Первый среди равных. Книга II

Глава 1

Ратай стоял на месте и хмуро, со злым прищуром, смотрел на выходящих из машин людей. Пять долгих лет Аршавин терпел присутствие посторонних на своей территории. Ему пришлось вынести столько всего, что даже страшно представить. Шатун жил даже не надеждой на возрождение рода, а просто из благодарности к прежнему господину и чувства долга продолжал тянуть непосильную лямку. Шанс того, что наследник что-то изменит был настолько ничтожный, что его даже учитывать смысла не было.

И я прекрасно понимал опытного воина. На что мог повлиять семнадцатилетний пацан? Что мог изменить, когда от величия рода остались одни руины и светлая память? Причём, светлой она была только у слуг семьи. Все остальные открыто ненавидели предателей Империи.

Лось и все его люди первым делом выкидывали оружие и снаряжение. Что такое боевая четвёрка магов высокого круга — дружинники Антипова знали прекрасно. Несмотря ни на что, умирать они не хотели. Охранники Геннадия Алексеевича лениво следили за происходящим, но я чётко понимал, что каждый из них готов действовать жёстко и быстро.

— Мы ведь не случайно приехали именно сюда, ваша светлость? — проницательно посмотрел на меня банкир. — Насколько мне известно, границу можно было посмотреть значительно ближе к вашему имению. Уверен, там ситуация ничем не отличается.

— Это действительно так, Геннадий Алексеевич, — кивнул я. — Приношу свои извинения, что заставил вас трястись лишние десять минуть по ухабам. Где-то читал, что сотрудники шестого отдела жандармерии во время полной инспекции наделов благородных семей первым делом проверяют границу аномалии. Уверен, у них много специалистов, способных обнаружить свежие следы машин и понять, кто в них ехал.

— И вы сделали закономерный вывод, что всё лишнее Алексей Андреевич попытается вывезти через вашу территорию? — тихо рассмеялся Сидак. — Браво, Ярослав Константинович. Искренне восхищён вашей предусмотрительностью.

— Всего лишь совпадение, Геннадий Алексеевич, — улыбнулся я. — Мы ведь планировали только удостовериться в отсутствии порубежной засеки. Всё остальное — только приятное дополнение.

На самом деле, я не просто где-то случайно встретил подобную информацию, а потратил больше месяца на её поиски. Ещё до ритуала Пробуждения, мне нужно было найти всё возможное по особенностям работы шестого отдела и сделать это оказалось очень непросто. Наверняка люди соседа сначала выехали за границу его владений на западе, а уже потом вернулись. Аномальная зона была единственным местом, где можно было гарантированно спрятать все следы. Однако, для меня это означало нечто иное.

Судьба контрабандистов, промышлявших на моей земле, скорее всего, уже была решена. Вряд ли кто-то из них смог бы вернуться из аномалии. Думаю, дружинники планировали просто устранить всех участников противозаконных дел, чтобы скрыть следы. А вот они сами… Сразу вернуться к хозяину Лось точно не мог. Если бы не эта встреча, командир дружинников наверняка остался бы в аномалии на долгое время. Это было опасно. На людей и технику зона влияла очень плохо. Особенно при долгом контакте. А значит у Лося имелась база в аномалии. Или надёжное укрытие, где можно было переждать опасное время.

— Понятно-понятно… Совпадение? Ну, предположим… — хмыкнул банкир. — А вот этот человек с бледным лицом…

— Позывной Лось, — немедленно ответил за меня Аршавин. — Зовут Александр Игоревич Лирков. Командир отряда быстрого реагирования ближней дружины князя Антипова.

— Прекрасно! — восхищённо цокнул Сидак. — Замечательно просто. А не тот ли это человек, который стал причиной вашего недавнего спора с Алексеем Андреевичем, ваша светлость?

— Он, — коротко ответил я. Лось втянул голову в плечи и уставился в землю. Что его ждёт он отлично понимал. А ещё он понимал, что его покровитель сделает всё возможное, чтобы его убрать, лишь бы он не заговорил.

— Что ж, думаю, нам будет о чем побеседовать с Александром Игоревичем, — кивнул банкир. — Витя, проследи, чтобы всех погрузили в машины. Вездеходы оставь. Снимков будет достаточно.

— Мои дружинники вернут машины князю Антипову, — произнёс я. — Раз вы не планируете их забирать в Тверь.

— В этом нет необходимости, Ярослав Константинович. Вы ведь обязаны были остановить нарушителей согласно своему долгу аристократа? — отмахнулся Геннадий Алексеевич. — Считайте их своими боевыми трофеями и моей благодарностью за интересную экскурсию. Признаюсь, уже давно так здорово не отдыхал. И природа у вас тут просто замечательная. А какой воздух!

Банкир пожал мне руку и, что-то довольно насвистывая, направился к своей машине. Безоружных дружинников Антипова упаковали в пикапы их спутников и сильно увеличившаяся колонна двинулась через лес к просёлочной дороге.

— Ну что? — когда машины гостей и их пленников скрылись в лесу, весело посмотрел я на Аршавина. — Будем обкатывать новую технику? Оказалось, что добыть вездеходы у нас вышло даже раньше, чем я рассчитывал.

— Как прикажете, ваша светлость! — оскалился в ответ Ратай. — Куда поедем?

— Сначала круг по гнёздам, Николай Петрович, — ответил я. — Нужно вернуть наблюдателей и проверить ловушки. Конфликт с соседом не отменяет наших обязательств по защите надела. Прокатимся по лесу и домой. На сегодня с делами закончили, можно наконец нормально отдохнуть.

Ежа и Серый тут же направились к вездеходам и первым делом сняли номера с гербом князя Антипова. Потом машины нужно будет поставить на учёт через Имперскую базу. Для подобных случаев был предусмотрен специальный раздел трофейной техники. Но это можно сделать позже.

Я забрался в ближайший вездеход и с интересом осмотрелся. Транспорт был предназначен для комфортной перевозки восьми пассажиров. Единое пространство объединяло салон и водительскую часть. В центре, прямо под люком в крыше, имелось возвышение для стрелка. Достаточно прочная броня могла выдержать серьезную перестрелку или столкновение с крупным аномальным зверем. Проходимость тоже явно была выше в разы, чем у наших пикапов. Создатель этого агрегата исходил из условий аномальных зон и я был уверен, что вездеходы могут достаточно долго работать в самых сложных условиях. В задней части имелся грузовой отсек для добычи и боеприпасов.

— Неплохо. — подвёл итог я. — Надо будет ещё несколько таких красавцев прикупить. Осваивайтесь, парни. Вам в них много времени проводить придётся.

Всего с нами ехало шестеро дружинников, поэтому полностью загрузить новую технику мы не могли при всём желании. За руль пикапа сел грустный Боров. Кому-то надо было и жребий выпал ему. Мы с Аршавиным забрались в первый вездеход, а все остальные дружинники во второй.

— Ох-хо! — повернув ключ в зажигании и услышав рёв мотора, довольно воскликнул Ратай. — Вот это дело!

Следующий час мы носились по лесу от одного гнезда к другому. В какой-то момент, сидевший за рулём второго вездехода Ежа попытался выйти вперёд. Началась стихийная гонка. Я откровенно наслаждался ситуацией, как и все мои люди. Долгое напряжение требовало какого-то выхода и подобный вариант подходил просто отлично. Заодно и возможности машин на пересечённой местности проверили.

Когда вернулись в имение, уже начало темнеть. Вернувшиеся из Твери дружинники едва не открыли по нам огонь. Хорошо, что Аршавин успел их остановить приказом по рации. А потом мы до самой ночи осматривали новую технику и просто бездельничали. Спать я ушёл далеко за полночь и моментально отрубился со счастливой улыбкой на лице. И даже будильник на телефоне вырубил, чтобы дополнительно себя вознаградить за проделанную работу.

Поэтому был немного разочарован тем, что проснулся не сам, а от мучительного визга циркулярной пилы, доносившегося со двора. Подойдя к окну, увидел, что строители решили компенсировать вчерашний простой и принялись за работу с раннего утра. Неподалёку от них стоял с кислым лицом Аршавин. Оставить без присмотра посторонних на территории Ратай не мог, а поднимать кого-то из своих людей не стал.

— Что ж… — глядя на довольные и свежие лица плотников, проворчал я. — Выспаться не вышло.

Приняв душ, надел камуфляж и спустился в гостиную. Там вытирал пыль с полок Антип. Увидев меня, слуга деловито отложил в сторону тряпку и подошёл ближе.

— Доброе утро, ваша светлость, — произнёс старик. — Не спится? Что изволите на завтрак?

— Яичницу с беконом, сладкий чай и пару бутербродов, — перечислил я и прислушался к своим ощущениям. Организм буквально сходил с ума и требовал еды. Сказывалась вчерашняя голодовка. — Два раза.

— Скоро всё будет, Ярослав Константинович, — поклонился Антип и быстро ушёл в сторону кухни.

Завтрак прошёл под монотонный визг электропил и ругань строителей. Погода была отличная и Антип заранее открыл окна в гостиной. Закрывать их было лень, да и вряд ли бы это помогло. Еда провалилась куда-то в бесконечность и практически сразу усвоилась. Настроение тоже значительно улучшилось и я вышел во двор.

— Доброе утро, ваша светлость, — заметив меня, поздоровался Ратай. — Как спалось?

— До утра вполне хорошо, — рассмеялся я. — Как и вам, судя по всему, Николай Петрович.

— Если бы не рабочие… — неожиданно вздохнул Аршавин. — Сегодня мог быть первый день, когда никуда не надо спешить и дёргаться из-за внезапных нападений.

— Думаете, Алексей Андреевич оставит нас в покое? — с интересом спросил я. Ратай неплохо разбирался в ситуации вокруг моих владений и имело смысл узнать его мнение по этому поводу.

— Однозначно нет, Ярослав Константинович, — серьезно ответил Николай. — Но вернётся к этому не в ближайшее время. Новости видели?

— Нет, — честно ответил я. Сегодня мне хотелось провести день в полной изоляции и не касаться подобных вопросов, но что-то явно пошло не так. — Что там?

— Вся сеть кипит, — усмехнулся Ратай. — Жандармерия начала подробное расследование деятельности князя Антипова и его дружины. Выдвинуты обвинения в укрывании браконьеров и нарушении границ других благородных семей. В последнее время люди Алексея Андреевича пренебрегали не только нашими границами. Они и на втором круге обороны пошуметь успели. Учитывая размеры владения нашего соседа, он почти пять лет считался сильнейшим рядом с тверской аномалией. И немного заигрался.

— Бывает, — пожал плечами я. Уверен, глава рода Антиповых сумеет выкрутиться из ситуации. Не без потерь, но это ему вполне по силам. А вот мы после этого станем для него не просто желанной добычей — род Разумовских станет полноценным врагом, которого нужно уничтожить во что бы то ни стало. Но Аршавин прав — это будет ещё не сейчас. — Главное, что мы получили передышку на некоторое время. Не желаете размяться, Николай Петрович?

— Сейчас? — озадаченно посмотрел на меня Ратай. — А рабочие?

— Не разбегутся, — улыбнулся я.

— Тогда я только за, ваша светлость, — разворачиваясь и шагая в сторону тренировочной площадки, ответил Аршавин. — Желаете повторить схватку на мечах?

— Нет, Николай Петрович, — покачал головой я. — Сегодня будем работать без оружия.

Отдых бывает разным. Физические нагрузки я считал одним из лучших вариантов. Голова отдыхает, тело работает. Что ещё нужно? К тому же, Ратай был идеальным партнёром для спарринга. Победить его в обычном бою у меня вообще не было никаких шансов, а такие ситуации всегда заставляли меня выкладываться на полную. Помимо этого, был ещё один нюанс, который я хотел проверить на практике. До этого просто не было подходящего случая.

Добравшись до тренировочной площадки, скинули верхнюю часть камуфляжа и начали разминку. Минут двадцать разогревались, а потом я первым вышел в круг. Ратай внимательно следил за мной всё это время. Обмануть опытного воина такого ранга у меня бы точно не вышло, поэтому я и не пытался скрываться.

Вершители никогда не дрались ни с кем на кулаках. Нашим оружием были чистый Эфир и струны реальности. Они были щитом и мечом, позволяющим повелевать миллионами разумных. Власть Вершителей держалась на жёсткой монополии, которая не давала никому даже подумать о том, чтобы встать с нами на одну ступень. Это и подвело моих сородичей.

Я изначально шёл по тому же пути, но очень быстро понял, что от тела зависит невероятно много. Вместо того, чтобы компенсировать недостатки физической формы Эфиром, я начал развивать тело. И нашёл для себя много нового.

— Начинайте, ваша светлость, — приглашающе взмахнув рукой, произнёс Ратай. — Первый раунд я буду защищаться. Второй атаковать. Третий станет чистым спаррингом. Вы можете работать в полную силу.

Вместо ответа, я резко сократил дистанцию и нанёс первый удар. Аршавин даже не подумал его блокировать, оставшись на том же месте. Только напряг живот и слегка согнулся. Мой кулак врезался в тело противника. Ощущения были такие, будто я решил пробить каменную стену. На лице Ратая не дрогнул ни один мускул, а я попытался переместиться ему за спину.

Шатун мягко развернулся на месте. Обойти его не получилось. Несмотря на свои габариты, двигался Аршавин, как громадная кошка. Ещё несколько ударов по корпусу, по ногам… Тянуться до головы противника смысла не было. Ратай возвышался надо мной, как настоящая гора.

Минут пять я использовал командира своей ближней дружины в качестве груши, выводя своё тело на пик напряжения. Оно пыталось найти способ облегчить свои мучения и закономерно тянулось к Источнику. Магия в теле любого адепта была неразрывно связана с его жизнью. Просто не все обращали внимание, что эта связь настолько глубока. Хотя об усталости после полного истощения резерва знали даже обычные люди.

Ещё в прошлой жизни я узнал, что всё намного интереснее. Особенно если умеешь правильно использовать не только доступную энергию, но и собственное тело. Доставшееся мне тело обладало двумя аспектами. Огонь чаще предназначался для атаки, а вода работала на защиту.

Через семь минут с начала поединка, тело наконец пришло в нужное состояние. Дыхание стало горячим, словно я готовился к трансформации. Источник окрасился энергией огня и я тут же ускорился. Вместо прежних прямолинейных атак начал действовать сложнее. Странные и зачастую дёрганые движения заканчивались не прямым ударом, а касанием или вовсе тычком. На лице Аршавина появилось задумчивое выражение, но прерывать поединок он не торопился.

На исходе десятой минуты мы разошлись в стороны. Я тяжело дышал, а Ратай выглядел так, словно недавно проснулся. При этом я был крайне доволен собой, хотя так ни разу и не смог пробить защиту противника.

— Ваша очередь, Николай Петрович, — произнёс я и вышел в центр круга. Перенастройка источника требовала времени, но я решил провести второй раунд в том же ключе. — Начинайте.

Шатун коротко кивнул и нанёс сокрушительный удар ногой. Я блокировал локтем и улетел к краю площадки вместе со своим блоком. Вот только Аршавина это не остановило. Спустя мгновение он уже был рядом. Я откатился в сторону избегая добивающего удар. Ботинок Ратая ударил в землю. Сверху обрушился ещё один удар. От него я уйти уже не успел, поэтому только напрягся всем телом.

Быстро вскочил на ноги. В плече пульсировала тупая боль, словно мне врезали ломом. Следующие несколько минут спарринга слились в одну сплошную попытку избежать новых травм. Тело отчаянно пыталось получить хоть какую-то поддержку, разум твердил, что это безумие и надо остановить тренировку. Это же только тренировка! Ратай прекрасно поймёт. Хотя бы передохнуть нужно!

Сплюнув кровавую слюну, поднялся после пропущенного удара и встал в стойку. Источник заполнил аспект воды. Можно было начинать.

Ратай прищурился и внезапно сменил тактику. Каким-то непонятным чутьем Аршавин уловил перемену в моём поведении и начал действовать осторожнее. Его удары стали быстрее и точнее, но при этом противник держался на расстоянии, хотя по условиям поединка атаковать в ответ я не мог. Но мне этого и не нужно было делать.

Очередной удар Аршавина прошёл мимо. Я сместился всего на пару сантиметров и осторожно проводил руку Шатуна. Он подался вперёд и ударил локтем, но снова неудачно. Так продолжалось ещё пару минут. За это время я не пропустил ни одного удара и полностью контролировал ситуацию.

— Кто вас обучал, ваша светлость? — когда прозвенел таймер окончания второго раунда, спросил Аршавин. — И почему вы бьетесь так… странно?

— В сети всякого насмотрелся, — усмехнулся я. Теперь наступал самый сложный этап, когда в Источнике приходилось держать сразу два аспекта. Тут важен был баланс и я понимал, что долго выдержать такую нагрузку просто не смогу. — А на тренировки времени у меня было достаточно, Николай Петрович. Плюс кое-что сам придумал.

— Понятно, — с сомнением хмыкнул Ратай. — Предлагаю вам небольшой перерыв перед третьим раундом, ваша светлость.

— О нет, Николай Петрович! — выходя в середину тренировочной площадки, широко улыбнулся я. Внутри кипела гремучая смесь двух аспектов, которую мне очень трудно было удерживать в равновесии. Энергия требовала выхода, но я не собирался использовать магию. Задача передо мной стояла совсем другая. — Как раз самое время продолжить наш поединок.

— Что ж… — останавливаясь напротив меня, протянул Ратай. — Как скажете, Ярослав Константинович. Начинайте.

Глава 2

Баланс. Основа выработанного мной давным давно стиля боя полностью зависела от правильного баланса аспектов. Сейчас перекос в сторону огня достигал пяти единиц. Компенсировать его приходилось сознательно и это пожирало уйму сил.

Сближение. Резкий тычок пальцами в область бедра противника. Как сполох пламени. Источник попытался подключиться к атаке, но я не дал ему этого сделать. Аршавин легко уходит в сторону и бьет боковым в голову. Остаюсь на месте. Неестественно замираю посреди движения и перетекаю в другую стойку.

Ратай промахивается, но использует инерцию для удара с разворота. Приседаю и пропускаю руку противника над головой. Касание корпуса противника. Успеваю дважды, будто решил похлопать Шатуна по прессу. Снова перетекаю в другое положение.

Ратай начинает злиться. Не знаю сколько от своих возможностей он использовал раньше, но сейчас его скорость увеличилась раза в два. Я закрыл глаза и сосредоточился на пространстве вокруг. Каждая угроза полыхала красным. Варианты защиты растекались перед глазами синими разводами. Я создавал водоворот двух аспектов и затягивал в него Ратая. Ещё трижды мне удалось коснуться противника, а потом я понял, что больше не выдержу.

— Я всё, — только и успел произнести, а потом, как подкошенный, рухнул на землю. Успел увидеть, как в паре сантиметров от моего лица замер кулак Аршавина, а потом отключился.

В себя пришёл от ощущения прохлады и свежести. Когда открыл глаза, увидел задумчивое лицо Ратая, который обтирал меня мокрой тряпкой. Если бы на моём месте был кто-то из его бойцов, то вместо тряпки Аршавин бы просто вылил всё ведро. Хорошо, что со мной он так поступить не решился.

— Я в норме, — хрипло произнёс я. — Спасибо, Николай Петрович. Извините, что так неудачно получилось. Не рассчитал силы.

— Бывает, — неопределённо дернул плечами Аршавин и хмуро посмотрел на меня. — Особенно если пытаешься использовать техники высоких уровней. Понимаю, что вы не обязаны мне обо всём рассказывать, ваша светлость. Однако, мне было бы спокойнее знать, что именно вы использовали. В сети встречается всякая дрянь и я не хотел бы узнать, что вы уничтожили свой Дар из-за попытки стать сильнее.

— Всё настолько плохо? — удивлённо поднял брови я.

— Всё просто замечательно, — хмыкнул Ратай. — И я вообще не понимаю, как вы смогли это проделать даже не достигнув первого круга. Это ведь стиль гвардии Императора Поднебесной. У меня есть знакомые, встречавшие подобных воинов в бою. Страшная техника в умелых руках. Смертоносная. Проблема в том, что адепты этого пути убивают себя своими техниками. Многие уже через год-два активной практики превращаются в калек. Даже простое заклинание сплести не могут, потому что их Источник превращается в решето.

— Два года — очень большой срок, Николай Петрович, — даже не подумав что-то отрицать, ответил я. — К тому же, гвардейцы Поднебесной используют один аспект. Именно это, в итоге, разрушает их Источник.

— Потому что используя два они умирают ещё быстрее, — серьезно ответил Аршавин. — Есть данные по этому вопросу. Такое нельзя использовать, Ярослав Константинович. Понимаю, что ситуация у Разумовских тяжёлая, но это не повод убивать себя. Тем более без надзора опытного мастера. Если хотите, я мог бы с вами позаниматься в традиционной борьбе. С вашей подготовкой, вы вполне можете уже сейчас претендовать на ранг Гридня.

— Это лишним точно не будет, — поднимаясь с земли, рассмеялся я. — Обещаю, что буду осторожен, Николай Петрович. Предлагаю сделать подобные спарринги регулярными. Это уменьшит вашу тревогу?

— Если вы займётесь классическим боем, то определённо уменьшит, Ярослав Константинович, — без тени улыбки ответил Ратай. — Это не шутки. Род не может потерять своего главу. Тем более сейчас.

Договаривать Аршавин не стал, но я и так знал, что он скажет. Когда появилась даже не надежда на будущее, а всего лишь её бледная тень, рисковать верный слуга Разумовских не хотел. И я был уверен, что он сделает всё возможное, чтобы столкнуть меня со скользкой и саморазрушительной дорожки. Вот только Ратай ошибался.

Данные об элитных воинах Поднебесной я нашёл в сети два года назад и с того момента следил за каждой новостью у соседей. По сути, это были смертники, которые изначально готовились и обучались для одной единственной цели — умереть за своего Императора. И забрать с собой как можно больше его врагов. Многих гвардейцев воспитывали с раннего детства. Ни один из них не испытывал колебаний, когда наступал момент максимального напряжения.

Я решил, что обязательно посещу Поднебесную, когда у меня появится такая возможность. Потому что стиль боя гвардейцев был очень близок к тому, что я придумал когда-то. И которому я обучил своих самых сильных последователей. С той лишь разницей, что обычные люди просто не могли выдержать подобную нагрузку. Именно это приводило к смерти. Однако, сам принцип был схожим. А это означало, что где-то на дальнем востоке континента могли в прошлом скрыться от преследования остатки моих соратников. Тот же Бернхард отлично усвоил мои уроки и мог передать их потомкам.

— Сейчас не могу ничего обещать, Николай Петрович, — покачал головой я. — Если мои опыты заведут в тупик или я пойму, что началось разрушение моего источника, то я сразу остановлю все эксперименты.

— Как скажете, ваша светлость, — проворчал в ответ Ратай. — Если мы здесь закончили, то я хотел бы вернуться к строителям. Благодарю вас за очень интересный поединок, Ярослав Константинович. Уверен, будь у вас хотя бы первый круг и несколько сфер разуму, бой продлился бы значительно дольше.

— Возможно, — улыбнулся я и Аршавин ушёл. Я ещё некоторое время задумчиво смотрел ему вслед, а потом направился в дальний угол имения. Раз у меня сегодня был выходной, надо было использовать его с максимальной пользой.

Развитие по пути Мага требовало массу времени и терпения. Обычно на достижение первого круга уходил год или два. В зависимости от упорства и таланта адепта. Ну, и финансовых возможностей, конечно. Для многих людей, которые не принадлежали к благородному сословию, это был единственный вариант возвышения. Потому что поднимать ранги в аномалиях готовы были далеко не все. У меня при этом был откровенный дефицит силы. Без достаточного количества сфер разума, я просто не мог ничего сделать. И знания, которых так не хватало остальным людям, мне помочь не могли. За всё в этом мире нужно платить.

На уже привычном своём месте занялся медитацией. Время близилось к девяти часам, а я уже успел изрядно нагрузить тело и взбудоражить Источник. В таком состоянии с ним было удобнее всего работать. Во время самостоятельных тренировок у меня не получалось так сильно раскачать Источник даже за несколько часов. А с Ратаем хватило двадцати минут.

Мана послушно укрепляла стенки Источника, создавая дополнительный слой защиты. Разница потенциалов двух аспектов немного уменьшилась, но до баланса было ещё далеко. Минимум, раз пять ещё придётся опустошить резерв, используя только один доступный мне аспект. Если постараться, то уложусь в пару дней. Однако, начинать стоило уже сейчас. Жаль, что перейти к следующему этапу тренировки у меня не вышло, потому что моё укрытие было обнаружено.

Откуда-то появилась Нюша. Девочка ворвалась на площадку и начала носиться кругами возле меня. Она умудрялась одновременно бегать и выдавать тонны информации. Всего за минуту я успел узнать, как она проснулась, что было на завтрак, в каком настроении Настя, что нового случилось у тёти Жени…

— А ещё я проверила свои грядки, — на мгновение остановившись, добавила Нюша и грустно вздохнула. — Прости, Яр, но я не смогу тебе сделать сегодня чай. Там ещё ничего не выросло. Эти гадкие растения не хотят вылезать из земли! У меня уже Шустрик скоро от голода страдать начнет!!!

— С улиткой что-нибудь придумаем, — с удовольствием потягиваясь, ответил я. — Надо узнать у Николая Петровича, чем питаются Шустрики. Может когда наши дружинники в лес поедут, то смогут что-то добыть подходящее.

— Ура! — вскинув руки, взвизгнула Нюша и бросилась обниматься. — Ты замечательный, Яр! Я побежала! Дядя Коля! Дядя Коля!!!

Крики стремительно удалялись, но возвращаться к медитации уже смысла не было. Момент оказался упущен и мой Источник стабилизировался. Продолжу в следующий раз. Если взять за правило подобные спарринги по утрам, то дело пойдёт быстрее. Но этого всё равно мало. Хорошо, что младшая подняла вопрос с питанием монстра. Я даже не задумывался сколько улитка может протянуть без еды. А планы на Шустрика у меня были обширные.

Пока Нюша трясла Аршавина, добрался до ямы с монстром. Новенькие доски уже были изрядно заляпаны грязью и слизью. Громадная улитка вяло перемещалась вдоль края настила, но вниз спускаться не торопилась. То ли вес не позволял, то ли сил уже было слишком мало. На цепях тоже виднелись блестящие следы. Я правильно всё рассчитал и для такого крупного монстра подвесы оказались слишком тонкими. Взобраться по ним Шустрик не смог.

Прислушавшись к своим ощущениям, понял, что улитка переросток медленно тянет энергию аспекта Земли. Всего шесть небольших точек, где крепились к помосту цепи, обеспечивали контакт монстра с его стихией. Слабый, но он был. А значит пленное чудовище могло попытаться выбраться в самый неожиданный момент. И слова Аксаханова только это подтверждали. Насколько я знал со слов Ратая, этот вид аномальных зверей вырабатывал грязь только в момент ускорения. То есть, запасов у улитки было достаточно.

Я коснулся ближайшего подвеса и принялся за дело. Вода служила не только отличным проводником, но и хорошим изолятором. Работать с металлом было сложно, потому что это было буквально средоточие аспекта земли. Поэтому лезть глубоко и менять фундаментальные законы я не стал. Во-первых, потому что в этом не было смысла при такой задаче. Во-вторых — на текущем этапе подобные воздействия я точно не потяну.

Вместо этого создал тонкую водяную линзу и обернул ей первое звено цепи. Благо, вода нашлась в ведре неподалёку. Хватило изоляции трёх звеньев, чтобы нарушить течение аспекта земли в первом подвесе. Это оказалось не сложно. А вот при стабилизации блокировки пришлось помучаться. Без постоянной подпитки со стороны мага, заклинания быстро разваливались. Пришлось использовать для основы постоянного плетения сами звенья цепи. Долго такая конструкция не протянет, но в этом и необходимости особой нет. Просто буду обновлять заклинание по утрам.

Резерва хватило на пять цепей. Перед блокировкой шестой взял паузу на несколько минут, чтобы немного прийти в себя. Тонкие манипуляции с энергией мне всегда давались сложнее. В разы проще было просто оборвать цепи, но в такой работе были свои плюсы. Контроль над аспектом рос значительно быстрее. Немного подумав, я даже чуть ослабил скрепы заклинаний, чтобы они рассеивались быстрее.

Улитка на помосте недовольно и тревожно булькала. С каждой следующей цепью, её связь с землёй становилась слабее. Когда я блокировал последний подвес, Шустрик издал мучительную трель и растёкся по доскам. Если бы я всё это время не контролировал его состояние, то мог подумать, что зверь сдох. Однако, улитка просто сильно расстроилась.

— Что ты наделал⁈ — спустя пару мгновений возникла рядом со мной Нюша. — Ему же больно, Яр. Верни как было!

— Тогда он сбежит, — просто ответил я. — Пока ты ещё не так хорошо с ним знакома, чтобы убедить его остаться. Теперь у тебя будет на это время. Только не забывай заходить к Шустрику каждый день. Иначе ничего у вас не выйдет.

— Хорошо, — немного подумав, ответила девочка. — А ты обещаешь, что Шустрику ничего не будет?

— Он точно будет жив и здоров, — кивнул я. — Улитке ничего не угрожает, пока она не пытается сбежать.

— Ваша светлость! — послышался от входа в особняк голос Антипа. — Ваша светлость! Вам Олег Дмитриевич звонит. Говорит, что вы не отвечаете на телефон!

— Сейчас подойду. — ответил я и, взяв сестру за руку, направился в сторону крыльца. Слуга передал мне свой старенький мобильник и увёл Нюшу в дом. — Слушаю вас, Олег Дмитриевич.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович. — прозвучал из динамика сосредоточенный голос главы Себыкино. — Не хотел вас сегодня отвлекать…

— Что-то случилось? — нахмурился я. Похоже, свой статус главы рода я получил только за то, что судьбе отдал все свои выходные.

— Пока ничего серьезного, ваша светлость, — быстро ответил Пескарёв. — Работы продолжаются. За это можете не переживать. Просто люди немного волнуются.

— Суть вопроса, Олег Игоревич? — махнув рукой Ратаю, прямо спросил я.

— Это пока подозрения только, Ярослав Константинович, — неуверенно ответил глава Себыкино. Я недовольно нахмурился. Нужно будет поговорить на эту тему с Олегом. Если он решился мне позвонить и даже сумел это сделать через Антипа, подозрения его были вполне обоснованными. — После визита представителей жандармерии у нас тут настоящий бедлам происходит. Даже расписание патрулей пришлось поменять. Вот ребята и наткнулись на странный след в километре от посёлка.

— Что за след? — включая громкую связь, уточнил я. Ратай уже был рядом и внимательно прислушивался к нашему разговору.

— Цепочка вмятин в земле. Треугольной формы. Длина шага около полутора метров. Из каждой вмятины идёт вполне ощутимый кислый запах, — начал подробно отвечать Пескарёв и я видел, как с каждым его словом мрачнеет лицо Аршавина. Даже не дожидаясь окончания нашего разговора, Ратай бросил несколько слов в рацию. Спустя пару секунд из дома вышел первый дружинник и направился к вездеходам. — Я не специалист, но есть предположение…

— Иглобой, — громко и очень чётко произнёс Аршавин.

— Да, Николай Петрович, — тяжело вздохнул глава Себыкино. — Мои парни тоже пришли к такому выводу.

— Никому не выходить на открытое пространство, — жёстко приказал Аршавин. — Разойтись по домам и не высовываться. Скинь мне координаты места, где обрывается след, Олег. Мы уже выезжаем.

— Сейчас сделаю, — с явным облегчением ответил глава Себыкино. — Ждём вас. Мы в ангаре будет.

Ещё пара бойцов вышла из особняка. Несколько человек уже бежали со стороны склада с оружием в руках. Судя по тому, что парни тащили с собой трофейные автоматы наёмников, слова главы Себыкино Аршавин воспринял очень серьезно. Я тут же проверил запас маны в источнике и с сожалением признал, что практически пуст. Тут же подумал, что пора закупиться какими-то накопителями для таких случаев.

— Нет, — тут же произнёс Ратай. — Всем в здание. К окнам не подходить. Если что-то услышите — просто ложитесь и ждите.

— Понял, Коля, — ответил Олег Игоревич. — Всё сделаем.

Дружинники уже грузились в вездеходы. На территории имения сейчас находилось пятнадцать человек и Ратай решил взять с собой всех. Даже безопасность особняка его не остановила. Бойцы тоже выглядели хмурыми. Я заметил, что многие надели старые и местами дырявые бронежилеты. Откуда-то появились каски.

— Нам бы очень пригодилась ваша помощь сейчас, Ярослав Константинович, — наблюдая за погрузкой своих людей, произнёс Аршавин.

— Резерв пустой, — честно признался я. Сколько-то маны источник собрать успеет, но её вряд ли хватит даже на одно заклинание. Учитывая подготовку Ратая, обычные фокусы с линзами тут точно не помогут, — Поэтому, на многое не рассчитывайте, Николай Петрович.

— Тогда вы остаётесь в поместье, ваша светлость, — категорично заявил Ратай.

— Насколько всё плохо? — даже не думая выполнять требование главы ближней дружины, уточнил я и спокойно направился к ближайшему вездеходу

— Очень, — угрюмо ответил Шатун. — Есть большая вероятность, что жители посёлка просто не дождутся нас, ваша светлость. Особенно если тварь почует живых людей.

Глава 3

Вездеходы двинулись к воротам имения. Я уже из окна мельком увидел стоявшую на крыльце Настю. Сестра, провожая взглядом машины, внимательно слушала стоявшего там же Антипа. Старик рассказывал княжне последние новости, а девушка пыталась сделать вид, что её происходящее совсем не беспокоит.

— Что за тварь бродит рядом с Себыкино, Николай Петрович? — поняв, что за суетой так и не забрал из дома свой телефон, спросил я. Другого способа получить нужные данные по зверю у меня теперь не было. Но это даже хорошо. Ратай наверняка владеет всей нужной информацией. Иногда мне казалось, что Аршавин похож на ходячую энциклопедию аномальной зоны. — Что ждать? К чему готовиться?

— Сложно сказать, ваша светлость, — неохотно проворчал Ратай. — Надеюсь, что всё не настолько мрачно, как может быть. Если повезёт, то наш иглобой окажется на грани третьего ранга. Тогда просто уничтожим тварь и сообщим в Себыкино, что опасность миновала. Если он уже отожрался ежами, то будут проблемы.

За следующие десять минут я получил исчерпывающую справку по ещё одному удивительному порождению аномалии. Иглобои в момент рождения сразу относились ко второму рангу по классификации тверской аномальной зоны. Существовали разные вариации, в зависимости от того аспекта, под влиянием которого изменился червяк. Иглобои оказались обычными дождевыми червями, которые под воздействием стихийных завихрений разных аспектов вырастали до невероятных размеров. Судя по тому, что говорил Олег Дмитриевич, мы имели дело с тварью метров пяти длиной.

— Пескарёв сказал, что они обнаружили треугольные вмятины в земле, — напомнил я. — Чем их оставляет обычный червяк?

— В этом основная проблема, ваша светлость, — хмуро ответил Аршавин. — Иглобои обладают уникальной способностью изменять своё тело. Всё зависит от того, чем они питаются. В смысле, они жрут всё подряд, но есть ряд продуктов, которые превращают их в жутких противников. Ежи. Эти червяки целенаправленно ползают по лесу в поисках аномальных ежиков. Да, аномалия и тут постаралась. Аспект Земли и сами по себе они не особо опасны, вот только колючки у них не в пример обычным крепче и больше. И стрелять этими иголками тварюшки ловко научились. Но против этой твари ничего сделать не могут. Всего пара десятков съеденных ежей превращают иглобоев в очень опасных противников. То есть, они могут и костями обычных своих жертв неплохо стрелять. Вытаскивают их к поверхности кожи и атакуют на расстоянии до двадцати метров. Но иголки ежей запускают какой-то особый механизм в теле червей. За это они своё название и получили.

— Подробнее, Николай Петрович, — попросил я.

— Иглы ежей распределяются по телу монстра практически равномерно, — начал в деталях пояснять Аршавин. — При этом они увеличиваются в несколько раз, становятся твёрже и получают магические свойства Иглобоя. Самый плохой для нас вариант — кислота или яд. Первая может пробить в упор даже броню вездехода. От второго пока ещё не нашли противоядия даже маги МАМИ. При наборе критической массы, происходит качественный скачок и монстр переходит в разряд третьего ранга. Может есть и четвёртые иглобои, но я искренне надеюсь, что мы такого никогда не увидим. Треугольные вмятины оставляет после себя зверь третьего ранга, который уже прошёл первичную трансформацию. Он становится похож на здоровенную кучу смертоносных иголок, которая катается по лесу, как смертельный шар. Где-то в центре прячется пасть. Когда цель парализована ядом или убита, иглобой замирает над ней, раскрывается и пожирает.

— Неприятный противник, — задумчиво произнёс я. — То есть, монстр перенимает не только физические качества, но и повадки животного, которое провоцирует его переход на новый ранг?

— Никогда не думал с этой точки зрения, ваша светлость, — покачал головой Ратай. — Когда на тебя несётся двухметровый шар игл, способный одним выстрелом пробить металлический лист толщиной в пару миллиметров, как-то не задумываешься о том, как именно он ведёт себя в обычной жизни.

— Понимаю, что это может быть странно, но может кто-то видел иглобоя в спокойном состоянии, Николай Петрович? — настойчиво спросил я. — На расстоянии или с возвышенности? Просто червь, который стал основой этого существа не особенно отличается развитыми органами чувств. И ежи тоже. Оба хорошо чувствуют вибрации, но видят и слышат неважно.

— Я понимаю к чему вы клоните, Ярослав Константинович, — замедленно ответил Ратай. Он явно пытался найти в своей памяти подходящие случаи, но ничего не получалось. — За последние годы иглобои у нас не появлялись. При вашем отце их старались уничтожить ещё до границ владений, чтобы они не могли перейти на следующий ранг. Поэтому ничего сказать не могу.

— Плохо, — повернувшись к окну, произнёс я. Мы проехали поворот на Себыкино и нырнули в лес. Вездеходы спокойно шли по мягкой земле, ломая кусты и подлесок. При таком шуме шансов заметить противника первыми было не много. — А ещё хуже, что мы опять в роли догоняющих…

— Что вы имеете в виду, ваша светлость? — нахмурился Аршавин.

— Какова вероятность, что вы настолько плохо выполняли свою работу, Николай Петрович, что пропустили на своей территории не только появление иглобоя, но и весь период его роста? — прямо посмотрев на Ратая, задал вопрос я.

— Исчезающе малая, — скрипнув зубами, рыкнул в ответ Николай.

— Вот видите, Николай Петрович? — улыбнулся я — А вы говорили, что нашему замечательному соседу сейчас не до нас. Останавливайте машины. Дальше идём пешком.

— До точки, где видели следы иглобоя ещё больше километра, ваша светлость, — немедленно возразил Аршавин. — Да и в целом это неразумно, учитывая ранг зверя. Если мы столкнёмся с ним в лесу, то будут жертвы. Эта тварь одна из немногих, кто целенаправленно уничтожает людей. Ни разу не было случая, чтобы иглобой прошёл мимо человека и не попытался его убить. В идеале нам стоит раскатать её вездеходами и потом уже добить из автоматов. Да и то я не уверен, что всё получится.

— Всё понимаю, но мне нужно посмотреть на это существо в спокойной обстановке, Николай Петрович, — ответил я. — Если беспокоитесь за своих парней, то пойдём вдвоём.

— Нет, — упёрся Ратай и я только закатил глаза.

— Это приказ главы рода, Ратай, — жестко произнёс я. Наверное, это был первый случай с момента нашего знакомства, когда мне пришлось показать свою власть. Неприятно, но Аршавин сейчас слишком встревожен, чтобы общаться с ним в обычной нашей манере. — Как выглядит иглобой во время боя, Николай Петрович?

— Как шипастый шар, который может атаковать в любом направлении, — угрюмо ответил Ратай. — И я уже говорил, что любая его игла может стать смертельной!

— А какие следы подобный шар оставляет на земле в бою? — задал следующий вопрос я и Шатун озадаченно уставился на меня. — Идём вдвоём. Если увидим зверя — вернёмся за остальными.

Я хлопнул Серого, который сидел на месте водителя, по плечу и тот остановил вездеход. Аршавин невнятно выругался и забрал у одного из бойцов шлем и броню, протянув их мне.

— Без этого даже из вездехода не дам вам выйти, ваша светлость, — наклонил голову, словно готовясь к схватке, Аршавин. — Хоть режьте.

— Сам хотел предложить, — натягивая бронежилет, усмехнулся я. — Иногда у меня складывается впечатление, что ты считаешь меня самоубийцей, Шатун.

— Иногда у меня складывается впечатление, что и я скоро таким стану, Ярослав Константинович, — проворчал в ответ Ратай. — Где это видано, чтобы глава рода, да ещё и едва пробуждённый, сам шёл на зверя третьего ранга, оставляя позади своих воинов? И какой я после этого командир ближней дружины, если сам такое допускаю?

— Отличный командир, — рассмеялся я. — Лучший из всех. Высаживаемся.

— Нужен порядок действий, ваша светлость, — выбираясь следом за мной из вездехода, произнёс Аршавин. Позади недовольно ворчали дружинники. Им моё решение тоже не понравилось. Экипаж второй машины удивлённо смотрел на нашу пару. Кто-то попытался выйти, но Ратай резким жестом отправил всех обратно. — Если увидим иглобоя, то сразу отступаем к вездеходам. Я дам приказ бойцам, чтобы ждали нашего возвращения. Вы уходите первым, я прикрываю.

— Согласен, — кивнул я и Ратай недоверчиво покосился в мою сторону. — Но только в том случае, если увидим зверя в боевой форме. Тогда все вопросы снимаются и действуем по вашему плану, Николай Петрович.

— А если нет? — прямо спросил Шатун.

— То будем импровизировать, — улыбнулся я и медленно двинулся в глубь леса. — Ведите, Николай Петрович. Я постараюсь не сильно шуметь.

Аршавин молча меня обогнал и крадучись пошёл вперёд. Я внимательно смотрел на Ратая и мог поклясться, что под его ботинками даже трава не сминалась. Не громадный воин, а настоящее сказочное существо, рождённое в лесу. Я подобными навыками похвастаться не мог, поэтому внимательно смотрел куда ставить ногу. В прошлом подобным приходилось заниматься нечасто и я в основном полагался на магию воздуха, которая надёжно блокировала звуки.

Минут через десять Ратай остановился и медленно присел. Я подошёл ближе, увидев ту самую вмятину в земле, которая так встревожила главу Себыкино. Треугольная дыра выглядела так, словно в землю забили кол толщиной в руку взрослого мужчины. А ещё из отверстия ощутимо пахло чем-то кислым и тянуло аспектом Жизни. Вполне ожидаемо для существа, которое может менять своё тело в таких широких рамках.

Шатун одной рукой указал мне направление, а другой достал из креплений на груди пару метательных ножей. Я заметил, что пламенные кинжалы из родовой оружейной Ратай так и не вернул. Или успел снова их забрать в связи с опасной вылазкой. В любом случае, против я ничего не имел.

Мы двинулись дальше. Теперь цепочка следов стала заметной даже для меня. Может потому, что Ратай чётко держал направление, а может потому, что вмятины были свежими. Это ощущалось по силе аспекта Жизни в ямах. У меня сложилось впечатление, что иглобой ранен или болен, потому что истечении маны из его тела казалось слишком уж сильным.

— След поворачивает резко, Ярослав Константинович, — едва слышно произнёс Аршавин. — Иглобой прошёл здесь меньше часа назад. Если ориентироваться на повадки подобных тварей, то он должен быть вон в том овраге. Если не сможем его рассмотреть сверху, то придётся возвращаться за остальными. Это точно третий ранг, Ярослав Константинович. Когда зверь нас обнаружит, действовать надо будет очень быстро. Иначе умрём оба. Мне этого ваши сёстры никогда не простят.

— А вон там что? — указав на видневшийся справа просвет в деревьях, спросил я. Оттуда ощутимо тянуло свежестью.

— Река, — коротко ответил Ратай. — Там запруда когда-то была. Ещё до того, как Себыкино полностью отстроили. Отец ваш хотел базу отдыха для сотрудников Веги сделать, да так и не добрался до этого. Мы иногда ходим плотину проверять, чтобы остатки поселения не смыло. Пока держится, но в текущих условиях…

— Пойдём посмотрим, — перебил спутника я. — А потом иглобоя проверим.

Ратай подозрительно посмотрел на меня и неохотно направился в сторону водоёма. Идти было совсем недалеко. Буквально метров двести. Когда мы вышли на обрывистый берег, я сразу понял, почему отец хотел сделать в этом месте базу отдыха.

Вокруг искусственного водоёма ровным строем стояли сосны. Приятно гудел в кронах ветер. Пахло хвоей и тёплым солнцем. С удовольствием осмотревшись, нашёл неподалёку здоровенное бревно и перетащил его ближе. Уложил его на самый обрыв, так, чтобы кусок свисал над водой.

— Ярослав Константинович… — озадаченно протянул Ратай, наблюдая за моими действиями. — А что…

— Пошли обратно, — довольно произнёс я. — Пока иглобой не ушёл куда-то по своим делам.

— Мне это не нравится, — хмуро сообщил Аршавин.

— И ребятам сообщи, чтобы были наготове, — добавил я. — Если что-то пойдёт не так во время встречи со зверем — бежим сюда. Плавать умеешь?

— Разумеется, ваша светлость, — тяжело вздохнул Николай. — Но вода холодная ещё. Надеюсь, не пригодится ваша предосторожность.

— И я надеюсь, — серьёзно ответил я. — Но всякое может быть.

Мы прошли до того места, откуда я увидел просвет над запрудой, и медленно двинулись к логову иглобоя. Теперь уже оба шли максимально тихо. Я даже дышать старался медленнее обычного, чтобы не создавать лишних возмущений. Овраг, где предположительно находилась наша цель, был окружён густым кустарником. В одном месте виднелась настоящая просека, которую проложил иглобой. Или монстр использовал один и тот же путь, или он всё ещё находился внизу.

Я, под бдительным и недовольным взглядом Ратая, добрался до края оврага и посмотрел вниз. На дне медленно двигалась массивная туша зверя. Серо-чёрная шкура была густо покрыта множеством длинных игл. Сейчас оружие чудовища было плотно прижато к телу, создавая ещё один слой брони от внезапной атаки. Сверху иглобой больше напоминал здоровенную гусеницу, чем червяка-переростка. И ноги у него имелись, хоть и довольно странные. Их оказалось около десятка и они явно были предназначены для твёрдого покрытия. Потому что тяжеленную тушу зверя держали с большим трудом. Поэтому и проваливались так глубоко в землю.

— Ну что? — прошептал Аршавин. Ратай лежал рядом и напоминал своей неподвижностью болотную кочку. Только лицо выдавало напряжение Шатуна. Увиденное ему явно не понравилось. — Насмотрелись? Возвращаемся?

— Сейчас. Ещё кое-что проверю, — так же тихо ответил я. А потом, дотянувшись до лежавшей неподалёку тяжёлой коряги, широко размахнулся и швырнул её в чудовище. — Готово! А теперь бежим!

Рычание разъяренного от моего поступка Ратая реально походило на рев медведя, теперь я понял, откуда у него такое прозвище. Снизу послышался грозный клёкот. Виртуозно ругался Аршавин. Не дожидаясь ответных действий чудовища, Ратай рывком отбросил меня подальше от края и откатился следом. В воздухе просвистел десяток игл. Послышался дробный стук. Я мельком увидел несколько дротиков, воткнувшихся в ствол ближайшей сосны и только покачал головой. Снаряды вошли в дерево сантиметров на двадцать и это было меньше половины их длины.

Клокочущий иглобой очень шустро взбирался по склону оврага. Насколько я помнил, Ратай говорил про двадцать метров, с которых тварь может гарантированно пробить противника своими колючками. Но это не означало, что на тридцати мы в полной безопасности. Аспект Жизни, которым буквально бурлил зверь, был очень коварной штукой. Убивать эта сила, несмотря на своё название, умела просто прекрасно. Только сейчас я понял, что ни о каком ранении иглобоя речи не шло. Просто энергии в этом монстре оказалось слишком много.

— Командуй бойцам, Шатун! — на бегу выкрикнул я. — Пусть выдвигаются к нам.

— Это самый идиотский поступок, который я мог ожидать от главы рода! — рявкнул в ответ Аршавин и схватился за рацию. — Серый, Перепел! Двигайте к нам. Ориентир на запруду. За нами иглобой. Тройка. Очень злая и шустрая тройка!

— Принял, — послышался из рации встревоженный голос Серого. — Выдвигаемся.

— Не туда! — крикнул я, на ходу меняя направление и толкая спутника в сторону водоёма. — Давай-давай, Шатун! Поднажми!

За нашими спинами слышался громкий треск. Я быстро обернулся на бегу и увидел, как из оврага поднимается здоровенный шипастый шар. Несмотря на отсутствие видимых органов чувств, зверь нас прекрасно видел. Глаз у него не было, но стрелять чудовищу это не мешало. Вся покрытая колючками масса чудовища разом содрогнулась и в нашу сторону устремилось облако игл.

Я тут же вильнул за ближайшее дерево. Аршавин сделал то же самое и мы продолжили безумный забег. Иглобой катился следом, оглашая лес утробным клёкотом. Я ощущал, что чудовище действительно жаждет нашей смерти, а не просто пытается избавиться от угрозы. Поведение монстра было странным, но об этом можно было подумать позже.

— Вездеходы на берег! — чуть притормозив, чтобы иглобой оказался как можно ближе, выкрикнул я. — Чтобы были здесь через три минуты!

— Они-то будут! — рявкнул в ответ Ратай. — А мы куда⁈

— В воду! — без колебаний разбегаясь по уложенному недавно бревну и прыгая вниз, ответил я. Следом с лютыми проклятиями сиганул Аршавин. Я рухнул в холодную воду и тут же начал выгребать к берегу, а потом сверху упал клокочущий колючий шар преследователя.

Глава 4

Я ушёл глубже и начал выгребать к берегу. До дна у берега было метра три с лишним. Я это почувствовал ещё когда мы оказались здесь впервые. За последнее время моя связь с аспектом воды значительно выросла. Практика давала свои плоды. Просто пока они были не такими весомыми, как мне хотелось.

Накопившейся маны в Источнике хватило на одну простую манипуляцию. Я разогнал потоки воды вокруг себя и выстрелил своим телом к поверхности. Пару метров до края обрыва преодолел с лёгкостью, но приземление вышло неудачным. Мокрые руки чуть не соскользнули с торчавших из земли корней. Падать назад очень не хотелось, потому что сейчас каждое мгновение было на счету. Поэтому я приложил все силы, чтобы выбраться, а потом рванул к оставленному бревну.

Спустя пару секунд рядом оказался Аршавин. Ратай бешеным взглядом смотрел на меня и явно не знал, что сказать. В воде под нами копошился иглобой. Жуткий смертоносный зверь жалобно клекотал, пытаясь выбраться на сушу. Все иглы на его теле прижались к коже, но это мало помогало монстру. Он тонул и слабые лапы не позволяли ему выбраться на твёрдое место.

— Чего стоишь, Шатун⁈ — ворочая бревном, зло пропыхтел я. — Или я один тут должен мучаться?

— Что за ерунду вы сотворили, ваша светлость? — резко спросил Аршавин, но за бревно всё же взялся. Иглобой сумел подплыть ближе к берегу, но мы его тут же отпихнули обратно, как здоровенный и недовольный плот. — А если бы он в вас попал? Или начал жрать нас прямо в воде⁈ Как вы могли пойти на такой риск?

— Верить потому что надо своему главе рода, — проворчал я в ответ. Идея действительно была крайне рискованная, но риск того определённо стоил. По крайней мере, на этой охоте точно никто не пострадал. Пока. — Искренне и с полной отдачей. Что бы он не делал.

— Да кто же знал, что вы ТАКОЕ измыслите, Ярослав Константинович! — попытался всплеснуть руками Николай и мы чуть не выронили бревно. Какой-то сук больно впился мне в руку и я зло зашипел. Ратай тут же снова схватился за наше орудие, но ворчать не перестал. — Я после такого вообще с вами в лес отправляться не хочу! А что будет, когда мы в аномалию ходить станем? Там вы тоже мне о планах говорить не станете своих? Поляжем тогда, все как один в первых же зарослях живороста!

— Это ещё что такое? — снова отпихивая иглобоя подальше от берега, спросил я. — Растение или зверь?

— Вот про это я и говорю! — рыкнул в ответ Ратай. Он устал смотреть, как я стою на краю обрыва и быстро подошёл ближе. Пару мгновений спустя бревно перекочевало в руки Шатуна, а я устало уселся на землю. Мокрая одежда неприятно липла к телу, в ботинках хлюпало, а волосы лезли в глаза. Но я был полностью доволен охотой. — Вы ведь об особенностях иглобоя только от меня услышали. А если бы я ошибся? Если бы не сработал ваш план?

— Но ведь план сработал? — задал встречный вопрос я. Позади послышался рёв моторов. Оба вездехода остановились в десятке метров от нас и из них высыпали готовые к бою дружинники. — Сработал. Если бы что-то пошло не так, то мы находились бы в воде. Если ты забыл, то это один из моих аспектов, Ратай. Уж защитить себя посреди озера я бы точно смог.

— С пустым резервом⁈ — рявкнул в ответ Аршавин и от души приложил иглобоя по голове бревном. Монстр на пару секунд ушёл под воду. По всей его шкуре прошла волна, но ни одна иголка так и не выстрелила.

Как я и рассчитывал, тварь слишком хотела жить и сейчас была сосредоточена только на том, чтобы выбраться на берег. Это уже потом она будет пытаться нас всех уничтожить. Конечно, если предоставить ей такой шанс. Вместе с главным оружием и повадками, червь-мутант взял у своих многочисленных доноров ещё и слабости. Способ передвижения иглобоя в бою намекал на то, что вода ему очень не понравится. Может поэтому цепочка следов, которая привела нас в овраг, делала большую петлю, уходя подальше от озера.

— Ваша светлость! — выкрикнул Серый. Группа дружинников первым делом окружила меня и только после этого начала оценивать ситуацию. Парни были готовы к столкновению с опаснейшим монстром, но их ожидания не оправдались. Вернее, они сначала даже не смогли понять, где находится противник. А потом Аршавин снова шарахнул зверя по голове. — Это… Это что тут у вас происходит, Ярослав Константинович? Николай Петрович?

— А вы не видите? — зло рыкнул в ответ Ратай. — Его светлость изволил искупаться и иглобоя за собой позвал. Хватит стоять, лоботрясы! Пристрелите уже эту тварь! Сколько я буду его по голове колотить⁈

— Подождите! — поднял руку я и посмотрел на Аршавина. — Может, есть смысл взять это существо живым, Николай Петрович? Вряд ли кто-то раньше ловил живого иглобоя.

— Живым? — с сомнением посмотрев на клокочущего в воде монстра, переспросил Ратай. — Это маловероятно, ваша светлость. Даже если его в воде постоянно держать, слишком велик шанс получить отравление аспектом жизни. Он ведь будет продолжать вырабатывать ману, пока не сдохнет. Да и где его держать? В Себыкино? Так там необходимых мощностей нет. Если продать… Это может быть ОЧЕНЬ выгодно. Куски шкуры иглобоев продолжают жить ещё очень долго после гибели основного тела. Даже эксперименты с выращиванием новых животных на его основе проводили. Но все неудачные.

— Вот как? — заинтересованно протянул я. Поняв, что мне ничего не угрожает, дружинники выстроились вдоль берега и потрясённо наблюдали за тем, как их командир отгоняет подальше жуткого монстра. — Тогда продавать его точно не будем. Оглушить реально его? Чтобы в посёлок переправить?

— Вполне, — немного подумав, кивнул Аршавин. — Если парой гранат шарахнуть. Но сколько он будет в отключке я сказать не возьмусь.

— Дайте мне телефон кто-нибудь, — посмотрел на дружинников я. — Надо с Олегом Дмитриевичем поговорить.

Один из бойцов тут же набрал номер Пескарёва и протянул мне мобильник. Пару секунд шли гудки, а потом я услышал встревоженный голос главы Себыкино:

— Что у вас Саша? С князем всё в порядке?

— Здравствуйте, Олег Дмитриевич, — ответил я. — Благодарю за беспокойство. Со мной всё в норме. Промок слегка, как и Николай Петрович, а так полный порядок.

— Зверя нашли, ваша светлость? — почти без паузы спросил Пескарёв. — Удалось отогнать?

Интересно, что глава поселения даже не подумал, что мы сможем убить монстра. С одной стороны, довольно грустно, что подданные не верят в главу своего рода. А с другой — Олег был как раз тем человеком, который очень трезво умел оценивать возможности окружающих людей.

— Нашли, Олег Дмитриевич, — невозмутимо ответил я. Со стороны озера послышался плеск. Ратай передал наше самодельное оружие своим подчинённым и те начали увлечённо отгонять монстра подальше. Сил у иглобоя ещё было достаточно, чтобы бороться за свою жизнь. — Я, собственно, по этому вопросу вам и звоню. Как думаете, получится у вас в Себыкино быстро сделать резервуар для содержания иглобоя?

— Резервуар? — будто ослышавшись, переспросил Пескарёв. — Для иглобоя? Я не очень понимаю, ваша светлость… Неужели у вас получилось убить зверя? Тогда нам понадобится не очень большая ванна. В дальнем ангаре есть подходящая чаша. Кровь собрать получится без труда…

— Зверь жив, Олег Дмитриевич, — остановил поток рассуждений собеседника я. — И даже относительно здоров. Просто у нас появилась возможность взять его живым и мне нужно узнать, способны ли вы его удержать в пределах Себыкино. Так, чтобы это не несло угрозы для жителей или сотрудников.

— А… — окончательно растерялся Пескарёв. — Ааа… Зачем вам это нужно, ваша светлость? Можно я сам подъеду? Где вы?

— На берегу озера неподалёку от вашего поселения, — ответил я. — Только поторапливайтесь, Олег Дмитриевич. А то иглобой скоро утонет, если мы ему не поможем.

Ждать пришлось минут десять. Монстр за это время окончательно выбился из сил и перестал пытаться выбраться. Нам даже пришлось подпереть его шестами, чтобы он не ушёл на дно окончательно. Пескарёв прибыл на раздолбанном грузовичке, которые еле пробрался к нам через лес. В кузове машины каким-то невероятным образом поместилась стояла старая цистерна на десяток кубов. Что с ней планировал делать глава поселения я придумать с ходу не смог.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович! — выпрыгивая из машины, поспешил ко мне Пескарёв. В руках мужчина держал сумку, которую тут же протянул мне. — Вот, тут сухая одежда и перекус. Я пообщался со своими. В целом, переселить иглобоя к нам вполне реально, но мне нужно понимать, для чего он вам нужен. Ребята сейчас начнут подготовку, а мы можем поговорить спокойно.

— Спасибо, — улыбнулся я. — И за еду, и за одежду. С иглобоем всё просто. Николай Петрович мне сказал, что части шкуры этого существа могут жить и функционировать отдельно от тела. Этот зверь обладает аспектом Жизни, а значит его иглы могут воздействовать на цели без смертельного исхода.

— Скорее всего, так и есть, — серьезно кивнул Олег. К нам подошёл Аршавин, который получил свою сумку из рук помощника главы Себыкино. Ещё двое парней из посёлка начали бросать в сторону иглобоя какие-то верёвки с отметками. — Если бы аспект был из стихийных, то тварь была бы ядовитой. А так есть вероятность паралитического воздействия.

— Проверим чуть позже, — спокойно кивнул я. — Даже если летальный яд — меня устроит. Главное, чтобы у вас получилось разработать схему, при которой мы можем без угрозы для работников брать части шкуры. А потом он будет регенерировать. И мы будем снова их брать. Идея понятна?

— Да, ваша светлость. Для этого понадобятся бочки с водой, — с интересом рассматривая монстра в воде, ответил Пескарёв. — Но с этим проблем не будет. Воду придётся менять регулярно, чтобы снизить отравляющий эффект, но с этим мы тоже справимся. Можно даже продавать её будет скупщикам, как обогащённый ресурс. Такое используют в медицине, если концентрация аспекта достаточно большая.

— Отличная новость! — одобрительно произнёс я. Дополнительный источник дохода мне бы не помешал. Рассчитывать постоянно на боевые трофеи точно не стоило.

— Вы так и не ответили, ваша светлость, — напомнил мне Олег. — Понимаю, что это может быть не моё дело и приму ваш отказ. Однако, тогда я могу неправильно выстроить процесс отбора материала и это нарушит ваши планы.

— Все особенности вам пояснит Николай Петрович, — указав на Ратая, ответил я и Шатун тут же округлил глаза.

— Я? Почему я, Ярослав Константинович? — быстро спросил Аршавин. — Мне откуда знать, что вы хотите делать с этим чудовищем?

— А кто говорил мне, что ему нужны материалы и ресурсы для более сложных ловушек? — возразил я. — И что без этого более крупных зверей мы ловить не сможем?

Ратай замолчал и удивлённо посмотрел на меня. Потом на иглобоя. Потом снова на меня. На лице Николая Петрович вдруг появилось очень странное выражение и блуждающая улыбка. Пару секунд он стоял неподвижно, а потом по-дружески обнял Олега за плечи и потянул главу Себыкино в сторону.

— В общем, расклад такой, Олежа… — услышал я довольный голос Ратая. — Есть у меня пара идей интересных, но твоим парням придётся изрядно потрудиться.

— Пролезет, Дмитрич! — выкрикнул один из работников, которые всё это время меряли иглобоя. — Мы его подёргали чуть — тело жидкое. Если напрягаться не будет, то засунем в цистерну.

— Воду закачайте сначала! Примерно половину, а то я мост в лесу оставлю. В поселке дольем до полной! — крикнул в ответ Пескарёв. Моё участие в этом мероприятие уже не требовалось и я отошёл к нашим вездеходам, с интересом копаясь в сумке.

