Чистилище-online 2

Глава 1

Косой солнечный свет вливался в темницу сквозь маленькое окошко, которое было забрано решёткой и находилось почти под потолком. Я порой с тоской смотрел на него, сидя на узких нарах, кои стояли возле холодной стены.

В камере я был один, а взяли меня той же ночь, когда произошло убийство Бада. Похоже, Люк ошибся — и ангелы с демонами всё видят и знают, либо же — меня вычислили по горячим следам. Кто-то из горожан вполне мог сказать, что видел, как я бежал за гоблином. Я ведь тогда не знал, чем закончится эта погоня, поэтому наоборот — привлекал к ней как можно больше внимания. Теперь же мне такое поведение аукнулось тем, что меня арестовали и приволокли в тюрьму, находящуюся под ратушей, отобрали топор и кинжал, но всё остальное моё имущество не тронули.

И вот сейчас я сижу и жду суда. Его назначили на полдень, до которого ещё пара часов. Я бы мог занять это время тем, что продолжил бы тренировать котёнка, но сами понимаете — мне сейчас не до занятий с ним.

Меня буквально снедала тревога. Что же меня ждёт? Каков будет вердикт суда? И почему меня не допрашивают? Стражники несколько часов назад молча закрыли за мной толстую железную дверь и с тех пор не показывались. Они лишь сказали напоследок, в котором часу меня будут судить, и на этом всё. Я оказался предоставлен сам себе, будто мне предлагали подумать над своим поведением. Ну я и размышлял над ним, проклиная то, что смылся с места преступления. Теперь, хорошо поразмыслив, я понимал, что совершил ошибку. Но если разобраться, то виноват не я, а рефлексы, выработанные в той среде, в которой мне пришлось расти. Я уверен, что на моём месте девять россиян из десяти свалили бы из того дома куда подальше. Понимают ли это ангелы, демоны или кто там будем меня судить? Надеюсь, что да. И тогда на мне остаётся только вина за смерть Дейдры. Но и тут у меня есть смягчающее обстоятельство — я же защищал свою жизнь. Суд просто обязан принять данный факт во внимание.

Подытоживая всё вышесказанное, я не должен получить очень уж серьёзное наказание, но так, скорее всего, было бы, если б судьи оказались людьми с планеты Земля. А тут же меня будут судить непонятно кто: ангелы, демоны, глава города или ещё кто-то из местных. Какой у них взгляд на жизнь? Вдруг они считают, что любое убийство в пределах Иерихона, заслуживает самой страшной кары? Вы знаете ответ на этот вопрос? Я не знаю, поэтому меня и потряхивает от страха.

А тут ещё из облачка мрака появился Димон и с ходу азартно заявил, держась в воздухе, за счёт усиленной работы кожистых крыльев:

— А давай устроим побег?

— Набегались уже, — промычал я, даже не став воспринимать его предложение всерьёз.

— Да чего ты такой вялый? — попенял мне бес и сел рядышком на нары, свесив ноги, кои заканчивались копытцами. — О тебе будут слагать легенды!

— Тёмные? — буркнул я, повесив голову.

— А тебе надо, чтобы светлые восторгались тобой? — недружелюбно проговорил Димон и предупреждающе покачал пальцем. — Не забывай, кто перенёс тебя в Чистилище и дал шанс вернуться на Землю.

— Помню, — проронил я, тяжело вздохнув и посмотрев на свой новый самурайский шлем, который лежал рядом. Пригодится ли он мне или уже нет?

— Да, правильно, надевай его, а потом выламывай дверь и дёру отсюда, — возбуждённо протараторил бес, подлетев к выходу из камеры. — Ты посмотри на петли. Они уже все ржавчиной покрылись. Их сломать проще, чем самооценку подростка. А я знаю, о чём говорю. Можешь мне поверить.

— Ну, а что дальше? — без энтузиазма спросил я, посмотрев на крылатое создание. — Предположим, что я выбрался из камеры и даже из города, а что дальше? Как мне жить и развиваться вне Иерихона, когда всё в городе: защита стен, нормальная еда и ночлег, базар, да и портал в другую локацию?

— Ну что ты всё о приземлённом? — презрительно махнул лапкой Димон. — Подумай о том, что ты будешь жить, как изгой! Романтика же! Всё горожане и игроки станут говорить о тебе. А о портале не переживай. Тебе осталось не так много уровней до двадцать пятого, а потом ты сможешь тайком пробраться в город и проникнуть в портал.

— Херня, а не план. Лучше я предстану перед судом, пока ещё больше не наломал дров.

— А если тебя упекут в Ад? Об этом ты не думал? — вкрадчиво осведомился бес, раздвинув губы в усмешке.

— С чего бы это такие радикальные меры?! — выпалил я, округлив глаза. — Я же не младенца съел, а убил игрока, который хотел моей смерти. Да и убил-то не насовсем, а лишил одной жизни.

— Убийство — есть убийство, — строго заявил краснокожий собеседник, щёлкнув хвостом. — Ты роскошным броском топора сломал шею мерзкой светлой стерве на территории Иерихона, где запрещены всяческие драки. Строго запрещены!

— Ты думаешь, что я забыл об этом? — саркастично выплюнул я, скрипнув зубами.

— Напоминаю в профилактических целях, — высокомерно произнёс бес.

В этот миг из-за двери послышалась тяжёлые шаги и громыхание доспехов. Димон, так же как и я, услышал их, покосился на меня, а потом тяжело вздохнул, сокрушённо покачал головой и исчез.

Я же весь подобрался, словно трезвым готовился прыгнуть в ледяную воду, после чего принял вертикальное положение, засунул шлем в мешок и замер возле двери. Та через секунду открылась, явив мне пятёрку стражников, у одного из которых в руке был горящий факел. Он молча кивнул мне и посторонился. Я вышел из камеры, а стражи взяли меня в «коробочку» и повели по коридору из грубо обработанных блоков. Впереди шёл тот мужик, у которого был факел. Его трепещущее пламя освещало наш путь. Мы преодолели коридор, а потом крутую лестницу с каменными ступенями. А когда мы оказались в небольшой комнате на первом этаже, где из окна виден был цветущий сад, стражник потушил факел и отворил небольшую дверь, из-за которой прежде слышался приглушённый рокот множества голосов.

Когда дверь открылась, то всё звуки мигом стихли, а глаза сотен горожан и игроков обратились к дверному проёму, из которого показался я и стражники. Мне сразу же стало ещё больше не по себе, но я попытался скрыть свои чувства за маской лёгкого безразличия.

Мой взгляд с неким снисхождением окинул ряды резных скамеек, которые полностью занимали те, кто пришли на резонансный процесс. Люди даже стояли в проходах, хотя скамейки занимали половину прямоугольного зала, чей арочный потолок был очень высоко, словно мы находились в церкви. Зрители расположились по правую руку от меня, вплоть до двустворчатой двери, а по левую — оказался длинный стол из красного дерева. Он стоял параллельно стене со стрельчатыми окнами с витражным стеклом и за ним сидели шестеро весьма любопытных персон: троица ангелов и столько же демонов. Последние выглядели как рогатые краснокожие бодибилдеры с резкими чертами лица, полностью чёрными глазами и треугольными зубами. Облачены они были только лишь в чёрные штаны, красуясь мощными торсами, где выделялась каждая мышца, а за спинами у них оказались сложенные кожистые крылья.

Ангелы же были более хрупкими созданиями, которые обладали породистыми лицами, небесно-голубыми глазами, белыми крыльями и светлыми волосами, над коими дрожали мягко светящиеся нимбы. А одеты на них были тончайшие доспехи из серебра, которые казались настоящими произведениями искусства.

В общем, и ангелы, и демоны выглядели примерно так, как я себе и представлял. И помимо них в левой части зала на стульях сидела грустная троица тех самых светлых: Люк, Дейдра и тот орк, который пал от рук ассасина. А возле противоположной стены восседал мрачный Гарик. Конвоиры повели меня именно к нему. Люди сразу же оживились и стали обсуждать предстоящий процесс.

Я же миновал трибуну, возле которой летал важный пикси в парике и в чёрной мантии, а затем молча сел на стул, который располагался метрах в трёх от ассасина. Тот покосился на меня, но ничего не сказал, а потом нам стало не до разговоров. Стражники по двое с каждой стороны встали возле подсудимых, включая меня и Гарика, а пикси хорошо поставленным, громким голосом изрёк:

— Прошу всех успокоиться, — рокот в зале стал смолкать. — Итак, дамы и господа, сегодня мы собрались для того, чтобы увидеть, как многоуважаемая судейская коллегия разберётся в страшнейшем преступлении, которое произошло в Иерихоне…

Дальше он начал в красках рассказывать, как в тот злополучный дом прибыла стража и увидела обезглавленное тело тёмного игрока с ником Бад. На этом месте его повествования, люди ахнули в едином порыве, несмотря на все различия. Кажется, многие не знали, из-за чего именно собрался такой представительный суд.

Я же покосился на Люка и его подельников. Те сидели с каменными рожами, а во взгляде парня я увидел усиленную работу мысли. Он явно был не намерен сдаваться и вряд ли выложит суду правду, скорее, светлый придумает свою версию событий, где Бада убиваю я, а лучница и орк все подтвердят. Возможно, они уже успели обговорить свою позицию ещё до попадания под стражу и теперь знают, что делать дальше. Но, а что же я? Мне-то как себя вести? Наверное, надо говорить правду, авось сильно не накажут. Да и Гарик должен подтвердить мои слова. Ему, в целом, тоже будет выгодна правда. Он ведь убил орка, спасая меня, а больше на него ничего нельзя повесить, если, конечно, ассасин не знал, что гоблин заманил меня в дом для того, чтобы светлые выписали мне билет в Ад. В этом случае ему есть чего опасаться, но он же может сплести полуправду.

Короче, у Гарика имеются варианты, но он вряд ли будет сильно уж кривить душой, так что наши показания должны совпасть. А то, что нас будут расспрашивать о том, что произошло в доме, это совершенно ясно. Тут вон и трибуна даже есть, возле которой вился пикси. А тот как раз сейчас повернулся к судьям и вопросительно посмотрел. Те ничего не сказали, по крайне мере вслух, но пикси как-то понял, что ему делать и громко объявил:

— К трибуне вызывается игрок тёмной стороны Ад-Рей. Он среди обвиняемых является обладателем наибольшей славы, поэтому и выслушаем мы его первым.

Я вздрогнул, когда услышал свой ник, а потом встал со стула и потопал к трибуне под шушуканье собравшихся в ратуше разумных. Стражники не увязались за мной. Я шёл один. Мне кажется, что они и вовсе тут были не нужны, вряд ли хоть одному человеку удастся убежать из-под носа у трёх ангелов и стольких же демонов.

Между тем пикси отлетел от трибуны, дав мне занять её, после чего важно произнёс, поправив парик:

— Итак, игрок Ад-Рей, расскажите же, что произошло в тот злополучный вечер.

Я глубоко вздохнул, посмотрел на притихших зрителей, потом скользнул внимательным взором по бесстрастным лицам ангелов и демонов, а затем начал свой рассказ с того момента, как вышел из дома орка Баса. Из моих уст полилась чистая правда. Я даже не помнил, когда такое было, чтобы моё повествование оказалось настолько приближено к реально произошедшим событиям. И пока я рассказывал, зал внимательно слушал меня, порой охая и ахая. В целом люди были на моей стороне, хотя несколько светлых бурчали, что я вру, но их быстро заткнули соседи. Всё-таки я для горожан не хрен с горы, а какой-никакой, но герой, а уж если мне удастся выпутаться из этой истории, то меня вообще запомнят надолго.

Вскоре я закончил рассказ и люди стали выкрикивать мне слова поддержки. Да так активно, что пикси пришлось утихомирить их. Я же почувствовал себя выжатым лимоном, настолько тяжело далось мне выступление с трибуны, поэтому мои ноги буквально подломились, когда моя тушка оказалась возле стула. Он недовольно скрипнул, приняв мой вес.

Дальше пикси вызвал Люка, сообщив, что у него вторая сумма славы из нашей светло-тёмной пятёрки. Парень энергичной походкой подошёл к трибуне и сразу же заявил, ткнув пальцем в мою сторону:

— Этот проходимец всё врёт! Я не устраивал никакой ловушки и вообще не был знаком с погибшим тёмным игроком! — те светлые, кои были в зале, вторили ему согласными криками, и Люк, приободрённый поддержкой, продолжил с новой силой обличающим тоном: — Я и мои друзья всего лишь хотели сократить путь через ту часть города, а потом мы услышали крики о помощи, раздававшиеся из дома. Ну и, естественно, что наша компания бросилась к кричавшему…

— Чтобы добить! — насмешливо воскликнул кто-то со скамьи до боли знакомым голосом. Я тотчас нашёл взволнованным взглядом голосящего и узнал в нём орка Сея. Он тоже был здесь. И после его выкрика тёмные игроки зашлись в хохоте, а пикси громко бросил в зал:

— Тихо! Не устраивайте балаган!

— Да этот Люк лжёт! Я сказал правду! — не выдержав, заорал я, брызжа слюной и привстав со стула.

— Успокойтесь, игрок Ад-Рей. Коллегия судей во всём разберётся, — отрезал пикси. — А если будете срывать процесс, то стража выведет вас из зала. Вам всё ясно?

— Ясно, — нехотя буркнул я и вернул свою задницу на жёсткое сиденье.

Пикси же сделал в воздухе поворот, обратился лицом к яростно сопящему Люку и проронил, махнув рукой:

— Продолжайте. Мы все вас внимательно слушаем.

— Так вот мы бросились на крики и застали в доме вот этого самого игрока… — тут его палец снова указал на меня, — и какого-то гоблина. Последний держал на раскрытой ладони золотой перстень, по-моему, из таких появляются питомцы. Гоблин протягивал его тёмному игроку и просил пощадить его, дескать, он совершил ошибку, украв у него перстень. Но тот не стал жалеть гоблин. Этот Рей был вне себя от злости. Он схватил перстень, а потом отрубил вору голову. А дальше… дальше… Рей увидел нас и выскочил в окно. Мы хотели броситься за ним, но тут раздались звуки приближающимся стражников. Ну и мы испугались, что во всём обвинят нас, застав над обезглавленным телом, поэтому тоже убежали. И в заключение, я хочу сказать, что в тот момент, когда наша компания находилась в доме, мне показалось, что там есть ещё кто-то. Мне кажется, что некто стоял за занавеской и тоже видел то, что произошло. Мы бы очень хотели, чтобы этот человек честно всё рассказал. Он бы сильно помог обелить наши имена, а мы бы за это были ему очень благодарны.

— Да это же чистый подкуп! — заорал я, вскочив со стула.

— Молчать! — рявкнул пикси, после чего невидимая сила придавила меня к полу, из-за чего я вынужден был сесть обратно, источая волны ярости.

— Вот видите? Он же неуравновешенный псих! — мигом воспользовался моей вспышкой Люк. — Он и в том доме так же себя вёл! Да у него сейчас слюна потечёт, как у бешеного!

Я хотел было выпалить какую-нибудь матерщину, уже отчасти не контролируя себя, но наткнулся на строгий взгляд пикси и проглотил готовые вылететь изо рта слова. А потом посмотрел в зал и понял, что народ-то уже не всецело поддерживает меня. Многие люди смотрят в мою сторону весьма задумчиво и даже с некоторым подозрением, словно я обманул их. А вот ангелы и демоны продолжали сидеть с непроницаемыми физиономиями. По-моему, они даже не моргали, но грудные клетки мерно вздымались, значит, всё-таки живые, а не ростовые куклы.

Между тем пикси отправил хитрожопого парня на стул, а потом одёрнул мантию и пригласил выступить орка. Тот принял вертикальное положение и подошёл к трибуне, где слово в слово повторил рассказ Люка, кроме заключительной части, где парень ощутил в дома ещё чьё-то присутствие.

Я же нагнулся чуть вперёд и посмотрел на ассасина. Профиль того немного выглядывал из-за стоящих возле него стражников. И то, что я увидел, мне очень не понравилось. На физиономии парня было написано явное раздумье. Неужели он хочет подтвердить слова светлых и тем самым заработать их благодарность? Может быть, так и произойдёт. Они ведь пока не упоминали о том, что Гарик убил орка. Выходит, если ассасин поддержит их, то получится так, что об этом инциденте рассказал лишь я. Но кто мне поверит, если Гарик подтвердит версию событий, которую сочинили светлые? Правильно — никто. А ассасину выгодно сказать именно так — тогда он вообще будет выглядеть чистеньким, словно младенец.

Глава 2

Вскоре выступила Дейдра и пришло время идти Гарику. Тот поднялся со стула и потопал к трибуне. Я начал напряжённо следить за выражением его лица, а уж с каким нервом во взгляде смотрела на него троица светлых. Мне казалось, что лучница сейчас всё ногти сгрызёт.

И вот ассасин подошёл к трибуне и украдкой посмотрел на Люка. Мне почудилось или тёмный и, правда, подмигнул? Нет, похоже, не показалось, иначе почему на губах Люка заиграла довольная улыбка? Неужели, хренов Гарик решился-таки подыграть светлым? Вот ведь сука!

Внутри меня всё заклокотало от гнева, когда ассасин посмотрел на коллегию судей, а потом на зал и стал вещать:

— Я действительно был в том доме, стоял за занавеской и всё видел… — люди замерли в предвкушении его слова, а в зале повисла такая тишина, что я услышал, как летит муха. — И я, правда, был свидетелем убийства… и даже не одного.

В этот момент колоссальное напряжение отпустило меня. Я понял, что Гарик расскажет правду. Он ведь недаром сказал о том, что был свидетелем убийств, а не убийства.

Ассасин так и поступил — он поведал ровно то, что на самом деле произошло в том доме. Трио светлых пыталось кричать, перебивая его и называя лжецом, но пикси быстро успокоил их, после чего Гарик закончил свой рассказ под шелест шушукающихся людей, которые уже явственно разделили на два лагеря, ведь до сих пор было неясно, кто убил Бада. Компания светлых обвиняла меня, а я и Гарик — Люка.

Тем временем тёмный хотел было покинуть трибуну, но пикси не дал ему этого сделать. Он резко повернул голову к ангелам, словно услышал зов, а потом протараторил, подлетев к Гарику:

— Постойте. У меня ещё парочка вопросов. А чем было обусловлено то, что вы убили светлого игрока?

— Как это чем? — удивился ассасин. — Тем, что я хотел спасти Рея от верной смерти.

— Вы говорите правду? — уточнил пикси, косясь на ангела, который сидел с края стола.

— Да, — твёрдо ответил парень, сложив руки на груди.

— Вы лжёте, — уверенно выдал летун в парике судьи, а затем вдруг с нажимом отчеканил, точно вбивал гвозди в крышку гроба: — Говорите правду, игрок Гарик! Что побудило вас убить светлого игрока?!

В этот миг я почувствовал, словно в зал проникла какая-то таинственная сила, вызывающая желание тотчас сознаться во всех своих грехах. Даже я ощутил такой порыв, хотя был в пяти метрах от пикси, а уж что сейчас чувствовал Гарик, который стоял непосредственно возле него, — остаётся только догадываться.

Ассасин как-то весь сгорбился, будто из него выпустили воздух, уткнулся взглядом в пол и в звенящей тишине зала прошептал:

— Мне хотелось получить славу за убийство игрока из противоположной фракции. Я думал, что никто не узнает. Да и этот орк стоял в такой выгодной позе, будто сам просил воткнуть в него кинжал. И я не смог сдержаться…

Люди так и ахнули, услышав его слова, а потом начали взволнованно обсуждать их. Они были похожи на домохозяек, которые разбирают неожиданный поворот в популярном сериале.

Я же сглотнул слюну, накопившуюся во рту, пока сидел, точно изваяние, а потом увидел, как пикси отпустил растерянного Гарика и вызвал к трибуне Люка. Тот неохотно подошёл, рыща лихорадочным взглядом по сторонам. Кажется, он догадывался, что сейчас произойдёт. Я тоже предвосхищал то, что последует дальше, и не ошибся. Пикси и на него надавил таинственной силой и тот, чуть ли не плача, рассказал правду. Тут уж весь зал встал на уши и в едином порыве начал проклинать всю троицу светлых игроков. Они сжались, в их глазах появился испуг, и вся компашка стала похожа на затравленных зверей.

Мне же в этот миг пришла в голову неожиданная мысль, основанная на том, что я только что увидел в исполнении пикси. Весь этот судебный процесс — сплошной фарс. Если бы пикси хотел, то он ещё при взятии под стражу светлых и меня с Гариком, узнал бы правду, стоило ему применить свои способности. Но он почему-то не сделал этого, будто давал нам шанс самим сказать правду. Получается, что весь этот суд служил лишь для двух целей: устрашить всех игроков Иерихона тем, что правду не скрыть, и для того, чтобы подсудимые могли сознаться. Выходит, что ни на йоту не покривил душой только я, и ангелы или пикси почувствовали это.

И до самой сути данного суда можно было дойти, просто размышляя логически. Пикси вызывал нас к трибуне, ориентируясь на то количество славы, которое у нас есть, а ведь в том доме сразу по сто единиц славы получил я, Гарик и Люк. И если раскручивать мысль со славой, то можно понять, что мы могли её приобрести только за убийство, а не за задание, достаточно просто расспросить каждого игрока о том, где и за что он получал славу. Конечно, тот же Люк мог бы придумать что-нибудь законное, чтобы обосновать сотню славы. Например, он мог сказать, что завалил какого-нибудь тёмного за пределами города или выполнил задание, но его слова легко проверить, поэтому рано или поздно выяснилось бы, что он лжёт.

И вот почему прежде мой мозг спал таким беспробудным образом? Если бы я догадался раньше, то не сжёг бы столько нервных клеток, хотя мне ещё придётся понервничать, ведь коллегия судей еще не огласила приговор.

Пока же пикси занимался наведением порядка, а когда в зале всё-таки установилась тишина, он сурово произнёс, пробежавшись взглядом по бесстрастным лицам ангелов и демонов:

— Итак, дорогие дамы и господа, настало время узнать, что же решила коллегия судей. И первым свой приговор узнаёт игрок Ад-Рей… — летун в парике сделал паузу, словно нагнетал напряжение, из-за которого у меня и так уже дрожали руки, —…За то, что игрок Ад-Рей скрылись с места преступления, он приговаривается к лишению двухсот единиц славы и штрафу в сто золотых монет. Вы меня услышали, игрок?

Его последние слова были обращены ко мне, а я лишь сумел кивнуть, облегчённо растёкшись на стуле. Люди же в зале поддержали меня подбадривающими криками. Фух, ну хоть не посадили и не повесили. Деньги-то можно достать, а славы остаётся ещё предостаточно. В общем, я легко отделался. Теперь посмотрим, что сделают со светлыми игроками и Гариком. А те замерли в ожидании наказания.

Я думал, что сейчас пикси начнёт по одному выносить им приговор, но он сразу назвал их ники и через паузу сообщил, что им всем место в Аду. После его слов зал выдал слитный стон ужаса. Даже я издал нечто подобное, а уж как побледнели приговорённые игроки… Мне впервые довелось увидеть то, как на практике выглядит выражение «побледнел как полотно». И это последнее, что успели изобразить четверо игроков. Буквально через миг их поглотила тёмная клякса, возникшая возле каждого из людей. Они канули в неё, и пропали навечно. А затем исчезли ангелы и демоны, после чего пикси громко объявил:

— Дамы и господа, попрошу покинуть зал!

Люди стали выходить из ратуши, потрясённо обсуждая увиденное. Я тоже встал и пошёл к дверным створкам, которые уже услужливо открыли стражники. Но тут один из них догнал меня и молча вручил топор и кинжал. Ого, я чуть без своего оружия не ушёл, настолько был шокирован тем, что светлых забрали в Ад. Я признательно кивнул стражнику, прицепил оружие к поясу и продолжил путь, вскоре слившись с толпой, которая вытекала из ратуши.

На улице ярко светило солнце и чирикали птички. А воздух показался мне опьяняюще вкусным. Я шумно втянул его, чем привлёк к себе внимание людей. Сперва они были ошарашены итогом суда, а теперь немного успокоились и начали поздравлять меня с удачным исходом. Кто-то даже называл меня счастливчиков, ведь из шести игроков, которые были в том доме, в живых остался лишь я. А некоторые ребята с тёмной стороны стали звать меня в свои кланы, намекая на то, что оплатят мой штраф. Кстати, штраф… когда мне его надо выплатить и предусмотрена ли рассрочка? Всё-таки сто золотых приличная сумма, а у меня всего-то есть чуть больше трёх монет. Где бы взять остальные?

Я быстро потопал по площади, занятый этой мыслью и почти не обращая внимания на тех, кто пытался со мной заговорить. Благо, что они все скоро от меня отстали, включая настойчивых тёмных игроков, зовущих меня в кланы. Но вряд ли они так просто отвяжутся от меня.

Пока же я двинулся по улицам города, обратив внимание, что прохожих довольно мало, хотя сегодня царила не такая удушающая жара, как вчера. Похоже, большинство сейчас на площади, выспрашивают подробности судебного процесса у тех счастливчиков, кто видел его воочию. Теперь, наверное, Иерихон пару-тройку дней точно будет обсасывать детали этого события, а я приобрету ещё большую известность. Вот только жаль, что известность мне совсем не нужна. Уж лучше бы горожане соорудили какой-нибудь благотворительный фонд и собрали для меня сто золотых. Но, вероятнее всего, что подобный сбор запретил бы глава города. Он, скорее всего, противоречит судебному приговору, ну или что-то подобное. Короче, мне надо самому раздобыть эти деньги, а начну я с того, что загляну к пикси Марку.

Приняв такое решение, я направился к его каморке, даже не став приходить в себя после только что завершившегося процесса. Время нынче дорого, я и так потратил много часов, находясь в темнице. Надо навёрстывать. Поэтому я прибавил скорости и быстрым шагом добрался до проулка, где ранее повстречал кошку по имени Марго, потом прошёл ещё немного и вошёл в тёмный коридор. Он совсем не изменился. Я преодолел его и остановился возле двери. Подумал немного, а затем постучал.

За дверью раздался шум крыльев и следом прозвучал знакомый голос:

— Одну секундочку. Только оде… В общем, ждите!

— Жду, — бросил я, раздвинув губы в весёлой усмешке. Похоже, Марк не изменяет себе и продолжает работать с бумагами, не стесняя себя одеждой.

— Входите!

Я тотчас толкнул дверь и проник в комнату. Тут всё так же лежали листы пергамента, а пикси устроился на краю стола, свесив ноги.

Он увидел меня и сразу же уважительно прострекотал, мелко кивая головой:

— Ого, какая личность посетила меня. Победитель Баль-Дура, Избежавший Ада…

— Избежавший Ада? Что-то новенькое, — произнёс я, удивлённо приподняв брови.

— Ага, так теперь тебя называют после того, что произошло в суде, — пояснил пикси и философски добавил, покрутив кистью руки: — Слухи очень быстро разлетаются по Иерихону.

— Я бы даже сказал, что крайне быстро, — пробормотал я, после чего напомнил Марку: — Ты сказал, чтобы я к тебе зашёл, когда подниму славу до ста единиц. У меня её сейчас даже больше. Хочешь дать какое-то задание?

— Хочу, — бросил тот. — Но для того чтобы принять это задание нужно минимум два игрока.

— И это все условия? — уточнил я, прикидывая, кого могу позвать. Пока выходило так, что лишь орк Сей мог мне помочь.

— Нет, другие игроки или игрок, которые будут принимать участие в задании должны иметь минимум пятьдесят единиц славы, — пояснил пикси, взмахнув крыльями и взлетев, а затем завис в воздухе, пристально глядя на меня.

— Я найду такого человека, — уверенно выдал я, а затем спросил: — В чём суть задания и какая награда?

— Вам надо будет отправиться на руины замка Багровый. Когда-то его хозяин обладал обширной библиотекой. Жаль, что её не стало после того, как его замок снесли. Но ходят слухи, будто бы он успел спрятать часть наиболее ценных книг в подземельях, которые были прорыты под замком. Вход в них находится где-то среди руин. И я готов платить по десять золотых за каждую найденную книгу.

— А сколько славы отсыплешь? — спросил я, прищурив глаза.

— По пять единиц каждому участнику задания за одну принесённую мне книгу, — произнёс Марк, задумчиво потерев пальцами острый подбородок.

— Где находятся эти руины и какие нас ждут опасности? — предсказуемо поинтересовался я, весь обратившись в слух.

— Замок располагался в пяти километрах от города, если идти по Восточной дороге, — сообщил пикси, снова усевшись на стол. — И говорят, что сейчас на его руинах водятся мертвецы, которые выползли из-под земли. Там раньше кладбище было, и его весьма рьяно пополнял хозяин замка. Он был большим любителем устраивать казни и пытки, поэтому в тех тоннелях, где спрятаны книги, вас могут ждать сотни изуродованных трупов. Собственно, из-за подобных развлечений самого владельца замка и расчленили, а его жилище снесли.

— Жесть, — бросил я, передёрнув плечами. — Не маловата ли награда за такой риск?

— В самый раз, — отмахнулся Марк и раздвинул губы в широкой улыбке. — Ещё какие-то вопросы?

— Ага, но уже не по теме задания, — проронил я, решив кое-что узнать у пикси. — Наверное, ты уже знаешь, мне тут штраф назначили в сто золотых монет. И вот у меня созрел вопрос — куда их платить и предусмотрена ли рассрочка?

— Ну у тебя есть стандартная неделя, чтобы выплатить эту сумму. Ты можешь принести её в банк разом, а можешь и каждый день отдавать по десятку-полтора золотых монет, — проинформировал меня Марк, чей тон сменился на весьма сухой, словно он сидел в окошке кассы и с эдаким пренебрежением смотрел на меня поверх очков. — А также в банке тебе могут дать ссуду. У тебя хорошее количество славы, так что процент будет небольшой. Ну, это если у тебя не будет хватать денег, чтобы в срок заплатить штраф, а то если ты его просрочишь — в дело вступят довольно неприятные санкции. Так можно и одну из жизней потерять.

— А если славы нет, то хрен, а не ссуда? — чисто из любопытства спросил я.

— Ага, иначе бы банк постоянно нёс убытки.

— Ясно. Пожалуй, я попробую справиться без ссуды, — пробормотал я, а потом спросил: — По поводу задания, я могу прийти в любое время? Мне ведь ещё надо найти напарника.

— С восьми утра и до восьми вечера, — проронил Марк. — У меня, знаешь ли, тоже есть личная жизнь.

— Ох и шутник же ты… — картинно засмеялся я и погрозил ему пальцем.

— Да я не шучу! — воскликнул тот.

— Ну да, ну да, — всё так же весело проронил я и быстро покинул его кабинет, и пока шёл по коридору мне вслед неслись крики пикси, заверяющего, что у него есть дама сердца.

Вскоре я вышел на улицу, где вопли Марка уже были не слышны, и задумался. Итак, мне нужен игрок, которому я хотя бы немного могу доверять. Пока на эту роль подходил только Сей. Похоже, так и придётся предложить ему вместе выполнить задание. Интересно, он сразу согласится или начнёт торговаться, пытаясь опять завлечь меня в клан? Надеюсь, что всё-таки орк пойдёт со мной без всяких уговоров. Но сперва мне надо его найти, а я даже не представляю, где он сейчас обитает. Кто же мне может подсказать, где его искать? Возможно, в «Весёлом мясоеде» знают, где тусуются члены клана «Лилит»? Ну, попробую разузнать там, заодно и поем, а то в тюрьме мне даже кусочек чёрствого ржаного хлеба не принесли.

Я посмотрел на солнце, оценив, что у меня ещё есть несколько часов светового дня, а затем пошёл в направлении таверны. По пути мне встречались горожане и игроки, коих на улицах Иерихона опять стало столько же, сколько было до судебного процесса, и большинство из них узнавали меня, а всё благодаря колоритной самурайской броне. Рожу-то мою вряд ли многие знают, а вот доспех узнавал чуть ли не каждый второй. Кажется, когда горожане судачили обо мне, то описывали, как воина с топором и в самурайском доспехе. Вот поэтому меня так легко и отделяли от других игроков.

Ну и пока я шёл по городу, то приветственно кивал каждому, кто здоровался со мной, а потом почувствовал, что у меня уже шея разболелась. Но если я не буду отвечать вежливостью, то меня мигом обвинят в том, что поймал звезду. Наверное, надо потерпеть, да и шея со временем привыкнет или спадёт ажиотаж вокруг моей персоны.

Между тем показалась таверна, но я не успел войти в неё, так как ко мне подбежал мальчонка лет шести. Он протараторил, возбуждённо сверкая глазами:

— А вы тот самый герой?

— Наверное, — благодушно ответил я, чувствуя манящий мясной запах, идущий из приоткрытого окна «Весёлого мясоеда».

— А дайте мне что-нибудь на память, чтобы все мои друзья обзавидовались, — с детской непосредственностью отбарабанил парнишка, покосившись на пятёрку детей, которые стояли метрах в пяти от нас и с завистью смотрели на бойкого пацана.

— Что б тебе такое дать… Надеюсь, не часы… — задумчиво промычал я и засунул руки в карманы штанов, чтобы отыскать какую-нибудь мелкую медную монетку.

Я быстро нащупал одну денежку, желая отдать её ребёнку, но тут что-то кольнуло меня в палец. Иголка? Нет, она в мешке. Тогда я отпустил монетку и выудил из кармана то, что кольнуло меня. И каково же было моё изумление, когда я увидел между пальцев тот самый жёлтый осколок камня, который отдал Искре в башне Баль-Дура…

Глава 3

Я сидел за столом в углу таверны, крутил между пальцев осколок камня и размышлял, иногда отхлёбывая из кружки пиво и отправляя в рот кусочки жареного мяса. Откуда же он взялся в моём кармане? Может, ведьма подбросила? Такой вариант звучал довольно разумно, но в то же время и наиболее фантастически. Зачем Искре подбрасывать мне этот осколок? Если бы она хотела по какой-то причине отдать мне его, то просто бы сунула в руку с какой-нибудь острой шуточкой. Так что она явно не замешана в этом деле. Тут что-то иное — либо кто-то другой подбросил осколок, предварительно украв его у ведьмы или купив на базаре, если она успела продать камушек, либо же осколок появился в моём кармане из-за какого-нибудь проявления магии: заклинание перемещения или чего-то подобного. А учитывая, где я нахожусь, возможна любая дичь, в том числе та, до которой мне даже не додуматься. Так что, наверное, мне пока хватит ломать голову над загадкой жёлтого камешка. Я вон лучше доем мясо и пойду к Сею. Благо, что в таверне «Весёлый мясоед» нашёлся тёмный, который указал на особняк возле городской площади, где тусуется клан «Лилит».

И я уже собирался подняться со стула и двинуться к площади, как вдруг за мой стол присела та самая тёмная эльфийка, с которой мы вместе изгваздали лестницу. Она была облачена в длинную тонкую кольчугу, перехваченную поясом, а под ней у неё оказалась толстая стёганая безрукавка. На ногах же у девушки красовались сапожки и плотные штаны с кожаными вставками. И ещё у эльфийки обнаружился десяток небольших мешочков, которые болтались на специальных поясных крючочках, где помимо них в ножнах висели короткий меч и кинжал.

Эльфийка дала мне время рассмотреть её, а затем приветливо улыбнулась, ослепив блеском зубов, и произнесла красивым музыкальным голосом, положив изящные руки на стол:

— Привет, Рей.

— Привет… эм-м-м…

— Лана, — подсказала она, недовольно нахмурив бровки.

— Да я помню, просто пиво не в то горло попало, — попытался выкрутиться я и покашлял в кулак.

— Откуда же ты помнишь, если я не называла своего имени? — искренне удивилась девушка, округлив карие глаза.

— Да? Ну, наверное, слышал где-то.

— Возможно, — поверила она, светло улыбнувшись.

Тут-то я и понял, почему именно с ней ушёл в свой номер той ночью. Кажется, она довольно глупенькая особа, а мне всегда такие нравились. Я на их фоне чувствовал себя гигантом мысли. Но на этот раз я всё-таки не спешил так уж однозначно записывать эльфийку в когорту дурочек. Мне уже хватило промашки с Алисой.

Меж тем Лана пропела, заиграв ямочками на щеках:

— А ты чего здесь сидишь один? Почему не качаешься или задания не ищешь?

— Да я уже нашёл, — промычал я, раздумчиво глядя на неё. — А ты кто по классу?

— Телекинетик, — ответила она, не став скрывать довольно личную информацию.

— Это что-то связанное с телевизором?

— Нет, я умею двигать небольшие предметы, — серьёзно объяснила Лана без удивления или снисхождения глядя на меня

— Да я шучу, — промычал я, подумав, что как-то глупо вышло.

— Смешно, — сказала девица и фальшиво улыбнулась, после чего смущённо опустила глазки и тихонько проговорила: — Слушай… той ночью… ты не думай, что я с каждым первым… Просто…

— Просто так сложились обстоятельства. Я всё прекрасно понимаю. И если ты хочешь знать, то я считаю тебя адекватной девушкой, — успокоил я ей, дружелюбно оскалив зубы.

— Правда? — робко спросила она и чуть-чуть недоверчиво посмотрела на меня.

— Абсолютно, — твёрдо проронил я, качнув головой. — Так что давай закроем тему и перейдём к моему заданию. Мне помощник нужен…

Я прикинул, что смогу Ланой заменить Сея. Скорее всего, она сумеет прикрыть меня. К тому же девушка импонировала мне больше, чем орк — член клана «Лилит». Правда, пока непонятно — подходит ли эльфийка под условия задания, да и захочет ли отправиться со мной в логово мертвецов?

Тем временем Лана нарушила затянувшуюся паузу, несколько недоверчиво смотря на меня лучистыми глазами:

— Ты хочешь, чтобы я помогла тебе?

— Ага. Мне подвернулось задание, где требуются два игрока, — стал рассказывать я, пригнувшись к столешнице и понизив голос. — Но чтобы попасть в это задание надо иметь минимум пятьдесят колов славы. Но у такой смышлёной красавицы, как ты, явно побольше славы, чем обозначенная цифра. Правда ведь?

— Да, — расплылась она в польщённой улыбке. — У меня сто единиц!

— Ты никого не убивала? — насторожился я.

— Нет, — яростно затрясла головой Лана. — Просто так совпало. Я хоть и не люблю светлых, но убивать их не готова, даже из-за славы, хотя порой они очень обидно обзываются. Вчера меня один светлый толстожопой назвал. А у меня ведь попа не толстая?

Девушка резко вскочила после своих слов и повернулась ко мне весьма соблазнительной филейной частью.

Я тут же выпалил:

— А ты не можешь отойти подальше, а то большое видится на расстояние? Шучу. У тебя шикарная пятая точка.

— Правда? — с лукавым прищуром спросила та, глядя на меня через плечо.

— Ага, — заявил я, а потом встал из-за стола и поманил её за собой. — Пошли у нас мало времени. Всё, что касается задания, по дороге расскажу.

— Хорошо, — радостно бросила девушка и возбуждённо поскакала рядом со мной, словно я вёл её в магазин за новой шубой.

Мы вышли на улицу и быстро потопали к пикси. По пути я, как и обещал, всё выложил Лане о задании. Та выслушала меня, довольно часто перебивая, а потом согласно кивнула головой. Отлично. Теперь бы ещё выяснить, какие у неё бойцовские навыки, но в лоб о таком не спросишь, поэтому я обтекаемо спросил:

— Какой у тебя уровень и сколько осталось жизней?

— Семнадцатый уровень и три жизни, — гордо заявила та.

— Ого! — не сдержал я изумлённого восклицания, выгнув брови дугой. — Как же ты так умудрилась, что даже не погибла ни разу?

— Ну-у-у… — замычала девушка, нахмурив лобик. — У меня интуиция хорошо развита.

— Да? — недоверчиво бросил я, допуская мысль, что эльфийка тупо врёт, дабы произвести на меня впечатление.

— Ага, — пожала девушка хрупкими плечами.

— И что же твоя интуиция говорит об исходе этого задания? — бросил я, не сумев сдержать явной насмешки, прозвучавшей в голосе.

— Пока молчит, — буркнула Лана, обиженно посмотрев на меня.

Я примирительно улыбнулся и вошёл в мрачный коридор, который вёл к пикси. Девушка поёжилась, проскользнув в дом следом за мной, и молча потопала вперёд, скрипя половицами.

Когда мы добрались до двери, я предусмотрительно постучал, чтобы не травмировать психику девушки, если пикси уже успел разоблачиться. Но тот почти сразу крикнул:

— Войдите!

Я открыл дверь и пропустил Лану вперёд. Та вошла в комнату и сразу же с улыбкой заявила:

— Ой какой миленький!

— Кто? — не понял Марк, глядя на девушку так же изумлённо, как и я.

— Ты, — проронила эльфийка, умильно вперившись в пикси, словно никогда не видела представителей его рода, хотя они постоянно летали по улицам города.

— Я? — ещё больше охренел Марк, ткнув пальцев в свою грудь.

— Он? — поддержал я его. — Лана, у тебя с глазами всё в порядке? Да у него же на голове три пера осталось, а нос такой, что с него можно в бассейн прыгать. И это ты ещё не видела его стручок…

— Всё! Хватит! — яростно воскликнул Марк, зависнув в воздухе и быстро-быстро двигая крыльями. — Чего явились, а?! У меня тут дела, знаете ли!

— Мы пришли принять задание, — проронил я, усмехаясь краешком рта.

— Задание… — бросил тот, после чего как из пулемёта прострочил его описание, а закончил вот такими словами: — Всё, идите выполняйте!

— Лана, топай на улицу. Я тебя догоню, — бросил я, строго посмотрев на девушку.

Та помедлила немного, а затем вышла за дверь и закрыла её за собой. Прошла секунда, другая, но половицы так и не заскрипели. Тогда я чуть рассерженно крикнул:

— Лана! Иди на улицу! Я знаю, что ты в коридоре!

Тотчас послышался знакомый скрип и торопливые шаги. Вот ведь любопытная особа. Вряд ли она хотела навредить мне, но то о чем я хотел поговорить с пикси, ей знать не надо. Всё дело в странном осколке камня. Подумав, я пришёл к мысли, что без помощи пикси вряд ли много разузнаю о нём. Так что придётся допустить Марка к моей тайне.

Я посмотрел на пикси, который уселся на стол, не скрывая недовольной гримасы, а затем проронил:

— Нет желания помочь?

— Я желаю денег и выходных, а помочь не желаю, — пробурчал тот.

— А если я тебе заплачу, то ты расскажешь мне об одном камешке?

— Ага, — быстро согласился Марк, жадно облизав губы.

— Вот, — вытащил я из кармана осколок и продемонстрировал его пикси.

Тот несколько секунд смотрел на него изучающим взором и с апломбом заявил:

— Осколок какого-то драгоценного камня жёлтого цвета. С тебя золотой за мои услуги.

— Чего? — опешил я от его наглости. — Да ты же мне ничего по существу и не сказал-то!

— А чего ты хотел? — удивился летающий проходимец и насмешливо добавил: — Что я тебе расскажу о камне? В какой шахте его добыли и кто занимался огранкой?

— Ну… — промычал я, понимая, что вообще-то пикси отчасти прав. Похоже, придётся выложить ему и остальную инфу. — Короче, это не совсем обычный камешек. Слушай, как он мне достался…

Я рассказал Марку, что добыл осколок в башне Баль-Дура, а потом отдал его Искре, но тот каким-то чудесным образом возник у меня в кармане.

Пикси внимательно выслушал меня, а затем задумчиво потёр подбородок двумя пальцами и проронил, растягивая звуки:

— Интересно. Очень интересно.

— Ну, что скажешь? — возбуждённо выдал я, вертя в пальцах осколок, который отражал огонёк свечи.

— Если отбросить версию, что кто-то подкинул его тебе в карман, то остаётся только магия, — важно изрёк Марк. — Мне известна парочка заклинаний, которые способны на это, но все они, так или иначе, завязаны на кровь или слюну.

— Я порезал ладонь об острый край осколка! — вспомнил я. — Одна или две капельки крови точно попали на камешек.

— Значит, камень мог привязаться к тебе на крови. Его теперь невозможно потерять. Он будет постоянно возвращаться к тебе, — сделал вывод пикси, который заинтересовался тайной осколка. Вон он как зенки щурит, аж «гусиные лапки» во все стороны разбежались.

— Шикарно, — улыбнулся я. — Ты мне поможешь?

— Ага, покопаюсь в старых книгах. Авось что-нибудь найду, — проронил тот. — Ну, это если мы договоримся о стоимости моих услуг.

— Ладно, дам я тебе золотой.

— Десять, — алчно выдал пикси, сверкнув бесстыжими глазенками.

— Десять?! Побойся Бога, крохобор!

— Десять и не монетой меньше! У тебя всё равно нет выбора. Лишь я вхож в городской архив и в ту его часть, где пылятся наиболее интересные книги, — ехидно произнёс пройдоха, широко улыбаясь.

— Ладно, я дам тебе десять золотых, но только если ты напоёшь мне что-то действительно важное, — нехотя побурчал я, понимая, что кроме Марка мне особо-то и обратиться не к кому. — И ещё я хочу, чтобы наши дела с осколком остались втайне.

— Договорились, — кивнул почти лысой головой Марк, а потом напомнил: — Пора бы и за моё задание браться.

— Уже бегу, — саркастично бросил я.

— Кстати, я бы выбрал эльфийку, — неожиданно сказал писки, когда я уже взялся за дверную ручку.

— Ты сейчас о чём?

— Ну, между Искрой и эльфийкой, я бы выбрал последнюю. А моё мнение многое значит, я ведь известный дамский угодник, — на полном серьёзе заявил Марк.

— У тебя уже крыша потекла от одиночества, — раздражённо бросил я, а потом вышел из комнаты и через несколько секунд покинул дом.

Лана ждала меня на улице. Я бросил на неё изучающий взгляд и не заметил даже тени смущения из-за того, что мне удалось подловить её на попытке подслушать мой разговор с пикси.

— Поболтали? — спросила она, играя ямочками на щеках.

— Ага, — буркнул я и направился в сторону базара.

— А чего ты такой хмурый?

— Он назвал тебя толстожопой. Вот я и приуныл, — проговорил я, решив наказать её за попытку подслушивания.

— Как? — ахнула она, выпучив глаза.

— Как? С неодобрением в голосе.

— Не может этого быть, — неуверенно промяукала тёмная и в уголках её глаз заблестели слёзы.

Мне тотчас стало стыдно за свою ложь. Похоже, наказание вышло слишком суровым. Я решил как-то поправить ситуацию, поэтому произнёс:

— Да этот пикси изрядный… э-э-э… извращенец и содомит. Ему нравится всякая дичь, так что не обращай внимания на его слова.

— Правда? — с надеждой произнесла эльфийка.

— Ага, — кивнул я, после чего перевёл разговор на другую тему: — Тебе на базаре что-нибудь надо купить? Может, какие-нибудь запасы? Мы ведь хрен его знает когда вернёмся в город.

— У меня всё есть.

— Отлично, — произнёс я, посмотрев на небо. Солнце уже немного клонилось к западу. Времени оставалось всё меньше и меньше.

Благо, что мы довольно быстро добрались до базара, где я купил пару факелов, спички, вяленое мясо, хлеб, а также заячью тушку и лисью. Мне пришлось отдать за всё это пятьдесят серебряных монет.

Покупка мёртвых зверей крайне удивила Лану и она вопросительно посмотрела на меня. Но я лишь таинственно улыбнулся, чтобы не шокировать девушку раньше времени, закинул потяжелевший мешок за плечи и устремился к городским воротам. Девушка послушно пошла рядом со мной, иногда касаясь меня упругим бедром.

Естественно, что такие манёвры эльфийки уводили мои мысли далеко от выполнения задания, поэтому я в какой-то момент недовольно спросил у неё:

— Лана, ты не пьяна? Прямо идти не можешь?

— Могу, — бросила та и обиженно надула губы. Но зато её волнующие прикосновения прекратились, и я смог спокойно дойти до городских ворот, где вызнал у стражников о месторасположении Восточной дороги. Они предсказуемо отправили меня и Лану на восток от города. Я благодарно кивнул им и покинул Иерихон, косясь на эльфийку, которая преобразилась в лучшую сторону. Её лицо стало сосредоточенным, взгляд принялся рыскать по сторонам, а хрупкая рука легла на рукоять клинка. Она начала напоминать мне Искру. Хоть девушки и были совершенно разными, но всё-таки у них явно имелось что-то общее…

Глава 4

Вскоре мы наткнулись на Восточную дорогу, которая пролегала через поля и убегала к горизонту. Мы двинулись по ней, и чем дальше я с Ланой отходил от города, тем больше девушка трепала языком, рассказывая о своей жизни. Так я узнал, что ей всего девятнадцать лет и, несмотря на свой юный возраст, она уже работала в престижном салоне красоты в центре столицы. Девушка явно гордилась этим. Мне пришлось отреагировать на её слова похвалой. А затем она поведала мне, что всё у неё в жизни шло хорошо, хотя если верить первому каналу, то мы все хорошо живём, но вот Лане изменил парень. И тут её мордочка погрустнела, а глазки потухли.

Я с жалостью покосился на неё и проронил:

— Да забей на него. Он точно идиот. Ты вот мне лучше скажи — как ты в Чистилище-то оказалась?

— Прямо из машины, — промычала Лана. — Хорошо хоть выспалась.

— Ты заснула за рулём и к тебе явился бес? — понял я.

— Ага, — кивнула та, потревожив роскошные белые волосы. — Если я выберусь отсюда, то он разбудит меня, и я успею нажать на тормоз, а если нет — кювет, машина в хлам, а моё тело в морг.

— Дела-а-а, — протянул я, внимательно глядя на дорогу, возле которой появилась крохотная роща, подобная оазису в пустыне. И вот среди них-то вроде бы что-то блеснуло. — Лана, стой.

Эльфийка резко остановилась, а в нескольких десятках метров впереди нас застыла троица игроков. Они только что вышли из той самой рощии теперь стояли на дороге, пытались определить, кто мы такие и к какой стороне принадлежим. Я на всякий случай вытащил из мешка шлем и нахлобучил его на голову, а затем отцепил от пояса топор.

Мои приготовления вызвали оживлённое совещание игроков, по итогам коего они приняли правильное решение — метнулись в поля и стали по широкой дуге обходить нас.

Эльфийка презрительно заявила:

— Струсили, даже не узнав на какой мы стороне.

— Ага, повезло, — проронил я и демонстративно пошёл по дороге, стараясь казаться крайне уверенным в своих силах парнем, а сам краем глаза следил за игроками.

Они же двигались по пояс в пшенице и в какой-то миг случайно оказались не так уж далеко от нас. Я сумел увидеть белый амулет одного из них. Игроки, наверное, так же рассмотрели мой, после чего ещё быстрее пошли по полю. Девица проводила их надменным взглядом и что-то пробурчала под нос. Я же довольно улыбнулся и потопал дальше.

Вскоре Лана снова начала рассказывать о своей жизни. А я слушал её и понимал, что она жила вполне мирной и честной жизнью. Почему же девушка угодила в Чистилище в качестве тёмного игрока? Наверное, она не до конца честна со мной и утаивает неприглядные моменты своей жизни. Да, видимо, так и есть, иначе я не понимаю, почему она не со светлыми.

Между тем мы уже отмахали довольно приличное расстояние, покрывшись слоем пыли, но зато впереди показались какие-то развалины. Я увидел засыпанный мусором и землёй ров. Он опоясывал остатки крепостной стены, которую почти скрыла высокая трава. Оказывается, замок снесли не подчистую. В центре руин остался первый этаж от донжона, справа имелись какие-то хозяйственные постройки с провалившимися крышами. А вон то здание с крепкими стенами и лежащей на земле ржавой железной дверью, наверное, казарма. Ну а всё остальное оказалось разломано до основания, из-за чего повсюду валялись серые блоки, на которых грелись в лучах солнца небольшие зелёные ящерицы.

Я осторожно двинулся к разрушенной арке ворот, приглушённо бросив девушке, которая топала за мной, шелестя травой под ногами:

— Ну вот и хата местного олигарха маркиза де Сада. Здесь будут бродить зомби, так что во всём слушайся меня.

— Да, господин, — томно мурлыкнула она.

Я бросил на неё недовольный взгляд, проморгав врага, который лежал в высокой траве. Он неожиданно схватил меня за ногу и попытался вцепиться в неё гнилыми зубами.

— Твою мать! — заорал я и опустил ему на голову топор.

Лысый череп зомби, обтянутый гнилой серой кожей, лопнул как спелый арбуз и во все стороны полетели ошмётки жёлтого мозга и капли густой, почти чёрной крови. В воздухе появился тяжёлый трупный запах, который смешался с ароматами травы и земли. Я едва не блеванул, а вот девушка за моей спиной не сдержалась и избавилась от содержимого желудка.

Я, не став оборачиваться, услужливо предложил:

— Волосы подержать?

— Не надо… и не смотри сюда, — прохрипела она, а следом раздались звуки отвинчивающейся крышки, активного полоскания ротовой полости и плевка. — Фух, ну и жуть, а какая вонь.

— Ты говоришь как моя тетя, впервые попавшая в сельский туалет, — мрачно проронил я, разглядывая зомби.

Он был классическим ожившим мертвецом: серая кожа с фиолетовыми пятнами, чёрными ногти, желтые зубы, полусгнивший нос, глубоко запавшие в череп глаза-бельма. Ну а из одежды на нём осталось лишь подобие штанов, которые порядком истлели. Но несмотря на свой неприглядный вид, зомби был опасным бойцом, который следовал простой истине — на бога надейся, а сам из засады не вылезай. И он ведь явно хотел убить меня, а не просто спросить средство от червей.

Я передёрнул плечами и бросил девушке:

— Погнали дальше?

— Пошли, — проронила та, вытащив из ножен одноручный узкий меч, а потом достала из крайнего слева мешочка, висящего на поясе, небольшой зелёный шарик, похожий на виноградину, провела им под носом и вернула на место. Вокруг мигом разлился приятный сладковатый аромат. Неужели это местные духи, а в мешочках Ланы косметика made in Рurgatory (Чистилище на англ.яз)? Похоже на то. Сейчас она использовала духи для того, чтобы не чувствовать вони разложения. Надеюсь, этот аромат не привлечёт зомби, хотя они, скорее всего, ориентируются не по запаху. У них же всё давно сгнило. Наверное, ожившие мертвецы каким-то иным образом чуют живую плоть. Вероятно, им помогает магия.

Придя к такому умозаключению, я в сопровождении девушки двинулся в руины, цепко глядя по сторонам и под ноги. Такое внимание позволило мне заметить ещё двух зомби, которые лежали на земле. Они уже были порядком покрыты пылью, а сквозь тело одного из них даже пророс побег какого-то дерева. Но оба мертвеца вполне себе живенько встали на ноги и потопали в нашу сторону, угрожающе рыча. Они были безоружными, так что мы быстро надрали им гнилые задницы. Я срубил голову тому, что шёл справа от нас, а Лана, используя телекинез, направила камень в голову оставшегося врага. Булыжник сорвался с земли, точно его кто-то сильно пнул, и прошил насквозь череп зомби. Тот рухнул на спину и больше не подавал признаков жизни.

Я уважительно посмотрел на девушку, а в следующий час еще больше зауважал её, когда мы втроём без проблем зачистили все руины от мертвецов, завалив около двух десятков. Почему втроём? Так я ещё призывал Мрака и натравливал его на зомби. Котёнок сначала хотел лишь жрать, а потом понял, что я от него хочу и с охоткой начал реагировать на приказы. Конечно, от его атак почти не было толка, но характеристики питомца росли — а это главное. Ну и ещё он крайне умилял Лану, которая постоянно хотела его потискать. А вот другой мои «питомец» её совсем не умилил. Мне пришлось сшить химеру из лисы и зайца и отправить её на поиски подземных пустот, так как мы не смогли самостоятельно найти вход в подземелья, хотя полностью облазали донжон, казарму и прочие строения. И вот этот мой «питомец» очень не понравился Лане. Она брезгливо наблюдала за тем, как я творю химеру и ровно с таким же выражением лица следила за тем, как мертвечина скакала по руинам. И девушку даже нисколько не смягчило то, что химера всё-таки нашла вход в подземелья, хотя мне пришлось пять раз оживлять её. Но в итоге она привела нас к люку в полу, который был в одной из комнат донжона. Мы прежде не замечали его, так как он оказался завален грудой камней. Нам пришлось раскидать её, и лишь потом перед нами предстал заветный вход.

Я присел на корточки рядом с люком, вытер выступивший на лбу трудовой пот и произнёс, посмотрев на небо, которое заметно потемнело:

— Эх, не самое лучшее время, чтобы соваться под землю.

— Ага, — согласилась со мной девушка, которая тяжело дышала после разгребания камней. — Но возвращаться в город ни с чем я не хочу.

— Мне казалось, что мы управимся быстрее, — проронил я, почесав зудевшую под шлемом кожу, а затем схватился за ржавое железное кольцо, которое было приделано к люку.

И тут вдруг девушка спросила, скользнув взором по моей руке, скрытой перчаткой:

— А ты там, на Земле, женат?

