Наследнички 2

Глава 1

— Андрей, вставай! Какого лешего ты дрыхнешь? — вопль брата прорвался сквозь сон.

— Изыди, — пробормотал я, накрывая голову подушкой.

— Андрюха, ты обещал меня в муниципалитет сегодня отвезти, — сильная рука выхватила мою подушку и отбросила её в сторону.

— Какой муниципалитет? Ничего я тебе не обещал, — я приоткрыл один глаз и возмущённо посмотрел на Ромку.

— Я сегодня на права сдаю, ты что забыл? — брат стоял надо мной, скрестив руки.

— Да я и не знал, — сев на постели, попытался открыть второй глаз. — Тебя везде Ванька Подоров возит. Он же у тебя личный таксист.

— Ванька дома в себя приходит. Он слегка силы не рассчитал вчера. — Хмуро пояснил Ромка.

— Так это он зал залил? — я хохотнул. — То-то Денис матом разговаривал, периодически на рёв срываясь. А зачем он начал экспериментировать, не дождавшись наставника? Вроде к вам Изразцов должен был подойти.

— Дебил потому что! — Ромка продолжал нависать надо мной. — Машка Вольф за каким-то чёртом Костю Устинова пыталась спровоцировать. Каким образом Ванька в их спор ввязался, никому до сих пор не понятно, но вот… А ты, если бы меньше спал, не прибежал бы, запыхавшись, когда Денис пообещал сделать с нами что-то страшное, если мы нечто подобное ещё раз сотворим.

— Вот этот момент я помню. — Я встал и потянулся. — То есть, ты решил воспользоваться случайным выходным, пока зал осушают, и сдать, наконец-то на права?

— Ну, да, — Ромка пожал плечами.

— А напомни мне, брат мой, когда именно ты мне об этом сказал, да ещё и добился моего согласия тебя покатать? — спросил я, хмуро глядя на Ромку. Ненавижу рано вставать. И не понимаю, как брат умудряется вскакивать так рано. Он же некромант, а они любят поваляться в постели.

— В промежутке, между воплями Дениса и твоим настойчивым желанием потискать Иванову, пока её кошки нет на горизонте, и Паразит не появился. — Ехидно напомнил брат.

— Ну, допустим, — вот в тот конкретный момент я точно ничего и никого не слышал и не видел. Потому что действительно не хотел упустить шанс немного позажимать Ольгу под предлогом спасения от потопа. Она, кстати, не слишком сопротивлялась, и это внушало определённый оптимизм. — Когда у тебя экзамен?

— Через два часа, — ответил Ромка. — Так что приводи себя в порядок, хватай Ольгу и вези меня на эту пытку. После экзамена в салон к Рогову меня закинете и можете пару минут побыть наедине. Потом кто-то из кошаков появится и всё тебе испоганит, но пара минут у тебя будет.

— Лучше заткнись, — посоветовал я брату и пошёл в ванную.

— Я-то заткнусь, а вот ты решай уже, что у тебя с Ольгой. И с отцом поговори, пока не стало мучительно больно, — крикнул Ромка, когда я уже скрылся в ванной.

Это он хорошо сказал. Только вот как я буду говорить с отцом на эту тему? Нужно просто набраться смелости и прямо спросить, имеются ли у главы клана Орлова на меня какие-нибудь матримониальные планы. А то может весьма неловко получиться. Возможно, во мне сейчас говорит неудовлетворённость, всё-таки в девятнадцать лет очень сложно обходиться без женской ласки, но я хочу Ольгу. Она тоже вроде бы не против. А что у нас дальше будет, как-нибудь разберёмся, не дети уже.

В душе я пробыл недолго. Потому что, подозреваю, что запрет на плотские утехи относится ко всему. И это жутко угнетает.

— Быстро ты, — Ромка сидел в кресле и листал журнал. — А чего это ты решил журнальчик почитать, да ещё такой? — он перевернул его и посмотрел на обложку, на которой стоял серьёзный младший Ушаков. — Не на Стёпку же полюбоваться?

— Я на него на живого в любой момент могу полюбоваться, — скривившись, потряс головой. Во все стороны полетели брызги. Так дело точно не пойдёт. — У деда, который Стоянов, новый пистолет вышел. Макс Ушаков на него обзор делал. Вот, думаю, может прикупить, — и я принялся интенсивно вытирать волосы, чтобы они быстрее высохли.

— Да? Надо будет сходить посмотреть. — Ромка потянулся. — Меня, в отличие от тебя, дед обожает. Говорит, что ты просто копия отца, и его это нервирует. — Он хохотнул.

— Скажи Виктору, чтобы мою машину приготовили, а я пока за Ольгой схожу, — застегнув штаны, я направился к двери.

— Всё-таки решил совместить приятное с полезным, — Ромка широко улыбнулся. — А Виктору я сказал, ещё когда тебя будить шёл. Я на улице подожду. Погода — блеск. Лето как никак.

— Надо пару дней урвать и на море съездить, — заметил я. — А то осень быстро наступит, и что с нами будут делать, я даже не представляю.

— Урвём мы пару дней, как же, — Ромка скривился. — А вообще, надо Ваньке подарок какой-нибудь преподнести, за то, что один день свободный нам подарил.

— Обойдётся большим человеческим «спасибо», — хмыкнул я и вышел в коридор.

Ольга возилась со своей кошечкой, которую притащил ей Паразит.

— Как ты её назвала? — спросил я, останавливаясь в дверях. Опёрся об косяк и сложил руки на груди, не сводя пристального взгляда с комка белоснежного пуха.

— Сима, — Ольга встала, держа котёнка на руках.

— Почему Сима? — я с любопытством посмотрел на кошечку.

— Не знаю. По-моему, она на Симу похожа. У неё мордочка такая же хитрая, как у Симы. — Ольга улыбнулась. Я же смотрел на её толстую русую косу, перекинутую через плечо на грудь. Эта коса меня просто с ума сводит. Знать бы ещё почему.

— Тебе виднее. Собирайся, — я не смог сдержать улыбку, когда Сима потянулась и исчезло прямо из рук Ольги.

— Куда, — она подняла на меня глаза.

— Покатаемся. Ромке приспичило сдавать на права, так что всё будет вполне пристойно. Ты, я и мой брат, — я прикрыл глаза рукой. — Звучит не очень пристойно, согласен. Обещаю, что приложу все усилия и не буду приставать. В конце концов, у нас каникулы.

— Я не против покататься, — Ольга улыбнулась. — Дворец меня всё ещё немного смущает.

— Твои комнаты Ира выбирала. Не думаю, что она не оставила тебе шанса ненадолго сбежать.

— Огромный балкон в моей спальне, — Ольга негромко рассмеялась. — Наверное, при желании с него можно легко спуститься вниз.

— Я всегда знал, что Ира любит меня больше Ромки, — я отступил в сторону, пропуская Ольгу. При этом даже не подумал отодвинуться. — Ведь с такого балкона можно не просто легко спуститься, но и легко взобраться в спальню прекрасной девы.

— Для чего? — она протиснулась мимо меня в коридор, подарив несколько весьма волнующих мгновений.

— Чтобы её обесчестить, для чего же ещё, — я даже поразился её недогадливости.

— Ох, Орлов. У тебя было столько возможностей это сделать, вот только моя честь всё ещё при мне, — она печально вздохнула, но снова рассмеялась и пошла впереди меня.

Ромка стоял возле машины и смотрел на меня прокурорским взглядом.

— Андрей, мы, вообще-то, уже скоро опаздывать начнём, — заметил он, открывая дверь и усаживаясь на заднее сиденье.

— Мы не начнём опаздывать, — спокойно сказал я, садясь за руль. — Не суетись.

— Я нервничаю, имею право, между прочим. — Заметил Ромка, а потом протянул руку и потрогал Ольгину косу. — Тебе не тяжело такую копну на голове носить? Стрижку не хочешь сделать? — Мне в этот момент очень сильно захотелось развернуться и начистить ему рожу. Ромка поймал мой взгляд в зеркале заднего вида и присвистнул. — Ого. Ладно, Оль, забудь, это было неудачное предложение.

Машина тронулась, и очень скоро мы выехали из дворцового комплекса. Сколько себя помню, мы всегда жили здесь. И то, на что Ольга смотрела с изумлением, для меня было совершено нормальным и привычным. А вот громада Службы Имперской Безопасности, выстроенная неподалёку от дворцового корпуса, вселяла трепет. Собственно, под территорию этого корпуса была отдана часть дворцового парка. И это ещё ничего. Пока нам с Ромкой пять лет не исполнилось, Матвей со своей бандой вообще во дворце размещался. Так что отдельное здание, расположенное максимально близко к дворцу, это тот компромисс, на который Подоров пошёл ещё при императоре Михаиле.

— Андрей, тебе Тихон Керн не звонил? — спросила Ольга, отвлекая от созерцания вотчины страшного и ужасного Подорова. — Когда они со мной начнут заниматься?

— С пятницы. Старички решили что-то модифицировать в подвале, после того как я показал им возможности магов крови, — рассеянно ответил я.

На самом деле это было так. Тихон вместе с Демьяном пришли ко мне в спальню. Их отец провёл, ему, как оказалось, тоже было интересно. На полусонного натянули обруч памяти и приказали воспроизвести то, что мне показал Кодекс. Собственно, я из-за этого опоздал и не увидел грандиозного потопа в исполнении Ивана Подорова. Посмотрев, Тихон сказал, что им надо что-то изменить, а отец выглядел очень задумчивым, странно поглядывая на меня.

— Так, а вот нам ты ничего не показывал, — судя по взгляду, который Ольга бросила на меня, она поддерживала возмущённый вопль в полной мере.

— Покажу, не ори. Притащишь обруч и посмотрим. Кодекс мне не слишком много и продемонстрировал. — Ответил я, останавливая машину у Муниципалитета.

— Так, я пошёл, — Ромка шумно выдохнул и выбрался из машины, сразу же направившись сдаваться.

Мы с Ольгой остались в машине. Некоторое время сидели молча. Я смотрел перед собой и не знал, с чего начать разговор. Ольга не выдержала первой.

— И что мы дальше будем делать? — спросила она. — Вернёмся во дворец?

— Предлагаю поехать за город. Там очень живописно, и у семьи есть прекрасная усадьба. Не у клана, а конкретно у нашей семьи. Так что шансов нарваться на каких-нибудь Орловых сводится к нулю. — Ответил я, глядя ей в глаза.

— А ты не хочешь облегчать себе жизнь, — Ольга лукаво улыбнулась.

— Трудности закаляют характер. И я приложу все усилия, чтобы сдержать обещание. — Я ударил себя кулаком в грудь.

— Андрюша, — она протянула руку и отвела прядку волос с моего лица. — Это всё прекрасно, вот только я тебе ничего не обещала.

— Нам всё равно не дадут зайти слишком далеко. — Я уткнулся лбом в руль. — Это какое-то извращение на самом деле.

— Но почему? — Ольга помассировала виски. — Я не могу понять, почему?

— Скорее всего, какие-то гормоны, которые выделяются при сексе, как-то воздействуют на блоки. — Я покачал головой и посмотрел на Ольгу. — Оль, все эти сказки про то, что сын клана должен поцеловать свою возлюбленную, чтобы сбросить проклятье, они ведь не на пустом месте родились. Конечно, для детей всё ограничивается поцелуем. А как там было на самом деле…

Из здания Муниципалитета вышел Ромка с такими круглыми глазами, что я не выдержал и расхохотался, завалившись набок и уткнувшись Ольге в плечо.

— Андрей, что с тобой? — она коснулась моего плеча, но тут грохот, раздавшийся неподалёку, заставил меня поднять голову.

Посмотрев, как Ромка с перекошенной мордой пытается приладить отвалившуюся дверь, я снова заржал.

— Это тот самый инструктор, который принимал зачёт у меня. Отец говорил, что тоже когда-то давно сдавал именно ему. И, самое главное, это та же самая машина. Отец хотел поменять её, чуть ли не в приказном порядке. Но инспектор остаётся непреклонен. Наверное, у него к этой рухляди особое чувство. Ну, ничего. Сейчас Ромка ему это корыто доломает, мигом согласится на замену.

Ольга улыбнулась, и мы принялись внимательно смотреть, как Ромка очень медленно и аккуратно объезжает площадь. По его напряжённому лицу было видно, что брат дико боится, что машина прямо сейчас развалится на части.

Зазвонил телефон. Ольга вытащила его из маленькой сумочки, которую успела захватить с собой. Долго смотрела на номер, а потом всё-таки ответила.

— Да, я тебя слушаю, — громкость у телефона была выкручена на минимум, потому что я не слышал, не только о чём говорил её собеседник, но и кто это вообще был. — Нет, это невозможно. Ты не имеешь права… Хорошо, сегодня поговорим.

Отключив телефон, Ольга бросила его в сумочку и сидела, глядя потухшими глазами в одну точку.

— Оля, что случилось? — я дотронулся до её руки.

— То, чего я всё это время ждала. Дождалась на свою голову, — она отвернулась от меня. — Андрей, отвези меня, пожалуйста, на вокзал, мне нужно встретить мачеху.

— Оля, что случилось? — настойчиво повторил я. — Я никуда тебя не повезу, пока ты мне внятно не ответишь, что случилось?

— Я всё ещё дочь своего клана, вот что случилось. И эта дрянь всё-таки убедила моего малахольного братца в том, что меня нужно срочно выдать замуж. — Ответила она, печально улыбнувшись. — Поиграла Оля в девушку наследника престола и хватит. Жаль только, что у нас так ничего и не получилось. — И она снова отвернулась от меня, глядя в окно.

— Когда приезжает твоя мачеха? — спросил я, глядя, как Ромка паркуется. Похоже, инструктор сам прекрасно понимал, что на такой машине нельзя ехать дальше площади.

— В течение часа. Поезд уже подъезжает. Ты отвезёшь меня?

— Отвезу, — я кивнул, вышел из машины и направился к брату, который не вышел, а вывалился из машины вместе с дверью. — Ну что, сдал?

— Конечно, сдал, — ответил инспектор, поднимая на меня взгляд. Вздрогнул и посмотрел на прилаживающего дверь Ромку. — Шутники, — он нервно хохотнул. — Сейчас документики заполним, и можете ехать по своим делам уже как полноправный водитель.

— Ром, мне нужно срочно уехать, у Ольги появились проблемы, откуда не ждали. Да, не знаешь, Матвей не слишком занят?

— Даже такие проблемы? — Рома удивлённо посмотрел на застывшее восковое личико Ольги. — Конечно, езжай. Человечество уже давно такси придумало, думаю, до Рогова я и сам способен добраться.

— В крайнем случае машину вызови. — Посоветовал я ему.

— Да ну их, пришлют представительского монстра. Терпеть их не могу. Сам доберусь. — Махнул рукой брат. Вот странно, мы действительно терпеть не могли представительские лимузины клана, тогда как те же Вольфы в них прекрасно себя чувствовали. И, хоть права были у всех троих, они предпочитали ездить с водителем.

— Как знаешь, — я посмотрел на инспектора, который только-только приготовил уже заполненные наполовину бумаги. — Дома встретимся.

Ромка кивнул и подошёл к инспектору, я же поспешил к Ольге.

— Ну что, поездка за город отменяется. — Сказал я ей, выворачивая машину со стоянки.

Некоторое время мы ехали молча, а потом Ольга начала более внимательно смотреть на мелькающий за окном пейзаж.

— Андрей, мы едем не на вокзал, — наконец, медленно произнесла она, поворачивая голову ко мне.

— Да, точно, не на вокзал, — я свернул к знакомым воротам и принялся ждать, когда нас идентифицирует и пропустят на территорию.

— Андрей, куда ты меня привёз? — Ольга возмущённо смотрела на меня.

— А ты не узнаёшь? — ворота открылись, и я въехал на территорию дома Кернов. — Это дом моего прадеда. Ира собиралась сегодня сюда. Что-то обсудить с Марго и с Марией повидаться. Ужин-то по техническим причинам не состоялся. Так что я поручу тебя своим самым близким и любимым женщинам, пока буду решать твою проблему.

— Андрей…

— Тсс, — я приложил палец к её губам. — Не спорь. Пошли, — выходя из машины, я набирал номер отца. — Пап, ты не слишком занят?

— Нет, говори, — ответил он, и я услышал, как фоном Рыжов о чём-то спорит с Ушаковым. Но там могут и чисто семейные разборки происходить, всё-таки Егор-шурин Олега.

— Нарисовались родичи Ольги. Её мачеха приезжает на Центральный вокзал через, — я посмотрел на часы, — полчаса. Основной вопрос, который она хочет решить, это замужество Ольги. Похоже, они нашли, наконец, кому её можно продать подороже и решили избавить клан от её присутствия окончательно.

— Да? Очень интересно, — в голосе отца появились хищные нотки. А фоновый шум стих. Похоже, к нашему разговору начали прислушиваться. — Но, понимаешь, Андрей, тут глава её клана в своём праве. Я не могу запретить ему выдать дочь клана замуж, если не предложу замену, которая отвечает интересам государства. Даже если эта замена противоречит интересам клана Ольги, глава клана не может отказаться. Только в этом случае я могу приказать разорвать помолвку и принять выгодную мне партию. И, Андрей, я только один раз воспользовался этим правом, и то, потому что меня очень просили непосредственные участники торжества, — он усмехнулся, а фоном прозвучало возмущённое фырканье Егора.

— И что, ничего нельзя сделать?

— Почему нельзя? Если кто-то думает, что я упущу мага крови, то тому неразумному нужно идти, голову лечить. И поэтому я задаю тебе вопрос, ты, как послушный сын клана, исполнишь волю главы, без возражений и с радостью, как и полагается наследнику?

— Я… — во рту резко пересохло. Я покосился на Ольгу, которая напряжённо прислушивалась, пытаясь понять, о чём мы с отцом говорим. Я её хочу очень сильно, до боли. Но жениться? Вот только отец решил заполучить в клан мага крови, и проще всего сделать это именно таким образом. Учитывая, что нас с Ольгой тянет друг к другу, мне только что предоставили выбор. Если я заартачусь и испорчу тем самым свою карму, то отец всё равно выдаст её за Орлова. Это может быть Ромка, или Игорёк, или Борька, или даже Ванька Подоров. Недостатка в молодых неженатых сыновьях клан не испытывает. Я же не могу сказать однозначно, чего хочу. И представить её с кем-то другим, тоже не могу. Я не… — Да, как преданный сын клана я выполню любую волю главы без возражений и колебаний.

Глава 2

Инспектор неспешно достал бланк и принялся его заполнять, держа планшет прямо на весу. Роман подошёл поближе и увидел, как ложатся строчки практически каллиграфическим почерком.

— У вас, наверное, огромный опыт, — не выдержав, выпалил Рома.

— Это да, я ещё у императора экзамен принимал. Он тогда чуть постарше тебя был. — Размеренно ответил ему этот тучный уже пожилой мужчина. — Шебутной. Всё куда-то бежать хотел.

— Дел, наверное, много было, — подсказал ему Роман и улыбнулся. Слушать про Костю, тогда ещё Керна, было забавно.

— Наверное, сыновья кланов редко праздно шатаются, не то что мажоры простых богатеев. — Кивнул инспектор. — Даже странно порой бывает из-за этого.

— Ничего странного, — Роман осторожно прислонился к машине, надеясь, что она не развалится. — За проступок сына клана отвечает весь клан. Это закон, прописанный в Кодексе. А просто богатый человек может своего сына запросто выкупить. И так происходит до тех пор, пока сынок не нарвётся по дурости на сына или на дочь клана. Прецеденты были, Устиновы не дадут соврать.

— Ну, это совсем нужно быть безголовым, чтобы на сына клана нарваться, да ещё и в тридцатку Совета входящего. — Покачал головой инспектор. — Имя. — Внезапно строго произнёс он.

— Орлов, — тут же ответил Рома. — Роман Константинович.

— Однофамилец, что ли? — Инспектор поднял на него взгляд.

— Родственник, дальний, — подумав, добавил Роман.

— То-то гляжу, похож. Значит, сын клана Орловых? — хмыкнув, он быстро вписал имя в бумаги, вытащил артефакт и приложил к своим записям. — Вот, Керны по приказу главы твоего клана новую штуковину сделали, теперь не надо вручную карточки заполнять. — Похвастался инспектор и протянул небольшую пластинку, выпавшую из артефакта Роме. — Поздравляю, можешь приобретать машину и ездить в своё удовольствие. Не нарушай правил. — И он пошёл обратно в здание Муниципалитета, на ходу застёгивая папку с документами.

— Постараюсь не нарушать, — Ромка оглянулся. — О, такси. — И он, подняв руку, быстро подошёл к машине, остановившейся неподалёку.

— Тебе куда, парень? — добродушно спросил таксист.

— К автосалону «Беркут» подбросишь? — в тон ему спросил Рома.

— Садись. — Кивнул таксист. — На права, небось, сдавал?

— Ага, — Рома кивнул, внимательным цепким взглядом оглядев машину и тут же снова нацепив на лицо маску раздолбая, которым в большую часть времени и являлся. Не только Андрея обучали как следует. Присутствие отца мигом любые намёки на бунт подавляло, и Роман посещал некоторые занятия, о которых даже Андрей не догадывался. — Отец машину обещал, если права получу. — Сказал он, широко улыбаясь.

— Что ж сам не отвёз в салон? — таксист взглянул на парня в зеркало заднего вида. Он был похож на сына клана, только от них шёл этот едва ощутимый флёр необузданной силы. Но отсутствие машины, да и довольно свободное общение заставили его засомневаться. Обычно сыновья клана включались в беседу неохотно, словно понятия не имели, как нужно говорить с простым смертным. Да и редко он их подвозил.

— Ему некогда, — Рома посмотрел в окно и скривился. — Много работы.

— Да, так бывает, — кивнул таксист, убедив себя, что этот парень если и из клана, то из какого-то незначительного. — Но «Беркут» — салон дорогой. Может, в какой попроще отвезти?

— Нет, владелец — хороший знакомый моего крёстного. Хорошую скидку сделал. Юра с отцом уже давно деньги внесли, это я всё никак не мог решиться и сдать на права. — Махнул рукой Ромка.

— Вон оно что, молодцы, — одобрительно покачал головой таксист. — Это важно всегда ощущать поддержку близких.

— Да, это точно, — пробормотал Рома. — Нам с братом в этом смысле просто дико повезло.

Вольф на самом деле сказал, что подарит крестнику машину, как только тот перестанет голову греть им всем и сдаст уже на права. С Роговым всё было обговорено заранее. Иван даже тогда плюнул и сказал, что мальчишкам Орлова он сам может подарок сделать, но тут в позу встали Ушаков с Вольфом. Так и получилось, что машины Роме с Андреем подарили их крёстные.

Костя тогда только головой покачал и стребовал с Егора свой любимый «Единорог». Завод по производству этих элитарных машин Егор забрал когда-то в качестве компенсации за… что-то. Подробностей они с Андреем не знали. О таких вещах родители предпочитали не распространяться. Наследникам Орлова тоже сначала хотели сделать машинки на заказ, но Роман с Андреем предпочитали машины поскромнее. Егор об этом прекрасно знал и не настаивал. В итоге выбор подарка оставили за мальчишками. Рогов должен был просто прислать счёт.

Машина остановилась на парковке автосалона.

— Два рубля, десять копеек, — объявил таксист, глядя на счётчик.

Роман кивнул и полез в карман. Через минуту закрыл глаза и ударил себя по лбу.

— Ну что за кретин? — он ещё раз пошарил по карманам. — Я наличку забыл. Картой можно рассчитаться?

— Конечно, — таксист улыбнулся и протянул расчётный артефакт, куда быстро вбил положенную сумму.

Рома приложил к считывающему окну карту, а затем, когда мигнула красная лампочка, приложил руку к идентификатору. Прибор щёлкнул, подтверждая оплату. В окне загорелись все данные клиента. Полезла лента чека. По правилам извоза для отчётности он должен был ещё и расписаться в чеке. В магазинах таких условностей не было, достаточно было просто пройти идентификацию. Но Рома был уверен, что его повозит брат, поэтому даже не подумал о наличных, которые в таких вот случаях сильно облегчали жизнь.

Чек, наконец-то, вылез и распался на две половины. Одну Роман сразу же смял и сунул в карман, а в другом поставил свою размашистую подпись. Ручка была прикреплена к расчётной пластине, так что никаких затруднений не возникло.

— Спасибо, — Роман выскочил из машины и быстрым, пружинистым шагом направился к входу в салон.

— Да, не за что, — усмехнулся таксист и разгладил чек, мельком взглянув на него, перед тем, как опустить в специально оборудованный ящик. — Что за… — Он поднёс чек поближе к глазам. — Орлов Роман Константинович. — Прочитал вслух и посмотрел на подпись. — Серьёзно? — И таксист посмотрел в ту сторону, куда убежал парень. — А чего это он вот так запросто на такси? Зато понятно, почему из-за отсутствия наличности так переживал. Не хотел, чтобы имя засветилось. Случаются же чудеса. — Он покачал головой, потом подумал и вложил в кассу собственные деньги, аккуратно сложив чек и сунув его в бумажник. Его младшая дочка собирала все немногочисленные фотографии Великого князя и его брата, тщательно вклеивая в тетрадку. Пускай порадуется девчонка.

С этими мыслями он завёл мотор и выехал со стоянки, всё ещё переваривая тот факт, что возил сына императора, который так запросто с ним разговаривал, почти как с равным.

* * *

Константин отключил телефон и посмотрел на Матвея, который стоял перед его столом с папкой в руках. Просить Подорова сесть во время доклада, было делом бесполезным и неблагодарным. Он всегда докладывал стоя, правда, делая себе поблажку, не обращаясь к императору «ваше величество», но только когда в кабинете не было посторонних.

Егора Ушакова и Рыжова Матвей за посторонних не считал. Егор был больше, чем друг для Кости, а Рыжова все воспринимали как придаток к императору, являющейся его неотъемлемой частью.

— Что случилось? — спросил Матвей, опережая всех остальных.

— Ольгу Иванову родичи решили быстренько выдать замуж. — Задумчиво проговорил Костя, постукивая телефоном по подбородку. — Только мне это кажется странным? Вот так, ни с того, ни с сего…

— Нет, — Матвей нахмурился. — Это более чем странно. Тем более что мачеха подписала бумагу, в которой чётко указывается, что родственники не должны предпринимать подобных действий с сиротами героев, пока они не закончат обучение. Она что решила, что я шучу, выставляя подобные условия для окружения наследника и ближайшего круга императора?

— Думаю, что здесь дело в предполагаемом муже, — протянул Егор. Ему так же, как и всем, находившимся в кабинете, эта ситуация очень сильно не нравилась.

— Предполагаемый муж для Ольги — это Андрей, — Костя встал из-за стола и прошёлся по комнате. — Если мой внук унаследует и дар отца, и дар матери одновременно, а я бы сказал, что вероятность этого крайне высока, то с Безликими можно будет говорить совершенно по-другому.

— Не совершай своей ошибки, Костя, — тихо сказал Егор.

— Не беспокойся, не совершу, — Константин повернулся к другу. — Последнему идиоту уже понятно, что Андрей как минимум неравнодушен к этой девочке. Ты, когда его видел таким возбуждённым?

— Никогда, — Егор улыбнулся. — Андрей всегда был идеальным образцово-показательным сыном клана и наследником престола. Он ни разу на моей памяти не совершил ни единой ошибки. Даже в клубе вёл себя безупречно. Да с последствиями, но в той ситуации лучше было не сделать.

— А потом он начал творить какую-то дичь, — поддержал его Матвей. — Даже Ромка на его фоне начал казаться более рациональным.

— Это нормально, — Костя подошёл к окну. — И я рад, что, наконец-то, это произошло. А то меня это ледяное спокойствие уже напрягать начало, если честно.

— Не только тебя, — кивнул Егор. — Люся вообще переживала, что он не способен на сильные чувства.

— Надеюсь, ты её успокоил? — Костя иронично усмехнулся. — Как, по-твоему, его чувства были достаточно сильными, когда он обрушил защиту Безликих и неосознанно натравил на них Орла? А потом почти позволил себя убить какому-то городскому сумасшедшему? Так что, нет, это не мой случай, и Андрею моё решение пойдёт только на пользу.

— Девочка будет сопротивляться, — меланхолично заметил Рыжов. — Это не её уровень и, да, она будет отчаянно сопротивляться.

— Как ты в своё время? — хмыкнул Костя.

— Возможно, сильнее. Я всего лишь слабый мужчина и не сумел противиться натиску прекрасной женщины, в которую был уже влюблён.

— Избавь меня от подробностей, иначе я за себя не отвечаю, — прошипел Егор, который до сих пор остро реагировал на своего шурина. Особенно, учитывая тот факт, что Рыжова действительно Наталья Ушакова добивалась, а не он её.

— Полагаю, надо дать Андрею шанс добиться взаимности. Помолвку в крайнем случае можно разорвать. — Решительно проговорил Костя. — Но в этом случае у меня должен быть готовый план Б. Пусть даже он будет юридически обоснованным полным уничтожением клана Ивановых, для взятия дочери клана под опеку клана Орловых.

— Вот такого варианта лучше избежать, — в голос проговорили Рыжов и Ушаков.

— Всё в ваших руках. — Костя повёл плечом, разминая мышцы. — А сейчас мне нужно имя того неразумного человека, который подбил дамочку нарушить договор с Матвеем.

— О, не волнуйся, — процедил Матвей. — Это для меня становится делом чести, как ни крути.

— До приезда поезда осталось двадцать минут, — проговорил Костя, бросив взгляд на часы. — Кто поедет на вокзал?

— Я, конечно, — Матвей захлопнул папку.

— Я, пожалуй, составлю тебе компанию, — проговорил Егор. — Можете считать меня параноиком, но я имею полное право не верить в подобные совпадения.

— Олег, поезжай в дом к моему деду. Раз уж ты сам признался, что побывал в ситуации, подобной той, в которую угодила Ольга, попробуй узнать её настроение. Она явно не испытывает к Андрею отвращения. — Он на секунду задумался, вспоминая пикантную сцену, которую застал в месте силы. — Да, определённо не испытывает. Но, иногда этого мало. В одном вы все правы, я не желаю сыновьям пережить такой же брак, какой был у меня. Поэтому мне нужно знать, нужно ли идти и спрашивать совет у Кодекса для осуществления плана Б.

* * *

— Андрей, — Ольга посмотрела на меня широко открытыми глазами. — Что происходит? почему мы здесь, а не на вокзале.

— Потому что… дьявол, — я провёл рукой по волосам и открыл дверь в гостиную, из которой раздавались женские голоса. — Давай я потом тебе всё объясню. Ты меня, возможно, даже немножко побьёшь.

— За что Ольга должна тебя побить? — Мария легко поднялась с дивана, подошла ко мне и поцеловала, попытавшись пригладить растрёпанные волосы.

— За то, что я хороший сын, — пробормотал я, стараясь не встречаться взглядом с Ольгой. — Я оставлю у вас Олю? Мне нужно кое-куда очень быстро уехать. Она вам всё объяснит.

— Конечно, мог бы и не спрашивать, — Марго удивлённо переглянулась с Ириной, которая только плечами пожала. И они обе посмотрели на меня. Не старайтесь, мне на ваши взгляды плевать, я к магии смерти равнодушен. Более того, думаю, что после своего обучения тоже смогу чахленького зомбака поднять и упокоить.

— Андрей, — Ольга удержала меня, когда я уже хотел ретироваться. — Пожалуйста.

— Да, легко не будет, — пробормотал я, обводя взглядом комнату. Вот то, что мне нужно.

И я направился к стоящей на дальнем столике шкатулке. Здесь были кучей свалены украшения, не особо ценные, которые отец когда-то натаскал из различных гробниц. Она здесь стояла на тот случай, когда нужна какая-нибудь безделушка на спонтанный скромный подарок.

Почти чеканя шаг, направился к столу и, открыв шкатулку, выбрал кольцо. Вроде бы размер подходящий. Подошёл к Ольге, которая растерянно оглядывалась по сторонам. В комнате царило молчание. Все наблюдали за тем, что я делаю. Я же опустился на одно колено и проговорил.

— Оля, ты выйдешь за меня? — после этого надел кольцо на палец девушке. Она смотрела на меня округлившимися глазами и что-то пыталась сказать, но у неё не получалось.

— Мне нужно ехать, не хотелось бы опоздать, это было бы невежливо, — криво улыбнувшись, я поднялся. — А у тебя как раз будет время, чтобы подумать над своим положительным ответом.

— Весь в отца, — раздался голос Иры в тишине комнаты.

— И такое сходство иногда пугает, если честно, — задумчиво проговорила Марго. — Особенно на фоне чисто Стояновской беспринципности. Я понимаю, что в тебе сплелись качества, идеальные для будущего правителя, но иногда они приводят меня в замешательство. Костя в твоём возрасте был чуточку предсказуемей. Но это понятно. Всё-таки, кроме отца, в процессе твоего создания принимала участие и мать, чтоб ей на том свете икалось, не переставая, — последнюю фразу она произнесла очень тихо, но я всё равно расслышал, как и Ира, которая бросила на Марго очень странный предостерегающий взгляд. Не надо стараться нас оберегать, мама, мы с Ромкой прекрасно знаем, что наша биологическая мать той ещё штучкой была. И, да, что-то она всё-таки передала нам обоим.

— Андрей, ты не мог это сделать как-то по-другому? — Вздохнула Мария и подошла к Ольге, беря ту за руку.

— Нет, не мог, — я направился к выходу из комнаты. — Так проще потом будет объясниться. И, у меня к вам большая просьба, попробуйте убедить Олю, что выйти за меня замуж — это не такая уж ужасная идея. Что в общем и целом я замечательный парень, просто сейчас немного не в духе.

Я не стал слушать, что мне скажут эти женщины, которые вполне способны раскатать меня тонким слоем по ковру, если зададутся такой целью, и быстро вышел из комнаты. Прислонившись на мгновение затылком к закрытой двери, я оттолкнулся от неё и почти бегом направился к машине.

Уже выворачивая на улицу, я увидел, как к дому подъезжает машина Рыжова. Ну и слава богу, Олег способен уболтать кого угодно. Иногда мне казалось, что секретаря отца побаивались даже больше, чем самого императора. Ну что император, тот мог только башку открутить, а вот Олег был способен без штанов оставить, и всё это с милой, обаятельной улыбкой на лице.

Наверняка на вокзале меня кто-то встретит. А то не хотелось бы встречаться с незнакомой женщиной один на один. Тем более что я не знаю, как она выглядит. И почему, мне начинает казаться, что вся эта история имеет какой-то странный и неприятный душок? Ладно, разберёмся. В конце концов, есть люди, владеющие гораздо большим количеством информации. Не думаю, что Матвей не поделится ею со мной. Только не сейчас, когда от этих знаний зависит, как я полагаю, очень много.

Глава 3

Только войдя в зал, Роман увидел машину своей мечты. Небольшая, трёхдверная и очень мощная. Он провёл рукой по крылу, и ему показалось, что по серебристой поверхности проскользнула искра.

— Вы хотите её посмотреть? — Рома развернулся и увидел, как к нему подходит улыбающаяся девушка. С удовольствием осмотрев продавщицу с ног до головы, он улыбнулся своей мальчишеской обезоруживающей улыбкой, которая была присуща всем Орловым. Вот только он один, похоже, научился ею пользоваться в полной мере.

— Да, она меня сразу привлекла. Такие изгибы, ух, просто дух захватывает, — и он закатил глаза.

— Это очень дорогая модель…

— Да плевать, не я же за неё плачу. Хотя вы абсолютно правы, карманных денег мне на такую явно не хватит, нужно будет просить дополнительно у крёстного. Да, у крёстного. Я редко что у него прошу, поэтому имею все шансы разжалобить его гранитное бухгалтерское сердце. — Интимным полушёпотом проговорил он, немного наклонившись к продавщице.

— Так, ваш крёстный бухгалтер, — в голосе девушки проскользнуло разочарование.

— Это печально, да? — Рому всегда удивляло, почему их с Андреем никогда не узнают. Более того, их с первого взгляда очень редко принимали за сыновей кланов. Может быть, они как-то не так себя ведут?

— Так, ты у нас, — к ним стремительно подошёл Рогов. Оттолкнув продавщицу, он за плечи ухватил Рому и подтянул к себе. Внимательно осмотрев, кивнул. — Роман. Решился, наконец, машину приобрести?

— Да, вот эта понравилась, — Рома вздохнул. Он только-только собирался немного пофлиртовать с фигуристой девицей. И принесли же черти Рогова. А ведь он не каждый день в салоне появляется.

— Хороший выбор, Тамара, оформи. — Бросил он ничего не понимающей девушке.

— На крёстного, который бухгалтер? — спросила она, с вызовом глядя на шефа. В ответ Роман ей подмигнул и снова улыбнулся.

— Тамара, у этого обормота крёстный — Юрий Вольф. И, да, он является бухгалтером клана Орловых, кроме того, что министр финансов и близкий друг отца данного перспективного юноши. Так что, оформляй машину для передачи счёта этому бухгалтеру.

— А-а-а, — открыла рот Тамара, но Рогов её прервал.

— А потом, ты уволена, — девушка уставилась на него, а Иван только вздохнул. — Невозможно найти нормальный персонал. — Пожаловался он Роме.

Парень же прислонился к своей новой машине, скрестив руки на груди.

— Объясни мне, почему нас редко принимают за сыновей клана, и ещё реже в головах окружающих мелькает мысль, что мы дети императора Константина? Даже когда мы с Андрюхой вдвоём?

— Не переживай, — Рогов похлопал Романа по плечу. — И скажи спасибо, что вас, как вашего отца за главаря бандитов никто не принимает. Ну, этому есть разумное объяснение. Вы не настолько затраханы этой жизнью, как те парни: Костя, Егор, Денис Устинов. Пока они живы, над вами всегда будет тень их заботы нависать.

— Не знал, что ты поэт, — усмехнулся Рома и смущённо провел рукой по своим светлым волосам.

— Да сам не знаю, что на меня иной раз накатывает. Старею, наверное, — махнул рукой Рогов, переводя взгляд на Тамару, которая заполняла документы, глотая слёзы. — Где мне хороших сотрудников взять? — Спросил он, продолжая разглядывать Тамару.

— Почему ты у меня спрашиваешь? — Рома удивлённо посмотрел на него. — Воспитывай.

— Легко сказать, — Рогов увидел, что документы почти заполнены и пошёл их забирать. Через минуту вернулся. — Энергии в матрице двигателя на четыреста километров хватит, потом надо заряжать. Но ваши водилы в курсе, разберутся. — Он протянул Роме бумаги. — Чек я Юрке пошлю. Сразу поедешь?

— Да, а чего ждать? Права нужно обкатать. — И Рома, улыбаясь, похлопал себя по карману штанов, где лежал практически пустой бумажник. — Зачем я его таскаю, если у меня денег наличных вечно нет? — спросил он вслух. — Это был риторический вопрос.

— Я так и понял. — Усмехнулся Рогов. — А ты чего так поздно сподобился права получать. Вас же Назар Борисович лет в десять за руль посадил?

— Неохота было, — Рома потянулся. — А научили нас водить рано, это да. Называлось данное действие: «А вдруг что-то случится? Вы должны уметь прыгнуть за руль, чтобы благополучно сбежать». В достоверности цитаты я не уверен, но звучало как-то так.

— Держи, — Рогов хохотнул и протянул Роме ключи. — Счастливого пути. А я пойду, с этой курицей поговорю. Посмотрю, может, ещё один шанс ей дам. Сегодня у неё первый крупный залёт случился, так что, посмотрим. И не надо так на меня смотреть. Я со своими сотрудницами не сплю. Я верен своей жене, чего и тебе желаю. — И Рогов пошёл к Тамаре разбираться, а Роман сел в машину.

— А я что? Я ничего, даже ничего не спросил. Вот же, скотина, — Рома хохотнул. — Сказал, как проклял. Хотя малефик, вроде бы я.

Старательно выбросив из головы свой страшный дар, которого ещё ни разу не касался, Рома выехал из салона. Дверь открылась автоматически, как только он направил машину к ней.

Проехав немного, Рома почувствовал, что начинает привыкать к машине, расслабился и решил немного проехаться по городу. Машин было на удивление мало, пробок не было, и он начал планировать поехать за город, чтобы на трассе посмотреть, на что его машинка способна. Открыв окно, он позволил ветерку трепать волосы. Вот только какой-то червячок грыз его изнутри. Какое-то странное предчувствие.

— Надо узнать у Андрюхи, что стряслось, — пробормотал он, слегка притормаживая у большого торгового центра.

Бамс! Ударив по тормозам, Роман качнулся и выгнулся, чтобы не стукнуться грудью о руль.

— Что за нахер! — заорал он, выскакивая из машины.

Из машины, в заднее крыло которой он въехал, вышла молодая девушка. Она, похоже, перепутала скорости, и вместо того, чтобы поехать вперёд, сдала назад на выезде с парковки как раз в то самое время, когда там проезжал Орлов.

— Моя машина, — она закрыла лицо руками.

— Ты смотрела вообще, куда ехала? — У Ромы от злости голос пропал, и теперь он шипел, яростно глядя на глупую курицу, которая чуть не ревела, стоя рядом с ним. — Я только что купил эту машину, да на ней ещё мухи не сношались, когда ты её своим задом протаранила!

— Мой отец всё возместит, — девчонка отняла руки от лица. — Мне тоже только вчера машину подарили. Что я отцу скажу?

— Правду, что ты ещё можешь ему сказать? — процедил Роман.

— Я сейчас позвоню, вы не беспокойтесь, я… — она вытащила из сумочки, которую успела схватить, когда выходила из машины, телефон.

Огромная фура вылетела с перекрёстка и за пару секунд оказалась рядом с ними. Реакция Романа, которого натаскивали лучшие бойцы Российской империи с самого детства, сработала безупречно, и именно это спасло ему жизнь. Ему и этой нелепой девчонке. Даже не думая, что он делает, Рома бросился вперёд, повалил её на землю и откатился в сторону, почти под стоящий на стоянке грузовичок, закрыв собой хрупкое тело.

Сзади раздался страшный удар, и рядом с грузовичком упала дверь от новенькой машины Романа.

Роман отполз в сторону и посмотрел, как фура, протаранив обе машины, не оставив от них почти ничего, пронеслась прямо по улице и свернула на соседнюю улицу, едва не заваливаясь набок, из-за огромной скорости.

— Так, вот это уже совсем ненормально, — пробормотал он и тут почувствовал, как кто-то его дёргает за рубашку. Повернувшись, он встретился со взглядом карих глаз, в которых застыл страх.

— Пошли отсюда, — прошептала девушка.

— Куда и зачем? — Рома в это время доставал телефон, надеясь про себя, что он не разбит.

— В центр, — снова шёпотом сказала девушка. — Там у нас офис, а здесь мне страшно. Вдруг ещё кто-нибудь вот так поедет. Или этот вернётся.

— Пошли, — Рома кивнул, принимая решение. Если у девчонки там офис, то лучше позвонить внутри огромного здания, чем стоять на парковке, светясь во стороны.

В центре они поднялись на последний седьмой этаж. Этот этаж был явно административный. Коридор, и по обе стороны одинаковые двери без опознавательных знаков. Девушка без раздумий подошла к одной из дверей, дрожащей рукой достала ключи, но попасть в замочную скважину не могла. Рома подошёл и довольно мягко забрал у неё из рук ключи. Через пару секунд дверь открылась и девушка, посмотрев на него с благодарностью быстро вошла в довольно просторный кабинет, а когда Роман зашёл следом, заперла дверь.

— Что это такое? — прошептала она и, сев за стол уронила голову на руки. — Папа, нужно позвонить папе, — и она посмотрела на телефон. — Чёрт. Не только новая машина, но и новый телефон. — Уже более громко проговорила она. И тут её взгляд упал на стационарный телефон, стоящий чуть подальше на столе. — Ну конечно. — И она направилась к нему, краем глаза заметив, что её спаситель поднёс трубку к уху и произнёс.

— Матвей, ты сейчас сильно занят?

* * *

Выйдя на перрон, я сразу же увидел Ушакова и Подорова. Матвей был ниже рослого Егора, но это не мешало толпе огибать его по большой дуге, так же как и Ушакова. Я сразу же направился к ним.

— Вы одни? — спросил я, выдержав внимательный, изучающий взгляд крёстного.

— Не было времени кого-то брать с собой, — хмуро ответил Подоров. — Я отдал приказ группе, но они ещё не прибыли.

— Сколько у нас времени? — спросил я, настраиваясь на непростой разговор. Вряд ли мне дадут много поговорить, но что-то я всё же уточнить сумею.

— Нисколько, — всё ещё хмурясь, ответил Матвей.

— Поезд Владивосток — Новгород прибыл на третий путь, — прозвучал приятный женский голос.

— Так, нам туда, — сказал Подоров. — Хорошо, что не здесь. На третьем пути всё народу поменьше.

Народу не было вовсе. С десяток встречающих нужный нам поезд, и всё на этом. На Егора уже начали коситься. Похоже, его узнали. Особенно посматривали в нашу сторону женщины. Но и мужчины нет-нет, да бросали взгляды на главу клана Ушаковых.

Поезд начал останавливаться. Матвей посмотрел на часы. Группы ещё не было. Или же его люди запутались в путях, не зная, куда именно им идти.

— Вон она, — Проговорил Подоров, кивая на женщину, которая уже готовилась сойти на перрон из остановившегося поезда. Она нервно осматривала встречающих. Наверняка пыталась найти Ольгу, не находила, и это заставляло её хмуриться, и нервничать.

— Как насчёт небольшого сюрприза? — спросил я, прищурившись глядя на довольно эффектную высокую брюнетку сорока — сорока пяти лет на вид.

— Андрей, ты в последнее время не перестаёшь меня удивлять, — усмехнулся Матвей.

— Это плохо? — я посмотрел на него.

— Нет, не сказал бы, — Матвей кивнул на женщину. — Удиви нас с Егором.

— Как скажешь, — и я, широко улыбнувшись, раскинул руки и шагнул в сторону мачехи Ольги. А ведь я так и не узнал, как её зовут. Ладно, будем импровизировать. — Мама, как я рад вас видеть! — заорал я. — Вы даже не представляете, как долго я ждал этой встречи!

Она уставилась на меня, но я шёл прямо к ней, а проводница, уже улыбаясь, подталкивала её к выходу.

И тут произошло то, чего не ожидал никто. Один из вроде бы встречающих внезапно повернулся ко мне, сделал пару шагов, перегородив мне дорогу. При этом выглядел он, мягко говоря, обескуражено.

— Э-э-э, — протянул он, глядя на меня с удивлением. Обернувшись, он посмотрел на женщину, к которой я шёл, орав во всю глотку, что она моя мать, и снова посмотрел на меня. — Ольга?

Я, если честно, слегка охренел. Настолько, что на пару секунд затормозил. И не только я, к слову. Егор и Матвей тоже не могли врубиться, что вот это вот значит.

— Ну, допустим, — я специально слегка понизил голос, чтобы он звучал погрубее. Плохо, что у блондинов щетина плохо растёт, а то сейчас вообще эпично было бы. — Слегка изменилась за лето. Эпиляцию забыла сделать и макияж наложить.

— Ну-у-у, — протянул этот кретин, но я не стал больше его слушать, а просто и без затей врезал под челюсть, опрокидывая на землю. И тут же раздался выстрел.

Снайпер даже не потрудился оснастить винтовку глушителем. Голова мачехи Ольги дёрнулась. Пуля вошла точно в переносицу. На проводницу полетели брызги крови, кусочки костей черепа, маленькие фрагменты мозга. Скорее всего, затылок у женщины превратился в кровавое месиво. Проводница посмотрела на окровавленные руки и завизжала, а мачеха начала заваливаться обратно в вагон.

Это всё я видел с земли, сильно вывернув шею. Потому что не успел стихнуть звук выстрела, как Егор толкнул меня на землю, убирая с линии огня и заваливаясь на меня, закрывая собой. Рядом лежал Подоров и орал в трубку.

Вокруг слышались крики, пассажиры и немногочисленные встречающие принялись беспорядочно метаться по перрону. Спустя полминуты, на перрон, наконец-то ворвалась группа и быстро установила порядок.

Егор поднялся, освободив меня от своего веса, и протянул руку, помогая встать.

— Где твой брат? — ко мне подскочил Подоров с перекошенным лицом.

— Не поможет, — я покачал головой. — Ей полчерепа вынесло.

— Вашу мать! Что вообще происходит? — он поднял трубку. — Илья, если ты не возьмёшь мне снайпера, то я найду те слова, которые оправдают твоё убийство мною перед Костей! Не смей! — заорал он, оттаскивая Ушакова от того придурка, который меня остановил. Егор успел только пару раз его пнуть. — Уведите! Если с его башки хоть один волос упадёт до того момента, как я его допрошу… Костя, — рявкнул он в трубку. — У нас проблема. Да, чёрт подери, я не всемогущий и бывает так, что чего-то не знаю. Ладно, я почти успокоился. Доложу, как только предварительные данные сниму. — Он сунул трубку в карман. — Андрей.

— Да, — я подошёл к нему. Ни разу ещё не видел Матвея в такой ярости. У него же сейчас самостоятельно дар огня сформируется, и он всех нас спалит с чёртовой матери.

— Кто-нибудь, кроме нашего немногочисленного круга, знал или догадывался, что у тебя что-то начало с Ольгой вырисовываться? — спросил он сквозь зубы.

— Вряд ли. Этого даже я до последнего момента не знал, — ответил я, криво усмехнувшись. — Более того. Этот урод, который мне дорогу перегородил, явно растерялся, да и мачеха Ольги тоже выглядела изумлённой. Они словно были уверены, что она придёт сюда одна, и что парня у неё точно нет.

— Да, похоже на то, — кивнул Подоров. — Что происходит? Почему я снова в роли догоняющего?

— Потому что Ольга Иванова до сегодняшнего утра не входила в сферу национальной безопасности, — хмуро ответил ему Егор. — И ты не почесался бы расследовать то, что произошло здесь, если бы Костя не озвучил сегодня планы клана на эту девушку.

— Неправда. — Матвей покачал головой. — Она получила приоритет в тот момент, когда я едва не застукал Андрея в её спальне. — Я только глаза закатил, но тут у Матвея зазвонил телефон. Он долго смотрел на него, прежде чем ответить. — Да, Рома, говори, что у тебя случилось? Что⁈ Какой грузовик тебя едва не переехал на твоей новой машине⁈

— Что случилось? — прошептал я, хватаясь за свой телефон, но вовремя сообразил, что брат не сможет сейчас ответить, потому что разговаривает с Подоровым.

— Похоже, что вы с братом решил меня довести до сердечного приступа. — Стараясь говорить спокойно ответил Матвей Ромке. Что тот ему сказал, я не расслышал. — Где ты находишься? Так, понятно. Я сейчас приеду. Оставайся там и никуда не выходи.

Когда Матвей опустил руку с телефоном, я сделал шаг в его сторону.

— Что с Ромкой? — прошипел я.

— Жив-здоров. Он стоял возле машины, когда её раскатал какой-то грузовик, — ответил Подоров, глядя в одну точку. — Мои поздравления, Егор. Если бы вы в своё время так не натренировали мальчишек, то мы бы начали готовиться к похоронам. Роман в настоящее время сидит в каком-то офисе на административном этаже торгового центра. Я сейчас туда. Проводишь Андрея к Кернам? — спросил он у Егора.

— Мог и не спрашивать, — хмуро ответил Ушаков. — А потом я поеду к Косте. Нужно ускорить тренировки. Больше никаких промедлений. Даже если вам придётся по пояс в воде заниматься. — Добавил он, обращаясь ко мне. — А теперь поехали. Я проверю, что там с Ольгой, и к твоему отцу на доклад.

Глава 4

Роман отключил связь и посмотрел на девушку, которая в это время о чём-то быстро говорила по стационарному телефону. При этом она старательно задёргивала шторы на окне, погружая комнату в интимный полумрак. Рома прислушался.

— Папа, я же тебе объясняю, я разбила телефон, когда падала на землю. — Она на секунду замолчала. — Нет, не потому что у меня две левые ноги. Меня на землю опрокинул парень. Какой парень? Ну, довольно симпатичный, — ответила она, быстро взглянув на Романа. — Да, нет, мы с ним ругались, потому что я въехала в его новую машину. Так получилось, — она вздохнула. — Да, я достала телефон, чтобы тебе позвонить, а потом он меня опрокинул на землю, и телефон разбился. — Она снова замолчала, но буквально через пару секунд заговорила. — Да что ты такое говоришь, какую натуру? Он меня опрокинул, чтобы нас не сбил грузовик. Папа, я тебе уже десять минут пытаюсь объяснить. Я совершенно случайно въехала в машину этого парня. Он вышел, мы начали ругаться, я достала телефон, чтобы тебе позвонить. И тут прямо на нас вылетел грузовик. Этот парень успел схватить меня, мы упали на землю и закатились под какую-то машину. Обе наши новенькие машины просто в блин размазали. А ведь он тоже только сегодня её купил. Ну а у меня телефон разбился. — Она молчала и на этот раз молчала чуть дольше. Потом опять вздохнула. — Это на парковке перед центром произошло. Мы сейчас в моём офисе сидим. Как его зовут? — она подняла на Романа тёплые карие глаза.

— Рома, — сказал он, кусая губы, чтобы не засмеяться. Он понимал, что это, скорее всего, нервное, но было всё равно смешно.

— Его Рома зовут. Ну откуда я знаю. Говорю же, симпатичный, и машина у него новая была. — Она снова замолчала. — Хорошо, жду. — Положив трубку на базу, она снова посмотрела на Романа. — Папа скоро приедет.

— Да, я понял. Ко мне тоже скоро приедет, хм, друг семьи. — Почему-то вот именно сейчас ему не хотелось говорить, какой именно семьи. Напряжение потихоньку уходило, и Рома почувствовал, что его начало потряхивать.

Зазвонил телефон. Посмотрев на дисплей, он поднёс его к уху.

— Ты уже подъехал? Быстро, — Рома поднялся и подошёл к окну. Слегка отодвинув штору, посмотрел на улицу сбоку. — Ага, я тебя вижу. Поднимайся на лифте, на седьмой этаж, я тебя встречу. Здесь очень странные офисы, двери абсолютно одинаковые и на них даже номеров нет. Не понимаю, как владельцы в них ориентируются.

Он отключил телефон и тут увидел, как на парковку влетела огромная чёрная машина, а за ней ещё одна, на этот раз «Единорог». Стильная и дорогая модель. У отца была почти такая же.

— Ой, папа приехал, — сообщила девушка. Подходя к Роме и тоже выглядывая в ту щёлку, которую он приоткрыл.

— А кто у нас папа? — спросил Роман, направляясь к двери, чтобы её открыть.

— Артём Гусев. Хозяин сети таких вот торговых центров. — Девушка с тревогой смотрела на него. Её отец мог напугать кого угодно, особенно его головорезы из охраны. А этот парень как-никак ей жизнь спас.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, не этого офиса и какого-нибудь бутика, а всего здания, вместе с сетью подобных зданий по всей Российской империи?

— Ну, да, и сеть супермаркетов. Один такой в этом здании первый этаж. А вот бутики, кафе, развлекательные центры на других этажах, они в аренду сдаются, — пояснила девушка, имя которой Роман так и не спросил.

— Обалдеть, — Роман посмотрел на неё шальным взглядом. — Вот такое со мной точно впервые.