Олег Дмитриевич раздобыл для своего князя приличный камуфляж, который оказался даже лучше моего прежнего. Из еды жители Себыкино передали мне несколько массивных бутербродов с мясом и пучок зелени. В небольшой банке лежала заправленная луком, сахаром и маслом квашеная капуста. Рот наполнился слюной и через пару минут я уже поглощал еду. Неудобство от мокрой одежды оказалось моментально забыто.

Пока у меня бурно проходил второй завтрак, Аршавин с Пскарёвым обсудили все детали и началась погрузка. Рядом с измученным иглобоем упали в воду несколько гранат и оглушённый зверь всплыл кверху брюхом. Оказалось, что внутренняя часть чудовища полностью беззащитна перед таким атаками. Из здоровенной пасти вывалился белёсый язык, а хилые ноги сложились в одну линию. В таком виде чудовище больше напоминало гигантский кусок несвежей вырезки. Правда, моих подчинённых подобный вид не обманул.

После тщательной проверки, монстра вытащили из воды и запихнули в заполненную водой цистерну. Вся работа проходили под тщательным надзором дружинников, которые были готовы атаковать в любой момент.

— Мы с ребятами в Себыкино поедем, Ярослав Константинович, — подойдя ко мне, сообщил Аршавин. — Проверим, как зверя устроят и первые образцы возьмём. Потом вдоль границы прокатимся. Поменяем дозорных и пару ловушек модернизируем. Если срастётся всё, то завтра по полной этим займусь. Серый вас в имение отвезёт.

— Хорошо, — кивнул я. — Тогда мне потом скажи, что ещё для модернизации надо. Может ещё чем помочь получится.

— И так уже помогли, ваша светлость! — радостно оскалился Ратай. — Аж дух захватывает, как подумаю, что можно сделать! Это же поле непаханое для охоты! А если в аномалии капканов наставить?

— Ты подожди радоваться пока, Николай Петрович, — улыбнулся я. — Как зверей первых поймаем, так и отпразднуем.

— Как скажете, ваша светлость! — кивнул Аршавин.

— И для Шустрика еду не забудьте., — напомнил я. — А то княжна Анна Константиновна сильно переживает, что от голода издохнет друг её новый.

— Обязательно, Ярослав Константинович, — усмехнулся Ратай. — Подробную инструкцию от вашей сестры я уже получил. Только мяту вряд ли мы найдём. Но что-то да придумаем.

По пути обратно в имение разговорился с Серым. Оказалось, что он был одним из тех, кому пришлось отправить свою жену и двоих детей за пределы родовых владений Разумовских. Они последние три года жили где-то у родственников под Брянском. И это при том, что никакого содержания у дружинников считай не было. На одной вере и упорстве продолжали служить моему роду. Подобная верность достойна самой высокой награды. А ведь Серый к своим тридцати с небольшим уже полноценным Воителем был. С его опытом и умением, его с руками оторвали бы в любую дружину.

Во дворе имения я встретил Полоза. В воротах мы едва не столкнулись со стареньким универсалом, в котором о чём-то болтали несколько мощных парней. Полоз провожал автомобиль, на котором, по всей вероятности, прибыл в имение.

— Доброе утро, ваша светлость! — радостно улыбнулся дружинник, когда я вышел из вездехода. — Ого!!! Похоже, мои договорённости стоит отменить.

— Уже получилось продать машины? — удивлённо поднял брови я.

— Вы сказали, что надо быстро — я сделал, — довольный собой, улыбнулся боец и продемонстрировал мне объёмистую спортивную сумку. — Двести тысяч рублей за все машины, Ярослав Константинович. Пришлось брать наличкой, чтобы ускорить процесс. Друзья мои из Твери как услышали, что вы с Николаем Петровичем просили побыстрее всё сделать, так даже подвезти меня обратно предложили. Чтоб не случилось по пути чего.

Я посмотрел на радостную улыбку Полоза. Потом на сумку и восхищённо покачал головой. Для обычного человека подобная сумма была просто огромной. Если бы парень просто скрылся с ней в неизвестном направлении, то я бы даже искать его в первую неделю не стал. А потом это могло уже не иметь смысла. Но дружинник даже не подумал о чём-то подобном. Да ещё и в имение деньги привёз с какими-то мордоворотами явно бандитской наружности.

— Спасибо тебе, Андрей, — произнёс я. — Не ожидал, что так быстро справишься. И друзьям своим благодарность мою передай.

— Да что там, ваша светлость! — смущённо отмахнулся Полоз. — В Твери Николая Петровича каждая собака знает. Пацанам в радость ему за доброту отплатить.

— Понятно, — забирая сумку у дружинника, хмыкнул я. — Интересные у Николая Петровича знакомые…

— Да они же у нас в дружине служили, — бесхитростно ответил Андрей. — Пока Ратай их тряпками не прогнал. До сих пор вспоминают те времена.

— Вот оно что… — остановившись, задумчиво протянул я. — А давай тогда по-другому сделаем. Мы завтра в Тверь планируем ехать. Ты ребятам этим напиши, что я с ними встретиться хотел бы. Лично поблагодарить. Заодно и пообщаемся. А Николаю Петровичу скажи, кто именно тебя подвозил. Я потом с ним поговорю на эту тему. Идёт?

— Как скажите, Ярослав Константинович, — быстро кивнул Полоз. Судя по лицу парня, он пришёл к выводу, что его друзьям вряд ли понравится эта беседа. — Сегодня им позвоню.

Я кивнул и направился ко входу в дом. Время близилось к обеду и сёстры чем-то занимались в гостиной. Я с улицы услышал грустный голос Нюши. Наверное, Настя отчитывала за что-то младшую.

— Всем привет, — заходя в дом, поздоровался я и поставил на свободный стул сумку. — Как вы?

— У нас всё хорошо, — особо выделив голосом второе слово, ответил Анастасия и вопросительно посмотрела на сумку, а потом на Анну. — Иди прогуляйся пока, Нюш. Мы потом продолжим.

— Ты меня спас, — проходя мимо, заговорщицки прошептала младшая.

— Что это? — кивнув на сумку, спросил Настя.

— Деньги, — коротко ответил я. — Двести тысяч рублей, которые Полоз выручил за трофейные машины.

— Ого! — удивлённо подняла брови девушка. — И он эту сумку прямо из Твери вёз?

— Ага, — улыбнулся я. — Вместе с какими-то подозрительными типами. Ты помнишь, что у нас завтра выезд в столицу губернии за покупками?

— Конечно, — кивнула сестра. — Что-то изменилось?

— Нет, — ответил я. — Просто ещё пара дел добавилась. Заодно денег не твой депозит закинем. Половину.

— А со второй что? — с интересом спросила Анастасия. Новость о том, что появилась возможность пополнить её активы на бирже откровенно порадовала девушку. В идеале, я планировал сделать так, чтобы оттуда мы больше ничего не брали, а только добавляли.

— Часть останется на нужды дружины, плюс премии. Я всё больше понимаю, какую ребята самоотверженность проявили и насколько за род они стоят. Такое нельзя без поощрения оставлять, — сосредоточенно произнёс я. — Ну, а часть потратим на покупки.

— Очень жирные покупки, Яр. — с сомнением ответила Настя. — Если честно.

— Ты ведь даже не спросила, что я хочу купить, — широко улыбнулся я.

Глава 5

— И что же ты хочешь купить? — с улыбкой спросила Настя. Судя по лицу сестры, ей нравилась эта игра. Она была в разы лучше, чем наши обычные обсуждения того, где взять средства, чтобы закрыть очередную дыру в бюджете рода.

— Ты упустила свой шанс! — довольно рассмеялся я. — Теперь узнаешь только завтра. Но я дам тебе подсказку. На главной аллее столицы губернии, неподалёку от гостиного двора Антиповых, есть один небольшой магазинчик. Судя по вывеске, он принадлежит кому-то из родичей Воронцовых.

— Артефакты? — удивлённо подняла брови девушка. Род светлейших князей издревле славился своим даром создания магических предметов. Со временем, семейное дело переросло в грандиозную корпорацию, которая обеспечивала нужды армии и большинства аристократических семей. В каждом городе Империи имелся хотя бы один магазин этого рода и никогда владетели городов не были против такого соседства. Даже если отношения с Воронцовыми были плохими или враждебными. — Тогда сразу тебя огорчу, Яр. Наших запасов хватит только на то, чтобы посмотреть на витрины.

— Умеешь ты испортить настроение, — проворчал в ответ я.

— Если там встретится что-то действительно стоящее, то мы можем отказаться от пополнения депозита. — немного подумав, попыталась меня успокоить Настя. — Благодаря твоим усилиям, биржа уже перестала быть нашим единственным источником дохода. Поэтому можем и подождать немного, когда более подходящий случай подвернётся.

— Нет, — покачал головой я. — От плана отступать не будем. Я бы даже сказал, что стоит перейти ко второй фазе. Что там со стоимостью «Веги»?

— Без изменений, — нахмурилась Настя. — А что ты ожидал?

— Да ничего, в принципе, — пожал я плечами.

Не давала мне спокойно жить эта бывшая семейная корпорация рода Разумовских. Причем, я не мог даже сам себе объяснить, почему. У меня был план восстановления рода. И основополагающей финансовой составляющей на первых парах должна была стать именно добыча и переработка аномальных тварей. То, на чём специализировалась «Вега».

Логичней всего было организовать новую фирму, благо имперская лицензия у меня была на род, а не на конкретную фирму, но наследие семьи Разумовских. Смешно, но я чувствовал свою кровь в этих людях, а значит, эти, частично известные, доброжелатели покусились и на мое. А этого я никогда и никому не прощал. Привычка Вершителей. Дашь укусить собрату палец — отхватит по самое плечо.

Нет, на рожон я лезть не собираюсь, действовать планирую неторопливо и надежно, с гарантией. Из того, что я знал, «Вега» была раздроблена как физически, так и документально. Де юре, на бумаге, она была всё еще единой корпорацией, но де факто — представляла собой несколько раздельных комплексов, принадлежащих разным родам. Пожарские забрали большую складскую территорию на окраине Москвы, Истомины и Корчаковские демонтировали и вывезли оборудование, разместив их в своих зонах ответственности, первые — тут же, в тверской аномалии, практически на противоположной ее, стороне, вторые — дальше, в Краснодарской аномалии. Весь транспортный отдел, многочисленный автопарк, забрали себе Быстряковы в свою логистическую компанию. Антиповы также поучаствовали в разграблении фирмы. Ну, а бывшие сотрудники? Там было всё сложно. Ну, и соответственно, акции компании были распределены пропорционально между всеми этими родами.

Почему «Вегу» не ликвидировали, а имущество не переписали? Хороший вопрос, по которому у меня есть лишь догадки. Ведь доступа к документам корпорации я уже не имел, а спросить было не у кого.

Все заинтересованные лица, знали истинное положение компании «Вега», поэтому их акции торговались также, как пять лет назад, после резкого падения при случившимся с родом Разумовских. Да, единовременное падение составило более девяноста процентов, но затем случился обратный откат примерно к двадцати пяти процентам прежней стоимости. Ну, и помимо прочего, этот актив был мало кому интересен всё это время и торги по нему практически не велись. Однако стоимость всей корпорации была всё равно внушительной для скупки.

— Всё еще мечтаешь «прибить» цену? — улыбнулась моя сестра понимающе.

— Думаю над этим, — улыбнулся я. — Есть у меня пара задумок. Посмотри, пожалуйста, какие перерабатывающие компании сейчас на грани банкротства, что мы можем купить быстро и недорого. Нужно только имя, не обращай внимание на собственность, ну и долги мы на себя брать, конечно же, не будем.

— Поняла, изучу вопрос, — серьезно кивнула сестра. От меня ещё что-то требуется?

— Нужно связаться с Имперской Службой Учёта воителей на службе благородных семей, — вспомнив свой недавний разговор с Серым, ответил я. — Попробуй договориться с ними по поводу экзамена для наших дружинников. В идеале нужно, чтобы они прислали своего представителя к нам в имение. Где-то на следующей неделе.

— Хочешь ещё сильнее раздразнить наших недоброжелателей? — неодобрительно нахмурилась Анастасия. — Может позже сделаем? На навыках наших воинов это ведь никак не скажется.

— За последние пять лет Аршавин не прошёл ни одной аттестации, — хмуро ответил я. — Тогда на это были свои причины. Сейчас ситуация изменилась. Род стремительно выходит из тени и нам нужны официальные аргументы, чтобы подтвердить свой статус. На отношениях с тем же Антиповым это вряд ли скажется. Алексей Андреевич и так в курсе, на что способны наши парни. А мне успешный экзамен позволит немного изменить отношение к нашей семье.

— Тоже верно, — кивнула Настя. — Нужно действовать на всех уровнях, чтобы снизить возможные риски. Я созвонюсь с управлением. Но там же придётся платить за каждый ранг наших бойцов. Два десятка не так много, но большинство наверняка под контролем Николая Петровича миновали не один ранг. А платить придётся за каждый.

— Это решаемый вопрос, — улыбнулся я. — Деньги — всего лишь ресурс для достижения цели. Нет смысла их экономить, если можно пустить в дело. Тем более сейчас, когда у нас каждый день имеет значение.

— Тогда я приостановлю стройку, — задумчиво произнесла княжна. — В понедельник должна прийти следующая партия материалов. По плану мы должны были восстановить казарму к концу следующей недели.

— Ничего останавливать не нужно, — покачал головой я. — Сколько нам встанет починка казармы?

— Около десяти тысяч вместе с работой и материалами, — немедленно ответила девушка.

— Приемлемо, — кивнул я. — В начале следующей недели тогда обсудим план восстановления особняка. Нужно прикинуть пока с чего начать.

— Хорошо, — вздохнула Настя. — Но это выйдет сильно дороже.

— Если всё пойдёт по моему плану, то в ближайшее время с деньгами проблем станет сильно меньше, — с улыбкой ответил я.

— Не рискуй сильно, Яр, — с серьезным лицом попросила меня сестра. — Мы и так двигаемся с бешеной скоростью.

— Недостаточно, — поднимаясь из-за стола, покачал головой я. — Риск гибели рода всё ещё слишком большой.

— Но ты ведь работаешь над этим, — возразила княжна.

— Работаю, — кивнул я. — И буду работать дальше.

— Не желаете отобедать, ваша светлость? — послышался от входа в гостиную голос Антипа.

— Нет, Антип. Спасибо, — ответил я. — Может чуть позже. Мне нужно немного поработать и я прошу меня не беспокоить ближайшую пару часов.

— Как прикажете, Ярослав Константинович, — невозмутимо кивнул старик. — Тогда скажу Евгении, чтобы она подала вам в кабинет закуски. При вашем темпе жизни требуется хорошее и регулярное питание.

— Хорошо, — не стал спорить я. Потом обогнул стол и обнял сестру. — Нюше скажи, что вечером у нас совместная тренировка.

— Рано ей ещё, Яр, — снизу вверх посмотрела на меня Анастасия. — Как бы не выгорела.

— Ничего серьезного не будет, — успокоил сестру я. — Я присмотрю за ней.

В кабинете царил идеальный порядок. Я расслабленно упал в кресло и закрыл глаза. Несколько секунд сидел неподвижно, прислушиваясь к сигналам родовой сети. Пару раз улавливал знакомые импульсы. Нити сети обнаружили кого-то из ребят Аршавина. Значит Ратай уже закончил свои дела в Себыкино и отправился устанавливать ловушки. С большим усилием мне удалось обнаружить место, где шли основные работы. За пару минут смог подтянуть туда пару нитей, чтобы держать ловушку под присмотром. В идеале, также надо было сделать со всеми остальными капканами, но сейчас это было нереально.

Тихо открылась дверь в кабинет и тётя Женя вкатила тележку с едой. От десятка разномастных тарелок и чашек шёл одуряющий мясной аромат и запах свежей выпечки. Кухарка осторожно подкатила свой груз поближе ко мне и бесшумно удалилась. Тревожить меня она побоялась, а я не торопился показывать, что вовсе не сплю. Просто не хотел отвлекаться от начатой работы.

Родовая сеть требовала постоянного внимания. Участок вдоль границы с территорией князя Антипова радовал своим хорошим состоянием, но это было единственное место, которое можно было назвать нормальным. Скорее всего, Настя была права насчёт моих планов на визит в магазин артефактов. За один заход вряд ли у меня получится купить даже половину всего, что мне было нужно ещё вчера. Про будущие потребности говорить вообще не стоило.

Вскоре я перешёл к той части, что располагалась вокруг поместья. Родовая сеть давала своим хозяевам массу возможностей. Особенно если находилась в полном порядке. Но даже сейчас я мог использовать её для своих целей. Сложная система заклинаний могла не только атаковать или обнаруживать врагов на территории владения. Ещё у неё были встроенные возможности фокусировки магических потоков. Когда восстановлю её полностью, получится снизить время восполнения Источника в несколько раз. Сейчас реально было только немного сократить обычное время.

Как только установил в кабинете точку фокуса внешних магических потоков, открыл глаза и сразу потянулся к большому куску мясного пирога. Дальше можно было совместить несколько задач и пополнить запасы энергии тела.

Мне требовалось несколько часов на восстановление резерва для вечерней тренировки и это время я решил потратить на изучение записей отца. Небольшая тетрадь, которую я забрал в хранилище имперского банка, содержала в себе массу полезных данных. Мне крайне интересно было посмотреть на то, как потомки решили возникшие перед ними задачи.

Семья Разумовских несла в себе мой дар. Вершитель Элрог всегда был самым странным из своего вида. Я никогда не стремился развить в себе что-то уникальное. Возможно, это и стало причиной моего возвышения. Каждый аспект казался мне интересным и заслуживающим особого внимания. Каждому я уделял время и силы. И это дало мне в разы больше, чем могли себе представить мои братья и сёстры. Вот только для людей подобный путь оказался невероятно тяжёлым.

Я листал страницы, иногда надолго останавливаясь над какими-то отдельными записями. Прежний глава рода сумел систематизировать все наработки своих предков и свести их в одну систему. С той лишь разницей, что человеку приходилось двигаться последовательно, шаг за шагом добиваясь поставленной цели. Константину Разумовскому потребовалось двадцать лет, чтобы найти нужный путь и пройти по нему несколько шагов. Сколько потребуется мне? Вернее, сколько у меня есть времени до того момента, как враги Разумовских поймут, что я иду тем же путём, что и прежний глава рода?

Об этом я Насте не говорил и говорить не планировал. Для старшей сестры те проблемы, с которыми столкнулся наш отец, остались в прошлом. Это был тяжёлый период и теперь мы делали всё возможное, чтобы восстановить прежнее могущество рода. Вот только кровь требовала своего и я был уверен, что Константин Разумовский был казнён именно из-за того, что вплотную приблизился к главной тайне Вершителей — Эфиру.

Тут же в памяти всплыл мутный снимок барона Маркова. А ведь я думал, что никого из моих сородичей уже давно не осталось. Возможно, мне предстоит узнать ещё немало нового об этом мире.

Как только Источник заполнился, я спустился вниз. К этому времени в имение уже вернулись дружинники под предводительством Аршавина. Ратай сиял и не мог скрыть свою радость. Его я увидел, как только вышел во двор.

— Ваша светлость! — тут же направился ко мне Аршавин. — Всё получилось, Ярослав Константинович! Пять первых капканов модернизировали. Ещё два перетащили к границе аномалии и поставили на звериной тропе. Завтра утром поедем проверять.

— Только если рано совсем, Николай Петрович, — с улыбкой ответил я. — Потом у нас поездка в Тверь запланирована. Кстати, Полоз уже доложился?

— Доложился, — чуть помрачнел Ратай. — Вы простите, ваша светлость. Это мой недосмотр. Даже не подумал, что этот дурень с целой сумкой денег догадается по лесам разгуливать. Говорил же ему, чтобы отчитался, как всё готово будет…

— Не страшно, — отмахнулся я. — Уже понял, что твоим ребятам можно доверять в любых делах, Ратай. Я насчёт другого спрашиваю. Что по поводу тех парней, которые Андрея в имение подвозили?

— Насчёт Пичуги и его бойцов? — тут же понял к чему я клоню Ратай. — Хорошие ребята. Толковые. Одни из последних у нас оставались. Пришлось самому их уволить, чтобы жизнь не ломать. Служили хорошо, но рангом помладше моих оказались. Побоялся я, что не вытянут они. Вот и выгнал. Самому потом стыдно было. Потом при случае старался помогать чем получалось. Но в нашем положении, считай, советом только и мог.

— Понятно, — задумчиво кивнул я. — Пичуга это у них главный. А сколько у него всего людей? И кому из них можно доверять?

— Никак надумали дружину расширить, ваша светлость? — недоверчиво посмотрел на меня Аршавин.

— Скорее, восстановить, если ты своё добро дашь. Пора уже, Ратай, — усмехнулся я. — Сколько можно вам двумя десятками мучаться? Но абы кого брать не будем. Нужны проверенные люди. Вот я и решил у тебя уточнить. Ранг бойцов тоже имеет значение. Сколько людей у этого Пичуги и кто он такой?

— Козырев Антон Викторович. Раньше был командиром среднего звена в младшей дружине Разумовских. Толковый парень и под началом у него больше двух десятков бойцов тогда ходило. С рангом сложнее, Ярослав Константинович. — смущённо улыбнулся Аршавин. — В своих парнях я не сомневаюсь, но и у Пичуги ниже Гридня в команде нет никого. Сам следил, чтобы они занятия не забрасывали. Но как дело сейчас обстоит только экзаменаторы из коллегии контроля могут сказать.

— Вот и скажут, — невозмутимо кивнул я. — На следующей неделе у всей дружины экзамены будут. Анастасия Константиновка позже скажет в какой именно день приедет человек из коллегии. Завтра тогда нужно договориться с Антоном Викторовичем, чтобы мы могли встретиться и всё обговорить. Может и нет у него уже давно желания служить в дружине моего рода.

— Как нет, ваша светлость? — усмехнулся Ратай. — Куда бы оно делось? Я же с ним только пару недель тому виделся. Может отложить экзамен немного? Я бы ребят поднатаскал дополнительно…

— Они и так у тебя с ног валятся. — отмахнулся я. — Как будет — так будет. Главное, чтобы ниже прежнего не провалился никто. Это уже твоя ответственность.

— Такого точно не будет, Ярослав Константинович. — уверенно ответил Ратай.

— И самый главный вопрос. — добавил я и серьезно посмотрел на собеседника. — Чем Пичуга с ребятами всё это время на жизнь зарабатывали? Репутация рода на кону, сам понимаешь.

— Да за это можете не волноваться, ваша светлость, — улыбнулся Ратай. — Ребята правильные, лёгким путем не пошли в криминал не подались. Охранное агентство у них. Не сильно успешное, так как за грязь они не берутся, но на хлеб хватает.

— Тогда на том и решим, — кивнул я. — С Пичугой свяжись и договорись о встрече. Завтра к обеду где-то. Мы к этому времени все остальные дела закончим, поедим и в обратный путь двинемся. Если договоримся, то и их с собой возьмём. Может кто-то из семей твоих бойцов уже приедет в Тверь к этому времени. Что у Олега Дмитриевича? Жилье для женщин готово?

— В процессе, — немедленно ответил Николай. Явно тоже интересовался этим вопросом у главы Себыкино. — Олег сказал, что к вечеру пятницы всё будет.

— Отлично, — улыбнулся я. — Тогда всем отдыхать пока. До вечера никаких упражнений и нагрузок. Сформируй экипаж одного вездехода на завтра, Николай Петрович. Пока не купили транспорт для торжественных выездов, будем использовать имеющиеся машины.

— Сделаю, Ярослав Константинович, — серьезно кивнул Аршавин. — Мне сказать бойцам, что у них выходной сегодня?

— Да, — усмехнулся я. — Такой же, как и у меня. Но уж какой есть. Еду для Шустрика привезли?

— Вон лежит, — кивнув в сторону здоровой кучи свежих веток, ответил Ратай. Там уже крутилась в нетерпении Нюша. — Сейчас парни перетаскают к яме с монстром, ваша светлость. И можно кормить.

— Спасибо, — произнёс я и направился к младшей сестре.

— Яр, они привезли что-то не то! — заметив меня, возмущённо заявила младшая. — Какую-то гадость собрали! Я же просила дядю Колю. А тут даже вкусной травы нет. Одни ветки противные какие-то!

— Думаешь, Шустрику не понравится? — с интересом спросил я.

— Что значит «думаешь»? — возмутилась девочка. — Я в этом уверена! Он будет такое есть только потому, что мучается от голода. Ты же обещал, что его будут хорошо кормить!

— Я обещал, что он будет жив и здоров, — припомнив свои слова, возразил я.

— А тётя Женя говорит, что хорошая еда залог хорошего здоровья! — скорчила гневное лицо Нюша.

— А что ещё она говорит? — улыбнулся я. — Какая еда нужна для здоровья?

— Ничего она больше не говорит, — надулась девочка. — Ерунду всякую, про сладкое и булочки… А сама печёт и печёт вкуснятину всякую! Ну это же невозможно, Яр!

— Тоже страдаю, — признался я. — Ну что? Ты готова?

— Конечно! — с нетерпением воскликнула Нюша и прижала руки к груди. — Даже днём отдыхать отказалась, чтобы не пропустить начало занятий. Что надо делать?

— Бери всё, что считаешь самым вкусным для своего друга и тащи к яме, — серьезно ответил я. — Сейчас тоже подойду. Пока буду готовиться, покормишь Шустрика. Ему понадобятся силы.

Нюша, даже не дослушав меня, принялась увлечённо рыться в куче веток. Она что-то недовольно ворчала и отбрасывала в сторону наиболее подходящие куски растений. Спустя пару минут мимо проползла куча зелени, под которой слабо угадывалось платье моей младшей сестры. Я в это время строил небольшой мостик, чтобы напитать чудовище аспектом земли.

Для этого специально оставили на дне ямы песок. Я создал примитивную водную линзу и вытянул песок в тонкую колонну, коснувшуюся досок под улиткой. Монстр тут же замер и довольно заурчал. Сколько ему понадобится энергии я не знал, поэтому постарался сделать колонну побольше. Тратить силы не хотелось, но это был единственный вариант в текущих условиях.

Пока я кормил улитку маной, Нюша принялась осыпать её сочными побегами. Удивительным образом, девочке удалось выбрать именно те ветки, которые интересовали чудовище. Я даже эксперимент провел и скинул перед мордой Шустрика пучок зелени, которую притащил кто-то из дружинников. Улитка даже внимания на неё не обратила, полностью сосредоточившись на подношениях моей младшей сестры. Это было хорошим знаком.

— Ну что? Начнём? — когда всё было готово, спросил я.

— Ура! — взвизгнула девочка. — А что мы будем делать?

— Ты — просто смотреть, — улыбнулся я. — Только не отвлекайся. Мне нужно узнать, когда твой друг устанет. Хорошо? Скажешь мне?

— Договорились, — важно кивнула младшая и сосредоточенно уставилась на улитку. Монстр поднял рожки и потянулся к девочке.

Я пару мгновений наблюдал за их безмолвным противостоянием, а потом вытянул воду из своей фляги и создал под чудовищем линзу. Пришлось подтолкнуть улитку, чтобы она активировала свой навык ускорения. Вверх брызнул поток грязи, вода в линзе резко ускорилась. Я следил за каждым движением улитки и при этом умудрялся краем глаза контролировать Нюшу. Девочка тем временем, завороженно наблюдая за Шустриком, сделала ещё один шаг, постояла мгновение на краю ямы и с весёлым визгом сиганула вниз.

Имение рода Антиповых

Первый круг тверской аномальной зоны

Князь Алексей Андреевич Антипов сидел за своим массивным столом, который существовал столько, сколько и сам род Антиповых. Периодически менялось сукно стола, а сам массив дерева, хоть и потемнел от времени, но выглядел монументально и несокрушимо.

Алексей Андреевич задумчиво крутил в руках трубку старомодного телефона с круглым номерным диском, собираясь с мыслями. Перед ним лежал открытый пухлый блокнот с фамилиями и номерами телефонов, но второй рукой князь теребил страницу, как будто до конца не решив, какой номер ему набрать.

Большие настенные часы, такие же старые и дорогие, как и вся остальная обстановка в кабинете, пробили полдень и громкий звук как будто вывел князя из легкого забытья.

Он решительно пододвинул к себе телефон и набрал номер, сверяясь с цифрами в блокноте напротив фамилии «Быстряков». Раздались длинные гудки и глубокий мужской голос ответил.

— Алло!

— Моё почтение, Игорь Олегович! — дружелюбным голосом сказал князь.

— Здравствуй, Алексей Андреевич, дорогой! — тут же отозвался граф Быстряков. — Какими судьбами? Раз звоните по защищенной линии, разговор серьезный и срочный? Или можем сначала поболтать?

— Давайте сначала о деле, а затем поболтаем? — улыбнулся князь.

— Как скажете, Алексей Андреевич, как скажете!

— Молодой Разумовский, — коротко сказал князь и из голоса графа тут же исчезли шутливые нотки.

— Наслышан-наслышан уже. Неужели, сопляк смог всё это самостоятельно провернуть?

— Не знаю, Игорь Олегович, — вздохнул князь. — Сидака купить невозможно, но и в благотворительности он замечен не был. А тут столько времени и внимание сыну предателя.

— А вы не хотели бы у уважаемого Евгения Александровича поинтересоваться? Он поближе к престолу будет.

Князь невесело усмехнулся. Конечно же он первым делом подумал о Пожарском, но беспокоить его без конкретной причины не рискнул. Не любит князь Пожарский пустой болтовни, а если даже и подвяжется, то в качестве ответной услуги может и без штанов оставить.

Вслух же князь ответил.

— Негоже по пустякам светлого князя беспокоить. Да и не такая уж проблема серьезная — где у нынешнего рода Разумовских сила? Нет ее. Думаю, мы с вами сами можем с проблемой справится.

— Есть конкретные предложения, Алексей Андреевич? — тут же деловито поинтересовался граф.

— Есть что обсудить, Игорь Олегович, возможно что-то и вырисуется. Но, только при личной встрече.

— Понимаю, Алексей Андреевич, понимаю, — задумчиво сказал граф. — Я же не ошибаюсь? Твой Артем моего обормота на охоту пригласил?

— Совершенно верно, Игорь Олегович, завтра они в Твери встречаются. Компания собирается шумная, молодая. Так что пока детишки охотятся, мы могли бы посидеть по-стариковски, пропустить по рюмочке. Недавно мне коньяк «Империал» подвезли, вот как раз повод в такой хорошей компании бутылочку оприходовать. Как вы на это смотрите, Игорь Олегович?

— Смотрю я на это очень положительно, но мне нужно кое-какие дела закончить предварительно. Молодежь пусть готовится, а я как решу все, так вам и сообщу. Хорошо?

— Хорошо, спасибо, Игорь Олегович. Буду ждать звонка.

— И вам всего доброго, ваша светлость.

Князь положил трубку и нахмурился. Вот хитрый лис! Дела у него! Небось сейчас всех своих сыскарей на уши поднимет — не подпортит ли репутацию его визит к Антипову. Не находится ли он уже в «интересных» списках?

А с другой стороны — политика дело такое. Сложное. Осталось только надеяться на лучшее и подготовить хитрому графу предложение, от которого он не сможет отказаться. В конце-концов «Вегу» они совместно развалили, в крайнем случае компромат на графа у него тоже имеется.

Глава 6

От катастрофы спасла моя отменная реакция и тот факт, что чего-то подобного я ожидал. Молниеносный взмах рукой и пальцы ухватились за ткань платья. Ещё миг и я с треском выдернул Нюшу из ямы, возвращая на место. Вот только одновременно спасать сестру и удерживать контроль над линзой у меня не вышло, а Шустрику было плевать на мои трудности.

Равномерное движение воды в одной половине линзы полностью остановилось. Улитка при этом продолжала выдавать фонтан грязевого ускорения и, как только её подошва коснулась досок, выстрелила своим телом в стену ямы. Раздался сочный хруст. Моё заклинание окончательно развалилось и вся масса воды разом хлынула вниз. Следом по стенке ямы на дно стекла дезориентированная улитка.

— Ну Я-я-яр!!! — поняв, что сделала что-то плохое, немедленно захныкала младшая. Девочка болталась в моей руке и готовилась громогласно разреветься. — Так не честно!!!

— Ты нарушила наш договор, — поставив девочку на землю, строго произнёс я. От входа в особняк к нам уже неслась тётя Женя. Следом шагала бледная Настя. Откуда-то появился Аршавин и начал тихо задавать вопросы стоявшим неподалёку дружинникам. — Мне жаль, что я решил привлечь тебя к тренировке. Извини, Аня. Пока тебе ещё рано заниматься.

— Не честно!!! — воскликнула Нюша и топнула ногой. Из глаз девочки брызнули крупные слёзы. — Он же меня позвал! Это всё из-за Шустрика! Я не виновата!

— Кто нарушил договор? — присаживаясь перед сестрой на корточки, спросил я. — Ты или Шустрик?

— Я, — чуть отвернувшись в сторону, тихо ответила младшая.

— И кто тогда должен нести ответственность? — жестом останавливая взволнованную тётю Женю, задал следующий вопрос я.

— Тоже я, — горько вздохнула Нюша и посмотрела на меня полными слёз зелёными глазами. — И что теперь, Яр? Мне больше нельзя тренироваться с тобой? И к Шустрику подходить нельзя?

— Насчёт тренировок я подумаю, — погладив девочку по голове, ответил я. — А с Шустриком можешь общаться столько, сколько хочешь. Главное — в яму к нему не спускайся.

— Спасибо! — улыбнулась Аня и вытерла рукавом слёзы. — Я всё сделаю, брат. Обещаю!

— Договорились, — передавая девочку кухарке, кивнул я. — А пока тебе надо отдохнуть. Будет здорово, если получится немного поспать. Или много. Хорошо?

— Да, — кивнула Нюша. — Устала я что-то сегодня…

Младшая, под успокаивающий говор тёти Жени, ушла в дом, а её место заняла старшая. Глаза Насти метали молнии, но она сдерживалась и ждала пока я сам всё расскажу.

— Всё отлично, Насть, — произнёс я. — Прямо хорошо. Даже не ожидал, что так быстро процесс пойдёт.

— Она ведь могла пострадать. — сдерживая эмоции, тихо произнесла девушка. — А если бы ты не успел? Так же нельзя, Яр! Она же ещё ребёнок совсем.

— Ей уже двенадцать, Настя, а ведет она себя как восьмилетка, — спокойно ответил я. — И мы оба видим, что если ничего не делать, то проблема будет усугубляться. Это не самый плохой вариант. Знаешь, что она мне сказала?

— И что же? — признавая мою правоту, устало вздохнула Анастасия.

— Что Шустрик её позвал спуститься, — ответил я. — Вернее, что это он ей предложил.

— Это меняет дело, — серьезно кивнула княжна. — Но я всё равно против того, чтобы ты тренировал её в ближайшее время.

— В ближайшее и не планирую, — успокоил сестру я. — Ей нужно прийти в себя. Пока тело не адаптируется, продолжать занятия смысла нет.

— Я присмотрю за ней, — ответила Настя и ушла в дом следом за Нюшей и тётей Женей.

— Николай Петрович, нужно вернуть улитку на помост, пока она не выстрелила собой в небо, — посмотрев на Аршавина, произнёс я. — Иначе потом придётся её ловить по всему имению.

— Уже делаем, ваша светлость, — указав на спешащих к нам бойцов с верёвками в руках, ответил Ратай. Чудовище в яме выдало мощный фонтан грязи, сигнализируя о своём пробуждении. К счастью, выбраться Шустрик не успел и его довольно быстро подняли на платформу. — Ещё что-то требуется, Ярослав Константинович?

— Пока нет. Спасибо, Николай Петрович, — ответил я. — Дальше сам справлюсь.

Удивительно, но улитка достаточно быстро поняла, что от неё требуется. Каждый раз, как я формировал под ней водяную линзу, Шустрик врубал ускорение и гнал до тех пор, пока у него не заканчивался заряд умения. Потом мы оба отдыхали и повторяли заново.

В таком режиме мне удалось растянуть запас Источника на несколько часов. Я использовал каждую крошку маны и даже подумал о том, чтобы перенести фокус родовой сети прямо на место тренировки. Правда, при таком варианте возникал риск, что монстру тоже будет легче восстанавливаться, а я не всегда мог находиться рядом.

К ночи, полностью измученный, кое-как добрался до своей комнаты и принял душ. Настроение было просто прекрасное. По ощущениям, продолжительная тренировка позволила компенсировать целых две единицы разницы в потенциале между двумя аспектами. Если бы не поездка в Тверь, то сделать это можно было уже завтра. А потом серьезно заняться формированием первой сферы разума. Но планы и договорённости требовали отдать первую половину дня на нужды рода. Собственным развитием придётся заниматься позже. И я уже не мог дождаться когда можно будет перейти к следующему этапу.

Уснул с довольной улыбкой на лице, а проснулся за несколько минут до будильника. Первым делом взял в руки мобильник, чтобы безжалостно отключить сигнал пробуждения. Почему-то, мне доставляли особую радость подобные мелочи. Особенно когда настроение было хорошее. Вот только вместо привычного значка я увидел на экране сообщение. Оно пришло в полночь, когда я уже спал. Видимо, отправитель вчера работал допоздна.

«Появились новые данные по вашему договору патронажа, Ярослав Константинович. Если будете в Твери, свяжитесь со мной. Сидак»

— А дел-то прибавляется, — задумчиво произнёс я. В прошлый раз визит в банк прошёл крайне неоднозначно. Маловероятно, что представитель банка работает и в выходные, поэтому встреча, скорее всего, будет носить неофициальный характер. Её я решил отложить на более позднее время, поэтому банкиру написал, что свяжусь с ним во второй половине дня.

Утро начал со спарринга с Ратаем. Оказалось, что Аршавин не бросал слов на ветер и решил серьезно подойти к контролю за моим развитием. Николай разминался на тренировочной площадке и слегка кивнул мне, когда я подошёл ближе.

— Доброе утро, ваша светлость, — поздоровался Аршавин. — У вас планы не изменились насчёт обучения? У меня есть тридцать минут до выезда на проверку капканов.

— Не изменились, Николай Петрович, — улыбнулся я. — Только сегодня без полной выкладки поработаем. Дел много в Твери.

— Как скажете, Ярослав Константинович, — легко согласился Николай.

Бой прошёл примерно в том же ключе, что и в прошлый раз. Только раунды мы сделали короче, а в третьем я сумел вовремя остановиться, чтобы не рухнуть без сознания. Ратай остался полностью доволен поединком.

— Я бы сказал, что в прошлый раз вы действовали не так уверенно, ваша светлость, — озадаченно произнёс Аршавин. — Если бы видел вас впервые, то мог подумать, что вы используете какие-то магические навыки скоростного обучения.

— Пока хватает собственного упорства, Николай Петрович, — усмехнулся я. — Жду вас с добычей. Надеюсь, выезд в лес пройдет без происшествий.

— С добычей? — удивлённо поднял брови Ратай. — Не могу ничего обещать, ваша светлость. Капканы дело не надежное.

— Думаю, сегодня всё будет так, как надо, — прислушавшись к сигналам родовой сети, ответил я и пошёл медитировать.

Расшатанный Источник радостно откликался на мои воздействия и до завтрака я успел качественно восстановиться и создать пару важных узлов на стыке двух аспектов. К моменту моего возвращения уже проснулись сёстры и вся семья собралась за завтраком. Нюша выглядела сонной и немного капризничала, а Настя задумчиво ковырялась в тарелке.

— Выезжаем через час! — покончив с грандиозным омлетом, оповестил всех я. — Скорее всего, домой вернёмся только к вечеру. Поедем на трофейном вездеходе.

— Ура! — радостно воскликнула Нюша. — Ещё никогда на таком не ездила! А мне дадут порулить?

— Нет. Это только для взрослых, Нюша, — категорично ответила Настя и посмотрела на меня. — Может лучше на пикапе Аршавина? Не хотелось бы в городе встретить дружинников Антипова.

— Я вчера оформил машины, как трофеи, — пожал плечами я. — Предъявить они нам ничего не смогут, поэтому можешь не волноваться на этот счёт. А ехать будет значительно комфортнее, чем на развалюхе наших дружинников. В любом случае, ориентироваться на мнение соседей нам не стоит.

— Как скажешь, — даже не подумала спорить Настя. — Письмо в коллегию аттестации воителей я отправила. Ответ будет в понедельник. Как только подтвердят наш запрос, можно будет согласовать день экзамена. На двадцать человек приложила данные.

— Потом остальных добавить можно будет? — спросил я.

— Остальных? — подняла бровь девушка.

— Если вдруг возникнет такая необходимость. — пожал плечами я.

— Если вдруг возникнет, то непременно добавим, — усмехнулась Анастасия.

Со двора послышался длинный гудок. Обычно дружинники возвращались без дополнительного звукового сопровождения и я тут же поднялся. Аршавин однозначно хотел заявить о своём удачном рейде вдоль границ владений рода и я не видел причин его огорчать своим безразличием.

Оба вездехода остановились под навесом для транспорта и из них выбрались весело переговаривающиеся дружинники. Ран я ни у кого не увидел, да и настроение у всех бойцов было отличное. Значит, никаких неприятностей по пути не случилось и я сделал правильный вывод.

— Работает, Ярослав Константинович! — быстро подойдя к нам, победно вскинул руки Аршавин. — Работает! Две двойки взяли всего за ночь. Одного земляного буйвола и ещё по мелочи. Чтоб так каждый день на проверку ездить! Две водянки за раз!

— Что с иголками? — поинтересовался я.

— О-о-о!!! — многозначительно протянул Ратай и жестом приказал дружинникам начать выгрузку. — Это даже лучше, чем я думал, Ярослав Константинович. Мы взяли пять частей шкуры иглобоя для тестовой установки. Всего по двадцать игл каждая. Монстр даже не почувствовал, что с него срезали часть шкуры. Олег сказал, что надо будет наловить ежей первого ранга, потому что наш донор не может восстанавливать повреждённые участки сам. Шкура иглобоя удивительно хорошо восприняла те части водянок, которые мы использовали для заморозки жертв.

— Звучит интересно, — хмыкнул я. К этому времени бойцы вытащили из грузовых отсеков пять клеток и выставили их перед нами. Все пойманные звери были живыми, но особенно меня заинтересовали водянки.

Наверное, в прошлом это были выдры или бобры. Подобные монстры отличались сильным аспектом Воды. В случае опасности, звери замораживали всё вокруг на пару метров с помощью специальных отростков на лапах. Эффект сохранялся некоторое время даже после смерти животных, чем воспользовался Аршавин в своих ловушках.

Меня же привлекли торчавшие из тел водянок иглы. Эти существа по большей части состояли из воды, напоминая внешне мешки с жидкостью. Поэтому я сильно удивился тому, что снаряды иглобоя сумели их ранить.

— Не просто интересно, ваша светлость, — весело ответил Ратай. — Но ещё и крайне эффективно. Аспект Жизни иглобоя отлично вписался в общую схему. Его иглы пропитаны парализующим ядом. И самое интересно, что они активируются сразу, как только кто-то попадает в ловушку. А потом продолжают удерживать цель и стреляют каждый раз, когда лапы водянок что-то двигает. Осталось только время паралича проверить.

— Этим позже займётесь, — покачал головой я. — Готовьте машину, Николай Петрович. Скоро ехать. Водянки мне понадобятся. Остальных к скупщикам Старковского или на своё усмотрение, если для ловушек что-то ценное есть. Мы пошли собираться.

Пока дружинники очищали транспорт, мы вернулись в дом приводить себя в порядок. Костюм у меня был один, поэтому выбирать особо не приходилось. Настя надела красивый лёгкий сарафан, а Нюша нарядилась в потёртый камуфляж, который висел на ней, как мешок. И снимать его категорически отказалась.

Ровно через час вездеход выехал с территории имения и направился к трассе. Младшая всячески изображала свой серьёзный настрой, а мы с Настей наслаждались поездкой. С собой Ратай взял Полоза, Серого и Ежу. Эти трое постепенно становились нашими постоянными охранниками и я даже предполагал почему. Все трое были преданы Ратаю до последнего вздоха и обладали рангом Воителей. Его ещё надо было подтвердить на экзамене, но обмануть магический взгляд было сложно.

— Что насчёт Пичуги? — посмотрел на Аршавина я.

— Порядок, ваша светлость, — кивнул в ответ Ратай. — Встреча будет. Ребята ждут.

— Хорошо, — произнёс я и заметил на себе заинтересованный взгляд Насти. — Помнишь тех классных ребят, которые подвезли Полоза с сумкой денег?

— Помню, — хмыкнула девушка.

— Ну и вот, — развёл руками я.

— Поняла, — улыбнулась девушка.

До Твери доехали без всяких происшествий. По пути определились с точкой старта нашей прогулки и Серый повёл вездеход на ту же парковку, где мы были в прошлый раз. На центральной аллее хватало магазинов и торговых центров, которые могли удовлетворить самый взыскательный вкус. Там же неподалёку располагался интересующий меня магазин артефактов. Сумка с деньгами лежала в багажном отсеке машину и мы первым делом решили посетить филиал Имперской биржи.

Буквально спустя двадцать минут после прибытия в столицу губернии, спортивная сумка опустела на половину. Дружинники неотступно следовали за нами, лишая малейшей возможности насладиться прогулкой.

— Николай Петрович, мы приехали по магазинам гулять, а не в зону боевых действий, — кивнув на шагающих следом за нами бойцов, произнёс я. — Отправьте ребят попить кофе. Если что-то случится, то они точно успеют прийти нам на помощь.

— А средства? — поправив сумку на своём плече, хмуро спросил Аршавин.

— Если одного Ратая для этого недостаточно, то власти города очень плохо справляются со своей работой, — рассмеялся я. — Да и не думаю, что здесь можно кого-то удивить подобной суммой.

— Как пожелаете, Ярослав Константинович, — недовольно проворчал Николай и жестом отправил парней в машину. Дружинники дружно начали ворчать, как стая бойцовых псов, которым не дали показать себя. Снова колыхнулось в груди чувство признательности к этим людям и я решил немного поменять планы.

— Девочки, вы отправляетесь за покупками без меня, — заметив впереди вывеску магазина Воронцовых, сообщил я. — Николай Петрович будет вашим сопровождающим. Я пойду присмотрюсь к ассортименту местного артефактора. Можете ни в чём себе не отказывать и покупать всё, что понравится.

— Ярослав Константинович! — тут же возмутился Аршавин. Ратай справедливо рассудил, что я его опять обманул. Сначала отправил всех сопровождающих в машину, а теперь ещё и один куда-то идти надумал. — Так дела не делаются!

— Вот! — показывая Шатуну свой мобильник, улыбнулся я. — Ваш номер первый в списке, Николай Петрович. Если что-то случится, то вы узнаете об этом первым.

— Идёмте, Николай Петрович! — негромко рассмеялась Настя. — Ярослав Константинович скоро к нам присоединится. Держу пари, что он будет при этом очень грустным и крайне задумчивым.

Мы разошлись в разные стороны и я направился ко входу в магазин артефактов. На вывеске был изображён герб светлейших князей Воронцовых, а витрина даже издалека показывала статус этого заведения. Рядом с аномалиями всегда продавали самое лучшее и у меня был целый список необходимого в первую, вторую и даже третью очередь. Поэтому стеклянную дверь открыл с лёгкой улыбкой на лице. И первое же, что я услышал, немного подпортило настроение.

— Записать эту сумму на счет семьи Антиповых, Артём Алексеевич? — внимательно глядя на стоявших перед ним молодых парней в форме МАМИ, уточнил сотрудник магазина. Я бы сказал, что это даже не сотрудник был, а кто-то из управляющих или хозяев. Слишком уж хорошо был одет для обычного работника и разговаривал с посетителями без подобострастия и преклонения. На равных. — Вы уверены, что ваш отец одобрит подобную покупку? Обычно Алексей Андреевич сам выбирает подарки для своих гостей, а не приводит их к нам.

— Разумеется, Александр Викторович, — с преувеличенной важностью ответил сын моего дорогого соседа. Скорее всего, это был младший из трёх наследников Антипова. Только он ещё учился в Академии. Остальные двое уже давно работали на благо рода. — Это желание моего отца. Случай у нас особенный и мой добрый друг из семьи Быстряковых впервые у нас в гостях. Так ведь, Константин Игоревич? Или может отдадим подарок на откуп моему отцу?

— Ни в коем случае, Артём Алексеевич, — рассмеялся второй парень в форме Академии. — Раз уж подвернулась такая возможность, то стоит ей воспользоваться.

— Как скажете, ваша светлость, — кивнул Александр Викторович. — Средний комплект усилителей аспекта Земли и защитный амулет третьего порядка. Общая сумма вашей покупки двадцать шесть тысяч рублей. Я запишу её на счёт князя Антипова. Всего хорошего, господа!

— И вам всего хорошего, Александр Викторович, — весело ответил младший Антипов, забирая с прилавка две небольших коробки и передавая их своему спутнику. — Держите крепче, Константин Игоревич. Благодарность моего рода не часто имеет такую приятную форму.

Парни рассмеялись и развернулись к выходу. Я в это время рассматривал приглянувшийся мне накопитель маны на одной из витрин и, поняв что работник освободился, тут же направился к нему. И мы даже почти разминулись с двумя довольными студентами, как вдруг они оба остановились. Улыбка на лице Артёма стала злой и презрительной, но он достаточно быстро взял себя в руки.

— Ба!!! Какая встреча! — преувеличенно радостно произнёс княжич. — Неужели это тот самый юный князь, который прибыл восстанавливать руины во владениях предателей Империи? — Артём пару раз щёлкнул пальцами, словно пытаясь что-то вспомнить, хотя я прекрасно понимал, что он играет. Причём довольно паршиво, — Ярослав Константинович, кажется? Что ж, здравствуйте. Княжич Артём Алексеевич Антипов к вашим услугам. Мы как раз хотели с вами пообщаться, ваша светлость.

Глава 7

— Что ж, тогда и я рад возможности пообщаться с вами лично, Артём Алексеевич, — невозмутимо улыбнулся я. — Приятно познакомиться. Что вы хотели со мной обсудить?

— В этом году мы с Константином Игоревичем с отличием завершили первый курс МАМИ и досрочно сдали аттестацию на адептов первого круга, — с превосходством произнёс младший Антипов. — Понимаю, что вам ещё рано думать об обучении в Академии, Ярослав Константинович. И тем более рано вникать во все традиции старейшего учебного заведения Российской Империи. Поэтому скажу, что такое случается не так часто. Мой отец решил отметить столь знаменательное для молодых магов событие достойным образом. Мероприятие для очень близкого круга, но я был бы искренне рад, если вы найдёте время к нам присоединиться. Буду счастлив видеть вас и вашу старшую сестру у себя на празднике. Говорят, Анастасия Константиновна стала самым ярким событием на ритуале вашего Пробуждения.

Я держал на лице светскую улыбку, но на душе было очень мерзко. Маловероятно, что младший сын не в курсе всех проблем, которые я устроил его дорогому батюшке. А значит подобное приглашение ничем хорошим для меня не обернётся. Княжич умудрился в одной фразе несколько раз пройтись по самой грани приличий, едва не перейдя тонкую границу оскорблений и это уже говорило о его настоящем ко мне отношении.

— Поздравляю вас, господа, с таким ярким началом длинного пути, — слегка кивнул я. — Впереди вас ждут долгие годы тяжёлого труда, которые определённо приведут вас к признанию магическим сообществом нашей державы. Что же касается вашего приглашения, Артём Алексеевич, то мне нужно понимать формат мероприятия, чтобы дать вам точную информацию о своих возможностях. Обязанности главы рода не всегда позволяют исходить из собственных желаний. Наверное, будучи младшими детьми своих родителей, вам сложно понять подобное. Но такова жизнь. Когда запланировано ваше мероприятие?

С каждой моей следующей фразой лица парней мрачнели всё больше и больше. В эту игру можно играть всем. И я не позволю каким-то соплякам, едва достигшим первого круга, даже под вежливым налётом благопристойности оскорблять мою семью.

— Пока ещё идёт подготовка, Ярослав Константинович, — натянуто улыбнулся Антипов-младший. — Начало запланировано на следующие выходные. С раннего утра воскресенья и до позднего вечера. Мы с Константином Игоревичем пока будем гостить в имении моего рода или в моих апартаментах в Твери. Пока не определились.

— Формат мероприятия? — задал следующий вопрос я. — Вы говорили, что это только для узкого круга избранных, ваша светлость. Я, признаться, несколько удивлён, что вы решили пригласить на подобный праздник меня.

— Мы просто не могли обойти стороной своего доброго соседа, ваша светлость, — фальшиво улыбнулся Артём. — Дело в том, что далеко не всякий маг первого круга способен с удовольствием принять участие в истинно мужской забаве. К сожалению, в наше время не у всех аристократов хватает смелости, чтобы выйти на охоту в аномальной зоне. Однако, я уверен, что вы не из таких людей, Ярослав Константинович. Статус главы рода обязывает соблюдать все правила дворянского сословия и следовать законам чести. Можете считать это официальным приглашением от рода Антиповых, Ярослав Константинович.

Княжич широко улыбнулся, полностью довольный собой. От официального приглашения отказаться было практически невозможно без потери репутации. Мне сейчас терять было особо нечего, но дело даже не в этом. Такой глупой провокации от соседа я не ожидал. Ведь даже полному идиоту понятно, что в аномальной зоне может случиться всё, что угодно. И никакая подготовка тебе при этом не поможет. Особенно если кто-то из спутников внезапно выстрелит в затылок. Вот только отказываться я не планировал, но сказать об этом не успел.

— Прошу прощения, что вмешиваюсь в вашу беседу, господа, — внезапно произнёс забытый всеми мужчина за прилавком. — Если я правильно понял, то речь идёт о полноценной охоте в аномальной зоне, которую иногда устраивает Алексей Андреевич? Понимаю, что это действительно развлечение для избранных. В прошлом году мне посчастливилось побывать на подобном мероприятии и мы с князем Антиповым условились, что повторим этим летом. Если вы не против, Артём Алексеевич, я свяжусь с вашим отцом и напомню ему о нашей договорённости. Пропустить подобное развлечение — настоящее преступление! Разумеется, если это не противоречит вашим планам и все вакантные места ещё не разобраны. Вы ведь сказали, что мероприятие для очень узкого круга…

— Думаю, мы сможем что-то придумать, Александр Викторович, — с мучительной задержкой, ответил Антипов-младший. — Для графа Калинина у моего отца всегда забронировано место в первом ряду. Мы всегда рады видеть у себя в гостях представителей артефактного дома Воронцовых. Да и отца вам тревожить не придётся. Из-за навалившихся дел, организацией этой охоты буду заниматься лично я. Что скажете, Ярослав Константинович? Компания подбирается отличная.

— Благодарю за приглашение, Артём Алексеевич, — кивнул я и тут же заметил, как Александр Викторович едва заметно поморщился. Но он стоял за спинами моих собеседников и они мимолётное выражение хозяина магазина не заметили. — И с радостью его принимаю. Однако, сразу скажу, что Анастасия Константиновна в этом мероприятии участия принимать не будет. Я твёрдо убеждён, что благородным девицам не стоит видеть истинно мужские развлечения.

— И то правда, — довольно усмехнулся княжич. — Тогда, быть может, ваша сестра присоединится к нам на торжественном ужине после охоты? Будет большой приём с разбором трофеев и вручением подарков особо отличившимся охотникам.

— Возможно, — тонко улыбнулся я. — Если княжна сама изволит к нам присоединиться.

— Замечательно, Ярослав Константинович! — ответил Артём и, кивнув мне, направился к выходу. — Я свяжусь с вами в субботу вечером и пришлю план охоты. Все необходимые расходы род Антиповых берёт на себя. Понимаю, что вам сейчас не до этого, ваша светлость. Восстановление руин отнимает все силы и ресурсы.

— Всего хорошего, Артём Алексеевич, — даже не подумав отвечать на повторный укол собеседника, произнёс я и кивнул второму студенту. — Константин Игоревич, рад был познакомиться.

Пара благородных студентов покинула магазин, а я ещё пару мгновений обдумывал наш разговор. Ситуация получалась крайне скользкой, но даже так я с ходу видел несколько плюсов, которые можно было из неё выжать. Да и присутствие рядом с Антиповым-младшим представителя Быстряковых уже говорило о многом. Алексей Андреевич пустил в ход связи, чтобы решить возникшие у него проблемы. Ничем иным внезапный визит сына старого друга и партнера соседа я объяснить не мог.

— Не думал, что вы так скоро к нам заглянете, ваша светлость, — негромко произнёс Калинин. Александр Викторович с интересом смотрел на меня, словно пытаясь понять, с кем он имеет дело. Такие взгляды я видел у многих матёрых торговцев, которые ещё с порога могли определить сколько денег у тебя в кошельке и что тебе предложить. — И рад, что это случилось так быстро. Чем могу быть полезен главе рода Разумовских?

— Приятно познакомится, ваша светлость, — улыбнулся я и граф протянул мне руку. Я ответил крепким рукопожатием и для себя отметил, что Калинин не стал ограничиваться традиционными рамками этикета. — Не думал, что застану в вашем заведении кого-то из управляющих артефактного дома.

— В Твери всегда полно взыскательных клиентов, Ярослав Константинович. Но чаще бывают такие, как вы только что видели, — улыбнулся граф. — И далеко не всегда обычные сотрудники могут оперативно решить возникающие вопросы. Сказывается близость аномалии. В подобных местах всегда следит за порядком кто-то из близких к правлению домом.

— Учту на будущее, Александр Викторович, — благодарно кивнул я.

— Насколько я знаю, положение вашего рода достаточно сложное, ваша светлость, — нейтрально заметил Калинин. — На правах главы регионального подразделения артефактного дома Воронцовых, я имею возможность открыть для особо перспективных клиентов кредитную линию. Лимит обсудить можно отдельно.

— Благодарю за подобное предложение, ваша светлость, — немного удивлённо ответил я. До этого момента мне встречались в основном желающие ещё что-то получить с моего рода. Калинин в этом отношении сумел меня удивить. — В этом пока нет необходимости. Возможно, в будущем я воспользуюсь вашим предложением, если оно ещё будет актуально.

— Как минимум, ещё неделю оно будет действовать точно, — улыбнулся в ответ хозяин магазина. — И я бы вам рекомендовал воспользоваться им не позже субботы. По такому случаю, я могу немного задержать закрытие, чтобы вы могли полностью ознакомиться с планом охоты, который вам пришлёт Артём Алексеевич.

— Благодарю, ваша светлость, — замедленно кивнул я. Поведение Калинина казалось всё более и более странным. Сначала он настоял на участии в охоте, а теперь практически прямо предлагает мне ссуду на артефакты, чтобы я мог подготовиться к выезду в аномальную зону вместе с фактическими врагами моего рода. Вопрос у меня при этом возникал только один — в чём интерес графа и стоящего за ним дома влиятельных артефакторов? — К этому вопросу мы вернёмся к концу следующей недели. Пока что мне необходимо разобраться с текущими задачами и я надеюсь, что у вас в ассортименте найдётся что-то подходящее.

Александр Викторович пару мгновений смотрел мне в глаза, а потом гостеприимно улыбнулся и широким жестом указал на длинную витрину справа от него. Словно по волшебству, ряд тёмных стеклянных кубов озарился приятной подсветкой и я увидел всё разнообразие артефактов, ждавших своих покупателей в этом месте.

— Что вас интересует, Ярослав Константинович? — деловито уточнил Калинин. — Защита? Атака? Усиление аспектов или антимагические амулеты?

— Вопросов много, Александр Викторович, а бюджет ограничен, — честно признался я. — Поэтому начнём с самого важного. Мне необходим вместительный накопитель. Примерно на пять базовых сфер разума. Нужна совместимость нескольких стихийных аспектов или, на крайний случай, возможность работать с сырой маной. Размерность походного формата или для индивидуального использования. В последнем случае готов принять снижение максимального запаса маны до трёх базовых сфер разума. Экранирование от поглощения не требуется. Ментальный поводок и привязка обязательны.

Владелец магазина внимательно выслушал мой заказ и покачал головой. При этом я увидел удивление в его глазах, а также определенный интерес. Он вернулся к компьютеру за стойкой и некоторое время что-то искал в своей базе данных.

— Вижу, вы очень тщательно подошли к выбору будущей покупки, Ярослав Константинович, — с уважением произнёс граф. — Не ожидал от юноши вашего возраста столь глубокого анализа. Уж простите, но чаще мне приходится подробно объяснять всё нюансы вашим ровесникам, чем слышать чёткую задачу. На того же Артёма Алексеевича я почти два часа потратил. И чему только учат сейчас на первом курсе Академии?

Монотонное ворчание Калинина не мешало ему работать. Граф выглядел очень молодо и мне было странно слышать от него стариковское ворчание. Иссиня-чёрные волосы, тонкий нос и пристальный взгляд голубых глаз. Калинины не просто входили в торговый дом Воронцовых, а были их близкими родичами, что сказалось на внешности. Я бы дал Александру Викторовичу лет тридцать, но он явно был старше.

— Боюсь, под ваше описание из наличия я могу подобрать только два варианта, ваша светлость, — закончив копаться в базе данных, вернулся к разговору Калинин. — И оба не сказать чтобы сильно доступные. Особенности работы с разными аспектами сильно усложняют конструкцию артефактов. Если говорить про индивидуальные внешние хранилища, то важна не только ёмкость, но и возможность продолжительного удержания заряда. Насколько я понял задачу, вам нужен постоянный накопитель для личных нужд. Это требует длительного удержания. Однако, хочу заметить, что объемы в пять сфер разума для ранга Пробуждённого не имеют смысла. Потому что вы даже за пару дней не сумеете освоить подобный объём маны. Гораздо эффективнее будет взять накопитель на одну или две сферы, которые вы сможете использовать без вреда для своего дара. Этого хватит с запасом. И подобный подход сильно сэкономит ваши средства. Дешевле выйдет примерно в три раза.