— Нет. Ты ведь помнишь, что стало с Голлумом, когда у него появилось кольцо? Мне такой судьбы не надо, — усмехнулся я и потянул люк на себе.

Он поддался довольно тяжело, но всё же мне удалось открыть его. В лицо сразу же выстрелил спёртый воздух, пахнущий влажной землёй и гниением. Я закашлялся, протирая глаза, в которые попала пыль, а потом просипел, скрипя соринками на зубах:

— Лана, зажги пока факелы, а я отправлю вниз разведчика.

— Хорошо, — кивнул та и взяла с пола спички и факелы, которые я заблаговременно вытащил из своего мешка.

Ну а пока она зажигала их, я оживил химеру, выглядящую много хуже, чем в тот миг когда мои руки сшили её. Мёртвая плоть уже порядком разложилась — кое-где выпал весь мех и истончилась кожа, обнажив кости. Но химера совершенно точно прослужит мне ещё около пяти воскрешений. Надеюсь, нам их хватит. Я посмотрел на неё, а потом схватил зажжённый факел и бросил его во тьму, которая глядела на меня из лаза, обнаружившегося за люком. Факел пролетел метра два и упал на булыжники, плотно подогнанные друг к другу. Я увидел побитую ржавчиной вертикальную лестницу, а также стены узкого тоннеля, обложенного всё теми же булыжниками. Опасности вроде бы не было, но я всё же отправил следом за факелом химеру. Она приземлилась на лапки и подняла мордочку.

Я крикнул химере, пристально глядя на неё:

— Пройди метров десять в сторону и вернись сюда.

Мертвечина потопала по тоннелю, благо, что тот вёл в одну сторону. А спустя десяток секунд до нас донёсся приглушённый щелчок, словно сработала какая-то задвижка.

Девушка мигом тревожно выдохнула, склонившись над проходом:

— Что это было?

— Ловушка? Или кто-то выстрелил из арбалета? — предположил я, облизав пересохшие губы.

— А что теперь стало с химерой? — спросила эльфийка, чуток поморщившись, словно вынужденно узнавала о судьбе какого-то дерьма.

— Ну, как видишь, химера не вернулась и вряд ли потому, что ей так сильно понравилось в тоннеле, что она решила ослушаться своего хозяина, — иронично проронил я, почесав небритую щеку. — Похоже, нам нужны ещё химеры, а то меня что-то не тянет спускаться туда, где может оказаться враг с арбалетом. И я как раз тут недалеко заприметил останки какого-то тушканчика и разорванную дикую собаку. Похоже, зомби постарались. Кажись, им вообще по фигу на кого нападать, лишь бы была горячая кровь. Короче, я сейчас быстро метнусь за запчастями, а ты охраняй вход в подземелье. И если будут какие-то проблемы, то кричи. Окей?

— Хорошо, — кивнула девушка после моего жаркого спича.

— Я недолго, — заверил я её.

И действительно все мои метания по руинам в поисках мёртвых зверей не заняли много времени. Я довольно быстро нашёл «детали» даже не для одной, а сразу для двух химер. И ещё у меня оставались половинки от зайца и лисы, так что я сотворил сразу троицу существ. Делал я их подальше от Ланы и только потом притащил к люку.

Тут девушка отрапортовала, что из подземелья никто не вылезал и даже не было никаких звуков. Я благодарно кивнул ей и запустил одну химеру в тоннель, отдав ей ровно такой же приказ, как и той мертвечине, которая не вернулась. Эта тоже поняла меня, после чего побежала по булыжникам подземного хода, тихонько стуча коготками. Я принялся ждать её возвращения.

Химера не подвела меня. Она вскоре благополучно вернулась и застыла возле лестницы.

Я посмотрел на неё и задумчиво проронил:

— Похоже, там всё-таки ловушка, которая уничтожила первую химеру, а сейчас она деактивирована, раз вот эта вернулась.

— Вполне возможно, — поддакнула эльфийка, хлопая накрашенными ресницами.

— А что говорит твоя интуиция?

Девушка на пару секунд закрыла глаза, а потом сказала:

— Ну, вроде бы можно спускаться.

— Ладно, тогда я пошёл, а если меня там убьют, то встретимся в Иерихоне, — решительно выдал я и спустился по лестнице.

Внизу я взял факел и осмотрелся. В первую очередь меня заинтересовали ржавые колья, торчащие из булыжников. На одном из них оказалась нанизана тушка предыдущей химеры. Похоже, нас впереди ждут ловушки.

Пока же я бросил, тревожно смотрящей на меня девушке:

— Всё чисто. Спускайся.

Та кивнула головой и через пару секунд оказалась возле меня. Её взор сразу же устремился к погибшей химере, а затем она восхищённо сказала:

— Рей, ты был прав! Ловушка! Ты такой умный!

— Ага, — польщено произнёс я, подумав, что это я рядом с ней такой.

— Наверное, раз ты такой умный, то богатый? — произнесла эльфийка, как бы делая мне ещё один комплимент, а сама вдруг уставилась на меня с отчаянной надеждой во взгляде.

Ну я решил не разочаровывать её и проронил:

— Почти угадала. Я наследник состояния… Оно у нас в семье переходит от отца к сыну.

— Большое состояние? Какое? — загорелись её глазки не хуже двух факелов, которые были в наших руках.

— Какое состояние? Алкогольное.

— Так твоя семья производит алкоголь?

— Почти, — уклончиво ответил я, не став говорить, что мы его уничтожаем, дабы спасти других россиян. — Ну, хватит уже обо мне. Пора двигаться дальше.

— Да, командир, — дурашливо козырнула она, расплывшись в улыбке.

Я улыбнулся ей в ответ, после чего снял с железного кола химеру, оживил её и отправил вперёд, а сам пошёл в паре метров позади неё, освещая путь факелом. Девушка же потопала за мной, горячо дыша мне в шею.

Но не успели мы пройти и десятка метров, как что-то заскрежетало, а потом нас ослепил яркий огонь, вырвавшийся из стен. Он мигом спалил мою химеру, как Роковая гора кольцо Фродо, из-за чего в воздухе запахло палёной шерстью и плотью. Я же в это яркое мгновение подумал о том, что наш путь по этим подземельям будет крайне непрост.

Глава 5

Когда огонь унялся, то я увидел обугленную тушку, оставшуюся от моей химеры и нажимную плиту, которая оказалась искусно замаскирована под булыжники. Мда, ежели тут много подобных ловушек, то я быстро останусь без химер.

Лана же вторила моим размышлениям, слегка подрагивающим голосом:

— Если нам придётся тратить по уродцу на каждую ловушку, то мы сможет пройти ещё только три.

— Четыре. Ты забываешь обо мне, — невесело пошутил я, быстро оживил ещё одну химеру и отправил её вперёд.

— Ты не уродец. Ты симпатичный, — горячо заявила эльфийка, размахивая ладонью, чтобы прогнать жар, оставшийся после пламени.

— Ой спасибо, — усмехнулся я и пошёл за химерой, держа в вытянутой руке факел.

Лана двинулась за мной. Мертвечина быстро преодолела нажимную панель и поскакала дальше по тоннелю, пока у неё не закончился «завод». После этого химера померла, и мне пришлось опять оживлять её. Я снова дал ей двадцать пятый уровень, сорок секунд жизни и тот же приказ. Получив его, химера устремилась вперёд и опять закончила свою жизнь без посторонней помощи. Только теперь она упала набок около решётки, перегораживающей тоннель. Я не стал воскрешать её, а подошёл к решётке и увидел, что за ней находится довольно просторная галерея. Она оказалась перпендикулярна нашему узкому ходу и имела метра три от пола и до арочного потолка, а в ширину — метра два.

Я передал факел Лане, а сам сделал несколько шагов назад и с разбега ударил плечом в решётку. Та легко поддалась, заскрипев петлями, которые я не разглядел, после чего моя тушка с грохотом повалилась на пол.

Эльфийка тотчас тревожно пролепетала:

— Ты не ушибся?

— Нет, — мрачно бросил я, вставая на ноги и косясь на решётку, которая открывалась на манер обычной двери.

— Хорошо, — облегчённо улыбнулась девушка, а потом посмотрела в одну сторону подземной галереи, затем в другую, и спросила: — А куда мы теперь пойдём?

— Да без разницы, — буркнул я, всё ещё переживая своё фиаско. — Химера всё равно не почует, где в этом подземелье книги. Так что давай положимся на твою интуицию. Только сперва отметим, где мы вышли. У тебя есть какой-нибудь мелок?

— Нет, — отрицательно покачала головой Лана, а затем не слишком охотно добавила: — Но есть помада.

— Тоже сойдёт, — обрадовался я и взял у эльфийки короткую продолговатую палочку, которая была обмотана тонкой кожей.

Я тут же намалевал ею на стене жирный красный крест, который оказался точно напротив того прохода, который привёл нас в галерею. Ну а когда я закончил заниматься живописью, девушка двинулась вправо. Я пошел рядом с ней, запустив вперед химеру, и уже через пару метров пути услышал, как из темноты донеслось знакомое рычание, а следом выскочил зомби с перекошенной нижней челюстью и скрюченными на манер птичьих лап руками.

Мертвяк пробежал мимо химеры, нисколько не заинтересовавшись ею, и напал на меня. Ну а я встретил его лихим ударом топора. Лезвие попало наискосок в шею и почти перерубило её. Голова зомби резко склонилась набок, но тот не умер, а попытался укусить меня за плечо. Но его зубы не справились с металлом доспеха. Они лишь бессильно заскрежетали, силясь прокусить сталь, которая слабо светилась бледным голубым светом. Я же оттолкнул мертвеца той рукой, в которой был факел, а затем ударил топором. Он врубился в рёбра зомби, разрывая гнилую плоть и внутренности. А враг опять не склеил ласты. Мне пришлось бросить факел на пол, взяться двумя руками за рукоять топора и в третий раз ударить им зомби, словно в какой-то сказке. На этот раз я перерубил ему ключицу и позвоночный столб. И вот только после третьей атаки он грохнулся на пол и затих.

Я же поморщился от вонищи и прохрипел:

— Охренеть, он живучий, как ковид девятнадцать. На поверхности мертвяки были слабее.

— Ага, — взволнованно подтвердила девушка, выглядывая из-за моей спины. — Но ты всё равно справился.

— Ну, да, я ж герой. Кстати, ты заметила, что он не бросился на химеру? Это лишний раз подтверждает тот факт, что зомби реагируют только на живых, — проговорил я, а затем взял с пола факел, снова оживил химеру и отправил её в путь. — Лана, ты давай-ка осторожно иди за мной. Тут надо быть очень аккуратным, как во время первого секса… чтобы не разбудить девушку, а то никакого секса не будет.

Эльфийка приглушённо прыснула за моей спиной. Да, хорошая шутка. Я даже сам улыбнулся, но в следующий миг перестал лыбиться, так как впереди раздалось шлёпанье босых ног. А спустя несколько секунд очередной мертвец выскочил из тьмы и завязался скоротечный бой. Теперь я сразу же взялся за топор двумя руками, чтобы наносить мощные удары, а девушка стояла позади, высоко подняв над головой факел, дабы он давал хорошее освещение. Благодаря этому мне удалось завалить зомби со второго удара, а он лишь заляпал кровью мой доспех.

Хоть победа и далась сравнительно легко, но мне всё равно не хотелось биться с мертвяками каждые несколько метров. И благо, что химера без происшествий привела нашу парочку к деревянной двери, густо покрытой плесенью и грибком. Я пару секунд поглядел на неё, а затем всё же открыл и швырнул свой факел в темноту. Тот упал в квадратной комнате, посередине которой красовался массивный стол из толстых досок. На нём я увидел реторты, перегонные кубы и спиртовую горелку. А возле стен прикорнули покосившиеся шкафы, чьи полки занимали прозрачные склянки, мензурки и прочие пузырьки. Многие из них оказались разбиты, из-за чего повсюду тускло блестели осколки, покрытые пылью.

Я тихонько произнёс, осторожно входя и хрустя стеклом под ногами:

— Похоже, что мы попали в средневековую алхимическую лабораторию.

— У меня мама в лаборатории работает, — грустно прошептала девушка. — Я скучаю по ней, да и по всем родственникам.

— Вот были бы они все здесь, да? Шучу-шучу, — сострил я, подобрав факел и двинувшись к шкафу, где уцелели два флакона с какой-то жидкостью.

— А ты не скучаешь по своим родственникам?

— Да зачем они мне? Я ведь совершеннолетний, — промычал я, остро ощущая желание увидеть их.

Девушка ещё что-то хотела сказать, но тут дверь сама собой с грохотом захлопнулась, а в комнате стало ощутимо прохладнее.

Я тотчас прижался спиной к шкафу и протараторил:

— Лана, встань рядом со мной. Кажись, мы нарвались на неприятности.

И будто в подтверждении моих слов в дальнем от нас углу, до которого не доставал свет факелов, завозилась какая-то куча. Она принялась издавать булькающие звуки, и была метра полтора в высоту, а в диаметре — около двух. Куча повозилась пару секунд, а потом медленно поползла в нашу сторону, не переставая булькать.

Когда она пересекла границу освещённой зоны, то мы увидели зелёную студенистую массу, не имеющую ни рта, ни глаз. Она была похожа на содержимое носа какого-то великана, изволившего высморкаться. И эта хреновина двигалась на нас, вызывая закономерные опасения, а тут ещё она булькнула громче обычного, содрогнулась и совершила плевок тёмно-зелёной массой. Та устремилась мне в лицо и обязательно попала бы, если б я рефлекторно не выставил руку с факелом, поэтому слизь угодила на мои пальцы. Я заорал от боли, бросил факел на пол, а потом сорвал с руки перчатку, которая шипела и пузырилась. Моя кожа тоже покрылась пузырьками и стала нехорошего красного цвета, словно уснувший на пляже мужик.

Я принялся истово трясти кистью, а девушка испуганно завопила:

— Рей, ты ранен!

— Спасибо, что подсказала. Предлагаешь добить меня, чтобы не мучился? Так будет гуманнее? — раздражённо протараторил я, а потом бросился к столу и, поднатужившись, перевернул его набок. На пол посыпались реторты, куб и горелка, а я закричал тёмной: — Беги сюда, пока это говно снова не плюнуло!

Девушка быстро оказалась возле меня, плюхнулась на задницу и выдохнула, громко сглотнув:

— Что будем делать?

— Рано или поздно эта ерунда обогнёт стол или тупо прожжёт его…— принялся я размышлять, глядя на руку. Она уже болела не так сильно, но двигать ею всё равно было проблематично.

Меж тем раздался звук очередного плевка, а потом зашипела столешница. Ага, значит, враг всё-таки решил прожечь наше укрытие.

Я лихорадочно отцепил от пояса кинжал, протянул его Лане и протараторил:

— Воспользуйся своей силой и воткни его в тело этой хреновины.

— Мы её вряд ли так убьём, — скептически заметила эльфийка, взяв моё оружие.

— Я знаю, но мы проверим — расплавится ли сталь от контакта с тушей врага. Если «нет», то можно будет попробовать порубить её топором.

— Хорошо, — отрывисто сказала девушка, чьи глазки с надеждой заблестели.

Не став мешкать, Лана немного высунулась из-за стола и подняла кинжал чуть выше головы, а потом тот вылетел из её руки, хотя она даже не двигала конечностью.

Я тоже высунулся, чтобы оценить результат, и увидел, что клинок вонзился в тело врага, а тот содрогнулся. Похоже, он чувствует боль и не способен растворить сталь. Кинжал продолжал дрожать в тушке врага. Поэтому я тотчас проронил, скрывшись за укрытием и потянув за руку девушку, которая продолжала хмуро наблюдать за противником:

— Лана, сядь и слушай меня. Мы сейчас начнём толкать стол в сторону хреновины, а потом, когда окажемся возле нее, примемся долбить её оружием, будто она та самая баба, с которой тебе изменил парень. Поняла?

— Я разорву эту суку, — решительно кивнула та, возбуждённо играя крыльями носа.

— А ты, кстати, не может просто втыкать в противника свой меч, используя телекинез, а потом возвращать его и снова втыкать?

— Нет. Понадобится очень много маны. У меня столько нет.

— Ясно. Тогда давай двигать стол.

Мы начала толкать наше укрытие в сторону врага, а тот порой обстреливал нас, из-за чего в воздухе помимо пыли, появились нотки горящей древесины. А в одном месте тварина даже умудрился прожечь дыру в столешнице.

Всё же наш дуэт сумел достигнуть хреновины, после чего я стал бить по ней топором, иногда высовываясь из-за стола, но лишь немного, чтобы нанести удар и сразу же скрыться. Эльфийка делала ровно то же самое. Благодаря этому противник не успевал плюнуть, а «стрелять» на упреждение ему не позволяло отсутствие мозгов. Он просто не смог дойти до этого.

И вот таким образом мы вскоре завалили кучу. Она перестала булькать и неожиданно растеклась по полу тонким слоем дурно пахнущей жидкости. Благо, что она оказалась не ядовита.

После кончины врага дверь приглашающе приоткрылась. Но я не торопился уходить. Не может быть такого, чтобы в этой комнате не оказалось никакой добычи. Я сказал об этом эльфийке, и мы принялись изучать помещение. В итоге наша парочка потратила на поиск лута минут десять, но мы ничего не нашли, кроме тех двух пузырьков, которые стояли на полке в шкафу. Я даже заставлял химеру проверить комнату на предмет тайников, но и она ничего не нашла.

Тогда я взял один из двух пузырьков, повертел в пальцах, пытаясь найти наклейку с названием, но ничего такого не обнаружил, поэтому вопросительно поглядел на девушку и спросил, показывая склянку:

— Есть мысль, что это такое?

— Ну по цвету похоже на одно зелье, которое я видела в Иерихоне, — неуверенно сказала Лана, взяла другой пузырёк, вытащила пробку и принюхалась. — Да, вроде бы это оно.

— И как то зелье действовало?

— Оно давало двадцать очков в рандомный основной параметр игрока. И стоило бешеных денег, — сообщила эльфийка, алчно глядя на склянку.

— Хм, в качестве награды такое зелье вполне логично. Мы ведь в алхимической лаборатории, хотя это может быть и яд… — протянул я, пожевав губы. — Но кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Ты подожди, а я накачу. За любовь!

И пока решимость не покинула меня, я быстро отправил в рот содержимое пузырька. Оно ободрало горло, словно чистый спирт, а потом успокоилось в желудке.

— Ну? — спросила Лана, тревожно глядя на меня прекрасными глазами, в которых отражалось пламя факелов.

— Помирать я вроде бы не собираюсь, а сейчас проверю параметры.

Я торопливо вызвал интерфейс и увидел следующую информацию:

Имя: Ад-Рей

Сторона: тёмная;

Раса: человек;

Класс: химеролог;

Количество жизней: 2;

Слава: 210;

Уровень: 23.

Базовые характеристики:

Сила: – 29;

Ловкость: – 35;

Телосложение: - 26(+15);

Энергия: – 43 (+25);

Знания: – 25;

Сила воли (мана): - 76.

Базовые вторичные:

Здоровье: - 410;

Выносливость: - 680;

Мана: – 760.

Итак, до того момента, как я выпил зелье, мои характеристики незначительно повысились благодаря вот этим событиям: погоне за Бадом, убийству Дейдры, двенадцати лишённым псевдожизни зомби, воскрешению химер и смерти зелёной кучи слизи. Всё это повысило силу на две единицы, ловкость — также на две, телосложение — на одну, энергию — на две, а силу воли — на одну. А вот жидкость из пузырька дала мне сразу двадцать единиц, которые ушли в ману.

Короче, зелье сработало так, как надо, о чём я и сообщил эльфийке, когда открыл глаза. Та сразу же опустошила вторую склянку, после чего проверила интерфейс и радостно сказала, что у неё повысилась ловкость на те же два десятка единиц.

— Отлично, — проронил я, позволив себе улыбку. — Не зря твоя интуиция привела нас сюда.

— Ага, — счастливо поддакнула Лана и неожиданно крепко обняла меня.

Я приобнял её в ответ, а спустя пару секунд проронил:

— Нам надо двигаться дальше.

— Угу, — промычала девушка и нехотя отпустила меня.

Я ещё раз улыбнулся эльфийке и покинул комнату. Мы снова двинулись по галерее, пустив перед собой химеру, чья жизнь теперь составляла пятьдесят три секунды. Благодаря этому мне пришлось всего три раза воскрешать мертвечину, прежде чем мы добрались до крестика на стене. Тут уж химера окончательно разложилась, и я отправил вперёд уже другого мёртвого «питомца», а сам в обществе девушки пошёл следом.

И буквально через несколько метров наша парочка наткнулась на ступени, круто ведущие вниз. Я ступил на первую. Вдруг камень под моей ногой зашатался и выпал. Мне оставалось лишь нелепо взмахнуть руками и покатиться вниз, сопровождая свои кульбиты выдохами:

— Су-ка… ка… ка… ка… — а когда я достиг пола другой галереи, то пробормотал лёжа рядом с факелом, выпавшим из моей руки: — Итак, тринадцать ступеней. Не к добру всё это.

И я как в воду глядел…

Глава 6

Стоило мне повернуть голову, как я увидел пяток зомби. Они недвижимо стояли вокруг колодца в небольшой круглой комнате. Свет факела едва-едва достигал их, но я всё же сумел рассмотреть истлевшую одежду, деревянную обувь сабо и торчащие из тел ржавые штыри, длинные спицы, а у одного из грудной клетки даже выглядывали клещи. Если бы они ориентировались на слух или упади я на десяток сантиметров ближе к ним, то их пятёрка уже бы напала, а так — зомби продолжали стоять возле колодца, будто оттуда вещал Соловьёв. Поэтому мне жутко повезло, что ситуация сложилась таким образом. Я даже возблагодарил бога, в которого верил несмотря на все усилия земных владык.

И тут вдруг до меня долетели испуганные слова Ланы:

— Рей, ты жив?

— Ага, — бросил я, вставая на ноги. — Спускайся. Только осторожно. Тут пяток мертвецов.

— Живых? — уточнила она, как бы парадоксально это не звучало.

— Угу, — проронил я и машинально потянулся за топором, выскользнувшим из моей руки во время падения. Он валялся рядом с вырубившейся химерой чуть дальше, чем лежал я.

И только мои пальцы коснулись рукояти, как ближайший ко мне зомби вздрогнул, точно ему дали пинка под зад. Похоже, я всё-таки ненароком пересёк красную линию его сканера, потому что мертвец зарычал и бросился в мою сторону, а следом за ним побежали и остальные зомбаки.

Я почувствовал, как меня пронзило нестерпимое желание выскочить из галереи точно пробка из бутылки шампанского. Мне реально было страшно, даже спина взмокла от ужаса. Тут с одним-то зомбаком не так-то просто справиться, а на меня бегут сразу пятеро. Да ещё они рычат, словно злые собаки, увидевшие пушистого бестолкового котёнка. Но хорошо хоть мертвецы оказались вооружены лишь лютым желанием разорвать меня, поэтому я крепко сжал анус и ринулся на них, громко завопив:

— За родину!!!

Мы встретились в паре метров от последней ступени. Я сразу же опустил топор на череп самого ретивого зомби, который меня и «унюхал». Как говорится, инициатива наказуема. В этом случае инициатор поплатился головой. Лезвие топора разрубило её до нижней челюсти, обнажив стухший мозг и десяток белых личинок. Всё же этот гад умер не сразу. Он упал мне под ноги и укусил за голень.

— Сука! — заорал я и отпрыгнул назад.

Мертвец отцепился от моей ноги и остался лежать на полу, а вот другие зомби атаковали меня. Благо, что ширина галереи была около двух метров, поэтому они могли нападать лишь парами. А я рьяно махал топором, порой высекая искры из стен и слыша хруст костей.

В этот миг раздался тревожный голос Ланы:

— Рей, у тебя всё в порядке?!

— Да! Почти как в очереди за справкой! — крикнул я, перерубив зомби руку, а тот даже не обратил на это внимания, продолжив атаковать меня другой культяпкой.

— Я сейчас помогу! — твёрдо заявила девушка, которая явно поняла, что внизу идёт бой. Я ничего ей не ответил, так как усиленно бился за свою жизнь.

Сражение протекало в свете факела, который валялся под ногами. Его трепещущее пламя превращало и так страшные хари зомби в какую-то квинтэссенцию ужаса. Их гнилые носы, серая морщинистая кожа, затянутые плёнкой остекленевшие глаза и оскаленные чёрные зубы, между которыми лазали мелкие насекомые, казались во ста крат ужаснее. К тому же во все стороны летели брызги тёмной крови, осколки костей и ошмётки плоти. Парочка лоскутков кожи прилипла к забралу моего шлема и теперь воняла прям под носом. Но я не обращал внимания на вонь, а как заведённый размахивал топором и закладывал удивительно красивые матерные вирши.

Благо, что вскоре ко мне присоединилась эльфийка, которая спустя пару секунд совершила крайне неожиданный финт ушами. Она сумела воздействовать телекинезом на самого мощного зомби, который явно превышал своим уровнем прочих тварей. Но он ничего не смог поделать с силой девушки, которая подняла его в воздух и сильно приложила головой об потолок. Тотчас раздался смачный треск черепа, а потом последовал хруст шеи. Голова мертвеца оказалась отделена от тела, после чего две части зомби упали на пол, а за моей спиной раздался протяжный стон.

— Всё, больше не могу, — устало просипела тёмная.

— Дальше я сам, — азартно проронил я и впервые с начала боя стал наступать на врагов, коих осталось трое, при том, что двое из них лишись по одной руке, словно их поймали на воровстве где-то в Саудовской Аравии.

Я довольно быстро разорвал их, как тузик грелку, а затем устало опустился на пол, где принялся тяжело дышать, вывалив язык. Мои лёгкие горели огнём, намекая, что выносливость достигла нуля. Я даже не смог собраться с силами и осмотреть свои раны, хотя чувствовал, что по голени течёт кровь, а руки были покрыты мелкими царапинами, кои нестерпимо саднили.

Хорошо хоть Лана уже пришла в себе и подскочила ко мне, став по-хозяйски рассматривать мои раны. Она пару секунд поглядела на руки, а потом принялась протирать мою кожу, вытащенной из мешка тряпочкой. Попутно эльфийка устранила три чёрных ногтя, которые торчали из моей плоти. Я содрогнулся, увидев их, а девушка тревожно проронила:

— Надеюсь, в раны не попадёт инфекция…

— Ага. Хорошо бы продезинфицировать, — пробормотал я, подумав о моче. Но отказался от этой мысли и просто достал зелье лечения. Авось и оно сойдёт. Я торопливо отправил в рот содержимое склянки, а затем закатал штанину и увидел, как затягивается рваная рана от зубов зомби. Ну, вроде бы всё. Царапины на руках тоже закрылись.

Я почувствовал себя значительно лучше, после чего поднял свой факел, который горел уже не так ярко, и задорно произнёс, посмотрев на эльфийку:

— Пошли дальше? Там ещё есть враги. Они явно будут рады нас увидеть.

— Угу, — без энтузиазма промычала девушка и мрачно выплюнула: — В этой чёртовой темноте ничего не видно.

— Ага. А ты, кстати, знаешь, что человек, который становится слепым, почему-то сразу же начинает любить собак и выгуливать их? — с усмешкой проговорил я, оживляя химеру.

Тёмная удивлённо посмотрела на меня, явно не поняв шутку, а я с кислой миной на лице махнул рукой и отдал химере приказ. Та побежала вперёд, а мы снова пошли за ней. Ну, надеюсь, нам уже недалеко осталось идти, а то всё сложнее и сложнее.

Мы быстро преодолели галерею, никого не встретив по пути, а затем оказались в большом круглом зале, где по периметру были камеры, в коих за решётками лежали скелеты. В центре же расположились различные приспособления для пыток, словно мы попали к коллекторам. Я увидел дыбу, жаровню, колесование, нюрнбергскую деву, все записи «Дома-2» и ещё много всего прочего. И всё это было покрыто тёмными потёками когда-то запёкшейся крови, а в воздухе витали нотки палёной плоти.

Мои плечи сами собой передёрнулись, стоило мне представить, что здесь творилось.

Девушку тоже пробрал вид этого зала. Она с ужасом хлопала ресницами, рассматривая пыточную. Я покосился на неё, а затем поспешил к единственной закрытой двери, которая находилась между двумя камерами. Но прежде чем открыть её, я снова оживил химеру и лишь потом потянул за почти истончившееся от ржавчины кольцо, которое оставило на моей руке бурую полосу.

Дверь с трудом поддалась, но всё же открылась. Химера сразу же бросилась в темноту, а я швырнул туда свой факел и увидел в его свете два сундука. Они стояли возле дальней стены довольно большой глухой комнаты. Ну, похоже, в них-то и спрятаны книги, ведь мы уже прошли всё подземелье. Осталось забрать их и свалить отсюда. Но всё оказалось не так просто…

В какой-то миг из угла вышла высокая тучная фигура. Я напряг глаза и сумел увидеть объёмное пузо, красный халат и белую бороду, но это был не Дед Мороз, а отвратительного вида толстый мертвец с небольшой короной на лысой голове. Кажись, он-то и был хозяином замка, и по совместительству главным боссом подземелья. Создатели Чистилища вооружили мертвеца странным мечом. Его рукоять была вполне себе обычной, а вот лезвие больше подошло бы пиле — оно оказалось зазубренным и покрытым бурыми пятнами. А вот броню боссу не дали. Он щеголял лишь в замызганном халате до пола, рваных штанах и дырявых тапочках, поэтому вид имел довольно нелепый, настраивающий игрока на снисходительный лад. Но уже в следующую секунду босс показал, что с ним надо считаться. Он резко взмахнул клинком, после чего дверь с силой захлопнулась, херанув сзади меня и девушку. Мы оба полетели на пол. Я успел выставить перед собой руки, отчего зазвенел топор, который был в моей правой ладони. А босс сразу же побежал на нас, взревев дурным голосом и воздев меч над головой.

Я еле успел перекатиться в сторону, а его клинок уже опустился на то место, где была моя голова. И вместо моих смышлёных мозгов во все стороны брызнули злые искры, а толстяк разочарованно зарычал, обнажив жёлтые зубы, словно его лишили последней чашки щей.

Я же вскочил на ноги и заполошно крикнул девушке, которая уже успела отбежать к стене:

— Отвлеки его, а я по-геройски в спину ударю!

— Хорошо, — бросила тёмная и, не мешкая, воспользовалась телекинезом.

Её кинжал пролетел по воздуху, сверкнув в пламени факела, а потом вонзился в глаз противника. Но тот лишь дёрнул головой, а затем снова бросился на меня, почему-то не перенаправив свою кипучую энергию на эльфийку. Видимо, он атаковал того игрока, у которого был самый высокий уровень, ну или по какой-то другой причине выбрал именно меня. Может, я напомнил ему соседа, который в детстве дразнил его.

В общем, он с охоткой погарцевал за мной. А я припустил от него, сразу же заметив, что босс был на реактивной тяге. Он шустро догонял меня. Надо было срочно что-то делать. Мой мозг отчётливо осознавал это, вследствие чего быстро выдал дельную идею. Вот всегда бы он так работал. Повинуясь возникшей мысли, я на бегу схватил с пола помершую химеру, быстро оживил её и дал приказ перегрызть мертвяку шею, а потом кинул в толстяка.

Химера взмыла в воздух, растопырив лапы, словно белка-летяга, а затем вцепилась в живот толстяка. Его это мало взволновало, на что я, собственно, и рассчитывал. Но вот когда химера ловко оседлала его загривок и вцепилась зубками в мёртвую плоть, тут он мигом переключился на моего «питомца». Босс остановился и попытался схватить мертвечину свободной рукой, а я заорал химере, слыша собственное эхо:

— Не дай ему поймать себя!

Она вроде бы поняла, по крайне мере стала уклоняться от вздутых пальцев, напоминающих синие сардельки. Но рано или поздно толстяк поймает её, поэтому я решил действовать, пока он был занят.

Я одним громадным прыжком, за который мне бы могли дать олимпийскую медаль, подскочил к боссу и атаковал его, желая опустить топор на лысый череп. Но толстяк отшатнулся, и лезвие рассекло кожу на лбу, губы, а затем по инерции пошло вниз, где распороло пузо, совершив некое подобие харакири. Оттуда сразу же хлынул поток жёлтого гноя, сукровицы и жирных личинок. Я непроизвольно отпрыгнул, словно боялся запачкать ботинки, а потом почувствовал тошноту, подступившую к горлу.

В воздухе появился такой лютый смрад, что у меня аж глаза заслезились. Благо, что он не сразил нежную эльфийку. Она как-то собралась с силами и вонзила клинок в спину толстяка. Босс истошно заорал и упал на колени, уже не пытаясь сорвать с загривка химеру, которая прогрызла его кожу и азартно хрустела шейными позвонками.

Мне стало ясно, что на этом можно ставить жирную точку. Я взмахнул топором и опустил его на голову мертвяка, раскроив его череп. Босс рухнул на пол и исчез, оставив после себя ужасный клинок. Лана торопливо цапнула его, но не для того, чтобы закрысить, а протянула мне и вдохновенно сказала, ярко сверкая глазками:

— Он твой. Ты честно заслужил его.

— Продадим, а потом сумму поделим пополам, — великодушно проронил я, ощущая себя рыцарем. — А теперь давай проверим сундуки.

Мы быстро метнулись к ним, снедаемые нетерпением, а затем синхронно облегчённо выдохнули — внутри были книги, завёрнутые во всякие лохмотья. Я насчитал десять хорошо сохранившихся томов, которые были написаны непонятным языком. Не дурно, очень даже не дурно. Марк даст за них сотню золотых монет и столько же славы.

Я отправил книги в мешок, а потом оживил химеру и приказал ей обыскать комнату на предмет скрытых тайников. Мертвечина пару минут бегала по помещению, как в жопу ужаленная, будто ей причитался процент с найденных ценностей, но так ничего и не нашла. Тогда я со спокойной душой покинул комнату, слушая восторженное щебетание эльфийки, которую потрясло то, что мы лишь вдвоём загасили всех супостатов.

Параллельно с её речью наш дуэт быстро преодолел галерею, потом узкий ход и оказался на поверхности. Тут уже наступила ночь и вовсю светила луна. Конечно, в темноте лучше не путешествовать по Чистилищу и Саратову, но у нас просто не имелось выбора. Нам надо было немедленно идти в Иерихон. Я решил добраться до него в два перехода: сначала дойти до рощи, где вчера увидел светлых, отдохнуть там, а затем уж дотопать до самого города. Нам должно было хватить одной остановки, чтобы восстановить выносливость и подкрепиться. Всё-таки мы уже давно не жрамши, из-за чего как раз возле рощи должен появиться дебафф: -10%.

Покатав в голове данные мысли, я пересказал свой план Лане, и та горячо поддержала его, а потом мы осторожно двинулись в сторону Иерихона.

И вскоре наш дуэт без происшествий добрался до рощи, где кроме нас никого не оказалось. Тут мы изволили перекусить в свете луны, а затем хотели двинуться дальше, но вдруг откуда-то из кроны ближайшего дерева раздался странный звук, одновременно напоминающий и стон, и птичий клёкот.

Лана тотчас испуганно выдохнула, вцепившись в моё плечо:

— Что это?

— Не знаю, но давай думать, что мы услышали звук совиного оргазма, — протараторил я, потянув девушку за руку, чтобы быстрее оставить рощу.

Эльфийка не стала сопротивляться, благодаря чему мы торопливо покинули скопление деревьев, а затем быстро пошли по дороге, стремясь как можно дальше уйти от источника непонятного звука. Мало ли кто издал его… Вдруг там засел какой-нибудь зловредный дух или онанист? Мне уже хватило приключений на сегодня.

Благо, что до Иерихона с нами больше ничего не произошло. Мы без проблем достигли города, а потом двинулись в «Весёлого мясоеда», ведь в данный момент к пикси наша парочка уже не сумеет попасть. Время давно перевалило за полночь, а он ишачил до восьми. Поэтому вскоре мы пришли в таверну, где девушка стала прозрачно намекать на то, что после пережитого она никак не сможет заснуть одна. У меня мигом появилась шуточка о том, что она не одна — у неё есть сиськи. Но всё же я смолчал и радушно пригласил её к себе. Лана жеманно хихикнула и сообщила, что скоро придёт, после чего куда-то пошла, усиленно двигая бёдрами. Я же испустил сладострастный вздох и отправился в купальню, где меня уже поджидала полная лохань горячей воды. Но стоило мне раздеться и окунуться в неё, как в комнате появился улыбающийся бес.

Я недовольно буркнул, глядя на его физиономию:

— Ты опять? Не мог выбрать другой момент? Обязательно чтобы я был в купальне? Я тебя скоро заподозрю в извращённом интересе.

— Экий ты хам. Я пришёл его поздравить с новой пассией, а он мне такое заявляет. Вот не стыдно тебе? — картинно возмутился Димон, усевшись на стул.

— Нет, — честно ответил я. — Да и не пассия она мне.

— Это ты так думаешь, — подмигнул мне бес. — А она-то, может быть, уже выбирает имена вашим детям. Ну, а ежели что, то усыновление — хороший поступок. Вот был бы я человеком, то непременно бы отдал своих детей.

— Много ты понимаешь, — даже не улыбнувшись, буркнул я, намыливая волосы, которые во время приключений превратились в слипшийся от грязи и пота колтун.

— Много. От тебя теперь мало что зависит, словно ты уже вернулся в Россию, — язвительно хрюкнул рогатый, потерев пяточек. — У меня, знаешь ли, есть поучительная история для тебя. Я однажды всем сердцем любил, доверял ей, а она сдала меня жене.

Я хотел пошутить в ответ, но тут раздался стук в дверь. Ну, прямо дежавю какое-то.

Глава 7

Когда раздался стук, Димон покосился на дверь и исчез, а я зло крикнул:

— Тут занято!

И подумал о том, что если сейчас войдёт Искра, то матрица где-то дала сбой. Но из-за двери раздался томный голос Ланы:

— Это я. Можно?

— Ага. Сейчас открою, — радостно бросил я, торопливо смыл пенную шапку, выскочил из лохани и отодвинул дверную задвижку.

Девушка вошла и удивлённо округлила глаза, глядя на моё обнажённое тело, с которого стекала вода, собираясь в лужицу на полу.

Я же лихо подкрутил воображаемый ус и проговорил:

— Ты чего так смотришь? Испугалась?

— Нет, — улыбнулась она.

— Хорошо. А то я однажды подошёл к двери голым и напугал соседа. Он больше мне не открывал, — с серьёзным видом пошутил я и через миг понял, что зря состряпал такую рожу. Девушка приняла всё за чистую монету и теперь с некой опаской смотрела на меня. Пришлось сообщить ей, что это была шутка.

Она тотчас растянула губы в улыбке, а потом с намёком посмотрела на лохань и проронила:

— Я сегодня так напачкалась…

— Милости просим к нашему шалашу, — весело сказал я и забрался в воду.

— Спасибо, — поблагодарила эльфийка и принялась медленно разоблачаться, словно дразнила меня. Естественно, что мой флагшток принял вертикальное положение, едва ли не выглядывая из воды, словно любопытный одноглазый змей. А девушка тем временем полностью разделась и грациозно забралась в воду. Мне сразу же перехотелось мыться, но я всё-таки делал вид, что смываю грязь. Эльфийка тоже играла роль, увлечённо избавляясь от прилипшей к коже пыли. Но постепенно мы приближались друг к другу, и вскоре я скользил руками по телу Ланы, а её шаловливые пальчики порхали по моему торсу. Всё же лютый секс мы устроили не в лохани, полной грязной воды, а сумели сдержать свои эмоции до моего номера. И вот там дали жару. У меня даже выносливость кончалась несколько раз. А потом мы всё-таки насытились друг другом и вытянулись на кровати, после чего Лана положила голову на моё плечо и принялась пальцем выводить круги на моей покрытой капельками пота груди.

Неожиданно она сказала:

— Мне так хорошо с тобой.

— И мне хорошо со мной, — попытался я перевести её слова в шутку.

Эльфийка недовольно глянула на меня и буркнула, надавив кончиком острого ногтя на мою кожу:

— Я серьёзно.

— И я. А вообще нам хорошо, потому что у нас нет денег. Ведь деньги — это корень всех зол. Именно поэтому церковники и собирают деньги. Они же явно потом уничтожают их, чтобы сократить количества зла в этом мире, — выдал я ахинею, чтобы переключить девушку на другую тему, и мой бред сработал.

Тёмная раздумчиво нахмурила брови, а спустя мгновение проронила:

— Никогда не думала об этом. Ты такой умный.

— Девяносто пять человек из ста крайне глупые существа. Мне очень повезло, что я попал в оставшиеся десять процентов, — с ухмылкой пошутил я. Девушка опять не поняла. Тогда я добавил, решив, что пора снова заняться делом, раз она не понимает мой юмор: — И я, кстати, умею читать по губам.

— Да? — удивилась Лана, а затем что-то беззвучно прошептала. — Что я сказала?

— Не по этим губам, — рыкнул я и набросился на девушку, словно вырвавшийся из клетки тигр на пухлую девочку.

Мы покувыркались с ней ещё какое-то время, а потом уснули. Остаток ночи промелькнул как единственный выходной, а затем наша парочка с трудом отринула сон, позавтракала, накормила голодно мяукающего Мрака и потопала к пикси.

Мы быстро достигли его берлоги, преодолев несколько улиц, уже проснувшегося города, а затем вошли внутрь комнаты, в коей горела единственная свеча.

Марк сидел на полке шкафа и о чём-то напряжённо размышлял. Но увидев нас, он встрепенулся и радостно протараторил, сверкая глазёнками:

— Ну, достали?

— И тебе привет, — желчно бросил я, подметив, что пикси похож на наркомана, который жаждал очередной дозы.

— Так достали или нет? — жадно произнёс книголюб, подлетев к нам.

— Десять, — с ухмылкой сказал я и стал выкладывать на стол добытые тома.

— Отлично, отлично! — заворковал пикси, точно огромный голубь, побывавший в Челябинске, где с него облетели все перья. Он любовно трогал книги, заворожённо глядел на страницы и вдыхал аромат, идущий от них.

— Мы выполнили задание, так что пора бы тебе раскошелиться, — напомнил я Марку, покосившись на эльфийку, которая с брезгливостью во взгляде смотрела на летуна. Похоже, она не забыла, кто тут содомит, обозвавший её толстожопой.

Меж тем пикси кивнул почти лысой головой, похожей на коленку моего деда, а потом нырнул за стол и вернулся оттуда с тугим мешочком.

— Тут сто золотых монет, — заявил он, нехотя протянув мне ношу. — А слава уже поровну поделилась между вами.

— С тобой приятно иметь дело, — произнёс я, скаля зубы, после чего повернулся к девушке и добавил: — Лана, подожди меня на улице. Я скоро.

Она кивнула, но уходить не торопилась, косясь на мешочек. Тогда я тяжело вздохнул, отсчитал пятьдесят монет и передал их девушке. Та мигом заулыбалась, чмокнула меня в щёчку и пулей выскочила из комнаты.

Пикси протянул, когда затих дробный звук удаляющихся шагов:

— Женщины. Они во всех мирах одинаковые. Вот моя…

—… Потом расскажешь, — обрезал я его речь. — А сейчас лучше выкладывай, что узнал о моём камешке.

Марк насупился и многозначительно протянул раскрытую ладонь. Я хмуро посмотрел на неё и проронил:

— Сведения точно того стоят?

— Да чтоб мне в Таганрог провалиться, если это не так! — ехидно выдал летун.

— Убедил, — сказал я и отдал ему десять золотых монет.

Он с достоинством принял деньги, а затем уселся на стол и стал важно рассказывать:

— Итак, вот что мне удалось узнать. Когда-то давно существовал некий солнечный камень невообразимой силы. Но в какой-то момент по непонятным причинам его разорвало на шесть частей. Один осколок оказался в Серых землях, то бишь в нашей локации, ещё три непонятно где, а два других в месте, которое начинается на букву «г».

— В смысле, на букву «г»? Ты в этот момент разучился читать? Чего дальше-то не прочёл?

— Мыши, — неожиданно выплюнул пикси, скривив лицо, точно увидел цену на новый айфон. — Чёртовы мыши сгрызли остальную часть страницы, поэтому я и не смог узнать, где ещё пять осколков.

— И за что же я отдал десять золотых? — ахнул я, почувствовав себя лохом. — Где мне искать остальные камни? Те два в г… Говне? Городе? Госдуме? А другие три вообще незнамо где.

— Ну, ты узнал, что у тебя не просто какой-то там камешек, а осколок солнечного камня! — вдохновенно изрёк пикси, патетически воздев руки.

— А что он даёт этот камень? И как мне соединить осколки в одно целое? Скотчем? Слюнями?

— Я не знаю, — пожал плечами насупившийся Марк. — Но деньги я тебе точно не верну. Я сделал всё, что было в моих силах. Большего тебе никто не расскажет.

Я злобно посмотрел на него, ощущая, что в груди бушует ураган, а потом скрипнул зубами и мрачно процедил:

— Ладно, спасибо и на этом. Пока.

— Прощай, — буркнул пикси и демонстративно отвернулся.

Я молча вышел из комнаты, преодолел коридор и выбрался в переулок, где сияло утреннее солнышко и стояла Лана.

Девушка тут же спросила у меня:

— Теперь на базар?

— Зачем? — не понял я, думая об осколках. — Там сейчас скидки на косметику?

— Как это зачем? Надо же продать пилу того жирдяя, — удивилась она, ткнув пальцем в клинок, висящий на моём поясе.

— А точно, — хлопнул я себя по лбу и двинулся в сторону базара.

Эльфийка попрыгала рядом со мной, опять что-то начав самозабвенное трещать. Я же практически не слушал её, погрузившись в размышления. То, что я узнал от пикси, хоть и проливало свет на тайну жёлтого осколка, но оставляло ещё больше вопросов, главным из которых был — где заныканы остальные части камня? Что за «г»? Город? А если город, то Иерихон? Вполне может быть. Но как мне отыскать осколки, если я уже сегодня отправлюсь в другую локацию? Мне осталось получить всего чуть больше десяти единиц характеристик. А если я не стану качаться и буду лишь искать осколки, то могу сильно усложнить себе жизнь, ведь камешки-то могут оказаться совсем не в Иерихоне. Да и стоит ли мне вообще заниматься сбором осколков? Что они дадут, если я их соберу? Ну, ежели брать в расчёт то, что Чистилище создано по образу и подобию РПГ, то собранные вместе осколки явно будут представлять большую ценность или же — вполне могут быть какой-то крутой боевой плюшкой. Но опять же — где мне их искать?

Короче, я подумал немного и пока забил болт на охоту за остальными частями камня. Лучше синица в руках, чем баба с возу. Но если подвернётся возможность или ещё какая-нибудь информация о солнечном камне, то я непременно займусь розыском осколков.

Пока же я дошлёпал до базара и продал там клинок толстяка за четыре золотые монеты. Две я отдал Лане, а оставшиеся засунул в свой карман. После этого я купил немного еды, зелье здоровья и новые перчатки, взамен тех, что испоганила зелёная куча. Перчатки я приобрёл в той же лавке, где покупал самурайский доспех, и отдал за них пять золотых монет. Огромная цена, но они были из толстой кожи с тиснением и обладали магическими свойствами — прибавляли пятнадцать единиц к ловкости. В таких перчатках я гораздо быстрее доведу Лану до оргазма. И ещё я здесь же купил высокие лёгкие ботинки со шнурками. Они обошлись мне в шесть золотых монет и добавляли пятнадцать единиц к энергии. После этой покупки я решил притормозить коней, ведь мне ещё надо заплатить штраф. Поэтому дальше я, горестно вздыхая, лишь сопровождал Лану, которая придирчиво выбирала себе новую броню. На поиски и покупку оной мы угрохали где-то час, но зато девушка стала счастливой обладательницей брони из плотной кожи какого-то зелёного ящера. И на этом мы наконец-то покинули базар. Теперь мой путь лежал в местный банк. Я хотел пойти туда один, но девушка, словно репей вцепилась в меня и не желала отпускать. Пришлось взять её с собой.

Мы быстро достигли пункта назначения, где я нашёл в окошке важного гнома, которому передал двадцать золотых монет, оставшись должен ещё восемьдесят. В эти страшные мгновения меня едва не задушила рука жадности. Я ведь свои кровные отдавал. А этот хрен протянул мне какую-то ничтожную бумажку, где корявым почерком написал, что принял такую-то сумму от такого-то игрока. Я засунул её в мешок и чуть ли не плача выскочил из банка. Вот уж действительно мерзкое заведение, которому самое место в Аду.

Лана внимательно посмотрела на меня и проронила:

— Рей, на тебе лица нет. Что стряслось?

— Ты разве не видела, что сейчас произошло? Хорошо хоть сердце выдержало, — простонал я, помассировав под бронёй левую сторону груди. — Ладно, пошли уже отсюда. Тебе, кстати, куда?

— А тебе? — сказала она с улыбкой, которая показалась мне кровожадным оскалом акулы, готовящейся схватить свою жертву и не отпускать всю жизнь.

Мне мигом вспомнились слова беса, и почему-то стало тревожно на душе. Конечно, Лана вполне хорошая девушка, но мне как-то не хотелось обременять себя отношениями, тем более такими. Похоже, эльфийка из тех прилипал, которые уверены, что пара должна всё время проводить вместе. А я придерживаюсь мнения, что хорошего помаленьку — надо давать друг другу отдохнуть. Поэтому благо, что мне вскоре предстоит покинуть эту локацию.

Пока же я нехотя проронил:

— Тут есть воин, который учит меня сражаться. И вот я хочу дойти до него и немного поупражняться.

— Я с тобой, — тут же заявила Лана, полностью подтвердив мои опасения.

Я согласно качнул головой и потопал к Басу. Девушка взяла меня за руку и погарцевала рядом, освещая город своей белоснежной улыбкой. Многие игроки, коих мы встретили на пути, завистливо глядели на меня, а местные — как обычно, просто здоровались. Даже жалко сваливать из этого города. Эх.

Между тем наш дуэт добрался до дома Баса, где я отдал его жене деньги за три часа занятий, после чего у меня осталось всего десять золотых монет и восемьдесят серебряных.

Лана тоже оплатила тренировки ровно на такой же промежуток времени, но вот заниматься с ней начал не Бас, а его жена, которая оказалась отменным воином. Она принялась знатно гонять эльфийку, которая уже через десять минут забыла, что надо постоянно мило улыбаться и поправлять причёску. Её полностью поглотила тренировка, вызвав сосредоточенное выражение лица и хищный оскал. Когда я увидел его, то мигом понял, что Лана совсем не так проста, как кажется. Я сделал мысленную зарубку на память, а потом снова окунулся в океан пота, быстро иссякающей выносливости и боли в мышцах.

Попутно с тренировкой я вызывал Мрака и отдавал ему различные приказы. Вскоре он уже начал понимать их и вполне акцентированно выполнял. Да и визуально питомец вырос до размеров кота и у него появились кисточки на ушах, а мех стал не таким длинным.

Ну а когда закончились три часа изматывающих занятий под палящим солнцем, я в обществе покрытой потом Ланы уселся под навес и открыл интерфейс питомца.

Имя: Мрак;

Вид: темнопард;

Класс: охотник;

Уровень: 7.

Базовые характеристики:

Сила: - 10;

Ловкость: - 18;

Телосложение: - 13;

Энергия: - 19;

Интеллект: - 15.

Базовые вторичные:

Здоровье: - 130;

Выносливость: - 190;

Способности:

Отклик на призыв хозяина: время нахождения в Чистилище 105 секунд.

Посмотрев на параметры, который увеличились благодаря упражнениям, я пришёл к выводу, что мой питомец имеет явный уклон в ловкость и энергию. Эти характеристики росли быстрее всех, даже несмотря на то, что я пытался развивать его интеллект. И, наверное, если бы я вообще не дрессировал его, то он бы был тупым как валенок.

Я сокрушённо покачал головой, а потом вызвал свой интерфейс и увидел следующую картину:

Имя: Ад-Рей

Сторона: тёмная;

Раса: человек;

Класс: химеролог;

Количество жизней: 2;

Слава: 260;

Уровень: 25 (максимальный).

Базовые характеристики:

Сила: – 32;

Ловкость: – 38(+15);

Телосложение: – 30(+15);

Энергия: – 46 (+40);

Знания: – 25;

Сила воли: – 79.

Базовые вторичные:

Здоровье: – 450;

Выносливость: – 860;

Мана: – 790;

Регенерация здоровья: – 1,63 ед/сек.

Регенерация выносливости: – 16,9 ед/сек.

Регенерация маны: – 10,4 ед/сек.

Мои характеристики тоже выросли, потому что на них сказались приключения в подземелье и сегодняшняя тренировка. И теперь возле уровня появилась надпись «максимальный», следовательно мне пора валить в другую локацию.

Я открыл глаза и с притворной горечью сообщил Лане, которая с остервенением отмывала лицо, используя воду из бочки:

— Дорогая, нам надо расстаться.

— Почему? — опешила она, вытаращив глаза.

— Дело не в тебе, дело во мне, — с печальным вздохом сказал я, вставая с лавки. — У меня только что появился двадцать пятый уровень.

— Фух, напугал! — облегчённо выдохнула Лана, хлопая ресницами, с которых срывались капельки воды. — Я думала, что ты меня бросаешь. А так я тебя найду в следующей локации. Мне самой-то осталось получить всего парочку уровней. Ты, главное, оставь свои координаты в самом большом поселении, которое будет в той локации.

— А если там никто не живёт? — каверзно спросил я, двинувшись к дому Баса.

— Такого не может быть, — уверенно махнула лапкой тёмная. — Игроки же должны где-то жить, покупать броню и еду.

— Да, наверное, ты права, — задумчиво согласился я, нахмурив лоб.

— Конечно, я права, — гордо заметила девушка, а потом как-то осунулась и просительно промычала: — А может, мы в таверну заскочим? Мне бы нормально помыться не помешало. Как я в таком виде пойду тебя провожать?

— Видимо, без песен и плясок, чтобы на тебя никто не обратил внимания, — иронично улыбнулся я и вошёл в жилище орка. Там я тепло попрощался с Басом и его женой, а затем выполз на улицу, где продолжил прерванные дебаты: — Но ты, Лана, можешь и не провожать меня. Я сам как-нибудь дойду.

— Нет уж, — фыркнула она и схватила меня за руку. — Я пойду.

— Ты такая решительная, — вяло проронил я.

Девушка улыбнулась и кивнула головой. Я же немного снисходительно покосился на неё, а потом побрёл в сторону портала, двигаясь среди местных жителей и игроков. Каждый из них куда-то целеустремлённо шёл, а мне же казалось, что все они должны хлопать меня по плечам и желать удачи на новом месте. Похоже, я начинаю ловить звезду. Скоро буду райдеры выкатывать.

Я криво усмехнулся своим мыслям, а затем увидел арку портала. Мы уже успели добраться до площади, где она стояла. Тут девушка крепко-крепко обняла меня, потом поцеловала и грустно проронила:

— До встречи.

— Помнится, я так сказал своим родителям, когда решил жить один.

— Похвальный поступок, — сделала неловкий комплимент Лана, украдкой поглядывая на прохожих, которые косились на её спутанные волосы.

— Ага. Я прямо так им и сказал: мама, папа, я хочу жить один. Ваши чемоданы за дверью, теперь это моя квартира. До встречи, — пошутил я и решительно шагнул в подрагивающее голубое марево, которое затягивало портал.

Глава 8

Спустя томительное мгновение, которое вместило в себя сотни различных мыслей и боязнь оказаться где-нибудь на окраине Пакистана, я вышел из портала и довольно сильный ветерок мигом врезал мне по роже. Я тут же выставил перед собой топор, хотя никакой опасности не было, и огляделся. Кругом были изъеденные пещерами горы, которые оказались такими высокими, что кудрявые облака медленно плыли где-то внизу. Я сперва принял их за океанские волны. Они лениво обтекали каменные громадины, между которыми я разглядел разнообразные мосты: верёвочные, бревенчатые, блочные. Ещё тут обнаружились горные дороги, которые жались к отвесным склонам или пробирались по узким ущельям. А глядел я на всё это с края небольшого и плоского, как титьки моей бывшей, плато, где стоял портал. Помимо него тут расположились лишь три валуна, каждый из которых валялся у своего моста. Камни были довольно близко ко мне, поэтому я сумел увидеть, что на них имеются надписи, состоящие всего из одного короткого слова.

Я прочитать их вслух:

— Есевон, Библ, Ай. А что значит последнее восклицание? Кто-то ногой ударился? Хотя и первые два слова не совсем понятно, что обозначают. Города, деревни? Очень может быть. А какого хрена я сам с собой разговариваю?

Опомнившись, я со стуком закрыл рот и поочерёдно посмотрел на мосты, которые не имели перил. Они расположились таким образом, что каждый из них вёл в свою сторону, словно три спицы одного колеса. Соответственно, что и предполагаемые населённые пункты находились в разных местах.