Он открыл дверь и тут же отступил в сторону, потому что в кабинет ворвался здоровый медведеподобный мужчина.

— Лара, вы в порядке? — спросил он, бросившись к девушке, не обратив внимание на стоящего возле двери Романа, который с любопытством разглядывал огромного Гусева и его миниатюрную дочку.

Зато вошедшие следом за хозяином центра бойцы обратили внимание на постороннего парня. Один из них сделал шаг в сторону Ромы, но тут от дверей раздался спокойный голос.

— Не советую прикасаться к нему, — в комнату вошёл темноволосый, подтянутый мужчина средних лет.

— Кто вы такой? — Гусев повернулся к нему лицом. Он настолько переживал за свою дочь, что сейчас вёл себя слегка агрессивно.

— Рассказывай, — Матвей проигнорировал Гусева и подошёл к Роману.

— Тут такая история получается, — Рома ненадолго задумался, а потом кивнул своим мыслям и продолжил. — Похоже, что я просто под раздачу попал. Хотели убить вовсе не меня, а её, — и он указал на девушку.

— Почему ты так решил? — Матвей не отрывал от него взгляда.

— Никто не знал, что я вообще сегодня пойду получать права и наведаюсь к Рогову. Матвей, я сам этого не знал, понимаешь? И уж тем более никто не знал, где я поеду кататься.

— Они могли проследить за машиной Андрея, — предположил Матвей.

— Ну и проследили бы… куда там Андрюха свою куколку повёз. Я к Рогову на такси добирался. — Рома перевёл взгляд на Лару. — А вот она выезжала с парковки, когда произошёл инцидент. Не удивлюсь, если очаровательная Ларочка каждый день в одно и то же время выезжает с этой парковки и едет обедать, к примеру.

— Это не лишено логики, — Матвей задумался. — А здесь есть за что убивать, да ещё и таким способом, невзирая на побочные жертвы?

— Послушайте, о чём вы говорите? — Гусев напряжённо вслушивался в то, что говорят эти двое и не мог понять, почему ни он сам, ни его ребята не могут вмешаться в их разговор, а только переминаются с ноги на ногу, как подростки.

— Подождите, — Матвей поднял руку, прерывая его, даже не взглянув. — Рома?

— А ты знаешь, да, иногда убивают и за меньшее, — кивнул Роман.

— Твою мать, — Матвей потёр лоб. — Ты мне прибавил геморроя, Рома. Твоё присутствие заставляет меня заниматься этим делом, которое не находится в моей компетенции, потому что полностью исключить покушение на тебя я не могу, сам понимаешь.

— Понимаю, — Роман развёл руками. — Я могу помочь?

— Заметь, ты сам это предложил, — ответил Матвей и повернулся, наконец, к семейству Гусевых. Охрана встала рядом с шефом, закрыв собой дочь. — Присядем? Нам предстоит долгий разговор. И это притом, что у меня совсем нет лишнего времени. Думаю, ваша очаровательная дочь сможет организовать всем нам кофе?

— Я не буду с вами разговаривать, пока вы не представитесь, — упрямо проговорил Гусев. Он уже понял, что перед ним сыновья клана. Его бизнес настолько редко пересекался с кланами, что он умудрился ни разу не иметь дел ни с одним из них. Даже с мелкими, не говоря уже о тридцатке Совета.

— Матвей Подоров, — сказал Матвей, выдвигая для себя стул. — Это Роман, мы сыновья одного клана. А теперь присядьте, господин…

— Гусев, — представил его Роман, пока сам Гусев стоял, вытаращив глаза и хватая ртом воздух. — Артём Гусев.

— Господин Гусев, присаживайтесь. У меня очень мало времени и много дел. То, что сын моего клана случайно оказался здесь, вынуждает меня заняться этим делом, которое, скорее всего, всё-таки связано с вами и вашей дочерью. — Произнёс Матвей с нажимом, наблюдая, как бизнесмен осторожно присаживается напротив, разглядывая его при этом со странной смесью опасения и почти детского любопытства.

* * *

Олег Рыжов бросил взгляд на стоящую у окна девушку. Ольга смотрела на улицу и совершенно неосознанно крутила на пальце кольцо, которое надел ей Андрей, прежде чем уехать.

Ирина встала с дивана и подошла к девушке. Они были примерно одного роста, только Ира, несмотря на прошедшие годы и рождение дочери, всë ещё оставалась очень изящной и тоненькой, в то время как Ольга обладала более роскошной, на взгляд Рыжова, фигурой. Многим до сих пор не было понятно, что Костя нашёл в Ире. И теперь Олег боялся, что подобные вопросы начнут задавать ему насчёт Андрея и Ольги.

— Нам надо тебя упрашивать и убеждать, что это не такая уж плохая идея? — спросила Ирина у Ольги. — Если нужно, то я начну, пожалуй, с родителей Степана Ушакова. Люсинда не просто девушка не из клана. Она девушка с улицы. Её брат был главарём какой-то банды. И однажды она стала женой сына второго клана империи. А потом превратилась в жену главы второго клана империи. И в перспективе могла стать императрицей. Если бы Егор не нашёл в своë время нужные слова, — и Ирина посмотрела на насупившуюся Марию. — А если бы не нашёл? Вот это было бы потрясение. Ты же дочь клана, так что справишься.

— Ой, да что ты так издалека заходишь, — Марго подошла к Ольге с другой стороны. — Ты ведь хочешь Андрея? То, что он смотрит на тебя голодными глазами, уже даже Громов понял. А это, я тебе скажу, показатель. Но, поверь, быть любовницей наследника престола — это такая морока, ты даже не представляешь. Уж лучше женой. К тому же, Оля, давай начистоту, ты же не думала, что когда-нибудь выйдешь замуж по большой любви? А тут у тебя появился шанс хотя бы попробовать.

— Андрей на любую девушку сейчас будет смотреть голодными глазами, — вздохнула Ольга, отворачиваясь от окна. — Верн запретил ему заниматься любовью. Что-то связано с физиологией.

— Так, девочки, — раздался ехидный голос Рыжова, который так тихо сидел в углу гостиной, что про него уже все забыли. — Давайте вы будете вот это всё обсуждать без меня. Иначе у меня появится большой соблазн разболтать о ваших откровениях… да всем, кто меня слушать согласится. А мне в соблазны впадать нельзя, у меня жена беременная. К тому же Ира, Ушаковы — это не показательный пример. У них странные вкусы, причём у всех. На Наталью мою посмотри, и на меня. А ведь есть ещё Устинов, который когда-то к младшей ветви клана Ушаковых принадлежал. Так что, Ушаковы — это вообще не показатель.

— Рыжов, ты сюда зачем притащился? — Марго развернулась к нему.

— Ты думаешь, мне пришла бы в голову замечательная идея провести время среди прекрасных женщин? Маргарита, я же только что сказал, все Ушаковы похожи друг на друга, а у Егора напрочь отсутствует чувство юмора. И моя жена — его сестра. Меня прислал Костя с определённой целью, узнать, нужно ли как-то влиять на решение Ольги. И я вижу, что нет, не надо. Ольга — прекрасная дочь клана и не будет противиться воле императора. Не так ли? — спросил Олег вкрадчиво, обаятельно улыбаясь при этом.

Ольга вздрогнула и, посмотрев на личного помощника императора, неуверенно кивнула.

— Ну вот и отлично. — Мария Керн поднялась со своего диванчика и подошла к ней. — Добро пожаловать в семью. Правда, когда это касается Орловых, то удовольствие весьма сомнительное, но ты привыкнешь. К тому же Костя с ними неплохо справляется.

* * *

До дома Кернов мы с Егором ехали на моей машине. До вокзала крёстный доехал с Матвеем.

— Как ты поедешь во дворец? — спросил я его, когда выворачивал на подъездной дорожке к входу в дом. — Машину вызовешь?

— Телепортируюсь, — Егор пожал плечами. — Как говорит твой отец, часть системы защиты настраивал я, неужели для себя не оставил лазейку? А вообще, у меня полный доступ в дворцовый комплекс, и во все дома Орловых, включённых в единый защитный контур.

— Ну, если так, — я заглушил мотор.

— Что у тебя с этой девочкой? — спросил Егор, не торопясь выходить из машины.

— Не знаю, — я покачал головой. — Давай не будем об этом говорить сейчас. Потому что я не смогу ответить. Скажем так, неприятия и отторжения у меня мысль об этой женитьбе не вызывает.

— Хорошо, — Егор открыл дверь. — У многих расклад бывает хуже.

Я вышел из машины, вытаскивая телефон. Матвей просил не звонить Ромке, пока он будет разбираться, что за грузовик чуть брата не переехал. Ладно, чуть позже новость сообщу.

В холле мы столкнулись с прадедом. Он как раз собирался выйти из дома, и, уже открывая дверь, я заметил, как к крыльцу подъезжает представительская машина Кернов.

— Сбегаешь? — спросил я с порога.

— Могу, умею, практикую, — пафосно сообщил Виталий Керн. — Они там так на бедную девочку насели, что у меня даже промелькнула мысль вытащить её из гостиной и повезти куда-нибудь в кафе. По-моему, девяносто процентов девушек имеют потребность заедать стресс мороженым.

— Не думаю, что это хорошая идея, — совершенно серьёзно ответил Егор.

— Что-то случилось? — нахмурившись, спросил прадед.

— Да, погибла мачеха Ольги. Сработал снайпер. Надеюсь, Илье удалось его взять.

— М-да. Дела, — прадед потёр подбородок. — Ладно, Матвей собрал прекрасную команду, разберутся. А я поехал по делам. Увидимся.

Он вышел из дома и направился к ожидающей его машине. Я же решив не тянуть Паразита за причинное место, направился прямиком к гостиной. Когда вошёл, взгляды всех находящихся в ней обратились на меня. Видимо, что-то отразилось на моём лице, потому что Ольга шагнула в мою сторону.

— Андрей, что случилось? — она нахмурилась, а Рыжов поднялся из кресла, в котором сидел до моего прихода.

— Не знаю, насколько новость для тебя будет печальной, но то, что она будет шокирующей, я уверен, — мой голос в наступившей тишине прозвучал набатом. — Мы пока не знаем, что произошло на перроне, но твоя мачеха погибла.

— Как это произошло? — Ольга смотрела на меня очень внимательно.

— Снайпер. — Вместо меня ответил Егор. — И я абсолютно уверен, что стреляли именно в неё. Выстрел был произведён вполне профессионально. Понимаю, я, конечно, не Подоров, но вынужден спросить. У твоего клана были какие-нибудь недопонимания с соседями, или просто с другим кланом?

— Нет, я такого не припоминаю? — Ольга потёрла лоб, и я увидел, что кольцо, которое я надел ей на палец, она не снимала. — С кем мы могли поругаться? У нас клан-то — одно название.

— Может быть, твоя мачеха кого-то оскорбила? — Продолжал вытаскивать из неё информацию Егор.

— А вот это запросто, — Ольга снова потёрла лоб. — Но убивать её… Не знаю, как-то это слишком.

И тут у меня зазвонил телефон. Посмотрев на номер, я удивился. Чего это Илья мне звонит? Он же сейчас очень занят, снайпера ловит.

— Да, Илья, ты взял снайпера? — спросил я так, чтобы все в комнате примерно знали, с кем и о чём пойдёт речь.

— Да, и даже провёл первоначальный допрос. Который только добавил ещё больше вопросов, — ответил Илья. — Ольга с тобой?

— Со мной, — я поднял взгляд на неё.

— Дай ей трубку, сделай доброе дело, — попросил Илья.

— Держи, с тобой Илья Орлов хочет поговорить. — Я протянул телефон Ольге. Она продолжала напряжённо смотреть на меня, даже когда поднесла трубку к уху.

— Конечно, сейчас скажу, — и она принялась диктовать цифры. Судя по всему, это был телефонный номер. А следом за ним назвала адрес. После этого протянула трубку мне.

— Я уезжаю по поручению Матвея к брату Ольги. — пояснил мне Илья. — Что-то слишком много непонятного происходит, нужно попробовать разобраться на месте.

— Что сказал снайпер? — с нажимом спросил я у него.

— Он сказал, что это был разовый заказ. Платили сразу всю сумму авансом. Халтурить он не привык, да и люди, нанявшие его, показались ему слишком серьёзными, чтобы попытаться их напарить. Заказали конкретно эту дамочку. Место и время были оговорены заранее. Андрей, он ждал именно этот поезд и конкретно эту женщину, — добавил Илья. — Не знаю, может быть, из второго Матвей сможет вытащить больше. А я поехал собирать вещи, чтобы отправляться уже на Дальний Восток. — И Илья отключился.

— Что? — спросил Егор.

— Ты был прав. Стреляли именно в неё.

— Но почему на вокзале? Её можно было ликвидировать и раньше, а вокзал — это очень ненадёжное место. — Егор задумался, как и я, а потом мы воскликнули в голос. — Туда должна была прийти Ольга.

— Твоя мачеха — это был повод, чтобы вытащить тебя на вокзал из защищённого места, — быстро добавил я, видя, как округляются глаза моей невесты. — Вот поэтому тот тип так изумился, когда увидел меня вместо тебя.

Егор тем временем подошёл поближе и, подняв руку Ольги, принялся разглядывать кольцо. Посмотрев на меня, он кивнул.

— Я сообщу Косте хорошую новость. А также распоряжусь приставить к тебе охрану. — Последняя фраза была обращена к Ольге. — Мне эта история совершенно перестала нравиться.

— Тебя подвезти? — лениво спросил у него Рыжов, подходя ближе.

— Поехали, — махнул рукой Егор. — Уж десять минут я смогу тебя терпеть.

Они вышли из гостиной. Наступила тишина, которую прервал голос Ирины.

— Кто-нибудь нам объяснит, какого чёрта происходит?

— Кто бы знал, — пробормотал я, глядя на телефонную трубку и размышляя о том, как напроситься на допрос того придурка вместе с Матвеем.

Глава 5

Ярослав Михайлович Изразцов сидел с ногами на столе и не отрывал напряжённого взгляда с великовозрастных деток, ради которых его выдернули из долгожданного отпуска.

К нему по колено в воде подошёл Денис.

— Почему они всё здесь заливают? — мрачно спросил он у преподавателя императорской школы.

— Потому что ваши кланы, похоже, слегка переборщили с обновлением генофонда, — меланхолично ответил Изразцов, подперев голову рукой. — С другой стороны, такого количества по-настоящему сильных магов я давно не встречал. По-моему, более-менее сильный курс был тот, на котором учился наш император. Больше, как-то не припомню. А ваши отпрыски всегда учились отдельно. Кстати, не скажешь почему?

— Чтобы избежать юношеских метаний. Они для наследников первых кланов империи не слишком полезны, — ответил Денис. Присмотревшись, он рявкнул. — Степан! Ты сюда пришёл, чтобы помочь справиться друзьям со стихией, или чтобы с Юлей время проводить?

— Сурово, — оценил Изразцов и всё так же меланхолично посмотрел на часы. — Ничего, ещё немного, и они осушатся до такого состояния, с которым можно начинать работать.

— А кто всё это уберёт? — спросил Денис, показывая на воду.

— Я уберу, не волнуйся, — Изразцов потянулся. — Я же их контролирую, так что примесей чужой стихии не будет.

— Да я и не волнуюсь, — Денис повёл плечами. — А мой сын где?

— В каком-то каменном мешке, — Изразцов прикрыл глаза, а потом резко развёл в стороны руками. Вода, покрывающая пол всего огромного зала качнулась и исчезла. — Он маг земли, Слава утащил его туда. А вот девочку огневичку нужно в школу возить. Хотя бы в первое время. Там специально оборудованный класс, и Карпов даже слушать не стал, что ему нужно куда-то из него выходить.

Сказав это, Изразцов соскочил со стола и направился к группе студентов, мокрых и не слишком довольных жизнью и собой. Изразцов осмотрел стоящего чуть в стороне Романа.

— Ты сухой, — сказал он, глядя на него прищурившись.

— Мне отец вчера показал, как это делается, — Рома хмыкнул. — Ему надоело в лужи наступать, потому что я не мог удержаться от экспериментов, и я под его контролем разучил несколько несложных заклинаний. А контроль у меня с детства развит. Я же некромант, меня начали учить контролю с тех пор, как я начал хоть что-то соображать.

— У тебя в семье каждый третий — некромант, — хмыкнул Изразцов. — А стоишь в стороне, потому что…

— Да, чтобы не замочили, — Рома широко улыбнулся, и тут же поставил простенький щит, в который полетело сразу несколько струек воды. Разбившись о щит, вода упала на пол, под злобный бубнёж остальных молодых людей.

— Понятно, — Изразцов задумчиво потёр подбородок. — А дочь отец не обучил, потому что…

— Папа решил предоставить это дело истинному профессионалу, — быстро ответила Юля, пока её брат что-нибудь не ляпнул. Степан молча притянул её к себе.

— Так, а вы сейчас стоите мокрые, потому что хотите проявить солидарность с неофитами, или чтобы продемонстрировать девушкам, какие у вас фигуры? — Изразцов внимательно осмотрел Вольфов и того же Степана, белые рубашки которых намокли и практически ничего не скрывали. Они всё равно, что полуголые стояли. — Только не говорите мне, что в мае на автомате ставили многоуровневые щиты, а сейчас вдруг забыли, как высушить это озеро, которое здесь образовалось.

— Мы не хотели навредить, вмешиваясь чужеродными заклятьями, — быстро проговорил Фёдор.

— Вольф, я преподаю уже больше лет, чем ты живёшь на этом свете. Я твоего отца и мать учил в то время, когда тебя даже в планах у них не было, — фыркнул Изразцов. — Неужели ты думал, что я не замечу, как вы трое сразу же настроили контроль своим даром. И не только на очаровательных красоток, надо отдать вам должное. Вот только дальше контроля дело не пошло, так что, я думаю, что дело в мокрых рубашках. Совет на будущее. Вы просто снимайте рубашки, можете вместе со штанами. Мотивируя это тем, что мокрая одежда — это всегда некомфортно.

И тут пол слегка качнуло.

— Что это, — Денис нахмурился и сделал шаг в сторону Изразцова.

— Твой сын чудит, — пожал плечами Изразцов к чему-то прислушиваясь. — Ничего страшного в этом нет. У Славы всё под контролем. Да, до следующей недели можешь быть свободен. — Сказал он, повернувшись к Ромке. — И, Денис, отвезите уже эту девушку к Карпову. — Он кивнул на сидящую на столе, как сам Изразцов не так давно, Ольгу.

— Пошли, — Денис повернулся к девушке. — Я сам тебя отвезу и подожду возле школы.

— Меня захвати с собой. — Роман поспешил на выход вслед за Денисом.

— Тебя куда? — спросил Устинов, когда они расположились в машине. На этот раз Ольгу без разговоров усадили назад.

— К Рогову, — Вздохнул Роман. — Мне всё ещё нужна машина.

— Да, я слышал, что произошло, — кивнул Денис, выезжая с территории бывшего завода, а теперь многофункционального центра подготовки боевых структур. — Значит, ты случайно попал под раздачу, — он покачал головой. — А я уже почти перестал верить в чудеса. И где твой брат?

— Он не стихийник, ему на этих занятиях делать нечего. Хотел, конечно, Ольгу повозить, но сегодня отец его привлёк к каким-то делам, — ответил Роман. — У меня тоже есть дело, на этот раз от Матвея. Машину заберу и поеду выполнять это поручение. А потом мы с Андрюхой встретимся в лабораториях. Отец решил, что лучше мы с магами клана Керн там позанимаемся.

— Меня, я так понимаю, тоже надо будет в лабораторию привезти после занятия, — тихо сказала Ольга, находящаяся в последние сутки в какой-то прострации.

— Да, Оля, я тебя не поздравляю, но всё же рад за Андрея, — Устинов поймал в зеркале заднего вида напряжённый взгляд Ольги.

— Забавно, меня сегодня никто не поздравил. Даже Юля смотрела сочувственно. — Ольга невесело хмыкнула. — Не замечала за Андреем ничего такого, из-за чего мне можно было сочувствовать.

— Дело не в Андрее, — Денис задумался. — Костю с Ирой можно только поздравить с такими сыновьями. Дело в клане Орловых. Это очень непростой клан, но, ты сильная, справишься.

— Я надеюсь, — пробормотала девушка, поворачивая на пальце кольцо. Движение становилось навязчивым. Ольга понимала это, но избавляться от него не спешила. Оно её успокаивало, хотя сама Ольга не смогла бы ответить, почему так происходит.

Разговор затих, к тому же они уже подъезжали к автосалону. Рома выскочил, бросив Ольге.

— Скоро увидимся, — и пошёл к поджидающему его у входа Рогову. — Дубль два. — Сказал Роман, пожимая протянутую руку. Рогов махнул Устинову в знак приветствия, и направился в салон с Ромой.

— Я видел то, что осталось от твоей машины, — мрачно сказал Рогов, пропуская Романа впереди себя. — Если бы ты сидел внутри… — Он не договорил, подходя к машине, похожей на ту, которую раскатал грузовик. — Вот, что думаешь об этой?

— Она такая же, как та была, — Роман сдержанно улыбнулся.

— Цвет другой, та была серебристая, а эта золотистая, — ответил Рогов.

— Да? — Роман обошёл машину по кругу. — А по-моему, они одинаковые.

— Они такие же одинаковые, как вы с братом. — Усмехнулся Рогов. — Берёшь?

— Кто на этот раз за неё платит? — спросил Рома, ловко поймав на лету ключи, брошенные ему Роговым.

— Я, — ответил Иван. — Сказал Вольфу, что это страховка. Шутка ли, и дня не проездил. — Он покачал головой. — Документы держи, я уже всё приготовил.

— Уверен был, что она мне понравится? — Рома взял документы и бросил их на пассажирское сидение. — Вдруг у меня это чудовищное потрясение вызвало отторжение этой модели?

— Тогда бы я сказал, что ты не сын своего отца, — Рогов внимательно смотрел на него. — Я прекрасно понимаю, что клан не оставит это происшествие. И уже не имеет значения, что ты оказался там случайно. Я могу помочь?

— А ты знаешь, да, — Роман внимательно посмотрел на него. — Ты же, так или иначе, связан с машинами. Если бы ты смог узнать, кто хозяин той фуры.

— Ну, если ты мне её опишешь, — Рогов задумался. — Хоть что-нибудь, за что можно зацепиться.

— Прицеп был странного тёмно-синего цвета. Я точно запомнил, потому что вслед смотрел. А вот номер не смог разглядеть, извини. — Развёл руками Рома.

— Если бы ты номер запомнил, то и просить никого бы не пришлось, — сказал Рогов. — Я попробую что-нибудь разузнать. Кому мне позвонить, если что-то удастся поднять на владельца?

— Мне, — решительно ответил Рома. — Раз уж я взялся помогать Матвею, то надо это делать до конца. Кстати, а ты ту очаровательную девочку не уволил?

— Понравилась, что ли? — Рома улыбнулся, а Рогов хохотнул. — Не уволил, пожалел. Но посадил заучивать, как выглядят представители всех кланов тридцатки Совета, чьи фотографии есть в общем доступе.

— Ладно, я поехал, а то ещё немного и начну опаздывать, — Рома сел в машину и завёл мотор.

— Смотри, аккуратнее, — и Рогов похлопал машину по крыше, открывая ворота движением руки.

Роман выехал из салона и направил машину по тому маршруту, по которому ехал вчера.

На этот раз поездка обошлась без приключений. Запарковав машину на злополучной стоянке, Роман поднялся на седьмой этаж. Дверь в офис была слегка приоткрыта. Наверное, для того, чтобы он не заблудился. В офисе опять царил полумрак. Лариса выкладывала на стол папки с документами. Девушка выглядела задумчивой. Она даже не заметила, что Рома появился в дверном проёме.

— Тук-тук, — сказал Орлов, проходя в офис. — Здесь всегда так темно? Или это специально для меня?

— Что? — Лариса удивлённо моргнула. — Нет, разумеется, это не для вас. Я просто люблю, когда темно. Но если вас это напрягает, то я включу свет.

— Свет точно не помешал бы. — Роман сел за стол и придвинул к себе первую папку. — Вчера мы были на «ты», — заметил он, как бы невзначай.

— Я не знала, что вы сын клана. Не знаю, как к сыновьям кланов обращаться. Не обижайтесь, но вы для меня какие-то нереальные существа, — добавила она, слегка покраснев, и указала на папки. — Здесь все материалы о партнёрах папы, которые вы запросили. — Лариса щёлкнула выключателем и подошла к двери. — Я принесу кофе.

— Понятно. Ты сын клана, и значит, перестал быть человеком. — Пробормотал Роман, принимаясь просматривать документы, чтобы попробовать найти того, кто так сильно невзлюбил Гусева, что решил отыграться на любимой и единственном ребёнке Артёма.

* * *

Мне удалось отстоять присутствие на допросе того урода, который перегородил мне дорогу на перроне. Отец долго смотрел на меня, затем кивнул.

— Хорошо. Думаю, пора уже окончательно принять тот факт, что мои дети стали взрослыми. — Он хотел добавить что-то ещё, но тут у него зазвонил телефон. — Да, Люся, я тебя слушаю очень внимательно.

— Мне нужны мальчишки! — Люсинда явно была не в духе. Отец отстранил трубку от уха, чтобы она не оглушила его.

— Тише, не ори. Что у тебя случилось?

— У меня Щукин случился, которого ты не разрешаешь мне придушить. И номер горит! Эта мразь поймала вдохновение, увидев Андрея в рубашке с весёленькими кляксами, которую тот выбрал, и теперь отказывается работать с кем-то другим. — Добавила она уже чуть более спокойно. Понятно, Ушакова принялась звонить отцу сразу после разговора с ведущим модельером Кристалла, когда была максимально на взводе. — Щукин вбил себе в башку, или он будет в качестве манекена использовать Андрея, иногда вместе с Ромой, или коллекции не будет. Я не знаю, что мне делать, Костя. Он давно такие скандалы не закатывал. Обычно ему вполне хватает Ушаковых на все случаи жизни.

— У него такое случается. Помниться, Щукин грозил мне разрывом многомиллионного контракта, если я не буду послушным мальчиком. Проблема в том, что он чёртов гений, которого действительно некем заменить. Такая вот странность. Даже меня можно заменить, а вот Щукина — нет. Казалось бы, это всего лишь одежда. Но, получается, что не всего лишь. Юрка, например, сразу стойку сделал, когда на мне одну из Щукинских рубашек увидел. Надеюсь, он успеет подготовить приличного преемника, пока ему действительно кто-нибудь башку не открутит, — добавил отец задумчиво. — К тому же он не требует ничего сверхъестественного. Так, пару фотографий и мерки. А остальное ему воображение дорисует.

— Именно поэтому я не против того, чтобы Ушаковы продолжали быть предметом мечтаний женщин по всему миру. Во всяком случае там, где журнал продаётся. Иначе он вообще не продавался бы, — добавила она ядовито. — Так, я могу на Андрея рассчитывать?

— Можешь, но не сейчас. Когда я говорил, что он занят, я не шутил. И вообще, мы тут выяснили, что наши дети уже вполне совершеннолетние, так что звони ему в таких случаях. Первичное добро на использование его фотографий от главы клана ты получила. — Отец усмехнулся, глядя на мою насупленную физиономию. Я не люблю привлекать внимание, и он это прекрасно знает. — Люсь, если это вот прямо срочно, Ромку возьмите, он сейчас всё равно баклуши бьёт. Я ему основы вчера показал, чтобы он перестал комнату заливать. Так что он вполне сможет выкроить время для журнала.

— Нет, Костя, ты не понял. Щукину нужен именно Андрей. Ромка тоже, но попозже.

— Да какая ему разница-то? Их, кроме нас, никто не различает. — Отец покачал головой.

— Добавь в этот не слишком длинный список ещё и Щукина. Он заявил, что ему нужен именно тот с весёленькими кляксами. Потому что этот парень сильно отличается от второго. Заметь, Щукин так и не понял, кто из них кто. Ему плевать. Но в кляксах тогда был Андрей. Всё на этом.

— Вот тебе Андрей, решайте этот вопрос. — И отец просто протянул мне свой телефон.

— Да, — сказал я осторожно в трубку.

— Я так понимаю, в чём суть проблемы, тебе понятно. — Ответила Люсинда. — Когда ты сегодня сможешь подъехать?

— Если только вечером. Часов в шесть, я надеюсь, сумею освободиться. — Я прикинул время, отведённое мне на все мои проекты. Если так дальше пойдёт, то придётся секретаря заводить, просто чтобы не запутаться в расписании.

— Секунду. — Люсинда отстранила телефон и судя по звукам, вышла из кабинета. — Андрей сможет сегодня вечером часов в шесть подойти. Вас это устроит? Да, Андрюша, тут говорят, что устроит. Мы тебя ждём. — Она отключилась, и я вернул телефон отцу.

— Если с этим вопросом разобрались, то пошли. Я, пожалуй, составлю вам с Матвеем компанию. Мне совершенно не нравится это дело. К тому же судя по ощущениям, началось оно задолго до того, как мы к месту силы съездили.

— Почему ты так думаешь? — спросил я, чувствуя, как его паранойя передаётся мне.

— Потому что такие операции готовятся долго. Это не спонтанное решение. На продумывание деталей и подготовку нужно время. Пара месяцев не меньше. Просто поверь моему опыту, — он легко поднялся и направился к двери кабинета. Я невольно посмотрел ему вслед. Отец сейчас был на пике физической и магической формы. Не удивительно, что на его фоне мы с Ромкой терялись. А когда они собирались вчетвером: Вольф, Ушаков, Устинов и Орлов, у остальных просто не было шансов. Зато нас больше, и мы сильнее в импровизации, успокоил я себя, направляясь за ним.

В здании Имперской Службы Безопасности я бывал и не раз. Но каждый раз ощущение того, что даже стены на тебя давят, не оставляло ни на секунду. Всё-таки Валерий Смирнов, тесть Ильи, тоже своего рода гений, как и Щукин. Без малейшей магии он построил здание, в котором прямо с порога было охота начинать каяться во всех грехах настоящих и мнимых.

Матвея мы нашли в комнате, рядом с допросной. Через окно в стене, которое в допросной выглядело как зеркало, он смотрел на типа, съёжившегося на стуле. Его руки были скованны, и он затравленно оглядывался по сторонам.

— Я так и думал, что ты не сможешь заставить себя не присутствовать на первичном допросе, — сказал Матвей, даже не посмотрев на нас. — Сдаётся мне, что это пустышка. — Он покачал головой.

— Его уже допрашивали? — отрывисто спросил отец, подходя к нему поближе.

— Нет, я отдал распоряжение, что первичное дознание сам проведу.

— Ты это умеешь, — отец усмехнулся.

— Поверь с тех пор, как я тебя впервые допрашивал, у меня прибавилось опыта, — спокойно ответил Подоров и хищно улыбнулся. Я же только головой крутил, глядя, то на одного, то на другого. Какие иногда подробности вот так походя начинают открываться. — Ну что же, нечего тянуть, пошли. Тем более, я уверен, что ничего особенного мы не услышим.

Он прошёл к столу и сел напротив типа. Отец отошёл к дальней стене, оставаясь в тени. Прошёл он у типа за спиной, и тот его не заметил. Но, урод так уставился на Матвея, что и меня не заметил. Он вообще, кроме Подорова никого, похоже, не видел.

— Не нужно на меня смотреть с таким ужасом Иннокентий Григорьевич, — спокойно произнёс Матвей, подвигая ему стакан с кофе. — Слухи о том, что я совершаю нечто ужасное с подозреваемыми, в большинстве своём не соответствуют действительности.

Меня позабавило, что он не на сто процентов открестился от «чего-то ужасного». Этот нюанс, кажется, понял и Иннокентий Григорьевич, потому что отшатнулся. Наверное, подумал, что ради него сделают исключение.

— Что вам от меня нужно? — проскрипел он, и, схватив стакан, сделал глоток, чтобы смягчить сухое горло. При этом мысли о том, что Матвей может ему что-то подсыпать в кофе, у него не возникло. Ну не может страшный и ужасный Подоров опуститься до такой пошлости, как отравление.

— Поговорить. Вы не поверите, Иннокентий Григорьевич, но на допросах обычно говорят. И в ваших же интересах рассказать правду. Что вы делали на вокзале? — когда он задал последний вопрос жёстким и холодным тоном, резко, словно кнутом щёлкнул, то я сам чуть не ляпнул, что потенциальную тёщу встречал.

— Меня наняли просто девку встретить. Просто встретить и отвести к машине. Там неподалёку стояла машина. Сказали, что девка к тётке той пойдёт, которую застрелили, и что её Ольга зовут. Я даже не знал, как она выглядит. Клянусь. А когда вон тот парень вышел, я растерялся… Это правда, я клянусь! — при этом он почему-то смотрел на меня. Значит, меня он заметил, а вот отца всё же нет.

— Эта девка — невеста наследника престола, а этот парень-Великий князь Андрей, — спокойно произнёс Матвей. — Иннокентий Григорьевич, вы хотя бы сейчас представляете, в какую глубокую яму вас втолкнули ваши, так называемые, наниматели?

— Что? — он одним глотком допил кофе. — Великий князь, вот он? — И Кеша уставился на меня с не меньшим ужасом, чем до этого смотрел на Матвея. Я криво улыбнулся и наклонил голову, неприятно познакомиться, Иннокентий.

— Во всём этом есть один позитивный момент, — иронично усмехаясь, из тени вышел отец. — Если в итоге ты останешься жив, то можешь всем с гордостью рассказывать, что от самого Великого князя ухитрился по мордасам получить.

Кеша очень внимательно его осмотрел, потом перевёл взгляд на меня, потом снова на отца. Похоже, в его голове щёлкнуло узнавание. Закатив глаза, он начал сползать со стула на пол.

— Костя, — Матвей поморщился. Встал, подошёл к своему подозреваемому и похлопал его по щекам. Бесполезно. Похоже, он ушёл чуть ли не в кому. — Целителя в камеру для допросов, — раздражённо проговорил Матвей. Можно было не сомневаться, что его услышали. Я же подтащил к себе свободный стул. Похоже, допрос затянется. Как бы мне к Щукину в итоге не опоздать.

Глава 6

Рома бросил очередную папку на стол и протёр лицо. Кофе давно закончился, и он перевернул пустую чашку. Лариса сидела довольно далеко от него и занималась с какими-то бумагами, время от времени бросая на Рому быстрые взгляды. Было видно, что его присутствие тяготит девушку, она всеми силами старалась этого не показывать.

— Я не понимаю, ты что, меня боишься? — спросил Рома, откидываясь на спинку стула и заложив руки за голову.

— Нет, — Лариса покачала головой. — Боялась я Подорова. А с вами я просто не знаю, что делать, и как себя вести.

— Лариса, посмотри на меня, — девушка вздрогнула и подняла глаза. — Я обычный парень. Две руки, две ноги, голова. Я ничем не отличаюсь от других парней. Когда мы лежали под тем корытом, ты должна была это понять. Я даже не наследник. Просто сын клана.

— Да, — её взгляд стал твёрже. — Матвей Подоров тоже вчера сказал, что, всего лишь, сын клана. Даже не представляю, что такое глава клана или наследник.

— Ну, глава клана — это да, это мощь. А вот наследник… Скажем так, встреть ты его на улице, то и не поняла бы сразу, чем он от меня отличается. — Рома ухмыльнулся.

— Послушайте, господин Подоров… — начала быстро говорить Лариса, но Рома нахмурился и сразу её перебил.

— Я не Подоров.

— Но, Матвей Игоревич вчера сказал… — девушка заметно растерялась.

— Сыновья одного клана могут носить разные фамилии, — ответил Роман. — Так иногда бывает, например, при слиянии. Когда более крупный клан поглощает более мелкий, но в условиях соглашения числится сохранение фамилии. Обычно это происходит, когда нет наследников. В таком случае дочь клана выдают замуж, и её муж берёт фамилию её клана, но фактически остаётся сыном своего.

— Я не понимаю, что значит, нет наследников? А дочь клана разве не…

— Нет, — Рома мягко улыбнулся. — Женщина не может наследовать клан.

— Как-то это… — Лариса потёрла виски. — Как-то это слишком. Но, надо признаться, что за последнюю минуту я узнала про кланы гораздо больше, чем за всю жизнь.

— На самом деле внеклановые девочки и мальчики обладают гораздо большими свободами, — серьёзно проговорил Роман. — Например, для меня приказ главы моего клана не обсуждается, а выполняется. Это истина в последней инстанции и какому-то обсуждению не подлежит.

— А император? Разве не приказ императора является истиной в последней инстанции? — В глазах Ларисы появился огонёк любопытства. Она даже вперёд подалась, на мгновение забыв, что он сын клана и она обязана его бояться. Просто потому, что все хорошие девочки обязаны бояться сыновей кланов. Этот симпатичный парень не выглядел опасным. У него была хорошая улыбка, и он отвечал на её вопросы, даже если считал их несусветной глупостью.

— Эм, император, — протянул Рома задумавшись. Почему-то этой пигалице не хотелось говорить, что император и глава его клана — это один и тот же человек, который ко всему прочему, является его отцом. — Император редко выносит решения самостоятельно. Особенно если идёт хоть незначительное расхождение с Кодексом. Тогда вопрос выносится на рассмотрение Совета кланов. Вот решение Совета не может оспорить никто, особенно если оно подтверждено Кодексом. Ну а, если у императора появились вопросы к какому-то сыну клана, то он вызывает главу этого клана и решает вопрос с ним. Чтобы не было противоречий. Ну и… много чести с каждым сыном клана императору лично возиться.

Он наклонил голову и, прищурившись, посмотрел на Ларису. Та откинулась на спинку стула, поднесла палец к губам и тщательно обдумывала информацию. Почти минуту они молчали, а затем она подняла на него взгляд.

— Что такое Кодекс? — брови Ромы удивлённо взлетели вверх. Почему-то он думал, что она будет пытаться выяснить, к какому клану он и Матвей относятся, но этот вопрос загнал его в тупик.

— Я не могу ответить на этот вопрос, — он покачал головой. — Чисто внешне — это книга. Огромный фолиант, который висит под потолком зала Совета. Спустить его вниз может только глава Совета. В настоящее время — это Виталий Павлович Керн. Даже император может начать работать с Кодексом, только когда Виталий Павлович его спустит. А чтобы начать с ним работать, нужно активировать, призвав дар. Вот только работать с ним желающих на самом деле мало. Это не просто книга, это гораздо большее. Но существуют определённые процедуры, которые без Кодекса невозможно провести, например, принятие новым главой клана. Или же, — Рома задумался на мгновение, а потом добавил. — Или, если у Совета возникли вопросы в обоснованности применения сыном клана того или иного метода.

— Я не слишком понимаю, — Лариса покачала головой, а потом решительно пересела к Роману поближе, внимательно глядя на него.

— Как бы тебе объяснить, — Рома снова задумался. — Совсем недавно произошёл инцидент, во время которого мой брат был вынужден применить дар в месте большого скопления людей. Там и дети кланов были, и люди, не принадлежащие к кланам, и, кажется, кто-то из молодых глав Совета. На самом деле у него не было выбора, не в той ситуации. Иначе могли бы быть жертвы. Но Совет всё равно засомневался в том, имел ли право брат действовать так радикально. Да и принадлежность дара вызвала вопросы. Похоже, эти старые пни решили, что он использовал какой-то хитрый артефакт.

— И они спросили у Кодекса? — Лариса смотрела на него, и в её взгляде промелькнуло недоверие.

— Нет, конечно, — фыркнул Рома. — Они заставили Андрея открыть Кодекс, и тот вынес вердикт. Говорят, это было очень красиво. Вот только сам Андрей больше на зомби был после этого похож. Он сказал, что этот фолиант его поимел в извращённой форме.

— Мне надо всё это осмыслить, — Лариса покачала головой. — Вы что-то нашли в этих документах? — И она указала на папки.

— В том то и дело, что, нет, — Роман раздосадовано покачал головой. — Здесь нет ничего криминального, но и не должно быть, — он взлохматил свои светлые волосы. — В том, как тебя пытались убить, чувствуется нечто личное, но ту же напряжённость можно выявить только при непосредственном контакте. — Он открыл первую попавшуюся папку. — Это личные телефоны партнёров твоего отца? — спросил он.

— Да, — Лариса кивнула. Она никак не могла понять, к чему он клонит.

Рома же достал телефон и набрал номер.

— Добрый день, — проговорил он, добавляя в голос восторженности. — Кирилл Владимирович Шиян?

— Да, кто говорит? — Роман нажал на кнопку, чтобы Лариса слышала, о чём они говорят, и голос застройщика, фирма которого строила эти огромные здания для Гусева, раздался в тишине кабинета.

— Вас беспокоит Роман — помощник главного редактора журнала «Сегодня» Котова Василия Ярославовича, — ещё более восторженно ответил Ромка. — Люсинда Ушакова рассматривает концепцию одного из номеров журнала, посвящённого жизни и быту крупных бизнесменов Российской империи. Вопрос всё ещё обсуждается, сами понимаете, но госпожа Ушакова всегда очень благосклонно относилась к гражданам нашей страны, не входящим в кланы. Но она хочет увидеть предварительный материал, чтобы принять решение.

— Эм, — слышно было, что господин Шиян глубоко задумался. — А почему вы решили позвонить именно мне? Есть же Смирнов…

— Кирилл Владимирович, Смирнов имеет непосредственное отношение к кланам, — в голосе Ромы появились укоризненные нотки. Лариса смотрела на него, прикусив сустав указательного пальца. Её глаза лучились от смеха, и впервые Роман увидел в них искру одобрения. Подмигнув девушке, он продолжил растекаться патокой. — Его внуки носят фамилию Орловы, если вы забыли о таком нюансе. Нас же интересуют семьи бизнесменов, не связанных с кланами, особенно семейными узами. Мы прекрасно понимаем, что деловые отношения всегда могут присутствовать, и их во внимание не принимаем. Прямо сейчас наши сотрудники находятся в доме господина Гусева, а его очаровательная дочь дала нам ваш номер.

— Я всё ещё не понял, что вы от меня хотите? — Шиян пребывал в явном замешательстве.

— Всего лишь несколько снимков интерьера вашего дома и маленькое интервью. Я прекрасно понимаю, что вы очень занятой человек, поэтому интервью может дать любой представитель вашей семьи. Тем более, как я уже сказал, концепт ещё не утверждён.

— Хорошо, вы знаете мой адрес? — медленно проговорил Шиян, прикидывая, что если подобная статья выйдет, то лучшей рекламы для него и придумать сложно. Как сказал этот шустрый помощник главного редактора, Смирнов теперь играет в высшей лиге и недосягаем для простых смертных, вроде него. Валерка все государственные заказы под себя гребёт. Работает на совесть, чего не отнять, того не отнять. Ведь глава клана Орловых может сам спросить за брак, лично. Но это не отменяет тот факт, что контракты достаются фирме Смирнова. Остальные только руками разводят. Что тут поделать, когда у Валерки действительно зять и внуки носят фамилию Орловы.

— Секунду? — Рома вопросительно посмотрел на Ларису, та кивнула и быстро написала адрес на бумажке и придвинула её Роме. — Третья Банковая улица, дом четырнадцать?

— Да, всё верно, — Рома почти увидел, как бизнесмен кивнул.

— У вас есть охрана? Вы можете предупредить её, что в течение дня приедет группа из редакции? Журналисты и фотограф?

— Кто именно подъедет? — спросил Шиян.

— Я понятия не имею. Кто будет свободен, я так понимаю. В любом случае у них будут удостоверения. — Ответил Ромка.

— Хорошо, я предупрежу охрану. — И Шиян отключился.

— Роман, я, кажется, понимаю, что вы задумали, но… — Лариса посмотрела на него, но Рома поднёс палец к губам. Сейчас он отключил громкую связь, и девушка не могла слышать, что ему говорит собеседник.

— Василий Ярославович, — трубку взяли почти сразу.

— Я вас слушаю, Роман Константинович, — ответил Котов. — Фоном слышались какие-то вопли. Может быть, как раз какую-то концепцию и обсуждали. Главное, чтобы не поубивали друг друга.

— Вы можете выписать несколько удостоверений. На Юльку, Стёпку и Ваньку Подорова?

— Я могу поинтересоваться, зачем? — судя по звукам, Котов вышел из кабинета, потому что крики стихли.

— Помогаю Матвею Подорову проводить побочное расследование, — ответил Роман.

— Ищете себя? — Котов усмехнулся. — Хорошо, я выпишу удостоверения. Фотографии вашей банды у меня имеются. Имена настоящие писать, или, хм, творческие псевдонимы?

— Наверное, лучше всё-таки псевдонимы, — Рома немного заколебался, а потом осторожно проговорил. — Ванькина фамилия способна вогнать в ступор, но, со Стёпкой такое пройдёт?

— А почему нет? Если Степан Егорович не будет с порога вести себя как Ушаков-Ушаков, то вполне. Всё-таки глянцевые и доведённые до совершенства фото немного отличаются от оригинала. Главное, понапористее быть, понаглее. — Роман при этих словах глубоко задумался.

— Быть понапористее? Стёпке? И тогда он не станет ассоциироваться с самим собой? — он замер, а потом выпалил. — Что я только что сказал?

— Роман Константинович. Я бы посоветовал вам поучиться у отца и этого его Рыжова, когда они находятся в неформальной обстановке. Когда Константин Витальевич был в вашем возрасте, ни один человек не мог заподозрить в нём сына клана, если он сам этого не хотел. И, да, наглости ему тогда было не занимать. — Перед глазами Ромки сразу же встала проводница, которая, похоже, так и не поняла, что в её вагоне ехал император.

— Хорошо, я понял. Попрошу Юльку на нашего безупречного мальчика правильно повлиять.

— Отлично. Куда доставить удостоверения? — Роман в ответ продиктовал адрес центра, а потом добавил.

— И фотокамеру нам одолжите?

— Я так и думал, что она вам понадобится. — Котов говорил серьёзно. — Будьте осторожны. Обычно именно побочные расследования самые непредсказуемые и опасные. Поверьте моему опыту журналиста криминальной хроники.

— Спасибо, Василий Ярославович, — искренне поблагодарил его Ромка и отключился. Несколько секунд смотрел на телефон, потом встряхнулся и принялся набирать очередной номер, бормоча под нос. — А теперь мне нужно вытащить сюда помощников. Надеюсь, Стёпку его отец ни к чему не привлёк по делам клана.

* * *

Потерявшего сознание при виде отца типа в себя привели очень быстро, вот только он не сказал нам ничего дельного. Кроме, разве что, одного. Пара человек из тех, которые его наняли, имели явно восточную внешность и не разговаривали всё то время, пока ему пытались объяснить, что от него требуется.

В конце концов, даже у Подорова опустились руки, и он велел убрать Кешу с глаз долой.

— Ничего, посидит в камере, слегка успокоится, может быть, что-нибудь вспомнит, — сказал Матвей, глядя в стену. Несколько минут мы молчали, и я уже хотел уйти, да и отец подумывал, похоже, о том же. Но тут Подоров встрепенулся и подошёл к двери. — Приведите сюда снайпера.

— Я думал, что вы с Ильёй его уже выпотрошили, — медленно произнёс отец.

— Я его не допрашивал. Илья сказал, что парень крепкий. Чтобы такому задавать вопросы, надо знать на них ответы хотя бы чисто теоретически. — Ответил Матвей, сверля взглядом место за столом, предназначенное для подозреваемого. — Теперь я знаю. Мне нужно задать ему всего один вопрос. Всего один.

— Мы поприсутствуем, если не возражаешь. — Отец прислонился спиной к стене и скрестил руки на груди. Я остался сидеть на своём неудобном стуле.

Дверь открылась и ввели молодого совсем парня. Если он и был старше меня, то ненамного. Его руки были скованны, и когда его толкнули на стул перед Подоровым, то цепи оков сами взлетели и приковали его к столу. При этом цепи натянулись, и он вынужден был наклониться вперёд.

— Надо же, я удостоился чести попасть под пресс самому Матвею Игоревичу, польщён, — и парень криво улыбнулся. — А ваш сотрудник хорош. Мало того что сумел выследить меня, так ещё и поймал, каким-то образом высчитав путь моего отхода. Он меня просто ждал в той подворотне. Примите мои искренние комплименты.

— Илья — мой лучший аналитик, — любезно сообщил ему Матвей.

— А этот парень, которого Ушаков собой прикрывал на вокзале, один из пацанов императора? — он кивнул на меня. Надо же, заметил. А вот отца — нет. Тот снова отступил в тень и стоял у него за спиной. Снайпер просто не успел его разглядеть.

— Да, это Великий князь Андрей, — Матвей улыбнулся, вот только улыбка совсем не коснулась глаз. Он смотрел на сидящего перед ним парня жёстко и расчётливо.

— Ух ты, — вывернув голову, снайпер с любопытством рассматривал меня. — А не много ли чести для той кошёлки, чтобы её встречал сам наследник? Во что меня втравили те козлы, которые наняли?

— В попытку похищения и, возможно, убийства невесты Великого князя, — всё так же любезно ответил ему Подоров. — Та «кошёлка» была мачехой Ольги. Но невеста его высочества неважно себя чувствовала, и Великий князь решил встретить будущую тёщу сам.

— Я так и думал, что дело воняет, — парень покачал головой. — Как только Ушакова на перроне увидел. Его-то довольно легко опознать.

— Почувствовал, что дело пахнет керосином, и всё равно остался на позиции? — Матвей смотрел на него не мигая.

— Магический контракт, чтоб его. Эти твари подстраховались, когда выплатили мне стопроцентный аванс. — Парень зло оскалился.

— Кто тебя нанял? — жёстко спросил Матвей.

— Извини, но я не хочу сдохнуть, — спокойно ответил парень.

— Это были представители посольства империи Востока?

— Откуда я знаю, кто там работает в посольстве? — парень ухмыльнулся.

— То есть, ты не отрицаешь, что это были джунгары? — Подоров продолжал говорить спокойно. Парень слегка дёрнулся, и Матвей удовлетворённо кивнул. — Это всё, что я хотел знать.

— Но я же ничего не… — и тут парень упал грудью на стол и захрипел.

— Отсроченный эффект преданной клятвы. — Задумчиво проговорил Матвей. — Так случается, увы. Зато, это самое лучшее доказательство моей правоты.

— Освободи его, — в комнате резко похолодало. Отец вышел из тени, призвав дар смерти. Матвей лишь плечами повёл, ну а мне всегда было на этот дар плевать. Я и Ромку могу заблокировать, если напросится.

— Понравился? — Матвей хмыкнул и одним движением отцепил цепи.

— Чем-то Рыжова мне напомнил, — хмыкнул отец, опуская руку на лоб парня, которого начало трясти. — Стареть начинаю, наверное, становлюсь сентиментальнее. — Короткое заклинание и с запястья императора слетела потрясающей красоты бабочка, упавшая на шею снайпера и принявшая вид татуировка.

— Призрачный страж? — с любопытством спросил Матвей. — Но ведь он не убрал первопричину.

— Нет, не убрал, — отец отнял руку со лба парня. — Но я сильнее, гораздо сильнее, чем тот, кто наложил на него заклятье. И мой страж приоритетнее.

Парень тем временем застонал и открыл глаза. Его голова была запрокинута, и он сразу же увидел императора.

— Вы меня спасли? Зачем? — хрипло спросил снайпер.

— Ты не стал стрелять в моего сына и брата, хотя мог, — холодно ответил отец. — За это я позволю тебе жить. Вот только это может тебе не понравиться. — И он улыбнулся, а бабочка на шее парня шевельнула крыльями, и тот схватился рукой за шею, а в его глазах впервые промелькнул страх. — Матвей, приведи его в порядок и отправь Денису. Попробуем сделать из этого что-то приличное.

— Как скажешь, — Подоров пожал плечами и сочувственно посмотрел на снайпера. — Лучше бы ты парень всё-таки из-за нарушения клятвы помер.

Снайпера утащили. Сам он идти пока не мог. Отец посмотрел на меня и хотел что-то сказать, но тут у него зазвонил телефон.

— Да, Денис, что-то случилось?

— Я везу Ольгу в лабораторию, но мне пару раз показалось, что за нами следят, — сказал Устинов, а я нахмурился.

— Я тебя услышал, — отец отключился и посмотрел на Матвея.

— Когда вы с Рыжовым успешно продавали Родину, эти твари напали на меня, чтобы выкрасть матрицу, — медленно произнёс Матвей.

— Вот что, Андрей, — отец посмотрел на меня. — Пока мы не разобрались, какого хрена творится, Ольгу будут везде возить и сопровождать люди Матвея. — Подоров согласно кивнул.

— Что? — я аж подпрыгнул. — Это уже не смешно.

— Андрей, это приказ, — спокойно ответил отец. — Как только наши стихийники научатся себя контролировать, поедете на время на море. Большинство из вас водники, им это будет полезно. К тому же я не запрещаю вам видеться во дворце и в лабораториях.

— Да, от этого дела я тебя отстраняю. Слишком далеко оно нас заводит. — Матвей смотрел на меня хмуро. — Если заняться нечем, брату помоги. Он решил попробовать себя в роли оперативника. Подробности узнаешь у него.

— Почему меня освобождают от этого дела? — спросил я упрямо.

— Потому что ты цель. — Всё ещё спокойно ответил отец. — Не главная, в этом случае, я бы тебя просто запер в тех же лабораториях. Но твоя заинтересованность прямо пропорциональна риску. — Он посмотрел на часы. — И, да, тебе никуда не надо идти?

Я поднялся, чуть не опрокинув стул, и направился к выходу. Ладно, значит, буду фотографироваться для журнала и помогать Ромке. Что ещё мне остаётся?

Глава 7

Костя посмотрел на сидящего напротив министра транспорта и захлопнул папку с документами.

— В чём дело, Вячеслав Харитонович? — немного раздражённо спросил он, не сводя с нервничающего министра немигающего взгляда. — Почему такая проблема вообще возникла?

— У меня в ведомстве нет специалистов такого уровня, — промямлил министр. — Так уже получилось, что моё министерство, наверное, единственное, в котором не служит ни один сын клана. Мы не можем рассчитывать координаты…

— Вячеслав Харитонович, уже больше года я прошу вас предоставить мне проектную документацию, в которой будет рассчитано, как лучше сделать сеть междугородных стационарных порталов. — Перебил его император, в голосе которого отчётливо прозвучала едва сдерживаемая ярость. — Вам не нужно ничего рассчитывать, у нас для этого Керны имеются. Нам нужно разгрузить небо! Уже даже я вынужден ждать по несколько дней, чтобы куда-то улететь из-за проблем с коридорами. Стационарные порталы существенно облегчат нам всем жизнь. Особенно людям, которые вынуждены часто летать по делам. Частных самолётов становится уже больше, чем автомобилей. Поезда — это хорошо и комфортно, но медленно. И порталы — очень важная ступень в развитии транспортной инфраструктуры. И вы мне уже год не можете предоставить логистику построения этих самых порталов! — Тресь! Папка, которую император держал в руках, с грохотом упала прямо перед съёжившимся министром. — Вы придёте ко мне в пятницу с готовыми предложениями, или же выйдете из этого кабинета уже не министром. Кроме того, на выходе вы сразу же попадёте прямо в распростёртые объятья Матвея Игоревича. Он обожает бывших министров и в каждом видит саботажника и предателя Родины. А ваши действия ничем, кроме саботажа, я объяснить не могу.

— Вы не понимаете, ваше величество… — Министр вытер со лба пот. — Порталы — это страшно.

