ещё несколько кораблей, вокруг которых копошились роботы-ремонтники и техники в комбинезонах — вперемешку люди с инопланетниками. На нас никто не обратил совершенно никакого внимания, все были заняты своими делами.

Я встал и обратился к Александеру и Хосе.

— Пойду сначала один, с Яромирой и телохранителями. Вас позову, хорошо?

— Да, мы же договаривались.

— А вы не вместе должны решать всё, связанное с кораблём? Ведь это касается каждого члена команды? — с явным любопытством спросила Снежана.

— Вместе и будем решать. Но сначала — мы с Яромирой прогуляемся.

— С какой целью? Это может быть опасно... И моему отцу может не понравиться, чем вы опять занимаетесь...

Я всё это просто проигнорировал и направился прочь с капитанского мостика. Да, невежливо и не культурно, но настроения для словесных пикировок у меня не было никакого.

И не только потому, что претило идти побираться. С этой проблемой уже успел переспать и смириться. В конце концов, если выйдет реализовать всё задуманное хотя бы в минимальном объёме, полученные кредиты возвращать найдётся с чего — в самом худшем случае, распродам имущество Белых и Огневых. Конечно, в идеале хотелось бы получить доступ к семейным сокровищницам и счетам, но это было бы слишком хорошо и рассчитывать на подобный успех, конечно, не стоило.

Вторым не очень приятным моментом, который омрачал моё существование, стал небольшой конфликт с командой.

Глава 18

Причина конфликта была проста. Мне так и не удалось продавить своё видение насчёт источника средств для апгрейда «Косатки» и того, на каких условиях всё будет сделано.

Сложный разговор случился ещё в процессе полёта. Когда получилось ненадолго отвязаться от Снежаны, не без некоторых опасений оставив её в компании Хосе и Яромиры, я тут же созвал небольшое совещание. Прямо в трюме — там, где мог присутствовать и Громовержец, являющийся полноценным членом экипажа, и почти не поднимающийся наверх капитан. Отсутствовал только юнга, но он ничего не решал, к тому же я сомневался, что Хосе умеет держать язык за зубами.

— Темнозар. Что ты хочешь обсудить? — Александер, видимо, не был в курсе ситуации — хотя, наверняка, обо всём догадывался.

— Ты наверняка понимаешь, что мы не зря летим в сторону космических верфей, которые считаются лучшими во всём разведанном мире. Мы собираемся вложить средства в улучшение корабля. Идею предложил Гром, я поддержал. Собираемся довести характеристики до возможного максимума. В первую очередь, конечно, это скорость.

— Отличная идея. Мне нравится!

— Мне тоже. Но в связи со всем этим у меня встал один очень важный вопрос.

— Слушаем тебя, разумный двуногий!

— Этот вопрос для меня — деньги. За чей счёт всё будет?

— Тебе надо, двуногий. Значит — за твой!

— Надо мне, не спорю. Но... Корабль-то ваш! Я сейчас фактически оплачиваю возможность посетить дополнительно одну систему, но потом этими вложениями будете пользоваться уже вы — когда срок нашего договора истечёт, и наши пути разойдутся. И мне это не нравится.

— Звучит справедливо. И что ты предлагаешь? — Александер не собирался спорить, для него главным было улучшить корабль. И для понимания этого не нужно было читать мысли или чувствовать чужие эмоции — хватило бы одного взгляда на него, такой у первого пилота был мечтательный вид.

Вот только, остальные члены команды были с ним не согласны. Дракон даже рассмеялся.

— Двуногий, ну ты как неразумный птенец. Не нравится — не делай!

Капитан пробулькал что-то одобрительное и совершенно нечленораздельное, покачав перед собой пальцем.

— Если мы занимаемся улучшением вашего корабля, уважаемый Громовержец, — я даже назвал дракона полным именем, чтобы польстить ему, — то совершенно логично, что это надо также и вам, и должно делаться за ваши деньги.

— У нас таких денег всё равно нет, двуногий!

— Но у меня-то их тоже нет! Я написал своим людям, управляющему Огневых и тому, кто сейчас за главного у Белых. Второй наскрёб пару сотен тысяч, первый обещал подумать, что можно сделать — и больше не отвечает на мои вызовы. Итого, единственный способ — взять в долг. И почему бы вам самим не сделать этого?

— Так нам не дадут. И всё равно не с чего будет возвращать. Поэтому — либо делаем за твои кредиты и решаем проблему, либо забываем про все твои прожекты и просто летим в один конец, а потом обратно.

— Мои... Мои прожекты?! Но кто мне их предложил?!

— Я предложил, ты согласился, двуногий. И я ещё не взял кредитов за свои мудрые советы, должен заметить. Хотя мог бы!

— Ладно. Допустим, так. Но вариант хотя бы вложиться совместно?.. Часть вы, часть я?.. И учесть вложенные мной деньги в счёт контракта, вместо...

— Н-допустимо! — Русалн аж попытался встать.

— Ладно. Вариант, что я выкупаю часть вашего корабля?

— Неприемлемо, двуногий. Это наш корабль.

— Да так мы вообще ни до чего не договоримся!..

Тем не менее, договорились. Хотя Громовержец и капитан очень плохо шли на компромиссы, понимая, что мне деваться некуда, а Александер хоть и не был согласен, но молча поддерживал своих друзей.

Сошлись на том, что одну пятую всех средств я вкладываю безвозмездно, «за срочность», а остальное якобы беру в долг у команды — и если они не смогут его вернуть, то мы просто продлеваем наше сотрудничество, заключив стандартный контракт на найм судна. Пока они не отработают всё, до последнего кредита. Срок получался приличный, хотя, конечно, это было совершенно не то, чего мне хотелось. Я-то наивно рассчитывал получить хотя бы минимальную долю в корабле, с надеждой выкупить впоследствии остальное...

Поэтому, когда мы с Яромирой и тамплиерами спускались по пандусу к заблаговременно вызванному грузовому такси, которое представляло собой голую раму с колёсами, двигателем и сиденьем, все мои мысли были исключительно негативных оттенков. И пока мы ехали по бесконечным переходам космической станции, настроение не улучшилось ни на йоту.

Только оказалось, я расстраивался над шкурой ещё не убитого мирийского тигра. В первом же банке нас заставили сидеть в приёмной минут пятнадцать, смотря по головизору репортажи о грандиозном проекте освоения диких земель на планете Новая Америка. При этом я прекрасно видел через легко взломанные местные камеры, что иных посетителей, кроме нас, внутри нет...

Когда профессионально-бесстрастная секретарша передала наконец высочайшее дозволение начальства пройти в святая святых банка — в кабинет толстого и довольного собой борова-управляющего, тот внешне вежливо и внимательно выслушал меня, после чего с насквозь фальшивой улыбкой постановил:

— Извините, но мы не готовы выделить запрошенную сумму. У нас нет никакой уверенности, что это будет надёжное и выгодное вложение.

— Но когда я верну себе всё...

— Не когда, а если. Пока вы, простите за резкость, самозванец. И что прикажете делать, если у вас не получится вернуть себе всё... Князь Огнев-Белый?

Я сдержался, не стал разводить конфликтов и безобразной ругани. Сделал даже вид, что не обратил внимания на издевательский тон, которым служащий банка выделил последние три слова.

Просто попрощался, поблагодарил за потраченное время, и отправился дальше — варианты, куда пойти, ещё были. Вот только в следующем банке мы получили точно такой же ответ. И в следующем после него. И так несколько раз подряд...

Всё это хождение туда-сюда слилось в какую-то однообразную неприятную муть. Лоснящиеся лица клерков очень скоро начали раздражать, а их слащаво-надменные ответы вызывали желание сбить с них спесь парой-другой хороших ударов.

Поэтому, когда по дороге в последний банк случился небольшой эпизод, из-за которого мы были вынуждены немного задержаться, я даже обрадовался — хоть какое-то развлечение и разнообразие.

Мы шли по узкому техническому коридору, кратчайшимпутём в нужную нам точку, который я вычислил с помощью камер систем безопасности и находившихся в открытом доступе карт внутреннего устройства верфей. Идея срезать казалась вполне логичной — зачем наворачивать круги по станции, тем более, когда времени на всё про всё не так уж и много.

Вдруг впереди, метрах в тридцати перед нами, открылась неприметная боковая дверь. Из неё вылетел какой-то человек и сломя голову понёсся прочь, в сторону от нас. Почти сразу после этого, из той же двери выскочил здоровенный лок. В несколько прыжков он догнал беглеца, повалил на пол и принялся молотить кулаками.

Не успел я подумать, что инопланетник так и прикончит бедолагу, как лок вскочил на ноги, схватил человека за горло и легко, словно пушинку, вздёрнул его в воздух, принявшись рычать прямо в разбитое до крови, опухшее лицо:

— Ещё раз такое повторится — и ты знаешь, что будет!

— Я пожалуюсь...

— Мёртвые не жалуются!

— Так нельзя...

— Можно! Нельзя угрожать локам, мы не игнорируем угрозы. Должен бы знать. И что же, мне теперь тебя убить?..

— Нет! Не надо!.. Что ты хочешь?..

— Клянись, червь! Поклянись Кровавыми, что больше ни разу, ни одним словом, сказанным за моей спиной, не посмеешь оскорбить мою честь!

— А не много ты...

Дальше человек неразборчиво забулькал — лок сжал его горло сильнее, одновременно приблизив своё лицо практически вплотную:

— По нашим законам я имею полное право пытать тебя, пока не надоест! А потом у ещё живого вырвать сердце и печень! И сожрать! И только попробуй сказать, что я не посмею этого сделать... Посмею, ещё как посмею! Ты должен бы знать, червь, что мы ничего не боимся! Для нас нет ничего дороже чести! А умереть в бою — высочайшая честь!

После этого лок ослабил хватку и человек начал торопливо, неразборчиво бормотать, сбиваясь и заикаясь:

— Кля... Клянусь мамой... Ой, Кровавыми... Кровавыми клянусь! Не буду... Никогда за твоей спиной не буду говорить... Оскорблять... Честь.

— И пять тысяч кредитов!

— Чего?..

— Мне всё таки задушить тебя?!

— Мы так не догова... Ха... Х-хэ... Х-хорошо... Да, Аррак! Я согласен! Дай коммуникатор...

Аборигены наконец пришли к взаимопониманию и я посчитал, что можно наконец отвлечь их от увлекательного занятия.

— Уважаемые. Может, продолжите миловаться где-нибудь в другом месте? А то всю дорогу перегородили...

Когда всё ещё только началось, Тит и Луций шагнули вперёд, загораживая нас своими телами. И, в принципе, можно было даже не говорить ничего, а просто попросить их расчистить дорогу... Но я посчитал, что лучше не портить отношения с местными.

Лок, только услышав меня, тут же весь аж вскинулся и резко повернулся в нашу сторону, позволив наконец себя рассмотреть. До того он был настолько поглощён расправой, что умудрился не заметить нас, стоящих всего в каких-то десятках шагов позади.

Перед нами стоял типичный представитель своего племени. Высоченный, под два метра ростом, и весь увитый мускулами, что прекрасно подчёркивал обтягивающий рабочий комбинезон. Лицо у него было массивное, квадратное, с чётко выраженными надбровными дугами, приплюснутым носом, покатым лбом, торчащими вверх и чуть в стороны заострёнными ушами и очень мощным, сильно выступающим вперёд подбородком. Из последнего, а также изо лба и висков торчали острые костяные наросты.

Кожа лока имела не стандартный для их расы сиреневый оттенок, а почти покраснела, выдавая крайнюю степень волнения. Гребень-ирокез так и вообще почти светился ярко-алым. Единственный глаз — второй заменяла жутковатая камера-протез — был налит кровью... Но, против ожидания, в нём читался некоторый интеллект, а не только бездумное желание нападать и рвать.

Жертва лока уставилась на нас полными безумной надежды глазами, видимо, считая, что прибыла подмога, и при нашем появлении попыталась вырваться. Но выручать его даже в мыслях не было — если названный Арраком сказал правду, а представители его племени редко врут, этот товарищ заслужил своё. Надо быть конченным кретином, чтоб злословить у такого персонажа за спиной и надеяться, что тебе за это ничего не будет.

Лок тоже считал так, и не подумав ослаблять хватку. Лишь заслонился человеком от нас, и, окинув тамплиеров оценивающим взглядом, всё же отступил в сторону. При этом, вид он имел очень грозный и ничуть не испуганный — мол, только попробуйте посягнуть на мою добычу.

Тем не менее, ответил Аррак вежливо и даже почти дружелюбно.

— Прошу прощения, чуть-чуть увлеклись. Проходите конечно!

— Благодарим. Хорошего вам вечера!

— И вам того же, дорогие гости.

Мы спокойно прошествовали мимо этой слившейся в объятиях парочки. Лишь Яромира посмотрела на меня с некоторым вопросом во взгляде — мол, не будешь что-то со всем этим делать? Но я даже и не собирался.

Тем более, в последнем банке нам тоже отказали.

Выйдя наружу, испытал желание, словно тот лок, наброситься на кого-нибудь и начать вколачивать его в металлический пол.

Конечно, ничего страшного не произошло. Понятно было, что я фактически ничего не теряю — наоборот, только уберегусь от необходимости залезать в долги, что в чём-то даже хорошо. Но... В своих мыслях-то я уже воспринимал тех бойцов, кого сможем нанять на Эгиде, своими, и это не говоря об улучшении корабля. Расставаться с мечтами оказалось неожиданно тяжело и больно.

— Что будем делать, Зар?

— Не знаю, Яра. Не знаю. Надо думать.

Знал я одно — что признавать поражение вот так вот сразу не готов.

Глава 19

— Зара. Может, всё-таки займём у Перовских?

— Это у твоей-то лепшей подружки Снежаны?

— Во-первых, не у неё, а у её клана. Во-вторых... Ну а что делать-то? Какая разница, нравится она мне, или нет. Это к делу отношения не имеет. Если другого выхода нет — я за то, чтобы взять у них в долг.

— Да. Чтобы они окончательно и бесповоротно взяли нас за задницу.

— Как ты выражаешься, дорогой. Князю не пристало...

— Князю не пристало побираться, как нищему на паперти!

— Мне самой не нравится это, что ты кричишь-то... Но ты же сам согласился на предложение дракона, нет разве?

— Согласился. Сам. Но мне от этого не легче...

Мною владело глухое раздражение и разговаривать не было никакого желания.

Яромира, как назло, всё приставала и приставала с разными вопросами и предложениями. И порицать её за это было глупо и несправедливо, ведь она радела за наше общее дело. Поэтому я терпеливо отвечал на всё.

Но, наверное — ещё чуть-чуть, и всё равно не выдержал бы и взорвался, если бы мы наконец не добрались до нашей следующей цели. Такси остановилось в очередном безликом, полутёмном и наполненном миганием редких ламп техническом коридоре. Сбоку от нас виднелись широкие массивные створки с криво намалёванными на них цифрами — номером ангара, который арендовал мастер с самого низа местного рейтинга, о котором мы узнали благодаря официальному порталу верфей в глобальной сети.

Цены у этого мастера, соответственно, тоже были самые низкие...

Вот только, пообщаться с ним оказалось не так-то просто — ведущие в ангар двери оказались гостеприимно заперты. Никакого звонка или интерактивной панели для связи не наблюдалось, так же как не удалось с ходу раздобыть и сетевой идентификатор коммуникатора. Конечно, будь у меня время — я бы всё раскопал, но поиски могли затянуться, а мы всё-таки спешили.

Я выбрался наружу из нашего транспортного средства и повернулся к спрыгнувшему первым Титу.

— Будь добр, постучись в эти двери...

— О! Это я завсегда, это я с радостью!

— Аккуратно! Ломать и рушить не надо!..

Тамплиер заметно приуныл, но всё же распоряжение выполнил с азартом и рвением. Чуть не снёс тяжёлыми металлическими кулаками мощные створки, способные держать удары и перепады давления во время взрывной разгерметизации.

С той стороны никакой реакции на стук не последовало, и я спустя некоторое время попросил Тита повторить, а потом — ещё раз, и ещё.

Нас никто не слышал — возможно, мастера не было на месте.

— Ладно. Пошли... Тут метрах в трёхстах ещё один есть. Может, с ним повезёт больше...

Только мы опять разместились в жалобно скрипнувшем под весом тамплиеров транспортном средстве, как створки всё-таки разъехались, и из них выглянул заспанный и растрёпанный мужичок в комбинезоне, с солидных размеров разводным ключом в правой руке. До нас долетела волна сильнейшего перегара.

— Кто вы такие? Чего припёрлись?

— Мастер Превус?

— Я Превус, да! Так чего надо-то, а?..

— Хотели узнать, можно ли загнать к вам корабль... У нас яхта, надо увеличить скорость, насколько это возможно...

— А! Это можно, — глаза мастера сразу зажглись, а сам он оживился. — Загоняйте вашу посудину! Свой идентификатор сейчас скину, постучитесь — ворота открою.

— Сколько будет стоить?

— Как же я вам скажу? Надо посмотреть корабль.

— Сейчас, скину информацию...

Тут же отправил Превусу краткую справку о «Косатке» на коммуникатор. Мастер даже не стал удивляться и спрашивать, откуда я узнал сетевой идентификатор — скинуть нам он его не успел, мне же достаточно было находиться достаточно близко, чтобы взломать простое устройство.

Забыв про всё, Превус открыл перед собой голографическое изображение яхты и какие-то таблицы, начал всё это внимательно изучать, быстрыми взмахами рук работая с висящей перед ним в виде полупрозрачных изображений информацией.

— Так сколько возьмёте, мастер?

— У вас редкий корабль.. Что, ещё раз, вам нужно?

— Замена реактора на более совершенный, модернизация силовых магистралей и двигателей. Возможно, ещё что-то.

— У вас неплохой реактор. Но я могу подыскать варианты получше, там стоимость от трёхсот тысяч кредитов...

— А сама работа? Нам надо срочно.

— Если надо срочно, я беру двойной тариф!

— Сколько?

— За всё про всё — возьму ещё сотни полторы-две, плюс расходники, комплектующие. Справлюсь быстрее чем за сутки, если напрягусь...

— Только, мастер, один момент...

— Ну, чего там ещё?

— Возможен ли вариант оплатить работу в рассрочку? Или как-то ещё договориться?..

— Сколько сразу?

— Двести семьдесят.

Мужичок аж взвился весь.

— Опять вздумали развести старика Превуса?! Думаете, я вам тут за бесплатно работать должен? Проваливайте, видеть вас больше не желаю! Деньги вперёд, иначе ни к чему даже не притронусь!

Подтверждая серьёзность намерений, он тут же закрыл двери, снова оставив нас в пустом и тускло освещённом коридоре одних.

— Зато понятно, чего у него такой рейтинг низкий... — хмыкнула Яромира.

— Я дверцу-то открою? — спросил Тит, делая уже шаг в направлении ангара — но я помотал головой.

— Нет. Не стоит. Не хочет, не надо... Пошли отсюда, попробуем другого мастера.

Мы уже успели отъехать, когда свет мигнул и взвыли аварийные сирены.

Ожили динамики под потолком, быстро выдавая информацию голосом встревоженной, но собранной женщины:

— Внимание! Внимание! Наблюдается повышение активности аномалии возле объекта Пси Червя! Возможен прорыв Слуг Древних! Внимание! Внимание! Всем, готовым принять участие в операции по защите космической станции — выйти в открытый космос и перейти под командование адмирала Макабра. Флагман — Ревущий! Каждому, кто поможет силам космической обороны, будет предоставлена скидка на обслуживание в размере пятнадцати процентов, а также будет выплачена единоразовая премия в размере двухсот пятидесяти тысяч кредитов. Отдельно будет выплачено вознаграждение за каждый уничтоженный корабль, в размере ста тысяч кредитов. Капитанам, не готовым вести боевые действия, рекомендуется на время воздержаться от полётов. Поводов для беспокойства нет — на станции вам ничего не грозит! Внимание... Внимание...

Я дал команду нашему такси остановиться и начать разворот. Яромира порывисто повернулась ко мне.

— Зар! Неужели ты...

— Боюсь, что да. Сама жизнь подталкивает нас к единственной возможности быстро заработать... Хоть что-то. Других вариантов я не вижу.

— Мы будем сражаться... Со Слугами Древних?

— Яра. Не мы, а я. Если этот спесивый дракон и остальные согласятся...

— Но, Зар!

— Не обсуждается. Ты останешься на станции. Слишком опасно, слишком большая ответственность на нас двоих.

Я снял родовые Перстни и вложил их в ладонь Яромиры.

— Если что, всё останется на тебе. Постарайся завершить начатое. Ты сможешь! Уверен, тебе помогут. Тит и Луций останутся с тобой, на корабле они будут бесполезны.

Взгляд Яромиры потяжелел, а из уголков глаз вниз потекли две слезинки. Девушка наконец осознала, что всё происходящее — не шутка, а ставки очень высоки.

Мне даже на секунду показалось, что она вот-вот начнёт меня отговаривать... Но нет.

— Зар. Надери им там всем задницы и вернись живым. Хорошо?..

— Постараюсь. И Княгине не пристало...

— Плевать.

Просто без слов поцеловал девушку, и повернулся к тамплиерам.

— Тит, будь добр, постучись к нашему не любезному мастеру ещё разок... Я сейчас продублирую вызов на коммуникатор, думаю, он откликнется.

Недовольный Превус открыл почти сразу. Окинув нас злобным взглядом, но никак комментировать наш предыдущий заход на общение не стал а тут же, с ходу, перешёл к делу:

— Судя по сообщению, вам нужен гравитационный захват. Я правильно понял?

— Да. И срочно. Возможно — космический робот-ремонтник ещё, лазерный резак... Если есть.

— Есть, всё есть! Но кредиты — вперёд!

— Сколько?

— Сто восемьдесят четыре тысячи.

— По времени?

— За час управлюсь.

Тут же перевёл половину запрошенной суммы, глядя мастеру прямо в глаза. Тот нахмурился, вызвал голоинтерфейс, поковырялся в нём... И как-то вдруг весь подобрел.

— Отлично. Вот такой подход мне нравится! Загоняйте корабль.

Возвращаться через пол-станции туда, где мы оставили «Косатку», не стал. Вместо этого послал сообщение Александеру, чтоб тот срочно взлетал, и передал ему координаты ангара мастера Превуса.

Сам же тем временем отошёл в сторонку, присел на какой-то ящик и прикрыл глаза. Мне требовалась информация о том, что происходит снаружи станции.

А там, на первый взгляд, ничего необычного не происходило. Внешне повышение активности аномалии себя никак не проявляло, да с такого расстояния её и саму-то разглядеть было почти невозможно.

Тем не менее, вокруг верфей наблюдалась повышенная активность. Пылесборщики резко закончили сбор извергаемой двойной звездой материи и медленной вереницей потянулись на базу. Несколько находившихся в космосе гражданских лайнеров, яхт и грузовиков, едва не толкаясь боками, спешно заходили на посадку — провоцировать слуг Древних не хотел никто.

Им на замену со станции поднялся и медленно пополз в сторону двойной звезды десяток однотипных боевых кораблей — сторожевиков и эсминцев. Постепенно к ним в фарватер пристраивались поднимающиеся одно за другим частные суда, желающие принять участие в предстоящей забаве. Вскоре между двойной звездой и верфями завис целый флот.

Но долгое время ничего не происходило, и казалось даже, что все эти приготовления — напрасны. Александер успел перегнать «Косатку», а мастер Превус начать работу, командуя тройкой дышащих на ладан роботов-ремонтников, древних, как сама галактика.

Только после этого со стороны звезды появился первый Слуга Древних. Многократно увеличенную картинку со внешних камер станции, даже скорее — направленных на местное солнце телескопов, я вывел на голограмму так, чтобы могли видеть и Яромира, и тамплиеры.

Внешне движущийся в нашу сторону корабль был похож на полумесяц, с торчащими в стороны вперёд рогами-крыльями, усыпанными длинными шипами. Стремительно устремившись в сторону слишком медленно покидающих опасную зону сборщиков пыли, Слуга Древних развёл свои «крылья» шире в стороны, направил острые иглы излучателей в сторону последней из барж, и в одно мгновение распылил её. После этого он тут же направился к следующей, догнал её и повторил процесс.

Кто-то из защитников базы, владелец небольшой шхуны, не утерпел. Оставив медленно и неотвратимо ползущий в сторону звезды флот позади, он рванул навстречу — очевидно, надеясь получить премию за уничтожение корабля Древних. Кто-то попытался рвануть вслед за смельчаком, но один из эсминцев сделал предупредительный выстрел перед самым его носом, заставив резко передумать.

Дерзкому смельчаку не повезло — переоценил свои силы. Быстрый обмен выстрелами, мигание гасящих прямые попадания щитов... И вот шхуна мгновенно вспыхнула и тут же погасла, превратившись в облако обломков.

Яромира, взволнованная, сжала мою руку. Я лишь усмехнулся.

— Увы, капитан этой посудины сам виноват. Это не храбрость, а дурость.

Слуга Древних расстрелял вылетевшие в нашу сторону спасательные капсулы и продолжил методично догонять и уничтожатьбезнадёжно не успевающих спастись сборщиков, одного за другим.

Тем не менее, длиться этому было уже недолго. Флот защитников базы неотвратимо надвигался, и до момента, когда они откроют огонь, оставались считанные мгновения.

В какой-то момент, явно повинуясь общей команде, эсминцы и фрегаты дали дружный залп. В сторону корабля Древних вылетело сразу несколько десятков разномастных ракет и торпед.

Шипастый уродец крутанулся на месте и начал быстро удаляться, одновременно развернув свои излучатели назад и сбивая преследующие его снаряды один за другим. Но со всеми совладать не смог, и вскоре целая череда взрывов прервала существование роботизированного корабля, оставшегося от давным-давно сгинувшей цивилизации.

И вот после этого, наконец, началось. Со стороны звезды, навстречу нашему флоту поднимался флот Слуг Древних. Десятки безобразных, похожих на каких-то космических насекомых, кораблей выстраивались в боевые порядки и готовились принять бой.

А мы катастрофически опаздывали на этот праздник жизни...

— Мастер! Долго там ещё?

— Да делаю, делаю я! Чего торопите? Думаете, быстрей сделается от этого?

Я чувствовал, что время утекает сквозь пальцы. Ещё чуть-чуть, и опоздаем.

— Я спросил простую вещь. Долго ли ещё? Сколько нам ждать, мастер?

— Ну, тут часа на полтора возни...

— Полтора?! Был же час? И уже часть этого времени прошла.

— Час был, когда я не знал, как у вас тут всё через одно место сделано... А так — радуйтесь, что хотя бы так будет...

— В Преисподнюю тогда. Не надо ничего больше делать, полетим так...

— Что за люди такие... Кредиты не верну! И я разобрал тут уже всё, обратно — тот же час с лишком возвращать!

Кинул взгляд на Александера, тот развёл руками — мол, и правда.

— Ладно. Хорошо. Доделывай, мастер... Но поскорее, а то денег не заплачу!

— Да чего вы так волнуетесь-то. Как Древних никогда не видели... Не опоздаете на праздник, там обычно надолго.

Пока Превус мучительно медленнокопался в потрохах «Косатки», два флота сошлись в бою. Небо буквально расцвело вспышками и светящимися росчерками. И, к счастью, взрывались теперь только корабли Древних. Совокупная огневая мощь защитников базы была достаточно велика, чтобы всех, кто приближался, просто сносило уже на подходе.

Один за другим, шипастые корабли взрывались. Я буквально видел уплывающие прочь кредиты...

Когда довольный собой мастер нарочито неспешно прошёлся к нам и спокойным голосом сообщил, что закончил — там, в небе, тоже всё уже закончилось. Среди рассеявшихся в пустоте обломков, под защитой эсминцев и сторожевиков, вилась разномастная мелочь, собирали трофеи. Которые могли быть нашими.

Я сдержался и не сказал Превусу всего, что о нём думаю. И даже не убил его на месте. Вместо этого направился к пандусу, кивнув стоящему рядом Александеру.

— Всё-таки, попробуем вылезти туда. Авось, наше участие ещё засчитают...

— Зара. Может, раз уже всё закончилось...

— Нет, не обсуждается. Ты пока посиди здесь, со Снежаной и с Хосе. Мы попробуем сунуться к аномалии поближе. Может, там ещё недобитки какие-то остались...

Александер поднял «Косатку», вывел её из ангара и дал полный вперёд, стараясь нагнать успевший значительно удалиться от верфей флот защитников. Мы всё-таки отправили запрос на присоединение флагману, но тот нас проигнорировал — видимо, опоздали.

Вот тогда-то всё и случилось.

Наши сканеры засекли появление множества новых объектов.

Когда я навёл на ту область наши камеры и многократно увеличил изображение, увидел, как на фоне пылающей звезды вверх поднимается огромная, похожая на вытянутый плод баогавы штуковина. Корабль-матка.

Вокруг него собралась целая туча судёнышек классом примерно от нашего истребителя до эсминца. Часть из них тут же на форсаже устремилась вперёд.

Глава 20

Ещё недавновсё выглядело развлечением и пусть несколько рискованным, но довольно лёгким способом поднять денег... А тут внезапно обернулось жесточайшей бойней.

Несколько кораблей из тех, которые занимались сбором трофеев, Слуги Древних снесли походя. Кто-то принял неравный бой, кто-то попытался удрать, кто-то просто отчаянно маневрировал, стараясь избежать прямых попаданий... Это не имело значения — практически все были обречены, что бы ни делали и какой бы стратегии ни придерживались. Отступить под защиту остального флота смог только один-единственный корабль.

Не останавливаясь, на полном ходу он направился прямо к Маяку. И многие из тех, кто ещё недавно помогал оборонять базу, за ним следом. В сторону верфей свернуло только двое, остальные капитаны спешили сразу покинуть систему. Судя по всему — уже просто не верили в то, что получится отбиться от такой армады.

Наш флот в одно мгновение поредел, лишившись значительной своей части. Кроме эсминцев и сторожевиков осталось не более пяти небольших «гражданских» судёнышек, включая нас. К слову, запрос «Косатки» на подключение к общей сети так и не приняли. И не потому, что проигнорировали — просто все каналы оказались плотно забиты помехами. Оставалась возможность связаться по направленному лазерному лучу, но этим заниматься ради небольшой и совершенно не грозной с виду яхты никто не собирался.

— И что будем делать? — повернулся ко мне выглядящий подчёркнуто спокойным Александер. Одновременно он вызвал трюм, и в воздухе перед нами появились голограммы Громовержца и дремлющего жреца. Почти одновременно ведущие на капитанский мостик двери открылись и к нам прошла, сев на одно из свободных кресел, Наина.

Посмотрев на неё остро пожалел, что не потратил чуть-чуть больше времени и не воспользовался возможностью где-нибудь незаметно высадить женщину — либо на спасательной шлюпке, либо просто выпустив в открытый космос в одном скафандре, либо как-то ещё. Варианты-то были.

Перевёл взгляд на Александера и твёрдо заявил:

— Я считаю, надо вступить в бой. Шансы на победу есть, в случае успеха мы вполне можем заработать. Но придётся хорошо постараться!

Первый пилот кивнул, судя по всему, он думал примерно так же.

— У меня возражений нет. Тем более, если с получением денег в долг у вас, как я понимаю, ничего не вышло... Гром, капитан?

— Это будет славная битва, достойная быть воспетой величайшими бардами галактики! Я считаю, двуногие, мы не должны упускать такую возможность! И я бы мог взять управление кораблём на себя! Ведь не зря же мой коммуникатор подключали к корабельным системам! А у меня от рождения крылья и я более всех привычен к такой неестественной для вашей отсталой расы функции, как полёт...

— Извини, Гром, но — нет. Лучше всех с этим справится Темнозар. Тем более — не забывай, летать ты научился недавно... А до этого был калекой, — в глазах Александера была грусть. Он тоже хотел управлять кораблём, но прекрасно понимал, что проигрывает мне в конкурентной борьбе с разгромным счётом. — Мы можем взять на себя пушки и всю вспомогательную работу.

— Но...

— Гром, не обсуждается. Извини ещё раз.

— Ладно. Тогда, чур, на мне главный калибр!

— Хорошо-хорошо. Капитан? А ты что думаешь? Руслан, эй! Очнись!

Жрец хаоса получил лёгкий дружеский подзатыльник от стоящего рядом дракона и поднял на нас мутный взгляд.

— Ч-чего?

— Бой. Слуги Древних, много. Из аномалии. Корабль-матка и целая куча обычных.

— С-система?

— В смысле — система?

— В к-кой? М-мы? С-стеме?

— Пси и Омега Червя.

— А... Т-т буд-т гр-ндиознй пр-рыв.

— Так что нам делать-то? Бежать, или сражаться?

— А с-справитесь?

— Откуда нам знать. Наверное, справимся.

— Т-да бейтесь. Э-литные к-рабли. Б-гатые трофеи. Т-ко... С-брать... Н-не см-жем...

— У нас теперь есть гравитационный захват, автономный ремонтник для работы в открытом космосе, и лазерный резак. Так что с трофеями как-нибудь справимся, главное, чтобы мы сами не стали трофеями... Наина, а ты что думаешь?

— Разумовские не привыкли отступать. Может, это нас и погубило... Но я не хочу идти против своей природы. Слишком долго я не была собой. Поэтому предлагаю закончить уже наконец пустую болтовню и заняться делом. Увы, помочь вам не смогу... Не имею знаний. Но буду поддерживать.