Ну и куда же мне пойти? Выбрать наугад? Похоже, только и остаётся этот вариант, который крайне популярен у малообразованных людей.

Всё же я не стал куда-то шлёпать наобум, а подумал немного и пришёл к мысли, что хорошее место Ай не назовут, а раз так, то очень может быть, что именно там и отираются игроки тёмной стороны. Значит, туда и почешу. И, надеюсь, мне не придётся потом восклицать — ай, как хреново, что я пошёл именно в эту сторону!

Приняв такое многомудрое решение, я отправился в путь-дорогу. Преодолел плато и потопал по мосту, сложенному из грубо обработанных серых блоков. Тут неожиданно подул пронзительный северный ветер, от которого быстро заледенела щека, хотя яркое жёлтое солнце стояло высоко. Кстати, если судить по светилу, то я попал в эту локацию ровно в то же самое время, которое было в Иерихоне, когда моя тушка свинтила оттуда. То есть, между территориями не существовало разницы во времени. Любопытный факт. Надо будет закинуть его в чулан памяти.

Параллельно с этими размышлениями я вдруг заметил краем глаза какой-то далёкий блеск. Я торопливо повернул голову и вдалеке увидел средневековый кораблик, который неспешно вылетел из-за горы. Как он держался в воздухе? Может, благодаря какому-то хитрому газу, основанному на горохе? В общем, какая-то сила удерживала в воздухе двадцатиметровый корпус из длинных досок, а наполненные ветром два белых паруса несли корабль вперёд.

Судно было довольно далеко от меня, поэтому мне практически ничего не удалось рассмотреть, кроме тарана, обшитого листами стали.

Таран был присобачен к острому носу корабля. И вот именно его блеск я и углядел с моста. А раз у судна наличествует таран, то значит в этой локации есть кого таранить. И, похоже, здесь существуют другие летательные аппараты. Но вот кому они принадлежат? Кто ими управляет? Местные жители? Игроки? Ангелы или демоны? А может команда Кусто? Жаль, что тот корабль, который я увидел, слишком далеко, а то бы мне было крайне любопытно глянуть на представителей его команды.

А судно меж тем сделало крутой вираж и куда-то целенаправленно полетело. Что-то произошло? Они кого-то увидели? Врагов? Я присмотрелся и сумел различить на фоне гор крылатый пятиметровый силуэт с длинным змеиным хвостом. Дракон! Самый настоящий дракон! Серый, чешуйчатый! Он без лишних раздумий атаковал корабль струёй жаркого пламени. Огонь врезался в парус, но тот не загорелся. Материал выдержал горячее дыхание дракона, и от паруса повалил лишь насыщенный белёсый пар.

Я потрясённо проронил, покачав головой:

— Ну дела-а-а-а… А тут весело.

Тем временем экипаж корабля начал обстреливать дракона длинными копьями или может быть гарпунами. И ещё с единственной палубы в крылатую рептилию устремились какие-то зелёные плевки, чёрные кляксы, ветвистые молнии и даже метровые сосульки. Ого, на судне явно присутствуют маги! Да ещё их там минимум десяток персон! И теперь я даже не знаю, кто выйдет победителем из этой воздушной схватки. Дракон хоть и был ловок и успешно уходил от атак экипажа, но команда только наращивала обстрел.

В эту секунду я вдруг почувствовал себя в кинотеатре, где шёл сеанс фэнтези. Мне не хватало лишь попкорна и девичьей коленки, а так — графика, сюжет, спецэффекты — всё было на высшем уровне. Но вот беда — в какой-то миг дракон скрылся за горным хребтом и корабль последовал за ним, исчезнув из поля зрения.

Подобное развитие событий вызвало мой разочарованный вздох:

— Тьфу, блин, только втянулся, а оказалось, что лишь трейлер показали.

Я досадливо сплюнул в пропасть, разверзшуюся под мостом, а потом пошёл дальше, вскоре оказавшись перед тёмной пещерой. С её потолка свисали каменные сосульки, а изнутри пахло прохладой и возможными проблемами. Всё же я вошёл внутрь, ведь другой дороги всё равно здесь не было.

Но, несмотря на устрашающий внешний вид и десяток летучих мышей, в пещере на меня никто не напал. Я преодолел её за пять-шесть минут и вышел с другой стороны горы, где меня уже встречала козья тропа. Она одной стороной боязливо прижималась к крутому склону, на котором росли жидкие серые кусты, а с другого бока дорожки — в сотне метров внизу расстилалось море облаков. Поэтому я крайне осторожно двинулся по тропе, которая в ширину была чуть уже бёдер поварихи из столовой — ну, где-то метра полтора.

Постепенно я всё дальше уходил от пещеры, приближаясь к показавшемуся впереди каменному уступу. Он площадью равнялся половине футбольного поля и вроде бы был вполне себе безопасным местом.

Но тут передо мной на тропинку скатилось несколько мелких камней и струйка острых скальных крошек. Я тотчас испуганно задрал голову и увидел десятки чёрных отверстий, который зияли в склоне горы между кустов. И ладно бы они просто зияли, так нет — оттуда показались странные существа похожие на крылатых собак, не имеющих шерсти. Они обладали серой морщинистой кожей, которая была туго натянута на выступающих рёбрах и подчёркивала сухие мышцы марафонцев. Помимо этого у животных оказались крепкие передние лапы, снабжённые мощными загнутыми когтями, явно превосходно подходящими для выкапывания нор. А их вытянутые морды могли похвастаться внушительными челюстями, полными острейших зубов.

И вот эти монстры, каждый из которых весил килограммов тридцать, стали охотно спускаться ко мне, многообещающе улыбаясь. Они ловко скользили по склону, помогая себе кожистыми крыльями, похожими на те, коими обладал Димон. Уж не его ли это родственнички? Но я не стал спрашивать у них о возможном родстве с бесом и резво поскакал к уступу, чувствуя, что тропа стала какой-то совсем ненадёжной, будто рубль в последнее время.

Собаки же азартно рванули за мной, начав пронзительно тявкать. Я же помчался ещё быстрее, с ужасом глядя на том, как из тропинки стали выпадать камни, а облака будто бы приглашающе помахивали воздушной плотью.

Но всё-таки дорожка выдержала вес самурая русского разлива с огромными яйцами, а мой вестибулярный аппарат не позволил сорваться. Я сумел достичь уступа, а уж тут мне волей-неволей придётся принять бой. Дальше уступа был лишь верёвочный мостик, но до него мне не добежать. Собаки уже совсем рядом. Поэтому я торопливо встал возле начала тропинки, взял в обе руки топор и приготовился к нападению, ощущая, как взмокла спина.

А ко мне цепочкой уже бежали семь особей. Ага, значит, умом пёсики обделены, иначе попробовали бы окружить. У них вон даже крылья есть, но, похоже, они не могут поднять их в воздух, а служат лишь в качестве помощи в покорении вершин. У кур же тоже есть крылья, но они не летают на юг. Правда, и я не летаю на юг, но совсем по другой причине.

Я криво усмехнулся своим мыслям, а потом на меня напал первый тузик. Он широко раскрыл пасть, взмахнул крыльями и с рычанием высоко подпрыгнул, стремясь вцепиться в мою глотку. Но его уже ждал топор. Я со всей силы опустил оружие на череп пса. Стальное лезвие вошло в голову, заставив врага судорожно взвизгнуть и распластать возле моих ног, где он быстро помер, пачкая тропинку мозгами и кровью.

Жаль, что второго супостата ничему не научила смерть коллеги. Он тоже бросился на меня, правда, возжелав откусить мои яички. А я таких намерений не прощаю. Вот только я не успевал ударить его топором, зато мой сильный пинок отправил мерзкую тварь в затяжной полёт. Пёс взвизгнул и упал в пропасть, где начал планировать, используя крылья. Хм… он ведь может и выжить. И тут случилось что-то странное — из облаков выметнулись длинные щупальца с присосками. Они схватили завизжавшую собаку и утащили в белое пушистое покрывало. Я малость охренел. Да что тут, млять, происходит?

И, к сожалению, это был не последний раз, когда эта локация удивила меня. Те же псы оказались умнее, чем я о них думал. Следующие две морды прекрасно сыграли в дуэте. Первая тварь нырнула мне в ноги, а вторая — перепрыгнула свою товарку и устремилась к моему горлу. Я в этот момент перепугался, как олень в свете фар. И будь у меня рога, то я непременно бы воспользовался ими, а так — собаки сумели повалить меня на спину. Мне повезло, что я успел повернуть голову и челюсти прыгучей тварины сомкнулись на стальном изогнутом листе шлема, а не вонзились в мою глотку. Да и я вполне ловко втащил ей кулаком в глаз, после чего та заскулила и отцепилась от меня, а затем мне удалось встать на одно колено и начать отчаянно крутить вокруг себя топором.

Собаки же окружили меня и возбуждённо повизгивали, словно дети вокруг ёлки. А я истошно заорал, понимая, что моё положение напоминает кота Шрёдингера, который вроде бы и жив, а может быть уже и помер:

— Прочь, суки! А то всех завалю! Ры-ы-ы-ы! Вы связались не с тем парнем!

Но псы не очканули, а даже будто бы немного обиделись. Они зарычали и всем скопом рванули на меня, действуя точно гопота. Тут-то я и понял, что мне придётся весьма неприятным образом лишиться третьей жизни, которая у меня появилась после перехода в эту локацию, но всё оказалось не так печально… Неожиданно что-то затрещало за моей спиной, а потом прозвучал хлопок, болезненный визг собак и в воздухе появился устойчивый запах палёной плоти.

Я тотчас обернулся и увидел дымящиеся тела двух псов, а всё прочие тварюги изволили драпануть по тропинке, точно увидели полицейских. Но напугал их странной внешности игрок лет тридцати на вид. Он держал в вытянутой руке тёмный амулет, а сам был облачён в длинный серый кафтан, а на его голове покоилась меховая шапка. Ещё игрок являлся счастливым обладателем широкого кожаного пояса, на котором красовалась серебряная фляжка и ятаган в обшитых бисером ножнах.

Неизвестный спаситель с подозрением глядел на меня серыми глазами с прямоугольными зрачками. А я с удивлением смотрел на его вытянутую физиономию, где выделялся тонкогубый рот с крупными выпирающими зубами и странной формы нос, больше напоминающий шнобель травоядного животного, чем людской. Мне подумалось, что лицо игрока было похоже на что-то промежуточное между человеческой харей и козлиной мордой. Я раньше не встречал представителей такой расы. Но я не стал говорить ему ничего лишнего, а полностью развернулся к игроку и молча продемонстрировал свой амулет.

Тот облегчённо выдохнул и блеющим голосом проронил:

— Нови-и-и-чок?

— Ага, — сознался я, вставая на ноги и чувствуя боль в правой голени. Похоже, кто-то из псов всё-таки вкусил моей ценнейшей плоти. Потом щенкам своим рассказывать будет.

— Пошли-и-и, — призывно махнул узкой ладонью мужик и поцокал к другой стороне уступа, именно что поцокал. Во время ходьбы его ноги издавали звук соприкосновения копыт с камнем, а колени игрока сильно выступали вперёд.

Мой взгляд тотчас метнулся к ступням интересного персонажа, но их скрывали широкие штаны, полностью закрывающие ноги, поэтому я ничего не увидел. А игрок между тем уже отдалился на несколько метров. Ещё немного — и он уйдёт без меня. Я с некой опаской потопал за ним, догнав через десяток секунд.

Но опасался я зря. Игрок прошёл ещё немного, свернул за каменный выступ и остановился возле узкого входа в небольшую овальную пещеру. Внутри я увидел костёр, несколько объёмных тюков, охапку валежника и трёх крепких местных жителей в добротной толстой одежде, а также тут расположились два тёмных игрока: стройная девушка лет двадцати и эльф, примерно такого же возраста.

Я обратил внимание, что у представительницы прекрасного пола под рукой лежало короткое копьё, а внешне она оказалась крайне любопытной особой. Её средней длины волосы имели насыщенный зелёный цвет, а кожа была белой, как мрамор, из-за чего сильно выделялись большие карие глаза с густыми ресницами. Они смотрели на мир с красивого утончённого лица, напоминающего лик греческих статуй. И выражение её мордашки было суровым, как у скалы.

Ну, а что касается шмоток, то девица могла похвастаться великоватой кольчугой, надетой поверх вязаного шерстяного свитера, штанами, сшитыми из кусков кожи, и крепкими мужскими ботинками, густо покрытыми пылью.

Эльф же щеголял в чём-то похожем на маскировочный халат, а из вооружения имел арбалет и кинжал. Внешне парень являлся эталонным представителей своей расы: он был хрупким, голубоглазым, со светлыми волосами, собранными в конский хвост, и с резкими чертами вытянутого лица.

Остроухий первым заметил меня и довольно бросил певучим голосом:

— Тила, ты проспорила! Я же говорил, что где-то рядом собаки новичка гоняют.

— На, — холодно сказала девица и протянула парню зажаренную на костре птичью грудку, после чего хмуро посмотрела на меня, словно это я был виноват в том, что ей пришлось лишиться еды.

— У-м-м-м, какая вкуснятина, — ехидно выдал эльф, впившись зубами в мясо. — В меру соли, перца. Ты прирождённая кухарка.

— Сексист, — огрызнулась она, а потом спросила у меня: — Тебя как зовут?

— Рей, — проронил я и посмотрел на своего спасителя, который молча уселся возле огня и протянул к пламени руки.

— А я Тила, а вот этот молчун — Пашка, остроухий гурман — Леопольд, — с сухим смешком закончила девушка, а затем махнула рукой на местных жителей. — Роб, Лион и Февзи. Они помогают нам с грузом.

— Я не Леопольд, а Лео, — буркнул эльф без особого рвения. Кажись, он уже смирился с тем, что его так называют.

— Спасибо, что спас меня, Пашка, — поблагодарил я игрока и присел возле костра, от которого приятно тянуло жаром и дымом.

Тот вяло кивнул, потрогав короткую щетину на подбородке, а эльф весело прострекотал, оторвавшись от мяса:

— Вообще-то, он рассчитывал, что псы гоняют светляка. Думал, заработать соточку славы. И я, кстати, тоже причастен к твоему невольному спасению. Мои чудные острые ушки расслышали характерный визг крылатых собак. Хотя, может быть, это и ты визжал.

— Нет, я не визжал, а смело матерился, — с ухмылкой проронил я, покосившись на Лео.

Девушка в этот миг с ленивой ехидцей выдала:

— Новичок, ты бы лучше не косился на Леопольда, да и спиной к нему не поворачивался. Ходят слухи, что он и нашим и вашим…

— Да ты сама и распускаешь эти грязные слухи! — повысил голос эльф и наставил на неё оставшуюся часть птичьей грудки. — Я, между прочим, в армии служил и у меня даже медаль есть!

— Какая медаль? За взятие Горбатой горы? — выдохнула девушка и зашлась в приступе звонкого смеха, заметавшегося в пещере. Он был похож на журчание горного ручья.

Я тоже не сдержался и начал посмеиваться. Даже хмурый Пашка что-то гыгыкнул под нос, и только местные жители остались безучастны, а эльф и вовсе — весь покраснел от гнева.

— Да ты… да ты… — просипел он, задыхаясь от ярости. — У меня большие претензии к твоим родителям. Зачем они научили тебя говорить?!

— Ты моих родителей не трогай, — мигом окрысилась Тила, нахмурив брови, из-за чего на гладком лобике появились две вертикальные морщинки. — Я перед тем как попасть в Чистилище, была у отца в больнице…

— Что случилось? Рак? — тотчас сбавил накал эльф, сочувственно глядя на девушку.

— Типун тебе на язык. Он там работает.

— Экхем… — издал непонятный звук Леопольд, дёрнув головой, словно получил знатного леща.

Глава 9

Тила победно посмотрела на эльфа, а потом холодно глянула на меня и сухо сказала:

— Ты не обращай внимания на наши контры. Мы часто так развлекаемся в пути. Наша троица что-то вроде челнаков с клетчатыми сумками. А ты что намерен делать, когда выйдешь из этой пещеры?

— Не знаю, — честно ответил я, пожав плечами.

— Тогда пошли с нами в город Ай. Мы по дороге расскажем тебе, что творится в этой локации. Только ты это… будешь помогать нам в бою, когда кто-нибудь позарится на наши тюки и жизни. Согласен?

— Ага, — кивнул я, принимая её выгодное предложение, но всё же до конца не доверяя игрокам, хотя выглядели они вполне себе адекватными людьми, да и чутьё мне подсказывало, что им можно верить… до определённой степени.

— Тогда выкладывай, кто ты там по классу, — бросила девушка, с сожалением глянув на косточку от грудки, которую эльф кинул в костёр. — Мы должны знать, на что ты способен.

— Ну, я химеролог, — нехотя пробормотал я, почесав лоб. — Могу оживлять всякую мертвечину, сшитую из различных частей животных.

— А чего ты тогда сиди-и-ишь?! — вдруг проблеял Пашка, а потом пулей выскочил из пещеры.

— Чего это он? — не понял Лео, схватившись за арбалет.

— Э-м-м-м, не знаю, — озадаченно сказал я, покосившись на насторожившихся местных, которые жутко были похожи друг на друга: белокожие, с невыразительными лицами и нечёсаными, тёмными волосами.

Но спустя пару минут раздумчивой тишины я понял причину, по которой Пашка вылетел из пещеры. Он вернулся с двумя тушками тех летающих псов, которые остались возле тропы.

Игрок затащил их внутрь и проронил:

— Вот. При-и-и-годятся. Вовремя я за ни-и-и-ми вернулся, а то и-и-их чуть гри-и-и-фы не утащи-и-и-ли.

— Спасибо, — поблагодарил я его уже во второй раз за неполные двадцать минут. — А как ты их тогда убил?

— Молни-и-и-ей, — буркнул Пашка и снова уселся возле костра.

— Он у нас подобен Зевсу, — с улыбкой заметила Тила, уважительно посмотрев на игрока. Похоже, она над ним не издевалась, а лишь эльф служил для этих благородных целей.

Пашка же отрывисто проронил, бросив на меня цепкий взгляд:

— Показывай, что уме-э-э-ешь.

— Химерология не совсем так работает, как ты, похоже, считаешь. Мне нужны существа разных видов, — объяснил я.

Тогда сатир, а он, скорее всего, именно сатир, хмыкнул и достал из своего мешка тушку худющего зайца:

— Сойдё-ё-ёт?

— Ага, — кивнул я, принимая мёртвого зверька.

— Блин, а я его сожрать хотел, — грустно промычал эльф, с сожалением глядя, как Пашка передал мне тушку. — А потом его можно будет съесть?

— Ну, только если ты очень неразборчив в еде, — насмешливо бросил я и, поколебавшись, добавил: — Я могу начать прямо сейчас, но у кого-то точно испортится аппетит.

— Мы уже поели, — отрубила девушка.

— Ну ладно, — проронил я и принялся за дело.

Мой кинжал быстро разделал тушки, а потом я сшил двух химер, получив парочку очков знаний, и оживил их. Тила удивлённо покрутила головой, а эльф украдкой перекрестил мертвечин, которые, повинуясь моему приказу, сделали пару кругом вокруг костра и померли.

Тогда сатир спросил:

— И всё? Всего десять секу-у-у-нд?

— О, Лео, наверное, часто такое слышит… или сам говорит, — торопливо отбарабанила девица, искрящимися от веселья глазами глядя на эльфа.

Тот махнул рукой и процедил:

— Да иди ты.

Я же усмехнулся и уклончиво ответил на вопрос Пашки:

— Если воскрешать одну, то можно дать ей побольше секунд жизни.

— А как у них с и-и-и-нтеллектом? — задумчиво спросил сатир.

— Кое-какой имеется.

— Ну точно химеры крайне похожи на нашего Леопольда, — опять вставила свои пять копеек Тила, дурашливо ткнув того локтем в бок.

— Отста-а-ань от парня, — шикнул на неё Пашка, а потом погрузился в раздумья.

Тила же недовольно посмотрела на сатира, дёрнув крыльями точёного носа, но не стала возражать, а серьёзным голосом сказала, глянув на меня:

— Итак, Рей, ты химеролог, Лео — следопыт, я — дриада, а о нашем Пашке ты уже всё знаешь…

— А вы откуда? В смысле, какая у вас была первая локация? Я в своей не встречал похожих на тебя и Пашку.

— Иерихонов несколько и у каждого чуть иной набор рас, а вот географически в первой локации одни и те же объекты, — пояснила девушка. — Но в этой локации представители разных Иерихонов смешиваются.

— А тут одни горы, да? — спросил я.

— Угу. И до земли добраться невозможно. Она очень далеко и чем дальше от треугольника, тем сильнее монстры…

— Треугольник — это название территории, которая в качестве вершин имеет три города… — вставил эльф, и хотел было продолжить, но я его перебил: — Есевон, Библ и Ай.

— Именно, — кивнула тёмная, а затем продолжила посвящать меня в хитросплетения данной локации.

И вскоре я составил примерную картину того, куда меня занесло. Места здесь оказались дикими и наполненными разнообразными монстрами, а большинство заданий были связаны с путешествиями между населёнными пунктами и с добычей ресурсов. И ещё здесь вовсю велись войны между кланами, которые занимали давно покинутые крепости, башни и замки, коих оказалось довольно много в горах. А что же касается воздушных кораблей, о которых я спросил, то дело обстояло следующим образом — такие суда было крайне сложно произвести, потому что деревья в основном росли вокруг города Ай, а топливо для подобных летательных аппаратов делали в Библе, ну а паруса, такелаж и всё такое прочее — мастерили в Есевоне.

Услышав это, я задумчиво проронил, потирая подбородок:

— Короче, в производстве кораблей задействованы все три города, соответственно — и цена кусается.

— Именно, — опять кивнула девушка, потревожив необычные волосы. — Так что судами владеют либо очень крутые игроки-одиночки, либо кланы.

— А как попасть в команду? — с интересом спросил я, подгребая к себе ноги, которые уже порядком нагрелись от жара костра.

— Нужно владеть каким-нибудь дальнобойным оружием или же — обладать классовой способностью, которая позволит атаковать врагов с палубы корабля, — сообщила Тила, покосившись на сатира. — И к тому же в экипаж стараются брать опытных игроков, которые белку в глаз с пятнадцати метров бьют.

— Мда, с белками у меня старые счёты, — тихонько пробормотал я, понимая, что химерологу будет довольно сложно попасть в состав команды корабля, если того потребуют обстоятельства.

— Я как-то бы-ы-ыл на судне… — неожиданно подал голос Пашка, а затем осекся и добавил явно не то, что хотел сказать первоначально: — По мне, так не стои-и-ит стремиться в экип-а-а-аж боевого кланового корабля, даже в качестве-е-е наёмника.

— Ну да, — согласился с ним чему-то светло улыбающийся эльф. — А уж если так сильно захотелось в небо, то лучше податься к охотникам, которые бьют драконов, грифонов и прочих летающих зверей. У них и работа не такая опасная, да и доход выше.

— Верно-о-о, верно-о-о, — покивал сатир и принял вертикальное положение. — Всё-ё-ё-ё нам пора идти-и-и-и, если хотим к ночи добраться до го-о-орода.

Мы поднялись на ноги, а местные закинули на спины тюки, валежник и, немного согнувшись под весом нош, покинули пещеру. Игроки, включая меня, вышли следом за ними, прихватив химер.

Стоило мне оказаться вне пределов пещеры, как пронизывающий холодный ветер тут же забрался под броню. Я зябко поёжился и произнёс:

— Товарищи, погодите. Мне надо оживить мертвечину, а потом я пущу её вперёд в качестве приманки. Надеюсь, местные звери будут реагировать на неё. В предыдущей локации такой финт ушами вполне себе работал.

— Дела-а-й, — коротко разрешил сатир, облегчённо блеснув глазами. Кажется, он сам хотел предложить нечто подобное.

Я кивнул и оживил химеру, дав ей минимальный уровень и максимальное количество секунд жизни, после чего приказал мертвечине идти к верёвочному мосту. Она послушно потрусила вперёд, а отряд пошёл метрах в пяти позади неё.

Вскоре химера вполне благополучно добралась до середины моста, где замертво рухнула на крепкие доски. Мне пришлось снова оживлять её и отправлять дальше. А потом я ещё несколько раз воскрешал её. Отряд к этому времени уже оставил позади не только верёвочный мостик, но и узкое ущелье, стиснутое отвесными склонами. Мы быстро преодолели его и очутились на овальном плато, которое упиралось в гору, где чернели три пещеры. И вот тут-то я и потерял химеру. Никто из отряда даже пернуть не успел, а огромный орёл с размахом крыльев метра четыре уже спикировал на химеру, цапнул её лапами и весело полетел в небеса, крикнув напоследок: «Лохи-и-и-и!» Ну, про крик я приврал, но орёл явно так подумал.

Я же завопил вслед птице, потрясая кулаком:

— Сука, чтоб ты подавился!

— А ведь это мог быть кто-нибудь из на-а-ас, — задумчиво проблеял сатир. — Новичо-о-ок уже отработал своё спасе-э-э-ние.

— Ага, — поддакнул Лео, потирая шею, будто её только что коснулась грубая верёвка. — И нам лучше не задерживаться на открытом пространстве.

Пашка согласно кивнул, после чего наша банда лёгкой рысью пересекла плато и влетела в крайнюю слева пещеру. Здесь сатир взял у носильщиков факелы, раздал их игрокам и зажёг. Я же оживил другую химера и отправил её вперёд.

Мертвечина послушно двинулась по пещере, пробираясь через камни и трещины, а Тила внушительно проговорила:

— Напоминаю, что тут часто встречаются ядовитые слизняки-трупоеды, которым крайне нравится местный микроклимат и мох.

После своей речи девушка сурово посмотрела на меня. Я кивнул, показывая, что принял её слова к сведению, а потом двинулся рядом с сатиром, который звонко цокал копытами, держа в руке ятаган. Звук его шагов далеко разносился по пещере, наполненной тёплым, затхлым воздухом.

Я обратил внимание, что кругом рос фиолетовый мох. Он порой даже свисал лохмотьями с потолка. Отчасти из-за этого никто не заметил склизкую белёсую тушу, которая вскоре упала на мою химеру. Она оказалась покрыта редкими седыми волосками и имела круглый рот, снабжённый несколькими рядами зубов-иголок. К тому же слизняк весил килограммов пятьдесят, но при этом как-то умудрялся ползать по неровному потолку пещеры, откуда и рухнул на мою мертвечину. Враг переломал ей часть костей, а потом начал стремительно втягивать химеру в ротовую полость, из которой высунулась парочка небольших конечностей, похожих на паучьи хелицеры. Они проталкивали химеру внутрь, откуда вылетало жадное чавканье.

Но полноценно пообедать слизняку сегодня не светило. Тила мощно швырнула в тушу своё копьё, а эльф выпустил несколько болтов, которые добили тварину. Правда, химеру нам спасти не удалось. Она уже оказалась наполовину пережёвана слизняком. Зато мы отомстили за её смерть.

После победы над монстром сатир весомо проговорил, пнув копытом тело врага:

— И это опя-я-ять мог быть кто-нибудь из на-а-ас. Слизняки нечасто забира-а-аются на потолок, но если дела-а-ают это, то разглядеть их там крайне тяжело.

— Ага, — мрачно проронила девушка, выдёргивая из туши копьё и глядя вверх, куда едва-едва добирался свет от пламени факелов.

— Нам повезло, что мы встретили Рея, — заметил Лео, очищая болты от слизи.

— А мне повезло, что я натолкнулся на вас, — нервно проронил я, понимая, что без этих игроков мой первый день в новой локации мог быть ещё сложнее.

В этот миг Пашка снял шапку, почесал соломенного цвета короткие волосы, из которых выглядывали небольшие козлиные рожки, а потом вернул головной убор на место и задумчиво проблеял:

— Да-а-альше-то что делать? Рей, ты сле-э-э-пишь химеру из сли-и-изняка?

— Нет, — бросил я, не став объяснять почему. Незачем им знать, что я не могу делать химер тяжелее двадцати пяти килограммов. Кстати! — Ребят, а в этой локации можно поменять амулет?

— Ага, — кивнул эльф. — Тут продаются такие, которые в два раза мощнее тех, что были в первой локации. Ну, в общем, почти как с уровнями. Там надо было достигнуть двадцать пятого, а тут — пятидесятого.

— Ясно, — благодарно сказал я, запомнив новую информацию. — А что касается пути дальше, то у меня есть питомец, который сможет разведывать дорогу.

Игроки вдруг удивлённо переглянулись, а потом девушка выразила общее изумление, опасно сузив глаза:

— Да кто ты такой, новичок? Тут даже у опытных игроков питомцы большая редкость, а здесь ты такой красивый нарисовался: в хорошей броне, при оружии, да ещё и с петом.

— Ты забыла добавить, что у меня великолепное чувство юмора и львиное сердце. Правда, мне теперь нельзя в зоопарк ходить, — наигранно весело выдал я, стараясь держать всех игроков в поле зрения, а на местных не обращал внимания. Они всего лишь декорации, которым платят за услуги носильщиков.

— А ты не племянник какого-нибудь демона? — с улыбкой поинтересовался Лео, но смотрел насторожённо.

— У меня только ведьма есть знакомая, — отшутился я. — Так мы идём дальше или нет?

— Идё-ё-м, — протянул сатир. — При-и-изывай своего пи-и-итомца.

Я дёрнул уголком рта и вызвал Мрака. Тот очутился возле моих ног и сразу же стал настойчиво мяукать. Пришлось бросить ему кусок мяса, который тот быстро слопал, не обращая внимания на игроков, кои рассматривали его. Он, кстати, ещё немного подрос, превратившись в упитанного кота, весящего килограммов десять.

Ну а после принятия пищи я отправил темнопарда вперёд. Тот принялся красться по подземной глотке, почти сливаясь с темнотой. А отряд пошёл за ним.

Я потопал чуть впереди игроков, с тревогой наблюдая за своим питомцем. Конечно, мне ужас как не хотелось подвергать его опасности, но он ведь бессмертен. Если даже Мрака сожрёт слизняк, то он не умрёт, а лишь не сможет некоторое время появляться в Чистилище. А уж о том, как он облегчает группе задачу не попасть под неожиданную атаку… об этом и говорить не стоит. Тут и так всё понятно.

Между тем наша банда преодолела несколько десятков метров пещеры, а потом оказалась в небольшом подземном зале, где чернели семь проходов. Я заметил, что возле каждого из них стоял камень с выцарапанной цифрой.

Здесь сатир уверенно протянул:

— В пя-я-ятый. По нему хоть и до-о-о-ольше, но врагов там почти-и-и нет.

Ему никто не стал перечить, и отряд двинулся по выбранному Пашкой пути. Подземный ход оказался значительно теснее предыдущей части пещеры, да ещё и извивался так, словно его рыл пьяный крот под ЛСД, но зато за пару часов, которые мы шли по нему на нас напали всего три слизняка. При том что мы об их появлении узнавали от Мрака, который начинал шипеть и пятиться. Благодаря этому наша банда загодя готовилась к атаке и без всяких проблем разбиралась с противниками.

Такая неоценимая помощь моего питомца вызвала у зеленоволосой девушки несколько завистливых взглядов, которые она украдкой бросила на меня. Сатир же начал издалека блеять о том, что мы вчетвером замечательная команда и вот бы нам и дальше вместе путешествовать. А я отвечал шутками на всё его прозрачные намёки, и он вскоре утихомирил свою шарманку.

Ну а ещё через какое-то время мы добрались до крошечной пещеры, где решено было устроить короткий привал. Тут дриада раздала всем по небольшой лепёшке и крошечному кусочку жареного мяса.

Эльф взял угощение и пробурчал, куснув выпечку:

— Что-то какая-то пресная.

— Зато мясо пересоленое. Я всё предусмотрела, — ехидно выдала девушка и неожиданно потрепала слипшиеся волосы Леопольда.

— Да ещё и так мало, — опять проворчал парень, недовольно посмотрев на Тилу.

А та показала ему острый язычок и выдохнула:

— Надо экономить, иначе только на твое пузо работать будем.

— А так, однажды ночью, я отгрызу твою жопку, — мрачно пообещал эльф и громко клацнул зубами, вызвав смех юной особы. Он огласил нутро пещеры, отражаясь от стен и потолка, из которого торчали острые каменные пики. Я тоже весело усмехнулся, подумав, что в принципе, могу путешествовать с этими ребятами…

Глава 10

Спустя несколько часов мы покинули пещеру и оказались на уступе, который находился выше уровня широкой каменной дороги. Она вела к небольшому городу, опоясанному высокой коричневатой стеной. К этому моменту небо уже изрядно потемнело, поэтому я мог лишь приблизительно оценить размеры поселения. Город был раза в полтора меньше Иерихона, но зато располагался в небольшой живописной долине, где росли деревья и наличествовали сельскохозяйственные поля. И ещё над Ай слабо покачивались в небесах штук десять кораблей, каждый из которых был привязан к игловидной башне. Я обратил внимание, что суда делились по размеру на три основных класса и тот корабль, который мне удалось увидеть с моста, был средним по величине.

Между тем, пока я рассматривал летательные аппараты, сатир облегчённо проблеял:

— Ай-й-й-й…

— Ударился? — не сумел сдержать я глуповатую остроту.

Пашка покосился на меня козлиными глазами с прямоугольными зрачками и проговорил, не став комментировать мою шутку:

— Ту-у-ут зелёная зона-а-а-а, но звери-и-и-и могут напасть.

— Ага, рано расслабляться, — бросила дриада, крепко сжимая копьё, а потом без особого энтузиазма добавила: — В этой локации вообще лучше держаться вместе.

— Точно. Хорошая команда… это… — запнулся на мгновение эльф, а потом добавил: — Очень хорошо.

Сатир одобрительно посмотрел на своих компаньонов, а затем украдкой глянул на меня. Я же сделал вид, что опять начал рассматривать Ай, хотя из-за городской стены ничего не было видно. Просто меня уже стали выбешивать недвусмысленные намёки игроков. Пашка и их науськал. Он сейчас недовольно хмыкнул, а потом начал обматывать копыта толстыми тряпками. Интересно, зачем сатир это делает? Всё же я не стал спрашивать, но он пояснил сам.

— В городах полно приколи-и-истов, которые не упустят возможности-и-и назвать меня козло-о-ом. Вот я и притворяюсь уродливым челов-е-э-э-ком.

— А чего тогда такую расу выбрал? — задал я закономерный вопрос, когда он замотал копыта и стал бесшумно спускаться к дороге.

Мы все потопали за ним, а сатир через плечо безрадостно ответил:

— Я решил пошути-и-ить, когда расу выби-и-рал. Мне ведь казало-о-ось, что всё это сон… А вот теперь — мучаю-ю-юсь.

— Бывает, — сочувствующе проронил я, похлопав его по плечу.

Тот ничего не сказал, а лишь молча кивнул. Я ещё раз посмотрел на сатира, а потом перевёл взор на город. Он постепенно приближался, а когда мы пошли по гладкой как стекло дороге, стал приближаться ещё быстрее.

Вскоре наша банда преодолела массивные городские ворота из толстых досок и оказалась внутри кольца стен. Тут я увидел множество местных жителей и игроков, среди коих уже не было фей и пикси. Похоже, эти края слишком суровы для них. Зато здесь появилось несколько новых рас — я заметил минотавра, халфлинга и тролля. И это, наверное, далеко не весь список. Я уверен, что мне предстоит увидеть ещё несколько видов разумных, шныряющих по этим изогнутым под прямыми углами улицам, на которых стояли дома из бледно-коричневых блоков. Крыши же у них были сделаны из обмолоченных пшеничных снопов, тонких каменных пластин, черепицы и совсем редко — из железных листов. Сатир во время пути успел шепнуть мне, что железо в Ай в цене, так как его везут из Библа, поэтому сейчас я понимал, где тут богатые дома, а кто нищеброд. Но несмотря на социальные различия все горожане предпочитали щеголять в толстых стёганных шмотках, которые хорошо защищали от ветра и холода.

Между тем Пашка по-приятельски толкнул меня в бок и спросил:

— Вот мы и пришли-и-и. Куда ты теперь двине-э-ешь? Может, прогуляешься с нами-и-и? Мы сейчас товар сдади-и-им, награду получи-и-им и в таверну.

— Погнали, — решил я, вызвав улыбку у сатира.

Отряд двинулся вглубь города, пробираясь по узким улицам, освещённым подрагивающим пламенем, которое плясало в плошках, установленных на каменных столбиках. В воздухе пахло чем-то вроде нефти, из-за чего мне было слегка непривычно. Я ведь уже привык к запаху горящих факелов. Но через какое-то время меня перестал донимать этот аромат, да и отвлекла парочка незнакомых игроков, которые стояли в очереди в лавку, где продавали плотницкий инструмент.

Один из них спросил у местной девушки, которая покупала молоток:

— Наверное, вы не замужем?

— Нет. А как вы догадались? — кокетливо ответила та.

— Ну, вы страшная, — сказал тот и громко заржал, пихая в бок друга.

Я же подумал, что игроки тут довольно токсичные и прошёл мимо. А спустя какое-то время наша банда притопала к двухэтажному дому, где сатир перекинулся несколькими словами с хозяином и оставил ему тюки, получив по семьдесят единиц славы на каждого игрока и мешочек с золотыми монетами. Дальше Пашка быстро заплатил носильщикам за их услуги, после чего те с радостными улыбками сгинули с глаз долой, а мы направились к таверне, по пути оказавшись на небольшой площади, на которой посередине красовалась доска с приклеенными к ней листами бумаги. Моё природное любопытство не дало мне пройти мимо. Я отделился от спутников, приблизился к доске и увидел, что каждый листок был снабжён хорошо нарисованной физиономией, под которой шла сумма и ник игрока. Ну, прям Дикий Запад!

В этот миг ко мне подошла дриада и сухо проронил:

— Если есть желание, то можешь взять задание на устранение какого-нибудь игрока.

— Расскажи поподробнее, — попросил я её, покосившись на кислую мордашку девушки.

Та тяжело вздохнула, сложила руки на груди и стала говорить:

— Ну, срываешь листок, затем самостоятельно выполняешь то, что там написано, а потом получаешь оплату в банке. Всё анонимно.

— А почему тут несколько аналогичных бумажек? — спросил я, глядя на описание одного и того же заказа, наклеенного на доску аж в количестве пяти штук.

— Да чтоб сразу несколько игроков могли взяться за это дело. И если листы закончатся, а задание не будет закрыто, то на доску прилепят ещё. Ну а когда кто-нибудь закроет заказ — все бумажки рассыплются в прах. Магия.

— А кто всем этим занимается? В смысле, клеит новые листочки, принимает заказы?

— Банк, — ответила Тила. — Всё через него.

— Действительно, дьявольское место, — задумчиво проронил я, а потом заметил среди физиономий рисунок летающего судна и удивленно выдохнул: — Так тут и на корабли заказы есть?!

— Ага, — проронила она, покосившись на сатира и эльфа, которые дожидались нас чуть в отдалении. — Но этот заказ давно уже висит. Его невозможно выполнить, не имея другой такой же мощной птички, а у тёмных их не так много. Короче, никто не хочет связываться с этой хренью.

— А награда-то жирная… — протянул я, жадно глядя на цифру в пять тысяч золотых монет. Мои алчные тараканы, обитающие в голове, мигом подсчитали, сколько всего можно купить на эту сумму и брыкнулись в обморок. Да и я чуть не последовал за ними. У меня аж ноги подкосились, а между губ выступила слюна.

Вдруг девушка произнесла, заломив бровь и криво глядя на моё лицо:

— Чего это с тобой? У тебя такая рожа, будто ты шырнулся.

— Да я просто представил, что на тебе женился.

— Фу! — скривилась Тила.

— Вот и я так подумал. Да и от слова жена вскоре начинает пахнуть тухлым сексом…

— Да ты… — вскинулась она, явно желания добавить парочку отборных матюгов, но потом как-то взяла себя в руки и прорычала: — Пошли отсюда.

И энергично потопала к другой части отряда. А я с тяжёлым вздохом пошёл за ней. Перед моими глазами всё ещё стоял устрашающий корабль светлых. Он назывался «Погибель тёмных» и имел три паруса. Дриада была права — мощная птичка.

Когда мы подошли к эльфу и сатиру, то последний проблеял:

— Ты бы лучше-э-э не отлучался далеко от отряда-а-а, а то в этом городе-э-э полно мошенников.

— Ерунда. Мне они не страшны, — отмахнулся я и весело добавил: — Однажды, ко мне пристала цыганка, а через пять минут я ей нагадал дальнюю дорогу, выудил все деньги, изъял золотой зуб и… коня увёл.

Леопольд громко засмеялся, а сатир начал ему подхихикивать. Дриада же лишь сокрушённо покачала головой, закатила глаза, а затем и вовсе — быстро двинулась через площадь. Мы заторопились за ней.

Вскоре девушка привела нас к трёхэтажной таверне, чей фасад был отделан тонкими деревянными рейками, а над дверью покачивалась вывеска «Гавань». Я хмыкнул, глянув на название, а затем вошёл внутрь следом за троицей спутников и оказался в просторном зале, который не слишком отличался от того, что был в «Весёлом мяснике». Тут тоже пили и жрали в три горла, но на столах по большей части лежали овощи, выпечка, корнеплоды, а мясо как-то совсем затерялось. Похоже, на сей раз я попал в «Весёлого вегетарианца», ну, если такие бывают.

Я усмехнулся собственным мыслям и покосился на сатира. А тот, сгорбившись, словно не хотел привлекать к себе внимание, быстро посеменил в дальний угол зала, где в полутьме пустовал круглый столик.

Мы пошли за Пашкой, а потом уселись на колченогие табуретки, отполированные сотнями задов, и продиктовали заказ подошедшему звероватого вида официанту с шикарной бородой. Я взял себе мясо, хотя оно и стоило втридорога, но не для того мои предки столько тысяч лет лезли на вершину эволюции, чтобы я ел траву.

Меж тем официант выслушал нас и удалился, но довольно быстро вернулся с большим подносом, на котором был наш заказ. Он сгрузил его на стол, получил от нас деньги и свинтил. Ну а мы накинулись на еду, став жадно поглощать её, запивая отменным пивом. Даже дриада ела точно голодная волчица.

Всё же наша банда через какое-то время насытились, а эльф довольно погладил себя по округлившемуся животу и неожиданно рыгнул.

— Пардон, — проронил он, блаженно улыбаясь.

— Так ты француз? — насмешливо спросил я, скользя взглядом по залу, где жрали десятка два тёмных игроков.

— Неа, я русский. Сейчас докажу, — весело заявил тот, потом покашлял в кулак и продекламировал: — Я узнал, что у меня нет в России ни хрена. Ни травинки, ни леска, даже сука колоска. Да, огромная страна, только жителям — пиз…

— Всё, мы поняли! — поспешно выдохнула дриада, бросив на парня короткий взгляд из-под длинных ресниц.

— Ты ещё-ё-о молодой. Ничего не понима-е-э-э-ешь — проблеял сатир, осуждающе поглядев на эльфа.

— Всё я понимаю, — выплюнул тот, нахмурив брови.

— Не до конца-а-а, — не сдавался Пашка.

— Ну-ну, — хмыкнул Леопольд, заиграв крыльями носа.

— По мне так всё-ё-ё постепенно улучшае-э-этся…

— Где? — саркастично ухмыльнулся эльф.

И уже спустя несколько реплик между ним и Пашкой завязался идеологический спор. Я пару минут послушал доводы обеих сторон, а потом стал прислушиваться к разговорам за соседними столиками. Там в основном болтали о разных пустяках, но парочка игроков жарко обсуждала воздушный бой между их кораблём и стаей виверн. Меня мигом обуял интерес.

Надо бы набраться наглости и подсесть к ним. И уж чего-чего, а наглости у меня хватало, поэтому я тотчас покинул арену политических дебатов, в которые рьяно включилась дриада, отстаивая сторону эльфа, и присел за стол к участникам боя с вивернами.

Те мигом замолчали и вперились в меня настороженными взглядами. А я открыто улыбнулся и произнес:

— Дарова, коллеги тёмные. Я тут краем уха услышал ваш разговор, и мне стало ужас как любопытно послушать о битве с вивернами.

— Новичок? — тут же смекнул один из них, окинув меня пренебрежительным взором.

— Ага, — не стал я скрывать очевидных вещей.

— Закажи нам четыре пива, и можешь посидеть с нами, — благодушно заявил второй парень, который явно был добрее первого.

— Окей, — тотчас согласился я, быстро подозвал официантку, сделал заказ и посмотрел на молчащий дуэт.

Они переглянулись, а потом стали сухо рассказывать о сражении. Я же принялся с интересом их слушать, порой вставляя уточняющие вопросы. Постепенно ребята расслаблялись, чему немало способствовало пиво, которое я постоянно заказывал. И вскоре игроки, уже порядком налакавшись, вспоминали всё свои воздушные битвы и рвали на груди тельняшки, заверяя меня в том, что они оба первоклассные стрелки, да ещё и на корабле не последние люди. И чем больше тёмные распалялись, тем больше я от них узнавал. Конечно, ничего секретного в их рассказах не содержалось, но для меня они были крайне любопытными и интересными.

А когда игроки уже с трудом ворочали языками, то я выдохнул, азартно блестя глазами:

— А у воздушных кораблей есть какие-то слабые места? Вот чтобы раз-з-з — и обломки во все стороны.

— Арсена-а-ал, если там есть горшки с зажига-га-гательной смесью. Но до него хрен добере… — просипел тёмный, не сумев полностью выговорить фразу, и повесил голову на грудь.

Его товарищ к этому времени уже выводил носом затейливые рулады, лёжа грудью на столе. Я же был практически трезв, так как сумел утихомирить своего внутреннего алкаша, чтобы раздобыть важную информацию. Ну а получив её, я нашёл взглядом хозяина, который стоял возле лестницы и двинулся к нему. Тот ещё загодя бросил мне, что ночь в таверне стоит пять серебряных монет. Я отдал ему деньги, доведя свои сегодняшние траты почти до двадцати серебряных, а затем взял ключ от комнаты и побрёл наверх.

По пути я обратил внимание, что сатир и компания пропали из общего зала. Надеюсь, что они хоть не поубивали друг друга, а то спор у них вышел жарким. Вон как стулья почернели от горящих пуканов.

Я тихонько захихикал в кулак, а затем покорил лестницу и потопал по коридору второго этажа, где случайно услышал раздражённый эльфячий голос. Он был приглушён дверью и доносился из номера.

— Смеяться он надо мной вздумал! Козёл! В детстве все хохотали над моими акварельными рисунками, а потом я ржал над их меловыми контурами!

— Лео, Пашка не хотел тебя обидеть, — донеслись едва слышимые слова дриады.

— Да пошёл он… — яростно бросил парень, а затем раздались его слегка испуганные восклицания: — Ой! Ты что делаешь?! Давай без этого! Тила-а-а!

— Ты не мужик! — презрительно бросила девушка, и следом зазвучали быстрые шаги, приближающиеся к двери.

Я тут же ломанулся к своему номеру, молниеносно отпер замок и влетел внутрь. Фух, успел, а то пришлось бы рассказывать, что они буквально сами заставили меня подслушивать. Вот как пройти мимо, когда диалог свернул в такие пикантные кусты? Правильно, никак.

Но какой же разворачивается забавный спектакль… Вот посмотреть бы на их лица, когда они снова соберутся в одну группу. Или уже не соберутся? Ну, утром узнаю.

Пока же я зажёг свечу, запер дверь, а потом разоблачился и вытянулся на грубой кровати из досок, на которой лежал мягкий матрас и толстое одеяло.

И только мои глаза начали сонно слипаться, как в комнате прозвучал отчётливый хлопок, за которым последовала ехидная речь:

— Ну, прям невинный младенец.

— Сгинь, — буркнул я, повернувшись набок, спиной к бесу. — Ты будто не помогаешь мне, а мешаешь. Дай отдохнуть честному человеку.

— Честному? — повторил Димон и гаденько засмеялся, а затем простучал копытцами по дощатому полу, остановился возле кровати и протянул с намёком: — А помнишь, почему ты расстался с Дашкой?

— Помню, — нехотя ответил я. — Она воспользовалась тем, что я насинячился и хитростью заставила рассказать, сколько у меня было девушек. Эх, зря я не остановился на ней, когда перечислял их в хронологическом порядке.

— И ты после этого называешь себя честным человеком? — сладко изрёк бес.

— Все мы ошибаемся, — промычал я, накрывшись с головой одеялом.

— Ты слишком часто ошибался, иначе бы не попал сюда, — выдал Димон, испустив притворно печальный вздох.

— Кстати… — резко бросил я, откинул одеяло и задал бесу давно мучащий меня вопрос: — А почему в Чистилище нет откровенных злодеев или святых? Все те игроки, которых я встречал, были вполне обычными людьми, правда, одна сука могла бы дать фору любой змее подколодной…

— Мне тоже нравится Алиса, — улыбнулся Димон, издевательски помахал лапкой и исчез, так и не ответив на мой вопрос.

— Вот ведь… — зло недоговорил я, скрипнув зубами.

После его визита мне перехотелось спать, хотя в окно уже светил серебристый лунный свет, а огрызок месяца мягко сиял с мрачных небес. Но всё же спустя полчаса, которые я размышлял о том, что тёмные и светлые довольно сильно похожи друг на друга, мне удалось уснуть. И, кажется, во сне я тратил пять тысяч золотых.

Между тем ночь пронеслась как фанера над Парижем, а утром я вскочил, предвкушающе потирая руки, и быстро слетел в общий зал, но внизу никого из троицы моих спутников не оказалось. Тогда я подошёл к хозяину заведения, который, позёвывая, пересчитывал бутылки, стоящие на полках за стойкой, и спросил у него о нелёгкой судьбе своих товарищей. Тот без особой радости ответил мне, что они ещё не спускались. Хм… похоже, прямо сейчас я не увижу их рожи. Жаль. Ладно, потом гляну на них. А пока же я сказал хозяину, что скоро вернусь, после чего вышел из таверны и отправился искать какого-нибудь местного жителя, имеющего представление о том, где на корабле находится арсенал и как в него попасть.

Глава 11

Вскоре я понял, что не ошибся с размерами Ай. Он действительно был значительно меньше Иерихона, а в качестве развлечения тут можно было наступить в навозную лепёшку. Я так и сделал, а потом вытирал ботинок пучком ломкой травы и проклинал косматое травоядное, которое подложило мне мину. Оно оказалось привязано возле дома и насмешливо взирало на меня сквозь длинную шерсть, покрывавшую мощное тело, от которого исходила густая вонь. Похоже, это был як или какая-то подобная скотина.

Я погрозил животному кулаком и потопал дальше, держа в голове три вопроса, которые хотел бы прояснить у местных. Из дома-то я вышел с одной идеей фикс, а теперь прибавились ещё две: Искра и осколки. Я подумал, что всё-таки неплохо было бы найти девушку, а что касается камней — так «г» вполне может служить началом слова горы. Но у кого узнать об осколках? Тема так-то щекотливая. Всё же я нашёл выход.

Мне на глаза попался бородатый гном, который торговал разными украшениями с драгоценными камнями. Я подошёл к его лотку и тут же сломал систему, первым начав расхваливать товар:

— Хорошие вещицы. Красивые. Откуда?

— Из Библа, — ответил торговец и польстил мне: — В вас сразу видно знающего человека.

— Ага, я такой. Только вот мне нужны не обычные камни, а какие-нибудь с мистической историей, а может быть даже осколки…

— Есть у меня такие, есть, — тут же зачастил хитрый гном, принявшись тыкать пальцем в цацки: — Вот это платиновое кольцо побывало в жерле вулкана, а эта золотая цепочка принадлежала первой… эм-м-м… королеве Зелёных земель.

— Так, тормози, милейший, — остановил я разливающегося соловьём коммерсанта. — Давай я тебе дам десять серебряных монет, а ты честно расскажешь, где мне найти человека, который знает о каких-нибудь примечательных камнях с историей?

Торговец пару секунд задумчиво поглядел на меня, прищурив жуликоватые зенки, а затем махнул рукой и проронил:

— Ладно, но двадцать монет вперёд.

— А ты не обманешь меня? — засомневался я в его честности, не обратив внимания на повышение суммы.

— Не обману. А если хочешь, то давай скрепим наш уговор рукопожатием, — протараторил он, а затем плюнул на широкую ладонь и протянул её мне.

— Верю, — тотчас бросил я и передал ему двадцать монет.

Он мигом засунул деньги в карман своей шубы и поведал мне о старом дворфе-ювелире, который жил в Библе. По заверению торговца этот мастер по имени Ворт больше всех знал о камнях, так что мне обязательно стоит наведаться именно к нему.

Выслушав гнома, я благодарно кивнул ему и отправился дальше блуждать по городу. На сей раз я приставал к игрокам, пытаясь выяснить местообитание Искры. Но никто не знал ведьму с таким ником. Тогда мне пришлось на время отказаться от идеи найти её и перейти к следующей затее. Я к этому моменту уже сумел вызнать у горожан, где живёт опытный корабельный плотник, поэтому быстро притопал к справному каменному дому, который мог похвастаться цветастыми оконными занавесками и петушком на коньке крыши.

Тут я постучал в дверь, украшенную резьбой, и принялся ждать. Буквально через несколько секунд на пороге показался взлохмаченный мальчишка в длинной рубахе и вопросительно уставился на меня.

Я торопливо проговорил, видя, как холодный ветер треплет волосы пацана:

— Малец, мне бы корабельного плотника на пару слов. Блин, забыл спросить, как его зовут.

— Мадам серит, — звонко выдал тот.

— Что мадам делает? — не понял я, взметнув брови.

— Так зовут мою мама — мадам Серит, — пояснил он, расплывшись в щербатой улыбке. — Она корабельный плотник.

— Забавно вышло, — усмехнулся я, подумав, что книга о правах женщин здесь находится не в разделе фантастики.

И тут вдруг из глубины дома донёсся сильный девичий голос:

— Входите!

— Уже иду! — крикнул я в ответ и пробормотал себе под нос: — А на Земле меня чаще приглашали выйти за дверь.

Я вошёл в дом следом за мальчишкой и увидел физически крепкую женщину в розовом сарафане. Она так же вопросительно взглянула на меня, как минутой ранее её сынок. Я же улыбнулся и начал рассказывать ей душещипательную историю о том, что мне больше всего на свете хочется попасть в команду воздушного судна, но так как у меня не подходящий класс, то провернуть такой финт крайне сложно. Вот я и подумал досконально изучить строение летающих кораблей, чтобы меня ради впечатляющих знаний приняли в экипаж.

Женщина вняла моим словам и даже загорелась желанием не только рассказать о воздушных судах, но и показать. Правда, показала она всего лишь чертежи, а не провела экскурсию по парочке кораблей. Всё же я с энтузиазмом стал рассматривать их, запоминая в деталях и слушая пояснения женщины. Она оказалась очень неглупой особой, которая превосходно знала устройство подобных судов. Ей хоть сейчас можно было вставать на капитанский мостик, о чём я вслух и сообщил.

Женщина зарделась и проронила:

— Ой, скажете тоже. Ну какой из меня капитан?

— Превосходный, — бросил я, широко оскалившись. — Вы, наверное, даже справитесь с судном уровня «Погибели тёмных». Кстати, что-то давно я его не видел.

— Да оно сейчас на приколе возле крепости клана Михаил, а потом вроде бы должно полететь в Библ, чтобы взять на борт горючее.

— Вот какая вы знающая, — в очередной раз польстил я женщине, благодаря коей знал, что воздушные корабли используют в качестве топлива специальный порошок, который под действием огня превращался в хитрый газ, способный держать тушу судна в небесах.

— Вы меня перехваливаете, — ещё больше засмущалась та.

Я же ещё немного посмущал её, а потом покинул дом, оставив на столе двадцать серебряных монет.

Ну а оказавшись на улице, я подумал, что все пути ведут в Библ, поэтому мне надо двигаться именно туда, но не порожняком, а взять какое-нибудь задание. Надеюсь, в Ай найдётся что-нибудь подходящее.

Я снова принялся кружить по городу, параллельно незаметно сорвав листок с предложением уничтожить «Погибель тёмных», а потом отыскал целый караван из десяти телег, который намеревался двинуться в Библ. И в этот отряд требовались охранники, которым платили, исходя из их уровня и славы. Меня глава каравана, коим оказался двухметровых минотавр, оценил в пятнадцать золотых монет и столько же единиц славы. Конечно, я рассчитывал на большее, но всё же, по понятным причинам, согласился. Да и дорога, по заверению минотавра, должна быть сродни лёгкой прогулке, так как охрана у каравана будет знатной.

Тут я у него спросил, косясь на золотое кольцо, торчащее из носа:

— А вам нужна ещё троица превосходных бойцов, среди которых следопыт, дриада и сатир, швыряющий молнии?

Тот подумал немного, переступив здоровенными копытами, а затем утробным голосом выдал:

— Да.

— Вот и славно, — улыбнулся я, ещё раз скользнув уважительным взглядом по мускулистой фигуре, покрытой стальными пластинами, под которыми виднелась шерсть. Этот парень жутко напоминал мне того, которого я вместе с Искрой завалил в башне Баль-Дура. Правда, у этого вполне себе нормальные штаны, вместо юбки, да и вооружён он двумя серпами, а не мечами. Но сходство всё же поразительное.