— Нет, страшно — это самолёты, а порталы сейчас вполне безопасны, — отрезал император и притянул к себе какую-то бумагу, ясно давая понять, что аудиенция завершилась.

Министр транспорта вскочил с кресла, схватил злополучную папку и ринулся к двери. Костя больше ни разу не посмотрел на него. Но, как только дверь за ним закрылась, в кабинет вошёл Рыжов.

— В пятницу отметь, что ему снова назначено на три дня. Если кто-то там записан — отодвинь. У меня на сегодняшний день нет проекта приоритетнее, — Костя бросил бумагу, которую даже не смог прочитать, на стол. — Что за идиот. Почему я его ещё не снял с должности?

— Потому что во всём остальном, если дело не касается порталов, в министерстве транспорта наибольший порядок. Там вообще подкопаться не к чему, — ответил ему Рыжов.

— Ответь мне на один вопрос, Олег, — Костя задумчиво посмотрел на своего бессменного помощника. — Он меня интересует довольно давно, но почему-то я хочу именно сейчас получить на него ответ. — Рыжов вопросительно посмотрел на него. — Почему ты чуть ли не боготворил моего деда, и чуть ли не с придыханием о нём всегда говорил, а вот меня, как воспринимал, так и воспринимаешь?

— Потому что его я знал только императором, и это была для меня величина, а тебя я даже за сына клана не сразу принял, — усмехнувшись, ответил Рыжов.

— Странные у тебя приоритеты, — протянул Костя задумчиво.

— Ну вот такие, — Рыжов развёл руками. — В приёмной сидит женщина и настаивает на встрече с тобой. Не как с императором, а как с главой клана Орловых.

— Что за женщина? — Костя нахмурился. — И почему охрана её вот так запросто пропустила?

— Её зовут Анастасия Селезнёва. — Ответил Рыжов.

— Кто? — император нахмурился. — Кто это?

— Понятия не имею. Наверное, я слышал о клане Селезнёвых, но он точно не на слуху, не входит в тридцатку Совета, а значит, не слишком интересен. — Ответил Олег. — Насчёт охраны сам разбирайся, или пускай мой зятёк разбирается, если уж сумел выбить себе собственную безопасность императорской семьи. Но вот эту женщину лучше прими. У меня от неё мороз по коже, — и Рыжов передёрнулся. — Но я, пожалуй, здесь с тобой останусь. А то, мало ли. Даже у безупречного Ушакова могут случиться накладки.

Костя только головой покачал. Олега с Егором мир никогда не возьмёт. К тому же в последнее время ему всё чаще казалось, что они уже просто жить не могут без этой неприязни, и каждый получает от неё удовольствие.

— Ты меня прямо заинтриговал, — Костя посмотрел на дверь кабинета. — У меня ещё на сегодня запланированы встречи?

— Нет, — покачал головой Рыжов. — Ты ещё две недели должен быть в отпуске.

— Да, точно. — Костя потянулся. — Когда-нибудь я отдохну, будь уверен.

— Угу, помечтай, — ответил ему Рыжов скептически.

— Вот что ты за человек такой, Олег, нет, чтобы поддержать естественное желание босса, — Костя покачал головой. — Нет, надо обязательно всё испоганить. Зови эту Анастасию Селезнёву.

Рыжов кивнул и вышел из кабинета. Не прошло и минуты, как дверь снова отворилась, и в кабинет вошла статная женщина. Золотистые волосы были тронуты сединой, но яркие зелёные глаза смотрели прямо. Красивая. И императору было совершенно непонятно, сколько ей лет. Константин встречал её, встав и выйдя из-за стола. В кабинет скользнул Рыжов и встал возле стены, а воздух вокруг него задрожал от призванного дара. Но женщина не обращала на Олега никакого внимания, не отрывая взгляда от Кости. Она сделала ещё два шага, и склонилась перед ним в глубоком реверансе.

— Ваше императорское величество, я счастлива лицезреть вас, но сейчас мне нужно поговорить с вами, как с главой клана Орловых. — Проговорила она глубоким грудным голосом. Костя даже встряхнул головой, словно стараясь сбросить наваждение.

— Кто вы, и как прошли охрану? — спросил он холодно. В комнате вообще заметно похолодало, а Рыжов поёжился. Ему всегда становилось не по себе, когда Костя призывал дар смерти.

— Я бабушка по матери вашей первой жены, — ответила Анастасия выпрямляясь. — У клана Селезнёвых с незапамятных времён есть неограниченный пропуск к императору. Это связано с нашим семейным даром, передающимся по женской линии. Но я впервые воспользовалась им. Не стала даже беспокоить императора, когда меня не пригласили на вашу свадьбу с Анькой, и вообще постарались сделать вид, что меня не существует.

— Я не совсем вас понимаю, — Костя нахмурился. Он Александра Стоянова только через несколько лет после кончины Анны начал переваривать, а тут бабка, о которой он только слышал. Но Стоянов ему проходу не давал, настаивая на том, что ему вполне можно доверять хоть иногда видеться с внуками. А какие черти принесли сюда Анастасию? Да и в то, что она бабушка Анны, верилось с трудом, если только она, как и Виталий Керн, не экспериментировала с незнакомыми пластинами.

— Женщины клана Селезнёвых редко выходят замуж за представителей сильных кланов. Чаще всего это слияние с младшими ветвями незначительных кланов, в которых муж берёт нашу фамилию и принимает клан как глава Селезнёвых. — Ответила женщина. — Мы чтим Кодекс. Наверное, мы являемся самыми яростными сторонниками традиций. И наш дар играет в этом не самую последнюю роль. — Добавила она задумчиво. — Мать Анны и сама Анна — паршивые овцы в семье. Они обе отлучены от дара. — Сказала она, глядя на императора. — Когда я узнала о художествах Анны… — Она покачала головой. — Вам нужно было сразу же, как только вы почувствовали неповиновение, обратиться ко мне. Поверьте, я смогла бы призвать зарвавшуюся девчонку к ответу. Несмотря на то что она старательно делала вид, будто я умерла.

— Я не буду оправдывать Анну, но одно могу сказать в её защиту. Замужем за мной, она не была счастлива, — тихо ответил Костя. Это было так странно — говорить о погибшей жене. Тем более что он действительно был ей благодарен за сыновей.

— Долг дочери клана не в личном бабьем счастье, — Анастасия поджала губы. — У неё было достаточно обязанностей, чтобы не забивать себе голову подобной ерундой. Но, что было, то прошло. Анна мертва, и, хоть она была моей внучкой, я не могу сказать, что это не к лучшему.

— Вы пришли сюда, чтобы сообщить мне, что не разделяли взгляды дочери и внучки? — Костя невольно нахмурился, а концентрация силы смерти вокруг него сгустилась. Как бы странно это ни выглядело, но Анастасия лишь одобрительно улыбнулась и снова поклонилась, словно признавая его абсолютную власть над собой.

— Разумеется, нет, ваше императорское величество, — она выпрямилась. — Древо дара показало мне, что наш дар возродился в вашем ребёнке. Я не знаю, как это произошло, ведь ваша дочь родилась не от моей пустоголовой внучки. Возможно, где-то в клане Орловых затерялась пара капель крови Селезнёвых. Вы с вашей женой сильные некроманты, возможно, именно это повлияло на наследование дара. Хоть это и странно, что её величество сохранила силу после родов, но, как я уже убедилась, в жизни бывает всякое.

— У меня трое детей, — Костя ослабил силу дара и теперь говорил вкрадчиво. — Почему вы решили, что малефиком стала моя дочь?

— Потому что мальчики не наследуют дар малифециума. Никогда. — Решительно ответила Анастасия. — Как бы то ни было, это очень мощный дар, и умение его контролировать — это основное, что должна знать девочка. Потому что проклятия могут быть гораздо сильнее и опаснее даже силы смерти.

— Представьте себе, какой результат может получиться, если малефециум присоединится к силе смерти, — Костя резко отпустил дар. Рыжов, глядя на него, тоже слегка расслабился.

— Это сложно представить, и, ваше величество, лучше даже не пытаться подобное представлять, — покачала головой Анастасия. — Я молилась каждый день, чтобы у Аньки родились мальчики. К счастью, Господь услышал мои молитвы. Кто же знал, что Судьба всё же решит надо мной вот так пошутить. — Костя бросил быстрый взгляд на Рыжова, который закатил глаза и разглядывал потолок. — Вы отпустили дар, почему?

— Я уверен, что вы не хотите мне навредить, — ответил Костя.

— Разумеется, ваше величество. Более того, я отдам жизнь, защищая вас, если это понадобится, — Анастасия изумлённо посмотрела на императора. Словно думала, что он и его помощник призвали дар для чего-то другого, а не для того, чтобы отразить внезапное нападение. — Так я могу встретиться с вашей дочерью?

— Вот что, давайте пообедаем прямо здесь, в этом кабинете. А за это время Олег найдёт и доставит сюда моих детей. Полагаю, что Андрею тоже будет полезно познакомиться со своей прабабушкой, — и Костя мерзко ухмыльнулся. — Олег, ты слышал распоряжение? Выполняй.

* * *

Когда я приехал в лаборатории, Ольга уже находилась здесь. Как оказалось, заниматься нам предстояло в подвале, в котором учёные создали целый полигон. Такой защиты я не видел вообще нигде. Это кроме того что каждый проводил свои эксперименты в образующихся произвольно ячейках, на которые были наложены дополнительные щиты.

Ячейки были совершенно прозрачные, и через них я увидел Ольгу, с рук которой поднималась объёмная руна. Эта руна начала быстро набирать объём и наливаться кроваво-красным светом. Девушка откинула голову и руна лопнула, разлетевшись красноватым туманом. А когда туман рассеялся, то я увидел, как посредине её ячейки начинает расти дерево.

— Ни хрена себе, — протянул Ромка. Я засёк его сразу, как только брат появился в подвале. Просто зрелище в соседней ячейке настолько меня заворожило, что я, кажется, забыл, как дышать. — Признайся, мы, по сравнению с твоей девочкой, выглядим слегка блёкло.

— Главное, чтобы у Тихона с Демьяном хватило достаточно материала, чтобы её обучить. Потому что вырастить дерево, не владея магией жизни — это, конечно, очень круто, но всё же хотелось бы большего. — Сказал я, и тут Ольга обернулась. Она ещё не успела отозвать дар, и её, словно залитые кровью глаза встретились с моими.

Меня словно током пробило. Голова закружилась, и я почувствовал лёгкое возбуждение. Это было настолько для меня привлекательно…

— Я извращенец, — простонав, протёр лицо, пытаясь успокоиться.

— Ну, не знаю. — Пробормотал Ромка. — Зрелище не для слабонервных, но обладающее странной притягательностью. Ты как держишься? — И он похлопал меня по плечу.

— Рома, лучше заткнись, — ласково посоветовал я брату.

— Ладно. Я ведь всего лишь хотел тебя поддержать. — Ромка пожал плечами. — Ты какой-то вздрюченный. Что случилось? Ну, кроме того, что тебе нельзя приближаться к собственной невесте, дар которой на тебя, как самый сильный афродизиак, действует?

— Матвей меня отстранил от дела. А отец закрепил запрет приказом, — кисло ответил я. — Зато меня решили утешить тем, что я буду помогать тебе, если захочу. И, знаешь, похоже, я хочу. В общих чертах мне известно, чем ты пытаешься заниматься, так что давай, рассказывай мне самые гнусные подробности.

— Хм, — Ромка осмотрел меня. — Это будет забавно. Всё равно после того, как Лара увидит Стёпку, скрывать моё клановое имя будет сложно. Надо тебе тоже удостоверение журналиста заказать. Я думал, сегодня уже всех собрать, но не получилось. Стёпка занят, его Егор к делам клана притягивает всё сильнее. Юлька в журнале. Сказала, что отец планирует расширение, и она в принципе не против заниматься этой темой. А с одним Ванькой смысла нет разговаривать. — Он вздохнул и принялся посвящать меня в детали.

Когда Роман закончил, я задумался. Это он неплохо придумал, надо сказать. Ну что же, попробуем заняться обычным уголовным расследованием. У нас нет базы и опыта, зато под рукой ведущий аналитик страны в виде Ильи Орлова, и ресурсы Имперской службы безопасности Матвея. В принципе, вроде бы ничего сложного в этом деле нет, на первый взгляд. Не зря же Матвей разрешил Ромке в нём копаться, как тому вздумается. Такое простенькое дельце для новичков.

— Андрей Константинович, Роман Константинович, — мы резко развернулись. К нам подошёл молодой человек, лет на пять постарше нас с братом. — Меня зовут Артём Керн. Я маг клана Керн, и меня назначили вашим наставником в освоении семейного дара.

— Очень приятно, — я ответил за нас обоих. — Тогда, может быть, уже начнём заниматься?

Вокруг нас тут же образовалась длинная, вытянутая ячейка, и маг клана Керн призвал свой дар, попросив нас сделать то же самое.

Занимались мы полтора часа. За это время научились разделять, какие именно каналы отвечают за пространство, а какие — за время. Манипуляций с даром не проводили. Пока это было не нужно. Отпустив дар, Керн сказал, что на сегодня всё. Вообще, у нас планируется ещё семь занятий, на которых он даст нам основы. А затем мы будем развивать дар самостоятельно. Тем более что заклинаний для семейного дара Кернов на самом деле очень мало.

— Ничего себе, — я посмотрел на часы. — До встречи с Щукиным ещё три часа. Почему-то мне показалось, что я не успеваю, а на самом деле вот так, — я с удивлением посмотрел на Ромку.

— Время — понятие относительное, — брат поднял вверх палец. — Тебе же об этом рассказали, ты что, не понял?

— Понял, — я хмыкнул. — Теперь думаю, чем заняться. В журнал поехать? Скажу, что у меня окно образовалось, может, они быстрее съёмку проведут, чтобы не подпрыгивать?

Ромка открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут у него зазвонил телефон. Посмотрев на номер, он удивлённо приподнял брови и ответил.

— Орлов. Не наследник, — раз шутит, значит, кто-то из своих звонит. — Я не знаю, Олег, почему ты не мог дозвониться. Наверное, здесь вместе с защитой какое-то поле подавления включается. В лабораториях, где нам ещё быть? Да, здесь со мной, — и он оглядел меня с ног до головы. — Слегка бледный, но вполне здоровый и упитанный. Хорошо, мы сейчас приедем.

— Это Рыжов? — я нахмурился, глядя на брата. — Что случилось? Не тяни.

— Нам приказано явиться в кабинет к отцу. Прямо сейчас, — Рома почесал телефоном затылок. — Ну вот, а ты не знал, куда три часа деть. Видишь, за тебя уже всё продумали.

— Пойду, с Ольгой поговорю, — я быстро подошёл поближе к её ячейке. Прозрачные стены исчезли, и она подошла ко мне. Тихон и Демьян отошли в сторонку, о чём-то переговариваясь.

— Меня вызывает отец. — Сказал я, рывком притягивая её к себе. — А ты попадаешь под плотный контроль Матвея.

— Мне Денис сказал, — она сосредоточенно кивнула.

— Я к тебе вечером приду? — спросил я, убирая прядку, выбившуюся из её косы, за ухо.

— Приходи, — она даже удивилась моему вопросу. — По-моему, ты раньше себе таких вопросов не задавал.

— Раньше я не думал, что у меня есть склонность к лёгкому мазохизму. — Честно признался я. — Чему тебя учат?

— Пока воспроизводить конструкты. Безликие называли такие штуки конструктами, а не заклинаниями. Но, думаю, ты скоро об этом узнаешь гораздо больше. А где-то через неделю мы пройдём туда, вглубь подвала, там настоящий полигон расположен. Андрей, они сами не знают, чему меня учат. Мы как по минному полю идём.

— Всё будет хорошо, я чувствую это, — сказал я совершенно серьёзно. — Ладно, я убежал. Нельзя заставлять главу клана ждать. Вечером увидимся. — И, поцеловав её в лоб, поспешил за братом, который уже выходил из подвала. Интересно, зачем нас позвали, да ещё и так экстренно? Ничего, скоро узнаем.

Глава 8

Заместитель начальника Имперской Службы Безопасности и ведущий аналитик страны Илья Орлов вышел из самолёта и огляделся по сторонам. Костя разрешил воспользоваться самолётом клана, который был гораздо комфортнее, чем самолёты Службы Безопасности. Вот только пилот по привычке сразу же зарулил в ангар, которые у правящего клана присутствовали в каждом городе Российской империи, в котором был аэропорт. И теперь Илья размышлял о том, где ему встретиться со встречающими.

— Илья Сергеевич, — негромкий голос, раздавшийся чуть в стороне от выхода из ангара, заставил Орлова обернуться.

— Валентин Петрович, — Илья шагнул к нему, протягивая руку. — А я гадал, где же мы с вами пересечёмся.

— Я сразу же сюда поспешил, когда узнал, что самолёт клана Орловых заходит на посадку. Мне не поступало сообщений, что кроме вас, кто-то ещё из Орловых решил посетить Владивосток. — Востриков пожал руку Илье. — Так что понять, что это именно вы прилетели, совсем несложно. Хотя я думал, что вы телепортируетесь.

— В отличие от главы моего клана, я вполне могу думать в самолёте и не являюсь фанатом телепортации. Пара часов ничего бы не решила, и я…

— Хм, — перебил его Востриков. — А вот это как сказать, Илья Сергеевич. С другой стороны, может, и хорошо, что вы лететь решили. Сердце у меня слабое, я и так капли пил, когда думал, как перед вами отчитываться буду. А что бы со мной произошло, если бы пришлось перед Матвеем Игоревичем и перед его величеством ответ держать? Так что, правду говорят, что не делается, всё к лучшему.

Илья почувствовал, как короткие волосы на затылке приподнялись от плохого предчувствия. Он пристально посмотрел на начальника местного отделения Службы Безопасности. Востриков не имел отношения к кланам от слова совсем. Не обладая даром, он тем не менее был чертовски умным и изворотливым типом. А в наличии у него сердца Илья очень сильно сомневался. И тут такое.

— Что произошло? — Илья нахмурился, а Востриков вздохнул и ответил.

— Пойдёмте к машине, Илья Сергеевич. Здесь не самое лучшее место, чтобы говорить о подобных вещах. — И он весьма настойчиво потащил Орлова из ангара.

Возле аэропорта ждала машина. Водителя видно не было, а когда Востриков полез за руль, стало ясно почему. Сам Илья, как и Матвей Подоров, предпочитал водить машину самостоятельно, поэтому не удивился подобному положению дел. Сев на пассажирское сиденье рядом с водителем, он нетерпеливо повторил вопрос.

— Что произошло, Валентин Петрович?

— Нападение на клан Ивановых, вот что произошло, — и Востриков завёл машину. — Как только я получил от вас указания, сразу же отправил группу к дому клана. Усадьба в двадцати километрах от Владивостока располагалась. Клан маленький. Жили они всегда скромно. Пока Паша не женился на этой гадине. Уж не знаю, чем она его взяла. — Востриков покачал головой. — Ивановы были замкнуты. Про клан вообще ничего не известно. Павел уехал в расположение своей части, когда разразился скандал. Его идиотка жена потащила сына к камню определения в нашем месте силы. Там выяснилось, что у него нет семейного дара. Только огонь из стихийных, как и у всех Ивановых. Она визжала так, что до Владивостока отголоски докатились. Правда, я так и не понял, что там у них не то с семейным даром. Вроде редкий, так ведь у каждого клана семейный дар редкий и уникальный, разве нет?

— Семейный дар Ивановых — это нечто за гранью, — процедил Илья. — И я их прекрасно понимаю, в том, что они хотели сохранить его принадлежность в тайне. Но в связи со скандалом, кое-что вышло наружу, я правильно понимаю? — Илья не сводил пристального взгляда с Вострикова.

— Наверное, — он потёр шею, держа руль одной рукой. — Я не являюсь специалистом по кланам, вы же понимаете. В мою работу не входит умение разбираться в дарах. Наличие гнили и склонности к предательству от наличия дара не зависит. Так что вот именно с этим вопросом я не смогу помочь. А мой зам — вполне. Парень из маленького клана, почти такого же, как Ивановы. Очень толковый. Для него откровением было, когда он узнал, что многие сыновья правящего клана служат в нашей конторе. — Востриков хмыкнул.

— Нападение, — напомнил ему Илья, чувствуя, что от напряжения у него скоро лопнет голова.

— Да, нападение. Как я уже говорил, клан Ивановых маленький. Что-то большее стандартного контура охраны позволить себе не может. Когда мои ребята подъехали, чтобы оставаться с шестнадцатилетним главой клана, на усадьбу напали. — Он замолчал. — Вырезали всех. Командир моего отряда успел подать сигнал тревоги, и связь оборвалась. Когда мы приехали, то никого не застали в живых. А Татьяна Иванова, по моим данным, уехала не так давно в столицу, поэтому её тела не обнаружилось.

— Кто? — Илья почувствовал, как на лице сыграли желваки.

— Не знаю. Эти твари не оставили следов. Магические эманации уже развеялись, когда мы прилетели. А все следы были ликвидированы. Они даже пули из тел вытащили. И из усадьбы вынесли всё, включая, по-моему, пыль. — Востриков скрипнул зубами. Это происшествие даже на него произвело впечатление, несмотря на жёсткость и кажущуюся непробиваемость. — Вот я и говорю: хорошо, что вы, Илья Сергеевич, прилетели, а не переместились. Вы же с ребятами бы поехали, и не факт, что смогли бы спастись и как-то помочь остальным.

— Мне нужна информация, чтобы я смог запустить анализ, — Илья потёр виски. — Мне нужно попасть на место.

— Я понял. Сейчас в отель вас отвезу, чтобы вы заселились, а потом поедем. Группа силовой поддержки уже ждёт. — Востриков покосился на Орлова. — Я могу узнать, что за херня происходит вокруг мелкого, никому не нужного клана? Поймите меня правильно, но я хочу знать, из-за чего погибли мои ребята?

— Вы знаете, что дочь клана Ольга учится в специальной школе вместе с детьми из ближнего круга императора? — Илья выпрямился. Всё он говорить не собирался, но кое-что Востриков должен знать. Он не сказал в телефонном разговоре даже о том, что Татьяна Иванова, мачеха Ольги, погибла. И он должен был предположить подобный исход, вашу мать! Особенно после того, как снайпера отлавливал.

— Да, я что-то слышал об этом. Девочке повезло. Такими связями она никогда не обзавелась бы в любой другой ситуации.

— Да уж, — Илья усмехнулся. — У неё с Великим князем Андреем завязался роман. После некоторых уточнений император Константин счёл Ольгу приемлемой партией для своего старшего сына, и позволил ему сделать предложение дочери клана Ивановых. После довольно длительных раздумий, надо сказать, Ольга приняла предложение Андрея, и на днях они официально объявили о помолвке.

— О как, ничего себе, — Востриков присвистнул и снова покосился на Илью. — По-моему, я должен был об этом знать, вам не кажется?

— Сейчас знаете. — Резко ответил Илья. — Мы не предполагали вот этого. — Он замолчал, соображая, что может сказать, а что Вострикову знать необязательно. — Возникло недопонимание. Как выяснилось, глава клана Ольги хотел обручить её с кем-то… Надо ли говорить, что Великому князю это не понравилось? Тем более что в этот день, как раз перед тем, как Ольге сообщили столь «радостную» новость, она, наконец, уступила домогательствам Андрея, приняв его предложение.

— Если глава клана, как и я, был не в курсе, он имел право…

— Нет, не имел, — прервал его Илья. — У него было заключено соглашение с Матвеем Подоровым, что до окончания учёбы эти глупые мысли не должны даже близко приближаться к голове главы клана Ивановых. И ему просто не успели сообщить о решении императора. Конечно, чисто теоретически, этот мальчишка мог послать Костю подальше, но вы серьёзно думаете, что какой-то Иванов пошёл бы на конфронтацию с Орловыми из-за дочери клана?

— Сомневаюсь, — Востриков поёжился. — Тогда я совсем запутался. Если было соглашение, то кому, вопреки дружескому совету Матвея Игоревича, не делать этого, Данька мог пообещать Ольгу?

— Это и хотел узнать Великий князь, отправившись с Подоровым и главой клана Ушаковых на вокзал, чтобы встретить мачеху своей невесты и выяснить подробности.

— Я бы не хотел оказаться на месте Таньки, — после секундной паузы сообщил Востриков.

— Я тоже, особенно, учитывая то, что её убили. Сработал снайпер. Произошло это на глазах встречающих, и вопрос, за кого хотели отдать Ольгу, остаётся открытым. Потому что выяснить это у главы пресекшегося клана мы не сможем по понятным причинам.

— А при чём здесь семейный дар Ивановых? — Востриков затормозил перед отелем.

— Я не знаю, может быть, и ни при чём, — Илья покачал головой. — Может быть, удар был направлен на Андрея. Мне нужна информация. Пока я устраиваюсь, подтяни сюда силовиков и поручи кому-нибудь выяснить, за кого хотели выдать Ольгу Иванову. Информация нужна будет мне к вечеру. — Орлов отбросил все церемонии. Дело принимало паршивый оборот, а он не знал, в какую сторону кидаться. Выходя из машины и направляясь к отелю, Илья достал трубку и набрал номер. Когда ему ответили, он быстро проговорил. — Матвей, у нас просто охренительные проблемы. Вечером я попробую сделать предварительный анализ, но уже сейчас могу дать совет. Убирайте детей из столицы к чёртовой матери. Костя хотел их на море отправить, вот пускай и отправляет. Там они будут в одном месте собраны, и их будет гораздо проще охранять.

* * *

Мы с Ромкой попали в пробку и приехали домой только через час. К рабочему кабинету отца бежали бегом. Ворвавшись в приёмную, я попробовал выровнять дыхание, но у меня почти минуту ничего не получалось. Впрочем, это неудивительно, учитывая, с какой скоростью мы сюда неслись.

— Отдышитесь, — Рыжов вышел из-за стола и подошёл к нам. Быстро поправил ворот моей рубашки и протянул Ромке расчёску.

— Что там? — я кивнул на дверь кабинета. — К чему такая спешка?

— Увидите, — Рыжов усмехнулся. — Предупреждаю, это может оказаться неожиданным, поэтому постарайтесь сохранить невозмутимость.

— Олег, хотя бы намекни, — Ромка протянул ему расчёску.

— Это будет неинтересно, Рома, — Рыжов осмотрел нас и указал на дверь. — Идите.

И он ловко втолкнул нас в кабинет, закрывая за нами дверь. Отец сидел за накрытым столом с женщиной в возрасте. Высокая блондинка со строгим лицом, повернулась на звук открываемой двери.

— Наконец-то, — проговорил отец, вставая из-за стола. — Вас откуда Рыжов выковыривал?

— Мы в пробку попали, — ответил я, поглядывая на женщину с опаской. — И я звонил Рыжову, чтобы сказать, что мы задерживаемся.

— Андрей, это было почти час назад, — отец покачал головой. — Подойдите сюда. Познакомьтесь со своей прабабушкой со стороны матери. Анастасия Григорьевна Селезнёва, — он указал на женщину, а потом махнул в нашу сторону. — Андрей и Роман.

— Прабабушка? — мы с Ромкой переглянулись. Вот на прабабушку женщина точно не тянула. На бабушку, ещё куда ни шло. Эта Анастасия нисколько не старше Марии Керн выглядит.

— Я рада, наконец-то познакомиться с наследником престола и его братом, — она встала и наклонила голову, обозначая поклон. Вот как, не правнуки, а наследник и его брат. Забавные у неё представления о родственных связях. Анастасия тем временем повернулась к отцу. — Я очень рада, что вы разрешили мне взглянуть на мальчиков. Это не только большая честь, но и искренняя радость прабабушки. — Мы с Ромкой переглянулись. Слишком радостной она не выглядела, скорее, предельно сосредоточенной. — Но я хотела бы уточнить, где ваша дочь, ваше величество.

— Юлия занята, — ответил отец, а его глаза сверкнули. — К тому же, её присутствие здесь необязательно.

— Да, но…

— Анастасия Григорьевна, я был с моими детьми в месте силы, и я знаю, в ком из них пробудился дар малефика. И, нет, это не Юлия. Ваша внучка родила мне только сыновей, и Юля даже теоретически не могла унаследовать семейный дар Селезнёвых. — Сообщил ей отец. — Вы можете определить, кто из моих сыновей унаследовал этот жуткий дар?

— Я вам уже объясняла, ваше величество, что это невозможно, — в голосе прабабки прозвучало раздражение. — Мальчики не могут быть малефиками. Вы позволите мне призвать дар?

— Да, действуйте, — отец сложил руки на груди, а я сделал шаг назад. Кажется, я догадываюсь, зачем она пришла. Если, конечно, отец сам её не нашёл и не вытащил во дворец. Потому что вопрос обучения Ромки прежде всего контролю, оставался открытым.

Отец сделал шаг в мою сторону, и через мгновение вокруг нас с ним образовалась сероватая плёнка савана смерти, одного из немногих щитов некромантов. Анастасия же скользнула в сторону Ромки, который стоял к ней ближе, и схватила его за руку.

— Вот, я же говори… — и тут её словно под дых ударили. Она согнулась пополам, хватая ртом воздух, и прохрипела. — Но это невозможно. Невозможно!

— Рома, помоги своей прабабушке сесть, — отец нахмурился, но остался стоять рядом со мной, а щит вокруг нас стал ещё плотнее.

Ромка растерянно кивнул и шагнул к Анастасии, чтобы поддержать её, но она замахала руками.

— Нет, не прикасайся. Сейчас я дух переведу, — она доковыляла до стула и упала на него. Почти минуту сидела, не шевелясь, а потом выпрямилась и уставилась на меня. — Вы не некромант, ваше высочество.

— Эм, нет, я не некромант, — я покачал головой, и с тревогой взглянул на отца. Но он задумчиво смотрел на Анастасию и не заметил моих взглядов.

— Как вы стоите под щитом мрака? — у меня сложилось впечатление, что она говорит со мной, чтобы подольше не смотреть на Ромку.

— Я не слишком чувствителен к магии смерти, — осторожно ответил я.

— Ты убедилась? — прервал меня отец. Он смотрел на Анастасию насмешливо, и уже даже не пытался соблюдать условности.

— Это… мне нужно ещё немного времени, — она прикрыла глаза. — Очень мощный дар, я такого давно не видела.

— Честно, я вообще не ощущаю в себе этого чёртова дара, — процедил Рома.

— А вот это совершенно нормально. И самое главное, что вам предстоит, почувствовать дар малефика. Пока вы не натворили бед. — Похоже, Анастасия пришла в себя. Обращалась она к нам всё так же на «вы», и её совершенно не волновал тот факт, что отец отбросил политесы. — Как это произошло, ваше величество? — она заломила руки. — Дар Романа не похож на мой. Он сильнее, я не смогу его перехватить, если вдруг этот дар вырвется из-под контроля.

— Ты у меня спрашиваешь? — отец убрал дар, и я смог подойти к брату. — Я никогда не владел даром проклинателя. Вообще никогда, — зачем-то добавил он вполголоса. — Как ты предлагаешь проводить занятия?

— Не знаю, — она покачала головой. — Лучше всего, если мальчик переедет в дом нашего клана.

— Нет, это исключено, — сразу же прервал её отец нахмурившись. — Могу предложить в качестве альтернативы тебе самой переехать во дворец. Проклятья имеют форму?

— Вы имеете в виду заклинания, ваше величество? — спросила Анастасия, а отец согласно кивнул. — Некоторые имеют. Но их мало. Я думаю, что заклинания создали прежде всего для того, чтобы обучать контролю. Так проще.

— С этим не поспоришь, — хмыкнул отец и направился к двери, чтобы поручить Рыжову приготовить комнаты прабабке. Где-нибудь подальше от нашего крыла, я надеюсь.

У Ромки зазвонил телефон. Он посмотрел на номер, удивлённо хмыкнул и поднял трубку к уху. Я стоял совсем близко, и мне было слышно всё, что говорит ему собеседник.

— Роман, я сумел найти водителя фуры, — голос Рогова звучал глухо. — Только… Когда он скрылся, не сумев вас раскатать по дороге, с ним начали происходить странные вещи. Сначала лопнули сразу четыре колеса. А он уже сумел вырваться за город к тому времени. Пока он их менял, подломился домкрат. Этот козёл едва успел отпрыгнуть, чуть его не придавило. Проехал ещё немного — закончился заряд в матрице двигателя. И напоследок этот неудачник пошёл отлить и нарвался на рой земляных пчёл… Его едва опознали, когда нашли в кювете. Как будто проклял кто-то. Только вот теперь невозможно узнать, кто же его нанял.

— Я тебя услышал, спасибо, — И Ромка преувеличено аккуратно положил телефон в карман.

— Так, тебе срочно нужно начинать обучение. Вот прямо сейчас же, — протянул я, глядя на брата.

— А то я сам не понял, — он медленно провёл рукой по лицу. — Этого урода не жаль. Он всё равно не жилец был. Его бы всё равно удавили. Кто первым добрался, тот и удавил бы. — Ромка разглядывал свои руки. — Плохо, что информацию не получить. А ещё хуже, что я действительно не знаю, как это произошло. Я не призывал дар, Андрей.

— Она права, ты должен прежде всего научиться его чувствовать. Остальное потом наверстаешь, — я положил ему руку на плечо и сжал. Ромка благодарно кивнул. — Тогда я пошёл сдаваться Щукину. Завтра едем вместе заниматься твоим делом. А вообще, не так я себе летние каникулы представлял, далеко не так.

Глава 9

Илья выскочил из бронированной машины и принялся тщательно осматривать покорёженные ворота. Дотронувшись до вывороченной из земли створы, он посмотрел на землю, отмечая, что она вспучилась на этом месте, словно выталкивая чужеродный для неё металл.

— Здесь кто-то поработал даром земли. — Пробормотал он, осматривая прилегающее к воротам пространство. Сосредоточившись и призвав дар, Орлов осмотрелся более внимательно. То тут, то там были заметны провисшие, разорванные части стандартного, даже не усиленного защитного контура. По этим обрывкам пробегали искры всё ещё активных защитных заклинаний.

— Что вы видите, Илья Сергеевич? — тихо спросил подошедший к нему Востриков. — Я читал отчёты своих одарённых подчинённых, но, признаюсь, ничего не понял. Только про обрывы.

— Защиту не вскрывали, — медленно произнёс Илья. — Её просто и грубо разорвали. Матрицы остались не тронутые. И мне теперь очень интересно, как именно это сделали. А уж как это будет интересно Егору Ушакову, словами не передать. Он-то, скорее всего, до сих пор пребывает в уверенности, что с его детищем так поступить невозможно.

— Абсолютной защиты не существует, — задумчиво проговорил Востриков. — Нужно всего лишь подобрать к каждой ключик.

— Вот только, чтобы подобрать ключик к контурам защиты Ушакова, необходимо, чтобы совпали несколько условий. Таких, как наличие лаборатории, классом не хуже, чем та, что принадлежит Константину; наличие специалистов, уровнем не ниже Тихона Керна; непосредственно контур, а то и не один; и очень много времени, которое будет посвящено решению исключительно вот этой задачи. — Илья ещё раз осмотрелся и отозвал дар, после чего повернулся к Вострикову. — Назови мне на вскидку хотя бы один местный клан, у которого есть все эти возможности.

— Вы же прекрасно знаете, Илья Сергеевич, что подобными силами и средствами обладают исключительно кланы, входящие в тридцатку Совета, и то далеко не всё, — буркнул Востриков. — Среди местных нет ни одного, кто хотя бы приблизился к этой планке на пару сотен метров.

— И из этого следует пара выводов. Или кто-то из членов Совета сошёл с ума, но я ума не дам, как он всё это провернул, оставаясь незамеченным среди местных, или же… — Они непроизвольно посмотрели на восток, туда, где всего в трёхстах километрах от этого места располагалась граница с Империей Востока. — Я даю двадцать на восемьдесят, даже без запуска полноценного анализа, — процедил Илья. — К тому же след Восточной империи уже засветился на вокзале.

— Как вы вообще его зацепили? Вдалеке от дома эти хитромудрые самураи работают крайне осторожно. Это здесь они могут вот так нагло напасть, — хмуро проговорил Востриков. — Если бы дело не касалось клана невесты Великого князя, о проблемах Ивановых ещё долго никто бы не узнал. — Начальник регионального отделения Службы Безопасности провёл рукой по лицу. — Да мы бы вообще ничего не узнали. Усадьбу бы спалили к чертям собачьим, и всего делов-то. И мы бы думали, что произошёл пожар. Да и никто не разбирался бы более тщательно, давайте уже откровенно говорить. — Он махнул рукой.

— Но здесь оказались твои люди, и такой продуманный план полетел в задницу безликим. — Илья всё ещё задумчиво смотрел на него. — На вокзале был Подоров. Матвей совсем не зря занимает своё место. Он практически сразу провёл параллель с делом почти двадцатилетней давности, и это дало ему возможность задавать снайперу правильные вопросы. Здесь же, как бы это ни звучало цинично, но именно благодаря гибели ребят, мы имеем возможность вычислить клан охреневших и потерявших берега джунгар. Потому что я очень сомневаюсь, что это дело санкционировано императором Мейдзи. Слишком топорно. Много мелких ошибок, которые спецслужбы никогда не допустили бы. И вопрос дня: зачем им это понадобилось? Это атака на клан Ивановых, владеющих опасным и крайне редким даром, или это атака на Андрея?

— Вы у меня спрашиваете, Илья Сергеевич? — Востриков скептически хмыкнул. — Я о том, что Великий князь помолвлен, узнал от вас сегодня.

— А откуда в таком случае узнали они? — Илья потёр лоб. — Официального объявления пока не было. Так, пошли, осмотрим дом. — И Орлов решительно зашагал к стоящему довольно близко от ворот приземистому одноэтажному зданию.

Внутри царил разгром. Когда Востриков говорил, что из дома вынесли всё, включая пыль, он отнюдь не лукавил. Илья посмотрел на выломанные доски полов и раскуроченные стены, и выматерился. Нападающие что-то искали. Вот только, что?

Он медленно шёл из комнаты в комнату. В последней были даже окна выбиты. Это больше напоминало истерику. Словно командир, не обнаружив для себя ничего важного, в ярости швырнул в окно стул, или что-то такое же тяжёлое.

— Даже если тайники и были, то их успешно вычистили, — сказал Востриков, подходя к Илье.

— Не факт, — покачал головой Орлов, снова посмотрев на окно. А затем решительно достал телефон. — Андрей, ты сейчас, случайно, не с Ольгой?

— Случайно, не с Ольгой, — Востриков прислушался. Голос ответившего парня звучал спокойно. Ему даже показалось, что излишне спокойно, и это, несмотря на стоящий на фоне шум.

— Что у тебя там происходит? — Илья невольно нахмурился. — Что это за шум?

— Небольшая неразбериха на съёмках. Ты в курсе, что меня продали модельеру Щукину? — вот сейчас в голосе прозвучала ирония. — И сейчас я просто наслаждаюсь моментом. Всё-таки карма существует и наносит ответный удар. А ты зачем звонишь?

— Мне нужно с Ольгой поговорить, — ответил Илья. — Андрей, на её клан было совершено нападение. Он перестал существовать.

— М-да, — шум стих, видимо, Великий князь куда-то вышел. — Кто это сделал?

— Я пока не знаю, но не беспокойся, мы с Матвеем выясним.

— Я тебе пришлю телефон Ольги. Ты сам ей сообщишь? — спросил он так тихо, что старательно прислушавшийся к разговору Востриков едва его расслышал.

— Мне обязательно нужно позвонить Ольге, чтобы кое-что выяснить, значит, придётся ей сообщить, — Илья потёр шею.

— Хорошо, — Андрей немного помолчал и добавил. — Хорошо, что это сделаю не я. Лови номер.

Илья отключился, и практически сразу пришло сообщение с номером Ольги Ивановой. Он внёс его в память телефона и сразу же набрал. Можно было, конечно, этот номер найти по-другому, через Матвея, например, но так было гораздо быстрее.

— Ольга, тебя Илья Орлов беспокоит, — сказал он, как только девушка ответила.

— Слушаю вас, Илья Сергеевич, — голос в трубке звучал глухо, но говорила она вполне уверенно. — Если вы хотите сообщить о гибели моего клана, то не ищите слов, мне Матвей Игоревич не так давно об этом сказал.

— О, — Илья на секунду замолчал, но тут же продолжил. — Тогда я сразу задам интересующий меня вопрос. Ты не в курсе, у вас в доме не было никаких тайников? Я стою посреди комнаты, и по тому, что я вижу, вывод однозначный, здесь что-то искали. Но, похоже, что не нашли, — добавил он рассеянно, подходя к окну и выглядывая из него на улицу. Так и есть, под окном лежит разбитый стул.

— Тайник есть, — после секундной паузы осторожно ответила Ольга. — Я не знаю, что в нём, ни разу туда не заглядывала. Его открыть можно только с помощью дара, а у меня источник был запечатан, — словно оправдываясь, сказала она. — Он не в доме.

— А где? — Илья встрепенулся.

— Там, где расположены хозяйственные постройки, есть небольшой домик для сушки трав. — Поколебавшись, сказала Ольга.

— Для сушки трав? — Илья быстро вышел из комнаты, а Востриков побежал за ним. Чтобы ему было удобнее подслушивать, Илья активировал громкую связь, всё равно по его действиям будет понятно, о чём они говорят.

— Бабушка увлекалась травами. Говорила, что мы с этими матрицами забываем истоки, — Ольга вздохнула. — Она верила, что лаванда способна отогнать нечисть и защитить тайник от тварей Бездны, а то и от самих безликих.

— Возможно, она была права, — всё так же рассеянно ответил Илья, входя в небольшой домик с одной-единственной комнатой. Посредине стоял большой круглый стол, а над ним висели пучки той самой высохшей лаванды. — Так, я, кажется, нашёл этот домик. Что дальше? Его, кстати, тоже обыскивали и пол вскрывали. — На всякий случай предупредил он. — К тому же я не вижу здесь никакой привязки к дару.

— Тайник очень хитрый. — Ольга поколебалась. — Он… Это работа с пространством. Даже не знаю, как объяснить. Сомневаюсь, что Керны так могут. В общем, активируйте дар, неважно какую составляющую, и направьте его на стол. Там стоит стол, вы его видите?

— Да, вижу, — Илья нахмурился и призвал дар. Капли воды упали на пыльную поверхность. Почему-то стол не вынесли и не разбили. Похоже, что на нём стоят чары, призывающие не делать этого. Сначала ничего не происходило, и Орлов уже хотел сказать об этом Ольге, но тут стол немного приподнялся и раздвоился. Получившиеся копии разошлись в разные стороны, а между ними образовалась пространственная ниша. — О Господи, — Илья уставился на получившуюся конструкцию. — Я так понимаю, это возможно только в этом домике и только с этим столом. — Пробормотал он, не в силах отвести взгляда от проявления магии, аналогов которой он ни разу ещё не видел. Оля, твоя бабушка была права: лаванда действительно защитила твоё наследство от редкостных тварей. Спасибо тебе, и… называй меня просто Илья.

— Это будет… — Она запнулась, а потом добавила серьёзно. — Я постараюсь.

— Постарайся. И, да, так как ты осталась единственной представительницей клана Ивановых и скоро войдёшь в клан Орловых, то мы в качестве приданного получаем право мести. Это не противоречит Кодексу, и даже не сомневайся, мы этого просто так не оставим. И ещё: становись перед зеркалом и учись называть главу своего будущего клана просто Константин. Надеюсь, мне не надо тебе объяснять, что глава клана Орловых и император — это не одно и то же. — И Илья отключился.

Подойдя к пространственному тайнику, Орлов опустился на колени, на первый взгляд никаких ловушек в тайнике не было, но это ни о чём не говорило. Он в комнате никаких привязок к дару сразу не нашёл. Протянув руку, он сразу же её отдёрнул и нервно хохотнул, но пересилил себя и вытащил книгу, лежащую сверху. Она была посвящена магии крови, но Орлов почти ничего не понял из написанного. Отложив книгу, он принялся исследовать тайник.

В итоге ему удалось извлечь ещё три книги, одна из которых была настолько древняя, что к ней даже страшно было прикасаться. А ещё в тайнике находилась шкатулка, заполненная до верху искусно вырезанными рунами.

— На матрицы похожи, — пробормотал Илья, сверяя руну с рисунком в одной из книг. — Ладно, Тихон с Ольгой сами разберутся, что это такое. — Он поднялся и посмотрел на Вострикова, который стоял в дверях, прислонившись к косяку и сложив руки на груди. — Мне нужны данные по предполагаемому жениху Ольги. Сегодня. Завтра с утра я уезжаю. У меня выделен коридор для перелёта.

Илья встал, собрал находки, подумал и снова направил дар на стол. Две копии стремительно двинулись друг к другу и соединились, закрывая тайник. Ещё раз покачав головой, Илья вышел из домика и направился к машине. Сейчас он вернётся в номер и запустит анализ, хотя уже сейчас Орлов мог сделать предварительный доклад Подорову, потому что дело стало более прозрачным.

* * *

Переслав Илье номер Ольгиного телефона, я некоторое время стоял и смотрел в стену. Этого нельзя просто так оставлять. Да нас уважать перестанут, если мы, Орловы, не накажем виновных. И да, я найду способ поучаствовать. Насколько я знаю, отец в нашем возрасте уже вовсю решал проблемы клана силовыми методами, если неудачники слов не понимали.

Сунув телефон в карман, я направился обратно в студию. Не успела дверь за моей спиной закрыться, как над головой пролетела женская туфля. Я присел, а туфля вонзилась в стену тонким каблуком. Встав, я с удивлением посмотрел на неё.

— Ничего себе, из чего у неё набойка сделана? — пробормотал я, потрогав висящую на каблуке туфлю.

— Что здесь происходит? — заорала Люсинда, ворвавшись в зал. Похоже, ей только что доложили о нестандартной ситуации.

— Тебя что, с половины пути до дома вернули? — спросил я, надавив на туфлю посильнее. Каблук держался в стене крепко, и даже не шевельнулся.

— Меня от ворот в дом вернули, — прорычала Люсинда. — Что здесь произошло?

— Похоже, несколько моделей не поделили Петрова, — злорадно сдал я Ушаковой всю контору. — Если я правильно понял, они не поделили очередь на создание портфолио.

— Где он? — Люсинда обвела взглядом студию.

— Вон он, под столом вместе с Щукиным сидит, — я схватил туфлю и попытался её вытащить. Сделать мне этого не удалось, и я почесал затылок. — Из чего сделана эта штуковина? — я снова дёрнул туфлю. Бесполезно. Тут, похоже, специальный инструмент нужен, чтобы вытащить её из стены. — Люсь, я пойду? Всё равно, наверное, съёмка отменяется?

— Подожди, я кое-что уточню. — И Люсинда строевым шагом направилась к девушкам, которые ничего вокруг не видели и слышали только сами себя.

Я же смотрел не без удовольствия на то, как две ослепительные красотки вцепились друг другу в волосы. Близко не подходил, чтобы не попасть под раздачу.

Люсинда тем временем достигла места разборки. Сначала заглянула под стол, чтобы узнать, какого лысого чёрта здесь творится. В ответ Петров только руками развёл, немного мечтательно глядя на девиц.

Ушакова только головой покачала и пошла наводить порядок. В какой-то момент количество децибел резко возросло, а затем всё стихло. Девчонки замерли на месте, внимая разъярённой Люсинде, которая, к слову, была как минимум на полголовы ниже каждой из них.

Вроде бы всё успокоилось, и я даже сделал шаг в сторону Щукина, чтобы уточнить, когда мне в следующий раз приходить, но тут у одной, скорее всего, уже бывшей модели не выдержали нервы, и она сильно толкнула стоящую перед ней девушку. Та по инерции сделала несколько шагов в мою сторону и принялась заваливаться. Я сумел сориентироваться и подхватил её за талию, не позволяя упасть. Вот только из-за небольшой инерции мне пришлось сделать шаг назад, и я слегка ударился о проклятую стену. Послышалось шуршание, и мне прямо в руку влетела злополучная туфля. Мы с девушкой посмотрели друг на друга, а затем синхронно уставились на туфлю в моей руке.

— Это твоё? — спросил я почему-то шёпотом.

— Нет, а что? — также шёпотом ответила девушка.

— Хотел узнать, из чего сделана набойка. Это же просто невероятное оружие, — я нервно рассмеялся, слегка откинув голову.

— Снимай! — от крика Щукина я вздрогнул и повернул голову, столкнувшись с ошарашенным взглядом девушки.

Вспышка на мгновение меня ослепила, а когда я проморгался, ко мне подошла Люсинда.

— Ну что же, Андрюша, пока ты свободен. — Она вздохнула. — Сейчас с тебя мерки снимут, и Щукин начнёт шить свою коллекцию. Полноценные съёмки начнутся, когда всё будет готово. Хотя я не уверена, что он не настоит на использовании этих.

— А что с этими не так? — я отпустил девушку, которая, впрочем, не спешила уходить.

— Ну, как тебе сказать, — Люсинда хмыкнула и протянула мне зеркало. Я глянул на себя и закусил губу. Может быть, я чего-то не понимаю, но что могло заинтересовать Щукина вот в этом лохматом чучеле, со стоящими дыбом волосами и белым следом от штукатурки на щеке?

— Знаешь, а я даже согласен, — я вернул ей зеркало и вручил туфлю, которую всё ещё держал в руках. — Во всяком случае, меня точно никто не узнает. — И я пошёл к ожидающей меня с сантиметровой лентой в руках девушке, чтобы после этого уже ехать домой.

Глава 10

Ромка утром захотел меня разбудить, но не нашёл в комнате и ломанулся напрямую к Ольге.

— Какое странное, насыщенное лето, — услышав его задумчивый голос над головой, я открыл глаза и сел. Всё тело ныло от неудобной позы, в которой я отрубился ночью.

— Ты мне ноги отлежал, — простонала Ольга, растирая отлёжанные места.

— Рома, ты чего вообще сюда припёрся? — недовольно спросил я его, вставая на ноги и делая несколько энергичных движений.

— Надеялся найти тебя. — Ответил Ромка. Он уселся в кресле и рассматривал меня, наклонив голову. — И, знаешь, как только я понял, что ты не ночуешь в своей кроватке, то мчался сюда в надежде увидеть нечто пикантное и даже слегка эротичное. Но увидел только, что мой старший брат — извращенец — мазохист. Вот я и говорю: у меня какое-то слишком насыщенное лето получается. Столько открытий чудных и почти каждый день. Кстати, Оленька, мои комплименты, чтобы выдержать эту тушу, нужно обладать не дюжей силой.

— Так, я пойду, приведу себя в порядок, уже скоро нужно на занятия ехать, — Ольга встала и направилась к спальне.

— Оля, ты должна была просто сбросить на пол это тело и не надсаживаться, — крикнул ей вслед Ромка. Но Ольга только рукой махнула. Тогда Ромка повернулся ко мне. — А ты чем думал? Ей, между прочим, ещё предстоит осчастливить клан Орловых и империю наследником.

— Рома, что тебе нужно? — я встал напротив него, и даже сам заметил, что в моём голосе прозвучала угроза.

— Я сейчас поеду заливать водой тренировочную базу, а вот тебе заняться пока нечем, поэтому предлагаю съездить в Торговый центр и посмотреть те бумаги, которые я штудировал. Может быть, я что-то упустил. — Он поднялся из кресла. — А там и мы дружной толпой подвалим, распределим адреса и уже на месте осмотримся.

— Не вопрос, — я потянулся. — В душ сейчас схожу и поеду.

— Составишь Ольге компанию? — Ромка успел отпрыгнуть, когда в него полетела подушка с дивана.

— Пошли уже отсюда, — я сумел схватить брата за плечо и выкинул из комнаты. Надо сказать, что он не сопротивлялся. Только ржал, чуть ли не пополам согнувшись.

Выйдя вслед за Ромкой, я одёрнул мятую рубашку и, задрав голову, прошёл мимо поста охраны, расположенной в конце коридора.

* * *

Вчера я завалился к Ольге, когда уже начало темнеть. Ромка в это время занимался с нашей прабабкой, меня же привлекли к созданию искусственного источника силы на территории школы.

Первая партия сапфиров была доставлена, как оказалось, у Вольфа всё было готово, и он ждал только отмашку.

— Создавать временный источник должны как минимум двое, — ответил Верн, когда отец поинтересовался: что за спешка. — И лучше всего, чтобы один из создателей был твой сын. В этом случае источник запомнит его дар и не станет волноваться.

— Я так понимаю, вы его создадите сейчас, а затем он будет вылёживаться до сентября? — задумчиво проговорил отец, которого вместе со мной выдернули в школу.

— Ты, как и твой предок, отличаешься умом и сообразительностью, — гадко усмехнувшись, ответил Верн. — Надеюсь, твой отпрыск унаследовал столь полезные качества.

Кроме нас троих и Паразита, на территории присутствовали только охранники на воротах. Защитный контур был полностью демонтирован, и оставленная немногочисленная охрана проверяла исключительно периметр, чтобы не допустить больше проникновения. В приступе паранойи Ушаков распорядился поставить немагическую охранную сигнализацию. А внедрённые не так давно камеры пришлось выключить, из-за того, что они содержали в себе магические матрицы. Исключение составляли телефоны. Их Верн, подумав, разрешил оставить, потому что их сигналы не должны были ни на что повлиять.

— Денис выдал техническое задание лабораториям, разработать и изготовить прототип камеры, в которой не будет ничего магического, — негромко произнёс отец, пока мы наблюдали, как Верн выкладывает на земле камни в одной ему известной последовательности.

— А это вообще возможно? — спросил я, внимательно отслеживая каждое действие безликого.

— Вот заодно и узнаем, — задумчиво ответил отец, делая шаг назад и увлекая меня за собой.

Верн в этот же момент поднялся с колен и вскинул вверх руки. Земля, повинуясь движениям безликого, вспучилась, и конструкция из сапфиров погрузилась в неё, в сверху образовался курган.

— Пусть ваш кот снимет блокировку с мальчишки, — холодно произнёс Верн, поворачиваясь к нам.

— Интересно, как ты это представляешь, — процедил отец и повернулся к Паразиту. — Ты слышал, что он сказал? Можешь снять свой блок с Андрея?

— Мяу, — Паразит вздохнул, подошёл ко мне, сел рядом и обвил хвостом мои ноги.

Источник открылся, и я закрыл глаза, чувствуя, как начинают дрожать каналы, наполняясь энергией. Это было… да, это было.

— Подойди и встань туда, — Верн указал рукой на место напротив себя, а когда я занял это место, коротко приказал. — Призови дар.

— Что мне делать? — я с любопытством смотрел, как мои руки словно призрачный огонь окутал. До этого момента я целенаправленно не призывал дар, после вскрытия источника в месте силы.

— Присмотрись, нити дара должны быть неоднородны. Выбери две синие нити. Та, что светлее — это воздух, та, что темнее — вода. — Верн тоже окутался этой странной необычной силой, которая, тем не менее, была частью меня. Я даже прикрыл глаза, чтобы в разнообразии нитей выбрать нужные. — Теперь направь дар в виде этих двух нитей к будущему источнику силы.