— Отлично! Значит — решено единогласно. На вас пушки, а я управляю... Погнали!

Мы и правда слишком много болтали, пора было заняться делом. Закрыв глаза, я полностью сосредоточился на управлении «Косаткой».

Мгновение — и словно сам оказался в космосе. Теперь это моё тело неслось сквозь пустоту, обжигаемое исходящей от двойной звезды радиацией. И теперь меня, а не какой-то там абстрактный бездушный корабль, могли пронзить смертоносные разряды и разорвать на куски ракеты...

Пока мы совещались, завязался бой — передовые, самые шустрые части вражеского флота напоролись на плотный заградительный огонь со стороны наших сторожевиков, эсминцев и тех немногих гражданских кораблей, которые либо не сообразили, либо постеснялись бежать.

Матка начала изрыгать из себя истребители, по несколько штук за раз. Разгоняясь, они тут же устремлялись в нашу сторону, обгоняя более медлительных собратьев и беспрестанно лавируя. Некоторые выходили на огневой рубеж, выстреливали торпеды и разворачивались, отправляясь на перезарядку.

Остальной вражеский флот разделился на две неравные части. Одна, большая, так и пёрла вперёд, напролом. Вторая, меньшая по размеру, но состоящая сплошь из скоростных кораблей, начала разгоняться и обходить основные силы защитников базы, устремляясь... Прямо к Маяку.

Правда, были и хорошие новости: с нашей стороны тоже внезапно объявилось нежданное подкрепление. От космической станции отделился и величественно поплыл в сторону Маяка ни больше, ни меньше — целый линкор, а также пятёрка боевых кораблей помельче. Правда, судя по частично отсутствующей обшивке, снятым орудийным башням и наполовину разукомплектованному состоянию, все эти суда хоть и были на ходу, но в бой пошли прямо из доков, так и не завершив ремонта.

Их окружил рой разномастных истребителей, тоже стартовавших прямо со взлётных площадок верфи.

На то, чтобы оценить диспозицию, мне хватило нескольких мгновений: информация от сканеров и камер поступала напрямую в мозг. Который тут же принял решение: нам нечего делать в той мясорубке впереди, где основные вражеские силы сошлись с остатками нашего флота. Зато эскадра, идущая курсом на Маяк, цель достаточно удобная.

Стоило набрать скорость и начать сближаться со Слугами Древних — нас тут же заметили. В «Косатку» полетели ракеты, десятки их. А четвёрка шипастых кораблей отделилась от общей массы с определённо агрессивными намерениями.

— Громовержец! Готовность двадцать секунд!

Промежуток времени, когда мы могли выстрелить, был строго ограничен. Для выстрела требовалось повернуться носом ко врагу, под углом не более пятнадцати градусов — наш главный калибр смотрел строго вперёд, как у истребителя. С учётом того, что по нам уже открыли огонь, это было чертовски опасно. Требовалось, как только разрядим орудие, тут же развернуться и начать манёвр уклонения.

Я начал разгонять реактор, выводя его на форсированную мощность. Запустил обратный отсчёт, а сам полностью сосредоточился на управлении кораблём — что мог, сделал, больше от меня ничего не зависело.

Точно в момент, когда на голографической проекции перед Громовержцем мелькнула цифра «ноль», он выстрелил. И... Промазал.

Это я увидел, уже развернув нас и уходя от настоящего шлейфа из летящих следом самонаводящихся снарядов. Наши плазменные пушки уже вовсю работали, отстреливая ракеты по одной — но слишком медленно.

Я снова разогнал реактор и дал полную мощность на кормовые щиты, после чего чуть-чуть замедлился и позволил части смертоносных снарядов догнать нас. Требовалось оценить, насколько оружие Слуг Древних опасно для нас.

Тряхнуло, даже несмотря на системы антигравитации, и мигнуло освещение. Мгновение — и от наших задних щитов почти ничего не осталось. Я поспешил тут же ускориться, больше не рискуя такими экспериментами.

Александер, управляющий плазменными пушками, продолжил отстрел летящих нам в спину ракет, я же начал понемногу забирать в сторону, стараясь развернуть «Косатку» так, чтобы снова получить возможность выстрелить.

Этот дурацкий смертоносный шлейф позади буквально сковывал нас по рукам и ногам. Но решение проблемы подоспело, откуда не ждали.

В нашу сторону направилось около десятка стартовавших с базы истребителей под предводительством одного, раскрашенного в ярко-красный цвет. Довольно быстро сблизившись с нами и пристроившись в хвосте, они принялись как в тире отстреливать преследующие нас снаряды. И как только последняя из сбитых ракет вспыхнула огненным цветком, я резко развернул «Косатку», повернулся к ближайшему кораблю и начал раскручивать реактор.

Какие-то секунды — и мы выстрелили.

Вот только, Громовержец опять промазал...

Раздосадованный, я чуть было не вывалился из состояния слияния с кораблём — так хотелось намылить шею косоглазому дракону. Невольно вспомнилось, как же хорошо было работать с Хосе. Как наводчик, юнга давал вредной рептилии фору...

И сейчас, вместо того, чтобы увидеть перед собой взорванный или хотя бы повреждённый вражеский корабль, приходилось снова разворачиваться и уходить. Конечно, теперь нас прикрывали истребители, но рисковать лишний раз и проверять, насколько они готовы нас защищать, я не собирался. А связи всё так и не было.

Тем более, будь я на месте командира истребительной эскадрильи — если бы увидел, что мы бесполезны и не способны попасть даже в лёгкую цель, оставил бы нас и занялся делом более перспективным. Я вообще не строил никаких иллюзий относительно альтруизма и намерений этих внезапных помощников. Наверняка их главный просто оценил на глаз наш главный калибр и посчитал, что будет больше толка, если корабль с такой пушкой будет стрелять по врагам, а не убегать от их ракет. Даже если все эти истребители вместе взятые и могли сравняться с нами по огневой мощи, то выдать один общий на всех выстрел, способный снести почти любые щиты — нет. А мы могли.

Переключив управление главным калибром на Александера, я снова начал маневрировать. Дождался, пока наши юркие соратники расправятся со всем тем великолепием, которое выстрелили в нашу сторону Слуги Древних, снова развернул «Косатку» и начал раскручивать реактор.

На этот раз всё прошло, как по маслу. Второй пилот оказался лучшим стрелком, чем дракон. Один из преследующих нас кораблей начал замедляться. Я даже рискнул и не стал тут же разворачиваться, а сбавил ход, дождался минимальной зарядки орудия и позволил нашему новому наводчику выстрелить ещё раз, добив подранка.

Правда, после этого пришлось ускоряться и очень шустро уходить от вражеского огня. Несколько выстрелов пришлось принять на щиты — на носовой и один из боковых. К счастью, они выдержали, но просели где-то на треть.

Тем не менее, наша тактика показала свою состоятельность, и подобным образом мы уничтожили ещё два корабля, после чего оставшиеся дали по нам прощальный залп, развернулись и попытались удрать. Но это стало настоящим подарком — я просто ускорился и проскочил мимо нацеленных на нас ракет, сбив часть плазменными пушками, а несколько взрывов погасив носовым щитом.

Манёвр был очень рискованным. Все ракеты, которые я оставил за кормой, теперь развернулись и преследовали яхту, а впереди оставались вражеские корабли, которые легко могли остановиться и встретить нас.

Но повезло. Или не сообразили, или надеялись оторваться и заманить нас поближе к остальной эскадре. Мы же времени зря не теряли и вывели всех из строя несколькими меткими выстрелами. Александер не промазал ни разу.

Одновременно истребители разобрались с преследующим нас шлейфом ракет и догнали «Косатку», окружив со всех сторон, но не залезая вперёд и не мешаясь перед нашей пушкой. Так дальше и полетели.

Пока догоняли спешащие к Маяку вражеские корабли, я смог немного оглядеться и оценить происходящее вокруг.

Позади всё буквально сияло от разрывов, сгустков энергии и пронизывающих всё это ниточек лучей. Основные силы нашего флота отступали, ожесточённо отстреливаясь, но противник преследовал по пятам. Казалось чудом, что мы до сих пор не потеряли ни одного корабля — не считая тех, которые погибли в самом начале, по глупости и неосторожности. Хотя, для себя мастера верфей наверняка постарались, и вышедшие на защиту космической станциисудапросто обязаны были быть лучшими.

Бой разгорелся и впереди нас — самые быстрые из Слуг Древних уже пытались отбить Маяк, и их натиск постоянно становился сильнее, по мере того, как всё новые «шипастые» вступали в бой. Там тоже было уже очень жарко — у линкора функционировало только две пушки, пусть и очень мощных, остальные «сбежавшие» из ремонтных доков корабли могли обеспечить лишь малую часть от той огневой мощи, что, по идее, были должны. Ситуацию спасал только кружащийся вокруг рой истребителей, прикрывающий от управляемых снарядов и помогающий справиться с особо нагло лезущими вперёд противниками.

Проверять, смогут ли Слуги Древних уничтожить Маяк и запереть нас в этой звёздной системе, не хотелось совершенно. Поэтому я не откладывая начал догонять и отстреливать наиболее медлительные корабли, заставив в конце концов обратить на себя внимание и развернуть часть эскадры в сторону «Косатки».

К нашему счастью, наиболее шустрые Слуги Древних уже давно были впереди, рубились с линкором. Мы раз за разом легко отрывались от преследования, я разворачивался, мы стреляли, и всё повторялось по новой. И я никогда не знал, способны ли испытывать хоть какие-то подобия чувств эти автоматические челноки, созданные давным-давно исчезнувшей цивилизацией, но мне почему-то казалось — они бесятся, что не в состоянии нас достать, но ничего не могут поделать.

Сколько накапало на наш виртуальный счёт, и выплатят ли нам когда-нибудь эти кредиты, я не знал. Но количество выведенных нами из строя кораблей противника измерялось уже десятками.

В какой-то момент истребители синхронно развернулись и оставили нас одних. Судя по тому, что ушли они в сторону космической станции — на подзарядку.

Но перед нами было уже значительно меньше вражеских кораблей, и ракеты летели всё реже. Судя по всему, Слуги Древних расстреляли все свои запасы и теперь встречали нас почти исключительно энергетическим оружием.

В то же время, позади ситуация становилась всё более и более напряжённой... Один из наших эсминцев вывели из строя, а также взорвали несколько кораблей меньшего размера. Катастрофически не хватало истребителей прикрытия. Понимая это, адмирал старался отвести наш флот назад, под защитубазы... Но получалось не очень.

Я снова развернулся и включил полный вперёд. Помочь нашим основным силам казалось теперь делом куда более важным.

Пока летели, покидая одно поле боя и приближаясь к другому, я не мог отделаться от подленькой мысли, что тратим время попусту — ведь сколько можно было бы набить сотен тысяч... Но — позади нас справились и так, уже скоро линкор со своей свитой погнал остатки вражеской эскадры обратнов сторону звезды.

А вот впереди дела шли всё хуже и хуже. Наш флагман, «Ревущий», вдруг превратился в облако обломков — прямое попадание в реактор или в отсек с боеприпасами. И это сделали не истребители, всё вылетающие и вылетающие из пугающе гигантской Матки. Нет, поработал корабль, напоминающий зеркальное отражение нашей «Косатки» — быстрый, маневренный, и с мощным вооружением. Он внезапно выскакивал перед самым носом кого-нибудь из наших, стрелял, и тут же уходил назад, легко уклоняясь от ответного огня. В носу у него находилась пусковая установка для торпед, которые перед выстрелом сначала высовывались наружу, словно смертоносные жала, и только после этого устремлялись к цели.

Непонятно было только, почему именно этот Слуга Древних остался с основными силами своего флота, а не полетел изначально со всеми скоростными кораблями к Маяку. Возможно, специально нацелился на наш флагман. А может — прибыл на подмогу прямо из Аномалии, уже после начала боя. Момент его появления я не отследил, был слишком занят другими делами.

Но как только увидел этого собрата по классу, понял сразу — кроме нас, с ним разобраться некому. Из наших никто просто не обладал нужным сочетанием огневой мощи, скорости и маневренности.

Как-то незаметно бой для меня превратился в дуэль.

Мы гонялись за быстрым кораблём, игнорируя происходящее вокруг. Легко уворачивались от направленных в нас энергетических импульсов, сбивая летящие следом ракеты, и каждый раз устремлялись вперёд — к той цели, которая, казалось, была создана исключительно и только для «Косатки».

Уже бой сместился в сторону космической станции настолько, что вокруг начали появляться наши истребители. Уже от Маяка подоспела подмога. Уже линкор, на помощькоторомустянулись почти все силы прикрытия, принялся деловито гвоздить своими сверхмощными пушками корабль-матку — казалось, безрезультатно. А мы всё продолжали носиться следом за неуловимым кораблём, всякий раз безнадёжно не успевая и зачастую с трудом уходя от выстрелов, когда Слуга Древних обращал на нас внимание и огрызался.

Тем не менее, постепенное повышение концентрации истребителей вокруг не могло не сказаться — всё чаще «моему» личному противнику на хвост садился кто-нибудь из наших и разряжал в него свои орудия, и его щиты не могли держаться вечно.

Потом сердце радостно забилось — проклятая Матка, наконец, взорвалась... Сразу после этого восстановилась связь а все вражеские корабли резко развернулись, пытаясь убежать обратно, к звезде. Теперь уже мы гнали их, безжалостно расстреливая отставших одного за другим. Получил «гостинец» и наш личный «Враг Номер Один» — линкор разрядил в него одно из своих сверхмощных орудий. Слуга Древних всё же увернулся в последний момент, но прошедшим по касательной разрядом у него снесло едва ли не все боковые щиты, и оказавшиеся рядом истребители воспользовались случаем, наделали дырок в оставшемся без защиты корпусе.

Увы, забава длилась недолго. Вскоре наши корабли замедлились — гнаться за остатками Слуг Древних до самой аномалии никто не собирался. Зато никто не отказал себе в возможности набрать трофеев. Изредка подбирая спасательные шлюпки и капсулы, недавние братья по оружию лавировали между остовами вражеских кораблей, вгрызались в них лазерными резаками, рвали гравитационными захватами... Поле для деятельности было огромным.

Пару раз, как мне показалось, едва не вспыхивали конфликты с применением оружия, когда на один и тот же трофей нацеливалось сразу несколько наших кораблей.

Долгие мгновения я колебался, глядя на то, как соратники дербанят добычу. Она могла стать нашей, а наследие Древних всегда ценилось высоко. Что-то могло бы пригодиться и нам...

Отбросив сомнения, я врубил полный вперёд, направляя «Косатку» прямо в сторону звезды. Наш враг заметно отстал от остальных, наверняка получив какие-то серьёзные повреждения. Превратился в лёгкую мишень... А значит — его можно добить, и получить куда более ценные трофеи. Ведь недаром же он такой шустрый?..

Глава 21

Ожидал, что меня все начнут отговаривать, что придётся обосновывать и доказывать точку зрения...

Но Александер промолчал, капитан традиционно не интересовался ничем, кроме содержимого бутылки в руках, а Громовержец и подавно был необыкновенно молчалив. Дракон не проронил ни слова с тех самых пор, как дважды показал себя прекрасным наводчиком, лишив нас пары сотен кредитов.

Что до Наины, она в ответ на мой невысказанный вопрос просто послала молчаливую волну одобрения. Тётушка полностью и безоговорочно поддерживала меня, признавая право принимать решения, даже ошибаться. И эта её поддержка оказалась очень неожиданной. Как будто мы семья не просто формально, потому что все играют на публику, а по-настоящему.

У меня аж защемило в душе от совершенно забытых чувств. Ещё и лицо Яромиры встало перед глазами. Оно как-то незаметно полностью вытеснило из памяти то, другое, будто записавшись поверх него. И это было правильно, так и должно быть. Но — это вовсе не значило, что я что-то забыл.

Внезапный приступ рефлексии совершенно выбил меня из колеи. К счастью, это произошло, когда нам ничего не угрожало... Да и во время боя думать о чём-то отвлечённом мне было бы некогда, такой ситуации попросту не могло случиться.

Тем не менее, усилием воли я прогнал из головы все лишние мысли и заставил разум очиститься, вновь превращая себя в единую с металлическим телом корабля боевую машину. Думать о чём угодно и сколько угодно можно будет потом, когда вернёмся. Хотя... Даже и тогда не стоит.

Сейчас же мы стремительно приближались к раскалённой поверхности сверхгиганта. Пришлось включить маскировку — она позволяла почти полностью защититься от излучения звезды, заставляя его огибать корабль и безопасно проходить дальше. Эта защита не была абсолютной, иначе мы бы полностью ослепли, лишённые возможности следить за окружающим миром. Оставалась ещё возможность двигаться исключительно «по приборам», используя только датчики инерциальной навигационной системы... Но не в прямой видимости кораблей противника. Слишком большой риск. Поэтому, одновременно с маскировкой, я постепенно повышал мощность защитных полей, которые просаживались всё больше.

Действующая на нас сила притяжения с каждым мгновением возрастала и возрастала. Всё больше энергии приходилось вливать также и в систему искусственной гравитации, не позволяя оказавшейся так близко звезде раздавить наш корабль. В целом же я не мешал ей увлекать нас вперёд и разгонять. Даже больше — помогал нашими собственными двигателями.

Это было чертовски опасно. Чуть увлекусь — и будет уже не изменить курс, не вынырнуть наружу даже на полной тяге... Так и канем в недрах звезды. Но я контролировал показания приборов, и точку невозврата мы ещё не прошли, также как оставался запас мощности реактора. А скорость восстановления щитов хоть и была ниже скорости, с которой они просаживались — а происходило это всё быстрее и быстрее — но до нуля было ещё далеко. Зато мы догоняли отставшего от остальных подранка, бывшего когда-то самым быстрым кораблём во всём вражеском флоте...

Мы почти настигли его, когда Слуга Древних исчез во входной аномалии. Кажущаяся крохотной на фоне звезды чёрная воронка, окружённая слабо светящимися зелёными линиями, висящая вертикально в глубине звёздной короны, она была ориентирована точно в сторону чёрной дыры — будто являлась её продолжением.

Когда удирающий от нас корабль приблизился к ней, его буквально засосало внутрь.

На какое-то мгновение стало жутковато. Совершенно не хотелось лезть в этот портал, оставленный давным-давно исчезнувшей цивилизацией. Цивилизацией, от которой остались одни лишь редкие артефакты и охраняющие их бездушные корабли-роботы...

Конечно же, я поборол эту свою минутную слабость. Но любая ошибка сейчас могла привести к гибели. Поэтому я почти полностью слился с главным вычислителем «Косатки», работающим на предельной мощности. Точно следуя результатам расчётов, подправил курс корабля, направив его так, чтобы он прошёл впритирку к воронке, и одновременно начал разворачивать маршевыми двигателями в сторону от неё и чуть-чуть вниз.

Когда мы оказались точно напротив аномалии, включил полную тягу, и мы рванули в центр воронки. Это был риск. Окажись кто-то с той стороны, нам несдобровать... Но, увы, с этим приходилось смириться. Не слышал, чтобы хоть какое-нибудь устройство в известном мире смогло выяснить, что происходит с той стороны, само оставаясь снаружи.

Нам повезло, ни один самоубийца напротив входа не ждал. Момент прохода через портал оказался действительно моментом — вот вокруг нас пылающая корона звезды, а вот её будто в одно мгновение выключили, и непроглядно-чёрное пространство вокруг освещено только тусклыми зеленоватыми линиями, расходящимися во все стороны и формирующими сложнейшие узоры.

Как только мы проскочили портал, я тут же убрал всю тягу и даже включил торможение. Для начала следовало осмотреться, понять, где мы и что вокруг...

Вот только осмотреться нам никто не дал. Наш старый знакомый, быстрый Слуга Древних, уже был тут как тут — развернулся и всё ускоряясь двигался навстречу, метя в нас высовывающейся всё сильнее торпедой. И судя по оценкам бортовых вычислителей, он либо успел полностью восстановить свои двигательные функции, либо и не терял их вовсе, умело разыграв подранка и заманив нас в ловушку. Потому что двигался снова с такой скоростью, которой «Косатка» достичь не могла при всём желании.

И сейчас рядом не было наших истребителей, готовых помочь в охоте на слишком опасного противника. Даже больше того — в нашу сторону двигалось ещё около двух десятков Слуг Древних. Все те, кто смог спастись и убежать от нашего флота, теперь дружно развернулись, готовые мстить за поражение.

Нецензурное выражение застряло у меня в горле. Не было времени даже на то, чтобы озвучить свой восторг от сложившейся ситуации вслух.

Ещё не закончив думать о том, как всё плохо, я уже завершал манёвр уклонения. Дал максимальную тягу на маневровые двигатели, форсируя их работу, перегревая силовые линии и раскручивая реактор на почти максимальную мощность.

Это влекло за собой риск потери тяги или даже выхода из строя всего, отвечающего за движение... А без возможности полноценно разогнаться будет просто не преодолеть притяжение звезды и не вырваться наружу.

Но я расценивал это всё как проблемы далёкого будущего, которые даже не встанут, если нас разнесут на атомы прямо здесь и сейчас.

И я не перестраховывался. С торпедой разминулись буквально чуть-чуть. Ещё немного, и она влетела бы прямо нам в нос.

Но — проскочили. Смертоносный снаряд пронёсся мимо и улетел дальше, оставшись далеко за кормой. Конечно, я не сомневался, что он развернётся и снова попытается атаковать... Но наша фора увеличивалась с каждой секундой.

Слуга Древних, кажется, просто посмеялся над нашей наивной попыткой взять себя на прицел и легко ушёл в сторону. Нам же эта попытка стоила того, что мы чуть не нарвались на встречный залп.

Каким-то чудом я уклонился от всех выстрелов, лавируя между несущимися в нашу сторону разрядами, и развернул корабль так, что в прицеле оказался один из «медленных» кораблей. Александер не подвёл — палуба дрогнула, и наш главный калибр послал смертоносный «подарочек» прямо в цель. Хоть и не на полную мощность, без раскручивания реактора и направления всей энергии на пушку — но и этого хватило, чтобы подбитый нами Слуга Древних тут же начал забирать в сторону, частично или полностью выведенный из игры.

К сожалению, перевес всё ещё оставался на стороне противника. В нас летело уже не менее дюжины ракет и торпед и пришлось очень постараться, чтобы с ними разминуться. Кроме того, по нам открыли огонь изо всех орудий, и его плотность оказалась слишком велика. На этот раз сразу несколько зарядов погасили щиты. Конечно, пара-другая попаданий для них не была критична... Но я бы предпочёл обойтись без этого. Тем более, наш главный враг уже заходил в хвост, и у него были все шансы взять «Косатку» на мушку.

Уйдя с линии огня, я повернул на девяносто градусов и начал маневрировать так, чтобы развернуться и снова выстрелить. Но такой возможности давать нам никто не собирался — пришлось крутиться, чтобы только избежатьвновь грянувшего нам вслед залпа. Слуги Древних действовали на удивление слаженно, и полностью уйти от несущейся нам вслед огненной стены шансов не было. Оставалось хотя бы попытаться минимизировать количество попаданий, дать полную мощность на кормовые щиты...

Несмотря на все эти меры — нам их чуть не снесло полностью.

Меня будто холодной водой окатило. До этого момента я рассчитывал потихоньку, не спеша, расправиться с противниками по очереди, уворачиваясь от выстрелов единственного достойного нас противника, и уже в конце думать — что же с ним делать.

Но переоценил силы. Вдруг стало совершенно ясно — шансов нет, нас просто возьмут измором, ведь щиты не успеют восстановиться. Да, я покручусь, будуподставлять то один бок, то другой... Но в самом лучшем случае выдержим одиннадцать таких залпов. И, опять же в самом лучшем случае, успеем ссадить половину вражеского флота, может — чуть больше.

А оставшиеся нас уничтожат.

Поняв всё это, я тут же пинками прогнал из головы все сожаления и посторонние мысли. Внутри закипела привычная, моя старая добрая злость. Да, можно сокрушаться о том, что подставил боевых товарищей и Яромиру, которой теперь придётся барахтаться в этой жизни одной. Да, моя месть так и останется незавершённой... Но это всё далеко, а я здесь. И должен победить, или хотя бы подороже продать жизнь.

Я полностью сосредоточился на управлении. Вёл «Косатку» так, чтобы минимизировать возможные повреждения. Мы оторвались от основного флота Слуг Древних, теперь за нами летел только наш главный «Враг Номер Один», а также целая свора ракет и торпед.

И я, несмотря на необходимость постоянно вертеться, уклоняться и менять курс, отметил странность в их поведении. Это были не просто тупые самонаводящиеся болванки, следующие только за указанной целю, способные по большей части только на манёвры уклонения. Нет, было ощущение, что вся эта смертоносная туча разумна, заранее предугадывает наш маршрут и выпускает свои смертоносные щупальца в тех направлениях, где мы с наибольшей вероятностью окажемся...

А ещё торпеды маневрировали, пропуская мимо себя все выстрелы и легко уходя от дружественного огня. Я это понял после того, как попытался заставить Слуг Древних сами же и сбить часть своих управляемых снарядов, выполнив для этого точно рассчитанный манёвр — чтобы торпеды, следующие за нами, встретились в одной точке времени и пространства с летящими следом выпущенными из простых орудий разрядами. Но — не тут-то было...

Очередной залп пришлось принять на бортовые экраны. И, с одной стороны, на этот раз нас приложило слабее — расстояние, на которое мы отдалились от основного флота, играло нам на руку. С другой же... Из-за того, что пришлось забрать в сторону, часть торпед почти догнала нас. Они ещё и стали расходиться в стороны, словно загонщики — чтобы гарантированно обложить со всех сторон. А «Враг Номер Один», будто издеваясь, замедлился и следовал за нами с точно такой же скоростью, как у «Косатки». Я это знал, потому что когда попытался ускориться ещё больше, выжимая из яхты всё возможное, Слуга Древних разогнался на такую же виличину, а как только я замедлился — он притормозил.

В очередной раз мелькнула мысль о безвыходности ситуации и о том, что остаётся только подороже продать сою жизнь...

И сразу после этого пришло озарение.

Шанс есть. Исчезающе маленький, но — шанс. И наше возможное спасение кроется как раз в силе наших врагов.

Да, они — фактически корабли-роботы, которыми управляют вычислители, запрограммированные Кровавые знают как давно. Но при том, что я являюсь кибермансером, в прошлой жизни мне не удалось узнать ни об одной успешной попытке их взлома. Причиной тому могло быть как использование Древними слишком отличных от наших принципов и технологий, так и то, что они наверняка постарались хорошо защитить свои детища от проникновения извне. Как бы там ни было, раньше я ни разу с ними не сталкивался, и сделать со всем этим вряд ли что-то мог.

Но совсем другое дело — торпеды, почти похожие на наши, стандартные, обладающие очень ограниченными вычислительными мощностями. Их «разумное» поведение совершенно точно указывало на то, что они управляются извне — или из единого центра, или вычислительные потоки сами распределяютсямежду отдельными узлами, каждым из которых является один снаряд, или попросту они могли общаться друг с другом. И во всех возможных случаях подразумевалась необходимость коммуникации, какие-то каналы связи... А значит — возможность взлома.

Продолжая маневрировать и уходить от выстрелов — к счастью, делать это было всё проще, ведь мы фактически оторвались от основных вражеских сил — я полностью погрузился в анализ сообщений, которыми обменивались наши противники. Подключил к делу главный вычислитель «Косатки», но всё же львиную долю работы делал сам, пользуясь интуицией и порой с ходу решая сложнейшие задачи в тех местах, где иначе потребовались бы часы, или даже дни.

Увы, пройдя сквозь искривление пространства, мы вылетели обратно в ту же точку, из которой улетели. Весь вражеский флот был теперь снова впереди, радостно приближаясь... А сзади догоняла туча торпед и наш «Враг Номер Один», всё так же предпочитающий оставаться чуть позади, в полной для себя безопасности. Мы оказались меж двух огней.

По нам уже начали стрелять, когда моё сердце забилось с удвоенной частотой. Получилось! Я смог взломать шифры и даже разобрал основные сообщения управляющих протоколов. Оказалось — торпеды управляются централизованно, сами лишь выполняют довольно простые команды, и это очень сильно упрощало задачу.

Когда мы частично увернулись, частично приняли на лобовые щиты очередной залп, я резко увёл «Косатку» в сторону, а сам принялся лихорадочно спамить в пространство управляющими командами.

Конечно, заглушить «настоящий» мозг полностью не получилось. Но это было и не нужно. На одну «правильную» команду я присылал несколько неправильных, наглухо забивая управляющие каналы. Торпеды принялись метаться в стороны, лихорадочно меняя направление... И не последовали за нами, а продолжили движение вперёд. Прямо в сторону основных сил флота Слуг Древних.

Какие-то секунды, и всё буквально расцвело от сотен вспышек. Я отправил команду на самоликвидацию — и даже несмотря на тут же последовавшую от вражеского «мозга» отмену, все находящиеся в активном состоянии торпеды сдетонировали. И было уже всё равно, попали они куда-то, или нет. Охотящиеся на нас корабли просто смело... Досталось даже нашему главному Врагу, он как раз только-только выплюнул пару торпед из своих пусковых установок, и они не успели отлететь от него достаточно далеко.

Упускать такой случай было нельзя. Я развернул «Косатку» практически на месте, одновременно раскручивая реактор. И Александер опять не подвёл. Точно в нужный момент палуба дрогнула, а сгусток энергии устремился прямо в нос Слуге Древних.

Он попытался уйти, и даже вполне преуспел в этом, выстрел пришёлся на бортовые щиты... Но враг не учёл мощность нашего орудия. Заряд просто снёс остатки защит и прожёг в корабле здоровенную сквозную дыру.

Это была победа.

Я сделал ещё несколько кругов над местом побоища, постреливая в кажущиеся наиболее целыми остовы кораблей, добил несколько подранков, и только после этого смог наконец успокоиться и наконец выключил безжалостно сжигающий ресурс «Косатки» форсаж.

— Кажется, мы их сделали...

Александер, тоже явно пребывавший в прострации, повернулся на своём кресле, встал... И низко поклонился.

— Темнозар... Ты настоящий ас. Сам бы я так не смог. Наверное, это величайший космический бой из тех, что я видел. Признаться, пару раз я даже думал, что нам кранты... Но — нет.

Не стал говорить, что сам так думал, и даже не пару раз — а чаще. Излишняя откровенность никогда не приносила пользы...

От дальнейшего обмена любезностями нас отвлёк Громовержец.

— Строго говоря — бой был не космический, а внутри аномалии. И просто напоминаю, неразумные двуногие. К нам сюда могут пожаловать ещё гости... Надо поскорее заняться трофеями, чтобы вернуться не с пустыми руками.

Возражать никто не стал. И первым делом я направил «Косатку» к нашему «Врагу номер один», вернее — к тому, что от него осталось. Пришла пора посмотреть, сохранилось ли там, в его безжизненных потрохах, что-то целое и полезное для нас.

Глава 22

Мы влетели в облако обломков, которое окружило подбитого нами Слугу Древних и медленно — конечно, по космическим меркам и только в сравнении с нашей скоростью — разрасталось в стороны.

В щиты то и дело врезались несущиеся в зеленоватой пустоте не то куски обшивки, не то каких-то агрегатов. Вырванные из чрева мёртвого корабля уничтожившим его взрывом, они теперь превратились в самостоятельные небесные тела, каждое со своей массой и траекторией.

Нам никакие обломки повредить не могли. Силовые поля хоть и разрядились в значительной мере, но свою функцию выполняли исправно. Поэтому я не дрогнувшей рукой направил «Косатку» вперёд, позволил ей стремительно сблизиться с безжизненным остовом и дал команду на торможение, только когда нас разделяли уже считанные метры. Мы так и остались парить, практически вплотную друг к другу.

Робот-ремонтник ловко перепрыгнул с «Косатки» прямо на подбитый корабль, сделал несколько шагов по направлению проплавленной в обшивке рваной дыре, края которой всё ещё светились ярко-оранжевым, излучая тепло... После чего вдруг резко дёрнулся и замер.

В первое мгновение я думал, что на нас напали, изготовился маневрировать и стрелять... Но нет. Это всего лишь один из двух манипуляторов-конечностей робота заклинило. И хорошо, что хотя бы магнитные захваты не отказали, так бы он мог ещё и отправиться в неуправляемый полёт — вслед обломкам...

Никакие попытки воздействовать на бестолковую железяку с моей стороны не помогли. Проблема крылась не в мозгах: либо в механике, либо в приводах, либо в энергетической подсистеме. Всё это выходило за рамки моих прямых компетенций. По всему выходило, что удалённо отремонтировать робота возможности нет.

Пока я размышлял над проблемой, Александер поднялся с кресла и повернулся ко мне.

— Сломался бот — спасай, пилот... Я пойду.

Сказал он это таким безапелляционным тоном, что сразу стало ясно, даже без всякой эмпатии — первый пилот уже всё для себя решил, и отговаривать его бесполезно.

Тем не менее, я ответил, озвучив очевидное:

— Это опасно. Могут появиться новые Слуги Древних, и у нас тут опять будет жарко.

— Ничего. Успею смотаться, если тревога включится.

— Хорошо. Твоёправо... И я пойду тоже.

— Но, Темнозар! Кто-то же должен остаться, чтобы управлять кораблём!