Я опять улыбнулся ему и уточнил:

— А когда караван отбывает?

— Час, — коротко бросил минотавр, посмотрев на шеренгу телег, запряжённых теми самыми яками, один из которых давеча заслужил моё неодобрение.

— Отлично, не отчаливайте без меня, — весело проговорил я и потопал прочь.

Вслед мне донеслись серьёзные слова рогатого вожака:

— Уйдём, если опоздаешь.

Я ничего не стал ему отвечать, а свернул за угол и поскакал к местному базару. Мне удалось быстро достичь его, после чего я купил немного еды и тёплый плащ, который обошёлся в две золотые монеты. А также я посмотрел на тёмные амулеты, которые имелись в продаже. Все они обладали пределом в пятьдесят уровней, две сотни секунд и могли оживлять химеру массой до пятидесяти килограммов. Ровно так, как и говорил эльф — местные амулеты были в два раза мощнее того, который висел у меня на шее, и стоили по пятьдесят золотых монет. Таких денег у меня пока не имелось, поэтому я лишь облизнулся, глядя на амулеты, а потом надел плащ, печально вздохнул и двинулся в таверну.

Она была недалеко от базара, так что я быстро добрался до неё и вошёл внутрь. А там меня ждала долгожданная картинка… Троица моих вчерашних спутников восседала за одним из столов, над которым от напряжения уже проскакивали искорки электричества. Дриада бросала презрительные взгляды на эльфа, а тот старался не встречаться с ней глазами и при этом украдкой пронзал сатира яростным взором. Пашка же молча играл желваками и иногда тяжело вздыхал.

И вдруг Тила проронила, явно не в первый раз:

— Леопольд, ну вот с каким бы ты переспал мужиком, если бы тебе пришлось?

— Ни с каким, — резко ответил тот.

— Ну вот нет у тебя выбора, — настаивала тёмная. — В мире больше не осталось девушек или от этого зависела бы судьба целой планеты. С каким бы мужиком ты переспал?

— Отстать, а, — попросил эльф, скорчив кислую физиономию.

— Не отстану, — отрубила дриада.

— Чёрт с тобой! Пусть будет Бред Питт, — сдался Лео, сложив руки на груди.

— Ах ты гомик! — вскричала дриада и наставила на него палец.

— Да не гомик я! — заорал парень, привстав с табуретки под удивлёнными взглядами троицы незнакомых игроков, которые по одному сидели за столами и поглощали обед.

— Ты сам только что признался, — желчно уличила дриада.

— Успокойт-е-э-есь, — попытался образумить их сатир.

— Молчи! — прикрикнула на него разбушевавшаяся девица.

— Ага, молчи, — поддакнул ей эльф.

— А мне-то можно говорить? — вклинился я в перепалку, подкравшись к их столу. — У меня буквально пара слов.

— Говори, — тотчас бросил Леопольд, отчаянно желая сменить тему.

— Я через полчаса свалю из Ай вместе с большим караваном и туповатым минотавром в город Библ. Вы со мной? Я уже договорился — вас возьмут, а оплатят услуги исходя из уровней и количества славы.

Игроки молча переглянулись, а затем сатир проблеял, вставая на ноги:

— Я пойду-у-у.

— И я, — решил эльф, чья обида на Пашку оказалась не столь сильной, чтобы разваливать команду.

— Ладно, я тоже прогуляюсь, — нехотя произнесла дриада, немного успокоив эмоции.

— Вот и чудно, — улыбнулся я и направился к хозяину таверны, бросив через плечо: — Ждите меня на улице. Мне надо ещё кое-что сделать.

Игроки послушали меня — и вышли вон, а я подгрёб к владельцу заведения и сказал ему:

— Любезный, если меня будет искать красивая тёмная эльфийка с ником Лана, то скажи ей, что я двинулся покорять Библ. Окей?

— Могу и забыть, — многозначительно протянул тот, скосив рот в кривой усмешке.

— Да что же вы все такие алчные? — пробурчал я и вложил в его ладонь пять серебряных монет. — Этого хватит. Да и клопы у тебя в комнатах, так что большего ты не заслуживаешь.

— Как клопы? — вытаращил он глаза.

— Вот так, — осуждающе бросил я, лихо развернулся и покинул таверну, испытывая толику радости из-за того, что отомстил этому крохобору. Конечно, он не найдёт никаких клопов и успокоится, но к этому времени явно понервничает, ведь мои слова слышали игроки.

Ну а когда я оказался на улице, то махнул рукой троице спутников, которые уже без напряжения смотрели друг на друга, и мы все потопали к каравану. И уже через несколько десятков метров до нас стали доноситься зычные крики погонщиков, бряцание оружия и протяжное мычание яков. Караван готовился покинуть Ай.

Мы прибавили скорости и прибыли как раз вовремя. Я сразу же отправил трио к минотавру, а сам стал разглядывать других охранников. Среди них были и тёмные и светлые игроки, что вносило опасную нотку в предстоящее путешествие. Между представителями разных сторон могут возникнуть конфликты, как только мы покинем зелёную зону. Но что я знаю о подобных переходах? Такие смешанные составы охранников явно не новинка, а значит — конфликты случаются не так уж часто, иначе бы хозяева караванов нанимали бы представителей лишь той или иной стороны. Наверное, можно чуток расслабиться, но не полностью.

Тем временем ко мне подошли мои товарищи, который вдруг вызвали у меня ассоциации с животным миром: ослица, козёл и петух. Я даже захохотал, подумав об этом, вызвав у них настороженные взгляды.

— Чего ржёшь, как конь? — пасмурно осведомилась дриада.

— Да просто дебил, — проронил я, дёрнув щекой.

— Оно и видно, — охотно согласилась девушка, а потом добавила: — Мы охраняем пятую и шестую телеги. А всего двадцать рыл в охрану набралось. Вот и вышло по паре тварей на телегу.

— Интересные у тебя обороты, — насмешливо заметил я, двинувшись к обозначенному четырёхколёсному транспорту мощностью одна яковая сила.

— Когда ты узнаешь её поближе, то и не то услышишь, — весело проговорил эльф, мигом заработав свирепый взгляд девицы, после чего сразу же сник и молча пошёл к началу каравана.

Я тут же спросил у Тилы:

— А куда это Леопольдыч намылился?

— Он пойдёт возле первой телеги, потому что следопыт, — нехотя ответила девушка.

— Ясно, — бросил я, подумав, что тоже мог бы пойти во главе каравана. Мне бы не составило труда убедить минотавра в том, что мои химеры и Мрак могли бы сослужить хорошую службу в качестве разведчиков, но я не стал рваться вперёд. Мне не стоит без лишней необходимости показывать свои козыри. Поэтому я пристроился к левому борту пятой телеги, которая была с горкой нагружена мешками с пшеницей, а правил ею бородатый местный мужик. Ну а сатир и дриада посеменили возле шестой по счёту таратайки, медленно двинувшейся прочь из города.

Я обратил внимание, что впереди меня топал низкорослый светлый игрок. Он выглядел, как человек, но был даже ниже моего отправившегося в Ад знакомца по имени Бад — его рост составлял всего метра полтора. Вооружён он был пращей. Она висела на поясе, который перехватывал ватный тулуп, достигающий колен халфлинга.

А по ту сторону телеги шёл тёмный игрок, который оказался похожим на классического викинга или варвара. Он носил на себе кучу шкур и мехов. И при этом игрок держал в одной руке небольшой боевой топор, а в другой — круглый деревянный щит. Хм… мне бы тоже щит не помешал, но пока и денег на него нет, да и обращаться с ним я не умею. Мне надо сперва собрать нужную сумму для покупки, а потом позаниматься с тренером. Надеюсь, в Библе мне удастся всё это провернуть.

Пока же я двигался вместе с караваном по широкой дороге, всё дальше отходя от Ай. Вот уже закончилась зелёная зона, вызвав напряжённые взгляды игроков из разных фракций, а затем дорога вильнула — и город пропал за горой.

Тут сатир стал говорить, не обращая внимания на скрип колёс и громкое фырканье животных:

— Если всё пройде-е-ет удачно, то к вечеру буде-э-ем в Библе. По этой дороге-е идти гораздо ближе-э-э, чем кружить через пещеры и горные уще-э-элья.

— А чего тогда мы вчера топали под землёй? — спросил я, чуток повысив голос.

— Так по этой дороге-э-э можно ходить только больши-и-им отрядом. Даже-э-э двадцать охранников мало. Ведь здесь много-о-о желающих напасть на путнико-о-ов. Все знают об э-э-этом пути, но другого такого нет.

— Короче, смотрим в оба, будто боимся пропустить голую Лободу, — шёпотом подвёл я итог, скользя внимательным взглядом по крутым склонам и лежащим возле обочины камням.

Но засаду я всё-таки проморгал, потому что никак не рассчитывал на то, что с небес посыплются гибриды львов и… орлов. Я бы и сам догадался, как называются эти существа, но перепуганный крик возницы подсказал мне ответ на этот вопрос:

— Грифоны!

— Грифоны! Грифоны! — истошно вторили ему прочие местные и игроки.

— Грифоны! — заорал и я.

Глава 12

Грифоны в среднем весили по сотне килограммов, а их крылья поднимали вес раза в два больше. Я это понял, когда увидел одного из возниц, который отправился в небеса в львиных когтях сказочного животного. Он верещал точно свинья и бестолково размахивал руками, но в какой-то момент вытащил кинжал и кольнул им конечность чудовища. Идея оказалась не самой лучшей. Грифон выпустил свою жертву и та, пронзительно завизжав, устремилась к дороге, где превратилась в переломанную куклу, которая тотчас же привлёк других монстров. Те накинулись на мясо и начали жадно пожирать его, запрокидывая орлиные головы. Зрелище было отвратительным, но я не стал наблюдать за пиршеством животных совсем по другой причине. Один из грифонов заинтересовался тем яком, который был впряжён во вверенную мне телегу. Я тут же залез на неё и стал размахивать топором, отгоняя чудище от яка. Похоже, грифонам вообще было плевать какую плоть употреблять в пищу: человеческую, мясо яка или курочку из макдака. Они одинаково голодными взглядами глядели и на людей, и на яков. Я тоже удостоился такого взгляда от тварины, которая кружила над телегой. И она уже вознамерилась атаковать меня, но тут рядом со мной появился варвар и принялся стучать обухом топора по щиту. Грифону шум не понравился, но отступаться он всё же не захотел — грозно заклекотал, сложил крылья и камнем рухнул на меня. Благо, что я успел спрыгнуть с телеги, едва не подвернув ногу, из-за чего чудовище схватило не меня, а мешок. В следующий миг острые когти разорвали мешковину, и из дыр посыпалась пшеница, а затем грифон выпустил мешок и взмыл метров на десять в небо. Ему вслед понеслась грозно затрещавшая молния, выпущенная из амулета сатира. Она ужалила монстра прямо в львиную жопу, где болтался хвост с игривой кисточкой. И животное тоненько заклекотало, а потом рвануло в сторону горных вершин, дымя задом.

Я гневно крикнул, потрясая топором:

— Знай сука наших!

— Они улетели? — донёсся из-под телеги испуганный голос возницы, который мудро решил пересидеть налёт в относительно безопасном месте.

— Нет, посиди ещё, — проронил я, окинув внимательным взглядом картину заканчивающегося боя. Грифоны один за другим теряли интерес к каравану, в основном, по причине того, что им надавали по зарвавшимся клювам. Если в начале сражения животных насчитывалось около пятнадцати штук, то сейчас над телегами кружила лишь троица наиболее голодных или смелых, а может — просто тупых. Ещё три грифоньи тушки лежали на дороге, не подавая признаков жизни. Их тела оказались утыканы стрелами, арбалетными болтами, а одно — вообще дымилось — кажись, над ним поработал кто-то со способностями к магии огня.

А что касается потерь среди игроков, местных и тягловой силы, то они были таковыми: пропали два светлых игрока, один возница и один як, которого грифоны смогли утащить лишь втроём. Теперь они вдоволь нажарят шашлыков.

И ещё я обратил внимание на то, что во время боя светлые и тёмные старались держаться подальше друг от друга, чтобы кто-нибудь исподтишка не сунул клинок между рёбер. Я сам держал в поле зрения халфлинга, а тот косился на меня. Похоже, такие предосторожности принесли свои плоды — игроки не сцепились между собой.

Между тем от каравана отвалили последние три чудища. Они улетели в родные края не солоно хлебавши, а минотавр тотчас стал раздавать приказы, командуя игроками и местными. Он приказал разгрузить ту телегу, которая лишилась яка, и распределить мешки с зерном по оставшимся таратайкам. Мы быстро выполнили поставленную задачу, после чего караван двинулся дальше.

Я снова потопал рядом с телегой, держа в голове мысль, что раз на нас напали практически возле зелёной зоны, то впереди отряд ждёт ещё много неприятностей. Но я оказался неправ, по крайней мере, пока. Мы без происшествий шли несколько часов по дороге, которая извивалась между высоченных заснеженных гор, и благополучно прибыли к каменному арочному мосту с перилами. Тут минотавр приказал возницам напоить яков, а игроки в это время могли перекусить.

Я вытащил из мешка хлеб, вяленое мясо и подошёл к ущелью, через которое построили мост. Внизу медленно двигались облака. Они были подобны белой пушистой реке, неспешно катящей свои воды. Вид был завораживающим и даже немного умиротворяющим, но я-то знал, что в облаках могут прятаться существа с длинными, ловкими щупальцами. Я пытался увидеть их, стоя на самом краю и поедая свой обед, который запивал водой, но существа никак не хотели обнаруживаться, а потом меня отвлекли сатир и дриада.

Они подошли ко мне, и Пашка проблеял:

— Ты бы лучше-э-э не стоял тут, а то сорваться може-э-эшь.

— Или кто-нибудь из светлых случайно подтолкнёт, — добавила Тила, с прищуром посмотрев на игроков противоборствующей стороны, которые разделились на группки и тоже восстанавливали силы.

— И э-э-это может произойти, — согласился с ней сатир и протянул мне кусочек сушёной рыбы.

— Нет, спасибо. Я рыбу не очень люблю.

— А что люби-и-ишь? — спросил Пашка, внимательно глядя на меня.

— Книги и женщин. И пусть никто не осуждает меня за то, что в моей жизни было много книг, — отчеканил я, скрывая улыбку.

Дриада почему-то тяжело вздохнула и нашла взглядом Леопольда, который в одиночестве бродил возле моста и разглядывал камни. Я тоже посмотрел на него, а потом услышал зычный голос минотавра, который призывал караван двигаться дальше.

Игроки вернулись на свои места, и наш зерновоз из девяти телег снова отправился в путь. На сей раз нам не удалось даже часа пройти без приключений. Только мы преодолели мост, а затем пересекли плато, как на нас напали собаки, которые были родственниками тем крылатым тварям, кои радостно приветствовали меня в этой локации, когда я только здесь появился. Тут их оказалось три десятка. Они с визгом выскочили из-за чахлых серых кустов, которые росли по краям дороги, и бросились на караван. Я мигом призвал Мрака, решив, что и ему пора прокачивать свои параметры, а затем принялся рубить собак топором. Во все стороны полетела кровь, клочья кожи, а в воздухе зазвучал невообразимый коктейль из треска костей, людских матюгов и протяжного мычания яков.

Вскоре я собственноручно отправил в мир иной двух вражин, а затем вдруг осознал, что убивать-то некого. Стоило собакам потерять половину своей гоп-компании, как они отступили. А караван не понёс никаких потерь, из-за чего все довольно заулыбались, будто забыв, кто тут тёмный, а кто — светлый. Я сам улыбнулся халфлингу, забросив в телегу два собачьих трупа, подумав, что они могут пригодиться.

Но такое благодушие продлилось недолго. Стоило каравану опять двинуться в путь, как игроки из разных фракций снова принялись напряжённо глядеть друг на друга.

И напряжение ещё больше усилилось, когда через полчаса минотавр остановил вереницу телег перед крутым подъёмом, за которым, видимо, был спуск. Естественно, игроки захотели получить вопрос на один простой вопрос — какого хрена мы остановились? Вот тут-то и выяснилось, что наш дражайший Леопольдыч сумел разглядеть следы пары сотен человек, которые прошли по дороге буквально несколько минут назад. Кто они? Тёмные, светлые или местные? Этого парень не знал, чем заставил встревожиться игроков обеих сторон. Если впереди тёмные, то они спокойно могут жахнуть светлых, которые идут в караване, а ежели там светляки, то уже тёмным стоит переживать за свои задницы. И что же делать? Минотавр нашёл временное решение. Он возжелал выслать разведку в количестве двух рож, точнее — наглой остроухой рожи и моего лица. Похоже, Лео что-то напел рогатому вожаку и тот вместе с ним отправил вперёд и меня. Я узнал об этом непосредственно от эльфа, который подошёл к моей телеге и пропел:

— Мино приказал, чтобы ты отправился вместе со мной в разведку.

— Мино? Это ещё кто млять такой? — выдохнул я, посмотрев на перепачканную землёй физиономию парня.

— Мино — это имя минотавра.

В эту секунду прозвучал ехидный голосок дриады, которая незаметно подгребла к нам, словно боялась спугнуть трепетную жертву в лице Лео:

— А я думала, что ты так называешь свой член, которым не пользуешься.

— У тебя, кстати, морда в грязи. Ты рыл землю? — протянул я, находясь не в восторге от приказа покинуть караван.

— Ага, рыл. Как и все свиньи, — не преминула вставить Тила, гаденько улыбаясь.

— Пошли, нам некогда, — буркнул парень, посмотрев на меня, и торопливо двинулся к голове каравана.

Мне не оставалось ничего другого, как пойти за ним, проклиная длинный эльфячий язык, а заодно и острые уши.

Я быстро догнал Лео и скептически спросил:

— Ты хоть знаешь, что делают разведчики?

— Знаю, — промычал тот и прибавил шагу.

— Не торопись. Я питомца вызову.

Леопольд кивнул, а я быстро призвал в этот мир Мрака и отправил его вперёд. Мы же потопали метрах в пяти позади него, всё больше отдаляясь от каравана.

Идти нам приходилось не очень-то и быстро, из-за того, что питомца нельзя было постоянно выдёргивать из кольца. Ему требовалось немного времени на «перезарядку». Всё же мы довольно споро шли вперёд, и каждый пройденный метр отражался капелькой холодного пота на моей спине. Ведь если на нас сейчас кто-нибудь нападёт, то вдвоём мы сможем лишь испуганно орать дуэтом, так как на этой дороге обитают монстры, которые привыкли громить караваны, а тут всего двое игроков. Они схарчат нас, даже не заметив.

На фоне этих мыслей я несколько удивлённо посмотрел на эльфа, подумав, что тот совсем не трус, раз рискнул пойти в разведку. Правда, в его глазах всё-таки плясало жуткое волнение, а нижняя губа слегка подрагивала. Но он упорно шёл дальше, а я топал рядом с ним.

Вскоре мы уже преодолели подъём и оказались перед очередным изгибом дороги, которая плутала между высоких гор, в коих чернели пещеры.

Здесь я проговорил, глотнув воды из фляжки и распахнув плащ, а то что-то жарко стало:

— Если пойдём дальше, то уже не успеем вернуться к каравану, ежели на нас нападёт какая-нибудь подлая сволочь.

— Ага, — уныло брякнул парень, глядя на высокостоящее солнце. — Но и без отчёта, Мино нас не ждёт.

— Нам хоть бонусы какие-то полагаются за риск? — спросил я, медленно двинувшись к повороту.

— Угу, — нехотя ответил тот, словно у него мелькала мысль прихватизировать и мою долю. — По десять золотых сверх обговорённой награды.

— Неплохо, — заметил я, а потом резко остановился, увидев, как у Мрака встала дыбом шерсть, а сам он зашипел, словно масло на разогретой сковороде, и начал пятиться.

— О, кошан! — донёсся удивлённый мужской голос из-за поворота. — Куда это он?

— Тим, не ори. Вдруг это чей-то питомец? — настороженно просипел другой голос, а следом на дороге метрах в трёх от нас появились два игрока в стальных кирасах поверх толстых свитеров. Они мигом увидели наш дуэт, а я прикипел взглядом к светлому амулету, который висел на толстой шее одного из бойцов. Вот так встреча.

Мы вчетвером недвижимо простояли пару секунд, а затем ребята драпанули со всех ног, громко завопив:

— Тревога!

— Бежим, — вторил им эльф, уже смазывая лыжи, но я схватил его за руку и потащил к повороту. — Зачем? Куда?

— Надо узнать — сколько их, и как они далеко, — процедил я и вылетел из-за горы.

Дорога за поворотом шла под уклон вниз, а ещё чуть дальше раскинулась небольшая, почти круглая каменистая равнина, на которой отдыхали сотни две светлых игроков. Я заметил костры, палатки и два вида белых стягов: одни были с золотыми буквами, а другие — с серебряными. На таком расстояние я не смог прочитать надписи, которые красовались на них, но стяги оказались знакомы эльфу, потому что он выдохнул плачущим голосом:

— Павел! Пётр!

— Бывших своих увидел? — не сразу понял я, к чему это парень называет мужские имена.

— Да какие бывшие! Там клан имени святого Павла и клан имени святого Петра! — взвизгнул эльф, глядя в спины удаляющейся парочки, которая нас срисовала. — Надо валить отсюда, пока по наши души не отправили отряд!

— Хорошая идея, — лихорадочно проронил я и побежал к каравану.

И пока я мчался к нему, то в моей голове роились тысячи мыслей. Вышлют ли светлые за нами отряд или нет? А если и вышлют, то сколько человек? А может, они, вообще, не обратят на нас внимания? Ну вот на какой хер мы им нужны? Их там две сотни, а такие толпы просто так не собираются. Они явно идут бить рожу какой-то крупной тварине или же — топают штурмовать крепость какого-нибудь тёмного клана. И при таком раскладе, я бы на месте начальников светляков не стал разделять силы, отправляя отряд гоняться по горам за парочкой тёмных. Они же не знают, что нас не двое и буквально в километре стоит целый караван с зерном… Кстати…

Я на бегу спросил у эльфа, захлёбываясь холодным воздухом, который драл горло не хуже наждачки:

— Лео… кхем… а светлые могут напасть… агха… на караван и разграбить его?

— Без проблем, — твёрдо ответил тот, совсем не устав в отличие от меня. — У клана имени Петра и так уже есть клеймо грабителей с большой дороги. Они не раз щипали караваны.

— А что сделают светлые… тьфу… игроки из охраны, если узнают, что здесь… кхам… поблизости две сотни их коллег? — прохрипел я, возненавидев свои доспехи и плащ, потому что в них оказалось довольно тяжело бежать.

— Могут и напасть на нас, — бросил парень, посерев лицом. — Правда, их осталось семеро, а нас — одиннадцать. Короче, они будут действовать исходя из того, как сложится ситуация.

— Тогда нам лучше придумать какую-то правдоподобную версию — почему каравану нельзя идти дальше, — просипел я, сбавив обороты и двинувшись быстрым шагом к телегам, которые уже были довольно-таки близко. — Если мы скажем, что там тёмные, то уже наши собратья могут наброситься на светлых, а потом они двинутся дальше по дороге, где их и порвут на мелкие кусочки.

— Угу.

— А караван вообще может пойти другим путём, чтобы обойти клановых бойцов?

— Ага, есть тут одна тропа. Правда, ей редко пользуются, потому что она довольно опасна, да и телеги не пройдут по ней без помощи людей. Нам придётся где-то толкать их, а то и поднимать, — протараторил Лео, облизав пересохшие губы.

— Ладно, я что-нибудь придумаю. Ты просто поддакивай, — шёпотом отбарабанил я и подошёл к толпе игроков, среди которых возвышался минотавр.

— Ну, что там? — сразу же атаковал меня вопросом рогатый вожак.

— Писец, — обречённо махнул я рукой, тяжело дыша.

— Светлые? — ахнули тёмные бойцы под радостные улыбки игроков противоборствующей стороны.

— Хуже. Дракон. Здоровенный, огнедышащий и голодный. Жуть, одним словом.

— А что он там делает? — тупо спросил минотавр, выпучив коровьи глаза.

— Тебя ждёт — такого сочного и мясистого, — резко ответил я и тут же добавил: — И не рассчитывай, что он улетит. У него какие-то проблемы с крылом. Так что нам надо быстрее сворачивать с пути, пока дракон сюда не дополз. Просто он увидел Лео и возжелал его уши на вертеле.

Всё посмотрели на эльфа, а тот согласно кивнул и поспешно добавил, хотя я просил его молчать:

— Да, надо срочно валить отсюда. Я знаю одну более-менее безопасную дорогу. По ней и пройдём.

— Это которая через Чёртов мост? — осведомился светлый игрок-орк, мрачно зыркая подозрительными глазами.

— Именно, — подтвердил Леопольд. — Нам надо будет пройти всего несколько километров назад, а потом свернуть.

— А где две сотни человек, о которых ты говорил? — не отставал орк.

— Ушли они. Нет их там, — проронил эльф, бросив через плечо до предела тревожный взгляд.

Преследователи пока не показывались, да и были ли они вообще? Может, за нами всё-таки никого не послали? Тогда мы можем переждать, а затем потихонечку двигаться дальше, сказав минотавру и игрокам, что «дракон» каким-то чудом сумел улететь. А там авось и армия светлых где-нибудь свернёт и караван не встретит её. Они же не в Библ идут. Значит, где-нибудь точно повёрнут.

Между тем орк сплюнул на камни жёлтую слюну и прорычал, пронзая эльфа грозным взглядом:

— А не желаешь ли ты, тёмный, заманить нас в ловушку, выдумав со своим корешем какого-то дракона?

— Зачем нам это делать? — мрачно бросил я, скрипнув зубами.

— Зерно к рукам приберёте, а светлых порежете как свиней и повысите славу, — усмехнулся тот, сложив мускулистые руки на груди.

После его слов другие светляки одобрительно зашушукались, а тёмные задумчиво уставились на нас. Кажется, игроки тут совсем испорченные: и те и другие подозревают нас в том, что мы где-то ловчим. Вот ведь зараза.

Глава 13

Я недобро посмотрел на орка, который был авторитетом у светлых. Похоже, он единственный, кто среди них умел считать до десяти. Мне не пробить бронь его недоверия. Он будет стоять на своём что бы я ни сказал. Но мне внезапно помогла дриада. Она вышла из-за спин игроков и насмешливо проговорила, качнув головой в сторону бледного эльфа:

— Да разве этот инвалид смог бы выдумать такой хитрый план? Вы посмотрите на него.

— А почему он инвалид? — донёсся закономерный вопрос от одного из светлых игроков. — Он выглядит здоровым.

— У него писька не стоит, а значит — инвалид, — желчно бросила девушка, чем вызвала общий хохот игроков и той и другой стороны.

— Всё у меня стоит! — взвизгнул покрасневший Лео и топнул ногой. — А не встал у меня, потому что я о тебе думал!

— Гомик! — закричала Тила, оскалив зубы.

Игроки снова захохотали, а один из тёмных сквозь смех просипел:

— Так может, правда, пойдём по Чёртовой дороге? Не жахнет же нас там этот перец… ах-ха-ха…

— Надо только спиной к нему не поворачиваться, — поддержал его другой игрок.

Опять грянул общий залп хохота. Даже подозрительный орк заулыбался, но потом его глаза резко стали серьёзными, рука потянулась к сабле, а взгляд метнулся куда-то мне за спину. Я быстро обернулся и увидел на вершине подъёма пятёрку бойцов, который застыли там и шушукались. Млять, как же вы не вовремя! Да ещё кто-то из светлых оказался глазастым типом и удивлённо воскликнул:

— Дык, это же наши!

— Светлые! — заорал уже моей собрат по тьме.

— Кажется, этот тип нас обманул и там совсем не дракон…

Тотчас зашуршали клинки, вынимаемые из ножен, заскрипели луки и арбалеты, а кто-то моим решительным голосом выстрелил:

— Стойте!

Все игроки почему-то и, правда, остановились, хотя я и не надеялся на это. Они уже сжимали в руках оружие, поделились на две стенки и готовились к драке. Но раз уж люди застыли, точно вкопанные, то надо продолжать говорить, вот только в этот миг раздался громкий крик одного из клановых бойцов:

— Братья светлые, не дайте уйти тёмным! У нас тут рядом две сотни рыл! Мы быстро размажем эту тёмную гниль, а потом поделим товар! И ещё вы заслужите благодарность кланов Павла и Петра.

— Тьфу, — мрачно выплюнул я, увидев, что игроков уже не пятеро, а четверо. Один убежал к основному отряду.

— Это правда? — спросил у меня туповатый минотавр, держа в руках серпы, которые угрожающе блестели в солнечных лучах.

— Помолчи, — повелительно процедил я, сам дивясь откуда-то появившейся властности. — Товарищи светлые, вот вам моё предложение. Вы сейчас же валите отсюда или мы насильно отправим вас в Светлый храм. Нас тут одиннадцать бойцов, да ещё и Мино будет на нашей стороне.

— Мино? Кто это млять такой? — хмыкнул орк.

— Он, — ткнул я пальцем в минотавра, а затем грозно добавил, пронзая горящим взглядом каждого светлого игрока: — У вас десять секунд на раздумье. И можете не рассчитывать на помощь той горлопанящей четвёрки. У них другая задача и они не будут рисковать своими жизнями и уж точно не станут делиться с вами добычей. Вот вы бы стали?

Те молча переглянулись, а потом светлый игрок-гном заявил:

— А если я решу вместе с вами добраться до Библа? Я просто хочу получить деньги и славу за этот переход. Мне не нужны лишние разборки и статус разбойника.

— Не дури, — одёрнул его орк. — Если ты уйдёшь с тёмными, то все светлые заклеймят тебя. Хочешь быть предателем?

— Нет, — буркнул тот и повесил голову, а потом вдруг судорожно выдохнул: — Ну а если мы сейчас не нападём на тёмных, то клановые всё равно разозлятся!

— Скажем, что мы честные охранники и не желаем терять работу из-за метки разбойников, — отрубил орк, который не только ел в голову, но и думал ею.

— Молодец, — похвалил я его, а потом стал уверенно командовать, словно светлые уже приняли решение: — Разворачивай телеги и валим обратно в Ай!

Тёмные и местные принялись торопливо выполнять мой приказ, а светлые из числа охраны отошли в сторону, чтобы не мешать нам. А вот те светляки, которые состояли в кланах, стали орать им, дабы они скорее атаковали нас, иначе познают весь гнев Павла и Петра. И один из игроков вроде бы прогнулся, но встретился с налитыми кровью глазами минотавра и поспешно отступил.

Я же благодарно кивнул Мино, а потом выкрикнул:

— Те, у кого дальнобойное оружие или класс, — садитесь в последнюю телегу, предварительно выкинув пару мешков! А все остальные игроки — распределитесь по другим телегам, так же лишив их части груза. Если мы не оставим тут пару десятков мешков, то оси не выдержат такого веса!

Тёмные быстро выполнили и этот мой приказ, а минотавр с жалостью смотрел, как по камням рассыпается зерно. Все же он не стал мне перечить, а сел в первую телегу, где уже дрожал эльф, и вопросительно посмотрел на меня. Я тоже залез в эту таратайку и проорал:

— Вперёд!

Караван тронулся с места и стал набирать скорость, угрожающе треща тележными колёсами, которые подпрыгивали на камнях. Конечно, мы сильно рисковали, увеличивая темп. Телеги могли не выдержать такого ралли. Но на вершине подъёма уже показался десяток светлых бойцов, а за ними бежали ещё. Поэтому нам нужно было торопиться, невзирая на риск, иначе клановые воины нас догонят. К сожалению, мы довольно медленно отрывались от них, потому что яки — это не тройка лошадей, они не могли развить большую скорость. Яки оказались приспособлены для долгого, монотонного пути, а здесь надо было гнать во весь опор.

Всё же в какой-то миг караван прилично удалился от преследователей и нырнул за гору. Тут я поспешно выпалил, обернувшись к Лео:

— Где там твой путь через Чёртов мост?!

— А зачем он нам? — не понял эльф, шумно сглотнув слюну.

— Ага, — поддержал его минотавр. — Мы же возвращаемся.

— Вы дебилы?! — заорал я так люто, что возница от неожиданности чуть не спрыгнул с телеги, хотя к нему мое оскорбление не относилось. — Какой к хренам собачим Ай?! У нас осталось одиннадцать охранников! Мы не дойдём туда! Нас либо сожрут монстры, либо догонят светлые, когда яки устанут! Придётся рисковать и двигаться другой дорогой. Хотя… — на этом моменте я сбавил обороты, вдруг поняв, что могу быть неправым. — Лео, та дорога опасней, чем в одиннадцать рож пытаться добраться до города, имея на хвосте светляков?

— Нет, — промычал тот, раздумчиво нахмурив брови. — Наверное, лучше, действительно рвануть по ней.

— Мино? — вопросительно изрёк я, сурово глянув на минотавра.

Тот кивнул рогатой башкой, после чего проорал приказ неукоснительно следовать за первой телегой тем игрокам, которые подпрыгивали на мешках позади нас, а они передали слова минотавра другой таратайке — и так распоряжение Мино дошло до хвоста каравана. Теперь все знали, что мы меняем путь.

А вскоре показался и поворот.

Лео заорал дурным голосом, схватив возницу за плечи:

— Тормози!

И начал дёргать ступнёй, словно жал на тапку тормоза. Благо, что возницу не испугали его истошные крики и хватания — он сумел вписать яка и телегу в поворот, а потом наш допотопный транспорт начал подниматься по изобилующей камнями узкой дороге, которая виляла то сюда, то туда. Она была гораздо хуже того пути, коим мы двигались прежде. Здесь телеги скрипели, трещали, яки мычали, а у людей зуб на зуб не попадал. В общем, мы ехали, будто на "жигулях".

А ещё чуть дальше дорога стала куда круче. Игрокам и даже возницам пришлось слезть с телег, чтобы яки могли их тянуть, а потом людям пришлось помогать им. Мы принялись толкать четырёхколёсные драндулеты, упираясь спинами в задние борта. Я кряхтел от натуги, поглядывая на пунцового от усилий эльфа и хрипящего возницу. А минотавр в это время помогал толкать вторую телегу, потому что там оказались физически слабые игроки.

Вдруг Леопольд пробормотал, глядя вниз, где дорога совершала крутой поворот:

— Рей, светляки пойдут за нами до конца?

— Да хрен их знает, — просипел я, толкая таратайку по предательски скользящим мелким камням. — Если они помчались по основной дороге, то сюда уже не пойдут, а ежели сразу рванули по этому пути, то скоро нагонят.

— Уроды, — зло бросил парень под протяжное мычание яка, которого жизнь явно не готовила к такому подъёму.

Я же устало усмехнулся и вымученно проронил, хлопая мокрыми глазами, которые выедал пот:

— Что-то двадцать пять золотых монет уже не кажутся адекватной суммой за этот Ад. У меня скоро выносливость в минус пойдёт, а наверху придётся искать кардиолога.

— Аналогично, — простонал эльф, чьё лицо изрядно осунулось.

— Скоро вход в тоннель… Немножко осталось. Там будет попроще, — надсадно проговорил возница, чья борода превратилась в подобие пыльной мочалки.

— Надеюсь, — кивнул я, а затем искоса посмотрел на Леопольда и спросил: — А ты чего с Тилой не замутишь?

— Да не нравится она мне, — выдохнул тот сквозь зубы. — В роли подруги — идеал, а как девушка — ну не по душе. Она же всё время хочет секса, словно у неё в голове других мыслей нет. Вот что мне ей дать, дабы она успокоилась?

— В иной ситуации я бы тебе сказал, что ты можешь дать ей мой номер, а тут — просто промолчу, — выдал я и действительно замолчал, а то на разговоры тратились лишние силы, коих и так уже почти не осталось.

Парень тоже не стал продолжать разговор, а возница, по-моему, от усталости уже находился в некой прострации. Его глаза сверкали словно стеклянные, а язык лежал на плече. Мне казалось, что ещё немного и он рухнет под копыта следующего за нами яка, но возница как-то выдержал подъём, и упал на колени лишь в тот миг, когда мы оказались на выложенной блоками площадке перед арочным входом в тоннель. И помимо него здесь все остальные люди тоже попадали без сил, наполняя воздух звуками надсадного дыхания.

Мы так пролежали минут пять и, наверное, провалялись бы ещё столько же, но тут раздался горестный крик:

— Светляки!

— Да что б их всех сук подбросило и разорвало, — процедил я, с трудом встав на ноги и увидев отряд в тридцать пять рыл.

Они пару секунд назад показались из-за поворота, и среди них я разглядел тех светлых, которые вышли с нами из города Ай. Похоже, представители кланов умеют убеждать.

Между тем игроки вопрошающе посмотрели на Мино, ожидая от него великой хитрости, которая позволила бы нам не сражаться со светляками, имея почти в три раза меньше бойцов.

А тот громко промычал:

— Если дойдём до Библа, то все получат в два раза больше монет и славы, чем я обещал в начале пути!

— Щедро, но хрен мы туда дойдём, — мрачно бросил тот самый варвар, который помогал мне отбить нападение грифона.

— Есть иде-э-эя! — вдруг воскликнул сатир, облизав губы длинным языком. — Надо завалить проход в тонне-э-эль!

— Точно! — возбуждённо поддержал его эльф и стал быстро объяснять: — Этой дорогой не пользуются потому, что тоннель рушится. Там все на ладан дышит. Потолок, того и гляди, рухнет.

— Вперёд! — бросил Мино и показал возницам рукой, чтобы те загоняли телеги в тоннель. Но дело это было небыстрым. Скорее светлые доберутся до площадки, чем караван полностью исчезнет во мраке тоннеля. А ведь ещё надо подготовить обрушение потолка… Короче, следует выиграть время.

Поняв это, я заорал, привлекая внимание бестолково заметавшихся игроков:

— Товарищи тёмные! Мы не успеем завалить проход до прибытия светляков! Нам надо задержать их хотя бы на пару минут! Так что те, у кого есть дальнобойное оружие или соответствующий класс, атакуют врагов, а остальные игроки — помогайте возницам и готовьте обрушение потолка!

— А чего это ты раскомандовался?! — резко выкрикнул гном с арбалетом.

— Знаешь, как лучше?! Командуй! — люто заорал я, брызжа слюной, и демонстративно сложил руки на груди.

— Да че… я просто… — начал сконфуженно запинаться игрок, а затем опасливо выдохнул: — А те, кто будут готовить обрушение… Не завалят проход раньше времени, оставив нас на растерзание светлым?

— Не завалят. Я прослежу, — твёрдо заявил варвар, нахмурив густые брови.

— Ну раз всё решили, то за дело! Быстрее! — поторопил я игроков, лихорадочно глядя на приближение светляков.

Они уже были очень близко. Пора бы нашим атаковать. И тут сатир выступил в качестве застрельщика. Он пустил в противников грозно затрещавшую молнию, а потом быстро спрятался за большой валун. Его начинание поддержал Лео и ещё двое игроков.

К сожалению, среди нас оказалось лишь четверо дальнобоев. Мало, очень мало! Они не смогут долго сдерживать светлых, которые выставили вперёд бойцов со щитами, а затем медленно двинулись к нам. Арбалетные болты и стрелы тёмных лишь безвредно отскакивали от щитов или втыкались в них. И только молнии Пашки приносили нам пользу. Они расплёскивались по металлу и пронзали его электрическими разрядами, из-за которых игроки часто роняли щиты. И вот в эти моменты можно было попробовать всадить пару снарядов в открывшегося светлого. Благо, что наши бойцы поняли это без моей подсказки и стали ждать атак сатира, а уж потом втроём пускали стрелы и болты в уронившего щит игрока.

Я же бросил подбадривающий взгляд на наших стрелков и скрылся за последней телегой в тоннеле, где тут же посмотрел на потолок. Он выглядел даже хуже, чем в провинциальной больнице. Всё вокруг изобиловало глубокими трещинами, кои паутиной покрывали серые блоки, скреплённые каким-то рассыпающимся раствором. Стены, потолок пол — всё было покрыто трещинами. Под ногами же валялось множество фрагментов потолка, включая и целые куски горной породы. Похоже, здесь рассыпалась сама гора. И как бы нам не похоронить самих себя заживо. Всё же рискнуть придётся. Только вот как устроить массовый обвал? Хоть тоннель и довольно узок, а его потолок находится на высоте всего двух с половиной метров, но нам-то надо как-то обвалить целый участок горы! Тут бы неплохо подошёл динамит. Но где его взять? Кажись, план сатира начинал трещать по швам. И, наверное, у нас бы ничего не получилось, если бы минотавр не вытащил из-под мешков небольшой деревянный бочонок, скреплённый железными кольцами…

Через пару мгновений Мино подбежал ко мне, громко цокая копытами, из-за чего с потолка сыпалась пыль, а затем промычал, пытаясь не заплакать:

— Вот. Дедушкин самогон. Бахнет так — что в Ай услышал.

— Из чего он его гонит, если тот взрывается?

— Семейный секрет.

— Ладно, лишь бы действительно взорвался. Но вот как бы его подорвать? — обрадованно начал я, а закончил уже задумчиво. — Стрела, искра, бум? Нет, такое только в фильмах бывает. Идея! Мне надо быстрее сшить химеру. У тебя есть тушка какого-нибудь животного?

— Я не ем мясо, — выдохнул минотавр.

— Тьфу, — зло сплюнул я.

Но тут ко мне подскочила дриада, которая стояла неподалёку и выпалила:

— Половина козлёнка подойдёт? Я его утром на базаре купила.

— Самое то! — обрадованно заорал я, после чего получил от девушки часть козлиной тушки, которую она достала из своего мешка. — А теперь, Мино, подготовь факелы. А ты, Тила, плесни чего-нибудь быстро вспыхивающего на бочонок или замотай в какое-нибудь хорошо горящее тряпьё.

— Угум, — бросил она, тревожно глянув в сторону входа в тоннель, откуда уже раздавались крики наших товарищей, призывающих нас действовать быстрее.

Мы вняли их мольбам и засуетились, как в жопу ужаленные. Я так быстро ещё никогда не создавал химеру. Иголка мелькала со скоростью света, сшивая козлёнка и половинку одного из двух крылатых псов, которые все это время ехали на телеге. И как только я воскресил мертвечину, то дал ей двадцать пятый уровень, отбарабанил приказ, сунул в зубы факел, который мне дал Мино, и отправил её к бочонку. Последний Тила поместила в трещину в стене и обмотала старой женской блузой.

Параллельно я крикнул, что было сил:

— Сюда! Все сюда! Пашка!

Игроки услышали меня и мигом показались возле входа. Только их было почему-то трое, а не четверо. Пропал тот гном с арбалетом.

Я тотчас заорал, глядя на бегущих к нам игроков:

— А где четвёртый?!

— В Те-е-емном храме, — проблеял сатир, пронёсшись мимо химеры, которая трусила к бочонку.

— Сука, — проронил я и побежал вглубь тоннеля, куда рванули все остальные игроки.

— Вон они! — раздался за нашими спинами азартный крик кого-то из светлых. — За ними! Какого?

Видимо, последний его вопрос относился к химере, которая подожгла бочонок, а тот, спустя несколько секунд, разлетелся точно слабенькая бомба. Благо, что этого вполне хватило, дабы тоннель начал рушиться. Вокруг все задрожало, застонала, в воздух поднялись клубы пыли, свет померк, а люди принялись истошно орать от боли… Кажись, мы перестарались.

Глава 14

Когда грохот прекратился, я прохрипел, кашляя от пыли, попадающей в рот:

— Все живы?!

— Я жив! — раздался чей-то незнакомый голос. — Только не пойму — у меня глаза лопнули или вокруг темнота?

— Хрен его знает. Я ничего не вижу, — донеслась насмешливая фраза дриады.

— Ребя-а-а-та! — проблеял сатир, откуда-то справа от меня. — Нам да-а-ли славу за сме-э-эрть светлых.

Я тотчас закрыл глаза, желая проверить правдивость его слов, и вызвал интерфейс.

Имя: Ад-Рей

Сторона: тёмная;

Раса: человек;

Класс: химеролог;

Количество жизней: 3;

Слава: 310;

Уровень: 28.

Базовые характеристики:

Сила: – 36;

Ловкость: – 40(+15);

Телосложение: – 34(+15);

Энергия: – 53 (+40);

Знания: – 28;

Сила воли: – 89.

Базовые вторичные:

Здоровье: – 490;

Выносливость: – 930;

Мана: – 890;

Действительно, слава увеличилась. Мне досталось пятьдесят единиц. Похоже, система поделила славу между всеми тёмными, кто участвовал в загоне светлых, которые попали в ловушку. Забавно вышло, ведь мы не думали, что кто-то из преследователей погибнет. Короче, нам всем прилетел незапланированный бонус.

А ещё я обратил внимание на то, что за те дни, которые мне довелось провести в этой локации, мой уровень подрос на три пункта, достигнув двадцать восьмого. Ну, тоже хорошо. А теперь мне надо бы глянуть, что там с характеристиками питомца. Я быстро вызвал его интерфейс и увидел следующую информацию:

Имя: Мрак;

Вид: темнопард;

Класс: охотник;

Уровень: 9.

Базовые характеристики:

Сила: - 12;

Ловкость: - 23;

Телосложение: - 14;

Энергия: - 24;

Интеллект: - 18.

Базовые вторичные:

Здоровье: - 140;

Выносливость: - 200;

Способности:

Отклик на призыв хозяина: время нахождения в Чистилище 135 секунд.

У Мрака дела шли не так хорошо, как у меня. Он прибавил всего два уровня. Надо будет больше уделять внимания его тренировкам.

Пока же я открыл глаза и скривился от боли, прострелившей щеку. Я тотчас потрогал её и ощутил под пальцами кровь и лохмотья кожи. Видимо, осколок камня вспорол щеку. Хорошо хоть неглубоко. Я на 0щупь вытащил из мешка зелье лечения и сделал несколько глотков, после чего рана затянулась, явно оставив шрам.

Между тем в тоннеле вспыхнуло пламя, осветив результат обрушения. Минотавр поднял над головой горящий факел и стал торопливо осматриваться. Я же сразу начал подсчитывать убытки. Ну, во-первых, из десяти тёмных, которые были в тоннеле в момент взрыва, сейчас я увидел лишь девятерых. Похоже, один игрок погиб от удара блоком или куском камня, которые во множестве лежали на полу, а потом тело развоплотилось и перенеслось в Тёмный храм. И во-вторых, увесистый фрагмент потолка обрушился на последнюю телегу, расхреначив её в щепки. Благо, что як остался жив. Он сейчас стоял весь в пыли и в его глазах читались строки жаркой хвалы всеблагому богу всех яков, который спас его.

Больше потерь не было, если не считать мелкие раны и царапины, которые наличествовали почти у всех игроков и местных. В общем, легко отделались.

В этот миг Лео вторил моим мыслям, встав с пола и отряхиваясь:

— Вот мы фартовые ребята, а могло и всех завалить.

— Ага, повезло, — прокряхтел я и добавил, посмотрев на минотавра: — Мино, передавай деду мой поклон.

Тот кивнул рогатой башкой и начал командовать возницами. Вскоре они отыскали ещё факелы, после чего тоннель осветили семь языков пламени. Теперь всем стало ещё лучше видно, как сильно нам повезло. Практически все потолочные блоки рухнули, обнажив иссечённую трещинами горную породу, которая уже сбросила на наши головы часть своей плоти. Зрелище было крайне нервирующим. Я подумал, что нам даже громко разговаривать не стоит, чтобы не спровоцировать обвал. Остальные разумные явно придерживались такого же мнения, поэтому дальше караван двинулся в молчании, которое нарушал лишь скрип телег и редкое мычание яков.

Продвигались мы довольно медленно, из-за того, что тоннель часто перегораживали упавшие блоки и камни. Телеги не могли перепрыгнуть через них, поэтому нам приходилось оттаскивать их к стене. Но чем дальше шёл караван, тем меньше становилось препятствий. А вот запустение царило ровно такое же: вокруг висели лохмотья паутины, валялись мёртвые насекомые и даже мелкие звери. Короче, тут было почти как в квартире одной моей бывшей девушки, которая не очень-то любила убираться. Но расстались мы по другому поводу — из-за ролевых игр. Она была медсестрой, а я играл роль любящего парня. Обычная жизненная ситуация, которая похоронила нашу пару.

Я немного грустно улыбнулся, вспомнив прошлое, а потом догнал Мино и предложил отправить вперёд химеру. Тот согласился. И тогда я настругал пяток мертвечин из мумифицировавшихся тел животных, а затем начал высылать по одной тварине на разведку.

Химеры, как обычно, послушно выполняли мои приказы, но оказались почти одноразовыми из-за отвратительного состояния тел. Мертвечины разлагались уже после второго призыва. Но всё же одна из них успела сослужить добрую службу. Она заставила выпрыгнуть из засады мохнатого паука, который был размером с хорошую дыню. Тот выскочил из щели в стене и, не мешкая, вонзил хелицеры в загривок химеры. Я мигом сообразил, откуда в тоннеле появились все эти трупики, принадлежащие мелкому зверью. Похоже, животные забредали сюда и становились жертвами пауков. Кстати, последние оказались весьма компанейскими ребятами. Они решили подружиться с нами. Я вдруг услышал шорох множества лапок, а потом увидел десятка четыре пауков, выползающих из щелей. Их будто бы позвал тот паук, который сейчас отпрыгнул от химеры, признав её негодной в пищу. Разборчивый, сука, какой. Моя мамка уже бы лещей ему надавала, если бы он при ней отказался от еды. Но её тут, к счастью, не было, а вот дружки паука были. И они с большим энтузиазмом начала прыгать на людей и яков. Да ещё так высоко подпрыгивали — куда там Исинбаевой. Один из них умудрился вцепиться в сетку моего шлема и тут же попытался впрыснуть яд в моё лицо. Благо, что я с диким криком успел отцепить его от забрала и швырнуть на пол, где угостил топором. Лезвие разделило тварь на две части, попутно добыл несколько искр из камня.

Но, естественно, на этом битва не закончилась. Ещё парочка пауков решили вкусить тот невероятный коктейль, который мог бы получиться из моих внутренностей, если бы твари влили в меня свою химию. Но я не желал себе такой судьбы, поэтому начал рьяно размахивать топором и факелом, едва не повизгивая от страха, а потом ещё вызвал Мрака. Тот молниеносно присоединился к ужасной вакханалии, начав сражаться с многоногими мохнатыми тушками, которые бегали по полу под холодящие душу крики людей и болезненное мычание яков. В воздухе же разлилась неприятная резкая вонь, которую издавали погибшие пауки, пятнающие тоннель жёлтой жижей. Их трупов становилось всё больше, но и они успели потрепать караван: один як упал набок, облепленный пятёркой тварей, а парочка возниц медленно синела на полу, пуская между губ серую слюну. А вот из игроков никто не пострадал. И даже когда пауки всё-таки отступили, скрывшись в своих норах, все реальные люди остались живы.

Я облегчённо сел на пятую точку, кликнув питомца, которого во время боя вызывал несколько раз. Он подошёл ко мне хромая на заднюю лапу и жалобно глядя красными глазами с вертикальными зрачками. Я потрепал его по шерсти, слипшийся от паучьих выделений, а потом стал вытирать её краем плаща. Мрак благодарно мяукнул, а спустя несколько секунд исчез.

Между тем минотавр навёл порядок в караване и уговорил сатира сесть за «руль» одной из телег, а сам стал править первой таратайкой. Такие перестановки потребовались из-за смерти возниц.

Мне же снова пришлось возглавить «зерновоз», пуская вперёд то химеру, то пришедшего в норму питомца. Попутно я проклинал пауков, которые не дали никакого лута. Вот козлы. Хорошо хоть они больше не встретились на нашем пути, и мы благополучно выбрались из тоннеля, оказавшись под открытым небом, где царили сумерки. А перед нами лежала узкая дорога, жмущаяся к крутому склону, покрытому чахлой растительностью, а справа — разверзлось широкое ущелье, чьё дно скрывала темнота.

Тут минотавр привстал на телеге, вытянул руку и заявил:

— Вон там полуразрушенная башня, в которой живут стигийские птицы. Нам надо двигаться очень тихо, чтобы не привлечь их внимание. Если мы благополучно минуем их, то дальше уже не будет врагов.

— Те самые стигийские птицы, у которых медные клювы, когти и крылья? — удивлённо спросил я, заметив часть круглой башни, которая красовалась на вершине одного из пиков. Она была похожа на огромное пятиэтажное гнездо. Как там вообще башню-то построили? Хотя это же Чистилище. Тут всё возможно.

— Да, ты всё сказал верно, Рей, — кивнул Мино и добавил: — Но прежде, чем идти дальше нам надо немного отдохнуть, затушить все факелы и замотать головы якам, чтобы они не могли мычать.

— Ещё бы Тиле голову замотать, а то она очень говорливая, — ехидно выдал Леопольд тихим голосом, но так как он стоял рядом со мной, то я расслышал его слова и улыбнулся, ощущая холодный ветерок, который приятно освежал после душного, пыльного тоннеля.

— Чего лыбишься? — подозрительно бросила дриада, подходя к нам вместе с Пашкой.

— Да я вот думаю, что нам бы очень пригодился дедушка Суворов, — произнёс я, указав рукой на горы.

— Хм… — хмыкнула девушка, а потом мрачно проронила: — После твоих слов мне вспомнился мой дедушка.

— А чего ты таким голосом говоришь о нём? — полюбопытствовал эльф, доставая из мешка вяленое мясо, хлеб и сыр.

— Потому что этот старый козёл оставил квартиру моему брату, да ещё и похороны были в восемь утра в воскресенье, — пробурчала Тила, скрипнув зубами, и тоже принялась доставать свои съестные припасы.

Я с немым укором посмотрел на девушку, а затем уподобился игрокам и стал насыщаться. Надо хорошенечко поесть, чтобы не выскочил дебафф, а то впереди ещё один переход, который может быть очень трудным, если мы потревожим птиц.

Сатир тоже рассуждал подобным образом, только вслух:

— Ежели-и-и птицы обратят на нас внимание-э-э-э, то караван не дойдёт.

— Жопа будет, — согласился эльф и вдруг весело добавил, покрутив головой: — А мы и так в жопе! Вот этот склон — левая булка, тот склон — правая, ущелье — разрез, а пещера — дырка!

И захохотал, но наткнулся на презрительный взгляд дриады и подавился воздухом, из-за чего из его рта начал вылетать кашель вперемежку с крошками хлеба.

А Тила ещё уничижительно добавила:

— Везде тебе жопы мерещатся. Гомосек проклятый.

— Я не гомосек! — яростно заявил тот, как только откашлялся.

— Тише, — шикнул я на него. — Хочешь, чтобы нас птицы изнасиловали?

Парень отрицательно покачал головой, после чего мы в молчании закончили ужин и караван двинулся дальше. Я снова шёл впереди, используя в качестве разведчика лишь Мрака, так как все химеры разложились, а для новых не было «запчастей». Поэтому мы продвигались вперёд медленнее, чем в тоннеле, но сейчас играла роль отнюдь не скорость, а скрытность. Если птицы нас услышат или увидят, то, как вы уже все поняли, нам будет и жопа, и труба, и полный писец. Всё игроки и местные прекрасно понимали это, поэтому мы даже дышали тише обычного. И нас мог выдать только скрип тележных колёс. Но с этим мы ничего не могли сделать и лишь испуганно вздрагивали, когда звук был особенно пронзительным. Я в такие мгновения непроизвольно косился на башню, которая почти скрылась в густых сумерках. Летят ли в нашу сторону хищные силуэты? Слышен ли клёкот? Пару раз моё разыгравшееся воображение рисовало очертания десятка птиц, но через мгновение выяснялось, что никого там нет. Я облегчённо выдыхал и шёл дальше.

Вскоре дорога стала плавно идти вниз, а потом свернула в сторону, огибая гору, и вышла к тому самому пути, который мы покинули из-за армии светлых воинов. Тут все разумные дружно выдохнули, сбросив адское напряжение, которое владело нами последний час, вызывая холодный пот и неприятное ощущение в животе. А минотавр радостно проговорил, что до Библа осталось всего несколько километров.

Мы быстро проскакали их, будто лошади, почуявшие скорый отдых, а затем перед нами предстал долгожданный город, над которым покачивалось около двух десятков кораблей. Библ был чуть больше прошлого поселения и стоял на возвышении, среди громадных куч отработанной породы, которую извлекали из десятков шахт, чьи зёвы чернели в горах. Библ, так же, как Ай, был окружён высокой стеной, но его ворота оказались выполнены не из дерева, а представляли собой две стальные створки. Я подивился их толщине, проникая в город вместе с караваном.