Голос Верна доносился как сквозь вату. У меня появилось странное ощущение, что я стою в коконе из разных стихий, заглушающих любые звуки. Отчётливо слышалось журчание воды, завывание ветра, неторопливый грохот переваливающихся камней. А вот на меня дыхнуло холодом силы смерти. Сапфиры сияли для меня даже сквозь землю. Я направил к ним воду и воздух, и вокруг камней начали создаваться завихрения, из которых начали пробиваться тонкие ручейки, заполняющие образовавшуюся камнями земляную чашу.

Вскоре к моим нитям присоединились ещё две. Самое интересное заключалось в том, что хоть дары и были родственными, но даже не сближались друг с другом, стараясь держаться на расстоянии. Они так и укладывались в чашу слоями не смешиваясь.

— Заполняй его, сколько резерв позволит, — закричал Верн, чтобы я смог его расслышать. Отвечать я не стал, только кивнул, не отпуская дар, наблюдал за формирующимся источником силы.

Когда от моего резерва остались жалкие крохи, я резко убрал дар, и меня тут же откинуло с моего места. Истощение хоть и не было совсем полным, но всё же чувствительным. Во всяком случае, на ногах я устоять не сумел и шлёпнулся на задницу.

— Ну вот и всё, — Верн устало опустил руки. По его бледному лицу стекла капля пота. — Теперь оставляем его до сентября. У тебя большой резерв. — Бросил он мне.

— Это хорошо или плохо?

— Это необычно. К тому же… — Верн задумался. — Впервые вижу настолько развитую составляющую смерти. Обычно именно эту нить нужно тщательно выпестовать. У тебя же она чуть слабее, чем у истинного некроманта. Одно могу уже сейчас сказать, просто с тобой не будет. — И он снова призвал дар, чтобы с лёгким хлопком исчезнуть.

— Что с тобой? Ты себя иссушил? — отец шагнул ко мне и протянул руку, помогая подняться.

— Почти, — я помотал головой, чтобы убрать этот противный шум в ушах. — Хорошо, что я с тобой поехал.

— Я вас не слышал. — Он пошёл к воротам, чуть отстав, чтобы иметь возможность подхватить, если я переоценил оставшиеся силы и начну заваливаться. — Как только ты призвал дар, вас с этой отрыжкой прошлого словно в кокон поместило. Вот что, запишешь, что вы делали и как. Включая свои ощущения.

— Хорошо, — я кивнул. Сам понимаю, что это важно.

— Что он тебе сказал, прежде чем телепортировался?

— Что у меня составляющая смерти развита на очень высоком уровне, а это не совсем нормально. — Я закусил губу. Показывать слабость перед отцом не хотелось, но шёл я фактически на одном упрямстве.

— Вы у меня с самого рождения необычные, — отец словно почувствовал, что ещё один шаг, и я ткнусь носом в землю, и перехватил меня за талию, забрасывая мою руку себе на плечо. — Я, похоже, до самой смерти буду это слушать в самых различных вариациях. И да, я, как любой отец уже взрослых детей, надеюсь на внуков, но одновременно морально себя готовлю к тому, что они вас переплюнут. — Он негромко рассмеялся.

— Ну, времени подготовиться у тебя навалом, — пробурчал я. — Учитывая, что меня в монахи записали, а у Ромки даже девушки нет.

— Что, у Романа всё так плохо? — Водитель выскочил из машины и открыл перед нами дверь. Отец сгрузил меня в салон и насмешливо посмотрел в глаза.

— Папа, мы не девственники, если ты об этом, — я закрыл глаза, вытирая со лба пот. — И, нет, вот теперь я никогда не поверю, что у тебя не было интрижек на один вечер.

— Ну, как тебе сказать, сынок, — протянул он, садясь рядом со мной. — Скажем так, жизнь — довольно непредсказуемая штука. Я тут внезапно понял, что не хочу слышать подробности.

— Как скажешь, — я открыл глаза. Вроде бы мне немного полегчало. Проверив резерв, отметил, что тот на пару процентов заполнился. Всё-таки у меня достаточно стихийных компонентов дара, чтобы получать подпитку даже из воздуха.

До дворца доехали быстро. Уже выходя из машины, отец спросил.

— Сам дойдёшь?

— Да, мне уже полегче, — он внимательно осмотрел меня и кивнул.

— Полагаю, как только источник будет заполнен хотя бы наполовину, Паразит тебя заблокирует. Так что, не расслабляйся.

— Или это сделает Ольгина кошка, — я скривился.

— Вряд ли Паразит доверит такое дело своей мелкой дочурке. И почему-то я так и думал, что ты к невесте пойдёшь, — отец усмехнулся.

— Она всего клана лишилась…

— Андрей, не имей привычку оправдываться. Для Ольги — это, конечно, достаточно неприятно, но не до такой степени, чтобы траур надевать. Если я правильно понял, после гибели отца и смерти бабушки, клан стал для неё чужим. Но, — у него зазвонил телефон, и он быстро закончил, — это не значит, что мы спустим подобное на тормозах.

— Я хочу участвовать в операции.

— Мы об этом поговорим, как только будут известны подробности, — и отец пошёл по дорожке, поднося телефон к уху. — Да, Матвей, что у нас плохого?

Я же направился к Ольге. Уже дойдя до её комнат, понял, что всё-таки переоценил себя.

— Что с тобой? — Ольга вскочила с дивана, на котором сидела, что-то читая.

— Магическое истощение, — проговорил я, падая на диван. — Давай просто посидим, помолчим.

— Как тебе помочь? — в её голосе прозвучала неподдельная тревога. И это было приятно. Это действительно было приятно, чёрт возьми.

— Посиди рядом, — попросил я, а когда она села, лёг, положив голову ей на колени.

Глаза закрылись, и последнее, что я помню, прежде чем отрубиться, это как нежные пальцы перебирают мои волосы. А ещё, как меня трогает за руку кошачья лапа, отрезая от источника.

* * *

— Тук-тук, — я постучал в косяк, останавливаясь в проёме раскрытой двери. Как бы я ни старался быстро собраться, а сидящая в полутёмном кабинете девушка, судя по пустой чашке, стоящей перед ней, уже давно приступила к работе. — Можно?

— О, Роман, — она подняла на меня глаза, и её взгляд заметно потеплел. Похоже, братец ей понравился. — Вы решили прийти пораньше?

— Пораньше? О да, для меня девять утра — это почти рекорд, — я улыбнулся. — Но, хочу сказать, что я не…

— Кофе будете? Вам ведь понравился кофе в прошлый раз? Я могу сварить, — перебила меня явно нервничающая девушка.

— Это будет прекрасно. Вот только я не… — но она пробежала мимо меня, щёлкнув выключателем, чтобы в кабинете стало немного светлее. — Ладно, пусть будет Роман. Раз уж этот придурок не сказал, что у него есть брат-близнец, то это его проблемы. Непонятно другое: она что, не знает, что мы Орловы? Получается, что так оно и есть, — пробормотал я, садясь за стол и придвигая к себе стопку папок. Скорее всего, Ромка о них говорил.

Спустя несколько минут передо мной появился поднос. Чашка с кофе, сахар, сливки. Я быстро сыпанул одну ложку сахара и плеснул сливок, не глядя, и быстро открыл вторую папку. Нашёл заинтересовавший меня момент и потянулся за третьей. Девушка молчала. Ромка говорил, что её зовут Лариса. Почувствовав напряжённый взгляд, я посмотрел на неё.

— Очень вкусный кофе, спасибо, — и я отсалютовал ей чашкой улыбнувшись. Она похожа на статуэтку, промелькнуло в голове. Невысокая, хрупкая, с огромными глазами на хорошеньком личике.

— Роман, что-то случилось? — внезапно спросила она. — Вы сами на себя непохожи. И кофе по-другому пьёте, и с бумагами работаете, да и вообще, — она покрутила в воздухе кистью, пытаясь подобрать слова, чтобы охарактеризовать, что же ей показалось подозрительным.

— О, как интересно, — я откинулся на спинку стула и принялся внимательно разглядывать девушку. Редко кто различает нас с Ромкой. Только близкие, и те, кому мы небезразличны. — И как давно ты стала замечать, что я слегка изменился?

— Почти сразу, — она вздохнула. — Ну, то есть. Вы вошли, как обычно, даже в косяк постучали, а потом… Я не могу объяснить. — Она посмотрела мне в глаза.

Тут в дверь постучали, и это избавило меня от необходимости отвечать. В кабинет вошла Юлька, а следом за ней Стёпка. При виде Ушакова Лариса вздрогнула и невольно нахмурилась.

— Вы рано, — прокомментировал я появление этой сладкой парочки.

— Изразцов придумал способ высушить нас до предела. Не до полного истощения, конечно, но весьма близко к этому. Потом мы быстро научились ставить простенький щит, и он послал нас восстанавливаться. По-моему, только Костю Устинова оставили, землю очень трудно истощить. У него же постоянный контакт с изначальной стихией. — Юлька сунула нос в мою чашку. — О, кофе, здесь можно купить кофе? — спросила она у Ларисы, которая внимательно слушала, переводя взгляд с Юльки на Стёпку. Ушакова она точно узнала, и теперь совсем не понимала, как реагировать. Но вопрос моей сестры, как ни странно, привёл Ларису в чувство.

— Я сейчас приготовлю, — и она снова посмотрела на меня, всё ещё продолжая хмуриться.

— Ну что, удалось что-нибудь выяснить? — в кабинет вошли Ромка и Ванька Подоров. С Ларисой они, похоже, разминулись в коридоре.

— Да, — я кивнул, схватил карандаш и в трёх делах подчеркнул не понравившиеся мне места. — Вот, смотри, по крайней мере, трое этих господ прекратили сотрудничество с Гусевым в один и тот же день. А в причинах стоит прочерк. Не знаю, может быть, это, конечно, совпадение, но меня такие совпадения слегка настораживают.

— Да, точно, и как я не заметил? — Ромка нахмурился, а потом перевёл взгляд на другие папки. — Да потому что я смотрел их не подряд. — Сказал он и открыл следующую папку. — Видишь, здесь такого нет.

— Что-то мне подсказывает, что Лариса тоже попыталась разобраться и специально положила эти три папки вместе, — ответил я. — Ты почему не сказал девочке, что у тебя брат есть?

— Да как-то не было необходимости, — Ромка пожал плечами. — А что?

— Да так, ничего, — я хмыкнул. — Она приняла меня за тебя. Но уже через минуту спросила: почему я так сильно изменился.

— Надо же, и когда же эта куколка успела тебя так изучить, что, даже не зная о близнеце, заподозрила, что что-то не так? — протянул Стёпка.

— Рома, а Лариса знает, из какого мы клана? — ласково спросил у него Ванька.

— Нет, — и Рома захлопнул папку. — Что вы ко мне привязались? Разве это имеет значение?

— Ну, как тебе сказать, чтобы не обидеть барана, с которым я тебя сравнить хочу, — Ванька закатил глаза, а Юлька покрутила пальцем у виска, намекая, какого она мнения об умственных способностях брата.

У меня зазвонил телефон. Я вытащил трубку и, не глядя на номер, произнёс.

— Орлов…

Дзынь! Мы все резко повернули головы в сторону двери. Лариса с ужасом смотрела на меня и на Ромку, а у её ног лежал поднос, который она уронила, и по полу расплывался кофе.

— Я перезвоню, — сказав это, нажал отбой, так и не выяснив, кто же мне звонил.

— Да, Рома, ты не просто баран, — Юлька покачала головой и подошла к Ларисе. Обняв почему-то перепуганную девушку за плечи, она потянула её в коридор. — Пошли, Лара, поболтаем. Меня Юля зовут. Да, за кофе не переживай. Эти остолопы сейчас всё уберут, а ты пока покажешь, где его можно приготовить. Я тебе помогу, заодно поговорим. — И она увела Ларису успокаивать, а мы втроём посмотрели на Ромку.

— Что? — он поджал губы.

— Ничего, — я встал и хрустнул пальцами. — Тряпку ищи, будем последствие твоей глупости убирать.

Глава 11

Илья поднял телефон, чтобы позвонить Вострикову и уточнить, на какой стадии находится его запрос по поводу предполагаемого жениха Ольги. Он уже собирался выдвигаться в аэропорт, а ответа на свой вопрос так и не получил.

Но тут телефон в его руках зазвонил.

— Орлов, — ответил он сразу же, как только взглянул на номер. — Валентин Петрович, вы звоните с хорошими новостями?

— Не совсем, — голос Вострикова звучал напряжённо. — Я сейчас заеду за вами, Илья Сергеевич.

— Что случилось? Вы нашли клан, сын которого предназначался в мужья Ольги Ивановой? — Илья сразу же подобрался.

— Да, мы его нашли, только… Я за вами сейчас заеду, и мы вместе съездим на место.

Он отключился, а Илья уставился на трубку. Сильно хотелось запустить анализ, но это занимало время, которого вот прямо сейчас у него не было. В дверь постучали, и Илья аккуратно вытащил пистолет и вставил в ухо передатчик. Эти передатчики спустя почти десять лет уговоров, криков, вплоть до истерик с битьём посуды, Ушаков всё-таки приучил носить членов правящего клана, если им могла угрожать хоть потенциальная опасность.

Подойдя к двери, Илья распахнул её, встав к стене, прикрываясь дверью.

— Это я, Илья Сергеевич, — Востриков вошёл в номер, подняв руки. — Ну и денёк сегодня.

— И не говорите, — Илья толкнул дверь, и только когда она закрылась, опустил пистолет, поставив на предохранитель. — Они мертвы?

— Да, — Востриков провёл рукой по лицу. — На этот раз моих ребят там не было, поэтому всё прошло у этих тварей гладко. Но я хочу, чтобы вы посмотрели, Илья Сергеевич, может быть, мы что-то пропустили.

— Фамилия клана? — спросил Илья, доставая телефон.

— Некрасовы, — Востриков смотрел на окно, плотно занавешенное шторами. — Похоже, клан пресекся.

— Твою мать, второй клан за неделю, — процедил Илья, набирая номер.

— Что у тебя? — голос Матвея звучал напряжённо.

— Востриков нашёл клан предполагаемого жениха Ольги, — ответил Илья. — Некрасовы. Небольшой клан, такой же, как Ивановы? — при этом Илья посмотрел на Валентина, и тот утвердительно кивнул. — Он пресекся, Матвей.

В трубке послышалась какая-то возня, а затем раздался злой голос Кости.

— Илюша, если ты мне не дашь ни одной наводки на то, какая мразь ликвидирует кланы в моей империи, домой лучше не возвращайся. — И он отключился.

— Нормально, — пробормотал Илья. Набирая очередной номер. — Никита, Орлов на связи. Я сегодня не лечу. Отмени бронь на коридор. Постарайся на завтра перенести. Если не получится, звони мне, я подключусь.

— Я вас понял, Илья Сергеевич. — Послышался отдалённый шум, затем пилот снова заговорил. — Нам выделили коридор завтра на три часа дня. Но мне пришлось ссылаться на то, что вы сейчас расследуете дело, касающееся национальной безопасности.

— Так оно и есть, спасибо, — и Илья отключился и посмотрел на Вострикова, который пристально его рассматривал. — Что?

— Голос Матвея Игоревича я узнал, а вот голос второго…

— Это был император Константин, — Илья интенсивно протёр лицо. Затем прошёл к своей уже собранной сумке и вытащил из неё раскладную доску. — Садись, я хочу просчитать кое-какую вероятность, прежде чем ехать на пепелище.

Востриков сел на предложенный стул и принялся наблюдать, как Илья чертит на доске линии вероятности. Закрыв глаза, Орлов призвал дар, и линии засветились и пришли в движение. Никто из его аналитиков не владел даром на таком уровне, и начальник Дальневосточного отделения Службы Безопасности наблюдал за работой мага почти с детским восторгом. Он не понимал, как аналитики считают вероятности, но наблюдать за ними ему, лишённому дара, было всегда интересно.

— Вот что, — линии погасли, и Илья стряхнул с кистей остаточные эманации дара, — здесь поблизости живёт кто-нибудь из сослуживцев отца Ольги? Тот, кто был с ним в той битве, когда Иванов погиб?

— Зачем? — Востриков покосился на доску. Это был настолько неожиданный вопрос, что он даже растерялся.

— Семьдесят три процента на то, что все происходящие сейчас события, так или иначе, связаны с той битвой, — задумчиво проговорил Илья. — Там что-то произошло тогда… — Он выхватил телефон и быстро набрал очередной номер. Когда раздались гудки, Орлов покосился на Вострикова и активировал громкую связь.

— Ушаков, — гудки прервались, и из трубки раздался мужской голос. Востриков вздрогнул, но на стуле усидел. После того как он услышал императора, Ушаков уже не производил такого впечатления. — Илья, что у тебя?

— Я сейчас во Владивостоке. Здесь куча странностей происходит, например, клан Ивановых и клан Некрасовых полностью уничтожены. — Ответил Илья.

— Я так понимаю, клан Некрасовых, это тот, куда хотели отдать девочку Андрея? — после секундного молчания задал вопрос Ушаков.

— Да, Егор, — Илья протёр глаза.

— Костя знает?

— О да, — Орлов усмехнулся. — Мне посоветовали не возвращаться к жене и детям, если я не дам ответа на вопрос, кто это сделал.

— Ну, Костю можно понять, особенно если предположить, что развлекались не наши родные отморозки… — Егор замолчал, а потом рявкнул. — Илюха, мать твою! Кто эти ублюдки? Где у меня дыра на границе?

— Тише, не ори, я над этим сейчас работаю. И мне нужна кое-какая информация. — Илья замолчал, и через секунду выпалил. — Ты не помнишь, что произошло в той битве на границе, когда отцы наших сироток полегли? Меня интересует конкретно участок Иванова. Там не было ничего необычного?

— А ты знаешь, было, — задумчиво произнёс Егор. — Там полог стоял. Я таких никогда не видел: ни раньше, ни в будущем. Все, кто там погиб, погибли от пуль или в рукопашной. И этот полог не дал посыпаться линии обороны. Парни выстояли и дождались нас. Я думал, что кто-то из погибших офицеров применил семейный дар или артефакт. Больше склонялся к тому, что это был именно артефакт.

— Нет, Егор, похоже, что семейный дар, — Илья прикрыл глаза. — Какой клан Востока атаковал этот участок?

— Не знаю, — ответил Егор сквозь зубы. — Когда мы прошли телепорт, то сначала не сортировали их, а потом все смешались, и… Не знаю, в общем. Но, Илья, найди этих тварей. — Процедил Ушаков. — Ладно, я к Косте на доклад за порцией любви и ласки.

Егор отключился, а Орлов посмотрел на Вострикова.

— Валентин Петрович, мы можем встретиться с кем-то, выжившем в той бойне? — с нажимом произнёс Илья.

— Да, полагаю, что сможем. Но сначала давайте съездим на пепелище. Может быть, вы всё-таки что-нибудь увидите.

Илья кивнул, стёр линии с доски, но не стал её убирать, а просто бросил на кровать, чтобы сразу после возвращения ещё раз провести анализ уже с новыми условиями.

* * *

Лариса Гусева сидела на диване, обхватив колени и слегка раскачиваясь. Рядом с ней села Юля и протянула ей чашку с кофе.

— Брось, зачем так реагировать? — спросила она улыбаясь. — Орловы и Орловы, подумаешь.

— Да не скажешь, — невесело усмехнулась Лара. — Как меня угораздило врезаться в машину Орлова? Уж лучше бы я под тот грузовик попала, — простонала она и спрятала лицо, уткнувшись в колени.

— Никогда так не говори, — строго произнесла Юля. — Ромка, конечно, раздолбай, но ты же с Матвеем встречалась. Он вроде бы сказал, что они с Романом из одного клана.

— Вот только, кто бы знал, что Подоровы входят в клан Орловых, — Лариса подняла несчастный взгляд на эту хорошенькую темноволосую девушку.

— Младшая ветвь, — уточнила Юля. — А теперь пей кофе и пойдём уже к парням. Лично я всё-таки хочу поучаствовать в самом настоящем расследовании. Не часто дочери клана выпадает такая возможность.

— Почему? — Лариса взяла чашку и посмотрела на Юлю нахмурившись. — Мне всегда казалось, что дочери клана вольны выбирать, чем им заняться.

— Нет, на самом деле, нет, — Юля покачала головой. — Ты в этом плане намного свободнее, чем я. Не связана столькими условностями. Несмотря на то что я тоже Орлова.

Когда она назвала своё клановое имя, Лариса вздрогнула, но взгляда не отвела. Как оказалось, с дочерью клана ей было общаться легче, чем с сыновьями.

— Получается, это Великий князь Андрей? — спросила она, вставая с дивана и на автомате споласкивая чашку.

— Да, получается, что так, — Юля улыбнулась. — Лариса, посмотри на Ушакова. Его мать такая же простая женщина, как и ты. Но никого из нас это не волнует, а уж её и подавно.

— Так это действительно Ушаков, — Лариса закрыла лицо руками, а потом выпрямилась. — Я справлюсь. Если я справилась с поставщиками с Кавказа, то пару дней вполне смогу пережить в компании детей клана. — Она несколько раз несильно ударила себя по щекам, повернулась к Юле. — Я, кажется, в порядке. Тем более что может переплюнуть то, что уже произошло? Если только сам император сейчас приедет.

— Вот этого, пожалуй, не надо, — Юля рассмеялась.

— Почему? Он такой страшный?

— Да нет, очень даже красивый. На братцев моих посмотри, они почти копия папы, — Юля закатила глаза. — Но тогда нас просто выгонят отсюда поганой метлой, а я всё ещё хочу поучаствовать.

— Так вы родная сестра Романа и Андрея? — Лариса моргнула.

— Да, но это опять-таки неважно, — Юля подошла к ней и приобняла за плечи. Она пошла в мать, и обе девушки были невысокие и хрупкие. Особенно на фоне рослых Ушакова и Орловых. — И давай на «ты». Да и парням не надо выкать, не в этой ситуации. Тот же Андрей сейчас не, как Великий князь здесь, а как сын клана и брат Романа. И мы одна команда. Пусть временно, но, чтобы плодотворно работать, тебе нужно перестать нас бояться.

— Я попробую, — Лариса закрыла глаза и досчитала до пяти. — А у ва… у тебя со Степаном Ушаковым что-то… ну… — она замялась, но в её взгляде промелькнуло любопытство.

— Мы помолвлены. А вообще, я лет с тринадцати в Стёпку влюблена, — Юля тихонько засмеялась. — Только не говори ему, пусть он немного помучится. А теперь пошли, нечего время терять.

* * *

Юльке удалось каким-то способом успокоить Ларису. Не до конца, но подвижки были существенные. Я как раз закончил разговаривать с Тихоном. Это он мне звонил, когда я назвал нашу фамилию.

— Тихон, я не знаю, как работает этот источник, Верн мне этого не объяснял. Лучше разрешение у отца получи и сходи туда сам. — Тихон пробубнил что-то неразборчивое и отключился. — Вот и отлично. — Я развернулся к Ларисе. — Ну что, будем уже работать? А то нам скоро Кернам нужно идти сдаваться. А тебе потом к прабабке, — я кивнул брату.

— Не напоминай, — он крутанулся на стуле. — Это на самом деле выматывает.

— Предлагаю не распыляться. А начать с тех трёх господ, с которыми внезапно разорвал контракты твой отец, — Стёпка бросил папку на стол и потянулся. — Как будем работать?

— Да что тут думать, — я осмотрел нашу компанию. — Разделимся на пары и пойдём. Вроде один журналист, второй фотограф. Ты на себя кепку какую-нибудь наденешь и большим козырьком, да камерой закроешься, тебя никто и не узнает. — Сказал я Ушакову.

— Мысль здравая, — кивнул Ванька. — Как разделимся?

— Ушаков с Юлькой, это не обсуждается, — я задумчиво посмотрел на Лару. — Камерой умеешь пользоваться? — Спросил я у девушки. Она напряжённо кивнула, не поднимая на меня взгляда. — Придётся тебе с Ромкой ехать. Рома, не обижай девушку. — Сказал я ему, на что брат только ухмыльнулся, прекратив крутиться. — Вань, пошли. — И я первым вышел из офиса, прихватив с собой одну из папок.

Нам достался некий господин Афанасьев. Поехали мы на Ванькиной машине. Всё равно сюда надо будет возвращаться, чтобы подвести итоги.

— Я думал, что ты Ларису себе в пару возьмёшь, — сказал Подоров, выруливая со стоянки.

— Я хотел. — Ответив, повернулся в сторону окна. Не так уж часто я езжу в качестве пассажира. Хоть на город можно посмотреть. — Ромка и так наворотил дел. Вот только девочка меня боится, словно я внезапно превратился в монстра. А к Ромке она привыкла и не будет вздрагивать каждый раз, когда он к ней будет обращаться.

— Она вас различает, — задумчиво проговорил Ванька. — Дела. Надеюсь, у Ромки хватит ума не дурить девчонке голову.

— Вань, мы сейчас о Роме говорим, — произнёс я, а Ванька только хмыкнул.

— Да уж, как я мог забыть, — пробормотал Ванька, сосредоточенно глядя на дорогу.

Дом господина Афанасьева мало чем отличался от городского дома, не самого бедного клана. Даже охрана имелась. Защитного контура, правда, не было, но с ним нужно было уметь обращаться. Не все могли себе позволить пригласить специалистов Устинова, чтобы им всё правильно настроили. Точнее, не так. Удовольствие было, конечно, дорогое, но доступное, более того, рекомендованное создателями контуров. Но люди чаще всего отказывались от сопровождения, включающего в себя обучение, и не могли довести свою защиту до ума.

Нас проверили на въезде. Ну, как проверили, удостоверение посмотрели, фотографии с нашими рожами сравнили и всё на этом. Правда, позвонили хозяевам с вопросом: ждут ли они этих журналюг. Получив положительный ответ, тут же пропустили.

— Они даже машину не досмотрели, — прошептал Ванька. — Ушаков бы начальника этой охраны лично пристрелил бы.

— Не, не пристрелил бы. Такое чудо не дошло бы живым до взгляда крёстного. — Уверенно произнёс я, выскакивая из машины. — Камеру доставай.

Нас ждали. Не успели мы подойти к входной двери, как она распахнулась, и ухоженная красавица, лет тридцати на вид, буквально втащила меня в дом. Ванька даже крякнуть не успел, как остался на улице в гордом одиночестве.

— Андрей Стоянов, журнал «Сегодня», — я помахал перед лицом женщины своим липовым удостоверением. — И если вы мне сейчас Ивана Петрова, нашего ведущего фотографа, вернёте, то мы сумеем получить прекрасные снимки вашего чудесного дома! — Проговорил я восторженно, улыбаясь так, что скулы свело.

— Конечно — конечно, — и женщина рывком открыла дверь, втаскивая Ваньку, который уже поднял руку, чтобы постучать. — Ванечка, я обожаю ваши работы. Они такие, — и она закатила глаза, прижав руки к груди. — Я думала, что вы старше.

— Это так кажется, — ответил спокойно Ванька.

— Ну вот, когда мы все в сборе, пожалуй, приступим. Представьтесь, пожалуйста, — и я честно активировал записывающее устройство, которыми нас Котов снабдил для достоверности.

— Анфиса Афанасьева, — тут же сказала женщина. — Что вы хотите узнать, Андрюша?

— Всё начиная с истории этого дома. Как он появился у вашей семьи? — и я снова улыбнулся.

Через полтора часа мы выезжали за ворота этого слишком гостеприимного дома. Как только немного отъехали, переглянулись с Ванькой и заржали.

— Я думал, она тебя втолкнёт в какую-нибудь кладовку и набросится, — наконец, произнёс Подоров. — И вовсе не для того, чтобы надругаться, а чтобы вытрясти душу ответом, когда её дом появится в сверхпопулярном журнале. Хотя в процессе вытрясания души, вполне могла и из штанов вытрясти, — добавил он, немного подумав. — На что только такие дамочки не пойдут ради минутки славы.

— А неплохо на самом деле получилось, — я задумчиво вертел в руке записывающее устройство. — Надо материалы Люсинде отдать. Может, и правда что-то получится. Идею-то Ромка здравую подал. Если в журнале будет появляться жизнь пусть очень обеспеченных, но всё же простых людей, это может пойти на пользу журналу.

— Вот только в деле о покушении на эту куколку Ларису мы не продвинулись, — задумчиво проговорил Ванька.

В процессе интервью мне удалось вклиниться с интересующими нас вопросами. Такими, как взаимоотношения с партнёрами. Анфиса небрежно отмахнулась, заявив, что у её мужа были недопонимания с Гусевым, но они уже давно разрешились. Мужчины встретились, поговорили, и даже запланировали устроить встречу Ларисы с сыном Афанасьевых Артёмом.

— Может, у остальных что-то получилось, — с надеждой проговорил я, когда Ванька уже начал парковаться на стоянке.

У других был тот же результат, что и у нас. Ромка, правда, сказал, что Шиян, тот самый бизнесмен, которому он звонил первому, настроен против Гусева весьма враждебно, но это касается исключительно бизнеса. Что-то у них с компенсациями не срослось. Но такой прямо ненависти, чтобы убивать, да ещё и через ребёнка действовать, он не обнаружил. Лару, кстати, он замаскировал очень просто: нацепил на неё белокурый парик, и огромные, на пол-лица, солнцезащитные очки. Если не приглядываться, то девушку действительно было не узнать. А кто, когда приглядывался к фотографам?

Также, кстати, и Стёпку загримировали. Ему хватило парика. Никогда бы не подумал, что светлые волосы так сильно не пойдут Ушаковым. Из красавца с обложек журнала Стёпка мгновенно превратился в нечто невыразительное. Даже удивительно.

— Стёп, отдай материал матери, — я протянул ему записывающее устройство. — Не зря же мы по домам таскались.

— Я тоже об этом подумал, — кивнул Ушаков. — Но что дальше будем делать?

— Не знаю, — я потёр шею. Что за идиотская привычка? Но избавиться от неё я так и не сумел, как ни старался.

— Водилу бы найти того грузовика, — протянул Ванька. Ромка на него покосился и, кашлянув, проговорил.

— Кстати, насчёт водилы, — подумав, Рома решил выдать часть правды. — Его Рогов нашёл. И даже на похороны сходил. Этот господин так сильно спешил удрать, что не рассчитал силы и умер по дороге. Там реально несчастный случай произошёл, никто до него не успел добраться.

— Дела, — протянул Стёпка.

— Так, нам с Ромой к Кернам пора, — я глянул на часы. — Вань, может, ты попробуешь вероятности посчитать? Я точно знаю, что Илья тебя учил.

— Не знаю, — неуверенно протянул Подоров. — Я попробую. И с отцом посоветуюсь, может, он нам, что подскажет.

— А вот это здравая мысль. — Все, кроме Ларисы, одобрительно кивнули. Она просто не понимала половины из того, о чём мы говорим. — Тогда мы ушли, и вот, — я быстро написал на бумаге свой телефон, — Лара, если что-нибудь случится, хоть что-нибудь, собака бродячая не так посмотрит, или голубь низко пролетит, сразу же звони.

Она очень осторожно взяла лист, и, посмотрев на меня, неуверенно кивнула. Я же схватил брата за шиворот и выволок в коридор. Если сам идиот и не догадался дать свой номер девушке, то я здесь совершенно ни при чём.

Глава 12

Ольга отпустила дар и на мгновение прикрыла глаза. А когда она их открыла, то той кровавой окраски склеры уже не было.

— Илья позвонил и сказал, что привезёт кое-какие книги и множество готовых рун. Что-то вроде матриц. — Сказал Тихон, подходя к ней поближе. — Слышь, Демьян, мальчишка Орлов привезёт нам книги магов крови! Целые и настоящие!

Ольга прикусила губу, припомнив, что «мальчишка Орлов» — отец её однокашников. Интересно, а они для этих уважаемых учёных уже произошли, или ещё не совсем?

— Так, Оленька. Думаю, что на сегодня мы прервёмся. — Тихон посмотрел на застывшего посреди сектора каменного голема. Демьян сам не знал, откуда у него эта руна и что она означает, поэтому они позволили себе провести небольшой эксперимент. — Да, ты можешь убрать это… я даже не знаю, что это.

— Я попробую, — Ольги кивнула. В который раз за сегодняшний вечер, призвав дар, она внимательно осмотрела голема. В структуре собственного заклинания ей удалось выделить две руны. Сосредоточившись, она мысленно повторила рисунок одной из них и наполнила её энергией своего дара. Голем шевельнулся и принялся меняться, приобретая форму, схожую с человеческой? — Упс, — она резко убрала дар, но заклятье было запущено, и теперь они втроём смотрели, как из камня формируется огромная фигура.

— Ни хрена себе, — пробормотал Демьян, задирая голову. — И как его контролировать?

— Да какая разница, Оля, убирай это чучело! — завопил Тихон. — Потом, когда выделим связи контроля, снова создашь, и мы его всесторонне изучим. Думаю, Ушаков оценит. Это же такой военный потенциал, мама не горюй.

— Что Ушаков оценит? — к стоящему за пределами защитного купола Тихону подошёл Егор. Тихон просто ткнул пальцем в уже практически сформировавшегося монстра, высотой почти в три метра. — Ух ты. А эта штука управляемая?

— Я же говорил, что Ушаков оценит, — пробурчал Тихон.

Ольга тем временем снова вызвала эту руну и, направив её на монстра, грубо разомкнула получившееся заклятье. Процесс формирования человекоподобного голема повернулся вспять, и вскоре на пол упали несколько камней, убрать которые совсем у Ольги не получилось.

— Так, что это только что было? — Ушаков с трудом оторвал взгляд от камней и сурово посмотрел на Тихона.

— Егорушка, ну что ты переживаешь. Оленька разберётся и подарит тебе такую игрушку. Две. Но только после того, как мы его досконально обследуем. — Засюсюкал Тихон. — Кстати, а ты что здесь делаешь?

— Позвонил Ершов. Верн передал, что если я действительно хочу поселиться в доме вместе с Андреем на время его обучения, то должен «представиться» источнику. Чтобы он не сбоил. Так что мы с Денисом решили время не терять и съездить. Тем более что выкроилась свободная минутка. А Костя сказал, что ты получил разрешение посмотреть на это чудо. Так что, я за тобой приехал. Но, если ты не хочешь…

— Егор, молчи, — Тихон поднял палец вверх. — Просто молчи. Демьян, ты с нами?

— Нет, мне источники неинтересны, — отмахнулся старый учёный. — Я пока эти камни поизучаю. Да, надо все характеристики руны записать. Кстати, там, где я её нашёл, она обозначалась как «защитник». Что очень, может быть, соответствует действительности, — пробормотал он, склоняясь к камням.

— Да, Оля, сегодня можешь с Андреем домой поехать. Матвей разрешил, — Егор кивнул на сектор, где занимались близнецы. Оля благодарно ему улыбнулась. Её это постоянное нахождение в окружении Службы Безопасности уже начало напрягать.

Она подошла к сектору, в котором занимались Орловы. Они уже, похоже, закончили, и теперь внимательно слушали, что им говорит маг клана Керн. Андрей заметил её, сказал ещё пару слов Керну и брату, после чего направился к ней.

— Привет, — как только он пересёк невидимую черту, стало слышно, о чём он говорит.

— Привет, — Ольга улыбнулась, внимательно разглядывая его. Ей всё ещё было сложно представлять Андрея своим женихом. К тому же Ольга не верила, что у них всё действительно закончится свадьбой. — Матвей Игоревич немного ослабил контроль и разрешил с тобой поехать домой.

— Значит, что-то прояснилось, — Андрей протянул ей руку. — Тогда не будем терять время, пока Матвей не передумал. Рома, я уехал.

— Дома увидимся, — Роман махнул им, и Андрей потащил Ольгу к выходу.

* * *

Лариса закрыла папку с документами, которую подготовила отцу на подпись. Потянувшись, она посмотрела на бумажку, оставленную на столе. Там был написан личный телефон Великого князя, и подпись «Андрей».

— Они совсем не похожи, — она покачала головой, беря в руку бумажку. А затем решительно сунула её в свою крошечную сумочку.

В телефон Лариса номер вбивать не стала, пока не стала, но телефон всё-таки взяла с собой. Андрея она всё ещё слегка побаивалась, в отличие от Романа. Ей было легко перейти с ним на «ты». Себе она могла признаться, что они очень неплохо провели время. На обратной дороге Роман затащил её в какое-то кафе, чтобы перекусить. Там он долго рассматривал пирожок, и, в конце концов, не рискнул попробовать.

— Я слишком избалован, — признался он. — У нас потрясающая кухарка. Её отец с собой притащил во дворец, ещё с тех времён, как всего лишь наследником Кернов числился. По-моему, Егор до сих пор не оставил попытки сманить её к себе. Но Кристина верна только Орловым. Точнее, отцу.

— А Егор — это? — Лариса решила попробовать пирожок. Откусив кусочек, прожевала, прислушиваясь к ощущениям. На её взгляд было вполне съедобно.

— Егор Ушаков, отец Стёпки и крёстный Андрея, — Роман отпил кофе и прикрыл глаза. — Вот кофе здесь очень недурён.

— Угу, — ответила она, опустив глаза. Ещё несколько дней назад ей не могло даже прибредиться, что она будет сидеть в сомнительной забегаловке с сыном императора и обсуждать то, как Егор Ушаков пытается сманить у Орловых кухарку.

— Лара, брось, всё нормально, — Рома улыбнулся совершенно открытой, мальчишеской улыбкой. — Мы такие же люди, просто чуть-чуть больше можем, вот и всё. Или тебя Андрюха запугал, пока меня не было?

— Нет, — она покачала головой. — Я сначала подумала, что это ты. Он пытался что-то сказать, скорее всего, что его не Роман зовут, но я не дала ему ни одного предложения закончить. Когда я нервничаю, то начинаю болтать и…

— Тсс, — Роман приложил палец к её губам. — Я это уже понял. Ещё в тот раз, когда ты в мою машину врезалась. Это я виноват. Надо было сразу свой клан назвать. Тогда, наверное, такой путаницы не возникло бы.

— Вы разные, — выпалила Лариса. — Я уже через десять минут поняла, что его выс… хм… Андрей, — поправилась она под насмешливым взглядом Ромы, — не ты. Точнее, я подумала, что что-то произошло, потому что ты сам на себя непохож.

— Вот как, — он задумчиво посмотрел на неё. — Невеста Андрея, Ольга, нас тоже никогда не путала.

— У Андрея есть невеста? — она так удивилась, что окончательно перестала нервничать в его присутствии.

— Да. Официального объявления ещё не было, неудивительно, что ты не в курсе. Если хочешь, я тебя с ней познакомлю. Вы друг другу понравитесь. Она тоже не в восторге от Орловых, знаешь ли. — Рома усмехнулся.

Лариса тогда ничего не ответила. Она слышала, что в кланах не слишком обращают внимание на такую пошлость, как чувства, но ей всё ещё хотелось верить в сказку.

Теперь же она закончила со всеми запланированными делами. И собиралась домой. И так пришлось задержаться из-за помощи в расследовании, куда она со странным энтузиазмом включилась.

Завтра они вернутся, и она ещё чуть-чуть узнает про кланы. Ведь вернутся же? Лариса рискнула сама себе признаться, что ждёт возвращение детей кланов. Она пока не заметила, чтобы они слишком отличались от неё самой. Да они даже этот свой дар не призывали и Степана Ушакова гримировали с помощью парика, хохоча при этом. Тряхнув тёмными кудряшками, Лариса выбралась из-за стола и побежала к лифту.

На стоянке её машинка стояла в одиночестве. Она нервно огляделась по сторонам и побежала к ней, доставая на ходу ключи. В конце стоянки появилась высокая, тёмная фигура и девушка занервничала ещё больше. И почему она не согласилась, когда отец настаивал на охране? Да потому что была уверена, что покушались на Орлова, а не на неё. Ну что в ней может быть интересного, чтобы пытаться убить?

Человек подошёл ближе и начал поднимать руку. В ней было что-то зажато, но что, она не разглядела, потому что в этот момент услышала, как её позвали.

— Ла-ра, — голос явно принадлежал Роману, но был какой-то призрачный, что ли, нереальный.

Лариса резко развернулась, и тут её сильно ударило в плечо. Так сильно, что она вскрикнула и упала на землю, прижимая к себе сумочку другой рукой. Одновременно с этим раздался ещё один хлопок, и рядом с ней появилась большая белоснежная кошка в ошейнике, украшенном бриллиантами. Кошка глянула в сторону человека, который побежал к Ларисе, и прыгнула на девушку.

Хлоп!

Человек с зажатым в руке пистолетом забежал за машину, куда упала девчонка, и выругался. Потому что её там не было. Он точно попал, и капли крови на земле подтверждали это. Вот только девчонка резко повернулась в момент выстрела, словно её кто-то толкнул, а потом эта кошка… Но ведь девчонка не из клана! Тогда при чём здесь кошка? Он поднял телефон, раздражённо набирая номер. Если он узнает, что его обманули и девчонка как-то связана с кланами, кому-то точно не поздоровится.

* * *

Мы с Ольгой решили не нервировать Матвея и сразу же поехали во дворец. Вход для семьи располагался немного в стороне от центрального входа в императорскую резиденцию. Мы уже заходили внутрь, как у меня зазвонил телефон. Номер был незнаком. Я довольно долго смотрел на него, прежде чем принять вызов.

— Орлов, — на том конце охнули, и наступила тишина. — Кто вы, зачем звоните, и откуда у вас этот номер? — спросил я нахмурившись. Оля вопросительно на меня посмотрела, но я пожал плечами.

— Я пойду? — тихо, на грани слышимости спросила она, но я покачал головой и притянул её к себе. Похоже, Ольга уже смирилась с моими бзиками, потому что вырываться не пыталась, и даже, наоборот, прижалась к моему боку.

— Простите, я сейчас проверял, может, не ту цифру нажал, но нет, всё верно. Вот только, Орлов? — усталый мужской голос заставил меня напрячься. — К чёрту. Клиника тоже Орловых, так мне, во всяком случае, сообщили охранники.

— Кто вы? — повторил я.

— Меня зовут Артём Гусев. Я отец Ларисы Гусевой. И ваш номер я нашёл в её сумочке. Там было написано «Андрей», и я не думал…

— Вы что-то про клинику говорили, — мягко напомнил я.

— Да, клиника. — Снова пауза. — Мне позвонили, сказали, что в Ларису стреляли. Она ранена, и её в клинику Орловых перенесла кошка. Возможно, я что-то не так понял, у меня голова не соображает.

— Продолжайте, — я быстро пошёл по коридору, волоча за собой Ольгу.

— Меня к ней не пускают. Я не знал, кому звонить. Телефона Матвея Подорова у меня нет, сами понимаете. А этот парень из его клана, Роман, похоже, тоже не оставил своих координат. Во всяком случае, я не нашёл в Ларином телефоне никого похожего. То есть, здесь есть кто-то, обозначенный как «Охреневший мудак», но я сомневаюсь, что это именно Роман. Мне отдали сумочку охранники и вещи Лары… Я хочу попасть к своей дочери. Пожалуйста, к кому мне обратиться?

— Я не уполномочен решать подобные вопросы, — ответил я совершенно потерянному отцу. — Не отключайтесь, я сейчас узнаю, не сильно ли занят глава клана, и уточню у него.

— Но, глава вашего клана — это же… — он снова замолчал, — а у кого-нибудь попроще можно узнать?

— Поверьте, так будет проще и гораздо быстрее, — мы вошли в приёмную, и я кивнул Рыжову. — Не занят?

— Нет, можешь войти, — Олег оторвался от каких-то бумаг, в которых что-то яростно чертил.

Я вошёл в кабинет в тот самый момент, когда отец вставал из-за стола.

— Да, Андрей, что-то случилось? — он посмотрел на меня, перевёл взгляд на Ольгу и нахмурился.

— В Ларису Гусеву стреляли. Её кошка, похоже, Кира, перенесла в нашу клинику, и туда не пускают её отца, — скороговоркой проговорил я, прижимая телефон к груди.

— Хм, — отец нахмурился. — Роман знает, как отец Ларисы выглядит? — Он не спрашивал, кто это, значит, интересовался Ромкиным делом.

— Да, он говорил, что встречался с ним, — ответил я утвердительно.

— Звони Роману, объясни ситуацию. Пускай едет в клинику. Я сам свяжусь с Матвеем, попрошу его оформить пропуск для господина Гусева. Думаю, что он сам выразит желание узнать, в чём дело. Да, а почему Кира решила помочь этой девочке? — спросил он, не отводя от меня пристального взгляда.

— Юлька нам помогала сегодня кое-что проверить. Они с Ларисой вроде бы поладили. Может быть, дело в этом?

— Возможно, — отец кивнул. — У тебя там господин Гусев? — вместо ответа я кивнул и вышел из кабинета. Ольга шла за мной, напряжённо о чём-то размышляя.

— Я переговорил с главой клана, — сказал я, поднимая трубку к уху. — Он разрешил оформить вам пропуск. Немного подождите, с вами свяжется Матвей Подоров. И скоро приедет Роман. Вы же помните Романа?

— Да, конечно, я вроде говорил, что помню этого мальчика. Или не говорил? Простите, голова совсем не соображает, — Гусев пытался собраться с мыслями. — Андрей, кто это сделал? Кто это сделал с моей девочкой?

— Я не знаю, — честно ответил я.

— Как кланы поступают в подобных случаях? — внезапно спросил он жёстко. Похоже, ему удалось немного прийти в себя.

— Честно? — я остановился. — Мы устанавливаем виновника и наказываем не только его самого, но и весь клан. Право мести гарантировано нам Кодексом. Это помогает соблюдать порядок. Сыновья кланов десять раз подумают, прежде чем совершить нечто, за что могут вырезать их клан. Встречаются, конечно, совсем неумные личности, но их, как правило, меньшинство, и они долго не живут.

— Я так и слышал, — задумчиво проговорил Гусев. — Спасибо вам за помощь, Андрей. — Он отключился. А я связался с Ромкой.

— В Лару стреляли, — коротко сказал я.

— Я знаю, — процедил брат сквозь зубы. — Матвей сейчас позвонил и сказал. Я уже подъезжаю к клинике. Его звонок застал меня по дороге к дому.

— Нам с Ольгой приехать? — я вопросительно посмотрел на неё. Оля уверенно кивнула.

— Да, это было бы неплохо, — звук мотора пропал, и стукнула дверь. Ромка вышел из машины. — Думаю, присутствие Ольги Лару успокоит.

— Как она? Ты узнавал?

— Матвей узнал. Её уже прооперировали и начали работать целители. Пуля прошла навылет, через плечо. Или стрелок настолько косой, или…

— Или она внезапно повернулась. Может быть, её Кира отвлекла? — предположил я, выходя на улицу и направляясь к машине, которую ещё не убрали.

— Не знаю, Андрей. Лара в сознании, вот и спрошу, что произошло. — Ромка замолчал, а потом добавил. — Андрюх, Матвей сказал, что это точно не его дело. Сейчас это очевидно. Он заедет уточнить пару моментов и передаст дело в полицию.

— Это было предсказуемо. Матвей не может выделять ресурсы на дела, не относящиеся к государственной безопасности. — Я вырулил к воротам и остановился, ожидая, когда нас проверят.

— Я понимаю, но. Её же убьют. Просто и без затей.

— Рома, её отец — состоятельный человек, он способен обеспечить безопасность Ларисы. Давай дадим ему номер Дениса. Да сами позвоним и сведём их.

— Андрей, в первом случае наличие охраны не помогло бы. Если бы мы не орали друг на друга, стоя возле машин, но никакой охранник не предотвратил бы беды. Только погиб бы вместе с ней. — Рома зашёл в холл. Это было понятно по появившемуся фону.

— Так, давай поговорим в клинике, ладно, — и я отключился, повернувшись к Ольге. — Похоже, Ромке понравилось. Только не могу сказать точно, девушка, или расследование. Кстати, а что там за монстр у тебя образовался?

— Понятия не имею, но он очень понравился Егору Александровичу. Прямо очень. Некоторые мужчины так на женщин не смотрят, как он на эту груду камней смотрел.

— Это же Ушаков, — я хмыкнул.

— С той девушкой всё нормально? — в голосе Ольги послышалось беспокойство.

— Да, похоже, обошлось. О, нам разрешение на выезд дали. — И я выехал с территории дворцового комплекса, сворачивая на улицу, ведущую к клинике.

Глава 13

Илья поднялся и отряхнул с рук пепел. От поместья не осталось ничего, что можно было использовать в деле. Только сам факт того, что нападение было. На этот раз нападавшие перестарались, и это было косвенным доказательством.

— При простом пожаре так выгореть не могло, — уверенно произнёс Орлов, оглядываясь по сторонам.

— Это точно, — кивнул Востриков. — Тут даже я вижу, что артефакты использовали, или дар применяли. Разве что, сами хозяева эксперимент неудавшийся провели.

— Тогда кто-то сумел бы выжить, — Илья ещё раз огляделся и пошёл к машине.

— Если вдобавок отбросить тот факт, что среди Некрасовых огневиков отродясь не было. Только воздушники, — добавил Востриков, догоняя Орлова и запрыгивая за руль. — Куда теперь, Илья Сергеевич?

— Мы же договаривались, что к ветерану поедем. — Илья вопросительно посмотрел на Вострикова. Тот кивнул и завёл двигатель.

Жил выживший в той давней мясорубке солдат в небольшом домике на окраине Владивостока.

Постучавшись, Илья зашёл в дом. Его встретила ещё нестарая женщина, вышедшая из комнаты.

— Илья Орлов, Имперская Служба Безопасности, — Илья показал удостоверение, а женщина охнула и отшатнулась, но быстро взяла себя в руки. — Я хотел бы поговорить с Олегом Ивановичем Сычёвым.

— Это невозможно, — женщина покачала головой и кивнула на комнату, из которой вышла. — Пройдите, сами посмотрите.

Илья шагнул к комнате и замер у порога нахмурившись. В комнате пахло тяжёлой болезнью, и чем-то ещё, что всегда сопровождает лежачих больных, как бы хорошо за ними ни ухаживали. За Сычёвым ухаживали хорошо. Но запах всё равно присутствовал. Сам же ветеран лежал, тяжело дыша, приоткрыв рот и глядя невидящим взглядом в потолок.

— Он уже два года, как слёг. Не узнаёт никого, не разговаривает, — ответила женщина на молчаливый вопрос Ильи. — Пил он шибко, вот и парализовало однажды.

— Дьявол, — процедил Орлов. — А он ничего не говорил, про службу, например? У пьяных обычно язык хорошо развязывается.

— Говорил, — кивнула женщина. — Всё ему черти мерещились. Постоянно повторял, что их командир стал как чёрт красноглазый. Дар, видать, призвал. Но после этого джунгары отхлынули, будто что-то мешало им пройти. В обход потом давить начали, но магией не пользовались. Это помогло их батальону выжить.

— А он не называл имён джунгар? — Илья не надеялся на успех, задавая этот вопрос.

— Нет, не называл. Всё про красноглазого командира говорил, — женщина махнула рукой.

— Спасибо, и, извините, — и Орлов стремительно вышел из дома. На улице он достал телефон. Трубку не брали довольно долго, и когда он уже хотел отключаться, раздался знакомый голос.

— Да, Илья, есть какие-нибудь результаты?

— Иванов применил родовой дар на поле боя, как я и предполагал. Нападающие видели это. Ну, тут сложно не заметить, когда твои же солдаты в итоге спиваться начали, красноглазого командира вспоминая, — быстро проговорил Илья. — Мне нужны имена и адреса выживших солдат и офицеров. Не может такого быть, чтобы никто не опознал напавший на этом участке фронта клан.

— Я перешлю тебе список, жди, — ответил Матвей и отключился.

* * *

— Артём Михайлович, — Гусев резко обернулся к подходящему к нему Подорову. — Я так понимаю, Роман ещё не приехал?

— Я уже здесь, — к ним подошёл Рома. — Андрей с Ольгой должны вот-вот подъехать.

— М-да, — Матвей усмехнулся. — Хирургическое отделение клановой клиники скоро будет для вас, как родное.

— А ты здесь… — Рома вопросительно посмотрел на Подорова.

— Чтобы передать господину Гусеву пропуск, — и он протянул растерянному мужчине небольшую карточку. — Приложите руку, — когда Гусев дотронулся до карточки, Подоров положил ладонь на его руку, и Гусев почувствовал лёгкий разряд, прошедший через его плоть к карточке. — Ну вот и всё, можете спокойно проходить к дочери всё то время, пока она будет находиться здесь под наблюдением клановых целителей.

— С картой ты мог прислать кого-то ещё, — Роман всё это время не отводил взгляда от Матвея.

— Мог бы, — не стал отрицать очевидного Подоров. — Но я пришёл, чтобы официально заявить, что снимаю людей с этого дела и передаю его в полицию. Ванька мне сегодня отчёт предоставил. Вы молодцы, проделали хорошую часть работы. Это не моё дело, — добавил он и повернулся к Гусеву. — Наймите дочери хорошую охрану. Мои аналитики пришли к выводу, что покушения не связаны с вами и вашим бизнесом. Конечно, небольшая вероятность на то, что эти покушения — способ воздействия на вас через Ларису, никуда не делась. Но, восемьдесят три процента аналитики дают на то, что здесь замешана личная неприязнь. Думайте, кто так сильно ненавидит вашу дочь, чтобы пойти на такое.

— Я до последнего был уверен, что покушались на Романа, — Гусев приложил ко лбу телефон. — Именно поэтому я пошёл на поводу у Лары и не приставил к ней охранника.

— Вам дать контакты Дениса Устинова? — спросил Матвей.

— Что? Нет, не нужно. У меня есть его телефон. Не Дениса Анатольевича, конечно, но его помощника, отвечающего за связь с клиентами. Все защитные контуры на моих торговых центрах и моих домах устанавливали охранные предприятия клана Устиновых.

— А я ещё думал, почему они не решаются напасть в офисе, — задумчиво проговорил Роман. — Да потому что проникнуть туда не смогут. У Матвея есть приоритет, а я прошёл с Ларисой. Но как прошли остальные?

— Андрей имеет такой же приоритет, как и я, — сказал Матвей. — Это заложено в каждый контур на моменте изготовления. От клиентов информация не скрывается, они подписывают определённые согласия. А насчёт остальных охранник связывался с Ларисой и спрашивал, ожидает ли она двух парней и девушку. Этот момент Ванька отметил в докладе, как прокол системы безопасности. — Подоров посмотрел на Гусева. — Потому что их не идентифицировали. И не назвали Ларисе их имена. Просто спросили, ждёт ли она кого-то.

— Это… — Гусев потёр лоб. — Я разберусь.

— Свяжитесь с Денисом. — Посоветовал ему Матвей, у него зазвонил телефон, и он, посмотрев на дисплей, нахмурился. — Роман даст вам телефон непосредственно Устинова, или соединит вас с ним. Да, Илья, есть какие-нибудь результаты? — он развернулся и быстро пошёл к выходу, слушая, что ему говорит собеседник.

— Я, пожалуй, пойду к дочери, — наконец, проговорил Гусев. — Куда мне идти?

— Прямо по коридору. — Рома махнул рукой, показывая направление. — До самого конца, никуда не сворачивая. Вы упрётесь как раз в хирургическое отделение, а там спросите, в какой палате разместили Ларису. Мы скоро подойдём.

Гусев кивнул, даже не вникая в то, что говорил ему этот парень. Он быстрым шагом пошёл в том направлении, куда указал Роман. На этот раз его пропустили без вопросов. Но идентификацию провели. Хотя охранник прекрасно видел, что он получил пропуск из рук Подорова, и именно Матвей его активировал.