— Не переживайте, двуногие. Старый добрый Громовержец легко справится и подстрахует вас...

— Не стоит. Я могу управлять и снаружи, если буду не сильно удаляться от «Косатки». В твоей помощи, уважаемый Громовержец, нет никакой нужды.

— Мне кажется, я слышу лёгкое пренебрежение в голосе неразумного двуногого. Смею заверить, он ошибается, если считает, что представитель древней разумной расы не справится с элементарным управлением...

— После того, как представитель древней неразумной расы дважды промазал в минувшем бою, веры ему нет никакой.

— Произошедшее — досадная случайность. Ваш покорный слуга незначительно ошибся, взял слишком большую поправку на скорость... Если бы мне дали выстрелить ещё хоть раз, я бы доказал всю ошибочность...

— Всё, Гром. Не обсуждается. Попрактиковаться можешь как-нибудь потом, а сейчас нам надо дело делать.

Я с вопросом посмотрел на Александера, который стоял с таким видом, будто хочет что-то сказать, приглашая озвучить всё.

— Это опасно, — процитировал он мою недавнюю реплику, кажется, даже этого не заметив — по крайней мере, на прямую издёвку это не походило ни капли.

— После того, как мы влезли в аномалию следом за целым флотом и сошлись с ним один на один, глупо говорить об опасности. Пошли!

Александер хмыкнул и махнул рукой.

— Ладно. В конце концов, мы знали, на что идём.

Мы спустились вниз, переоделись в рабочие скафандры, захватили инструменты, на всякий случай — оружие, и вышли в шлюз. Выбрались из «Косатки», с помощью ракетных ранцев перелетели на парящую в пустоте металлическую махину и дальше уже «пешком», используя магнитные захваты на подошвах, направились к застывшему статуей ремонтнику.

Пока я настороженно оглядывался по сторонам, опасаясь подвоха, и размышлял, с какой стороны подступиться к вышедшему из строя роботу, Александер успел вскрыть незаметную дверцу в его «спине».

Присвистнул.

— Драйверы правого привода сгорели, напрочь...

Что произошло, я уже видел и сам — через встроенную в его шлем камеру. Не то, чтобы не доверял, просто привык воспринимать происходящее вокруг с помощью всех доступных для использования средств.

— У нас есть такие запасные?

— Увы, нет. Заменять нечем.

— А если переставить с левого?

— Не поможет. Мы обеспечим только несколько степеней свободы, этого для нормального функционирования недостаточно. Всё, эта хреновина бесполезна. Этот рукожоп и алкоголик подсунул нам бесполезный хлам.

— Вернёмся — спросим с этого Превуса. Надеюсь, хоть резак и захват рабочие...

— Даже если так, внутрь придётся лезть самим.

Я согласился, хотя идея мне не нравилась совершенно.

— Придётся. Вперёд...

Мы подошли к пробоине и встали над уходящей вглубь проплавленной шахтой, которая через десяток или полтора метров заканчивалась зеленоватым пятном выходного отверстия. Мне показалось, что даже сквозь забрало шлема чувствую жар, исходящий от не спешащих остывать в вакууме раскалённых металлических конструкций. Всё это, конечно, было самовнушением, скафандр обеспечивал полную теплоизоляцию от внешнего излучения.

Потроха корабля-робота выглядели очень непривычно. Ни одного коридора, в который можно было бы спуститься и двигаться по нему в полный рост. Только узкие технические лазы, предназначенные явно не для людей, а также мешанина из торчащих наружу искрящих кабелей и каких-то оборванных трубопроводов, некоторые из них парили.

— Системы автоматического восстановления обшивки! — Александер ткнул в ближайший к нам пучок оборванных труб стволом гипербластера. — По этим каналам к местам пробоин доставляются материалы для ремонта и небольшие дроны-ремонтники. Вон, кстати, один из них...

Из одного из лазов и правда выплыла, медленно вращаясь, мерзкая на вид каракатица. Долетев до противоположной стенки шахты, она ударилась об неё и начала двигаться обратно.

— Александер, откуда ты это знаешь? Доводилось сталкиваться с такими штуками?

— К сожалению, нет. Только слышал кое-что.

— Там внутри могут быть какие-то ловушки, антиабордажные системы, может, такие же дроны — только вооружённые?

— Не знаю. Никто ни разу про такое не говорил. Но это не значит, что можно расслабиться и не смотреть по сторонам... Так что — пойду первым, моя потеря не так критична для экипажа. Предлагаю вон в тот лаз заглянуть, он довольно широкий. Ну, сравнительно...

Мы отключили магнитные захваты, и по чуть-чуть маневрируя реактивными струями ракетных ранцев, спустились вниз по шахте. Там аккуратно влетели в тесный боковой ход, едва не касаясь раскалённого металла скафандрами.

Внутри мне очень не понравилось — впрочем, как я и думал. Если бы внутри кто-то был и напал, пришлось бы солоно.

К счастью, корабль действительно был мёртв, и мы протискивались всё дальше и дальше вглубь, вновь используя магнитные захваты — только теперь не на ногах, а на перчатках скафандров.

Вскоре я чётко осознал, что быстро покинуть этот чужеродный лабиринт не выйдет. Вся надежда оставалась на то, что наши сканеры не подведут и позволят заметить приближение Слуг Древних к «Косатке» загодя.

Минута проходила за минутой. Признаться, сначала думал, что Александер лезет вперёд наугад, просто в надежде наткнуться на что-нибудь полезное... Но я в нём ошибался. Нет, оказалось, он имел чёткую цель. И когда мы пробрались куда-то в область носового отсека мёртвого корабля, искажённый лёгкими помехами голос первого пилота радостно сообщил о том, что мы этой цели достигли.

— Сколько встречи с нею ждал, нашёл в борделе — сразу снял... Вот она, пусковая моей мечты! Вот она! Це-лё-хонь-ка-я! Ну, чуть силовые кабели посекло... Да это мелочи, починим. Помогай, Темнозар, один не справлюсь!

Вопросов, что это, задавать не стал — сразу понял, мы около торпедной установки, доставившей нам столько неприятностей. Она и вправду выглядела почти невредимой и, скорее всего, после незначительного ремонта могла быть использована. Пугали только приличные размеры.

Я даже не постеснялся озвучить эти свои сомнения.

— Александер, как мы такую махину вытаскивать-то будем? Лаз, по которому пришли, слишком узкий. Может, вперёд проще?

— Да, назад её не протащить. Но это ничего. Главное, отсоединить её, а там и вытолкнем наружу... Если что, дыру в носу расширим, откуда торпеды вылезали.

— Звучит здраво.

— А других вариантов нет.

— Тогда что стоим? За работу!

Мы принялись обрезать многочисленные кабели, крепления и трубы. Правда, очень скоро стало очевидно, что так возиться будем ещё очень и очень долго...

— Алексадер.

— Да?

— Я могу просто вырезать этот кусок лазером. Быстрее будет.

— Слишком тонкая работа. Есть опасность повредить...

— Не поврежу. А время сэкономит.

— Ладно, командир. Как скажешь... Риск на тебе.

— Пойди пока посмотри, чем ещё можно поживиться.

— Но...

— Я тут справлюсь сам. Не переживай. А время у нас ограничено.

— Слушаюсь, командир...

Шутливо отдав честь, первый пилот протиснулся мимо меня и полез вглубь корабля. Я тоже сместился подальше — опасность, что сам же попаду в себя лазером, была отнюдь не нулевая. Камер внутри уничтоженного Слуги Древних не было, и ориентировался я очень приблизительно, фактически наощупь. Поэтому резать начал сильно издалека, по чуть-чуть двигая луч до тех пор, пока не увидел его своими глазами. После этого начал кромсать остов нашего поверженного противника уже более уверенно.

Сначала положил «Косатку» в дрейф прямо напротив мёртвого корабля, спереди, и вырезал в его носовой части кривой цилиндр, с торпедной установкой посередине. Потом заставил яхту зависнуть сверху, и срезал этот «цилиндр» у основания, пробиваясь прямо сквозь толщу металла.

После этого я вытащил получившийся кусок гравитационным захватом и, медленно поворачивая вокруг своей оси, лазером очистил пусковую установку от всей «шелухи». Грубо, оставив торчать куски кабелей и оплавленные элементы крепежа, но привести всё это в порядок можно и потом, в спокойной обстановке — сейчас же для нас приоритетным было время.

Закончив работу, притянул наш трофей к борту «Косатки» и с некоторым трудом закрепил его при помощи штатных захватов для спасательных шлюпок. Убедился, что оно более-менее держится и при ускорении яхты не отвалится — это заняло ещё сколько-то времени. И только после этого отправился искать Александера, что оказалось не так-то просто — обшивка нашего трофея была из неизвестного мне сплава, который не просвечивался сканерами «Косатки». Всё, что я смог узнать, связавшись с первым пилотом — что он засел в энергетическом отсеке, который располагается где-то сзади.

Хаотично перемещаясь по потрохам корабля, от носа куда-то в сторону кормы, случайно наткнулся на святая святых — центр управления. Ни один из узлов не выглядел знакомым, но обилие тянущихся отовсюду сигнальных линий, входящих в одно устройство — мигающую огоньками полусферу — не оставляло никаких сомнений.

Раньше о таком доводилось только слышать, и то мельком. Как и о том, что ни у кого не получилось взломать вычислители Древних, которыми они снабдили когда-то своих Слуг — перед тем, как исчезнуть.

Тем не менее, активировал свой плазменный резак без всяких сомнений. Решил, что в крайнем случае притащу на борт бесполезную железяку, которую можно будет сдать на металл. Опять же — сплавы Древних всегда ценились, некоторые так и не научились повторять.

Прихватив добычу с собой, а также взяв несколько непонятных устройств калибром поменьше и нарезав «проводов», я направился дальше. И наконец нашёл Александера, изучающего корабельный реактор.

Увидев меня, первый пилот тут же оживился:

— Реактор — превосходный! Не чета нашему, это я невооружённым взглядом вижу. Вот только, больше раза в полтора, и тяжелее... Так что даже не знаю, можно ли будет вклячить такую здоровенную штуковину в «Косатку», или нет. Но — очень хотелось бы. Очень!

— Реакторы в боевых кораблях обычно располагаются как можно глубже... Тут, думаю, сделано так же, мы забрались довольно далеко. Замучаемся прорубаться, если снаружи лазером пилить. А потом замучаемся доставать.

— Верно. Но ты посмотри, Темнозар! Только посмотри, какой красавец! Уверен, может дать раза в два больше нашего. Ещё и материал, из которого сделан — это какой-то редкий сплав Древних...

— Мне кажется, реактор повреждён.

— Есть немного. Ничего, починим!

— И даже с этим сплавом редким и мне незнакомым справимся?

Александер смутился. Я же обошёл вокруг реактора — приходилось буквально протискиваться между толстыми кабелями, которые свисали с гигантского цилиндрического агрегата гроздьями и тянулись во все стороны.

— А это что?

В стороне от реактора располагался непонятный предмет, вмурованный прямо в стену. Значительная часть силовых кабелей тянулась к нему, из-за чего я и обратил на эту непонятную штуковину своё внимание.

— Это? Не знаю...

— Судя по всему, что-то важное, иначе не располагалось бы здесь, и не было так утыкано проводами. Вот эту штуку и предлагаю прихватить с собой. А реактор... Реактор — хорошо, но, как говорится — лучше истребитель вкосмосе, чем эсминец в доке.

Александер сначала хотел было что-то возразить, но потом махнул рукой, и мы дружно взялись за работу. И — ещё не закончили, когда сканер «Косатки» засёк движение на самом пределе чувствительности.

К нам приближалось несколько кораблей. С каждой секундой их число росло — в области видимости появлялись всё новые и новые красные точки...

— Всё, праздник закончился. Пора валить...

— У нас гости?

— Они самые.

Первый пилот не задал больше ни одного вопроса и не стал спорить, хотя алчность в нём явно боролась с осторожностью почти что на равных. Но мы как могли ускорились, вырвали артефакт Древних практически с мясом, с куском криво отрезанной стены, и тут же устремились наружу.

Мне самому было жалко оставлять раскуроченный корабль, ведь сколько всего ещё можно было попытаться с него снять... Но я выбрался из чрева мёртвого корабля и перебрался на «Косатку» без колебаний. Добыча у нас и без того вышла вполне приличная: на «запчасти» Слуг Древних цены всегда были приличные.

Мы с Александером довольно быстро выскользнули наружу и перелетели на «Косатку». Ещё не прошли шлюз, как я уже дал полный вперёд.

Одновременно включил маскировку. Вот только — она ничуть не помогла. Явившиеся по нашу душу корабли тут же начали менять курс... Что мне очень не понравилось.

Из динамиков прогрохотал голос Громовержца:

— Двуногие! Если не заметили, к нам тут целый флот пожаловал, пока вы снаружи прохлаждались!

— Заметили, заметили. Не переживай.

— Надеюсь, мы примем этот славный бой?

— Гром, забрать все трофеи всё равно не выйдет. Ту же пусковую установку пришлось цеплять к кораблю снаружи. У нас трюм просто не предназначен для перевозки крупномасштабных грузов. И одних только уже уничтоженных кораблей нам хватило бы ещё на неделю интенсивной разборки... Вот только, сколько раз за это время нас попытаются ещё атаковать?.. И сколько мы сможем с собой унести? Смысла оставаться нет. Валим.

— Можно было бы выбирать трофеи получше. Менять те, что попроще, на более дорогие...

— Не обсуждается. Мы ограничены во времени.

Дракон недовольно промолчал, но мне его чувства были глубоко безразличны. Гораздо больше беспокойства взывали вражеские корабли.

К счастью, они были ещё далеко, и по скорости заметно нам уступали.

— Похоже, зря так спешили. Успели бы ещё что-нибудь полезное отколупать... — расстроенно вздохнул Александер.

— И правда. У страха глаза велики, как говорят... С другой стороны, лучше так, чем нас бы застали со спущенными штанами.

— Факт.

— Кстати, Александер... А у этих кораблей-роботов есть какие-то уникальные детали? Что-то типа идентификатора, или номера, или ещё чего-то?

— По идее, носовые антенны...

— Отлично. Гром, радуйся — пока нас ещё не успели обложить, мы можем набраться наглости и забрать с собой кое-что ещё...

Не переставая следить за тем, как медленно приближаются к нам красные точки, я провёл нас прямо сквозь тучу обломков, оставшуюся от основного флота Слуг Древних. Там, с помощью лазерного резака и гравитационного захвата, по-быстрому срезал пять штук антенн, на которые мне указал Александер, и закинул их в трюм.

Конечно, не факт, что нам за них заплатят, как по идее обещали за уничтоженные в бою вражеские единицы ещё на станции. Но попытаться стоило.

Тем временем, вражеский флот уже опасно приблизился, по нам даже начали выпускать торпеды, и я всё-таки развернул «Косатку» к Слугам Древних кормой. Корабельный вычислитель, ещё когда носились по аномалии во время боя, пометил все попавшиеся по дороге выходы из неё. Один находился рядом со входом и почти наверняка вёл наружу, туда же, откуда мы пришли, другие располагались сильно в стороне. Рисковать на собственной шкуре и проверять, в какие миры эти пути могут нас привести, я не собирался. Может, когда-нибудь, в другой ситуации и при наличии свободного времени...

Разогнавшись, я нырнул в нужную нам воронку. В последний момент перед проходом через портал развернул корабль носом вверх, приготовившись врубить гиперсвет, и усилил все щиты — за время, пока мы занимались сбором трофеев, они успели почти полностью восстановиться.

Какое-то мгновение — и всё вокруг нас наполнилось сиянием. Мы вновь вывалились едва ли не внутрь звезды, на самой границе между хромосферой и короной.

Нас начало стремительно затягивать вниз, несмотря на работающие на полную мощность двигатели. Оставалась одна возможность — ненадолго включить гиперсвет, сделав рывок в произвольном направлении. Это было очень опасно, риск столкновения с каким-либо космическим объектом и разлететься на атомы сохранялся, но в противном случае нас бы просто раздавило и сожгло.

Я был готов активировать ускорение... Вот только нижние камеры высветили целое стадо плазмидов, пасущихся прямо под нами. Тороидальной формы, они тёмными пятнами выделялись на фоне пылающей поверхности, сразу бросаясь в глаза. Доли мгновения хватило на то, чтобы понять — это довольно крупные особи.

Решение я принял не раздумывая. Позволил притяжению сверхгиганта утянуть нас ниже, чуть-чуть подправив курс — так, чтобы оказавшись прямо над плазмидами. В чётко выверенный момент времени включил гравитационный захват, схватил одного, и тут же дал команду врубить гиперсвет. Медлить дальше было нельзя — щиты слабели буквально на глазах, с каждой секундой.

Вот только, ничего не произошло. Гиперсвет просто не включился. Мне прямо в мозг пришло сообщение о неполадке в маршевых двигателях. Мгновение спустя все корабельные пульты замигали красным.

Яхта падала всё дальше вниз. Плазмиды, обратив на нас внимание, начали стягиваться со всех сторон и ускоряться, двигаясь следом — не то, чтобы помочь пленённому собрату, не то — чтобы поживиться редкой добычей.

А я лихорадочно слал одну команду за другой, пытаясь запустить движок. Просто иных вариантов не было — заняться ремонтом и устранить неполадку мы уже просто не успевали...

Когда от щитов оставалось всего несколько процентов, моя команда каким-то чудом заставила ускорение заработать. Мы сделали резкий рывок, вырываясь из плена гравитации, и я тут же отключил маршевые двигатели — любые перемещения вне лучей между Маяками, которые связывают разные системы, сопряжены со слишком большим риском. Ни сигналы обычных сенсоров, ни любые другие средства просто не поспевают за стремительно несущимися кораблями, и им фактически приходится двигаться вслепую.

Из гиперсвета мы выскочили где-то уже за пределами системы, но, к счастью, не очень далеко. Оставленная позади Пси Червя виднелась уже совсем крохотной точкой, лишь ненамного больше остальных, усыпающих небо.

Вот только, все пульты мигали красным — основные маршевые двигатели окончательно вышли из строя. Пришлось разворачиваться и двигаться с помощью относительно слабосильных маневровых, которые не способны были обеспечить нужную тягу. Мы ползли обратно, как какие-то увечные космические черепахи.

Я запустил трансляцию сигнала бедствия — попросить о помощи в такой ситуации было совершенно не зазорно.

Час спустя нас встретил один из эсминцев, с которыми мы воевали против Слуг Древних. Капитан поприветствовал нас, взял на буксир и дотащил до самых верфей, правда, предоставив садиться уже самим.

В ангаре, куда «Косатку» направили диспетчеры, нас уже встречали. Яромира кинулась мне на шею, Хосе прыгал вокруг и не переставая тараторил, рассказывая, как восхищён нашими подвигами и как жалеет, что в них не поучаствовал. Только Снежана и тамплиеры стояли, сохраняя показное равнодушие. Но мне казалось, что даже им это удаётся лишь с некоторым трудом. Остальная свита дочери Перовского на посадочной площадке отсутствовала.

Зато, кроме знакомых лиц, чуть в сторонке нас поджидал невысокий полноватый мужичок в деловом костюме. Как только я закончил обниматься с Яромирой и обратил на него внимание, он решительно шагнул навстречу.

— Темнозар Храбрович Огнев-Белый?

— Да, — с некоторой задержкой ответил я.

— Герман Стоун. Представитель банка «Прогресс». До нас дошли слухи, что вы ищете средства... Мы готовы вам их предоставить.

Я не показал удивления, хотя оно было достаточно велико. Почему-то был полностью уверен, что этот человек — какой-то представитель станции, который пришёл нас поздравить, выдать награду, или что-то в таком роде.

Тем не менее, сориентировался я быстро.

— Каковы условия? И какую сумму вообще вы готовы нам выделить?

— Пройдёмте на мой корабль. Он тут, недалеко. Там и обсудим. К сожалению, на Пси Червя у нас нет филиалов. Приходится решать вопросы вот так, на борту... Смею вас заверить, это ни на что не повлияет. У меня есть все полномочия, договоры, заключённые там, будут иметь тот же вес, что и заключённые в официальных отделениях банка.

Оглядевшись вокруг и поймав испытующий взгляд Снежаны, я повернулся к Яромире.

— Дорогая. Прогуляемся немного? Луций, Тит — вы тоже. Александер, а ты пока свяжись с руководством станции, узнай, что там с компенсациями, скидками и прочими делами, что нам обещали за бой. И с бракоделом Превусом разберись. Снежана, а ты возвращалась бы на корабль... Хосе, присмотри за нашей гостьей, пока меня нет.

Во взгляде дочери Перовского сверкнуло что-то, похожее на злость. Судя по всему, она и не собиралась подчиниться. Но в данном случае мне было всё равно — лишь бы не мешалась под ногами.

Ведь главное сейчас было — что удача нам в конце концов улыбнулась! Теперь только бы не упустить момент, да суметь правильно распорядиться выпавшей возможностью.

Глава 23

На берегу, на выдающемся в море скалистом уступе, белела беседка, построенная целиком из мрамора, украшенная искусными статуями и колоннами.

Сильный ветер приносил мелкую водную взвесь и запах водорослей. Буйные волны, пенясь, бились о голые камни внизу. Крикливые чайки выхватывали рыбин, неосторожно подставившихся под их ловкие клювы, и взмывали с добычей в вышину. В облаке брызг, поднятых при столкновении двух стихий, устало ползущее к горизонту светило высвечивало бледную радугу.

На горизонте висела тёмная туча. Её мрачное, чернильно-синее подбрюшье время от времени озарялось яркими зарницами.

В беседке сидели двое. К ним внутрь не долетала ни одна, даже самая мелкая, капля воды, ни единый порыв ветра — небольшое каменное строение было окружено полупрозрачным куполом мощного защитного поля, которое блокировало почти все типы воздействий.

Будто этого было мало, на невысоком столике в центре беседки стояла маленькая коробочка, щедро рассыпающая помехи во всех возможных диапазонах — чтобы ничто из того, что будет сказано здесь и сейчас, не достигло посторонних ушей.

Один из двоих сидел, откинувшись на подогретую до комфортной температуры спинку каменной скамьи, и курил трубку. Второй расположился напротив, барабанил пальцами по столешнице и внимательно изучал собеседника ничего не выражающими серо-стальными глазами.

Первый взмахнул трубкой и заговорил.

— Я понимаю, что ждать от тебя полной откровенности — по меньшей мере наивно...

— Правильно понимаешь.

— Конечно же правильно, мирийским тигром тебя дери, понимаю! Не первый год живу. Но всё же...

— Но всё же?..

— Ты сам понимаешь, что «всё же», Федул! Не делай мне нервы. Объясни. Что происходит? Почему ты так вцепился в этого выскочку?

— Потому что он — возможность изменить расстановку сил в системе малой кровью...

— Не пудри мне мозги, Федул. Какие силы стоят за ним? Такие, что ты позволяешь ему творить всё, что ему только взбредёт в голову? Чего ты смеёшься? Ты меня не обманешь. Я уже наверняка знаю — это именно он грохнул старшего Рыжова. Причём, с концами. Понимаешь ведь, да? Этот дикарь с окраин вообще не видит берегов. Не соблюдает правил, не проявляет уважения, не понимает, когда нужно остановиться. Что ты опять смеёшься? Что? Нет, ты скажи! А не хочешь, скажу я! Скажу, что он после всего, что наворотил здесь, ещё и имел наглость покинуть систему. Накануне операции, Федул! Как ты вообще мог такое позволить?.. Ты должен был посадить его в надёжное место, под охрану! Не спускать с него глаз ни днём, ни ночью! А ты взял и просто от пустил его куда-то, Кровавые знают куда!

— С ним моя дочь и оперативная группа. За ними летит несколько кораблей. В месте, куда они направляются, их поджидает вторая оперативная группа... Не думай, что я пустил всё на самотёк.

— Даже и в голову такой глупости не приходило, я ведь тебя знаю. Но ты же понимаешь, что всё это в любом случае не так надёжно, как комфортный домашний арест на защищённом острове! И ты всё равно пошёл на такой рискованный шаг... Как это понимать? Или, может, ты не контролируешь выскочку?

— Всё просто, мой старый друг... И враг. Я не считаю, что ему стоит мешать. Только в крайнем случае. Понимаешь... Паренёк действительно опасен. И даже не столько своими способностями и положением. Я вижу в нём способность просчитывать ситуацию и идти до конца, принимать неординарные решения, находить выход там, где другие бы просто опустили руки. С таким набором вводных он может изменить расстановку сил в системе... Даже без нашей помощи. Тем более, за ним, тут ты прав, в самом деле стоит кто-то очень могущественный.

— Кто?

— Пока — не знаю.

— Не знаешь, или не хочешь говорить?

— Не знаю.

— Федул, хватит играть словами! Чего ты, Кровавые задери, не знаешь?

— Давай я лучше скажу тебе, что знаю. А знаю, что он — очень опасен.

— Так почему мы ещё не устранили его, если так?

— Потому что он опасен не только для нас. И это может стать счастливым билетом... Прекрасной возможностью перекроить всё под нас.

— Или лишиться всего.

— Или лишиться всего, да. Но самим избавиться от того, что может стать в наших руках сильнейшим козырем... Будет по меньшей мере расточительно и глупо. Поэтому, лучшая стратегия сейчас — попытаться стать ему лучшими друзьями. Направить всю энергию наследника в нужное русло.

— Только как бы эта энергия не смела потом все плотины. И не пробила себе новый путь.

— Всё может быть. Но кто не рискует, тот не пьёт мирийского.

— Да, Федул... Ты всегда любил пройти по краю. Судя по всему, годы не лишили тебя этой страсти. Но скажи, ты ведь не собираешься мириться с появлением новой силы на поле? Если он вдруг выйдет из-под контроля и приобретёт должное влияние?

— Отчего же? Если новая сила придёт на замену старой, и будет нам дружественна, или хотя бы не враждебна — это будет хороший обмен. А одно я знаю точно, он не настроен против нас, в нём нет вредного патриотизма и готовности отстаивать независимость Ирия любыми способами. Он молод, не застал былых войн. Так что — перед нами очень хорошая замена тем семьям, с которыми мы столько лет враждовали.

— И поэтому ты подкладываешь под него свою дочь. Рассчитываешь, что это расположит его к тебе... Но всё же, а если нет? Если он совсем выйдет из-под контроля?

— А если нет, проблему всё-таки придётся решать. Тут ты прав.

— И ты уже даже проработал план быстрого устранения этого нового, с позволения сказать, рода. Можешь не отвечать, уверен на все сто. Так же не говори, что пока этого делать не будешь. Понимаю. Но... Скажи, ты не думал о том, что демонологи проигрывают психомансерам с разгромным счётом, особенно — когда те в достаточной мере разовьются? А если он продолжит с такой же скоростью отправлять всех, кто ему не понравится, в Преисподнюю — он очень быстро наберёт силу, выжимая каждого убитого полностью.

— Я вот одного не понимаю. С каких это пор ты начал говорить прописными истинами?

— С тех самых, с которых кое-кто их, кажется, начал забывать. Так что? У тебя есть ответ на мои вопросы? Ты готов к плохому развитию событий?

— Без комментариев.

— Без комментариев, так без. А ещё, Федул, скажи. Ты случайно не в курсе, где живой Всемирович?

— Нет, такой информацией не обладаю... Он уже достаточно давно исчез, и мы не можем его найти.

— Не знаю, насколько ты сейчас откровенен со мной... Но я не знаю тоже. И это может стать проблемой.

— Может, я в курсе. Но он точно покидал нашу систему, и обратно не вернулся. И не вернётся, мы не пустим его. На контроле всех прибывающих кораблей лучшие люди, работают сутки напролёт. Даже контрабанда контролируется.

— Хорошо бы, если так. А то, если они встретятся, молодой наследник может заразиться амбициями старших родственников...

— Даже если он про всё узнает, ничего не сможет сделать. Там была очень сложная схема, Огневы и Белые слишком мало доверяли друг другу, слишком перестраховывались. Теперь, когда одна семья полностью исчезла с доски, а у другой — только половина Ключа... Думаю, переживать не стоит. В крайнем случае, решим вопрос самым жёстким методом. И напомню, им просто не протащить ничего и никого мимо нашего Маяка — все корабли досматриваются в усиленном режиме.

— Но они же собирались как-то это решить? Ты знаешь? И есть возможность передвигаться вне Маяков...

— Слишком опасно. Они бы не рискнули, когда у ошибки так высока цена... Судя по всему, планировалось использовать контрабандистов. Если бы прорабатывались какие-то иные пути, мы бы узнали.

— Аида?

— Да. Самый успешный мой проект. Как жаль, что мы её потеряли...

— Это точно. Сочувствую старшему Всемировичу. Пригрел на сердце такую змею...

— Ну, не то, чтобы змею... Ничего такого не должно было случиться, если бы молодой Огнев не смешал нам все карты. Увы, после того, как он отказался сдохнуть всем на пользу, всё полетело в Преисподнюю... А все импровизации только ухудшили ситуацию.

— Ну, это не наша вина. Ирийцы сами виноваты.

— Да, они действовали очень грязно, и сами себе подготовили могилу. Поэтому вероятность того, что наш клиент сойдётся с ними снова, я рассматриваю как исчезающе малую.

— Кстати, раз уж речь зашла. Позволь мне усомниться в надёжности вашей агентуры... Как они его-то самого проморгали, этого нашего клиента? Как это было вообще возможно?..

— Сам не понимаю. Увы... Видимо, Храбр всё-таки подозревал что-то. Или — просто перестраховывался. Но так бывает, не всегда всё получается. В реальном мире ведь живём. Победы всегда чередуются поражениями... Главное, чтобы общее число и удельный вес первых были больше, чем вторых.

— Умеешь ты красиво говорить, видят Кровавые, умеешь. Но всё же, Федул... Какого мирийского этот наследничек сбежал из системы? Он что, не собирается участвовать в том, что сам же и заварил?

— Отнюдь. Просто...

Перовский замолк и уставился вдаль, барабаня пальцами по столешнице перед собой.

— Ну, говори! Я же прекрасно знаю, что будь что-то действительно секретное, ты бы этого даже не упомянул!

— Да, так... Там на Технотроне его сестрицу умыкнули.

— О как! Твоих рук дело?..

— Нет, конечно.

— Да рассказывай, Федул! Уж мне-то можешь не втирать!

— Серьёзно. Мне это ни к чему. Использование заложника в данном случае... Не целесообразно. Слишком непредсказуемы последствия.

— Значит — кто-то ещё пытается найти подход... К нашему клиенту? Не ограничивая себя такими глупыми вещами, как целесообразность, и просто делая всё по самому простому и старому, как вселенная, сценарию?

— Похоже на то.

— И ты им это так спустишь?

— Мои люди уже работают над вопросом...

— Судя по всему, пока безуспешно.

— Судя по тем докладам, что мне присылают — на данный момент да.

— Ну, ладно. Но он хоть понимает, как может всех подставить, свалив неизвестно куда накануне операции?

— Понимает. Мы договорились, что он потратит на всё не больше двух суток, после этого передаст дела моим людям и вернётся.

— Хорошо. Тогда я не переживаю. Ты, как всегда, всё предусмотрел... Кстати, надвигается буря. Это будет мощный шторм.

Тучи затянули уже полнеба, и садящееся светило подсвечивало их тёмно-фиолетовые массивные туши ярко-розовым.

— Да.

— Пойду я. Не люблю дождь.

— Иди.

Перовский поднял коммуникатор, небрежно ткнул пальцем несколько раз в голографический интерфейс, и отключил поле.

— Надеюсь на тебя, Федул. Если твоё чутьё подвело, и ты подставил нас...

— Не переживай. Уйдём на дно вместе.

— Вместе. Я не дам тебе выплыть.

— Договорились. Я тебе тоже. Как и никому кроме нас...

Мужчины обменялись понимающими улыбками, после чего Перовский остался в беседке один.

Спустя минут десять, когда его собеседник уже давным-давно скрылся из глаз, а его личная яхта свечой взмыла в небо, Федул Саввич опустил руку в карман и нажал на кнопку лежащего в нём устройства. Поднялся, прошёлся вокруг беседки. Убедился, что новых жучков не появилось, после зашёл внутрь и вновь включил защитное поле.

Повернув коммуникатор вверх, Перовский активировал голографический вызов.

Ответил на него ничем внешне не примечательный человек, один из тех, кто составлял свиту отправившейся в путешествие Снежаны.

— Федул Саввич, — человек поклонился.

— Здравствуй, Сергий. Удалось узнать что-то? Для чего им нужны деньги?

— Пока, к сожалению, ничего не узнал. Увы, почти все наши прослушивающие устройства были обнаружены и обезврежены. Осталось всего несколько, в том числе одно у спальни княжича... Но даже это ничего не дало.

— Князя, Сергий. Князя. Привыкай, а то потом ещё случайно ляпнешь...

— Виноват, Федул Саввич! Исправлюсь!

— Что насчёт банков?

— Все банки из представленных на верфях вняли нашим настойчивым советам, и никто не выделил... Князю денег.

— Но? Мне кажется, или я слышу в твоём голосе какое-то сомнение?

— Всё верно, Федул Саввич. Тут по счастливой случайности оказался... Корабль банка «Прогерсс».

— Синдикат?!

— Именно, Федул Саввич.

— Кровавые!.. И?..