Внутри Библа обнаружились такие же изломанные под прямыми углами улицы, как и в Ай, да и дома были из всё тех же блоков, но вот их крыши почти повсеместно оказались из стальных листов, выкрашенных яркой краской: зелёной, жёлтой, красной. Тут вообще было много металла. Из него делали почти всё: окна, стулья, столы, фонарные столбы, в чьих чашах пылало масло, а также входные двери и ещё много всего прочего. Ну оно и понятно — ведь Библ был центром добычи полезных ископаемых, из которых тут же мастерили всякие вещи. Благодаря этому вокруг выросло множество мастерских, выбрасывающих в пахнущий гарью воздух клубы чёрного дыма.

А ещё у города присутствовал один существенный недостаток, а именно — нехватка продовольствия и воды. Повсюду были желоба, которые собирали дождевую воду, позже используемую в технических целях, а вот львиную долю питьевой везли в бочках из Есевона. Поэтому здесь стоимость хорошей воды оказалась раза в три выше, чем в других городах. Да и пища тут стоила больше, потому что около города не водилось никакой живности и не было плодородной земли. Но зато броня в Библе явно должна быть дешевле. Мне следует обязательно заглянуть на местный базар.

Пока же все игроки окружили минотавра, к которому прискакал такой же рогатый двухметровый тип, после чего он перекинулся парой слов с Мино и стал выдавать награду. Я быстро получил свои сорок пять монет и пятнадцать единиц славы, а затем отошёл в сторону, глядя на местный контингент. Он ничем не отличался от тех разумных, которые шныряли по Ай. Здесь тоже бродили горожане в толстых одеждах и игроки, одетые, кто во что горазд.

И тут вдруг один из тёмных игроков-гномов, который по-деловому быстро куда-то топал, резко остановился в паре метров от меня и удивлённо вытаращил глаза, а затем довольно громко выдохнул:

— Рей?!

— Ам-м-м, — протянул я, косясь на приближающуюся троицу моих товарищей, которые тоже получили расчёт.

— Ты меня не знаешь! Но я был на процессе, где тебя судили, — протараторил игрок, глядя на меня восторженными глазами.

— Тебя судили? — удивлённо протянула Тила, услышав слова болтливого гнома.

— Ага, — подтвердил тот, кивнув головой в стальном остроконечном шлеме. — Рей после того суда получил прозвище Избежавший Ада, а до этого его звали — Победитель Баль-Дура. У нас в предыдущей локации проснулся злой чародей, а Рей и Искра помножили его на ноль. Их тогда награждал сам глава города.

— А у нас ни-и-кто не просыпался, — проблеял сатир, печально глянув на гнома, у которого вместо языка было помело.

— И у меня. И у меня, — вторили ему дриада и эльф.

А гном гордо подбоченился и снисходительно проронил, махнув рукой:

— Хех… повезло вам. Грозный был противник. Видимо, в наш Иерихон попадали только потенциально очень хорошие игроки, раз там проснулся сам Баль-Дур.

— Это случайность, что именно у вас очнулся чародей, — недовольно бросила Тила, уязвлённо дёрнув щекой, а потом посмотрела на меня и желчно протянула: — А ты, значит, был знаменитостью в первой локации? Вот откуда у тебя все эти шмотки и питомец.

— Ага, знаменитость, почти как Моргенштерн, — промычал я, наградив гнома сумрачным взглядом и слыша в голове два голоса. Один кричал: дай ему по морде! А другой орал: кирпичом, кирпичом!

Глава 15

Леопольдыч посмотрел на гнома, а потом перевёл взор на меня и полюбопытствовал, пригладив волосы:

— А кто такая Искра? Твоя боевая подруга?

— Угу. Я люблю её так же сильно, как русалок, — саркастически выдал я, начиная уставать от этого разговора.

— Так их же не существует! — удивился эльф, выгнув брови дугой.

— Вот именно, — усмехнулся я одной стороной рта.

— А я, кстати, слышал, что Искра ушла с кланом Астарот к башне Урсулы, — вдруг выдал гном.

— Эта та башня, которая за тре-э-эугольником?! — ахнул сатир, выпучив козлиные глаза.

— Ага, — с явным удовольствием подтвердил словоохотливый гном. — Там монстров больше, чем блох у бездомной собаки. Но Искру подобными опасностями не испугать — гром, а не баба.

— Да что ты говоришь, — процедила дриада, сложив руки на груди. — Ты вообще куда шёл, коротышка? Вот и вали.

— Э-э-э, дамочка, придержи коней, — набычился гном, явно не ожидавший такого спича.

— Вали-вали, мелкий, — прорычала Тила, у которой чуть ли не пар из ушей повалил.

— Да ты чего обзываешься? — обиделся игрок, неспешно двинувшись прочь. — Ты меня так называешь только потому, что не знаешь сколько я зарабатываю, а как узнаешь, то будешь обзывать нищим. Ах-ха-ха.

Гном громко загоготал, а затем кивнул мне головой и слился с жидким потоком прохожих.

После его ухода сатир попросил, умоляюще посмотрев на меня:

— Расскаже-э-эшь о своих приключениях?

— В таверне, — решительно бросил я, подумав, что на дворе уже глубокий вечер, почти ночь, а значит, все свои многочисленные дела придётся отложить до завтра. Но хорошо хоть я уже напал на след Искры. И если я захочу продолжить искать встречи с ней, то мне надо будет заглянуть на базу клана Астарот.

Пока же я вопросительно посмотрел на Пашку, а тот призывно махнул рукой и направился в таверну. Мы преодолели несколько узких улочек, встретив одного нищего, который выскочил из покосившегося дома и потряс у меня перед носом чашкой с деньгами, словно хвастался своим достатком, а потом миновали его и прибыли к трёхэтажному дому из нарочито грубо обработанных камней. Входная дверь была под стать строению — мощная, из сплошного железного листа с клёпками. А над ней покачивалась вывеска «Крепость». Да, действительно, название весьма подходит.

Мы проникли внутрь, оказавшись в просторном зале, где пахло углем, горящем в большом камине, а за металлическими столами сидело шестеро игроков. Они вяло посмотрели на нас, а потом опять уткнулись в свои жестяные тарелки. Хозяин же сам подошёл к нам и предложил на выбор любой из пустующих столов и с намёком добавил, что у него есть три свободные комнаты. Мы перебросились несколькими репликами и сняли на одну ночь все три, решив, что я и дриада будем спать в отдельных комнатах, а сатир и эльф — в одной. Последнему данный факт не понравился, но он не стал ворчать. На этом и порешили.

Ну а дальше наш квартет разместился за столом и заказал еду. Её довольно быстро принесли и мы принялся молча насыщаться. Всё были голодными как волки. Я жадно вкушал мясо и пил красное вино, подсчитывая в уме траты: комната стоила пять серебряных монет, а ужин — семь. Охренеть, конечно, тут цены на еду. Но деваться мне некуда, вот и приходилось платить. Эх, хорошо бы куда-нибудь вложить деньги и получить большой барыш. Может быть в водку? Там сорок процентов. Я весело усмехнулся.

Вскоре Тила насмешливо проговорила, глянув на Лео, который довольно откинулся на спинку стула, съев большую порцию жирного мяса:

— Ты знаешь, что жирная еда сокращает продолжительность жизни?

— Да? — промычал тот, а потом задумчиво нахмурил лоб, по очереди загнул пальцы и весело выдал: — Ну, если посчитать, сколько мне удалось съесть жирного, то я должен был умереть в восемнадцатом веке.

Дриада окинула улыбающегося парня уничижительным взором, а потом перевела взгляд на меня и сухо проронила:

— Ты обещал рассказать о своих приключениях…

— Ну, слушайте… — выдохнул я и поведал им о битве с Баль-Дуром и суде.

Во время моего скупого на подробности рассказа я обратил внимание на то, что Тила каждый раз морщилась, когда в повествовании возникала Искра. Ей явно были не по нраву её дела и тот восторг, который ведьма вызывала у эльфа. У того аж глаза загорались, когда я рассказывал о своей подруге. Меня весьма позабавила такая реакция дриады, и я стал сознательно преподносить Искру с лучшей стороны.

И под конец моего монолога, когда я немного взгрустнул, вспомнив, что Искра ушла в закат с тем красавчиком, у дриады при упоминании ника ведьмы уже глаз дёргался, а потом она резко выплюнула:

— Какая-то мужичка эта Искра! Нет в ней никакой женственности.

— А мне она понравилась, — светло улыбнулся Леопольдыч.

— Да тебе мужики только и нравятся, — прорычала девушка, а затем вскочила со стула и быстро двинулась к лестнице, ведущей наверх.

— Пожалуй, и я пойду. А вы закажите воды — удивите печень. А то всё пиво лакаете, — произнёс я, вставая из-за стола.

Сатир усмехнулся и молча отсалютовал мне кружкой с пенным напитком, а эльф отрицательно покачал головой, давая понять, что воды сегодня не будет. Я же улыбнулся и покинул их дуэт, а когда поднялся на второй этаж, то вошёл в местную купальню. Она оказалась похожа на настоящую баню: по каменным стенам стекали струйки воды, воздух был влажным и жарким, а в центре стояли две лохани из камня. В одной была прохладная вода, а в другой — горячая. Меня порадовало такое разнообразие, хотя мне пришлось заплатить изрядную сумму за то, чтобы помыться. Помывка в дождевой воде стоила дешевле, но я всё-таки выбрал ту влагу, которую везли из Есевона. И вот теперь принялся с наслаждением смывать с себя корку грязи. Параллельно я ожидал появления беса, но тот не возник в купальне, чем порадовал меня. Я спокойно закончил водные процедуры и с довольной улыбкой проник в свой номер. Он выглядел довольно уютно: стены и пол покрывали толстые ковры, в углу стояла печка, а на металлической кровати с сеткой лежал ворох меховых шкур. Я прям почувствовал себя викингом в средневековом замке. Да ещё и на столе горела одинокая свеча, а в окно, от которого тянуло холодом, лился лунный свет. Почти настоящий север. Короче, комната мне понравилась.

Я сел за стол, спиной к кровати, и вызвал Мрака, после чего начал отдавать ему различные приказы, награждая кусочком мяса за каждый выполненный манёвр. Питомец охотно втянулся в тренировку, прокачивая свой интеллект. Скоро он у меня диссертацию защитит. Пока же темнопард прыгал со стола на подоконник и обратно, а я наблюдал за ним, подметив то, что Мрак ещё немного подрос. Он уже достиг метра в длину, не считая хвоста, и пятидесяти-шестидесяти сантиметров в холке, а усы стали как антенны. Эх, растёт малыш.

Расчувствовавшись, я произнёс, хлопнув рукой по коленке:

— Вот если бы ты ещё разговаривать умел. Цены бы тебе не было.

— А я умею.

Я от неожиданности подскочил до потолка, а лишь потом сообразил, что слова раздались позади меня. И оттуда же спустя миг донёсся мелкий, гадкий смех, который даже по звуку можно было приписать существу подлому, рогатому и с пяточком. Так и оказалось — на кровати сидел бес и довольно посмеивался, потирая лапки.

— Какого хрена? — рыкнул я, пронзая его суровым взглядом и отправив питомца в кольцо.

— А что такое? — невинно проронил тот, закинув ногу на ногу.

— Ты вообще для чего ко мне приставлен? Чтобы пугать до икоты? — всё больше распалялся я, швырнув в него тяжёлый плащ.

Тот взмахнул крыльями и избежал встречи с одеждой, а затем торопливо захрюкал:

— Э-э-э! Ты чего кидаешься? Здесь не я твой враг, а светлые! Иди да перережь кому-нибудь из них глотку. Сразу успокоишься.

— А то, что меня после этого в Ад отправят, тебя не волнует?

— Но сама-то идея тебе нравится… — торжествующе протянул Димон, оскалив зубы в широкой усмешке. — А хочешь… можешь даже какого-нибудь тёмного порешить. Вот взять хотя бы Тилу. Она же тебя совсем не уважает… Разве это не повод преподать ей урок пикапа? Один удар — и она у твоих ног.

— Иди к дьяволу, — прохрипел я, тяжело дыша.

— К твоему деду? — приторно проворковал этот поганец, а затем протянул: — Зачем ты сдерживаешь себя? Будь собой. Но если можешь быть Мэрилином Мэнсоном, то лучше будь им.

— Я не такой.

— Такой, — подмигнул мне бес и исчез во вспышке мрака.

Вот гад. И зачем он появлялся? Чтобы выбесить меня? Хотя он же бес. Это его работа.

Я устало помассировал виски, а затем постарался переключиться, став размышлять о «Погибели тёмных». Пока корабль с таким названием не покачивался над городом, значит мне удалось прибыть раньше него и всё идёт по плану. Но мне ещё много чего надо обдумать, чтобы не попасть впросак. Поэтому я завалился на кровать и продолжил обсасывать свой план. Меня хватило на полчаса, а потом усталость смежила мои веки и погрузила в сон.

Благо, что хоть ночь прошла без происшествий, и я смог нормально выспаться, а утром в одиночестве позавтракал, покормил Мрака, а потом покинул таверну, сказав хозяину, что вернусь к обеду или чуть позже. Тот понятливо кивнул головой, после чего я вышел на улицу, где на меня набросился холодный ветер. Я плотнее запахнулся в плащ и потопал на местный базар, подсчитывая количество средств, коими располагаю. Всего у меня имелось чуть больше пятидесяти двух золотых монет. Вроде бы хорошая сумма, но не стоит забывать о том, что у меня осталось всего четыре дня для того, чтобы заплатить остаток штрафа, а именно — восемьдесят золотых. Тут-то и понимаешь, что шикануть мне не удастся. Я хотел купить новый амулет и щит, но придётся на время забыть о них. А зачем же тогда я иду на базар? Ну, у меня есть кое-какой резон сделать это.

Между тем я достиг небольшой квадратной площади, где стояли крохотные магазинчики, в основном торгующие доспехами и ювелирными изделиями. Я походил между ними и быстро убедился в том, что броня тут действительно стоила на порядок меньше, чем в городе Ай. И попутно я выяснил у местных жителей, где обитает дворф Ворт и направился к нему в лавку. Она находилась в самом центре площади, рядом со статуей мужика с киркой.

Пока я шёл к ней, то увидел светлого игрока, который выбирал гарпуны для корабля. Он высокомерно требовал снизить их стоимость, так как гарпуны нужны для самой «Погибели тёмных», а не для какой-то там гнилой лодки.

Я едва сдержал радостное восклицание, услышав его слова, но справился с собой и молча прошёл мимо игрока, опустив голову, а потом остановился возле лавки Ворта. Здесь было довольно людное местечко, поэтому, когда я вошёл внутрь, то там околачивался пяток игроков. Естественно, что при них я не стал подходить к седому крепышу в полушубке, который сидел в кресле за прилавком, а просто начал украдкой рассматривать его, встав рядом с витриной. Дворф был чуть шире стандартного гнома в плечах, а его физиономия оказалась с более крупными чертами лица. Пальцы же были толстыми, волосатыми — совсем не как у ювелира. Всё же это был именно Ворт. Я услышал, как его по имени назвал один из игроков-покупателей. Как же мне с ним поболтать с глазу на глаз? Может, привлечь его внимание назойливым взглядом?

Я начал буравить дворфа пристальным взором, а когда он ощутил его, то вопросительно посмотрел на меня из-под кустистых бровей. Я тотчас качнул головой в сторону двери, которая вела в подсобку. Ворт сменил вопросительный взгляд на удивлённый. Я же снова мотнул головой, а затем ткнул указательным пальцем в свою грудь, после чего показал им на дворфа. И вот тут случилось то, чего я не ожидал. Ворт вдруг шумно сглотнул и продемонстрировал палец, на котором блестело обручальное кольцо. Я звонко хлопнул себя по лбу ладонью, чем привлёк внимание игроков, а затем решительно подошёл к дворфу и тихонько процедил, глядя в его перепуганные голубые глаза:

— Есть разговор, и я не хочу, чтобы кто-то нас слышал.

— О чём разговор? — опасливо поинтересовался тот, показав жёлтые зубы, среди которых гордо сияли два золотых.

— О камнях. Я хочу купить камень с историей, — проронил я, покосившись на игроков. Те вроде бы не прислушивались к нашему диалогу.

— Так покупай. У меня есть десяток таких. Сейчас расскажу о каждом…

— Подобных у тебя нет, — оборвал я его и следом настойчиво предложил, облокотившись грудью о прилавок: — Я хорошо заплачу за разговор.

— Сколько? — тут же прищурился коммерсант, облизнув немного вывернутые губы.

Я окинул внимательным взглядом его дорогостоящий товар, а потом нехотя проронил:

— Пятьдесят серебряных.

— Не интересует, — заявил дворф и сложил руки на груди.

— Шестьдесят.

— Если вы ничего не будете покупать, то выход вон там, — официальным тоном сказал Ворт и указал на дверь.

— Вот ты алчный тип, — прошипел я, испепеляя его взглядом. — Золотой.

— Это уже взрослый разговор, — улыбнулся он, а затем гаркнул, посмотрев в сторону подсобки: — Тесса!

Спустя пару секунд оттуда вышла дворфиха и у неё на лице росла самая настоящая бородка. Она была не особо густой, но всё же ощутимо бросалась в глаза. Я подавил пару шуток, которые требовали свободы, а потом перевёл взор на Ворта. А тот вышел из-за прилавка, кивнул дворфихе на кресло и пошёл в подсобку, поманив меня за собой. Я послушно потопал за ним, ощущая на себе любопытные взгляды игроков.

Меж тем мы быстро добрались до двери и скрылись за ней, оказавшись в небольшом, тесном помещении, где все полки были заняты деревянными ящиками и жестяными коробками. А свет давала медная лампада, стоящая на столе, на котором лежала раскрытая тетрадка, заполненная мелким убористым почерком.

Тут дворф хмуро произнёс, потянув лапищу:

— Деньги вперёд, а то знаю я вашего брата.

— Да ты погоди, — отбрил я его. — Хотя бы выслушай, что мне от тебя нужно.

— Выкладывай, — нехотя буркнул тот, пожевав губы.

— Ты слышал что-нибудь о солнечном камне? — сразу же рубанул я, не став ходить вокруг да около.

— Слышал, — твёрдо заявил он и снова протянул лапищу.

— На, — тяжело выдохнул я и положил золотой на изрезанную морщинами ладонь.

Тот неуловимым движением засунул монету в карман, а потом проговорил, сдвинув брови над широкой переносицей:

— Ходит легенда, что солнечный камень разорвало на шесть частей, и поговаривают, что две из них в наших горах. Но где точно — никто не знает. А вот что касается ещё четырёх осколков — о них я вообще ничего не знаю…

— Точно никто не знает, где в этих горах осколки?

— Точно, — убеждённо кивнул дворф. — Если я не знаю, то никто не знает.

— И ты считаешь, что эти сведения стоили золотой монеты? — желчно выдал я, играя желваками.

— Ага, — опять кивнул тот. — А теперь, если ничего не будешь покупать, то иди подобру-поздорову.

— Аривидерчи, — бросил я и покинул подсобку, а потом и лавку.

Итак, я узнал, что два осколка точно в этой локации. Но где их искать? Большой вопрос. Кажись, мне снова придётся понадеяться на удачу и невзначай расспрашивать местных о солнечном камне. Но это не всё, что я вынес из слов Ворта. Вполне логично предположить, что ещё три осколка в третьей локации. Похоже, количество осколков соответствует номеру локации, хотя я могу и ошибаться, но вряд ли. В общем, поживём — увидим.

Пока же я втянул сквозь сжатые зубы холодный воздух, пахнущий гарью, людским потом и лепёшками яков, и потопал к тем лавкам, в которых торговали горшками с зажигательной смесью. Их оказалось всего шесть штук, а ещё были два открытых прилавка, за одних из которых переминался с ноги на ноги худой мужичок. Он выглядел как «успешный» бизнесмен, который поставил себе цель достичь дна. Мужик зябко кутался в худой кафтан, который, судя по всему, до сегодняшнего утра служил подстилкой для собаки, а рядом с ним стояла его то ли жена, то ли бизнес-мотиватор. Она что-то злобно выговаривала ему, а тот всё больше сжимался, словно ожидая хорошего тумака. Но до рукоприкладства дело не дошло. Баба показала ему кулак и ушла. Тут-то я и подскочил к несчастному мужику.

Он сразу же попытался принять подобающий вид, щербато улыбнувшись мне и заискивающе проговорил, обведя рукой глиняные горшки разного размера:

— Выбирайте, господин, у меня лучшая зажигательная смесь во всём Библе.

— Твоя жена полетела? — не к месту бросил я, стрельнув взглядом в сторону женщины, скрывшейся за бакалейной лавкой.

— Ага. Но сейчас я бы на ней не женился, даже если бы мне предложили мешок золота, — грустно кивнул тот лохматой головой, а потом философски выдал точно много повидавший на своём веку душевный алкаш: — Любовь слепа, а брак возвращает зрение.

— Мудро, — проронил я и продолжил беседовать с продавцом, втираясь к нему в доверие. Бедолага ещё не знал, какую ему придётся сыграть роль.

Глава 16

Вскоре мне удалось вполне панибратски вести диалог с торговцем, которого звали Брух. Он сейчас с надтреснутым смешком проговорил, улыбаясь до ушей:

— А на той неделе у меня яд кончился, которым я крыс травил в подвале. Так я, недолго думая, попросил жену суп сварить… аха-ха-ха… не выжила ни одна крыса.

— Ох и весёлый ты мужик, Брух, — выдавил я сквозь смех, вытирая выступившие слёзы. — Но вот торговец ты так себе… Уж извини за прямоту.

— Ага, — тяжело вздохнул тот, мигом погрустнев. — Нет во мне этого.

— Ладно, не переживай. Я научу тебя одному прекрасному приёму, — заговорщицки проронил я и поманил его пальцем.

Тот подался ко мне и развесил свои локаторы. Я же начал втирать ему, какая великая вещь скидки. Недалёкий Брух сперва не понял, как так можно получить больше денег, продавая дешевле. Но я на пальцах объяснил ему, что подобная схема очень даже работает, если продавать большими объёмами.

На этом месте торговец запустил грязную пятерню в спутанные волосы, а потом горько проронил, шмыгнув сопливым носом:

— Да кому я столько продам?

— Ну, может, корабль какой-нибудь прилетит? — предположил я. — Они же берут иногда зажигательные горшки.

— Да корабли редко покупают по многу. Боятся, что смесь может рвануть внутри судна, — печально сказал Брух, повесив голову.

— А ты сделай скидку двадцать процентов и кричи, что такая дешевизна только один день. Дескать, ты закрываешься.

— Так я же не закрываюсь, — удивился тот, глядя на меня честными глазами.

— Ой, да потом скажешь, что передумал. У нас так целая сеть магазинов делает, — уговаривал я коммерсанта. — Главное — заработать денег, чтобы жена перестала тебя пилить. А если повезёт, то ты разбогатеешь настолько, что разведёшься с ней и женишься на молодой, послушной, красивой, работящей…

Я видел, что с каждым новым эпитетом глаза Бруха разгорались всё ярче и ярче. И вскоре у него уже слюни текли рекой, а язык болтался в районе груди. Всё, клиент был почти готов. А ещё через минуту он «понял», что обязан продать как можно больше своего товара игрокам с первого же корабля, который прибудет сюда закупаться. Я не стал ему говорить, что по моим прикидкам это должна быть «Погибель тёмных». Чем меньше он будет знать — тем лучше.

Ну а расставался я с Брухом чуть ли не в должности лучшего друга. Мы искренне обнимались, жали друг другу руки. И мне далеко не сразу удалось покинуть торговца, которого переполняла благодарность, словно он уже разбогател и женился на молодой цыпочке. Всё же я отделался от Бруха, а потом пошёл к тем лавкам, где торговали всякими мелочами для дома. Там я купил два небольших масляных фонаря за пять серебряных монет и отправился в банк.

Я быстро достиг его, вошёл внутрь, нашёл нужного сотрудника и передал ему трясущейся рукой сорок золотых монет. У меня даже дыхание перехватило от того, как мне не хотелось расставаться с деньгами. Ещё бы чуть-чуть и скорую помощь пришлось бы вызывать. Но я кое-как справился с собой, отдал монеты и получил бумажку. Ну, ничего, если пазл сложится именно так, как я задумал, то у меня скоро будет море денег.

Последняя мысль придала мне сил, так что из банка я вышел на своих двоих, а не выполз, а затем целеустремлённо потопал в таверну. Преодолел несколько улиц, шлёпая ботинками по каменной поверхности, поглазел на игроков и местных, которых к обеду заметно прибавилось, а потом вошёл в «Крепость». Меня сразу же окутало приятное тепло, а в ноздри ударил аромат еды. У-м-м-м, сейчас пожру-пожру-пожру. Правда, не в одиночестве, а в обществе сатира, который сидел за угловым столиком и призывно махал мне рукой.

Я подошёл к нему, сел на скрипнувший стул и сразу же весело спросил, поставив локти на стол:

— А где Лео и Тила? Неужели уединились и воркуют?

— Куда-то ушли-и-и-и. Порознь, — ответил Пашка, уплетая варёную картошку и жареную рыбу.

— А рыбка откуда? — полюбопытствовал я, косясь на его блюдо.

— Из озёр Есевона-а-а-а, — проблеял тот, аппетитно чавкая и поправляя шапку, которая сползала на лоб. — Рекомендую-ю-ю.

— Уговорил, — кивнул я, после чего щелчком пальцев привлёк внимание хозяина.

Тот подошел с недовольной миной на лице и нехотя произнёс:

— Чего желаете?

— Макарошки не подорожали? — с ухмылкой бросил я, а потом ткнул пальцем в сторону блюда сатира и проговорил: — Мне то же самое и… несколько оладушек со сметаной.

— У нас сметана из топлёного молока.

— А молоко из коровы. Это игра какая-то?

Хозяин открыл было рот, желая что-то объяснить, но лишь тяжело выдохнул и молча ушёл. Но вскоре он вернулся уже с подносом, сгрузил на стол мой заказ, получил шесть серебряных монет и удалился. Я же принялся уплетать за обе щеки весьма вкусно приготовленную пищу, чем вызвал довольную усмешку Пашки. Тот уже доел свою порцию, а потом вдруг задумчиво нахмурил лоб и неуверенно проронил, принявшись постукивать указательным пальцем по столу:

— Ре-э-эй, какие у тебя планы на ближайшие дни-и-и?

— Надо отдохнуть где-то день-два, — промычал я с набитым ртом.

— Так долго-о-о? — изумился Пашка, дёрнув головой.

— А куда торопиться? — философски пожал я плечами и добавил: — Вот все игроки куда-то спешат, качаются, зарабатывают славу… А для чего они всё это делают? Чтобы скорее вернуться домой?

— Ну да. К тому же Чистилище-э-э не любит лентяев, — проговорил сатир, принявшись беззастенчиво ковыряться в зубах длинным ногтем.

— А ты уверен в этом? — скептически произнёс я, заломив левую бровь, и пояснил свои слова: — Нет, в том, что Чистилище не любит лентяев — тут спору нет, так оно и есть. А вот что касается возвращения домой… Здесь у меня большой вопрос. Мой бес ничего не говорил о том, что меня отправят домой после прохождения всех локаций. А твой что-нибудь говорил об этом?

— Не-э-эт, — хмыкнул сатир, проведя рукой по отросшей козлиной бородке. — Он лишь произнёс, что я долже-э-эн хорошо играть.

— Вот и мой мне так сказал. Случайность? Один и тот же скрипт? Не думаю, — задумчиво изрёк я, отправив в рот половину горячей картошки.

— А разве-э-э хорошая игра не подразумевает полное-э-э прохождение Чистилища? — задался вопросом Пашка, достав кинжал и привычным движением отрезав бородку.

— Ну, логика в твоих словах есть, — вынужден был признать я. — Но всё равно мне кажется, что тут не все так просто.

— Возможно, что ты где-то пра-а-ав, — согласился сатир и следом добавил: — Мы как-то дале-э-эко ушли от первоначальной те-э-эмы. Ты всё-таки не думае-э-эшь, что два дня отдыха — это много-о-о?

Я сумрачно посмотрел на собеседника. Ну вот не говорить же ему о том, что мне придётся пробыть в Библе столько же, сколько тут будет околачиваться «Погибель тёмных»? У меня все мысли были связаны с этим кораблём. И даже если судно провисит здесь неделю, я всё равно останусь в городе на этот же срок, а штраф закрою ссудой, которую возьму в банке, ежели сильно припрёт.

Поэтому я и произнёс, вытирая губы тыльной стороной ладони:

— Два дня — нормальный период для полноценного отдыха. Мне надо восстановить силы и питомца потренировать.

— Смотри са-а-ам, — с неодобрением выдохнул Пашка, печально глядя на меня. — Мы уйде-э-эм сразу же, как найдем задание-э-э. Я бы хотел, чтобы ты пошёл с на-а-ами.

— Вряд ли, — честно ответил я, прикинув, что задание они вполне могут найти до вечера, а с кораблём мне придётся разбираться минимум пару дней.

Сатир издал горький вздох и вслед за этим бросил взгляд мне за спину. Я обернулся и увидел эльфа, который радостно скакал к нам с широкой улыбкой на физиономии. Тут Лео заметил пришибленное выражение лица сатира и с весёлой ехидцей выдал:

— Пашка, ты чего какой потерянный? Узнал, что продолжительность жизни сатиров десять лет?

— А ты че-э-го такой весёлый? — буркнул рогатый.

— Я задание для нас нашёл. Через час придётся выходить, — протараторил тот и присел за стол. — Надо огородами доставить небольшую, но ценную посылку в Ай.

— Ре-э-эй не пойдёт с нами, — проблеял Пашка, покосившись на меня.

Леопольдыч посмотрел на меня с некой обидой в глазах, а потом начал истово уговаривать, размахивая руками и брызжа слюной. Но я на все его доводы отвечал решительным «нет». Жаль, что парня это не останавливало. Он всё больше распалялся, убеждая меня пойти с ними.

Благо, что вскоре я получил неожиданную поддержку. Её мне оказала Тила, которая вернулась в таверну. Она сперва молчала, а затем встала на мою сторону, пытаясь доказать эльфу, что Рей уже взрослый лоб и у него есть своя голова на плечах.

В итоге Леопольд сердито заявил, сложив руки на груди:

— Если ты не пойдёшь с нами, то я больше не буду с тобой разговаривать.

— Лео, послушай наконец, мне надо отдохнуть, а потом я двинусь в Есевон и заскочу по пути в крепость клана Астарот, — уже в десятый раз сказал я, начиная уставать. — Мне нет никакой нужды возвращаться в Ай.

— Ему Искра милее, чем все мы, — желчно протянула дриада.

— А если мы найде-э-эм задание, которое потребует перехода в Есе-э-эвон? — проблеял сатир, вытерев рукавом вспотевший лоб. — Ты пойде-е-шь с нами?

— Ой, да хватит его уже уговаривать! — рявкнула Тила, схватила эльфа за руку и вытащила из-за стола. — Всё, идёмте. Нам надо готовиться к выходу из города.

И она потащила Леопольдыча на второй этаж, а сатир пожал мою руку и пошёл за ними. Я же посидел, подумал, и решил отыскать какого-нибудь тренера, чтобы узнать расценки, а может быть и позаниматься. Ведь у меня теперь полно свободного времени.

Приняв такое решение, я встал из-за стола и покинул таверну, выйдя из неё в облаке белёсого пара. Дальше я немного постоял на улице, привыкая к холоду, а затем двинулся к базару, где спустя десяток минут узнал у гнома-оружейника адрес самого топового в городе бойца и пошёл к нему. Надеюсь, он берёт ненамного больше Баса.

Мне удалось довольно быстро достичь нужного дома, который мог похвастаться небольшим двориком, огороженным забором из булыжников, скреплённых серым раствором. А ещё над входной дверью красовалась вывеска из нержавеющей стали, где жёлтой краской было выведено «Мастер Гром». Ну, я точно попал куда надо. Моя рука толкнула дверь, и я проник в сени, где на стуле сидел плюгавый мужичок в длинном плаще подбитым грязно-серым мехом.

Он мигом вскочил на ноги, придал лицу мужественный вид и проговорил хриплым голосом:

— Добрый день, незнакомец. Желаешь тренировку?

— Возможно, — осторожно проронил я и следом спросил: — Сколько будет стоить час индивидуальной тренировки, при условии, что вы мне дадите напрокат щит?

— Пятьдесят серебряных, — бросил мужик и расплылся в улыбке, показав зубы со съеденными кромками.

— Души… душит… — кое-как прохрипел я, выпучив глаза и схватившись за шею.

— Кто душит? — подпрыгнул побелевший собеседник, испуганно глядя на меня.

— Жаба… — просипел я и зло добавил уже нормальным голосом: — Жаба меня душит отдавать такие деньги. Давай скидку за опт.

— Сколько часов будете тренироваться? — облегчённо уточнил мужик, чьё лицо возвращало свой привычный бледно-розовый цвет.

— Два часа по индивидуальной программе.

— Какой же это опт?

— Мелкий. Вот тебе восемьдесят монет, — безапелляционно бросил я, нависнув над ним.

Тот поколебался, но всё-таки взял деньги и махнул мне рукой, дабы я следовал за ним. Меня такой расклад вполне устраивал, хотя этот Гром и его подельник брали гораздо больше, чем Бас. Но с другой стороны — это уже вторая локация. Здесь и должно быть всё чуть сложнее.

Параллельно с этими мыслями я преодолел короткий коридор и вышел во двор, где увидел практически те же снаряды, которые стояли у Баса. Вот только тут вместо песка небольшую арену покрывала мелкая каменная крошка. А в качестве тренера был обнажённый по пояс здоровяк, который оказался жутко похож на Конана-варвара из одноимённого фильма. И почему ему не холодно? На дворе ведь не май месяц. У меня от одного только взгляда на Грома все тело покрылось гусиной кожей. А этот бодибилдер вполне себе комфортно гонял по двору парочку тёмных игроков, которые уже хрипели от усталости. Они с огромной надеждой в глазах посмотрели на моего сопровождающего, а тот зычно крикнул:

— Мастер Гром, к вам пришёл ещё один ученик. Он взял два часа индивидуальной тренировки со щитом. Но щита у него нет, так что надо бы дать на прокат какой-нибудь из ваших.

— Хорошо, — рыкнул тот, точно огромный грозный зверь, а потом кивком отпустил тёмных игроков. Они тут же покинули двор, промчавшись мимо меня, словно за ними по пятам гнался сам Сатана. Мне стало как-то не по себе.

Между тем Гром подошёл ко мне, оказавшись на голову выше, хрустнул бычьей шеей, где выделялись вздутые, толстые вены, и спросил:

— Раньше орудовал щитом?

— Нет, — промычал я, завистливо глядя на перекатывающиеся под бледной кожей мышцы тренера.

— Пошли, — бросил он, выяснив мой уровень подготовки.

Гром двинулся в сторону небольшого сарайчика, который стоял в углу двора. Я потопал за ним, предвидя то, что случится далее. И логика меня не подвела. Когда мы очутились в сарайчике, я увидел десятки видов оружия и щиты. Всё это богатство висело на стенах. Тут тренер скептически поглядел на меня и всучил средних размеров овальный щит. Я взял его, отметив, что он закрывал моё тело от колена и до плеча и весил вполне прилично. У меня еле-еле получалось нормально держать его в одной руке, а топор — в другой. А потом ещё началась тренировка. И вот тут-то я понял, почему те ребята чуть не в слезах убежали отсюда. Гром оказался гораздо более требовательным тренером, нежели Бас. Он был хардбас. Я уже через десять минут весь вспотел, как мышь, и желал только одного — упасть навзничь и больше не вставать. Гром гонял меня так, словно я обладал бесконечной выносливостью. И это при том что мы отрабатывали различные связки, удары щитом и прочие премудрости боя, которые помимо выносливости требовали ещё и недюжинной силы. Но зато мои параметры росли как на дрожжах. Конечно, за эти два часа я чуть богу душу не отдал, но прокачался довольно хорошо.

А когда эта адская тренировка закончилась, то я упал на спину и начал тяжело хрипеть, чувствуя, что мышцы превратились в подрагивающие, ноющие от боли канаты. В воздухе же отчётливо пахло крепким мужским потом, который насквозь пропитал поддоспешник и даже в ботинках хлюпал. Глаза тоже были залиты потом, поэтому я не сразу заметил корабль с белыми парусами, который величаво плыл по небу. И у меня в эти мгновения не возникло никаких ассоциаций, настолько был убит мой мозг.

Благо, что Гром неожиданно прорычал, задрав голову и приложив козырьком ладонь ко лбу:

— «Погибель тёмных».

Тут-то у меня всё и встало на свои места, а мозги со скрипом начали работать. Я приподнялся на локтях, а потом снова повалился на спину. Нет, выносливость ещё не подтянулась до нормального уровня. Надо ещё полежать, хотя мне бы стоило прямо сейчас рвануть на базар и проверить, что же там происходит. Но я пока был не в состоянии, поэтому просто открыл интерфейс, дабы проверить, что же принесли мне два часа мучений.

Имя: Ад-Рей

Сторона: тёмная;

Раса: человек;

Класс: химеролог;

Количество жизней: 3;

Слава: 325;

Уровень: 30.

Базовые характеристики:

Сила: – 41;

Ловкость: – 41(+15);

Телосложение: - 35(+15);

Энергия: – 60 (+40);

Знания: – 33;

Сила воли: - 92.

Базовые вторичные:

Здоровье: - 500;

Выносливость: - 1000;

Мана: – 920;

Я увидел, что сила сравнялась с ловкостью, а выносливость прибавила семь единиц. Но здесь сыграл роль ещё и бой с пауками. А также знания увеличились на пять пунктов за тех химер, которых я сшил в тоннеле. Ну, в целом хороший результат. У меня уже тридцатый уровень.

Глава 17

Вскоре я вдоволь навалялся во дворе Грома, а затем попрощался с ним и покинул его обитель страданий. Теперь мой путь лежал на базар. Я потопал к нему, вдыхая холодный воздух и чувствуя, как поддоспешник неприятно липнет к спине, а когда достиг цели, то смешался с толпой и начал ходить между лавочек, изображая придирчивого покупателя. Постепенно я подобрался к тем рядам, где торговали зажигательной смесью. Я прибыл сюда как раз вовремя, чтобы увидеть как десяток светлых игроков с сытыми, высокомерными рожами обступили прилавок Бруха. А тот что-то угодливо стрекотал, поглядывая на того самого игрока, которого я приметил сегодня за выбором гарпунов. Он кивал в такт словам коммерсанта и иногда что-то веско добавлял, устало потирая лоб. К сожалению, на таком расстоянии я не мог расслышать о чём шла речь, но догадывался. Похоже, тот усталый чувак — некто вроде снабженца. Он заранее договорился с торговцами, что купит товар, как только сюда прибудет корабль. И вот судно уже здесь и пришло время совершать сделку. Но последнее слово всё же принадлежало капитану «Погибели тёмных», коим оказался усатый щеголь в треуголке. Он в этот миг согласно кивнул, окинув брезгливым взглядом местных жителей и игроков, которые шныряли по базару. При этом капитан не делал различий между игроками: тёмные они или светлые. Для него все были точно грязь под ногами. Кажись, усатый словил такую звезду, что теперь её блеск может затмить лишь гриб ядерного взрыва. Он вызвал во мне стойкий рвотный рефлекс. Я сначала подумал, что это рыба просится наружу, но потом понял — это меня от него тошнит. И помимо рвотного рефлекса он пробудил во мне классовую ненависть. А что хорошо умеют бедные? Правильно, убивать богатых.

Я опасно сузил глаза, стоя за внешней стеной крайней лавки, и принялся наблюдать за тем, как команда «Погибели тёмных» начала грузить в ящики горшки с зажигательной смесью. Они тщательно осматривали каждую глиняную тару, явно опасаясь какого-нибудь брака, из-за коего на их судне может произойти взрыв.

Вскоре я понял, что светлые купили у Бруха все горшки. Возможно, игроки и планировали приобрести столько зажигательной смеси, а может, победила алчность, и они польстились на скидки. Короче, сейчас не особенно важна подоплёка такой объёмной покупки. Главное, что горшки отправились на борт корабля. Так что я довольно потёр руки, а затем услышал, как капитан громко заявил:

— Ну, а завтра утром отправимся на запад…

И он бросил короткий многозначительный взгляд на рыжую девушку, которая стояла по правую руку от него. А та буквально на одну секунду понимающе улыбнулась, а спустя миг уже серьёзно кивала. Ага, так я вам и поверил. На запад вы полетите. Как же. Скорее всего, вы отправитесь на север, так как с юга и востока город окружают высоченные хребты. Тоже мне хитрецы. Хотя их мимолётная пантомима может быть крайне тонкой уловкой. Блин, придётся рисковать, но шанс угадать направление их пути всё равно хороший. Но надо бы поторапливаться. Возможно, что и время отправления «Погибели тёмных» отнюдь не утро. Ведь в Чистилище игроки не привыкли сидеть на одном месте.

Придя к такой мысли, я отлип от стены лавки и потопал в сторону другой части базара. Я ещё утром приметил, где мне купить верёвку, спички, кусок плотной чёрной материи и пару птичьих неощипанных тушек, из которых можно сделать две химеры. Поэтому мне удалось быстро совершить покупки, и вслед за этим я двинулся к городским воротам.

Пока я шёл к ним, то изрядно разнервничался. У меня даже руки немного задрожали. Всё-таки я решил совершить что-то выдающееся. Эх, сейчас бы выпить, чтобы успокоить нервы… Нет, вы не подумайте, что я алкаш. Мне бы не составило труда завязать с алкоголем, но матушка мне говорила, чтобы я никогда не бросал то, за что взялся. Вот и приходится пить. Да и мне действительно надо чуток успокоиться. Ведь если всё получится с кораблём светлых, то меня явно станут очень усердно искать, дабы отомстить. И ещё меня мучило осознание того, что на судне будет несколько десятков светлых игроков. Мне совсем не хотелось их смерти, поэтому я надеюсь, что никто из них не погибнет. Корабль вроде бы не должен получить такие повреждения, которые не позволили бы светлым спастись.

Меня несколько успокоили такие выводы, благодаря чему из города я вышел с холодным рассудком, обратив внимание на то, что оба стражника задрали головы и восхищённо рассматривали «Погибель тёмных». По-моему, они даже не заметили, что из Библа кто-то вышел. Да, корабль светлых впечатлял. Он был самым большим судном, которое я видел, и имел три паруса и две палубы. А над «вороньим гнездом» гордо реял треугольный стяг с какими-то буквами. Кажись, корабль имел отношение к одному из кланов светлых. Это опять немного выбило меня из колеи, но я взял себя в руки и быстро зашагал по дороге, поглядывая на горы отработанной породы. Они все увеличивались и увеличивались за счёт полных тележек, которые по железным рельсам тянули сюда яки. Благо, что эти кручи были далеко от дороги, поэтому меня вряд ли заметил кто-то из рабочих, управляющих яками. Но я всё равно поглубже натянул на голову капюшон плаща и сгорбился, чтобы казаться ниже. И вот таким макаром я покинул зелёную зону и стал глядеть на горы, выбирая место для засады. Оно должно быть выше предполагаемого полёта корабля и не так далеко от дороги, ведь судно сперва полетит над ней, а уж потом начнёт набирать высоту. Вот вроде бы тот выступ вполне подходит мне, но до него довольно сложно добраться. Здесь же нет тропинок. Но делать нечего надо ползти, хотя подъём может занять не меньше часа.

Я свернул с дороги к горной гряде, нашёл расщелину, которая постепенно шла вверх, и стал штурмовать её. Дело это было муторным и сложным. Острые камни рвали ботинки, а крутые подъёмы лишали выносливости, даря реки пота. Моя кожа противно зудела, а изо рта вылетало хриплое дыхание. Мне приходилось частенько делать привалы, падая на редкие здесь клочки жёлтой травы. Но я упорно шёл вперёд, стиснув зубы и обдирая в кровь пальцы, которые уже не защищали порвавшиеся перчатки. А потом мне вообще пришлось карабкаться вертикально вверх по отвесному склону, выискивая за что бы уцепиться. Благо, что таким образом я преодолел всего три-четыре метра, а затем очутился на узком каменном карнизе, который поднимался к вершине горы. Я устало побрёл по нему, стараясь не смотреть вниз, и вскоре встретил крылатую тварину, похожую на полутораметрового варана с кожистыми крыльями летучей мыши. Он имел толстую серую кожу и почти сливался с пейзажем, из-за чего я чуть не проморгал его. Всё же мне удалось заметить «варана».

Глядя на монстра, я устало потряс топором и грозно прохрипел, едва не выплёвывая горящие огнём лёгкие:

— У-у-у сука!

Тот опасливо посмотрел на меня жёлтыми глазами с чёрными крапинками и решил не связывать — взмахнул крыльями и полетел к соседней вершине. Я завистливо посмотрел ему вслед. Вот мне бы крылья, а то иду тут как бедный родственник. Весь в поту и серой пыли, которая уже в три слоя покрыла плащ, из-за чего я стал похож на гигантскую моль. Хорошо хоть облюбованный мной выступ уже был рядом. Оказывается, тропинка-карниз вела прямо к нему, поэтому через десяток минут я приковылял на место и стал осматриваться. Первым делом мне в глаза бросился человеческий скелет, который будто бы прятался за здоровенным валуном, упавшим с вершины. И отчего он умер? Его убили? Хотя почему я сразу же начинаю с самого плохого варианта? Может, он просто играл в прятки и… переборщил? Шучу, конечно. Но все кости вроде бы целы, а в черепе нет лишних отверстий. Так что же с ним случилось? Сердечный приступ? Хер его знает. Странная смерть. Да и где все его шмотки? Кто-то упёр их после его смерти? Вполне возможно. Ладно, пора заканчивать играть в Шерлока Холмса и глянуть на местные пейзажи.

Я подошёл к краю уступа и увидел извивающуюся внизу дорогу, а чуть в стороне раскинулся Библ, с покачивающейся над ним «Погибелью тёмных». Да, я выбрал весьма удачное место для претворения в жизнь моего плана. Отсюда было всё видно как на ладони. Правда, здесь царил пронзительный ветер, который быстро высушил пот и стал изрядно донимать меня. А ещё тут оказалось довольно высоко, из-за чего я почувствовал мощный подъём адреналина, а уж когда зашатался камень под моей ногой, то весь адреналин едва не ливанул в мои трусы. Благо, что я успел отпрыгнуть на более надёжную часть уступа, а потом вовсе зашёл за валун, дабы скрыть от ветра. Тут я скинул с плеч мешок, вытащил птичьи тушки, обезглавил их кинжалов и принялся мастерить двух химер. Мои окровавленные пальцы с трудом вдели нитку в иголку, а потом стали сшивать части мёртвых тушек.

В итоге у меня получились две крылатые химеры. Я оставил их рядом с собой, вытащил из мешка оба фонаря, кусок материи, спички и сложил это добро тут же.

Итак, всё было готово и мне оставалось лишь ждать. Я присел, положив под мягкое место мешок, а потом укутался в плащ, оставив лишь щёлку для глаза, и стал внимательно наблюдать за нёбом над городом. «Погибель тёмных» всё так же покачивалась на ветру, натягивая толстый трос, который удерживал её возле башни-спицы. Пока корабль никуда не собирался улетать. И если слова капитана о времени отчаливания из города правдивы, то меня ждёт жуткая ночка. Я уже начал замерзать, а всё из-за прохудившихся ботинок. Но несмотря на свой плачевный вид они, как и перчатки, продолжали прибавлять к моим параметрам дополнительные единицы характеристик. Кажись, не так сильно я их и убил, хоть они и не согревали ноги. Эх, сейчас бы костерок запалить, но тогда можно ставить жирный крест на моей затее. Придётся терпеть.

И я терпел, вскоре начав развлекать себя тихим фальшивым пением, вырывающимся между посиневших губ:

— Холодный ветер с дождём усилился стократно. Всё говорит об одном, что нет пути обратно, что ты не мой лопушок, а я не твой Андрейка. Что у любви у нашей села батарейка. О-оу-и-я-и-ё! Батарейка… О-оу-и-я-и-ё!

Мне сразу же вспомнились студенческие посиделки, из-за чего в сердце проникла грусть. Похоже, я любил ту свою жизнь, но она не отвечала мне взаимностью. Но вот если я выберусь из Чистилища, то непременно снова поступлю в медицинский и закончу его. Жаль только, что я вряд ли буду помнить свои приключения в этом месте. Мне вполне могут стереть воспоминания о Чистилище, ведь отсюда явно кто-то возвращался, а на земле нет никакой информации. Неужели никто не рассказывал о своём путешествие в такое странное Чистилище? Хотя их могли посчитать сумасшедшими. Короче, хрен его знает, что выйдет. Лучше я снова спою. Хоть какое-то развлечение.

Я промычал ещё с пяток песен, а потом мне надоело, да и на землю опустились сумерки, а в такое время лучше молчать и не привлекать к себе внимание местных тварей. Поэтому я перешёл на мыслительную деятельность, став в целом размышлять о Чистилище. И спустя какое-то время меня больше всего зацепил один вопрос — а где же всё-таки все люди младше шестнадцати и старше тридцати трёх? Почему их тут нет? Может, у них отдельные «серваки»? Хотя много ли может нагрешить среднестатистический ребёнок до пятнадцати лет включительно? По-моему, таких даже не стоит слать в Чистилище, а надо сразу отправлять на перерождение. И тут меня осенило! А что если дети действительно не попадают в Чистилище? А с теми людьми, кому уже больше тридцати трёх, уже всё понятно? К такому почтенному возрасту человек явно успеет прильнуть либо к светлой стороне, либо к тёмной. Конечно, всё что я тут сейчас нафантазировал может быть полнейшим бредом, но звучит-то логично! Я совсем не удивлюсь, если когда-нибудь узнаю, что дело обстоит именно так!

Меня настолько поразили собственные выводы, что я промычал непослушными губами:

— Ну мой мозг и дал гари. До такого додуматься. Вот что значит провести полдня на горе в полном одиночестве. Так, а это что там такое?

Я увидел, как в густых сумерках в небе над Библом что-то заколыхалось и двинулось в мою сторону. Кажись, это «Погибель тёмных» изволила покинуть город. Вот ведь хитрецы! Даже «бортовые огни» не зажгли, как делали другие корабли, когда летели в темноте. Только Андрейку вы не проведёте! Я вычислил вас! Но надо поторапливаться, а то их судно очень быстро набирает скорость и высоту. Я попытался подняться на ноги и застонал из-за того, что моё тело затекло и промёрзло прям до самого чёрного сердца. Мне пришлось десяток секунд разминаться, кряхтя от боли, а затем я подул на окоченевшие пальцы, после чего накрыл полами плаща масляный фонарь, зажёг его и обмотал чёрной материей, чтобы не было видно огонёк. И теперь мне предстоял самый сложный этап плана — заставить химеру понять, что ей надо сделать.

Я оживил мертвечину, дав максимальный уровень, сунул в лапы фонарь, а потом коротко объяснил задачу. Ей всего лишь надо было проникнуть на вторую палубу через любое незадраенное отверстие или плохо прикрытую дверь, а потом поджечь переборку арсенала, разбив об неё фонарь. Я объяснил химере, где находится арсенал, но меня терзали определённые сомнения в том, что мертвечина поняла. Всё же я отправил её к кораблю, который уже оказался всего в десяти метрах от моего уступа. Я сумел различить человеческие силуэты, снующие по верхней палубе, и услышал обрывки разговоров, среди которых терялся шум крыльев химеры. Она благополучно канула во тьму, а я спрятался за валун и стал ждать. Если ничего не получится, то придётся устраивать другую засаду или вообще отказаться от мысли разобраться с «Погибелью тёмных». У этого корабля почти нет слабых мест. Его можно подавить лишь другим таким же кораблём, но с более классной командой, или же, как я, — попытаться поджечь арсенал, когда там горшки с зажигательной смесью. Но огонь могут заметить гораздо раньше, чем он прогрызёт перегородку и доберётся до горшков. Поэтому шансов на успех было крайне мало.

Между тем пробежали те секунды, которые я отмерил химере. Она уже должна в очередной раз умереть. И вот успела ли мертвечина выполнить ту задачу, которую я возложил на неё? Она вообще поняла её? Да хрен её знает. Пока корабль вполне спокойно поднимался в чистые небеса, где сиял серебряный глаз луны. Паруса надувал холодный ветер, благодаря чему скорость всё увеличивалась и увеличивалась. И тут вдруг прозвучал взрыв, за которым последовал душераздирающий треск. Мне показалось, что судно разорвал огненный шар, который возник внутри второй палубы. Корабль разломился на две части, но его не объяло пламя, ведь обшивка, паруса, такелаж — всё это было пропитано специальным составом, недающим огню поживиться этими частями судна. А вот некоторые игроки вспыхнули, словно просмолённые факела, а потом все они воя от боли и ужаса понеслись к земле вместе с развалившейся «Погибелью тёмных». Корабль ко времени взрыва оказался высоко в небе и теперь не имел никаких шансов выжить, как и его экипаж. Люди разбивались о каменную поверхность дороги под ужасающий грохот, с которым разлетелись вдребезги две части судна. У меня в этот момент сердце оборвалось. Я же всех их убил! До теракта мне казалось, что этого можно избежать, но судно набрало слишком большую высоту. Я не рассчитывал, что летающие корабли способны на такой манёвр. Надеюсь, что среди игроков не присутствовало тех, у кого это была последняя жизнь, иначе меня совесть сожрёт. Хотя кого я обманываю? Я допускал мысль, что светлые погибнут, но блеск пяти тысяч золотых монет затмил мой разум. Мда, похоже, я легендарная мразь. От осознания этого мне стало тяжело на душе, а потом вдруг прозвучал чистый, громкий голос, льющийся с неба:

— Внимание, игроки! За долгое время среди вас появился тот, кто преодолел отметку в две с половиной тысячи единиц славы!

И на этом голос замолчал, а у меня подкосились ноги, и я упал на задницу, а затем молниеносно открыл интерфейс. Да, так и есть, уровень моей славы оказался 2725 единиц. Две тысячи четыреста пунктов славы мне дали за погибших светлых. И почему-то за одних давали всё ту же сотню, а за некоторых всучили даже по две сотки. Хм, странно. Я бы подумал над этим вопросом ещё, но тут за моей спиной раздалось голодное рычание…

Глава 18

Я резко обернулся и увидел троицу крылатых «варанов». Возможно, среди них был и тот, которого мне сегодня пришлось шугануть. Они медленно наступали на меня, прижимая к краю уступа и отрезая от тропинки-карниза. Вот суки! Как же вы не вовремя! И мне ведь не убежать. Придётся принимать бой и преимущество будет совсем не на моей стороне. Я скрипнул зубами от досады, почувствовав, что в воздухе отчётливо запахло Тёмным храмом и зловонным смрадом, которые вылетал из оскаленных пастей с жёлтыми загнутыми зубами. Твари шли на меня, цокая когтями, широко «улыбаясь» и сверкая глазами в крапинку. Они уже предвкушали сбалансированный ужин. Мне стало не по себе, но я схватил в руки топор, выставил его перед собой и стал боком двигаться к валуну. Если я спрячусь за него, то звери смогут лишь вдвоём нападать на меня, да ещё мне жизненно важно засунуть в мешок фонарь и химеру, которые лежали за валуном, иначе они останутся тут, если меня всё-таки убьют. А мне не нужны лишние улики. Ведь светлые не дураки. Если они обнаружат на уступе химеру, то начнут искать того, кто её создал. Это как если бы тут нашли мешочек с травкой, то все бы заподозрили Снуп Догга. Поэтому сейчас даже более важно убрать улики, нежели спасти свою жизнь. Но я, конечно, не собирался сдаваться на милость «варанов», самолично посыпав себя солью и перцем. Вот только в этот миг один из зверей взмахнул крыльями и взлетел на валун, подняв в воздух клубы колючей пыли. Млять, они всё же смогут втроём атаковать меня. Вот же жопа!

Я пробормотал, укоризненно глянув на того противника, который оседлал валун:

— Нечестно.

А тот широко оскалил пасть, продемонстрировав длинный гибкий язык, булькающе зарычал и весь напрягся. Под его чешуёй обозначились крепкие мышцы, а крылья прижались к телу. Кажись, он готовился напасть. Надо действовать. Я двумя громадными прыжками оказался возле химеры и фонаря, лихорадочно засунул их в мешок, а потом, почти не глядя, отмахнулся топором, яростно заорав:

— От винта!

Лезвие попало по морде самого ретивого варана, выбив фонтан зубов и перерубив нижнюю челюсть. Он протяжно взвизгнул, захлёбываясь зеленоватой кровью и отпрыгнул, поумерив пыл. Но вот его соплеменник вцепился в мою правую руку, в которой я держал оружие, и из моего рта тут же донёсся вопль боли:

— А-а-а!