Лариса сидела на кровати, опираясь на подушку. Когда Гусев вошёл в палату, она закусила губу и впервые за этот вечер всхлипнула.

— Папа, — Гусев сел рядом с её кроватью и осторожно обнял, стараясь не потревожить рану.

— Лара, после этого ты даже в туалет будешь ходить с охранником. И даже не возражай. — Сказал он ей, садясь на стул.

— Я не понимаю, кто хочет меня убить? — она провела здоровой рукой по лицу, смахивая слёзы. — Я думала, что это на Рому покушались. Особенно когда узнала, что он Орлов.

— А со мной ты таким потрясающим открытием не догадалась поделиться, — Гусев покачал головой. — В этом случае для меня не было бы таким шоком, что парень по имени Андрей назвал себя Орловым, когда взял трубку. Из-за нас с тобой главу клана потревожили, — он покачал головой. — А если память мне не изменяет, главой клана Орловых является наш с тобой император.

— Андрей сказал, что глава клана Орловых и император — это разные вещи. И что может так получиться, что главой клана будет один человек, а императором совсем другой, если, к примеру, этот их Кодекс не примет наследника клана как наследника престола. — Тихо произнесла Лариса. — И, нет, я не знаю, зачем я про это спрашивала. Наверное, хотелось услышать ответ именно от Великого князя.

— Так этот Андрей… — Гусев почувствовал, что у него шея вспотела.

— Старший сын императора Константина, — вздохнув, ответила Лариса. — А Роман — его брат, причём близнец. Я их поначалу даже перепутала.

— Чёрт побери, Лара, только ты могла так влипнуть, — Гусев закрыл лицо руками. Он отдавал себе отчёт в том, что после смерти жены часто идёт у дочери на поводу, но пока не мог себя пересилить.

Лариса особых хлопот ему не доставляла. Отлично училась и помогала с делами. Сейчас во время каникул, так и вовсе не вылезала из офиса. Он даже не помнил, чтобы у неё когда-нибудь был молодой человек. Но просто патологическая неудачливость Ларисы уже притчей в их среде стала. Её даже в группе университета сторонились. Потому что их группе, как по волшебству, достались самые жуткие преподаватели. И ладно, в жизни каждого студента обязательно появится мерзкий препод, от которого нервный тик начинается, но не все же сразу!

Можно было быть уверенным, что, пойди Лара на вечеринку, то обязательно нарвётся на самого отмороженного мажора, а если стукнет чью-то машину своей, то это непременно окажется машина Великого князя, или его брата-близнеца. Неудивительно, что у девочки не было друзей. Пара подружек не в счёт, они с ней общались исключительно из-за её положения и денег Артёма.

— Папа, как оказалось, дети кланов совсем не страшные. Они такие же, как мы. Я тебе больше скажу, сыночки твоих приятелей порой ведут себя более надменно, чем тот же Степан Ушаков или дети императора Константина, — выпалила Лариса.

— И под детьми императора ты подразумеваешь… — отец пристально смотрел на неё.

— Андрея с Романом и их младшую сестру Юлию. — Быстро заговорила Лара. — Представляешь, она помолвлена со Степаном Ушаковым. И он в жизни даже красивее, чем на фотографиях. А ещё Рома сказал, что у Андрея есть невеста, и он меня с ней познакомит. У них всё так жутко официально, на самом деле. — Плечо кольнуло, и она поморщилась. Артём же слушал болтовню дочери. Лариса всегда болтала, когда нервничала. Параллельно он думал о том, как они будут выпутываться из этой истории, в которой его непутёвая дочь с размаху вляпалась в кланы, среди которых правящий клан стоял на первом месте. — Рома сказал, что невеста Андрея не в восторге от Орловых, и что мы на этом фоне подружимся…

— Очень может быть, — от двери раздался весёлый женский голос. В палату зашла девушка, невысокая, фигуристая, с русыми волосами, заплетёнными в толстую косу. — Я Ольга, а младшая часть лучших представителей клана Орловых где-то застряла.

— Можно, я отойду, чтобы немного побиться головой об стенку? — Артём рассматривал девушку. Если бы он встретил её на улице, то никогда не подумал бы, что она дочь клана и вообще невеста Великого князя.

— Это то, что я хочу делать ежедневно, — негромко рассмеялась Ольга. — Ничего, вы привыкнете.

— Я не хочу к этому привыкать, ваше высочество, — покачал головой Артём.

— Не нужно ко мне обращаться «ваше высочество», я пока не жена Андрея, — снова улыбнулась Ольга. — Да и он не любит, когда к нему так обращаются.

— Почему? — Лариса подняла на неё взгляд. Уже с Юлией она почувствовала, что с дочерями кланов ей проще общаться. И, скорее всего, это происходило потому, что она в принципе с парнями не умела общаться. Партнёры и поставщики не в счёт, там были исключительно деловые отношения.

— Андрей считает, что титулование обезличивает. Не даёт понять, как именно человек к тебе относится. И что в том, что сыновья кланов часто скрывают свои фамилии, изворачиваясь, как только можно, есть определённый смысл. — Ответила Ольга.

— Простите, Ольга, а сколько его высоче… Андрею, — поправил сам себя Гусев, — лет?

— Девятнадцать. — Ответила Ольга. — А что?

— Да, нет, ничего, — Гусев задумчиво смотрел на неё. Он не будет ей говорить, что, когда ему было девятнадцать, он думал в основном, как сессию закрыть поприличней, и как затащить понравившуюся красотку в постель. А не рассуждал на такие вот темы.

— Тук-тук, — дверь палаты снова открылась, и на пороге остановился высокий блондин. — Ты как? — спросил он у Ларисы.

Девушка долго и пристально на него смотрела, а потом чуть слышно выдохнула.

— Нормально. Если всю эту ситуацию можно считать нормальной, — она слабо улыбнулась. — У вас прекрасные целители, Рома.

— И всё-таки странно, что вы обе нас не путаете. — Заметил Роман, заходя в палату.

— Вас невозможно перепутать, вы разные, — закатила глаза Ольга. — Где твой брат?

— Флиртует с какой-то медсестричкой. — Пожал плечами Роман. Ольга невольно нахмурилась, а он хохотнул. — Я так и знал, что тебе не всё равно.

— Кретин, — пробурчала Ольга.

— Кто кретин? — когда в палату зашёл ещё один высокий блондин, Гусев икнул. Лично он не заметил, чтобы братья чем-то отличались друг от друга, разве что одеждой. У них даже тембр голоса был один и тот же.

— Роман, — Ольга подошла к нему, и он её обнял, прижав спиной к груди.

— Это общеизвестный факт, не обращай внимания. — Андрей улыбнулся и посмотрел на Гусева. — Мы с вами по телефону разговаривали.

— Я это уже понял, — Артём почувствовал, как у него начинает болеть голова. Переживания за дочь, облегчение оттого, что всё обошлось, и под конец, плотное общение с правящим кланом: всё это выбило его из колеи.

* * *

— Денис Устинов свяжется с вами завтра. Я ему дал тот номер, с которого вы мне звонили. — Сказал я, разглядывая Гусевых. Отец выглядел уставшим, а дочь накачали обезболивающими, и она, похоже, плохо соображала, на какой она планете находится. Наумов сказал, что пуля прошла навылет, прошив мышцу и даже не задев нервного сплетения. Просто невероятное стечение обстоятельств. Уже через пару дней девушку можно забрать отсюда, а через неделю она и вспоминать не будет о ранении.

— Почему завтра? — Ромка оседлал стул и сложил на спинке руки.

— Потому что сегодня это неактуально. К тому же ему надо о чём-то переговорить с отцом. Какие-то непонятки образовались. В общем, завтра. — Я притянул Ольгу ещё ближе и на секунду уткнулся носом в пахнущую какими-то цветами макушку. Через секунду выпрямился и обратился к Ларисе. — Рассказывай, что произошло?

— Я не поняла. — Она покачала головой. — На стоянке в мою сторону пошёл какой-то человек. А потом я услышала, как меня позвали, и обернулась. И тут меня ударило в плечо, я упала, и появилась белая кошка. Она прыгнула на меня, и я очутилась прямо здесь, в клинике.

— Кто тебя позвал? — Рома нахмурился.

— Ты, — выпалила она и посмотрела на него, уже не смущаясь.

— Я? — он растерянно обернулся ко мне, — Я не… — и тут он потёр лоб. — Чёрт, как же так-то?

— Проклятье или оберег? — быстро спросил я, не сводя с брата взгляда.

— Не проклятье, это точно, — он покачал головой.

— Но ты не знаешь, как поставил оберег и когда, — я не спрашивал, а утверждал. Рома только развёл руками и покачал головой. — Извини, но я расскажу отцу. Это ненормально. Если ты не научишься себя контролировать, то будем просить прабабку отлучить тебя от дара. Водой можно и на море научиться управлять, так что завтра будешь исключительно с Настей заниматься.

— Я… я понимаю, — Ромка снова кивнул и провёл по лбу рукой. — Настя сказала, что он связан с даром смерти. Поэтому его невозможно заглушить.

— Твою мать, — я стиснул Ольгу так, что она пискнула. И тут я заметил, что Гусевы только и успевают головами крутить, глядя, то на меня, то на Ромку. И тут я более внимательно посмотрел на Ларису. — А знаешь, в этом есть определённое рациональное зерно. — Медленно проговорил я.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, — она помотала головкой, пытаясь сфокусировать на мне взгляд.

— Ромка у нас некромант, но вы прекрасно себя чувствуете в его присутствии. — Задумчиво проговорил я. — Потому что вы не замечаете наших даров, если они не направлены непосредственно на вас. А с таким уникумом, как мой брат, ни одной одарённой девушке спокойно не будет…

— Андрей, ты о чём вообще говоришь? — Ромка бросил на меня раздражённый взгляд.

— Мысли вслух, ничего более, в любом случае решение будет принимать глава клана.

— И какое же решение будет принимать глава клана? — мы все резко развернулись и увидели, как в палату, в которой уже становилось тесно, вошёл император Константин. Рядом с ним вышагивал Паразит, глядя на присутствующих, как на куски чего-то малоаппетитного.

— А ты чего здесь? — проговорил Ромка, даже не попытавшись оторвать задницу от стула.

— Кира проявила участие в спасении этой девочки. — Проговорил отец, подходя к Ромке и взлохмачивая его волосы. — В империи миллионы девушек находятся в беде ежедневно. Но кошка моей дочери решила помочь именно этой. Естественно, мне стало любопытно. — Ответил он, переводя взгляд с нас на сжавшуюся Ларису. — Так что должен решить глава вашего клана?

Бум! У Артёма Гусева всё же сдали нервы, и он упал со стула на пол, закатив глаза.

— Рома, что ты сидишь, позови целителя, — проговорил отец, продолжая разглядывать Ларису, которой только конская доза обезболивающих не позволяла последовать за отцом под пристальным взглядом императора.

Глава 14

Гусев быстро пришёл в себя. Даже без участия целителя. Тот осмотрел его и посоветовал больше отдыхать, после чего вышел из палаты. Всё это время отец простоял возле окна, сложив руки на груди, и смотрел на улицу, чтобы никого не смущать.

Целитель ушёл, Ромка снова оседлал стул, положив подбородок на лежащие на спинке кисти рук, и только тогда отец повернулся к нам лицом.

— Я многое могу понять, ваше величество, — глухо проговорил Гусев. — Я вообще очень понятливый парень. Даже то, что моя дочь случайно попала в историю, и теперь находится в клинике клана Орловых, и даже то, что её пришли навестить сыновья клана, один из которых наследник престола. Я всё это могу понять, если сильно напрягусь. Но вот то, что здесь делаете вы, находится за гранью моего понимания, уж извините.

Отец некоторое время молчал, разглядывая Артёма. Тот же пришёл в себя окончательно и теперь смотрел на главу клана Орловых прямо, не отводя взгляда.

— Как так получилось, что, сумев сколотить такое состояние, вы умудрились ни разу не соприкоснуться ни с одним кланом тридцатки Совета? — наконец, спросил отец, переводя взгляд с Гусева на Ларису.

— Я очень сильно старался, — криво усмехнулся Гусев. — Так могу я узнать, что вы здесь делаете, ваше величество?

— Вы мне сильно Ивана Рогова напоминаете, — отец улыбнулся краешками губ. — Но тот, в отличие от вас, даже не пытается быть со мной вежливым.

— Рогов — владелец автосалона «Беркут», — уверенно произнёс Гусев. — Я знаю Ивана, но не замечал за ним склонность к вызову.

— Рогов — мой вассал. Он глава клана, и мы совместными усилиями сумели, наконец-то, перебороть его упрямство и на следующем заседании введём в Совет на место этого козла, Женьки Водникова. — Говоря про неизвестного нам Водникова, отец скривился. Мы не знаем, что там произошло и почему клан из тридцатки сильнейших прекратил своё существование, в то время как его глава проживает где-то в Содружестве на Лазурном берегу. Но имя Водникова отец часто вместо отборнейшего мата использует.

— Не знал, что Иван вообще сын клана, тем более глава, — растерянно проговорил Гусев.

— Я так и понял, — отец иронично усмехнулся. — Так что, зря вы так напрягались, обходя кланы стороной. Занимая такое положение, как у вас, очень сложно это сделать, как бы вы ни старались.

— Зачем вы мне это говорите, ваше величество? — Гусев потёр шею.

— Чтобы вы поняли одну простую вещь: я здесь вовсе не как император сейчас присутствую, а как глава клана и отец этих двух раздолбаев, — и он кивнул на нас. — И это естественное желание отца помочь своим детям. Вы же сами сейчас здесь.

— Лара пыталась мне объяснить, что глава клана Орловых и император — это не всегда одно и то же, — задумчиво проговорил Гусев. — Я всё ещё не поблагодарил вас, ваше величество, за то, что помогаете Ларисе.

— Это не я, это кошка моей дочери, — отец улыбнулся, на этот раз более открыто. — Собственно, поэтому я здесь. Чеширские коты и кошки нашего клана и кланов нашего ближайшего окружения никогда не будут помогать человеку, который, хм, испытывает к нам отрицательные эмоции. Да, так пока будет правильнее говорить. И мы долго обсуждали этот инцидент с Денисом Устиновым. Андрей, когда ты звонил, мы с Денисом и Егором как раз проводили совещание. — Сказал он, обращаясь ко мне. Я кивнул, а отец продолжил. — Так получилось, что мы через пять дней отправляем детей к морю. Управляющий отелем «Зимняя роза» уже предупреждён. В отеле есть своя охрана, причём довольно приличная. Кроме этого, Денис уже начал отбор отряда, который возглавит лично, чтобы сопровождать эту дружную толпу.

Мы с Ромкой переглянулись. Устинов — это, конечно, хорошо в плане охраны, но не слишком хорошо в плане всего остального. Похоже, это будет скучное и чопорное знакомство наших водников с родственной стихией. Вот тебе и отдых на море, называется.

— Я рад за вас, — кивнул Гусев. — Но мы здесь при чём?

— Денис сказал, что ему как-то без разницы, одной девицей больше, одной меньше. На общую охрану наличие девочки никак не повлияет. Чеширские кошки не ошибаются в разумных, они не люди, — ответил ему отец. — Чтобы подытожить, я официально приглашаю вашу дочь поехать отдохнуть на море. Там её реабилитация пройдёт гораздо быстрее. Скажем, в качестве гостьи моей дочери. Юлия, кстати, не возражает. Она сама бы приехала, но мы посчитали, что здесь и так хватает народу. Юля навестит тебя завтра, — сообщил он Ларисе, которая сидела и только хлопала глазами. Судя по её виду, целители слегка переборщили с обезболивающими. Но это и не удивительно, учитывая цыплячий вес этой девчонки.

— Я… — начал Гусев. — Я не знаю, как на это реагировать.

— Сказать: «Благодарю, моя дочь с радостью примет приглашение дочери клана Орловых»? — подсказал отец. — У вас появится время, чтобы попытаться выяснить, кто же покушается на её жизнь. И у меня появится время кое-что для себя решить. Потому что, как я уже говорил, чеширы никогда не ошибаются в оценке людей.

— Мне нужно это всё обдумать и прийти в себя, — Гусев снова протёр шею. — Я так полагаю, охрану будет обеспечивать Денис Анатольевич, и моя там только помешает?

— Да, вы правильно поняли, — отец кивнул. — Если это всё, то я, пожалуй, удалюсь. Да и вам советую не слишком задерживаться. Уже поздно. Паразит, ты со мной?

— Мяу, — кот потянулся, выпустив когти, а потом, важно вышагивая, направился к двери.

Отец стремительно пошёл за Паразитом, а я отпустил Ольгу и ломанулся за ними.

— Подожди, мне нужно с тобой поговорить, — проговорил я, выскакивая из палаты в коридор. — Ромка, похоже, наложил на Ларису оберег, но не знает, когда и как это произошло, — выпалил я. — Настя за ужином упомянула, что он потенциально способен на это.

— Так, — протянул отец. — С завтрашнего дня Рома занимается только со своей прабабкой.

— Я ему так и сказал, — кивнув, я задумался. — Что такое оберег? То есть я знаю, что это что-то вроде стража, только не убивает, а защищает…

— Оберег не защищает, — отец покачал головой. — Он предупреждает. Это квинтэссенция дара смерти и дара малифециума, причём, когда они задействованы одновременно. Например, малефик не сможет наложить оберег, и некромант не сможет. А вот твой брат — вполне. Думаю, что ты и Ольга тоже будете на это способны, но после длительного обучения и осознанно. А вот с Ромкой надо что-то делать. — Он задумался, а затем продолжил. — Оберег предчувствует, даже не так: предвидит скорую смерть и предупреждает о ней.

— Если бы Лариса не повернулась, услышав, якобы Ромкин голос…

— Пуля попала бы в сердце, — закончил за меня отец. — И, да, если бы в итоге не Кира и убийца завершил начатое, то резерв Ромки немного пополнился силой этой смерти. Потому что оберег — это всё равно нечто из разряда проклятий.

— М-да. Надо Ромку на цепь посадить возле Насти, и не выпускать, пока он контролировать себя хотя бы не научится, — я потёр виски. От всего происходящего начала побаливать голова. — Пап, а что насчёт самой Ларисы? Она Ромке нравится, это видно. Закроешь глаза и позволишь развлечься как следует? — спросил я усмехнувшись.

На этот раз отец молчал долго. Я даже думал, что он мне уже не ответит.

— Я знаю два случая, когда чеширы помогли твоему прапрадеду Андрею Ушакову решиться одобрить выбор детей своего клана. И если с твоей прабабкой и прадедом Керном всё более-менее понятно, то одобрить Люсинду в качестве жены Егора было непросто. Но, я думаю, Паразит сыграл не последнюю роль в принятии окончательного решения. Сейчас же речь идёт далеко не о Люси, которой даже пальто я покупал, когда она моей помощницей была. Состояние Гусевых оценивается как второе в Российской империи. Артём уступает в этом только Вольфу. А природа даров твоего брата такова, что я в любом случае подыскивал бы ему пару не из дочерей кланов. И после посещения места силы это стало очевидно. Разумеется, ещё ничего не решено, но Лариса Гусева является единственной наследницей состояния своего отца, поэтому… сам понимаешь.

— Ничего себе, а по виду и не скажешь. — Я даже присвистнул.

— По Вольфам тоже при личном общении не скажешь, что они способны полмира купить с потрохами. — Отец улыбнулся.

— А мы на каком месте стоим? — я даже вперёд подался от любопытства.

— На пятом, — вот теперь отец закатил глаза. — А Ушаковы — на восьмом. Керны стоят на десятом месте, Устиновы — на двенадцатом. Рыжов — на седьмом, и этим неимоверно бесит Егора. А вот места между нами занимают вовсе не кланы. — Добавил отец.

— Что же это получается, если мы сумеем женить Ромку на Ларисе, то клан Орловых выйдет на первое место, отодвинув Вольфов? — спросил я прищурившись.

— Хм, а ведь с этой стороны я на это не смотрел, — отец покачал головой. — Ещё раз повторяю: ничего пока не решено. Не надо Рому доставать раньше времени. И тем более не нужно пугать эту девочку. — И отец подхватил Паразита на руки, и они с лёгким хлопком исчезли из клиники.

— Конечно — конечно, — пробормотал я. — Нельзя их пугать, а то ещё сорвутся, и мы так и останемся куковать на пятом месте. Такими темпами нас скоро Рыжов обгонит. А папа молодец, сначала справки навёл о Гусевых, а потом только решил посмотреть на Ларису. Не удивлюсь, если он предварительно её медицинскую карту с Наумова затребовал. — И я вернулся в палату. Посмотрим, чем всё это закончится.

* * *

Илья вылез из машины и огляделся по сторонам. Добротный дом за основательным забором. Этот ветеран проживал в ста километрах от Владивостока, и Илья решил начать с него свой поиск имени охреневшего клана Восточной империи.

— Ну, что тут сказать, его величество заботится о ветеранах, — пробормотал Илья, направляясь к входу.

Как только он приоткрыл калитку, на него кинулся огромный пёс, натянувший цепь. Орлов остановился и задумчиво посмотрел на рвущегося и лающего до хрипоты кобеля.

— Успокойся, а то голос сорвёшь, — посоветовал псу Илья и пустил в его сторону короткую волну несформированного в заклинание дара. Собака заскулила, мгновенно успокоившись, а затем села, неуверенно виляя хвостом.

— Да, против сыновей кланов подобная защита не работает, — от дома раздался низкий мужской голос. Илья посмотрел в ту сторону и увидел высокого, плотного мужика, одетого в старый, но вычищенный камуфляж.

— Нет, не работает, — подтвердил Орлов. — Именно поэтому в системе защиты кланов собаки исключены.

— Ну да, вы же исключительно котов держите, — мужик подошёл поближе. На лице у него была ухоженная бородка, а чёрные глаза смотрели цепко из-под густых бровей.

— Наши взаимоотношения с котами не столь просты, чтобы охарактеризовать их именно так. — Илья улыбнулся. — Если честно, то мне порой кажется, что эти коты позволяют нам за собой ухаживать и всячески баловать. За это они милостиво разрешают нам пожить на их территории.

— Это точно, — он махнул рукой. — У моей дочки кошка. Не чеширская, конечно, но такая же беленькая, как кошка дочери императора. Вот вы точно сейчас описали характер этой заразы. Вы заметили, что все девчонки с ума посходили, когда та заметка в газете появилась, где Юлия Константиновна какой-то детский реабилитационный центр открывала, который курирует. Там ещё фотография была, где она с кошкой на руках. Качество, конечно, не очень, но дети императора в журналах не снимаются, хоть так на них посмотреть. Но вот белые кошки стали дико популярны. Заводчики от барышей в обмороке до сих пор валяются.

— Можете передать дочери, что скоро фотографии Великого князя появятся в «Мужском» журнале, — улыбнулся Илья. — Информация из надёжных источников.

— О, как. Обязательно передам, — мужик улыбнулся в бороду. — А вы, собственно…

— А я, собственно, подчинённый Матвея Подорова, из службы безопасности. — Илья показал удостоверение, немного сместив палец, чтобы на удостоверении было видно всё, кроме фамилии. Мужик внимательно посмотрел на предъявленный документ. На том, чтобы особист показал фамилию, не настаивал, и Орлов выдохнул с облегчением. Всё-таки контакт с простыми людьми налаживался куда быстрее и лучше, если они не знали, что он сын правящего клана.

— Кто я, вы, скорее всего, знаете, хм… Илья…

— Можно просто Илья, — Орлов убрал удостоверение. — И нет, лично вас я не знаю. Могу только предположить, что вы Яков Аркадьевич Кретов.

— Да, это я, — он кивнул. — А какие могут быть вопросы к обычному пенсионеру у Службы Безопасности? — Не дождавшись ответа Ильи, он хлопнул себя по лбу. — А что мы во дворе стоим, проходите, — и Яков махнул рукой на приоткрытую дверь.

Расположились они в гостиной. Илья огляделся по сторонам. Да, нищими ветераны точно не были. Он это даже по дому того несчастного парализованного алкоголика заметил. Здесь же человек не опустился, и всё в доме говорило о не огромном, но достатке.

— Его величество заботится о своих ветеранах, — задумчиво повторил он о своих наблюдениях, теперь уже вслух.

— Это да, он и Егор Александрович. — Улыбнулся Кретов. — Я видел Егора Александровича в бою. Мы тогда едва держали участок границы, когда подошли регулярные части. Они сразу, выйдя из телепорта, включились в схватку, и Ушакову пришлось лично на тот свет отправить с десяток джунгар. — Он покачал головой. — Я никогда не видел больше, чтобы кто-то также двигался. Говорят, что его величество может не хуже.

— Я видел несколько раз, как сражается Константин, — Илья посмотрел на стену, обшитую деревянной панелью, а затем перевёл взгляд на Кретова. — Это было ещё в то время, когда он был только наследником клана Орловых, а вопрос о наследовании трона оставался открытым. Что я могу сказать, если бы Ушаков и Константин однажды сошли с ума и схлестнулись насмерть, я не поставил бы на Егора.

— Вот как, — теперь задумался Яков. — Зато понятно, почему такие изменения в армии произошли. Чтобы такой выучкой обладать, просто быть сыном клана недостаточно. Нужно и грязь помесить в сапогах, точно вам говорю, уж поверьте старому солдату. Пороху они нюхнули в своё время. Только мы об этом и не узнаем никогда. Кланы хорошо хранят свои секреты.

— Вот уж не знаю, где они могли такой опыт приобрести, но вроде бы у тех же Ушаковых есть тренировочные полигоны в болотах Сибири. Это к вопросу о грязи. — Илья усмехнулся. — А я приехал, чтобы поговорить как раз о том бое, где Егор Александрович так хорошо себя показал перед бойцами. Я так понимаю, вы его хорошо помните.

— Такое не забудешь, — Яков покачал головой. — Олежка Сычёв вон спился до отключки полнейшей. Да и мне кошмары иной раз снятся. Поначалу рука сама к стакану тянулась, чтобы забыться. Но тут Ксюшка моя родилась. Я же женился, как только в отставку ушёл. И сказал себе: ну, нет. Уж дочка пьяную свинью, которая ещё и драться может начать, точно никогда не увидит. Так что крепился, как мог. Сейчас уже лучше стало. А всё равно, нет-нет, да вспоминается, — его передёрнуло, а Илья посмотрел сочувственно.

— У Егора Ушакова дочь тоже Ксенией зовут, — сказал он, чтобы как-то подбодрить ветерана.

— Да, ладно, — Яков даже улыбнулся. — Я и не знал. О сыне его часто пишут, а вот про дочь больше умалчивают. Вот обрадую свою Ксюху, — и он хлопнул ладонями по коленам.

— Тот бой, ваш командир применил семейный дар. И тем самым спас вам всем жизнь. Что тогда произошло? Мне нужно знать всё, все малейшие детали. — Вернул его на грешную землю Илья.

— Командир тогда закричал, чтобы ему дали пару минут. Я с тремя ребятами столпились вокруг, прикрывая его собой, а он сел на землю и закрыл глаза. Видно было, что ему даётся этот дар очень тяжело. Джунгары наседали, и тут я оглянулся, и он как раз в этот момент открыл глаза. Они у него были красные. Не как капилляры полопались сеточкой, а как будто в глазницы кровью плеснули. А потом он поднял руки, и вверх поднялась странная такая серебристая фигура. Командир хлопнул в ладони, и фигура рассыпалась, как стекло взорвалось. От нашей группы в разные стороны побежала волна. Джунгар просто, как котят, расшвыряло в разные стороны. И словно купол опустился. Огромный. Не только нашу позицию закрыл, но и по две соседние с каждой стороны. — Он на мгновение замолчал, а потом добавил. — Майор Иванов начал заваливаться набок, я бросился к нему, но он умер. Это заклинание убило его?

— Да, похоже на то. — Илья замолчал, обдумывая произошедшее. Получается, что Иванов плохо владел семейным даром, скорее всего, боялся его. И не рассчитал силы. Если бы он не по две позиции, кроме своей, закрыл, а хотя бы по одной, то, скорее всего, выжил. Бойцы после такого сами бы полегли, но не подпустили к нему врагов. И дочь не осталась бы сиротой. Орлов покачал головой и снова посмотрел на Якова. — Получается, что нападавшие видели само формирование руны в воздухе?

— Если мы неодарённые эту загогулину видели, то джунгары и подавно, они же сверху на нас пёрли.

— Яков Аркадьевич, у нападавших должен был быть с собой штандарт с гербом клана. Вы его видели? Или кто-то из ваших товарищей видел и узнал его?

— Штандарт видел, но не опишу, там иероглиф был, а я в них ничего не понимаю, — он задумался. — Точно! Ветров Ванька, сказал, что узнал гадов. Он помешан был на всяких восточных штучках, и в кланах этих проклятых тоже разбирался получше, чем в наших.

— Спасибо, — Илья выдохнул почти с облегчением. Дело сдвинулось с мёртвой точки. Потому что имя Ветрова было в списке, присланном Матвеем. — Вы мне просто невероятно помогли. — И он протянул солдату руку.

— А можно с просьбой обратиться. Так, в порядке бреда, — внезапно сказал Кретов.

— Обращайтесь, — кивнул Илья, подбадривающе улыбаясь.

— Я так понимаю, вы имеете доступ к правящему клану?

— Ну, как сказать, — протянул Орлов. — В определённых моментах.

— Я тут подумал, когда вы про журнал сказали… — он замялся, а потом одёрнул свою старенькую куртку. — Может, попросите кого-то из портных сшить что-нибудь похожее на форму полевую? Она удобная, и мы к ней привыкли. Но гражданских вариантов нет, а армейскую не продают, вот и берегу свою старую, как могу. Она и другим мужикам, не военным по вкусу придётся, я даже не сомневаюсь.

Илья долго смотрел на него, а затем кивнул, вспомнив, что тот же Ушаков в повседневной жизни предпочитал носить нечто похожее.

— Я поговорю с кем-нибудь. — И, ещё раз пожав руку Кретову, вышел из дома.

На улице он сразу достал телефон и связался с пилотом.

— Орлов. Мне нужен коридор до Иркутска, срочно!

— Но… — в трубке послышались гудки, и пилот озадаченно посмотрел на телефон. — Ладно, попробуем, — и принялся связываться с диспетчером.

Илья же набрал другой номер.

— Щукин, кто меня беспокоит? — в трубке раздался недовольный голос.

— Александр Сергеевич, вас Илья Орлов беспокоит, — проворковал Илья, садясь в машину. — Я тут поспорил с суровыми ребятами, ветеранами восточной войны. Они утверждают, что вы никогда не сможете создать милитари — коллекцию, имитирующую повседневную армейскую форму, но с вашими фирменными изюминками.

В трубке воцарилось молчание, а когда машина уже тронулась, и Илья решил, что Щукин ему не ответит, раздал такой вопль, что Орлов вынужден был отодвинуть трубку от уха. Водитель же так на него посмотрел в этот момент…

— Кто, я не смогу создать подобную коллекцию? Да они совсем с ума сошли, солдафоны чёртовы! Чтобы я и не смог создать нечто подобное? Я им докажу! И вам тоже докажу! Модельер Щукин не сможет что-то создать? Совсем оборзели, твари! — и он отключился.

— Ну и ладненько, — проговорил Илья и повернулся к водителю. — В отель, я соберу вещи, а потом сразу в аэропорт.

Глава 15

Телефонный звонок вырвал Романа из полудрёмы, в которой он всегда пребывал за несколько минут до окончательного пробуждения. Не глядя на номер, Рома поднял трубку.

— Орлов, — голос звучал хрипло, всё-таки он ещё не проснулся окончательно.

— Роман, я хочу встретиться с этой девочкой, — голос прабабки прозвучал сухо и деловито.

— С какой девочкой? — Рома приоткрыл один глаз, пытаясь понять, о чём говорит Настя. Она сама попросила называть её просто Настей, и они с Андреем восприняли эту просьбу как приказ.

— С той девочкой, на которую ты наложил оберег, — пояснила Настя.

— Зачем? — Рома окончательно проснулся и теперь лежал, разглядывая потолок своей комнаты, заложив руку за голову. И что отец с Андреем находят в этой позе?

— Затем, что я никогда не видела оберегов, это, во-первых, некому было их ставить. — Всё так же спокойно ответила Настя. — А, во-вторых, твой отец попросил меня посмотреть, точно ли это оберег, и не грозят ли девочке неприятные последствия.

— А, ну, да. Как я мог забыть. Даже просьбы главы клана и императора расцениваются как приказ. — Рома посмотрел на часы. — Ты знаешь, что сейчас половина шестого утра?

— Я и так дала тебе достаточно времени, чтобы выспаться, — отрезала прабабка, проигнорировав его выпад насчёт приказов императора. Это был риторический вопрос, который не требовал ответа.

— Мне хотелось бы посмотреть, как ты в полшестого попыталась бы Андрюху разбудить, — хмыкнул Роман.

— Мне пока не требуется будить твоего брата, но, думаю, что справилась бы с подобной задачей, — вот сейчас в голосе прабабки прозвучала усмешка. — Я жду тебя возле твоей машины. Её уже приготовили к отъезду.

Она отключилась, и Роман бросил телефон на кровать, заложив теперь уже обе руки за голову. Нет, он никогда не поймёт, что они находят в этой позе. Рывком поднявшись, поплёлся в ванную.

— И всё-таки я бы посмотрел, как ты Андрея попытаешься разбудить. И как его сначала искать будешь, потому что я сомневаюсь, что он спит в своей комнате, — Роман усмехнулся, забираясь под душ.

С тех пор как у него открылся дар воды, приём водных процедур начал приносить особое удовольствие. Но долго наслаждаться было нельзя. С Насти сталось бы прийти сюда и вытащить его даже из-под душа. Так что, наскоро приведя себя в порядок, Роман выбежал на парковку, куда начальник гаража обычно пригонял их машины.

Прабабка стояла возле его машины, и Роман, в который раз уже поразился тому, насколько молодо она выглядит. Никто никогда не сказал бы, что эта женщина — бабушка его покойной матери.

— Надеюсь, Лара уже проснулась, — сказал Роман, заводя двигатель.

— Конечно, проснулась, — Настя села на пассажирское сиденье. — В клиниках, даже клановых, день регламентирован, и многие процедуры проводятся рано утром.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Роман, тормозя возле ворот, дожидаясь, пока машину проверит охрана и выпустит их с территории дворцового комплекса.

— Рома, я не знаю, что ваш отец говорил про Анну, но наша семья всегда чтила Кодекс. Это на самом деле очень мудрая книга, которая не позволяет нам всем действовать во вред себе и окружающим. — Проговорила Настя. — Обязанностей у жены сына клана, особенно у жены главы клана, очень много. Конечно, не все дочери кланов могут соблюдать их в полной мере, но хотя бы малую часть они соблюдать обязаны. Давай говорить откровенно, я не хочу бросать тень на свою внучку, но твоя мать не была достойной дочерью клана. И я часто думаю, что Кодекс сыграл не последнюю роль в той аварии. Ведь в ней погибла не только Анна, но и этот выродок Васька Орлов, которого даже мне хотелось удавить. Я малефик и не верю в подобное стечение обстоятельств. Так не бывает. А Кодекс — это не просто книга, как ты понимаешь.

— Это всё, конечно, в какой-то степени познавательно, — Ромка не испытывал никаких отрицательных эмоций, когда прабабка говорила об Анне. Возможно, это было неправильно, но ему было фиолетово на неё. Он даже сомневался, что, останься Анна жива, у них с Андреем были бы нормальные отношения с матерью. — Но эта история не объясняет, откуда ты знаешь про распорядок в клиниках.

— Я к этому и веду, — Настя на секунду замолчала, а затем добавила. — Старость часто сопровождается желанием выговориться. Но говорила я тебе всё это не просто так. Кодекс — не простая книга, и прописанные в нём статьи чаще всего написаны кровью. Дочери клана обязаны заниматься благотворительностью. В меру своих сил и возможностей, естественно. Кто-то, как твоя сестра, открывают клиники и становится их кураторами. Кто-то следит за повышением популяции бобров в Тульской губернии. Неважно. Главное, принцип. Императрица Ирина, например, курирует государственные детские дома. А у меня был патронаж хирургического отделения в детской центральной муниципальной клинике. Так что я знаю, о чём говорю.

— Не все дочери кланов занимаются благотворительностью, — заметил Ромка.

— Нет, не все, и это угнетает. Эти вертихвостки скоро совершенно забудут о своих обязанностях. — И Настя поджала губы, сурово глядя в окно.

— Никогда не думал об этом, — честно признался Роман.

— А надо бы. Вы с братом уже мужчины, и то, что ваш отец всё ещё тянет с вашей женитьбой, лично у меня вызывает вопросы. — Настя поджала губы.

— Андрей уже почти помолвлен, так что… Я же не наследник, могу ещё погулять. — Роман широко улыбнулся.

— Ну-ну, — Настя неодобрительно покачала головой.

Рома же завернул на стоянку перед клиникой. Стоянка поражала пустотой. Обычно здесь было больше машин. Курьеры, приходящие специалисты, сотрудники, работающие в дневную смену, оставляли здесь свой транспорт, если он у них, конечно, имелся. Сейчас же на стоянке стояло несколько машин дежурных специалистов, но их было очень мало. Рома посмотрел на часы. Семь утра. Идеальное время, чтобы навестить девушку. Он даже выругался про себя, надеясь, что его не возненавидят.

Настя же вышла из машины и направилась к входу. Какое-то время заняла проверка на посту охраны и сверка данных Насти с данными допущенных лиц. Застряли они возле охранника надолго, а когда прошли в коридор, ведущий мимо смотровых прямо до хирургического отделения, часы показывали половину восьмого.

Лариса не спала, когда они вошли в палату, но была немного растрёпана. Она как раз пыталась здоровой рукой расчесать свои густые влажные кудряшки, и сделать это было не так просто, потому что девушка ругалась сквозь зубы, когда расчёска застревала в них.

— А ты ранняя птичка, — заявил Роман, кивнув в знак приветствия.

— Привычка. Занятия в университете начинаются рано, живём мы в основном за городом, так что пока доберёшься, — неопределённо ответила Лара, с любопытством поглядывая на статную женщину, зашедшую вместе с Ромой. — Я никогда не испытывала проблем с утренней побудкой.

— При Андрее об этом не ляпни, — Ромка усмехнулся и оседлал стул, положив подбородок на сложенные на спинке руки. — Он заочно ненавидит всех, кто может вскочить по первому сигналу будильника.

— Роман, ты не хочешь нас представить друг другу? — прервала его Настя.

— Конечно, хочу, мы из-за этого сюда притащились в такую рань. — Криво усмехнулся Рома. — Лариса Гусева, — он посмотрел на явно смущённую девушку, а затем перевёл взгляд на Настю. — Моя прабабушка по материнской линии — Анастасия Селезнёва.

— Прабабушка? — Лара уставилась на Настю. — Я никогда не сказала бы, что вы даже бабушка Романа. — Она улыбнулась, и тут же охнула, потому что раненое плечо прострелило особенно жёстко. Зато сегодня с утра ей не давали обезболивающие, и Лара чувствовала, как её мозг проясняется. Потому что вчерашний поздний вечер прошёл для неё как в тумане.

— Это комплимент, но я чувствую, что он искренний, — Настя улыбнулась. — Сядь, девочка, мне нужно кое-что выяснить. Я сейчас применю дар, он немного неприятный.

Лара послушно села, вздрогнув, когда Настя сказала про дар. Прошла минута, и наконец, девушка проговорила.

— А когда вы примените дар? А то я нервничаю, жду, — она нервно хихикнула.

— Эм, — теперь Настя посмотрела на неё с любопытством. — Как интересно. — Она прищурилась и резко повернулась к Роме. — Призови дар.

— Какой, — ему не хотелось шевелиться. Но Роман тоже глядел на Лару с весёлым изумлением, и девушке становилось от этого не по себе.

— Рома, — Настя выразительно посмотрела на него, и правнук послушно призвал смерть.

В палате резко похолодало, а когда волна дара смерти коснулась Настю и сидевшую на кровати Ларису, то прабабка побледнела и быстро вытерла холодную испарину со лба. Лариса же поёжилась.

— А твой дар связан с холодом? — спросила она, подняв на Романа любопытный взгляд тёплых карих глаз.

— Так, а вот это уже совсем интересно, — парень резко встал, убрал дар смерти и подошёл к Ларе, уже целенаправленно призывая воду. Его рука словно окуталась водной перчаткой.

Он точно знал, что, когда дар целенаправленно касался простых смертных, они испытывали странные чувства. Примеров было много. Пара девушек, которых он цеплял в клубах, просили его во время секса призвать дар, если случайно узнавали, что он сын клана. Потому что ощущения при этом усиливались в разы.

Рома протянул руку и коснулся щеки Лары, глядя на неё сверху вниз. Её запрокинутое личико вызывало острое желание обладания.

— Всё-таки у сыновей кланов повадки завоевателей, — усмехнулся он, проводя ладонью по щеке, оставляя на нежной коже капли.

— Мокро, — прошептала Лара, и наваждение прошло, словно на самого Ромку плеснули холодной водой.

— Что? Просто мокро, и всё? А до этого было просто холодно? — вот теперь и Роман, и Настя уставились на недоумённо смотрящую на них девушку.

— А должно было быть что-то ещё? — осторожно спросила она.

— Ну, как тебе сказать, — протянул Роман, рассматривая её так, словно впервые увидел. — Целители занимались твоей раной?

— Да, конечно. Но они вчера столько провозились. Один, Лев Аркадьевич, кажется, говорил, что у меня просто безумное отторжение применения дара. Они меня и накачали так обезболивающими, потому что никак не могли воздействовать на рану. В конце концов, плюнули и применили заживляющие зелья. Только шрам в итоге останется, но его можно будет иссечь, — Лара начала волноваться, и слова полились потоком. — А почему вы все так реагируете?

— Рома, это не оберег, — внезапно выпалила Настя.

— А что тогда? — Роман резко повернулся к прабабке, пытаясь прийти в себя от удивления.

— Не знаю. Я вообще не понимаю, как тебе удалось что-то внедрить, при такой… хм… реакции. Повернись спиной, девочка, я хочу осмотреть твою кожу. Роман, отвернись, — приказала она и принялась помогать Ларисе снимать пижамную куртку, потому что сама девушка была на это неспособна.

Ромка же и не собирался отворачиваться. Он скрестил руки на груди и принялся разглядывать тонкие линии девичьей спины. Под левой лопаткой раскинула крылья невесомая золотистая бабочка, словно сотканная из золотых нитей.

— Какая красота. — Проговорила Настя, легко прикасаясь к прозрачным крыльям татуировки.

— Щекотно, — Лариса повела здоровым плечом.

— Это страж. Но, хоть убей, я не понимаю, каким образом она его приняла. — Настя покачала головой.

— Стражи не предупреждают об опасности, — мрачно проговорил Роман.

— Этот предупреждает. — Настя задумалась. — Его природа близка с природой оберега, но это всё же нечто другое. Скажем так, когда ты его внедрял, то очень сильно хотел её защитить, а Лариса, в свою очередь, очень сильно хотела, чтобы именно ты её защитил. Без этих двух условий ничего не получилось бы. Но это всего лишь теория. — И Настя решительно скрыла обнажённую спину девушки от пристального взгляда Романа. — И да, именно этой девушке ни ты, ни даже твой отец никогда не сможете внедрить полноценного стража.

— Я не понимаю, о чём вы говорите, — Лариса умоляюще посмотрела на Настю.

— Ты отторгаешь дар, почти во всех его проявлениях. — Настя покачала головой. — Я слышала о таком, но вижу впервые. Не удивлюсь, если узнаю, что тебе не везёт по жизни в разных мелочах. Вот только, когда это действительно необходимо, например, чтобы сохранить твою жизнь, удача поворачивается к тебе лицом, как ни к кому другому.

— Например, — резко спросил Рома.

— Например, когда эта девочка встретила тебя, ей чисто случайно не грозила смертельная опасность? — насмешливо спросила Настя. — А теперь ответь, Рома, какой процент вероятности того, что простая девочка, не дочь клана, могла столкнуться со вторым сыном клана Орловых, вот так запросто на улице, чтобы уже через секунду он спас её от смерти?

— За процентами вероятности — это не ко мне. — Отмахнулся Роман. — Почему Лариса не воспринимает даже направленный на неё дар?

— Потому что такова её природа, — резко ответила Настя. — Что я тебе могу ещё на это сказать? Вот так получилось. — Она встала со своего стула. — Поехали. Мне нужно обо всём доложить твоему отцу. А затем приступим к обучению. И да, сегодня ты не уйдёшь от меня, пока не прочувствуешь все грани своего дара. — Добавила она, направляясь к двери.

— Я завтра тебя навещу, и поговорим, — скороговоркой проговорил Рома, подмигнув растерянной Ларисе, и вышел из палаты.

Оставшись одна, девушка поднесла к горящей щеке руку.

— Почему это всё происходит именно со мной? — прошептала она. — А ещё я так и не спросила, император Константин, что вчера действительно приходил сюда? Мне не приснилось? И что они увидели у меня на спине? — Лара решительно принялась снимать пижамную куртку. В ванной было большое зеркало, и если помочь себе маленьким, то вполне можно разглядеть спину. Сбросив куртку на кровать, она взяла зеркальце и пошла смотреть, что же поставил на неё Роман, из-за чего вся верхушка правящего клана так перевозбудилась.

* * *

Мне сегодня удалось телепортироваться. Я занимался один, без Ромки, и маг клана Кернов заявил, что со мной он закончил. Дальше мне придётся развивать семейный дар Кернов самостоятельно. Я долго не понимал, зачем мне этот дар, ведь безликие прекрасно телепортируются. Но когда пристально разглядел источник, понял, что лишним он точно не будет. Нити дара Кернов шли отдельно от заблокированных и пока инертных нитей основного дара. Так что при тотальной блокировке источника энергии в каналах этого дара вполне хватит, чтобы свалить из опасного места. Если, конечно, блока на перемещение стоять не будет.

Потянувшись, я подошёл к сектору, в котором занималась Ольга. Ей уже доставили то, что удалось найти Илье, и теперь они с Демьяном сидели над книгами, ища обозначения тех рун, матрицы которых были просто свалены в довольно большой шкатулке.

— Вам их подписать надо, — посоветовал я, останавливаясь перед прозрачной защитной перегородкой. — Если я правильно понял, то это напоминашки? Посмотрела на матрицу и тут же смогла её воспроизвести?

— Да, похоже на то, — Ольга рассеянно кивнула. — Это невозможно запомнить. Как магам древности удавалось держать всё это в памяти?

— Да не держали они в памяти, — я пожал плечами. — Что-то типа ментальной библиотеки создавали. Типа пространственного кармана, только в разуме. С ячейками. Нужно, к примеру, щит поставить, сосредоточился, нашёл в голове ячейку с надписью: «Щиты», и выбрал изображение подходящего. Потому что даже вот это реально запомнить невозможно. А если я всё правильно понял, те маги ещё и комбинировать эти руны умели.

— Это не лишено логики, — задумчиво проговорил Демьян.

— Структура обруча памяти, — щёлкнул пальцами Тихон. — Там же тоже нужно определённое воспоминание быстро найти. Вот что, Оленька. Ты пока возьми книжку, почитай на досуге, а мы с Демьяном обмозгуем, как эту идею можно реализовать. Как с моря вернётесь, думаю, у нас всё будет готово, и тогда дела пойдут на лад. — Он потёр руки. — Ну что ты сидишь, старый хрыч, пошли за мной!

Мы с Ольгой проводили взглядом двух бодрых старичков, и я повернулся к ней.

— Аналитики Матвея сообщили, что процент нападения на тебя в столице в настоящее время крайне мал, поэтому он позволил мне отвозить тебя во дворец. Условие: мы никуда не будем сворачивать.

— Андрей, а ты собираешься в своей комнате ночевать? — спросила Ольга улыбнувшись.

— Это очень сложный философский вопрос, на самом деле. А почему ты им задалась?

— Потому что мне неудобно спать, сидя на диване. — Она вздохнула. — Давай уже тогда в кровать переберёмся.

— Этот вопрос ещё более сложный, — я взлохматил волосы. — Ладно, я тебя понял, что-нибудь придумаем. Поехали? — она кивнула, и тут у меня зазвонил телефон. Я ответил, уже направляясь к выходу. — Что у тебя?

— У меня прорыв! — Заорал Ромка. — Я, наконец, увидел эти демоновы нити этого проклятого дара!

— Поздравляю, — искренне произнёс я.

— Да, тут кое-что выяснилось про Ларису. Я к ней Настю возил… — брат замолчал, а потом быстро проговорил. — Не знаю, как на это всё реагировать, если честно.

— Я сейчас за руль сажусь, давай дома поговорим, — ответил я.

— Ага, давай, — и он отключился.

Я же повернулся к Ольге, которая уже села на пассажирское сидение рядом со мной. Она хотела что-то сказать, но тут у меня снова зазвонил телефон. Посмотрев на номер, я немного удивился, но сразу же нажал на вызов.

— Андрюша, — устало проговорила Люсинда Ушакова. — Я сейчас умру, и Ушаковы расстроятся.

— И что я могу сделать, чтобы не расстраивать Ушаковых? — я завёл двигатель.

— Собери ребят, кого сможешь, и приезжайте сюда, в редакцию.

— Дай угадаю: у Щукина очередной заскок, и один я его уже не устраиваю. — Я закусил губу, чтобы не заржать.

— Он притащил ворох формы, ну, то есть, одежды, весьма похожей на армейскую форму. Сказал, что всем докажет, и что он давно в порыве вдохновения сшил её, но модели его не устраивают. Недостаточно мужественные. Я его точно когда-то убью, помяни моё слово. — Ответила Люся.

— Зато в этом есть плюс: не надо думать над концептом следующего номера.

— Андрей, ты привезёшь ребят? Если и сыновья кланов его не устроят, то я даже не знаю, что мы будем делать.

— Вообще, ты должна была начинать с настоящих вояк…

— Я начала, — раздражённо ответила Люся. — У нас, слава богу, крупное военизированное подразделение. Типаж не тот, понимаешь?

— Мне тебя безумно жаль. — Я задумался. — А вообще, хорошая идея. Хорошая ещё и для популяризации службы. Я скоро приеду. Вольфов брать не буду, а Стёпку сама позовёшь, — и, отключившись, я повернулся к Ольге. — Ну что, поедешь с нами вдохновлять модельера Щукина?

— С удовольствием, — она хихикнула, и я припарковался прямо на обочине. После чего взял телефон, чтобы начать обзванивать парней, и позвонить Матвею, для того, чтобы отчитаться. Это будет весело, я надеюсь.

Глава 16

В кабинет зашёл Рыжов, и Костя по выражению его лица понял, что что-то случилось. Уже завтра утром они посадят на самолёт детей и отправят их на море. На душе было неспокойно. Словно что-то должно было произойти, но он никак не мог понять, куда именно будет направлен удар.

Нечто подобное он испытывал в последний раз, перед смертью Андрея Никитича Ушакова. Перед гибелью Анны его тоже терзали предчувствия, но они были в разы сильнее. И эта неопределённость действовала на нервы. Тем более что Подоров никак не мог назвать ему клан, безнаказанно развлекающийся на территории его империи. Да и с делом этой девочки Гусевой был тупик. Хорошо ещё, Роман начал себя контролировать, и вычленил проклятый дар среди каналов, отвечающих за дар смерти.

Илья приехал в Иркутск, но Ветрова там не оказалось. Он уехал отдыхать куда-то в Дальневосточную тайгу. Что он там забыл в это время года, оставалось неясным. Видимо, решил, что комары недостаточно хорошо питаются, надо бы их подкормить. Разумеется, за ним Илья не потащился, а, матерясь, принялся объезжать всех сослуживцев по списку, в надежде на то, что кто-то из них мог что-нибудь помнить.

— Костя, — Рыжов прервал затянувшуюся паузу. — Там к тебе на аудиенцию Арсений Давыдов пришёл. — Помявшись, выдал Олег.

— Кто? — Костя пару раз моргнул. — Я не подписывал ему пропуск. А если бы это сделал Матвей или кто-то ещё, то мне непременно бы доложили.

— Арсений примерно догадывается, на какой глубине находятся ваши взаимные чувства, поэтому пошёл долгим путём, — усмехнулся Рыжов. — Он подал запрос через имперскую канцелярию. Ты им выделил два места в неделю, но я не вижу имён тех, кто должен прийти. Они просто приходят с карточкой, она же пропуск на посту охраны, она же — подтверждение, что в этот день и в этот час ему положена долгожданная аудиенция. Это я тебе напоминаю, если ты забыл.

— Чёрт, — Костя запустил руку в волосы. — И что нужно этому старому пню?

— Пока не выслушаешь его, не узнаешь, — ответил Рыжов.

— Приглашай, куда деваться-то? — Костя пригладил волосы. — Специально же ввели эти аудиенции, чтобы не отбиваться от особо настырных.

Рыжов наклонил голову и вышел из кабинета, а через минуту зашёл, тяжело опираясь на трость, Давыдов.

— К тебе хрен попадёшь, Костя, — вместо приветствия проскрипел Давыдов, доходя до кресла для посетителей и усаживаясь в него. Трость он поставил перед собой, сложив на неё руки.

— Я тоже очень рад видеть тебя, Арсений, — иронично отметил Костя. В Совете было не слишком принято выкать друг другу, а уж Давыдов такими условностями и вовсе не считался. — Что заставило тебя проделать столь сложный путь, чтобы попасть ко мне?

— Наверное, я не просто так на тебя полюбоваться притащился, — хмыкнул старик, окинув императора цепким взглядом. — Будем считать, что про погоду мы поговорили. Про детей тоже. Да, можешь меня поздравить, правнучка моя любимая Людочка, та самая, которой ты танец на шестнадцать лет подарил, сына, наконец-то, родила. Костей назвали. Ну, это понятно. Более преданной поклонницы у тебя наверняка никогда не было.

— Поздравляю, — говорил Костя искренне. Кланы были помешаны на детях. Они считали их своим главным достоянием и инвестициями в будущее.

— Я передам Людочке твои поздравления, — кивнул Давыдов. — Так что вступительную часть можно считать оконченной. Перейдём к делу.

— Я весь внимание, — ответил Костя иронично, но тем не менее подобрался.

— Найди управу на своего дружка, — и Давыдов стукнул тростью по полу.

— На которого? — Костя взял карандаш и принялся вертеть его в руках. Это была замена кинжалу, которым он любил играть, когда начинал нервничать. Больше его волнение ничего не выдавало, поэтому Арсений практически сразу перестал обращать внимание на этот карандаш.

— На Дениску Устинова! — и Давыдов снова стукнул тростью по полу.

— И что же Денис натворил? — осторожно проговорил Костя, пытаясь понять, о чём идёт речь. Потому что Денис был из их компании самый непробиваемый и уравновешенный. Представить, что он совершил нечто, заставившее Давыдова прийти сюда, было очень сложно.

— Он отказался встречаться со мной и заключать контракт! Что это ещё за новости такие? — Давыдов повысил голос. — Он посредник прежде всего. И ещё боевик. И тут, когда мне понадобился он сам с его ребятишками, на те вам. Как он сказал: «Мне сейчас дико некогда. Давайте через пару недель встретимся и обсудим». А у меня есть эта пара недель?