— Спасибо за профессиональный подход к решению проблемы, Александр Викторович, — чуть улыбнулся я. — Однако, вынужден настаивать на изначальной ёмкости. Я не готов каждый месяц ездить к вам за новым накопителем. Покупка второго и следующих выйдет значительно дороже одного качественного артефакта.

— Ваша правда, Ярослав Константинович, — хитро улыбнулся Калинин. Он тоже был магом и при том не самым слабым. Не ниже третьего круга, судя по моим ощущениям. А ещё владелец магазина прекрасно знал, что за месяц невозможно сформировать несколько сфер разума, чтобы стал бесполезен простой накопитель. Но обоснование для моих слов граф нашёл без моей помощи. — Если требуется питание сложной системы заклинаний, то есть другой вариант, ваша светлость.

— Его я посмотрю чуть позже, — ответил я. — Начнём с того, что вы можете предложить по моему первому запросу.

Владелец магазина на несколько минут ушёл на склад и вернулся оттуда с двумя деревянными шкатулками в руках. Одна была очень маленькой, а вторая во много раз больше. И весила при этом очень прилично. Это стало понятно, когда Калинин с облегчением поставил свою ношу на прилавок.

— Итак, — открывая большой ящик, произнёс Александр Викторович. — Переносной накопитель для нужд малого отряда. Рассчитан на три аспекта. Земля, вода, огонь. Емкость шесть базовых сфер разума. Удержание до пяти суток. Модель немного устаревшая, но надёжная.

Передо мной на прилавке стоял каменный куб, густо исписанный магическими символами. Судя по размеру, мастер не особенно заморачивался и просто использовал подходящий кусок модифицированного гранита.

— Не подойдёт, Александр Викторович, — с сожалением покачал головой я. — Слишком крупный и процесс накопления заряда слишком долгий. Не меньше времени удержания, ведь так?

— Совершенно верно, Ярослав Константинович, — озадаченно посмотрел на меня граф. — Только хотел об этом сказать. Не могли бы вы пояснить, как сумели это определить?

— Гранит слишком зернистый, — невозмутимо ответил я. — Много посторонних вкраплений. Это нарушает работу накопителя и ломает часть сопряжений. Я бы рассмотрел этот вариант для другой задачи, если сойдёмся в цене.

— Пятнадцать тысяч рублей, — немедленно ответил владелец магазина. — Но за глубину ваших познаний в артефакторике могу отдать за двенадцать тысяч.

— Десять, — коротко ответил я и с улыбкой посмотрел на графа. — Если не продадите его в ближайшее время, то структура будет нарушена окончательно. Могу подождать пока вы проведёте экспертизу.

— До окончательного разрушения структуры накопителя больше двух лет, ваша светлость, — немного недовольно ответил Калинин. — Но замечание принято. Десять тысяч рублей.

— Второй вариант? — с интересом посмотрев на маленькую шкатулку, произнёс я. В правилах артефактного дома было чётко прописано, что клиенты не имеют права трогать товары до того, как оплатят покупку. И я не видел причин их нарушать. Артефакты всегда считались капризными инструментами и их запросто можно было испортить.

— Тридцать тысяч рублей, — взявшись за крышку шкатулки, предупредил меня Александр Викторович, а потом эффектно открыл ящичек. — Работа старых мастеров. Точная дата производства неизвестна. Обнаружен при раскопках под Казанью и бережно восстановлен мастерами семьи Воронцовых. По данным из базы, над этим артефактом трудился сам Александр Евгеньевич Воронцов по приказу прадеда нынешнего Императора. Единственный минус — данный артефакт может работать только с одним аспектом одновременно. Но их можно менять после глубокой разрядки.

Всю сопроводительную речь графа Калинина, призванную обосновать цену товара, я даже не услышал. Потому что жадно смотрел на лежащий в шкатулке предмет, который я никак не ожидал здесь увидеть.

Следственный изолятор 6-го отдела жандармерии

г. Тверь

Александр Игоревич Лирков, командир отряда быстрого реагирования ближней дружины князя Антипова, которого большинство друзей и знакомых называли не иначе, как Лось, метался по небольшой камере СИЗО, как загнанный зверь.

Лось всего добился сам в своей жизни. Вообще, всего. Выходец из бедной семьи, имея в отцах работника металлургического комбината и мать-прачку, он был самым младшим из восьми детей. Но, зато самым крупным. Природа щедро одарила Александра силушкой и он мог постоять за себя как внутри семьи, так и за ее пределами.

Грешным делом, отец надеялся, что Алексашка обладает Даром, но когда наступил возраст выявления, его надежды на беззаботную жизнь, которую он бы получил, подписав контракт с каким-нибудь могущественным родом — рассыпались в пыль.

Не было у Александра полноценного Дара, а вот его отголоски — да, были. Но, подобных людей было не сказать что множество, однако достаточно много, чтобы не хвататься за них в детстве. Ведь, чтобы развить тело и дух и пойти по пути воина — нужно было приложить недюжинные усилия, и проявить характер, чего так часто не хватало детям простолюдинов.

Но, Александр смог. Пропустив школу за ненадобностью, он развивал свою силу как в спортивных секциях, так и на улицах. Первого человека он убил в двенадцать лет и уже тогда понял, как хрупко человеческое тело. Второго — в тринадцать, после чего загремел в колонию для малолетних. Там он просидел недолго, не сближаясь со сверстниками, но и никого не подпуская к себе, а по выходу — сосредоточился на поиске покровителя.

Восемнадцатилетний крепкий юноша был замечен рекрутером князя Антипова и принят в дружину на испытательный срок. А затем, он прогрыз себе путь наверх. К неудовольствию Прохора Кожедуба — главы ближней княжеской дружины. Старый маг и отличный воин нутром чувствовал «гнильцу» внутри Александра, но, как ни странно именно его опасения, донесённые до князя, и позволили сделать Александру стремительную карьеру.

Ведь князь Антипов углядел в Александре совсем другое — готовность пойти на все, ради власти и денег. А еще — собачью преданность, которая была подкреплена компроматом и силой. Так Лось стал цепным псом князя Антипова и до последнего времени всё у него шло самым лучшим образом.

Много денег, много власти, много женщин и алкоголя. Не жизнь, а сказка! А ранг Мастера к тридцати трем годам открывал перед ним путь к Ратаю. Вот только нужно было найти поручителя из немногочисленного числа Ратаев. Ближайшего — разумовского Аршавина, Лось ненавидел всей душой. Из-за его честности, принципов… да и завидовал он силе Аршавина и, честно говоря, пережил несколько тревожных дней, когда после предательства князя Разумовского, его покровитель предложил Аршавину перейти к нему. Лось звериным чутьем понимал, что шанса превзойти Шатуна у него не было.

К счастью, Аршавин не согласился и возвышение Лося продолжилось. В итоге, он даже нашел себе поручителя — Ратая из сильного княжеского рода из чернобыльской аномалии. Далековато, но путь к вершине воинского искусства был для него открыт.

Но, тут появился молодой Разумовский и все пошло прахом. Его арест произошел в очень неподходящее время, когда он вез снабжение научникам и новое распоряжение своего князя. Бумаги он уничтожил перед арестом, но вот машины и груз попал в чужие руки.

Однако, страшно было другое. Лось не питал иллюзий, по-поводу порядочности своего князя, но все же рассчитывал на помощь до последнего.

Вот только два часа назад его надеждам пришел конец. Открылось окошко и на грязный пол камеры упала маленькая черная таблетка.

— Ты знаешь, что делать, — раздался тихий голос и заслонка захлопнулась.

Его списали со счетов. Всё, конец. Лось не хотел умирать. Сильно не хотел. Завтра утром у него новый допрос и, возможно, он сможет выторговать себе если не свободу, то хотя бы жизнь. На князя надежды уже нет. К чему приведет его предательство? Трудно сказать, но он, однозначно, продлит себе жизнь. Возможно, оно того стоит?

Тихо зашелестел ключ, вставляемый в замочную скважину, и Лось мгновенно развернулся к двери, оскалившись, как загнанный зверь. Он мгновенно понял, кто это и зачем пришёл. Но, он не сдастся без боя. Лось напружинил мышцы, готовясь к прыжку, вот только внезапный спазм скрутил все его мышцы заставив упасть на пол и лишь тихо скулить от неимоверной боли, пуская слюни.

Молча, без единого звука, неизвестный человек, сильно сжал двумя пальцами его скулы, открывая рот и вложил туда таблетку. Захлопнул рот и слегка стукнул по гортани, заставив его глотнуть.

К боли в мышцах прибавилась дикая боль в животе и Лось провалился в спасительное забытье…

Глава 8

На атласной подушечке лежала металлическая пряжка, покрытая затейливым орнаментом. Такие массово использовали в моей армии и я даже представить не мог, что что-то подобное увижу спустя такую прорву веков. Вот только радость моя оказалась очень короткой.

Артефакт был дико изувечен внешним вмешательством. За подобную «работу», Бернхард, без колебаний, снёс бы голову нерадивому артефактору. Большинство узловых точек были дико перекручены. Древний артефактор, именем которого так гордились члены рода Воронцовых, почти смог убить творение моих мастеров. Идею хуже, чем замкнуть на общий контур накопителя все уцелевшие узлы, даже придумать было сложно. Того, кто восстанавливал пряжку, оправдать можно было только полным отсутствием знаний о фундаментальных принципах работы подобных артефактов. По сути, ничего удивительного в этом не было — люди просто не представляли, что магические вещи способны накапливать в себе сам Эфир.

— Беру, — с трудом сдержав волнение в голосе, произнёс я. — Сколько вы говорите эта вещь может накапливать в себе базовых сфер, Александр Викторович?

— До пяти, ваша светлость, — гордо ответил граф, а я едва сдержал рвущиеся из глубины души ругательства. Всего пять сфер! Пять базовых сфер, которые даже учитывать в моей прежней жизни никто не стал бы! Это же как надо было постараться, чтобы так испортить отличную вещь? И сколько мне понадобится сил, чтобы привести её в порядок? — И доподлинно известно, что артефакт может надёжно удерживать энергию всех стихийных аспектов. Возможно, это именно то, что вы искали, Ярослав Константинович?

— Возможно, — тяжело вздохнул я. Изобразить равнодушие удалось, но недостаточно хорошо.

— Если вас смущает цена, то моё предложение о кредитной линии всё ещё в силе, ваша светлость, — по-своему истолковав моё состояние, сообщил граф.

— В этом нет необходимости, ваша светлость, — улыбнулся я. — Хорошие вещи всегда стоят своих денег. А над этим предметом поработал сам Александр Евгеньевич Воронцов! Такое дорогого стоит!

— Это действительно так, — важно кивнул мой собеседник. — Признаюсь, треть стоимости артефакта связана с именем мастера. До вашего визита, ещё никто не решился отдать подобную сумму за накопитель для адептов первого круга. Уж извините, но тут никаких скидок не будет, Ярослав Константинович. Сами понимаете, это поистине уникальная, не имеющая аналогов вещь. Это изделие считается наследием мастеров рода Воронцовых и не теряет своей стоимости со временем. Если надобность в артефакте у вас исчезнет, то мы с радостью выкупим его по полной стоимости. Ну, при условии, его полной сохранности.

— Я это учту, Александр Викторович, — кивнул я. Возвращать пряжку в сокровищницу Воронцовых я не планировал. А стоимость её увеличится многократно, как только у меня появится возможность восстановить искорёженную структуру артефакта. Но ресурсов и сил это потребует невероятно много. На первое время сойдёт и так. — Что у нас выходит по сумме?

— На данный момент получается сорок тысяч рублей, — моментально ответил владелец магазина. — Оформляем покупку, ваша светлость?

— Ещё мне нужно двадцать четыре защитных амулета второго порядка, — прикинув остатки своего бюджета, произнёс я. — Подойдут стандартные армейские варианты с универсальным щитом и возможностью повторной зарядки в полевых условиях.

— Пару минут, Ярослав Константинович, — ответил Калинин. — Проверю остатки на складе. Недавно пришла партия подобных амулетов, но князь Антипов выкупил её практически полностью для нужд своей дружины. Возможно… Если вас устроит, на складе есть сейчас двадцать две единицы.

— Устроит, — кивнул я. Всё равно брал с небольшим запасом. В дружине сейчас числилось двадцать два человека вместе с Аршавиным. — Стоимость?

— Проведу по оптовой цене, учитывая объём и историю ваших покупок, — не отвлекаясь от экрана компьютера, произнёс Александр Викторович. — Получится по полторы тысячи рублей за штуку. Общая сумма выходит семьдесят одна тысяча пятьсот рублей. Как удобно оплатить? Могу выставить счёт на имя главы рода Разумовских в Имперский банк.

— Не стоит, — покачал головой я. — Собирайте заказ, ваша светлость. Чуть позже вернусь с оплатой.

— Как скажете, Ярослав Константинович, — кивнул владелец магазина артефактов. — Мы работаем сегодня до шести часов и без обеда. Подходите когда вам будет удобно.

— Благодарю, Александр Викторович, — ответил я и хотел уже направиться к выходу, но зудящее в голове чувство недосказанности не дало мне этого сделать и я прямо посмотрел в глаза графу. — Разрешите вопрос, ваша светлость?

— Внимательно вас слушаю, Ярослав Константинович, — доброжелательно улыбнулся Калинин.

— Почему вы решили помочь мне? — спросил я. — За последнее время я успел привыкнуть, что большинство представителей аристократии с большой опаской относятся к моей семье. Вы же при этом не только предложили мне выгодные условия сделки, но и выступили на моей стороне в разговоре с княжичем Антиповым. Уверен, вы в курсе ситуации между мной и его отцом. И я не могу понять в чём заключается ваша выгода, граф.

— Это честный вопрос, ваша светлость, — с уважением кивнул мне Александр Викторович. — В наше время редко кто способен пойти на подобную откровенность. И такой вопрос заслуживает честного ответа. Скажем так, правление артефактного дома заинтересовано в стабильной ситуации вокруг тверской аномалии и равных условиях конкуренции. К тому же, у вашего отца были определённые договорённости с моей организацией. Но об этом мы можем поговорить уже после охоты. Раньше эта беседа смысла не имеет.

— Благодарю, ваша светлость, — слегка поклонился я в ответ. Фразу собеседника дополнил в голове уже сам. Говорить о чём-то «правление артефактного дома», за которым скрывались имена светлейших князей Воронцовых, станет со мной только в том случае, если я переживу охоту. А граф Калинин проследит за тем, как будет развиваться ситуация на мероприятии Антипова-младшего. Раньше беседа действительно смысла не имела, потому что портить отношения с Алексеем Андреевичем торговцы магическими предметами не хотели. А в том, что зарвавшийся князь уже порядком всем надоел я нисколько не сомневался.

Выйдя из магазина, дошёл до ближайшей скамейки и несколько минут просто сидел, упорядочивая мысли и раскладывая итоги всех разговоров по полочкам. Калинин дал мне ещё один очень веский повод отправиться на охоту вместе с Артёмом Алексеевичем. Вернее, выжить после этой охоты.

Крайне маловероятно, что всех устраивало тотальное уничтожение рода Разумовских. Проступок прежнего главы рода обрушил целую лавину последствий для многих других аристократических семей. При этом адекватной информации по самому преступлению не было даже у нас. Дело проходило за закрытыми дверями, куда были допущены только обвинители и сам император. И, судя по тому, что мы с сёстрами остались в живых, правитель империи был на нашей стороне. А вот что могло заставить человека, который держал в своих руках нити жизней всех своих подданных пойти на поводу у обвинения, я понять не мог.

Через некоторое время поднялся и пошёл в сторону ближайшего торгового центра. Только потом понял, что искать сестёр таким образом идея провальная. Поэтому написал сообщение Аршавину, чтобы уточнить где именно они находятся. Оказалось, что идти до нужного магазина совсем недалеко. Видимо, Настя с Нюшей очень серьезно подошли к вопросу и никуда не торопились.

— Вот видите, Николай Петрович! — послышался справа весёлый смех Насти. — Я же говорила, что глава рода Разумовских скоро к нам вернётся и будет мрачнее тучи?

— Всё так, Анастасия Константиновна, — с явным облегчением ответил княжне Аршавин. Судя по всему, Ратай всё это время переживал, что я без его присмотра вляпаюсь в какие-то неприятности и даже не представлял, насколько он оказался прав. — Как прошёл визит в магазин артефактов, ваша светлость?

— Ничуть не хуже, чем ваша прогулка по магазинам, — выныривая из размышлений, улыбнулся я. — Что удалось купить?

— Вот! — тут же воскликнула Нюша и на показ отставила ногу в тяжёлом армейском ботинке. Где они умудрились раздобыть обувь такого размера я даже представить себе не мог. На девочке был новенький камуфляж с сочными зелёными пятнами. Младшая явно добилась своего и получила долгожданный боевой наряд. — Я красивая?

— Очень! — рассмеялся я и потрепал сестру по голове. Настя была в том же сарафане, но в руке девушка держала несколько пакетов в логотипами известных, но недорогих, марок одежды. Сестра правильно подошла к покупкам и здраво рассудила, что дизайнерские вещи мы сейчас не потянем, поэтому решила не уничтожать наши финансовые запасы ради того, чтобы произвести на кого-то впечатление.

— Мы почти закончили, Яр, — радостно улыбнулась Настя и гордо добавила. — И даже не сильно потратились. В семь тысяч по кругу всё встало. А ты присмотрел себе что-то?

— Уже купил, — ответил я. Старшая сестра больше остальных переживала за благосостояние нашей семьи и я видел, что даже такую сумму, потраченную на себя, она воспринимает с трепетом и восторгом. — Надо только зайти рассчитаться и забрать покупки. На обратном пути сделаем. Получилось немного больше, чем я рассчитывал, поэтому за материалы для казармы заплатим из тех денег, которые выручим с продажи зверей, пойманных дружинниками.

— Ого… — округлила глаза Настя. — Это же… А что ты такого там накупил?

— Только самое необходимое, — усмехнулся я. — Если вы уже закончили, тогда предлагаю перекусить и отправляться на встречу с Козыревым.

— Мороженое!!! — яростно вскинула сжатые кулаки Нюша.

— Обязательно, — серьёзно ответил я. — Так много, чтобы живот сразу заболел. Иначе прогулка не прогулка.

— Я так не хочу, — тут же надулась младшая. — Надо сначала суп. И пюрешку. Где здесь дают пюрешку, дядя Коля?

— Есть одно отличное место, — с улыбкой ответил Аршавин. — И до офиса Пичуги оттуда недалеко. Вон вывеска виднеется.

— Настя, бежим скорее! — схватив сестру за руку, рванула с места Нюша. — А то всё мороженое растает, пока я суп есть буду!

Сёстры явно наслаждались выездом в столицу губернии и мне не хотелось портить отличный день неприятными разговорами. Повлиять как-то на ситуацию никто из них не мог, да и не стал бы я к ним обращаться за помощью. Это задача главы рода сделать так, чтобы ни у кого из семьи и вассалов не было проблем. Перекладывать свой долг на чужие плечи последнее дело. Однако, радости и восторга подобный расклад мне не добавлял.

— Вас что-то беспокоит, Ярослав Константинович? — когда девчонки отошли достаточно далеко, проницательно спросил Аршавин. — Возможно, я могу вам чем-то помочь?

— Прямо сейчас вряд ли, Николай Петрович, — усмехнулся я. — Но ваша помощь мне в ближайшее время очень понадобится.

— Некоторые вопросы стоит решать сразу, ваша светлость, — не особенно настаивая, пожал плечами Ратай. — Чтобы они не вылились в большие неприятности. Парни видели на парковке машину Антиповых…

— Я встретил в магазине артефактов младшего сына нашего соседа, — шагая следом за сёстрами, поделился последними новостями я. — Артём Алексеевич любезно пригласил меня на мероприятие, посвящённое его успешному окончанию первого курса МАМИ.

— На территории Антиповых? — тут же напрягся Ратай. — Или в Твери? У соседей будет сложно обеспечить вашу безопасность, Ярослав Константинович.

— Дважды нет, Николай Петрович, — покачал головой я. — Княжич решил устроить истинно мужское развлечение для узкого круга.

— Охота? — резко остановился Аршавин. — Только не говорите мне, что княжич решил устроить охоту в аномальной зоне, ваша светлость!

— Так и есть, Шатун, — кивнул я. — В следующее воскресенье.

— И вы, разумеется, как разумный человек и глава рода, отказались, сославшись на множество неотложных дел? — с надеждой спросил Ратай.

— Это было официальное приглашение, Николай Петрович, — нехотя ответил я. — В присутствии двух представителей других благородных семей. По всем правилам.

— Вот дерьмо! — не сдержавшись, выругался Аршавин. — Извините, ваша светлость, но других слов у меня просто нет! Кто поведёт отряд? Когда Антиповы пришлют план охоты?

— В субботу вечером Артём Алексеевич обещал прислать все необходимые данные, — спокойно ответил я. — Начало охоты в воскресенье утром, а вот кто поведёт отряд я не в курсе. Княжич только сказал, что подготовкой занимается он сам, а у его отца на это нет времени.

— Будем надеяться, что князь Прохора с вами отправит, — мрачно произнёс Ратай. — Если будет кто-то другой, то можно сразу готовиться к похоронам. Ещё кто-то будет на охоте, кроме Антиповых?

— Константин Быстряков, который сопровождал княжича, — рассеяно ответил я. — И граф Калинин.

— Калинин? — удивлённо поднял брови Николай. — Не знал, что представитель артефактного дома увлекается такими забавами.

— У него свои резоны, — расплывчато ответил я.

— Александр Викторович приличный человек, — уверенно произнёс Аршавин. — Может и не так страшно всё, но подготовиться придётся основательно. Я поговорю с Прохором. Если дата охоты уже назначена, то он должен быть в курсе.

В кафе мы зашли на несколько минут позже, чем девчонки. За это время Настя успела сделать заказ и о чём-то тихо беседовала с Нюшей. Когда мы подошли ближе, улыбка на лице старшей сестры стала какой-то неуверенной.

— Ярослав Константинович и вас заразил своим унынием, Николай Петрович? — глядя на мрачную физиономию Ратая, осторожно поинтересовалась Настя.

— Не то слово, — хмуро ответил Николай.

— Я на всех суп заказала и горячее, — переведя вопросительный взгляд на меня, добавила Анастасия. — Вы мне что-то расскажете или так и будете портить всем настроение своими мрачными лицами?

— Нет, — коротко ответил я и, немного подумав, добавил. — Может быть завтра этот вопрос обсудим.

— Или никогда, — понятливо кивнула сестра. — Ну и ладно! Зато я сегодня отлично провела время.

— Это правильный подход, — улыбнулся я. — Практически идеальный.

За обедом дела не обсуждали. Аршавин быстро расправился с едой, достал телефон и ушёл на улицу. Настя делали вид, что всё просто замечательно, но постепенно начинала всё больше и больше нервничать.

— Всё хорошо, — поняв, что сестра начинает изводить себя всевозможными предположениями, произнёс я. — Можешь не волноваться так. Просто мне назначили на следующей неделе одну не очень приятную встречу.

— И поэтому Аршавин уже сейчас сходит с ума, — хмуро добавила Настя. — А так всё в полном порядке.

— Просто доверься мне, Насть. — улыбнулся я. — Всё будет хорошо.

— Даже не сомневаюсь, — вернула мне улыбку девушка. — Но если ты умрёшь, я сумею тебя найти и доказать, что ты был не прав.

— Даже не сомневаюсь, — повторив слова сестры, рассмеялся я.

Тащить с собой на встречу с бывшими дружинниками сестёр я не стал. Вернувшийся Аршавин связался с Ежей и парни подошли к кафе, чтобы проводит девочек до машины. А мы отправились к офису охранного агентства, которым владел Козырев.

Сначала даже подумал, что Антон Викторович устроился довольно неплохо после ухода из дружины, раз имел офис в пяти минутах ходьбы от центральной аллеи столицы губернии. Но реальность оказалась довольно прозаичной. Как и в любом другом большом городе, в Твери имелись свои закоулки, которые далеко не всегда выглядели так, как хотелось бы властям. Глядя на обшарпанное двухэтажное здание, мне сразу вспомнился тот древний универсал, на котором подвозили до моего имения Полоза. Он идеально вписывался в общую атмосферу разрухи и нищеты.

— Это здесь, ваша светлость, — уверенно шагая к ветхой деревянной двери, произнёс Аршавин. — Вы не смотрите, что здание в плохом состоянии. Антон тут арендует просто несколько помещений. При его подходе к работе, на больше замахнуться пока не получилось.

— Принципиальный? — с интересом спросил я.

— С дерьмом всяким просто не связывается, — бесхитростно ответил Ратай и мы зашли в подъезд. Со второго этажа слышались мужские голоса и Аршавин уверенно поднялся по лестнице. Дверь с надписью «Охранное агентство Ирбис» оказалась не заперта и мы спокойно вошли внутрь, оказавшись в большом общем зале. Там мы и остановились, удивлённо рассматривая открывшуюся картину.

— Сколько, говоришь, было в отряде Пичуги людей? — негромко спросил я у Аршавина.

Глава 9

Помещение было до отказа забито людьми. Из двух смежных комнат тоже слышались голоса. Навскидку, в офисе охранного агентства сейчас находилось человек пятьдесят-шестьдесят. Была небольшая вероятность того, что Козырев нанял дополнительных людей, но ни о чём подобном Аршавин не говорил.

— Явно меньше, чем здесь собралось, ваша светлость, — озадаченно ответил Ратай. — Но не думаю, что это станет проблемой. Антон!

— Здравствуйте, Николай Петрович! — тут же послышался из-за спин смотревших на нас мужчин хозяин агентства. К нам протолкался улыбчивый парень, лишь немногим уступавший габаритами Аршавину. Короткая стрижка и тяжёлая челюсть придавали ему откровенно бандитский вид. В совокупности с пёстрой майкой, обтягивавшей крепкое тело, бывший дружинник выглядел очень колоритным представителем мелкой банды преступников. — Рады вас видеть в наших скромных хоромах. А князь…

В этот момент Пичуга наконец увидел меня. С высоты своего роста, Козырев не сразу заметил моё присутствие. Сказалась привычка Ратая прикрывать меня от любой угрозы. Бывший дружинник окинул меня оценивающим взглядом и широко улыбнулся.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович, — слегка поклонился Антон. — Извините, что сначала с Николаем Петровичем поздоровался. Не ожидал что… Полоз нам все уши прожужжал по дороге про ваши подвиги. Вот я и…

— Не страшно, — улыбнулся я. — Рад знакомству, Антон Викторович. У вас тут внеочередное собрание сотрудников охранной фирмы?

— Эмм… Нет, ваша светлость, — смущённо ответил Пичуга. — Я тут со знакомыми ребятами пообщался, кто отцу вашему служил раньше. Вот и нашлись ещё люди, которые в дружину вернуться хотят. Знаю, что с вами надо было сначала этот вопрос обсудить. Но шила в мешке не утаишь. Тверь же деревня большая. Все всех знают. Вот и поползли слухи. Ну, я и не стал останавливать…

— Возглавил, значит, — усмехнулся я. — Вполне разумный подход. Уверен, новые условия службы устроят далеко не всех. Может и хорошо получилось, что больше кандидатов собралось. Начнём?

— Конечно, Ярослав Константинович, — тут же кивнул Антон. — Мы только вас ждали. Предлагаю вниз спуститься. В спортивном зале удобнее будет. Это сюда все пришли языками просто почесать.

— Ну, веди тогда, — кивнул я.

Мы спустились на первый этаж и Козырев отпер дверь, мимо которой мы недавно проходили с Ратаем. За ней обнаружился самый обычный зал для занятий единоборствами. Сильно потёртый паркет, куча мягких матов в углу, пара скамеек и крепкий запах пота, пропитавший в этом месте каждый сантиметр пространства. Сразу стало понятно, что этим местом часто и активно пользовались. Отличный знак.

— Добрый день, господа, — когда все желающие вступить в дружину выстроились напротив, произнёс я. Аршавин встал позади, чтобы не мешать мне говорить и держать под контролем всех собравшихся. — Кто не знает, зовут меня Ярослав Константинович и я теперь новый глава рода Разумовских. Насколько понимаю, многие из вас служили моему отцу и должны понимать, зачем мы здесь собрались.

— Так понятно же и так, — хмыкнул здоровый мужик, стоявший почти в центре. — Зря что ли тащились через весь город?

— Тихо! — рыкнул Аршавин и обвёл всех суровым взглядом.

— Зря или не зря понятно будет очень скоро, — холодно улыбнувшись, посмотрел в глаза говорившему я. — Мне нужны надёжные люди, которым я могу доверить прикрывать себе спину не только дома, но и на границе или в аномалии. Помимо вашего желания служить моему роду, потребуется рекомендация Николая Петровича.

Некоторые из собравшихся мужчин недовольно заворчали. Непонятно на что они рассчитывали, когда пришли сюда. Что из-за положения рода я буду грести всех, кто в принципе готов служить Разумовским? По сути, это тоже требовало определённой решимости, потому что мой герб сейчас был равнозначен большой мишени на спине. Но для меня этого было мало.

— Теперь по условиям, — невозмутимо продолжил я. — Оплаты в первые месяцы не будет. Дружина находится на самообеспечении. Род предоставит вам жилье и снаряжение, но на этом всё. Достойное содержание нужно заслужить. В текущей ситуации велик риск столкновения не только с аномальными зверями, но и с врагами моей семьи среди людей. Поэтому минимальный ранг кандидата должен быть не ниже Гридня по классификации Имперской Службы Контроля. Подтверждение ранга для всех, кто прошёл первичный отбор, пройдёт на следующей неделе. Если заявленный ранг подтвердить не получится, то вы будете уволены из дружины без права восстановления. Вопросы?

— Так дела не делаются! — нагло заявил тот же мужик. Несмотря на своё недовольство, уходить, как сразу сделали несколько других парней, он не торопился. — За еду и воду мы и в Твери работать можем. Вон, князь Антипов по тысяче рублей в месяц даже простым воинам своим платит. А Гридням вдвое больше, не говоря уже про воителей. А тут мало того, что оклада нет никакого, так ещё и глава рода малец безусый!

— Да как ты… — разом побагровел Ратай, но я остановил его жестом. Аршавин тут же замолчал, а Пичуга, стоявший чуть в стороне от остальных, удивлённо поднял брови. Позади Козырева стояли его люди, которые вообще не обращали внимания на мои слова. Судя по их лицам, для себя сотрудники «Ирбиса» уже всё решили.

— Пять шагов вперёд, боец, — негромко произнёс я и все недовольные голоса немедленно стихли. Я умел говорить очень доходчиво и для этого мне не нужно было орать или что-то доказывать. Такого тона опасались все в моей прежней армии, кто хоть немного меня знал. Мужик пару мгновений стоял на месте, а потом ноги сами понесли его вперёд. — Имя и ранг.

— Николаев Юрий Анатольевич, — быстро ответил здоровяк, но потом сделал над собой усилие и уже более уверенно и нагло добавил. — Гридень.

— Юрий Анатольевич свой шанс попасть в дружину уже упустил, — неспешно снимая пиджак и передавая его Аршавину, произнёс я. Ратай довольно усмехнулся, моментально поняв, что сейчас произойдёт. — Но вопрос господин Николаев задал очень верный. Мой сосед князь Антипов располагает значительными финансовыми ресурсами и считается сильным магом. Ни того, ни другого у меня нет. А потому, как сказал Юрий Анатольевич, возникают вопросы почему кто-то из опытных воинов должен подчиняться безусому юнцу. Ведь подчиняются только более сильному или влиятельному? Так?

— Истинно так, ваша светлость, — довольно усмехнулся Николаев и его неожиданно поддержали несколько человек. — Если и служить кому, то за хорошую плату или по зову сердца.

— А если князь слаб во всём, то и слушать его смысла нет, — закатывая рукава белоснежной рубашки, продолжил я. — В таком случае в дружине возникают неприятные ситуации, начинается разброд и шатание. А подобное недопустимо. Дружина рода — единый организм. Карающий кулак и щит семьи. Она должна быть однородной, как бетон и способной защитить род от любых угроз. Так?

— Всё верно, Ярослав Константинович, — замедленно кивнул Козырев и заинтересованно посмотрел на меня. — А как же служить тому, в кого не веришь?

— И это тоже верно, Антон Викторович, — усмехнулся я. — А потому я, как глава рода Разумовских, не имею никакого права требовать от своих людей того, на что не способен сам. Верно?

— Правильные речи ведёте, ваша светлость, — нагло усмехнулся Николаев.

— А потому я назначаю первое испытание тем, кто пройдёт отбор, — прямо глядя на в глаза здоровяку напротив, произнёс я. — И не будет вам ни сна, ни отдыха, пока не сможете показать лучший результат в поединке. Устраивает такой вариант?

— Устраивает, — тут же кивнул Николаев. — И я даже первый готов попробовать свои силы, Ярослав Константинович.

— Нападай, — приглашающе повел рукой я.

Юрий шагнул ближе ко мне и встал в стойку. Пару мгновений здоровяк примеривался, а потом нанёс первый удар. Я был на полголовы ниже его и на треть легче, но подобное никогда меня не останавливало. Тем более в бою с обычным человеком.

Молниеносно шагнув вперёд, пропустил над плечом кулак противника и нанёс сокрушительный удар в солнечное сплетение громилы. Большая часть присутствующих в зале людей даже не поняла, что произошло. А потом Николаев глухо всхрапнул и рухнул на пол, потеряв сознание от болевого шока.

— Все, кого не устраивают условия службы, могут прямо сейчас покинуть зал, — обведя взглядом безмолвные ряды кандидатов, негромко произнёс я. — Остальные поднимаются наверх для личной беседы с Николаем Петровичем. Свободны.

Люди потянулись к выходу. Кто-то сразу шёл на улицу, но были и те, кто решительно поднимался на второй этаж. Команда Козырева была среди таких и явно не только потому, что там находился их офис. На ближайшее время, одна из комнат охранной фирмы превратится в филиал рекрутингового агентства рода Разумовских, но там уже будет рулить Аршавин.

— Мне понравилась ваша речь, Ярослав Константинович, — подавая мне пиджак, с улыбкой произнёс Ратай. — Очень доходчиво. И показательно. Остальное беру на себя. Сколько нам нужно набрать людей?

— Для начала хотя бы удвоить дружину, — задумчиво ответил я. — Но если будут толковые люди, то их тоже бери.

— На озвученных вами условиях? — уточнил Аршавин.

— Разумеется нет, Николай Петрович, — рассмеялся я. — Людям нужно кормить семьи и себя. Рисковать жизнью за идею готовы далеко не все, но я надеюсь, что мне удалось отсечь хотя бы тех, кто нам совсем не подходит. Оплату бойцам обсудим позже. Нужно поговорить на эту тему с Антоном, если он не передумал. Но это дома уже сделаем. Всех, кто согласится на мои условия, завтра жду в имении. Разместить сможем?

— Без проблем, ваша светлость — усмехнулся Ратай. — Устрою им полевые учения на первую неделю. А там уже и казарма будет готова. В любом случае, до прохождения установленной вами планки, никто вопросов задавать не будет. А это очень не скоро произойдёт.

— Мы её потом ещё выше поднимем. — произнёс я.

— Понял, — кивнул Аршавин. — Присоединитесь к собеседованию?

— Нет, — покачал головой я. — У меня ещё одна встреча назначена сегодня. Если с вами останусь, то девочки совсем изведутся в ожидании нашего возвращения.

Ратай молча кивнул и пошёл к лестнице на второй этаж. Посреди зала тихо застонал очнувшийся громила, о котором все успешно забыли. Я вышел на улицу, достал из кармана телефон и набрал номер Сидака.

— Добрый день, Ярослав Константинович, — почти сразу ответил банкир. — Вы уже освободились?

— Здравствуйте, Геннадий Алексеевич, — произнёс я. — Да, с основными делами закончил уже. Я сейчас в центре. Где вам удобно будет встретиться?

— К сожалению, Гостиный Двор нам явно не подходит, — рассмеялся в ответ Сидак. — Поэтому предлагаю встретиться в кафе Астория. Оно в паре сотен метров от заведения Антиповых. Буду там через двадцать минут.

— Договорились, Геннадий Алексеевич, — ответил я и повесил трубку.

Вывеску нужного кафе я видел ещё во время первого посещения столицы губернии. Идти было не так далеко, но Геннадий Алексеевич всё равно оказался там раньше меня. Это стало понятно, когда у дверей заведения я увидел пару крепких парней в строгих пиджаках. Внутри меня встретил секретарь Сидака, проводивший меня в отдельный кабинет.

— Добрый день, ваша светлость! Добрый день! — поднимаясь мне навстречу, радостно произнёс банкир. Мы пожали руки и вернулись за стол. В кабинет бесшумно вошёл официант, расставил приборы, чашки с чаем и большой фарфоровый чайник. — Рад, что у нас сегодня получилось встретиться. Я взял на себя смелость сделать заказ на двоих.

— Благодарю, — улыбнулся я. — Насколько я понял, дело срочное, Геннадий Алексеевич?

— Как всегда, сразу к делу! — притворно огорчился мой собеседник. — И куда вы так постоянно торопитесь, Ярослав Константинович? Вроде бы и с дружиной вопрос решили, и артефактами успели закупиться, а всё бежите куда-то…

— Дела не ждут, Геннадий Алексеевич, — хмыкнул я. Банкир очень толсто намекнул, что присматривает за мной постоянно, но я в этом проблемы не видел. Пока что контакт с Сидаком был исключительно полезным, а ничего секретного или незаконного я не делал. — Обязанности главы рода требуют моего внимания по многим направления.

— Сколько вам лет, ваша светлость? — с интересом спросил Геннадий Алексеевич и налил нам обоим чаю. Вопрос оказался риторическим, потому что продолжил представитель банка ещё до моего ответа. — Я в вашем возрасте думал только о прекрасных студентках МАМИ и о том, как побольше вытрясти денег на собственное содержание из отца.

— Я бы с радостью занялся тем же самым, но пока все трясут исключительно меня, Геннадий Алексеевич, — рассмеялся я. — Дел меньше не становится, а расходы постоянно растут. Может ещё одно нападение случится, чтобы дыры в бюджете закрыть?

— Осторожнее с желаниями, ваша светлость, — моментально стал серьёзным Сидак. — Иногда стоит трезво оценивать свои возможности, чтобы не угодить в неприятную ситуацию.

— У вас есть информация на этот счёт? — прямо спросил я. — Думал, темой нашей встречи станет обсуждение договора патронажа. Что интересного успел рассказать Лось, Геннадий Алексеевич?

— Боюсь вас огорчить, но дружинник князя Антипова не сможет в ближайшее время что-то рассказать, — ответил банкир. — Александр сейчас в коме и маловероятно, что он сумеет из неё выйти. Медики шестого отдела сказали, что подозреваемый чем-то отравился у себя в камере.

— Интересный поворот, — сделав глоток чая, произнёс я. В том, что сосед попытается убрать своего человека я даже не сомневался. Просто не думал, что Алексей Андреевич сможет дотянуться до застенков шестого отдела. К кому бы не обратился Антипов за помощью, возможности его покровителя были очень обширными. — И как это повлияет на расследование деятельности моего соседа?

— Этот вопрос вам лучше задать представителям шестого отдела жандармерии, Ярослав Константинович, — улыбнулся в ответ Сидак. — Я ведь только скромный сотрудник Имперского банка и владею далеко не всей возможной информацией.

— Обязательно свяжусь, — кивнул я.

— Теперь о вашем договоре патронажа, Ярослав Константинович, — перешёл к делу банкир. — Я навёл справки и человек, подписавший его от лица рода Разумовских, действительно работал в тот период в коллегии юристов. Спустя некоторое время он уволился и уехал в Австрийскую Империю. Далее проследить его путь или найти не представляется возможным. Так как документ заключён с соблюдением всех законов Империи, просто игнорировать его нельзя. Вы приняли правильное решение, когда начали разбирать отдельные пункты этого контракта. Со своей стороны могу сказать, что есть возможность убрать ещё несколько ложных параграфов договора, но полностью его аннулировать невозможно. Какую-то сумму вам всё равно придётся заплатить князю Антипову. Если он лично не расторгнет договор и не признает, что пытался обманом получить с вас компенсацию.

— Это маловероятно, — усмехнулся я. — Алексей Андреевич не из тех людей, которые легко признают свои ошибки. Да и урон репутации это нанесёт огромный.

— Не больший, чем разбирательство в Верховном Суде Империи, ваша светлость, — пожал плечами Сидак. — В том случае, если вы подадите встречный иск.

По сути, собеседник мне сказал, что даже его возможностей не хватило, чтобы переиграть Антипова. А лезть в Верховный Суд мне очень не хотелось, потому что там мои позиции были откровенно слабее, чем у моего соседа на данный момент.

— Есть ещё один вариант, Ярослав Константинович, — благодарно кивнув официанту, который принёс нам салаты, произнёс Геннадий Алексеевич. — Дружинник Алексея Андреевича успел рассказать о месте, куда направлялась колонна браконьеров. По его словам, отряд Лося просто сопровождал этих людей, чтобы они ничего не натворили в землях его нанимателя. Оказалось, что о месте назначения захваченные нами люди ничего не знали. А, судя по запасам в машинах, провести им в аномальной зоне предстояло не одну неделю. Признаться, я сильно удивился, когда узнал, что снаряжения в машинах значительно больше, чем нужно для такого отряда. Я бы даже сказал, вдвое больше.

— Вот как? — удивлённо поднял бровь я. Мои предположения подтвердились и это было просто замечательно. До этого момента я считал, что Алексей Андреевич просто слишком много на себя взял, но теперь… — Это многое меняет, Геннадий Алексеевич. Благодарю вас за интересные новости.

— Будьте осторожны, Ярослав Константинович, — принявшись за салат, ответил банкир. — Особенно километрах в пяти от границы ваших владений с аномалией. И я буду вам очень признателен за любую информацию о деятельности вашего соседа за пределами предназначенных для жизни граждан Империи территорий.

Глава 10

— Не уверен, что смогу вам помочь в этом вопросе, Геннадий Алексеевич, — даже не подумал соглашаться я. Банкир, впервые с момента нашего знакомства, предложил мне обычную сделку. Решение моих проблем с договором в обмен на данные о деятельности Антипова в аномалии. — На данный момент, мой род не располагает нужными для подобной экспедиции ресурсами.

— Прекрасно вас понимаю, Ярослав Константинович, — вежливо, но слегка раздраженно, улыбнулся Сидак. — Но вы подумайте. Вдруг что-то да получится.

Я был сыт и поэтому только лениво поковырялся в салате. Горячее ждать не пришлось, потому что у собеседника зазвонил телефон и он, извинившись, некоторое время просто молча слушал собеседника на другом конце линии.

— Ещё раз прошу прощения, ваша светлость, — убирая мобильник, произнёс банкир. — Возникла необходимость моего присутствия в другом месте.

— Ничего страшного, Геннадий Алексеевич, — улыбнулся я. — Как раз собирался сказать, что мне тоже пора. Если мы всё обсудили…

— На данный момент, ещё что-то сказать по вашему вопросу я не могу, ваша светлость, — кивнул Геннадий Алексеевич. — Если появятся новости, то я обязательно вам сообщу.

— Тогда всего хорошего, Геннадий Алексеевич, — пожав руку собеседнику, попрощался я и направился к выходу.

В голове звенела одна единственная мысль. Антипов зашёл слишком далеко и мог получить проблемы такого масштаба, что свара с соседом покажется ему приятным развлечением. Никто и никогда в Российской Империи не смел нарушать закон о постоянных лагерях в пределах аномальных зон. Когда речь шла о диких браконьерах, людей просто казнили без суда и следствия. Когда вопрос касался аристократов и их людей, то. после формального разбирательства, весь род могли вырезать под корень.

Уже много столетий, как было установлено негативное влияние аномалий на людей. Первые попытки заселить зоны дикой магии завершились чудовищной катастрофой, которая унесла жизни сотен тысяч людей. Тогда в пределы аномалии зашло полноценное войско, разбившее лагерь в десяти километрах от границы зоны. Больше десяти тысяч воинов и сопровождающий персонал остались на территории аномалии почти на месяц. А потом на все территории первого круга обороны обрушилась волна безумных мутантов, в которых превратились армейцы, едва не добравшаяся до столицы.

С тех пор, изучением аномалий занимались только специально подготовленные отряды имперских сил. Всем аристократам, имевшим владения в первых кругах обороны, было позволено совершать только краткосрочные рейды длинной не более трёх суток. Да и то при наличии в отряде нескольких магов не ниже четвёртого круга. При этом ходили упорные слухи, что любой артефакт, созданный внутри зоны, обладает в несколько раз большими возможностями, чем обычные магические предметы.

— Как успехи, Николай Петрович? — набрав номер Аршавина, спросил я.

— Почти закончил, ваша светлость, — довольно ответил Ратай. — На данный момент уже двадцать пять кандидатов. Остались ещё пятеро, но они из отряда Козырева. Так что можно смело говорить о трёх десятках.

— А по подготовке? — уточнил я.

— До Гридней к экзамену подтяну, — уверенно ответил Аршавин. — Условно. Потом придётся поработать ещё, но экзамен парни сдадут. Там только пятеро на Младах застряли, но ребята толковые.

— Хорошо, — произнёс я. — Тогда жду вас у магазина артефактов, Николай Петрович. Ваши новые подчинённые пусть добираются до имения своим ходом. Все расходы род берёт на себя.

Аршавин пришёл через двадцать минут. Довольный, как объевшийся мёдом медведь. Увеличение дружины было давней мечтой Ратая и он даже не пытался скрыть свою радость. На месте графа Калинина мы нашли молодого парня в форме сотрудника артефактного дома Воронцовых. Александр Викторович отлучился по срочному делу, но заранее предупредил работника, что мы придём за покупками.

Нам отдали всего один небольшой пакет с логотипом артефактного дома. А когда я начал отсчитывать деньги за содержимое этого пакета, Ратай едва сдержался, чтобы не начать ругаться. Выплаченных денег хватило бы на половину ремонта особняка.

— Ярослав Константинович, — когда мы вышли из магазина, произнёс Аршавин. — Разумно ли было тратить такую сумму? Понимаю, что вы глава рода и это не моё дело, но есть много более важных направлений.

— Не волнуйся так, Ратай, — хлопнул я по плечу Николая. — Я же только самое важное купил. И это только начало.

— Не сомневаюсь, ваша светлость, — проворчал Шатун. После пяти лет жизни на подножном корму, перестроиться ему было очень сложно.

— А вот это правильно, — весело ответил я. — Верить надо своему князю. И тогда всё будет в порядке.

— Это я уже успел запомнить, Ярослав Константинович, — хмыкнул в ответ Ратай.

Когда добрались до парковки, обнаружили там очень необычную картину. Настя с Нюшей сидели на лавочке, а рядом с вездеходом стоял Серый. Дружинник нежно обнимал и что-то тихо говорил длинноволосой девушке с усталым лицом. Рядом крутились два пацана лет восьми. Первая семья уже прибыла и мой подчинённый наслаждался воссоединением с близкими.

— Выезжаем! — объявил я. — Ежа, ты за рулём. Серый, вы с семьей в задней части вездехода поедете. В имении возьмешь один из пикапов и отвезёшь своих в Себыкино. Завтра утром чтобы был на территории особняка.

— Спасибо, ваша светлость! — не отпуская жену, расплылся в улыбке дружинник.

Настя с интересом посмотрела на пакет в моих руках, а потом на практически пустую сумку, висевшую на плече Ратая. По пути домой Нюша успела раззнакомиться с обоими пацанами и договориться о том, что она непременно приедет к ним в гости. Настя только улыбалась и качала головой. Аршавин всю дорогу с кем-то переписывался и бросал в мою сторону мрачные взгляды.

Как только приехали в имение, счастливый Серый укатил с семьей в Себыкино, а мы наконец-то смогли расслабиться. Антип с тётей Женей организовали грандиозный обед, после которого мы с сестрой пошли в кабинет, а Нюша убежала проверять Шустрика и свои грядки.

— Ну показывай уже! — с нетерпением воскликнула Настя. — Чего ты там такого накупил на все наши запасы наличных?

— Не на все, — с улыбкой ответил я. — Ещё немного осталось, но эти деньги тоже завтра раздам.

— Кому? — удивлённо спросила девушка.

— Дружинникам, — просто ответил я. — Там не так много осталось. По тысяче где-то на человека. Больше у нас пока нет, но я считаю, что ребят надо поддержать.

— Это правильно, — серьезно кивнула княжна. — Даже не знаю, как они пережили эти пять лет… Одних денег точно будет мало.

— Поэтому… — произнёс я и, выдержав паузу, достал из пакета длинную шкатулку. — Я купил это!

Анастасия осторожно открыла шкатулку и некоторое время смотрела на её содержимое. Там были красиво уложены однотипные амулеты, предназначенные для наших бойцов.

— Уже лучше, — улыбнулась Настя. — Теперь понимаю, куда ушли основные деньги. Видела такие в продаже. От трёх тысяч за штуку. Они же с универсальными щитами?

— Мне сделали хорошую скидку, — только сейчас поняв, насколько щедрую сделку предложил мне граф Калинин, ответил я. — Основные траты пришлись на накопители. Один для родовой сети, а второй для меня. Мне понадобится твоя помощь в активации. Хочу сразу установить отметки старших членов рода.

— Без проблем, Яр, — легко согласилась девушка. — Где будешь устанавливать накопитель?

— Здесь, — кивнув на одну из свободных полок, ответил я. — Уже подтянул к этому месту фокус родовой сети. По идее, накопитель будет заряжаться быстрее и тут же отдавать заряд на восстановление системы заклинаний.

— А потянет? — с сомнением посмотрев на громоздкий каменный куб, спросила Настя.

— Должен, — ответил я. — Пару месяцев в таком режиме точно протянет. Накопитель не особенно качественный, но другого не было. Есть пара идей, как его заставить работать лучше, но для этого мне надо убедиться, что он справляется с нагрузкой.

С установкой справились очень быстро и я отправился на тренировку с Шустриком. В этот раз проблем не возникло. Отчасти потому, что я уже точно знал возможности улитки. А отчасти потому, что Нюшу Антип не пустил даже смотреть за моими занятиями, чем младшая оказалась крайне недовольна.

Закончил я только ночью, досуха опустошив не только себя и Шустрика, но и свой новый личный накопитель. Ситуация стремительно менялась и мне нужно было успевать перестроиться. С одной единственной водяной линзой много я сделать точно не смогу. И будет очень хорошо, если всех моих успехов хватит, чтобы пережить следующую неделю.

Когда, шатаясь, возвращался в особняк, Шустрик уже не пытался шевелиться. Улитка была настолько измучена, что я оставил одну из цепей без блокировки. Монстру надо было восполнить силы. Мне тоже, но все мучения того стоили. Многократное опустошение Источника позволило мне наконец выровнять потенциалы двух своих аспектов. А значит я мог двигаться дальше.

Утро во дворе поместья началось с уже привычной суеты. Официальный выходной не стал причиной отменять все работы и строители занялись своим делом с маниакальным упорством. Люди в моих владениях начали понимать, что жизнь стремительно меняется и хотели приложить к этим переменам свою руку.

Следом за строителями начали прибывать машины кандидатов в дружину. Первым приехал Пичуга со своими людьми. В течение часа вся парковка оказалась занята. Я принял душ и, прихватив с собой сумку с подарками, спустился вниз. Среди множества новых лиц увидел Серого и Полоза. Парни увлечённо о чём-то болтали с бойцами Козырева. Остальные тоже нашли среди новичков старых знакомых. Вообще, у меня сложилось впечатление, что все всех знали и просто долго не виделись.

— Общее построение! — заметив меня, рявкнул Аршавин.

Толпа удивительно быстро и как-то обыденно преобразовалась в ровный строй из почти пяти десятков бойцов. На меня с интересом смотрели новички, которые уже успели наслушаться всякого от старожилов. Последние тоже смотрели с каким-то нетерпением, словно я должен был объявить о немедленном нападении на земли рода Антиповых.

— Приветствую всех на земле рода Разумовских, — громко произнёс я. — Знаю, что многие из вас всё ещё не понимают, что именно происходит. Думаю, скоро у части новобранцев возникнет желание навсегда забыть о существование моего рода и убраться подальше от моих земель.

Бойцы начали улыбаться. Послышались тихие смешки, но что-то говорить никто не решился. Все ждали, что будет дальше и я не стал тянуть.

— Однако, до того, как у вас созреет решение сбежать, вам придётся немало поработать, — улыбнулся я. — Есть люди, которые, неизвестно по какой причине, занимались защитой опального рода Разумовских последние пять лет. Несмотря на все трудности, несмотря на ненависть и нападки соседей, эти люди делали своё дело и я безмерно им благодарен. Род сейчас, прямо скажем, не в самом лучшем положении, но это не значит, что я могу и дальше игнорировать заслуги тех, кто остался верными моей семье до самого конца. Бойцы ближней дружины, три шага вперёд.

Из ровного строя одновременно шагнули полтора десятка дружинников. Аршавин стоял справа от меня и я передал ему шкатулку с защитными амулетами.

— Раздайте бойцам, Николай Петрович, — попросил я и негромко добавил. — В сумке деньги лежат. Разделите между ребятами поровну.

— Ярослав Константинович, не стоило так… — в этот момент Ратай открыл шкатулку и завис. Секунд двадцать он просто смотрел на содержимое шкатулки, а потом поджал губы и отвел взгляд. — Это слишком, княже. Мы и так неплохо справлялись. Это ведь огромные деньги…

— А я хочу, чтобы вы не просто справлялись, — с улыбкой ответил я. — Я хочу, чтобы мои люди не умирали. Чтобы каждый из моих людей дожил до того момента, когда род Разумовских вернёт себе всё, что у него отобрали. И чтобы все вы увидели, что не зря потратили пять лет своей жизни.

— Не зря, — тихо ответил Аршавин. — Уже сейчас вижу, что не зря, ваша светлость.

Ратай ещё некоторое время молчал, а потом развернулся к строю бойцов и обвёл всех тяжёлым взглядом. Дружинники с интересом смотрели на нас, не понимая, что происходит.

— Сегодня знаменательный день, бойцы, — громко произнёс Аршавин. — День, когда каждый из вас может увидеть, что верная служба стоит в разы дороже, чем всё в этой жизни. И не дай вам Бог после этого подвести своего князя.

Парни озадаченно притихли, а потом Ратай прошёл вдоль строя своих бойцов и вручил каждому по защитному амулету. Как только стоявший первым Ежа получил свой артефакт, парень удивлённо присвистнул и взъерошил торчащие в разные стороны волосы. Для других благородных семей подобное снаряжение считалось привилегией ближней дружины и все отлично знали стоимость таких вещиц.

— А теперь о делах, — когда с награждением было покончено, произнёс я. — Даю всем час на подбор снаряжения. Потом выдвигаемся в лес. Идёт половина старичков и половина новобранцев. Проведём полевые испытания ваших навыков и покажем, где у нас что находится. Ратай, дозоры в гнёздах нужно удвоить. Ближайшие дни чтобы в каждом был один из старых и один новенький. Что с ловушками?

— Разменяли пойманных зверей на нужные ингредиенты, ваша светлость, — ответил Аршавин. — Еще десяток поставить можем точно. Можно больше, на надо в Себыкино заскочить за материалом.

— Предупреди Олега Дмитриевича, что к нему выедет твой человек, — кивнул я. — Через час он должен вернуться.

— Понял, — кивнул Аршавин. — Нам бы ещё лап водянок добрать, ваша светлость.

— Сделаем, — ответил я. — Как раз думал об этом. Где вы их держите?

— За мной, Ярослав Константинович, — направился в сторону склада Николай. — Кого в имении оставляем?

— Сколько у Пичуги людей? — вместо ответа, спросил я.

— Двадцать один, — не задумываясь, ответил Ратай.

— С собой обязательно его самого и половину его людей, — сосредоточенно произнёс я. — Остальных оставь в имении, чтобы уравновесить дружину. До вечера мы вряд ли вернёмся и я не хочу, чтобы что-то случилось за время нашего отсутствия. Люди новые, поэтому надо присмотреться сначала.

— Обижаете, ваша светлость, — невозмутимо покачал головой Аршавин. — Ни одного, в ком бы хоть чуть сомневался, я в дружину не звал. Ребята проверенные и все из тех, кого я лично выгонял.

— В тебе я не сомневаюсь, Николай Петрович, — ответил я. — Но за пять лет многое могло поменяться. Лишний риск нам точно не нужен.

— Понял, — серьезно кивнул Ратай.

Водянок держали за складом в специальных клетках. Звери уже давно пришли в себя и, как только нас увидели, начали недовольно рычать. Я подошёл ближе и один из монстров тут же использовал свою способность. Земля на расстоянии трёх метров от клетки мгновенно покрылась льдом, а мне в лицо дохнуло холодом. Граница ледяной корки проходила в десятке сантиметров от моего ботинка.

Мучить животных смысла не было. Мне нужна была только энергия аспекта Воды и я, взяв у Ратая нож, одним ударом заколол первую водянку. Вторая попыталась сопротивляться, но шансов у неё не было.

— Мерзко это, — возвращая нож владельцу, проворчал я. — И неправильно. Если брать силу, то только в бою.

— Три четверти самых влиятельных аристократов Империи точно с вами не согласятся, Ярослав Константинович, — рассмеялся Аршавин. — Но тут я вас полностью поддерживаю. Нет чести в убийстве беспомощных зверей. Я всё подготовлю к выезду и мы будем ждать вас через час у ворот поместья. Есть пожелания?

— Есть, Николай Петрович, — кивнул я и посмотрел в глаза Ратаю. — Оружия возьми побольше. С запасом и на любой случай.

Аршавин пару секунд смотрел на меня, а потом чётко кивнул. Следующий час я потратил на медитацию. Для формирования первой сферы разума требовалось не так много энергии. Базу я уже давно подготовил и теперь оставалось только правильно распределить полученные от убитых зверей силы. Двух водянок почти хватило, чтобы завершить работу. Оставалась самая малость, но я был уверен, что ещё до обеда получу остаток нужной энергии. К положенному времени я уже был у ворот поместья, где меня ждали вооруженные до зубов дружинники. День обещал быть очень насыщенным и интересным.

— Поехали! — запрыгнув в вездеход, приказал я.

— Куда, ваша светлость? — уточнил Ратай.

— Вы говорили, что установили несколько ловушек на границе с аномалией, Николай Петрович, — улыбнулся я. — Вот с них и начнём.

Глава 11

— Ваше снаряжение, Ярослав Константинович, — когда машины тронулись с места, произнёс Аршавин и указал на лежавшие в салоне мечи и флягу. — Вторую заполнили и положили в один из пикапов.

— Спасибо, — благодарно кивнул я. С накопителем я теперь не расставался, а всё остальное взял на себя Ратай. Бойцы дружины распределились по четырём машинам. Вездеходы шли в начале и конце колонны, а в центре ехали два пикапа с новобранцами. Всего из поместья выехали двадцать восемь человек и я надеялся, что вернёмся мы в таком же составе. — Материалы для ловушек?

— Всё готово, ваша светлость, — ответил Аршавин. — К имеющимся сможем добавить около десятка. Если повезёт, то ещё на пару наскребём ингредиентов во время похода.

— Хорошо, — отозвался я и задумчиво посмотрел на Козырева. В нашем вездеходе он был единственным новичком. Аршавин прекрасно понимал расклад и решил дать командиру целого отряда новичков время присмотреться к новому главе рода. — Как настроение, Антон?

— Странное, ваша светлость, — честно ответил Пичуга. На Козыреве был стандартный камуфляж, который смотрелся настолько привычно, будто дружинник в нём родился. — Больше пяти лет вот так не выходил никуда с дружиной. Всё какие-то мелкие дела и разборки с обнаглевшими клиентами магазинов. Сижу вот и думаю — а не закисли мы в Твери за это время?

— Это не сложно проверить, — улыбнулся я. — Если никто из твоих ребят не побежит при виде аномального зверя, то всё в порядке.

— Умеете вы подбодрить, ваша светлость, — рассмеялся в ответ Пичуга. — Насчёт этого можете не волноваться. Ни один земляной буйвол не сравнится с десятком наркоманов под кайфом, которые пытаются вломиться в кафе.

— Тогда проблем точно не будет, — усмехнулся я. — Почему решил вернуться в дружину?

— Да как сказать… — неопределённо пожал плечами Козырев и взглянул на Аршавина. — Я и не планировал уходить. Николай Петрович… настоял на нашем увольнении. Может и могло всё иначе сложиться, но уж как есть теперь. Рад, что снова появилась возможность послужить роду Разумовских. Ваш отец был очень достойным человеком, Ярослав Константинович. И я вижу, что вы пошли в него.

Колонна добралась до границы аномалии минут за двадцать. По пути один раз остановились проверить ловушку, но ничего в ней не обнаружили. Потом сменили наблюдателя на восточном гнезде на двоих новых и поехали дальше.

— Насколько близко к границе поставили капканы, Николай Петрович? — спросил я.

— В паре сотен метров, Ярослав Константинович, — ответил Ратай. — Дальше растительность меняться начинает и мы не стали рисковать.

— Насколько сильно меняется? — уточнил я.

— По-разному, ваша светлость, — отозвался Аршавин. — Иногда просто деревья кажутся странными, а другой раз какой-то куст пытается тебя сожрать. Рядом с границей такое редко встречается, но тоже бывает. Звери-то высоких рангов только из глубины приходят всегда. На краю только мелочь перворанговая водится. С растениями то же самое. И что там в центре заражённых земель творится не знает никто. До нас не доходило ничего и слава Богу. А вы с какой целью интересуетесь?

— В плане расширения кругозора, — улыбнулся я. — Вдруг пригодится.

— Помню я, как вы про иглобоя спрашивали, — проворчал Ратай. — Тоже на всякий случай…

Я уже собирался ответить, но не успел. Сидевший за рулём Серый внезапно выругался, а потом меня бросило на сидевшего рядом Полоза. Снаружи послышался глухой рёв. За разговором я перестал контролировать окружающее пространство, полностью положившись на дружинников. Думал, что до границы доедем без проблем. И ошибся.