Зубы «варана» прокусили наручи и вошли глубоко в конечность, едва не достав до кости. Тотчас брызнула горячая кровь, от которой пошёл лёгкий пар. Я же едва не потерял сознание от боли. Даже перед глазами всё потемнело. Но тварине этого показалось мало. Она дёрнула руку в свою сторону, словно хотела оторвать и позже поставить возле камина. И рывок был такой силы, что моё плечо противно хрустнуло, напомнив мне тот раз, когда я сел на новенький айфон, а потом меня пронзила очередная вспышка боли и моя тушка упала на мелкие камни. Но если бы не это падение, то мне на спину приземлился бы другой «варан», который сидел на валуне, а так он схватил пастью лишь воздух вместо моего плеча и теперь несколько растерянно стоял возле моих ног. Правда, такое «счастливое» стечение обстоятельств уже не имело никакого значения. Я почти потерял сознание от боли, а моя правая рука была изорвана в лохмотья. Мне кажется, что я даже видел блеск костей в лунном свете. Я однозначно уже не мог сражаться, а следовательно — скоро умру. Твари разорвут меня, искромсав доспехи. Я потрачу уйму денег на восстановление брони, а уж какие незабываемые мгновения меня ждут, когда «вараны» всерьёз займутся моей тушкой… Видимо, мне остаётся лишь одно — минимизировать потери. Поэтому я совершил то, что никому не советую — собрал яйца в кулак, перекатился в сторону и рухнул с уступа, едва не утащив с собой «варана», который не отпускал мою руку. Он только в последний момент сообразил, что если не разожмёт челюсти, то вместе с добычей устремится вниз и никакие крылья ему не помогут. Вот зверь и отпустил мою конечность. Ну а я закрыл глаза и расслабился, слыша свист ветра в ушах, а затем последовала вспышка боли, пронзившая спину, и моё сознание кануло во мрак. Но он продлился недолго. Уже через секунду я открыл глаза в Тёмном храме. Он был ровно таким же, как тот, который мне пришлось против воли посетить в Иерихоне. Здесь так же располагался чёрный камень, кроваво-красный купол, расписанный весьма жестокими сценами, восхваляющими предательство, убийства и войну, а колонны были украшены человеческими костями. И благо, что никого из живых внутри не оказалось.

Я облегчённо вздохнул и торопливо пошёл к выходу, ступая по полу из тёмно-зелёного мрамора с красными прожилками. Эхо от моих шагов металось по залу и немного нервировало. Я не должен был оказаться тут! Заключительная часть моего плана прошла не так, как я рассчитывал. Вот чёрт! Теперь хрен его знает, какие будут последствия! Да ещё и жизнь потерял, и броню мне эти твари попортили! Но я всё-таки взорвал «Погибель тёмных»! Не какую-то там занюханную лодку с дырявым парусом и калекой у штурвала, а один из самых больших кораблей светлых игроков! От осознания этой мысли я чуть не получил оргазм, а широкая улыбка едва не порвала мой рот. И я ещё пару минут наслаждался своей победой, но мирские заботы требовали моего внимания, поэтому по пути к дверям мне пришлось осмотреть свои доспехи. Хорошо что повреждения оказались не слишком существенными. У корсет-кирасы только на спине была дыра от острого камня, вошедшего в тело, когда я упал, а в остальном — доспехи оказались целыми, если не считать мелких царапин. Да и плащ можно было отнести в категорию ещё годных вещей, а вот наручи, ботинки и перчатки надо будет заменить. И их стоит сменить даже не из-за того, что они накрылись медным тазом, а потому, что они могут многое сказать наблюдательному человеку. Где ещё так можно изорвать ботинки и перчатки, как не лазая по горам? А подобные выводы сейчас крайне опасны. Светлые будут искать игрока, угробившего их корабль. Поэтому я отправил наручи и перчатки в мешок, а вот от ботинок избавиться не мог, иначе бы мне пришлось ходить босиком, так что я в обуви покинул храм, предварительно убедившись, что снаружи никого нет. Странно, кстати. Где все? Может, сегодня Чёрная пятница?

Но стоило мне добраться до центральной улицы, на которой стояла таверна «Крепость», как я попал в ревущий поток горожан и игроков, которые бежали к городским воротам. Их возбуждённые глаза горели огнём, а рты не закрывались. Все наперебой кричали о крушении «Погибели тёмных». Естественно, что светлые игроки с горечью говорили об этом происшествии, а тёмные — ехидно, со злорадством. Местные же просто констатировали факт и спешили посмотреть на останки корабля. И пока никто ничего не знал о причине крушения судна, поэтому строились самые фантастические догадки, но чаще всего звучала та версия, в которой среди команды затесался предатель. Дескать, он там что-то накрутил, сломал, поджог, залил восьмидесятый бензин — и из-за этого судно погибло. Мне понравилась такая версия. Надо будет поддерживать именно её.

Пока же я следом за всеми покинул город и побежал к границе зелёной зоны, где уже столпились сотни игроков и горожан. Они не покидали безопасную область, так как выход из неё грозил большими проблемами. Ведь светлые и тёмные игроки уже успели накалить обстановку до высоченного градуса. Казалось, что сейчас затрещал разряды электричества. Одни издевались над другими, а те злобно огрызались. Ну, я думаю, что вам понятно, кто чем занимался.

А вот команда «Погибели тёмных» в полном составе копошилась на останках корабля, от которого мало что уцелело. Повсюду были лишь обломки досок, обрывки парусов, такелажа, искорёженный металл и сломанные приспособления для стрельбы гарпунами. Но игроки, вооружившись факелами, всё-таки пытались собрать хоть что-то. Они стаскивали в одну большую кучу всё то, что казалось им пригодным для восстановления, и параллельно громко ругались друг с другом. Я прекрасно слышал их бешеные крики, умопомрачительные проклятия и отчаянные возгласы. Кажется, они ещё не отошли от шока. Даже их капитан был раскалён, точно металл в доменной печи. Он явно не контролировал себе — тяжело дышал, в глазах застыло безумие, а треуголка сидела набекрень.

В этот миг он резко подскочил к какому-то щуплому гоблину в кожаной куртке, схватил его за грудки и принялся орать прямо в лицо:

— Это ты, сука, виноват! Ты вышел из арсенала за минуту до взрыва! На кого ты работаешь, падла?! Кто тебя купил?! Отвечай, мразь!

— Джед, да ты чего? Я же… я же… — испуганно лепетал тот, выпучив жёлтые глаза. — Да у меня даже свечи не было, когда я в арсенал ходил… И ты же сам мне приказал поднять на верхнюю палубу два малых зажигательных горшка…

— Ты всё врёшь, ублюдок! — заорал капитан и вмазал ему по роже кулаком.

Гоблин упал на четвереньки и весь сжался, ожидая новых побоев, но тут между ним и Джедом встала та самая рыжая девушка, которую я видел на базаре. Она закрыла желтоглазого игрока своей спиной и успокаивающе произнесла, глядя в перекорёженное лицо капитана:

— Я сама с ним поговорю. Ты сейчас… немного… э-э-э… на взводе.

На мгновение мне показалось, что он и её ударит, но Джед сдержался и отошёл в сторону, где сел на камень и закрыл лицо руками. Тёмные игроки в эту секунду разочарованно выдохнули и стали насмехаться над капитаном. А я вот подошёл к самой границе зелёной зоны, растолкав игроков, и стал прислушиваться к диалогу рыжей и шмыгающего разбитым носом гоблина. Благо, что до меня долетали их слова, хоть они и были изрядно приглушены расстоянием.

Девушка мягко спросила у него, помогая встать на ноги:

— Мич, расскажи, что произошло в арсенале? Ты просто взял горшки и ушёл? Ты не мог там забыть свечу или фонарь?

— Я же говорю, что у меня ничего с собой не было: ни свечи, ни фонаря, — протараторил тот, вытирая кровь с лица тыльной стороной ладони. — Я в темноте взял горшки и поднялся наверх. И мне не нужно было освещение. Я этот корабль до последнего гвоздя знаю… знал. Да и гоблины видят в темноте чуть лучше, чем люди.

— А что же тогда произошло? Почему прозвучал взрыв? — задумчиво изрекла рыжая, сдвинув над переносицей тонкие брови. — Может, среди горшков были бракованные? Ну, нет, мы их все по десять раз проверили… Мич, вспоминай. Может, тебя что-то насторожило в арсенале? Там никто не мог прятаться?

— Ты тоже думаешь, что это кто-то из наших? — мрачно бросил гоблин, громко высморкавшись под ноги и покосившись на капитана, который словно окаменел.

— Не исключаю такого варианта, — дипломатично сказала девушка, проведя рукой по коротким волосам, подстриженным в мужском стиле. — Я просто не знаю, что ещё думать. Как можно попасть в арсенал, минуя палубы, дверь и всех нас? Кто это мог сделать? Призрак с факелом?

— Хм… — вдруг коротко хмыкнул Мич, словно ему в голову пришла какая-то интересная мысль. — А знаешь, когда я закрывал дверь в арсенал, то мне будто бы почудился звук хлопающих крыльев.

— Ну и что? Вокруг корабля часто летали птицы.

— Так звук, будто бы раздался надо мной… — протянул гоблин, поглаживая себя по узкому подбородку.

— Ты хочешь сказать, что судно уничтожила птица? — округлила глаза девушка, скептически глядя на парня.

— А что если какой-нибудь игрок управлял этой птицей, превратив её в крохотную бомбу? — предположил Мич. — Мы ведь не знаем все классы, которые есть в игре. Вдруг кто-то способен на такое?

— Хм… — теперь уже хмыкнула рыжая, а потом возбуждённо прострекотала: — А ведь ты можешь быть прав. Тогда ясно, почему после гибели корабля и команды, Глас Божий оповестил нас о том, что в локации появился игрок, сумевший набрать больше двух с половиной тысяч славы! Он за нас получил такую прорву славы…

—… И это должен быть тёмный! — вставил свои пять копеек гоблин, сверкая глазами.

— Да, да! — жарко бросила девушка, сжав кулаки. — И он вполне мог взять задание на устранение нашего корабля. Ведь глупо просто так уничтожать его, когда можно ещё получить пять тысяч монет!

— А значит, эта мразь может сейчас быть в банке… — протянул гоблин и тут же сорвался с места, помчавшись в сторону зелёной зоны.

Я же в этот момент подумал, что под личиной Мича скрывается Шерлок Холмс, а рыжая — это миссис Марпл. Как они на пару раскатали меня! Феноменально! Хотя нет, на самом деле это не так сложно, как могло бы показаться. Глас Божий изрядно им помог. Если бы он не заявил о том, что в локе появился такой красавчик, как я, то они бы могли и не додумать до подобного итога. А теперь светлые нащупали ниточку и могут добраться до меня. Я почувствовал, как внутренности сжались в комок, который потом встал в горле. Да ещё я в эту секунду встретился взглядом с рыжей, которая подозрительно смотрела на меня. Твою мать, и что делать? Уйти? Отвернуться? Проигнорировать? Нет, так я оправдаю её подозрения. Надо сделать что-то другое.

Придя к такой мысли, я раздвинул губы в насмешливой улыбке и крикнул:

— Я опоздал к началу представления. Можете повторить? Ещё корабль есть?

— Пошёл ты, урод, — злобно бросила та и показал мне средний палец.

— Да ты, похоже, близорукая, раз не рассмотрела моей красоты, — глумливо произнёс я и громко заржал.

Девица что-то злобно пробурчала и пошла к капитану, который продолжал изображать убитую горем статую, словно он только сейчас узнал, что на пенсию сможет выйти лишь в шестьдесят пять.

А когда рыжая оказалась возле него, то присела на корточки и стала быстро говорить. До меня уже не долетали её слова, но мне и так было ясно о чём она ведёт речь.

Постепенно монолог девушки дошёл до воспалённого разума Джеда и тот отнял руки от лица. И то, что я увидел, мне сильно не понравилось. В его глазах горела такая жажда мести, что меня пробил озноб, а правая рука сама потянулась к шее, дабы задушить хозяина и тем самым лишить его возможности попасть в лапы капитана погибшего судна. Кажется, мне пора валить в таверну. Насмотрелся уже.

Я медленно развернулся, натянул на лицо насмешливое выражение и неторопливо пошёл к городу. Ничто в моём внешнем виде не должно выдать того дикого напряжения, которое царило внутри моей драгоценной шкуры с несколькими десятками диетического мяса. Я даже отмочил пару шуток над светлыми, пока шёл в город, а потом проник в Библ и двинулся к таверне по полупустынным улицам.

По пути мне всё же встречался кое-какой народец, который уже нагляделся на останки «Погибели тёмных» и вернулся в город, а вот когда я попал в зал «Крепости», то тут же вляпался в бойкое обсуждение того, что случилось с судном светлых сволочей. Я живо присоединился к дискуссии, заказав поздний ужин и оплатив комнату на одну ночь.

Естественно, что такое жаркое обсуждение, которое сотрясало нутро таверны, закончилось далеко за полночь, но зато я нашёл в зале тёмного игрока, который с утра вместе с караваном уходил в Есевон. Он пообещал мне помочь попасть в караван, за что я угостил его выпивкой, да и сам накатил, а то нервишки расшалились.

Но всё же засыпал я с трудом, несмотря на пивасик гуляющий по телу, а когда всё-таки отправился в царство Морфея, то пару раз просыпался в холодном поту, видя перед собой перекошенное лицо Джеда, который гнался за мной, дико хохоча и угрожающе потрясая бензопилой. Я ей-богу чуть лужу не пустил, а утром проверил трусы. Они оказались сухими, что лишний раз подтверждало какой я герой.

Ну а после проверки трусов я спустился вниз, где торопливо закинул в топку ранний завтрак, оставил хозяину послание, которое предназначалось Лане, а затем пошёл на базар. Мне надо было купить новые ботинки, перчатки и щит, а учитывая, сколько сейчас у меня имеется денег, по качеству они не будут превосходить китайские презервативы. Ну, вы поняли, да? Их же больше миллиарда.

И в принципе, на что я рассчитывал, то и получил. Мне удалось купить за две золотые монеты простенький стальной щит, похожий на тот, которым я орудовал у Грома, а также за пятьдесят серебряных взял перчатки на рыбьем меху и такие же сапоги, обошедшиеся в один золотой. Надеюсь, я в них ноги не отморожу.

Я торопливо напялил обновки, лишившись бонусов, которые давали прежние ботинки и печатки. И вот теперь мне можно было топать наниматься в караван, хотя жутко хотелось зайти в банк и взять награду, но я же не дурак. Светлые явно ещё не сняли с него наблюдение, так что я где-нибудь в другом городе забегу за деньгами. Скорее всего, это произойдёт в Есевоне, так как мне надо в кратчайшие сроки заплатить штраф.

Пока же я пошёл к городским воротам, где должен тусоваться караван. Но стоило мне покинуть базар, как я тут же напоролся на гоблина Мича и рыжую девицу. Они выскочили из подворотни, явно поджидая именно меня. И вид светлые имели крайне решительный и даже злобный. Они сменили одежду на стальные доспехи, словно подчёркивали, что настроены весьма серьёзно, и топали ко мне, едва не рыча.

Но меня такими гримасами не проймёшь. Я сам пошёл в атаку, глумливо бросив:

— Какие люди и без корабля… Вы стали такими приземлёнными. Любо-дорого посмотреть.

— Кто подговорил тебя убедить Бруха сделать скидки, а?! — гневно выдохнула рыжая, положив руку на рукоять меча, покоящегося в ножнах на бедре. — Кто твои сообщники?!

— Отвечай! — рыкнул гоблин, у которого появились круги под глазами.

— Это все американцы! Они заставили меня! — провизжал я, заламывая руки и украдкой оглядывая пустынную улицу. — И в лифте тоже они насрали!

— Значит, не хочешь по-хорошему? — вкрадчиво протянула девушка, играя крыльями носа.

— Хочу, — улыбнулся я и подмигнул ей.

— Тогда отвечай! — бросил Мич, хрустнув шеей.

— Та-а-к, кто подговорил меня? Наверное, чувство жалости. Мне стало так жалко Бруха. Ну, вы ведь видели его? Он же чуть менее жалок, чем этот коротышка, пытающийся выглядеть свирепым и крутым. Слушай, может мне и тебе помочь?

— Мразь! — выплюнул тот и выхватил из-за пояса метровую духовую трубку.

— О, сыграть решил? Самое время, — ядовито усмехнулся я.

— Мич, — выдохнула девушка и быстро положила руку на трубку. — Не надо. Он не стоит этого. А ты, урод тёмный, не нагнетай, а отвечай. Какой у тебя класс?

— Одиннадцатый бэ. Школу назвать? — проговорил я, оскалившись во все тридцать два зуба, а потом серьёзно сказал: — Товарищи светлые, вы просто теряете время. Те, кто умудрились расхреначить ваш корабль, свалили отсюда ещё вчера. И это явно топовые игроки, а не новички. Так что дайте мне дорогу. У меня, знаете ли, есть дела поважнее, чем объяснять прописные истины двум туповатым светлым.

Те переглянулись и нехотя разошлись, а я сделал два шага, остановившись возле рыжей, а потом сально подмигнул и прошептал, вдохнув аромат её волос:

— Если захочешь ещё раз встретиться, то приходи одна. Я всё тебе расскажу… Как подбил ваш корабль метким плевком, как завалил Кеннеди, ну и все горелые семечки в пачках тоже на мне…

— Придурок, — рыкнул она и двинулась в противоположном направлении, а гоблин поскакал за ней, пронзив меня горящим от ярости взглядом.

— Зря! Мы бы могли быть шикарной парой! Это я не тебе коротыш, а то у тебя уже глаза загорелись! — весело крикнул я им вслед и потопал к городским воротам, ощущая громадное облегчение. Кажется, роль мне удалась. Но скоро они выяснят, что я химеролог и тогда их подозрения окрепнут…

Глава 19

В караван меня приняли со скрипом, потому что там и так уже было целых пятьдесят охранников. Я когда их увидел, то маленько охренел. Что же такое внутри десяти небольших фургонов, похожих на те, что использовали переселенцы Дикого Запада, раз нужна такая орава бойцов? При том что половина охранников была из местных, а вторая — примерно поровну состояла из светлых и тёмных игроков.

Дисциплина в караване царила строжайшая. Шаг вправо, шаг влево — минус десять процентов от награды, которую всем выдадут в Есевоне. А полагалось нам в среднем по десять золотых монет, так как по дороге в город вряд ли найдётся кто-то с такими огромными яйцами, чтобы осмелиться атаковать фургоны. Но мне предстояло покинуть караван где-то на середине пути, потому что именно там начиналась дорога к крепости клана Астарот, и, следовательно, мне обещали заплатить лишь пять золотых монет и дать столько же славы. Я в этот момент едва не рассмеялся, но всё же сдержался и согласно кивнул, после чего караван выполз из ворот Библа и двинулся в Есевон.

Мне выпало идти вместе с тёмным орком слева от седьмого фургона, а впереди нас шёл светлый эльф и самая настоящая амазонка: загорелая, подтянутая, высокая, с широкими плечами, волевым лицом и гривой золотистых волос. Она сжимала в руках длинное копьё, а вот в качестве одежды на девице оказалось какое-то недоразумение. На ней красовалась лишь меховая полоска, обёрнутая вокруг мощной груди, и коротенькие шорты — тоже из бурого меха. И она вообще не страдала от холода. Похоже, что ей помогал согреться класс или расовая особенность. Мне кажется, что она не совсем человек, ведь любой мой сородич уже бы выбивал зубами чечётку на таком холоде, а амазонка даже не ёжилась, хотя шла чуть ли не голая. И кстати… несмотря на то, что девица была почти обнажена, я, как джентльмен, смотрел только на те участки её тела, которые оказались прикрыты мехом. Особенно меня восторгал её выпуклый зад. Так и хотелось ухватиться за него, но чую подобная фривольность могла закончиться копьём в моей заднице. Поэтому я лишь облизывался, а через какое-то время немного пресытился этим зрелищем, да и к обеду что-то солнце разошлось не на шутку. Яркие, жгучие лучи заставили меня покрыться потом и думать о тенёчке, а не о прелестях амазонки.

А идущий рядом орк прохрипел, проведя рукой по слипшимся русым волосам:

— У меня сосед из-за яркого солнца умер. Он загорал, а потом его пьяный брат застрелил. Ах-ха-ха…

Я криво усмехнулся, показывая, что оценил юмор, а обрадовавшийся орк отпустил ещё парочку шуток. Мне и их пришлось выслушать, весело улыбаясь. И он бы и дальше продолжил устаивать stаnd-up на ходу, но фонтан его острот перекрыл суровый окрик главы каравана, лысого здоровяка с тяжёлым, внимательным взглядом. Орк тут же закрыл рот, и дальше мы шли в тишине.

Так продолжалось несколько часов, по истечении которых караван остановился на привал. Я тут же подошёл к главе каравана, получил от него причитающуюся награду и направился по второстепенной дороге, которая ответвлялась от основного пути. Она вела к логову членов клана Астарот. Надеюсь, они помогут мне отыскать следы Искры. Я ведь обещал найти её в этой локации. Да и мне хорошо было бы на какое-то время скрыться с радаров команды погибшего корабля и не заходить в города. Правда, мне на днях всё равно придётся идти в Есевон, потому что надо мной довлеет штраф, который словно дамоклов меч.

Но пока я потопал по узкой горной дороге, которую очистили от камней, разбросав их возле обочины. Мне пришлось пройти всего сотню метров и убить двух мелких зверей, прежде чем я свернул и оказался перед древней крепостью, которая полностью заняла крошечное плато, возникшее среди гор с заснеженными пиками.

База Астарот оказалась седым от старости сооружением с мощной стеной, будто бы целиком высеченной из серой скалы. Она опоясывала центральное шестиугольное здание, имеющее пять этажей, где вместо окон были узкие бойницы, а крыша представляла собой ровную площадку. И ещё крепость могла похвастаться девятью островерхими башенками, которые располагались на стене и с каждой стороны от бронзовых ворот. К последним вёл каменный мост, который выгнулся над пропастью. Он не имел перил, и мне пришлось идти по нему, стараясь не смотреть вниз, где точно пики торчали острые камни. Благо, что мост был не очень длинным — всего метров пятьдесят в длину, да и в ширину он тоже был далёк от шоссе. На нём с трудом смогли бы разъехаться две телеги. Но зато армия захватчиков не сумеет всей массой подойти к воротам, да и окружить крепость супостаты тоже не смогут. Её стены стояли вровень с началом отвесного склона. Короче, база тёмного клана оказалась крепким орешком.

Я восхищённо цокнул языком, а затем подошёл к закрытым воротам и крикнул, задрав голову:

— Эй! Есть кто живой?

Спустя миг над парапетом блеснул шлем и появилось загорелое до черноты лицо… ах да, это же тёмный эльф. Он торопливо произнёс, словно куда-то спешил:

— Чего тебе?

— Привет. Можно войти? Я вот думаю встать под ваши знамёна, — соврал я, прикидывая, что меня могут не пустить, если озвучу настоящую причину. Кто его знает этих клановых игроков?

— А драться ты умеешь?

— Ага. Я сражаюсь со всем, что движется и косо на меня смотрит.

— Ладно, — бросил тот и скрылся из виду, а через миг до меня донёсся его крик: — Семён, открой ворота! Рекрута пусти!

Прошло ещё десять секунд и створки ворот начали тяжеловесно расходиться, блестя на солнце бронзой. Я быстро прошмыгнул в образовавшуюся щель, где увидел бородатого мужика. Он с натугой крутил ворот, которой с помощью ржавой цепи контролировал положение створок.

Мужик мигом прикрикнул:

— Чего рот раззявил? Помогай!

Я молниеносно присоединился к нему, и вдвоём мы несколько раз крутанули ворот, после чего ворота снова закрылись. Тут мужик вытер вспотевший лоб, махнул мне рукой и вприпрыжку помчался по пустынному внутреннему двору, где обнаружилось несколько приземистых хозяйственных построек. Я поскакал за ним, немного озадаченный увиденной картиной. А где все бойцы? Вон только на стене над воротами стоит парочка грустных малых, а больше здесь никого не было. Странно как-то. Но вскоре всё прояснилось. Стоило нам обогнуть донжон, как до меня начали долетать яростные крики толпы, а потом я увидел около сотни игроков, которые стояли перед деревянным помостом, где к столбу была привязана темноволосая девушка. И как только я увидел её, то у меня ноги приросли к плато, а сердце ухнуло куда-то вниз. Это была Искра. Я узнал её, несмотря на то, что лицо девушки оказалось покрыто слоем пыли, а на скуле сиял сочный кровоподтёк, который уже начал желтеть. К тому же возле левой глазницы ведьмы бугрилась гематома, которая не давала открыться глазу, а её одежда оказалась изорвана. Кольчуга, арбалет и кривая сабля пропали. Девица явно влипла в какую-то нехорошую историю и, похоже, её сейчас казнят. Меня от таких мыслей прошиб холодный пот. А ведь это может быть её последняя жизнь…

Я кое-как сумел похрипеть, склонившись к заросшему волосами уху мужика, с которым крутил ворот:

— Дружище, а что здесь происходит? Она же такая же, как и мы, — тёмная.

— Да эта сука ходила вместе с нами в башню Урсулы, где мы нашли кое-какие ценные вещи, так она хотела их украсть и свинтить, — гневно прорычал тот, выпуская изо рта неприятный кислый запах. — Но мы её сразу в оборот взяли. Наши клановые лидеры не пальцем деланные. Поймали её на горяченьком. И вот теперь мы её головы-то и лишим. Справедливо?

— А то, — закивал я, сглотнув комок, вставший в горле.

— Эх, бабы. Постоянно им мало, — махнут игрок рукой и добавил сквозь раскатистый смех: — Но не все они жадные, некоторые мёртвые.

— Верно, — натянуто улыбнулся я, стоя среди игроков, которые грязно оскорбляли Искру, а та яростно смотрела на них одним глазом через упавшие на лоб спутанные волосы.

— А ты молодец, соображаешь, — похвалил меня бородатый, когда отсмеялся. — Нам такие люди в клане нужны.

— Я поэтому сюда и пришёл, — радостно произнёс я, а потом задумчиво нахмурился и спросил: — Мне вот только одно непонятно с этой предательницей… А как она хотела свалить из крепости? Тут ведь монстры кругом. Как бы она до города добралась?

— Так предательница ведьма. У неё есть метла, на которой она летает, — объяснил игрок, а потом кивнул головой в сторону сарая, который стоял позади толпы, и проронил: — Вон там её вещи. Жаль они вернутся к ней после смерти. И жаль, что я не смогу подарить такую метлу своей жене. Но чтобы она не летала на ней, а подметала. А то у нас единственный раз в квартире было чисто — когда интернет отключили…

— Понимаю, — сочувственно вставил я, косясь в сторону сарая и слушая краем уха бубнёж бородатого, который жаловался на жену.

Мне в голову начали приходить различные идеи по спасению Искры. Но все они были довольно-таки рискованными и заканчивались местью со стороны клана Астарот. Стоит ли мне так подставляться, ради сохранения жизни ведьмы? Ну, если это её последняя жизнь, то явно стоит. Хреново, что я не знаю, сколько у неё их осталось. И вот что же делать?

А тут ещё бородатый отвлёк меня от размышлений. Он хлопнул меня по спине и, посмеиваясь, доверительно проговорил сквозь шум толпы:

— Я как-то раз купил водяной матрас, так он под утра уже порвался. На той стороне, где спала жена, столько заноз оказалось. Ахах-ха-ха… Ну, ты понял, да?

— Ага, смешно, — весело усмехнулся я, пытаясь не показывать снедающей меня тревоги.

— Всё, хорош ржать, — вдруг резко выдохнул игрок, мигом посерьёзнев, увидев высокого серокожего мужика, перед которым почтительно расступалась толпа. — Магистр Даймон идёт. Сейчас начнётся представление.

— А он чьих будет? Какая у него раса? — против воли поинтересовался я, глядя на острые уши, большие красные глаза и треугольную дырку, которая заменяла нос этому лысому парню в чёрной струящейся мантии. — На Волан-де-Морта похож…

— Закрой пасть, — злобно прошипел бородатый и замахнулся кулаком.

Я сделал вид, что испуганно отпрянул, и тот удовлетворённо отвернулся, вперившись влюблённым взглядом в магистра. На мой вопрос он, естественно, не ответил. Ну и шут с ним. Главное сейчас то, что все игроки внимательно наблюдали за шествием главы клана Астарот. Поэтому мне удалось тихонечко выскользнуть из рядов тёмных, благо что я стоял в самом конце почтительно замершей толпы, а потом, не скрываясь, двинулся к сарайчику, делая вид, что получил какое-то неотложное задание.

Но на меня всё равно никто не обратил внимания, так что можно было не хмурить брови и не строить сосредоточенную гримасу. Я без проблем подошёл к двери сарая и с досадой увидел, что она закрыта на новенький навесной замок, который насмешливо поблескивал. Мда, его не победить, вооружившись только оптимизмом. Зато петли, через которые проходила дужка, оказались прибиты к двери всего лишь гвоздями. Вот дебилы. Я подцепил одну петлю кинжалом, несколько раз дёрнул на себя и гвозди вышли из дерева. Теперь путь был свободен.

Я бросил тревожный взгляд через плечо, убедился, что все смотрят на магистра, который величаво поднимался на помост, а потом решительно сжал булки и вошёл в сарай. Внутри меня ждали полки, на которых лежало оружие, броня и шмотки. Видимо, всё это было трофейным. И клан Астарот не хило так нахапал, правда, тут прикорнули вещи не слишком хорошего качества. Наверное, всё самое ценное уже валялось под кроватью магистра. Но здесь всё равно оказалось довольно много вещей, поэтому я далеко не сразу нашёл метлу Искры. Она почему-то лежала среди копий. Но я пока не стал брать её, а вытащил из мешка две тушки тех зверей, которых убил по пути к крепости, сшил из них одну химеру, а затем спрятал её под плащ и прижал рукой. Дальше я забросил на спину свой мешок и щит, а метлу отправил под плащ с другой стороны, после чего двинулся к выходу, держа осанку ровной, словно лом проглотил. И я больше ничего не взял у тёмных, чтобы не прослыть крысой, ворующей у своих. Сейчас я спасаю давнюю подругу, а если умыкну из сарая клана хотя бы гвоздь, то стану вором, а мне подобной славы не надо. Поэтому я вышел наружу лишь с метлой ведьмы и тотчас увидел колыхающуюся от возбуждения толпу, которую умело завёл магистр, оказавшийся хорошим оратором. Он довёл игроков до точки кипения. Они яростно орали и проклинали Искру, которая смотрела на них, гордо вскинув голову. Я испытал некое восхищение, глядя на неё. Мне кажется, что я бы не смог вот так стоять перед беснующимися людьми, над которыми сам воздух сгустился от напряжения. Казалось, что сейчас разразится гроза, завоет шторм, рванёт вулкан и потекут багровые реки. Толпа жаждала крови и мести. Мне стало дурно от осознания того, что я вскоре буду врагом этих игроков. Но всё-таки я двинулся к помосту, пробираясь между тёмными. А те не особо-то обращали на меня внимание, поглощённые речью магистра, который продолжал нагнетать обстановку.

—…И вот эта женщина, посмела обмануть нас, братья! — грохотал его голос, а сам он указывал обнажённым мечом на ведьму. — Мы приняли её, преломили с ней хлеб и взяли в рейд, а она предала нас! И что теперь нам следует сделать с ней?!

— Убить! — слитно выдохнула толпа, горя праведным гневом.

— Убить и расчленить суку! — крикнул я, глядя прямо на ведьму.

— Мы не настолько жестоки, брат мой, — снисходительно бросил магистр, обратив внимание на мой возглас.

И помимо главы клана на крик среагировала Искра. Она посмотрела на меня и сразу же узнала, после чего её единственный не травмированный глаз округлился от изумления. Я же мелко кивнул головой, показывая, что у дяди Рея есть план по спасению её жопки. Девица ответила мне почти таким же кивком — ну, насколько ей позволяли двигаться верёвки, опутывающие её, словно бинты мумию.

Между тем магистр Даймон продолжил свою пламенную, изобличающую речь. А я вплотную приблизился к помосту и уже видел пыль на его дорогих сапогах, мягко сияющих синевой магии. Глава клана смотрел вдаль, на последние ряды, и мало что видел перед собой, а стоящие рядом со мной игроки, глядели только на него. Обстановка сложилась идеальная. Я вытащил химеру, оживил её и дал указание напасть на главу клана. А ещё я призвал Мрака и отдал ему тот же приказ.

В следующий миг оба моих питомца кинулись на цель, а я, спустя пару секунд, побежал за ними, заорав во всю глотку:

— Защитим магистра! Среди нас враги!

Глава клана осекся на полуслове, когда увидел, что на него мчатся две непонятные тварины и выставил перед собой меч, а те игроки, которые прежде стояли подле меня, с яростными криками рванули за мной, дабы закрыть своими телами драгоценного лидера. И естественно, что всех нас не выдержал наспех сколоченный помост. Доски затрещали — и вся конструкция рухнула, внося ещё большую сумятицу в ряды тёмных воинов. Ведь те, кто был далеко от эпицентра заварушки, вообще не понимали, что происходит и проталкивались вперёд, распихивая своих собратьев, желая узнать, что же произошло с помостом и магистром. А тут сверкали клинки бойцов, желающих отправить на тот свет мою химеру и Мрака. Последний ловко крутился возле главы клана и порой злобно шипел, пытаясь достать его когтями. И во всей этой кутерьме никто из тёмных даже не подумал рвануть к ведьме и проверить, что с ней. Вдруг она воспользовалась ситуацией и убежала? А Искра уже почти убежала. Я торопливо подскочил к её столбу, который, кстати, так и не упал, потому что оказался вставлен в выдолбленное в плато углубление, а затем мне удалось довольно шустро перерезать верёвки, удерживающие девушку.

Искра упала на колени, болезненно застонав, а потом прохрипела, прерывисто дыша:

— Дальше что?

— Вот, — лихорадочно бросил я, вытащив из-под плаща метлу.

— Отлично, — усмехнулась она и её лицо озарила надежда.

Следом девица цапнула метлу и оседлала её, а я присел позади неё, после чего летательный аппарат начал набирать высоту. И только тут тёмные заметили, что пленница совершила побег, да не одна, а с каким-то красивым, обаятельным парнем. Нам вслед мигом полетели проклятия и стрелы. И если первые я в свой адрес ещё в садике слышал, то вот вторые представляли реальную угрозу. А потом ещё и маги включились…

Глава 20

Мимо меня пронёсся шар огня, обдав таким жаром, что аж брови начали плавиться. А следом промелькнула ветвистая молния и развеялась метрах в десяти выше нас.

Я тотчас заорал, глотая холодный встречный воздух:

— Искра, пришпорь свою метлу! Нас сейчас собьют!

— Не могу… — надсадно прохрипела та, едва не соскальзывая с черенка от усталости. — У меня сильный дебафф.

— Млять, — процедил я и тревожно обернулся.

А там, внизу, маги и стрелки продолжали вести огонь. Да такой массированный, что у меня мурашки по зубам пробежали. Рано или поздно они нас собьют, и тогда мы окажемся в просрации. Все мои труды пойдут насмарку. И к тому же я уже испортил отношения с кланом Астарот. Вот жопа с ёжиком! Что же делать? Ну, сперва надо бы залететь за донжон, вот только Искра, по-моему, начала терять сознание.

Я склонился к её шее, скрытой грязными волосами и заорал:

— Подъём! Алло! Правь вон туда, чтобы нас закрыл донжон!

Девица слабо кивнула и метла начала плавно поворачивать. Но за то время, что мы совершали данный манёвр, мимо нас успели прошелестеть три зелёных магических плевка и с пяток арбалетных болтов, а вот очередной шар огня поджарил мне задницу.

— Горю! — завопил я, пытаясь стянуть со спины щит и мешок, а затем расстегнуть пряжку плаща, который охватило пламя. Был чёрный плащ, а стал — огненный плащ. Благо, что мне довольно быстро удалось его скинуть. Он устремился к земле, точно феникс. А потом я торопливо допил зелье лечения, восстановив очки здоровья и сняв боль, а то задница ужасно болела. Но штаны таким способом я восстановить не мог. На них обнаружилась здоровенная дыра с чёрными краями, а вот трусы нисколечко не пострадали. Наверное, они огнеупорные.

Хорошо хоть, что мы к этому моменту уже скрылись за донжоном и порядком отдалились от крепости клана. А наши недруги высыпали на мост и постепенно превращались в сборище чёрных точек. Фух, похоже, ушли. Возрадуемся же, братья! Тьфу, я прям как магистр Даймон заговорил.

Последняя мысль вызвала у меня кривую улыбку на устах, следом за которой последовал отчаянный вопль:

— Какого х…?!

Окончание фразы потонуло в диком свисте в ушах, ведь Искра всё-таки вырубилась, после чего летающая метла превратилась в обычную, и наш дуэт устремился к снежной шапке, покрывающей крутую гору. У меня всё завертелось перед глазами: снег, небо, камни, бесчувственное тело девушки. А мой тоненький внутренний голосок, отчаянно заверещал: «Нам писец! Вот и закономерный конец, герой сраный!» Страх сковал всё моё нутро, а головокружение едва не лишило сознания. Но всё-таки я не канул во тьму, а грохнулся в снег с грацией мешка с навозом и покатился по склону, издавая сдавленные восклицания. Мне пришлось совершить несколько четверных тулупов, пару акселей и с десяток лутцев и лишь после этого моё «путешествие» прекратилось. Я оказался в статичном положении на спине, и перед моими глазами кружилось небо, а рёбра нещадно болели, словно их пилили маленькие гномики, да и в грудь, будто кто-то кол забил, посчитав меня вампиром. И это мне ещё жутко повезло. Высота падения оказалась не такой большой, а снег не был покрыт коркой наста, иначе я бы точно не выжил. Но вот выжила ли ведьма?

Я кое-как приподнял чугунную голову, испустив протяжное кряхтение, а затем осмотрелся. Кругом был снег, громадные валуны и валялись наши вещи: мой щит, топор, мешок и метла ведьмы, которая оказалась сломана пополам. А вот самой девушки что-то не наблюдалось. А нет, вон она. Искра лежала на боку с закрытыми глазами, наполовину погрузившись в природную подушку. Ну, видимых повреждений у неё вроде бы не прибавилось, но это не значит, что она не погибла. И если у неё была последняя жизнь, то ведьма и не должна развоплотиться. Вспомните гоблина Бада. Хотя… тот бородатый тип говорил, что после смерти предательницы все её вещи вернутся к ней, следовательно — у Искры на данный момент есть как минимум две жизни, ведь после окончательной смерти шмотки остаются рядом с погибшим, а значит, они не смогли бы вернуться к ней, если бы её казнили в крепости. Но все эти размышления основываются на словах бородатого, а он мог ошибаться или просто врать. Поэтому я хоть и испытал кое-какое облегчение, но всё равно, изрядно волнуясь, собрался с силами и пополз к ведьме, шипя от боли и почти не чувствуя ног. Передвигаться таким способом оказалось крайне тяжело, снег набивался под забрало, а руки очень быстро уставали. И мне ещё вспомнился лётчик-истребитель Маресьев, который лишился ног, а потом его подвиг лёг в основу книги «Повесть о настоящем человеке». Ну, меня явно не ждёт такая доля. И даже если я сломал позвоночник, то его точно можно восстановить местными зельями. Вот только где я, а где зелья… Ежели у меня действительно отказали ноги, то вся надежда на полумёртвую Искру, которая лишилась единственного средства передвижения. Только ведьма сможет дотащить меня до города или принести зелье куда-нибудь сюда. Мда, похоже, разворачивается самая настоящая драма… А если ещё члены клана Астарот заметили наше падение и отправились на поиски… Блин, мне даже не хочется думать об этом.

Тем временем я дополз до ведьмы, снял со своей головы шлем, протёр снегом вспотевшее от усилий лицо, а затем стал приводить девушку в чувство. Похлопал её по впалым щекам, подёргал за нос и прижал ко лбу холодные руки. Вскоре мои манипуляции возымели действие на Искру. Она застонала, а затем открыла мутный глаз, который быстро прояснялся.

И спустя десяток секунд девица слабым голосом просипела, не делая попыток встать на ноги:

— Я в Раю?

— Ага. Добро пожаловать, ёпта, — усмехнулся я, вытерев перчаткой сопли.

— А это ты… — пасмурно промычала девушка, до конца придя в сознание. — А то я уж думала, что в Раю ангелы уродливые.

— Странно ты говоришь спасибо, — буркнул я, отправив в рот горсть снега.

— А я не просила мне помогать, — процедила Искра, а потом её лицо побелело, и она поспешно встала на четвереньки, выгнулась как кошка и выплюнула сгусток крови.

— Фу, — протянул я, отворачиваясь. — Какая мерзость, да ещё и блюёшь.

— Да ты сам… — выдохнула ведьма и осеклась, увидев мои трусы, сквозь дырку в штанах: — Это сейчас так модно? Или у тебя настолько ядрёные газы?

— Ага, проветрить решил, — проронил я, после чего насмешливо добавил: — Ты мне сейчас моего дядю напоминаешь. Он умирал от потери крови и что-то бормотал: группа … группа крови. Ну, я всё понял, стал гладить его по голове и напевать: группа крови на рукаве, мой порядковый номер на рукаве…

Искра через силу улыбнулась, села на пятую точку, подобрала ноги, а потом голодно посмотрела на меня и спросила:

— У тебя нет никакой еды?

— Есть кое-что, — произнёс я и кивнул головой в сторону мешка, лежащего в снегу. — Принеси мне его. Я достану.

— А чего сам не сходишь? За дамой не хочешь поухаживать? — ехидно бросила она, вставая на ноги.

— Да я, похоже, пока не могу ходить. Ног не чувствую.

— Млять. Хреново.

— И метла твоя сломалась.

— Вдвойне хреново.

— И черти из клана могут двинуться на наши поиски. Втройне хреново?

— Угадал, — мрачно кивнула ведьма, взяв мой мешок и возвращаясь обратно. — Нам надо валить отсюда. Они заберутся на эту гору за три-четыре часа. Ты точно не можешь ходить?

— Сейчас попробую. Нет, ты знаешь, позвоночник не сросся или что я там повредил, — саркастично выдал я, приняв мешок и вытащив из него мясо, хлеб и сыр.

Девица тут же накинулась на еду, утробно рыча и сверкая не заплывшим глазом. Я тоже отправил в рот немного снеди, запив её водой из фляжки.

Вскоре ведьма насытилась, прижала к гематоме на лице горсть снега и с неудовольствием спросила:

— Я так понимаю, что ты не взял из сарая остальные мои вещи?

— Неа. Куда бы я их засунул? Мне и так жутко повезло, что я не спалился.

— Ладно, я не держу на тебя зла, — улыбнулась Искра, нахально подмигнув мне.

— Ой спасибо, — иронично бросил я, а затем серьёзно добавил: — Собери вещи и пошли отсюда.

— Ты хотел сказать — поползли?

— Кажется, ты стала ещё более ядовитой, чем была прежде. У тебя случилось что-то ужасное или ты сразу была таким отвратительным человеком? — пробубнил я и посмотрел на Искру.

А та на пару секунд изменилась в лице, словно я задел какую-то потаённую струну её души, но уже через миг физиономия ведьмы снова стала привычно насмешливой, а сама она желчно бросила, вставая на ноги:

— Уж лучше быть такой ядовитой, как я, чем доверчивой, как ты.

— Ну и чего ты опять Алису вспомнила? Больше нечем уколоть?

— Я её здесь видела. Она вступила в клан, — сообщила избитая красавица, собирая мои вещи.

— В какой? — хмуро поинтересовался я, играя желваками.

— Имени святого Петра, — сказала Искра.

Ого, да мы с ней могли пересекаться, когда я встретил её клан в обществе представителей святого Павла. Как же причудливо переплетаются наши жизни. Вслух же я произнёс, начав ползти в сторону чернеющих в горе пещер:

— На каменной поверхности никто не увидит моих следов. И, надеюсь, пещеры выведут нас к дороге, а там мы попробуем подождать караван. Если есть идеи получше, то я готов выслушать тебя.

Девушка отрицательно покачала головой, снова приложив к гематоме горсть снега, и вдруг сама коснулась темы, которую я уже давно желал поднять:

— Хочешь знать, как я оказалась возле шеста?

— Ага, сгораю от любопытства.

— Этот ублюдок Даймон кинул меня. Он не захотел отдавать мне мою долю. А я нашла в башне вот такой алмаз, — негодующе прошипела ведьма и продемонстрировала свой кулак. — Серьёзно тебе говорю. Вот такой здоровый — ни больше, ни меньше.

— Я тебе верю. Но получается, что магистр клана решил не просто удавить тебя втихаря или послать на три весёлые буквы, а устроить вот такое представление? Зачем он это сделал? Ради чего?

— Ну как тебе сказать… — неожиданно замялась девушка, входя в пещеру и держа в руках мой топор и щит.

— А-а-а, — понятливо промычал я, вползая на каменную поверхность и надсадно дыша от усталости. — Ты попыталась восстановить справедливость, умыкнув алмаз?

— Ага, и меня поймали, — мрачно кивнула Искра, громко шмыгнув носом. — А ты-то как оказался в их крепости?

— Я же обещал тебя найти. Кстати, где тот красавчик, с которым ты вошла в портал? Неужели ты уже свела его в могилу своим характером?

— Почти угадал. Я всегда выбираю таких домашних животных, которые не хотят жить, — бросила ведьма, скрипнув зубами.

— Так он реально умер? — вскинул я брови, обратив внимание на то, что чем дальше мы уходили от входа в пещеру, тем меньше вокруг было света. Ну, логично, вообще-то, но писец как нервно. Вдруг сейчас кто-нибудь выскочит, а я даже убежать не смогу?

— Нет, не умер, — промычала Искра, дёрнув щекой. — Просто он оказался трусом. Не захотел идти в башню Урсулы.

— Вот печаль, — притворно горестно выдохнул я и напомнил ей, вдыхая спёртый пыльный воздух: — Как ты там говорила? Втроём-то мы сможем явно больше, чем вдвоём?

— Ага. И ничего не изменилось.

— Да? А кто же третий? Барин же свалил.

— Так я не его имела в виду, а Мрака, — вывернулась ведьма, блеснув глазами. — Кстати, ты не хочешь его призвать?

— Да, самое время, — пробормотал я и вытащил питомца из перстня.

Тот оказался передо мной и удивлённо выпучил глаза, увидев хозяина в таком странном положении. Я же подметил то, что Мрак выглядел весьма потрёпанным. Его морду пересекала сочащаяся кровью рана от клинка, а одна лапа оказалась неестественно вывернута. Похоже, темнопарду досталось в той заварушке возле помоста.

Я тяжело вздохнул, покосился на Искру и буркнул:

— Хоть ему бы сказала спасибо. Он тоже спасал тебя от казни.

— Спасибо, Мрак, — ласково произнесла она, присела возле питомца и стала гладить его по голове. — Ты такой смелый, сильный, а как вырос с нашей последней встречи…

Темнопард внимательно слушал её и довольно щурился, а потом и вовсе замурчал, начав ластиться к ведьме. А та с ехидцей проговорила:

— Каждый мужчина любит ласку.

— Кроме Барина. Тот-то сбежал…

— Я говорю о мужчинах, а не о трусах, — отрезала Искра и приняла вертикальное положение, из-за чего Мрак разочарованно мяукнул. — Нам пора идти.

— Мрак, топай на разведку, — приказал я питомцу и тот нехотя двинулся вперёд, хромая на одну ногу. — Блин, ему бы ещё немного посидеть в перстне, чтобы залечить раны.

— У нас нет на это времени, — сурово напомнила ведьма, а затем сняла со своих плеч мой мешок и передала его мне. — Он мне жутко мешает, а я и так не умею обращаться с топором и щитом. Ты сможешь его… э-э-э… поволочить на себе?

— Смогу, — решительно выдал я, взял мешок и закинул его за спину. — Ты главное не подпускай ко мне всяких чудовищ.

— Почти как в башне Баль-Дура, — усмехнулась девушка и двинулась вперёд, а спустя пару метров неожиданно спросила: — А помнишь тот жёлтый камень?

— Это который я тебе отдал? — уточнил я, наморщив лоб, словно силился его вспомнить.

— Ага, — кивнула ведьма. — Представляешь, я в этой локации нашла такой же.

— Да ты что! — удивлённо ахнул я, едва не отправив брови в космос. — Где?

— В башне Урсулы. Она оказалась аналогична обители Баль-Дура. Точно такая же башня с идентичной планировкой. Ну я и решила поискать там тайник. И он нашёлся. Правда, не совсем там, где была нычка Баль-Дура, но принцип работы оказался тот же — находишь нужный камень в стене, жмёшь на него и открывается потайная полость.

— И где сейчас камень? — прохрипел я, скрывая волнение.

— Какой именно? Тот первый я потеряла в Иерихоне или может быть у меня его украли, а второй — в моём мешке, который в сарае клана Астарот, — хмуро произнесла Искра, с сомнением посмотрев на потолок, с которого свисали каменные сосульки.

— Твою мать, — не сумел сдержать я эмоций.

— Согласна. Мне кажется, что эти камни фигурируют в каком-то крутом квесте, — мрачно проронила ведьма. — И теперь мне его не закрыть. Я же не могу вернуться в первую локацию.

— А тут ещё есть такие башни?

— Ага, одна, но её занял светлый клан. Ты думаешь, что там тоже есть камешек? Я такого же мнения. Но меня туда и калачом не заманишь. Я не буду так рисковать из-за этого осколка, ведь тот первый уже не достать. Лучше уж попытаться утащить мой алмаз, который сейчас у Даймона. Мы его точно продадим за хорошие деньги. И я тебе дам половину его стоимости — десять процентов.

— Опять ты со своей жлобской арифметикой, — отвлечённо пробормотал я, погрузившись в размышления. Вот вам не кажется, что эти камни буквально хотят, чтобы их нашли и соединили? Только я пустил всё на самотёк, а тут, оказывает, моя подруга уже всё обнаружила, притом что ей довелось случайным образом попасть в башню Урсулы. Она ведь заранее не знала, что эта башня такая же, как и та, в которой обитал Баль-Дур. Вот и выходит, что осколки чуть ли не сами лезут ко мне в руки… или не только ко мне.

Я покосился на ведьму, а та в этот момент с улыбкой сказала:

— Ладно, я дам тебе тридцать процентов. Ты на них сможешь купить себе роскошную коляску с автоподогревом сиденья и литыми дисками.

— Мне надо подумать, — проронил я, не имея никакого желания вступать с ней в пикировку, когда у меня перед глазами уже сиял собранный воедино солнечный камень. — А какой клан сидит в последней башне, где, возможно, находится камень?

— Святой Пётр, — широко ухмыльнулась Искра, у которой уже приоткрылся второй глаз.

— Тогда нам точно не стоит туда соваться, — произнёс я, вроде бы признав поражение, а сам стал придумывать как бы попасть в башню. И чем больше я думал, тем отчётливее понимал — шансов почти нет. Даже если я как-то проникну в башню, то меня тотчас схватят. Правда, я могу попробовать вариант с переодеванием, но опять же — такой манёвр очень рискован. Если меня раскроют, то мигом убьют. Мда, засада. Но так просто я не отступлюсь. Возможно, мне чуть позже удастся придумать что-то стоящее, а пока же наш дуэт остановился, пережидая то время, которое Мраку надо отсидеться в перстне, прежде чем снова явиться в этот мир. И вроде бы всё шло хорошо, но тут ведьма вдруг насторожилась, словно услышала что-то…

Глава 21

Спустя несколько секунд и я услышал. Это был неторопливый цокот множества когтей, именно когтей, а не коготков. По звуку было отчётливо понятно, что сюда движется кто-то большой и медленный, а скудный свет, исходящий от люминесцентного мха, растущего клочками, не давал возможности рассмотреть, кто же шествует по подземной глотке.

Я сглотнул вдруг ставшую вязкой слюну и посмотрел назад. Выход из пещеры сиял бледной светлой точкой далеко позади нас. И я вряд ли успею доползти туда. Хоть обладатель когтей и двигался небыстро, но всё же он был шустрее меня. Похоже, только Искра имеет все шансы спастись, если прямо сейчас рванёт к выходу, но она стояла в напряжённой позе и кусала нижнюю губу, а потом тихо проронила с вымученной улыбкой:

— Слышишь звук? Это знак, что нам надо валить отсюда, — а затем серьёзно добавила: — У меня есть две новости: хорошая и плохая… С какой начинать?

— Давай с хорошей, — выдохнул я, пытаясь подавить нервную дрожь.

— То чудище, которое сейчас движется на наш ароматный запах, не терпит вблизи своих охотничьих угодий никаких других монстров, а значит перед нами всего одно препятствие, которое надо преодолеть.

— Если это хорошая новость, то какая же плохая? — промычал я, сумев рассмотреть какую-то громадину, движущуюся на нас. По-моему, она почти доставала до каменных сосулек, свисающих с потолка пещеры, а значит — была метра три в высоту.

— А плохая новость в том, что полтора человека не одолеют эту тварь, — убеждённо сказала ведьма, крепко сжимая мой топор и щит.

— Забавно, что ты себя посчитала за половинку, — недружелюбно изрёк я, после чего добавил: — Тебе не стоит погибать вместе со мной. У меня сейчас две жизни, так что я в Ад не попаду.

— И у меня две, — пробормотала она, устремив взгляд на приближающуюся громадину. — И я никуда не пойду. Придётся принимать бой. У тебя есть какие-нибудь идеи?

— Ну у меня в мешке имеется масляный фонарь, да и всё. И если ты сейчас скажешь, что это существо не боится ни масла, ни огня, то тогда идей нет.

— Ясно, — мрачно бросила девушка, дёрнув головой. — До встречи в Тёмном храме. Тут ближе всего Есевон, так что там и встретимся.

— Чего ты геройствуешь? Беги, дура, — рыкнул я, увидев чёрную массу с огромным количеством когтей, которые, наподобие волосков, росли прямо из тела, благодаря чему монстр мог передвигаться по пещере, цепляясь ими за кочки, трещины и камни.

— Сам дура! — огрызнулась ведьма, опалив меня огненным взглядом. — Тут один путь и преграждает его эта куча дерьма! Я не могу вернуться и спуститься со склона. Он круче, чем Чак Норрис!

— Убедила, — нехотя процедил я, не сводя напряжённого взгляда с приближающегося противника. Помимо когтей, он оказался покрыт отвратительного вида лиловыми бородавками, которые размерами не уступали футбольному мячу, а ещё враг влажно блестел и оставлял на полу и стенах липкую слизь. Ну, и в длину он был метров пять, напоминая огромную личинку. — Искра, а чудище вообще видит нас? Я что-то не нашёл глаз или каких-нибудь буркал. Или оно к нам задом ползёт?

— Бородавки видишь? Они помогают этому уроду ориентироваться в пространстве, — пояснила брюнетка и смачно сплюнула под ноги.

— Ясно, — бросил я, оценив расстояние между нами и монстром в десяток метров.

И тут вдруг чудовище раскрыло пасть, оказавшуюся огромной алой дырой с тремя рядами острых, шиловидных зубов, и издало пронзительный визг, словно сотня свиней. У меня мигом заложило уши, а нос едва не отвалился от той вони, что вылетела из пасти твари, которая к тому же выплюнула тысячи мелких капелек зеленоватой слюны. Они попали на моё лицо и доспехи. А вот ведьма успела прикрыться щитом, но всё равно скривилась от омерзения. Я же не став стесняться, изверг на пол пещеры свой обед, отвлечённо подумав, что булочка теперь без начинки, а потом вытер губы рукой и просипел:

— Ну, до встречи в Тёмном храме.

— Пока, — бросила девушка, хрустнув шеей и глядя на чудовище, которое уже было в пяти метрах от нас. — Жаль, что нет огромного гарпуна, чтобы засандалить этому говну прямо в пасть…

— Искра! — заорал я, осенённый внезапной идеей. — Да ты гений!

— Только не говори, что у тебя в штанах как раз такой гарпун. Я видела, что там сморщенный гарпуненок, — желчно выдала она, не обратив внимания на похвалу. — Вряд ли он вырос за то время, что мы не виделись.

— Да мой член был в книге рекордов Гиннеса! Правда, потом мне пришлось убежать из библиотеки, — протараторил я на одном дыхании, а затем ткнул пальцем в потолок над монстром и ликующе сказал: — Вон твой гарпун!

— А ты полон сюрпризов… — выдохнула та и со всей силы швырнула мой топор в здоровенную каменную сосульку. Оружие вспороло воздух и ударилось в сталактит. Но тот не отломился, хотя по нему зазмеилась трещина. И тогда Искра швырнула мой щит. Он так же попал в сосульку, и теперь та откололось от потолка, вонзившись в загривок монстра. Чудовище снова завизжало, только теперь как тысяча свиней и Витас, да ещё стало дико извиваться, словно перерубленный надвое червь. Во все стороны полетела слизь, слюни и обломки камней, которые выворачивал из пещеры монстр, фонтанирующий кровью из раны и этим напоминающий кита.

Я же от греха подальше отполз и с нескольких метров удовлетворённо наблюдал за агонией твари. Искра стояла чуть впереди и улыбалась, будто смотрела на корчи своего бывшего. А тот почти минуту боролся за жизнь, но всё-таки уступил — бездыханно вытянулся в громадной луже крови, а спустя несколько секунд бесследно исчез.

Я тут же великосветским тоном изрёк:

— Путь свободен, мадам.

— Я мадмуазель, — жеманно бросила ведьма и потопала вперёд.