— Насколько мне известно, у твоего клана очень хорошие боевые подразделения. — Осторожно заметил Костя. — Их, кстати, тот самый Дениска натаскивал…

— Я знаю, какие у меня подразделения, и я с удовольствием их спустил бы с цепи, так как ребятки засиделись уже, но я не знаю, на кого, — тяжело вздохнул Давыдов. — Матвей послал меня лесом и обозвал старым параноиком. Он, видите ли, тоже занят. И что мне остаётся делать? Только императора просить вразумить хотя бы Устинова.

— Арсений, а в чём, собственно, дело? — спросил Костя нахмурившись.

— В женьшене, — хмуро проскрипел старик.

— В чём? — Костя почувствовал, как у него дёрнулся глаз. — В женьшене?

— У моего клана есть владения на Дальнем Востоке. — Терпеливо пояснил Давыдов. — И так получилось, что на территории клана произрастает женьшень. И это одна из статей доходов клана. Судя по упавшим доходам, на территорию клана повадились забегать браконьеры. У старосты вассальной деревни спрашивали: с его слов всё прекрасно. Никого не видели, никого не слышали, всё просто замечательно.

— Ты предполагаешь сговор? — Костя задумался, а потом ответил. — Денис сейчас занят. А посредником может быть вообще любой незнакомый старосте человек. И…

— Я обещаю тебе свой голос и голоса ещё пятнадцати болванов, когда ты Ваньку Рогова предложишь на место Женьки Водникова, — перебил его Давыдов. — Но мне нужен Устинов. Я не хочу, чтобы кто-то болтался по моим землям, кому я не могу доверять.

Костя очень аккуратно положил карандаш на стол.

— Это называется подкуп половины Совета, — осторожно произнёс он.

— Да, Костя, именно так это и называется. А Ваньке хамить этим пятнадцати баранам не надо было, и не пришлось бы на них слегонца давить.

— Почему именно Денис? — устало спросил Константин.

— Потому что я так хочу. Ты вот хочешь насквозь своего человека в Совет протащить, а я хочу, чтобы Устинов занялся этим делом, которое выеденного яйца не стоит, судя по твоему лицу. — Их взгляды встретились, и Давыдов, кашлянув, произнёс. — Плюс, я сам выдвину кандидатуру твоего Рыжова на место Сашки Стоянова. И Совет, наконец-то, будет полным. Ну чем там таким важным Дениска занят?

— Он готовит обеспечение охраны детям клана Орловых и ближайшего окружения в поездке на море, — Костя выпалил это от неожиданности. Устинов занял место в Совете почти десять лет назад, и с тех пор два пустых места на скамьях всё так же оставались пустыми. Совет никак не мог прийти к единому мнению: какие же кланы готовы войти в тридцатку сильнейших и влиятельнейших. И вот, старый сморчок сам предлагает решить этот вопрос в пользу преданных лично Косте глав кланов. Упустить такую возможность? Да он сам себя сожрёт уже сегодня вечером. С другой стороны, дети…

— Костя, послушай, что я тебе скажу. — Тихо проговорил Давыдов. — Ты был чуть старше своих пацанов, когда Великий князь Павел получил сердечный приступ в доме твоего деда. Егорка Ушаков был ненамного старше, когда место Снежиных в Совете для своего дружка освободил. Дай орлятам расправить уже крылья. Хватит их так плотно опекать. Твои дети выросли, Костя. Дай им самим совершать ошибки и набивать синяки. Я понимаю, насколько это непросто, но так надо.

— Если я соглашусь, — медленно проговорил Костя, — когда соберём Совет?

— Как только Дениска вернётся. Без него, даже с твоим участием, у нас не будет кворума. А когда твои приятели займут свои места на той жути, которая вместо нормальных сидений у нас стоит в зале заседаний, вот тогда можешь отпуска брать, отгулы и самоотзывы. Последнее твой дед Михаил особо любил и практиковал. — Арсений поднялся из кресла, опираясь на трость. — Я жду звонка от Устинова. А пока поговорю с Виталием. Обсудим с твоим дедом детали.

Дверь за Давыдовым закрылась. Хрясь! Костя с удивлением посмотрел на обломки карандаша в своих руках. Бросив их на стол, он поднял трубку и набрал номер.

— Старый хрыч прав, чёрт бы его побрал, — процедил он, слушая, как идут гудки. Наконец, на звонок ответили. — Денис, я тут тебя продал Давыдову. Ты уже извини, но он предложил слишком большую цену, и я не смог устоять перед искушением.

— Что ты имеешь в виду? — через некоторое время спросил Устинов.

— Ты поедешь не на море, а в дальневосточную тайгу вместе со своими ребятами. Искать негодяев, которые воруют у Арсения женьшень. Он его, похоже, сам жрёт, чтобы на плаву держаться. Помяни моё слово, ещё наши парни будут с ним в Совете бодаться.

— Но…

— Мне тут кое о чём напомнили, — Костя замолчал, и спустя полминуты добавил. — Передатчики мальчишкам — это не обсуждается. Плюс браслеты телепортации. Да и коты с кошками у многих из них есть… Скажем так, у них расклад гораздо лучший, чем у нас в своё время был.

— Это может быть опасно, — сквозь зубы сказал Денис.

— Я знаю, и не дави на меня, — Костя закрыл глаза. Предчувствие никуда не делось, но оно было каким-то невнятным, странным. — Звони Давыдову. Мне сейчас ещё Егора нужно в известность поставить, и Юркину истерику пережить. И, Денис, если ты не хочешь, то Костю можешь оставить…

— Костя, пожалуйста, не усугубляй, ладно? — рявкнул Денис. — Мне нужно решить, как сына собрать, чтобы ничего не забыть, да ещё и этому козлу старому позвонить, так что лучше даже не начинай. — И он отключился.

— Ладно, не буду, — Костя посмотрел на погасший дисплей и набрал следующий номер. — Егор, тут такое дело…

* * *

Вольфы улетели за два часа до нас. Как сказал Вовка, чтобы задницами в одном самолёте не толкаться. Да и жить они предпочли в своём доме на берегу. С ними отправили всех тех, кто не являлся потенциальными целями для неизвестных убийц, и кого не должны были задеть даже ненароком и рикошетом. Они как раз ехали сливаться с изначальной стихией и отдыхать. К ним относились сами Вольфы, Игорь и Алина Орловы, Ксюша Ушакова и Борька Орлов.

Если разобраться, то среди нас мишенями была Ольга, я и почему-то Костя Устинов. Если, конечно, Илья не ошибается. А он никогда не ошибается, если процент вероятности у него выходит выше семидесяти процентов. Причём здесь Костя так никто и не понял, но зато становилось ясно, почему Денис так дёргался, когда его отстранили от поездки.

— Наверное, Костю записали во враги джунгар в тот самый момент, когда он стал лицом армейской коллекции Щукина, — Ромка неуклюже попытался сгладить напряжение, вот только его потуги никто не оценил в полной мере.

Сам Ромка в список возможных целей не попал. Но, так как нас было сложно с первого взгляда различить, опасность сохранялась в том плане, что его могли принять за меня. Юлька нас отказалась оставлять, как и Стёпка. И отдельным пунктом шла Лариса.

Вот таким составом мы и подъехали к самолёту. Ларису перевезли прямо из клиники, куда её отец притащил чемодан с вещами. Охрану Гусевых в клинику не пускали, но я заметил, что пара машин сопровождала лимузин Орловых, на котором Лару и доставили в аэропорт.

Подходя к трапу, мы с удивлением увидели стоявшую возле него Машу Вольф.

— А ты чего здесь потеряла? — спросил у неё Ромка, опережая всех остальных.

— Мои братцы меня уже достали, — ответила Маша. — Я поеду с вами. И жить буду в вашем отеле.

— И отец тебе разрешил? — Юлька удивлённо посмотрела на подругу.

— Ну конечно, как бы я ещё здесь с вещами оказалась? — Маша вздохнула. — Послезавтра за нами приедут на яхте, чтобы забрать на морскую прогулку. А до этого времени я не хочу видеть никого из братьев.

— Здорово же тебя припекло, — Устинов улыбнулся и первым взбежал по трапу, закинул обе свои сумки и вернулся к нам. — Пошли, а то опоздаем.

— Что в сумках? — спросил я, пропуская вперёд девчонок, которых встречала стюардесса, и помогала разместиться. — Почему они не поехали со всеми остальными вещами?

— Догадайся, — ядовито ответил Костя. И кивнул на Ушакова. — Вон, у Стёпки тоже целая сумка хрупких вещей, с которыми нужно быть предельно осторожными.

— Они не взорвутся по дороге? — Ромка скептически посмотрел на сумки.

— Нет, не взорвутся, — покачал головой Стёпка, — но лучше оставить эти игрушки в пределах видимости.

— Вы купальные шорты хоть взяли? Или будете фурор производить, портупеей прикрываясь? — Я не выдержал и хохотнул.

— Андрей Константинович, — меня окликнул пилот. — Время.

Мы не успели рассесться, как самолёт вырулил на взлётную полосу. Разговоры как-то сами собой затихли, всё-таки утро было раннее, поэтому многие задремали.

— Кто-нибудь мне скажет, куда вы Подорова дели? — раздался голос Маши, вырвавший меня из сна.

— Он дома остался. — Я зевнул, протирая лицо. — Его Матвей к каким-то делам привлёк. Борьку Ян тоже хотел припахать, но тот сбежал с твоими братьями, получив разрешение главы клана. Ян не успел сообщить о том, что подготовил сыну развлекательную программу, и отец не знал об этом, когда дал согласие.

— Борька точно всех юристов клана за пояс однажды заткнёт. Настолько изворотливого гада ещё поискать, — Маша покачала головой и повернулась к Ларисе. — Нас не представили друг другу. Мария Вольф, — и она протянула руку, которую Лара автоматически пожала.

— Лариса Гусева, — тихо сказала она. Вообще, с тех пор, как девушка вышла из машины, она выглядела немного пришибленной.

— Так ты наследница того самого Гусева… — В отличие от нас, Маша прекрасно знала весь расклад на финансовом поле империи.

— Маша, Лара не так давно получила травму, и я пригласила её погостить в нашем отеле, — улыбнулась Юля, отвлекая внимание Маши на себя. Но Вольфов было невозможно сбить с пути, если они задались какой-то целью.

— Это понятно, что она не сама здесь оказалась, — Маша задумчиво посмотрела сначала на меня, а потом на Ромку. — Вы что-то от меня скрываете. — Наконец, сказала она, потянувшись и ткнув Ромку пальчиком в грудь. — Говорите, что здесь делает эта девушка?

— Маш, тебе же уже Юлька сказала…

— Андрюша, я прекрасно слышала, что мне сказала Юля, но тогда возникает резонный вопрос, а где твоя сестра познакомилась с Ларисой? — Маша прищурилась. — И у меня только два варианта: или глава клана Орловых наконец-то, решил позаботиться о повышении благосостояния клана, используя не экстремальные способы, связанные с риском для жизни…

— И что же ты имеешь в виду? — спросил Ромка, а я закрыл глаза и медленно провёл рукой по лицу. Кто его за язык тянул? Ведь не идиот же он, или я идеализирую брата?

— Женитьбу, Ромочка. — Проворковала Маша. — И для второго сына клана, который к тому же ещё и некромант, эта партия была бы не самой худшей.

— Не слушай её, — я быстро повернулся к побледневшей Ларисе. — Она Вольф, этим всё сказано. Для неё главное в жизни — это получение прибыли. После друзей, — подумав, добавил я. — Но и у друзей, главное — благополучие. Иначе Маша уснуть не сможет, будет мучиться кошмарами, в которых она Ромке под мост приносит тарелку супа. — Я улыбнулся. — К тому же в кланах принято решать подобные вопросы на уровне глав. Наш отец с твоим не общался по этому поводу, иначе ты бы знала. Так что расслабься, никто тебя связанной под венец не потащит.

— Андрей, я недоговорила, — повернувшись, я встретился с серьёзным взглядом Машки. — Это было всего лишь предположением, но я в него сама с трудом верю. Потому что, ну, признайтесь, Орловы в бытовых вещах благоразумием не отличаются. Так что, вариант номер два: что-то происходит, о чём нам никто не рассказывал. И, мальчики, мы сейчас в самолёте, вам от меня не сбежать, поэтому колитесь. Почему с нами летит Лариса, да ещё и после травмы, почему Устинов с Ушаковым вооружены до бровей, и почему о твоей помолвке с Ольгой до сих пор не объявлено официально? Нас что, всех могут убить, а вы молчите⁈

Глава 17

— Люсинда Викторовна, — в кабинет Ушаковой в редакции заскочила её заместитель главного редактора Эльза и теперь переводила дух, держась за дверной косяк. Люсинда, уже собиравшаяся уходить, потому что они с Ириной Орловой сегодня должны были начать обсуждение свадьбы Юлии и Степана, удивлённо посмотрела на ворвавшуюся в её кабинет женщину.

— Что случилось?

— У нас ЧП, нет, не ЧП, а полноценная катастрофа, — Эльза упала на стул и заломила руки. — Всё пропало, всё, абсолютно всё!

— Объясни по-человечески, что произошло? — Люсинда посмотрела на телефон, зажатый в руке. Она только что вызвала машину, но что-то ей подсказывало, что нужно будет дать отбой не только водителю, но и Ире позвонить и попросить её осмотреться в ротонде одной. К счастью, у всей императорской семьи был настроен неограниченный допуск в их дома.

— Макет нового выпуска «Сегодня» попал между двумя охранными контурами и… всё на этом, — Эльза уронила голову на стол.

— Что? — Люся пару раз моргнула. — Так. Так, спокойно. А куда несли макет, прежде чем он превратился в пепел?

— В вёрстку, — простонала Эльза, не поднимая головы со стола. — У Котова новый помощник. Какой-то родственник. То ли племянник, то ли двоюродный внук, не суть. Ему поручили очень простое дело — отнести макет и негативы фотографий в мастерскую на вёрстку. И этот козёл по дороге решил посмотреть, как перенастраивают контур.

Люсинда медленно опустилась в своё кресло и преувеличенно аккуратно положила на стол телефон.

— Я надеюсь, этот явно нелюбимый двоюродный внук Котова упал между контурами вместе с макетом и негативами? — медленно проговорила Люсинда.

— Его Звягинцев успел вытащить, — сдала Эльза начальника охраны редакций.

— Очень опрометчиво со стороны Андрея Юрьевича было так поступать, — процедила Люсинда. — Он мог подарить лёгкую смерть этому недоумку, потому что я пока не могу выбрать способ, каким его сотру в порошок!

— Что мы будем делать, Люсинда Викторовна? — Эльза подняла голову и посмотрела на неё с такой надеждой, словно Люся могла достать новый макет из воздуха. — Статьи-то можно восстановить, это не проблема. Студийные фото в моделях «Кристалла» существуют в миллионе экземплярах, но где взять фотографии к статьям? Мы просто не успеем свозить фотографов на все объекты. Номер через три дня должен был идти в тираж.

— А то я не знаю, — Люсинда спрятала лицо в руках. — Что же делать? Что же… — Она внезапно замерла, а затем схватила с руки телефон. — Ну же, возьми трубку, — процедила она, вслушиваясь в гудки. Наконец, ей ответили.

— Подоров. Я тебя слушаю очень внимательно.

— Ванечка, я совершенно точно знаю, что ты сейчас дома и не поехал с ребятами на море. — Проворковала Люсинда.

— Ох, не надо о грустном. Мне почему-то не хватило ума воспользоваться подлым методом Борьки и сбежать, — Люся почти увидела, как скривилось красивое юное лицо молодого Подорова. — А ты что-то хотела? Только не говори, что Ушаковы тоже придумали для меня кучу дел, воспользовавшись тем, что меня одного оставили за всех отдуваться.

— Ты удивительно проницателен. Весь в отца, — проговорила Люсинда. — Стёпка сказал, что вы подошли к выполнению задания Матвея весьма ответственно, и собрали материал на несколько полноценных статей. И даже что-то там наснимали.

— Было дело, — подтвердил Иван.

— А ещё мне Стёпа сказал, что все материалы, включая плёнки, отдали тебе, а ты, в свою очередь, должен был притащить весь этот ворох в редакцию. И знаешь, вот ведь удивительное дело, я до сих пор не видела ничего подобного.

— Ну, э-э-э, — протянул Ванька, лихорадочно соображая, как выпутаться из этой ситуации.

— Быстро собирайся и пулей беги сюда с вашими наработками! — рявкнула Люсинда, после чего отключилась и повернулась к Эльзе. — Ребята кое-что делали по заданию Матвея Подорова, Степан мне рассказал, в общем, из этого может что-то получиться. Посмотрим на качество материала и решим. Собирай пока наших акул пера и выдёргивай сюда Петрова, где бы он ни находился.

— Через двадцать минут все будут здесь, — Эльза подорвалась со стула и бросилась к выходу.

— Ну а я сейчас всех обзвоню, постараюсь объяснить Егору, почему сегодня не приду домой ночевать, и, надеюсь, мне хватит времени найти этого внучатого племянника и сотворить с ним что-то ужасное, — пробормотала Люсинда, швыряя в шкаф сумочку и набирая первый номер.

* * *

Денис поправил на плече автомат и посмотрел на проводника.

— Далеко ещё? — спросил он, и уже немолодой егерь Дмитрий поёжился.

— Часов пять. До ночи не успеем. Скоро сторожка будет. Там и отдохнём. Заодно Петровича спросим, может быть, видел чего. — Егерь покосился на Устинова. Он редко видел сыновей кланов, а тут целый глава.

Правду люди бают, силища от них так и прёт, и не просто мышца накаченная, а нечто совершенно иное. То-то все девки и бабы нет-нет да скашивали глаза на этого сурового воина, приехавшего пару дней назад в их посёлок. На ребят, что с Устиновым прикатили, так не пялились, а ведь среди них и более молодые парни есть. Но нет, никто такого внимания не привлекал, как командир, хотя тот не юноша уже.

— Кто такой этот Петрович? — Денис вскочил на поваленное дерево и огляделся. Ничего подозрительного не увидел и легко соскочил. Дмитрий только головой покачал. Это как нужно себя блюсти, чтобы в сорок лет так скакать?

— Лесник наш. С кланом Давыдовых не связан. Вояка отставной. Сам просился в тайге поселиться. Что-то случилось там, на границе, где они с джунгарами схлестнулись. Мерещилось ему всякое. Вот прошение на имя Ушакова Егора Александровича и подал, чтобы не спиться. А император Константин его возьми и подпиши. Сторожка как раз на государственной земле стоит, немного в стороне от границ с землями Давыдовых. Так и живёт. Сослуживцы к нему частенько приезжают. Поохотиться, да службу вспомнить. — Ответил Дмитрий. — Сторожка-то хорошая, добротная. Даже не сторожка это, а целый форт небольшой. Места всем хватит.

Денис ничего ему не ответил, только кивнул, что понял и не против ночь в нормальных условиях провести. И они возобновили свой поход по тайге к тому месту, где рос Давыдовский женьшень, из-за которого он здесь очутился.

Причастность кого-то из местных к хищениям или помощи браконьерам Устинов отмёл на восемьдесят процентов. Двадцать процентов оставил на тот случай, если что-то упустил. Всё-таки он не следователь и никогда им не был.

В посёлке ничего не было понятно. Староста только руками разводил, он не мог сказать, почему этого проклятого женьшеня стало меньше. Вроде бы следов работы всё тех же браконьеров никто из добытчиков не находил. Правда, добавил он, в тайге стало в последнее время неспокойно. Вот, например, группа, ушедшая как раз за женьшенем, уже три дня назад должна была вернуться. А их всё нет. Он уже думает отряд собирать, чтобы пойти и посмотреть, как бы ни случилось чего.

И тогда Денис принял решение самому выдвинуться на место и посмотреть, что там и как. Староста, с уважением посмотрев на вооружение группы и оценив их выучку, согласился, только сказал, чтобы они обязательно проводника взяли. Мол, тайга — это не столичный парк, здесь запросто сгинуть можно. Устинов изображать из себя идиота не стал, и утром они выдвинулись вместе с местным егерем, который и стал тем самым проводником.

Спустя час Дмитрий забрал влево, и ещё через полчаса они вышли к обнесённому высоким прочным забором подворью. Присмотревшись, Денис присвистнул, увидев, что по периметру установлен их контур. Самое главное, установлен правильно, даже ему придраться не к чему. Он только головой покачал. А Дмитрий в это время заорал.

— Петрович! Открывай калитку, мать твою ети. На постой нам встать надо!

— Митька, ты, что ли? — из-за забора раздался грубый мужской голос. — А кто это с тобой?

— Глава клана Устиновых с командой. По просьбе Давыдовых с проверкой прибыл, — ответил егерь.

— Пусть вперёд выйдет. Я знаю, как Устинов выглядит. В газете фото было. Он там рядом с Егором Александровичем стоит.

Денис усмехнулся и вышел вперёд, отодвинув плечом Дмитрия.

— Вот он я. Открывай. Мне и моим людям нужно отдохнуть немного.

— Точно, Устинов, — голос за воротами стал задумчивым. — Вот чудеса. — Защита мигнула, и Устинов невольно повернул голову в ту сторону, где появился разрыв на калитке. — Заходите, Денис Анатольевич, у нас как раз похлёбка с глухорятиной настоялась, — калитка распахнулась, и в проёме появился здоровенный мужик в старой армейской форме. Денис сделал знак своим бойцам, и первым зашёл внутрь подворья.

* * *

В аэропорту нас встречали. Прямо в ангар заскочил начальник гаража отеля Гамлет, пересчитал нас по головам и кивнул своим мыслям.

— Я, как знал, две машины приготовил, — затараторил он, хватая Юлькин чемодан одной рукой, а второй, подцепив саму Юльку под руку, почти бегом побежал к выходу из ангара.

— А… — Стёпка уставился им вслед. — Так, я не понял, у меня сейчас невесту украли? — Держи, — и он сунул свою сумку в руку Устинову и побежал отбивать свою девушку у темпераментных горцев.

— Есть такой обычай — красть невест, чтобы проверить выдержку, мужество и стойкость будущего мужа. — Крикнул ему вслед Ромка, прислонив руки ко рту рупором.

— На свадьбе, — я закатил глаза. — Вроде бы невест крадут на свадьбе, а не посреди белого дня. Или я что-то путаю? — отобрав у Ольги её чемодан, я галантно подставил ей локоть. — Держись, только крепко. У меня руки заняты, так что моя сохранность в твоих руках.

— Думаешь, тебя, как невесту, могут украсть? — Ольга улыбнулась и взяла меня под руку.

— Как жениха. Как думаешь, есть такой обычай, красть жениха, чтобы проверить чувства невесты? Вроде будет переживать и пытаться найти, значит, что-то к парню чувствует. Ну а если плечами пожмёт и пойдёт свадебный торт есть, то…

— Нет, Андрей, такого обычая точно нет, — на этот раз мне ответила Лариса. Ей надоело нервничать и нас бояться, и она уже во время полёта начала позволять себе более неформальное общение.

— Жаль. Вам не кажется, что его надо придумать? — спросил я посмеиваясь.

Устинов решительно сгрёб Машкин чемодан, вдобавок к сумкам, и быстро прошёл мимо меня, обгоняя буквально на повороте. Если он хотел таким образом убежать от Вольф, то выбрал явно неправильную тактику, потому что Маша рванула следом. Она ещё в самолёте что-то для себя решила, задала пару вопросов, сама на них ответила и пришла к выводу, что именно Костя лучше всех осведомлён в том, что происходит и почему нас в экстренном порядке убрали из столицы. Как она пришла к таким выводам, никто из нас так и не понял, но она взялась за бедного Устинова конкретно.

Такого напора Костя никогда в жизни не ощущал. Даже со стороны модельера Щукина, пришедшего к выводу, что именно Устинов выглядит среди нас самым мужественным и идеально подойдёт для того, чтобы представлять его военную коллекцию. Люсинда тогда только за голову схватилась и пошла договариваться с Денисом, чтобы тот одолжил ей ненадолго сына. Косте же было в той ситуации куда проще, глава клана отдаст распоряжение, и он, как послушный сын, это распоряжение выполнит. Тем более что приказы главы не обсуждаются.

А вот в самолёте отца рядом не было. И отца Маши, чтобы её одёрнуть тоже поблизости не наблюдалось. Так что бедняга десять раз пожалел о том, что полетел с нами, а не уехал с отцом в тайгу, где его Маша точно не достала бы.

— Маша, я не знаю, почему и зачем мой отец срочно куда-то улетел, — раздался его раздражённый голос впереди. — Почему ты думаешь, что это как-то связано с нашим отъездом?

— Потому что это очевидно, Костя. Я, между прочим, переживаю…

— Маша, лучше не доводи меня, — не выдержав, пригрозил ей Костя. — Эта поездка во всех нас открывает совершенно неожиданные стороны, о которых мы даже не догадывались, и кто знает, что она разбудит во мне. Тем более что после инициации мы все начали меняться.

— Костя, не уходи от ответа, — мы вышли к машинам в тот самый момент, когда Маша нырнула в одну из машин вслед за Устиновым.

— По-моему, тебе лучше пойти туда, — Ромка кивнул на машину, в которую сели Устинов с Вольф. — Ты сумеешь их успокоить. А то Костя какой-то напряжённый, а Машка его словно специально провоцирует. Лара, нам с тобой предстоит выяснить, сумел ли Степан отбить мою сестру у подлых похитителей, — и он указал на второй лимузин с символикой отелей на кузове.

— Роман Константинович, ну чего же вы ждёте. И свою девушку держите под таким солнцем, — к ним подскочил Гамлет. Этот тоже нас никогда не путал, как и управляющий отелем, к слову, что было удивительно. Подхватив Ларису под руку, он в одну секунду усадил её в салон. Лара даже пискнуть не успела.

— Да, Рома, здесь клювом щёлкать нельзя, оглянуться не успеешь, как в одиночестве останешься, — пафосно произнёс я, а Ромка, зыркнув на меня, полез в салон.

— Я тебя держу, Андрюша. — негромко сказала Ольга. Я повернулся к ней. Лицо было серьёзное, но серые глаза смеялись. — Ты от меня никуда не денешься, даже если сам подкупишь похитителей под видом новой традиции.

— Это угроза или обещание? — у меня из рук забрали сумки и чемодан. Второй водитель был более сдержан, чем Гамлет, поэтому не предпринимал попыток запихать нас в машину. Но, скорее всего, он просто недавно на службе. Ничего, его Гамлет скоро всему обучит.

— Всё, Маша, я тебя предупреждал, теперь не обижайся. — Раздался из машины громкий голос Устинова. — Я тебе пару часов подряд объяснял, что знаю не больше, чем Рома с Андреем. Но если тебя по-другому не заткнуть…

— Садись, а то они точно поубивают друг друга, — я нахмурился, рванул дверь и подтолкнул туда Ольгу.

— О, — коротко сказала она, и тут же развернулась ко мне лицом, закрывая то, что происходит в салоне. — Ты знаешь, что-то меня, похоже, немного укачало в самолёте. Давай немного постоим на солнышке.

— Так, — я решительно её отодвинул и заглянул в салон. — Охренеть. Ну вы, ребята, даёте.

Костя не нашёл лучшего способа заткнуть Машку, чем поцеловать её. И это притом, что они никогда не показывали, что заинтересованы друг другом в этом плане. Да Костя даже в клубах её знакомил со своими случайными подружками, и Машка их оценивала: достойны они Кости или не совсем. А сейчас я не видел, чтобы она была слишком уж против.

— Чёрт, — Устинов, услышав мой голос, отскочил на соседнее сидение, а Маша смотрела на него широко открытыми глазами, прикасаясь пальцем к губам.

— Садись, — я посторонился, пропуская Ольгу вперёд. Когда же сам устроился рядом с Костей, то широко улыбнулся испугано смотрящей на меня Маше. — Придумывай, Машенька, что отцу врать будешь, потому что, как только мы войдём в свой номер, я сразу же позвоню своему.

— Андрей, не надо, — меня тронул за руку Устинов. — Это была случайность и… И ничего не значит.

Я перевёл взгляд с него на Машу. Ольга сидела рядом с ней, закусив губу и глядя на нас с беспокойством.

— Хорошо, я подумаю, — наконец, я принял решение. — Но после того как мы с тобой, — развернувшись, ткнул Устинова в грудь пальцем, — серьёзно поговорим.

До отеля доехали в молчании и почему-то первыми, хотя Гамлет рванул с места, когда мы ещё усаживались.

В холле было на редкость пусто. Как только я вошёл в прохладное помещение, ко мне подбежал представительный мужчина и быстро заговорил.

— Андрей Константинович, какой счастье видеть вас здесь. Оба номера готовы и обставлены так, как мне поручила Ирина Сергеевна. Мы так ждали, так ждали. Давид даже в обморок не упал. Он с утра готовит так, что ангелы с небес принюхиваются. — Подхватив под руку, он потащил меня к лифтам. — А Роман Константинович тоже приехал? Ну, конечно же, приехал, Гамлет же мне позвонил и радостную новость передал.

— Армен Абаджанович, спокойно, — я затормозил, останавливаясь вместе с ним. — Что происходит? — Он посмотрел на меня, вздохнул и заголосил.

— Мы вас ждали, Андрей Константинович, так ждали, и даже на пару дней отодвинули день принятия присяги у сыновей Кавказских кланов. Это такой праздник: мальчики становятся мужчинами и получают меч. А если они получат меч из рук Великого князя, а его брат будет стоять у него за спиной во время принятия присяги? Этот день они запомнят до конца жизни! Им будут завидовать все остальные сыновья кланов, а девушки все поголовно потеряют голову…

— Поправь меня, если я ошибаюсь, — я почувствовал, как короткие волосы на затылке дыбом встают. — Вы узнали, что мы с Ромкой приезжаем и традиционный праздник подогнали под эту дату?

— Ну, да, — он не стал юлить. — У вас и так нет более преданных воинов. А после этого дня, о котором они будут своим внукам с гордостью рассказывать, каждый из них умрёт за вас не задумываясь. Конечно, наши кланы не такие могущественные, как те, что входят в тридцатку Совета, но они тоже воины. Не надо их обижать отказом и пренебрежением, — строго произнёс Армен.

— Я ничего не имею против принятия присяги, — стараясь утихомирить разогнавшееся сердце, я пытался придумать причину, как бы отвертеться от всего остального. — Но это праздник. И на нём воинов славят здравницами. И нужно пить вино, — добавил я обречённо.

— Да что там, пить-то, пара бокалов нашего домашнего, как в сухую землю войдёт. Вы же настоящий джигит, ну просто вылитый отец. — Сказал он, с восторгом глядя на меня.

— Вот именно, — ответил я мрачно. В этот момент дверь открылась, вошёл Ромка, и я, выдернув руку из хватки управляющего, пошёл поздравлять брата с возможностью опозориться на всю оставшуюся жизнь.

Глава 18

— Машка, ты совсем с ума сошла? — Вопль, раздавшийся из-за двери, пробился в мозг, и я открыл глаза, тупо глядя в потолок. — Как у тебя вообще мозгов хватило такое отчудить?

— Это Вовка надрывается, — сказал я вслух, опознав голос. — И чего он так надрывается?

— Скорее всего, Машу с Костей в одной койке застукал, — я покосился в ту сторону, откуда раздавался голос. Ольга села и прикоснулась к растрёпанным волосам. — Не смотри на меня, если я выгляжу так же, как и чувствую себя, то, боюсь, останусь без детей.

— Ты меня недооцениваешь, — я очень осторожно приподнялся на локтях и осмотрелся. — Только объясни мне, ради всего святого, как мы оказались в одной постели? Да ещё и всю ночь занимались такими страшными извращениями, о каких ни в одном доме терпимости даже не слышали?

— Что ты имеешь в виду? — Ольга сползла с кровати, держась за голову, и побрела в сторону ванны.

— Посмотри на нас. Мы полностью одеты, я даже носки не снял. Все блоки на моём источнике стоят намертво, то есть, мы всю ночь просто спали! Я себе этого никогда не прощу: оказаться в одной постели с желанной девушкой и… вот это всё.

— Мне другое непонятно, — ответила Ольга, останавливаясь возле двери в ванную, — вряд ли Устинов с Машей Вольф смогли похвастаться большими успехами на постельном поприще, чем мы с тобой. Тогда почему Вовка так вопит?

— Вопрос очень правильный, — ответил я с философским видом, падая обратно на подушку и закрывая глаза. — Кстати, чья это комната?

— Моя, — ответила Ольга, скрывшись за дверью.

— Охренеть, — я протёр лицо руками. — И как нас с Костиком занесло к девчонкам, у них же номера на третьем этаже.

Номера нам подготовили заранее. Три королевских люкса — все, какие были в «Зимней розе», и наш семейный, ничем от королевского люкса не отличающийся. Так что у каждого была своя комната. Две из которых сегодня ночью пустовали.

— Костя, от тебя я такого точно не ожидал, — раздался голос Федьки. — Ты даже ни разу не говорил, что тебе Машка нравится.

— Хватит уже орать, — в хриплом голосе, прервавшем Вольфа, я узнал голос брата. Три комнаты сегодня пустовали. Так, стоп. А он где ночевал? Или они втроём на одной койке…

Я подорвался с кровати и поспешил выйти из комнаты, несмотря на гул в голове. В гостиной между комнатами на диванчике сидел растрёпанный Ромка. С его плеч сползало одеяло, а сам он тёр слегка опухшую рожу. Ага, понятно, где он спал. Но почему здесь, а не в своей комнате, или в комнате Лары, что было бы хотя бы объяснимо. Стёпка-то почти наверняка с Юлькой ночевал.

— Я бы посмотрел на тебя, как ты верещал, если бы свою младшую сестрёнку с полуголым мужиком в койке застукал, — ядовито сказал Федька, скрестив руки на груди и сверля прокурорским взглядом Ромку.

— Я могу сейчас пойти в какую-нибудь комнату, не знаю, правда, в какую, но неважно, их не так уж и много за нами закреплено, и полюбоваться на свою младшую сестрёнку в койке с мужиком. И Ушаков, скорее всего, не полуголый, а даже без трусов. — Ответил ему Ромка, массируя виски. — Хотя нет. Всё-таки, вероятно Стёпка полуголый. Да, точно. Или вообще одетый. Вряд ли он был способен на подвиги, как и все мы, к слову. Так что, не истери, ничего с Машкой не произошло. Да они даже не поняли, что спят вместе.

— Только есть один нюанс. Стёпка и Юлька помолвлены! — Процедил Фёдор.

— Я не знаю, Рома, возможно, ничего и не было. Но, что-то же их понесло в одну кровать на автопилоте, — заявил красный Вовка, врываясь в гостиную из той комнаты, где, предположительно Устинова с Машкой застукали. — Тебя же не понесло никуда, ты, вон, на диванчике спать предпочёл. А знаешь, что ещё? Раз они сюда приползли в таком виде, то, скорее всего, делали это на глазах у кучи гостей этого очень немаленького отеля! И у меня нет гарантий, что здесь парочки журналистов не оказалось. Я звоню отцу. Даже если эти двое хотели друг друга морально поддержать, а то и просто поддержать, чтобы нигде не завалиться по дороге, то это вряд ли будет кого-то волновать. За дурость надо платить!

— Вов, может, всё-таки не надо? — попробовал я вступиться за рыдающую Машку, чьи всхлипывания были здесь слышны.

— Надо, Андрей, — и он набрал номер, поставив телефон на громкую связь. — Пап, тут такое дело…

— Если ты про Машку хочешь мне сообщить, то я в курсе, — раздался голос Вольфа. — Дениса сейчас нет, но я связался с ним ещё ночью, и он дал визу на публикацию заметки о помолвке.

— А откуда ты узнал, да ещё и ночью? — спросил Вовка за нас всех. Даже Маша перестала плакать. Она стояла в дверях комнаты, а хмурый Костя придерживал её за плечи.

— Вова, их сфотографировали. — Вздохнул Вольф. — Их всех сфотографировали. Использовали какой-то новый артефакт, сделавший снимки через окно. К счастью, всё было прилично. Степан с Юлей помолвлены, Андрей с Ольгой тоже. Рома вёл себя очень корректно с четвёртой девочкой. Только Машка с Костей отличились. К счастью, Андрей заметил, что их снимают, и сразу же позвонил отцу. Орлов сумел выйти на газету и притормозить выход номера, чтобы я успел тиснуть заметку о помолвке в его «Сегодня», прямо в утренний выпуск. Туда же поместили большую статью о празднике кланов гор, и сообщили, что присягу принимал Великий князь, побывавший на празднике с невестой. И сын министра обороны, тоже с невестой. Ну и про Машку сообщили. Михалыча посреди ночи подняли, чтобы он написал статью. А снимки из того артефакта забрали. Начальник охраны сумел артефакт поймать, когда на него Андрей указал. Только вот у него есть функция мгновенной отправки изображения. Артефакт доставили телепортом, и Петров сумел прекрасные кадры вытащить. Так что сенсация у этих сволочей не удалась. Вы мало шансов им даёте вас подловить, так что, мы особо вас ругать не будем. Всё-таки этот праздник — это красиво и важно. Ну а Маша доигралась. Ничего, постараются, смогут даже полюбить друг друга, мы же с твоей и Фединой матерями смогли. — И Юрий отключился.

Тут все взгляды, как один, сошлись на мне. Даже Ольга, успевшая выйти из комнаты, и слышавшая, о чём вещает Юра.

— Что вы на меня так смотрите? — я невольно попятился. — Я ни черта не помню, — решительно пройдя до дивана, я упал рядом с братом. — Нам нужен кто-то, кто помнит всё и сможет это рассказать.

— Мне отец позвонил, — сказал, заходя в номер, Стёпка. — Вот, полюбуйтесь, — он бросил на столик газету и сел на стул, оседлав его и прислонив лоб к спинке. Юля и Лариса вошли следом, и последняя закрыла дверь.

Девчонки столпились вокруг Маши и о чём-то перешёптывались, а Вольфы схватили газету и принялись читать статью, чуть ли не выдирая её друг у друга из рук.

— Вроде бы всё пристойно, — наконец, проговорил Володя. — А почему нас на этот праздник не пригласили? — Спросил он, заметно повеселев.

— Вы сами с нами ехать сюда не захотели, поэтому не ной, — я открыл глаза. — Кто помнит, что произошло на этом чёртовом празднике?

— А ты разве сам не помнишь? — спросила Лара. — Вы же с Романом мало пили. Правда, боюсь, тот фикус, куда вы вино выливали, скорее всего, засохнет.

— Лара, у нас непереносимость спиртного, — простонал Ромка, закрывая лицо руками. — И это семейное, по мужской линии. Нам с Андреем двух глотков достаточно, чтобы улететь. Хорошо ещё ума хватило выливать излишки в фикус… Так, стоп. Ты помнишь, как мы переводили вино в удобрение, значит, и всё остальное помнишь?

— Ну, да, — она нахмурилась. — Я же не пью. А Армену Абаджановичу сказала, что моё лекарство не сочетается с алкоголем. Меня же зельями лечат, так как я магию в чистом виде отторгаю. И мне после этого сок наливали. Гранатовый. Сказали, что он как-то зелье, мигом меня на ноги поставит. Ну, я не стала им про руку говорить, по-моему, они бы уже не поняли.

Пока она говорила, я вспоминал мой короткий разговор с Устиновым.

* * *

— Костя, нас пригласили на праздник, и отказаться мы не можем, поэтому скажи прямо, что у вас с Машкой происходит? — спросил я у него, когда мы распределили комнаты.

— Не знаю, — он подошёл к окну и принялся разглядывать бассейн и отдыхающих гостей, кому лень было идти до моря. — Мы с ней последние в месте силы были. Илья убежал, попросив меня подождать и помочь Маше добраться до домика.

— А тебе самому только что вскрыли источник. — Задумчиво проговорил я, глядя на него.

— Это точно. — Костя усмехнулся. — До её домика мы дошли, меня по дороге начало накрывать. Просто капитально, до боли. Самое главное, она тоже вроде не против была.

— И что же вас остановило? — спросил я.

— Мой отец, который с её отцом вышли воздухом подышать из соседнего домика. Это как-то не вдохновляет, знаешь ли. — Устинов расхохотался и закрыл лицо руками, медленно проведя по лицу, он отвернулся от окна. — Я думал, что это просто место силы повлияло, и что всё вот-вот пройдёт, только, Андрей, почему-то не проходит.

— Нам нужно ждать неприятностей? — я продолжал его разглядывать.

— Не знаю, — он покачал головой. — Я за себя не отвечаю, если ты об этом спрашиваешь.

— Костя, существует правило: вы можете творить что угодно, но не должны попадаться. Чтобы никто даже не заподозрил. И, поверь, лучше бы ты в месте силы на что-то решился. Насколько я понял, это вам бы спустили с рук. Потому что они тоже через это прошли. Поэтому будь аккуратнее.

— Я постараюсь, — он кивнул. — Но… сам понимаешь, праздник, мать его.

* * *

— Рассказывай, — коротко сказал я, садясь и глядя на Лару. — С самого начала. Даже ту часть, где мы ещё даже пробку не понюхали.

Лариса обернулась и увидела, что на неё напряжённо смотрят столько глаз, тихонько вздохнула и начала рассказ.

* * *

В зале ресторана столики сдвинули вместе и придвинули к стенам. Получилась П-образная конструкция, освободившая место в центре. Мне предстояло выйти и встать, кто бы мог подумать: напротив меча, который когда-то давно, нас ещё не было на свете, молодой отец Стёпки засунул в пол, применив семейный дар Ушаковых. Зачем он это сделал, нам никто так и не ответил. Похоже, Егор сам не знал.

За это время меч оброс кучей легенд, не имеющих к действительности никакого отношения. И, в конце концов, стал местом доблести, мужества и великолепного воинского умения. Ну, тут не поспоришь, Ушаков фору может дать многим и в умении, и в мужественности. Так что сыновья Кавказских кланов дают присягу перед этим мечом, что уже вошло в своеобразную традицию. Сегодня сыновей кланов было не слишком много, десятки три, не больше.

Я принимал присягу, а позади меня стояли Ромка и Стёпка с охапкой мечей. После принятия присяги я говорил ритуальные слова служения и вручал меч каждому из молодых воинов кланов.

И вот в самом конце перед нами появились старики. Один из них, самый старый, но ещё крепкий на вид, вышел вперёд и принялся толкать речь.

— Как гласит священная книга воинства Кавказа: «С радостью примите смерть за страну, подобно своим храбрым предкам, если на то будет воля небес. Ибо — это справедливое и угодное небесам дело, и если так будете поступать, то Отец наш не оставит вас. На земле оставьте имя храброго, а справедливость свою посвятите небу. Держитесь вдали от коварства, порока и зла, и чистым сердцем и верностью служите своему императору и своему народу».

Как только он произнёс последнее слово, внесли кубки, сделанные из рогов горных баранов, в которые было налито вино. Впереди шёл сияющий Армен и нёс просто огромный рог. На глазок он вмещал в себя полбутылки, не меньше. И шёл он целенаправленно ко мне. Икнув, я затравленно оглянулся. Мой взгляд остановился на напрягшемся Ушакове.

— Думаю, этот кубок будет лучше вручить сыну человека, оставившему такую память. — И я ткнул пальцем в меч в полу. — К тому же Егор Ушаков занимает должность министра обороны, и тем самым является непосредственным командиром этих славных сыновей клана.

Взгляд Стёпки не обещал мне ничего хорошего, но мою слабую попытку отвертеться, почему-то приняли с огромным энтузиазмом. И Армен, немного изменив направление, вручил рог Ушакову. Вот только это нас с Ромкой не спасло. Потому что нам сунули в руки рога поменьше. Мы стояли посредине зала, и деваться было некуда. К тому же никто из нас сегодня ещё не ел.

Ушаков вышел вперёд, сказал пару весьма красивых и пафосных слов, и все подняли кубки. Собственно, на этом всё, что я помню. Дальше могу ориентироваться только на рассказ Ларисы.

Нас рассадили за столы. Мы с Ромкой выбили себе места возле огромного фикуса, который весь оставшийся вечер усилено поливали вином. Всё было красиво и пристойно. Ко мне подсел тот самый старик, толкнувший речь, и мы с ним долго о чём-то беседовали. Старику понравилось. А Лариса мало что поняла.

Кормили как на убой. Девчонки пытались отвертеться от вина, но удалось только Ларисе. К концу вечера всем уже было всё равно. И тут объявили танец воинов. Молодые сыновья кланов, официально с сегодняшнего дня считающиеся мужчинами, поднялись со своих мест и принялись выходить в круг с обнажёнными мечами. Мечи были настоящими, небутафорскими. Парни неумехами не казались, и все приготовились насладиться зрелищем.

Я сидел за столом, подперев голову, и наблюдал за ними с блаженной улыбкой. А вот Ушакову не сиделось, и он решил тоже потанцевать. Пошатываясь, Стёпка вышел в круг. Грянула музыка, молодые воины начали движения. А Стёпка смотрел на них, пока обиженно не произнёс.

— Мне тоже нужен меч. — Обведя зал косым взглядом, он остановил его на мече в полу. — О! Меч! — Ухватившись за рукоять, рванул меч на себя, и чуть не завалился на пол. Прищурившись, зло проговорил. — Ах, ты так. — И призвал семейный дар. Пол поплыл, и через десять секунд меч был у него в руке. Улыбнувшись, Степан включился в танец.

— Надо придать таинственности, — пробормотал Ромка, и в зале заметно похолодало, а по стенам заметались зловещие тени, а свет погас.

— Холодно, — протянула Ольга. — О, сейчас я всех согрею, и вдоль стен заметались языки пламени, а в центре вспыхнул огромный костёр.

— Красота, — это уже сказал я, всё так же сидя, подперев голову рукой.

— Андрей Константинович, — ко мне, чуть не плача, подбежал Армен. — Так нельзя, сделайте же что-нибудь.

— Что случилось? — сдвинув брови, я посмотрел на него.

— Меч! Меча в полу больше нет, — и управляющий принялся заламывать руки. — Все в шоке. Давид лепёшкой подавился, теперь сидит и плачет. Надо вернуть меч на место.

— Сделаем, — я поднял руку и принялся вставать из-за стола. — Ромка, гаси смерть, а то я тебя блокну. Я не вижу ни хрена, — заорал я, пытаясь перекричать музыку. — А Давид плачет.

— Угу, — холод исчез, вместе с тенями по стенам. И это совпало с какими-то элементами в танце. Словно воины победили нечисть. По залу пронёсся восхищённый вздох. Я же, вздохнув, поплёлся к танцующим.

Вжик, в мою сторону полетел меч, и я еле успел отпрянуть.

— Вы охренели, что ли? — пробормотав, огляделся по сторонам, и схватил со стола большой поднос, отбивая им удар, предусмотренный танцем.

Вот так, прячась за поднос, как за щит, пробился к Стёпке. При этом, похоже, мой мозг отключился, и тело двигалось на рефлексах. Со стороны казалось, что я тоже танцую. Правда, слегка странно, но кто будет разбираться.

— Стёпа, — на секунду остановившись, я положил Ушакову руку на плечо.

— А? — он обернулся, с трудом погасив замах. Мы стояли в центре круга, он с мечом, я с подносом, а вокруг нас танец становился всё быстрее.

— Стёпа, меч нужно вернуть, — и я указал подносом в то место, откуда он его выдернул.

— Зачем? — Ушаков нахмурился и на секунду прижал меч к груди.

— Стёпа, надо, — я закрыл глаза и несколько раз кивнул.

— Не вопрос, — он вздохнул и призвал дар. По полу и по мечу пошли искажения, и Ушаков-младший вонзил злополучный меч на то же самое место, откуда вытащил. И практически сразу музыка оборвалась, а Ольга догадалась убрать огонь.

Почему-то это послужило сигналом всей нашей развесёлой компании. Все встали и пошли к нам, а затем мы все вместе вышли из зала ресторана. При этом в зале стояла почти гробовая тишина.

А вот в коридоре, по дороге к лифтам, нас всех окончательно развезло. Уже возле стойки ресепшена я резко развернулся и посмотрел в сторону стеклянных дверей, а потом резко что-то сказал подбежавшему начальнику охраны. Лара не слышала, о чём мы говорили, она в этот момент пыталась понять, что от неё хочет Роман. Так получилось, что я с Ольгой и Лара с Ромкой стояли к лифтам спинами и не видели, как уехали Ушаков с Юлькой. Зато, когда повернулись, то заметили, как целующиеся Костя с Машей скрылись за закрывающейся дверью лифта.

Я снова оглянулся, посмотрел назад на двери, и, покачав головой, достал телефон.

— Надо же им было так попасться, — и вошёл в лифт. Следом за мной вошла Ольга. Пока я разговаривал с кем-то по телефону, Ольга нажала кнопку, и лифт уехал.

— Они что, нас не подождали? — Ромка, нахмурившись, посмотрел на Ларису. — Ну и хрен с ними. Пошли, я тебя до номера провожу.

Почему-то провожать Лару он пошёл в свою комнату. Но, действительно просто проводил и куда-то ушёл. Как оказалось, в номер девочек, который занимали Ольга с Машей.

* * *

— Ну, могло быть и хуже, — медленно проговорил я, вытирая пот со лба. — Стёп, а ты на новый уровень владения дара вышел? Как ты умудрился одновременно и на пол, и на структуру меча воздействовать?

— Откуда я знаю? — Стёпка легонько стукнулся головой об спинку. — Зато теперь его точно никто не сможет вытащить. Потому что структура материй, похоже, сплелась.

— Так, приводите себя в порядок и идите в ресторан, — сказал Вовка, отрываясь от стены, возле которой стоял. — Позавтракаем и решим, что делать дальше. Заодно на новую грань Ушаковского дара полюбуемся.

Глава 19

Утром, когда собирались выступать, Петрович подошёл к Устинову.

— Ночью вам кто-то звонил. Что-то случилось? Вы Ушакова упоминали, Денис Анатольевич. — Он заметно волновался. Ему казалось, что такие звонки не проходят просто так, и произошло нечто страшное. Вроде той ночи, когда на границу напали эти сволочи.

— М-да, случилось, — Денис провёл рукой по волосам от затылка ко лбу. — Сын попался на горячем. Мне отец девочки звонил, с которой его журналисты застукали. Вот я и передал полномочия по организации помолвки Ушакову. Егор — крёстный Кости, так что такая замена вполне подойдёт.

— Ох, как у вас строго, — Петрович покачал головой — Ну пообжимались с девчонкой, зачем сразу женить?

— Они должны осознавать долю ответственности за безголовость, — ответил Устинов. — Сами виноваты. Надо было прятаться получше. А вообще, лично для нас с Юркой, это отец девочки, нет ничего плохого. Я даже рад, что так получилось. Маша Косте хотя бы нравится. Это кроме того, что избавляет меня от необходимости подыскивать ему подходящую пару.

— А он сам разве не может пару найти? — не унимался лесник.

— Подобные вольности сыновьям кланов предлагают нечасто. — Настроение у Дениса было благожелательное, и он решил ответить на вопросы, приоткрывающие завесу тайны над кланами. — Только если они по каким-то причинам выгодны клану. Мне было проще, я был главой клана, когда женился. Мне некому было указывать. А вот остальные уже лет с десяти знают, что им, скорее всего, не предоставят выбора. Их так воспитывают. Бунты в кланах по этому поводу встречаются редко.

— Сурово, — кивнул Петрович своим мыслям.

Дальше шли в тишине, нарушаемой лишь треском сухих веток под ногами. Егерь Дмитрий остался дожидаться в форте. Роль проводника выполнял Петрович.

Вскоре лес слегка поредел. Деревья стояли на расстоянии друг от друга, а землю покрывал серебристый мох. Дважды их отряд пересёк песчаную гряду. Денис остановился возле одного из деревьев, огромной раскидистой сосны и, задрав голову, посмотрел вверх. Верхушка сосны терялась где-то в вышине, а стоящую тишину нарушил скрип.

— Ветер суховину гнёт, — пояснил Петрович в ответ на вопросительный взгляд Устинова. — Скоро до охотничьего домика дойдём, он аккурат на границе с землями Давыдовых стоит. Там сейчас Ванька Ветров дзен постигает. — Он усмехнулся, а Денис напрягся. Он где-то мельком слышал имя Ветрова, но сразу не вспоминалось. — Ванька часто ко мне приезжает из Иркутска. Уходит один в домик охотничий, да живёт в нём. Иной раз по две недели из тайги не вылезает. Говорит, что так мозги очищаются, и он человеком себя чувствовать начинает.

— У каждого свои методы очищения, — кивнул Денис и оторвался от сосны, на которую навалился спиной во время их разговора.

Как только он сделал шаг, с ветки сорвался огромный глухарь и пронёсся прямо у него над головой. Денис даже пригнулся от неожиданности, чувствуя, как сердце зашлось в бешеном ритме.

— Вот же, не усидел. А ведь спрятался как я его даже и не видел, — сообщил Петрович, и Устинов был с ним полностью согласен. Он тоже не увидел этого глухаря, хотя, казалось бы, такая огромная птица не могла так хорошо спрятаться на дереве, возле которого он стоял. — Что-то его вспугнуло, и это не мы. — Петрович нахмурился, и на всякий случай переломил свою двустволку, вставляя в стволы патроны.

Выстрелы прозвучали совсем близко. Это было почти ожидаемо, особенно после слов лесника. И всё бы ничего, вполне возможно, что это стрелял тот же Ванька Ветров в того же глухаря, вот только Денис сильно сомневался, что охотник будет лупить из автомата.

— Рассредоточились, — быстро приказал Устинов, мгновенно переходя в боевой режим. Забрало на шлеме упало вниз, а по броне прошла волна, делая её максимально неуязвимой. — Оружие к бою! Петрович, остаёшься здесь. Не спорь, — он прервал протест, готовый вырваться изо рта лесника. — Я не должен думать о том, чтобы тебя не зацепить. Вперёд.

Отряд легко заскользил между деревьев. Почти все они были сыновьями маленьких и слабых кланов, и присутствие дара отличало их от обычных людей. Петрович смотрел, как они двигаются, и только головой качал. Потому что эти немногословные ребята сейчас напоминали ему этаких духов войны. Он прекрасно помнил, как один майор Иванов спас их всех, и видел Ушакова в бою. Вот только мало сыновей кланов, очень мало. Так что в армии и такие, как он, всегда пригождаются. Тряхнув головой, Петрович решительно закрыл стволы, поставил ружьё на предохранитель и осторожно двинулся за отрядом.

Бой был короткий. Отряд Устинова вышел прямо в тыл группы из двадцати боевиков. Они увлечённо гоняли шустрого охотника, сильно не приближаясь к нему. Денис отдал короткий приказ, и восемнадцать боевиков полегли от точных выстрелов. Сентиментальностью ни Устинов, ни его люди не страдали и прекрасно могли стрелять со спины врагу. А никем иным вооружённый отряд в тайге практически на территории клана быть не мог.

Денис шагнул к одному из оставшихся в живых, и тут второй выживший вскочил и бросился к нему, пытаясь на ходу активировать гранату. Выстрел из-за спины раздался неожиданно. Нападавший упал на живот, накрыв собой выпавший из руки снаряд. Раздался глухой взрыв, и тело отшвырнуло в сторону на несколько шагов.

— Ну вот, и я пригодился, — сказал Петрович, подходя к Устинову и доставая из ружья гильзы. — Броня ваша взяла бы много чего не себя, но что-то всё равно прошло бы. А вам, Денис Анатольевич, ещё сына женить.

— Спасибо, — Денис стянул перчатку и пожал леснику руку. После чего повернулся к последнему выжившему.