— Сейчас они говорят. Боюсь, могут договориться.

— Плохо, Сергий. Очень плохо. Можно как-то повлиять на это?..

— Увы, невозможно. Только грубый, силовой вариант... И то, не факт.

— Нет, даже не думай в эту сторону. Скажи лучше, насколько появление Синдиката на верфях... Может быть случайным?

— Если исходить из скоростных характеристик корабля — они вполне могли успеть прибыть после того, как появилась информация о наших беседах со служащими банков...

— Кто-то слил! Гады.

— Как есть, гады, Федул Саввич.

— Найди и постарайся сделать так, чтобы виновные пожалели. Такое спускать нельзя.

— Будет исполнено, Федул Саввич. И кстати, о кораблях...

— Да?..

— Подтвердилась наша гипотеза, яхта оснащена активной маскировкой. Кроме того, анализ боя показал, что судно превосходит наши корабли сразу по целому ряду характеристик...

— Это мы и так подозревали.

— Да. Но теперь знаем наверняка. И, судя по всему, им этого мало.

— Удалось узнать — откуда они этот корабль достали?

— Непонятно. Никакой информации о производителе... Серая лошадка.

— Ясно. Когда появится хоть какая-то информация, куда вы направляетесь дальше, и ради чего понадобилось улучшать характеристики и так уникального корабля — сообщи незамедлительно.

— Будет исполнено!

— Действуй, Сергий.

— До свидания, Федул Саввич!

Перовский оборвал сеанс связи. Немного посидел в задумчивости, по своей давней привычке барабаня пальцами по столу, после чего активировал следующий вызов.

Перед Перовским появилась голограмма с человеком во флотском мундире, который вытянулся по струнке.

— Федул Саввич!

— Вольно, Казимир. Скажи-ка мне... Сколько кораблей класса «Призрак» сейчас свободны от выполнения боевых задач?

— Четыре, Федул Саввич!

— А напомни-ка мне... Что там с их модернизацией? Каков возможный потенциал?

— Есть возможность поставить более мощные реакторы, двигатели, улучшить поля и сенсоры... Но мы же, насколько я помню, уже обсуждали этот вопрос. И пришли к выводу, что это слишком дорогое удовольствие, и к тому же сами мы все работы не потянем, а это значит — можем засветить характеристики кораблей перед нашими противниками...

— Ситуация изменилась. Срочно отправляй корабли на Пси Червя, надо всё сделать по высшему разряду... У тебя старая смета сохранилась?

— Да, Федул Саввич! Прислать?

— Будь добр.

На некоторое время Перовский погрузился в чтение документа. То, что он видел перед собой, ему определённо не нравилось, и он хмурился всё больше и больше.

— Казимир.

— Слушаю!

— Отправляй все четыре корабля. Но по высшему разряду мы можем улучшить только один... У остальных, только поменяй сенсоры и поставь более мощные генераторы полей. Ну и по мелочи, если удастся ещё что-то в рамках пары миллионов кредитов...

— Будет исполнено!

— Выполняй, Казимир. И постарайся не затягивать.

Перовский оборвал сеанс связи, а после отключил силовое поле.

Снаружи уже бушевал дождь. Внутрь тут же влетели порывы ветра, принеся с собой целый поток тяжёлых холодных капель.

Сидящий в беседке человек и не подумал вставать и не включил обратно защитные поля. Непогоды он совершенно не боялся.

Глава 24

Вся моя радость мгновенно улетучилась, стоило только залезть в сеть и сформировать простенький поисковый запрос по ключевым словам «банк» и «Прогресс».

Не узнать ничего про тех, у кого собираюсь брать в долг, было бы с моей стороны просто непростительной ошибкой и преступной халатностью. Тем более, что способность оперировать информационными потоками напрямую, без видимых посторонним «ритуалов», была тем самым козырем, который позволял получить всю необходимую совершенно незаметно, что давало преимущество.

Вот только... Реально, лучше бы я этого не делал. Случай оказался тем редким исключением, когда незнание лучше знания, и является благом.

Пока мы шли к стоящей неподалёку яхте, пока Яромира старательно поддерживала непринуждённую светскую беседу, я все силы тратил на борьбу с собой. Отвечал невпопад, кивал, поддакивал... А сам старался не глядеть на смешно переваливающегося с ноги на ногу толстячка, который улыбался одними губами и щедро рассыпал комплименты. Заметных усилий стоило не вскрыть его жирное брюхо Когтями Гнева прямо здесь и сейчас.

И дело было вовсе не в том, что про банк писали что-то плохое, или что за ним были замечены какие-то косяки. Нет, напротив. Почти все отзывы о «Прогрессе» оказались положительными, а его репутация на фоне конкурентов выглядела практически идеальной, оказалось, что с нами вышел на связь один из самых надёжных финансовых институтов во всём известном мире. Варианта лучше представить было сложно.

Казалось бы, радуйся, что нам настолько повезло, и что такие большие люди обратили внимание на род, никому известный за пределами одной крошечной захолустной звёздной системы...

Всё портил лишь один-единственный, крохотный, в некотором смысле ничего не значащий момент. На который я не мог закрыть глаза.

Банк «Прогресс» полностью принадлежал проклятому Синдикату. Тем тварям, которые когда-то, пусть и чужими руками, уничтожили мою родную планету, а вместе с нею — всё, что было мне дорого. И нам в самом прямом смысле предлагали сейчас грязные, омытые кровью миллионов невинных деньги, прикоснуться к которым — значило опорочить память тех, ради кого я столько лет сражался, и ради кого согласился на сделку с Богом Смерти.

Наверняка, во всём были замешаны точь-в-точь такие же люди в костюмах и в теле, как и семенящий рядом с нами Герман Стоун, заслуженный работник с прекрасным послужным списком. И совершенно никакой разницы, если сам этот Герман ничего не делал и напрямую в моих бедах замешан не был. Я был уверен на все сто что те скользкие твари точно так же без эмоций улыбались, отдавая приказы на финансирование экстремистов Железного Союза, и так же спокойно выслушивали доклады об уничтожении мешающего планам Синдиката населения, пропуская всю информацию о человеческих трагедиях мимо ушей, как нечто не значимое и отвлекающее от вещей куда более интересных — от подсчёта ноликов у полученных прибылей...

Ненависть бурлила и клокотала во мне, готовая вырваться наружу. Кулаки сжимались, зубы скрипели, руки так и тянулись выдавить глаза у этому Герману, сжать его дряблую шею и давить до последнего хрипа, а то и просто хорошим ударом перемешать внутренности, спрятанные за подушкой бесстыдно свисающего брюха.

Тяжёлые воспоминания вставали перед глазами одно за другим. Голоса навеки ушедших взывали о мести. Иногда казалось, что реальность плывёт. На какое-то мгновение даже почудилось, что я снова в Преисподней, а всё случившееся в последние недели — просто привиделось... Меня аж прошиб холодный пот.

Но я справился с собой.

Как ни странно, помогла Яромира. Нет, она ничего не делала специально. Я отчётливо ощущал её недоумение, девушка прекрасно понимала, что со мной творится что-то плохое и непонятное — но внешне никак своих чувств не проявляла, даже не смотрела на меня, не говоря о каких-то вопросах вслух. Хочется верить, для внешнего наблюдателя мы никак не выдали себя, и служащий банка Герман Стоун так и не заподозрил ничего неладного...

Способность трезво мыслить мне вернуло случайно всплывшее в памяти воспоминание. Как Яромира рассуждала, не взять ли в долг у Перовских, даже несмотря на всю неприязнь, почти ненависть к «лепшей подружке Снежане», да и в целом к аристократии Дома. Тем не менее, она неколеблясь предложила этот очень сомнительный для неё лично вариант решения проблемы. Ведь какое значение имеют личные чувства, когда на кону — успех дела?..

И это было бесконечно правильно. Мне стоило тоже смириться и на время спрятать всю свою ненависть, весь свой гонор. Ведь не обязательно делать всё сразу, уж мне ли об этом не знать! Можно отложить месть на потом. Использовать те контакты, которые сейчас установлю, чтобы найти в будущем путь к Синдикату. И поквитаться потом со всеми разом, а не с одним лишь второстепенным служащим.

Решив так, испытал сильнейшее облегчение. Я ведь никого не предаю — всего лишь стараюсь перехитрить, выигрываю время. Это один из первых шагов на пути к справедливости, и когда пройду этот путь до конца — всё поменяется.

Окончательно вернул самообладание как раз к моменту, когда мы поднялись на борт небольшой спортивной яхты, размером даже меньше «Косатки» и наверняка не сильно уступающей ей по скорости.

Когда Герман Стоун провёл нас в свой кабинет, вся моя ненависть вошла в конструктивное русло, трансформировалась в боевой задор и готовность сражаться до последнего. Пусть этот толстячок и его хозяева верят, что выкручивают руки отчаявшемуся дурачку и насаживают его на денежный крючок — вот только, всё немного не так, как им кажется на первый взгляд. И они очень ошибаются в понимании того, кто тут является послушным бараном, которого будут стричь, возможно — даже забивать на мясо, а кто сжимает в руке разделочный нож.

Служащий банка обошёл покрытый зелёным сукном стол с вычурными резными ножками в виде звериных лап, грузно опустился на не менее массивное кресло и жестом пухлой руки указал на стулья возле стен.

— Не стесняйтесь, дорогие гости. Располагайтесь... Итак. Темнозар и Яромира... Как вы себя называете, Огневы-Белые. До нас дошли слухи, что вы ищете средства для того, чтобы вернуть себе влияние на родной... Ну, пусть будет планете. Вы ищите приличные средства. И мы готовы вам их предоставить... На определённых условиях.

— Не обязательно повторять несколько раз то, что уже было однажды озвучено. Может, перейдём сразу к делу — к обсуждению этих самых условий?.. — несмотря на ту сделку, которую заключил с самим собой, расшаркиваться перед сидящим напротив человеком я не собирался. Тем более он, судя по всему, был не такой уж и важной шишкой.

Герман Стоун никак внешне не отреагировал на мой тон, кивнул и покладисто продолжил, как ни в чём ни бывало.

— Итак, вам нужна сумма...

— Порядка пятисот миллионов. Возможно — меньше.

— Солидные запросы, солидные! И на что вы их планируете потратить? Мы должны знать...

— Апгрейд корабля. У нас активная маскировка, но чуть-чуть не хватает скорости, чтобы успеть сделать всё в срок. Потом Эгида, найм войска репликантов. Возможно, приобретение какой-нибудь старой баржи... Или контракт с контрабандистами, чтобы доставить всё это на Ирий. Зарплаты наёмникам.

— Эгида... — Герман Стоун вывел перед собой голографические интерфейсы и начал ловко крутить их, изучая отображаемую в виде светящихся объёмных символов информацию. — Там, если не размещать контакт заранее, за раз можно приобрести не так уж и много репликантов-бойцов...

— Мы приобретём не только бойцов. Гипнозаписи сделают из них тех, кто нам нужен. Пусть они будут не так хорошо подготовлены... Но это будут бойцы.

— Оружие?

— У нас много трофеев, захваченных в боях. Есть мысли, где взять ещё. В крайнем случае — добудут в бою.

— Хм. Спорный вариант, не очень чистый... Но, действительно, заслуживает право на жизнь. Вот только... Как вы собираетесь доставить их всех в свою систему? Все корабли, которые выходят из гиперсвета возле Маяка, дотошно проверяются. Контрабандисты либо не берутся доставлять что-либо на Ирий, либо заламывают такие цены...

— Этот вопрос решаем. Сейчас у нас союз с Перовскими, это один из самых влиятельных родов Дома. Дочь его главы, Снежана, путешествует вместе с нами. Так что это не проблема.

Я бесстыдно врал. Конечно, это была проблема, и ещё какая! Но надежда, что получится как-нибудь со всем разобраться, у меня была. А в том, что этот Герман не пойдёт выспрашивать у Снежаны или Перовского, насколько близко мы «дружим», у меня сомнений не было. Информация же из сторонних источников услужливо предоставит любому любопытствующему материалы, где мы оттягиваемся на яхте или прилетаем вместе в столицу Дома. Большего желать и не надо.

— Что же. Звучит разумно. И что вы будете делать, когда корабль с репликантами появится на орбите Ирия?..

— Возвращать влияние. У меня есть войска даже и без репликантов, многие меня поддерживают, многие сейчас проходят курсы усиленной подготовки. Вы же видели те ролики, которые мы транслировали?Стало быть, понимаете, что кое-каких успехов мы добиться уже смогли. Но этого мало. Вместе с помощью новых бойцов я получу такой вес, что со мной придётся считаться.

Конечно, я мог бы рассказать про готовящуюся десантную операцию... Но параноик внутри меня так и кричал, что разглашать эту информацию не стоит. Если где-то протечёт, эти ребята и так про всё узнают. А что я не стану с ними откровенничать при первой встрече, так то мне только в плюс, не будут считать наивным дурачком.

Герман Стоун демонстративно задумался, хотя было ясно — решение он уже принял давно.

Подтверждая мою догадку, служащий заговорил:

— Хорошо, Темнозар Храбрович. Наш банк может предоставить вам эту сумму на следующих условиях. Двадцать процентов годовых и предоставление определённым компаниям, каким — мы укажем, монополии на закупку поставляемых вами энергоносителей...

— Грабёж.

— Мы вас не неволим. Если у вас на примете есть варианты получше — не смею задерживать... И это было не всё.

— А что ещё?

— Я озвучил оптимистичный сценарий, при котором вам удаётся вернуть власть и положение. Есть ведь ещё и пессимистичный, когда у вас ничего не получится.

— И что тогда?

— Вы и ваша супруга переходите в полное наше распоряжение. Сроком... На пять стандартных лет.

— Неприемлемо.

Я резко встал, Яромира — тоже, хотя и посмотрела на меня с немым вопросом.

— Спасибо за предложение, Герман. Но нам, боюсь, не по пути... Передавайте наши наилучшие пожелания руководству.

Мы уже выходили из кабинета, когда Стоун всё же окликнул нас.

— Ваши предложения?.. Не то, чтобы мы были сразу готовы их принять... Но выслушать можем.

Внутри я возликовал. Торгуется — значит, варианты возможны!

Медленно развернувшись, вернулся к столу, облокотился на него и впился в толстяка тяжёлым взглядом. После чего начал ожесточённо торговаться, сетуя только на то, что у этого Германа Стоуна наверняка надеты артефакты, защищающие от ментальных воздействий — по крайней мере, прочитать его не получалось никак.

Процесс занял добрую пару часов.

В конце мы сошлись на следующих, худо-бедно удовлетворяющих каждую сторону условиях: кредит под восемнадцать процентов и приоритет при заключении контрактов на поставки добытой в Горниле энергии навязанным мне компаниям — но только при условии, что их предложения будут не более чем на три процента менее выгодны, чем остальные.

В случае невозможности в течении трёх стандартных месяцев вернуть себе власть и влияние в системе я соглашался два года выполнять поручения Синдиката из строго оговорённого списка. Их интересовали исключительно мои способности психомансера, про другие они были не в курсе, а я не собирался с этим ничего делать, ведь чем меньше мои будущие враги знают, тем лучше.

Но что было самым для меня главным — в заключённом договоре не было ни слова про то, что я обязуюсь не предпринимать против банка и курирующего его Синдиката никаких враждебных действий. Герману такое даже в голову не пришло, ведь кому вздумается кусать кормящую руку, да ещё и принадлежащую одной из самых могущественных в известном мире корпораций? И меня это заблуждение устраивало полностью.

В процессе ещё потребовал от Германа хоть каких-то гарантий, прикинулся дурачком, и сделал вид, что не знаю ничего про их банк. В ответ на это служащий предоставил мне гостевой доступ к корабельному вычислителю, позволил войти в сеть, чтобы изучить положительные отзывы о «Прогрессе»... Которые я уже видел. Но старательно делал вид, что читаю. И одновременно старался взломать систему и внедрить в неё хотя бы простейшие вирусы.

Когда мы наконец расстались, одинаково довольные и недовольные друг другом, я был выжат, как лимон, но вполне удовлетворён. И когда мы спустились по трапу и ступили на грязный металлический пол ангара, я позволил себе в первый раз улыбнуться.

Яромира заметила это и осторожно взяла меня за руку.

— Что это было, Зар?

— Потом, дорогая. Всё потом. Хорошо?

— Хорошо. Потом. Но ты обещал. Всё расскажешь!

— Обязательно.

Сопровождаемые тяжко ступающими тамплиерами, мы не спеша вернулись к «Косатке», где застали взволнованного Александера.

— И что у нас тут ещё плохого? — ещё на подходе спросил я у него.

— Что, что... Зла на них на всех нет! Твари!

— На кого?

— Да на руководство этой треклятой станции! Они требуют заполнить целую гору бумаг, чтобы получить обещанные за бой выплаты. Им нужны подтверждения об уничтожении каждого корабля, завизированные экспертами, обязательны свидетели... Процесс оформления займёт по меньшей мере несколько дней. И о том, чтобы договориться об оплате уничтоженных внутри Аномалии Слуг Древних, боюсь, не может быть и речи.

— Прекрасно. Такими темпами они добьются того, что никто, кроме собственных кораблей, в следующий раз их защищать не будет...

— Им плевать. Тут постоянно новые лица — улетят одни, прилетят другие, которые ничего не знают. И поведутся на награду так же, как и мы. К тому же — ну, наверное, её всё же реально получить... Просто не для нас. Ведь у нас нет пары-другой дней, чтобы сидеть здесь и оформлять это всё, так?

— Ты всё верно понимаешь, Александер. Этих дней у нас нет. Но уже и не надо... Я договорился о кредите, — мой взгляд скользнул по жадно ловящей каждое слово Снежане. — Так что проблемы с кредитами больше тоже нет. Я уже послал запрос и первый взнос лучшему мастеру Верфей. Он обещали прибыть в течении ближайших минут, осмотреть корабль.

— Отличная новость!

— Да. Кажется, вот и он...

В ангар въехало местное транспортное средство, вроде того такси, на котором мы сами путешествовали по территории станции. В нём сидело два инопланетника — один развалился на пассажирском сидении, заняв его всё, второй ютился на грузовой платформе, среди целой кучи разнообразной аппаратуры.

Первый был зеленокожим, с вытянутой приплюснутой мордой, торчащими сверху глазами, способными вращаться на все сто восемьдесят градусов, и со свисающими вниз «усами», как у некоторых рыб. Одет он был в классический костюм-тройку.

Вторым оказался уже знакомый нам лок, с камерой-протезом вместо глаза. Даже комбинезон на нём был тот же самый.

Глава 25

Убогое транспортное средство плавно затормозило возле опущенного пандуса «Косатки».

Лок тут же спрыгнул из кузова на пол ангара, заставив примитивные рессоры облегчённо скрипнуть, распрямляясь. Второй инопланетник не спеша и величественно сошёл следом, подрагивая свисающими вниз «усами» и вращая по сторонам выпученными лягушачьими глазами. При этом выяснилось, что он ростом никак не меньше двух с половиной метров, и может смотреть свысока даже на тамплиеров в их броне. Правда, этот земноводный выглядел на их фоне тоненькой зелёной тростиночкой.

— Темнозаур... Храбровыч? — с заметным акцентом спросил он, шагнув мне навстречу.

— Да. Вы, так понимаю, Лйакыыыуш Ауыыыр Соумбыыыл?

Имя первого мастера верфей я выговорил не без труда, но на моей стороне был чит — возможность «подсматривать». Оставалось просто прочитать эти сложные слова по шпаргалке, с указанными правильными транскрипциями.

— Вот это делыа! — Лякыуш аж всплеснул своими длинными тонкими руками. — Прыавыыыльно почти! Впыыечатылён! Рыыассытрыоган!

— Спасибо. Рад, что мои старания не пропали напрасно.

— Не пропыали! Мы выам дыолжны скыидку, зыа бой — рыуководство стыанции оплыатит. Пыятнадцать процентов. Я дам ещё пыять!

Лякыуш действительно воодушевился — я чувствовал его эмоции довольно хорошо. Но он быстро успокоился, о чём свидетельствовал в том числе косвенный признак — всё более чистая и понятная речь.

— Благодарю. Позвольте представить членов команды и наших гостей. Моя жена и помощница, Яромира. Первый пилот Александер. Снежана, она у нас сейчас... В качестве пассажира.

— Очыень приятно. Рыад познакомиться. А тыеперь — покыазывайте, рыасскыазывайте, обыясняйте. Что вы хотыите? Я так пыонимыаю, речь об ыэтой яхте?

— Да. И хотим мы очень многое. Нужен капитальный ремонт маршевых двигателей, может — замена. Увеличение скорости. И всякое прочее, по мелочи... Роботы-ремонтники, гравитационный захват, если будут интересные варианты — дополнительное вооружение. Но самое главное — всю работу надо выполнить срочно, у нас совсем нет времени.

— Тогдыа вы прыавильно обрыатились. У ныас есть все выозможности для срочного рыемонта. Дыавайте же посмотрим, увыажаемые. Аррыыыак? — мастер небрежно махнул рукой в сторону лока. При этом я отчётливо почувствовал волну раздражения, пришедшую от помощника мастера. Тем не менее, тот послушно достал старомодный пульт и принялся что-то на нём с ожесточением крутить.

Лякыуш при этом испытал самый настоящий кайф. И это показалось крайне странным. Представить себе более не подходящую друг другу парочку во всей разведанной вселенной было бы сложно. Только что-то действительно серьёзное могло удержать скорого на расправу лока от жестокого и мгновенного убийства прямо здесь и сейчас. К тому же, судя по всему, такие скрытые конфликты были постоянной практикой у этих двоих.

Нам, конечно, всё это было безразлично, пока конфликты мастера и его подчинённого не повлияют на качество выполнения ими работы. До поры я не видел никаких предпосылок к обратному. Тем не менее, сделал для себя мысленную пометку.

Отметил и то, что Аррак на удивление хорошо для лока владел собой. Гребень на его голове покраснел, кожа изменила цвет, но больше он никак не проявлял недовольства. Просто продолжил молча делать своё дело. Это было особенно странно на фоне сцены нашего первого знакомства, когда никакой сдержанностью и не пахло.

Лок нажал какую-то кнопку и повернулся в сторону корабля. Повинуясь его воле, из кузова машины поднялся целый рой небольших шарообразных дронов, резко ускорился и устремился в сторону «Косатки». Долетев до яхты, часть летающих шариков разлетелась в стороны, окружив её редкой сетью с равным расстоянием между «узлами», а часть юркнула внутрь — в открытые люки, сопла двигателей, да и вообще в любые доступные для проникновения отверстия.

Пространство вокруг наполнилось десятками сигналов. Причём, взломать протоколы с ходу у меня не получилось, они были достаточно хорошо защищены.

— Мы сыейчас получим всю инфоырмацию о вашем корыабле. Пыара минут!

— Хорошо. Может, поднимемся на борт? В кабинет, в кают-компанию... Или даже в трюм? У нас там высокие потолки, вам будет достаточно комфортно и просторно, — мне не надо было смотреть в сторону Снежаны, чтобы увидеть промелькнувшее на её лице разочарование. Лазутчики определённо ещё не всё узнали про «Косатку» и не хотели упустить случая повысить свою осведомлённость. А в моём желании убраться с глаз долой читалось совершенно естественное желание ничего лишнего перед посторонними не светить.

— Вы прыавильно говорите! Сыоглыасен! — мастер с труднопроизносимым именем легко принял моё предложение.

— Снежана. Ты же хотела погулять, а я тебе всё не давал, злодей и самодур... Но теперь я прозрел и понял, как ошибался! Ты полностью, совершенно свободна! Можешь со своими людьми изучать станцию, пока мы занимаемся кораблём... Сколько всё займёт, Лйакыыыуш Ауыыыр Соумбыыыл?

— Не меньше чыаса!

— Вот. Пару часиков погуляйте.

— Темнозар.

— Снежана?

— Мы уже тут всё изучили, пока вы по аномалиям бегали и Слуг Древних гоняли.

— Да нет. Уверен, что не всё!

— Всё интересное. И если я действительно свободна... Я бы лучше прошла на корабль.

— Увы, но нет.

— Я тебе это припомню, Темнозар. И всё-всё-всё про тебя расскажу отцу.

— Вот она, человеческая благодарность... Исполняешь их заветные и потаённые желания, а они тебе после этого ещё и угрожают!

Попытался свести всё к шутке — но, кажется, получилось не очень. Но не расстроился по этому поводу ни капли. Задирать Снежану за время полёта стало почти обязательным ритуалом. И ведь, в отличие от Яромиры, я себя ещё сдерживал...

Проигнорировав рассерженный взгляд очень красивой в своей злости девушки, которая почти буквально прожигала дыру в моей спине, я по пандусу поднялся на борт, дождался остальных и задраил все ведущие наружу люки.

— Пройдём за мной... С другой стороны трюма у нас кое-кто живёт, там всё оборудовано, и можно устроиться с комфортом.

— Кыомфыорт — это хыорошыо! Ыэто я люблю!

Вновь почувствовал раздражение лока, который взвалил на спину массивный стационарный вычислитель с кустарно приделанными к нему приёмопередатчиками и средствами визуализации. Но никак реагировать не стал. В конце концов, отношения этих двоих — не моё дело.

Проведя гостей к месту обитания Громовержца с Русланом, представил друг другу и их тоже.

— Лйакыыыуш Ауыыыр Соумбыыыл, Аррак... Это тоже члены нашей команды. Громовержец, он же самый лучший в известном мире наводчик... И наш капитан, Руслан.

Жрец поднял голову, посмотрел на посетителей мутным взглядом, и уронил её обратно. Дракон же пророкотал с высоты приветствие, наградив меня не менее убийственным взглядом, чем был у Снежаны, после чего продолжил заниматься любимым делом — развивать мелкую моторику верхних конечностей.

Лякыуш и Аррак не выказали никакого удивления, приняв как должное разношёрстность нашей команды и сильное опьянение некоторых её членов. Судя по всему, это и правда были профессионалы, готовые работать с кем угодно и над чем угодно.

Я показал им на нашу импровизированную «столовую».

— Здесь мы обедаем вместе... Иногда. Могу попросить, чтобы роботы-сервировщики быстренько для вас накрыли что-нибудь...

— Мные бы личинок. Но, боюсь, у выас таких нет... Так что — не ныадо. Аррыыыак?

— Я личинок не стал бы. А вот мяса...

— Я не про это тыебя спрашивал.

Ничего не сказав Лякыушу в ответ, лок без всякого уважения бросил прихваченный с собой стационарный вычислитель прямо на палубу. У меня создалось отчётливое впечатление, что он при этом представляет, как кидает о палубу своего шефа. Который опять испытал почти самый настоящий оргазм от осознания того, как заставляет подчинённого беситься.

Опустившись рядом со своей машинерией на колено, лок принялся щёлкать старомодными тумблерами и крутить ручками. Через пару секунд встал и нажал что-то на своём пульте.

— Я сделал. Информация собирается. Вот!

Перед величественно усевшемся на слишком маленький для него стул Лякыушем появились многомерные таблицы и вращающийся полупрозрачный чертёж нашего корабля, который прорисовывался прямо на глазах и обретал всё большую и большую детализацию.

— Отлыично...

Ещё несколько минут ушло на то, чтобы дроны получили полную объёмную проекцию «Косатки». Мастер и его помощник покрутили её, перекинулись парой-другой реплик. Из них я понимал отдельные слова, но общий смысл улавливал лишь смутно.

Наконец, Лякыуш повернулся ко мне, по-особенному значительно выпучив глаза.

— Итыак, мы готовы обсыудить детали...

— Мы тоже. Но прошу, не спешите... Нам только-только доставили личинок. И... Мясо для уважаемого Аррака.

Роботы проехали мимо и расставили на столе со стороны гостей спешно заказанное в местных ресторанах — блюдо из личинок для одного, и мясо по-локски — то есть, сырое — для другого.

— Вот ыэто да! Приыятно рыаботать с прыофессионыалами! Блыагодарю! И сынова я впыечатылён! Расстыроган! Примыите мыою блыагодарность!

Мастер разволновался, акцент его сделался сильнее. Я даже пожалел о своём желании угодить этим двоим.

— А вы мыожете ные смотреть? Выаш рыод шыокирует, кыогда мы ыедим.

— Хорошо. Как скажете. Гром, Яра, Александер...

— Да я и так не смотрю, неразумные двуногие!

— Вот и не смотри.

Руслан аж храпел, и потому на него никто не обратил внимания. Дракон развернулся на заднице и сел к нам спиной, чуть не снеся стол хвостом. Яромира тоже крутанулась на месте, прямо вместе со стулом, Александер и я — последовали её примеру.

Но мне не надо было смотреть глазами, чтобы видеть, как инопланетник набрасывается на угощение и жадно засовывает шевелящуюся белёсую массу себе в пасть. Зрелище и правда оказалось не из приятных.

Что характерно, лок есть не стал — хотя кидал на мясо выразительные взгляды.

— Я всыё.

Лякыуш откинулся на спинку слишком низкого для себя стула и оповестил о том, что можно снова повернуться к нему лицом.

— Вы тыак порыадовали меня, что я окажу отвыетную лыюбезность. Аррыак!

Лок хмуро повернулся к инопланетнику.

— Пыокажи им, где ныаходятся жыучки! Выаш корабль прослушивают. Выот!

На проекции корабля зажглись красные точки, и Лякыуш торжественно ткнул в их сторону тощей верхней конечностью. Я сделал вид, что заинтересовался. Подошёл и начал всматриваться.

— Изображение можно крутить. Приближать. Удалять. Изменять прозрачность, — лаконично сообщил Аррак.

— Благодарю за информацию.

— Сделать?

— Нет, не стоит.

Внимательно изучать проекцию корабля мне было не нужно, всю необходимое я узнал уже в первые секунды, ещё и голоснимки на всякий случай сохранил.

Вот только, увы, ничего нового мне эти двое не сообщили. Из всех жучков, которые Снежана и команда натыкали по кораблю, я специально оставил несколько — их мне сейчас и показали. Впору было возгордиться: способности меня не подвели.

Тем не менее, я не хотел показывать своей осведомлённости.

— Ещё раз благодарю за столь ценные сведения. Возмутительно, что нас прослушивали! Обязательно с этими жучками разберусь, но... Потом. Сейчас для нас есть куда более важные вопросы. Давайте поговорим о корабле. Жизненно важно для нас — узнать, можно ли сделать что-то для повышения скорости?

— Дыа! Только, сныачала — кто так подключыал вам гравитационный зыахват?

— Мастер Превус.

— Этыот... Брыакодел и шыарлыатан? Ные удивительно, чтыо у вас двыигатели вышли из стрыоя!

— Двигатели? Но как это связано?

— Дыа элементарно! Тыам так подтрыавливает, что выедёт к перегрузке всыей ыэнергетической сыистемы!

— Это можно устранить?

— Лыегко. Но убыирать за другими...

— С Превусом мы ещё поговорим. Он нам ещё ремонтника поставил бракованного... Кстати, Александер! Ты разобрался с этим «мастером»?

— Нет. Не отвечает на вызовы, заперся у себя внутри и не открывает.

— Ничего. Разберёмся. Но это мы отвлеклись... Итак, ещё раз. Главное для нас — повысить скорость корабля. Это возможно?

— Дыа-дыа, коныечно. Скыорость. Корыабль у вас, коныечно, устаревшей констрыукции, сыейчас такие не дыелают. К вашему счыастью, у вас очень прочный корпус. Не оптимыальной кыонфигурации, перетяжыелённый, но выполнен с зыапасом. Сыейчас так не сытроят, если только под зыаказ и зыа приличное кыоличество кредитов. Тыак что — мыодернизация выозможна, постыавим двыигатели сильнее — ные развалится. Но кыое-что сделано стрыанно.

— Что же?

Лякыуш явно хотел, чтобы его спросили, и я не стал ломаться — подыграл ему. В конце концов, если удастся расположить к себе мастера ещё больше, это нам только на пользу.

— Ну, ныапример, силовые лыинии. Их быудто прыоклыадывали системы автыотрассировки. Неэффективныо...

— Но, постойте! Ведь доказано, что почти всегда автоматические проектировщики позволяют получить лучшие результаты! — в разговор встрял Александер, который до этого сидел как на иголках — явно всё время хотел что-то вставить от себя — и вот, в конце концов, не выдержал.

— Выерно, автомыатические прыоектировщики хыороши. Но тыолько если их прыавильно настроить, и задать выерные приоритеты. Ныапример, вот эти линии тыут можно было сыильно сократить, а тут проложыить прыямо... Перекрыли бы выот этот проход, потеряли бы кыаюту... Но потери между рыеактором и маршевыми двыигателями умыеньшились бы зныачительно! А это выедь самые быольшие потыери в энергетической сыистеме. Чем они мыеньше, тем быольше коэффициент пыолезного действия. У вас всыё разведено, чтобы минимизировать длину сиыловых линий в цыелом, не рыазделяя и не выделяя глыавные. Из-за ыэтого и прыоблема. Кроме тыого, толщиыну линий мыожно безболезненно ныарастить в пыолтора или даже двыа раза, чтыо позволит установить двигыатели мощнее... А также испыользовать мыатериалы, кыоторые лучше.

— Какие? Я не знаю, у чего проводимость может быть лучше... — снова вскинулся Александер.