Мне пришлось ползти за ней, пачкаясь в выделениях погибшего монстра. Удовольствия в этом было мало, поэтому я шустро преодолел заляпанный кровью участок пещеры, а потом отдышался немного и пополз дальше, чувствуя, как начинают болеть исцарапанные предплечья. По-моему, они уже превратились в один сплошной синяк. И я заметно обрадовался, когда вскоре увидел свет в конце тоннеля, а затем разглядел и снег. Мы, несомненно, приближались к выходу из пещеры. Искра, естественно, первой оказалась снаружи, осмотрелась и призывно махнула мне рукой. Я кивнул и выполз на свет божий, который уже слегка померк, намекая на скорое наступление сумерек. Всё же света ещё хватало, чтобы наш дуэт смог рассмотреть дорогу, которая шла мимо пологого склона, на котором мы оказались. До неё было не так далеко. Сперва нам надо будет преодолеть заснеженный отрезок, а потом двигаться по горной породе.

Мы переглянулись и стали спускаться. Девушка потопала рядом со мной, чтобы помочь в случае каких-либо трудностей, которые могут возникнуть у инвалида, в коего мне не посчастливилось превратиться. Я же к этому времени уже охренел ползать на брюхе. У меня болело всё тело и очень быстро иссякала выносливость, и не только из-за того, что я изображал из себя змею, но и потому что у меня оказался существенный дебафф в минус двадцать процентов на все параметры. Я его получил после падения с метлы. И сперва я не замечал его, так как был охренеть на каких нервах, а когда ситуация чуть разрядилась — вызвал интерфейс и увидел дебафф. Он дал логическое объяснение тому, почему я так быстро устаю. Понятное дело, что из-за этого мне тяжело дался и спуск к дороге. И если бы не помощь Искры, то я бы ещё дольше полз, а так мы довольно быстро оказались возле основной дорожной артерии гор и стали ждать караван, затаившись среди камней.

В принципе, нас устраивал любой караван, который шёл в большой город и не был собран светлыми. Они бы явно добили нас, а не помогли. Кстати, члены клана Астарот так и не показались. Кажется, они не заметили наше падение или просто не захотели отправляться на поиски. Ну, в любом случае, нам их решение сыграло на руку. Вот только бы дождаться каравана…

Между тем ведьма устало произнесла, сидя на пятой точке и осторожно выглядывая из-за большого валуна, дабы наблюдать за дорогой:

— Мне надо будет на днях вернуться в крепость Астарота. Ты пойдёшь со мной или тебе ещё надо подумать? Тридцать процентов от стоимости алмаза — это большие деньги.

— Слишком опасно. Они будут ждать, что ты вернёшься, — пробормотал я, перевернувшись на спину и глядя в темнеющее небо. — Твой характер довольно предсказуем.

Ведьма вдруг несильно шлёпнула меня ладонью по лбу и выдохнула:

— А вот это ты предвидел? Я не такая, как ты думаешь.

Я красноречиво промолчал, потому что прекрасно знал, как проиграть спор с женщиной. Достаточно просто начать спорить с ней.

А Искра в эту секунд прошипела:

— Ну и чего ты молчишь?

— Я не буду вести с тобой интеллектуальный диспут. Ты явно безоружна.

— Ого, — опешила она, выгнув брови. — Долго придумывал?

— Экспромт, — сознался я, ловя ртом одинокие снежинки, которые летели со склона, подхваченные порывами ветра.

Ведьма показала мне большой палец, помолчала пару минут, а затем нехотя процедила:

— Ты прав. Тёмные будут ждать меня. Но я не могу всё оставить, как есть.

— Забудь про алмаз, — посоветовал я. — Тебе бы хотя бы вернуть свои вещи: мешок, оружие и кольчугу.

— По-твоему, это менее опасно? Думаешь, они не устроят засаду? Будут стеречь лишь алмаз, а мои шмотки нет? — скептически заломила бровь Искра и сжала губы в тонкую полоску.

— Ну-у-у-у, — задумчиво протянул я и почесал засвербевший кончик носа. — А что если нанять какого-нибудь профессионала, чтобы он добыл твои вещи?

— И чем я с ним расплачусь? Все мои деньги в мешке, — кисло сообщила девушка. — И не надо шуток про натуру.

— Да и в мыслях не было… ну, последние пару минут, — скабрезно пошутил я, а затем добавил: — У меня есть кое-какие деньжата, так что я могу тебе одолжить до лучших времён.

— Нет! — тут же отрезала Искра, сложив руки на груди и насупившись. — Я не беру ни у кого в долг.

— Похвально, конечно, но в этой ситуации довольно глупо.

— Ну и что, — буркнула ведьма, метнув на меня хмурый взгляд.

— А если я что-нибудь куплю у тебя? Ну, например, арбалет? Или саблю? А может тот жёлтый камешек? — задумчиво предложил я, беззаботно глядя в небо.

— Так их же у меня сейчас нет.

— Ну и что? Они ведь рано или поздно вернутся к тебе: либо после твоей смерти, либо наш вор утащит их из крепости клана Астарот.

— Ладно, уговорил. Я продам тебе камень, — бросила девушка, словно делала мне великое одолжение, а я едва не расплылся в довольной улыбке. Она отдавала мне именно то, что я и хотел. — Сколько ты дашь за осколок?

— Я полностью оплачу услуги вора. Идёт?

— Замётано, — быстро согласилась Искра, протягивая руку. Кажется, она решила, что заключает очень выгодную сделку. Я же лениво пожал её узкую ладонь, услышав лёгкий вздох облегчения, вырвавшийся изо рта ведьмы. Тоже мне хитрая лисица. Мне с трудом удалось подавить улыбку.

Тёмная же в этот миг стрельнула взглядом на дорогу и тотчас возбуждённо прошептала:

— Караван. Смешанный: и тёмные, и светлые, и местные.

— Выходи, договаривайся, — решительно бросил я, перевернувшись на пузо.

— Ладно, — проронила ведьма и выскользнула из-за валуна, демонстративно подняв руки.

— Стой! — раздался повелительный крик прямоходящего человекоподобного ящера, закутанного в меха. Похоже, он-то и был главой каравана, состоящего из пятнадцати телег, которые охраняли пять тёмных игроков, столько же светлых и двадцать местных бойцов.

Искра остановилась, как остановился и караван. Кажись, крик ящера предназначался именно своим. Спустя миг ведьма тоже поняла это и подошла к главе каравана. Они о чём-то пошептались, после чего Искра приглашающе махнула мне рукой. Я тяжело вздохнул и выполз из укрытия, мгновенно став поводом для насмешек, которые посыпались со стороны светлых. Благо, что хоть некоторые тёмные начали защищать меня. Мне как-то стало отрадно оттого, что есть ещё достойные люди на белом свете.

Между тем я дополз до телег, груженных доспехами, и Искра помогла мне забраться в одну из них, а затем недовольно проговорила:

— Этот гнусный червь запросил за помощь три золотые монеты.

— На, — бросил я, вытащив из мешка деньги и сунув их девушке.

Та кивнула головой и следом подошла к ящеру, передала ему монеты и вернулась к моей телеге. А через несколько секунд караван снова тронулся в путь. Девушка сообщила мне, что мы движемся в Есевон и нам осталось идти всего пару часов. Меня это известие сильно обрадовало, ведь Есевон знаменит не только своей кристально чистой водой, но и зельями, которые готовятся на её основе. А мне они сейчас очень кстати. Поэтому я нетерпеливо ворочался на дне телеги всё то время, которое мы добирались до города. И ещё хорошо, что караван достиг цели без происшествий. Охране лишь один раз пришлось отгонять стрелами одну молодую и дурную гарпию. А потом на нас больше никто не нападал. И благодаря этому мы сейчас в полном составе подходим к городской стене.

Есевон оказался окружён заснеженными горами, с которых спускались сотни тонких ручьёв. Они прогрызли в горной породе извилистые русла и проникали за городскую стену, в которой были оставлены специальные проходы для воды. А когда караван миновал толстые ворота и попал внутрь Есевона, то я увидел десятки небольших озёр. Они были расположены между домами и огорожены каменными барьерами, словно примитивные бассейны. У меня сложилось впечатление, что мы попали в некое подобие Венеции. Тут было очень много воды, из-за чего воздух оказался влажным и холод чувствовался ощутимее. А ещё отовсюду доносился шум текущей воды, а на многих улицах и зданиях лежала ледяная корка. Ну, а во всём остальном Есевон оказался похож на смесь Ай и Библа. Дома здесь были из таких же серых блоков, а крыши из металла. Но вместо мастерских по изготовлению доспехов, тут оказались зельевары. Они облюбовали множество зданий, где сразу же продавали свои зелья. И мне бы очень хотелось скорейшим образом посмотреть на список производимого жидкого товара, так что я быстро обмотал вокруг бёдер какую-то старую тряпку, нашедшуюся в телеге, и поторопил ведьму:

— Искра, помоги мне спуститься!

— Сейчас, — бросила она, подошла к телеге и выполнила мою просьбу, а потом сказала: — Ползи за мной. Я знаю, где тут ближайшая зельеварня.

— Отлично, — обрадовался я и устремился за девушкой, обратив внимание на то, что по льду ползти гораздо удобнее. Правда, в городе было намного больше людей, поэтому мне несколько раз чуть руки не отдавили, а уж сколько насмешек я услышал в свой адрес от светлых… У меня чуть крышу не сорвало от гнева, пока мы двигались к зельеварне. Мне хотелось убить каждого светлого в городе, а ещё лучше — запытать до смерти. Я скрипел зубами от бессильной злости и тяжело хрипел, а мой взгляд метал молнии. И вот в таком состоянии я преодолел несколько ступеней и оказался внутри почти пустой зельеварни, где на меня опасливо уставился худой высокий старик с огромными птичьими глазами — круглыми, с жёлтой радужкой и чёрными зрачками.

Он сложил руки перед собой на манер птичьих лап и проворковал из-за прилавка:

— Добрый вечер. Что вам угодно?

— А по мне не видно? — яростно рыкнул я, вдыхая богатый, травяной аромат, состоящей из сотен запахов.

— Яду, чтобы не мучиться? — неуверенно выдал старик, пожав узкими плечами, чем вызвал звонкий смех ведьмы, от которого чуть не полопались сотни склянок и баночек, кои стояли на полках, прибитых к стенам.

— Ах-х-ха. Смешно. Дай мне какую-нибудь мощную лечилку, шутник, чтобы она мигом подняла меня на ноги! — грозно заявил я, глядя на него с каменного пола, где блестело несколько луж, образовавшихся из ледяных крупиц, принесённых ногами посетителей.

— Сей момент. Есть такое зелье, — с мягкой улыбкой заявил старик и повернул голову на сто восемьдесят градусов, вперившись в склянки, которые стояли за его спиной. — Это не то, это то же не то. А, вот то! — найдя искомый товар, он уже весь повернулся, взял сухенькими ручками пузатую стеклянную тару, поставил её на прилавок и сказал: — Две золотые монеты.

— Искра, передай ему, — торопливо пролопотал я, вытащив из мешка деньги и с жадностью глядя на склянку.

Девушка с ухмылкой взяла блестящие кругляши, отдала их старику, цапнула жидкость и протянула её мне со словами:

— На, маленький, скоро ты уже сам сможешь совершать покупки.

— Ведьма, — недружелюбно бросил я, схватил зелье, вытащил пробку и шумно опорожнил тару, чувствуя, что ноги постепенно начинают ощущать холод каменного пола и сырость штанов, промокших за время ползанья по городу.

Глава 22

Не прошло и полминуты, как я принял вертикальное положение и облегчённо произнёс, глядя на свои любимые ноженьки, которые скрывали протёршиеся на коленках грязные штаны:

— Фух, до чего же осточертело ползать.

— Да, хорошее зелье. А то я раньше думала, что лучший способ встать на ноги — это не выплатить кредит за машину, — сострила ведьма, весело усмехаясь.

— Тебе бы всё зубоскалить, — мрачно бросил я, забирая у тёмной свой щит и топор. — А теперь пошли на базар, пока он не закрылся.

— Нет, дуй без меня, — вдруг отказалась Искра, а затем пояснила своё решение, с намёком посмотрев мне в глаза: — Я прошвырнусь по городу и кое-кого найду. Встретимся в таверне «Опасная рыба».

— «Опасная рыба»? Тухлая, что ли? — промычал я и вышел из зельеварни.

Девушка молча последовала за мной, а потом потопала направо, а я пошёл к центру города, туда, где обычно располагается базар. Ну и раз уж я шёл один, то не худо было бы заскочить в банк. Я собственно это и сделал, когда увидел мощное трёхэтажное здание с двухскатной крышей и решётками на окнах. Оно по традиции приткнулось рядом с базарной площадью. Я уже видел лавки, магазинчики и лотки, но сперва, как и хотел, вошёл в банк. Там не оказалось никого из посетителей, зато были четыре окошка, а напротив них — кресла для игроков, ожидающих своей очереди. Мне ждать не пришлось, поэтому я сунул голову в ближайшее окно, где за крохотным столиком сидел благообразный гном в колпаке и спросил:

— Любезный, где мне можно получить награду за выполненное задание?

— Да хоть здесь, — ответил тот сухим тоном.

— Отлично. Меня зовут Ад-Рей.

Гном встрепенулся, точно огромная птица, которой дали пинка под зад, а затем внимательно посмотрел на меня, словно сканировал мою физиономию, после чего вдруг почтительно произнёс:

— Приветствую вас, господин Ад-Рей. Но если вы хотите забрать всю причитающуюся сумму, то боюсь, что вам придётся подождать с десяток минут… У меня нет под рукой такого количества денег.

— А я могу забрать не всё? — тотчас заинтересовался я, так как пять тысяч золотых монет, наверное, весят уйму килограмм.

— Ага, — кивнул тот и нехотя предупредил: — Но каждый день хранения в банке суммы свыше тысячи золотых будет обходиться вам в одну золотую монету в день.

— Идёт, — буркнул я, едва сумев заставить жадность согласиться на такой благоразумный шаг.

— Отлично, — засиял гном и даже стал лет на десять моложе, словно мой ответ удвоил его месячную зарплату. — Тогда сколько вы хотите взять денег?

— Две сотни золотых, — ответил я, помедлив пару секунд. Мне строжайшим образом воспрещалось тратить много денег в одном городе, потому что светлые из команды «Погибели тёмных» вряд ли так просто отвяжутся от меня, а уж если они выяснят, что я просадил в Есевоне кучу монет, то их подозрения обретут ещё большие основания. Вот так и получается, что я хоть и обеспеченный малый, но мне придётся строить из себя обычного игрока, у которого, правда, завалялся десяток-другой золотых монет.

Тем временем гном кивнул головой и исчез за маленькой дверцей, а вернулся он уже с объёмным мешочком, внутри которого оказалось ровно двести монет. Я тут же чуть не помер от счастья, стиснутый в сильных объятиях обрадовавшейся жабы, но кое-как справился с ней и вернул гному сорок монет, сказав, что полностью погашаю штраф. Тот понятливо кивнул и выдал мне бумажку. Я отправил её в мешок вместе с монетами, а потом покинул банк.

На улице к этому моменту уже наступили густые сумерки, таинственно поблескивал лёд, а воздушные суда покачивались над городом, частично закрывая тёмное небо. Мне надо было поторапливаться, потому что шум базара уже начал стихать, а некоторые торговцы стали закрывать лавки. Я бодрой рысцой метнулся на базарную площадь, где начал бегать по магазинчикам и покупать нужные вещи. Так я приобрёл тёплые штаны, кожаные наручи, новый тёмный амулет и толстый плащ, подбитый мехом, а также мне удалось продать свой старый амулет и отдать в мастерскую магические ботинки и перчатки, которые я купил ещё в Иерихоне. Мне пообещали вернуть их завтра к полудню.

Ну и в итоге, после посещения базара, мой мешок стал легче на целых шестьдесят золотых монет! Громадная сумма! Похоже, мне больше ничего не стоит покупать в этом городе, чтобы не привлекать внимания. Поэтому я поумерил свой пыл и спросил у местного мужика, где тут таверна «Опасная рыба» и потопал к ней.

Но мне не суждено было добрать до цели без остановок. Сперва я наткнулся на нищего, который сидел возле стены дома, держа в руках табличку, на коей было написано «когда-нибудь и ты можешь быть на моём месте». Прочитав надпись, я едва не схватил его деньги, лежащие в шапке, подумав, а вдруг нищий окажется прав? Но всё-таки я сумел побороть себя и просто прошёл мимо, а потом повстречал возле таверны Искру, которая задумчиво смотрела на водную гладь озёрца, где плавали рыбы, и явно о чём-то размышляла.

Я подошёл к ней, встал рядом и серьёзно проговорил, поставив правую ногу на бортик из камней:

— Ты знаешь, что семьдесят процентов нашей планеты покрыто дебилами?

— Мне сейчас не до твоих идиотских шуток, — пробурчала девушка, с неудовольствием покосившись на меня.

— Злая ты, — укорил я её и пафосно добавил: — Ты будешь ценить меня только тогда, когда потеряешь.

— У меня так было с туалетной бумагой, — криво улыбнулась ведьма, поправив спутанные волосы.

— Смешно, — усмехнулся я, а потом поинтересовался: — Чего нос повесила, да и сиськи?

— Э-э-э! У меня не висячая грудь, — запротестовала она, топнув ножкой и нахмурив бровки.

— Ладно, ладно, — примирительно выставил я перед собой руки. — Что случилось-то?

— Я нашла хорошего вора с безупречной репутацией, но он запросил за свои услуги целую сотню золотых монет, — кисло произнесла Искра, опустив плечи.

— И что? Я же обещал дать тебе денег… в смысле, оплатить работу вора, а ты мне за это камень, — произнёс я, мысленно убеждая себя в том, что осколок стоит подобной суммы.

— Ты готов потратить такую прорву монет? И у тебя столько есть? — недоверчиво осведомилась ведьма, всем корпусом повернувшись ко мне и уставившись снизу вверх.

— Угу, — выдохнул я, пожевав губы, а потом спросил: — А какие гарантии, что вор не смоется с… твоими деньгами?

— У него хорошая репутация, — повторила Искра. — И он берёт предоплату в размере тридцати процентов, а остальное — после выполнения задания.

— Ну если тебя это устраивает… — протянул я, став вытаскивать из мешка по пригоршне монет и передавать тёмной. Благо, что вокруг никого не было, и никто не мог видеть ту сумму, которая перекочевала из человеческих рук в ведьминские лапы.

Ну а когда вся сумма оказалась у Искры, то она рассовала её по карманам, а затем неожиданно сделал ко мне шаг и быстро поцеловала в щёчку. А уже спустя секунду взор девушки полыхнул смущением, словно она осознала, что сделала, после чего её физиономия сморщилась и ведьма промычала, громко отплёвываясь:

— Фу, какая мерзость… Наверное, это тлетворное влияние беса, подталкивающего меня на всякие глупости.

— Ты бы лучше бочку на своего рогатого не катила. Разве ты не хочешь на Землю? — проговорил я, пытаясь делать вид, что ничего странного не произошло.

— Может и не хочу, — внезапно буркнула она, сразу как-то помрачнев, будто её дома ждал десяток кредитов, муж-алкоголик и кот, который ссыт во всех углах.

— Да что ты такое говоришь? У меня, знаешь ли, тоже не всё в порядке на Земле, — проговорил я, дёрнув щекой. — Меня недавно отчислили из университета из-за того, что я бухал, а потом мне не повезло попасть в психушку, где я сейчас лежу на полу. И ко всему этому, бес сказал мне, что если я буду плохо играть, то не только не вернусь, но ещё и обгажу штаны перед смертью. Прикинь, какой у меня будет некролог, если я не попаду на Землю?

Девица против воли рассмеялась, странно посмотрев на меня, а потом проронила:

— Мда, интересный случай.

— А у тебя что случилось?

— Не твоё дело, — отрезала она, упрямо нахмурив брови.

— Ладно, проехали. А как вообще возвращаются на Землю? Надо пройти все локации? — спросил я у неё, вспомнив свой разговор с сатиром Пашкой.

— Да никто толком и не знает, поэтому слухи бродят разные, — охотно ответила ведьма, явно обрадовавшись тому, что разговор свернул на другую тему. — Бывает, что человек играет, а потом — ра-а-а-аз и нет его. И непонятно – где он? Может, вернулся, а может убили или сам погиб.

— И такое бывает даже в первой локации? — удивился я.

— Насчёт первой не знаю, но в горах мне рассказывали пару подобных случаев. Будто бы игрок пропадал прямо из города, преодолев свой пресловутый час икс, набрав нужное количество славы и уровней. Хотя мне кажется, что всё это дурь несусветная. Ну вот появился в нашей локации ловкач, который набрал больше двух с половиной тысяч славы, и я думаю, что он вряд ли отправился домой. Нет, мне кажется, что Чистилище надо пройти до конца, дабы вернуться на Землю.

— Да, я согласен с тобой, — задумчиво проронил я, а затем спросил, решив вытрясти из ведьмы побольше инфы, раз она сейчас так благодушно настроена: — Почему за игроков дают разное количество славы? Я-то сам никого тут не убивал, но мне пару раз говорили об этом тёмные.

— Всё зависит от личной славы убитого игрока. Чем её больше, тем выше будет награда убийцы. Такое вот нововведение, — объяснила Искра, поглядев на небо, где зажглись звёзды и луна. — Мне пора идти на встречу с вором. А ты жди меня в таверне. И сними две комнаты.

— Хорошо, — кивнул я, пересёк улицу и вошёл в «Опасную рыбу».

Внутри меня ждал отделанный деревом зал, где жарко горел громадный камин, а за столами сидело два десятка тёмных игроков. Я заметил, что большинство блюд, которые уминали посетители, были приготовлены из рыбы. Здесь присутствовала и уха в чугунках, и селёдочка, и копчёная и жареная рыбка. А пахло тут просто одуряюще вкусно! У меня мигом потекли слюнки. Я быстро заказал уху, хлеб и пиво, а затем договорился с хозяином о съёме двух комнат и об использовании его купальни двумя грязными тушками, шепнув ему, что одна отправится туда прямо после ужина, а вторая чуть позже и тоже после ужина. Искре я заказал то же самое, что и себе. А одна из служанок должна была оповестить ведьму о том, что её поджидает еда, купальня и комната с таким-то номером. И за всё это мне пришлось отдать всего двадцать серебряных монет. В Есевоне вода и еда стоила дешевле, чем в Библе, а вот комнаты во всех городах имели одинаковую цену.

Ну, а когда я обо всём договорился, то с аппетитом умял уху, выпил пиво и хотел было уже идти отдраивать тело, но тут один из тёмных игроков встал из-за стола и, немного покачиваясь, пьяным голосом громко предложил, обведя зал мутными глазами:

— Друзья! Соратники! Давайте выпьем за тех святых людей, которые разорвали трижды проклятую «Погибель тёмных», которая неделю назад уничтожила мою малютку «Бекки»!

В ответ игроки разразились дружным рёвом, от которого с потолка посыпалась какая-то труха и испуганно заметался огонь в камине. А я же решил, что такой тост грех не поддержать, поэтому заказал ещё кружечку и залпом опорожнил её. И лишь после этого двинулся наверх. Пересёк зал, преодолел каменные ступени и оказался на втором этаже, где красовалась вытертая ковровая дорожка с тёмными пятнами чего-то неприятного на вид. Я протопал по ней несколько метров, а потом вошёл в купальню. Она ничем не отличалась от той, что была в Библе. По стенам так же стекали струйки воды, воздух был белесым от пара, а в центре обнаружились две лохани из камня. В одной была прохладная вода, а в другой — горячая, чуть ли не пузырящаяся. Ну и ещё в углу прикорнула скамейка и вешалка для одежды.

Я быстро разоблачился, взял с полки мыло и мочалку, а затем плюхнулся в горячую воду, где стал приводить себя в порядок. Сей процесс не занял много времени. Мне довольно быстро удалось отмыться, после чего я перепрыгнул в лохань с прохладной водой и принялся наслаждаться ощущением чистоты.

Но вскоре мне надоело лежать без дела, и я закрыл глаза, вызвав интерфейс:

Имя: Ад-Рей

Сторона: тёмная;

Раса: человек;

Класс: химеролог;

Количество жизней: 2;

Слава: 2730;

Уровень: 34.

Базовые характеристики:

Сила: – 44;

Ловкость: – 46;

Телосложение: – 45(+15);

Энергия: – 75 (+25);

Знания: – 36;

Сила воли: – 98.

Базовые вторичные:

Здоровье: – 600;

Выносливость: – 1000;

Мана: – 980;

Я сразу же обратил внимание на то, что у меня сильно подросли телосложение и энергия. Ну, ещё бы… Мой организм получил тяжелейшую травму, а потом сумел справиться с ней, пусть и благодаря зелью, а энергия так хорошо увеличилась из-за того, что я ползал на брюхе несколько часов. И в итоге я поднял свой уровень до тридцать четвёртого. Мне кажется, что это очень хороший результат.

Ну а раз уж я просмотрел свой интерфейс, то надо бы глянуть, что там у питомца. Я сменил свою страничку на его и увидел следующую информацию:

Имя: Мрак;

Вид: темнопард;

Класс: охотник;

Уровень: 12.

Базовые характеристики:

Сила: - 15;

Ловкость: - 30;

Телосложение: - 19;

Энергия: - 32;

Интеллект: - 24.

Базовые вторичные:

Здоровье: - 190;

Выносливость: - 320;

Способности:

Отклик на призыв хозяина: время нахождения в Чистилище 180 секунд.

У питомца дела шли чуть хуже. Он прибавил три уровня. Хотя, вообще-то, ему сложнее набирать, так как у него всего пять характеристик, а у меня шесть. Ведь чтобы получить уровень надо суммировать показатели всех параметров и поделить их на десять. Вот так и выходит, что питомцам сложнее развиваться, чем их хозяевам.

— Экая несправедливость, — пробурчал я и вылез из лохани, а затем вытерся махровым банным полотенцем, натянул своё шмотьё и вышел в коридор. А там уже нетерпеливо переминалась с ноги на ногу молоденькая служанка, которая ждала, когда я покину купальню, чтобы подготовить её для следующего посетителя. Она вежливо улыбнулась мне, продемонстрировав зубки, которые были точно звёзды — жёлтые и находящиеся далеко друг от друга. А потом девушка шмыгнула за дверь, словно неприметная серая мышка. Посмотришь на такую и тут же забудешь.

Я бросил сочувствующий взгляд на дверь, а затем двинулся к своей комнате. И стоило мне сделать всего несколько шагов, как на лестнице показалась ведьма. Она чему-то довольно улыбалась, а когда встретилась со мной взглядом, то молча кивнула головой и вошла в свою комнату. Отлично, значит у Искры получилось договориться с вором и теперь нам предстоит лишь ждать возвращения её вещей. Кажется, второй осколок становится всё ближе к моим загребущим ручонкам. И теперь бы мне пора поразмыслить над тем, как заполучить третий камешек. Я раздумчиво нахмурил лоб и проник в свой номер, который утопал в медвежьих шкурах: одна висела на стене, две лежали на полу и целых три валялись на кровати.

— Колоритно, — прошептал я, а потом увидел разрастающееся пятнышко мрака.

И буквально через пару секунд в лунном свете, льющемся в единственное окно, появилось весьма неприятное разумное животное, которое сразу же отвесило мне глубокий поклон и восхищённо протараторило, размахивая туда-сюда хвостом:

— Браво! Просто невероятно! Ты разом получил столько славы, да ещё и лишил жизней множество светлых и уничтожил их проклятый корабль! Это даже не идёт ни в какое сравнение с тем, что я однажды проделал в ветеринарной клинике! Мне удалось заморочить голову одной глупенькой сотруднице так сильно, что она случайно устроила взрыв. Ты когда-нибудь видел дождь из кошек? Великолепное зрелище. Но то, как рванула «Погибель тёмных», — краше в тысячу раз!

— Круто было, — равнодушно промычал я, запалив свечу, которая стояла на столе. — И теперь меня отправят домой? Я же немало сделал для тёмной стороны.

— Какой шустрый, — погрозил мне пальцем бес и сел верхом на сундук. — Одна голова хорошо, а две лучше. Смекаешь о чём я?

— Мне надо расправиться с ещё одним судном?

— Ну, в целом ты прав. Тебе надо ещё потрудиться, чтобы заслужить билет на Землю, — проговорил Димон, а потом мечтательно протянул: — Эх, а там ведь скоро четырнадцатое февраля. Помнишь, как ты отмечал его в одиночестве и называл Днём независимости?

— Было дело, — мрачно хмыкнул я.

— И кстати, именно четырнадцатого февраля ты потерял девственность, да ещё в таком юном возрасте, — напомнил мне бес, ехидно скаля зубы.

— Я просто боялся, что меня принесут в жертву… — огрызнулся я.

— Ну-ну, — насмешливо проронил Димон, дурашливо отсалютовал мне и исчез в пятне мрака.

Глава 23

После того как бес исчез, я вызвал Мрака, убедился, что он полностью выздоровел, потом покормил его и позанимался с ним, прокачивая интеллект. Темнопард послушно выполнял мои команды в течение часа, если не считать тех отрезков времени, которые он отдыхал в перстне, а затем я признал тренировку завершённой и завалился спать.

Мне удалось практически мгновенно уснуть, а проснулся я ранним утром, когда за окном ещё царила серая хмарь. Я сладко потянулся, почесал достоинство, а затем покормил питомца и сам отправился завтракать. И хотя я ожидал, что в зале никого не будет, кроме полусонной служанки, но там обнаружилась Искра. Она сидела за столиком, который стоял рядом с окном, и внимательно глядела на улицу, точно бабка в телевизор.

Я подошёл к её столу, сел на стул и с насмешкой спросил:

— Ну и что там показывают?

— Прогноз погоды, — буркнула ведьма, одарив меня сумрачным взглядом прекрасных глаз. Ночь и купальня явно пошли ей на пользу. Она привела себя в порядок и теперь выглядела почти так же хорошо, как прежде, лишь её одежда оставалось всё в тех же дырах. Но скоро Искра получит свой мешок и тогда восстановит шмотки.

Пока же я произнёс, широко зевнув:

— Мне как-то довелось встречаться с девушкой, которая работала в гидрометцентре. Она выглядела лет на двадцать пять, а по ощущениям — на все тридцать. Короче, у нас местами были бурные отношения, сопровождающиеся обильными осадками и облачностью.

— А чего не женился на ней?

— Ну, свадьба подходит не всем. Мужчинам, например. Шучу. На самом деле мы просто разошлись, и она пошла делать другого весёлого парня несчастным, — жизнерадостно протараторил я и рукой подозвал к себе официантку, которая выглянула из-за двери, ведущей на кухню. Оттуда уже тянуло едой.

Девица заметила мой жест и тяжело вздохнула, а затем подошла к столу и спросила, сонно глядя на меня:

— Что будете заказывать?

— Курицу и яйцо. И принесите по мере готовности, — бросил я, озорно сверкнув глазами, и следом добавил, посмотрев на Искру: — Сейчас узнаем ответ на извечный вопрос.

— Вам целую курицу или нет? — уточнила служанка.

— В зависимости от того, чем будет завтракать милейшая мадмуазель, — с намёком протянул я, понимая, что у ведьмы сейчас нет денег даже на еду.

— Мне без разницы, — отмахнулась Искра и тут же со смешком добавила: — В детстве у меня была неизлечимая болезнь и мне приходилось есть траву. Хорошо хоть старший брат рассказал мне об этом, благодаря чему я смогла вылечиться.

Я расплылся в улыбке, а потом сделал заказ на двоих, после чего служанка удалилась.

Вернулась она спустя минут двадцать, неся перед собой поднос, на котором помимо прочей еды, красовалось варёное яйцо и целиком зажаренная курица. Девица проигнорировала мою просьбу принести их по мере готовности. Ну и ладно. Я не сильно расстроился и торопливо оплатил заказ, отдав десять серебряных монет, а затем стал жадно вкушать пищу. Ведьма тоже набросилась на завтрак, аки голодная львица и начала набивать желудок, действуя без всякого кокетства и напускного жеманства.

Наверное, мы минут десять молча насыщались, а потом я сыто откинулся на спинку стула и спросил у Искры, которая доедала пирожок:

— Когда там твой ворюга должен вернуться?

— Ближе к вечеру, — ответила она, довольно вздохнув полной грудью, из-за чего её титьки чуть не выскочила из декольте.

— А где вы условились встретиться? В таверне? — произнёс я, ковыряя куриной косточкой в зубах.

— Угу, — кивнула девушка, неодобрительно глядя на меня.

— Ну, тогда сиди здесь и жди его, а я вернусь ближе к обеду, — проговорил я и встал из-за стола.

— И куда ты собрался? — полюбопытствовала тёмная, сложив руки на груди.

— К любовнице, — бросил я, а затем серьёзно поинтересовался: — У тебя какой сейчас уровень?

— Сорок второй, — ответила она. — А у тебя?

— Тридцать четвёртый, — нехотя проронил я, увидев снисходительную улыбку, появившуюся на устах ведьмы. — Счастливо оставаться.

И потопал к выходу, вспомнив, что, по словам одной моей бывшей девушки, не каждый выход это вход. Мне так и не удалось переубедить её в этом.

Я улыбнулся своим пошлым мыслям и покинул таверну. А на улице меня ждали холод и лёд. Я осторожно двинулся в сторону площади, где должна быть доска с заданиями от игроков. Мне очень хотелось посмотреть — нет ли там случаем заказа на устранение меня любимого? На подобную пакость могут решиться ребята из клана Астарот и команда «Погибели темных». Вот уж я никогда не думал, что смогу перейти дорогу и тем и другим, а уж если на меня и местные обозлятся, то мне можно будет давать титул легендарной занозы в жопе.

Ну, а когда я отыскал заветную доску, то внимательно просмотрел все заказы и не нашёл своего ника, да и ника ведьмы там тоже не было. Но это ещё ни о чём не говорило. Возможно, пока ещё слишком рано. Может, вражины ещё не успели разместить заказ? Так что надо время от времени проверять все листочки, висящие на доске.

Пока же я узнал у редких прохожих, где в городе обитает крутой тренер, после чего двинулся к нему. Мне надо было подтянуть бой со щитом, чтобы потом не оказаться на щите.

Я быстро добрался до дома мастера Крейка, где отдал за два часа индивидуальных занятий восемьдесят серебряных монет. Прям как у мастера Грома, хотя в тот раз я пользовался чужим щитом, а сейчас — своим. Но тогда мне удалось сбить цену, а на сей раз — нет.

В общем, я отдал деньги, и меня проводили во внутренний дворик, где обнаружились парочка тёмных хорошо экипированных игроков-людей и высокий полуголый воин. Он оказался весь покрыт короткой пепельной шерстью и был похож на промежуточное звено между обезьяной и человеком. И ему, так же, как амазонке, не докучал мороз, хотя на нём красовались лишь короткие меховые штаны, да высокие сапоги размера эдак пятидесятого.

Он грозно взглянул на меня колючими маленькими глазками из-под массивных надбровных дуг и приглашающе махнул обезьяньей лапой. Я потопал к нему, покосившись на тёмных, которые самостоятельно занимались в углу двора и частенько перекидывались короткими фразами, обсуждая взаимоотношения кланов. Парочка приветственно кивнула мне головами, а я дружелюбно помахал им топором, после чего подошёл к йети. Да, наверное, мастер Крейк — йети или слесарь шестого разряда, который давно не стригся.

Между тем он вопросительно уставился на меня, а я обратил внимание на то, что его нос был мокрым, словно у близорукого гинеколога. Подобная мысль едва не вызвала у меня широкую улыбку, но я справился с собой и выложил тренеру то, что хотел от него. Тот молча выслушал меня, а потом кивнул лобастой головой, взял себе щит и приступил к тренировке.

Крейк оказался очень неплох. Он был явно не хуже мастера Грома. Йети отменно погонял меня и поднял мой навык владения щитом. Попутно я прокачал параметры и устал за два часа так сильно, что едва ноги волочил, а дышал, словно пробежал марафон. Я практически рухнул на скамью под навесом, когда добрался до неё. А прикорнувшие тут же тёмные игроки сочувственно поглядели на меня, прервав свой разговор. Но уже спустя десяток секунд они возобновили его, став перемывать косточки клану имени святого Михаила. Я же начал прислушиваться, постепенно выравнивая дыхание и ощущая холодок, который стал покусывать разгорячённую кожу лица.

— Да эти черти из Михаила начали сдавать позиции, — уверенно вещал один из игроков, тот, что был с витым боевым посохом.

— Не соглашусь, — возразил ему другой, погладив висячие усы, напоминающие те, с которыми щеголяют моржи. — Они сейчас набирают много новых рекрутов, из которых вырастут бойцы взамен тех, кто уйдёт в другую локацию.

— Да пока они вырастут… — махнул рукой первый, изобразив на лице скептицизм.

— А я вот недавно видел как Пётр и Павел объединились, — не очень тактично вмешался я в их разговор.

— Этим сейчас никого не удивишь. Они в последнее время, словно ниточка с иголочкой, — проронил боец с посохом, не став выказывать недовольство из-за того, что я так беспардонно вклинился в их беседу.

— Ага, — кивнул второй игрок, тяжело вздохнув. — Они уже всех достали. Мне страшно подумать, если к ним присоединится ещё кто-нибудь.

— И на них совсем нет никакой управы? — кисло поинтересовался я.

— Ну, вроде бы ходит слушок, что кланы Лилит и Велиал готовят совместное нападение на башню святого Петра, — неуверенно выдал усатый.

Я после его слов тотчас сделал стойку, будто охотничий пёс, унюхавший дичь. Если сведения игрока правдивы, то мне надо будет лишь примкнуть к темным, которые станут штурмовать башню, а потом, когда я проникну внутрь, то втихаря утащу из тайника осколок, если он там, конечно, дожидается меня.

Но в этот миг его товарищ спустил меня с небес на землю. Он проговорил, покосившись на друга:

— От кого ты это услышал? Враки всё это. Лилит и Велиал хоть и сильны, но им нужно больше кораблей, чтобы взять башню.

— Дык будут корабли. Вроде как главы кланов ведут переговоры со свободными капитанами. Да и сейчас очень благоприятный момент для атаки. Ведь «Погибели тёмных» больше нет. Сгинула она. Так что даже если члены клана святого Павла и придут на помощь Петру, то их главный корабль погиб, — горячо протараторил усатый, сверкая глазами.

— Ну, тогда в подобных слухах есть здравое зерно, — задумчиво покивал тёмный с посохом. — Но вот не выдаём ли мы желаемое за действительное? Мне помнится, уже несколько раз ходил слушок, будто бы кто-то из тёмных кланов вот-вот даст по рогам светлым, а всё оборачивалось пустой болтовнёй.

— Да, бывало такое, — согласился игрок, а потом поглядел на меня и спросил: — Паря, а ты что думаешь?

— Ну, вполне возможно, что парочка тёмных кланов нападут на Петра или Павла, раз они потеряли «Погибель тёмных», — уклончиво ответил я.

Усатый покивал и досадливо пробормотал:

— Эх, жаль, что никто не может толком сказать, что же случилось с погибшим судном светлых. Оно вроде бы просто взорвалось в воздухе. И светлые говорят, что взрыв произошёл из-за того, что на борту был некачественный горшок с зажигательной смесью. Дескать, он-то и послужил той свечой, которая спалила Москву. А вот некоторые наши настаивают на том, что корабль уничтожил кто-то из тёмных и приводят в качестве доказательства Глас Божий, который возвестил об игроке, набравший уйму славы.

— Мне всё-таки кажется, что это совпадение. «Погибель тёмных» взорвалась из-за косяка самих же светлых, — проронил обладатель посоха, грузно встал на ноги и добавил, посмотрев на своего приятеля: — Ладно, хорош болтать. Чего расселся? Еще часок позанимаемся, а потом двинемся отдыхать. А ты, парень, с нами?

— Нет, пойду я. Дела, — произнёс я, после чего попрощался с игроками, мастером Крейком и покинул дом.

А оказавшись на улице, я потопал в сторону базара, чтобы забрать свои шмотки, которые отдал чинить. И пока я шёл, то крутил в голове слухи о возможном нападении тёмных на башню Петра. Блин, мне бы точно узнать — будет атака или нет? Но от кого я это узнаю? Только от руководства Лилит или Велиала. Вряд ли они доверят такую информацию рядовым членам клана. Так что мне придётся переговорить с кем-то из командиров, и желательно как можно скорее, а то я могу профукать такой шикарный шанс добраться до осколка.

Пока же я дошёл до мастерской, где забрал перчатки, ботинки и сразу же надел их, ощутив приятный мех, который появился в обуви. Мне вчера пришла в голову отменная мысль — попросить, чтобы ботинки утеплили, а то порой в них ноги мёрзли. Вот моё пожелание и выполнили, чем я остался очень доволен. И теперь мне можно было двигаться обратно в таверну.

Я засунул простенькие, немагические ботинки и перчатки в мешок, а затем вышел из мастерской и направился к «Опасной рыбе». Надеюсь, ворюга уже вернулся, да не пустой, а с уловом, иначе мои планы претерпят значительные изменения.

Пока я шёл к таверне, мне встречались местные и игроки, выползшие на улицу. А солнце сегодня решило поработать на славу. Жаркие лучи принялись топить лёд, из-за чего под ногами хлюпали лужи. Благо, что мои отремонтированные ботинки защищали от сырости и не пропускали воду. Поэтому я без проблем добрался до таверны и вошёл внутрь. А там, всё за тем же столиком, сидела Искра. Только теперь на ней была её кольчуга, а на поясе висел миниатюрный арбалет и сабля. Я тотчас засиял от радости. Всё получилось! Вор умыкнул из крепости Астарот вещи ведьмы!

И как только я подскочил к девушке, то она сразу же положила на стол жёлтый осколок солнечного камня. Я с деланной ленцой взял его, покрутил в пальцах, пренебрежительно хмыкнул, а затем отправил в мешок и присел на стул.

Искра встретилась со мной взглядом, картинно сморщила носик и с ехидцей выдала, кривя пухлые губы:

— От тебя ужасно смердит. Твоя любовница живёт в свинарнике? Тогда это объясняло бы, почему она запала на тебя. Ты выдающийся свин. И как тебя угораздило стать им? Ты принимал какой-то препарат? Хрюконат?

— Нет, дорогая моя змея, всё дело в моём члене. Он тридцать шесть и шесть.

— Ты мерил его градусником?

— Именно, — бросил я и испустил короткий смешок, а потом почти лёг грудью на столешницу и перевёл разговор на другую тему: — Ворюга что-нибудь рассказывал о деле? Всё прошло без сучка и задоринки или он столкнулся с какими-то проблемами?

— Он чуть не угодил в засаду, — полушепотом ответила Искра, нахмурив брови и принявшись барабанить кончиками музыкальных пальцев по столу. — Эти суки ждали, что кто-то придёт за моими вещами. Хорошо что я предупредила его о вероятности такой засады, поэтому вор и сумел справиться с заданием.

— Мда, повезло, — резюмировал я и подозвал к себе служанку, а когда та подошла, сделал заказ на двоих, после чего девица удалилась. — Но всё хорошо, что хорошо заканчивается.

— Ага, — согласилась ведьма и кивнула головой, из-за чего на её лицо упал чёрный как смоль локон. — И что ты теперь будешь делать дальше? Какие у тебя планы?

— Ну… есть кое-какие задумки, — замялся я.

— Да говори, не стесняйся, здесь все свои, — поторопила меня ведьма, заинтересованно уставившись блестящими от любопытства глазами.

— Короче, я хочу отомстить Алисе, — выдохнул я, сделав суровое лицо.

— Не мстите за себя, но дайте место Божьему гневу, — проронила девушка и добавила в ответ на мой вопросительный взгляд: — Послание к римлянам.

— Не убедила, — решительно отчеканил я, упрямо сжав губы.

— Тогда я тебе помогу, ведь помощь ближнему своему — весьма достойный поступок, — с улыбкой произнесла тёмная, убрав локон за левое ухо.

— Так я твой ближний? — усмехнулся я, громко шмыгнув носом.

— Ну не настолько, чтобы дышать той вонью, которая идёт от тебя, — скривилась девушка. — Навести-ка ты купальню.

— Сперва надо пообедать. Я там горох заказал, так что устрою себе джакузи.

— Фу! — ещё больше скривилась Искра, скрыв мордочку ладошками.

— Ладно, шучу я. Ты лучше послушай, какой у меня план мести… — азартно протянул я и поманил ведьму пальцем.

Та зажала нос и придвинулась к столу, а я рассказал ей о слухах, которые услышал от тех тёмных игроков, кои были со мной во дворе йети. Искра выслушала меня и признала вполне разумной мою идею присоединиться к атаке на башню Петра. А также ведьма поддержала мою мысль сходить в крепость Лилит, так как она была ближе всего к Есевону, и поговорить с кем-то из начальства, дабы выяснить — будет ли атака или нет? Конечно, нам могут дать отворот поворот, но наведаться туда всё равно стоит.

А пока же мы принялись уплетать обед, который принесла служанка. И когда наша парочка закончила с едой, то я пошёл отмываться, а девушка двинулась на базар, чтобы отдать в починку свою одежду и кое-что прикупить.

Глава 24

Спустя пару часов я встретился с Искрой в зале таверны. Она к этому времени успела привести в порядок одежду и купить серый плащ с меховой опушкой и капюшоном. Он очень шёл девушке, превращая её в Снежную Королёву. Правда, волосы у неё были не белыми, а чёрными, да и характер у сказочной героини явно был намного лучше.

Я улыбнулся своим мыслям и спросил у ведьмы, которая недовольно посмотрела на тёмные пятна, кои успели появиться на подоле нового плаща:

— Теперь мы можем идти искать караван?

— Ага, — кивнула та и стала придирчиво осматривать себя. Она занималась этим с десяток секунд, а потом убрала с плеча капельку воды, накинула на голову капюшон и вышла из «Опасной рыбы».

Я последовал за ней и уже на улице спросил:

— Ты купила новую метлу?

— Угу, — кивнула та.

— Отлично, — проронил я, поняв, что метла в стелс-режиме или в каком-то пространственном кармане. Мне довелось наблюдать исчезновение метлы перед тем, как я и Искра, вошли в башню Баль-Дура.

Сейчас же наша парочка отправилась на поиски нужного каравана, который пройдёт мимо логова клана Лилит. И пока мы шлёпали по слякоти, в которую превратился лёд, то я чувствовал себя так, словно жил на первом этаже. Меня не покидало ощущение чужого взгляда. За мной будто кто-то наблюдал. Я постоянно скользил взглядом по сторонам и даже оборачивался, но не видел никаких подозрительных личностей. Да, вокруг ходили местные, тёмные и светлые, но никто из них не тянул на соглядатая, следовавшего за мной. Что же происходит?

Моё поведение вызвало у Искры закономерный вопрос:

— Рей, ты чего? В туалет хочешь? Потерпи уж, будь взрослым мальчиком.

— У меня стойкое ощущение, что за нами кто-то следит, — прошептал я одними губами, покосившись на ехидную мордашку девушки.

— Астарот? — сразу же предположила ведьма, мигом посерьёзнев.

— Да вот хрен его знает. Я уже минут десять украдкой осматриваюсь и до сих пор не могу найти ни одной подозрительной физиономии, кроме твоей.

— Скотина, — прошипела тёмная, зло сверкнув глазами, а затем немного сдвинула капюшон назад и невзначай посмотрела по сторонам. — Хм… ты уверен, что за нами следят?

— Не особо, — признался я, пожав плечами.

— А может ты параноик?

— Раньше я вроде бы не был параноиком, но мог им стать из-за тебя.

— Ладно, давай делать вид, что мы ничего не замечаем и просто ищем караван, а если ощущение слежки тебя не покинет, то уже будем решать, как поступить, — проговорила Искра, хмуря брови.

Я согласно кивнул, и мы двинулись по запланированному маршруту.

А вскоре чужой взгляд исчез, о чём я сразу же сообщил ведьме. Та приняла мои слова к сведению, не преминув обозвать трусишкой. Я ответил ей какой-то остротой и на этом инцидент был исчерпан. Возможно, действительно не было никакой слежки, а всему виной мои расшалившиеся нервы. Я ведь уже столько всего пережил. Да, наверное, так и есть. Но всё же я на всякий случай предложил Искре проверить доску с заданиями игроков, ведь она может быть причиной слежки.

Ведьма охотно согласилась, и уже через десяток минут мы были на месте и убедились в том, что нас пока никто не заказал. Это была хорошая новость. У меня даже настроение поднялось, и я с новыми силами двинулся на поиски нужного каравана.

Но нашли мы его лишь через час скитаний по городу, и выдвигался он из Есевона только завтра утром. Всё же мы нанялись в караван охранниками, так как иного выбора просто не было. Нам пообещали заплатить всего по пять золотых за половину пути и по столько же славы. Ну, прямо как и в том случае, когда я покинул предыдущий караван недалеко от крепости клана Астарот. Надеюсь, в этот раз у меня не будет таких проблем.

Я вздрогнул, живо вспомнив, как ползал на брюхе. Искра заметила мою дрожь и насмешливо спросила, когда мы отошли от главы каравана:

— Ну что на этот раз?

— Тебя представил голой и чуть в обморок не упал.

— От великолепия? — нисколько не смущаясь, бросила девушка, сверкнув ослепительной улыбкой.

— Ага, от него самого, — саркастично выдал я и серьёзно добавил: — Так, мне надо кое-куда отлучиться, поэтому встретимся вечером в «Опасной рыбе».

— Опять к любовнице?

— Почти. Я пойду в место столь грязное, что оно уступает по черноте лишь твоим мыслям.

— Государственная Дума? — предположила ведьма, озорно улыбнувшись и демонстрируя прекрасное настроение.

— Нет, ну не настолько, — отрицательно мотнул я головой. — Мой путь лежит на местную свалку. Я собираюсь прокачать там знания, сшивая химер из валяющихся там останков животных.

— Да, это точно без меня, — тотчас решительно заявила Искра, даже отстранившись от меня, словно я уже провонял мертвечиной.

— Тогда до встречи в таверне, — проронил я и потопал к выходу из города.

Ведьма ничего не сказала, а молча двинулась в противоположную сторону. Я же потопал по улицам, петляя между крохотными озёрами и поглядывая на особенно большие сосульки, которые свисали с крыш. Было бы очень глупо потерять одну из жизней из-за такого ледяного снаряда. Поэтому я старался держаться подальше от зданий и благодаря данному решению благополучно выбрался из Есевона, где на меня накинулся пронзительный ветер. В городе он не ощущался, а тут резвился во всю мощь. Я плотнее запахнулся в плащ, вспомнив однажды услышанную шутку. Когда на улице непогода, моя жена всегда с грустью смотрит в окно, и мне приходится впускать её внутрь.

Я испустил короткий смешок и потопал вокруг городской стены, выискивая местную свалку. Благо, что мне пришлось побродить совсем недолго. Она отыскалась в километре от западной части Есевона и оказалась в пределах зелёной зоны. Вот только монстрам начхать на зону — зелёная она или красная, так что надо внимательно следить за округой, пока я буду заниматься делами.

Приняв такое решение, я подошёл к кучам мусора, вспугнув стаю птиц, похожих на стервятников, и стал искать «запчасти» для химер. Дело это было грязным и муторным. Но порой мне удавалось находить кое-какие тела животных, но все они сильно промёрзли, из-за чего я вряд ли смогу сшить из них что-то путное. Поэтому мне пришлось разводить костёр, воспользовавшись тем мусором, который хорошо горел.

Ну а когда огонь разгорелся, то я начал стаскивать к нему трупы. Они постепенно оттаивали, начиная жутко вонять. Меня стало тошнить, но я справился с собой и когда количество тел перевалило за тридцать, принялся шить химер.

В основном для их создания служили кошки, собаки, крысы, птицы и прочие мелкие существа, хотя я уже мог оживлять химер весом до пятидесяти килограммов, но таких крупных животных на свалке просто не нашлось. Так что я возился с мелочью. И занимался я этим делом до самого захода солнца. Но зато мне удалось создать четырнадцать новых химер, благодаря чему я поднял свои знания до пятидесяти единиц — и на этом остановился, так как больше данная характеристика в нынешней локации не росла. Всё же я добился того, чего хотел, а затем торопливо двинулся в город, пугливо всматриваясь в сумерки.

Но на меня по пути так никто и не напал, чему я был несказанно рад. Мне суждено было без происшествий войти в Есевон и направиться в таверну, вызывая среди прохожих гримасы отвращения, потому что от меня жутко воняло мертвечиной. Да я и сам чувствовал этот смрад, едва не падая в обморок от него. Поэтому мои ноги работали с удвоенной энергией, так что я довольно быстро добрался до «Опасной рыбы» и ворвался внутрь.

Проскочил зал, вихрем взлетел по лестнице и заперся на целый час в купальне, где отмылся сам и постирал свои вещи, оставшись в одном исподнем. И вот в таком виде я решил проверить — в таверне ли Искра? В зале я её не заметил, когда мчался по нему, так что оставался лишь номер ведьмы. Я подошёл к её двери, оставив сохнуть вещи в своей комнате, и постучал.

В ответ на стук из-за двери донёсся закономерный вопрос:

— Кого там черти принесли?!

— Это я. Хотел убедиться, что у тебя всё нормально.

— У меня всё отлично! Шампанское, мулаты! А ты чего так долго пропадал?

— Я знания прокачивал до пятидесяти, — похвастался я, начиная замерзать в одних трусах.

— А я чуть ногу на лестнице не подвернула. Мы оба многого достигли! — весело произнесла Искра, так и не думая открывать дверь.

— Я тогда пошёл?

— Иди.

Я хмыкнул и удалился в свою комнату, где немного потренировал Мрака, а потом завалился спать. Завтрашний день обещает быть очень насыщенным и важным. Поэтому мне надо бы хорошенечко выспаться. Я смежил веки и унёсся в мир снов, а вынырнул из него рано утром, после чего покормил питомца, собрал свои вещи и спустился вниз, где встретил Искру. Девушка уже заказала завтрак на две персоны и приглашающе махнула мне ладошкой. Ну, я и подсел к ней, принявшись пожирать всё до чего дотягивалась рука.

Ведьма неодобрительно посмотрела на меня, а затем произнесла, изящно орудуя вилкой и ножом:

— Рей, а ты вообще знаешь, как вести себя за столом?

— Да не особо. Тут нет привычного мне корыта, — сострил я.

— Вот я и гляжу… — многозначительно протянула Искра. — Тебя родители ничему не учили?

— Ну, дед пытался. Жаль, что он рано помер, — печально вздохнул я.

— И отчего?

— От передозировки Виагрой. Мы еле-еле гроб закрыли.

Ведьма удивлённо выпучила глаза, а потом поняла, что я так изволю шутить и молча опалила меня раздражённым взглядом. И больше она не заговорила со мной.

Мы в тишине закончили завтрак, а затем покинули таверну и двинулись к выходу из города. Там уже должен был стоять караван.

Наша парочка быстро достигла его и влилась в ряды четырёх десятков охранников, которые сопровождали пятнадцать телег с громадными бочками воды и связками сушёной рыбы. Мне выпало идти возле второй телеги с начала, а ведьма, которая ещё вчера договорилась с главой каравана, оседлала метлу и принялась наблюдать за окрестностями с воздуха. И вот таким макаром наша процессия покинула Есевон, двинувшись по главной дороге.

Я потопал по ровной каменной поверхности, косясь на солнце, которое сегодня пока вело себя достаточно лениво, из-за чего морозец ощутимо щипал меня за нос. Но когда караван оставил далеко позади Есевон с его горными ручьями и высокой влажностью, то минусовая температура воздуха уже не казалась такой лютой. И я даже маленько вспотел, топая рядом с телегой. А потом мне и вовсе пришлось хорошенечко пропотеть, когда на караван напали. Первой заметила супостатов Искра, которая буквально только что поднялась в воздух на метле, предварительно набравшись сил на одной из телег.

Ведьма громко закричала, тыча пальцем в сторону трёх пещер, похожих на громадные пасти каких-то мифических существ:

— Грендель! Грендель!

Караван в этот миг двигался по дну ущелью, где с одной стороны возвышался обрывистый склон, а с другой — расположился практически его брат-близнец. По-моему, такие места называют каньонами. И я за всё время пребывания в Чистилище уже несколько раз проходил здесь, но никогда не сталкивался тут с нападениями. А вот теперь из средней пещеры, пригнув лысую голову, вышел четырёхметровых уродливый то ли орк, то ли человек, а может быть и тролль. Он был полностью покрыт редкими седыми волосками и имел мощные мышцы, перекатывающиеся под серой, морщинистой кожей. А ещё у него оказалось целых три глаза: два возле широкого, приплюснутого носа, под сильно выступающими вперёд надбровными дугами, а третий — на затылке. Этот высокоуровневый монстр мог смело смеяться над фразой «у тебя же нет глаз на затылке».

Да, к такому типу незамеченным очень трудно подобраться. А ведь он ещё и постоянно крутил башкой, где выделялась массивная нижняя челюсть, подобная экскаваторному ковшу с двумя выпирающими жёлтыми клыками. И при этом монстр голодным голосом громыхал, смотря на людей налитыми кровью глазами:

— Мясо! Мясо!