— К бою! — мельком взглянув в окно, рыкнул Аршавин. В его руке возник пылающий кинжал и Ратай толкнул бронированную дверь в сторону. Следом за ним нырнул в проём Боров. Снаружи уже слышалась стрельба.

Я быстро переместился к выходу, но вмешаться не успел. Перед мордой нашей машины лежала окровавленная туша матёрого кабана. Никакой магии я в нём не ощутил. Может поэтому и не успел вовремя отреагировать.

— Шашлык заказывали? — весело крикнул один из новобранцев, которые успели за это время добежать до нас. Для себя отметил, что все парни Пичуги были готовы к бою и бдительно осматривались по сторонам.

— Ерунда какая-то, — проворчал Аршавин. — Чего он под колёса бросился? Обычное зверье к машинам близко не подходит.

Из кустов в десятке метров от нас вылетел лось. Животное, без малейших колебаний, бросилось в нашу сторону. Дружинники тут же подняли оружие, но сохатый пронёсся мимо и скрылся на другой стороне дороги. Зверь был в ужасе. Такое бывает, когда обитатели леса спасаются от пожара. Когда уже нет разницы, кто бежит рядом с тобой — враг или друг.

— Не торопитесь с выводами, Николай Петрович, — прислушиваясь к своим ощущениям, произнёс я. — Всем выйти из машин и приготовиться к бою.

Что-то надвигалось на нас от границы аномальной зоны. До неё было меньше километра и мы так и не доехали до тех ловушек, которые вчера установил Ратай. Обрывки родовой сети молчали. У меня появилось почти физическое ощущение надвигающейся лавины аспекта Воздуха.

— Расстояние двести метров, — прикрыв глаза, произнёс я. — Аспект Воздуха. Очень много аспекта Воздуха.

— Твою налево… — выдохнул Ратай и тут же разразился серией приказов. — Бойцы с амулетами в первый ряд. Стрелки на крыши машин. Серый, Ежа — вездеходы на край зарослей. Шустрее, шустрее!

— Сто метров, — пытаясь нащупать источник магического возмущения, произнёс я. — Шатун, не могу найти причину. Что это такое?

— Ураганный вепрь, ваша светлость. Сильная тройка, — крикнул в ответ Аршавин. — Вы его не найдёте, пока он не атакует. Главное пережить первый удар. Я буду впереди.

— Нет, — жёстко ответил я. — Держите строй. Попробуем сделать иначе. Боров, доставай запасы из Себыкино.

Я быстро перебрался на крышу вездехода, где уже сидели трое стрелков. Поток воды из фляги хлынул вверх. Сегодня был первый случай, когда можно было не заботиться о запасе маны. Хорошо бы ещё перейти к нормальным заклинаниям, вместо примитивных линз, но работать приходилось с тем, что есть.

Я поднял струю воды на семь метров и там начал формировать шар. Всего за десять секунд удалось вкачать в сферу половину емкости моей фляги. На тонкой ножке вся эта масса держалась с огромным трудом. Из леса потоком хлынули мелкие животные. Среди обычных зайцев мелькнули дымные следы огнелис. Боров вытащил из грузового отсека бочку и попытался закинуть её ко мне на крышу. Получилось у него только со второго раза.

От перегрузки, накопитель у меня на поясе начал греться. Я залпом опустошил вторую сферу разума из артефакта и одним ударом сбил крышку с бочки. Внутри плавали куски шкуры иглобоя. Из леса послышался нарастающий грохот, словно совсем рядом с нами гремел гром. Звери третьего ранга отличались сильной связью со своим аспектом. Иногда, как в нашем случае, даже могли переходить в нематериальную форму. Но атаковал вепрь почти так же, как его обычный сородич.

Я втянул всё содержимое бочки в созданный шар воды и тут же обрушил эту странную булаву на заросли за пределами дороги. Грохот стих и я ощутил, что тварь готовится атаковать. В точке, куда рухнула заполненная иглами сфера, появился фокус всей прущей в нашу сторону энергии и я ударил на опережение.

— Щиты!!! — заорал я.

Вся рассеянная в пространстве энергия аспекта Воздуха разом всосалась в тело вепря. Что-то сверкнуло и из кустов в нашу сторону вылетело окутанное потоками воздуха чудовище. Здоровенная тварь уверенно неслась на Ратая, а секунду спустя в спину животного ударили десятки игл.

Часть ушли в сторону. Сработала природная защита монстра. Но потоков воздуха вокруг тела вепря не хватило и почти половина снарядов воткнулась в его тело. Остальные ударили в поднятые щиты дружинников. Ещё часть со свистом пролетела над нами.

Вепрь дико взревел. Внезапная боль словно подстегнула его бежать ещё быстрее. Однако, надолго сил чудовища не хватило. Яд иглобоя быстро распространился по телу зверя и ещё через пару шагов оно рухнуло на землю в шаге от ног Ратая.

Шатун тут же шагнул вперёд. Молниеносно перехватив нож обратным хватом, Ратай дважды мощно ударил рукояткой в висок обездвиженного животного. Даже в нескольких метрах на крыше вездехода, где я стоял, был слышен отчётливый хруст.

— Сети! — рявкнул Шатун. — Убрать щиты. Если дёрнется — пристрелите. Удержать его в физической форме мы всё равно не сможем. К кустам не подходить. Если кто-то схлопочет иголку, то будет лежать тут, пока мы не вернёмся назад.

— Я соберу остатки, — произнёс я и начал окутывать раскиданные куски шкур водяными линзами.

— Во дела! — пробормотал один из новобранцев. — А говорили, что глава рода Разумовских только Пробуждение прошёл.

— Заткнись, Тетерев, — коротко произнёс Пичуга. — Спасибо бы лучше сказал его светлости, что задницы наши прикрыл.

Козырев стоял во втором ряду вместе со своими бойцами и готовился атаковать вепря следом за Ратаем. Парни очень быстро вспоминали старые навыки. Я думал, что это займёт значительно больше времени.

— Зверя добейте, — приказал я. — Чтобы не отвлекаться потом. До вечера мы точно не вернёмся, а когда он придёт в себя неизвестно.

Остатки шкур вернул в ту же бочку и крепко её запечатал. Итогом скоротечной схватки стал добытый нами зверь третьего ранга и потеря двух сфер накопителя. Оставалось ещё три, но день только начался.

— Можем отправить одну машину в поместье, Ярослав Константинович, — предложил Ратай. — Чтобы добыча не испортилась.

— Подморозь его лапами водянок. — ответил я. — Пока рано возвращаться. Сначала проверим остальные ловушки. Есть у меня ощущение, что утро у нас будет очень удачное.

Аршавин быстро кивнул и отправился выполнять мой приказ. На самом деле, я был полностью уверен в том, что все ловушки заполнены добычей. А ещё сильно переживал из-за того, что Ратай поставил их слишком мало. Потому что в чистом аспекте Воздуха, который переполнял тело ураганного вепря, присутствовал едва ощутимый привкус Ментала. А подобное могло быть только в одном случае — когда кто-то вмешался в разум зверя извне.

— По машинам! — пару минут спустя, рыкнул Аршавин. — Стрелки на крыши. Всем смотреть в оба. Если что-то ещё вылезет — бить на поражение.

Аршавин запрыгнул в салон вездехода и захлопнул за собой дверь. Потом хмуро посмотрел на меня.

— Мне это не нравится, Ярослав Константинович, — не стал скрывать Ратай. — Вепри не появлялись здесь уже несколько лет.

— Как и все остальные, — кивнул я. — После того, как проверим капканы, надо будет разделиться. Часть отряда отправим прочёсывать лес на случай, если кому-то из монстров удалось пройти через полосу капканов. Свяжись с ребятами в гнёздах, Шатун. Нам нужна подробная информация о перемещении тварей за последние сутки.

— Если что-то было, то они бы уже сообщили, ваша светлость, — ответил Аршавин и тут же замолчал. Пару мгновений мы смотрели друг на друга, а потом Шатун зло ударил по стенке вездехода и схватился за рацию. — Белка, приём, как обстановка? Едем тебя менять. Бельков⁈ Приём!

Через пару минут стало понятно, что вся центральная часть нашей границы осталась без наблюдателей. На запрос Ратай ответил только дружинник из самого дальнего гнезда. И самое неприятное в этом было то, что дыра в обороне владения находилась прямо напротив Себыкино.

— Разделяемся, — когда Шатун закончил переговоры, приказал я. — По одной машине к каждому гнезду. По прибытии всем доложить обстановку. Половину дружины из поместья направить в Себыкино.

— Ярослав Константинович! — тут же возмутился Ратай.

— Не спорь, — жестко ответил я. — Свяжись с Олегом и прикажи всем укрыться в домах до прибытия бойцов. Пока не узнаем, сколько тварей на нашей территории, никому на улицу не выходить. А теперь дайте мне несколько минут тишины.

За рулём нашей машины встрепенулся Серый. Аршавин тут же крепко сжал его плечо и негромко произнёс:

— Не паникуй, боец. Пока это только предосторожность.

Я откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Похоже, придётся пересмотреть мои планы на сегодня. Если всё так и дальше пойдёт, то уже к обеду я буду пуст, как кошелёк бродяги. В такой ситуации думать о серьёзных вещах точно не приходится.

Коснувшись родовой сети, принялся искать следы недавних возмущений. Внимание обращал на любую мелочь. Дырявая сеть не могла дать мне полной информации о происходящем на моей земле, но какие-то обрывки выудить из неё получалось.

Спустя несколько минут обнаружил след крупного зверя в районе третьего гнезда. Что-то большое прошло мимо нашего наблюдателя и скрылось в лесу. К моменту, когда мы доехали до наблюдательного пункта Белки, я уже точно знал о четырёх монстрах, которые бродили по моим владениям.

Аршавин не стал тратить время на крики и за пару мгновений взлетел наверх по стволу дерева. Сверху упала верёвка, а следом спустился с телом дружинника на плече Ратай.

— Мёртв, — угрюмо произнёс Шатун. — Из чего-то крупного стреляли. Хорошо подготовились твари!

Ожила рация на плече Аршавина. В двух других гнёздах ситуация была такой же. За это утро я потерял сразу троих дружинников, которые служили роду последние пять лет. И это вызвало во мне такую волну ярости, что стоявшие рядом бойцы невольно отошли от меня на несколько шагов.

— Что по остальным? — глухо спросил я.

— То же самое, Ярослав Константинович, — ответил Аршавин. — Дальнобой. Враги точно знали, где находятся гнёзда и били наверняка.

— Рассыпаться по лесу, — приказал я. — Ищите следы. Передай, чтобы то же самое сделали у других гнёзд. Противник действовал слишком нагло и я ни за что не поверю, что он пришёл на мою землю пешком.

Бойцы разбежались в разные стороны, но ничего обнаружить им не удалось. Только одни из ребят Пичуги нашёл вмятину на земле в почти пяти сотнях шагов от гнезда. Там же лежала стреляная гильза. Следы неизвестного стрелка исчезали через несколько метров.

— Защита на нём, ваша светлость, — сплюнув в сторону, проворчал Ратай. — Поэтому его Белка и не заметил.

— Остальные? — коротко спросил я и Козырев внезапно поёжился.

— На третьем пусто, — ответил Ратай и коснулся рации. — Леший, что у тебя?

— Есть след квадроцикла, Шатун, — прозвучал из рации голос дружинника. — Шестьсот метров от гнезда. На больших катках. Долго стоял, но потом уехал. Ведут в сторону аномалии.

— Разделяемся, — негромко произнёс я. — Из новобранцев сформируй три группы. Примерные координаты чудовищ на нашей территории я дам. Все не выше тройки. Аспекты Земли и Огня. В каждой группе чтобы было по одному дружиннику с защитным амулетом. Уничтожить всех аномальных зверей. Потом прочесать территорию. Работаете пешком. Старички и половина парней Пичуги грузятся в вездеходы. Из имения нужно пригнать ещё пару машин, чтобы перекинуть наши силы к точкам, где родовая сеть заметила монстров.

Не дожидаясь ответа Ратая, я развернулся и направился к бежавшему неподалёку ручью. Ярость клокотала в груди, угрожая заполнить весь разум без остатка. Подобную выходку прощать нельзя. И мне было плевать сколько против нас врагов. Каждый из них заплатит полной мерой.

— А мы куда, ваша светлость? — подойдя ко мне, спросил Аршавин. К этому времени я уже заполнил флягу до отказа и вытянул из домашнего накопителя часть маны, перекинув её в свой артефакт.

— Прокатимся, — поднявшись, негромко ответил я. — Сегодня утром наши недоброжелатели изволили поохотиться на моей земле, Николай Петрович. А теперь поохотимся и мы.

Ратай с парнями на своем красном пикапе

Глава 12

Распределение задач заняло всего несколько минут. У Ратая хватало в дружине людей, которые могли взять на себя командование малыми группами. Правда, это не отменяло того факта, что бойцов у нас было критически мало. Даже с учётом пополнения, перекрыть все дыры не получалось.

Раньше в малой дружине Разумовских служило больше двух тысяч человек. Но тогда и задачи были другие. Сопровождение колонн транспорта внутри подразделений Веги, обеспечение безопасности границ, охрана населённых пунктов и промышленных объектов… Сейчас всего этого не было, но полсотни человек оказались каплей в море, как только возникла необходимость активных действий.

— Очень уж серьёзные вступительные экзамены у нас получаются, — проворчал сидевший на соседнем кресле Аршавин. — Как бы беды не вышло какой.

— Уже вышла, Шатун, — жестко произнёс я. — Нападавшие ради своих целей убили троих моих людей. Они пролили кровь на моей земле и я не прощу такого никому. Если парни не справятся, то это лишний раз докажет, что враг оказался прав. Что одного его желания достаточно для того, чтобы род Разумовских перестал быть.

— Я не это имел в виду, ваша светлость, — смущённо кашлянул Аршавин. — Новобранцы могут запаниковать при виде аномальных зверей. Если бы не выданная вами защита, то я бы предложил сначала закрыть вопрос с прорывом монстров. Без вашей поддержки кто-то и погибнуть может.

— Может, — не стал спорить я. — И мне искренне жаль, что приходится подвергать новобранцев подобному риску. Но другого выхода у нас сейчас нет. Если упустим время, то получим ещё один удар, от которого оправиться уже не сможем.

— Да нету там новобранцев, Николай Петрович, — неожиданно произнёс Пичуга. Антон старался не лезть в наши разговоры, потому что не владел всей информацией, но сейчас не сдержался. — Вы же ни одного не взяли, кто хотя бы пару лет в дружине не прослужил. Да и мы без дела не сидели. Не совсем уж сопливые новички. Оружия хватает, с навыками тоже порядок, а кровь… кошка царапает — тоже кровь. Мы к этому делу привычные.

— Когда дело имеете с тварями третьего ранга, крови может быть очень много, — хмуро ответил Ратай. — Мы Вепря без потерь уложили только благодаря Ярославу Константиновичу. А если там пламенный олень будет? Или ленты земляные?

— Это риск, Николай Петрович, — ответил я. — Но риск оправданный. На данный момент, наших сил недостаточно, чтобы перекрыть все направления. В перспективе нужно нанять магов для поддержки отдельных групп. Подумайте, может есть кто-то толковый на примете.

— Нет, — моментально ответил Ратай. — С магами всё значительно сложнее, чем с обычными воинами, ваша светлость. Никто из толковых адептов не станет сидеть на руинах рода. Уж простите, но эта братия всегда нацелена на собственное развитие. И если не можешь им предложить хотя бы один ритуал очищения в год, то работать с тобой они не будут. Про сброд из вольных я даже говорить не хочу. Они предадут сразу, как только контракт закончится. А некоторые и в процессе могут в спину ударить, если цену хорошую дадут. Бойцов в дружину подберу ещё пару сотен, только прикажите. За мага ни за одного поручиться не смогу при всём желании.

— Хреново, — задумчиво произнёс я и все дружинники в салоне вездехода потрясённо уставились на меня. — Чего смотрите? У нас тут боевая операция или что? Может мне к вам ещё по имени отчеству в бою обращаться? И со всеми полагающимися по этикету оборотами?

— Да нет, ваша светлость… — смущённо ответил Пичуга. — Просто… Неожиданно это. Чтобы князь и так просто говорил.

— Зато верно, — хмыкнул я. — Или я в чём-то ошибся?

— Лучше бы ошиблись, Ярослав Константинович, — усмехнулся Аршавин. — А насчёт имен это вы правильно заметили. Мы же по краю аномалии пройдём. Надо бы традиции уважить древние. А то негоже как-то…

— Что за традиции? — уточнил я.

— На месте расскажу, — отвёл взгляд Ратай и я тут же понял, что больше не смогу вытянуть из него ни слова. — Как до ловушек доберёмся первых, так и сделаем всё чин по чину.

Вездеходы остановились минут через десять. Аршавин расставил капканы в очень странных, для любого постороннего, местах. Ни один нормальный зверь не полез бы в подобные буреломы и ямы. Однако, Ратай отлично знал повадки зверей, на которых охотился уже много лет. Дальше двигались короткими рывками, чтобы сильно не удаляться от вездеходов. Вернее, водители медленно тащились следом, пока основная масса дружинников шагала пешком.

В первой ловушке мы обнаружили земляного буйвола. Животное выглядело, как замороженный кусок грязи. Я на добычу особо не смотрел, полностью сосредоточившись на контроле окружающего пространства. Не хотелось пропустить появление ещё одного зверя третьего ранга. А ещё не хотелось неожиданно схлопотать пулю, от засевшего где-то в лесу снайпера.

Я был уверен, что стрелок уже давно покинул мои владения, но на сто процентов гарантировать это невозможно. Поэтому продолжал упрямо искать любые возможные следы, подтягивая ближе обрывки родовой сети и оголяя при этом другие направления. Стрелка мне найти так и не удалось, но у третьей ловушки я обнаружил притаившуюся на берегу ручья водянку. Пока дружинники паковали в грузовой отсек очередного замороженного зверя, я отошёл в сторону и крадучись направился к своей цели.

Водянка слышала шум неподалёку и старалась ничем не выдать себя. Обычный человек вряд ли смог бы заметить замершее в воде животное. Зверь лишь едва выставил морду у берега, а его тело полностью сливалось с потоком воды. Я остановился на берегу, достал меч и ударил по монстру плоской водяной линзой. Цель атаки была всего одна — заставить водянку использовать её навык. И я добился своего.

Звери редко отличались умением стратегически оценивать своё положение. А с теми, кто умел это делать, лучше было не связываться без поддержки звена боевых магов третьего круга. Водянка активировала навык и намертво застряла в промороженном до дна ручье. Самому животному подобное никакого вреда не нанесло. Через час аномальная выдра легко выберется из своей же ловушки и с удовольствием полакомится своим обидчиком. Всем остальным требуется значительно больше времени, чтобы освободиться от ледяных оков.

Но я стоял на берегу. А потому спокойно спустился вниз и одним точным ударом убил зверя. Со стороны вездеходов послышались голоса дружинников. Кто-то искал князя и стоило поторапливаться, пока Ратай не начал полноценную поисковую операцию.

Быстро вырубив тело зверя из ледяного плена, потащил его к машинам. По пути едва не разорвался от желания тут же пустить полученную энергию на завершение первой базовой сферы разума. Сил на это хватало, но я опасался допустить ошибку, которая могла сильно замедлить моё развитие. Нужно было немного времени и тишины. А с паникующим неподалёку Аршавиным подобное вряд ли возможно.

— Где он⁈ — послышался из-за кустов грозный рёв Ратая. — У вас одна задача всего была, пока мы зверя паковали! Куда смотрели⁈ А если…

— Здесь я, Шатун, — выбираясь из кустов, проворчал я. — Не шуми. Отлучился ненадолго. Парни не видели.

— Ваша светлость! — возмущённо воскликнул Аршавин. — Мы же на границе с аномалией. Нельзя здесь так!

Только договорив, Шатун увидел, что я вернулся не с пустыми руками. Кто-то из ребят тут же подскочил и освободил меня от необходимости тащить тушу водянки до машин. Такими темпами, оба грузовых отсека наших вездеходов будут забиты ещё до того, как мы завершим обход ловушек. С одной стороны — очень радостные новости для бюджета рода. А с другой — потом могут возникнуть сложности выбора, когда хочется забрать с собой что-то ценное, а места уже нет.

— Десять минут дайте мне и едем дальше, — разом прекращая ворчание Ратая, произнёс я. — Вон там посижу, а потом двигаем к следующей ловушке. Сколько ещё осталось, Николай Петрович?

— Пять на границе, — ответил Аршавин. — Остальные глубже в нашу сторону. Километров десять вдоль границы пройти осталось.

— Тогда давай ещё одну, а остальные позже проверим, — немного подумав, приказал я. — Или ребятам передай, чтобы они сами этим занялись. Как у них обстановка кстати?

— Пока тихо, — коротко ответил Шатун. — Две группы уже встали на след зверей. Приказал им сразу отчитаться по итогам.

— Хорошо, — кивнул я. — Если с магами у нас ничего не получается, то хотя бы целителя одного надо найти, Николай Петрович. Без своего медика, каждый раз в Тверь мотаться придётся. А это очень неудобно.

— Займусь, Ярослав Константинович, — ответил Аршавин. — Тоже об этом подумал.

Отойдя на пару десятков метров в сторону, уселся под раскидистым дубом. Воздух изумительно пах свежестью и мхом. Десять минут не такой большой срок, но и сделать мне нужно было не так уж много. Энергия убитого зверя сама стремилось занять положенное ей место в зарождающейся сфере разума и мне приходилось сознательно её сдерживать. Если сильно затянуть этот процесс, то добытая сила аспекта воды начнёт рассеиваться или самовольно распределяться по зародышам сфер первого ранга. А этого мне было не нужно.

Вдох. Выдох…

Я сфокусировался на почти готовой сфере разума. До её формирования мой статус так и оставался на уровне Пробуждённого. Обычно первые сферы юные маги создавали ещё на первом курсе Академии, если не сделали этого раньше под контролем родовых преподавателей. Первая базовая сфера и достаточный багаж знаний позволяли претендовать на звание адепта первого круга. И Артём Алексеевич не зря так гордился своими достижениями, потому что далеко не у всех студентов получалось достичь подобного к моменту окончания первого курса.

Что касается меня, то я наконец смог добраться до второго шага на пути своего возвышения и создать первую сферу. Вот только она немного отличалась от тех, которые были приняты для всех магов в Российской Империи. Если точнее, то это была не совсем сфера, потому что верхняя часть созданной структуры была сознательно искривлена. Именно этот дефект требовал тщательной проработки и точности. Потому что только с его помощью я мог полноценно задействовать второй из моих аспектов и создать верхнюю часть сферы, превратив её в восьмёрку.

Но даже так разница в восприятии была колоссальной. Я словно до этого момента ходил с повязкой из тонкой ткани на глазах и кусочками ваты в ушах. Звуки и краски стали в разы более чёткими. Место размытых цветных потоков, в которых с трудом можно было различить отдельные аспекты, заняли идеально чёткие линии. Стали видны потенциалы и объемы маны. Теперь я мог правильно оценивать силу навыков зверей или мощь атакующих магов.

Лес вокруг приобрёл совершенно другие очертания. Сразу стали заметны признаки влияния аномальной зоны. А когда я вернулся к вездеходам, то неожиданно понял, почему Аршавин расставлял ловушки в таких странных местах. Не знаю каким чутьем Шатун определял подобные точки, но в месте установки капкана проходило сразу несколько тонких потоков трёх разных цветов. Сильные звери шли по этим нитям, как по путеводным ручейкам, которые подпитывали их силы.

— Можем ехать дальше, — усаживаясь на своё место в вездеходе, произнёс я. — Ещё одна ловушка, а потом будем определяться, что делать дальше.

Машины тронулись с места, а Ратай с интересом смотрел на меня. Слабый дар, который даже невозможно было привязать к какому-то конкретному аспекту, позволял Аршавину ощутить, что во мне что-то изменилось. Но что именно он понять сразу не смог. Я улыбнулся и создал над ладонью небольшую сосульку.

— Первая сфера, — понятливо улыбнулся Аршавин. — Поздравляю, Ярослав Константинович. Это большое дело и я искренне впечатлён вашим упорством и скоростью возвышения. Мало кто способен достичь подобного самостоятельно.

— Спасибо, — улыбнулся я. — Что с традицией, о которой ты говорил недавно? Мы уже на границе с аномальной зоной…

— На границе, но не за ней, — коротко ответил Ратай. — Терпение, ваша светлость. Мы почти на месте.

Когда вездеходы перевалили очередной холм, я вдруг ощутил, что мы действительно оказались очень близко от той самой границы, о которой всё время говорили. Для меня она была такой же чёткой, как если бы через лес шла здоровенная бетонная стена. Я даже в окно выглянул, чтобы убедиться, что ничего подобного нет.

Вокруг нас был лес. Вполне обычный, если не считать множества линий разных аспектов. В основном синих. Поэтому в землях рода чаще встречались звери с аспектом воды. Но хватало и других. А чуть дальше тянулась граница аномалии. Она сплеталась из множества силовых линий, формируя невероятно сложную и хаотичную конструкцию. Если такое творится на окраинах, то ничего удивительного, что внутри всё меняется под влиянием аспектов.

— Здесь, — когда мы вышли из машины, остановился в шаге переплетения силовых линий Ратай. — В этом месте проходит граница, Ярослав Константинович. За ней уже всё иначе.

— Это видно, — спокойно произнёс я. — Давно там не был, Шатун?

— Давно, — честно признался Аршавин. — И честно скажу, что свой первый заход в аномалию помню, как сейчас. Тогда ещё обычным Гриднем был. Много о себе думал и считал, что старшие глупости всякие выдумывают.

— И что же заставило тебя передумать? — с интересом спросил я.

— А мы тогда с отцом вашим в дальний рейд пошли, — негромко ответил Ратай. — Меня только в ближнюю дружину приняли. Радости и гордости немеряно было… Ну я и умолчал, что до этого ни разу не был. Вроде как, меня же в дружину Разумовских по рекомендации приняли. А как выяснилось, что не знает меня аномалия, так и беды начались.

— Не понял… — озадаченно посмотрел я на Шатуна. — Что значит аномалия не знает? Только не говори мне, что вы этому месту свой разум приписываете!

— Не совсем разум, ваша светлость, — упрямо набычился Ратай. — Но что-то в этом месте есть. Каждый, кто границу эту проходит, считай второй раз рождается. А при рождении имя положено. Если нет второго имени, то зона гневаться будет. Проблемы всякие подкидывать и тварей на тебя выводить особо сильных.

— Так может и не плохо это? — с сомнением посмотрев на собеседника, спросил я. — Если сильный зверь идёт, то это для добычи выгодно. Так?

— Не так, Ярослав Константинович, — покачал головой Ратай. — Твари такие идут, что при всём желании убить их невозможно. Если в отряде три мага третьего круга, то выйдет тварь пятого ранга. Если тебе для новой сферы только аспект воды нужен, то будут одни огненные монстры и земляные лезть. Не шутить лучше с этим. Традиции этой уже не одна сотня лет и никто без второго имени не продержался долго, ваша светлость.

— И даже аристократы? — с улыбкой спросил я.

— Белозуб, — серьезно ответил Аршавин. — Это второе имя вашего отца, Ярослав Константинович. Не всегда второе имя используют, но у каждого, кто в аномалию ходит, оно есть.

— Ну… — задумчиво протянул я. Поверить в то, что опытные воины и матёрые маги полагаются на непонятные суеверия, мне было очень сложно. Я как-то не мог себе представить, что маг четвёртого круга, которым был прежний глава рода, выдумывает себе детское прозвище, чтобы избежать непонятных проблем. У этого ритуала должно иметься какое-то внятное объяснение, но Ратай вряд ли его знает. — Ну допустим. Обычаи дело важное, Николай Петрович. И что же нужно делать, чтобы это второе имя получить?

— Тут всё просто, ваша светлость, — поняв, что уговаривать меня не придётся, с облегчением вздохнул Аршавин. — Вам только и нужно, что первым границу перейти. А дальше сами поймёте, когда момент нужный наступит.

— И какой момент? — уточнил я.

— Аномалия вас убить попытается, — серьезно ответил Ратай. — И чем выше ваша сила, тем сильнее будет враг. По имени первого врага имя и дают. Нам, простым смертным, всяко проще. Вон Пичуге просто пичужка на голову села, потешались потом всей дружиной.

Стоящий рядом Антон пробурчал что-то неразборчивое, а дружинники засверкали широкими улыбками. Видимо, история эта была всем давно известна, но грех было не подколоть товарища.

Аршавин тем временем продолжил.

— Вашего батюшку едва отбить удалось. Белозубые очень редко вблизи границ появляются. Считай, четвёртого ранга зверь. Хорошо, что рядом маги родовые были.

— Интересно… — хмыкнул я. — Ну давай посмотрим тогда, так ли правдивы эти все легенды.

— Вы не волнуйтесь, Ярослав Константинович, — быстро произнёс Ратай. — Я рядом буду. Если что не так пойдёт, то прикрою. Можно и отогнать зверя, если убить не сможем. Я на такой случай прихватил с собой кое-что.

При этом Аршавин показал мне небольшую каменную сферу, украшенную символом империи. Где Шатун добыл такой мощный магический пугач я сказать не возьмусь, но эта штука вполне могла отогнать даже иглобоя.

— Пошли тогда, — улыбнулся я и шагнул сквозь переплетение силовых линий. Кожи коснулась волна дикой магии и я оказался на другой стороне. Позади, как привязанный, шёл Аршавин. Мы прошли десять метров. Потом ещё пять, но ничего вокруг не напоминало об опасности. Разве что растения были чуть сильнее обычного напитаны аспектами жизни и земли. Я сделал ещё несколько шагов и недовольно посмотрел на своего спутника. — Ну и что, Шатун? Дальше идём? Шатун⁈

Ратай не ответил. Николай стоял позади меня и расширенными глазами смотрел куда-то вверх. На лице командира ближней дружины появилось обречённое выражение, а приготовленный артефакт выпал из руки.

— Матерь Божья… — едва слышно выдохнул Ратай. — Семикрылый…

Глава 13

Я даже не сразу понял, что вызвало такую реакцию спутника. Магический фон вокруг был крайне хаотичным. Пришлось вернуться к обычному зрению, чтобы обнаружить суть проблемы. Причина шока Аршавина сидела на ветке в десятке метров над нами.

Это был сокол. В далёком прошлом. Причудливые завихрения магии превратили хищника в настоящее чудовище. Размером с приличного кабана птица сидела на толстой ветке векового дуба и изучала нас с ленивым интересом. Вместо привычного серого оперения, обитатель аномалии сверкал жемчужным покрытием непонятного происхождения. То ли чешуя, то ли очень похожие на металл перья. Крыльев, несмотря на слова Ратая, у сокола я видел всего два. Зато в плане магии картина выглядела совершенно иначе.

Рядом с птицей весь магический фон аномалии словно выравнивался. Исчезали завихрения и беспорядочные волны. Силы зоны всячески пытались обойти сокола стороной и это создавало странный эффект маскировки. Обнаружить это существо можно было только обычным взглядом, а для магов нет более коварного противника. Причём я даже не сомневался, что этот зверь способен использовать несколько аспектов. Более того, я точно знал, что он может удивить любого мага современного мира.

Прямо на наших глазах по телу птицы пробежала волна чистейшего Эфира. Это было настолько удивительно, что я даже задержал дыхание от восхищения. Так давно не ощущал живого биения истинной энергии, что успел забыть как это прекрасно. Те крошки, которые хранились в артефакте из банка, не в счёт. Там сила была достаточно грязной и в едином состоянии держалась с огромным трудом.

— Знаешь, Шатун, а в этом вашем ритуале что-то такое есть, — задумчиво рассматривая смертельно опасное чудовище, произнёс я. Внутри постепенно поднималась странная волна эмоций. Она шла откуда-то извне, но мой Источник воспринимал её, как что-то близкое и родное. Возможно, это и было то самое ощущение, о котором говорил Аршавин.

— Простите меня, ваша светлость, — тяжело произнёс Ратай. — Моя ошибка. Не знал, что всё так повернётся. Я сейчас дам команду и попытаюсь отвлечь семикрылого. Если повезёт, то сможете добежать до границы аномалии. На нашу сторону такие звери не ходят никогда. На счёт три…

— Нет, — прислушиваясь к себе, негромко произнёс я. — Никто никуда не пойдёт. Наверное, это и есть тот самый знак, который нужен каждому, Шатун. Символ того, что ты на верном пути. Не двигайся. А лучше отойди назад шагов на десять.

— Он вас убьет, — даже не думая двигаться с места, ответил Ратай. По его поведению я видел, что Аршавин готовится умереть в бою, но дать мне шанс на последний рывок. — Семикрылого невозможно остановить, если он уже выбрал жертву. Нам повезло, что зверь сыт. Иначе бы мы оба уже стали его обедом.

— Десять шагов назад, Ратай, — жёстко произнёс я. — Это приказ главы рода.

Со стороны Аршавина послышалось сдавленное рычание и птица тут же повернула голову, уставившись на Шатуна. Я ощутил мимолётное движение Эфира, словно зверь создал заклинание познания. Шатун медленно и с огромным сопротивлением выполнил мой приказ, а я в это время пошёл вперёд.

Убить это существо вряд ли смогла бы даже рота гвардейцев Императора. Физическая форма сокола была только частью его истинной природы и я был просто в восторге от того, что аномалия породила такое удивительно существо. А ещё понял, что мой сарказм в отношении старых традиций был неуместным. Просто я не сразу понял смысл этого ритуала.

Каждый Вершитель имел два имени. Первое давалось ему при рождении, а второе мы получали в день принятия силы. Эфир становился частью нашей сущности, меняя её по своему усмотрению. Это была жертва силам мира. И в ответ мы получали дар безграничной мощи. Просто в этом случае всё оказалось значительно примитивнее.

Что бы не находилось в центре аномалий, оно имело связь с силами мира. Иначе бы энергия зверей не могла влиять на состояние Источников магов и запасы их сил за пределами зоны. Концентрация аспектов внутри аномалии выходила за все разумные рамки и меняла реальность по своей воле.

Ратай был прав, разума в этих действиях не было никакого. Скорее просто законы мироздания, которым подчинялось абсолютно всё. И эти законы требовали взаимодействия с тонким телом магов, чтобы правильно настроиться и принять рассеянную в мире магию. Оказалось, что все рассуждения магов-теоретиков не имели никакого смысла. Академики уже сотни лет ломали копья над вопросом силы магов. Давно укрепилось мнение, что полная инициация возможна только после посещения аномалии, но всё ещё были те, кто утверждал обратное. А ответ ведь лежал на поверхности…

В момент рождения Вершителя Элрога я уже был на пике своей силы. Думал, что большего достигнуть уже невозможно. И жестоко ошибся, увидев всё величие Эфира. Я плохо помнил сам ритуал, потому что тогда практически полностью лишился своего настоящего тела, но ощущения… ощущения близких ответов были точно такими же. Словно за тонкой плёнкой, на расстоянии протянутой руки от меня, плескались величественные океаны Силы. Бесконечное могущество, которое не могло стать моим, пока не увидит меня самого…

— Назови себя, — приказал я, а потом осторожно, не делая резких движений, уселся на землю и поднял взгляд на семикрылого. Да, просто приказал. — По праву хозяина этой земли, я требую ответа.

Сдавленно застонал неподалёку Аршавин. Связь с родовыми владениями уже достаточно окрепла, чтобы я мог говорить от лица рода. Земля Разумовских была не просто территорией. Она давала нам силу и право повелевать. И я требовал ответа.

Сокол раскинул крылья и гневно заклекотал. В этот момент стало понятно, почему он получил своё имя. От одного реального крыла до другого раскинулся веер призрачных аспектов. Четыре стихии и свет. Базовый комплект для создания простого Эфира.

— Имя! — чётко следуя древнейшему ритуалу, повторил я. Сокол выстрелил в мою сторону полотном эфира. Взвыл, не решаясь подойти ближе Аршавин. Словно вуаль, энергия зверя упала на землю и всё моё тело буквально зашлось в спазме от жестокой боли. От запредельной нагрузки Источник начало корёжить. Стабильность тщательно выстроенной структуры была нарушена, но я не вмешивался. Только хрипло повторил. — Имя. Отдай имя и можешь идти с миром.

Мой организм оказался слишком слабым для подобной нагрузки. В глазах потемнело. Источник оказался на грани разрушения. Сверху слышался гневный клёкот гигантской птицы, но следующее полотно Эфира так и не появилось. Я заставлял себя оставаться в сознании, чтобы не упустить нужный момент, но давалось это с огромным трудом. Нужно было дотянуть до истаивания вуали. Иначе всё зря. Иначе Ратай окажется прав и мы станем обедом для аномального хищника. Сокол не простит слабости и я её не покажу.

— И… мя… — прохрипел я и заставил себя снова посмотреть вверх.

Яркая вспышка прекратила мои мучения и я рухнул на мягкую моховую подстилку. Ощущение близкого океана силы бесследно исчезло, оставив после себя боль по всему телу и дикую слабость. Но я был жив.

— Жив… — выдохнул рядом Ратай. — Господь всемогущий! Живой!

Аршавин навис надо мной, как зверь, пытающийся защитить от врагов потомство. На лицо брызнула прохладная вода, а потом губ коснулось горлышко металлической фляги.

— Пейте, ваша светлость, — быстро произнёс Ратай. — Пейте, а потом я отнесу вас к машинам. Через час уже будем в имении. А там отлежитесь…

— Где семикрылый? — слабо отталкивая флягу, спросил я. Голос ещё был хриплым, но силы возвращались удивительно быстро. Знакомство с аномалией началось очень интересно и все последствия этого события мне ещё предстояло тщательно изучить. Хотя уже сейчас чувствовал, что скорость заполнения Источника значительно выросла. — Шатун!

— Здесь Семикрылый, — неожиданно ответил Аршавин. — В жизни бы не поверил, что такое возможно, ваша светлость. Теперь это ваше второе имя.

— Не дури, Шатун, — усаживаясь и касаясь руками раскалывающейся головы, проворчал я. — Зверь где?

— Улетел, — с невероятным облегчением ответил Николай, а потом протянул мне другую фляжку и участливо добавил. — Хлебните, ваша светлость. Помню, когда имя второе принял, чуть весь лес не заблевал. Думал тогда, что голова лопнет нахрен.

Я спорить не стал и сделал один большой глоток из фляжки. Горло обожгло крепким алкоголем и пылающий шар унёсся куда-то в область желудка. Удивительно, но через несколько секунд действительно стало немного легче и я сумел подняться.

— Дела… — осматривая выжженное пятно на земле, удивлённо протянул я. Там чётко отпечатался мой силуэт, а весь мох вокруг свернулся от невыносимого жара. Камуфляж на мне тоже изрядно пострадал, но не до такой степени.

— Чудо это, Семикрылый, — убеждённо произнёс Ратай. Я обратил внимание, что моё прозвище он произнёс с каким-то детским восторгом. Такого я от прожжённого воителя точно не ожидал. — Чтобы сам семикрылый имя кому дал! Да ещё и по требованию. На каком языке вы с этим чудовищем разговаривали, ваша светлость? Я такого не слышал никогда. Да и чтобы внеранговый зверь кого-то на границе зоны встречал тоже не слышал. Пару раз семикрылого видели в нашей части аномалии, но это были последние сообщения рейдовых отрядов. Никто не выжил. Только записи на пепелище потом нашли. А вы выжили. Да ещё и…

— У тебя шок, Шатун, — остановил я Аршавина и вернул ему флягу. — Хлебни-ка тоже, а то тебя несёт неизвестно куда.

— И то верно, — не стал спорить Ратай и надолго приложился к фляге. Глотка на три, но при его комплекции это было вообще не существенно. — Ух…

— Дальше что? — уточнил я. — Имя я получил. Можем двигаться?

— Тут уж как прикажете, ваша светлость, — пожал плечами Ратай. Он не спускал с меня очень странный взгляд, словно боялся, что я вот-вот исчезну. — Я бы в имение отряд вернул. Такое дело отпраздновать надо, как следует. Вообще не могу вспомнить, чтобы аномалия кому-то такого противника выдавала!

— Не вариант, — покачал головой я. — Не до праздников сейчас, Николай Петрович. Парни наши по лесам в поисках прорвавшихся зверей бродят. Если и возвращаться, то не на праздник, а им на помощь. Но это мы позже сделаем, если они сами не справятся. А сейчас дальше пойдём. Нужно ещё с ребятами поговорить, чтобы они особо не трепались о том, что тут видели.

— Так не видели они ничего, Семикрылый, — возразил мне Аршавин. — Я всем велел за границей оставаться, чтобы ритуалу не помешали. А с той стороны не видно ничего. Немало людей из-за этого погибло в своё время. Вроде смотришь — лес чистый на сколько глаз хватает. И тут на тебя зверь какой, как из воздуха, вылетает.

— Это хорошо, — задумчиво ответил я. — Тогда и выдумывать ничего не придётся. Значит для всех имя моё второе Соколом будет.

— Да как можно, ваша светлость⁈ — возмутился Ратай. — Это же честь великая! Чем сильнее зверь, тем выше почёт у хозяина имени.

— Мы кого в лесу встретили, Шатун? — прямо посмотрев в глаза спутнику, спросил я.

— Семикрылого, — немедленно ответил Аршавин. — Да я ещё внукам своим рассказывать об этом буду, Ярослав Константинович!

— Неправильный ответ, Шатун, — покачал головой я. — Сокола мы встретили. Есть среди местных обитателей такие?

— Есть конечно… — проворчал Ратай. Он никак не мог понять, почему я не стремлюсь принять имя внерангового чудовища, а я не хотел сейчас объяснять примитивные вещи. И в том, что слухи по дружине и окрестностям разлетятся, как лесной пожар, не сомневался. — Второй ранг. Аспект воздуха. Неприятный противник, но не более того. Можно даже обычной винтовкой обойтись при встрече.

— Вот и хорошо, — с улыбкой хлопнул я по плечу спутника. — Значит, вопросов лишних не возникнет.

— Парни подробности выспрашивать станут, — нахмурился Аршавин. — Обычай требует. А я своим людям не привык врать, Ярослав Константинович. Да ещё по такому поводу, когда сам Бог велел хвастаться!

— Так, а кто тебя врать заставляет, Шатун? — удивлённо спросил я. — Мы сокола видели? Видели. Я его имя взял? Взял. А насчёт подробностей если спрашивать начнут, то ко мне сразу отправляй. Скажи, что я не велел о ритуале болтать.

— Другое дело, — серьезно кивнул Ратай. В моих словах он противоречия не увидел, а я сильно сомневался, что кто-то из дружинников решится ко мне подойти с расспросами. — Куда дальше тогда, Сокол? Можем немного в глубину аномалии пройти. Если тут семикрылый побывал, то других зверей точно в округе нет на пару километров.

— Значит, первую пару километров опасаться действительно нечего, — усмехнулся я и Шатун тут же подозрительно прищурился. — Не смотри так, Ратай. Есть у меня ощущение, что надо поглубже сегодня пройти. А может даже прочесать лес, если сразу не повезёт.

— А что ищем, Ярослав Константинович? — озадаченно спросил Аршавин. — Если зверей нет рядом? Растения какие?

— Людей мы ищем, Шатун, — зло улыбнулся я. — Тех самых, которые тварей на нас натравили и людей моих пристрелили на постах.

— Вот как? — разом потемнел лицом Ратай. — Так ушли они наверняка, Сокол. Запрещено законами Империи на территории аномалии постоянные базы строить. Это всякий знает. Закон для всех один.

— Может и так, — кивнул я. — Да только Геннадий Алексеевич вчера мне в приватной беседе сказал, что далеко не все перед законом равны, Николай Петрович. Кто-то равнее других, а кому-то и вовсе закон не писан. Да и тот караван, с которого мы свои вездеходы взяли, очень уж интересным оказался. С припасами и оружием на большое количество людей.

— Сильно далеко пройти всё равно не сможем, ваша светлость, — по пути к вездеходам, сосредоточенно произнёс Аршавин. — Я машины проверил — тут всё в порядке. Но мы давно не были в аномалии. Неизвестно как всё повернётся.

— Вот и посмотрим, — подбирая по пути пугач Ратая, ответил я. — Ты не против, если я себе его оставлю?

— Если хотите, Ярослав Константинович, — спокойно ответил Шатун. — У меня ещё один есть. Только на особо сильных тварей эта игрушка не сработает.

— А на особо сильных и не нужно, — улыбнулся я. — И насчёт дальности похода не переживай. Километров пять вглубь зоны пройдём, а там видно будет. Если что — вдоль границы прокатимся.

У вездеходов нас встретила толпа возбуждённых дружинников. Старички тут же попытались накинуться на командира дружины с вопросами, но даже статус ветеранов им не помог. Аршавин грозно зыркнул на самых активных и произнёс:

— Нормально всё прошло. Без осечек. Имя второе князь наш получил и теперь можете в бою Соколом его звать. Если вопросы есть ещё, то сами у его светлости спрашивайте. А я ни слова не скажу. Приказ главы рода!

Последнюю фразу Ратай произнёс так многозначительно, что у многих тут же появилось ощущение жуткой тайны. Вот только ко мне, как я и ожидал, подойти никто не решился. Пару минут спустя мы уже тронулись с места и вездеходы прошли невидимую границу аномальной зоны.

Аршавин приказал стрелкам встать у люков, чтобы немедленно открыть огонь в случае необходимости. Я пытался разобраться с итогами получения второго имени, но быстро оставил эту затею. Под жадными взглядами дружинников, сосредоточиться оказалось очень сложно. Слова Шатуна и моя подпаленная одежда будоражили воображение бойцов. Этот момент я как-то упустил. Потому что все знали, что обычный аномальный сокол обладает аспектом Воздуха и поджечь он меня просто не мог. Хорошо ещё, что долго мучаться не пришлось.

Буквально через десять минут Серый скинул скорость, а потом и вовсе остановился. Некоторое время водитель всматривался в лес, а потом посмотрел на меня.

— Или глаза меня подводят, или я вижу дорогу, ваша светлость, — озадаченно произнёс он.

— Ну вот и отлично, — широко улыбнулся я. — И куда у нас обычно ведут дороги в аномальной зоне?

Глава 14

Тверская аномальная зона

В пяти километрах от границы первого круга обороны

— Ну что там, Седой? — вяло поинтересовался вышедший из подземного убежища мужчина. — Сходил на свидание?

— Ещё как! — радостно ответил крепкий парень, возившийся с двигателем своего квадроцикла. Адаптировать эту машинку к условиям аномальной зоны оказалось крайне трудно. Больше пары часов она ехать просто не могла. Сказывалось наличие открытого двигателя. — Аж три раза. Это ты всё проспал, Колючий. Скоро вообще из норы выходить перестанешь.

— Зато живым буду, — хмыкнул в ответ Колючий. — Без третьей руки и второй головы.

— Да ладно тебе! — отмахнулся Седой. — Мы всего неделю здесь. Ещё неделя и домой. Князь обещал отпуск на месяц каждому, кто в аномалии дежурство выстоит. А Алексей Андреевич никогда своих верных дружинников не обманывает.

— Дожить бы ещё до этого, — проворчал Колючий. Мужчина хмуро осмотрелся и недовольно покачал головой. — А погонщики где?

— Вернутся скоро, — с натугой что-то поворачивая гаечным ключом, пропыхтел в ответ Седой. — Князь приказал им на земли соседа согнать всё, что рядом найдут. Чтобы Шатуну жизнь мёдом не казалась. Даже удивительно, как сильно его достал Ратай. Обычно всех троек князь себе забирает, а тут велел гнать на Разумовских всё живое.

— Слышал, — рассеянно кивнул Колючий. — Письмо же при всех зачитывали. Если бы не этот молокосос соседский, то я бы за вторую часть вахты и не переживал даже. Надо же было Лосю так облажаться и поставку просрать. Итак патронов осталось впритык. Если кто серьезный на нас выйдет, то придётся в норе отсиживаться.

— Да не будет никого, — вытирая руки грязной тряпкой, уверенно ответил Седой. — Водяной со своими парнями всю округу уже прочесал и всё зверье к Разумовским выгнал. А огнелисы и прочая мелочь нам не страшны. Колян ещё говорил, что вроде Семикрылого видел. Где-то над лесом кружил.

— Вот дерьмо! — нервно воскликнул второй дружинник.

— Да не ссы ты, Димон, — рассмеялся его собеседник. — Километров пятнадцать отсюда. Если пташка к нам и долетит, то только случайно. Да и по пути наверняка кого-то сожрёт уже. И на нас внимания не обратит. Пойдём лучше чайку бахнем. А я тебе про свою поездку расскажу.

— Ну пошли, — бросив опасливый взгляд на верхушки деревьев, не стал упираться Колючий.

Подземная база, организованная дружинниками князя Антипова, представляла собой целую систему глубоких землянок. Что-то серьезное за пределами обжитых земель построить было нереально, но бойцы постарались. Несколько помещений были предназначены для отряда защиты. Оружейная, спальня, общая комната. О каких-то удобствах говорить не приходилось, но щедрая оплата и длинные отпуска мирили дружинников с таким положением дел.

Ещё на базе было несколько закрытых помещений, где работали гражданские специалисты. Что там происходит никто из бойцов не знал. Выходили обитатели закрытой части подземелья строго раз в две недели, когда одна смена охраны сменялась другой. В это же время приходил транспорт, в который грузили тщательно запакованные ящики. Одним из условий службы в аномалии было полностью атрофированное чувство любопытства. Это же качество гарантировало дополнительные бонусы и награды. Алексей Андреевич сделал всё возможное, чтобы никто из его людей не пытался сунуть нос в дела учёных. Вот только у него не особенно это получилось.

Разумеется, никто из дружинников не говорил об этом, но очевидные вещи спрятать крайне сложно. Бойцы постоянно передавали в закрытую часть убежища трупы пойманных аномальных зверей и всякие находки. Делалось это всё через специальные лотки. В них же появлялись каждое утро записки от ученых с перечнем нужных материалов. Работа шла уже не первый год и всех всё устраивало.

— Ну и что там было? — разливая по металлическим кружкам чай, с интересом спросил Колючий.

— Выехал я, значит, ещё до рассвета, — тут же начал рассказывать Седой. — Князь приказал сделать дыру в обороне Разумовских, чтобы в неё Водяной с ребятами зверей загнали. Квадрик я подальше оставил, чтобы внимания не привлекать. Врубил амулет и пошёл к ближайшему гнезду. Ну и снял наблюдателя так, что даже ветки на его укрытии не шевельнулись!

— Хорош! — одобрительно цокнул Колючий.

— А то! — довольно ухмыльнулся рассказчик. — А потом думаю — чего одним гнездом ограничиваться? Ну и пёхом прошёл до соседнего. Расположение-то их уже пять лет как не меняется. Снял второго, а потом и третьего. Хорошо, что Водяного встретил на обратном пути. Сразу рассказал, что дыра в три раза больше теперь. Если бы не ловушки те, что Шатун натыкал, то вообще бы по красоте всё получилось. Но мы и так головняка соседям изрядно добавили. Там же три калеки в дружине осталось и Аршавин. Вот и пусть троек по лесу бегают ищут. Если повезёт, то может и Шатуна самого зацепит. Он один точно не вывезет такое.

— Красавчик! — хлопнул по плечу сослуживца Колючий. — Давно пора было этих придурков уму научить. И чего князь наш тянул столько? Шатун тот ещё ублюдок. Помню, как-то в Себыкино заехали с ребятами, так он едва не перерезал нас в лесу потом. А только и сделали, что девок пощупали местных!

В этот момент сверху послышались голоса и оба дружинника быстро направились к выходу. Снаружи снимал снаряжение отряд Водяного. Трёх магов первого круга сопровождали пятеро дружинников.

— С возвращением, Андрей Николаевич! — радостно произнёс Колючий.

— Врезать бы вам по мордам дебильным, — зло ответил предводитель отряда. — Почему за подходами к базе никто не следит? Где дозор? Чем вы тут вообще занимаетесь⁈

— Так это… — разом побледнел Седой. Связываться с менталистом было себе дороже. Водяной имел привычку давить своей силой, если ему что-то не нравилось, а приятного в этом было мало. — За чаем спустились, Водяной! Минуту назад буквально. Уже наверх шли.

— Точно! — быстро закивал Колючий. — А до этого вниз и не спускались с твоего ухода, Николаевич!

— Не спускались они, — фыркнул маг. — Жаль, что в зоне электроника хреново работает. Повесить бы камеры на базе. Вот тогда бы и посмотрели, как вы «не спускались»!

— Как сходили, Андрей Николаевич? — попытался перевести тему Колючий. — Седой говорит, что проблем Шатуну вы нагнали будь здоров!

— Есть такое, — довольно улыбнулся маг. — Пустые все, как бутылка алкаша, но дело сделали. Пять троек загнали. Даже жалко было такой доход упускать, но приказ есть приказ. Жрать охота. Что у нас там осталось нормального?

— Тушёнка есть с имперских складов, Николаевич, — быстро ответил Седой. Боец моментально понял, что они отделались лёгким испугом только из-за полного магического истощения Водяного. Для мага первого круга, контроль зверей третьего ранга требовал массы усилий. Их приходилось гнать на чужую территорию по одному и достаточно долго. Хорошо, что на базе имелся большой накопитель для восстановления сил магов. Иначе бы на целые сутки они остались без поддержки одарённых.

— Тащи всё сюда, — повелительно взмахнул рукой Водяной и скинул с себя разгрузку. — И каши какой-нибудь. Чай тоже неси, а то вы тут в две хари дуете, а мы только смотрим.

— Сейчас всё будет, Водяной! — бегом спускаясь в убежище, воскликнул Седой.

— А ты чего встал? — взглянув на второго охранника базы, зло рыкнул маг. — Бегом давай! Задолбали уже, дармоеды. В следующее воскресенье отработаем последний приказ Алексея Андреевича и наконец-то от вас отдохну. Если до этого времени сопляк Разумовский сам не сдохнет в лесу.

Вернувшийся с задания отряд расположился у входа в убежище прямо на земле. Бойцы уже давно привыкли, что в округе остались только мелкие твари и опасаться было нечего. Весь крупняк давно выбили, а соседи просто не имели сил и возможностей, чтобы соваться в аномалию. Тем более сейчас.

Водяной отлично знал график передвижений командира дружины Разумовских. Сейчас Шатун уже должен был обнаружить трупы своих людей и наверняка пытается понять, как растянуть жидкие ряды своих людей, чтобы закрыть все дыры. Браконьеров тем более опасаться не стоило, потому что они отчитывались по всем своим передвижениям перед Лосём и тот настрого запретил соваться в область лагеря.

— Неделя осталась… — мечтательно произнёс один из дружинников. — Потом отмоюсь по-человечески и по кабакам тверским кутить попру! Кто со мной?

— Если только на пару дней, — хмыкнул другой боец. — С тобой пить никакого здоровья не хватит. Ай!

— Чего дёргаешься? — лениво спросил Водяной.

— Змея похоже, — быстро подскочив с места, ответил дружинник. — Что-то ноги коснулось. Мокрое.

— Отоспаться тебе надо, — рассмеялся любитель кабаков. — А то…

Парень внезапно замолчал и уставился на землю у своих ног. Там лежало в траве странное существо, похожее на змею из грязной воды. Уродливая шарообразная голова медленно расплывалась, обнажая идеально круглый камень.

— Твою мать… — успел выдохнуть Водяной и тут же потянулся к пустому Источнику, чтобы создать щит, но у него ничего не вышло. Мгновение спустя камень в голове жидкой змеи налился нестерпимым светом и по ушам ударил чудовищный хлопок.

Одновременно сработали защитные амулеты, но это защитникам убежища не помогло. Все восемь человек оказались ослеплены и оглушены. Далеко в лесу грянуло несколько выстрелов и три мага отряда защиты рухнули на землю с дырами в головах. Спустя несколько секунд среди дезориентированных дружинников князя Антипова возникли два человека в потрёпанном камуфляже. Один орудовал пылающими кинжалами, а второй парными мечами. Всего за два вдоха вся охрана на поверхности была безжалостно уничтожена. В отдалении слышался рёв приближающихся машин.

— Сокол, вход! — рыкнул один из мужчин и боец с двумя мечами разом выпустил в сторону убежища очередь острых, как метательные ножи, сосулек.

* * *

— Сокол, вход! — рявкнул добивший своего противника Ратай и я тут же ударил в указанном направлении веером льда.

Десяток смертоносных сосулек насквозь пробили стоявшего в проходе человека. Защитник базы, держа в руках несколько банок с тушёнкой, мгновение удивлённо смотрел на окровавленные дыры у себя в груди, а потом завалился назад.

— Гранату, — уходя в сторону, приказал я и Аршавин тут же закинул в дыру смертельный подарок. Оттуда послышался сдавленный вскрик, а потом грянул взрыв.

Пара наших вездеходов остановилась в нескольких метрах от нас. Из машин высыпали дружинники рода, которые тут же грамотно рассредоточились и взяли под контроль территорию базы.

— Надо вниз, Шатун, — произнёс я. — Пока они там сами всё не разворотили.

— Ежа, Полоз — ко входу, — тут же начал распределять людей Ратай. — Пичуга, страхуете на поверхности. Распредели людей на случай, если рядом ещё выходы есть. Сокол, дай линзу, я первый пойду.

— Готово, — создавая защитный слой из воды и толкая его внутрь убежища, ответил я.

Аршавин быстро прошёл вниз. Следом за ним пара вооружённых автоматами дружинников и только потом я. Чтобы немного облегчить задачу Шатуну, я в первом помещении взорвал барьер веером острых сосулек. На первом круге мне стали доступны более сложные манипуляции с аспектом воды и я использовал шанс обкатать их в настоящем бою.

Живых в первой комнате не оказалось. Граната Ратая в клочья разнесла единственного защитника подземной базы и мы сразу двинулись дальше. Я быстро собрал воду в плотную линзу и замер в центре комнаты.

— Чисто, — мельком заглянув в ближайшую комнату, произнёс Полоз.

— Чисто, — с другой стороны доложил Ежа. — Но тут что-то странное. Вроде стены железной.

Мы проверили все помещения, убедившись, что врагов не осталось и собрались у найденного Ежей препятствия. За ним я ощущал пятерых живых людей, но очень смутно. Словно они находились под прикрытием мощного маскирующего поля. На стене виднелись лотки разной формы, а чуть дальше находилась запертая дверь.

— Ох и потрудились они, чтобы в аномалии бункер организовать… — удивлённо присвистнул Аршавин. — Как выковыривать будем, Сокол?

Ответить я не успел. Два самых больших лотка открылись одновременно и я, даже не посмотрев что в них находится, мгновенно накрыл оба приёмника водяным щитом. Плотность жидкости увеличил до максимума, безжалостно вкачивая в неё ману из накопителя и только это нас спасло.

Чудовищной силы взрыв в клочья разнёс металлическую стену. Созданные мной силовые капсулы направили энергию удара в сторону запертого помещения и металл оказался в разы слабее установленной мной защиты. Две огромные дыры в стене заполнились дымом и гарью, а я пытался прийти в себя. Взрыв в замкнутом пространстве оказался крайне неприятной штукой. Однако, людям Антипова на другой стороне повезло значительно меньше.

— Докиньте гранат, — приказал Ратай. Аршавин не хотел рисковать, но меня такой вариант не устраивал.

— Нет! — успел произнести я. — Живых там не осталось. Ждём.

Через несколько минут дым немного рассеялся и стала видна часть пространства за стеной. На полу лежали люди в обычном камуфляже, но интересовали меня не они. Взрыв практически уничтожил ближнюю часть помещения, но там находились только ящики для частей монстров. Весь пол залило кровью, которая хранилась в разнокалиберных стеклянных емкостях.

— Проверьте, — дождавшись моего кивка, приказал Ратай и оба дружинника медленно двинулись к дырам в железной стене.

— Пять трупов, Шатун, — послышался из соседнего помещения голос Полоза. — И куча требухи аномальных зверей. Дальше дверь в следующее помещение. Сейчас глянем что там.

Аршавин быстро посмотрел на меня и я снова кивнул. В закрытой части базы Антипова работало пять человек и ни один из них не был воином. Магами эти люди тоже не были, а значит суть их работы могла быть только одна — исследования.

Что именно изучали в аномальной зоне люди соседа догадаться было не так трудно. Свойства изменённых зверей и растений, их взаимодействие и особенности. Однако, почему Антипов решил пойти на такой чудовищный риск я пока так и не понял. Что мешало соседу устроить такую же точно базу на границе своих владений? Доставить туда материалы было значительно проще, а вопросов такие вещи давно ни у кого не вызывали.

— Нужно всё обыскать, — заходя в помещение лаборатории и осматриваясь, произнёс я. — Если повезёт, то найдём документы и записи. Техника здесь не работает, а без записей какую-то серьёзную работу провести нереально. Со вторым помещением осторожнее. Есть там что-то странное. Я сам посмотрю.

— Что за угроза, ваша светлость? — тут же нахмурился Аршавин. — Может я?

— Не знаю, Шатун, — покачал головой я. — Странное что-то. Не живое, но и не мёртвое. Может ловушка какая-то магическая или артефакт сложный. Нужно самому посмотреть.

Я направился к запертой двери в дальнем конце помещения, но по пути остановился возле Ежи. Дружинник вытащил из-под рабочего стола здоровенный ящик и осторожно сдвинул крышку. Внутри лежали сотни заготовок для амулетов. Похожие носили теперь мои дружинники. В целом, ничего необычного в содержимом ящиков не было. Кроме материала.

Каждая металлическая заготовка была снабжена небольшим мутным камнем. Точно такой же был в артефакте, который я забрал из ячейки в Имперском банке. А это сразу поднимало стоимость безделушек до заоблачных высот. Любой артефакт, способный удержать в себе Эфир, в Российской Империи ценился значительно выше золота.

— Если мобильники ещё работают, снимайте всё на камеры, — произнёс я. — Постарайтесь загрузить в вездеходы вообще всё, что найдёте на этой базе. Начинайте с этого помещения. Ратай — ты со мной.