— Тыак Слыуги Дрыевних. Ныекоторые тыехнологии мы тыак и не смогли пыовторить... Но их корыабли исправно поставляют ныам запчасти. Их сыиловые линии дыействительно очыень хороши. И, кстыати, ещё... Если рекатор рыазвернуть ныа дыевяносто градусов, линии сокрыатыятся ещё ныемного...

— Но это ведь усложнит доступ к реактору и его обслуживание!

— Дыа... И ныет. Под реактор можно сдыелать лаз, выот тут. Не тыак удыобно, как было... Но сокрыащение потерь того стыоит. Прогнозирую рост эффектиывности на двыадцать процыентов мыинимум. А если убрыать защиту от непрыавильного включения, быудет ещё лучше. Она съедыает процыентов пять мыощности.

— Как так? Но эту схему же не случайно включают на каждом корабле!

— Выерно. Их стыавят выезде... Но если не подпускать к рыемонту дыилетантов, всегда дыействовать осторожно, то проблем ные будет. А если ещё и рыеактор заменить...

— А есть варианты, на что менять? — подал голос уже я. Этот вопрос касался меня напрямую. Как минимум, в вопросе количества затраченных кредитов.

— Коныечно. У выас и двыигатели, и рыеактор хорошие. Но бывают варианты полыучше. Прыавда, ныадо искать. В осныовном, тоже трофыеи. Чтыо осталось от Слыуг Древних...

— Какой выигрыш мы можем получить?

— Кыак выйдет. Скыорость — в двыа, в трыи раза. Теоретическая дыальность хода на одной запрыавке, раза в полторыа.

— Цена вопроса?

— Не мыеньше миллиона. До трыёх. Ныо — зависит...

— Время?

— От восьми чыасов, если выложиться на пыолную.

— Хорошо. И у нас ещё были вопросы по сенсорам, роботам-ремонтникам... И не в последнюю очередь — по дополнительному вооружению.

— Я этими мыелочами уже не буду зыаниматься. Мыеня интересыует только энергетика, двыигатели, реакторы. Стрыелялки свои обсуждайте с Аррыаком. Всые остыальные вопросы — тыоже через него. А я на сём отклыаниваюсь... Увы, рыаботы мныого. Ты, — инопланетник ткнул тощим пальцем в грудь лока. — Прыишлю инструкции по энергыетике. Чтобы всыё по высшему разрыяду для мыоих друзыей, пыонял? А ещё, сдыелай им тут в трыюме нормальную кают-компыанию...

Аррак ничего не ответил, только обнажил клыки и ещё больше изменил цвет кожи и гребня.

Пока не дошло до страшного, я проводил величественно поднявшегося Лякыуша до пандуса, попрощался с ним, и вернулся обратно.

— Темнозар Храбрович? Так понимаю, ты тут главный? — прямо обратился ко мне лок.

— Можно сказать и так. Сейчас корабль нанят мной. Хотя у нас тут в чём-то демократия...

— Буду обращаться к тебе. Мне так проще. Главный вопрос — чего ты хочешь от корабля? Это должна быть скоростная яхта? Авизо? Или боевой корабль? Разведчик? Судно для скрытного проникновения, диверсий? Надо знать. Что оптимизировать, что улучшать, за счёт чего. От ответа зависит вся работа.

Я задумался, а лок продолжил.

— Поясню. Мастер Лякыуш верно сказал. Корпус корабля устаревший... Его можно значительно облегчить, сделать корабль легче и быстрее. Но он станет более хрупким. А можно, наоборот, добавить металла. Увеличить живучесть ценой снижения скорости, маневренности.

— А можно ничего не убавлять и не добавлять, просто оставить корпус, как есть?

— Можно. Ограничиться заменой или модернизацией двигателей, реактора, доработкой энергетических линий. Это позволит увеличить скорость, не жертвуя живучестью.

— Это нам подходит больше всего.

— Понятно. Но всё же. Подо что оптимизируем корабль?

— Увы. Было бы здорово получить скоростную яхту... Но, боюсь, нам нужен именно боевой корабль. Тем не менее, как можно более быстрый.

Глаза лока загорелись, и он оскалил клыки. Судя по всему — ему такая работа была по душе, в отличие от его шефа.

— Вот это мне нравится! Вот это я понимаю! Все жизни бы только боевыми кораблями и занимался!

Я усмехнулся.

— А что, редко доводится?

— Не то слово! Всем нужны либо вместительные транспорты, либо быстрые прогулочные яхты! Редко кто признаётся, что нужен корабль для космической войны!

— Нам именно он и нужен.

— Это прекрасно!

Лок, воодушевлённый полученным карт-бланшем, начал быстро-быстро и очень увлечённо говорить, помогая себе активной жестикуляцией мощных ручищ.

— Слушайте! Во-первых, предложил бы запитать щиты от тех же силовых линий, что и двигатели. Понадобится массивный и дорогой коммутатор... Но вы сможете выставить щиты в разы мощнее тех, что у вас сейчас. В ущерб скорости, конечно... Но в бою может быть полезно.

— Звучит разумно.

— Ещё бы! Далее. Главный калибр... У вас расположен соосно с корпусом корабля, наведение — не больше пятнадцати градусов. Плохо. С вашей скоростью и маневренностью эффективнее туррельные орудия, чтобы летать вокруг малоподвижных противников и поливать их огнём. Сейчас же вы можете стрелять только вперёд...

— Не обсуждается. Главный калибр нужен нам в таком виде, как сейчас.

— А я и не предлагаю избавляться от него! Чтобы лок по своей воле предложил убрать большую пушку? Да ни в жизнях! Я предлагаю другое. Можно нарастить вооружение. Убрать слабые плазменные пушки, убрать идущие к ним магистрали, полностью отсоединить их от энергетической подсистемы. И заменить автоматическими, полностью автономными огневыми модулями! Скорострельные пороховые орудия достаточно эффективны на ближней дистанции. Есть разработки для космоса. С компенсаторами отдачи, системами охлаждения в вакууме. А установленные в основании пиропатроны позволят избавиться от лишнего веса и отстрелить эти модули... Если вдруг придётся поспешно бежать.

— Мне нравится. Александер?

— Возражений нет, — глаза первого пилота горели почти так же, как и у лока. На его глазах сбывалась и приобретала форму действительности потаённая мечта о Самом Лучшем Корабле. Я снова усмехнулся, на сей раз про себя — потому что и сам испытывал чувства очень близкие к этому.

— Отлично! Далее. Торпедная установка, которую вы с собой притащили... Её можно интегрировать в системы корабля. Мы такое уже делали. В сочетании с маскировкой, позволит доставить немало неприятностей вашим врагам.

— На это мы и рассчитывали, если честно.

— Отлично. Добавляю в смету. Далее! Артефакт, который у вас в трюме... Он на продажу, или?..

— Или. Мы планировали хотя бы попытаться узнать, что это, и если что-то полезное — использовать.

— Я знаю лучшего специалиста по артефактам Древних на этой станции. Вызову его. Правда... Его услуги стоят дорого.

— Куда деваться. Ещё, у нас плазмиды...

— Да этого добра у нас тут у самих столько... Но со своими дешевле. Тем более, у вас качественные особи. Такие жирные редко попадаются. Предвижу, что коэффициент поглощения у них выше нормы. Хотите использовать для покрытия наружной обшивки, или?..

— А есть варианты?

— Конечно. Мало кто знает... Но их можно использовать в энергетической подсистеме. Покрытие из тел плазмидов будет поглощать всё выделяемое избыточное тепло внутри корабля. Это позволит форсировать реактор и двигатели без негативных последствий на длительный срок. Кроме того — покрытие огневых модулей... Огнестрельное оружие станет легче, будет дольше служить, и можно будет повысить скорострельность. Стандартные системы охлаждения накладывают большие ограничения.

— Не знал о таком. Пожалуй, нам это всё действительно нужно... Но можно, всё-таки, ещё и покрытие наружной обшивки сделать?

— Без вопросов. Но ваших плазмидов не хватит. Придётся докупать.

— Ничего, не страшно.

— Хорошо. Ваших, жирных — пускать внутрь, или на внешнее покрытие?

— Если выйдет купить таких же «жирных» — лучше использовать везде одинаковых. Если нет... Приоритет энергетической системе, второе место — обшивка корабля, оставшееся на пушки.

— Принято! Далее. Зачем вам антенны и вычислительное ядро со Слуг Древних? Вы планируете их использовать?

— А... Это возможно?

— Не слышал, чтобы кто-то добился успехов. Но всегда можно попробовать.

— Тогда не надо их трогать. Нам это не нужно... Пока. Антенны мы вообще прихватили с собой просто как доказательство побед.

Лок кровожадно ухмыльнулся:

— Трофеи. Мне нравится.

— Увы, кажется, мы зря старались... Платить за них всё равно никто не станет.

— Возможно. Выплатой премий заведует тот ещё скупердяй. Ладно, что там у нас ещё... Сенсоры. Увы, не могу предложить ничего, что было бы лучше уже установленных у вас. Однако, можем поставить вам малозаметные беспилотники с чуть худшими сенсорами. Их можно будет рассылать в разные стороны, увеличивая тем самым область видимости в разы.

— Отличный план. Мне нравится.

— Ещё бы. Далее... Гравитационный захват, ремонтник — есть множество моделей, заметно лучше ваших. Отличаются весом, размером, эффективностью... И, конечно же, стоимостью. Будете выбирать?

— Позже.

— Хорошо. С Превусом я поговорю. Замена будет за его счёт.

— Да мы сами с ним пообщаемся...

— Нет. Я поговорю. Давно собирался... Это убожество выплатит вам такой штраф, который вы ни в жизнь из него сами не выбьете.

— Ладно. Допустим, соглашусь... Но я бы кого-то из своих людей к нему отправил тоже.

— Не проблема. Сходим вместе. Так... Вроде, у меня по основному всё. Осталось выбрать агрегаты на замену. Замена реактора, возможно, потребует расширения энергетического отсека — ваш не очень большой, и имеет не совсем стандартную форму. Остальные работы потребуют кое-каких изменений во внутренней планировке. Но вы, кажется, уже на это согласились.

— Да.

— Что там ещё... Мастер Лякыуш просил сделать вам нормальную кают-компанию.

— У нас вообще-то есть...

— Но сидите вы в трюме. Потому что — он! — Аррак ткнул пальцем в дракона. — Не переживайте. Сделаем разборную конструкцию. Будет мешать — просто уберёте в сторону.

— Хорошо.

— Далее. Чуть не забыл... Предложил бы увеличить мощность маневровых двигателей и вынести их дальше от корпуса. Не как у истребителей, но дальше, чем у вас сделано сейчас. Заметно повысит маневренность, за счёт увеличения крутящего момента. Конечно, это ещё одно утяжеление, хоть и относительно незначительное... Приведёт к небольшому снижению скорости, повысит уязвимость для вражеского огня — корабль будет просто крупнее в размерах. Но у вас появится больше шансов в бою. Потребуются доработки здесь, здесь и здесь, — Аррак ткнул пальцем в чертёж. Те места, на которые он обратил внимание, загорелись красным. — Текущие конструкции не выдержат нагрузок, потребуется усиление.

— Я согласен. Александер?

Первый пилот кивнул.

— Не возражаю.

— Хорошо, Аррак. На этом всё?

— Да, я понял, что от нас требуется. Можно начинать работу.

— Нам надо перегнать корабль куда-то?

— Нет. Сюда уже направляется бригада, летят дроны. Всё сделаем прямо здесь. Осталось обсудить элементную базу. Какой ставить реактор, двигатели... И прочие детали.

После этого между Александером и локом разгорелся жаркий спор, когда они осыпали друг друга десятками терминов и названий моделей, которые мне ничего не говорили. Не стал им мешать — просто стоял рядом и слушал. Увы, мои компетенции касались всего, связанного с вычислениями и управлением, но за границы этой области выходили только частично.

Постепенно вокруг «Косатки» скопилась целая толпа различного оборудования, роботов-ремонтников и гуманоидов в форменных комбинезонах. Работа закипела, и корабль начал преображаться прямо на глазах. Признаться, такой скорости работы я даже не предполагал и в очередной раз порадовался, что мы обратились именно к этому мастеру.

Скоро вернулась Снежана. Отправил Яромиру её развлекать...

А сам следил за локом, наблюдал, как он гоняет подчинённых, как увлечённо и самозабвенно занят своим делом. Контраст меня удивлял всё больше и больше. Никогда бы не подумал, что представитель этого диковатого племени может быть так увлечён созиданием, да ещё и работая у лучшего мастера лучших верфей во всём разведанном мире.

Поэтому, когда спустя какое-то время Аррак вдруг вышел и уверенным шагом куда-то направился, я проследил за ним с помощью камер. И ничуть не удивился, когда лок зашёл в ближайшую забегаловку и уселся за стойку, прямо напротив робота-бармена.

Он ещё не опустил свой массивный зад на высокий табурет, а я уже быстрым шагом, почти бегом двигался в его сторону. Просто не мог отказать себе в удовольствии попытаться разрешить загадку этого таинственного и противоречивого существа. Тем более, заняться до завершения работ по модернизации «Косатки» всё равно было нечем.

Глава 26

Аррак успел осушить пару стаканов к тому моменту, как я замедлил шаг перед голографической надписью «Ядерная заправка», выполненной в стиле старинного неона. Рядом с надписью дёргались в ломанном зацикленном танце две сотканные из светящихся ярких линий фигуры полуголых девушек, которые при моём приближении призывно протянули вперёд руки — ну чисто, как живые.

— Посторожи снаружи. Где-нибудь, чтобы внимание не привлекать, — кивнул уже почти привычно следующему за мной Луцию. Тамплиер кивнул и отошёл в сторону.

Я же шагнул вперёд.

Двери из затемнённого стекла при моём приближении разъехались в стороны. По ушам ударила громкая танцевальная музыка. Полумрак впереди призывно и ритмично мигал, озаряемый вспышками ярких голограмм и лазерных лучей... Вот только, всё это не могло замаскировать пустоту. Кроме моего знакомого и робота-бармена внутри никого больше не было.

Я прошёл прямо к выполненной в форме подковы стойке и сел у одного из её «рогов». Рядом с локом. Прямо на соседний табурет.

Аррак резко повернулся, явно собираясь выразить недовольство — вокруг было полно свободных мест, я же устроился слишком близко. И возмущение лока вполне можно было понять. Сам бы я отреагировал точно так же. Пусть это не так напрягает, как когда в пустом общественном туалете кто-то пристраивается у соседнего писсуара, но — всё равно напрягает, и довольно сильно.

Налитый кровью живой глаз лока, а вместе с ним — и блестящий стеклом протез-камера, уставились прямо на меня. Мышцы инопланетника вздулись, гребень покраснел, и вот-вот должно было случиться страшное...

Но Аррак узнал меня — и не смог сдержать удивления. Эти эмоции я не только почувствовал с помощью способностей, но и мог наблюдать во всей красе на живом и выразительном лице лока.

— Э... Ты?

— Я.

Аррак, наконец, захлопнул свою массивную челюсть. И весь подобрался, даже отодвинул стакан. Судя по всему, ему показалось, что он понял причину моего появления.

— Хочу заверить, Темнозар! Все работы под контролем. Тебе нечего...

— Верю. Я не за этим.

— Не за этим? А за чем тогда?

— Пропустить пару бокалов в приятной компании. Поговорить о том, о сём. Это никак не относится к твоей работе, ни к чему тебя не обязывает.

— Зачем?

Можно было подумать, что лок просто повторяет предыдущий вопрос. Но нет, он имел в виду совершенно другое. И я его понял.

— Ты интересный, Аррак. Загадка. Необычный. А я... Я любопытный.

Лок задумчиво сверлил меня взглядом, явно не совсем понимая, что со всем этим делать. Будь я простым смертным, точно послал бы дальше края галактики — но поступить так с клиентом он не мог, наверняка был связан по рукам и ногам всякими писанными и неписанными правилами, обязывающими соблюдать как минимум элементарные правила вежливости, а как максимум — удовлетворять все возможные и невозможные прихоти того, кто должен оставить много денег. Лякыуш наверняка требовал с подчинённых отдачи по полной. Чтобы все, обратившиеся к лучшему мастеру верфей, действительно оставались довольны сотрудничеством.

Я не стал дожидаться завершения очевидно сложного и неоднозначного мыслительного процесса в голове инопланетника. Махнул шестирукому бармену-роботу. Он тут же одним слитным движением прянул вперёд, блеснул в мою сторону плоскими круглыми линзами бутафорских «глаз» и проворковал бархатным баритоном:

— К вашим услугам. Что пожелаете?

— Можно мне того же, что и ему?

Робот закивал своей блестящей головой.

— Конечно, конечно, конечно!

Одновременно, одна из его механических конечностей ловко выхватила откуда-то стакан, ещё три — по бутылке. Подбросив и ловко перехватив их в полёте, робот нацедил в стакан порции, к жрецу не ходи — выверенные до грамма, затем взболтал то, что получилось, и прямо по поверхности стойки запустил в мою сторону.

Стакан, проехав по гладкому полированному дереву, остановился точно напротив меня. Я поднял его и отсалютовал бармену.

— Благодарю.

Робот вежливо поклонился.

Я же, на всякий случай, всю выпивку влил в себя одним мощным глотком. И уже постфактум понял, что это не так уж и омерзительно, как можно было ожидать.

— Это лонг. Пьётся не залпом, а маленькими глотками, — подтвердил мою гипотезу лок, тут же продемонстрировав пример того, как нужно делать. Хотя его стакан был раза в полтора больше моего, и осушил лок за раз примерно треть его. На «маленькие глотки» это походило не очень.

Я попросил бармена:

— Тогда — мне ещё. Хочу распробовать.

И, полуобернувшись к локу, усмехнулся.

— Просто опасался, что оно процентов на двести будет состоять из спирта. А то знаю ваших... Но не угадал.

— Я на работе. А когда на работе — не пью.

— Но... Оно всё-таки алкогольное.

Аррак презрительно оскалился.

— Не считается.

Я получил новый стакан и сделал маленький глоток, теперь уже не стремясь скорее переместить предположительно опасную для здоровья жидкость в желудок, а пытаясь проанализировать ощущения.

— Вкусно. Что это?

— Звёздное масло.

Думал, что лок этим и ограничится. Он, видимо, тоже так думал — но вдруг, будто бы неожиданно даже для самого себя, передумал. И добавил:

— Подсмотрел у имперских техников. Бывших. Они вообще много интересного знали... Только квасили. Не просыхая. Как бесы в Преисподней.

Не стал уточнять, что в Преисподней никаких бесов нет, а если бы и были, то занимались бы совершенно другими делами. Но порадовался, что лок идёт на контакт. И решил плавить стержни, не отходя от реактора. Вернее, хотел так сделать — но Аррак меня опять удивил, сделав небольшой глоток и заговорив снова.

— Моё звено прикрывало твой корабль. Звено истребителей. Видел «Косатку» в деле. Отличная, очень удачная конфигурация. Вряд ли найдёте лучше. Доработаем — будет вообще красота.

Лок аж поднёс к лицу сложенную горстью ладонь и поцеловал кончики пальцев, показывая, насколько будет красота.

— Верю, Аррак. А твоё звено, там был красный...

— Да. Это мой.

— Ясно. Тогда — прими мою сердечную благодарность, Аррак. Без вас нам пришлось бы тяжело...

— Это ты прими мою благодарность, Темнозар. Без вас тяжело пришлось бы нам. Всем. Слуги Древних... Никогда не нападали такими силами. Быстрый корабль с мощной пушкой. Именно то, что было нужно. Вы подключились очень кстати.

Мы немного помолчали.

Тем временем музыка сделалась громче, а на сцене по другую сторону от стойки появились три девушки и начали ритмично извиваться, стреляя в нашу сторону наигранно голодными глазами. Из всей одежды на них были лишь тонкие ниточки из разноцветных ярких огоньков, лишь едва-едва прикрывающие срам и соски. Так что, если не считать толстого слоя макияжа на лицах и обуви на высоченных каблуках на натруженных ногах, танцовщицы были практически голыми.

Я скользнул по ним безразличным взглядом и тут же забыл. Видал представления и получше. Даже демонстративно отвернулся от них к локу. И решился, наконец, затронуть так сильно интересующую меня тему.

— Аррак. Извини за нескромный вопрос, и что спрашиваю так в лоб... Но я впервые встречаю лока, который занимается...

— Я техномансер.

— Ах вот как...

Всё сразу встало на свои места. Неудивительно, почему Мастер Лякыуш взял его на работу и терпит, даже несмотря на происхождение и возможные проблемы. Слишком редкий специалист. Найти такого, да ещё чтобы не был привязан к какому-то роду — практически нереально. Пусть даже это лок. Да его такого где угодно оторвут с руками!

— Ладно. Почему Мастер Лякыуш взял тебя к себе на работу, я понял. Но почему к нему пошёл ты? Мне что-то показалось, вы не очень ладите...

Аррак резко развернулся и вновь, в который уже раз, впился в моё лицо изучающим взглядом. Я уже опасался, что перегнул... Но нет. Лок заговорил снова.

— Мастер Лякыуш — лучший. Энергетика, двигатели... Ваши, кто с ним работал, даже дали ему прозвище — «Ангел». Ангел Де Ла Энергия. Нет в разведанной вселенной лучшего варианта, чтобы научиться создавать быстрые и эффективные корабли... Ещё!

Последнее было адресовано уже бармену, который прищёлкнул металлическими пальцами и тут же принялся мешать очередной коктейль.

Аррак же вновь повернулся ко мне и стукнул кулаком по стойке.

— Кто бы ещё сказал, зачем это всё тебе рассказываю!

— Потому что я бесконечно обаятелен и располагаю к себе людей... И не только людей?

— Да. Или потому что используешь свои способности!

Лок оскалился, взял подъехавший к нему стакан и приложился к нему, не скрывая довольства на физиономии.

А я действительно удивился. Хотя — не так, чтобы сильно.

Не только я готовился к нашему общению и выяснял, с кем буду иметь дело. Информацию об одном беглом князе мне наверняка уже можно найти в сети, и то, что Мастер Лякыуш сделал это или поручил кому-то, и то, что они даже успели собрать на своего потенциального клиента минимальное досье — лишь очередной показатель того, насколько качественно у этих ребят поставлены все процессы.

Об этом и сообщил Арраку.

— Позволь выразить респект вашему профессионализму. Не ожидал! Всё больше радуюсь, что обратился именно к вам, а не к кому-то другому.

— Мастер Лякыуш и правда просит всегда собрать информацию о клиентах. Но на этот раз он не при чём... Моя инициатива.

На мой вопросительный взгляд лок усмехнулся.

— Интересный. Ты — тоже интересный. Загадочный, необычный. А я — тоже любопытный.

— Интересный? И чем же?

— Издеваешься?

— Честно — не понимаю.

— У тебя телохранители тамплиеры. Настоящие.

— Ну... Бывает.

— Бывает. Но когда я понял что тот, с кем гонял Слуг Древних, и тот, кого случайно встретил в коридоре, и тот, с кем предстоит работать — один и тот же человек... Я понял. Ты интересный.

Пришёл мой черёд усмехаться. Подняв бокал, я протянул его в сторону лока.

— Тогда... За нас, интересных? И любопытных?

— Давай.

Мы чокнулись. Аррак отпил, после чего наклонил свою массивную башку ко мне и поманил рукой. Внутри единственного живого глаза лока блеснул какой-то непонятный мне огонёк.

Когда я приблизил своё лицо к локу, он заговорил. Шёпотом, который было слышно, наверное, на другом конце зала — даже несмотря на громкую музыку...

— Темнозар. У меня тоже вопрос. Ты... В сложном положении, насколько знаю. И что ты планируешь делать?

— Да тут нечего планировать... Делать надо. Сражаться. Биться за то, что мне принадлежит. Рвать глотки врагам, зубами, когтями, и всем, чем можно.

— А зачем тебе корабль?

— Корабль... Он у меня, кстати, не единственный. Так-то у нас уже небольшой флот набрался. Трофеи... А также небольшая армия. И они будут только увеличиваться. Увы, другого пути не вижу... Грядёт война.

Лок вздохнул.

— Война... Как давно я... Эх, Темнозар! Твой заказ интересный. Очень. Не представляешь, как я рад. Можно работать с вооружением. Можно сделать настоящий боевой корабль. Не жалкую пародию с парой хлипких пушечек! Для самоуспокоения владельца. Это настоящий подарок, что вам нужна не игрушка. Жаль, такие заказы редко. Мастер убеждённый пацифист... Все это знают. Даже пираты к нему не идут. Вы не знали... Но вам повезло, что с ним работаю я. Я сделаю то, что не захочет он.

— Он вообще странный, этот твой начальник. То, что вы, видимо, не ладите, ты вроде признал... Но это ладно. Мне ещё показалось, что он получает удовольствие от...

— Не продолжай! Да! Он, демоны его дери, получает удовольствие! Ещё как получает! И ты не представляешь, как это бесит! А самое скверное — когда речь о кораблях, он всегда прав... Почти всегда. И тебе повезло. При тебе он сдерживался. Видимо, ты произвёл впечатление. Да и с клиентами он обычно ведёт себя нормально. А так, для него норма — всё время показывать всем, какой умный. Просто обожает выпячивать своё всезнание. Постоянно зачитывает длинные выученные наизусть цитаты. Из умных книг, из речей знаменитостей. И если в технических вопросах он не ошибается, то в остальных... Спорно. И всегда не к месту, не в тему. Но попробуй докажи ему! И в него насовано столько разных бесполезных знаний... Как новобранцев в десантный челнок. Может даже зачитать наизусть ваш древний эпос. Этот, про воинов прошлого. Где деревянный конь, и один из воинов возвращался на корабле домой...

— Прямо наизусть зачитать?

— Да. И скажу больше. На каком-то вашем древнем языке. В оригинале зачитать!

Я удивлённо поднял бровь.

— Да, да. У них вся раса такая... Рептилоиды проклятые. Получают удовольствие от унижения. У них это норма. Этого, как его... Социального взаимодействия. Тот, кто выше, всегда гнобит того, кто ниже. Тот, кто ниже — лебезит перед тем, кто выше... Но это не самое смешное.

Лок выдержал театральную паузу, и я решил подыграть ему:

— И что же самое?

— Лякыуш работает сам на себя. Над ним никого нет. По идее, ему бы радоваться... Но нет.

— Но нет?

— Да. Но нет. Он скрывает и никогда не признает при свидетелях, но ему нравится, когда хают именно его. У меня есть знакомые девочки... В секторе красных фонарей. Они такое про него рассказывали!

— И-и-и?..

— Ну, говорят, он снимает девочку. И заставляет грубить себе, дерзить, всячески обзывать. Самыми грязными словами. Заставляет её вести себя так, как не делают даже самые последние сучки. И, не поверишь — это всё, что ему надо!

— Весело!

— Да. Ролевые игры. Он назначает их — то принцессами, до дочерьми генеральных секретарей, то ещё кем. И себя просит называть по-разному, играет разные социальные роли. Девчонки даже прозвали его Тысячеликий за эти преображения...

— Да, Аррак. Ты сегодня удивляешь меня раз за разом.

Тем временем, танцующие на сцене девушки будто почувствовали, что мы обсуждаем щекотливые темы. Спустившись со сцены, они «незаметно» — я-то всё видел, спасибо камерам — подошли к нам. Одна бесцеремонно взгромоздилась на колено Арраку, впрочем, не встретив сопротивления с его стороны, вторая прижалась к широкой спине лока сзади. Третья попыталась атаковать меня — но я, даже не разворачиваясь, выставил руку и остановил её. Не обращая никакого внимания на обиженно поджатые губки и недовольство в глазах, коротко и зло сказал:

— Не интересно.

На это девушка с тщательно разыгранным равнодушием пожала своими голыми плечами, развернулась и присоединилась к осаждающим моего собеседника подружкам. Лок не возражал, даже приобнял за талию красотку и шлёпнул по тощей заднице.

И надо было такому случиться, что именно в этот момент мне на коммуникатор поступил входящий вызов. Не от кого-нибудь — от Яромиры.

Целое бесконечно долгое мгновение я решал, что с этим всем делать — либо выйти и ответить из коридора или уборной, либо ответить только со звуком, без картинки, либо не дёргаться и подтвердить создание полноценного голографического канала.

Остановился на последнем. В конце концов, стыдиться и скрывать мне совершенно нечего. Я ответил на вызов. Но — всё же направил объектив встроенной в коммуникатор голокамеры так, чтобы Аррак и вьющиеся вокруг него красотки в кадр не попадали.

— Да, дорогая.

— Зара! Куда ты пропал?

— Я в баре, с другом.

— В баре?.. С другом?..

Яра определённо очень удивилась.

Именно в этот момент почувствовал направленное на себя злорадное предвкушение. Та девушка, которую я до этого «отшил», отлипла от лока и направилась ко мне, с явным намерением компрометировать перед супругой.

Меня тут же накрыло праведным бешенством — терпеть не могу, когда со мной пытаются сделать нечто подобное. Сняв блок с трансляции эмоций, я приложил ими всех окружающих, в том числе виновницу спонтанной вспышки гнева.

Увы, совсем чуть-чуть не успел. Она всё же сделала шаг и показалась в фокусе камеры, только уже после этого замерев, поражённая. До дуры дошло, что совершила ошибку... Но слишком поздно.

Опять же, я легко мог вырубить трансляцию, сослаться на проблемы со связью, или развернуться. Но ничего такого делать не стал. Просто медленно сунул руку в кобуру скрытого ношения, достал разрядник, и упёр виновнице своих неудобств прямо в лоб.

— Свалила. Быстро. Убью!

Та поспешно закивала и, развернувшись, побежала прочь. Не помешали даже огромные каблуки, в которых, казалось, она вот-вот должна запутаться.

Я же довернул камеру так, чтобы было видно лока и оставшихся двух танцовщиц, замерших в испуге и боящихся даже шелохнуться.

— Мой друг Аррак решил немножко передохнуть. Я составил ему компанию... Мы не надолго, уже скоро освобожусь. Так чего ты хотела, дорогая?..

После этого дурацкого эпизода Яромира явно что-то хотела. При чём ещё как, и возможно — особо изощрённого. Но сделала над собой усилие и натянула на лицо противно-казённую маску. Мне аж вспомнилось, что на свадьбе она смотрела на меня точь-в-точь так же, высокомерно-равнодушно.

Похоже, ситуация её всё-таки задела. И, видимо, нам предстоит сложный разговор. Но потом. Сейчас же Яра быстро справилась с собой и отрапортовала совершенно ледяным тоном:

— Тот человек, которому поручили изучить артефакт Древних. Он сообщил, что разобрался. Нам действительно очень повезло.

— Да? И что это за артефакт?

— Не скажу.

Девушка показала мне язык, что совершенно не вязалось со всем её предыдущим поведением, и, не прощаясь, отрубила связь.

Я чуть-чуть посидел. Потом взял стакан, раздумывая, и сделал длинный глоток. Повернулся к локу.

— Проблемы, Темнозар?

— Нет. Разберусь. Но женщины нам здесь и правда не нужны.

Аррак понимающе усмехнулся. Танцовщицы, не дожидаясь команды, тут же отлипли от него и побежали прочь, вслед за подружкой. Я таки сумел их напугать.

— Жалко. Почему ты прогнал женщин, Темнозар? Не удовлетворил любопытство? Мне казалось ты получил, что хотел.

— Любопытство я действительно удовлетворил. Но насчёт того, получил ли, что хотел... Аррак.

— Да?

— Тебе не кажется, что ты слишком засиделся здесь? Неужели тебе не хочется чего-то большего, чем прислуживать этому тысячеликому «Ангелу», который получает удовольствие от твоих унижений? Неужели не хочется настоящего дела?

— И ты, конечно же, можешь мне всё это предложить...

— Да. Если научишься держать язык за зубами, а не вываливать всю информацию о тех, с кем работаешь, первому встречному — я с лёгкостью назначу тебя своим управляющим. Заместителем по технической части. Будешь отчитываться только передо мной и заведовать всеми заводами, фабриками, ремонтными мастерскими...

— Управляющим? Заместителем?

Аррак расхохотался. Я подождал, пока он успокоится, и продолжил. Блок на трансляцию эмоций так и не ставил — лок мог чувствовать то, что чувствую я.

— Это не шутка. Нам предстоит жестокая война, и начнётся она уже скоро. Будет нелегко... Но шансы есть. И тем славнее будет победа. Подумай. Сейчас ты — всего лишь помощник пусть и лучшего, но всего лишь одного из мастеров, пусть и на лучших, но всё же — всего лишь на верфях. Если пойдёшь со мной... Станешь рядом с будущим победителем. А вариантов проиграть я даже не рассматриваю...

— Смотрю, ты оптимист...

— Нет. Я реалист. И ты рядом со мной обязательно прославишься. Это я обещаю, поводов будет много. Тебе придётся самому снаряжать армию и флот — флот, состоящий из настоящих, боевых кораблей. Возможно, вести их в бой. Если думаешь, что учиться будет нечему и не у кого... Учиться будешь у самой жизни. Задачи будут самые разные. Интересные. И — никакого пацифизма. Такой роскоши, как мир, мне ещё долго никто не предложит. Чтобы обеспечить себе его возможность, придётся сначала показать зубы. Объяснить, что связываться со мной себе дороже. Не знаю, где ещё ты найдёшь сейчас такую прекрасную возможность оказаться в самой гуще событий и испытать наконец свои способности на практике. Не в тепличных условиях, а когда понадобится полная отдача. И когда сможешь создавать действительно что-то великое... И разрушительное.