Судя по характерной внешности, это был джунгар. Двое его ребят подбежали и сдёрнули с него куртку, наподобие тех, которые носили местные охотники, да и браконьеры. Под курткой показалась офицерская форма. Всё-таки Устинов правильно вычислил офицера. Но возникала проблема. Денис прекрасно знал, что этот офицер не будет с ним разговаривать.

— Ну что же, сделаю подарок Матвею, заодно сообщу Арсеньеву, что вычислил и уничтожил его браконьеров, — пробормотал он, опускаясь на корточки и вытаскивая из одного из мешков корень женьшеня. — Похоже, пытались маскироваться под браконьеров. Да и подзаработать, не без этого. Только вот кто вы такие? — Спросил он, поднимаясь на ноги и разглядывая офицера, стоящего перед ним с высоко поднятой головой.

— Это сын клана Кавамура, — к Денису подошёл, прихрамывая, незнакомый человек. Его придерживал Петрович. — Меня Иван Ветров зовут.

— Откуда ты знаешь имя клана? — спросил Денис, пристально глядя на Ветрова. Вроде бы мужик не ранен, чего тогда хромает.

— Споткнулся, когда от этих драпал. Случайно на них наткнулся. На территорию Давыдовых зашёл, за птицей погнался, вот и… — Он махнул рукой, ответив на невысказанный вопрос Устинова. — А узнал по шеврону. — Ветров указал на офицера. — Я разбираюсь в кланах Востока. Язык, правда, плохо знаю, так что с допросом не смогу помочь, а по-русски он отвечать не будет, хотя, скорее всего, учил его.

— Я знаю, — Денис снова посмотрел на офицера, по лицу которого проскользнула презрительная усмешка.

— Лыбится, тварь, — Ветров сплюнул. — Когда майор свой щит поставил, поди, перестали любиться, да? Это же этот проклятый клан был в том месте на границе, где мы стояли. Майор Иванов тогда что-то сделал, как-то интересно дар применил. У их главного глаза поверх шлема чуть не выползли.

Денис слушал его, чувствуя, как его глаза тоже скоро поверх шлема начинают вылезать. Наконец, он вспомнил, где слышал имя Ветрова. Илья звонил при нём Матвею и матерился, говоря, что этот Ветров уехал из Иркутска в неизвестном направлении.

— Чудны дела твои, Господи, — прошептал Денис и указал на Кавамуру подбежавшему к нему бойцу. — Упаковывайте, только нежно, как младенца, чтобы волосок не упал с головы. — Он сорвал шлем, проверил связь и принялся набирать номер Ильи.

— Что у тебя? — слегка раздражённо спросил Орлов.

— У меня для тебя сюрприз. Я, похоже, уничтожил группу, которая довела Костю до икоты.

— Всех? — заорал Илья.

— Не всех, успокойся. Офицер жив. Всё их барахло в мешках целое, так же как и Давыдовский женьшень. А ещё я встретил здесь твоего Ветрова. И он опознал шеврон офицера. А также сказал, что точно такой же шеврон видел в заварухе на границе. Ему тогда выпученные глаза командира джунгар понравились.

— Денис, не нервируй меня, говори имя клана, — рявкнул Илья.

— Кавамура, — ответил Денис.

— Денис, я тебя очень прошу, перемещайтесь телепортом вместе с пленником, — простонал Орлов. — Я предупрежу Матвея, чтобы вас встречали.

— Ну, я так и думал, — пробормотал Устинов, гладя на потухший телефон. — Уходим телепортами. Готовьтесь в переброске. Стрелков, мать твою! Ты зачем так верёвку затягиваешь? Ты же господина Кавамуру задушишь. И, поверь, я тебя отмазывать перед Подоровым не буду. — После этого он повернулся к сослуживцам. — Спасибо вам, вы оказали просто неоценимую услугу государству. Я обязательно отмечу это при докладе Константину Витальевичу и в разговоре с Егором Ушаковым. — И он ещё раз пожал руки явно засмущавшимся мужчинам, после чего шагнул к своим людям, на ходу настраивая телепорт, чтобы открыть телепортационное окно поближе к пленному.

* * *

Приводить себя в порядок мы с Ромкой направились всё-таки в свой номер. Там наши вещи были, чтобы переодеться.

— Отец понял, что ты кривой? — спросил брат, когда дверь номера за нами закрылась.

— Откуда я знаю? — покосился на него. — Я не помню, что вообще ему звонил. Всё-таки это несправедливо, то, как на нас спиртное, даже такое слабое, действует.

— Это точно, — Ромка почесал затылок. — На кой-хрен я сюда Лару притащил?

— Вот это как раз логично. Не поддаётся логики то, что ты не остался в этом номере. Здесь моя комната стояла пустая, да даже тот же диванчик, вон он, ложись и спи. Если уж ты по каким-то причинам не захотел оставаться с этой девушкой. Но, нет, ты попёрся в другой номер, да ещё и выбрал тот, в котором комнаты Ларисы нет. И вот это, Рома, не имеет объяснения. — Сказал я, скрываясь в своём номере и оставляя Ромку продолжать чесать репу в гостиной.

Когда мы снова встретились в гостиной, я посмотрел на посвежевшего брата с неприязнью. Этот гад — водник, и, просто приняв душ, выглядел свежим и радующимся жизнью. Даже и не скажешь, что вчера на ногах устоять не мог. А вот я водником не был, и основной источник у меня был закрыт. Так что для снятия головной боли пришлось глотать настойку. Я её выпросил у Лары, так как знал, что душ мне в этом не поможет.

Ромка первым выбежал из номера, я же поплёлся следом за ним. В ресторане было многолюдно. Вчера он на вечер был закрыт для остальных гостей отеля, которым предложили поужинать в номерах. Зато сегодня почти все столики были заняты с самого раннего утра. У нас был отдельный стол, способный вместить всю нашу развесёлую толпу.

Лариса стояла возле фикуса и задумчиво рассматривала его. Стоявший рядом с ней Армен выглядел не менее задумчивым.

— Что вы там такого интересного увидели? — к Ларисе подошёл Ромка и навис над ней. Гусева была миниатюрной, и её макушка находилась чуть выше его подбородка. Подошёл он к ней неслышно, и девушка вздрогнула, услышав его вопрос. Но не отстранилась, похоже, начала к нашей компании привыкать.

— Он стал пышнее, — ответила Лара, не сводя взгляда с растения. — Вчера этот фикус не выглядел настолько великолепно.

— Да, это можно назвать чудом. Это растение доставляло нам столько расстройств, — подхватил Армен. — Даже Давид переживал и думал, что придётся его убрать отсюда, чтобы у гостей не пропадал аппетит. А сегодня случилось чудо. Если бы фикусы цвели, то этот точно расцвёл бы. Но чудом было почти всё, что произошло вчера вечером. — И Армен поднял вверх палец.

— Да уж, чудо расчудесное, — пробормотал я, садясь рядом с хмурым Устиновым. — Эти водники такие твари на самом деле.

— И не говори, — проговорил Костя, бросая злобный взгляд на Вольфов и Ушакова. — Кофе немного помогает. Вот только Машка со мной не разговаривает. Как будто я один виноват в том, что произошло.

— Ничего, всё у вас в итоге хорошо будет, — я посмотрел на стол с отвращением. — Ладно, кофе попью и хватит с меня.

— Что ты там про чудо говорил, Армен Абаджанович? — послышался голос Ромки.

— Весь вечер был чудесен. Аксакалы остались довольные, как коты, упавшие в сметану. Молодёжь в полном восторге. А те двое, что от руки Андрея Константиновича серебряным щитом по башке получили, всем показывают шишки на лбу и переживают, что те заживут скоро.

— Ой, ё-моё, — простонал я, сползая на стуле под стол.

— Это был не просто танец доблести, это был урок. Они все были слишком самоуверенны. Они даже думали, что могли бы на равных сражаться с вами. Но вы, Андрей Константинович, вместе со Степаном Егоровичем быстро поставили их на место, сбили спесь, и тяжёлой дланью настроили на усердную учёбу. — Торжественно провозгласил Армен.

— А, это так сейчас называется, — протянул Ромка, подвигая стул Ларе, а после садясь рядом с ней.

— Самое главное, что аксакалы довольны, — сказала Ольга, задумчиво глядя на стол, и в итоге, как и я, выбирая себе кофе. — Кстати, я начинаю понимать, почему Андрей с Костей так сильно недолюбливают водников.

— Нам троим не повезло, — добавил Устинов. — Но я, хоть убей, не понимаю, почему не повезло Андрюхе.

— У меня источник заблокирован, — я поморщился. — И сейчас я думаю, что и к лучшему. Потому что могу только даром Кернов пользоваться, а он, как сам понимаешь, не для частого применения предусмотрен. Это вон, у Ушакова чакры раскрылись, и он семейный дар на новый уровень вывел.

— Ещё бы Ушаков вспомнил, как он это сделал, ему совсем цены бы не было, — пробурчал Стёпка.

— Не переживай, — Юлька-зараза погладила его по голове. — Когда-нибудь вспомнишь, порадуешь отца.

— У вас всегда так весело? — в наступившей тишине раздался тихий голос Ларисы.

— Знаешь, нет, — ей ответил Ромка. — Обычно всё-таки поспокойней. И нет, мне не понравилось. Может быть, это действительно было классно и весело, вот только я предпочитаю помнить то, что творю.

И тут Армен, стоящий возле фикуса и продолжающий его задумчиво разглядывать, бросил взгляд на двери и засуетился. Я проследил за его взглядом и попытался сползти под стол ещё сильнее.

В зал ресторана вошли те самые аксакалы, подложившие всем нам такую свинью в самом начале вечера.

Я тихонько огляделся по сторонам. Народа в зале меньше не становилось. Позавтракавшие люди уходить не спешили, поглядывая на наш стол. У многих на столиках лежали газеты. Понятно, нас узнали и теперь пытались разглядеть во всей красе. Представив свою помятую рожу, я понял, что уже не просто испытываю неприязнь к водникам, я их почти ненавижу.

Вперёд вышел тот самый аксакал, который вчера речь толкал. Он остановился перед нашим столом, глядя прямо на меня. Пришлось вылезать из-под стола, и вставать, чтобы не сидеть, развалившись, перед суровым горцем.

— Мы благодарны, Андрей Константинович, что вы нашли время, чтобы лично принять присягу у наших мальчиков, и показать им, что сыновья правящего клана и их родичи всегда будут превосходить их в выучке. Но тем самым вы зародили в сердцах стремление даже не стать лучше, а хотя бы достигнуть того же уровня. Этот праздник до конца жизни останется в наших сердцах и не будет у вас более преданных воинов, чем те, кому вы вчера вручили мечи, — проговорил он. Посетители ресторана сидели очень тихо, стараясь не пропустить ни слова.

Дзынь, кто-то тронул вилкой бокал с водой, и негромкий, в общем-то, звук, прозвучал набатом.

— Извините, — раздался тут же женский голос.

На хорошенькую блондинку посмотрели все, находящиеся в зале люди, даже Давид, вышедший из кухни, чтобы послушать стариков. Она нервно улыбнулась и спрятала руки под стол. Тогда все головы снова повернулись к аксакалу, и он продолжил.

— Когда-то давно, было принято дарить правителям этой благословенной земли лошадей. Самых лучших скакунов, достойных нести на своей спине сыновей Орла. — Старик на мгновение задумался. — Сейчас другие времена. Но мы стараемся соблюдать традиции и преподносим вам, Андрей Константинович, прекрасного железного коня. Машина-зверь рвёт из-под себя. А ваша женщина так вцепится в вас, что её никто не сможет оторвать. — И он протянул мне ключи от мотоцикла.

— Благодарю вас, это честь для меня, — я вышел и принял подарок. — Каждый раз, садясь на него, я буду вас вспоминать.

— Это мы вас благодарим, Андрей Константинович. — И они все вместе повернулись к выходу в высоко поднятыми головами.

— Андрюха — это признание, — ко мне подошёл Вовка и похлопал по плечу. — Вот до марины на этом подаренном коне и доедешь, чтобы все видели, что ты оценил подарок. Если это тот самый мотоцикл, который проверяла охрана, то я тебе, если честно, завидую.

— Это всё хорошо, но зачем мне ехать до марины? — я рассматривал ключи, пытаясь осознать, что произошло.

— Чтобы на яхту загрузиться, для чего же ещё? — Вовка закатил глаза. — Ты что, думаешь, мы сюда приехали, чтобы на Машку с Костей полюбоваться? Сейчас вы шорты купальные возьмёте и поедем кататься. Заберём остальных и выйдем в море. Заодно в себя окончательно придёте.

Глава 20

На солнце меня разморило, и буквально растёкся по шезлонгу.

— Смотри, обгоришь, — Ольга села на соседний шезлонг, и я скосил на неё глаза.

— А разве ты не будешь смазывать мои солнечные ожоги какой-нибудь вонючей мазью? — повернувшись набок, я теперь рассматривал её, не рискуя заработать косоглазие. Она вздохнула и набросила на плечи полупрозрачную тряпку. Кажется, эта штука называется парео. — Так как, будешь меня лечить?

— Андрей, ты меня сейчас на что-то провоцируешь? — спросила Ольга, оглядывая моё тело.

— Я бы с удовольствием тебя спровоцировал на всё что угодно, но это будет плохая идея. — Положив голову на согнутую руку, прикрыл глаза. — Я не обгораю на солнце. Загар сразу схватывается и всегда очень ровный.

— Но ты же блондин, — в голосе Ольги послышалось возмущение.

— Удивительно, правда?

— Это несправедливо, — буркнула Ольга и встала. Я это понял, потому что почувствовал, как на меня упала тень.

— Несправедливо, — я улыбнулся, не открывая глаз. Было лениво даже просто шевелиться. — Как так получилось, что ты плавать не умеешь? — спросил я её.

— Ну вот так получилось, — ответила Ольга неопределённо.

— Хочешь, я тебя научу?

— Прямо сейчас? — в голосе послышалась улыбка.

— Почему бы и нет. Иначе я отрублюсь. — Пробормотал я, чувствуя, что проваливаюсь в дремоту. — Самый лучший способ научить кого-то плавать — это закинуть человека в море.

— Чтобы потом доблестно спасать? — она тихонько рассмеялась.

— Конечно. Всегда приятно спасать привлекательную девушку. Можно воспользоваться шансом и как следует полапать её. А потом дыхание рот в рот, — подумав пару секунд, добавил. — Дыхание можно даже не потом, а в процессе спасения.

— Хм, — она действительно задумалась, а я ждал, на что же Ольга решится. Наконец, она, вздохнув, ответила. — Думаю, это будет плохая идея. И это вдвойне несправедливо, — пожаловалась она в пустоту. — Ещё более несправедливо, чем отлично загорающий блондин.

— Ты о чём, радость моя? — спросил я сонно.

— О том, что я, может быть, хочу, чтобы меня начинал спасать сын клана. Я для этого сама бы прыгнула за борт, меня не надо было бы выкидывать. Вот только в этом случае, в роли спасателя, скорее всего, будет выступать совсем другой сын клана, и это угнетает. Так что мы подождём, когда с тебя снимут эту дурацкую блокировку, и тогда поэкспериментируем. — Она отошла в сторону и уже не загораживала мне солнце. Я же невольно задумался. То, что Ольга хочет, чтобы её «спасал» именно я, внушало осторожный оптимизм на нормальное развитие отношений.

Мы находились в море уже часа три. Зайдя в бухту, где стоял пляжный дом Вольфов, приняли на борт яхты остальных, после чего яхта вышла в открытое море. Уже все накупались и разбрелись кто куда. Ромка, по-моему, ушёл спать в каюту. А может быть, и нет, я почти всё время проводил на палубе и не видел, что делает брат.

— Что там за острова? — спросила Ольга, и я открыл глаза, а потом и вовсе поднялся, чтобы посмотреть, что же она там увидела.

— Пошли на нос, отсюда плохо видно, — предложил я. Она не ответила, а пошла в указанном направлении.

Я не удержался, и, встав у неё за спиной, обнял и притянул к себе.

— Вон видишь, там же острова? — спросила она, откидывая голову мне на плечо.

— Похоже, — я обернулся и заорал. — Федь, там архипелаг?

— Да, там есть довольно живописные острова. Мы как раз к ним идём, там пара бухт есть удобных, можно будет погулять, — ответил Фёдор из рубки.

— А вон там что за точки? Другие яхты? — Ольга приложила руку ко лбу.

— Где? — я проследил за её взглядом. Действительно, две точки почти на горизонте, быстро движущиеся в нашем направлении. — Что-то они мне не нравятся. Прут прямо на нас. Федь, это что там такое? — и я указал рукой направление.

— Хер их знает, — голос Вольфа прозвучал неразборчиво. — Ты можешь определить? — спросил он у капитана, который и вёл яхту.

— На катера похоже. Такие у военных вроде бы, — ответил капитан. — Странно, откуда они здесь? Вроде бы учений никаких не было объявлено.

— Ну, это мы сейчас узнаем, — я отпустил Ольгу и повернулся, ища взглядом Стёпку.

Ушаков лежал на шезлонге, закрыв лицо шляпой. Юльки рядом не было, наверное, ушла за напитками.

— Стёп, твой отец никаких учений флотских не планировал? — спросил я.

— Что? — он убрал шляпу и, посмотрев на меня, зевнул. — В середине лета? Нет, конечно. А ты почему спрашиваешь?

Он нахмурился, а потом бросил шляпу на соседний шезлонг и поднялся.

— Да, какие-то катера подозрительные неподалёку катаются. — Я снова повернулся к Ольге. Точки приблизились настолько, что стало заметно: это были именно катера.

— Какие катера? — Степан быстро забрался в рубку к Вольфу и капитану. — Так, мне это не нравится, — пробормотал он, беря бинокль и поднося его к глазам.

— Тебе ничего не нравится. — Ответил ему Вовка, вылезая на палубу. Он был заспанный и выглядел с помятой рожей почти так же, как мы с Ромкой этим утром. — Что-то меня разморило, — ответил он на мой невысказанный вопрос. — Так что там опять не нравится Ушакову?

— Мне не нравятся вон те катера военного образца класса «Тритон», — хмуро сообщил ему Стёпка. — Они целенаправленно прут в нашу сторону, и меня это нервирует.

— Стёпа, ответить мне только на один вопрос: у вас в клане есть хоть один человек, не помешанный на оружии и на всём, что может сделать человеку мучительно больно? — спросил у него Федя, поднося к глазам бинокль.

— Есть, тётя Наташа, — ответил ему Ушаков, выбегая из рубки и вытаскивая из специального люка свою сумку. Подумав, он достал сумку Устинова и поставил рядом со своей. Так, на всякий случай, убрать никогда не поздно и совсем нетрудно. — Она любит розы, своего Рыжова и Мишку. Всех нас чуть меньше. И совсем не любит оружие.

— Наташа — Рыжова. Она уже не Ушакова, поэтому не считается. — Вовка спустился вместе с ним на палубу. — Вот зачем ты с собой половину отцовского арсенала притащил? — Спросил он, разглядывая Степана, который в этот момент расстегнул сумку и принялся внимательно изучать её содержимое.

— Чтобы быть уверенным в завтрашнем дне, — пробормотал Ушаков. — И вообще, что ты привязался? Тебе мешают эти сумки?

— Нет, не мешают, — Вовка пожал плечами. — Просто я всё ещё не оставляю попыток понять…

Что именно он не оставляет попыток понять, мы так и не услышали, потому что катера в это время приблизились настолько, что их можно было разглядеть невооружённым взглядом. Резко разойдясь, они начали обходить яхту с двух сторон. Вот теперь напряглись все, включая обоих Вольфов.

Степан наблюдал за катерами, не вставая в полный рост, а его рука находилась в сумке. Угрозу мы распознали с ним вместе. Катера практически поравнялись с яхтой, и в одном из них поднялся мужик и поднял…

— Гранатомёт! — Заорал Стёпка. Я же метнулся к растерявшейся Ольге. — Вовка, вытаскивай всех из каюты! И спрячьтесь на палубе. Сюда Костю и Ромку! Да, шевелись!

— Нас заблокировали! — Крикнул Федька, выбегая из рубки, в которой отчаянно матерился капитан. — Они заблокировали защиту и наши источники. Да кто это такие?

Стёпка не ответил. Он вскочил на ноги уже с оружием в руках. Его выбор пал на импульсную винтовку. Они выстрелили с гранатомётчиком одновременно. Я в этот момент почти добежал до Ольги. Похоже, яхту хотели взять на абордаж, потому что в настолько косого гранатомётчика поверить было сложно.

Смертельный импульс из Стёпкиной винтовки попал в цель, и на одного врага стало меньше. Вот только эта тварь успела выпустить снаряд. Пробив корпус, снаряд залетел прямиком в машинное отделение. Непонятная блокировка сработала и на матрицы двигателя. Яхта в этот момент стояла, покачиваясь на волнах. Вот только энергия в матрицах никуда не делась и при разрушении рванула в стороны. Взрыва как такового не было, но яхту здорово тряхнуло, а в пробоину хлынула вода.

Всё действие от того момента, как вскочил на ноги Ушаков, заняло не больше десяти секунд.

Ольга закричала. Когда тряхнуло яхту, она не удержалась на ногах и полетела за борт. Я не успевал её перехватить, поэтому просто и без затей сиганул следом. Перехватив девушку в воде, я вынырнул вместе с ней. Как оказалось, нас отнесло довольно далеко от яхты. Обхватив Ольгу поудобнее, попытался поплыть в направлении яхты, но неподалёку пронёсся катер, и меня с вцепившейся в мою шею Ольгой накрыло волной.

* * *

Роман выскочил на палубу ещё до того, как прозвучал первый выстрел. Попытавшись призвать дар, громко выругался. Его источник был намертво заблокирован, а где-то на уровне солнечного сплетения появилось ощущение обжигающей пустоты.

Яхту тряхнуло, и она накренилась. Нахлынувшая паника, практически сразу отхлынула, уступив место вбитым накрепко навыкам и рефлексам. Вбитым, порой в прямом смысле этого слова.

Подбежать к Ушакову, схватить оружие, это оказался компактный пистолет-пулемёт, присесть и начать прицельный огонь по нападавшим. Немного впереди устроился Устинов. Стёпка перебежал к другому борту.

Грамотно спрятаться и не палить в белый свет, как в копеечку, а посылать пули исключительно в цель, их тоже учили. Поэтому результативность стрельбы со стороны защитников яхты оказалась гораздо выше, чем у нападавших.

Громко застонал капитан, всё ещё пытающийся в рубке наладить управление тонущей яхты. Федька Вольф выругался и полез, практически ползком, наверх, чтобы вытащить этого упрямого типа.

Пустота возле солнечного сплетения становилась уже болезненной, но Ромка заставил не обращать на неё внимание.

Нападавшие всё-таки решились на абордаж. Шестеро наёмников запрыгнули на палубу, по трое с каждой стороны, и их тут же приняли Костя со Стёпкой. Прикрывали их Орловы, а Вольфы закрыли собой девчонок и немногочисленную команду. В прямом бою Федя с Вовкой не могли сравниться с сыновьями более агрессивных кланов, но защититься сами и защитить девушек вполне были способны.

Экипажи катеров большими никогда не были. Они очень быстро поняли, что добыча слишком уж сильно огрызается, и, скорее всего, им не по зубам, и попытались развернуться.

— Уходят! Стёпа, они уходят! — заорал Костя.

В этот момент катера, разворачиваясь, приблизились к бортам яхты почти вплотную. Ушаков одним выверенным движением свернул шею своему последнему противнику и выпрыгнул за борт, прямо на катер. У другого борта его манёвр повторил Устинов.

Через пять минут всё было кончено.

— Вы хотя бы одного живым взяли? — крикнул Ромка, когда Степан с Костей заглушили катера и бросили верёвки на яхты.

— Одного, — хмуро ответил Ушаков. — Зато, похоже, командира этой банды. — Немного подумав, добавил. — Я нашёл глушилку. Это что-то новое, я такого никогда не видел. Надо в ваши лаборатории сразу отдать.

— Давайте уже уберёмся отсюда, — прервал его Вовка. — Катера на ходу, без повреждений?

— Не совсем, но до островов точно дотянем, — ответил ему Костя.

— Хоть так. Я сигнал сразу же отправил, как только Стёпка глушилку отключил, — добавил Фёдор. — Но что-то ещё мешает полноценно применять дар. Иначе бы наши хвостатые уже были здесь. — И тут раздался треск, и яхта, накренившись ещё больше, начала тонуть в самом неприятном смысле этого слова. — Быстрее! На катера!

Пока загружались на катера, пока побросали туда элементарный запас еды и питья, прошло время. Пустота никак не хотела униматься, и Ромка сказал сам себе, что это из-за странной блокировки источника.

Архипелаг оказался куда ближе, чем им казалось. Зайдя в уютную и закрытую бухту, начали разгружаться. Чего-то не хватало. И Ромка заметил, что остальные начали оглядываться по сторонам нахмурившись.

— Мяу-у-у-у! — на берегу стало резко тесно из-за телепортировавшихся котов и кошек. Они истошно орали, носились между хозяевами, создавая ещё большую суматоху.

— А где Андрей с Ольгой? — внезапно спросил Костя, подхватив свою кошку Дусю и прижав её к себе. Кошка дрожала крупной дрожью и прижималась к его обнажённой груди всем телом. Когда он озвучил вопрос, головы всех людей и котов повернулись в его сторону. Коты даже мяукать перестали.

Рома внезапно понял, что означает эта сосущая пустота внутри, и медленно опустился на песок, приложив руку к груди и глядя прямо перед собой невидящим взглядом.

* * *

Когда прозвучал сигнал бедствия с яхты, у императора проводилось заседание, на котором присутствовали: Ушаков, вернувшиеся из поездки Устинов и Илья, Ян и Матвей.

Вопрос стоял на повестке серьёзный, и нужно было определить последовательность дальнейших действий.

— Да что тут думать, — наконец сказал Ян. — Нужно запрос Мэйдзи отправлять. Судя по реакции посольства — это личная инициатива клана, и разбираться нужно с ними, действуя статьям Кодекса. Или начинать полномасштабную войну. Я могу начать инициацию любого выбранного решения, но, сам понимаешь, объявить войну без санкции Совета невозможно.

— Я понимаю, — Костя посмотрел на него тяжёлым взглядом. — Составь запрос императору. Это будет быстрее, чем пытаться созывать Совет. Тем более что, похоже, ты прав, и Мэйдзи не в курсе художеств своих подданных.

— Дальше всё будет зависеть от быстроты ответа и от его содержимого. Я могу предположить, что Кавамура объявят ронинами и отдадут нам, мол, делайте с ними, что хотите. Ну и объём предложенной компенсации, естественно, будет иметь значение. Всё-таки спецслужбы императора виноваты в том, что прошляпили такое.

— Угу, если не сами инициировали, — добавил Подоров усмехнувшись.

И тут дверь распахнулась, и в кабинет ворвался Вольф, схватившись за косяк, он пытался перевести дыхание. За его спиной виднелся встревоженный Рыжов.

— Юра, что произошло? — Костя ощутил укол беспокойства.

— Федька сигнал послал с яхты. Сигнал плохой, часто прерывался. Похоже, они подошли близко к архипелагу Бездны, а там пара островов имеют какую-то аномалию, импульсно блокируют все магические источники, находящиеся неподалёку. Всё руки не доходят исследователей запустить…

— Юра! Что с детьми? — Ушаков привстал со своего места.

— Я не понял, что там произошло, но яхта терпит бедствие, а, судя по обрывкам сообщения Фёдора, на них напали. Ребята сумели отбиться и направляются к островам архипелага.

Все сидящие за столом мужчины почувствовали, как сердца ухнули куда-то в район живота.

— Мяу! — перед Костей оказался Паразит. Его шерсть стояла дыбом, а глаза сверкали.

— Телепортируйтесь самостоятельно, — коротко приказал император и положил руку коту на спину.

Когда он исчез, все повскакали с мест, судорожно хватаясь за телефоны, раздавая приказы, а Вольф, наоборот, сел на стул и закрыл лицо руками. Просидел так с минуту, а затем выпрямился.

— Я это просто так не оставлю, — прошептал он, сжав кулаки и поднимаясь. — Они заплатят за всё!

Паразит перенёс Костю на живописный берег. Почти белый песок, бирюзовое море, два боевых катера качаются на волнах у берега… Девушки рыдают, а парни стоят рядом, молча сжимая и разжимая кулаки. И одинокая фигура младшего сына на песке.

— Папа, — к нему бросилась Юлька, и он прижал к груди содрогающееся от рыданий хрупкое тело. Прижимая дочь к себе, он подошёл к Ромке.

Сын обернулся и некоторое время непонимающе смотрел на него. Вокруг завывая на одной ноте, носился Паразит. Рома молчал, и Костя, не выпуская Юльку, протянул руку и рывком поставил сына на ноги, притянув к себе. Крепкое тело содрогнулось, и Рома прохрипел куда-то в шею отцу.

— Я его не чувствую, папа. Я не чувствую Андрея. Словно его… Словно его нет.

Глава 21

Константин стоял на берегу и хмуро смотрел на своего кота, который продолжал нарезать круги вокруг него. К нему подошёл Егор Ушаков и положил руку на плечо.

— Я не поверю, пока не увижу тела, — Костя продолжал смотреть на Паразита. — Он не выглядит слишком обеспокоенным, — наконец, выдал Орлов. — Когда в парке их хотели убить, вместе с Ирой, Люсей и Стёпкой, из глаз Паразита натурально искры сыпались. А сейчас он скорее злится, что не может найти какой-то выход.

— Костя… — Егор сжал его плечо, и практически тут же замер, глядя, как рядом с мечущимся Паразитом появилась маленькая белая кошечка. Ещё совсем котёнок. Кошечка была мокрая и жалобно мяукала. Паразит остановился возле неё и тщательно обнюхал, а затем легонько шлёпнул её чуть пониже хвоста. После этого прислушался к чему-то и исчез. — Чья это кошка? — Ушаков подхватил дрожащего котёнка, и в его взгляде впервые появилась надежда.

— Ольгина, — Костя на мгновение закрыл глаз. — Почему она мокрая и не с хозяйкой?

— Что-то мешает ей переместиться к хозяйке? — предположил Егор.

И тут к ним, спотыкаясь подбежал с выпученными глазами Ромка.

— Андрей. Он жив, папа, Егор, он жив, — и в который раз за день парень опустился на песок. — Я снова его чувствую.

— Да, только остаётся открытым вопрос. Где они? — Костя почувствовал, как от облегчения закружилась голова. Главное, Андрей жив, а остальное поправимо. — И куда телепортировался Паразит? Если к Андрею с Ольгой, то почему не тащит их сюда?

— Не может? — предположил Егор.

Мужчины переглянулись. Ничего ещё не определилось, Костин наследник непонятно где и в каком состоянии. Как его вытащить — не известно, только потому, что они не знают, откуда его вытаскивать. Получается, что ничего ещё не закончилось, но всё-таки похоронное настроение начало меняться на деловито-сосредоточенное. Главное, Андрей с Ольгой живы. Насчёт Ольги они тоже были уверены, потому что котёнок согрелся на груди у Ушакова и смешно посапывал, не выказывая признаков беспокойства, чего никогда не случилось, если бы с хозяйкой Симы произошло нечто непоправимое.

— Ждём ещё час и начинаем полномасштабные поиски, — принял решение Костя. — Егор, начинай готовиться.

Ушаков кивнул и отошёл к бойцам, отдавая приказы и не выпуская из рук белую кошечку, нашедшую, похоже, в нём защитника, пока хозяйки нет поблизости.

* * *

Как только нас накрыло волной, я попытался призвать дар Кернов. К моему удивлению, он откликнулся, правда, слабовато, но на то, чтобы вытащить нас с Ольгой на яхту, его хватило бы. Вынырнув и вытащив захлёбывающуюся Ольгу, крепко прижав её к себе, я сосредоточился и…

Кошечка Ольги почувствовала состояние хозяйки и переместилась к ней. Плюхнувшись в воду, она истошно заорала и принялась карабкаться по мне, больно впиваясь когтями в голую кожу. Раздались выстрелы, нас снова накрыло волной.

Когда я вынырнул, прижимая к себе не только Ольгу, но и её кошку, то с удивлением обнаружил, что не слышу выстрелов, а в метрах двухстах от того места, где мы вынырнули на поверхность, виднелся песчаный пляж.

— Мяв, — и кошечка исчезла прямо из моих рук, я же погрёб к берегу, удерживая кашляющую Ольгу.

— Оля, отпусти меня, пожалуйста, ты мне мешаешь, — попросил я её. В ответ Ольга отчаянно замотала головой. — Оль, мне неудобно. Не бойся, я тебя держу.

— Нет, — она выдавила из себя с очередной порцией кашля. — Если я тебя отпущу, то утону, точно утону. Где Сима?

— Здесь что-то блокирует дар. Сима нас, похоже, максимально к берегу вынесла из опасного места. А там было реально опасно, — я нащупал ногами дно. Добираться до берега сразу стало веселее. Мне удалось перехватить Ольгу так, что она оказалась у меня на руках. Плыть было не нужно, и она притихла, прижавшись к моей груди. — Ребята стрелять начали, а эти уроды отстреливались. Нас могли запросто задеть. Магию какая-то глушилка блокировала, да ещё отголоски этого места. Семейный дар Кернов заблокирован напрочь. Я его даже не чувствую. Попробуй призвать огонь.

— Глухо, — через пять секунд произнесла Ольга. — Тебе не тяжело?

— Нет, не тяжело, — я как раз вышел на берег и опустил её, позволяя встать на ноги.

— Получается, Сима телепортировалась на границе этой аномалии, — проговорила Ольга. — Но почему она нас не забрала с собой? Стой, не говори, — она приложила ладонь к моим губам. — Моей девочке тяжело было нас из-под обстрела выдернуть, не говоря уже про то, чтобы куда-то переместиться. Тем более что со всех сторон глушится источник. Она же ещё котёнок. Убедилась, что вот именно сейчас мы не помрём и ушла, возможно, за помощью.

— Да, похоже на то, — я приложил обе руки ко лбу. — Что там происходит?

Вдалеке продолжалось сражение. Ольга закусила губу, а потом решительно принялась чертить в воздухе странную фигуру.

— Мой дар практически не зависит от основного источника. Он активируется не так. Но я так мало знаю, что не смогу нас вытащить, — чуть не плача, сказала она, закрывая глаза и хлопая в ладоши.

Руна, которую она рисовала, обрела объём и лопнула, разлетевшись сотнями серебристых искр. И практически сразу изображение яхты приблизилось настолько, что мы смогли разглядеть, как ребята судорожно перебираются на катера, таская при этом какие-то запасы. В одном катере на дне лежал связанный бандит. Молодцы, сумели взять его живым.

— Если твой источник не зависит от основного, то что тогда активировал Верн? — спросил я немного рассеянно, пересчитывая наших по головам.

— Огонь. Верн открыл огонь. К тому же чтобы уже мне добраться до источника семейного дара, нужно было сделать так, чтобы я его вообще увидела. По-моему, Верн удивился, когда его увидел.

— Безликий просто охренел. — Я хмыкнул. — То-то он козлом заскакал на свой Совет, чтобы это не значило. Даже бросил таких опасных деток, предоставив нам самим добираться до твоего домика. Но, надо отдать Верну должное, в искусстве лицемерия ему нет равных.

Я нашёл взглядом Ромку. Брат тащил перепуганную Ларису, чуть ли не через плечо, перекинув девчонку. Чего-то не хватало. Я приложил руку к груди и снова пристально посмотрел на Ромку. Я его не чувствовал. Не чувствовал брата, хотя ощущал его присутствие с самого детства. Словно у меня было два сердца вместо одного.

— Здесь что-то блокирует вообще всё. — Прошептал я. — Даже такую почти мистическую связь, которая бывает у близнецов. А она почти всегда есть, даже если они лишены дара.

— Андрей, а как мы отсюда выберемся? — прошептала Ольга, дотронувшись до моей руки. — Я не смогу нас вытащить, просто не умею этого делать.

В это время яхта начала стремительно погружаться в воду, а катера сорвались с места. Вот только они не приближались, а отдалялись от нас.

— Эй! — я закричал, махая руками, пытаясь привлечь внимание этих дятлов, которые, похоже, даже не заметили, что чего-то не хватает. Нас с Ольгой, например. — Мы здесь!

— Андрей, слишком далеко, они нас не слышат.

— Они не поняли, что нас с ними нет. — Процедил я. — Наверное, и Устинов, и Ушаков думают, что мы на соседнем катере.

— Что нам делать? Ну почему я ничего не знаю? — когда она выпалила это, картинка сделала рывок, и я пошатнулся, слегка дезориентированный вернувшимся нормальным зрением.

— Не смей себя обвинять, слышишь? — я схватил Ольгу за плечи и слегка тряхнул. — Ты и так делаешь потрясающие успехи. Особенно, учитывая, что твои учителя понятия не имеют, как тебя учить, и действуют по наитию. Уже очень скоро о происшедшем станет известно отцу, и будут организованы поиски. Не бойся, мы не состаримся на этом проклятом острове, пока нас будут искать.

— Мне страшно. Я чуть не утонула, меня едва не застрелили, моя кошка закинула нас неизвестно куда, и да, я паникую! Имею право, — Ольга подняла на меня глаза, и я только сейчас увидел, что она не отпустила дар. И тут она обхватила мою голову, запутавшись пальцами в волосах, и притянула к себе поцеловав.

Я отстранился, тяжело дыша. Адреналина мы хапнули с ней, будь здоров. К страху за наши жизни добавилось яростное бессилие от понимания, что я ничем не могу им помочь, а потом навалилось чувство огромного облегчения оттого, что все живы и даже не ранены. Посмотрев в её кроваво-красные глаза, я почувствовал, что крышу сорвало капитально, и притянул Ольгу к себе, целуя грубо, на грани с насилием.

— Андрей, твой блок, — она сумела немного отстраниться. — Твой дар другой, он вполне может заработать здесь.

— Плевать, — пробормотал я, целуя её шею. — Даже если сорвёт блоки, что я здесь могу повредить, кроме пары пальм. И, Оля, сюда не сможет телепортироваться Паразит. Нам никто сейчас не сможет помешать.

— Андрей, — она выгнулась и застонала. Я же опустился вместе с ней на песок. Одежды на нас почти не было. Ольгино парео благополучно утонуло, и нам даже почти не нужно было раздеваться. Блоки трещали, и необузданная сила рвалась из своей тюрьмы.

Дар сломал блоки и рванул во все стороны. Остров содрогнулся, но мне было плевать на это, а Ольга, по-моему, даже не заметила. За секунду до того, как я полностью растворился в удовольствии и ощущении обладания, на периферии зрения мелькнул большой чёрный силуэт и сверкнули жёлтым светом глаза с вытянутыми зрачками.

— Я не сделал тебе больно? — я лежал чуть в стороне, переживая затухающее удовольствие, стараясь не наваливаться на Ольгу всем телом. Шевелиться не хотелось. Чуть-чуть повернувшись, уткнулся лбом ей в плечо, чувствуя, как она перебирает мои волосы.

— Немного, но это быстро прошло, — ответила она сонным голосом. — А ещё меня, оказывается, жутко бесит песок, он, кажется, повсюду.

— Это точно, — я поднял голову и посмотрел ей в глаза. Они всё ещё были красными. — Оль, отзови дар, если не хочешь повторения. К тому же Паразиту скоро надоест ждать, и он перетащит нас вот прямо так, в стиле ню, с песком на телах вместо хоть какой-то одежды.

— Что это с ним произошло? — Ольга пошевелилась, и я почувствовал, что надо вставать, пока один весьма немаловажный мужской орган не решил, что можно здесь ещё немного задержаться. — Он дал нам на этот раз завершить начатое.

— Как я уже сказал, я здесь ничего не мог повредить, кроме пары пальм, — прислушавшись к себе, я замер. Источник был открыт, и энергия ровно текла, заполняя каналы. А ещё он, кажется, слегка увеличился. — Что за… — пружинисто вскочив на ноги, я натянул шорты и уже более детально занялся исследованием своего организма.

Никакого самопроизвольного шевеления в источнике не наблюдалось. Я вполне контролировал дар. Попробовал призвать дар Кернов, и он охотно откликнулся, обходя каналы основного дара.

— У меня огонь отозвался, — Ольга уже натянула купальник и подошла ко мне. — У тебя серебристые искры в глазах, — прошептала она, глядя на меня. — Очень красиво.

— Не смотри на меня так. — Я встряхнулся, отгоняя наваждение. — Всё-таки в каждом из нас есть что-то от завоевателя. Знаешь, когда и страна, и женщина лежат у твоих ног… — Она легонько стукнула меня по плечу. — Ай, что ты дерёшься? — И тихонько рассмеялся, а потом серьёзно добавил. — А Верн, тварь добрая. За собственную шкурку испугался, сволочь, не дал нам в месте силы завершить то, что прекрасно здесь получилось. Всё бы у меня было хорошо, и не надо было такие извращения придумывать. У меня же все каналы распрямились окончательно, а источник полностью спокоен. До этого он даже под блоками пытался буянить, сейчас же…

Мы замерли и посмотрели друг на друга, а потом синхронно перевели взгляд на Паразита, который всё это время сидел рядом и смотрел на нас немигающим взглядом. Ощущения, которые нас накрыли, не были обычной страстью, это было что-то необузданное, такое, как в месте силы, когда я орла на нашу вечеринку призвал.

— Мяу! — заявил он, глядя на меня с презрением. Мол, наконец-то, ваше высочество соизволили на бедного котика внимание обратить.

— Я тебя заметил, как только глушащая аномалия исчезла. Спасибо, что на этот раз не вмешался. — Тихо сказал я коту. Он внимательно посмотрел на меня, потом подошёл к опустившейся на колени Ольге и лизнул её в щёку. После повернулся и пошёл куда-то вглубь острова, периодически останавливаясь и глядя на нас, словно проверяя, идём мы за ним, или где-то застряли.

— Андрей, он нас зовёт, — Ольга поднялась на ноги, и мы догнали кота, который чуть прибавил скорость.

— Когда сорвались блоки, я всё-таки ни черта не контролировал в этот момент. Мне было не до этого, — я провёл рукой по волосам. — Похоже, дар вырвался погулять и нарушил заглушающую аномалию. Поэтому Паразит смог сюда переместиться. — И да, я снова чувствую Ромку. Приложив руку к груди, прислушался к ощущениям и покачал головой. Надо же, я даже не замечал этой связи, пока меня её не лишили.

— Меня в пот бросает оттого, что Паразит практически всё время сидел рядом и наблюдал, как мы… — Ольга вспыхнула и покосилась на кота.

— Да уж. Как зритель на довольно специфическом представлении поприсутствовал. Паразит, куда ты нас ве… Господи, боже мой, — мы остановились возле круга из камней. В центре круга росло несколько пальм. И оттуда веяло какой-то запредельной жутью.

Круг хорошо удерживал защиту, создаваемую камнями. И до нас даже через все слои защиты доносился запах тлена.

— Что это? — Ольга прижалась ко мне, глядя на круг огромными глазами. — Андрей, ты знаешь, что это?

— Да, — я кивнул. — Это родовой могильник для тёмного единорога. Скорее всего, остров был когда-то заселён, и безликие решили пустить жителей на прокорм подрастающему единорогу. Твари, какие же они твари. — Я смотрел на круг со смесью брезгливости и восхищения. — Теперь понятна заглушающая аномалия. Отец говорил, что, когда он вскрывал могильник с Зелоном, вблизи даже телефоны не работали. Но источники не блокировались, это точно. А здесь что-то совсем странное. Глушилка на таком расстоянии обычно на могильники не ставится, да ещё и такая мощная.

— Я знаю, почему это место так сильно заглушили, — тихо произнесла Ольга, присаживаясь около одного из камней и проводя рукой по символу, вырезанному на нём. — Это кобыла, Андрей. Похоже, безликие хотели вывести таких единорогов, которые могли бы размножаться, хм, естественным путём. Чтобы не заморачиваться с могильниками, в которых они созревают сотни лет.

— Верн сказал отцу, что Зелон был одним из последних единорогов, кого Кай заложил в могильник. А ещё, судя по характеристикам, Зелон сильно отличается от других единорогов, — я задумчиво смотрел на символ — древнее обозначение женского начала. — Верн сказал, что Кай торопился и мог сделать бракованного единорога. А что, если нет? Сомневаюсь, что эта тварь — Кай, способен настолько торопиться или волноваться, чтобы допустить столько ошибок. Кодекс показал мне его. Единственное, что Кай умеет делать самозабвенно, — это ненавидеть. Вот при этом у него чердак начинает конкретно протекать. А единорогов он не ненавидел. Он вообще никаких чувств к ним не испытывал, это был его проект.

— Он сделал так, чтобы Зелон вошёл в полную силу к моменту рождения подруги для него, — Ольга обхватила себя за плечи. — Чтобы он смог её защитить. Андрей, как получилось, что твоему предку удалось одолеть этих мразей?

— Стечение обстоятельств. И ему помогла девушка, маг крови. Кай убил её, и, по-моему, этим самым увеличил свой счёт перед Всеволодом. Не знаю, что чувствовал первый сын Орла, но та девушка любила его. Это было видно. Она рискнула всем, отдала жизнь, чтобы спасти его. А Кай у него её забрал. — Я тряхнул головой, прогоняя воспоминания той битвы, которую показал мне Кодекс.

Паразит подошёл к нам и сел. Похоже, он показал нам всё, что хотел, и можно было уже перемещаться к родным.

Я крепко прижал к себе Ольгу, и кот прыгнул ко мне на руки. Секундная дезориентация, и мы стоим на другом пляже. К нам, что-то крича, неслись, обгоняя друг друга, Ромка и Юлька. За ними бежали все остальные. А прямо перед нами стоял отец. Он сделал шаг и молча обнял меня. А затем отступил назад, и я увидел, что он почти полностью экипирован в лёгкую броню. Только шлем лежал на песке. Он его туда бросил, когда шагнул ко мне.

Неподалёку стоял отряд, вооружённый до зубов, а на лице Егора Ушакова облегчение было написано большими буквами. Кстати, вот такая дурацкая улыбка ему идёт. С его рук с диким рёвом соскочила белая кошечка и бросилась к Ольге, которая ловко её поймала и прижала к себе. Я же осмотрел отряд более внимательно и задал самый идиотский вопрос, какой вообще можно было придумать.

— А вы куда собрались? Решили небольшое островное государство захватить?

Глава 22

— Ром, я просчитал варианты, — Ванька Подоров зашёл в комнату Романа и сел в кресло, глядя на, непривычно серьёзное, лицо друга. — На Ларису покушаются из личной мести. Восемьдесят процентов. Из них — шестьдесят процентов, что это отвергнутый ухажёр.

— Да? — Роман задумался. — Надо уточнить, кого она бортанула перед тем, как на неё грузовик спустили.

— Ром, всё нормально? — спросил Ванька, вставая из кресла и подходя к кровати, на которой лежал Орлов.

— Да, просто отойти никак не могу. — Роман провёл ладонью по волосам. — Я некоторое время думал, что Андрей погиб. — Он сел и интенсивно растёр лицо руками. — Тебя там не было. Я никогда не видел того же Стёпку таким потерянным. Он же начал себя обвинять, что не проследил, что выпустил из вида. Как будто он мог тогда разорваться.

— И как его в чувство привели? — спросил Ванька тихо.

— Андрюха по морде заехал. Просто и без затей. — Рома встал и сделал несколько энергичных движений. Он почти весь день после возвращения провалялся на кровати и теперь чувствовал, что немного затёк.

— Что делать будем? — спросил Ванька.

— Не знаю, — Роман махнул руками. — Но что-то делать надо. Андрей на допрос напросился: того хрена, которого Стёпка живьём взял. Сегодня за него твой отец возьмётся, вот Андрей и подкатил с просьбой поприсутствовать.

— А не проще тебя туда отправить? — спросил Ванька. — Всё-таки дар смерти быстро языки развязывает.

— Не проще. — Рома покачал головой. — Туда даже Вольфов нельзя отправлять. Говорю же, тебя там не было. Даже отец на мгновение засомневался. И мы ещё полностью не отошли. Можем сорваться, если эта гнида что-то не так скажет. А у Андрея таких проблем нет, он, как оказалось, видел, что с нами всё в порядке. Даже по головам пересчитал. Заодно мы узнали, что мага крови практически невозможно заблокировать. Если только кровь всю выцедить. Да и у самого Андрея источник вскрылся и стабилизировался.

— Как это? — Ванька потёр лоб. Соображалось плохо. Они все были как на иголках, когда узнали о нападении. Его отец даже стакан накатил с какой-то бурдой, когда Константин позвонил и сообщил, что всё в порядке, все живы, и даже ему везут подарок в виде живого нападавшего. — Как он его умудрился не только вскрыть, это-то у Андрея неплохо получалось, но и стабилизировать?

— Догадайся, — Роман впервые за эти дни ухмыльнулся. — Они-то с Ольгой не сходили с ума, думая, что кто-то из нас погиб. Так что, похоже, сняли стресс, параллельно стабилизировав Андрюхин источник. — Они с Ванькой глубокомысленно задумались, а затем Рома тряхнул головой. — Так, пока Андрей выясняет подробности, давай-ка Ларину проблему решим.

— А что, тебя твоя прабабка уже не кошмарит? — спросил Ванька, прикидывая, хватит ли ему времени, чтобы составить Ромке компанию. Поняв, что не хватит, поморщился. Бабушка в категоричном тоне потребовала его к себе на ужин, и он не смог отвертеться. Так что Ромке придётся одному к Ларисе ехать.

— Настя уже уехала домой. Я научился отделять дар проклинальщика от остальных, а специальных заклятий здесь нет. Работает просто, как молоток: призываешь дар и направляешь на жертву с наилучшими пожеланиями.

— Что, так просто? — Подоров улыбнулся.

— Нет, конечно, но принцип вот такой. — Рома остановился перед Ванькой. — Что ты мне можешь ещё сказать про Ларису?

— Ничего, — Ваня замолчал. — Разве только… — Он задумчиво посмотрел в стену, а затем снова перевёл взгляд на Романа. — Почему-то почти пятьдесят процентов вероятности, что Лара даже не знает этого ублюдка, который пытается её убить.

— Как это? — Рома удивлённо уставился на него.

— Не знаю, правда, вот так. — Они замолчали, а затем Подоров неохотно сказал. — Ладно, я в городской дом Подоровых. Бабушка хочет меня видеть. Отец сбежал на допрос, а у мамы срочный аудит в лабораториях. У меня ничего срочного нет, поэтому я буду отдуваться за всех.

— Надеюсь, Жанне не пришла в голову мысль, что тебя пора женить, — хохотнул Ромка.

— Вот сейчас лучше помолчи, — и Ванька вышел из комнаты Ромы, высоко задрав подбородок.

— Какое счастье, что я не наследник, и обо мне, возможно, скоро не вспомнят в плане этого долга перед кланом, — пробормотал Роман и взял телефон. — Лара. Ты сейчас где? На работе? Мы только вчера вернулись, — они пробыли на море ещё пять дней, успокаивая нервы. Все, включая взрослых. Уже к вечеру, к ним присоединились матери. Только семейство Подоровых осталось в столице. Матвей тщательно готовил оставленного ему урода к сегодняшнему допросу.

— Рома? — в голосе Ларисы прозвучало удивление, словно она не ожидала, что он ещё когда-нибудь ей позвонит. — Я на работе. Меня здесь давно не было, столько дел скопилось.

— Я сейчас приеду. Поужинаем где-нибудь, — непреклонным тоном заявил Роман. — Ванька сумел просчитать кое-какие вероятности. За ужином обсудим. Твой отец выделил тебе охрану?

— Да, и я чувствую себя ужасно. — Лариса с восторженным ужасом вспоминала, как жила в доме Вольфов вместе с частью клана Орловых, с императором во главе. А также с Ушаковыми, Устиновыми, и самими Вольфами. К концу этого странного отпуска она даже привыкла. И уже не пребывала в предобморочном состоянии, когда сталкивалась в коридоре с растрёпанным от сна Егором Ушаковым, к примеру, бредущим к столовой в домашних брюках и футболке. Но почему-то после этой поездки охрана, приставленная к ней отцом, начала вызывать глухое раздражение.

— Предупреди их, что я приеду. И отца предупреди, что я тебя домой привезу, чтобы он не подпрыгивал, — посоветовал Роман и отключился. Бросив телефон на кровать, он принялся переодеваться, чтобы не идти на это почти свидание в мятой одежде, в которой спал.

* * *

Само здание Службы Безопасности давило, заставляя переживать панические атаки. Вот вроде бы, Валерий Смирнов не владеет даром, а разработал и построил такое здание, подходя к которому сразу понимаешь — это СБ, и никак иначе.

Я прошёл через идентификационную арку, поёжившись, когда многочисленные лучи считали всю необходимую им информацию. На той стороне меня уже ждал Илья.

— Какие первичные данные? — сразу же спросил я у него, даже не поздоровавшись.

— Пока только имя и род занятий. Но Матвей приказал сильно на него не давить. Боится, что может смертельный блок стоять. А нам всё ещё нужно, чтобы он был жив и рассказал удивительную историю, — ответил Илья, направляясь вглубь этого жуткого здания. На самих сотрудников, похоже, эта груда камней никак не влияла. А может быть, они приходили сюда, поддавшись мрачной притягательности этого здания.

— А ты делал прогноз? — спросил я, когда мы подошли к допросной.

— Нет, мало данных, — Илья покачал головой. — После допроса, если ничего не прояснится, попробую поработать. Но, сам понимаешь. — Он открыл дверь своим ключом, и я вошёл в допросную.

Матвей уже был здесь. Он внимательно изучал какие-то бумаги, хмурясь при этом. Подняв на меня взгляд, он кивнул на стул рядом с собой.

— Твой отец пообещал скормить этого подонка новорождённой кобылке, если он начнёт упрямиться. — Сообщил Подоров, захлопывая папку.

— Она ещё не родилась, — парировал я. — Судя по состоянию могильника, её появления ещё полгода нужно ждать, если не больше.

— Ничего, Костя подождёт. Вот только вряд ли ожидание для этого урода будет приятным. — Жёстко усмехнулся Матвей.

Дверь открылась, и два охранника ввели молодого ещё мужика лет тридцати. Коренастый, темноволосый, он смотрел на нас с Матвеем вызывающе, можно сказать нагло. Почему-то тот факт, что его сильно не трогали, вызвал в нём ощущение, что всё в итоге будет хорошо, а на страшную Службу Безопасности просто наговаривают.

Его руки были скованы, и я с удивлением увидел браслеты противодействия. Вот как, одарённый, значит. Исключённый из реестра клан, или просто чей-то ублюдок? Охранник тем временем ловко прикрутил браслеты к столу, заставив его слегка нагнуться вперёд.

Матвей молча разглядывал его, а на лице у него не отразилось ни одной эмоции. Охранник вышел из допросной, а молчание всё ещё сохранялось. Наконец, заключённый не выдержал.

— Ну, и долго мы будем вот так сидеть? — спросил он, нагло усмехаясь.

— Столько, сколько мне захочется, Марат Самуилович, — любезно ответил ему Подоров. — Так уж получилось, что сегодня у меня нет больше дел, и остаток дня я вполне могу посвятить вам.

— Судя по тому, как охранник распрямлял плечи, ты Подоров, — Марат слегка наклонил голову набок, разглядывая шефа Службы Безопасности. — Не впечатляешь. Даже мальчишки, которые нас уделали, выглядели более впечатляюще.