Мы остановились у двери в соседнее помещение и я некоторое время прислушивался к своим ощущениям. Что-то похожее я испытывал, когда находился рядом с семикрылым. Только здесь потоки энергии были откровенно грязными и пропитанными кровью. Коротко взглянув на Аршавина, толкнул дверь и вошёл внутрь. Шатун зашёл следом за мной и замер в шаге позади. Пару мгновений мы молча рассматривали открывшуюся картину, а потом я произнёс:

— Об этом никто не должен узнать, Шатун. Вообще никто.

Глава 15

Аршавин, без лишних слов, закрыл за собой дверь и только после этого вопросительно посмотрел на меня. Мы оказались в небольшой комнате, заставленной странного вида оборудованием. На столе у дальней стены в ряд стояли пять крупных стеклянных ёмкостей с внутренними органами аномальных зверей. Пылающее прямо в жидкости сердце, покрытая льдом уродливая лапа, здоровый кусок грязи, по форме похожий на печень и ещё две, которые только дополняли картину. В одной плавал светящийся ошмёток какого-то рога, а в другой — иногда проявлялся лоскут полупрозрачной кожи. Все части принадлежали высокоранговым зверям.

Даже без дополнительных пояснений и записей местных обитателей, сразу становилось понятно, что в емкостях находились пять разных аспектов. Все колбы были объединены в одну систему. Длинные трубки из явно органического материала сходились над небольшой рабочей поверхностью, где лежала одна из заготовок для амулета. В этот момент у меня возникло очень много вопросов к Геннадию Алексеевичу Сидаку, потому что схема была до боли похожа на ту, которую я видел в тетради прежнего главы рода Разумовских.

Каков шанс, что в нескольких местах практически одновременно начали изучать энергию, о существовании которой никто не задумывался последние несколько тысячелетий? Каков шанс, что люди Антипова сами догадались что и в каком порядке нужно смешивать, чтобы добраться до основы простого Эфира? Это мне было понятно, что до полноценного Эфира этим поделкам было бесконечно далеко. Но для любого мага Российской Империи изобретение Антипова могло стать настоящим прорывом в магической науке. А ещё оно могло существенно покачнуть баланс сил в Империи, если подобные штуки массово выйдут на рынок.

Баланс, которого так долго добивались Императоры династии Романовых, будет уничтожен практически полностью. Ни одного представителя древних фамилий не остановят данные ими клятвы, когда станет ясно, что трон покачнулся. А Император просто не сможет убить всех. Даже ему для этого потребуется чудовищное количество сил. И времени. А ещё кто-то может попытаться опередить события и убрать правителя до того, как он доберётся до заветной Книги…

— Чушь… — тряхнув головой, чтобы отогнать неприятные мысли, прошептал я. — Никто на это не решится.

— Что-что, ваша светлость? — подался вперёд Аршавин.

— Ничего, — ответил я. Говорить о своих предположениях Ратаю я не собирался. Никаких доказательств, кроме странной лаборатории в аномальной зоне, у меня всё равно не было. А Алексей Андреевич вполне мог от обитателей этого места откреститься задним числом. К сожалению, живым взять никого из персонала этого убежища нам не удалось, а все записи так и останутся обычными бумажками. Да и достижения местных изобретателей, если присмотреться внимательнее, были не такими уж выдающимися. — Просто задумался, Шатун. Понять не могу, чем занимались тут люди Антипова.

— Может, это поможет? — указав на толстый журнал, лежавший рядом с местом зарядки артефактов, произнёс Ратай. Аршавин прошёлся по помещению, заглядывая в каждую щель, и снова вернулся ко мне. — Я пойду тогда к парням, ваша светлость. Если моя помощь тут не нужна.

— Иди, — кивнул я. — Забирайте всё, что можно забрать. Дома будем разбираться. Я тут пока побуду. Может получится найти что-то ещё интересное.

Шатун кивнул и вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Я некоторое время смотрел на емкости на столе, а потом положил на прежнее место журнал и принялся осматривать конструкцию более внимательно.

Маги Империи знали о настоящем Эфире только из древних легенд и по осколкам прошлого, которые докатились до них сквозь время. Я как-то нашёл в сети несколько статей, где описывалось открытие учёных из Австрийской Империи, связанное с одним таким артефактом. Судя по описанию, археологи нашли что-то из оружия ближнего круга моих сородичей. Вот только первая же попытка использовать находку едва не закончилась катастрофой. Так это было на самом деле или нет — сказать невозможно. Но интерес к таинственной энергии древних магов не утихал. Возможно и сейчас кто-то в Имперских лабораториях работал над этим вопросом.

Все трубки были пронумерованы и порядок активации вопросов не вызывал. Уже на этом этапе я видел ряд ошибок, которые могли испортить весь эксперимент. А когда первые потоки аспекта Огня коснулись заготовки, понял, что все мои опасения небезосновательны. Вся собранная людьми Антипова конструкция могла функционировать исключительно в аномальной зоне. Только здесь магический фон был достаточно мощным, чтобы имел смысл такой варварский метод заряда. Всё стало на свои места.

Скорее всего, Алексей Андреевич создавал уникальные артефакты для избранного круга лиц, которые потенциально могли легко заткнуть за пояс все лучшие изобретения торгового дома Воронцовых. Прибыль от подобных операция даже представить себе было сложно. Однако, я был уверен, что в одиночку Алексей Андреевич подобное мероприятие точно не потянет. Для этого мало было обладать влиянием и капиталом. Нужно иметь достаточно сильных покровителей, которые прикроют тебя от любой угрозы. А рассчитаться с ними можно было теми же артефактами. Нужно будет проверить, что ещё есть на базе, кроме амулетов.

Вот только схожесть выстроенной схемы с наработками моего отца никак не отпускала. Гибель главы рода я связывал именно с его попыткой нащупать дорожку к Эфиру. И как только он увидел направление, весь род практически уничтожили. До этого момента я был уверен, что где-то наверху очень не хотят, чтобы подобная энергия стала доступна большому количеству людей. А теперь уже просто не знал, что думать.

Достав практически разряженный телефон, начал снимать всё, что могло представлять интерес. Емкости, трубки, столы и запасы ингредиентов, лежавший в специальных банках под столами… Каждое фото имело смысл, но вряд ли могло стать предметом расследования или уликой. Скорее это был такой актив, который мог пригодиться в определённой ситуации.

По сути, что-то предъявить соседу я не мог. База располагалась почти в центре моих текущих владений. Учитывая недавнюю активность контрабандистов в этих местах, доказать причастность Антипова будет крайне сложно. Из плюсов был только тот момент, что Геннадий Алексеевич прямо мне сказал, что знает о существовании этого места. Однако, выдать банкиру весь расклад по экспериментам местных обитателей я просто не мог. По многим причинам.

И непонятный статус банковского работника был только одной из них. На чьей стороне находится Сидак понять было невозможно. Такие люди всегда преследуют исключительно свои цели. Учитывая, что Геннадий Алексеевич не был дворянином, он вполне мог состоять в самых разных структурах, о которых даже среди аристократов ходили только смутные слухи. Вроде Ордена Хранителей Книги.

Это общество, по слухам, занималось контролем благородных семейств и подчинялось только самому Императору. Туда набирали исключительно одарённых простолюдинов. Причём воспитывали их с самого рождения. Тогда был смысл прямо выдать всю полученную информацию банкиру. Или нет. Потому что подобных структур в Империи хватало и я даже близко не мог представить, где окажется уже через час выданная мной информация.

Сам я вывезти ситуацию мог. Теоретически и с большим трудом. Но стоит ли игра свеч пока понимания не было. Нужно будет поискать информацию по этому поводу и переговорить с графом Калининым. Вряд ли кто-то ещё лучше него разбирается в ситуации на рынке артефактов.

От размышлений меня отвлёк деликатный стук в дверь.

— Почти закончили, Ярослав Константинович. — сообщил заглянувший Ратай. — Пожитки местных брать не стали, а всё остальное почти погрузили. Отсюда что-то брать будем?

— Да, — поднимаясь со стула и забирая с собой журнал, ответил я. — Всё что есть забирайте и уходим. А то досидимся до следующего отряда соседей.

— Не досидимся, ваша светлость, — уверенно ответил Аршавин. — Мы в вещах командира базы несколько писем князя Антипова нашли. Они связь гонцами держали. В аномалии по-другому никак. Раз в неделю приезжал отряд с указаниями. Раз в две недели менялся персонал лагеря. Алексей Андреевич следил, чтобы никто мутировать не начал. Последний раз вчера гонец был. Привёз распоряжение убрать дозорных на земле Разумовских и направить на нашу территорию всех чудовищ, которых получится найти.

Шатун всеми силами старался сохранить невозмутимое лицо, но получалось у него неважно. То и дело за маской безразличия проглядывала такая лютая ненависть, что даже мне становилось неуютно. Аршавин ненавидел соседа всем сердцем, а ненависть всегда была плохим советчиком.

— Письма подписаны? — тут же уточнил я.

— К сожалению, нет, ваша светлость, — покачал головой Аршавин. — Обычные листы с печатным текстом. Ни печатей, ни подписей, да и указаний на личность отправителя никаких нет. Только перечень приказов.

— Понял, — задумчиво ответил я. — Бумаги мне отдай. Почитаю на досуге.

Мы вышли на поверхность и я удивлённо уставился на наши вездеходы. Вернее, на то, во что они превратились. Дружинники чётко выполнили мой приказ и забрали из подземного убежища вообще всё, что могло представлять хоть какую-то ценность. Обе машины превратились то ли в филиал барахолки, то ли в караван беженцев. Даже на крыше возвышались ряды коробок, ящиков и чёрт знает чего ещё. Хорошо ещё, что ехать нам со всем этим не так уж далеко.

Рачительный командир моей ближней дружины до отказа забил даже салоны вездеходов. В итоге, всем членам отряда, кроме водителей, пришлось идти пешком. Но так было даже лучше. Можно было вблизи посмотреть на все особенности аномальной зоны, описания которых бродили по сети.

За время короткого марша до границы моих владений, я успел увидеть нескольких аномальных зверей в их естественной среде обитания. В обычном лесу те же земляные буйволы смотрелись крайне странно, но здесь всё было иначе. И когда такой зверь пытался сбежать от пробудившегося кустарника, ни у кого не возникло и тени удивления. Растения в этой части зоны росли почти обычные. С той лишь разницей, что энергии аспектов жизни и земли в них было значительно больше. Из такого сырья делали очень интересные вещи на различных фабриках по всей Империи. Вот только массово добывать лес в аномалии было запрещено. Потому что зона реагировала на такие вещи крайне негативно.

Как только прошли границу, разом ожили все мобильники членов отряда. Послышались звонки и сигналы о пропущенных сообщениях. Ратай зло посмотрел на своих подчинённых, но у него из нагрудного кармана тоже раздался звонок. Я не оказался исключением и, глянув на экран, увидел сообщение от Насти:

«Перезвони сразу, как увидишь это сообщение. Жду.»

В этот момент экран погас. Мобильник выполнил свой долг и окончательно умер. Сразу перезвонить сестре не получилось, но это могло подождать ещё пару минут. Глядя на сосредоточенное лицо Аршавина, у меня появились очень нехорошие предчувствия по поводу его разговора.

— Сколько? — хмуро спросил Ратай. Что ему ответили я не слышал, но следующая фраза расставила всё на свои места. — Если всего пятеро, то везите их к Старковским. Это ближе, чем до Твери. И там есть толковый лекарь. У него кабинет недалеко от строительного рынка. Сколько? Хорошо. Тогда отпишись, как только доберётесь до места.

— Что там? — поняв, что Аршавин разговаривал с кем-то из отрядов охотников, спросил я.

— Троих зверей уничтожили, ваша светлость, — ответил Ратай. — Пламенный Олень сжёг один из пикапов. Пострадал водитель и один из бойцов, но оба живы. Хорошо, что ребята догадались швырнуть в зверя водянок. Парни достали их из тех капканов, до которых мы не добрались.

— А остальные? — задал следующий вопрос я.

— Пара каменных волков, — нехотя ответил Шатун. — Хреновый расклад для новобранцев. Твари очень прочные и почти не поддаются обычному оружию. Раскатали их машинами, но тоже не без потерь. Двоих погрызли серьезно. Одни тяжёлый. Сейчас все группы стягиваются к месту обнаружения последнего зверя. Там ленты земляные, ваша светлость. Дружинники без вашей помощи не вывезут. Только погибнут зря.

— Далеко? — прикидывая запасы оставшейся маны, только и спросил я. У меня оставалось ещё две сферы в накопителе, но этого вполне могло хватить, чтобы остановить на некоторое время зверя третьего ранга.

— Пять километров к западу, — тут же ответил Аршавин. — За нами уже выслали машину. Вездеходы в имение отправим. Территорию владения уже прочесали практически полностью, поэтому неожиданностей не будет. Но стоит поторопиться — ленты уверенно двигаются к Себыкино. Если задержимся, то дружина начнёт атаку без нас. Будут трупы, ваша светлость. Однозначно.

— Тогда выдвигаемся навстречу машине, — приказал я. — Веди, Шатун.

Земляные ленты были крайне необычной разновидностью аномальных тварей. Чем они были до трансформации никто так и не смог понять. Однако, большинство источников сходилось во мнении, что с этой тварью лучше не связываться. По той же причине, даже мёртвые эти звери стоили больших денег.

Состоявшее из множества широких коричневых лент существо передвигалось под землёй или вдоль самой поверхности. Главной проблемой при встрече с таким зверем становилась его грандиозная скорость роста. Каждая отдельная лента обладала своей пастью с набором острейших зубов. И атаковал монстр вообще всё живое. Хватало всего одного укуса, чтобы запустить процесс заражения жертвы. Если ей становился человек, то через некоторое время, пожрав носителя изнутри, на свет появлялось три дополнительных ленты, которые присоединялись к основной массе.

Когда подобная тварь добиралась до обжитых территорий, то могла за несколько часов уничтожить целый посёлок. В первом круге обороны эти монстры появлялись крайне редко только потому, что им для жизни требовался очень насыщенный магический фон. А если его не было, то чудовище непрерывно мучил жуткий голод. Вот только утолить его обильной едой тварь не могла.

Отряд сорвался с места. Мы бежали на запад, а Ратай по пути связался с водителем машины и корректировал его маршрут. Я быстро накидал в голове возможные варианты развития ситуации и свои возможности. Сделать я мог не так уж много, но при поддержке дружины справиться с поставленной задачей мы могли.

— К монстру подходите только после меня, — произнёс я, когда впереди показался едва живой пикап. У меня сложилось впечатление, что пешком мы бы добрались быстрее. — Используйте только стрелковое оружие. Патронов не жалеть, потому что долго я его удержать не смогу. У меня две сферы всего осталось. Сколько уже сожрала тварь?

— Из того, что видели загонщики, пара оленей и один кабан, — быстро ответил Аршавин. — Где-то полтора десятка лент получается, Сокол. И может под землёй ещё есть пара. Они обычно рядом с главным телом находятся до последнего.

— Кинжалы, — протягивая руку, приказал я и Аршавин тут же отдал мне артефактное оружие.

Водитель пикапа начал разворачивать машину ещё до того, как мы до него добежали. На борт успели запрыгнуть четверо дружинников и мы с Ратаем. Остальные быстро отстали, но сейчас количество бойцов не имело особого значения. Скорее наоборот. Если земляные ленты смогу до кого-то добраться, то станет значительно сложнее их убить.

— Через пять минут будем на месте, — через небольшое окошко крикнул нам водитель. — Мы близко не подходим. Тварь прёт на Себыкино, словно там маяк стоит. Наши в посёлке уже готовятся к обороне.

— Отлично, — кивнул я.

В кармане Аршавина снова ожил мобильник. Ратай раздражённо достал телефон и посмотрел на экран. Его лицо неожиданно изменилось и он принял звонок.

— Слушаю, Анастасия Константиновна, — произнёс Шатун. — Да. Да, здесь. Рядом. Сейчас.

— Привет, Насть, — забрав трубку у Ратая, произнёс я.

— Твой номер не отвечает, — сухо произнесла Настя. — Что у вас там происходит, Яр?

— Много всякого, — всматриваясь в лес перед машиной, ответил я. — Чуть затянулась проверка ловушек. Ну а про остальное тебе, наверное, ребята Николая Петровича уже рассказали.

— Только в общих чертах, — явно намекая, что этого недостаточно, произнесла девушка.

— Ты по этому поводу мне писала? — уточнил я.

— Минута до места! — выкрикнул водитель. Мы пронеслись мимо цепочки дружинников и вылетели на разбитую дорогу. Впереди над землёй стелились широкие коричневые ленты чудовища третьего ранга.

— Нет! — неожиданно резко ответила девушка. — Я писала тебе по поводу письма отца, которое мы забрали в банке. Когда ты планировал мне рассказать? Ты же знаешь, что подобные вещи для меня очень важны, Яр. Мы же семья!

— Мы обсудим это, когда я вернусь в имение, — коротко ответил я и отключил звонок. Водитель ударил по тормозам и я, используя инерцию движения, бросил тело через кабину пикапа и ещё в полёте потянулся к Источнику.

Глава 16

Приближение нашей машины остановило равномерное движение аномальной твари. Как только в зоне чувств чудовища появилась живая добыча, все ленты разом замерли. Всего на мгновение, но для меня этого оказалось достаточно.

Монстры аспекта Земли отличались своей устойчивостью к другим видам магии. Особенно это было заметно по каменным волкам и прочим сильно укреплённым тварям. Однако, земляные ленты сильно отличались в этом плане. У них не было прочной брони. Вместо этого зверь обладал чудовищной для этого аспекта скоростью.

Мы атаковали одновременно. Ограничения первого круга не позволяли мне атаковать по большой площади. Я и так использовал слишком сложные заклинания во время атаки базы Антипова. Никто из первокурсников академии даже не задумывался о том, чтобы создавать заклинания с несколькими точками фокуса. Для меня это было нормой, но в текущих условиях требовало максимальной концентрации. И тем более сейчас, когда любая ошибка могла обернуться мучительной смертью.

— Воды! — выкрикнул я и ожидавший в машине Ратай тут же швырнул мне под ноги открытую серебряную флягу.

На полтора десятка лент я создал столько же ледяных снарядов. Использовать трюк, которым я недавно поймал Шустрика, смысла не было. Мой текущий противник легко использовал части своего тела, чтобы по ним добраться до желанной жертвы. Даже полная заморозка большей части тела чудовища помочь не могла.

Поэтому я поступил иначе. Ледяные иглы, больше напоминающие железнодорожные костыли, прибили все до одной ленты к земле и я тут же влил в заклинание полную сферу маны из накопителя. К телу монстра устремился поток воды из артефактной фляги. Вокруг мест попадания сосулек мгновенно наросли толстые ледяные глыбы, блокируя самые опасные части тела противника. Ещё секунда и я перешёл к завершающей фазе трёхсоставного заклинания.

По связующим нитям устремилась к цели энергия аспекта огня. Теперь у меня не было нужды избегать использования второй части своего дара. Последняя сфера разума ушла на то, чтобы создать внутри ледяных глыб филиал ада. Внутри сначала закипела и выпарилась вода, затем проснулось неистовое пламя. Живые ленты мучительно задёргались от невыносимой боли. Под основной массой бьющихся в судорогах лент вспухла земля и над поверхностью показалось главное тело монстра.

— Огонь! — выжимая досуха Источник, рявкнул я. Остатки маны ушли на контроль водяного покрова которым я сковал основную часть противника. Сзади ударил дружный залп автоматов. До пикапа успели добраться загонщики чудовища и тут же присоединились к общей атаке.

Я, наблюдая за бьющимся на земле монстром, медленно отошёл обратно к пикапу и тяжело опустился на землю. Сил стоять просто не осталось. Даже если бы сейчас из земли вылезла ещё одна лента, я бы так и остался сидеть на месте. И это было очень плохо.

Нужно было что-то делать с запасами маны. Пустой Источник мгновенно сказывался на общем состоянии мага. А пустой маг — мёртвый маг. Для людей этот закон оставался верным на протяжении тысячелетий.

— Уберите князя за линию атаки! — рявкнул откуда-то сверху Аршавин. — Сосредоточить огонь на передней части тела твари. Бейте по отросткам, чтобы они не превратились в новые ленты!

Ратай, подавая пример подчинённым, короткими очередями лупил по условной «голове» твари. Меня кто-то схватил за плечи и утащил подальше от места боя. Водяной барьер исчерпал себя и разлился по земле грязной лужей. Чудовище дёрнулось ещё пару раз и окончательно замерло.

— К лентам не подходить! — рычал где-то в отдалении Аршавин. — Дождёмся пока Сокол в себя чуть придёт, чтобы подтвердил смерть монстра. Бошки лент не трогать никому! Пока лёд сам не сойдёт. Даже если тварь сдохла, заразить всё равно может любого из вас. Просто держите ее на мушке и не жалейте патронов, если вдруг дернется хоть кусочек!

Стрельба прекратилась. В воздухе стоял мощный запах пороха, который перебивал даже вонь дохлой твари. Я сосредоточенно дышал, пытаясь влить в источник хотя бы несколько крошек свободной маны. Нужно было избавиться от слабости, чтобы нормально вернуться в поместье.

— Ваша светлость, тело твари в оцеплении, — доложил появившийся рядом со мной Ратай. — Признаков жизни нет, но нам бы убедиться…

— Можно паковать, — устало ответил я. Дружинники не жалели патронов и превратили чудовище в решето. Земляные ленты умели очень быстро размножаться в телах своих жертв, но при этом обладали очень слабой регенерацией. Им проще было скинуть умирающий отросток, чем тратить ресурсы главного тела на его восстановление. — Пасти трогать не стоит. Я постарался их обезвредить, но мало ли что. Сожгите их к чертям собачьим.

Я тяжело дышал, в глазах постепенно прояснялось, я медленно восстанавливался, пытаясь унять бушующую в теле ярость. Слабый! Слишком слабый еще! Пусть для местных магов я уже представляю собой что-то невероятное. Нужно быстрее восстанавливаться. Одними навыками и знаниями не обойдусь.

— Спасибо, Ярослав Константинович, — ответил Ратай и ушёл. Прийти в себя получилось достаточно быстро. После принятия второго имени, скорость восполнения маны стала значительно выше. Ещё недостаточно, чтобы долго продолжать бой, но мне вполне хватило, чтобы самостоятельно встать.

И первое, что я увидел, это лица своих дружинников. Новичков и ветеранов, которые украдкой смотрели в мою сторону, словно пытались что-то для себя понять. Чуть дальше руководил упаковкой мёртвого монстра Аршавин. Шатун старательно выдавал указания всем вокруг, чтобы занять людей делом и отвлечь от лишних мыслей. А мыслей этих оказалось удивительно много.

Резко пахнуло бензином, когда дружинники залили зубастые пасти лент напалмом с безопасного расстояние. Мгновение и полыхнуло жаркое пламя, а в небо устремились клубы густого черного дыма. Через несколько минут на земле остались лежать только безголовые отростки и похожее на решето главное тело чудовища.

— Возвращаемся в имение, ваша светлость, — подойдя ко мне, сообщил Ратай. — Я поведу, а тварь и ребят заберут другие машины. Они уже в пути.

— Отлично, — усаживаясь на переднее сиденье пикапа, ответил я. В кои-то веки у меня не возникло никакого желания ехать в кузове. Хотелось просто расслабиться после бурного дня, а ещё лучше — подремать. Но отдохнуть в тишине не получилось.

Аршавин сел за руль. Пикап развернулся и двинулся в сторону дома. Ратая хватило всего на пару минут.

— Так нельзя, ваша светлость, — хмуро произнёс Шатун. — По крайней мере, пока мы не убедимся в надёжности новобранцев. То, что вы делаете… Это невозможно просто! Так не бывает! Не может едва пробудившийся маг в одиночку убить зверя третьего ранга. Да ещё земляных лент! Люди ведь не идиоты, Ярослав Константинович. Многие из них не раз видели в бою разных магов. И сильных, и не очень. А выступления студентов МАМИ вообще каждый год показывают!

— Ну, если смотреть на факты, то тварь я не убил, а только обездвижил, — прекрасно понимая что имеет в виду Аршавин, ответил я. — Убили её бойцы родовой дружины и это докажет любая экспертиза. Лёд сойдёт, а ожоги на пастях сгорели вместе с головами. Так обычно поступают, когда имеют дело с земляными лентами.

— Да я не об этом, ваша светлость! — в сердцах ударил по рулю Ратай. — Я знаю массу примеров, когда маги до второго круга, кроме обычного огненного шара и простого щита, вообще ничего сплести не могут. Да это ведь и есть базовые заклинания для получения звания адепта. А вы… Даже представить не могу, как вы это делаете! Кто вы такой, Ярослав Константинович?

— Глава рода Разумовских, — невозмутимо ответил я. — И делаю то, что должен. Иначе мой род исчезнет без следа. И вы, как никто другой, должны это понимать, Николай Петрович. Я выполняю свою работу, а вы выполняете свою. И в ваши обязанности входит обеспечение тайны всех операций, в которых участвует дружина рода и ваш князь. Или у вас есть сомнения в том, что кто-то из ваших людей сможет удержать язык за зубами?

— У меня нет сомнений, ваша светлость, — твёрдо ответил Аршавин. — Всё необходимое я сделаю. Но в будущем я очень прошу вас воздержаться от использования таких сложных заклинаний хотя бы до официального получения второго круга.

— Я учту вашу просьбу, Николай Петрович, — кивнул я. — Но и вы не забывайте, что у меня два аспекта и сила родового дара. Иногда бывает так, что последний мужчина в роду получает больше, чем все его предки. Некоторые считают это последним шансом угасающей фамилии. Считайте это официальной версией для своих подчинённых. Всем остальным о сегодняшних событиях знать не стоит. А вам…

— А мне нужно просто верить своему князю, — неожиданно успокоился Ратай и широко улыбнулся. — И тогда всё будет хорошо.

— Верно, Николай Петрович, — расслабленно откидываясь на спинку кресла, ответил я. — Всё будет просто отлично.

До самого поместья ехали в полной тишине. Я успел слегка задремать и очнулся из-за резкой остановки. Ещё даже время ужина не подошло, а у меня сложилось впечатление, что я не был дома целую вечность. Удивительно, как быстро это место я стал считать своим домом. Сюда хотелось возвращаться и просто наслаждаться жизнью. Несмотря на все сложности, которые мешали мне в новой жизни, я был откровенно рад тому, что оказался в этом месте и в это время.

— Яр!!! — едва я вышел из машины, из окна завизжала Нюша. Несмотря на то, что голос девочки доносился со второго этажа особняка, возле меня она оказалась с поразительной скоростью.

— Привет, сестрёнка, — с улыбкой обнимая младшую, произнёс я. — Что у тебя интересного было за сегодня?

— О-о-о… — многозначительно протянула девочка и на меня обрушился такой знакомый и родной уже поток информации, от которого очень быстро возникало желание куда-то сбежать или заткнуть себе уши. — А ещё я хотела поехать в гости к ребятам в Себыкино. Даже в одной из машин смогла спрятаться, но меня Антип нашёл и забрал домой. Скажи ему, что я тоже княжна и он не имеет права так делать! И Настя наругала… А я же заранее договаривалась!

— Обязательно скажу, — рассеянно гладя сестру по волосам, ответил я. — А где Настя?

— В кабинете, — немедленно ответила Нюша. — Она там с обеда сидит. А меня в комнате закрыли, чтобы я никуда не сбежала. Вместе с тётей Женей. А я и не собиралась! Просто слишком сильно в окно смотрела, пока тебя ждала. Зато я первая тебя увидела!

— Это я уже понял, — хмыкнул я. — Беги в дом и скажи тёте Жене, что я дико голоден и готов съесть весь дом.

— Нет! — тут же возмутилась младшая. — Нельзя есть дом! Он ведь некрасивый и мы ремонт ещё не сделали. Да и не вкусный наверное!

Последние слова я уже почти не слышал, потому что маленький ураган унёсся обратно в особняк. Аршавин обошёл пикап и остановился рядом со мной.

— Что с добычей, ваша светлость? — кивнув на припаркованные неподалёку вездеходы, спросил Ратай. — С этим и с тем, что за день в лесах собрали?

— Аномальных монстров и все ингредиенты с базы Антипова продать скупщикам, — ответил я. — По хорошему, надо озадачить Олега Дмитриевича первичной переработкой добычи, но сейчас нам нужны средства. Со следующей недели начинайте поставки в Себыкино. Пора загружать сортировочный комплекс. Начнём с перворанговых монстров, а потом видно будет. А ещё нужно количество капканов увеличить. Очень уж хорошо себя показали ваши изобретения, Николай Петрович.

— Тогда, если вы не против, я из добычи всё нужно заберу сразу, Ярослав Константинович, — предложил Аршавин. — Чтобы десять раз одно и то же не делать.

— Разумеется, — направляясь к дому, кивнул я. — Сам хотел предложить. Что с ранеными?

— Довезли, — коротко ответил Ратай. — В кабинет лекаря сразу прибыл представитель графа Старковского и пара его специалистов. Завтра все вернутся домой, кроме тяжёлого. Голубю дня три в гостях провести придётся.

— Хорошие новости, — кивнул я и враз погрустнел, припомнив кое-что. — Погибшие ребята. Похоронить их нужно достойно.

— Само-собой, ваша светлость, — немного удивленно посмотрел на меня Ратай. — Всё сделаем, не волнуйтесь.

— Где хоронить будете?

— Дык, около озера того, где иглобоя мы взяли, с другой стороны. Я говорил, что батюшка ваш хотел эти места облагородить. Базу отдыха сделать на одной стороне. А на противоположной стороне озера, там крутой бережок, так там дружину испокон веков хоронили. Места красивые, другам лежать спокойно там. Отец ваш парк хотел позже сделать, чтобы род героев своих знал, но не сложилось.

— Я хочу участвовать в похоронах.

Брови Ратая поползли еще выше.

— Да это как-то наше дело всегда было. Дружинное.

— То есть мне нельзя? — пристально посмотрел на Ратая я. Видимо, в моем взгляде было что-то такое, что мужчина отвел взгляд.

— Да нет такого запрета, Ярослав Константинович. Просто… Просто не княжеское это дело.

И тут я, внезапно, разозлился.

— А их дело, значит, пять лет на хлебе в воде перебиваться, а потом умереть за своего князя? А мне даже последнии почести отдать «негоже»? Так, Шатун?

— Зря вы так, Ярослав Константинович, — покачал головой Ратай. — Я же не со зла. Просто не принято это.

— Извини, Николай Петрович, — я глубоко вздохнул. Слабо еще тело, из-за истощения мозг затуманивается. — Семьи у ребят есть?

— У Белки жена и сын остались, — грустно кивнул Ратай.

— Понял, — я наметил себе обдумать ситуацию в ближайшее время. — Я учавствую.

Ратай кивнул, подчиняясь, уже без всяких эмоций, а я продолжил разговор по-делу.

— Продажу добычи на себя возьми, Шатун. Постарайся хорошую цену взять. В ближайшее время средства точно понадобятся.

— Разумеется, ваша светлость, — коротко кивнул Ратай. — А с накопителем что делать?

— Накопителем? — удивлённо посмотрел на собеседника я.

— На базе Антипова нашли большой накопитель маны. — ответил Аршавин. — На продажу его?

— Нет, — не раздумывая, произнёс я. — Самим пригодится. Большой?

Вместо ответа, Шатун показал руками примерный размер найденного артефакта и я довольно улыбнулся. Короткий выход в аномальную зону не только решил часть поставленных задач, но и оказался крайне выгодным.

В доме царила суета. Евгения, под чутким руководством Антипа, тащила на стол одно блюдо за другим, словно готовилась к приёму на два десятка человек. Нюша всячески старалась помочь, а Настя сидела за столом с потерянным видом.

— Привет, — усаживаясь рядом со старшей сестрой, произнёс я. — Чего такая хмурая?

— После ужина поговорим, — коротко ответила девушка. — Как у тебя день прошёл?

— Насыщенно, — усмехнулся я.

— Это видно, — кивнув на мою перепачканную и обгорелую во многих местах одежду, невесело усмехнулась Настя. — Что за паника вокруг Себыкино?

— Аномальный зверь третьего ранга прорвался через границу, — жадно осматривая стол и пытаясь решить с чего начать, ответил я. В итоге, выбрать так и не смог и схватился одной рукой за пирог, а второй потащил на свою тарелку кусок печёного мяса. — Еле успели вернуться, чтобы его остановить.

— Яр! — с осуждением посмотрев на меня, воскликнула Настя. — Ешь, как дикарь какой-то!

— Я тоже так хочу! — немедленно вмешалась Нюша и схватила рукой здоровенный кусок мяса. Потом оторвала от него здоровенный шмат и с набитым ртом добавила. — Как варвар!

— Юной княжне положено есть изящно и красиво, Анна Константиновна, — сухо произнёс Антип. — Только мужчины после тяжёлого похода могут позволить себе немного отступить от этикета.

— Но я хочу! — обоснованно возмутилась Нюша. — Ты просто ничего не понимаешь, Антип! Когда все девочки едят одинаково, все мальчики будут смотреть только на меня!

— И ведь не поспоришь! — рассмеялся я и взялся за приборы. — Но Антип прав, Нюша. Лучше следовать этикету, чтобы не смущать юных воздыхателей. А то вдруг они начнут бояться, что ты их покусаешь?

— Хм… — задумчиво промычала девочка и даже жевать перестала. — Такого я не хочу.

— Тогда берись за приборы и кушай, — вздохнула Настя и посмотрела на меня. — Ты уже поел?

Сестре явно не терпелось поговорить, но делать это при слугах и младшей сестре она не хотела. Я грустно осмотрел стол и те блюда, до которых ещё не успел добраться, а потом твёрдо кивнул. Правда, тётя Женя заметила мою печаль и тут же унеслась на кухню, чтобы собрать нам закуски. Даже говорить не пришлось, что их нужно принести в кабинет.

— Насколько всё плохо? — когда мы остались одни, первым делом спросила Настя.

— Мне кажется, что я уже слышал этот вопрос недавно, — улыбнулся я.

— Тогда ещё в наших владениях не было кучи высокоранговых зверей, — не поддержала мой тон Настя. — И все наши дружинники были живы.

— Такое случается, Насть, — разом помрачнел я. Уничтожение базы Антипова не меняло того факта, что наши дружинники погибли. Месть не могла вернуть жизни людей, но мы сделали всё, чтобы они покоились с миром. — И пока что я не могу гарантировать, что такого не произойдёт снова. Алексей Андреевич решил перейти к активным действиям и я оказался к этому не совсем готов. Думал, что расследование шестого отдела займёт всё его время и внимание.

— И он может повторить нападение? — прямо спросила девушка.

— Не так и не сейчас, — уверенно ответил я. — Скажем, он использовал сегодня козырь, о котором никто не знал. И теперь будет какое-то время ждать результатов. Мы отбили нападение и уничтожили всех аномальных зверей, которых погонщики Антипова отправили в наши владения. На этом пока что вопрос закрыт.

— Ты не можешь бесконечно отбиваться от нападок соседа, Яр, — тяжело произнесла Настя. — У нас с ним слишком разные позиции.

— Уже нет, — усмехнулся я. — Думаю, уже на следующей неделе ситуация сильно изменится. Что с письмом отца?

— А ты его не читал? — подняла брови сестра.

— Если ты не заметила, печать на конверте была целой, — хмыкнул я. — Просто не было на это времени. Мне стыдно такое говорить, но главе рода нужно заботиться о живых.

— Тогда понятно, — вздохнула Анастасия и подняла на меня взгляд. Глаза девушки наполнились слезами, но она сумела сдержать эмоции. — Значит ты рад будешь узнать, что письмо отца для живых и о живых.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился я. После бурного дня мне было сложно разгадывать загадки.

— Мама жива, — просто ответила Настя. — Наша мама жива, Яр.

Глава 17

Поверить в слова сестры было слишком сложно. К матери моего тела я не испытывал никаких чувств по нескольким причинам. Во-первых, княгиню Александру Григорьевну Разумовскую я никогда в этой жизни не видел. Знал о её существовании только со слов сестёр. В разуме погибшего княжича были только смутные воспоминания о статной женщине, которую он называл своей матушкой. Причём воспоминаний этих было исчезающе мало. А во-вторых, урождённая графиня Берёзова погибла ещё до начала всех событий, которые привели род Разумовских на грань вымирания.

Чтобы немного прийти в себя, достал из кармана телефон и поставил его на зарядку. Настя смотрела на меня в ожидании ответа, а я просто не знал, что ей сказать. Если её поддержать, то сестра вполне могла начать охоту за призраком. Куда она приведёт девушку предсказать невозможно. Если сразу отказаться от самой возможности подобного, то можно было сильно задеть чувства княжны.

— Этого не может быть, Насть, — спокойно и мягко произнёс я. — Мы оба знаем, что она погибла ещё за год до ареста отца. Ты была на похоронах. К тому же, если бы она была жива, то однозначно связалась с нами хотя бы раз за пять лет, что мы жили у баронессы Ключициной. Средств в наше время хватает. С тем же Аршавиным мы смогли наладить канал связи несмотря на слежку со стороны слуг Императора. А мы были всего лишь детьми.

— У неё наверняка были для этого серьезные причины, — убеждённо ответила девушка и я понял, что сейчас бесполезно с ней спорить. Даже мне требовалось время, чтобы осознать эту новость, а Настя наверняка уже успела выстроить у себя в голове целую теорию на этот счёт. — Отец не говорит об этом прямо, но такие намёки невозможно истолковать иначе! Он бы ни за что не стал так шутить. Тем более точно знал, что мы увидим его письмо только когда его самого уже не будет!

— Где оно? — со вздохом спросил я. Голова гудела от усталости и я уже смирился с мыслью, что сегодня никаких тренировок не будет. Нужно было хорошо отдохнуть, но разговор с сестрой спутал все планы.

Настя быстро поднялась и принесла со стола конверт. Я пару секунд рассматривал отпечаток фамильного перстня отца, а потом достал свёрнутый лист бумаги и принялся за чтение. Письмо было написано от руки. Почерк главы рода Разумовских можно было назвать безупречным. Я скользил глазами по тексту и всё больше хмурился.

На единственной странице Константин Разумовский умудрился уместить столько всего, что голова шла кругом. Сожаление от того, что не может сказать этого лично сквозило в каждой строчке. Внизу стояла дата, говорившая о том, что прежний глава рода прекрасно знал, что его ждёт. Письмо было написано спустя несколько месяцев после официальной смерти его супруги. А ещё через полгода князя арестовали в Москве. Если вспомнить дату подписания договора с Имперским банком, то картина становилась полной. Все документы и артефактная брошь были отправлены в ячейку на следующий день после составления этого письма.

Настя была права. Прямых указаний на то, что княгиня Разумовская жива, в тексте не было. Но даже мне было понятно, что треть текста направлена только на то, чтобы мы пришли к этому выводу. Особенно меня смутила одна фраза.

— Только тот, кто никогда не предаст, может знать все тайны поколений нашего рода, — задумчиво произнёс я. — Под молодой луной любые разговоры проще.

— Это подсказка! — воскликнула девушка. — Я долго думала и считаю, что нужно поговорить с Николаем Петровичем. Только он подходит под это описание. Он же целых пять лет боролся за наши владения. Ты поговоришь с ним? Или мне самой спросить?

— Не торопись, Насть, — покачал головой я. — Если всё действительно так, то нам однозначно не стоит сразу бросаться на поиски матери. Сейчас у нас нет ни ресурсов, ни возможностей для подобных поисков.

— Для обычного разговора с Ратаем нам не нужны никакие ресурсы, Яр! — горячо ответила Анастасия. — Я не понимаю, почему ты так реагируешь! Где твоя радость? Наша мать может быть живой! Отец же сам написал, что далеко не всё, что произошло за последние годы, стоит воспринимать за чистую монету. Ведь кроме той автокатастрофы вообще ничего не произошло с нашей семьёй!

— Возможно, — замедленно кивнул я. — Но торопиться мы не будем. Завтра я поговорю с Ратаем, а потом мы обсудим всё ещё раз. Договорились? А теперь прости, но мне нужно отдохнуть. День выдался богатым на события.

— Я понимаю, — кивнула Настя и поднялась из кресла. — Я буду ждать от тебя новостей, брат. Если всё действительно так и наша мама жива, то мы должны сделать всё возможное, чтобы вернуть её в нашу семью. Ведь теперь у нас есть ещё один живой родственник!

— Конечно, — тепло улыбнулся я. Настя пару секунд смотрела на меня, а потом вышла из кабинета и закрыла за собой дверь. А я устало развалился в кресле и тихо пробормотал. — А ещё у меня снова прибавилось проблем.

Неприятно было это признавать, но возвращение из небытия такой серьезной фигуры, как княгиня Разумовская, сразу поднимало множество вопросов. И с недоброжелателями рода, и внутри семьи. Сейчас о ситуации знали только мы двое и я надеялся, что так останется хотя бы в ближайшее время. Иначе велик был риск, что искать княгиню начнём не только мы. В том, что Александра Григорьевна станет мишенью для всех наших врагов у меня сомнений не было вообще. В любом другом случае у прежнего главы рода просто не было причин устраивать спектакль с автокатастрофой. Что это мне давало?

Первое же, что приходило на ум — княгиня была очень тесно связана с истинной причиной падения рода Разумовских. Настолько сильно, что отец решил убрать её из поля зрения своих врагов самым эффективным способом. И потратился он на это очень сильно.

Гибель представителя княжеского рода всегда вызывала массу вопросов. Нужно было не только подтвердить сам факт смерти, но и пройти муторную процедуру опознания. А потом ещё вычеркнуть имя погибшего из Книги. Делалось это без участия Императора, но всё равно дело было непростое.

Я снова взял в руки письмо и начал разбирать его слово за словом. Если бы прежний глава рода был уверен в надёжности банковской ячейки, то написал бы всё открытым текстом. Значит, сомнения у князя имелись, но контракт с Геннадием Алексеевич оказался самым надёжным из того, что ему было доступно на тот момент. При этом не стоит забывать, что род Разумовских, тогда, находился на пике своего влияния и богатства.

Минут сорок я потратил на изучение письма и только потом сумел осознать очевидный факт, на который до этого момента вообще не обращал внимания.

— Вот чёрт! — воскликнул я. — И куда смотрел до этого⁈ Часть наследия! Ну конечно!

Я быстро подошёл к рабочему столу и достал из ящика тетрадь с записями отца. Для меня настолько привычной была работа с Эфиром, что даже не догадался о том, что информация о работе прежнего главы рода была зашифрована. Мне ещё в прошлый раз показались странными очевидные ошибки и мутный порядок шагов в финальной части конденсации Эфира. А теперь я с уверенностью мог сказать, что эти ошибки были сделаны намеренно. И только то, что я отлично знал все нюансы работы с высшей энергией, позволило мне не обращать внимания на ошибки Разумовского-старшего. Я их просто пропускал, как глаз пропускает опечатки в интересной книге.

Единственной причиной, по которой отец мог потратить столько сил на инсценировку гибели своей жены, было её участие в его работе. И не просто участие, а самая сложная часть. Порывшись в памяти, вспомнил разговоры с Настей. Когда речь заходила о княгине, девушка всегда говорила, что ей хотелось бы проводить с матерью больше времени, пока она была жива. Но постоянные разъезды по делам рода не давали ей этого сделать. Александра Григорьевна проводила дома всего пару месяцев в году, а всё остальное время находилась или за границей, или на другом конце страны.

Чем могла так увлечённо заниматься княгиня? Что она так упорно искала всё это время? Я включил компьютер и открыл поисковик. В сети всегда было полно самой разной информации по любому вопросу. Имя Александры Разумовской выдало сразу несколько десятков ссылок. Магистр исторических наук. Несколько степеней по археологии. Десяток научных статей о принципах циркуляции маны в теле одарённого. Княгиня обладала незаурядным умом и полностью посвятила себя науке. При этом отношения с князем у них оставались просто замечательными. Настолько близкими, какие могут быть только у искренне преданных друг другу людей. И я был практически уверен в том, что родителей объединяли не только чувства, но и общая идея. Идея, часть которой находилась в тетради с исследованиями отца.

Я откинулся в кресле и некоторое время невидяще смотрел в пространство перед собой. Скорее всего, Настя была права. Мать была жива. Скорее всего, найти её будет очень сложно. Скорее всего, она действительно не имеет возможности с нами связаться. Пока это всё были лишь предположения и догадки, но в одном сомневаться не приходилось — как только кто-то узнает о настоящей судьбе Александры Григорьевны, начнётся большая охота за секретами прежнего главы рода Разумовских. И у меня был только один шанс на миллион, что я успею опередить своих врагов.

Глаза начали слипаться. Разум буксовал и в какой-то момент я понял, что обдумываю одни и те же мысли по кругу. Взяв в руки и включив телефон, хотел уже отключить на завтра будильник, но техника, словно живая, разразилась мелодией входящего звонка.

— Добрый вечер, Иван Николаевич, — увидев номер звонившего, произнёс я. Хотелось проигнорировать поздний звонок, но я сделал над собой усилие и принял вызов. Несколько минут уже погоды не сделают. А выспаться и завтра можно.

— Добрый вечер, Ярослав Константинович, — быстро произнёс Старковский. — Прошу прощения за поздний звонок, но я обязан был с вами связаться.

— У вас что-то случилось, ваша светлость? — озадаченно спросил я. — Требуется моя помощь?

— Разумеется случилось, Ярослав Константинович! — взволнованно ответил граф. — Только не у меня, а у вас. Как так вышло, что сразу пять ваших дружинников получили тяжёлые ранения? Простите, но я обязан был предложить вам помощь своих специалистов. Это мой соседский долг! Быть может, еще кто-то ещё из ваших людей ранен? Или вы сами? Я могу выслать к вам своих лекарей немедленно.

— Благодарю вас за беспокойство, Иван Николаевич, — улыбнулся я. Тревога соседа была объяснима. Учитывая размеры дружины моего рода, такие потери вполне могли обернуться для Старковского нападением аномальных тварей уже на его подданных. — У моих людей всё в порядке. Всех раненых сразу направили в ваши владения. Со мной тоже всё хорошо. Просто устал. День выдался очень насыщенным…

— Слава Богу! — явно не поняв мой намёк, горячо произнёс граф. — За последние пять лет ещё ни разу Николай Петрович не присылал к нам столько своих людей! Я уж было подумал, что на вас кто-то напал.

— Просто повышенная активность аномальных зверей, Иван Николаевич, — невозмутимо ответил я. — Возможно, что-то произошло в аномальной зоне, вот и вышли к нам несколько монстров. Завтра Николай Петрович привезёт к вам на продажу добытых зверей. Ему сразу к представителю Императора ехать или вам удалось решить вопрос с управляющим магазином?

— Можно в магазин, — моментально ответил Старковский. — Благодаря вам, Ярослав Константинович, мне удалось избежать огромных проблем с жандармами. Должен признать, от человека, который работал на меня больше десяти лет, я подобного предательства никак не ожидал. Только новый управляющий ещё не до конца освоился на новой должности и может где-то ошибиться. Я его, разумеется, предупрежу, но хотелось бы понимать о чём идёт речь… Судя по ранениям ваших людей, родовой дружине пришлось выдержать серьезный бой. Даже не представляю, с чем таким могли столкнутся воспитанники Николая Петровича, чтобы так пострадать.

— Мы просто оказались не готовы к такому большому количеству животных, ваша светлость, — невольно улыбнувшись и покачав головой, ответил я. Граф делал всё возможное, чтобы удержаться в рамках светской беседы и не совать нос в мои дела, но любопытство оказалось сильнее. И я решил удовлетворить интерес соседа. К тому же, это могло хорошо сказаться на репутации дружины и рода в целом. Мало кто захочет иметь дело с теми, кто не может защитить свои владения. — Николай Петрович завтра привезёт вам несколько троек на продажу.

— Троек? — так и не дождавшись продолжения, удивлённо спросил Старковский. — Я не ослышался, Ярослав Константинович?

— Не ослышались, Иван Николаевич, — усмехнулся я.

— И, позвольте полюбопытствовать, каких именно зверей вам удалось сегодня добыть, ваша светлость? — тут же спросил граф. — Насколько мне известно, вблизи ваших владений в основном появляются монстры аспекта воды, но я не могу с ходу представить себе, что у вас одновременно появилось несколько ледяных сов или водных росомах.

— В этот раз всё совсем не обычно, ваша светлость, — ответил я. — Я связываю это с каким-то выплеском в аномалии. Потому что ничем другим объяснить появление на моей земле животных пока не вышло. Началось всё с ураганного вепря. Животное удалось взять живым, но удержать его в физической форме не вышло и я принял решение его убить. Вместе с вепрем вам привезут пару каменных волков и пламенного оленя.

— Потрясающе! — восхищённо цокнул Старковский. Маловероятно, что его впечатлили сами трофеи. Скорее, граф был удивлён тем, что их добыла моя дружина. Причём всего за один день. — Это невероятно богатая добыча, Ярослав Константинович! Искренне вас поздравляю. Теперь всё встало на свои места. Просто, один из ваших раненых в бреду твердил, что нужно торопиться, пока земляные ленты не добрались до Себыкино. Вот я и забеспокоился. С таким противником сложно справиться даже опытным магам. Хорошо, что всё обошлось.

— Ленты вам тоже привезут, Иван Николаевич, — невозмутимо произнёс я. — И я рассчитываю на справедливую цену. Тварь оказалась достаточно крупной и успела нарастить полтора десятка лент. Ещё будет всякая мелочь и немного ингредиентов со складов сортировочного центра. Если в магазине средств будет недостаточно, то можно отправить оплату на счёт моего рода в Имперском банке.

— Вы, верно, шутите, Ярослав Константинович, — спустя нескольких секунд молчания, недоверчиво произнёс Старковский. — С таким зверем только команда опытных магов может справиться.

— Вы же сами говорили, что Николай Петрович хорошо обучает своих подчинённых, — весело ответил я. — Дружинники справились на отлично.

— В таком случае, я просто обязан переманить вашего Ратая к себе на службу, ваша светлость, — рассмеялся в ответ граф. — Если он сумел научить обычный дружинников сражаться против таких тварей, то я готов платить ему любые деньги. Пусть хотя бы курсы моим бездельникам проведёт. Я и на это согласен.

— Боюсь, в ближайшее время у Николая Петровича будет слишком много дел, ваша светлость, — ответил я. — Но я обязательно передам ему ваши слова.

— По такому случаю, я лично приеду в лавку скупщика, чтобы своими глазами взглянуть на ваши трофеи, Ярослав Константинович, — заявил граф. — Да и поздравить с такой впечатляющей победой Николая Петровича тоже лишним не будет. Ну это же надо! Земляную ленту добыл! Наверное, бой был просто невероятным…

— Можно и так сказать, — не вдаваясь в подробности, ответил я.

— Вот оно что… — проницательно воскликнул мой собеседник и весело продолжил. — Значит вы всё видели своими глазами, Ярослав Константинович? Что ж, это меняет буквально всё! Если вы не расскажете мне лично об этой невероятной охоте, то я навсегда стану вашим врагом! Жду вас завтра на торжественный обед в честь рода Разумовских. И отказа я не приму!

— Вот как? — невольно рассмеялся от напора старого графа я. Ехать никуда не хотелось, но потом я вдруг подумал… А почему бы и нет? Сколько можно носиться по лесам и решать проблемы рода? — Тогда вы не оставляете мне выбора, Иван Николаевич. Будем завтра у вас часам к трём.

— Вот и славно, ваша светлость, — довольным голосом ответил граф. — Заодно и внуки мои с княжной Анастасией Константиновной познакомятся. Всего хорошего, ваша светлость. Жду в гости. Уверен, смогу вас удивить не только изысканным столом, но и необычными развлечениями.

— Заинтриговали, ваша светлость, — улыбнулся я. — Всего хорошего.

Глава 18

Добравшись до своей комнаты, принял душ. Потом плотно закрыл окно и задёрнул шторы. Мысль о том, что трудолюбивые строители начнут свою созидательную деятельность с первыми лучами солнца немного беспокоила, но я сумел убедить себя, что буду спать вопреки всему. В крайнем случае, заткну уши или ещё что-то придумаю. С этими мыслями и уснул.

А проснулся с отчётливым ощущением разочарования в жизни и собственном теле. За окном было тихо. Со двора не доносилось ни звука. Коротко взглянув на экран телефона, понял, что тело восстановилось фантастически быстро. Будто я спал на громадном накопителе маны, да ещё и в точке фокуса родовой сети.

Тут же возникло желание завернуться в одеяло и заставить себя уснуть ещё часа на три. Но потом представил каким разбитым и раздражительным после этого буду и решительно поднялся с кровати. У любого человека есть свои внутренние часы и никогда не стоит их сбивать. Потом будет только хуже.

Холодный душ окончательно прогнал мысли о тёплой кровати. Спустившись вниз, обнаружил в гостиной Антипа. Слуга что-то протирал на полках, педантично проверяя результаты своей работы белым платком.

— Доброе утро, Антип, — произнёс я и старик удивительно быстро обернулся. Движение получилось очень плавным и каким-то хищно-кошачьим. Мне даже показалось, что в полумраке глаза слуги слегка светились. — Не спится?

— Я не так много сплю, ваша светлость, — тонко улыбнулся старик. — Да и полнолуние скоро. В такие дни приходится находить себе занятие на ранние часы. Что желаете на завтрак? Я сейчас разбужу Евгению…

— Пока не нужно, — остановил я слугу. — Прогуляюсь по территории поместья, чтобы хорошенько проснуться.

— Как прикажете, Ярослав Константинович, — поклонился Антип. — Раз появилась такая возможность, хотел вас заранее предупредить, что вынужден буду отлучиться на сутки из поместья.

— Сегодня? — уточнил я. Нюшу я с собой к Старковским брать не хотел и мне было спокойнее, когда древний слуга рода находился рядом с младшей. После меня, Антип был единственным, кто мог гарантированно остановить эту маленькую катастрофу.

— В ночь со среды на четверг, ваша светлость, — невозмутимо ответил старик. — Буду в имении с рассветом. Надеюсь, ночью мои услуги не понадобятся.

— И я надеюсь, — бодро ответил я и направился к выходу из дома. — Без проблем, Антип. Если нужно будет сопровождение или деньги — просто скажи.

— Благодарю за предложение, ваша светлость, — ответил Антип. — Однако, я привык справляться своими силами.

Я вышел на улицу и с удовольствием вдохнул прохладный воздух. Первые дни июня ещё радовали приятной погодой, но до летней жары, когда даже ночью хочется сидеть исключительно в холодной ванне, было уже недалеко.

В этот раз я решил действительно прогуляться. До сегодняшнего дня бесконечная спешка не оставляла времени на простые человеческие радости. Легкий ветерок принёс аромат свежих досок и я чуть скорректировал направление.

Строители не теряли времени и работали не покладая рук. Настя грамотно продумала план восстановления казармы и до завершения строительства оставалось совсем немного. Вместо того, чтобы поднимать старые стены из массивного камня, рабочие использовали пеноблок. Лёгкий и простой материал позволил всего за пару дней поднять стены на старом фундаменте. Даже каркас крыши уже собрали. Новенькие доски желтели в утреннем сумраке, создавая приятное впечатление. Смотрелись они гораздо лучше, чем руины, которые находились на этом месте меньше недели назад.

Здание было рассчитано на проживание шести десятков бойцов. Всего таких строений на территории имения было три. Для самой близкой охраны и лучших воинов рода. Основная масса дружинников проживала в Себыкино и трех других посёлках, находившихся во владениях Разумовских. Правда, два из них пять лет назад перешли под контроль соседа и я вообще не представлял, что там происходит. Но вряд ли ситуация хуже, чем в Себыкино.

Забравшись в самый дальний угол заросшего сада, снял обувь и минут двадцать гулял по росе. Босые ноги приятно щекотала мокрая трава. Из леса слышалась перекличка просыпающихся птиц и далёкий шум трассы. Даже в нашей глуши невозможно было забыть о цивилизации.

В какой-то момент понял, что одной прогулки для меня мало. Тело требовало движения и я не видел причин сопротивляться. Тем более, первая сфера уже была готова и я наконец мог не просто изображать атаки, а действительно использовать ману во время тренировки. Судя по скорости наполнения Источника, ситуация с семикрылым дала мне даже больше, чем я думал изначально.

Несколько глубоких вдохов. Шаг. Прямой удар раскрытой ладонью и воздух передо мной взрывается искрами огня. Поворот. Ныряю в сторону. Аспект Воды сменяет Огонь и над предплечьем на секунду возникает тонкая голубая плёнка. Шаг. Поворот. Удар. Шаг…

Мана плавно вытекала из тела. Аспекты сменяли друг друга и я отчётливо понимал, что атаки сейчас слабее защиты. Для равномерной циркуляции энергии требовалось завершение первой сферы разума до задуманной формы. Для этого требовалось время и ещё одна охота. Или несколько.

Шаг. Удар. Уклонение…

Но сегодня я этим точно заниматься не буду. Развитие не могло быть гармоничным и равномерным без правильного отдыха. Постоянная спешка могла временно повысить результаты, но в дальней перспективе всё равно будет откат. И его сила полностью зависела от того, как много адепт взял в долг.

Блок. Контрудар. Кувырок. Удар…

— Всем бы такое упорство, ваша светлость, — неожиданно прозвучал из-за живой изгороди голос Аршавина. — А я думал, что первый сегодня проснулся.

— Даже я не был первым, Николай Петрович, — развернувшись к Ратаю, весело ответил я. Аршавин стоял всего в нескольких метрах от меня за пышным кустом сирени. Я настолько увлёкся тренировкой, что перестал следить за пространством вокруг. С одной стороны, это говорило о том, что разминка прошла отлично. Но так можно было расслабляться только дома, да и то не всегда. — Есть у нас в имении настоящие жаворонки.

— Антип? — подходя ближе, понятливо улыбнулся Ратай. — Древний вообще почти не спит. А сейчас тем более. Наверное, скоро опять на прогулку отправится.

— Прогулку? — поднял бровь я. — Он мне сказал, что ему надо будет отлучиться в ночь со среды на четверг. Хотел вас попросить, чтобы предоставили Антипу сопровождение и транспорт, Николай Петрович.

— Пробовал уже, ваша светлость, — хмыкнул в ответ Аршавин. — Не надо ему ничего. Людей рядом в полнолуние старик не терпит, а машина ему вообще не нужна. Своим ходом передвигается.

— До Твери дорога не близкая, — озадаченно ответил я. — Да и до Старковских идти далековато. Или куда он уходит?

— А этого не знает никто, — пожал плечами Ратай. — Просто уходит, а потом возвращается утром. Раз в месяц где-то. Все привыкли уже давно. Он так с незапамятных времён делал. Я как-то отцу вашему вопрос на эту тему задал, так он сказал, чтобы Антипа не трогали в такие дни. И следом чтобы не ходили.

— Понятно… — задумчиво произнёс я, хотя понятнее не стало. — И, ясное дело, прежний глава рода свой приказ никак комментировать не стал…

— Почему не стал? — удивлённо посмотрел на меня Аршавин. — Очень даже пояснил всё. Сказал, что ему дед велел так делать.

— Спасибо, Николай Петрович, — кивнул я. Учитывая возраст слуги, он вполне мог иметь право на собственные тайны. Тем более, что сомнений в его преданности ни у кого не возникало. Эта мысль потянула за собой следующую и я решил воспользоваться случаем. — Хотел ещё у вас один момент уточнить. Вы же помните мою матушку?

— Разумеется, Ярослав Константинович, — серьёзно кивнул Ратай. — Великого ума была женщина. И доброты невероятной. Жаль, что так судьба повернулась. Князь горевал долго. Может это и стало причиной беды случившейся. Хоть и не часто бывала дома Александра Григорьевна, но и мужа своего, и детей любила беззаветно.

— Угу… — задумчиво кивнул я. Судя по этой речи, Шатун был свято уверен в том, что княгиня мертва, но, раз ужа сам начал этот разговор, задать последний вопрос я был обязан. — А перед арестом отца не было ничего странного? Может быть он вам инструкции какие-то оставил или сообщение для нас с Настей?

— Захват Константина Александровича для нас всех стал большим ударом, ваша светлость, — мрачно ответил Ратай. — Поверьте, если бы у меня хотя бы малейшие подозрения возникли о будущих событиях, я бы ни за что в поместье не остался. Уж пару минут, чтобы успел даром воспользоваться, я бы князю точно обеспечил. Но он меня тогда впервые в имении оставил. Сказал, что у него деловая поездка на один день и нет причин тащить с собой охрану.

— А с кем встреча была? — уточнил я.

— Не могу сказать, Ярослав Константинович, — покачал головой Аршавин. — Не знаю просто. Князь редко нас в свои дела посвящал. Помню только, что с исследованиями его это связано было.

— Спасибо, Николай Петрович, — благодарно кивнул я. — Кстати, мы сегодня к Старковским с Анастасией Константиновной приглашены. Нужно быть в имении графа к трём часам. До этого времени всю добычу отвезти скупщику успеете?

— Вполне, — немного подумав, ответил Ратай. — Если торговаться долго не придётся, то к полудню вернёмся.

— Не придётся, — уверенно ответил я. — Говорил вчера вечером на эту тему с нашим соседом. Кстати, будь готов, что Иван Николаевич сам там будет. Очень уж он хочет тебя поздравить с такими впечатляющими трофеями. А ещё страстно горит желанием узнать, как твои парни без поддержки магов земляные ленты добыть смогли.

— Понял, Ярослав Константинович, — медленно кивнул Шатун. — Спасибо, что предупредили.

— Не за что, — улыбнулся я. — А ещё граф просил передать, что готов принять тебя на службу к себе. На твоих условиях. Любых условиях, Николай Петрович. Ну или чтобы ты хотя бы курсы для его бойцов организовал. За отдельную плату.

— Вы, верно, шутите, ваша светлость, — рассмеялся Аршавин. — Хотя, такого мне за последние годы ещё не предлагали. Чтобы прямо на моих условиях… Вот только купить Шатуна ни у кого не получится.