Всё сказанное было чистой правдой. Я верил в это. И лок не мог этого не почувствовать.

Сначала он смотрел на меня с откровенной насмешкой, потом — всё более и более внимательно.

Когда я закончил, лок молчал не менее минуты. А потом оскалился.

— Советник.

— Что?

— Если предположить, что я принимаю предложение... Согласен быть советником. Не заместителем. Не помощником. Не управляющим.

— Ну-у-у-у... А в чём разница?

— В названии.

Тут бы уже мне расхохотаться — но я сдержался.

Аррак же продолжил:

— А ещё... У нас, локов, есть обычай.

— Поединок?

— Да. Ты должен одолеть меня в честном бою. Только после этого я могу признать твоё право отдавать мне приказы.

— Интересно. А Мастер Лякыуш... Тоже тебя победил?

— Нет. Но он и не звал меня на войну. Это другое. Я просто использовал его, как возможность поднять уровень. Временно сделал вид, что подчиняюсь. Он не может отдавать мне приказы.

— Ты очень гибок для лока.

— Я техномансер. Я работаю со сложными вещами... Научился. Приходится соответствовать.

Лок самодовольно постучал себя пальцем по лысой голове.

— Хорошо. Я вызываю тебя на поединок, Аррак.

— Серьёзно?

Он не смог сдержать удивления. Видимо, ожидал, что предложение поединка испугает меня и заставит отступиться.

— Абсолютно серьёзно. Как, где и на чём будем сражаться?

— У тебя есть ещё шанс отказаться, Темнозар. Будь благоразумен.

— Не буду. На чём бьёмся? Кто выбирает оружие?

— Я выбираю. Ладно... Я предлагал. Бьёмся без оружия. Только то, чем наделила нас природа. Без применения любых способностей.

— Согласен. Где и когда?

— Здесь и сейчас.

Лок резко встал. Табурет, на котором он сидел, с шумом опрокинулся.

Глава 27

На самом деле, человек достаточно эффективен. Казалось бы, ничего особенного — две руки, две ноги, слабая, мягкая плоть, боль, усталость... Но — нет. Это только кажется. Если использовать ресурсы организма на полную, если знать, как управлять телом оптимальным образом, если готовить себя — добиться можно очень многого, превратить себя в настоящее, смертельное оружие.

Вот только, если человек просто хорош и эффективен, то лок — совершенен.

Мощная мускулатура, высокая — даже несмотря на массу — скорость, отличная реакция, завидная выносливость, высокий болевой порог, толстая кожа, инстинкты хищника и убийцы, а также роговые наросты, служащие одновременно бронёй и средством нападения. И это не говоря о культуре, в которой война и конфликты любого рода являются неотъемлемой частью и даже смыслом жизни.

У меня не было шансов против Аррака...

Но я его одолел.

Прошёл по самой грани. Тело Темнозара всё-таки несколько уступало моему предыдущему. Обычно не замечал этого — но сейчас, когда пришлось действовать на самой грани человеческих возможностей, все проблемы вылезли в полный рост. Кулаки лока трижды по касательной доставали меня, и ровно столько же раз я был на грани поражения. Замешкайся ещё чуть-чуть — и каждый из этих ударов вывел бы меня из строя, предопределив исход поединка.

Причём, если сначала Аррак выглядел расслабленным и наседал на меня с некоторой ленцой, то после первых же неудач собрался и начал всё сильнее теснить меня. Время играло на его стороне — я должен был выдохнуться первым.

Тем не менее, старые навыки не подвели. Не подвела и память, хотя до самого конца я, сказать по правде, в ней сомневался. Уж больно всё было давно, уж слишком многое забылось и выветрилось из головы за прошедшие годы, особенно — проведённые в Преисподней. Изученные с помощью гипнозаписей знания, не подкреплённые практикой, со временем теряются, применять их на практике становится всё сложнее, а количество допущенных ошибок неминуемо растёт.

Но выбирать было не из чего. Единственный шанс на победу мне могли дать изученные когда-то старые имперские базы, те, что использовались для комплексной подготовки бойцов спецподразделений. В них содержалась, в том числе, информация о слабостях и уязвимых точках всех вероятных противников человеческой Империи. И я даже помнил, хоть и очень смутно, что можно противопоставить представителю расы локов в рукопашном бою.

А то, что он хоть и самую малость, но был медленнее меня, позволило применить это знание на практике.

Поединок начался стремительно, и так же быстро закончился. Мы несколько раз сошлись, обмениваясь ударами. Я вертелся, уклонялся, старался не ставить жёсткие блоки... Всё равно выхватывал, но оставался на ногах. И подловил противника, когда тот неосторожно раскрылся в атаке.

Мой кулак врезался в показавшуюся каменной плоть. Я отскочил, не особо надеясь на успех... Но Аррак вдруг споткнулся и завалился на бок.

После этого оставалось только протянуть оглушённому, недоумённо трясущему головой локу руку. Он с искренним непониманием уставился на неё.

— Победа моя, Аррак. Вставай.

— Как... Ты...

— Просто застал тебя врасплох, — дипломатично предложил вариант, при котором лок сохранит лицо. Причём это была правда — если бы он знал, чего можно от меня ждать, и работал в полную силу — шансов у меня бы не было. Мне на самом деле просто повезло.

Надо отдать должное локу, прятаться за самоуспокоением он не стал.

— Нет... Я сам виноват. Размяк. Треклятая станция. И мастер, чтоб его. Рептилоид... Этот Тысячеликий.

Отказавшись от моей помощи, Аррак сам вскочил на ноги. И встал прямо напротив меня, нависнув сверху своей огромной массивной тушей.

Зрелище, безусловно, было пугающим... Но я не боялся ни капли.

Лок это будто почувствовал. Усмехнулся.

— Да. Ты и правда хорош. А я... Я просто забыл, Темнозар. Забыл, что значит настоящий бой. Благодарю за науку... Напомнил.

— На здоровье, Аррак. Всегда к твоим услугам.

— А я — к твоим. Ты победил. В честном бою. Теперь... Можешь приказывать. Аррак Рукастый признаёт твою власть над собой, Вождь Темнозар.

Опустившись передо мной на колено, Аррак протянул мне рукоятью вперёд здоровенный тесак. Как и откуда он его достал, где до этого прятал — так и не понял. Не помогли даже камеры.

— Аррак, прости мне моё невежество... Но чего с этим, чёрная дыра задери, делать?

— Проведи клинком по моей шее. Не сильно... Так, чтобы выступила кровь.

— А если сильно?

Не поднимаясь на ноги и не опуская протянутый нож, лок пожал плечами в абсолютно человеческом жесте.

— Ты меня убьёшь, только и всего.

Взяв нож, я аккуратно выполнил то, что требовалось. Конечно же, сделал всё предельно аккуратно. Умерщвление техномансера в мои планы точно не входило.

По коже лока потекла кровь.

— Теперь всё?

— Теперь — всё. Вождь.

— Интересные у вас, конечно, обычаи... И как вы с ними не вымерли?

— Почему мы должны были вымереть?

— Ну элементарно же, Аррак. Самый опытный и сильный рукопашник не всегда самый хитрый и самый умный. И когда главным становится не тот, кто умнее и хитрее, а просто лучший боец... Для популяции в целом это скорее в минус. Ведь пусть кто-то слабее, но соображает лучше — если он получит власть, позволит всем остальным функционировать в разы эффективнее. У вас же такая возможность закрыта.

Лок расхохотался.

— Что не так?

— Ты ничего не знаешь, человек.

— Конечно, не знаю. Просветишь?

— Вообще-то, о таком не принято говорить...

— Но ты расскажешь, да?

— Ты и так уже считаешь, что я не умею держать слова в себе. Так чего мне терять?

Я только хмыкнул в ответ на это. А лок продолжил:

— Всё просто. Обычай есть, да. Но... Всё немного не так, как выглядит. И те, у кого есть к тому способности, имеют возможность встать во главе.

— Дай угадаю. Вы создаёте только видимость поединка?

— Именно. Если лок знает, что противник станет хорошим Вождём — он поддастся.

— А если нет?

— Если нет... Ну, значит, противник Вождём не станет.

— А мне ты не собирался поддаться?

Аррак рассмеялся. И ничего не ответил.

Я же от него не отставал — мне действительно было интересно.

— Ладно, не хочешь, не отвечай. А если несколько претендентов?

— Боюсь, Вождь, если я тебе буду пересказывать все обычаи и устои нашего народа...

— Понял. Тогда опустим эти вопрос, это всего лишь праздное любопытство. Серьёзно меня сейчас интересует совсем другое. Я надеюсь, ты не пойдёшь прямо сейчас к Мастеру Лякыушу и не скажешь ему о том, что уходишь?

Лок усмехнулся.

— Надо бы. Заодно убить его напоследок... Не переживай, Вождь. Я научился многому, пока жил здесь, где столько рас и народов. Я буду благоразумен. Я сначала завершу твои дела, проконтролирую работы по «Косатке». Сделаю всё в лучшем виде. Теперь это и в моих интересах тоже.

— Прекрасно.

— Только, Вождь, потребуется кое-что ещё. О чём не договаривались сначала.

— Что же?

— Стыковочный модуль. Наружные крепления... Для истребителя. Не собираюсь бросать его. Да и вам прикрытие пойдёт только на пользу...

— Не возражаю. Что-то ещё?

— Да. Ещё хочу взгреть ублюдка Превуса. Стрясу с него всё. В двойном размере. И за вас, и за себя. Теперь терять нечего, можно его хоть убить и сожрать.

— Надеюсь, это просто образное выражение...

— Конечно, Вождь. Главное — я хочу, чтобы он страдал. И ты разрешишь мне это.

— Ну... Если это так тебе надо... Делай с ним, что хочешь.

— Благодарю. И, Вождь... Я имею выходы на руководство станции. Могу сделать так, чтобы всё с выплатами за бой решили как можно скорее. В нашу пользу.

— До вылета успеешь?

— Вряд ли. Не всесилен. Но если оставить номер счёта, кредиты переведут прямо на него. Правда, это будет стоить процента от общей суммы.

— Не проблема. Я согласен.

— Тогда — всё. Пошли, вождь... Твоя женщина сказала про артефакт Древних. Мне надо понять, что это. И надо ли планировать отдельные работы. Потом займусь остальными делами... И сборами.

— Много у тебя вещей?

— Нет, Вождь. Даже половины трюма не займёт. Там инструменты всякие в основном...

— Половины трюма?!

Аррак расхохотался.

— Да ладно, ладно тебе, Вождь. Так и быть. Разный хлам, запчасти — брать не буду. Хотя и жалко. Захвачу инструменты, оборудование, роботов. Не много. Пяток-другой ящиков.

Когда мы в сопровождении красноречиво молчащего Луция подошли к «Косатке», Яромира нас встречать не вышла.

Я видел, что она в каюте и знает о том, что мы уже здесь, но девушка и не подумала выходить навстречу и радовать нас информацией о том, что же всё-таки за трофей нам посчастливилось притащить за собой из аномалии.

Зато возле ведущего в трюм пандуса нас поджидала Снежана.

— Темнозар!.. У тебя кровь на лице! Что случилось?

— Нет-нет, ничего такого. Подскользнулся, упал... Бывает.

Глаза дочери Перовского полыхнули гневом.

Тут мне надо бы просто пройти мимо... Но — не удержался.

— Как, кстати, станция? Есть на что посмотреть? — я даже остановился и полуобернулся к девушке. Которая, если до этого просто убивала меня взглядом, то теперь, судя по всему, в мыслях растягивала на дыбе, давила в тисках и жгла калёным железом. В перерывах поливая кипящим маслицем, чтобы не заскучал.

— Х-х-храбрович...

— Да?

— Ты играй... Да не заигрывайся!

— Какие игры, ты что?..

Подарив нашей навязанной пассажирке самую правдивую улыбку из тех, какие мог выдавить, поспешил проскользнуть дальше по коридору мимо этой разъярённой фурии — правда, разъярённой, это только если судить по внешним признакам. Что у неё там внутри, понять возможности не было.

Дочь Перовского так легко вывести из себя? Нет, конечно же — нет. Я не верил в это ни секунды. Хотя, так хорошо играть... В ней определённо умерла великая актриса.

Луций остался стоять снаружи, Аррак же проследовал за мной внутрь корабля. Как показала мне одна из камер, он всё это время внимательно рассматривал Снежану, а проходя мимо, подмигнул. И посмотрел на меня, будто желая что-то сказать.

Когда мы уже скрылись за поворотом коридора, лок всё же не выдержал и выдал своё краткое резюме:

— Очень красивая дева. В гневе — особенно. Хорошая жена будет!

— У меня уже есть жена...

— Одна — хорошо. А две — в два раза лучше! Это как пушки на корабле. Много не бывает.

Вежливо хохотнул в ответ, но без души — мысли были заняты другим. Хотя и подумал, что это вот «хорошая жена», возможно, было не про меня — а про него, лока. Даже представил себе такую счастливую пару, мысленно усмехнулся... И прогнал всё лишнее из головы прочь.

Мне предстоял сложный разговор, и легкомысленное настроение сейчас было точно не нужно.

— Ты подожди пока... Погуляй, как твои работают проверь... — я остановился перед дверями в нашу с Ярой каюту. — Надеюсь, быстро закончу. И сразу всё тебе сообщу.

— Как скажешь, Вождь.

Лок развернулся и громко потопал куда-то дальше по коридору. Я же разблокировал двери каюты и прошёл к демонстративно сидящей ко мне спиной девушке.

Положил руки ей на плечи — скинула. Попробовал обнять — вырвалась.

Я почувствовал, как внутри закипает злость. Найти бы ту несчастную танцовщицу... Выстрел разрядника — это ещё слишком гуманно.

Правда, тут же выкинул глупую девку из головы. Проблему надо решать здесь и сейчас. Если такая невинная мелочь способна испортить нам жизнь, проблема вовсе не в ней. Система должна оставаться надёжной и устойчивой невзирая ни на какие внешние факторы — иначе зачем ей вообще быть? А если она этим требованиям не удовлетворяет, то глупо пенять на туерунду, которая приводит к поломке. Потому что если не случится она — случится какая-нибудь другая, просто чуть позже. И всё равно конец будет тот же.

Яромира была настроена решительно и воинственно, но всё же не собиралась воевать до последнего солдата и полного истощения ресурсов. Под моим спокойным и решительным напором она начала понемногу отступать, сдавать позиции, а в конце концов и вовсе капитулировала.

Акт капитуляции мы подписывали в ванной комнате, в которую переместились как-то незаметно в процессе боевых действий, шедших вначале с переменным успехом. Победа далась мне нелегко — равно как и поражение моей дражайшей супруге. Мы потеряли всю свою одежду, валяющуюся теперь ровным слоем по всей каюте, пол которой являл собой картину полнейшего разорения и тотального погрома.

И вот настал торжественный момент. Побеждённая Яромира встала передо мной на колени и послушно поставила свою подпись туда, куда требовалось, своим горячим нежным ротиком, мягкими губками и игривым язычком. После этого я помог ей подняться и начал разворачивать спиной к себе, чтобы наладить мирное послевоенное сотрудничество и возможную выплату репараций...

Но девушка вывернулась из моих объятий, притянула моё лицо к себе и прошептала на ухо, почти коснувшись его губами:

— У меня сообщение от сестры, Зар.

После этого я не выдержал — расхохотался.

Конечно же, о всех репарациях после таких новостей можно было забыть. Отвечающий за контроль над выплатами орган начал постепенно терять силу, передавая свои ресурсы тому, что действительно их требовало сейчас — моему головному мозгу.

— Чего смешного, дорогой?

— Ты, дорогая. Ты смешная. Спасибо. Смогла меня удивить снова. Так прекрасно разыграть обиду... И всё только для того, чтобы иметь возможность сообщить важную информацию без лишних ушей... А ванная — это ведь не моя идея была сюда забраться. Текущая вода, шум... Это ты специально сделала? Чтобы нас было не прослушать с помощью жучка, да?

— Да. Но... Кто тебе сказал, что я что-то разыгрывала?

— Не разыгрывала?

— Нет. Я возмущена в лучших чувствах.

— Но у нас ничего не было! Это просто танцовщица! Она меня невзлюбила и специально сунулась в кадр, чтобы дискредитировать...

— Знаю. Плевать. Ещё бы я переживала из-за какой-то портовой шалавы. Я же знаю, что она даже близко со мной не стояла.

— Да? Тогда — в чём дело?

— В чём? Да в том, что ты решаешь важные вопросы за моей спиной, Зар! Совершенно не ставишь меня в известность! Ещё и сбагриваешь меня с глаз долой, заставляешь возиться с этой... С этой... С этой прекрасной представительницей человеческого рода. А сам приятно проводишь время за возлияниями и приятной беседой! Почему ты меня хотя бы не предупредил, что планируешь переговорить с этим локом один на один? Я же тоже имею право знать, что происходит вокруг!

— Ну, извини, Яра. Виноват, исправлюсь...

Конечно, никакой вины я за собой не чувствовал. Но женщинам надо говорить такие слова... Увы, это правила, прошитые в нас самой природой. И не мне идти против самого человеческого существа.

Яромира грустно улыбнулась, но не стала лезть в бутылку.

— Так и быть, князь. Я принимаю ваши извинения. Но мне интересно... Как много всего я ещё не знаю?

— Не много.

— Не много? Что именно, «не много»?

— Ну... Например, Аррак теперь служит мне.

— Лок? А зачем он нам?..

— Он техномансер.

— Вот как! Тогда понятно, почему у них с мастером такой странный тандем...

— Именно. Ещё... Ещё я попросил Наину незаметно покинуть корабль. Пока Снежаны и её людей не было здесь, и пока ты развлекала всю эту честную компанию, моя тётушка под видом простого техника выбралась наружу.

— Почему? Ты так боишься, что её обнаружат?..

— Нет, не боюсь. Просто я дал ей задание. Она полетит с Александером, на отдельном корабле. Им же придётся ещё проходить таможню, когда выйдут из сверхсвета возле Маяка... Способности тётушки могут помочь обвести людей Перовского вокруг пальца.

— Вот как...

— Александер вроде присмотрел уже какую-то посудину. Так что они полетят на Эгиду уже сами, отдельно. Сразу следом за нами.

— Александер знает, что его ждёт?

— Думаю, пока нет. Но скоро узнает. И... Может, подозревает.

— Ох, не обрадуется...

— Не факт. Может, наоборот. И что там с артефактом, дорогая? В прошлый раз, ты мне ответила, показав язык. А мне ведь интересно.

На самом деле — я мог узнать всё напрямую, сам. Но... Вот захотелось сыграть в эту игру. Представить себя обычным человеком, который получает информацию только простыми методами, в том числе — от окружающих людей.

— Ох, Зар... — Яромира прижалась ко мне грудью и выдохнула моё имя так страстно, что невольно вновь задумался о репарациях. Девушка, почувствовав лёгкое напряжение международной обстановки, легонько прикусила меня за плечо и снова приблизила свои губы к уху.

Я наклонил голову, ожидая продолжения. И не ошибся.

— Нам очень повезло, Зар. Это джек-пот!

— И-и-и?..

— Гаситель инерции. Создаёт поле, которое на сколько-то процентов уменьшает инерцию всего, что заключено внутри этого поля, относительно остального мира. Может... Может распространяться на весь корабль.

— О как! Надо брать. Отличная новость. Давай теперь плохую. Чего там твоя сестра? Сообщила что-то важное?

— Да. Сказала — знает, к чему мы готовимся... И что нас не ждёт ничего хорошего на Ирии. Поэтому предлагает «не страдать фигнёй», поскорее прибыть пред светлые очи Сената и решить все накопившиеся вопросы миром.

— Что она знает про то, «к чему мы готовимся»?

— Просто знает.

— Она какие-то подробности, факты упоминала?

— Нет.

— Тогда это может быть просто блеф.

— Может быть. Но всё же. Мы будем сообщать об этом нашим... Союзникам? Перовскому?

— Нет.

— Но лучше быть готовыми...

— Если у них будут сомнения — могут отказаться от операции вовсе. Всё пойдёт прахом. Так же всё, что мы теряем... Ну, не будет лёгкой прогулки, как планировалось. Ничего. В самом худшем случае — останемся без союзников. Но даже так, ослабление Дома нам тоже на руку. Главное, самим не попасть под астероидную молотилку.

— Зар... Ты так легко говоришь обо всём этом...

— А как ещё?.. У нас только один вариант — при котором побеждаем. Альтернатив нет. Потери — какие бы они ни были, приемлемы.

Яромира прикусила губу, задумчиво уставилась куда-то сквозь меня, и ничего не ответила.

На какое-то время повисла тишина. Только журчала вода, расточительно выливаемая без меры. Преимущество путешествий на яхте высшего класса — на обычном корабле автоматика уже давно закрыла бы краны...

Наконец, Яра посмотрела на мне в глаза и едва заметно улыбнулась.

— Ладно, Зар. Пошли... Тебе надо сообщить этому твоему локу, чтобы ставил артефакт. А я... А я, так и быть, займу пока ту распутную самку собаки.

Девушка попробовала дёрнуться, но мои руки, лежащие на её талии, удержали её на месте.

— А тебе не кажется, дорогая, что мы кое-что не закончили?

— Но... Я думала, ты всё... Интерес потерял...

— Где потерял, там и нашёл. А сообщение Арраку я уже послал, не переживай... Пока без нас разберутся. Дела подождут.

Мои ладони сползли с талии девушки на её ягодицы. И дальше — я на этом не остановился. При этом в очередной раз убедился, что Яромира та ещё актриса — она была всё ещё возбуждена, а холодность и желание заняться всякими неотложными делами всего лишь умело разыграла... Даже подумалось, что они со Снежаной в этом смысле стоят друг друга.

Глава 28

— Принимай работу, Вождь!

Постучавшийся в каюту Аррак радостно скалился. Он определённо был очень доволен собой и жизнью.

Надо сказать, я тоже. Радовало как минимум то, что все работы с «Косаткой» удалось завершить точно в срок, даже несмотря на добавление в план новых задач.

И, конечно же, мне не надо было ничего «принимать» — я примерно представлял, что и где изменилось, и почти всё мог проконтролировать удалённо с помощью датчиков и камер.

Тем не менее, я принял предложенную локом игру. Хотелось посмотреть на обновлённый корабль своими глазами. А также хотелось показать всё Яромире. Что-то подсказывало, что она бы не поняла, если бы я лишил её такого удовольствия.

К слову, об удовольствии — его мы получили просто лошадиную дозу. Я даже не представлял, насколько истосковался за минувшее время по женскому телу и ласкам. Яромира, похоже, тоже. В течение нескольких часов, пока мы были вместе, она отдавалась так самозабвенно, будто мы не виделись месяц.

Наличие жучка и то, что нас могут прослушивать, наверное должно было бы всё это безумие как-то приструнить и ввести в приличное русло... Но мы оба, не сговариваясь, решили игнорировать эту досадную мелочь. В конце концов, пусть завидуют.

Сейчас, довольная и чуть уставшая, моя супруга как раз расчёсывала и сушила волосы после душа. И, сидя перед голографическим зеркалом, кидала в нашу сторону весьма заинтересованные и красноречивые взгляды.

— Ну, что же. Показывай, Аррак... Яра, ты с нами?

— А как же! Конечно, дорогой!

— Тебя долго ждать?

— Уже всё!

Яромира отложила расчёску и встала. Одеваться было не надо — как раз перед явлением лока она прямо на голое тело натянула свой комбинезон.

Продолжающий скалиться Аррак махнул нам рукой, приглашая следовать за собой, и решительно зашагал в сторону трюма и опущенного пандуса. Я взял Яру за руку и пошёл следом.

Прежде, чем мы выбрались наружу, за нами увязались и все остальные члены команды. По лестнице с верхней палубы слетел Александер, откуда-то сбоку вынырнул Хосе. Даже дракон покинул своё логово и выполз следом.

Невольно задался вопросом — как они все так оперативно прознали? Ведь кроме нас с Ярой и Аррака о том, что всё закончилось, можно было судить только по косвенным признакам. Не иначе, организовали какой-то внутрикорабельный чат, в который меня не добавили... Или наладили какой-то иной способ коммуникации.

Как-то противиться этому, пытаться взломать чат и узнать о том, что подчинённые говорят за моей спиной, я не собирался. Это было бы несомненно полезно... Но я не стал совершать глупость и даже пытаться это делать. Не тогда, когда на корабле кроме меня есть и другой кибермансер. Кроме того, у подчинённых всё-таки должна быть некая отдушина. Перекрывать весь кислород — вариант не лучший.

Следом за членами экипажа появились и дорогие гости, не упустили случая. Но с этими всё было понятно — «не найденные» нами жучки передали Снежане, или кто во всей компании за главного, информацию о странной активности команды. И не надо быть семи парсеков во лбу, чтобы догадаться о возможной причине.

Оглядел всю эту братию, вздохнул... И пошёл дальше.

Увы, со всем этим, даже с делегацией от союзников, приходилось мириться. Жучки я планировал использовать для слива дезинформации, и не хотелось терять такую прекрасную возможность из-за простого желания скрыть то, что всё равно скрыть не получится.

И да, у меня не было сомнений: полностью сохранить в тайне возможности обновлённой яхты не получится. Не тогда, когда на борту целая команда однозначно компетентных специалистов с довольно приличными техническими и аналитическими возможностями, довольно приличными, даже если опустить жучки.

Спустившись по пандусу и встав возле «Косатки», прямо напротив довольно подбоченившегося Аррака, мы проследили за взмахом его руки.

— Вот. Смотрите. Напыление из тел плазмидов. Особо крупные особи, коэффициент поглощения до тридцати процентов. Почти треть излучения будет поглощаться без вреда. Отличный результат!

Яхта буквально преобразилась. Весь корпус покрылся причудливыми золотистыми узорами, напоминающими те, что оставляет мороз на окнах. Конечно, в идеале было бы это скрыть и покрасить корабль в привычный чёрно-белый цвет, но это заняло бы прилично времени. Я решил его не тратить, и Александер полностью поддержал меня. Отложили всё наведение красоты на потом. Есть подозрение, что втайне никто и не хотел этого — даже Аррак, первым поднявший вопрос покраски и спросивший на этот счёт мнения у нас.

— Два робота-ремонтника! Каждый в пять раз легче того хлама, что у вас был. Каждый раза в три эффективнее. Сменные катриджи, возможность заделывать пробоины и осуществлять весь мелкий и средний ремонт прямо в космосе, даже в бою. Продвинутые программы управления. Способность использовать для ремонта как подручные материалы, так и части менее критичных узлов. Лучшее, что сейчас можно было купить здесь у нас.

До поры ремонтники сидели в своих гнёздах и не отсвечивали, да и проверить их работу можно было только «в поле». Поэтому оставалось только принять слова лока на веру.

Аррак же продолжал воодушевлённо перечислять нововведения.

— Гравитационный захват. В пять с половиной раз мощнее чем та рухлядь, которую вам поставили. Возможность форсирования и увеличения мощности на короткий период времени в два раза. Может использоваться при абордаже.

— Анти-абордажные режим возможен? — как примерный ученик, поднял руку Александер.

— Какие вопросы! Конечно, возможен! Но бежать от схватки недостойно воина! Что у нас дальше... Так, маневровые двигатели. Теперь более мощные. Усилены крепления. Должны выдержать нагрузки в два раза больше!

Все четыре расположенные в корме и расходящиеся в стороны крестом «крыла» стали толще, массивнее, да и сами двигатели выглядели теперь куда солиднее.

— Пришлось кое-что добавить из-за изменения конфигурации корабля, — лок ткнул пальцем в расположенные по всей длине корпуса выдвижные «лапы», которые упирались в поверхность ангара и удерживали «Косатку» в горизонтальном положении. Очевидно, что без них яхта уткнулась бы носом вниз — из-за сильно выступающих маневровых двигателей корма теперь была заметно толще. — Вот. Механические крепления для фиксации... Грузов, и не только.

Под «и не только» понимался, само собой, истребитель Аррака. Но я не стал расшифровывать этот момент для остальных — придёт время, сами узнают.

— В отличие от гравитационного захвата, механические крепления потребляют энергию только в момент переключения. Перед стартом позволяют задрать нос корабля на тридцать градусов вверх, что даёт более резкую траекторию взлёта. Могут использоваться при абордаже.

Удовлетворённо оглядевшись, лок резко развернулся, прошёл к передней части «Косатки», встал прямо напротив и ткнул когтистым пальцем под днище.

— Вот. Торпедный аппарат. Установлен в нижней части спереди, перед пандусом. Для удобства обслуживания и перезарядки. Для оценки эффективности требуется провести полевые испытания, оценить характеристики аналитическими методами возможности нет. Но, если судить по логам недавнего боя и эмпирическим оценкам, оружие должно быть мощное. Несмотря на то, что торпедный аппарат является изделием Древних, он отремонтирован, полностью заряжен и готов к бою.

Подождав, пока все проникнутся и в очередной раз счастливо оскалившись, Аррак продолжил.

— Вон там, рядом. Это плазменный резак. Работает только на ближние дистанции. Позволяет осуществлять ремонт других кораблей в космосе. Может использоваться при абордаже.

Отойдя на несколько шагов назад и вбок, лок махнул рукой в сторону тех мест, где когда-то располагались плазменные пушки.

— Три турели. Две по бокам, одна сверху. Оружие комбинированное. Сектора частично перекрываются. Возможно ведение огня всеми орудиями вперёд по движению корабля. Этот режим рекомендуется и является наиболее эффективным вариантом применения всего корабельного вооружения в комплексе...

Лок объяснил вроде бы совершенно очевидную вещь, но меня это всё-таки неприятно резануло. Я понимал, что это совершенно не рационально, но всё же решил: для наших гостей пока хватит откровений. Про всё остальное пускай сами догадываются.

— Отлично. Спасибо, Аррак! Ты выполнил свою работу превосходно. Мне кажется, теперь надо проверить корабль в деле и убедиться, что всё в порядке.

— Да. Тестовый полёт и проверка работоспособности всех узлов входит в контракт. Хотя я уверен, что всё нормально.

— И тем не менее, мы убедимся...

Ещё раз окинул «Косатку» взглядом. Яхта теперь была быстрее, мощнее, кроме того она стала заметно более кусачей. Руки так и чесались испробовать всё это в деле...

Но я сдержался и предоставил возможность провести тестовый полёт тому, кто тоже очень сильно хотел этого.

— Александер. Увы, это бремя полностью ложится на твои плечи. Справишься?

Наш первый пилот благодарно кивнул, слегка даже нервно. Он не стал возражать, что никто из команды больше не справится с перегонкой купленной баржи сначала на Эгиду, а затем и к Ирию. Даже уже собрал вещи и буквально сидел на чемоданах — в которых, конечно, нашлось место и для гипнозаписей с имперскими базами знаний.

Так что — Александер был готов покинуть нас с минуты на минуту. Но это вовсе не значило, что он не хочет испытать возможности корабля.

Мы все прошли на капитанский мостик, «Косатка» плавно подняла нос вверх и взлетела.

Сказать по правде, я сжульничал — программно ограничил мощность двигателей и не включал артефакт. Тем не менее, даже так разница была видна невооружённым взглядом. Мы покрутились, разворачиваясь почти на месте, пронеслись туда-сюда мимо Верфей, за считанные минуты долетели до двойной звезды, позволили гравитации утянуть нас к сверхгиганту — а после дали полную тягу и легко вырвались из гравитационного колодца. После повторили то же с чёрной дырой, хотя к ней совсем уж близко подлетать не рискнули.

Затем опробовали торпедный аппарат, выстрелив прямо по местному светилу. Постреляли из турелей. Я погонял роботов-ремонтников по обшивке, одного из них выкинули в космос и притянули обратно гравитационным захватом. Словом — в течение довольно длительного времени старались эксплуатировать обновлённое оборудование корабля по полной.

В конце концов, полностью довольный испытаниями Аррак констатировал:

— Всё работает как надо, Вождь. Думаю, испытания можно считать успешными.

Я кивнул — видел это и сам.

Не пропустил и быстрый взгляд, которым Снежана наградила нашего лока, когда тот назвал меня «вождём». Определённо либо догадалась, либо начала догадываться. Но это ни на что не влияло, тайное должно было стать явным уже в самое ближайшее время.

В качестве финальной точки послал Мастеру Лякыушу оговорённую сумму, и даже немного сверх того. Кстати, инопланетник сам хотел присутствовать при сдаче корабля... Но Аррак не стал дожидаться его появления.

Вернувшись в док, мы сердечно попрощались с Александером. Аррак поспешно удалился, не прощаясь — ему ещё требовалось добраться до своего истребителя и пристыковать его к «Косатке». Вещи его уже находились в трюме, вызвав ворчание Громовержца. Дракон, к слову, тоже явно о чём-то догадывался.

Проводы заняли минут десять, после чего мы вернулись на мостик.

— Ну что, Хосе. Справишься? Управление теперь полностью на тебе.

Последние слова выделил отдельно, ведь я и правда не хотел вмешиваться в процесс. По крайней мере — до тех пор, пока не случится что-то действительно критичное.

Оставшийся «за старшего» юнга замер, так и не дойдя до своего привычного места. Я положил ему руку на плечо и развернул в сторону кресла первого пилота.

Хосе сглотнул и нервно закивал.

— Си, си, сеньор! Конечно...