Мне мигом стало ясно, что великан отнюдь не зазывает нас в свою мясную лавку, ради покупок. Он был бы очень не прочь закусить кем-нибудь из двуногих, а вот яков почему-то игнорировал. Монстр первым делом бросился на бойцов, которые защищали одиннадцатую телегу. Они оказались ближе всего к нему. Топая босыми ногами и воздев над головой каменную палицу, он рьяно бежал к ним, из-за чего фривольно развивалась его набедренная повязка из грязных шкур. А игроки бросились прочь от него, явно не горя желанием вдвоём сражаться с великаном. Возница тоже выскочил из телеги, а затем помчался наутёк. Не дрогнул один лишь як. Он выпучил глаза и навалил громадную кучу на дорогу.

Ну а великан из-за такого скотского отношения обиженно заревел и влепил своей палицей по телеге. Раздался жуткий треск, после которого транспорт оказался сломан пополам, а бочка разлетелась на пару десятков фрагментов и на дорогу плеснула знаменитая есевонская вода.

И я не знаю, как дальше бы сложилась ситуация, если бы не прорезался голос главы каравана. Он без страха и поросячьего визга стал раздавать приказы, благодаря которым охранники очнулись от оцепенения и те из них, у кого было дальнобойное оружие или класс, начали окружать монстра, а прочие бойцы — принялись отводить караван подальше от места схватки. Я оказался в числе последних, поэтому мне пришлось толкать телегу, помогая яку двигаться быстрее. А вот Искра летала над великаном и стреляла в него из арбалета. Миниатюрные болты не причиняли ему существенного вреда, а скорее злили. Он рычал, брызгал слюной и иногда подпрыгивал, пытаясь достать ведьму палицей. Но всё-таки больше всего монстра донимали десять бойцов, которые окружили его и атаковали с земли. Там было трое местных, четверо светлых и троица тёмных. Они довольно дружно хреначили великана стрелами, болтами и магией. А когда он пытался дать сдачи, то те, кто был перед ним, отбегали от него, а те, кто оставался за спиной, наоборот — сокращали дистанцию. Вот так и выходило, что монстр барахтался как говно в проруби. Он не мог достать ни тех, ни других и лишь злобно ревел. А вскоре уже и не ревел, а упал навзничь весь израненный и обагрённый собственной кровью, после чего исчез, оставив после себя набедренную повязку. Естественно, что никто из бойцов не стал брать подобный лут, поэтому игроки быстро догнали караван, где их поздравили с победой. Они восприняли похвалу, как должное, а потом мы продолжили путь.

И хорошо, что всю оставшуюся дорогу до поворота на цитадель Лилит на нас больше никто не нападал. Ну а тут я с Искрой покинули караван, получив скудный расчёт. Теперь наша парочка направилась по кривой горной дороге, усеянной мелкими камешками, кочками и выбоинами. Слева от нас подпирали небо всё те же горы, а справа — угрожающе зиял обрыв, который служил артерией для движения облаков. Я иногда опасливо косился на них, но не забывал посматривать по сторонам. А ведьма шла рядом, пояснив своё решение спуститься с метлы на грешную землю тем, что в этих местах обитают гарпии.

Я же в ответ на данное заявление со смешком произнёс:

— Да ты спокойно можешь сойти за одну из них.

— А ты сейчас сойдёшь за труп, — прошипела она, скрипнув зубками.

— Конечно, ты из меня все соки выпила. Смотри, какие у меня синяки под глазами и уставший вид. Может, ты энергетический вампир?

Девица уже открыла рот, дабы вмазать мне очередной остротой, но в этот миг дорога совершила поворот и мы увидели разрубленное надвое человеческое тело, поэтому ведьма сказала совсем не то, что хотела первоначально:

— Что это?

— Хм… я прежде уже видел такое. Это мертвец, — картинно задумчиво произнёс я, лихорадочно осматривая окрестности. — И что-то мне подсказывает, что это вряд ли был суицид.

— Да неужели… — саркастически выдохнула Искра и в воздухе рядом с ней появилась метла.

Глава 25

Вокруг стояла тишина, а судя по состоянию трупа, который уже не кровоточил, убийство было совершено пару часов назад. Об этом я и сказал Искре, а та пробормотала, внимательно глядя на мужское тело в меховой одежде, рядом с которым лежала пика:

— Кто же его так?

— Кто-то способный перерубить человека надвое. Говорят, что Ричард Львиное Сердце был на такое способен, но вряд ли здесь поработал именно он, — отвлечённо проговорил я, а потом, преодолевая отвращение, расстегнул две верхние пуговицы шубы мертвеца, после чего на свет божий показался тёмный амулет, который неприятно удивил меня. Я надеялся, что перед нами лежит местный.

Девушка тоже болезненно скривилась и выдала, нахмурив лоб:

— Что-то мне совсем расхотелось идти по этой дороге. Вдруг впереди засада светлых?

— Хм… — хмыкнул я, присел рядом с трупом и закатал рукав, чтобы обнажить запястье мертвеца. На нём оказалась татуировка клана Лилит.

— Всё страньше и страньше, — пробормотала ведьма, тоже увидев тату. — Похоже, кто-то убил дозорного практически возле крепости клана. Она тут совсем рядом. Вон за тем поворотом.

— Дела… — промычал я, приподняв шлем и почесав в затылке.

— Ты всё ещё хочешь идти туда? — мрачно спросила Искра, качнув головой в сторону горы, за которой скрывалась обитель тёмных.

— Не очень, но надо, — прошептал я.

— Ты так сильно хочешь отомстить?

— Ага, — кивнул я, покосившись на застывшее лицо ведьмы. Она была немного шокирована моей жаждой мести, явно не догадываясь, что дело тут совсем в другом.

— Тогда пошли, — бросила Искра, решительно тряхнув гривой волос.

Я коротко кивнул, выпрямился и затем потопал по дороге, удесятерив внимательность. Мой взгляд принялся скользить по горам, осматривая каждую трещинку и впадину. А ведьма шла рядом, держа в руках метлу. Она была готова в любой момент вскочить на неё и унестись прочь.

Так мы прошли пару сотен метров, а потом я услышал отдалённый скрежет, похожий на тот, который во время бега издают металлические доспехи. Звук шел из-за поворота и пока воспринимался где-то на самой грани слышимости. Но всё же я остановился и лихорадочно прошептал, схватив девушку за запястье:

— Слышишь?

— Что? — бросила она, затаив дыхание и вслушиваясь в пространство. — Ничего я не слышу.

— А это всё потому, что у женщин нет специальной антенны, — нервно пошутил я и через миг серьёзно добавил: — Ты разве не слышишь скрежет? Будто металл задевает об металл.

— Ага, вот теперь что-то подобное расслышала, — напряжённо произнесла тёмная и облизала губы. — Пока далеко, но уже вот-вот выскочит из-за поворота.

— Кто это может быть или что? — спросил я у ведьмы, так как она была дольше меня в этой локации.

— Железный дровосек, — ответила та вроде бы серьёзно.

— И Страшила, — саркастично выплюнул я, не поверив ей. Но спустя десяток секунд изумлённо выпучил глаза, когда на дороге показались ожившие рыцарские латы, у которых вместо наручей были два клинка. И на одном из них я разглядел бурые потёки крови.

Латы мчались в нашу сторону, громыхая, точно сотня консервных банок, а за погнутым забралом ведроподобного шлема с плюмажем полыхали красные зенки, поселившиеся на пятне мрака. И мне почему-то казалось, что древний терминатор вряд ли будет с нами более любезен, чем с тем тёмным парнем, который был вооружён пикой. Да к тому же эта тварь обладала кое-каким интеллектом. Ей вполне хватило ума понять, что та десятка разъярённых игроков, которые выскочили из-за поворота, слишком грозная сила, которую латам не одолеть. Вот монстр и улепётывал от них. А те преследовали его с перекошенными от ярости мордами и орали, что это помойное ведро не уйдёт от них.

Я в эту же секунду дальновидно предположил, что если помогу игрокам, то мне будет проще напроситься в предполагаемый Тёмный Крестовый поход против сил Света, поэтому мой топор будто бы сам прыгнул в ладонь, а щит оказался в другой руке.

Искра мигом поняла, что у меня на уме и принялась стрелять в латы из арбалета. Некоторые болты попадали в цель и даже пробивали червлёный металл, украшенный затейливыми вензелями, но никакого видимого вреда существу не причиняли. Оно всё так же весело бежало в нашу сторону, постепенно отрываясь от преследователей из плоти и крови. И если мы не задержим чудище, то оно оставит игроков с носом.

Я громко заорал и бросился навстречу латам, стремясь вступить в бой как можно ближе к десятке тёмных, чтобы им было не так далеко бежать к схватке. Искра устремилась за мной, выхватив абордажную саблю и держась чуть позади меня, словно я был «танком», а она поддержкой.

И уже через пару десятков секунд я очутился на достаточном расстоянии от монстра, чтобы приголубить его топором. Но тот ловко ушёл от моего удара каким-то невообразимым движением, на которое вряд ли способен обычный боец. А потом эта тварь взмахнула правым клинком, явно вознамерившись лишить меня буйной головушки, но тут уже я не сплоховал. Быстро подставил щит, возблагодарив своих учителей, и сумел защититься от удара оживших лат. Но клинок врага с ужасным скрежетом пропорол металл щита, а затем чудовище утробно расхохоталось, словно уже видело меня, насаженным на три или четыре десятка сантиметров голубоватой стали. Вот только хорошо смеётся тот, кто смеётся последним. Сперва ведьма почти в упор засадила болт в шлем противника, который мигом перестал зловеще ржать, а потом и тёмные игроки подоспели. И вот тут уже пришла наша пора смеяться, правда, латы всё же оказали ожесточённое сопротивление, но не смогли выстоять против одиннадцати рыл и моей вполне симпатичной физиономии. Вскоре монстр получил очередной удар и рассыпался грудой металла, который спустя секунду почти весь исчез и остался лишь покорёженный шлем со сквозным отверстием от болта. Его тут же схватил какой-то орк в добротной кольчуге поверх длинного вязанного свитера, а потом передал шлем высокому тёмному эльфу с луком и проговорил знакомым голосом:

— На, тебе нужнее всех.

— Сей! — ахнул я, признав своего старого товарища.

— Рей! — изумился тот, пробежавшись по мне быстрым взглядом. — А я тебя в этом плаще и не узнал, даже по самурайскому шлему. Как ты тут оказался?

— Да я с Искрой шёл в вашу клановую цитадель, и мы по пути наткнулись на тело одного из твоих соклановцев, а потом этот чёрт красноглазый выскочил, — путано объяснил я, оказавшись под прицелом десятка изучающих взоров.

Сей мрачно покивал, приветственно отсалютовал ведьме и тяжело проронил:

— У нас было двое бойцов в дозоре и… в общем, проморгали они Железного дровосека. Вот он одного-то и убил, а второй успел до крепости добежать, где мой дежурный десяток на ноги поднял.

— Так ты десятник? Поздравляю, — сказал я, попытавшись выдавить искреннюю улыбку.

— Спасибо, — с достоинством бросил орк, после чего прищурил левый глаз и снова поинтересовался: — Зачем вы шли в нашу крепость?

— Да дело у меня одно есть… — уклончиво ответил я, надеюсь, что старый товарищ додумается поговорить с глазу на глаз.

И он, по-моему, смекнул. По крайней мере, Сей отстал от меня и уверенным голосом стал раздавать команды:

— Макс, Диман, идите в дозор, а Майкл и Лёха заберут тело Пипа. Остальные — за мной. И вы тоже можете отправиться с нами в крепость.

Последние слова орка были обращены ко мне и ведьме. Я благодарно кивнул и потопал рядом с Сеем, а пятеро его бойцов пошли чуть впереди. Искра же наоборот — поплелась несколько позади меня и орка, словно готовилась делать ноги, хотя ситуация с трупом прояснилась и опасаться больше было нечего. Всё же ведьма предпочла стать замыкающей и искоса поглядывала на четвёрку отдаляющихся от нас тёмных, которым Сей дал задания.

Между тем орк немного склонил голову к плечу и прошептал, цепко глядя на меня маленькими глазами:

— Ну и чего тебя понесло к нам в крепость? Ты же ярый противник кланов.

— Как тебе сказать… — замялся я, а потом решил говорить начистоту, понадеявшись на честность и осведомлённость старого товарища. — В общем, очень может быть, что помыслы твоего клана совпадают с моими.

— Ты о чём? — бросил Сей и весь напрягся.

— Ходит слух, что Лилит и Велиал готовятся дать по шапке клану имени святого Петра, и я был бы не прочь присоединиться к такой веселухе. У меня есть жуткое желание отомстить одной особе, которая входит в клан Петра. Возможно, я тебе говорил о некой эльфийке Алисе, которая принесла меня в жертву на светлом алтаре? — проговорил я, внимательно наблюдая за лицом орка, которое словно окаменело, будто Сей намеренно пытался скрыть свои эмоции.

И всё с такой же недвижимой маской, в которую превратилась его физиономия, он сухо проронил:

— Нет, не помню никакую Алису. А что касается слухов, то мне ничего не известно об этом. Лучше тебе поговорить с сотником.

— Хорошо, — легко согласился я, видя по глазам Сея, что он лукавит. Кажется, слухи хоть чуть-чуть, но правдивы, а орк просто не хочет посвящать меня в детали, ставя интересы клана гораздо выше тех отношений, кои нас связывали. Ну, в принципе, меня устраивает такой расклад. И тут даже нет смысла обижаться на него и вспоминать, что друзья похожи на сиськи — некоторые ненастоящие. Мы же с ним не друзья.

Я позволил себе бледную улыбку, а затем вместе с орком вышел из-за горы и увидел цитадель клана Лилит. Она оказалась таких же размеров, как и крепость Астарота, и располагалась на небольшом возвышении.

В первую очередь мне в глаза бросилось высокое, светло-коричневое центральное здание с красным куполом, украшенным блестящим шпилем. Оно пряталось за крепостными стенами, складывающимися в квадрат с равными сторонами. И, естественно, что по углам этого квадрата возвышались мощные башни, где легко могли бы разместиться десятки лучников или арбалетчиков. Ещё парочка таких же башен стояла по сторонам от арочных ворот. А в крепостных стенах виднелись отверстия, кои служили для горячей смолы и кипятка, которые защитники будут лить на тех, кто подойдёт к цитадели. Короче, логово Лилит было серьёзным орешком, хоть тут и не имелось рва с подвесным мостом.

В этот миг мне подумалось, что у каждой клановой крепости есть свои плюсы и минусы, а в среднем они все примерно одинаковы по защитным характеристикам. И, похоже, в Чистилище нет какой-то суперкрепости или наоборот — дрянного шалаша, который может сдуть даже Серый Волк, и не обязательно выпуская воздух именно изо рта.

Меня позабавила последняя мысль, но на моём лице не отразилось ни капельки веселья, тем более что мне предстоял серьёзный разговор. Я весь подобрался и настроился на нужный лад, а то вон уже и ворота нам открывают.

Через минуту мы оказались за крепостными стенами, где царило предвоенное оживление. Игроки таскали оружие, собирали в ящики стрелы и горшки с зажигательной смесью, а командиры за всем этим строго наблюдали.

И после увиденной внутри крепости картины даже у самого последнего идиота сложится стойкое впечатление, что члены клана Лилит готовятся к атаке или обороне. Естественно, что нас с таким знанием не отпустят, пока клан не совершит задуманное. А то вдруг мы заложим их светлым за звонкую монету? В Чистилище всякое возможное. Похоже, у нас остался лишь один путь — нам надо как-то суметь уговорить тёмных взять нашу парочку с собой, а то они могут просто запереть нас в какой-нибудь темнице, а после атаки отпустить на все четыре стороны.

Тем временем Сей хмуро взглянул на меня, потом на мрачную ведьму и проронил:

— Следуйте за мной.

И орк направился в донжон. Мы поплелись за ним, украдкой глядя по сторонам. Игроки же не обращали на нас практически никакого внимания. Все они активно занимались подготовкой к битве. И даже в донжоне люди бегали как угорелые. А вот мы довольно неспешно поднялись по каменной лестнице с истёртыми ступенями, прошли по узкому коридору, где на полу лежала драная ковровая дорожка, а затем орк остановился возле двери с кольцом вместо ручки и постучал.

Спустя пару ударов сердца из-за двери донёсся властный рыкающий голос:

— Войдите!

Наша троица проникла внутрь и предстала перед грузным гномом с пронзительным взглядом, который сразу же заставил меня немного поёжиться. Да, чтобы овладеть таким взором, надо тренировать его минимум по четыре подхода по десять повторений. А этот гном ещё смотрит так уверенно, немного откинув корпус на золочёную спинку стула и сложив крупные руки на массивном столе из дерева.

Мне сотник не сильно понравился, но разговор начинать надо, раз уж орк стоит и мнётся, словно растерял всю свою уверенность.

— Кхем… кхем… — прочистил я горло. — Здравствуйте, к сожалению, не знаю вашего имени. Меня зовут Рей, а это — Искра. Мы бы хотели присоединиться к вашей атаке на башню клана святого Петра и вот по какой причине… — и я честно выложил ему свой план мести.

Гном же хмыкнул и недовольно спросил, немного изменившись в лице:

— Откуда вы узнали об атаке?

— Слухи, — ответил я, пожав плечами.

— Сей, это не ты им рассказал? — сурово спросил коротышка, сдвинув лохматые брови над широкой переносицей.

— Нет-нет, он сам откуда-то узнал… — зачастил тот, пытаясь достойно выдержать взгляд начальника.

— А какие тебя и их связывают отношения? — задал следующий вопрос сотник.

— Мы из одного Иерихона, — признался Сей, покосившись на меня и ведьму. — И я там с Реем провернул пару дел.

— Ты можешь гарантировать, что эти двое будут полезны нам в бою и не работают на светлых?

— Полезны — однозначно, а вот что касается светлых… тут я не могу поручиться за них. Мало ли что произошло с тех пор, как я их видел в последний раз.

— А вы что скажете? — бросил мне и девушке гном, прищурив глаза, которые превратились в два узеньких сканера по считыванию лжи.

Я невольно напрягся, понимая, что сейчас настал момент икс. И если мне не удастся уговорить этого чувака, то хрен я получу свой осколок. Тогда мне придётся придумывать какой-то другой план. Поэтому я со всем жаром начал убеждать гнома, что без меня и Искры его атака на башню Петра обречена на провал. Тот внимательно слушал меня и скептически хмыкал, подперев квадратный подбородок кулаком. И ей-богу, в какой-то момент он меня даже бесить начал своей непрошибаемой миной, из-за чего я в запале перешёл на «ты» и крикнул, тыча пальцем в чёрную, лакированную поверхность стола:

— Вот видишь этот цвет?! Так он светлее будущего твоего клана, если вы пойдёте без нас! Я же крутой повелитель химер, а Искра — ведьма со стажем, который она начала получать ещё на Земле! Да она настолько хороша, что в следующей жизни хочет быть собой же!

— Ладно, ладно, — вдруг поднял руки гном, будто сдавался. — Если ваша парочка, хотя бы на половину так крута, как ты говоришь, то вы нам оба пригодитесь.

— Так-то лучше, — устало прохрипел я, бросив на девушку победный взгляд, а та показала мне большой палец.

Коротышка же добавил, сцепив пальцы в замок:

— Но до начала похода вы будете сидеть в комнате. Конечно, вам дадут еду и воду, но вы оттуда не выйдете. Ах да…и туалет там будет.

— Долго нам там придётся куковать? — недовольно произнесла ведьма, сложив руки на груди.

— До полуночи. Вы прибыли как раз вовремя, чтобы отправиться с нами, — проговорил сотник, пожевав серые губы.

— А какой план нападения? Какая у нас в нём будет роль? Что нам придется делать? — принялась активно бомбардировать вопросами девушка, цепко глядя на игрока.

А тот покачал головой и твёрдо отчеканил:

— Вы всё узнаете непосредственно перед нападением. А теперь десятник Сей проводит вас в комнату.

После своих слов гном опустил голову, открыл выдвижной ящик стола и начал в нём копаться, словно он уже был один в комнате. Ну и нам не оставалось ничего другого, кроме как пойти за орком и понадеяться на то, что коротышка действительно возьмёт нас в бой, а не промаринует в комнате до его окончания.

Глава 26

Мы прошли десяток метров по коридору, миновав парочку игроков, а потом поднялись на следующий этаж, где я и Искра остались вдвоём в небольшой комнате с окном, на котором красовалась ржавая решётка. Ещё тут имелась большая двуспальная кровать с балдахином, ворсистый ковёр, круглый каменный столик и низенькая софа. А воздух пах пылью и чем-то сладким. У меня мигом возникли ассоциации с дешёвым мотелем, где люди в основном снимали комнаты для быстрого секса с любовницей или шлюхой. Но вряд ли в подобных мотелях запирают гостей, как сделал это орк, прежде чем ушёл и оставил нас внутри, словно в комфортабельной камере. Хоть я и знал, что так будет, но на душе всё равно было муторно. Я ведь с самого детства мечтал не попасть в такую ситуацию.

Ведьма же беззаботно упала на кровать и приняла позу звезды, а потом потянулась, будто огромная кошка, и произнесла, глядя в балдахин немигающим взором:

— Кинет нас гном или нет?

— Мне кажется, что он нас не обманет, — проронил я, присев на софу и вызвав Мрака, которого стал тренировать, раз уж появилось свободное время.

— Будем надеяться, — проговорила девушка, ласково улыбнувшись темнопарду, а затем легла набок и спустя какое-то время уснула, начав громко сопеть во сне. Ну, хорошо хоть не храпела и не производила других звуков.

Я же продолжил заниматься с питомцем, отдавая ему приказы шёпотом. А спустя час отправил Мрака в кольцо и уподобился Искре. Только она спала на мягкой кровати, а я — на жёсткой софе, которая к тому же оказалась продавлена в двух местах. Всё же я сумел уснуть, понимая, что мне надо выспаться, так как грядущей ночью будут происходить весьма энергозатратные события.

И продрых я даже дольше ведьмы. Она проснулась первой, а затем легонько шлёпнула меня по локтю. Я тотчас открыл глаза и негодующе выдохнул, хриплым после сна голосом:

— Какого хрена?!

— А чего ты так нагло спишь, когда я бодрствую? — ехидно пропела та, подойдя в наступившей за время сна полутьме к столику, на котором красовался серебряный поднос с едой и канделябр с горящими свечами. — Нам вон ужин уже успели принести. Дружан твой приходил и обещался ещё разок заглянуть.

— Зачем ты херанула мне по локтю? Не могла голосом разбудить? — пробурчал я, вставая с софы. — У меня, между прочим, сустав больной. Я как-то раз сражался со своей бывшей девушкой за подлокотник в кинотеатре и повредит локоть, но зато мне удалось сделать эту неуступчивую суку.

— Любопытная история, — криво усмехнулась ведьма, взяв в руки жареную ножку какой-то птицы. — А локоть лечи смехом. Говорят, что он лучшее лекарство. Правда, моего дядю от последствий ножевого ранения не спас.

— Любопытная история, — передразнил я ведьму и принялся за ужин.

Девица молча присоединилась ко мне, и мы вместе начала пожирать дары клана Лилит.

А через полчасика к нам наведался Сей. Он отпер дверь, вошёл в комнату и с долей юмора в голосе проговорил:

— Ну вы прямо влюблённые на свидании при свечах.

— Сам ты влюблённый, — огрызнулся я, дёрнув небритой щекой и швырнув в него косточкой.

— Ага, — поддакнула ведьма, опалив его грозным взглядом прекрасных глаз, в которых отражалось пламя свечей. — У тебя яйца, что ли, лишние, чтобы меня так обзывать?

Тот с примирительной улыбкой выставил перед собой руки, не обратив внимания на косточку, которая угодила ему в грудь, а затем серьёзно проронил:

— Через час за вами придут.

— Люди из НКВД? — вяло пошутил я, посмотрев в окно, где на небе уже царствовала луна. — Ты мне вот что скажи, Сей… Я могу получить от твоего клана зелье лечения и трупы животных?

— Не понял, — просипел орк, удивлённо вскинув брови.

Мне пришлось объяснить ему, как я создаю химер. Тогда он кивнул головой, увенчанной ирокезом, и пообещал мне найти с пяток разнообразных тушек, после чего удалился, всё так же заперев дверь.

А спустя час, когда уже наступила полночь, за нами притопали четверо игроков, которые вывели нас из комнаты и повели наверх. Мы быстро преодолели несколько лестничных пролётов, а затем сопровождающие нас тёмные свернули и вышли на большой балкон, который нависал над внутренним двором. Наш дуэт проследовал туда вместе с ними, и мы увидели, что над донжоном зависли тени девяти летающих кораблей всех трёх классов, которые имелись в Чистилище. Все суда оказались лишены «бортовых огней». Да и сама цитадель была погружена в темноту.

Но в этом мраке, окутавшем крепость, порой раздавались обрывки разговоров, восклицания, непонятный скрежет и шорох. И если напрячь зрение, то можно было разглядеть десятки верёвок, которые спускались с кораблей к внутреннему двору, где к ним привязывали ящики, а потом они втягивались в суда.

В общем, среди ночи, в неверном лунном и звёздном свете, полным ходом шла погрузка кораблей и скоро вслед за грузом на борт отправятся и игроки. Поэтому нас и вытащили из комнаты. Ведь теперь уже вряд ли кто-то успеет предупредить клан имени святого Петра о надвигающейся на них армии, готовой совершить анус-разрыванус. Но глава клана Лилит всё равно перестраховывался, запретив зажигать огни. Я понимал его, ведь на кон поставлено очень многое. Тут лучше перебдеть, чем недобдеть. И пока вроде бы всё шло по плану.

Ну а вскоре корабли загрузили и вниз упали концы верёвочных лестниц, по которым стали забираться игроки. Нам тоже предстояло совершить такое путешествие, так как рядом с нами, прямо на балкон, упал конец верёвочной лестницы. Один из тёмных закрепил его, чтобы лестница не болталась, а потом мы по очереди стали взбираться на судно.

Я пополз третьим и изрядно разнервничался, постепенно удаляясь от надёжного балкона. А вдруг верёвки лестницы не выдержат, и я полечу не к башне Петра, а на землю? Хреновый так-то сюжет.

Но всё же я без происшествий добрался до палубы и заполз на более-менее надёжные доски небольшого корабля, который был одним из самых маленьких. Его команда насчитывала всего десять человек, но на данный момент на судне уже уместилось два десятка игроков, а затем поднялись ещё трое, так что нас стало двадцати три тушки. И вот в таком составе корабль, в числе прочих судов, медленно двинулся прочь от крепости.

Так начался Темный Крестовый поход. Надеюсь, он закончится удачно, хотя бы для меня и Искры.

Пока же ко мне подошёл Сей, с облегчённым вздохом поставил на палубу объёмный мешок и проронил, протягивая склянку с зельем лечения:

— Вот, почти как ты заказывал. Внутри тушка козла, волчья голова, три медвежьи лапы и ещё два звериных тела.

— Спасибо, — искренне проронил я, взяв пузырёк и возбуждённо подтащив к себе мешок и заглянув внутрь. — Этого мне хватит.

— Надеюсь. Мы же теперь в одной лодке, — усмехнулся орк и посмотрел на ведьму, которая сидела, опершись спиной на борт. — Кстати, в предстоящем бою я ваш непосредственный командир.

— Отлично, — промычал я и следом спросил у игрока: — Тут есть какое-нибудь укромное место? А то я не хочу у всех на виду сшивать мёртвую плоть.

— Ну, я могу тебя в каюту отвести, — неуверенно проронил Сей, прикрыв рукой глаза от налетевшего порыва ветра, который заставил захлопать паруса и закачаться корабль.

— Отлично, веди, — обрадованно проронил я, закидывая на спину мешок, который едва не перевесил меня.

— Я пойду с вами, — решительно бросила Искра, встав на ноги и придерживая рукой капюшон.

— Идёмте, — почему-то нехотя сказал Сей, а затем махнул рукой одному из соклановцев и крикнул: — Леон, пошли со мной.

Тот быстро подскочил к десятнику, и мы вчетвером, покачиваясь, направились к палубной надстройке. А прочие бойцы остались сидеть среди катапульт и аркбалист, которые выглядели как здоровенные двухплечевые арбалеты.

И я прекрасно понимал, почему орк позвал с нами ещё одного тёмного. Сей до конца не доверял нам, опасаясь, что мы можем попробовать уничтожить судно, полное горшков с зажигательной смесью. Тем более что до сих пор на слуху была смерть «Погибели тёмных» и вы сами знаете, какой версии придерживались светлые игроки. Вот орк и не расслаблялся.

Но всё же он пошёл на определённый риск и привёл меня с Искрой в небольшую каюту с двумя иллюминаторами, где мы остались лишь вчетвером. Я сразу же принялся создавать химер, не обращая внимания на брезгливые взгляды Сея и Леона. А ведьма тихонько прошептала мне на ухо, вроде бы склонившись над моим плечом, дабы стряхнуть какую-то соринку:

— Рей, помни, что бы ни случилось, я никогда не забуду нашу первую встречу. Я уже пыталась, но не смогла. Слишком жив тот ужас, который я тогда испытала.

— Смешно, — хмыкнул я, не прекращая работать иглой.

— Ты сам с собой разговариваешь? — удивился орк, не расслышавший слов девушки. — Надеюсь, ты не шизофреник?

— Нет, мы не шизофреники, — с улыбкой ответил я, глянув в иллюминатор.

Внизу проплывали горы и порхали ночные птахи, а расстояние до башни Петра всё сокращалось и сокращалось. Но, конечно, туда лететь не пять минут, а пару-тройку часов. И часть из этого времени я потратил на создание трёх химер, а потом завязал непринуждённую беседу с игроками. Сперва все вели себя довольно расслабленно, звучали шутки и прибаутки, но когда корабли стали подлетать к цели, то здесь уже разговор сам собой затих, а люди напряжённо замерли, поглядывая в иллюминатор, за которым ночь стала сереть.

И тут вдруг Сей решительно произнёс, пристально посмотрев на меня:

— Моему отряду поставлена задача высадиться на крышу башни в числе ещё нескольких команд и уничтожить оборонительные орудия.

— А как вы собираетесь высаживаться? — уточнил я, раздумчиво нахмурив лоб.

— Верёвки и лестницы, — ответил орк. — Корабль не сможет близко подойти к башне, ведь на её вершине установлены стреломёты, катапульты и прочая неприятная херня. Хорошо хоть там сифилиса нет, — со смешком закончил парень, проведя рукой по ирокезу.

— А нам двоим не пригодятся ваши верёвки и лестницы, — проронил Искра, хлопнув меня по плечу. — Мы на метле спустимся к башне.

— Хорошо, — кивнул Сей, блеснув глазами. — Даже очень хорошо. Возможно, вы будете нашим козырем. А теперь нам пора на палубу.

Орк встал, поправил кольчугу и вышел из каюты, а наша троица последовала за ним.

Мы преодолели узкий коридор и выбрались из надстройки. Я быстро огляделся и сообразил, что кораблей прибавилось. Их стало пятнадцать. Они тёмными громадами скользили по серо-чёрному небу, огибая острые пики и держась на почтительном расстоянии друг от друга. Похоже, новые суда — это посильный вклад клана Велиал в предстоящее жопораздирание. А оно уже скоро начнётся, если судить по поведению Сея, который уверенно собрал вокруг себя двадцать человек, включая меня и Искру, а затем вдохновенно заговорил, сквозь свист ветра и поскрипывание корпуса:

— Друзья, братья, соклановцы. С минуты на минуты мы прибудем к башне ненавистных нам ублюдков из клана Петра, которые убивали нас, пытали, унижали… Но сегодня им воздастся сторицей. Мы атакуем их и сокрушим! Кто бы что ни говорил, но Бог на нашей стороне! Так послужим же его карающей дланью!

В ответ на мощный спич десятника раздались разгорячённые выкрики игроков, которые стали приплясывать от нетерпения. Я же подумал, что орк успел немного поднатореть в ораторском искусстве и явно имеет все шансы построить хорошую карьеру в рядах клана Лилит. Тёмные вроде бы уважают его и готовы идти за ним хоть в паспортный стол — в одно из самых страшных мест в мире. Я сам почувствовал лёгкое желание надавать по щам светлым и такая возможность практически настала. Впереди, в предрассветных сумерках, показалась тёмная громада башни. Она стояла на вершине горы и была почти аналогична обители Баль-Дура — такой же чёрный пятнадцатиметровый средний палец с ровной крышей, который не имел окон. А вот одна дверь здесь всё-таки присутствовала. Она обнаружилась возле основания башни, где начиналась извилистая дорога, круто спускающаяся с горы. И, казалось бы, — как попасть внутрь подобного строения, ведь светлым достаточно забаррикадировать единственный проход? Но всё было не так страшно. Башня оказалась изрядно одряхлевшей и изобиловала трещинами, так что её можно было разрушить методичным обстрелом. Правда, на её вершине обнаружился десяток стреломётов и столько же катапульт. Да к тому же из-за ближайшего горного хребта показались хищные силуэты воздушных кораблей. Они вызвали дружный потрясённый выдох, вылетевший из глоток игроков. Все мигом поняли, что это не товарищи из Велиала, а враги. Нас тут ждали. Несмотря на все ухищрения руководства тёмных кланов, светлым стало известно об атаке. И полученные ими сведения были точны. Они явно знали, что это не просто слухи, которые постоянно бродят среди игроков, а доподлинная информация. И вот теперь против нас вышли одиннадцать кораблей, которые были такими же разнокалиберными, как и наши. Мне такой расклад сильно не понравился. Дело осложнилось до невозможности. Но отступать мне некуда.

Тем временем, пока я нервно грыз ногти, на кораблях тёмной армады зазвучали команды и по бортам зажглись опознавательные зелёные огоньки, которые были предназначены для того, чтобы в пылу предстоящей битвы не столкнуться со своими же.

У светлых в эти секунды произошло ровно то же самое. Их суда вспыхнули огоньками, только не зелёными, а светло-голубыми.

И на вершине башни тоже загорелось пламя — вполне обычное, идущее от факелов.

Теперь уже никто не скрывался, понимая, что это бесполезно. Игра пошла в открытую.

Ну а первые стрелы и горшки с зажигательной смесью полетели буквально через минуту после того, как мы увидели башню. Я встал рядом с ведьмой, вцепился в борт скрюченными пальцами и стал с тревогой наблюдать за разразившейся воздушной битвой, чувствуя, что от меня ничего не зависит, ну, кроме запаха воздуха.

Меж тем наш маленький кораблик принялся метаться из стороны в сторону, пытаясь избежать встречи со светлыми. Но одно крупное вражеское судно заинтересовалось нашим корабликом, который настойчиво летел к башне, и противники открыли по нам огонь. Вокруг стали свистеть двухметровые стрелы, которые рвали паруса и порой пробивали корпус. Но и экипаж нашего корабля частенько огрызался, пуская в ход аркбалисты и катапульты. И одна из тёмных стрел даже пробила борт вражеского корабля, который был в три раза больше нашего. Правда, тот лишь покачнулся, да и всё. А в ответ послал в нас пяток горшков, которые с гудением пронеслись по воздуху, а потом два из них врезались в палубу, расплескав по ней вспыхнувшую смесь, которая частично попала на игроков, обслуживающих катапульту. Те загорелись, точно просмолённые факелы, и принялись отчаянно орать, сдирая с себя одежду. От их криков, наполненных нечеловеческой болью, у меня аж ноги подкосились, а к горлу подкатил ком.

А вот ведьма не растерялась и в числе прочих уцелевших игроков, кинулась к воющим людям и принялась тушить их, используя воду в бочках, которые были прикреплены к внутренней части бортов.

Благо, что и я довольно быстро преодолел оторопь и присоединился к Искре. Мы стали тушить воющих игроков, вдыхая вонь масла, горящей плоти и волос. И вскоре нам удалось спасти двух из четверых тёмных, которые были окутаны пламенем. Но понятное дело, что выжившая парочка пока выпадала из боя, так как они оказались жутко обезображены огнём, кожа пошла пузырями, волосы сгорели, и теперь им придётся выпить по три-четыре склянки зелья лечения, дабы прийти в норму. Вот только времени на это у них нет, потому что на наш корабль полным ходом полетело то самое судно, команда которого уже сожгла заживо двоих игроков. И летело судно прямо в наш правый борт, нацелив на него блестящий сталью таран.

Похоже, нас может спасти только одно средство. Я прямо посмотрел на Искру, с чьей головы ветер сорвал капюшон и развивал чёрные волосы. А девушка не обращала на меня внимания и без страха смотрела на приближающийся таран…

Глава 27

Но всё же ведьма заметила мой взгляд и через мгновение кивнула головой. Мы явно подумали об одном и том же — метла. Только она может унести нас с корабля, который стоит на пороге гибели. Но вдруг в этот миг наше судно, буквально за мгновение до роковой встречи с тараном врага, рухнуло вниз, будто проколотый в воздухе шарик. И таран вместо того, чтобы расколоть корабль, снёс мачту и задел килем палубную надстройку. Естественно, что вся наша тёмная команда не устояла на ногах и оказалась в горизонтальном положении. Да ещё одна из аркбалист порвала тросы, которыми была прикреплена к палубе, и заскользила к левому борту, смяв по пути гнома. От него осталось только переломанное тело и лужа крови. Хорошо хоть игрок исчез, продемонстрировав то, что у него имелась ещё как минимум одна жизнь. А вот аркбалиста пробила борт и полетела вниз, куда, собственно, стремительно падал и весь корабль.

В эти секунды я ощущал себя на месте экипажа «Погибели тёмных», когда те так же неумолимо приближались к убийственно твёрдой горной поверхности. Крайне неприятное чувство — словно тебя выворачивают наизнанку, а поток воздуха пытается выдуть твой мозг и выдавить глаза. Да ещё и в животе появилась какая-то пустота. В общем, мне надо было скорее всё это заканчивать. Где там Искра с метлой? Я пробежался замутнённым слезами взглядом по усеянной обломками палубе и нашёл ведьму. Она без движения лежала возле перевёрнутой бочки. Твою мать! Кажись, девица обо что-то ударилась головой и потеряла сознание! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Вот она эгоистка! Помрёт без ужаса и страха, а я должен буду пережить все прелести крушения! Но мы, провинциалы, так легко не сдаёмся!

Я пополз к девушке, слыша свист ветра, крики игроков, доносящиеся с других кораблей, и взрывы горшков с зажигательной смесью, из-за горения которой и так тёмное небо заволокло густым дымом. И теперь было непонятно — кто побеждает? Наши аль враги? Сражение разделилось на отдельные бои, а о башне, по-моему, всё забыли. Да и стоит ли её атаковать, пока не уничтожены воздушные силы объединившихся противников? Нам ведь явно противостоит не только клан Петра, но и ещё кто-то, скорее всего, Павел.

Но мне в данную минуту надо было думать не о врагах и башне, а том, как выжить, а для этого надо скорейшим образом привести в чувство Искру, чтобы она вызвала спасательную метлу. Да только в этот миг наш корабль немного накренился, и тело девушки заскользило прочь от меня, к корме.

Я не выдержал и в голос яростно заорал, чувствуя, как ветер вколачивает слова обратно в глотку:

— Что же, сука, мне так не везёт!!!

И в эту секунду, будто кто-то услышал мой крик, и решил помочь. Судно вдруг резко замедлило падение, из-за чего меня вдавило в доски, и воздух со свистом вылетел изо всех отверстий. В голове же возникла мысль, что это капитан играется с судном. Наверное, он сперва приказал вырубить систему, которая удерживала корабль в воздухе, чтобы избежать удара вражеского тарана, а теперь снова врубил её, дабы не рухнуть на землю. Вот только судно продолжало медленно лететь к горам. Кажется, оно получило слишком много повреждений и не могло нормально держаться в воздухе, а без мачты и управлялось плохо. Но всё же мы теперь не разобьёмся. У меня от этой мысли, едва не брызнули из глаз слёзы счастья. Да только я рано радовался.

Неожиданно раздался азартный крик капитана:

— Идём, млять, на таран!

— Идём, млять, на таран! — хрипло вторил ему Сей, держащийся за огрызок мачты, который торчал из палубы, будто обломанный зуб.

— Идём, млять, на таран! — заорал кто-то ещё звонким голосом.

— Да вы охренели?! — взвизгнул я. Но мой крик потонул в хоре разгорячённых выкриков, которые поддерживали решение капитана и десятника. И никто даже не задался вопросом — а кого решил таранить капитан, возомнивший себя вторым Талалихиным, который совершил первый ночной таран? Похоже, тёмных игроков, охваченных горячкой боя, совсем не интересовал этот вопрос. А вот я принялся лихорадочно глядеть по сторонам и спустя пару секунд понял, что корабль летит точно в вершину башни, где стояли защитные орудия светлых. Вот кого капитан решил натянуть на киль по самые уши. А там, на башне, поняли намерения смелого капитана и перенесли весь огонь на наш израненный корабль, от которого прямо в воздухе отваливались куски обшивки, точно мы летели на самолёте авиакомпании «Победа».

В следующий миг мимо нашего судна засвистели стрелы и горшки. Многие из них попадали в цель, и кое-где вспыхнула зажигательная смесь, а нос корабля стал похож на жопу ёжика, настолько густо из него торчали громадные стрелы.

Но всё же наш кораблик каким-то чудом дотянул до башни и с громоподобным треском, по касательной, плюхнулось на неё, а потом, увлекаемый инерцией, заскользил к другому краю крыши, раздирая брюхо, давя светлых и ломая вражеские стреломёты и катапульты.

Я же тупо сжался в комок, закрыл голову руками и отчаянно надеялся на то, что корабль не переползёт через всю крышу и не рухнет с башни. И судно словно послушалось меня. Оно врезалось в парапет, сломало его, продвинулось ещё пару метров и остановилось, опасно балансируя на краю башни. У меня в этот момент сердце перестало биться. А выживший Сей громко заорал, перекрывая крики раненых светлых:

— Никому не двигаться! Всем оставаться на местах! И не дышать… и не пердеть! А теперь те, кто ближе к корме, тихонечко, как сука мышки, пискнете…

Несколько человек, включая меня, робко подали голос, после чего орк приказал нам медленно ползти к корме и там замереть. Мы ловко проделали это. А я не только добрался до кормы, но и по пути прихватил с собой тело ведьмы, которая вроде бы начала приходить в себя.

Дальше Сей скомандовал тем игрокам, которые оказались посередине палубы, ползти к нам. Они так же ловко справились с поставленной задачей. А вскоре к нам добрались и те тёмные, которые оказались ближе к носу. В итоге мы все очутились на корме, где орк пересчитал нас и сообщил, что от команды осталось восемнадцать игроков и одна мышь, которая раздумчиво выглядывала из покосившейся палубной надстройки. Мы все нервно хихикнули, кроме ведьмы, которая с болезненной гримасой на лице держалась за голову, а затем синхронно спрыгнули с корабля. Он тут же перевалился через край и рухнул на землю, где превратился в груду обломков.

И его смерть будто послужила сигналом для атаки светлых, которые до этого события метались между уцелевших орудий, коих осталось около половины. Но вот теперь защитники башни собрались в группу, насчитывающую почти три десятка рыл, и с дикими криками ломанулись на нас.

Я тотчас с неприятным холодком, пробежавшим вдоль позвоночника, обратил внимание на то, что с ними бежали четыре питомца: метровый паук, белый медведь, который, наверное, весил килограммов сто, двухметровая крыса и неведомая зверушка, похожая на лохматого бульдога с пятью ногами, четыре из коих у него были своими, а вот пятая — человеческая. Питомец сжимал её в зубастой окровавленной пасти. И кажись, он отгрыз её у тёмного, слетевшего с палубы во время столкновения корабля с башней. Эх, бедолага. Он в этой атаке лишился последней жизни. И как бы мне не потерять одну из своих жизней, ведь светлые уже почти добежали до нас. Но я всё-таки успел оживить одну химеру и вызвать Мрака, и лишь потом завязался ожесточённый бой.

Я принялся размахивать топором и подставлять щит под удары, которые, по ощущениям, летели со всех сторон. Это был не бой, а какая-то свалка. Всё смешалось: светлые, тёмные, питомцы. Да ещё вокруг разлилась зажигательная смесь, которая начала жарко гореть и клубиться дымом. Последний выедал глаза и заставлял судорожно кашлять, когда проникал в горло. И к тому же чья-то кровь частенько летела в лицо. А уж какое было акустическое сопровождение у этого боя… Просто мрак. Крики, стоны, проклятия и отборная матерщина, несущаяся из оскаленных ртов.

Пока я сражался, теряя последние человеческие черты и превращаясь в зверя, мне успели разодрать плащ, порезать ногу чуть ниже колена, да ещё чей-то могучий удар обухом топора вмял решётку забрала так, что она разорвала мне верхнюю губу и выбила зуб, но не сломалась. И я уже не верил в то, что выберусь живым из этой мясорубки, где кровь хлестала, будто водица. Но в этот миг за моей спиной прозвучал сильный взрыв, который раскидал в разные стороны оставшихся в живых игроков. Я пролетел пару метров, а потом врезался головой в живот упавшего игрока. В моей шее что-то отчётливо хрустнуло, но это не помешала мне воткнуть кинжал в кадык того светлого, который послужил для меня подушкой. Парень захрипел, открывая окровавленный рот и пытаясь задушить меня. Благо, что силы стремительно покидали его, да и я ещё два раза загнал клинок в его горло, что совсем не способствовало нормальной жизнедеятельности. Поэтому он умер довольно быстро, а затем исчез.

Я же перевернулся на спину, приподнял гудящую голову и огляделся. Кругом полыхал огонь, густо клубился дым, стонали игроки, а несколько катапульт оказались объяты пламенем. Похоже, взрыв прозвучал из-за того, что загорелись горшки, которые лежали рядом с метательными орудиями. Ну а потом взрывная волна расшвыряла людей и питомцев, кого-то покалечив или убив. Я не увидел ни Мрака, ни химеру, ни ведьму. И если судьба первых двоих по разным причинам не так сильно волновала меня, то вот жизнь Искры… За неё я переживал. Мой лихорадочный взор пытался отыскать её, но в этом Аду хрен поймёшь, где она лежит. А может быть, девушка уже и погибла. Но мне всё равно надо попробовать отыскать её.

Я со стоном поднялся на ноги, подобрал щит и топор, а затем стал бродить по крыше башни, глядя в лица оглушённых или истекающих кровью игроков, среди коих было немало врагов. И в какой-то миг один из светлых, который привалился спиной к стреломёту, замогильным голосом прошептал, держа руками внутренности, кои вывалились из разорванного живота:

— Помоги… помоги…

— Помощь утопающих — дело рук самих утопающих, — пробурчал я, облизав потрескавшиеся губы.

— Помоги… это моя последняя жизнь… помоги… — продолжал стонать игрок, чей взгляд становился всё более мутным. Возможно, он даже не понимал, что я тёмный, а видел лишь смутный силуэт на фоне пламени.

— У тебя слишком серьёзная рана. Я могу лишь поссать на неё, но вряд ли это поможет, — злобно пробурчал я, пытаясь подавить тот росток жалости, который проклюнулся в моей душе.

— Зелье… зелье лечения… — просипел раненый, закрыв глаза.

— Вот сука, — выхаркнул я, проклиная свою мягкотелость, после чего достал единственную склянку с лечебной жидкостью и без остатка влил её содержимое между посеревших губ светляка. — На, подавись.

Но парень отнюдь не подавился. Он лишь потерял сознание, а его рана стала медленно затягиваться. Кажется, светлый выживет, но ещё очень долго будет приходить в себя. Наверное, он пролежит без чувств несколько часов, а то и больше. Ну, это если его не добьёт кто-нибудь из наших, которые так же, как и я, принялись бродить по крыше.

Я пробежался внимательным взглядом по ковыляющим по башне фигурам и заметил среди них один знакомый силуэт. Искра! Я тут же обрадованно окликнул её и она, пошатываясь, подошла ко мне. От неё пахло гарью и кровью, лицо покрывали грязные разводы, а волосы превратились в свалявшийся колтун.

Девушка пару секунд поглядела на меня блестящими глазами, а затем устало прохрипела:

— Может, хватит на сегодня? Меня уже утомил этот оупен-эйр.

Я вдохнул полной грудью, разрываясь между желанием покинуть этот дьявольский вертеп и жаждой найти осколок. Если не сейчас, то когда? Ежели я свалю отсюда, то вряд ли потом сумею завладеть камешком.

И, возможно, я бы всё-таки прыгнул на метлу ведьмы и улетел, но к башне подошли сразу два потрёпанных корабля тёмных и началась высадка десанта. Игроки стали спускаться на крышу по канатам и верёвочным лестницам, а потом собирались в группы по десять человек. Я насчитал пять таких отрядов. Они были хорошо вооружены и полны решимости довести дело до конца — их глаза сверкали, губы кривились, а волосы стояли дыбом. Ну, чистые берсерки или бабки, торгующиеся на базаре.

Вскоре один из командиров тёмных заорал громоподобным голосом, воздев над головой меч:

— Вперёд! За мной! Все, кто легкоранен, вставайте на ноги! Вперёд! Мы будем легендами Чистилища!

И он помчался к пролому, который появился в крыше после взрыва горшков. Все прочие тёмные поскакали за ним, точно кровожадные дикари. И кое-кто из отряда Сея тоже последовал за горластым командиром.

Я же посмотрел им вслед, бросил под ноги щит и топор, схватил ведьму за плечи и максимально убедительным тоном проговорил, глядя прямо ей в глаза:

— Искра, ты сегодня уже достаточно покуражилась. Улетай отсюда. Тебе здесь больше нечего делать. Подожди развязки где-нибудь в сторонке.

— Мы вместе сюда добрались, вместе и свалим, — решительно произнесла она, покосившись на тёмных, которые принялись спускаться в провал, используя верёвки.

— Вот ты чего такая дура упёртая? — яростно прошипел я, тряхнув её за плечи.

— Да уж не дурнее тебя, — огрызнулась та и вывернулась из моих рук, а потом стремительно двинулась к отряду игроков.

— Искра, какого хрена ты суёшь голову в огонь?! — гневно бросил я, поднял своё оружие и побежал за девушкой.

— А мне так хочется, — надменно кинула ведьма через плечо. — И если я вдруг погибну, то проследи, чтобы моё наследство досталось пингвинам. Они такие лапочки, не то что ты.

— Вот твердолобая, — раздражённо прошептал я, а потом подскочил к провалу, выхватил верёвку из рук игрока, уже готового сигануть в нутро башни, после чего сам прыгнул в тронный зал, который был аналогичен тому, где сидел Баль-Дур. Здесь тоже имелись плошки с горящим маслом и драконьи головы, вырастающие из стен. Но тут отсутствовали каменные гробы, трон и кости. Зато повсюду стояли ящики, бочки и мешки. Похоже, светлые устроили здесь склад. А ещё я заметил в зале самодельную каменную лестницу, идущую от пола к потолку, где виднелся запертый изнутри люк. Кажется, игроки постепенно переделывали башню под свои нужды. Даже немного совестно ставить жирный крест на их стараниях.

Но светлые не желали так просто сдаваться. Они в этот миг закрыли ворота, отрезая нам путь вглубь башни. Видимо, их осталось не так много, раз игроки не рискнули принять открытый бой. И возможно, я сильно ошибался, уговаривая Искру не идти со мной. Очень может быть, что в башне остались лишь женщины и дети — ну, это я, конечно, утрирую, но вы поняли, что я имею в виду. Ведь многие воины сражались на вершине башни, да и на кораблях должны были находиться какие-то бойцы, поэтому в башне сейчас не может шастать больше шести-семи десятков игроков. Вот они и пытаются забаррикадироваться. А мы же всем стадом ломанулись к воротам, поняли, что их не открыть, и тогда тот самый горластый командир приказал тащить к створкам уцелевшие горшки с зажигательной смесью. Мы охотно выполнили его приказ и подожгли горшки, которые мощно рванули через десяток-другой секунд. Одна из створок не выдержала такого надругательства и слетела с петель, после чего наш отряд с криками бросился в открывшийся проход, за которым обнаружились перепуганные светлые игроки. Они практически сразу же дрогнули и помчались вниз по лестнице. А вот на втором этаже, где был зал, который имел несколько проходов в комнаты, на нас из этих самых комнат выскочили ещё светлые. Таким образом наша банда оказалась окружена с трёх сторон, но нас это не сломило. Мы рьяно бросились в бой, выстроившись клином, на острие которого оказался тот самый деятельный командир. А вот я в пылу битвы занял место по правую руку от него, пытаясь пробиться к той двери, которая вела к лестнице на первый этаж.

Ведьма же практически сразу выпала из моего поля зрения. По-моему, она сражалась где-то на левом фланге. Я порой слышал доносящуюся оттуда отборную матерщину, авторство которой бесспорно принадлежало ей. Только она могла грозиться засунуть ёжика кому-то в жопу. Меня успокаивали её крики, благодаря чему я сражался без лишних нервов и переживаний. Возможно, именно это помогло мне и командиру прорвать оборону светлых. Вслед за этим сражение разбилось на множество мелких стычек, где в основном игроки бились один на один.

В это мгновение мне показалось, что наступил самый благоприятный момент, дабы оставить «танцующие» парочки и выскочить на лестницу. Я сглотнул вязкую слюну, которую уже с трудом вырабатывал мой изнурённый организм, а затем подбежал к двери, открыл её и оказался перед каменными ступенями, ведущими на первый этаж.

Ну а дальше я без проблем нашёл нужный камень и нажал на него, чувствуя, что от волнения дрожат ноги. Если сейчас тайник отроется, а там не будет осколка, то моя задница рванёт не хуже ядерной бомбы.

Но мне повезло — когда тайник открылся, то я незамедлительно сунул в него руку и вытащил тот самый жёлтый осколок! Моему счастью не было предела! Я добыл его! Добыл! Преодолел такой сложный путь и добыл! Моё лицо едва не разорвалось от счастливой улыбки.

Да только улыбался я совсем недолго. Миг моего триумфа испортил знакомый голос, который прозвучал одновременно и удивлённо, и яростно:

— Ты!

— Ты! — бросил я в ответ, увидев Алису в окружении ещё четырёх светлых игроков, которые бежали ко мне со стороны первого этажа.

— Сука! — крикнула девушка, яростно сверкая глазами и скаля зубы. — Я убью тебя!

— Мразь! — не остался я в долгу, а потом азартно добавил, глянув в сторону открытой двери: — Вперёд ребята! Их тут всего пятеро, а нас две сотни!

Светлые тотчас остановились, будто натолкнулись на невидимую стену. А вот Алиса продолжила бежать, рыча на ходу:

— Да этот урод блефует! За мной!

— Вот же тварь, — пробурчал я и бросился в сторону открытой двери, попутно заметив простенькое золотое колечко, блеснувшее на указательном пальце эльфийке. — Алиса, неужели у тебя обручальное кольцо? А почему не на том пальце? Не за того вышла?!

— Я убью тебя! — исступлённо завизжала девица, сконцентрировав на мне весь свой гнев, ярость и ненависть. Эльфийка буквально горела жаждой не просто убить меня, а растерзать, растоптать, вытрясти саму душу. И её желание может сбыться. Ведь когда я миновал лестницу, то увидел, что путь на третий этаж был отрезан светлыми, которые теснили тёмных. Мне не повезло оказаться между двух огней. Впереди были спины светлых, а позади — пятёрка, возглавляемая бешеной сукой. И что же мне делать? Ну, если бы у меня было время подумать, то я бы, наверное, принял другое решение, а так мне взбрело в голову метнуться в одну из пустых комнат и закрыть дверь на засов. Надеюсь, Алиса и её соклановцы не заметят мой манёвр.

Но эти уроды оказались крайне внимательными тварями. Буквально через десяток секунд дверь затряслась от мощных ударов, а с той стороны зазвучал ликующий голос эльфийки:

— Ты сдохнешь, как крыса! Я сейчас выломаю эту дверь!

— Ага, как же! Если ты не знала, то именно после подобных слов был изобретён стук в дверь! — храбрясь, бросил я, а сам спешно оглядывался, скользя взволнованным взглядом по кухонному столу, очагу, тарелкам, ложкам и шкафам. Где же выход? Где?! Мля, кажется, мне писец… Хотя… Внезапно мой цепкий взор заметил решётку в полу. Я сразу же метнулся к ней, упал на колени и кое-как отодвинул, увидев довольно просторный жёлоб, полого уходящий куда-то в сторону. Из него пахло нечистотами, а стенки жирно блестели. Да только выбора у меня не было. Я нырнул в него ногами вперёд. А дверь в этот момент с треском сломалась, и в комнату влетели светлые. Но я уже скользил в темноте по жёлобу, надеясь, что эти суки не последуют за мной. И они оправдали мои надежды. Никто из них не сунулся следом за мной. Только Алиса сподобилась гневно заорать:

— Трус!!! Надеюсь, что тебя там сожрут!

Конец второй части

Третья часть - https://author.today/work/115907

Content

Чистилище-online 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27