— Ценю это, Николай Петрович, честно ценю. В долгу я у тебя и твоих ребят за все сделанное. А насчёт курсов подумай, — добавил я. — Мало ли как оно всё повернётся… Может с бойцами Старковского контакт наладить получится.

— Подумаю, ваша светлость, — серьезно кивнул Ратай. — Дело хорошее так-то. Только бы времени на него найти. Мне же своих натаскивать надо ещё перед экзаменом…

— Подумай, — не стал настаивать я. — Или срок на раздумья у графа возьми. Это пока не особо срочно. Может Иван Николаевич просто так брякнул, а может действительно интерес имеет.

Шатун ушёл готовить груз и собирать отряд для поездки к соседу, а я направился к дому. Время уже подходило к семи утра. У ворот остановилась машина строителей, а из окна особняка слышались голоса кухарки и Антипа. Слуги накрывали на стол, а значит кто-то из моих сестёр уже проснулся.

Мои предположения подтвердились практически сразу. На крыльцо вышла Настя и я приветливо помахал сестре. Девушка внимательно посмотрела на Ратая, который в этот момент осматривал вездеходы, а потом повернулась ко мне.

— Он ничего не знает, — сразу ответил я на невысказанный вопрос сестры. — Вообще ничего. И твёрдо уверен, что мы трое последние представители рода.

— Значит, мы ошиблись… — как-то разом поникла Анастасия. Она быстро взглянула на окна второго этажа, где находилась комната Нюши и устало опустила плечи.

— Пойдём пройдемся, — обнимая сестру, предложил я. — И поболтаем заодно. Есть у меня для тебя пара новостей, которые могут немного поднять тебе настроение.

Настя согласно кивнула и мы направились к саду. Говорить рядом с домом девушка не хотела и я её прекрасно понимал. Наша младшая сестра была очень необычным ребёнком. Шумным, беззаботным и светлым. Но одно она умела в тысячу раз лучше нас — доводить до белого каления своими бесконечными вопросами. И если Нюша хотя бы краем уха услышит часть нашего разговора, то спасение найти можно будет только в аномалии. Да и то не факт.

— Вчера вечером мне позвонил Иван Николаевич, — начал я. — Граф очень бурно отреагировал на вчерашние события в наших владениях.

— С чего бы? — удивилась Настя. — Его дела нашего рода не касаются.

— Аршавин отправил во владения его светлости наших раненых, — пояснил я. — С этого началось его беспокойство. Хотел с тобой обсудить эту тему. Нам нужен хороший лекарь, которому можно доверять. Чтобы он жил в наших владениях постоянно. Может не прямо в имении, но хотя бы в Себыкино. Постоянно ездить за помощью крайне неудобно, а ситуации бывают разные.

— Можно проверить свободных специалистов ассоциации вольных, — предложила девушка. — Среди них тоже встречаются нормальные люди. Особенно среди медиков. Некоторые готовы будут работать на род за возможность участвовать в охоте на аномальных зверей. Ну или за самих зверей.

— Нужен не просто хороший лекарь, Насть, — покачал головой я. — Нужен человек, которому мы сможем доверять.

— Это значительно сложнее, — сосредоточенно нахмурилась сестра. — Насколько я понимаю, о серьезной оплате и ритуалах очищения пока речи идти не может. Тогда о действительно опытном маге жизни думать точно не приходится. Как вариант, поискать среди выпускников МАМИ этого года. Среди них бывают талантливые специалисты, которым не хватает практики.

— А боевики среди них бывают талантливые? — спросил я.

— Такие нам точно не достанутся, Яр, — тихо рассмеялась Настя. — Каждый боевой маг считается ценным ресурсом для всех родов. А если он ещё и талантливый, то такого ведут с первого курса. И это при условии, что он сам не принадлежит к какой-то семье аристократов.

— Тоже верно, — огорчился я.

— Думаю, стоит поговорить с графом Кривошеевым, — предложила княжна. — Вряд ли кто-то знает об учениках МАМИ больше ректора.

— Тоже об этом подумал, — кивнул я. — По крайне мере, попытаться точно стоит.

— О каких новостях ты говорил? — вернулась к изначальной теме нашей прогулки Настя. — А то мы отвлеклись.

— Тревога графа Старковского толкнула нашего соседа на отчаянные меры, — улыбнулся я. — Сегодня к трём часам мы приглашены на торжественный обед в честь рода Разумовских. Едем вдвоём. Иван Николаевич обещал какие-то необычные развлечения.

— И знакомство со своими внуками… — со вздохом добавила княжна. — Ты уверен, что мне стоит ехать?

— Я пойму, если ты не захочешь выбраться из имения и провести время в приятной компании, — невозмутимо ответил я и сестра тут же толкнула меня локтем в бок. Жест получился настолько неожиданный, что мы оба рассмеялись.

— Как-будто ты сам не знаешь, что я уже устала сидеть в имении, — покачала головой Анастасия. — Я просто не знаю, как можно отдыхать в такой ситуации. Как представлю, что внуки Старковских начнут вести светские беседы и хвастаться своими достижениями, так на меня сразу тоска накатывает.

— Ты просто забыла, что такое обычный отдых, Настя, — тепло улыбнулся я. — Я тоже сомневался, стоит ли принимать приглашение Ивана Николаевича, но потом понял, что нам тоже нужно как-то расслабляться. Если каждый выезд в Тверь превращается в напряжённую гонку, то стоит обратить внимание на таких вот соседей, которые не хотят вогнать тебе нож в спину хотя бы по официальной версии.

Мы прошли длинный круг по дорожкам усадьбы, и почти вернулись к тому месту, с которого начали прогулку. На крыльце появился Антип, бдительно высматривая пару потерявшихся представителей рода Разумовских.

— Неплохой вариант, — слабо улыбнулась девушка. — Но мне всё равно будет трудно отпустить мысли о письме отца. Очень жаль, что Аршавин ничего не знает. Даже не представляю, что теперь делать.

— А это как раз вторая новость, — улыбнулся я. — Я вчера перечитал письмо отца несколько раз и у меня появилась пара идей по поводу его намёков.

— Что за идеи? — тут же оживилась Настя.

— Человек, который может нам помочь, должен быть искренне предан роду, — шагая к крыльцу, ответил я. — А ещё ему должен был доверять не только наш отец, но и все остальные члены семьи. Ну и ещё я пришёл к выводу, что человек, знающий все тайны Разумовских, должен быть очень старым. Невероятно старым. Верно, Антип? Сколько, кстати, тебе лет?

Глава 19

— Сам не знаю, ваша светлость, — улыбнулся старик. — Главное ведь не возраст, а внутренние ощущения. Но если у вас возникли сомнения в моих силах, то я готов пройти любые проверки.

Настя, остановившимся взглядом, смотрела на пожилого слугу рода, словно увидела его впервые. Ответ лежал на поверхности и я даже удивился, что сразу об этом не подумал. Вот только задавать вопросы было рано.

— Антип… — начала было Настя, но я тут же крепко сжал локоть сестры и она удивлённо посмотрела на меня.

— Прогулка сильно взбудоражила аппетит, — весело произнёс я. — Чем нас сегодня порадует тётя Женя, Антип?

— Завтрак уже на столе, ваша светлость, — слегка поклонился старик. — Я как раз вышел звать вас к столу. Евгения напекла пять видов блинов, приготовила омлет и с десяток холодных закусок. Начинки для блинов подали отдельно. Грибы в сметане и маринованные, сыр тёртый с кусочками буженины, варенья и джемы…

— Прекрасно! — увлекая следом за собой сестру, воскликнул я. — Настя, нам стоит поторапливаться, пока Нюша всё не съела. Она по утрам такая обжора!

— Это неправда!!! — возмущённо выкрикнула младшая, гневно тыкая в мою сторону свёрнутым блином. С ароматного свёртка капнула на белоснежную скатерть крупная клякса варенья. — И ничего я не обжора!!! Сижу тут и жду, пока вы придёте!

— Вижу, — даже не подумав спорить, рассмеялся я. Настроение было просто отличное и особенно радовало, что сегодня у меня не планировалось каких-то глобальных дел, кроме визита в гости к соседям.

Настя потерянно прошла к своему месту за столом и опёрлась руками о спинку стула. Пару мгновений девушка вопросительно смотрела на меня и только потом села. По пути механически прикрыв чистенькое платье Нюши салфеткой, девушка положила себе пару блинов и замерла над тарелкой.

— Я чего-то не понимаю? — в очередной раз посмотрев на меня, прямо спросила девушка.

— Просто, ещё не время, — с улыбкой ответил я. — Как написал один умный человек, все разговоры лучше вести при молодой луне.

— Тогда ждать вам недолго осталось, Анастасия Константиновна, — подавая княжне тарелочку с её любимым вареньем, произнёс Антип. — В четверг уже луна народится.

— Спасибо, Антип, — как-то заторможенно ответила Настя и понять сразу за что она благодарит слугу было сложно.

— Уже решила в чём поедешь? — когда сестра сложила воедино всю картину и приступила к еде, спросил я.

— Решила, — загадочно ответила девушка.

— Куда поедешь? — заинтересованно спросила младшая. — А мне почему не сказали, что нужно наряд подготовить? Я могу в своей форме камуфляжной ехать. У меня и ботинки чистые… Почти…

— Ты не едешь, — коротко ответила Настя. — Ярослав договорился с графом Старковским, что мы сегодня будем у него в гостях. Это для взрослых мероприятие, Нюша. Тебе будет скучно.

— Я найду чем заняться! — заявила девочка. — Может даже поинтереснее вашего время проведу в гостях!

— Что ж, тогда придётся пересмотреть наши планы, — когда Настя беспомощно посмотрела на меня, пришёл я на помощь старшей сестре. — Раз ты решила с нами ехать к Старковским, то завтра останешься в имении.

— Почему завтра? — осторожно спросила Нюша. — Вы же сказали, что ехать надо сегодня?

— Потому что в имении всегда должен оставаться хотя бы один член рода Разумовских, — серьезно ответил я. — А завтра у меня запланирован выезд в Себыкино. Думал, ты захочешь со мной поехать…

— Я хочу! — радостно воскликнула Нюша. — Хочу! Хочу! Хочу!

— К сожалению, это невозможно, — вздохнул я. — Насте завтра надо заниматься закупками для стройки, а мне ехать в Себыкино. Она могла бы это сделать сегодня, но я сам только недавно узнал о приглашении. Поэтому пришлось отложить дела. Если договоришься с сестрой, то можете поменяться. И тогда Настя останется в имении вместо тебя.

— Насть! — состроив жалобную мордашку, заглянула в глаза сестре младшая. — Ну пожалуйста! Давай я сегодня за тебя подежурю в имении, а ты завтра дома останешься! Пожалуйста, пожалуйста! А к Старковским я вообще не хочу ехать. Там скучно будет. Эти взрослые даже играть нормально не умеют… Меняемся?

— Я подумаю, — невозмутимо ответила Анастасия и, пряча улыбку, сделала глоток чая из чашки. — Но ты должна пообещать, что будешь вести себя хорошо в гостях. Иначе никакого договора у нас не получится.

— Обещаю! Конечно я обещаю, Насть! — яростно закивала Нюша. — Я вообще всегда себя только хорошо веду. И прилично. И кушаю только красиво и правильно! И если мне сладкое предложат, то я сразу откажусь! Честно!!!

— Ну тогда договорились, — серьезно кивнула княжна.

Завтрак прошёл в тёплой домашней атмосфере. За окном выехала с территории имения колонна машин. Аршавин решил не откладывать дело в долгий ящик и сдать добычу пораньше. После еды девочки отправились наверх, а я вышел во двор. Рядом с навесом для машин возвышалась гора добычи, которую дружинники выгрузили из вездеходов. Несколько человек уже таскали трофеи на склад, а ещё пара стояла рядом. Процессом руководил Серый, а рядом с ним стоял Пичуга.

— Доброе утро, ваша светлость, — поздоровался первым меня заметивший Серый. — Будут какие-то распоряжения?

— Доброе утро. Николай Петрович говорил, что среди добычи есть накопитель маны, — ответил я. — Его нужно перенести в мой кабинет. В остальном придерживайтесь приказов своего командира.

— Хорошо, Ярослав Константинович, — кивнул Серый и тут же направился к горе добычи на поиски артефакта.

— Осваиваетесь? — поинтересовался я у Антона.

— Есть такое, ваша светлость, — спокойно кивнул Козырев. — И осваиваемся, и радуемся, что появилась возможность вернуться. Только не думал, что Николай Петрович настолько скрытный, что ничего нам не рассказал о новом главе рода.

— Вообще ничего? — улыбнулся я.

— Совсем малость, — ответил дружинник. — Вернее, будь я на его месте, то пару часов бы только и говорил о силе и характере главы рода. Такому князю не грех присягнуть. Мы вчера долго с Ратаем разговаривали и можете не сомневаться, что всё будет в полном порядке. Николай Петрович умеет правильно донести свои мысли.

— Понятно, — усмехнулся я. Скорее всего, Аршавин прямо сказал, что сурово накажет любого, кто хотя бы заикнётся о вчерашних событиях при посторонних. — Ну, осталось только чтобы сам Николай Петрович выдержал проверку интересом графа Старковского. А то Иван Николаевич вчера грозился переманить его в свою дружину.

— Без шансов, Ярослав Константинович, — рассмеялся Пичуга. — В первые годы после казни вашего отца, Ратаю чего только не предлагали. Чуть ли не остров свой в теплом море, чтобы он только пошёл на службу. Я пару раз сам присутствовал при таких разговорах. Когда суммы звучали, чуть глаза на лоб не полезли. По пятьдесят тысяч в месяц предлагали некоторые. Но Петрович не тот человек, который на деньги позарится. Раз присягнул роду, до гроба служить будет. Да и не один он такой. Сейчас уже готов сказать, что всё мы правильно сделали, когда к вам под руку пошли.

— А агентство твоё как же? — поинтересовался я.

— Да ничего ему не будет, — отмахнулся Козырев. — Самое сложное в этом деле лицензию получить. Я почти год мучался. А когда получил, то отозвать её могут только за большие провинности. Просто заморожу работу и контракты с клиентами расторгну. Может даже без неустойки обойдётся.

— Не торопись, — посоветовал я. — Есть у меня пара идей на этот счёт, но их пока рано обсуждать. Чуть позже к этому разговору вернёмся.

— Готово, ваша светлость! — повернулся к нам Серый, а Пичуга кивнул, показывая, что меня услышал. Дружинник оттащил в сторону массивный каменный блок и кивком позвал к себе Козырева. — Мы тогда сразу его отнесём, Ярослав Константинович?

— Несите, — кивнул я. — Прямо у двери поставьте. Дальше я сам.

Парни ушли, а я подошёл к трофеям с базы Антипова и задумчиво посмотрел на лежавшие там предметы. Оружие, боеприпасы, много странного оборудования и прочего барахла. Все части аномальных зверей Аршавин заранее убрал в сторону и сейчас уже вез на продажу. С большей частью добычи сделать мы всё равно ничего не могли, но выкидывать его было бы ошибкой. По крайней мере до того момента, как вопрос с соседом будет окончательно завершён.

На сборы мне требовалось не так много времени, а до выезда оставалось ещё несколько часов. Их я решил потратить с пользой и вернулся к себе в кабинет. Дружинники к этому времени уже доставили туда накопитель и я первым делом занялся изучением артефакта.

Оказалось, что Алексей Андреевич не скупился на оснащение своей тайной базы. Накопитель приятно меня удивил емкостью в три десятка базовых сфер разума и скоростью восполнения ресурса. Около часа я возился с выстраиванием взаимодействия между уже имеющимся накопителем и новым артефактом. В итоге получил достаточно надёжную связку, которая каждые сутки отдавала в родовую сеть объем маны в пять десятков сфер разума. Ещё недостаточно, чтобы рассчитывать на полноценное восстановление сети, но в разы лучше, чем было до этого.

Создатели родовой сети приложили огромное количество сил и времени, чтобы выстроить надёжную защиту владений Разумовских. До этого я целенаправленно восстанавливал отдельные участки, но теперь в этом не было необходимости. Сложнейшая система из множества заклинаний была привязана к самой земле моей семьи. Когда появился постоянный приток чистой энергии, активировались заложенные в сеть механизмы восстановления. Уже с первым накопителем начали срастаться разорванные и истощённые ячейки по всему владению. Со вторым процесс пойдёт значительно быстрее. По моим прогнозам, где-то через неделю уже можно будет нормально контролировать передвижение монстров вдоль нашей части границы аномалии. Если бы речь шла обо всей площади земель, которые раньше принадлежали моему роду, то времени бы потребовалось значительно больше. Однако, на данный момент я очень порадовался скорости восстановления сети.

Добравшись до своего рабочего стола, увидел на краю стопку документов, добытых нами во время рейда. Наверное, Ратай заходил сюда перед отъездом к Старковским. Аршавин сделал вывод, что кабинет одно из самых надёжных мест во всём имении. Мелькнула мысль перечитать письма Алексея Андреевича и изучить журнал его учёных, но я не стал этого делать. Не хотелось портить себе настроение и переключаться на планирование дальнейших действий в отношении соседа. Вместо этого решил потратить время на приятную беседу и достал телефон. К сожалению, за последнее время я успел осознать, что статус главы рода вынуждает использовать любую секунду и каждую возможность для того, чтобы укрепить позиции семьи. А так хотя бы с приятным человеком поболтаю заодно.

— Доброе утро, Анатолий Викторович. Это Ярослав Разумовский, — когда ректор МАМИ взял трубку, произнёс я. — Не помешал?

— Доброе утро, ваша светлость! — ответил Кривошеев. — Не помешали ни в коем случае. Сам уже не первый день думаю вам позвонить. Узнать хотел, как устроились и в целом как дела.

— Всё хорошо, Анатолий Викторович, — улыбнулся я. — Осваиваемся потихоньку. Ремонт вот затеяли. Ну и по мелочи всякое. Как у вас дела? Как себя последний выпуск Академии показал на экзаменах?

— Имперская комиссия оказалась полностью удовлетворена результатами, Ярослав Константинович, — довольно ответил ректор МАМИ. — У нас в этом году со всех факультетов больше тридцати Подмастерьев выпустились. Один талантливый парень даже на Мастера претендовал, но не прошёл. Честно сказать, сам не ожидал, что столько хороших магов в этом году выпустим.

— Поздравляю, ваша светлость, — искренне произнёс я. Получение второго круга ещё во время обучения считалась огромным достижением для любого мага. Другое дело, что происходило это чаще среди теоретиков и гражданских специалистов. Боевикам требовалось гораздо больше усилий для полноценного развития. Но и ценились они выше. — Рад, что уровень ваших выпускников растёт с каждым годом. В гости к нам не надумали заехать?

— Дела не пускают, ваша светлость, — признался Кривошеев. — Если всё по плану будет, то в июле обязательно заеду. Если вы раньше в столице не будете. Хотел бы лично с вами пообщаться. Очень уж интересно, как вы с таким грузом справляетесь. Слухи по столице ползут, что молодой Разумовский весь первый круг тверской аномалии уже на уши поставил.

— Вранье это всё, Анатолий Викторович, — рассмеялся я. — Даже за пределы своего владения выбирался всего несколько раз. Так что вы слухам не верьте. Если вопрос какой возникнет, то вы всегда у меня напрямую всё узнать можете.

— Благодарю за доверие, Ярослав Константинович, — ответил собеседник. — И обязательно воспользуюсь вашим предложением при случае. Может прямо сейчас даже, раз уж вы сами предложили.

— Неужели так много говорят о моём роде в столице, что даже ректора МАМИ съедает любопытство? — с интересом спросил я. Кто может обсуждать подобные вопросы я примерно представлял и вряд ли обо мне говорили что-то хорошее.

— Вы же знаете, что в Академии учатся представители множества благородных семей, ваша светлость, — легко ответил Анатолий Викторович. — А что им ещё обсуждать? Это же целое событие, что едва пробуждённый маг возглавил целый княжеский род. Да и свежи ещё события. Всего пара недель прошла. Вот и болтают все. Да ещё новости эти от ваших соседей, что у вас раненых пол дружины, а остальные погибли все до единого.

— Слухи имеют свойство сильно преувеличивать события, ваша светлость, — ответил я и ненадолго задумался. Новости докатились до столицы слишком уж быстро. Меньше суток прошло, а я был уверен, что ректор далеко не сразу узнал о ранении моих людей. То есть, информация ушла ещё в тот момент, когда раненых привезли во владения Старковского. — На самом деле, всё не так страшно. Раненых всего пятеро, причём четверо уже вернулись к службе. Убитые тоже есть, но их всего трое и это действительно большой удар для меня. Погибшие служили моему роду на протяжении последних пяти лет.

— Приношу свои соболезнования, Ярослав Константинович, — виновато произнёс Кривошеев. — Извините, что моё пустое любопытство вас задело. Как так вышло, что вам пришлось везти своих раненых к соседям? Это большой риск. Особенное если состояние пострадавшего критическое.

— Как вы знаете, мой род находится в довольно сложном положении, Анатолий Викторович, — невозмутимо ответил я. — Мало кто готов в такой ситуации протянуть руку помощи. И я искренне благодарен Ивану Николаевичу за его позицию. Пока других возможностей нет, приходится пользоваться услугами специалистов во владениях моего соседа.

— Помню-помню… — тут же задумчиво произнёс мой собеседник. — Граф ещё на ритуале вашего пробуждения чётко обозначил свою позицию. Всегда считал его человеком чести и вы только подтвердили сейчас моё мнение о главе рода Старковских, Ярослав Константинович. Быть может, я тоже смогу вам чем-то помочь в сложившейся ситуации?

— Собственно, по этому поводу я вам и звоню, Анатолий Викторович, — не стал тянуть я. С обязательной официальной частью было покончено и можно было переходить к главному. — Вы отлично знаете, как сложно найти толковых магов. И что многих ваших выпускников начинают присматривать влиятельные семьи ещё во время обучения. Понимаю, что мой род не выглядит в данный момент особо перспективным, но хотел бы поинтересоваться у вас насчёт толковых выпускников этого года. Кого бы вы могли порекомендовать для найма, ваша светлость?

— Буду с вами предельно честен, ваша светлость, — после долгой паузы, решительно произнёс Кривошеев. — Никто из выпускников этого года точно не пойдёт к вам на службу. Насколько я понимаю, вас интересуют медики и талантливые боевики?

— Всё верно, ваша светлость, — ответил я. Ответ собеседника меня почти не расстроил. Потому что чего-то подобного я ожидал. Положение рода Разумовских было слишком шатким, а возможности не впечатляли амбициозных выпускников самого престижного заведения для одарённых в Российской Империи.

— Какие задачи стоят перед специалистами, Ярослав Константинович? — задал следующий вопрос граф.

— Лечение травм разной степени сложности. Переломы, ушибы, устранение последствий влияния аномальных зверей. Огнестрельные ранения, — перечислил я. — Стандартный набор первого круга защиты аномальных зон.

— Что ж, тогда у меня для вас отличная новость, князь, — весело ответил ректор МАМИ. — Выпускников я вам рекомендовать не могу, но у меня есть для вас гораздо более интересное предложение.

Глава 20

— Заинтриговали, Анатолий Викторович, — усмехнулся я. — Кто может быть лучше, чем пара талантливых выпускников МАМИ, готовых работать на мой род?

— Как вы смотрите на то, чтобы организовать на территории своего владения полевой лагерь аспирантов МАМИ? — спросил граф. — Я как раз сейчас согласовываю место их размещения на это лето. До этого думали в район краснодарской аномалии их отправить, но это достаточно далеко от столицы.

— Аспирантов? — задумчиво уточнил я. — Зачем кому-то повышать квалификацию, если выпускников МАМИ и так с руками оторвет любой род или ведомство?

Ректор замолчал, не мешая мне раздумывать.

— Разве что эти молодые люди амбициозные простолюдины, которых не устраивает «просто любой род», и у которых есть далеко идущие планы?

— Я восхищаюсь вашей проницательностью, ваша светлость, — в трубке раздался довольный смешок. — Всё именно так. Группа из пяти человек. Так вышло, что именно я курирую учащихся, которые не относятся к благородным семьям нашей страны. Многие из них действительно заслуживают внимания, но пробиться наверх крайне сложно. Поэтому ребята рвут жилы, чтобы показать себя.

— Интересное предложение, ваша светлость, — задумчиво произнёс я. — Очень интересное, но я опасаюсь, что ваши аспиранты будут сильно разочарованы условиями проживания в моих владениях. Какова предварительная специализация группы?

— Хочу заметить, что ребята неприхотливые, как я уже сказал — им больше интересны особо сложные случаи для практики, чем сам факт какого-то вознаграждения, — ответил собеседник.

— Сроки? — задал следующий вопрос я. — И вы не ответили про условную специализацию группы, Анатолий Викторович.

— Начало практики запланировано с седьмого числа этого месяца, ваша светлость, — с небольшой задержкой ответил Кривошеев. Видимо, проверял какие-то свои записи. — Но только потому, что пока не определили место. Группа может приехать и раньше, но вам нужно будет подготовить помещения для проживания, Ярослав Константинович. Что же касается состава, то он вас приятно удивит, Ярослав Константинович. Все пятеро уже крепкие Подмастерья. Трое, без сюрпризов — у двоих аспекты Огня, ещё одни водник. Четвертый, как и вы, имеет, два аспекта, причем в очень необычном сочетании — Земля и Воздух. А еще один, точнее одна — как раз имеет аспект Жизни. Исходя из этого, как вы понимаете, складывается вполне приличная рейдовая группа. Могу вам по секрету сказать, что в этом звене очень заинтересованы представители жандармерии. Вот только ребята жаждут покорять аномалии, а не становиться карающей дланью Императора.

— Я бы сказал, что это даже слишком интересно, ваша светлость, — вздохнул я. Маловероятно, что подобная практика пройдёт без происшествий и проблем. Нужно быть осторожнее в своих желания. Хотел получить от ректора МАМИ лекарей и боевых магов? Теперь думай, как их разместить и проверить. Но это в любом случае значительно лучше, чем ничего.

По крайней мере, вопрос с лечением моих дружинников будет закрыт на ближайшее время. А может и совсем, если получится наладить контакт с аспирантами. Правда, тут наверняка вмешаются жандармы. Вряд ли представители этого ведомства откажутся от такой шикарной возможности пополнить свои ряды.

— Если есть такая возможность, то я хотел бы обдумать ваше предложение. Честно сказать, мне сложно будет доверить совершенно незнакомым людям жизни своих подданных. Когда речь идёт о коммерческих отношениях всё несколько проще.

— Без проблем, Ярослав Константинович. Я могу потянуть с решением этого вопроса ещё пару дней, — не стал настаивать ректор МАМИ. — А насчёт надёжности моих подопечных можете не волноваться. Если бы у меня были какие-то сомнения, то я бы ни за что не стал вам предлагать такой вариант.

— Благодарю, ваша светлость, — ответил я. — Свяжусь с вами завтра. Как раз планировал поездку в Себыкино. Заодно смогу оценить готовность поселения для принятия группы магов.

— Буду ждать вашего звонка, ваша светлость, — произнёс граф. — Хорошего вам дня. Ещё раз повторю, что очень рад вашим успехам и искренне восхищаюсь вами, Ярослав Константинович. Когда ситуация вокруг вашего рода окончательно выравнивается, буду рад видеть вас среди студентов МАМИ. Буду надеяться, что произойдёт это уже в следующем учебном году.

— Всего хорошего, Анатолий Викторович, — ответил я. — В следующем очень вряд ли, но всё возможно.

Разумеется, идти на учёбу в академию я не собирался. Просто для графа важно было дать мне возможность пойти по привычному для всех одарённых пути. Скорее всего, в течении года я уйду значительно дальше в развитии, чем любой ученик МАМИ. Да и дела рода никуда не денутся. Поэтому беззаботная студенческая жизнь мне точно не светит.

Убрав телефон, некоторое время обдумывал итоги разговора. Предложение графа выглядело очень заманчиво, но мне стоило продумать последствия такого шага. Помимо того, что я получал совершенно безвозмездно хорошо сбитую группу магов, была высока вероятность усиленного контроля со стороны жандармерии. Это снижало риски повторного нападения со стороны Антипова. Аспиранты МАМИ считались нейтральными ко всем аристократическим семьям во время своего обучения, но так было только на бумаге. По факту, каждый преследовал свои цели и работал на благо рода. Но и тут у предложенного Кривошеевым варианта имелся огромный плюс. Вообще плюсы оказались очень жирными и было их удивительно много. А что насчёт минусов?

Пять достаточно опытных магов будут долгое время жить на территории моего владения. Они будут общаться с людьми и видеть всю ситуацию с моей дружиной. Учитывая что группой в полном составе интересовались представители жандармерии, маловероятно, что дело придётся иметь с восторженными идеалистами. Ещё возникал вопрос с моим собственным развитием. Своим дружинникам я мог просто сказать, чтобы не болтали лишнего. А вот заткнуть рот представителям Академии точно не выйдет. Стоит ли овчинка выделки?

Так и не придя к какому-то конкретному решению, отправился собираться. Только решил, что нужно обсудить этот вопрос с Настей. Сестре стоило быть в курсе, чтобы она могла правильно реагировать на изменяющуюся ситуацию.

Когда в имение вернулась колонна наших машин, я уже принял душ и переоделся. Личный накопитель заполнил маной из трофейного артефакта, а больше мне собирать было нечего. Разве что фляги на всякий случай с собой взять, но это можно было сделать перед самым выездом. Выйдя на улицу, увидел Аршавина. Ратай отчитывал пару дружинников, но делал это без огонька. Сразу становилось понятно, что командир ближней дружины рода Разумовских сейчас готов простить своим людям всё на свете и ворчит только для порядка.

— Как съездили, Николай Петрович? — подойдя ближе, поинтересовался я.

— На сто тысяч, ваша светлость! — разом забыв о своих бойцах, повернулся ко мне Ратай. — Сам не ожидал, что такая сумма выйдет. Каменных волков граф взял по десять тысяч. За вепря пятнадцать выручили, а за ленты все тридцать Иван Николаевич дал. Оказалось, что это старый зверь какой-то был. Остаток с трофеев из аномалии и наших ловушек получился. Деньги граф на ваш счёт сегодня переведёт.

— Замечательная новость, Николай Петрович, — улыбнулся я. Вопрос с финансированием стройки временно был закрыт. По хорошему, надо было сразу оплатить работу строителей и все нужные материалы, чтобы к этому не возвращаться. Тут же возникла мысль, что можно ещё раз заехать в магазин Воронцовых, но я её отогнал. Были значительно более важные задачи, чем закупка артефактов. И первой из них я считал организацию постоянного источника дохода для нужд рода. Постоянно рассчитывать на случайные трофеи было опрометчивой стратегией. — А что насчёт ловушек?

— А что с ними, Ярослав Константинович? — удивлённо спросил Ратай. — Сегодня ещё не проверяли, но я уверен, что они в полном порядке. Сегодня ребята всё проверят, пока мы у Старковских будем. А завтра сам поеду новые ставить.

— Сколько максимально получится поймать зверей, Николай Петрович? — уточнил я. — В сутки и при условии, что мы превратим приграничную зону в одну сплошную полосу ловушек?

— Ну… — задумчиво протянул Аршавин. — Пять-семь точно получится. Но тут будет сильно зависеть от того, кто попался в капкан. Уже поняли, что водянок и буйволов они держат отлично, а вот насчёт чего-то более крупного уверенности пока нет. Нужны реальные примеры. Хотя вепря того же иглы надёжно уложили.

— Понятно, — кивнул я. — Вы пока отдохните, а я за сестрой схожу. Выезжаем, как только Анастасия Константиновна будет готова. Про фляги не забудьте, Николай Петрович.

— Понял, ваша светлость. Не забуду, — ответил Ратай. — Вы документы видели? Я в кабинете вашем оставил.

— Видел, — произнёс я. — Но пока не изучал. Может быть вечером займусь, если в гостях у соседа не задержимся.

— Наверняка задержитесь, Ярослав Константинович, — усмехнулся Аршавин. — Иван Николаевич всех людей своих на уши поставил. Ещё с ночи готовиться начал. Даже в Тверь кого-то отправил за особо редкими деликатесами. Пока добычу осматривали, у графа телефон не замолкал.

— Эх, Ратай! — осуждающе покачал головой. — Как же ты так? Весь сюрприз Ивану Николаевичу испортил!

— Ничего я не испортил, ваша светлость, — фыркнул Аршавин. — Не в еде же сюрприз. А про остальное граф ни словом не обмолвился.

Вернувшись в дом, поднялся на второй этаж и постучал в дверь комнаты Насти. Оттуда слышались голоса обеих сестёр, которые что-то бурно обсуждали.

— Через десять минут буду готова! — не открывая дверь, сообщила Анастасия и мне оставалось только спуститься в гостиную.

— Чаю, ваша светлость? — тут же поинтересовался увидевший меня Антип.

— Не нужно, Антип, — покачал головой я. — Всё равно не успею.

Сестра задержалась и спустилась ко мне только минут через двадцать, но я даже не подумал возмущаться. Выглядела Настя просто фантастически. Черные волосы были уложены в сложную причёску. Серьги и ожерелье из зелёных камней красиво подчёркивали изумрудные глаза девушки. Простое белое платье казалось невероятно строгим и лаконичным.

— Выглядишь просто потрясающе! Нет слов! — ничуть не кривя душой, заявил я. — Похоже, нам придётся выдержать настоящий бой против толпы ваших поклонников, Анастасия Константиновна.

— С нами будет Николай Петрович. Думаю, вдвоём вы точно справитесь, — весело ответил девушка и мелодично рассмеялась. Она была крайне довольна произведённым эффектом и не скрывала этого.

Следующим этапом проверки стали дружинники рода. Многие из них уже привыкли видеть мою сестру в домашних платьях. Я, держа Настю под локоть, вёл её к поданному вездеходу, а в отдалении восхищённо глазели на нас бойцы рода.

Один из молодых дружинников, что стоял около вездехода выпучил глаза, откуда-то достал относительно чистую белую тряпочку и ломанулся внутрь вездехода, где начал тщательно протирать сиденья.

— Жаль, что транспорт не особенно подходит, — с сожалением произнёс я.

— Нет ничего лучше, чем явиться в гости к союзнику на трофейной машине своего врага, Ярослав Константинович, — прощебетала в ответ Анастасия. — Мало кто может похвастаться подобным в вашем возрасте.

Аршавин аж крякнул от такого комментария и с восхищением покачал головой. Ответ княжны был достоин того, чтобы остаться в истории рода. Даже сидевший за рулём вездехода Ежа гордо выпрямился и расправил плечи. Всего одной фразой девушка превратила наш транспорт из единственного доступного, в единственно верный.

Ехать до имения Старковских было около получаса. Ежа решил сделать крюк и проехать по трассе, чтобы не трясти нас по грунтовке. Мы втроём устроились напротив друг друга, а кресла в дальней части салона заняли Серый, Полоз и Пичуга. Насколько я успел заметить, Ратай всеми силами старался как можно быстрее ввести Козырева в курс дел дружины. На всех парнях был новенький камуфляж с гербом рода Разумовских.

— У меня для вас новости, — когда машина выехала на трассу, произнёс я. — Сегодня утром я беседовал с графом Кривошеевым. Хотел узнать у него по поводу перспективных выпускников, которым мы могли бы пригласить на работу. К сожалению, таковых не оказалось.

— Ожидаемо, — кивнула Настя. — В Краснодарской аномалии неспокойно и хозяева наделов в первом круге обороны готовы платить любые деньги толковым магам. Даже вольных привлекают целыми пачками.

— Вместо этого, Анатолий Викторович предложил мне другой вариант, — продолжил я. — Группу из пяти аспирантов. Не аристократов. На летнюю практику во владение рода Разумовских. Все пять подмастерья. Четыре боевика. И маг Жизни.

— И… что мы должны сделать для того, чтобы они приехали к нам? — осторожно поинтересовалась Настя. Аршавин подался вперёд и я понял, что он сам был готов задать этот вопрос, если бы моя сестра не сделала этого первой.

— Предоставить им жильё и питание, — ответил я. — Ну и обеспечить комфорт в разумных рамках.

— И вы сразу же согласились, ваша светлость? — с надеждой спросил Аршавин.

— Ещё думаю, — ответил я.

— О чём тут думать, Ярослав Константинович? — всплеснула руками Настя. — Пять магов. Достаточно опытных, чтобы перекрыть все наши текущие запросы. Почти бесплатно. Расходы на их содержание даже в расчёт брать смысла нет. С рекомендацией самого ректора МАМИ и без связей с аристократическими родами! Надо брать, пока предложение ещё актуально!

— Вот это меня и смущает, — честно признался я. — Слишком шикарный подарок. И, главное, так вовремя, что только удивляться приходится…

Мой ответ изрядно озадачил собеседников и некоторое время мы ехали молча. Каждый пытался найти в предложении Анатолия Викторовича подвох, но, по взглядам сестры и Ратая, я понимал, что найти его они не могут. Граф долгое время был союзником моего отца. Недавний ритуал моего Пробуждения показал, что в этом плане ничего не изменилось. Я и сам толком не мог сказать, почему меня мучали сомнения. Может быть просто никогда не ждал от судьбы подарков и привык все проблемы решать сам. А может опыт прежней жизни подсказывал, что за каждый подарок придётся рано или поздно заплатить полную цену.

— Может быть, это просто совпадение, Яр? — наконец сдалась Настя. — Ну бывает же такое? Сейчас начало лета и действительно в это время начинается практика во всех учебных заведениях. Не только в МАМИ, но даже в обычных ВУЗах.

— Может и так, — не стал спорить я. — Завтра обещал дать ответ графу, но сначала хочу пообщаться с Олегом Дмитриевичем. Нужно убедиться, что мы сможем предоставить аспирантам МАМИ достойные условия проживания. Если всё получится, то они смогут приехать уже в следующие выходные.

— Кстати, по поводу выходных, ваша светлость, — посмотрел на меня Аршавин. — У меня тоже новости есть.

— Завтра, — спокойно ответил я.

А потом вездеход свернул с трассы во владения графа Старковского. По ровной ухоженной дороге мы проехали ещё километров пять. За это время увидели со стороны пару мелких деревень. Во второй линии обороны люди жили значительно свободнее. У них не было причин селиться большими группами, чтобы снизить риск встречи с аномальными зверями. Да и с обеспечением всё было значительно проще.

В пяти сотнях метров от ворот имения Старковских, нас остановили на посту дружинники графа. После быстрой и поверхностной проверки машины, вежливо рассказали Еже куда ехать дальше и где находится парковка для гостей. За постом начинался громадный парк, который окружал особняк графа. Даже на первый взгляд он выглядел так, словно мы попали в сказку. Вековые дубы и тщательно подстриженные полосы живых изгородей, скрывавшие дорожки. Каждый элемент был на своём месте и везде ощущалась заботливая рука опытного садовника.

Парковка для гостей находилась в сотне метров от особняка. В отличии от резиденции Разумовских, здесь не было привычных стен вокруг имения. Мои предшественники на посту главы рода всегда в первую очередь заботились о защите, а уже потом о красоте. Здесь явно подход был иной. Да и сам особняк графа разительно отличался.

По сравнению с нашим домом, складывалось впечатление, что семья Ивана Николаевич больше раз в десять. В любом другом случае просто не было смысла строить такое громадное здание. Наверное, так могли выглядеть дворцы мелких правителей в старые времена. Размах архитекторов поражал, а огромный парк вплотную подходил прямо к стенам здания.

— Видимо, людей будет больше, чем я думал, — выйдя из вездехода и осмотрев практически забитую парковку, произнёс я.

Со стороны основного здания к нам уже спешил сухощавый старик в старомодном костюме. Нас встречал сам глава рода Старковских. Иван Николаевич радостно раскинул руки ещё за несколько метров до нас и крепко меня обнял.

— Здравствуйте, дорогой Ярослав Константинвич! — воскликнул Старковский, а потом отпустил меня и светски коснулся губами руки моей сестры. — Анастасия Константиновна. Счастлив видеть вас у себя в гостях. Выглядите просто волшебно! Прошу за мной, друзья! Все уже собрались и ждут только вас!

— Сокол, — негромко произнёс Аршавин и я тут же внимательно посмотрел на Ратая. Шатун кивнул головой на машины, мимо которых мы проходили и я сразу обратил внимания на номера.

— Всё интереснее и интереснее, — рассмотрев гербы гостей Ивана Николаевич, негромко произнёс я. — Внимательнее тогда, Шатун.

Глава 21

Граф сосредоточил всё своё гостеприимство на моей сестре и Настя с ходу включилась в эту игру. Сеть кишела репортажами со всевозможных приёмов благородных семей и девушка откровенно страдала, что у нас нет возможности жить жизнью обычных наследников княжеского рода. Граф взял княжну под руку и увлёк её в к широкой дорожке, ведущей к особняку.

— Здравствуйте, Иван Николаевич, — догнав болтающую о всяких пустяках парочку, дружелюбно улыбнулся я. — Вижу гостей у вас собралось достаточно много.

— Простите старика, ваша светлость, — виновато склонил голову Старковский. — В нашей глуши слухи распространяются быстрее молнии. Стоило только появиться моему поверенному в Твери, как мне уже начали звонить друзья и соседи. Сам думал, что будет просто торжественный обед в узком кругу, но что-то пошло не так. Да и внуки ещё…

— А с ними что? — заинтересованно спросила Настя и я удивлённо посмотрел на сестру. В ней погибал невероятный актёрский талант. Я ведь точно был уверен в том, что Насте вообще безразличны молодые воздыхатели. И она сама мне об этом говорила. — Неужели не смогли приехать, ваша светлость? Мой брат так много говорил о достижениях ваших потомков, что я, признаться, ожидала увидеть лично этих удивительных молодых людей.

— Ах, Анастасия Константиновна! — воскликнул граф. — Кто бы слышал, как вы лестно отзываетесь об этих лоботрясах! Вы не поверите, но вчера они укатили в Тверь, а когда вернулись, выдали мне новости о своих однокурсниках, которых они пригласили на сегодняшнее мероприятие.

— И кто же из студентов Академии будет сегодня? — уже понимая, что самого страшного не произошло, уточнил я.

— Княжич Антон Антипов со своим товарищем, — тут же ответил Иван Николаевич. Он отлично понимал, что подобные гости могут сильно меня огорчить и всячески изображал из себя жертву обстоятельств. — Ещё раз приношу свои извинения, Ярослав Константинович. Понимаю, что такое количество незнакомых людей может сильно сказаться на вашем впечатлении от праздника. Постараюсь сгладить неприятные моменты и занять молодёжь.

— Не утруждайтесь, ваша светлость, — улыбнулся я. — С Антоном Алексеевичем мы уже успели познакомиться. Как и с его другом Константином Игоревичем Быстряковым. Если это все неожиданности, то проблем точно не возникнет.

— Ещё у меня в гостях сегодня граф Калинин с супругой и ваш южный сосед, — добавил Иван Николаевич. — Барон Костров. Сами понимаете, Игорь Юрьевич такой затворник, что я сам немало удивился его желанию появиться на сегодняшнем приёме.

— В таком случае, отказать барону было бы преступлением, — улыбнулся я.

— Рад, что вы понимаете моё положение, ваша светлость, — с облегчением произнёс граф. — Остальные гости из числа тверских дворян, но за них вы можете не беспокоиться. Многие входят в круг интересов моего рода и полностью меня поддерживают.

— Рад, что у фамилии Старковских такие надёжные союзники, — ответил я. — Надеюсь, после сегодняшнего мероприятия дружба между нашими семьями станет только крепче, ваша светлость.

— Уверен в этом, Ярослав Константинович! — горячо заверил меня Старковский. — Прошу сюда! Погода сегодня просто прекрасная и я приказал накрыть столы на открытом воздухе. Незачем торчать в душных комнатах, когда можно с удовольствие отдохнуть на природе!

— Отличное решение, Иван Николаевич! — прощебетала Настя. — Обожаю отдыхать на природе! Так редко появляется возможность побывать в таких восхитительных парках!

— Я лично занимался подбором садовников, Анастасия Константиновна! — гордо ответил граф. — И ещё ни разу за двадцать лет не пожалел о сделанном выборе.

Граф с княжной свернули на параллельную дорожку, продолжив обсуждать окружающие красоты, а я чуть отстал, поравнявшись с Аршавиным. Ежа остался в машине, а остальные дружинники шагали следом за своим командиром. Такая ситуация ничуть не удивила Старковского и я сделал вывод, что остальные гости тоже могут быть со своей охраной.

— Слышал? — негромко произнёс я.

— Из Антиповых только младший, — кивнул Ратай. — Но всё равно надо соблюдать осторожность, ваша светлость. Наши соседи могут воспользоваться случаем, чтобы сделать какую-то гадость.

— Могут, — не стал спорить я. — Но ты не вмешивайся, пока я сам не прикажу. И на провокации не реагируй. Все проблемы на этом мероприятии должен решать род Старковских. Они хозяева. Так принято. Это всех касается.

Я мельком посмотрел на бойцов и те синхронно кивнули. Через пару минут мы добрались до большой лужайки с идеально выстриженным газоном. Там уже стояли накрытые для фуршета столы и общались между собой гости. Группу молодёжи можно было заметить издалека и, разумеется, центром её внимания стал княжич Антипов. Рядом с Антоном стоял его друг и ещё человек пять молодых парней и девушек. Внуки Старковского стояли там же и с восхищением заглядывали в рот Антипову-младшему.

— Друзья! — привлекая всеобщее внимание, громко воскликнул Иван Николаевич. — Князь и княжна Разумовские, в честь которых я сегодня организовал этот скромный праздник, прибыли! Поднимем бокалы за возвращение древнего княжеского рода и его успехи в будущем!

В ответ раздались жидкие аплодисменты. Шустрые официанты стремительно пронеслись среди гостей, раздавая наполненные бокалы. Антон что-то негромко произнёс и на лицах молодёжи появились очень двусмысленные улыбки. Только пара высоких ребят откровенно смутилась. Скорее всего, это были внуки графа, которые не ожидали подобного подвоха от своего друга.

Мне и Насте тоже вручили бокалы. Гости в ожидании смотрели в нашу сторону. Пить никто не торопился. Насколько я знал, нужно было произнести приветственную речь и только после этого все начнут общаться свободно. Чаще всего, виновник мероприятия становился только официальной причиной собрания благородных семей. Это случай мог стать исключением, но мне бы этого не хотелось.

— Я рад, что сегодня здесь собралось столько людей, — произнёс я. — С кем-то я знаком лично, а кого-то вижу в первый, но, смею надеяться, не в последний раз. Род Разумовских некоторое время испытывал трудности, но чёрная полоса позади. Дальше только светлое будущее и новые победы. Благодарю графа Старковского за его инициативу, потому что сам я погряз в делах рода и совсем забыл о благородном обществе и всех его плюсах. Спасибо, Иван Николаевич, за радушный приём и возможность познакомиться с такими замечательными людьми. За честь, державу и Императора!

В этот раз аплодисменты были значительно более яркими и продолжительными. В нашу сторону тут же устремился граф Калинин и я приветливо ему улыбнулся. Рядом с представителем артефактного дома Воронцовых шла удивительно красивая женщина в строгом сером платье.

— Добрый день, Ярослав Константинович! — протянул мне руку граф. — Рад, что нам снова удалось встретиться так быстро.

— Здравствуйте, Александр Викторович, — улыбнулся я. — Знакомьтесь. Моя сестра Анастасия Константиновна.

— Польщён, ваша светлость. — целуя руку княжны, ответил Калинин. — Моя супруга — Калинина Инга Аскольдовна.

— Рада познакомиться, ваша светлость, — изысканно изобразив реверанс, произнесла графиня. — Наслышана о вас от моего супруга. Редко когда он так хорошо отзывается о представителях юного поколения дворян.

— И я рад знакомству, Инга Аскольдовна, — поцеловав руку графини, ответил я. — Если бы знал, что у Александра Викторовича такая прекрасная супруга, то непременно взял бы с собой достойный подарок. В следующий раз непременно исправлю эту ошибку.

— Да простит меня Инга Аскольдовна, но сегодня у этого мероприятия только одна королева! — воскликнул граф. Удивительно, но его жена даже не поморщилась. В этот момент она с интересом смотрела на Настю и пришла к тем же выводам.

— За подобные суждения всегда следует расплата, граф, — звонко рассмеялась Анастасия. — Нельзя сравнивать едва распустившийся полевой цветок с роскошной розой в полном цвету.

— Если вы не против, то я украду ненадолго вашу сестру, Ярослав Константинович, — неожиданно улыбнулась Инга Аскольдовна. — Поболтаем, пока её не окружили воздыхатели.

— Ни в коем случае, Инга Аскольдовна, — улыбнулся я. — Если княжна сама не против.

Настя без лишних слов сделала пару шагов вперёд и княгиня взяла её под руку. Женщины тут же направились к дорожке, которая вела прочь от лужайки.

— Потрясающий образ, милая,. — последнее, что я услышал со стороны княгини. — Настолько просто и изысканно, что аж дух захватывает.

— Слышал про последние события в ваших владениях, Ярослав Константинович, — негромко произнёс Калинин. На лице графа держалась светская улыбка для окружающих, но глаза при этом оставались предельно серьезными. — Рад, что всё завершилось хорошо. Хочу напомнить, что моё предложение всё ещё в силе, ваша светлость. Сейчас в наличии есть несколько очень хороших лечебных артефактов. В связке с вашим накопителем, они могут отлично отрабатывать даже средние по тяжести ранения.

— Благодарю за предложение, Александр Викторович, — кивнул я. — Пока что справляемся своими силами. Но я помню о вашем предложении. Просто сейчас время решения по этому вопросу ещё не пришло.

— Как скажете, Ярослав Константинович, — не стал настаивать граф. — Ещё раз скажу, что очень рад вашим победам в последнее время. Двери артефактного дома Воронцовых всегда открыты для вас.

— Благодарю, ваша светлость, — кивнул я. Граф ушёл, а его место занял какой-то барон из Твери. У таких дворян часто не было ничего, кроме титула и слабого магического дара. Имя этого человека моментально вылетело из головы, как только он уступил место следующему гостю.

Утомительная процедура знакомства и взаимных расшаркиваний продолжалась почти час. Девяносто процентов гостей просто отрабатывали привычный ритуал. Особого дела до рода Разумовских им не было и это меня только радовало. Правда, касалось это далеко не всех.

Одним из последних ко мне подошёл седой мужчина с невероятно густыми и мохнатыми бровями. Словно к его лицу прицепились две толстых седых гусеницы, которые тщательно отражали все эмоции этого человека. А ещё я ощутил исходящую от него ауру силы. Тщательно скрываемой и находящейся под жёстким контролем. Такой уровень владения своим даром говорил об очень долгой практике.

— Барон Костров, — коротко и не особо приветливо произнёс мужчина. — С возвращением, Ярослав Константинович. Рад.

— Взаимно, Игорь Юрьевич, — крепко пожав протянутую руку, ответил я. Ладонь барона оказалась крепкой и мозолистой, как старая доска. — Благодарю вас за то, что нашли время приехать на это мероприятие.

— Просто интересно стало посмотреть на наследника Кости, — чуть заметно улыбнулся Костров. — Пока не особенно понятна вся шумиха вокруг вашего возвращения, Ярослав Константинович. Но за южные границы своих владений можете не беспокоиться.

В отличии от Алексея Андреевича, Костров свято соблюдал все достигнутые с моим отцом договорённости. Во время одного из выездов в лес, Аршавин показал мне границу с бароном и там всё разительно отличалось от востока. Игорь Юрьевич создал настоящую заградительную полосу за свой счёт, чтобы даже малейших сомнений о надёжности границы не возникало. И содержал её полностью за свой счёт. Да и Ратай отзывался об этом человеке исключительно положительно.

— Благодарю, Игорь Юрьевич, — кивнул я. — Со своей стороны хочу предложить вам компенсацию за последние пять лет. Понимаю, что содержание границы лежит на обеих сторонах и готов вложиться в это финансово.

— Не стоит, ваша светлость, — усмехнулся Костров. — Что было, то было. Чай, не обеднею от содержания трёх лесников. Да и вам до того ли? Лучше, как с делами разгребётесь, заезжайте в гости. Есть у меня пара предложений по сотрудничеству для вашего рода.

— На предмет? — заинтересованно поднял брови я и Костров жестом предложил прогуляться. Не особенно болтливым был барон, но об этой его особенности знали все обитатели первого круга тверской аномалии.

— Как вы знаете, с моим титулом нельзя претендовать на получение лицензии на переработку аномальных тварей, Ярослав Константинович, — произнёс Костров. — Возить добычу на второй круг накладно, да и цену имперские скупщики дают не особенно высокую. Насколько помню, у вас был во владении цех сортировки. Поэтому хочу возить добычу к вам. Если цена будет справедливой.

Я удивлённо покачал головой. Вот так просто, буквально в несколько фраз, Игорь Юрьевич обозначил очень выгодное для меня предложение. Без долгих предисловий и подготовки. Просто предложил. И мне оставалось так же просто ответить.

— Я согласен, Игорь Юрьевич, — произнёс я. — Цех в Себыкино как раз проходит этап восстановления. Зверей первого и второго ранга можете везти смело. Я завтра предупрежу Олега Игоревича, что могут появиться ваши люди. По цене предлагаю такой вариант. Вы везёте целые туши аномальных монстров. Мы их обрабатываем так, чтобы получить максимальную выгоду и сдаём напрямую в Имперскую службу, а не в региональный пункт приёма. Стоить это будет тридцать процентов от общей выручки на уже обработанные части/ингредиенты. Транспортные и прочие расходы я беру на себя.

— Скромничаете, Ярослав Константинович, — хмыкнул мой собеседник. — Не дело это. На моём месте, любой бы согласился без раздумий. В чём ваша выгода?

— Моя дружина пока не может полностью загрузить мощности сортировочного цеха, — невозмутимо ответил я. — Поэтому сдавать добычу напрямую нет смысла. Мы просто не наберём минимально требуемый объем. Но специалисты у моего рода хорошие. Поэтому, моя задача — увеличить объемы до того уровня, чтобы пройти минимальный порог входа в Имперскую службу. И ваше предложение, как нельзя, к стати.

— Знаю, ваша светлость, — кивнул Костров. — Я Олега уже лет пятнадцать как знаю. Тогда договорились. Транспорт для транспортировки итогового материала и охрану я предоставлю. Ваши тридцать процентов и работа. Хорошего дня, Ярослав Константинович.

— Хорошего дня, Игорь Юрьевич, — пожав руку собеседнику, ответил я. Однако, барон не спешил разжимать руку и пару мгновений смотрел на меня.

— А ко мне всё же заедьте, ваша светлость. По возможности. Дело не особо срочное, но важное, — наконец произнёс Костров и ушёл. Причём пошёл Игорь Юрьевич сразу к парковке, а я ещё некоторое время задумчиво смотрел ему вслед. Всё, что хотел сделать барон на этом приёме, он сделал. И дальше оставаться тут не планировал. А я задумался о том, что некоторые соседи не только уважали прежнего главу рода Разумовских, но и были готовы пойти на определённые риски после его гибели.

К этому времени Настя уже вернулась с прогулки. Рядом с сестрой, вместо княгини Калининой, стояла та самая пара долговязых студентов, которых я видел среди группы молодёжи. Сам Антон Алексеевич оказался единственным, кто не стал принимать участия в официальной части знакомства, но я по этому поводу нисколько не переживал. Разговаривать с княжичем не хотелось. Товарищ Антипова сухо поздоровался и ушёл, что тоже меня не особо расстроило.

— Познакомьте меня с вашими собеседниками, Анастасия Константиновна, — подойдя к сестре, с улыбкой произнёс я. Оба парня синхронно повернулись в мою сторону и я тут же понял, что они навсегда потеряны. В глазах внуков Старковского читалось такое восхищение моей сестрой, что я только покачал головой. Настя успела вскружить голову студентам с невероятной скоростью. Скорее всего, уже на днях полетят в наше имение письма, полные пылких юношеских стихов.

— С удовольствием, ваша светлость, — улыбнулась Настя. — Константин Александрович Старковский. Студент МАМИ уже второго курса.

Одни из парней, отличавшийся беспорядочной рыжей шевелюрой, коротко кивнул. Грива на его голове качнулась в такт движению, на секунду скрыв глаза студента. Я кивнул в ответ и посмотрел на второго члена семьи Старковских.

— Андрей Александрович Старковский, — представила юношу Анастасия. — Учится вместе с братом в одной группе. Удивительно, но братья Старковские близнецы, хотя в это так трудно поверить с первого взгляда, ваша светлость.

У второго парня волосы были соломенно-жёлтые, что полностью меняло его внешний вид. Увидеть схожесть двух братьев действительно оказалось сложно. Но оно определённо имело место. А ещё оба юноши были очень похожи на своего деда.

— Приятно познакомиться, господа, — улыбнулся я. — Ярослав Константинович Разумовский.

— Наслышаны, ваша светлость, — первым протянул мне руку Константин. — Хотя, должен признаться, представлял вас совершенно иначе. Особенно после общения с Антоном Алексеевичем.

— Далеко не всегда стоит верить чужим словам, Константин Александрович, — чуть усмехнулся я. Что мог наговорить про меня Антипов-младший я прекрасно представлял. — Собственный опыт всегда значительно важнее, чем чьё-то мнение.

— Наш отец говорит то же самое, — рассмеялся Андрей. — Даже странно, насколько совпадают ваши слова, Ярослав Константинович.

— Друзья! — громко произнёс вернувшийся к гостям Иван Николаевич. Где он пропадал всё это время я не представлял, но выглядел граф бесконечно довольным собой. — Настало время отвлечься от разговоров. Я подготовил для вас небольшое представление.

— Наш выход, — быстро произнёс Константин. Я заметил, что после вступительных слов главы рода Старковских большая часть молодёжи потянулась куда-то прочь с поляны. — Приносим свои извинения, Анастасия Константиновна, но мы вынуждены вас покинуть. Ярослав Константинович.

— А что за представление, друзья? — тут же спросила Настя. — Я очень тяжело переношу ожидание, даже если речь идёт о сюрпризах.

— Небольшое представление, княжна, — после секундного колебания, ответил Андрей. — Просто показательное выступление магов первого круга, которые только в этому году закончили первый курс. Лучших из лучших, так сказать.

— Вот как… — задумчиво протянул я.

— Да, Ярослав Константинович, — кивнул второй брат. — Граф сказал, что у каждого из гостей будет возможность показать свои навыки. А лучший будет награждён лично нашим дедом! Вся молодёжь участвует и мы считаем, что вам тоже стоит присоединиться, ваша светлость.

— Я подумаю, — ответил я.

Парни ушли, но в этот момент за нашими спинами прозвучал негромкий смешок. Даже не оборачиваясь, я знал, кто именно там стоит. А когда повернулся, увидел довольную физиономию Антипова-младшего.

— Ну что, ваша светлость? Готовы показать чего стоите в реальном деле? — со снисходительной улыбкой спросил Антон.

Глава 22

Рядом с Антиповым стоял Быстряков и оба парня с интересом ждали моего ответа. Антон старался смотреть только на меня, но его взгляд то и дело соскальзывал на Настю. Судя по всему, парень хотел при большом стечении людей показать мне своё превосходство.

— Реальном деле? — удивлённо поднял бровь я. — Насколько я знаю, все реальные дела происходят в аномальной зоне, Антон Алексеевич. А под защитой магов рода Старковских будет не более чем развлечение на любителя показательных выступлений.

— Что ж, а я думал, что глава рода Разумовских не упустит случая показать всем свою силу, — разочарованно произнёс Быстряков, а Антипов-младший едва заметно нахмурился, переваривая мои слова. — Жаль, что ошибся.

— У вас ещё будет возможность, Константин Игоревич, — улыбнулся я и посмотрел на Антипова. — В аномалии. Надеюсь, у нас всё в силе, ваша светлость?

— Разумеется, Ярослав Константинович, — ухмыльнулся Антон. — Подготовка идёт полным ходом и, поверьте, у вас будет возможность показать всё, на что вы способны.

— Очень рассчитываю на это, — светски улыбнулся я. — А то уже заскучал у себя в имении.

Антипов-младший поджал губы и лениво мне кивнул. Не знаю насколько он был в курсе дел своего отца, поэтому оценить реакцию собеседника было сложно. Вполне возможно, что Антон просто не знал кто именно организовал недавнее нападение на мои владения и просто расстроился, что я отказался принимать участие в его детских игрищах.

Гости перешли на соседнюю поляну, которая скрывалась от посторонних глаз за мощной живой изгородью. Там обнаружилась самая настоящая арена. Круг диаметром около десяти метров был защищён артефактными панелями с универсальной защитой. По периметру стояло несколько магов примерно второго круга, а в отдалении виднелось множество клеток.

— Итак, друзья! — довольно потирая руки, произнёс Старковский. — Так вышло, что сегодня у нас на мероприятии собралось сразу пять звёзд первого курса лучшей магической академии в нашей Империи. Эти юные дарования скоро станут опорой трона и своих семей. Я взял на себя смелость организовать небольшие показательные выступления, где каждый желающий сможет продемонстрировать желающим уровень своего мастерства. И начать хочу со своих внуков! Род Старковских уже очень давно владеет землями во втором защитном круге тверской аномалии и накопил немало знаний за это время. И опыта. Прошу!

Первым на усыпанную свежим песком арену вышел Константин. Парень успел переодеться в тренировочный костюм и вооружиться. На левом бедре Кости висел меч, а на правом — длинный кинжал. Стандартный набор молодого мага, которому оружие могло дать ещё один шанс выжить.

Слуги Старковского подтащили к арене клетку, в которой шипел и плевался дымом крупный огнелис. Маги охраны тут же приготовились атаковать животное, если наследник графского рода окажется в опасности. Ещё один маг активировал защиту над ареной, чтобы никто из зрителей случайно не пострадал.

Константин обладал аспектом Воды и для него выбрали самого подходящего противника. Как только зверь оказался на свободе, парень создал перед собой почти прозрачный щит из тонкого слоя воды и сформировал в руке крупную каплю. Лис бросился вперёд и все зрители замерли в напряжении.