— Успокойся. Ты уже рулил «Косаткой» раньше. Сможешь и сейчас. Без подстраховки.

— А.. Точно хороший вариант — доверять наши жизни неопытному юнцу?

Стоявшая рядом и наблюдающая за нашими манёврами Снежана была непривычно возбуждена — видимо, сидение на станции и наша компания ей уже порядком надоели.

Хосе же, услышав её слова, сжал кулаки и весь покраснел, явно собираясь что-то сказать. Но я снова развернул его в сторону пилотского кресла, ещё и подтолкнул.

— Иди, иди. Делом докажи.

— Си, сеньор.

Я же полуобернулся к Снежане. Настроение после проведённого вместе с Яромирой времени было прекрасное, и не хотелось даже подкалывать её.

— Ты не смотри, что Хосе выглядит так юно. Он уже довольно опытный пилот. Просто стесняется. Всё будет хорошо.

Даже улыбнулся. Дочь Перовского от всей этой благости, кажется, слегка оторопела.

— Да не переживай так. Со мной всё нормально. Просто рад, что наконец-то свалили отсюда.

— А как я рада... Что мы наконец-то уже летим на этот проклятый Технотрон!

Не стал ничего отвечать, и реплика дочери Перовского так и повисла в воздухе.

Девушка будто что-то почувствовала.

— Что? Храбрович. Только не говори, что мы летим сейчас куда-то не туда. Не ты ли говорил, что тебе так важно спасти сестру?

— Важно! Именно поэтому к её спасению мы должны подойти со всей тщательностью и хорошенько подготовиться.

— Темнозар! Что ты задумал?.. Я сообщу отцу!

Пожал плечами в ответ.

— Да сообщай. Нашей договорённости я же не нарушаю.

— Формально — да. А неформально ты ими едва не подтёрся!

— Неформально я тоже не делаю ничего плохого. Пока идёт подготовка к десанту, нам нечего делать на вашей планете...

— Зато есть, чем заняться на своей.

— Есть. Но особо спешить не стоит. Вдруг мои действия как-то встревожат местных? Лучше всё делать сразу, перед началом операции.

— Это всё слова, Храбрович. И никто не давал тебе права решать, что и как делать. И это я молчу про риск, которому ты подвергаешь всю операцию...

— Я посоветовался. И получил одобрение от твоего отца.

— Это было последний раз. Больше никогда его не получишь!

Резко развернувшись, девушка покинула капитанский мостик.

Хосе же тем временем аккуратно поднял «Косатку» и повёл её прочь от верфей, к Маяку. Для всех наших гостей именно юнга теперь был тем, кто рулит яхтой — хотя я его постоянно страховал и был готов перехватить управление в любой момент.

Уже в космосе догнало голографическое послание с грязными ругательствами от Мастера Лякыуша. Удалил его не глядя.

Виновник гнева инопланетника, Аррак, вскоре догнал нас на своём красном истребителе, пристыковался и поднялся через шлюзовую камеру на борт.

Уже с ним вместе мы подлетели к Маяку, настроились на нужный луч и начали разгоняться до сверхсветовой. «Косатка» теперь набирала скорость за считанные мгновения — все улучшения в комплексе, включая использование артефакта, давали в сумме просто поразительный эффект. Даже несмотря на программное ограничение мощности, которое я так и не снял.

Сократилось и время полёта. Всего около пяти часов — и мы затормозили возле Маяка Теты Работорговца. Даже не верилось, что вся эта эпопея с верфями осталась позади...

Глава 29

Мы стремительно приближались к большому бело-голубому шару — нашей следующей цели, планете Эгида.

Я вывел изображение на экраны внутри каюты, чтобы Яромира тоже могла насладиться величественным зрелищем. Девушка этим не ограничилась, активировала голографический интерфейс и с интересом листала снимки с искусственными островами, на которых, собственно, и ютилась вся местная цивилизация.

— Надо же... Целая планета воды! Где-то сухие булыжники, как наш Ирий. А тут... Такая роскошь. Мне кажется, это несправедливо!

— Уверен, живущие здесь мечтают о настоящей суше так же, как вы о воде.

Немного помолчав, Яромира повернулась ко мне и аж вся наклонилась вперёд, будто хочет сказать что-то очень важное.

— Зар.

— Да?

— Слу-у-ушай. Мы же покатаемся на яхте?..

— Яра! Ну какие яхты! У нас тут дело, вообще-то!

— Ну За-а-а-ар! Ты сам-то, между прочим, накатался вволю... С этой... Нашей дорогой гостьей.

— Нет, дорогая. На яхте мы покатаемся... Но когда-нибудь потом. Прости. А сейчас — надо как можно скорее сделать дело и отправиться дальше, на Технотрон.

— Но потом покатаемся?

— Потом — обязательно.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Ну, смотри, Темнозар! Я запомнила!

Она погрозила мне пальцем. Я на это никак не отреагировал.

— Скоро садимся. Прогуляешься со мной, или здесь останешься?

— Ещё спрашиваешь! Конечно, с тобой. Только...

— Ну что, «только»?

— Мне совершенно не в чем идти.

— А это что?

— А это я уже надевала сегодня, вчера, позавчера... Короче, не подходит.

— Увы, дорогая. Ничего не могу предложить сейчас.

— Зар. Если я теперь вроде как княгиня, то должна и впечатление производить, как настоящая княгиня... Эпатировать всех шикарными нарядами, стилем...

— Считаем, что у тебя сейчас свой уникальный стиль. Называется «минимализм». И ты будешь эпатировать своей необычайной скромностью и воздержанностью во всём.

Яра надула губки, но я не обратил никакого внимания на это. Знал, что сердится она не всерьёз. Да и мне было, на самом деле, чем заняться.

Встречу с представителем «Генома» — компании-монополиста, которая единственная во всём разведанном мире производит человеческих репликантов — согласовал заранее, ещё до вылета. Нас ждали, и требовалось произвести простой набор действий: посадить корабль как можно ближе к точке рандеву, вызвать местный транспорт, добраться с его помощью до нужного нам офиса — и, собственно, заключить контракт, обменяв кредиты на армию.

Реализацию первой части алгоритма полностью взвалил на необычайно молчаливого Хосе. Было прямо видно, как ответственность придавила шебутного и обычно легкомысленного юнгу. Но я не сомневался, что он сможет управиться с «Косаткой» и без проблем посадит её на один из плавучих островов, на котором находилась планетарная столица.

А вот с местным транспортом разбирался сам.

Через сеть нанял небольшой роботизированный фургон и сейчас старался сделать так, чтобы он подъехал прямо к посадочной площадке. Это оказалось не так просто — на въезд требовались какие-то согласования, пропуска, и вся эта волокита полностью заняла меня на какое-то время. К счастью, почти все вопросы решались удалённо, иногда — небольшими анонимными денежными вливаниями на счета ответственных лиц.

Пока я воевал с местной бюрократической машиной, Хосе посадил яхту на гигантский столичный остров.

Весь покрытый зелёными парками, утыканный небоскрёбами и увитый кружевами скоростных дорог, вблизи он мог показаться частью обычного материка. Но — нет, это было именно искусственное сооружение, пусть даже и циклопическое. И — именно плавучее.

Только «Косатка» опустилась на гладкую поверхность космодрома, как заказанный фургон подъехал прямо к опустившемуся пандусу. Хвала Кровавым — мои усилия не пропали втуне, всё получилось сделать именно так, как требовалось.

По идее, конечно, нам следовало как можно скорее ехать в «Геном» — ведь время до сих пор поджимало... Но мы с Яромирой «внезапно» замешкались. Разыграли небольшое представление, заперевшись в своей каюте.

Будто у нас случился внезапный приступ страсти, которому нет сил противиться. Хотя, если сначала мы играли чисто на публику, то очень быстро увлеклись — и всё началось по настоящему.

Старались мы не зря. Спасибо наружным камерам — я увидел, как треклятый бес Снежаны быстро юркнул в сторону фургона и забрался внутрь. Действовал он вполне профессионально, на камерах мелькнул буквально на считанные мгновения. Если бы не следил специально и не ждал чего-то такого, имел все шансы пропустить.

Довольный собой и тем, что всё получилось — ведь успех плана зависел исключительно от того, клюнут ли наши дорогие гости на наживку, и уверенности до самого конца не было — я набросился на Яромиру с особой яростью. Мы не затягивая закончили всё не завершённое, приняли душ, быстро оделись, и, держась за руки, вышли наружу.

В коридоре по пути к выходу «случайно» столкнулись со Снежаной.

— И куда это вы направляетесь? А, Темнозар Храбрович?

— Да мы так, прогуляться немножко... Скоро вернёмся.

— Прогуляться?! Скоро вернётесь?! Да ты издеваешься?..

— А чего такого?

— Да того, что ты испытываешь наше терпение. Мне как минимум придётся поехать с вами!..

Конечно же, я отказал. И мы немного поспорили ещё. Но Снежана делала это не от души, а будто чисто для галочки, чтобы усыпить нашу бдительность. И в конце концов сдалась, милостиво позволив нам покинуть корабль. Лазутчик в фургоне явно придавал уверенности в том, что никуда мы не денемся.

О том, что мы прибыли на Эгиду, Снежана уже знала. Для чего мы это сделали — наверняка догадывалась. Уверен, в курсе был уже и сам Перовский.

Оставалась опасность, что нам сейчас выкатят ультиматум... Но ничего такого, к счастью, не произошло. Союзники до поры просто наблюдали. Уверен, своё веское «нет» у них было приготовлено, и перейди мы реально черту — уже знали бы об этом.

Пока же я ощущал себя псом, который проверяет границы дозволенного, натягивая поводок всё сильнее. И то, что никто пока не одёргивает, выглядело очень хорошим знаком.

Главное, чтобы это не было просто попыткой обмануть нашу бдительность.

Скинув с хвоста Снежану, мы с Яромирой всё-таки прошли к распахнутым настежь люкам грузового шлюза. В «наземном» положении они оба — и наружный, и внутренний — могли открываться одновременно, что значительно упрощало и ускоряло погрузку, чем мы всегда и пользовались.

Когда уже спускались по опущенному пандусу к арендованному фургончику, сзади привычно загрохотали тяжёлыми подошвами оба тамплиера. И они должны были выполнять роль не только и не столько охраны. Сейчас именно эти элитные наёмники являлись реальным показателем нашего статуса, а вовсе не дорогие эксклюзивные шмотки, про которые пыталась завести разговор Яромира.

Луций и Тит расположились в кузове, мы же устроились на пассажирских сидениях. Я ещё и сел так, чтобы оказаться прямо над спрятавшимся под сиденьем бесом. А сев, не удержался и попытался двинуть тяжёлым ботинком маленького уродца. Тот сумел увернуться, но ему совсем не осталось места, ещё чуть-чуть — и я бы точно задел его.

Миньон Снежаны опять не подкачал.

Когда выбирал фургон, постарался взять такой, чтобы внутри всё было просто утыкано камерами. Благодаря этому получилось разглядеть, как маленькая дрожащая ручка осторожно касается моей подошвы и приклеивает на неё крошечный жучок. Никаких сигналов, даже шифрованных, при этом не уловил — судя по всему, устройство ничего активно не излучало, по крайней мере — сейчас.

Еле сдержал довольную улыбку. Но на всякий случай решил подстраховаться. И всё время пока мы ехали до одного из небоскрёбов, в котором находился нужный нам офис, я обсуждал с Яромирой лежащие в открытом доступе характеристики репликантов.

Когда наш фургон остановился у больших стеклянных дверей, почти ворот даже, на него никто не обратил внимания. Но стоило нам выйти — а следом за нами и тамплиерам — всё мгновенно изменилось. Кажется, все взгляды служащих, немногих посетителей и случайных прохожих скрестились на нас. Вернее — на двух массивных фигурах в доспехах.

Мы как ни в чём небывало направились к проходной.

Охранник-человек всполошился и выскочил из будки. Наверняка он выполнял чисто бутафорскую роль, реально функции возможной защиты владельцев и клиентов «Генома» выполняли ждущие момента в неприметных местах группы быстрого реагирования, автоматические турели и боевые роботы. Даже, наверное, я бы при необходимости смог вскрыть всю эту систему, а тамплиеры имели шанс разобрать её по атому. Но нам это не требовалось, я хотел только немного привлечь к себе внимание.

— Стойте, стойте! В боевых доспехах внутрь нельзя...

— Как так — нельзя? Это наши телохранители!

— Нельзя... Не положено...

Пока охранник героически держал оборону, к нему подоспело подкрепление — мужичок в строгом костюме, наверняка какой-то высокопоставленный служащий.

— Здравствуйте, уважаемые. Что здесь происходит?

— Да вот. Ваш охранник говорит, что нам нельзя пройти внутрь со своими телохранителями...

— Но это действительно запрещено нашими правилами!

— Правилами? Вы знаете, кто мы? Вы знаете, сколько раз нас пытались похитить и убить за последнее время? Вы готовы гарантировать, что с нами ничего не случится? Представляете что будет если кто-то подошлёт киллеров, пока мы внутри?..

Служащий приятно и почти не наигранно улыбался, терпеливым и спокойным голосом перечислял пункты каких-то одному ему известных правил, но — твёрдо стоял на своём.

Тем не менее, после недолгих споров он пообещал усилить охрану и выделить нам в сопровождение целый отряд репликантов. На этом мы сдались и согласились оставить тамплиеров внизу — что, собственно, меня совершенно устраивало.

Нас, уже со внушительной охраной, проводили в нужный кабинет. Его владелец, подтянутый и обладающий ещё более располагающей внешностью мужчина, даже вышел нам навстречу.

— Темнозар Храбрович Огнев с прекрасной супругой...

— Огнев-Белый!

— Ой, простите.

— Прощаю. Мы издалека. Неудивительно, что вы не знаете таких подробностей.

— Хорошо... Позвольте тоже представиться. Меня зовут Адольф Шварц, и я возглавляю отдел по работе с клиентами компании «Геном»...

А ведь тот человек, встречу с которым удалось согласовать удалённо, был рядовым служащим. Вот что тамплиеры животворящие делают!

— И, поверьте, — тут же, сделав небольшую значительную паузу, продолжил он. — Вы успели приобрести некоторую известность. Слухи о вас проникли уже даже в нашу глушь!..

С улыбкой кивнул, изображая, будто польщён.

— Небось — в основном про то, как я отрубил голову кому-то там? Вероятно даже, своей невесте?

Адольф ослепительно улыбнулся и рассмеялся.

— Нет, нет, конечно же — нет!

Не обладай я даром чувствовать чужие эмоции — ни за что не догадался бы, что он врёт. И что ему на самом деле очень любопытно, действительно ли таковой эпизод имел место быть, или нет. Причём — он никогда не спросит этого прямо, слишком высок его уровень профессионализма.

Нестерпимо захотелось пошутить на этот счёт и сказать, что голову сам не рубил, а взял уже готовую — но вовремя вспомнил, что не один. Всё-таки, это была служанка Яромиры, из-за гибели которой девушка переживала. И вообще, зря напомнил ей всё это.

Поспешил поскорее перевести тему.

— Нам действительно пришлось наделать немного шума, всё верно. И мы к вам по этому поводу, ведь ничего ещё не закончилось.

— Дайте угадаю, Темнозар Храбрович. Вам и вашей супруге требуются ещё... Личные телохранители?

— Именно. И чем больше, тем лучше.

— Вы пришли по адресу. Наша компания как раз специализируется на подобных вещах. Репликанты-воины действительно являются отличным решением. Вот только... Это будет стоить прилично.

— Я смотрел прайсы в сети. И взял кредит. Должно хватить...

Адольф уважительно покачал головой.

— Кредит! Что же, пройдёмте... Присядьте здесь, и я вам всё покажу.

Он указал нам с Яромирой на комфортабельные кресла, сам устроился напротив точно на таком же и, повернувшись куда-то в сторону потолка, негромко скомандовал:

— Пускай сто восемнадцатую!

Перед нами тут же материализовалась голограмма, изображающая молодого обнажённого человека, стоящего в полный рост, с татуировкой на виске. Он медленно вращался вокруг своей оси, позволяя рассмотреть себя в мельчайших подробностях и со всех сторон.

— Итак. На этой презентации вы можете наблюдать стандартного репликанта нашей основной серии. Обладает развитой, но не выдающейся мускулатурой, не имеет жира, атавизмов и врождённых недостатков, внешность — типичная, в нескольких вариациях...

Лицо у крутящейся перед нами проекции репликанта несколько раз изменилось, демонстрируя, как выглядят разные «вариации».

— Внешность, рост, цвет кожи и волос выбираются из списка возможных путём случайного выбора из ряда параметров.

— Внешность нас интересует меньше всего.

— Да-да, конечно. Только замечу, что доступны к приобретению особи как мужские, так и женские...

Проекция репликанта сменила пол и превратилась в миловидную девушку.

— Настройки внешности для репликантов-женщин имеют ещё более широкий спектр доступных значений, потому что это важно. Ширина бёдр, размер груди, разные отличительные особенности, уровень либидо и характер...

— Тоже не интересует.

— Как скажете. Возвращаясь к вашей задаче, главное тут — физическое состояние... А также умственные способности. И хочу отметить отдельно. У репликантов стандартной серии они, прямо скажу, в основном не выдающиеся, ведь слуга не должен быть умнее хозяина. Кроме того, присутствуют значительные ограничения по части инициативы...

— В основном? То есть, имеются исключения?

— Конечно же. Есть специальные модели, с чуть завышенными характеристиками. Например — учителя точных наук. Но это не имеет отношения к нашему разговору. Вот, взгляните на репликантов нашей особой серии... Уникальная модель!

Адольф с гордостью махнул рукой в сторону голограммы.

Изображение на ней изменилось, вновь сменив пол на мужской — и не только.

У репликанта «особой серии» была заметно более развита мускулатура, полностью отсутствовал, в отличие от «гражданских» сородичей волосяной покров... Но главным оказалось вовсе не это, а лицо. Лицо и глаза.

— По сравнению с репликантами гражданской линейки физические показатели отличаются в полтора-два раза. Само собой, в лучшую сторону. Для единообразия оставлен только один рост — очень удобно, всё снаряжение в отряде взаимозаменяемо. А заодно органы, кровь... Ну, вы понимаете. Если что, можете разобрать одного тяжелораненного на запчасти и с их помощью восстановить другого, а то и сразу нескольких. И — это не всё!

У репликанта на голограмме начали просвечивать кости сквозь плоть и кожу, ровно как на снимке медицинского сканера.

— Кости заменены имплантами из особого сплава. Из кистей, вот здесь и вот здесь, могут выдвигаться многофункциональные лезвия. Приёмопередатчики с блоками шифрования вживлены прямо в мозг и не требуют дополнительной аппаратуры. Вот тут и тут располагаются потайные карманы, в которые можно спрятать что-нибудь небольшое и полезное... Например, гранату. Снаряжение!

Репликант на голограмме «оделся» во всё чёрное, с глухим шлемом и бронежилетом. В руках у него появилась винтовка.

— Стандартное. Универсальная одежда и лёгкая броня. Экзоскелетов, увы, поставить не можем. Также аптечки, сухие пайки на несколько дней и прочая мелочь. Типичное вооружение — импульсная винтовка...

— Такими ещё при Императоре воевали.

— Да. Проверенное и надёжное оружие!

— И главное — дешёвое.

Адольф усмехнулся и шутливо погрозил мне пальцем.

— Всё-то вы знаете, князь. Вижу, неплохо разбираетесь в оружии...

— Просто видел голофильм, где из таких стреляли. Что там дальше?

— А дальше у нас самое главное. То, что находится вот здесь!

Перст Адольфа победно указал в сторону головы репликанта.

— Война дело не простое, и не так легко формализуемое. Увы. Поэтому, моделям нашей особой боевой серии пришлось завысить умственные способности и дать значительно больше инициативы. В отличие от гражданских моделей, эти репликанты с некоторыми оговорками способны на самостоятельные действия, и это может показаться проблемой — но, поверьте, это необходимо. К сожалению когда мы пробовали создать бойцов на основе стандартной конфигурации, они... Слишком быстро заканчивались в полевых условиях...

— Это ваше «увы». Они что, настолько самостоятельные, что может дойти до неповиновения?

Адольф ослепительно улыбнулся.

— И откуда вы такой умный к нам, князь. Всё-то насквозь видите! Но нет. К счастью, проблем такого плана мы опасались, но их удалось избежать. Мы прошли по самой грани и смогли найти компромисс, идеальное сочетание всех когнитивных параметров....

Опять он врал. Я посмотрел на него долгим внимательным и, хотелось верить, выразительным взглядом.

— Ну ладно, ладно. Вы, князь, проницательны не по годам. Признаюсь... Некоторые проблемы были, да. Но, действительно, ничего критического. В основном, на выполнение поставленных задач не влияло.

— В основном?

— Да, Темнозар Храбрович. В основном. Но это, увы, необходимые жертвы. Если вы хотите получить боевую единицу, способную ориентироваться в сложной, постоянно меняющейся обстановке, это неизбежно.

— Ладно. Допустим. Продолжайте.

— При обучении репликантам загружаются несколько основных баз знаний, в зависимости от задач, которые будут выполняться. В том числе, у нас есть специальные базы знаний для телохранителей.

— Можно загрузить их все?

— Да, но это будет дороже.

— И... Сколько тогда эта радость будет стоить? Всё вместе?

— Сам репликант особой серии стоит пятнадцать тысяч кредитов...

— Постойте. Но на вашем портале в сети указаны цифры совсем других порядков!

— Там указаны за репликантов стандартной линейки, они стоят по восемь за каждого. Их вы могли заказать, не прилетая к нам лично. Но вам же, как я понял, требуется нечто действительно особенное?

— Ладно. Давайте дальше. Сам репликант стоит пятнадцать. Но это же не всё?

— Снаряжение, включая одежду, броню и шлем, средства первой помощи, винтовку, сухие пайки, минимальный боекомплект и разные бытовые мелочи — пять тысяч кредитов, и загрузка всех баз — так и быть, сделаю вам скидку — пятьдесят кредитов...

— Двадцать тысяч пятьдесят...

— Да, верно.

— И сколько их я смогу у вас приобрести?

— В данный момент мы можем предоставить вам ровно четыре сотни семьдесят два репликанта.

— Всего?!

— Да.

— Но нам этого мало...

— Мало? У нас никогда ещё не покупали настолько крупную партию боевых репликантов! Вы первые, кому требуется настоящая армия и кто готов настолько раскошелиться. Но мы, конечно, готовы вырастить специально для вас новую партию... Если внесёте предоплату.

— Сколько ждать?

— Пять стандартных лет.

— Не пойдёт. Ждать я не могу.

— На крайний случай, можете взять обычных репликантов. Например те, которых готовят как танцоров и учителей физической культуры...

— Зачем нам плясуны и учителя? Нам нужны боевые единицы!

— Ну — тогда, увы, ничем не могу помочь. Так что? Мы заключаем сделку?..

Сделку мы заключили — утрясали разные моменты около получаса. А заодно я попросил у Адольфа контакты его личного коммуникатора — на случай, если возникнут вопросы.

Партию репликантов нам обещали предоставить уже через пару дней. Мы сердечно распрощались, покинули здание и вернулись в ждущий нас фургон. Где я опять сел прямо над бесом, позволив ему «незаметно» сковырнуть с моей обуви жучок и затаиться, выжидая. Судя по всему, пронырливый слуга Снежаны сейчас сделал сразу два дела. Он выступил с одной стороны тем, кто гарантированно и безопасно доставит полученную жучком информацию адресату, а с другой — гарантией того, что я случайно не обнаружу так нагло прикреплённый жучок, оказавшись где-нибудь на «Косатке». Где, как наши дорогие гости знали, обитает страшный и ужасный кибермансер Руслан.

Даже не верилось, что всё прошло так беспроблемно.

И оставалось ещё, конечно, главное.

Возвратившись на корабль, я прошёл в свою каюту и отправил Адольфу текстовое сообщение о том, что покупаю у него ещё и обычных репликантов, в число которых отобрал все наиболее толковые модели. Не только танцоров, физруков и других учителей, были там и другие удачные комбинации, сочетающие хорошее физическое и умственное развитие. И приобретал я репликантов не только мужского пола.

Деньги, ради безопасности, перевёл через несколько «прокладок». Пришлось платить за это проценты, но секретность того стоила.

И стоило только закончить со всем этим, как в дверь каюты постучали.

Мне не надо было вставать и выходить, чтобы понять, кто там.

— Чего тебе надо, Аррак?

— Вождь, у меня к тебе небольшой разговор.

— Это срочно? Давай, может, не сейчас...

— Воины. Тебе нужны воины. Так? Мы за этим на Эгиде?

— Ничего не знаю, Аррак...

Я не мог скрыть своего недовольства. Не хотелось говорить о каких-то действительно значимых вещах в пределах слышимости жучка, установленного в нашей каюте. Ведь Аррак считал, что все найденные жучки я ликвидировал, и мог сболтнуть лишнего.

Но лок вообще не обратил внимания на выражение моего лица. Его было не остановить — слова так и лились из него.

— Я знаю, где достать их! Лучших воинов во всём разведанном мире!

Глава 30

— Аррак...

— Вождь, я серьёзно. Все локи — прирождённые воины! Мы с рождения готовим себя для одного. Сражаться. Бить, крушить, уничтожать всех, кто встанет на пути. А ты говорил, что будет война... Большая война! И позвал меня не просто так, а с прицелом на то, чтобы помог тебе снабдить и оснастить армию. Неужели в такой ситуации могут быть лишние стволы?..

Я оборвал Аррака буквально на полуслове, не дав договорить и выдать какую-нибудь важную информацию.

— Аррак! Тихо.

— Вождь...

Лок кивнул, признавая моё право приказывать.

Я же принялся лихорадочно обдумывать возможные варианты, как бы свернуть разговор так, чтобы дорогие гости и союзники не заподозрили, что мы про него знаем. И попробовал повернуть беседу в самое безопасное для нас русло.

— Аррак.

— Вождь?

— Скажи мне... Кого я должен победить на этот раз?

После секундной задержки лок усмехнулся.

— Не знаю, вождь. Не владею актуальной информацией. Раньше это был Уорраг Хитрый.

— Сильнее тебя?

— Во сто крат. О нём говорят везде, во всём разведанном мире. Легенда нашего народа! Десятки войн, тысячи поверженных врагов!

— Так уж и тысячи.

Думал, Аррак смутится — но он и не подумал отводить взгляда. Как минимум, сам в сказанное верил. И энергично кивнул, подтверждая слова.

Сзади ко мне незаметно подошла Яромира. Я почувствовал близость её тела даже через ткань надёжно изолирующего от тепловых и прочих излучений комбинезона.

— Зар... О чём это вы? Кого ты там должен победить?

— Ты знакома с обычаями локов? — повернулся к девушке, радуясь очередной возможности направить разговор в безопасное русло.

— Не очень, если честно...

— Чтобы иметь право приказывать локу, ты должен победить его. В честном поединке.

— А... — Яра подняла взгляд на Аррака.

Я ничего отвечать не стал, только ухмыльнулся. И с наслаждением проследил за тем, как меняется выражение её лица.

Однако, состроил смиренную мину и пояснил, не столько даже для Яромиры, сколько для тех, кто подслушивает:

— Да знаешь... Мне просто повезло. Бывает. Побороть лока в поединке обычному человеку не так-то и просто. Поэтому — не уверен, что предложенный нашем другом вариант рабочий... Боюсь, в следующий раз может не прокатить.

Снова повернувшись к Арраку, махнул рукой.

— Давай-ка, заходи внутрь. И рассказывай всё по порядку.

С проклятым жучком решил всё же ничего не делать. Если выставлю Аррака сейчас и не стану даже слушать — это будет выглядеть со стороны слишком подозрительно. Если предложу прогуляться куда-то — вызовет подозрений ещё больше. Потому что где, как не в собственной, максимально защищённой от прослушивания каюте, обсуждать все самые важные вопросы?

Возможная стоимость информации, которую мог поведать Аррак, казалась мне всё-таки не меньше возможных потерь от раскрытия канала для слива дезинформации. В конце концов, даже если союзники узнают сейчас о нашем — вероятно — следующем шаге, ну и что с того? Открыто идти против вряд ли пойдут, опередить и воспользоваться предложенным Арраком вариантом скорее всего не успеют, у нас теперь очень быстрый корабль. Быстрее может быть только информационное сообщение и надёжные люди на месте, которых по всем известным мирам точно не раскидаешь.

Кроме того, Перовские тоже заложники ситуации. Им никак нельзя выдавать свою осведомлённость. И они тоже легко могут решить, что условная стоимость сведений, которые мне сейчас сообщит лок, меньше стоимости потерь от возможного раскрытия прослушки каюты и потенциальной стоимости тех сведений, которые можно будет получить впоследствии....

Пропустив массивного лока внутрь, демонстративно выглянул наружу, огляделся, и позволил створкам захлопнуться.

Указал Арраку на один из стульев.

Лок проигнорировал приглашение. Так и остался стоять, возвышаясь надо мной на целую голову.

— Садись. Рассказывай всё по порядку. Тут нас никто не подслушает.

— Да, вождь! История такая. Локи нанимались в систему Сигмы Рабыни. Там торговая война, повздорили две гильдии. Обе стороны набрали войска, платили щедро. От наших отправился крупный отряд, уже давно столько не воевало в одном месте сразу. Локи отличные воины, сражались отчаянно, одержали много побед. Но... Зря. Их подставили. Главари гильдии подсчитали убытки, и решили, что дешевле договориться и свернуть боевые действия. А наёмников пустили в расход, чтобы не платить. Те, кто выжил... Их продали — кого на Кровавую Арену, кого — на каторгу. Вот-вот их должны отправить с планеты, уже вызвали специальную баржу для перевозки невольников. Если получится освободить пленных — многие согласятся пойти за тобой. Не упускай возможности.

— Те, кто выжил... Я думал, локи не сдаются. Только погибают в бою.

— В основном так и бывает. И в Сигме Рабыни было так. Но... Ты же понимаешь, не всегда получается погибнуть с честью. Раненые, оглушённые, кто не успел подорвать гранату... Пленных гораздо меньше, чем тех, кто дорого продал эту жизнь. Я же говорю, там был крупный отряд. Действительно очень большой. Поэтому, даже при огромных потерях, слишком много оказалось попавших в плен.

— А не может быть так, что это просто самые трусливые?

— Нет смей так говорить, вождь! Любой лок после таких слов будет вправе вызвать тебя на поединок... До смерти. Такого не может быть. Просто... Не всё в нашей власти. Иногда с честью отдать эту жизнь в бою не получается. А самоубийство — позор. Лучше гибель при попытке восстания или бегства из плена. Но... Такое тоже не всегда выходит.

— Вот как. Что же... Ситуацию понял. Буду думать.

Воспользовавшись паузой, Яромира шагнула вперёд и посмотрела снизу вверх на возвышающегося над нами массивного Аррака.

— А я вот не всё поняла. Просто интересно, объясните мне. Если локи нанимаются к кому-то — этот кто-то тоже должен их победить в поединке? Или как?

— Нет. Конечно же, нет. Мы просто заключаем контракт. Соглашаемся выполнить определённые задачи. Но — не позволяем приказывать себе. Делаем всё так, как считаем нужным... И сами определяем критерии и все условия выполнения.

— Теперь понятно. Что ж, это довольно удобно... Быть локом.

Аррак повернулся ко мне — явно ему было очень любопытно, что я решил относительно его предложения. Но тут внезапно сама жизнь решила мне подыграть, дав небольшую фору и подкинув вариант, как без подозрений уйти из прослушиваемой зоны.

На территорию космопорта начали заезжать, один за другим, тентованные грузовики.

— Там пополнение прибывает... Пошли-ка, прогуляемся, посмотрим, кого нам Боги генетики послали.

— Пополнение? Что за пополнение, вождь?

— Репликанты.

— А... Баржа?

— Не все полетят с Александером. Часть я решил взять на борт... Чтобы под рукой всегда были надёжные люди.

На самом деле, не только поэтому. Когда в каждом помещении и коридоре будет по бдительному часовому, нашим навязанным спутникам и дорогим гостям будет сложнее шпионить за нами. Казалось бы, мелочь, а всё равно приятно.

Втроём мы вышли из каюты и прогулялись к открытому внешнему люку.

Грузовики с эмблемами «Генома» на тентах уже остановились возле яхты. Из них один за другим ловко выпрыгивали купленные мной искусственные люди.

Это были не все, конечно — лишь малая часть от общей партии, ровно восемь десятков. Больше разместить на яхте было проблематично, уже и эти должны были сидеть друг у друга на головах, полностью заполонив трюм и все свободные помещения.

Все в одинаковой чёрной форме, в шлемах с поднятыми забралами и лёгкой броне, они были безлики и похожи друг на друга, словно роботы. Одинаковый рост, одинаковое телосложение, одинаковые выверенные движения, одинаковые татуировки под глазом, наконец — очень похожие, практически идентичные черты лиц...

Выкинув из кузовов продолговатые ящики с оружием, со снаряжением и припасами, репликанты выстроили позади них ровными шеренгами и уставились на меня внимательными глазами, выражение которых было очень сложно понять.

Понять их помогли мои способности. Я знал, что они чувствуют. Некоторое лёгкое любопытство и удовлетворение — наконец случится то, к чему их столько готовили. И никто не задумывался о собственной искусственности, не переживал на тему несправедливости устройства мира, где они, живые существа — всего лишь оружие.