— Я рад за них, и с удовольствием передам Егору Александровичу Ушакову и Денису Анатольевичу Устинову, что они произвели на свет и воспитали сыновей, вид которых, как и действия, производят впечатление. — Матвей слегка улыбнулся, самыми кончиками губ.

— Так, постойте, какие Устиновы с Ушаковыми? — Марат нахмурился. — О чём ты вообще говоришь?

— Только не надо меня убеждать, что вы не поняли, Марат Самуилович, кто именно вас захватил. — Матвей продолжал его спокойно разглядывать. — Уверяю, если бы вы не заглушили сигнал, и мы получили сигнал с яхты раньше, чем Степан Ушаков деактивировал глушащее устройство, вы бы смогли на своей шкуре оценить действия отцов этих ребят. Итог для вашей банды от этого не изменился, но всегда интересно сравнить учителей и учеников, не правда ли? — Подоров чуть подался вперёд. — Вы были на берегу, вы не могли не видеть его величества и глав кланов тридцатки Совета, пришедших за детьми.

— Да ни хрена я не видел! — внезапно заорал Марат. — Этот, Степан, он же меня, как гусеницу, упаковал. Хорошо хоть дырки для носа оставил, чтобы я дышать смог.

— Заглушающее устройство идентично тому, что привёз Денис Устинов вместе с группой диверсантов Империи Востока. — Голос Матвея теперь звучал холодно. Словно он некромант и применил только что дар. — Откуда у вас это устройство?

— Подарили, — Марат зло оскалился. — Что, значит, мы сыночкам кланов чуть задницы не поджарили. Ну так казните меня, чего вы ждёте?

— Видите ли, Марат Самуилович, вы не просто детей кланов подвергли смертельной опасности. — Матвей откинулся на спинку стула и смотрел на него с жалостью. — Большинство молодых людей, находящихся на яхте — дети клана Орловых. И клан предъявил сегодня претензии, а также официальную просьбу, пока просьбу, отдать вас ему. Я даже представлять не буду, что с вами сделает глава клана, мне ещё охота спокойно спать по ночам. Могу лишь с уверенностью заявить, что у его величества очень богатая фантазия. И да, умирать ты, тварь, будешь долго, и совсем не безболезненно. — Подоров снова подался вперёд, а эта смена риторики заставила главаря банды отшатнуться. — И я отдам тебя Константину, потому что ты заставил его на мгновение подумать, что его старший сын мёртв. У меня не будет ни сил, ни возможностей, ни желания отклонять пока что просьбу главы клана Орловых.

— Лучше сам убей, — Марат внезапно понял, в какую серьёзную ситуацию попал. Он вообще, похоже, дураком не был.

— Нет, — Матвей улыбнулся. — У меня, конечно, тоже с фантазией всё нормально. И я тоже за свою крестницу мечтаю тебя на лоскуты накромсать, но я не могу лишить его величество радости заняться тобой лично. Это будет невежливо. А ты думал, для чего тебя кормят, поят и не применяют физические методы воздействия? Из-за моего безграничного человеколюбия? Или для того, чтобы сделать приятно главе клана Орловых, передав ему тебя в приличном виде?

— Вы не можете меня отдать клану. Я не вещь! — прохрипел Марат, у которого воображение работало отлично, и он в красках начал представлять, что с ним Орловы будут делать. Наверное, это хорошо в определённых случаях иметь такую репутацию, от которой даже бандиты начинают в ступор впадать. — Почему ты меня не допрашиваешь?

— А зачем? — Матвей пожал плечами. — Моим следователям ты ничего не сказал. Мне отвечать тоже отказался. Поверь, Орловы получат ответы на все вопросы, и Константин Витальевич пообещал, что поделится ими со мной. Пошли, Андрей, предоставим господину Свиридову подумать немного о жизни, прежде чем его упакуют для передачи Орловым.

И Матвей начал подниматься со стула. Самое смешное заключалось в том, что этот урод не связал меня с теми самыми Орловыми, так же как и Матвея. Хотя тот ему даже не намекнул, а открытым текстом про Юльку сказал.

— Стой. Что мне надо сделать, чтобы ты оставил меня здесь, и чтобы меня казнили, как предателя, изменника, да как угодно, только не сдохнуть в руках палачей этого чокнутого клана, — Марат сжал губы. Он был предельно сосредоточен, а по виску пробежала капля пота.

— О, как ты заговорил, — Матвей задумался, а потом сел на своё место. — Докажи мне, что ты именно изменник Родины, а не простой наёмник, которого наняли для убийства Великого князя, его родных и близких друзей. Дай мне повод отказать Орловым, чтобы даже Совет кланов не смог оспорить моего решения. И тогда, после проверки информации, тебя просто повесят.

— Я всё скажу. Всё, что знаю, — он опустил голову.

— На тебе есть поводок или печать клятвы? — сразу же спросил Матвей.

— Нет, нас же не нанимали, просто информацией поделились, — Марат зло оскалился. — Да, глушилку дали. Сказали, что в охране груза, скорее всего, одарённые будут. Что Устинов охрану предоставил, а у него много сыновей мелких кланов служит. Надо же, не обманул, тварь узкоглазая, — Свиридов расхохотался. — Точно Устинов охрану предоставил. Собственного сына, — и он всхлипнул.

— Рассказывай, — холодно произнёс Матвей.

— Да нечего особо рассказывать, — он поднял голову. — Наш клан вычеркнули из реестра за три поколения до моего рождения. Я уже почти не владею даром, а у моих детей даже зачатков нет. Всё-таки — это не сказка, что причастность к Кодексу, даже когда твоё имя просто в реестре числится, влияет на носящих дар.

— Нет, это не сказка. — Подтвердил Матвей, не перебивая Свиридова. — Это был ваш первый налёт на яхту?

— Нет, — он покачал головой. — Недалеко от того места, где мы решили, на свою голову, на яхту Вольфа напасть, есть архипелаг. Стрёмное место. Там и источник кое в каких местах глушится, да и вообще рядом с одним островом жуткая тоска нападает. Охота вены себе вскрыть, чтобы не мучиться.

Да? А я не заметил. Да и Ольга весьма охотно отдалась мне. Нас тогда вовсе не тоска накрыла, а какое-то безумие. Настолько всё было остро и крышесносно. Но наверное, это зависит от принадлежности дара, а может, и от чего-то ещё. Не суть. И я продолжил молча слушать рассказ.

— На одном из островов мы организовали базу. Это территориальные воды империи, погранцов там нет. А к архипелагу мало кто подходит близко, разве что к крайним островам, на которых хорошие пляжи. Да и не задерживается там никто. Пара часов, и отчалили. Так что база хорошая. Была. — Он горько усмехнулся. — Наверняка Устинов с Ушаковым её уже выпотрошили.

— Не отвлекайся, — напомнил ему о себе Матвей.

— Да, сейчас с мыслями соберусь, — Свиридов мотнул головой. Капля пота сорвалась с его волос и упала на стол. Надо же, как сильно он не хочет к Орловых в застенки попасть. — Мы нападали на контрабандистов. Перевозчиков ценностей, в общем, на тех людишек, которые точно не побегут жаловаться большому боссу. — И он посмотрел на Матвея. — Навар хороший, да и сильно мы не беспределили. На мокруху я редко шёл, так что с облавой никто по наши души идти не собирался. Самим не хотелось внимания привлекать. — Он задумался. — Этот джунгар ко мне в баре подсел. Я кофе пил. Утро было ещё раннее. Он сказал, что из марины рядом с «Ундиной» через пару часов в море выйдет яхта. И что на этой яхте будет груз. Драгоценные камни. Много. Достаточно, чтобы рискнуть. Что яхта принадлежит Вольфам и что я уже не маленький, должен понимать, такое состояние, как у них, честным путём не заработать. Что из-за этой яхты и груза Вольфы не будут мстить. Сделают вид, что её и не было никогда. Он был чертовски убедителен. Времени было мало, но мы успевали, поэтому решили рискнуть.

— Внушение, — вздохнул Матвей. — Он дал вам заглушку из-за охраны из сыновей кланов, — Свиридов кивнул. — Что он просил в качестве награды за наводку?

— Он знал, что мы стараемся не убивать команду. Мы и парней не хотели мочить, пока они конкретно за нас не взялись. — Внезапно я понял, что это правда. Возможно, именно этот первичный посыл и дал возможность сохранить нам всем жизни. — Он сказал, что на яхте будут девчонки, мол, их взяли с собой, и чтобы развлечься, и для отвода глаз. Мы должны были забрать девушек и отдать ему. Он даже разрешил слегка поразвлечься с этими цыпочками, они там одна краше другой были.

Я почувствовал, как у меня сжимаются кулаки. Матвей же сцепил пальцы рук и покачал головой.

— Идиоты, — он смотрел на Свиридова с жалостью. — Среди этих цыпочек были дочери кланов Орловых и Ушаковых. А также невеста Великого князя и приглашённая гостья — дочь Артёма Гусева. В общем, Андрей, последнюю фразу ты не слышал, — сказал Матвей, поворачиваясь ко мне. — Почему ты решил, что информатор именно джунгар?

— Я что, их акцента не знаю, — Свиридов смотрел в одну точку на столе. — Да и когда он чек подписывал, я увидел его имя — Горо Кавамура.

— Это точно? — резко спросил Матвей.

— Да, точно. Он не слишком скрывался.

Матвей уже набирал номер в телефоне.

— Ян, это Кавамура. Наплели дичь этим благородным пиратам. Обещали несметные богатства в обмен на девушек. Они точно не говорили, какая именно им нужна, но тут даже Илью не надо напрягать, чтобы догадаться. — Сказал он ядовито. — Начинайте процедуру.

Отключив телефон, Матвей встал. Я поднялся за ним. Здесь мне делать было больше нечего.

— Сейчас придут следователи, и ты очень тщательно расскажешь, какие именно яхты брал, имена информаторов, имена тех, кто скупку краденного производил, это понятно? — Свиридов кивнул. — Пошли, Андрей. Мне нужно срочный доклад сделать. А тебя я наедине с господином Свиридовым не оставлю. Я ему обещал лёгкую смерть, а судя по твоему лицу… — Он покачал головой и, схватив меня за плечо, выволок из допросной.

Глава 23

Роман оставил машину на стоянке и направился к лифту, ведущему к офисам торгового центра. Но не успел войти, как двери лифта открылись и оттуда вышла Лариса.

— Я увидела тебя из окна и решила выйти, чтобы ты не бегал туда-сюда, — она слабо улыбнулась. Ей пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Она подошла слишком близко, но он не оставил ей шанса, встав недалеко от лифта.

— Лара, — ласково проговорил Роман, глядя на её запрокинутое личико. — А где твоя охрана?

— Я попросила папу убрать её, — девушка моргнула. — Сказала, что ты за мной приедешь. Не будут же они за нами в ресторан ходить. Да и, Рома, ты, как никто другой, можешь меня защитить, в случае чего.

— Господи, дай мне силы, — простонал Роман, испытывая горячее желание схватить её за плечи и встряхнуть как следует. — Лара, как ты дожила до восемнадцати лет? А твой отец чем вообще думает?

— Но, Рома, ты же сам просил…

— Я просил тебя предупредить охрану, чтобы меня не мурыжили, а сразу пропустили к тебе, а не отпускать её, — Роман закрыл глаза.

— Я так не могу, — призналась девушка. При этом она выглядела несчастной. — Я никогда не была так плотно окружена охраной. Мне в сентябре в университет возвращаться. Там же я не смогу с охранниками на лекциях сидеть.

— Так, Рома, спокойно, — сказал сам себе Роман. — Лара, это временная мера. Я же тоже не хожу в окружении охраны. Да даже отец может позволить себе запросто запрыгнуть в поезд, чтобы увезти нас с братом к месту силы. Но тебе пока угрожает непонятная опасность. И ты не должна её игнорировать. Знаешь, у меня появилось просто непреодолимое желание увезти тебя во дворец, чтобы ты прониклась тем, как должна выглядеть служба безопасности клана, ну или такой обеспеченной семьи, как ваша.

Лариса открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут у Романа зазвонил телефон. Он выглянул на улицу, убедился, что никого на стоянке нет, только несколько машин ждут своих хозяев.

— Иди к моей машине, я следом, — скомандовал он и ответил на звонок. — Да, Андрей, что-то удалось выяснить?

— Это Кавамура, — голос брата звучал глухо. — Ян не успел отнести претензионные документы, как прискакал посол. Похоже, их заочно объявили ронинами, и император Мэйдзи вычеркнул их клан из реестра. Территории клана сейчас отчуждены, находятся на официально нейтральной территории. Так как это приграничный клан, проблем с отчуждением не возникло. Статьи Кодекса на них с этого дня не распространяются.

— Получается, Мэйдзи знал, что затевает клан? — Рома остановился, глядя, как Лара идёт к его машине.

— Да, получается, знал. Это была инициатива главы клана. Он тогда, в той битве настолько охренел от действий мага крови, что жизнь положил, но всё разузнал о семье Ольги. — Андрей замолчал. — Этот козёл решил женить на ней второго сына клана. Ему нужны были дети, понимаешь. — Андрей говорил сквозь стиснутые зубы. — Как только Ольга родила бы парочку детишек, унаследовавших семейный дар Ивановых, её бы… Я вообще сомневаюсь, что она вела бы нормальную жизнь, скорее всего, её заперли бы где-нибудь, и эта тварь, второй сын клана, ходил бы к ней на случку.

— Андрей, успокойся, — Рома чувствовал настроение брата, и оно начало понемногу влиять на него самого.

— Я почти спокоен. — Ответил Андрей. — Мэйдзи знал, но ничего не сделал. Служба Безопасности Империи Востока просто наблюдала за действиями Кавамуры, а вдруг сработает… Твари. — Выплюнул он. — И ведь знаешь, в чём основной затык? У её мачехи и брата, оказывается, была совесть. Откуда-то узнав, что планирует охеревший джунгар, они решили Ольгу выдать замуж и, таким образом, спасти.

— Да, получается, что так. — На стоянку вырулила дорогая машина и остановилась недалеко от Ларисы, перегородив ей дорогу. Роман нахмурился и быстро пошёл к замершей на месте девушке. — А узнали… Да, скорее всего, Кавамура свататься притащились. Андрей… — Начал он, но брат его перебил.

— Я сейчас начну обзванивать всех наших, ну а потом пойду к отцу. Надеюсь, он уже к тому времени закончит с послом.

— Ага, давай, — рассеянно проговорил Рома и отключился, ускорив шаг.

Тем временем из машины вылез бугай и шагнул к растерянной Ларе.

— Ты помнишь меня? — проговорил он, делая ещё один шаг в сторону девушки. — Ну же, клуб «Эдем», я купил тебе коктейль, а ты выплеснула мне его в лицо.

— Я не… — Она нахмурилась, а потом её личико разгладилось. — Ты мне предложил прогуляться в сторону туалета, чтобы познакомиться поближе.

— Да, точно. Ты меня тогда унизила перед друзьями и перед другими сучками. А Трескуновых нельзя так унижать. Да ладно бы дочь клана была, я бы утёрся. И меня бы поняли. Но из-за какой-то… — он оглядел её с ног до головы. — Надо мной ржали полвечера. А ведь ты даже не помнишь, как меня зовут.

— Я и не запоминала, — Лариса сделала шаг назад и наткнулась спиной на подошедшего к ним Рому. Сначала она испугалась, решив, что парней двое, и второй сейчас сделает с ней что-то жуткое, но тут почувствовала знакомый едва уловимый запах сложного одеколона и чуть не заревела от облегчения.

— Иди, куда шёл, парень, — бугай оскалился. — Мы тут с этой… сами разберёмся. Тем более что она куда-то исчезла. Если бы знал, куда укатила, не болтался бы здесь, как идиот, поджидая её.

— Да я бы, может, и пошёл, — протянул Рома. — Но ты загородил мою машину.

— Так, я тебя пропущу, не беспокойся.

— Я и не беспокоюсь. Неужели всё так просто? — Роман обхватил Лару за плечи и резким движением отшвырнул себе за спину. — А ты чего сам припёрся? Где твой наёмник, который в прошлый раз девчонку убить не смог?

— Так ты её хахаль, что ли? — бугай прищурился. Высокий и стройный парень, стоящий перед ним, опасным не выглядел.

— Если да, то что? — Рома осмотрел его и поморщился. Это каким нужно быть моральным уродом, чтобы ответственность за свои неудачи возложить на девчонку? А ещё он не мог до конца поверить, что всё настолько просто. Они головы сломали, строили версии, одна интереснее другой, а оказалось, что всё это затеял разобиженный кретин.

— На деньги её папаши, поди, клюнул? — бугай хохотнул. — Дочурка-то явно на модель из модных журналов не тянет.

— А тебе не всё равно? — ответил Рома, лениво растягивая слова. — Меня она, в отличие от тебя, не посылает. Ты мне не ответил, где наёмник?

— Эта мразь трусливая сбежала, — бугай сплюнул прямо Роме под ноги. — Он посмел мне угрожать, но быстро убрался. Только вот я с тобой и без него справлюсь. А потом займусь твоей подружкой. Я ведь поспорил тогда в клубе, что в койку её уложу. Так что, пожалуй, я сначала выиграю спор, а потом уже Гусев получит труп дочурки. Не думаю, что он переживёт. Заодно его бизнес кому-то достанется, и ниша, которую он занял, освободится.

— Почти идеальный план, — Рома покачал головой. — Что-то я не помню фамилию Трескуловых среди партнёров Артёма Гусева.

— Может, потому, что, мы не являемся его партнёрами? — и бугай попытался ударить Романа. На его руке блеснул кастет.

Парень как-то обидно легко отклонился от никогда не подводящего удара, поднырнул под руку и ударил его в область печени коротким отточенным ударом согнутыми пальцами. Бугай взвыл и согнулся, а Рома схватил его за волосы и с силой ударил рожей о подставленную ногу. После чего отпустил, позволяя упасть на дорогу. Присев, Орлов призвал дар и тщательно выделил каналы малефециума.

— А теперь слушай и запоминай, чучело моржовое. Ты тут намекнул, что будь Лара дочерью клана, было бы не так обидно, а твои придурочные дружки отнеслись бы к коктейлю в харю с пониманием. — Проговорил Роман, а бугай заёрзал, когда его коснулся призванный дар смерти, который у Ромы всегда шёл вместе с проклятиями. — Так вот, эту девушку взял под своё крыло клан Орловых. Сам император Константин проявил участие в её судьбе. И Лара пропадала на море по приглашению Юлии Орловой, в компании детей клана Орловых и их близких друзей.

— Да не может такого быть, — процедил бугай. — Ты что, тоже Орлов?

— Представь себе, да, — Рома усмехнулся. — И даже не однофамилец. А ещё я некромант. Ты же чувствуешь холод смерти.

— Что тебе от меня нужно? — теперь он хрипел, потому что Рома усилил влияние.

— Мне нужен наёмник, — ответил Роман. — То, что ты оставляешь в покое Ларису, не обсуждается, сам понимаешь. — Он провёл ладонью по лицу Трескулова. — Кодекс гласит: за действия сына клана отвечает весь клан. Убить тебя было бы слишком просто на самом деле. Поэтому я налагаю ответственность на тебя и твою семью. — В его голосе зазвучали обволакивающие нотки. — Все невезения, какие только возможны, свалятся на вашу семью и будут преследовать вас до тех пор, пока вы не притащите Подорову наёмника, стрелявшего в Лару. — Рома в последний момент заложил элемент прекращения действия проклятья. — Или, пока ваша семья не прекратит существовать. Потому что я сомневаюсь, что Лариса была единственной девушкой, которую ты хотел на спор отыметь. Но они не были Гусевыми, вот в чём проблема, и их отцы не могли нанять маленькую армию, чтобы стереть вас с лица земли. Ты даже попробовал поухаживать, коктейль притащил… — Рома резко отозвал дар и поднялся. — Убирайся. Условия, ты понял. Ещё раз увижу тебя или кого-то из нанятых тобой людей, убью.

Рома подождал, пока бугай довольно резво не встанет и не доберётся до машины. Двигатель взревел, и машина выехала со стоянки, и практически сразу раздался резкий, похожий на выстрел, звук лопнувшей шины.

— Ну что же, начинается, — равнодушно произнёс Роман и развернулся, столкнувшись с Ларисой. — А ты что здесь делаешь? Почему в офис не вернулась? У вас на комплексе отличный контур стоит. Этот хрен не смог бы туда войти.

— Я так испугалась, когда он замахнулся. Рома, он же тебя больше в два раза. — Пробормотала Лара, пропустив его отповедь мимо ушей, а в её руке, которую она прятала за спиной, Рома увидел какую-то тяжёлую на вид палку. Она что, решила ему на помощь прийти?

— И что мне с тобой делать? К себе привязывать, чтобы точно знать, где ты находишься? — он смотрел на неё, чувствуя возбуждение от скоротечной схватки и лёгкий откат после того, как призвал смерть. — А насчёт размеров ты права. Не понимаю, что он в тебе нашёл, ты же его меньше не в два, а в три раза. Как он себе представлял…

— Во мне только он что-то нашёл, — в голосе Лары прозвучала горечь. — Наверное, я зря его отшила.

— О чём ты говоришь? — Рома нахмурился.

— Ну, я — это же я. — Лариса пожала плечами. — У меня никогда парня не было. Я привыкла, но иногда всё равно обидно…

— Тс-с, — Орлов приложил палец к её губам. — Вот сейчас лучше помолчи.

— Да нет, всё нормально. Говорю же, что привыкла. Только, Рома, теперь я понимаю, проблема решена?

— Да, и это даже не проблема была, — Рома поморщился. — Но так часто бывает, что самый простой вариант — единственный, верный.

— Хорошо, тогда я тебя очень прошу, не звони мне больше. — Серьёзно проговорила Лариса. — И не приходи. Эта неделя с твоей семьёй и ближайшими друзьями — это была незабываемо. Я буду про неё внучкам рассказывать, как красивую сказку. Но давай на этом остановимся. Иначе отцу будет проблематично подыскать мне мужа, чтобы внучки в итоге вообще появились на свет.

— Я не понимаю, — Рома хмуро смотрел на неё. — Почему?

— Да, как ты не понимаешь, — она отбросила палку и стукнула его кулачком в грудь. — Ты мне нравишься! Сразу понравился. Ещё когда мы ругались из-за твоей машины. И я не хочу тебя больше видеть, чтобы не усугублять.

Она говорила что-то ещё, а он смотрел на неё и не слышал. В отеле он же не просто так повёл её именно в свою комнату. Наверное, в нём в последний момент взыграло благородство. И теперь он понимал, что взыграло оно зря, потому что Лара убедила себя, что если даже в таком состоянии она его не привлекает, то о чём вообще можно говорить?

— Лара, — он притянул её к себе и закрыл рот теперь ладонью, потому что она всё говорила и говорила… — Я Орлов. Я сын императора и брат наследника престола. И я, мать твою, бегаю за тобой, как собачонка, уже бог знает сколько времени. Ты хоть на минутку задумалась, почему я с таким упорством таскаюсь сюда? Ну не для того же, чтобы расследовать это нелепое дело, в конце концов! Да ещё и привлекаю к его решению родных! — рявкнул Роман. — Для этого хватило бы у Дениса парочку парней попросить, которые даже возле туалета тебя караулили бы. И им было бы плевать на твои возражения, потому что приказы Устинова для них приоритетнее. В конечном счёте они дождались бы этого урода и прикончили его прямо здесь. Всё, конфликт был бы разрешён. — Она моргнула, и по движению губ на ладони, он понял, что Лара хочет что-то сказать. — Хватит, — наконец, решил Роман, убрал ладонь и притянул девушку к себе поцеловав.

Она дёрнулась, а потом запустила руки в его светлые волосы. Когда Роман понял, что ещё немного, и он затащит её в машину, совесть снова проснулась, и он прошептал.

— Останови меня.

— Нет, — Лариса решительно покачала головой, а затем взяла его за руку и потащила к корпусу. — В офисе нас точно никто не побеспокоит.

— Лара…

— Если ты сейчас пойдёшь на попятную, то я возьму ту палку, и мне будет всё равно, что Матвей Игоревич расценит это как покушение на жизнь сына клана Орловых, — прошипела Лариса, закусив губу. — Если уж мне представился шанс, когда тебе всё равно с кем, то я не собираюсь его упускать.

— Какая же ты дурочка, — Рома засмеялся и первым зашёл в лифт, притягивая её к себе.

* * *

Я лежал на кровати, заложив руки за голову, и смотрел в потолок. На улице начало смеркаться, а я лежал и думал, что же скажу отцу. Все ребята уже были оповещены, и Вольфы с Борькой приступили к работе. Потому что они должны сработать первыми. Но мне всё ещё нужно было поговорить с отцом.

Посмотрев на шкаф, я решительно поднялся и стянул футболку. После чего вытащил официальный мундир Великого князя. Я надевал его всего один раз, на какой-то грандиозный государственный праздник и теперь надеялся, что он на мне сойдётся. Всё-таки прошло уже больше года с того времени.

Мундир сошёлся. Присмотревшись, я увидел, что он новый. Ира тщательно отслеживала такие нюансы, и тут мама тоже не подвела.

Повертев головой, привыкая к высокому жёсткому воротнику, я быстро, чтобы не передумать, вышел из комнаты.

Рыжов сидел в приёмной и гипнотизировал взглядом дверь кабинета.

— Что там? — спросил я, подходя ближе.

— Совещание. — Ответил Олег. — Решают, что будут делать с этим ублюдочным кланом.

— Я зайду? — и тут Рыжов посмотрел на меня. Присвистнув, он покачал головой.

— Даже так? — Я смотрел прямо и не отвечал. — Проходи. Приказа тормозить кого бы то ни было не поступало. Полагаю, Костя просто забыл его озвучить, но, что поделать, сам виноват. А мне сегодня что-то лениво уточнять.

Кивнув, я направился к дверям. В кабинете шёл жаркий спор, но, когда я вошёл, голоса стихли.

— Я могу обратиться к тебе, как к главе клана Орловых? — спросил я, подходя к столу, за которым чуть ли искры не летели. Но смотрел я исключительно на отца.

— Даже так, — он обвёл меня пристальным взглядом, повторив фразу Рыжова. — Обращайся.

— Я прошу от имени всех нас, отдать нам клан Кавамура. Володя и Фёдор Вольфы уже начали подготовительную работу. Боря им помогает разобраться в юридических аспектах восточного законодательства. — Сидящие за столом смотрели на меня так, что я чувствовал себя кроликом, случайно забежавшим на территорию волчьей стаи. — Мы не можем оставаться в стороне. Только не в этот раз. — Горячо проговорил я.

Отец молча разглядывал меня, и по его взгляду я не мог понять, о чём он думает. Наконец, он заговорил. Тишина в этот момент стояла абсолютная.

— Ну что же. Это действительно ваше право. Общее руководство будет осуществлять Андрей Орлов. Степан Ушаков и Константин Устинов — командиры силовых групп. Юра, помоги сыновьям, если они обо что-нибудь запнутся. Через неделю жду план штурма родового поместья клана Кавамура. Денис, передай Андрею те данные, особенно по поместью, которые удалось добыть. — Он на мгновение прервался. — Егор, мы на подстраховке. Разработаешь план «Б», на случай, если что-то пойдёт не так. Потому что эти твари полны сюрпризов, и у них на территории поместья мощный лабораторный комплекс расположен. — Отец снова посмотрел на меня. — Ну что же, за работу.

— Спасибо, — прошептал я и вышел из кабинета, чувствуя спиной те самые взгляды голодных волков, у которых наглый заяц отобрал добычу, которую они уже почти считали своей.

Выйдя в приёмную, я на мгновение прислонился затылком к двери кабинета, а затем быстро выпрямился и пошёл по коридору к комнатам Ольги.

Я столкнулся с ней в дверях её комнаты. Она уже хотела уходить, когда я поднял руку, чтобы постучать. Молча посторонившись, Оля дала мне войти в комнату, а потом тихо проговорила.

— Как хорошо, что ты пришёл. Мне сейчас не нужно договариваться с собственной гордостью, уверяя её, что это нормально, когда девушка сама приходит к своему парню.

— Так ты ко мне хотела идти? — я удивлённо посмотрел на неё.

— Нет, Андрей, я решила закрутить роман с охранником на ближайшем посту, а тут ты так не вовремя заявился, — она закатила глаза. — Ну, конечно, я хотела прийти в твою комнату под предлогом… да, уже неважно каким. — Она отступила на шаг и принялась меня рассматривать.

— Только ничего не говори, — я начал медленно расстёгивать мундир. Ольга же молча подошла к соседней двери и открыла её, приглашая меня в свою спальню.

Глава 24

— Мы закончили, — в голосе Вовки Вольфа, прозвучало ничем не прикрытое злорадство. — Все счета этих ублюдков закрыты, деньги и активы переведены на специально созданный расчётный счёт. Когда вы покончите с ними, перейдём к честной делёжке. Может быть, вы ещё что в доме найдёте. В сейфах иногда весьма интересные бумаги хранятся.

— Принял, — я отключил телефон и передал его стоящему рядом со мной Егору. Больше он мне пока не понадобится.

Вздохнув и выдохнув, я активировал наушник.

— Командирам групп захвата, действуем по готовности, — отчётливо проговорил я.

— Принял, — ответил Стёпка.

— Андрей, они нас заблокировали, — голос Устинова звучал слегка приглушённо. — Сейчас связь прервё…

— Это было ожидаемо, — пробормотал я зло. — Зато себя они тоже глушанули.

Развернувшись, я прошёл назад и остановился рядом с группой людей, стоящих на небольшом пригорке. Поместье было огромным, и нас засекли ещё при переходе границы. Так что в особой конспирации смысла не было. И это мы тоже учитывали, когда разрабатывали план по захвату клана Кавамура.

— Оля, они так мечтали увидеть работу мага крови, что не брезговали в своём желании ничем, — я протянул руку, затянутую в тактическую перчатку стоящей рядом с моим отцом девушке. Ольга была бледна, но настроена решительно.

— Не будем заставлять господина Кавамуру ждать, — она выдохнула и хищно улыбнулась. После чего вышла ко мне, одновременно призывая дар. Её глаза стали красными, словно в них крови плеснули, а в воздухе начали появляться первые штрихи руны призыва.

* * *

— Как у них работает защита? — я отбросил в сторону план периметра поместья и протёр шею. — Если они врубят свою заглушку, когда мы подойдём, то и защита должна будет навернуться.

— Нет, они на этот счёт подстраховались, — Костя Устинов протёр лицо. Мы практически двое суток почти не спали и жутко устали.

Отец сдержал слово: нам практически не помогали. Это должен был быть исключительно наш план от начала до конца. Если уж мы набьём шишки, то сделаем это самостоятельно. Единственное, что не обсуждалось, — нас будут страховать. Всё-таки это наша первая атака на клан, причём со всех сторон. А клан Кавамура даже для наших отцов лёгкой прогулкой не стал бы. Все всё прекрасно понимали, и хоть и скрипели зубами, но не мешали, и мы были им за это благодарны.

— У них какой-то стабилизатор в контур внедрён, — добавил Стёпка. — Независимый от внешних влияний.

— М-да, — я задумался. — Нужно учитывать в плане, что лаборатория и учёные не должны пострадать вот ни в какой степени.

— Это да, — Устинов с Ушаковым задумались. — Но вот будут ли они на нас работать, когда мы уничтожим клан?

В том, что мы его уничтожим, сами ли, или с помощью родителей, никто не сомневался. Но необходимо было сделать это как можно техничнее с минимальными потерями, с нашей стороны. Так, чтобы остальные десять раз подумали, прежде чем гадости против наших кланов планировать.

— Будут, — ответил Борька, падая в кресло рядом со мной. — Сотрудничать, я имею в виду. Ещё и клятвы клану принесут с радостью и огромным желанием.

— С чего бы? — Костя скептически хмыкнул.

— Они ронины, — Боря указал на стопку бумаг, которые притащил с собой. — Они бесправны, за них никто не вступится, когда мы их обдирать начнём. Хуже эта — у них так разного рода отбросы называются. Остаться без клана, а их клан вычеркнули из реестра, — позор на всю жизнь. А ещё, как оказалось, эти бедные учёные даже не могут покончить с собой. Не положено, много чести для каких-то там ронинов. Так что, если наш глава предложит им места в клане, они наперегонки побегут, тапки на ходу теряя, и самые страшные клятвы дадут. А там… Какую бы дичь господин ни придумал, будут выполнять всё смиренно, карма, мать их. Лишь бы снова без господина не остаться.

— Вот это я понимаю, высокие отношения, — я снова протёр шею. — Но это не решает проблему защиты. Без дара мы её не вскроем. То есть, мой источник они хрен заблокируют, но я не знаю, как это делать. А кроме меня… — И тут я замер, глядя перед собой. Облизал губы и, чтобы не передумать, быстро произнёс. — Есть один вариант, но он мне изначально ни хрена не нравится.

— Что за вариант? — Стёпка подался вперёд, а по виду Кости можно было предположить, что он меня сейчас начнёт трясти, как фокстерьер крысу, если я не скажу, что придумал.

— Как вы думаете, это будет слишком революционным шагом притащить на штурм огромного, хорошо укреплённого поместья женщину? — спросил я, а Стёпка и Костя переглянулись и уставились на меня, ожидая подробностей.

* * *

Ольга развела руки в стороны, и полностью сформированная руна завертелось в воздухе, а потом лопнула, осыпав всё вокруг серебристыми искрами. Возле границы периметра прямо из земли начал подниматься призванный голем.

Отец сложил руки на груди, не отводя пристального взгляда от всё больше и больше увеличивавшегося монстра. Его лицо в этот момент было непроницаемо, и понять, о чём он думает, не представлялось возможным.

— Какая красота, — пробормотал стоящий неподалёку Егор. — Такая мощь, и одновременно относительная простота.

Я покосился на него. Ну, к тому, что у крёстного своя градация прекрасного, я уже вроде бы привык, но он всё ещё не переставал меня иной раз удивлять.

Голем тем временем полностью сформировался. Ольга полностью контролировала своё творение. Как много раз было отработано на тренировках, она направила его прямо на защитный контур. Силовой каркас напрягся и затрещал. От огромной земляной глыбы во все стороны полетели ошмётки камней, но голем продолжал настойчиво таранить защитный купол. Раздался сильный треск, и он проломил контур, рассыпавшись в конце грудой комков земли и камней. Путь был свободен. И практически сразу заработал наушник, а со стороны поместья раздались выстрелы и всплески даров.

— Они сняли глушилку, — быстро проговорил Костя.

— Я понял. Ждём. Рома, щиты, — скомандовал я, дотронувшись до передатчика.

Практически сразу откуда-то сбоку донеслись отголоски обжигающего холода. Использовать дар смерти Ромка не мог, почти все заклятья не избирательные, а вот щиты теней на бойцов навесить — вполне. Да, немного холодно и неуютно, зато сохранят холодную голову, и практически от любого проявления дара этот щит защитит, вдобавок к брони. Ну и из-за него можно атаковать.

— Сделано, — коротко ответил брат.

— Устинов, Ушаков, Орлов, работаем. — Я вышел вперёд, и Ольга настроила для меня то самое заклинание, которое применила, чтобы мы смогли рассмотреть яхту. После чего отошла к отцу, встав чуть позади императора.

По земле пробежала дрожь, это применил свой дар Ушаков, искажая саму землю, чтобы выявить и деактивировать возможные ловушки. Они были и сработали, но как-то вяло. Да и немного их было. Повторная волна искажений ничего не выявила, и группы начали заходить на территорию клана Кавамура.

Для полного охвата территории поместья пришлось создавать три группы штурмовиков, вместо двух, как предполагалось изначально. Одна группа под руководством Игоря Орлова должна была блокировать лабораторию. Игорю был выделен купол подавления. Разработанный Тихоном на основе игрушек Кавамуры. Он мог полностью накрыть здания лабораторных корпусов, и не пропустить оттуда никаких сюрпризов.

Я посмотрел в ту сторону, где даже отсюда были видны белые здания лабораторий. Они приблизились, подчиняясь заклятью. Игорь остановился и указал направление. Его группа распалась, и бойцы принялись окружать комплекс. Комплекс охранялся, но охрану уничтожили ещё на подходе. Игорь опустился на колено и вогнал в землю свою часть артефакта, и почти сразу над корпусом раскинулся купол, словно кто-то надул огромный мыльный пузырь.

После этого Орлов развернулся к комплексу спиной и остался стоять на одном колене, вскинув автомат, контролируя свой участок территории.

* * *

— Нам не хватит двух групп, чтобы зачистить всю территорию, — наконец, произнёс Стёпка, с ненавистью посмотрев на карту поместья.

— Да, надо третью. Конкретно на лаборатории. — Подтвердил я. — Ты работаешь в доме, это самый сложный участок. Костя зачищает периметр. Но этот долбанный комплекс… Надо третью группу создавать.

— Кого поставишь командиром? — Буднично спросил Степан, склонившись над картой.

— Я поставлю? — Стёпка вместе с Костей посмотрели на меня.

— Конечно, ты, — ответил Устинов. — Это твоя операция. Ты решил, что нужна третья группа, чтобы нам не распыляться, и ты назначаешь командира. Всё просто, Андрюха. Твоё решение — твоя ответственность.

— Ромка? — неуверенно предложил Ушаков, сжалившись надо мной.

— Нет, у Ромы другие задачи. Он не сможет одновременно их выполнять и командовать группой, — ответил я, разглядывая карту. Вот кто мешал этим тварям вынести лаборатории за пределы поместья, как это сделали в своё время Керны, Орловы, да и вообще все кланы Российской империи.

— Что? — Ромка поднял голову от схематического изображения прохода Стёпкиной группы, в состав которой он будет входить. — Какой командир, вы совсем того? — Он покрутил пальцем у виска. — Я буду в доме ловушки деактивировать. Сила смерти в этом плане — почти универсальная отмычка. — Отец ему недавно показал разработки, проводимые в этой плоскости. И Ромка их сейчас усиленно осваивал. — Да и вообще. Вдруг кого-то быстро допросить придётся.

— Это, если они заглушку уберут. — Задумчиво проговорил Стёпка.

— Уберут, куда они денутся? — я лишь хмыкнул. — Ну а не уберут, нам же проще. Ольга големов клепать десятками может, у неё хороший объём резерва, на этих козлов хватит. Так, кого мне поставить командиром третьей группы.

— Меня, — когда я говорил, в комнату, ставшую нашим временным штабом, вошёл бледный Игорь. — Я достаточно хорошо подготовлен для этого.

Довольно долго я разглядывал сына Ильи, а потом кивнул.

— Хорошо, так и поступим, — и я внёс в план корректирующие значения. — Вань, посчитаешь варианты?

— Давай, — хмуро ответил Подоров, протягивая руку, в которую тут же легла куча исписанных листов. — Я уже думал, что никто из вас не догадается попросить. Или вы решили по старинке идти, без такой вот подстраховки? — Добавил он ехидно, и тут же принялся чертить на доске отрезки событий, соединяя их в одну линию.

* * *

Я посмотрел туда, где обосновались целители. Потерь избежать не удалось, но на это никто и не рассчитывал. Целители клана суетились вокруг пары десятков бойцов, получивших ранения. Шесть тел уже упаковали в чёрные мешки для транспортировки. Им уже ничем нельзя было помочь.

— Периметр чист, — раздался в ухе голос Устинова, и практически сразу со стороны дома послышались вопли, и на нас дыхнуло даром смерти.

— Степан, что у вас происходит? — спросил я нахмурившись. Бой затихал. Выстрелов уже не было слышно, но я не видел, что происходило в доме. Помотав головой, вернул себе обычное зрение, пережив несколько секунд дезориентации.

— Личная охрана главы клана решила покончить собой, но не сложить оружие, — через пару секунд ответил Ушаков. — Рома справился.

— Кто ещё погиб? — я поморщился. Сила смерти не выбирает жертву, одними охранниками там вряд ли дело ограничилось.

— Почти все сыновья клана, — неохотно ответил Степан. — У нас чисто. Глава клана пока жив. Можешь заходить. — Добавил он.

Егор, в это время также слушавший доклад сына, негромко выдохнул и махнул рукой своим людям, чтобы те выдвигались к целителям. Несмотря на все предпринятые нами меры, количество жертв среди бойцов увеличилось до одиннадцати. И теперь нужно было начать эвакуировать остальных раненных, чтобы количество чёрных мешков не прибавилось.

— Хорошая работа, — ко мне подошёл отец, положив руку на плечо. — Заканчивайте здесь.

И он, взяв Ольгу за руку, телепортировался. Понятно, второму магу с даром смерти здесь нечего делать. А вообще, когда в команде находится некромант, это снижает риск в разы. И глушилка была поставлена именно против Ромки, ну, и чтобы лишить нас связи. Когда мы с Ольгой выучимся, разговор будет совсем другой, но пока расклад вот такой.

Я надел шлем и пошёл к поместью. На территории бойцы Егора уже вовсю прибирались, стаскивая в одну кучу тела. Держащие периметр бойцы Кости Устинова им не мешали, но и помогать не спешили. Всё-таки дисциплина — это первое, что вбивает в голову Денис своим подопечным. Всё остальное — потом.

В доме пара бойцов стояла возле больших двустворчатых дверей.

— Слуги? — я кивнул на дверь, и один из них ответил.

— Да, Андрей Константинович. — Ответил мне старший. Я же кивнул и направился дальше.

Степан, Ромка и оставшийся в живых Кавамура нашлись в кабинете. Коридор к этому кабинету был завален трупами. Их было как бы не больше, чем на территории. Несколько слуг, под наблюдением четырёх бойцов оттаскивали тела, чтобы я мог пройти. Получается, что именно здесь Ромка применил дар смерти, не позволив их небольшой группе вступить в бой с превосходящими силами противника. Потому что этот бой неизвестно, чем бы закончился.

Я зашёл в кабинет и снял шлем.

Кавамура сидел в кресле и переводил взгляд, полный ненависти, с Ромки на меня.

— Надо же, сам Великий князь пришёл лично по мою душу, — он хорошо говорил по-русски. — Мне считать себя польщённым?

— А вот это, как угодно, — я повернулся к Степану. — Почему он всё ещё жив?

— Сейф, — пояснил Ушаков. — Его можно открыть только прикосновением ладони господина Кавамуры. А он никак не хочет идти нам на встречу.

— Содержимое сейфа уничтожится, если не выполнятся определённые условия? — спросил я, переведя взгляд на брата.

— Да, если бы не это, я уже давно миленького зомби сделал, и тот сам бы подошёл и открыл всё, что нужно, — ответил Ромка.

— Какие условия? — спросил я, переводя взгляд на Кавамуру.

— Он должен быть живой, и рука должна быть расслабленной.

— То есть, видимость, что он делает это добровольно, — задумчиво произнёс я.

— Похоже, ты успел разглядеть девочку, — внезапно глумливо произнёс Кавамура. — А на что она способна, сегодня мы все смотрели с болью в сердце. Потому что твой ублюдочный папаша быстро просчитал все варианты и заставил тебя её соблазнить.

— Меня никто не заставлял, — я улыбнулся краешком губ. — И родители моего отца были женаты на момент его зачатия. — Я продолжал смотреть на него. — Мне понятно, зачем ты это делаешь. Пытаешься нащупать моё больное место, чтобы я разозлился и прикончил тебя. Надо сказать, зря стараешься. Пожалуй, мы сделаем по-другому.

Я выхватил кинжал, обошёл кресло, в котором он сидел и вонзил кинжал в шею. Лезвие вошло прямо в позвоночник, дробя кости и разрывая спинной мозг. Удар был мною тщательно просчитан, чтобы не дай бог не убить. Кавамура взвыл от бессилия, а я подошёл к нему, схватил за воротник рубашки и выволок парализованное тело из кресла.

— Ну вот, все условия соблюдены, — сообщил я парням, подтаскивая тяжёлое тело к стене, в которую был вмурован сейф. — Глава клана жив и совершенно не напряжён. Рома, помоги мне.

Вдвоём мы приподняли тяжёлое тело, и я приложил безвольно висящую руку к замку. По руке пробежал луч и щёлкнул замок. Рванул дверь сейфа на себя и только когда она открылась, отпустил воющего Кавамуру.

— Ты совершил большую ошибку, не оставив своих попыток, когда уже стало известно, что Ольга входит в клан Орловых. — Сообщил я ему, выдёргивая кинжал и аккуратно перерезая глотку. Никаких сантиментов к этому ублюдку, который чуть нас всех не убил, я не чувствовал. Как и Стёпка, в это время чистящий ногти своим кинжалом. Как и Ромка, в этот момент, азартно копающийся в сейфе.

— Ну что, тут есть что-то для меня интересное? — спросил Борька, заходя в кабинет и подходя к сейфу, равнодушно переступив через тело Кавамуры.

— Развлекайся, — я широким жестом указал на кабинет. — А я пойду к лабораториям. В настоящее время именно там сосредоточены самые важные активы этого ублюдочного клана.

Глава 25

— Ларочка, ты видела новый выпуск «Сегодня»? — прощебетал в телефонной трубке голос Анфисы Афанасьевой.

— Нет, я его ещё не смотрела, у меня дел невпроворот, — ответил Лариса и вытащила из стопки прессы журнал. С обложки на неё смотрел серьёзный Костя Устинов в обнимку с какой-то девицей. Ему очень шла камуфляжная форма, надо сказать. — Вот прямо сейчас я на него смотрю.

— Ты не знаешь, кто этот юноша на обложке? — Анфису просто разрывало от восторга.

— Это Константин Устинов, — ответила Лара и замерла. Откуда бы ей знать, кто это? — Отец договаривался на обновление контуров защиты для наших объектов с представителем предприятия Устиновых, и я мельком видела наследника клана, — выкрутилась она.

— Он такой хорошенький.

— Сыновья кланов почти всегда хорошенькие, — меланхолично ответила Лара. — Анфиса, ты звонишь мне, чтобы предложить полюбоваться Устиновым? Тем более что, как я понимаю, это реклама следующего выпуска «Мужского».

— Не только. Но, дорогая, ты вся в работе, так почему бы тебе хотя бы на обложке журнала не посмотреть на красивых мужчин. — Вот теперь голос этой гадюки истекал ядом.

— Сомнительное удовольствие, учитывая, что конкретно этот молодой мужчина помолвлен с Марией Вольф, — ответила Лара, с трудом удержавшись, чтобы не сказать, что она не так давно на сыновей кланов, включая, кстати, Устинова, полдня любовалась. Они тогда были все в одних купальных шортах, даже без футболок. Анфисе наверняка бы понравилось. А от вида их отцов, она просто с ума бы сошла.

— Да что ты говоришь, наверное, заметка в газете была. Но, ты знаешь, я газет не читаю.

— Я догадываюсь, — Лариса не удержалась от сарказма. — Анфиса, так что тебе нужно?

— Открой журнал, дорогая. — Проворковала Афанасьева, не уловив саркастических ноток. — И звоню я, чтобы спросить, а почему интерьера твоего дома здесь нет? У вас же тоже съёмка была, если мне память не отшибло. Или там всё настолько убого, что Люсинда Ушакова не решилась пускать это в номер? А я тебе говорила: предоставь заниматься делами мужчинам и займись уже жилищем.

— Извини, у меня другая линия, — процедила Лара и отключилась, а потом захлопнула журнал и швырнула его подальше на стол. — Тварь завистливая. Теперь от этих кумушек не будет прохода.

— Тук-тук, — она резко развернулась и уставилась на светловолосого парня, стоящего в дверях, прислонясь к косяку, скрестившему руки на груди. — Я передам Устинову, что ты его не оценила. — Ухмыльнувшись, он прошёл в комнату, как обычно, затемнённую до такой степени, что пришлось лампы зажигать. Сделав шаг в её направлении, он нахмурился, увидев, как Лара отступила назад. — Что случилось?

— Рома, а ты, зачем здесь? — тихо спросила девушка.

— В каком смысле, зачем я здесь? — теперь Роман смотрел на неё удивлённо. — Я же предупреждал, что приду, когда появится время. Извини, что не звонил, но об этом я тоже предупреждал. Мы только сегодня утром вернулись с Дальнего Востока, и, поверь, нашу поездку лёгкой нельзя было назвать.

— Я думала, что ты говоришь это из вежливости, — пробормотала Лара, встав так, чтобы между ними оказался стул. — Что так принято, мол, я тебе позвоню и всё такое. Я не думала, что ты снова придёшь.

Когда в тот вечер Рома отвёз её домой, он действительно говорил, что ему некогда будет даже звонить, но она не придала этому значение, решив, что он просто так вежливо от неё отделывается. Нет, она не сожалела ни секунды, что переспала с ним, просто не думала, что возможно продолжение.

— Лара, о чём ты вообще говоришь? — Рома схватил этот дурацкий стул, который она между ними поставила, и попытался отшвырнуть его в сторону.

— Ой, а ты знаешь, тот урод, ну, который на нас с тобой грузовик натравил, Трескулов, он ведь погиб. Такая нелепая смерть на самом деле. Рабочие поднимали рояль на третий этаж их дома, и верёвки оборвались. Представляешь?

— Представляю, — ответил Рома. — Я читал в газетах. И про то, что их дом после этого сгорел, а бизнес полетел в Бездну, при посильной помощи твоего отца, я тоже читал. Лара, хватит мне зубы заговаривать, — он всё-таки отодвинул стул и подошёл к Ларисе вплотную. — Я, вообще-то, очень понятливый парень. И если ты просто не хочешь иметь со мной ничего общего, то прямо скажи об этом.

— Я не… — Лара начала говорить, но прервалась, а затем продолжила. — А зачем ты встал так близко? Я не могу сосредоточиться, когда ты вот так стоишь. У меня сразу мысли куда-то не туда сворачивают, совершенно в неправильную сторону.

— Лариса, просто: да, или нет. Я сразу же уйду, и ты меня больше не увидишь.

— Это довольно спорный момент на самом деле, потому что я точно тебя увижу. На фотографиях, в газетах, в журналах…

— Как же ты много болтаешь, — Рома тихонько рассмеялся. — Так да или нет? Мне остаться или валить отсюда?

— Рома, это нечестный приём. Отойди к двери, и я точно смогу тебе на неё указать. А потом буду смотреть журнал и рыдать над интерьером дома Афанасьевых, потому что я отвратительная хозяйка. Вот помогать папе с бизнесом у меня неплохо получается, а подобрать шторы, как-то не очень…

— Лара, посмотри на меня, — Рома обхватил её лицо ладонями. — Мне уйти?

— Нет, — она покачала головой. А он только вздохнул. Вот с кем-кем, а с Ларисой Гусевой скучно ему точно никогда не будет.

— Я через пару недель уезжаю, — серьёзно сказал Рома, продолжая держать её лицо в ладонях. — Андрей будет индивидуально заниматься с одной малоприятной личностью, которой, видите ли, мешают отголоски чужого дара.

— Ты сейчас, зачем это говоришь? — решила уточнить Лара.

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной. — Рома коснулся её лба своим и чуть-чуть выпустил дар. — Осенью в деревне, говорят, здорово. К тому же я точно буду уверен, что ты никуда не вляпалась, по крайней мере, без меня, и не вбила себе ничего в голову. — Он пристально смотрел на неё, но не видел, чтобы она хоть как-то отреагировала на его зловещий дар. И от этого сносило крышу. Рома привык себя контролировать, особенно во время интрижек, и никак не мог поверить в то, что с этой девушкой сдерживаться не надо.

— А мой университет? — Она невольно нахмурилась.

— Ничего страшного за пару месяцев не случится. Зато мы сможем узнать друг друга получше.

— Получше, для чего? — Рома пожал плечами и очень легко поцеловал её, а потом отстранился.

— Мне надо обращаться к твоему отцу?

— Нет, мы же не клан, я не связана такими условностями. То есть, я, конечно, скажу ему, куда я поеду и с кем, но делать официальное объявление не нужно. — Она не стала Роме говорить, что ей предстоит выслушать длинную многочасовую лекцию на тему, почему не надо связываться с Орловым. Зачем его расстраивать.

— Вот и хорошо. А теперь поехали уже, поужинаем, а то я есть хочу.

* * *

Телефонный звонок вырвал меня из сна. Я покосился в ту сторону, где он надрывался, и даже пальцем не пошевелил, чтобы взять трубку.

Мы не так давно вернулись из поместья Кавамура, где только вчера закончили все дела. В сейфе оказались бумаги на землю. И Борька с трудом и с помощью своего отца добился её отчуждения в нашу собственность. Но даже Яну не удалось сделать эту землю частью Российской империи. Потому что за проделки этого клана Мэйдзи уже пошёл на территориальные уступки по спорной границе. Проблема заключалась в том, что иностранцы не могли владеть землёй на территории Империи Востока. Возник юридический прецедент, который Ян с сыном с трудом, но смогли выиграть.

В то время, пока они бодались с местными чинушами, мы разбирались в другой собственности, отошедшей нам в качестве компенсации морального ущерба. Как и предположил Борька, многие слуги, а также все сотрудники лабораторий дали клятвы кланов и остались на своём месте. И это место следовало очень серьёзно обезопасить. Так что работы хватало всем. И только вчера вечером мы поняли, что больше наше непосредственное участие не требуется, и улетели домой. Полетели на самолёте, чтобы отоспаться.

Вот только я до своей комнаты даже не дошёл, сразу же к Ольге свернул. Она тоже, как оказалось, соскучилась. В общем, в итоге мы уснули. Ну а что, не могу я захотеть поспать с дороги?

Снова зазвонил телефон. Ольга подняла с моего плеча растрёпанную головку и сонно улыбнулась.

— Ты возьмёшь трубку? Вдруг это что-то важное?

— Как мы вообще умудрились заснуть, ещё даже не вечер? — я зевнул и поднёс телефон к уху, не глядя на номер. — Орлов.

— До тебя хрен дозвонишься. Чем ты таким важным занят? — раздался в трубке незнакомый мужской голос. — Если Костя не ошибся номерами, то ты Андрей. Меня зовут Кирилл Ершов. Я страж, и далее по списку.

— Да, Кирилл, рад познакомиться, хотя бы вот так, — проговорил я.

— А уж как я рад, и словами не передать. В общем, чего звоню. Мне тут твой отец рассказал про могильник. Предлагаю съездить и посмотреть. Всё равно, кто бы там ни родился, в итоге, его или её придётся к Зелону перемещать. Но тут думаю, ваш кошак поможет.

— Так езжай, я тут при чём? Я только что приехал, мне нужно немного отдохнуть.

— В гробу отдохнёшь. — Любезно пожелал мне Ершов всего наилучшего. Внезапно я начал понимать отца, который при упоминании Ершова нередко говорит матом. — В общем, хватай свою подружку и дуй на море. На берегу встретимся. Я долго отсутствовать не могу, Родион ещё не может меня полноценно замещать, но день выделить вполне реально. И мне нужен проводник. А кроме тебя, твоей подружки и твоего отца, могильник никто не видел. Костя меня послал к тебе, между прочим. Так что, я жду.

— Завтра, — ответил я. — Не раньше.

— Ладно, завтра. Да, со мной Верн связался. Сказал, что место силы почти готово. И что занятия можно начать пораньше. В следующий понедельник, например. — Вот тут я распахнул глаза.

— Но сегодня уже четверг, — процедил я.

— Моё дело предупредить, — и Ершов отключился. Я же тупо смотрел в стену. Отдохнул, называется.

Content

Наследнички 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25