Наблюдавший за этим Аршавин только неодобрительно покачал головой. У измученного животного не было ни малейшего шанса на победу. Несмотря на размеры, сил у лиса практически не было и он не особенно отличался от своего обычного сородича.

Бой закончился довольно быстро. Маны Константину хватило на несколько атакующих заклинаний. Первая капля пролетела мимо и зверь всем телом ударил в щит. Парня отбросило на несколько шагов, но он сумел удержать равновесие. Вторая атака молодого мага достигла цели, а третья завершила мучения животного.

— Хочу обратить ваше внимание, что даже в таких условиях, мой внук сумел уложиться в две минуты! — громко произнёс граф. — А между тем, на подобный бой в Академии отводится в два раза больше времени!

— Достойно, ваша светлость, — пока все остальные аплодировали Константину, признался Старковскому Калинин. — Очень достойно! Я после первого курса подобного точно не смог бы повторить!

Следом на арену вышел брат Константина. Аспект Земли. Противником для него выбрали водянку. Для себя я отметил, что таким образом граф очень чётко показывал состоятельность своего рода. Ведь даже на показательных выступлениях в Академии преподаватели старались подбирать зверей того же аспекта, который был у студента. А здесь такая расточительность, словно Иван Николаевич прямо хотел сказать, что ритуал очищения, а точнее его стоимость, для него особой роли не играет.

Второй бой занял на тридцать секунд меньше. Андрей действовал более прямолинейно и сразу перешёл в атаку. На теле мага сформировался защитный покров из песка, который надёжно защитил его от единственной атаки его противника. Как только водянка заморозила всё вокруг, песчаный доспех осыпался на землю. Оставалось просто добить зверя, но с этим у парня возникли проблемы.

Появившийся из-под земли каменный шип, без вреда для твари, прошил тело водянки и она бросилась на своего врага. Часть тела аномального зверя осталась висеть на камне, но видимых проблем животное не испытывало. Андрей быстро создал вторую броню, прижал монстра руками к земле и повторил атаку.

— Полторы минуты! — оповестил всех довольным голосом граф и получил новую порцию восторгов. Андрей тем временем поднялся, отряхнул с себя пыль и учтиво поклонился Насте. Моя сестра слегка кивнула в ответ, признавая мастерство молодого мага. — Если этот рекорд будет сегодня побит, то я лично вознагражу того, кто это сделает!

— Зависит от награды, ваша светлость, — задумчиво глядя на арену, произнёс кто-то из свиты графа. — Так бы я и сам не прочь размяться.

— Вам ли об этом говорить, Пётр Савельевич! — с осуждением покачал головой граф. — Для молодых забава, а не для таких матёрых зубров, как мы с вами!

— И то верно, — рассмеялся его собеседник.

Следующим в круг вышел какой-то парень из Твери. Сокурсник Старковских, которого они пригласили вместе с Антиповым и Быстряковым. Ничего выдающегося парень не показал, но в отведённый лимит времени уложился. Из заявленных участников остались всего двое. И первым на арену вышел Быстряков.

В этот раз Иван Николаевич действовал строго по принятым нормам МАМИ. Против Быстрякова, который обладал аспектом воздуха, выпустили косилку. Небольшого монстра в виде крупного жука, который умел атаковать примитивными воздушными лезвиями. Для первого ранга животное было достаточно сильным и среди зрителей даже послышались недовольные голоса. Некоторые гости подумали, что граф специально дал своим внукам более слабых противников. Однако, они зря переживали.

Константин Игоревич отлично владел своим аспектом и точно знал, что нужно делать. Я бы даже сказал, что выступил он значительно лучше внуков Старковского. Быстряков создал неплохой экран, который качественно отводил в стороны атаки монстра и принялся вскрывать толстый панцирь точечными ударами. Я считал атаки, чтобы примерно прикинуть запасы маны друга Антипова, а рядом недовольно ворчал Аршавин. Ратаю не нравилось представление и он этого не скрывал. Для опытного воина подобные развлечения благородных казались глупыми и бессмысленными.

— Семь, — когда жук наконец рухнул на землю, произнёс я. Одной сферы разума для этого точно не хватило бы, а значит у наследника Быстряковых сфер было больше. Насколько больше сказать я бы не взялся, но Константин выглядел достаточно измотанным после боя. А ещё он сумел повторить результат Андрея.

— Что ж, поаплодируем Константину Игоревичу и поздравим его с блестящей победой! — воскликнул Иван Николаевич. — Однако, рекорд сегодняшнего дня ещё не побит. Быть может с этим справится Антон Алексеевич Антипов? Это наш последний участник, если кто-то ещё не решит внезапно присоединиться к нашим показательным выступлениям. Прошу на арену, Антон Алексеевич!

Если бы судьба графа сложилась иначе, то он мог стать отличным конферансье. По крайней мере, я видел, что Иван Николаевич откровенно наслаждается своей ролью и зрители благодарно откликаются на его фразы.

На арене появился Антипов-младший. В отличии от всех своих предшественников, Антон не стал менять свой костюм, явно считая, что справится с задачей без всяких проблем. Он прошёлся вдоль заграждения арены, здороваясь со зрителями и расслабленно обсуждая итоги прошлых схваток. А когда добрался до нас, то остановился напротив Насти.

— Свою будущую победу я посвящаю вам, Анастасия Константиновна! — пылко произнёс княжич. — Как только я побью рекорд Андрея Александровича, с радостью передам в ваши руки награду, назначенную графом Старковским.

— Если побьёте рекорд, Антон Алексеевич. — мило улыбнулся Настя. — И если победите. Пока что в ваших обещаниях слишком много «если».

— Слово дворянина никогда не расходится с делом, княжна, — рассмеялся Антипов-младший. — Сегодня у этой арены нет никого, кто мог бы меня превзойти в схватке с чудовищем один на один. У меня в этой области немалый опыт.

— Поверю вам на слово, княжич, — ответила Настя. — Даже если не докажете это делом.

— Я оскорблён в лучших чувствах, Анастасия Константиновна! — изобразил обиду Антипов, но тут же весело рассмеялся. — Но я прекрасно вас понимаю. Сложно верить в чужую силу, когда рядом нет надёжной опоры.

Ратай за моей спиной чуть подался вперёд, но я едва заметно пошевелил плечом и Аршавин замер на месте. Судя по лицам остальных дружинников, они были готовы без затей врезать соседскому сынку по морде. Вот только возможности у них такой не было, потому что Антона надёжно защищал титул и статус его отца. Адресованную мне насмешку я даже не заметил. Какой смысл обращать внимание на подобные идиотские выпады, если они ни к чему не ведут? Однако, большая часть гостей разбиралась в расстановке сил не хуже Антипова-младшего и нужно было брать ситуацию под свой контроль. А статус рода я уронить права не имел. Да и Антону стоило преподать урок. Видимо, княжич ещё не знал, что за слова приходится платить.

— Насколько вы уверены в своих возможностях, Антон Алексеевич? — вкрадчиво спросил я и люди вокруг нас притихли. По сути, княжич нанёс завуалированное оскорбление главе другого рода. Несмотря на возраст, мы находились в совершенно разном социальном положении. Удивительно, но собеседник продолжал игнорировать этот простой факт.

— Абсолютно уверен, Ярослав Константинович, — широко и победно улыбнулся Антипов. Видимо, он подумал, что его нападки наконец достигли цели. — Настолько, что готов отдать вам право установить правила пари.

— Щедро, — добродушно улыбнулся я. — Тогда правила будут довольно простые. Мне не хочется сильно растягивать эту ситуацию, поэтому предлагаю завершить всё сегодня до выезда из имения графа Старковского. Победитель забирает транспорт проигравшего. Кажется, я видел на стоянке ваш бронированный лимузин?

— Совершенно верно, ваша светлость, — довольно ответил Антон. — Однако, я настаиваю на том, чтобы ответная ставка была равноценной.

— Вездеход, ранее принадлежавший дружинникам вашего отца, подойдёт? — поинтересовался я и княжич едва сумел сохранить на лице такое же довольное выражение. Историю с потерей транспорта он знал отлично. Я надеялся, что он воспримет ситуацию, как личный вызов и это не даст ему отступить. Тем более, он явно рассчитывает на одобрение отца. Еще бы! Щелкнуть по носу выскочку-Разумовского!

— Подходит, — кивнул Антипов-младший. — Ставки сделаны. Условия победы?

— Время, самый надёжный судья, ваша светлость, — безмятежно ответил я. — Кто быстрее убьет своего противника, тот и выиграл пари.

— Принято! — с некоторой спешкой воскликнул Антон. У меня даже сложилось впечатление, что он опасался моего отказа в последний момент. Но отказываться я даже не думал. — В качестве дополнительного условия требую противников не по основному аспекту!

— Что скажете, Ярослав Константинович? — с сомнением посмотрел на меня Старковский. Граф как-то быстро растерял настроение, поняв, что не выполнил обещанные условия проведения мероприятия. — Сейчас у вас ведущий аспект вода. Вы имеете право не принимать дополнительное требование.

— Я не против. — невозмутимо ответил я. — У вас найдётся в зверинце звери с аспектом огня?

— Разумеется, ваша светлость, — ответил Иван Николаевич. — Мы собирались выпустить против Антона Алексеевича беладру, но его требование немного поменяло ситуацию.

— Тогда можем начинать, — спокойно произнёс я и посмотрел в глаза Антипову-младшему. — Если вы не передумали, Антон Алексеевич.

— Начинаем! — порывисто развернувшись на месте, ответил княжич. Он прошёл к центру арены и замер, сложив руки на груди.

— Противником Антона Алексеевич будет водяной ырг, — объявил Старковский. — Согласно условиям пари, учитывается только финальное время боя. Схватка начинается, как только монстр оказывается на арене. И заканчивается после гибели зверя.

В этот момент слуги притащили клетку с аномальным монстром. Ырги были многих видов, но самым распространённым были водяные. Можно сказать, что этот аспект был ближе всего изначальному животному. Вернее, рыбе. Напротив Антипова выбирался из клетки здоровенный карась, способный спокойно передвигаться по земле. Несмотря на показушную позу, я видел, что Антон тщательно готовится к грядущему бою. Даже заметил движение маны вокруг его тела. Судя по интенсивности, сфер у княжича было больше всех остальных участников выступлений, но для меня это особого значения не имело.

Как только позади сухопутной рыбы захлопнулась дверь клетки, Антон нанёс первый удар. Поток пламени обрушился на аномального зверя. В воздухе появился запах жареной рыбы. Княжич использовал очень мощную атаку, которая была доступна далеко не всем магам первого ранга. Зрители начали хлопать, но бой ещё не закончился.

Под слоем огня проявился водяной пузырь, который частично прикрыл ырга, и в сторону мага ударила мощная струя воды. Антон потерял концентрацию и сделал пару шагов назад. Ырг рванул к своему обидчику и напоролся на новую волну пламени. На этот раз княжич защищался. Зверь попытался снова создать пузырь, но сил ему не хватило. С десяток секунд Антипов держал щит, а потом накрыл им чудовище.

— Минута и пять секунд! — объявил один из магов, обеспечивающих безопасность представления. Он же фиксировал смерть монстров. Гости Старковского, а в особенности молодёжь, разразились радостными криками. Этот показатель был близок к имперскому рекорду, которые побить никому в этом году не удалось.

— Что ж, Ярослав Константинович, ваша очередь, — громко объявил Антипов-младший. — Анастасия Константиновна, помимо обещанной награды от графа Старковского, предлагаю подвезти вас до имения после мероприятия. Такси в эту глушь едут очень неохотно, а у вас, очевидно, возникнут проблемы в связи с завышенными амбициями вашего брата. Не хотел вас задеть, ваша светлость! — со смехом добавил он, веселясь и чувствуя себя уже победителем.

Я спокойно направился ко входу на арену, игнорируя его шпильки, а следом за мной увязался Аршавин. Ратай явно был недоволен происходящим, но с советами и комментариями не лез, за что я был ему особенно благодарен. А вот информация лишней не будет.

— Беладра? — негромко и вроде ни к кому конкретно не обращаясь, произнёс я.

— Белка переросток, — так же тихо ответил Ратай. — Аспект огня. Первый ранг, но близко ко второму. Дальних атак нет. Атакует только при касании. Неприятный противник, но если его водой залить, то не такой страшный. Фляга ваша у меня с собой, ваша светлость. Беладры двигаются кругами, а не по прямой. Если будет перед вами, то атакует справа. Круг движения около двух метров. Если подпустите близко, то может обжечь очень сильно.

— Спасибо, — кивнул я и спокойно зашёл на арену, разминувшись с Антоном. Княжич весело мне подмигнул и сразу направился к Насте, чтобы посмотреть на её реакцию после моего поражения. Я же прошёл к центру арены и встал на колени.

— Что он делает? — донесся до меня голос Пичуги. — Так же заклинания плести неудобно!

— Ооо… — протянул в ответ Ратай. — Сейчас ты увидишь кое-что интересное, Антоха!

Глава 23

Слуга, который выпускал зверей на арену, некоторое время смотрел на меня. Видимо, ждал когда закончится моя подготовка к поединку, но я дал ему знак, что можно начинать. Внешне беларда походила на лысого грызуна, размером с собаку. Вся шкура монстра была покрыта сажей, которая буквально сочилась сквозь поры. Единственным ярким элементом чудовища был хвост. Он горел ровным рыжим пламенем. Скорее всего, тварь отлично умела использовать его в бою.

Я прикрыл глаза, сосредоточившись на своём Источнике. Аспекты Воды и Огня замерли в равновесии, готовые откликнуться на первую же мою мысль. Аршавин выдал мне всю необходимую информацию для этой схватки. Судя по всему, Ратай уже начал привыкать к моей манере подготовки к любым сражениям и рассказывал только о действительно важных вещах.

В отличии от Ырга, мой противник был откровенно агрессивным и сразу рванул в атаку. Беларда метнулась в сторону. На песке осталась дуга длиной около полутора метров. Смена направления. Ещё дуга…

Тело зверя было устроено так, чтобы движения казались максимально непредсказуемыми. Длинные лапы взрывали песок. При каждом повороте в воздух поднимались облака пыли, в которых мелькал горящий хвост чудовища. Среди зрителей послышались встревоженные голоса. Истинным зрением я видел, как напряглись и приготовились к бою маги по периметру арены.

Третья дуга. Четвёртая…

Аспект Воды хлынул в правую руку. Вокруг предплечья мгновенно возникла защитная водяная плёнка. Плотность покрова оказалась достаточной, чтобы остановить хвост чудовища, метнувшийся ко мне из облака пыли. А потом моя ладонь сжалась на шее зверя. Покров трансформировался в десяток водяных игл, которые моментально выросли из ладони, круша на мелкие части позвоночник монстра. Огненный хвост пару раз судорожно ударил по земле. Пыль начала медленно оседать на песок арены.

— Двенадцать секунд… — как-то неуверенно сообщил маг защиты. — Зверь… Мертв…

Вокруг стояла оглушительная тишина. Только в отдалении ворчали сидевшие в клетках звери. Я прислушался к своим ощущениям и заметил, как энергия аспекта Огня заполняет структуру верхней части моей сферы разума. Все пути развития были подготовлены заранее и мой контроль над процессом уже не требовался.

Поднявшись, отряхнул брюки и молча направился к выходу с арены. Только когда я добрался до первого ряда зрителей, люди наконец перестали смотреть на труп беларды и разом повернулись в мою сторону. Кто-то неуверенно хлопнул, а секунду спустя вся толпа гостей взорвалась бурными овациями и радостными воплями. Какой-то мужчина рванул ко мне, пытаясь пожать руку и что-то выкрикивая о своём давнем уважении к роду Разумовских. Неподалёку мелькнуло задумчивое лицо графа Калинина. Старковский выглядел так, словно получил самый ценный подарок в своей жизни. Причем от совершенно незнакомого человека.

И только Антон Антипов на этом празднике жизни выглядел бледной тенью. Княжич стоял рядом с моей сестрой и молча открывал и закрывал рот, силясь что-то сказать. Неподалёку хмурился его друг. Оба студента были о себе очень высокого мнения и точно не ожидали такого поворота событий.

— Я требую детального рассмотрения боя! — наконец выдавил из себя Антон. — Зверь был убит не по правилам! Вообще никто не видел, как была убита беларда!!!

— Возражения не принимаются, Антон Алексеевич, — с довольной улыбкой произнёс Иван Николаевич. — В условиях пари не было ни слова о методах убийства противника. И время князя Разумовского явно лучше вашего, юноша. Ярослав Константинович, это было что-то невероятное! Уверен, никто мне не поверит, что такое вообще возможно!!!

— Просто повезло, ваше сиятельство, — улыбнулся я и посмотрел на бледного княжича. — Ключи и документы от вашей машины передайте Николаю Петровичу, ваше сиятельство. Сейчас.

— Я… — начал было Антон, но тут же осёкся и зло сжал челюсти. — Разумеется, Ярослав Константинович. Это был довольно интересный опыт, за очень скромную цену. Для рода Антиповых подобные траты значения не имеют, а вам однозначно пригодится транспорт для парадных выходов.

— Как сказала сегодня Анастасия Константиновна, нет лучшего транспорта для парадных выходов, чем трофейная техника врага, — многообещающе ответил я. — Думаю, то же самое можно отнести и к другим вещам и имуществу.

— Ключи, Антон Алексеевич, — произнёс наблюдавший за нашей беседой граф Старковский и княжич ленивым жестом отдал приказ одному из своих охранников. Ратай забрал документы, а Иван Николаевич с доброй улыбкой посмотрел на меня. — Жаль, что это маленькое соревнование проходило без участия ответственных лиц Императора, ваша светлость. Я не смогу заявить о ваших невероятных результатах, но в моих силах достойно вознаградить вас за это фантастическое достижение. Приз сейчас принесут.

— Слова дворянина никогда не расходятся с делом, — улыбнулся графу я, а княжич дёрнулся от моих слов, как от удара. — Как говорил Антон Алексеевич, приз должна получить Анастасия Константиновна. Но это терпит, ваше сиятельство. Я немного устал и хотел бы покинуть ваш праздник. Не желаете прогуляться?

— Жаль, что вы решили нас покинуть, Ярослав Константинович, — вздохнул Старковский. — Но прекрасно понимаю ваше решение. Остаток вечера гости только и будут говорить, что о вашей блистательной победе. Да и вас с княжной вряд ли в покое оставят. Идёмте. Я провожу вас до парковки.

Шумное обсуждение итогов показательных выступлений стихло, как только мы свернули за живую изгородь. Слуги уже успели заново накрыть столы на основной поляне и подготовить всё к следующему этапу мероприятия. Граф умел развлекаться с размахом.

— Иван Николаевич, хотел у вас уточнить по поводу вашего скупщика, — пользуясь случаем, произнёс я. — Понимаю, что рентабельность подобного дела достаточно высокая, но как вы смотрите на то, чтобы увеличить доход?

— Каким образом, Ярослав Константинович? — деловито спросил Старковский. — На данный момент я вижу только один вариант — прямые поставки в столицу, но для этого собранной мной добычи маловато. А теперь ещё и Алексей Андреевич наверняка будет искать другие точки сбыта. Да и помимо этого проблем хватает. С реагентами вечная проблема. Обогащённую аспектом Жизни воду найти в нашей глуши достаточно сложно, а обычная заморозка снижает качество ингредиентов почти на двадцать процентов! Разумеется, мои маги делают запасы для самых ценных образцов, но общие убытки удручают.

Старковский явно преувеличивал свои сложности, потому что доходы от скупки аномальных тварей у него были очень существенными. Не зря он давал цену выше, чем Имперские скупщики. Однако, мало кто мог легко отказаться от возможности увеличить свои доходы. Особенно если особых усилий это не требовало.

— В таком случае, моё предложение может вас заинтересовать, Иван Николаевич, — улыбнулся я. — Как вы смотрите на то, чтобы весь объем выкупленной добычи отправлять в сортировочный цех Себыкино?

— При всём моём уважение, ваша светлость, это не имеет смысла. — чуть виновато улыбнулся Старковский. — Даже вместе мы не сможем собрать нужный объем для минимальной поставки в столицу. А проблемы останутся те же. Консерванты достать у вас вряд ли получится, а без них разделка аномальных монстров теряет в рентабельности очень много. Мне проще по-старинке морозить туши, чем тратить время и средства на доставку добычи в ваши владения.

— Очень разумная позиция, Иван Николаевич, — ответил я. К этому времени мы уже добрались до стоянки и Ратай отправился изучать лимузин Антипова на предмет всевозможных опасностей. — Риски действительно достаточно большие, но я уверен, что разобраться с ними возможно. Если не хотите поставлять зверей ко мне, то можем заключить выгодный контракт между нашими родами на регулярные поставки обогащённой аспектом Жизни воды в нужных вам объемах. Значит мы с бароном Костровым будем пока самостоятельно исходить из наших возможностей и формировать поставки в столицу более продолжительное время. Но, я от своего не отступлюсь, уж поверьте.

Граф внимательно посмотрел на меня и задумчиво хмыкнул. Чтобы осмыслить новые вводные ему понадобилось меньше половины минуты.

— Я согласен, Ярослав Константинович, — произнёс Иван Николаевич. — Насколько знаю, Олег Дмитриевич и его лучшие специалисты всё ещё проживают в Себыкино. Если они смогут восстановить сортировочный цех…

— Цех уже работает, ваше сиятельство. — невозмутимо ответил я. — В ином случае я бы не стал вам предлагать сотрудничество. Первые поставки с территории барона начнутся уже завтра. На данный момент мощности цеха ограничены и я ищу партнёров для более эффективной загрузки производства. Вам решил сделать предложение первому, но варианты ещё есть.

— Надеюсь, они вам не понадобятся, ваша светлость, — быстро произнёс граф. — Простите мне моё недоверие. Просто я не ожидал, что вы так стремительно восстановите мощности предприятия своего отца.

— До полного восстановления ещё далеко, Иван Николаевич, — честно признался я. — Но мы работаем над этим вопросом.

— На каких условиях вы готовы принять материалы от моего скупщика? — задал наиболее важный для него вопрос Старковский.

— Тридцать процентов от общей выручки с продажи ингредиентов в столичное отделение службы скупки аномальных материалов и выделенную линию электропитания для бесперебойного обеспечения мощностей сортировочного цеха и всего Себыкино, — ответил я. — На первое время сойдёт защищённый кабель по поверхности земли, но в будущем нужно будет проложить полноценную линию.

— Дело в том, что с вашим отцом мы работали почти на таких же условиях, ваша светлость, — задумчиво произнёс граф. — И линия питания Себыкино была проложена ещё пятнадцать лет назад моими специалистами. Я сегодня же распоряжусь, чтобы они провели все восстановительные работы. Думаю, через пару дней энергоснабжение будет восстановлено в полном объеме. Вы уверены насчёт своего процента с доходов, Ярослав Константинович? Транспортные расходы и обеспечение безопасности при перевозке съедят очень много.

— Эту часть совместного проекта взял на себя барон Костров, — ответил я. Ратай выбрался из лимузина и помахал мне рукой. Никаких сюрпризов Аршавин не обнаружил. Можно было выдвигаться домой. — Если вас устраивают такие условия, то можете высылать первый транспорт с материалом для переработки уже завтра. Пока что предлагаю сосредоточиться на монстрах первого и второго ранга. Для консервации добычи более высокого ранга я готов заключить отдельный договор на поставку обогащённой воды. Он будет действовать до тех пор, пока сортировочный цех не сможет принимать подобные материалы.

— Договорились, ваша светлость, — пожимая мне руку, серьезно кивнул Иван Николаевич. Со стороны поместья показался торопливо шагающий слуга, который нёс перед собой небольшую шкатулку на большой атласной подушке. — А вот и ваш приз, Ярослав Константинович! Раз уж вы решили сделать подарок вашей сестре, то я взял на себя смелость изменить саму награду. Позвольте, Анастасия Константиновна…

Старковский достал из шкатулки изящное ожерелье из изумрудов разных размеров. Выглядело оно действительно шикарно и на Насте смотрелось удивительно гармонично. Девушка сразу же сняла свое прежнее украшение и позволила графу надеть на себя подарок.

— Благодарю, ваше сиятельство, — присела в изысканном реверансе девушка. — Награда достойная подвига моего брата.

— Что вы, Анастасия Константиновна! — рассмеялся Иван Николаевич. — Ваш брат совершил просто невозможное сегодня. Да и моя подготовка оставила желать много лучшего. Надеюсь, события сегодняшнего дня не сильно вас расстроили, друзья?

— Нисколько, — честно ответил я. — Хорошего вечера, Иван Николаевич.

— И вам, Ярослав Константинович, — тепло попрощался граф. — Анастасия Константиновна, заранее прошу вас снисходительно отнестись к моим внукам. Парни от вас без ума. Впрочем, как и все остальные гости.

Бойцы сели в вездеход, а мы с сестрой заняли задний диван в лимузине Антипова. Ратай аккуратно вывел машину с парковки и мы неспешно покатили в сторону трассы. Транспорт Антипова-младшего поражал своей роскошью, но я почти не обращал на это внимания.

— Хорошая машина, — поглаживая кожаный подлокотник, задумчиво произнесла Настя и посмотрела на меня. — Честный трофей. Оставим себе?

— Рано нам еще на лимузинах ездить, — я улыбкой посмотрел на свою сестру. — Но, всё будет, Насть, всё будет.

— Верю, — серьезно кивнула она и тоже улыбнулась.

— Николай Петрович, сколько может стоит такой лимузин? — спросил я у Аршавина.

— Это у Полоза лучше спросить, ваша светлость, — почти не раздумывая, ответил Ратай. — Но больше ста пятидесяти тысяч точно. Машинка бронированная, а это специальный заказ. Такие на рынке не купишь, да и решится на подобную покупку далеко не каждый. Статусная машина.

— Поговори с Полозом, — приказал я. — Пусть выставит машину в Твери по завышенной стоимости. Процентов на тридцать-сорок.

— Это за двести тысяч, Ярослав Константинович, — с сомнением глянув на меня через зеркало заднего вида, ответил Аршавин. — Огромная сумма.

— Не больше задетой гордости и желания избежать гнева отца, — усмехнулся в ответ я. — Ставлю один к десяти, что машину выкупят в течение пары суток.

— Даже спорить с вами не буду, ваша светлость, — рассмеялся Ратай. — Уже понял, что это вообще бессмысленно. Как приедем, отправлю Полоза в Тверь.

— Вот и договорились, — кивнул я. — Деньги нам точно понадобятся в ближайшее время.

— Себыкино? — понятливо спросила Настя.

— Точно, — отозвался я. — В связи с возобновлением работы сортировочного цеха, придётся хорошо потратиться на оборудование. Я завтра поговорю с Олегом Дмитриевичем, а ты посмотри подходящих поставщиков, которые будут готовы с нами работать. В крайнем случае, придётся искать на вторичном рынке.

— Приоритет? — деловито уточнила девушка.

— Полная переработка материалов первого и второго ранга, — уверенно ответил я. — Если что-то останется, то первичный разбор монстров третьего ранга. Пока на больше замахиваться не будем.

— Поняла, — достав из сумочки телефон и сразу принявшись за дело, ответила княжна.

Дальше ехали в тишине до самого имения. Когда вернулись время уже подходило к девяти вечера. Тётя Женя была во всеоружии и накрыла шикарный ужин. Только в этот момент я понял, насколько проголодался. За едой Нюша подробно отчиталась о проделанной работе. Оказалось, что Шустрик изрядно проголодался и пытался выбраться из своей ямы. Необходимость в ручном монстре для тренировок уже отпала, но лишать младшую питомца я не хотел. Тем более, что девочка всё чаще говорила о том, что у неё получилось наладить контакт с улиткой. Если дело так пойдёт и дальше, то скоро их связь окрепнет и можно будет переходить к следующему этапу.

Настя тоже обратила внимание, что Нюша начала более связно и спокойно выражать свои мысли. За время жизни в особняке баронессы Ключициной, мы уже успели привыкнуть к тому, что младшая слишком далека от обычного мира. Что такое планирование или долгосрочные перспективы она не понимала в принципе. И слова девочки о том, что в конце лета нужно обязательно побывать в столице, нас приятно удивили.

— Спасибо за прекрасный ужин, тётя Женя, — поднимаясь из-за стола, произнёс я. — Всем спокойной ночи. Нюша — тебя особенно касается. Завтра нам рано выезжать в Себыкино.

— Я уже собрала вещи, Яр, — радостно ответила девочка. — А мы можем Шустрика с собой взять? Хочу его показать ребятам.

— Не получится, — покачал головой я. — Может они к своему отцу приедут в гости. Вот тогда и покажешь.

— Хорошо, — неожиданно легко согласилась Нюша. — Тогда я пошла спать, чтобы побыстрее наступило завтра!

— Я тебя провожу, — поднялась следом Анастасия. — Ты сразу спать, Яр?

— Почти, — ответил я. — Нужно пару дел закончить перед сном.

Мы поднялись на второй этаж и разошлись в разные стороны. Девочки отправились в спальню Нюши, а я пошёл в кабинет. Настроение было просто отличное и я был абсолютно уверен, что испортить его невозможно. И ошибся.

Глава 24

Это стало понятно, как только я разложил перед собой письма князя Антипова, адресованные его людям в аномалии. Сухой тон Алексея Андреевича только подчёркивал всю мерзость ситуации. Этот человек контролировал работу браконьеров на территории владений рода Разумовских. Те люди, которых мы уничтожили во время штурма, оказались полными ублюдками. Они выполняли любую прихоть своего хозяина. От убийств неугодных, до террора жителей моего надела.

Сосед делал всё возможное, чтобы дестабилизировать положение на земле Разумовских. Из того, что мне удалось понять, главной целью Антипова был полный захват земли моего рода. Только так он мог окончательно обезопасить свои исследования от любых случайностей. И тревога князя была мне вполне понятна.

Судя по содержанию ранних писем, оборот запрещённой лаборатории был просто колоссальным. За одну двухнедельную смену учёным удавалось полностью зарядить и подготовить к продаже около сотни амулетов. Князь требовал, чтобы работники уже переходили к более сложным артефактам, но дело у них не клеилось. Пролистав журнал, понял, что главной причиной успеха Антипова стал тот самый минерал, который мог удерживать грязный Эфир в стабильном состоянии. Любые предметы, которые пытались зарядить тем же методом, моментально разрушались или теряли свои изначальные свойства. Но даже так цифры впечатляли.

В конце журнала нашёл таблицу с примерными ценниками. Её вели для себя сотрудники лаборатории. Видимо, финальные данные предоставляли своему хозяину устно. Там было только количество артефактов, но люди по природе своей очень любопытны и всегда стремятся стать частью чего-то большего. Вот кто-то из учёных и приписал к каждой колонке примерную стоимость амулетов в рублях. Получалось что-то около десяти тысяч за полностью заряженную единицу. А это был миллион каждые две недели. Самое интересное, что артефакты были одноразовые и перезарядить их можно было только в той же лаборатории. Зато запас маны у них был раз в десять выше аналогов.

Где-то минут через сорок изучения документов у меня возникло острое желание позвонить Аксаханову и сдать ему всю эту грязь. Вместе с оборудованием и свидетельствами своих людей. Останавливало от такого шага только полная анонимность писем. Кто и кому их писал понять было несложно, но при этом прямо обвинить соседа вряд ли получится. В итоге, вся добытая мной информация просто превратится в ещё один пункт дела против князя Антипова. И не факт, что эти данные станут решающими с судьбе Алексея Андреевича. А я очень хотел, чтобы этот камень стал последним на чаше весов. Но для этого нужно было проделать ещё немало работы.

Спать ушёл с тяжёлыми мыслями. Пытался найти единственно верный выход из ситуации и отчётливо понимал, что хожу кругами. Уснул так и найдя решения. А проснулся уже с ним. Как иногда бывает, загруженный задачами разум продолжает работать всю ночь напролёт. И выдаёт неожиданный результат, как только ты откроешь глаза.

В гостиную спустился с довольной улыбкой и отличным настроением. Раз князь так хорошо умел прятать свои секреты, то наверняка знает цену молчанию. Вряд ли кто-то из его людей выдаст нужную жандармам информацию, но официальный путь не всегда был самым быстрым и простым.

Нюша спустилась буквально через несколько минут после меня. Пришла сразу с большой сумкой вещей и в походном камуфляже. Наскоро позавтракав, отправились в Себыкино. За руль вездехода сел Серый, а с нами в салоне ехали Ежа и Пичуга. Состав группы сопровождения практически не менялся от случая к случаю. И, разумеется, с нами поехал Ратай. Младшая задремала, как только мы выехали за ворота имения. Ранний подъем для неё оказался непривычным опытом.

— Хотел с вами поговорить по поводу грядущей охоты, Ярослав Константинович, — негромко произнёс Аршавин. — Вы не передумали ещё?

— Не передумал, Николай Петрович, — ответил я. — Что-то удалось узнать?

— Я поговорил с Прохором, — серьезно произнёс Ратай. — Подготовка идёт полным ходом и ей действительно занимается младший сын нашего соседа. У Алексея Андреевича слишком много проблем в последнее время, но такое ответственное дело сыну он доверить не смог. Охотников возглавит Прохор. Человек он крайне порядочный, я так и не понял, что его держит у князя. Настоящий боевой маг, кто мог бы сделать карьеру, где угодно. Кроме того, знаю что он уже не раз был близок к тому, чтобы уйти из дружины Антипова. Но, что-то его там держит. Мы неплохо общались, когда ваш батюшка был жив, можно даже сказать — дружили. Но, после смерти князя всё изменилось. Отношения мы почти не поддерживаем, но всего пара его советов за пять лет позволили… гхм… не допустить непоправимого. Уверен, к грязным махинациям князя он не причастен, хотя голову на отсечение за это не положу. В общем, полного беспредела точно не будет, но Антон — сын князя и хочет вести охоту в глубинные территории Аномалии.

— Ожидаемо, — кивнул я. — Особенно после того, как они выбили всех зверей вблизи границы.

— Проблема в том, что в составе отряда будут только люди Антипова, — продолжил Ратай. — Посторонних к таким делам не допускают и я с вами поехать не смогу даже в качестве сопровождающего. Маршрут строит сам Антипов-младший и куда он поведёт охоту Прохор не знает. Это будет известно только в субботу, но уже сейчас княжич приказал взять с собой несколько погонщиков монстров и пару боевых магов, кроме самого Прохора. Настроен он крайне серьезно, а после вчерашнего поражения точно попытается вас убить.

— Тоже не новость, — хмыкнул я.

— Нападения группы бойцов, дежуривших на базе в аномалии можно теперь не опасаться, — хмуро произнёс Аршавин. — Но это не означает, что других проблем не будет, ваша светлость. Особенно если Алексей Андреевич узнает о том, что его люди мертвы. Предлагаю послать пару наблюдателей, чтобы держать лагерь соседа в аномалии под контролем. Так мы хотя бы будем знать, что там творится.

— Разумно, — согласился я. — Вопрос только в том, как обеспечить безопасность наших людей. И я против того, чтобы они дежурили там больше суток.

— Займусь этим сегодня, — с облегчением ответил Аршавин. Наверное, он готовился к долгому противостоянию по этому вопросу, но я спорить не собирался. — Тогда вас отвезём с княжной и вернёмся в имение. Во время дневного обхода границ поставлю ребят из старичков. На обратном пути за вами заедем.

— Годится, — расслабленно глядя на пейзаж за окном, произнёс я. — Если к обеду вернётесь, то будет отлично, Николай Петрович. Раньше мы вряд ли управимся.

Глава Себыкино встретил нас у ворот в жилую часть посёлка. Аршавин предупредил его заранее о нашем визите и Олег Дмитриевич решил выйти нам навстречу. Выглядел Пескарёв полностью довольным жизнью. Я даже немного удивился.

— Доброе утро, Олег Дмитриевич, — когда мы выбрались из вездехода, поздоровался я. — Чем порадуете?

— Даже не знаю с чего начать, ваша светлость! — широко улыбнулся Пескарёв и гордо огладил пышные усы.

— Мы уже приехали? — внезапно послышался из машины сонный голос Нюши. — Где они?

— Если вы не против, я провожу вашу сестру, Ярослав Константинович, — предложил Серый. Я только кивнул, потому что о чём-то поговорить пока рядом младшая вряд ли получится. Дружинник вернулся в салон вездехода и пару секунд спустя вышел обратно. Нюша сосредоточенно шагала следом и с интересом глазела по сторонам.

— Итак? — вопросительно посмотрел я на главу единственного обитаемого поселения в моих владениях.

— А давайте пройдёмся по жилой части, Ярослав Константинович? — предложил Олег. — За последнее время мы много всего сделали не только в сортировочном цеху.

— Я не против, — легко согласился я. — Заодно покажете, как разместились семьи моих дружинников.

— С этого и хотел начать, — направляясь ко входу в жилую девятиэтажку, серьезно ответил Пескарёв. — Прошу заранее простить, ваша светлость, но электричества у нас хватает только на самые необходимые вещи. Лифты не работают.

— Не страшно, — улыбнулся я. — К тому же, мучаться осталось недолго, Олег Дмитриевич. Люди графа Старковского на днях восстановят нормальное электроснабжение посёлка.

— Да? — взволнованно уточнил Олег. — Если так, то это просто замечательная новость, Ярослав Константинович! Нам пришлось перенести часть генераторов в цех, чтобы обеспечить работу самого необходимого оборудования. Полноценное электроснабжение сильно облегчит всем жизнь. Тогда достижения моих людей уже не кажутся мне такими выдающимися.

— Каждый вносит посильный вклад в общее дело, Олег Дмитриевич, — ответил я. — Рад, что мне удалось немного облегчить жизнь людей в своих владениях. Дальше мы сами, Николай Петрович.

Ратай, который всё это время топтался позади, с облегчением кивнул и быстрым шагом вернулся к вездеходу. Пичуга и Ежа поехали с ним. Я сделал вид, что не обратил внимание на отсутствие третьего бойца сопровождения. Раз выдалась такая возможность, то стоило дать побыть Серому с семьей.

— Это основное жилое здание, — тем временем начал свою экскурсию Пескарёв. — Здесь у нас живёт около ста семей. Ещё пятьдесят проживают во втором жилом здании. Там же хранятся основные запасы продовольствия и материалов.

Мы прошли по дочиста вымытому коридору до лестницы и поднялись на второй этаж. Вокруг всё было чисто и опрятно. Я даже заметил следы свежего ремонта на стенах и вопросительно посмотрел на главу поселения.

— Николай Петрович в последнее время стал активнее помогать, — опустил взгляд Олег Дмитриевич. — Говорит, что это для него не обременительно, а нам ведь только материалы закупить надо. Остальное своими силами можем сделать. Да вы, наверное, уже видели моих ребят в деле.

— Видел, — улыбнулся я. — Но я против того, чтобы они работали за идею. Составьте смету полного ремонта жилых зданий и список необходимых вещей. Всесте с оплатой работы. Пока не выйдем на приличный доход сортировочного цеха, будем использовать имеющиеся возможности.

— Это слишком, Ярослав Константинович! — попытался возразить Пескарёв. — Мы и так отлично справляемся. Уже того, что дружинники соседские перестали у нас появляться, достаточно!

— Слишком, это когда сохранившиеся верность роду Разумовских жители перебиваются с хлеба на воду, Олег Дмитриевич, — невозмутимо возразил я. — От вас требуются только списки. Всё остальное моя забота.

— Как скажете, ваша светлость, — быстро ответил Олег и задумчиво уставился на первую дверь на третьем этаже. Мысли главы поселения моментально унеслись далеко от экскурсии и я отлично его понимал. Я даже видел этот список необходимых дел, который от наших ног уходил в бесконечность. — Так… О чём это я?

— А здесь у вас что? — с интересом заглядывая в открытую дверь, спросил я.

— Это бытовые помещения, Ярослав Константинович, — проскользнув вперёд, ответил Пескарёв. — Первые два этажа обоих жилых зданий мы полностью заблокировали. На третьем и четвёртом я расположил кухни и склады инструментов. Склад оружия на девятом. Постарались максимально обезопасить самое ценное…

От гостей. Про себя закончил я фразу Олега. Потому что разумнее всего было держать оружие поближе к месту обороны. Да и тварям аномальным оно без надобности. А вот антиповцы могли и забрать последнее ради развлечения. Вот только до девятого этажа им точно было лень добираться.

— Планировка везде стандартная, поэтому особых изысков не ждите, Ярослав Константинович, — когда мы осмотрели переоборудованную под общую кухню квартиру и поднялись на пару этажей выше, сообщил глава поселения. — Семьи дружинников разместили на шестом и седьмом этажах. Там тепло лучше сохраняется зимой.

Пара осмотренных квартир больше напоминала солдатские казармы. Люди жили в ужасных условиях и я, как глава рода, обязан был максимально быстро эту ситуацию изменить. Сверху неожиданно послышался оглушительный детский визг, а следом за ним смех. Я мельком взглянул на спутника и увидел, как лицо Олега расплылось в счастливой улыбке. Детский смех в этом здании звучал очень давно.

— В целом понятно, Олег Дмитриевич, — произнёс я. — Можем спускаться. С оружием у вас как обстоят дела?

— Только охотничье, ваша светлость, — ответил Олег. — И холодное. Другого ничего давно не осталось. Да и не нужно оно сейчас. Ваши дружинники постоянный пост у нас в посёлке организовали. Так что теперь я даже своих наблюдателей не ставлю.

— Николай Петрович распорядился? — с интересом спросил я.

— Он, — кивнул Пескарёв. — Ещё пару дней назад. Заодно и ваши парни с жёнами видятся.

— Это хорошо, — улыбнулся я. Ратай успел меня опередить в этом вопросе, но ворчать я даже не думал. Ещё с прошлой жизни у меня сохранилось стойкое убеждение, что хорош только тот подчинённый, кто может действовать самостоятельно, а не ждать постоянно твоего приказа. — А как у вас обстоят дела с медициной в поселении, Олег Дмитриевич?

— Иногда за лекарствами во владения графа Старковского ездим, — гордо ответил Олег и я с неодобрением покачал головой, что тут же заметил собеседник. — Ну или в Тверь больного везём, если случай особо тяжёлый. Там пара больниц есть бесплатных под управлением Имперских служб.

— Не дело это, — вздохнул я. — Но будем решать вопросы по мере возможности. Найдётся у вас ещё пара свободных квартир в зданиях?

— Найдётся, — осторожно ответил глава поселения.

— Только их нужно будет хорошо подготовить. Обставить и создать нормальные условия для жизни, — добавил я. Судя по лицу Олега Дмитриевича, с этим всё обстояло значительно сложнее. — По поводу подготовки все расходы я беру на себя. Можете отправить людей к Старковским и закупить всё необходимое.

— А кого вы хотите к нам поселить, Ярослав Константинович? — ещё осторожнее спросил Олег.

— На следующей неделе или в эти выходные к вам приедет группа аспирантов МАМИ, — ответил я. — Среди них будет один маг Жизни, в обязанности которого будет входить работа с населением посёлка. В свободное от остальных обязанностей время.

— Маг Жизни⁈ — округлил глаза Пескарёв. — У нас⁈

— Всё верно, Олег Дмитриевич, — кивнул я. — Рассчитываю, что гости останутся довольны размещением. Не хочу, чтобы они уехали посреди практики из моих владений.

— Сегодня же займусь этим вопросом, ваша светлость! — быстро ответил глава Себыкино. — Лично всё проконтролирую! Даже сам за мебелью и материалами съезжу. Это же какая удача на нас свалилась⁈

— Вот уж точно, — хмыкнул я. К этому моменту мы уже вышли из здания, а я окончательно определился, что приму предложения Анатолия Викторовича. С проблемами буду разгребаться по мере их поступления. Может и правда нам просто повезло. — Теперь по поводу цеха сортировки, Олег Дмитриевич. Как обстановка на производстве?

— Мы запустили основную линию, — довольно улыбнулся мой собеседник. — Благодаря наработкам незваных гостей, получилось минимизировать затраты энергии. Но сейчас в этом особого смысла нет. Материала для работы практически нет, а если появится, то старая линия может не справиться.

— У вас сегодня будет вечер списков, Олег Дмитриевич, — усмехнулся в ответ я. — К завтрашнему утру мне нужен перечень оборудования для восстановления полноценной работы сортировочного цеха. Приоритет на зверей первого и второго рангов. Что с иглобоем?

— В полном порядке, — явно сбитый с толку моими приказами, замедленно ответил Пескарёв. — Уже готово несколько бочек обогащённой аспектом Жизни воды. Как раз думал с вами связаться по поводу их продажи. Нам этот консервант без надобности будет, пока стабильный поток материала не пойдёт. Вы уверены, что нужно сейчас тратиться на полное восстановление цеха, ваша светлость? Вы простите, но это никак не меньше ста тысяч выйдет, а то и все двести. И это только на самое необходимое. Если же заикнуться о более сложных манипуляциях со зверями третьего ранга, то там уже к миллиону ближе выйдет.

— Приемлемо, — немного подумав, ответил я. — Если честно, думал, что значительно больше будет.

— Тогда я сегодня же займусь этим вопросом, Ярослав Константинович, — сосредоточенно нахмурился Пескарёв. — Но я всё равно не понимаю, на что вы рассчитываете? Выгода от более глубокой переработки определённо будет, но такие затраты могут отбиться только на очень больших объемах сырья.

— Об этом можете не беспокоиться, Олег Дмитриевич, — улыбнулся я. Мы уже добрались до территории производства и остановились на пустой парковке. С момента моего прошлого визита здесь многое изменилось. И первое, что бросалось в глаза, исчезло ощущения заброшенности этого места. Со стороны въезда в посёлок до нас долетел рёв моторов и я довольно потёр руки. — Когда сможете приступить к работе?

— Да в принципе, прямо сейчас можем начать, — пожал плечами глава поселения. Он внимательно прислушивался к приближающимся звукам машин и не мог понять, почему Аршавин вернулся так быстро. — Только работать не с чем.

— А вот тут вы ошибаетесь, Олег Дмитриевич, — ответил я. — Всего доброго, увидимся вечером.

Глава 25

Когда мы уезжали из посёлка, на территории сортировочного цеха кипела работа. Такого оживления промышленная часть Себыкино не знала уже больше пяти лет. Пескарёв летал по территории буквально на крыльях, успевая находиться одновременно сразу в пяти местах. Без преувеличения можно сказать, что Олег Дмитриевич был счастлив.

Первой в посёлок прибыла машина от графа Старковского. Иван Николаевич очень серьёзно отнёсся к нашему разговору и, ещё до подписания реального договора, решил начать выполнение своей части контракта. С его стороны это можно было считать показателем максимального доверия, потому что даже по предварительной оценке Пескарёва сырья пришло почти на триста тысяч рублей. Причём в грузовике лежали только части зверей первого и второго рангов.

После обработки и разделки, сумму получится увеличить в полтора раза. Ещё процентов двадцать добавится с прямой поставки в столицу. В итоге, Старковский увеличивал свою прибыль примерно в полтора раза даже с учётом моей доли в этом предприятии. Об остальных наших договорённостях граф тоже не забыл.

Вместе с грузовиком прибыла ещё одна машина. В ней приехал поверенный Ивана Николаевича. Хмурый мужчина в строгом сером костюме отчитался о проделанной работе по восстановлению линии электропитания и передал мне макеты двух контрактов. Один с нашими условиями переработки монстров, а второй с предложением поставки обогащённой аспектом жизни воды. Судя по заявленным в документе цифрам, требовалось Старковскому не так и много консерванта. Звери третьего ранга встречались значительно реже, а более серьезных монстров можно было сразу отвезти в столицу. Их принимали по специальным условиям. Уточнив у Олега Дмитриевича данные по консерванту, понял, что предложенная цена идёт почти по верхней границе рынка. Скупиться сосед не стал и я спокойно подписал оба документа.

Где-то через час с начала разгрузки прибыл транспорт с территории барона Кострова. История повторилась с той лишь разницей, что барон прислал документы вместе с водителем. Из охраны в грузовике были только двое дружинников, но и ехал он только по нашим с Костровым владениям. Себыкино находилось на равном удалении от обоих моих партнёров и от трассы. Отчасти, именно это стало причиной расположения в этом месте сортировочного цеха Веги в прошлом.

Когда Олег Дмитриевич осознал весь размах предстоящей работы, из жилых домов были вызваны дополнительные работники. Список нужного оборудования Пескарёв успел составить ещё до моего отъезда и передал его вместе с заверениями о том, что с первой поставкой цех справится в течении трёх дней. А ёщё глава Себыкино сказал, что полученного материала хватит на первую прямую поставку в столицу. Только транспорт понадобится более серьёзный. Грузовики, на которых привезли сырье, для этого точно не подходили.

Невольно вспомнился род Быстряковых, с молодым представителем которого я уже успел познакомиться. Именно они забрали весь транспорт «Веги», влив его в свою огромную транспортную компанию. А ведь там были не только морозильные камеры, некоторые транспортные камеры были сложными устройствами, оснащенными артефактами, которые защищали переработанные части монстров от окружающей среды. Или окружающую среду от этих частей. Всякое бывало. Именно поэтому твари от третьего ранга перерабатывались, в основном, в столице, а не около аномалии. Это себе могли позволить лишь очень богатые роды. Именно таким был род Разумовских и именно таким я хочу его сделать вновь.

Несмотря на оптимизм Олега Дмитриевича, я был уверен, что на результаты совместного предприятия нужно смотреть в перспективе. Сейчас нам повезло и соседи одновременно прислали достаточно сырья, чтобы нормально начать процесс переработки. Вопрос в том, сколько они его собирали и получится ли у нас проворачивать подобное на постоянной основе. Вполне возможно, что мне придётся искать дополнительных поставщиков, чтобы обеспечить бесперебойную работу цеха.

Первый опыт позволит выручить приличные деньги и задуматься о расширении производства. Конкретная сумма будет понятна после расчётов со столичным филиалом службы приёма аномальных ресурсов, но тысяч на четыреста дохода можно было рассчитывать уже сейчас. Сумма достаточно весомая по любым меркам.

Отчасти, именно из-за этого всегда шла подковёрная борьба за владения у границ аномалий. Всего таких мест в Российской Империи было шесть. Все примерно одинакового размера и площади. Издревле правители Империи старались не сильно дробить защиту первого круга, чтобы не провоцировать грызню между аристократами. Больше пяти-шести владений вдоль границы было только в дальневосточной аномалии. Но там и расклады были другие. Размеры владений тоже находились примерно в одних рамках — от семидесяти до ста двадцати километров границы на каждое владение.

При этом желающих стать защитниками первого круга родов было значительно больше тридцати. Потому что это давало много привилегий. Безумные доходы, которые можно было получить с аномальной зоны даже в нынешнем положении Разумовских. Возможность полноценного развития родовых магов, доступ к редким ресурсам и уникальным монстрам… Если смотреть глубже, то все эти факторы давали власть и влияние. Те же Пожарские были единственным родом, у которого имелись владения сразу в двух аномалиях.

— Как всё прошло? — с интересом спросил я у Нюши. Девочка выглядела совершенно измотанной и почти не разговаривала. За те шесть часов, что мы провели в Себыкино, княжна только пару раз выходила из жилого здания, но не останавливалась при этом ни на секунду. — Тебе понравилась поездка?

— Очень, — коротко ответила девочка и широко зевнула. — Мы договорились, что в выходные ребята приедут ко мне в гости и я покажу им Шустрика.

— Хорошо, — улыбнулся я. — Рад, что ты так здорово провела время.

— Только ребята маленькие, — явно устраиваясь на отдых, сонно пробормотала девочка. — Иногда такое говорят, что даже смешно становится. Но они весёлые. И я весёлая. Я же не обижаю маленьких?

— Конечно не обижаешь, — накрывая сестру своей камуфляжной курткой, ответил я. — Взрослые должны заботиться о детях. И о своих питомцах.

— Я знаю, — устраиваясь поудобнее, пробормотала Нюша. — Когда приедем, обязательно покормлю Шустрика. Он так смешно сердится, когда я даю ему булочки…

Я пересел на другое кресло. Сидевший напротив меня Аршавин отложил в сторону телефон.

— Как прошла проверка постов, Николай Петрович? — спросил я.

— В штатном режиме, ваша светлость, — ответил Шатун. — Наблюдателей на гнёздах сменили, ловушки проверили и поставили несколько новых. Получилось добыть нескольких аномальных ежей для подкормки иглобоя. Насколько я понял, теперь этот зверь стал нашим стратегическим ресурсом?

— Все верно, Николай Петрович, — кивнул я. — В связи с этим вам нужно усилить охрану сортировочного цеха. Того отряда, который вы поставили в Себыкино уже недостаточно.

— Нужны ещё люди, Ярослав Константинович, — честно ответил Аршавин. — Если дело так пойдёт и дальше, то мы опять рискуем распылить все силы по владению. Уже сейчас у нас в резерве всего два десятка человек.

— Недавно у тебя всего было два десятка человек, — негромко, чтобы не разбудить сестру, рассмеялся я. — Но ты прав. Люди нужны. Нужно будет провести ещё один набор в дружину. На этой неделе точно не успеем, а вот на следующей вполне возможно.

— Могу сам этим заняться, ваша светлость, — ответил Ратай. — Критерии отбора уже установили, а желающих попасть к вам на службу с каждым днём становится больше. Пошли слухи, что князь Разумовский быстро набирает силу. И это ещё до вашего вчерашнего выступления у Старковского.

— Обычная история, — хмыкнул я. — До первого серьезного поражения все будут думать, что я стал новой звездой тверской аномалии. Потом шелуха начнёт отваливаться.

— Но зёрна останутся, — возразил Аршавин. — А нам ведь не так много надо. Ещё пара сотен бойцов и дружина сможет выполнять даже самые сложные задачи.

— Аппетиты у тебя растут стремительно, Николай Петрович, — улыбнулся я.

— Это только самый необходимый минимум, Ярослав Константинович, — покачал головой Ратай. — И только чтобы нормально организовать безопасность родовых земель. Про походы в аномалию и сопровождение грузов вообще речи не идёт пока. А ведь нам теперь нужно сортировочный цех по максимуму загружать…

— Это понятно, — не стал спорить я. — Но с этим вопросом пока наши соседи будут помогать. А вы всю добычу сразу Олегу Дмитриевичу везите.

— Кстати, мы тут несколько огнелис добыли сегодня, — прямо посмотрел на меня Ратай и я слегка поморщился. Ратай это заметил и горячо продолжил. — Понимаю, что вам неприятны такие методы, но рыскать по лесу в поисках честной добычи сейчас нет ни времени, ни возможности, Ярослав Константинович. Иногда складываются ситуации, когда необходимо немного поступиться своими правилами ради достижения результата.

— Такие рассуждения часто приводят честных людей в очень неприятные ситуации, Николай Петрович, — покачал головой я. — Кто-то становится Лосём, а кто-то — князем Антиповым…

— Я совсем не это имел в виду, ваша светлость, — слегка покраснел Аршавин. Шрам на лице ратая налился кровью, выдавая крайнюю степень его смущения. — Никто не говорит, что вам нужно поступиться своими принципами. Метод отбора и убийства зверей конкретного аспекта используется повсеместно. Особенно на ранних этапах и во время формирования первой сферы разума. Я видел, что беладра потухла полностью слишком быстро после смерти. Вы забрали энергию её аспекта, а значит она вам нужна. До охоты осталось не так много времени и я обязан сделать так, чтобы вы отправились на неё во всеоружии.

— Падение всегда начинается с малого, Николай Петрович, — неохотно ответил я. — И самое неприятное, что я вынужден признать твою правоту. Откладывать выезд в лес на пятницу слишком рискованно, да и не факт, что мы сможем найти нужных мне зверей. Сколько огнелис вы поймали сегодня?

— Четырёх, ваша светлость, — тут же ответил Ратай. — Если не хватит, то время в запасе ещё останется. Если хотите, мы их выпустим неподалёку от имения, чтобы вы могли взять их в честном бою.

Я задумался. Нет, я не был святым. Совсем нет. Свою цель я видел чётко и ясно. Усилить себя, усилить род. Если для этого нужно было убить сотню беззащитных зверушек — что ж, так тому и быть. Но, мне не нравилось само устройство этого нового мира. Одно дело, когда тварь угрожает людям, другое — когда она просто пытается выжить. Большинство животных первого и многие из второго ранга как раз пытались выжить. Но, люди использовали их для усиления своих возможностей. С другой стороны — обычных животных люди убивали для еды. Та же Нюша жалеет Шустрика, а множество магов по всему миру умерщвляют тварей ради своего роста. Где та граница милосердия? Нет её. Уж я-то знаю. Выживает сильнейший. Как среди животных, так и среди людей. И этим сильнейшим буду я. К чёрту рефлексию!

— А смысл, Ратай? — усмехнулся я. — Обмороженные и дезориентированные звери будут лёгкой добычей. Те монстры, которых выставлял вчера граф, тоже были из таких. На этот раз сделаем всё быстро, но дальше поступим по-другому. У меня большие планы на аномалию, своё развитие и мое участие в вылазках. Своих зверей я убью сам. А пойманные твари живыми в разы дороже мертвых. Это деньги, которых нам сейчас так не хватает. И мы их будет продавать, а не убивать. Это ясно?

— Я понял, Ярослав Константинович, — серьезно кивнул Аршавин.

— Как связь с наблюдателями в аномалии решил держать? — переходя к следующему вопросу, произнёс я.

— У ближайшего гнезда оставили квадроцикл, который захватили с базы Антипова, — ответил Ратай. — Каждые четыре часа к наблюдателям в аномалии будет ездить один из дружинников. Чаще смысла нет, а реже можно пропустить что-то важное. Пока на территории уничтоженного лагеря пируют звери. Людей не видно.

— Хорошая новость, — кивнул я и посмотрел на Козырева. — Антон, а какого рода объекты твоё агентство охраняло в Твери?

— По-разному, Ярослав Константинович, — охотно ответил Пичуга. — Бары, кафе, обычные офисы… У меня знакомых много в Твери, которые мне доверяют. Первое время только за их счёт и выплывали с ребятами. Потом уже легче стало, но не особенно. На хлеб хватало, а главное, что дерьмом всяким заниматься не приходилось. Вольные же постоянно силовиков для своих дел ищут. Многие агентства даже тарифы специальные для них ставят. С чернухой или просто с грязными делишками цены в разы выше.

— Понятно, — задумчиво произнёс я.

— А, вот ещё что вспомнил, Ярослав Константинович! — довольно улыбнулся Антон. — Со мной одним из первых договор заключил хозяин небольшой газеты тверской. Не то чтобы бизнес у него был серьезный, но кому-то он дорогу перешёл знатно. Денег в издательстве хватало только на печать тиражей и Карпов с нами потом рекламой ещё год рассчитывался. На первой странице у него стояли!

— И до сих пор с ним работаете? — с интересом спросил я.

— Уже нет, — вздохнул Козырев. — Вчера я Федору Александровичу написал, что мы временно приостанавливаем работу агентства. Очень он по этому поводу расстроился, но аргументы мои принял и пожелал удачи на новом месте. Хороший мужик. Правильный. Потому и нищий такой же, как и я.

Пичуга тихо рассмеялся своей шутке. Совсем уж нищим он точно не был, но денег Козыреву хотелось. Мне в этом парне нравилось то, что ради звонкой монеты принципами своими он поступаться не стал и продолжал тянуть лямку. Это особенно сложно, когда тебе постоянно предлагают выгодные, но скользкие контракты.

— А можешь номер этого Фёдора Александровича дать, Антон? — попросил я. — Мало ли пригодится в жизни.

Пичуга тут же полез за телефоном, а Ратай подозрительно прищурился. Я только улыбнулся в ответ. Аршавин был крайне умным мужиком и сделал свои выводы из моей просьбы.

Нюша проснулась незадолго до приезда в имение и за последние пять минут дороги успела вывалить на нас столько информации, что меня начало укачивать. Особенно досталось Серому. Девочка даже не поленилась перебраться ближе, чтобы отцу её новых друзей проще было расслышать её вопросы. В итоге, выгружались из вездехода максимально быстро. А водитель вообще практически десантировался из окна.

Княжна немного обиделась, но быстро нашла себе новую цель в лице тёти Жени. Кухарка всегда с радостью выслушивала все рассуждения и новости Нюши, за что я готов был простить ей абсолютно всё.

На подходе к особняку увидел Настю. Девушка стояла у края ямы с Шустриком и задумчиво смотрела вниз. С платформы слышалось бульканье монстра, а когда я подошёл ближе, стало понятно, что улитка пытается сбежать.

— Мешает? — мимоходом обновив блокировку на цепях, спросил я.

— Да нет… — рассеянно ответила Настя. — Он беспокоиться начал почти сразу, как вы уехали. Вернее, как только Нюша покинула территорию имения. Где-то в полдень попытался взобраться по цепям. У меня сложилось впечатление, что Шустрик решил отправиться на поиски нашей сестры.

— Связь крепнет, — спокойно кивнул я. — Пока всё в пределах нормы.

— Разве? — посмотрела на меня княжна. — Если следовать нашим ранним предположениям, то так и есть.

— Тогда что тебя смущает? — не понял я.

— Это же тройка, Яр, — ответила Настя. — Так же не бывает. Даже в случае старых семей и очень сильных одарённых, базовые связи создаются только со зверями первого ранга. Даже второй большая редкость. При этом я недавно попробовала показать Нюше огнелиса и он вообще не вызвал у неё никакой реакции. Она просто его не увидела. Ну… Ты понимаешь о чём я…

— Случаи бывают разные, Насть, — немного подумав, ответил я. Сам я говорить об этой особенности не хотел, но сестра заметила странность без посторонней помощи. — То, что нигде нет упоминаний о подобных случаях, не значит, что их не было никогда. Будем наблюдать дальше. Время ещё есть.

— Ты прав, — улыбнулась девушка. — Время есть. Как прошла твоя поездка в Себыкино?

— Отлично, — весело ответил я. — Соседи не стали откладывать дело в долгий ящик и прислали машины с добычей. Олег Дмитриевич до сих пор порхает на крыльях среди ящиков с тушами аномальных зверей. Кстати, вот что он тебе передал.