— Так, Зар. Я не поняла. А это — что?..

Из дальнего от нас грузовика, заметно отстав от остальных, начали выпрыгивать гибкие стройные девушки. Все в одинаковой одежде — коротких лёгких платьицах и высоких сапожках на каблучках. В отличие от основной группы репликантов — совершенно не похожи друг на друга: разный рост, разное телосложение, разный цвет волос, разные лица.

Но все, как одна — спортивные, гибкие и очень красивые.

— Не что, Яра. Кто. Это — небольшой бонус от руководства «Генома». Девочки-стюардессы... Чтобы не всё бедным роботам одним страдать, нас обслуживая!

— А... Тебе не кажется, что они слишком...

— Нет, Яра. Не кажется.

Девушка в сомнении хмыкнула, не став продолжать разговор.

Зато к нему подключился заметно воодушевившийся при виде самок репродуктивного возраста, хоть даже и принадлежащих другой расе, лок.

— Красивые девчонки, вождь! А можно сделать так, чтобы мне парочка тоже досталась? Обслуживать?

— Посмотрим. Не парочка точно, но — может быть. И сначала им всё равно надо пройти обучение...

Конечно же, отдавать Арраку никого из девушек-репликантов я не собирался. И вовсе даже не потому, что ревновал красавиц, хотел оставить их для себя, или что-то ещё такого рода. Нет, причины были иными.

Но не объяснять же локу, что это специально отобранные мной акробатки и спортивные танцовщицы, которые прослушают гипнозаписи определённого плана и будут выполнять для меня вполне опредлённые задачи? В которые не будет входить ублажение одного отдельно взятого лока.

Тем временем, грузовики развернулись и один за другим поехали прочь. Я же прошёл к репликантам и встал напротив.

Старший чеканным шагом промаршировал навстречу и отсалютовал.

— Сотник Шустрый! Неполная сотня репликантов в ваше распоряжение прибыла!

— Вольно. Шустрый, у тебя есть настоящее имя?

— Моё имя — Шустрый! Его мне дали в инкубаторе!

— И другого нет?

— Другого нет! Только номер! Но номера сложны в восприятии людьми. Поэтому — у каждого из нас есть имя!

— Хорошо. Шустрый, где ваше оружие?

— В опечатанных ящиках! Их только доставили с базы хранения, мы не успели распаковать!

— Понял. Заносите в трюм, снаряжайтесь, вооружайтесь, печати снять разрешаю. Обо всех проблемах сообщайте мне напрямую. И давайте поскорее.

— Так точно!

Шустрый развернулся на месте и тут же кинулся раздавать приказания. Судя по той энергии, с которой он взялся за дело, прозвище этот товарищ получил не просто так, для красивого словца, а совершенно за дело.

Мы же прошли дальше, к одиноко стоящим и выглядящим потерянными девушкам. Они тоже выстроились в шеренгу и вытянулись в струнку, вот только выглядели в своих костюмах несколько комично.

— Кто у вас за старшую? — обратился я к дамам.

Ответа не получил.

— Ладно, старшей назначаю... — я медленно провёл пальцем вдоль строя, и задержался было сначала на рослой брюнетке, но потом ткнул в рыжую и конопатую особу, ростом наоборот ниже остальных, зато — с выдающимися остальными прелестями. — Имя?

— Лисичка.

— Старшей назначаю Лисичку. Яра... Отведёшь девочек, устроишь их, сделаешь так, чтобы ни в чём не нуждались?

Супруга смерила меня красноречивым взглядом, но вслух ничего не сказала.

— Пошли! — махнула она рукой девушкам, и больше даже не взглянув на них и не убедившись, что за ней кто-то следует, быстро зашагала по направлению к пандусу.

Мы с Арраком остались вдвоём. И лок не преминул напомнить о себе.

— Вождь. Ты так и не ответил, что думаешь насчёт моего предложения...

Я сделал несколько шагов в сторону и поманил Аррака за собой. Он прошёл следом.

Теперь нас точно никто не мог прослушивать, говорить можно было не опасаясь. И я вынес вердикт.

— Насчёт твоего предложения... Оно, безусловно, очень интересное. Но не для нас и не сейчас.

— Но, вождь!..

— Без вариантов.

— Скажи хоть, почему, — Аррак насупился — мой отказ его явно расстроил. Даже гребень на голове у лока покраснел.

— У нас дело. Мы не просто летаем между системами без чёткого плана, куда глаза глядят. Нет, мы летим выручить мою сестру. И так уже отклонились от маршрута...

— Ты наверстаешь, вождь! Твой корабль теперь быстрее в...

— Не надо говорить вслух лишнего. Помнишь, что я говорил про твой длинный язык? И да, Аррак. Наверстаю. Но — это не значит, что я буду ещё дальше оттягивать перелёт к нашей конечной цели. Нас ждёт Технотрон. Вот только, я не хочу соглашаться на твоё предложение не только потому, что спешу.

— Почему же ещё?..

— Ты представляешь, какие последствия будут после нашего нападения? Даже если предположить, что у нас получится всё провернуть — что уже не так просто... Неужели ты думаешь, что нам это так спустят?

— Никто не узнает!

— Никто не узнает? Ха!

— Локи не имеют привычки закладывать тех, кто им помог...

— Локи — не имеют. Но они ведь не одни там будут? Наверняка не одни. Так что, вариантов засветиться слишком много.

— Много. Но я знаю, где можно купить полную голографическую маскировку для корабля. И загрузить набор проекций. Никто не будет знать, кто мы на самом деле!

— Пираты?

— Да, вождь.

— Хм... При обнаружении такой аппаратуры на корабле... В некоторых системах казнят без следствия. Или наказывают вечным заточением. И я молчу про тот факт, что когда в одной звёздной системе вдруг, совершенно внезапно, объявится целая толпа локов... А в другой системе эта толпа исчезнет... Люди с мозгами могут легко сложить одно с другим. И сделать опасные для нас выводы.

— Могут сделать. А могут ведь и не сделать, вождь! Чего тебе опасаться?.. Ну, будет у твоего рода одним врагом больше. Не будут же они специально лететь в другую систему, чтобы как-то отомстить? Это ведь торгаши. Они меряют всё исключительно выгодой... А такое мероприятие принесёт одни только убытки.

— Возможно. Но всё равно, Аррак. Риск слишком велик.

— Ну ты подумай, вождь. И не понимаю, в чём проблема. Баржа вряд ли будет хорошо охраняться. Перехватить их с нашей яхтой проще простого!.

— Перехватить — как? Когда они будут лететь на сверхсвете? Или при выходе у какого-нибудь Маяка? Где всегда охрана, батареи, и всё пишется? Нет, Аррак. Идея действительно хороша. Но... Не в этот раз.

Лок поник и нехотя кивнул.

— Как скажешь, вождь.

Не говоря больше ничего, он резко развернулся и тяжко затопал прочь. Гребень на голове всё ещё отливал красным.

А ко мне уже быстрым шагом направлялась Снежана, в сопровождении свиты. Не иначе, собиралась покапать мне на мозг вопросами, не хотим ли мы куда-то ещё заглянуть вместо спасения сестры. И погрозить какими-нибудь карами.

Глава 31

— Постойте, постойте. А где это мы?..

Снежана, не веря своим глазам, смотрела на панорамные экраны капитанского мостика.

Я, не скрываясь, усмехался. А Хосе развернулся в своём пилотском кресле и совершенно бесхитростно поведал:

— Гамма Копья, сеньора. Мы находимся возле Маяка. Беру курс на Технотрон...

— Ах, на Технотрон!.. Неужели наш любящий брат решился наконец заняться спасением своей бедной сестры, попавшей в передрягу?..

— Конечно. А как же иначе?

— И правда, Темнозар. А как же иначе!..

Дочь Перовского скользнула по мне насмешливым взглядом. За которым, однако, мне почудилась тщательно скрываемая растерянность. Кажется, девушка действительно удивилась, что мы вывалились из сверхсвета точно возле заявленной цели, а не у Сигмы Рабыни, куда предлагал слетать Аррак за своими неудачливыми сородичами.

И не сказать, чтобы идея с вызволением локов меня вовсе не взволновала. В теории это даже было не так уж и невозможно, все озвученные мной Арраку проблемы, в принципе, при некотором усердии решались. Но... Я и правда не хотел больше откладывать решение главного вопроса, ради которого мы покинули родную систему Темнозара. Спасти сестру было нужно хотя бы для поддержания статуса рода и ради той пользы, которую ему может принести полноценная одарённая. Если, конечно, спасти её ещё возможность оставалась...

Оказаться в четвёртой по счёту звёздной системе всего за несколько стандартных суток было очень странно. Я никогда столько не путешествовал — ни в прошлой, ни, тем более, в этой жизни.

Нас окружили совершенно незнакомые рисунки созвездий, на боковых экранах сиял голубой сверхгигант, а впереди по курсу росла в размерах единственная вращающаяся вокруг него планета. Ничуть не похожая ни на зелёно-синий Дом, ни на полностью водяную Эгиду.

Технотрон казалсяполностью созданным из металла и голой функциональности. Никаких крупных водоёмов и зелени. Только поля солнечных батарей, трубы фабрик и кислородных обогатителей, многоэтажные вертикальные фермы, а где всего этого нет — бесконечные жилые кварталы, перевитые кружевами многоуровневых развязок и магистралей, с расположенными на крышах посадочными площадками.

Из-за такой насыщенности и концентрации всего получалось, что совсем небольшая по размерам планета, скорее даже — крупный астероид, едва набравший массу для приобретения шарообразной формы, населён чрезвычайно густо. По количеству проживающих на Технотроне людей, да и не только людей, он оставлял далеко позади и Дом, и Эгиду, и уж тем более Ирий.

Богатые полезными ископаемыми недра планеты когда-то позволили достаточно дёшево и быстро благоустроить её и превратить в один большой высокотехнологичный завод. Однако, за долгие годы эти запасы, давшие такой хороший старт, истощились. Технотрон стал как выеденное изнутри яйцо — под его поверхностью находились идущие на многие километры вглубь ярусы пустоты, перемежаемые металлическими фермами несущих конструкций, а давным-давно погасшее ядро заменили генераторы магнитного поля и гравитации. Толстые кабели тянулись к этим сверхмощным агрегатам от расположенных на поверхности солнечных батарей, а целые штаты инженеров, техников и роботов ежедневно поддерживали всю эту машинерию в рабочем состоянии.

Спутников у Технотрона не было — их все тоже когда-то разобрали и использовали. Однако, на высокой орбите вокруг планеты вращалась главная его достопримечательность — искусственно созданное сплошное кольцо, собранное из множества жилых модулей, орбитальных заводов и посадочных площадок. Были среди них, к слову, и многочисленные ремонтные доки, и верфи. Корабли с них ценились ненамного меньше, чем построенные в системе Пси и Омеги Червя, где мы улучшили нашу яхту.

Ко всему этому великолепию со стороны Маяка тянулась вереница тяжело груженных транспортов с предназначенным для переработки сырьём, которое теперь приходилось приобретать в других системах. Другая вереница, уже чуть быстрее и более редкая, двигалась навстречу — закупленные на Технотроне высокотехнологичные товары весили, как правило, значительно меньше, а стоили в разы больше.

Мы не стали встраиваться в общий поток — нам экономия топлива была не так критична, как грузовым судам, ползущим исключительно по оптимальным траекториям и с оптимальными скоростями, позволяющими снизить затраты на доставку груза до минимума. Сразу получив моё полное одобрение, Хосе направил «Косатку» в сторону, и мы обогнули остальные корабли по широкой дуге, приблизившись к кольцу чуть со стороны.

Диспетчеры направили нас в один из расположенных на внешней стороне ангаров, вход в который был прикрыт не металлическими створками, а особо настроенным слабым силовым полем, которое пропускало корабли, но не выпускало более мелкие объекты — в том числе, молекулы воздуха. Поэтому садиться и взлетать можно было в любой момент, не дожидаясь открытия и закрытия створок шлюзов, что значительно ускоряло и облегчало процесс.

Хосе без проблем завёл яхту внутрь и довольно точно посадил в центре подсвеченного специально для нас голографического круга, даже моя страховка не понадобилась. Правда, при этом юнга выглядел всё ещё заметно напряжённым, управление яхтой требовало от него полной концентрации сил и самоотдачи.

— Отличная работа. Александер бы лучше не посадил, — подбодрил я парня, когда тот откинулся на своём кресле и устало провёл рукой по лицу. Хосе благодарно посмотрел на меня и кивнул. О том, что как раз сам я бы лучше смог, и намного лучше, он упоминать не стал. Хотя видно было — очень хотел это сказать, слова так и рвались наружу.

Улыбнулся парню — надо поощрять борьбу с собственными пороками, и повернулся к причине, по которой ему следовало быть сдержанным и молчаливым.

Она барабанила пальцами по подлокотнику кресла, сильно напоминая тем самым своего папашу.

— Снежана. Ваши люди, вроде как, должны уже давно работать тут... Где мы можем их встретить?

— На планете. Надо спуститься на орбитальном лифте на поверхность. Уже там согласуем встречу. Ваша сестра жила в секторе «А сто семнадцать тысяч двадцать девять». Это обычные спальные кварталы, возле университета и студенческого городка. Там часто живут и снимают жильё учащиеся, кто может себе это позволить.

— Ясно. Им удалось раскопать что-нибудь?

— О, да неужто у нашего любящего брата наконец появился хоть какой-то интерес к этому важнейшему для нас всех делу, ради которого мы все покинули родную систему и так поспешно сюда добирались!.. — Снежана вновь откровенно усмехнулась, но я зеркально вернул ей усмешку — меня эти слова ничуть не задевали.

— Интерес был всегда. Просто были также и дела... Чуть более приоритетные.

— Более приоритетные, значит... А я не знаю, Темнозар. У меня, в отличие от тебя, интереса никакого как не было, так и нет. Есть только наказ помочь одному невесть что возомнившему о себе наглецу... Но критерии его выполнения я определяю сама. Так что, извини. Спустимся, спросишь людей моего отца сам. Возможно, что-то знают.

Я ничего не ответил, продолжая смотреть на девушку с лёгкой и, боюсь, слегка кривоватой улыбкой.

Снежана прикрыла ротик ладошкой изображая, будто зевает.

— Ладно, пойду-ка переоденусь и приведу себя в порядок... Без меня никуда не ходите. Всё равно, люди отца говорить с вами не будут. И местные власти — тут же не любят теней и даже есть отделение Инквизиции, вы знали? Так что — ни шага без меня. А я быстро.

С видом победительницы Снежана поднялась со своего кресла и прошествовала к выходу с капитанского мостика. Когда створки за её спиной плавно закрылись, молчавшая до того Яромира скривилась и прошипела вслед:

— Да и пошла ты, змея. Больно много о себе думаешь.

— Ты просто завидуешь.

— Чему там завидовать-то, Зар? Да кто на неё посмотрит-то, на такую убогую? Зар? Зар... Зар?!

— А, извини, задумался. Ты права! Никто не посмотрит.

Я и правда задумался в очень неудачный момент. Подумал о том, что когда со всем завершим, на Технотроне можно прибарахлиться ещё и кое-какой полезной мелочёвкой. В том числе, например, новым бортовым вычислителем для «Косатки».

— Зар... Не заставляй меня ревновать!

Тяжело вздохнув, подошёл к девушке, наклонился к ней и крепко поцеловал, преодолев лёгкое и больше «для галочки» сопротивление. Отметил при этом через камеры, как стыдливо отвернулся покрасневший Хосе — который, тем не менее, какие-то мгновения не мог оторвать от происходящего взгляда.

Спустя пару минут прервал это безобразие и, посмотрев Яромире в глаза, поднял палец.

— Это не ты должна ревновать. А она!

— В смысле... Она?..

— Ну ты же видела, как она похотливо на меня смотрит? И с какой завистью — на тебя?

— Зар... Ты чего?

— В смысле — чего?

— Ты должен был меня успокоить! А ты... А ты... Наоборот!

— А потому что нечего воображать себе всякое. Насчёт Снежаны не беспокойся. Отдадим её Хосе, а то чего парень один страдает. А, что думаешь, юнга?

— Сеньор, перестаньте! Вы что! Как можно...

Парень покраснел ещё больше и смотрел теперь на меня такими испуганными глазами что я не выдержал, рассмеялся.

Когда всё-таки успокоился, Яромира ткнула в меня пальчиком и недовольно буркнула:

— Осуждаю.

И этим чуть было не вызвала у меня очередной приступ веселья. Но на этот раз я сдержался.

— Так, команда. Отставить смешить меня, вашего почти капитана, и давайте займёмся лучше делом. Яра, мы с тобой — на поверхность. Хосе, тебе придётся дежурить тут. Остаёшься за старшего. А то мало ли что...

— А чего с этой... Которая должна, как ты говоришь, ревновать? Мне кажется, она специально хочет тянуть время...

— А её мы ждать не будем. Нечего задаваться. И да, она однозначно хочет тянуть время, якобы отомстить нам. Вот только уверен, мы прекрасно справимся и сами. Я уже начал наводить справки.

— Отлично, Зара. Вот это мне по нраву! Пойдёмскорее, пока эта змея метеоритная не опомнилась!

Мы не стали даже заходить в каюту — всё необходимое и так было при себе.

Уже на выходе нас нагнали Тит с Луцием, а у опущенного пандуса поджидало вызванное заранее местное грузовое такси, предназначенное для перемещения в пределах кольца. Когда мы в него забрались, жалобно скрипнувшая под весом тамплиеров машинка тут же рванула с места и, под управлением автопилота — а точнее, меня, легко взломавшего защиту — на всех парах направилась в сторону ближайшего орбитального лифта. Там пришлось подождать всего несколько минут, прежде чем грузо-пассажирская площадка, всё ускоряясь, заскользила по прозрачной кишке вниз. Так быстро, что, несмотря на систему искусственной гравитации, у меня ощутимо засосало под ложечкой.

В процессе спуска мы смогли сполна насладиться раскинувшимися под нами пейзажами. На Технотроне поддерживалась сухая атмосфера и практическине было облаков, потому ничто не мешало смотреть на раскинувшиеся во все стороны почти идеально ровные прямоугольники жилых кварталов, заводов и солнечных батарей, которые уходили во все стороны, до кажущегося очень близким горизонта.

Яромира прижалась сбоку, заглядывая через моё плечо в окно.

— Зара. Как же тут... Неуютно. Не хотела бы жить на такой планете!

Увиденное её совсем не впечатлило. Меня, впрочем, тоже.

— Согласен. Отличное место для работы, даже для учёбы — насколько знаю, тут прекрасные университеты, но вот жить тут... Увольте. Я за традиционные планеты.

— Ты ж мой консерватор.

Девушка поцеловала меня в щёку. Вернее — попыталась, но я вовремя повернулся, и следующие несколько минут мы упражнялись во владении губами, языком и немножко зубами.

Яромира раскраснелась и задышала возбуждённо, под моими руками даже начинала дрожать — но было не время и не место для любовных утех, и потому мы потихоньку успокоились. Так, за разговорами ни о чём и невинными шалостями, мы и достигли поверхности.

Быстро прошли таможню — на кольце контроль тоже был, но весьма условный, снизу же прибывающих сканировали, пробивали документы и выдавали обязательные устройства с защищёнными чипами, обязательные для ношения всем — как местным, так и гостям планеты.

Пройдя все формальности, мы сели в уже некоторое время поджидающую нас авиетку — как и на кольце, я опять вызвал такси заранее.

Лёгкое атмосферное судно обтекаемых и стремительных форм резко поднялось в воздух и рвануло вперёд. Рвануло так, что нас вдавило в кресла — систем искусственной гравитации и компенсации ускорений внутри предусмотрено не было. Все мощности и каждый грамм веса были задействованы только на одно — обеспечение скорости перемещения.

Стремительным росчерком мы устремились в сторону того сектора, где сестра Темнозара снимала жильё. И знал я об этом уже не со слов Снежаны, которая легко могла намеренно или даже случайно ошибиться, а подучив информацию из планетарных баз данных. Там даже взламывать особо ничего не пришлось — всё было практически в открытом доступе, просто — если не знать, где искать, можно потратить очень много времени. Но моя интуиция кибермансера позволила получить результат почти сразу.

К слову то, что мы покинули корабль, от Снежаны не укрылось. Она внезапно расхотела долго собираться, как ошпаренная выскочила из своей каюты, едва не пинками выгнала следом всех своих спутников и теперь они пыталась нас догнать. Безуспешно. Сделать это было не так-то просто, мы двигались с максимальной возможной скоростью. Быстрее было бы только если выгнать из трюма «Шершня» и сесть прямо на нём — но это было путём в один конец, посадка любых посторонних транспортных средств не на орбитальное кольцо запрещалась местными законами и строго каралась, вплоть до физического устранения объекта-нарушителя.

Сели мы прямо на крышу нужного нам дома, где была оборудована удобная посадочная площадка, полностью свободная сейчас. Не теряя времени, мы вчетвером выбрались наружу, на лифте спустились на нужный этаж и прошли до нужной двери.

Она была опечатана, при нашем появлении появилась голограмма с записью какой-то суровой дамы в форме:

— Помещение закрыто для посещения в связи с проведением оперативно-розыскных мероприятий. Все справки и информация предоставляются только в главном управлении полиции по району. Проникновение внутрь будет расцениваться как злостное нарушение порядка.

Голограмма потухла, я же встал в задумчивости перед дверью. Тащиться в полицию совершенно не хотелось.

Прошёл до ближайшей распределительной коробки и текстовыми командами, отправленными напрямую, попросил тамплиеров встать так, чтобы заслонить её и меня от расположенных на лестничной площадке камер. Это было не так-то сложно сделать, спасибо массивным бронескафандрам.

После этого я без труда взломал кодовый замок и заглянул внутрь. Перебрал все кабели, сжимая двумя пальцами — так получалось пробиться сквозь изоляцию. Беглое сканирование трафика позволило определить провод, по которому гнались серьёзно зашифрованные данные, похожие на типичный обмен информацией внутри системы безопасности.

Более детально проанализировав текущий по кабелю поток информации, опять же спасибо моим способностям — через пару минут и после нескольких неудачных попыток я всё же взломал шифр и получил то, что хотел — начал видеть всё вокруг глазами хорошо защищённых от взлома проводных камер.

В первую очередь убедился, что благодаря широким плечам и бронескафандрам тамплиеров со стороны невозможно понять, чем мы занимаемся. Аж гордость взяла, что с первого раза безошибочно определили все расположенные вокруг средства наблюдения и смогли перекрыть им обзор.

Уже после этого я сконцентрировал всё внимание на квартире сестры.

Квартира была по меркам аристократов скромная — всего пять комнат, часть из которых, судя по всему, отводилась для проживания телохранителей и прислуги. От которых остались только обведённые мелом силуэты на полу и застывшие лужи крови. Судя по позам — все они выполняли свой долг до самого конца и отчаянно защищали свою хозяйку от посягательства посторонних.

Стены внутри покрывалиподпалиныи сквознедыры— бой был нешуточный. Кое-где сработали автоматические системы пожаротушения и погасили так и не успевшие разгоретьсяочаги пламени.

Ни тел, ни прочих улик не осталось — всё наверняка изъяли представители полиции, а что они просмотрели, должны были прибрать к рукам люди Перовского. Если, конечно, их кто-то пустил внутрь.

Тем не менее, кое-какую информацию я получил. Хоть и совершенно не ту, на которую рассчитывал.

И сразу инициировал создание защищённого канала связи.

Управляющий поместьем ответил на вызов практически сразу.

— Темнозар Храбрович...

— Вениамин, — резко оборвал я его.

— Что-то важное, Темнозар Храбрович?

— Да! Почему ты не сказал мне всю правду о сестре?

— Какую правду? — управляющий мастерски разыграл удивление.

— Не прикидывайся ботинком от скафандра, Вениамин. Ты прекрасно понимаешь, о чём я.

— Поверьте, Темнозар Храбрович. Нет. Может, дадите какую-то подсказку?..

Усмехнувшись, послал ему несколько кадров одной из комнат. Где была перевёрнутая детская кроватка, раскиданные по полу игрушки, и огромное чёрное пятно на стене.

Игрушки, что характерно — в основном солдатики, машинки... И ни одной куклы.

— Э... Что это?..

— Одна из комнат в квартире моей сестры.

— Но... Но... — Вениамин выглядел крайне жалко. Будто я действительно смог его удивить.

— И после этого я должен ещё тебе верить... Всё, не могу больше говорить. Конец связи.

Конечно, мы могли общатьсяещё некоторое время без каких-то проблем — но в главном я не соврал.

На крышу села авиетка, из которой выпрыгнула Снежана, а следом за ней — и вся свита, включая беса.

Внизу же, у входа, уже некоторое время топтались двое человек в неприметной повседневной одежде, хорошо скрывающей оружие на теле. Я следил за ними давно, с того самого момента, как получил доступ к камерам.

Эти двое будто только и ждали момента прибытия дочери Перовского, и теперь решительно вошли внутрь, прошли к лифтам и вот-вот должны были начать подниматься.

Закрыв распределительную коробку и заблокировав замок, я для виду прошёл к кваритре, подёргал запертую дверь, послушал ещё раз предупреждения голограммы, после чего мы направились на выход. И «совершенно случайно» столкнулись нос к носу с вышедшей из лифта Снежаной.

— Храбрович... Это уже ни в какие ворота!

— Что?

— Твоё поведение. Всё это ребячество. Что ты и кому пытаешься доказать? Что самый крутой, да?

— Так я и есть самый крутой. Чего мне это доказывать?

Снежана набрала воздуха в рот, явно собираясь прочитать гневную отповедь — но тут двери соседнего лифта открылись, и к нам шагнули те двое, приехавшие снизу.

Дочь Перовского выдохнула и кивнула в их сторону.

— Люди моего отца. Это они занимались твоим делом и собрали информацию по случившемуся, пока мы... Летели. И да, не стоит благодарности, Темнозар.

— Хорошо, как скажешь. Не благодарю. Приветствую, уважаемые. Удалось ли что-нибудь разузнать?

Последние слова адресовал уже этим двоим, один из которых кивнул и шагнул вперёд.

— Здравствуйте, Темнозар Храбрович. Да, нам удалось добыть некоторую информацию. К сожалению, она отрывочна и не полна...

— Ну уж, что есть. Слушаю вас. Что здесь произошло?

— Взлом квартиры и нападение. Действовала хорошо подготовленная группа. Вечером, в двадцать один час тринадцать минут по местному времени, к чёрному ходу подъехал числившийся в угоне фургон с подделанными номерами. Из фургона вышли десять человек, один остался внутри. Трое направились в серверную, нейтрализовали охранников и выключили все системы наблюдения внутри и снаружи здания. Остальные семеро поднялись наверх и предположительно вступили в огневой контакт с находившимися в квартире телохранителями пропавшего объекта...

— Моя сестра в этот момент находилась внутри?

— Нет. Это самое интересное. Судя по тем записям, которые удалось достать, незадолго до событий искомый объект покинул здание и отбыл в элитное увеселительное заведение под названием «Сады эдема». Там он пробыл некоторое время в приватной комнате, где предположительно была встреча с человеком, личность которого нам установить так и не удалось. Проведя внутри около двадцати минут, объект покинул заведение в расстроенных чувствах и направился домой. Дальнейшую его судьбу установить не удалось — все камеры внутри здания были отключены, а на поиск в городских голоархивах нам не дают санкции.

— Постойте. То есть — вы хотите сказать, что мою сестру никто не похищал? И, возможно, она до сих пор на свободе?

— Мы не обладаем никакой информацией относительно пропавшего объекта. На запрос к городским властям уполномоченные лица отвечают неизменно: «Местонахождение не установлено».

— Но, получается — те люди, которые перебили телохранителей моей сестры, никого не похищали?

— Получается, что так. Если похищение не произошло позже и в другом месте...

— Что же тогда им было здесь надо?

— Предположительно, было похищено что-то ценное. Одна из камер, расположенных на соседнем здании, запечатлела злоумышленников, передающих друг другу небольшой свёрток. До начала событий этого свёртка у них не было.

— Есть гипотезы, что это за свёрток?

— Нет. Никаких.

— В квартиру проникнуть удалось?

— К сожалению, в доступе отказано. Местные власти дают лишь ограниченный доступ к информации, касающейся расследования... Очень дозированно.

— Взятки пробовали?

— Не берут.

— Понятно... Что же. Наверное, всё-таки придётся наведаться в местную полицию, да?..

— Скорее всего, это не принесёт ожидаемых результатов...

— А я бы сходил. Хочу посмотреть им в глаза. Возможно, удастся понять что-то. А уже потом перейдём... К другим методам. Пройдёмте, авиетки у нас на крыше, места внутри хватит на всех!

— Вы уверены...

— Конечно, уверен.

Я старался выглядеть полностью беззаботно — хотя говорил, боюсь, немножко невпопад.

И причина этому была.

Перед зданием затормозила машина из которой буквально вывалилась, сильно хромая и кривясь, стройная красивая девушка в изодранной и местами подпаленной одежде. Волосы её когда-то были светлыми, а сейчас выглядели так, будто она недавно совала свою голову в печь. Лицо было бледным, выглядело измождённым и осунувшимся. Под одним глазом синел большой синяк.

Открыв заднюю дверцу машины, девушка наклонилась, после чего медленно выпрямилась, держа на руках слабо шевелящийся свёрток, завёрнутый в какие-то грязные тряпки. И, припадая на одну ногу, направилась прямо ко входу в здание.

Мне удалось сагитировать всех подняться наверх и они уже садились в лифты, но тут один из людей Снежаны вдруг резко остановился и замер, будто к чему-то прислушиваясь. После чего вдруг весь просиял и гордо заявил, будто озвученное — полностью его заслуга:

— Послушайте! Сестра Темнозара Храбровича нашлась! Мне только что передали, что она уже здесь и сейчас поднимется!

Я беззвучно выругался. Сохранить тайну моей родственницы, похоже, не получилось... Всё шло наперекосяк.

Пришлось ждать, пока лифт поднимется наверх, и пока разъедутся в стороны бесшумные двери.

Увидев посторонних на лестничной площадке, бывшая моей сестрой девушка отшатнулась назад и повернулась боком, одновременно прикрывая себя и ребёнка плазменным щитом.

Прежде, чем она натворила что-то непоправимое, снял блок на трансляцию эмоций и громко сказал:

— Здравствуй, сестра.

Готовое было сорваться в нашу сторону плазменное копьё так и осталось висеть в воздухе. Хотя и не исчезло.

— Я твой брат. Темнозар Храбрович. Мы прилетели, чтобы помочь.

Копьё, наконец, потухло. Следом, после небольшой задержки, и щит.

С подозрением посмотрев на меня, незнакомая и чем-то неуловимо похожая на моё нынешнее отражение девушка презрительно скривилась.

— Ты немножечко опоздал... Братец. Я уже справилась сама.

— Мне жаль, что так вышло.

Мне действительно было жаль. И стыдно, что так затянул со всем. Если бы знал, что на кону — точно летел бы на Технотрон, не отвлекаясь больше ни на что...

Я и не подумал скрывать эти эмоции. Как и своё истинное отношение к сестре. Я её совсем не знал раньше, не испытывал никаких родственных чувств, она была фактически чужая... Но сейчас, вот именно в этот момент, всё менялось.

— Мне жаль, Богдана Храбровна. Очень жаль, что тебе пришлось самой решать эти проблемы. Такое больше не повторится. Наш род своих не бросает. И не прощает врагов.

— Наш... Род? — сестра презрительно скривилась.

— То, что от него осталось. Да, нас мало... Но это не должно быть оправданием тому чтобы сдаться, опустить руки и позволить остальным топтаться по нашему наследию. Сейчас сложные времена, Богдана. Надо держаться вместе. И да, мы пришли забрать тебя... Вернее, вас... Домой.

— Домой? — очередная усмешка, но я её проигнорировал.

— Дашь посмотреть... На племянника?

После недолгого колебания, Богдана всё-таки повернулась к нам так, чтобы можно было увидеть малыша. Совсем ещё маленький, нет и двух лет. Неуловимо похожий и на мать, и на меня нынешнего.

Сестра смотрела на нас всё ещё с подозрением. Не верила и не понимала, что уже всё решено. Её дальнейшая судьба, а также судьба её сына прочно связана с судьбой рода Огневых-Белых-Разумовских. Хочет она этого, или нет.

Во имя всех тех, кого я не смог спасти раньше. Тогда, в прошлой жизни...

Я протянул руки, испрашивая дозволения подержать малыша на руках. После долгого и заметного невооружённым взглядом колебания Богдана всё-таки протянула слабо пискнувший свёрток, и представила его:

— Огнедар.

— Сама придумала?

— Да.

— Красивое имя.

Я взял малыша. Два голубых глаза на круглом личике с подозрением уставились на меня. Но — без страха.

Показалось, что в глубине зрачков мелькнуло настоящее пламя.

Последний лёд растаял, последние сомнения остались позади. Я не сказал больше ни слова. Но каждый, находящийся рядом, понял: я беру на себя ответственность за будущее этого ребёнка и его матери. И каждый, кто посмеет их обидеть, об этом очень сильно пожалеет.

Наш новый род — род Огневых-Белых-Разумовских — стал на двух членов больше. И что-то подсказывало, что это только начало.

Content

По головам — 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31