Я достал из кармана куртки список оборудования, который передал мне глава Себыкино. Олег не только расписал всё необходимое, но ещё и расставил технику в порядке приоритета и срочности. Если бы ещё примерные цены указал, то вообще было бы прекрасно. Но Пескарёв слишком долго находился вдали от промышленной части своего любимого дела.

— Интересно… — быстро бегая глазами по списку, пробормотала Настя. — В принципе, достать первую часть списка можно достаточно быстро. Я пока ещё занимаюсь подбором поставщиков, но в одном месте всё взять вряд ли получится. Почему-то, на вторичном рынке такой техники сейчас очень много странных лотов, с непонятным происхождением. Я бы сказала, что кто-то пытается сбыть ворованное оборудование, но техника очень специфическая. Украсть где-то подобное крайне сложно.

— Много? — только и спросил я.

— Достаточно, — ответила Настя.

— Заказывай всё необходимое у заводов производителей, — принял решение я. — А продавцов этих мутных лотов постарайся проверить максимально. Нам сейчас покупать такое невыгодно, потому что могут возникнут лишние вопросы с прошлыми хозяевами оборудования. А нам они сейчас не нужны. Лучше переплатить немного.

— Как сказать, — покачала головой Настя. — Даже на оборудовании для переработки зверей первого ранга можно сэкономить вдвое. А для третьего и в три раза.

— Бери новое, — повторил я, и заметил как у Насти нервно дернулась щека. Сестра умела считать деньги и лишние траты вызывали у неё буквально физическую боль. А еще я доверял ей и её интуиции. Поэтому я чуть смягчился. — Ну или, проведи полную проверку бу-шного оборудования. Но, чтобы комар носа не подточил. Сможешь?

— Конечно, Яр, — сразу просветлела лицом девушка. — У меня для тебя тоже есть новости. Как водится, хорошая и плохая. С какой начать?

— С хорошей, — внутренне подготовившись к неприятностям, ответил я.

— Завтра утром к нам приедут экзаменаторы для проверки и подтверждения текущего ранга бойцов родовой дружины.

— Экзаменаторы? — выделив голосом окончание слова, поднял бровь я. Обычно даже на полноценную дружины организация контроля выделяла всего двух-трёх специалистов. А там проверять больше тысячи человек приходилось за раз. У нас же всего личного состава едва шестьдесят душ набиралось.

— А это первая часть плохой новости, брат, — вздохнула девушка. — Комиссия из пяти человек прибудет к нам прямо из столицы. Из центрального управления организации.

— Главное, чтобы старшим у них был кто-то нормальный, — сосредоточенно обдумывая ситуацию, произнёс я и только после этого увидел, как Настя поджала губы и грустно покачала головой.

— А это вторая часть плохой новости, Яр, — произнесла сестра.

— Кто? — прямо спросил я.

Глава 26

— В письме указано имя Николая Дмитриевича Бежанова, — ответила Настя. — Это…

— Сын Дмитрия Аркадьевича Бежанова, — моментально вспомнил я неприятного старика, который пытался лишить меня права стать главой рода во время ритуала пробуждения. — Который входит в неофициальное окружение князя Пожарского.

— Верно, — вздохнула девушка. — Я навела справки и оказалось, что Николай Дмитриевич уже несколько лет трудится на благо Империи в комитете контроля воинов на службе благородных семей. Причём по карьерной лестнице двигается он удивительно быстро. Сейчас он занимает пост руководителя региона, куда входят сразу несколько губерний, включая Тверь. По идее, ему у нас делать нечего, но состав комиссии мы оспорить не можем. Это решение принимается на другом уровне и обсуждению не подлежит. Боюсь, у нас могут возникнуть проблемы с подтверждением рангов наших дружинников, Яр.

— Маловероятно, — покачал головой я. — Бежанов не один и будь он хоть трижды глава отдела, полностью слить наших бойцов он не сможет. Но есть вероятность, что экзамены будут более жёсткими, чем мы предполагали. Я предупрежу Аршавина, а ты посмотри кто ещё входит в комиссию. Если все из близких к Николаю Дмитриевичу, то проблемы действительно могут возникнуть.

— Сейчас займусь этим, — кивнула Настя и направилась ко входу в дом.

Я же пошёл искать Аршавина. Судя по шуму в дальней части имения, Ратай тоже готовился к близким экзаменам своих подчиненных изо всех сил. Так и оказалось. Группу из двух десятков взмыленных бойцов я нашёл за зарослями сирени. Несмотря на то, что мы приехали буквально двадцать минут назад, большая часть парней едва держалась на ногах. Судя по всему, занятиями Шатун их озадачил ещё утром.

— Николай Петрович, — подойдя ближе, позвал я.

— Что-то случилось, Ярослав Константинович? — увидев мою мрачную физиономию, моментально напрягся Ратай.

— Можно и так сказать, — кивнул я. — На пару слов.

— Слушаю вас, ваша светлость, — когда мы отошли немного в сторону, произнёс Шатун.

— Завтра утром приедет группа экзаменаторов для ваших подчиненных, Николай Петрович, — не тратя время на лишние предисловия, произнёс я. — Пять человек. Из Москвы. Старший у них некто Бежанов Николай Дмитриевич.

— Это который… — начал было Аршавин и я кивнул. — Проблема… Но это не страшно, Ярослав Константинович. Просто не будем заявляться на повышение ранга. Нужно будет просто подтвердить текущий. Тогда получится обойтись малой кровью.

— Есть мысли, что Бежанов может усложнить экзамен, — добавил я. — Что с подготовкой ребят?

— Базу они вытянут, Ярослав Константинович, — уверенно ответил Аршавин. — Но если экзаменаторы полезут в дебри или устроят повышение сложности, то могут возникнуть проблемы.

— Что за повышение сложности? — уточнил я. — На каких основаниях его могут сделать?

— Вообще это дело почётное и достаточно редкое, ваша светлость, — усмехнулся Ратай. — Но в нашей ситуации крайне нежелательное. Иногда экзаменатор понимает, что боец может показать более высокий результат и повышает сложность, даже если на это не было заявки от организатора экзамена. Если боец проходит, то за повышение ранга платить не приходится. Все расходы берёт на себя Имперская служба. Если не проходит, то остаётся ещё на два года в текущем ранге без права на пересдачу.

— Звучит не так плохо, — задумчиво произнёс я. — Думал, всё значительно хуже.

— И вы правы, Ярослав Константинович, — кивнул Ратай. — Никто не любит ошибаться. Приходится чиновнику всячески изголяться и приписывать бойцу несуществующие дефекты, которые не видны с первого взгляда, но которые не дают ему развиваться дальше. А фантазия у господ чиновников ой какая живая! Фактически, своей ошибкой он ставит под сомнение свою личную компетенцию, а следовательно — дает повод усомниться в его квалификации. Дружины аристократов — это власть и сила родов и многие стараются пропихнуть в подобные комиссии своих людей. Так что удержаться там очень сложно. А следовательно, такой служащий сделает всё, чтобы прикрыть свою… простите, задницу.

— Звучит очень странно, — нахмурился я. — Служба же должна работать на благо родов и Империи, не так ли?

— Всё так, — немного смущенно развел руками Ратай. — Но на деле происходит так, как я описал. Все эти «фантазии» проверяющего фиксируются и просто чтобы оспорить их, дав бойцу шанс через два года, роду придется подавать в комиссию возражения, которые… Ну, вы сами понимаете как их рассматривают. Всё зависит от влияния рода, которого… — Ратай снова зсмущался.

— … моему роду сейчас очень не хватает, — холодно улыбнулся я, продолжив его фразу. — В целом я понял. То есть двухгодовая отсрочка по-факту своеобразная «черная метка», которая с большой вероятностью хоронит будущее любого бойца?

— Именно, — кивнул головой Ратай. — Помимо прочего, большой процент таких отказников существенно снижает рейтинг дружины рода в списках комитета. Ну и отношение ко всем остальным портится следом. Когда в дружине две тысячи человек и пять отказников, особой роли это не играет. А когда шестьдесят бойцов, двадцать из которых провалились на экзамене — расклад совсем другой.

— То есть, просто по своему решению экзаменаторы могут документально и морально уничтожить любого моего дружинника, сломав человеку карьеру и жизнь? — хмуро уточнил я.

— Не уничтожить, но унизить на всю Империю ваш род вполне в их силах, — кивнул Аршавин. — Это как раз тот случай, о котором вы говорили по дороге в имение. Такой поворот очень многих отпугнёт от службы роду Разумовских. Калечить себе будущую карьеру мало кто захочет.

— Что мы можем сделать? — прямо спросил я.

— Заявки на подтверждение рангов уже направлены, поэтому тут изменить ничего не выйдет, Ярослав Константинович, — рассудительно ответил Шатун. — За старичков я не переживаю — каждый запросто сможет пройти проверку на ранг выше. Из новичков сомнения вызывает только та пятёрка, которая не дотягивает до Гридней. Если им придётся сдавать на Воителей, то шансы один к десяти на успех. Парни рвут жилы, но времени слишком мало прошло. Я постараюсь сделать всё возможное, но сами понимаете — за ночь особых результатов добиться не получится.

— Понял, — сосредоточенно кивнул я. — Тогда не буду отвлекать. Где огнелисы, Николай Петрович?

— У склада в клетках сидят, — ответил Ратай. — Две уже разморозились, а ещё две пока во льду.

— Найду, — произнёс я и направился к складу. Аршавин с удвоенной силой насел на своих подопечных и я даже подумал, что завтра они просто не смогут нормально сдать экзамен из-за усталости. Однако, что-то советовать Шатуну не стал. Он в этом деле разбирался получше моего.

Пара дезориентированных животных без сил валялась в клетках. Шкуры зверей едва дымились, сообщая о крайней степени их истощения. Затягивать неприятную процедуру я не стал и быстро убил пару огнелис водяными лезвиями. По сравнению с белардой, отдача энергии аспекта Огня оказалась сильно слабее. Может из-за состояния животных, а может из-за их низкого ранга. Пришлось убить ещё одного зверя, чтобы завершить формирование второй половинки сферы разума.

Набрав достаточное количество энергии, занялся её распределением. Сел на землю прямо возле клеток и минут тридцать следил за движением маны в Источнике. Сдвоенная сфера находилась в верхней левой части Источника. По мере формирования новых сфер, они будут распределяться вокруг моего дара. Как только количество дойдёт до десяти, я получу первый ранг и смогу заняться усилением всех сфер. Делать это придётся в том же порядке, но отдача будет в разы больше. Правда, затраты энергии на трансформацию тоже увеличатся. Если ещё учесть, что мне придётся создавать сдвоенные сферы, то процесс получался довольно долгий и сложный. Но путь осилит идущий. И пока динамика мне нравилась.

Вернувшись в особняк, сразу пошёл к себе в кабинет. Нужно спешно готовиться к завтрашнему экзамену и изучать все правила его проведения, чтобы подстраховаться. В итоге долгой работы нашёл интересный пункт и некоторое время обдумывал свои дальнейшие действия, а потом достал телефон и написал длинное сообщение.

Нужно было поинтересоваться последними новостями раньше, но подходящего случая не было. Дождавшись ответа, довольно улыбнулся и занялся другими делами. Их накопилось немало и я засиделся в кабинете до глубокого вечера. Помимо моих личных действий, происходило ещё много всего. Счета имперского банка, договоры с поставщиками продуктов и материалов. Настя уже всё подписала, но я привык проверять такие вещи лично.

Солнце уже скрылось за горизонтом, когда в дверь осторожно постучали.

— Да? — поднял я голову от бумаг и протер глаза.

— Ваша светлость, — в проеме двери появился Антип. — Все готовы к выезду.

— Спасибо, Антип, сейчас спущусь.

Я встал из-за стола и потянулся. Всё-таки работа с бумагами утомляет гораздо больше, чем упражнения с мечом и магией. Но я знал, что тем, кто пренебрегают бумагами, рано или поздно не помогает ни меч ни магия.

Я вышел из кабинета и задумчиво застыл в коридоре. Я был в камуфляже, нужно ли было переодеваться. Из соседней комнаты вышла Настя, одетая в строгое черное платье.

— Ты так поедешь? — уточнила она у меня спокойно.

— Да, — принял решение я. Это лучший вариант, учитывая куда мы сейчас едем.

На улице нас уже ждал хмурый Ратай около вездехода. Все дружинники, кроме занятых на дежурстве и в охране поместья, уже уехали.

— Вы точно этого хотите, ваша светлость? — сделал последнюю неуверенную попытку Ратай.

— Да, — кивнул я головой. — Это мой долг. И да, я этого хочу. Иначе, какой из меня князь?

Озеро Спокойствия

Земля Рода Разумовских

Огни факелов, по-старинке, освещали большую поляну, что выходила прямо на берег лесного озера. С этой стороны берег был сильно выше спокойной глади озера и с его края открывался поистине замечательный вид.

Часть поляны уже была занята. Надгробия, одной формы, но из разного времени и в разном состоянии, обозначали места, где испокон веков хоронили щит и меч рода Разумовских — его верных дружинников. Большинство из могилок заросли сорной травой, сказывался упадок территории рода за последние несколько лет, когда большинство родственников погибших покинули насиженные места в поисках лучшей доли.

Прямо сейчас, в трех выкопанных ямах лежали три гроба. Каждый из них был покрыт стягом рода Разумовских, отдавая последнюю дань уважения лежащим в нём людей, которые пожертвовали своими жизнями ради рода.

Николай Петрович Аршавин, закончил свою речь. Это было его долгом и его крестом, что он взвалил на себя, согласившись возглавить дружину рода. Но, именно к этому ритуалу, Ратай никак не мог привыкнуть. Каждый раз, когда он хоронил своих бойцов, ребят, которых он воспитывал и обучал, как родных детей, он неизменно испытывал сильную печаль и к горлу у него подкатывал комок. Особенно, если у погибших бойцов были свои дети.

А прямо сейчас, в первых рядах, стояла заплаканная молодая женщина, которая одной рукой нервно теребила шейный платок, а второй сжимала худенькое плечико мальчика, лет шести, который мужественно шмыгал носом, стараясь не заплакать.

На похоронах сегодня было неожиданно людно и это тоже смущало Ратая. Обычно, участниками были лишь дружинники — товарищи погибшего и его родственники. Сейчас же, здесь были почти все жители Себыкино. Вести разлетались быстро. Новость о том, что на похоронах будет лично присутствовать сам князь, подтолкнула жителей к участию в церемонии. Еще не все из них видели молодого князя вживую, но то, что рассказывали друзья и знакомые, дружинники и новые работники сортировочного цеха, разжигало жгучий интерес в сердцах жителей деревни, которые неистово желали перемен в своей жизни. Позитивных перемен.

Князь пришел не один. С ним были обе его сестры. Младшая Анна была одета в новенький камуфляж, а вот Анастасия была в чёрном платье. Сам князь также был в обычном камуфляже, как бы подчеркивая свою причастность к дружине. Уже немного зная князя, Ратай был уверен, что нет в этом никакой показушности, молодой князь действительно уважает своих бойцов. И его присутствие здесь, тому еще одно подтверждение.

— Разрешите, Николай Петрович, я скажу пару слов? — тихо и уважительно спросил князь у Ратая.

— Конечно, ваша светлость, — слегка оторопел Аршавин, отходя в сторону.

Молодой князь уверенным шагом прошел на его место, небольшую возвышенность, с которой его было видно любому из присутствующих.

— Для тех, кто меня не еще не знает, я Ярослав Константинович Разумовский. Ваш князь, а также господин и защитник. И я прошу у вас прощения. Ведь я не смог уберечь жизни этих бойцов…

По собравшейся толпе пронесся удивленный гул, а Аршавин, затаив дыхание внимал каждому слову молодого князя. Сначала тихо и неторопливо, князь рассказывал о текущем положении рода, отдавая дань уважения погибшим дружинникам и всей дружине, в целом. Его голос креп и усиливался, когда он говорил о частично свершившейся мести и её будущем завершении. О том, насколько ценны для него каждый из собравшихся и как он планирует о них позаботиться. О возрождении рода и его будущем возвышении. В конце, несмотря на то, что голос князя даже и близко не срывался на крик, тем не менее, он звучал набатом в голове каждого из присутствующих.

— Я очень хочу сказать, что смерть этих достойных мужей стала последней жертвой, что принесли вы, мои верные подданные, во имя рода, но не могу. Еще будут жертвы, ведь нам противостоит не только аномалия, но и люди. Плохие люди. Но что я могу обещать точно, так это то, что я, князь Разумовский, буду стоять рядом с вами, в первых рядах, защищая наши земли и ваши жизни. Клянусь своей кровью!

— Слава роду Разумовских! — стоящий слева от Аршавина Полоз, вскинул сжатый кулак.

— Слава! Слава!!! — сначала редкие выкрики, перешли в сплошной рев. Глаза у людей зажглись огнем. Огнем надежды и предвкушения… Предвкушения новой, достойной жизни…

Взмахом руки, как опытный дирижер, молодой князь, притушил эмоции толпы и быстро подошел к молодой вдове и маленькому мальчику. Неожиданно для всех, он опустился на одно колено и склонил голову.

— Простите, Варвара Александровна, не уберег я вашего мужа. И ты прости, Пётр Семенович, — обратился он к ним обоим.

— Встаньте, ваша светлость, ну что же вы, право? — ошарашенно ахнула Варвара.

Князь послушно встал и аккуратно взял молодую вдову за плечи.

— Если хотите, оставайтесь в Себыкино. Пенсия позволит вам ни в чём не нуждаться, а Пётр сможет получить любую специальность, когда вырастет, за счет рода Разумовских.

— Спасибо, ваша светлость, — Варвара низко поклонилась, а из её глаз ручьем хлынули слезы.

— Я когда вырасту, хочу быть дружинником, как папка! — гордо задрав подбородок, заявил маленький Пётр.

Тут как тут возникла Анна, которая взяла мальчика за руку.

— Я тебя научу, как говорить с животными, хочешь? А когда дядя Коля научит меня с мечом драться, я тебя и этому научу! Хорошо?

— Хорошо! — серьезно кивнул головой мальчик.

А Нюша, как будто что-то почувствовав, резко обернулась.

— Смотрите, белочка!

В сумерках было уже плохо видно, но Ратай разглядел, как на один из гробов, в котором лежал Белка, прыгнула маленькая рыжая белка. Оставив на ней шишку, как своеобразный дар, недовольная повышенным к себе вниманием, она быстро ускакала в лес.

— Спите спокойно, братья, — прошептал Ратай ошеломленно.

Аномалия благословила Воина в его последний путь…

Глава 27

Утром на выходе из комнаты чуть не столкнулся с Антипом. Слуга уже занёс руку, чтобы постучать в дверь, но я его опередил. Время подходило к семи и сегодня я немного поленился вставать в обычное своё время.

— Доброе утро, ваша светлость, — опуская руку, поклонился старик. — Я пришёл сообщить, что завтрак уже подан. Также на территорию имения прибыла группа имперских служащих из столицы. Николай Петрович уже собирает дружинников для экзамена. Он просил передать, что порядок уже определил. Все новобранцы будут проходить экзамен во второй половине дня. Сейчас они сменяют ветеранов на всех постах.

— Спасибо, Антип, — кивнул я слуге. — Девочки уже проснулись?

— Анастасия Константиновна сказала, что будет завтракать с сестрой наверху, — ответил Антип. — Также хочу вам напомнить, что сегодня ночью мне нужно отлучиться из поместья до следующего утра.

— Помню, — направляясь к лестнице на первый этаж, ответил я. Снизу слышались голоса гостей. Оказалось, что делегация сотрудников комитета не стала ждать на улице и расположилась в гостиной.

— Доброе утро. Ярослав Константинович? — едва заметив меня, деловито уточнил невысокий мужчина с тщательно уложенными волосами. Несмотря на это, заметить обширную лысину главы экзаменаторов было не сложно. Николай Дмитриевич оказался достаточно полным для своего возраста, а судя по выражению лица ещё и довольно высокомерным. — Меня зовут Николай Дмитриевич Бежанов. Я представляю комитет Российской Империи, призванный контролировать воинов на службе благородных семей. Где будет проходить экзамен?

— Доброе утро, Николай Дмитриевич, — учтиво кивнул гостю я. — Экзамен будет проходить на тренировочной площадке моей дружины, если вам не нужны для работы какие-то особые условия. Уточните у Николая Петровича Аршавина, где именно вы сможете расположиться.

Бежанов пару мгновений смотрел на меня, а потом резко кивнул и направился к выходу. Следом за своим руководителем потянулись остальные экзаменаторы. У себя дома я никому не позволю диктовать мне условия. Бежанов сразу нарушил несколько неписаных правил этикета благородных семей, войдя в дом без приглашения. Обозначив таким образом своё отношение, вряд ли он надеялся на тёплый приём в дальнейшем.

Вместо того, чтобы идти следом за экзаменаторами, я отправился завтракать. Правда, ел достаточно быстро и не особо смотрел, что кладу себе в тарелку. Бежанов не показался мне таким уж жутким противником, но сила таких людей крылась в умении манипулировать документами и фактами. С врагами на поле боя мне было гораздо проще.

Когда вышел из дома, на тренировочной площадке уже стоял первый дружинник. Ратай отлично знал все нюансы процедуры проверки и заранее подготовил всё необходимое. Экзаменаторов усадили за большой стол, установленный чуть в стороне от площадки. Снаряжение Аршавин тоже приготовил ещё с вечера, но при этом я видел, что Шатун всё равно нервничает.

— Доброе утро, Николай Петрович, — поздоровался я. — Уже начали?

— Ещё нет, ваша светлость, — ответил Ратай. — Доброе утро. Пока идёт обычная проверка личности всех дружинников. Минут через двадцать начнём.

— Тогда что не так? — негромко спросил я.

— Думал, что столько людей прислали, чтобы ускорить процесс, — в тон мне ответил Аршавин. — Но Николай Дмитриевич сказал, что проверять всех будут по одному. А значит все итоговые решения будет принимать он лично.

— Посмотрим, что из этого выйдет, — усаживаясь на специально подготовленный для меня стул, ответил я. — Во сколько будет смена групп и что с патрулированием границы сегодня?

— Около двенадцати планирую сменить все отряды, Ярослав Константинович, — ответил Ратай. — Из Себыкино ребята приедут чуть раньше. Ветераны займут все опасные направления, включая пост в аномалии. Думаете, кто-то попытается воспользоваться ситуацией?

— Нет, — покачал головой я. — Слишком велик риск столкнуться с представителями Императора. Бежанов не станет молчать, если в него кто-то выстрелит. Не тот это человек.

— Но доносов при этом напишет с десяток, — хмыкнул Шатун. — Видел я таких бумагомарак.

— И это тоже, — улыбнулся я. — Однако, своей жизнью Николай Дмитриевич дорожит очень сильно. Да и ситуация у нас рядовая. Такие экзамены по всем дружинам каждый год проводят.

— Только не ко всем проверяющие из столицы приезжают, — возразил Ратай.

На этом мы замолчали. Вскоре закончилась проверка первой группы дружинников и начались экзамены. Парни показывали свою подготовку, выполняя приказы Бежанова. Владение оружием ближнего и дальнего боя, навыки борьбы, скорость, выносливость, реакция… Экзаменаторы проверяли десятки параметров, список которых был сформирован и утверждён очень давно.

Ратай выстроил список бойцов таким образом, чтобы в конце первой группы находились самые сильные его подчинённые. Аршавин сделал правильный вывод о том, что Бежанову потребуется время на то, чтобы присмотреться к участникам экзамена и оценить их потенциал.

Когда очередь дошла до Ежи, Николай Дмитриевич предпринял первую попытку повысить сложность испытания. После стандартной проверки на ранг Воителя, Бежанов долго смотрел на результаты дружинника, а потом широко улыбнулся.

— Вижу, вы отлично подготовились, Александр Егорович, — громко произнёс главный экзаменатор. — Настолько хорошо, что я обязан настоять на дополнительной проверке ваших возможностей. Начинаем через две минуты. Приведите себя в порядок.

Отдых Бежанов назначил смехотворный. Ежа выложился в первой части экзамена достаточно сильно, но Аршавин даже бровью не повёл. И вскоре стало понятно, что глава комиссии подарил моему роду первое бесплатное повышение ранга. Саша прошёл повторную проверку даже лучше, чем первую. У меня появился новый Ратник. Приятно для меня, для Ежи и для всей дружины. Но это стало для Николая Дмитриевича неприятной неожиданностью и я вдруг понял, что задумал Аршавин.

В течение следующего часа экзаменаторы проверили ещё десять человек. Бежанов дважды использовал своё право повышения сложности испытания и оба раза ошибался. Еще один Ратник, а Боров получил ранг Мастера. Ратай решил пойти самым простым путём и приказал бойцам выполнять требования проверяющих по нижней границе нормы. Причём по самой грани проходили только самые сильные дружинники. Это вызывало у Бежанова обоснованное желание их дожать во второй части испытания, но у него ничего не вышло.

В какой-то момент Николай Дмитриевич понял, что его одурачили, но сделать уже ничего не мог. Только недовольно посмотрел в нашу сторону и что-то пометил в разложенных перед ним бумагах.

— Жаль, что со второй группой такой номер не пройдёт, — с сожалением вздохнул Аршавин. — Может надо было первыми молодняк запускать?

— Вы всё правильно сделали, Николай Петрович, — возразил я. — Не факт, что кто-то из молодых смог бы так же хорошо имитировать свою слабость.

— В этом и проблема, ваша светлость, — вздохнул Ратай. — Имитировать им не придётся и ни один нормальный проверяющий не стал бы давать усложнение, когда боец еле справляется. Правы вы были насчёт этого слуги государева.

— Ничего, — улыбнулся я. — Во-первых, «старички» это заслужили и вечером нам будет, что отпраздновать. А, во-вторых — мы ещё посмотрим кто кого.

— Не желаете прерваться, Николай Дмитриевич? — когда с площадки ушёл последний дружинник из первой группы, спросил я. — День сегодня достаточно жаркий, а работы вы проделали немало. К тому же, сейчас около часа займёт смена групп.

— Должен признать, ваши люди сумели меня удивить, Ярослав Константинович, — недовольно произнёс Бежанов. — Хорошо, что сегодня лично я нахожусь в рядах экзаменаторов. Без лишней скромности хочу сказать, что я крайне редко ошибаюсь в людях и рад, что сумел найти среди ваших бойцов тех, кто достоин большего. Четыре дружинника сегодня получат повышение ранга за счёт Императора. Уверен, во второй группе таких счастливчиков окажется ещё больше.

— И я благодарен судьбе и лично вам, за такую удачу и честь. Уверен, что вы правы и со второй группой, Николай Дмитриевич. — не стал спорить я. — Могу я ознакомиться с результатами экзамена?

— В этом нет необходимости, ваша светлость. — с превосходством улыбнулся Бежанов. — По итогу экзаменов я предоставлю все документы вам на подпись. Моё ведомство кровно заинтересовано в качестве проверки и ошибки мы не допускаем.

— Рад это слышать, — кивнул я.

В течение следующего часа представители имперской службы слонялись по территории имения и делали вид, что дико устали за последние пару часов. Возможно, Бежанов рассчитывал пообщаться со мной лично, потому что постоянно был на виду и заинтересованно изучал развалины на территории усадьбы. Однако, я общаться не торопился и расслабленно сидел на прежнем месте.

— И когда же приедут ваши дружинники, Ярослав Константинович? — ровно по истечении часа, ворчливо осведомился у меня Бежанов. — Нам сегодня ещё сдавать все результаты в тверском отделении, а потом возвращаться в столицу.

— Уже скоро, ваше сиятельство, — невозмутимо ответил я и указал в сторону ворот имения, откуда слышались звуки моторов приближающихся машин. — Собственно, вот и они. Можете приступать к подготовке экзамена.

— Почти вовремя, — проворчал Николай Дмитриевич, бросив презрительный взгляд на пару дряхлых пикапов, заезжавших на территорию имения. Вот только взгляд проверяющего мгновенно изменился, когда он увидел третью машину, ехавшую в конце колонны.

— Не знал, что вы сегодня ждёте гостей, Ярослав Константинович! — едва не рассмеялся Аршавин. Ратай моментально узнал машину и не смог сдержать улыбку.

— Случайно получилось, — так же улыбнулся я. Особенно меня порадовала мрачная физиономия Бежанова, который стремительно прошёл мимо нас и начал активно рыться в разложенных на столе бумагах. Мы ещё пару секунд постояли на месте и пошли встречать гостей. Вернее, гостя.

— Добрый день, ваша светлость, — произнёс вышедший из своей машины Аксаханов. — Простите, что немного задержался. Нужно было проверить работу своих людей по одному делу.

— Не страшно, Артур Ибрагимович, — добродушно ответил я и протянул жандарму руку. Аксаханов ответил тем же и пробежался по территории имения внимательным взглядом. — Рад, что у вас нашлось время выбраться в нашу глушь.

— Похоже, у вас тут восстановление идёт полным ходом, Ярослав Константинович, — кивнув на почти готовую казарму, улыбнулся жандарм. — Должен признать, что вы очень серьёзно подошли к делу восстановления своего рода.

— Это обязанность главы семьи, — пожал плечами я. — Если бы ничего с моим появлением не изменилось, то и возвращаться смысла не было. Вы сказали, что есть какие-то новости по нашему конфликту с Алексеем Андреевичем…

Бежанов начал проверять личности второй группы дружинников и делал это в разы быстрее, чем с первой. Возможно, Николай Дмитриевич наконец полностью проснулся и начал работать в полную силу.

— Новостей не много, ваша светлость, — вздохнул Аксаханов. — И в массе своей они не очень радужные.

— Если хотите, можем пройти в дом, — предложил я. — Там будет удобнее разговаривать.

— Спасибо за предложение, Ярослав Константинович, но я откажусь, — покачал головой жандарм. — В последнее время всё больше сижу в кабинете и хотелось бы воспользоваться случаем и погулять на свежем воздухе.

Намёк был вполне прозрачным и я указал на дорожку, уводившую вглубь заросшего сада. Пока на тренировочной площадке ещё не начались испытания и можно было никуда не торопиться. Но даже сам факт пребывания на территории имения представителя шестого отдела жандармерии уже существенно снижал риск каких-то неприятных действий со стороны главы экзаменационной комиссии.

— На данный момент мне порадовать вас нечем, ваша светлость, — сразу перешёл к делу жандарм. — Все захваченные вами недавно нарушители границ не имеют никакого отношения к дружине князя Антипова. Их командир по кличке Лось был уволен с позором из дружины несколько дней назад за выходку на территории графа Старковского. Вместе с ним по документам покинули службу все члены его отряда. Однако, бывшие дружинники пошли на крайние меры и решили ответить на действия своего бывшего хозяина. Они забрали с собой всё своё снаряжение, прихватили часть запасов со складов Алексея Андреевича и на двух его вездеходов покинули расположение дружины князя.

— С боем? — поинтересовался я. Чего-то подобного я и ожидал от соседа, поэтому не особенно удивился.

— По словам главы дружины князя Антипова, дело происходило ночью и на воротах базы дежурили друзья Александра. Они покинули базу вместе с ним, — ответил Аксаханов. По лицу жандарма было понятно, что он вообще не верит в подобную версию, но доказать что-то не имеет возможности. — Все уволенные дружинники подтверждают, что деятельностью браконьеров руководил их командир. Сами участники преступной группы сообщили, что все приказы они получали от Лося и князя Антипова никогда вообще не видели. Их база располагалась на границе ваших владений, где они хранили снаряжение и разделывали добычу. На данный момент, приговор всем участникам банды уже вынесен и приведён в исполнение.

— Быстро… — удивлённо произнёс я.

— Приказ пришёл из главного управления жандармерии сразу после того, как Лось был обнаружен у себя в камере. Александр находился в состоянии глубокой комы и вернуть его не вышло, — хмуро продолжил Артур Ибрагимович. Ему крайне не нравилась сложившаяся ситуация и он этого не скрывал. — На данный момент единственный человек, который мог дать показания против Алексея Андреевича мёртв. Князь Антипов, в приватном разговоре, выразил вам благодарность за то, что его техника не досталась браконьерам и теперь служит на благо защитников Империи. Претензий по этому поводу он не имеет.

— Как благородно со стороны Алексея Андреевича, — хмыкнул я. — Каковы шансы, что у ваших людей получится что-то найти во владениях моего соседа, Артур Ибрагимович?

— Минимальные, ваша светлость, — честно признался жандарм. — Из плюсов для вас могу назвать только несколько подтверждённых фактов глобального нарушения договора патронажа. Мои подчинённые зафиксировали их в наших отчётах, а сам князь Антипов уже отдал распоряжение по пересмотру договора. Помимо порубежной засеки, были убраны пункты о регулярных патрулях, временных лагерях дружинников вдоль вашей части границы и увеличению численности дружины князя Антипова для защиты границ вашего владения. Это примерно семьдесят процентов всех затрат, заложенных юристами Алексея Андреевича в ваш договор. К сожалению, весь объем собранной добычи подтверждён документами и налоговую часть договора убрать не выйдет. Поэтому готовьтесь к сумме в триста-четыреста тысяч рублей.

— Благодарю, Артур Ибрагимович, — кивнул я. Платить хоть копейку соседу я не планировал, но новости действительно были хорошие и жандармы проделали немалую работу, чтобы зафиксировать все нарушения. — Буду дальше изучать этот вопрос.

— Я бы рекомендовал вам закрыть его досрочно, ваша светлость, — прямо посмотрел на меня Аксаханов. В карих глазах собеседника я заметил предупреждение и тревогу. — Алексей Андреевич крайне недоволен положением дел в своих владениях и в последнее время ведёт себя очень нервно. Можно предположить, что так просто он не отступится. Если принять во внимания факт скорого возвращения ваших земель во владение рода Разумовских, со стороны князя могут последовать очень неприятные действия.

— Уверен, моя дружина справится с любой угрозой моему роду, — невозмутимо ответил я. — Кстати, сегодня к нам прибыли экзаменаторы из столицы и вы лично можете убедиться в качестве подготовки моих людей.

— С удовольствием посмотрю на это, Ярослав Константинович, — понимающе улыбнулся Аксаханов. — Но сразу предупрежу, что время у меня ограничено. К трём часам я должен быть в Твери.

— Даже с учётом недавнего увеличения моей дружины, много времени экзамены не займут, Артур Ибрагимович. — улыбнулся я собеседнику. — К тому же, все ветераны уже прошли экзамен и Николай Дмитриевич сумел найти среди них сразу четырёх кандидатов, достойных повышения ранга.

— Вот как? — удивлённо поднял брови жандарм. — Я редко слышал, чтобы за одну проверку представители Императора находили даже двоих… Должно быть, ваши люди действительно многому научились за последние пять лет, ваша светлость. И я буду очень рад, если пополнение вашей дружины такое же выдающееся.

— Я тоже, Артур Ибрагимович, — даже не подумал спорить я.

Когда мы дошли до тренировочной площадки, вторая часть экзамена уже началась. Предусмотрительный Аршавин притащил дополнительный стул для нашего гостя и мы с интересом принялись следить за испытаниями молодняка.

Манера работы Бежанова разительно изменилась. Если утром он внимательно следил за каждым движением бойцов перед ним, то сейчас видный сотрудник комитета будто отбывал неприятную повинность. Основную часть работы взяли на себя его подчинённые, а Николай Дмитриевич только угрюмо смотрел куда-то в пространство перед собой. Правда, без неожиданностей тоже не обошлось.

Последним из новичков на площадку вышел Козырев. На лице Пичуги читалось огромное облегчение от того, что все его подчинённые, включая пятёрку самых слабых, успешно прошли испытание. Поэтому Антон выложился по максимуму. А когда настало время принять решение, помощники Бежаново буквально осадили своего руководителя. В итоге, глава экзаменационной комиссии вынужден был приказать Козыреву пройти испытание повышения, хотя сделал это с большой неохотой.

— Благодарю за доверие, — с улыбкой, ответил Антон.

— Тогда у вас двадцать минут на подготовку и отдых, — коротко ответил Бежанов. Пичуга удивлённо округлил глаза, но спорить не стал. Времени ему дали в десять раз больше, чем любому из ветеранов. Вместо этого Козырев сразу пошёл к Ратаю и всё отпущенное время слушал наставления Аршавина. Учитывая, что изначально Антон заявлялся на Воителя, сам дружинник порядком удивился реакции экзаменаторов.

Но удивление не помешало ему чётко выполнить все требования, чтобы получить желанный ранг. Аксаханов уехал только дождавшись подписания финальных документов по итогам экзаменов. Даже не поленился проверить предоставленный мне Бежановым табель. Жандарм отлично понимал расклад и сделал всё необходимое, чтобы выполнить предназначенную ему роль. Я в долгах ходить не любил и для себя решил, что в ближайшее время сполна отплачу Артуру Ибрагимовичу за его помощь. Хотя тот ни словом не обмолвился об этом.

— Всего хорошего, Николай Дмитриевич, — когда комиссия двинулась к своим машинам, попрощался я. — Я искренне впечатлён вашим профессионализмом и надеюсь, что в следующем году проверкой моих дружинников тоже будете руководить вы.

— Возможно, Ярослав Константинович, — проворчал в ответ Бежанов. — Хотя и маловероятно. И так пришлось полностью менять график, чтобы до вас добраться.

— Благодарю за проделанную работу, — широко улыбнулся я. Подписанные моей рукой документы гарантировали, что никаких махинаций с результатами не будет и я наконец смог расслабиться.

Представители Имперской комиссии уехали и я тут же объявил общий праздник по случаю успешных экзаменов. После короткого совещания с Аршавиным, было принято решение наградить особо отличившихся бойцов. Парни сэкономили роду полсотни тысяч рублей и я готов был потратить эти деньги на них самих.

Мало того, что родовая дружина получила полноценный статус в имперских службах, так ещё оказалось, что рейтинг эффективности боевых сил рода Разумовских взлетел на недосягаемый уровень.

Об этом сообщил Ратай буквально через пару часов. К этому времени Бежанов уже добрался до Твери и сдал все необходимые документы в региональное отделение. Изменения отразились на главном ресурсе комиссии, где дружина Разумовских взлетела со дна во второй десяток.

— Как-то криво считается этот рейтинг, — с сомнением глядя на экран телефона Ратая, произнёс я.

— Тут не в общем количестве дело, ваша светлость, — довольно ответил Аршавин. — Реальное положение дел эти таблицы конечно не отражают, но для статуса рода очень важный показатель. Дело в том, что в дружинах других родов очень много обычных людей. Поэтому процент тех, кто идёт по пути воина, всегда довольно низкий. У того же Антипова больше сотни гридней, но у него и людей в дружине около двух тысяч. У нас же получилась странная ситуация, когда обычных бойцов нет вообще. Не думал, что вы так далеко сможете заглянуть, Ярослав Константинович! Гениальное решение на самом деле!

— Не понял, — честно удивился я. — Что за решение?

— Что брать в дружину нужно только бойцов с рангом Гридней и выше, — широко улыбнулся Ратай. — Первая двадцатка рейтинга ведомства Бежанова гарантирует более выгодные контракты с другими службами. Тех же зверей аномальных имперским скупщикам можно по другим тарифам сдавать. Да и другие привилегии есть. Например можно выделенные силовые структуры рода создавать за пределами владений, ну и ещё всякое…

— Мы об этом позже поговорим, Николай Петрович, — ответил я. На самом деле, у меня были совсем другие цели при установке этого критерия. Я просто опасался, что обычные бойцы не смогут вытянуть нагрузку, с которой приходилось справляться дружинникам рода. Но получилось действительно хорошо. А насчёт выделенных структур можно позже поговорить с Пичугой. Почему бы не организовать дополнительный источник дохода для рода, раз появилась такая возможность. Только людей надо ещё набрать. Да и Козырева отпускать обратно в Тверь не хотелось. — А сейчас дайте людям отдохнуть и насладиться своей победой. Сегодня новички гуляют, а завтра для ветеранов праздник устроим. Заслужили ребята.

За суетой с экзаменами я даже не обратил внимания, что количество строителей увеличилось раза в три. Пескарёв решил досрочно завершить все работы, чтобы освободить людей для задач в Себыкино. Где-то часам к четырём дня, когда в разгаре был торжественный обед, ко мне подошёл начальник рабочих с отличной новостью.

— Мы закончили, ваша светлость, — произнёс он. — Олег Дмитриевич велел нам возвращаться, как только сдадим работу. Можно уже сегодня заселять людей, но мебели там нет. Если найдётся у вас минутка, то хотел бы показать конечный результат.

— Ради такого дела найдётся, — широко улыбнулся я. — Николай Петрович, составите мне компанию?

— Ещё бы, ваша светлость, — быстро выбираясь из-за стола, ответил Ратай.

Строитель отвёл нас ко входу в восстановленную казарму и открыл дверь. Внутри горел свет. Пахло свежей краской, какими-то строительными смесями и деревом. Запах нового жилья оказался удивительно приятным.

— Мы бы и мебель расставили, но Анастасия Константиновна сказала, что это уже не наша забота, — видя наши с Ратаем довольные улыбки, сообщил главный строитель. — Да и этим лучше заняться будущим жильцам. Из дополнительного — сделали вторую душевую и ещё один туалет. Коммуникации подключили к основному зданию. В общем, можно заселяться.

— Прекрасная работа, Пётр, — честно признался я. — Куда перевести оплату? Или лучше наличными заплатить?

— Анастасия Константиновна уже рассчиталась, — тут же поднял руки прораб. — Ничего не нужно, ваша светлость. Если вдруг понадобятся наши услуги ещё, то с Олегом Дмитриевичем свяжитесь.

— Обязательно, — серьезно кивнул я. Качество работы меня полностью устроило. Никаких изысков в казарме не было, но здесь они и не требовались. Ровные белые стены, отдельное помещение под оружейную и пять больших жилых комнат на десять человек каждая. — Можете ехать и спасибо за хорошую работу.

— Благодарю, ваша светлость, — поклонился мне строитель и ушёл.

— Ну что, Николай Петрович? — с улыбкой посмотрел я на Аршавина. — Готовы твои парни к переезду?

— Уже пару дней, как только об этом и говорят. — хмыкнул в ответ Ратай. — Если прямо сейчас скажем, то даже застолье бросят. Сильно парни страдают, что жить в хозяйском особняке приходится. Вроде как и не мешаем никому, а всё одно некомфортно. Не положено дружинникам в одном доме с княжеской семьей жить.

— Ну тогда сейчас и скажи всем, — весело ответил я. — Посмотрим, насколько для них это важно.

Оказалось, что Ратай ничуть не преувеличивал. Парни сразу же побросали всё и понеслись в особняк. В течении следующих двух часов они опустошили те комнаты, которые занимали в имении и перетащили всё в новенькую казарму.

Я со стороны наблюдал за их радостной суетой и довольно улыбался. Благодаря Насте, вся необходимая мебель уже была закуплена и только ждала своего часа. До ночи бойцы успели не только обставить свои хоромы, но ещё и до блеска отчистить те комнаты, которые занимали раньше.

— Спасибо, — когда ко мне со спины подошла старшая сестра, произнёс я. — Это всё благодаря тебе, Насть. Парни действительно сильно переживали из-за того, что нам приходится жить с ними рядом в одном здании.

— Я только закупила материалы на твои деньги, — тихо рассмеялась Анастасия. — Невелика заслуга!

— На деньги рода, — поправил девушку я. — И без тебя это здание так и стояло бы до сих пор в развалинах.

— Может и так, — не стала спорить девушка. — Какие планы у тебя на вечер?

— Спать пойду, — не раздумывая, ответил я. — Завтра рано вставать. А у тебя?

— Хотела ненадолго уехать из имения, — чуть смущённо ответила Настя и я удивлённо повернулся к сестре. — Братья Старковские зовут прогуляться по Твери.

— Что ж, приятной прогулки, — тепло улыбнулся я. Напоминать сестре о том, что нужно быть осторожной я не стал. Лучше Ратаю об этом скажу. Не хотелось портить девушке приятный вечер.

— Спасибо, — опустила глаза Анастасия. — У меня почти готово всё по твоему запросу. Можем сейчас обсудить, если хочешь…

— Думаю, тебе стоит потратить время на приятные хлопоты и сборы, а не на дела, — улыбнулся и обнял сестру я. — А я спать пойду. Устал что-то за сегодня.

Когда зашёл в дом, сразу понял, что чего-то не хватает. Исчезла вечная фигура старого слуги, который всегда находился в гостиной, если не было других дел. Я посмотрел на часы и поднялся к себе. По пути написал Аршавину, чтобы он присмотрел за Настей. Братья Старковские сделают всё возможное, чтобы не дать девушку в обиду, но сил двух молодых одарённых может не хватить. Будильник поставил на четыре утра и сосредоточился на родовой сети. Благодаря работе двух накопителей, восстановление двигалось достаточно быстро. Приличная часть границы с аномалией уже нормально просматривалась, хотя дыр ещё хватало.

Я некоторое время следил за происходящим на границе, а потом зафиксировал сигнальную нить сети в своём сознании и лёг спать. А незадолго до рассвета уже сидел в гостиной. Разбудил меня не будильник, а сигнал родовой сети. И я бы сильно удивился, если бы этого не произошло.

Где-то минут через двадцать ощутил приближение мощного источника аспекта Жизни и поставил на стол кружку с почти остывшим чаем. Дверь в особняк открылась и в неё зашёл чуть пошатывающийся человек, фигура которого излучала ровный поток магии Жизни.

— Доброе утро, — негромко произнёс я и на меня уставилась пара горящих зелёным огнём глаз. — Думаю, у нас не так много времени, чтобы я мог задать все интересующие меня вопросы.

Глава 28

— Ваш-ш-ша светлос-с-сть… — странно коверкая слова, ответил человек. У меня сложилось впечатление, что ему физически сложно сейчас было говорить, но я точно знал, что Антип очень быстро придёт в себя. Не зря же старик говорил, что уже с рассветом вернётся к своим обязанностям. — Здес-с-сь…

— Меня интересует послание, которое оставил для нас отец, Антип, — не обращая внимание на трудности слуги, произнёс я. При этом тщательно контролировал поток энергии Жизни, который шёл от собеседника. Пока он ещё оставался равномерным, но спад уже наметился. — В своём письме он сообщил, что у тебя есть данные по этому вопросу. Что это, Антип? Место? Письмо? Устное послание?

— Не-е-ет… — с трудом покачал головой старик. — Ка-а-арта. У меня только карта…

— Где? — быстро спросил я. Старик внезапно согнулся почти пополам и удивительно быстро рванул куда-то вглубь дома. Я сорвался с места и последовал за ним. Вряд ли Антип собирался сбежать. Скорее тоже понимал, что время ограничено.

Пробежка закончилась на цокольном этаже особняка. Слуга с ходу ударился всем телом в глухую стену и начал сползать по ней вниз. Аспект Жизни, переполнявший тело Антипа ещё минуту назад, начал стремительно развеиваться, но слуга пытался сделать всё возможное, чтобы выполнить мой приказ. Несмотря на слабость, он упрямо тянулся к конкретному участку стены, который ничем не отличался от остальных. Пришлось ему немного помочь.

Едва ладонь старика коснулась штукатурки, та сразу осыпалась на землю, открывая две строчки цифр, пылающих на бетоне зелёным огнём. Антип обмяк на полу, а я впился глазами в цифры, запоминая каждую деталь. Вместе с последней каплей энергии аспекта Жизни, покинувшей тело старого слуги рода, бесследно исчезли и цифры на стене.

Более надёжный способ сохранить тайну даже придумать было сложно. Даже зная конкретного человека и нужное время, я едва не упустил свой шанс. Сейчас уже точно можно было сказать, что подойди мы к Антипу утром, он бы вообще ничем не смог нам помочь. Отец сделал всё возможное, чтобы скрыть свою тайну, а значит причины для этого у него имелись самые весомые.

— Ох… — шевельнулся на полу слуга и я тут же наклонился к нему, чтобы помочь подняться. — Что вы здесь делаете, ваша светлость? Я чем-то могу вам помочь?

— Уже помог, Антип, — поднимая пожилого слугу рода на ноги, ответил я. — А теперь давай-ка я тебе помогу добраться до твоей комнаты.

— Мне очень стыдно, что вам приходится за мной ухаживать, Ярослав Константинович, — пытаясь идти самостоятельно, произнёс Антип. — Обычно я просыпаюсь у себя в комнате с рассветом и возвращаюсь к работе, но сегодня что-то пошло не так. Видимо, годы дают о себе знать. Вероятно, вы были правы и мне уже пора на покой.

— Ты слишком много болтаешь для едва живого старика, — проворчал я. А ещё Антип оказался удивительно тяжёлым для его внешности. Но об этом я говорить не стал. — Отлежишься немного и всё с тобой будет в порядке. Сегодня можешь не выходить из комнаты вообще, если считаешь нужным.

— Мои обязанности… — попытался возразить старик, но договорить ему я не дал.

— Не развалится семья Разумовских, если ты пол дня отдохнёшь, — категорично заявил я. — Это приказ главы рода.

— Слушаюсь, ваша светлость, — покорно ответил Антип.

Судя по тому, что я видел, старик каждый раз возвращался к себе в комнату после ночных прогулок и напитывался энергией аспекта Жизни. Оставалось надеяться, что я не нарушил полностью этот процесс и до следующего полнолуния Антип дотянет без проблем. Перед глазами появилось воспоминание о странных глазах древнего слуги рода. С этим можно разобраться позже. Если за несколько поколений он не нанёс вреда никому из моей семьи, то опасаться нечего. А всплывшие в памяти образы я быстро загнал обратно. Вполне возможно, что это просто совпадение и с тем, что происходило в моей прошлой жизни, слуга не имеет ничего общего.

За окнами занимался рассвет. Спать уже смысла ложиться не было и я сразу отправился к себе в кабинет. Отпечатавшиеся в памяти цифры записал на чистом листе бумаги и положил его перед собой. Сложить пару простых фактов оказалось не сложно. В своём сумеречном состоянии старик сказал, что у него есть карта. Цифры на карту были похожи мало, но вряд ли Антип ошибался.

Включив компьютер, скачал первую попавшуюся интерактивную карту мира. Введя обнаруженные при помощи слуги цифры, получил точку в центральной Африке. Пару секунд прикидывал варианты, а потом поменял порядок ввода. Вторая попытка оказалась успешной, но цель осталась такой же недосягаемой, как и раньше. Когда Аршавин узнает о моих планах на выходные, ему точно станет плохо.

Немного подумав, решил заняться подготовкой к грядущей охоте. Задач оказалось достаточно много, а времени на их решение — мало. Первым делом создал защищённый канал и вышел в сеть. За пару часов нашёл все необходимые контакты и даже сумел договориться о сотрудничестве. В Империи всегда хватало людей, которые готовы были рискнуть своей шеей ради интересного материала. А такого материала у меня было в избытке.

Когда часы показали девять, пришло сообщение от Олега Дмитриевича. Пескарёв сообщил, что всё необходимое для размещения группы аспирантов уже закуплено. В качестве оплаты глава Себыкино использовал счёт моего рода, но я против ничего не имел. Сам ему предлагал этот вариант. Главное, что теперь я мог быть спокойным за выполнение поставленной задачи. Поэтому сразу же набрал номер графа Кривошеева.

— Доброе утро, Ярослав Константинович. — первым поздоровался Анатолий Викторович. — Так и не дождался вашего звонка вчера. Что надумали по поводу моего предложения?

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — ответил я. — Прошу прощения, что задержался с ответом. Нужно было убедиться, что мы сможем обеспечить вашим людям достойные условия. Да и вчера, если честно, совсем замотался.

— Много дел? — участливо поинтересовался граф.

— Всего одно, — негромко рассмеялся я. — Вчера к нам из столицы прибыла комиссия экзаменаторов из столицы для проверки рангов моих дружинников. Промаялись с ними до обеда.

— Вот как? — удивлённо воскликнул мой собеседник. — А почему из регионального отделения человека не прислали?

— А это вам лучше у Николая Дмитриевича Бежанова спросить, — усмехнулся я. — Он возглавлял комиссию и принимал экзамены у моих людей.

— И как всё прошло? — с очень ощутимой паузой, осторожно поинтересовался Кривошеев.

— Замечательно, ваше сиятельство, — весело ответил я. — Мои дружинники не только успешно прошли на заявленные ранги, но ещё и четыре повышения взяли за счёт имперской казны. Правда, пришлось понервничать немного и перестраховаться на всякий случай. Но в целом я очень доволен результатами моих людей.

— Вы не перестаёте меня удивлять, ваша светлость, — восхищённо произнёс граф. — Насколько я знаю, появление сына Дмитрия Аркадьевича на любых экзаменах равносильно приговору для некоторых его участников. Ума не приложу, как вам удалось всё это провернуть, но это тема для отдельной беседы. Сейчас у меня не так много времени, а услышать всё хочется очень подробно. Поэтому перейдём к делу. Группа аспирантов может выехать к вам уже в эти выходные.

— Если они прибудут в Себыкино в воскресенье, то это будет просто замечательно, Анатолий Викторович. — ответил я. — К сожалению, лично их встретить не смогу, но мне могут понадобиться услуги ваших людей ближе к ночи.

— У вас планируются бурные выходные? — поинтересовался мой собеседник.

— Можно и так сказать, ваше сиятельство, — не вдаваясь в подробности, ответил я. — Аспирантов встретит Николай Петрович. Я его предупрежу заранее.

— Может тогда лучше в субботу? — предложил Кривошеев. — Ребята лёгкие на подъем…

— Не стоит, — ответил я. — Воскресенье отличный вариант. И, если вам не сложно, официальное распоряжение о летней практике этой группы оформите на следующей неделе.

Маги академии, по моим расчётам, не должны были принимать участия в намеченных событиях, но рисковать не хотелось. Учитывая, что информация в этом мире распространялась быстрее ветра, я вполне допускал, что о визите аспирантов станет известно раньше, чем они доберутся до места своей практики.

— Как скажете, Ярослав Константинович, — не стал спорить ректор МАМИ. — Всё равно практика начинается с первого буднего дня.

— Вот и замечательно, Анатолий Викторович, — улыбнулся я. — Ещё раз благодарю вас за ваше щедрое предложение и напоминаю, что мы ждём вас в гости в июле. Или раньше, если позволят дела.

— Всего хорошего, ваша светлость, — ответил граф и повесил трубку.

Желудок напомнил о том, что, кроме чая, он уже не видел ничего целую вечность и я отправился на первый этаж. Как только вышел за дверь, окунулся в плотное облако ароматов свежей выпечки и вместе с ним поплыл в гостиную. Там за столом болтали мои сёстры. Нюша увлечённо рассказывала о своём визите в Себыкино, а Настя слушала её с рассеянной улыбкой.

— А вот и наш соня! — тепло улыбнулась Настя и с интересом осмотрела меня. — Как-то не похоже, что ты хорошо выспался, Яр.

— Просто голодный, — усаживаясь за стол, ответил я. — Как прошла твоя вчерашняя прогулка?

— Замечательно! — довольным голосом ответила княжна. — Константин читал стихи собственного сочинения посреди ночной Твери, а Андрей, как оказалось, мастерски играет на гитаре. Если бы не толпа охраны, было бы вообще прекрасно.

— Я просил Аршавина послать с тобой пару человек, — чуть улыбнулся я. — Не думал, что он отправит половину дружины.

— Николай Петрович выполнил твой приказ, брат, — рассмеялась Настя. — Это Старковские притащили с собой почти двадцать человек. Константин сказал, что дед запретил встречаться со мной без охраны. Будто я могу на них напасть!

— Мало ли что, — улыбнулся я, а для себя отметил, что Иван Николаевич тоже был не рад ночной встрече молодых людей. И риски граф оценивал очень трезво. — Ты говорила, что собрала нужную информацию по оборудованию. Сейчас можем всё обсудить.

— После завтрака? — неуверенно предложила Настя и я сразу понял, что заниматься делами она сейчас не хочет. Слишком хорошее у неё было настроение.

— Пришли мне на почту тогда всё одним файлом, — тяжело вздохнул я. — И когда у меня уже будет свой личный выходной?

— Может, завтра? — улыбнулась девушка. — Пятница отличное время для отдыха!

— Может завтра, — кивнул я и принялся за еду. — Раз не хочешь заниматься делами, то возьми на себя организацию праздника для наших дружинников. Ребята прошли проверку и получили ранги. Счёт нам выставят завтра, но оплатить можно на следующей неделе. Получилось даже меньше, чем мы рассчитывали.

— Это отличная новость! — довольно ответила княжна и я согласно кивнул.

Возвращаться в кабинет не хотелось, но дела ждать не будут. В итоге, до самого обеда я вёл переговоры с десятком анонимных собеседников и готовил почву для финального аккорда воскресной охоты.

А потом начался праздник, продлившийся до самого вечера. По сравнению со вчерашними посиделками новобранцев, Настя устроила ветеранам настоящее представление. Девушка не меньше меня испытывала благодарность к основе нашей дружины и сделала всё возможное, чтобы порадовать бойцов. Даже награждение полноценное организовала и пригласила какого-то ведущего для мероприятия из Твери. Как она смогла провернуть это всё за пару часов я бы даже не взялся сказать.

Праздник гремел до позднего вечера и мы всей семьей тоже приняли в нём участие. Алкоголя был самый минимум, но веселились все с неудержимой силой. Сам факт того, что теперь род мог себе позволить подобные развлечения, уже безмерно радовал всех дружинников и их семьи. К вечеру из особняка вышел Антип, которого тоже попытались привлечь к общему веселью. К удивлению собравшихся, старик не стал упрямиться и сел за общий стол. Всё было настолько хорошо, что мне даже не верилось. И я должен был подумать о том, что за целых полдня отдыха и безделья придётся заплатить самую высокую цену.

В шесть утра следующего дня раздался стук в дверь. На пороге стоял свежий и бодрый Аршавин. Ратай, с загадочной улыбкой, позвал меня на утреннюю разминку и я слишком поздно осознал всё коварство главы ближней дружины.

Пятница прошла, как в тумане. Ратай подготовил для меня за пределами поместья целую полосу препятствий и не поленился учесть все мои возможности. На вполне разумный вопрос, что уже пора заканчивать, Аршавин ответил только многозначительной улыбкой. Дело было к обеду, а с полосы я выполз только ближе к ночи. Мало того, что Ратай с диким энтузиазмом решил подготовить меня к грядущей охоте, так ещё и большая часть ветеранов дружины изъявили желание добровольно принять участие в этом безумии.

Вторая часть дня состояла из сплошных спаррингов. С оружием и без, против одного противника и против нескольких сразу. Бойцы сменяли друг друга, а мне иногда давали передохнуть. Правда, оказалось, что выносливости моей хватило бы на пятерых. Окончательно измотать меня не удалось, несмотря на все усилия Шатуна. Но устал я дико и проспал на следующий день почти до обеда.

— Нужно поговорить, Николай Петрович. — выбравшись из дома и найдя Аршавина неподалёку от тренировочной площадки, произнёс я. — Что по поводу лимузина Антипова-младшего?

— Ещё вчера продали, ваша светлость, — сообщил Ратай. — За двести десять тысяч какой-то бродяга купил. Полоз даже проверять не стал, кто это такой. Только деньги пересчитал и ключи отдал.

— Хорошо, — кивнул я. Ещё одной проблемой стало меньше. — Надо обсудить расстановку наших людей.

— Усилить дозоры? — тут же уточнил Николай Петрович, но я покачал головой.

— Я хочу, чтобы завтра вы выделили десяток ветеранов и разместили их неподалёку от базы нашего соседа в аномалии, Николай Петрович, — приказал я. — Надо оставить с ними один вездеход и квадроцикл. Оружием снарядите отряд, как для дальнего выхода в аномалию. Ещё нужно усилить группу в Себыкино. Оружия тоже не жалейте. В поместье оставьте минимальную охрану. Моих сестёр отправьте на экскурсию к Олегу Дмитриевичу.

— Мы ждём нападения, ваша светлость? — нахмурился Аршавин. — К чему такие перестановки?

— Есть у меня ощущение, что охота может пойти не по плану, Николай Петрович. — невозмутимо ответил я. — И мы должны быть к этому готовы. Завтра в Себыкино прибудут аспиранты МАМИ. Их надо встретить, разместить и минимально ввести в курс дел.

— Сделаю, — вздохнул Аршавин. Я видел, что Ратай борется с желанием завалить меня вопросами, но глава ближней дружины уже знал, что это так не работает. — Что-то ещё, ваша светлость?

— Вот, — протянул я Ратаю пакет с документами, который держал в руках. — Отправьте Козырева в Тверь. Пусть передаст это господину Карпову. Я его уже предупредил.

— Понял, ваша светлость, — серьезно кивнул Шатун. — Всё выполним в точности. Ваше снаряжение уже готово. От Антона Алексеевича вестей пока не было?

— Ещё жду, — ответил я. — Вряд ли сын нашего доброго соседа осчастливит нас раньше последнего допустимого срока.

Наверное, это был первый раз, когда я ошибся в оценке противника. Антипов-младший оказался настолько уверен в своих силах, что прислал мне все нужные данные в районе четырёх часов. Аршавин долго ругался, когда увидел утверждённый маршрут охоты, а когда я рассказал ему обо всех остальных особенностях завтрашнего мероприятия, начал ругаться в десять раз активнее.

— Не переживайте так, Николай Петрович, — весело произнёс я. — Просто, завтра у меня будет очень насыщенный и богатый событиями день.

— Главное, чтобы он не стал последним, Ярослав Константинович, — проворчал Аршавин. — А судя по вашим планам, вы к этому активно стремитесь.

— Мы все умрем, — усмехнулся я. — Но не сегодня и не завтра, Николай Петрович. Главное ведь что?

— Верить своему князю, — хмуро ответил Аршавин.

— Вот именно, Шатун. Вот именно!

КОНЕЦ 2-Й КНИГИ.

СПАСИБО, ЧТО ВЫ С НАМИ!

3-Я КНИГА ЗДЕСЬ: https://author.today/work/385132

Content

Первый среди равных. Книга II

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28